/
Автор: Спиллейн М.
Теги: художественная литература роман романы собрание сочинений детективные романы
ISBN: 5-87466-004-4
Год: 1992
Текст
ББК 84.7США С72 Оформление художника И. Борисовой Перевод с английского С 4703000000-003.Бсз объявл В70(03)-92 15ВИ 5-87466-004-4 © Состав и перевод на русский. МП «Аверс», 1992 © Художественное оформле¬ ние. И. Борисова, 1992
ДЕНЬ РУЖЕЙ I Я разговаривал с Уолли Гиббонсом и невольно пере¬ вел взгляд на женщину, вошедшую в зал ресторана «Ше¬ валье». Меня охватило то же чувство, что и других муж¬ чин в зале. Она была так хороша, что все затаили дыха¬ ние. У нее были длинные стройные ноги и каштановые во¬ лосы, спадавшие локонами на облегающее черное платье. Глубокий треугольный вырез открывал безупречную грудь. Метрдотель Педро низко поклонился этой женщине и проводил ее к столику, за которым сидели два пожилых господина, когда она опустилась в кресло, за столиками возобновились разговоры, только темой их на этот раз были шуточки определенного толка или откровенные признания в желании. Уолли поддел на вилку кусок рыбы и усмехнулся. — Потрясающая женщина, правда? Я проворчал что-то в ответ и потянулся к стакану. — Слушай, Тайгер, не разыгрывай из себя ханжу. — Ну... она недурна. — Она иногда бывает здесь. И при каждом ее посеще¬ нии гости обалдевают. Как-то я написал о ней статью. Она работает переводчицей при ООН. Иностранка, дело¬ вая женщина, которая думает только о своей карьере, а не о любви. Хотя у нее, конечно, нет недостатка в предложе¬ ниях. Кто-то за стойкой бара цинично сострил, и все рас¬ смеялись. — Не похоже, чтобы она была против подобных пред¬ ложений. Уолли покачал головой. 3
— Ошибаешься, Тайгер. Она неприступна. Эти англи¬ чанки способны парой слов и одним взглядом обратить любого в бегство.— Он смущенно улыбнулся.— Я сам, старый волк, грозный автор газетных передовиц, одна¬ жды попытался. — И что? — Она отбрила меня, как мальчишку. — Прими мои соболезнования. — Попробуй на этот раз ты. — Зачем? — Ну, знаешь, неудачнику всегда бывает приятно ви¬ деть, как вечный победитель хоть раз получит по носу. — Что-то не тянет. — Ну, не трусь и попробуй. Черт возьми, ведь осталь¬ ные пытались, и все с одинаковым результатом. Теперь все ждут, когда она, наконец, встретит своего повелителя. Конечно, если тебе что-нибудь удастся, все лопнут от зло¬ сти, но зато, подумай, Тайгер, они всю жизнь будут смо¬ треть на тебя снизу вверх. — Это соблазнительно. — Слушай, Тайгер,— Уолли отстранил тарелку.— Ее зовут Эдит Кейн. Она родилась и воспитывалась в Лондо¬ не, принадлежит к старинному аристократическому роду. Денег у нее вполне достаточно, так что с этой стороны мо¬ жешь не заходить. Знаменитости ей тоже не импонируют: я видел однажды, как она отшила известного голливуд¬ ского актера. Так что тебе остается полагаться лишь на свое обаяние. — Можешь не продолжать. Ты меня уже уговорил. Уолли поставил стакан и с улыбкой посмотрел на меня. — Никак не могу в тебе разобраться, Тайгер. Мы встречаемся два-три раза в году, и всегда ты задаешь но¬ вую загадку. Зимой ты вдруг появляешься с темным за¬ гаром. Или в ванной случайно вижу у тебя на теле свежий шрам от пули, полученной явно не на войне. Ты вхож в светские круги, и в то же время у тебя бывают очень стран¬ ные, если не сказать подозрительные, знакомые. Я журна¬ лист, и в мою профессию входит умение общаться с людь¬ ми, вызывать их на разговор, но о тебе я ничего не знаю после твоей мобилизации из армии в 1964 году. Собствен¬ но говоря, не прекратил ли ты свое существование после этого? — Я теперь бесплотный дух. — Тогда явись этой леди в полночь и скажи загроб- 4
иым голосом: «Мисс Эдит Кейн, позвольте представить¬ ся— Тайгер Менн». Я поболтал лед в пустом стакане и сказал: — Я не нуждаюсь в представлении. Мы знакомы друг с другом. Эту женщину зовут не Эдит Кейн, а Рондина Лунд. Она пе англичанка, а австрийка по рождению, и во время войны была немецкой шпионкой. В 1945 году я по¬ лучил от нее в подарок две пули в грудь и долгое время пролежал при смерти. Если я когда-нибудь и был близок к тому свету, то виновата в этом только она. Так что, ста¬ рина, нас не нужно представлять. Уолли онемел от удивления. Он смотрел на меня как на сумасшедшего. Хотел задать какой-то вопрос, но раз¬ думал. С досадой махнув рукой, он сказал: — Все шутишь! — Заметив мой пустой стакан, подо¬ звал официанта и попросил принести еще один «хай- болл».— Ты чертовски хороший актер. Я так и думал. По¬ сле двадцати лет работы на Бродвее у меня наметанный глаз. Правда, почему бы тебе не отправиться в Голливуд? Особенно с твоим диким именем. — Счет,— бросил я официанту, когда он принес на¬ питки. —- Э, нет. У меня есть своя гордость, старина: за обед плачу я,— сказал Уолли.— Кстати, за полгода работы в ООН Эдит Кейн уже имеет неплохую прессу. Я и другие мои коллеги получили от своих газет задание написать о ней статьи. Через британское посольство мы связались с семьей Кейнов в Лондоне, с аристократической закры¬ той школой и с одним из секретных отделов Британской разведки. В результате мы установили, что ей 27 лет, она не замужем и недоступна. Впрочем, в этом ты убедишься сам. Я откинулся на спинку стула и закурил сигарету. — Ей 39 лет, она австрийка по национальности и в 1945 году пыталась убить меня. — О’кей, Тайгер, поделись со мной этой историей. Даю тебе на это две минуты, а потом мне нужно бежать. Может быть, мне удастся продать эту историю «Пара¬ маунту». — Пошел к черту,— сказал я. Уолли взглянул на счет, поданный официантом, рас¬ платился и взял портфель. — Когда мы снова увидимся? — Откуда мне знать? Я позвоню тебе как-нибудь. 5
— Ладно, в любое время. С тобой мне всегда весело. Если увидишь кого-нибудь из старых друзей, передавай привет от меня. Ты пойдешь на нашу ежегодную встречу? — Возможно. — Постарайся, Тайгер. Терри Аткинс и Боб Шифер не смогут быть. Терри усмиряет беспорядки в Гондурасе, а Боб заработал рану во время охоты за шайкой контра¬ бандистов наркотиками в Лос-Анджелесе. — Я слышал об этом. — Да, полицейским несладко приходится. С меня на всю жизнь хватило гастролей в секретной службе во время войны. У меня слишком слабые нервы. — А у кого они крепкие? — У тебя, например,— ответил он, усмехнувшись.— Ну, пока, до встречи. Уолли ушел, а я остался, пока не докурил сигарету. Потом погасил окурок и встал. Судя по костюмам и дорогим сигарам, пожилые муж¬ чины, сидевшие за столиком с той женщиной, были ва¬ жными персонами. Они держали себя с уверенностью и достоинством, которые даются ощущением власти. Когда я подошел к их столику, они с видом посвященных толковали об «Общем рынке» и биржевых новостях. Только в уголках их глаз таилось предвкушение удово¬ льствия: они ждали, что меня сейчас отошьют, как и всех других на их глазах. — Привет, Рондина!— сказал я. II Она с честью выдержала этот удар. Надо признаться, лучше, чем я ожидал. Ее улыбка осталась невозмутимой. Мужчины обменялись вопросительными взглядами, и я объяснил: — Старая история. Она пожала мне руку. Ее глаза блестели как волшеб¬ ные озера. Глядя на нее, я понял, почему мужчины так сходят по ней с ума. Это была настоящая женщина, зре¬ лая и соблазнительная, в полном расцвете красоты. — Давно не виделись, дорогая,— произнес я и пред¬ ставился мужчинам:—Тайгер Менн*. Забавное имя, но вину несет мой отец. ♦ Тайгер — тигр, Менн — человек (англ.). (Прим, ред.) 6
Одного из собеседников звали Бертон Селвик, друго¬ го — Винсент Харли Кейз. Оба были членами британской делегации в ООН и отличались прекрасными манерами. Они пригласили меня присесть за их столик. Педро принес мне стул и стакан с виски, и мы выпили за здоровье Рон- дины. Селвик предложил мне сигару. Я отказался и вытряс из пачки последнюю сигарету. — Вы занимаетесь политикой, мистер Менн? — Его речь отличалась тщательно отшлифованным произноше¬ нием выпускника Оксфордского университета, в которой, однако, иногда слышались повелительные нотки, при¬ обретенные на Даунинг-стрит. Я прикурил от его спички и поверх пламени взглянул на Рондину. Она сидела, чуть наклонившись впе¬ ред и опершись подбородком на руку. В другой она дер¬ жала сигарету, на огонек которой поглядывала с улыб¬ кой. — Нет, не политикой. Можно сказать, международ¬ ными отношениями,—- ответил я. — Понимаю. Он ничего не понял, это была простая вежливость. — А как твои дела, дорогая? — Хорошо, мистер Менн. — Раньше я был для тебя просто Тайгером. Ее улыбка была по-прежнему спокойной. — Хорошо, пусть будет Тайгер. А ваши дела? — Неплохо. Меня удивила наша встреча. Она сделала небрежный жест. — Земля вертится, время идет. Нужно жить и забы¬ вать. Я снова ощутил в своем теле боль от двух пуль. — Все забывать? — спросил я. Ее глаза блестели. Я попытался вспомнить, как она выглядела в последний раз в ее маленькой комнатке в Гамбурге. Британская авиация бомбила город, через па¬ ру минут в комнату должен был ворваться Кол Хаггерти с автоматическим пистолетом и разнести в клочья это шпионское гнездо... Но Рондина опередила Кола: она дей¬ ствовала быстрее и применила женские уловки. Нелегко стрелять в красивую обнаженную женщину. Кол засмо¬ трелся и не заметил «люгера» в ее руке. 7
Винсент Кейз бросил взгляд на часы и погасил сигару в пепельнице. — Ну, я думаю, что нам лучше оставить вас двоих наедине с воспоминаниями. Мы еще заглянем в бюро, но все заседания перенесены на следующую неделю, так что вы можете остаться, дорогая. Мистер Менн, был очень рад познакомиться. В его речи, в отличие от произношения партнера, был легкий шотландский акцент. Бертон Селвик сказал: — Что касается меня, боюсь, что мой день закончен. В пятьдесят лет быстро устаешь, а если к тому же побали¬ вает желудок, то лучше всего поспешить к грелке и до¬ машним туфлям. Рондина с участием посмотрела на него. — Вы плохо себя чувствуете? — Ах, как обычно. Просто переработал, дорогая. Слишком много бессонных ночей, слишком много ответ¬ ственности. Я рад, что меня скоро заменят. — Может быть, вызвать врача? Тот с улыбкой отмахнулся. — Он не скажет ничего нового. Возраст, дорогая. Но не беспокойтесь, несколько таблеток, пара массажей, и я опять буду в седле. Мы пожали руки на прощанье. — Рад был познакомиться,— сказал я и проводил мужчин взглядом. Потом я вынул сигарету из золотого портсигара Рон- дины, вложил в ее рот, как я обычно делал, и дал ей заку¬ рить. — Тайгер,— нежно сказала она. — Да, дорогая,— так же нежно ответил я.— А теперь я должен сообщить тебе, что твоя песенка спета: я убью тебя. Убью так же, как ты в свое время хотела убить меня. Она выпустила облачко дыма мне в лицо и твердо, бес¬ страшно посмотрела в глаза. Страх всегда был чужд ей. Она могла быть суровой и нежной, но никогда не бывала слабой. — Я всегда задавала себе вопрос: когда придет этот момент? — Вот он и наступил, дорогая. — Я знаю. Можно мне объяснить тебе... — Нет. — Как ты собираешься меня убить? 8
— Еще не знаю,— ответил я.— Вероятно, застрелю. — Почему? Я усмехнулся, предвкушая мгновение, о котором меч¬ тал двадцать лет. — Дело здесь не в прошлом, дорогая, а в настоящем. Ты все еще продолжаешь работать. Вероятно, кроме меня, это никому не известно, но ты осталась прежней. Ты принадлежишь к людям, которые принесли горе всему че¬ ловечеству. Теперь ты занимаешь прекрасный пост пере¬ водчицы при ООН, ты знаешь семь языков и обучалась в одной из лучших шпионских школ. Твой теперешний пост не очень значителен, но он дает тебе возможность знать все, что тебя интересует. Это ключевая позиция для агента. При твоем опыте работа является для тебя дет¬ ской забавой. Но теперь этому будет положен конец. — Кем? — Мной. Я убью тебя. Ты загнала в меня две пули и .оставила лежать истекающего кровью. Ты заманила к себе в постель меня, стреляного воробья, которому сле¬ довало бы знать все эти женские уловки. Я мог бы тебя ликвидировать, но дал тебе обещание, а ты отблагодари¬ ла меня за это двумя выстрелами в грудь. Моя смерть уже ничего не решала, война была почти кончена, но нена¬ висть в тебе была такой острой, что ты не могла расстать¬ ся со мной просто так. Я погасил сигарету и откинулся на спинку стула так, будто вел безобидный застольный разговор. — А теперь ты умрешь, моя радость. Как бы ты не противилась этому, ты умрешь. Причем от моей руки, как и полагается в нашем чертовом ремесле, потому что арест и судебный процесс очень ненадежное дело. Рондина побледнела и облизала губы. — Когда? — Скоро. Я могу убить тебя хоть сейчас, ио прежде мне нужно узнать, в какую игру ты играешь и почему. А после этого, моя прекрасная убийца... я выстрелю тебе прямо в сердце. — Тайгер... — Брось этот тон, он мне хорошо знаком, но на этот раз я не попадусь на приманку. Перед тобой сидит старый солдат, прошедший огонь, воду и медные трубы. Твоя пе¬ сенка спета. С этой минуты можешь считать себя мерт¬ вой. Я встал, отставил свой стул и торжествующе рас¬ 9
смеялся, глядя на нее сверху вниз. Неожиданно в ее взгляде появилось какое-то странное выражение. — Ты была великолепной любовницей,— сказал я.— Помнишь то бомбоубежище? Ее глаза превратились в две узкие щели, мечущие молнии. — Помнишь ту дождливую ночь, когда я солгал, что¬ бы французы не схватили тебя? Она так стиснула руки, что побелели суставы. — Они убили бы меня, если бы узнали, что я укрываю тебя, Рондина. Но мы любили друг друга — ты, немецкая шпионка, и я, американский разведчик. И вскоре ты дока¬ зала мне, какой верной была твоя любовь. Через десять минут после того, как мы легли в постель, ты выстрелила в меня. Дважды, с близкого расстояния. После того как ты стонала в моих объятиях и шептала, что ни один муж¬ чина не делал тебя такой счастливой, ты выстрелила мне в обнаженную грудь. Настоящая любовь. Задним числом приношу глубокую благодарность. Но теперь конец. Влажный блеск в ее глазах не тронул меня. — До встречи, Рондина. Мы скоро увидимся, и это свидание будет для тебя печальным. Пока,— сказал я и встал. Все посетители смотрели мне вслед. Они видели, что мне удалось то, чего до сих пор не удавалось никому: по¬ сидеть с этой женщиной за столиком вдвоем. Несколько минут назад они наблюдали за уходом двух ее спутников, которые были воплощением достоинства и хороших ма¬ нер, а теперь вот от ее столика отходил совсем другой тип, на которого они не поставили бы и цента. Ежедневно бреясь, я смотрю в зеркало и пытаюсь понять, что же во мне есть такого, что пугает людей? Посетители молчали. Они были сражены наповал. Как я и предполагал, агенты Рондины появились у меня в ту же ночь. Мой план сработал, как мышеловка. Это был старый фокус с манекеном в постели. Мне хоте¬ лось выяснить, как быстро им удастся напасть на мой след при условии, что официально не было известно, что я в Нью-Йорке, и никто не знал, в каком отеле я остано¬ вился. Они нашли меня быстро. Но их пули миновали меня. Я повис на оконном карнизе в тридцати метрах над тротуаром на поясе, который заранее прикрепил к раме. 10
В руке у меня на всякий случай был пистолет 45-го кали¬ бра. Агенты Рондины открыли дверь с помощью отмычки, вошли в комнату, сияя от предвкушения удачи, и выпали¬ ли по полной обойме в гору подушек на кровати. Выстре¬ лы были похожи на легкие хлопки. Эти идиоты так спеши¬ ли и были так уверены в себе, что даже не проверили со¬ стояние жертвы. Они только переглянулись с усмешкой и вышли. Переждав минуту, я открыл окно, влез в комнату и стал разглядывать дырочки на наволочках. Утром гор¬ ничная наверняка удивится. Четырнадцать выстрелов превратили подушки в решето, вся комната пропахла по¬ рохом. Я закрыл задвижку, дважды повернул ключ в замке и лег на пострадавшую кровать. Следующий день будет полон неожиданностей. Во всяком случае, для Рондины. III Тот, кто никогда не бывал на заседаниях ООН или просто в ее здании, не представляет себе, как много он по¬ терял. Всех посетителей приветствует над входом изрече¬ ние из Библии о том, что было бы неплохо перековать ме¬ чи на орала. В Гане опять начались волнения, и делегаты ООН бы¬ ли вызваны с каникул на срочное заседание. Я позвонил из вестибюля, ко мне спустился лощеный тип и провел в ложу для публики. Он окинул меня тем странным взглядом, которым меня всегда удостаивают, открывая передо мной запертую дверь после слов пароля. Я ни о чем не спрашивал, но у него на лице отразилось презрение, когда он пригласил меня следовать за ним. Во всяком случае, он догадывался о моей профессии. Дебаты меня не интересовали, и вскоре я нашел Ропди- ну. Я подошел к ней сзади и сказал: — Ну, сколько это еще продлится, дорогая? Она встретила эту неожиданность так же стойко, как и нашу первую встречу. Медленно повернула голову, не прекращая переводить, только ее зрачки чуть-чуть расши¬ рились и увлажнились глаза. Я спросил себя, как сильно И
должна женщина ненавидеть мужчину, чтобы заплакать, узнав, что он не умер. Я посмотрел на часы. Заседание должно было скоро кончиться. — Я подожду тебя у входа,— сказал я. Она вышла через четверть часа. — Хэлло, Тайгер! — Можешь открыть мне одну тайну? — С удовольствием. — Кто делал тебе пластическую операцию? Ты выгля¬ дишь потрясающе. Шрамов совсем не видно. — А их и не должно быть. — Ваши юнцы меня вчера упустили. Надеюсь, ты им сделаешь выговор? — Конечно. Она опустила глаза. — Я вполне мог их вчера прикончить, это было со¬ всем нетрудно. Передай им, что второго шанса они не по¬ лучат. И ты тоже. — Тайгер!.. Она опять была прежней Рондиной, прекрасной, как ад, настоящей женщиной до кончиков ногтей. Высокого роста, стройная, в расцвете красоты,— именно тот тип женщины, которая способна свести меня с ума. Только не на этот раз. — Тайгер, это все еще мучает тебя? — Теперь уже нет. Боль давно прошла. — Значит, ты жаждешь мести? — Скорее, удовлетворения. С тех пор я слишком ча¬ сто умирал. Все, что мне нужно, это увидеть, как умрешь ты. — Пожалуйста... — О нет, не так просто. Сначала ты будешь об этом думать и дрожать, а потом я убыЪ тебя. Она потянулась ко мне так быстро, что я не успел по¬ мешать ей. Обвила мою шею руками и прижалась своим влажным горячим ртом к моим губам. Меня охватила дрожь, на секунду воля была парализована. Прежде чем я успел отстраниться, Рондина отпрянула и нежно улыб¬ нулась мне. — Берегись, Тайгер,— загадочно сказала она. Я улыбнулся в ответ, и она гневно прищурилась, пра¬ вильно оценив эту улыбку. 12
— Не беспокойся, я переживу тебя,— ответил я. Здание на Пятой авеню было одним из тех уродливых бетонных сооружений, которые выращивает Манхэттен и сдает под конторы. На шестнадцатом этаже находилась контора с таблич¬ кой на двери: «Томас Уотфорд, импорт-экспорт». Я во¬ шел и сказал секретарше, что мне нужно видеть мистера Уотфорда. Нет, я предварительно не договаривался о встрече, но он меня примет. Секретарша связалась с ше¬ фом и предложила мне зайти в его кабинет. Я зашел. Эта фирма являлась одним из секретных филиалов Центрального разведывательного управления, наша орга¬ низация была с ней «на ножах». В кресле сидел субъект в синем деловом костюме, с рысьими глазами и короткой стрижкой. — О, вот и вы, Тайгер Менн,— сказал он, откинув¬ шись на спинку кресла.— Прошу вас, садитесь. Я сел. — Мы уже знаем, что вы в городе. — Ваши люди хорошо информированы. — Это не представляет большого труда. Шум, кото¬ рый вы за собой оставляете, говорит сам за себя. — Спасибо за комплимент. Уотфорд наклонился вперед, и я спросил себя, сколько людей он запугал своим ледяным взглядом? — Мы узнали, что вы занялись одним делом, минуя нашу организацию,— сказал он.— Это нас не устраивает. — Что же... — Это правда, Тайгер? — Вам лучше знать. Это ведь у вас заведено на меня дело. — Как и на всю группу, которую вы представляете. Довольно значительную. Вы называете себя «патриота¬ ми», не так ли? Я пожал плечами. — Я — нет. Раньше, может быть, но не теперь. Меня интересует только работа. «Розовые» и либералы так от¬ чаянно нападали на нас, что я избавился от патриотизма. Я к ним не принадлежу. Мне нравится борьба. — Но вопрос о вашей группе будет разбираться в Ко¬ миссии при конгрессе. — Тогда и поговорим. — Но, послушайте... 13
— Кто разгромил гнездо восставших в Никарагуа? Кто подавил мятеж в Гондурасе? Мы были в Колумбии и Панаме и погасили эти дурацкие волнения. Ваше дело — это бумажная война и денежная помощь. Послушайте, дружище, мы — это сила. Мы способны драться. Так что оставьте нас в покое и не суйтесь в наши дела. Вы — секретная организация и занимайтесь своими проблема* ми. Уотфорд откинулся на спинку кресла, взял карандаш и постучал им по столу. — Нам известны ваши планы. — Тогда вы должны знать, что мы можем уничто¬ жить вас. И я это сделаю, если вы не оставите нас в покое. Но вы не станете разоблачать нас, потому что тогда вам придется раскрыться самим, а этого вы не можете себе по¬ зволить. Слишком много поставлено на карту. — Мистер Менн, вы — предатель своей страны. — Нет, дружище. И никогда им не буду. Может быть, в ваших глазах я и предатель, но у нас это случается с не¬ многими, и мы расправляемся с ними по-своему. — Итак, мистер Менн, что я могу для вас сделать? — При ООН работает переводчица по имени Эдит Кейн. Мне нужно, чтобы ее проверили,— сказал я. — Ваш интерес носит личный характер, Тайгер? — Пожалуй. — Куда вам послать отчет? — Позвоню,— произнес я и вышел. Я отнес пули, вынутые из подушки, Эрни Бентли и че¬ рез пять минут имел результаты экспертизы. Пули выпу¬ щены из «люгера» калибра 7,65. Эти данные были зареги¬ стрированы и отправлены в архив. Я поблагодарил Эрни, вышел из его конторы и отпра¬ вился на такси в отель. IV У Эдит Кейн был британский паспорт. Он выглядел подлинным и был получен на основании свидетельства о рождении. Позвонив в Лондон, я убедился, что свидете¬ льство было настоящим. Вероятно, противнику каким-то образом удалось заполучить этот паспорт, а замена од¬ ной женщины другой — дело не очень трудное. Настоя¬ щая Эдит Кейн умерла или исчезла, а ее место заняла Рон- 14
дина. Все, что мне теперь было нужно,— это убедительное доказательство подлинности ее личности. Никто не подвергал личность Эдит сомнению. До по¬ ступления в ООН ее никто не знал. Она приехала из Лон¬ дона, приступила к своим обязанностям, и вскоре к ней привыкли. Этот метод был мне знаком. Я сам во время войны не раз пользовался им. Уолли Гиббонс встретился со мной за чашкой кофе и принес с собой четыре больших снимка Эдит. Отдавая их мне, он сказал: — Эта женщина не выходит у тебя из головы, Тайгер? — Да, старина. Улыбка пропала с его лица. — Зачем тебе эти снимки? :— Размножу их и разошлю копии всем европейским и американским специалистам по пластической хирургии. — Зачем? — Хочу выяснить, кто делал ей пластическую опера¬ цию. Она была сделана с большим искусством. — Протри глаза, Тайгер. Этой женщине не нужна ни¬ какая операция. У нее все настоящее. — Если я не найду хирурга, значит, операцию ей сде¬ лали за «железным занавесом». — Ты с ума сошел! Вбил себе что-то в голову, и у меня такое чувство, что я говорю с незнакомым человеком. Опять загадки! Ты не хочешь сказать мне что-нибудь? — Пока нет. Уолли отпил несколько глотков кофе и, нахмурив¬ шись, посмотрел на меня. — Я звонил тебе сегодня утром в отель. - Да? — Тебя не было, но детектив по фамилии Тиббет за¬ дал мне несколько вопросов. Оказывается, убирая твою комнату, • горничная обнаружила в подушках следы от пуль, но самих пуль не было. Что ты скажешь на это? Я пожал плечами. — Это подозрительный отель. Кто знает, что там произошло во время моего отсутствия. Кто-нибудь слы¬ шал выстрелы? — В том-то и дело, что нет. Я заказал еще чашку кофе и повернулся к Уолли. — Сделай мне еще одно одолжение — узнай, с кем встречается Эдит Кейн. — В личном плане или... 15
— И лично, и по службе. Меня интересуют все люди, с которыми она регулярно встречается. Сможешь ли ты это узнать? — Конечно. Но ты мне позже расскажешь об этом де¬ ле. — С удовольствием. — О’кей, хищник! Полковник Чарли Корбинет демобилизовался из ар¬ мии в 1954 году в чине бригадира. Ему было предоставле¬ но место в правительственном аппарате, не соответствую¬ щее его способностям, и вскоре он оттуда ушел и посту¬ пил на службу в «Рассел-Перкинс Компани», где ворочал миллионами. Чарли почти не изменился с тех пор, когда был шефом разведывательных групп, перебрасываемых через линию фронта. Он только чуть-чуть постарел, и выцвели его гла¬ за. Он пожал мне руку и сказал: — Ну, Тайгер, очень рад, что вы живы. — Благодаря хорошей тренировке, полковник. Мы оба рассмеялись, и никому в голову не пришло бы при виде этой сцены, что последняя наша встреча состоя¬ лась десять лет назад. Он отослал секретаршу, распоря¬ дившись не беспокоить нас в течение часа, вынул бутылку, лед, шейкер и приготовил «хайболл». Чарли поднял свой стакан. — За доброе старое время, Тайгер! — И за настоящее, полковник. . Он прищурился, потом кивнул и чокнулся со мной. — Насколько я понимаю, вы посетили меня не только по старой дружбе? — Не только. Мне нужна некоторая информация. Полковник сел и указал мне на второе кресло. — Понимаю. Вы, вероятно, догадываетесь, что не первый приходите ко мне с такой просьбой. Кое-кто уже побывал до вас. — Я слышал об этом,— ответил я. — А я слышал кое-что о вас. Не прямо, конечно, но мое положение дает возможность быть в курсе событий, и некоторые из них определенно связаны с вами. Дело в Панаме было чисто сработано. — Стараемся. 16
— В течение некоторого времени ваша группа будет очень непопулярна. — Это уже началось. Я отпил из бокала. Как обычно, полковник делал «хайболл» очень крепким. — Что я могу для вас сделать? — Меня интересует, что произошло с Рондиной Лунд? Помните ее? Корбинет помолчал немного, разглядывая меня и за¬ думчиво поигрывая стаканом. — Вы были влюблены в нее? Я попытался сделать невинное лицо, но получилась только гримаса. — А если да? — спросил я. — Это чуть не испортило вам все дело. Хорошо, что война уже кончилась. — Я дорого заплатил за свою глупость. — Черт возьми, она чуть не отправила вас на тот свет. — Так что с Рондиной Лунд? Он откинулся на спинку кресла и заложил руки за го¬ лову. — Она исчезла после высадки наших войск в Норман¬ дии. Кажется, попала в руки «маки». — Это точно? Он покачал головой. — Нет. Тогда происходило столько событий, что все невозможно было проверить. Кажется, ее ликвидировали в конце войны. Вы еще были в госпитале, когда я узнал об этом. — От кого? — От Прайда Ричардса из «Интеллидженс сервис». Как-то мы разговорились за стаканом виски, и он упомя¬ нул об этом. — Мне нужно с ним увидеться...— начал я. — Поздно,— оборвал меня полковник.— Он умер три года назад. — Как вы думаете, смогу ли я с этой информацией продвинуться вперед? — Почему бы и нет? — ответил он.— Тут все дело во времени. Спустя двадцать лет не так-то просто найти след. Кроме того, партизаны не вели никаких записей.— Чарли развел руками.— А что вы собираетесь сделать с Рондиной, если найдете ее? — Рассчитаюсь за все. 17
— Ну, пока вы ее найдете... Я встал и взял шляпу. — Полковник, я думаю, что уже нашел ее. Он прищурился, как бы мысленно проглядывая список тех неприятностей, которые доставила нам Рондина, и тех людей, которые погибли из-за нее. Наконец задумчиво сказал: — Да, да, это Рондина... — Мне нужно знать, полковник. Вы все еще в контак¬ те с разведкой? — В определенном смысле да, по пусть это останется между нами. Я точно в таком же положении, как и вы. Да, еще в контакте. Теперь настала моя очередь внимательно присмотре¬ ться к нему. Я вспомнил и связал воедино те вещи, кото¬ рые мне приходилось слышать от офицеров разведки. Мне припомнились некоторые подробности недавних операций, и я узнал в них хорошо знакомый мне уверен¬ ный почерк. Я не сдержал усмешки. — Значит, вы все еще варитесь в этом котле, полков¬ ник? — Вы слишком догадливы, Тайгер. Сейчас все иначе, чем было раньше. Сложней. Не рискуйте напрасно. — Этому я тоже обучен, полковник,— сказал я.— Я позвоню вам через пару дней. — Непременно. Уходя, я прикрыл рукой крошечный объектив на две¬ ри, с помощью которого фотографировались посетители, и усмехнулся при мысли о том, какую гримасу состроит старина Корбинет, увидев пустой негатив. Это тоже был старый трюк. В четыре часа я позвонил Уолли и спросил, что ему Удалось узнать. Он назвал мне имена людей, постоянно встречающихся с Эдит. Это были Бертон Селвик, с кото¬ рым она поддерживала служебные отношения, Грегори Гофта — венгерский переводчик при ООН, она постоянно Появлялась с ним в обществе, и Джон Фредерик Тэлбот — Элегантный англичанин, работавший в Британском посо¬ льстве. Кроме того, была еще одна женщина — секретарша из ООН —Грэтхен Ларк, с которой Рондина ПОСТОЯННО завтракала. Я записал адреса, поблагодарил ^олли и повесил трубку. 18
Следующий мой звонок был Томасу Уотфорду. — Говорит Тайгер Менн,—сказал я.— Вам удалось узнать что-нибудь об Эдит Кейн? — Возможно, но лучше не говорить об этом по теле¬ фону. Мы договорились встретиться через час на Шестой авеню. Таким образом, у меня было еще достаточно вре¬ мени, чтобы заняться теми фамилиями, которые сообщил мне Уолли. Я позвонил Барни Доджу и объяснил ему, что меня ин¬ тересует. Прежде всего, он рассказал мне массу вещей о Бертоне Селвике, казавшемся самым важным в этой тройке, во всяком случае, по положению. Селвик отно¬ сился к тем незаменимым людям, которые улаживают разногласия между странами и принимают решения за правительства. Додж явно опирался на хорошо информи¬ рованный источник. Он обещал при встрече рассказать мне больше. На двух других знакомых Рондины у меня уже не было времени. Служащие контор потоком устремились на ули¬ цы и стали драться за такси. Вместо того, чтобы ввязаться в эту драку, я пешком зашагал на север и добрался до ба¬ ра, где мы договорились встретиться с Томасом Уотфор¬ дом, ровно через час. Это было моей ошибкой. Мне следо¬ вало бы прийти туда раньше. В баре меня поджидали два здоровых парня—агенты ФБР. Они вытащили у меня пистолет 45-го калибра, дали мне допить пиво и с дружескими улыбками вывели из ба¬ ра, прижав к моим ребрам свои служебные пистолеты. Меня привели в контору на десятом этаже делового здапия на 40-й улице. В коридоре стояла мертвая тишина, все комнаты казались пустыми. На двери той, куда меня привели, не было никакой таблички. Оба парня подвергли меня двухчасовому допросу, но так и не узнали от меня ничего интересного для них. По¬ том появился Уотфорд. — Долго это еще будет продолжаться? — поинтересовался я у него. — До тех пор, пока мы не узнаем правды. У нас есть время. — У меня тоже. Может, пока вы расскажете мне об Эдит Кейн? — Зачем вам эта информация? — Это мое личное дело. Мы были когда-то знакомы. 19
— Ерунда. Мы проверили ее со дня рождения. Ваши пути никогда не пересекались. Я пожал плечами. — Она британская подданная, Тайгер, и занимает де¬ ликатный пост. Англичане устроят нам грандиозный скандал, если мы начнем проверять их персонал. — Почему? Она ведь простая переводчица? Я пристально посмотрел на Уотфорда. — Ваши расспросы опасны,— сказал он.— Мы не мо¬ жем допустить, чтобы наши отношения с англичанами испортились. Мы не позволим вам совершить глупость. Будете вы, наконец, говорить? Я указал на телефон. — Этот аппарат подключен? — Да. А в чем дело? — Думаю, вы знаете свой телефонный код? Уотфорд ничего не ответил. — Позвоните в бюро «Сковородка» и справьтесь обо мне. На лице Уотфорда отразилось изумление. «Сковород¬ ка» была кодовым обозначением Главного бюро, направ¬ лявшего работу филиалов ЦРУ. Подумав, он кивнул и снял трубку. Я увидел, как он набрал нужный номер, пробормотал свой код, задал несколько вопросов, напря¬ женно выслушал ответ и положил трубку. Уотфорд повернулся ко мне с побагровевшим лицом. — Как вам удалось добиться их поддержки? Я усмехнулся. — Это было несложно. Вымогательство в бархатных перчатках. Но теперь меня интересует, почему вы мной так активно занялись? Троица обменялась взглядами, потом они уставились на меня. — Черт возьми, да потому что это касается утечки ин¬ формации из ООН. Я встал, распрямился и пошел к двери. С порога обер¬ нулся и сказал: — Объяснение принято. V Джон Фредерик Тэлбот жил на Грэмерси- парк — маленьком оазисе тишины среди шума большого 20
города. Его обитатели были достаточно богаты, чтобы обеспечить этому району постоянный полицейский над¬ зор. Дабы избежать проверки документов, я прямо пошел к нужному дому, не задерживаясь и не выказывая призна¬ ков беспокойства. Заранее убедившись с помощью телефонного звонка, что Тэлбота нет дома, я позвонил во входную дверь. Мне открыла женщина, я представился другом Тэлбота и спросил, не согласится ли она передать от меня ему за¬ писку. Она согласилась и продержала входную дверь от¬ крытой достаточно долго, чтобы я успел отключить сиг¬ нализацию. Моя записка не представляла собой ничего особенно¬ го. Получив ее, он просто позвонит начальству, чтобы по¬ лучить новые инструкции. Такого рода вещи часто слу¬ чаются на дипломатической службе. Я прогулялся вокруг квартала, вернулся к дому, про¬ шел в только что обработанную дверь, привел сигнализа¬ цию в порядок и поднялся на верхний этаж в квартиру Тэлбота. Уже вторая отмычка позволила мне войти. Осмотревшись с помощью миниатюрного карманного фонарика, я убедился, что в квартире есть черный ход, и начал тщательный обыск. С первого взгляда было ясно, что у Джона Фредерика Тэлбота есть деньги. Обстановка и личные вещи были дорогими и элегантными. Он был бо¬ лезненно точен в своих привычках, и я понял, что он при¬ нял все предосторожности, необходимые в его положе¬ нии. В мусорном баке в кухне я нашел две жестянки из-под пива и небольшую кучу черного пепла. Очевидно, он сжег какую-то бумагу — позаботился, чтобы ее нельзя бы¬ ло прочесть. Возможно, это была всего лишь необходимая в его профессии предосторожность, но это могло означать и не¬ что другое. Потом я обнаружил кольт в кобуре, полностью заря¬ женный. Он был засунут в сапог для верховой езды. Те¬ перь дело стало выглядеть иначе. Мелкие дипломатические служащие не разгуливают по Нью-Йорку вооруженными. - Я положил револьвер на место, убедился, что в комна¬ те прежний порядок, и вышел из квартиры и дома. Никто не видел ни моего прихода, ни ухода. На ближайшем углу я взял такси и поехал по адресу к некоему Стефану Мидросу. Это был венгерский эми¬ 21
грант, который вел свою частную войну за свободу и до¬ бился больших успехов. Человек, открывший мне дверь, выглядел на десять лет старше своего настоящего возраста. Дело было не столько в его седине или шраме на левой щеке, сколько в выражении глаз. Они слишком многое видели. — Стефан Мидрос?—спросил я. — Да. — Меня зовут Тайгер Менн. Сейчас я назову вам одно имя и, думаю, этого будет достаточно для представления. Он оставался невозмутимым. — Прошу. — Георг Третий. Его взгляд потеплел. Это был тайный пароль, извест¬ ный только немногим посвященным. Он не стал спраши¬ вать, откуда мне это известно, а ответил: «Во истину» — и протянул мне руку. Церемония представления была закончена, и следую¬ щий вопрос Мидрос задал мне, поставив передо мной ста¬ кан вина. — Чем могу вам помочь? — В ООН работает венгерский переводчик Грегори Гофта. — Да, я знаю его. — Он проверен? Мидрос удивленно приподнял плечи. — До сих пор в этом не было необходимости. А поче¬ му вы спрашиваете об этом? — Его часто видят в обществе одной переводчицы- англичанки. — Ах, вот что,— с улыбкой прервал он меня.— Вы имеете в виду Эдит Кейн? — Да. Помолчав, я отпил глоток вина. — Ваш интерес носит личный или политический ха¬ рактер?— улыбнулся он. Я не ответил на его улыбку. — Дело носит личный характер, но оно может иметь и политические последствия. Меня интересует окружение Эдит Кейн. В ООН существует слабое место, через кото¬ рое происходит утечка информации. Возможно, Эдит является ключом ко всему. — Но Гофта не принадлежит к венгерским коммуни¬ стам,— поспешно возразил он.— Гофта родился в Будапе¬ 22
ште, ио уже давно является американским гражданином. Он закончил один из колледжей и работает с тех пор в ООН. — Возможно, это прекрасная маскировка. Мне не ну¬ жно вам напоминать, насколько далеко наш противник заглядывает в будущее. Мидрос наморщил лоб. — Но это дружеские отношения. — Что вам о них известно? Он допил свой стакан и налил еще. — Я часто видел их обоих в венгерских ресторанах. Дважды они были вместе на наших вечерах. — Насколько они близки? Мидрос развел руками, подыскивая слова. — Ну, я бы сказал, что они держатся более чем друже¬ ски, хотя я могу и ошибаться. — Как я понимаю, у вашей организации длинные ру¬ ки? — У нас есть каналы информации из Венгрии, если вы это имеете в виду. — Именно это. Можете вы проверить его? — Конечно. Как далеко? — Скажем, до его отъезда из Венгрии. Остальным займемся мы. Мне не понадобилось дальше ничего объяснять. Мид¬ рос сам увидел возможную связь с их проблемами. Задум¬ чиво кивнув, он сказал: — Вероятно, завтра у меня будут интересующие вас сведения. — О'кей. На улице шел проливной дождь. Вода превратила мо¬ крый асфальт в сияющий красками калейдоскоп. Под до¬ ждем я добежал до своего отеля. Вопреки привычке, за¬ глянул в отделение для писем и увидел там розовую запи¬ ску. Развернув ее, я прочел: «Звонила Эдит и спрашивала твой номер телефона. Она сказала, что от 16 до 18 ее можно будет застать дома по номеру ЕН 27-254. Уолли». Усмехнувшись, я зашел в телефонную будку и набрал номер Чарли Корбинета. Он взял трубку, и я сказал ему: — Говорит Тайгер, полковник. Вы можете оказать мне небольшую услугу? — Какую? 23
— Мне нужно узнать адрес по телефонному номеру ЕН 27-254. — Хорошо. Через пять минут.— Полковник не стал задавать никаких вопросов. Он позвонил намного быстрее. — Это телефон бара «Лайонс». Что-нибудь еще? — Спасибо, это все. — Помощь вам не нужна? — С каких это пор? — Ну, был как-то случай... — Времена меняются, полковник. Еще раз спасибо. Я повесил трубку. Рондина была в баре с Бертоном Селвиком. Они сиде¬ ли за столиком и разговаривали. Я понаблюдал за ними минут двадцать, потом зашел в соседний бар и позвонил оттуда. Когда она подошла к телефону, я сказал, что пол¬ ностью нахожусь в ее распоряжении. Она говорила, как обычно, спокойно и дружески, толь¬ ко в голосе была едва заметная нотка любопытства. Она хочет со мной поговорить. Прекрасно, я тоже хочу этого. Где? В моем отеле через час. Черт возьми, она пер¬ вая позвонила, значит, должна прийти ко мне. Я повесил трубку и вернулся к наблюдательному по¬ сту у бара «Лайонс». Вскоре Селвик расплатился и ушел. Я не стал ее дожи¬ даться: все равно через час она будет у меня. Селвик оста¬ новил такси, а я сел в то, которое ожидало меня, и после¬ довал за ним в Гринвич-Ви л л едж. Он зашел в один дом и вскоре вышел оттуда с высокой элегантной брюнеткой. Они сели в такси и поехали в ресторан на 14-й улице. Выходя из машины, Селвик пошатнулся, остановился и схватился за бок. Женщина наклонилась к нему, забот¬ ливо взяла под руку и ввела в ресторан. У того явно были боли в желудке. Ничего удивительного. Общение с краса¬ вицей-убийцей не проходит даром. Может быть, теперь Рондина перешла к бесшумным методам работы? Приближалось время нашей встречи. Я вернулся в отель, поднялся в свой номер, придвинул кресло к окну и уселся, положив ноги на подоконник. Смотрел на дви¬ жущуюся внизу толпу, а мыслями был далеко отсюда, В военной Европе. Вспомнил лицо Рондины, ее неповтори¬ мую манеру приподнимать правую бровь, те слова, кото¬ рые она шептала мне в темноте. 24
Каким дураком нужно быть, чтобы в объятиях женщи¬ ны забыть о своем деле! Но судьба дала мне еще шанс. Когда я с прострелен¬ ной грудью очнулся, у меня была только одна мысль — месть. Не столько, чтобы отплатить Рондине, сколько, чтобы искупить собственную вину перед делом. Однако война уже кончилась. Тогда по предложению Мартина Грейди я стал работать в одной штатской орга¬ низации. Когда мы начинали, нас было сорок человек. Теперь нас по-прежнему сорок, но за счет новых членов, а «стариков» осталось только девятнадцать. Чем дольше человек работал в организации, тем опытнее становился и тем больше у него было шансов уцелеть. Разумеется, официальные органы в Вашингтоне знали о нашем существовании. Они вели на нас картотеку, но никогда не были в курсе дел. Узнавали обо всем задним числом и ничего не могли возразить, потому что все было сделано основательно и профессионально. Вероятно, втайне они досадовали, но нас это нисколько не заботило. Мы действовали быстро и жестко, как того требовали об¬ стоятельства. Заговорщики погибали, правительства свергались. Мы вмешивались только тогда, когда другие средства уже были исчерпаны и все жертвы в виде мил¬ лионов долларов и многих человеческих жизней оказыва¬ лись бесполезными. Рано или поздно Мартин Грейди узнает, чем я зани¬ маюсь, и запретит это. Дело в том, что он не выносил, если в дело вмешивалась личная ненависть. Но в данном случае это меня не беспокоило. Рондина для меня была важнее. В дверь постучали. Я вскочил, одним прыжком оказался у выключателя, погасил свет и уселся в темном углу, направив на дверь дуло пистолета. Ручка повернулась, дверь открылась, и на пороге поя-, вилась она, моя любимая Рондина, прекрасная, как ангел,. и опасная, как дьявол. Она медленно вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Мне был виден только ее си¬ луэт, который тем не менее давал представление о строй¬ ности ее фигуры. Я знал, что она не видит меня, и взвел курок, чтобы, она услышала. Раздался сухой щелчок. — Я здесь, Рондина. Она поняла, что у меня в руке. 25
— Это произойдет сейчас и здесь, Тайгер? — Возможно. Я хочу, чтобы ты побледнела от страха, хочу, чтобы задрожала. Она направилась ко мне, ощупывая мебель руками. Ее глаза еще не привыкли к темноте, и опа не сразу нашла се¬ бе кресло. Усевшись, она положила ногу на ногу. Я пос¬ мотрел на белизну ее коленей и мрачно подумал, что это удовольствие стоило Колу жизни. — Я должна объяснить тебе кое-что, Тайгер. . — Нет, крошка. Я все знаю. — Но... — Никаких «но». Я получил от тебя две пули в грудь, и ты убила моего друга. Все это твоя вина, потому что я, как дурак, влюбился в тебя, и ты окрутила меня вокруг пальца. Тут не требуется ничего объспять. Твои пули вы¬ резали у меня из тела, но ярость осталась во мне как жало, и она постоянно подстегивала меня в жизни и предостере¬ гала от сладких слов и нежных ручек. О, в свое время тебе удалось заглушить мое недоверие поцелуями. Мы были чудесной парой в пекле войны. Любовь побеждает все, го¬ ворили мы. Я подарил тебе жизнь, а ты застрелила меня, или, по крайней мере, думала, что застрелила. Я тоже в течение двадцати лет считал тебя мертвой, и ты можешь себе представить, какую мрачную радость испытал я, уви¬ дев тебя живой. Ты совершенно не изменилась, если не считать вмешательства хирургов и крашеных волос. Ты осталась той же красавицей-шпионкой и убийцей. И сно¬ ва, как в старые времена, ты очаровываешь мужчин свои¬ ми взглядами из-под ресниц и покачиванием бедер, но меня на эту удочку ты больше не поймаешь. — Прошу тебя, Тайгер... — Помолчи. Теперь говорю я, а потом заговорит эта штука. Она видела пистолет в моей руке и выражение моего лица. Медленно выпрямившись, она сложила руки на ко¬ ленях, как бы ожидая выстрела. На лбу у нее выступили капельки пота. Я добился того, чего хотел. — Нет, еще не сейчас, моя радость. Прежде я должен узнать твоих сообщников и руководителей, чтобы разгро¬ мить крысиное гнездо вашей организации. Сначала я сде¬ лаю это, а на потом оставлю свое личное удовольствие. Но не надейся, что тебе удастся сбежать от меня. И не подсы¬ лай ко мне своих юнцов. В следующий раз я рассчитаюсь с ними пулями. А теперь уходи. 26
Казалось, Рондина поняла, что ей не удастся меня ни в чем убедить. Она медленно встала, беспомощно взглянула на меня и направилась к двери. На пороге по- вернулась ко мне, как бы желая что-то сказать, но разду¬ мала и вышла. Я спустил курок пистолета и сунул его в кобуру. Про¬ делывая все это, я усмехнулся, потому что был очень до¬ волен собой. VI Я закинул свои удочки, укрепил на крючках приманки, и мне оставалось только ждать. Где-то теперь собрались люди и устроили военный совет. Готовилась большая облава, и я был дичью. Охотники принадлежали к различ¬ ным лагерям, иногда совершенно противоположным, и имели разные мотивы и цели. Им придется быть очень осторожными и постараться не скомпрометировать себя во время моей травли. Я спокойно прождал два дня. Утром второго дня мне в номер позвонил портье и сказал, что со мной хочет по¬ говорить мистер Туми. Я обменялся с Туми парой слов, он назвал пароль, и я понял, что он от Мартина Грейди. Заранее никогда не знаешь, чего можно ждать от посы¬ льного Грейди. Мистер Туми оказался маленьким чело¬ вечком, одетым с тщательностью щеголя с Мэдисон- авеню. Под мышкой деловой портфель, на носу очки без оправы — общий вид пресыщенный, но добродушный. Правда, этот вид был обманчив. Я знал, что этот человек владеет всеми тонкостями нашей профессии и может хладнокровно убить противника, если это потребуется. Я спросил, какой приказ он привез мне. Туми уселся в предложенное ему кресло, облегченно вздохнув. Но при этом он окинул меня проницательным взглядом, лично убеждаясь в том, что ему было обо мне известно. Я не со¬ мневался, что он читал досье, заведенное на меня Грейди, и составил себе полное представление о моем характере и привычках, исключая только небольшие секреты, кото¬ рые есть у каждого из нас. — Насколько я понимаю, вам известно, зачем я при¬ ехал, мистер Менн? — Да. Я ждал вас. 27
— Понимаю. Ну вот я и здесь. Мы еще не получили от вас никаких отчетов. — И не получите. — Мистер Грейди это предвидел. — Тогда как звучит его приказ? Туми улыбнулся. — Думаю, вы будете поражены. — Меня ничто уже больше не поражает. — И все же...— В его глазах блеснули смешинки.— Вы можете продолжать, мистер Менн. — Что?! — Таков приказ. По-видимому, вы разворошили оси¬ ное гнездо. Ваше появление в городе произвело такое за¬ мешательство в определенных кругах, что это требует подробного расследования. — Мартин Грейди знает, что это дело имеет личный аспект? ~ Да. — Значит, он хочет, чтобы я послужил приманкой? Туми кивнул головой и заметил с улыбкой: — Если вы предпочитаете называть это так. — В таком случае я имею право воспользоваться по¬ мощью центра. — Безусловно. Я закурил сигарету, чтобы скрыть удивление, и сказал: — Еще один вопрос, мистер Туми. - Да? — Какие усилия будут предприняты, чтобы вывести меня из строя? Он подавил усмешку. — Мне не хотелось бы видеть свою фамилию в столь¬ ких списках на ликвидацию, в скольких стоит ваша. — Это старая история. — Вы фигурируете как один из первых кандидатов на уничтожение. — Эта честь была мне оказана год назад. — Так или иначе, вы находитесь под перекрестным ог¬ нем двух фронтов. Кроме того, Вашингтон не имеет ниче¬ го против, если с вами произойдет несчастный случай... О, нет, конечно, не смертельный, а такой, который уложил бы вас в постель на некоторое время. А тут еще англича¬ не. Вы знаете, как они не любят, когда кто-нибудь сует нос в их дела. Они могут причинить вам много неприятно¬ стей. Честно говоря, если бы мне пришлось выбирать ме¬ 28
жду коммунистами и англичанами, я выбрал бы первых. Они не такие твердолобые, и их намерения легче предуга¬ дать. Итак, мистер Менн, вам известно ваше положение. Можете подумать и ответить себе на вопрос, почему вас так невзлюбили. — Это я могу сказать вам сразу. Туми покачал головой. — Заблуждаетесь, вы этого еще не знаете. — Тогда подождем. — Мистер Грейди, кажется, очень доверяет вашим способностям. Я хмыкнул и погасил сигарету. — На случай, если вы захотите со мной поговорить, учтите, что я живу в «Честер-отеле»,— сказал Туми.— Уилсон и Стэндиш ждут в нью-йоркской конторе вашего вызова. — Мне не нужны помощники. Туми встал, открыл свой портфель и бросил на стол пачку денег. — Может быть. Но это вам нужно. Позвоните, когда кончатся. — О’кей. Спасибо. Туми взял портфель. — Итак, я выполнил свое задание. Теперь вы выпол¬ няйте свое. Я встретился с Чарли Корбинетом в «Голубой ленте» на 44-й улице, и мы поднялись наверх, где нас никто не мог потревожить. В ожидании ленча я информировал его о состоянии дел. Поскольку он еще имел отношение к официальной службе, я не мог сказать ему всего. Меня только интересовало, почему некоторые наши люди хоте¬ ли исключить меня из дела, которым я начал заниматься. Когда я закончил говорить, Корбинет наклонился впе¬ ред и положил руки на стол. — Этот вопрос о слабом месте в ООН является делом чрезвычайной важности. Сейчас мы находимся в стадии напряженной гонки вооружений и должны следить за дру¬ гими странами, не позволяя им обогнать нас. Любая ин¬ формация, полученная противником о нашей внешней по¬ литике, дает ему превосходство. В международных отно¬ шениях нам приходится принимать во внимание тысячу различных обстоятельств, согласовывать нашу внешнюю политику с Англией и другими странами. Кто-то в ООН 29.
осведомляет противника о самых тайных решениях, и это ослабляет нашу позицию. Коммунисты опережают нас, и мы вынуждены все время находиться в обороне. Множе¬ ство отделов секретной службы занимаются этим кана¬ лом утечки информации в ООН. — Этот канал — Рондина, полковник. — Возможно. — Я докажу это. Хотя будет нелегко. У нее такой не¬ винный вид, как у вашей дочери, если она у вас есть. Ее до¬ кументы и репутация в полном порядке, но вы знаете не ху¬ же меня, как мало это значит. — Слетайте в Англию и проведите там расследова¬ ние. — Нет, полковник, так я хмогу пропустить события здесь. Прежде чем я выясню что-то в Лондоне, здесь мо¬ гут произойти серьезные осложнения. — Прекрасно, но вряд ли она работает одна. Если это она, то получает материал из первых рук. — У нее для этого подходящий пост. Официант принес нам ленч. Когда он ушел, Чарли сказал: — А если предположить, что Эдит Кейн не Рондина? Он стал резать бифштекс. — Для меня есть только один путь убедиться в тожде¬ стве ее личности. — Какой? — Переспать с ней еще раз. Нос меня вполне доста¬ точно последнего. Чарли усмехнулся. — Вполне понимаю. Час спустя я проводил его до конторы и пошел обрат¬ но по Бродвею. Улица очень изменилась за последние го¬ ды, и я был рад, что идет дождь. Стефан Мидрос позвонил мне в отель и пригласил на обед в ресторан «Кубла» — венгерское заведение на одной из боковых улиц Бродвея. Перед обедом я улегся поспать, чтобы набраться сил для ожидавших меня сюрпризов. Около семи часов я вошел в ресторан, украшенный пе¬ стрыми бумажными флажками, увидел Мидроса в боко¬ вой нише и подошел к нему. Рядом с ним сидел незнакомый мне мужчина. Я оста¬ новился в нерешительности, но Мидрос кивнул мне и ска¬ зал: 30
— Мистер Менн, я хочу познакомить вас с Грегори Гофта. Мы пожали друг другу руки. Этот парень производил хорошее впечатление. Слишком хорошее. Тип космополи¬ та. «Тайгер, будь настороже»,—сказал я себе. Когда я сел, Мидрос произнес: — Мы здесь одни, за нами никто не наблюдает, мо¬ жем спокойно поговорить. Во-первых, мистер Менн, я проверил по вашей просьбе мистера Гофта так основа¬ тельно, как позволяло короткое время. Тот факт, что я привел его сюда с собой, должен сказать вам, что ми¬ стер Гофта чист.— Он усмехнулся.— За это время я также навел справки и о вас, мистер Менн. У вас... ну, скажем, довольно необычная репутация. Я вопросительно посмотрел на Гофта. Тот кивнул и сказал: — Я ничего не имею против проверки. Такие вещи иногда необходимы. Я, насколько мог, прикинулся наивным. — Тогда почему же вы привели его с собой, мистер Мидрос? — Это он скажет вам сам. Гофта кивнул и сложил руки на столе. — Бывают ситуации, когда приходится рисковать и выкладывать карты на стол. — Я это знаю. — Хорошо. Уже девять месяцев я работаю на контору «Сковородка» в Вашингтоне. Это был тот самый официальный отдел, к которому принадлежал Уотфорд. — Докажите. Гофта скрестил большой и указательный пальцы. Это был первый опознавательный знак их организации. — А если у вас заняты руки? — спросил я. Он трижды потер подбородком о плечо. Все правиль¬ но. — Кажется, вам кое-что о нас известно,— заметил он. — По необходимости,— ответил я.— Итак, мы квиты. — Да. Теперь перейдем к делу. Как много вы знаете об утечке информации в ООН? — Знаю, что она есть, и довольно значительная. Дета¬ ли мне неизвестны, но я понимаю, что равновесие между Востоком и Западом нарушится, и не в нашу пользу, если эта дыра не будет заштопана. 31
— Гм. — Ия знаю, где эта дыра.— Гофта ждал, прищурив¬ шись. Я покачал головой. — Боюсь, что вы хотите лишить меня удовольствия лично ее заштопать. Я вас правильно понял? Он развел руками. — Вы находитесь в очень опасном положении. Неуже¬ ли вы не понимаете, что может произойти? — Прекрасно понимаю. Но теперь расскажите мне, что вам известно? — Американская и английская службы безопасности вместе работают над тем, чтобы найти это слабое место в ООН. Утечка происходит в одной из двух комиссий. — А точнее? — спросил я. — Точнее сказать не могу. Информация может исхо¬ дить только из посольства, комиссий при ООН или само¬ го правительства. Так или иначе, противник всегда в курсе наших планов в отношении международных вопросов и иногда расстраивает их. Не будет преувеличением ска¬ зать, что мы можем при таком положении дел проиграть холодную войну. — Зашло так далеко? — Да. Через пару дней в Совете Безопасности будет слушаться одно дело, и если русские заранее узнают о на¬ ших планах, то мы потеряем в глазах мира свое лицо. Они могут сманеврировать так, что нам придется пересмо¬ треть свою политику. Поэтому, мистер Менн... если вы что-то знаете, самое время сказать об этом. — Нет. — Нельзя судьбу многих ставить в зависимость от же¬ лания одного человека. — И все-таки нет. Он резко взглянул на меня, казалось, смирившись с моим «нет». — Вы сказали мистеру Мидросу, что интересуетесь Эдит Кейн. — А вы нет? — спросил я. Он улыбнулся. — Ею все интересуются. — Больше, чем вы думаете. — Значит, вы ее подозреваете,— констатировал он. — Мистер,— сказал я,— я никого не подозреваю. Я точно знаю. 32
— Тогда вы сами опасны. — Мидрос...— начал я. — Да, мистер Менн? — Неужели моя репутация так плоха, что я должен это стерпеть? Я встал и взял шляпу. — Иногда приходится, сэр,— сказал он. — Но не в этом случае,— заметил я. Казалось, он смотрел сквозь меня. — Да, пе в этом случае,— повторил Мидрэс. VII Выходя из такси около отеля, я заметил следовавший за мной «хвост». Он держался позади меня на расстоянии квартала, и я понял, что за мной будет следить целая це¬ почка агентов. Это означало, что они станут действовать осторожно. Я проскользнул в телефонную будку, позвонил Туми в «Честер-отель» и сообщил о слежке. Разговор продол¬ жался меньше полминуты, и я вошел в отель. «Хвост» проводил меня до входа, а в вестибюле слеж¬ ку за мной принял второй агент. Но он не стал поднима¬ ться со мной наверх, а передал меня третьему. Я увидел его через замочную скважину своей двери. Теперь ежеминутно можно было ожидать серьезного поворота событий. Но на этот раз я не собирался висеть за окном. Этот этаж был выбран мной обдуманно: примерно в метре под моим окном вокруг всего здания шел карниз. Я вылез на него и, балансируя, перебрался к соседней комнате, кото¬ рую заранее снял. Открыв ее дверь, я увидел третьего агента за работой: он возился с замком двери покинутой мной комнаты. Я сказал: «Привет, парень!». Он круто повернулся и бро¬ сился на пол. Я выстрелил из пистолета и промахнулся (в третий раз за двадцать лет). Потом настал мой черед упа¬ сть па пол, потому что в стену рядом с моей головой уда¬ рилась пуля, а мне не хотелось получить следующую. Тут пуля разбила лампочку под потолком, и на три се¬ кунды полутемный коридор превратился в грохочущий ад. Когда дым рассеялся, я увидел, что поле битвы опусте- 2 Заказ 1828 33
л о, если не считать меня, лежащего на полу, и Туми, стоявшего в конце коридора с пистолетом в руке. Да, было еще кое-что. У двери моей первой комнаты лежал автоматический кольт-35, калибра 7,65 с пятнами крови. — Черт возьми, вы не теряете времени зря,- произнес я. Туми усмехнулся и помог мне встать. — Я люблю наблюдать моих коллег за работой. Подняв пистолет, я осмотрел его и отдал Туми. Это была старая модель, но в хорошем состоянии. — Неплохая игрушка,— констатировал я. — Слишком опасная,— заметил он.— Эрни Бентли рассказал мне о вашем последнем приключении. Тогда тоже был пистолет калибра 7,65. Я знаю многих людей, которые носят такую штуку. — Я тоже, но это нам не поможет,— ответил я. — Во всяком случае, я отдам пистолет в лабораторию, пусть определят группу крови. А теперь пошли. Мы дол¬ жны исчезнуть до приезда полиции. На лестнице он придержал меня за руку. — Здесь тоже следы крови! Вот где они спускались. Но вскоре след прервался. — Сколько выходов из отеля?—спросил он. — Два. Это угловой дом, но к обоим выходам можно пройти только через вестибюль. Вряд ли они станут ждать нас, если один из них ранен. — Ну что ж, рискнем,— сказал Туми.— Кажется, вам эта игра в прятки доставляет удовольствие? — Огромное. Когда мы вышли в вестибюль, у входа в отель остано¬ вилась первая полицейская машина. Прежде чем копы успели до отказа набиться в холл, мы вышли через зад¬ нюю дверь. «Забавная ситуация,— подумал я,— враги стреляли в меня, защитника государства, и теперь я должен бежать от властей так же, как и они». Мы не торопясь пошли на север, миновали два кварта¬ ла и завернули в бар, где заказали кофе. Я сказал Туми: — Вы появились с быстротой молнии. Как вы узнали, что дело такое срочное? — Предположил. Кроме того, за несколько минут до 34
этого я разговаривал с Грейди. Вам грозит опасность, Тайгер. — Это для меня не новость. — Грейди получил сообщение из-за океана. Против¬ ник занес вашу фамилию в список «А». — Что это означает? — Что вас нужно немедленно и любыми средствами ликвидировать. Думаю, вам лучше уйти в тень. — Значит, насколько я понимаю, таким средством стал кольт-35. Туми пожал плечами. — Это их излюбленное оружие. Уверен, что этот пи¬ столет не зарегистрирован. Его могли провезти контра¬ бандой в дипломатическом багаже. — К чему столько сложностей? — На этот раз, Тайгер, мы их опередили, но в следую¬ щий я могу и опоздать. Во всяком случае, Грейди хочет, чтобы вы ушли в укрытие. — Не думаю, что это правильно. Туми допил кофе и положил на стойку пятьдесят цен¬ тов. — Речь идет о вашей голове, а не о моей. — Вот именно. Сделайте мне небольшое одолжение: проверьте Джона Фредерика Тэлбота из Британского по¬ сольства и секретаршу посольства при ООН Грэтхен Ларк. Туми записал имена и пообещал: — Это не займет много времени. — Как вы собираетесь действовать? Он покачал головой. — У меня тоже есть свои маленькие тайны. Вы хотите выехать из отеля? — Мне не остается ничего другого. — Я распоряжусь, чтобы ваши вещи поместили в «Че¬ стер-отеле», рядом со мной. Нам еще предстоит выслу¬ шать нотацию мистера Уотфорда по поводу этой опера¬ ции. — Местная полиция будет не в восторге от вмешате¬ льства в ее дела. — Старина, надеюсь мне не нужно напоминать вам, что мы действуем на международной арене, или вы дер¬ жите в голове только одно дело? — Откажитесь. — Нет, этого я не могу. Вы хотите свести с Эдит Кейн 35
личные счеты, однако эта операция важнее, чем простая месть. Вы принадлежите к нашей группе и знаете правила игры. Годы работы наложили на вас неизгладимый отпе¬ чаток, знаете вы об этом или нет, и, несмотря на все лич¬ ные интересы, это дело является для вас и заданием. Вы поняли? — Во всяком случае, вы потратили много красноре¬ чия, чтобы объяснить мне это. — Что же касается приказа Грейди, то, думаю, он знает вас лучше, чем вы себя. — О’кей,— с улыбкой сказал я,— уйду в укрытие. Сказать-то сказал, но про себя решил довести игру до конца. Я так глубоко уйду в укрытие, что даже мои чрез¬ мерно заботливые друзья по борьбе потеряют меня из ви¬ да. Я хотел сам разоблачить Рондину, сорвать с нее ма¬ ску, а потом убить. И черт с ними, со всеми приказами и международными конфликтами. Когда я вошел в кабинет Уолли Гиббонса, он дописы¬ вал последние строчки своего ежедневного обозрения. За¬ кончив, он проглядел статью, сунул ее в конверт и, отдав курьеру, повернулся ко мне. — Весьма неподходящее время для посещения. — Ночью все кошки серы,— ответил я и швырнул на стол пакет с фотографиями.— Твои снимки Эдит. Я хочу их вернуть. — Они пригодились? — Пройдет какое-то время, прежде чем начнут посту¬ пать ответы. — Что ж, желаю успеха, хотя я в нем мало увереп. — Почему? — Я навел справки о ее семье. — Этот материал у тебя здесь? — Да. В коричневой папке. Я взял папку. Там был отчет на десяти страницах с ко¬ пиями всех документов. — Основательная работа,— заметил я. — Ты видишь? Одна из лучших английских семей. Че¬ тыре дочери и два сына. Старшая дочь Диана ногибла во время налета на Лондон, младший сын был летчиком, его сбили в сорок четвертом году. Рут и Патриция замужем за кадровыми военными. Старший сын — Вернон—холо¬ стяк и занимает высокий пост в Адмиралтействе. Отец умер в 1951 году, мать является в своем роде вдовствую¬ 36
щей королевой, играет видную роль в обществе и попе¬ ременно живет то в поместье, то в городском доме. Ни одного пятна на фамильном гербе. — Неужели? — Да. Если есть в старой доброй Англии почтенная семья, то это Кейны. Чистые, как стеклышко, никакого намека на скандал. Браки всегда заключались с равными по происхождению людьми. Кейны оберегают свою репу¬ тацию, как мы Форт Нокс. — Ха-ха! — Можешь смеяться сколько угодно, но попробуй найти хоть один пункт, который подкрепил бы твои по¬ дозрения. Тебе это не удастся. В этой картине нет ни одно¬ го слабого места. Неужели ты думаешь, что Эдит Кейн не проверяла Британская разведка перед ее поступлением на государственную службу. Там нельзя получить ни одного государственного поста, если не пройдешь через Службу безопасности. — Могу назвать тебе несколько человек, которым это удалось. — Я тоже, но это исключения. — Об этом я и говорю. Могу я на некоторое время оставить этот материал у себя? — Да,— ответил Уолли. Потом он заколебался и нах¬ мурился.— Но на тот случай, если... ну... Я кивнул. — Не беспокойся, ты пожнешь все лавры. Станешь ге¬ роем дня. Он по-прежнему был серьезен. — Тайгер... — Что? — Я узнал кое-что и о тебе. — Что именно? — Кажется, ты довольно важная персона. — Вот как! — Ты хочешь мне еще кое-что рассказать? — Нет. — То, что я узнал о тебе, звучит довольно странно. Теперь я понимаю, почему ты иногда неожиданно исче¬ зал. Это многое объясняет. Я смотрел на него ничего не выражающим взглядом. — Для тебя было бы лучше молчать на эту тему. Уолли кивнул. Я поблагодарил его за материалы об Эдит и встал. У двери я повернулся и посмотрел на него. 37
Он сидел в кресле, нахмурившись. Я знал, о чем он ду¬ мает. Может быть, стоило рассказать ему всю историю? В конце концов, ему тоже нужна была толика разнообра¬ зия в жизни. На следующий день от Томаса Уотфорда мне пришел вызов явиться в пью-йоркское бюро ЦРУ, чтобы дать от¬ чет о перестрелке в отеле. Вызов был передан через Туми, с которым Уотфорд поддерживал связь, и тон его был та¬ ким, что не явиться было нельзя. Когда я вошел в комнату, Уотфорд не затруднил себя представлением. Члены бюро сидели за столом для засе¬ даний, и во главе стола стоял один пустой стул, на кото¬ рый Уотфорд указал мне. Я уселся, воображая себя подсу¬ димым. Мои судьи не относились к типу педантов и чиновни¬ ков. Двое из них были умелыми практиками, которых я знал, двое других были близки к ним. Пятым был здоро¬ вый мужчина с тяжелыми плечами, суровым взглядом и твердым ртом. Во время войны он был генералом, а те¬ перь консультировал президентов и послов по вопросам холодной войны. Должно быть, они заседали уже в течение нескольких часов. На столе не было почти никаких бумаг, но стояла пепельница, полная окурков, а в комнате висел густой дым. На то, что здесь велся серьезный разговор, указыва¬ ли также два графина — один пустой, а другой полный во¬ ды со льдом. Я приветствовал всех коротким поклоном и сел. Это было их шоу. Уотфорд сказал: — Мы хотим получить от вас объяснения по поводу происшествия, случившегося вчера вечером. Я помолчал, потом проговорил: — Все обстоит очень просто. На меня напали. — Почему? — В нашей профессии всего можно ожидать. — Пожалуйста, без уверток. Вы сняли на чужое имя вторую комнату, и вас видели влезающим в ее окно. Это доказывает, что вы можете сказать нам больше. — Возможно. — Кто были эти люди? — Пули осмотрены? 38
— Большинство из них калибра 7,65, одна 45-го и две 38-го. Уотфорд откинулся на спинку стула. — Мы знаем, откуда были пущены две последние пу¬ ли. — Туми передал вам найденный нами пистолет? Он кивнул. — Пистолет не зарегистрирован. Иностранного про¬ изводства. После войны осталось много такого оружия в качестве сувениров. — Это не сувенир, он был ввезен контрабандой,— сказал я. — Возможно.— Уотфорд обвел взглядом собрав¬ шихся.— Что вы можете сообщить нам по поводу первого случая. — Можно позвонить по телефону? — спросил я. — Уж не собираетесь ли вы связаться с адвокатом? — А разве похоже? Он указал телефон на соседнем столе. Я встал, набрал номер Туми в отеле и спросил его: — Вы получили результаты экспертизы пистолета? Туми был краток. — То же оружие, что и в первом случае. Вы были пра¬ вы. — Благодарю.— Я положил трубку, вернулся к свое¬ му стулу и сел.— Это была та же банда, что и в первый раз. Теперь заговорил тяжеловесный мужчина, сидевший напротив меня по другую сторону стола. Он наклонился вперед, посмотрел на меня пристально и зашевелил губа¬ ми: — Не в наших привычках, мистер Менн, открывать перед кем бы то ни было свои карты, но в данном случае придется сделать исключение. Я могу только гадать, как вашей группе удалось добиться такого внимания. Мне это не нравится, и в ближайшее время я постараюсь все изме¬ нить. Но в данный момент я получил инструкции рабо¬ тать вместе с вами. — Очень рад. Он игнорировал сарказм, таившийся в моих словах. — Мы тоже исследовали этот пистолет. Выяснилось, что из этого оружия были убиты наш курьер и два незна¬ чительных сотрудника Британского посольства, случайно имевшие отношение к «Интеллидженс сервис». 39
— Теперь, по крайней мере, я понимаю, на чьей сторо¬ не стою. — Мы не нуждаемся в вас, мистер Менн. — Но, тем не менее, я вишу у вас на шее Выпустите кота из мешка. - Это я и собираюсь сделать. Мы очень заинтересо¬ ваны в том, чтобы найти человека, убившего их. Вы може¬ те нам помочь, послужив в качестве подсадной утки. Что с вами при этом произойдет, нас не интересует. Вы сами влезли в это дело, сами теперь и расхлебывайте. Мы поль¬ зуемся вами только как приманкой, можете называть это так. Если вы при этом погибнете, то мы достигнем двоя¬ кой цели. Во-первых, вы наведете нас на след вашего убийцы — человека, которого мы ищем, и, во-вторых, из¬ бавите нас от своего любопытства. Я выражаюсь доста¬ точно ясно? — Абсолютно, сэр,— ответил я.— Только вы забыли об одном. Открыть мне ваши карты, как вам было прика¬ зано. Покраснев, генерал сердито сказал: — Один из агентов Британской разведки успел перед смертью описать убийцу. По его словам, это был худоща¬ вый человек среднего роста с высоким лбом и длинными темными волосами. Особая примета: нажимает на курок пистолета не указательным пальцем — он у него не сги¬ бается,— а средним. — Что-то этот агент был слишком наблюдательным для умирающего. — Он был опытным сотрудником. Сообщник этого убийцы немного выше ростом и более крепкого сложения. Наш агент сообщил только, что у него круглый рот. До¬ вольно странное описание, но агент умер, прежде чем успел что-то добавить. — Но ведь это не все, что у вас есть? Подумав, генерал кивнул: — Есть еще имя. Мы предполагаем, хотя точно не знаем, что первый человек — это агент противника по имени Видор Чарис. До сих пор полем его деятельности была Южная и Центральная Америка.— Он испытующе посмотрел на меня.— Странно, что вы не знаете его, ми¬ стер Менн. Я твердо выдержал его взгляд. — Я слышал о нем. Слышал?! Не то слово! Я охотился за ним в течение 40
двух лет. Мне была известна причина, по которой он не мог нажимать курок указательным пальцем: его повреди¬ ла моя пуля, когда Чарис пытался взорвать здание. Имен¬ но из-за этой неудачи он впал в немилость у начальства и вынужден был выслуживаться, занимаясь черновой ра¬ ботой. Неудивительно, что он спит и видит меня убитым. — Вы нам больше ничего не сообщите? — спросил ге¬ нерал. — Нет. Вы вызвали меня. Я пришел. Вы сделали мне' милое предложение. Теперь я могу идти? — Катитесь ко всем чертям! — взорвался Уотфорд. Я оглядел сидящих, стараясь запечатлеть в памяти их лица. Они ненавидели меня, не нуждаясь во мне. Это меня вполне устраивало. Я встал, выпил несколько глотков во¬ ды со льдом, коротко кивнул и вышел. VIII Наступила пятница. Дождь прекратился, и над здания¬ ми выше двадцатого этажа висел туман. Прохожие на улицах все еще были в плащах и с зонтиками: они не очень доверяли прогнозу. Перед зданием ООН была стоянка такси, машины бы¬ стро разбирались служащими. Я подождал десять минут, потом вышла Рондийа с высокой брюнеткой в желтом па¬ льто. Они пошли в мою сторону, не замечая меня. Брюнетку я уже видел один раз. Это была та самая женщина, с которой Бертон Селвик ездил обедать в Грин- вич-Вилледж. Когда они поравнялись со мной, я сказал: — Привет, Рондина. Она должна была бы испугаться, но этого не произо¬ шло. Прекрасно владея собой, она быстро повернула го¬ лову ко мне, только ее улыбка была слишком натянутой. — О, Тайгер...— произнесла она. — Я как Агасфер *,— сказал я, бросив вопроситель¬ ный взгляд на брюнетку. — Тайгер Менн — Грэтхен Ларк,— представила нас Рондина. — Очень рада, мистер Менн. Тайгер — это ваше про¬ звище? ♦ Агасфер (Вечный жид) — герой средневековых сказаний, осужден¬ ный богом на вечную жизнь и скитания. (Прим, рсд.) 41
— Нет, настоящее имя. — Очень оригинально. Вызывает определенные ассо¬ циации,— со смехом заметила Грэтхен и вопросительно посмотрела на Рондину.— А Рондина? — Это прозвище,— пояснил я.— Мы старые друзья. Она подняла брови и понимающе улыбнулась. — Ну, тогда я исчезаю и оставляю старых друзей нае¬ дине. — Но...— попыталась возразить Рондина. Я подмигнул Грэтхен и взял Рондину под руку. На се¬ кунду мне показалось, что она вырвется от меня: ее муску¬ лы напряглись, но я сжал ее руку, и она покорилась. Повернувшись к брюнетке, она сказала: — Я позвоню тебе завтра, Грэтхен. — Хорошо. До встречи, Тайгер. — До встречи,— сказал я. Большая часть служащих уже разъехалась, мы легко взяли такси и поехали в «Голубую ленту» на 44-ю улицу. Я откинулся на спинку сиденья. Рондина сидела рядом со мной. Это была романтическая поездка, почти такая же, как двадцать лет назад. Тогда мы сидели в темноте, касаясь друг друга, и я чувствовал, как во мне просыпается лю¬ бовь. Мы молчали, слова были не нужны, каждый и так знал, о чем думает другой. Я закрыл глаза, забыв, что один раз эта женщина уже замышляла меня убить, и с тру¬ дом удержался от желания взять ее за руку. Такси остановилось на перекрестке, и я услышал ее прерывистое дыхание. Она дрожала от страха. Она знала, что умрет, но не знала когда. Я мрачно усмехнулся, пото¬ му что этого и добивался. У ресторана мы вышли, и, пока я расплачивался, она стояла рядом, несомненно спрашивая себя, не здесь ли это произойдет. Мы вошли в ресторан, сели за столик в нише и заказа¬ ли «хайболлы» и бифштексы. Когда я взялся за свой ста¬ кан, она впервые заговорила: — Ты делаешь огромную ошибку, Тайгер. — За всю свою жизнь я сделал только одну огромную °Шибку, а именно — поверил тебе, но это больше никогда повторится. Вдруг лед в ее глазах растаял, они стали теплыми 11 влажными, как ее губы. Это был старый прием Рон- ^Ины. 42
Она закинула голову, и я стал искать взглядом шрамы от пластической операции, но не нашел. — Мне непонятно твое поведение, Тайгер,—сказала она.— Ты все еще хочешь убить меня? — Да. — Но зачем тогда этот поход в ресторан? — Чтобы ты немного рассказала мне о себе и удовлет¬ ворила мое любопытство. Как тебе это удалось, Рондина? Она свела брови. — Что? — Войти в семью Кейнов? Она твердо посмотрела мне в глаза. — Я родилась в ней. Можешь справиться, и тебе подт¬ вердят. — Мне и подтвердили, но я на этот счет другого мне¬ ния. Она открыла портсигар, зажала сигарету в зубах и по¬ дождала, пока я дам ей закурить. Глядя на меня поверх пламени, она спросила: — Как же, по твоему мнению, это произошло? — Допустим, есть древняя почтенная семья с гордыми традициями и незапятнанной репутацией, и вдруг кто-то обнаруживает ее «скелет в шкафу» — никому не известное пятно на родовом гербе. Как поступит семья в таком слу¬ чае? Вероятно, всеми силами постарается замять дело. Старый трюк, дорогая. Рондина побледнела, и я понял, что попал в цель. Она нервно смяла сигарету, но потом взяла себя в руки. — Чем ты шантажировала Кейнов, Рондина? Она процедила сквозь зубы: — Как бы мне хотелось задушить тебя. — Я знаю. Потом она подавила в себе ненависть и хладнокровно спросила: — Почему бы тебе не узнать об этом у Кейнов? — Я непременно это сделаю. У меня есть люди, спе¬ циально занимающиеся этим. На днях я разослал твои фото специалистам по пластическим операциям. Рано или поздно, но я узнаю, кто и где сделал тебе операцию. А мо¬ жет быть, в России? Она улыбнулась. — Придется тебе самому установить, Тайгер. — Совершенно верно. Ты мне только солжешь, как всегда. 43
Официант принес бифштексы, и, дождавшись его ухода, мы снова принялись за игру в вопросы и ответы. Это на¬ поминало фехтование на шпагах. Мне было приятно с Рондиной, как и раньше, когда мы стояли по разные сто¬ роны— любовники и враги одновременно. — Родители? — спросил я. — Ричард и Агнесс Кейн. Отец родился в 1892 году, умер в 1951-м. Мать родилась в 1896, еще жива.— Улыбнувшись, она продолжала: — Сестры: Рут, Патри¬ ция и Диана. Братья: Вернон и Джон. Диана и Джон поги¬ бли во время войны. Точные даты... — Не нужно. Фамильный герб? — Два единорога держат пурпурный щит с попереч¬ ными полосами, под ним свиток с надписью... — Ты здорово все вызубрила,— прервал я ее.— У тебя всегда были большие способности. Потом я вдруг спросил: — Ты еще помнишь Кола Хаггерти, Рондина? Она вопросительно посмотрела на меня: — Кого? — Ну, может ли человек так лицемерить? Ты убила его. Прошила из своего пистолета сразу после того, как выстрелила мне в грудь. Вилка задрожала в ее руке. — Тебе неприятно об этом вспоминать? Черт возьми, а я совершенно хладнокровно думаю о тех, кого убил. Они заслужили это. По твоему мнению, Кол и я тоже за¬ служили смерть, так что сентиментальность тут ни при чем.— Я взял стакан и сделал несколько глотков.— Или ты теперь сама боишься? Она снова овладела собой. — Нет,— сказала она,— не боюсь. — Напрасно. У тебя есть все основания бояться. Мы продолжали есть, перебрасываясь время от време¬ ни замечаниями, потом я расплатился, и мы вышли. Нас можно было принять за супружескую чету, никому и в го¬ лову не пришло бы, что идут палач и жертва. На углу Бродвея я остановил такси, и мы сели в него. Я дал водителю адрес Рондины и откинулся на спинку си¬ денья, улыбаясь в душе. Она была на пределе нервных сил, чего я и добивался. Она положила свою сумочку между нами. Я прижал ее бедром и понял, что в ней пистолет. Для меня не состави¬ ло большого труда дождаться, когда она будет смотреть 44
в окно, открыть сумочку, незаметно вытащить обойму и снова закрыть ее. Обойму я положил себе в карман. Полковник Корбинет хорошо обучил нас, и мы еще пом¬ нили его уроки. Она не стала возражать, когда я вышел из машины вместе с ней и последовал в дом, но она остановилась око¬ ло швейцара и портье и перекинулась с ними парой слов. Оба мужчины имели достаточно времени, чтобы рассмо¬ треть меня. Кроме того, она спросила о точном времени и поставила свои часы. Таким образом, два свидетеля мо¬ гли опознать меня и назвать точное время нашего прихо¬ да. Но она не знала, что я пошел к ней не для того, чтобы убить ее. Пока еще нет. Она нажала на кнопку двенадцатого этажа. — Неплохо сработано, Рондина,— заметил я. Она поняла, что я имею в виду, и улыбнулась. — Ты считал меня более бездарной? — Ни в коем случае. Однако во время нашей разлуки ты усовершенствовалась. Она загадочно улыбнулась. Она так держала свою су¬ мочку, чтобы в любой момент выхватить из нее пистолет. Правда, это было заметно только профессионалу. Я взял у нее ключ и открыл дверь. Она вошла в кварти¬ ру, оставив дверь открытой, й спросила* — Выпьешь на дорогу, Тайгер? — Охотно. Она повернула выключатель, который, казалось, об¬ служивал всю квартиру. В разных концах комнаты заго¬ релось несколько ламп, а из скрытого динамика послыша¬ лись первые такты симфонии Брамса. Она сбросила пальто на спинку кресла, положила на сиденье сумочку, подошла к бару и стала манипулировать стаканами и бутылками. Подав мне стакан, она отпила из своего и поставила его. Потом прошла в спальню, оста¬ вив дверь открытой. Через минуту она вышла в голубом стеганом халате, под которым — я знал — ничего не было. При каждом ша¬ ге полы халата открывали белизну ее ног, и высокий пояс поддерживал грудь, видневшуюся в глубоком вырезе. Я был разочарован. Нет, не внешностью Рондины— она была так же хороша, как и прежде, а тем, что она сочла меня простаком, способным клюнуть на ее старые уловки. 45
Во всяком случае, она облегчила исполнение моего наме¬ рения. — Прелестно,— сказал я.— Ты можешь заработать кучу денег, позируя для журналов. Она улыбнулась. — Спасибо. Ты допил? — Я жду второго стакана. — Сейчас. Она не заметила, что я вылил первый, и подала мне еще. Я сделал глоток и подошел к окну. Ее квартира выхо¬ дила окнами на Центральный парк, и с двенадцатого эта¬ жа был виден весь его громадный прямоугольник. — Славная картинка, Рондина. Наверное, стоит не ме¬ ньше тысячи в месяц. Если учесть твое жалованье в ООН, она тебе не по карману. — У меня есть рента,— сказала она.— Положение в ООН обязывает меня поддерживать определенный ста¬ тус. И семья считает точно так же. — У меня есть другое объяснение. — Какое же? Я повернулся и посмотрел на нее. Она стояла в центре комнаты, сознавая свою красоту. — Согласен, у тебя есть свой доход, но его источни¬ ком является не твоя семья, а враждебное нам правитель¬ ство. Она покачала головой. — Допустим, ты сказала правду, но только наполови¬ ну. Возможно, деньги дают тебе Кейны, но только за то, что ты держишь их в руках, зная какую-то тайну.— Я тор¬ жествующе улыбнулся.— Остроумный шантаж — отлич¬ ное алиби для денег. Она снова побледнела. — Через несколько дней я узнаю тайну твоей семьи,— продолжал я.— То, что смогла сделать ты, смогу и я. Я действую не один. Мне помогают парни, которые ра¬ скопают все что угодно. — Тайгер... — Что произошло с твоим братом и сестрой, которые якобы погибли во время войны? Может быть, нам даже так повезет, что мы отыщем темное пятно на гербе Кей¬ нов. — Дьявол! Она швырнула в меня стакан. Он ударился о стену и разбился. Я не шевельнулся. 46
— Они мертвы! Оставь мою семью в покое! — Ее го¬ лос прервался. Я улыбнулся. — Дорогая,— сказал я,— какая у тебя плохая память. Ты совсем забыла своего Тайгера. Неужели ты не пом. нишь, что я ничего не бросаю на полдороге. Я разузнаю все до конца и приму такое решение, которое погубит тебя. Я слишком сильно любил и потому теперь так силь¬ но ненавижу. Вспомни, дорогая. Вспомни, о чем мы мечта¬ ли в конце войны. Иметь домик у моря и детей. Сколько детей ты хотела? Ах, да, четверых! Боже, как я был тогда счастлив... и как глуп. Я совершенно ослеп от любви... Я подарил тебе жизнь и забыл о деле, а потом ты выстре¬ лила в меня. Любовь? Черт возьми, да ты не знаешь, что это такое. Взгляд Рондины стал печальным. Она по-прежнему была великолепной актрисой. Вдруг она спросила: — Ты меня еще любишь, Тайгер? Я ответил не раздумывая: — Конечно, и никогда не перестану любить. Но это не помешает мне убить тебя. В душе у меня все перегорело. — Ты действительно хочешь убить меня? — Да. И сделаю это, как только узнаю о тебе все. Симфония приблизилась к торжественному финалу. Наступил подходящий момент выполнить задуманное. Я уселся со стаканом в руке на ручку кресла и посмотрел на Рондину. — Сними халат. Она удивленно открыла глаза. Ее руки непроизвольно потянулись к вырезу и стянули его. Я встал, и она стала медленно отступать, пока не ока¬ залась около софы. Я сделал несколько шагов к ней. — В чем дело, моя радость? Разве я не видел тебя де¬ сятки раз обнаженной? Я знаю каждый сантиметр твоего тела, так что не разыгрывай недотрогу. — Тайгер... Дрожание ее губ было настолько естественным, что можно было поверить, не знай я Рондину. — Сними,— сказал я,— или это сделать мне? Она вцепилась в спинку софы. Вряд ли бы она испуга¬ лась больше, если бы я направил на нее пистолет. — Прошу тебя,— сказала она.— Зачем... 47
Я усмехнулся. — Ты решила, что я собираюсь тебя изнасиловать? Нет, я хочу только посмотреть, как далеко заходит твоя пластическая операция. Прошло несколько секунд, прежде чем она решилась. Закусив губы, она отняла руки от спинки софы и стала на¬ щупывать застежку пояса. Расстегнув ее, она одним дви¬ жением сорвала с себя халат, отшвырнув его,— и встала, вызывающе глядя на меня, как трагическая героиня. В одну секунду я вернулся в прошлое на двадцать лет назад, в тот день, когда Рондина и я прятались в одном са¬ рае во Франции, а снаружи нас искали партизаны. Силь¬ ный ливень смыл наши следы. Убедившись, что мыв без¬ опасности, мы начали танцевать от радости, и эта вакха¬ налия закончилась неистовыми объятиями. Она плясала на земляном полу, сбрасывая с себя одежду. И теперь она стояла так же, сжав гордый рот, и дрожь проходила по ее телу — только на этот раз дрожь ненави¬ сти. — Да, неплохо. Хирурги проделали большую рабо¬ ту.— Мне было нелегко говорить холодно и деловито- Парафиновые впрыскивания, невидимые швы, строгая диета, регулярная гимнастика и массажи могут стереть следы многих лет, но воспоминаний они не уничтожат. Я отступил, рассмеялся и повернулся к двери. Я услышал, как она что-то проговорила, подавив ры¬ дания, потом окликнула меня: — Тайгер, повернись. Я подчинился. В руке она держала пистолет, а сумочка лежала открытой в кресле. — Я могу убить тебя, если захочу — Нет, не можешь, ты слишком многое забыла.— Я вынул обойму из кармана и швырнул к ее ногам.— Вот, держи. Попробуй с заряженным, если хватит силы воли. Она изумленно посмотрела на бесполезный кусок же¬ леза в руке, зарыдала как ребенок и опустилась на колени закрыв лицо руками. В этом была вся Рондина. Больше всего она огорча¬ лась, если ее перехитрили. Я вышел из квартиры нс оборачиваясь. Прождав несколько минут и убедившись, что все про¬ езжающие машины заняты, я пошел на восток по Брод¬ вею. Я решил отказаться от такси. Мне нужно было поду¬ мать о Ропдине. У меня из головы не выходила картина: 48
она, обнаженная, стоит на коленях и плачет в бессильном гпеве. Как получилось, что она посвятила свою жизнь разру¬ шению? Как могла такая прекрасная женщина, созданная для любви, найти свое призвание в ненависти, коварстве и смерти? Правда, война заставляла многих выбирать это, но после нее она могла вернуться к нормальной жи¬ зни. Мы могли бы быть счастливы друг с другом, несмо¬ тря на то, что принадлежали к разным лагерям. Может быть, тогда и моя жизнь сложилась бы иначе. Однако две прощальные пули Ропдины и меня заставили искать заб¬ вение и удовлетворение в джунглях холодной войны. Но что заставило ее продолжать шпионскую работу? Патриотизм? Нет. Она свободно меняла лагеря, чтобы приобрести и удержать то единственное, в чем нужда¬ лась,— власть. Сегодня я восторжествовал над нею, я, погибший, как она предполагала, от ее руки. Поэтому она и расплака¬ лась. Теперь она возненавидит меня вдвойне. Размышляя над ближайшими планами Рондины, я не заметил приближающуюся машину и очнулся от мыслей только при звуке первого выстрела. Пуля не попала в меня, но я понимал, что за первым выстрелом после¬ дуют другие, и бросился ничком на асфальт позади стояв¬ шего «бьюика». По кузову протарахтела поспешная оче¬ редь из автоматического пистолета. Я выстрелил из-за ба¬ гажника в заднее стекло удаляющегося «форда». Я успел выстрелить еще раз и услышал шум второй машины. Из нее выпрыгнул мужчина, чтобы обойти меня с тыла, но я выстрелил в него, и он свалился как подко¬ шенный. Я послал пулю в окно проезжающего автомо¬ биля и увидел, как шофер упал головой на руль. Машина завихляла и остановилась, упершись в «кадиллак». Ее мо¬ тор еще некоторое время работал. В подобных случаях никогда не надо сбегать с места происшествия, всегда следует идти медленно и неторо¬ пливо. На такого человека никто не обратит внимания. Я спокойно подобрал бумажник нападавшего и свернул в боковую улицу. Первую полицейскую машину я услы¬ шал только у Таймс-сквер, сел в такси, доехал до пере¬ крестка и вылез. На станции метро я зашел в туалет и осмотрел бума¬ жник. В нем было только 32 доллара мелкими купюрами и ничего больше. Я уже собирался выбросить бумажник, 49
но тут обнаружил секретное отделение. В нем лежала но¬ вая тысячедолларовая банкнота. Я сунул ее в карман вме¬ сте с мелкими деньгами, вышел на платформу и незамет¬ но бросил бумажник на рельсы. Поднявшись наверх, я купил бутылку кока-колы и вы¬ пил ее в честь благополучного избавления от опасности. IX Полчаса спустя я позвонил из телефонной будки в Лондон и связался с Питером Джонсоном, руководите¬ лем отделения нашей организации. Пару дней назад я просил его навести справки о судьбе Рондины. Группа его состояла из четырех человек. Они уже несколько месяцев скучали без работы и обрадова¬ лись заданию. Правда, Джонсон предупредил меня, что¬ бы я не рассчитывал на блестящие результаты. Однако теперь он сообщил мне интересную новость. При расследовании судьбы Рондины он столкнулся с не¬ ким французом, партизанившим во время войны. Тот со¬ общил, что Рондина дважды совершала побег из тюрьмы, но ее ловили и, в конце концов, расстреляли. Правда, пол¬ ной уверенности у француза не было, а проверить эти слу¬ хи теперь уже невозможно. Если эти сведения верны, то для Рондины не составля¬ ло особого труда сменить личность. Для этого было не¬ мало возможностей. Настоящая Эдит Кейн исчезла... так или иначе... а ее место заняла Рондина и стала работать дальше под этим превосходным прикрытием. Я попросил его покопать дальше и повесил трубку. Следующий мой звонок был по секретному номеру Мартину Грейди. Прошло не меньше пяти минут, прежде чем он подошел. Как обычно, он не назвал себя, а ждал, когда представится звонивший. — Это Тайгер,— сказал я. — Что, срочное дело? — Его голос звучал спокойно. — Да,— ответил я.— Мне нужна помощь. Кроме то¬ го, официальная секретная служба начала охоту на Видо¬ ра Чариса. Я должен опередить их. Чарис находится сей¬ час здесь. — Я немедленно свяжусь с Ньюарком. Как я могу с вами потом поговорить? — Завтра, точно в шесть по этому номеру.— Я назвал 50
ему номер.— Это телефонная будка на станции метро на Восьмой авеню. Разговор был закончен, и я повесил трубку. Через несколько минут в действие придет сила денег и начнет делать то, что не под силу правительству. По тайным каналам в самые низшие и высшие слои общества пойдет циркуляр с именами и описанием внешности, и ты¬ сячи людей, даже не подозревавших, на кого они рабо¬ тают. станут смотреть и слушать, чтобы заслужить выс¬ шую награду. Эта невидимая сеть поддерживается вла¬ стью денег, источник которых никому не известен. Во всяком случае, на следующий день к шести часам след Чариса был найден. Кое-что в разговоре с Грейди мне показалось стран¬ ным. Как правило, он лично ни с кем не разговаривал и не звонил. Он дал строжайшее указание связываться с ним только по обычным каналам. Почему же на этот раз он не отчитал меня за то, что я прямо связался с ним? Обстояло ли дело так серьезно? Или наоборот — несерьезно? В игре участвовала еще одна фигура, с которой мне хо¬ телось поближе познакомиться, и теперь у меня было на это немного времени. Я набрал номер Грэтхен Ларк. Про¬ шло несколько минут, прежде чем она подошла к телефо¬ ну и, запыхавшись, сказала: «Алло?». У меня было такое впечатление, что я ее от чего-то оторвал. Так оно и было. Я назвался, и она весело рассмеялась. — Тайгер... человек с забавным именем. Я только вы¬ лезла из ванны. Еще совсем мокрая. — Вытирайтесь. — Не могу. У меня нет полотенца под рукой. — Значит, вы стоите около телефона совсем голая и мокрая? — Хоть у нас пока еще и нет видеотелефона, но у меня такое ощущение, что вы меня видите. — Я могу описать вас во всех деталях. — Лучше не надо. Я рассмеялся. — Это вас очень волнует? — По-видимому, вам известно все. Где вы взяли мой номер? Его нет в телефонной книге. Я не стал ничего выдумывать, а просто сказал: — Для ковбоя, стремящегося к своей девушке, не су¬ ществует преград. 51
— Фу, мистер Менн, ведь вы только что встречались со своей девушкой. — Мыс Эдит просто друзья. Она и не рассчитывает на другие отношения. — Тайгер, у меня такое чувство, что вы собираетесь сделать мне безнравственное предложение. — Вы правы! — А как же Эдит? — Я ведь звоню вам, крошка, а не Эдит — Вы с ней поссорились? — Я никогда не ссорюсь с красивыми женщинами. Я хотел пригласить вас в один ночной клуб. — Что за клуб? — Забавный. Мне просто хочется поболтать с краси¬ вой женщиной. — Значит., вы звоните просто так? — Просто так. — Вы заинтересовали меня, Тайгер. Пожалуй, я пойду с вами. — Голая? — Нет, я оденусь, но если вы поторопитесь, то заста¬ нете меня без платья. — Я слишком далеко от вас. Прежде чем я доберусь, вы успеете одеться. — И все-таки... я не буду торопиться Я остановил такси на том же месте, с которого наблю¬ дал, как Бертон Селвик заезжал за ней. Но на этот раз я вышел из машины, пересек улицу и нажал кнопку звонка под ее фамилией. Раздался ответный зуммер, и я вошел. Грэтхен жила на верхнем этаже в студии со стеклянной крышей. Она действительно не торопилась с одеванием. Женщинам обычно нужно два часа, чтобы привести в по¬ рядок лицо, и только две минуты, чтобы натянуть платье. Лицо Грэтхен было готово, но все прочее было прикрыто короткой свободной блузкой в стиле богемы. — Привет, человек-тигр.—сказала она, открывая дверь Я улыбнулся. — Привет, бэби. На стенах висели картины, написанные маслом, пов¬ сюду лежали свернутые в трубки холсты, и две работы стояли накрытые на мольбертах Некоторые картины бы¬ 52
ли неплохи, но на большинстве был заметен налет диле¬ тантства. — Необычный стиль,— сказал я. — И неходовой. — Главное, что вам это доставляет удовольствие. Она вызывающе улыбнулась мне. — У меня есть много других способов доставить себе удовольствие.— Потом добавила невинным тоном: — Вы хотели посмотреть, как я буду одеваться. Пройдемте. — Нет, благодарю. Здесь интересней. Поторопитесь. Она насмешливо улыбнулась. — Я так и знала, что вы спасуете.— Она указала на хо¬ лодильник.— Можете пока выпить пива. — Охотно. Она вошла в спальню, не закрывая двери. Я нашел в холодильнике бутылку пива и налил себе. В ожидании Грэтхен я прошелся по комнате, чтобы выяснить ее вкусы. Они были разнообразны. Книжные полки забиты самой различной литературой — от класси¬ ки до детективов. Много книг было на немецком, француз¬ ском и испанском языках. На полке стояли шесть томов медицинской энциклопедии и десяток тетрадок с лекция¬ ми по юриспруденции. Итак, это была женщина с широкими интересами, жен¬ щина, которая хорошо знает, чего хочет. Может быть, из¬ лишне интеллектуальная, но все-таки женщина. Я поднял покрывало с одного мольберта. Портрет был незакончен, но позировавшего можно было узнать. Это был Бертон Селвик. Позади меня раздался голос Грэтхен: — Нравится? Она встала ко мне спиной, чтобы я застегнул ее платье, и разглядывала портрет через плечо. — Наверное, это ваша лучшая работа. Ее кожа под моими пальцами была теплой и упругой. — Почему вы не носите бюстгальтер? — спросил я. Грэтхен повернулась и вызывающе улыбнулась. — Потому что он мне не нужен. Или вы считаете ина¬ че? Я не мог не согласиться с ней. Она взяла кусок угля и стала подправлять плечо Сел- вика. Эти несколько штрихов усилили впечатление. До¬ вольная, положила уголь и вытерла кончики пальцев. 53
— Этот портрет предназначается в подарок его же¬ не,— сказала она.— У них через два месяца юбилей. — Как вам удалось получить заказ? Грэтхен взяла у меня стакан с пивом и сделала гло¬ ток. — Месяца три назад я выставила несколько своих ра¬ бот в Конвей-галерее, и во время обеденного перерыва весь штат нашего бюро пришел взглянуть на мои работы. Мистеру Селвику понравилось, и он сделал заказ. — Наверное, вы неплохо подрабатываете на этом? — Да, если 5 тысяч долларов в год можно назвать не¬ плохим заработком.— Она завесила мольберт.— Еще па¬ ра сеансов, и портрет будет готов. Только у мистера Се- лвика плохо со временем. Он слишком много работает и в последнее время чувствует себя неважно... Итак, допи¬ вайте пиво и пойдем. Раз мы выходим так поздно, этот ваш клуб должен быть чем-то из ряда вон выходящим. Я знал один погребок, который посещали только из¬ бранные, потому что предлагавшееся зрелище принадле¬ жало к числу запрещенных. В одной из боковых улиц Бродвея мы вошли в подъезд рядом с витриной, прошли по длинному коридору и по¬ стучали в дверь. В ней тотчас приоткрылась щель, в кото¬ рой блеснула пара глаз. Грэтхен испуганно схватила меня за руку. Управляющий улыбнулся, узнав меня, и открыл дверь. Это был приземистый широкоплечий парень со следами пороков на лице. — О, мистер Менн. Рад снова вас видеть. — Привет, Делл. Как дела? — Отлично, мистер Менн. Вам ваш обычный столик? — Да. Шоу уже началось? — Нет. Но скоро начнется. Вы пришли вовремя. Мы спустились вниз по лестнице в погребок, и передо мной открылась привычная картина этого клуба, как буд¬ то взятая напрокат из «Тысячи и одной ночи»: белые бур¬ нусы официантов-арабов и позвякивающие бубенчики на ногах девушек. Зал был громадным. В центре — свободное простран¬ ство для выступлений, а вокруг располагались столики. Публика разношерстная — от респектабельных пар в ве¬ черних туалетах до лохматых битников. Вдоль стен нахо¬ дились ложи с тяжелыми занавесями. Однако в этом экзо¬ 54
тическом заведении была современная климатическая установка, и в воздухе реял тонкий запах духов. Я указал Грэтхен па дверь дамского туалета и попро¬ сил не задерживаться. Когда она исчезла за портьерой, я подозвал Делла. — Я ищу здесь одного человека. — Я так и понял. — Его единственная примета — не сгибающийся ука¬ зательный палец. Возможно, он говорит с акцентом, но в этом я не уверен. Есть вероятность, что он будет не один, а со спутником, примета которого круглый рот, хотя я и не совсем ясно представляю себе, что это значит. — Они никогда не бывали здесь. — Я так и думал. Передай эти сведения дальше. — Награда обычная? — На этот раз еще и премия. Делл ухмыльнулся. — Всегда рад служить вам.— Он кивнул в сторону ко¬ ридора.— Вот идет ваша дама. Эффектная женщина. У таких всегда изысканный вкус. А как поживает та высо¬ кая рыжая? — Ее застрелили в Мехико. — О, как жаль. А что стало с тем злодеем, который это сделал? — Я утопил его в умывальнике. — Прекрасно. Делл передал нас бородатому официанту, и мы про¬ шли в ложу. Я заказал виски и отдернул занавеску, чтобы видеть происходящее внизу. Грэтхен была в восторге. — И это в центре Нью-Йорка! А я считала, что меня уже ничто не может удивить. — Бэби, есть множество вещей, которые вас удивят. — Но этот клуб... — Он называется «Погребок двух сестер». Атмосфера хорошо имитирована, но еда настоящая и, кроме того, здесь можно заказать все, что угодно — от убийства до абонементов на вечеринки с наркотиками. — Невероятно! — Но учтите, сюда допускаются только посвященные. Сегодня вы пришли со мной, а это достаточная рекомен¬ дация, но не вздумайте выдать никого из присутствую¬ щих, иначе получите соляной кислотой в лицо. — Как? А полиция... 55
— Бэби, полиция обходит такие заведения стороной, они бывают хорошими источниками информации, и их предпочитают сохранять, а не уничтожать. Запомните, что я вам сказал. — А вы не из полиции? — Нет,— ответил я,— но моя профессия помогает мне многое видеть и знать. — Что же это за профессия? Я пожал плечами. — Коротко говоря — агент. Мы ходим непроторен¬ ными тропами, разведываем недра. Последние пять лет я занимался каучуком, потом цинком и вольфрамом, а теперь — красным деревом. — Вам нравится ваша работа? — Да, если бы не жара п холод, не москиты и змеи, не бандиты. А как вам нравится ваша профессия? — О, я довольна. — Почему вы не занимаетесь только живописью? — Она приносит мало денег. Кроме того, я нахожу волнующей работу в ООН. По-моему, там делаются дела мирового значения. — Вы так думаете? Она не успела ответить, так как раздались протяжные удары цимбал, а потом вступили флейты и барабаны. В центре зала появились шесть смуглых темноволосых танцовщиц и закружились под восточную музыку. На них были только прозрачные покрывала и диадемы на голо¬ вах. Ритм музыки становился.все быстрее, и девушки кру¬ жились все стремительнее, так что покрывала обвивали их спиралями. Лица зрителей побледнели и покрылись испа¬ риной. Я заметил, что Грэтхен дрожит как в лихорадке. Сжав руки, она наклонилась вперед, как будто в любое мгновение готова была вскочить, сорвать с себя платье и броситься на сцену. В центре круга танцовщиц появился араб в белом бур¬ нусе и с длинным тонким хлыстом. Он отбивал им ритм и время от времени обвивал хлыстом талию танцовщицы, привлекая ее к себе. С ударом литавр девушки исчезли, и в луче прожекто¬ ра появилась женщина необычайной красоты. Вероятно, она была евразийкой и в ней слились лучшие черты двух рас. На ней не было ничего; кроме звенящих браслетов- колец на руках и ногах. Угольно-черные волосы свисали 56
до бедер и при каждом движении открывали ее юную грудь. На лице араба отразилось желание. Он щелкнул хлы¬ стом и обвил его вокруг талии девушки, как будто хотел перерезать ее пополам. Но на ее коже не осталось никако¬ го следа. Она освободилась от хлыста и продолжала тан¬ цевать. Одна женщина привстала со своего места, судорожно вцепившись в край стола. Позади нее стоял наготове офи¬ циант, чтобы удержать ее, если она бросится на сцену. По- видимому, такие вещи случались. В конце концов араб схватил девушку за талию так, что она не могла освободиться, и притянул к себе. Ритм музы¬ ки стал яростным. Он распахнул бурнус и окутал им деву¬ шку. Зазвенели цимбалы, пара опустилась на пол, и про¬ жектора погасли. Зажглось обычное освещение, сцена была пустой. — О, боже! — простонала Грэтхен. — Понравилось? Она с недоумением посмотрела на меня. — И вы можете оставаться таким спокойным? — Я видел это уже не раз, моя крошка.— Усмехнувшись, я добавил: — А вы чуть было не спрыгну¬ ли вниз на сцену. Грэтхеи покраснела.. — Это действует как гипноз. — В этом цель номера. — Все-то вам известно... хищник. Официант принес заказ и исчез. Она спросила: — Сколько языков вы знаете? - Еду, питье и женщину я могу потребовать почти на всех языках. Но обычно я предпочитаю английский.— Потом я небрежно спросил ее: —Как давно вы знакомы с Эдит Кейн? — С начала ее работы в ООН. — Вы близкие подруги? — Довольно. Кстати, почему вы не взяли ее с собой сегодня вечером? Мне кажется, вы поссорились. — Да..- Мы давно знакомы. Она рассказывала вам о своей семье? — Пару раз. Они довольно известные в Англии лю¬ ди— аристократы, военные, дипломаты и так далее. Она решила тоже запяться чем-нибудь серьезным и поэтому поступила в ООН. 57
— Как вам работается с Бертоном Селвиком? — спросил я. Она состроила гримасу. — Мне не так часто приходится иметь с ним дело. Я только дважды помогла его штату. Он очень милый. — То есть? — О, у него такое суховатое британское чувство юмо¬ ра, и он любит приправлять работу шуткой. Все женщины в ООН обожают его. Он очень умен и напоминает мне профессора, которого я когда-то знала. — Где? — В колледже, в Нью-Йорке. — Эдит, кажется, высоко ценит его? — Это потому, что они соотечественники. Когда они ходят вместе обедать, они говорят только об Англии. Кроме того, они часто работают вместе в его кабинете. Эдит готова работать день и ночь без всякой оплаты, лишь бы внести свою лепту, как она выражается. «Да, внести лепту в сбор информации, идущей по оп¬ ределенным каналам»,— подумал я про себя, а вслух сказал: — Такой она была всегда. И при этом не болтлива. — Так должно быть. Нас всех проверяет Служба без¬ опасности, а болтливый человек долго не задерживается в ООН. Как было недавно с одним атташе. Официант принес блюда с кушаньями, издававшими сильный пряный аромат. — Что это? — спросила она. — Лучше, думаю, не задавать вопросы, а просто по¬ пробовать,— ответил я. Она осторожно попробовала и пришла в восторг. Мы медленно ели и непринужденно болтали. Я показал Грэтхен среди посетителей пару политиков, одного актера и босса гангстеров. Когда мы уже готовились уходить, появился Делл и прошептал мне кое-что на ухо. Я отрица¬ тельно покачал головой, и он с улыбкой исчез. — Что он вам сказал? Усмехнувшись, я отставил в сторону тарелку. — Он спрашивал, не интересует ли нас комната на ночь. Кажется, в его распоряжении есть одна. — И вы отказались? — Да. Постели здесь жесткие, зеркала просвечивают насквозь, и за комнату сдирают 100 долларов в час. Кро¬ ме того, ваша квартира мне больше нравится. 58
Она поставила локти на стол и положила подбородок на руки. — Тайгер,— сказала она,— вы обезоруживающе прямолинейны. — Так поедем к вам? — Конечно,— с улыбкой ответила Грэтхен. X Сообщение о ночной перестрелке было во всех утрен¬ них газетах. На снимках были запечатлены парень на тро¬ туаре и мертвый шофер за рулем. Первый опознан как Томми Уильямс, а шофером был Макс Швейбер — оба известные гангстеры из Чикаго с большим списком уго¬ ловных преступлений. Я позвонил Томасу Уотфорду, но его не было в конто¬ ре. Я предупредил его секретаршу, что приеду через час. Уотфорд должен был понять, что это означает, и вызвать к себе всех своих людей. Я дописал отчет о событиях предыдущего дня, бросил его в почтовый ящик и постучал в дверь Туми. Мне никто не ответил: значит, его не было. Он имел ключ от моего номера, поэтому я сунул копию отчета под нижний ящик комода — заранее согласованный тайник — и отправился завтракать. В 9.30 я взял такси и поехал в контору Уотфорда. Се¬ кретарша улыбнулась мне и движением головы указала в сторону кабинета шефа. Их было только двое — Томас Уотфорд и тяжеловес¬ ный мужчина из секретной службы, и в их взглядах явно читалась злость. Они сидели за письменным столом и мрачно смотрели на меня. — Насколько я понимаю, вы уже получили результа¬ ты баллистической экспертизы,— сказал я. Уотфорд кивнул. — Это был ваш пистолет, Тайгер. Пули точно такие же, как те, что у нас уже есть. Плотный мужчина угрожающе наклонился вперед. — Оба убитых были вооружены, так что вы не записа¬ ны в убийцы беззащитных. Репортеры и полиция наводи¬ ли справки среди жителей и, к счастью, нашелся один, ко¬ торый из своего окна наблюдал за перестрелкой. Он ска¬ зал, что это было умышленное нападение и что больше 59
ему ничего не известно, если не считать того, что в нем пе принимала участие женщина. — Мне приходится играть роль подсадной утки,— сказал я, усмехнувшись,— но, по крайней мере, надеюсь, вы не станете показывать полиции на меня. — Нет, пока мы сотрудничаем Я пожал плечами. — Не возражаю. — Прекрасно. Почему вы там находились? — Я возвращался от Эдит Кейн. Они переглянулись. — Почему вы не проверили ее по моей просьбе? — спросил я в свою очередь. Уотфорд нажал кнопку селектора и дал распоряжение секретарше. Ожидая, он спросил: — Кто-то следил за вами? — Нет. Эдит Кейн навела убийц на мой след. После моего ухода она успела позвонить им по телефону. Если бы у нее был кто-то под рукой, то, возможно, я и не спасся бы. Они были в двух машинах. Из первой, стреляя, про¬ махнулись, а вторую я увидел вовремя. Вы узнали что- нибудь об этих парнях? Толстяк нехотя сказал: — Это банда профессиональных убийц. Два дня назад они самолетом прибыли из Чикаго. Больше нам ничего не удалось узнать, да мы и стараться не будем. Зажужжал селектор. Уотфорд тихо и быстро что-то сказал в микрофон на своем столе, но я понял ответ. Он положил микрофон, серьезно посмотрел на своего парт¬ нера и произнес: — Он был там. Время сходится. — Будет ли полиция продолжать расследование? — спросил я. — В данном случае мы подчиняемся ей,— ответил толстяк. Я с улыбкой посмотрел на него. — Но ведь Мартина Грейди нет. Мне показалось, что он сейчас лопнет от злости. Лицо его побагровело, и он стукнул кулаком по столу. — Черт побери этого Грейди и всю вашу банду. В один прекрасный день я всех вас разгоню. — Вы повторяетесь. До вас многие пытались сделать это, но безуспешно. — Не все можно купить за деньги. 60
— Почти все,— сказал я,— но меня, например, нет.— Мы помолчали некоторое время. Потом я продолжил: — Я запрашивал у вас информацию об Эдит Кейн. Что вам удалось узнать? Уотфорд ответил: — Ничего. У нее безупречная репутация. Вы идете по неверному следу. Я бы с удовольствием послушал, что вы имеете против нее. — Она убийца, мистер. Я встал, взял шляпу и посмотрел на их замкнутые ли¬ ца — Чья убийца? — спросил плотный. — Это долгая история, мистер, и принадлежит только мне,— ответил я.— Вы требуете от меня формального объяснения или позволяете вести дело дальше по своему усмотрению? — Разве у вас есть выбор? — Вряд ли,— ответил я. — Опасность еще не миновала, Тайгер. Они попыта¬ ются еще раз. — Конечно. Но на этот раз я оставлю одного из них настолько долго в живых, чтобы он успел что-нибудь рас¬ сказать. — Желаю успеха. — Благодарю А теперь я попрошу вас об одном одолжении — Вы зависите от нас, мистер Менн, а не мы от вас. — Если вы так считаете, то мне наплевать на ваше со¬ трудничество. Это только доказывает, что вы туповаты для совместной работы. Уотфорд проигнорировал оскорбление, посмотрел на партнера и спросил меня: — Что вам нужно на этот раз? — Чтобы за Эдит Кейн постоянно наблюдали. Двад¬ цать четыре часа в сутки, со сменой наблюдателей, с про¬ веркой всех ее контактов. — Как долго это будет продолжаться? — Думаю, недели хватит. Уотфорд сказал: — Вы знаете, что для этого нужны люди и деньги? — Если у вас есть средства поддерживать правитель¬ ство Тито и посылать пшеницу в Россию, то, думаю, мо¬ жно найти вару тысяч на защиту своей политики. Если хо¬ 61
тите, я могу обратиться к своей группе, но тогда будет по¬ терян один день. Они опять помолчали, потом Уотфорд спросил: — Что мы получим за это? — Мою помощь.— Я выжидающе посмотрел на них.— Согласны? — Хорошо. Значит, неделю,— повторил плотный мужчина. — Этого достаточно,— ответил я. —С этого момента контакты со мной устанавливать можно только в случае острой необходимости. Если узнаете что-нибудь важное, ищите меня в «Честер-отеле». Я вернулся в отель пешком, смешавшись с толпой и раздумывая о положении дел. События развивались не¬ плохо, кое-что уже начало проясняться. Но самое спелое яблочко еще пряталось в листве. Очень ловкий маневр со стороны противника — использовать наемников и не подставлять под удар своих людей. Рондина избегала возможности опознания ее лич¬ ности, она дергала за веревочки марионеток. Сначала по¬ пытка покушения на меня после нашей первой встречи. Тогда она легко могла найти меня, я работал без прикры¬ тия и только убивал время между двумя заданиями. Поз¬ же, прежде чем нанести второй удар, она установила на¬ блюдение за моим отелем. Хвост мне удалось обнару¬ жить только благодаря тому, что я смог проникнуть в ее планы. В обычном случае после первого покушения я сме¬ нил бы отель, но мне хотелось раскрыть Рондину, заста¬ вить ее показаться. Второе покушение провалилось благодаря моей пре¬ дусмотрительности— я заранее снял на чужое имя сосед¬ нюю комнату. Эта старая привычка уже не раз выручала меня из беды. В конце концов, моя фамилия в течение трех лет стояла в списке «Б» у противника. Перевод ее в список «А» означал немедленное уничтожение. По просьбе Рон- дины для выполнения приговора был выделен Видор Ча- рис. Хорошо, что мы вскоре встретимся,— у него на сове¬ сти был один мой друг. Когда я вернулся в отель, у портье лежало для меня со¬ общение от Чарли Корбинета. Он предлагал встретиться в два часа около университетской библиотеки. Оставалось всего двадцать минут. Не поднимаясь в свой номер, я позвонил Туми и спро¬ сил, нашел ли он мой отчет. Он ответил ут вердительно, 62
и я попросил его быть наготове около шести часов. Туми сообщил, что уже разговаривал с Грейди через Ньюарк и что в нужное время будет в моем распоряжении. Я взял такси и поехал к библиотеке. Около входа к ма¬ шине подошел Чарли Корбинет. — Привет, полковник. Есть новости? — Сейчас узнаете. Мы едем в Британское посольство. Он сказал адрес водителю, и мы поехали. Я вопросите¬ льно посмотрел на него, но он промолчал и только указал глазами на спину шофера. Я все понял. Добравшись до посольства, я расплатился и последовал за Чарли в зда¬ ние. Его здесь знали. После небольших формальностей мы поднялись в кабинет с мебелью красного дерева и ко¬ жаными креслами. Не успели присесть, как в комнату во¬ шли три господина с папками в руках. Они коротко пред¬ ставились. Одного из них я узнал. Это был Винсент Харли Кейз, которого я видел с Рондиной в ресторане. Он сказал с шотландским акцентом: — А, Тайгер Менн, мы уже знаем друг друга через од¬ ну общую знакомую. Чарли искоса взглянул на меня. — Однако я не предполагал, что вы... ну, что мы встретимся при подобных обстоятельствах. — Мир тесен,— ответил я. — Это верно. Прошу вас, садитесь. Мы сели за низкий столик, папки были раскрыты, и полковник начал говорить, указав жестом на меня. Оче¬ видно, англичане ждали его одного и не были готовы к моему приходу. Чарли сказал: — Господа, в виду сложившейся ситуации я должен передать на ваше рассмотрение некоторые факты. Не вда¬ ваясь в детали, могу только сообщить, что в данном слу¬ чае мистер Менн является моим помощником. Во время войны он служил под моим началом, а в настоящее время занимается одним делом, настоятельно требующим его присутствия здесь. Я ручаюсь за его благонадежность. Вы имеете что-нибудь против? Они быстро переглянулись, очевидно, пришли к обще¬ му согласию, и Кейз кивнул головой. — У нас нет возражений, сэр. В конце концов, вы здесь с официальной миссией, и наши правительства должны 63
сотрудничать. Мы принимаем всю помощь, которую вы можете нам оказать. Чарли взглянул на меня, и я не стал прерывать его, по¬ винуясь безмолвному приказанию. Меня устраивало, что он еще раз остановился на деталях. Потом я мог легко изобразить англичанам общую картину. Кроме того, мне хотелось выяснить, как далеко он может зайти, какой вла¬ стью располагает. Я спрашивал себя, захочет ли он про¬ тивостоять тяжеловесному генералу, который тесно со¬ трудничал с Уотфордом. — Как вам известно,— начал Корбинет,— вчера мы принимали вашу делегацию и обсуждали совместные ша¬ ги в отношении одного предстоящего дела в ООН. Так вот, вы получили неверную информацию.— Он сделал паузу и оглядел всех троих.— Час назад наши доверенные люди в русском посольстве сообщили, что советская деле¬ гация при ООН осведомлена о наших мнимых намере¬ ниях и созвала срочное заседание, чтобы парировать наш проект резолюции, который мы якобы подготовили для Генеральной Ассамблеи. Было также решено, что наш на¬ стоящий проект будет обсуждаться в узком кругу, чтобы не допустить утечки информации. Вы, господа, также при¬ мите участие в этом совместном заседании двух наших де¬ легаций. Оно состоится через сорок пять минут, а место я сообщу вам позже. Сделав паузу, Корбинет продолжал: — В ближайшие дни перед нами стоит еще одна ва¬ жная проблема после проекта для ООН — найти и уничто¬ жить канал, по которому происходит утечка информации. Это требует времени и приготовлений. Сегодняшнее ме¬ роприятие— только пробный шаг. Вам все ясно? После короткого переглядывания они снова кивнули. Потом высокий тощий тип сказал: — Какую роль играет в этом деле мистер Менн? — У вас есть что сообщить, Тайгер? — спросил меня Чарли. — Не в обиду будет сказано, господа,— ответил я,— но мне хотелось бы, чтобы вы проверили персонал своего бюро в ООН. — Мистер Менн...— начал Кейз. Я поднял руку. — Мы сделаем то же самое. Я знаю, что вы все уже проверены, но это придется сделать еще раз. 64
— Насколько я понимаю, у вас есть определенные по¬ дозрения? — Да, в отношении мисс Эдит Кейн. Морщины у него на лбу углубились, а глаза сверкнули. — Случайно я очень хорошо знаю их семью. — Насколько хорошо вы знаете Эдит? — Очень хорошо. — Как давно, сэр? Он глубоко вздохнул, и в его голосе появились угро¬ жающие нотки. — С детства. Теперь он был в моих руках. Я сказал: — Насколько я понимаю, именно вы рекомендовали ее на эту работу? — Да. Она посетила меня, чтобы возобновить старую дружбу, и я помог ей перебраться в Нью-Йорк. — Прекрасно. Сколько времени прошло между двумя вашими встречами? Он снова наморщил лоб, явно озадаченный. — Я... не совсем понимаю. — Сколько лет вы с ней не виделись, мистер Кейз? Он понял, к чему я клоню, и поджал губы. — Довольно много. Конечно, она училась в закрытой школе в Англии, а потом ездила на континент. Когда она была подростком, я, разумеется, узнавал о ней только случайно. Но это чистое безумие. Я встал. — Вы так считаете? — Конечно. Чистейшее безумие. Но для вашего спо¬ койствия мы проверим ее еще раз. Надеюсь, это вас устроит. — Благодарю. Потом слово снова взял Чарли. Он назвал им один ад¬ рес, который не нужно было записывать, и повторил время начала заседания. Совещание было закончено. У входа я подошел к Кейзу и извинился за мое предпо¬ ложение, объяснив его интересами дела. После некоторо¬ го брюзжания он признал мою правоту. Потом я спросил его: — Как чувствует себя мистер Селвик? — О, у него, бедняги, сегодня ночью был очередной приступ. Пришлось обратиться в клинику. Врачи давно его предупреждали, что он слишком много работает. Но в последнее время его пост требовал полной отдачи сил. 3 Заказ 1828 65
Чем он страдает? —^-Язвой желудка. Ему придется скоро оперирова¬ ться. Сейчас он дома, но, насколько мне известно, он бу¬ дет на заседании. — Передайте ему привет от меня. — Непременно, мистер Менн... Надеюсь, что ваше по¬ дозрение ошибочно, но если оно подтвердится, то... помо¬ ги нам бог. Я расстался с ним у лифта и спустился вместе с Чарли вниз. Там мы взяли свои шляпы и плащи и вышли из по¬ сольства. Чарли, не раздумывая, пошел в сквер, я следо¬ вал за ним. Между нами был интервал в квартал, и я знал, зачем это нужно. Он искал какую-нибудь группу прохо¬ жих, за которой мы могли бы спрятаться и спокойно по¬ говорить, не опасаясь быть подслушанным с помощью передвижного микрофона. Наконец мы нашли трех болтающих женщин с ребен¬ ком и пристроились за ними. Я сказал Чарли: — Большое спасибо за встречу, но, насколько я пони¬ маю, вы хотели видеть меня не только поэтому. Учтите, что мое время ограничено. Он повернулся ко мне, и я увидел его задумчивое лицо. — Мне пришло в голову в связи с вашим делом возоб¬ новить контакты со своими старыми друзьями из «Интел- лидженс-сервис», и, надо сказать, мне повезло. Я ра¬ зыскал одного из помощников Ричарда Прайса во время войны. У этого человека превосходная память, он вспом¬ нил Рондину Лунд и смог многое рассказать мне. — И среди прочего, что она была расстреляна,— сказал я. — Такой слух был. Но после войны ее след снова об¬ наруживается. Ее схватили, когда началась охота за воен¬ ными преступниками. Ей удалось спастись, потому что она выдала себя за любовницу одного из обвиняемых, и ее сочли безобидной. Когда ее опознал на фото один из на¬ ших агентов, она уже исчезла. Но во время поисков на¬ цистских документов, позже, ее след опять нашелся за «железным занавесом». Двое людей были отправлены в Восточную Герма¬ нию, чтобы вступить в контакт с Рондиной и получить ва¬ жные документы. Они нашли ее, но обратно вернулся то¬ лько один. Без документов. Второго она убила. Позднее документы были отправлены на Запад по другим кана¬ лам, так что мы потеряли интерес к Рондине. 66
— До недавнего времени,— сказал я. — Трудно все-таки поверить в это,— сказал он.— Нужно очень хорошо знать эту женщину. — Я знаю ее. С головы до ног. Чарли вопросительно посмотрел на меня. Я спросил: — Помните Кармен Беллотика? Ей было 24 года, ког¬ да, сделав пластическую операцию, ее забросили в Норве¬ гию под видом ее пятнадцати летней младшей сестры для выполнения заданий по саботажу. Она сделала большие успехи за время войны. — Помню. И вы считаете, что Эдит Кейн — это Рон- дина? — Я знаю это, полковник. — Но чтобы уличить ее, вам понадобится нечто более серьезное, чем ваше внутреннее убеждение. — Не беспокойтесь. На этот раз я все сделаю сам и не позволю меня обойти.— Прежде чем он успел сказать то, о чем подумал, я продолжил: — Я понимаю всю важность операции и постараюсь отодвинуть на второй план лич¬ ные чувства. Главное — это найти слабое место в ООН, что доставит и лично мне большое удовольствие. — Это вам не возбраняется.— Корбинет остановился перед светофором, ожидая зеленого света.— Кстати... я слышал о вчерашнем ночном инциденте. — Ваш аппарат работает оперативно. — Нет, я сам провел расследование. Это нападение случайно произошло неподалеку от квартиры Эдит Кейн.— Его обычно жесткий рот тронула улыбка.— Вы совсем вогнали в пот мистера Уотфорда и Хала Рэндоль¬ фа. — Рэндольф — это тот тяжеловесный мужчина, кото¬ рый всегда появляется вместе с Уотфордом? - Да. — Не он ли второй человек в ЦРУ? Корбинет опять улыбнулся. — Это никому не позволено знать. — Понятно,— сказал я.— Вы разговаривали с ним? Чарли кивнул. — Сегодня утром. Он был в ярости. — Есть какие-нибудь новости? — Может быть, вас заинтересует только одна. Все от¬ делы секретной службы предпринимают усилия, чтобы выяснить дело с нападением. Довольно трудно у стано- 67
вить, кем были наняты убийцы, но есть сведения, что это женщина. — Ага! — Пока имя неизвестно и доказательств тоже нет Это только подозрение. — Но небезосновательное — Да, не совсем. — Мы продвигаемся вперед, полковник. — Ваша смерть, Менн, очень нужна кому-то Я положил руку ему на локоть. — Одну минуту. Оглянувшись, я нашел маленький ресторанчик и сде¬ лал знак Корбинету следовать за мной. Мы вошли в зал, сели в угол и заказали кофе. Потом я вынул из кармана тысячедолларовую банкноту, найденную мной в бума¬ жнике убитого гангстера, и протянул ее Корбинету. — Что это? — Застреленный мною гангстер хранил эту банкноту в потайном отделении бумажника, причем он не произвел на меня впечатление человека, который постоянно носит с собой такие деньги. Банкноты такого достоинства в бо¬ льшинстве случаев регистрируются, так что, возможно, вам удастся установить, откуда исходит эта. Корбинет медленно свернул бумажку и сунул ее в на¬ грудный карман. — Вряд ли кто-то мог совершить такую грубую ошибку в нашем ремесле. — Посмотрим. Иногда и большой хитрец поскользне¬ тся. Когда мне позвонить вам, чтобы узнать результат? — Сегодня вечером Я нашел Уолли Гиббонса в его любимом ресторане издательского квартала за тарелкой мяса по-ирландски Себе я заказал пиво Уолли долго с состраданием изучал мое лицо, потом сказал: — Я беспокоился о тебе, Тайгер — Из-за чего? — Из-за вчерашней ночи — Но ведь все обошлось Тебе нужен материал для статьи? - Факты у меня есть, но я не буду писать ее, прежде чем не узнаю всю подоплеку событий. Она тебе известна? — Возможно 68
— Расскажешь мне? — Еще нет. Мне не все пока ясно. Это как шутка без перца. Уолли отставил тарелку, закурил сигарету и сказал: — А у меня, кажется, что-то есть для тебя. - Выкладывай. — Этот Джон Фредерик Тэлбот — нечто большее, чем мелкий служащий посольства. Он один из лучших агентов Британской секретной службы. — Откуда ты это узнал? — От моего коллеги Джорджа Клиффорда, бывшего корреспондента «Ньюс» в Польше. Они знакомы по Вар¬ шаве. Тогда Тэлбот провел там большое дело. Думаю, оно касалось стратегических планов армий Варшавского договора. Во всяком случае, он раздобыл через жену по¬ льского военного какие-то важные бумаги и смылся. Он вообще специалист по женщинам. Часто встречается с Эдит Кейн, и это доказывает, что он, как и ты, напал на какой-то след. — Что ты узнал о Грэтхен Ларк? — Немного. Она — открытая книга. Много занимае¬ тся, в частности юриспруденцией. Очень интеллектуаль¬ на, увлечена живописью и твердо намеревается создать сеДе^шмя. — Я знаю. — Ты знаком с ней? — Мимолетно. А как насчет ее прошлого? — Хорошая американская семья, лучшие рекоменда¬ ции. Перед поступлением на службу в ООН, она была досконально проверена. — Да, как обычно. — Стоит заниматься ею дальше?—спросил Уолли. — Пожалуй, нет. Бертон Селвик? — Он болен. В Лондоне ходят слухи, что его скоро за¬ менят. Говорят, на этой неделе у него опять был приступ язвы желудка. Только его будет очень трудно заменить. Насколько я понимаю, он задержится на своем посту до тех пор, пока не закончится кризис в ООН. — Кризис в ООН? Что тебе о нем известно? — Ничего. Никто ничего не знает, все молчат, а это есть вернейший признак того, что тучи сгущаются Тебе это пригодится? — Возможно,— ответил я. 69
— Тайгер, ты приводишь бедного журналиста в от¬ чаяние своей таинственностью. — Не падай духом, ты получишь свою историю. XI Кризис в ООН уже разразился, когда я прибыл туда. Представитель одной из стран прервал дискуссию о теку¬ щих делах, внеся на рассмотрение свой проект. Делегат США выдвинул встречный проект резолюции, который встретил единодушную поддержку западного блока. Про¬ ект Запада был полнейшей неожиданностью. По недоуме¬ вающим переглядываниям делегатов я понял, что они спрашивают себя, что испортилось в их информационном аппарате. В это время Бертон Селвик убедительно мотивировал согласие делегации Великобритании с проектом США. Делегаты оппозиции попытались, как обычно, помешать обсуждению с помощью вопросов к повестке дня, но были призваны к порядку. Тогда они поднялись, как по тайно¬ му сигналу, и покинули зал. Репортеры тотчас бросились к телефонам, чтобы пере¬ дать сообщение о сенсационном повороте событий. Бертон Селвик продолжал еще говорить, но в голосе чувствовалась нерешительность. Со своего места я мог хорошо его видеть и заметил, как он побледнел и прижал руку к боку. Неожиданно он оборвал речь, пробормотал какие-то извинения и сел. Два сотрудника спросили что-то у него, помогли встать и вывели из зала. В коридоре они усадили его в кресло, и, когда я подо¬ шел, около него уже суетились Эдит Кейн и Грэтхен Ларк. Неподалеку стояла группа людей, и среди них Тэлбот. По его поведению я понял, что он не просто любопытствую¬ щий наблюдатель. Кто-то упомянул о враче, но Грэтхен сказала, что она опытная медсестра и хорошо разбирается в болезни Се- лвика. Она послала кого-то за стаканом воды и таблетка¬ ми, он принял их, и вскоре его лицо порозовело. В коридоре было слишком шумно, чтобы расслышать, о чем говорили, но я заметил, что Эдит и Селвик обменя¬ лись парой слов. Казалось, он успокаивает ее, с улыбкой похлопывая по плечу. Потом он позволил увести себя в комнату. Перед дверью встали Тэлбот и еще англича¬ 70
нин, объяснив репортерам, что у Селвика небольшой при¬ ступ гастрита, но все уже в порядке. Появился Туми, кивнул мне и спросил: — Ну. что вы скажете? — Он и раньше болел. — Да, я знаю, но сегодня он был нашим главным ора¬ тором. По-моему, ему что-то дали. — Вы имеете в виду яд? — Не обязательно. Есть и другие средства, например, стимуляторы, которые могли вывести человека из равно¬ весия. — Кажется, я знаю способ, как это узнать. Я спраши¬ ваю себя, не было ли это все отрепетировано,— ответил я. — Вас такое положение вещей не должно радовать. Кого они взяли на прицел, уже не оставят в покое. — Если только их не опередят. Мимолетная улыбка пробежала по лицу Туми. — Кстати, это возможно вас заинтересует. Я наблю¬ дал за Селвиком. Он пару раз взглянул на вас, и его лицо перекосилось от ненависти. — Я заметил это. — До назначения в ООН Селвик был главой тайной полиции. Туми не сообщил мне ничего нового. — Тэлбот тоже наблюдал за вами. Вы играете в опас¬ ную игру,— сказал Туми.— Каков ваш следующий.шаг? Я посмотрел на часы. Было около пяти. — Теперь нам придется расстаться,—сказал я ему.— Ждите в отеле моего звонка. Внизу в холле я зашел в телефонную кабину, набрал номер конторы Корбинета и назвал секретарше свою фа¬ милию. По тону полковника я понял, что у него есть для меня новость. Он сказал: — Мы проверили для вас ту банкноту. — И что? — Они, вероятно, очень спешили и допустили вопию¬ щую ошибку. Теперь у нас в руках есть доказательство. - Да? — Эта банкнота принадлежит к тем ста тысячам дол¬ ларов, которые русские обменяли па рубли перед началом работы комиссии ООН. — Черт возьми! -г- Вот именно. Это дает нам немного свободы в дей¬ 71
ствиях перед официальными властями. Только не заходи¬ те слишком далеко. Когда события войдут в решающую фазу, предоставьте последний шаг этим господам. Ради проформы. — Это официальное распоряжение? — Здесь не может быть официальных распоряжений. Но мне пришлось потратить массу красноречия, чтобы добиться этой уступки. — Благодарю, полковник Если смогу оказать вам ка¬ кую-нибудь услугу, дайте мне знать. — Держите меня в курсе дела,— сказал он и повесил трубку. Я вышел из кабины и пропустил в нее пожилого госпо¬ дина в котелке, который вежливо поблагодарил меня. За ним, спиной ко мне, стоял второй ожидающий и перели¬ стывал записную книжку. Это был Грегори Гофта. Он сделал мне знак, и я последовал за ним к стойке с телефонной книгой. Он стоял, делая вид, что ищет в ней нужный номер. — Опасность, Тайгер,— сказал он, не разжимая губ и перелистывая книгу. — С какой стороны? — Русские хотят немедленно покончить с вами, иначе вы не дадите им спокойно заниматься кризисом в ООН. Сегодня вечером в их посольстве созывается экстренное совещание. — Вы занимаетесь этим делом? — Да. По особой инструкции мистера Рэндольфа. — Цель? — Эдит Кейн. Мне нравится это задание.— Он замол¬ чал, перелистал еще пару страниц и выписал номер.— Она завтракала с Селвиком перед заседанием. Он заехал за ней, а потом они вместе отправились в ООН — Тогда учтите: приступ у Селвика на трибуне был подстроен. — Мы не исключаем такой возможности, но его пре¬ дыдущие приступы выглядели вполне натурально — Где сейчас Эдит? — Наверху, в комнате вместе с Селвиком и остальны¬ ми. Они скоро повезут его домой. Приступ был легкий, но ему придется некоторое время полежать. — Почему вы вошли со мной в контакт? — 'Один венгерский эмигрант опознал в работнике со¬ 72
ветского посольства опаснейшего агепта. Раньше он рабо¬ тал в подчинении у Стовецкого. Его зовут Алексис Мпн- нер, в свое время он действовал в Венгрии. Стефан Мид- рос сможет вам многое рассказать о нем. — Благодарю за предупреждение. Гофта захлопнул телефонную книгу и отошел к будке. Я дал ему исчезнуть, потом поднялся наверх и подошел к двери, перед которой Тэлбот все еще отбивался от упря¬ мого репортера. Наконец тот ушел. Тогда я подошел к англичанину и представился. — Тайгер Менн, мистер Тэлбот. В его взгляде мелькнули веселые огоньки. — Я слышал о вас, сэр. Чем могу служить? — Мне хотелось бы поговорить с мисс Кейн. — Сейчас она занята. — Скажите ей, что я здесь, и тогда она наверняка вый¬ дет. Подумав, он кивнул и сказал: — Подождите. — Благодарю,— ответил я. Эдит вышла. У нее был встревоженный вид, пальцы нервно перебирали платье. Она была как всегда хороша, но ее явно тяготил страх: передо мной, видевшим ее наск¬ возь, или перед начальством за допущенную ошибку. — Привет, Рондина! — сказал я. Ее ноздри вздрогнули, и, заметив мою улыбку, она опустила веки. — Мистер Тэлбот передал, что ты хочешь со мной по¬ говорить. Оглянувшись, она увидела, что мы не одни, что кругом снуют люди, и, казалось, немного успокоилась. — Я только хотел сделать тебе комплимент, Рондина. Все было проделано отлично Момент выбран самый под¬ ходящий. — О чем ты говоришь? — Не прикидывайся, крошка.—Я улыбнулся.— Сегодня вечером я выйду на след твоих хозяев. .—г Моих хозяев? — Не разыгрывай непонимания. Я вызвал тебя, чтобы предостеречь. Позаботься, чтобы с Бертоном Селвиком не произошло ничего серьезного, иначе ты поплатишься за это сразу без всякой отсрочки. Ты меня поняла? 73
Не успела она ответить, как позади нее открылась дверь и на пороге появилась Грэтхен Ларк. — О, добрый день, мистер Менн... — Привет,— ответил я. Взглянув на Эдит, она сказала: — Мистер Селвик хочет поговорить с тобой, Эдит. Рондина молча проскользнула мимо нее и исчезла в комнате. Я спросил Грэтхен: — Как он себя чувствует? — Неплохо. У него был приступ старой болезни... Врачи прописали ему постельный режим, но он с трудом подчиняется. Снова на ногах, хотя мы стараемся убедить его, что необходимо щадить себя. Это будет нелегко. — Представляю. Она взглянула на меня, удивленно подняв брови. — А что вы здесь делаете? — Я просто зритель. — Но сюда проникнуть не так-то просто. — Рука руку моет. Скажите, у Селвика есть врач? — Да, он здесь. — Ну, тогда все в порядке.— Я сделал паузу, много¬ значительно улыбнулся Грэтхен и тихо спросил: — Когда мы увидимся? — Вы пришли сюда за тем, чтобы узнать это? — Мужчину ничто не остановит. Она весело рассмеялась. — Позвоните мне после работы. Может быть, что- нибудь придумаем. Я кивнул, и она вернулась в комнату. Я хотел увиде¬ ться с ней, но не только по той причине, которую назвал. Мне нужно было узнать диагноз врача, и, как бывшая медсестра, Грэтхен могла дать точный ответ. На улице рано стемнело. Небо опять затянуло тучами, и в воздухе чувствовалось приближение дождя. На восто¬ ке горизонт был тревожно багровым, и вдали грохотал гром. Я подозвал такси и отправился к станции метро на Во¬ сьмой авеню. Без пяти минут шесть спустился вниз и во¬ шел в телефонную будку. Без нескольких секунд шесть я нажал рычаг локтем вниз и подождал, пока не раздался звонок, а потом отнял локоть. Низкий баритон, раздавшийся на другом конце прово¬ да, принадлежал Эвансу из нашего бюро в Ньюарке. Я на¬ звал ему свой пароль, и он сказал: 74
— Относительно Видора Чариса мы имеем только од¬ но показание, полученное от кассира кинотеатра, где идут фильмы на иностранных языках. — Какое именно? — Она опознала руку с изуродованным указательным пальцем у одного зрителя, покупавшего билет. На тыль¬ ной стороне руки красный шрам. Сначала ей показалось, что человек указывает на нее пальцем, но потом она поня¬ ла, что палец просто не сгибается. — А описание личности? — Она заметила только руку. — Ну хоть какая-то зацепка. — Сегодня вечером в этом кинотеатре начинается по¬ каз русских фильмов, который продлится три дня. Во вто¬ рой половине недели они не показывают русских филь¬ мов, тогда пойдут польские, венгерские и греческие: — Хорошо, я займусь этим,— сказал я. — Есть кое-что еще. - Да? — Сегодня днем звонил Питер из Лондона. Они за¬ вершили проверку семейства Кейнов и не нашли ничего подозрительного. Что касается расследования в отноше¬ нии погибших членов семьи, то оно было нелегким. У лю¬ дей существует естественное нежелание говорить о мерт¬ вых. Однако им удалось разыскать боевых товарищей Вернона по эскадрилье, видевших, как он погиб. У него на счету девять сбитых самолетов, он был командиром зве¬ на, неоднократно награжден. Его сбили под Дувром. Труп был найден, опознан и захоронен в семейном склепе Кей¬ нов. О Диане Кейн удалось узнать не очень много. Она получила обычное для ее круга воспитание и была доволь¬ но своенравной девушкой, о чем не любят вспоминать. Во время войны она добровольно вступила в женский вспо¬ могательный корпус. По утверждению ее бывшей подру¬ ги, она сделала это из любви к независимости и приклю¬ чениям. Она оказалась в числе семидесяти женщин, погиб¬ ших во время налета немцев на доки. — Известно, о каком женском корпусе идет речь? — Нет. Тогда они не существовали официально. Они собрали деньги и устроили кухню для рабочих в доках. Джонсону удалось разыскать рабочего, служившего тогда в порту. Он сообщил ему одну интересную деталь: эти женщины.жертвовали войне не только свое время. Их па¬ триотизм заходил так далеко, что они не останавливались 75
и перед интимной близостью с теми, кого обслуживали. Это важно? — Для нас, может быть, и нет,— сказал я.— Но для се¬ мьи, ставящей выше всего женскую честь, важно. По крайней мере, они могли обрадоваться ее смерти... Во всяком случае, передайте отчет центру. — Уже сделал. Вам нужно что-нибудь еще? — Пока нет. — Отлично. Кстати, есть кое-какие перемены. Эрни Бентли перебрался в мансарду, где раньше жил Колдуэлл. Вы знаете адрес? - Да. — Мы реорганизуемся, и все теперь пойдет через него. Он также будет заниматься специальным снаряжением. Номер его телефона остается прежним. — О’кей. И большое спасибо. Я повесил трубку. Итак, мы напали на след. Иностранец в чужой стране решил посмотреть фильм на родном языке. Он нарушил этим самым закон своей профессии, но тоска по родине оказалась сильней его. Диллинджер совершил точно такую же ошибку и по¬ платился за нее жизнью. Я позвонил Туми в отель и сказал, что собираюсь в за¬ саду в кинотеатр. Его я попросил ждать в отеле моих ра¬ споряжений. Туми не понравилось, что я отправляюсь один, но такова уж была моя привычка. Мне самому хоте¬ лось сделать первый выстрел. Я попросил его посидеть в моей комнате на случай, если позвонит Уотфорд или Рэндольф, и обещал ему время от времени звонить. Программа в кинотеатре «Гренобль» начиналась в 19.30, а касса открывалась за полчаса, так что в моем ра¬ споряжении было еще сорок пять минут. Я решил в самом начале сеанса сесть в последний ряд. Если Чарис придет, он, как и я, не будет рисковать и идти по проходу. Так что все зависит от того, кто кого первым увидит. На случай, если он вышлет впереди себя сообщника, я ушел от кинотеатра, взял такси и поехал в Гринвич- Вилледж. У дома Грэтхен я попросил шофера подождать, поднялся к ее квартире и постучал. Мне никто не ответил, но за дверью тихо играло ра¬ дио. Я повернул ручку, открыл дверь и окликнул ее на слу¬ чай, если она в ванной. Но никто не отозвался. Я вошел. 76
Гостиная была освещена одной лампой, и рядом с бра стоял включенный радиоприемник. Очевидно, она вышла за покупками, но мне не хоте¬ лось ждать. Я поднял покрывало с портрета Селвика и увидел, что она работала пад ним. Потом я вернулся в такси. Между тем касса «Гренобля» открылась, и я, сунув в окошко два доллара, получил билет и сдачу. Нашел в темноте место, с которого мне был виден вход, и уселся с пистолетом наготове. Через двадцать минут зал наполнился, но Чариса не было. Я просмотрел фильм, в котором не понял ни слова. В перерыве между сеансами я вошел в фойе и еще раз оглядел входящую и выходящую публику, но не увидел никого похожего. Подождав для верности еще десять ми¬ нут, ушел из кинотеатра Итак, след оборвался. Я шел пешком по 24-й улице, чтобы успокоиться после неудачи. Работая над таким де¬ лом, следует держать свои нервы в порядке. Из аптеки я позвонил Туми и оторвал его от телевизо¬ ра. Он сообщил мне, что Роидина была в ресторане вме¬ сте с Тэлботом, а потом поехала домой на такси. Тэлбот вернулся в посольство и, кажется, не покидал его. Кварти¬ ра Эдит находится под наблюдением двух групп агентов: снаружи и внутри здания. Это сообщение было получено полчаса назад, и, ве¬ роятно, она никуда не успела выйти. Я попросил Туми оставаться на своем посту, и, кажется, он не имел ничего против. Весь вечер собирался дождь, и теперь он пошел. Туми должен был сообщить Мартину Грейди о моей не¬ удаче в отношении встречи с Чарисом и спросить, стоит ли мне делать вторую попытку. Мне нужен был категори¬ ческий приказ. Теперь настало время потуже закручивать гайки. Я обнаружил сыщиков, наблюдавших за квартирой Рондины, довольно быстро. С удовольствием отправил бы их на курсы повышения квалификации. Оба сыщика у дома были довольно стары. Первый из них курил, сидя в машине с поднятыми стеклами, а второй спрятался от дождя в подъезде. Возможно, это будет стоить ему жизни. Третий торчал на площадке этажа ниже квартиры Рон¬ дины, разыгрывая сцену ожидания лифта. В действитель¬ ности же он не спускал глаз с кабины, высматривая, на ка¬ ком этаже она остановится. Но на этот раз он промах¬ 77
нулся. Мне пришлось шесть раз проехаться вверх и вниз, чтобы заморочить ему голову, а потом подняться к квар¬ тире Рондины по лестнице. Я нажал кнопку звонка. — Кто там? — прозвучал ее голос. — Тайгер, дорогая,— ответил я. Она открыла дверь, не раздумывая. Рондина стояла в белом халате, сияющая и прекрасная. Каждый изгиб ее тела дышал женственностью. — Можно войти? — спросил я. — Конечно. Рондина улыбнулась, и я опять вернулся в прошлое на двадцать лет назад. Я снова был тем человеком, которого она могла свести с ума своей улыбкой. Она ждала реакции, но я взял себя в руки. Другой на моем месте был бы сражен наповал, но я уже прошел шко¬ лу Рондины и был неуязвим. Я только сказал: — Благодарю, крошка.— И вошел. Она закрыла дверь и прошла за мной в гостиную. На этот раз проигрыватель исполнял Вагнера — тему любви и смерти. Очень подходяще. У нее был усталый вид. Под глазами темные круги, морщинки возле рта выдавали возраст, и я поймал себя на мысли о чувстве, которое считал давно забытым. Я положил шляпу и плащ в кресло, сел на угол софы и вытянул ноги. В ее поведении была нервозность, и она постаралась ее скрыть, подойдя к бару. — Выпьешь? — Почему бы и нет? — Шотландское? — Ты столько раз готовила для меня напитки, кро¬ шка, что должна помнить, что я пью. С тех пор мои вкусы не изменились. Простое виски и имбирное пиво, не очень крепкая смесь. Я находил игру Рондины безукоризненной, но сейчас она не имела смысла. Мы были одни. — Как чувствует себя твой мистер Селвик? Она поставила мой стакан на стол. — Он пришел в себя. В понедельник, как обычно, при¬ мется за работу. — Я слышал, что ты завтракала с ним. Она взглянула на меня. — Ты что-нибудь имеешь против? — Возможно,— Я взял стакан и попробовал напиток. 78
Он был смешан правильно.— У него начался приступ в са¬ мое неподходящее время. Она нахмурилась, казалось, не понимая меня. — У него и раньше бывали такие приступы. — И всегда перед этим ты завтракала с ним? Она поняла, к чему я клоню, и стакан в ее руке задро¬ жал. Прежде чем она подыскала ответ, я сменил тему. — Мы получили информацию о Диане Кейн. Она тебя интересует, или тебе и так все известно? Она оцепенела. Стакан выпал из ее рук и разбился. Ку¬ сок льда пролетел по полу ко мне, и я отшвырнул его но¬ гой. Лицо Рондины помертвело. Мне не удалось скрыть торжествующей улыбки. — Через нее ты и проникла в семью Кейнов. Остается только выяснить одно, моя крошка: где настоящая Эдит Кейн? — Рондина молчала.— Тогда я отвечу на этот во¬ прос за тебя. Возможно, настоящая Кейн содержится где- то в заключении. Однако я держу пари, что она мертва. Ты предпочитаешь заметать опасные следы. Все рекомен¬ дации даны людьми, знавшими Эдит ребенком, а не взро¬ слой. Здесь помогла репутация семьи, так как никто не мог себе представить, что член семейства Кейнов может быть подозрительным. Если эта история попадет в газе¬ ты, то будет убийственна для Кейнов. Руки Рондины так дрожали, что она с трудом держала сигарету. Я вынул из кармана коробку рекламных спичек моего отеля, дал ей закурить и бросил спички на стол. Она глубоко затянулась и постаралась взять себя в руки. — Ты ошибаешься, Тайгер. — Нет, радость моя. — Ты не можешь... — Подожди развития событии, и ты увидишь. Она еще раз затянулась, погасила сигарету в пепельни¬ це, поймала мой взгляд, пристально посмотрела мне в глаза и холодно отчеканила тоном прежней Рондины: — Я не допущу, чтобы ты втоптал имя Кейнов в грязь. — И как ты это осуществишь? С помощью Видора Чариса? Она долго молчала, потом на ее лице мелькнула тень сочувствия, и она, наконец, сказала: — Ах ты, дурачок. — Я всегда уважал твои способности, Рондина. Тебе 79
известны все хитрости и тонкости ремесла. Но сейчас ты промахнулась. А против такого тона я застрахован. — Тайгер... — Подойди ко мне, Рондина. Я хочу, чтобы ты довела свою игру до конца. Помнишь ты наш последний поце¬ луй — поцелуй смерти? Подойди ко мне, я хочу знать, ка¬ кой вкус теперь имеют твои поцелуи. Ее руки судорожно вцепились в спинку кресла, а глаза сверкнули. — Я хочу знать, остались ли твои поцелуи такими же после того, как ты причинила столько горя почтенной се¬ мье и убила ни в чем не повинного ребенка. Я хочу знать, не оставила ли каждая смерть по твоей вине привкуса в твоих поцелуях. Подойди ко мне, Рондина. Она машинально поднялась и замерла без движения, как натянутая тетива. — Подойди ближе, дорогая,— сказал я.— Я всегда но¬ шу с собой пистолет, как и раньше. Может быть, тебе удастся улучить удобный момент, вытащить его и опять выстрелить мне в грудь. Я знал, что улыбаюсь, потому что чувствовал, как ра¬ стянулись губы, открыв оскал зубов. Потом что-то произошло с Рондиной. Это началось в ее глазах. Напряжение понемногу спало с нее, и она ста¬ ла прежней Рондиной, которую я так хорошо знал,— любимой, желанной, ненавистной. Она опять овладела собой и почувствовала себя хозяйкой ситуации. Медленно и уверенно она подошла ко мне, и при каждом ее шаге ха¬ лат развевался, открывая ноги. Мягкий свет подчеркивал прелесть ее фигуры. Я сидел на софе и смотрел на нее, стараясь проникнуть в ее мысли. Это было нетрудно. Она прошептала: — Скажи, Тайгер, как сильно ты меня любишь? Я не верно прочел ее мысли. Она опять начала новый заход по обольщению. — Сильнее, чем ты думаешь,— ответил я. Больше я пе улыбался. Мое тело напряглось, и голос звучал хрипло и очень громко. — Когда-то ты все сделал бы для мепя. — Это было давно. Теперь я одно могу сделать для тебя—застрелить. — Если... это действительно так... не сделаешь ли ты для меня еще одну вещь? 80
— Нет. Она встала коленями на софу рядом со мной, потом скользнула так, что ее колени прижались к моей йоге. Вы¬ рез ее халата открывал глубокую ложбину между грудей. — Прошу тебя, выслушай меня,— с подкупающей простотой сказала она. — Почему? — Потому что ты меня любишь. Я отвел ее колени в сторону. — А ты? Расскажи мне, как сильно ты меня еще лю¬ бишь? — Еще? — Ты так прекрасно умела говорить о любви, доро¬ гая. Когда я лежал рядом с тобой и слушал твой голос, у меня внутри все таяло. Где бы мы ни предавались люб¬ ви— на сене или в кровати, ты всегда повторяла, как силь¬ но ты меня любишь. Скажи мне это еще раз. Я хочу знать, сохранился ли у тебя этот тон. — Я полюбила тебя с первого взгляда. — Ты повторяешься, Рондина. Придумай что-нибудь новое. Она медленно подняла руку и нежно коснулась паль¬ цем моего лица. — Я люблю тебя, Тайгер,— сказала она. Эта фраза проникла мне в душу и встревожила ее. Рон¬ дина поняла это, а я возненавидел себя за поднимающееся во мне теплое чувство, потому что это было именно то, что я безуспешно пытался подавить в себе в течение двад¬ цати лет. — Можно мне теперь высказать свою просьбу? Я промолчал, и она произнесла: — Оставь в покое семью Кейнов. — Убийцы не меняются,—сказал я. Ее лицо оставалось невозмутимым, только в глазах появилось повое выражение. — Это верно. Я попытался ее удержать, но не смог. Она наклонилась ко мне, полузакрыв глаза, взяла мое лицо в свои руки и прильнула своим ртом к моему, прервав языком сопро¬ тивление моих губ. Я стиснул ее плечи, и прошлое вновь вернулось. Халат сполз с ее плеч, и я ощутил ее у своей груди, стонущую, задыхающуюся от страсти. Прежнее волнение овладело мной, и я понял, что не смогу ему противиться. Но меня спасла сама Рондина. 81
У нее перехватило дыхание, она застыла и вдруг попыта¬ лась резким рывком освободиться от моих объятий. В глазах ее был страх и какое-то другое чувство, которое я так и не смог определить. Я отпустил ее, и она натянула на плечи халат. Придерживая его ворот, она сказала зады¬ хающимся голосом: — Мне очень жаль... правда... Мне не оставалось ничего другого, как усмехнуться. Комедия зашла слишком далеко. Новый поворот, чертов¬ ски удачный, но на основе старого фокуса. Я только уди¬ вился, что она не попыталась вытащить у меня писто¬ лет. Я встал, взял шляпу и плащ и с улыбкой сказал ей: — Скоро, Рондина, тебе придется заплатить за все. А пока оставайся. Идя к двери, я чувствовал на спине ее взгляд и пони¬ мал, что представляю собой сейчас прекрасную мишень, но я знал, что она не осмелится выстрелить. На улице дождь теперь лил потоками. Все проезжаю¬ щие машины были заняты, и я пошел в отель пешком. В предыдущий раз на этом пути у меня оказалось несколь¬ ко незваных провожатых, двух из которых я застрелил. Может быть, на этот раз все будет иначе. Дойдя до Бродвея, я совсем промок и зашел в бар об¬ сушиться и согреться. Через полчаса я сел в такси и отпра¬ вился в отель. Я постучал в дверь своего номера, где меня ждал Ту¬ ми. Он не ответил, и я решил, что он заснул, открыл дверь своим ключом, вошел, зажег свет и увидел, что тот лежит на кровати лицом вниз. Но он не спал. В его затылке было чистое маленькое отверстие, а белизну простыни портило большое красное пятно. Тело было еще теплым, значит, его убили совсем недавно. Как это произошло, я сразу по¬ нял. Хорошая работа, Рондина, подумал я. Спички с адре¬ сом моего отеля, которые я неосмотрительно оставил у нее на столе, звонок убийце по имени Видор Чарис, хоро¬ шо нацеленный выстрел из пистолета с глушителем в при¬ открытую дверь — и дело сделано. Если не считать одно¬ го момента. Убийца не мог видеть лица жертвы, потому что Туми лежал лицом вниз. Это была моя комната, муж¬ чина лежал на постели, значит это должен быть я. Бедняга Туми. 82
XII Телефонистом в отеле был пожилой болезненный че¬ ловек. Он сказал, что не так давно мне звонил мужчина и спрашивал номер моей комнаты. Назвав номер, телефо¬ нист собрался соединить, но тот повесил трубку. Портье тоже не смог сообщить ничего интересного: он весь вечер был занят и не заметил входивших и выходивших. Я вернулся в комнату и обыскал ее, но ничего не на¬ шел. Позже я получу данные экспертизы пули. Однако кое-что я все-таки нашел. В кармане пиджака Туми лежали два письма, которые мне переслали из ста¬ рого отеля. В первого сообщалось, что к ним прибыл мой чемодан из Мехико, второе было от немецкого хирурга, специалиста по пластическим операциям. Он заявлял, что изображенная на снимке женщина никогда не была его па¬ циенткой, но он знает ее. Это Рондина Лунд, с которой он познакомился еще во время войны. Кажется, она умерла, но это ему известно только по слухам. Что ж, я мог проинформировать его точнее. Первый мой звонок был Мартину Грейди, второй — Томасу Уотфорду. Последний хотел, чтобы я дождался приезда его людей, но я отказался. Сказав, что позвоню, дабы узнать подробности убийства и описание пули, я по¬ весил трубку. У меня не было времени на участие в обыч¬ ной полицейской процедуре. К тому же, если в дело вме¬ шивается Хал Рэндольф, последует много ненужных осло¬ жнений. Я уложил свои немногочисленные вещи, спустился вниз и расплатился, не оставив никакого адреса. Тремя кварталами дальше я вошел в маленький отель для ком¬ мивояжеров и снял помер на имя Фрэнка Уилсона из Мемфиса, штат Теннесси. Несмотря на поздний час, я позвонил Стефану Мидро- су и поднял его с постели. — Слушаю,— сердито сказал он. — Говорит Тайгер Менн. Простите, что разбудил вас, но дело очень важное. — Не беспокойтесь, все в порядке. — Мне не хотелось бы ни с кем входить в контакт, поэтому прошу вас сделать это для меня. — Разумеется. — Вы знаете, как связаться с Грегори Гофта? — Он сейчас дома. Я недавно разговаривал с ним. 83
— Хорошо. Пусть он узнает для меня адрес Алексиса Миннера. Это сотрудник иностранного посольства. — Этот Миннер не только сотрудник посольства,— прервал меня Мидрос.— Он очень опасен. — Знаю. Если его теперешняя работа только маски¬ ровка, значит, он действует не один, а в контакте с други¬ ми людьми. Может быть, он и есть то звено, которое я ищу. — Я знаю этого человека по Венгрии,— сказал Мид¬ рос.— Он очень опасен и неразборчив в средствах, но в данный момент, как сотрудник посольства, пользуется правом дипломатической неприкосновенности, так что са¬ мое большое, что можно сделать,— это объявить его пер¬ соной нон грата и выслать из страны. — Можно сделать и кое-что другое. — То есть? — Похоронить его здесь. Мидрос промолчал, потом сказал повеселевшим голо¬ сом: — Желаю успеха, сэр Постараюсь помочь вам, чем могу. Я сейчас же передам вашу просьбу. — Позвоню вам позже,— сказал я и положил трубку. Мне необходимо было поспать. Я многое уже пере¬ жил, кое-что мне еще предстояло, и для дела я должен был сохранить спортивную форму. Заперев дверь номера, я задернул занавески и бросился на кровать. Обдумывая свои дальнейшие шаги, я заснул с пистоле¬ том в руке. В десять часов я встал под душ, потом побрился, оделся и позвонил Стефану Мидросу. Без всяки* вступле¬ ний он дал мне адрес Алексиса Миннера. — Он живет на 16-й улице, дом 1149, над итальянским магазином деликатесов. Дом имеет четыре выхода: на улицу, крышу и два через подвал в боковые переулки. Гофта напомнил об осторожности. Этот человек — мастер своего дела — Я—тоже. — Вам нужна помощь? — На этой стадии нет. О дальнейшем я вам сообщу — У нас большая организация, мистер Менн. Мы дей¬ ствуем неофициально, но вы можете доверять нашим лю¬ дям: у них большой опыт в подобных делах. — Благодарю вас. Я ценю ваше предложение, но не 84
считаю нужным подключать ваших людей к этому делу. Они вам еще понадобятся. — Понимаю. Я положил трубку, убедился, что запомнил адрес, су¬ нул пистолет в кобуру, взял плащ и шляпу и отправился на инспекцию. Дом был средней руки, из недавно обновленных с це¬ лью сохранения высоких цен на квартиры. Я обошел квар¬ тал и выяснил, что здесь преимущественно жили славяне, немцы и итальянцы. Затем я позвонил Чарли Корбинету. Прежде чем я успел передать ему свою просьбу, он сообщил мне, что Рэндольф и Уотфорд настоятельно желали со мной пого¬ ворить, но ему удалось после долгих уговоров добиться, чтобы мне и дальше предоставляли свободу действий. Я сказал Чарли, что мне нужен служащий городской пожарной охраны в форме, который провел бы меня по дому под видом инспектора и дал возможность незаметно оглядеть его. Я буду ждать этого человека на ближайшем углу через час. Полковник понял мой замысел, пообещал поддержку, призвал меня к осторожности и пожелал уда¬ чи. Около двенадцати часов на углу остановилась красная пожарная машина. За рулем сидел молодой парень, пасса¬ жиром был мужчина лет пятидесяти, больше похожий на полицейского, чем на пожарника. Но у него были шрамы от ожогов на обеих руках и на щеке. Кивнув, он предста¬ вился как капитан Меррей и спросил меня, в чем дело. — Нужно осмотреть выходы дома 1149 по 16-й ули¬ це,—сказал я. — Но мы уже там были на прошлой неделе. — Пройдемся вместе еще раз. Тот пожал плечами. — В доме все в образцовом порядке. Там очень хоро¬ ший управляющий. — И все-таки посмотрим. — Можно мне задать вам вопрос? - Да. — Указание об осмотре исходит свыше, не так ли? По¬ лицейское дело? — Похоже на то. Он усмехнулся и кивнул. — Понятно. Как будем действовать? 85
— Как обычно. Ничего, что могло бы насторожить управляющего и жильцов. — Не беспокойтесь. Такие проверки мы проводим ча¬ сто. Мы подъехали к дому 1149. Нам встретилась полицей¬ ская машина. Они как бы мимоходом кивнули нам, а мы им. На улице никто не обратил на нас внимания. Поли¬ цейские и пожарные были частыми гостями на этой улице. Управляющий, пожилой итальянец, живший в подва¬ льном этаже, так гордился своей должностью, что был в восторге от частых инспекций. Он провел нас по всему зданию, улыбаясь и тараторя, расписывая чистоту и без¬ опасность здания, и буквально засиял, когда Миррей по¬ ставил плюс против номера 1149. На эту комедию пришлось ухлопать два часа, однако я успел увидеть все, что хотел. Один лифт обслуживал че¬ тыре этажа, лестница доходила до чердака, снаружи на стенах дома были железные пожарные лестницы. Мы проверили их все и, карабкаясь мимо квартиры Миннера, я заглянул в окно. Его не было дома, как и ска¬ зал нам управляющий. На кухонном столе стояли две пу¬ стые бутылки из-под виски, одна полупустая и четыре ста¬ кана. Меррей сделал запись в своем журнале, задал несколь¬ ко обычных вопросов, и мы вышли. В машине он спросил меня: — Довольны? — Да, благодарю. — Могу ли я для вас сделать что-нибудь еще? — Сейчас нет. Куда вы направляетесь? — Вернусь на дежурство. Вас куда-нибудь подбро¬ сить? Я назвал ему место. Это было недалеко. Меня интере¬ совали ответы на некоторые вопросы. Может быть, Грэтхен Ларк даст их. На ней была свободная блуза до колен, испачканная красками. В левой руке она держала палитру, а в зубах за¬ жала кисть, правой рукой открывая мне дверь. При виде этого зрелища я так расхохотался, что она чуть не выро¬ нила кисть. — Вот это неожиданность, Тайгер. Ее блуза была застегнута только на две средние пуго¬ 86
вицы, и по белизне просвечивающей кожи я понял, что под блузой больше ничего не надето. — Богема до мозга костей. Это мне правится. Она смущенно улыбнулась, оглядела себя и, казалось, не знала, куда девать свои руки. В конце концов, она лок¬ тем отбросила с лица распавшиеся волосы и жестом при¬ гласила меня войти. — Не смотри на меня. Я не ждала гостей. — Ты выглядишь потрясающе. Она бросила уничтожающий взгляд через плечо. — Мужчины! Вымыв кисть в скипидаре, она вытерла ее и положила рядом с другими на стол возле мольберта. Я подошел и посмотрел на портрет. Бертон Селвик выглядел настоящим британским львом — гордым, пол¬ ным достоинства, с энергичным взглядом и решительным подбородком. — Тебе нравится? — Он выглядит немного переутомленным и больным. Грэтхен отступила на несколько шагов назад, нахму¬ рившись, посмотрела на портрет, передвинула мольберт, чтобы на него иначе падал свет, и потом задумчиво кив¬ нула. — Ты прав. Это моя ошибка. Я питаю большую сла¬ бость к реализму. Как ты думаешь, стоит продолжать? — Боже мой, я не художник. Но раз уж портрет пред¬ назначается его жене, я бы па твоем месте его немножко приукрасил. — Неплохая идея. — Как он себя чувствует? — Гораздо лучше. — Что же с ним такое случилось? — Как я тебе уже говорила, у него язва желудка. В прошлом году ему удалили камни из желчного пузыря. Его пост не оставляет времени для правильного лечения. Он весь напичкан лекарствами... Если ты не против, я сей¬ час оденусь. — По мне так даже лучше,—сказал я с усмешкой. Она состроила гримасу, сказала «развратник» и скры¬ лась в спальне. Рядом с креслом, в котором позировал Селвик, стоял стол, на нем я увидел небольшую коробку и поднял ее крышку. Это была аптечка Сел вика. В ней помещалось 87
около дюжины флаконов и коробочек с различными пи¬ люлями, таблетками и капсулами. Грэтхен вышла из спальни в юбке и свитере, благоухая смесью скипидара и духов «Шанель» № 5. Указав на от¬ крытую коробку, она сказала — Понимаешь, что я имела в виду? Он сидит и ест их как конфеты. — Врачи знают, что делают,— сказал я. Она потуже затянула пояс и разгладила юбку на бед¬ рах. — Раньше я была медсестрой.— Она рассмеялась.— Забавно, что мне всегда все хотелось испытать. Я была хорошей сестрой, но мне это быстро надоело. Кажется, меня надолго ни на что не хватит. — Тебе нужно будет как-нибудь попробовать с заму¬ жеством. Это наверняка тебе понравится. — Может быть, позже, Тайгер. Есть еще много не¬ изведанного, и хотя я женщина, мне хотелось бы узнать жизнь, прежде чем я встану к мойке с грязной посудой.— Она повернулась на вращающемся табурете.— Итак, что мы теперь будем делать? Сегодня суббота, и я голодна. Намек мой достаточно ясен? — Пойдем поедим,— сказал я. — Куда? — Ну, в тот ресторан, где можно получить экзотиче¬ ское меню. — О, туда, где мы были в последний раз? — Днем там нет представления, но еда хорошая. Когда мы вошли в ресторан, Делла еще не было на ме¬ сте, но нас. впустил Джо Стоун, приветствуя широкой улыбкой и свистом, относящимся к Грэтхен. Стоун зани¬ мался делами, связанными с укрывательством краденого, особенно драгоценностей и, кроме того, охотился за тор¬ говцами наркотиками. Особую ненависть он питал к ге¬ роину, от которого умерла его жена. Он убил «толкача», поставлявшего ей наркотик, но еще не насытился местью. Он был на очень хорошем счету у полиции, и ему многое прощалось. Он передал нас официанту, рекомендовав блюда на се¬ годня. Когда мы уже сидели за столом, он подошел и ска¬ зал, что у него кое-что есть для меня, дав при этом понять, что это не для женских ушей. Грэтхен со вздохом отпусти¬ ла меня. 88
Однако это не имело ничего общего с сексом. В каби¬ нете меня ждал Делл. Закрыв за нами дверь, он сказал: — У меня есть для вас новости, Тайгер, относительно вашего человека с изуродованным пальцем. Его видели. — Где? — Неподалеку отсюда. В квартале между 4-й и 14-й улицами. — Кто его опознал? — Двое. Продавец газет опознал руку. Этот человек купил у него газету на иностранном языке. А мелкий тор¬ говец наркотиками по имени Марти Леман по чистой слу¬ чайности продал вашему человеку три капсулы героина. Марти видел его только один раз в полутьме. Эти сведе¬ ния вам помогут? — Да. Одно подходит к другому. Важно, что этот че¬ ловек — наркоман. — Да. Будьте осторожны, Тайгер, такие люди опасны. Когда я вернулся к Грэтхен, она не без яда спросила: — Ну и как она? — Недоразумение,— сказал я.— Речь шла совсем о другом. Давай поедим, мне нужно идти — Могу я пойти с тобой? — Нет! — Почему? — Меня ждут дела. Женщины мешают сделкам — Я тебя увижу еще? — Может быть. — Когда? Я подозвал официанта и, расплачиваясь, спросил. — Ты уверена, что хочешь увидеть меня еще раз? Ее глаза затуманились, а на губах появилась нежная улыбка. — Конечно, Тайгер. Мне самой это странно, но у меня такое чувство, что до тебя в моей жизни не было ничего настоящего. С тех пор, как я узнала тебя... ну, я чувствую себя совершенно иначе. — Этим не шутят. Очень жаль, если это так. — Не пугай меня., Я почувствовал себя спокойно и легко. Если не было надежды на будущее с Рондиной, а ее никогда по- настоящему не было, то все равно, с кем оно будет. Мо¬ жет быть, с Грэтхен Ларк, кто знает? Пока скачка не выи¬ грана, флаг не опущен. — Ты меня не выдашь? 89
— Как ты можешь так думать? — Во всяком случае, постарайся. Я откинулся на спинку стула и стал подыскивать сло¬ ва. — Предположим, я должен убить кое-кого. — Это необходимо? - Да. — И нет другого выхода? — Никакого. — Кто он? — Это не один человек. Вероятно, их будет двое. Есть еще и другие, но они уже получили свое. Грэтхен посмотрела на меня с сожалением. — Я понимаю тебя, Тайгер, и сочувствую тебе. Делай то, что считаешь нужным, только не оставляй меня... Ког¬ да? Я приподнял плечи. — Может быть, сегодня вечером. — Ты будешь осторожен? — Я всегда осторожен. — Ты вернешься? — Позже. — Я буду тебя ждать,— нежно сказала она. Около 17 часов я высадил Грэтхен перед ее домом и отправился к Эрни Бентли в его новое пристанище. Это было нечто среднее между лабораторией и слесарной ма¬ стерской. Когда я вошел, он сидел над микроскопом. Проходя мимо квартиры Миннера, я приметил марки его замков, и теперь попросил Эрни изготовить мне не¬ сколько ключей. За двадцать минут он сделал мне шесть штук. Хотя бы один из них должен был подойти. В ожидании ключей я позвонил Чарли Корбинету и справился насчет той пули, которой был убит Туми. — Она выпущена из того же пистолета, который при¬ менили против вас. — Этот тип, наверное, сошел с ума, раз так цепляется за эту пушку. Если поймают с ней, его песенка спета. — Но только не при наличии дипломатического па¬ спорта. - —: Возможно, мы говорим о разных людях. Этот па¬ рень достаточно умен. — Тайгер... — Да? 90
— В январе сорок первого года вы получили кольт ар¬ мейского образца. Он еще у вас? — О’кей. Я понял. — У вас есть еще что сказать мне? — спросил Корби- пет. — Пока только предположения. Мне придется пред¬ принять кое-какие шаги, чтобы выманить их из норы. — Тогда сделайте это поскорее. Желательно в бли¬ жайшую неделю. Если дыру в ООН не заштопать, то мы потеряем очень многое. — Не беспокойтесь,— ответил я.— В крайнем случае, я знаю один верный способ ее сразу заштопать. Вы полу¬ чили врачебное заключение о состоянии Селвика? — Оно лежит передо мной. Сделаны все необходимые анализы. Результаты отрицательные. Его приступ был естественным. — Тонкая работа,— заметил я. — Что вы имеете в виду? — Я могу назвать вам два смертельных яда, не остав¬ ляющих после себя следов. Любой врач признал бы смерть после них естественной. — Селвик не умер, а находится в превосходном со¬ стоянии, если не считать его старой болезни. Его исследо¬ вали несколько медицинских светил. — Существуют яды, временно создающие болезнен¬ ное состояние у человека, и они тоже не оставляют следов. Но прекратим этот спор. Я вам еще позвоню. Эрни уже изготовил ключи. Он сунул мне их в руку и сказал: — Звонил Мартин Грейди. Мы тут придумали кое-что новенькое, и это тебе может понадобиться. Вот посмотри. Он показал мне три черных снаряда, каждый размером примерно в половину шара для гольфа. На одном из них было белое колечко. — Помнишь хлопушки, которыми мы играли в дет¬ стве? Бросали их на пол или об стену, и они взрывались. — Помню. Но они были не опасны, если только не по¬ падали в глаза. — А эти штуки имеют взрывную силу ручной гра¬ наты. — Они надежны? Эрни красноречиво поднял плечи. — Это новинка. В лабораторных условиях они дей¬ 91
ствовали надежно. Положи их в карман и особенно не тряси. — Спасибо за совет. — Предлагаю завернуть их во что-то и рассовать по разным карманам, чтобы они не касались друг друга. И не вешай плащ поблизости от батарей отопления: гранаты взрываются при пятидесяти градусах. Та, на которой бе¬ лое колечко, имеет зажигательные свойства. — Термит? — Мы продвигаемся вперед, Тайгер. Это похоже на термит, только гораздо лучше... Делвик пользовался этим в Югославии, чтобы вскрыть сейф, из которого он достал бумаги Морвича. Я сунул по гранате в карманы плаща, а ту, что с белым колечком, отправил во внутренний карман пиджака. — Ты знаешь о Туми? — Да, от Грейди,—сказал Эрни.— Я рад, что сижу в четырех стенах, а наружной работой занимаются наши герои. — Отшельник, где же ты познакомишься со своей де¬ вушкой? — Найду. Если ты воспользуешься гранатами, сооб¬ щи мне, как они сработали. Можно будет улучшить. — Утешил... В утренних газетах было сообщение об убитом постоя¬ льце «Честер-отеля». Его опознали как мелкого дельца с пристрастием к покеру, приехавшего со Среднего Запа¬ да. Вероятно, его убили профессиональные игроки в покер из преступного мира, потому что рядом с ним был счет. В статье содержалось предостережение новичкам, приез¬ жающим в большой город, чтобы не быть «обстриженны¬ ми». Это явно работа центра в Вашингтоне, и местной по¬ лиции пришлось плясать под его дудку. Для меня важно одно: Видор Чарис знает, что я жив и что полиция идет по неверному следу. Он постарается убрать меня как можно скорей, чтобы я не нарушил планы хозяев. Мой девиз теперь — атака. Десять минут спустя я уже находился на пути к квартире Миннера. Окна были темными. Я огляделся, чтобы убедиться, что за мной никто не наблюдает, проскользнул в подъезд и поднялся по лестнице. В целях предосторожности я два¬ жды позвонил в квартиру. Никто не ответил, и я взялся за 92
ключи Эрни Уже второй ключ подошел. Я открыл дверь и вошел. Переступая через порог, я почувствовал, как что-то мягкое задело мое лицо, и проклял свою неосторожность. Миннер поставил на дверь «предохранитель». При свете фонарика я нашел на полу тонкую нитку Мне понадобилось немало времени, чтобы снова укре¬ пить ее и тем самым не дать Миннеру понять, что в квар¬ тире в его отсутствие кто-то побывал. Опустив шторы на окне, я зажег свет. Всего одна лам¬ почка загорелась под потолком. Я вывернул ее, сунул в патрон сложенную в несколько раз станиолевую бумаж¬ ку и опять ввернул. Это был старый трюк школы Чарли Корбинета, с помощью которого можно было оградить себя от многих неожиданностей. Потом я снова поднял шторы и огляделся вокруг. Квартира была дорогой и комфортабельной, но Алек¬ сис Миннер, казалось, не утруждал себя соблюдением по¬ рядка и чистоты. Везде валялись окурки, на мебели были следы от горящих сигарет, а ковер и вовсе прожжен. На столе среди грязных тарелок и стаканов стояли две бутыл¬ ки виски В квартире было две спальни, в каждой по две крова¬ ти Значит, он мог разместить здесь много людей. Я решил обыскать ящики комода, но предварительно убедился, что они ничем не защищены. В комоде и в шка¬ фу вещей было не больше, чем на дне чемодана. Значит, Миннер приехал ненадолго. Кухня была не убрана. Бутылки и стаканы, которые я видел через окно, все еще стояли на столе. В шкафу я на¬ шел запас консервов, бывших, вероятно, обычным ежед¬ невным рационом хозяина. На крючке висели батоны коп¬ ченой колбасы. Я уже собирался закрыть шкаф, но тут за¬ метил на верхней полке картонную коробку. Я снял ее, от¬ крыл крышку и увидел три флакона, упакованные в вату В одном из них был голубой порошок. Я открыл флакон. Запах порошка показался мне зна¬ комым Я попробовал его на вкус, и подозрение подтвер¬ дилось Это был пентотал — средство, развязывающее че¬ ловеку язык против его воли. В других флаконах были стрихнин и синильная кислота. Банда приготовилась основательно, но и я теперь то¬ же Я возобновил обыск Мне показалась подозрительной 93
машина для мойки посуды и сушка, стоявшие в стенной нише. Вряд ли ими часто пользовались. Я начал осмотр с моечного барабана. Ничего. У меня не было никакого определенного подозрения, но я искал оружие, взялся за сушку и нашел там кое-что. Но это было не оружие. Там лежала пачка новеньких тысячедолларовых банкнот, за¬ вернутая в бумагу и положенная рядом с нагревательны¬ ми элементами. Стоило кому-нибудь включить сушилку, и сорок одна тысяча долларов превратилась бы в пепел. Я вынул из пачки три бумажки, а остальные положил на место. «Теперь будет за что объявить Алексиса Миннера пер¬ соной нон грата»,— с улыбкой подумал я. Но улыбка сейчас же исчезла у меня с губ, так как я услышал скрежет ключа в замке и голоса за дверью. Я быстро вытащил пистолет и встал за распахнутой две¬ рью кухни. Их было по крайней мере трое, вероятно, про¬ фессиональные убийцы, и если я собирался что-то пред¬ принять, то нужно было делать это быстро. Кто-то зажег свет. Лампочка горела две секунды, по¬ том с шипением перегорела. За эти мгновения мне уда¬ лось кое-что рассмотреть. На одном из мужчин была тирольская шляпа с пером. Я уже. однажды видел его, когда он стрелял в мою поду¬ шку, а я висел за окном. У второго пария рука была на перевязи. Ее повредил ему Туми, выбив в коридоре отеля кольт из его рук. Третий человек мог быть только Миннером. Голос с сильным акцентом сказал: — Перегорела, Алексис. Я зажгу свой фонарик. Один из них зажег фонарик, но в тот же момент другой крикнул: «Не надо!» Очевидно, ему был известен трюк с лампочкой. Я уже ничего не мог изменить и выскочил из-за двери. Обстоятельства повернулись не в мою поль¬ зу. Фонарик тотчас же погас, и мне не оставалось ничего другого, как отпрыгнуть в сторону и упасть ничком на пол. То же самое сделали и три парня, судя по грохоту, ко¬ торый они подняли. Первый выстрел пришелся в раму кухонной двери, за которой я только что стоял. Я не ответил, чтобы не вы¬ дать себя вспышкой, и дождался, когда глаза привыкли к темноте. Вскоре в углу комнаты я смутно разглядел по¬ вязку, белевшую на руке человека, стащил один ботинок и бросил его в сторону мужчин. Он ударился о стул и 94
с грохотом упал на пол. Никто из них не попался на этот трюк. Они понимали, что находятся в невыгодном поло¬ жении, потому что могут столкнуться в темноте. Тут я увидел слабый свет примерно в двух метрах от себя и понял, что это ручные часы со светящимся цифер¬ блатом. Я бесшумно заполз в тыл парню, сунул револь¬ вер за пояс, прикинул примерное расположение его голо¬ вы и шеи, напряг все мускулы и прыгнул. Попал ему на спину и уверенной хваткой стиснул его горло. Он отби¬ вался ногами. Я замотал его в пиджак, подтянул и поло¬ жил рядом с собой в качестве прикрытия. И сразу же пер¬ вые пули ударили в его тело. Когда стих первый залп, я потянулся за своим пистолетом, но не нашел его. Дол¬ жно быть, он выпал из-за пояса во время прыжка. Я нащу¬ пал пистолет убитого. Это был кольт-35. Дождался вто¬ рого залпа своих противников и выстрелил на звук. После моего второго выстрела послышался резкий стук падения. Теперь последний оставшийся в живых принялся бес¬ порядочно палить в мою сторону, но попадал в своего мертвого приятеля. Мне очень хотелось, чтобы это был Миннер. Кто бы он ни был, но все боеприпасы у него вышли. Я вспомнил, что на столе, рядом с которым я лежал, стоя¬ ла лампа. Держа в правой руке кольт, я нащупал левой ру¬ кой лампу и включил ее. Алексис Миннер лежал на полу лицом ко мне и рылся в кармане пиджака, очевидно, в поисках обоймы. Увидев направленное на него дуло, он прошептал: — Тайгер Менн? — Руку из кармана! — приказал я. После некоторого раздумья он вытащил и показал мне пустую ладонь. Страх смерти в его глазах сменился наде¬ ждой и тоской. — Я обладаю дипломатической неприкосновенно¬ стью. Вы находитесь в моей квартире,— заявил он. — Зато у меня в руках оружие. И я нашел деньги в по¬ судомоечной машине. Те самые банкноты, которыми вы расплачивались с моими убийцами. Но я опередил их. — Не понимаю, о чем вы говорите,— хрипло сказал Миннер. — Если вы вернетесь домой живым, вас тут же ликви¬ дируют. У вас есть последний шанс. Скажите мне, кто на¬ нял убийц? Кто ваше доверенное лицо в ООН? Это жен¬ щина? Это... 95
Я не успел закончить фразу. Он, как кошка, вскочил с пола, и мне пришлось выстрелить в него. Пуля настигла его в начале прыжка, и он рухнул на пол. Я попал ему в го¬ лову. Жаль, подумал я. Парень оказался крепче, чем я ду¬ мал. По сути дела, это было самоубийство от отчаяния. Он понял, что игра проиграна, и решил покончить со всем, прежде чем я заставлю его заговорить. Мне оставалось сделать еще одно. Я взял оба кольта и в ванпой сделал из каждого по одному выстрелу в умы¬ вальник с водой. Пули опустились на дно, я выловил их и спрятал. Потом стер с пистолетов свои отпечатки и вло¬ жил их мертвым владельцам в руки. После недолгих пои¬ сков нашел свой пистолет и спрятал его в кобуру. Впервые мне повезло. Из моего пистолета не было сде¬ лано ни одного выстрела. В квартире найдут троих уби¬ тых, перестрелявших друг друга, очевидно, из-за денег, которые полиция найдет в сушке. Во всяком случае, я буду в стороне от допросов и смогу спокойно нанести свой по¬ следний удар. Я собирался протереть те предметы в квартире, на ко¬ торых могли случайно остаться мои отпечатки, но услы¬ шал на улице вой полицейской сирены. Через окно кухни я вылез на пожарную лестницу и спу¬ стился по ней во двор, а оттуда вышел на боковую улицу Не спеша прошел шесть кварталов, остановил такси и на¬ звал шоферу адрес Чарли Корбинета. У меня было два дела к Чарли. Во-первых, он должен был удостовериться в том, насколько чисто я выполнил задание, а во-вторых, мне нужно было заручиться его под¬ держкой для выполнения следующего. Но прежде всего я заехал еще раз к Эрни Бентли. Была полночь, когда я добрался до дома Чарли, по¬ звонил ему снизу из телефонной будки и получил его «добро». Он был дома один и еще не ложился спать. Его квартира была больше похожа на канцелярию. В большой комнате стоял письменный стол, шкаф с кар¬ тотекой и закрытая стеклянная горка с оружием. Атмо¬ сфера комнаты напоминала о добрых старых временах. Чарли был в пижаме, халате и варил кофе. — Выпьем кофе, Тайгер? — С удовольствием. Он мне не помешает. — Могу представить.— Чарли налил мне кофе.— Только что мне звонили. В одной квартире на 16-й улице 96
была перестрелка. Трое убиты. Все трое иностранцы, при¬ чем один из них член делегации ООН. Вы можете сказать мне что-нибудь в связи с этим. — Я — нет. Но что думает полиция? Он задумчиво отпил кофе, посмотрел на меня поверх чашки и сказал: — По первому впечатлению, считают, что они пере¬ стреляли друг друга. Выстрелы сделаны только из их ору¬ жия. Кстати, того самого, из которого убит Туми и стре¬ ляли в вас. Он не сообщил мне ничего нового. Я знал это от Эрни после экспертизы принесенных пуль. — Известно, почему они перестреляли друг друга? — В посудомоечной машине нашли много денег. Ве¬ роятно, они и были причиной. — Вы тоже так считаете? — Нет, да и полиция, кстати. Итак, в чем причина ва¬ шего прихода? Я вынул из кармана три купюры по тысяче долларов и положил их перед Корбинетом на стол. — Проверьте, пожалуйста, номера серий, не из того ли они источника, что и первая, которую я вам дал. Нахмурившись, Чарли хотел что-то сказать, но потом нехотя взялся за телефон, провел два коротких разговора, пока, наконец, к телефону не подошел человек, которому он назвал номера банкнот. Он подождал минуту, пробор¬ мотал в трубку что-то неразборчивое и положил ее. - — Вы оказались правы, Тайгер,— сказал он.— Что теперь собираетесь делать? — Покончить с Видором Чарисом,— невозмутимо ответил я. — Каким образом? Я невинно улыбнулся, встал и сказал: — Лучше вам этого не знать. Не хочу, чтобы у вас был конфликт с совестью. — Как хотите, Тайгер. Но предупреждаю вас: вы играете в опасную игру. — Кому вы это говорите, полковник? Я знаю свои шансы.— Я направился к двери, обернулся с порога и до¬ бавил: — Во всяком случае, я благодарен вам, полковник. — За что? — Во-первых, за то, что вы закрываете меня своей спиной, а во-вторых, за то, что даете зеленый свет. 4 Заказ 1828 97
С этими словами я вышел и уже не слышал, что он кри¬ чал мне вдогонку. Через полчаса я лежал в постели, раздумывая над своим положением и отнюдь не находя его блестящим. Я имел только один след, который мог привести меня к Видору Чарису,— тот, что начинался в кинотеатре «Гре¬ нобль». Пожелав себе удачи, повернулся на бок и уснул. Когда я пришел, касса «Гренобля» была уже открыта и перед окошком стояло человек шесть. Я дождался своей очереди и сунул в окошко деньги. Не глядя на меня, кас¬ сирша дала мне билет и сдачу, а сама углубилась в газету. Я занял то же место, что и раньше, и стал ждать, дер¬ жа наготове пистолет. Через три часа я, разочарованный, вышел из кинотеатра. Ни Видор Чарис, ни его сообщник не появились. Я начал сомневаться в своем везении. Завтра будет по¬ следний день просмотра иностранных фильмов в «Гре¬ нобле», в другой раз они пойдут только через три неде¬ ли. Будет уже слишком поздно — на следующей неделе кризис в ООН должен как-то разрешиться. Я позвонил в наше бюро в Ньюарк и спросил, не полу¬ чили ли они сообщения о новом следе Чариса, но мне да¬ ли страдательный ответ. Моей последней надеждой был Делл. Я позвонил ему домой, но он тоже не сообщил мне ничего нового, только пообещал подстегнуть своих людей и пригласил меня пос¬ мотреть сегодняшнее вечернее представление — парижскую новинку. Был субботний вечер, самый одинокий для меня вечер недели, и я позвонил Грэтхен. Она сказала, запыхавшись: — Тайгер, я впервые встречаю такого спонтанного че¬ ловека. Ты не находишь, что сейчас поздновато для при¬ глашения? — Напротив. — Что с тобой? Твой голос звучит так печально. — У меня неприятности, и ты должна меня утешить. Сегодня в подвальчике у Делла новое шоу, и, если ты по¬ торопишься, мы успеем его увидеть. Это не значит, что ты можешь пренебречь туалетом. Ты должна быть как всегда соблазнительна... Она звонко рассмеялась. — Ты меня уговорил, Тайгер. Заедешь за мной? 98
— Возьми сама такси и приезжай туда. Так будет бы¬ стрее. — О’кей. Ты никудышний кавалер, но я не могу устоять перед твоим обаянием. Десять минут спустя я был около ночного клуба, и Делл уже ждал меня. Я предупредил его, что моя дама сейчас приедет, и попросил провести ее в мою ложу. Пере¬ дав это распоряжение своему привратнику, он проводил меня к угловой ложе и задернул занавески. Я заказал офи¬ цианту-арабу два напитка, указал на стол и спросил Дел¬ ла: — Выпьете со мной? — Охотно, Тайгер. Нам не часто предоставляется та¬ кой удобный случай. — Новости есть? — Как я уже говорил, это все нелегко. Человек, кото¬ рого вы ищете, принадлежит к типам, не очень охотно по¬ казывающимся на людях, а предпочитающим отсижива¬ ться в своей норе. Но, поверьте мне, мои люди на постах. Я повысил сумму премии и, если его заметят, вас сразу же уведомят. Как в обычном застольном разговоре, он поднял ста¬ кан и выпил. Вошел официант и открыл занавески. Там стояла Грэтхен Ларк в белом пальто, облегающем ее фигуру, как перчатка. Мы встали, и Делл одобрительно кивнул мне. — Ну, а теперь я вас покину,—сказал он.— Шоу сей¬ час начнется. — Входи, крошка,— пригласил я Грэтхен. Улыбнувшись, она сняла пальто и бросила его на спинку стула. На ней было узкое черное платье с глубоким вырезом. — Ты выглядишь очень сексуально,— признал я. — Я этого и добивалась. Я сделал знак официанту, и он принес два новых на¬ питка. Потом я вложил ей в рот сигарету и дал заку¬ рить. Поверх пламени спички Грэтхен серьезно взглянула на меня. — Я очень беспокоилась о тебе,— сказала она. — Почему? — Потому что... ты же знаешь... последний раз...— Она не договорила. — Я пока еще жив. 99
— Ты выполнил свое намерение? — Отчасти. Она выпустила струю дыма в воздух и умоляюще по¬ смотрела на меня. — Тайгер, надеюсь, что так и будет впредь: я не знаю, чем ты занимаешься, и, думаю, это к лучшему, но прошу тебя — будь осторожен. — Обещаю. Она перегнулась через стол и взяла мою руку. У нее были длинные прохладные пальцы, на подушечках оста¬ лись следы голубой краски, которую она, очевидно, не су¬ мела смыть. — Как продвигается портрет? — спросил я. — Еще один сеанс, и будет готов. Но кто знает, когда у мистера Селвика опять найдется время. У него начина¬ ется рабочая неделя. — Наверное, он рад, что может отдохнуть у тебя? Она улыбнулась, и ее зубы сверкнули жемчугом. — Да. Когда ему бывает плохо, он приходит ко мне. Сидит в кресле и глотает свои пилюли. Никто ему не ме¬ шает, телефон не звонит. Иногда он даже засыпает.— Она пожала мою руку.— Когда я тебя нарисую? — Обнаженным? — спросил я. — Конечно,— невозмутимо ответила она. Мы оба рассмеялись. Оркестр заиграл мелодию. Свет погас, и в луче про¬ жектора появились четыре девушки. Они начали танце¬ вать, вращая бедрами. Грэтхен взглянула на меня с разочарованным видом. Я пожал плечами. Музыка смолкла, девушки исчезли. Потом на сцене под ритмичную дробь барабана появилась пара апа¬ шей — он в обычной фуражке, черном пиджаке и красных брюках, она в черной юбке с разрезом на боку и в свобод¬ ной красной блузе. Они демонстрировали в танце обыч¬ ную любовную игру парижских гангстеров: она манила его, отступая и увертываясь, он охотился за ней. Грэтхен сказала: — Я думала, что твой друг предложит нечто особен¬ ное. — Я не знаю этого номера,— ответил я. Танец становится все более диким, барабанная дробь участилась, и неожиданно зрители увидели, что в борьбе мужчина стал срывать с женщины одежду. Лица зрителей 100
опять загорелись, и влажные руки вцепились в края столи¬ ков. Теперь танцующая пара превратилась в вихрь борю¬ щихся рук и двигающихся ног. Женщина была почти об¬ наженной, и когда партнер сорвал с нее последнюю де¬ таль туалета, она подскочила к нему и выдернула руба¬ шку у него из брюк. Та расстегнулась, а брюки упали на пол, свившись клубком. Тут же все увидели «изюминку» номера. Оба исполнителя были женщинами. Я отпил виски и бросил взгляд на Грэтхен. Она побледнела, и на ее виске бурно колотилась жилка. Она почти не обратила внимания, что Делл заглянул в ложу и поманил хменя. Я вышел. Он отвел меня в угол и прошептал на ухо: — Вашего человека видели. — Которого? Делл показал несогнутый палец. — Сначала в магазине деликатесов, потом его просле¬ дили до одного маленького кинотеатра. — «Гренобля»? Он кивнул. — У вас неплохой аппарат. — Делаем, что можем. Он спрашивал у администра¬ тора, будет ли завтра и сегодня идти иностранный фильм. «Бедняга Чарис,— подумал я.— Тоска по родине дове¬ дет его до могилы». — Ваш человек не узнал, где он живет? — К сожалению, нет. У него аллергия на полицию, а там на углу стоял коп, и он не рискнул идти дальше. — Большое спасибо, Делл. Я вернулся в ложу. Номер приближался к концу. Мно¬ гие посетители, не стесняясь, вставали, чтобы лучше рас¬ смотреть происходившую на сцене бесстыдную игру, пере¬ плетение рук и ног. В этот момент свет погас, а потом за¬ горелось обычное освещение за столиками. Но прошло еще несколько секунд, прежде чем зрители облегченно вздохнули. Грэтхен старалась нервным смешком разрядить об¬ становку, но на ее лице еще было виноватое выражение. — Это невероятно,— хрипло сказала она. — Я же тебя предупреждал. — Ты видел лица людей? — Она указала на столики.— Особенно женщин. 101
— Тебе достаточно посмотреть на себя в зеркало,— заметил я с улыбкой. — И ты мог так просто уйти? — Я и не то еще видел в старушке Европе. Она выжидательно улыбнулась. — Твой приятель опять предлагал тебе комнату? — Нет, кое-что лучшее.— Чтобы не лгать, я поспешно сказал: — Пойдем? — Если хочешь. — Хорошо. Я отвезу тебя домой. — Зайдешь ко мне? — Нет. Сегодня мне нужно как следует подумать и выспаться. Мы простились с Деллом, и он вызвал такси. Я назвал шоферу адрес Грэтхен. В машине я зажег спичку, чтобы дать ей закурить, и смотрел, как она зажала в губах сига¬ рету, окрасив ее помадой. — Ты красивая,— сказал я. — Красивее Эдит Кейн?—насмешливо спросила она. — Эдит другого типа. — Она ревнует, правда, не показывает этого, но жен¬ щины всегда чувствуют такие вещи. — Разве ты сказала ей, что мы встречаемся? — Конечно. Мы разговариваем по телефону почти каждый день. По-моему, она расстроилась, когда об этом узнала.— Грэтхен улыбнулась.— Откровенно говоря, мне это безразлично. А тебе? — Я сижу рядом с тобой, дорогая. Она искоса взглянула на меня. — В твоем лице всегда что-то меняется, когда ты го¬ воришь о ней. — Правда? — Ты был когда-то влюблен в нее? Я запрокинул голову. — Давно. Лет двадцать назад. .— Но как же?.. Я увидел в ее глазах любопытство, но мне не хотелось сейчас удовлетворять его. — Может быть, на днях я тебе расскажу. Я остановил такси на углу перед ее домом и попросил водителя подождать. Мы вышли из машины, и я прово¬ дил ее до двери дома. Она подняла ко мне лицо, ее губы были влажны, глаза блестели. 102
— Спасибо за прекрасный вечер, Тайгер,— сказала она. Я бегло поцеловал ее и почувствовал, как ее губы дрог¬ нули и напряглись под моими. — В следующий раз я позвоню тебе пораньше, доро¬ гая,—сказал я. Прощальный кивок, и она поднялась по лестнице. Ког¬ да дверь за ней закрылась, я повернулся, чтобы идти к такси, и заметил подъезжающую машину. Меня кольну¬ ло зловещее предчувствие. В моем распоряжении была то¬ лько одна секунда, и я бросился на мостовую позади двух мусорных баков. В тот же момент послышался резкий треск пистолета. Пули ударились в металл баков и рикошетом отскочи¬ ли в стену за мной. Одна пуля задела мой рукав, вторая взрыла асфальт, и меня осыпало дождем мелких камен¬ ных осколков. Я не мог пошевелиться, не мог достать пи¬ столет, так как потерял бы укрытие. Мой шофер такси не стал больше ждать. Он развер¬ нулся, описал дугу около приближающегося черного ли¬ музина и укатил. Лимузин притормозил, не останавли¬ ваясь, из него выскочил мужчина с пистолетом и побежал к бакам. На этот раз они хотели действовать наверняка. Я вытащил пистолет и выстрелил в этого человека. По- видимому, попал в его пистолет, потому что он вылетел у него из руки. Парень громко вскрикнул. Мне не понадобилось стрелять в него еще раз, его спутники сделали это за меня. Они открыли в мою сторо¬ ну сильный огонь, и мне пришлось снова спрятаться за ба¬ ки. Кто-то в лимузине крикнул, чтобы закрыли дверцу, и машина тронулась дальше. Полицейская машина, которая появилась из-за угла, чуть не столкнулась с лимузином. Шофер первой вывер¬ нул руль и затормозил в нескольких метрах, но лимузин проскочил вперед и врезался в столб. Из мотора взвилось желтое пламя, раздался взрыв, и машина разлетелась на куски. Два полицейских подбежали с огнетушителями к горя¬ щим останкам. В окнах домов появились встревоженные лица, а из дверей—любители острых ощущении, которые еще не успели лечь спать. Мною никто не интересовался. Позже шофер такси сделает заявление, но пока в моем ра¬ споряжении было достаточно времени, чтобы скрыться с места происшествия. 103
«Грязная работа, Рондина,— подумал я, неторопливо сворачивая на боковую улицу.— Раньше ты сама выпол¬ няла такие вещи, и гораздо лучше. Что ты скажешь, узнав, что и на этот раз все сорвалось? Каков будет твой следую¬ щий шаг? Поторопись, потому что я вишу у тебя на пятках». Пройдя три перекрестка, остановил такси и поехал в свой отель. Я вычистил пистолет, принял душ и улегся в постель. И вдруг меня словно током пронзило: ведь я все время мотался с гранатами Эрни в карманах. Потом я набрал номер Грэтхен. Она сразу ответила встревоженным голосом: — Алло? — Это я, дорогая. — О, Тайгер,— с облегчением вздохнула она и после паузы сказала: — Сразу, как ты ушел... я еще была на лест¬ нице... — Я знаю. — Ты не пострадал? — Ни одной царапины. Кажется, она заплакала. — Они выслеживали тебя, да? — Кажется, да. Но это составная часть моей профес¬ сии. Не беспокойся обо мне. — Постараюсь. — Тогда все в порядке.,Мне просто хотелось сказать тебе, что я жив. А теперь — спокойной ночи. Я закончил разговор и позвонил Чарли Корбинету. Он спал, но узнав, что это я, подошел к телефону. — Они попытались еще раз, полковник. Лучше будет, если вы как можно быстрее позаботитесь об этом.— Я ко¬ ротко проинформировал его и закончил: — По моему предположению, все преследователи погибли. Вероятно, это члены той самой гангстерской шайки из Чикаго. Уве¬ домите Рэндольфа и позаботьтесь, чтобы моя фамилия не упоминалась. Они сами убили одного из своих, когда он попал в зону их огня. Это подтвердят пули в его трупе. — Боюсь, что Рэндольф будет очень недоволен. Он за¬ хочет лично поговорить с вами. — Он понимает, что должен играть мне на руку. Я единственный человек, который держит в руках нить к этому делу. Если он заупрямится, действуйте через его голову. — Мне ничего другого и не остается. 104
— Кстати, Рэндольф обещал мне установить слежку за Эдит Кейн. Что-нибудь удалось выяснить? — Ничего существенного. Она ведет себя совершенно спокойно. Остальные следы потеряны, Тайгер... - Да. — В понедельник в ООН будет внесен новый проект резолюции. У нас остается не так много времени. — Еще целое воскресенье, полковник,— ответил я, по¬ ложил трубку, лег в кровать, погасив свет, и уставился в темноту. Как я себя не заставлял, я не мог думать ни о чем дру¬ гом, как о нашем с Рондиной прошлом. Мысленно я видел ее такой, какой она была, когда мы любили друг друга, не чувствуя необходимости одновременно ненавидеть. XIII Дождь, стучавший в стекло, разбудил меня в семь утра. День был пасмурный, сырой. Это было воскресенье, улицы были практически пусты и похожи на бейсбольный стадион после игры, усеянные пустыми пачками из-под сигарет и рваными конфетными обертками. Только ме¬ ланхоличные дворники заботились об их чистоте. Я побрился, позавтракал и попросил принести мне в номер пишущую машинку, чтобы на всякий случай от¬ стучать отчет о событиях вчерашнего дня в трех экземпля¬ рах. Скоро у Мартина Грейди, Уолли Гиббонса и всей чи¬ тающей публики будет занимательное чтение. Настало самое подходящее время взорвать бомбу. В полдень я спустился вниз, в телефонную будку на улице, и позвонил Томасу Уотфорду. В его голосе была нескрываемая ярость, когда он заявил мне, что у меня бу¬ дут серьезные неприятности, если я все не прекращу. По¬ сле истории с Миннером все официальные инстанции тре¬ бовали моей головы. — Как же тогда реагируют другие? — спросил я. — Они замнут дело,— сердито сказал он.— Они при¬ няли версию, что перестрелка возникла из-за личных раз¬ ногласий трех друзей. — А городская полиция? — Ей, конечно, придется присоединиться к этой вер¬ сии. Пистолетов и найденных денег будет достаточно, 105
чтобы закрыть дело, и мы не допустим, чтобы кто-то дру¬ гой продолжал его. — Вы имеете в виду меня, мистер Уотфорд? — Разумеется, вас, мистер Менн. Принимая во внима¬ ние последний ночной инцидент, я считаю, что вам лучше выйти из игры. — Вы хотите, чтобы я перестал быть мишенью? — Теперь в этом больше нет нужды. — Жаль, а я так привык к этой роли. — Мистер Менн, я получил приказ арестовать вас, если вы сейчас же не отойдете от этого дела. По его тону я понял, что он говорит серьезно. Чтобы выиграть время, я сказал: — Мистер Уотфорд, у меня есть к вам предложение. Придержите своих людей до завтрашнего утра. Если я к этому времени останусь жив, я сам явлюсь к вам. Со¬ гласны? Он помедлил с ответом, потом сказал: — Хорошо. Обещаю вам до понедельника ничего не предпринимать. Один день ничего не изменит. — Ваш оптимизм меня радует,— сказал я. Повесив трубку, я выскользнул из будки, перешел че¬ рез улицу, завернул за ближайшей угол и стал ждать, время от времени поглядывая на часы. Пять минут спустя появился черный лимузин, из него вышли четверо поли¬ цейских в штатском и начали обыскивать улицу. Меня они не заметили, потому что я стоял в подъезде. Томасу Уот¬ форду следовало усовершенствовать методы выполнения полученных приказов. Не так-то легко в городе убить воскресный день. Я посмотрел в кинотеатре на Таймс-сквер две двойные программы фильмов, потом хорошо пообедал и не спеша направился в «Гренобль». Касса открывалась в семь часов, я купил билет. Еще одно посещение, и я выучу фильм наизусть, не понимая в нем ни слова. Я сидел в полутьме зала, изредка прикрывая лицо ру¬ кой и разглядывая всех входящих. В зале было не больше двадцати человек, когда начался фильм. Чариса среди зрителей не было. Он появился спустя пять минут после начала. Я пропу¬ стил бы его, если бы не та настороженность, с которой он держался. Он хотел было выбрать мое место, но так как оно было занято, сел в последний ряд по другую сторону 106
прохода. Обе руки он держал в карманах плаща, и я пони¬ мал, что он тоже не хочет рисковать. Я опережал его на один шаг. Он увлекся фильмом. Я видел, как он кивал в отдельных местах диалога и ерзал на стуле, как подросток, смотрящий ковбойский фильм. На моих часах было около восьми. Если делать что- то, то немедленно. Я стал прикидывать... Пройти в муж¬ ской туалет и узнать, не оставил ли Чарис прикрытия... Тогда прежде покончить с его «хвостом», а потом и с ним самим. Я нащупал рукоятку пистолета и взвел курок. Однако первый шаг последовал с его стороны. Позади него появился второй мужчина, наклонился и сказал ему что-то. Я увидел, что Чарис протянул руку, и в ней мель¬ кнуло что-то белое. Записка! Очевидно, он не смог про¬ честь ее в темноте, поэтому встал и вышел в фойе. Черт возьми! Рискуя быть, замеченным, я просколь¬ знул к занавескам и слегка раздвинул их. Оба мужчины стояли в фойе. Чарис держал записку между большим и негнущимся указательным пальцами и читал ее, а рядом с ним стоял парень, который выглядел так, словно по¬ стоянно говорил «о». У него был круглый рот, обезобра¬ женный ожогом, и даже когда человек молчал, его рот оставался открытым, как будто у него была дырка на лице. Прочитав записку, Чарис быстро огляделся, чиркнул спичкой и поджег ее. Он дождался, пока бумага догорит, и бросил ее в урну с песком. Потом кивнул своему спутни¬ ку, и они пошли к двери. Я дал им форы секунд десять, не больше. Когда я вы¬ шел, они стояли на ближайшем углу и оглядывались в поисках такси. Я увидел такси на другой стороне улицы, перешел ее и сел, сказав шоферу: — Видите парней на том углу? Если они сядут в такси, следуйте за ними. Он с усмешкой посмотрел на меня. — Полиция? — Не совсем,— ответил я. — Будет охота? — Нет. — Если это парни, которые грабят шоферов такси, то мы их можем окружить в пять минут. У меня есть рация, и я могу вызвать коллег. Чарис и его спутник остановили такси и сели в него. — Поворачивайте,—сказал я шоферу. 107
Такси впереди нас двинулось на север в направлении Гринвич-Вилледж. Мы держались на расстоянии пол¬ квартала за ним. Такси приехало на улицу, дома которой, по-видимому, предназначались на снос: часть жильцов выехала, и они стояли в запустении. В некоторых из них наверху помещались студии художников со стеклянными крышами, и теперь они таинственно поблескивали в ве¬ чернем тумане. Уличные фонари светили тускло. На ули¬ це было пустынно, если не считать парня с длинными ры¬ жими волосами, в свитере с высоким воротом, который прогуливал собаку. Увидев, что оба мужчины выходят из такси, я попро¬ сил своего шофера остановиться и проследил, в какой дом они вошли. Потом расплатился и встал на другой стороне улицы напротив дома, чтобы посмотреть, не за¬ жегся ли в каком-нибудь окне свет. Этого не произошло, и я решил, что, возможно, квартира Чариса находится сзади. В доме было три этажа. На двери подвала висел за¬ мок. Я переждал две минуты, потом пересек улицу и во¬ шел в дом. В квартире на первом этаже шумели дети. Здесь его не могло быть. Из-за двери квартиры на втором этаже доно¬ сился запах жаркого с чесноком и разноголосица — здесь была вечеринка. Остался только третий этаж — мансарда. Лестница громко заскрипела у меня под ногами, поэтому я спустился вниз, вышел из дома, вошел в примыкающее здание и поднялся на верхний этаж. Через люк в чердаке выбрался на плоскую крышу, перелез через стенку и осто¬ рожно приблизился к окну в крыше. Его стекла были за¬ мазаны черным, но так небрежно, что через щели видне¬ лась часть комнаты и струился свет. Я заглянул в мансарду. В примитивно обставленной комнате находились оба. Они быстро говорили о чем-то. Чарис бегал по комнате, словно зверь в клетке. Время от времени он поглядывал на часы, вытаскивал из кармана плоский автоматический пистолет, трогал предохрани¬ тель и опять прятал его. Я посмотрел на свои часы. Было 20.30. Мирный воскресный вечер. Чарис снял трубку. Я быстро приложил ухо к стеклу, чтобы хоть услышать, какой номер он набирает. Мне не удалось ни разобрать этого, ни понять сути разговора. Он велся на английском и испанском. Вдруг Чарис произнес одно слово громко и четко, и оно меня как молнией пронзило: Селвик. Я услышал, как он положил трубку, и снова посмотрел 108
в окно. Чарис взволнованно говорил что-то своему со¬ общнику, очевидно, давая распоряжения, потом схватил свой плащ и выбежал из комнаты. Его партнер включил телевизор. С улицы до меня донесся стук двери. Мне нужно было знать,-куда отправился Чарис. Я подбежал к краю крыши, посмотрел вниз и увидел отъезжающий автомобиль. Он уехал, но куда? Это должен был знать его сообщник. Я снова вернулся к стеклянному люку. Маленькая комната была заполне¬ на шумной музыкой: человек с круглым ртом увлекся варьете. Я ощупал край люка, нашел ручку и осторожно под¬ нял окно. В спокойной вечерний воздух ворвались гром¬ кие звуки музыки. Я откинул раму, приготовился и спрыг¬ нул в комнату, прежде чем этот тип услышал меня. Он вскочил и сунул руку в карман за оружием, но не успел до¬ стать пистолет. Я выстрелил раньше и он упал ничком. Опустившись на колени, я перекатил его на спину и крикнул, стараясь заглушить музыку. — Куда поехал Чарис? Он смотрел на меня потухающим взглядом и пытался улыбнуться своим изуродованным ртом. Я должен был заставить его говорить. Я приставил пи¬ столет к его виску и громко спросил: — Кому он звонил? Говори, или я буду стрелять. Эдит Кейн, не так ли? Они хотят похитить Селвика? Да? Парень продолжал улыбаться. Последним усилием во¬ ли он сказал: «Ты... идиот...», и лицо его застыло. Он умер. Я встал. На экране мелькали ноги девиц в бешеном канкане. Шум вечеринки в нижней квартире усилился. Они не слышали моего выстрела. Можно было рискнуть во¬ спользоваться лестницей. Дверь мансарды была необычной: обита железом и за¬ крывалась на тяжелый замок. Я выскользнул из нее, за¬ хлопнул за собой и выскочил на улицу. Одно мне было точно известно: Селвику угрожает опасность. Завтра утром он должен внести на заседании ООН окончательный проект резолюции, который заста¬ нет некоторые делегации врасплох. Я вспомнил о пенто- тале — элексире правды, который видел в квартире Мин- нера. Они пойдут на все, чтобы заставить Селвика загово¬ рить. Но где? Я должен его найти. 109
Из ближайшей аптеки я позвонил Селвику домой. К телефону подошел дворецкий и сообщил мне, что Се- лвика нет дома. Он вышел четверть часа назад, после того как ему позвонила дама. Что за дама? Он не знает этого. Но я и без него догадался. Десять минут спустя я стоял перед дверью Эдит Кейн. Я позвонил без особой надежды, что мне откроют, но вскоре услышал ее шаги. Не здесь ли они прячут Селвика? Открыв дверь, она задохнулась при виде меня и закусила губы. В ее глазах был страх и какое-то другое выражение, которое я не мог понять. И она была прекрасна как всег¬ да— так прекрасна, что на секунду мне стало жаль уби¬ вать ее. Ни следа Селвика. Срежеща зубами, я зашипел: — Где Селвик? Куда Чарис запрятал его? Я убью тебя на месте, если ты не скажешь! Я навел на нее пистолет. Она молчала и только со страхом смотрела на меня. — Я могу заставить тебя заговорить, но у меня нет времени. Кроме того, мне все и так ясно. С помощью те¬ лефонного звонка ты выманила Селвика из дома. На ули¬ це его перехватил Чарис. Я видел.... да, ты удивляешься... я видел, как он тебе звонил. Я думал, что Селвика отвезут в твою квартиру и заставят говорить с помощью пентота- ла. Но теперь я понимаю, куда отвезли его: в их собствен¬ ную квартиру... Собирайся, мы поедем туда вместе. Мо¬ жет быть, нам удастся его опередить, потому что там я приготовил ему приятный сюрприз. Я велел ей надеть пальто и провел к такси, прижав к ее боку пистолет. И дал шоферу адрес Видора Чариса. Она сидела рядом со мной. Глаза были наполнены страхом, дважды порывалась что-то сказать, но я заста¬ вил ее замолчать. Когда мы добрались до улицы, на которой жил Чарис, я облегченно вздохнул. Она была пуста. Около дома не было полицейских машин, как в случае, если бы обнару¬ жили труп его сообщника. Чарис тоже не стал бы никого тревожить. Он слишком спешил. Я заставил Рондину подняться по лестнице. Вечеринка на втором этаже была в разгаре. Из-за двери квартиры Чариса доносилась громкая музыка, работал телевизор. Вернулся Чарис домой или нет? Как это установить? Я не мог вместе с Рондиной лезть на крышу и прыгать в люк. Дверь была закрыта, ведь я сам ее захлопнул. Тут ПО
мне вспомнились гранаты Бентли, которые все еще были у меня. Я молниеносно все прикинул. Мой взгляд упал на ко¬ врик у двери. Скатав его в трубку, с его помощью засунул гранату как можно дальше под дверь. Потом я отвел дро¬ жащую Рондину на пролет вниз и приказал прижаться к стене, а сам прицелился в гранату и выстрелил. Взрыв оказался удачным. Дверь вылетела, и нас осы¬ пал дождь из лохмотьев коврика. Я заставил Рондину подняться наверх по лестнице и первой войти в квартиру. Опа вскрикнула при виде трупа, но больше ничего не про¬ изошло. Я вошел в комнату с пистолетом наготове. Она была пуста. По-прежнему вопил телевизор, и на полу в той же позе лежал убитый с открытым ртом. На нижней площадке открылась дверь, и послышались вопросительные голоса. Я ответил, что взорвалась печь, но никто не пострадал, так что волноваться нечего. Каза¬ лось, это успокоило людей, дверь закрылась. Я был на пределе терпения. Взгляд, который я бросил на Рондину, наверное, был ужасным, потому что она от¬ прянула от меня, закрыла лицо руками и зарыдала. Было ли это притворством? Хотела ли она выиграть время, чтобы дать приехать Чарису? Я не мог больше те¬ рять ни секунды. Слишком многое нужно было сделать в этот мирный воскресный вечер. Я не имел права дальше действовать в одиночку, слишком многое было поставле¬ но на карту. Я подошел к телефону, все еще держа Рондину под прицелом, и набрал номер Чарли Корбинета. Он ответил: «Алло», через некоторое время опять: «Алло?», но я ниче¬ го не сказал ему, медленно опустил трубку и положил на рычаг. Рядом с телефоном лежал блокнот, и в нем я увидел знакомый адрес Грэтхен Ларк. Я усмехнулся каракулям Видора Чариса. Итак, они сле¬ дили за Грэтхен, дождались, когда она пригласила Селви- ка на последний сеанс, и решили захватить их обоих врас¬ плох в студии. Теперь Чарис только дожидается там свое¬ го шефа—Рондину, чтобы в последний раз нажать на Се- лвика. После окончания работы Селвик и Грэтхен навсег¬ да замолчат, их смерть будет похожа на самоубийство не¬ счастной любовной пары. Завтрашнее заседание в ООН с треском провалится. Медлить было нельзя. В безмолвной ярости я толкнул 111
Рондину вниз по лестнице. Из нижней квартиры выгляну¬ ла женщина, и я объяснил ей, что мой друг остался убрать квартиру после взрыва и включил телевизор. Она повери¬ ла мне, и, пошутив, заперла дверь. Шофер такси спросил: — Что это был за грохот наверху? — Вечеринка художников, черт побери. — Да, обычная вещь в этом квартале,— заметил он, пожав плечами. Рондина тихо плакала в углу машины, очевидно, нахо¬ дясь на пределе своих нервных сил. Она понимала, что теперь я не выпущу ее из рук до обещанного решающего выстрела. На одном из поворотов она слишком близко присло¬ нилась ко мне, и я со страхом вспомнил о гранатах в кар¬ мане. Я отодвинул ее от себя и сказал: — Осторожней, бэби, у меня есть еще две хлопушки, и если ты будешь так ко мне прижиматься, то мы оба взлетим на воздух. Чтобы покончить с твоей организа¬ цией, ты мне больше не нужна, но мне не хотелось бы уби¬ вать тебя прежде, чем ты не расскажешь мне, как ты стала Эдит Кейн, что такого ты знала о Диане Кейн, что позво¬ лило тебе шантажировать эту семью и заставить ее за¬ молчать. Прежде чем умереть, ты мне все это расска¬ жешь. Это имя снова сильно подействовало на Рондину. Она вытерла глаза и, глядя на меня, сказала полупрезритель¬ ным, полусожалеющим голосом: «Дурачок». Потом сно¬ ва взяла себя в руки. Я остановил машину на некотором расстоянии от до¬ ма Грэтхен, попросил шофера подождать и вышел. Рон¬ дина вышла вместе со мной. Около входной двери я ска¬ зал ей: — Иди вперед. Ты знаешь, где она живет. Она спокойно посмотрела мне в глаза и сказала: — То, что сейчас произойдет, будет полностью на твоей совести. Я прервал ее: — Скажи мне одно: куда ты девала настоящую Эдит Кейн? Она гордо вскинула голову и стала подниматься по лестнице. Я последовал за ней. У двери Грэтхен я напра¬ вил на Рондину пистолет и прошептал: — Звони. 112
После короткого раздумья она нажала кнопку. Раз¬ дался звонок, а потом торопливые шаги. После этого бы¬ ла небольшая пауза, и, наконец, из-за двери раздался сдавленный голос Грэтхен: — Кто там? Она имела право бояться. Вероятно, позади нее стоял Чарис, держа на прицеле, так же, как я держал Ропдину. Я ткнул ее в бок пистолетом и подошел ближе. Она произнесла: — Это я, Эдит Кейн. Звякнула цепочка, щелкнул замок. Дверь открылась, но когда Грэтхен выглянула, выражение ее лица мгновен¬ но изменилось: вместо облегчения на нем отразился пани¬ ческий страх. Нужно действовать не раздумывая. Я изо всех сил тол¬ кнул Рондину к Грэтхен так, что они обе покатились по полу. И увидел Чариса с пистолетом в руке и средним па¬ льцем на курке. Он оказался проворнее меня. Его первый выстрел задел мое бедро. Я почувствовал горячую боль. Пуля ударилась в дверь позади меня. Следующий выстрел был за мной. Я спустил курок и попал Чарису в голову. Его кольт упал на пол. Я захлопнул дверь, потом поднял Рондину с пола и швырнул на стул как раз напротив кресла, в котором по¬ лулежал Селвик и, казалось, мирно спал. Один рукав его рубашки был засучен, и на коже виднелся красный след от -укола. Я услышал, как позади меня Грэтхен чем-то сту¬ кнула, но не обратил на это внимания. Я старался не вы¬ пускать из поля зрения Рондину. — Ну, что же ты не допрашиваешь Селвика? Разве те¬ бе не интересно знать, какой проект мы вынесем завтра на заседании ООН? Она смотрела на безжизненную фигуру Селвика. — Ну же? — продолжал я.— Или моя Рондина пере¬ стала быть любопытной? Да, ты наделала много дырок в своей паутине, прекрасная шпионка. По-видимому, те¬ бе доставляло удовольствие играть, иначе ты бы покончи¬ ла со мной сразу же после нашей встречи, а не стала вызы¬ вать для этого банду из Чикаго. Моя рана в бедре начала гореть, и мне стало жар¬ ко. Я снял плащ и бросил его на кресло рядом с Ронди- ной. 113
Она подняла на меня глаза, в которых уже не было страха смерти, а только печаль и сочувствие. Я не мог этого понять, и она, должно быть, заметила мою растерянность. — Я не Рондина,— сказала она. Я понял, что она не лжет. В этот момент я почувствовал у затылка холодное ду¬ ло и, прежде чем понял, что происходит, услышал позади себя серебристый смех Грэтхен и ее голос: — Кончай этот спектакль, ты, идиот, и бросай писто¬ лет. Я повиновался, перед моим мысленным взором нача¬ ла раскручиваться лента событий последних дней, и до меня стала доходить правда. Как поразительно все сходи¬ лось, один только я, дурак, не хотел ничего замечать, и гнул свою линию. Продолжая говорить, Грэтхен отошла к окну, напра¬ вив на меня кольт Чариса, а на Рондину — мой. Селвик по-прежнему без признаков жизни лежал в кресле. Под го¬ ловой Чариса разлилась лужа крови. Она продолжала: — Очень жаль, что у меня нет времени, чтобы расска¬ зать тебе, сердцеед, как я забавлялась на твой счет. Этого можно было и не говорить. Мне было непонят¬ но только одно: роль Рондины во всем этом деле. Но дол¬ го ждать разгадки не пришлось. Бросив взгляд через окно на улицу, Грэтхен продол¬ жала: — Никого нет. Значит, выстрелов не слышали. Жаль только, что все прошло не совсем по плану. Тупица Чарис и твоя прекрасная Рондина допустили слишком много ошибок. Но он за это уже заплатил, а она отправится вме¬ сте с тобой в ад прежде, чем я уйду отсюда. Итак, я все-таки был прав. Эдит Кейн была Рондиной, но не той великой Рондиной, что раньше, а только второ¬ степенной помощницей у своей более молодой руководи¬ тельницы Грэтхен. Я перевел взгляд на Рондину, и то, что я увидел, пара¬ лизовало меня. Незаметно для Грэтхен она сунула руку в карман моего плаща, лежавшего возле нее, вытащила одну из гранат Эрни и швырнула ее в Грэтхен, стоявшую у окна. 114
Та уловила бросок и выстрелила, но Рондина сразу же упала на пол рядом с креслом, и выстрел, заглушенный гранатой, прошел мимо. Я тоже инстинктивно распластался на полу и успел то¬ лько увидеть, что кресло с Селвиком опрокинулось. Прежде чем я успел понять, что же все-таки прои¬ зошло, Эдит вскочила... нет, не Эдит, а Рондина... Рон¬ дина вскочила и поспешила к Селвику, чтобы убедиться, что он не пострадал. Успокоенная, она повернулась ко мне. Мысли закружились у меня в голове огненным вихрем, когда я опять увидел в ее взгляде выражение сочувствия и еще чего-то, что я никак не мог определить. Она сказала: — Я не Рондина. Но у меня сейчас нет времени это те¬ бе доказывать. Мы должны немедленно уйти отсюда. Я не имею права быть замешанной в эту историю, с кото¬ рой я... поверь мне... ничего не имею общего. Пойдем со мной, Тайгер. Я люблю тебя, я полюбила тебя с первого взгляда. Пойдем со мной, и я докажу тебе, что я Эдит Кейн, а никакая не Рондина Лунд. Это было мастерски разыграно. Прекрасный план: снова использовать свои чары, увести меня из квартиры Грэтхен и докончить то, что не сумела сделать двадцать лет назад. Да, я узнавал в ней прежнюю Рондину, хладно¬ кровную и решительную, готовую каждое дело довести до конца. Но я уже не был тем неопытным дурачком, что¬ бы попасться в ее сети. Хорошо, я пойду навстречу ее же¬ ланию, но не так, как она думает. Одним прыжком я оказался у окна, рядом с которым в обломках мебели лежало то, что осталось от Грэтхен Ларк, поднял свой пистолет, навел его на Рондину и ска¬ зал: — Согласен, моя радость. Мы исчезнем до прихода полиции, но под моей командой. Повернись и иди вперед. Одно неверное движение, и я стреляю. В доме внизу становилось шумно. Встревоженные го¬ лоса звали полицию, и мне было ясно, что не пройдет и пяти минут, как она появится. Я довольно грубо вытолкал Рондину из квартиры и за¬ ставил спуститься по лестнице. Женщине в ночной руба¬ шке, которая встретилась нам на нижнем этаже, я сказал, что взорвалась бутылка с бензином при чистке, но постра¬ 115
дал только я. При этом продемонстрировал кровь на брюках. Эта дама ведет меня к врачу. Наверху все в по¬ рядке. К моему удивлению, Рондина подтвердила мои объяснения. Когда мы вышли из такси перед ее домом, она распла¬ тилась с шофером и так уверенно и быстро пошла вперед, что я выглядел довольно глупо, догоняя ее. Когда она от¬ крыла дверь, я прижал к ее спине дуло пистолета, но она только улыбнулась мне через плечо. Войдя в квартиру, она сняла пальто и бросила его на спинку кресла. — Итак,— сказал я, стоя от нее на расстоянии двух метров и не опуская пистолета,— что все это... Она прервала меня небрежным жестом: — Тайгер, я довольно долго слушала тебя, не имея возможности ответить. Теперь я все скажу. Короче го¬ воря, Рондиной была моя старшая сестра Диана. Она не погибла во время бомбежки, она была опасной авантю¬ ристкой. Во время войны ее завербовала нацистская раз¬ ведка. Моя семья объявила Диану мертвой, ее имя никог¬ да не упоминалось. Ее репутация была единственным тем¬ ным пятном на нашем гербе. Помолчав, она продолжала: — Мне говорили, что я очень похожа на нее. Я поня¬ ла, что это для тебя значит, когда встретила тебя в ресто¬ ране. Но не могла ничего объяснить, не скомпрометиро¬ вав своей семьи. Я полюбила тебя с первого взгляда, но не имела права открываться, пока не будет покончено с афе¬ рой в ООН... Теперь все это позади, Тайгер. Я действите¬ льно Эдит Кейн, и я люблю тебя. Каждую ее фразу я мысленно встречал язвительным смехом. Воистину чудесная история. Никто не сможет до¬ казать, что она лжет, что она не Эдит Кейн. Все свидетели мертвы. Только я знал, что она Рондина, та самая Ронди¬ на, которой я поклялся отомстить. И она, как подлинная Рондина, тоже поклялась себе не упустить подходяще¬ го момента и сделать то, что не смогла двадцать лет назад. Поэтому, когда она замолчала, я громко расхо¬ хотался, поднял пистолет и с холодной яростью ска¬ зал: — Чем же ты подтвердишь свои слова? 116
Улыбаясь, она опустила дуло моего пистолета. Ее улыбка была уверенной, бесстрашной и немного загадоч¬ ной. — Ну? Она спросила: — Ты действительно любишь меня, Тайгер? Перед смертью она должна знать правду. — Да, я люблю тебя, Рондина, а не Эдит Кейн. Толь¬ ко я знаю, что ты Рондина, а не Эдит. Ты не сможешь до¬ казать мне противное. — Смогу, но не словами, Тайгер. Она сняла жакет и небрежно бросила его на стул, по¬ том стала расстегивать блузку, отступая к спальне. Опять эта древняя, как мир, уловка Евы. — Нет, этот номер у тебя не пройдет,— сказал я, сле¬ дуя за ней с пистолетом в руке.— Тайгера ты больше на эту удочку не поймаешь. Я считал, что у тебя более бога¬ тая фантазия. Почему я не выстрелил? Только ли потому, что хотел посмотреть, как далеко она зайдет? Рондина сняла блузку и бросила ее на пол. Теперь она была рядом с кроватью. Я стоял в дверях. Извечным жен¬ ским движением она повернулась ко мне, расстегнула бюстгальтер и сбросила его. — Не заставляй меня спешить с выстрелом,— хрипло сказал я, взводя курок. Она только рассмеялась, потом расстегнула молнию на юбке и уронила ее на пол. Ладони у меня стали влажными. Я приказывал себе стрелять, но пальцы не слушались. Револьвер в моей руке сделался тяжелым, и я опустил его. Она сказала: — Если ты обладал Рондиной, то возьми меня — и ты узнаешь правду. «Какую правду?» Она стояла, опершись коленом на постель, и смотрела на меня с загадочной улыбкой сфинкса. Не сводя с меня взгляда, она опустилась на постель и протянула ко мне руки. Я уронил пистолет. Она выиграла. Воспоминание о ней было сильней жажды мести. Я любил ее и никогда не переставал любить. На губах у нее заиграла та же улыбка, с которой она когда-то впе¬ рвые заключила меня в свои объятия. Я не мог и не хотел 117
противиться своему желанию. Я должен был снова обла¬ дать Рондиной, даже если это означало для меня смерть. Как загипнотизированный, я подошел и склонился над ней. На секунду мне показалось, что она отпрянула от меня, но потом опять подняла руки, обняла и ска¬ зала: — Теперь, Тайгер, мой любимый, ты получишь то до¬ казательство, которого добивался. Улыбнувшись мне стыдливой улыбкой, она притянула меня к себе и прошептала на ухо: — Тайгер, я еще девушка. И это было действительно так.
ОБХОДНОЙ КОНТРОЛЬ Глава I Он понимал, что умирает. Его тело, рухнувшее на пол, напоминало бесформенную груду, и только мертвенно- бледное лицо с еще горящими глазами свидетельствова¬ ло, что это человек. Он часто дышал, хватая воздух, и ста¬ рался запихнуть свои кишки в живот. Нож, с которым он бросился на меня, все еще валялся возле него, но он уже не думал о том, чтобы воспользоваться им. Он мог лишь на¬ деяться, что я умру раньше, чем он, хотя и знал, что этого не случится. А я стоял, зажав в руке пистолет 45-го калибра со взве¬ денным курком, и улыбался ему в лицо. Затем я перевел взгляд и посмотрел в приоткрытую дверь, находившуюся за ним. Она вела в звукоизолированную комнату, где я увидел трех мертвецов, привязанных к столам. Их смерть была ужасна, потому что нелегко было заставить их говорить, а когда они все же заговорили, палач убил их ради удовольствия. Двое были из агентства в Вашингтоне, а третий — моим коллегой. Да, они заговорили, без сомнения. Вито Салви знал свое дело. Кроме природной склонности, он был отлично обучен в Москве и обеспечен всем самым со¬ временным химическим и электронным оборудованием, какое только можно применить для того, чтобы заставить человека говорить, и Вито использовал все возможности до конца. Но когда пришла его очередь встретиться со смертью, когда палач вдруг сам попал в жернова, ужас застыл в его глазах, и он всем своим существом стремился отодвинуть неизбежное. — Ты заслужил это, приятель,— сказал я. 119
Вито слегка поперхнулся и сморгнул кровь, которая текла ему прямо в глаза из глубокого пореза на лбу. — Нет. Нет... Это самосуд. Я не переставал улыбаться и знал, какое впечатление произвожу на него. — Нет, это не самосуд! — Ты убьешь меня? Я улыбнулся шире и поднял пистолет, наслаждаясь моментом. — Ты спятил, Вито. Это просто дознание. Три челове¬ ка убиты вражеским агентом, ему заплатили наличными две страны... а я только зритель, которому случилось пре¬ кратить игру и немного сыграть самому. Такие вещи не доходят до суда, и ты прекрасно это знаешь. Ты выведал информацию у этих двоих, но это ничего тебе не дало. Хотя вашингтонские мальчики и ненавидят меня, со все¬ ми моими потрохами, я умою руки, потому что, услышав мою историю, они поймут, что я действовал как пред¬ приимчивый и мужественный человек. Твои боссы даже не будут знать, что тебя нет, пока им не сообщат об этом. За¬ тем ты будешь просто вычеркнут из списка. — Они сказали... — Я знаю. Они проболтались. Ты получил от них све¬ дения, только потерял слишком много времени, убивая их, и не успел ничего передать, а теперь слишком поздно Вито еще пытался найти выход. — Ты мог бы... арестовать меня,— сказал он. — Ах-ах! Лучше уж таким путем. К тому же нет про¬ блем. Все закончено. Еще один красный убран с дороги, и наши кремлевские противники останутся так же невеже¬ ственны, как и раньше. В следующий раз мы будем более бдительны. Я прицелился прямо в центр его лба. Вито Салви, убивший четырнадцать наших человек, казалось, даже не заметил этого. В глубине его сознания мелькнула мысль о возможности спасения, и его глаза засветились хитрым огнем, когда он сказал: — Я могу передать тебе ценную... информацию. Вра¬ ча... Передай меня в руки вашей полиции. Я могу расска¬ зать им о многом. Моя цель была здесь... двоякой: не то¬ лько получить информацию от тех двух людей... Была еще одна причина... более важная. Вашей полиции хоте¬ лось бы узнать... 120
— Говори, говори, Вито. Я посмотрю, насколько это ценно. Последняя надежда появилась на его искаженном аго¬ нией лице. Он говорил в течение двух минут, и сказанное им ранило меня больше, чем лезвие ножа, еще мокрое от моей собственной крови. Он говорил, и когда сказал все, что хотел, я всадил ему пулю между глаз. Его тело от вы¬ стрела перекатилось к стене, дернулось в последний раз и затихло. Затем я поднял телефонную трубку, набрал но¬ мер нью-йоркского отделения Службы безопасности и сказал им, где я нахожусь. Они допрашивали меня тут же — два ведущих специа¬ листа, возглавляющих новейшее и секретнейшее из всех агентств Вашингтона — Бюро безопасности, и два других мрачных офицера, оживившихся только тогда, когда я описал убийство Вито. Я умолчал о том, что мне перед смертью сказал Вито. Ребята были довольны тем, что убийца их парней умер нелегкой смертью. Они хорошо знали, как я мог это сделать для человека, вроде Салви, чтобы не дать ему легко умереть. Выслушав мой рассказ, Хал Рэндольф сказал: — Типичная работа Тайгера Менна. Я пожал плечами. — А как бы вы хотели, чтобы я ее сделал? Он посмотрел на меня пристально, затем подошел к телу у стены и рассматривал его несколько секунд. — Давай начнем с самого начала, Менн. Например, каким образом ты влез в это дело. Остальные наблюдали за мной, а у двух офицеров в руках появились черные блокноты. Когда я заговорил, они стали все детально стенографировать. — О’кей,—сказал я.— Один из убитых парней, Даг Гамильтон, наш человек. Он руководил частным сыс¬ кным агентством на окраине Нью-Йорка.. — На законном основании? — Вы можете проверить это достаточно быстро,— ответил я.— Мартин Грейди нанял его по договору на три года обеспечивать безопасность «Белт-Эйр Электро¬ нике Корпорейшн» — компании, которой он владеет. — Нам известна эта фирма. Как ты попал в это дело? — Неделю назад Гамильтон исчез. Я оказался под ру¬ кой и получил указание заняться этим делом.— Я кивнул головой по направлению к боковой двери.— И нашел его здесь. 121
— Как? — Пропал его автомобиль. Я позвонил в полицию, и они нашли его. Внутри автомобиля была обнаружена записная книжка, где среди прочих был записан и этот ад¬ рес. Все оказалось довольно просто. — А что остальные адреса? — Просто деловые адреса, я проверил их все. — Вижу.— Рэндольф задумался.— Итак, ты вошел прямо сюда и...— он махнул рукой по сторонам,— попал в это дело. Так просто. — Не совсем. Зачем совать голову в петлю? Гамиль¬ тон мог быть вовлечен в какое-нибудь дело, а я достаточ¬ но опытен, чтобы избежать осложнений. Обследовав это место со всех сторон, я пробрался сюда через крышу. — А как ты узнал, в какую именно комнату надо по¬ пасть? — Кто-то потратил уйму времени и сил, заделывая одно из окон кирпичом с внешней стороны. Но он был не¬ достаточно аккуратен и оставил часть материала, исполь¬ зуемого для звукоизоляции помещений, во дворе. Этот дом пустует, как и другие рядом, и ни один бездельник или воришка, поселившись здесь украдкой, не стал бы вы¬ брасывать деньги на такие переделки или ремонт. Двое молодых парней подняли глаза от своих блокно¬ тов. На их лицах читалось уважение. Один из них сказал: — Вы могли бы вызвать полицию. — Не думаю, что у меня было на это время. Кроме то¬ го, светилось только несколько окон, и вряд ли хотя бы в одной из квартир имеется телефон. — Не было ли глупостью идти сюда одному? Рассмеявшись, я почувствовал боль в углу разбитого рта. — Я был не один,— сказал я ему и указал на свой пи¬ столет, лежащий на столе под носовым платком. Хал Рэндольф резко повернулся, его руки сжались за спиной. Он был здоровяком с багровым лицом, никогда не терявшим сердитого выражения. Он не любил меня и ненавидел Мартина Грейди, но сейчас не смел выходить за рамки требований секретной бюрократии. — Ты узнал Вито Салви, не так ли? Я кивнул головой и откинулся на стуле, стараясь изба¬ виться от вкуса крови во рту. — Мы раньше встречались,—сказал я без дальней¬ ших комментариев. 122
— Ты знаешь, кем он был? — настаивал Рэндольф. — Конечно, как и ты. Поэтому и убил его. И не спра¬ шивай, почему я не взял его живым. Я был счастлив, что все произошло именно так. В тот момент, когда я открыл замок и вошел сюда, он выходил из другой комнаты; если ты хорошенько посмотришь на дверь, то увидишь, что от¬ крыть ее не так-то легко. Внутри комнаты был другой вы¬ ход, через который он мог улизнуть, если бы знал, что я здесь. Этот ублюдок отлично умел пользоваться писто¬ летом и ножом... — Не совсем так,— возразил один из парней. — Почему? — Ты ведь пригвоздил его. Рэндольф скупо улыбнулся. — Я боюсь, ты недостаточно знаешь нашего при¬ ятеля, Картни. Это Тайгер Менн, и если бы ты увидел его послужной список, то удивился. В Москве он значится в списке вражеских агентов на листе «А», что само по себе уже грозит ему смертью в любую минуту. Был в разведке во время войны и так любит играть шпионов, что до сих пор не может этого оставить. Сейчас, при поддержке мил¬ лионеров-промышленников, которые, кажется, не дове¬ ряют делать важную работу правительственным агентам, он берется за все — от шпионажа до уличных скандалов, чтобы заработать доллары. Не знаю, что он думает сам о себе, но он профессиональный убийца, имеющий доста¬ точно большие связи, чтобы всегда выходить сухим из во¬ ды. Но когда-нибудь он попадется, и тогда об этом будут говорить на двух континентах. — На трех,— уточнил я.— И не надейся, что это слу¬ чится. Я рывком поднялся со стула, боль в боку давала себя знать. — Ты слишком много говоришь, Рэндольф. Утром я буду у тебя и передам детальный отчет. — Куда ты собираешься идти? Я взял шляпу и пистолет. — К доктору. К одному из тех, кто не будет доклады¬ вать о ножевых порезах и пулевых ранениях. Есть возра¬ жения? Наступило долгое молчание, затем Рэндольф покачал головой. Он знал, что я не скроюсь. Я же хотел получить ответы на некоторые вопросы. Я вышел на улицу и прошел два здания, прежде чем 123
поймал такси, дал шоферу адрес Рондины и откинулся на спинку мягкого сиденья. Я очень любил эту женщину, и не важно, как часто я видел ее. Она всегда была для меня откровением. Не из - за классической английской красоты — милого лица, обрамленного длинными, до плеч, волосами каштанового цвета, или тела, такого великолепного, что в это было трудно поверить, а потому, что она была там. Двадцать лет назад она пыталась убить меня, но умер¬ ла сама. Я не знал о ее смерти. В течение двадцати лет я искал ее, чтобы убить, и чудом не убил, когда нашел. Рондина... Ее не было, и в то же время она была здесь. В семье Кейнов ее совершенно забыли, словно она и не ро¬ ждалась. О ней вспоминали только по случаю. Я нашел ее, но это была не она. Младшая сестра уна¬ следовала такую же невероятную комбинацию генов и хромосом и была как две капли воды похожа на свою за¬ бытую сестру. Но для меня она была Рондиной. Этот псевдоним не мог быть забыт мной. Теперь его взяла Эдит. Я привык к нему, и Эдит по праву называлась Рондиной. Она открыла дверь. — Привет, Рондина.— Она улыбнулась и отворила дверь пошире. Прежде чем я вошел, она поняла — что-то случилось, и улыбка сошла с ее лица. — Опять, Тайгер? Я знал, что моя улыбка выглядела жалко, но ни на что лучшее я не был способен. — Словно мяч после плохого удара, детка. Она попыталась понять смысл сказанного мной, и ког¬ да поняла, лицо ее омрачилось. — Тебе плохо? Подхватив под руки, она втащила меня в комнату и усадила в угол дивана. — Я живой. Ты помнишь доктора Киркленда? ~ Того самого? Я кивнул. — Пусть он приедет. Не задавая больше вопросов, она взяла телефонный справочник, нашла нужный номер и набрала его. Разго¬ вор был коротким. Она положила трубку, подошла к бару и смешала напитки с необычным для женщины умением управляться с бутылками. Когда она подала мне стакан, 124
я сделал большой глоток виски с имбирем, затем откинул голову на подушку и закрыл глаза. — Могу я чем-нибудь помочь? — Ничем, детка. Киркленд будет здесь довольно ско¬ ро. У меня слишком много ранений, чтобы считать, что все в порядке, пока он не осмотрит меня. — Больно говорить? — Нет. — Можешь сказать мне, что случилось? Я взглянул на ее лицо и увидел, что оно стало напря¬ женным. Что-то большее было в его выражении, чем про¬ сто забота обо мне. Нам не нужно было играть друг с дру¬ гом. Она была не простым переводчиком Организации Объединенных Наций, а прекрасно обученным оператив¬ ником с хорошей «крышей» для работы по заданиям свое¬ го посольства. Знала о моих делах больше, чем имела пра¬ во знать. Но бывают случаи, когда трудно скрыть что- либо, можно довериться честности, пониманию и осо¬ знать, что другой человек имеет такие же идеалы, как и ты. — Позвони Чарли Корбинету и пригласи его сюда. Ее глаза слегка сузились, она все поняла. Случившееся со мной было не просто уличной ссорой или каким-то не¬ счастным случаем. Это было начало чего-то, связанного с международными делами. Снова, без единого звука, она подошла к телефону и сделала то, о чем я просил. Затем взяла мой стакан и опять наполнила. Когда она передава¬ ла его мне, я увидел слезы у нее в глазах, потом она при¬ пала губами к моей руке. — Почему? — спросила она. — Потому что обязан,— ответил я. Доктор Киркленд был знатоком своего дела. Пуля прошла через прочную кожу ремня для пистолета, потеря¬ ла силу, затем скользнула по ребрам и застряла под ко¬ жей, выпирая синим рубцом. Оба пореза ножом были бо¬ льше похожи на хирургические надрезы благодаря тому, что мне удалось увернуться от прямых ударов. Доктор за¬ кончил свою работу, передал мне пузырек с пилюлями, велел принимать их регулярно, дабы избежать осложне¬ ния, и не взял денег. Мартин Грейди оплатит счет. Рондина подала мне одежду, затем вышла из спальни, покачав головой, словно я был маленьким ребенком. 125
— Надеюсь, ты не собираешься сегодня покинуть меня? — Некоторые дела не могут ждать. — Нет ничего такого уж важного. — Разве? — Тайгер... Я протянул руки, и ее пальцы переплелись с моими. — Все, что я делал до этого... или те случаи, с которы¬ ми имела дело ты... ничто по сравнению с этим. Если это произойдет, все мы можем оказаться в беде. Я посмотрел на часы. Чарли Корбинет мог появиться с минуты на минуту. — Поработай для меня еще секретарем, позвони по одному телефону. Я назвал ей номер телефона и почув¬ ствовал, как вдруг напряглась ее рука. Рондине приходи¬ лось раньше слышать, как я звонил по этому номеру, и она знала о последствиях. Она задержалась только на секунду, затем протянула руку к телефонному аппарату, набрала номер, молча передала мне трубку и встала, что¬ бы покинуть комнату. — Останься,— сказал я ей. — Ты уверен, что хочешь, чтобы я осталась? — Я видел, ты тоже убивала,— напомнил я ей.— С этим делом одному мне не справиться. Она кивнула головой, подошла к креслу и села. После третьего гудка на другом конце подняли трубку, но, как обычно, молчали. Я назвал пароль, и голос отве¬ тил: — Говори, Тайгер. Мартин Грейди говорил так, словно обсуждал бирже¬ вые ставки, хотя прекрасно знал, что я не стал бы звонить без самой крайней необходимости. — Кто у тебя под рукой? — Дон Лавойс и Тони Вильямс. — Вильямс не нужен, пусть этим займется Дон. — Ты можешь говорить? — Слушай внимательно. Дело очень серьезное. Сни¬ ми всех руководителей проектов с тех работ, которые ты можешь на время приостановить, и пусть они будут наче¬ ку. Пусть остаются на своих местах, пока я не свяжусь с тобой. Нам понадобится человек для связи и быстрый, легко управляемый самолет. Ты непосредственно вовле¬ чен в это дело и должен быть готов к оперативным пере- 126
движениям — Ф-51 «Мустанг» прибудет сегодня вечером из Сарасоты. Он приземлится в аэропорту Ньюарк. — С тобой все в порядке? — Сейчас его голос немного изменился, пожалуй, в нем было больше ожидания, чем волнения. — Я жив. — Серьезно? — Доктор Киркленд пришлет тебе счет и описание де¬ талей. А пока вычеркни Вито Салви. Он свое получил. Грейди заколебался и настороженно спросил: — Ты уверен? — Абсолютно. — Это привлечет к тебе особое внимание в некоторых службах, Тайгер. Им очень не понравится, что один из их лучших боевиков выведен из строя. — Понравится или не понравится, выбора у них нет. — Зато есть у тебя,— сказал он. — Например, прекрасный отпуск в Андах или в глу¬ хой деревушке Байя в Калифорнии? — Я должен все обдумать. Мы не можем позволить себе потерять тебя. — Ты также не можешь позволить себе держать меня в стороне от этого дела. Вито говорил со мной, прежде чем я убил его. Отправишь меня в отпуск — я ничего не расскажу, ну а теперь выбирай. Я чувствовал, как он молча оценивает сказанное мною, затем он сказал: — Ты просишь это, получай. — Отлично. — Тебе что-нибудь нужно? — Пока ничего. Хотя будь готов к серьезным собы¬ тиям. Это самое крупное дело по сравнению со всем тем, с чем нам приходилось сталкиваться. — Я могу рассчитывать на твой доклад сегодня вече¬ ром? — Как только сядет самолет. Другие тоже должны об этом знать. — Это на твое усмотрение. Будут они сотрудничать? — Они должны будут,— ответил я ему и захихикал. У них нет выбора. Я положил трубку, подождал, пока Рондина уберет те¬ лефонный аппарат, и взял стакан. Только я успел выпить, 127
как в дверь позвонили двумя короткими нетерпеливыми звонками. Чарли Корбинет был нашим старым командиром в военной разведке. Он все еще походил на крепко сбитого деревенского парня с ранчо, каким он и был тогда, когда командовал нами, и двадцать прошедших лет мало его изменили. Официально он руководил небольшим, но ва¬ жным производством, а на самом деле Служба безопасно¬ сти завербовала его, потому что нужен был человек с та¬ ким характером, головой и осмотрительностью. Кое-кто из начальства знал о его контактах со мной, и это им не нравилось, но они не могли без него обойтись и закрывали глаза на наше сотрудничество. Сейчас он стоял посреди комнаты — высокий, сильный, с твердыми чертами лица, характерными для настоящего профессионала. Он изучающе осмотрел меня и криво ух¬ мыльнулся, прекрасно зная, что тесто готово и пора печь пироги. Я встретил его словами: — Привет, полковник! — На будущее запомни — они дали мне генерала, про¬ вожая в отставку. — Привычка, извини.— Я улыбнулся ему. — Сколько ты сейчас заколачиваешь? — Мне хватает. Я делаю в пять раз больше тебя. — Да ты просто жадина! — Чертовски верно. Я работаю и для этого. Но мне недостаточно. — Подумай, несмотря на твое личное дело, тебя мо¬ гли бы взять в одно из официальных агентств. — Да ну их. Они мало платят. Я делаю такую же ра¬ боту у других и получаю гораздо больше. Я люблю полу¬ чать деньги за ту работу, которую делаю. — Но может случиться, что ты погоришь. — Этого не будет до тех пор, пока я знаю дорогу на кладбище... и потом Мартин Грейди может выручить меня. Рондина подала Чарли Корбинету выпивку и налила немного для себя. — Не спорь с ним,— сказала она ему. Чарли кивнул: — Я не буду.— Он быстро попробовал содержимое стакана, удовлетворенно покачал головой и посмотрел на 128
меня.— Я получил по телефону доклад насчет Вито Сал- ви. Ты умеешь закручивать дела. — Рэндольф? — Да. Они охотились за ним два года. — Когда они засекли его в последний раз? — Восемнадцать месяцев назад. — Тогда они счастливчики. За них все сделали.— Я подождал, пока он это переварит, затем добавил: — Он держал двух твоих ребят в той задней комнате. Как он за¬ цепил их, меня не волнует, но чего он добивался? — Уточни, Тайгер. Я пожал плечами, стараясь дать ему понять, что я ни¬ чего не знаю. — Сейчас это не играет уже роли, что бы они ему ни сказали, дальше Салви это не пошло. А с ним покончено. — Это действительно так? Я осклабился. — Не совсем. Видишь ли, мы с ним немного погово¬ рили... прежде чем я убил его. — Я так и думал.— Чарли повернулся, подошел к сту¬ лу и уселся со вздохом облегчения.— Расскажешь? — Конечно, Чарли. Но сначала скажи, чего Салви хо¬ тел от этих парней, а я, возможно, скажу тебе, что узнал от него. — Один из ваших тоже был убит. — Это не в счет. — Он работал у Мартина Грейди? Я кивнул. Чарли Корбинет медленно повертел в руках стакан, словно изучая его, затем выпил и решился: — Ты хочешь, чтобы я отрубил себе голову? — спросил он. — Нет, конечно. Я только хочу, чтобы ты получал полное генеральское жалование вместе с бонусом * за ра¬ боту, которую ты делаешь... Тебе нужна поддержка не Рэндольфа, а человека на более высоком уровне. — Скажи мне, Тайгер... почему тебе претит то, каким образом Вашингтон ведет свои дела? — Потому что я не хочу быть в одной упряжке с дру¬ гими. Ненавижу глупость, которая стояла за высадкой в заливе Свиней... или Панамским кризисом... А что они сделали с нами во Вьетнаме? Пока мы там корячились, * Дополнительное вознаграждение, премия. (Прим, ред.) 5 Заказ 1828 1 29
над нами смеялись по другую сторону Берлинской стены. Мы не лучше, чем ребята из Вашингтона. Просто мы имеем большую свободу действий и купим то, чего они не могут. Мы защищены в любом случае и можем использо¬ вать передовую технологию Советов, повернув ее против них же. — Я слышал эти разговоры и раньше. — Я не устану говорить об этом, дружище. — Так все же, что сказал тебе Вито Салви? — Давай начнем с самого начала. Ты скажи первый,— возразил я. Как обычно, он подождал, приводя в порядок мысли и продумывая все до конца. Мне оставалось только си¬ деть и ждать, пока он подготовится. — Тайгер... эти двое... — Продолжай. — Один прибыл из Польши. Он кое-что принес. — Что он принес? — Был один инженер... Луи Агронски... Он посмотрел на меня внимательно, но я качнул голо¬ вой: — Никогда не слышал этого имени. — Мало кто о нем слышал. Он был инженер- электронщик и участвовал в нашем Проекте. Фактически, был его техническим руководителем. Так или иначе, но он исчез. — Когда? — Около года назад. — Что определяло его ценность? — Только одно. Я ждал. Чарльз Корбинет внимательно наблюдал за мной, забыв о стакане с выпивкой в руках. — Так что? — Простой факт. Одному из главных агентов Москвы было поручено найти его. — И что же? — Этим двум парням было так же поручено отыскать его и узнать, почему Советы так хотят заполучить его. Они уже были близки к цели, когда, в свою очередь, исчез¬ ли. Тут появился ты, и все стало ясно. Рондина снова подошла и вытряхнула одну пилюлю из пузырька. Я отвлекся, но мой бок чертовски болел. — Теперь твоя очередь,— сказал Чарли. Я знал, что он сказал все без утайки. Проглотив та* 130
блетку и заггив ее «Четырьмя розами» и имбирным пивом, я начал: — Вито Салви был готов сделать все, чтобы остаться живым. Он постарался на славу. — И что? — Скажу тебе кое-что, чтобы ты знал. Я хочу, чтобы ты как следует обдумал это и подсказал мне, что нужно предпринять. Здесь не должно быть никаких вмеша¬ тельств, дело очень серьезное и требует полной концент¬ рации усилий и привлечения всех людей, кто мог бы нам помочь распутать все концы. — Я жду, Тайгер. — Ты знаешь, как работает «горячая линия»? Чарли Корбинет утвердительно кивнул. — А о другой линии ты знаешь? — Предположим, ты расскажешь мне об этом,— сказал он. — Хорошо.— Я откинулся назад и закрыл глаза, чув¬ ствуя, как таблетка начала действовать.— У Москвы есть такая же. По всей стране у нас запрятаны ракеты, ждущие команды для удара по намеченным целям противника. Всего-то и нужно — блик на экране радара или предупре¬ ждение об опасности, и человек, который один только мо¬ жет нажать кнопку, приведет все в движение. Конечно, мы погибнем, но месть будет сладка, и прежде чем вра¬ жеские птички будут запущены, наши уже проследуют к цели. Он не спорил и только пробормотал: «Так и есть»,— и продолжал слушать. — Все ракеты связаны между собой электронной си¬ стемой, приводимой в действие простым нажатием одной кнопки, после того как отключена система самозащиты. — А причем здесь мы? — Один человек устанавливал систему или, скажем, был ответствен за это, по крайней мере. Давай теперь предположим, что этот человек не так надежен, как об этом думали. Представим, что он немного свихнулся и не желает, чтобы вся эта мощь и контроль над ней попали в руки кого-то, кто, по его мнению, не должен иметь та¬ кой возможности. Предположим, что этот человек для удовлетворения своих амбиций устанавливает систему, которая может действовать в обход основной системы за¬ пуска и подключать ракетные'системы в любое время по его выбору. 131
В комнате воцарилась такая тишина, что было слыш¬ но наше дыхание. — Обходной контроль,— тихо сказал Чарли.— Луи Агронски?.. — Это твой человек. — Если он сделает это, красные засекут ракеты в поле¬ те и запустят свои. Погибнут все. — Это не худшее,— сказал я. Открыв глаза, я увидел, как у него побелели пальцы, сжимавшие стакан. — В своей схеме он установил прибор, который может отключать нашу оригинальную систему. Если красные выстрелят первыми, а наша система будет отключена, с нами все будет кончено. Исключить обходной контроль невозможно. Это дает им все преимущества. Если они об¬ наружат обходной контроль первыми, то в секунду смо¬ гут вывести нашу систему из строя и поспешат нанести удар... или еще... или еще,— повторил я сонно.— Я чув¬ ствовал, что он встал со стула и подошел ко мне. — Ты знаешь, где сейчас Луи Агронски? — спросил он. Я слегка приоткрыл веки. Даже дымчато-желтый свет лампы больно резал глаза. — Нет. — Дьявол! — взорвался он. Я улыбался и ничего не мог поделать с собой. Я знал, что если открою глаза, то увижу Рондину и его, стоящими молча в оцепенении от сознания того, что все мы нахо¬ димся на краю гибели. Я медленно собрался с силами, стряхнул с себя сонливость и сказал: — Но я знаю, как можно его найти. Глава II Шторы были задернуты, но солнце пробивалось сквозь них, образуя посреди комнаты яркое желтое пятно. Я понял, что проспал очень долго, и посмотрел на запя¬ стье, но часов на руке не было. Я лежал голый под про¬ стыней в постели Рондины. Бросив взгляд по сторонам, я увидел часы на ночном столике, но они остановились в 5.45, потому что не были заведены. Пришлось позво¬ нить по телефону и узнать время. Было 4.30 после по¬ лудня, я повесил трубку и скинул с себя простыню. 132
В это время вошла Рондина, видимо, услышав, как я на¬ бирал номер телефона. — Почему ты меня не разбудила, детка?—спросил я с раздражением. — Доктор дал тебе лекарство, чтобы ты спал. — Кто положил меня в постель? Она весело засмеялась. — Могла бы оставить на мне хотя бы трусы. — Тогда бы не было так интересно.— Она села на край кровати, не спуская с меня глаз.— Ты даже стонал во сне. — Перестань,— оскалился я.— Ты бы не посмела... — Не посмела? Почему? — Ты слишком хорошо воспитана для этого. — Но ты был замечательным учителем. Я не знал, шутит она или говорит серьезно. — Подай мне одежду,— приказал я. — Нет. Я позвонила доктору, и он сказал, что ты дол¬ жен оставаться в постели. — Кто это еще тебе сказал? Чарли? Хал Рэндольф? Я все понял по ее глазам, затем она кивнула. — Они опытнее меня. Полагаю, они знали, что ты за¬ хочешь сделать, и заставили меня. Я должна была оста¬ вить тебя здесь, Тайгер... я старалась сделать как лучше. Черт с ними, они думают только о себе.— Она была искренна. — Когда-нибудь мы поженимся, и тогда ты будешь получать указания только от меня. Я быстро прищемлю любого, кто попробует вмешаться, а если ты будешь слу¬ шать других, то получишь по заднице. — Когда же это будет? — с интересом спросила она. — Я сообщу тебе. — Похоже, ты любишь затягивать период ухажива¬ ния, Тайгер,— сказала она уже без улыбки. — Когда все закончится,— сказал я,— когда мы смо¬ жем ходить и дышать, не чувствуя запаха смерти, с созна¬ нием того, что мир не находится на грани уничтожения. Я не хочу, чтобы ты стала вдовой, еще не выйдя замуж. — Как ты можешь знать, чего я хочу, дорогой? — О, ты готова заполучить меня сейчас, потому что ты баба, а все бабы хотят замуж несмотря на обстоятель¬ ства. — Терпеть не могу это слово. — Оно лишь означает, что ты больше чем женщина. 133
Ты настоящая куколка, с красивым лицом, живым телом и умом. Я чертовски тебя люблю. Только я могу оценить все твои возможности и я хочу тебя всю. — Так, значит, я баба,— повторила она, теряя свое британское произношение и переходя на чистый бруклин¬ ский диалект. — Черт, где ты этого набралась? — У тебя.— Она подошла к гардеробу, взяла одежду и положила около меня, пистолет отдельно. — Одевайся. Хочешь, чтобы я осталась? Я слегка оттолкнул ее: — Иди отсюда. Некоторые вещи я могу делать сам. — Но в чем-то тебе нужна помощь, не так ли? Я ухмыльнулся: — Ты права. А теперь убирайся. Очень медленно и пластично она встала с кровати, остановилась, взглянула на меня, затем направилась к двери. Ее колебание было намеренным, и она хотела, чтобы я это видел. Она медленно повернулась, держась за ручку двери, и спросила: — Ты действительно знаешь, где он? — Кто? — Луи Агронски. Я был уже в брюках и в ремнях для пистолета. — Нет, но думаю, что знаю, как найти его. — Могу я помочь? — Возможно, но не сейчас. — А как другие?..— спросила она с надеждой. — Они не в счет. Позже я скажу тебе, почему. — Ты можешь мне сказать, куда ты сейчас собирае¬ шься? — Конечно. В даун таун *, в нью-йоркское отделение Службы безопасности представить Халу Рэндольфу и компании доклад, после которого они либо заткнутся, либо уступят мне. — Ты всегда должен быть именно таким? Я помолчал, заправляя рубаху в брюки. — Ты хочешь, чтобы я вел себя по-другому? — Иногда, мне кажется, да. — Тогда ты мне не нужна. Ее лицо стало пустым, боль, причиненная моими сло¬ вами, стерла с него всякое выражение. ♦ Торговая часть в центре города. (Прим, ред.) 134
— Ты не должен так говорить. — Нет? Тогда не лезь в мои дела. В противном случае ты перестанешь быть бабой и станешь старой каргой. Я буду делать то, что хочу, а иногда то, что должен. Толь¬ ко одного я никогда не приму—женской сентиментально¬ сти и жалости. Когда я работаю, не стой за спиной. Ты знаешь, чем я занимаюсь, и поэтому не старайся мною управлять. Еще не родилась мать той женщины, которой бы это удалось. Я делаю свои дела по-своему, и если ты не понимаешь, что я мудрее тебя на двадцать лет, то тебе не¬ чего делать со мной, направь свои старания в другую сто¬ рону, детка. Найди себе парня, который будет ползать перед тобой на коленях, ясно, куколка? Рондина изучающе посмотрела на меня, улыбнулась и смиренно пожала плечами. Но ее глаза смотрели твер¬ до. Она была таким же профессионалом, только моло¬ дым, и на ее счету уже было несколько убийств. — Ясно, Тайгер.— Она повернула ручку, открыла дверь и, обернувшись через плечо, спросила: — Ты еще любишь меня, Тайгер? — Будь рядом, и обретешь нелегкую долю. — Тебя и твою игру словами,—сказала она. Хал Рэндольф устроил настоящую инквизицию. Я много раз и раньше проходил через процедуру запуги¬ вания. Сейчас они разыгрывали передо мной сцену, чтобы произвести впечатление. Здесь были руководители трех служб, их лица я хоро¬ шо знал. Два профессиональных стенографиста восседали за своими столами, готовые записывать каждое слово, чтобы потом можно было проанализировать все в дета¬ лях. И, наконец, Рэндольф во главе стола, пытавшийся изобразить дружескую улыбку, чтобы я почувствовал себя свободней. Я встретился взглядом со смеющимися глазами Чар¬ ли Корбинета, который сидел за дальним концом стола, и подмигнул ему. Затем выдвинул из-под стола един¬ ственный свободный стул и неуклюже сел на него, чув¬ ствуя снова боль в боку. — Итак, джентльмены?—сказал я. Стенографисты это немедленно записали. Рэндольф прочистил горло и еще раз взглянул на меня, но дружеское выражение исчезло. — Я сразу приступлю к делу. Мистер Корбинет пере¬ 135
дал мне ваш разговор. Имея в виду недавние... события, мы хотели бы получить информацию из первых рук. — Хорошо,— ответил я.— В деталях? — Ис самого начала. Мой рассказ занял не более трех минут. Казалось, что- то зловещее, словно дыхание смерти, нависло в комнате, и лица собравшихся окаменели. Стенографисты записали все дословно. Они, казалось, не много поняли из сказан¬ ного и оставались спокойными. А может быть, они при¬ выкли слышать подобное, и мое сообщение было для них еще несколькими строчками в книге гибели человечества. Наступившую тишину нарушало тяжелое дыхание Рэндольфа. Затем он сказал: — Одну деталь вы упустили, Тайгер. — Какую? — Вы сказали мистеру Корбинету, что знаете, как оты¬ скать Луи Агронски. — Не совсем так. — Тогда что же вы сказали? — Я сказал, что, возможно, знаю, как найти его. — Может, ты выразишься яснее? — Не сейчас, дружище. Я развернулся на стуле, нагнулся и тихонько за¬ смеялся. — Как ты мне когда-то сказал, я иду по тонкой нити, один неверный шаг, и я погиб. Если ты меня столкнешь, мой конец будет приятен многим людям и тут, и там. Ты хотел бы видеть и падение Мартина Грейди вместе со все¬ ми нами. Если это когда-нибудь случится, то политиче¬ ские акции разных обормотов поднимутся. Я прав? — Все уставились на меня, а Рэндольф не сказал ни слова.— Позвольте мне сказать, джентльмены. Я к этому делу имею меньше всего отношения. Но мы все находимся под угрозой, нравится вам это или нет. Пока мы с этим не раз¬ беремся, нам лучше держаться вместе, иначе мы будем размазаны по тому месту, которое останется от Америки. Несколько покашливаний и переглядываний свидете¬ льствовали о том, что до них дошло. Мой сосед, чья не¬ значительная должность в Вашингтоне была только кры¬ шей для его работы в контрразведке, поднял руку, чтобы привлечь внимание: — Мистер Менн, вы предлагаете объединить наши усилия или дать вам полную свободу и не вмешиваться, учитывая уникальность операции? 136
— Объединить усилия, мистер Делани. Мы не можем позволить себе разобщиться. — Почему вы думаете, что мы нуждаемся в ваших услугах? — Потому что мы можем работать на таком уровне, на каком вы работать не в состоянии,— ответил я ему ре¬ зко.— Вы прекрасно знаете, что Мартин Грейди имеет ме¬ ждународные связи и не ограничен в денежных средствах. Пока вы получите «добро» на покупку чего-то необходи¬ мого, например информации, мы уже будем ее иметь. У нас есть люди в посольствах, представительствах и дру¬ гих важных местах; где бы ни появлялась новая ценная ин¬ формация, она прежде всего попадает к нам. Но это, ко¬ нечно, не самое главное. Мы сейчас говорим о Луи Агрон- ски. Он должен быть найден. Думаю, я смогу его найти. — Я понимаю. — Действительно? Делани уставился на меня, его пальцы выстукивали дробь по столу. — Вы могли бы рассказать нам о ваших планах, ми¬ стер Менн. — Нет. Я лучше поделюсь с вами результатами моих поисков, но работать я привык самостоятельно. Я хотел бы, чтобы никто не мешал нашей группе. А от вас, в слу¬ чае необходимости, мне будут нужны специалисты и фи¬ нансовая помощь. — Что же остается нам? — мягко спросил Делани. — Ничего, если вы не сделаете по-моему. Хал Рэндольф напряженно соображал, многозначите¬ льно глядя при этом. Я все время давил на них, торопя и не давая времени на пустые обсуждения. Чарли Корбинет разрядил обстановку, неожиданно сказав: — Я хотел бы внести предложение. Головы в ожидании повернулись в его сторону. В от¬ личие от всех, Чарли был не только теоретиком. Он рабо¬ тал оперативником, когда это было нужно, и никогда не терял своих навыков. Однажды он попал в большую пере¬ делку вместе с лучшими оперативниками и не ударил в грязь лицом. — Хорошо,— согласился Рэндольф. — Это не первый и не последний раз, когда, как ни странно, мы должны будем работать вместе. Мое сотруд¬ ничество с Менном ни для кого не новость, и результаты 137
оправдывают этот контакт. Нравится нам это или нет, но мы должны быть с ним вместе в этом деле. Если мы не во¬ спользуемся его способностями из-за нашего нежелания сотрудничать, это только сильно повредит нам. — Конечно, если у меня получится,— прервал я его. — Точно,— продолжил он.— Я понимаю, что, если мы согласимся на объединение с силами Мартина Грейди, определенные политические круги потеряют возможность критиковать или требовать ликвидации дела Грейди, апеллируя к общественному мнению... если до этого ког¬ да-нибудь дойдет. Похоже, что выхода нет. Я предлагаю союз с Тайгером, договорившись, что ни одно слово о со¬ трудничестве не просочится наружу. В этом случае мы ни¬ чего не теряем. Хал Рэндольф фыркнул, но остальные молча поддер¬ жали предложение. Все решилось очень быстро. Я на¬ стоял на своем и поднялся, немного дрожа. — И еще одно,— сказал я.— Хотелось бы иметь две подписанные копии этого официального соглашения. Од¬ на копия должна быть направлена Мартину Грейди, дру¬ гую я буду держать у себя. Делани слегка улыбнулся, глаза его заблестели: — Понятно, что вы этого хотите. Но мы бы тоже хо¬ тели подстраховаться. — Каким образом? — Когда-то ты был офицером. Я предлагаю восста¬ новить тебя в зватгии на этот период, чтобы нам легче бы¬ ло влиять на твои действия. Ты будешь ходить на цыпоч¬ ках, понимая, что угроза военного суда сразу нависнет над твоей головой, стоит тебе зайти слишком далеко. Я надел шляпу и задвинул стул на место. — Не волнуйтесь, джентльмены. Я как раз собирался сделать аналогичное предложение. Я встретился с Чарли Корбинетом в ресторане «Голу¬ бая лента» на 44-й улице, недалеко от Седьмой авеню, в пять часов дня. Конторские служащие как раз начали за¬ полнять ресторан после окончания работы, но я сидел один за маленьким столиком в баре, деля компанию с бо¬ калом холодного пива и поджидая его. Он скользнул за мой столик, тоже заказал пиво и ска¬ зал: — Ну ты и проходимец, Тайгер. — Я об этом знаю. Что там было дальше? 138
— Все, как ты говорил. Я официально назначен твоим опекуном, докладывать будешь через меня.— Он подоз¬ рительно улыбнулся и добавил:—Ты становишься к нам ближе с каждым разом. Практически ты уже человек агентства. — Да брось ты. — Слушай, ты сейчас находишься в армии. Они бы¬ стро оформят твои бумаги. Веди себя получше. Делани не шутил, когда говорил о военном суде. Смотри, будь осто¬ рожен и береги себя. — Прошло двадцать лет, а со мной все в порядке. — Ты чуть не погиб несколько месяцев назад. Опять Рондина. Он получает от нее информацию. — Но я не погиб. — Давай скажем, что тебе просто везет. — Вот поэтому я до сих пор жив. Чарли кивнул и глотнул немного пива. — С чего ты начнешь? — Думаю запросить твой отдел дать мне все сведения о Луи Агронски. — Ты получишь их завтра утром. Но это не то, что я имел в виду. — Как скоро я должен доложить тебе о результатах? — На твое усмотрение. Знаю, что ты умеешь работать честно. Может быть, другие—нет, а мы с тобой из одного теста, или ты забыл? Я засмеялся и допил свое пиво. Подошел официант, но я не повторил заказа. — Я ничего не забыл. — Тогда что? — Знаешь, этот смешной маленький парень, который не вписывается в общую картину, он все-таки тоже убит... Чарли сразу понял, о ком я говорю: — Даг Гамильтон? — Вито Салви убил его вместе с двумя другими. Он был похищен намеренно, и пытали его с какой-то целью. Я хотел бы знать, с какой. — Ты мог бы спросить об этом Вито Салви,— спокойно сказал Чарли. — С пулей в боку и истекая кровью? У меня не было никаких преимуществ перед Салви, вряд ли я мог уцелеть, если бы потерял сознание и свалился. Я плохо соображал в тот момент, конечно, можно было бы постараться, но что сделано, то сделано. 139
— Я верю тебе,— кивнул головой Чарли.— Ты слу¬ чайно попал в это дело и уцелел. Они что-то придумали, чтобы скрыть эти убийства. — Я пронту об этом. — Все это является частью соглашения с тобой. — Великолепно.— Однако на самом деле ближайшая перспектива вовсе не радовала меня. Я положил пару дол¬ ларов на стол и встал: — Я позвоню тебе, Чарли. — Буду ждать,— ответил он. Я назначил встречу Дону Лавойсу в лаборатории Эрни Бентли в девять часов. Он должен был доставить затребо¬ ванную мной информацию. Приехав немного раньше на¬ значенного срока, застал Эрни пьющим свежий кофе. Я позволил Эрни налить мне в мензурку густой кофе, очень напоминавший некоторые взрывчатые вещества, по которым он был большим специалистом. Эрни протянул мне пакет с пончиками и уселся на рабочий стол. — Слышал, ты занялся важным делом? — Какие полномочия дал тебе Грейди? — Я должен во всем сотрудничать с тобой. Мной уже переданы указания в Лондон и Париж, и они готовы под¬ ключиться, если будет нужно. Кроме того, Мартин по¬ слал чек в банк на случай срочной нужды в деньгах.— Эрни взял половину пончика, сложил ее и засунул в рот.— По какой схеме будем работать? — Сейчас я еще не знаю. Когда придет Дон, возмо¬ жно, станет ясно, в каком направлении двигаться.— Я посмотрел на часы, было почти девять часов, в это время раздался звонок нижней входной двери, и Эрни нажал кнопку, открывающую дверь. Доп Лавойс был здоровым парнем, с широкими плеча¬ ми и лицом, хранящим следы многочисленных драк. Нос его был слегка искривлен, одна бровь приподнята. Тон¬ кий, белый, почти незаметный шрам от опасной бритвы рассекал его щеку. Он был отличным парнем, на которого можно положиться... Один из немногих, еще оставшихся «старичков». Он улыбнулся и протянул руку. — Привет, дружище, приятно снова встретиться. Я с силой обнял его за плечи и улыбнулся ему в ответ: — Полагаю, ты говоришь искренне и тебя ничто не напугает. Он пожал плечами: 140
— После прошлой передряги все покажется ерундой. Что мы имеем на этот раз? — Мы должны кое-что разведать для начала,— сказал я.— Садись и слушай. Кофе хочешь? — Не откажусь. Пока Дон потягивал кофе из мерного стаканчика, я из¬ ложил ему всю историю точно по датам, наблюдая, как он реагирует. Дон был как всегда спокоен, лицо ничем не выдавало его реакции, он просто впитывал информацию, не задавая вопросов, пока я не закончил. Затем он слегка кивнул, давая понять, что все понял. В его глазах поя¬ вился холодный блеск, и это означало, что он почувство¬ вал, насколько сложным может оказаться дело и насколь¬ ко серьезными последствия, если нам не удастся достичь цели. Дон поставил стаканчик, из которого пил кофе, на стол и, вынув сигарету, закурил: — Серьезное дело. — Чертовски серьезное. — С чего мне начать? — Со связей Вито Салви. Он провел большую работу, чтобы выйти на Луи Агронски. Нам нужно знать его ходы. Дон поднял глаза от спичечного коробка, который вертел в руках. — Если ему пришлось пытать Дага Гамильтона и двух других парней, не думаю, что у него были выходы на Луи Агронски, не так ли? — Возможно, он просто хотел получить подтвержде¬ ние информации, которой располагал. Салви был старым профессионалом, дружище. Я не верю, что он рассказал мне все до конца, хотя и был в безвыходном положении. Он и так сказал мне намного больше того, что мог ска¬ зать один разведчик другому. Все же мы были по разные стороны, а есть правила, которые не нарушишь ни в какой ситуации. — Хорошо, Тайгер, я постараюсь это сделать. Что еще? — Смотри сам. Я займусь Гамильтоном. Он как-то не укладывается в схему. Если у тебя будут осложнения со Службой безопасности или местной полицией, обращайся ко мне. Мы договорились о сотрудничестве с полицией и агентством в Вашингтоне по этому расследованию, но не больше. 141
Дон снова улыбнулся мне. — А если я встречу какую-нибудь прекрасную блон¬ динку? — Умерь свою прыть. — Я только подумал о Панаме... собрат,— сказал он, усмехнувшись. Эрни Бентли неодобрительно посмотрел на нас и пока¬ чал головой. — Для таких «асов» оперативной разведки вы ведете себя как дети. Дон посмотрел на него, улыбаясь. — Ты знаешь, как говорится о работе без развлече¬ ний, Эрни. — Ну, сколько раз ты попадался на женщинах? — Только однажды. — Я слышал другое. — В остальных случаях я был не на задании.— Дон опять засмеялся.— Спроси об этом Тайгера. — Хватит,— сказал я и посмотрел на часы.—Давайте приступим к делу. Даг Гамильтон жил на Манхэттене в современной че¬ тырехкомнатной квартире. Пять лет назад район сла¬ вился большими ресторанами, завсегдатаи которых лю¬ били город и сделали его современным чудом света. Сей¬ час же здесь преобладали расчетливые люди, предприни¬ матели, сами словно сделанные из стали и цемента. В личном деле Гамильтона, которое мне прислал Дон, была указана его зарплата. От «Белт-Эйр Электронике Корпорейшн» он получал двести долларов в неделю и примерно еще 150 по другим контрактам, которые вы¬ полнял. Его агентство было небольшим, но активно рабо¬ тало с 1946 года. К делу были приложены положительные отзывы от пяти крупных компаний, которые пользова¬ лись его услугами. Он был обеспечен заказами и имел не¬ плохой стабильный заработок. Единственная неувязка была в том, что самая дешевая однокомнатная квартира стоила в этом районе 350 долларов в месяц, а Даг Гамиль¬ тон занимал одну из самых дорогих квартир, стоимостью десять тысяч долларов в год. Шесть месяцев назад он жил в сорокадолларовой квар¬ тире в Бруклине. Для разговора со мной швейцар пригласил в коридор управляющего. Мне хватило одного взгляда на него, что¬ 142
бы понять, что это за человек. Пожилой и мудрый, он ви¬ дел слишком много людей, подобных мне, и соответ¬ ственно судил о них. Правда, на этот раз он ошибся, при¬ няв меня за полицейского. — Собираются ваши люди оставить это место в по¬ кое? — Да, скоро. — Они фотографировали, снимали отпечатки паль¬ цев, я давал показания дюжине полицейских. Мне нечего добавить к тому, что я сказал им.— Он махнул рукой в сторону улицы. — Вы знаете, как это бывает. У нас такая работа,— сказал я. Он кивнул, пожимая плечами. — Знаю, но что еще можно осматривать? Никаких других жильцов на этом этаже нет. Квартплату он вносил за месяц вперед, никого не беспокоил, никаких вечеринок или подобных развлечении. Мне он нравился. — Однако кто-то его не любил. Управляющий жестом отправил швейцара, затем мягко заметил: — Что все это значит? Я знаю только, что он умер. — Он убит. — Я так и предполагал. Он был частным детективом. Я видел много его исходящей корреспонденции с адреса¬ ми разных агентств. Что случилось? — Никто еще толком не знает. Просто он взялся за де¬ ло, слишком большое и сложное для него. — Так что мне делать с квартирой? Он оплатил ее до конца года наличными. — Решите этот вопрос с адвокатом. А как насчет того, чтобы позволить мне осмотреть квартиру? Он указал на лифт. — Будьте моим гостем. Она еще не заперта. Верхний этаж. — Спасибо. Лифт открылся, и мы шагнули из него в небольшой ко¬ ридор с дверью, задрапированной толстой нейлоновой тканью, стены были расписаны под модерн, но хорошим художником. Дверь в квартиру была открыта, и запах си¬ гар еще стоял в воздухе. Я вошел, постоял в прихожей и осмотрелся. Никто не побеспокоился выключить свет. Квартира Гамильтона еще не была до конца оформлена декоратором, но все сде¬ 143
ланное говорило о том, что хозяин не был стеснен в сред¬ ствах. Где-то Гамильтон получил шанс, большие деньги, а затем заплатил за это своей жизнью. Я знал, что ничего здесь не найду. С другой стороны, я и не искал ничего определенного. Все, чего я хотел, это заглянуть в жизнь человека, которого видел только мерт¬ вым, привязанным к столу, со следами изощренных пы¬ ток на теле. Минут десять я ходил по комнатам, открывая шкафы и выдвигая ящики, рассматривая вещи и предме¬ ты, принадлежавшие человеку, начавшему новую жизнь. У него было все, необходимое человеку. Только не было уже его самого. Сведения, которые Дон раскопал о Гами¬ льтоне, говорили о том, что он был скромен в быту, и, ка¬ залось, все подтверждало это. Две бутылки виски, одна из них начатая, два костюма, полдюжины рубашек, трусы с носками, несколько книжек и безделушек, вот и все. Бы¬ ло такое впечатление, что он только что переехал сюда, хотя на самом деле прожил здесь несколько месяцев. Всюду на слое пыли были следы, оставленные поли¬ цией и свидетельствующие о методичном и тщательном обыске. Убийство совершено не здесь, так что смотреть было особенно не на что. Все, что найдено полицией и от¬ носилось к делу, зафиксировано в протоколе. Часть работы Гамильтон делал дома, и один угол го¬ стиной был занят столом красного дерева и небольшим бюро для бумаг. Однако в папках ничего не было, кроме использованных копирок, полученных счетов и заметок с планами работ. Из чистого любопытства я стал искать папку по «Белт-Эйр Электронике Корпорейшн». Она была на ме¬ сте. Только одна папка. Я вытащил ее и стал рассматри¬ вать. Совсем недавно она была доверху заполнена бума¬ гами. Зажим находился на последнем делении, что гово¬ рило о кипе документов толщиной в добрые полдюйма, хранившихся в папке. Я поставил папку на прежнее место. Или Даг Гамиль¬ тон сам вынул эти документы, или кто-то еще поинтересо¬ вался сотрудниками «Белт-Эйр Электронике Корпо¬ рейшн». На обратном пути я остановился возле стола управ¬ ляющего, копавшегося в бумагах, подождал, пока мимо пройдут две женщины, и сказал: — Никто не просил вас проследить за его почтой? 144
— Нет, никто. — Что-нибудь поступило для него? — Сегодня ничего. — Сохраните все, что бы ни появилось. Вам скажут, что с этим делать. — Понятно,— ответил он, а затем добавил: — Думаю, я должен закрыть квартиру? Я пожал плечами. — Через несколько дней будет судебное разбиратель¬ ство, и вас проинформируют, как поступить. Пока же, я думаю, вам лучше запереть дверь. Я не знаю, кто еще может заинтересоваться квартирой. — Хорошо. Могу я ее сдать? — Не спешите. Ведь он заплатил вперед, не так ли? Управляющий выглядел растерянным. Он пропустил мои слова мимо ушей и уткнулся в свои бумаги. Я вышел на улицу, остановил такси и попросил отвез¬ ти в «Белт-Эйр Электронике Корпорейшн». Глава III Здание фирмы было недавно построено на заброшен¬ ном участке между Ла Гуардия и аэропортом имени Кен¬ неди, окружено сплошным забором из металлической се¬ тки и патрулировалось вооруженной охраной. Для орга¬ низации такой системы охраны и контроля имелись все основания. Эта с виду обыкновенная фирма Мартина Грейди занималась сверхсекретным, имеющим особое значение проектом по разработке электронной системы наведения ракет из космоса. В случае благополучного за¬ вершения работ мы получим преимущество перед любым потенциальным противником. Около четверти часа меня продержали у входа, затем провели в главный офис, к директору фирмы. Он предста¬ вился как Генри Стэнтон и предложил мне присесть в кре¬ сло напротив своего стола. — Кажется, мистер Грейди питает к вам особое дове¬ рие,—сказал он мне. Я кивнул. Стэнтон предложил мне сигарету и протя¬ нул зажигалку. — Нас здесь нечасто навещают посетители. Те, конеч¬ но, кто не являются официальными лицами. — Да? 145
— Вы в курсе, чем мы здесь занимаемся? — Вполне,— ответил я. — Хорошо.— Он поджал губы, затем обошел стол и сел в кресло со смиренным вздохом.— Чем могу быть вам полезен? — Что вы знаете о Даге Гамильтоне? — Я был немедленно проинформирован о его смерти. Больше ничего. Мартин Грейди сказал, что проводится расследование, в том числе и его людьми, с которыми я должен сотрудничать и оказывать полное содействие. — Кто-нибудь еще приходил к вам? — Пока вы первый. — Гамильтон вел досье на персонал, нанимаемый ва¬ ми для работы. Где эти досье? — Один экземпляр хранится в специальном сейфе. Другой направлялся в соответствующее ведомство в Ва¬ шингтоне. Люди, занимающиеся особо секретными раз¬ работками проекта, тщательно проверялись с точки зре¬ ния их надежности спецслужбами, а те, кто не имел досту¬ па к этим разработкам, проверялись нашей собственной службой и одобрялись Вашингтоном. — Я хотел бы посмотреть эти бумаги. — Но их очень много. — Только те, которые готовил Гамильтон. — В таком случае, это будет сравнительно легко.— Стэнтон нажал кнопку переговорного устройства и при¬ гласил секретаря. Его секретарем была женщина пятидесяти с лишним лет, образец старой школы: подтянутая и строгая, с седы¬ ми волосами, схваченными лентой на самой макушке. Она даже не взглянула в мою сторону, до тех пор пока Стэнтон не представил меня. — Мисс Хейс, это мистер Менн, представитель Мар¬ тина Грейди. Пожалуйста, проводите его к мисс Хант и попросите ее показать мистеру Менну все бумаги по персоналу. — Будет сделано, сэр. Пойдемте, мистер Менн. — Что-нибудь нужно еще, мистер Менн? — спросил меня Стэнтон. — Если что-то понадобится, я дам вам знать. А пока я прошу предоставить мне возможность свободно переме¬ щаться здесь у вас по моему собственному желанию. Вы знаете Хала Рэндольфа из Службы безопасности? При этих словах брови его слегка приподнялись. 146
— Да, и довольно хорошо. — Он может все ускорить, если у вас возникнут за¬ труднения,— сказал я.— Пойдемте, мисс Хейс. Я проследовал за ней в приемную, где к нам присоеди¬ нился еще один спутник из Службы безопасности, кото¬ рый следовал за нами на расстоянии полутора метров. Мы прошли все вместе метров девяносто по мягко осве¬ щенному коридору, куда воздух подавался из кондицио¬ неров, и остановились у двери с табличкой «Камилла Хант, персонал». Секретарша нажала на кнопку в стене и на прозвучавший сигнал толкнула дверь. Пропустив меня вперед, она вошла сама, а сопровождавший нас па¬ рень остался за дверью. Мисс Хейс передала секретарю за столом полученные ею на мой счет инструкции, а секретарь в свою очередь со¬ общила их по селектору кому-то, кто находился за дверью с табличкой «Вход воспрещен». В результате нас попроси¬ ли подождать. В приемной тонко пахло духами, что было явно не по душе строгой и величественной, как королева, мисс Хейс. Мне не пришлось долго ждать. Аппарат на пи¬ сьменном столе зазвонил, маленькая невзрачная секре¬ тарша в очках с толстыми стеклами выслушала сказанное ей по селектору, затем, посмотрев на меня, сказала: — Вы можете войти. Камилла Хант была стратегом. Она занимала дол¬ жность директора по персоналу, и в ее задачу входило знать все, чем занимались люди до того, как поступить на работу в фирму. Ее офис больше походил на командный пункт, а сама она выглядела как командир. Вошедший хмурым, обяза¬ тельно улыбался, а улыбавшийся сразу серьезнел. Ей не¬ возможно было лгать, неискренний сразу проигрывал. Стены были темно-зеленого цвета, с большими кра¬ сочными изображениями всех самолетов, которые когда- либо стояли на вооружении в Воздушных Силах. Среди них висела яркая картина, выполненная в сюрреалистиче¬ ской манере. Обнаженная женщина была изображена так подробно и с такой экспрессией, что, казалось, она подав¬ ляла собой и саму комнату, и все Воздушные Силы, и вообще все. Письменный стол стоял напротив занавешенных окон и так искусно освещен двумя лампами, что трудно было сказать, сидел кто-нибудь за столом или нет. Мисс Хант как раз за столом не было. Она сидела сле¬ 147
ва в углу, внимательно изучая меня и стараясь уловить мою реакцию. Однако она не учла, что в комнате было достаточно света и он играл блестками на ее нейлоне, поэтому я сразу заметил ее, хотя и не подал вида. Конеч¬ но, можно было дать ей понять, что ее замысел не удался, но это было бы неинтересно. Вместо этого я подошел к картине с обнаженной жен¬ щиной, стал внимательно рассматривать все интересные места и, не оглядываясь, сказал вслух: — Замечательный портрет, хотя местами модель не¬ много полновата. Затем я повернулся, сел в кресло за письменным сто¬ лом и направил свет настольных ламп на мисс Хант Улыбка замерла на моих устах. Камилла Хант была той самой обнаженной с картины, и она вовсе не была полно¬ вата. Художник позволил себе немного фантазии. Она сидела неподвижно, как статуя, положив одну но¬ гу на другую и только слегка покачивая ступней. Пальца¬ ми руки она подпирала подбородок, согнутый локоть по¬ коился на ручке кресла, алый цвет ее ногтей гармонировал с цветом губ. Черные, как ночь, глаза только подчеркива¬ ли густую черноту ее волос, которые ниспадали на такое же черное платье. Но даже в этом однообразии красок была заметна осо¬ бенная точеность форм ее тела и красота лица. Да, она была вполне способна выведывать все у людей, попадав¬ ших в ее западню. — Привет, паук,— сказал я. — Привет, муха,— улыбнулась она моей шутке. — Эта муха улетит. — Я тоже так думаю. Мистер Грейди мне кратко рас¬ сказал о вас. Я рада, что вы меня не разочаровали. — Не стоит об этом говорить. — Если вы не против, то отведите свет немного в сто¬ рону. — Я бы хотел рассмотреть вас. — На картине вы можете увидеть больше. — Я не люблю подмены естества. Подойдите сюда. Каждое ее движение было пластичным и женствен¬ ным, умышленно провокационным, как это могут делать только женщины. Игра закончилась, но она по-прежнему настаивала на ее продолжении. Я следил за ней лучами ламп, затем опустил изогнутые шеи ламп вниз так, чтобы мы могли видеть друг друга в отраженном свете. Ветре- 148
тившись со мной взглядом, она словно запнулась от не¬ ожиданного чувства, и грудь ее поднялась. — Итак, вы и есть один из самых лучших. — Что же вам рассказал Мартин Грейди? — Я думаю, он, скорее, предупреждал меня.— Как бы между прочим она отодвинула стул и села за письменный стол. — Вы бы приняли меня на работу? — В качестве кого... племенным жеребцом? — Черт! — засмеялся я,— Грейди никогда не упоми¬ нал про такую службу. — Я знаю, на что способны люди, это моя работа, я должна видеть их насквозь. Вы кажетесь мне отличным экземпляром. — Я явился с прекрасными рекомендациями. — Нет сомнений, но вы пришли сюда не для того, что¬ бы наниматься на работу, не так ли? Я уселся, откинувшись на стуле, выдвинул ящик стола и положил на него ноги. — Даг Гамильтон подготавливал рапорты на людей, которых он проверял. Они проходили через вас? — Да. Он проверял все предыдущие места работы, контакты, кредитные карточки — обычные вещи, которые не поручишь высоким чинам из безопасности. Я имела право давать заключение о способностях или личных ка¬ чествах будущих сотрудников. — А что относительно Службы безопасности? — Всем непосредственно управляют люди из Вашинг¬ тона через Мартина Грейди. Я имею дело с низшим уров¬ нем работников, но даже здесь необходимо искать людей с достаточной квалификацией. Думаю, не стоит говорить Вам о серьезности проводимых на фирме работ. — Нет, не стоит. Могу я посмотреть дела, подготов¬ ленные Гамильтоном? — Позвольте я воспользуюсь телефоном.— Мисс Хант улыбнулась мне. Я придвинул аппарат к ней, а сам наблюдал за изящ¬ ными движениями ее тела, когда она нагнулась вперед, чтобы снять трубку. — Линда,— сказала она,— пожалуйста, возьми все документы с меткой А-20 из сейфа и принеси их. — Кто еще имел доступ к этим бумагам, Камилла? Она тряхнула головой с игривой улыбкой: — Никто... 149
— Меня зовут Тайгер. Это имя дал мне мой старик. — ...Тайгер. Второй экземпляр направлялся в Ва¬ шингтон, и если там не возражали и я была довольна, чело¬ век мог рассчитывать на работу здесь. Это просто инфор¬ мация о прошлом. У нас здесь продвижение по службе за¬ висит от результатов работы, а не от прежних заслуг. Су¬ ществуют специальные требования приема для всех — от уборщицы до руководителя,— и все подвергаются этой процедуре. Вошла секретарь, положила на стол папку и вышла. Я взял ее в руки, взвесил и просмотрел содержимое. Она была толще, чем папка Гамильтона, но, возможно, у него были копии, отпечатанные на папиросной бумаге, а здесь —на специальных типографских бланках. Каждый бланк пронумерован, всего их было восемьдесят четыре. — Какой период времени представляют эти дела?— спросил я. — Около трех лет. Это только отчеты самого Гамиль¬ тона. — Как часто меняются люди? — Довольно редко. Мистер Грейди платит большие деньги. Это его политика. — Да, я знаю. — Отчеты Гамильтона приходятся на период расши¬ рения работ. Если вы обратите внимание на даты, то уви¬ дите, что мы достигли максимума приема около четырех месяцев назад, и с тех пор никого больше не нанимали, так как на данный момент удовлетворили нашу потреб¬ ность в людях. Однако мы никогда до конца не знаем пер¬ спектив фирмы. Возможны новые виды работ и прием но¬ вых специалистов. Я просматривал бумаги, обращая внимание на имена, адреса, и ничего не находил знакомого. — Гамильтон когда-нибудь давал отрицательные за¬ ключения? — Обычно одно из трех. Копии отчетов направлялись в Вашингтон в том случае, если эти люди планировались на секретные работы. Чаще всего это были сведения о не¬ законной деятельности или криминальных нарушениях. — Много было случаев увольнений? — Ни одного. Несколько человек просто переведены по требованию Грейди на работы в других проектах. Но наша система достаточно эффективна, и специалисты не¬ обходимой квалификации быстро подбираются. 150
Я посмотрел па нее и улыбнулся. — Не сомневаюсь. А как насчет отстранения от работ после проверки Гамильтона? — Всего несколько случаев, но это касалось недоста¬ точной квалификации. Вы думаете, кто-то из них мог за¬ таить злобу на мистера Гамильтона? Я положил папку на стол и откинулся на спинку стула. — В таком случае они должны были питать аналогич¬ ные чувства и к вам, не так ли? Гамильтон пропустил их, а вы нет. — Действительно,— кивнула она,— но это не так. По¬ нимаете, те, кого я отстранила за недостаточную квали¬ фикацию, охотно были приняты на службу другими фир¬ мами с меньшим уровнем требовательности. Я кивнул. — Могу я взять бумаги, чтобы детально просмо¬ треть? — Конечно, только будьте аккуратнее с ними. — У вас есть алфавитный список всех сотрудников? — Естественно. — Могу я взглянуть на него? — Верхний ящик стола, справа от вас, как раз над ва¬ шими ногами. Вам придется опустить ноги, чтобы выдви¬ нуть его.— Ее губы были приоткрыты, и я мог видеть бе¬ лые точеные кончики ее зубов. В этот раз ее глаза смотре¬ ли на меня смеясь. Я открыл ящик, просмотрел список на букву «А», надеясь найти фамилию Луи Агронски, но не обнаружил ничего похожего. — Могу я вам чем-то помочь? — Нет, просто любопытно.—Я задвинул ящик и под¬ нялся.— Так вы не против, чтобы я взял эту папку с собой? Камилла поправила прическу и ответила: — Нет... но помните, что это конфиденциальная ин¬ формация. — Не забывайте, что мы работаем на одного челове¬ ка. Я вам верну ее.— Мы стояли рядом. Я и не предпола¬ гал, что она такая высокая, пока она не встала возле меня. Необычное, особенное выражение было на ее лице. Ее заи¬ грывание со мной продолжалось, она пыталась найти брешь в моей броне. По ее поведению я мог догадаться о том, что ожидало меня, если бы я проиграл. Я оглянулся и посмотрел на картину. Сходство было поразительным. — Я бы хотел написать вас,—сказал я. 151
Она проследила за моим взглядом. — О, вы умеете рисовать? — Нет, вовсе нет. Просто я хочу нарисовать вас. — Но зачем? Я рассмеялся. — Думаю, это будет очень интересно. Я буду рисо¬ вать своими крылышками. Уголки ее глаз прищурились. — Но здесь необходим опыт. — Говорят, что это очень увлекательное занятие. — Сомневаюсь в этом. — Не отказывайся от того, чего не попробовал. Я направился к двери и открыл ее. Вооруженный ох¬ ранник все еще ожидал меня в приемной. — Всего хорошего, паук,— сказал я. — Всего хорошего, муха,— ответила Камилла.— Возвращайся в паутину в любое время. Офис Дага Гамильтона находился на Ленгсингтон- авеню, в нем работали его младший партнер Джеймс Миллер, две секретарши и один человек в приемной. Я назвал себя представителем Мартина Грейди и по¬ просил секретаря показать бумаги по «Белт-Эйр Электро¬ нике Корпорейшн». И хотя она еще не пришла в себя от всего случившегося, молча провела меня в кабинет и, выд¬ винув ящик, вынула папку по компании. Я быстро просмотрел ее, обращая внимание на даты документов, но, судя по всему, здесь не было ничего ново¬ го по сравнению с тем, что я уже имел. — Кто-нибудь еще интересовался этим? — спросил я. — Да. Полиция, естественно, и мистер Рэндольф из Службы безопасности. Они тоже смотрели эти бумаги. — Что-нибудь взяли из них? — Ничего. Вы можете проверить — все страницы про¬ нумерованы и лежат по порядку. Я не знаю, что именно они здесь искали, и не могла сообщить им ничего интерес¬ ного. Я закрыл папку и передал ей. — Давно работаете здесь? — Пять лет, мистер Менн. — Тогда вы должны помнить, когда Гамильтон стал сотрудничать с «Белт-Эйр». — Я веду все контракты. — Вы также печатаете все отчеты? 152
— Да, все. — Значит, у Гамильтона должны были быть и черно¬ вики? — Конечно, но после того как перепечатывают набе¬ ло, их уничтожают. Поэтому ничего не осталось. — А он сам никогда не печатал? — Да, иногда, я думаю. Случалось, что мы были силь¬ но загружены другими делами, и он печатал сам. — Не помните, какие именно? — Боюсь, что нет. Я хотела бы вспомнить... помочь, но, знаете, отчеты — это такая рутинная работа, их сотни. — Я понимаю. Тогда еще одно. Гамильтон переехал недавно в довольно дорогие апартаменты. Не знаете, где он взял деньги? Какое-то время она колебалась. — Мистер Гамильтон был холостяком. Он никогда не сорил деньгами, и, естественно, у него были сбережения. Я знаю, что он имел значительный счет в банке. Я пола¬ гаю... он... просто хотел перемен. — Это был решительный шаг. Может, здесь замеша¬ на женщина? Она вспыхнула и опустила глаза. — Нет, боюсь, что нет. Он не был создан для женить¬ бы. Когда она вновь подняла глаза, я увидел хорошо зна¬ комое выражение лица секретарши, влюбленной в своего босса. Это случается повсюду и чаще всего приносит не¬ счастье. — Тяжелый случай,— сказал я. Она знала, о чем я подумал, и, пожав плечами, отве¬ тила: — Это жизнь. — Контора продолжает работать? — Мистер Миллер будет-вести дела. Это было реше¬ но раньше, когда он только стал младшим партнером. У мистера Гамильтона есть сестра, где-то на Среднем За¬ паде, и она получит свою долю по завещанию. Ее уже проинформировал адвокат мистера Гамильтона. — Спасибо вам за помощь. Если мне что-нибудь по¬ надобится, я свяжусь с вами. — Хорошо. — Если у вас будет время, посмотрите, может, вам удастся найти те отчеты, которые печатал сам Гамиль¬ тон. 153
— Постараюсь, но не могу вам обещать. — Спасибо и на этом. Безнадежное дело. Совсем ничего. Четыре человека мертвы, один, в чьих руках находился секрет мирового бедствия, пропал, и даже не за что ухватиться. Конечно, возможно, что смерть Дага Гамильтона бы¬ ла случайностью, и не окажись он на пути Вито Салви... Возможно, что пустая папка в его квартире не содержала ничего важного, и он просто держал в ней черновики, перед тем как напечатать их в офисе. Я надел шляпу и вышел из конторы в ревущий Нью- Йорк. Прошло больше десяти минут, прежде чем мне уда¬ лось найти свободное такси, и еще тридцать понадоби¬ лось, чтобы пересечь город и добраться до места, где жил Чарли Корбинет. Он уже стоял у открытых дверей и под¬ жидал меня, когда лифт остановился на его площадке. — Хочешь выпить? — Немного. Ночь только началась. Он налил два стакана, передал один мне и сел напро¬ тив. — Что-нибудь узнал? Я быстро выложил все, что узнал, дал ему немного по¬ думать и увидел, что он сделал такие же выводы, как и я. Затем Чарли поднялся и стал задумчиво мерить комнату шагами. Наконец он сказал: — Мы следим за Луи Агронски с тех пор, как он начал работу над системой управления стратегическими ракета¬ ми. Одной группе было поручено разузнать все о его про¬ шлом, другой постараться двинуться вперед. Поскольку Агронски проходил проверку, заглянуть в его прошлое было нетрудно. Мы просто еще раз проверили все сведе¬ ния на случай, если что-то было упущено. — Ну и что? — Чист как воздух. Никаких нарушений, прекрасные рекомендации... ничего необычного. Даже не ясно его по¬ литическое кредо. Он зарегистрирован, но никогда не утруждал себя участием в голосовании. Единственное, что добавилось нового, это воспоминания его бывшего дека¬ на в колледже, который вспомнил, что однажды, на стар¬ шем курсе, Агронски был на грани потери рассудка из-за перенапряжения. Лечивший его психиатр умер, но его за¬ писи сохранились. Из них видно, что Агронски пролежал в больнице две недели, прежде чем вернуться в колледж. 154
Ему был предписан хороший отдых; после лечения не во¬ зникло никаких побочных явлении. — Это могло быть только началом болезни,— предположил я. — Возможно. Откройся этот факт раньше, сомне¬ ваюсь, чтобы его взяли в этот проект. — Есть свидетельства, что он это скрыл? — Нет. Поскольку это было не душевное заболевание, декан думал, что все не настолько серьезно, чтобы об этом упоминать. Довольно обычное явление для лучших студентов, которые усиленно занимались. — Где вы потеряли Агронски? — После установки «горячей линии» он был направ¬ лен во второй космический проект. Если ты помнишь, там были две неудачи, прежде чем удалось решить все трудно¬ сти и успешно его завершить. Агронски был рекомендо¬ ван для работы над новым тяговым двигателем, но выну¬ жден был прервать начатое дело из-за дорожного проис¬ шествия. В истории болезни указано, что у него были по¬ резы, перелом большого пальца и легкое повреждение спины. В это время он жил в небольшом доме, купленном во Флориде, и имел двадцать тысяч долларов на счете. По-видимому, повреждения в спине сильно беспокоили его, он отказался от всех работ и жил на сбережения. Здесь и был потерян контакт с ним. У Агронски не так уж много приятелей. Он уже немо¬ лод. Его видели несколько раз в городе, когда он делал покупки, но чаще всего его видел работник банка. Он ста¬ бильно снимал со счета значительные суммы, увеличивав¬ шиеся раз от раза. Это не вязалось с его привычками, тем не менее, никто не обратил на это особого внимания. Поз¬ же он полностью закрыл счет, продал свой дом коллеге — инженеру по проекту, и с тех пор его не видели. — Женщина? — спросил я. — Нет. Мы тщательно проверили. Притом он не пил и не играл. — Каждый имеет хоть какие-то интересы, кроме ра¬ боты. — Агронски не тот человек. Мы, во всяком случае, ни¬ чего не смогли обнаружить. — Такие люди, как он, просто так не исчезают. Чарли повертел стакан, уставившись на его содержи¬ мое. Затем залпом выпил. — Он продал дом с мебелью, взял пару чемоданов, 155
уселся в старенький форд и укатил. Месяцем позже он продал автомобиль дилеру * в одном городке в Южной Каролине за сотню долларов. С тех пор о нем больше ни¬ чего не известно. — Если он остался без денег, то должен был пойти ра¬ ботать или зарегистрироваться для получения пособия по безработице. — Никаких пособий ему не платилось. Мы проверили все регистрационные ведомости, тюрьмы, больницы в стране и ничего не обнаружили. Не выписывались на его имя и иностранные паспорта. Он не выехал ни в Канаду, ни в Мексику.— Чарли сделал паузу, налил себе еще вы¬ пить и тряхнул головой.— Хал Рэндольф полагает, что он мертв. — Если бы он был мертв, Вито Салви не старался бы найти его,— сказал я. — Я тоже так думаю.— Чарли покрутил стакан с ку¬ сочками льда.— Так что, Тайгер? — Я думаю, он притаился в каком-то месте, стараясь принять решение, и если мы не доберемся до него раньше, чем он его примет, все погибнет. — Так ты по-прежнему думаешь, что знаешь, как най¬ ти его? — Я обязан его найти. Если Советы поручили одному из лучших своих агентов выследить его, они обязательно пошлют еще одного. И мы не можем этому помешать. Вито Салви далеко нас опередил, он, может, был уже со¬ всем близко к цели, когда обнаружил, что два твоих аген¬ та сели ему на хвост. Он убрал их. С какой стати Гамиль¬ тон попал в это дело, я еще не знаю. Теперь скажи, что удалось узнать об Агронски тем двум агентам? — Абсолютно ничего. Поэтому они и сосредоточи¬ лись на поисках Салви, надеясь, что он приведет их к Агронски. В их последнем докладе говорилось о том, что младший атташе Советского посольства, за которым следили и который подозревался в организации передачи денег советским агентам, пошел на необычный контакт. Описание внешности человека, с которым он встречался, подходит Вито Салви, за исключением черт лица, ио их, конечно, можно изменить. Агенты стали следить за Вито, с тех пор информация о них не поступала, пока ты не на¬ шел их. Торговый агент. (Прим, ред.) 156
— Я думаю, что люди Рэндольфа тоже следили за Салви. Чарли утвердительно кивнул: — Они тоже получили по нулям. Салви был слишком опытен, чтобы оставлять хвосты. — Они в конечном счете постепенно раскопают по ча¬ стям это дело, но уйдут недели. — Ты знаешь, у нас этого времени нет. — Тогда нужно что-то придумать.— Я поставил ста¬ кан и зажег сигарету.— В этом деле должна быть какая-то зацепка, но пока я не могу ее уловить. — Тайгер, мы не должны упускать ни одного шанса в этом деле. — Я чувствую, что-то здесь есть. — Тогда действуй... ты получаешь большие деньги. Я не думаю, что ты найдешь зацепку в том факте, что он работал в «Белт-Эйр Электронике Корпорейшн». У него не было причин скрывать свое имя или прошлое, а если бы ему нужны были деньги, он мог устроиться в любую простую проектную организацию и прилично там зараба¬ тывать. — Пока я буду продолжать начатое. — Помни, у нас нет времени. — Как я могу забыть об этом? — Я вскочил со стула и взял шляпу.— Найдешь меня в отеле «Салем», если я те¬ бе буду нужен. Там я зарегистрировался под фамилией Мартин. И еще, мне нужно самое последнее фото Агрон- ски, которое ты можешь достать. — Я найду тебе фото. Всего хорошего, Тайгер. — Спасибо,— сказал я,— мы должны использовать все возможности. Эрни Бентли оставил для меня в отеле конверт с ко¬ пиями документов и записку, чтобы я сразу же связался с контрольным пунктом в Ньюарке. Я взял ключи у пор¬ тье, нашел в кармане несколько монет и стал звонить из автомата в холле. Оператору я дал номер телефона в Ньюарке. Верджил Адамс сразу же ответил, как только я назвал пароль. — Только что звонили из Лондона, сказали, что Москва уже утвердила агента, который должен заменить Вито Салви. — Они работают оперативно. Кто это? 157
— Еще нет точных сведений. Мы узнали об этом из нашего источника в посольстве в Париже. Стараемся по¬ лучить более подробную информацию, но это займет определенное время. Однако одно нам уже известно: его не засылали, он давно работает здесь. Агент очень хоро¬ шо законспирирован, не так-то легко будет его обнару¬ жить. Получение этой информации было просто удачей. — За деньги Грейди можно купить почти все. — Да, если есть что,— сказал Верджил.— Мы знаем, что они держали где-то у нас в стране пару оперативников высокого ранга для всякого рода срочных дел с той поры, как Бутенко и Соколов были осуждены за шпионаж. К то¬ му же именно сейчас Москва что-то затевает. Один из главных кремлевских разработчиков операций отозван из Бонна на экстренное совещание с самым высшим руковод¬ ством по поводу того, чем ты занимаешься. — Вы еще не установили размер премии? — Грейди дал добро на 25 тысяч долларов тому, кто найдет конкретный путь. И если понадобится, он добавит. Мы сообщили об этом всем сотрудникам, запятым в деле, но, откровенно говоря, мой друг, мы больше рассчиты¬ ваем на тебя. — Спасибо, связной. — Тебе кто-нибудь еще нужен? — Нет, достаточно Дона Лавойса. Пока все сотрудни¬ чают со мной, мне больше никто не нужен. — Ну, смотри, Тайгер, это твоя игра,—сказал Адамс и добавил.— Да, чуть не забыл еще одну вещь, она может быть для тебя интересной. — Какую? — Наш информатор в Праге сообщил, что цена на тебя круто поднялась, ты не только находишься в первой строке на листе «А», но на тебя специально объявлена охота. — Сколько же я стою? Верджил ответил с юмором: — Хватит, чтобы купить виллу на берегу Черного моря, новый ЗИЛ, содержать дюжину прислуги, пользо¬ ваться распределителем и получить политическое призна¬ ние. — Послушай, почему бы тебе самому все это не пои¬ меть? — Я люблю проводить отпуск во Флориде,—ответил он и повесил трубку. 158
Я отошел от телефона и улыбнулся. Когда-нибудь я покажу ему четыре страницы записной книжки, той, что я вытащил из кармана Маркуса Петри, которого убил. Верджил не знает, что он также находится в списке «А», правда в самом конце, но все же в списке. Поднявшись к себе наверх, я позвонил Дону Лавойсу. Он поднял трубку, мы обменялись паролями, после чего он сказал: — Есть кое-что новое на Вито Салви. — Что именно? — Сыскная полиция проводила обыск в месте, где он скрывался. Пока они там копались, было бесполезно со¬ ваться, я пришел туда сразу после их ухода. Там я не на¬ шел ничего интересного, пока не добрался до ванной ком¬ наты. Один из полицейских, должно быть, использовал унитаз и не осмотрел его, после того как спустил воду, и просчитался. — Паршивое туалетное воспитание. — Привычка,— сказал он.— Я взял крючок с вешал¬ ки, опустил его в отстойник унитаза. Там поперек отстой¬ ника была закреплена проволочка ниже уровня воды. К ней была привязана нейлоновая нить примерно шести футов длиной, конец которой плотно перехватывал рези¬ новый герметичный контейнер с героином, который нахо¬ дился в канализационной трубе. Известный прием, но не такой уж и старый. Ничего не увидишь, если специально не искать. — Черт, Салви не мог быть наркоманом. — Но полфунта героина были там. Это вносит неско¬ лько интересных моментов. — Хорошо. Необходимо тогда посмотреть результа¬ ты вскрытия. Мог быть пакетик оставлен там предыду¬ щим жильцом? — Нет. Проволока стальная и почти не покрыта ржав¬ чиной. — Что ты со всем этим сделал? — Оставил все как было. — Молодец. И что ты думаешь об этом? — Никто из соседей никогда даже не видел Салви, он для них практически не существовал. Он хорошо скры¬ вался. Квартиру снял по телефону, деньги заплатил аван¬ сом, продукты покупал в других местах и без доставки на дом. Нас может на что-то навести только источник, где он покупал героин. 159
— Тогда,— сказал я,— попроси Эрни подготовить для тебя последние списки распространителей наркотиков. Держи с ним связь через Ньюарк. — Я понял. А прямые контакты с тобой? — Как можно меньше. И будь осторожен. Красные ввели в дело нового человека. — Я уже слышал... только они охотятся не за мной. Я положил трубку, подошел к окну, сел на подоконник и стал смотреть на ночной город. Я ощущал легкое щеко¬ тание в желудке, какого раньше никогда не чувствовал. Я бывал на охоте, и мог быть убит. Довольно часто я был кроликом, чувствовал горячее дыхание собак у себя на спине и запах слюны. Они хотели растерзать меня, но кро¬ лику всегда удавалось уйти от погони. Пока. Но чувство, наполнявшее меня сейчас, было вызвано не опасностью подобной охоты. Меня мучили мысли об огнях ночного города, которые могут в одно мгновенье исчезнуть в кош¬ маре более яркого огня, который повиснет в воздухе как огромный гриб, на пространстве, покрытом такими же, одновременно появившимися грибами, если это допу¬ стить. Я закрыл замок двери на два оборота, набросил цепоч¬ ку, улегся на кровать и стал внимательно просматривать страницу за страницей информацию о сотрудниках «Белт- Эйр». В большинстве случаев это были краткие, состоящие из двух-трех слов, ответы на специфические вопросы. В кон¬ це каждой страницы содержалось небольшое резюме ти¬ па: «любитель выпить» или «любит азартные игры». Од¬ но из заключений говорило даже о необходимости более полноценной половой жизни. К сожалению, они не содер¬ жали определений деловых качеств нанимаемых. Судя по датам, большую часть своей работы по обследованию персонала Гамильтон провел в первой половине года. То¬ лько одна анкета не имела даты представления отчета Га¬ мильтоном, хотя, возможно, другая дата указывала на начало расследования. После часа работы над бумагами я собрал их, снял пистолет с предохранителя и заснул. Глава IV Люди из Службы безопасности хорошо знали свое де¬ ло. Они действовали довольно оперативно. Ограниченные 160
различными инструкциями и бюрократическими процеду¬ рами государственного ведомства, они, тем не менее, ре¬ агировали быстро. Хал Рэндольф и его свита явились в морг через тридцать минут, после того как я приехал, чтобы посмотреть результаты вскрытия Вито Салви. Я вошел и сообщил маленькому, кроткому на вид че¬ ловеку, зачем я пришел. Он, как его, видимо, инструкти¬ ровали, попросил меня подождать и принялся говорить с кем-то по телефону. Пока я прохлаждался, меряя нога¬ ми истертый пол пропахшей антисептиком комнаты, во¬ шел Рэндольф с двумя сопровождающими, здорово сма¬ хивающими на тех парней, с которыми он был, когда я за¬ стрелил Салви. Их лица выражали такой же профессиона¬ льный интерес, как и тогда. — Давай, выкладывай, Тайгер,— сказал Рэндольф. — Обычный интерес. Я ведь убил его, не так ли? — Не ломай комедию. Говори, в чем дело. — Да мне нечего сказать, пока я не увижу отчет по ре¬ зультатам вскрытия. Ты напрасно сотрясаешь воздух. Рэндольф кивнул головой. Маленькому человеку даже не нужно было никуда идти, он просто выдвинул ящик стола и передал мне вынутые оттуда два скрепленных ли¬ ста. Вито Салви умер от выстрела из пистолета 45-го кали¬ бра, в момент смерти на теле были многочисленные сса¬ дины и раны, которые не могли являться причиной смер¬ ти. Также были обнаружены: три старых пулевых ране¬ ния, несколько шрамов от ножевых ран, небольшая язва желудка, возможно, как следствие приема лекарств от си¬ филиса, и ранняя стадия развития катаракты правого гла¬ за. Его последней пищей были чили, кукурузные хлопья со сливками и хлеб, что подтверждалось остатками еды, най¬ денными у него на квартире. Я вернул листы маленькому кроткому человеку, кото¬ рый взял их без всяких эмоций и засунул на место. Затем задвинул ящик стола и посмотрел на меня: — Это все? — Да, все,— ответил я. — Ну, говори, Тайгер,— сказал Рэндольф.— И я сове¬ тую говорить все без утайки. Это.тебе не на школьном дворе трепаться.— Его лицо посуровело, а глаза горели, как раскаленные угли. Вот таким он мне нравился, может быть, впервые. Он был шефом, требовательным и не¬ 6 Заказ 1828 161
приятным, но его на это подталкивали обстоятельства.— Что ты выискиваешь? Я сдвинул шляпу и встал с края стола, па котором си¬ дел. — Свидетельства склонности к наркотикам. — С какой стати? — Хочу узнать, не мог ли он запитать людей до смер¬ ти просто в состоянии наркотического опьянения. — Он не употреблял наркотики. — Теперь я это знаю. Один из парней, стоявший облокотившись па шкаф, как бы между прочим сказал: — Ты просто хочешь отделаться, Тайгер. — У меня в этом большой опыт. — Но не с нами. — С вами тоже. Давай предположим, что я проверяю и эту версию. — Мы об этом тоже думали. Но вопрос заключается в том, почему ты именно сейчас пришел с этим сюда. Я вытряхнул сигарету из пачки, закурил и посмотрел через всю комнату на него. — Потому что наркотики большая статья торговли, приятель. Те, кто доставляют наркотики, часто сами ста¬ новятся жертвами, и потом мы всегда ищем что-нибудь, с чего можно начать дело. В данном случае не думаю, что это так, но я должен быть уверен. Ну а если вас не удов¬ летворяет мое объяснение, это ваше дело. Я не желаю, чтобь! меня унижали как новичка каждый раз, когда у меня есть что обдумать. Хочу напомнить, что по вашей инициативе я вернулся в официальный статус и сотрудни¬ чаю с одним из ваших представителей. Я буду играть по вашим правилам и, если что-нибудь обнаружу, изложу в отчете, а затем уже сообщу вам. — Не делай этого, Менп,— предупредил Рэндольф с угрозой. — Мистер,— напомнил я ему,— я делал это раньше й буду делать впредь. Кончай давить на меня и не пугай всякой чепухой типа военного суда, иначе тебе же будет хуже. Мое высказывание заняло буквально десять секунд. По их глазам было видно, что оно до них дошло. Я дал им еще немного времени переварить услышанное, а затем сказал: — Задвиньте щуп в сток унитаза в ванной комнате 162
Салви и посмотрите, что вы найдете. Сейчас можете не спешить, вы имели достаточно времени, чтобы обнару¬ жить это самостоятельно. Должен еще заметить, что вы могли бы спросить об этом вежливо. Лицо Рэндольфа побагровело. — Ты, ублюдок,— рявкнул он. — Многие сказали бы то же самое. Больше говорить было не о чем. Все, что хотел, я узнал. Я оставил их и вышел на улицу. Уже поворачивая за угол, увидел, как все трое, торопясь, садились в маши¬ ну. Кому-то скоро здорово достанется за этот промах при обыске в квартире Салви. В ближайшей аптеке я нашел автомат и позвонил Чар¬ ли Корбинету. Я хотел получить от него информацию о ситуации с бизнесом наркотиками. У него были самые последние сведения по этим делам, которые он получал через полицию и казначейство по своим каналам. Я не мог полагаться на сотрудничество с Халом Рэндольфом. Он играет по-своему и будет играть, до тех пор пока это возможно. Меня же он подключит только тогда, когда со¬ чтет целесообразным, а это не могло меня устроить. Чарли выслушал меня, сказал, что постарается прора¬ ботать этот вопрос, а затем добавил: — Примерно час назад я послал тебе в отель две фото¬ графии Луи Агронски. — Спасибо, Чарли. — Вообще-то он редко снимался, поэтому материала совсем мало. Одна фотография сделана для пропуска, когда он оформлялся для работы над проектом, а дру¬ гая— с ленты фильма о последнем запуске ракеты в кос¬ мос, который правительство разрешило снять для телено¬ востей. Ты понимаешь, мы не очень хотим, чтобы такие люди были хорошо известны, и они предпочитают оста¬ ваться в тени, поэтому эти фото—лучшее, что я мог до¬ стать. Я приложил к фотографиям детальное описание его внешности и примет на случай, если они тебе понадо¬ бятся. — Хорошо. Я поеду за ними прямо сейчас,—сказал я.— Есть что-нибудь новое по работе со схемой «горячей линии»? — Тайгер, мы подключили всех возможных специали¬ стов для проверки системы, но это чертовски сложная ра¬ бота. На то, чтобы найти устройство обходного кон¬ троля, уйдет масса времени. Одна группа специалистов 163
детально занимается определением того, в каких местах схемы может сработать этот контроль. Существует около дюжины блокировок, которые устраняют любую возмо¬ жность случайного или преднамеренного включения си¬ стемы, кроме как с командного пульта. Но, тем не менее, все-таки существует вероятность, что такой человек, как Агройски, отвечавший за установку и отладку всей систе¬ мы, мог предусмотреть другое решение. Довольно подве¬ шенное состояние, приятель. — Могло быть и хуже. — Добавилась еще одна деталь. Я молчал, ожидая. Чарли продолжал: — Один из немногих, кто знал Агронски близко, ска¬ зал нам, что у него было достаточно необычное хобби, ко¬ торым он занимался все свободное время в течение мно¬ гих лет.— миниатюризация электронных компонентов схем. Это то, что может вытеснить транзисторы так же, как они в свое время вытеснили электронные лампы. Он, например, сделал миниатюрную схему' величиной не бо¬ лее монеты в десять центов; которая работала вместо схе¬ мы телевизора с диаметром экрана 65 сантиметров в тече¬ ние целого часа, пока он не взорвался. Агронски никогда особо не распространялся насчет своих экспериментов, и никаких записей по ним нам не удалось найти. Я невольно чертыхнулся. — Эх. знаю я. о чем ты сейчас думаешь.— спокойно сказал мне Чарли.— Дистанционная система управления, которая может включить миниатюрное устройство, спрятанное так. что его невозможно будет обнаружить. — Значит, целая система, «горячая линия», должна быть полностью разобрана. — Тайгер, мы не можем себе этого позволить. Дол¬ жен быть найден Агронски. — Я понимаю. Кто был приятелем Агронски. знав¬ шим о его увлечении? —- Клод Востер, инженер, он продолжает работать в проекте. Живет во Флориде. но он ничего не скажет сверх того, что я передал тебе. Мы продолжаем искать за¬ писи Агронски. но он мог взять их с собой. — О'кей. Чарли. Я буду поддерживать с тобой связь. Двадцать минут спустя я уже был в отеле, получил конверт. который Чарли мне прислал. н впервые взглянул кз Лун Агронски. Он был хюдейского вида маленький че¬ 164
ловек с напряженным взглядом и плотно сжатым ртом, в возрасте, близком к пятидесяти годам. Я засунул фото¬ графии в карман и вышел из отеля. Поймав такси, дал шо¬ феру адрес «Белт-Эйр Электронике Корпорейшн», а сам откинулся на заднем сиденье, рассматривая мелькавшие за окном здания. «Один человек,— думал я,— один маленький человечек держит в своих руках судьбу всего мира. Луи Агроиски. Одинокий и одержимый. Студентом, он тяжелым ум¬ ственным трудом довел себя до нервного истощения, а та¬ кие вещи не проходят бесследно. Гений со сдвигами. За¬ тем это развивалось, и, будучи вовлеченным в работу над техническим решением мировых проблем, он пришел к выводу, что можно нарушить основное условие — наличие контроля мировой стабильности в руках одного президента или, например, главнокомандующего силами НАТО. Что подразумевают под системой «горячая ли¬ ния»? Это связь, подающая сигнал на запуск. Ядерное оружие, наступательное или оборонительное, находится под контролем специальной электронной системы, кото¬ рая предохраняет от случайных срабатываний и блоки¬ рует все сигналы, кроме сигнала с определенным кодом, который находится у президента. Тому, кто владеет элек¬ тронным ключом к оружию, дается право нажать нужную кнопку. Но Агронски пришелся не по душе такой ульти¬ мативный контроль. Ему захотелось иметь возможность сказать свое слово в этом деле, вот что значить быть ге¬ нием. Он решил, что мог бы сам управлять системой. Он установил контроль тихо и незаметно, и в лабиринте элек¬ тронных схем кто мог бы сказать, где и как он это сделал? Переделка всей системы займет годы, а ее отключение не¬ медленно сделает нас беспомощными. И все это из-за одного человека, который сидит где-то и что-то решает. Но где, черт возьми, где?» Я вылез из такси и направился к входным воротам. Охранник узнал меня и кивнул, посмотрел мое удостове¬ рение и позвонил в главный офис. Генри Стэнтон вышел встретить меня, все еще кривя рот в нервной улыбке, и проводил меня внутрь здания. — Надеюсь, что все в порядке? Выпьете что-нибудь? — Нет, спасибо. Я хотел бы видеть Камиллу Хант. — Конечно. Я должен... — Я знаю, где ее кабинет. - Но вам нужен пропуск и... 165
— Дайте мне его. Я устал от нянек. Стэнтон весь подобрался: утомленный работой испол¬ нитель, который должен заниматься делом, не относя¬ щимся к его полномочиям, он был рад поскорее избави¬ ться от меня. Вокруг его глаз легли усталые морщинки, ему трудно было держаться вежливо. — Да сделайте же пропуск,— сказал я.— Или вас ну¬ жно заставить? Так мне достаточно позвонить... или дать вам по зубам? Пошлите к черту все правила, которые вы изобрели, бросьте ваши идеи и делайте что сказано. Пола¬ гаю, вы начнете звонить Мартину Грейди и попытаетесь защитить вашу позицию. Бросьте это. Я не такой уж бо¬ льшой специалист или кто-то там еще, кто может нанести вред вашим работам или проекту. Так что делайте, как я говорю, иначе вы узнаете, на что я способен, если меня задеть. Стэнтон позвонил и приказал оформить пропуск. Он сдался, это было видно по его глазам и по перемене пове¬ дения. Прошло совсем немного времени, и принесли небо¬ льшой голубой временный пропуск, который я должен был приколоть к отвороту пиджака. Я прикрепил его, и Стэнтон сказал: — Я доверяю вам и полагаю, вы не будете вмешива¬ ться в сам проект. Это вопрос государственной важности. — Можете не сомневаться,—заверил я его.— Мы все вместе отвечаем за это дело. — Какое дело? — Советую интересоваться только своим проектом. Лицо Стэнтона, казалось, окаменело. Он был тоже по- своему одержим. — Полагаю, я этим и занимаюсь,— ответил он. Его тон был холоден и тверд, как сталь. «Патриот»,— подумал я.— В 42-м такие шли на заво¬ ды и вгоняли заклепки в брюхо бомб. Они читали плака¬ ты «Молчание сберегает жизнь» и «Болтовня топит танке¬ ры», и вы не смогли бы разжать их рты даже ломом. Не¬ которые из них были большими и сильными, другие мале¬ нькими и слабыми, но все они имели общее — были па¬ триотами старой закалки, таких едва ли найдешь в ны¬ нешние времена радикализма и глупости крайнего либе¬ рализма. Я подмигнул ему, еще раз проверил, надежно ли закре¬ плен пропуск, и вышел в коридор, пройдя мимо охранни¬ 166
ка, готового следовать за мной по пятам, если бы не голу¬ бой прямоугольник на пиджаке. Я направился один по коридору и вскоре остановился у двери с табличкойх«Камилла Хант, персонал». Секре¬ тарша хотела доложить о моем появлении, ио я успел остановить ее руку и протянул ей свой открытый бума¬ жник с личным знаком Мартина Грейди на внутренней стороне. Для большего эффекта я дал ей возможность увидеть мой пистолет, прикрепленный к ремню, когда клал бумажник в задний карман брюк. Чтобы немного разрядить обстановку, я похлопал ее по щеке и сказал: — Ты хорошая девочка. Ну а сейчас, как насчет того, чтобы немного поболтать в дамской комнате, пока я не закончу здесь свои дела? — Она была рада убраться по¬ скорей. Заинтригована, но рада. Будет повод что-нибудь добавить к конторским сплетням. Было огромным удовольствием захватить Камиллу хоть на секунду, когда она этого не ожидала, и увидеть, как она вдруг подняла голову. Ее лицо, освещенное насто¬ льными лампами, выглядело особенно красивым, нижняя губа была в задумчивости прикушена. Волосы, спадая свободной волной, пропадали в темноте, стоящей за ее спиной. Сегодня она была одета не в черную одежду, ко¬ торая скрывала зрелость ее тела, а в тонкое, как паутина, желтое платье, подчеркивавшее полноту ее груди и стяну¬ тое складками на талии широким зеленым поясом. — Привет, паук. Камилла Хант улыбнулась и подняла руку, ладонью защищая глаза от света и давая мне время пересечь ком¬ нату. — Привет, муха. Пришло твое время. — Прошел только один день. — Но и это слишком долго. Попавши в сети, они бы¬ стро погибают. — Ты говоришь об отряде двукрылых? — А ты? — Я больше похож на роющую осу *. Я разорву паути¬ ну и съем паука. Камилла откинулась назад и засмеялась: - Да? ♦ Осы относятся к подотряду жалящих перепончатокрылых. (Прим, рсд.) 167
— Смотри, не запачкайся, ведь я рою в разных ме¬ стах,— сказал я. Ты уже об этом упоминал. Но тогда я имел в виду не это. — Давай начнем сначала, без всяких обещаний. — Да, лучше так. Она улыбнулась и сказала: — Теперь... относительно той работы... — Я безработный. — Тогда.... — Я пришел увидеть вас, вы понимаете? Она, сохраняя улыбку, указала мне на стул. — О да. Я понимаю, но просто не верю этому. Я бросил конверт с документами на стол. — Прошу прощения. Вы можете положить эти бумаги в сейф. Копии, которые я сделал с них, будут уничтожены, как только я закончу с ними работать. — Помогли они вам чем-нибудь? — Не особенно. Послушайте, вы хорошо знаете здеш¬ ний персонал? — Я знаю каждого в лицо, мистер Менн. — Тайгер, котенок, запомнишь? • — Теперь не забуду. — Когда-нибудь видела здесь этого человека? — Я разложил перед ней фотографии Агронски и подождал, пока она их внимательно изучит. Камилла рассматривала фотографии, стараясь быть уверенной в каждой черте лица, затем она слегка сдвинула брови и сказала: — Этот человек здесь не работает. Я знаю это навер¬ няка. — Может, он изменил свое лицо каким-то образом? — Нет... Я уверена, что узнала бы его и в гриме. Кро¬ ме того, у наших сотрудников брали отпечатки пальцев, они хранятся в Вашингтоне. Поэтому легко установить личность любого из них.— Она положила фотографии на стол и посмотрела на меня.— Внешне он непривлекате¬ лен. Обычное лицо, должна сказать, такое лицо может за- . теряться в толпе из двух человек. Тем не менее, мне каж¬ ется, я где-то его видела. У меня неожиданно защемило в животе. Я напряженно стиснул ладони. — Где? — Когда мы расширялись в последний раз, то беседо¬ 168
вали с несколькими сотнями претендентов. Выбранные мной, далее в обычном порядке проверялись мистером Гамильтоном. Окончательное решение принималось на основе результатов его проверки и моего заключения. У меня чувство, что этот человек мог быть одним из опра¬ шиваемых мною людей. Я уселся поглубже и потер лицо руками. — И у вас нет материалов собеседований,— сказал я решительно. Уже серьезным голосом она заметила: — Нет... Но я часто делаю записи особо интересных моментов. Это не входит в мои обязанности, но изучение характеров на этой стадии работы очень важно. — У вас есть эти записи? — Дома. Они могут оказаться для вас вовсе и не так полезны, я редко использую имена, чаще просто нумерую их по порядку. — Не важно, стоит попробовать. — Кто он, Тайгер? — Луи Агронски. — Имя мне незнакомо, а у меня хорошая память на имена. Почему он так. важен для тебя? — Потому что от него исходит угроза смерти для каждого человека в этой стране.— Я поднялся и кивнул ей: — Пойдем, сладость моя. Мы должны использовать каждую минуту, которая у нас еще есть. Камилла Хант ничего не ответила. Она просто взглянула мне в лицо и, не говоря ни слова, взяла пальто, сумочку, и мы вышли с ней из комнаты. Я показал мой пропуск у ворот, мы прошли на стоянку машин, сели в ее автомобиль и направились к автомаги¬ страли. Ее квартира находилась на восточной стороне Центра¬ льного парка, в довольно зажиточном районе 70-х улиц. Недавно отремонтированные в духе современных требо¬ ваний квартиры занимали те,, кому еще настолько нра¬ вился разлапистый осьминог городских улиц, что они предпочитали жить в городе. Швейцар позаботился о нашем автомобиле, а его по¬ мощник в черной униформе проводил нас до лифта и с услужливой улыбкой любезно удостоверился, что мы нажали нужную кнопку в кабине лифта. Камилла жила на шестом этаже, ее квартира огромны¬ ми окнами выходила на улицу. Она сняла пальто, бросила 169
его небрежно на спинку стула и открыла дверцу бара, встроенного в стену: — Приготовь выпивку, пока я переоденусь. Я приготовил две порции виски с имбирным пивом и льдом и поставил их на кофейный столик. Через неско¬ лько минут Камилла вошла в комнату, одетая в свитер и черную юбку. В руке она держала пухлую кипу бумаг, которую положила передо мной на столик. — Вот они, записывала внешние данные и реакцию людей, с которыми говорила, исходя из собственных су¬ ждений, и если это сможет тебе помочь, я буду рада.— Она взяла свою порцию виски и села напротив меня. Записи выражали ее чисто внешнее впечатление о лю¬ дях, вплоть до формы головы собеседника и характери¬ стик его голоса. В них она пыталась объяснить отдельные черты характеров, отсутствие или наличие, по ее мнению, умственных способностей или каких-то других качеств, которые могли препятствовать или способствовать их ра¬ боте в «Белт-Эйр». Каждый листок я довольно тщательно просматривал, стараясь найти какие-то замечания, подходящие к харак¬ теристикам Луи Агронски, но ничего похожего не попада¬ лось. Если он когда-нибудь и беседовал с Камиллой Хант, это никаким образом не было отражено в просмотренных мною бумагах. Просмотр бумаг занял около часа. Ка¬ милла молча наблюдала за мной, наполняя время от вре¬ мени мой стакан, когда я его в очередной раз опустошал. Иногда она поправляла меня, если я случайно брал лист¬ ки не в надлежащем порядке, или объясняла значение своих замечаний. Так продолжалось до тех пор, пока я не перевернул по¬ следний листок, в полном отвращении откинулся назад и прикрыл глаза. — Черт,— сказал я,— опять ничего. — Мне жаль. — Не твоя вина, детка. — Ты можешь мне сказать о твоих проблемах? — Нет. — Это связано с «Белт-Эйр»? — Я не знаю. Это связано со смертью Дага Гамильто¬ на, но я пока не знаю точно каким образом.— Я взглянул на нее.—Ты хорошо его знала? — Мы работали вместе, но я мало что знала о нем. Он был нанят на работу непосредственно директором. Мы 170
вместе обедали пару раз, я следовала его советам касате¬ льно принимаемых на работу, иногда помогала ему по его делам. В личном плане я находила его довольно зау¬ рядным. Хотя с работой он справлялся прекрасно. — Он допустил в работе одну ошибку. Большую ошибку. Камилла встала со стула, взяла стаканы, подошла к бару и вновь наполнила их. Затем она села на подлокот¬ ник дивана рядом со мной и протянула мне стакан. — В газетах писали, что с ним произошел несчастный случай. Ко мне приходили два детектива и потом еще два симпатичных молодых человека, и все они очень настой¬ чиво интересовались тем, что мне известно о мистере Га¬ мильтоне. — И что ты? — Я отвечала прямо на поставленные вопросы. Но они не были настроены так, как ты. Что в действительно¬ сти с ним случилось? — Он убит. Я знаю как, но не знаю почему. — А этот Луи Агронски? Я пожал плечами. — Это просто имя и ничего больше. Забудь его. — Извини,— Сказала она. — За что? Аромат ее духов был тонок, как запах ночных цветов. Она нежно дотронулась пальцами до моего лица, и я по¬ чувствовал, как ее губы коснулись моей головы. — За то, что я не хочу больше встречать тебя. — Боишься мухи, паук? — У меня нет времени сплести для тебя паутину. Я захватил пальцами мягкие пряди ее волос и прибли¬ зил ее лицо к своему. — Это тебе все равно бы не помогло, детка. Мне всег¬ да удавалось вырываться на свободу. — В таком случае нас ожидает серьезная борьба. — Неизбежно. — Ну, не совсем,— сказала она.— В конце концов ты победишь. — Что я всегда и делал, котенок,— ответил я ей.. Она улыбнулась влажно-розовыми, готовыми к поце¬ лую губами. Я коснулся ее губ, теплу и нежности которых не мог сопротивляться, и ощутил страстные движения ее быстрого язычка. Стакан выпал из ее рук и разлетелся на мелкие оскол¬ 171
ки. Она медленно сползла на мои колени, дрожа всем те¬ лом. Лаская ее, я чувствовал, как страсть все сильнее раз¬ горается в ней, заставляя напрягаться и трепетать все ее тело.. Срывающимся от страсти голосом она что-то ше¬ птала мне, обдавая меня сладким ароматом своего дыха¬ ния. Я взял ее лицо в ладони и заглянул во влажные, про¬ сящие милости глаза. — Тайгер... сейчас... прошу,— прошептала она. Камилла Хант была в каком-то смысле животным — прекрасным, диким, примитивным существом, неожидан¬ но получившим свободу от пут цивилизации. Она сама то¬ ропливо стала срывать с себя одежду, спеша скорее удов¬ летворить желание. Кожа ее была нежна, как шелк, и по¬ крыта легким загаром со светлыми полосками от бикини. Полнота ее груди и бедер, форма живота, великолепие широко поставленных ног, увиденные мною, обрушились на меня как удар по цимбалам; не в силах сдерживать себя, я обнял ее упругое тело и привлек к себе. Время исчезло для нас. Все происходящее походило на бесшумную смену картинок в калейдоскопе, нарушаемую только прерывистым дыханием, вздохами, сладостными всхлипываниями, требовательными стонами, пока не на¬ ступил блаженный конец. Это было похоже на прыжок с парашютом, когда щемяще-радостное чувство свобод¬ ного полета сменяется после хлопка парашюта спокой¬ ным парением над землей. Я взглянул на часы, потряс Камиллу за плечо и почув¬ ствовал поднимающееся раздражение оттого, что я по¬ зволил себе потерять столь дорогое для меня время. За окнами день уже превратился в ночь, и огни проезжаю¬ щих автомашин светлыми струями текли по стенам ком¬ наты. — Камилла... Она повернулась в моих объятиях и сонным голосом мягко сказала: — Тайгер... — Я должен идти, куколка. Не уходи. — Не могу. Она приоткрыла сонные глаза, нежно и трогательно улыбнулась мне. — Моя паутина не так прочна, да? — Слишком прочна. Кончиками пальцев она прикоснулась к моим губам. " 172
— Я знаю, ты когда-нибудь вернешься. — Как мотылек на свет. Я поднялся, быстро оделся, взял простыню в ванной комнате, набросил на нее и посмотрел, как она, удовлет¬ воренно улыбаясь, натянула ее на себя до самого подбо¬ родка. — Можешь считать, что ты успешно прошел про¬ верку. Она засмеялась и закрыла глаза. Думаю, я обязательно выясню, когда Эрни Бентли спит. У него есть жена, дом, но, кажется, он вовсе там не живет. То, что все время происходит в колбах, стеклянных трубках и ретортах его лаборатории, так увлекательно для него, что он не может их оставить. Любое производ¬ ство в мире было бы радо предоставить ему высокую дол¬ жность и хорошее положение, но его вполне устраивало то, что организовал для него Мартин Грейди, и еще не¬ ограниченная свобода проведения опытов, о которой меч¬ тает каждый ученый. Он вышел из темной комнаты с копиями фотографий Луи Агронски и дал мне несколько штук. — Я пошлю фотографии в Ньюаркский и другие цен¬ тры,— сказал он.— Послушай, у меня есть кое-какие соображения. Такие люди, как Агронски, не могут до¬ вольствоваться обычной работой, с его-то квалифика¬ цией. — Что ты имеешь в виду? — Например, есть места, где занимаются миниатюри¬ зацией компонентов схем. Эта область получила хорошее развитие в ракетной технике, но границы применения та¬ ких компонентов очень широки. Я знаю несколько чело¬ век, которые работают в этой области, между ними мо¬ жет вестись переписка. — Пока ясно только одно, Эрни... Агронски обдуман¬ но оставил свое место, скрылся и нигде не показывается. Эрни покачал головой, не соглашаясь со мной. — Поверь мне, так долго его мозг не может не рабо¬ тать в этом направлении. Не важно, что именно он сде¬ лает. Но он обязательно должен появиться. — Этот сдвиг, который у него был от переутомления, мог быть только первым,— напомнил я ему. — Возможно. В этом случае он только бы и зани¬ мался своим увлечением и не мог бы этого скрыть. 173
— Ч-черт... Если он полностью свихнулся, вес может разлететься вдребезги. Эрни пожал плечами, давая попять, что это нс его де¬ ло— отыскать Агронски и решить проблему. Он попра¬ вил очки и спросил: — Ты еще не связывался с Доном Лавойсом? — Нет. — Свяжись с ним. Он что-то разузнал о закупке боль¬ шой партии наркотиков. Я снова чертыхнулся и потянулся к телефону. Набрав номер отеля, я попросил соединить с комнатой Дона. Раз¬ далось не менее дюжины гудков, прежде чем я положил трубку. — Его нет. Послушай, Эрни, я собираюсь вернуться к себе и переодеться. Если Дон позвонит, пусть передаст информацию, если нет, я буду звонить ему из отеля сам. — Хорошо. Береги себя, дружище. Я засунул фотографии, которые он мне дал, в карман и стал спускаться вниз по лестнице к выходу на улицу, взял такси и сказал шоферу, чтобы он отвез меня в «Са¬ лем». Мне понадобилось не более десяти минут, чтобы принять душ и переодеться. Когда я был готов, то попы¬ тался еще раз дозвониться до Дона. Портье ответил, что он еще не приходил, и я попросил оставить ему записку, чтобы он позвонил мистеру Мартину, как только появи¬ тся. Разговаривая по телефону, я пальцем водил по списку работников, которых проверял Гамильтон, стараясь что- то отыскать для себя, но ничего не найдя, отбросил его с раздражением. Опять уходит время. Каким будет следующий шаг? Кажется, достаточно людей занимаются поиском, но про¬ шло уже много времени, а все безрезультатно. Вито Сал- ви имел все основания убить двух парней из Вашингтона, но почему он убил Гамильтона? Почему? Я стал вспоми¬ нать их тела такими, какими видел в последний раз. Что- то я уже почти забыл. Было похоже, что Гамильтон нахо¬ дился в той комнате дольше, чем эти двое. Салви никогда бы не стал заниматься Гамильтоном, если бы на то не бы¬ ло важных причин. Гамильтон не мог попасть туда слу¬ чайно... каким-то образом он был вовлечен непосред¬ ственно. Если он был случайно замешан, его бы просто убили, не подвергая мучительным пыткам. Но его пыта¬ 174
ли... у него была записная книжка с адресами. Он знал о Салви, знал где его можно найти. Даг Гамильтон мог быть глупым, но не настолько, чтобы совать свою голову в капкан. Он не был новичком в сыскном деле и мог бы себя защитить каким-то обра¬ зом. Я посмотрел на часы, было без двадцати минут де¬ сять, быстро надел шляпу и пошел вниз. У портье я оста¬ вил для Дона записку с просьбой подождать меня и по¬ просил передать ему ключ от моего номера, приложив долларовую бумажку, чтобы избежать затруднений. Я взял первое такси из стоящих у дверей отеля, дал таксисту адрес квартиры Гамильтона и через шесть минут быстрой езды расплатился с водителем напротив нужного дома. Управляющий вовсе не был рад видеть меня вновь. Чего только он мне не наговорил, и, похоже, это было то¬ лько началом. Однако он не стал долго спорить, я все еще представлял для него власть, а он хорошо знал, как надо с ней обходиться. — О’кей,— сказал он,—что на этот раз? — Приходила ли какая-нибудь почта на имя Гамиль¬ тона с тех пор, как я видел вас? — Кое-что. — Хотелось бы взглянуть. — Разве поступления не должны быть возвращены на почту? — Конечно,— сказал я,— но только после того, как я проверю адреса. — Они в бюро. Я шагнул в сторону, давая ему пройти в коридор, а он одарил меня возмущенным взглядом, прошел за стойку и стал копаться на полках. Затем передал мне пять кон¬ вертов и облокотился на стойку в ожидании, пока я их просмотрю. Это были счета за бензин из супермаркета и предложе¬ ния на покупку. — Это все? — Он редко получал почту на этот адрес. У него же была контора, не так ли? Я бросил конверты на стойку. — Мы просто должны проверять почту, вот и все. — Думаю, я обязан отправить их назад? — Подержите несколько дней у себя. Вам скажут, как с ними поступить. 175
— Мне-то что. Он ведь за все заплатил вперед, наско¬ лько мне известно. Так что это часть сервиса. — Кто-нибудь заходил к нему с тех пор, как я здесь был? — Никто. У него никогда не было посетителей. Кроме того, к нам легко попасть незамеченным. Если кому- нибудь нужно пройти внутрь, достаточно нажать на зво¬ нок. Швейцар дежурит только в дневное время, да и я бы¬ ваю часто занят делами где-нибудь в доме. — Но все же нужно позвонить? Управляющий неопределенно пожал плечами. — Да, если не пройти вслед за кем-то. Потом, какая польза в строгости, здесь все закрывают свои двери на ключ. — Обычные замки или с секретом? — А это смотря для кого. Слесарь, который живет на третьем этаже, открывает их довольно быстро в тех слу¬ чаях, когда жильцы теряют свои ключи. — А у вас есть общий ключ? — Нет. Ничего, кроме ключей от входной двери, кла¬ довой, ну и других подсобных помещений. Думаете, кто- то мог влезть в его квартиру? — Возможно. — Да... Он был забавным парнем. Я взглянул на него. — Почему? — Да ничего особенного.— Управляющий кашля¬ нул.— Он написал письмо самому себе примерно за неде¬ лю до смерти. Не правда ли, это забавно? Интересно, что он хотел сказать в своем ответе самому себе? Я подался вперед, нагнувшись над стойкой и прибли¬ зившись к его лицу, которое сразу подобралось, когда он увидел мое выражение. — Куда он послал его? — Черт его знает. Он дал мне письмо для отправки, как часто это делал. Я отправляю почту для всех жиль¬ цов. Это входит в наш сервис,— сказал он, оправдываясь. — Какой был адрес? — требовал я срывающимся го¬ лосом. — Я сказал вам, не знаю, это был не этот адрес, в про¬ тивном случае я бы положил письмо в его ящик. — Его контора? — Послушайте, кто может запомнить? Послушайте, мистер... 176
— Вы прочли адрес, не так ли? — Конечно, но я думал это просто шутка. Я не пом¬ ню. Если это все, что вы хотели, то у меня есть дела. Я... — Убирайся и делай свои дела,— сказал я, наблюдая, как он тяжело сглотнул и торопливо скрылся в офисе. Наконец появилось что-то интересное, просвет на се¬ ром фоне. Я вышел на улицу, завернул в первый открытый мага¬ зин, где был платный телефон, и позвонил Чарли Корби- нету. Он снял трубку, молча ожидая. — Это Тайгер, Чарли. Он живо ответил: — Какие новости? Одна группа сначала думала, что напала на след Агронски на Филиппинах, но это оказа¬ лось не так. — Послушай, попробуй вот что... Пусть Почтовый де¬ партамент проверит все поступления писем в этом райо¬ не, нужно найти письмо Дага Гамильтона, адресованное им себе самому. Возможно, он не хотел держать ято-то важное там, где оно могло быть найдено. Я знал, что Чарли записал мои слова. — Где ты это откопал? — Случайно, от управляющего домом, где жил Гами¬ льтон. Конечно, письмо может и ничего не означать, но мы должны его перехватить. Он чувствовал, что ему при¬ дется туго, дружище. — Я сделаю. На это не уйдет много времени. Перезво¬ ни мне через пару часов. — Хорошо. Я. неторопливо повесил трубку. Если повезет, ребята с почты долго не провозятся, и мы сможем сдвинуться с места. Тут я вспомнил, что только утром сумел поесть, поэтому заглянул в «Голубую ленту», съел кролика под кислым соусом и выпил холодного пива, затем напра¬ вился в «Салем». Служащий за стойкой увидел меня и в память о полученном долларе улыбнулся. — Ваш друг ожидает вас наверху, мистер Мартин. Он появился буквально через несколько минут после вашего ухода. Я поднялся в лифте на свой этаж и вышел в устланный ковром коридор. Подойдя к своему номеру, дважды по¬ стучал в дверь, стоя по привычке боком ко входу и при¬ жавшись спиной к косяку. Внутри телевизор приглушенным голосом вещал 177
о спортивных и других новостях. Я постучал еще раз громче. Никто не отвечал. Мне это начинало не нрави¬ ться. Я словно чувствовал запах опасности, вытащил пи¬ столет, взвел курок и стал медленно поворачивать ручку- замок двери. Она свободно открылась, и я увидел, что Дон Лавойс не сидит и не ждет меня. Подняв дуло писто¬ лета и приготовившись стрелять во что угодно, что бы ни двинулось с места, я толкнул дверь ногой и ворвался в комнату. Но мои приготовления были напрасны. В ком¬ нате не было никого, кроме Дона Лавойса, лежащего на полу. Он был мертв. На лбу, прямо между глаз, чернела дырочка от пули небольшого калибра. Он лежал на спине, отброшенный выстрелом в тот миг, когда открыл дверь убийце, думая, что это я. Глава V Пальто Дона было брошено на спинку стула', стоящего напротив телевизора, в кармане лежал бумажник с тремя банкнотами по сто долларов, двумя по пятьдесят и одной в пять долларов, его дорогие часы с бриллиантовым бра¬ слетом небрежно лежали на телевизоре. Версия ограбления отпадала. Он открыл что-то важное, что хотел передать мне. Он узнал, почему Салви прятал наркотики у себя на квартире и, возможно, кто их ему по¬ ставлял. Четверть фунта чистого героина стоила не мень¬ ше сотни тысяч долларов, и это делало игру настолько крупной, чтобы следить за каждым, кто ходил кругами возле этого бизнеса и задавал ненужные вопросы. Дон Ла¬ войс угодил прямо в ловушку. Черт, мне надо было вы¬ брать кого-то другого, кто знал, как вести себя среди этой рвани на задворках, кого-то, кто не мог вызвать их подоз¬ рений. Даже одного неосторожного вопроса было доста¬ точно. Все произошло очень просто... Дон остановился у стойки портье своего отеля, взял оставленную мной для него записку и поехал на встречу со мной. Для убийцы не составило труда все организовать, особенно если он слы¬ шал разговор Дона с портье в моем отеле. Я сделал все, чтобы облегчить убийце его задачу. Дон, ожидая меня, попался на удочку и поплатился головой. Я взглянул на тело. Его пистолет лежал* в кобуре за поясом. Портье у стойки был рад помочь мне информа¬ цией. Да, действительно, здесь было несколько человек 178
рядом, когда мой друг брал у него ключ от моего номера. Нет, мистер Мартип, он не может вспомнить ни одного из них. Ах, нет, одного может. Эту замечательную старую даму с первого этажа, которая жила в отеле постоянно в течение последних десяти лет. Я поблагодарил его и по¬ ложил трубку. Ньюаркский контрольный центр ответил мне с перво¬ го звонка. Я назвал себя, и меня соединили с Верджилом Адамсом. Я все рассказал ему, быстро и в деталях, зная, что все записывается на ленту, а позже будет проанализи¬ ровано. Когда я закончил, Верджил сказал: — Ты еще не осмотрел тело? — Нет. Я бы хотел, чтобы это сделала полиция. Они обычно не любят, когда кто-то что-либо трогает. — Все же попробуй. Посмотри, прошла ли пуля навы¬ лет. — Не клади трубку.— Я положил свою трубку на стол, опустился на колени рядом с телом и повернул голо¬ ву Дона, чтобы лучше рассмотреть рану. Я увидел на за¬ тылке почти такого же размера выходное отверстие от пу¬ ли, как и на лбу, почувствовал, как мне стало не по себе, затем взглянул на стену у окна и увидел маленький чер¬ ный кружочек в подоконнике, где застряла пуля, после то¬ го как прошла сквозь голову Дона. Я подошел к отвер¬ стию, вынул стержень из шариковой ручки и вставил его в отверстие. Стержень был добрых четыре дюйма длиной, но он не достал до пули, которая глубоко вошла в твердое дерево и штукатурку. Я поднял трубку и сказал: — Пуля большой скорости, калибр примерно 22 и со стальным наконечником. Она прошла навылет и застряла в подоконнике. — Тогда это подходит, Тайгер. — О чем ты, Верджил. Что ты, черт возьми, имеешь в виду? — Найдж Хопес, советский агент, которому удалось уйти из Канады три года назад и вернуться в Россию. — Я помню. — Он практически не был у русских, а вернулся и был законспирирован где-то в Штатах и держался в тени, пока не понадобился. Он работает с пистолетом «магнум» 22- го калибра. Бесшумный пистолет и отличный стрелок. Он убрал Даниельса и тех двух работников консульства, ко¬ торых наши ребята захватили как шпионов. Достал их в тюремной камере из здания в двухстах футах напротив. 179
— Черт с ним, Верджил. — Будь с ним очень осторожен. Он — особый вид убийцы. Он и Вито Салви работали в одной команде как раз после войны, и он прекрасно знает свое дело. Хорошо обучен и чертовски опасен. — О чем было последнее сообщение Дона? — Он нашел человека, который был готов за хоро¬ шую сумму назвать того, кто был вовлечен в продажу не¬ обычно большой партии наркотиков. Имен не было, зво¬ нил с улицы у Канала и направлялся в другое место, отку¬ да собирался позвонить еще. Дон хотел поговорить снача¬ ла с тобой, чтобы узнать, как ты предполагаешь управля¬ ться с этим делом. — Они управились как надо. — Что ты собираешься делать? -— Я приведу в действие Службу безопасности. Дам им обыграть это дело. — Думаешь, ты сможешь заставить их работать по¬ сле дела Салви? — Было бы предложено. — Тогда слушай. Я уже связался с Мартином Грейди. Дела становятся слишком серьезными, чтобы их затяги¬ вать. Он обещает любую поддержку, какая тебе только понадобится. Он хочет, чтобы ты действовал безо всяких ограничений в расследовании. — Я постараюсь, Верджил. Проверю все здесь и в других местах. — Лучше пользуйся нашими собственными местами. Есть одно новое на 56-й улице недалеко от Седьмой аве¬ ню, второй этаж над Шиглеем. Все удобства, месячный за¬ пас еды с выпивкой, если тебе понадобится. Грейди вла¬ деет всем зданием. Ключи находятся у Шиглея. Пароль — «Проба». Пользуйся этим местом один, мы хотим дер¬ жать его в работе. — Кто заменит Дона? — Я уже отправил Мейсона в Детройт за Дейвом Эл¬ роем, если он устраивает тебя. — Хороший выбор. Он знает связи по наркотикам. — Поэтому я и выбрал его. — Тогда давай его прямо в дело вместо Дона. — Понял. Ты готов доложить? Я ввел его в курс дела, убедился, что все было точно записано на магнитофон и закончил разговор. Я быстро упаковался, спустился вниз, заплатил по счету, нашел 180
в сдаче монету в десять центов, позвонил из автомата Чарли Корбинету и сказал: — Мы потеряли еще одного, полковник. Дон Ла- войс... он в моей комнате в «Салеме». Я думаю будет луч¬ ше, если ты подъедешь сюда до того, как администрация попытается убраться в комнате и подготовить историю для городской полиции. — Ты ведь знаешь, что Хал Рэндольф собирается де¬ лать. — Ты чертовски прав, поэтому я смываюсь. — Тебе лучше быть где-нибудь под рукой, могут во¬ зникнуть осложнения. — Сожалею, приятель. — Хорошо, я посмотрю, что смогу сделать. — Есть какие-нибудь новости от ребят? — Только то, что последний раз Агронски видели не¬ далеко от Мирт Бич. — А как насчет проверки письма Дага Гамильтона? Чарли немного помолчал, видимо, осмысливая во¬ прос. — Ты уверен, что такое письмо было? — Проверь сам. Хорошо? — Они проверили все станции доставки корреспон¬ денции в Нью-Йорке, Джерси и Коннектикуте и ничего не обнаружили. — Пусть попробуют Пенсильванию. — Я уже попросил. Это сделают завтра. Так, ну а те¬ перь, что насчет Лавойса? — Сегодня вечером я подготовлю отч£т, но только для твоих глаз. Поступай с ним как знаешь. — Не бери на себя слишком много. — Похоже, что я всегда поступаю именно так. — Хорошо, держи со мной связь. Я положил трубку, вышел из телефонной будки, вынес свой багаж и прошел два дома, прежде чем взял такси. Шофер подбросил меня к 56-й улице. Затем, убедившись, что за мной не следят, я попросил его ехать на восток. Мы ехали до тех пор, пока я не увидел яркую надпись «Ши- глей». Здесь я вышел, подождал, пока отъедет такси, за¬ тем нашел кнопку звонка у входной двери и нажал на нее. Я и прежде видел странных людей, которых Мартин Грейди брал к себе на службу,— потешные маленькие че¬ ловечки, хорошо получавшие за молчание и исполнение всего, что им скажут. Я произнес слово «Проба», и мале¬ 181
нький пожилой человек в поношенном свитере, скользнув по мне взглядом поверх очков, вынул обыкновенный ключ из кармана и предложил мне подняться вверх по лестнице. Грейди хорошо заботился о своих людях. Трехкомнат¬ ная квартира имела все удобства и была полной противо¬ положностью тем, в которых обитали жители этого райо¬ на. Через кухонное окно можно было попасть на пожар¬ ную лестницу, ведущую на крышу, и, похоже, совсем не¬ давно установленную. Можно было пробраться туда из ванной, причем эта лестница была заметна, только если выглянуть из окна ванной и посмотреть наверх. Два выхода на случай бегства и защищенный вход. Внутренняя сторона входной двери, покрытая стальными пластинами, и коробка, укрепленная массивными болта¬ ми, давали жильцу время разобраться, что к чему, и при¬ нять меры, прежде чем дверь могли выбить. Я поставил свой чемодан за кровать, разделся и лег. Долго лежал, вспоминая времена, когда я и Дон Лавойс были вместе, начиная с первой высадки в оккупированной Франции в сорок третьем году. Но меня все время пресле¬ довала картина, как он лежит в гостинице на полу с раной от пули 22-го калибра, прошедшей через его череп. Да, дружище. Старики постепенно уходят один за од¬ ним, ио мы держим равнение в ряду. Верджил Адамс не сказал мне одну вещь, которую я знаю и сам... Найдж Хо- пес был человеком без лица. Отпечатки его пальцев в кар¬ тотеке имелись, но ни одной фотографии не было. Он мог появиться где угодно, и никто бы его не узнал, потому что никому неизвестно его лицо, кроме тех, кто был сам на его стороне. Я встретил Дейва Элроя в Ньюаркском аэропорту, по¬ просил Мейсона Армстронга постоять в стороне, а сам, прогуливаясь с Дейвом, ввел его в курс дела. Элрой — высокий худой парень, с загорелым не по сезону лицом, внешне чуть старше своих тридцати двух лет. Он был до¬ вольно неразговорчив, предпочитая слушать и смотреть, но каждый его вопрос был краток и точен. Он знал боль¬ шинство из тех людей, которые вовлечены в международ¬ ный картель торговцев наркотиками и живут, недосягае¬ мые для закона. Но Элрой был вполне доволен своей ра¬ ботой в Детройте на местном уровне, где его отношение к делу и способности приносили определенную выгоду 182
для организации Грейди. Мне было незачем смотреть его личное дело — я знал, что он прекрасно владеет пистоле¬ том, быстр и точен в решениях. Каким-то непостижимым образом я завидовал тем десяти годам, которые разделя¬ ли нас. Именно на этот срок он был дальше от возраста, когда человеку уже хочется все оставить и спокойно дожи¬ вать свой век где-нибудь в деревне. Дейв ничего не записывал, полагаясь полностью на свою память, затем сказал: — Эта большая закупка героина, которую сделал Салви, должна быть прибыльной. Ни один из посредни¬ ков не занимался этой партией, поэтому, возможно, она была получена непосредственно от тех, кто доставляет наркотики. — Знаешь кого-нибудь, с кем можно войти в контакт? — За те деньги, которые мне позволено потратить, могу найти многих. — Тогда хорошо. Бери деньги и действуй. Будем под¬ держивать связь через Ньюаркский контрольный центр. Адамс даст тебе расписание связи, можешь использовать его по своему усмотрению. — Как собираешься раскручивать дело? — Думаю, от Гамильтона. Он по-прежнему является ключом. Я дал Дейву фотографии Агронски и смотрел, как он их изучает. — Покажи их тем, кому сочтешь нужным, и посмо¬ три, что из этого получится. Если Салви преследовал Агронски и Салви же был вовлечен в покупку наркотиков, то между этим может быть связь. Мы не имеем права упу¬ скать ни одного шанса. — Если ты что-нибудь обнаружишь, обязательно свяжись со мной, прежде чем действовать. — Предположим, у меня не будет времени? — Что я могу тебе сказать на это. Постарайся дать знать, по крайней мере, если дело будет принимать такой же оборот, как с Доном. Черт, ты более удачлив,— сказал Дейв, пряча улыбку. — Так было и раньше,— ответил я ему. — Хорошо, Тайгер. Надеюсь, увижу тебя еще. Жаль, Дон погиб, но все мы знаем степень риска в этой игре. Я рад снова работать с тобой. — Взаимно. Мы пожали друг другу руки и расстались у кассы. 183
Я направился было к машине, но у самых дверей переду¬ мал и пошел к автомату позвонить Чарли Корбинету. По¬ лиции уже сообщили о теле в моей комнате, но Служба безопасности держалауконтроль над всеми новостями по нашей операции, и Хал Рэндольф был вне себя от того, что я замешан в этом убийстве, и угрожал всеми тяжкими, если я не объявлюсь. Я сказал: — Расслабься, Чарли. Я появлюсь тогда, когда у меня что-нибудь будет стоящее. Послушай, я забыл спросить тебя кое о чем... Даг Гамильтон вел досье на каждого, ко¬ го он проверял, включая и тех, кто не удовлетворял требо¬ ваниям. Вашингтон получал копии его отчетов. Ты знаешь, какой отдел работал с этими отчетами? — Могу выяснить. — Тогда дай мне имена тех, кого нашли непригодны¬ ми для работы по соображениям безопасности. Мне ну¬ жны отчеты только за последние два месяца. Сколько вре¬ мени потребуется на это? — Если я позвоню сейчас и все это имеется в наличии, то отправят завтра утром и на следующий день я получу информацию. — Хорошо. Как насчет того, чтобы нам встретиться в «Голубой ленте» за ленчем, скажем, в 12 часов? — Открыто? У меня такое ощущение, что Хал Рэн¬ дольф намеревается установить за мной слежку. — Скажу кое-что, это тебя немного успокоит. Ты знаешь, какое оружие было у убийцы Дона? — «Магнум» 22-го калибра, возможно, с глушителем, никто не слышал выстрела. — Надо искать Найджа Хопеса. Это его почерк и ору¬ жие, он сейчас здесь, у нас в стране. — Хопес! — Ты его помнишь? — Конечно. Его подозревали в убийстве нескольких ведущих политиков в Европе. — Сделай баллистическую экспертизу. Интерпол мо¬ жет представить телефото пулевых отверстий, и если они совпадут, мы будем знать наверняка, кого нам искать. — Никто никогда не видел его. — Дон Лавойс видел,— сказал я.— А может, кто-то еще. Полагаю, что я тоже видел. — Хорошо, Тайгер, если это так, то, по крайней мере, один вопрос тебе не зададут. Окажи мне одну услугу. 184
— Какую? — Передавай любую информацию, не скрывай ни¬ чего. — Это слишком большая услуга, полковник. Не забы¬ вай, я теперь снова имею офицерское звание. — Но у меня оно более высокое. — Согласен, уступаю,— засмеялся я и повесил трубку. Опять начался дождь, мелкий, мерзкий, казалось, он высыпался из облаков, покрывая собой все. Меня бил озноб, но я не знал отчего: то ли оттого, что похолодало, то ли от моих мыслей. О чем же я думал? Меня беспокоила возможная смер¬ тельная опасность. Иначе не могло и быть, ведь я играл в игру без правил и ограничений, если вообще можно бы¬ ло говорить о правилах и границах поведения в таком де¬ ле. Наверное, сейчас в Москве уже знают, как умер Вито Салви. У них есть свои каналы информации, как и у нас, и указания будут несомненно даны. Не важно, что я стану делать, где буду находиться, куда пойду,— я стал для них целью. Может, они и не знают, каким образом я попал в это дело и что мне сказал Вито Салви перед смертью, пытаясь спасти свою жизнь. Но это и не важно, достаточ¬ но того, что я встал на пути Вито Салви к Луи Агронски и продолжаю стоять, поэтому меня необходимо убрать. И мое фото, в отличие от Найджа Хопеса, имеется у них в досье. Я был им довольно хорошо известен, и они могли достать меня без особых трудностей. Только одно могло замедлить выполнение их плана по моему уничтоже¬ нию— они прекрасно знали, что за мной стоит весь мощ¬ ный аппарат Мартина Грейди. Это представляло для них определенную трудность, так как потребовалось бы снять с других операций множество людей, думаю, не менее де¬ сяти на одного. Но так дело обстояло вначале. Сейчас же высокая ставка в игре стоит этого риска. О, они хорошо знают свое дело. Они могут просто убить, могут под¬ строить несчастный случай, но результат должен быть один. Если они не достанут меня непосредственно, то до¬ берутся каким-то другим образом, и в этом случае я дол¬ жен отовсюду ожидать опасность. Опасность... словно притаившаяся в тени змея, готовая неожиданно ужалить. Трудно, жить с такой мыслью в голове. Сев в такси, я назвал шоферу адрес Рондипы и удобно устроился на сиденье, пока мы пробирались в потоке ма¬ шин к тоннелю Линкольна. Таксист взял вправо на 42-й 185
улице, повернул на север на Восьмой авеню, включил фа¬ ры и остановился около дома Рондины. Здоровенный привратник, узнав меня, кивнул головой. Его,большое помятое лицо ирландца, на котором были заметны следы многих драк, сразу изменило выражение, потому что он уже имел дело со мной раньше и знал резу¬ льтат. Я спросил: — Эдит Кейн дома? — Да, сэр.— кивнул он.— Пришла около часа назад. — Одна? — Ее доставила служебная машина ООН. Кто-то был с ней в машине, но не выходил,— сказал он мне.— Все в порядке? Я знал, что он имеет в виду, и спросил: — Кто-нибудь следит за местом? Он пожал огромными плечами под униформой, лицо сделалось задумчивым. — Не могу сказать уверенно. — Почему? — Я знаю всех, кто живет в доме... — И что? — Знаю всех, кто обычно ходит по этой улице. Людей из другпх домов, торговцев, служащих, рабочих — ну и все такое прочее. Знаете, когда стоишь у дверей на улице в одном месте в течение многих лет, то начинаешь разли¬ чать подобные вещи. Например, сегодня я заметил такси, разъезжавшее по улице, пассажир будто бы искал нужный ему номер дома. — Ну и что в этом показалось тебе необычным? — Послушайте, за пассажира это всегда делает так¬ сист, уж он-то знает порядок расположения домов. А я ви¬ дел, что парень в машине смотрел по сторонам, а водите¬ ль— прямо перед собой так, словно ему приказали, и это необычно. Позже они появились еще раз, в стороне, не по¬ дъезжая к дому. Никакие полицейские агенты не рабо¬ тают в этом районе. Затем я увидел лицо этого парня, но уже в другой машине голубого цвета. — Ты сможешь узнать его? — Нет. Это было просто лицо. Я видел, что он делает. Но он смотрел украдкой, не желая, чтобы его лицо ви¬ дели. — Когда он появлялся в последний раз? — Может быть, полчаса тому назад. 186
Я полез в карман, достал бумажку в десять долларов, сложил и передал ему. — Смотри в оба. Если что, я буду наверху. Не пускай в дом незнакомцев, если кто-нибудь появится и будет спрашивать кого-либо из жильцов, посмотри, на каком этаже остановится лифт, и тут же позвони мне. — Сделаю, как надо.— Привратник положил деньги в карман и улыбнулся.— Я могу задержать их здесь, что¬ бы вы на них взглянули, если хотите. —. Не беспокойся. Постарайся запомнить их, чтобы потом опознать. — Ожидаете неприятностей? — Все время, приятель. — Я на вашей стороне,— сказал он.— Если вам нужна помощь, я всегда могу позвать Берта из дома напротив или Германа из соседнего подъезда. Они оба были тяже¬ ловесами несколько, лет назад и, к тому же, в долгу передо мной. — Хорошо, я буду иметь это в виду,— ответил я, за¬ тем прошел и нажал кнопку звонка под табличкой «Кейн» и стал нетерпеливо ожидать, пока раздастся зуммер авто¬ матического замка, открывающего входную дверь. Дойдя до квартиры Рондины, я постучал, увидел, как в глазке появился свет и услышал ее низкое покашливание за дверью. Она открыла дверь, лицо засветилось радо¬ стью, и она бросилась ко мне в объятия. — Привет, мой милый,— сказала она и прижалась гу¬ бами к моим губам, прежде чем я успел прижать ее к себе со всем чувством желания, переполнявшим меня. Ударом ноги я закрыл дверь и, немного отстраняя ее, с улыбкой промычал от удовольствия. — У вас, американцев, дикие реакции, например мы¬ чание. Она взяла мою руку и, подобрав под свою, бессознате¬ льно положила на поднявшуюся от возбуждения грудь. — Я не ждала тебя сегодня. — Я тоже не собирался быть здесь. — Тогда в чем дело? — Я не хотел оставлять сейчас тебя одну,— сказал я ей. Она повернулась и серьезно взглянула на меня: — Я понимаю. Это, должно быть, связано с делом Га¬ мильтона? 187
— Приготовь мне немного выпить, сядь, и я все тебе расскажу. — Обычный? — Да.— Пока она готовила выпивку, я на этот раз ос¬ мотрел все комнаты, желая знать наверняка, что мы одни, и проверил запоры на окнах и двери. Конечно, это не пре¬ пятствие для тех, кто может силой проникнуть в любое место, по, по крайней мере, взлом замка или оконной зад¬ вижки обнаружит их и даст небольшой выигрыш во вре¬ мени. Когда я вернулся в гостиную, она передала мне стакан и уселась на подлокотник кресла, прижавшись ко мне и те¬ ребя рукой мои волосы. — Ты думаешь, что можешь, не нарушая секретности, рассказать мне? Я попробовал виски и, усевшись поудобней в кресле, взглянул на нее. — На своем уровне я сам определяю, что можно де¬ лать. Ты была хорошо обучена в Британской разведке и имеешь опыт работы со мной. Черт с ним со всем. Сейчас нам очень нужны опытные люди. — Но это не совсем то, что ты хочешь мне сказать? - Да. — Ты полагаешь, что я могу быть для тебя камнем преткновения, это так? — спросила она. — Некоторым образом. Я бы не хотел быть припер¬ тым к стенке из-за тебя. Не сейчас. — О?! — Понимаешь, все очень серьезно. Это больше, чем ты и я. Видишь ли, захватив тебя, они могут этим выну¬ дить меня открыться или заманить в ловушку. Я не могу себе этого позволить. Ее пальцы нежно прошлись по моей макушке, спусти¬ лись к затылку и стали слегка поглаживать шею. — Я не думаю, что так получится, Тайгер. Я действи¬ тельно не хочу, чтобы так вышло. Ее большие глаза светились любовью, но любовью разумной, сознающей все сложности предстоящей рабо¬ ты. Прежде чем я мог ей ответить, она прикрыла мне рот рукой. — Не говори ничего. Мы оба принимаем правила игры, которые не могут быть изменены, и не важно, кто должен погибнуть. Это может быть любой из нас. 188
— Ты забавляешь меня, куколка.— Я взял ее руку и поцеловал. — Если ты хочешь мне что-то сказать, я готова слу¬ шать. Я все рассказал ей с самого начала. Если она собира¬ лась быть в этом деле, то имела право знать все. Знающий обстановку агент может принести гораздо больше поль¬ зы, чем тот, кто работает вслепую. Если вы ожидаете на¬ падения, то можете приготовиться к нему и настигнуть врага, прежде чем он настигнет вас, а я не хотел бы, чтобы она рисковала своей головой больше, чем это было необ¬ ходимо. Когда я закончил говорить, она взяла пустой ста¬ кан из моих рук, приготовила еще порцию и села у моих ног. — Так что я, по-твоему, должна делать? — спросила Рондина наконец. — Будь со мной. Если Хал Рэндольф станет мешать твоей работе со мной, это может повредить всей опера¬ ции. Если русские загонят тебя в угол, это тоже расстроит дело, потому что займет время и отвлечет внимание. Ты будешь находиться поблизости, где нам никто не поме¬ шает. — Время работает на меня,— сказала Рондина.— В связи с последней перетряской в Кремле наше посольство выжидает, до тех пор пока не будет ясна новая политика, поэтому у меня есть возможность заняться чем-то дру¬ гим. Она положила голову мне на колени и посмотрела на меня. — Итак, я жду твоих приказаний, мой господин.— Она засмеялась и добавила: — Только не кричи на меня опять. — Если только для твоей же пользы, детка. — О’кей. '— Тогда упакуй чемодан, позвони своему боссу, и да¬ вай убираться отсюда. Рондина поднялась с пола одним гибким движением и подала мне пустой стакан. — Один на дорожку сделай, пожалуйста, сам. Я буду готова через десять минут. Могу я оставить адрес нового места? — Нет. Она опять улыбнулась мне одной из своих странных улыбок. 189
— В твоей стране есть один документ под названием акт Менна, помнишь? — Это другой Менн, милая. Если я перевезу тебя че¬ рез государственную границу, то не для распутства. — Ты имеешь в виду, что можешь даже жениться на мне? — Никто не застрахован от этого. Она рассмеялась в ответ и бросила через плечо, на¬ правляясь в спальню: — Оба Менна звучат интересно. Но мне больше нра¬ вятся твои слова. В спальне она занялась укладкой чемодана, заполняя его содержимым ящиков, пока я готовил легкие коктейли для нас обоих. Мои часы показывали начало седьмого, и солнце на улице гасло в легком сумеречном тумане, очень похожем на мелкий дождь. Я подошел к окну, выхо¬ дящему на улицу, и немного отвел в сторону штору, глядя на уличное движение. Привратник, словно на карауле, расхаживал на крыльце с заложенными за спину руками, не оставляя без внимания ни один проезжающий мимо ав¬ томобиль. Он честно отрабатывал те десять долларов, ко¬ торые я ему дал. Я задвинул штору, взял стаканы, направился в спаль¬ ню и открыл дверь. Неожиданно я остановился, охвачен¬ ный тем чувством, которое, наверное, испытывает охот¬ ник, когда видит на поляне косулю, еще не почуявшую приближения человека. Так выглядела и Рондина, красивая, полунагая, с бле¬ стящей на свету кожей. Высокомерно вздернутые вверх и в стороны груди усиливали атлетическую грацию ее те¬ ла. Их рубиновые кончики, как маленькие боеголовки, го¬ товы при соприкосновении разрушить мужчину, если не обезоружить их нежной лаской. Она стояла, поставив одну ногу на кровать, и расправ¬ ляла на ней чулок, затем пристегнула его к поясу и подо¬ шла к зеркалу убедиться, что на чулках нет морщин. Тут она увидела в зеркале меня, молча смеющегося над ней, резко повернулась, схватила блузку, прижала к груди, за¬ тем, сообразив, как это глупо выглядит со стороны, не¬ терпеливо топнула ногой и сказала: — Ты давно здесь? — Достаточно. — Ну, знаешь, это не совсем вежливо. 190
— А вежливо раздевать мужчину и класть его в посте¬ ль?— напомнил я ей. — Это совсем другое. — Надеюсь.— Я подошел к ней и передал стакан.— Ты выглядишь с каждым разом все лучше, детка. Она взяла выпивку, тряхнула головой в притворном раздражении и потянулась за бюстгальтером. — Тебе это нравится, пока мы не женаты. Я посмотрел на нее долгим оценивающим взглядом и сказал: — У тебя, дорогая, так много всего, что может нрави¬ ться. Думаю, этого хватит надолго. Затем, прежде чем она смогла чем-нибудь запустить в меня, я вышел из комнаты. .Закончив одеваться, Рондина позвонила в посольство и договорилась о коротком отпуске, затем вышла из спа¬ льни с кожаным чемоданом и белым теплым полупальто в руке. Она позволила мне взять у нее чемодан, проверила окна, погасила свет и закрыла дверь на ключ, когда мы вышли. Внизу вспомнила, что забыла позвонить еще в од¬ но место, и остановилась у автомата в подъезде, а я стал ждать ее у входной двери. Как раз в это время с улицы вошел привратник. Уви¬ дев меня, он махнул рукой, подзывая. — Он снова проехал мимо. Тот же автомобиль. Я как раз собирался звонить вам. — Номер заметил? — А как же.— Он подал мне обрывок бумаги с номе¬ ром, записанным наискось.— «Шевроле» прошлогоднего выпуска, темно-голубой «седан» со вмятиной на левом заднем крыле. — Спасибо, приятель. Могу я воспользоваться теле¬ фоном в привратницкой? — Конечно. Я поймал Чарли Корбинета у него дома, прочитал но¬ мер и положил трубку, ожидая, пока он его проверит. Чарли имел чертовски хорошие связи. Через десять минут он позвонил мне и сообщил, что этот автомобиль сдается напрокат и принадлежит фирме, расположенной на 51-й улице. Проверка на фирме установила, что он был взят напрокат два дня тому назад человеком по имени Джон Кларк, предъявившим в качестве документа, подтвер¬ ждающего его личность, водительские права. Эти же са¬ 191
мые права были заявлены как украденные месяц назад и возобновлены Джону Кларку, Буффало, Ныо-Йорк. Чарли дал мне время все это записать, затем спросил: — Что все это значит, Тайгер? — Мне надо спешить. У тебя есть что-нибудь новое от Интерпола по 22-му калибру? — У-ф-ф. Ты был прав. Из этого пистолета были со¬ вершены те, другие, убийства. Хал Рэндольф занимается этим делом, он всех поднял на ноги. — А по обходному контролю? — Ничего.— Чарли помолчал.— Тайгер... — Что? — Мы не можем себе позволить упустить его. — Я знаю это, дружище. — Мы не можем допустить, чтобы просочилась ка¬ кая-нибудь информация об этом,— сказал он.— Одно сло¬ во, и поднимется такая паиика, какой мы никогда еще не видели. — Ч-черт. Газеты должны будут помалкивать. У Ва¬ шингтона достаточно влияния, чтобы потребовать этого, если кто-нибудь попытается что-то пронюхать. — Это не совсем то, что я имею в виду. Предполо¬ жим, что Советы сами все откроют. У нас хватает ли¬ беральной и левого толка прессы, которая разнесет мо¬ сковскую весть. Достаточно какой-нибудь бабке или бро¬ дяге заговорить об этом, и всякая вшивота начнет орать на улицах. — Да, я знаю. Все, что мы имеем, это выигрыш во времени. Если они будут уверены, что Агронски выкинул этот трюк с обходным контролем, то могут попробовать его использовать. Но прежде они должны убедиться в его результативности, чтобы не подставить себя под ракет¬ ный удар, и на этой стадии игры они не могут позволить себе враждебных выпадов. — И сколько, по-твоему, мы имеем времени? — спокойно спросил Чарли. т— Едва ли много,— ответил я и положил трубку. Рондина наблюдала за мной, стараясь удержать при¬ вратника подальше от телефона, чтобы он не мог понять наш разговор. Я поставил аппарат на место, вышел к ним и взял ее чемодан. — Куда ведет эта задняя дверь? — Во двор,— ответил привратник. 192
— Там есть подъездная аллея для машин, которая идет параллельно улице за домами? — Вам нужно будет только перебраться через за¬ бор.— Он подумал немного и добавил: — Там есть кон¬ тейнеры для отходов. Вы можете встать на них. Забор не более восьми футов высоты. Я взял Рондину за руку. — Покажи нам дорогу,— сказал я ирландцу. Вслед за привратником мы повернули палево в конце коридора, вошли через пожарную дверь в проход с голы¬ ми цементными стенами, куда выходили двери служебных комнат. В дальнехМ конце была еще одна пожарная метал¬ лическая дверь с красной лампой над ней и тремя горизон¬ тальными задвижками. Как все пожарные двери, она от¬ крывалась наружу, но имела дополнительный замок. Привратник повернул рычаг довольно легко, закрепил его в крайней позиции, открыл дверь и шагнул вперед, придерживая дверь и давая нахМ пройти. Он обрадовался, что дверь так легко открылась, и повернул ко мне доволь¬ ное лицо. В тот момент, когда я было уже взялся за чемо¬ дан, рычаг, словно его кто-то толкнул, отскочил назад и ударил привратника по лбу. Он свалился как подкошен¬ ный, дверь стала закрываться, пока не уперлась в его но¬ ги. Я отстранил Рондину и осмотрел большой кровопод¬ тек, начавший появляться над его глазом. Фуражка спасла его голову, в противном случае она была бы пробита, а так будет просто рубец. Ничего страшного, он скоро придет в себя. Рондина неподвижно стояла рядом, потом тихо спро¬ сила: — Что это было, Тайгер? Я показал ей на маленькую вмятину на двери и блестя¬ щее пятно не больше пятицентовика на поверхности рыча¬ га. Это были следы от пули. — Мы почти попались, детка. Они затеяли всю эту игру с разъезжающим автомобилем, чтобы заставить нас воспользоваться задним выходом. Кто-то сидел в засаде, ожидая нашего появления. Они побоялись начать стрель¬ бу на улице. Мы чуть не попались на удочку. — Ты уверен? — Ох, малышка. Я бы не говорил, если бы это было не так. Кто бы это ни был, он предполагал убить меня. К тому же, он не похож на тех, кто промахивается. При таком освещении он мог увидеть только упавшее тело 7 Заказ 1828 193
и торчащие ноги. Этот привратник моего роста и ком¬ плекции, стрелявший думал, что это я первым выхожу из двери. Когда наш приятель придет в себя, то вынужден будет вернуться на пост, правда в фуражке большего раз¬ мера, чтобы скрыть шишку, и с карманами, полными де¬ нег, чтобы немного успокоить боль. А мы прекрасно смоемся отсюда. Если кто и шляется вокруг, наблюдая, то мы достоверно все для него изобразим. Рондина достаточно быстро оценила ситуацию. Она ухмыльнулась, стоя у стены напротив меня, и что-то про¬ бормотала, что никак не соответствовало общеизвестной британской культуре речи. Я улыбнулся ей в ответ, пото¬ му что понял, что она сказала и что имела в виду. Прошло не менее пятнадцати минут, прежде чем при¬ вратник издал первый стон, осторожно обхватил голову руками, ощупывая ее, глаза его на мгновение открылись, затем он их снова закрыл. — Ты меня видишь, приятель? — Да, но не очень четко. Что, черт возьми, случилось? — Побереги себя. Я все объясню позже. Не трогайся с места, и за это ты получишь кучу денег. — Кто-то хочет, чтобы ему снесли голову за такие штучки. — Это не тот случай, когда ты сможешь отплатить. Ты готов? — Хорошо, хорошо, не так громко. Черт, кто уделал меня? — Считай, что тебе повезло. Тебя могли убить. — Так я счастливчик. Ну а кто-то скоро будет чув¬ ствовать себя несчастным. Ну погодите! — Сосредоточься на тысяче долларов в твоем карма¬ не, и ты почувствуешь себя гораздо лучше. Он округлил глаза и уставился на меня из темноты. — Мне уже гораздо лучше, вы только продолжайте... — Позже.— Я взглянул на Рондину: — Ты готова? — Давай, действуй. По телефону в коридоре я позвонил Уолли Гиббонсу. Он еще работал в офисе и без всяких вопросов приступил к делу. Уолли организовал частную машину «скорой по¬ мощи» по нужному адресу и сообщил о моем звонке Чар¬ ли Корбинету, чтобы все было зафиксировано и организо¬ вано прикрытие через Службу безопасности. Это им не очень понравится, но остается только вести дело так, как оно идет. 194
Не так уж много времени было в нашем распоряже¬ нии, но мы хорошо сработали. Санитарная машина подо¬ шла первой, и не успела она еще припарковаться, как мы уже оттащили привратника с того места, где он лежал. Со стороны, если кто и наблюдал, можно было увидеть толь¬ ко втягиваемые внутрь через дверь ноги, и это должно бы¬ ло их удовлетворить. Привратник старался держаться спиной к любопытным, оттесняя их в сторону, а тем вре¬ менем санитары выкатили меня из здания на носилках с закрытым простыней лицом, погрузили в машину «ско¬ рой помощи», куда села и якобы потеряная от горя жен¬ щина, провожающая близкого в последний путь. Мы по¬ ворачивали за угол, когда первая из сопровождающих ма¬ шин пронеслась с визгом вверх по улице, а я уселся на но¬ силках, уставившись в абсолютно безучастное лицо оде¬ того во все белое сопровождающего, сказавшего: — Что за шутки, приятель? Делать было нечего, я полез в карман, вложил ему в руку две крупные купюры и ответил: — Какая тебе разница? Он взял деньги, вытащил книжечку с квитанциями и попросил меня подписать. После того, как я это сделал, он сказал: — Совершенно никакой, приятель. Счет оплачен. Как мне поступить со сдачей? — Раздели ее с водителем. — Вызывайте нас в любое время. Вот вам визитная карточка. Куда надо ехать? Мы берем плату за киломе¬ траж. Я назвал место и попросил остановиться на углу, за два дома до моего нового убежища. Он передал мои сло¬ ва через окошко водителю. Парень за рулем ничего не сказал. Он выключил передний свет, закурил сигарету и расслабленно уселся, наслаждаясь ездой. Я всегда ду¬ мал, что нью-йоркские таксисты асы, но ни один из них не мог сравниться с этим парнем. Рондина и я вышли, не обратив на себя внимания, остановились у ларька купить сэндвичи, ровно на столько, чтобы убедиться, что за нами нет хвоста, затем направи¬ лись вниз по улице к дому с вывеской «Шиглей» и подня¬ лись в квартиру, так предусмотрительно предоставлен¬ ную Мартином Грейди. Через пару часов в вечерних газетах опубликуют тра¬ гический рассказ об убийстве мужчины в одном из респек¬ 195
табельных районов. По документам, найденным при нем, установили, что это Т. Менн, служащий организации Мартина Грейди, причина его убийства не ясна, но пред¬ полагается, что он тайно пытался проникнуть в здание. Службе безопасности ничего не остается, как работать да¬ льше без меня. Вот будет потеха для всех, когда Хал Рэндольф и я встретимся лицом к лицу. Опять начался дождь. Струи ударяли по оконному сте¬ клу. и казалось, что какое-то животное, стремясь попасть в жилище, стучится лапами в окно, скребя и царапая, на время затихая перед новой попыткой. Под блики молний и перекаты грома, шедшие из-за Гудзона, все наполня¬ лось стуком бесчисленных молоточков, неудержимой бешеной атакой природы против человека. Было какое-то радостное неистовство в шторме, шум¬ ном и разгульном, настойчивом и раздражающем, но без разрушительного могущества тех сил, которые копятся над Карибским морем, перемешиваясь и готовясь к напа¬ дению через месяц или меньше и обманчиво называются безобидными женскими именами, их дают ураганам в по¬ ру зрелости. Полчаса назад поздние газеты сообщили о предпола¬ гаемом убийстве в доме Рондины. Где-нибудь в городе Найдж Хопес сидит, удовлетворенно думая о том, что его задача выполнена, и прикидывает, какую награду он по¬ лучит, когда его отчет дойдет до места. Он, конечно, до¬ волен, что выиграл и что самое главное препятствие уже устранено. Этого парня ожидает самое большое удивление, кото¬ рое он испытывал в своей жизни. В тишине зазвонил телефон, как чей-то вестник. Я под¬ нял трубку и молча ожидал, затем услышал код Мартина Грейди. В ответ я назвал свой, и он сказал: — Ньюаркский контрольный центр только что пере¬ дал мне информацию, Тайгер. У тебя есть что добавить к этому? — Еще нет. Наши люди были на квартире Рондины? — Да, двое парней. Между визитами полиции и Служ¬ бы безопасности они проделали хорошую работу, но ско¬ ро предвижу крупное объяснение. Твой старикан полков¬ ник здорово их прижал. Случайно он передал информа¬ цию, что пуля была скоростной, 22-го калибра, и вся кар¬ тина прояснилась. 196
— Но ни одного признака появления Найджа Хопе- са? — спросил я его. — Пока нет. Мы пытаемся применить тактику остав¬ ленного поля боя, стараясь идентифицировать его. Кто- нибудь из людей Хопеса должен знать его в лицо, и если мы будем следить, один из них выведет на Хопеса. Тебе сообщат об этом сразу же. Есть что-нибудь новое из Ва¬ шингтона?— Грейди кашлянул.— Говорят о реоргани¬ зации в определенных департаментах. Это означает, что они будут незаметно проталкивать «яйцеголовых» вместо того, чтобы подавлять их. Если Государственный депар¬ тамент возьмет инициативу в свои руки, он подрубит им корешки. Когда все это кончится, мы собираемся сконцен¬ трироваться на определенных ключевых персонах наверху и вытащить их делишки на белый свет. — Пришло время? — О’кей, Тайгер, поддерживай связь. Не стесняйся просить о чем-нибудь, если будет нужда. — Хорошо, Мартин. Для всех я мертв, насколько я понимаю, поэтому дай немного приятной информации нашим «друзьям». — Уже сделано. — Для Европы тоже? — Дезинформация пришла туда раньше, чем вышли газеты. Я не сомневаюсь, что на Красной площади ра¬ дуются. — Великолепно,— сказал я сдержанно. — Будем надеяться, что это даст нам какое-то время. Я положил трубку и уселся на диван, положив ноги на подоконник, так я мог смотреть на дождь. Где-то там в темноте был скрыт ответ. Где-то там Луи Агронски до сих пор старался прийти к какому-то решению. Я почувствовал, что Рондина села позади меня, ее па¬ льцы погладили мне плечи и стали массировать шею. — Может это подождать? н,- — Нет. Ее губы коснулись моей щеки, и она нежно повернула мою голову к себе. Пока я наблюдал ночь, она переоде¬ лась в легкую, практически прозрачную одежду. — Не может. Но подождет,— сказал я. 197
Глава VI Верджил Адамс разбудил меня в шесть утра, позвонив по телефону с коротким сообщением, чтобы я встретился с Дейвом Элроем в одном доме у реки в торговой части города. Он дал понять, что это весьма срочно, и не стал объяснять больше никаких деталей. Как я понял. Дейв звонил из людного места и не хотел давать какие-либо пояснения по телефону. Рондина открыла глаза, все еще затуманенные сном; увидела меня сидящим на краю постели, улыбнулась той довольной улыбкой, которой улыбается женщина после прекрасно проведенной ночи, и повернулась под покрыва¬ лом так, что оно обтянуло мягкий овал ее полных бедер и изящно-ленивый изгиб ног. — Кто это был, дорогой? — Это по делу, детка. Сонливость сразу слетела с нее, глаза засветились бес¬ покойством. — Что-нибудь случилось? — Не знаю.— Я быстро оделся, посмотрел на себя в зеркало и решил, что с бритьем можно пока подождать, затем опустил пистолет в петлю на ремне и надел пальто. — Ты надолго? Я нагнулся и поцеловал ее с нежностью. Еще немного, и мне будет слишком трудно отрываться от нее. — Я постараюсь как можно быстрее. Ты оставайся здесь, малышка. Не открывай дверь, пока не услышишь наш условный стук. Если я буду звонить по телефону, то сначала позвоню и повешу трубку, затем позвоню снова. На все другие звонки не отвечай. Поняла? Она приподнялась на постели, подтянув покрывало к подбородку. — Будь осторожен, Тайгер! — Ты знаешь меня. — Как раз это я и имею в виду. Внизу город начинал возвращаться к жизни после ноч¬ ного сна. Утренние запахи из ресторанов расползались по ущельям между зданиями, соблазняя спешащих на работу людей. Два муниципальных грузовика недалеко от угла улицы уже подвезли дюжину мужчин, чтобы закончить огромный котлован. «Нью-Йорк,— думал я,— самозаводящаяся машина, которая никогда не останав¬ ливается. Не важно, смотрите ли вы на стальные скелеты 198
зданий, уносящихся в небо, или на гигантские котлованы, вырываемые в каменном основании. Кажется, нет больше места для строительства, и все же здесь и там строят и строят. Интересно, что бы они сделали, если бы узнали, что все это может разрушиться в одну секунду». Я решил воспользоваться метро, а не такси, спустился в подземную утробу и сел в поезд до станции в районе торговой части города. Когда вышел из метро, то све¬ рился с номерами домов и прошел на восток мимо двух зданий, остановившись у третьего, последнего на улице. Затем поднялся по ступенькам, ведущим в вестибюль, и толкнул дверь. Тошнотворный запах кухни, смешиваясь с затхлым духом, которым было пропитано все здание, исходил из квартиры в дальнем конце холла. На полу ва¬ лялось полдюжины пустых бутылок из-под виски, и лест¬ ничный пролет с одного бока был забит пустыми картон¬ ными коробками и разными обломками, вид которых за¬ ставил бы позеленеть любого пожарного инспектора. Когда глаза привыкли к полумраку, я вытащил писто¬ лет и направился вперед, держась поближе к стене и сту¬ пая так, чтобы половицы не скрипели. Я постучал в дверь условленным стуком, по-прежнему испытывая напряже¬ ние, готовый в любой момент к бою, если что-нибудь бу¬ дет не так. Дейв тоже не изменил свои манеры. Он ответил услов¬ ным стуком, открыл дверь на длину цепочки, проверяя, я ли это, и только убедившись, что это я, открыл дверь полностью. — Приветствую, Тайгер. — Привет. — Входи. У нас здесь небольшая пирушка. Я вошел, все еще держа пистолет наготове, быстро об¬ вел комнату глазами и, убедившись, что все в порядке, убрал пистолет за пояс. В комнате, кроме Дейва, была еще одна личность — маленький парень с испуганным ли¬ цом, который непрерывно что-то ел, хотя был худой, как жердь. — Не мог выбрать места получше? Дейв улыбнулся мне, закрывая дверь на полный обо¬ рот замка. — Его конура. Это Эрл Моски. Они зовут его еще Тварью. Так, Эрл? Голова парня качнулась, и неожиданно глубоким голо¬ сом он ответил: 199
— Да, это я. Дейв показал на меня. — Он тот, о ком я говорил тебе, Эрл. Тайгер Менн. Глаза Моски сузились, он сглотнул и сказал: — Я знаю о нем. — Каким образом? — спросил я. — Мир слухами полнится.— Он нервно заелозил в кресле и, взяв огрызок сигары, закурил, глядя все время мне в глаза. — Что за история, Дейв? — Эрл приторговывает здесь понемногу наркотика¬ ми. Тут он недавно, но занимается этим много лет. — И никогда не принимал,— добавил Эрл. — Торгует исключительно героином,— сказал Дейв.— В основном в бильярдных, но это дает ему зара¬ ботать на хлеб, и у него нет желания расширять свой би¬ знес. — Это вредно для здоровья,— проворчал Эрл. — У него есть что рассказать. — Я хотел бы сначала послушать тебя,— сказал я Дейву. Он уселся на стул. — Я опущу детали, скажу сразу о покупке, которую сделал Вито Салви. Пакет, найденный Доном Лавойсом у него в уборной, был только частью партии. Так я гово¬ рю, Эрл? — Чертовски верно, он собирался иметь кусок в два с небольшим фунта, и брал он его по оптовой цене. Платил по пятьсот долларов за унцию, прямо с корабля. Я уставился на парня. — Как ты узнал об этом? Малый выпустил густой клуб дыма, вынул сигару изо рта и бросил окурок под ноги. — Если ты давно в деле, тебе становится известно все. Парни, которые привозят наркотики, мои друзья, понят¬ но? Эти парни собирались продать партию товара одна¬ жды ночью недалеко от Пек и Плейс, и они попросили меня пойти с ними за компанию. Они получили по две ты¬ сячи на брата за принесенные наркотики, пока я стоял в стороне. Дейв уточнил: — Чистый героин. После окончательной переработки кило героина стоит несколько миллионов. 200
— А этот парень, который купил партию? — спро¬ сил я. Эрл пожал плечами. — Я любопытен, хотел посмотреть на него, потому что он не местный. Похоже, сделка была заранее оговоре¬ на и организована. Так вот это был тот самый парень, фо¬ тографию которого мне показали. — Салви,— добавил Дейв. — Продолжай. — Это все. Он взял партию и отвалил. Я не собирался его разыскивать. — Как он платил за товар? — Чистоганом. Девяносто тысяч, он не торговался. — Куда он подевался? Эрл Моски опять пожал плечами и заерзал на стуле. — Я не спрашивал об этом. Ребята уже уплыли за то¬ варом в Персидский залив, и если ты хочешь, то можешь выяснить у них. Хотя вряд ли ты что-нибудь узнаешь. Бо¬ льшие люди не оставляют за собой следа. Они просто передают деньги, получают свое, и концы в воду. — Еще один вопрос, Эрл,— не отставал я. — Валяйте, вы же устраиваете этот вечер. — В чем твой интерес? — Я слышал, кто-то платит, большие деньги за корот¬ кий тихий разговор без дурных последствий. Я хочу пое¬ хать на Майами подлечиться. Дейв сказал: — Если ты удовлетворен, Грейди дал «добро» запла¬ тить ему пару тысяч. — Можешь заплатить,— ответил я Дейву. — Считаешь, имеет смысл? Я поднялся и взял шляпу. — Смысл будет. Добавилось кое-что новое. Я могу представить себе только две причины, почему они хотели купить так много и так срочно. Им подвернулся такой шанс, и они его использовали. Дейв посмотрел на меня с любопытством. — Вот ты и выяснишь истинную причину,— сказал я и направился к двери. Позади меня Эрл Моски спросил: — А как насчет моего гонорара? Дейв достал ключ из кармана и передал его Эрлу Мо¬ ски. — В камере хранения на автовокзале. Мой совет те¬ 201
бе — не распространяться об этом, если кто-нибудь будет задавать вопросы. Понял? — Приятель,— усмехнулся Эрл, крутя ключ в руках с алчным видом.— Я прожил достаточно долго и хочу прожить еще дольше. Я знаю ответы. Мы доехали до Таймс-сквер, затем позвонили отчита¬ ться в Ньюаркский контрольный центр. Верджил Адамс связался с другой группой, чтобы они проверили район с целью выяснить, покупал ли Салви наркотики у торгов¬ цев в разнос и почему он купил партию напрямую. Дейв Элрой должен был работать вместо Дона — узнать все связи Салви и, если возможно, выяснить его источники финансирования. Советская агентурная сеть достаточно сильна, и сделать эту работу будет сложно, но всегда мо¬ жно найти способ, если постараться. В десять я завернул к Эрни Бентли в лабораторию и поднялся наверх, где он заживо закопал себя в отчетах. Я кратко рассказал ему все. Они покачал головой с та¬ ким видом, словно слушал отчет о результатах футболь¬ ных матчей. Прежде чем ответить мне, Эрни закончил перебирать свои бумаги, а затем сказал: — Получается много разрозненных фрагментов, не так ли? — Да, чертовски много. — И ни один не ведет к Луи Агронски? — Да, ты прав. — Может, я смогу тебе помочь.— Он снова переворо¬ шил кучу бумаг на своем столе, достал испачканный кра¬ ской конверт и вынул оттуда письмо. — Пишет один из поставщиков мини-элементов, с ко¬ торым Агронски вел переписку. Несколько лет назад Агронски направил ему образцы, и изготовитель элемен¬ тов заинтересовался ими. Агронски предложил тогда передовые идеи, очень перспективные. Он много раз пи¬ сал, но не получал ответа. Теперь же изготовитель сам заинтересован в возобновлении контакта, так как идеи Агронски стали актуальны в связи с развитием космиче¬ ского проекта. — Есть адреса? — спросил я. — Только его адрес в О-Галли. — Черт. — Но есть одна зацепка. Дело в том, что последнее письмо Агронски писал из дома своего друга. Этого чело¬ 202
века зовут Винсент Смолл, адрес — 37, Медоу Лайн, О- Галли, Флорида. — Опять мы возвращаемся к этому месту. — Все началось там, не так ли? — просто сказал Эрни. — Но там все проверено, Эрни. Служба безопасности, наши люди, другие службы. Нам нужно искать в ином ме¬ сте. — Но ты не был там, Тайгер,— напомнил он. Я взглянул на него, потягивая кофе. — Хорошо,— может, стоит и попробовать. Но прежде я хочу разобраться с делами здесь, а затем посмотреть, что смогу найти там. — Тогда держи наготове самолет. Если тебе понадо¬ бится специальное оборудование, я подошлю. — Оставь свои игрушки при себе,— сказал я. — Они несколько раз выручали тебя. — Я не люблю полагаться в работе на ненадежные вещи. — Ну, и мы иногда даем сбой. Кроме того, это обору¬ дование проверено. У меня есть и кое-что новое... — Побереги все это,— ухмыльнулся я в ответ.— Буду работать по старинке, проверенным методом. — Ты и этот чертов пистолет,— констатировал он. В полдень я встретил Чарли Корбинета в «Голубой ленте», мы заняли столик наверху, и пока ожидали выпол¬ нения принятого у нас заказа, я рассказал ему обо всех по¬ следних событиях. Чарли выслушал меня и сказал: — Я свяжусь с Казначейством по поводу этой закупки героина сегодня после обеда. — Проверяешь мой источник? — Что за шутки? Ты же знаешь меня. — Ты что-нибудь получил из Вашингтона? Чарли достал большой конверт и положил его на стол. — Это все отчеты по нанимаемым на работу из Служ¬ бы безопасности. Даг Гамильтон представил всего трид¬ цать четыре отчета, и половина из них после проверки с неудовлетворительными результатами. Часть претен¬ дентов были известны или подозревались как коммуни¬ стические агенты, с остальными мы еще работаем.. — Среди них нет таких, кто подходил бы по описанию к Агронски? — Нет, но мы еще не всех проверили. Частично это временные работники, принятые для простых работ. В любом случае, все эти материалы прошли через «Белт- 203
Эйр Электронике Корпорейшн», прежде чем были на¬ правлены в Вашингтон. — Об этом мне говорила Камилла Ханг. Подошел официант, принес нам блюда, расставил их и направился за кофе. Чарли взглянул на меня поверх тарелок лукавым взглядом. — Вы хорошо сработались, не так ли? — Почему бы и нет? — Хал Рэндольф очень тщательно занимается «Белт- Эйр». — Ну и что? — Ты знаешь, что они имеют приоритет в новом кос¬ мическом проекте? — Значительный? — ЭтИхМ занимается Мартин Грейди. — Тогда позволь мне сказать... То, что они предла¬ гают, может изменить баланс сил в нашу пользу. Только упомяни «Белт-Эйр» в Вашингтоне, и тебя немедленно начнет проверять Служба безопасности, независимо от того, кто ты есть. Они не хотят, чтобы кто-то толкался во¬ круг. Это становится чертовски ощутимо. Даже мы не знаем всей операции до конца. Это очень тонкое место, и если что-нибудь пойдет не так, придется дьявольски до¬ рого заплатить. Хуже, чем сейчас, не может быть,— сказал я. — Да, но сейчас каждый напуган. У нас нет времени. У меня чувство, что красные ближе к цели, чем мы, и если они выпустят кота из мешка, то это будет встряска для всей страны. — Не нужно мне напоминать об этом, Чарли. Запом¬ ни, я в этом деле с самого начала. — Тогда и сам не забывай. Что ты собираешься де¬ лать с отчетами о проверке? — То же самое, что и ты,— проверять шаг за шагом, только в другом разрезе. Могу я получить имена? — Это тебе... копии всех оригиналов. Я взял пакет и положил на стул за спину. — Как Халу Рэндольфу понравилось, что я мертв? — Ему бы это понравилось, если бы ты действительно умер. Мой тебе совет, Тайгер, поддерживай связь. Ежед¬ невные отчеты. Он опасается твоего промаха, который со¬ рвет всю работу, и я не могу упрекать его в этом. Сейчас мы не имеем права рисковать. 204
— Они рисковали, когда приняли Агронски,— воз¬ разил я.— Если он решит использовать обходной кон¬ троль, тогда мы свое получим. — А разве не все пострадают? — мягко сказал Чарли. Сначала ушел Чарли, а затем, минут через пять, вы¬ шел я. На Шестой авеню я поймал такси, из которого на углу улицы высаживался пассажир, и подъехал на нем до места, предусмотрительно остановив такси за один дом до нужного мне. Условным сигналом я позвонил, а затем так же посту¬ чал в дверь. Рондина отомкнула замки и открыла дверь. Даже после условных сигналов она была настороже и дер¬ жала в руке маленький пистолет, пока не убедилась, что это я. Она закрыла за мной дверь, заперла тщательно замки и затем прошла в комнату. — Я начала беспокоиться. Я усмехнулся и придвинул стул для нее. — Не трать время,— сказал я,— это отвлекает от дру¬ гих дел. — По телевидению снова передано сообщение о слу¬ чае в моем доме. Полиция все еще ведет расследование. — Так нужно. Они пошумят еще пару дней, а потом сведут все на нет. — Ты не боишься разгуливать по городу в дневное время? Я качнул головой. — Не в этом городе, детка. Люди как муравьи. Нельзя отличить одного от другого. Я спокоен. — А твоя... встреча? Я коротко рассказал ей и высыпал содержимое пакета на стол. — Я хочу, чтобы ты кое-что сделала для меня. Ты мо¬ жешь свободно перемещаться, и поскольку тебя не знают, это может сработать. — О чем ты? Я взглянул на нее, сознавая, что на моем лице снова появилось жесткое выражение. — Ты была хорощо обучена для этой работы, беби. У тебя есть подготовка и опыт, мне нужна твоя помощь. Она не колебалась, хотя знала так же хорошо, как и я, что означает ее участие в этом деле. Ее будущее станови¬ лось тесно связанным с моим. — Только скажи, Тайгер. 205
— Вот список людей. Я хочу, чтобы ты их проверила. Служба безопасности их уже проверяла, ио безрезультат¬ но. Есть разница в том, когда они задают вопросы и когда спрашивает дама. Если даже этих людей нет, я хочу иметь материал об их прошлом, связях, особенно с коммуниста¬ ми. У вас есть люди, сотрудничающие с Британским по¬ сольством, которых ты можешь подключить, если тебе понадобится помощь. Я буду держать с тобой постоян¬ ную связь. — А где ты будешь? — О-Галли, Флорида. Я покопаюсь там. Я записал ей два номера телефона, один Эрни Бентли, а другой Ньюаркского контрольного центра с условным кодом, который означал, что она может пользоваться на¬ шей линией связи и ей может предоставляться ограничен¬ ная информация. Я дал ей время запомнить номера, а затем сжег бумажку. — Дейв Элрой будет здесь, и если станет туго, ты дол¬ жна скрыться и предоставить ему вести дело дальше. Удо¬ стоверься, что не суешь голову в петлю. То, что ты жен¬ щина, не спасет тебя. Поняла? - Да. Я передал ей пачку банкнот и сказал: — Этого должно тебе хватить на расходы, пока я не вернусь. Если понадобится платить за информацию, свяжись с Ньюарком, и они все организуют. И, пожалуй¬ ста, плати без колебаний, если будут продавать. Деньги в нашем деле самая дешевая вещь. — Тайгер... - Да? Что-то изменилось в ее лице. Появилась серьезность, какой я не видел прежде. Ее глаза были похожи на глаза тех, кого я помнил сидящими в бомбоубежище и смотря¬ щими в потолок так, будто сквозь него они могли видеть в ночном небе виражи приносящих смерть бомбардиров¬ щиков. — Ты действительно думаешь, что должен играть именно такую роль в деле? Не лучше ли оставить это для тех, кто соответственно экипирован, чтобы заниматься делом такого рода? Я заскрипел зубами. — Как это, детка? — Наше правительство. Они... — Они представляются великими людьми,— почти 206
зашипел я.— Но предают простых людей из-за явной глу¬ пости или алчности, потому что схватили барыш, затаив дыхание. А публичное разоблачение следует только после какого-нибудь шантажа или вымогательства. Нет, милая, такие ребята, как я, должны быть здесь. Мы существуем с давних пор и не собираемся оставлять свои позиции. Если один уходит, его место занимает другой, но всегда есть кто-нибудь, кто делает настоящую политику, при¬ крывая масляные рожи маскирующихся привлекательны¬ ми титулами правительственных чиновников. Люди-то видят их насквозь. Они не избраны, а назначены на ключе¬ вые посты, в разультате чего мы в очередной раз имеем новое псевдоправительство, функционирующее на основе коллегиальной политической философии или теории како¬ го-нибудь невразумительного политика «красного оттен¬ ка» с диктаторскими замашками, надеющегося когда- нибудь управлять миром. Ты хочешь, чтобы я назвал име¬ на? Черт. Могу назвать тебе сразу не менее пятидесяти твоих и моих соотечественников. У тебя волосы встанут дыбом от того, что знаю я и что должны знать люди. Но в целях самосохранения сильные мира сего держат этих деток под крышкой, с небольшим нажимом, с обещания¬ ми то того, то другого. Так обдумай все. Ты знала об этом и раньше. По крайней мере, мы чертовски одарены в своем роде и делаем такие вещи, которые никто делать не может. Мы не страдаем излишней утонченностью, не боимся потерять работу... и нас не очень беспокоит, что думают по поводу нас другие. Рондина выслушала меня все с тем же выражением лица. «Возраст,— подумал я,— ей надо было бы побывать там во время войны. Она была слишком молода в то время, чтобы понять, что в действительности значат убийство и работа агента, а не испытав на себе, не смо¬ жешь этого по-настоящему узнать. Ты должен оценить значение смерти и встречаться с ней время от времени, по¬ ка не станешь бессердечным. Ты должен держать смерть в руках и умертвить противника, чтобы остаться живым самому... С каждым разом становится легче, и ты начи¬ наешь разбираться в путях этого сумасшедшего мира. Ты превращаешься в опасного противника и можешь дей¬ ствовать в экстремальных обстоятельствах независимо от того, чего это тебе стоит». Ничего этого я не сказал вслух, но Рондина почувство¬ 207
вала и поняла все без слов. Ее глаза, казалось, что-то искали в моих, и найденное удовлетворило ее. Постепенно ее лицо расслабилось и вновь стало классически краси¬ вым. Я снова ощутил теплую волну, поднявшуюся в моем желудке. — Извини,— сказала она просто. — Забудь об этом.— Я усмехнулся.— Это для тебя но¬ вая игра, а я старый солдат. Она улыбнулась, блеснув белоснежными зубами. — Ты забываешь, Тайгер. У меня тоже есть опыт. Дважды до этого... Да, я помнил слепящий взрыв... выражение ее лица... В последний раз рядом со мной она участвовала в смер¬ тельной игре. — Забудь и это. — Я должна? Я внимательно посмотрел в ее лицо, прищурил глаза и сказал: — Нет... может, и лучше, что ты помнишь, в конце концов. Это поможет тебе быть собранной. Мейсон ожидал меня в аэропорту Ньюарка в самолете Ф-51, заправленном и с работающими двигателями. Пока он выруливал на взлетную полосу, я поудобней устроился на заднем сиденье, а чемодан поставил на место, предна¬ значавшееся для пулемета 50-го калибра. Десятью мину¬ тами позже мы поднялись в небо и взяли курс на юг на вы¬ соте восемь тысяч метров над равниной Нью-Джерси. Мы сели для заправки в Южной Каролине, и через двадцать минут снова были в небе. Через час десять минут наш са¬ молет приземлился немного южнее О-Галли и был отве¬ ден в транзитный ангар. Меня ожидал заранее заказанный мной автомобиль. Я сел в него, сказав Мейсону, чтобы он был наготове в любое время. Он ухмыльнулся, кивнул головой и отпра¬ вился на поиски холодного пива. Я не спрашивал дорогу в мотель, где для меня был заказан номер, доехал до го¬ рода, нашел его недалеко от пляжа и зарегистрировался как Т. Марвин из Нью-Йорка. Кроме Ньюаркского кон¬ трольного центра и Эрни Бентли никто не знал, где я остановился, и мне хотелось, чтобы так было как можно дольше. В восемь пятнадцать я принял душ и переоделся, не¬ много перекусил в ресторане и направился в автомобиле 208
на Медоу Лайн. Под номером 37 значился дом из красно¬ го кирпича, похожий на ранчо. Он находился в отдалении от дороги, окруженный кустами с огромными красными цветами, источавшими сладкий аромат; над ними вились голубые бабочки. Я въехал в ворота, припарковался за но¬ вым «шевроле» и выключил мотор. Стучаться не пришлось. Дверь открылась, как только я ступил на каменное крыльцо, и полный, небольшого ро¬ ста человек с широкой доброжелательной улыбкой при¬ ветствовал меня. — Хелло, хелло! Я Винсент Смолл. Чем могу быть полезен? Мы пожали друг другу руки, его рука почти пропала в моей ладони. — Моя фамилия Менн, мистер Смолл. Я ищу своего друга, и если бы я мог побеспокоить вас несколько минут, наверное, вы помогли бы мне. — Конечно, конечно. Проходите. Рад помочь вам. Он впустил меня в дом, закрыл дверь и провел в гости¬ ную. Вдоль двух стен стояли полки, плотно заполненные книгами. — Приготовить что-нибудь выпить? — С удовольствием. Что-нибудь на ваш вкус. — Я предпочитаю пиво. — Вполне подойдет и мне. Он открыл две банки пива, одну подал мне и уселся на расшатанный стул напротив меня. — Итак,— сказал он,— в чем заключается ваша про¬ блема? — Вы знали Луи Агронски, не так ли? — Лу? Конечно. Он тот, кого вы ищете? Я сделал большой глоток пива и поставил банку на пол сзади себя. — Угу. Он озадаченно улыбнулся. — Это очень интересно. — Что? — Бедный Л у... всем-то он теперь понадобился, а ког¬ да жил здесь, то был самым одиноким парнем. Никогда не видел более одинокого человека. Даже после несчаст¬ ного случая, когда он не мог больше работать, никто, кро¬ ме меня и Клода Бостера, не навещал его. — Он трудно сходился с людьми, мистер Смолл. Его 209
работа требовала секретности, и это сказалось на его образе жизни. Смолл кивнул, соглашаясь. — Вы правы. Никогда не мог навести его на разговор о работе. Правда, особенно и не старался,— добавил он.— Вы, конечно, понимаете. С Клодом он всегда гово¬ рил о своем хобби—тех миниатюрных электронных игрушках, в которые он играл. Когда же мы были с ним вместе, то всегда говорили о философии. — Философия — это ваше хобби? — спросил я. — Слава богу, нет,— засмеялся он.— Это моя профес¬ сия. Учился этому в Брумвелевском университете. Лу ия — его выпускники. Я был на два курса старше его, но мы стали хорошими приятелями, когда жили в одной комнате. Л у никогда не изучал философию... все время за¬ нимался математикой и другими точными науками, но после нервного расстройства стал интересоваться филосо¬ фией и изучил ее так же глубоко, как и я. Похоже, это по¬ могало ему расслабляться. — Я не думаю, что этот срыв был настолько серьезен. Смолл пожал плечами и отхлебнул пива из банки. . — Да это и не было настоящим нервным расстрой¬ ством. Перетрудился, я думаю. Лу действительно рабо¬ тал усерднее всех. Он был способен целиком уходить в за¬ нятия, но сиденье за книгами допоздна в конце концов сломало его. Недосыпание, долгие часы занятий, почасо¬ вая работа... слишком много для одного человека. — А что, он действительно изменился после этого? — Он научился не брать на себя слишком много,— сказал Смолл.— Он сменил режим работы, стал больше отдыхать.— Смолл сдвинул брови в задумчивости, затем добавил: — Он стал подвержен самоанализу, я бы сказал. Социально активен... его стали интересовать мировые проблемы... ну и тому подобные вещи. Мы часами обсу¬ ждали эти вопросы с философской точки зрения. — Какова же была его? — Я надеялся, что вы сможете сказать мне это. Лу ни разу не мог прийти к какому-то заключению. Он мог бес¬ конечно размышлять над предметом, но никогда не нахо¬ дил ответа. — Чем всегда и занималась философия. Он взглянул на меня, удивленный моим тоном. — О, мистер Менн, я вижу, вы реалист. — Всегда им был. 210
— А философия?.. — Она далека от реальности,— ответил я. Его глаза загорелись, светясь радостью от возможно¬ сти переспорить меня. — Например? — Куда вы деваетесь после смерти? — спросил я. Пре¬ жде чем он ответил, я ухмыльнулся и добавил: — И дока¬ жите. Затем, как все, кто стремится из простого сделать сложное, он переадресовал мой вопрос мне, потому что сам не знал, что сказать. — Может, вы предложите свою версию? — Конечно,— сказал я и допил пиво.— На шесть фу¬ тов вниз. — О, мистер Менн, это так... — Слишком практично? — Но... — Вы когда-нибудь бывали на похоронах? — Да, но тогда... — И куда же кладут тело? — С реалистами невозможно говорить,— улыбнулся он. — Вам когда-нибудь приходилось убивать людей, Смолл? — Конечно нет. — А я убивал. Нескольких. Это факт, а не философ¬ ская чепуха. Это реально и заставляет вас задуматься о том, о чем тривиальные Платон и Аристотель никогда и не думали. Смолл посмотрел на меня с любопытством и поставил на стол пустую банку из-под пива. — Мистер Менн... вы не тот человек, чтобы общаться с Лу. Могу я поинтересоваться, как вам удалось с ним по¬ знакомиться? — Яс ним еще незнаком,— сказал я.— Хотя надеюсь встретиться с ним раньше, чем другие. — Это звучит как-то мистически. — Не совсем так. Я не могу вам всего объяснить, по¬ скольку это связано с его работой, но это чертовски серь¬ езно, и я хочу найти его. — Да,— неожиданно убежденно сказал он.— Я могу в это поверить. — Вы упомянули, что еще кто-то интересовался Луи Агронски. 211
— Несколько человек. — Они представлялись как полицейские или служа¬ щие правительственного ведомства? — Яс ними дела не имел. — Каким образом? — Клод Востер говорил об этом. Его спрашивали дважды люди, которые представлялись как друзья Лу, а когда он столкнулся с одним из коллег Лу по проекту, тот тоже сказал, что у него интересовались относительно Лу. Тем не менее, никто не может его найти. Такое впечат¬ ление, что он исчез с лица Земли. — Совсем никаких связей? — Совершенно никаких. Могу я задать вам один во¬ прос? — Пожалуйста. — Какова ваша личная заинтересованность? — Деньги, мистер Смолл,— солгал я.— Тот, у кого я работаю, очень хочет купить одно из изобретений Агронски, и если я смогу найти его до того, как разыщут конкуренты, я победил. — Так вы... — Считайте, что я веду расследование. — И вы убивали людей,— заявил он. — Только когда это было необходимо. — Думаете ли вы, что такая необходимость возникнет и в этом случае? — Не исключено. Мы на войне, мистер Смолл. Сейчас идет холодная война, но все же война. Он торжественно кивнул мне. — Я понимаю, конкуренция возможна не только в коммерции. Я не имел права ответить ему. Наконец он произнес: — Вы не могли бы сказать, кто вы такой, сэр? — Любопытно? — Все философы любопытны. — Тогда позвоните в нью-йоркское отделение Служ¬ бы безопасности и спросите Чарльза Корбинета. Он буг дет рад представить вам меня. — Возможно, я и позвоню,—сказал он.— Вы меня странным образом заинтересовали. Все представляется мне необычным. Это побуждает к любопытным размы¬ шлениям — Не надо философствовать по этому поводу, Смолл. 212
Если вы способны предположить, где может быть Агрон- ски, подумайте, и когда что-то придумаете, я буду побли¬ зости, не возражаете? — Вовсе нет. Исчезновение Лу меня чрезвычайно обе¬ спокоило. Я к нему привязан. Я поднялся, взял шляпу и подал руку Винсенту Смол¬ лу. — Спасибо за беседу. — Не стоит. — Не знаете, где я могу найти сейчас Клода Бостера? — Вне всякого сомнения, вы найдете его в мастерской позади дома, занятого изготовлением микросхем, кото¬ рые он пытается сделать величиной с горошину. Он уже приобрел головную боль от постоянного смотрения в ми¬ кроскоп. Смолл был прав. Через двадцать минут после ухода от него я уже смотрел на Клода Бостера через окно его не¬ большой мастерской. Он стоял, склонившись над ма¬ леньким токарным станком, и что-то мастерил, глядя через увеличительное стекло. Затем остановился и по¬ чесал за ухом с гримасой недовольства. Когда я постучал, он выключил станок, подошел к две¬ ри, открыл ее и, всматриваясь в меня, сказал: — Да, в чем дело? — Клод Бостер? Он кивнул. — Совершенно верно. — Менн. Я к вам прямо от Винсента Смолла, он пред¬ ложил мне поговорить с вами по интересующему меня во¬ просу. Имя Смолла подействовало на него успокаивающе. — Да, пожалуйста, входите. Я вошел и окинул взглядом помещение, оценивая раз¬ мах его работ и стараясь запомнить. Хотя все было доста¬ точно компактным, но оборудование — хорошим. В одном углу стоял стол и два металлических стула. Бостер выдвинул один из них и предложил мне сесть, а. сам сел на другой. — Так что, мистер Менн? — Луи Агронски. Я ищу его. Казалось, тень прошла по его лицу, а глаза приняли отсутствующее выражение. — Да, действительно...— только и сказал он. — Я понимаю, что вас спрашивали об этом и до меня. 213
— Да, это так. Я понимаю, Луи Агронски был за¬ нят в работе над проектом, что ставило его в особую кате¬ горию. — Речь идет не о безопасности, а о коммерческих аспектах одного его изобретения, в котором я заинтересо¬ ван. Я имею полномочия найти его, если это возможно. — Кем вы уполномочены, сэр? Иногда бываешь вынужден все время идти по выбран¬ ному пути, и я поступил так же, как с Винсентом Смол¬ лом. Я попросил его связаться со Службой безопасности в Нью-Йорке и спросить Чарльза Корбинета. Он изучаю¬ ще посмотрел на меня, затем, не задавая лишних вопро¬ сов, позвонил по телефону и назвал оператору необходи¬ мые данные. Ответный звонок раздался через 30 секунд, и Клод Востер начал разговор с Чарли Корбинетом, нахо¬ дившимся на другом конце провода. Востер дал ему опи¬ сание моей внешности и имя, а затем передал трубку мне. Я разговаривал не более десяти секунд, ровно столько, сколько понадобилось Чарли убедиться, что это именно я, и вернул трубку Бостеру. Сказанное Корбинетом удов¬ летворило Бостера, и он положил трубку. — Мастер плаща и кинжала, а? Я пожал плечами, наблюдая, как он успокаивается, и сказал: — Можем мы теперь поговорить об Агронски? Он беспомощно развел руками. — Что я могу сказать? Луи просто исчез. — Люди, подобные ему, просто не исчезают. — Но он это сделал,— настаивал Востер. — Вы хорошо его знали? — Мы были неплохими друзьями, мистер Менн. У нас общие интересы, скорее технические, чем социаль¬ ные. Я уверен, что вы знаете о его хобби. — Немного. Вы, кажется, оба увлечены этим. Я ука¬ зал головой на другую часть комнаты. — У меня это не хобби. С этого началось, но теперь идет серьезная работа. Миниатюризация — жизненно ва¬ жный аспект многих инженерных разработок в наши дни и дает мне прекрасный заработок. Я только жалею, что Луи нет сейчас со мной. Мне не хотелось бы об этом гово¬ рить, но он намного значимее меня в этом деле. — Вы знакомы с его разработками? Востер покачал головой. — К сожалению, нет. Иначе я бы попробовал повто¬ 214
рить его эксперименты. Очень жаль, если его работа поте¬ ряна для людей.— Он вздохнул и откинулся на спинку сту¬ ла.— Луи был гением,— сказал он просто. — На сколько великим? — Возможно, одним из самых великих. Он разрабо¬ тал источник энергии, который мог быть задействован на расстоянии и способен освещать целый дом. Этот источ¬ ник настолько мал, что умещался на ладони. Его сверхми¬ ниатюрные схемы даже в то время были в несколько раз меньше, чем мои самые последние разработки, а я счи¬ таюсь сейчас в этой области одним из первых. Да, было бы очень жаль. Он посмотрел на меня серьезно и добавил: — У вас есть какие-нибудь соображения, где он может быть? — Нет. Клод Востер снова кивнул. — Я верю вам. Он в задумчивости поджал губы, затем сказал: — Но это странно. Он был всегда так заинтересован своей работой. Вы понимаете... Он тоже верил, что ми¬ ниатюризация — это ответ на самые сложные технические проблемы, которые задерживают космические проекты. Он искал решения и находил их. Затем... все изменилось. Произошел несчастный случай. — Автомобильная авария? — Да, именно,— согласился Востер.— Сначала после выписки из больницы казалось, что все нормально, затем оп начал изменяться. — Каким образом? Востер сделал беспокойный жест. — Ничего определенного. Он... он казался отстранен¬ ным, отключенным. Мы больше не были близки. Для меня было так удивительно, когда он все продал и уехал. Я больше никогда и слова не услышал от него. — Не было никаких жалоб относительно аварии... ни¬ каких увечий? — Он никогда не упоминал ни о чем таком и казался вполне здоровым, за исключением тех периодов, когда становился чрезвычайно нервным. В такие дни он уезжал ненадолго и возвращался, чувствуя себя гораздо лучше. Я так думаю, он просто где-то отдыхал. Мы никогда не обсуждали этого.— Востер замолчал, подумал немного, затем продолжил: — Такие случаи учащались. Откровен¬ 215
но говоря, я ничего не мог понять, и поскольку он не же¬ лал говорить на эту тему, я никогда не затрагивал ее. Ка¬ кая жалость. — И он не оставил никаких записей? — поинтересо¬ вался я. Востер задумчиво улыбнулся. — Нет. Я лично проверял. В один из дней, когда он чувствовал себя особенно плохо... Луи упомянул мимохо¬ дом, что, закончив специальный проект, уничтожит все свои записи по нему. Откровенно говоря, я не думал, что он это сделает. Ученые так не поступают, и я отнес эту фразу на счет его плохого состояния. Но сейчас я склонен думать, что именно это он и имел в виду. Я взял сигарету из пачки, предложил Бостеру, и мы за¬ курили. — Он когда-либо обсуждал с вами политику? — Никогда. Эта тема его не интересовала. Для него была важна только его работа. — Он обсуждал философские проблемы с Винсентом Смоллом,— сказал я. — Политика и философия совершенно разные вещи. Иногда он мог делать заявления, которые, казалось, были связаны с его работой,— должен или не должен существо¬ вать мир, располагая таким оружием в своих руках... и в таком духе. Немного абстрактно, я думаю. Состояние дел в мире всегда беспокоило его, но разве оно не волнует каждого? — Каждого разумного,— согласился я. — Несколько раз он уезжал и не возвращался в тече¬ ние трех дней. — Я понимаю,—- сказал я рассеянно. — Жаль, что я не понимаю, мистер Менн. — Спасибо за беседу. — Я помог вам? . — Каждый помогает чем-то. Могу я зайти к вам еще? Если что-нибудь придет вам на ум, держите при себе. — Разумеется. Жаль, что не могу помочь больше. У него было всего несколько друзей, и я сомневаюсь, что* бы кто-нибудь из нас мог дать о нем полное представле¬ ние. Тем не менее, вы можете поговорить с доктором, ко¬ торый лечил Луи после аварии. В течение этого времени он был очень близок к Луи. По крайней мере, он видел его несколько раз в день. — Помните его имя? 216
— Карлсон. Доктор Джордж Карлсон. У него своя клиника рядом с торговым центром. Я встал и протянул ему руку, — Воспользуюсь вашим советом. Спасибо вам. На¬ деюсь, я вас не утомил. — Вовсе нет. Востер пошел к двери и открыл ее. Я надел шляпу и бросил непогашенный окурок в ночь, наблюдая, как он очертил светящуюся дугу, и этот полет сигареты спас мою шкуру, потому что был прерван чем-то темным, что двинулось на нас. Я толкнул Бостера назад одной рукой и бросился на пол, в то время как два выстрела грохнули надо мной и разнеслись по комнате позади нас. Не было времени достать пистолет, его хватило толь¬ ко на то, чтобы захлопнуть дверь и выкрикнуть: «Свет». Востер ударил по выключателю около двери, и комната погрузилась в темноту. Я сказал: «Оставайтесь здесь»,— затем приоткрыл дверь, вытащил пистолет, взвел курок и выскочил в темноту, надеясь, что не попаду в ловушку. Я прочесал кусты, подождал, наблюдая, не двигает¬ ся ли кто-нибудь по поляне, но кто бы это ни был, он не стал дожидаться результата своей попытки убить ме¬ ня. Когда я удостоверился, что вокруг никого нет, то вер¬ нулся в дом и включил свет, ослепив им Бостера. — Мистер Менн,— сказал он, задыхаясь,— что все это значит? — Я не знаю, приятель,— ответил я.— Меня занимает сейчас только одна вещь. — Какая? — В кого стреляли — в меня или в вас? Глава VII Полиции была рассказана простая история. После то¬ го как в одном техническом журнале напечатали статью о последних разработках Клода Бостера, трижды пыта¬ лись взломать его дом. В этот раз были предприняты бо¬ лее крутые меры. Пуля, которую удалось обнаружить, оказалась 38-го калибра и была направлена в Вашингтон на баллистическую экспертизу. Был выделен полицейский офицер для охраны Бостера до тех пор, пока полиция не прояснит ситуацию. Я фигурировал просто как приятель, зашедший навестить его как раз во время происшествия. 217
После ухода полиции я сел в автомобиль и, делая вид, что не беспокоюсь о слежке, поехал по городу. Если эти выстрелы предназначались мне, то стрелявший поймет, что промахнулся, и постарается предпринять новую по¬ пытку. Я всего лишь старался облегчить его задачу. О-Галли был не настолько большим городом, чтобы в нем можно было спрятаться. Но и не так велик, чтобы можно было следить и оставаться незамеченным. Если эта пуля метила в Бостера, никто не станет интересо¬ ваться мной. Знай они мое имя, то убийца ожидал бы меня в другом месте и в другое время. Я хотел удостовериться, поэтому позвонил в Ньюарк из хорошо освещенной телефонной будки возле заправоч¬ ной станции. При этом я поставил свою машину так, что¬ бы она защищала меня со стороны неосвещенного места позади здания. Убийца непременно должен будет пока¬ заться с обозримой для меня стороны, а мой пистолет всегда готов заговорить первым. Верджил Адамс полностью записал наш разговор, за¬ тем сказал, что, по указанию Мартина Грейди, посылает мне в поддержку Дейва Элроя. Дейв должен остановиться в определенном месте и быть готовым в случае необходи¬ мости подключиться к работе. — В этом нет необходимости. Я могу управиться здесь сам. Слишком много народа может только ослож¬ нить работу. Дейв, к тому же, участвовал в операции по наркотикам в Гонконге, и русские его хорошо знают. — Не имеет значения,— сказал Верджил.— Грейди хо¬ чет, чтобы ты был подстрахован. — Ну пусть тогда приезжает. Есть что-нибудь новое из Лондона о Найдже Хопесе? — Любопытный материал о нем, не столь важный, правда. Джонсон всюду пытался собрать о нем любую новую информацию и выяснил, что он страдает хрониче¬ ским насморком. — Чем? — Когда Хопес возбуждается, то у него закладывает нос, и он вынужден вдыхать лекарство. Есть такой инга¬ лятор, который очищает полость носа. Соединение бен- зендрина. — Послушай, приятель, по-твоему, я должен прове¬ рить все аптеки и супермаркеты в Штатах, чтобы узнать, кто этот ингалятор покупает? Ты знаешь, сколько его про¬ дается ежедневно? 218
— Уже проверил,— засмеялся он,— около пятидесяти тысяч. — Спасибо,— сказал я саркастически. — Не надо благодарностей,— ответил он и положил трубку. Я вышел из будки, закурил сигарету, специально от¬ крываясь и делая из себя мишень, но готовый отреагиро¬ вать в одно мгновенье, если что-нибудь покажется подо¬ зрительным. Кроме нескольких машин, идущих по шоссе в разных направлениях, и парочки, гуляющей взявшись за руки, никого больше не было. Рабочие с мыса Кеннеди уже завершили вторую смену, сезонное перемещение от¬ дыхающих закончилось, так что движение машин на ма¬ гистрали не было интенсивным. Я спокойно сел в маши¬ ну, завел двигатель и поехал вверх по улице. Найдя от¬ крытое кафе, выпил кофе, все время наблюдая за улицей через окно. Убедившись, что никто не сел мне на хвост, за¬ платил по счету и направился в мотель. Я оставил машину напротив офиса, затем вошел и по¬ звонил в звонок на столе. Тот же человек, который офор¬ млял мне мою комнату, сказал: — Что угодно, сэр? Чем могу быть полезен? — Будьте любезны, я хотел бы снять комнату. — Но... — Да, я хочу еще одну, другую. — О, я понимаю... Вы ждете посетителей? — Ну, не совсем так. Я бы хотел использовать ее для конференции, чуть позже. Лучше, если бы это происходи¬ ло не в моем номере. — Да-да, конечно,— быстро согласился он.— У нас редко останавливаются бизнесмены, и я почти забыл их привычки. Он передал мне бланк и попросил подписать. Я зареги¬ стрировался так же, как и в первом случае, и заплатил за день вперед. Когда я возвращал ему ручку, то сказал: — Пожалуйста, все телефонные звонки переключайте на мою личную комнату, но если кто-нибудь спросит, где я остановился, давайте им новый номер. Я поставлю свою машину как раз рядом со вторым номером, хорошо? — Конечно, сэр. Рад услужить. — Прекрасно. Спокойной ночи. Я оставил автомобиль на дорожке сбоку от вновь снятого номера, вошел в него, включил свет, подержал его горящим в течение нескольких минут, затем погасил, 219
вышел, стараясь быть незамеченным, и пробрался в свою комнату. В темноте я разделся и лег в постель, положив сбоку под рукой пистолет. Выстрел мог прогреметь отов¬ сюду, это не было простым совпадением. Я еще и еще~раз продумывал каждую деталь моего отъезда из Нью-Йорка и все больше убеждался, что здесь не могла быть допущена ошибка или утечка информации. Никто, кроме нашей группы, не знал о моем отъезде и никто, кроме меня, не знал, где я остановился. Следова¬ тельно... кто бы ни стрелял в дверь мастерской Клода Бо- стера, он хотел попасть в него. Но почему? Что он знал? Или что, по их мнению, мог знать? Или это было преду¬ преждением? Я раздавил окурок и бросил в пепельницу позади кровати. В этом случае надо исходить из предположения, что местонахождение Луи Агронски пока не известно Советам. Они так же стремятся найти его разными путями. Измене¬ ние в его поведений произошло здесь, и они тоже пыта¬ ются подойти к этому с разных концов. Глаза мои начали слипаться, я бездумно смотрел в темную стену на небольшие щелки. Вдруг от неожи¬ данно пришедшей на ум мысли я широко раскрыл глаза. «Черт»,— сказал я и потряс головой, удивляясь своей ту¬ пости. Каким образом они узнали об обходном контроле Агронски? Либо он сказал им сам, либо они вместе с ним работали над этим. Или... они могли подозревать о его затее и, изучив его исследования, подтвердили свое пред¬ положение. Известно, что все наши сверхсекретные и осо¬ бо важные проекты наводнены вражескими агентами. Мы всегда используем собственные изобретения. И практиче¬ ски всегда можно купить их за деньги. Возможно, что Во¬ стер и Винсент Смолл совершенно бессознательно допу¬ стили утечку информации о деятельности Агронски, и она стала доступна тому, кто в этом разбирается, а он, в свою очередь, передал ее дальше. Черт! Я заснул, пытаясь привести свои мысли в порядок, и«, когда проснулся, в голове по-прежнему не было ясности.! Я встал около семи, побрился, принял душ, оделся и вы¬ шел проверить снятый накануне номер. Ничего не было тронуто. Натянутая поперек двери тонкая проволока, которую я оставил, была на месте. Я пожал плечами, подумав, что напрасно беспокоился и доставил себе так много хлопот, затем открыл дверцу 220
автомашины и уселся на сиденье. В жизни все делается во многом автоматически. Вы имеете дело с повседневными вещами, они становятся для вас настолько знакомыми, что вы перестаете о них задумываться. Вы беретесь за вилку и нож совершенно отвлеченно, дергаете спусковую ручку в туалете... это как раз те самые вещи, при помощи которых вас могут убить. Как только я вставил ключ в замок зажигания, я вспомнил Кэсвела, который погиб в Торонто только по¬ тому, что не удосужился проверить автомобиль. Чувствуя себя немного глуповато, я вылез из автомобиля и поднял крышку капота. И был счастлив, что не допустил трагиче¬ ской оплошности, не изменил своей привычке. Удача по¬ могла мне и в этот раз, ведя меня своими тонкими золо¬ тыми пальцами и заставив вспомнить об осторожности. Сверток был небольшим, но достаточно весомым, чтобы разнести и автомобиль, и пассажиров на куски, как только ключ зажигания будет повернут в замке. Лентой были связаны динамитные шашки размером в шесть дюй¬ мов, которые очень искусно запрятали под корпус сцепле¬ ния, где и после тщательной проверки можно было их не заметить. Но я увидел подводящие провода и обрезал центральный. Умные, черти, они сделали все аккуратно. Но почему? Кто-то оказался хитрее, чем я предполагал. Никто не следил за мной, не висел на хвосте, так как же... Был только один путь, и я был почти уверен, что знаю его. Не прошло и пяти минут, как я обнаружил миниатюрный передатчик, дающий постоянный сигнал. Он был при¬ клеен липкой лентой к днищу топливного бака. Они всег¬ да могли найти меня по передаваемым сигналам, в любое время, когда я чувствовал себя в полной безопасности, и имели возможность подстроить мне ловушку. Следующий вопрос. Было ли это двойным предостере¬ жением? Если они хотели нажать на Бостера, то должны были промахнуться. Но любой, кто интересуется Босте- ром, также представляет для них интерес, и не важно, кто он такой, они и его захотят убрать с дороги. Итак... на ко¬ го же все-таки ведется охота? Я ухмыльнулся, сознавая, что в каком-то месте кто-то прильнул к приемнику, внимательно вслушиваясь в сигна¬ лы датчика и ожидая момента, когда прекратятся сигна¬ лы, и это будет означать, что динамит сработал. Я поло¬ жил устройство на землю, где оно продолжало работать, посылая обычные сигналы, подал автомобиль задним хо¬ 221
дом со стоянки и поехал в клинику доктора Джорджа Карлсона, находившуюся примерно в миле от мотеля. Здание было одноэтажным, построенным в виде буквы Т из белого кирпича, с красной черепичной крышей. Ког¬ да я вошел, в приемной была только молодая девушка с усталой улыбкой, заканчивавшая ставить печати на большой кипе бумаг. — Да? — Я хотел бы видеть доктора Карлсона. — Вы пациент? — Нет, я по личному делу, но не по поводу распро¬ даж. — Можете назвать мне ваше имя? — Менн, я из Нью-Йорка. Он занят? — Нет, я уверена, доктор сможет принять вас. Она улыбнулась и набрала нужный номер по селекторной связи. Переговоры заняли совсем мало времени, и прежде чем положить трубку, она сказала: — Доктор Карлсон сейчас выйдет. — Благодарю. Доктор Джордж Карлсон оказался высоким, строй¬ ным мужчиной чуть старше тридцати лет, одетым в ти¬ пичную для медика одежду, с профессиональным взглядом врача, осматривающего пациента. Он вышел, приветствовал меня кивком головы и предложил пройти в дверь с надписью «Ординаторская». Войдя, он сел за свой стол, устало потер лицо руками. — Длинная ночь. Два срочных вызова. Чертовы лиха¬ чи.— Он взглянул на меня и, наклонившись вперед, ска¬ зал:— Я вас слушаю. — Доктор, я бы хотел опустить детали, чтобы сэконо¬ мить время. Я разыскиваю Луи Агронски, который ранее работал над космическим проектом... — Я знаю его,— прервал он меня. — Он исчез, но обязательно должен быть найден. Карлсон сделал недовольное лицо. — Он был моим пациентом. Это все, что я могу ска¬ зать. — Хорошо, давайте сделаем так. Вы можете оставить в стороне этическую сторону отношений между врачом и пациентом? — Нет, мистер Менн, не могу. — Тогда послушайте меня.— Я дал ему те же объясне¬ ния, что и Клоду Бостеру, и подождал, пока он проделает 222
те же действия. Потом он положил трубку и медленно по¬ качал головой. — Все в порядке,— сказал он.— Спрашивайте. — Первое... его авария. — Ничего серьезного... как и для большинства людей. Нормальный период выздоровления был бы довольно ко¬ ротким, но с Агронски все иначе. — Почему? — Вы что-нибудь знаете об уровне болевой чувстви¬ тельности? — Слишком многое,— сказал я. — У Агронски он очень низкий. Этот человек мог вы¬ держать разные умственные нагрузки,— большие, чем любой из нас,— но его способность переносить физиче¬ скую боль была ниже, чем у большинства. — Повреждения были серьезными? — Я бы не сказал. Вы или я могли бы легко перенести их и были бы отпущены домой через несколько дней. Но его восприятие боли не такое, как наше. — Поэтому он и оставался здесь так долго? — Не из-за лечения, а для исцеления от зла. Его физи¬ ческое состояние было прекрасным, но когда мы лечили его, то применяли морфий для обезболивания. Редчайший случай, он стал наркоманом почти немедленно. Большую часть времени, которое он находился здесь, мы потратили на то, чтобы вылечить его от склонности к наркотикам. После этих слов я почувствовал, что все становится на свои места. — Он когда-нибудь говорил с вами о своей работе? — Никогда, если вы это имеете в виду. Он не говорил о космическом проекте вообще. — Я не это имел в виду. Карлсон развел руками. — О, иногда он сбивчиво и путанно говорил о вещах, о которых мне приходилось слышать и раньше. Посмо¬ трите, как много ученых, принимавших участие в Манхэттенском проекте, вдруг сделались гуманитарщи- ками после того, как они увидели разрушения, произве¬ денные в Нагасаки и Хиросиме. Вы не можете быть заня¬ ты в таком деле и не заполучить комплекса вины на ка¬ ком-то из этапов работы. — И что же было у него? — Беспокойство о мире. Он боялся, что мир разрушит сам себя, а он один из тех, кто способствует этому. Чепу¬ 223
ха. Я пытался увести его разговорами от этих мыслей, и, кажется, мне это удалось. — Нет. не удалось.— сказал я ему. Он поджал губы в тонкую линию. — Агронски готов сам сделать всю работу.— сказал я. Несколько секунд он смотрел на меня, потом пробор¬ мотал: «Сукин сын». — Он был способен на это, вы знаете. Карлсон утвердительно кивнул. — Да, я знаю. Он был одним из великих. Что произо¬ шло? — Я не знаю, но вы можете подсказать правильный путь. Его тяга к наркотикам... насколько это было серь¬ езно? — Мы заметили вовремя. Он находился под контро¬ лем, и его лечение было обычным для таких случаев. — Ну, а когда он ушел от вас... был он окончательно вылечен? Карлсон снова поджал губы н, подбирая слова, про¬ изнес: — Я был уверен в этом. — Не может быть рецидива? — Знаете, такая возможность всегда есть. Это как с трезвенником, который пробует виски, не понимая, что он начинающий алкоголик. Всегда присутствует память вкуса. Я никогда не думал... — Это не ваша вина. — Нет, моя. Я должен был настоять на дальнейших проверках. — Послушайте... вы—доктор... вы кое-что знаете и слышите. Что вы можете сказать о положении с рынком наркотиков в этом районе? — О, черт, такое случается в любом городе мира. — Но я говорю об этом городе. — Я лечил нескольких,— сказал он. — Подростков... до двадцати лет? — Нет. Только взрослых. Они попали ко мне через по¬ лицию. — Где они брали наркотики? Карлсон отрицательно покачал головой. — Предположительно? — Импортируют,— ответил он.— Ни одного случая похищения. Я интересовался несколько раз. Послушай¬ 224
те... вы сможете найти что-нибудь наверняка только там. где есть большие деньги. — Я все это знаю. — И вы знаете, что по некоторым причинам специали¬ сты имеют тягу к наркотикам? Они принимают порцию, чтобы поддержать себя, компенсировать недосыпание, не¬ хватку еды, душевное расстройство. Вы об этом знаете?.. — Да, это я тоже знаю,— сказал я и добавил: — Вы случайно не один из них? — Нет. Я — нет. — Как вы думаете, может Агронски остаться нарко¬ маном? — Шансы у него слишком большие. Если он не станет принимать наркотики после лечения, то все будет в поряд¬ ке, если же вновь попробует, то станет прогрессирующим наркоманом. Я все же думаю, у него хватит ума не делать этого. — Это болезнь, доктор,— сказал я с симпатией.— Еще не найдено радикальное средство от обычной простуды, так что не вините себя. Это не вы сделали. Он имел ее в се¬ бе все время, даже не зная о ней. — Сложный человек. — Я могу назвать вам несколько известных имен. Вы будете удивлены, но все эти люди колются. — Не стоит. — Спасибо за информацию,— сказал я. Он ничего мне не ответил. Полиция получила заключение по пистолету 38-го ка¬ либра, из которого стреляли прошлой ночъкх Баллисти¬ ческая экспертиза ничего не дала, ничего не нашли и на земле вокруг мастерской. Предположительно, это был ре¬ вольвер, поскольку не обнаружили гильз. Сообщение о случившемся было на первой странице местной газеты. Предполагалось, что предпринята еще одна попытка ограбления, прерванная в этот раз самим Бостером и его другом, появившимися в дверях и испугавшими граби¬ теля. Короткое сообщение об этом происшествии попало также в прессу Майами, и о нем упомянули в теленово¬ стях. Я въехал на территорию мотеля, припарковал машину на ее прежнее место, как раз над передатчиком, лежавшим на земле, и прикрепил устройство на днище бензобака, за¬ тем закрепил взрывчатку и прошел в офис. 8 Заказ 1828 225
Управляющий встретил меня улыбкой. — Были звонки? — Нет, сэр. — Кто-нибудь спрашивал меня? — Нет, сэр, ни одна душа. Хороший был у вас день? — Удачный,— ответил я. — Оставите вторую комнату на сегодняшнюю ночь? Я положил деньги на стол. — Да, я бы хотел. Он взял деньги, передав мне сдачу и квитанцию. Я вышел на воздух и, стоя в сумерках, осмотрел маши¬ ну. «Они должны бы уже начать интересоваться»,— подумал я, пытаясь представить себе их мысли. Этот передатчик был прикреплен клейкой лентой и вполне мог отвалиться. Кроме того, всегда есть вероятность, что не сработала из-за плохого контакта взрывчатка. Я освобо¬ дил передатчик и положил его на песчаный суглинок под автомобилем, затем поменял провода на взрывчатке так, как мне было нужно. В это время в ворота въехал автомобиль с молодой па¬ рочкой, сидящей на первом сиденье, на боку автомобиля мелом было написано крупными буквами «Только что по¬ женились». Я проверил места слева и справа от своей ав¬ томашины, затем пошел в офис и зарегистрировал их на свое имя, заплатив положенную сумму. Я становился са¬ мым выгодным клиентом для этого мотеля. Молодожены взяли комнату в дальнем конце, все время хихикая, и управляющий недвусмысленно подмигнул мне, рас¬ смеявшись, когда я выходил. Может быть, у них будет ночь, которую они запомнят По крайней мере, здесь не будет никого, кто бы мог при¬ чинить им вред. И только мир не был защищен от разру¬ шения. Телефон зазвонил в тот момент, когда я входил в свою комнату. Я узнал голос, но все равно спросил пароль, и Дейв Элрой дал мне верный отзыв. — Прибыл час назад, Тайгер. Я в «Морском утесе», комната номер десять. Что-нибудь нужно сделать? — Да, проверь этот город и посмотри, сможешь ли ты найти наркотики, в основном,' героин. Постарайся выяс¬ нить, был ли Агронски покупателем. — Есть какие-то предпосылки к этому? — И даже очень много,— сказал я ему,— он стал нар¬ команом в госпитале. Хотя он и прошел курс лечения, но 226
находился в нервном напряжении и наверняка снова стал принимать наркотики. Он делал это достаточно регуляр¬ но, и может случиться, ты найдешь его поставщика. Я хо¬ чу быть уверенным. Проверь, делал ли он большие по¬ купки. — Прежде чем уехать? — Правильно. Постарайся установить даты. — Хорошо, я сделаю. — У тебя есть информация по этому району? — спросил я. — Нет еще, но я знаю, кто может мне помочь. Тай¬ гер... — Что? — Становится жарковато. Хал Рэндольф выходит из себя в Нью-Йорке. Они хотят, чтобы ты отчитался перед ними. — Да ну их к черту! — Специалисты практически разобрали всю систему контроля и до сих пор ничего не нашли. Некоторые на¬ стаивают на том, что этого не могло быть сделано, и при¬ зывают прекратить поиски. — Идиоты. — Они, конечно, не прекратят искать,— сказал он.— Слишком большой риск. — Что слышно о Найдже Хопесе? — Ничего. Грейди обратился во все места и нажал все кнопки. Мы по-прежнему не знаем его в лицо. Джонсон передал из Лондона еще одну информацию о нем. Воз¬ можно, Хопес прихрамывает, но это только предполо¬ жение. Пока держи в памяти, что у него хронический насморк и он шмыгает носом. — Хорошо, буду помнить. — Наконец, слушай последнее. Джонсон сказал, что он использует в качестве лекарства болатрин, который в Штатах не продается. У нас в продаже его аналоги, практически одно и то же. Я справился у Эрни Бентли, и он узнал, что только одна фирма выпускает баллончики с этим ингалятором под названием «Безекс». — Ладно, хорошо. Позвони мне, если раскопаете что- нибудь еще. — Будет сделано. Ну все, пока. ' Я положил трубку и включил телевизор. Лежа на кро¬ вати в темноте, я просмотрел окончание какого-то вестер¬ на, затем переключил программу на новости, где сообщи¬ 227
ли, что стрелявший у мастерской Клода Бостера еще не найден. На этом я закрыл глаза и лежал, отдыхая, в тем¬ ноте. Никто не беспокоил меня. Ночь покрыла все мерт¬ вой тишиной, она наступает, когда маленький городок от¬ ходит ко сну и замирает движение автомашин, и лишь из¬ редка нарушается шумом проходящего по трассе грузо¬ вика. Но я был неправ. Кто-то ждал слишком долго и не мог понять, почему ожидаемое не произошло. Он не хотел краснеть за плохо выполненную работу и нести ответственность. Он решил проверить: нашел передатчик на земле и, думая, что тот отвалился от тепла и вибрации, поставил на место. Затем убедился, что динамитные шашки на месте, там, где они должны быть. После этого он проверил провода и пока¬ чал каждый, проверяя контакт. Он так аккуратно смонти¬ ровал их прошлой ночью, все провода показались ему на¬ дежно прикрепленными, пока он не дотронулся до послед¬ него провода, который я прикрепил так, что от легкого прикосновения произойдет взрыв. Автомобиль и человек превратятся в месиво и опадут, покрыв собой то про¬ странство, которое я зарезервировал по обеим сторонам от автомобиля. Грохот взрыва был ужасен, мощный, рокочущий звук сразу охватил все пространство мотеля, разом вспыхнув ярким солнечным светом, затем замер, не оставив эха. Послышался звук падающих на землю предметов. Напря¬ женную тишину разорвал женский крик, который все на¬ растал, пока у кричавшей не перехватило дыхание. Я выскочил за дверь и подбежал к месту самым пер¬ вым, осматривая дымящиеся обломки. Появился управ¬ ляющий с выражением недоумения и растерянности на лице. — Что... Что произошло? — Идите и позвоните в полицию. Поторопите их. За¬ тем возвращайтесь и никого не пускайте сюда. Он посмотрел на меня отсутствующим взглядом, тяжело сглотнул, и поторопился назад, нервно огляды¬ ваясь на место взрыва. Но кто-то уже опередил его. С во¬ сточной стороны города раздался нарастающий вой си¬ рен, потом и с другой стороны к нему присоединился та¬ кой же. Любопытные стали уже осторожно появляться с разных сторон, хотя в воздухе еще стояло небольшое облако пыли и дыма после взрыва 228
От автомобиля практически ничего не осталось, к очень мало от здания, которое приняло на себя удар взрывной волны и не дало распространиться взрыву даль¬ ше. Окровавленные куски блестели на металлических ча¬ стях автомобиля, а большие части тела лежали с левой стороны на каменных обломках. Одну часть тела можно было определить, это была кисть руки. Она лежала ладонью вверх и казалась еще живой. Рядом валялись осколки стекла. Я взял один из них, покрупней, вытер его тщательно носовым платком и, взяв руку; приложил пальцы к стеклу. Затем закинул ее подальше в кусты, а стекло положил в карман. Когда я во¬ шел в офис, управляющий все еще был невменяем и никак не мог управиться с телефоном. Он даже не заметил, как я зашел за барьер и, порывшись в бумагах, нашел пакет с открытками видов мыса Кеннеди, вынул стекло, засунул его между открытками, запечатал пакет, написал адрес Эрни Бентли и поставил штамп для утренней почты из мотеля. Эрни должен понять, что это значит. У меня оставалось несколько минут, чтобы сделать еще одно важное дело. Я быстро прошел в свою первую комнату, отстегнул пистолет, достал из чемодана коробку с патронами и засунул все это за решетку вентиляции кон¬ диционера под потолком. Как бы ни сложилось, я не хо¬ тел, чтобы конфисковывали мое оружие. Капитан Хардекер лично прибыл на место' на своей машине, за ним следовали две полицейские патрульные ма¬ шины и две пожарные. Собралось не так уж много наро¬ да. чтобы возникли какие-либо трудности с контролем над толпой, и через несколько минут полиции удалось расчистить место, удалив всех, кто не имел к мотелю ни¬ какого отношения. Пожарная команда была оперативна в своих дей¬ ствиях, она моментально разобралась в ситуации, прове¬ рила местность, ища на всякий случай, возможно, неразо- рвавшийся динамит, готовая в любую минуту принять не¬ обходимые меры. Но как всегда при таком сильном взры¬ ве, все сгорело, и обломки металла, дымящиеся куски де¬ рева и обивки, части тела были разбросаны в разные сто¬ роны. Пожарники все собрали, стараясь при этом отде¬ лить части человеческого тела. . Мы сидели в офисе с Хардекером, удалив по этому случаю управляющего и дав ему для успокоения бокал ви¬ ски. Хардекер развалился в кресле и сквозь синий сигар¬ 229
ный дым внимательно рассматривал меня, пока я расска¬ зывал ему, что снял две комнаты и места по обеим сторо¬ нам моего автомобиля, так как кто-то за мной охотился, но я не знаю, почему они хотят избавиться от меня. Когда я закончил говорить, он сказал: — Хорошо, эта история звучит более или менее прав¬ доподобно, но, между нами говоря, она не имеет смысла. Знаете, как она выглядит с моей точки зрения? — Скажите. — Примерно так. Вы лично запарковали свой автомо¬ биль и дополнительно взяли еще два места по его сторо¬ нам, чтобы никто больше не пострадал, когда автомо¬ биль взорвется. Я согласился с его высказыванием, но заметил: — Это так, но есть одно соображение. — Да? Какое же? — Когда кто-нибудь ставит мину в автомобиль, он рассчитывает, что она сработает, когда включат зажига¬ ние. Я не поворачивал ключ, следовательно, возможно, одно из двух. Автомобиль был заминирован, а его хотели угнать, либо тот, кто ставил взрывчатку, подорвал себя во время установки. — Я могу придумать еще вариант,— произнес Хар- декер. Теперь уже я сказал: — Да?! — Вы заминировали автомобиль и ждали, пока кто- то не сядет в него. — Это было бы слишком ловко, не так ли? Посмотри¬ те на меня. .— Да, всеми этими вещами занимаются как правило не очень находчивые ребята. Нет, не нравится мне ваша история. Кроме того, есть кое-что еще. — И что же? — Вы не выглядите испуганным. Вас должно было бы всего трясти, а вы даже не вспотели. Вы действуете так, будто это случается вокруг вас каждый день. — Просто у меня крепкие нервы. Он ухмыльнулся и посмотрел на входящего почтальо¬ на, который забрал несколько писем, в том числе и мой пакет, и положил их в свою сумку. Я почувствовал себя легче. — Опять что-то произошло? — спросил почтальон Хардекера. 230
— Да, каждый день,— сказал капитан,— не одно, так другое. При выходе почтальон столкнулся у двери с полицей¬ ским, разговаривавшим с пожарником и рассматривав¬ шим содержимое целлофанового пакета, который тот держал в руках. Полицейский вошел со словами: — Капитан, здесь есть несколько частей, которые мо¬ жно идентифицировать, по крайней мере, зубы... Еще не найдены остатки одежды или какие-либо документы. Хардекер молча кивнул, попыхивая сигарой. — Направьте зубы в лабораторию, пусть их посмо¬ трят. Мы выясним, кто был этот парень.— Он взглянул на меня, затушил сигару и окурок положил в нагрудный кар¬ ман.— Что касается вас, то мы возьмем отпечатки ваших пальцев и постараемся выяснить все, не возражаете? — Вовсе нет. — Конечно, если вы не выложите нам все начистоту. — Мне нечего добавить, капитан. — Тогда пойдемте.— Он встал, направился к двери и повернулся, ожидая меня. Прежде чем я успел усесться на заднее сиденье в маши¬ ну капитана, к нам подошел водитель одной из патруль¬ ных машин, нагнулся к капитану и похлопал меня по пле¬ чу. — Мистер, это вы были вместе с Бостером, когда в не¬ го стреляли, не так ли? Я узнал вас. Не было никакого смысла отрицать это. — Да, верно. Хардекер повернулся и уставился на меня. — Это правда, мистер? — Да, я был там. — В таком случае нам есть о чем поговорить, вам не кажется? — Да не особенно. Капитан посмотрел на меня и приказал полицейскому: — Следуйте за нами, Пит, затем поезжайте за Босте¬ ром. Может быть, вместе они что-нибудь нам и скажут. Что вы нашли в его комнате? — Ничего. Только одежда. Он чист. Хардекер одарил меня одной из своих ехидных улы¬ бок. — У вас нет оружия при себе, не так ли? — Самое время спросить об этом. Нет, у меня нет оружия. 231
Он немного замешкался, закашлял и произнес: — Не беспокойтесь, я бы сразу догадался, если бы вы имели его. У меня просто нюх на оружие. Поскольку мне показалось, что он не совсем уверенно чувствовал себя, я тоже откашлялся и сказал: — Я в общем-то и не нуждаюсь в нем. — Хо-хо! — Хардекер посмотрел на меня с любопыт¬ ством, словно впервые увидел, и улыбка исчезла с его ли¬ ца. Он включил зажигание, скорость, и автомобиль рва¬ нулся вперед. Я позволил им провести меня через все обычные про¬ цедуры: занесение моих данных в картотеку, отпечатки пальцев и прочее. Затем меня провели в комнату, где про¬ водились допросы, предложили сигарету и усадили за стол напротив Хардекера. Тот самый полицейский, Пит, вошел в комнату и доложил, что Клода Бостера не оказа¬ лось дома и он никому не сказал, куда поехал и когда вер¬ нется. Хардекер попросил его периодически проверять, не появится ли Бостер, и доставить его в участок. Удобно усевшись и положив руки на колени, он посмо¬ трел мне прямо в глаза и сказал: — Теперь я знаю, что здесь все не так просто, мис¬ тер э... — Менн — мое настоящее имя,— улыбнулся я. — Знаете, в большинстве случаев люди начинают кри¬ чать, что им нужен адвокат, или пытаются позвонить кое- кому и обвинить нас, что мы нарушаем их права. Ну, всякое такое, вы знаете? — Я знаю. — Тогда почему вы не делаете этого? — Зачем? — Вы, может, что-нибудь скрываете? — А может, и нет. — Я думаю, что все гораздо серьезней. — Возможно. — Знаете,— сказал он,— если бы вы возражали, мы не имели бы права снимать у вас отпечатки пальцев.— Он облокотился, подперев подбородок ладонями.— Это не¬ сколько странно, вам не кажется? — У меня и раньше брали отпечатки пальцев. — Без сомнения. Итак, вы тянете время. Я бы хотел знать — почему? — Проще вести себя так, чем пускаться в пространные объяснения. 232
— А проще будет, если я запру вас до выяснения всех обстоятельств случившегося? — Не имеет значения,— сказал я легко,—делайте что хотите. — Тогда давайте попробуем,— предложил он. Тюрьма была чистой и современной. Окно опрятной камеры выходило на юг, и лучи солнца яркими полосами рассекали ее. — В любое время, если вы захотите говорить,— напомнил мне Хардекер,— я буду наверху. Я предчув¬ ствую очень интересный разговор, мистер Менн. Репорте¬ ры также. В нашем городе давно не было ничего подобно¬ го. Уже поползли слухи и разные предположения. — Я дам вам знать,— сказал я, сел на скамью и зажег окурок. Дверь захлопнулась, они ушли. Я должен был ждать. Это все, что я мог сделать. Хорошо, что им не удалось отыскать Клода Бостера. Если бы его доставили в участок и он рассказал о Луи Агронски, все бы полетело сразу к черту. Я посмотрел на часы. Было около двух часов, я был голоден. Может быть, Агронски тоже испытывал голод, но не из-за отсутствия пищи, а чего-то более важного для него, что он должен вводить в свои вены, дабы получить то, в чем он так сильно нуждался. Все события стали сейчас приобретать смысл. Доктор Карлсон обнаружил это, не зная причины, отнеся случившееся насчет особенности на¬ туры Агронски. На самом деле Агронски уже давно был наркоманом. Он не мог обходиться без доз, даже после лечения, и нашел себе источник приобретения наркотиков. Да, все было именно так. Под влиянием больших доз героина все его страхи, крушение надежд вышли наружу, но он полагал, что у него хватит сил избавиться от них са¬ мому. Видимо, он обмолвился кому-то о своем недуге, или кто-то угадал в нем наркомана, этот факт был зафик¬ сирован в делах Советской разведки, и дожидался своего часа. Агронски полностью исчерпал свои финансы, чтобы покупать наркотики, все продал и дошел до того, что ни¬ чего не осталось для продажи... кроме одного. И Советы предложили ему цену. Одного килограмма тщательно из¬ готовленного. героина ему могло хватить на долгое время, очень долгое. Это было весьма соблазнительным предложением. Но возникает вопрос—было это сплани¬ ровано или возникло спонтанно? 233
Вместе с ужином мне принесли вечерние газеты, и я по¬ лучил возможность увидеть фотографии разрушений в мотеле и имя мистера Т. Марвина, имя, под которым я там зарегистрировался. Я посмеялся над этим, потому что Хардекер оказался слишком осторожным с тем, в чем не был уверен. Всегда можно в дальнейшем исправить ошибку, подобную этой... если только какой-нибудь до¬ тошный репортер не поверит и захочет лично заглянуть' в полицейский отчет. Сообщение носило больше описа¬ тельный, чем информационный характер, и давало толь¬ ко несколько относящихся к делу деталей. Личность убито¬ го взрывом еще не была установлена, также не были ука¬ заны мотивы, а я был упомянут в качестве задержанного для допроса. В десять часов вечера полицейский спустился вниз и открыл дверь. — К вам посетитель, мистер Менн. — Кто? — Говорит, что он ваш друг, Дейв Элрой. — Хорошо.— Я встал и последовал за полицейским по коридору, а затем вверх, в главное здание. Меня ввели в комнату, где сидел Дейв с'широкой улыбкой на лице. Полицейский оставил дверь открытой и остался стоять с рассеянным видом, но стараясь все рас¬ слышать и понять. — Привет, Дейв. — Подожди, пока ребята на заводе услышат об этом. Как твои дела? — Великолепно. Прекрасная комната с видом на мо¬ ре.— Я осмотрел помещение, без особого труда обнару¬ жив два миниатюрных микрофона, и указал на них глаза¬ ми. Дейв увидел их еще до меня, согласно кивнул и пред¬ ложил мне сигарету. Я спросил: — Зачем ты пришел? — Зачем может прийти друг? Хочешь выйти отсюда? — Нет. Я мог бы внести залог и сам. — Ты, как всегда, несговорчив. Кто взорвал машину? — Хотели покончить со мной. Какой-то псих. — Все разговоры только об этом. Что-нибудь тебе ну¬ жно? — Ничего. — Тогда незачем быть рядом с тобой. — Как твои дела, Дейв? — спросил я как бы между прочим. 234
— Прекрасно. Мои старые клиенты сохранились и за¬ вели новые связи, по ним хорошо платят. Это девственная территория для коммерсанта. Тебе даже не нужно беспо¬ коиться о продаже, клиенты сами находят тебя, чтобы ку¬ пить товар. Один парень был таким, хорошим клиентом, что спустил большую партию товара почти мгновенно. Но должен был уехать, так как не смог больше найти то¬ вар. Его поприжали. Одна большая компания начала да¬ вить на ребят, он оказался отрезанным и должен был иметь дело только с ней, а парням пришлось перерезать себе глотку. Бизнес бывает иногда жестоким. Несмотря на антитрестовские и антимонопольные законы они все еще продают товар. Я кивнул. Дейв поднялся и потянулся. — Я буду поблизости, если тебе понадобится что- нибудь. Звони мне иногда. Я поговорю с капитаном на обратном пути. Он, кажется, хороший парень. — Неплохой. Очень терпеливый. — Он может себе это позволить,— сказал Дейв. — Я тоже. Когда Дейв ушел, полицейский отвел меня обратно в камеру, запер ее, а через десять минут автоматически за¬ жегся свет. Часом позже пара пьяниц была помещена в камеру правее моей, а перед рассветом посадили двух лохматых подростков, устроивших подобие демонстрации возле военного объекта. Их надо было бы послать на пару не¬ дель повоевать в джунглях. Завтрак подали в шесть утра, а в восемь явился Харде- кер. Он спустился один, сам открыл камеру и кивнул мне, чтобы я выходил. Я взял пальто и шляпу, потом получил свои личные вещи, лежавшие в большом конверте, и расписался в их получении. Хардекер дал мне время все разложить по карманам и сказал: — Пройдемте. Он закрыл дверь и сел, лицо его было мрачным, а гла¬ за смотрели настороженно. — Вы могли бы и сказать, Менн. — Сказать что? — Кто вы есть на самом деле. Я мог бы просто прове¬ 235
рить, вместо того, чтобы совать голову в эту чертову пет¬ лю. — Так что? — Была небольшая задержка с ответом на ваши отпе¬ чатки пальцев. Затем заработал телетайп, и меня пригла¬ сили переговорить по телефону с Вашингтоном. Люди толпились за моей спиной, пытаясь выяснить, что проис¬ ходит, почему звонят из Вашингтона, поэтому я мог сооб¬ щить только детали событий, и этого было достаточно Я получил указание вас выпустить, держать язык за зуба¬ ми и дать вам возможность действовать так, как вы сочте¬ те нужным, независимо ни от каких обстоятельств.— Он сделал паузу и сжал губы.—Кто вы, черт возьми, такой? — Просто человек, капитан. — Большой человек? — Да, именно. — А подробнее? — спросил он серьезно — Если я скажу вам, вы мне не поверите. — А если предположить, что я поверю? — Тогда вы будете жалеть о том, что я вам сказал. Вы уже не сможете спать Спокойно и не думать о конце. — О каком конце? Я посмотрел на солнечный свет, льющийся в комнату через окно, и сказал: — О конце вот этого мира. Он помолчал несколько секунд вокруг его глаз обо¬ значились морщины. — Безумие,— выдохнул он.— Я готов помогать вам во всем. — Забудьте эту историю. Для прессы вы дадите ин¬ формацию, что парень, который взорвался, был психиче¬ ски ненормален и раньше уже проделывал похожие штуч¬ ки. Ему не нужны были мотивы... ну и что-нибудь вроде помешательства на огне. Хардекер посмотрел вниз на свои руки. — О’кей, это сойдет до тех пор, пока не установят лич¬ ность погибшего и какой-нибудь репортер не узнает о ре¬ зультатах идентификации. Вы знаете, кто он был? — Нет. — Что еще? — Забудьте про Клода Бостера. Не связывайте нас. Это были совершенно разные случаи. — Лично для меня скажите, они были связаны между собой? 236
— Я не знаю. Полагаю, что да, но не уверен. — Черт с ним,— бросил он.— Какую подоплеку имеет эта история? — Международную, капитан. Мы не покушались на ваши полномочия, нам нужна помощь. Поэтому я пред¬ почел провести ночь в камере, а не открыться. Как я ска¬ зал, это проще. — Не для моих нервов, Мени. Где вы остановитесь?.. Пока вы здесь... я думаю, эти люди не оставят вас в покое. Я полагаю, вы у нас не задержитесь. — Я останусь на прежнем месте,— ответил я ему,— оно ничем не хуже других. Глава VIII Управляющий мотелем был бы рад не видеть меня, если бы не телеграфный перевод, который он получил от Грейди. Перечисленная сумма не только полностью по¬ крывала все разрушения, произведенные взрывом, но на остаток можно было значительно расширить мотель, по¬ строив новое крыло. Дейв Элрой тоже постарался все устроить к моему освобождению и почти не спал всю ночь. Дейв даже арендовал для меня у той же фирмы но¬ вый автомобиль, уладив с ней все дела. Сейчас он стоял возле домика администрации мотеля. Бригада рабочих заканчивала уборку территории по¬ сле взрыва. Я внимательно посмотрел, где они убирались, и, немного отойдя в сторону, направился в те кусты, куда я бросил руку. Она по-прежнему лежала там, с немного сжатыми, как будто хотевшими удержать воздух, пальца¬ ми. Интересно, много ли эта рука убила людей, прежде чем стать просто обрубком, валяющимся здесь в траве. Я взглянул еще раз и пошел к своему номеру. Пистолет был на месте, чуть покрытый пылью, прино¬ симой вентиляцией. Я вытащил его, разобрал, тщательно прочистил каждую деталь, потом собрал и пристроил па обычное место. Затем прилег на кровать и потянулся за телефоном. Клод Востер еще не вернулся к себе домой, хотя он звонил и сказал своей экономке, что, возможно, будет дома вечером. У Винсента Смолла к телефону ник¬ то не подходил. Я решил оставаться на месте и ждать. Примерно часом позже позвонил Дейв Элрой и сказал, 237
что хочет видеть меня, предложив встретиться в баре «Ро¬ за» через пятнадцать минут. Это было небольшое заведение, построенное для об¬ служивания рабочих бригад, занятых в космическом про¬ екте. Некое подобие сочетания бара и ресторана. Бар не¬ сколько раз перестраивался, оставаясь на достаточно при¬ митивном уровне, но с большим количеством спиртных напитков в расчете на способности временных рабочих. Дейв сидел за столиком в самом конце, откуда он мог наблюдать за происходящим в баре. Кроме того, столик стоял у окна, и можно было видеть, что происходит на улице. Я подошел, сел напротив Дейва и заказал, как и он, пиво. — Привет, тюремная пташка,— сострил он. — Замолкни. Дейв рассмеялся и глотнул пива. — Скажи-ка, Тайгер, почему ты раньше не пришил этого парня, который хотел взорвать тебя. — Он оказался достаточно ловким, чтобы не попа¬ сться мне на глаза. Кроме того, убери я его, подключился бы еще кто-нибудь. По крайней мере, в этот раз мы рас¬ правились с одним убийцей и получили возможность определить, кто он такой. Дейв вопросительно поднял брови. — Я нашел его оторванную руку и снял отпечатки па¬ льцев. Никто другой этого не сделал. Я сегодня жду ново¬ стей по этому поводу от Эрни. — Толково, Тайгер, толково. Извини меня за дурац¬ кие вопросы. — А что у тебя? Расскажи поподробней о том, на что ты намекал в тюрьме. Дейв выпил все пиво и подал знак официанту принести еще порцию. — Я обнаружил, что наркотики здесь распростра¬ няют, с этим все в порядке. Не так много, но достаточно, чтобы снабжать пару дюжин клиентов. Один здешний па¬ рень занимался этим, получая товар от оптовика в Майа¬ ми. Потом он передал свое дело другому... этого малого они зовут Фиш. Ничего больше. Просто Фиш. Он поста¬ вил дело' шире: нашел новых клиентов и увеличил дозы прежних. Сейчас я расскажу тебе самое интересное. Этот малый снабжал наркотиками и Агронски. Это подтверди¬ ли два других его клиента, которые узнали Агронски по фотографии. Они несколько раз видели, как те встреча¬ 238
лись, а один из них признался, что продал немного товара Агронски, когда тот сказал, что больше нигде не может найти. Я думаю, что Фиш специально обрабатывал Агронски, продавал ему чрезвычайно чистый порошок, и малыми дозами тот не мог достичь желаемого. Он был посажен на сильные дозы и все время должен был их полу¬ чать. И вдруг совершенно неожиданно Фиш пропадает. Агронски был вне себя. Он использовал все свои запасы, все подчистую, и ничего не мог здесь достать. Я поднял стакан и отхлебнул немного пива, его вкус показался мне странным. Я посмотрел на стакан и увидел след от губной помады по его краю. Я попросил официан¬ та забрать этот стакан и принести свежего пива в чистом стакане. — Они упустили время,— сказал я. — Что? — Агронски не мог ждать. Он нуждался в дозах гораз¬ до сильнее, чем они предполагали, а возможно, он кому- то уступил часть своих запасов, поэтому наркотики закон¬ чились у него раньше, чем они рассчитывали. — Так оно и есть,— подтвердил Дейв.— Поэтому-то в Нью-Йорке и был заготовлен килограмм героина. Они думали, что Аргонски направится туда, и собирались там ему передать. — Думаю, у него не было бы проблем достать нарко¬ тик в городе,— заметил я. Конечно, нет. Эти парни всегда находят, где достать. Вопрос в том, чем он собирался расплачиваться. Такая порция стоит уйму денег. — Это как раз меня и интересует. Ты знаешь что- нибудь о местечке Мирт Бич? Дейв хлопнул ладонью по столу и, посмотрев на меня, ответил: — Мертвое место. Там ничего нет. Если он и продал там свой автомобиль, так для того, чтобы уехать из этого места куда-нибудь еще. Там не замечено и намека на тор¬ говлю наркотиками. Если считать, что Агронски потре¬ блял нормальные дозы, то у него должно было быть еще достаточно героина. Возможно, с автомобилем было что- нибудь не в порядке, и он просто продал его, чтобы не за¬ стрять на дороге. — Возможно. — Так что мне делать? — Попробуй разыскать Фиша,— посоветовал я ему.— 239
Он сейчас ключевая фигура, от него можно размотать все дальше. — Черт, он довольно давно сошел со сцены. — Так ты постарайся его вернуть. — Хорошо, ты — шеф. — Я собираюсь остановиться теперь в мотеле «Песча¬ ные дюны». Становится горячо, и мне нужно менять ме¬ ста. Я зарегистрируюсь под именем Геррити. Т. Геррити из Майами. — Я понял. — Если меня там не будет, передашь, где тебя можно найти. Пароль остается прежним. — Ты думаешь, могут быть неприятности? — До черта. Я поднялся, положил доллар на стол, попрощался с Дейвом и вышел. Если Фиш поблизости, то Дейв его скоро найдет. Но может случиться, что Фиша уже нет. Выходя, я посмотрел на небо. Один из знаменитых флоридских ураганов надвигался на город, и свинцовые тучи летели по небу, подгоняемые ветром, приносящим запах близкого ливня. Перейдя дорогу, я подошел к автомобилю и подумал, что природа готова смыть все следы крови. Затем сел в ав¬ томобиль и, сорвавшись с места, поехал к дому Клода Бо- стера. Возле его дома стояла полицейская машина, и во¬ дитель мирно беседовал с парнем в униформе, которому было поручено наблюдать за домом. Дверь гаража была Открыта, и я увидел, что оба места для стоянки пусты. Я не стал останавливаться и направился, повернув за угол, к дому Винсента Смолла. Там тоже никого не было, мне ничего не оставалось делать, как вернуться, в мотель. Дождь начался, когда я вышел из машины. Я едва успел заскочить в номер, и он ливанул как из ведра. Телефон зазвонил в тот момент, когда я закрывал дверь, поворачивая ручку. Я только поднял трубку и сра¬ зу услышал голос Эрни Бентли, назвавшего свой код. — Мы можем говорить? — Давай, Эрни. — Я получил заключение по отпечаткам пальцев на том стекле. Это Генри Фрэнк, возраст пятьдесят два года, гражданин Австрии, рост пять футов одиннадцать дюй¬ мов, шатен, татуировка на груди... — Есть хоть какие-то фотографии? — прервал я его. — Обычная фотография на паспорт. 240
— Пошли ее по фототелеграфу в местное отделение полиции немедленно. Передай на предмет розыска про¬ павшего без вести. Эрни закашлялся и сказал: — Парень, ты начинаешь работать, как в полиции, ле¬ гально. Может, ты уже и бляху нацепил? Я не обратил внимания на его сарказм. — Что еще? — Есть подозрение, что он имеет связи с коммуниста¬ ми, данные на него пришли из нашей картотеки. Тебе ну¬ жен подробный материал на него? — Нет.— Я посмотрел на себя в зеркало над туалет¬ ным столиком. Имя Генри Фрэнка отозвалось в моей па¬ мяти, где-то я его встречал, но где? Я стал напряженно вспоминать.— Кто прорабатывал следы? — Проверял отпечатки? Не волнуйся... Чарли Корби- нет сам распорядился. Послушай, за что, черт возьми, ты там зацепился? — Хотел бы я сам знать.— Я немного помолчал, сно¬ ва взглянул на себя в зеркало и спросил: — Особая деталь, Эрни. Сколько у нас серьезных производителей микро¬ компонентов? — Пять. Все очень солидные. — Послушай, для них работы Агронски представляли бы интерес? — Еще какой. — Свяжись с ними прямо сейчас и разузнай, не мог ли он продать что-нибудь одному из них. Они могут не захо¬ теть говорить, опасаясь лицензионного контроля и про¬ чее, но ты нажми на них, как ты это умеешь. Скажи, что им ничего не будет, они останутся чистыми. Сделай все что угодно, но выясни. — Я постараюсь. Тайгер. Я думаю, они легко загово¬ рят. — Если будет необходимо, подключи Мартина Грей¬ ди. Он сумеет выколотить из них все, что нужно. — Думаю, я обойдусь сам,—сказал он мне.— Между прочим, совсем недавно пришла новая информация о Найд же Хопесе. Он гоняется за одним сухим ингалято¬ ром, который называется «Безекс». Изготавливается в За¬ падной Германии и импортируется нами. Стоит один дол¬ лар девяносто восемь центов и расходится быстро. Не¬ большая часть его продается через государственную сеть, а большинство реализуется через частные магазины в тех 241
районах, где распространена эта болезнь. Мартин Грейди проверил все места, где может продаваться это лекарство, ближайшее к тебе — Майами. Я послал тебе упаковку из двенадцати штук, можешь ее использовать для при¬ манки Хопеса. — Эрни, послушай... — Ты получишь две штуки в отдельных коробоч¬ ках,— продолжил он.— Не вздумай пользоваться ими. Они очень похожи на настоящие и так же упакованы, но стоит тебе отвинтить крышку и вдохнуть, как жить оста¬ нется две секунды. Будь осторожен. А фото я вышлю прямо сейчас. — Поспеши. — Хорошо. Береги себя. Я положил трубку и задумался. Генри Фрэнк. Это имя казалось мне знакомым. Я пытался вспомнить, где его встречал. Наконец, вспомнил. Генри Фрэнк был одним из тех, на кого Даг Гамильтон дал неудовлетворительное за¬ ключение в Вашингтон. В свое время он пытался получить работу на «Белт-Эйр Электронике Корпорейшн», а Га¬ мильтон, проверив его, дал заключение р неблагонадеж¬ ности. Я схватил телефон и набрал номер Рондины в Нью- Йорке. После тринадцати длинных гудков положил труб¬ ку, потом позвонил в Ньюаркский контрольный центр. Верджил выслушал мой пароль и сказал: — Говори, Тайгер. — Попробуй связаться с Рондиной. Скажи ей, чтобы она никем больше не занималась, кроме Генри Фрэнка. У нее на руках все неудовлетворительные заключения Га¬ мильтона, и она знает, что делать. Если ей удастся что- нибудь узнать, пусть свяжется со мной по этому телефону. В противном случае пусть остается на месте, пока я ей не позвоню сам. — Ясно. — Эрни достал фотографию Фрэнка и высылает мне. Надо сделать копии и распространить их по всему городу Фрэнк продавал наркотики здесь, в городе, но по зада¬ нию, а не для бизнеса. Нужно проверить, может, нам удастся выйти на его связи. — Что с ним делать? — Ничего. Он мертв. Я хочу знать его партнеров. Он—только часть машины, которая работает против нас, но он единственный, через кого мы можем выйти на 242
прямой контакт, если обнаружим его связи. Его отпечатки числились в центральной картотеке в Вашингтоне, но не в полиции, по этой части он был чист. Это сообщил мне Эрни. — Хорошо. Тайгер, следующая связь завтра. Времени хватит? — Нет. Я хочу попытаться прощупать еще пару на¬ правлений. — Проинформируй нас. — Хорошо. Я положил трубку, чтобы разъединить линию, затем поднял ее и попросил оператора соединить меня с «Белт- Эйр Электронике Корпорейшн», дав номер телефона фир¬ мы. Девушка на станции спросила мое имя и соединила с секретарем Камиллы Хант, а через несколько секунд я услышал голос Камиллы: — Привет, муха. — Привет, детка. — Ты заставляешь меня ждать. — Только не тебя, хмилая. Ты никого не ожидаешь. Она рассмеялась приятным низким голосом. — По совершенно непонятной причине я ожидала тебя. Считай это признанием, я не очень-то люблю их де¬ лать. — Муха — не такой уж деликатес,— заметил я. — Да, но ты сказал, что ты роющая оса. Они повкус¬ ней. — Да брось ты... Она рассмеялась опять. — Слушай... ты .позвонил мне по делу или... для удо¬ вольствия? — По делу. — Черт. Теперь я ухмыльнулся в трубку. — Пожалуйста, сладость моя. Окажи мне услугу. Проверь быстренько в своих бумагах, что у тебя есть на Генри Фрэнка. Он обращался к вам за работой, но по за¬ ключению Гамильтона не был принят. — Фрэнк, Фрэнк,— повторила она.— Подожди секун¬ ду. Я не думаю, что у меня что-то есть.—Я услышал звук выдвигаемого ящика и шелест перебираемых листов, затем она сказала: — Помнишь, я говорила тебе, что де¬ лаю свои заметки, когда веду беседы с людьми? — Да, конечно. 243
— Так вот, он был одним из тех, с кем я говорила. У меня сохранились замечания о нем, подожди секунду. Я стал ждать, слушая, как она шепчет себе под нос, стараясь разобраться в своих записях. Потом вновь услы¬ шал в трубке голос: — Странный, незначительный человек. Мое впечатле¬ ние о нем было негативным. Он претендовал на обычную работу и назвал около дюжины мест, где работал раньше во Флориде. — Что это за места? — Подожди, я посмотрю. Мне кажется, я их отмети¬ ла, о черт, нет, я их не записала. Это все-таки не офици¬ альные бланки, а мои наброски. Слушай дальше. Недоста¬ точно искренен, неуверенно рассказывает, нет явных це¬ лей. — А как насчет его дела? — Если на него было неудовлетворительное заключе¬ ние, то бумаги есть только в Вашингтоне. — Тогда вспомни, что он говорил тебе. — Тайгер, послушай... ведь это было довольно давно. Возможно, я и смогу что-нибудь вспомнить, но... — Ладно, давай тогда сделаем так... Садись в самолет и лети сюда. Я нахожусь в О-Галли, Флорида. Совсем рядом с мысом Кеннеди. Я буду ждать тебя первым рей¬ сом. Не надо собираться, просто садись в самолет и вы¬ летай. Вспомнишь обо всем во время полета, и мы вместе это обсудим, когда прилетишь. И забудь о своей работе... считай, что это распоряжение Мартина Грейди.— Я рас¬ смеялся и добавил: — Кроме того, ты же можешь ис¬ пользовать отпуск. — Как, без костюмов? — Это гораздо лучше, детка. — Я не то имела в виду,— сказала она веселым голо¬ сом.— Но в твоих устах это звучит довольно интересно. Мы скоро увидимся, земляная оса. Капитан Хардекер сидел в кресле, немного отодвинув¬ шись от стола и положив ноги на подоконник. В углу его рта была зажата сигара, а в руках он держал фотографию, переданную по фототелеграфу, и внимательно ее рассма¬ тривал. Он бросил на меня довольно суровый, но друже¬ любный взгляд. — Я ожидал, что вы появитесь,— сказал он. — Генри Фрэнк? 244
— Пропавшая личность. Могу я получить объясне¬ ния? Он протянул мне лист бумаги, на котором было фото в фас и профиль человека, пропавшего навсегда. — Вы получили фото,— сказал я.— Он пропал. — Могу я сделать предположение? — Попробуйте. — Он пропал, разлетевшись на куски? Я пожал плечами. — Возможно. — Насколько возможно? — Весьма. — Я рад, что вы подтвердили это. — Почему? — Потому что один парнишка из мотеля нашел пи¬ столет, который был отброшен взрывом ярдов эдак на пятьдесят, а его папаша принес пистолет нам. Мы сделали экспертизу и установили, что пуля, предназначавшаяся вам у дома Бостера, была выпущена из этого пистолета. — Похоже на правду,— сказал я. — Тогда зачем эта фотография? — спросил он. — Мне нужно кое-что выяснить об этом человеке — Его здесь никто не знал. — И больше не узнают. — Поскольку эта фотография поступила как на про¬ павшего без вести, я позволил себе сделать несколько ко¬ пий. Двое моих парней уже опрашивают людей. Может вы знаете, где копнуть? — Ни малейшего представления. — А если мы что-нибудь обнаружим?.. * — Я буду только рад нашему сотрудничеству — Вы настораживаете меня,— сказал он резко.— Вы, и это ваше отношение ко всему, оно так и выпирает из вас. Такого я раньше не встречал. Я давно работаю полицей¬ ским и научился быстро классифицировать людей. Слов¬ но в кино: есть хорошие парни и есть плохие. Довелись мне оценивать, я бы отнес вас к плохим, только дело в том, что плохие люди не имеют таких связей, как вы. Это-то меня и настораживает. Вся эта чертова ситуация настолько нереальна, что становится слишком реальной для меня. Этот городок — то самое место, с которого мо¬ жно все начать, и какие-то ракеты Советов наверняка на¬ целены на него, как и на другие объекты первостепенной важности. Я не намерен тихо сидеть, ничего не делая, 245
и ждать, когда со мной покончат.— Он выплюнул окурок сигары в металлическую корзину, и тот плюхнулся на дно со звуком падающего в воду камня.— Так насколько же все плохо? — Очень плохо,— сказал я просто. — Тогда почему вы один занимаетесь этим делом? — Я не один. Вы просто не видите других. — Могли газеты поднять шумиху? — С самого начала. — Хорошо, я буду с вами. И черт меня побери, если я не откопаю что-нибудь об этом типе. Он уловил выражение моего лица. — Не беспокойтесь, мы тоже знаем, как задавать во¬ просы. У нас есть свои методы и свои люди. Я вам позво¬ ню, если что-нибудь обнаружу. — Спасибо.— Я указал на фото Генри Фрэнка.— Не возражаете, если я возьму фотографию с собой? — Да, конечно. Я еще раз взглянул на болезненное, с близко посажен¬ ными глазами лицо лысоватого человека, которого уже нет в живых. Его рот был изогнут гримасой, словно он то¬ лько что попробовал кислое, а выражение лица свидетель¬ ствовало об отвращении ко всему окружающему. Возмо¬ жно, раньше он выглядел иначе, пока его не обломала жизнь. Но сейчас, зная, кем он был на самом деле, я мог сказать, что фотография не обманывала. Я засунул ее в карман, кивнул Хардекеру и вышел. Сильный дождь перестал, и с неба сыпались мелкие ча¬ стые капли, монотонно шумя по листьям, разбиваясь о песок. Пропитанный дождем воздух пах морем. Мале¬ нький городок, казалось, замер в ожидании чего-то, что должно вскоре произойти, он затаился, словно невиди¬ мый зритель. Я сел в автомобиль, развернулся почти на месте и пом¬ чался к дому Винсента Смолла. Время теперь подстегива¬ ло меня. Вся ситуация напоминала мне чашу, до краев на¬ полненную горячим жидким желе, а ты должен стоять и безучастно ожидать, когда оно застынет и можно будет его использовать. При этом знаешь, что не располагаешь этим временем. Необходимо что-то, способное остудить его сразу и сократить этот период. Где-то в ночи сотни людей вели охоту. Тысячи инженеров просматривали схе¬ мы, выискивая ту, что поставил Агронски. В ночи копо¬ 246
шились безликие люди, ищущие одинокого человека, ко¬ торый, казалось, отделился от всего мира... Однако среди них и другой одинокий человек, который, может быть, в этой игре был на несколько шагов впереди, все ближе и ближе подбираясь к Агронски, держащему мир в своих руках и решающему — что же с ним сделать. В доме Винсента Смолла горел свет, его машина стоя¬ ла в гараже. Я подъехал по дорожке почти к самому дому, вышел из автомобиля и огляделся, прежде чем направи¬ ться к нему. Возле самой двери сбоку было небольшое окошко, в которое я заглянул, перед тем как позвонить. Я увидел Винсента Смолла, энергично расхаживающего по комнате и что-то горячо говорившего человеку, сидя¬ щему в кресле спиной к окну. Сидящий немного повер¬ нулся, и я узнал Клода Бостера. Губы его были плотно сжаты, на лице я заметил болезненное выражение. Винсент Смолл открыл дверь и приветствовал меня так, словно он ожидал моего прихода. Отступив в сторо¬ ну, он дал мне войти в дом. — Мистер Менн. Пожалуйста, присоединяйтесь к нам.— Чувство беспокойства отразилось на его лице, и мне показалось, что у него немного дрожат руки. — Я пытался связаться с вами,— сказал я. — Да я, знаете... уезжал.— Он махнул рукой.— Пожалуйста, проходите. Клод Бостер приветствовал меня легким кивком голо¬ вы и тем странным рассеянным взглядом, каким обычно профессионалы смотрят на того, кто ничего не смыслит в их области, и взялся за свой стакан с выпивкой. Он нервно ерзал в своем кресле, часто прикладываясь к стакану. — Могу я предложить вам выпить? — спросил Смолл. — Нет, спасибо. — Могу я вам задать один вопрос? — Да, пожалуйста. — Этот взрыв в мотеле... имеет он какое-то отноше¬ ние.—Смолл оглянулся вокруг, и голос его прозвучал беспомощно.—...К нам? — Этот взрыв должен был уничтожить меня,— сказал я,—как и выстрелы у дома Бостера метили в меня или в него. Так что, друзья, кому-то мы очень мешаем. Клю¬ чом ко всему является Луи Агронски, и до тех пор, пока мы его не найдем, вам надо привыкнуть к виду мертвых тел. 247
— Мистер Менн... пожалуйста! — Винсент Смолл пос¬ мотрел на меня с патетической беспомощностью и уселся на край стула, уставившись себе под ноги.— Мы... как раз говорили об этом.— Он взглянул на Клода Бостера, кото¬ рый, казалось, вжался в кресло.— Да... теперь все стано¬ вится намного яснее. — Что вы имеете в виду? — Луи... то, как он вел себя последнее время. Что-то было не так. — Вы знали, что он наркоман? Они снова обменялись быстрыми взглядами, колеба¬ ние и нервное напряжение отразилось в них. Теперь уже Клод Востер облизал губы и сказал: — Мы... предполагали что-то в этом роде. Винс и я... мы говорили об этом. — Совсем недавно? — Нет, еще до того, как пропал Луи. В его характере стали происходить любопытные изменения... Потом мы оба заметили, как быстро он восстанавливал силы после напряженной работы, стоило ему ненадолго зайти в ван¬ ную комнату. Были еще и другие моменты. — Например? — спросил я. Ответил Смолл: — Однажды я положил его пиджак на кровать, и из него выпала коробочка. В ней были шприц и несколько ампул. В то время я подумал, что инъекции связаны с его лечением после несчастного случая и предписаны докто¬ ром. У меня не было оснований думать иначе, до тех пор, пока... как сказал Клод... он временами стал вести себя очень странно. — Я расскажу вам, отчего он был таким,— сказал я.— Агронски имел особую восприимчивость к наркотикам. Он стал наркоманом случайно, но мгновенно, и это силь¬ но изменило его характер. Лицо Винсента Смолла побледнело, губы сжались: — Насколько все это серьезно, мистер Менн? — Я скажу вам... но прежде я бы хотел напомнить, что если эта информация пойдет дальше нас, вы и глазом не успеете моргнуть, как окажетесь в тюрьме и будете счи¬ тать это за счастье, так как вас могут просто убрать.— Я дал им возможность усвоить сказанное, затем продол¬ жил.— У Агронски есть нечто, способное перевернуть весь мир. Он внедрил в систему контроля и управления за¬ пуском баллистических ракет устройство обходного кон¬ 248
троля, которое позволяет ему по собственной команде ли¬ бо пустить в ход всю систему, либо полностью ее отклю¬ чить. Если мы не найдем его, до того как он примет ре¬ шение, то все может погибнуть. Мы просто превратимся в прах. Винсент Смолл поперхнулся, пытаясь что-то сказать. Востер просто сидел, уставившись на свои руки. Наконец Смолл медленно сказал: — Луи упоминал... об одном месте, где часто бывал. Хотя он был... довольно скрытен на этот счет. Наконец-то. Вот оно. Я почувствовал, как внутри меня все напряглось. — Где это? Винсент Смолл, как бы колеблясь, посмотрел на Бо- стера, плечи того опустились, он был на все согласен. — Мы иногда говорили об этом. Он упоминал неко¬ торые детали... рыбная лавка, хозяина зовут Вакс... Луи любит рыбу. Он говорил, что это идеальное место для то¬ го, что ему требовалось... место, где он мог думать или работать над тем, что он называл... своими проблемами. — И вы нашли это место? — Нет. Мы опросили всех, кто мог знать, с кем встре¬ чался Луи, но безрезультатно. Мы даже пытались обнару¬ жить эту рыбную лавку и человека по имени Вакс, но и это нам не удалось. Перед глазами у меня все поплыло, как в тумане. Се¬ кунду назад мне казалось, что я уже нашел отгадку, и вдруг она опять отдалилась на миллион миль. Но ниче¬ го. Если Агронски говорил об этом, он мог сказать и еще что-нибудь, на что они не обратили внимания. — Как часто он упоминал об этом месте? — Пару раз при мне, когда он чувствовал себя... ну, не совсем здоровым,— сказал Клод Востер. — Как будто он нуждался в поддержке,— предположил я. - Да. Я посмотрел на Смолла. — А вам? — Несколько раз. Случайные высказывания. Но очень странные для него. — Почему? — Потому что он привык к прекрасному оборудова¬ нию. Кроме того, в его работе нужны были помощники 249
для решения простых задач, и в этом смысле искать оди¬ ночества было странным для него. — Тем не менее, он был нелюдим, не так ли? — Совершенно верно. Но это по отношению к людям в личной жизни, а что касается работы, другие люди для него были просто необходимы. — И вы не можете вспомнить больше ничего такого, что он говорил или делал и что могло бы помочь нам определить это место? Мягким голосом Востер сказал: — Он не мог поехать на север. — Почему? — Луи страдал от ревматизма. Он не мог выносить холодной погоды. — Итак, это означает, что нам осталось всего полкон¬ тинента на юг,— пошутил я. — Мы пытались его найти, мистер Менн,— сказал извиняющимся тоном Смолл. — В следующий раз не делайте этого одни. Вместе со мной этим занимается целая группа. Мы посмотрим, что можно здесь предпринять. Я советую вам обоим засесть по домам и не высовываться. Есть еще кое-кто, знающий о ваших связях с Агронски. Если только им покажется, что вы располагаете сведениями о его местонахождении, на вас тут же начнется охота. Вы уже имели возможность убедиться, на что они способны, так что сидите тихо... — Но... — Я договорюсь, чтобы полиция охраняла вас. На это время вы являетесь общественным достоянием и вполне заслуживаете такой защиты. Единственное, чего я хотел бы от вас,— постарайтесь еще раз вспомнить ваши разго¬ воры с Агронски, какие-то детали, любые мелочи, связан¬ ные с этим. Если что-нибудь вспомните, звоните мне.—Я записал номер телефона мотеля «Песчаные дюны» на двух листочках и передал по одному каждому из них.— Если меня не будет, свяжитесь со Службой безопасности в Нью-Йорке или с местным отделением ФБР, и они тут же направят к вам человека. Оба молча кивнули. — Вы понимаете, насколько серьезна ситуация? Они снова кивнули. — Кто-то из вас, возможно, держит в руках ключи 250
к собственному спасению. И у вас не так уж много време¬ ни. Может быть, и вовсе нет. В Службе безопасности проходило срочное совещание, когда раздался мой телефонный звонок. Сначала меня вы¬ слушал Чарли Корбинет, затем он передал трубку Халу Рэндольфу. Голос его потерял свою обычную жесткость, он лишь устало сказал: — Рэндольф слушает. — Тайгер Менн. У меня кое-что есть.— Я рассказал ему в деталях о наркотическом состоянии Агронски, о том, что он, возможно, укрывается в маленьком рыб¬ ном магазине, который держит человек по имени Вакс, и что это, должно быть, недалеко от мест, богатых ры¬ бой.— Вам понадобится чертовски много людей, чтобы все это найти,— сказал я.— Магазин может находиться возле реки, озера или океана. Это означает, что вы дол¬ жны прочесать приличную часть страны, но это един¬ ственная ниточка, которая у меня есть. — О’кей, Тайгер. Больше у вас ничего нет? — Попробуйте также вариант с наркотиками, воз¬ можно, вам удастся обнаружить что-нибудь и с этой стороны. — Не беспокойтесь, мы проверим.— Он помолчал, за¬ тем добавил: — А сейчас кончайте этим заниматься. — Черта с два я кончу. — Приказано, Менн. — Да бросьте. Мне удалось больше, чем вам, и я везде об этом скажу. — Вас предупреждали, что вы можете предстать перед военным трибуналом,— напомнил он мне. — Вы пугаете меня, папаша. Сейчас вам нужен каж¬ дый, кто может помочь делу. — Все, кроме тебя,— отрезал он.— Это вопрос всей нации, и здесь не должно быть никакой самодеятельно¬ сти. Я положил трубку и ухмыльнулся своим мыслям. Чер¬ та с два они беспокоятся обо мне. Они не хотят рисковать и дать возможность Мартину Грейди приобрести сли¬ шком большое влияние, если нам удастся, прорваться. Они до сих пор хотят нашего крушения и всячески ме¬ шают нашему усилению, это и есть определяющий фак¬ тор. Мои часы показывали десять минут десятого. Еще час, 251
и люди Хала Рэндольфа появятся здесь, кое-кому из них будет дано указание задержать меня. Ничего, им придется повозиться, пусть только попробуют прижать меня. Я вернулся в мотель, уплатил за два дня вперед, за¬ брал кое-какие вещи в своем номере, поехал в мотель «Песчаные дюны» и зарегистрировался под именем Т. Геррити, взяв угловую комнату в северо-восточном крыле здания. Устроившись в номере, я позвонил в мотель Дейву и оставил для него записку с просьбой встретиться со мной у полицейского участка примерно через двадцать минут. Затем вновь сел в машину, выбрался под дождем на магистраль и поехал в полицию округа к Хардекеру. Капитан открыл дверь сам, оглядел меня, словно я был мешок с неизвестным содержимым, и взмахом руки предложил зайти. — Послушайте, вы как головная боль, Менн. — Так мне всегда и говорили. — Что нужно в этот раз? — Постоянная охрана вокруг домов Бостера и Смол¬ ла. — Зачем? — Может случиться повторение прошлой ночи. Пере¬ кройте все двери и держите наготове, машину. — Ха! Вот так и никак иначе? — Вот именно, только так. Слабая улыбка появилась на его лице. — Я не знаю, почему вы мне нравитесь,— сказал он.— Вы настораживаете меня, но с вами жить веселей. Хоро¬ шо. Я пошлю туда кого-нибудь. И даже не прошу объяс¬ нений. — Вот это правильно. — И никто не должен знать об этом, ведь так? Я кивнул. — Послушайте, вы,—зашипел он.— У меня такое чув¬ ство, что из меня делают идиота. — Ничего подобного. — Я знаю, ио все же не могу избавиться от этого чув¬ ства.—Он плюхнулся в кресло, откинулся назад и, выдви¬ нув ящик стола, достал оттуда какие-то бумаги.— Мы не так уж глупы здесь, мистер Менн. У меня для вас есть но¬ вости. — Да? Его пальцы прошлись дробью по листкам: 252
— Кое-что об Агронски. Мы довольно тесно рабо¬ таем с персоналом по космическому проекту, проводя по¬ стоянное наблюдение за определенными людьми, заняты¬ ми на специальных работах... собственно, для их защиты, ну и, конечно, из соображений государственной безопас¬ ности. В ответ я промолчал. Он снова посмотрел на бумаги и продолжил: — Это строго конфиденциально. Копии этих отчетов никогда никуда не передавались, мы сами тщательно про¬ веряли каждую мелочь. — Продолжайте. — Луи Агронски был холостяком с довольно спокой¬ ным нравом и умеренными привычками. Он не пил и не увлекался женщинами. Только изредка прибегал к услу¬ гам двух профессиональных проституток. Таких случаев было шесть примерно за тринадцать месяцев. Мы не одобряем и не защищаем проституцию, просто смот¬ рим фактам в лицо и знаем, что она существует. Эти две женщины были нашими информаторами, кроме того, мы установили подслушивающее устройство, дабы быть уверенными, что Агронски не сболтнет лишнего. — Он говорил что-нибудь о деле? — Ничего. Он просто приходил удовлетворять свою физиологическую потребность. И это понятно,—добавил он.— Получал удовлетворение и уходил. Это обычное де¬ ло, такое случалось раньше, такое будет... — Не надо продолжать, я все прекрасно понимаю,— прервал я его.— Ничего нового в этом нет. — Мы продолжали наблюдать за ним и несколько раз получили сведения, что Агронски видели с незнакомой женщиной. Дважды они вместе ужинали, один раз ходили в кино. Больше никаких контактов не было. — Вы не пытались установить ее личность?. — В этом не было необходимости. Он волен иметь свою личную жизнь. Это была просто незнакомка, и их встречи носили случайный характер. Они не проводили вместе ночь. Полицейский, сидевший в одну из их встреч рядом с ними, доложил, что разговор был беспредмет¬ ный. — У вас есть ее описание? Хардекер пожал плечами. — Женщина чуть старше тридцати лет, с хорошей фи¬ 253
гурой, но простовата. Их отношения, кажется, были чисто дружескими, ничего более. — Это вроде на него не похоже. — Приятель, мужчине рано или поздно бывает нужна женщина. В случае с Агронски эта потребность возникала крайне редко, но ему было достаточно ощущения женщи¬ ны, даже если общение с ней ограничивалось только раз¬ говорами. — Что все-таки вам удалось узнать о ней? — Она останавливалась в «Синдбаде» под именем Хе¬ лен Левис, указывая адрес в Сарасоте. Звонок туда подт¬ вердил это. Управляющий отелем сказал, что она оста¬ навливается в этом номере последние два года. Я протянул руку, и он передал мне бумаги. Я быстро, но внимательно их прочитал, запомнив адрес и номер те¬ лефона, и вернул отчет обратно. — Должно быть, все в порядке,— сказал я. — Мы по-прежнему ведем опрос, если обнаружим что-то подозрительное, обязательно раскопаем. — Не возражаете, если я кое-что перепроверю? — С вашими-то возможностями! Я совсем не против. — Возможности могут уменьшиться,— сказал я ему. — Это меня не касается,— ответил Хардекер. Я оглянулся, ища Дейва, но нигде его не увидел. Дождь ореолом рассеивал свет уличных фонарей и ма¬ ленькими молоточками стучал мне в лицо, пока я шел к своему автомобилю. Открыв дверцу автомобиля, быстро скользнул на си¬ денье. Позади меня раздался голос Дейва: — Ты становишься беспечным, друг. Я ухмыльнулся его отражению в зеркале. — Ну, не совсем. В следующий раз садись на сиденье посередине, а то машина просела под твоим весом на один бок. — Забудем это.— Он поднялся и сел за моей спиной.— Что-нибудь есть новое? — По твоему департаменту ничего. — Ладно, у меня есть новости. Был вынужден немно¬ го подмазать кое-кого, чтобы получить информацию. Мартину Грейди это обошлось в две тысячи долларов. Слушай, довольно крупная сделка прошла через постав¬ щика в Саванне. Он всучил большую партию порошка низкого качества какому-то новичку за приличную сумму. 254
Посредником был парень по имени Сонни Киптон, кото¬ рый известен такого рода делами. Покупатель первой партии передал сюда своему другу, чтобы он организовал ему еще раз прямой выход на торговцев, и его направили к человеку в Чарлстон. — Мы прорабатываем район Мирт Бич. — Проверяй, Тайгер. Помнишь, я говорил тебе о пар¬ не, которому Агронски помог, продав часть своего запа¬ са? - Да. — Он кое-что еще нам сказал. Ему приходилось бы¬ вать в тех местах, и он дал Агронски наводку на этих двух парней. — А что он с этого имел? — Все ту же плату — порцию героина. Я пытался отыскать их, но Киптона убрали неделю назад сами же наркоманы, а другого человека не удалось обнаружить. Они не сидят подолгу на одном месте. Если нужно, я его разыщу. — Нет, мне нужен Фиш. Дейв покачал головой. — Никаких следов, и, поверь мне, я тщательно искал. — Ищи еще,— сказал я, достал из кармана фотогра¬ фию Генри Фрэнка и показал ее Дейву. — Вот еще один, кого надо прощупать. Он мертв, по у него могли быть связи. Дейв взял фотографию, внимательно посмотрел, за¬ тем взглянул на меня удивленно. — Слушай, Тайгер, какого черта, это и есть Фиш. Описание совпадает вплоть до самых мелких деталей. Глава IX Улица, упирающаяся в пляж, была пустынна. В конце ее по обеим сторонам стояли два летних коттеджа с окна¬ ми, закрытыми ставнями. Их вид вместе с безлюдностью улицы навевал ощущение заброшенности. Ветер закручи¬ вал пыль и мелкий песок в миниатюрные смерчи и гнал их вдоль бетонного бордюра, отгораживающего пешеход¬ ные дорожки от проезжей части. Я выключил двигатель автомобиля и смотрел в даль, где над океаном из свинцо¬ во-черных туч туманной кисеей падал дождь. Сигарета медленно догорала в моей руке. 255
— Тайгер, не молчи,— произнес Дейв,— скажи, что ты думаешь? — Ты знаешь, они уже давно это спланировали. Сове¬ ты имеют своих людей практически во всех важных разра¬ ботках и ждут удобного момента, выискивая слабое зве¬ но. В данном случае кто-то указал им на Агронски. — Это когда он снова сел на иглу? — Да. Они подсунули ему своего поставщика нарко¬ тиков, который доставал хороший товар, а затем пере¬ крыли кран, чтобы нажать на него. Когда наркоман нахо¬ дится под действием наркотиков, он начинает говорить или разумные вещи, или неразумные. В какой-то момент Агронски проболтался про свой обходной контроль. Им заинтересовались. Поскольку Агронски были нужны силь¬ ные дозы героина, то они контролировали его состоя¬ ние и обеспечивали наркотиками. Единственное, чего они не учли, когда перекрыли источник, что он может сняться и исчезнуть. Агронски для них был достаточно важным объектом, поэтому им занялся один из лучших профес¬ сионалов, Вито Салви. — Да, но Салви работал в Нью-Йорке,— напомнил он мне. — Они знали, куда направится Агронски, подготови¬ лись и ждали его. Агронски был без денег, а самое надеж¬ ное место, где он мог получить наркотики, это город. Бьюсь об заклад, что все его действия были рассчитаны ими. Этот маленький парнишка, которому Агронски уступил часть своих запасов, возможно, был одним из пунктов плана. Он связал Агронски с другим поставщи¬ ком, который подсунул ему негодный товар, а заодно со¬ общил Фишу, где Агронски находится. — Я могу это быстро проверить. — Проверь, пожалуй. — На чем же они споткнулись? — Я буду знать наверняка, когда свяжусь с Эрни Бентли. Я повернул ключ в замке зажигания, запуская двига¬ тель. Дейв оставил свою машину в центре города, и мы направились туда. Когда он выходил из машины, я ска¬ зал, посмотрев на часы: — Найди своего осведомителя и позвони мне в «Пес¬ чаные дюны». Я буду там через час. — Возможно, я не смогу его найти за это-время. 256
— Тогда я подожду. Может, через него мы выйдем на кого-нибудь еще. — О’кей, Тайгер. Увидимся позже. Рейс № 804 как раз подруливал к стоянке, когда я за¬ парковал машину. К хвостовой части самолета подали трап. Камилла Хант вышла пятой, следом за четырьмя мужчинами. На ней был плащ с капюшоном. Я подбежал к ней, взял маленький чемоданчик, который она несла в руке, и сказал: — Привет, паучок. — Вытащил ты меня сюда, в этот дождь. Я ухмыльнулся: — Ты не представляешь, как легко все устроится. Ма¬ шина ждет тебя у входа. Она села в автомобиль, смахнула капли дождя с пла¬ ща, а маленькую шляпку, сняв с головы, положила на зад¬ нее сиденье. — Ради бога, Тайгер, неужели так уж необходимо, чтобы я была здесь? — Да, было необходимо. Она взглянула на меня и с раздражением в голосе спросила: — Было? Ты хочешь сказать, что я напрасно сюда прилетела? - Зато я здесь. — Это утешает. - Я буду стараться. Камилла слегка подтолкнула меня локтем, ее лицо все еще влажно блестело после дождя. — Серьезно, что все это значит? Не отводя взгляда от дороги, я сказал: - Я хотел, чтобы ты опознала одного типа. Сейчас это уже не нужно. Генри Фрэнк мертв. — Мертв? Но... — Он подорвался и разлетелся на куски, хотя эта участь предназначалась им мне. В данном случае он не мог понять, в чем ошибся, и пытался это выяснить А до него там уже побывал я. — Тайгер... все эти дела... Мы немного помолчали. — Не беспокойся насчет этого. Ты уже утром будешь на «Белт-Эйр». Она посмотрела на меня долгим взглядом. 9 Заказ 1828 257
— Ты что, не знаешь прогноза погоды? Мой рейс сю¬ да был последним. Завтра все полеты будут отменены. Если бы не какая-то неисправность, мы бы приземлились только в Майами. — Значит, у тебя получится непредвиденный отпуск. — Ничего себе,— взорвалась Камилла,— при той ра¬ боте, которой я завалена, я не могу себе этого позволить. Ты знаешь, что от Мартина Грейди сегодня утром при¬ шло личное указание быть готовыми к расширению работ над проектом? Проект «Белт-Эйр» был одобрен, и теперь начнутся работы по полной программе. Я должна сейчас быть там. — Я постараюсь, чтобы твое пребывание здесь доста¬ вило тебе как можно больше удовольствий. — Превосходно,— сказала она с сарказмом.— Куда мы едем? — Сначала в публичный дом. Она посмотрела на меня, чтобы убедиться, шучу я или говорю серьезно. Затем, решив, что я не шучу, сказала с раздражением: — Я не понимаю тебя. — Это и хорошо. Тогда у нас никогда не будет про¬ блем. Луи Агронски захаживал в одно заведение, имевшее внешне респектабельный вид, если не знать, чем оно является на самом деле. Двухэтажный дом своеобразной архитектуры, отличной от соседних домов, очень хорошо содержался. Газон и кустарник были аккуратно подстри¬ жены, ограждения свежевыкрашены, а в гараже стояли две машины последней модели Форда. Женщина, открывшая дверь на звонок, была высокой полной блондинкой с приятной внешностью. Она встре¬ тила нас заученной улыбкой и пытливым взглядом краси¬ вых голубых глаз. Она начала что-то говорить, но, увидев Камиллу, посмотрела на меня с таким видом, будто мы ошиблись домом. - Да? — Лиза Макколл? Ее брови вопрошающе взлетели вверх. — Да, я мисс Макколл. — Я бы хотел поговорить с вами о моем друге. По¬ звольте нам войти? Блондинка кивнула и шире открыла дверь. Сейчас ей уже стало интересно. Она что-то почувствовала, и любо¬ 258
пытство пересилило боязнь. Она закрыла за нами дверь и провела в хорошо обставленную гостиную, которая всем своим видом говорила о том, что здесь живет жен¬ щина. Единственным исключением был довольно боль¬ шой бар, выделявшийся среди обстановки. Без всяких формальностей она прошла за стойку бара, предлагая нам сделать заказ. Я сказал, чего бы мы хотели выпить, и она быстро приготовила выпивку, поставив ста¬ каны перед Камиллой и мной. — Я знаю вас,— сказала она спокойно. — Действительно? — «Ла Плата», бар в Рио-де-Жанейро. Четыре года назад. Там была попытка переворота, и вы убили двух че¬ ловек, которые хотели разделаться с вашим спутником, им был генерал Ортега Диаз. — Вы недалеки от истины, детка.— В это время я по¬ чувствовал, что Камилла как-то вся напряглась, вместо того чтобы расслабиться от выпивки. В зеркале бара я ви¬ дел ее глаза, смотревшие на меня как на зверя в зоопарке. — Я не знаю вашего имени. — Тайгер Менн. — Да. Я слышала, как кто-то упоминал это имя. В Рио много говорили о вас. — Да, это были тревожные времена. Но я почему-то вас не помню, и это мне не нравится. Обычно я не забы¬ ваю лица. Она грустно развела руками и, улыбнувшись, сказала: — Я была тогда моложе и красивее. Время и мое заня¬ тие сделали свое дело. Я весила на двадцать фунтов мень¬ ше и носила черные волосы. К тому же мне пришлось под¬ править нос, после того как меня избил пьяный матрос. Все это сильно изменило мою внешность.— Она переста¬ ла улыбаться и посмотрела на меня серьезно.— Но вы пришли, чтобы справиться о своем друге. — Луи Агронски. Хардекер сказал мне, что я могу справиться о нем у вас. Он мне кое-что рассказал, в том числе и о подслушивании. Сейчас я бы хотел услышать ва¬ ше мнение об Агронски. Она как будто не совсем поняла меня вначале, потом лицо ее сморщилось. — Да о чем тут говорить? — Ваше отношение. Меня интересует ваша оценка его действий. Вы имели достаточно много дел с мужчинами, чтобы хорошо их понимать. 259
Лиза Макколл на мгновение опустила голову, как бы собираясь с мыслями, потом подняла ее и посмотрела мне в глаза. — Вы знаете, его отношение было в высшей степени потребительским.— Она перевела взгляд на Камиллу и улыбнулась ей: — Я шокирую вас? — Нет. Вовсе нет. Я уловил скованность в ее голосе. Камилла полностью отдавала должное женщине, которая занималась тем, с чем она сталкивалась впервые. Лиза продолжала: — Мы очень мало говорили. Мистер Агронски был неразговорчив, по всему было видно, что он совершенно не знает женщин и неопытен с ними. Когда он звонил сю¬ да, я тут же сообщала капитану Хардекеру, установивше¬ му магнитофон в комнате. Когда мистер Агронски прихо¬ дил, то просто давал... деньги, затем мы шли в спальню Он ничего не требовал необычного, в сексуальном отно¬ шении был совершенно некомпетентен, я думаю, у него просто не было опыта. Он всегда благодарил, когда все заканчивалось, и, казалось, был немного потрясен про¬ изошедшим с ним, удивляясь самому себе. — Он был здесь шесть раз. — Да, это так,— охотно подтвердила Лиза. :— Дважды, когда меня не было, Марго обслуживала его. Каждый раз капитан Хардекер был информирован, все проходило как обычно. Я знаю, почему капитан Хар¬ декер был заинтересован... это случалось и раньше, ду¬ маю, так будет и дальше. Несколько раз наше заведение... было для него полезным. — Да, я понимаю. Я не обвиняю вас, просто хочу, что¬ бы вы побольше рассказали о нем. — Об... обслуживании? — Нет. Только об Агронски. Лиза поблуждала взглядом по стене, затем опять по¬ смотрела на меня, как бы поняв, чего я от нее жду. — Несмотря на все, что я сказала о нем раньше, он приходил сюда довольно возбужденным физически, и ему было необходимо избавиться от этого. Я думаю, что' он приходил к нам после встреч с другой женщиной, которая и доводила его до такого состояния, а он не мог позво¬ лить себе физической близости с ней. Вот он и приходил сюда как в последнее место, где он мог получить... физи¬ ческое удовлетворение и освободиться от гнета желания. 260
- Он когда-нибудь упоминал об этом? - Нет, но для нас такое состояние было хорошо зна¬ комым. Это вовсе не так уж необычно.— Она помолчала немного, прошлась языком по губам и продолжала: — Я не говорила об этом капитану Хардекеру, как-то выскочи¬ ло из головы. Однажды другой клиент видел Агронски уходящим и кое-что заметил мне по его поводу. Он ска¬ зал, что Агронски полностью отключается от работы, когда в лаборатории появляется одна молодая особа, и все время смотрит на нее. К тому же, он краснеет, когда видит ее ноги, и не может отвести взгляд. Я это тогда вос¬ приняла как шутку одного мужчины над другим. — Этот клиент... - Не имеет значения, мистер Менн. Я сказала вам все, о чем вы меня спрашивали. — А девушка? — Он никогда не упоминал ее имени. Вы можете поинтересоваться у других. — Непременно. Благодарю за ваш рассказ. — Я рада, мистер Менн. Поверьте, я достаточно мно¬ го повидала, чтобы правильно все оценить. Думаю, я ни в чем не ошиблась и все обстоит именно так, как я сказа¬ ла. — Я тоже так думаю,— ответил я.— Если вы вспом¬ ните еще что-нибудь, то звоните капитану Хардекеру илп мне в мотель «Песчаные дюны». Лиза прошла вперед, чтобы открыть нам дверь, и при¬ ветливо улыбнулась на прощанье. Когда я выходил, она сказала мне: «Забегайте». Но прежде чем я смог ей отве¬ тить, Камилла ткнула меня под ребра и сморщилась от дождя, капли которого ударили ей в лицо. Она что-то хо¬ тела сказать, но чихнула и до самой машины не произ¬ несла ни слова. Садясь в машину, она чертыхнулась. — Если я простужусь, Тайгер, считай, что ты погиб, муха. — Не муха, а роющая оса, помнишь? — Я только помню, что приехала сюда без единой вещи для смены, а моя одежда вся насквозь мокрая. Что ты собираешься делать со мной? — Отвезти тебя в мотель и там высушить. — Это, пожалуй, единственное увлекательное предло¬ жение от тебя за все время. Пожилая дама, регистрирующая постояльцев в мотеле 261
«Песчаные дюны», узнала меня и приветливо кивнула, когда я вошел с Камиллой в офис. Она спросила, не же¬ лаю ли я снять для Камиллы смежный номер. — Почему бы и нет,— ответил я.— Пожалуй, я уже не в том возрасте, чтобы бегать по этим делам под дождем. Я захметил, что мое откровенное замечание немного шокировало ее, и положил деньги на стол. Дама хотела что-то сказать, но только поджала губы, выразив сдер¬ жанное негодование, и молча передала мне ключи, сделав запись в книге. Я взял ключи и, сев в машину, мы поехали к нашему коттеджу. — Муж и жена? — спросила Камилла, лукаво взглянув на меня. — Это было .бы скучно,— ответил я ей.— Гораздо ин¬ тереснее, если я выбью дверь и ворвусь к тебе. — Ну уж это слишком! — Я умею и ловко отмыкать замки. — Не беспокойся. Я оставлю дверь открытой. Я знаю, как управляться с таким типом мужчин, как ты.— Она еще раз чихнула, тряхнула раздраженно головой и вышла из машины напротив своего номера. Прошло совсем немного времени, и я услышал шум воды в душевой, пущенной на всю мощь, ее восклицание, когда вода оказалась слишком горячей, затем она отрегу¬ лировала воду. Пока Камилла принимала душ, я решил позвонить Эрни Бентли. Подняв трубку, набрал номер, назвал код и сказал: — Тайгер. Ты сделал, что я тебя просил? — Как раз только что получил, причем без каких-либо возражений. Луи Агронски продал два изобретения одно¬ му предприятию, по тысяче долларов за штуку. Сделка была совершена по телефону, подтверждена и оплачена телеграфом. Материалы посланы из Вильмингтона, Се¬ верная Каролина, с сопроводительным письмом, подпи¬ санным Луи Агронски, которым он передавал компании все права на эти изобретения. Они предназначены для те¬ лекамер и стоят в сотню раз дороже, но он хотел получить деньги немедленно и наличными, без всяких проволочек и официальных формальностей. Компания была так рада заполучить изобретения по столь низкой цене, что даже пошла на риск. — На почте потребовали подтверждения личности? — Да, и он представил документ. Ему выплатили на¬ 262
личные мелкими купюрами. Выдававший деньги служат щий очень хорошо запомнил Агронски и дал точное его описание, так что сомневаться не приходится. Я передал информацию в Ньюаркский контрольный центр. Они по¬ пытались быстро обнаружить его там, но напрасно. Он не был зарегистрирован ни в одном из местных отелей или мотелей, клерку на почте показалось, что он был без авто¬ машины. — На две тысячи долларов он может проделать зна¬ чительный путь. — А может тут же их спустить,— заметил Эрни. — Я тоже так думаю и предполагаю, зачем они ему понадобились. Вильмингтон — морской порт и возможное место про¬ никновения наркотиков в страну, вследствие чего поведе¬ ние Агронски становится ясным. Если он использовал весь героин в Мирт Бич, после того как продал свой авто¬ мобиль, то мог двинуться дальше на север на автобусе, ища нового поставщика. Вильмингтон был как раз таким местом на его пути к Нью-Йорку. Если источник для него заранее был организован, он знал, куда идти, но не соби¬ рался быть снова обманутым. Хотя в бизнесе он и неопы¬ тен, но, как наркоман, мог быть достаточно хитрым. Он понял, что лучше самохму заниматься делом напрямую и держаться подальше от всяких темных личностей. Вот здесь Советы и просчитались. Они не имели дела с такими людьми, как Агронски. Они знали его как ученого, рацио¬ нального и логичного. Агронски-наркоман был непред¬ сказуем. Он больше не связывался с посредниками и на¬ шел свой способ и источник, чтобы доставать для себя ге¬ роин. Эрни прервал мои размышления словами: — Посылка для тебя будет завтра утром на почте в отделе доставки. Наши все еще проверяют продажу инга¬ лятора «Безекс» и сообщили, что одна штука была вчера куплена в Атланте, в аэропорту. Если Хопес собрался на юг, это как раз по дороге. Несколько случаев продажи за¬ фиксировано в Майами. Но тут продавцы знали покупа¬ телей. — На сколько хватает содержимого флакона? — спросил я. — Примерно на два дня постоянного использования. Он сделан по европейскому образцу, выходящему из упо¬ требления. Эффективный, но непродолжительного дей¬ 263
ствия. Хороший товар. Возьми, попробуй сам и посмо¬ три на реакцию. — Обязательно попробую, Эрни.— Я помолчал, по¬ думал немного и спросил: — Ропдина выходила на связь? — Нет еще. Но твое указание ей передадут, как только она позвонит. Верджил Адамс сообщил, что она и Талбот уехали в Вашингтон, но их там еще не нашли. Они могут быть уже и на обратном пути сюда — Хорошо. — Слушай, есть указание из главного офиса. Грейди хочет, чтобы ты действовал побыстрее. К тому же, ты не¬ достаточно часто выходишь на связь, и он начинает сер¬ диться. Просочилась информация о каких-то срочных ра¬ ботах, ведущихся над системой контроля запуска ракет, и газеты требуют официального заявления о том, что про¬ исходит. Один дотошный корреспондент раскопал исто¬ рию Вито Салви и готовил материал к публикации. Хоро¬ шо, что ребята из Службы безопасности его вовремя за¬ секли, и с сегодняшнего утра он сидит под домашним арестом. Становится неспокойно, как на море, когда надвигается шторм, Тайгер. Никто не собирается долго терперь такое положение. — Но что-нибудь было обнаружено? — Насколько нам известно, ничего. Полностью от¬ ключили оборудование на первой станции и перемонтиро¬ вали всю систему. Пока не будет найдено устройство об¬ ходного контроля, вынуждены будут проделать такие ра¬ боты везде, а это займет больше года и заморозит все остальные работы. Бригады специалистов направлены на станции Нордик и Веспер в Калифорнии, но это только капля в море. Все три станции — один проект, а Агронски участвовал в девяти. Черт, такое положение, что даже меня трясет. — Да уж... Голос Эрни изменился, и он спросил почти спокойно — Как у тебя-то дела, Тайгер? — Паршиво,— сказал я и положил трубку. За соседней дверью по-прежнему шумела вода, и мне было слышно, как Камилла что-то напевает вполголоса Я поднял трубку и назвал оператору номер Хелен Левис в Сарасоте, который я запомнил, когда смотрел отчет у Хардекера. Примерно через пару минут к телефону по¬ дошел управляющий домом и высоким певучим голосом представился мне. 264
Я спросил: - Можете соединить меня с Хелен Левис? Я хотел бы с ней поговорить. — Мисс Хелен Левис? Я не уверен, что у нее есть теле¬ фон. — Не могли бы вы пригласить ее к этому? Он захихикал, затем сказал: — Боюсь, что нет. Мисс Левис в отпуске, и мы не ожи¬ даем ее в ближайшее время домой. Может, вы хотите оставить для нее записку? — А вы не знаете, где я могу найти ее? — Вы можете попробовать отыскать ее в Риме.— Он захихикал снова.— Она сказала, что собирается ехать туда. Она очень много путешествует. Вы знаете, если бы она пе заплатила за год вперед, я бы сдал ее квартиру. — Не надо этого делать,— сказал я ему. - Нет, конечно, нет. Я шучу. Жаль, что не могу вам помочь. — Скажите... ее квартира сдается с мебелью? - Разумеется, все наши квартиры сдаются с мебелью. Почему вас это интересует? — Да так просто. Спасибо за информацию. — Конечно, конечно.— И, хохотнув, он закончил раз¬ говор. И эта ниточка оборвалась. Остается узкая тропинка и ничего по сторонам. Все исчезает, превращаясь в облач¬ ко пыли. Целый мир находится на грани уничтожения и не знает, как близок он к этому. А каждая нить, ведущая к че¬ ловеку, от каприза которого зависит уничтожение или дальнейшее существование, обрывается. Вся трудность заключалась в том, что все было полно¬ стью делом случая. Состоянием Агронски воспользова¬ лись довольно быстро, используя утрату им моральных принципов и логичного поведения. Но дело в том, что им нельзя было управлять исходя из общечеловеческих пред¬ ставлений. Его хотели ограничить минимальными дозами наркотиков, а он тут же вырвался из-под контроля, чтобы немедленно получить в нужном объеме то, что ему было необходимо. Самой сложной проблемой для него теперь стал он сам. Наконец шум воды прекратился, и я услышал, как от¬ крылась и закрылась дверь душевой, когда Камилла вы¬ шла. Я выдвинул ящик комода и достал длинную голу¬ бую оксфордскую рубашку, расстегнул на ней ворот, за¬ 265
тем подошел к двери смежного номера и постучал. Ка¬ милла сказала, чтобы я толкнул дверь, поскольку она и не думала ее запирать. Электрокамин, встроенный в стену, был включен на всю мощность. Напротив камина стоял стул, на котором были развешаны для просушки предметы женского туалета. Облака пара все еще проникали через частично открытую дверь душевой. Я прошел в комнату и остановился с рубашкой в вытянутых руках. — Это все, что я смог найти. — Великолепно, спасибо. — Она должна быть достаточно длинной, чтобы при¬ крыть твои прелести. Свяжи концы рубашки между ног и порадуйся, что я такой предусмотрительный. Камилла со смехом вырвала рубашку из моих рук и закрыла дверь душевой так стремительно, что я едва успел убрать руку. Через минуту дверь открылась вновь; и она вышла. Камилла не завязала концы между ног, как я посоветовал ей, но рубашка оказалась действительно достаточно длинной. Камилла стояла передо мной и улы¬ балась. — Черт бы тебя побрал, это неприлично. — Я видел тебя на картине в офисе, помнишь? — Это не одно и то же,— ответила она. И была права. Ткань прилипла к ее еще влажному по¬ сле душа телу, соски ее высоких, полных грудей вызываю¬ ще торчали, облегаемые материей, и она ничего не могла с этим поделать. В талии рубашка была для нее широка, но края ее были натянуты на полных бедрах. Ткань плот¬ но облегала овал ее живота, и складки, сбегая вниз, дава¬ ли прозрачный намек на всю прелесть линий, находив¬ шихся ниже. Края рубашки приходились на середину ее бедер, и Камилла казалась в таком одеянии более соблаз¬ нительной, чем если бы была совсем голой. Подсвечен¬ ная из-за спины светом, падавшим из душевой, вся ее жен¬ ская прелесть, увиденная мной на картине, была более жи¬ вой и прекрасной. — Пойду попробую заказать цыпленка. — Не беспокойся. Помоги мне лучше высушить мою одежду. Черный бюстгальтер и трусики-бикини висели на спинке стула. Они были почти сухими, но с шерстяной юб¬ ки и жакета все еще капала на пол вода, а пар поднимался дымкой от мокрой одежды. Комната стала напоминать турецкие бани. 266
— Вещи могут сесть,— заметил я. — Тогда их стоимость мне оплатит Мартин Грейди. Завтра куплю новый костюм, и ты заплатишь за него. Камилла стала поправлять юбку на сиденье стула и вдруг, выпрямившись, повернулась ко мне с улыбкой на лице — такая близкая, слишком близкая. Мои руки сами потянулись к ней, и я нежно взял ее за талию. Я почув¬ ствовал, как ее тело напряглось, отвечая на мое прикосно¬ вение. Улыбка погасла на ее лице, а губы раскрылись, го¬ товые что-то сказать, но, взволнованно дыша, она не могла произнести ни слова. Камилла Хант долгие годы жила разумом. Она по сути своей была исключительно женщиной, не ли¬ дером. Она полностью отдавалась воле мужчины, подчи¬ няя ему свои действия и желания, забывая себя в своем стремлении принести как можно больше удовольствия ему. Только зная, что приносит удовольствие, она испы¬ тывала его и сама. Она прильнула ко мне в том порыве инстинктивного влечения, которое вырабатывалось у женщины к мужчине тысячами поколений, сознавая это и понимая всю силу своего желания, она не могла и не хо¬ тела ни в чем себя контролировать. Глаза ее, прикрытые сладкой истомой, молили о том, чему могло помешать ее натренированное сознание,— животному желанию, удов¬ летворению страсти, которой она в этот миг была полно¬ стью подчинена. Тело ее, прижавшееся ко мне, стало непроизвольно де¬ лать вращательные движения. Я почувствовал, как ее бед¬ ра и живот сомкнулись с моим телом, она порывисто об¬ няла меня, и ее полная грудь и живот волной плоти удари¬ ли в меня. Каждое движение ее тела говорило о растущем желании. Горячими губами она поймала мои губы, и сила наших чувств слилась в одном необузданном порыве. По¬ целуй как бы окончательно раскрепостил ее. Движением руки она рванула полы рубашки, давая волю своей груди, которая, вырвавшись на волю, свободно повисла огром¬ ными каплями. Не в силах больше себя сдерживать, она с тихим стоном потянула меня на себя, опускаясь на пол. Отраженное тепло рефлектора терялось в том жаре, который исходил от нас. Ее руки ласкали меня, возбуждая и давая силы для самых страстных порывов. Ее желание удовлетворить страсть было неправдоподобным, ее лю¬ бовная фантазия превосходила все, что я испытывал рань¬ ше. Много раз мы были переполнены друг другом, пока 267
физическое истощение не положило этому конец. Мы ле¬ жали совершенно опустошенные, испытав подлинное на¬ слаждение. Мы бы и оставались в таком состоянии, если бы я не услышал телефонный звонок из моей комнаты. Я вы¬ скользнул, несмотря на легкий протест, из ее объятий и, сняв трубку, попросил оператора перевести разговор на ее номер. Дейв Элрой назвал свой код, выслушал мой и сказал: — Тайгер, что, черт возьми, творится кругом? Не¬ приятности? — Все прекрасно, -сказал я ему. По нашему уговору это означало, что он может говорить со мной открыто- Что там наверху? — Этот город наводнен людьми Службы безопасно¬ сти, Центрального разведывательного управления, Феде¬ рального бюро расследований. Я «вычислил» тех, кого знал, и постарался сам остаться в тени. Чарльз Корбинет тоже вместе с ними, они всюду разыскивают тебя и уже перетряхнули твой номер в первом мотеле. Им дано ука¬ зание найти тебя во что бы то ни стало. — Чем занимается Корбинет? — Он особенно тщательно проверяет все твои прош¬ лые дела и тянет время, ожидая. Насколько я могу су¬ дить, он один отправился к себе. — Хорошо, тогда я попытаюсь с ним встретиться — Подожди немного. Ты мне нужен, старик. — Зачем? — Я отыскал одного парня, которого ты хотел найти Нужно, чтобы ты поехал к нему сейчас... и прошу тебя, ез¬ жай немедленно. Он сказал, что находится на Сосновой аллее, дом номер 124... Попросил поторопиться.- На этом Дейв положил трубку. — Ты должен уехать? — спросила меня Камилла сквозь сон. Она, обнаженная, в красных бликах от обогре¬ вателя, лежала на кровати и выглядела как большая ку¬ кла. На ее лице застыла улыбка женщины, получившей все, что требовала ее женская сущность. Она умиротворенно и успокоенью отдавалась воспоминаниям и ощущениям, которые еще жили в ней. — Я должен тебя оставить и уехать. — Не оставляй меня здесь, Тайгер. — Пойми, детка, это работа. 268
— Какое мне до этого дело, я просто хочу быть рядом с тобой. — Хорошо, тогда одевайся,— сказал я, застегивая ру¬ башку. Камилла, лежавшая свернувшись клубком, вдруг как пружина встала на колени, затем поднялась во весь рост и, величественная, словно статуя, сошла с постели и встала на пол. — Отвернись,— потребовала она вдруг. — Ты стала скромницей,— сказал я, смеясь над ней,— великолепно! Я проверил свой пистолет, загнал один патрон в ствол, взвел курок и опустил его в петлю из ремней. К тому вре¬ мени, когда я завязал галстук и надел плащ, Камилла то¬ же была почти готова. Я смотрел на нее и думал, что некоторые женщины могут в течение нескольких минут совершенно преобра¬ жаться, словно вовсе и не было буйства чувств и сладост¬ ной истомы ощущений, а другие не могут выйти из этого состояния часами. Только ее глаза еще до конца не верну¬ лись к реальной жизни. Очевидно, она догадалась о моих мыслях, потому что взглянула на меня полными истомы глазами и сказала: — Прими признание, мой Тайгер. Как женщина, я на¬ шла все, что искала, и не хочу расставаться с этим как можно дольше.— Она расправила руками складки на кофте и юбке.— Скромно, но со вкусом. Ничего, что я немного помята? — Ничего, если это не игра. — О?! —Она многозначительно посмотрела на меня. :— Не в этот ли момент паук и хватает свою жерт¬ ву?— сказал я.— Самец удовлетворяет самку, а затем по¬ гибает от ее смертельного укуса. — Но ведь это только среди пауков. Ты же — оса, земляная оса. В результате необычного брачного союза между осой и пауком может получиться гибрид. Ну ладно, есть хотя бы паучиха, которая знает, что ей хоро¬ шо, несмотря на основные биологические различия. Ты мне нравишься. — Ты опять начинаешь плести паутину. Рассмеявшись своим приятным низким смехом, она сказала: — Ну, дай мне хотя бы попробовать. Шторм продолжался с новой силой. Раскаты грома перекатывались над океаном, всплески молний высвечи¬ 269
вали водяные валы и рассеивались бриллиантами в брыз¬ гах воды. Дождь, подгоняемый ве гром, то падал прямым потоком, то, подхватываемый ветром, хлестал косыми струями. Сосновая аллея была на самой окраине заброшенного района города. Начавшееся в этом направлении строи¬ тельство вдруг было остановлено из-за переменчивого ха¬ рактера прогресса, и город начал расти в другую сторону. Номер 124 был последним в ряду домов, не законченных строителями. Простой каменный кубик, с побитыми непо¬ годой стенами и облезшей краской. Дорожка, выложен¬ ная небольшими дощечками, вела к двери через грязный, запущенный газон. Огней в доме не было, но я увидел автомобиль Дейва, стоящий на площадке в конце улицы и развернутый на случай необходимости быстрого отъезда. Я медленно проехал мимо дома, внимательно осматриваясь по сторо¬ нам и пытаясь заметить, нет ли других свежих следов от машины на дороге. Не заметив ничего подозрительного, я развернулся за машиной Дейва и медленно подъехал к дому. Обстановка мне не нравилась. Место было слишком открытое, и рядом в темноте мог спрятаться стрелок. Гром заглушил бы выстрел пистолета, а через кусты лег¬ ко было убежать на соседнюю улицу, где вполне мог ждать автомобиль. Я сидел в автомобиле, держа наготове пистолет, и ста¬ рался во время вспышек молний, на мгновение освещаю¬ щих все, как днем, рассмотреть пространство между до¬ рогой и домом. Все тени были неподвижными, ничто не выдавало притаившегося убийцу. Я коснулся Камиллы и тихо сказал ей: — Я быстро проскочу к дому. Когда подбегу к двери и взмахну рукой, беги ко мне. Она резко кивнула, волнуясь и облизывая губы. Ка¬ милла была по-настоящему напугана и не могла вымол¬ вить ни слова, но я знал, что она все сделает так, как я ска¬ зал. Я открыл дверь, соскользнул с сиденья и побежал по дощечкам к дому, готовый в любую минуту броситься в грязь, если появится опасность. Я добежал до недо¬ строенного крыльца, прижался к стене и махнул ей рукой. Камилла вышла из машины и побежала, пригнув голову от дождя и неловко перебирая ногами из-за узкой юбки и высоких каблуков. Она без остановки, добежала до дома 270
и прижалась ко мне. Я обнял ее и, загородив собой, не¬ много подождал. Все было тихо. Затем дверь отворилась, и я вскинул пистолет, гото¬ вый открыть огонь. В дверях стоял Дейв. — Я все время наблюдал за вами й подстраховывал. Входите. Свет не зажигаем. Сначала я впустил Камиллу, затем вошел сам и за¬ крыл дверь. — Все чисто, Тайгер,— сказал Дейв спокойно. Он включил маленький фонарик и направил его луч к проти¬ воположной стене.— Что ты на это скажешь? Луч света сначала уперся в мягкое потертое кресло, стоящее в углу комнаты, затем двинулся вниз, пока не высветил что-то бесформенное на полу. Это был мертвый человек. Есть нечто особенное в мертвом человеческом теле. Какое-то освобождение от внутреннего напряжения, безвозвратность, умиротворенность и безразличие ко все¬ му. Даже боль и ужас смерти уходят с лица. Но нельзя привыкнуть к тому, что человек больше не живет. — Бизо Маккули,—сказал Дейв.— Следы от уколов шприцем на обеих руках и ногах. У него было четыре ам¬ пулы с героином и новый набор из двух шприцев. Дом сдан ему в аренду три года назад, он получал армейскую пенсию как инвалид. Проверка счета показала поступле¬ ния только пенсии, за исключением случайной тысячи долларов. Корешки чековой книжки свидетельствуют о частых тратах. — Что еще? — Я проверил свои связи, по одной из них вышел на него и сразу приехал сюда. Никто не ответил на стук, я влез через окно. Он был мертв уже не менее получаса. — Причина? —-Стальная пуля мелкого калибра повышенной скоро¬ сти прошла навылет через сердце. Профессиональный вы¬ стрел, и с близкого расстояния. Пуля пробила грудную клетку, оставив маленькое отверстие на выходе, продыря¬ вила насквозь кресло и застряла в стене. Я полагаю, это выстрел из «магнума». — Найдж Хопес. — Он встречался тебе? — Еще нет,—сказал я,— но он здесь. Камилла шумно задышала за моей спиной и, закрыв рот рукой, отвернулась в сторону. — Это... ужасно. 271
Дейв убрал свет, отведя луч нам под ноги. — Я перерыл все, но ничего не обнаружил. Дверь бы¬ ла открыта, и свет горел только возле кресла, я его потом выключил. Похоже на то, что убийца просто пришел, от¬ крыл дверь и выстрелил в Маккули, сидевшего в кресле. Никаких следов мокрой обуви внутри дома... ничего. А снаружи дождь размыл все следы. У Бизо свежий след от укола на ноге, и одна из иголок еще была влажной. Он, вероятно, сделал себе укол и сидел, ожидая начала дей¬ ствия наркотика, когда его убили. Прекрасный уход из жизни. — Где его документы? Дейв полез в свой карман и достал наполовину исполь¬ зованную чековую книжку, пачку квитанций, стянутых ре¬ зинкой, несколько скрепленных бумажек и передал мне. Я не стал их смотреть, на это найдется время попозже. — Будем сообщать в полицию или оставим все как есть? — спросил Дейв. — Никто ему уже не поможет. Давай оставим его здесь. Если мы откроем это дело, то придется слишком многое объяснять. Раз Хопес здесь, то он прибыл, чтобы убрать нас, или ему нужен Агронски. — Черт возьми, Тайгер, с таким количеством феде¬ ральных агентов вокруг, я думаю, можно легко обнару¬ жить новое лицо. Не такой уж это и большой город. Хопес должен же где-то появиться. — Он ведь профессионал, Дейв,— напомнил я ему.— Он не будет останавливаться в гостинице или мотеле. Он или все время перемещается, или у него есть место, где можно скрыться до нужного момента. — Я думаю, следует все-таки попробовать его пои¬ скать. — Давай не будем его пугать. Если он увидит, что за ним охотятся, то просто станет более осторожен. Я бы дал ему возможность свободно проявить себя. — Но тогда еще кто-нибудь может умереть. — Как говорится, мы все должны когда-нибудь уме¬ реть. Дело стоит того. — Этот депозит на тысячу долларов...—начал Дейв,— плата Маккули за его участие в выведении Агрои¬ ски на контакты по дороге на север. Мы проверили даты, они совпали. Этот малый не мог и предположить, что ко¬ нечный расчет будет намного дороже того, что он просил. Советы не любят оставлять в живых тех, кто ненадежен. 272
— Ну, если они никому не доверяют, то не должны и Хопеса пускать одного. — А он и не один. Советы предусмотрели все вариан¬ ты. Могу поклясться, что ребята из ЦРУ и безопасности располагают здесь людьми, которые могут определить всех известных советских агентов, так что будь уверен... со стороны Советов все лица будут новыми, вот увидишь. — Выходит, мы никого не знаем. — Вот именно. В полумраке комнаты, освещаемой случайными вспы¬ шками молний, Дейв улыбнулся мне и, глядя в глаза, спросил: — Так что же тебе остается, Тайгер? — Парочка умников, память которых следует хоро¬ шенько встряхнуть,— сказал я. — Тогда я жду. — Мы все ждем. Камилла дернула меня за рукав. — Тайгер, пожалуйста... мы можем уйти? Мне. плохо. — Конечно, малышка. Я попросил Дейва, чтобы он прикрыл нас. — Сомневаюсь, что там кто-нибудь есть, но все же прикрой. Мы побежим сразу после вспышки молнии. Ты езжай в мотель и оставайся там, пока я не дам тебе знать. Свяжись с Ньюаркским контрольным центром и дай им полный отчет. Скажи Верджилу, чтобы он никого сюда не присылал, но держал на всякий случай ребят наготове. — Будет сделано. Мы подошли с Камиллой к двери и, подождав вспы¬ шки молнии, побежали к машине. Дейв страховал нас. От¬ крыв Камилле дверцу и усадив ее, я сел сам, и мы тихо отъехали. Дейв уедет после нас, убедившись, что от нашей машины не осталось никаких следов. Камилла вжалась в сиденье, дрожа всем телом и за¬ крыв лицо руками. Так мы доехали до мотеля Там Ка¬ милле стало немного лучше, но ее все еще била дрожь. Она снова вымокла до нитки и не могла говорить. Но по¬ степенно она стала успокаиваться после вида насиль¬ ственной смерти, с которой встретилась впервые в жизни. Камилла не хотела, чтобы я оставлял ее одну, но зна¬ ла, что лучше меня об этом не просить. Она взяла меня за руку и сжала ее. — Ты надолго? 273
— Нет. — Ты будешь со мной ночью? — Да. — Я сплету еще одну паутину. Первую ты разорвал. Я нежно поцеловал ее, затем подтолкнул из машины. Когда она вошла в номер, я развернул автомобиль и пое¬ хал на шоссе. Винсент Смолл подошел к двери, увидел меня и от¬ крыл без всяких слов. Войдя, я обратил внимание на его измученное беспокойством лицо. В руке он держал вну¬ шительный стакан с крепким ликером, запах которого я почувствовал издалека. Взгляд был рассеян и туманен, и Смоллу понадобилось некоторое время, чтобы сфокуси¬ ровать его на мне. Казалось, что он выглядит лет на де¬ сять старше, философ, утонувший в своих проблемах. Он наконец сосредоточился, нахмурил брови и попытался сказать: «Полиция...» — Сидит в машине напротив дома. Я сводо оставил за углом и прошел через задние ворота. — Что... случилось? — Его руки задрожали, и кусочки льда зазвенели в стакане. — Мы нашли человека, который имел связь с Агрон- ски. Он был частью разработанного плана. Может, вы хо¬ тите взглянуть на него? — Нет... прошу вас, не надо. Это не имеет никакого смысла.— Он с трудом сглотнул и уставился на меня, ожидая, что я скажу дальше. — Его связь с Агронски была недолгой, но важной. Вроде вашей. И он мертв. Я думаю, вам полезно об этом знать, потому что вы можете быть следующим. Смолл резко отступил назад, натолкнулся на стул и тяжело уселся, не заботясь о том, что может распле¬ скать ликер. — Но почему я... почему? — Луи Агронски был достаточно разговорчив с ним. Наркоманы всегда много говорят, когда находятся под кайфом. Если он говорил вам и Клоду о своем потайном месте, он мог сказать и о многом другом. Наркоманы не в состоянии хранить секреты, особенно когда нуждаются в дозе. — Мистер Менн... Я прервал его. — Позвоните Бостеру и передайте мои слова. Затем 274
сядьте и подумайте. Припомните заново каждое слово, когда-нибудь слышанное вами от Агронски, и проанали¬ зируйте. Возможно, вы и ваш друг держите все в своих ру¬ ках. Вы здорово ошибаетесь, если думаете, что не уча¬ ствуете в этой игре. Давайте поедем на другой конец горо¬ да, и вы убедитесь сами. Мертвое тело довольно убеди¬ тельный аргумент. — Я никогда не думал... — Это беда почти всех... кто редко думает,— сказал я. Глава X Я постучал в дверь, и Чарли Корбинет сказал: — Входи, Тайгер.— Чарли сидел в кресле перед экра¬ ном телевизора и смотрел какой-то фильм про старые времена, воротник его рубашки был расстегнут, рукава закатаны.— Ты шел довольно долго. Я не люблю ждать. Ты должен это помнить. — Это все было в прошлом, полковник. Сейчас ты ждешь, потому что обязан ждать. — Довольно грубо,— сказал он с чувством,— ты сейчас в очень сложном положении. Тебе не доверяют. — Идиоты. На мгновение его суровое лицо озарилось улыбкой. — Жаль, что я не воспитал тебя лучше в свое время. — В чем, собственно, дело? — Хал Рэндольф хочет, чтобы ты вышел из игры. Другие ведомства давят на него. — Пусть себе давят. Их-то какое собачье дело. — Они разбирают систему. — Я знаю. Этим они ничего не добьются. — Понятно. Но должны же они попытаться что-то сделать. — Конечно, и снова оставить нас беззащитными. — У тебя есть другое предложение? — спросил он.— Так давай, мы как раз этого и ждем от тебя. — Не сейчас, но скоро. — Нельзя ли побыстрей? — — Тогда помоги мне чем-нибудь. Чарли Корбинет откинулся в кресле, скрестил таким знакомым мне жестом руки на груди и в упор посмотрел на меня. — Хал Рэндольф надавил на секретаршу Дага Га¬ 275
мильтона. Она начала вспоминать кое-что. Обнару¬ жились факты, которые, возможно, имеют отношение к этому делу... а может, и не имеют. — И что же это такое? — Хотя бы то, что он, работая эффективно, не всегда был честен. Похоже, что попутно он занимался шанта¬ жом. Не крупным, но и не мелким. Проверяя прошлое на¬ нимавшихся на работу, он столкнулся со странными груп¬ пами людей, можно сказать, организациями, включавши¬ ми в себя и представителей высших сфер, презрительно относившимися к нашей капиталистической системе и со¬ трудничавшими с ультралевыми. Гамильтон пользо¬ вался подобной, попадавшей в его руки, информацией Большинство людей из этих организаций были студенче¬ ского типа — с длинными волосами и бородами, ну, сло¬ вом, ты знаешь это молодое поколение. Они все охаивают ради самоутверждения и целиком потакают своим слабо¬ стям. Паршивцы, сукины дети. Их бы в армию, и пусть они полежат под огнем, тыкаясь своими рожами в грязь каждый раз, когда те, кого они обожают, будут стрелять по ним. Все, на что они способны, это таскаться с плаката¬ ми по площадям и улицам да отращивать себе волосы, словно девчонки. Их деды победили индейцев, создали эту страну, подняв ее из первобытной грязи, терпя всяче¬ ские лишения. — Да, это так. Они не мои потомки, Чарли. — И не мои. Как ты сказал, остались и крепкие парни, вроде нас с тобой. Так вот, Даг делал на этом деньги — Но каким образом это связано с нашим делом? — Я не знаю. Возможно, что и никак. — А если связано? — Тогда подумай, как.- Он посмотрел мне прямо в глаза пытливым взором, стараясь понять мои мысли, и раздраженно отвернулся в сторону, заключив, что не мо¬ жет этого сделать. Неожиданно яркая вспышка молнии озарила комнату, и мы невольно замерли, ожидая раска¬ тов грома. Секунды через две они раздались, обрушив¬ шись затем прямо у нас над головами сухим, раздираю¬ щим воздух, треском.— Я буду ждать. — Хорошо, дам тебе знать,— сказал я. Он кивнул и отвернулся к экрану телевизора с таким видом, словно меня и не было в комнате. Так он обычно делал, когда хо¬ тел дать понять, что разговор закончен. Я открыл дверь и, убедившись, что нет ничего подоз¬ 276
рительного, пошел к своему автомобилю. Дождь только начинался и разразился ливнем, когда я уже сидел в авто¬ мобиле. Подъехав к шоссе, я увидел патрульную машину на обочине и полицейских, проверяющих подряд все маши¬ ны. Я заметил их вовремя, свернул на боковую улицу и объехал пост. Где-то примерно в миле от поста я при¬ метил закусочную, остановил машину и зашел выпить ко¬ фе и съесть бутерброд. Там сидели два шофера грузовиков и обсуждали при¬ чину проверки машин. Они вынуждены были в темноте под дождем перекладывать в кузове весь груз. Я выпил кофе, съел бутерброд, расплатился и вышел. Как только я оказался на улице, то почувствовал бес¬ покойство. Что-то угрожающее и необычное появилось в городе. Слишком много для этого часа автомашин на дорогах. Слишком много людей там, где обычно их не было. Некоторые машины стояли припаркованные, и в них сидели люди с таким видом, словно чего-то ожида¬ ли. Напряжение усиливалось видом тяжелого черного не¬ ба и гнетущей сознание ^мыслью об убитом человеке, ле¬ жавшем в нескольких минутах езды. Скоро что-то должно произойти. Я почти ощущал при¬ ближение этого момента. А может, он уже наступил? Я въехал на территорию мотеля и увидел, как семья автотуристов шумно выгружалась из переполненного ав¬ томобиля-универсала. Двое малышей хныкали из-за того, что их растревожили так поздно, еще двоих отец букваль¬ но тащил к дому, а невысокая женщина стояла около ав¬ томобиля, придерживая дверцу и ожидая, пока на землю спрыгнет белый пудель. Чуть подальше, в месте для пар¬ ковки напротив номеров, в окнах которых еще горел свет, стояли белый «ягуар» и пикап. Погасив фары, я тихо подъехал к своему номеру и вы¬ ключил зажигание. Окна комнаты Камиллы были закры¬ ты шторами, через небольшую щель пробивался свет. Я вышел из машины, подошел к двери и попробовал ее открыть. Дверь легко поддалась. Камилла лежала в по¬ стели, ночник у изголовья кровати горел мягким желтым светом. Одеяло поднималось и опускалось в такт ее ров¬ ному глубокому дыханию. Она спала. Я молча смотрел на нее некоторое время, она закашлялась во сне, поверну¬ лась на бок, чихнула, потерла нос ладонью и почти про¬ 277
снулась, но, как бы раздумав просыпаться, откинулась вновь на спину и затихла. Я закрыл дверь на замок и направился к двери, ведущей в мой номер. И здесь, возле самой двери, во мне возникло ощущение угрозы. Я сам не заметил, как пистолет ока¬ зался в моей руке. Отступать было поздно: тот, кто был в комнате, уже знал, что я стою за дверью. Если я не вой¬ ду, это встревожит его, и он может уйти через окно. Ко¬ нечно, если это входило в его. планы. Я осторожно открыл дверь ключом, толкнул ее рыв¬ ком и тут же отскочил в сторону, ожидая вспышки вы¬ стрела, которая бы указала мне место нахождения про¬ тивника. Капитан Хардекер рассмеялся в темноте и сказал: — Не будьте так впечатлительны, мистер Менн. Это всего лишь я. — Зажгите свет. Щелкнул выключатель, и комната осветилась каким- то нереальным красноватым светом. Хардекер сидел на стуле, упираясь спиной в стену, а ноги его покоились на кровати. — Так можно получить и пулю в лоб,— сказал я ему — При такой работе, как у нас, всегда есть этот шанс. — Как вы меня нашли? — Без проблем. Не забывайте, я ведь местный. Не¬ сколько телефонных звонков, некоторые действия, не совсем соответствующие моему статусу, и все в порядке. Вы не волнуйтесь, я дал указание администрации мотеля больше никому не сообщать сведений о вас. — Почему вы так поступили? — Я же говорил вам, что вы мне нравитесь. Вы интри¬ гуете меня. А я бы хотел знать, что происходит на заднем дворе в моем хозяйстве. Город наполнен агентами ФБР, а я как бы в стороне и ничего не знаю. Такое впечатление, что в наших услугах не нуждаются. Мне просто любопыт¬ но— что происходит? — Что конкретно? — Ну, например, убит человек из пистолета «магнум» 22-го калибра, и никто об этом не сообщает. — Кто-то все же сообщил? 7 — Добропорядочные горожане заметили, что в доме с погашенными огнями на окраине города происходит не¬ что странное. Оттуда вышли три человека, сели в свои ав¬ томобили и разъехались. Позвонили по телефону, приеха¬ 278
ла патрульная машина, затем появился и я. Убитый был в наркотическом состоянии. Никаких отпечатков пальцев не найдено на ручке двери, выключателе, стенах и других обычных местах. Следы на полу были чисто вытерты. — Кто позвонил? — Один мужчина, пожелавший остаться неизвестным. Многие так поступают, когда сообщают о действительно серьезных делах. — Прекрасно. Так что дальше? — Мистер Менн, я здесь неофициально, не как поли¬ цейский, мне просто любопытно. — Я не заметил полицейской машины возле дома. — За мной машина придет позже. Я не хочу мешать вашим планам. — Дурачите меня, капитан? — Хотелось бы надеяться. — Скажите мне настоящую причину вашего визита. Он через силу улыбнулся. — Я послал на вас запрос и получил очень интересный отчет. Удивляюсь, как вы, с вашим прошлым, до сих пор живы и работаете открыто. — Может, я теперь и ломаного гроша не стою. — Не скажите. Вы так ведете себя специально, это не¬ обходимо вам, не так ли? — Возможно. — Это меня беспокоит. Обычно я не волнуюсь из-за таких вещей. — Оставайтесь спокойным всегда,— посоветовал я. Хардекер выдержал паузу, взглянул на меня и улыб¬ нулся широкой улыбкой. Было чертовски трудно понять, что у него на уме. — Один из моих парней сообщил мне кое-что. Это могло бы вас заинтересовать,—сказал он. Я молча ждал, что он скажет дальше. — Этот парень обладает фотографической памятью на лица. — Замечательное качество,— заметил я. Глаза Хардекера потемнели, он наблюдал за моей реакцией. — Он узнал и вспомнил Хелен Левис. Он два раза ви¬ дел ее вместе с тем человеком, которого разнесло на ку¬ ски, с Генри Фрэнком. Позже он видел ее также вместе с Луи Агронски. Я думаю, вы понимаете, что между этими встречами есть связь. 279
— Понимаю — Так что? — Она советский агент, снимает для виду квартиру в Сарасоте, на случай проверки места жительства, а появ¬ ляется там крайне редко, представляя дело таким обра¬ зом, будто она много путешествует. Улыбка постепенно сошла с лица Хардекера — В таком случае, у нее прекрасная агентурная сеть, не так ли? Я промолчал. Он сам связал концы с концами. — Вы не найдете эту женщину. Она одна из тех, кого очень трудно определить. Обычная средняя женщина, ни¬ каких особых примет. Она может присутствовать или от¬ сутствовать. и никто даже не заметит этого. Она просто человек. — Как-нибудь она засветится,— сказал я. — Всегда случайно что-нибудь происходит. — Да, но они толковые ребята. — Ты не совсем прав, парень. В этом случае они не были бы на той стороне. Капитан Хардекер поскреб себе ладонь, как бы обду¬ мывая, что сказать, глубоко вздохнул, при этом грудь его напомнила мне бочку, и произнес: — Но если они добьются преимущества, то оно, види¬ мо будет стоить их, не так ли? Я отрицательно покачал головой. — Никогда. Капитан Хардекер поднялся с видом очень утомленно¬ го человека, но это была только поза, обмануться мог лишь неопытный человек. Он посмотрел на часы, заткнул пистолет за пояс и сказал: —т Какое-то время... ну, скажем, сутки — мы не будем информировать высшие инстанции об убийстве Бизо Маккули. А потом посмотрим. Он подошел к двери и остановился рядом со мной на несколько секунд. — Зачем это, капитан? — Затем, что за убийством стоит один из нас,- ответил он и вышел. Для меня это были довольно знакомые слова. Я за¬ крыл дверь, выключил свет и стал наблюдать, как он пересек площадку и Остановился возле проезжей части, не обращая ни малейшего внимания на дождь. Хардекер стоял там до тех пор, пока не подъехала машина, развер¬ 280
нулась, и он сел в нее. Когда задние красные фонари авто¬ мобиля исчезли за пеленой дождя, я задернул занавеску и подошел к туалетному столику. Капитан Хардекер был здесь не только из любопыт¬ ства. Ничего необычного в этом убийстве для него не бы¬ ло. Мы оставили там все в таком виде, чтобы можно было увидеть и понять. Хардекер вел какую-то свою игру. Единственное, что меня беспокоило в его появлении, это быстрота, с которой он меня обнаружил. Если он смог это сделать, значит, сможет и другой. В принципе, трудно спрятаться так, чтобы тебя не нашли, если тем, кто ищет, ты очень нужен. Найдж Хопес тоже искал. Безликий, он был где-то там, в ночи, с пистолетом «магнум» 22-го калибра, кото¬ рый много раз доказывал свою надежность по всему миру и теперь готов доказать снова. Далекие раскаты грома дошли до моего сознания. Гроза шла на убыль, молнии уже не блистали яркими вспышками, как час назад. И даже дождь перестал, как бы ожидая своего часа. Мне оставалось только ждать. Когда ты все время находишься в напряжении, то на¬ чинаешь предчувствовать опасность. Играя со смертью, учишься различать и понимать ее повадки. Некоторые условия способствуют проявлению ее активности. Все равно как лучи солнца весной заставляют оживать змей. Возможно, еще не время, но, разбуженные теплом, они по зову природы поднимают свои страшные головы и, раз¬ драженные и голодные после сна, готовы напасть, даже если для этого еще не подошло время. Я почувствовал, что Хопес где-то здесь. Не так уж все и сложно. В плохо освещенном месте возле дома Маккули у него было мало шансов на точный выстрел, тем более против наших двух пистолетов. Но, отказавшись от вы¬ стрела, он мог спокойно сесть мне на хвост и выследить, подключив для этого свою группу с машинами и радио¬ связью. Конечно, я был осторожен. Мысль о преследова¬ нии все время не покидала меня. Для них я являлся пре¬ пятствием, мешал им, и меня следовало устранить. Я не был скован разными формальностями и инструкциями, которые опутывают по рукам и ногам. К тому же за мной стояла хорошо отлаженная и обеспеченная организация, с которой им еще не приходилось иметь дела. Я специаль¬ но держался у них на виду, провоцировал нападение, на¬ деясь только на своевременный ответный выстрел. 281
Уберите ключевую фигуру — структура начнет терять управление и может развалиться. Я испытывал внутреннее напряжение и веселье оттого, что кто-то другой ждал, наблюдал, планировал, как устранить меня. Я достал свой пистолет и взвел курок, ощущая приятную тяжесть оружия в руке. Это старый мой приятель, отполированный до блеска моими руками от частого использования. Он часть меня самого, как, ска¬ жем, пальцы на руках, металлическое чудовище, которое может подарить или отнять жизнь. Я подошел к окну, слегка раздвинул занавески, чтобы можно было видеть пространство перед домом, и стал раздумывать над тем, какую бы выбрал позицию, будучи на его месте. Все пространство перед чередой номеров мо¬ теля было хорошо освещено, и здесь нельзя было укрыть¬ ся. Сбоку от моего крайнего номера росли кусты, но от¬ туда не была видна входная дверь, что неудобно. Остава¬ лось только одно место — пальмы, росшие наискосок от моего номера, откуда просматривались все подходы. И черт меня возьми, если он не там, я это чувствовал. Сейчас мне надо показать ему, что я в номере. Я пошел в ванную, включил свет, вышел и плотно прикрыл дверь, чтобы он не проникал в комнату. Он будет думать, что я нахожусь там, а не лег спать. Если давно наблюдают за мной, то знают, что я был у Камиллы и вернулся к себе. Они видели, как вошел ко мне и вышел капитан Хардекер, но не могли знать, что произошло между нами. Наверня¬ ка на всякий случай они будут ждать от меня каких-то действий. Стоит мне только выйти наружу, как на меня нападут. В этот раз они рассчитали все точно и правильно выбра¬ ли время. По их плану убить меня должны здесь и сейчас. Но мне нужно выйти за дверь. Если не выйду я, рано или поздно они войдут в дом. Не Хопес один, так несколь¬ ко человек вполне могут расправиться со мной, даже ри¬ скуя потерять кого-то из своих. Конечно, я мог бы с ними справиться и один, будь у меня газовая бомба или грана¬ та. Ночь словно смеялась надо мной раскатами грома и шумом возобновившегося дождя, который горстями бросал в окна ветер. Я решил кое-что предпринять. Потребовалось совсем немного времени для того, чтобы из подушек, одеяла и части своей одежды смастерить очень похожее на чело¬ веческую фигуру чучело и укрёпить его на торшере. Затем 282
я тихонько приоткрыл окно, ровно настолько, чтобы про¬ сунуть в щель ствол пистолета. Открыв замок, я быстро распахнул дверь и вытолкнул на улицу чучело, наблюдая, откуда появится вспышка выстрела. Среди темного пятна пальм, как я и рассчитывал, поя¬ вилась яркая вспышка, и фигура, которую я смастерил, ввалилась в комнату, отброшенная выстрелом назад, а по стене защелкали пули. Я выстрелил подряд семь раз в сто¬ рону деревьев и тут же немедленно бросился на улицу че¬ рез открытую дверь, пропахав телом небольшую дорожку в гравии. И только тут я понял, что меня обманули. Пер¬ вые выстрелы были сделаны из ружья, а не из пистолета 22-го калибра, и вот я оказался один на открытом месте. Я катился по гравию, когда раздался второй выстрел. В этот раз стреляли не из-за пальм. Пуля сорвала часть воротника с моего пиджака и выбила из гравия каменные осколки, которые больно впились мне в лицо. Я повер¬ нулся в сторону выстрела, увидел стрелявшего на крыше и выстрелил. Пуля ударила ему под ноги, выбив осколки черепицы как раз в тот момент, когда он поднимал руку, чтобы выстрелить в меня во второй раз. После моего вы¬ стрела он не стал ждать, повернулся, перебрался через ко¬ нек крыши и исчез под грохот грома и блеск молнии. Меня спасло то, что какие-то припозднившиеся тури¬ сты въехали на территорию мотеля и фары их машины случайно осветили мощную фигуру, прыжками направ¬ лявшуюся от пальм ко мне и продолжавшую сжимать в руках ружье. Я не успел даже повернуться, как он уже за¬ нес приклад ружья над моей головой. Едва увернувшись от удара, я нырнул ему под ноги и толкнул корпусом, на¬ падавший покачнулся и упал на меня. Это его устраивало. Похоже, он даже засмеялся, одной рукой стал хватать меня за горло, а другой сильно ударил под ребра. Затем своей огромной ладонью обхватил запястье и рванул на¬ зад так, что пистолет выпал из моей руки на землю. Коле¬ ном он пытался ударить мне в пах, но я увернулся. Муж¬ чина старался придавить меня всей тяжестью своего могу¬ чего тела. И снова засмеялся, чувствуя свое превосходство в силе: ему, видимо, доставляла удовольствие мысль убить меня. Он забыл только об одном. Я тоже любил подраться. Выждав удобный момент, я сделал то единственное, что мог сделать. Я ткнул прямыми пальцами ему под кадык. Он, онемев от боли, в удивлении схватился руками за свое 283
горло, а я сжал что было силы его руки, приподняв енъ и ударил коленом в пах. После этого удара глаза его чуть не вылезли из орбит от ужасной боли. Он слишком при¬ вык побеждать, слишком был уверен в себе. Этот человек видел выражение ужаса в глазах своих противников, а сей¬ час ужас был в его собственных. Он знал, что его не оста¬ вят в покое, и затряс головой, совершенно лишившись возможности говорить от физических страданий, которых не испытывал раньше. Прежде чем мой противник при¬ шел в себя, я обхватил его голову руками и одним мощ¬ ным, резким рывком свернул ему шею и отбросил сразу обмякшее тело в сторону, как ком грязи. Покончив с ним, я бросился к деревьям и увидел еще одного человека — с родимым пятном на щеке и дыркой в груди, которую он получил в результате одного из моих выстрелов. Заряженное ружье 303-го калибра лежало рядом с ним, на ремне висел револьвер 38-го калибра. Я подтащил тело здоровяка и положил его сверху на убитого, а его ружье бросил рядом. Опять судьба улыбну¬ лась мне, и в этой схватке я вышел победителем. Опп остались лежать здесь, а я спокойно уходил. Никто ничего не заметил, шум дождя и грохот грозы заглушили звуки борьбы. Возле дома я обнаружил лестницу, которую, видимо, приладил Найдж Хопес, и поднялся по ней на мокрую от дождя черепицу крыши. Затем перелез на ту сторону, где он подкарауливал меня. Это место было отмечено разби¬ той моей пулей черепицей. Толково. Он все здорово пре¬ дусмотрел, отсюда ему была видна и передняя, и боковая сторона моего номера. Он выбрал такое место, с которо¬ го мог настигнуть меня, каким бы путем я ни попытался уйти. Действовал так же, как, наверное, действовал бы и я. Он был мастер своего дела, прикинул все возможности, понимая, что и его противник может оказаться достаточ¬ но умным. Поэтому он постарался предусмотреть все слу¬ чайности и непредвиденные действия с моей стороны. Как долго он стоял здесь, поджидая удобного момен¬ та? И был ли это действительно Найдж Хопес, которому поручили дело? Он сам ответил на мой вопрос. Недалеко от того места, где я стоял, в водосточном желобе, белел аккуратный, величиной с палец, баллончик с надписью «Безекс». Я подобрал его, внимательно осмотрел и вернул на место. Спустившись вниз, на мокрой и мягкой от дождя 284
почве увидел его следы, ведущие к тропинке, которая за углом дома сворачивала к шоссе. Не было смысла идти за ним. Было более чем достаточно времени и возможно¬ стей, чтобы исчезнуть отсюда. Теперь он должен будет выбрать другое время и другое место. Я чувствовал, что Найджа Хопеса больше нет здесь. Он ушел. Без особых усилий я открыл дверь в номер Камиллы, она по- прежнему спала в той же позе. Дыхание ее было тяжелым, ей что-то мешало в горле. Она чихнула и закашлялась во сне. Я закрыл дверь Дейв Элрой получил посылку, направленную мне Эр¬ ни Бентли, и привез ее мне в начале девятого. По- прежнему небо было закрыто облаками, и моросил дождь, но даже при такой погоде было заметно, как свет¬ леет восток и приходит день. Он передал мне банку кофе, которую привез с собой, затем сел и стал слушать мой рассказ о том, что произошло этой ночью. Когда я закончил говорить, он присвистнул и сказал: — Мы не можем оставить их тела на месте просто так. — Я не намерен утомлять себя длинным объяснением с полицией. Нам не нужно впутываться в это дело. — Хорошо, как скажешь. Ты проверил их документы? — Никаких документов. Когда ими займется поли¬ ция, возможно, что-нибудь обнаружится. Нам они ничем помочь не могут. — Послушай, но к кому будут цепляться? Тут я засмеялся. — Это как раз тот случай, когда мой официальный статус сыграет мне на руку. Самооборона при исполнении служебных обязанностей. С этой точки зрения происшед¬ шее совсем меня не беспокоит. Ты позвонишь в Ньюарк и попросишь их поработать над этим. — Ты знаешь, как выходить сухим из воды,— сказал Дейв. — Как обстановка в городе? — Полно агентов,— ответил он,— и еще больше на подходе. Эти люди вовсе не выглядят как туристы. Я ду¬ маю, что положение хуже, чем в Лос-Аламосе, когда Манхэттенский проект был в самом разгаре. Трудно най¬ ти в городе свободный номер. — Ничего страшного. — Что с посылкой? — спросил Дейв. Я снял, крышку коробочки и разорвал слой фольги. 285
Внутри лежала пара отдельных упаковок ингалятора с на¬ званием «Безекс» — небольшие баллончики из белого пла¬ стика. Там же нашел и записку от Эрни. Я посмотрел на адреса, по которым он направил ингаляторы, снизив предварительно наполовину их эффективность. Если кто- нибудь станет пользоваться ими, то будет вынужден ча¬ сто их менять. Я снял целлофан с одного из смертоносных маленьких баллонов. Здесь Эрни превзошел самого себя. Он поместил внутрь смерть, а нам оставалось только использовать подходящий момент. Единственное, чем он не мог мне помочь,— это употребить баллончик с ядом против Найджа Хопеса, а не какого-нибудь бедного мало¬ го с сопливым носом, не имеющего никакого отношения к убийце. Он предлагал разместить баллончики в различных ме¬ стах. Я положил один в мой бритвенный прибор, а другой в карман пиджака. Затем передал Дейву список тех мага¬ зинов, куда был направлен «Безекс». — Поговори с владельцами этих магазинов, пусть они дают информацию о каждом, кто покупает этот ингаля¬ тор. Скажи, если они будут интересоваться, что ты пред¬ ставитель фирмы и хочешь изучить действие ингалятора. — А если кто-нибудь попадется? — Не упускай его из вида и свяжись со мной через Чарльза Корбинета. Пожалуй, здесь я больше, не оста¬ нусь. Для меня лучше, если я буду все время переме¬ щаться. Да, и не вступай с ним в контакт, пока с тобой не будет кого-нибудь еще. — Черт, Тайгер. Я как-то раньше управлялся и один. — Это очень опасный человек, приятель. Твои дей¬ ствия должны быть точны. Если ты настигнешь его и во всем будешь уверен, не упускай случая. Убей его. — Без разговора? — Без разговора,— подтвердил я.— У нас нет на это времени. Нам нужен Агронски, а не Найдж Хопес. Он только препятствие. Дейв закурил и, улыбаясь, посмотрел на меня. — Вы, ребята, как боевые летчики во время войны. Один из вас будет уничтожен, так что бомбардировщики либо достигнут места, либо их собьют. — Значит, давай делать так, чтобы удача была на на¬ шей стороне,— сказал я.— Какое оружие ты имеешь при себе? — Пистолет 38-го калибра и нож на ноге. 286
— Помни тренировки. — Как я могу их забыть? — Он рассмеялся.— Ты бере¬ гись, Тайгер. Ведь они прежде всего охотятся на тебя.— И он быстро вышел, плотно прикрыв дверь. Я слышал, как он завел двигатель своего автомобиля и уехал. Собрав все свои испачканные вещи в мешок для прачечной, я бросил его на заднее сиденье автомобиля и повесил табличку на дверь своей комнаты с надписью «Не беспокоить». Я не хотел, чтобы уборщица обнаружи¬ ла дырку в унитазе и выбоины от пуль в стене раньше вре¬ мени. Для начала достаточно того, что обнаружат два трупа в пальмовой рощице. Я раза три постучался в дверь Камиллы, прежде чем услышал ее шаги. Она с трудом проснулась, встала с по¬ стели, подошла к двери, открыла ее и стояла, глядя на меня сонными глазами. Я вошел в комнату. На ней все еще была надета моя рубашка, застегнутая посередине. — Ты бросил меня,— сказала она обвиняющим то¬ ном. — Ты так крепко спала, что я не захотел тебя беспо¬ коить. Камилла положила голову мне на плечо и взглянула на меня снизу вверх: — Это я виновата,— сказала она.— После того, как я насмотрелась... на этого убитого, приняла снотворное и совершенно отключилась.— Она сморщила нос и чихну¬ ла. Глаза ее были влажны и блестели, а голос охрип. — Забудь об этом, тебе нужно было отдохнуть. — Что-нибудь... произошло? — Очень многое, ты все проспала. — Ты можешь?.. Я знал, что она собиралась спросить, и покачал в ответ головой. — Одевайся. Мы уезжаем. Без всяких слов она кивнула и стала снимать свои вещи с вешалок в шкафу. Снаружи продолжал капать дождь, стуча по крыше, где-то вдали раздавались раска¬ ты грома. Камилла пошла одеваться в ванную комнату, а я присел на край кровати, поджидая ее. Позади сумочки на туалетном столике я увидел бумажный пакетик с надо¬ рванным верхом. Это было лекарство, выписанное в нью- йоркской аптеке с предписанием принимать одну-две та¬ блетки перед сном. Почти механически я высыпал из паке¬ тика на ладонь оставшиеся десять таблеток из тринадца¬ 287
ти, бывших первоначально в упаковке, затем снова ссы¬ пал их в пакет и положил ей в сумочку. А за окном по- прежнему бушевала непогода, так же как и людские стра¬ сти. Где-то был убийца и целая группа людей, охотящихся за ним. Проверяя и перепроверяя каждый факт, ища ка¬ кие-то следы, они стараются в конце концов прийти к единственно нужному результату. Где-то находился Агронски, который не знает, на что решиться, и рано или поздно кто-нибудь примет это реше¬ ние за него. Несмотря на все отклонения возбужденного мозга, он выбрал себе очень хорошее место, чтобы спрятаться. Он не оставил ни следов, ни намеков. Голод¬ ное животное с озлобленной философией руководило ге¬ ниальным умом и вело его туда, где он мог причинить больше всего разрушении. Сейчас оно просто сидит и пое¬ дает само себя, до тех пор пока полностью не уничтожит. Я поднял трубку и набрал номер Винсента Смолла. Телефон прозвенел раз тринадцать, прежде чем была снята трубка и раздраженный голос ответил. — Хелло? — Смолл? — Да, это я. — Говорит Менн, Винсент. Вы один? — Совершенно, если не считать полицейских снаружи. — Все в порядке? Я почувствовал, что он колеблется, но в ответ услы¬ шал: — Да, все в порядке. Я не мог скрыть раздражения и усталости. — Скажите мне, друг. — Да, собственно, нечего говорить. Разве только.. — Ну же, в чем дело? Голос его зазвучал утомленно, все восторженные нот¬ ки, которые были в нем во время нашей первой встречи, исчезли. — Я... помните, мы спрашивали агентов по продаже недвижимости о возможной покупке Луи где-нибудь участка земли с домом? — Да, и что из этого? — Я не знаю. Один из агентов позвонил вчера вече¬ ром и сказал, что появился человек, которого интересует тот же вопрос. — Местный? 288
— Нет, приезжий. Он зашел узнать, где Луи, потому что знал, что тот интересуется собственностью, а у него есть несколько прекрасных предложений. — Как он выглядит? — Довольно обыкновенно. Он был в затемненных оч¬ ках... Шел дождь, на нем была шляпа, воротник поднят. — Тогда отчего вы встревожились?—спросил я не¬ терпеливо. Винсент Смолл не ответил. Прошло немало времени, прежде чем он сказал: — Я звонил еще нескольким людям, этот человек был и у них тоже. — Что вы хотите этим сказать, Винсент? Я услышал, как он сглотнул и почти выпалил: — Первый, к кому этот приезжий обратился, сказал ему, что мы тоже интересовались возможной покупкой Луи. Он ничего не имел в виду при этом. Просто упомя¬ нул и все... — Вы звонили Бостеру? — Да.— Его голос стал едва слышен.— Он... не отве¬ чает. Может, это ничего и не значит... Как можно спокойней, чтобы не напугать его, я сказал: — Вы попросите полицейских, чтобы они зашли в дом, пусть находятся рядом с вами. И никого не впу¬ скайте в дом, кроме полицейских. Сидите тихо и не выхо¬ дите, понятно? — Да, я понял... Он еще продолжал говорить, когда я нажал на рычаг, чтобы разъединить линию, и набрал телефон Клода Бо- стера. Никто не отвечал на звонок. Камилла вышла из ванной, когда я уже опустил труб¬ ку, она увидела мое лицо и спросила: — Что такое, Тайгер? — Нас разъединили.— Я взглянул на нее, раздумывая, что с ней делать, оставлять одну здесь или взять с собой, хотя в случае чего этим мог воспользоваться противник. Затем сказал: — Поехали, детка. Ты побудешь со мной. Она не стала спорить и задавать вопросы, просто вы¬ шла и села в автомобиль. Ее глаза неотрывно следили за мной, пока я обходил автомашину и садился за руль. Я взглянул на небо, и чувство опасности вернулось ко мне. Она вновь поджидала нас. Я проехал место, где все еще лежали два скованных смертью тела с незрячими гла- 10 Заказ 1828 289
зами, в ожидании момента, когда их найдут и опознают. Затем завернул за угол и помчался по направлению к шоссе. Указатель бензина был почти на нуле, и мне пришлось остановиться у бензоколонки, чтобы заправить бак. Пока заливали топливо, я зашел в телефонную будку и набрал номер телефона капитана Хардекера. Дежурный сержант соединил меня с ним, и я сказал: — Это Менн, капитан. Прошу вас об одолжении. — Естественно.— Было что-то потешное в том, как он это сказал. — Так могу я попросить или нет? — Вы резки, Тайгер.—Я услышал, как он застучал ка¬ рандашом по аппарату.— Они отказались от сотрудниче¬ ства с вами. — Прекрасно. — Мои сведения о вас становятся все шире и шире. Мне только и говорят, что о вас, об остальном молчат. — Понятно, я ведь здесь. — Для меня. Вас очень бы хотели вывести из игры. — Я знаю об этом. — Так что за одолжение? — Я могу на вас рассчитывать? — Почему бы и нет? — Отзовите своих людей, дежурящих у дома Бостера, я хочу его навестить. — Предположим, это сделано. Вы знаете, что вас ра¬ зыскивают, и помимо меня всем дано указание задержать вас, приятель. Но здесь у меня есть еще определенный вес, я могу попробовать их отозвать, но мне на всякий случай не мешало бы придумать какой-нибудь повод. — Вы его сейчас получите, у меня как раз есть один. — Валяйте. — Два мертвых человека в пальмовой роще рядом с моим номером в мотеле. Я убил их обоих. Отверстия от пуль в комнате помогут вам разобраться в ситуации, используйте это, а детали я сообщу позже. Он на минуту запнулся, потом сказал: — Это проходит по нашему участку. — Шериф будет рад вашей помощи, капитан. Сооб¬ щите тем, кто давит на вас, о том, что случилось, и вы увидите, как они запрыгают, когда узнают, кто убит. Вы будете выглядеть молодцом.— Я посмотрел на часы.— Но прежде мне нужен от вас час времени. 290
— Не больше того. Будь я другим, действовал бы по инструкции, и вам бы не поздоровилось. — Какая бы тогда была от меня польза? — сказал я и положил трубку. Бак автомашины был уже заполнен, служащий прове¬ рил уровень масла, и я расплатился с ним. Возвращая мне сдачу, он посмотрел на меня взглядом, говорившим: «И чего тебе не сидится в такую погоду дома, приятель», явно досадуя на то, что ему пришлось мокнуть под до¬ ждем. Я сел в машину и повернул ключ зажигания. Камилла положила свою руку поверх моей. — Тайгер, в чем дело? — спросила она. — Я напуган, детка,— ответил я ей. Глава XI Двое полицейских сидели в патрульной машине, кото¬ рую они предусмотрительно поставили примерно в пяти¬ десяти футах от ворот дома Клода Бостера. В случае чего они могли сказать, что не заметили, как я туда вошел. Хотя оба внимательно следили за мной через зеркало зад¬ него вида и, убедившись в том, что это именно я, стали мирно продолжать свой разговор, прерванный моим появлением. Вокруг дома мокрая трава газона была примята неши¬ рокой тропинкой — как свидетельство того, что дом тща¬ тельно охранялся. С неба падали редкие капли дождя. Я позвонил в дверь, подождал немного, оглянулся на Ка¬ миллу, сидевшую в машине и сЧштересом наблюдавшую за мной, затем позвонил еще раз. Никто не отозвался на звонок. Я попросил Камиллу подождать и пошел прове¬ рить заднюю дверь. Она была также закрыта, и никто не открыл мне после звонка. Оставалось только одно место, где он мог быть,— мастерская. Если телефон в мастер¬ ской не работал, было ясно, почему он не отвечал на мои звонки. Я быстро пересек газон и, подойдя к двери мастерской, постучал. Дверь оказалась закрытой. Я позвал Бостера, приложил ухо к толстой двери и прислушался. Внутри раздалось слабое позвякивание стекла о цемент. «Черт»,— сказал я тихо и машинально подергал ручку двери, понимая, что это бесполезно. Даже выстрелом из 291
пистолета мне вряд ли удалось бы разбить замок и от¬ крыть дверь. Я подошел к окну, встал ногами на камен¬ ный выступ фундамента, тянувшийся по всему периметру здания мастерской, ухватился руками за край стены и по¬ пытался заглянуть внутрь. В этот момент я был хорошей мишенью для того, кто мог притаиться в мастерской, поджидая удобного момента. Я все взвесил и решил, что у меня нет другого выхода, кроме как рискнуть и прони¬ кнуть в мастерскую через окно. Дулом пистолета я выбил стекло, осторожно удалил осколки из рамы, с силой со¬ рвал металлические жалюзи и бросил их на газон. Потом, подтянувшись, рывком перекинул свое тело в окно, на ка¬ кое-то мгновение задержавшись на подоконнике, а затем, вытянув вперед руки, упал внутрь мастерской. Я уперся в скамейку, стоящую под окном, едва не выронив писто¬ лет, и покатился по полу, пока не встал на четвереньки. В это время я был совершенно беспомощен и открыт для нападения. Прошло несколько секунд. Я поднялся на но¬ ги, оглянулся по сторонам и увидел в полумраке мастер¬ ской блеск стекла. Это была разбитая стеклянная бутыль, а рядом из-под станины токарного станка торчали ноги. Я нашел выключатель лампы на станке и включил свет, повернув гибкую ножку лампы так, чтобы было лучше видно, кто лежит на полу. Это был Клод Востер, изменившийся до неузнаваемо¬ сти. Лицо его невероятно распухло и все посинело от кро¬ воподтеков, пальцы рук были перебиты и торчали в раз¬ ные стороны под невероятными углами. Кусок широкой ленты хирургического пластыря, которым был заклеен его рот, теперь болтался сбоку, прикрепленный одним концом к щеке. Он был еще жив. В глазах его светилось сознание, и он смог каким-то образом разбить об пол стеклянную бу¬ тыль, когда услышал меня за дверью. Я позвал его: — Клод? Губы его задвигались, и на них показалась кровь. В этот момент я обратил внимание, что рабочий фартук, который был на нем, прожжен прямо напротив сердца. Я стал осторожно ощупывать тяжелую парусину фартука в этом месте и обнаружил сплющенную пулю, которая была выпущена в него из «магнума» 22-го калибра. Когда-нибудь Клод Востер поймет, как ему повезло. В верхнем кармане фартука у него лежало три стальных 292
гаечных ключа, они и приняли на себя смертоносную силу пули, не позволив ей прошить насквозь его грудную клет¬ ку. Они лежали у меня на ладони, изогнутые и расколо¬ тые, но ставшие преградой выстрелу и не позволившие навсегда умолкнуть Клоду Бостеру. — Вы меня слышите? В ответ последовал слабый кивок головы. — Я знаю, что вам здорово досталось, но все будет в порядке. Держитесь изо всех сил, не умирайте. Я должен поговорить с вами. Востер кивнул головой и слабым голосом медленно сказал: — Да... но поторопитесь. Я не могу... вынести это. — Что здесь произошло? На какое-то время он закрыл глаза, и я уже подумал, что он потерял сознание, но Востер приоткрыл их и взглянул на меня. — Я услышал стук в дверь. Подумал, что это поли¬ цейский. Он... вошел... ударил меня. — Кто, Востер? — Худой. Он... был... высокий. Его лицо... — Что? Продолжайте. Что, что, говорите! Востер сплюнул кровь из разбитого рта, умоляя меня глазами прекратить расспросы, но я не мог этого сделать. Он сказал: — Правая сторона... изуродована, вся в шрамах. Сте¬ клянный глаз. У него был... странный пистолет. — Что было потом? Отражение боли и ужаса появилось в его глазах, тело обмякло при воспоминании о пережитом. Челюсть его от¬ висла и задрожала, он застонал и повернул голову набок. — Как это было, Востер? Он вновь медленно повернул голову ко мне. — Я... рассказал ему,— произнес он. В его голосе про¬ звучала вина. Я ждал, зная, что ему есть что сказать. На¬ конец он зашевелил губами: — Я вспомнил... место, кото¬ рое упоминал Луи. Лисвилл. Он бил меня... пытал меня... и я сказал ему.— Востер скосил глаза, по телу пробежала судорога. Одна рука при этом завернулась каким-то ужас¬ ным зигзагом.— Я... не мог этого вынести. Я попытался говорить как можно спокойней: — Когда, Востер? Как давно он ушел? — Рано утром. 293
Это давало преимущество Найджу Хопесу в несколько часов. — Лисвилл... где это? Он попытался мне ответить, но не смог. Его рука, дро¬ жа, приподнялась, как будто он хотел указать на что-то. Глаза его вновь потускнели. Он сделал последнее усилие, с трудом выдохнул из себя: «Карта... укол булавкой» — и потерял сознание. Сейчас он находился в таком состоянии, что ему надо было дать хоть несколько минут собраться с силами. Я ничем не мог ему помочь, выпрямился, спрятал писто¬ лет и оглядел комнату, ища карту. Никакой карты не бы¬ ло. Я выдернул на пол ящики, в которых Востер держал бумаги и схемы. Карты не было, хотя я перерыл все бума¬ ги и в ящиках, и на полках. Востер пытался указать, но ку¬ да? Я вновь подошел к нему, намереваясь его расшеве¬ лить и получить ответ, и тут увидел, что из нижнего кар¬ мана фартука высовывается какая-то бумага. Это была обыкновенная карта автомобильных дорог Восточного побережья для туристов, такие обычно выпускают боль¬ шие топливные компании с указанием заправочных стан¬ ций. Цо эта карта охватывала значительный участок Во¬ сточного побережья от Флориды до Майна. В южной ча¬ сти есть сотни местечек с названием Лисвилл, которые могут представлять из себя всего лишь несколько домов у дороги. Я расстелил карту и посмотрел в угол листа, где были перечислены в алфавитном порядке все более или менее крупные города, ища название Лисвилл, но такого там не было. Тогда я вспомнил, что Клод еще упомянул о булавоч¬ ном уколе. Я повернул карту изображением вниз и стал осторожно водить подушечками пальцев по поверхности, стараясь нащупать выпуклость от укола. Ничего не обна¬ ружив, я взял карту, поднял ее и стал смотреть против све¬ та, пытаясь обнаружить в бумаге отверстие от укола игол¬ кой. Я рассматривал карту почти пять минут и нашел это место. Малюсенькое отверстие от укола иголкой. Види¬ мо, Луи Агронски, указывая место, ткнул в него иголкой, и Востер, запомнив это, сказал мне. Маленькая точечка на голубом фоне карты была рядом с легендарным Лисвил¬ лом, расположенным на самом берегу. Я засунул карту в карман и схватил трубку телефона, чтобы позвонить Чарли Корбинету. Прошло несколько бесконечных секунд, прежде чем 294
трубка была снята и сквозь шум голосов я услышал его «Да?». — Тайгер, Чарли. Я могу говорить? Он почувствовал нетерпение в моем голосе и своим обычным тоном, как будто это был рядовой звонок, ска¬ зал: — Конечно. — Я нашел место. — Да, продолжайте, пожалуйста. Я буду рад вам по¬ мочь.— Эти слова он произнес немного изменившимся голосом, несмотря на старания не выдать себя. — Нет, спасибо. У нас нет времени. Я не хочу, чтобы кто-нибудь другой вмешивался, иначе мы спугнем нашего мальчика. Слушайте дальше. Найдж Хопес добрался до Клода Бостера. Кстати сказать, не так уж и трудно было это сделать. Вокруг дома ходил полицейский, и Хопес проник в мастерскую, когда тот был на противоположной стороне. Востер в таком состоянии, что нуждается в сроч¬ ной помощи. — Хорошо... Я понял.— Он знал, что бесполезно спо¬ рить со мной, и даже не пытался. Но он попробовал за¬ держать меня другим способом и сказал: — Твой ... друг хочет связаться с тобой по телефону. — Дейв? — Нет, другой, которого ты мог бы называть... неве¬ стой. Очевидно, это очень важно. — Ты просто стараешься задержать меня здесь, при¬ ятель? — Для твоей собственной пользы,—сказал он. Но я-то знал, что он вовсе не это имел в виду. Они хотели убрать меня с пути. Я только весело рассмеялся в телефонную трубку и сказал: — Я оставлю название местечка на верстаке в.мастер¬ ской. И посмотрим, удастся ли вам отыскать его, опере¬ див меня. У вас такие же шансы, как и у Найджа Хопеса, только он раньше начал поиски. Я положил трубку, нацарапал название Лисвилл на верстаке и подошел к двери. Найдж Хопес легко вошел сюда. Однако теперь ему придется потяжелее. Он должен задействовать всю свою команду и все возможности для того, чтобы отыскать местечко под названием Лисвилл, расположенное на пути, по которому следовал Луи Агронски. 295
Я подбежал к автомобилю, быстро уселся и стал раз¬ ворачиваться, подав автомобиль задним ходом на газон. Только я успел проскочить прямой участок улицы и завер¬ нуть в переулок, скрывшись за углом дома, как услышал вой сирен полицейских машин, подъезжавших к дому Бо- стера с приказом перехватить меня. Времени для объяснений с Камиллой у меня не было; она, понимая напряженность ситуации, посмотрела на мое сосредоточенно-напряженное лицо и молча стала глядеть вперед на дорогу. Я двигался по направлению к аэропорту, выбирая тихие второстепенные улочки. Они подключили все силы, стремясь обнаружить, перехватить меня и любыми средствами вырвать у меня указание расположения этого места. Я не мог винить их за это, они были так же заинтересованы, как и я. Но, будучи в деле с самого начала, я собирался довести его до конца. Я был лучше подготовлен к встрече и быстрее всех мог добраться до Луи Агронски. Сбоку от меня Камилла чихала и сморкалась в носо¬ вой платок. Она тяжело дышала, ее все еще мучила про¬ студа. Глаза ее слезились от насморка, но она все же улыбнулась мне и сказала: — Я чем-то могу помочь? — Наблюдай за своей стороной дороги. — Куда мы направляемся? — В аэропорт. На перекрестке она дала мне знать, что с ее стороны все спокойно, и, когда мы пересекли его, спросила: — Ты нашел... своего друга? — Да, я нашел его. Убийца предполагал, что он мертв. Я кратко описал сцену в мастерской. Она поежилась и сказала: — Ужасно. От таких вещей мне делается не по себе. — Забудь об этом. Мы почти у цели. Она отняла платок от губ и вытерла им глаза. —' Тайгер... мне страшно. — Не бойся. — Я ничего не могу поделать с собой. Может, это и глупо... но раньше... я никогда не попадала в переделки. — Ты прекрасно держишься, малыш. — Я ничем тебе не помогла... Ты оставишь меня здесь? — спросила Камилла. — Я просто обязан это сделать. 296
— Но... — Не волнуйся, никто не будет тебя беспокоить. Дей¬ ствие переносится отсюда в другое место. Дальнейший ход событий будет развиваться в Лисвилле. — Где? — Маленькое пятнышко на карте в Северной Кароли¬ не на берегу океана. Убийца, за которым я охочусь, полу¬ чил фору в несколько часов, но это ему не поможет. — Часов? — У меня есть Ф-51, который ждет наготове. По та¬ кой погоде он может лететь быстрее любого другого са¬ молета. Даже если этому человеку понадобился всего один час, чтобы обнаружить нужный Лисвилл, я могу до¬ стичь его первым. Это преимущество организации Мар¬ тина Грейди. Ветер донес до меня звуки сирены с перекрестка на главной дороге, по которой пронеслись полицейские ма¬ шины, пока безрезультатно разыскивающие меня. Два¬ жды мне пришлось воспользоваться грунтовыми участка¬ ми дорог, идущими почти рядом с автострадой, но никто меня не заметил, всякий раз мне удавалось найти дорогу, уводившую вдаль от шоссе, но ведущую к аэропорту. Я только примерно ориентировался по отношению к на¬ правлению движения в аэропорт, но этого оказалось до¬ статочно. Передо мной вдруг возникла белая стрела, при¬ битая к стволу дерева, с надписью «Аэропорт». Я четко выполнил поворот и продолжал ехать, пока не достиг гра¬ ницы летного поля. Найдя первое удобное ровное место, я въехал на поле и, прибавив газу, направил автомобиль к виднеющимся невдалеке ангарам. Автомобиль стало мотать по мокро¬ му полю. Когда я вошел, Мейсон Армстронг сидел внутри анга¬ ра с дымящейся чашкой кофе в руке и изучал наклеенные на стенах вырезки из газет и журналов. Увидев меня, он поставил чашку и сказал: — Куда-нибудь собираемся? — Какая погода? — Нелетная. Они всех держат на земле. Коммерче¬ ские полеты отменены. — Мы можем лететь? Мейсон рассмеялся и пожал плечами. — Можем, если вы хотите хлопот. — Немного хлопот нам не повредит,— ответил я ему. 297
— Не так давно стартовал «Трубка команчей». В ди¬ спетчерской управления полетами ругались на чем свет стоит, а пилот имел такой счастливый вид, как будто то, за чем он летел, стоило потери права на управление само¬ летом. Опять я почувствовал, как знакомый холодок пробе¬ жал по моей спине. — Ты видел, кто летел вместе с ним? — Только со спины. Высокий, худой малый, но я не видел лица. Я достал карту из кармана и развернул ее. . — Посмотри по своей карте, можем ли мы сесть где- то рядом с этим местом.— Я указал на точку рядом с Лис¬ виллом. Мейсон странно взглянул на меня, пожал плечами и направился за своими картами. Вдали на стене я увидел телефон-автомат. Бросив монетку, снял трубку, назвал оператору два номера, по которым могла быть Рондина, и стал ожидать, пока оператор соединит меня с ней. Ни один из номеров не отвечал. Тогда я дал оператору номер Эрни Бентли и стал ждать, зная, что если Рондина звони¬ ла в Ньюаркский центр, то об этом звонке обязательно знает Эрни. Он был на месте. Я назвал себя и спросил: — Рондина звонила? — Так точно, но она не разговаривала с Ньюарком. Верджил связывался со мной, но я не мог соединить его с тобой, потому что не знал, где ты. — И что, никакой информации? — Ничего. Она была чем-то взволнована, сказала, что совершенно необходимо, чтобы ты связался с ней, но го¬ ворить ничего не стала. Я понял только, что она разузна¬ ла что-то важное. Она будет там, где ты велел, сегодня с трех часов дня. — Я только что звонил туда. — Еще нет трех часов. — Хорошо, я позвоню ей. Это та самая квартира, в которой ты меня разместил. Пусть наши люди подъедут туда и побудут с ней, пока я не позвоню. Но в любом слу¬ чае постарайтесь дознаться у нее, что она хотела мне ска¬ зать. Черт, у меня здесь осложнения. Я нашел место, где засел Агронски, но Хопес опередил меня. Ты можешь что- нибудь, предложить, чтобы поправить дело? — Попробуй на нем «Безекс». — Извини, в этот раз твои штучки мне не помогут. 298
Я повесил трубку и пошел назад к Мейсону, который рассматривал. разложенную карту. — Ну, что там? — Ничего подходящего, одни фермерские поля. Бли¬ жайшая взлетная полоса в десяти милях от места, и то до¬ жди превратили ее в грязное месиво. Нечего и думать, чтобы сесть там. Я оттолкнул карту. — Мы обязаны быть там,— сказал я. — Ты крепкий орешек, Тайгер. — Да, так про меня говорят. У пас нет другого выхо¬ да. Этот «Команчи» тоже полетел туда. — Да, но он достаточно легок, чтобы сесть на этой по¬ лосе, а мы не сможегл. — Приходилось садиться на брюхо? — Да, но не тогда, когда я заранее знал об этом, при¬ ятель. Послушай... Я прервал его. — Нет ничего в мире важнее этого полета. Ему понадобилось не более двух секунд, чтобы все оценить. Он давно работал с нами. Стоило ему взглянуть мне в глаза, увидеть выражение лица, и он сказал: — Так чего же мы тогда ждем? Я вынул ключи от машины и вышел. Камилла спокой¬ но сидела в машине, покашливая в носовой платок, я про¬ тянул ключи ей. — Оставайся здесь еще час, затем отправляйся в мо¬ тель, к тому времени, по моим расчетам, там будет уже спокойно. Завтра утром должен быть рейс в Нью-Йорк, и ты вылетишь им. Там мы и увидимся. Она посмотрела на меня грустным усталым взглядом, исходившим, казалось, из самых глубин ее души. — Мы действительно увидимся?—спросила она со¬ вершенно потерянно. Я протянул ей руку. Она взяла ее, вышла из машины и встала лицом к лицу со мной. Ее пальцы легким движе¬ нием сдавили мне запястье. — Может быть,— ответил я. Она улыбнулась улыбкой маленькой девочки. — Нет... все кончено. Моя паутина... не была доста¬ точно прочной.— Улыбка ее немного посветлела.— Но я старалась, знаешь. — Я знаю. — И это стоило того. Я сожалею только об одном. 299
— О чем? — Ты не написал мой портрет, как собирался. Я коснулся губами влажной кожи ее щек и легким дви¬ жением пальцев провел по ее бровям. В моих объятиях она- вновь вся затрепетала, веки ее полузакрылись, и из груди вырвался легкий стон, который я поймал губами как прорыв ее жизненных сил и страсти. Она жадно впи¬ лась в мои губы, пытаясь в этот миг передать в поцелуе все то, что было у нас в прошлом, и заручиться на буду¬ щее. Я с сожалением и неохотой оттолкнул ее. — Будь осторожен, Тайгер. Я кивнул. — Ты еще придешь ко мне... возможно? — Когда-нибудь это должно снова случиться. — Тогда я сплету новую паутину,— улыбнулась она.— Будь осторожен, дорогой. Позади меня Мейсон спросил: — Ты готов? — Иду,— отозвался я. Наш самолет стоял на небольшой площадке, отведен¬ ной для частных самолетов, в последнем ряду. Мейсон держал его все время готовым к вылету, баки заправлены, практически, он мог стартовать в любое время. Главное, надо было суметь удрать с аэродрома. То, что шел дождь, как раз было нам на руку. Поскольку официально поле было закрыто, то все служащие спокойно сидели у элек¬ трообогревателей по своим комнатам и потягивали кофе. Можно было рискнуть прорваться. Мейсон колдовал над приборной доской, готовя само¬ лет к запуску. Я уселся рядом с ним, пристегнул себя ремнями и надел шлем. Из-за туманной сетки дождя и навеса, под которым стоял самолет, наши приготовле¬ ния были незаметны. Мейсон включил зажигание и нажал кнопку стартера, четыре лопасти винта начали медленно вращаться. Затем мощный двенадцатицилиндровый двигатель ожил и заре¬ вел в дождливой тишине летного поля, как разбуженный зверь. Мгновенно ожило радио, и испуганный голос опе¬ ратора с башни управления начал запрашивать нас. Мей¬ сон прибавил обороты, вывел самолет на взлетную поло¬ су, развернул его против ветра и, дав полную свободу дви¬ гателю, погнал самолет навстречу надвигающемуся небу. В пятидесяти футах над землей Мейсон взял по прибо¬ 300
рам нужный курс и, произнеся обычные для летчиков по¬ желания удачного полета, облегченно вздохнул. Самолет, задрав нос, набирал высоту. На трех с половиной тысячах футов мы, преодолев облачность, вырвались в яркий солнечный день, возник¬ ший словно по волшебству. Под нами клубились бело¬ снежные горы облаков, образуя вершины и долины счастливой страны, сплошь покрытой снегами. Тень само¬ лета ныряла в облаках, окруженная радужным спектром, иногда проваливаясь в темные дыры в белом поле, ко¬ торое закрывало собой весь ужас непогоды, царившей внизу. Мейсон, рассчитав маршрут, прикинул, что мы будем в полете примерно час. У нас оставалось еще сорок минут, чтобы не думать о том, как мы посадим самолет, долетев до места. Там будет видно. А где-то впереди другой само¬ лет и другие люди тоже должны будут решить эту пробле¬ му. Голос Мейсона в наушниках, как бы отвечая моим мыслям, стал комментировать ситуацию. «Команчи» хо¬ рошо начал полет. Возможно, ему повезет, и через разрыв в облаках он выберет место. Может, и не повезет. Оба са¬ молета при такой облачности могут подлететь к Лисвил¬ лу, только точно рассчитав маршрут. Обе крылатые ма¬ шины летят по разным траекториям и, в лучшем случае, должны сойтись в одном месте. Мы, полагаясь на ско¬ рость нашего самолета, можем сократить разрыв во вре¬ мени. Но посадка остается для нас большой пробле¬ мой. Время, оно всегда все решает. Я закрыл глаза и, рас¬ слабившись, откинулся назад, дав себе возможность от¬ дохнуть и обдумать ситуацию, возложив все заботы о по¬ лете на Мейсона, пока мы не достигли нужного места. Рондина, что она хотела сказать мне, почему не могла доверить этого другим? Ее задание было довольно про¬ стым, запасным вариантом на случай, если бы мне не уда¬ лось здесь ничего обнаружить. Она не могла натолкнуть¬ ся на что-то столь важное, хотя, конечно, всегда есть шанс встретить непредвиденное. Разрабатывая эту опера¬ цию, Советы не могли полагаться только на одного чело¬ века. У них, так же как и у нас, работала целая группа, и каждый был готов к определенным действиям, в зависи¬ мости от хода развития всей операции, все было сплани¬ ровано и учтено. У них есть и свои специалисты, и профес¬ 301
сионалы, готовые подключиться в нужный момент и сде¬ лать все, чтобы победить в этой сумасшедшей игре. Их философия победы лучше нашей — боевая филосо¬ фия, где щель оправдывает средства, и не важно, что они мило улыбаются на этих встречах в ООН. Здесь они ведут себя, как на настоящей войне, и делают все, чтобы побе¬ дить. Сейчас они находятся на прямой, ведущей к цели, как игрок с мячом на линии ворот. Мы потеряли этот мяч по ошибке наших игроков, а они готовы использовать все преимущества своего положения и изо всех сил стараются занести, как в регби, мяч за линию, даже если для этого потребуется пожертвовать игроками. До сих пор я оста¬ вался цел в этой игре, мне очень везло, очень. Ветер дул им в спину, а нам бросал пыль в глаза. Ни мы, ни они не могли позволить себе проиграть. Дважды Мейсону приходилось лететь в сплошной облачности, полагаясь только на приборы. Наконец он направил самолет вниз и, пройдя сквозь облака, мы ока¬ зались над залитыми дождем обширными полями. Внизу не было видно никакого ориентира. Мейсон включил переговорное устройство и сказал: — Боковой ветер сильнее, чем я рассчитывал, нас от¬ несло-слишком далеко на запад. — Что теперь? — Поверием на восток, дойдем до океанского берега и полетим вдоль него, пока точно не определимся, где мы. Здесь слишком низкая облачность, опасно лететь под облаками. Всего сто футов, а местами она опускается до земли. — Тогда давай к океану. Потребовалось еще пятьдесят минут, прежде чем нам удалось обнаружить небольшой курорт на берегу океана, расположенный среди песчаных дюн. Облетев его, мы по¬ няли, что прибыли к месту. Удовлетворенные, мы взяли немного на юго-запад, подыскивая место для посадки и держась на минимально возможной высоте, чуть не ка¬ саясь макушек деревьев, стараясь избежать столкновения. Мы чуть не врезались в линию высоковольтной передачи и полетели вдоль нее. Она вывела нас к дороге. Сделав по¬ ворот на десять градусов от дороги, мы достигли другой автострады, пролетели несколько минут над ней и мед¬ ленно ушли влево. Я посмотрел вниз. Прямо под нами были указатели 302
взлетно-посадочной полосы. Следы от трех колес глубо¬ кими бороздами в напитанном влагой грунте уходили вбок от центра полосы и заканчивались там, где стоял «Команчи», глубоко увязнувший в грунте. РядохМ с самолетом лицом вниз, наполовину в луже, лежало тело человека. Мейсон сказал: — Они выиграли, Тайгер. Этот пилот хорошо знал местность. — Ты можешь посадить самолет? — Только не в эту лужу. Лучше, если мы сядем на твердое покрытие. — Что-нибудь подходящее есть поблизости? Мейсон покачал головой. — По карте между этим местом и Лисвиллом только грунтовые дороги. — Тогда давай подлетим к городу как можно ближе, между этим местом и Лисвиллом десять миль, парень на¬ верняка отыскал себе машину, чтобы добраться туда, у него на это было время, а у нас нет. — Когда-нибудь приходилось садиться в таких усло¬ виях?— спросил меня спокойно Мейсон. — Всегда что-нибудь делается в первый раз. — Иногда он оказывается и последним. Для этого случая я как раз хороший компаньон,— проворчал он и чертыхнулся. Лисвилл представлял собой ряд складов, газовую станцию и несколько домов, расположенных на пересече¬ нии дорог. Мы пролетели над всем этим, почти планируя, выискивая открытое место, где можно было бы посадить самолет. Я увидел, как Мейсон бодро кивнул мне, глаза его за¬ блестели. — Подтяни потуже ремни. Я затянул лямки так туго, как только мог, и пригото¬ вился к приземлению. Мейсон выбрал место, сбросил газ, и самолет стал стремительно приближаться к зеленому выгону, поверхность которого от скорости напоминала волнистую гладь зеленого озера. Мейсон прекрасно сделал свое дело, самолет коснулся земли сначала хвостом, потом фюзеляж с глухим скреже¬ том задел по земле и, наконец, как раненое животное, взревел двигатель, когда лопасти винта ударили по грун¬ ту и, загнувшись назад, беспомощно застыли. Скрежеща металлом по земле и камням, раскидывая комья грязи 303
и брызги воды, самолет еще некоторое время скользил, пока не застыл, остановленный небольшим рвом дрена¬ жной канавы. Мы тут же выскочили из кабины, бросились от самолета, на случай, если он взорвется, и остановились в пятидесяти ярдах от него. Мейсон, взглянув назад, пе¬ чально сказал: — Что мы сделали с этой прекрасной машиной! — Ничего, Грейди купит другой,— утешил я его. Над нашей головой прогромыхал гром. Мейсон мах¬ нул рукой, и мы направились к Лисвиллу, который нахо¬ дился в полумиле от этого места. Старик в потертых джинсах и фланелевой рубашке на газовой станции взял у меня бумажку в двадцать долла¬ ров, подозрительно посмотрел на нее, после чего засунул в карман. Он медленно двигался и соображал, при этом у него было представление, что первым встречным можно задавать вопросы, не отвечая на их собственные. Мне при¬ шлось упростить наше общение, сказав, что наша машина встала на дороге, и он поверил в это, хотя и был несколь¬ ко поражен тем обстоятельством, что мы здесь оказались. — Подумайте сами,— сказал он,— машина проехала мимо некоторое время тому назад. Старенький грузовой пикап, который раньше принадлежал Генри Джордану, проданный, правда, прошлым летом. Его купил недавно появившийся в наших местах парень, живущий на Дек¬ стер-роад. — Недалеко от авиаполя? Старик сделал удивленное лицо и утвердительно кив¬ нул. — Да, он самый. Это место используют летчики, ког¬ да опыляют поля, нечасто, правда. Так что парень еще держит ферму рядом с летным полем. — Он когда-нибудь появлялся здесь? — Никогда не видел этого парня дальше его собствен¬ ных владений. Все, что нужно, он берет в магазине на Дек¬ стер-роад. Я взглянул на Мейсона, и стало ясно, что он также по¬ нял, как все произошло. Я достал сигареты, прикурил и сказал: — Здесь где-то должна быть рыбная лавка... Старик прервал меня, махнув рукой. — Она открыта только летом. Парень, который дер¬ 304
жит ее, живет в деревянной хижине, как раз позади дома. Вы что, знаете его? — Нет, но нам хотелось бы поговорить с ним. — Ну что ж, вы как раз можете сделать это сейчас, он у себя. Запасся продуктами и журналами на целый год, сразу после Дня труда *, и живет себе припеваючи, никуда не вылезая. Я достал фотографию Луи Агронски и показал ее ста¬ рику. — Видели раньше этого человека? Он уклончиво скосил глаза и молча уставился в сторо¬ ну, пока я не положил еще двадцать долларов ему в ла¬ донь, после чего он стал внимательно разглядывать фото. — Полно туристов приезжают сюда летом порыба¬ чить. — Как насчет этого? Он ближе придвинул фотографию. — Возможно. Похоже, он бывал здесь. Не так уж мно¬ гих я помню, но этого я видел, да, точно, видел. Я почувствовал, что сейчас наступает тот самый мо¬ мент. — У него здесь поблизости есть свое место? Он вернул мне фотографию с дружелюбной улыбкой. — Послушай, мистер,— тянул он.— Я не могу ска¬ зать. Я прожил здесь более тридцати лет, и нет ни одного захудалого фермера в округе, которого бы я не знал. — Может, кто-то продал свою ферму? Он удивленно пожгал плечами. — Такого здесь не случалось. В хороший год люди прикупают земли, даже строят новые дома или расши¬ ряют старые. Если вы имеете в виду, что ваш приятель переселился сюда, так этого не было. Трое туристов имеют на пляже домики, которые они купили лет пять на¬ зад... Они приезжают туда на лето половить рыбу. Но я их не знаю, видел только, когда они делали покупки. Я убрал фотографию в карман. — Где эта рыбная лавка? — Примерно полторы мили вниз по дороге. Не так далеко от пляжа. Вы хотите идти пешком? — Нет. Я полагаю, у вас есть машина, которую вы * День труда празднуется в США в первыи понедельник-сентября. (Прим, рсд.) 305
можете нам одолжить, за деньги, разумеется. Пятьдесят долларов вас устроит? — Устроит,— сказал он.— Она стоит за углом, синий форд.— Он взял деньги и, ухмыльнувшись, сказал нам, когда мы уходили: — Скорее возвращайтесь. Дом с вывеской «Рыба Вакса» был почти невидим за соснами и песчаным бугром, окна были заколочены крест- накрест досками, дверь также прихвачена планкой. Дере¬ вянные стены дома никогда не знали краски, и ничто, кро¬ ме специфического запаха, не говорило о его назначении. Но для того, кто работал в год всего два месяца, видимо, это был неплохой бизнес. Кучи раковин устриц, которыми была усеяна площадка сбоку от дома, говорили сами за себя. Хижина стояла позади дома, такая же на вид, только из кирпичной трубы вился дымок и светилось окно. Я постучал в дверь, немного подождал, потом толкнул ее в нетерпении. В противоположном конце комнаты, раз¬ валившись на кровати, лежал полный бородатый человек в грязном нижнем белье и тяжело дышал, находясь в за¬ бытье совершенного опьянения. Пестрого окраса кот устроился на его животе, прикрытом газетой. Возле кро¬ вати валялись две пустые бутылки и остатки бутерброда, не доеденного котом, который, увидев нас, юркнул под кровать. Мы оба подошли к кровати и начали трясти человека, стараясь его разбудить. Попробовали плеснуть на него водой, но безрезультатно. — Черт, он в полной отключке,— сказал Мейсон. Человек зашевелился, произнес что-то невразумитель¬ ное и попытался перевернуться. Я подсунул руку ему под шею и стал трясти его голову. — Вакс, вы слышите меня? — Давай положим его на пол, и я попробую привести его в чувство, «пощекотав» кое-где. — Черт, у нас совсем мало времени, чтобы зани¬ маться шутками. — Дай мне попробовать. Вдвоем мы стащили его с кровати на пол и положили на разостланные газеты. Мейсон начал свое дело. Через се¬ кунду Вакс уже загоготал, закашлялся, пытаясь поднять¬ ся и ища мутными глазами своих мучителей. Я включил газовую горелку, налил воды в стоявший на плите ков¬ 306
шик и поставил его на огонь. Затем насыпал побольше ра¬ створимого кофе и, когда вода подогрелась, вылил это питье в глотку Ваксу. Прошло около получаса, прежде чем он смог произнести первые слова. — Что... какого черта... кто вы, люди? Деньги делают чудеса. Я поднес к его глазам пятидеся¬ тидолларовую бумажку, удостоверился, что он ее увидел, затем опустил. Поймав его затуманенный взгляд, я ска¬ зал: — Мне нужно кое-что узнать. Вы в состоянии гово¬ рить? Мейсон дал ему выпить дымящийся кофе, и он жадно сделал несколько глотков, затем скорчил гримасу и начал шарить глазами в поисках бутылки. — Возможно... если дадите выпить. — Сначала поговорим.—Я показал ему фотографию Агронски.— Приходилось видеть этого человека? Он подался вперед, быстро взглянул на фотографию и откинулся назад. — Покупает у меня рыбу. — Где он живет? Вакс поджал губы. — Где-то на пляже, я думаю. Никогда не говорил. Редко приходит в город. Видел его раза три-четыре, когда он делал покупки. Больной человек. — Постарайтесь подумать, Вакс, где — на пляже? На этот раз он довольно решительно тряхнул головой: — Данно. По-моему, он живет там. Есть несколько домиков для туристов и деревянные хижины. — А вы уверены, что он с пляжа? — Конечно. — Почему? Вакс хитро рассмеялся, как заговорщик, и сказал: — Всегда приходил с песком на своих шлепанцах, как и все оттуда. Больше здесь нигде нет песка, только там. Он точно с пляжа. Но сейчас там никого нет. Я не стал с ним спорить. Вместе с Мейсоном мы бы¬ стренько выскочили из дома и через минуту уже мчались на машине по направлению к океану. Минут сорок назад дождь прекратился, и сквозь облака местами просвечива¬ ло голубое небо на фоне свинцово-серых туч. На песчаной дороге было сравнительно сухо, и маши¬ на легко катилась, не увязая колесами. Где-то за облака¬ ми был слышен гул самолета, летевшего над океаном, со 307
стороны которого надвигался фронт дождя. Затем само¬ лет развернулся и полетел к берегу, стараясь уйти от над¬ вигающейся тучи. Дорога начала забирать влево, затем, резко повернув к океану, пересекала ров, который шел вдоль пляжа. Переехав его, мы лишались защиты деревьев, росших между дорогой и пляжем. Я притормозил и осмотрелся, чуть правее была небольшая сосновая рощица. Я загнал машину туда и выключил двигатель. Южнее, на пляже, почти рядом с этим местом виднелись похожие на ящики пляжные коттеджи, разбросанные на песчаных дюнах и выглядевшие заброшенными в это время года. — Как ты представляешь себе ситуацию? — Агронски мог купить один из этих домиков. Сделка прошла незамеченной, если он появлялся здесь редко. Я думаю, что сейчас он сидит в одном из этих домов, имея запас всего необходимого, один на один со своим изобретением, и ждет, когда созреет, чтобы воспользо¬ ваться им. — Так в каком из них? — На этот вопрос будет сложновато ответить. Мы подошли к концу дороги, и я увидел ряд электри¬ ческих проводов, висящих на столбах, уходящих в обоих направлениях. — Смотри, Мейсон. Ко всем домикам подведены про¬ вода. По электрическим счетчикам мы сможем опреде¬ лить, в каком домике пользуются электроэнергией. Снова послышался гул самолета и, как бы вторя ему, раздались раскаты грома. Небо затянуло тяжелыми обла¬ ками, надвигающимися с океана вместе со стеной дождя, словно плотный туман закрывавшими собой все про¬ странство. Прошло немного времени, и самый дальний коттедж был уже поглощен им. Мы стали осторожно пробираться к домикам, ста¬ раясь использовать волнистую поверхность дюн и укры¬ ваясь за каждым бугром. Дождь, уже настигший нас, тоже был хорошим укрытием, равно, однако, как и для наших врагов. Мы добрались до первого домика, тщательно его ос¬ мотрели и, убедившись, что он необитаем, направились к'другому, в сотне ярдов от первого. Двигались поодиноч¬ ке с двух сторон, готовые в любую минуту к нападению и ответной атаке. Мейсон первый увидел старый, побитый грузовой пи¬ 308
кап, увязший колесами в песке. Автомобиль был закрыт кустами и деревьями, и его можно было увидеть только натолкнувшись. — Он здесь,— сказал Мейсон. Я кивнул. — Пойди посмотри, нет ли каких следов, а я проверю следующий домик. Если обнаружишь его, быстро беги ко мне, и мы возьмем его вместе. — Какого черта, Тайгер... — Послушай, это профессионал. Он специально под¬ готовленный убийца, а ты пилот. Он готов ко всему и знает, что мы у него на хвосте. Мы не должны допустить ошибки. Сам он не ошибается. — Ну а ты... — Я тоже не ошибаюсь. Ну, а сейчас иди. Он взмахнул рукой, как бы отдавая мне честь, и, по¬ вернувшись, пошел к машине сквозь завесу дождя, а я на¬ правился к следующему домику. Через пару минут мы по¬ теряли друг друга из вида. Вскоре я подошел к покосив¬ шемуся на один бок дому. Вначале я осмотрелся, затем приблизился. Вид у строения был совершенно заброшен¬ ный, электрический счетчик не работал и был покрыт пес¬ чаной пылью. Дом был оставлен несколько месяцев на¬ зад, двери и окна заколочены. Несколько минут я стоял, осматривая местность, ста¬ раясь понять, что беспокоило меня. Ни возле первого до¬ мика, ни здесь не было никаких следов. По неизвестным причинам Найдж Хопес шел другим путем. Почему? Он знал не больше, чем я. И тут я понял, какой же я был идиот. На столбах, кро¬ ме электрических проводов, по самому низу шел телефон¬ ный провод, от которого не было отводов к этим домам. Луи Агронски находился здесь не для отдыха. Он специаль¬ но выбрал это место для своих целей. Агронски привык к определенным удобствам и должен был обязательно установить себе телефон, чтобы иметь связь. Нечего было ждать Мейсона, Чтобы сообщить ему об этом. Нагнув го¬ лову против дождя и зажав покрепче пистолет, я побежал по наклонному скату дюн вдоль линии столбов, высма¬ тривая отвод от телефонного провода. Мне оставалось немного добежать до последнего до¬ ма, стоявшего на сваях и имевшего такой же побитый не¬ погодой вид, как в воздухе сухим треском раздался корот¬ кий выстрел, но тут же был заглушен дождем. Я попы¬ 309
тался определить, с какой стороны он раздался, но это было бесполезно. Вокруг дома песчаные дюны словно на¬ бегали с океана, гонимые ветром. Я пополз к дому, прячась за их бугристой поверхностью, и продвинулся вперед как можно ближе. Стараясь не подставлять себя под выстрел со стороны дома, я был готов ответить огнем в любую минуту. Пробравшись еще немного вперед, я увидел Мейсона. Он лежал ничком, голова была повер¬ нута набок, из нее на песок струилась кровь. Падая, он скатился в ложбину между дюнами, проделанную ветром и покрытую ракушечником. Одна рука его еще шевели¬ лась в бессознательных конвульсивных движениях. Но я не мог подойти к нему. Хопес именно этого и ждал. Как только я открою себя, он не промахнется. Он не убил Мейсона продуманно, чтобы привлечь мое внима¬ ние и попытаться выманить меня. У него было немного времени, но достаточно, чтобы дождаться моего появле¬ ния. Он хотел работать наверняка и выполнить то, ради чего сюда явился. Но его расчет был неверным. Иногда приходится идти на жертву ради чего-то большего. Мейсон был скрыт впа¬ диной, выстрелить в него еще раз нельзя было, не подняв¬ шись на гребень дюны. Он мог оставаться здесь в безопас¬ ности, пока я не смогу прийти за ним позже. Если смогу. Я осмотрелся. Хопес должен был тщательно выбрать себе позицию, заняв ключевое место, с которого он кон¬ тролировал бы. все подходы к дому. Я всмотрелся в про¬ странство между землей и полом дома. Расстояние равня¬ лось примерно четырем футам, но я не увидел ничего по¬ дозрительного, человек не мог спрятаться за сваями под домом. Следы, ведущие от крыльца к океану, вряд ли принад¬ лежали Хопесу, там была невыгодная позиция. Он должен быть в дюнах. Сколько раз ему приходилось убивать? А сколько раз мне? Однажды пути пересекаются, и происходит встреча, после которой идти продолжает только один. Как бы ты ни был опытен и силен, всегда есть вероятность встретить более опытного и более сильного противника. Каждому из нас до настоящего момента удавалось убирать основ¬ ных своих соперников, теперь мы встретились здесь. Нич¬ то не должно быть упущено, иначе не победить и не полу¬ чить во второй раз самый большой приз. 310
Я почти наткнулся на натянутую нить, прежде чем увидел ее, и усмехнулся поставленной западне. Зацепись я за нее, Хопес по движению водорослей узнал бы о моем приближении и приготовился к встрече. Не задевая ее, я перекатился через нить и пополз к воде по небольшой площадке между песчаными буграми. Это был не совсем логичный путь. Надежнее подбираться через дюны, но так было ближе к тому месту, где он засел. Человеку, кото¬ рый движется, всегда труднее подготовиться к неожидан¬ ной встрече, чем тому, кто сидит в засаде. Я хотел обог¬ нуть Хопеса и зайти сбоку. Лавируя между песчаными буг¬ рами, я добрался до волнорезов, которые длинными язы¬ ками под углом уходили в океан. Дюжина робких птиц, с любопытством поглядывая на меня, ни на минуту не останавливала своего бега. Отсюда я стал медленно подниматься по склону дюны к дому. Он был закрыт и стоял как молчаливый свидетель происходящего. Окна, словно пустые глазницы, смотрели безучастно. Я остановился, старательно изучая окружаю¬ щие меня дюны и пытаясь определить, какую из них вы¬ брал Хопес. Была только одна подходящая — с гребнем, похожим на рыбью спину. С нее простреливалось все пространство, и она могла укрыть человека от нападения. Я почувство¬ вал, как капли дождя, стекая по щекам холодной струей, попадали мне па губы, словно поцелуй смерти. Стараясь быть незамеченным, я стал подбираться к этой дюне. Над моей головой чайка пронеслась прямо к гребню дюны, но вдруг резко, на девяносто градусов, из¬ менила направление и устремилась к воде. Этого для меня было достаточно. Чайка первая увидела его, он был там, за гребнем. Теперь я знал и где он, и как к нему подо¬ браться. Ждать было нечего, и я побежал. Он лежал в углублении, которое вырыл в песке, чув¬ ствуя себя в безопасности и сознавая, что он контроли¬ рует ситуацию. Он лежал, поджав ногу, дуло пистолета смотрело вправо, а улыбка на его лице походила на оскал смерти. Другой рукой он держал перед носом ингалятор «Безекс». В любое другое время его лицо было бы обыч¬ ным лицом, каких много в толпе, но сейчас, из-за выраже¬ ния удовольствия от предстоящего убийства, оно было похоже на те лица профессиональных убийц, которые мне приходилось видеть раньше. Тяжелый блеск прищурен¬ ных глаз и твердо сжатые бескровные губы, искривленные 311
странной улыбкой предвкушения предстоящего, и в то же время непонятная расслабленность убийцы. Он тоже имел способность ощущать опасность. Мы встретились глазами. На моем лице он увидел такое же выражение, как и я на его. Он по-кошачьи изогнулся, повернул пистолет и вы¬ стрелил, скатываясь по склону к основанию дюны. Каза¬ лось, наши выстрелы прозвучали одновременно, слив¬ шись в единый мощный хлопок, который разорвал воздух с удвоенной силой. Я почувствовал толчок в бок, чуть ни¬ же грудной клетки, пуля обожгла меня и, просвистев, ушла в туманный воздух над песками. Мой старый друг 45-го калибра сработал лучше. Пуля выбила «магнум» из его руки и, оставив кровавый след, оторвала два пальца, которые упали в песок на обед пес¬ чаным крабам. Он дико посмотрел на меня, не веря в реальность про¬ исходящего. Я поставил пистолет на предохранитель и положил его на песок. Хопес понял, что я хочу взять его голыми руками, и не стал дожидаться. Он шел на меня странной смешной походкой, кровь текла из его руки. Я был готов встретить его, зная, что у Хопеса в руке нож, который он готов пустить в ход. Первым схватил его за кисть руки и опрокинул на спину, вывернув руку так, что нож, блеснув, отлетел в песок. Я ожидал, что он будет бороться до конца. Ему дол¬ жны были внушить, что задание, которое он выполняет, стоит любых жертв и усилий. К тому же, он был достаточ¬ но хорошо подготовлен и, благодаря своим победам, имел богатый опыт. Единственное, к чему он не был го¬ тов, это к поражению. Он поднялся и побежал с каким-то полустоном-полукриком через дюны по направлению к пляжу, бешено работая ногами. Я настиг его почти у са¬ мой воды и ударил сзади по ногам. Он споткнулся и упал на мокрый песок, перекатившись на спину. Я навалился на него, успев схватить руками его ногу, которой он хотел ударить меня в лицо. Он сопротивлялся как бешеный, обрушивая на меня все приемы дзюдо и карате, которыми владел. Но ни один из них не достигал цели. Я отразил его удар, направленный мне в горло, и сильным ударом пра¬ вой сбоку в челюсть послал его в нокдаун. Затем ударил с другой стороны, и он упал лицом в воду. Хопес понял, что я намереваюсь сделать, поэтому извивался и царапал землю руками с окровавленными обрубками пальцев, ста¬ 312
раясь выбраться из-под моей ноги, которой я с силой да¬ вил ему на шею, держа его голову под водой. Он изви¬ вался всем телом, стремясь сбросить убивающую его тяжесть. Когда после нескольких конвульсивных движений тело его затихло, я оставил Хопеса и пошел к дому. Я нашел Мейсона, перевязал рану на голове и приподнял его. Он был без сознания, но остался жив. Ему, как и мне, в этот раз повезло. Глава XII Дом был хорошо укреплен. Не так-то просто прони¬ кнуть в него. Окна закрывали тяжелая металлическая сет¬ ка, прибитая с внутренней стороны, и опущенные жалю¬ зи. Обе двери, передняя и задняя, были обиты снаружи же¬ лезом и скреплены болтами с внутренней обивкой. Такая защита вполне могла остановить любого убийцу, тем бо¬ лее, если он знал, что насильственное проникновение мо¬ жет привести человека, находящегося внутри, к непред¬ сказуемым действиям. В этом случае убийца предпочтет выждать момент, когда он без проблем сможет прони¬ кнуть в дом. Я захватил с собой отмычки, вставил одну в скважину замка и осторожно попробовал открыть. Замок не отреа¬ гировал. Я перебрал четыре штуки, прежде чем нашел нужную, открывшую замок. Дверь слегка поддалась, оста¬ валось снять предохранительную цепочку. Она оказалась длиннее обычной, и я смог скинуть ее язычок, поддев цепь визитной карточкой, которую просунул в щель между дверью и косяком. Цепочка упала, звякнув, и я открыл дверь. Внутри тихо играло радио, звук прерывался потре¬ скиванием, возникавшим из-за грозы. Мой пистолет был наготове. Я вошел, закрыл дверь и постоял немного, дав глазам привыкнуть к полумраку, царившему в доме. На¬ конец, я стал четче различать детали обстановки и увидел того, кого я так упорно искал. В том углу, где играло радио, на стене висели часы, и на фоне их круглого блестящего циферблата виднелся контур изогнутой спинки кресла, повернутого к океану. По бокам кресла торчала пара острых локтей неподви¬ жной фигуры, сидящей в кресле и смотрящей на океан че¬ рез полуприкрытые жалюзи. 313
Он не слышал меня. Я сбросил туфли и осторожно двинулся вперед, соотнося каждый свой шаг с тем, чтобы в любую минуту быть готовым выстрелить, если понадо¬ бится. Заходя с боку, я увидел небольшой прибор с двумя светящимися красными огоньками. Агронски ни разу не шевельнулся, не повернул головы, он тихо сидел, держа в левой руке прибор размером с пачку сигарет, его боль¬ шой палец замер на одной из двух кнопок. Я поднял пистолет, целя ему прямо в голову, и тихо позвал: — Луи! Он никак не отреагировал... никакого движения. Я сде¬ лал еще шаг вперед, готовый уловить малейшее движение его пальца и сбросить руку с кнопки. Достаточно слабого нажатия на кнопку, и э/но случится. Я почувствовал, как пот заструился по моей спине. За окном дома был целый живой мир, а здесь, внутри, его ги¬ бель. — Луи Агронски! — снова позвал я. Сейчас я был со¬ всем рядом с ним, мог видеть его широко открытые глаза и восторженную улыбку, застывшую на губах, как будто он наблюдал величайшее зрелище в своей жизни. Он был мертв. Шприц лежал рядом с ним, игла воткнулась в обшивку кресла. Около приемника валялись три пустые капсулы, изогнутая ложка и огарок свечи на блюдце. Луи Агронски принял решение. Наконец он достиг цели. Он готовил всем смерть и умер сам, отравив себя сверхдозой героина, которого он так страстно желал. Я ничего не тронул. Все осмотрят специалисты. Оста¬ вив Агронски сидящим, спрятал пистолет, мышцы мои облегченно ослабли, как будто с плен свалилась гора. Че¬ рез секунду это прошло. Я посмотрел на часы и выругался в темноту. Телефон стоял на столике возле стены. Я поднял труб¬ ку и назвал оператору номер квартиры в Нью-Йорке. Раз¬ далось всего два гудка, и я услышал голос Рондины, ска¬ завшей совсем просто: — Да? — Это Тайгер, дорогая. Ее голос отозвался вздохом облегчения, которое я сам испытал минуту назад, но вслед за этим она испуганно за¬ говорила: ;— Тайгер... О... Но... где ты? 314
— Я нашел его, детка. Мир опять может спать спо¬ койно. На сей. раз он снова спасен. Ты можешь теперь больше не думать обо всем этом деле. — Нет, нет, Тайгер... послушай. Я нашла... письмо Дага Гамильтона. Он специально послал его по своему старому адресу, и оно, пройдя по всем его последующим адресам, пришло по последнему. Он все написал в нем. — Но все уже позади, дорогая. — Тайгер... это Камилла Хант. Будто ледяным ветром, пронизывающим до самых ко¬ стей, повеяло от ее слов. Они произвели на меня ошело¬ мляющее действие. — Камилла? — повторил я опустошенно. Что-то затрещало в трубке, затем опять раздался го- . л ос Рондины: — Генри Фрэнк явился в «Белт-Эйр» якобы нанимать¬ ся на работу, но на самом деле он встретился с Камил¬ лой Хант, чтобы рассказать ей о Луи Агронски. Гамиль¬ тон начал проверять Генри Фрэнка, как всякого нанимаю¬ щегося, и узнал, что тот был активным коммунистом. Позднее он случайно увидел, как Камилла встречалась с Фрэнком. Они что-то обговаривали. Гамильтон запо¬ дозрил неладное и стал наблюдать за Камиллой. Он вы¬ следил, как она встречалась с Вито Салви, его словесный портрет он довольно точно дал в письме. Далее Гамиль¬ тон захотел выяснить, кто такой Вито Салви и в связи с чем он встречался с Камиллой Хант. Голосом, далеким и холодным, я спросил: — Ссылался он на какие-то улики? — Генри Фрэнк был из О-Галли, и Камилла Хант не¬ сколько раз летала к нему. Гамильтон вложил в конверт фотокопии авиабилетов. Да, все было прекрасно задумано. Подождать, пока Мартин Грейди не обнаружит, что он лично рекомендо¬ вал советского агента на ключевой пост одного из самых секретных производств. Как она попала к Грейди? Камил¬ ла Хант занималась издательским делом, что давало ей, как опытному разведчику, возможность проявить себя. Затем ее приглашают на работу в самое важное секретное производство, где она тихо сидела, дожидаясь нужного часа. Она, должно быть, занимала высокое положение в разведке, и ей были даны все полномочия, необходимые, чтобы задействовать большие силы, когда наступит соот¬ ветствующий момент. И он наступил. 315
Человек сбился с пути и силой своего ума и больной психики создал ситуацию, способную уничтожить мир. Камилла Хант тут же воспользовалась этим. Она имела документы на имя Хелен Левис и запасную квартиру в другом городе. Она лично убедилась в настроениях и со¬ стоянии Луи Агронски, встретившись с ним. Ее хорошо научили разбираться в психологии поведения людей, использовать их слабые и сильные стороны. Ей было со¬ всем нетрудно изменить внешность, небольшой грим и ка¬ муфляж могут сделать женщину неузнаваемой. Решив, что все готово, они подстроили ловушку, перекрыв ка¬ налы получения Агронски наркотика, и заставили его дви¬ гаться от одного места к другому, направляя к Нью- Йорку, в поисках героина. А в Нью-Йорке они подготови¬ ли все, чтобы за героин получить от Агронски информа¬ цию— знания, накопленные его мозгом, разрушаемым наркотиком. — Камилла Хант,— произнес я бессознательно вслух. Я не расслышал ответа Рондины, потому что голос по¬ зади меня произнес: — Совершенно верно, Тайгер. Я удивлена, что ты до¬ гадался. Положи, трубку, пожалуйста. Она говорила хриплым гнусавым голосом, и я уже не мог представить ее белое, нежное, живое тело в красных отблесках от нагревателя. Сейчас этот голос соответство¬ вал ее подлинной сути — паука со своей паутиной, готово¬ го съесть жертву. Медленно положив трубку, я повернулся, зная, что у нее в руке пистолет, браунинг, отличное бельгийское оружие. Дуло смотрело мне прямо в лицо. — Ты удивляешь меня, Тайгер. Где еще... один? — Я утопил его. Казалось, это известие никак на нее не подействовало. — Понятно. Я ведь предупреждала его. — Да, он был подготовлен, только не совсем. — Не так, как я. Я кивнул. — Как ты добралась сюда, Камилла? — Деньги, как ты знаешь, многое могут. Там был вер¬ толет и человек, согласившийся лететь сюда. Если тебе интересно, мне было совсем нетрудно найти этот Лис¬ вилл. Нужно было только вспомнить кое-какие детали, которые ты сам мне сообщил, океан, например. — Тебе здорово повезло. 316
— В этот раз да. Был разрыв в облачности. Мы при¬ землились недалеко отсюда.— Она улыбнулась мне, но это была ледяная улыбка.— С вашими пилотами всегда можно договориться. — И что с ним? — спросил я. Она безразлично пожала плечами. — Он ушел, как Даг Гамильтон? — предположил я. — К его счастью, гораздо быстрее. — А почему был убит Даг? Она пристально посмотрела на меня, глаза ее напол¬ нились презрением. — Гамильтон слишком много знал, он сам в этом признался. Вито Салви, по крайней мере, был уверен, что Гамильтон сказал все, что знал.— Она замолчала и нах¬ мурилась.— Возможно, он и лгал. Он сказал, что у него есть материал на меня. Ерунда, ничего серьезного, обыч¬ ное заключение по результатам проверки. — У него был и другой материал, как оказалось,— сказал я. — Теперь эю не имеет значения. Я намеревался еще кое о чем расспросить ее, но она резко тряхнула головой. Быстрым взглядом она осмот¬ рела всю комнату, увидела неподвижную темную фигуру в кресле у окна и все поняла сама, без лишних объясне¬ ний. — Нет, Тайгер, бессмысленно вести эти разговоры. Ничто не заставит меня не сделать... этого.— Пистолетом она очертила круг, ни на минуту не выпуская из-под при¬ цела жизненно важные части моего тела. «Во что бы то ни стало я должен отвлечь ее разгово¬ ром. Несмотря на большое расстояние и мое невыгодное положение, стоит только ей слегка нажать на курок, я дол¬ жен попытаться быстро выхватить у нее пистолет, бро¬ ситься вниз и выстрелить. Это мой последний шанс, дру¬ гого нет. Может, мне повезет». Камилла, казалось, прочла мои мысли и сказала: — Рядом с тобой на столе лампа. Зажги ее. Только не делай руками резких движений. Медленно, очень мед¬ ленно. Замедленным движением руки я включил лампу, слов¬ но для того, чтобы она осветила место моей смерти. — Теперь пистолет, Тайгер; Вынь его пальцами и брось на пол. Эти действия означают, что ты еще не¬ сколько секунд можешь жить и мыслить. 317
Я потянулся рукой за пистолетом, слегка повер¬ нувшись при этом, и вдруг понял, что я ничего пе смо¬ гу сделать. Острая, ослепляющая боль от раны, нанесен¬ ной Хопесом, пронзила все мое тело и отозвалась в моз¬ гу. Я достал пистолет и уронил его на пол рядом со мной. — Теперь вынь все из карманов. Все до последнего. Выверни их так, чтобы я могла видеть. Я наслышана о всяких хитрых штучках, которыми ты пользовался, Тай¬ гер. Мы также пользуемся такими методами, но я не хочу попасться на них сама. Один за одним я вывернул карманы, выложив на стол их содержимое. Она была явно раздосадована. Портмоне, пара скрепок, мелочь, набор отмычек и совершенно те¬ перь бесполезный ингалятор фирмы «Безекс», который предназначался для Найджа Хопеса. Она подняла на меня насмешливые глаза. — Зачем затягивать, Камилла?.— сказал я. Она снова улыбнулась, но ее влажные глаза были холодными глазами паука, готового схватить свою жертву. — Я говорила тебе однажды, что мне доставляет удо¬ вольствие изучать поведение людей. Мне интересно на¬ блюдать за их реакцией. О тебе очень мало сведений в Ко¬ митете, твое досье тоненькое, а описание дел, в которых ты участвовал, довольно внушительное. Мне хочется посмотреть, как ты себя поведешь, зная, что сейчас ум¬ решь. — Но я и раньше видел смерть. — Видел, но в этот раз можешь быть уверен — ты ум¬ решь. Отойди назад на один шаг и встань посреди ком¬ наты. Я подчинился. Стоит мне только приблизиться к чему- нибудь, что я смогу бросить в нее, она тут же выстрелит. Я стоял, сознавая, что это то самое место, на котором я умру. Наступил последний момент в моей жизни. Она подошла к столу, все время держа меня на прицеле и за¬ ставляя стоять без движения. Со своего места она могла теперь хорошо видеть Луи Агронски и убедиться в том, о чем она догадалась вначале. Она могла видеть и крас¬ ные огоньки на приборе, говорящие о том, что устройство обходного контроля включено. Позднее ее технические специалисты смогут разобраться в этом приборе и заста¬ вить его работать на них. 318
— Почему вы не захватили Луи Агронски раньше, Ка¬ милла? Она тихо кашлянула и сказала откровенно: — Только потому, что мы не знали устройства обход¬ ного контроля. Он довольно хорошо все спрятал. Возмо¬ жно, даже с секретной миной. Нам необходимо было иметь сам прибор. Мы надеялись заполучить и Агронски, но теперь уже поздно... Ничего, наши инженеры разбе¬ рутся во всем, уверяю тебя. — Но ты же знаешь, что мы все погибнем, ты пони¬ маешь это? Она тряхнула головой, продолжая улыбаться. — Только ты, и сейчас. Остальных мы научим, как жить. Они узнают, что такое служить на благо государ¬ ства, и, будь уверен, протестующих будет очень немного. В конце концов, мы имеем большой опыт обращения, как у вас говорится, с «плененными народами». Эта страна не будет исключением. Камилла держала пистолет в левой руке, а правой перебирала предметы, которые я выложил на стол. Я ста¬ рался спокойно и твердо смотреть на нее, чтобы в моих глазах она не уловила ни просьбы, ни мольбы. Ей это, на¬ верное, доставило бы большое удовольствие, позволив наслаждаться ролью паука, которую она выбрала для себя с самого начала. Брови ее нахмурились, нос сморщился, и она чихну¬ ла, тряхнув головой. В каком-то смысле это выглядело даже комично. — Я мучаюсь по твоей милости, Тайгер, но зато, на этот раз, мне удалось сплести самую крепкую пау¬ тину. — Сурово. — Ты думал, этого никогда не случится. Я была права с самого начала... ты муха, Тайгер. Типичная муха, попав¬ шая в паутину и умирающая в момент наивысшего удо¬ вольствия, не так ли? — А разве так? Она снова сморщилась и тяжело задышала, сопя но¬ сом, было видно, как ее это раздражает. Она скользнула глазами по ингалятору, потом вернулась взглядом, взя¬ ла баллончик в руку, открутила крышку и поднесла к носу. — Спасибо тебе, муха... прежде чем ты умрешь, при¬ ми от меня благодарность. 319
И она глубоко вдохнула, приставив ингалятор сначала к одной ноздре, затем рука ее двинулась к другой и засты¬ ла на полпути. Глаза ее на секунду сделались ясными, чистыми и широко раскрылись, когда цианистый газ до¬ стиг легких. Она вдруг осознала, что проиграла, попыталась на¬ жать на курок пистолета, который уже смотрел дулом в пол, но ноги ее подогнулись, и она рухнула на пол, при¬ соединившись к тому, кто уже ушел из этой комнаты в иной мир — мир смерти. Она была уже мертва, когда я подошел к ней, и не мо¬ гла слышать моих слов: — Я ведь говорил тебе, паук, что я оса, а не муха.
КРОВАВЫМ РАССВЕТ Глава I Была суббота, и я собирался жениться. Уже светало, но я не мог заснуть и думал о том, что всего несколько кварталов отделяют меня от комнаты, где Рондина свер¬ нулась клубочком на широкой кровати под белым афган¬ ским покрывалом. Ес обнаженное тело ждет прикоснове¬ ния моей руки, и спустя какие-нибудь несколько часов ничто уже не будет нас разделять. Я мысленно представил себе лицо Мартина Грейди, когда подам заявление об уходе. Ему это будет не по вку¬ су. Но время ружей и пушек миновало, враги могут вы¬ черкнуть меня из списка, а новые задания и операции, за¬ думанные Грейди, пусть катятся ко всем чертям. У меня много врагов даже среди моих сослуживцев. Они обрадуются моему уходу, но скоро поймут, что, «подсидев» меня, облегчили себе путь на тот свет. Не каж¬ дому по зубам делать такую работу, а прозвище «Счаст¬ ливчик» еще не признак того, что я возвращаюсь со своих «прогулок» с улыбкой на лице... Я пытался представить, что еще может сказать старый чудак: воззвать к моему патриотизму? напомнить, что для врага я всегда останусь человеком из списка «А»? Мартин Грейди хорошо умеет доказывать свою точку зрения. Но для меня одна мысль о Рондине, ожидающей моего прихода в рассветном городе,—достаточный аргу¬ мент. Грейди, старик, я ухожу. Больше не будет ни ружей, ни порохового дыма, ни трупов... выхожу из джунглей жи¬ вым и хочу таким остаться. Мне нравилась моя работа, нравилось чувство торжества над людьми—повер- 11 Заказ 182* 321
женный враг, размазывающий кровавые сопли по ли¬ цу. Что может быть приятнее для мужчины? Но теперь кончено, шпаги в ножны! Мой пистолет 45-го калибра останется в своей старой коричневой кобуре, а меня ждут новые радости, прежде вызывавшие смех или в лучшем случае саркастическую улыбку,— «моя куколка, вечера у камина... и три ангела спустились к нам сегодня!» Я смущенно хмыкнул: все же я видел свет и знал лю¬ дей. Некоторым из них по мере сил даже помогал уб¬ раться на тот свет без особых хлопот. Но то, что я делал, мне надоело. Моя Рондина хочет, чтобы я стал паинь¬ кой,— значит, стану! Телефон на столике издал какой-то квакающий звук и разразился длинной заливистой трелью. Было около се¬ ми утра, и я не представлял, кому мог понадобиться в та¬ кую рань. Я взял трубку, и человек на другом конце про¬ вода быстро спросил: — Тайгер? — Да. — Это Уолли Гиббонс.—У него был усталый голос. — Ты не спишь? Твои бродвейские дивы давно дрых¬ нут... — Я еще не ложился. — Так почему я-то должен вставать? — Потому что мне позвонил один тип и сказал, что знаком с тобой. Он прочел мою статью, ты знаешь, о чем, и ищет тебя. Я, конечно, ответил, что не знаю, где ты, но обещал навести справки. — Многие хотели бы найти меня. — Поэтому-то я и молчал. Ты знаешь такого типа — Клемента Флетчера? Я прогнал в памяти длинный список имен и фамилий. Такого я не знал... — Опиши его. — Не могу. Это был телефонный звонок. Он звонил в офис восемь раз, прежде чем дозвонился. Оставил теле¬ фон. Уолли назвал номер, и я машинально запомнил его. — Что сказал этот тип? — Ничего не сказал. Чего-то боялся, и потом — у него словно каша во рту, говорит с присвистом, прошептал, что ты ему нужен позарез, и быстренько бросил трубку. Ты хоть что-нибудь понимаешь? 322
— Не хочу понимать,— сказал я и сладко потя¬ нулся.— Позвоню, конечно, этому типу, но если это связа¬ но с работой — плюну и уйду в сиреневую даль, слы¬ шишь? Я сегодня женюсь, приятель! — Да, знаю. Счастья тебе. И, главное, ты вовремя остановился. — Спасибо, но почему ты так думаешь? — Потому что ты приятнее выглядишь в своем тепе¬ решнем виде, а не в виде трупа. Как только я узнал, чем ты занимаешься, мне совсем разонравилось ходить с то¬ бой по одной стороне улицы. — Тогда перейди на другую,— рассмеялся я и поло¬ жил трубку. Это был день, который никто и ничто не могло испор¬ тить. Солнце вставало над городом, и полоска рассвета на¬ ливалась все более густой краской — алая полоска, похо¬ жая на след бритвы на лице спешащего человека. Город просыпался и заполнялся человеческой плотью—люди спешили в метро, к автобусам, город шумел, требуя но¬ вой крови и плоти... Что до меня — через несколько часов я буду женат, черт побери! Клемент Флетчер! Что-то было в этом имени знакомое. Это, конечно, не бог весть кто, при моей профессии я бы не забыл громкое имя, но знакомое было... Приятель? У меня их немного. А враг не стал бы предварительно звонить—просто убил. Это не был человек Грейди, иначе бы фигурировало контрольное слово. Но я в списке «А», враги не сообщают нам свой пароль, а устраивают маленькие сюрпризы. Тот, кто считает, что любопытство сгубило кошку, глубоко неправ. Если бы это имя не вызывало во мне смутной тревоги, я не стал бы так долго копаться в памя¬ ти, но в нем было что-то, заставлявшее меня еще и еще раз повторять: «Клемент Флетчер, Клемент...» Я позвонил Уолли, в свою очередь вытащив его из кровати, выслушал все проклятия, которые он призвал на мою голову и на головы моих родственников вплоть до седьмого колена, получил адрес гостиницы недалеко от Вест-Энда, не доходя одного квартала до реки, и просьбу убираться к дьяволу. Быстро умылся, принял душ и, окон¬ чательно прогнав остатки сна, натянул одежду. По при¬ вычке я сунул кобуру под мышку и взвел предохранитель, 323
однако потом вспомнил, какой сегодня день, усмехнулся и уже хотел снять оружие, но подумал, что мой писто¬ лет никогда меня не подводил, столько лет был для ме¬ ня отцом и матерью... Ладно, приятель, в последний раз! Я поправил пряжку, спустился вниз, перекусил в апте¬ ке и, поймав такси, отправился искать Флетчера. Был ран¬ ний час, и движение на улицах еще не дошло до той сумас¬ шедшей стадии, когда за тобой идут двадцать «хвостов», обмениваясь впечатлениями. Такси остановилось около ряда длинных домов, окна были закрыты жалюзи на французский манер. Я огляделся и удостоверился, что за мной никто не следит. Рядом плескалась река, а с другой стороны, около домов, высился несокрушимый забор. Вывеска отеля не была многообещающей, да и вообще внешний вид гостиницы был какой-то обшарпанный и унылый. Металлические буквы с облупившейся краской призывали — «Комнаты!», но, судя по всему, наплыва же¬ лающих не было. Мне пришлось позвонить дважды, прежде чем появи¬ лась сморщенная дама с бумажными папильотками на го¬ лове, в несвежем переднике и с двумя рулонами туалетной бумаги под мышкой. — Ищешь комнату, сынок? Я подмигнул ей. — Приятеля ищу, Клемента Флетчера. Как думаете, не рановато ли его будить? Ее глаза прошлись по мне сверху вниз, и лицо расплы¬ лось в улыбке. — Вот уж никогда бы не подумала, что у него есть та¬ кие друзья! Да кто их разберет? Был тут один у нас, бол¬ тал, что он сын окружного прокурора. Господи! Папаша сам прикатил сюда за ним на роскошной черной машине и обозвал ослом за то, что он сбежал из дому. Ну а парень ни в какую не хотел возвращаться — он, оказывается, нар¬ коман! Вот тебе и сын прокурора! Ты, сынок, своего Флет¬ чера наверху найдешь, вторая дверь налево... Я поднялся наверх и еще из-за двери услышал громкий храп. Я взвел курок своего пистолета и прислушался, по¬ том слегка нажал на ручку двери. Дверь подцалась, я во¬ шел и аккуратно прикрыл ее за собой. Человек лежал в кресле, прикрыв лицо газетой, одетый в халат на голое тело. На вид лет пятьдесят—шестьдесят. Он спал с открытым ртом и тяжело дышал. Напротив, на 324
его кровати, лежала стопка бумаг — какие-то счета и бан¬ кноты. Я стоял перед ним, стараясь припомнить, где и когда видел его прежде. Убедившись, что мы одни в комнате, я приставил свой пистолет к его животу и стал наблюдать, как он, просыпаясь, ежится от холодного прикосновения металла. Прийдя в себя, он сразу же воскликнул: — Черт побери, Тайгер! — потом увидел пистолет и моментально стал отодвигаться к спинке кресла. — Откуда я вас знаю, Флетчер? — Дорогой мой, я... — Быстрей, лапочка! Не тяни волынку. Откуда? Он кивнул и выпалил, не сводя глаз с пистолета. — Панама, Тайгер! Помнишь? — Нет. — Ты же вытащил меня, когда я тонул, отдавал кон¬ цы, а ты вытащил... Тут я все вспомнил и спрятал пистолет. Да, тогда, в доках, я бегал, высунув язык, искал, куда Меснер и его парни запрятали взрывчатку, и попал как раз вовремя, чтобы выудить этого пьяницу из воды и привести в чув¬ ство. Я ухмыльнулся и похлопал себя по боку, где была кобура. — Забыл, дружище. Но, сам понимаешь, у нас такая работа, где случайностям нельзя доверяться. Гиббонс мне передал о твоем звонке. С удовольствием выпил бы с то¬ бой сегодня, но я женюсь, приятель, и должен быть как стеклышко. — Но я не за тем тебя позвал, чтобы пропустить ста¬ канчик.— Он нахмурился, встал с кресла, потом подошел к окну, поднял занавеску и зачем-то посмотрел на улицу. — Я о тебе читал. — Это не новость. — Но я знаю, что тогда было в доках, про взрывчатку знаю тоже и никому не сказал, что ты был там. — Спасибо. Он помахал рукой и сморщился. — Я тебе не поэтому позвонил. Понимал, что ты был замешан в этой истории со взрывом публичного дома, ви¬ дел, кто туда заходил в этот день, и знал немного об этих мальчиках. Я слышал, как этот Билл Меснер тебя описы¬ вал, но промолчал, конечно. Правильно? — Правильно. Помню, за мной была слежка, но я не знал, кто это был 325
в тот вечер. Бедный Флетчер так и не понял, что встре¬ тился тогда со смертью дважды. Кому суждено быть по¬ вешенным... Билл умер, прежде чем смог дать показания или подтвердить свою личность. Ах, этот Флетчер! — Но тогда почему ты меня вызвал? Он стиснул рукой рот, упал на кровать и начал ше¬ птать: — Понимаешь, я не знал, кому еще об этом сказать. Я начал говорить, а меня подняли на смех, начал действо¬ вать в одиночку и попал в беду. Черт возьми, не знаю, что бы я делал, если бы не вспомнил о тебе. — Какая-то неприятность?—спросил я его. Он поднял глаза. — Ты будешь смеяться. — Почему? — Это слишком неправдоподобно. — Говори же, дружище. У Флетчера было на уме что-то большее, по крайней мере, мне так казалось. Он сидел молча, собираясь с мы¬ слями, потом сказал: — Помнишь сверток, который ты мне вернул? — Да, конечно. — Это самое главное. Потом в Брюсселе я нашел того парня! — Какого?—не понял я. — Ну, я же тебе объясняю. Я намеревался отправить¬ ся в Пер дез, около Вера-Круп, где они добывали уран. Я всегда хотел туда попасть. Вейло и Шови сказали мне о забастовке на урановых разработках. Я решил попы¬ тать счастья. Ты что думаешь, я собирался плавать всю мою жизнь? — К делу, приятель. Он посмотрел на меня. — В Брюсселе я купил счетчик Гейгера. — За сколько? — За тысячу восемьсот долларов. Все деньги ухлопал. — Тебя надули. Он стоит в десять раз дешевле. — Знаю. Но мне сказали, что если я отправлюсь в Пердез, то мне необходим счетчик Гейгера. Я с ним за¬ нимался от скуки на корабле. Мог отличить горячие часы от прохладных. — Но при чем тут счетчик—это и так ясно! — Да погоди ты... 326
Я понял, что у него наболело, и перестал шутить. — Ну, ладно, Флетчер. Пойду, рассиживаться мне не¬ когда, у меня сегодня особенный день. — Прости, Тайгер, совсем забыл... Я плыл на «Мейт- ланде», знаешь? Я кивнул. — В Германии погрузили три пресса. Я стоял в трюме со счетчиком, и вдруг он начал работать как сумасшед¬ ший. Тут же выключил, но показания! Отметил контей¬ нер, большой, очень большой. Эти прессы, они громад¬ ные. Один я отметил. — Дальше. — Проверил его. Отметку оставил. В нем уран. — Много? Он кивнул. Отвернулся и стал смотреть в окно, как на¬ проказивший мальчик, а сам ждал, что я скажу. Это было моим добрым делом, которое каждый, по заповеди, должен совершать раз в день. Я мог бы просто проверить этот пресс сам, а потом сказать ему, что он ошибается, жениться — и делу конец. Я же поехал с ним. Мы подъехали к докам, нашли кон¬ тейнер, который Флетчер пометил. Он стоял среди целой кучи каких-то ящиков, проволоки и всякого барахла. Немецкая фирма «Клейплейц» — наиболее известный производитель ротационных прессов. На изготовление одного уходит почти год, но прессы работали просто по¬ разительно и долго не изнашивались. Поэтому у фирмы всегда хватало заказов от известных издательств в мире. Наша страна была их самым крупным заказчиком. Этот пресс отправлялся в Вашингтон. Мы отодрали несколько досок — внутри был пресс. Все на месте, ни одной лишней детали. Когда мы выбра¬ лись оттуда и поставили доски на место, я посмотрел на Флетчера и сказал: — Ничего похожего, Флетчер. — Но я же говорю, что счетчик... Флетчер, я знаю печатное дело от станков Колли до новейших ротаторов. Я сам крутился около этих ма¬ шин. Ничего похожего. — Тайгер... счетчик... — Давай посмотрим на счетчик. — Зачем? — Давай посмотрим, хорошо? — Давай, но он на корабле. 327.
Но счетчика там не было. Флетчер перерыл всю каюту и вернулся с отсутствующим взглядом, держа пустую ко¬ робку. Я понял, что произошло. — Флетч... — Понимаешь, Тайгер... Я остановил его. — Ты — обыкновенный простофиля. За тысячу восе¬ мьсот долларов они всучили тебе радарную установку, которая время от времени звенит, а ты замираешь от страха. Пойми, ты потерял свои деньги, а они нашли че¬ ловека на борту, который выкинул эту штуку на свалку. Тебя надули, Флетчер, надули дважды! Ты видел автома¬ тический хронометр у этого пресса? — Нет. — У него люминесцентное покрытие. Оно может за¬ ставить любой счетчик звенеть. Ты на этом попался, дру¬ жище! Он сразу все понял. Мы выбрались из доков, нашли аптеку и выпили там по чашке кофе. Вскоре мы уже говорили о Панаме, но мыслями он был не со мной. Перед глазами Флетчера были потерян¬ ные тысяча восемьсот долларов. Он понимал, что теперь не доберется до Пердеза. Но я не сказал ему, что он счаст¬ ливчик, раз выпутался из этой истории. После полудня я расстался с ним. Мне пришлось прой¬ ти пешком три квартала, прежде чем удалось найти так¬ си и вернуться в отель. Для жениха денек был не очень радостный, но, может быть, мне повезло так же, как и Флетчеру, что я выпутался из этой истории. В четыре часа меня окрутят—и кончено. Я стал собирать вещи. Мои пожитки вместил один ко¬ жаный чемодан. Я хотел снять трубку, чтобы позвонить и уведомить, что съезжаю с квартиры, как вдруг аппарат зазвонил и голос портье спросил меня: — Вас вызывают, сэр. Будете разговаривать? Я подумал, что это Рондина, и поспешно ответил: — Пожалуйста. В трубке раздался голос Мартина Грейди. — Тайгер, ты на задании — «Платон». «Платон»—это серьезно. Убить или быть убитым. Внешняя политика Америки в опасности. Альтернати¬ ва—война! 328
Глава II Я постучал, и Рондана открыла дверь. Она стояла в дверном проеме, высокая и манящая. Зеленый махровый халатик, завязанный пояском с кисточками, открывал грудь и подчеркивал соблазнительную округлость бедер. Рондина очень редко надевала бюстгальтер—такая у нее прекрасная грудь. Ее медно-рыжие волосы, подсвеченные сзади солнеч¬ ными лучами, горели как золотая корана, а губы трепета¬ ли в чудесной улыбке. — Хелло, Рондина. Нет, не Рондина, а Эдит Кейн. Рондина же давно мерт¬ ва. Она была старшей сестрой Эдит, которая сейчас как две капли воды похожа на Рондину двадцать лет назад. Годы войны, подумал я, страшные, неописуемые годы, которые теперь кажутся совсем нереальными. Та, первая Рондина, сама выбрала свою судьбу, когда ушла из добропорядочного уютного дома Кейнов в стан нацистов и стала шпионкой. Я же был агентом американ¬ ской разведки и выследил ее в оккупированной Франции, чтобы убить. Неожиданно между нами вспыхнула лю¬ бовь... но Рондина вогнала в мою грудь две пули и остави¬ ла подыхать. Меня потом долго терзала ненависть... Я помнил ее роскошное тело и милое лицо. Спустя много лет после того, как она была убита, я встретил Рон¬ дину вновь. Нет, не Рондину, а Эдит, ее младшую сестру. Однако для меня Эдит всегда оставалась Рондияой, кото¬ рую я любил, она не возражала, и за это я любил ее еще больше. Я чуть не убил ее сначала, потому что думал, будто это Рондина вернулась с того света. Теперь я убивал бы для нее и из-за нее так же, как она убивала бы из-за меня. — Тайгер! — Она протянула руку, которую я жадно схватил. Ее рот был мягким, страстным цветком около моего, горячим, влажным, пальцы вцепились в мои плечи, а я прижал ее к себе так сильно, что мы казались одним че¬ ловеком, который объят непомерным, всепоглощающим желанием. Но что-то примешивалось к объятию, и она это почувствовала. Оторвалась от моего рта, вырвалась из кольца моих рук и посмотрела вопросительно. — Милый, что с тобой? У нее был низкий, чуть хрипловатый голос, который меня особенно волновал. 329
Мы вошли в комнату, и она взяла меня под руку. Как будет непросто объяснить ей! Я позволил ей напоить меня кофе. Она покорно ждала, и, наконец, я сказал: — Придется отложить нашу свадьбу, киска... Боль, вспыхнувшая в ее глазах, была мимолетной. Она ушла, оставив печальный блеск, говоривший о многом. — Ты можешь объяснить мне... Я покачал головой. — Нет, прости. — Но сегодня... — Я собирался заявить об увольнении. Но это случи¬ лось раньше... дело очень важное, и никто другой не смо¬ жет с ним справиться. — Никто? — Киска, милая... Это касается безопасности страны и, может быть, твоей тоже. Англия и США связаны так крепко, что случившееся у одних затрагивает и других. Я не могу выбраться из этой истории, не могу ничего объ¬ яснить. Ведь и так сказал тебе немало. У нас есть свод правил, который нельзя нарушать до самой смерти, а она всегда рядом. Прости, бэби, но прежде всего моя работа, а уж потом... Ты умница и поймешь меня! — Это очень трудно.— Она вдруг отвернулась, а губы сложились в жалкое подобие улыбки.— Я даже не знаю, что сказать... — И не надо. Я быстренько покончу с этим делом и вернусь. Ее глаза встретились с моими. — Ты уверен, что вернешься? На этот раз? — Я всегда возвращался. — Но это в последний раз? А потом ты останешься со мной? — Она обхватила руками мою голову.— Сколько ты убил, Тайгер? Сколько раз пытались убить тебя! Об¬ стоятельства, обстоятельства! Но твоя звезда может зака¬ титься, и тогда... — Рондина... — Нет, дай мне сказать. Раньше тебе было все рав¬ но— жить или умереть. Но теперь ты—мой. Буду ждать тебя, а это непростая вещь — ждать!.. Как мне жить с этим, Тайгер? Я встал. — Когда все кончится, вернусь. — Я могу и исчезнуть. — Найду тебя. 330
— Я не об этом. Просто слишком долго мучилась. Мне казалось, что я нашла любовь и безопасность, о ко¬ торых мечтала, а теперь, когда все идет прахом, могу най¬ ти кого-нибудь другого, и почти нашла его — однажды... Я не мог сказать того, что хотел. Не мог объяснить, не имел права спорить, да мне и не хотелось. Не было пре¬ грады, которую она не могла бы преодолеть, если захоте¬ ла бы, а если нет, то... — Колесо—оно круглое, киска. Твой номер выигры¬ вает или нет. Но я вернусь. Подойдя к двери, я обернулся и подмигнул ей. На ее лице была все та же печальная улыбка, и я знал, что у нее сейчас творится на душе. У меня однажды было такое. «Прелестное начало для свадебных колоколов,— вертелась у меня в голове дурацкая фраза,—прелестное начало...» Я взял свои пожитки и переехал в отель «Леопольд», сняв номер на имя X. Талдоша (по инструкции Грейди). Подождал полчаса, набрал номер Ньюаркского конт¬ рольного центра, попросил Верджила Адамса и сказал пароль: — Тайгер Менн. Это «Платон», номер—4-4-9-1. Па¬ роль верен? — Двойная связь. Темплбой-2. — Дартиуф,—произнес я. — Родег, Тайгер. Я все равно тебя по голосу узнаю. ВХ тоже знает твой голос, но, понимаешь, служба.., — 2-26-1. В чем дело, ребята? Меня ни о чем не преду¬ предили. — Так Грейди распорядился. Ты знаешь что-нибудь о Габине Мартеле? — Читал. — Так вот, он тут. На Монастырской улице, в отеле, в конторе Службы безопасности. — Почему? •.— Он был чуть ли не самой главной шишкой в между¬ народном разведывательном мире, его обменивали в вой¬ ну, личное дело длинное, как простыня. Он был в ракет¬ ном кордоне, организовывал проект Белтова и нафарши¬ рован именами и явками, которые помогут нам выр¬ ваться на десять лет вперед! — Почему же он здесь? Что заставило его перейти на другую сторону? Женщина? 331
— Ты прав, братец кролик. Теперь ты в курсе, дей¬ ствуй. — С удовольствием,— ответил я и бросил труб¬ ку. История моей жизни, только в другом варианте. Жен¬ щина— и ты убит. Женщина — и ты жив. Но каждый раз — это катастрофа. Уолли Гиббонс нашел меня в семь часов вечера в баре на 12-й Парковой. Он был вместе с Дэви Севирном, поли¬ тическим обозревателем его газеты. К тому времени я прочел все утренние газеты, собрал вырезки и стал рас¬ кладывать их на столе в шахматном порядке. Каждая вы¬ резка была частью официального сообщения, и я на¬ деялся, что раз к этому делу допустили репортеров, то Се- вирн мог пронюхать что-нибудь новенькое, нос у него был достаточно длинным. Но в газетах все сводилось к одному: Габин Мартел, занимающий значительный пост в Германии, попросил -политического убежища в первый же день своего приезда в Америку с германской делегацией для переговоров по разоружению. После того как Уолли объяснил нам детали, мы выпи¬ ли и заказали ужин. Дэви знал, кто я, но его язвительная улыбка не стала при виде меня более презрительной. Эти репортеры могут беседовать с президентами и с убийцами, не меняя выра¬ жения лица. И все же я понимал, что мои вопросы не вы¬ зывают у него особого энтузиазма. — Раз уж ты влип в это дело, Тайгер, каковы твои планы?—спросил Дэви. — К черту. — Газеты ничего не получили. Был приказ — ни звука, понимаешь? Я согласно кивнул головой. — Уолли не дал мне подсыпать деталей в мою ста¬ тью. Плохо, что придется молчать. — Лучше уж так,—сказал я ему. Он отхлебнул свой мартини и ухмыльнулся. — Я знаю, почему тебе дали такое сумасшедшее про¬ звище... — А вот и нет. Мой папаша окрестил меня Тайгером. Это не кличка. — С ума сойти! Однако к делу. Зачем ты здесь? — Габин Мартел! — ответил я. 332
Они обменялись быстрыми взглядами, и вся их весе¬ лость куда-то исчезла. — Ты что-то крупно играешь, Тайгер,— сказал Дэви,— они этого парня держат за семью замками и бу¬ дут держать. Никто к нему не пройдет, пока он не соизво¬ лит что-нибудь сказать. — Это меня и интересует. — Что именно? — Например, что ему мешает захотеть говорить. — Понимаешь, на эту тему нам ничего не сообщили, но я слышал... конечно, не из официальных источников, что сам он очень хотел бы этого. — Пусть тогда заговорит. Они опять переглянулись. — Ты что-то проведал? Дэви наклонился ближе к столу. — Что? — Имя Габина Мартела уже появлялось в газетах не¬ сколько лет назад. Ты проверял, по какому поводу? — Нет. Наши эксперты знают его по официальным каталогам и по политическим выступлениям. Он всегда был глубоко в тени. Но в последние годы стал выдви¬ гаться, потому что правительство сместило многих ли¬ деров. Он стал ответственным за африканские и панам¬ ские инциденты. Больше о нем ничего нет. — Придется еще немного покопаться в грязи, дру¬ жище. — Ты что-нибудь знаешь? — спросил Дэви. — Может быть... Я точно помню, что его имя уже появлялось в газетах. Севирн откинулся на спинку стула и шумно вздохнул. — Если так, то найду! — Хорошо, посмотрим завтра вместе. Принесли ужин, и мы принялись за еду. Уолли Гиббонс казался взволнованным. Когда его глаза встречались с моими, тут же опускал их вниз, в тарел¬ ку. Он был бродвейским репортером, писал статьи о музыкальных шоу и ревю. Его деятельность строго огра¬ ничена скандалами в сфере звезд, звездочек и жизнью полусвета. Немного позже мы простились, и когда я, усадив их в такси, отправился в контору Эрни Бентли, то чувство¬ вал, что у меня на душе скребут кошки. Я знал, что заста¬ 333
ну Эрни дома, так как он уходил в работу с головой, и время для него не имело значения. Во время войны Эрни участвовал в Манхэттенском проекте, был замешан в истории «46». Потом стал рабо¬ тать в химическом концерне, позже открыл свое дело и за¬ нимался бизнесом до тех пор, пока Мартин Грейди не вспомнил о его изобретательских талантах. Хорошая зар¬ плата и свобода действий сделали для него больше, чем правительственная поддержка. Если дело доходило до важных событий, подобных нынешнему, он оказывался единственным человеком, который мог с легкостью вол¬ шебника сотворить из воздуха все — начиная от докумен¬ тов и кончая новорожденным младенцем. Но ничего особенного мне не требовалось. Среди хо¬ зяйства Мартина Грейди были два издательства, выпу¬ скающие популярные толстые журналы, и мне понадоби¬ лась журналистская карточка и кое-какие фотоигрушки. Эрни хватило пяти минут, чтобы сделать карточку, вручить мне «лейку», другие вещи и взять с меня расписку. X. Талдош теперь член четвертой власти — прессы. — Настоящее дело, Тайгер?—только и спросил Эрни. — Кто знает. — Думал, что ты сегодня женишься. — Я тоже так думал. — Дай тогда мне поразмыслить, голубчик, а то я на¬ чал одно исследование, и если... — Это — «Платон», Эрни. Ты автоматически подклю¬ чаешься к операции. Он протяжно свистнул. — В последний раз подобное было три года назад. Кто теперь? — Габин Мартел—немецкий разведчик. — Думаю, с этим делом связано немало. Что извест¬ но сейчас? — Почти ничего. Он еще не пришел в себя, и к тому же к нему нельзя подступиться. Мысленно твержу про себя его имя, и сдается мне, что я уже слышал его когда-то, но когда? Тем не менее, он—разведчик, и его пока держат взаперти. - — Знаю, на Монастырской. Вендерли сказал, что ему известно только официальное сообщение правительства. — Я понял это утром. — Черт побери,— возмутился Эрни,— этого Мартела больше скрывали, когда он и лыжница из института кру¬ 334
тили тут роман во время Олимпийских игр пятьдесят ше¬ стого года. Я оторвался от разбора «лейки» и уставился на Эрни. — Вот откуда я помню это имя! — воскликнул я.— У тебя феноменальная память! — Ну, я же болельщик! Был там. Девочка что надо! — Кто она такая? — Это не по моей части. Я болельщик, а не любовник. Стар уже для такого рода игр. — К счастью, не все на тебя похожи. — Что? — Ничего. Я уже думал о персональном деле Габина. На фото — высокий мужчина с редеющими волосами. На лице отпе¬ чаток многих лет учебы и преданности своей работе. Ему 52 года, холост, член партии с 1933 года, в годы войны на¬ чал занимать значительные, но официально не объявляе¬ мые, посты в правительстве до тех пор, пока не стал од¬ ним из лидеров в стране. Он мог бы добиться еще больше¬ го, если бы продолжал действовать так же энергично. Но он холост. А холостой мужчина—добыча жен¬ щины. У Адамса явно был приступ гениальности, когда он подсунул мне эту идею. Офицеры Службы безопасности располагались на Мо¬ настырской улице, в двадцатиэтажном небоскребе, вну¬ шающем почтение снаружи и набитом кретинами, не вну¬ шающими доверия, внутри. Каждый сенатор, кажется, имел там своего человека. Были представлены все органи¬ зации: от Армейской разведки до Интерпола. Попасть ту¬ да было невозможно, но деньги Мартина Грейди всегда открывали нам двери. Сегодня здесь должно было состояться первое высту¬ пление Габина перед журналистами. Я, конечно, знал, что буду не единственным репортером, но такого размаха не ожидал. >Три телекомпании размещали свою аппаратуру, пу¬ таясь в переплетении проводов. Десятки репортеров наго¬ варивали текст в диктофоны и микрофоны. Все что-то знали, о чем-то спрашивали, и воздух гудел от восклица¬ ний, криков и вопросов. Появление нескольких сенаторов, специально прилетевших из Вашингтона, только подлило масла в огонь. Огромный улей непрерывно гудел. 335
Около одиннадцати вечера было объявлено, что всех журналистов приглашают на третий этаж, где будет про¬ ведена пресс-конференция Габина Мартела и его защит¬ ников. Мне вручили пропуск, на котором значилось: «Только до 3-го этажа. № 26». Перед входом в зал снова проверили пропуск. Мы бро¬ сились к дверям. Как и все, я дрался за место в первом ряду, старательно щелкая «лейкой», бормотал что-то в микрофон, стараясь ничем не отличаться от других ре¬ портеров. Ровно в половине двенадцатого в зал вошел Хал Рэндольф, ведя высокого человека в мешковато скроен¬ ном костюме. Хал был неофициальным главой Службы безопасности. У нас и раньше возникали конфликты. Его заветная мечта — разрушить нашу организацию до основания. У него был зуб прежде всего на Мартина Грейди, потом на меня и остальную группу. Ну да леший с ним! Я поднял, по примеру остальных, камеру и, прежде чем Рэндольф мог заметить меня, стал щелкать как мож¬ но чаще, отлично понимая, что среди ярких вспышек он скорее ослепнет и оглохнет, чем увидит что-нибудь в зале. Рядом со мной какой-то парень просто ослепил всех своей вспышкой, и я особенно не беспокоился, что меня заметят. Заявление было коротким. Вся эта петрушка затеяна специально для репортеров, чтобы швырнуть им лакомый кусок, позволить сделать несколько кадров и быстро вы¬ ставить их отсюда. Один из сенаторов зачитал текст заяв¬ ления. В нем говорилось, что Габин Мартел попросил по¬ литического убежища, так как недоволен политикой своей страны и твердо верит — только американская демокра¬ тия может обеспечить мир во всем мире. Он хочет уда¬ литься от дел и заняться преподавательской деятель¬ ностью, возможно, даже в университете. Пока зачитывали заявление, я не сводил глаз с Марте¬ ла. Он давным-давно научился скрывать свои чувства, и его лицо не выражало ничего, кроме вежливого безраз¬ личия. Мартел несколько раз слабо улыбнулся, кивнул, соглашаясь с тем, что говорилось, но глаза его выдавали. Он был чем-то озабочен. Несмотря на годы практики, тень страха все-таки мелькнула на его лице. Он не смо¬ 336
трел в зал, только временами вскидывал глаза. Но меня не проведешь. Мартел кого-то искал. Он был слишком большой фигурой и знал не хуже меня, что его постара¬ ются убрать. Мартел не мог меня как следует разглядеть, но я чув¬ ствовал, что мысленно он уже меня отметил. Он знает все наши уловки и приемы. Его глаза скользнули по мне, по¬ том вернулись, вглядываясь пристальнее. Я быстро отступил назад, толкнул стоявшего рядом парня и высоко поднял свою «лейку» для нового снимка. Это движение, кажется, успокоило Мартела, он перевел глаза на кого-то в противоположном конце зала и уже не возвращался взглядом ко мне. Когда заявление было прочитано, Рэндольф разрешил задать несколько вопросов Мартелу. Тот отвечал глубо¬ ким, хорошо поставленным голосом. Только небольшой акцент слегка портил его речь. Все вопросы были по¬ литического характера, вежливо сформулированные. Ре¬ портеры понимали, что их быстро выгонят отсюда, если они позволят себе отступление от программы. Отве¬ ты Мартела были так же вежливы и безлики, как и воп¬ росы. За это время мне удалось пробраться поближе. Я про¬ тискивался между людьми до тех пор, пока Мартел не оказался прямо против меня. Рэндольф объявил о закрытии конференции, в ответ раздался взрыв возмущенных голосов. Гомон продол¬ жался довольно долго, и я успел громко произнести свой вопрос так, чтобы Мартел наверняка услышал меня. — Вы еще не нашли ее? На секунду его лицо застыло. Его глаза впились в меня, и страх снова мелькнул в зрачках — блуждаю¬ щими огоньками под полуопущенными веками. Он вглядывался в мое лицо, а я смотрел на него с на¬ пускным безразличием. Я еще раз вскинул камеру, щел¬ кнул, запечатлев его во весь рост, кивнул и улыбнулся, протискиваясь обратно в толпу. Верджил Адамс был прав! «Ищите женщину!» Репортеры возвращались обратно вместе, и мне уда¬ лось замести следы; попав на улицу, я прошагал несколь¬ ко кварталов, поймал такси и позвонил Рондине. Я про¬ ждал минуты две, пока окончательно не убедился, что ее нет дома. Черт возьми! Однако я не имел права сердиться на нее. 337
Нельзя же в день свадьбы отказаться от невесты и ждать, что тебя будут гладить по головке... Утром, ровно в десять часов, я встретил Дэви за зав¬ траком на Бродвее. Он выглядел помятым, и сразу стало ясно, что он не спал всю ночь. — Как ее зовут, Дэви? — сразу перешел я к делу. Он достал из кармана большой плотный конверт и бросил его мне через стол. — Ты как клещ, Тайгер. Не отстанешь от человека. Весь материал тут. Ее имя — Ева Берг. Немка по нацио¬ нальности, осталась в Америке после «Олимпиады-56». Мне продолжать? — Давай, давай, детали потом! — До этого она и Мартел встречались около года. Он присутствовал на играх как болельщик, сохраняя связи с нашими агентами. Она завоевала две серебряные меда¬ ли. За ней не следили так пристально, как за остальными. Вечером, за прощальным ужином для участников игр, она исчезла, а потом появилась в Лондоне. Взбудоражила и очаровала сотрудников нашего посольства и прилетела к нам, где попросила политического убежища. Некоторое время была лыжным инструктором в горах Новой Ан¬ глии, потом отправилась в Солнечную Долину и пропала из виду. Здесь есть ее фотография. Настоящая леди Го- дива. Я достал из конверта снимки. Да, настоящая Годива, белокурая, с тяжелым шлейфом золотых волос и фигурой валькирии. Лицо свежее, несколько крестьянского типа, но от этого не менее привлекательное. Даже сквозь не¬ уклюжий костюм можно заметить чудесные формы от¬ лично тренированного тела: высокую грудь, ноги, мощ¬ ную мускулатуру которых может передать только скульп¬ тор. — Где она теперь? Дэви пожал плечами и достал сигарету. — Откуда мне знать. Она просто исчезла. Никто ниче¬ го о ней не знает с 1958 года. Я пытался разузнать, но без¬ результатно. — Все еще не знаешь, прав ли я? — Нет, не думаю. Не такой Мартел человек, чтобы из-за нее наломать столько дров. 338
— Но это только мое предположение,— бросил я. — За ним же следят, ты знаешь. Теперь за его жизнь никто гроша ломаного не даст. А что он станет делать, если даже и найдет ее в конце концов? Ты знаешь, как упорны такие люди. Поэтому он еще не скоро заговорит, а когда заговорит, то половина сведений потеряет цен¬ ность. Давай проиграем пластинку с обеих сторон. На¬ до искать эту Годиву? — Ты не собираешься использовать этот материал о крошке Еве в своих статьях, приятель? Подумай — это сенсация. — Нет, я не хочу стать слишком знаменитым, впуты¬ ваясь в политику. Лучше писать о желтых чулочках Мол¬ ли Адамс, чем получить пулю в клозете. И, по-моему, тут нет никакой связи. Она сама по себе, а он... — Вспомни, что Адам сделал для Евы,— сказал я. — Конечно,— быстро ответил он.— И что Далила сделала для Самсона*. Я улыбнулся в ответ на его шутку, положил пять дол¬ ларов на стол и сказал, что буду держать с ним связь. Все время, пока шел до двери, я чувствовал на себе его взгляд. В три часа я встретился с ребятами из Ньюаркского контрольного центра, которых прислали по моей просьбе. Хукер и Джеймс были среднего роста, около сорока лет, и могли затеряться в толпе из двух человек. Хукер уже побывал со мной в переделке, а о Джеймсе я слышал в связи с Генеральным Тихоокеанским инциден¬ том. С ними была девушка лет двадцати восьми, малень¬ кая, как мышка, которую персонально рекомендовал Верджил Адамс. Ее звали Анн Лайтер. Я быстро проин¬ формировал их, дал фото Мартела и приказал установить его местонахождение в те часы, когда нет допросов в Службе безопасности. Так как их заранее подготовили, инструктаж не занял много времени. Они могли прямо связаться со мной через отель или передать сведения через Ньюарк. Каждый из них имел достаточную сумму, чтобы купить необходимые сведения, и все беспрекословно подчинялись мне. Когда они ушли, я навел справки, позвонил своим ♦ Самсон, в библейской мифологии — богатырь, обладавший не¬ обыкновенной физической силой, таившейся в длинных волосах. Его возлюбленная Далила остригла у спящего Самсона волосы и позвала воинов, которые ослепили его и заковали в цепи. 339
и дал последний адрес крошки Берг в Солнечной Долине. Меня заверили, что немедленно займутся ею, и я положил трубку, несколько успокоенный, так как наши ребята зна¬ ли свое дело. Но мне стало не по себе при мысли, что Служба безопасности тоже наводит справки об этой деву¬ шке. Я рассчитывал только на то, что эти друзья думают в основном о политической причине перехода Габина на нашу сторону и еще не скоро перестанут махать флажка¬ ми, напевая «Звезды и полосы». И еще один звонок — самый главный — Рондипе. При¬ слуга заявила, что Рондина недавно уехала, а куда — неизвестно. Я поблагодарил, поймал такси и отправился в отель. Вечером некоторые газеты опубликовали статьи о Мартеле, а на экране телевизора замелькали кадры ин¬ тервью. Мартела приравняли к тем первым европейцам, которые не вынесли политической обстановки в старой прогнившей Европе и заспешили сюда, чтобы обрести сво¬ боду. Было объявлено, что он обладает информацией, ко¬ торая позволит нам выдвинуться во многих областях. Где-то к полуночи он уже стал чуть ли не героем амери¬ канской нации. Господи, как же много, оказывается, можно сказать, не говоря по существу. Одно я знал твердо: он еще ничего не сказал им. Ниче¬ го. Лишь кое-что, чтобы их успокоить. Этому должна быть какая-то причина. Или он просто думает, как остать¬ ся живым, или... он хочет эту женщину. Только ее. Итак, в этот день не было никаких сенсаций: вооружен¬ ное ограбление, драка и поножовщина в «Дымовой тру¬ бе», столкновение трех машин на 32-й улице, кончившееся без человеческих жертв, неопознанный труп, найден¬ ный в реке, коммерческий бум в Ла Гуерре (Латинская Америка), возникший из-за поднятия курса местной валюты. Я заснул и проснулся от телефонного звонка. Звонила Анн, назвала пароль и попросила разрешить подняться ко мне. Я сказал: — Ох! Потом погасил свет, открыл дверь на пару дюймов и отступил в глубину комнаты, в темный угол с пистоле¬ том наготове. Ждал... Она знала правила. Стукнула один раз, прошла вперед 340
с протянутыми руками, постояла минуту, потом закрыла дверь и щелкнула замком. Она все еще не видела меня, но знала, что я делал в это время. Дотянулась до выключа¬ теля, включила свет, ухмыльнулась, когда увидела, что я засовываю пистолет в кобуру, потом подошла к боль¬ шому креслу и спокойно уселась в него. — Осторожный, сразу видно. — Я потерял трех приятелей из-за того, что они не остерегались. Сейчас она уже не выглядела серой мышкой. Адамс предупредил меня, что Анн умеет выглядеть так, как по¬ требуется, но что она такая мастерица — нет! Ее волосы падали вниз, красиво обрамляя лицо, несколько мазков косметики подчеркивали природную красоту лица. Одеж¬ да, надетая в прошлый раз, могла испортить фигуру лю¬ бой Венеры. Теперь — наоборот. Я одобрительно улыбнулся, стараясь не смотреть на ее обольстительные полные ноги, и отодвинулся к краю кро¬ вати. — Что ты узнала? — Хукер видел, как они выходили из другого здания, возможно, эти дома связаны коридором. Джеймс просле¬ дил их до дома Чемберлена. — Как ему удалось? — Он ехал в такси с зеленым огоньком, своя машина. — О! — Потом он вызвал меня. Я проникла туда, переодев¬ шись горничной. Габин не зарегистрирован, занимает комнату в северо-западном углу на девятом этаже, кото¬ рую арендует «Дельта», компания по производству садо¬ вых инструментов. Я проверила, это вполне официальная фирма, с филиалами почти во всех штатах и за границей, четыре большие фабрики, контора в Вашингтоне. А кроме этого, представь,—дочернее предприятие, имеющее пра¬ вительственные контракты, связанные с воздушным и космическим оборудованием. Я присвистнул, обдумывая сообщение. Четко и ясно. — Сколько охраны? — Двое в комнате. Лифтер, его я узнала, связан с нар¬ котиками и таможней. — Тогда он с ними заодно. — Одна из горничных на этаже вооружена. Она тоже из их компании. 3.41
— Что еще? — Все,— сказала она и положила ногу на ногу.— Что мне делать теперь? — Оставайся при Ньюаркском контрольном центре. Думаю, ты мне еще понадобишься, но вряд ли скоро. Адамс говорил, что... Я посмотрел на нее. Ее глаза умели менять цвет. Сей¬ час они были зелеными, как изумруды, и она пристально смотрела на меня. Тень от длинных ресниц легла ей на щеки, а улыбка чуть приоткрыла уголки губ. — Верджил сказал, что я понадоблюсь тебе сейчас. — Зачем? — Ты, кажется, собирался жениться? — Да, черт возьми! — Если твое холостяцкое состояние расстраивает тебя до такой степени, что ты не можешь собраться с мы¬ слями для работы, я могу помочь. И лучше, чем многие. Я не мог не рассмеяться. Но она не шутила. — Мартин Грейди очень любезен по отношению к своим служащим. Спасибо, крошка, но мне это не нужно. — Я думала, что здесь меня встретит тигр...— ра¬ зочарованно произнесла она. — Может быть, в следующий раз, но не теперь. Мне не по душе секс по обязанности. И я закрыл за ней дверь. Глава III Шел дождь. Черт возьми, кажется, в Нью-Йорке всег¬ да идет дождь. Не сильный, моросящий, все люди сидят дома, в тепле, у телевизоров. Можно было пройти весь Бродвей и не встретить ни души. Только у Оперы еще слонялись идиоты, которые при виде артистов сбиваются в стадо и создают пробки на улице. Но мне было напле¬ вать на знаменитостей. Несколько кварталов отделяли от Бродвея тот пере¬ улок, где стоял дом Чемберлена и где находилась един¬ ственная знаменитость, которая меня действительно ин¬ тересовала. У нашей организации все-таки было одно преимуще¬ ство. Гражданская по своей сути, она состояла из профес¬ сионалов. Мы финансировались настолько хорошо, что 342
не было ничего, чего не могли бы купить или разведать. Мартин Грейди основал нелегальную организацию не из показного патриотизма, а из презрения к тем спосо¬ бам, которыми вынуждены работать официальные орга¬ низации, управляемые при помощи политической бли¬ зорукости, индивидуального террора и абсолютной глу¬ пости. Мы были больше и лучше всех, и если бы нам не помогали оставаться такими всегда, то США скоро бы об¬ наружили свое поражение. В данном случае я сделал все возможное, чтобы дать информацию. Оскар Мак-Доувелл был метрдотелем в старом, давно основанном отеле, и имел связи по всему городу. Он немного помогал нам прежде и знал, как дей¬ ствовать. Спустя всего полчаса я получил то, что хотел,— возможность пройти в комнату на девятом этаже, обита¬ тель которой был в театре и не собирался возвращаться до полуночи. Я попросил Бентли сделать дубликат ключа, с которым чувствовал себя увереннее. Когда я вошел в дом Чемберлена и поднялся на девя¬ тый этаж, то заметил, что Фед и Анн находятся здесь же. Найдя 937-ю комнату, я вошел, закрыл за собой дверь и посмотрел на часы: было двадцать минут один¬ надцатого. Через тридцать минут должна начаться опе¬ рация. Ньюаркский контрольный центр договорился с двумя ребятами, что они устроят перестрелку или хотя бы не¬ большой скандал в холле девятого этажа. Я надеялся на их актерские способности. Достав несколько пузырьков с чернилами и краски, размешал их в кувшине с водой и вылил половину этой гадости на кровать. Затем позво¬ нил горничной, чтобы она сменила простыни, включил те¬ левизор как можно громче, сел в кресло и закрылся газе¬ той. Ей понадобилось целых шесть минут, чтобы до¬ браться до моего номера. В ее поведении было что-то не¬ обычное, не типичное для горничной в отеле. Странная выпуклость под форменной блузой тоже наводила на раз¬ мышления— для женщины-полицейского она была слишком плохой актрисой, спешила назад, к основной работе, и у нее от неумелости ушло гораздо больше времени, чем требуется горничной, чтобы перестелить постель. Без четверти одиннадцать я позвонил портье, спросил, работает ли бар, и, услышав утвердительный ответ, бро¬ сил на стол пять долларов горничной. Затем подошел 343
к двери, так и не дав ей возможности увидеть мое лицо. Когда я открыл дверь, то заметил спины двух парней с ав¬ томатами, которые поспешно влетели в лифт, держа ору¬ жие наготове. Я, не раздумывая, вошел в комнату Мартела. Замок щелкнул за моей спиной. Выхватив пистолет, сказал бы¬ стро и отчетливо: — Хелло, Мартел! Он узнал меня, так как слишком долго занимался на¬ шим делом, а память на лица — одна из привилегий лю¬ дей нашей профессии. На секунду его лицо помертвело, потом на нем мелькнул ужас. Мартел еще не понимал, что случилось. — Вы от... — Не от ваших, нет. Не кричите так... — Тогда... — Вы говорили что-нибудь? — Не думаю... — Другие тоже не думают. Они не знают пока, что вы собираетесь сказать. — Кто вы? — Страх усиливал его акцент. — Честный индивидуалист с особыми полномочия¬ ми. Знаю, что у вас есть информация, которая может нейтрализовать оппозицию. Но вы здесь с другими целями. — Я ничего не просил. Его глаза уставились на дверь. Я покачал головой. — Давайте договоримся, что мне все понятно, Мар¬ тел. Я имел дело с вашими людьми почти всю свою созна¬ тельную жизнь. Итак, вы перешли на нашу сторону. Бежа¬ ли. Вы здесь, но это не значит, что у вас не осталось той преданности своей родине, с которой вы прожили всю жизнь. Вы немецкий националист, им и останетесь до смерти. Если бы у вас был выбор, вы оставались бы там, с ними, поддерживая и проводя в жизнь их поли¬ тику. Итак, вы перебежчик, но ведь это еще не значит, что стали предателем до конца. Вы надеетесь на предостав¬ ление политического убежища здесь и рассчитываете ре¬ шить свои личные дела, из-за которых вы здесь и очути¬ лись. Он посмотрел на меня менее настороженно. — А что это за «личные дела», по-вашему? 344
— Найти Еву Берг, которую вы любите. Я увидел капельки пота, медленно выступающие у не¬ го на лбу. Его глаза на секунду встретились с моими — в них была боль и надежда. — Она — приз. Они поймают эту рыбку, и тогда вы от них не вырветесь. — Тогда что же мне делать? — Устроить шторм, приятель. Дайте им то, что они хотят от вас. Он потер руки, тут же безвольно опустил их. Встал и подошел к окну. — Не могу сделать этого. Я просил политического убежища — мне его обеспечили. Большего я потребовать не могу. — Вы хотите ее смерти? Он повернулся, словно ему выстрелили в спину: весь лоб у него был залит потом. — Нет, нет! Для нее нет никакой... — Тогда вы — приз, Мартел. До тех пор, пока вы не заговорите,— вы большая ходячая мишень для разного рода стрелков, ваших и наших. Выбирайте между лю¬ бовью к своей стране и любовью к Еве Берг, а если не выберете, потеряете обеих... Это его добило. Надо было немедленно принимать решение. Он упал в кресло и закрыл лицо руками. Затем поднял на меня глаза и сказал: — Я не могу. Не могу говорить. — Где она, Мартел? Он покачал головой. Глаза помертвели. — Не знаю, не знаю! — Если поймут, что вы здесь из-за женщины, она ум¬ рет. Выдадите себя одним неосторожным словом, и ее убьют. А потом — вас. Он поднялся с кресла. — Если бы я был уверен, что она в безопасности... — Наши агенты найдут ее. — Но у нас есть свои люди среди ваших, не забудьте! И как только... Я посмотрел на часы. Пора было сматывать удочки. — Если она будет в безопасности — вы станете гово¬ рить? Он посмотрел на меня, потом на мой пистолет и кив¬ нул. — Если она... да. 345
Когда я добрался до холла, охранники все еще утихо¬ миривали двоих из контрольного центра, только теперь к ним присоединились два копа, и скандал постепенно стихал. Выйдя из отеля, я поехал к себе и позвонил Ронди- не. К телефону никто не подошел. — С этим покончено. К черту,— пробормотал я и рух¬ нул на кровать, не снимая пальто. Закрыл глаза, думая о завтрашнем дне. «Платон»,— сказал Мартин Грейди. Смертельный случай. Он знал почти все, но конец этого дела был так же неясен ему, как и всем остальным. Я должен был дойти до конца, дожить до него. Если нет, то где-то кто-то нажмет красную кнопку, и из локального военного столкновения вырастет Война, та Война, которая превратит весь наш маленький шар в одну сплошную, страшную, радиоактив¬ ную массу. И все это зависит, возможно, от молчания од¬ ного человека... Я задумался и не сразу сообразил, что стучат в дверь. Когда постучали снова, взял пистолет и встал перед дверью, готовый прошить насквозь любого, кого не имею чести знать. — Войдите. Дверь открылась. В освещенном проеме я увидел при¬ шедшего, закрыл дверь, щелкнув замком, и вложил пи¬ столет в кобуру. — Хелло, киска,— сказал я Рондине. Она видела и пистолет, и выражение моего лица, лица тигра-людое¬ да, который везде видит опасность, ловя шорохи и зву¬ ки. Оживление медленно гасло в ее глазах. Она прошеп¬ тала: — Тайгер. — Как ты меня нашла здесь? — перебил я ее. Рондина улыбнулась и устало сказала: — Дежурный портье оказался очень вежливым. Он знал, что ты звонил мне и не застал дома, поэтому позво¬ нил сам, предложив связаться с мистером X. Талдошем, дважды звонившим мне. — В результате такой оплошности подобные мне лю¬ ди умирают на месте. Как ты попала сюда? Рондина села и вытянулась в кресле. — За мной никто не следил. Я немного тренировалась в ваших классах, прежде чем попала в Америку. Пом¬ нишь? 346
— Может быть, крошка, но ты не знаешь все хо¬ ды и выходы. Теперь мне нужно срочно отсюда вы¬ браться. — Прости, Тайгер, но ты часто звонил мне рань¬ ше и... — Забудь об этом. Опять не подумал о том, как остро и больно могу ранить ее тоном своего голоса, и улыбнулся, чтобы смягчить впечатление, но было поздно. Я стоял, рассма¬ тривая неправдоподобную красоту этой женщины. Од¬ нажды чуть не убил ее, думая, что ненавижу. Ведь был убежден, что она настоящая Рондина, чудом не прикон¬ чившая меня. Даже теперь я чувствовал огонь желания, поднимаю¬ щийся у меня в чреве,— такой сильный, что не мог устоять. — Ты лишил меня свадьбы, Тайгер. Старалась забыть об этом, но... — Когда наступит наша ночь—тебе не захочется ее забыть, крошка! Я тебе все объясню. Она медленно покачала головой, и ее волосы тяжелы¬ ми прядями упали вдоль лица. — Ты еще не рассчитался со мной, Тайгер. Ты мо¬ жешь забыть об этом на время, а я нет. — Послушай, крошка... — Прежде чем ты примешься за дела и исполнишь свой долг, отдай мне мою брачную ночь. — Рондина... — Я знаю все, что должно произойти, все, чего не зна¬ ла прежде. Она мягко улыбнулась, встала с грацией какого-то прелестного животного и очень медленно стала снимать свой синий твидовый костюм. Под ним была надета лишь тонкая ночная рубашка из прозрачного черного нейлона, которую Рондина приобре¬ ла специально для этой ночи. Она так плотно прилегала к телу, что казалась второй кожей, сквозь которую про¬ свечивала еще одна, серебристая. Как прекрасна была симметрия ее грудей и бедер, тяжелых, словно снопы пше¬ ницы. Она пошла к кровати, и их привычное колыхание казалось вызовом женщины мне—мужчине. Рондина от¬ кинулась на подушки, потом повернулась так, чтобы тяжелые волосы закрыли спину, и посмотрела на меня с призывом. Я уже знал, что ожидает меня—дикая ра¬ 347
дость плоти, непомерный огонь желания. А впервые я обладал ею при трагических обстоятельствах. Теперь она хотела удержать меня и заставить быть с ней, зная, что я не смогу ей отказать. Я шагнул вперед и коснулся ее тела, теряя власть над собой. Вдруг раздался звонок. — Пусть,— прошептала она.— Пусть. Но я поднял трубку. — Талдош слушает. — Рей Уоттс, Тайгер. Ты велел позвонить, как только что-нибудь выясню. Ты можешь говорить? — Вполне, Рей. — Мы проследили крошку Берг из Солнечной Доли¬ ны до Лос-Анджелеса. Она четыре раза меняла докумен¬ ты за это время. Некоторое время работала в оптическом производстве, потом в качестве технического советника под именем Элен Вели. — Почему она сменила имя? — Видимо, хотела избежать «паблисити» и всего, что связано с прошлым. На нее многие косились несколько лет подряд. — У нее есть семья в Германии? — Нет, и это помогло ей прижиться здесь. — Где она теперь? — Неделю назад женщина, подходящая по приметам, вышла из автобуса Лос-Анджелес — Нью-Йорк. Мне еще покопаться здесь, в Нью-Йорке? — Нет, я займусь сам. Меньше времени уйдет. — У меня есть фото. Мисс Берг настоящий атлет. Ты сразу узнаешь. — Какие у нее отношения с политикой? — Брось это, дружище. Несколько групп намерева¬ лись использовать ее переход на нашу сторону в своих це¬ лях, но она не захотела иметь с ними ничего общего. Сло¬ вом, она придерживается данных, записанных в ее доку¬ ментах. — Под каким именем? — Под своим. — Адрес? — И-165, Хуенгосс, Лос-Анджелес. — Когда ее ждут обратно? — «Д. Г. Продакшн» начинает новую картину" через два месяца. Она там работает, дублирует звезд. Каскадер. 348.
Я ее понимаю, особенная известность ни к чему, но с та¬ кой фигурой она и сама скоро прославилась бы. Я мог бы еще добавить, что она слишком умна для по¬ добной работы, но промолчал. — Вилли Коклейн просил передать, что ждет твоего звонка в отеле на ЗО-й улице и что он чист. — Хорошо, Рей, я ему позвоню! Повесив трубку, тут же нашел в справочнике домаш¬ ний телефон Вилли и из предосторожности сначала позво¬ нил туда. Кто-то поднял трубку и сказал настороженным голосом: - Да? — Вилли Коклейна. — Кто говорит? — Это не важно, приятель. По делу из агентства. По¬ зовите его. — Да, но... — Тогда забудьте,— сказал я и положил трубку. Ре¬ шив выяснить ситуацию, позвонил Уолли Гиббонсу, на¬ шел его сразу и спросил, что происходит у Коклейна. Ему не составило труда быстро ответить: — В вечерних газетах уже была заметка. Самоубий¬ ство при помощи газа. Указаны также адрес и имя— Вилли Коклейн, 35 лет, холост, работал в агентстве «Реймонд» с командировками в Лос-Анджелес. Он продолжал еще что-то говорить, но я поблагода¬ рил и повесил трубку. — Тебе опять надо идти? — тихо спросила Рондина. — Я не выбираю себе дорогу,— ответил я. Не в силах поднять на нее глаза, схватил пальто и шляпу, надел, проверил, есть ли у меня запасные обой¬ мы к пистолету, взял «лейку» и ушел. Когда закрывал дверь, мне послышалось рыдание. Но я снова уходил в джунгли, а там не плачут. Глава IV В коридоре собралась небольшая толпа. Кое-кто был в пижаме, некоторые в пальто, накинутых впопыхах по¬ верх нижнего белья. Они о чем-то говорили, обсуждая со¬ бытие. Патрульный в форме и пожарный оставались до тех 349
пор, пока не убедились, что газ выветрился. Обычных лю¬ бопытных зевак было мало, и все скоро разошлись. Я использовал репортерскую карточку, чтобы про¬ биться через полицейский патруль. Один из копов сказал: — Второй этаж. Что-то вы поздновато. Почти все ва¬ ши ребята уже разошлись. — Я по другому делу, приятель,— уклончиво ответил я и вошел в комнату. Дверь в нее была открыта настежь. Окна по обеим сто¬ ронам балкона также были открыты, но запах газа еще чувствовался. Я подошел к запоздавшим репортерам, которые спра¬ шивали подробности у полицейского, и вышел в кухню, где лежало тело, покрытое простыней. Двое парней из морга клали его на носилки, чтобы снести вниз. Пожарные стоя¬ ли тут же и весело перебрасывались шуточками, относясь с полным пренебрежением к мертвецу. Они привыкли к такого рода соседству. Я спросил: — Можно взглянуть? Один из полицейских пожал плечами, кивнул и продол¬ жал говорить. Парень из морга откинул простыню, и я взглянул на то, что осталось от Вилли Коклейна. Он не был красавцем. А покойники и вовсе не бывают красивы. Он лежал на спине около плиты, руки сложены крестом на груди, под головой подушка. — Чудно, до чего им хочется устроиться поудобнее, когда они решают свести счеты с жизнью,— сказал па¬ рень, показывая на подушку.— У нас это третий за по¬ следние две недели. Один даже постригся, побрился и переоделся в лучший костюм, чтобы гробовщикам было меньше работы. — Спасибо. Он задернул простыню, и останки Коклейна поплыли на носилках прочь из комнаты. Детектив, разговаривав¬ ший до этого с пожарным, вошел и спросил: — Снимать не будете? — Не стоит. Как это случилось? — Да, знаете, один из соседей почувствовал запах газа и позвал полицию. Самоубийца давно отдал концы, когда мы приехали. Старая история. ‘ Я достал блокнот, ручку и выразительно посмотрел на копа. Он начал монотонным голосом: — Вилли Коклейн, согласно документам, был репор- 356
тером в агентстве. Думаю, он из Калифорнии. Никто из соседей о нем не знает, с агентством еще не связались. — Известно, почему он это сделал? — Конечно.— Коп наклонился к столу и взял пись¬ мо.— Конверта не было. «Дорогой Джон», начиналось это письмо и было подписано именем Фло. Она разорвала их помолвку и вышла замуж за одного парня, в которого влюбилась сразу и намертво. Листок был зажат в руке, когда мы его обнаружили. Он дал мне взглянуть на письмо: одна страничка на простой дешевой бумаге, написанная корявым языком. Адреса не было, числа тоже, и, судя по виду, письмо раз¬ ворачивали и складывали несколько раз. — Грустно,— сказал я. — Обычное дело. Единственное, что он забыл,— это выключить телевизор. Мне кажется, лучше, когда такие выкидываются из окон,— и хлопот меньше, и люди не страдают, а то ведь что могло быть, забудь он затушить окурок,— полдома бы разнесло взрывом! Я записал все детали, переписал фамилии полисменов и спросил: — Ничего, если я тут покопаюсь немного? — Сделайте одолжение. Только вряд ли что найдете. Несколько старых пижам, а в холодильнике такие запасы, что кошка с голоду околеет. Он здесь жил всего три меся¬ ца и всегда питался в городе. Первый раз за все время и плиту-то включил, наверное! Для того, чтобы покопаться, не требовалось много времени — типичный холостяк и всякое такое. Однако все, кто работал у Рея, были в прошлом или полисменами, или ребятами из «Интеллидженс сервис», известными своей уравновешенностью и выдержкой. Все вокруг поражало армейской опрятностью. В спальне часы, горсть мелочи, несколько банкнот, кро¬ вать аккуратно застелена, за исключением отсутствую¬ щей подушки. Это был номер из двух комнат. Ванна находилась прямо в спальне, жилая комната совмещалась с кухней и была меблирована парой больших кресел, кушеткой и закусочным столиком с четырьмя металлическими с пластиком стульями. На кушетке—две маленькие по¬ душки, и когда я наклонился, то увидел трехпенсовик между ними. Я спрятал блокнот в карман и отправился к двери. Некоторые жильцы еще стояли в коридоре, об¬ суждая событие.
— Закончили? — спросил коп. — Ничего здесь нет. — То же самое и другие сказали. Не всегда можно рассчитывать на сенсацию. Этот парень просто невезучий. Перед уходом я обратил внимание на дверь, замок ко¬ торой выбили полицейские. — Они сделали это быстро. Хорошо, что не было зам¬ ка с секретом, как в новых домах,— пояснил коп. — Он что, не закрыл дверь изнутри? — Да, представьте себе, она оказалась открытой. Са¬ моубийцы всегда что-нибудь забудут! — Это верно,— заметил я, не веря в самоубийство. Я позвонил в Ньюаркский контрольный центр и вы¬ звал Адамса. Попросил, чтобы Анн Лайтер, Хукер и Джеймс проверили передвижения Вилли Коклейна, и дал ему подробное описание увиденного. Он мог испо¬ льзовать весь этот материал в своем докладе Центру и тем сберечь мне время. Сказал, что буду менять отели и скоро свяжусь с ним. Я прошел в боковой вход отеля «Леопольд», прове¬ рил, нет ли хвоста. Не найдя ни одного, поднялся на лиф¬ те к себе в номер, вставил ключ в дверь, быстро распахнул ее и включил свет, горя одним желанием — увидеть Рон- дину. Но ее не было. Однако гости у меня были. Целых трое. Тихие ребята наблюдали за мной, куря и спокойно выпуская дым. У од¬ ного из них на коленях лежал автомат. — Входи, входи, Тайгер,—произнес Хал Рэндольф. — Пожалуйста, входите, мистер Менн,—добавил То¬ мас Уотфорд. Оба они стояли во главе Службы безопасности, и ког¬ да сами принимались за дело, становилось ясно, насколь¬ ко оно серьезно. Третьего я никогда раньше не видел, но у него была внешность, типичная для людей нашей про¬ фессии. Он — «человек с ружьем». Рэндольф дал мне присесть, потом кивнул своему парню, и тот отложил автомат в сторону. — Это кто? — спросил я. — Альберт Кеттлер. Несмотря на то, что вы никогда не встречались, он о тебе наслышан. Взглянув на Кеттлера, я отметил его особенную мане¬ ру сидеть на стуле. Все признаки породы, образования ж воспитания были на лицо. -. — После того, как нам не удалось натравить Конгресс 352
на вашу группу, Менн, а у Мартина Грейди нашлись день¬ ги и покровители, комитет решил держать вас под кон¬ тролем и уничтожать, когда и где сочтет нужным. — Ты, кажется, расстроен, что мы выжили. — Не перебивай старших, Менн. Я улыбнулся ему. — Конечно, кто-то должен убирать навоз после ва¬ ших деревенских увальней с их топорной работой. — Политический аспект...— начал он,— был... — Чушь! — взорвался я, вскочил на ноги и выпалил ему в лицо: — Я устал от этой чуши, которую вы тут наго¬ родили. Многие из нас устали, поэтому мы и делаем свое дело. Пожалуйста, Рэндольф, запомни это! Когда где-то что-то заваривается, и мальчики вроде вас, наложив в штаны, не могут ничего исправить, когда политиканы пасуют из боязни наступить кому-нибудь в верхах на мо¬ золь и не быть переизбранными на второй срок, тогда за это беремся мы. Теперь запомните и передайте своим. Нас никто не остановит. Станем совать свой нос туда, куда не просят, и делать то, что, по идее, должны делать вы и ва¬ ши люди. Когда кто-то из нас умирает, другие продол¬ жают делать дело. Мы все — тренированные профессио¬ налы, и ваши мальчики могут многому научиться у каж¬ дого из нас. Не один раз мы вытаскивали вашу задницу из огня и потеряли на этом не одного хорошего парня. Ни¬ кто нас не остановит. Никто. Теперь говорите по сущест¬ ву или стреляйте! Прошла минута, и мне показалось, что они выстрелят. Рэндольф и Уотфорд выглядели разъяренными, лица по¬ краснели от еле сдерживаемой ярости. Только Кеттлер сидел тихо и, казалось, улыбался. Наконец Рэндольф ска¬ зал: — Может быть, стоит здесь поставить точку, Тайгер. Видимо, нам придется вывести тебя из игры. — Как? Я знал, что он собирается на меня повесить, и в этом случае сможет сделать все что угодно. — Ты был в номере в доме Чемберлена? — Ну, а что дальше? Он проигнорировал меня и продолжал: — Габин Мартел дал нам подробное описание и опо¬ знал твое фото. Лифтер сделал то же самое. Мартел полу¬ чил политическое убежище, и твой поступок — акт наси¬ лия и нарушения закона. 12 Заказ 1828 353
— У вас была уйма времени, чтобы это доказать. — Мы можем задержать тебя и выяснить, что ты со¬ бираешься делать дальше. — Для газет это будет интересно. — Нам по силам замять дело. — Может быть, и так,— согласился я. Рэндольф мрачно усмехнулся. — Ну, а если мы попробуем, Менн? Несколько дней в одиночке пойдут тебе на пользу. — Но вы еще не спросили меня,— усмехнулся те¬ перь я. Рэндольф потерял терпение и взорвался. — Что?! — Я знаю, зачем вы сюда пришли и почему интересуе¬ тесь Мартелом. — Ну хорошо, почему? — Потому что он не собирается раскалываться. Он собирается хранить молчание, а вы будете сидеть, как у пещеры Али-Бабы, не зная волшебных слов «Сезам, от¬ ворись!»— он-то не побеспокоится шепнуть вам эти сло¬ вечки. А вы ничего не сможете сделать, чтобы упрямец за¬ говорил. Я крепко прижал его, и он знал это. Наконец, сказал: — А ты, как я понимаю, можешь помочь делу? — Есть тут некоторые задумки. — Знаем мы твои задумки. Их было немало на твоем пути. Мертвецы и разрушенные людские судьбы. — Я чувствую себя настолько же виноватым перед ними, как вы чувствовали бы себя по отношению к Гит¬ леру. — С нами у тебя этот номер не пройдет. Не позволим. Я посмотрел на них долгим взглядом и ничего не отве¬ тил. — Что тебе нужно теперь, Тайгер? — То же, что и вам. — Тебе придется отдохнуть пару деньков, пока не ска¬ жешь более конкретно. Они не шутили. И мне пришлось бросить им кость. — Вилли Коклейн был репортером в агентстве Уот¬ тса. Установлено, что парень умер ночью от отравления газом. Никто не знает, над чем он работал, но у него мо¬ гут быть заметки, связанные с Мартелом. Осмотрите крю¬ чок входной двери и проверьте труп, возможно, Коклейну сделали инъекцию, которая привела к удушью раньше, 354
чем по квартире распространился газ. Аутопсия может показать, какой тип инъекции был использован. Я предпо¬ лагаю, что некто открыл замок, выбил плечом задвижку, бросил ему на лицо подушку и держал до тех пор, пока тот не потерял сознание. Потом сделал укол и подстроил сцену самоубийства. Во время моей речи они обменивались взглядами, ста¬ раясь ухватиться за суть того, что я им натрепал. — Это известно полиции? — наконец сказал Уот¬ форд. — Не потрудился узнать. Я был там как официаль¬ ный газетный волк. Собирать такие вещи—их профес¬ сия. — А как вообще ты завязал контакт с этим парнем? Ты что, знал его прежде? — Нет. Мне позвонили, назвали его имя, адрес и ска¬ зали, что у него есть кое-какие данные, которые меня бе¬ зусловно заинтересуют. Я пришел поговорить с ним, но нашел покойника. — Но ты пришел как репортер. — Да, он просто использовал карточку,— вставил Рэндольф. — Я всегда ею пользуюсь, приятель. Не могу рассчи¬ тывать на случай. Никогда не знаешь, на что можно на¬ ткнуться. Почему бы вам этим не заняться? Рэндольф поднялся и пошел к телефону. — Собираюсь принять душ, это вам не помешает? — Валяй, валяй... Я как следует вымылся, производя уйму шума в ван¬ ной, и вытершись досуха, натянул шорты. Когда я вошел в комнату, Рэндольф как раз клал трубку. — Что новенького? Он тихо сказал: — Нашли следы иглы на бедре. — Это ваша главная зацепка. Теперь вы знаете столь¬ ко же, сколько и я. . Томас Уотфорд поднялся, Кеттлер последовал за ним. — Я подумаю. Если ты пустил нас по ложному следу, мьглридем к тебе снова. — Как вы меня тогда найдете?.. Будете присматри¬ вать за Эдит Кейн? Уотфорд мрачно улыбнулся и кивнул. — Да, твоя Рондина недостаточно умна, чтобы заме¬ 355
тить нашего Кеттлера. Он любезно проводил ее до отеля. Советую тебе оставаться в городе. — Постараюсь, джентльмены. Теперь, если вы позво¬ лите, я хотел бы отдохнуть без свидетелей. Они прошли мимо меня к двери, и только Кеттлер по¬ желал мне спокойной ночи. Он был профессионалом и сразу узнавал своих. Я подмигнул ему и закрыл за ними дверь. Но не лег в постель, а запаковал свое барахло в чемо¬ дан, убедился, что коридор пуст, и прошмыгнул в холл. Когда у тебя в руках десятидолларовая бумажка, портье не задает много вопросов. Я устроился в «Брайхам-отеле» под своим именем, по¬ звонил Рею Уоттсу и рассказал ему, что случилось с Вил¬ ли Коклейном. * Рей быстро все понял. Его волновало, почему Коклейн не оставил после себя никаких бумаг. Думается, у убийцы было время, он давно уже нашел все, что Коклейн оста¬ вил, и дело не поправишь. Я положил трубку и рухнул на кровать. День был слишком длинным. Я сообщил в Ньюаркский контрольный центр свои координаты и за¬ снул. Она могла бы предварительно позвонить, но не позво¬ нила. Вместо этого постучала в дверь около двенадцати ночи, вырвала меня из объятий кошмарного сна и заста¬ вила судорожно схватиться за кобуру пистолета. Когда я открыл дверь, она улыбнулась моему испугу. И опять сначала я просто не узнал ее. На этот раз наша се¬ рая мышка была в зеленом костюмчике. Девушка- блондинка, в мечтательных глазах которой таяли брызги шампанского. Белокурые волосы пышной короной венчали голову. Анн Лайтер была либо самой ловкой чертовкой из всех, которых я знал, либо мастером в этих женских штучках с перевоплощениями. — Заходи давай. Но я голый, как видишь. Она захлопнула за собой дверь и прошла в комнату. — Неужели у Мартина Грейди нет денег на более при¬ личный номер? Мне кажется, я и то зарабатываю больше, чем ты! — Она улыбнулась и скользнула в кресло.— И, по¬ жалуйста, протри глаза. — Я только что вскочил. — Может быть. Но я думала, что мужчины с такими дарованиями никогда не спят в одиночестве. 356
— Тебя надули, крошка, с чем ты пришла? Она покачала головой и скорчила мне рожицу. — Мне сообщили, где ты. «Как поживает сова», Тай¬ гер? :— «Твердый, единый и нерушимый». Теперь давай рассказывай. Я дотянулся до своей одежды и натянул ее. Анн даже не отвернулась. Она волнует меня, сама того не зная. Од¬ нажды сделает неверный шаг или скажет неверное слово, и ей придется научиться покорности, как и другим женщи¬ нам, с которыми я имел дело. Или, может быть, не при¬ дется! Я не знал этого наверняка. — С деталями или кратко? — спросила Анн. — Кратко. — Хорошо. Твой приятель Рей Уоттс дал Коклейну задание догнать крошку Берг. Тот проверил аэропорт и нашел женщину, подходящую под ее приметы. Она пу¬ тешествовала под именем Элен Вели. Нам повезло, когда одна из стюардесс дала подробное описание и опознала фото. Крошка знала, что за ней следят, и заметала следы. Она взяла такси от аэропорта. — Водитель найден? — Конечно. Он ее высадил у «Штевенспорт-отеля» на 30-х улицах. Здесь следы теряются. Она там не появлялась, и никто похожий на нее тоже не был замечен. — Многовато работенки для одной ночи. — Это — «Платон»,— напомнила мне она. — Проверяли близлежащие отели? — Все. — Такси? — Все, что было возможно. Мы еще не закончили, Ху¬ кер и Джеймс сейчас идут по следу. — А Вилли Коклейн? — О нем вообще ничего. Либо он нашел ее след и по¬ шел за ней, либо вернулся домой, решив остановиться там же, где споткнулись и мы. Но это только мое предпо¬ ложение. . Я потянулся за телефонной книгой. «Штевенспорт- отель» оказался женским, и, конечно, порядки в нем как в пансионе для благородных девиц. «Мужчинам вход вос¬ прещен!»— и т. д. Там преимущественно жили девушки из провинции, пока не находили себе место в конторе или не устраивались где-то еще. — Ева не стала бы жить в такой дыре,— сказал я. 357
— Мы тоже так подумали. Я считаю, что она просто сказала шоферу первый попавшийся адрес, а потом поме¬ няла машину. — Где теперь Хукер и Джеймс? — Они по очереди проверяют отели. Один отдыхает, а другой просматривает книги регистрации жильцов. — Хорошо. Что ты думаешь делать? Она усмехнулась, встала, сорвала с головы шляпу и начала вылезать из своей блузки. — Я хочу выспаться, Тайгер. Я... видишь ли, не успела найти комнату и собираюсь спать здесь. Возражения бу¬ дут? — Пожалуйста, будь моей гостьей! Она высвободилась из блузки, и я удивился тому, что она вовсе не худенькая и незаметная, как мышка. У этой разбойницы грудь была хоть куда. Я никогда не встречал в жизни такой полногрудой женщины. Призывная зелень ведьминых глаз была настолько очевидной, что она даже прикрыла их пушистыми ресницами, при этом левый глаз чуть косил. Я не хотел больше смотреть, а она, как нарочно, дра¬ знила во мне зверя. Но, продолжая игру, одобрительно посмотрел на ее пальцы, нащупавшие молнию на юбке, и сказал: — Не теряй времени, крошка. У нее был чудесный грудной смех. — Твои таланты все еще не проявились, Тайгер. — Когда они проявятся, ты будешь кричать. — Громко? — Все попадают с кроватей от твоих воплей. — Жду не дождусь.— И она легла на кровать нагая. Это соблазнительное женское тело не могло не взвол¬ новать меня. Я знал все наперед, прикоснулся к ней, и она сразу отодвинулась к стене, давая мне место рядом. Но я не стал терять времени — она сама этого захотела! — потянул ее на себя, потом повернул боком и увидел, как ее ресницы затрепетали от сдерживаемого нетерпения, услышал ее шепот и зарылся губами в ее губы... Потом я взял такси и отправился в женский отель. Первое, что я увидел, были две старые совы за конторкой, которые одновременно повернулись в мою сторону и под¬ жали сухие морщинистые губы. Я был мужчиной, а по их понятиям, это означало быть дьяволом. 358
Дама с пучком редких седых волос на затылке спроси¬ ла: — Да? — и стала ждать ответа. — Я хотел бы посмотреть регистрационную книгу за позавчерашний вечер. — С какой целью? — Ищу подружку. Возможно, она тут, но под чужим именем. Ее улыбка была твердой и уверенной. — Прошу прощения, но это невозможно. Слишком много мужчин пытались таким образом на¬ дуть ее. Многие просто отступали под ее тяжелым взглядом старой девы, в котором горел огонь костров времен женского матриархата. Я был счастливее этих не¬ удачников. Подобные особы всегда пугаются, если им ха¬ мят в лицо. Я облокотился на конторку и сказал как можно гру¬ бее: — Как насчет небольшого скандальчика для начала? А, мамаша? — Уйдите... — Отвечай лучше, старая ворона, когда с тобой гово¬ рят! — Если вы думаете, что... — Я думаю, что сумею заткнуть тебе рот, старушка, и эта конторка мне ничуть не помешает. Думаю, смогу тут у вас все разнести вдребезги, а если ты против, попро¬ буй-ка меня удержать, старая кукушка! Старуха была глубоко уязвлена. — А ты,— обратился я к другой,—живо брось эти штучки с телефоном. Оставь трубку в покое, гово¬ рю! Ну?! Обе они сразу стали старыми, усталыми, нервно поку¬ сывали губы, облизывая их каждый раз. Одна Схмотрела на другую, ожидая от нее решительных действий, но обе не могли сдвинуться с места. Наконец одна достала книги и положила на конторку рядом со мной. Пять женщин ночевали здесь позапрошлой ночью. Две назвали свои фамилии, зато остальные — просто имена. ОДйо за другим я прочитывал их и расспрашивал о внеш¬ нем виде владелицы. Четыре постоялицы были брюнетками, а одна рыжей. Ни одной блондинки не было. Но эра париков уже насту¬ 359
пила, а для женщины парик — отличное средство измене¬ ния внешности. Я запомнил номера комнат и положил 20 долларов на конторку, чтобы сгладить дурное впе¬ чатление, которое произвел на старых крыс, затем вер¬ нул регистрационные книги. — Спасибо за сотрудничество и советую забыть о на¬ шем свидании. Ясно, бабуси? Я ждал до тех пор, пока одна из них не взяла деньги. Теперь мог быть уверен, что забыт навеки. Но снаружи про меня не забыли. Я почувствовал удар по левому боку пиджака, и хотя звука выстрела не услы¬ шал, но знал, что из ночи в меня стреляли и что эта пуля не останется одинокой. Быстро пробежал до стоянки так¬ си на углу и достал пистолет из кобуры. Где-то впереди меня ударилась рикошетом об асфальт вторая пуля. Я про¬ лез между машинами и свернулся клубком. Оба выстрела раздались с левой стороны и не выдали стрелка вспышкой. Из окна стрелять не могли, потому что дистанция, судя по рикошету второй пули, была слишком короткой. Как раз в этот момент я услышал взрыв хохота, и це¬ лая стая подростков выбежала из какого-то дома, огла¬ шая воплями все вокруг и толкая друг друга. Улица вновь ожила. Подъехали две машины, взяв пассажиров; проехал молочник, и несколько человек стали пересекать улицу в моем направлении. Медленно поднявшись, я спрятал пистолет, прошел между машинами и пошел дальше, вниз по улице. Две вещи подтвердились этой ночью. Ева Берг была в этом отеле, и они за ней следили. Ее сцапают как не¬ мецкую шпионку, и тогда Мартел никогда не откроет рта. Я все еще не был вычеркнут из списка «А», и меня узнали. Посмотрим, кто первым до нее доберется. Глава V Теперь, когда известно, что я слежу за Евой ’.Берг, они будут действовать очень быстро. Конечно, запро¬ сят инструкции, но могут сначала взломать дверь, и тогда... Мне не хочется причинять беспокойство городским 360
службам, но иногда приходится это делать. Я нашел буд¬ ку в нескольких шагах от отеля, позвонил в пожарное де¬ по, проорал, как какая-нибудь истеричка, что из верхнего окна «Штевенспорт-отеля» клубами вырывается дым, и повесил трубку. Потом поджег мусорный ящик на зад¬ нем дворе гостиницы и ухмыльнулся. Сначала приедут пожарные, потом полиция и все тут перекроют, мышь не пролетит, пока они не выяснят, в чем дело, и не уберутся восвояси. Анн не слышала, как я вошел, спала, свернувшись, на кровати. Одеяло сползло, она расслабилась в глубоком сне; одежда была свалена в кучу на стуле. Я присел на краешек кровати и провел пальцами вдоль ее атласной спины, потом стал гладить затылок, где были такие пушистые завитки волос, пока она не задвигалась нетерпеливо, повернувшись ко мне лицом, и улыбнулась во сне... — Анн! Она зачмокала губами, и я ущипнул ее за попку. — Эй, крошка, проснись! Как ребенок, она поджала ноги и свернулась калачи¬ ком. Я ухмыльнулся и шлепнул ее. — Вставай! Она проснулась, но не сразу узнала меня. — К черту... — Прости, котенок. Должен был тебя разбудить. Я нашел Еву, и ты мне нужна. Она встала с кровати и с полным равнодушием к пре¬ лестной наготе своего тела стала, натягивать одежду. Те- перь она уже окончательно проснулась. Пока Анн одева¬ лась, я подошел к окну и посмотрел вниз. Город был осве¬ щен только фонарями. Тени путались, и казалось, что в этой сетке из теней убийца ждет именно меня, как паук свою жертву. — Что случилось? — Она в «Штевенспорт-отеле», все в порядке. У нее с собой темный парик, записалась под чужим именем. Трое подходят под ее приметы: Робертс — комната 511, Хопкинс — 300 и Грэйс — 434. Снаружи за ней следят, мне влрпили вслед две пули. Я поджег ящик с мусором и вы¬ звал пожарных. На некоторое время улицу перекроют, так что никто не пройдет ни туда, ни обратно, особенно мужчины. А ты должна быть там! Она согласно кивнула. 361
— Запишись как провинциалка и постарайся попасть к этим трем дамам. Ты ее узнаешь, если увидишь. — Уверен, что за ней следила не женщина? — Надеюсь, что нет. Я тебя прикрою с тыла, и, если мне удастся изобрести какой-нибудь предлог, тоже прони¬ кну в отель. Она кончила одеваться. За эти несколько минут она сделала что-то неуловимое со своими волосами и чертами лица, превратившее ее в завсегдатайку женских отелей. Она переоценила жакет, надвинула шляпу — и не было больше ни красоты, ни очарования! Передо мной опять стояла серая мышь. — Тебе бы в актрисы,— только и сказал я. — Я уже была,— просто ответила она. — А как тебя занесло в нашу маленькую игру? Она улыбнулась и потрепала меня по щеке. — Это долгая история, Тайгер. Когда-нибудь с удо¬ вольствием расскажу — на отдыхе. — А я с удовольствием послушаю. Улыбка медленно сошла с ее лица. — Особые указания? — Постарайся ничем себя не выдать. Помни, я побли¬ зости. Попробуй вывести ее оттуда, не подцепив хвост. Там должно быть несколько выходов. — Я знаю. — Попытайся что-нибудь пронюхать... Я написал адрес одного отеля, находившегося далеко от центра и не в самом фешенебельном квартале, но хо¬ зяин которого любил банкноты Мартина Грейди. Записал пароль и сказал: — Он знает, что нужно делать. Просто отдай ему бу¬ мажку. Анн засунула ее за лифчик между роскошных грудей и согласно кивнула. — Через пять минут выйдешь за мной,— сказала она. — Хорошо. Внизу в холле я взял газету и просмотрел ее, чтобы убить время. На второй странице была небольшая замет¬ ка, извещающая, что Габнии Мартел находится в Цен¬ тральной больнице Нью-Йорка с легкой язвой желудка под наблюдением врачей. Я снова внимательно прочЬл ее, но ничего не нашел, кроме общих мест, которые всег¬ да выдают опытную руку военной цензуры. Держа Мартела в госпитале, они имеют великолепный 362
повод для наблюдения за ним и всеми, кто будет видеться с ним или пытаться с ним связаться. Или тут скрывалось что-то другое? Я достал монету, нашел телефон Томаса Уотфорда и набрал номер. Когда у меня накопилось достаточно злобы, Уотфорд взял трубку. Его голос был насторожен¬ ным. — Что тебе нужно, Менн? — Информация. — Тогда иди к нам. — Чтобы твои ребята сели мне на хвост? Он хрипло выругался сквозь помехи в трубке. Я спросил: — Экспертиза установила убийство Вилли Коклейна? Да? — Мы бы хотели поболтать с тобой об этом. — Конечно, но сначала я должен кое-что выяс¬ нить. Он промолчал. Тогда я сказал как можно небреж¬ нее: — Насколько серьезно отравили Мартела? — Тайгер... — Смотри, приятель. Я уже подарил вам Коклейна. Теперь быстренько скажите то, что я хочу знать, и, может быть, я опять вас выведу на тропинку. — К черту, Менн. — Тогда иду по этому адресу. Я выметаюсь отсюда в течение ближайших тридцати секунд, и поэтому лучше, если ты мне дашь информацию. Он подумал несколько секунд, потом решил, что дело есть дело, и сказал: — Ему всыпали в еду какую-то дрянь. У нас нет ника¬ ких зацепок, кроме того, что обслуживающая комнату официантка на минуту остановилась с закусочным столи¬ ком, чтобы объяснить дорогу двум иностранцам. Один из них, конечно, отвлекал ее, а другой подсыпал в еду эту га¬ дость. Мы искали этих двоих, но безрезультатно. — Как он? — Жив. Теперь давай послушаем тебя, Тайгер. , -г- Скоро услышите,—сказал я и повесил трубку. Возвращение к «Штевенспорт-отелю» заняло пятна¬ дцать минут. К этому времени пожарные машины уже уехали, остались только красный «седан» и несколько па¬ трульных машин. Один из полицейских разговаривал с не¬ 363
сколькими ребятами, ища свидетелей, но их, как всегда, не было: если кто-то и поджигает мусорный ящик для заба¬ вы, то вряд ли остается на месте, когда начинается зава¬ руха. Я не любил пользоваться своей карточкой репортера, но без нее приходилось идти напролом. Карточка же ни в ком не вызывала подозрений. Я подошел к водителю красного «седана», показал ему карточку и стал расспра¬ шивать. Он отвечал скупыми словами и почему-то не смо¬ трел на меня. — Фальшивая тревога. — Что, ящик подожгли? — Да... и еще пожарных вызвали. Визгу много, а тол¬ ку... Один из копов направился ко мне вместе с сержантом. Узнав, что я репортер, сержант сказал: — Иди домой, дружище, здесь нечего делать, просто идиот какой-то захотел потешить душу. — Кого-нибудь задержали? — Нет. Это уже второй случай за неделю. Либо пьяницы, либо мальчишки. — Ну уж если я тут, из пальца высосу материал на вторую полосу. Это что, отель для женщин? — Закрытый. Мужчину не пускают дальше нижнего холла. Эти две старые летучие мыши за конторкой карау¬ лят так, что лучше не придумаешь! Я кивнул, соглашаясь, потом спросил: — Ас обитательницами отеля вы говорили? — Нет, а к чему это? — Просто пришла в голову одна мысль. Дамы, знаете ли, делают странные вещи, когда им наскучит одиноко си¬ деть в номере. А вдруг одна из них нарочно устроила этот переполох, чтобы за это время к ней мог проскользнуть поклонник? Сержант и коп одновременно посмотрели друг на друга. — Это действительно мысль,—сказал сержант.— У нас была одна птичка, которая проделывала то же самое в отеле для пожилых супружеских пар. — Давайте проверим отель? — предложил я. — Черт побери, давай. — Не возражаете, если я буду с вами? — Нет. Пошли. Небольшая известность отучит дамо¬ чек прятать любовников. 364
Я стоял спиной к конторке и разговаривал с копом, по¬ ка сержант втолковывал старым леди, чего он хочет от них. Один из полицейских остался внизу, рядом с контор¬ кой, напротив входной двери, а другому было дано указа¬ ние отправиться к черному ходу, если обыск заставит ко¬ го-либо бежать с насиженного или, как выразился се¬ ржант, иалеженного местечка. Мы проверили все комнаты подряд. Каждая обитате¬ льница что-то бурчала в ответ на наши вопросы. Это отнимало массу времени, но я не мог вести себя иначе, чтобы не вызвать подозрений своей торопливо¬ стью. Спустя полтора часа мы добрались до 300-го номе¬ ра и встретили даму по фамилии Робертс — она полно¬ стью подходила под описание Евы Берг, если читать его с листа на столе. Но ее лицо просило кирпича, а речь была настоящим бронкским диалектом. Я потрепал одного из копов по плечу и предло¬ жил: — Дело займет у нас гораздо меньше времени, если я тоже начну опрос с другого конца коридора. Нетерпение — вот их порок, а он свойствен всей поли¬ ции. Шесть комнат я опросил, как положено, но на мой стук в номере 434 никто не отозвался. После тридцатого удара ногой в дверь из-за угла вынырнула горничная и, не теряя времени, всунула запасной ключ в скважину и дважды по¬ вернула его, а сама скрылась в коридоре. Я не нашел в номере девушки, зарегистрированной в книге как Элен Грэйс. Но я нашел Анн Лайтер. Она лежала на полу со свер¬ нутой шеей и пустотой в глазах. Через затылок шла крас¬ ная полоса. Смерть встречалась мне слишком часто, чтобы быть незнакомкой. Но на этот раз я не мог сдержать ярость, переполняв¬ шую меня. На одну секунду я потерял власть над собой, хотел разорвать кого-нибудь на куски и выкинуть за окно, и еще... Придя в себя, я потрогал ее кожу. Она почти остыла. Секунды потребовались, чтобы вытащить ее пистолет в простой черной кобуре. Я засунул его к себе в карман. Потом перевернул Анн на спину и расстегнул пуговицы на блузке, ища записку, которую ей дал. 365
Записки не было. Окно было открыто, рядом с окном проходила пожарная лестница. Я не стал рыться в ее сум¬ ке. Для этого не оставалось времени, и к тому же знал, что никаких вещей, выдающих ее принадлежность к нашей ор¬ ганизации, с собой у нее нет. Все, оставшееся у нее, только подтвердит личность, а мы останемся в тени. Я вышел из номера, ничего не тронув, подозвал полицейских и, под¬ ведя их к дверям, коротко сказал: — Внутри. Пока они делали свое дело, я не двигался с места. Се¬ ржант оторвался от трупа и спросил: — Трогали что-нибудь? Я отрицательно покачал головой. — Как это произошло? Пришлось описать ему мой стук и приход горничной. Они вызвали горничную, чтобы она подтвердила мои по¬ казания. Взглянув на труп на полу, горничная сразу рухнула рядом в глубоком обмороке. — Слушайте,— сказал я.— Хотите, я вызову ваших, или мне подождать? Я могу хорошо заработать на этом. Я быстро направился к телефону, но услышал сзади окрик: — Назад, не трогать трубку! — Прошу прощения. Я позвоню внизу, из холла. Хо¬ тите, чтобы я... Он покачал головой. — Нет, я позвоню из соседней комнаты. Старая дама оттуда будет счастлива узнать новости. Я ушел так же легко, как и вошел в гостиницу. Но те¬ перь твердо знал, что кто-то получит от меня пулю в живот или я сверну ему шею, когда до него доберусь. Или до нее. И она будет похожа на Еву Берг. Я не мог представить, чтобы какой-то мужчина мог проникнуть сюда; а если крошка Берг была олимпийской чемпионкой, то у нее до¬ статочно силы, чтобы сломать шейные позвонки Анн. Ну что же, это будет не первая женщина, которую я убью. Я вернулся обратно в «Брайхам-отель», вызвал Ньюаркский контрольный центр и передал отчет о своих действиях на имя Мартина Грейди. Потом вызвал Хукера и Джеймса и рассказал о положении дел. С этой минуты 366
крошка Берг становилась моей добычей, и я не хотел, что¬ бы кто-то еще вмешивался в игру. Двое уже умерли, мужчина и женщина: одному сдела¬ ли инъекцию, другой сломали шейные позвонки, а опе¬ рация «Платон» еще только начиналась. Убить или быть убитым. Безопасность страны была поставлена на карту. Но к черту безопасность! Я не мог думать ни о чем, кроме того, как, должно быть, приятно будет чувствовать треск шейных позвонков убийцы Анн под моими руками, я знал, что не успокоюсь до смертного часа, пока не найду этого человека. И я заснул, сжав подушку обеими руками. В утренних газетах была статья об Анн, ее объявили как миссис Ромеро из Нью-Джерси. Полиция настаивала, что убийцей был мужчина, но администрация категориче¬ ски отрицала присутствие лиц мужского пола в отеле. За мужчинами, присутствовавшими в холле гостиницы, тща¬ тельно следил специальный персонал. В отеле был идеа¬ льный порядок, но труп и убийца опять оказались в тес¬ ном соседстве. Я перевернул еще несколько газетных страниц и нат¬ кнулся на детально написанную статью, автор которой сваливал все на строгий режим женского отеля и намекал на возможность лесбийской любви, которой способ¬ ствуют такие порядки! На четвертой странице я прочел еще более интерес¬ ную заметку: тело, не опознанное до недавнего времени, оказалось телом матроса Клемента Флетчера, который после экскурсии в ряд салунов на берегу напился и, воз¬ вращаясь на свой корабль, стоявший в доках, свалился в реку. Великолепно. Беднягу вычеркнули из жизни, и он те¬ перь никогда не попадет на свои разработки в Пердезе. Одним ударом я разбил все его надежды, он попробовал забыться в вине — и вот чем все это кончилось. Луч¬ ше уж было дать ему утонуть в первый раз, тогда, в Панаме. Господи! Все, к чему бы я ни притрагивался, пахло смертью. Даже женитьба. ’ГЯ скомкал газету, отбросил в угол, и в тот же момент раздался телефонный звонок. — Да? — Мой голос прозвучал хрипло и злобно. — Это мистер Тайгер Менн? 367
Голос женщины на другом конце провода был какой- то неуловимый. — Да, говорите. — Это... Ева Берг. Она колебалась и говорила так, словно боялась зайти слишком далеко. Я глубоко вздохнул, стараясь прийти в норму. Это бы¬ ло дело, где всякие эмоции неуместны. Итак, Анн Лайтер умерла. И надо было разобраться, что к чему. — Где вы? — Та женщина, ваша приятельница, назвала мне отель и дала листок, чтобы передать хозяину. Я поехала туда. В газете прочла, что в номере найден труп женщи¬ ны. Кажется, это она? — Как вы узнали, где меня найти? — Из записки. Там было название вашего отеля. В конце стояло ваше имя.— Ева запнулась, и я услышал в трубке ее прерывистое дыхание.— Я боюсь возвраща¬ ться. Не знаю, что мне теперь делать. — Где вы находитесь? — В том отеле, который указан в записке. Я отсюда и звоню. — Оставайтесь там. Ни с кем не говорите и никого к себе не впускайте до тех пор, пока я не приду. Если захо¬ тите есть, еду вам принесут. — Когда вы придете? — Ждите. Я положил трубку. Внезапно отворилась дверь, и на пороге появились Хукер и Джеймс. Оба тяжело ды¬ шали, у них был озабоченный вид. Наконец Хукер вы¬ давил: — Ты в ловушке, Тайгер. Полиция проверяет все отели в городе, разыскивая тебя. — Почему? — Как только обнаружили труп Анн, две дамы в «Штевенспорт-отеле» описали парня, который просма¬ тривал книгу приезжих. Полицейский, записывавший их показания, случайно оказался тем самым, с кем ты обхо¬ дил гостей отеля. Как только личность Анн была установ¬ лена, стало известно, что она работала в ночных клубах, один дошлый репортеришка припомнил случай, когда ее имя упоминалось в связи с именем Мартина Грейди. А те, кто умеет хорошо соображать, докопались до тебя. 368
— Что, Служба безопасности тоже сюда влезла? — Да. Как раз это тебе передает Ньюаркский конт¬ рольный центр. Но Мартин Грейди дает тебе персональ¬ ный приказ продолжать дело согласно инструкциям. Из отеля тебе нужно исчезнуть. — Что известно о Мартеле? — Он все еще в госпитале. — Теперь мне придется выходить по ночам, а днем си¬ деть в кино. В полиции есть мое фото. Всего, ребята. — Пока, сэр. Будьте осторожны. Я почувствовал, как мои губы складываются в улыбку. Потом набрал номер Уотфорда и сообщил, что убийст¬ во Анн имеет самое непосредственное отношение к делу Мартела и что она принадлежит к нашей организа¬ ции. — Что она там искала, в отеле? Я расхохотался. — Что искала, приятель? Нет, не скажу, лучше в один прекрасный день продемонстрирую в натуре! Я выбрал задрипанную киношку на 40-й улице и про¬ сидел в ней 10 часов подряд. Хорошо выспался, но вы¬ нужденное безделье все равно порядком наскучило. По¬ том, к вечеру, поспешил в лабораторию к Эрни Бентли. Он, конечно, был страшно заинтригован, но выполнил свою задачу молча, не вдаваясь в подробности моих по¬ хождений. Измазал меня гримом, добавил пластиковые брови, ресницы и так изменил мое лицо, что я сам не мог сказать, что осталось моего. Я сменил костюм и прове¬ рил свой пистолет. — Жаль Анн,— сказал Эрни. — Да уж, что говорить. — Полиция отметила, что у убийцы очень мощные руки. Анн умерла мгновенно. Могла это сделать жен¬ щина? — Возможно. Потом он снабдил меня своим последним изобрете¬ нием — ручкой. Стоит снять колпачок и нажать на кнопку, выдвигающую стержень, и она сработает так же, как три пакета динамита. Эрни не знал и сам, для какого случая ручка сможет пригодиться, но что это произойдет, не со¬ мневался. Только боялся, что мог перестараться. Потом я отправился на деловое свидание в кабачок. «Голубой кролик». 13 Заказ 1828 369
Во время войны Чарли Корбипет был главой нашей группы. Настоящий волк, провел жизнь в мире шпиона¬ жа, участвовал в секретных операциях. Его принципы, ос¬ нованные на знаниях и первоклассном опыте, были сли¬ шком не по душе тем, кто боролся за мир, не снимая «бе¬ лых одежд». Они посчитали, что такие, как Чарли, тянут нашу страну назад, и принудили его уйти в отставку. Но когда он вновь потребовался, то был готов к борьбе и, используя свое штатское положение как маскировку, по¬ ступил на работу в Службу безопасности. Он знал о нашей организации достаточно. В некото¬ ром роде даже помогал нам в ситуациях, когда правитель¬ ственная разведка считала, что мы способствуем обостре¬ нию международной напряженности. Но он понимал то, чего не понимали остальные,— что только мы и люди, по¬ добные нам, можем держать неонацизм под контро¬ лем. За стаканом светлого пива я быстро пересказал ему всю историю с Евой. Он подмигнул: — Ты подобрал идею, которую мы выбросили. Мы знали об этой женщине, но упустили из виду, что переход этого парня на нашу сторону может быть связан с ней. — Но почему? — Вспомни о его возрасте. — Переходный. Последняя страсть жизни. Что еще? — Положение, которое он занимал. Он был на самом верху. Нелогично думать, что после всей проделанной ра¬ боты он бросит все и... — Любовь к женщине. Он подмигнул. — Тебе лучше знать... Ты сам однажды был в таком положении. — Я совершил почти ту же ошибку. Ноя был моложе, намного моложе. — Когда ты женишься на Рондине? — Он запнулся.— Прости, но я тоже привык к этому имени. Итак, Эдит Кейн. Я все время забываю, что Рондина мертва. Когда я увидел Эдит — я совершил ту же ошибку, что и ты,— она вылитая Рондина. Что ты теперь от меня хочешь, Тай¬ гер? — Войди в этот «Штевенспорт-отель» и всех проверь там. Всех. Если крошка Берг не виновата, то был кто-то еще, кто свернул Анн шею. Возможно, тот тип, который 370
стрелял в меня у отеля. Я не верю, чтобы женщина могла так убивать. Это требует слишком большой физической силы. — Она же тренированный атлет. У нее стальные му¬ скулы и крепкая хватка. — Глупости. Женщины только кажутся такими силь¬ ными. И еще, прошу тебя, не спускай глаз с Рондины. Если они сели ей на хвост, то рано или поздно доберутся до нее. Мне некого просить об этом, кроме тебя, а ты знаешь, за какую веревочку дернуть в данном случае. — Постараюсь,— ответил он медленно и ворчливо. Я видел, что ему далеко не безразлична моя Рондина, и похлопал его по плечу, потом расплатился и вышел из бара. Я добрался до места и спустился по старым ступеням, чьи плиты были стерты миллионами ног; они вели вниз, в подвальчик. Толстый Джон вышел мне навстречу и за¬ сиял от радости, когда я назвал пароль. Каждая наша встреча сулила ему кругленькую сумму, а деньги Мартина Грейди были надежной гарантией его молчания в игре. Там, наверху, в комнате отеля находился ключ ко всей операции «Платон». Все эти смерти произошли из-за нее. Я медленно поднялся по лестнице и, подойдя к двери, по¬ стучал условным сигналом. Из-за двери прозвучал напря¬ женный голос: — Кто там? — Тайгер. — Как мне проверить? Я достал последнее удобное изобретение Бентли — ручку-бомбу, написал на клочке бумаги свое имя и подсу¬ нул бумажку под дверь. — Сравните почерк с запиской, которая у вас есть. Подсовывая бумажку, я почувствовал, что ее медлен¬ но тянут у меня из пальцев. Потом загремели, падая, ка¬ кие-то вещи, и дверь медленно открылась. Передо мной была Ева Берг. Она была не похожа на женщину, которую я себе пред¬ ставлял. Белокурые, почти серебристые, волосы окутыва¬ ли нежное овальное лицо с выдающимися вперед скулами и, вот ирония судьбы, с огромными, почти восточными, темными миндалевидными глазами. Ее губы были пол¬ ными, немного влажными. Я видел, что она боится меня, но не подает вида. Полная грудь виднелась сквозь тонкую 371
нейлоновую блузку. У нее не было уже атлетического раз¬ ворота плеч, как на ранних фото. Она была стройной, да¬ же несколько худощавой, бедра узковаты, почти мужские. Сочетание — как у балетной танцовщицы. — Не думай, что я такой в жизни, детка. Хороший грим. Не смотри на мой нос! Она слегка улыбнулась, и я понял, что ее женский взгляд уже заметил в косметическом искусстве Эрни неко¬ торые погрешности, которых не заметил бы мужчина. — Я не знала, кого мне ждать. В ее низком голосе все еще слышался акцент, но труд¬ но было сказать, какой именно. Я закрыл дверь, по привычке проверил номер, потом молча указал ей на кресло. Когда она уселась, спросил: — Вы хотите что-нибудь рассказать? — А что, это обязательно? - Да. — Тогда — пожалуйста. — Что случилось в отеле? — Эта женщина... Она проникла ко мне и сказала, чтобы я немедленно сматывалась из отеля. Сообщила, что это необходимо для безопасности Габина. Потом кто- то быстро постучал в дверь, но она не дала мне открыть. Несколько минут спустя позвонил телефон. К нему я тоже не подошла. — Кто знал, что вы появитесь в этом отеле? — Никто. Я никому не говорила. — Анн... женщина... это знала? — Да, я сказала ей.— Она сжала руки, облизнула нервно губы и посмотрела на меня. Затем сказала: — Она все время боялась, что они ворвутся, дала мне эту бумажку с адресом, помогла влезть на первые сту¬ пеньки пожарной лестницы и наблюдала за тем, как я спускалась. Я сразу поехала сюда. — Ты ни с кем не общалась? — С тобой,— вызывающе ответила она, вдруг тоже переходя на «ты».— Пожалуйста, скажи мне, что там про¬ изошло. — Они пришли за тобой, крошка, и Анн встретила их как хозяйка. Она могла бы их опознать, поэтому они ре¬ шили не рисковать и просто прикончили ее. Она закрыла ладонью рот. Ее глаза на минуту расши¬ рились от ужаса. — Господи... но я... нет... 372
— Зачем ты приехала в Нью-Йорк, Ева? — Из-за Габина. Когда я узнала, что он... — Перешел? — Да. — Это из-за тебя он перешел? Она отрицательно покачала головой, все еще потря¬ сенная смертью Анн. — Нет, нет. Это, по-моему, невозможно... С тех пор, как я... здесь, мы не переписывались. — Вы были счастливы вместе? — Да, однажды. Восторг, атмосфера игры... Габин тогда был влиятельным лицом, и все было так здорово. Он очень нежен со мной. — Он знал, что ты перешла? Знал, что ты не слишком- то любишь его? — Кто может сказать, на что надеется мужчина? Он уже немолод. Я пожал плечами, наблюдая за ней. — Возраст тут ни при чем. Вы были любовниками? Она опять нагнула голову, рассматривая свои ладони, потом тряхнула головой, волосы упали ей на лицо. — Да, но я хотела об этом забыть. — Он помог тебе убежать тогда? Ева не могла бы меня обмануть, я слишком опытен. Очень просто она сказала: — Нет, мой тигр, нет. Я перешла вдруг, по наитию. Это внезапное решение. Дома никто не пострадал из-за моего перехода, я сирота. Воспользовалась случаем. Друзья... одолжили мне денег. Я старалась быть хорошей гражданкой этой страны. — Ты несколько раз меняла имя. — Да, но даже теперь есть кто-то, кто помнит и не прощает. Иногда меня... навещали. Каждый раз я уезжала на новое место. Я ничего не хочу от прошлого. Здесь — новая жизнь. — Что ты хотела от Мартела? Ева сделала жест отчаяния. — Я знала, что ему предстоит, и не хотела, чтобы он был один. Иногда мне даже казалось, что он сделал это из-за меня. — И теперь из-за него ты в опасности. — Почему? — Твои бывшие сограждане надеются добраться до него через тебя. Если они тебя поймают, то смогут шанта¬ 373
жировать Мартела, и он не станет говорить с нашими людьми. Они даже смогут сделать так, чтобы он вернул¬ ся. На его жизнь уже покушались. — Но он... — Жив, находится под наблюдением в госпитале. По¬ правится, но они не остановятся на этом. — Но тогда я должна его видеть! Пойми, должна! — Позже, в свое время. Теперь ты так же важна, как и он! Пока я не свяжусь с Мартелом, ты просто переси¬ дишь в укрытии. Если он узнает, что ты в безопасности, то заговорит, и как только сделает это, его цена резко уменьшится, и, может быть, его оставят в покое. — Мартел говорил, что собирается преподавать. — Это его дело. А сейчас он не должен молчать. Ева вдруг вскочила, глядя на меня расширенными зрачками. — Там кто-то есть, за... Я махнул рукой, и она сразу замолкла. За дверью послышался какой-то звук, которого не должно быть, отозвавшийся во мне сигналом опасности. Я показал Еве на угол, заставил сесть на пол, и, когда она свернулась клубком, на цыпочках подошел к выклю¬ чателю и повернул его. Потом выхватил пистолет и стал смотреть на щель под дверью. Пол под ней не был осве¬ щен, очевидно, они выключили свет в коридоре. Кругом полный мрак. Я заметил приемник на столике, взял его и, найдя лег¬ кую мелодию, усилил звук до такой степени, что он заглу¬ шал все наши движения. Если компания в коридоре не узнала меня, то они могли принять меня за любовника и подождать, пока я выйду, прежде чем врываться в ком¬ нату. — Ева,— прошептал я. — Да. Я почти не слышал ее голоса. — Мы полезем на крышу по пожарной лестнице. Ты сможешь? — Как скажешь. Они хотят... — Молчи. За мной. Я вытянул руку, почувствовал ее пальцы и рывком поднял с пола. Музыка остановилась, и мы замерли на месте. Несколько секунд мы стояли неподвижно, пока диктор 374
бормотал что-то неразборчивое. Потом снова возникла мелодия, и мы подошли к окну. Задвижки были смазаны, и мы бесшумно выбрались на железную платформу. Я кивнул наверх, показывая Еве по¬ жарную лестницу. Она сразу послушалась и, перебирая руками, быстро полезла вперед. Я прикрыл окно и стал подниматься следом. Судя по тому, как работали ее бед¬ ра, можно было сказать, что спортсменка в ней еще не по¬ гибла. На третьем этаже я остановил ее. — Дальше поднимайся одна, оставайся за трубой. По¬ старайся не выходить из тени. Не двигайся, если не увере¬ на, что это я. — Да, Тайгер.— И она продолжила путь дальше. Я спустился обратно, влез в кохмнату и подошел к две¬ ри. На секунду я услышал чей-то шепот, потом кто-то за¬ сопел, и я понял, что их там двое. Они стояли под дверью, возясь и стараясь не шуметь, ясно, что они не собираются долго ждать. Я достал коробок спичек, чиркнул целым пучком сра¬ зу, распахнул дверь и швырнул спички в их направлении. Это было похоже на удар. Двое сразу ослепли, наугад вскинули автоматы, но я уже знал, где они. Последнее, что парни видели в жизни, был этот внезапный свет — яркая вспышка, сразу за которой их окутала вечная ночь. Я схватил одного из них за шею, другого за грудь, и они упали на меня с тем глухим стуком мертвых тел, ко¬ торый я умею определять безошибочно. Дернулись раза два и затихли. Спустившись вниз, в холл, где горела только одна на¬ стольная лампа, я увидел, что дверь в буфетную приот¬ крыта, и уже знал, что там найду. Хозяин, толстяк Джон, уже никогда не будет радо¬ ваться банкнотам Мартина Грейди. Он лежал рядом со стойкой, ухмыляясь бессмысленной улыбкой. Я подошел и увидел, что его горло располосовано от уха до уха. На улице уже началась возня, был слышен шум подъез¬ жающей машины, чьи-то голоса и выкрики. Я быстро вы¬ лез в окно и догнал Еву на пожарной лестнице. Упрямая тварь! Не стала лезть на крышу, а сидела, как обезьяна, на виду. Мы спустились вниз и вышли на улицу. Я взял ее под руку. Спокойно, не торопясь, мы прошли не¬ сколько кварталов. Позади все время слышался звук си¬ рен, доносившийся с разных сторон. 375
Потом я поймал такси и дал шоферу адрес Эрни Бент¬ ли. В машине мы прослушали по радио сообщение о трех убийствах в районе, откуда только что выбрались. Глава VI Пока Эрни собирал сведения об убийстве, мы сидели в лаборатории. Полиция никого не обнаружила, но нож, которым располосовали глотку толстяка, оказался в кар¬ мане одного из тех, кого я пристрелил. Я не оставил после себя следов, а мои отпечатки паль¬ цев могли быть только на коробке спичек, но я надеялся, что она сгорела. Сложнее было с Евой. Она ведь долго на¬ ходилась в номере, опознать ее по отпечаткам—дело не¬ скольких часов. Эрни вошел, хмуря брови, и спросил — Как они добрались до толстого Джона? — Ну, крошка, вспомни, за тобой действительно ни¬ кто не следил? — добавил я. Она в третий раз рассказала свою историю. — Ты уверена, что не притащила хвост? - Да. — Черт, но ведь она не профессионал! Откуда ей знать, следили за ней или нет? И потом, вряд ли в отеле не наблюдали у входных дверей, на всякий случай. Когда Еву проследили до Джона, твой приход отсрочил ее смерть минут на двадцать, вот и все. Эрни подошел к Еве и сказал сурово: — Покажи руки. Ничего не понимая, она подчинилась. Он взял ее руки в свои и начал тщательно обследовать, задерживаясь на сгибах и локтях. Ничего грубого, животного не было в этих руках. Очень нежные, мягкие и, конечно, не такие, как у тренированного спортсмена. Несколько лет назад она оставила спорт, стала просто женщиной. Очень осто¬ рожно он пощупал ее мускулы. Когда Эрни закончил свой импровизированный ос¬ мотр, я спросил: — Ну что? — Не она. До Евы, наконец, дошел смысл происходящего. Она пристально посмотрела на каждого из нас. — Нет, мальчики, не я убила вашу приятельницу. 376
— Проверка, киска. В нашем деле нужно во всем быть уверенным, иначе быстро станешь покойником. Я верю Эрни. Для убийства нужна была могучая пара рук. Не твоих. Она как будто не слышала меня и вдруг сказала: — А вдруг, например, у меня было оружие? — Да, твоя грудь. Но меня она не остановила бы. — Спасибо. Она улыбнулась, и Эрни взял ее руки в свои. — А что мы будем дальше делать с этой киской? Я пожал плечами. — У нее нет одежды и негде жить. Она должна быть с кем-то, кому можно доверять. — Вызовем кого-нибудь из Ньюаркского контрольно¬ го центра? — Нет времени. Целая команда следит за ней и Мар¬ телом. Им, конечно же, известно, что она у меня. Знаешь что? Сфотографируй меня вместе с Евой. — Зачем?! — Если Мартел узнает, что она в безопасности, может быть, он заговорит. Мы используем сегодняшнюю газету как подтверждение. Пока мы ждали готового снимка, я позвонил Чарли Корбинету. Он даже присвистнул, услышав изложенную мной суть дела, но, как всегда, не задавал вопросов. — Есть что-нибудь новенькое об отеле?—поин¬ тересовался я. — Несколько интересных фактов. Ни один мужчина не проникал в здание до убийства. Все, кто входил и выхо¬ дил,— женщины. Ни одна пожарная лестница не была от¬ крыта. Кажется, что это мужская работа, но, сдается мне, хорошо тренированная профессионалка, разбирающаяся в нашем деле, могла справиться не хуже. Некоторые из этих женщин в отеле похожи на... — Мне это не нравится. — Мне тоже, но машина уже на ходу — не остановить. — Вы все еще следите за моей Рондиной? — Конечно. Сама по себе она нас мало интересует. Это за тобой мы присматриваем, приятель. К ней при¬ ставлен Альберт Кеттлер. Опасайся его. Он не в восторге от твоих действий и считает, что ты проводишь какую-то операцию. — Все так считают. — Но он особенно опасен. По-моему, он ведет двой¬ 377
ную игру с тех пор, как Мартин Грейди давал объяснения сенатской комиссии в Вашингтоне. — Спасибо. Но почему ты сказал мне об этом? — Потому что у меня тоже есть мозги. Страна управ¬ ляется штатскими крысами, а в правительстве сидят тру¬ сы, и когда нужно что-то сделать для безопасности нации, то рассчитывать приходится только на профессионалов со стальной хваткой, и больше ни па кого. А если так, то какая разница, кто платит за износ их ботинок? — Как далеко зашла проверка комиссии? — Создан целый комитет по проверке деятельности вашей организации. А тебя обвиняют во всех грехах и охотятся за тобой, как за зверем. — Не впервой. — Но теперь тебе придется давать показания, чтобы выпутаться из этой истории. Глупости,— отмахнулся я и положил трубку. — Что дальше? — спросил Эрни. — Она — ключ ко всему в этой игре. — А сегодня? — Отвезу ее снова в отель. — Твое лицо? — Мне нужно новое, Эрни, все равно водитель такси меня уже запомнил. Пока он снимал грим, Ева наблюдала за мной с вос¬ торгом. Она смотрела, как Эрни удаляет пластик, парик, как мои зубы перестают выдаваться вперед и с них исче¬ зает зеленоватый налет, как ногти из птичьих когтей пре¬ вращаются в обычные, а с глаз исчезают красноватые жилки. Она откинулась в кресле и засмеялась. У ее смеха был какой-то нежный звук, а черные глубокие глаза блестели как две мерцающие звезды. — Ну, насмеялась? — спросил я с некоторой зло¬ стью.— Не люблю, когда надо мной смеются. — Нет, мой тигр, не над тобой. В этом обличье ты был похож на... пьяницу. Но теперь я, наконец, увидела тигра живым. Теперь я понимаю, почему тебя так про¬ звали. — Тайгер, милая, мое настоящее имя. — Ты его заслуживаешь. — Но мне кажется, для этого нужно еще кое-что по¬ длиннее промеж ног.— Я мрачно усмехнулся, и она за¬ молчала, но потом опять рассмеялась. 378
— Я понимаю,— говорила она, и ее смех звенел и зве¬ нел в комнате.— Я понимаю. — Ох, брат ты мой,— смеялся и Эрни,— ты же у нас боец, а люди дела всегда удачливы у женщин! — Замолкни,— сказал я ему и схватил ее за руку.— Пошли, крошка. В отеле нас ни о чем не спросили, клерк даже не потру¬ дился оторваться от бумаг. К чему? Чужие любовные истории его не волновали, своих хватало. Коридор зиял перед нами длинной норой, но казался безопасным. В номере одно кресло, одна не особенно ши¬ рокая кровать и шкаф. — Тайгер... Я сразу дал ей понять обстановку. — Крошка, ты стоишь на трупах троих людей. От этой участи не застрахованы ни я, ни ты, ни Мартел. Я, милая, переспал со многими девочками, но сейчас не время играть в котят. Не для того тебя сюда привел, что¬ бы затащить в постель. Если захочу тебя, то возьму — и даже не пикнешь. Мы не в игрушки играем, киска, но что касается меня, я бы быстро поладил с тобой, одним ма¬ хом отправив в страну счастья. Но не сейчас. — Я никогда... — Ты девственница? Она посмотрела на меня долгим взглядом и медленно опустила ресницы. — Нет. Я подошел к телефону и набрал номер Рондины. Черт, я никак не мог перестать называть ее Рондиной. Рондина мертва... А это ее сестра, Эдит. И все же она на¬ стоящая Рондина, которой подлинная Рондина должна была бы стать. Телефон звонил и звонил, но никто не подходил, и я положил трубку. Было поздно, очень поздно. Было слишком поздно. Я сказал: — Ложись в кровать, я буду спать в кресле. Она кивнула, подошла к кровати и села в ногах. Я знал, что она следит за мной оттуда, поэтому рухнул в кресло и повернулся к ней спиной. Если вы видите прелестную женщину, которой только что обладали, замертво лежащей у ваших ног; если вы са¬ 379
ми только что пристрелили двоих, то с вами что-то такое происходит. Даже для меня это был очень длинный день. Теперь они охотились уже за двоими. Мы были дичью, а они охотниками, стрелками, люди из обеих команд — Службы безопасности и нашей, и если мы не остережемся, то погибнем под перекрестным огнем. Я стал смотреть на далекое небо и темные силуэты не¬ боскребов, наблюдая, как цвет города меняется от вспы¬ шек неона, прислушиваясь к шуму и крикам на улице и га¬ дая, где еще и от чего сейчас умирают люди. Я заснул, держа пистолет в руке, слушая тихое Евино мурлыканье, какую-то богом забытую песенку. Я слышал ее в Европе. И одновременно чувствовал ноздрями тепло¬ ту и аромат женского тела в комнате. Ее руки были мягкими. Они тронули мое лицо и разбу¬ дили, пальцы прошлись по щекам, разглаживая складки, потом стали перебирать мои волосы, трогать ресницы, на секунду прижались к губам. Они дарили ласку, не прося ничего взамен. Там, за окном, вставало солнце — огромный оранже¬ вый полукруг. Я потянулся и почувствовал ее руку под своей ладонью. — Тигр,— сказала она,— мой тигр, идем спать со мной. Это был чудесный рассвет, сначала медленный, но по¬ том красные лучи брызнули на нас, как кровь в первом причастии, и затопили обоих. Черт, как нежна она была, как покорна, какое твердое и нежное тело. Бедра, как холмы прохладной пены, и эти впадинки... Она принесла с собой какую-то симфонию плоти, женского естества и всепоглощающего желания. Она жаждала, она требовала, она умоляла. Ее рот словно обезумел, он был горяч, влажен, он тре¬ бовал с такой страстью, что сам был похож на взрыв, взрыв желания. Ее рот впивался, это были прикосновения, от которых хотелось закричать громче, еще более страст¬ но, чем настоящий тигр. Ее тело свивалось в клубок под моим, оно требовало и требовало, и выгибалось, почти близкое к безумию, и просило удовлетворения. Вот сей¬ час, сейчас... Но я не собирался сразу же дарить ей блаженство. Она знала свое дело и испытала чувство полного растворения, когда тело будто парит в воздухе. Она была женщиной, 380
чей голод никто не мог понять и утолить, и, наконец, на¬ шла человека, который помог ей насытиться. Постепенно тени в комнате вытянулись и потускнели. Я принял ванну, побрился и разбудил ее. И пока она еще была сонной, пахла женским теплом и сном, я проклял са¬ мого себя, глядя на нее. Но все-таки, наконец, сказал: — Все, крошка. Вставай. На кресле лежал мой пистолет, готовый пристрелить кого угодно. И я должен был позвонить Рондине. Как ей объяснить, почему я лишил ее брачной ночи? Почему не был с ней и где был вообще? Как смягчить свой голос и сказать ей, что чувствую теперь? Она взяла трубку и сказала что-то. Я постарался смягчить голос, но он все равно был твердым. — Тайгер, милая. — О-о? — Ты мне нужна. Можешь помочь? — Тайгер, ведь тебе никто по-настоящему не нужен. — Ты мне нужна, и сейчас же. — Пожалуйста, Тайгер! — Господи, оставим это. Вот что я тебе скажу. Если хочешь быть глупой бабой — на здоровье, но тогда не жа¬ луйся на меня. Еще раз я не попрошу тебя, помни. Прошу прощения, что расстроил твое замужество, но кое-что всегда на первом плане, и сейчас как раз тот самый слу¬ чай. Ты идешь вторым планом. И если у тебя будет новый мужчина, то и для него ты всегда будешь на втором месте после его работы, а поэтому — замолчи. Ты... Она не дала мне закончить: — Тайгер... могу я попросить прощения? — Конечно, куколка. Я по-настоящему в кольце. — Я знаю. — Черт тебя побери, глупышка. Не знаешь. У нас уже трое на счету, и один раз мы сами могли стать покойника¬ ми. Я схватил пистолет и сунул его в кобуру, чтобы не дро¬ жали руки. Я слышал, как тяжело она дышит, и словно видел ма¬ ленькую родинку у нее под левой грудью. Потом она про¬ изнесла: — Я сделаю все, что ты скажешь, милый.— В ее голо¬ се явственно слышался лондонский акцент, совсем неза¬ метный обычно. 381
Дьявол, чего же еще я ожидал? И так получал больше, чем заслуживал. — Ты сегодня работаешь? Она работала переводчицей в ООН, по подрабатывала еще в Английском посольстве и на приемах. У нее были еще и свои дела, о которых она не говорила. В свободное от основной работы время Эдит присутствовала на се¬ кретных встречах в посольстве, и когда необходимо, была курьером, секретаршей и кем-то еще в этом посольстве; — До одиннадцати я на Генеральной ассамблее, но потом свободна. — Хорошо. Слушай и не задавай вопросов. За тобой следит парень из Службы безопасности, его зовут Аль¬ берт Кеттлер.— Я быстро описал его и добавил: — Он там для твоей защиты и для выяснения моего местонахожде¬ ния. Сейчас я в кольце. Когда приедешь в контору, пусть твои малышки задержат его ненадолго. Быстро приезжай в тот маленький рыбный ресторанчик, где мы с тобой бы¬ ли однажды. — Помню, милый. — Привези сумку с одеждой.— Я посмотрел на Еву.— Двенадцатого размера и черные очки, шляпу, плащ — все, что может скрыть женщину. Я тебя вечером там жду. — Отлично. — О’кей, крошка. — Тайгер? — Что? — Я тебя люблю, но иногда... но все равно я тебя лю¬ блю. — Тогда где, черт возьми, ты была прошлой но¬ чью?— спросил я, не в силах скрыть раздражение. Она рассмеялась, как смеется женщина, когда поймает вас на крючок. — А ты очень хотел бы узнать? Ева тоже улыбалась, по одними глазами, она улыба¬ лась со знанием своей победы, триумфа этой ночи и этого утра, когда призом в игре двух тигриц был тигр-мужчина. — Это твоя девушка? — Мы собирались пожениться, когда все закрутилось. — Я виновата, но теперь понимаю тебя. Ее полный роскошный рот искривился в гримасе, но она все-таки засмеялась. — Я думаю, что и ты понял меня. Нехорошо, когда долго остаешься одна и никого нет рядом. 382
— Да. — Опа никогда не узнает, Тайгер. — Будем надеяться. — Ты жалеешь? Я встал, подошел к ней и взял ее лицо в ладони. — Нет, киска, никаких сожалений. Это было чудесно и необходимо. Ева была прекрасна. Ее серебристые волосы были поч¬ ти белыми, а солнечные блики пронизывали ее глаза. — Ты великая женщина. Она встала на цыпочки, поцеловала меня в губы, от¬ ступила, чтобы посмотреть мне в лицо, и опять прильнула ко мне. Я чувствовал, как ее пальцы впивались в мои плечи. Ее язык был чудесен, он просил еще, еще, и, когда я, наконец, оторвался от нее, она сказала: — Надеюсь, что это еще не все, правда, мой тигр? Я тронул ее подбородок пальцем. — Давай не будем искушать судьбу! Вечером мы вышли из отеля вместе с Евой и отправи¬ лись в рыбный ресторанчик. Я заказал что-то и сел так, чтобы видеть дверь. Когда Рондина вошла, я понял, как для меня важно было ее увидеть, и встал, чтобы встре¬ тить. Мои соседи, официант и его клиенты одобрительно смотрели на нее, а один даже сказал хриплым шепотом: — У него их даже две. Некоторым достаются все ра¬ дости жизни. Я представил двух женщин друг другу и кратко описал Рондине положение дел. — Мне нужно отвезти Еву куда-нибудь подальше, где она и останется, пока я не встречусь с Мартелом. До тех пор никто не должен ее видеть. — Помнишь Бертона Селвика? — Ну еще бы. — Он не вернется из отпуска до конца следующего ме¬ сяца, и у меня есть ключ от его виллы в Коннектикуте. Это всего лишь час отсюда. — Ты там была? — Да, там настоящий рай. И холодильник полный. — Ну, тогда все в порядке. Я достал деньги из кармана. — Быстро найди машину, вези ее туда и возвращайся. 383
Если тебе что-то понадобится, купи по дороге, я не хочу, чтобы Ева высовывала нос из дома. Ясно? Ева спросила: — Там безопасно? — Не опаснее, чем везде. Если наши люди тебя вычи¬ слили— ты дичь, и все тут. И сиди себе на этой вилле, по¬ ка я... или Рондина не дадим тебе знать. — Но Габин... — Як нему проберусь, не беспокойся. Потом женщины ушли в туалет, и когда вернулись, Еву было трудно узнать. Ее волосы были распущены так, что¬ бы скрыть выдающиеся вперед скулы, а черные очки скрывали глаза. Теперь на нее никто не обратил бы вни¬ мания. Я заплатил по счету, посадил крошек в машину и отправился к докам, чтобы поймать там такси без риска нарваться на полицию. На углу я купил газету, где были все подробности убийства, но, несмотря на сенсационность материала, ни¬ чего относительно причин этого дела в печать не просочи¬ лось. Я понял теперь, как пристально в Вашингтоне сле¬ дили за нашими делами, заботясь о сокрытии всех тайных пружин. Подойдя к докам, я увидел у причала корабль со зна¬ комыми литерами на борту — «Мейтланд». Корабль, на котором плавал Клемент Флетчер, парень, так и не ис¬ пользовавший свой счетчик Гейгера. «Черт побери,— подумал я.— Кто же свистнул у него этот дурацкий прибор? Ему цена две сотни, а из-за них не стоило мараться и доводить парня до истерики». Я показал свою репортерскую карточку, прошел через турникет и стал разыскивать кого-нибудь из команды. Они все сидели на баке и играли в карты по маленькой. Очевидно, жалованье было уже спущено, и игра велась под честное слово. Двое из них особенно выделялись. Было за¬ метно, что они давно не брились и мылись недели две на¬ зад. Вместо денег они играли на клочки бумаги, выдран¬ ные из книг, и даже не обернулись, чтобы взглянуть на меня, пока я не положил перед каждым из них десятидол¬ ларовую бумажку. Матросы сразу вскинули глаза. — За что? — спросил один из них. — За беседу. Они переглянулись, и первый продолжал: — Ну, если ты не попросишь нас опустить за границей 384
письмо или передать что-нибудь приятелю. Этот номер не пройдет. — Хорошо, здесь все ясно. — Тогда валяй, говори. Я сел на канаты и снял шляпу. — У меня был приятель в команде. Клемент Флетчер. — Конечно, знаем такого. Напился, свалился в реку. Он уже в Брюсселе тонул, но его вовремя выудили из во¬ ды. Он мог и в луже утонуть. Дрянь, а не моряк. — Помните, у него был счетчик Гейгера? Они дружно кивнули: — До белого каления нас доводил этой штуковиной. Все время говорил, что устроит где-то забастовку. — В Пердезе? — Да, верно. — Но у него украли этот счетчик. Один из них пожал плечами и улыбнулся. — Ну и что? Там, где он теперь, эта штука ему без на¬ добности. — Дело в том, приятель, что мне интересно, кто мог свистнуть эту хреновину. Матрос посмотрел на меня и поморщился. — Не годится, если кто-то лезет в сундуки к матро¬ сам. Если такого гаврика ловят, он после хорошего би¬ тья втемную надолго забывает о своих проделках. — Но это было не в море. Корабль стоял в доках. — Ну и что, все равно. Когда мы пришвартовались, тут столько народу перебывало... И таможенники были, искали наркотики. Они все перевернули, но ничего не на¬ шли. Мы бы могли вам кое-что порассказать. Думаете, мы не знаем об этом сговоре между хозяином и тамож¬ ней? Ха, дураков нет! Ноя вам скажу еще! Тут было по¬ страшней— капитан получил какую-то официальную бу¬ магу, а на корабле,— тут он перешел на шепот,— на ко¬ рабле было ЭТО ... и... — Кто здесь еще побывал? — Как обычно. Офицеры из первого отдела. Команды ремонтников и еще кое-кто. Все, как обычно, но на ко¬ рабле было ЭТО ... Другой кивнул и стал сдавать карты. — Старина Флетчер слишком много болтал о том, что его машинка вытворяет чудеса около контейнера. Поэто¬ му она у него и исчезла. У меня вот тоже отличные часы сперли. Таким же манером. 385
— После швартовки судна больше никого здесь не было? — Никого, до тех пор, пока Флетчер не утонул. Потом сразу появился репортер с полицейским. Стив Пандо дол¬ жен был спуститься вниз и опознать его. Дурень стоеросо¬ вый, остался должен мне десять долларов. Я показал на бумажку рядом с ним. — Считай, что он вернул долг. К шести часам я отправился в «Голубой кролик», чтобы встретить Рондину. Попросил официанта провести меня в заднюю комнату. Мне неожиданно пришла в голову мысль относительно смерти Флетчера, и нужно было об¬ думать свои подозрения. Если он слонялся по кораблю со счетчиком, то мог наткнуться на что-то еще... или кто-то выдумал, что он мог наткнуться. Для того чтобы убить пьяного, не нужно особенной хитрости,— просто ткнуть ему в морду стаканом. Я позвонил Уолли Гиббонсу. — Это Тайгер, приятель. — О, братец, опять ты. — Слушай, используй возможности прессы и выясни для меня кое-что, сделаешь? — Меня не пристрелят? — Не думай об этом. — Тайгер... если ты виновен...— начал говорить он, запинаясь.— Все ищут тебя. К черту, я опять влезаю в твои дурацкие дела. — Утихни. Ты обо мне ничего не знаешь. Это может помочь тебе в работе. Сделаешь хорошую статью. — Ну давай. — Позвони в таможню и выясни, насколько тщатель¬ но осматривали судно под названием «Мейтланд». Его голос сразу стал суровым. — Наркотики? — Может быть. Проверь, не надули ли их случаем. Они могли найти что-то, а могли и не заметить. Эти ребя¬ та не всегда видят даже днем. — Я понял. — Подозрительна смерть человека с этого корабля по имени Клемент Флетчер. Возможно, это убийство. Если таможенники на что-нибудь наткнулись, надо основатель¬ но покопаться. 386
— Займусь, но только если ты там не замешан, Тай¬ гер. — Я чист. Подобрал по дороге это дело. Повесив трубку, я пошел встречать Рондину. Она пришла ровно в шесть и где-то успела переодеться в голубой костюмчик. В каштановых волосах горели, переливаясь, искорки, грудь была такой ощутимой, такой тяжело-нежной в глубоком вырезе жакета, что на нее не¬ возможно было смотреть спокойно. Когда она сняла лег¬ кое пальто, то улыбнулась, заметив мой взгляд. Она улы¬ балась, пока я не поднял глаза и не посмотрел ей в лицо. — Теперь сожалеешь? — спросила она, следуя своей вечной манере подсмеиваться над моими слабостями. — Очень,— ответил я, придвигая ей кресло и садясь так, чтобы видеть, кто подходит к телефону-автомату. Я заказал нам обоим по коктейлю. Подали длинные стаканы, и я молча поднял свой, вспоминая далекий вечер, когда мы сидели здесь же, и я собирался убить ее. Даже мысль о том, что я чуть было не сделал это, заставила по¬ холодеть кончики моих пальцев. Мы съели ужин, выпили еще по бокалу, потом я до¬ стал из кармана фото и отдал ей. На снимке Ева и я стоя¬ ли, взявшись за руки, держа номер газеты «Ньюс». — Что мне с этим делать? — Ты должна проникнуть к Мартелу в госпиталь. От¬ дай ему фото и скажи, что Ева в безопасности. Теперь он может говорить все, что захочет, это никак не отразится на ней. Когда он это сделает, сможет с ней встретиться. Я думаю, парня хватит удар, когда он поймет, что по от¬ ношению к нему она скорее друг, чем любовница, но это его личное дело, пусть сам и разбирается. — А он? — Он любит ее. Но мне на это наплевать, честно го¬ воря. Нам лишь надо развязать ему язык; он же не будет говорить до тех пор, пока знает, что ей угрожает опасно¬ сть. Сможешь ли ты это сделать? Рондина очень осторожно положила в сумочку фото. — Не забудь о хвосте,— напомнил я. — Я все устрою. — А ты знаешь, что я хотел бы устроить? Она доверчиво и просто улыбнулась мне. Женская улыбка передает так много и так много обещает... — Теперь тебе придется подождать, милый. Ты сам затащил меня во все это, твоя очередь потерпеть. 387
Мне не понравился намек. — Не заставляй меня ждать слишком долго. — В самый раз,— задорно ответила она. Я проводил ее взглядом, пока она шла между столика¬ ми, потом допил свой стакан и расплатился. Когда официант дал мне сдачу, я сказал: «К черту». Но он не понял, что значили эти слова. Глава VII Я вышел на улицу, повернул к Бродвею и затерялся среди людей, идущих в кино. Я старательно обходил по¬ лицейских, отлично информированных о моем облике. Казалось, они торчали на каждом углу в районе Таймс- сквер. «Уже трое мертвецов,— думал я,— а сколько их будет еще?» Присутствие такого парня, как Мартел, могло на¬ рушить равновесие в работе двух правительств, ставя од¬ но в выигрышное положение, а другое — под удар. Но до тех пор, пока руль в наших руках,— я не беспокоился. ООНА-5, который возглавлял Мартел, был у немцев новым засекреченным шпионским комплексом, основу которого они заложили еще до второй мировой войны. Дав Мартелу проект Белтова, ему открыли доступ к глубоко засекреченным сведениям. Теперь эта информа¬ ция могла помочь нам продвинуться лет на пять вперед, если он решится выдать ее нашим людям. Но сделает ли он это? Если он принял свое решение из- за женщины, то, уверившись в том, что она в безопасно¬ сти, он расколется. Если его переход был основан на поли¬ тических разногласиях или на том, что у него, наконец, от¬ крылись глаза, он может не захотеть никаких разоблаче¬ ний и просто просить политического убежища, надеясь отсидеться. Но парню с такими сведениями в голове не позволят гулять слишком долго: просто пристрелят, и ему следовало об этом знать. Черт, а может быть, Мар¬ телу теперь все равно? Такое тоже случалось. Я ставил на то, что он любит Еву Берг. Что случится, когда бедняга убедится в отсутствии любви со стороны Евы,— не наше дело. Немцы уже согна¬ ли сюда целую команду для того, чтобы отправить обоих на тот свет. А заодно и меня. Это группа избранных везде¬ 388
сущих людей, их шеф работает по прямым указаниям из Бонна. Мне бы очень хотелось выяснить, каким образом они проникли в «Штевенспорт-отель». Служба безопасности уже перерыла там все несколько раз, но безрезультатно. Никого, кроме женщин, поблизо¬ сти— и труп Анн со сломанной шеей,—такое могли сде¬ лать только мужские руки. Вдруг я почувствовал себя последним дураком, ведь ответ был таким простым и ясным. Все еще продолжая идти на север, я прошел район теа¬ тров и ресторанов и, наконец, очутился около женского отеля, где происходили эти страшные события. Из хорошо укрытого местечка я взглядом обследовал здание, стараясь запомнить малейшие детали кладки стен. Потом проверил наличие хвостов поблизости. Перед входом не было ни души. С каждой стороны здания прикреплено несколько пожарных лестниц, доходящих до самой земли. Две металлические двери расположены с моей стороны, но закрыты изнутри — вход воспрещен. На маленьких площадках и аллеях, которые кольцом огибали здание, стояли большие мусорные ящики, пол¬ ные ежедневных отбросов. Ящики забиты по самый верх — значит, убийца ничего не мог в них спрятать и надо искать в другом месте... Дома по соседству с отелем были старыми и замыз¬ ганными, как и сам отель, построенный полстолетия тому назад. Проверив все окна на западной стороне, я ничего не нашел и перешел на восточную сторону. Возле второго окна я заметил в выступе стены щель, а в ней какой-то сверток. Добраться до него было непро¬ сто, но я вылез из укрытия и, пригибаясь, полез по лестни¬ це вверх, быстро схватил бумажный пакет и соскользнул вниз, ободрав кожу на руках. В свертке под двумя газета¬ ми было женское платье, пальто и парик. Платье было сделано так, чтобы придать мужчине женские формы. Итак, все-таки это была не женщина. У убийцы не бы¬ ло неприятностей при входе в женский отель, потому что он вошел туда под видом женщины. Я не собирался тащить эти пожитки с собой, бросил их за выступ стены, а сам отправился опять к Бродвею. Из первой же телефонной будки я позвонил Корбинету и сказал о своей находке. — Я думаю, Рэндольф обрадуется, когда услышит об 389
этом,— ответил он.— Он тут чистил тебя на чем свет стоит, а Вашингтон намыливает ему шею за медлитель¬ ность. Они бы с удовольствием закрыли организацию Мартина Грейди, но не видят, за что зацепиться. Думают, что ты всему виной. — Да? Тогда пусть убираются к дьяволу. — Но они найдут тебя, мальчик. И ты от них не отвер¬ тишься. — Может быть. Но пусть проверят магазины, где по¬ купались эти тряпки. — Да, пожалуй. Я бросил еще монету и позвонил Дэви Севирну в кон¬ тору рассказать ему о свертке в отеле. Я посоветовал ему опубликовать статью и посмаковать эту деталь. И ни в коем разе не ссылаться на меня. — Пойдет, Тайгер. У тебя есть еще что-нибудь в том же роде? — Полно, но нет времени рассказывать. — Ох, приятель, ты провалился по самые уши, верно? — И вода очень горячая,— ответил я.— Слушай, если... тебя спросят, зачем был в отеле, отвечай, что гото¬ вишь подробный отчет для прессы. — Я знаю, как это обставить. . — Буду поблизости. Держись! Не вздумай впуты¬ ваться в наши дела по-настоящему. — Увы, давно это сделал, дружище. — Так поступали многие. Большинство из них теперь покойники... Я зашел в бар на Восьмой авеню и просмотрел про¬ грамму новостей. Показали, как полицейские находят одежду, которую предположительно носил убийца. Парик был дешевым и неправдоподобно коричневым, ботинки поношенные, платье — какого-то вылинявшего голубого цвета. Ни на одной вещи не было ярлыка магазина, но по¬ лиция уже, конечно, взяла след и надеялась, как всегда, на немедленный и скорый арест преступника. Расследование теперь вел сам Вашингтон. Все, что мо¬ гли сделать люди из Белого дома,—дать полиции приказ. Напоследок комментатор сказал, что обе женщины- клерка смогли припомнить особу, одетую в эту одежду, которая прошла мимо конторки и поднялась на лифте. Лифтерша подтвердила их слова, но не могла назвать этаж, на котором вышла «дама». Впрочем, это не имело 390
значения, он просто спустился потом по лестнице и подо¬ шел к двери номера. В одиннадцать часов я вернулся к себе и спросил у пор¬ тье ключ. Он с отсутствующим видом сунул его мне в ру¬ ку и снова уткнулся в спортивную газету, потом, нехотя вспомнив, что мне есть корреспонденция, протянул запе¬ чатанный конверт. Мой код -«М-р Донован хочет быстро связаться с Лондоном, и вам нужно сделать то же самое». Это Центр наконец-то разгадал мою игру и собрался мне помочь. Я вызвал Ньюаркский контрольный центр из телефо¬ на-автомата, быстро поговорил с Верджилом Адамсом и дал ему свой номер, потом попросил вызвать Лондон и дать мой номер им. Подключение заокеанской линии потребовало пятнадцати минут, и я услышал голос Джон¬ сона, который запрашивал условный код. Я назвал ответ и свои позывные. Он кратко кашлянул и сказал: — Имеется сообщение, мальчик. Слышал о Спааде Хелло? — Только мельком. Возглавляет отдел в ФРГ, провел операцию, которая рассекретила британскую атомную промышленность, его подозревают в убийстве одного парня в Буэнос-Айресе. Вот и все, пожалуй. — Да, это был Спаад, теперь он против тебя. Его про¬ следили до Мексики, след затерялся где-то там, но мои люди уверяют, что он сейчас в Штатах и действует по прямому указанию сверху. Мы знаем, что у него задание первостепенной важности — Мартел. Они все переделы¬ вают в своей системе, на случай, если он заговорит, даже продохнуть не могут от спешки. — Есть его фото или приметы? — Ничего. Он второй их человек-загадка. Нет лица. Все время в тени. Сомневаюсь, что хотя бы двое знают его настоящие приметы. Посмотрю, что про него можно выяснить, но, боюсь, это пустяки. Он знает несколько языков и говорит по-английски без всякого акцента. Итак, мой мальчик, держись! — От вас что-то мало толку. — Одна вещь может тебе помочь. Помнишь Кейни Картера, ты с ним работал? — Да. — Он рассказал, что во время «атомного дела» он был вместе с «Интеллидженс сервис» и ранил одного 391
парня в перестрелке. Он предполагает, что ранил его в плечо правой руки, этот парень может быть Спаадом. — Это уже кое-что. Если еще до чего-либо докопае¬ тесь, то позвоните в Ньюаркский контрольный центр, по¬ жалуйста. — Да, и еще тебе подарочек! — Какой? — Ты у них теперь не в списке «А». Ты теперь главная дичь. Добыча номер один. — Какая честь,— ответил я и повесил трубку. Приняв душ, я упал на кровать и несколько минут ле¬ жал неподвижно, прокручивая в памяти события одно за другим, как киноленту. Задача была достаточно ясной: заставить Габина Мар¬ тела заговорить. Если Рондина выйдет на него, и он убе¬ дится, что его Ева в безопасности, это вполне вероятно. Может быть. Но тут было еще что-то, ускользавшее от меня, что-то, пугающее своей бесформенностью... Проснувшись от телефонной трели, взглянул на часы и увидел, что удалось поспать только десять минут. Я взял трубку. Это мне уже не нравилось. Те, кому я был нужен, находились на своих местах, и никто, кроме них, не знал, где я окопался. Клерк пробурчал что-то и сказал: — Девушка поднимается в вашу комнату. Вы увере¬ ны, что хотите видеть ее? — Как она выглядит? — Сущий ангел, сэр. Я повесил трубку и улыбнулся. Моя киска вошла в контакт с Мартелом и теперь шла, чтобы подарить мне себя. Итак, она все-таки выиграла свой приз. Прежде чем я успел одеться, в дверь слабо постучали. Я открыл замок, отворил ее. И чуть было не погиб из-за своей ошибки. Если бы я не имел привычки стоять боком у двери при выключенном свете, то два выстрела из пневматического ружья прошили бы меня насквозь, выпустив кишки. Он был высоким кряжистым парнем, с сияющей улыб¬ кой, которая быстро исчезла. На его лице отразился жи¬ вотный ужас, он хотел что-то предпринять, но одной ру¬ кой я схватил ружье, а второй мертвой хваткой вцепился в его кадык. Втащив в комнату, одним ударом повалил его на пол, 392
ногой захлопнув входную дверь. Потом слегка прижал его коленом. Парень попробовал вырваться и встать на четвереньки, но я обрушился на него сверху и нанес два тяжелых удара в переносицу, сломав ему кость. Зная, что последует дальше, он попробовал закричать, но я не дал ему поднять шум. У парня был шанс, но он его упустил. Теперь я был хозяином положения. Чувствовал удары по голове, но не обращал внимания. Я упал на не¬ го, навалившись всем телом и сжав его горло, пока парень не стал издавать булькающие звуки. Потом он слабо вздохнул, теряя сознание от боли и недостатка воздуха. Я переменил позицию, слегка привстал и оторвал колени от его горла, ведь чтобы сломать ему шею, нужно было всего лишь посильнее нажать коленом. — Как ты меня нашел? В отблесках рекламы, падающих в темноте на его ли¬ цо, я стал различать отдельные черты. Его глаза откры¬ лись, они были пустыми. Я чуть сильнее нажал на его гор¬ ло, и глаза его стали вылезать из орбит. Теперь он смо¬ трел на меня не отрываясь и просипел: — Знал, что ты додумаешься до свертка. Ждал... по¬ шел следом. Конечно, мне следовало догадаться, что сверток был приманкой. Живцом. Вдруг из его глаз исчезли ужас и страх, остались толь¬ ко дикая злоба и ненависть. Парень умудрился вытащить откуда-то нож и попытался всадить его мне в спину, но промахнулся. Это стоило ему жизни. Почувствовав, что нож скользнул по моим мышцам, я нажал сильнее, и тут же с каким-то каркающим звуком сломались его шейные позвонки. Он отдал Богу душу. Я встал и проковылял в ванную. Намочил полотенце, промыл рану и туго завязал ее, чтобы остановить крово¬ течение. Потом быстро оделся, включил свет и посмотрел на парня. Он был профессионалом. При нем не было никаких личных вещей и документов, только ружье 38-го калибра, которое я оставил лежать рядом с ним. Я позвонил портье и спросил: — Ты не видел тут девушку, которая шла ко мне? Озабоченным голосом он ответил: — За последние полчаса не входила ни одна женщина. — Ты мне не звонил? — Нет, сэр. Я просто перевел вызов на ваш номер. 393
Старые штучки. Зная о Рондине и, проследив меня, по¬ звонили из ближайшего автомата. Моя ошибка. Я должен был запомнить голос портье. Нельзя забывать подобные детали. Я быстро собрал вещи, заплатил по счету внизу и вы¬ шел через черный ход. Хотел обследовать машины внизу, но перед подъездом не было ни одной. Это еще ничего не значило. Удостоверившись, что за мной никто не следит, отправился к Уолли Гиббонсу. Это ему, конечно, не понравится, но у меня не было выбора. Уолли уставился на меня с ужасом, потом от¬ крыл дверь пошире, мотнув головой. Это было молчали¬ вое приглашение заходить. Он стоял в коридоре в пижа¬ ме, руки в боки, и смотрел, как я ставлю в угол чемодан. Потом спросил: — Знаешь, что бывает тому, кто раскрывает явочную квартиру? — Но у меня есть товарищ — покойник. В моей ком¬ нате, в гостинице. Уолли открыл рот и рухнул в кресло. — Парень, ты спятил! Ты его убил? — Конечно. — Зачем тогда говорить об этом мне? Ты знаешь, кто я теперь? Я знаю об убийстве, и это... — Заткнись, ладно? Или вызови полицию и сообщи, что у тебя в квартире тип, который еще не смыл кровь не¬ винного младенца со своей одежды. Давай, давай! — Ты знаешь, что я этого не сделаю. В полиции дога¬ даются, что мы с тобой — два сапога пара, и станут сле¬ дить за мной. Потом тебя заберут, а меня тоже не оставят резвиться на травке. Слушай, Тайгер... — Ты слушай,— холодно ответил я.— Это дело госу¬ дарственной важности. Дай Дэви Севирну поднять шум. Счет идет на минуты. Парень стрелял в меня, и полиция найдет пули. Моя цель предельно ясна — хочу, чтобы это убийство попало в газеты и наделало как можно больше шума. Чем больше мы шумим, тем больше шансов про¬ нюхать что-нибудь под этот шум. Я рассказал ему детали и добавил: — Их агенты знают обо мне и Рондине, о нашей роли в последней операции. Они используют ее теперь как при¬ манку, могут следить за ней и через нее находить меня. Он посмотрел на меня и вдруг спросил: — Ну, допустим, они ее схватят. Допустим, у тебя вы¬ 394
бор — национальная безопасность или Рондина. Что тогда? — Тогда пусть она умрет,— тихо ответил я. Он кивнул. Я встал и набрал номер, вызвав Дэви Се- вирна и дав ему указания. Потом позвонил Чарли Корби- нету и осведомил его. Он быстро сориентировался и по¬ просил, чтобы я перезвонил через пять минут. Когда я вторично позвонил, он заявил: — Дело зашло слишком далеко, Тайгер. — Еще не совсем. — Все теперь против тебя. Хал Рэндольф хочет с то¬ бой поговорить. — Отлично. — Они до тебя так или иначе доберутся. Альберт Кеттлер доложил, что возникли подозрения по поводу Рондины из-за ее выхода из-под его наблюдения на неко¬ торое время. — Скверно. — Кое-что есть и похуже. - Да? — Кеттлер не уверен, но ему показалось, что кто-то еще слонялся поблизости от ее дома. Он не мог покинуть свой пост, чтобы проверить это, но Кеттлер — парень с глазами и хорошо знает что почем. Доложил, что Рон¬ дина вернулась в квартиру, но к телефону никто не подхо¬ дит, видимо, она опять куда-то вышла. Может быть, дру¬ гим выходом, за которым он не вел наблюдения. — Спасибо, полковник. Я положил трубку. Возможно, еще одна ошибка. Служба безопасности послала человека на случай ее появ¬ ления, чтобы поймать мой след. Не дву^, а одного. Толь¬ ко одного. Но ему придется здорово поработать, чтобы этого добиться. Ах, черт, Рондина в западне, и если она вышла из парадного, за которым наблюдали они, то... — Уолли... — Нет,— ответил он устало,— теперь... нет... — Они держат Мартела в Центральном госпитале. Она собиралась войти с ним в контакт. Не секрет, что его комната под стражей, ты легко можешь это проверить. Посмотри внимательней, нет ли ее... — Нет. — Скажи, чтобы сразу звонила сюда... И, ради Бога, оставайся с ней. Не спускай с нее глаз. Если придется — 395
оставь ее под полицейской стражей. Я останусь здесь и буду ждать твоего звонка. — Нет,— сказал он еще раз, но сам начал одеваться. Когда он был уже у двери, то посмотрел на меня со зло¬ бой и выпалил. — Черт тебя побери!!! Как только Уолли ушел, я вызвал Ньюаркский кон¬ трольный центр. Пять минут спустя на проводе был Верд- жил Адамс, дал отзыв в ответ на пароль и, выслушав мой доклад, сказал: — Высшее командование опять вызвало Мартина Грейди, что-то пронюхало. Когда лос-анджелесская груп¬ па была в Мексике, ее дороги скрестились со Спаадом Хелло, снимавшим документальный политический фильм. Он прекрасно знает язык, входил и выходил пов¬ сюду по поддельным документам как электрик. Проникал также в некоторые засекреченные здания, где, как по¬ дозревают, сделал снимки. Это выяснилось после той перестрелки, когда одному из агентов, по-видимому, уда¬ лось его ранить. Потом он внезапно исчез. — Что же последовало дальше? — У него был странный разговор, который подслушал наш оператор. Вызов был сделан из конторы в одном из томилисонских небоскребов, на Бродвее. — Тема? — Говорили на иностранном языке, но несколько ан¬ глийских слов ему удалось задержать в памяти: немедлен¬ но, Мартел и убить. — Как они узнали, что это был Спаад? — Он оставил о себе память — разбитое кольцо. Ка¬ мень, оникс, треснул, и Спаад отдал кольцо в ремонт. Ювелир хотел сделать ему приятное и приступил к работе немедленно, минуя остальные заказы. Он вымыл кольцо и увидел внутри гравировку — «Спааду от Анни». Один из наших парней, зайдя к ювелиру, совершенно обалдел от радости. Мы оцепили весь район на тот слу¬ чай, если он когда-нибудь попробует взять кольцо об¬ ратно. — Спасибо. Проверю томилисонский небоскреб. — Возможно, ты ничего и не обнаружишь. Там ряд обычных телефонов междугородной связи — и все. Мар¬ тин Грейди считает это важным, потому что в день телефон¬ ного звонка здесь был шторм и ветер, одним словом, носа нельзя было высунуть на улицу. У него наверняка были 396
инструкции звонить откуда-нибудь из другого места, но ему не захотелось, и в нарушение приказа он позвонил из здания. — Обычная «комедия ошибок», а в итоге вы выиграли матч,— сказал я в ответ. Он хмыкнул и отключился. Я сел в кресло, положил ноги на подоконник и стал молча смотреть на ночь за окном. Потом закрыл глаза и заснул в той же позе. Словно издалека, я услышал звонок телефона и мед¬ ленно поднял веки. На секунду солнечные лучи, плещу¬ щиеся за окном, почти ослепили меня, и я посмотрел на часы. Немного больше шести. Я поднял трубку и услышал голос Уолли: — Тайгер? — Да. — Вода становится горячей. — Ты чист? — Я звоню из телефона-автомата в коридоре госпи¬ таля. — Где Рондина? — Ее пасут несколько парней. Она была одета медсе¬ строй и прошла мимо полицейского в комнату Габина Мартела, толкая перед собой столик на колесах. Все обо¬ шлось бы, но ее поймали в комнате для сестер, где она переодевалась, когда вошли две настоящие медсестры с медикаментами. — Как ее раскрыли? — Кто-то послал чудесную корзину цветов в комнату Мартела. Он постоянно получает цветы, и никто бы не обратил внимания, если бы один из охранников не ока¬ зался чересчур дотошным. Кажется, ему уже приходилось сталкиваться с чем-то подобным. В земле для цветов об¬ наружили баллончик с ядом цианида, которого хватило бы на то, чтобы наполнить всю комнату и убить Мартела во сне. Оцепили весь квартал, но не смогли поймать по¬ сыльного, который принес корзину, зато настигли Рондину. Полицейский на этаже опознал ее, как и двое или трое клиентов-мужчин. — Она говорит? — Как попугай, но она неудачно попалась. Они прове¬ ряют всех и каждого. Будь осмотрителен, ладно? Я ему не ответил и, тихо положив трубку на рычаг, от¬ правился смотреть рассвет над крышами. Теперь они выйдут на меня. Рондина станет «персоной 397
нон грата», ее вышлют в Англию, далеко от меня, если не обвинят в чем-нибудь еще. Но, во всяком случае, она во¬ шла в контакт с Габином. Я оставил свой чемодан в номере, спустился вниз и по¬ шел пешком до обиталища Чарли Корбинета. Когда он открыл дверь, по глазам я понял, что ему все известно. — Заходи, Тайгер, как раз тебя поджидаю.— Я вошел и закрыл за собой дверь. — Чарли, скажи Рэндольфу, что я буду говорить с ним при одном условии. — Он не примет никаких условий. — Тогда скажи, что пусть убирается ко всем чертям! Чарли пожал плечами и пошел в комнату. — Тем не менее я скажу о твоем условии. — Отдайте мне Рондину. Она здесь ни при чем. — Может быть, и нет, но агентура засекла ее, и теперь ее заставят ответить на все вопросы. Ты должен это знать. — Глупости. — Я знаю Рэндольфа. — Хорошо, полковник, поговорим с ним иначе. — Только не по телефону. Он хочет видеть тебя лично. — Пусть. В четыре около дома, нас троих — меня, тебя и Рэндольфа — будет ждать машина. Куда мы по¬ едем и что станем делать — моя забота. Он ухмыльнулся и подмигнул мне понимающе. — Рэндольф... захочет взять с собой еще кое-кого. — Он может взять хоть целую армию, мне плевать. — Возвращаются старые добрые дни, Тайгер? — Черт возьми, конечно. — Мы будем готовы в четыре часа. Он открыл дверь и, увидев мой взгляд, остановился. На стене висели сувениры далекого времени, голос минув¬ шего— автоматы, ножи, кастеты — все, чем мы пользова¬ лись, прежде чем мир начал медленно сходить с ума. Кое- что из коллекции было его личным оружием. Кое- что— моим. Большинство хозяев оружия остались гнить в Европе, в земле, уцелела только горсточка. Организация всего, что мне требовалось, не заняла много времени. У Мартина Грейди есть фонды, оборудо¬ вание и контакты, чтобы иметь и невозможное. Машина была готова, и на случай у них электронного 398
пеленгатора, передающего сигналы другой машине, имелся глушитель. Две другие машины стояли наготове, чтобы задержать движение, если применят обычное преследование на авто¬ мобиле. Я мрачно улыбнулся этим приготовлениям. Мартин Грейди, видно, слишком нуждался во мне и не хотел те¬ рять меня в уличной перестрелке, во всяком случае, в те¬ перешней обстановке. Между тем, у меня впереди был почти целый день для работы. Томилисонский небоскреб был одним из старых, похо¬ жих друг на друга зданий в районе Сороковых улиц, где размещались театры. Холл, как и во всех других домах: лифтер около входа, расписание этажей на стене, целый ряд телефонов-автоматов и три лифта. Около одного их них топтался утомленный человек лет шестидесяти в изношенной униформе, и по той клиентуре, которая вхо¬ дила в здание и выходила, нельзя было сказать, что здесь занимались прибыльными делами. Я осмотрелся по сторонам, потом направился к каби¬ нам, достал телефонную книгу Манхэттена и начал про¬ сматривать номера контор. Это заняло около часа, меня то и дело отрывали с требованием дать телефонную кни¬ гу, да и лифтер уже начал посматривать в мою сторону, но когда я закончил, у меня были выписаны три конторы, чьих номеров не было в книге, зато вывески значились по порядку в списке этажей здания. Это было запрещено, но кто-то сумел обойти правила. Сквозь толпу в холле я пробился к лифтеру, держа раз¬ вернутой бумажку в двадцать пять долларов. Он увидел зеленый цвет и достоинство банкноты, его настороженное выражение быстро сменилось дружеской улыбкой, когда жестом фокусника бумажка была извлечена у меня из пальцев. — Это слишком много за то, что вы хотите здесь при¬ обрести, но платите вы, мистер. Я дал ему взглянуть на названия контор, которые вы¬ писал из книги,— «Прадо Продакшн», «Ф.Д. Бессер» и «Фоунтайнд Нейлор ордере». Лифтер кивнул, потом быстро глянул по сторонам и заявил: — Догадываюсь, что вы из полиции. 399
— Скажем, провожу розыск. — Что, назревает скандальчик? — Нет, если я вмешаюсь. — «Бессер» — букмекер. Об этом все знают. — Почему нет телефона? Как он может действовать? — Вы что, смеетесь? У него их там дюжина наверху... — Но ни одного нет в телефонной книге. Я мысленно вычеркнул «Ф.Д. Бессера» из списка. — Ну, а двое остальных? Он сделал озадаченное лицо, потом повернулся и на¬ жал на кнопку. Один из лифтов начал с шумом и треском подниматься вверх, а лифтер тихо сказал: — Ничего о них не знаю. Вижу, как люди приходят и уходят. «Фоунтайнд» получает и рассылает много поч¬ ты, и я думаю, что тут все законно. Маленькая фирма, старающаяся пробить себе дорогу, вот и все. Маленький бизнес. — У них тоже нет телефона? — Они в нем не нуждаются. Им требуется только че¬ ловек, который таскает мешки с конвертами. — Осталась «Прадо Продакшн». — Тут я пас, мистер. Об этой компании совсем ничего не знаю. — Компания? — Конечно. Их там сидит около дюжины, каждую не¬ делю появляются новые. Иногда у них бывают и куколки, тогда посылают коридорного за пивом. Я видел, как они приносили с собой несколько раз коробки с пленкой, и хотя не могу сказать наверняка, но они, по-моему, де¬ лают там кое-какие пикантные снимки.— Лифтер одобри¬ тельно заржал и добавил:—Там даже дамы побывали и кое-кто из высшего общества. — Чудесно. — Иногда и такое случается,— пожал он плечами. — Контора сейчас работает? — Нет, ни одна из этих контор сегодня не работает. Никого из них я не видел, а если до этого времени они не появились, то сегодня уже не появятся вовсе. Я ему подмигнул. — Мне бы хотелось там побродить. — Это будет стоить вам пятьдесят долларов,— ответил он. Когда я снабдил его требуемой суммой, он пошел к се¬ бе в каморку и вернулся с ключами. 400
— Эти подойдут, если в конторах не вставили новые замки. Только помните, я вас в жизни своей не видел и больше не увижу. — Ты тоже это запомни,— ответил я ему. — Конечно, раз это стоит пятьдесят долларов.— Он показал на лифт.— Вот на нем и поднимайтесь. Мои пятьдесят долларов не дали мне ничего, кроме разочарования. Ключи подошли, но на дверях были еще замки. Они были стандартные и отняли у меня несколько минут (мне приходилось останавливать работу, когда проезжал лифт или раздавался стук открываемой двери). Отмычки нашего Эрни были безотказными. Я начал с «Прадо Продакшн». Войдя, я закрыл за со¬ бой дверь. Внутри пахло химикатами и был маленький просмотровый зал с креслами. Мне сразу стало понятно, зачем. Здесь занимались производством порнографиче¬ ских фильмов на 16-миллиметровой пленке; около стены стояла большая посудина, закрытая крышкой, из которой пахло ацетоном. Стояла на случай обыска. Если его нач¬ нут проводить, то все пленки можно бросить в нее и унич¬ тожить, прежде чем войдет полиция. Они не оставили ничего, за что бы я мог зацепиться. Ни клочка бумаги или обрезка пленки на полу. На одной из полок лежали коробки с чистой пленкой, в кладовой развешана женская и мужская одежда, парики и всякая ак¬ терская ерунда. Окончив осмотр комнат, я вышел за дверь, закрыл ее за собой и пошел по коридору до двери со стеклянной та¬ бличкой, на которой золотыми буквами было написано «Фоунтайнд Нейлор ордере». Эта дверь отняла у меня тридцать минут, потому что движение на этаже усилилось, но в конце концов замок щелкнул, и я вошел внутрь. Здесь действительно работали с бумагами, лифтер не врал. На двух столах были навалены конверты разного фор¬ мата с яркими марками. Большинство конвертов было с юга, судя по почтовым штемпелям, с Ближнего Востока, из шахтерских районов и очень немного писем из крупных городов. Было просто понять всю систему. В самых заштатных журналах и городишках помещали рекламу, предлагая либо химикаты для домашнего хозяйства, либо женские костюмы-бикини и всякое модное женское белье и чулки. 14 Заказ 1828 401
Они покупали товар оптом в одном из крупнейших уни¬ вермагов, перепродавали с наценкой, и, кажется, хорошо устраивали свои делишки. На столе лежала книга, целый том, перечисляющий постоянных покупателей с их размерами и адресами, и книга, в которую заносились особые заказы покупатель¬ ниц. Я просмотрел все, что там было, и ничего не выудил. В пять минут пятого я сел в машину, приготовленную для меня Ньюаркским контрольным центром, пересек Джордж Вашингтон Бридж и почти у Парасайдж Парк- велл нашел нужный мне дом, где получил бумагу с адре¬ сом, по которому все уже было устроено. Я припарковал машину, убедился, что вход свободен от слежки, и сел ждать своих гостей. Уже почти совсем стемнело, когда я услышал шум подъехавшей машины. Ключ в замке одной из дверей щелкнул. Комната имела два входа. Послышалось несколько голосов. Один принадлежал Чарли Корбинету, второй — Халу Рэндольфу, отдающе¬ му какие-то распоряжения относительно организации встречи, остальных я не знал. Когда они уселись за стол, я нажал кнопку громкого¬ ворителя, стоявшего передо мной на столе, сказал в ми¬ крофон просто, не торопясь: — Бросьте оружие к стене, ребята. Чарли расхохотался, но пистолеты покатились с шу¬ мом по полу. Свет оставался включенным. — Еще один. Давай, давай. Последовала дискуссия шепотом, потом еще один ку¬ сок металла с глухим шумом упал на пол, и свет в комна¬ те погас. Я открыл скользящую панель в стене и сидел, глядя на них сквозь металлическую сетку, разделяющую нас. Они повернулись в мою сторону и уставились, как будто виде¬ ли впервые в жизни. — У него под столом металлический детектор, Хал,— сказал Чарли. Рэндольф не удостоил Чарли ответом. Его глаза впи¬ лись в меня, и он хрипло сказал: — К черту, Менн, это уж слишком! Ты и так перешел всякие границы. — Не совсем, приятель. Теперь давай поговорим. — Ты знаешь, в чем тебя обвиняют? — Меня это мало трогает. 402
— В любом случае — криминала достаточно. Вмеша¬ тельство в... — Вы не смогли заставить Мартела говорить, верно? Рэндольф и двое остальных переглянулись. Я этих двоих никогда прежде не видел, но, видимо, они до неко¬ торой степени были нашими людьми. Обоим чуть по¬ больше тридцати, острый колючий взгляд и особая ма¬ нера вести себя, говорившая о назаурядности. — Ты представишь своих друзей? Прежде чем Рэндольф собрался ответить, Чарли ска¬ зал: — Пока что их можно называть Смитом и Джонсом. Оба они из Вашингтона. Тот, кого он назвал Смитом, сказал: — Не надо объяснять ему ничего. Слова полковника звучали как команда: — Не надо водить его за нос. У него все готово. Рэндольф развалился в кресле. — У нас твоя невеста, Менн. Она тоже перестаралась. — Постарайтесь удержать ее,— сказал я,— когда... — Нет, торговаться мы не станем, Менн,— ответил он, набычившись.— Так или иначе, но до тебя мы добе¬ ремся. — Даже история с Мартелом вас не остановит? — Что это за история, Менн? — спросил Джонс очень тихо. — Надо заставить его говорить. — Правда? То, как он это произнес, заставило меня покрыться хо¬ лодным потом. Сказано было слишком просто. Он понял, что задел меня за живое, и прибавил: — А если я скажу, что мы знаем то, что знает Мартел, и пока хотим, чтобы он помолчал? — Глупости. Он помахал в воздухе кистью руки. — Тогда я вам что-то скажу. Мы собираемся освобо¬ дить Габина в ближайшие несколько дней. Я уставился на него. — Это после двух покушений на его жизнь? — А почему нет? Раз он на свободе, значит, ясно, что он уже все рассказал. — У вас до сих пор нет никаких сведений о проекте Белтова или ООНА-5,—сказал я. — Почему вы так думаете? Мне казалось, что уж при 403
вашем-то опыте вы должны понимать, как хорошо осве¬ домлена наша организация. У нас есть свои люди среди их правительственных работников, точно так же, как их парни внедрены у нас. — Вы осудили его на смерть, ребята? — Мы так не думаем. — А вы умеете и думать? — усмехнулся я в ответ.— Что вы хотите от меня? Рэндольф наклонился вперед, его рот оскалился так, что видны были десны. — Четверо покойников — и подозревают тебя. — Ты знаешь обстоятельства дела. Их тебе объяснил полковник. — Дело в том, Менн, что ты впутался в подполье неофашистов и затронул вещи, которые тебя не касаются. У тебя есть кое-какая информация, которой нет у нас. Я кивнул, продолжая улыбаться. — Напомни мне еще раз об осведомленности вашей организации. — Ты убедишься в ней, когда твоя невеста предстанет перед судом. Я тоже хорошо умею играть в игру с недомолвками, и поэтому спросил: — Вам нужен Спаад Хелло, верно? Снова последовал молчаливый обмен взглядами. Только Чарли Корбинет слегка одобрительно кивнул. — Что тебе известно, Менн? — спросил Корбинет. — Он в нашей стране. — Мы это знаем. Он привез с собой парней. Убийц. Мы хотим проникнуть в их подполье и взять весь персо¬ нал. — И вы полагаете, что у меня есть что-то, что приве¬ дет вас туда. Вы хотите использовать мой мозг и полу¬ чить нужный вам ответ? Рэндольф и остальные промолчали. — Если бы было время, то я бы вам позволил. Это не¬ дешево бы мне обошлось, но я не стал бы колебаться. С вашим оснащением и численностью вы, может, и доко¬ пались бы до чего-нибудь, но, как я уже сказал, сейчас не осталось времени. Губы Рэндольфа наконец сложились в какую-то насме¬ шливую гримасу. — Но зато у тебя много времени в запасе, парень. Мо¬ 404
жет быть, лет десять или больше. Сиди себе за решеткой и думай. Он поймал меня, я это знал, но мне не хотелось так просто сдаваться. Я рылся в памяти, стараясь найти под¬ ходящий к случаю ответ. Переводил взгляд с одного на другого, зная, что играл и продолжаю играть в опасную игру. Все, что у меня было,— одно-единственное назва¬ ние, которое Верджил Адамс упоминал при мне в первый день, и я выложил его. — Если вы отпустите Рондину, может быть, я буду пай-мальчиком и уроню проект Белтова к вам в сачок. Я сам не ожидал, что это сработает так здорово и мои слова вызовут ужас. Лицо Рэндольфа на секунду стало по¬ хожим на трагическую маску. Не мог предвидеть и реак¬ цию тех двоих, чьи глаза как колючки сразу впились в мое лицо. Только на лице полковника осталось обычное выра¬ жение снисходительности, но в его глазах я увидел тот же ужас и одобрение одновременно. Может быть, на этот раз ты зашел слишком далеко, Тайгер, заигрался, а в нашем деле это самое страшное. Теперь придется расхлебывать заварившуюся кашу. Реак¬ ция была такой, как будто бомба завертелась у них под носом! Но дело было сделано, и нужно играть дальше. — Вы оставляете Рондину в покое и освобождаете из- под стражи сегодня же вечером, слышите? Затем, может быть, мы устроим еще одну беседу. Я нажал на кнопку. Стена задвинулась. Потом послу¬ шал, как они подбирали с пола оружие, и вышел через за¬ пасной выход, прошел по аллее до своей машины и спо¬ койно вставил в замок ключ зажигания. Раньше чем через 15 минут они оттуда не выйдут. Скрытый замок в дверях не откроется раньше этого вре¬ мени, и бесполезно ломать плечи, стараясь высадить дверь. Глава VIII Дождь все усиливался. Потоки воды лились и лились на город. Такси образовали нескончаемую вереницу, ко¬ торая проносилась мимо, обдавая брызгами. Пешеходы жались к стенам домов или ко входам в подземку, шара¬ хаясь направо и налево, в тщетной попытке спасти одежду 405
от брызг. Я оставил машину в гараже, где о ней позабо¬ тятся, а сам направился в квартиру Уолли Гиббонса. Он хотел было закрыть дверь перед моим носом, но я оттолкнул его в сторону и захлопнул ее ударом ноги. — Тайгер... — Я все знаю, приятель. Сдержу слово. Возьму толь¬ ко свои вещи и быстро смотаюсь. Мне лишь нужно узнать, где Рондина. — Служба безопасности держит ее под стражей в не¬ боскребе Карбоя. И тебя тоже заберут, если станешь там крутиться. Каждый коп в городе ищет тебя. А я, приятель, не хочу никаких дополнительных обвинений со стороны полиции, и поэтому вылетай отсюда, мой хороший, но слишком вмешивающийся не в свои дела приятель. — Хорошо, хорошо. Утихни. Сделал Дэви Севирн статью? — Конечно, и еще наворотил себе кучу неприятностей, потому что скрыл источник информации. Ему повезло, он отделался легким испугом. Что касается меня, то я лучше буду держаться своих кинозвезд, которые, по крайней ме¬ ре, хоть иногда остаются в живых. — Заткнись,— ответил я.— Вы говорили о таможен¬ ном досмотре? — Сказали, что займутся этим, сообщат результаты. Им не понравилось, что кто-то со стороны сует нос в их дела. — Ну, это уже позерство. Здесь у них нет выбора. Я достал плащ из чемодана, несколько обойм для пи¬ столета и отправил их в карман. — Оставлю чемодан здесь. — Как хочешь,— пожал Уолли плечами. Внизу я вызвал Ньюаркский контрольный центр и спросил Адамса о проекте Белтова. Он сам не знал ниче¬ го конкретного, кроме того, что это связано с Лондоном и имеет первостепенное значение. Я попал в небоскреб Карбоя до того, как приехал Рэндольф со своими друзьями. Где-то по дороге они оста¬ вили Чарли. Когда несколько минут спустя вышла Ронди¬ на, мой таксист, получив достаточную сумму, уже зажег свой огонек и подъехал прямо к ней. Кроме денег, он по¬ лучил от меня и инструкцию, помахал ей, и я быстро вта¬ щил ее в машину. Если немцы уже сидели на хвосте у Рондины, то теперь у нее все равно будет своя тень. Они знали, за кем отпра¬ 406
вились в погоню. Рондина была так же важна для них, как и я. Меня они потеряли, и у них остался только этот козырь. Все, казалось, произошло в одну секунду. Такси, резко повернув, метнулось в гущу уличного движения. Другое такси, видно, собиралось сделать то же самое, потому что быстро пересекло улицу по диагонали и постаралось про¬ скользнуть к нам в тыл. Мне было достаточно одного взгляда на огромного, заросшего щетиной шофера и на сумрачного вида свирепого пассажира на заднем сиденье, чтобы понять — это за нами. «Седан», стоявший через улицу, увидел нашу игру и подключился к ней, стараясь не упустить из виду нас обоих, но отстал на полквартала. Потом второе такси где-то отстало, а «седан» продолжал преследование, идя на красный свет и не обращая внимания на полицию. Сначала я думал, что это случайность, но потом улич¬ ные огни высветили в машине лицо полковника Корбине- та, который что-то говорил, мотая на ходу головой то влево, то вправо. Вдруг, взвизгнув тормозами, «седан» остановился, и из него выскочили двое, на ходу размахивая руками и крича, как сумасшедшие. Я положил пистолет обратно в кобуру и поваяился вместе с Рондиной на сиденье. Водитель, с которого пуля сбила шляпу, сидел, как статуя, не снимая ноги со старте¬ ра и, должно быть, был мокрым от пота. Он все еще пы¬ тался понять, была ли моя репортерская карточка фаль¬ шивкой, и не мог вымолвить ни слова. — Почему все так громко?—с трудом выдавила из себя Рондина. — Ты подобрала еще один хвост, душенька. Первого, знаешь, было бы вполне достаточно. Да, черт возьми, она была хладнокровна. Все британ¬ ские замашки остались при ней, и в самой опасной ситуа¬ ции она оставалась невозмутимой, закованной в свою ан¬ глийскую чопорность. Она улыбнулась и похлопала меня по руке. — По сравнению с тем, что случилось с тобой,—это шуточки. — Откуда ты знаешь? — Они меня проинформировали. - Да? 407
— Знаю, что за мной следят. Но я слишком боялась за тебя, чтобы дальше продолжать бояться за себя. Я кивнул и пальцем коснулся ее шеи. — Что случилось, когда ты увидела Мартела? — Он... он начал дрожать. Его словно подменили. Он схватил фото, начал целовать его и спрятал под подушку. Я сказала, что Ева в безопасности, и он, казалось, по¬ верил этому, но потом опять испугался. Он настаивает на том, чтобы увидеть ее и поговорить с ней. — Там есть телефон? — Да, один аппарат в его комнате. — Может, попробуем? Как ехать в то место, где ты оставила Еву? Она быстро объяснила мне. Зная район, подъехать ту¬ да не составляло труда. Я дал таксисту десятидолларовую бумажку за «уве¬ чье», подхватил Рондину под руку, и мы вышли на улице, где стоял дом Гиббонса. Уолли, можно сказать, переменился в лице, когда уви¬ дел Рондину, а когда следом вошел я, то стал белым, как стена. Для него это было слишком, да он и не скрывал. — Давай, Тайгер, прикончи меня. — Ты же был репортером. Неужели еще умеешь удив¬ ляться? — Нет, но люблю хорошо пожить. А с тобой это не¬ возможно. Боюсь открыть дверь и получить пулю в жи¬ вот. И получу, как Бог свят. Что на этот раз? — Пусть Рондина останется здесь. — Ну уж нет. — Она приз, Уолли, дорогой, пойми это! Он рухнул в кресло и посмотрел на меня одним гла¬ зом. Второй был закрыт. — Честно? — Честно. — А ты? — Я могу и сам о себе позаботиться. — А кто позаботится обо мне? — Ты всегда можешь положиться на Мартина Грейди и его связи. — Но не тогда, когда стану трупом. Он опустил руки и сжал кулаки. — Ладно. Но это в последний раз и только до завтра, а потом ищите себе другого покойника. — Спасибо, Уолли. 408
Но он не был таким уж несчастным, каким хотел ка¬ заться. В конце концов, ему было чем заняться, а Ронди- на всегда оставалась женщиной. Пока Уолли звонил в агентство по прокату и вызывал машину к подъезду, я рассказал ему о планах уничтоже¬ ния Мартела. То, что Служба безопасности собиралась сделать, было одновременно и глупо, и преступно. — Думаешь, они его выпустят? — Возможно. Конечно, засекретят его, как сумеют, но вряд ли это получится. Убийцы всегда идут на риск, им безразлично, кто стоит у них на пути. — При нем могут оставаться наши люди. — Что слышно о Далласе? Он подумал минуту и покачал головой. — Что у тебя на уме? — Если Мартела хотят ликвидировать, то, может быть, мне удастся, пока он под стражей, протащить к не¬ му Еву Берг. Наконец шофер из агентства привел машину. Он был в белой униформе с названием фирмы, золотыми буквами оттиснутым на спине. Я взял бумаги, расписался и доба¬ вил парню пять долларов, чтобы он меня забыл. Всю дорогу до Коннектикут-парка я медленно прокру¬ чивал сегодняшние сцены, стараясь соединить вместе кон¬ цы. Одна ниточка так и осталась оборванной, и у меня бы¬ ло странное чувство, что надвигается беда. Итак, я начал с, утра, с мыслей о свадьбе, а кончил убийством. Все это дело не нравилось мне и раньше, а те¬ перь... Клемент Флетчер — мысли устало спотыкались на этом имени — Клемент Флетчер, все началось с этого че¬ ловека, еще один покойник в списке. Рондина дала мне исчерпывающие инструкции, и поэтому вскоре я оказался перед огромными железными воротами с калиткой. Рядом росли два раскидистых пла¬ тана, сквозь ветви был виден свет в доме. Машину я оста¬ новил рядом, поднял воротник, спасаясь от дождя, и вы¬ скочил наружу. На звонок в дверь никто мне не открыл. Тогда я не¬ громко позвал: — Ева, это Тайгер, открой. Дверь отворилась, звякнув цепочкой. Ева увидела меня, откинула цепочку и распахнула дверь настежь. — Заходи, милый, рада тебе. 409
Я закрыл дверь, проверил замок и стряхнул плащ. — Кто здесь был? — Только те, кто включил свет и телефон. Входи, ми¬ лый. Там теплее, ты обсушишь одежду. Отдав ей плащ, я прошел прямо к бару и налил себе выпить. Она дала мне допить бокал, потом медленно спросила: — Что слышно о Габине? — Все еще в госпитале. Но они готовятся выпустить его на свободу. Она нахмурилась. — Но... — Ему нельзя появляться на улицах. Я собираюсь по¬ звонить ему и хочу, чтобы ты сама сказала, что нахо¬ дишься в надежном месте и что он должен оставаться под стражей до тех пор, пока не заговорит с нашими людьми. — Может быть, мне пойти к нему? — Они сразу возьмут тебя, ты что, хочешь сидеть с ним вдвоем? Если до тебя доберутся, он будет молчать, как убитый. Нет, милашка, мы сделаем это отсюда. Я от¬ везу тебя в город, и мы найдем телефон-автомат. Ска¬ жешь, что ты в безопасности и что он не должен носа вы¬ совывать из-под стражи. Постарайся быть краткой — они засекут звонок, но не успеют перекрыть все дороги. За это я особенно не тревожусь... — Но если... мне не дадут поговорить с ним? — Скажешь, кто ты. Они сразу подключат. — Если ты хочешь... — Надевай пальто. Мы добрались до города. Я выяснил телефон госпи¬ таля, дал ей пригоршню мелочи, номер телефона и втол¬ кнул в будку. Сам остался в проходе между будками и сте¬ ной, следя за дорогой, пока она звонила. Через стеклян¬ ную дверь я видел, как она сделала жест отчаяния, потом безнадежно развела руками, настаивая на чем-то, и расте¬ рянно положила трубку. Когда она вышла, то кусала губы от досады. — Мне ответил охранник. Сказал, что Габин спит и его нельзя тревожить, и попросил позвонить позднее. — Они хотят затянуть время, чтобы проследить вы¬ зов. Вот черт! — Может быть, позже мы сумеем... — Нет, они поставят на ноги всю полицию и все об¬ шарят. 410
Я провел ее к машине. — Позвоним утром из другого места. Мы будем кру¬ титься поблизости, и, может быть, они подключат тебя. Они должны будут это сделать! — Но он в безопасности? — Сейчас да. Мы вошли в дом, и она сразу включила газ, чтобы ото¬ греться и обсохпуть. С меня ручьями лила вода. Сняв рубашку, я повесил ее над плитой, а брюки бросил на спинку кресла. Господи, как это приятно: тепло, уют, а на улице ливень. Кажется, что ты сидишь в единственном местечке на свете, куда не доходят сырость и ветер! Ева одобрительно смотрела, как я раздеваюсь. — Мне тоже можно? Я кивнул, не оборачиваясь, грея руки у огня. Она вы¬ скользнула из комнаты. Когда вернулась, на ней был ослепительно-белый, длинный, воздушный пеньюар, а на ногах туфельки без задников, отороченные белым ле¬ бяжьим пухом. Материя просвечивала, и матовые округлости ее гру¬ дей и бедра казались еще более волнующими. Ева нагну¬ лась ко мне, видимо, наслаждаясь моим одобрительным взглядом, скользнувшим вниз по ее телу и задержав¬ шимся там, где пеньюар образовал впадину, разделяю¬ щую ее ноги. Она спросила: — Узнаешь эту вещь? — Рондины? — Да... Надеюсь... я так же красива, как и она? — Это верно. Я не врал, о нет! Ее красота была совсем другой, немного примитив¬ ной, по в каждом движении, в каждом повороте тела чув¬ ствовалось скрытое пламя, готовое вырваться наружу. Я видел, как в сдерживаемом порыве дрожали ее ноздри. Ее белье под пеньюаром привлекло мое внимание своей необычностью. Бюстгальтер был крошечный, но сделан так, что оставлял между грудями широкую дорож¬ ку, нежную и какую-то потрясающе невинную. Эта розо¬ вая дорожка возбуждала меня необычайно. Я старался не смотреть и даже отвернулся, но все рав¬ но видел краешком глаза, как Ева свернулась клубочком на кушетке и затихла. 411
Ее пугающий, ненасытный рот улыбался мне, щеки слегка порозовели. Она распахнула пеньюар, и он лежал вокруг нее, окутывая розовое тело, как белые крылья. Оно горело, желало, требовало. — Ты посидишь со мной? — А можно, милая? По идее, я должен тебя охранять. — Пожалуйста.— В уголках глаз у нее были чуть за¬ метные лучики. — Ты. принадлежишь Мартелу. — Нет, по-настоящему я никогда не питала к нему особых чувств. Я тебе говорила, что мы были друзьями. — И все?! Она посмотрела вниз на свои ноги, запутавшиеся в мягкой ткани. — Мой отец погиб под Сталинградом. Мне казалось, что Габин... был, как мой отец. — Понимаю, это трудно объяснить,— сказал я. Она благодарно кивнула. — Да. Я всегда знала, что он влюблен. Мне нужно ему объяснить. Он хочет меня, пока... но потом он освоится здесь, и это пройдет. . Я взял свой стакан, допил его, поставил на пол и сел к ней на тахту. Ева молча подвинулась, не сводя с меня своих таин¬ ственных глаз. За окном шумел ливень, ревело, выло и грохотало. По¬ том что-то сверкнуло, раздался сильный треск, и в лица нам ударил ослепительный свет. Вскрикнув, она испуган¬ но прижалась ко мне и уткнулась головой в мое плечо. — Ну, ну, это же гроза,— обнял я ее тихонько, ста¬ раясь приподнять подбородок пальцем. В Еве было что- то от маленькой девочки, зажмуривающейся при каждом ударе грома. Каждый раз она придвигалась ко мне все ближе, ближе, пока не оказалась у меня в объятьях,— теплая, дрожащая, но оттого не менее желанная. Все, что разделяло нас, отступило, наши губы судоро¬ жно искали друг друга и, наконец, встретились, влажные от желания. Она взяла мои руки и прижала к своему телу, к его ду¬ шистой теплоте. Я чувствовал под своими пальцами шелт ковистость ее кожи, прохладу и нежность изгибов, ее всю... Тогда мы устроили свою собственную грозу в комна¬ те, и раскаты грома снаружи не могли заглушить востор¬ 412
женные вскрики Евы, мой страстный шепот и тихие сто¬ ны, которые иногда вырывались у нас... Это продолжалось долго, очень долго, пока мы не от¬ катились друг от друга, стараясь унять бешеный стук сердец. Мир с его звуками и грозой снова стал реальным. Снаружи раздался треск, потом двойная вспышка ос¬ ветила всю комнату, и все погрузилось в темноту. Глаза Евы стали белыми от ужаса, и она закричала. Схватив ее в охапку, я прижал к себе покрепче, стиснул грудь, погладил соски. — Тише, милая. Это не похоже на грозу. Я проверю. Она, казалось, была задета. — Разве необходимо? — А вдруг пожар, крошка. Давай не будем влезать в историю. Я натянул одежду, дождевик и открыл дверь. Потом обежал вокруг дома и увидел огромную кучу стружек у заднего крыльца. Они уже разгорались. Только моя поразительная реакция спасла меня и мою глупую голову от смерти. Очередь ушла в стенку над моей головой. Я упал на землю, перекатился по направлению к дому, рассчитывая, что, если второй будет стрелять, ему потребуется тоже переменить место, и подождал, пока раздастся следующий выстрел. Заметив парня прежде, чем он увидел меня, я сделал бросок. Его автомат полетел в темноту. Он начал было кричать, но крик застрял у него в глотке, когда я оторвал его от земли и бросил через спину. Необходимо было заставить парня заговорить все равно каким способом. Я разложил его на траве и улыб¬ нулся тому выражению ужаса, который стоял в его гла¬ зах. Поднял его и поставил в такую позу, чтобы сломать ему позвоночник, если бы захотел. Тут опять ударила молния, и в ее ослепляющем свете я увидел второго, стоя¬ щего в тридцати футах с веревкой в руках. Человек отбро¬ сил веревку и схватился за пистолет. Этого типа я видел раньше на заднем сиденье автомо¬ биля, который нас преследовал. Повинуясь животному инстинкту, я тяжело упал на парня, придавив его всем телом. Позвоночник треснул, он издал дикий вопль. Я почувствовал под собой его обмяк¬ шее тело и услышал звук выстрела. Перекатился на бок, 413
ожидая очередной вспышки молнии, которая откроет ме¬ стонахождение стрелявшего. Но, по закону подлости, молнии не было. Я встал, на¬ пряженно всматриваясь в темноту, привыкая к ней, как вдруг услышал шум отъезжающей машины. Преследо¬ вать— глупо. У него слишком много преимуществ. Надо убираться отсюда. Я быстро обследовал карманы мертвеца, нашел не¬ много денег, сигареты и какой-то сверток, что-то вроде большой зажигалки. Сломав ноготь, открыл крышку и тихо присвистнул. В неясном свете я прочел, что владе¬ лец— таможенник Гарри Викман. Его номер и шифр бы¬ ли тут же. Теперь уж я действительно влип! С мертвым копом шутки плохи, и, если меня поймают, за него спросят осо¬ бо. Я бросил зажигалку и, войдя в дом, рухнул в кресло. Было два варианта. Если тот, другой парень, тоже тамо¬ женник и застрелил случайно своего же в перестрелке— тогда это ужасно. Но если они из разных группировок и парень с автоматом был от группы немцев, то моя шея вылезала из накинутой петли. Ева сказала, все еще лежа на кушетке: — Тайгер... это что? — Ничего. — Я слышала шум. — Забудь. Быстро одевайся. Мы должны бежать. Она не спорила. Ей все объяснил тон моего голоса. Потом я набрал номер Уолли Гиббонса. Он снял труб¬ ку после второго звонка. — У тебя что, посетители? — спросил я. — Нет, они уже ушли. — Что случилось? — Ну, ты и затащил меня в историю! — Быстро, что там? — Сюда явились два таможенника. Они хотели узнать об этом типе с «Мейтланда». — Ты их знаешь? — Да, мне приходилось с ними встречаться. Они обы¬ скали Рондину и, когда просматривали ее портфель, на¬ шли квитанцию об уплате за свет и телефон в каком-то доме в Коннектикут-парке. — Ну, ну, и что же? — Ничего, задавали вопросы, ничем себя не выдали. 414
— Рондина у тебя? — Да, они приказали нам оставаться здесь. Собираю¬ тся увеличить компанию. — Увижу вас утром. — Черта с два ты нас увидишь, не доживешь до утра! — Посмотрим. Ева подошла с чемоданчиком, но я велел оставить его здесь. Мы отъехали подальше от дома. Фары были потуше¬ ны, царил кромешный мрак. Она сидела хмолча, потом по¬ вернулась ко мне с вопросительным выражением. — Они нашли нас, детка, проследили Уолли. Поняли, что через него могут выйти на меня, и держат его под на¬ блюдением. Видели, как я выходил, и проследили. — Но... разве ты не мог увидеть хвост? — Не в такую грозу. Он мог ехать следом с выключен¬ ными фарами, но сделал ошибку, ждал слишком долго, прежде чем начать действовать. Таможенник приехал пер¬ вым, увидел меня и подумал, что я его засек и специально вышел за ним. Попробовал стрелять, но промахнулся, и в темноте получил пулю от другого парня. — Что же теперь будет? — Они идут за нами. Ты, я и Мартел не можем остав¬ лять за собой следов. Собираюсь спрятать тебя в безопас¬ ное место, малютка. — Но Габин... Они ведь могут убить его? — настаивала Ева. — Можешь не сомневаться. — Тайгер, милый мой тигр, не дай им сделать это, ну, пожалуйста, милый, прошу тебя! — Сделаю, что смогу. Его держат под стражей. — Этого достаточно?! — Нет. Его скоро выпустят и уничтожат. Они не мо¬ гут больше его задерживать. Ева тронула мои руки своими жаркими пальцами, острые ногти царапали мою кожу. — Ты сделаешь что-нибудь? — Постараюсь. Прямо впереди гроза уносилась куда-то в сторону, и сквозь рваные края клубящихся туч показались первые проблески рассвета. Они смягчали картину. — Гроза кончается, смотри! — Аминь,— ответила она.— Будет ласковый дождь... — Надеюсь, ты права. 415
День все разгорался. Мы остановились перекусить в крошечной закусочной с телефоном на одной из стен. Когда поели, я сказал: — Попробуем снова позвонить в госпиталь. Сквозь многочисленные помехи я услышал грубый мужской голос, переспрашивающий у Евы имя. Наконец соединили с Мартелом. Точно следуя моим инструкциям, Ева быстро сообщила, что жива и в безопасности. Он бол¬ тал, как сумасшедший. Она заметила, что я сделал ей знак заканчивать, и повесила трубку в середине его трескотни, пообещав позвонить еще. — Что он сказал? — Он был потрясен. Даже английский забыл. — Это бывает. — Он сделает все, что я попрошу, боится за меня. — Давай уйдем отсюда. Мимо нас пронеслась по дороге полицейская машина. Угрожающе выла сирена. — Они не теряют времени. — Это меня и пугает. Мы обосновались в гараже, который на деньги Марти¬ на Грейди был сначала превращен в публичный дом, а по¬ том— в единственное место в Нью-Йорке, где я мог по¬ спать спокойно два часа в сутки. Пока Ева осматривала помещение, я вызвал Ньюарк¬ ский контрольный центр и вместо Адамса попал на Ан¬ дерсона, который приказал мне как можно скорее связа¬ ться с Эрни Бентли. У него было телефото Спаада Хелло из Европы. Нужно посмотреть на него. Ничего нового о проекте Белтова, кроме того, что нам становится совсем жарко. Мартина Грейди жарила на медленном огне вторая се¬ натская комиссия. Мои фотографии вместе с приметами были разосланы по всей стране. — Чудненько. Какие еще новости? — Кажется, было еще одно покушение на жизнь Мар¬ тела. — Кажется?! — Грейди поставил группу наблюдения за госпита¬ лем. Один из агентов, разбирая письма, наткнулся на по¬ дозрительный конверт. Мартелу идет поток корреспон¬ денции. Агент запросто мог пропустить этот конверт, но вовремя вспомнил о трюке, который использовал Килм 416
Росснер, чтобы устранить свидетеля в Мадриде. Отравле¬ на бумага, и когда открываешь конверт, то царапаешь па¬ льцы острым краем... Он отдал конверт Эрни. — Я проверю. — Смотри, это важно. Если они и на этот раз промах¬ нутся, то начнут спешить. Их ничем не проймешь и никак не остановишь. Ева увидела мое лицо. — Что, дело плохо, да? — Думаю, опять хотели его убрать. Ее дыхание прервалось, точно кто-то стиснул горло. — Он не может там оставаться!!! — Никто не знает об этой попытке, кроме нас, и поэтому пока не собираются усиливать его охрану. — Пожалуйста, попытайтесь увести Мартела оттуда! — Единственный способ — похитить его. — Ну, ну же! — Будет лучше, если тебе удастся убедить его сотруд¬ ничать с нами. — Он меня послушает. Мы вновь дозвонились Мартелу, и после короткого разговора Ева вернулась из будки. Глаза у нее сияли. — Он все сделает, все! — Будет говорить с нашими людьми? Она энергично кивнула. — Но только если я буду рядом. Сказал, что когда бу¬ дет держать мою руку в своей, то станет говорить с кем угодно. Хочет, чтобы я была с ним. — Ну ладно, тогда можешь вступать в игру. Твой вы¬ ход! Я оставил ее в гараже, объяснив устройство замка и отключив на всякий случай телефон. О втором, потай¬ ном, замке она не знала, как и о том, что не сможет выйти отсюда, если захочет. Я не стал рисковать. Увидев сияю¬ щие после разговора с Мартелом глаза, понял, что ее чув¬ ство гораздо сильнее, чем ей хочется показать, или, может быть, она не отдает себе в этом отчета. Прикоснулся губами к ее щеке, подмигнул и закрыл дверь. Очутившись в лаборатории Эрни, я по его озабоченно¬ му виду и воспаленным глазам понял, что он не ложился всю ночь. — Моя жена думает, что у меня тут обычная инженер¬ 417
ская должность и больше ничего, а мне иногда хочется завыть, и, потом, ведь они меня переигрывают, чер¬ ти! Он пальцем подтолкнул ко мне по полированному столу фото. — Это Спаад. Нашли в подвалах немецкой разведки. Увеличено и отретушировано. Добавь 20 лет и увидишь, на что он теперь похож. Два снимка. На одном больше ре¬ туши, на втором меньше. Выбирай. — Уже выбрал. Я взял фото с большей ретушью, отчего подбородок казался тяжелее. Это лицо я видел уже дважды. Один раз на заднем сиденье в такси, другой — лежа на траве у дома. У него в руках прыгал револьвер, там, в саду... — Что с тем конвертом? — Отравлен. Формула Монго. Его эксперименты поч¬ ти никому не известны. Яд убивает в течение 30 секунд. Теперь видишь, какой у тебя противник! — Я возьму пистолет. — Ты всегда так делал, это слишком просто. Эрни достал еще три маленьких фото. -— Тебе известна его история? Я кивнул. — Спаад получает только самые ответственные зада¬ ния и сдохнет ради своего дела, добиваясь удачи. В этом вы с ним похожи, как братья. Он имеет доступ почти ко всему в работе разведки. — Ты проверил ООНА-5? — Конечно. Если мы нащупаем их связи, то сможем выйти на агентуру. Все агенты обладают исключительно высокой квалификацией и прочно укоренились в Штатах. Их не так-то легко обнаружить. — Мартел в курсе всех секретов агентуры. — Заблуждаешься,— ответил Эрни,— там никому не говорят всего до конца. Все держится в тайне. Он сам знает не больше, чем его рядовой агент. Агенты дей¬ ствуют маленькими, не зависящими друг от друга группа¬ ми, под непосредственным руководством Центра. Черт, зачем повторять то, что ты знаешь? — Мартел мог знать проекты, но не все, что в них вхо¬ дило. Обладай мы такой информацией, могли бы закан¬ чивать всякую операцию прежде, чем они ее начинали. В общем, ему есть о чем потолковать с Мартином Грей¬ ди. 418
— Могу помочь развязать ему язык. — Кровавые подробности меня не волнуют, я не са¬ дист. — Все гораздо проще. Он закрыл ладонью усталые глаза. — Что-нибудь нужно? — Нет. — У тебя моя ручка с баллоном. Я похлопал себя по карману. — Не расстаюсь. — Смотри за колпачком. Он может отвинтиться, тог¬ да ты взлетишь на небеса. Мои пальцы автоматически потянулись к колпачку. Убедившись, что он завинчен, я расселся в кресле и вытя¬ нул ноги. Потом позвонил Уолли Гиббонсу. — Твои приятели из таможни уже были? — Да, дружище, и не только они, еще мои шефы из издательства вместе со своими адвокатами. Все очень ин¬ тересовались моей деятельностью и всем тем, что связано с тобой. — Сколько их там? — Как раз перекинуться в картишки. Один из тамо¬ женников привел мальчика из Службы безопасности—ты ведь под домашним арестом. И еще один милый мальчик оттуда сидит внизу в машине. — Альберт Кеттлер? — Уже надоел, все время крутится вокруг твоей деву¬ шки. — Пусть. Пока они там, к вам не сунутся дру¬ гие... — А я вообще не хочу больше играть. Эти таможенни¬ ки... — Они что-нибудь нашли на «Мейтланде»? — Ничего. Это их и взбесило, они не любят ложной тревоги. — Пора забирать Мартела из госпиталя. Пока, Эр¬ ни! — Ис этими словами я положил трубку. Я встретился с Чарли Корбинетом в маленьком ресто¬ ранчике. Он сначала убедился, что за мной нет слежки, а потом подсел за мой столик. Я сказал, не глядя на него: — Спасибо за помощь. Кто был в такси? — Ты просто счастливчик, Тайгер! 419
— Приходится, с такой работой. Такси было краде¬ ное? — Узнали за два часа до этого. Они хотели блокиро¬ вать тебя и взять Рондину, но ты держался о’кей. Я достал фото. — Парень из такси. Фото двадцатилетней давности, было у нацистов. Его зовут Спаад Хелло. Откинувшись в кресле, он долго смотрел на меня, по¬ том сказал: — Это поможет. Рэндольф и Служба безопасности ищут его долгие годы. Кто достал фото? — Маленькая тайна. Следите за Спаадом. Он в горо¬ де, убил того таможенника, которого приписывают мне. — Это не таможенник. — Что?! — Тело не опознано. Мне пришла в голову мысль, от которой стало пусто под сердцем. — Вышлите мне фото парня в Стантон-бар на Брод¬ вее, о’кей? И потом, если понадобится, сними со стены свой автомат, мне будет нужна верная рука. — Хочешь совет, хотя ты уже большой мальчик? — Слушаю. — Покинь Мартина Грейди. У тебя есть женщина, ты теперь не один, ты изменился, мальчик-тигр. — Но работу надо делать. — Пусть ее делают другие, те, которые умеют ненави¬ деть, как ты, но у которых нет женщины. — Они заменят нас, но меня все равно не вычеркнут из списка. И не дадут жить нормальной жизнью. Не могу пойти к вам — знают о моем прошлом. У меня в памяти куча имен, адресов, лиц, куда все это девать? — Ты же собирался уйти? — Мы уладим все это с Рондиной. Она принимает меня таким, какой я есть. Я солдат, им и погибну. — Мне жаль тебя, мальчик. — Я обычно сам себя жалею. Ты не лучший советчик, знаешь. — Знаю, но ты все-таки подумай. Ты сделал свое де¬ ло—здорово помог нам... Но Рондина... Я похлопал себя по карманам, вынул пачку жеватель¬ 420
ной резинки, бросил на стол и, когда яркая картинка упа¬ ла обложкой вниз, сказал: — Решка. — Как знаешь, мальчик! Глава IX Молчание Мартела загнало нас в тупик. Под угрозой оказалась безопасность страны. Но я вытащил Мартина Грейди и нашу организацию из этой ситуации. Сделал невозможное: увез Мартела из госпиталя, не прибегая ни к чьей помощи. Подойдя к одному из восьми подъездов госпиталя вместе с супружеской четой (супруга вот-вот должна была родить и, жалобно морщась, давала мужу какие-то указа¬ ния), вошел в холл, сел там в кресло и прикинулся одним из ожидающих известий счастливых отцов. Сделав озабоченно-растерянное лицо, подошел к заму¬ ченной дежурной и спросил, где можно помыть руки. Та скользнула по мне отсутствующе-понимающим взглядом и мотнула головой в направлении мужской комнаты. Пришлось ждать около десяти минут, прежде чем в туалет зашел один из врачей. Он был в белом халате, из нагрудного кармана свешивался стетоскоп. Зажать ему рот, используя вместо кляпа носовой платок, снять халат и затолкать его в одну из кабин — минутное дело. Натянув на себя халат, я пошел, не скрываясь, по эта¬ жу, озабоченно бурча себе под нос и разглядывая какие-то листы, которые на ходу извлекал из кармана. Дойдя до поворота, я увидел копа и, прикинувшись страшно спешащим, шагнул к нему. Одной рукой отстра¬ нил его от двери, другой помахал у него под носом пачкой рецептов и бланков. — На что жалуется пациент... э-э? — Но доктор! — опомнился коп. — Я знал, что вы испугаетесь врача. В детстве вас им не пугали? Я подмигнул Мартелу, который узнал меня с первого взгляда и прямо-таки окаменел, стоя посредине комнаты. На лице у него были написаны ужас и растерянность. Коп вновь пошел следом за мной, но тут Мартел очнулся, и мы оба, без слов, поняли каждый свою задачу. Я при¬ гнулся и, когда тот подставил полицейскому подножку, прыгнул на копа и закрутил ему руки за спину. 421
Коп не успел и пискнуть, как был связан и с кляпом во рту лежал на спине в кровати, слабо моргая. Я швырнул его мундир Мартелу. — Одевайтесь. Когда мы выскользнули из здания, следом неслась трель звонков, сирен и прочей чепухи, рассчитанной на сценический эффект. — Теперь, Мартел, у нас нет другого выхода, кроме как идти на дно. — Простите, в каком смысле? — В прямом. Наша подземка — самая длинная в ми¬ ре. Можете расстелить газету на сиденье и отоспаться. На ближайшие пять часов—она наш дом! — Почему?.. Но Ева... — Она в надежном месте... Вы так сильно ждете ее, а если она уже не ждет вас, Мартел? Если вы... Я искал слова, чтобы разочарование бедняги не стало смертельным. Но рано или поздно он поймет, что быть любовником — не его дело. — Поймите меня правильно,—начал Мартел.—Я не учел только одного—юность может уйти навсегда, прой¬ ти мимо меня. Женщины не играли для меня никакой ро¬ ли, они были на втором плане. На первом месте— упоение властью, мои идеалы и власть, власть над други¬ ми. И вдруг эти женские глаза, словно два огонька, обож¬ гли душу. Я стал понимать, что в мире, где есть Ева, мы должны быть вместе... Я не стал ему возражать. Какое мне дело, если он ум¬ рет потом от разрыва сердца! Расстелив газеты, мы стали укладываться на скамей¬ ках в метро. Наши нервы требовали разрядки. Я провел его прямым ходом к убежищу, но всю дорогу мне было не по себе. Не знаю, откуда пришло это ощуще¬ ние, но оно пришло и тихонько покалывало в висок, как иголка. Вдруг я резко остановился на месте и чуть не за¬ кричал от ужаса и радости. Решение пришло сразу, мгно¬ венно, и какое простое! — Слушайте, Мартел, дальше вы пойдете один. Мне необходимо устранить здесь кое-кого. Я достал- фото из кармана и показал ему: — Узнаете? — Спаад...— Он сглотнул и вновь уставился на фо¬ то.— Спаад... 422
— Он здесь, чтобы убить вас, Мартел. — Но он же имеет задание, он — глава проекта Бел¬ това! — Что?! Что вы знаете о проекте?! — Это было особое секретное задание по внедрению на длительный срок наших агентов в ваш государствен¬ ный аппарат, промышленность, торговлю. Действовала большая группа специалистов. Но главное не в этом. Бы¬ ло еще что-то, связанное с крупными диверсиями в Шта¬ тах, но что? Этим занимался другой отдел. Но я уже спешил к телефонной будке. «Вот оно,— лихорадочно думал я.— Вот оно!» Войдя в будку, я набрал номер Чарли Корбинета. — Полковник, срочно сообщите Рэпдольфу только два слова. Я нашел проект Белтова. — А он найдет тебя и повесит! Привет, мальчик! Где Мартел? — А что, это тоже волнует Рэндольфа? — Он убьет тебя! — Господи, пусть, плевать! Теперь не до шуток, пусть он срочно собирает всех. Это дело государственного зна¬ чения. — Что ж, соберем! — Я буду у него через 15 минут. Мимо проехал патруль, и Мартел моментально влетел ко мне в будку. Я сделал лицо молодого идиота, а Мартел стал мне что-то объяснять, тыча рукой в сторону Бродвея. Быстро прошептав ему адрес, пароль и отзыв, я стал выбираться из этого района города. У копов имелось мое фото, и мне приходилось очень туго. Заседание у Рэндольфа было коротким. Все эти боль¬ шие шишки смотрели на меня, как на марсианина, но кое- кто, более осведомленный, ждал с тревогой. Рэндольф злился как черт и не считал нужным это скрывать, он всегда ненавидел нас, ведь мы были высо¬ коквалифицированными специалистами. Нам везло, и у нас были деньги, много денег, чтобы покупать людей с потрохами. К тому же он знал мою Рондину... — Дело в том, что проект Белтова—это проект не¬ скольких ядерных взрывов средней величины в Нью- Йорке, Атланте и Филадельфии. — Что?! — На «Мейтланде», где, кстати, были ваши ребята, 423
привезли ротационные прессы. Их несколько штук, а вну¬ три — ядерные боеголовки. — Что?! — Говорю это с полным знанием дела, можете прове¬ рить мои слова. Скажу еще больше. Я знаю, где находи¬ тся Центр, откуда шли все шифровки, где список всех агентов и где... — Дьявол! — закричал Рэндольф. Все вздрогнули и уставились на него.— Дьявол,— повторил он,— хитрый, хитрый дьявол! — Где это? — спокойно перебил его Смит, тот самый парень из Вашингтона. — Возьмите наряд и проверьте томилисонский небо¬ скреб. Там есть контора по рассылке различных товаров для женщин, «Фоунтайнд Нейлор ордере»,— это и есть центр. Мы подъехали к небоскребу, и старик лифтер, увидев нас, позеленел от страха. Я подошел к нему и сунул под нос фото Спаада. — Знакомая птичка? — Еще бы, чаще других тут крутится. Впрочем, у них сегодня вся контора забита посетителями... Пришлось доказать, что не даром едим свой хлеб. Когда мы с Рэндольфом влетели в проломленную дверь, то из мусорной корзины валил дым, а на полу тлела гру¬ да наполовину обгоревших листов. Рэндольф, схватив их голыми руками, стал тушить пламя, повторяя: — Ничего, не беда, уголок сгорел, это пустяки, это... Я быстро вытащил на середину комнаты маленькую, скорченную от смертельной боли фигурку, и перекатил на спину. У парня в двух местах был прострелен живот, он отдавал концы. Я понял, что это и есть Фоунтайнд, и, приставив пи¬ столет к его животу, хрипло скомандовал: — А ну-ка, мальчик, вставай!!! В его глазах, уже затуманенных подступающей смерт: тью, что-то дрогнуло. Он медленно возвращался к жизни. — Спаад,— наклонился я к нему,— Спаад. Ты все рав¬ но умрешь через пять минут, ты проиграл игру, Фоун¬ тайнд. Все или почти все ваши агенты — вот они! Но мне нужен Спаад... И если ты не скажешь, где он, у тебя будет на одну дырку в животе больше. Ты все равно сдохнешь, но это будет еще раз и очень, очень больно! 424
Я видел, как он весь напрягся, губы его раскрылись, су¬ хие и горячие глаза уставились на меня. — Спаад...— Голова его мотнулась куда-то вверх, и на губах выступила пена. Фоунтайнд был мертв. Выпрямившись, я встретился взглядом с Рэндольфом. Он весь дрожал от сдерживаемой ярости. — Все, Тайгер! Прессы изъяли. В них действительно была засобачена парочка игрушек, способных снести на¬ прочь несколько кварталов. Ты умный мальчик, Тайгер, и я сделаю тебе подарок, десять минут. Потом вся поли¬ ция снова будет искать тебя по городу. — С такими людьми, как твои, Рэндольф, у меня есть еще 20 минут на раскачку,— ответил я ему и вышел из комнаты. Глава X Теперь — в убежище! Ноя знал, что меня могут спасти только нахальство и быстрота. Я нагло сел в такси, надви¬ нул шляпу на лицо и, назвав шоферу адрес, откинулся на сидение. Мне вдруг вспомнился Мартел и его слова «женщины не играли для меня никакой роли». И для меня тоже — пока. Но как Рондина смотрела на меня... Конечно, она не захочет построить счастье с человеком, чью голову еже¬ минутно рискует продырявить любой неизвестный. Что теперь мне остается! Другие женщины, которые у меня были... и мне вспомнились они, пропорционально сложенные, с персиковыми глазами, юными голосами и застенчивостью, которая так сильно зажигает кровь... Моя Рондина, та, первая... и моя Эдит, и еще одна, чей белый пеньюар плясал на бедрах, когда она вставала и са¬ дилась, раскинув его сверкающей аркой, чей... И тут я весь покрылся холодным потом. Я все понял. Все до конца, и мне стало страшно, кажется, в первый раз за всю жизнь. Сам послал их на смерть: дал Уолли адрес убежища, а Рондина знает пароль и вход!!! Я не стал входить в убежище, потому что знал: если войду сразу, по звонку, то меня встретит автомат Спаада. Он здесь и ждет меня. Обойдя здание, обдумал план. Вторая дверь поддалась под тяжестью моего тела, и я с грохотом влетел в поме¬ 425
щение. Человек, не успевший даже повернуться ко мне ли¬ цом, упал как подкошенный, получив обойму моего пи¬ столета. Я обернулся. Мартел и Рондина лежали связанными на полу. Мартел, сразу постаревший лет на десять и окон¬ чательно раздавленный морально, смотрел в сторону. Я встретился глазами с Рондиной и прочел в них ужас, и, прежде чем понял причину, меня словно обожгло, и пра¬ вая рука повисла как плеть. В дверях стояла Ева, держа в руках пистолет и смея¬ лась. — Мой тигр вернулся? Она подошла к Спааду и постучала по трупу малень¬ кой ножкой в замшевых мокасинах. — Спаад зазевался. Первый раз в жизни. Жаль. — Я тоже зазевался. — О, ты другое дело. И мне будет очень не хватать тебя. Первое время.— Она мотнула головой в сторону Мартела, ее глаза блестели.—Этот человек думал, что я тут жду его, чтобы рожать ему детей, таких же ублюд¬ ков, как и он. Но у меня другое задание. Меня специально послали сюда наши. — Твои партнеры — покойники, Ева. Мы пристрели¬ ли Фоунтаинда, и наши ребята раскроют всю агентуру по торговым книгам, ведь он был очень деловым и аккурат¬ ным человеком. — А ты таким стать не успеешь. Но прежде чем ты ум¬ решь, ты подпишешь вот это, или я пристрелю твою дев¬ чонку! — Что это?! — Это заявление в газеты. В нем говорится, что Мар¬ тел был похищен вашей разведкой, а не сдался доброволь¬ но в поисках убежища. Мы поднимем грандиозный ме¬ ждународный скандал, и все узнают, что с немцами со¬ трудничал знаменитый американский разведчик. — Но ведь я не числюсь в разведке. — Тогда что ты теряешь? — Честь. — И свою девчонку. Смотри, она не умрет быстро и легко. Я знаю, что нужно, чтобы она еще нехмножко пох¬ ныкала, корчась на полу у моих ног... — Милый...— Глаза Рондины смотрели теперь на меня.—Я ничего не испугаюсь. Пусть я умру, не подписы¬ вай бумаги. 426
Так могла сказать королева. Этот тон, этот надмен¬ ный поворот головы взбесили Еву, и она нанесла ответ¬ ный удар. — Мой тигр,— вдруг прошептала она. Ее глаза на се¬ кунду стали такими же, как в наш первый рассвет,— мне будет не хватать твоих рук и твоих сильных пальцев... — Замолчи! — раздался голос Рондины, в нем были страдание и боль. Ева рассмеялась. Она сделала Рондине больно, но да¬ же теперь в ней была какая-то властная сила, которая за¬ ставляла меня хотеть ее, ее тело. Она повернулась к Рондине и хрипло сказала: — Ты никогда не выиграешь! — Вы хотели сказать, что мы никогда не проиграем? Пистолет в руке Евы плясал от нетерпения. Пора было кончать игру. — Я подпишу. И подписал, но прежде под дулом пистолета перека¬ тился к трубе отопления и приковался к ней наручником, который Ева бросила мне через всю комнату. Сама она не подходила близко, командуя из дверного проема. Затем внесла какой-то предмет. — Это вам сюрприз, милые вы мои. Маленькая штуч¬ ка, которая поднимет большой шум. Кричать бесполезно, здесь стены звуконепроницаемые. А я проверю все входы и выходы, чтобы не попасть впросак, как это сделал наш коллега! Тут она заметила у меня в руках ручку Эрни. — Хотелось бы обменяться сувенирами — так, кажет¬ ся, заканчивается официальная часть на приемах.— Она вытащила из заднего кармана джинсов нож и отсекла бе¬ локурый локон.— Вот. — А тебе, Ева, вот это,— и я протянул ей ручку, сняв колпачок. Она вышла, и заимок щелкнул за ней. — Теперь живо. — Но, Тайгер... — Потом, крошка! Я стал вывертывать руку из наручника. Каждое движе¬ ние причиняло боль и казалось последним. Наконец я вскочил на ноги и рывком поднял Мартела. Развязывать Рондину не было времени. Я рванул путы на ногах Мар¬ тела. — Быстро вцеред! 427
Схватив Рондину в охапку, мы вылетели из убежища, и следом за нами раздался взрыв. — Все. Игра окончена,— сказал я, глядя Рондине в ли¬ цо. Оно было покрыто пылью и слезами.— Но это не по¬ следняя игра. Она отвернулась. — Но ты подписал бумагу!!! — Пусть, она не доживет до рассвета. — А мы? — Взгляни, крошка... Прямо перед нами вставало солнце, и его красные лу¬ чи отсветами ложились нам под ноги. Ева до рассвета не дожила. Последнее изобретение Эрни очень громко сказало свое слово.
СОДЕРЖАНИЕ ДЕНЬ РУЖЕЙ 3 ОБХОДНОЙ КОНТРОЛЬ 119 КРОВАВЫЙ РАССВЕТ 321
Спиллейн М. С72 Кровавый рассвет: Книга 4-я: Пер. с англ.— М.: МП «Аверс». 1992.— 431 с. КВМ 5-87466-004-4 Главный герой всех трех романов Микки Спиллейна носит необычное имя Тайгер Менн. Он действительно человек с повад¬ ками тигра. Отважный, прямой, ставящий превыше всего интере¬ сы безопасности своей страны. Политика, любовь, острый сюжет заставят читателей сопере¬ живать героям и на время позабыть о своих проблемах. С 4703000000—003 В70(03)—92 Без объявл. ББК 84.7США
Литературно-художественное издание СПИЛЛЕЙН Микки КРОВАВЫЙ РАССВЕТ Книга четвертая Редакторы С. В. Лукавченко, Т. А. Рябикова Технический редактор А. Ф. Берникова Корректор О. И. Поливанова Подписано в печать 12.05.92. Формат 84х 1О8'/м. Гарнитура Таймс. Печать высокая. Усл. печ. л. 2X68. Усл. кр.-отт. 22,68. Уч.-изд. л. 23,86. Тираж 100 000 экз. Изд. № 4. Заказ 1828. С 4. Малое предприятие «Аверс», г. Калининград, Моск, обл., ул. 50 лет ВЛКСМ, д. 2. Отпечатало с диапозитивов в объединении «Печатный Двор». 197110, Санкт-Петер- бург, Чкаловский пр., 15