Наука и религия №02 за 1986 год

Теги: журнал наука и религия научно-популярный журнал атеизм

ISBN: 0130-7045

Год: 1986

Похожие

Наука и религия №08 за 1986 год

Наука и религия №05 за 1986 год

Наука и религия №09 за 1986 год

Наука и религия №04 за 1989 год

Текст

ISSN 0130-7045
В этом номере
Г. МАРЧУК
ЭВМ И
ЧЕЛОВЕК

Ю. КУЗЬМИНА
ВСТРЕЧА
С НУРЕКОМ
А. ВОЛОДИН
ДОБРОЛЮБОВ

3. МАРЦИНКЯВИЧЮС
ИЗ
ДНЕВНИКА
ПИСАТЕЛЯ

Г. ВАЧНАДЗЕ
ВЫСТРЕЛЫ
ЧА ПЛОЩАДИ
СВЯТОГО
ПЕТРА
2
1986

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ
НАУЧНО-ПОПУЛЯРНЫЙ
АТЕИСТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ
ОРДЕНА ЛЕНИНА
ВСЕСОЮЗНОГО ОБЩЕСТВА
«ЗНАНИЕ»
Издается с сентября 1959 года
ГИЯ
ФЕВРАЛЬ 1986
На второй стра-
нице обложки: фото
Л. М е ц л е р.
Главный редактор
В. Ф. ПРАВОТОЮ В.
РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:
И. Ш. А Л И С К Е Р О В,
А. В. Б Е Л О В,
В. И. Г А Р А Д Ж А,
М. М. ДАНИЛОВ А,
И. И. ЖЕРНЕВСКАЯ
(ответственный секретарь),
А. С ИВАНОВ,
Н. А. КОВАЛЬСКИЙ,
Э. И. Л И С А В Ц Е В,
Б. М. МАРЬЯНОВ
(зам. главного редактора),
В. П. М А С Л И Н,
С. И. Н И К И U1 О В,
М. П. НОВИКОВ,
И. К. П А Н Т И Н,
И. Д. П А Н Ц X А В А,
В. Е. Р О Ж Н О В,
В. В. ШЕВЕЛЕВ.
Мы живем в такое вре-
мя, когда электронная
вычислительная техни-
ка проникает во все
сферы человеческой де-
ятельности.
На первой страни-
це обложки фотона-
борный участок ти-
пографии издательст
ва «[Московская прав-
да».
Фото ТАСС.
Художественный редвктор
С. И. Мартемьянове.
Технический редактор
Ю. А. Викулова.
Корректор
Г. Л. К о и о с о в в.
НАВСТРЕЧУ Стратегия ускорения 2
XXVII СЪЕЗДУ
КПСС Г. Марчук Этот стремительный компьютерный
век 4
В. Гараджа Ключевые проблемы научного атеиэ-
ма 11
ДУХОВНЫЙ МИР Ю. Марцинкявичюс Дневник без дат 14
ЧЕЛОВЕКА Е. Ковров Туфельки для Леси, или Долги Иоси- фа Парубочего 18
ПРАКТИКА: А. Белов Политиздат-86 23
ОПЫТ,
ПРОБЛЕМЫ Ю Кузьмина Встреча с Нуреком 24
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ЗНАНИЕ»
© Журнал
«Науке и религия», 1986.
Сдано в набор 20.11.85.
Подписано к печати 26.12.85.
А 04118.
60Х90'/а.
Глубокая печать.
8 усл. печ. л.
~ 9,75 кр. отт.
12.42 уч.-изд. л.
г Тираж 358 000.
f Зак 06307
J Адрес редакции:
109004, Москва Ж-4,
1 Ульяновская. 43. иорл. 4.
Телефоны:
297-02-31, 297-10-89.
Ордена Ленина
комбинат печати
• издательства
Y «Радямська УкраТна»
’ 252047, Киев-47,
проспект Победы, 50.
| Текст набран
j с применением
отечественного
фотонаборного
комплекса «Каскад».
ФИЛОСОФСКИЕ А. Володин
ЧТЕНИЯ
ИСТОРИЯ И Вл. Гаков
СОВРЕМЕННОСТЬ
РЕЛИГИЯ, А. Шамаро
ЦЕРКОВЬ,
ВЕРУЮЩИЙ
ЛИТЕРАТУРА Дж- Филипс
ИСКУССТВО Г. Шах
ЗА РУБЕЖОМ Г. Вачнадзе
БЫТ И НРАВЫ В. Куликов
НАРОДОВ
«...И будьте живы, а не мертвы»
30
Имя и память завещаю будущему... 34
Пред ликом «Всемилостивого Спаса» 37
Город слухов
Питои
41
S2
Что скрывается за «делом Антонова» S6
По старому и новому Пекину 61
1
НАВСТРЕЧУ XXVII
СЪЕЗДУ КПСС
CTfWEfW
ИСКОРЕНИЛ
Двадцатый век. Как только его не
называют — атомный век, век прогнозов,
век нетерпения... Но бесспорно при этом,
что лицо века определяют две великие
революции — научно-техническая и соци-
альная. «То, что прежде складывалось
веками, осуществляется теперь в какой-
нибудь десяток лет»,— так еще на пороге
XX века охарактеризовал В. И. Ленин ту
быстроту, с которой развитие крупной
индустрии перекраивало обществен-
но-экономические отношения. Вместе с
преобразованием техники, обобществле-
нием труда рос, мужал и креп в схватках
с капиталом рабочий класс, свершивший
в Октябре семнадцатого в союзе со всеми
трудящимися России под руководством
партии первую победоносную социалисти-
ческую революцию. Родился об-
щественный строй, открывший невиданный
ранее источник ускорения — свободный
труд свободного народа. Две великие
революции — научно-техническая и соци-
альная — теперь могли слиться в едином
созидательном потоке. Началась эпоха
перехода человечества от капитализма
к социализму. Новый строй силой положи-
тельного примера вовлек в русло со-
циалистических преобразований десятки
государств мира, дал мощный толчок
национально-освободительной борьбе на-
родов, коренным образом изменил со-
циальный облик планеты.
В исторически кратчайшие сроки страна
стала одной из ведущих индустриальных
держав. И на всех этапах своего развития
социализм отличался высокой динамич-
ностью. Возьмем хотя бы три последние
десятилетия. Национальный доход СССР
вырос почти в десять раз, реальные
доходы на душу населения — в пять раз,
наша экономика развивалась вдвое или
втрое быстрее, чем у ведущих капиталис-
тических стран. Это ли не доказательство
преимуществ нового строя.
Понятно, что давалось все это нелегко.
Были трудности, были ошибки, были по-
стоянные попытки империализма всеми
средствами остановить восхождение со-
циализма, уничтожить строй, отрицающий
эксплуататорские порядки уже самим фак-
том своего существования.
И сегодня трудностей остается немало.
А кто и когда из коммунистов представлял
себе социализм чем-то вроде «ангельско-
го идеала» (Ленин)? Новый строй отличает-
ся от предыдущих не тем, что у него нет
своих трудностей и противоречий, а тем,
что они решаются в интересах народа,
а потому при его самом заинтересованном
и активном участии.
С начала 70-х годов проявились небла-
гоприятные тенденции в основных факто-
рах экономического роста. Топливно-энер-
гетические ресурсы индустриально ос-
военных районов страны в значительной
мере были исчерпаны, существенно сокра-
тился приток новых трудовых ресурсов —
каждое пятилетие страна недосчитывалась
против прошлого около 8 миллионов
рабочих рук, подоспела пора модерниза-
ции производственного аппарата. И при
всем этом надо было обеспечить повыше-
ние благосостояния народа, прочный обо-
ронный щит Родины.
Сложилась далеко не простая ситуация.
На Западе одни увидели в ней подтверж-
дение того, что и социализм, мол, име-
ет «пределы роста», другие поспешили
объявить о кризисе социализма. Появились
и такие «стратеги», которые решили измо-
тать нас гонкой вооружений, использовать
экономическое, идеологическое давление
для «размягчения» социализма. Партия
же, трезво, критически оценив положение,
принялась за разработку нового стратеги-
ческого курса, отвечающего требованиям
современного этапа. И такой курс был
выработан. Он получил изложение в мате-
риалах апрельского (1985 г.) Пленума ЦК,
предсъездовских документах партии и го-
рячо поддержан народом.
Это курс ускорения социально-экономи-
ческого развития страны и на этой осно-
ве — достижения нового качественного
состояния советского общества, по выра-
жению Ленина, «цельного социализма»,
в полной мере раскрывающего огромные
преимущества нашего строя во всех облас-
тях жизни.
Каковы же слагаемые ускорения?
Прежде всего — коренное обновление
материально-технической базы общества
на основе достижений научно-технической
революции. Последние годы показали, что
рост экономики в известном смысле имеет
свои пределы. Но это пределы экстенсив-
ного развития. И задача состоит в том,
чтобы совершить крутой поворот к интен-
сификации производства, факторам ка-
чественного порядка.
Огромные возможности открывает тех-
ническая реконструкция народного хо-
зяйства на базе передовой науки и техники.
Несколько примеров. Развиваемая у нас
гидравлическая добыча угля повышает
производительность труда в 3—4 раза при
снижении удельных капитальных вложений
на 20—30 процентов и сокращении метал-
лоемкости добычи угля в 2 и более раза.
Роторные и роторно-конвейерные линии
увеличивают производительность труда
в машиностроении в 5—10 раз. Примене-
ние систем автоматизированного проекти-
рования в конструкторских бюро авиаци-
онной промышленности позволило
повысить производительность труда в 3 ра-
за и сократить сроки проектирования на
два с половиной года. Большие возмож-
ности для создания динамично обнов-
ляющегося производства открывает внед-
рение микропроцессоров. В сельском
хозяйстве немалые ожидания связаны с до-
стижениями биотехнологии и генной инже-
нерии, широким внедрением интенсивных
технологий, которые, по подсчетам спе-
циалистов, дают 15—20 процентов прибав-
ки зерна с каждого гектара.
К сожалению, машин и технологий
такого класса, такой производительности
пока еще недостаточно. Ориентация иа
закупки западной техники, превосходящей
отечественную,— дело, как показывает
жизнь, ненадежное и к тому же обре-
кающее на положение постоянно дого-
няющего. Значит, нужны свои, принци
пиальио новые научные и инженерные
решения, обеспечивающие прорыв на ос-
новных направлениях технического про-
гресса. Партия, записано в проекте
новой редакции Программы, будет все-
мерно содействовать «развертыванию
научных исследований, открывающих но-
вые возможности крупных, революцион-
ных сдвигов в интенсификации эконо-
мики».
Именно на основе таких идей и решений
должно ускоренными темпами развивать-
ся машиностроение — главный рычаг тех-
нической реконструкции.
СССР — единственная в мире крупная
промышленно развитая страна, которая
полностью обеспечивает себя за счет
собственных ресурсов топливом и энер-
гией и осуществляет в значительных
объемах их экспорт. Недра страны богаты.
Но известная истина — бездонных бочек
не бывает — действует повсеместно.
Ученые подсчитали, что если за период
с 1860 по 1941 годы в стране было добыто
635 миллионов тонн нефти, то за один
1984 год — 613 миллионов тонн, причем
в последнее время добыча каждой новой
тонны обходится все дороже. Вот почему
ресурсосберегающая политика играет
весьма важную роль в концепции ускоре-
ния. Наращивание темпов развития ин-
дустрии будет обеспечиваться, во-первых,
путем радикального улучшения су-
ществующей практики их использования.
За счет этого фактора будет удовлетво-
ряться на 75—80 процентов прирост
соответствующих потребностей. Во-
вторых, предусматривается изменение
структуры потребления невозобновля-
емых источников энергии и сырья в пользу
тех, разведанные запасы которых более
обширны (газ, угол» и т. д.). И третий
фактор — это ускоренный подъем атом-
ной энергетики, использование возобнов-
ляемых источников энергии.
Немалые резерв) | ускорения кроются
в повышении качества продукции, лучшем
использовании производственных фондов,
структурной перестройке общественного
производства.
«Необходимую предпосылку ускорения
2
социально-экономического прогресса об-
щества, — отмечает проект новой редак •
ции Программы,— партия видит в постоян-
ном совершенствовании производствен-
ных отношений, поддержании их устой-
чивого соответствия динамично развива-
ющимся производительным силам, в свое-
образном выявлении и разрешении воз-
никающих между ними неантагонисти-
ческих противоречий»
Речь идет о том, чтобы полнее реа-
лизовать преимущества общенародной
собственности, воспитывать и укреплять
подлинно хозяйское отношение к ней,
решительно пресекать любые попытки
использовать ее в корыстных целях, обес-
печивать конституционное право граждан
на личную собственность. Тот, кто больше
и лучше трудится в общественном произ-
водстве, должен и больше получать при
распределении материальных благ. Совер-
шенствование распределительных отноше-
ний должно повышать коллективную и лич-
ную заинтересованность в приумножении
общественного достояния, создавать на-
дежную преграду нетрудовым доходам
и уравниловке. Главное—поднять роль
интереса как движущей силы экономики.
В этом же направлении намечено и совер-
шенствование системы управления, хо-
зяйственного механизма, отношений об-
мена.
Призывы к повышению производитель-
ности труда, всемерной экономии повис
нут в воздухе, если существующие крите-
рии оценки работы предприятий и отрас-
лей не будут четко сориентированы на эти
показатели. Партия считает необходимым
повысить действенность планирования как
инструмента реализации экономической
политики. Ведущее место в планах отво-
дится качественным показателям роста.
Совершенствование всей системы управ-
ления экономикой будет, как и прежде
идти на базе ленинских принципов, и пре
жде всего принципа демократического
централизма, органично сочетающего ук-
репление централизованного произ-
водства с расширением хозяйственной
самостоятельности и инициативы объеди-
нений и предприятий. Будет совершенство-
ваться и организационная структура управ-
ления. Каковы резервы ускорения в
этой сфере, можно судить хотя бы
по такому факту. В проекте Программы
КПСС говорится о необходимости раз-
вивать комбинирование и кооперацию
производства. По подсчетам Госплана
СССР, только за счет кооперации колхозов
и совхозов с промышленностью можно
увеличить производство на 20 миллиар-
дов рублей.
Общеизвестно, что развитие экономики
расширяет материальную базу социальной
политики. Об этом говорит и проект новой
редакции Программы КПСС. Но при этом
делается принципиально новый поворот —
сама социальная политика рассматривает-
ся партией как мощное средство ускоре-
ния развития страны. Материальные вло-
жения в развитие образования, культуры
трудящихся, повышение их професси-
ональной квалификации, формирование
творческих способностей человека, укреп-
ление его здоровья оборачиваются ростом
производительности труда, качества ра-
боты. Важным стимулом трудовой и об-
щественной активности становится не толь-
ко то, что человек все больше получает от
общества материальных и духовных благ,
но и чувство удовлетворения от того, что
распределяются они справедливо.
Несомненно, плодотворно скажутся на
ускорении социально-экономического раз-
вития страны и меры по совершенствова-
нию политической системы общества,
советской демократии. 8. И. Ленин особо
отмечал: «Отдельно взятый, никакой де-
мократизм не дает социализма, но в жизни
демократизм никогда не будет «взят
отдельно», а будет «взят вместе»,
оказывать свое влияние и на экономику,
подталкивать ее преобразование, подвер-
гаться влиянию экономического развития
и т. д. Такова диалект ика живой истории»
(т. 33, с. 79). И эта диалектика экономики
и демократии раскрывается в проекте
новой редакции Программы партии. По-
следовательный перевод предприятий
и объединений на полный хозрасчет
открывает широкий простор творчеству
трудовых коллективов и, как показывают
итоги хозяйственного эксперимента, дает
весомый экономический результат.
Большие возможности для развития
самоуправления трудящихся и одновре-
менно для повышения эффективности
производства создают бригадные формы
организации и стимулирования труда. Кол-
лективное, свободное, деловое обсужде-
ние и решение вопросов, гласность, само-
критика и критика должны значительно
поднять компетентность работы Советов,
общественных организаций, всех органов
управления. Через эти и другие каналы
аккумулируется коллективная мысль, кол-
лективный разум народа, а это позволяет
своевременно подмечать и устранять не-
достатки, выявлять ноьые резервы роста.
«...Без всемерного расширения и углуб-
ления социалистической демократии,—
подчеркнул октябрьский (1985 г.) Пленум
ЦК КПСС, — то есть без создания условий
для повседневного, активного и действен-
ного участия всех трудящихся, их коллек-
тивов и организаций в решении вопросов
государственной и общественной жизни,
мы не сможем успешно идти вперед... Раз-
вертывание подлинного народовластия
приобретает еще большее значение сегод-
ня, когда мы боремся за решение слож-
нейших задач в сфере производства,
культуры, управления».
Стратегия социально-экономического
ускорения — курс долговременной поли-
тики партии, и многие из намечаемых мер
дадут результат не сразу. Однако реши-
тельного перелома надо добиться уже
в ближайшее время. И здесь важнейшая
роль принадлежит человеческому факто-
ру— инициативе, организованности, дис-
циплине, борьбе с бесхозяйственностью
и расточительством, с прогулами и браком,
искоренению такого социального зла, как
ПЬЯНСТВО.
Человеческий фактор и в перспективе
будет оказывать возрастающее воз-
действие на эффективность экономики.
темпы ее развития. Как бы ни были хороши
научно-технические и организационные
решения, их успешное воплощение в про-
изводственной, социально-политической
практике в конечном счете всегда будет
зависеть от человека — его заинтересо-
ванности, сознательности, идейно-нрав-
ственной зрелости. «Партия будет делать
все необходимое для того,— говорится в
проекте новой редакции Программы,—
чтобы в полной мере использовать преоб-
разующую силу марксистско-ленинской
идеологии для ускорения социально-эко-
номического развития страны...» Своей
важнейшей задачей она считает формиро-
вание гармонично развитой, общественно
активной личности, сочетающей в себе
духовное богатство, моральную чистоту
и физическое совершенство.
Все успехи советского народа в трудо-
вом и ратном деле неразрывно связаны
с руководством Коммунистической партии
Советского Союза. Выступая с развернутой
концепцией социально-экономического ус-
корения, партия коммунистов предстает
«самой решительной, всегда побуж-
дающей к движению вперед» (Маркс)
общественной силой. Она не ограничивает-
ся призывом к массам лучше, энергичнее
вести дело, а сама показывает пример
такого подхода. Изменения в Уставе КПСС
направлены на то, чтобы еще выше под-
нять авангардную роль всех партий-
ных организаций, каждого коммуниста,
повысить их ответственность за судьбу
общих дел. В Уставе подчеркивается, что
каждый коммунист обязан «строго
соблюдать нормы коммунистической мо-
рали, утверждать присущий социализму
принцип социальной справедливости, ста-
вить общественные интересы выше
личных, проявлять скромность и порядоч-
ность, чуткость и внимание к людям,
своевременно откликаться на запросы
масс, быть правдивым и честным перед
народом».
Коммунист оценивается по единственно-
му критерию — делам и поступкам. За
нарушение советских законов вводится,
как это было при В. И. Ленине, двойная
ответственность — перед государством и
партией. Вносимые в Устав изменения
показывают, что КПСС в организации
внутрипартийной жизни дает образец уме-
лого сочетания развития демократических
начал и укрепления дисциплины, она
отнюдь не подменяет хозяйственные ор-
ганы, Советы и общественные организа-
ции, а стремится обеспечить максимальное
развитие инициативы в каждом звене
политической системы общества, поднять
на новую ступень социалистическое са-
моуправление народа.
«Наши желания — предчувствия способ-
ностей, в нас заложенных, предвестники
того, что мы сумеем совершить»,— писал
Гёте Используя эту поэтическую формулу,
можно сказать, что предвестниками осу-
ществления намеченных планов ускоре-
ния социально-экономического развития
страны являются не только наши желания,
но и опора на передовую науку, опыт масс
и их единодушную поддержку, руководя-
щая роль партии, беззаветно преданной
интересам народа.
3
ГОРИЗОНТЫ НАУКИ
этот
СТРЕМИТЕЛЬНЫЙ
КОМПЬЮТЕРНЫЙ ВЕК
Предсъездовские
документы
Коммунистической партии
ставят перед советским
народом исключительно
важные,
широкомасштабные задачи
достижения качественно
нового состояния
социалистического
общества через резкое
ускорение
со циаль но-эко но ми ческо го
развития страны.
Важнейшую роль
в решении этих задач
играет индустрия
информатики. В сочетании
с другими направлениями
современного
научно-технического
прогресса она открывает
большие возможности для
крупных революционных
сдвигов в экономике.
И не только в ней.
«Ускорение
научно-технического
прогресса предъявляет все
более высокие требования
к общему и
профессиональному
образованию трудящихся»,
— говорится в
проекте новой редакции
Программы КПСС. А все
вместе ведет и
к дальнейшему прогрессу в
духовной сфере,
в миропонимании людей,
культуре.
О перспективах развития
компьютеризации и ее
влиянии на жизнь
человека рассказывает
заместитель Председателя
Совета Министров СССР,
председатель
Государственного комитета
по науке и технике,
академик Гурий
Иванович
МАРЧУК.
НЕМНОГО ИСТОРИИ
Мы живем в такое время, когда
вычислительная техника проникает во
все сферы человеческой деятельнос-
ти — от научных экспериментов и тех-
нологических процессов до спор-
тивных состязаний и детских игр.
Активное вторжение компьютеров
ожидалось и предсказывалось давно,
и вот оно состоялось: проектируются
четвертое, пятое поколения ЭВМ.
И это не случайность, которая могла
быть, могла и не быть, а законо-
мерный процесс.
Современную вычислительную тех-
нику вызвала к жизни необходимость:
задачи, стоявшие перед наукой, тех-
никой, экономикой, усложнялись год
от года, и решать их прежними
методами стало невозможно. Сначала
инженеры и конструкторы, а затем и
работники науки — математики, гео-
логии, географии, физики, химии —
начали ощущать острейшую потреб-
ность в быстрой и надежной вычисли-
тельной технике, способной выразить
любое качественное представление
в количественной форме.
Общие принципы электронной
вычислительной техники были сфор-
мулированы свыше ста лет назад,
а еще раньше появилась теоретичес-
кая основа построения ЭВМ — Булева
алгебра, названная по имени
английского математика Дж. Буля
(1815—1864), одного из основополож-
ников математической логики. И хотя
специалистам эти принципы и теории
были известны, они не имели практи-
ческого применения, так как люди
тогда обходились простейшими мето-
дами счета и элементарными
счетными приборами.
Электронная вычислительная техни-
ка завоевала прочные позиции лишь
в середине нашего столетия. У ее
колыбели стояли многие отрасли на-
уки и техники. Вспомним историю
отечественных ЭВМ. 25 декабря
1951 года в Институте электротехники
АН Украинской ССР вступила в строй
МЭСМ (малая электронно-счетная ма-
шина) — первый наш компьютер, раз-
работанный под руководством акаде-
мика С. А. Лебедева. Машина занима-
ла 50 квадратных метров. Свыше 6
тысяч ее радиоламп потребляли
25 киловатт электроэнергии. МЭСМ
могла выполнять арифметические
операции над 5—6-значными цифра-
ми со скоростью около 50 операций
в секунду. Тогда это казалось боль-
шим достижением.
Следующую нашу машину — БЭСМ
(быстродействующая электронно-
счетная машина) создавали уже не на
лампах, а на полупроводниках. Счита-
ла она в 200 раз быстрее пред-
шественницы. Ученым это помогло
решить ряд задач, требующих огром-
ного объема вычислений. Машины
типа БЭСМ рассчитывали траектории
полетов наших спутников и лунников.
Среди первых советских программис-
тов мы встречаем славные имена
академика М. В. Келдыша, президента
Академии наук с 1961 по 1975 год,
и основателя Сибирского отделения
АН СССР академика М. А. Лавренть-
ева.
Развитие многих отраслей техники
укрепляло и расширяло базу и воз-
можности электроники, что благо-
приятно сказывалось на конструкции
и способностях ЭВМ. Они становились
меньше, надежнее, работали все
быстрее и быстрее и находили все
новые и новые области применения.
ЭВМ третьего поколения, постро-
енные на простых интегральных схе-
мах, успевают за секунду справиться
с сотнями тысяч операций. Машина
четвертого поколения — на больших
интегральных схемах (БИСах) —
справляется в секунду с миллионом
операций. А сейчас уже родились
компьютеры пятого поколения — на
сверхбольших интегральных схемах.
Их скорость — десятки миллионов
операций в секунду. Непосвященного
эти цифры ошеломляют. Между тем
ученые предсказывают появление
следующих поколений машин,
быстродействие которых достигнет
миллиардов операций в секунду. До-
биться этого, разумеется, будет не-
легко. Для производства подобных
машин понадобятся сверхчистые ме-
таллы, специальные сплавы, ис-
кусственные кристаллы, быть может,
применение лазерной техники.
Кстати, само производство ЭВМ,
начиная с их проектирования и кончая
монтажом, тоже не обходится без
ЭВМ. Машины ведут расчеты, управ-
ляют автоматизированной техноло-
гией изготовления собственных узлов.
Взаимодействие зашло так далеко,
что сами ЭВМ на основе систем
автоматического проектирования соз-
дают варианты частей очередных
электронных вычислительных машин.
Особенно хорошо это видно на при-
мере микроминиатюрной техники,
когда вся ЭВМ умещается на кристал-
ле величиной с ноготь: здесь проекти-
рование и изготовление компьютера,
по существу, объединяется в один
цикл.
И все это свершилось за 40 лет на
глазах одного поколения.
ПАРТИЯ БУДЕТ ВСЕМЕРНО СОДЕЙСТ-
ВОВАТЬ ДАЛЬНЕЙШЕМУ НАРАЩИВА-
НИЮ И ЭФФЕКТИВНОМУ ИСПОЛЬЗО-
ВАНИЮ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОГО ПО-
ТЕНЦИАЛА СТРАНЫ, РАЗВЕРТЫВАНИЮ
НАУЧНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ, ОТКРЫ-
ВАЮЩИХ НОВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ
КРУПНЫХ, РЕВОЛЮЦИОННЫХ СДВИ-
ГОВ В ИНТЕНСИФИКАЦИИ ЭКОНО-
МИКИ.
Проект Программы КПСС (новая редак-
ция)
«ЧИПЫ» И -СУПЕРЧИПЫ»
Часто мы слышим выражение:
«Счет идет на микроны». Микрон —
это миллионная доля метра. И вот
представьте себе, что вы умещаете
сетку ид 400 транзисторов-полупро-
водников (каждый состоит из линий
в 1 микрон) на кристаллике кремния
толщиной с волос. Теперь сожмите
эти линии вдвое. На той же площади
уже можно разместить почти полторы
тысячи транзисторов. Сделаем линии
еще тоньше: при толщине в четверть
микрона каждый транзистор по раз-
меру сравняется с крупным вирусом,
а на сечении человеческого волоса
уместится 4500 транзисторов.
Все это не отвлеченные «упражне-
ния в наглядности», а реальность,
с которой сталкиваются проектиров-
щики ЭВМ. Первые интегральные
схемы (специалисты называют их «чи-
пами») с линиями толщиной в микрон
вот-вот выйдут на мировой рынок.
В каждой такой схеме больше мил-
лиона транзисторов. «Чипы» же с эле-
ментами в полмикрона, то есть с
4 миллионами транзисторов, испы-
тываются сейчас в лабораториях,
поточное их производство — дело
ближайших пет. К концу столетия
войдут в практику «чипы» с элемента-
ми в четверть микрона (десятки
миллионов транзисторов), а на рубе-
же третьего тысячелетия могут по-
явиться гигабитовые схемы —- то есть
каждая с миллиардом элементов!
Инженеры прекрасно освоились
в мире ультрамикроминиатюризации.
Они создают сложные структуры,
иногда приближающиеся по разме-
рам к молекуле, такие крошечные,
что их не разглядеть и в мощные
оптические микроскопы.
Но как же их изготовлять? Прежде
всего пришлось полностью автомати-
зировать производство, ибо при-
сутствие человека не гарантирует
надлежащей чистоты технологии. Ко-
му доводилось бывать на заводах
полупроводников, тот знает, что рабо-
чие там носят белые комбинезоны
и стерильные маски, как у хирургов.
Но дело не только в стерильности:
проектирование, испытание и печата-
ние «чипов» уже выходят за пределы
человеческих возможностей. Размес-
тить 4 миллиона устройств на крохот-
5
ной кремниевой пластинке может
лишь автомат
Вероятно, я не ошибусь, если скажу
что в середине или в конце 90-х годов
одна интегральная схема сравняется
по мощности с десятком сегодняшних
суперкомпьютеров. И стоить она бу-
дет необычайно дешево. Все, что
делается сегодня,— лишь начало того
ОРГАНИЗОВАТЬ МАССОВЫЙ ВЫПУСК
ПЕРСОНАЛЬНЫХ КОМПЬЮТЕРОВ. ОБЕ-
СПЕЧИТЬ РОСТ ОБЪЕМА ПРОИЗВОДСТ-
ВА ВЫЧИСЛИТЕЛЬНОЙ ТЕХНИКИ В
2—2,3 РАЗА. ВЫСОКИМИ ТЕМПАМИ
НАРАЩИВАТЬ МАСШТАБЫ ПРИМЕНЕ-
НИЯ СОВРЕМЕННЫХ ВЫСОКОПРОИЗ-
ВОДИТЕЛЬНЫХ ЭЛЕКТРОННО-ВЫЧИС-
ЛИТЕЛЬНЫХ МАШИН ВСЕХ КЛАССОВ.
ПРОДОЛЖИТЬ СОЗДАНИЕ И ПОВЫ-
СИТЬ ЭФФЕКТИВНОСТЬ РАБОТЫ ВЫ-
ЧИСЛИТЕЛЬНЫХ ЦЕНТРОВ КОЛЛЕК-
ТИВНОГО ПОЛЬЗОВАНИЯ, ИНТЕГРИ
РОВАННЫХ БАНКОВ ДАННЫХ, СЕТЕЙ
ОБРАБОТКИ И ПЕРЕДАЧИ ИНФОРМА-
ЦИИ.
Проект Основных направлений >коно-
мического и социального развития СССР
на 1986—1999 годы и на период до
2000 года
развития компьютеризации, которое
ожидается на пороге третьего тысяче-
летия.
Появление «суперчипов» наталки-
вает специалистов на серьезные
размышления о вещах, которые еще
недавно, в эпоху ЭВМ третьего поко-
ления, были достоянием научной
фантастики.
«Суперчипов», например, уже дав-
но ждут ученые, занимающиеся ис-
кусственным интеллектом. Попытки
создать машину, умеющую рассуж-
дать, видеть, понимать речь и тому
подобное, если не так, как это делает
человек, то во всяком случае в чело-
веческом, а не в машинном духе,—
такие попытки во многом тормози-
лись из-за неспособности ЭВМ быстро
обрабатывать огромный объем ин-
формации. Нынешнее неуклонное
возрастание «компьютерной емкос-
ти» приближает встречу с такой,
например, машиной, как карманный
компьютер-секретарь, который отве-
чает на наши вопросы и задает их сам,
составляет деловые письма, назначает
совещания и вовремя напоминает
хозяину о его текущих делах.
Впрочем, мне кажется, возможнос-
ти «суперчипов» гораздо раньше
используют в заводских цехах, где они
станут частью систем непрерывного
управления производственными про-
цессами и будут обеспечивать стро-
жайший контроль за качеством про-
дукции. Найдут они, безусловно, при-
менение и в автомобилях — помогут
эксплуатировать двигатель на опти-
мальном режиме, уменьшат выделе-
ние выхлопных газов, снизят расход
горючего. Соединенные с радиато-
ром и тормозной системой, сведут на
нет случайные столкновения.
«Суперчипы» произведут ре-
волюцию и в телевидении. Передача
сигналов в числовом компьютерном
коде — метод, выгодный именно при
наличии «суперчипов»,— даст изобра-
жение, по качеству не сравнимое
с нынешним. Появятся и телевизоры
с запоминающими устройствами. По-
нравившийся вам фильм, спектакль,
концерт вы сможете воспроизвести
в любое время, послав соот-
ветствующую команду домашней
ЭВМ. Стоимость подобных ви-
деоустройств пока очень велика, но
они станут доступными, когда будет
налажен массовый выпуск «чипов»
с 4 миллионами элементов.
Вспомним первые электронные на-
ручные часы. Уже сама идея, что
традиционный, отработанный на про-
тяжении веков механизм можно чем-
то заменить, поражала воображение.
А теперь электронные часы — пред-
мет быта, хотя мы еще живем в эпоху
механических часов. Настоящее и бу-
дущее мирно сосуществуют — как
и в сфере ЭВМ.
ЭВМ — ИНСТРУМЕНТ
ЭКОНОМИИ
Нынешний спектр ЭВМ весьма
широк — от суперЭВМ до микропро-
цессоров. Чтобы еще яснее предста-
вить себе будущее, вернемся в на-
стоящее. Сейчас условно выделяют
такие три основные линии: большие
машины с быстродействием во мно-
гие миллионы операций в секунду
и так называемой величиной слова
в 64 двоичных разряда; мини-ЭВМ
с быстродействием в сотни тысяч
операций в секунду и величиной слова
в 32 разряда; микроЭВМ с быстро-
действием в десятки или в сотни тысяч
операций в секунду и величиной слова
в 16 разрядов. Каждая ЭВМ снабжена
арифметическим и логическим про-
цессорами, оперативной и долговре-
менной памятью, устройствами управ
пения и ввода вывода информации.
Долговременная память — средото-
чие программ и всевозможных дан-
ных — записана на магнитных дисках,
лентах или (в микроЭВМ) на спе-
циальных носителях.
СуперЭВМ, как правило, исполь-
зуют для исследовательских целей
или для управления очень сложными
комплексами. На основе этих машин
создаются системы коллективного по-
льзования; у суперЭВМ большие мас-
сивы памяти и огромный набор ин-
формации. Имеются виду системы
прикладных программ, >рганизо-
ванных в пакеты по областям приме-
нения: пакет задач линейной алгебры
пакет статистической обработки ре-
зультатов эксперимента, пакет отра-
жения информации в виде графиков
и так далее. Существенно, что боль-
шинство пакетов универсальны, то
есть не зависят от характера задачи.
Другими словами, если в ходе реше-
ния какой-то задачи появляется необ-
ходимость обработать статистические
данные или вывести информацию на
график, для этого не потребуется
новых программ, достаточно будет
универсальных пакетов. А чем больше
пакетов заложено в памяти машины,
тем больше облегчается труд пользо-
вателя ЭВМ и увеличивается продук-
тивность его деятельности, то есть
в конечном счете увеличивается про-
изводительность труда । отрасли.
Создание ЭВМ, которые обслужи-
вают абонентов в различных режимах
(удаленная пакетная обработка, ре-
жим разделения времени, диалог
«человек — машина», «запрос — от-
вет»), совершенствование перифе-
рийного оборудования и терминалов,
или оконечных устройств в составе
вычислительной системы, предназна-
ченных для ввода и вывода информа-
ции, улучшение линий передачи ин-
формации — все это расширяет воз-
можности вычислительной техники
и позволяет переходить от локальных
вычислительных центров, оборудова-
ние которых находится в одном
месте, к распространенным по боль-
шой территории многомашинным
комплексам — «сетям ЭВМ», или «се-
тям ВЦ».
Сети ЭВМ могут наилучшим обра-
зом обеспечить работу пользователей
в том случае, когда в каких-то пунктах
имеется дефицит машинного време-
ни, а в других — избыток. К тому же
сеть ЭВМ открывает доступ к ог-
ромным базам данных не только
универсального, но и специализиро-
ьанного характера, помогает пользо-
вателю найти в этих базах части уже
хорошо отлаженных программ и про-
чую ценную информацию и, таким
образом, ускорить решение своей
задачи.
У мини-ЭВМ — иное назначение.
L основном они используются в систе-
мах автоматизированного управления
производством (АСУ) или от-
дельными технологическими процес-
сами (АСУТП).
В первом случае на ЭВМ ложится
анализ выполнения планов, расчет
зарплаты и материально-технических
ресурсов, разработка графиков под-
6
готовки производства, оценка рабо-
чих мест и множество других
функций. Благодаря АСУ руководи-
тель в любой момент имеет ис-
черпывающую информацию о де-
ятельности своего предприятия и мо-
жет обоснованно принимать необхо-
димые организационно-экономичес-
кие меры. Современное произ-
водство — сложный организм со мно-
жеством прямых и обратных связей.
Задача и долг руководителей — при-
держиваться того ориентира, который
приводит к наибольшему в данных
обстоятельствах экономическому эф-
фекту.
Системы управления произ-
водственными процессами су-
ществуют с тех пор, как создали
конвейер. Но их возможности были
ограничены жесткой технологической
схемой, и только новые средства
вычислительной техники, в том числе
и микропроцессорной, позволили
контролировать ход операций на ос-
нове постоянно поступающей и обра-
батываемой информации. Сведения
о ходе технологического процесса
непрерывно идут от датчиков к ЭВМ,
подвергаются анализу и сопостав-
ляются с заложенными в программу
вариантами отклонений от нормы
и перечнем мер, которые следует
принять в том или ином случае.
В соответствии с программой ЭВМ
корректирует процесс и вводит его
в рамки оптимального режима
Вот, например, прокатный стан. Он
должен прокатывать лист заданной
толщины, нр из-за неоднородности
исходного материала, непостоянства
давления валков и других причин лист
выходил с большими допусками, и
много ценного металла расходе: >а-
лось понапрасну.
Современные прокатные станы
оборудованы датчиками, связанными
с ЭВМ. Обнаруживается какое-то рас-
хождение с установленным стандар-
том — ЭВМ дает команду для повтор-
ного проката и лист доводится до
нужной толщины. Или приказывает
валкам следующей клети увеличить
давление на металлическую полосу.
В любом случае лист выходит без
допусков, весь металл идет в дело.
Если мы подсчитаем, с одной сто-
роны, стоимость затрат на ЭВМ и всю
систему автоматизированного управ-
ления, п с другой — стоимость сэко-
номленного металла, то окажется, что
автоматизированная система управле-
ния прокатным станом окупается
в течение года. А сколько металла
сбережет ЭВМ за двадцать лет!
Экономия материальных ресур-
сов — важная задача. Не менее важно
выпускать продукцию высокого ка-
чества. Возьмем, к примеру, чугун.
Только опытный специалист чувствует
качество и готовность плавки. Конеч-
но, берутся пробы, проводится
экспресс-анализ, но его результаты
иногда приходят из лаборатории
слишком поздно. И выпуск неконди-
ционного чугуна неизбежен. Пока это,
к сожалению, частое явление. Если же
перейти к АСУТП — системе, где не-
прерывно ведется спектральный ана-
лиз плавки, регистрируются кон-
центрации всех ее компонентов и эти
данные обрабатываются на ЭВМ, то
доменное производство станет таким
же управляемым, как прокатный стан.
Повышение качества чугуна принесет
стране многие миллионы рублей эко-
номии. Сейчас схемы АСУТП для
ОБЕСПЕЧИВАТЬ ВСЕМЕРНОЕ УСКО-
РЕНИЕ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОГО ПРО-
ГРЕССА, ПОВСЕМЕСТНОЕ ПРИМЕНЕ-
НИЕ ЕГО РЕЗУЛЬТАТОВ В ПРОИЗ-
ВОДСТВЕ И УПРАВЛЕНИИ, СФЕРЕ ОБ-
СЛУЖИВАНИЯ И В БЫТУ.
Проект Основных направлений >кс но
мического и социального развития СССР
на 1986—1990 годы и на период до
2000 года
7
ЧТО
ЕЩЕ может
компьютер
доменных печей проходят опытно-
промышленную проверку
АСУТП — магистральный путь для
развития интенсивной экономики. Но
это сегодня. А завтра — следующий
шаг. Уже появилась более общая
концепция сочетания автоматизации
управления производством и автома-
тизации управления технологически-
ВО ВСЕ БОЛЕЕ ШИРОКИХ МАСШТА-
БАХ БУДУТ ПРОВОДИТЬСЯ ЭЛЕКТРИ-
ФИКАЦИЯ, ХИМИЗАЦИЯ, РОБОТИЗА-
ЦИЯ, КОМПЬЮТЕРИЗАЦИЯ ПРОИЗ-
ВОДСТВА...
Проект Программы КПСС (новая редак-
ция!
Персональные ЭВМ но-
вого поколения позво-
ляют: давать энциклопе-
дические справки; уп-
равлять бытовыми прибо-
рами; имитировать ор-
кестровую музыку; вос-
производить множество
цветовых оттенков; вклю-
чать, когда это необходи-
мо, свет, специальную
сигнализацию, пожарные
насосы и т. п. Такие уст-
ройства выполняют нес-
колько операций одно-
временно, а некоторые из
них имеют речевое или
сенсорное управление
ми процессами — АСУ и АСУТП. Мы
приходим к единой системе на базе
так называемых интегральных АСУ.
Оптимизация и организационных и
чисто технических мероприятий, кото-
рую сулит такая система,— вот что
нужно для ускоренного экономичес-
кого развития.
УЧЕНЫЙ и его компьютер
Научное исследование обычно на-
чинается с гипотез. На их основе
строятся все более и более детализи-
рованные модели изучаемых явлений,
которые обычно и реализуются на
ЭВМ. Обладая большим быстро-
действием и памятью, ЭВМ на основе
той или иной модели при заданных ей
различных наборах входных парамет-
ров многократно решает задачу. Это
позволяет сравнительно быстро коли-
чественно описать все возможные
решения данной задачи и выбрать
наиболее интересное.
Ни создание искусственных генов,
ни получение кормового белка из
метана, ни появление больших и
сверхбольших интегральных схем —
ни одно из выдающихся достижений
последних лет не стало бы реаль-
ностью без компьютеров помогав-
ших вести соответствующие экспери-
менты. Всем ходом опытов — так же,
как и технологическими процесса-
ми,— управляли ЭВМ. Незаменимы
они и при обработке результатов
экспериментов. Если в докомпьютер-
ную эпоху сложные опыты часто
В науке крупные ЭВМ
используются для слож-
нейших исследователь-
ских работ — в частнос-
ти, для изучения мощных
магнитных полей, атом-
ных ядер, биологических
объектов, для констру-
ирования летательных
аппаратов и т. п.
В сельском хозяйстве
компьютеры помогают
отбирать лучших живот-
ных и выводить более
продуктивные породы до-
машнего скота, контроли-
ровать его привесы, пода-
чу кормов на фермах,
удойность коров и т. п.
На транспорте — уп-
равлять поездами, само-
летами, автомобилями;
быть штурманами на ко-
раблях, контролировать
расход топлива, загруз-
ку, режим работы двига-
телей...
Мини-ЭВМ использует-
ся сегодня даже в спор-
те — для измерения дис-
танции, скорости бега и
количества затраченной
энергии.
длились неделями, а обработка их
результатов затягивалась на месяцы,
а то и на годы, то сегодня ЭВМ дает
ответ без промедления. В среднем
ЭВМ увеличили производительность
труда исследователей более чем в
10 раз.
Экспериментаторов вполне удов-
летворяют стандартные мини-ЭВМ,
ибо у эксперимента много общего
с технологическим процессом и ха-
рактер использования компьютеров
почти такой же, как в АСУТП. У теоре-
тиков дело посложнее. Им для работы
нужна ЭВМ целиком, со всеми ее
возможностями. Ученому постоянно
требуется новая информация, порой
у него возникает потребность вме-
шаться в ход расчетов или изменить
их. Потом ЭВМ простаивает... Нет,
привлекать большую ЭВМ для таких
целей невыгодно — очень дороги ее
время и ресурсы.
Выход из положения был найден,
когда в вычислительной технике роди-
лось новое направление — создание
индивидуальных компьютеров. Это
вполне современные ЭВМ со
свойственными им структурой, набо-
ром вспомогательного оборудования
и программ. Работа на таком
компьютере ведется обычно с приме-
нением 16- и 32-разрядных слов. Но
при необходимости можно применять
и 64-разрядную арифметику, правда,
с некоторой потерей скорости. Инди-
видуальный компьютер имеет
устройства ввода-вывода и связь с
большой ЭВМ: если его способностей
окажется недостаточно, программу
по системе телекоммуникаций можно
передать на большую ЭВМ и получить
результат.
После проверки гипотезы и серии
экспериментов начинается проекти-
рование и конструирование. Совре-
менная система проектно-конструк-
торских работ состоит из трех вза-
имосвязанных этапов. Первый — фор-
мирование технического задания на
проект, составление принципиальной
схемы изделия. Подразумевается, что
проект должен опираться на самые
современные научные идеи и что
в нем должны быть учтены все
возможности ресурсов и реализации.
Этому и посвящен диалог человека
с машиной, в чьей памяти хранятся
необходимые сведения — от теорети-
ческих моделей до всевозможных
ограничений. В ходе диалога выри-
совывается контур проекта.
Следующий этап — детальная
конструкторская отработка. Здесь
широко используются пакеты при-
кладных программ, ориентированные
на проблематику данного проекта.
В конце концов появляется полный
набор проектно-конструкторской до-
кументации и ее графическое отобра-
жение. Можно приступать к завер-
шающему этапу — к проекту техноло-
гической подготовки производства,
а потом и к выпуску серийной продук-
ции.
8
Но бывает, что идея машины хоро-
ша и конструкторская разработка
вполне солидна, а выпускать серий-
ную продукцию нельзя: нет соот-
ветствующих производственных мощ-
ностей. Тогда начинается пересмотр
проекта — с учетом ограничений,
диктуемых производством Иногда та-
кой пересмотр весьма серьезен и за-
трагивает принципиальные стороны
проекта.
Во всех случаях наличие ЭВМ резко
сокращает сроки прохождения любо-
го этапа. А чем раньше научная идея
воплотится в новую машину или
технологию, тем больший экономи-
ческий эффект получит народное
хозяйство.
Система автоматического проекти-
рования — плод напряженного труда
ученых, конструкторов, технологов
и программистов. Ведь сначала нужно
создать пакеты прикладных про-
грамм, предназначенных для ускоре-
ния проектно-конструкторских работ.
Пакеты эти, о которых мы уже упоми-
нали выше, могут сослужить хорошую
службу повсюду, где рождается новая
техника. По сравнению с традици-
онным способом, когда каждый кол-
лектив действовал на свой страх
и риск, выигрыш здесь колоссальный:
вместо трех лет проектирование длит-
ся три месяца, а иногда и три недели.
Правда, пакеты прикладных про-
грамм достаточно трудоемки и, зна-
чит, пока очень дороги. Но зато, раз
возникнув, они способны удовлетво-
рить запросы любых проектантов
и технологов, предоставляя в их рас-
поряжение огромные массивы за-
программированного знания. Можно
без преувеличения сказать, что па-
кеты прикладных программ — это
наше национальное богатство. И не
удивительно, что с 1984 года они
и другое программное обеспечение
ЭВМ считаются товарной продукцией.
Развитие математического обеспече-
ния ЭВМ тоже нуждается в стимули-
ровании.
ЕДИНАЯ
ИНФОРМАЦИОННАЯ СЕТЬ
Уже ЭВМ 60-х годов называли
лоцманами в океане информации. Но
тогдашний океан — озеро по сравне-
нию с нынешним. Информация —
научная, экономическая, технологи-
ческая, социальная — нарастает лави-
нообразно. Как ориентироваться в
ней?
Начали с упорядочения сложней-
ших информационных потоков, с
объединения обширной массы сведе-
ний в специальные разделы, подраз-
делы и пункты. Все они связаны
между собой согласованными индек-
сами, и ЭВМ может переходить от
крупных массивов однородной ин-
формации ко все более и более
мелким. Непрерывно сужая круг по-
иска. машина быстро достигает це-
ли — находит то, что интересует об-
ратившегося к ней специалиста.
Лучше всего было бы собрать все
базы данных в единую вычислитель-
ную систему. Но это нереально. Баз
таких — тысячи. И содержат они
самые различные сведения. Возьмем
для примера три базы данных —
о синтезированных органических со-
единениях, иммунном статусе больно-
го, о составе и характеристиках звезд
в нашей Галактике. Конечно, кое-
какие общие черты у всех этих данных
при желании найти можно, но сама
предметная информация таких баз,
сферы и методы их использования
совершенно различны. С одной сто-
роны, их нельзя «отрывать» от кол-
лективов исследовательских институ-
тов, клиник, обсерваторий, библио-
тек — без них эти базы постепенно
утратят новизну и ценность. С другой
стороны, надо сделать так, чтобы
любая база данных была доступна
всем пользователям. То есть базы все-
таки нужно объединять. Снова проти-
воречие! А где же выход? Только
в организации распределенной сис-
темы знаний.
Нет смысла пытаться совместить
несовместимое. Гораздо лучше дать
каждому коллективу исследователей
пусть небольшую, но с достаточно
емкой памятью ЭВМ для создания
своей стандартно-структурированной
базы данных. Хозяева будут постоян-
но ее развивать и обновлять. Спе-
циалист из любого другого учрежде-
ния, соединяясь по каналам связи
с этой базой, получит последние
квалифицированные сведения. Иначе
говоря, один коллектив в состоянии
обеспечить информацией своего про-
филя хоть всю страну. Вот такие
специализированные источники ин-
формации и составляют распределен-
ную систему знаний. Если теперь их
объединить друг с другом, мы при-
дем к единой информационной систе-
ме страны.
Институт органической химии Си-
бирского отделения АН СССР, напри-
мер, может по телетайпному запросу
любого пользователя дать ответ, было
ли когда-нибудь получено химичес-
кое соединение с такими-то парамет-
рами. Это очень важная информация:
ведь число органических соединений
увеличивается ежегодно на два-три
десятка тысяч. Нет нужды доказывать,
как подобная справка экономит время
химика-органика.
Всякая новая машина или техничес-
кое устройство должны соответство-
вать мировому уровню. Но чтобы
учитывать этот уровень, < нем надо
знать. Надо непрерывно вводить в
банки данных информацию о сотнях
тысяч типов изделий. Это и делают
ЭВМ, вклкэченные в распределенную
систему знаний.
Общество наше теперь становится
асе более и более информатизиро-
ванным. Вначале фундаментальные
ПОЛУЧИТЬ ЗА ПЯТИЛЕТИЕ НЕ МЕНЕЕ
ДВУХ ТРЕТЕЙ ПРИРОСТА ПРОИЗВО-
ДИТЕЛЬНОСТИ ОБЩЕСТВЕННОГО ТРУ-
ДА ЗА СЧЕТ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ДО-
СТИЖЕНИЙ НАУКИ И ТЕХНИКИ.
Проект Основных направлений эконо
мического и социального развития СССР
на 1986—1990 годы и на период до
2000 года
ПОДНЯТЬ УРОВЕНЬ АВТОМАТИЗА-
ЦИИ ПРОИЗВОДСТВА ПРИМЕРНО В
2 РАЗА. СОЗДАВАТЬ КОМПЛЕКСНО-
АВТОМАТИЗИРОВАННЫЕ ПРОИЗВОД-
СТВА, КОТОРЫЕ МОЖНО БЫСТРО И
ЭКОНОМИЧНО ПЕРЕСТРАИВАТЬ.
Проект Основных направлений эконо-
мического и социального развития СССР
на 1986—1990 годы и на период до
2000 года
константы, затем системы техничес-
ких данных и, наконец, смысловые
тексты как наиболее сложный вид
информации — вот этапы формиро-
вания единой информационной сети
нашей страны. Но это лишь начало
пути. Впереди огромная и интерес-
нейшая работа по использованию
знаний, накопленных человеком и сис-
тематизированных с помощью
электронной вычислительной техники.
ДИАЛОГ ПОЧТИ НА РАВНЫХ
С самого начала человек пытался
научить ЭВМ рассуждать и делать
хотя бы элементарные, но вполне
логические выводы. Кое-что получи-
лось. Правда, границы между пол-
ностью запрограммированной систе-
мой работы ЭВМ и ее «инициативой»
остались весьма условны; сегодня
лучше всего говорить о «запрограм-
мированной инициативе»
Создавая все более совершенные
языки программирования, человек
стремится к тому, чтобы в конце
концов можно было записывать усло-
вия задачи в форме, близкой к ес-
тественному языку. Например, он
поручает машине рассчитать крыло
самолета такой-то формы, качества
поверхности и размера с учетом
определенных скоростей воздушного
потока. Пользуясь полученной инфор-
мацией, ЭВМ должна точно, вплоть до
мельчайших подробностей, составить
математическую задачу. Совсем не-
давно этим занимался инженер-про-
граммист. Нынешние системы отобра-
жения исходных условий задачи та-
ковы, что ЭВМ справляется с этим не
хуже человека. И самое главное — за
считанные минуты или часы, а не за
9
недели или месяцы. Компьютеры
научились отбирать рациональные или
даже оптимальные промежуточные
пути решения, то есть они способны
принимать решения, выискивать ва-
рианты. А это уже вполне интеллек-
туальные операции.
Как только ЭВМ стали применять
в проектно-конструкторских работах,
...ОПЕРЕЖАЮЩИМИ ТЕМПАМИ
ОСУЩЕСТВЛЯТЬ ИЗГОТОВЛЕНИЕ ВЫ-
СОКОНАДЕЖНЫХ СИСТЕМ ПРОМЫШ-
ЛЕННОЙ АВТОМАТИКИ НА БАЗЕ ЭЛЕКТ-
РОНИКИ, ПРЕЖДЕ ВСЕГО ДЛЯ УПРАВ-
ЛЕНИЯ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИМИ ПРО-
ЦЕССАМИ. УСКОРЕННО РАЗВИВАТЬ
ВЫПУСК СРЕДСТВ АВТОМАТИЗАЦИИ
ИНЖЕНЕРНОГО ТРУДА, МАЛЫХ ЭЛЕКТ-
РОННО-ВЫЧИСЛИТЕЛЬНЫХ МАШИН
ВЫСОКОЙ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТИ...
СИСТЕМ ЧИСЛОВОГО ПРОГРАММНОГО
УПРАВЛЕНИЯ ДЛЯ МНОГОФУНКЦИО-
НАЛЬНЫХ СТАНКОВ И ГИБКИХ ПРОИЗ-
ВОДСТВЕННЫХ МОДУЛЕЙ, ПРОГРАМ-
МИРУЕМЫХ КОМАНДОАППАРАТОВ
ДЛЯ РАЗЛИЧНЫХ ВИДОВ ОБОРУДО-
ВАНИЯ.
Проект Основных направлений эконо-
мического и социального развития СССР
на 1986—1991 годы и на период до
2000 года
в АСУ и АСУТП, у исследователей
возникла мысль ввести в состав про-
граммного обеспечения творческие
элементы. Скажем, конструктор начи-
нает проектировать на дисплее деталь
машины. Ему нужно знать размеры
детали, а также входные и выходные
характеристики — деталь ведь дол-
жна подходить к будущей машине.
Контроль за соблюдением этих не-
прерывных условий возлагается на
ЭВМ. Если в процессе конструк-
торских поисков условия нарушаются,
ЭВМ немедленно оповещает челове-
ка. Она выступает в роли советчика
или эксперта.
Еще пример. Для детали из базы
данных нужно выбрать материал, об-
ладающий определенными характе-
ристиками. ЭВМ отыскивает требу-
емые наборы материалов и предла-
гает их конструктору. Тот, руко-
водствуясь своим опытом, дает ЭВМ
новое задание — при известных ха-
рактеристиках выбранного материала
рассчитать прочностные, темпера-
турные и другие поля детали. Это уже
известная нам работа человека и ма-
шины в диалоговом режиме. Все, что
должны были делать помощники,
пользуясь справочниками и соот-
ветствующими схемами расчета, де-
лает ЭВМ. Она заменяет человека не
только в механической работе, но
и в логических рассуждениях и выво-
дах
Именно там, где начинается логика
и логические выводы, начинается про-
явление искусственного интеллекта.
Все больше и больше функций
конструктора-исследователя человек
передает машине, оставляя за собой
формулировку задачи, окончательное
решение, поиски выхода из непредви-
денных ситуаций и чистое творчество.
Особое место моделирование ин-
теллекта занимает в развитии науки.
Я уже не говорю о выводе новых
теорем, хотя здесь с помощью ал-
гебры логики уже достигнуто многое,
в частности ленинградской школой
профессора Н. А. Шанина, добившей-
ся выдающихся результатов при до-
казательстве теорем и теории мно-
жеств. Возьмем более простые вещи.
Всех нас учат в школе решать геомет-
рические и тригонометрические зада-
чи. Но это по силам и ЭВМ. Так что
если исследователю в ходе работы
встретится задача из Евклидовой гео-
метрии, машина немедленно спра-
вится и с ней.
Далее. В математике, особенно
в вычислительной математике, сегод-
ня отработано много универсальных
и специализированных алгоритмов
решения задач, связанных с линейной
алгеброй, дифференциальными и
интегральными уравнениями. Из этих
алгоритмов можно построить базы
данных, создать и поисковые системы
для выбора алгоритмов, с по.мощью
которых компьютер решит задачу
наилучшим образом. Точное интегри-
рование, дифференцирование, разло-
жение функций в ряды тоже становит-
ся сферой, которую человек передает
ЭВМ.
Диалог человека и машины будет
развиваться дальше. Именно в коопе-
рации высшего интеллекта человека
с его интуицией, умением находить
лучшие решения, не перебирая все
варианты, с его способностью обра-
щаться к далеким и неожиданным
ассоциациям — со всем тем, что не
поддается и вряд ли поддастся ис-
черпывающему математическому
описанию,— в кооперации человечес-
кого интеллекта и все более совер-
шенствуемых элементов искусствен-
ного интеллекта ЭВМ залог дальней-
шего научно-технического прогресса.
Однако для этого диалога необхо-
димо научить ЭВМ понимать пусть
простой, но естественный язык, давать
советы оператору, не посвященному
в тонкости алгоритмов решения
сложных задач, отыскивать опти-
мальные варианты решений, отражать
объемную информацию в виде гра-
фиков и голограмм, отвечать нам
синтезированной речью.
Таков далеко не полный перечень
элементов искусственного интеллек-
та, которым человек сейчас наделяет
ЭВМ. Наделяет для повышения тем-
пов научного поиска, скорости и ка-
чества проектно-конструкторских ра-
бот, для информационного обеспече-
ния и управления производственными
процессами во множестве сфер.
Нет нужды доказывать, как сильно
изменится характер промышленно
развитого общества при массовой его
компьютеризации. Заметнее всего
перемены коснутся, конечно, об-
щественного производства. Изменит-
ся содержание самого труда, и во
много раз увеличится его производи-
тельность.
Современное серийное произ-
водство основано на разделении тру-
да, на выполнении специализиро-
ванных процессов, часто не тре-
бующих особенного умения. В нем
еще очень велика доля ручных работ.
ЭВМ — это основа для создания авто-
матизированного производства^ где
такие монотонные, утомительные для
человека операции будут делать ро-
боты. Придут они и во вредное
производство — там их ждут давно.
Уже сегодня на многих заводах
действуют станки с числовым про-
граммным управлением и специ-
альные обрабатывающие центры. С их
появлением изменился характер обя-
занностей квалифицированного ра-
бочего-станочника. Он теперь не
токарь-виртуоз, а оператор. И помо-
гают ему специалисты высшей квали-
фикации — инженеры по эксплуата-
ции микроэлектронной техники, про-
граммисты. Вот какие фигуры стано-
вятся в наше время центральными на
производстве.
В следующем веке — а до него уже
рукой подать — заводы изменятся
еще разительней. Роботы научатся не
только штамповке или сборке; они
будут видеть, слышать, осязать, вос-
принимать ультрафиолетовое, инфра-
красное или радиоактивное излуче-
ние, реагировать на него, самопро-
граммироваться и перепрограмми-
роваться. Вот реальность, которая
ждет сегодняшнее поколение, и для
этого ему нужно приучаться к новому
мышлению — мышлению компью-
терной эпохи. Ведь уже сейчас ЭВМ
помогаю^ учителям. Но этого мало:
в школе, в профессионально-техни-
ческом училище, в техникуме, в
институте надо учить юношей и деву-
шек умению обращаться с ЭЬМ,
пониманию всех ее возможностей
и принципов работы. Эта задача во
многом психологическая: человек
должен во всех отношениях быть
готовым к диалогу с машиной.
Беседу записал А. МИХАЙЛОВ.
10
КЛЮЧЕВЫЕ ПРОБЛЕМЫ
НАУЧНОГО АТЕИЗМА
В предсъездовских документах — проекте новой редакции
Программы Коммунистической партии Советского Союза и
проекте Устава КПСС сформулированы конкретные задачи по
формированию научного мировоззрения.
Наш корреспондент М. Данилова встретилась с директором
Института научного атеизма Академии общественных наук при
ЦК КПСС, членом-корреспондентом Академии педагогических
наук СССР, доктором философских наук Виктором Ивановичем
ГАРАДЖОЙ и попросила его ответить на несколько вопросов,
касающихся развития теории научного атеизма и практики
атеистического воспитания.
— Виктор Иванович, расскажите
о главных направлениях в работе
института, о тех задачах, которые
стоят перед его коллективом.
— Главные направления деятель-
ности института, естественно, связаны
с разработкой ключевых проблем
теории и практики научного атеизма.
Мы исходим из того, что атеистичес-
кое воспитание, как составная часть
идеологической работы, должно по-
могать реализации основных задач,
решаемых нашим обществом. Они
определены в предсъездовских доку-
ментах.
Партия выдвигает на передний план
задачу ускорения социально-эконо-
мического развития страны. Понятно,
что ее выполнение связано с разви-
тием самого человека, формирова-
нием научного мировоззрения, созна-
тельного отношения к труду, высоких
нравственных качеств, с повышением
социальной активности. Атеистичес-
кая работа должна помогать личности
полнее раскрыть свои творческие
способности.
Но для этого нужна эффективная,
действенная атеистическая работа.
Она требует глубокого изучения тех
факторов, которые формируют соз-
нание человека, исследования меха-
низма их воздействия на психологию
социальных групп и личности. В свете
намечаемых задач особое внимание
будет обращено на исследование со-
циальных и социально-психологичес-
ких последствий научно-технического
прогресса, формирование потребнос-
тей личности. Развитие общественно-
го сознания сегодня характеризуется
повышением значимости в нем
нравственных факторов. Здесь до-
лжна находиться и важнейшая точка
роста атеистической мысли. В целом
речь идет о том, чтобы не на словах,
а на деле атеистическое воспитание
опиралось на прочный фундамент
социально-экономической политики,
наполнялось глубокими идеями, тес-
но связанными с реальностями сегод-
няшней жизни.
В последние годы большое внима-
ние уделяется вопросам истории
и культуры, исследованию роли рели-
гии и атеизма в духовном развитии
общества, в культурном наследии
прошлого. Здесь предстоит еще мно-
гое сделать. Мы не можем не
учитывать того факта, что в обыден-
ном сознании, в том числе и неве-
рующих людей, церковь зачастую
предстает носителем не столько рели-
гиозного миропонимания, сколько —
культурно-исторических, националь-
ных и нравственных традиций.
Формирование взглядов людей
ныне проходит в обстановке напря-
женного классового противоборства
на мировой арене. Наши противники
настойчиво стремятся использовать
религию в антисоциалистических, ан-
тисоветских целях.
— Виктор Иванович, как вы, член-
корреспондент Академии педагогичес-
ких наук, представляете себе про-
блемы атеистического воспитания в
школе? Готовит ли институт в этой
связи конкретные рекомендации для
учителей, комсомольской организа-
ции, вожатых?
— Главная задача здесь заключает-
ся в том, чтобы суметь реализовать
все заложенные в преподавании об-
ществоведческих и естественнона-
учных дисциплин возможности для
формирования у учащихся прочных
материалистических представлений,
атеистических убеждений. Нужны ре-
комендации, которые позволили бы
связать воедино изучение основ сов-
ременного научного знания с их ми-
ровоззренческим обобщением. Ведь
марксистско-ленинский атеизм не
сводится к простому отрицанию ре-
лигии; религиозной вере он проти-
вопоставляет научное знание и науч-
ное мышление, всю полноту достиже-
ний духовно-практического овладе-
ния миром. Институт сотрудничает
с Академией педагогических наук
в разработке таких проблем, и я на-
деюсь, что это сотрудничество бу-
дет успешным.
— Каково ваше мнение о современ-
ном состоянии религиозности? Как
известно, угасание религии — процесс
длительный, и идет он неравномерно.
Какие тут прослеживаются тенден-
ции?
— Современное состояние рели-
гиозности отличается противоре-
чивым сочетанием кризисных явле-
ний — это определяющая, домини-
рующая тенденция, обусловленная
всем ходом развития советского об-
щества — с элементами стабилизации
и даже повышения активности неко-
торых религиозных направлений.
Социологические исследования, про-
веденные в 60 — 80-х годах, в том
числе и нашим институтом, свиде-
тельствуют о том, что неуклонно
сокращается доля верующих в об-
щем составе населения страны, па-
дает воспроизводство религиознос-
ти в новых поколениях, среди ве-
рующих становится все больше лю-
дей с ослабленной религиозностью,
колеблющихся. Происходит своего
рода «внутренняя секуляризация»
религиозного сознания, его обмир-
щение. Архаичные компоненты тра-
диционного религиозного миропо-
нимания отступают на второй план,
в сознание современного верующего
во все большей степени проникают не
связанные с религией мотивы, ценнос-
тные ориентации. Наблюдения по-
следних лет показывают, что в цен-
ностных ориентациях верующих,
прежде всего в сфере трудовой дея-
тельности, происходят сдвиги, вызван-
ные ростом их общеобразовательного
и культурного уровня, воздействием
социалистического образа жизни.
К примеру исследования прошлых
лет отмечали, что значительная
часть верующих предпочитала тру-
диться в небольших коллективах,
на участках, где использовались
неквалифицированные виды тру-
да и т. д. Сейчас же растет, особенно
среди молодых верующих, стремле-
ние работать на современных крупных
предприятиях, овладеть высокой ква-
лификацией. Заметна тяга к таким
видам труда, которые пользуются
общественным престижем.
Исследования показывают, что
практически совпадают ответы ве-
рующих и неверующих членов произ-
водственного коллектива на вопрос
о том, что нужно сделать на их
предприятии, чтобы повысить эффек-
тивность трудового процесса (укре-
пить дисциплину, улучшить организа-
цию труда и планирование и т. д.).
В массе своей верующие интере-
суются событиями международной
жизни, жизни нашей страны. Как
11
правило, у них нет негативного отно-
шения к неверующим.
Здесь можно было бы привести
и другие факты, которые свиде-
тельствуют о том, что верующие
вместе со всеми трудящимися актив-
но участвуют в строительстве новой
жизни, совершенствовании социалис-
тического общества, в борьбе за мир.
Все это результат большой и мно-
гогранной работы партии по упроче-
нию идейно-политического единства
советского общества.
В работе с верующими главное
внимание сосредоточивается на по-
вышении их трудовой и социальной
активности, воспитании их, как и всех
членов общества, в духе граж-
данственности и советского патрио-
тизма при условии неукоснительного
соблюдения конституционных гаран-
тий свободы совести. В этой рабо-
те мы опираемся на духовно-
нравственные ценности социализма,
мораль которого возвышает человека
труда, нетерпима к посягательствам
на его достоинство, утверждает
подлинно человеческие отношения
между людьми, осуждая эгоизм,
себялюбие, своекорыстие.
И еще раз о связи задач социаль-
но-экономического, политического и
культурного развития с задачами ате-
истического воспитания. К сожале-
нию, в практике атеистической работы
это требование осуществляется дале-
ко не всегда. И это, конечно, значи-
тельно снижает ее действенность.
Заботясь об упрочении этой связи,
следует концентрировать внимание на
актуальн)ix вопросах современной со-
циально-экономической политики, об-
щественного развития. В преддверии
нового тысячелетия встает вопрос
о том, что несет с собой грядущий XXI
век, какова историческая перспектива
человечества, какие силы и цели ее
определяют. Проблемы глобального
порядка, и важнейшая среди них —
сохранение мира и предотвращение
термоядерной катастрофы — в усло-
виях обострения идеологической
борьбы, концентрируются вокруг по-
нимания судеб человечества, смысла
и движущих сил истории. Людей все
больше и больше интересует, на чьей
стороне правда, в чьих руках истори-
ческая инициатива, каковы реальные
пути к обеспечению прочного мира,
становлению общества социальной
справедливости.
Противоположность между наукой
и религией раскрывается ныне все
полнее не только в плане противопо-
ложности религиозной картины ми-
роздания научной картине природы,
но и в плане ее противоположности
научному пониманию жизни и разви-
тия общества, личности. Споры о бу-
дущем человеческого общества тесно
связаны с определением подходов
к оценке его исторического прошло-
го.
В современных условиях гумани-
тарные науки, то есть «история
людей» в самом широком смысле
в отличие от «истории природы»,
играют существенно возросшую роль
в решении кардинальных миро-
воззренческих проблем. В нашу пе-
реломную эпоху истории обостря-
ется интерес ко всему, что так или
иначе связано с пониманием судеб
человечества, помогает понять смысл
и ход истории, ее перспективы. Вся
стоящая в центре идеологической
борьбы совокупность этих вопросов
связана с противоборством двух
главных сил, определяющих ныне
судьбы цивилизации.
Марксистско-ленинской концепции
общества и его развития, исходящей
из материалистического понимания
истории, противостоят буржуазные
концепции, в их числе и клери-
кальные, в различных формах варьи-
рующие идеалистическую интерпре-
тацию истории. «Христианские цен-
ности», «исламские традиции» и
т. д. теологи стремятся представить
в качестве духовной основы и пред-
посылки здорового и стабильного
общественного порядка, альтерна-
тивы марксизму-ленинизму В этой
связи возрастает актуальность науч-
ной критики религиозно-мистифици-
рованного истолкования истории, все-
го спектра социальных проблем,
повышается роль атеистического вос-
питания в формировании научного
мировоззрения масс Решение этой
задачи предполагает творческое раз-
витие теории научного атеизма,
марксистско-ленинского религиове-
дения, а также обогащение новыми
теоретическими разработками прак-
тики атеистической работы.
— Атеизм, как мы знаем, органи-
ческий элемент духовной культуры. Не
могли бы вы рассказать, что сегодня
характеризует атеизм как культурное
явление? Каково его место в жизни
нашего общества? В последние годы
почти не выходило книг, посвященных
истории свободомыслия в России, а те-
ма эта представляется нам особенно
важной. Как изучаются проблемы
истории свободомыслия и атеизма
в вашем институте?
— Изучение атеизма как элемента
духовной культуры прошлого и наших
дней — задача актуальная. Хотя кое-
что в этом отношении уже сделано
и есть ряд интересных работ, еще
больше предстоит сделать. Необходи-
мо объединить в этом направлении
работу специалистов различных от-
раслей знания, в первую очередь
историков, философов, культуроло-
гов. Эта задача тем более важна, что
атеизм был и остается объектом
ожесточенной и, как правило, пред-
взятой, грубо искажающей его под-
линный гуманистический смысл кри-
тики, и прежде всего с позиций
клерикального антикоммунизма.
Наша эпоха несет в себе источник
надежды и в то же время тревоги за
будущее человечества. С одной сто-
роны, открываются величайшие воз-
можности улучшить мир на путях
социальной революции и научно-тех-
нического прогресса, а с другой —
над миром нависла опасность тер-
моядерной войны, угроза гибели
цивилизации. В этих условиях как
никогда важно обрести духовную
опору, которая позволяет видеть ре-
альность во всей ее противоречивой
сложности и полно’у и открывает путь
к утверждению мира, справедливости
и человечности на земле. Как никогда
важно противостоять фатальным ди-
агнозам, базирующимся на идеях
бессилия человека, тщетности и аб-
сурдности всех его надежд на лучшее
будущее, на многообразных вариан-
тах исторического пессимизма, равно
как и иллюзорной альтернативе им
в религиозно-эсхатологических кон-
цепциях, которые рассматривают бу-
дущее как «осуществление божьего
промысла», уповают на милосердие
бога.
Символом марксистско-ленинского
атеизма остается Прометей, бросив-
ший вызов богам. Современный чело-
век может и должен обрести надежду
в себе самом, он единственный и
подлинный творец истории. Он не
заключен «в темницу временного
мира», из которого его освобождает
надежда на второе пришествие Хрис-
та. Будущее мира создается трудом
человека, его борьбой за мир, за
социальный прогресс. Он творец всех
материальных благ, всех духовных
ценностей. Не следует закрывать гла-
за на противоречивый и трудный ход
истории каждый шаг которой дается
ценой упорной борьбы и труда, пре-
одоления сил, которые тормозят
развитие цивилизации. И тем важнее
освободиться от всех тех духовных
пут, которые мешают человеку обрес-
ти уверенность в себе, в своих силах.
Современный атеизм — неотъем-
лемый компонент той духовной куль-
туры, которая помогает человеку
в борьбе за лучшее будущее, за
спасение жизни на земле, помогает
ему обрести достоинство и свободу.
Атеизм, по словам Маркса, отри-
цает бога во имя утверждения челове-
ка, труд которого —- основной источ-
ник материального и духовного бо-
гатства общества, главный критерий
социального престижа личности.
Смысл и цель созидания коммунисти-
ческой цивилизации Маркс видит во
всестороннем развитии человека, в
его духовном богатстве и физическом
совершенстве.
Я согласен с тем, что у нас еще мало
работ, раскрывающих наше понима-
ние атеизма во всей его полноте,
в том числе и работ по истории
атеизма. Но вот что касается истории
свободомыслия и атеизма в России, то
здесь я не могу согласиться с вами
полностью. В Институте научного ате-
изма в этом отношении сделано
12
немало. В издаваемой нами «На-
учно-атеистической библиотеке»
вышли такие интересные книги, как
«А. И. Герцен об атеизме, религии
и церкви», «Д. И. Писарев об атеиз-
ме, религии и церкви», подготовлены
работы о петрашевцах, народниках.
Появился ряд статей в «Вопросах
научного атеизма». Исследования в
этом направлении мы будем продол-
жать.
— Тема религии все чаще затраги-
вается в современной художественной
литературе. Не могли бы вы поделить-
ся своими соображениями в этой
связи?
— Может быть, точнее было бы
сказать, что не «тема религии», а те
вечные вопросы человеческого
бытия — смысл и цель жизни, ее
нравственные основы и т. д., которые
отражались и в религии. Хотя действи-
тельно есть книги, которые обра-
щаются непосредственно к вопросам,
связанным с оценкой роли религии
в прошлом и в современной жизни.
К сожалению, не всегда их авторы
следуют исторической правде, иногда
дается однобокая оценка религии, она
представляется в односторонне идеа-
лизированном виде. Такие явления,
конечно, не могут не вызывать беспо-
койства. Главную роль в их преодоле-
нии призвана играть марксистско-
ленинская критика. Важное место
занимает здесь и научная разработка
проблем истории культуры, этики,
марксистского религиоведения. В на-
шем институте им уделяется пер-
востепенное внимание.
— Вы — член редколлегии нашего
журнала. Какие публикации вы хотели
бы чаще видеть на его страницах?
— Мне кажется, что в работе жур-
нала используются еще далеко не все
возможности усиления его воз-
действия на общественное мнение, на
формирование научного мировоззре-
ния. И прежде всего речь идет
о содержании современной атеисти-
ческой пропаганды, о ее реальном
влиянии на морально-психологичес-
кий климат, убеждения, миро-
воззренческие позиции людей.
Если говорить шире, журнал при-
зван стать массовой трибуной для
обсуждения самых насущных проб-
лем научного атеизма, в том числе,
например, той, о которой мы только
что говорили,— я имею в виду крити-
ческий разбор мировоззренчески не-
четких, ошибочных оценок роли рели-
гии в прошлом и в современном
обществе.
Хотелось бы, чтобы в этом направ-
лении развивалось творческое содру-
жество журнала и нашего института.
ФАКТЫ, ИНФОРМАЦИЯ, ХРОНИКА
ПОЛЕЗНАЯ ВСТРЕЧА
В Виннице состоялся со-
ветско-польский семинар, на
котором работники и акти
висты ВЛКСМ и Социалисти-
ческого союза польской моло-
дежи обменялись опытом вос-
питательной работы, формиро-
вания научно-материалисти-
ческого мировоззрения.
Советские участники встречи
отметили, что в атеизме, как
и на всех участках идеологи-
ческой работы, идет поиск
более эффективных, совре-
менных форм. Новые про-
граммы — «Учение, преобра-
зующее мир», «Идеологичес-
кая борьба и молодежь»,
«Основы научного атеизма» —
введены в системе комсо-
мольской политической учебы.
Большой популярностью поль-
зуются общественно-полити-
ческие клубы, тематические
кинолектории.
«Работают» на атеизм и ув-
лечения техническим, худо-
жественным творчеством, спор-
том, которые расширяют круг
общения, интересов молодых
людей, укрепляют чувство кол-
лективизма, товарищества, ве-
ру в собственные силы. Актив-
ная полнокровная жизнь про-
сто не оставляет места для веры
в бога, религиозных иллюзий.
Тем не менее верующие у нас
есть, и в том числе среди
молодежи. Участники семина-
ра подробно обсудили вопрос
о причинах живучести рели-
гиозных предрассудков, озна-
комились с интересным опытом
атеистического воспитания в
комсомольских организациях
Винницкой области.
Несколько лет назад в
Львовской области создали
четыре зональные школы орга-
низаторов индивидуальной ра-
боты с молодыми верующими.
Есть немалая заслуга вы-
пускников этих школ в том, что
более тридцати девушек и юно-
шей Радеховского района
вышли из местной общины
евангельских христиан-бап-
тистов Опытом такой работы
поделился заведующий отде-
лом Львовского обкома комсо-
мола А. Евстратов.
Польские товарищи расска-
зали о недавно состоявшемся
IV съезде ССПМ, который обра-
тил внимание на важность
атеистической пропаганды, оп-
ределил стоящие здесь задачи.
Они поделились опытом орга-
низации идейного воспитания
молодых родителей, подчерки-
вали актуальность, остроту
этой проблемы, так как католи-
ческая церковь отводит семье
особое место в приобщении
детей к религии.
Подробно и интересно о
подготовке активистов атеисти-
ческого воспитания рассказал
секретарь Скерневицкого вое-
водского управления ССПМ
Ришард Тарговский. Здесь уже
пять лет работает постоянно
действующий семинар по изу-
чению истории религии, теории
и практики атеистической ра-
боты. Повсеместно растет роль
молодежных лагерей учебы и
отдыха, где юношам и девуш-
кам предоставлены все воз-
можности для расширения по-
знаний о мире.
Участники семинара, подво-
дя итоги его работы, высказали
пожелание продолжить кон-
такты и обмен опытом между
ВЛКСМ и ССПМ в деле атеис-
тической пропаганды
В. АЛЕКСЕЕВ
САМОТЛОРСКИЕ
СВАДЬБЫ
Работники Нижневартовско-
го городского Дворца бракосо-
четаний стараются, чтобы одно
из самых важных событий в
жизни молодых людей навсег-
да осталось в их памяти. Все
большее распространение по-
лучает помолвка. Девушкам
и юношам, объявленным невес-
той и женихом, вручается обра-
щение «К гражданину Нижне-
вартовска».
Через месяц они вместе с
друзьями и родственниками
снова войдут под тор-
жественный марш во Дворец.
Его директор Татьяна Алек-
сеевна Глебова произнесет за-
ветные слова: «Объявляю вас
мужем и женой». Пусть мо-
лодые супруги хранят верность
друг другу всю жизнь и не
забывают, что их брак
заключен на Самотлорской зем-
ле.
13
духовный мир человека
лось бы выделить песни. Через «врата» народной песни
я шагнул в жизнь, в поэзию. И сейчас, желая встряхнуть-
ся и отойти душой после сложных наших поэтических
ребусов, после бравурной, шумной современной музыки,
открываю том народных песен или ставлю пластинку
с голосами сельских певцов. Поверьте: это так очищает
душу, так углубляет твою жизнь, чего, уверен, никогда
не сделает никакая дискотека с самой совершенной
аппаратурой.
Говорю это для того, чтобы вы лучше поняли, что
заботит меня как пишущего человека, чему я радуюсь
Уверен в одном: все наши книги сохраняют ценность
до тех пор, пока питаются соками родной земли,
пока уходят корнями в прошлое родного края, пока писа-
теля волнует не только сегодняшний день, ио и будущее.
Считаю себя писателем, который сознательно отдает
свой больший или меньший талант определенной цели.
В этом смысле я, очевидно, до конца своих дней призван
землей, где родился и рос, ее историей и культурой, язы-
ком и обычаями, стремлением ее людей выразить себя
в труде и творчестве, сформирован всем тем, чем прекрас-
на и славится Советская Литва среди других республик.
Думаю, что цель и смысл жизни каждого человека
(неважно, какая у него профессия) лучше всего
раскрываются в труде на благо Родины, во имя ее
настоящего и будущего, в воспитании человека, повыше
нии его материальной и духовной культуры. Только так
можно осмыслить свою жизнь и судьбу, связать ее
с жизненным путем и судьбами других людей. Каждый
в отдельности кирпич мало что значит. Только соединив-
шись с другими, он может стать домом. Без читателей
и мой труд как писателя лишен какого бы то ни было
смысла и ценности.
Говорю обо всем этом, желая раскрыть перед вами
свою веру. Эту веру я провозглашал во всех своих книгах,
статьях, ее доказательству посвящена моя книга фило-
софской эссеистики «Дневник без дат». Мне кажется,
человек бывает наиболее счастливым и одухотворенным,
когда он чувствует связь, духовное единство, родство
и общность со всем, что есть.
Социализм, как известно, ценит человека не за
происхождение, а за труд. И нынешнее время, время
огромных перемен, происходящих в стране, требует от
всех вдумчивой, творческой работы. К сожалению,
немало еще случаев девальвирования труда, бывает, что
не выполненная работа, а пустая болтовня выносят иного
деятеля на поверхность. Но ненадолго. Общество научи-
лось отличать полову от зерна, и рано или поздно
предъявляет таким деятелям счет. Чем раньше, разу-
меется, тем лучше.
Благодарю судьбу, что родился и рос в деревне,
у Немана, там, где ои под Бирштонасом делает большую
петлю. Довелось мне повидать мир, любоваться его
красотами — и все же смею утверждать, что самое
замечательное место на земле — мои родные места. Там,
в заброшенной, забытой богом и людьми деревушке
получил я все, без чего как писатель не мог бы жить
и работать. Прежде всего это язык — сочный, богатый,
древний и звучный. Вместе с ним я получил в наследство
неисчерпаемый кладезь народной культуры в разных ее
жанрах и формах, сопутствовавших человеку от рожде-
ния до кончины. Это и устное творчество — сказки,
легенды, загадки, пословицы, поговорки, это и народный
текстиль — скатерти, покрывала, рушники, на-
циональные ленты, это и народная керамика — горшки,
кувшины, игрушки, это и народная скульптура, архитек-
тура, резьба... В,се то, с чем человек жил, что помогало
ему в труде и украшало быт. В неисчерпаемой сокровищ-
нице народной культуры таятся и корни нашего
профессионального искусства, его истоки. Не отыскав их,
не опираясь на них, мастер лишается силы.
Из всех видов народного творчества особенно хоте-
и чем горжусь, что вызывает у меня озабоченность
и беспокойство. А волнует писателя все, что происходит
в этом пестром мире, особенно на той земле, где он живет,
которую он называет своей Родиной. Об этом и отрывки
из книги «Дневник без дат» предлагаемые вашему
вниманию.
Перевел с литовского В. КОНОВАЛОВ.
14
ДНЕВНИК
БЕЗ ДАШ
Юстинас МАРЦИНКЯВИЧЮС
КАК МНОГО мы забываем, как много кра-
сок и звуков угасает в нас. Порой натыка-
ешься на какое-нибудь слово в старой за-
писной книжке — и вспомнить не можешь,
как оно в ней оказалось, что обозначает.
Эта книга выросла из записных книжек, куда
я время от времени заносил какую-нибудь
мысль, впечатление, переживание, сравнение,
метафору, тему для статьи, поворот мысли
и чувства для будущего стихотворения... Луч-
ше всего, пожалуй, назвать ее дневником.
Однако — дневником без дат.
Каждая секунда, каждый шаг — это еще
один конец «чего-то», конец, которым
ничего не кончается.
Вечность... Ее поэзия, разлитая в мгно-
вении, ее дыхание, проступающее в
героическом поступке человека, в полете его
творчества, в его любви и ненависти — только
это и дает возможность (а может, только
иллюзию возможности) примирить походя-
щее с вечным, ограниченное с безбрежным.
Существует множество способов заглянуть
в человеческую душу: произнесенное
слово, контекст, интонация, взгляд, движение,
мимика... Это знаки, которые мы, к сожале-
нию, скверно знаем, да и понимаем по-
верхностно и плохо.
Легче провозглашать все десять божьих
заповедей, чем следовать им. Потому-то
на свете так много проповедующих и так мало
тех. кто следует этим заповедям, так много
взимающих дань и так мало жертвующих.
Большинство вопросов себе и миру мы за-
даем молча. А это основные вопросы
человеческого существования: смысл жизни,
цель, любовь, вера и т. п. Эти вопросы мы
ставим уже самим своим существованием,
своим бытием. Ставит их и литература, особен-
но поэзия. Они таятся где-то между строчек,
вытекают из общего настроения стиха, из
образов и даже из столь любимого поэтами
многоточия.
Не надо обожествлять человека — это его
деморализует, парализует моральные и
творческие усилия, иначе говоря, обесчелове-
чивает. А без таких усилий он мало чего стоит.
Это уже не творец, а потребитель жизни.
Бывает и хуже — обожествляя человека, мы
вскармливаем в нем хищника, зверя, сверхче-
ловека, то есть поощряем разрушительные,
деструктивные силы. И шагает себе по жизни
человек-бог, хватая все, что попадает под руку,
стараясь урвать все, что можно урвать, и от-
толкнуть локтями каждого встречного-по-
перечного; схваченный за руку, он даже не
понимает аморальности своего поведения,
ибо, обожествив, мы сами вознесли его над
конкретным временем, вырвали из конк-
ретных обстоятельств.
Это преклонение перед абстрактным чело-
веком почему-то именуется абстрактным
гуманизмом. На самом же деле гуманизм —
отношение требовательное. Человек обретает
цену, только реализуя свою творческую и мо-
ральную суть; мы же, славословя, по существу,
мешаем ему исполнить свой долг — услышав,
что головой он касается чуть ли не небес, он
и впрямь начинает думать, что выше и расти
некуда.
Понять человека, помочь ему познать себя,
освободить ту силу, которая таится под спу-
дом, а главное, возбудить в нем любовь
и уважение к себе подобным — такова в общих
чертах наша задача. Как говорил в своем
«Политическом трактате» Спиноза: «Я все
время стараюсь не смеяться над человечески-
ми поступками, стараюсь не огорчаться из-за
них и не поносить их, а понять».
Понять человека) Это бесконечно много, это
почти недостижимо, ибо каждый понимает
столько, сколько находит в себе, сколько
имеет за душой. Итак, понять себя — это
понять другого, понять другого — это понять
себя.
Не надо нам больше богов — ни в небесах,
ни на земле. Ибо они на ней черт знает что
творят.
В человеке достаточно и от бога, и от чер-
та. Самым человечным он бывает тогда,
когда он человек. Получается интересный
парадокс: не видавшие ни бога, ни черта, мы
с легкой душой классифицируем человеческие
поступки, деля их на «божественные» и
«дьявольские». Какие же поступки можно
назвать «человеческими»? Кажется, у нашей
души вообще нет ничего своего: всю ее
деятельность приписывают либо богу, либо
дьяволу. Эти два матерых эксплуататора то
выволакивают ее на свет, то погружают во
15
тьму, тянут то вперед, то назад — на манер
марионетки.
Конечно, это только парадокс, только инер-
ция классификации поступков или, если угод-
но, еще один, чего доброго, самый древний
пример диалектического мышления: человек
есть диалектическое единство «бога» и «дьяво-
ла».
Попытаемся же понять жизнь как долг:
как долг человека перед человеком, как
долг человека перед обществом, как долг
общества перед человеком, как долг солнца
перед землей, как долг отцов перед детьми,
как долг детей перед отцами, как долг
труженика перед работой, как наш долг перед
правдой и верностью, как долг ученого перед
наукой, как преданность поэта и его долг
перед поэзией, как долг перед добром и
красотой, как долг перед своим народом, как
долг перед свободой, как долг перед сегод-
няшним и завтрашним днем, как долг перед
деревом и птицей.
В этом моя позиция. На том стою, взметнув
свое знамя: «Жизнь — долг». И оружие мое
направлено против основного врага — против
скотского, потребительского и, увы, могучего
принципа: «Жизнь — удовольствие». Я ут-
верждаю, что истинное, достойное человека
удовольствие — это осознанный и сознательно
выполняемый долг. Как осознанная необходи-
мость есть свобода.
В «Возвращении в Т и паса» А. Камю так
формулирует свой моральный принцип: «Ре-
шимость жить, ни от чего в жизни не
отказываясь». Это объективистская мораль,
в ней отсутствует воля человека, в ней опять-
таки нет шкалы ценностей и зло не отграничи-
вается от добра. Пожалуй, скорее это мораль
потребителя жизни, человека, представ-
ляющего собой только биологический орга-
низм. В конце концов, вряд ли это вообще
мораль, поскольку субъект такого принципа
совершенно пассивен, его не видно, он только
милостиво разрешает йсизни течь через
него.
Утверждая осознанный долг духовной и фи-
зической деятельности человека, я представ-
ляю себе человека активным, свободным,
героическим. Да будет это краеугольным
камнем нашей героической этики. Пото-
му и говорю: есть цель и решимость жить,
принимая жизнь как осознанный долг. Так
ведут себя действующие лица моих книг
«Кровь и пепел», «Стена», «Миндаугас», «Со-
бор», «Мажвидас», «Heroica» и других. И не
только они... Вся литература (да и жизнь) полна
таких людей. Что такое Гамлет, если не знамя
героической морали в Эльсинорском замке,
ополчающейся против потребительской мора-
ли? А персонажи мифов и сказок? Это отнюдь
не означает, что и в жизни, и в литературе
принцип «жизнь — долг» проявляется только
в чистом виде. Чаще всего сердце одного
человека подобно целому Эльсинорскому
замку, где происходят сложные сшибки мора-
ли, убеждений, религии.
Когда я говорю о добре, то всегда подразу-
меваю красоту. Все доброе, справедливое,
благородное и порядочное — всегда красиво.
Поскольку эти понятия выражают идеальные
состояния, в которые воплощается жизнь, если
понимать ее как осознанный долг, то вернее
было бы сказать так: красиво все то, что,
борясь, стремится ко всему доброму, справед-
ливому, благородному, порядочному, мудро-
му, свободному, живому.
Вот что такое героическая эстетика,
которая стремится в художественных формах
изобразить действительность как несконча-
емый конфликт, движение и борьбу. Только
в этой борьбе жизнь разумна и красива,
следовательно, целесообразна и осмысленна.
Творчество для меня — это разговор с че-
ловеком и о человеке. Вряд ли кто-нибудь
убедит меня, что у творчества есть какая-
нибудь иная цель. Я всегда стремился к пони-
манию, взаимопониманию. Я есмь уста и де-
рева, и птицы, и травы, мне дано говорить за
них, ибо поэзия — это забота обо всем на
свете. А правда может быть и горой, и малой
песчинкой.
Какие условия нужны для духовного роста
молодого человека? В первую очередь —
правда. Социальная и этическая. Правда —
словно тот колышек, к которому мы при-
вязываем молодое высаженное деревце,
чтобы ветры его не сломали и чтобы оно не
искривилось.
Какой огромный мир нас окружает, начи-
ная со звуков и света и кончая человеком,
тем, что он производит: вроде всего вдоволь.
Он должен, казалось бы, переполняться впе-
чатлениями действительности. Однако такое
перенасыщение мы считаем чуть ли не бо-
лезнью, а восхищаемся, превозносим неутоли-
мую жажду эмоций, чувств, интеллекта, стрем-
ление освоить как можно больше, трудом
и творчеством расширить рамки действитель-
ности. Может, это формы тоски по вечному
и бесконечному в человеке?
Содержание всех религиозных культов
составляет чья-нибудь жизнь или судьба.
Жизнь и судьба — уже драма, роман, поэма.
Рассказать о чьей-нибудь жизни — значит
выделить ее среди других. Выделить — в свою
очередь, значит сделать многозначной, всеоб-
щей, значит обожествить ее. Потому-то и боги,
и литературные герои кажутся более вели-
чественными, более могущественными и дол-
говечными, чем мы. Однако они могут жить
только благодаря нам. Только в нас они
находят и землю, и рай, и небо. Мы — тот
экран, на который проецируется их жизнь
В действительности же — это не их жизнь,
а наша жизнь, ибо не они, а мы все время
переживаем их судьбу.
16
Кто был ближе к дереву: тот человек, ко-
торый несколько тысячелетий назад видел
чудо — могущество роста, разветвленность
божества, слышал его глагол в листьях, или же
современный человек, знающий химическую
структуру дерева, тайну его роста, предназна-
чение его листьев и т. д и т. п.? Знать, постичь
умом предмет, явление — еще не значит быть
ближе к нему. Странно, наука словно отторгла
человека от целого, оттолкнула от природы,
возвысила его над ней. Относиться же по-
новому к природе мы еще не научились
Поэтому мы и вступаем в ее лоно, как
завоеватели в страну, где можно грабить,
убивать, разрушать — зачастую без всякого
смысла. Нерасторжимость человека и при-
роды, их кровную связь чувствует и исповедует
не наука, а искусство. Для науки природа —
лаборатория, для искусства — дом и святыня
Бродишь по какой-нибудь улочке старого
города и вдруг ощущаешь себя в истории.
Нет, это не совсем точно. Ощущаешь прошлое
здесь, сейчас, прошлое, происходящее в этот
момент. Время как бы раздваивается: знаешь,
что ты в настоящем, но и прошлое ощущаешь
не как памятник, не как свод знаний о нем,
а как собственную жизнь. Особенно это
бывает, когда улицы припорошит первый
снежок.
Места, где когда-то были большие скопле-
ния жизни, излучают ее столетиями или даже
тысячелетиями. Иногда мы попадаем в такой
луч или полоску света. И то. что при этом
вспыхивает, бывает подлинней, нежели в теат
ре или в кино. Словно видишь себя во сне,
в XVI веке например. Но сравнение со сном
приходит позже. А в первый момент это
подлинная жизнь, которой живешь и которую
наблюдаешь
Может быть, наши знания о прошлом
бросают отсвет на старые обшарпанные стены?
Вряд ли, ибо прошлое предстает перед нами
в человеческом обличье, без всякого истори-
ко-этнографического «реквизита». Как будто
ненадолго чувствуешь себя в двух временных
измерениях. В такие мгновения бываешь пере-
полнен жизнью.
У природы нет времени пощадить меня.
Она совершенно объективна по отноше-
нию ко мне. Все ни дальше, ни ближе, ни выше,
ни ниже. Все там, где ему и положено быть. От
этой объективности природы иногда просто
выть хочется.
Хороша дорога из Вильнюса в родные мес-
та. Пробежит мигом. Уже, кажется, назу-
бок знаешь каждый поворот, каждый извив,
каждый пригорок и горку, каждый лесок
и пущу, каждый луг или поле Бежит дорога по
долинам и вдоль озер, а ты все смотришь
удивляешься и надивиться не можешь, все
восхищаешься и мысленно ахаешь: сколько
тебе дано, человек, прильни ко всему этому
душой, наполни ее доверху, чтобы она заигра-
ла, чтоб зарыдала от счастья, чтобы запела —
и неважно, чьими словами — своими или
чужими. О, если бы кто-нибудь знал, какой
я сейчас хороший, какой просветленный, какой
святой и как мне стыдно за все то, что нет-нет
да вырывается из темных глубин души! Сейчас
я брат всему, сейчас и я объемлю, и меня
объемлют. Волнующиеся луга, как звучат они
во мне и как не хватает у меня слов, достойных
этого чуда, этой слезы, подступающей к горлу,
этого человека, идущего по деревенскому
проселку .. Нет у меня слов и для самого себя.
За Аукштадварисом, при въездь в Стаклиш-
няй открывается широкая, как жизнь, долина.
Я останавливаю машину, выхожу и ласкаю
взглядом каждую усадьбу, купу дерев, озерцо,
догоняю взглядом каждую птицу, парящую то
над одним краем долины, то над другим,
вдыхаю все запахи, впитываю все звуки, а слов
у меня все нет и нет. Слишком высока волна,
которая подхватила меня сейчас и несет. Литва,
поймал я себя на мысли, вот она передо мной
в той долине, как на ладони. Здесь она явилась
мне, как в какой-нибудь дайне, как на расши-
том покрывале или в каком-нибудь древнем-
древнем документе. Или на карте, где и рель
еф, и поселки когда-то были отмечены не
условными знаками, а нарисованы и увидены
как бы с птичьего полета, Да, ни дать ни
взять — миниатюра. Повесил бы на шею и но-
сил, как носили наши отцы ладанки. И никогда
бы не снимал.
А слов все нет и нет. Вершины чувства —
безмолвны. Чтобы свершилось творчество,
необходимо равновесие. Но так ли уж важно
творчество? Это переживание, эта волна,
которая несет тебя — ко всем, со всеми, эта
горькая радость, которую можно назвать
Офорты Гражины
Д и д е лите.
существованием и < >т которой так хорошо на
душе,— вОт где истинная поэзия. Хочешь
поделиться со всеми — и не можешь. Словно
для молитвы слетают слова:
Не отнять.
Не продать.
Не разлюбить.
Это не стихотворение. Это скорее заклина-
ние, формула. Кажется, я переполнен ею,
кажется, она переполнена мной.
В такие-то мгновения и живет поэт. Может
быть, катарсис, который он испытал, останется
невоспетым, но все равно — в него,, в поэта,
входит Литва и припадает к его сердцу.
Здесь словечками ласковыми
припорошены стежки и вишни.
О, как видно далеко,
как далеко здесь слышно.
Такая глубина, что до самого себя и не
добраться.
Перевел с литовского Г. КАНОВИЧ.
Библиотека Либрусек lib.rus.ec
17
ЧЕЛОВЕК
И ЕГО ДЕЛО
КТО ИЗ НАС НЕ ВСТРЕЧАЛ ПОДОБНОГО ЧЕЛОВЕКА В
ТРУДОВОМ КОЛЛЕКТИВЕ, В КРУГУ ДРУЗЕЙ, СЕМЬИ.
СЛОВНО ЗНАЕТ ОН ОСОБЫЙ СЕКРЕТ. КАК
ПОВЕСТИ ЗА СОБОЙ ЛЮДЕЙ, УВЛЕЧЬ ИХ СВОЕЙ ИДЕЕН
ВИДИМО, ОБЛАДАЕТ ТАКОЙ ЧЕЛОВЕК ПРИРОДНЫМ
ОБАЯНИЕМ, ДУШЕВНОЙ ОТКРЫТОСТЬЮ, УМЕНИЕМ
ШИРОКО МЫСЛИТЬ. МОЖНО СКАЗАТЬ, ЧТО ЭТО
ВОЖАК по САМОЙ своей СУЩНОСТИ.
«НЕФОРМАЛЬНЫЙ ЛИДЕР» - НАЗЫВАЮТ ТАКОГО
ЧЕЛОВЕКА СОЦИАЛЬНЫЕ ПСИХОЛОГИ. А КОГДА ОН
СТАНОВИТСЯ ЕЩЕ И ФОРМАЛЬНЫМ — РУКОВОДИТЕЛЕМ
КОЛЛЕКТИВА, ТО ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЕГО БЫВАЕТ
ВЕСЬМА ПЛОДОТВОРНОЙ. С ОДНИМ ИЗ ТАКИХ ЛЮДЕЙ
ДОВЕЛОСЬ НЕДАВНО ВСТРЕТИТЬСЯ...
тем
для
или даоги
Иосифа

...Я в кабинете председателя колхо-
за имени Ярослава Галана Радеховско-
го района Львовской области Иосифа
Семеновича Парубочего. Человек зн
уважаемый — кавалер ордена Лени-
на, двух орденов Трудового Красного
Знамени, ордена Октябрьской Ре-
волюции, заслуженный агроном
УССР, делегат XXVI съезда КП Ук-
раины, депутат Верховного Совета
Украинской ССР. Прошу его подроб
Е. КОВРОВ,
специальный корреспондент
журнала «Наука и религия»
• Село Узловое —
центральная усадьба
колхоза имени Ярослава
Галана.
е И. С. Парубочий с детьми
нее рассказать о себе, а он то и дело
уходит от этого, говорит < других
людях, которые вырастили его, с ко-
торыми трудится сейчас.
За окном светило редкое в
прошлый июнь на Львовщине солнце,
щебетали какие-то птахи, в кабинете
беспрестанно звонили телефоны, и
Иосиф Семенович, извиняясь и бор-
. моча: «Вот, просил же бисовых детей
не беспокоить!» — отключал их один
за другим.
Говорит он своеобразно. Голос то
затихает, то становится громким, буд-
то после каждого слова он ставит
восклицательный знак: «Родился(!)
я(!) здесь же(!), на Радеховщине(1)...».
янских семьях, с малых лет помогал
родителям по хозяйству
Окончил школу, и направили его на
три года во Львов — на курсы предсе-
дателей колхозов. Вернулся домой —
работал агрономом в сельхозотделе
райисполкома, потом служил в армии.
И снова работа агрономская — теперь
в МТС. А в 1955 году его, 22-летнего
комсомольца, избрали председате-
лем колхоза имени Ленина в сосед-
нем, Лопатинском районе.
— Вот уже тридцать лет я председа
тельствую. Ох, и трудно же поначалу
мне пришлось! — передернул плечами
Иосиф Семенович. — Земля была запу-
щена донельзя, урожаи мизерные,
организации труда — никакой. И спе-
циалистов только двое — я да еще один
— Видно, селяне наши и сами уже
пришли к тому, что без труда общего на
земле им не прожить. А когда я выска-
зал эту мысль вслух, нарисовал
перспективы, меня поддержали. Прав-
да, не было еще тогда для таких
обещаний материальной базы, но было
огромное желание, была поддержка
колхозников. А это главное! В общем,
ситуация сложилась, как в Библии:
в начале было лишь слово...
Через два года колхоз стал пере-
довым в районе. С высоты сегодняш-
него дня тогдашние успехи кажутся
скромными: собрали по 17 центнеров
зерна с гектара, по 350 центнеров
е Агитбригада.
е Сельский оркестр.
В НАЧАЛЕ БЫЛО СЛОВО
— Родился я пятьдесят три года
назад здесь же, на Радеховшине. в селе
Фото В. Пилипюка.

ЧП
ЧЧ
кчч
Оглядовке. Родители мои, да и все
предки, испокон века крестьянствова-
ли. И я пошел по их пути — почти всю
жизнь свою на земле работаю...
Раннее детство Иосифа Семеновича
пришлось на тяжкие годы войны,
в нелегкое послевоенное время учил-
ся он в школе Как водится в кресть-
агроном... Вроде бы и людей в колхозе
достаточно, а вот работать некому —
не было к этому стремления, ведь на
трудодень по 14 копеек выходило
Можно сказать, трудились бесплатно.
Он говорит о первых шагах на посту
председателя, то и дело останавли-
ваясь, словно воспоминания о том, по
существу еще юношеском, периоде
жизни давят горло. А ведь поверили
тогда ему люди, поверили, что
называется, на слово...
сахарной свеклы, около 200 центне-
ров картофеля. Но заплатили колхоз-
никам уже по 14 рублей на трудо-
день... 14 копеек — и 14 рублей!..
И люди убедились: если взяться за
дело всем вместе — многого можно
добиться.
— Не подумайте, однако, что все
просто решипось. Нет! То было нелег-
кое дело, очень нелегкое! И чем
дальше — тем сложнее. Жизнь ведь
идет. И все время ставит новые про-
блемы. Вот и тогда... Казалось, доби-
лись своего: и хлеб, и заработки — все
есть. Но нет, оказалось, не хватает
жилья, культуры, хорошего быта-
19
Да, проблемы быта встали перед
коллективом и его председателем во
весь рост, когда укрепилась мате-
риальная база. Во время войны у этого
села три месяца стойл фронт — все
было сожжено. И даже теперь не
хватало не только производственных
помещений, но и жилых домов. Толь-
ко немного отстроились, в хозяйство
стала поступать современная техника,
новая проблема возникла — моло-
дежь. Пока укрепляли хозяйство,
люди старели — требовалась смена,
а молодежь не хотела оставаться
в деревне, уходила в город.
— Как же удержать ее в селе! Чем
привлечь в колхоз выпускников сред-
них школ! Новая техника — конечно,
хорошо, она не только требует знаний,
но и меняет характер труда, делает его
привлекательней. Однако не только
работой жив человек и не только
хорошей зарплатой, ему и богвтая
духовная пища нужна.
Иосиф Семенович помолчал, за-
думчиво посмотрел в окно и снова
повторил свой вопрос — как же за-
крепить молодежь в колхозе?
Чувствовалось, что для него это
проблема не только вчерашнего дня,
но и сегодняшнего.
ТУФЕЛЬКИ ДЛЯ ЛЕСИ...
— По собственному опыту знал я не-
плохо запросы молодых колхозни-
ков,— продолжал Парубочий. — Люди
все разные. Особенно интересны мне
те, кто твердо знает, чего хочет, куда
идет. Всегда примечаю таких: есть они
в каждом школьном классе, в любой
бригаде. Стараюсь почаще с ними
общаться, но имею при зтом секрет. —
Иосиф Семенович улыбнупся. — Они-
то думают, что уж председатель Пару-
бочий насквозь видит дело и людей.
А на самом деле они же мне и под-
сказывают многие решения. Так вот
получилось и с привлечением молодых
в колхоз...
А колхозу имени Ленина в тот
период они нужны были и в поле-
водстве, и на расширяющихся живот-
новодческих фермах, и для строяще-
гося экспериментального птичника.
Руководители хозяйства обратили
внимание на выпускников школы.
Одиннадцатый класс заканчивала в то
время девушка по имени Леся. Пару-
бочий был уверен: останься она
в колхозе — за ней пойдут многие.
Уже несколько лет во время кани-
кул работала Леся в колхозе, и
каждый раз школьники избирали ее
звеньевой. Трудилась девушка хоро-
шо, и осенью вручали ей на сельских
праздниках премии — отрезы на
платье, а в последний раз — дорогие
модельные туфельки.
Очень надеялся Иосиф Семенович
на Лесю. Но, сдав выпускные экза-
мены, она решила поступать в инсти-
тут.
— Разве мог я препятствовать.
отговаривать? Это против моей совес-
ти, моих принципов. «Иди,— сказал,—
учись, может, в этом твоя судьба»...
Однако Леся баллов не добрала,
вернулась домой. День проходит, два,
неделя — не идет девушка в правле-
ние колхоза, а Иосиф Семенович ждет
ее. Наконец послал за ней бригадира.
Пришла Леся, веселая, насмешливая.
— Ну что, пойдешь теперь в кол-
хоз? — спросил председатель.
— Нет!
— Почему же?
Она глаза отводит. Наконец сказа-
ла:
— Пойду на кирпичный завод,
в районный центр...
Но и туда не пошла. Не раз еще
говорил с ней председатель, убеждал.
Надоели девушке его уговоры:
— Знаете что, голова) Нет у меня
охоты в колхоз идти. Подарили вы мне
два отреза на платье, да мать с отцом
к выпускному вечеру справили еще
одно. И черевички красивые вы мне
поднесли. Но вот куда я свои наряды
надену здесь? Да будь у нас в селе
самый распрекрасный Дворец куль-
туры, все равно туда пойти не смогу!
— Это почему же?
— Ой, голова, да я на ферме
такими ароматами пропитаюсь — не
до культуры. И выходной — в ПЯТНИ-
ЦУ-
— А оплата? Колхоз хорошо сейчас
платит!
— Что мне та оплата! Мне культур-
но жить хочется. А тут что получится:
влезу в резиновые сапоги и до
старости из них не вылезу?..
Так жизненную программу свою
она председателю и выложила —
думала, отступится от нее. Но Парубо-
чий уже был готов к разговору.
— Хорошо,— говорит,— зарплата
тебя не беспокоит, это действительно
не самое главное теперь в жизни
нашей. И про условия работы тоже
правильно рассуждаешь. Видимо, на-
сталв пора условия на ферме менять —
избавиться от аммивка, баню по-
строить, выходной для молодых в
воскресенье сделать, пожилые-то в
будни просятся — им так удобнее. Что
еще! Асфапьт тебе нужен для туфелек!
Да и мне он, всем необходим! Проло-
жим его, обещаю! Но не сразу, немного
потерпеть придется. Пригодятся тебе
и в колхозе наряды твои да черевички,
поверь!
— Таким вот образом и возник
у меня еще один жизненный долг,—
говорит Иосиф Семенович. — А Леся
и ее подружки — четырнадцать деву-
шек — остались в колхозе и сразу
трудиться начали хорошо. Ну, и мне
пришлось поработать вдвойне — надо
же было дать им то, что обещал...
ДОЛГИ ИОСИФА ПАРУБОЧЕГО
Колхозники отлично знают: предсе-
датель Парубочий — человек откры-
тый, отзывчивый, с ним всегда
можно поговорить по душам. И они
к нему идут со своими проблемами,
просьбами, предложениями.
— Я уже говорил, общение с
людьми — для меня душевная по-
требность. И многие мои коллеги,
председатели, тоже немало бывают на
людях. Но вот некоторые считают, что
главное — польза для дела, для колхо-
за. Думаю, такой взгляд неверный. Я не
раз пытался разобраться, почему же
терпеливо выслушиваю тех, кто прихо-
дит ко мне, откладываю ради этого
срочные хозяйственные дела, зани-
маюсь в первую очередь проблемами
земляков! Знаю, сам слышал, да и дру-
гие мне пересказывали: мол, хороший
человек Парубочий, добрый да забот-
ливый. Приятно такое слышать! Прият-
но! Но неужели же ради такой оценки
все делаю! Ради доброй славы! Уваже-
ния!.. Конечно не без того. И все же не
в этом дело. Нет, могу честно сказать:
не тешу я свмолюбие хорошей обо мне
славой. Другое здесь... Расскажу вам
старую байку, хотя я лично считаю, она
больше на правду похожа.
Петр Первый заехал в одну деревню.
Вошел в крестьянскую усадьбу, креп-
кую, но далеко не богатую. Видит: во
дворе скотина, сено, дрова, зашел
в избу — там поп чисто вымыт, стол да
лавки выскоблены, печь побелена. За
столом дед с бвбкой что-то из миски
хлебают, мужик с бабой, два парня
и две девки сидят — обедают. Говорит
Петр: «Хлеб да соль!»
«Садись с нами»,— отвечает мужик.
Сел царь за стоп и отмечает: разно-
солов не богато, но еда сытная, свежая.
Справно, знвчит, живут. И спрашивает:
«Земли-то, мужичок, много!»
«Не очень»,— отвечает тот.
«Работников держишь!»
«Справляемся сами»,— показал хо-
зяин рукой на девок и парней
«А богат ли ты!»
«Где ж богатому-то быть, все деньги
трачу».
«Куда же!» — полюбопытствовал
Петр.
«Долг плачу, в долг даю да в воду
мечу!»
Объясни!»
«Просто тут все, царь-батюшка! Долг
плачу — стариков, отца и матушку,
кормлю, в долг даю — двух сыновей
рвщу, в воду мечу — двух дочерай
воспитываю...»
Есть в этой были пренебрежение
к дочерям, но, думаю, здравого смысла
в ней больше. По себе знаю. Своим
родителям я вечно благодарен за то,
что воспитали меня в любви к земле
и ТРУАУ м «ей. И уверен: их заветы
я должен передавать дальше — мо-
лодым. Но ведь не только для того,
чтобы добиваться жизненных благ кол-
хозникам, обязан я выполнять свой
долг. Нет, думаю, мой долг здесь
и в добром отношении к людям, к их
детям, внукам. Это, если точнее ска-
зать долг нравственный. Люди тебе
20
поверили, доверились, и ты эту веру
оправдывай во что бы то ни стало.
Только так мы сможем утвердить
в нашей жизни великие принципы
гуманизма, отношения братства и вза-
имопомощи.
Честно признаюсь; далеко не все
удавалось мне сделать так, чтобы
потом, вспоминая о долгах своих,
я сказал бы: «Действительно хорошо».
До сих пор, к примеру, со стыдом
вспоминаю, как много лвт назад в
спешке чуть не погубил человека.
...Очень трудно нам тогда еще
жилось, всего не хватало. Были в колхо-
зе и случаи воровства. Собирал я тогда
людей и говорил: «Если очень уж
нужно что-нибудь, приходите ко мне,
достану. Как! То не ваша забота.
Просите, но не крадите!» А тут, как на
грех, сам поймал на воровстве нашего
коваля. Немного и утащил он, да
попался мне под руку в тот момент,
когда то ли что-то важное у меня не
получилось, то ли кто-то очень уж
досадил мне. Составил я сгоряча акт,
передал дело в милицию. И закрути-
лось, уже и суд скоро... А у кузнеца —
дети малые, родители старые! Я к
судье, к прокурору — да поздно...
Поехал тогда к Ковпаку, заместителю
Председателя Президиума Верховного
Совета Украины. Рассказал ему все
и говорю: «Если не поможете освобо-
дить зтого человека, то и у меня самого
жизнь пропадет — люди доверять мне
перестанут...». Сидор Артемьевич вни-
мательно подошел к делу, увидел: есть
законные основания его пересмотреть.
Вернулся скоро кузнец к своим детям...
Прошли годы. Стали меня перево-
дить в другой копхоз. На общем
собрании люди в зале все прямо хором
кричат: «Не отпустим!» Встал я тогда,
сам чуть не плачу, и говорю тому
ковалю — он в первом ряду сидел
и вместе со всеми кричал: «Крысюк,
я же вас в тюрьму сажал, неужели не
помните!». А он прямо со слезой
отвечает: «Але то ж справедливо бу-
ло!»
Тогда-то я подумал: «Вот что значит
доброе отношение к человеку! Да
после такого и умереть можно спокой-
но!» Но все же и сейчас, когда
вспоминаю то дело, краснею.
Уже два раза избирали меня в Вер-
ховный Совет республики. Теперь само-
му приходится заниматься такими же
людскими заботами, какими занимал-
ся Сидор Артемьевич Ковпак. Вот не
очень давно разбирался с письмом
Жителей соседнего села. Оно, думаю,
имеет прямое отношение к вашему
журналу.
Несколько пожилых людей просили
открыть у них давно уже без-
действующую церковь. Им, мол, негде
молиться, а это право дано Конститу-
цией. В общем, а письме все было
грамотно, правильно изложено.
Поехал я, попросил пригласить всех
заинтересованных лиц в сельсовет.
И тут выяснилось: таких людей —
меньше десяти, в основном — старуш-
ки. Объяснил я им, что в подобных
случаях, когда число верующих столь
невелико, церковь открывать нет
смысла — не хватит у них средств
содержать храм и священника. К тому
же в соседнем селе есть церковь, туда
пешком ходу минут пятнадцать. При-
знали они мои доводы справедливыми
и успокоились.
А я в этом разговоре понял: не так уж
и церковь зтим пожилым людям была
нужна, просто им больше общаться
друг с другом хочется. Значит, надо
нам заботиться, чтобы и пенсионеры не
были обойдены, чтобы не забывало
о них общество.
Не специалист я в антирелигиозной
пропаганде, но вот задумался после
того письма, как же мы ее ведем
Должен честно сказать: в этом тонком
деле мы, видимо, еще многого недо-
думываем, недорабатываем. Думаю,
начинать надо с молодых, с их духовных
интересов. Я уверен: упустил в свое
время кого-то, не заметил беды или
сам ненароком обидел, допустил не-
справедливость — все это может стать
дощечкой к мостику в церковь. И не
нужно только повторять, как это у нас
еще нередко бывает, что религия —
плохо, а атеизм — хорошо. Делами,
всем строем жизни, своим примером
личным надо это показывать. Особенна
важно соблюдать социалистический
принцип социальной справедливости,
доброе, уважительное отношение к
людям... Я и здесь вижу один из своих
не оплаченных еще долгов.
Как депутату мне приходится зани-
маться самыми разными проблемами.
Особенно для меня болезненные —
конфликты семейные. Я их близко
к сердцу принимаю. Подумайте сами:
супружество — это дружество на всю
жизнь, супруг — друг, супруги — пара
в одной упряжке! А сколько у нас
молодых людей, которые подбирают
себе пару легкомысленно! Больше же
всего страдают дети! Вот и прихожу без
зова, сам прихожу в неблагополучные
семьи, беседую, убеждаю. Иногда до-
биваюсь успеха. К сожалению, иногда!..
Мать моя рассказывала: когда я ро-
дился, подошел мой дед и сказал:
«Чини добро!» Квк завет дал. А что
такое добро! То, что людям больше
всего в жизни необходимо, то, что
делает их богаче духовно. Человек
рожден для добра! Я уверен — это
норма нашего бытия. Одни мне дали
жизнь, другие — счастье, третьи —
дружбу, все вместе — доверие. Если
бы не они, не было бы меня. И я им
должен отплатить добром. Должен по
службе, по дружбе, должен в коллекти-
ве, на улице, дома...
МНОГО ЛИ ЧЕЛОВЕКУ НАДО!
Немало сил, энергии, лет своей
жизни отдал Иосиф Семенович Пару-
бочий становлению колхоза имени
Ленина. Хозяйство росло и богатело.
ФАКТЫ,
ИНФОРМАЦИЯ
ХРОНИКА
МУЗЕИ
В ДЖУМА-ДЖАМИ
Те, кто бывал в Евпатории, наверня-
ка обращали внимание на вели-
чественную мечеть Джума Джами.
Долгие годы здесь был лишь краевед-
ческий музей. Посетители знакоми-
лись с природой Крыма, а любителей
прошлого привлекали пожелтевшие
документы и фотокопии. Недавно пре-
жняя экспозиция дополнилась новым
разделом по истории религии и атеиз-
ма В нем — археологические мате-
риалы о происхождении человека
и зарождении религиозных верова-
ний, экспонаты, рассказывающие о
греческих и римских поселениях в
Крыму, а также о древних народах,
населявших полуостров. Отдельные
темы посвящены христианству, исла-
му. иудаизму и связанной с ним
религии караимов.
На базе музея проходят городские
и областные семинары идеологичес-
ких работников и лекторов общества
«Знание». Он становится центром об-
щения увлеченных людей, обмена
информацией, получения методичес-
кой помощи.
С. ФИЛИППОВ
г. Евпатория
ЛЕКТОРЫ
УЧАТСЯ
«Вопросы совершенствования атеис-
тической пропаганды в современных
условиях» — тема семинара, прошед-
шего в Чебоксарах. Он был организо
ван Институтом научного атеизма
АОН при ЦК КПСС, Правлением
общества «Знание» РСФСР, Чу-
вашским обкомом КПСС, правлением
Чувашской республиканской органи-
зации общества «Знание». В его работе
приняли участие ученые, преподавате-
ли вузов Москвы, Ленинграда и дру-
гих городов Российской Федерации,
лекторы, пропагандисты научного
атеизма.
Участники семинара прослушали
доклады об особенностях атеистичес-
кой пропаганды в современных усло-
виях, ее социальных функциях, про-
блемах повышения эффективности,
о роли ислама в современной идеоло-
гической и политической борьбе,
рассмотрели актуальные вопросы уси-
ления атеистического и нравственного
воспитания.
Пропагандисты обменялись опытом
формирования иаучно-атеистического
мировоззрения трудящихся.
21
И, как нередко в таких случаях бывает,
начали предлагать толковому предсе-
дателю новые должности, одна дру-
гой заманчивее. Парубочий отказы-
вался. Но вот предложили перейти
в другой, более крупный колхоз.
— Я подумал: «Пойду-ка!» Ведь то
же самое родное дело — земля! Ее
я больше всего знаю и люблю, да
и людей, которые на ней трудятся.
А колхозу имени Ярослава Галана надо
помочь — он тогда еще слабым был.
Перслективы-то у него богатые — зем-
ли и людей значительно больше, чем
в прежнем моем хозяйстве...
И хотя уже был у Парубочего опыт
немалый, на новом месте многое
пришлось решать совсем по-иному.
— Сколько же вначале ругал себя,
что согласился перейти, сколько твер-
дил: «Все, больше не выдержу!» Но —
очи боятся, а руки делают... Очень
помогло, что люди приняли меня хоро-
шо, а коммунисты с пониманием отнес-
лись ко всем замыслам, начинаниям.
Опять-таки, к удаче нашей, централь-
ную усадьбу — село Узловое область
определила в качестве опытно-зкспери-
ментальиого по сельскому стро-
ительству... Так вот и работаю здесь
уже пятнадцатый год...
Экспериментальное строительство
дало колхозу возможность довольно
быстро создать лучшие бытовые усло-
вия, привлечь больше молодежи.
А теперь уже сами — своими силами
строят. Это видно по центральной
усадьбе — новая просторная школа,
хороший детский сад, великолепный
Дом культуры, спортивный комплекс,
музыкальная школа, магазин, быто-
вые учреждения, современные жи-
лые дома. Теперь молодые колхоз-
ники (из 1200 работающих в колхозе
370 не старше 30 лет) ставят вопрос
о переходе из 12-квартирных в 4-квар-
тирные. А многие хотят иметь индиви-
дуальные дома. И их тоже строят —
сейчас около семидесяти.
— Решив жилищную проблему и
обеспечив социально-культурные и
бытовые запросы людей, вы привлек-
ли больше молодежи?
— Не только зтим. Главное — усло-
вия труда, культура, механизация.
О том, что мы в этой сфере сделали,
говорит такой факт: поначалу у нас не
хватало механизаторов, сейчас их 220,
даже очередь образовалась из же-
лающих работать по «той специальнос-
ти.
В подобных случаях, даже если нет
свободных мест, я категорически не
отказываю — совесть не дает. Как же
так: человек хочет работать, обращает-
ся к тебе, а ты не можешь удовлетво-
рить зто Конституцией гарантирован-
ное право. С другой стороны, и колхоз-
ники ведь тоже обижаются, когда
правление берет на работу людей из
других сел,— мол, свои есть. Задаче!
Да, пока еще не решенная! А ведь
скоро будем иметь излишки уже
местной рабочей силы.
Вот еще характерный пример. Хо-
зяйство наше — мясное. Долго мы
искали нужный нам проект животно-
водческого комплекса. Нашли, по-
строили — нв 7000 голов крупного
рогатого скота. Там и механизация
комплексная, и вентиляция отличная,
и обычная баня, и сауна, и комната
гигиены женщин, и столовая, и помеще-
ния для отдыха, и многое другое. Труд
животноводов стал значительно легче
и производительнее, теперь они дают
намного больше продукции. А вот
у полеводов условия пока хуже, хотя
и здесь выросла доля механизирован-
ного труда. Так и живем: решишь одну
проблему, на подходе — другие, толь-
ко успевай вовремя замечать их.
— Ну хорошо! Многое у колхозни-
ков теперь есть — и заработки, и не-
плохие условия труда, отдыха, быта.
А что дальше?.
— Дальше! Убежден: чтобы человек
мог хорошо, интересно и умно трудить-
ся, он должен хорошо, интересно
и умно отдохнуть, восстановить свои
силы.
Когда встречаюсь с нашими школьни-
ками и зову их в колхоз, особо все же
не настаиваю на своем, хотя и убежден:
труд на земле — самый радостный,
самый нужный. Но ведь многие дети
мечтают стать музыкантами, врачами,
инженерами, космонавтами! Для меня
очень важно, чтобы каждый мой зем-
ляк овладел сокровищами знаний и
культуры. Потому-то мы колхозников
и детей их отправляем и на учебу,
и в поездки по стране и за ее пределы.
Они теперь много видвт и знают. Да
и учреждения культуры работают, счи-
таю, сейчас лучше, чем прежде. Прово-
дятся у нас и различные колхозные
праздники. Приезжайте на Праздник
урожая. В этом году он состоится,
думаю, обязательно...
-— Как это — «состоится обяза-
тельно»? Он, что же, бывает не
всегда?
— Бывает тогда, когда выполняем
все планы. На центрельной площади
проходит сбор лучших тружеников,
парад техники... Но давайте вернемся
к тому, «в что же дальше!». Вот
считайте: сегодня один новый мощный
трактор может заменить 5 прежних
машин; скотник-оператор совсем не-
давно обслуживал 60 телят, сегодня —
2S0. Уверен, настанет день, когда он
один будет управляться и с 1000 жи-
вотных. На заготовку кормов мы совсем
недавно направляли 300 человек, сего-
дня сенажный комплекс обслуживает
один механизатор.
Как-то довелось мне облететь наш
колхоз на самолете. Посмотрел на него
сверху, охватил взглядом. Потратил на
зто не более 15 минут, а информации
получил сколько!.. Даже сравнить не
с чем. Подобные примеры можно
перечислять долго. О чем они говорят!
О том, что если строить свою работу
будем на достижениях научного и тех-
нического прогресса, к чему призывает
нас Коммунистическая партия, то су-
меем перекроить время: на сельский
труд расходовать его все меньше, а на
совершенствование духовного мира че-
ловека удовлетворение его интере-
сов — больше.
— Но ведь желания и стремления
у людей — разные. Бывает, один че-
ловек имеет дом и доволен всем,
а другому и двух мало
— О, зто самое трудное! Известно:
одному человеку надо немного, а вот
всем необходимо много. Но далеко
еще не все зто понимают как следует,
особенно, когда их лично касается. Как
же сделать так, чтобы регулировать
личные потребности чеповека! Думаю,
больше внимания надо уделять воспи-
танию, формированию личности. И на-
чинать нужно с детей: в семье, школе
показывать им своим примером — что
можно, что нужно.
Я с горечью замечаю: нередко
у молодых людей дух наживы, вещизма
вытесняет все. Вот поженились мо-
лодые, живут у родителей, в доброт-
ном доме. Просторно. Но нет! Не
желают со стариками — подавай им
особняк или отдельную квартиру. «По-
чему, — спрашиваю таких, — вы бро-
саете стариков! Ведь должны же вы им
помогать!» «Никому и ничего мы не
должны! — отвечают. — Учило нас го-
сударство, работу дает государство,
обеспечились мы сами»... Забыли они, а
может, никогда и не знали о своих
долгах. Получать привыкли, а отдавать
не научились. Как с такими быть!
— Много лет назад вы подарили
школьнице Лесе туфельки. Что бы вы
преподнесли молодым сегодня?
— Мы бы собрали наших ветеранов
но не в клубе, а на полях и фермах
И каждый взял бы за руку малыша,
провел его по колхозу и сказал бы:
«Смотри! Все, что мы сделали, отдаем
тебе. Расти, набирайся силы и знаний,
чтобы все, что видишь, становилось
с каждым годом краше, чтоб богатели
и мы, и стрела наша и душа твоя
А главное, не забывай о долге своем —
перед родителями, земляками, перед
всем обществом...»
Когда мы закончили разговор с
Иосифом Семеновичем Парубочим,
ни в его кабинете, ни у секретаря уже
не трезвонили телефоны — рабочий
день кончился. Вместе с председате-
лем вышли на просторную сельскую
площадь с многоэтажными жилыми
домами, школой, Домом культуры,
спортивным комплексом.
Во Львов возвращались по тому
самому шоссе, по которому совсем
недавно уезжали из Узлового юноши
и девушки — искать свою судьбу в го-
роде. Сейчас люди едут в обратном
направлении — на работу в колхоз
имени Ярослава Галана. А девушки
приезжают в модных туфельках на
каблучках... I
22
ПОЛИТИЗДАТ-86
А. БЕЛОВ,
заведующий редакцией литера-
туры по научному атеизму Полит-
издата
Новый год I издательствах наступает
намного раньше календарного. Ведь каж-
дая рукопись, прежде чем стать книгой,
проходит долгий, многомесячный путь
(обратите внимание на выходные
данные — когда книга сдана в набор, когда
подписана в печать).
В год очередного партийного съезда
многие книги и брошюры раздела «Лите-
ратура по научному атеизму» обобщают,
анализируют опыт минувшего пятилетия
в области атеистического воспитания тру-
дящихся и одновременно рассматривают
задачи на будущее в свете новой редакции
Программы КПСС.
Пропагандисты получат содержательное
пособие «Организация и методика атеис-
тического воспитания», подготовленное
киевским межреспубликанским филиалом
Института научного атеизма Академии
общественных наук при ЦК КПСС. В нем
и интересный опыт, и конкретные реко-
мендации по изучению религиозной си-
туации, планированию атеистической ра-
боты, координации ее различных форм
и методов.
Атеистическому воспитанию посвящен
и целый раздел в ежегоднике «Атеизм
и религия. Вопросы и ответы». Это новое
издание, с первым его выпуском читатели
познакомились в конце минувшего года.
Основу ежегодника составили ответы
видных ученых, специалистов в различных
областях знания, журналистов, партийных
работников иа вопросы, которые чаще
всего задают лекторам партийных комите-
тов, общества «Знание».
Помимо этого, центрального раздела
читателей ежегодника, несомненно, заин-
тересуют и другие: «Из истории атеизма
и религии», «Закон и религия», «Религия
и церковь в современном мире», «Атеизм
и религия в современной идеологической
борьбе», «Научное знание и религиозная
вера», «Праздники, обряды, традиции»
Уже сам перечень говорит о диапазоне
проблем нового издания.
Политиздат продолжит выпуск книг
традиционных серий. В «Библиотеке атеис-
тической литературы» выйдет работа со-
ветского исследователя С. Г. Лозинского
«История папства». Впервые выпущенная
еще в довоенные годы, она стала библио-
графической редкостью, и читатели не
раз просили о ее переиздании. К сожале-
нию, автор успел довести рассказ лишь
до конца прошлого столетия. Восполняет
этот пробел послесловие члена-коррес-
ПРАКТИКА:
ОПЫТ,
ПРОБЛЕМЫ
пондента Академии наук СССР И. Р. Гри-
гу левича.
В серии «Библиотека атеиста» выйдет
брошюра В. И. Мурашовой и А. П. Хмель-
ницкой «С думой о человеке», подни-
мающая вопрос о повышении эффектив-
ности атеистической работы. Книга
насыщена убедительными фактами
Широким читательским кругам адре-
суются работы серии «Беседы о мире
и человеке». Автор одной, новосибирский
ученый В. В. Евсюков, избрал тему, каза-
лось бы, обращенную в далекую историю:
как представляли окружающий мир раз-
личные народы. Книга так и называется
«Мифы о мироздании». Однако рас-
сказывая об истоках мифов, нашедших
отражение в тех религиозных книгах,
которые и современными верующими
почитаются священными, автор раскрыва-
ет земной характер мифов.
Другая книга серии — «Общение с бо-
гом или..?» В И. Лебедева. Ее подзаголо-
вок — «Заметки психолога» — определяет
характер разговора с читателем. Автор
известен: предыдущая его книжка «Тайны
психики без тайн» вызвала широкий инте-
рес. В новой работе I. И. Лебедев
раскрывает механизм эмоционально-пси-
хологического воздействия религиозных
обрядов на человека.
Читателям предстоит встреча и с нашими
ежегодниками «Аргументы», «Атеистичес-
кие чтения». Здесь свои новшества: «Ар
гументы» стали иллюстрированным изда-
нием, у него расширен раздел ответов на
вопросы читателей. Значительное внима-
ние ежегодник уделяет публикациям
западной прессы, помогающим раскрыть
истинную роль тех организаций, которые,
прикрываясь религиозными вывесками,
участвуют в пропагандистских политичес-
ких акциях, имеющих антисоциалистичес-
кую направленность. Очередной выпуск
«Аргументов», в частности, дает интерес-
ные материалы в разделе «Они о себе»,
красноречиво показывающие деятель-
ность клерикалов в «свободном мире».
Тематически к этому изданию примыка-
ет работа доктора исторических наук
Н. А. Ковальского «Империализм, религия,
церковь». Хотелось бы отметить глубокий
аналитический подход автора к тем
сложным и далеко не однозначным про-
цессам, которые происходят в различных
церквах на пороге третьего тысячелетия
нашей эры.
Мы не случайно уделяем большое
внимание именно этим проблемам. В сов-
ременном мире религия становится одним
из плацдармов острых классовых битв.
Процесс ее политизации требует объектив-
ного, марксистского анализа. Вместе с тем,
раскрывая роль клерикализма в буржуаз-
ном мире, нельзя пройти мимо прогрес-
сивных движений, в которых участвуют ре-
лигиозные деятели и рядовые верующие.
Среди отдельных изданий назову еще
«Психологию религии» Д. М. Угрнновича.
К сожалению, этой проблематике у нас
пока уделяется мало внимания. Книга
известного советского ученого, над кото-
рой он долго работал, в известной мере
должна восполнить пробел.
Несомненно, заинтересует читателей
и работа одного из старейших исследова-
телей ислама профессора Л. И. Климовича
«Книга о Коране». Нужда в ней большая,
о чем свидетельствуют письма читателей.
Вот уже много лет они обращаются
в редакцию с просьбой подготовить изда-
ние с анализом священной книги мусуль-
ман.
Литературе по критике ислама мы
уделяем постоянное внимание. Не состав-
ляет исключения и нынешний год. Автор
книги «Заброшенные четки» Э. Байра-
мов — пропагандист. Используя факты из
своей работы, он показывает, как ис-
ламские обычаи порой насаждаются под
видом национальных, как примиренческое
отношение к религиозным традициям при-
водит к закреплению их в быту, передаче
новым поколениям, поддерживает су-
ществование отсталых представлений и
суеверий.
«Философия богоискательства» — так
называется работа кандидата философских
наук Н. С. Семенкина. Вряд ли нужно
доказывать, сколь злободневна сама тема,
хотя речь в монографии идет, казалось бы,
о философских исканиях давно минувших
дней. Не секрет, что и поныне мы сталки-
ваемся с попытками проводить богоиска-
тельские идеи в художественной литерату-
ре, публицистике, в исторических исследо-
ваниях.
Критике современного фидеизма посвя-
щена работа кандидата философских наук
М. М. Скибицкого «Мировоззрение, ес-
тествознание, теология». Она построена на
новейших материалах и раскрывает при-
емы богословских спекуляций на достиже-
ниях науки в эпоху научно-технической
революции.
И наконец, о переводе нашумевшей на
Западе книги «Феномены книги чудес»,
написанной англичанами Д. Мишелем и
Р. Рикардо. Они скрупулезно собрали
богатый материал о различных «та-
инственных случаях», происходивших на
протяжении многих столетий. Правда, им
не удалось найти ответ на «вековые
загадки», которые они лишь назвали «фе-
номенами», отказавшись от их рациональ-
ного объяснения. Видные советские
ученые, специалисты в различных областях
научного знания комментируют тексты
книги, дают естественное объяснение то-
му, что многие склонны рассматривать как
чудо.
Переводная литература по атеистичес-
кой проблематике всегда занимала значи-
тельное место в наших планах. Расши-
ряются деловые контакты с коллегами из
братиславского издательства «Правда»,
венгерского — «Кошут». В частности, мы
начали переводить книгу известного вен-
герского историка Густава Гече «Биб-
лейские истории». Взяли для ознакомле-
ния несколько заслуживающих, на наш
взгляд, внимания книг и из других стран.
Не хочу пока называть их, скажу лишь, что
в недалеком будущем читателей ожи-
дают новые интересные встречи с рядом
зарубежных авторов.
Это лишь- краткая информация о планах
выпуска Политиздатом атеистической ли-
тературы. Будем стараться издавать боль-
ше книг — хороших и разных.
23
Ю. КУЗЬМИНА,
специальный корреспондент
журнала «Наука и религия»
Верный путь преодоления религиозных предрассуд-
ков — повышение трудовой и общественной активности
людей, их просвещение, создание н широкое распростра-
нение новых советских обрядов.
Проект Программы КПСС (новая редакция)
ВСТРЕЧА
С НУРЕКОМ
Когда-то в этих местах говорили: «Зачем Аллаху было
создавать ад, когда есть на свете Нурек?» Горный кишлак, ничем
не защищенный от палящего солнца, где люди и земля вечно
страдали от жажды. Вокруг были такие же кишлаки, но, видно,
в Нуреке жилось хуже всего, раз именно его сравнивали с адом
Немало таких горьких поговорок осталось лишь в фольклорных
сборниках после того, как пришла в Таджикистан другая жизнь.
Сегодня в Пулисангинском ущелье — сердце таджикских гор
живет иной Нурек — город энергетиков и энергостроителей,
в черту которого вошли и соседние кишлаки, ставшие его
благоустроенными районами. Самая мощная в Средней Азии
гидростанция с самой высокой в мире плотиной построена здесь.
Ее возводили рабочие сорока национальностей, сюда поставляли
оборудование машиностроители Урала, Украины, Поволжья.
Бурный Вахш покорен, и об этом написаны очерки, поэмы,
сочинены песни. Рукотворное море изменило климат, сделало его
мягче, обогатило вечерней прохладой, благотворными бризами.
Давно окупились затраты на сооружение энергогиганта,
и нурекчане сейчас увеличивают мощность каждого из девяти
работающих агрегатов, чтобы, не строя десятого, получить его
энергию. А стройка на Вахше не затихает, и уже младшие
сестры — Рогунская, Байпазинская гидростанции «отбирают» у
Нурекской ГЭС ее эпитеты «еамая-самая». Инженерная мысль
находит множество интересных, оригинальных решений, вопло-
щая в них новейшие достижения научно-технического прогресса.
Огромный строительный комплекс на Вахше стал кузницей
кадров для всей республики. Русские, украинцы, белорусы,
армяне, грузины привезли сюда опыт прежних интернаци-
। нальных строек, с их помощью дехкане и чабаны из Нурека
и других кишлаков становились высококвалифицированными
строителями и механизаторами. А их жены и сестры шли работать
на фабрики, в школы, детские сады, поликлиники. Впрочем, что
касается женского труда, все не так просто.
Уже не раз писалось, что в этом регионе при избытке рабочих
рук на селе их постоянно не хватает в городе. И меня интересова-
ло, как решается эта проблема, как современный индустриальный
облик Нурека сказывается в сфере семейно-бытовых отношений,
где старые обычаи держатся особенно цепко В этом помогали
разобраться встречи с разными людьми Нурека.
НА ШВЕЙНОЙ ФАБРИКЕ
Директор швейной фабрики Мавджуда Алиевна Шам-
сиева озабочена серьезной проблемой: предприятие
рассчитано на 1425 работниц, трудится же всего 840 чело-
век; должно быть две смены, едва набирается одна.
А продукция фабрики — детская хлопчатобумажная
одежда очень нужна городу: ведь в Нуреке самая высокая
в СССР рождаемость. И создали это предприятие, чтобы
обеспечить работой жен, сестер, дочерей гидростроите-
лей. Заработки неплохие, есть общежитие, столовая,
медпункт, свой магазин, скоро откроется детский сад.
И все-таки женщины на фабрике не задерживаются,
текучесть кадров все еще большая.
Каждую весну секретарь парткома Нина Аскеровна
Кодзаева, председатель профкома Неля Станиславовна
Боярских, комсомольский вожак Антонина Шаруфовна
Ибрагимова, да и сама директор отправляются в рейд по
кишлакам — приглашать выпускниц школ к себе на работу.
Лучшие мастера обучают ремеслу новеньких, а проходит
немного времени — и молодая швея, выйдя замуж, родив
• Нурек — новый город на древней
земле Таджикистана. Центральная
площадь.
первенца, погружается в домашние дела, которых, как
говорится, вовек не переделаешь. Конечно, немало таких,
как мастерицы Джураева, Оймахмадова, — они и по дому
успевают, и иа работе в числе лучших. Но много, к сожале-
нию, и иных. Не только занятость удерживает их дома.
Часто мужья против того, чтобы жены работали. И отрыва-
ется женщина от общественной жизни, замыкается
в четырех стенах. Тут ее нередко окружают ревнители
мусульманских обычаев, требующих от нее покорности,
ограничивающих ее существование домом и хозяйством.
— А есть на фабрике религиозные женщины?
— Есть конечнс У нас в столовой во время месячного
мусульманского поста куда меньше посетителей, чем
в другие месяцы. И заметно падает производительность
труда. Особенно когда рамадан приходится на лето. Тем,
кто не может подкрепить силы хотя бы пиалой нашего
зеленого чая, приходится трудно. Но разве сломишь
в момент то, что укоренялось веками? Нет, нужны другие
методы. Надо оказать женщине внимание, не укорять,
а разъяснить, помочь — именно такого участия ей ча-
сто недостает в семье, если сильны в ней мусульманские
настроения. Прекрасно умеет это наша наставница моло-
дежи швея-мотористка Химмат Джураева. Сама-то она
в два-три раза план перевыполняет, это на фабрике
каждый знает. Поговорит Химмат с девушкой, о себе
расскажет — не о своих достижениях, а о доме, о детях,
участие проявит. Глядя на нее, быть может, иная девушка
позавидует передовой землячке, да и о своей судьбе
призадумается.
Так что же, причина нехватки работниц — в живучести
обычая затворничества? Безусловно, это одна из причин.
И конечно, воспитание женщин, забота об их духовном
развитии, вовлечении в общественную, культурную
жизнь — первостепенная задача. Но неверно было бы
только здесь искать объяснение всему. Нередко на
религию списывают многие далекие от нее проблемы.
— Было бы побольше детских садов в кишлаках, был бы
обеспечен транспорт. Ну как быть с работой жительнице
24
дальнего кишлака, когда нет уверенности, что вовремя
доберешься домой, и не измученная жарой, а бодрая,
свежая, готовая управиться и с домашними делами?! —
говорит директор Шамсиева. — А семья для женщины,
особенно в наших местах, не менее важна, чем труд на
фабрике.
...Вечерами у швейной фабрики мне открывалась
привлекательная картина девушки — в ярких наци-
ональных одеждах и в обычных, «городских» платьях —
спускаются по асфальтовой дорожке с холма, где стоит
фабрика. Расходятся веселыми стайками, переговари-
ваются, смеются. Многих ждут внизу пареньки, и если
голова девушки покрыта белой косыночкой, значит, она —
невеста. Мелькают, мелькают белые косынки будущих
жен. А Мавджуда Алиевна Шамсиева, глядя на них из окна
своего кабинета, думает: «Кто останется на фабрике после
свадьбы?» Именно свадьба порой отрезает девушку от ее
прежней фабричной жизни.
СВАДЬБЫ В НУРЕКЕ
Хозяин городского загса — Тилло Касимович Касимов,
бывший учитель. Он все знает про свадьбы, пухлые книги
записей хранят интересующие меня сведения. Число
бракосочетаний увеличивается с каждым годом. В 1978-м
их было 242, а в 1984-м— 3001 Немало для города, где
живет чуть больше 30 тысяч человек. Скоро, оказывается,
предстоит пятитысячная свадьба — со времени основания
города, то есть за 25 лет. Тилло Касимович хочет организо-
вать ее по-особому.
— Это будет иметь большое значение! — говорит
он. — Пусть все увидят, что настоящая свадьба — та,
которая справляется по-новому, пусть будет праздник для
всей молодежи города! — И объяснил мне, почему так
важно пропагандировать новый свадебный обряд: —-
Нередко еще браки заключаются по мусульманскому
обычаю, и молодые слушают, как мулла читает из Корана:
муж жену себе подчинять должен, все надежды новой
семьи — на Аллаха. Правда, чаще все это читают по-
арабски, и побыстрее, но ведь все равно обряд «никах»
совершается. Старое и новое у нас переплелось крепко. —
Видно что Касимова волнует эта проблема. — Перепле-
лось, как... — он поискал пример и быстро нашел: — Вот
наша ГЭС, наш< море — новенькие, блестящие, всем
нравятся и нужны, хоть и новые—а уже родные. А впле-
лись врезались в вековой горный пейзаж, каким-то
породам пришлось потесниться. Так и в старый быт
врезается новое, теснит старое, хотя чаще — переплетает-
ся. Бывает — комсомольская свадьба, общественность,
заслуженные люди города поздравляют молодых, дома
же их ждет мулла и по-своему скрепляет союз. И с
калымом, хоть и никто уже этого слова не произносит
вслух, не кончено. Платят за невесту богатыми — сверх
меры — подарками. Непросто все.
— А интернациональные браки бывают? — спраши-
ваю я.
— Сколько угодно! — оживляется приунывший было
собеседник. — У нас в Нуреке много интернациональных
семей. Таджики женятся на русских девушках, украинках,
есть в наших кишлаках и из Прибалтики жены. Хорошо
живут!
— А как же смотрят на это блюстители религиозных
обычаев?
— Конечно, это им не нравится. Когда могут, стараются
помешать «мусульманину» (у них все, кто родился в семье
таджиков, узбеков, туркмен, — мусульмане, меня тоже
так называют) жениться на «иноверке». Приходилось мне
регистрировать браки, заключавшиеся без согласия
родных — либо жениха, либо невесты. И, за редким
исключением, такие семьи хорошо складываются Родные
сначала отказываются признавать невестку или зятя,
а потом все улаживается, как правило.
Да, общий труд, отношения товарищества и взаимопо-
мощи, осознание грандиозности совершаемого сов-
местными усилиями, общность главного в жизни соз-
дают родство по духу, которое куда прочнее иных уз,
и прежние запреты и ограничения теряют свою силу.
С хорошими семьями я познакомилась в Нуреке и не
могу сказать, что их счастье показалось мне одинаковым.
Разные счастливые семьи.
МОЛОДОЖЕНЫ И СУПРУГИ СО СТАЖЕМ
Хисариевы живут в обычном панельном доме в стан-
дартной однокомнатной квартире, с тахтой, ковром,
е В детском саду Нурека — детишки
разных национальностей. Их папы и мамы
построили гидростанцию и остались жить
* здесь, в горах
журнальным столиком, телевизором. Свадьба была всего
месяц назад. Шорахмад привез Лолу из Курган-Тюбе, где
она работала после окончания Душанбинского мединсти-
тута. Теперь будет лечить нурекцев. Лоле в Нуреке очень
нравится. Шорахмад — заместитель начальника электро-
цеха на ГЭС, в этом городе он и начал свою трудовую
жизнь, теперь ему уже тридцать.
— Почему долго не женился? — спрашиваю я.
— Лолу искал!
Они показывают мне свадебные фотографии. Красивая
пара. Ну чем же, думаю я, отличаются эти таджикские
молодожены от сотен тысяч русских, украинских, ли-
товских, татарских? Вот на полке стоят Чехов, Толстой,
Шекспир, как и у меня. И поэзию они, конечно, знают и
любят — вижу у них книги Маяковского, Есенина, Симоно-
ва. Конечно, рядом томик Омара Хайяма, Рудаки,
Фирдоуси. Но они и в моем доме есть. У нас нашлось
множество общих тем для обсуждения, эти ребята не
только мои ровесники, но и, что называется, вполне «из
нашей компании».
Я спрашиваю их о свадьбе. Где справляли, сколько
денег истратили? Чуть ли не две тысячи рублей.
— Ой, как дорого, — вырывается у меня, и они
соглашаются.
Но меньше никак не получилось бы Гостей много. Лола
и сейчас огорчается: из-за большого числа пожеланий,
которые все хотели высказать, потанцевать не удалось.
Шорахмаду, напротив, именно это и понравилось:
— А на брачном пиру невесте плясать не положено, —
строго говорит молодой муж.
— Ну, если уж ты за прежние обычаи стоишь, —
смеется Лола, — то мне и с гостями сидеть не положено
было!
Шорахмад рассказывал о гидростанции, от него
я узнала о грандиозных перспективах Вахшского каскада.
Лола опасалась, что в Нуреке ей будет труднее работать,
в кишлаках еще есть обычаи, мешающие врачам. Говорили
о кинофильмах — новых и старых, о музыке. За разгово-
25
ром незаметно пролетел вечер. Жаль, конечно, что не
нашла я в этом новом доме ничего специфически-экзоти-
ческого, если не считать расписной пиалы, в которую Лола
то и дело подливала горячий светлый чай, и ее платья из
яркого шелка, традиционного покроя. Лола и Шорах-
мад — оба таджики, но, познакомившись с ними, я поняла,
почему часты в Нуреке смешанные браки. Я увидела в их
мировосприятии много общего с собственным, с образом
жизни моих товарищей — в Москве и в других городах. Их
любовь к собственной национальной культуре, без сомне-
ния, глубже и значительнее оттого, что они приобщились
к культуре других народов.
— Да-да, — подтверждает Шорахмад. — Смешанные
браки — дело в Нуреке обычное. В нашем доме тоже есть
интернациональная семья, уже с 18-летним стажем, с ними
стоит познакомиться.
Сайфулло Гайдуллаев работает машинистом Стреже-
вой мельницы на заводе железобетонных изделий. По-
русски говорит ничуть не хуже своей жены Валентины
Ивановны. Когда я представляюсь, она всплескивает
руками: «А и я Кузьмина!», и мы обе искренне изумляемся
совпадению нашей весьма распространенной фамилии.
— Ты, Валя,—Гайдуллаева,—солидно поправляет
Сайфулло. — Посмотри в зеркало: ну типичная Гайдул-
лаева.
Валентина Ивановна из Челябинска. Светленькая,
с серо-голубыми глазами, в веснушках. Работает замести-
телем главного бухгалтера в управлении Спецгидроэнер-
гомонтаж. У Гайдуллаевых трое детей — Рустам, Муслим
и Салим. Старшему в августе получать паспорт.
— Что напишешь в паспорте, Рустам, — интересуюсь
я, — таджик или русский?
Высоченный Рустам отвечает с достоинством;
— Национальность напишу — таджик, а родной язык —
русский.
— Так ведь о языке в паспорте не пишут!
— Все равно, мой родной — русский, — твердо гово-
рит мальчик.
Отец смотрит на него с улыбкой:
— Но ведь и таджикский твой родной.
— Да, у меня два родных языка!
Теперь улыбается Валентина Ивановна. Но Рустам не
смущается. И мы с ним долго и содержательно беседуем
о Нуреке, о друзьях, о том, как они проводят свободное
время, что читают. Когда речь заходит о культурной жизни
в их городе, семья Гайдуллаевых дружно выражает свои
претензии к ее организации. В семи кинотеатрах «крутят»
одни и те же старые фильмы. Хоть и десять клубов
в городе, нс не будешь же все время на лекции ходить,
а другое в них редко бывает. Молодежных кафе мало,
летних концертных залов — ни одного В парке что-то уже
целый год перестраивают — не войдешь. А интересно
организованный досуг — это не только приобщение
людей к искусству, к культуре, но и путь преодоления
религиозных предрассудков, устаревших обычаев-
ГДЕ ХРАНЯТСЯ СТАРЫЕ ОБЫЧАИ
Район города, где был кишлак Энергетик, называют
еще Братским, но не потому, что все живущие в нем —
родственники, хотя так оно и есть, и сад шофера Шомахма-
да Фозилова, у которого я в гостях, граничит с садом его
родного брата Махмаджуна. Когда строился Нурек, на
этом месте жили в домах-времянках строители из Братска,
приехавшие в Таджикистан поднимать здешнюю ГЭС.
Давно нет времянок в Энергетике, люди поселились здесь
основательно, построили добротные дома, окружили их
великолепными плодоносящими деревьями. Но прежнее
название в обиходе сохранилось.
Шомахмад переселился в Братский из ближнего
кишлака Сайпихо, пострадавшего от оползня, — случилось
это лет десять назад, а я, когда пришла к нему в дом, была
уверена, что семья его жила здесь всегда. Хороший
достаток ощущается во всем. У него 11 детей, внуку —
сыну старшей дочери два с половиной годика, и он на
полтора года старше своего дяди — Абдусамада, меньше-
го сына Шомахмада.
Хозяйка выкладывала на дастархан румяные лепеш-
ки — кульчи, только что выхваченные из танура' В вазоч-
ках сиял горный мед. Хозяин наливал в пиалы светлый
дымящийся чай. Раз чай в пиалах, значит, можно вести
беседу. Она у нас идет, как обычно в этих краях, —
неспешно. От слова к слову взаимный интерес возрастает.
У хозяев — традиционное искреннее внимание к гостю из
иных мест, у меня — желание понять здешние традиции,
на которых строится быт.
— Слава Аллаху, все хорошо, — благодарит Шомах-
мад. — Живем, как положено правоверным, как отец мой
Фозил завещал, — храним родственные связи, обряды
соблюдаем. Настоящий правоверный был мой отец!
Помню, прибегаем мы с братом домой с новостью: река
принесла утопленника, а кто он — неизвестно, то ли
таджик, то ли узбек, в кишлаке все об этом спорят. Надо
хоронить скорее, а савана нет. Отец ничего не сказал,
быстро пошел в дом, вернулся с большим свертком, так же
молча вышел за ворота. Это он понес белую ткань,
20 метров требуется. Мусульманина положено быстро
хоронить — так шариат велит. И вот отец, чтобы не
нарушать обычай, добра своего не пожалел. И не жалел
никогда.
Я киваю, соглашаясь. Но уверена, что доброта Фозила
не от его правоверности. Просто он был хороший человек,
и, конечно, если бы понадобилась его помощь немусуль-
манину, разве бы он остался в стороне? Я осторожно
спрашиваю Шомахмада:
—- Вы считаете, что именно религия делает человека
добрым и щедрым? Но ведь ислам отделяет «мусульмани-
на» от «немусульманина». А человеколюбивый разве
отделяет «своих» от «чужих»?
Шомахмад машет руками.
— У нас в Средней Азии во время войны, знаете,
сколько сирот из Ленинграда и других мест стали
родными! Такие люди, как мой отец, всем делились
с пострадавшими от фашистов.
— И все эти люди правоверные?
— Кто их знает. — Шомахмад снова машет рукой: мол,
и правда разве в этом дело!
Но я вижу, чтс >н действительно соблюдает обычаи,
хотя и не знаю, глубока ли его вера. Жена Шомахмада
Джумагуль так и не присела за наш дастархан (не положе-
но!) и лишь по моей настоятельной просьбе («Хочу
поблагодарить ее за лепешки, такие вкусные ем
впервые!») вышла из дальних комнат дома. Скромно
встала в дверях, худенькая милая женщина. Она домохо-
зяйка, по-русски знает плохо, и ничего неожиданного мне
не сказала — обычные слова приветствия, хорошая
улыбка, но в глазах такое живое, явное любопытство.
Я знаю, что Джумагуль, живя в пяти километрах от
известной всей стране ГЭС, даже вблизи нее ни разу не
бывала. Конечно, растить 11 детей — большой труд,
и благородный, и необходимый. Но вот так — в стороне от
всего, что происходит вокруг? И даже с приезжим гостем
не посидеть за чаем, не послушать, что он рассказывает?
Хранить добрые обычаи — святое дело, нравственное. Но
такой хранить — зачем?
Попыталась я найти ответ на этот вопрос и в доме Саида
Сафарова. Саид живет в кишлаке Новый Туткаул, тоже
работает на гидростанции, водит тяжелые грузовики.
Конечно, мы сидели и пили чай Неспешно текла беседа
Со двора донесся какой-то шум, потом детский плач,
и тут же голос хозяйки, утешающей малыше.
В семье — девять детей, и каждый требует внимания
и заботы, причем совершенно разнообразных. Старшая
дочь, 18-летняя красавица Джамиля, просватана, и надо
готовиться к свадьбе, а у двухлетнего Рустамчика — это он
горько плакал во дворе — тоже проблемы, и весьма
‘ Танур, тандыр — лечь из обожженной глины.
26
деликатного свойства: беспокойно спит, плохо ест — все
последствия его первого приобщения к мусульманским
обрядам: у Саида в доме недавно состоялся праздник по
случаю обрезания младшего сынка.
— Положено, — хоть и жалея малыша, но твердо
говорит Саид. — Все наши мужчины через это проходят.
Зато какой туй в честь Рустамчика мы устроили! Каждому
гостю, независимо от того, что он подарил, отдарили по
четыре метра ткани. Любимую нашу певицу из Душан-
бинской филармонии приглашали вместе с оркестром —
больше тысячи рублей по счету филармонии заплатили.
Угощение было— самое лучшее. Соседи и сейчас гово-
рят: вот у Сафаровых туй был — это да!
— Тысяч пять израсходовали? — ужасаюсь я.
— Больше! В этом году нам еще предстоят траты —
скоро будет год, как умерла моя мама, Бибиро. Надо
корову резать. А через месяц после этого — свадьба
Джамили. Жених у нее хороший, завмаг в Нуреке.
— А самой-то Джамиле нравится?
— Да она его и видала-то всего два раза, а может,
три — однажды он на концерте сзади нас сидел. Но мы ее
плохому не отдадим! Мы должны купить им шкаф, ковер,
холодильник. Хотя лично я считаю, что с подарками
спешить не следует. Чем больше приданое, тем меньше
молодежь старших слушает А чего им? Все есть.
Слушаю очень внимательно. Хочу понять Саида. Он,
этот ревностный блюститель традиций, которые мне
непонятны (какую роль эти колоссальные расходы на туй
и на поминки играют «в поддержании связи поколений» —
как мне пытались разъяснить в одной семье?), — вовсе не
старик, он сорокового года рождения, белозубый, усатый,
быстрый. Неужели все дело в том, что он верит в Аллаха?
Саид вроде бы услышал мои мысли:
— В молодости, да и в зрелые годы, редко кто глубоко
верует в Аллаха. Больше к старости становятся убеж-
денными верующими. А пока возраст не подошел, если
и следуют мусульманским обычаям, то просто потому, что
общественное мнение требует. Как все. («Да какие
все?» — думаю я, вспоминая молодоженов Шорахмада
и Лолу с их светской свадьбой, с таким похожим на любую
интеллигентную семью образом жизни.) И наша семья не
хуже других. Но вы не подумайте, мы плохое старое
отбрасываем. У меня Файзигуль одна, хоть в Коране
и написано о четырех женах, и я ее пальцем не тронул, хотя
традиция рекомендует иногда поучить жену и наказать.
— Так, может быть, Файзигуль идеальная жена?
— Всякое бывает, но пальцем не тронул никогда.
...То наклонится, то выпрямится одетая в яркий шелк
фигурка Файзигуль, что-то относит она в конец участка,
пригибаясь под веткой гранатового дерева, отягощенной
плодами, что-то выносит из глинобитной кухоньки в саду,
поправляет одежду на детях. Дом построен и сад выращен
собственными руками — Саида и Файзигуль. В будни рано
утром Файзигуль спешит на работу — она закройщица на
комбинате бытового обслуживания здесь же, в Новом
Туткауле. Хорошая специальность в руках — ее заработок
заметно сказывается на достатке в многодетном доме, да
и ребятишек сама обшивает. Но сегодня — выходной, и,
управившись по хозяйству, Файзигуль присаживается
к нам — на уголок дастархан-тахты. Ее степенный муж тут
же включает вентилятор, чтобы жена скорее отдохнула,
подает ей пиалу
«А как же обычай, с которым я столкнулась в доме
Фозиловых? — думаю я. — Саид ведь тоже стоит на
страже традиций».
— Трудно стало успевать, — жалуется Файзигуль и ви-
новато улыбается. — Раньше мама Бибиро вела дом, до
77 лет все на ногах. Я, бывало, два месяца посижу с ново-
рожденным, мама скажет: выходи на работу, теперь уж
я сама справлюсь. Так с ней всех девятерых и вырастили.
Утомленная такой долгой речью, произнесенной по-
русски, Файзигуль потом уже во все время нашего
дастархана только улыбается, блестя великолепными
белыми зубами. Вообще от ее присутствия сделалось как-
ФАКТЫ, ИНФОРМАЦИЯ,
ХРОНИКА
М. И. ШАХНОВИЧУ — 75 ЛЕТ
Дорогой Михаил Иосифо-
вич! •
Сердечно поздравляем Вас
со знаменательным юбиле-
ем.
Вы посвятили жизнь про-
паганде научного атеизма,
принимали непосредствен-
ное и активное участие в соз-
дании и в последующей
деятельности Союза во-
инствующих безбожников,
были ответственным секре-
тарем ленинградского отде-
ления газеты «Безбожник».
Уже свыше полувека, с
момента организации в
1932 году ленинградского
Музея истории религии и
атеизма ваша деятельность
связана с этим очагом науч-
но-атеистического просвеще-
ния.
Вами опубликовано более
260 книг, брошюр и статей,
посвященных проблемам ре-
лигиоведения, теории и исто-
рии атеизма, истории фило-
софии и проблемам фолькло-
ра.
С первых номеров нашего
журнала вы его постоянный
автор
Редакционная коллегия и
весь коллектив от души же-
лают Вам, дорогой Михаил
Иосифович, здоровья, бод-
рости. творческих успехов.
ГЛАВНАЯ
ПРОБЛЕМА —
КАДРЫ
Я давно занимаюсь пропа-
гандой научного атеизма.
Среди многих проблем, с ко-
торыми приходится стал-
киваться, хочу выделить, на
мой взгляд, главную — не-
достаток квалифицирован-
ных кадров. У нас в Чир-
чике лет десять назад актив-
но работала большая группа
лекторов, но сейчас из-за
возраста они уже отходят от
дел. А смены им нет.
Что делать? Можно ли
подготовить знающего лек-
тора на семинарах или крат-
ковременных курсах, как это
обычно принято? Факуль-
теты научного атеизма при
университетах марксизма-
ленинизма в лучшем случае
дают только теоретические
знания. Поэтому слушатели
не знают практики, не вла-
деют искусством убеждать.
Кто будет учить их этому?
Часто молодой педагог,
окончив институт, понятия
не имеет, как вести атеисти-
ческую работу в школе. Од-
нажды я спросил у несколь-
ких учителей-историков на-
шего города, какие рели-
гиозные организации оии
знают. Среди ответов были
и такие: черносотенцы, крес-
тоносцы. Похоже на анек-
дот, но, к сожалению, это
правда.
Нужно улучшить препо-
давание научного атеизма
в педагогических вузах. Бу-
дущий учитель должен быть
мировоззренчески гра-
мотным и эффективно ис-
пользовать полученные зна-
ния на уроке и вне его. Тем
более что в школьных учеб-
никах эта тема затрагивает-
ся поверхностно.
И. ДЕТЫНИС,
лектор
г. Ч и р ч и к
Узбекской ССР
27
то празднично, легко, и моя неловкость, возникшая было,
когда Саид пустился в рассуждения о том, когда надо
начинать глубоко верить в Аллаха, исчезла.
Хозяин вдруг встал и скрылся в глубине дома. Через
некоторое время он появился словно персонаж с картинки,
на которой изображены правоверные посетители мечети:
в полосатом джейлаке2 *, подпоясанный руймолом , в тюбе-
тейке.
— Сын муллы пришел, ' салям алейкум, — смеясь,
кланяется нам Саид, и мы с Файзигуль хохочем.
— Ну, как я выгляжу?
— Великолепно! Это что же, костюм для тех времен,
когда по возрасту надо будет становиться убежденным
верующим?
е Саид Сифаров
в кругу семьи.
— Зачем?! Наша национальная одежда, раньше так все
ходили, и на базар, и в мечеть, очень для нашего климата
подходит. А возраст глубокой веры для всех разный,
может, у меня он в 100 лет наступит!
В этом наряде Саид направляется к автомобилю, вся
семья собирается вокруг, я щелкаю затвором, и таким он
остается на фотографии и в моей памяти: Саид Сафаров —
уважаемый на стройке ударник труда, энергичный глава
большого семейства, хранящий традиции прошлых вре-
мен. Соблюдающий мусульманские обряды, но уве-
ренный, что время глубокой веры в Аллаха для него еще
не подошло, и отодвинувший его на довольно неопреде-
ленный срок.
В КИШЛАЧНОМ СОВЕТЕ
Каждое важное событие в жизни человека требует
обряда. Если нет нового, если не сложился современный
ритуал, люди пользуются старым, порой и сознавая его
несоответствие времени и даже некую неуместность.
Кишлачный Совет Нового Туткаула, куда входят
уважаемые люди: учителя Абдулла Алиев и Азиз
Раджабов, председатель женсовета Гулихор Назарова
и другие, избрал единственно верную позицию в отноше-
нии обрядов — как старых, так и входящих в жизнь. Он не
диктует людям, как поступать, а старается последователь-
но, шаг за шагом разъяснять смысл обрядов. Постепенно,
разумно вводить в жизнь новые ритуалы. Терпение,
говорят на Востоке, — то же золото.
Председатель Совета Саидкул Наимович Махмадхонов
рассказал мне недавний случай.
— В кишлаке Караташ умер старый Ер — отец главного
агронома совхоза коммуниста Саидшо Махмадиева. И вот
во время похорон я стоял как раз напротив муллы.
— Муллы?
— Так ведь человек умер пожилой, верующий, мы
обязаны похоронить его так, как он завещал. А сын
у него — уважаемый в совхозе работник, и наш долг был
принять участие в похоронах Ера, прожившего трудовую
жизнь, вырастившего хорошего сына. Кишлачный Совет
решил над устроить траурный митинг, Сказать те слова
об умершем человеке, которых он достоин, причем на
понятном всем языке, таджикском, а потом уж мулла пусть
читает молитвы на арабском, как положено по мусуль-
манскому обряду. Такие митинги — редкость в наших
краях. Почтить память стари-
ка пришли уважаемые люди,
представители обществен-
ности. Среди собравшихся
на похороны был какой-то
нездешний ишан. Он посре-
ди митинга стал выкрикивать
в наш адрес бранные слова,
грозил кулаком, что, мол, мы
будем наказаны на том свете
за наши речи. И все присут-
ствующие ясно ощутили, что
именно он, этот священно-
служитель, оскорбляет и
память покойного, и всех
присутствующих. Я на него
только глянул, и он, видно,
в моих глазах прочел реши-
мость поговорить с ним
«по душам», так что,
когда церемония закончи-
лась, найти его не удалось.
А жаль, мне действительно
хотелось ему сказать два-три
слова.
Траурные митинги мы бу-
дем проводить. Люди при-
выкнут к ним, поймут, как
это необходимо при
прощании — сказать добрые слова о человеке, отдать
дань уважения его памяти. И разъясняем, конечно не
нарушая норм тактичности и деликатности, почему выкуп
за грехи неуместен и даже оскорбителен для памяти
умершего. Иная семья не в состоянии противостоять
нажиму родственников, требующих, чтобы все было «как
у людей» — и после утраты главы семьи бывает так, что
хоть по миру иди. Но с огромными, разорительными
расходами на поминки мы боремся решительно, не
отступая, конечно, от метода убеждения. Власть же
употребляем там, где есть нарушение закона.
Повелось так: глава семьи приходит к нам — посовето-
ваться, как ему организовать свадьбу, другое семейное
торжество. Здесь собираются старейшины, авторитетные
люди, они и направляют события. Вообще от наших
аксакалов многое зависит.
С одним из них я с большим удовольствием познакоми-
лась. Это член кишлачного Совета, председатель махал-
линского совета в кишлаке Кибил Азиз Раджабович
Раджабов, учитель. Ему 67 лет. Правда, не знаю, можно ли
его назвать аксакалом — это слово означает «белобо-
родый», а Азиз Раджабович бороду бреет.
НАДО ЛИ БРИТЬ БОРОДУ I
Муаллим4 Азиз, учитель с 35-летним стажем, считает,
что надо. Причем эта его позиция — принципиальная.
В чем же принцип?
Аксакалу положено уважение. Если у тебя белая
! Тонкий халат.
8 Скрученный платок.
* Учитель, уважительное обращение к образованному человеку
28
борода, то есть дожил до седых волос, значит, сумел
пройти жизненные невзгоды, а раз так — ты мудр. Седая
борода — залог уважения. По обычаю, культивирующему
подчинение старейшим, их слово было законом. Старики
издавна входили в махаллинские советы — собрание
самых почитаемых людей. Правда, в наше время одного
возраста для почитания уже недостаточно. Нужно, чтобы
люди знали за человеком трудолюбие, хороший нрав,
мастерство, желание и умение помочь, доброту. Комму-
нисты, общественники, зачастую вовсе и не старые, без
седых волос, но по всем этим требованиям — лучшие из
лучших, пользуются уважением не меньшим, чем акса-
калы. Но, разумеется, уважение к возрасту есть и должно
быть.
Стариков в кишлаках много. Отрадный факт, тем более
что в прежние времена продолжительность жизни таджи-
ков была невысокой. У пенсионеров больше свободного
времени, они часто собираются то у одного, то у другого
под чинарами дастархан раскинут: кто дыню принесет, кто
мед, кто кульчи... Вместе-то веселее. О том, о сем
поговорят. Нередко может состояться и такой вот
разговор.
— Позовем Нурали? — спросит кто-то, определяя
состав следующего их собрания.
<— Нет, не позовем. Он намаз не совершает, да еще
и бороду бреет.
Обидно Нурали — чем же он плох? Семья хорошая,
дом большой, сам — труженик. А его раз не позвали
другой обошли. «Отпущу-ка я бороду, надену чапан, —
решает пенсионер, заскучавший дома в одиночестве: дети
на работе, жена по хозяйству, а сам он час-другой в саду
покопается, устанет, радио послушает — и вроде заняться
нечем. — Конечно, не такой уж я правоверный, но зато
с людьми буду».
Что говорить, есть люди, которые рассуждают так или
примерно так В разговорах с ними секретарь горкоме
партии Мурод Ерович Еров указывает на Азиза Раджабова.
Учитель бороду бреет не потому, что неверующий, — есть
неверующие и с белыми бородами. Он хочет, чтобы его
уважали не за седые волосы. А почтение к Раджабову
велико — как у молодого, так и у старшего поколения. Он
везде желанный гость. Как не уважать человека, воспитав-
шего столько прекрасных людей за годы учительства!
Приобщившего их к знанию. В своем почтенном возрасте
он всегда в делах: как член кишлачного Совета следит за
строительством дорог в округе; по его инициативе
и благодаря его хлопотам построена на общественных
началах лепешечная с чайханой. Раджабова не обходит
приглашением ни одно празднество. А этой весной,
когда учитель приболел, в кишлаке Кибил отложили до его
выздоровления празднование навруза.
Коммунист Азиз Раджабов спорит с теми, кто на склоне
лет решает обратиться к Аллаху, кто начинает твердить,
что религия делает человека нравственным, да еще
пытается внушить это молодежи. У муаллима Азиза другая
точка зрения, и аргументов в споре у него достаточно.
Прежде всего это его ученики — люди состоявшиеся,
достойные уважения, нравственно живущие, не прибегая
к религии. Среди них писатель Джумолладин Каримов,
заведующий Нурекским горфинотделом Файзилло Нарзу-
лов, инженер Ширали Курбанов, директора школ Нуредин
Зайнутдинов, Сулама Рахимов.
Да и вся жизнь Раджабова, аксакала, бреющего
бороду, пользующегося всеобщим уважением, — разве
не аргумент в этом споре?
НЕСКОЛЬКО КОММЕНТАРИЕВ
Их я получила от тех, кто руководит городом, заботится
о быте и здоровье его жителей, их культурной жизни,
ответствен за решение социальных проблем, за идеологи-
ческую и воспитательную работу.
Председатель горисполкома Яхье Мирфозилович Мир-
фозилов решительно заявил, что Нуреку предстоит расти.
Но за свои 25 лет город занял все возможное пространство
среди гор, значит, расти ему надо будет и в буквальном
смысле — подниматься ввысь, увеличивать этажи. В усло-
виях высокой сейсмичности района дело это непростое, но
выполнимое. Больше будет жилья, производство попол-
нится новыми рабочими руками, улучшатся условия труда,
облегчится быт. Больше появится у людей свободного
времени. Намечаемая партией программа социального
развития ставит серьезные задачи и перед Нуреком. Их
решение, несомненно, скажется на всех сторонах его
жизни. Мэр Нурека рассчитывает, в частности, что это
приведет и к более активному участию женщин в произ-
водстве.
— Не только улучшение бытовых условий может
сыграть здесь свою роль, к— добавляет заведующая отде-
лом культуры горисполкома Рубия Халиловна Шай-
хиева. — Мы стараемся вывести домоседок за границы их
е Члены совета старейшин
Пулисангинского кишлачного Совета В
центре верхнего ряда муаллим Азиз
Раджабов — аксакал, бреющий бороду.
семей, вовлечь в общие дела. Чествование матерей-
героинь, праздники улицы, вечера «А ну-ка, девушки!»,
встречи с героями труда — плодотворный путь к этой
цели. Знаете, у нас женщины .много читают. В центральной
библиотеке — 1152 читателя, и половина из них — жен-
щины. А книги у нас есть на любых языках, и на арабском.
Правда, арабские только мулла Хамро Ястниев читает.
Большая популярность у современной литературы. Любят
Чингиза Айтматова, Валентина Распутина, Виктора Астафь-
ева, Мориса Симашко, много читают таджикского классика
Садриддина Айни.
29
Главный врач городской больницы Саид Ибрагимович
Абдулаев с удовлетворением сообщил, что женщины
стали серьезнее относиться к своему здоровью. Совсем
мало теперь таких, кто рожает дома, всего около трех
процентов. Скоро, надеется главврач, это число станет еще
меньше — медработники ведут постоянную агитацию,
убеждают, доказывают. Был такой случай: из горного
селения прискакал в Кибил брат умирающей роженицы. Не
за помощью — родных на похороны звать. Заведующая
женским отделением больницы Лидия Федоровна Санго
ва узнав об этом, тут же отправилась в кишлак, хотя и не
была звана. 15 километров на лошади по зимней горной
дороге — нелегкий путь. Но и женщину, и ребенка удалось
спасти.
Иной раз врачи предупреждают женщину — оче-
редные роды могут кончиться трагически. А мулла ей не
велит слушаться врачей, говорит, что это — против
обычаев. Бывает, что его слова имеют больше веса, чем
увещевания медиков.
— Это нам укор, — говорит Абдулаев. — Мы должны
авторитет завоевать такой, чтобы нам доверяли больше,
чем служителям культа. Кстати, сами они аккуратно
к врачу обращаются.
— Да не только к врачам, они даже к нам за знаниями по
исламу обращаются, — вступает в разговор Мурод Ерович
Еров. — Я веду в Лангарском клубе семинар для пропаган-
дистов атеизма по исламу. И заметил, что на некоторые
занятия приходят ишаны. Мы решили не препятствовать,
пусть слушают, глядишь, сомнением заразятся. Я этим
проповедникам такой вопрос задаю. Ответьте, говорю,
почему сейчас, когда больше стало соблазнов и, с вашей
точки зрения, — грехов, а следовательно, больше и греш-
ников, — люди живут и лучше, и дольше, чем раньше,
когда в наших краях куда более ревностно следовали
мусульманским обычаям? Отвечают традиционно: так
Аллах захотел. А почему же захотел? — спрашиваю.
Руками разводят.
Разводить-то разводят, но активности не снижают,
всеми средствами стараются удержать людей в рамках
старых предписаний, ссылаются на то, что и отцы и деды
жили по законам ислама, выдают религиозное за на-
циональное, — секретарь сознает сложность проблемы,
но видит и пути ее решения. — Самое главное, пожа-
луй, — ослабить традиционное мнение, предписывающее
людям следовать мусульманским обрядам, помочь пре-
одолеть действие этого мнения. Этому мы противопостав-
ляем мнение таких аксакалов, как Азиз Раджабов. У нас их
немало И, конечно, надо открывать широкую дорогу
всему новому, что делает жизнь людей лучше, интерес-
нее.
У нас есть надежные гарантии для успешного внедре-
ния нового. Великая интернациональная стройка создает
в городе особый климат. Мы уверены, что город Нурек
вносит свой вклад в укрепление дружбы всех народов
нашей страны, здесь представители разных национальнос-
тей, тесно общаясь, обогащают свой духовный мир,
узнают лучшее в культуре другого народа. За 25 лет
произошли значительные перемены, оценить которые
можно, лишь оглянувшись на наше прошлое. Было время,
когда считалось, что для мусульманина не только
дружить — сидеть рядом с «иноверцем» грех. А сегодня
в Нуреке вон сколько интернациональных семей! Люди
разных наций становятся родными по духу, их объеди-
няют общие благородные цели, такому родству не помеха
ни национальные, ни религиозные различия.
...На этой оптимистической ноте я хочу закончить
рассказ о Нуреке — городе в сердце гор, решающем свои
сложные проблемы, живущем насыщенной духовной
жизнью, связанном прочными нитями со многими респуб-
ликами и городами большой страны.
Фото ТАСС повтора
ФИЛОСОФСКИЕ ЧТЕНИЯ
150 лет со дня рождения
Н. А. Добролюбова
1 Достоевский ф. М. Поли. собр. соч. • 30-ти т.,
т. 18. Л., 1978, с. 72.
Не верьте, что нравственность
состоит в отречении от
своей воли и ума... напротив,
кто поступает против
внутреннего своего
убеждения, поступает
бесчестно и подло...
Н. А. Добролюбов
СЛОВА, вынесенные в заголовок
статьи, взяты из последней крупной
работы Николая Александровича
Добролюбова. Незадолго до его
смерти она была опубликована в жур-
нале «Современник» (1861, сентябрь).
Посвященная разбору романа
Ф. М. Достоевского «Униженные и ос-
корбленные», эта статья — она
называлась «Забитые люди» — пред-
ставляла собой в сущности литератур-
но-политическое завещание русского
мыслителя, о котором незадолго
перед тем Достоевский сказал: его
«только одного у нас теперь и читают,
чуть ли не из всех наших критиков»1.
«Да, человек поглощается и уничто-
жается общим впечатлением того
громадного механизма, которого он
30
не в состоянии даже обнять своим
рассудком,— писал Добролюбов. —
Подобно древнему язычнику, падав-
шему ниц пред неведомыми, гран-
диозными явлениями природы, па-
дает нынешний смертный пред чуде-
сами высшей цивилизации, которая
хоть и тяжко отзывается на нем
самом, но поражает его своими ги-
НЕ МЕРТВЫ*
гантскими размерами. Тут уже нет
речи о борьбе, тут и для характеров
более сильных возможно только
бесплодное раздражение, желчные
жалобы и отчаяние...
Так, стало быть, положение этих
несчастных, забитых, униженных и ос-
корбленных людей совсем безвыход-
но?..
Не знаю, может быть, и есть
выход., это должна показать сама
жизнь Мы только стараемся идти за
нею... Главное, следите за не-
прерывным, стройным, могучим, ни-
чем не сдерживаемым течением
жизни, и будьте живы, а не мертвы»
(7, 272, 274)2.
Такими были последние слова, об-
ращенные критиком к современни-
кам.
Есть у Добролюбова еще и другое
завещание — восьмистишие, которое
Н. Г. Чернышевский прочитал над его
могилой на Волковом кладбище (в
первом собрании сочинений Доб-
ролюбова, изданном в 1862 г., оно
было воспроизведено как эпиграф ко
всему его творчеству). В нем Доб-
ролюбов благословлял своих друзей
шествовать тою же стезею, что выпа-
ла на его долю. Начинались стихи
такими словами:
Милый друг, я умираю
Оттого, что был я честен...
Смерть вследствие честности? Не
парадоксально ли? Может, это всего
лишь поэтический образ? Гипербола?
Метафора?
Нет, на пороге вечной немоты
(а Добролюбов знал, что жизнь его,
только-только начавшись, уже подо-
шла к концу) было не до метафор.
Стихи содержали одну только правду:
честность, понятая, конечно, не как
обывательское воздержание от наме-
ренного делания пакостей другим
людям и даже не просто как ес-
тественное стремление человека к
искренности и порядочности, а как
самоотверженное следование своим
убеждениям, как самоотречение ради
«общего дела» — дела освобождения
миллионных крестьянских масс от
средневекового крепостного права
и экономического ярма, уничтожения
самодержавно-полицейской тирании,
ликвидации духовного оболванивания
русского общества православной цер-
ковью и иными учреждениями офи-
циальной охранительной идеоло-
ги и — так понятая Добролюбовым
честность была не только одной из
важнейших идей его творчества, но
и непоколебимым принципом его
собственной, такой короткой, жизни...
1
А честность в обыденном смысле,
в духе которой Добролюбов вое-
А. ВОЛОДИН,
доктор философских
наук
питывался, оказалась тем устоем его
личности, с каким уже в ранней
юности стали сталкиваться религиоз-
но-нравственные установления.
Среда, в которой рос Николай
Добролюбов, уверенно лепила из
него будущего верного защитника
трона и алтаря. Он был старшим из
детей священника верхнепосадской
Никольской церкви в Нижнем Новго-
роде. Одним из лучших учеников
местной семинарии. Отзывы наставни-
ков самые лестные: отличается «бла-
гонравием», «скромностью», «послу-
шанием», «усердием к богослуже-
нию»... В общем, воспитание в духе
«смиренномудрых начал» вроде бы
начинало уже давать плоды. Сомне-
ний не было (во всяком случае, так
считал отец, да и все родственники):
Николай пойдет по проторенной до-
роге — семинария, духовная акаде-
мия, служба священником... А 17-лет-
ний юноша делает в тетрадке-дневни-
ке какие-то странные записи. Их
общее название — «Психаториум»,
что означает «углубление в душу»,
«наблюдение за душой». Ведь отец
и мать с ранних лет учили его
честности — вот он и старается «да-
вать себе каждый день подробный
отчет в своих прегрешениях» (8, 454).
7 марта 1853 года говорит об испове-
ди — и отмечает: «В эти великие часы
даже возникло во мне несколько раз
сомнение о важнейших истинах спасе-
ния» (8, 455). Через пять дней:
«...Допустил в себе сомнение в свя-
той церкви и ее постановлениях...»
(8, 457). 4 апреля: «...Леность к молит-
ве...» (8, 458).
Он стремился быть честным —
и жаждал искренней, безотчетной
веры в бога. Он стремился быть
честным — и уже в конце 1852 года
писал о своих сомнениях. Со дня на
день трещина в юношеском миро-
воззрении Добролюбова становилась
все более глубокой. Сколько ду-
шевных сил положил он, чтоб ликви-
дировать eel Но он был честным.
Атеистом Добролюбов стал в
18 лет. Сравним: А. И. Герцену
и В. Г. Белинскому к моменту оконча-
тельного перехода на атеистические
позиции было около тридцати,
Н. Г. Чернышевскому — за двадцать...
Идейное созревание, формирование
того, что впоследствии Добролюбов
назовет «жизненным реализмом»,
происходило у него быстрее. Чем
это определялось? Одним словом
не ответить.
Множество факторов благопри-
ятствовало в России середины XIX
века превращению сыновей священ-
ников в откровенных безбожников:
и сама жестокая действительность,
и просветительская литература —
отечественная и зарубежная. И еще,
конечно, взгляд на церковность изнут-
ри. От наблюдательного мальчика,
подростка, юноши не утаилось: образ
жизни знакомых ему священнослужи-
телей, духовных наставников не отли-
чается святостью и нравственной
чистотой. Так или иначе, но в том,
может быть, решающем для его
судьбы факте, что в духовную акаде-
мию Добролюбов поступать не стал,
свою роль эти обстоятельства сыгра-
ли. Душа к богословию не лежала.
«...Сердце мое черство и холодно
к религии...» (8, 450),— записывает он
в дневнике.
С 1853 года Добролюбов — студент
Петербургского Г лавного педагоги-
ческого института. Студенческая сре-
де немало способствовала дальней-
шему остужению прежних горячих
верований, а затем и освобождению
от них. В этом отношении шестиде-
сятые годы существенно отличались
от сороковых: будучи прежде до-
стоянием одиночек, атеизм становил-
ся уже явлением общественного соз-
нания. Правда, задиристый и
порывистый, он подчас оказывался
у некоторых молодых вольнодумцев
и чересчур грубым, прямолинейным,
не опирающимся к тому же на
прочное, продуманное миропонима-
ние и потому зачастую нестойким. Не
таким был атеизм Добролюбова.
Отказ от веры в бога принял у него,
как и у некоторых других мыслителей
России прошлого столетия, острые,
кризисные формы: это был перелом
в самих основах мировоззрения, бо-
лезненная смена убеждений, подлин-
ная революция в личностном созна-
нии и самосознании.
В марте 1854 года умирает мать
Добролюбова. Страшный удар для
него. Страничка из дневника дает нам
представление о его душевной муке:
«И почему же не верить мне, что она
смотрит на меня с высоты небес,
радуется... Нет, нет, нет, если это
правда, если она видит меня, мою
тоску, мои терзания, мои сомнения —
она умолит бога, чтобы >н послал ее
вразумить бедного, жалкого сына...
Мать моя! Милая, дорогая моя! Я все-
го лишился в тебе... Помолись за
меня, чтобы бог остановил меня на
краю гибели!.. Мое положение так
горько, так страшно, так отчаянно, что
теперь ничто на земле не утешит
меня» (8, 462). Все реже он молится:
жесточение против бога, забравшего
2 Подчеркнуто мною. — А. В. Здесь и далее
тексте деются ссылки на собр. соч. Н. А. Доб-
ролюбова в 9-тн т. М.— Л.. 1961 —1964.
31
к себе самое дорогое существо,
сильнее его. Кажется, сама судьба
испытывает его Не прошло и полуго-
да — новое несчастье: умер отец.
С верой в верховное существо, кото-
рого прежде считал таким любве-
обильным, таким милосердным к
людям, отныне было покончено на-
всегда. Но еще долго не заживала
душевная рана. И спустя месяцы, годы
мысль Добролюбова то и дело обра-
щалась к событиям рокового 1854 го-
да.
Вот запись, датированная 18 декаб-
ря 1855 года: «Меня постигло страш-
ное несчастье — смерть отца и мате-
ри,— но оно убедило меня оконча-
тельно в правоте моего дела,
в несуществовании тех призраков,
которые состроило себе восточное
воображение и которые навязывают
нам насильно, вопреки здравому
смыслу. Оно ожесточило меня против
той таинственной силы, которую у нас
смеют называть благою и мило-
сердною, не обращая внимания на
зло, рассеянное в мире, на жестокие
удары, которые направляются этой
силой на самих же ее хвалителей!..»
(8, 464).
Зло, рассеянное в мире,— вот, по
мысли Добролюбова, наглядное до-
казательство того, что бога не су-
ществует. Так и нечего ожесточаться
против того, чего нет.
Другое дело — церковь, сподвиж-
ница политического деспотизма; они
«взаимно поддерживают друг друга;
эта круговая порука очень понятна»
(1, Ю1).
Скажите, русские дворяне.
Какой же бог закон изрек.
Что к ребству созданы крестьяне
И что мужик не человек!..
О нем спокойно утверждают.
Что рабство у него в крови,—
И те же люди прославляют
Ученье братства и любви.
Сыны любимые Христовы,
Они Евангелие чтут
И однокроеного родного
Позорно в рабство продают.
Покончив с верой в незримого
небесного благодетеля, о существова-
нии которого ему твердили с детства,
Добролюбов почувствовал себя ду-
ховно свободным. В 1856 году, в сти-
хотворении, так и названном им —
«Благодетель», он провозглашает:
...Теперь я сам могу идти неутомимо
И действовать — не как его покорный
раб,
Не по его таинственным приказам.
Чрез сотни уст дошедшим до меня,
А как велит мне собственный мой
резум.
Как убежден я сам, при полном свете
дня.
2
Еще до окончания института Доб-
ролюбов начинает печататься в
«Современнике» Н. Г. Чернышевского
и Н. А. Некрасова. А с 1857 года
входит в его редакцию в качестве
ведущего критика.
Впрочем, как точно сказал
ф. М. Достоевский, Добролюбов был
«не столько критик, сколько публи-
цист»3. Обращаясь в своих статьях
к насущным проблемам жизни, он не
мог не касаться и вопросов о сущнос-
ти и формах религии ее роли
в историческом процессе, о ее отно-
шении к политике и литературе,
философии и нравственности.
Правда, согласно цензурным прави-
лам, в России было запрещено печа-
тать то, что колеблет «истины и дог-
маты христианской веры» (5, 173). Но
этот запрет для убежденного атеиста
и талантливого литератора — пре-
пятствие отнюдь не непреодолимое.
Нельзя «колебать» христианство? По-
говорим тогда о магометанстве
(статья «Жизнь Магомета») и буддиз-
ме (статья «Буддизм, его догматы,
история и литература»), побеседуем
с читател'ем о католицизме и иезу-
итах, поразмышляем о древней рус-
ской церкви и языческих верованиях
славян...
Говоря о самом основном в понима-
нии Добролюбовым религии вообще,
необходимо в первую очередь отме-
тить, что он не считает ее, как
некоторые атеисты XVIII века, про-
сто-напросто результатом обмана не-
вежественных людей жрецами. I са-
мом процессе ее возникновения он
усматривает отражение зависимости
человека от природы.
«В основании всех естественных
религий» лежит дуализм, то есть
представление о наличии и борьбе
в мире двух противоположных начал:
доброго и злого (2, 432). В древнепер-
сидских верованиях эти начала оли-
цетворяют Ормузд и Ариман, в ин-
дуизме — Вишну и Шива, в древне-
славянской мифологии — Белбог и
Чернобог. Да и основополагающая
идея многих религиозных учений о
двойственности самого человека —
о наличии у него вечной, бессмертной
души и бренного, греховного тела —
есть проявление все того же дуализ-
ма.
Правда, по словам Добролюбова,
«со времен христианства древний
дуализм понемногу начинает исчезать
и до некоторой степени теряет свою
силу в общем сознании. Но старые
понятия жалко было бросить схолас-
тическим мудрецам средних веков,
и они ухватились за дуализм как за
неистощимый источник диалектичес-
ких прений» (2, 433)4.
Дальнейшую эволюцию христи-
анства Добролюбов рассматривает
"пять-таки с учетом его дуалистичес-
кого характера. При этом он выделяет
течения, соединявшие с христиански-
ми идеями языческие начала и отли-
чавшиеся крайним аскетизмом.
О средневековых аскетах он пишет,
что, полагая, будто «тело состоит под
влиянием злой силы и от него прихо-
дит в душу все нечистое», они
«превзошли даже те жестокие и кро-
вавые истязания, какие делают над
собой индийцы в своем религиозном
исступлении. Известно, до какого бе-
зумия доходили бичующиеся в своем
усмирении плоти. Известно и то,
сколько колдунов и сколько не-
счастных так называемых «бес-
нующихся» сожжено было тогда
вследствие уверенности, что в теле их
воцарился дьявол...» (2, 433—434).
Вряд ли необходимо убеждать
современного читателя в том, что
выступление Добролюбова в подцен-
зурной статье против средневековых
схоластов, которые стремились «от-
делить душу от тела» (2, 433), было
направлено в сущности против догма-
та христианской религии о бес-
смертной человеческой душе. Имен-
но этому догмату Добролюбов
противопоставлял во многих своих
работах принцип материального
единства человека и мира, полагая,
что «недостойно образованного чело-
века заниматься теперь серьезно ан-
тагонизмами двух противоположных
начал в мире и человеке» (5, 179).
Еще за два года до появления
известной статьи Н. Г. Чернышевского
«Антропологический принцип в фило-
софии» (1860) Добролюбов ут-
верждал на страницах «Современни-
ка»: «В наше время успехи ес-
тественных наук, избавившие нас уже
от многих предрассудков, дали нам
возможность составить более
здравый и простой взгляд и на отно-
шение между духовной и телесной
деятельностью человека. Антрополо-
гия доказала нам ясно, что прежде
всего — все усилия наши представить
себе отвлеченного духа без всяких
материальных свойств или положи-
тельно определить, что он такое
в своей сущности, всегда были и всег-
да останутся совершенно бесплод-
ными. Затем наука объяснила, что
всякая деятельность, обнаружен-
ная человеком, лишь настолько
и может быть нами замечена, на-
сколько обнаружилась она в те-
лесных, внешних проявлениях, и что,
следовательно, о деятельности души
мы можем судить только по ее
проявлению в теле» (2, 434).
Считая идею сверхъестественного
общим «коньком» как религии, так
и идеализма (см. 4, 259), Добролюбов
вместе с тем выступал против «грубо-
го, слепого материализма», ут-
верждавшего, что сознание, душа это
«какой-то кусочек тончайшей,, эфир-
ной материи». Великую заслугу «но-
вейшей науки» он усматривал в возве-
дении «видимых противоречий к их
естественному единству». «Только но-
вейшая наука отвергла схоластичес-
9 Достоевский Ф. М. Поли. собр. соч т. 18,
с. 81
4 У нас нет вполне достоверных данных,
которые свидетельствовали бы о том, что,
говоря так, Добролюбов опирался не сочине-
ния А. И. Герцена, но перекличка с анало-
гичными высказываниями автора «Писем об
изучении природы» несомненна.
32
кое раздвоение человека и стала
рассматривать его в полном, не-
разрывном его составе, телесном
и духовном, не стараясь разобщать
их» (2, 434; см. также 9, 688). Чита-
телю нетрудно увидеть, что Доб-
ролюбов излагает здесь основы
антропологического материализма,
который был логическим следствием
осуществленного Л. Фейербахом
острого критического анализа сущ-
ности христианства и гегелевской
философии.
За Фейербахом следует Доб-
ролюбов и тогда, когда рассматри-
вает религию как исходную, древней-
шую форму человеческого самосоз-
нания, составлявшую первоначально
основу духовного развития челове-
чества вообще. Так, отмечая, что
«литература изменяется сообразно
с направлением жизни», Добролюбов
следующим образом аргументировал
это положение: «Когда человечество,
еще не сознавая своих внутренних
сил, находилось совершенно под вли-
янием внешнего мира и, под влияни-
ем неопытного воображения, во всем
видело какие-го таинственные силы,
добрые и злые, и олицетворяло их
в чудовищных размерах, тогда и в
поэзии являлись те же чудовищные
формы и та же подавленность челове-
ка страшными силами природы. Когда
же человек немножко попривык к
этим силам и сознал отчасти свое
собственное значение, тогда и силы
природы стал он представлять антро-
поморфически, приближая их к себе.
Таким образом развивалась поэзия
греческая, с своими божествами» (2,
223).
Да религия есть фантастическое
представление о мире, если угодно,
болезнь человеческого духа, и с точки
зрения «новейшей науки» она не
более как нелепость. Но в том-то
и дело, что это нелепость, вкоренив-
шаяся в массовое сознание, освящен-
ная веками, поэтому к ней надо
относиться серьезно. Недаром одну
из слабостей в деятельности английс-
кого социалиста Р. Оуэна Добро-
любов усматривает в том, что
совершенно правильно отказавшись
от религиозного воспитания, Оуэн
полагал вместе с тем, будто с этой
«нелепостью» можно покончить
экспромтом (см. 4, 31).
Что касается непосредственных
идейных источников представлений
Добролюбова о религии, то он, в сущ-
ности, сам назвал их, когда в письме
к своему приятелю, воспитаннику
Казанской духовной академии,
В. В Лавровскому писал с язвительной
иронией: «...Утешаюсь надеждою, что
Вы крепки в своих верованиях, что
Ваша голова издавна заперта наглухо
для пагубных убеждений и Вас не
совратит с пути ни Штраус, ни Бруно
Бауэр, ни сам Фейербах, не говоря
уже о каком-нибудь Герцене или
Белинском» (9, 253).
«...Сам Фейербах»!
Правда, сведений о том, как изучал
Добролюбов его сочинения, какие
оценки давал его воззрениям, сохра-
нилось немного. Известно, что он
и сам предпринимал попытку перево-
дить произведения немецкого фило-
софа. Сохранились два небольших
отрывка: один — дословный перевод
первых строк введения к фейерба-
ховским «Мыслям о смерти и
бессмертии» (1830), другой — набро-
сок перевода самого начала первой
главы (она называлась «Общая сущ-
ность человека») из «Сущности хрис-
тианства»5.
Обращает на себя внимание свиде-
тельство М. А. Антоновича, что летом
1859 года Добролюбов дал ему на
время из своей библиотеки книги
Фейербаха «и настоятельно рекомен-
довал проштудировать его два сочи-
нения»: «Сущность религии» и «Сущ-
ность христианства»6. Тогда же Доб-
ролюбов сообщил Антоновичу, что
посредником в изучении им филосо-
фии являлся не кто иной, как
Н. Г. Чернышевский (аналогичное при-
знание содержится в письме Доб-
ролюбова Н. П. Турчанинову от
1 августа 1856 года (см. 9, 248).
«Нынешние молодые люди,— пи-
сал Добролюбов в одной из статей
1858 года,— если уж занимаются ес-
тественными науками, то соединяют с
этим и философию природы, в кото-
рой... следуют не Платону, не Окену,
даже не Шеллингу, а лучшим, наибо-
лее смелым и практическим из учени-
ков Гегеля» (2, 328—329). Так или
примерно так называл Фейербаха
в своих подцензурных сочинениях
и Чернышевский7.
Мы, понятно, ни в коей мере не
должны упрощать позиции самого
Фейербаха,— хотя бы потому, что это
помешает в полной мере раскрыть
характер отношений отечественных
мыслителей XIX века к его твор-
честву, в частности — понять смысл
слов Добролюбова о «смелости» и
«практичности» немецкого филосо-
фа. В предисловии к 1-му изданию
собрания своих сочинений (1846 г.)
Фейербах писал: «Кто обо мне не го-
ворит и не знает ничего большего,
кроме того, что я — атеист, тот вооб-
ще ничего не говорит и ничего обо
мне не знает. Вопрос о том, существу-
ет ли бог или нет, как водораздел
между теизмом и атеизмом, достоин
семнадцатого и восемнадцатого, но
отнюдь не девятнадцатого века. Я от-
рицаю бога; для меня это значит:
я трицаю отрицание человека, я ут-
верждаю чувственное, истинное, сле-
довательно, неизбежно также полити-
ческое, социальное место человека
взамен иллюзорного, фантастическо-
го небесного пребывания человека,
которое в действительной жизни не-
избежно превращается в отрицание
человека. Для меня вопрос о бытии
или небытии бога есть лишь вопрос
о бытии или небытии человека»8.
Этими же или подобными им словами
вполне мог бы охарактеризовать свою
позицию и Добролюбов.
Но вот на что обратим внимание:
у Фейербаха положение о «полити-
ческом, социальном месте человека»,
как бы прекрасно оно ни звучало, так
и осталось общей фразой; «политика
для Фейербаха недоступная область»;
он «не нашел дороги из им самим
смертельно ненавидимого царства
абстракций в живой, действительный
мир»9; у Добролюбова же именно эта
проблема — проблема исторических
действий действительных, живых
людей — выступает в его «филосо-
фии человека» как центральная.
Как и атеизм Фейербаха, атеизм
Добролюбова не представлял собой
только лишь отрицательную, крити-
ческую позицию, а предполагал раз-
работку положительного реалисти-
ческого мировоззрения. Однако если
в фейербаховском «положительном
атеизме», в его философии, в его
антропологии главным оказывается
построение концепции новой гума-
нистической нравственности, то у
Добролюбова в качестве противовеса
религии выдвигается не абстрактная
«истинно человеческая» мораль, ко-
торая «скроена для всех времен, для
всех народов, для всех обстоятельств
и именно потому не применима нигде
и никогда»10, а куда более конкретная
концепция истории, стержнем кото-
рой выступает понятие человека как
деятельного существа.
Фейербах сосредоточился на выяв-
лении и анализе гносеологических
и психологических корней религии, он
раскрыл ее как фальшивое, фантасти-
ческое отражение человеческой сущ-
ности. Это было его выдающейся
заслугой. Но Добролюбову этого ма-
ло: религия интересует его преиму-
щественно как «слуга сильных мира»
(4, 28), в ее социально-политических
функциях. Грубо говоря, он потому
прежде всего подвергает критике
религиозное мировоззрение, потому
именно считает его порочным, что
оно — в любых своих проявлениях —
являясь антигуманным по существу,
способствует подавлению, отчужде-
нию личности в условиях ее земно-
го — единственного! — существова-
ния.
Окончание следу е.т.
5 См.: Литературное наследство, № 25—26,
1936, с. 243—244. По предположению ле-
нинградского исследователя С. А. Рейсера, оба
эти текста относятся к институтскому периоду
жизни Добролюбова, приблизительно к 1855 г.
6 См.: Н А. Добролюбов в воспоминаниях
современников. №., 1961, с. 219.
1 Ср. Чернышевский Н. Г. Поли. собр. соч.. т 3,
с. 209; см. также с. 219.
8 Фейербах Л. История философии. Собрание
произведений в 3-х томах, т. 1. М., 1967, с. 43—
44
9 Маркс К.. Энгельс Ф Соч., т. 21, с. 296, 299
10 Меркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 21, с. 298
33
ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
имя и помять
ЗПБЕЩПЮ
БУДУЩЕМ»... ...
• Иллюстрация художника Ю. Селиверстова к «Новой Атлантиде».
ПРОВИДЕЦ
Три жизни прожил он О двух —
политика и философа — мы рассказа-
ли; сейчас речь пойдет о третьей,
может быть, главной, продол-
жающейся и поныне. О жизни провид-
ца.
Все три ипостаси человека и мысли-
теля Фрэнсиса Бэкона несут на себе
печать раздвоенности, мучительной
борьбы между высоким и низким,
прошлым и будущим. Но если жизнь
сановника и царедворца, ее взлеты
и падения — все это осталось в про-
шлом, то философские воззрения
дали ростки в завтрашний день. В гря-
дущее было обращено и незакончен-
ное творение опального лорда-
канцлера, его предвидение, его «Но-
вая Атлантида».
Читаешь сегодня эту книгу и диву
даешься. До чего ее мысли созвучны
Окончание. Начал© а № 1.
нам, живущим в канун третьего тыся-
челетия) Наивные по форме, но
дерзкие по сути; высказанные, когда
и слов-то таких никто не знал: научно-
технический прогресс, наука как про-
изводительная сила, научное управле-
ние обществом... В наши дни, когда,
хочется верить, позади и без-
удержные упования на палочку-выру-
чалочку науку, и не менее беспоч-
венный панический ужас в связи с ее
неизбежным вторжением в жизнь
людей, Бэкон из своего временного
далека говорит с нами как равный, как
единомышленник. Говорит мудро,
трезво, уверенно. Сегодня огромные
массы населения так или иначе забо-
тит, куда повернет прогресс науки
и техники, как обуздать, направить
этого высвобожденного человеческой
мыслью «джинна», как заставить его
созидать, а не разрушать. Бэкон же
размышлял над подобными вопроса-
ми практически в одиночестве...
Во многом его представления, ко-
нечно же, наивны, а над некоторыми
важными вопросами Бэкон и не за-
думывался вовсе — он писал уто-
пию... Сегодня это слово несет на себе
оттенок снисходительного похлопыва-
ния по плечу «неразумного» предка.
Но о таких, как Бэкон (о Сен-Симоне,
Фурье, Оуэне, которые тоже создава-
ли утопические проекты!), хо-
рошо сказал Энгельс: они, «несмотря
на всю фантастичность и весь утопизм
их учений, принадлежат к величай-
шим умам всех времен... гениально
предвосхитили бесчисленное множе-
ство таких истин, правильность кото-
рых мы доказываем теперь научно»*.
Среди множества истин есть и впер-
вые угадайные Фрэнсисом Бэконом.
Утопия... Странный остров на лите-
ратурной карте, открытый великим
предшественником и «коллегой»
Бэкона (тоже лордом-канцлером) То-
масом Мором, кем и с какими только
целями не обживался! Так, задолго до
великого английского гуманиста, чье
сочинение дало имя всему литератур-
но-философскому жанру, рабо-
владельческая утопия владела
умами Платона и Ксенофонта. В своих
работах, посвященных символиче-
скому толкованию Библии, ф во-
да л ь н о-т еократическую
утопию создает Иоахим Флорский,
позже к нему присоединился совре-
менник Бэкона, немецкий писатель
Валентин Андреа, автор романа
«Христианополис». А начиная с XVII
века и до наших дней создаются сот-
ни, тысячи буржуазных и мел
кобуржуазных утопий, среди
них — анархические, технократичес-
кие, экологические, религиозные...
С Томаса Мора и Кампанеллы
(«Город Солнца» Бэкон, вероятно,
прочесть не успел — книга вышла
в Германии за три года до его смерти)
берет начало утопия социалисти-
ческая, ставшая впоследствии од-
ним из источников уже подлинно
научного, марксистского учения о бу-
дущем человеческого общества. Та-
кова судьба утопии. Чтобы лучше
знать, каким курсом плыть дальше
кораблю человечества, его «навига-
торы» время от времени заглядывают
на этот островок, куда человеческая
мысль помещает свои чаяния и на-
дежды. Заглядывают, делают оста-
новку, чтобы критическим взором
окинуть то, что предшественникам
представлялось идеалом.
Современная прогностическая на-
ука подтверждает вывод классиков
марксизма: чем дальше мысль заби-
рается в будущее, тем труднее
разглядеть, предсказать в зримых
образах его детали, частности. Гори-
зонт будущего как бы скрыт дымкой,
и рассмотреть удается только самые
общие контуры.
Но то — научный прогноз. В утопи-
ческой литературе (и ее прямой
• Маркс К., Энгельс Ф. Соч_, г. 18, с. 498—499
34
к
наследнице — научной фантастике)
случается и наоборот. Многие авторы
подобных сочинений упрямо «тянули»
за собой в воображаемое бу-
дущее привычные представления об
устройстве современного им об-
щества. И не успевало смениться
поколение после выхода книги в свет,
как она безнадежно устаревала. Но
вот детали, частности, крупицы порой
случайных даже для автора догадок
продолжали восхищать потомков и
столетия спустя!
Место бэконовской «Новой Атлан-
тиды» в мировой утопической литера-
туре — особое. Правда, в социальном
плане это шаг назад по сравнению
с идеалами равенства и справедливос-
ти в книгах Мора и Кампанеллы.
Могучая фантазия Бэкона на этот раз
не подсказала ему ничего оригиналь-
нее просвещенной монархии, опи-
рающейся на ученую «элиту» (да
и трудно было ожидать иного от
лорда-канцлера, барона Веруламско-
го, виконта Сент-Олбенского, пэра
Англии). Но зато никто до Бэкона —
и долгие века после него — не описал
так дерзновенно и заразительно мир,
триумфально преображенный нау-
кой! Первая н а у ч н о-т е х н и ч е с-
к а я утопия — вот что такое «Новая
Атлантида».
Очень мало нам известно о том, как
создавалось это удивительное произ-
ведение. Сам результат да внешне
никак с ним не связанные факты
жизни гения (и еще иногда его
собственные воспоминания, которым,
впрочем, не следует слишком дове-
рять) — вот скудный паек биографов
и исследователей.
...В 1616 году умер Шекспир. Умер
великим, хотя никто в ту пору этого
еще не знал, как не знал и сам
драматург, чьи пьесы выходили ано-
нимно. О смерти безвестного коме-
дианта, разумеется, не подозревал
и Бэкон, которого только что ввели
в Тайный совет короны. Ирония
судьбы: столетия спустя молва, не
удовлетворенная тем, что автором
«Гамлета» и «Короля Лира» оказался
безродный неуч, в поисках «достой-
ной замены» среди других остановит
выбор и на Бэконе, приписав ему
авторство шекспировских пьес!
Но вот что уходила в прошлое целая
эпоха и на горизонте заиграли споло-
хи новой — это Бэкон в 1616 году
сумел почувствовать. Тому есть кос-
венное свидетельство: в это время
предположительно начата работа над
«Новой Атлантидой». Мысли Бэкона
обращены в будущее, не только
в собственное (оно тогда светило
всеми радужными красками) — в бу-
дущее человечества.
Ранние наброски «Новой Атлан-
тиды» затерялись. В последние годы
жизни, уже находясь в опале, Бэкон
начал работать над ней заново, но
закончить не успел, книгу издали
посмертно, в 1627 году. Написанную
на английском язьже, ее вскоре пере-
вели «для пользы других народов» на
латынь. «Есть книги,— писал Бэкон,—
которые надо только отведать, есть
такие, которые лучше всего прогло-
тить, и лишь немногие стоит разже-
вать и переварить». Последнее всеце-
ло относится и к «Новой Атлантиде»:
чтобы «разжевать и переварить»
брошюрку объемом чуть больше двух
авторских листов, потребовались ве-
ка.
3 молодости из-под его пера выхо-
дили произведения основательные,
взвешенные, не по-юношески муд-
рые. А на закате жизни потянуло
к фантастике (по мнению многих,
делу несерьезному), голова была
полна грезами о несбыточном... Хотя
почему несбыточном? Сам автор исто-
во верил в полную осуществимость
своих проектов.
Начинается книга Бэкона нетороп-
ливо и обстоятельно, как все утопии.
Не он изобрел неизменных спутниц
этого литературного жанра — «лек-
цию» и «экскурсию», но охотно
прибегнул к удобному приему. В со-
ответствии с установившейся к тому
времени традицией Бэкон забрасыва-
ет своих героев-путешественников на
неизвестный европейцам остров где-
то в Тихом океане. Краткая «экскур-
сия» по острову и оборванная на
полуслове «вступительная лекция»,
в которой гостей знакомят с историей
и общественным устройством некоего
идеального государства Бенсалема,—
вот, собственно, и весь сюжет.
Идеальным, повторяем, госу-
дарство рисуется только автору —
прагматичному политику, убежденно-
му защитнику абсолютизма. Многое
в этом государстве вызовет у нас
сейчас резкое неприятие, в честности
забота правителей острова о его
строжайшей изоляции (дабы оградить
жителей Бенсалема от «вредных ве-
яний» из Европы).
Вопреки всякой логике, автор упор-
но пытается «прописать» на острове,
не имеющем контактов со всем циви-
лизованным миром, и христианство
(власти Бенсалема не пускали путе-
шественников на территорию остро-
ва, пока не удостоверялись, что
имеют дело с благонамеренными
христианами). Священное писание
было ниспослано жителям как бы
свыше: путешественники узнают, что
лет через 20 после воскресения сына
божьего явилось на небе знамение
в виде столпа, увенчанного крестом,
и прибило к берегу ковчежец, а в
нем — тексты Ветхого и Нового заве-
тов. Мало того, что среди них непости-
жимым образом оказались Апокалип-
сис и другие книги, к тем временам
еще не написанные,— на жителей
Бенсалема сошла добавочная благо-
дать, и они смогли прочесть тексты,
написанные на незнакомом языке...
Во всю эту «версию» чудесного
обращения бенсалемцев фило-
соф Бэкон, похоже, и сам не очень
верит; однако для политика Бэ-
кона идеальное общественное уст-
ройство немыслимо без христианской
религии.
Чего только нет в книге, букваль-
но — от великого до смешного. И не
будем сейчас вспоминать несообраз-
ности этой двойственной, как и все
в Бэконе, утопии (да и в какой утопии
их не было?). Современному чита-
телю важнее другое: «Новая Атланти-
да» обрела вторую жизнь в XX веке
благодаря своим последним страни-
цам. До них шел неторопливый,
местами даже скучноватый рассказ,
и вдруг — словно взрыв фантазии,
водопад удивительных догадок и про-
рочеств!
На этих, так и не законченных,
страницах путешественников знако-
мят с устройством некоего Общества,
или ордена, называемого Домом Со-
ломона, учрежденного «для познания
истинной природы всех вещей (дабы
прославить бога, создавшего их, а
людей научить плодотворному поль-
зованию ими)».
Тайна острова охраняется строго, но
члены Дома Соломона негласно посе-
щают чужие страны, выдавая себя за
иноземных торговцев. А покупают
они товар странный, торгуют «не ради
золота, серебра или драгоценностей...
но единственно ради того, что созда-
но господом раньше всех других
вещей, то есть света,— чтобы обрести
свет, в каком бы конце земли он ни
забрезжил». Свет знания...
Ордену подчинена вся жизнь в Бен-
салеме. Поразительное дело: убеж-
денный сторонник монархии, Бэкон
постоянно ссылается на какого-то
«правителя острова» — но упоминает
об этом как бы вскользь, словно эта
фигура формальна и несущественна.
Зато когда он переходит к описанию
устройства и перечню функций и до-
стижений Дома Соломона, писатель
берет верх над политиком. С такой
страстью, так воодушевленно по-
вествует автор «Новой Атлантиды» об
истинном правителе Бенсалема,
что фигура монарха становится и вов-
се эфемерной, какой-то необязатель-
ной в этом разумно организованном
обществе.
Дом Соломона осуществляет организа-
цию и планирование научно-технических
разработок (поневоле приходится перехо-
дить на современную терминологию),
централизованное управление производи-
тельными силами государства, его при-
родными ресурсами и производством,
внедрение в промышленность и сельское
хозяйство достижений науки и техники.
Еще неожиданнее (XVII век!) описание
системы разделения труда в Доме Соло-
мона. Одни ученые (их называют «торгов-
цами светом») ездят, как уже говорилось,
по миру в поисках нового знания. «Похити-
тели» (или «охотники за секретами»)
анализируют и реферируют поступающую
научно-техническую информацию. «Пи-
онеры» (или «изыскатели») проводят са-
35
мостоятельные эксперименты. «Компиля-
торы» составляют таблицы и методические
пособия. «Дарители» следят за своевре-
менным внедрением достижений науки.
Теоретические исследования осу-
ществляют «светочи», они же выра-
батывают рекомендации по подготовке
новых экспериментов, которые проводят
«лрививатели». И наконец, философское
обобщение, формулировка универсальных
законов ложится на плечи «истолкователей
природы»...
Странно звучат знакомые всем
сочетания слов, ставшие уже га-
зетными штампами. Особенно, если
вспомнить, что на язык «прозы XX
века» переведены откровения, посе-
тившие их автора три с половиной
столетия назад!
Контуры чего-то удивительно зна-
комого скрывает образное бэко-
новское слово... Академия наук! Вот
что такое Дом Соломона, вот чью
структуру и чьи функции в обществе
предвосхитил английский мыслитель.
И не случайно основатели первых
академий, в частности Лондонского
Королевского общества, открыто при-
знали, что прообразом им послужило
содружество ученых, управлявших
Бенсалемом.
Идея генеральной реформы науки про-
низывает все творчество Фрэнсиса Бэкона.
Главный труд его жизни — гигантский
трактат «Великое восстановление наук» так
и остался незаконченным; вероятно, ника-
кой человеческой жизни не хватило бы,
чтобы завершить его. Но вышли, частью
посмертно, фрагменты — «О достоинстве
и приумножении наук», «Новый Органон»,
отдельные книги по истории естествозна-
ния. В них Бэкон предвидел, как наука
революционным образом преобразит
мир, жизнь людей, обогатит их новыми
открытиями, раздвинет границы власти
человека над природой. Он даже догадал-
ся о том (и к этому выводу человечество
вновь пришло в середине нашего столе
тия|, что покорить природу «можно толь-
ко покорившись ей»...
Открыв индуктивный метод, разработав
великолепную для своего времени схему
классификации наук (где учтены дисцип-
лины, тогда еще не открытые), Бэкон вовсе
не помышлял о каком бы то ни было
«хрестоматийном глянце» для своего тво-
рения
«Ведь только пустой и ограниченный
ум,— писал он,— способен считать, что
можно создать и предложить некое изна-
чально совершенное искусство научных
открытий, которое затем остается только
применять в научных исследованиях. Люди
должны твердо знать, что подлинное
и надежное искусство открытия растет
и развивается вместе с самими открыти-
ями, так что если кто-то, приступая
впервые к исследованиям в области какой-
нибудь науки, имеет некоторые полезные
руководящие принципы исследования, то
после того, как он будет делать все
большие успехи в этой науке, он может
и должен создавать новые принципы,
которые помогут ему успешно продвигать-
ся к дальнейшим открытиям».
Кажется, никто до Фрэнсиса Бэконв не
провозглашал столь ясно и не защищал
столь горячо принцип недогматичности
науки. Он настаивал на ее постоянном
развитии, движении, нв постоянной же
перепроверке ею собственных основ.
Опыт, практику он называл «светочем,
который надо возжечь и внести в приро-
ду». И словно портрет Фрэнсиса Бэкона
воспринимается известная картина
Чюрлёниса «Истина». Выхваченное из мра-
ка огнем свечи лицо мужчины: при-
стальный взгляд, плотно сжатые губы,
высокий лоб мыслителя — а на свет летят
не то мотыльки, не то ангелы. И, опаленные
огнем, осыпаются вниз...
Бэкон не только последовательно очи-
щал науку от суеверий, от «идолов» и
«ангелов», он еще и воспел ее, как ни
странно звучит это слово по отношению
к деятельности философа. Впрочем, тут
пришел ему на помощь дар литератора.
«Это правда,— пишет советский исследо-
ватель А. Л. Субботин в книге «Фрэнсис
Бэкон»,— он не стоял в рядах тех, кто
своим повседневным, кропотливым тру-
дом камень за камнем возводил грандиоз-
ное здание современного научного и тех-
нического знания. Он не стал ни архитекто-
ром, ни инженером этого строительства,
но он дал ему несравненную рекламу».
Иначе говоря: рассказал популярно,
обращаясь к широкому кругу читателей,
о том, как преобразится мир, управляемый
не капризом венценосного самодержца,
а единственно знанием и умелым исполь-
зованием законов природы.
Его книгу прочли и те, кому не по
силам был мудреный язык фило-
софских трактатов. Да и самому
автору свободная литературная фор-
ма позволила расслабиться, помеч-
тать, раскрепостила его недюжинную
фантазию. И она явила миру картины,
совершенно невероятные для читате-
лей начала XVI) века, но хорошо
знакомые в веке XX.
Вот, например, описания успехов бенса-
лемцев в химии и медицине. «Обширные
и глубокие рудники... применяются для
всякого рода сгущения, замораживания
и хранения тел. Мы пользуемся ими также
для... получения новых, искусственных
металлов из составов, которые закладыва-
ем туда на многие годы. Иногда... мы
пользуемся ими для лечения некоторых
болезней и для продления жизни...».
Далее, в Доме Соломона есть «особые
комнаты, назыв мые комнатами здо
ровья, где мы наделяем воздух теми
свойствами, которые считаем целебными
при различных болезнях и для сохранения
здоровья Есть... просторные купели,
наполненные различными лекарственными
составами для излечения болезней и
предохранения человеческого тела от
высыхания, и еще другие составы для
укрепления мускулов, важнейших орга-
нов и самой жизненной субстанции»...
В фармацевтическом производстве бен-
салемцам «известны... точные формулы
соединений, благодаря которым из мно-
жества составных частей получаем как бы
природное вещество»...
Наконец, продолжает рассказчик, «есть
у нас всевозможные парки и заповедники
для животных и птиц, которые нужны нам
не ради одной лишь красоты или редкости,
но также для вскрытий и опытов, дабы
знать, что можно проделать над телом
человека. При этом нами сделано мно-
жество необычайных открытий, как, напри-
мер, сохранение жизнеспособности после
того, как погибли и были удалены органы,
которые вы считаете жизненно важными;
оживление животных после того, как по
всем признакам наступила смерть, и тому
подобное».
Переведем все это на современный
язык: криогеника, анабиоз, консервация
органов, синтез веществ с заранее за-
данными свойствами, восстановление орга-
низма после клинической смерти, ис-
кусственное сердце (почка, легкое...).
Членам Дома Соломона, оказывается
«известны также различные способы изго-
товлять перегной и сложные удобрения,
делающие почву более плодородной».
Кроме того, «в некоторых из садов...
производим мы также опыты... Заставляем
мы деревья цвести дольше или позднее
положенного времени, вырастать и плодо-
носить скорее, нежели это наблюдается
в природных условиях. С помощью науки
мы достигаем того, что они становятся
много пышней, чем были от природы,
а плоды их — крупнее и слаще, иного
вкуса, аромата, цвета и формы, нежели
природные. А многим из них мы придаем
целебные свойства...».
Отдадим теперь должное успехам
островитян в сельском хозяйстве; говоря
опять-таки современным языком, они ак-
тивно практикуют биотехнологию всех
видов и даже генную инженерию!
В утопии Бэкона даны едва ли не первые
в литературе прообразы телеграфа и теле-
фона, кино, звукозаписи, голографии,
микроскопа: «Мы умеем также усиливать
свет, который передаем на большие
расстояния... мы нашли способ видеть
предметы... например, на небе и в отда-
ленных местах; близкие предметы мы
умеем представить отдаленными, а отда-
ленные — близкими... Есть стекла и при-
боры, позволяющие отчетливо рассмот-
реть мельчайшие предметы... и найти
в крови и моче вещества, также не
видимые иным способом». Далее сле-
дуют аналогичные описания приборов,
связанных с передачей и записью звука,
специальных «домов иллюзий», где
воспроизводятся живые картины...
В «домах механики» изготовляются
«машины и приборы для всех видов
движения. Там получаем мы более
быстрые движения, чем, например, полет
мушкетной пули или что-либо другое,
известное вам... Мы подражаем... полету
птиц и знаем несколько принципов полета.
Есть у нас суда и лодки для плавания под
водой и такие, которые выдерживают
бурю»...
Прообраз нынешних гидроэлектростан-
ций («бурные потоки и водопады, служа-
щие для получения многих видов движе-
ния» в сочетании с «гигантскими магнита-
ми»), Термоядерные реакторы-токамаки
(«есть различного устройства печи
36
дающие и сохраняющие самую различную
температуру... Но Важнее всего то, что мы
воспроизводим жар солнца и других не-
бесных светил, который подвергаем раз-
личным изменениям, проводя через
циклы, усиливая или уменьшая и тем
достигая удивительных результатов»).
И многое другое, что уже просто нет места
цитировать.
Причем Бэкон не ограничился только
оп.сан ем воображаемой выставки науч-
но-технического творчества будущего. Его
волнует и то, что мы сегодня называем
«человеческим фактором». Он размышля-
ет над тем, как будут питаться люди
будущего (целая страница одной только
«гастрофутурологии»), чем займут свой
досуг («дома иллюзий» и «дома арома-
тов», и целый переворот в музыке,
включая новые принципы полифонии}, что
за мораль будет у них, что за любовь, как
они будут воспитывать детей...
Восклицательных знаков не хватит,
чтобы прокомментировать все догад-
ки этой удивительной книги. Читая ее
сегодня, поневоле поверишь в осу-
ществимость излюбленного в научной
фантастике путешествия во времени.
Словно автор «Новой Атлантиды»
побывал в будущем и грядущее
как бы «просигналило» любозна-
тельному философу.
Он не расписывал свои проекты
подробно. Просто перечислял, с не-
постижимой расточительностью вы-
брасывая на последние страницы
книги десятки, сотни светлых, возбуж-
дающих идей. Словно торопился,
боялся, что не успеет рассказать обо
всех. И не успел...
Фрэнсис Бэкон умер от простуды
9 апреля 1626 года в пригороде
Лондона Хайгете — в том самом Хай-
гете, где спустя два с половиной
столетия был похоронен Карл Маркс.
Что еще мог бы сочинить, до каких
озарений дошел бы великий прови-
дец, мы никогда не узнаем. Но
и записанного Бэконом достаточно,
чтобы имя его, которое он вместе
с памятью завещал будущему, в этом
будущем произносили с уважением
и благодарностью.
Фрэнсис Бэкон не был естество-
испытателем. Силой одного вообра-
жения он заглянул в грядущий день
как художник, как поэт. Не во всем
разобрался, но увидел многое. И к
нам, не потомкам, а по сути его
современникам, обращены пророчес-
кие слова:
«...Я всего лишь трубач и не
участвую в битве; я, наверное, один из
тех, о ком Гомер сказал: «Здравствуй-
те, мужи — глашатаи, вестники бога
и смертных!»... И наша труба зовет
людей не ко взаимным распрям или
сражениям и битвам, а, наоборот,
к тому, чтобы они, заключив мир
между собой, объединенными силами
встали на борьбу с природой, захвати-
ли штурмом ее неприступные укреп-
ления и раздвинули... границы челове-
ческого могущества».
РЕЛИГИЯ, ЦЕРКОВЬ, ВЕРУЮЩИЙ
ПРЕД ЛИКОМ
Александр LUAMAPO
iswnro СПйСй
Никто, даже ветхие старики, не
помнил в Москве такого новогоднего
дня... Что прежде-то бывало! День
как день, с тишиной, тревожимой
лишь петушиной перекличкой да со-
бачьим лаем. Только в сердцевине
столичного града — над Ивановской
площадью и над Красной, с тор-
говыми рядами за нею,— висел
людской гомон, время от времени
пронзаемый зычными голосами гла-
шатаев, объявлявших народу очеред-
ной царский указ... Пожалуй,
единственной отличительной приме-
той того дня был по-праздничному
громкий трезвон симеоновских (или
семеновских, как привыкли называть
их) церквей: в первый день нового
года православные отмечали память
преподобного Симеона-столпника.
Но на сей раз было видно и слышно,
что в Москве происходит нечто не-
обычное. Новый год — 7178-й «от
сотворения мира» — известил себе
пронзительным пением труб, боем
литавр, конским ржанием, зычными
выкриками-командами
Огромное по тем временам войско
в шестьдесят тысяч человек выступало
в поход. На ухоженных, упитанных
конях гарцевали «боярские дети»
и дворяне, в спешном порядке соб-
ранные по строжайшему распоряже-
нию самого Алексея Михайловича...
Да они бы и без грозного царского
приказа сбежались в Москву, гонимые
смертельным страхом перед ги-
гантским крестьянским бунтом, под-
нятым и возглавленным донским ка-
заком и атаманом Стенькой Ра-
зиным. Казалось, еще вчера бунтов-
щики были где-то далеко и никакой
опасности не представляли. А вот
теперь на исходе лета 1670 года
подошли чуть ли не вплотную! Словно
степной пал в жестокую и затяжную
сухмень, Крестьянская война ворва-
лась в срединные области госу-
дарства, поставив под угрозу захвата
«ворами» (а так, и только так, называ-
ли тогда разинцев все богатые да
знатные) Нижний Новгород, Влади-
мир и, наконец, саму столицу.
Во главе войска царь поставил
боярина знатнейшего и родовитейше-
го — князя Юрия Алексеевича Долго-
рукова, старого воеводу, «сббинного»
(то есть приближенного, сердечно
привечаемого и любимого) царева
Друга.
• Икона «Спас Вятский».
Перед выступлением в поход устро-
ен был царский смотр полкам бо-
ярско-дворянского ополчения. Пат-
риарх Иоасаф со всем высшим духо-
венством отслужил в Успенском
соборе Кремля молебен и тор-
жественно передал князю Долгоруко-
ву одну из самых почитаемых икон —
«Всемилостивого Спаса» из Преобра-
женского храма Новоспасского мо-
настыря.
Икона эта появилась в Москве всего
каких-то два десятилетия назад, но
сразу заняла место и в ряду наиболее
знаменитых чудотворных, и в числе
семейных святынь царствующего до-
ма. Патриарх вручил «Спаса» как
свидетельство церковного благосло-
вения всему этому военному пред-
приятию, как знамя, под сенью кото-
рого православное воинство должно
одержать победу.
Растянувшись на несколько верст,
карательная экспедиция двинулась по
древней Нижегородской дороге...
Над взбудораженной Москвой си-
яло почти по-летнему высокое и жар-
кое солнце. Да-да, не удивляйтесь:
37
в ту пору в России новый год еще
отсчитывали с первого сентября До
перехода на январское новогодие
оставалось целых три десятилетия;
и учредитель его — будущий импера-
тор Петр I еще не появился на свет
Ярко поблескивал под этим солн-
цем золотой, драгоценными камнями
в изобилии украшенный оклад поход-
ной иконы, известной всем как «Спас
Вятский».
Что же это за икона?
О происхождении «чудотворного
образа» вполне определенно свиде-
тельствует его название- Икона
прибыла в Москву с берегов реки
Вятки, на которых стоит старинный
русский город, не раз переменивший
название за свое 700-летнее су-
ществование. Возникший на исходе
XII столетия, он в течение по меньшей
мере четырех веков известен был как
город Хлынов; с 1780 года стал
именоваться Вяткой, а в 1934 году
переименован в Киров
В этот город и уводит нас история
«Спаса» из Новоспасского монастыря.
Как выглядит она в церковном изло-
жении?
Была в граде Хлынове Троицкая
церковь, и на паперти ее с незапа-
мятных времен стоял неведомо кем,
неведомо когда и откуда прине-
сенный «образ древней живописи,
изображавший Нерукотворенный лик
Спасителя на убрусе»1.
Вот так и пребывать бы там долгие
годы этому «Спасу» — одному из
бессчетного множества подобных
«Спасов», рассеянных по российским
градам и весям, как вдруг «внезапным
исцелением от слепоты, продолжав-
шейся три года, у жителя г. Хлынова
Петра Палкина, пришедшего 12 июля
1645 в церковь св. Живоначальной
Троицы и с верою помолившегося там
пред образом Нерукотворного Спа-
са, ознаменовал господь в первый
раз благодатную силу чудотворений
от этой иконы»2.
Молва о чуде разнеслась по Хлыно-
ву. Жители его во множестве окружи-
ли Троицкую церковь Хлыновский
воевода Алфимов, вместе с «освя-
щенным собором», торжественно
перенес «Спаса» с паперти в храм
и поставил его на самом видном,
почетном месте.
И стоять бы там ему опять невесть
сколько, пользуясь вниманием лишь
населения захолустного городка. Но
надо же так случиться! Оказалось, что
чудо с прозрением произошло как
раз накануне вступления на престол
16-летнего Алексея Михайловича,
сменившего на российском троне
почившего отца своего Михаила Фе-
доровича. Ну как после этого не
признать чудо изъявлением благово-
ления господнего новому «благочес-
тивейшему самодержцу»?.. Непонят-
но, правда, почему благоволение
всевышнего проявлено было за три-
девять земель, в каком-то богом
забытом городишке. Но ведь, как
известно, пути господни неиспове-
димы...
«Необыкновенное происшествие,
случившееся в Хлынове, не могло
остаться в тайне или ограничиться
известностью о нем только в пре-
делах одного этого города, но,
распространенное рассказами оче-
видцев далее и далее, привлекло
сначала поклонников к новоявленной
чудотворной святыне со всех концов
области ятской. Затем, в свою оче-
редь, распространенное уже этими
последними за пределы Вятского
края, скоро достигло Москвы и косну-
лось слуха царя и патриарха»3.
Что же на самом деле случилось на
вятских берегах на переломе лета
1645 года?
Версию об исцелении от слепоты
жителя города Хлынова Петра Палки-
на донесла до нас рукопись, сохранив-
шаяся в том храме, которому икона
эта и принадлежала,— и нет надоб-
ности оговариваться, какой достовер-
ности можно ожидать от столь заинте-
ресованных в подобных легендах
«очевидцах». Удивляться следует не
чуду, а тому, что оно так долго не
свершалось. Само-то по себе
хлыновское чудо удручающе трафа-
ретно. Сколько таких исцелений —
и от слепоты, и от глухоты, и от
немоты, и от хромоты, и от всяких язв
и параличей — свершилось, если ве-
рить церкви, «пред чудотворными
образами» Спаса, богородицы, Нико-
лая-угодника, Пантелеймона-целите-
ля и т. д. и т п.1 Но хлыновские
священники и монахи все же сумели
отличиться: они приурочили свое чу-
до (задним числом, конечно) ко дню
восшествия на ррестол очередного
самодержца. Кому из них пришла
в голову счастливая мысль о такой
хронологической увязке — мы уже
никогда не узнаем. Да это, впрочем,
и не важно. Важно, что такой план был
блестяще осуществлен. Разумеется,
устроители «чуда» не стали полагать-
ся на стихийную молву, которая бог
весть когда докатится до Москвы.
Было бы чудо, было бы столь прият-
ное для царского сердца знамение,
а уж устроить так, чтобы весть о нем
«коснулась слуха царя и патриарха»,—
это, говоря языком современным,
дело техники.
Два года спустя речными путями, со
всеми подобающими почестями «Спа-
са Вятского» доставили в Москву, где
сам царь с семейством, с патриархом
и духовенством встретил его у
Яузских ворот Белого города.
Собственноручно внес Алексей Ми-
хайлович «Спаса» в главнейшую и
первейшую во всей России церковь —
Успенский собор Кремля.
Больше «Спаса» своего хлыновцы
уже не видели. В утешение им по
царской милости списана была с него
копия и в «серебряном под зблотом
окладе» осенью следующего, 1648 го-
да отправлена на Вятку-реку.
Что же касается подлинного «Спаса
Вятского», то он, «по повелению царя,
пожелавшего оставить чудотворную
икону Спасителя навсегда в Москве,
как незыблемый залог благоволения
небесного его царствованию, перене-
сен был... в Новоспасский монастырь,
где, поставленный в соборном Преоб-
раженском храме, по правую сторону
царских врат, на втором месте, нахо-
дится он и поныне»4.
«Поныне» — значит на год выхода
в свет (1870) уже не раз процитиро-
ванной нами книги. Ровно за два века
до этого «Спас Вятский» на несколько
месяцев оставил соборные стены,
дабы стать «священным знаменем»
карательной экспедиции против
восставшего народа.
Каратели выступали под православ-
но-церковным знаменем. А под каки-
ми знаменами сражалось в этой
антифеодальной, антикрепостничес-
кой войне бунтарское крестьянство?
Тоже под религиозными, хотя и не
только под ними И было это, конечно,
не по причине особой набожности
русского народа, о которой по сей
день твердит православно-церковная
апологетика.
«...Выступление политического про-
теста под религиозной оболочкой,—
подчеркивал В. И. Ленин,— есть яв-
ление, свойственное всем народам, на
известной стадии их развития, а не
одной России»5.
Крестьянские вожаки объявили о
намерении восстановить на первосвя-
тительском престоле опального пат-
риарха Никона, лишенного сана и со-
сланного в Белозерский Ферапонтов
монастырь. Мало того, для большего
воодушевления своих приверженцев,
симпатизировавших опальному патри-
арху, Разин распорядился выделить
специальное судно никогда не бывав-
шему в его войске Никону, который
якобы то ли бежал, то ли вызволен
был разинскими агентами из заточе-
ния и вот теперь следует-де по Волге
к Москве, дабы снова возглавить
православную церковь. «...Судно
было все выложено изнутри черным
бархатом,— сообщал один из иност-
ранных свидетелей, безымянный
английский моряк в книге, изданной
впервые в Англии,— и Стенька извес-
тил всех, что на судне том находится
Никон, прежний патриарх...». Об этом
же свидетельствует и один из пунктов
смертного приговора, прочитанного
6 июня 1671 года перед казнью Разина
на эшафоте на Красной площади
' История Вятского края с древних времен до
начала XIX столетия, г. 1. Вятка, 1870, с. 198
История Вятского края..., с. 199.
Там же, с. 200
’ Там же, с. 200—201.
5 Ленин В. И. Поли. со£р. соч., т 4, с. 228
38
Документ этот, «месте с другими
материалами следственного дела,
уничтожен был пожаром в Кремле
в 1701 году; текст его сохранила
упомянутая английская книга. Приго-
вор царского суда гласил: «И еще ты
злонамеренно объявил, будто с тобой
Никон монах, и смущал многих
людей...»6.
Молва о примкнувшем к Разину
опальном патриархе, подкрепленная
«патриаршей» ладьей, широко разо-
шлась по разинскому войску и, несом-
ненно, сыграла свою роль. Об этом,
в частности, свидетельствуют прото-
колы допросов или, как тогда гово-
рили, «распросных речей». Так, дьяки
Разрядного приказа, с пристрастием
допрашивая пленного московского
стрельца Исая о настроениях казаков
и планах Степана Разина, записали:
«Да они ж де, воровские казаки,
говорят меж собою беспрестанно
и похваляют бывшего Никона пат-
риарха: напрасно де бояре с Москвы
ево согнали... А как де Стенька Разин
будет в Казане или в Нижнем Новего-
роде, и он де, Никон, будет на Москве
по-прежнему. А на што де было ево,
Никона, с Москвы изгонять; как де бы
его не изгоняли, и от Стеньки бы
Разина такие смуты и не было»7.
Бывший российский патриарх был
в разинском войске фигурой мифи-
ческой, а вот рядовые батюшки —
совершенно реальными.
Детальное, конкретное исследова-
ние обширного фонда исторических
документов, запечатлевших гранди-
озную эпопею разинского восстания,
со всей непреложностью убеждает:
русский трудовой люд не отличался
какой-то глубокой, обостренной рели-
гиозностью, более того, зачастую он
относился к религии равнодушно.
«В основном,— пишет Е. А. Шве-
цова, составитель богатейшего и цен-
нейшего издания — трехтомного соб-
рания документов о разинском
восстании,— восставшие тносились к
вопросам религии индифферентно,
насколько это было возможно для
людей того века. Среди них были как
придерживавшиеся обрядов, так и
пренебрегавшие ими. Сам Разин рав-
нодушно относился к обрядам...»8.
Священник Никифор Иванов, попав-
ший в лагерь разинцев и бежавший
оттуда, сообщал в «распросных ре-
чах» в Разрядном приказе 4 августа
1670 года: «...Он (Разин. —А. Ш.)
и товарищи ево, казаки, в пост
и в пятницу и в среду мяса едят...»9 10.
Пренебрегали повстанцы и хрис-
тианскими таинствами. Например,
таинством брака. И, вспомнив обряды
языческой древности, играли свадьбы
вокруг вербы, водили молодоженов
вокруг ракитового куста. «...А свя-
щенникам не велел венчать.. а —
сказано в смертном приговоре Сте-
пану Разину.
Исторические свидетельства по-
казывают также полную несосто-
ятельность давней и по сей день
популярной легенды о старообряд-
ческом характере движения Степана
Разина. Легенды, связывающей во-
едино Раскол и Крестьянскую войну,
фактически ставящей знак равенства
между старообрядцем и разинцем,
между протопопом Аввакумом и ата-
маном Разиным и таким путем при-
дающей старообрядческому движе-
нию совершенно ни в какие истори-
ческие времена не свойственный ему
бунтарский, революционный пафос.
О каком «раскольническом духе»
Разина и его ближайших сподвижни-
ков может идти речь в свете много-
численных исторических свидетельств
о продуманном стремлении Разина
использовать в своих целях симпатии
к сосланному патриарху среди опре-
деленной (и, видимо, не малой) части
повстанцев? А в политически расчет-
ливом характере таких попыток сом-
неваться не приходится Это подтвер-
дил и сам Никон, допрошенный по
сему поводу через пять лет после
подавления разинского восстания:
«...В Ферапонтов монастырь прихо-
дили 3 человека казаков, Федька да
Евтюшка, а третьему имя пропамято-
вал, а звали де ево, Никона, с собою,
чтоб с ними шол к Кирилову мо-
настырю... И чтобы... Кирилов мо-
настырь разорить, и с тою б казною
и с пушки и с запасы итти на Волгу»11.
Никон, разумеется, наотрез отверг
предложения посланцев Разина.
И единственное, о чем он горько
сожалел до конца дней, так это о том,
что не имел i зможности арестовать
их и отдать в руки царских палачей.
Как бы ни был зол он на царя
и «ближних бояр» его, на врагов своих
из числа высших православных иерар-
хов, но при встрече с классовым
врагом все это было отодвинуто
в сторону, и бывший российский
патриарх проклинал «воров» так же
люто и яростно, как все другие
православные церковники. К приме-
ру, братия столичного Новоспасского
монастыря, вручившая царским кара-
телям икону «Спаса Вятского» в ка-
честве войскового знамени.
Что же касается старообрядцев, то,
конечно, в разинских полках было
немало первых противников «Нико-
новых новин». И Степан Разин одно-
временно с попытками привлечь на
свою сторону опального патриарха
или уж, по меньшей мере, использо-
вать в своих целях имя Никона (без
всякого на то его согласия) — приве-
чал и «раскольников».
Осенью 1670 года на обширных
пространствах Московского госу-
дарства — от столицы до Волги в
среднем ее течении — развернулась
настоящая война между войском Сте-
пана Разина и боярско-дворянским
ополчением во главе с князем Юрием
Долгоруковым. Война ожесточенная
и кровопролитная.
Разницы сражались с изумительной
храбростью и отчаянным упорством.
Но, к великому сожалению, сказались
слабости, присущие всем подобным
народным восстаниям: стихийность,
разобщенность, несогласованность в
действиях отдельных отрядов, нехват-
ка вооружения (тысячи повстанцев
шли в бой с топорами, вилами,
дубинами и т. п.).
Долгоруков и его воеводы сви-
е Портрет
Степана Разина.
Старинная гравюра.
репетовали вовсю. Князь Барятинский,
правая рука Долгорукова, захватив
в начале ноября Козьмодемьянск (го-
род на правом берегу волги — ныне
в границах Марийской АССР), прика-
зал 60 пленных повстанцев «казнить
смертью», сотне — отрубить по паль-
цу на правой руке, еще одну сотню
«нещадно бить кнутом».
«Мятежные жители Лыскова и Му-
рашкина,— прочтем мы в историчес-
ком очерке города Арзамаса (Лыско-
ве и Мурашкино — ныне районные
центры Горьковской области),— жес-
токо поплатились за свою измену (так
благонамеренный дореволюционный
автор расценивает участие в народ-
ном восстании. — А. Ш.). Одни из
участников мятежа были повешены,
6 Записки иностранце» о восстании Степана
Разина. Л , 196В, с 111.11В.
г Крестьянская война под предводительством
Степане Разине. Сборник документов, т. 2,
ч. 1, М., 1957, с. 44.
8 Крестьянская война под предводительством
Степане Разина, т. 1. М., 1954, с. 277.
в Там же, с. 237.
10 Записки иностранцев..., с. 117.
11 Крестьянская война под предводительством
Степана Разина, т. 3, М-, 1962, с. 356.
39
другие посажены на кол, иные при-
биты гвоздями к доскам, некоторые
изодраны крючьями и засечены до
смерти»12 13.
Тяжелейшее поражение потерпели
восставшие неподалеку от этого горо-
да. Свыше десяти тысяч разинцев
были захвачены в плен. И тут князь
Долгоруков не замедлил с чудовищ-
ной расправой.
Для казней было выбрано ме<;то на
окраине города.
«Место сие,— сообщал уже цитиро-
ванный нами свидетель-иностранец,—
являло зрелище ужасное и напомина-
ло собой преддверие ада. вокруг
были возведены виселицы, и на каж-
дой висело человек 40, а то и 50.
другом месте валялись в крови
обезглавленные тела. Тут и там торча-
ли йолы с посаженными на них
мятежниками, из которых немалое
число было живо и на третий день,
и еще слышны были их стоны. За три
месяца... палачи предали смерти
одиннадцать тысяч человек» .
А где в это время пребывало знамя
палачей — чудотворный образ «Все-
милостивого Спаса»? Наверное, как
положено, в походном полотняном
храме, сооруженном, возможно, не-
подалеку от места казней.
Вместе с тысячами сподвижников
своих отдала жизнь за народное дело
и легендарная Алена Арзамасская,
которую можно было бы поставить
рядом с Жанной Д’Арк.
Сведения о ней — увы! — крайне
скупы... Крестьянская дочь Выездной
слободы под Арзамасом. Там же
вышла замуж. Овдовела, постриглась
в монахини... Прослышав о разинском
бунте, бежала из обители и возглави-
ла крупный повстанческий отряд. Под
ее командованием восставшие одер-
жали немало побед. Аленин отряд
захватил город Темников (ныне в
Мордовской АССР), и поэтому народ
звал ее не только Аленой Арза-
масской, но и Аленой Темниковской.
«Среди прочих пленных была при-
везена к князю Юрию Долгорукову
монахиня в мужском платье, надетом
поверх монашеского одеяния,— по-
е «Божий городок».
Рисунок
В.Г.Короленко.
?
вествует все тот же очевидец-
иностранец.— Монахиня та имела под
командой своей семь тысяч человек
и сражалась храбро, покуда не была
взята в плен. Она не дрогнула и ничем
не выказала страха, когда услыхала
приговор: быть сожженной заживо...
Прежде чем ей умереть, она пожела-
ла, чтоб сыскалось поболее людей,
которые поступали бы, как им приста-
ло, и бились так же храбро, как она,
тогда, наверное, поворотил бы князь
Юрий вспять.
Перед смертью она перекрестилась
на русский лад... спокойно взошла на
костер и была сожжена в пепел»14 *.
Это произошло в начале декабря
1670 года.
Истерзанных и казненных наспех
закопали в общих ямах и — перед
тем, как двинуться в дальнюю доро-
гу — по православному обычаю от-
служили молебен «Всемилостивому
Спасу». Служба была особо тор-
жественная, благодарственная. Еще
бы: было за что петь хвалу! Минуло
лишь четверть века после «знамения»
в городке на реке Вятке, как «Спас
Вятский» совершил еще одно чудо
ради «богохранимого самодержа-
вия»
По возвращении в Москву каратели
и палачи вручили Новоспасской братии
их главную святыню, и ее снова, со
всем благоговением, внесли в собор
и поставили на положенное ей место
в нижнем ряду иконостаса.
«Спас Вятский» прочно утвердился
в невеликом ряду «святынь царствую-
щего дома». В 1837 году перед ним
зажгли «неугасимую лампаду», «при-
несенную в дар наследником престо-
ла, великим князем Александром
Николаевичем»16 — будущим импе-
ратором Александром II.
Жители Арзамаса и окрестные
крестьяне сохранили память о
жертвах царско-боярской расправы.
И много лет спустя построили на
зловещем поле четыре крохотные
часовенки — «божьи домики».
Впервые я узнал об этом из очерка
В. Г. Короленко «Божий городок».
Путешествуя по тем краям, писатель
услышал старинное предание, кото-
рое потом и воспроизвел в своем
рассказе
В предании шла речь о богатом
арзамасском купце. Находясь в отъез-
де, прослышал он о том, что родной
город, где оставил он семью, захвачен
отрядом Разина. Терзаясь опасениями
и страхами, охваченный ненавистью
к «ворам»-мятежникам, погнал ку-
пец коня к Арзамасу. И вот до
города — уже рукой подать, как
вдруг...
«Видит купец,— стоит на горе
странный лес, без листвы, без ветвей,
и точно зрелые плоды — висят
добрые молодцы, и черные вороны
тяжело машут крыльями и глядят
молодцам в мертвые очи... Осадил он
коня, привстал на стременах и изо
всей силы хлестнул плетью ближай-
шее мертвое тело... Тело закачалось,
лязгнула цепь, и вороны поднялись,
тяжело взмахивая крыльями...
И говорит старое арзамасское
предание, что свершилось в ту минуту
страшное чудо. Со всех виселиц,
и с колес, и с окровавленных кольев
черною сетью взвились вороны, как
темная туча. Потом, лязгая цепями,
сорвались казненные с петель и
крючьев Испуганный конь помчал
молодца с отлогой горы, пролетел по
лугам, перемахнул через ручей, и,
напрягая последние силы, принес в го-
род... И все это время, точно осенние
листья в непогоду, вихрем неслись за
ним тени казненных, и мертвые очи
горели огнями, и руки, закованные
в цепи, тянулись к нему с проклять-
ями, и мертвые голоса плакали,
жаловались и проклинали»16.
Примечательное предание, не прав-
да ли?.. Народное сказание о героях
и мучениках крестьянского бунта,
пронизанное пафосом этого бунта,
его героев и мучеников.
От «божьего городка» давным-дав-
но не осталось и следа... И не стоит,
думаю, горевать по этому поводу:
часовенка — не тот памятник над пра-
хом борцов и мучеников за народную
волю, не та память о них. Время
расчистило место для нового памят-
ника — памятника единственно до-
стойного героев и страдальцев давне-
го народного восстания. Памятника,
который, разумеется, немыслимо
было поставить в дореволюционные
годы. Городским Советом Арзамаса
принято решение соорудить на этом
поле памятную стелу.
12 Исторические снедения о городе Арзамасе,
собранные Николаем Щегольковым. Арзамас,
19И, с. 40.
13 Записки иностранцев..., с. 112
14 Там же, с. 112—113.
‘'Захаров М. П. Путеводитель по Москве и
указатель ее достопримечательностей М
1865. с. 163
,е Короленко В. Г. Поли. собр. соч., т. 8. Пет-
роград 1914 с. 295—296
40
ЛИТЕРАТУРА,
ИСКУССТВО
Джадсон ФИЛИПС
Роман
Художник И. Ваграмова.
СЛУХОВ
В споре по поводу «сексуального воспи-
тания» время работало на Эвери Хэтча
и других авторов петиции. Особенно помог
им уик-энд. Собрания, большие и малые,
проходили одно за другим. Неистовствова-
ли прихожане Брэдли Коннорса после его
зажигательных утренней и вечерней про-
поведей в молитвенном доме. Даже
католики, более спокойные, и те пришли
в ярость, узнав, чему учат их детей
в школе. Сексуальное воспитание, говори-
ли они, противоречит догматам веры. Не
принадлежавшие к основным религи-
озным группам испытывали все возрас-
тающее давление сторонников пересмот-
ра школьной программы. Эвери, как
директор школ округа, представлял
«власть». Мрачная старая дева Генриетта
Колдуэлл — учительский корпус, знающий
наверняка, что творится в школе. Сейр
занялся городскими повесами и пьяница-
ми, которые не упустили возможности
оказаться на стороне «правого дела».
И вербовали новых последователей,
распространяя «слово правды» от дома
к дому, в барах, ресторанах, магазинах.
А на заднем плане маячила зловещая
фигура сержанта Телицки. Он обходил
родителей учащихся, прозрачно намекая,
что за курсом биологии кроется нечто
аморальное.
К понедельнику, дню похорон трех
подростков, Рок-Сити напоминал грохочу-
щий вулкан.
Те же, против кого готовилась яростная
атака, ие воспринимали ее как реальную
угрозу. Аннабел Винтерс, высокая, гибкая,
Продолжение. Начало в № 1.
с прекрасной фигурой, темно-русыми во-
лосами, открытым взглядом серых глаз,
предполагала, что нападки на нее вызваны
личными побуждениями: у Сейра — из-за
давней стычки по наследству Джошуа,
у Эвери — из-за разногласий в подходе
к школьной программе. Она не боялась ни
того, ни другого. Доктор Дэвид Паттон не
испытывал ничего • кроме раздражения.
Мнения членов совета, замученных бес-
конечными телефонными звонками и
личными визитами рассерженных родите-
лей, разделились. Гармон Руэ, владелец
тарной фабрики и бывший член законода-
тельного собрания штата, ознакомился
с существом дела и выяснил, что этот же
курс биологии читается по всему штату. Он
не собирался уступать «истеричным стару-
хам». Мисс Сара Маршалл, ушедшая на
заслуженный отдых школьная учительни-
ца, поддерживала биологию и верило
в «неизбежный триумф разума». Джерри
Мэлони, цветочник, после долгих бесед
с сержантом Телицки заявил, что будет
голосовать за исключение биологии из
программы. JaKOBO желание жителей Рок-
Сити, выбравших его в школьный совет.
Кларк Сэксон, богатый торговец ско-
бяными товарами, ярый сторонник Брэдли
Коннорса, не остановился бы и перед тем,
«чтобы передать дело в суд».
Решающий голос в совете принадлежал
Марку Свенсону. Председатель голосовал,
когда голоса членов совета разделялись
поровну. Марк полагал, что поднятая буря
не стоит выеденного яйца. И не придавал
особого значения предстоящему заседа-
нию Курс биологии входит в школьную
программу. Совет должен принять реше-
ние, оставить его или нет Марк знвл, что
может рассчитывать на Гармона Руза
и Сару Маршалл. Раз и навсегда. Несо-
гласные получат возможность высказаться,
и дело будет закрыто.
Только один человек, Билл Джейсон,
издатель и редактор «Вестника Рок-Сити»,
сознавал мощь лавины, нависшей над
силами разума и готовой их поглотить,
если они не сплотятся и не отнесутся
к угрозе с должной серьезностью. 35-лет-
ний Билл Джейсон не был уроженцем Рок-
Сити. Он купил влачивший жалкое су-
ществование «Вестник» у семейства Тома-
сов, издававшего газету многие поколе-
ния. Единственный либеральный демократ
в городе закоренелых республиканцев,
Билл писал задорные, хотя и спорные,
передовицы. После их публикации читате-
41
ли бурно выражали свое несогласие с авто-
ром. Но «Вестник» процветал.
Билл Джейсон не печатал сплетен.
Задерживал статьи, которые могли причи-
нить вред кому-нибудь из горожан или
членов их семей. Информация, сообщен-
ная ему «не для печати», никогда не
попадала на страницы «Вестника». И ма-
неры яростного спорщика скрывали сенти-
ментальность и искреннюю любовь к
простым людям.
В воскресенье вечером Джейсон заехал
к Марку Свенсону и предупредил, что то-
му грозят серьезные неприятности.
— Вполне возможно, что их тяжелая
артиллерия вышибет вас из этого округа,
Марк.
Первые признаки открытой враждебнос-
ти проявились на похоронах Лайлы Кам-
мингс и Пола Теллера в конгрегационной
церкви. Джимми Оренго, католика, отпе-
вали в тот же день, но в католическом
храме.
На службу пришли сотни и сотни
жителей Рок-Сити, даже не знакомых ни
с погибшими подростками, ни с их семь-
ями Поговаривали, и довольно сердито,
что преподобный Чарлз Роджерс, пастор
конгрегационной церкви, высказал не-
одобрение такой активности сограждан.
Пришла на похороны и Аннабел Винтерс
Каммингс обращалась к ней со всеми
заботами и проблемами Полу Теллеру она
преподавала биологию. Аннабел сидела
в первых рядах, красивая, стройная, сдер-
' живая чувства истинного горя и злости на
столь бессмысленную смерть.
Так как она сидела впереди, то после
службы вышла из церкви одной из послед-
них. Пройдя половину тропинки, ведущей
от дверей церкви к улице, Аннабел
внезапно поняла, что идет сквозь живой
коридор. Люди ждали ее появления.
Она переводила взгляд с правой стены
на левую и видела лишь гнев и ненависть.
Плечом к плечу стояли Сейр Вудлинг,
Эвери Хэтч, Генриетта Колдуэлл и многие,
многие другие. Аннабел ускорила шаг. На
противоположной стороне улицы застыла
патрульная машина. За рулем, не сводя
с нее глаз, сидел сержант Телицки.
Пронзительный женский вопль разорвал
тишину:
— Держись подальше от моего сына,
Аннабел Винтерс! Не смей тянуть к нему
свои грязные оуки!
Живые стены одобрительно загудели.
Аннабел пришлось собрать всю волю,
чтобы не пуститься бегом
Марк Свенсон, надеявшийся, что к среде
страсти улягутся, жестоко просчитался. Он
предполагал провести заседание совета
в школьной столовой, вмещавшей человек
двести. Но люди начали собираться задол-
го до начала и в таком количестве, что
Марк перенес заседание в большую ауди-
торию на шестьсот мест. Хотя уже понял,
что всех желающих не удастся раз-
местить и там
Сейр Вудлинг пришел одним из первых
и облюбовал стул в пятом ряду у централь-
ного прохода. Усевшись, он заметил, что
его сосед — Билл Джейсон, издатель
«Вестника».
У края сцены поставили длинный узкий
стол. За иим виднелись спинки стульев.
Перед каждым стулом на столе стоял
микрофон.
Ровно в восемь часов на сцене появились
члены совета, доктор Нортон, директор
школы, Эвери Хэтч, Аннабел Винтерс
и еще один учитель, Хэмилтон Платт,
преподававший вторую часть курса биоло-
гии. Шум поутих, но сердитый гул перепол-
ненного зала продолжался до тех пор,
пока Марк Свенсон, поднявшись, не посту-
чал молотком по столу. Широко улыбаясь,
он скользнул взглядом по рядам, затем
посмотрел на забитый до отказа балкон.
— Начинаем специальное заседание
школьного совета,— произнес он в насту-
пившей тишине.— Все заседания совета,
по закону штата, проводятся при открытых
дверях. Но сначала я хотел бы внести
некоторую ясность. У нас приняты парла-
ментские нормы. Никто не имеет права
говорить, ни члены совета, ни сидящие
в зале, не получив разрешения председа-
теля совета.
— Хочешь держать вожжи в руках, не
так ли, Марк? — крикнули из зала.
Молоток Свенсона вновь опустился на
стол.
— Именно так. Если выкрики будут
продолжаться, я закрою заседание. А те-
перь перейдем к делу. Мы собрались,
чтобы...
— Господин председатель! — прогре-
мел густой баритон.
Улыбка застыла на губах Марка.
— Мистер Коннорс?
— Этот шарлатан! — пробормотал Билл
Джейсон.
Сейр, с полузакрытыми глазами, чему-
го улыбался.
— Господин председатель,— грохотал
Коннорс,— цель этого заседания
чрезвычайно серьезна и преисполнена
исключительной важности для каждого
жителя нашего города. Я уверен, что мы
все нуждаемся в духовном напутствии.
Поэтому прежде всего хочу попросить
всех присутствующих присоединиться ко
мне в молитве нашему господу.
Шестьсот голосов слились в один.
— Один ноль в пользу психов,—
резюмировал Билл Джейсон, когда молит-
ва закончилась.
Сейр искоса взглянул на редактора
«Вестника».
— Вы не верите в молитвы, Джейсон?
Прежде чем Билл успел ответить, со всех
сторон закричали: «Господин председа-
тель! Господин председатель!».
Молоток забарабанил по столу.
— Я предупреждаю вас, дамы и госпо-
да! — Г лаза Марка сверкали ледяной
яростью. — И это предупреждение по-
следнее. Заседание будет проводиться по
установленному порядку. Когда придет
время задавать вопросы, вам скажут об
этом. Слово предоставляется мистеру
Мэлони.
Джерри Мэлони, маленький цветочник,
наклонился вперед, сжав микрофон с та-
кой силой, что костяшки пальцев побелели.
— После долгих, мучительных
размышлений, господин председатель,—
начал он дрожащим голосом,— я счел
необходимым внести предложение, за-
ключающееся в том, что курс биологии
в том виде, как он читается в настоящее
время, с упором на вопросы, касающиеся
размножения человека, должен быть
исключен из школьной программы немед-
ленно...
Громовые аплодисменты вынудили его
замолчать.
— И,— продолжил Мэлони после того,
как молоток Марка восстановил тишину,—
мы должны создать специальную комис-
сию, независимую от школьного совета,
для выяснения методов преподавания био-
логии в прошлом и определения тем,
которые войдут в состав этой дисциплины
в будущем.
— Поддерживаю,— успел добавить
Кларк Сэксон, прежде чем грянули апло-
дисменты.
Вновь застучал молоток.
— Я уверен, что мистер Мэлони благо-
дарен аудитории за столь благожела-
тельный прием его выступления,— сухо
заметил Марк,— но должен просить, дамы
и господа, сдерживать ваш энтузиазм.
Иначе заседание никогда не закончится.
— Голосуйте! — крикнули из задних ря-
дов.
Марк и бровью не повел и повернулся
к Эвери Хэтчу, отчаянно размахивающему
правой рукой.
— Мистер Хэтч.
Сейр кивнул, улыбаясь про себя. Заседа-
ние было тщательно спланировано, а ми-
лейший Марк, рассчитывавший на честную
игру, похоже, ни о чем не подозревал.
— Дамы и господа,— Эвери зашуршал
42
лежащими перед ним бумагами,— как вам
известно, я уже одиннадцать лет являюсь
директором школ округа. Пять лет назад
мисс Аннабел Винтерс представила на
одобрение школьного совета новый курс
сексуального воспитания.
Гневный рокот пробежал по залу. По-
бледневшая Аннабел застыла.
— Я позволю себе перебить мистера
Хэтча,— вмешался Гармон Руз, владелец
тарной фабрики. — Мы обсуждаем не
курс сексульного воспитания, а биологию.
Послышались жидкие хлопки, а Эвери
поинтересовался у председателя, сможет
ли он продолжать речь без помех.
— Это курс сексуального воспитания! —
торжественно воскликнул он, вновь полу-
чив слово. — Совет отклонил мои реко-
мендации и проголосовал за введение
новой дисциплины в школьную программу.
Я заявлял тогда и заявляю теперь, что не
этому надо учить лятнадцати-шестнадцати-
летних мальчиков и девочек в смешанных
классах. — Эвери подождал, пока стихнут
аплодисменты. — Я заявлял тогда и заяв-
ляю теперь, что эта дисциплина приведет
к росту правонарушений среди под-
ростков. Интересно, многим ли из сидя-
щих в зале известно, что за последний год
в старших классах выявлено пять случаев
беременности?
Ему ответил сердитый рев.
— Известно ли вам,— продолжал Эве-
ри,— что учебники по этой дисциплине
находятся под замком, чтобы школьники
не могли взять их домой, а родители —
увидеть, чему учат детей? Знаете ли вы,
что им показывают заснятый на киноплен-
ку половой акт? И не пришло ли время,
когда мы должны обезопасить наших
детей от этих знаний, столь омерзительных
для христианской скромности? И не пора
ли налогоплательщикам перестать выпла-
чивать жалованье учителям, разлагающим
наших детей? — указующий перст Эвери
уперся в Аннабел Винтерс и Хэмилтона
Платта. — Не пора ли нам,— пронзитель-
но выкрикнул он,— положить конец злу,
приведшему к трагедии на Кобб-хилл?
Эвери хотел сказать что-то еще, но
нескончаемая овация вынудила его опус-
титься на стул, вытереть с лица пот
и счастливо улыбнуться
— Господин председатель! Господин
председатель! — кричали десятки голо-
сов.
В конце концов с помощью молотка
Марку удалось добиться какого-то подо-
бия тишины.
— Прежде чем я дам слово кому-нибудь
из зала,— хмуро процедил он,— должны
выступить члены совета, которым пред-
стоит голосовать по внесенному поедло-
жению. Мисс Маршалл.
Сара Маршалл, простая миловидная
женщина, ушла из школы, получив неболь-
шое наследство. До этого заседания она
пользовалась в городе заслуженным ува-
жением.
Сара дружески улыбнулась залу Там
сидели ее соседи, бок о бок с которыми
прошла вся ее жизнь.
— Что ты знаешь о сексе, Сара? —
раздался насмешливый голос, — Ты же не
была замужем. Или тебе кое-что известно?
Лицо Сары Маршалл окаменело. Марк,
кипя от ярости, вскочил на ноги. Его
сильный голос и без микрофона достиг
самых дальних углов:
— Еще одна подобная реплика, и я за-
крою заседание! — Он повернулся к Са-
ре. — Примите от меня извинения за всех
присутствующих, мисс Маршалл.
Но Сара Маршалл уже овладела собой.
На ее губах заиграла привычная улыбка.
— Этот вопрос задал мне Эд Петер-
сон,— сказала она. — Уж он-то превосход-
но разбирается во всем, что касается секса.
Если мне не изменяет память, у него
одиннадцать детей. — В зале добродушно
засмеялись. — Все оии, надо добавить,
ходят в обносках и всегда голодны!
Я хотела бы отметить, что слова мистера
Руза полностью соответствуют истинному
положению дел: в школьной программе
нет курса сексуального воспитания. Есть
курс биологии В том же объеме эту
дисциплину изучают во многих школах
нашего штата и в сотнях, если не в тысячах
школ по всей стране.
— Так почему они запирают учебни-
ки? — спросил исполненный негодования
женский голос.
— Объясню и это,— спокойно продол-
жала Сара Маршалл. — Но сначала мне
хотелось бы ознакомить вас с содержа-
нием курса биологии. — Она подняла лист
бумаги.— Он включает девять разделов
и восемь подразделов. Первый — введе-
ние. Втррой — протоплазма. Третий —
клетка. Четвертый — растения. Пятый —
виды животных Шестой — человеческий
организм. Эта часть состоит из восьми
подразделов: мышцы, скелет, органы пи-
щеварения, система кровообращения, же-
лезы, мозг, нервная система, органы
размножения. Далее следуют: седьмой
раздел — болезни, восьмой — наследст-
венность и девятый — охрана здоровья. —
Сара оторвалась от записей. — Тако-
во содержание курса биологии, ува-
жаемые дамы и господа. Никакого сек-
суального воспитания. Но давайте остано-
вимся на подразделе «Органы размноже-
ния».
Замечу попутно, что ни один из разде-
лов не является обязательным. Биоло-
гия — факультативная дисциплина. Даже
изучая биологию, каждый ученик имеет
право пропустить часть, касающуюся
размножения человека, если на этом
настаивают родители, обычно по рели-
гиозным соображениям. Действительно,
специальная брошюра, поясняющая под-
раздел «Органы размножения», хранится
в школьной библиотеке. Она не выдается
на руки не потому, что некоторые родите-
ли, увидев ее, станут возражать против
использования брошюры для обучения их
детей. Она остается в школе потому, что
мисс Винтерс и мистер Платт, преподавате-
ли биологии, твердо убеждены, что ее
следует изучать только с пояснениями
учителя под его непосредственным
наблюдением.
Да, мы показываем фильм по разделу
«Размножение человека». Фильм создан
старейшей, известной во всем мире изда-
тельской фирмой по выпуску учебных
пособий, нем, методом мультипликации,
показывается рост и питание ребенка до
его рождения. И, естественно, нет никаких
съемок полового акта. Это просто абсурд.
Разумеется, на иллюстрациях, поясняющих
подраздел о размножении человека, пока-
заны половые органы, так же как в разделе
о кровообращении — вены и артерии.
В курсе биологии нет ничего пагубного для
христианской морали. Никто не собирался
развращать ваших детей. Их учат пре-
красные, преданные делу преподаватели.
Сара Маршалл замолчала. В зале захло-
пали. Но насмешливый голос не унимался:
— А как же пять беременных?
Марк тут же вскочил:
— Предупреждений больше не будет.
Я не...
— Я отвечу на этот вопрос,— не
повышая голоса, пререала его Сара Мар-
шалл.
Поколебавшись, Марк кивнул и сел.
— В старших классах нашей школы
в прошлом году отмечено пять случаев
беременности. Я сгущу краски, предполо-
жив, что таких случаев, возможно, гораздо
больше, но нам о них не известно.
Школьный совет назначил меня председа-
телем специальной подкомиссии по изуче-
нию этого вопроса. Могу вам сказать, что
отношение числа беременностей к обще-
му количеству учащихся в нашей школе
меньше, чем в среднем по Соединенным
Штатам. Каждый из вас может ознако-
миться со статистическими выкладками.—
Она помолчала.— Позвольте упомянуть о
совпадении, которое, возможно, ничего не
означает. Ни одна из забеременевших не
изучала биологию. Повторяю, это всего
лишь статистика, но от нее никуда не
денйдься.
Аудитория загудела. Даже непосвя-
щенный мог бы заметить изменение
настроения.
— Очко । пользу безбожников,—
подытожил Билл Джейсон.
Сейр улыбался, закрыв глаза. Он думал
о том, что Саре Маршалл в значительной
мере удалось утихомирить зал.
— Господин председатель! — послы-
43
шалея ровный ледяной женский голос.
Головы повернулись, и легкий вздох
прошелестел над рядами. К Марку обра-
щалась миссис Каммингс, дочь которой,
Лайлу, похоронили два дня назад.
Свенсону, также почувствовавшему, что
Сара Маршалл положила конец всеобщей
истерии, не хотелось предоставлять слово
этой высокой женщине с окаменевшим
лицом, но отказать он не мог
— Миссис Каммингс,— объявил он.
В зале повисла мертвая тишина, будто
все перестали дышать.
— Я знакома с мисс Маршалл много лет.
Я уважаю ее. Я пойду даже дальше
и скажу, что полностью доверяю ее
суждению. Я верю всему, что сказала нам
мисс Маршалл. Я не разбираюсь в тонкос-
тях биологии. Но раз Этот курс изучают во
многих школах, значит, ни учебники, ни
фильмы ничем не могут повредить нашим
детям. Моя дочь... — на мгновение ее
сильный ясный голос дрогнул. — Моя
дочь, Лайла, изучала биологию. Она умер-
ла в ночь с пятницы на субботу, по пути
неизвестно откуда и бог знает куда. Я не
виню мальчика, с которым она ехала, пусть
господь упокоит его душу. Но, господин
председатель, я хочу задать вопрос мисс
Винтерс.
Аннабел, побледнев как полотно, замер-
ла за длинным столом. Миссис Каммингс
говорила все громче.
— На уроках биологии, мисс Винтерс,
дети, несомненно, должны задавать воп-
росы, выходящие за пределы фильма,
учебника, статистических данных. Что вы
говорили детям о половых отношениях,
мисс Винтерс? — Она уже кричала. — Ка-
кие советы давали вы моей Лайле?
Аудитория вновь забурлила. Билл Джей-
сон не мог оторвать глаз от Аннабел
Винтерс. Раньше он не приглядывался
к ней, а теперь его поразила красота
Аннабел. Вопрос миссис Каммингс, каза-
лось, поразил ее в самое сердце.
— Ну что же, мисс Винтерс! Скажите ей!
Скажите, какие советы вы давали ее
ребенку! — проревели из задних рядов.
Молоток Марка барабанил по столу.
— Давайте послушаем, что она ска-
жет! — прокричал кто-то еще. —- Дадим
ей возможность ответить.
Наступила тишина, будто в зале
выключили звук. Все наклонились вперед,
ожидая ответа. «Как свора диких собак»,—
подумал Билл Джейсон.
Аннабел потянулась к микрофону.
— Громче! — крикнули из зала, прежде
чем она успела открыть рот.
— Дети задают учителю вопросы по
изучаемой теме,— тихо сказала она. — Не
только по биологии, но и по истории,
математике и литературе. Если вы спраши-
ваете, отвечала ли я на вопросы учеников,
изучающих биологию, касающихся отно-
шений между полами...
— Именно это нас и интересует, сестрич-
ка!
Аннабел запнулась.
— Я лишь могу сказать, что такие
вопросы задавали мне крайне редко. Они
не характерны для тех, кто изучает биоло-
гию. Их задавали мне только девушки.
Если вопрос по программе, мы стараемся
дать точный ответ. В других случаях
рекомендуем детям обратиться к родите-
лям, доктору, священнику.
— По крайней мере они обращаются
к пастору! — голос Брэдли Коннорса за-
полнил зал. Он не ждал, пока председа-
тель предоставит ему слово. Да и кто
услышал бы стук молоточка. — Они обра-
щаются ко мне и спрашивают, можно ли
верить тому, что говорят им на уроках
биологии! Нам известно ваше прошлое,
мисс Винтерс! Мы знаем о ваших неудачах
и крушении надежд! Разве не замещаете
вы естественные чувства рассказами о сек-
суальной жизни детям, которых должны
воспитывать? Разве не советуете им упраж-
няться в грехе? Разве, затаив дыхание, не
вслушиваетесь в их чистые признания?
Разве...
— Заседание закрывается! — во всю
мощь легких прокричал Марк Свенсон. Он
поспешил к Аннабел Винтерс. Та сидела,
подняв руку, буфо защищаясь от ударов
кнута. Марк помог ей встать и увел со
сцены, с глаз разбушевавшейся толпы.
— Вы можете закрыть заседание,—
гремел Коннорс,— но дело, ради которого
мы пришли сюда, не терпит отлагательств.
Мы должны собраться еще раз и решить,
что делать дальше. Завтра вечером я про-
веду открытое собрание в молитвенном
доме. Я прошу вас всех прийти туда. Мы
выметем зло из нашего города!
Последние слова потонули в реве обезу-
мевшей толпы. Билл Джейсон протолкался
к сержанту Телицки. Тот стоял, задумчиво
глядя на сцену.
— Я думал, вы находитесь здесь, чтобы
поддерживать порядок.— сказал Билл.
— Они успокоятся,— ответил Телицки
— Аннабел Винтерс потребуется по-
мощь, чтобы выйти из этого зала.
— Рядом с ней верные друзья,— про-
бормотал Телицки
Билл Джейсон, такой же высокий и ши-
рокоплечий, как сержант, смотрел ему
прямо в глаза.
— Сукин ты сын! — наконец сказал он.
Лицо Телицки пошло пятнами. Правая
рука дернулась к пистолету. Затем на его
губах появилась холодная улыбка.
— Что это ты так разнервничался, Джей-
сон? — буркнул он.
Довольно быстро все разошлись. Воз-
буждение спало. Выплеснувшиеся наружу
чувства потрясли многих благоразумных
горожан. Спокойные, разумные люди,
вроде Марка Свенсона или Сары Маршалл,
надеялись, что заседание школьного сове-
та пройдет как обычно, и происшедшее
просто ошеломило их. Внезапно они осоз-
нали, что ввязались не в спор по пробле-
мам воспитания, а в жестокую драку,
которая не могла обойтись без жертв.
Первой стала Аннабел Винтерс.
Разъяренный Марк Свенсон отвез ее
домой, бормоча извинения за унижение,
которому она подверглась по его милости.
— Я не подозревал о таких настроени-
ях,— повторял он.
Аннабел, сжавшаяся в комочек на
переднем сиденье, не отвечала. Она не
чувствовала ничего, кроме внутренней
опустошенности. Когда автомобиль оста-
новился у маленького коттеджа в северной
части города, она вышла из кабины,
машинально поблагодарив Марка.
— Не волнуйтесь,— в голосе Марка не
слышалось былой уверенности. — Через
день-два все образуется.
Аннабел представляла, что будет даль-
ше. Зазвонит телефон Друзья выразят
сочувствие и предложат поддержку. Она
прошла на кухню и плеснула в стакан
немного бренди
Но телефон молчал. Должно быть,
друзья решили, что «лучше ее не беспо-
коить».
Прошел час или чуть больше, прежде
чем Аннабел подумала о том, что от нее
все отвернулись. Время близилось к полу-
ночи, и ей стало ясно, что звонков не будет.
Оставалось только одно — лечь в постель
и попытаться заснуть.
Позвонили в дверь. На пороге стоял Билл
Джейсон, издатель «Вестника».
Аннабел глубоко вздохнула.
— Извините, мистер Джейсон. Мне не-
чего сказать. Никакого заявления для
печати или как это у вас называется?
— Мисс Винтерс, я пришел сюда не как
газетчик. В такую минуту вам необходим
верный друг.
Как ей хотелось опереться о ч^.ю-то
сильную руку! Аннабел почувствовала, что
вот-вот разрыдается, как девчонка. Но
отпустить Джейсона она не смогла.
— Пожалуйста... пожалуйста, заходите.
Как только за Биллом Джейсоном
закрылась дверь, в кабине патрульной
машины, стоявшей неподалеку, зажглась
лампочка. Сержант Телицки что-то записал
в маленький красный блокнот.
Эвери Хэтч по натуре не был злодеем
Робкий, застенчивый, он не привык отстаи-
вать свои убеждения и, встречая сопро-
тивление, тут же давал задний ход.
В полицейском участке, ожидая, пока
станут известны имена погибших под-
ростков, Хэтч сказал, что необходимо
найти настоящих преступников. Подобные
заявления он делал всю жизнь. Почти
всегда кто-нибудь одергивал его: «Не
мели чепуху, Эвери». И он согласно кивал:
«Да, вероятно, вы правы».
В субботнюю ночь этого не случилось.
44
Первым его поддержал Сейр. Потом
сержант Телицки. Они настоятельно сове-
товали ему обратиться к общественности.
Они убедили Хэтча, что он — офици-
альный представитель системы просвеще-
ния — обязан выступить в защиту интере-
сов детей.
Подписав жалобу, слегка ошеломленный
собственной решительностью, Эвери не-
сколько часов не мог найти себе места.
Наконец, не выдержав, сел в машину
и поехал к молитвенному дому. В три часа
ночи. Он хотел посоветоваться с Брэдли
Коннорсом. Правильно ли он поступил, или
утром ему следует поехать в полицейский
участок и забрать жалобу.
Хэтч восхищался Коннорсом. Он восхи-
щался им, как мышь восхищается львом.
Недюжинная физическая сила, громовой
голос, стремление изгнать грех из мира.
Он обожал яркость Коннорса, блис-
тающую на фоне его собственной серости.
Хэтч представлял, что ждет его в молит-
венном доме Коннорс скажет, что
открытая борьба против курса биологии
и людей, ответственных за его включение
в школьную программу,— ошибка. А ава-
рия на холме никак не связана с препода-
ванием этой дисциплины.
Коннорс сказал совсем другое. Они
долго сидели в его фургоне, и он пол-
ностью согласился с Хэтчем. Убеждал
стоять на своем. Назвал доблестным сол-
датом армии господней. Помог составить
петиции, чтобы распространить их по
городу. Впервые в жизни Эвери почувство-
вал, как играет кровь в жилах. Вудлинг
и Телицки были сомнительными союзника-
ми, поддержка Коннорса кардинально
меняла дело.
С этого разговора начались самые
бурные и радостные дни его жизни. Люди,
не замечавшие Хэтча 60 лет, говорили, что
он честно выполняет свой Долг. Целых пять
дней Эвери ходил в героях, а вершиной
успеха стала его речь на заседании школь-
ного совета.
Из школы Хэтч уходил вместе с Кларком
Сэксоном, владельцем магазина скобяных
товаров и членом совета, который объя-
вил, что готов обратиться в суд, чтобы
прекратить сексуальное воспитание детей
в Рок-Сити. Он также отметил прямоту
и мужество Хэтча.
— Отличное собрание,— сказал Эвери,
когда они спустились с лестницы.
Сэксон хмурился.
— Все шло хорошо, пока этот сумасброд
Коннорс не сорвался,— ответил он.
— Сорвался? — робко переспросил
Хэтч.
— Если бы не он, мы могли бы покончить
с этим уже сегодня. Голоса членов совета
разделились поровну, а в такой обстановке
Марк Свенсон не пошел бы против об-
щественного мнения.
— Но совету все равно придется голосо-
вать,— удивился Хэтч. — Он это понимает
не так ли?
Сэксон криво усмехнулся.
— Ты не политик, Эвери. Самое худшее
что мог сделать Коннорс, так это обру-
шиться на Аннабел Винтерс. Ее очень
любят в Рок-Сити О, сейчас они готовы ее
повесить. Но дай им ночь на раздумья —
и от сегодняшнего единства не останется
и следа. Они начнут собираться вокруг
того, кого только что топтали, и забудут об
истинном зле. Непростительная тактичес -
кая ошибка.
Чудесные краски лучшего дня в жизни
Хэтча начали блекнуть.
— Ты хорошо знаешь Коннорса, Эве-
ри? — спросил Сэксон.— Ходишь в его
церковь, не так ли?
Эвери признал и то и другое, чувствуя,
что в чем-то провинился.
— Будет неплохо, если ты переговоришь
с ним,— добавил Сэксон. — Пусть он на-
правляет свою тяжелую артиллерию на
настоящую цель.
По пути домой Хэтч думал о предложе-
нии Сэксона. На душе у него скребли
кошки- Он уже слышал громовой голос
Коннорса: «Надо говорить правду, незави-
симо от того, кто при этом пострадает! Вы
можете быть политиком, мистер Хэтч,
а я лишь солдат армии нашего создателя».
И все же... одна тактическая ошибка
не должна решить исход всей битвы.
Когда Рок-Сити уже крепко спал, Хэтч
поехал к молитвенному дому, второй раз
за последние пять дней. И облегченно
вздохнул, увидев свет в окнах фургона.
Эвери оставил машину на обочине, по
траве пошел к фургону. Поднявшись по
трем ступенькам, ведущим к двери, он
постучал. Изнутри не доносилось никаких
звуков. Он постучал еще раз. Затем
наклонился к стеклу.
Коннорс сидел за маленьким столиком,
перед ним стояла чашечка кофе. Может,
подумал Хэтч, он молится? Прежде чем
постучать вновь, он подождал, пока Кон-
норс шевельнется.
А потом из горла Эвери вырвался
пронзительный вопль ужаса. Он забыл про
— На помощь! Помогите!
Домов здесь не было. Криков никто не
слышал.
Примерно за два часа до того, как Эвери
Хэтч, спотыкаясь, бежал по шоссе, взывая
о помощи, в сотне ярдов от коттеджа
Аннабел Винтерс остановился ветхий дран-
дулет с пятью подростками.
Быстрая разведка показала, что в окнах,
несмотря на позднее время, еще горит
свет. Перед домом стоял автомобиль
с наклейкой «Пресса» на ветровом стекле.
Патрульной машины, спрятавшейся в те-
ни соседнего дома, разведчики не замети-
ли. Так же, как и огонька сигареты Телицки.
Еще через несколько минут все пятеро
направились к лужайке перед коттеджем
Аннабел. Один тащил кувалду. Другой —
пятигаллонную канистру. Остальные
трое — какой-то непонятный предмет.
В слабом свете, падающем из окон,
Телицки увидел, чтб они притащили на
лужайку. Это был крест.
Заранее намотанные на него тряпки
щедро полили бензином из канистры
Двое подняли крест, а третий кувалдой
забил его основание в землю. Чиркнула
спичка, крест вспыхнул ярким пламенем.
Подростки отступили к своей раз-
валюхе. На полпути они остановились,
и ночную тишину разорвали грязные
ругательства.
Распахнулась дверь коттеджа, и на
крыльцо выскочил Билл Джейсон.
— Дайте мне огнетушитель, если он
у вас есть,— крикнул Билл в открытую
дверь и побежал на голоса.
Подростки попрыгали в кабину, вспыхну-
ли фары, ослепив Джейсона. Взревел
мотор. Автомобиль, как скаковая лошадь,
рванулся вперед.
Если бы не прекрасная реакция Джейсо-
на, он оказался бы под колесами Перевер-
нувшись через голову, Билл упал в придо-
рожные кусты. Номера он, естественно, не
разглядел.
Поднявшись, Джейсон побежал к кот-
геджу, высвеченному горящим крестом.
Аннабел Винтерс, бледная как мел, стояла
на крыльце с огнетушителем в руках.
Бормоча проклятия, Джейсон направил
на огонь пенную струю. Патрульная маши-
на не тронулась с места.
Никто не видел сухую улыбку Телицки
45
Часы на приборном щитке показывали
восемь минут второго.
Дэвид Паттон в зеленом халате вышел из
операционной. Сняв маску и шапочку, он
швырнул их на скамью в коридоре. Его
волосы слиплись от пота. Он достал
носовой платок и тщательно протер стекла
очков. Только что закончилась сложная
операция. На карнавале в Латропе парень
угодил под копыта быка.
По коридору к Паттону уже спешили:
— Просят прислать «скорую» к молит-
венному дому.
— К молитвенному дому?
— Что-то случилось с Брэдли Коннор-
сом. Позвонили с бензозаправки Теллера.
Глаза доктора Паттона превратились
в щелочки. Он вытащил сигарету, зажигал-
ку, закурил и пошел в регистратуру.
Дежурная сидела у комму, атора и читала
какую-то книгу.
— Соедините меня с доктором Бенсо-
ном,— попросил Паттон.
— Хорошо, доктор,— дежурная набра-
ла номер. — Доктор Бенсон слушает.
Паттон взял трубку
— Извини, что бужу тебя посреди ночи,
Фред... Да, половина четвертого. «Скорая»
только что уехала к молитвенному дому за
Брэдли Коннорсом. Что-то случилось...
Да... Я хочу, чтобы ты приехал, Фред. Всем
известно, как я ненавижу этого сукиного
сына. Если он умрет во время моего
дежурства, пойдут разговоры. Так я тебя
жду.
Не ответив на безмолвный вопрос,
застывший в глазах дежурной, доктор
Паттон повернулся и пошел по коридору.
Остановился у двери четырехместной па-
латы. На кровати у дальней стены лежала
девушка. Паттон подошел, коснулся ее
лба.
— Сестра? — послышался слабый ше-
пот.
— Это доктор Паттон, Шарон,— ответил
он. — Зашел посмотреть, как ты себя
чувствуешь.
Белокурая головка Шарон заметалась по
подушке.
— Лучше б я умерла.
— Не говори так, все будет в порядке.
Попытайся заснуть.
Сейр Вудлинг, одетый, развалился на
кровати в своем доме на улице Вязов
В воздухе стоял запах виски. На ночном
столике, рядом с телефонным аппаратом,
пепельницей, пустой бутылкой и высоким
стаканом, горела лампа.
Раздался звонок, второй.
У Сейра дернулась щека. Не меняя позы,
.он медленно протянул руку и снял трубку.
— Да? — прохрипел он
— Сейр?
— Да,— он не сразу узнал голос.
— Это Э-эвери.
— Который час?
— Б-без ч-четверти ч-четыре.
— Что на тебя нашло? Звонишь людям
в такую рань!
— К-коннорс... — У Эвери перехватило
дыхание. —»Он... он мертв. 'Его убили.
— Убили?!
— Застрелили. Он... он мертв, Сейр.
Я...я нашел его.
— Когда?
— Ок-коло трех часов ночи.
— Где?
— В его фургоне. Сейр, эт-то убийство.
— Ты позвонил в полицию?
— Лейтенант Хоган уже поехал туда...
Сейр несколько секунд лежал, уставив-
шись в потолок. Затем потянулся к
бутылке. В ней не осталось ни капли.
Со стоном он сел, прижал пальцы
к вискам.
— Должна быть еще... — пробормотал
он. — В этой могиле должна быть хоть
одна бутылка.
В начале девятого Марк Свенсон вошел
в кабинет Хогана. Лейтенант поднял голо-
ву, его лицо осунулось от усталости.
— Доброе утро, мистер Свенсон.
— Мне необходимо поговорить с вами.
— Если только вы хотите дать показа-
ния,— ответил Хоган. — Мы сейчас заняты
по горло.
— Какие показания? — удивился Марк.
— Вы хотите сказать, что ничего не
знаете?
— А что, собственно, произошло?
— Наверное, вы единственный во всем
округе, кто ничего не знает,— покачал
головой Хоган. — Ночью убит Брэдли Кон-
норс. Пуля вошла в переносицу.
— Что?!
— Эвери Хэтч нашел его около трех
часов ночи без признаков жизни.
Марк ошеломленно смотрел на Хогана.
Открылась дверь, и в кабинет вошел
Телицки. Бросив на Свенсона короткий
подозрительный взгляд, он проследовал
к столу и положил перед лейтенантом
заполненный бланк.
— Как я и думал, у Винтерс есть пистолет
тридцать второго калибра. Мы выдали ей
разрешение около года назад.
Хоган вздохнул.
— Надо проверить, где он сейчас.
Марк не верил своим ушам.
— Вы предполагаете, что Аннабел Вин-
терс застрелила Коннорса?
— Мы не нашли пистолет на месте
преступления,— ответил Хоган. — Но док-
тор Паттон передал нам пулю. Стреляли
из пистолета тридцать второго калибра.
Телицки выясняет, кто из жителей Рок-
Сити имеет разрешение на хранение
такого пистолета. Одно из них получила
мисс Винтерс.
— И только она? — спросил Марк.
— В городе около двадцати пистолетов
этого калибра,— ответил Телицки.
— Вы собираетесь проверить всех вла-
дельцев?
— Зачем? — удивился Телицки.— Кон-
норс публично обвинил ее в безнравствен-
ности. Перед ее домом вчера зажгли
крест*. Она наверняка ненавидела Коннор-
са. Скорее всего, виновата именно она. Мы
не будем беспокоить десятки людей, о них
мы подумаем, когда она докажет свою
невиновность. И держу пари, у нее
ничего не получится.
Через два дня после аварии, в понедель-
ник утром в кабинет Аннабел заглянул
доктор Дэвид Паттон. Ее отношения с
Дэвидом, медицинским консультантом
школы, складывались непросто. Оии вмес-
те выросли в Рок-Сити. Дэвид был одним
из двух молодых людей, ухаживавших за
Аннабел в школе и колледже. Но она
влюбилась в другого, Майка Прентиса. Они
обручились. Дэвид стойко перенес удар
судьбы и уехал учиться в медицинский
институт. Майка вскоре призвали в армию,
отправили в Корею, откуда он не вернулся.
Дэвид не предпринимал попыток заво-
евать сердце Аннабел до тех пор, пока
Сейра Вудлинга не уличили в махинациях
с наследством Джошуа Винтерса. Он
участвовал в расследовании. Со времени
смерти Майка прошло пять лет.
Однажды вечером, уже после заверше-
ния следствия, Дэвид предложил Аннабел
руку и сердце. Она едва не согласилась
выйти за него замуж. Дэвид ей нравился,
они оба помнили Майка, а мысль о том, что
она останется одна, казалась непереноси-
мой. Но Аннабел ответила «нет», потому
что не любила Дэвида. Уважение и общие
воспоминания заменить любовь пока не
могли.
— Мисс Винтерс, как всегда, прекрас-
на,— Дэвид вошел в кабинет и положил
чемоданчик на стол.
— Выбирайте слова в этом здании,—
с притворной озабоченностью ответила
Аннабел. — Здесь занимаются сексуаль-
ным воспитанием.
— Смеяться тут не над чем,— худое
лицо Дэвида перекосила яростная грима-
са. — Это не смешно.
— А ты чересчур серьезен, Дэвид.
— Ты чертовски права. Эвери Хэтч —
всего лишь пешка. Если б его поддержива-
ли такие люди, как мисс Колдуэлл, только
что встретившаяся мне в коридоре, я бы
охотно посмеялся вместе с тобой. Но
у него есть союзники, которые играют не
по рыцарским правилам, а кое-кто из них
с большим удовольствием обольет тебя
грязью, дорогая мисс Винтерс.
— Я не знаю человека, который хотел бы
облить меня грязью,— нахмурилась Анна-
бел. — За исключением, возможно, Сейра
Вудлинга.
— Вудлинг залез в это дело по самые
уши, здесь что-нибудь скажет, там на что-
то намекнет. А что у тебя произошло
с Брэдли Коннорсом?
46
— Коннорсом?
— Его преподобие мистер Коннорс
вчера произнес две зажигательные пропо-
веди по поводу биологии. Тебя упомянули
как толкача этой грязной дисциплины,
и Кониорс достаточно ясно потребовал
твоего скальпа. — Доктор Паттон сухо
рассмеялся. — Ты должна гордиться таки-
ми врагами...
Коннорс! Не забыть Аннабел той корот-
кой стычки с ним. Его лица, побагровевше-
го от злости, его глаз, сверкающих
ненавистью. Сколько раз после этого
просыпалась она по ночам, дрожа от
ужаса. Нет, она не боялась Коннорса, но
долго не могла прийти в себя.
Это случилось месяцев шесть назад. Как-
то днем, после занятий к Аннабел зашел
Эд Джейгер. Он работал школьным сторо-
жем, и они виделись практически каждый
день. 6 его обязанности входила уборка
кабинета Аннабел. Если та задерживалась
после уроков, они обнчно немного бесе
довали. Эд нравился Аннабел, и она
сочувствовала его нелегкой жизни.
Эду было около сорока. Родился он
в Рок-Сити, рано женился, вскоре на свет
появилась крошка Шарон. Воевал он в Ев-
ропе. Вернувшись после войны, узнал, что
жена сбежала с заезжим коммивояжером,
оставив дочь у родителей Эда. Он решил
сам вырастить девочку, хотя его мате-
риальное положение не сулило радужных
перспектив. В школе он получал неболь-
шое, но постоянное жалованье, да еще
подрабатывал летом и во время каникул.
Шарон выросла красавицей. Эд работал
по 12 часов и не мог уделять много
времени ее воспитанию. И в старших
классах за ней утвердилась репутация
легкомысленной девицы. «Яблоко от ябло-
ни недалеко падает»,— говорили в городе,
намекая на мамашу. В тот день Аннабел
сразу поняла, что Эд Джейгер чем-то
расстроен.
— Она неплохая девочка, мисс Винтерс.
Но мы — никто, понимаете? Матери дру-
гих девочек состоят в церковных организа-
циях и всяких клубах. У Шарон есть только
я. Ей некуда приткнуться. И она ведет себя
вызывающе только для того, чтобы при-
влечь внимание. Я старался вразумить
ее. Она говорила с мистером Коннорсом.
— Вы ходите в церковь мистера Кон-
норса? — спросила Аннабел.
— Да. Он сказал мне, что с Шарон все
в порядке, просто энергия бьет в ней
ключом. Но ей необходима женщина,
которой она могла бы довериться, мисс
Винтерс. Я подумал, раз уж она учится
в вашем классе, может быть, вы смогли бы
уделять ей чуть больше внимания.
— Ну конечно.
— Я не имею права просить вас о таком
одолжении, мисс Винтерс, но...
— Вы не просите ни о чем особенном,
Эд,— прервала она. — Это моя работа.
Попытку Аннабел сблизиться с ней
Шарон встретила сдержанно, даже недо-
верчиво. Как скоро выяснила Аннабел,
учеба давалась девочке легко. Энергия
действительно била в ней через край.
Довольно быстро выяснилась и причина ее
экстравагантного поведения. Шарон
чувствовала, что люди относятся к ней
подозрительно, ставя на одну доску с ма-
терью. Отсюда и излишек косметики на
лице, и смелые наряды, и желание казаться
более взрослой, более независимой. Анна-
бел поняла, что Шарон стремится к зна-
ниям, хочет приобрести умение и опыт,
чтобы прочно стать на ноги. Поначалу она
решила, что Аннабел хочет преградить ей
дорогу к желанной цели. Но недоверие
уступило место обожанию, почти обо-
жествлению, когда девушка убедилась
что учительница стремится ей помочь.
Теперь Шарон старалась во всем подра-
жать Аннабел. Говорить, как она, думать,
как она, одеваться, как она.
Но лишь когда Шарон пришла к ней,
чтобы поговорить о Брэдли Коннорсе,
Аннабел поняла, что одержана полная
победа.
— Отец хочет, чтобы я продолжала
ходить к мистеру Коннорсу за, как он
говорит, духовным наставлением, мисс
Винтерс, а я не могу.
— Почему? — спросила Аннабел.
— Потому что он похотливый старый
козел,— резко ответила Шарон. — Всегда
говорит, как он гордится мной и как хочет
мне помочь, а сам норовит обнять. Я боюсь
идти к нему, мисс Винтерс
Аннабел ужаснулась, но не удивилась.
— А что я могу сделать? — спросила
она.
— Если я скажу отцу, он мне не поверит.
Он думает, что в голове у меня один секс.
— Я поговорю с ним,— предложила
Аннабел.
— А как же мистер Коннорс? Если
я перестану ходить к нему, он пойдет
к отцу, чтобы узнать почему.
— Мистером Коннорсом я займусь са-
ма,— сдерживая гнев, ответила Аннабел.
В тот же день она отправилась к фургону
Коннорса.
— О. прекрасная мисс Винтерс. —
Улыбаясь, он поднялся ей навстречу. —
Пожалуйста, проходите.
Она зашла, но не села на предложенный
стул. Стояла в узком проходе, стараясь
говорить спокойно и ровно.
— Я хочу поговорить с вами о Шарон
Джейгер.
— Интересный ребенок,— кивнул Кон-
норс. — Сложный характер, очень инте-
ресный.
— Я пришла сказать, что она больше не
придет к вам за духовным наставлением.
— О?!
— Шарон рассказала о возникших у вас
осложнениях.
— Осложнениях? Шарон и я — лучшие
друзья
— Я могла бы обратиться к ее отцу,—
холодно продолжала Аннабел. — Или в
полицию. Но не собираюсь делать ни того,
ни другого, если только вы не вынудите
меня к этому.
Глаза Коннорса сузились, и она увидела
вспыхнувшую в них ненависть. Его щеки
пошли красными пятнами.
— Вы прислушиваетесь ко лжи,— сказал
он дрогнувшим голосом.
— Шарон боится вас. Я не задумываясь
устроила бы публичный скандал, мистер
Коннорс, если бы дело касалось только
вас. Но у Шарон трудная жизнь. Я не хочу
выставлять ее на всеобщее обозрение.
Поэтому говорю обо всем вам. Шарон не
вернется. Если вы попытаетесь воздейство-
вать на нее или на других моих девочек,
готовьтесь к самому худшему, мистер
Коннорс. Второго предупреждения не
будет.
Аннабел ожидала, что Коннорс набро-
сится на нее с кулаками. Но тот лишь
пристально взглянул ей в глаза.
— Ваша взятка, мисс Винтерс. Но игра
еще не закончена...
Коннорс! Она не могла рассказать об
этом Дэвиду. Она обещала защищать
Шарон.
— Ему известно, что я не вхожу в число
его почитателей,— сухо ответила Анна-
бел. — Но не думаю, что он попытается
выступить против меня. Видишь ли, я знаю,
как держать его в узде.
Дэвид нахмурился.
— Может, ты скажешь и мне?
— Я не имею права, Дэйв. Но не
волнуйся. Коннорс будет ворчать, но не
решится открыть рот.
Сколь обманчивой оказалась ее уверен-
ность!
Когда Аннабел сидела на сцене во время
заседания школьного совета, слушала ре-
чи, требование Коннорса помолиться,
холодный страх медленно прокрадывался
в ее душу. Она не могла представить, чем
завершится собрание, но ийтуиция
подсказывала, что Коннорс не упустит
своего шанса.
Это была превосходная западня, и Кон-
норс воспользовался представившейся
возможностью. Половина сидевших в зале
тут же поверили, что во всем виновата
Аннабел. И теперь ей не удастся выступить
против Коннорса. Он обвинит ее во лжи,
и весь город согласится, что она лишь
стремится отомстить. Даже Шарон, если
только выживет, из страха может заявить,
что не говорила о нем с Аннабел. Коннорс
полностью контролировал положение.
Возможно, он сам расскажет о том разго-
воре в фургоне. Она приходила к нему,
чтобы обвинить его в нарушении норм
морали, она, Аннабел Винтерс, ведущая
уроки сексуального воспитания, учащая
детей жить в грехе. Какой бы путь ни
избрала Аннабел, все козыри были у Кон-
норса.
Оставшись одна после того, как Марк
47
Свенсон подвез ее к коттеджу, Аннабел
дала волю воображению Коннорс мог
пойти и дальше. Например, сказать, что
Аннабел пыталась соблазнить его. Чтобы
погубить ее репутацию, достаточно и на-
мека на аморальность.
Несколько часов назад ее уважали, ей
доверяли. Именно на это рассчитывала она
в первоначальной стычке с Коннорсом.
Она знала, что ее слово имеет не меньший
вес, чем его. Собрение все изменило.
Эвери Хэтч, Сейр Вудлинг, Генриетта
Колдуэлл и Эмма Каммингс растоптали
и доверие, и уважение, и теперь Коннорс
мог делать все, что заблагорассудится.
Когда незадолго до полуночи к ней
приехал Билл Джейсон, Аннабел пребыва-
ла в полной растерянности. Как она ждала
хоть одного телефонного звонка. Не могли
же друзья не понимать, сколь необходимы
ей поддержка и участие!
За те шесть лет, что Билл провел в Рок-
Сити, они встречались на официальных
приемах или в гостях не более десяти раз.
Холостяк. Билл мог бы и поухаживать за
Аннабел. Но он общался в основном
с бизнесменами, обеспечивая «Вестник»
рекламными объявлениями. Билл хорошо
играл в гольф и свободное время прово-
дил на зеленой лужайке загородного
клуба.
Скажи он что угодно, кроме «вам нужен
друг», и Аннабел захлопнула бы перед ним
дверь. Но после этих слов не могла не
пригласить в коттедж.
В гостиной он начал оглядываться, будто
Аннабел и не было Он понимал, что ей
необходима минута-другая, чтобы взять
себя в руки. Аннабел действительно не-
много успокоилась. Высокий, широкопле-
чий, курносый, с короткой стрижкой,
в пиджаке спортивного покроя, выглядев-
ший моложе своих тридцати пяти лет, Билл
излучал уверенность. Так велика была
потребность Аннабел в дружеском учас-
тии, что в этот момент она всем сердцем
потянулась к Биллу, единственному чело-
веку в Рок-Сити, осознавшему, как она
одинока и испугана.
Он точно угадал момент, когда Аннабел
кончательно пришла в себя.
— На улице стоит патрульная машина,—
прервал молчание Билл. — Они предупре-
дили, что будут следить за вашим домом?
— Нет,— ответила Аннабел. — А зачем
им следить за моим домом?
— Защитить, если понадобится,— пояс-
нил Билл. — Но я сомневаюсь, что истин-
ная причина именно в этом. Вы хорошо
знаете Телицки?
— Джорджа Телицки? Когда я училась
в школе, он был одним из лучших наших
спортсменов. Мы выросли вместе.
Она вспомнила весеннюю ночь лет
15 назад, когда Джордж неуклюже
попытался поцеловать ее. В тот романти-
ческий момент самоуверенность «знаме-
нитости» получила хороший урок. Потом
Аннабел даже жалела, что отвергла такого
красавца.
— Он не слишком расположен к вам,—
добавил Билл. — Он в одной команде
с Коннорсом, Хэтчем, Вудлингом. Мог он
затаить на вас зло?
48
— О господи, нет. Я... — Аннабел за-
молкла на полуслове.
— После этого нелепого собрания уже
и не знаешь, кто есть кто, не так ли? —
спросил Билл.
Аннабел глубоко вздохнула.
— Я так благодарна вам. Если б вы
только знали, насколько правы насчет того,
что мне нужен друг
— Вас не затопило уверениями в любви
и преданности?
— Это точно. — Она попыталась
улыбнуться.
Билл достал пачку сигарет, зажигалку,
неторопливо закурил.
— Послушайте, мне бы не хотелось вас
пугать...
— Пугать? Чего мне бояться?
— Массовая истерия — вот что ведет
к суду Линча. И прошедшее собрание —
наглядный тому пример. Убитая горем
мать, неумелый, но честный директор
школ, слуга господний с карающим мечом.
И добавьте к этому беспомощных идиотов,
которые понимают, в чем правда, но не
готовы защитить ее. За исключением
милейшей Сары Маршалл всех сторонни-
ков биологии могли заменить резиновые
куклы.
— Но никого не линчевали, и такое вряд
ли случится в будущем,— не слишком
уверенно возразила Аннабел.
— Никого? Ну, это еще вопрос, мисс
Винтерс. Лично я убежден, что линчевали
вас, прямо на сцене школьного зала. И это,
если я не ошибаюсь, только начало.
Прежде чем приехать к вам, я побывал
в нескольких барах. Страсти накалены.
— Вы можете дать мне дельный совет?
— Нападайте сами, и как можно скорее!
У вас есть адвокат?
Аннабел покачала головой.
— Вы знакомы с Сэмом Креймером из
Латропа?
— Я слышала о нем.
— Он знает закон как свои пять пальцев
и любит хорошую потасовку.
— Но чем мне поможет адвокат?
— Дорогая, наивная мисс Винтерс, он
может предъявить иск Коннорсу, миссис
Каммингс, Эвери Хэтчу, Сейру Вудлингу
и всем остальным, кто распространяет
слухи, будто вы растлеваете детей. Обви-
ните их в клевете. На вашем месте я бы
немедленно нанес ответный удар и вложил
в него все, что имеется в вашем распоря-
жении. У вас есть чем прижать Вудлинга.
Сэм Креймер наверняка найдет корыстные
мотивы в действиях остальных. Не ждите,
пока они погребут вас под лавиной, мисс
Винтерс.
— Именно сейчас?
— Дело не терпит отлагательств!
На стене напротив окна запрыгали
странные световые блики. Билл Джейсон,
направившийся к телефону, остановился на
полдороге, затем бросился к двери и рас-
пахнул ее настежь. Из-за его плеча
Аннабел увидела горящий крест. Ноги
подогнулись, она почувствовала, что вот-
вот упадет в обморок. Билл крикнул что-то
насчет огнетушителя и метнулся на лужай-
ку.
Когда Аннабел вернулась к двери с огне-
тушителем, мимо дома с ревом пронесся
автомобиль. Подбежал Билл в испачкан-
ном грязью костюме и выхватил у нее
огнетушитель. Несколько секунд спустя от
горящего креста остался лишь почернев-
ший дымящийся остов. Билл пинком свалил
его на землю и продолжал заливать пеной,
пока не исчез и дым. Аннабел так и застыла
на пороге.
Лицо подошедшего Билла было бледно
от ярости. Он оставил пустой огнетушитель
у двери, молча прошел мимо Аннабел
к телефону и попросил соединить его
с гостиницей Рок-Сити.
— Райерсон? Это Билл Джейсон из
«Вестника». У тебя есть свободный номер
с ванной? Отлично. Я привезу тебе гостя.
Через пятнадцать минут. — Он положил
трубку и повернулся к Аннабел. — Соби-
райте сумку, и поехали.
— Но я...
— Будьте добры, ради бога, теперь уж
делайте то, что я говорю,— сказал Билл
твердо и вновь снял трубку: — Соедините
меня с домом Сэмюэла Креймера в Латро-
пе.
Ожидая ответа, он нетерпеливо махнул
рукой Аннабел. Как во сне, она прошла
в спальню Положила в сумку ночную
рубашку, туалетные принадлежности.
Горстка хулиганов выгоняет ее из дома.
Немыслимо. И, тем не менее, она понима-
ла, что не сможет остаться одна. Правда,
если позвонить подруге и попросить ее
приехать... Но кому звонить? Утром она
придет в себя. Она не поддастся панике.
Джейсон, без сомнения, преувеличивает
Но ругательства подростков все еще звуча-
ли в ушах Аннабел закрыла сумку и спус-
тилась в гостиную.
Билл Джейсон стоял у входной двери.
— У вас есть снотворное? — спросил он
— Я им никогда не пользовалась.
— Ну, ничего. По пути заедем ко мне.
У меня есть несколько таблеток. Креймер
полагает, что вам необходимо выспаться.
Он встретится с вами в гостинице в полови-
не восьмого утра.
Аннабел предприняла последнюю сла-
бую попытку распорядиться своей судьбой
по собственному усмотрению.
— Я ценю вашу заботу, мистер Джейсон.
Я вам очень благодарна. Но мне кажется,
что я не должна в испуге убегать из дома.
Думаю...
— Вы не думаете, в этом-то и беда,—
прервал Джейсон. — Я отвезу вас в гости-
ницу и вернусь сюда. На тот случай, если
кому-нибудь придет в голову светлая идея
поджечь дом.
— Но разве нам не следует поставить
в известность полицию?
— Дорогая моя, наивная мисс Винтерс,
я же говорил, что машина Телицки стоит
в сотне ярдов от вашего дома. Он все
видел, но не вмешался. Ключ у вас?
Аннабел кивнула. С Джейсоном она
чувствовала себя совершенно беспомощ-
ной
— Дайте его мне. И пора в путь!
По пути они остановились у его дома, он
ушел и через несколько минут вернулся
с пластмассовым пузырьком.
— Примите две таблетки и уснете, как
младенец.
е
Джед Райерсои, ночной портье, удив-
ленно взглянул на Аннабел, вошедшую
в сопровождении Джейсона, но Билл
остановил его вопросы.
— Мисс Винтерс сейчас поднимется
к себе в номер. Она хочет выспаться,
Джед. Ясно? Она примет две таблетки
снотворного. Никто не должен беспокоить
ее, кроме меня и Сэма Креймера. Понят-
но?
Райерсон кивнул.
— Ее надо разбудить в семь утра. От
таблеток она может спать очень крепко,
поэтому, если она не снимет трубку, ты
должен послать кого-нибудь наверх, чтобы
постучали в дверь. Запомнил?
— Разумеется
— И еще. — Билл наклонился к Райерсо-
ну. — Не вздумай насплетничать кому-
либо, что мисс Винтерс ночевала в гостини-
це...
Аннабел двигалась, как автомат. Подня-
лась в обшарпанный номер. Проглотила
две таблетки. Заснула.
Телефонный звонок вытащил ее из
глубокой пропасти. Она взглянула на часы,
лежавшие на ночном столике. Ровно семь.
И тут же в ней начал просыпаться ужас
прошедшей ночи. Аннабел сняла трубку.
— Это Билл Джейсон, мисс Винтерс.
Я ждал, пока вы выспитесь. Таблетки
подействовали?
— Еще как!
— Вы окончательно проснулись?
— Кажется, да.
— Так вот, ночью убили Брэдли Коннор-
са. Кто-то всадил ему пулю в лоб, когда он
пил кофе в своем фургоне. Вы не уходили
из гостиницы?
— Мистер Джейсон!
— Я спросил на всякий случай. Одевай-
тесь. Как только подъедет Креймер,
я позвоню.
— Спасибо,— едва слышно ответила Ан-
набел,- у нее перехватило дыхание.
— Вы не будете возражать, если я зака-
жу завтрак и попрошу принести в ваш
номер? В ресторане нам не дадут спокойно
поговорить.
— Похоже, я целиком в вашей власти,
мистер Джейсон.
— Вот и хорошо,— весело ответил Билл.
Странная перемена произошла с Анна-
бел, пока она принимала душ и одевалась.
Случившееся казалось все менее и менее
реальным. Будто яркий сон, что тает и тает
вдали по мере того, как человек вступает
в день. Собрание... сердитые лица... горя-
щий крест., и, наконец, слова Билла
Джейсона: «Ночью убили Брэдли Коннор-
са». Невероятно. Нереально. Немыслимо.
В дверь постучали.
Билл Джейсон вкатил столик на колеси-
ках.
— Обслуживание тут не на высоте,—
сказал он. — Звонил Креймер. Он немного
задержится. Выпейте кофе и поешьте. Вам
предстоит тяжелый день.
Сок, вареные яйца, ветчина, мармелад.
Она никогда не ела так много по утрам
Билл пододвинул стул. Аннабел села,
чувствуя себя марионеткой. Он налил
кофе.
— Похоже, что ночью нашего друга
Эвери Хэтча охватила тревога за свою
бессмертную душу. Если говорить точнее,
около трех часов утра. Чтобы развеять ее,
Эвери поехал к Коннорсу. На столе перед
Коннорсом стояла чашечка кофе, а во лбу
чернела дырка от пули.
— Но кто
— Прошу вас, съешьте хоть что-нибудь.
Вареные яйца напоминали изжеванную
промокашку. Аннабел с трудом заставила
себя проглотить два кусочка.
В дверь постучали. Это был Сэм Крей-
мер, мужчина лет сорока, тощий, с резки-
ми движениями, квадратным подбород-
ком и буравящими насквозь серыми
глазами, с короткими, как у Джейсона,
волосами, щедро тронутыми сединой.
— Послушайте, мисс Винтерс,— сказал
Креймер после того, как Джейсон предста-
вил их друг другу,— я могу взяться за ваше
дело при одном условии. Вся правда,
и ничего, кроме правды, да поможет вам
бог. Я скажу вам, что нужно говорить
другим людям Но я должен знать все, до
последней мелочи. Ничего не скрывайте от
меня. Ничего
Аннабел едва сдерживала злые слезы.
— Но почему я должна что-то скрывать?
— Не знаю,-- пожал плечами Крей-
мер,— но такое случается. — Он достал из
кармана трубку и начал набивать ее
табаком. — Вчера вечером вам предсто-
яло защищать репутацию учителя. Вас
публично оскорбили. Против вас выдвину-
ли беспочвенные обвинения. Билл дал вам
хороший совет Следовало нанести от-
ветный удар в особенности осадить Кон-
норса. Теперь Коннорс мертв, и вы не
можете опровергнуть его. Сейчас вы не
просто учительница, подозреваемая в амо-
ральном поредении Половина населения
Рок-Сити видит в вас убийцу. И сегодня
утром, вместо того чтобы подавать иск по
обвинению Коннорса в клевете, вам надо
готовиться к защите от обвинения в
убийстве.
— Но мистер Джейсон был со мной от
полуночи до двух часов ночи, пока не
привез меня сюда. А потом я не выходила
из комнаты'
— Докажите это!
Страх внезапно перехватил ей горло
— Я не должна ничего доказывать, не
так ли? Разве не им надо доказывать, что
я выходила из гостиницы?
Креймер ответил ледяным взглядом.
— Мисс Винтерс, вы склонны к половым
извращениям?
Аннабел вскочила, расплескав кофе из
всех трех чашек.
— Думаю, что нам лучше прекратить
этот разговор, мистер Креймер. — Ее го-
лос дрожал от гнева, она побледнела как
полотно.
— Сядьте! — резко сказал Креймер. —
Коннорс публично обвинил вас в амораль-
ном поведении. Вчера вы могли вызвать
его в суд и доказать, что он оклеветал вас.
Сегодня это невозможно, ио обвинение
осталось. Ему не нужно подтверждать
свою правоту, а вы можете все отрицать
хоть до второго пришествия. Люди все
равно будут верить Коннорсу, тем более,
что этому поспособствуют ваши друзья.
— Друзья?!
— Сейр Вудлинг, Хэтч, мисс Колдуэлл,
два члена школьного совета, которым не
нравится биология.
— Но вы же не...
— На вас падет подозрение в
убийстве,— бесстрастно продолжал Крей-
мер. — Вы не можете доказать свое алиби.
Но, по крайней мере, мы знаем, что никто
не мог видеть вас вне стен этой комнаты.
Мы это знаем, не так ли, мисс Винтерс?
— Да! — Аннабел безвольно упала на
стул.
— Отлично. Мисс Винтерс, у вас есть
пистолет?
Она широко раскрыла глаза, попыталась
облизнуть пересохшие губы.
— Правду, мисс Винтерс!
— Да, у меня есть пистолет
Креймер наклонился вперед.
— Какой марки? — резко спросил он. —
Какого калибра?
— Я не знаю. Это... просто пистолет.
Револьвер.
— У вас есть разрешение на его хране-
ние?
Аннабел кивнула.
Креймер взглянул на Джейсона.
— Будем надеяться, что это не «особый»
тридцать второго калибра,— он повернул-
ся к Аннабел. — Пистолет у вас дома?
Она покачала головой.
— Я держу его в школе. Видите ли,
я часто задерживаюсь по вечерам. Дверь
несколько раз взламывали, что-то украли.
Поэтому я держу пистолет в кабинете, на
всякий случай.
Креймер не торопясь разжег трубку.
Когда он вновь взглянул на Аннабел,
выражение его лица смягчилось.
— Это тонкий момент, мисс винтере.
Если ваш пистолет не тридцать второго
калибра, мы вздохнем свободнее. Между
прочим, вы не стреляли из него в послед-
нее время? Не чистили его?
— Я никогда из него не стреляла. И не
чистила. Я уже много месяцев не прикаса-
лась к нему.
— Значит, если окажется что ваш
пистолет тридцать второго калибра марки
«особый», сразу станет ясно, что из него
давно не стреляли?
— Пожалуй...
— У вас раньше не было стычек с Брэдли
Коннорсом, мисс Винтерс?
Кровь отхлынула от лица Аннабел
49
— Были,— едва слышно прошептала
она. Креймер ждал. Тогда она рассказала
о Шарон Джейгер и своем визите к Кон-
норсу.
Креймер помрачнел.
— Вы никому не говорили об этом?
Аннабел покачала головой.
— Нет Даже Шарон. Просто сказала,
что ей не нужно видеться с Коннорсом.
— Не мог ли Коннорс рассказать кому-
либо о вашем разговоре?
— Откуда мне знать.
— Теперь ясно, кек работала его
мысль,— вмешался Билл. — Как только
кто-то другой выступил против Аннабел,
он тут же поддержал выдвинутое обвине-
ние. После этого она могла говорить что
угодно, но люди увидели бы лишь желание
отомстить Тем самым на собрании ему
удалось соскочить с крючка.
— Мы можем пов горять нашу версию
до посинения, но нам никто не поверит,—
согласился Креймер и повернулся к Анна-
бел. — Вы виделись с Шарон Джейгер
после аварии?
— Нет. К ней никого не пускают кроме
>тца.
— Доктор Паттон ваш друг. Он сможет
провести вас к ней?
— Я попрошу его.
Креймер глубоко затянулся и выпустил
струю дыма.
— С ней стоит поговорить. Узнать,
подтвердит ли она при необходимости
ваши слова. — Он выбил трубку на под-
нос. — Слушайте меня внимательно, мисс
Винтерс. Мне кажется, вам не стоит
нарушать обычный распорядок. Идите
в школу. Если вам будут задавать вопросы,
не отвечайте на них. Говорите, что вы
обратились ко мне вчера, сразу после
собрания Вчера, понимаете? Если вас
захочет допросить полиция, скажите, что
будете говорить только в моем при-
сутствии. Ясно?
Аннабел кивнула.
— Билл и я покрутимся а городе,
выясним, откуда и куда дует ветер. Если
я понадоблюсь вам, звоните в «Вестник».
Ты не возражаешь, Билл? Мне нет резона
возвращаться в контору. Используем ре-
дакцию как связной пункт.
— Разумеется,— кивнул Джейсон. —
Ты думаешь, нам надо пойти в школу
и поискать пистолет?
Креймер покачал головой.
— Они сами придут в школу. У мисс
Винтерс не должно возникать и мысли
о том, чтобы взять пистолет и положить его
в другое место.
Подъехав к школе без десяти девять,
Аннабел с удивлением обнаружила, что
автомобильная стоянка забита до отказа.
Машины стояли и по' обочинам шоссе.
Аннабел вошла в кабинет доктора
Нортона, гордо подняв голову. Г ул голосов
мгновенно стих.
Она увидела Марка Свенсона и впервые
поняла, что он глубокий старик. Дорогой
твидовый пиджак стал ему велик, а голу-
бые глаза, обычно такие яркие и ясные,
глубоко запали.
Эвери Хэтч сидел за столом Нортона,
просматривая какие-то бумаги. Аннабел
показалось, что она узнала учительский
контракт. Вероятно, заключенный с ней.
Лейтенант Хоган склонился над его
плечом. Они подняли головы, когда
открылась дверь, и поспешно отвели
взгляд.
Сержант Телицки повернулся от окна
и сухо улыбнулся:
— Я уже подумал, что вы собираетесь
удрать, мисс Винтерс
Марк Свенсон быстро подошел к ней.
— Мне очень жаль, Аннабел. Очень
жаль. И еще это происшествие с Коннор-
сом... Вскрылись новые обстоятельства.
— А какое отношение имеют они ко
мне?
Прежде чем Свенсон успел ответить,
подал голос Эвери Хэтч:
— Может, нам следует подождать док-
тора Нортона?
— Думаю, вы правы,— кивнул Марк.
У него дернулась щека. — Доктор Нортон
проводит общее собрание, Аннабел. Вы,
вероятно, заметили, что приехали многие
родители. Хочу довести до вашего сведе-
ния: доктор Нортон объявит, что вас
отстраняют от преподавательской работы
на неопределенный период.
— Без всякого разбирательства?—
услышала Аннабел откуда-то издалека
свой голос.
— Речь идет о детях, мисс Винтерс,—
взвизгнул Хэтч. — Об угрозе их нравствен-
ности. Мы не можем рисковать. Если
выяснится, что подозрения беспочвенны,
мы посмотрим, что делать дальше. А пока
мы не имеем права разрешить вам общать-
ся с учащимися.
— Против меня выдвинули официаль-
ное обвинение в аморальном поведе-
нии?— спросила Аннабел.
— Я подал на вас жалобу,— ответил
Хэтч.
— Мы незамедлительно проведем засе-
дание школьного совета,—заверил ее
Свенсон. — Директор школ штата сможет
приехать к нам только завтра. Он сообщит
нам точное время приезда, и я тут же
соберу совет.
— Понятно,— Аннабел не расслышала
своего голоса.
— Я думаю, вам необходим знающий
человек, который мог бы защитить ваши
интересы,— продолжал Свенсон. — Я со-
ветую вам найти адвоката.
— Я уже обратилась к мистеру Крейме-
РУ-
Хэтч резко поднял голову:
— Вы наняли адвоката?..
Хоган снял фуражку и вытер вспотевший
лоб носовым платком.
— Все это входит в компетенцию
школьного совета,— сказал он. — Мы за-
нимаемся жалобой мистера Хэтча, но,
честно говоря, сейчас нас интересует
совсем другое. Мисс Винтерс, у вас есть
пистолет марки «особый» тридцать второ-
го калибра. Мы выдали вам разрешение на
его хранение.
У Аннабел похолодело внутри. Значит,
«особый» и тридцать второго калибра.
— У меня есть пистолет,— она прило-
жила все силы, чтобы не дрогнул голос. —
Но я не помню ни его марки, ни калибра.
— Где этот пистолет, мисс Винтерс?—
продолжал Хоган.
— В моем кабинете, в столе.
— Вас не затруднит сходить туда в со-
провождении сержанта Телицки и принес-
ти пистолет мне?
Она повернулась и вышла в коридор.
Телицки последовал за ней. В кабинете
Аннабел, не глядя на Телицки, выдвинула
правый нижний ящик и сунула руку за
папки с бумагами.
И тут же во рту у нее пересохло
Пистолета там не было. Аннабел начала
лихорадочно рыться в бумагах.
Она взглянула на Телицки. Тот довольно
улыбался.
— Может быть, вы переложили писто-
лет в другое место?
— Нет. Он лежал в нижнем ящике. Я не
прикасалась к нему много месяцев.
— Интересное совпадение. Брэдли Кон-
норса застрелили из пистолета марки
«особый» тридцать второго калибра, а ва-
шего пистолета, той же марки и того же
калибра, нет на месте.
— Пистолета нет,— сказал он, когда они
вернулись в кабинет Нортона.
— Вы не знаете, где он, мисс Винтерс?—
спросил Хоган.
Аннабел покачала головой.
— Я... я давно не видела его. Он мне не
требовался. Он лежал в ящике за папками.
Хоган глубоко вздохнул.
— Я думаю, будет неплохо, если вы
поедете с нами в участок и там расскажете
обо всем, мисс Винтерс.
— Я арестована?
— Конечно нет,— ответил Хоган. — Мы
ведем обычное расследование. Но если вы
не хотите ехать, мы вызовем вас официаль-
но.
— Я... я бы предпочла, чтобы меня
вызвали. И я хочу переговорить с мисте-
ром Креймером, моим адвокатом.
Хоган помрачнел.
— Вы сможете позвонить ему из
участка,— он двинулся к Аннабел.
— А как же контракт?— вмешался
Хэтч. — Мы имеем право разорвать его
прямо сейчас. Думаю, этот вопрос следует
решить немедленно
— Мы решим его на заседании сове-
та,— отрезал Свенсон, — А вам, Эвери,
придется ответить там на несколько вопро-
сов.
— Мне?
— Например, почему, обращаясь с жа-
лобой в полицию, вы не поставили в из-
вестность школьный совет? Если вы не
хотели говорить с нами, почему не связа-
лись с директором школ штата, вашим
непосредственным начальником? Почему
полиция, Эвери? Она не имеет никакого
отношения к школьной программе.
— В жалобе шла речь об аморальном
поведении,— вмешался Телицки.
Хоган подошел к Аннабел.
— Нам лучше поговорить в участке,—
мягко сказал он. — Оттуда вы позвоните
Креймеру.
6 полицейском участке неприятно пахло
хлоркой. Патрульный Маккарти, что-то
50
печатавший на машинке, с интересом
оглядел вошедшую Аннабел с головы до
ног. Она осталась стоять у двери. Телицки
прошел к окну. Хоган сел за стол.
— Давайте разберемся с пистолетом,—
сказал он.
— Я бы хотела позвонить мистеру
Креймеру,— настаивала Аннабел.
Хоган повернулся к Маккарти
— Позвони Сэму Креймеру в его конто-
ру в Латропе.
— Мистер Креймер находится в нашем
городе,— заметила Аннабел. — Он про-
сил позвонить в «Вестник», если мне
понадобится его помощь.
— Не надо звонить в «Вестник»,—
вмешался Телицки. — Стоит туда позво-
нить, как Джейсон прискачет сюда и напе-
чатает в своей газете черт знает что. Нам
это ни к чему.
После короткого раздумья Хоган велел
Маккарти позвонить в Латроп и передать,
что мисс Винтерс находится в полицейском
участке и хочет поговорить с мистером
Креймером.
— Я вас слушаю, мисс Винтерс.
— Я не знаю, где мой пистолет Он
лежал в ящике стола, когда я видела его
в последний раз, несколько месяцев назад.
Сейчас его там нет. Это все, что мне
известно.
Хоган долго разминал сигарету, наконец
закурил и прищурился на Аннабел сквозь
облако голубого дыма.
— В прошлую пятницу, когда ваши
ученики погибли на Кобб-хилл, я бы
собственными руками удушил человека,
который вынудил их свернуть с дороги. Мы
все еще ищем его. Но в результате аварии
выясняется, чтб происходит с нашими
детьми. Чему их учат. Кто их учит.
Я представляю, что у вас сейчас на душе.
Это ужасное чувство вины. Страх, страх
и стыд. И вам станет легче, если вы
признаетесь в том, в чем должны при-
знаться...
— Мне не в чем признаваться!— выдох-
нула Аннабел. — Я не чувствую вины илн
стыда. Страх? Да, я боюсь, потому что
люди, похоже, сошли с ума.
— У вас есть права, мисс Винтерс. Вы
можете отказаться отвечать на вопросы, но
тогда нам придется запереть вас в камеру.
Таков закон. Мы сбережем массу времени
и нервов, если побеседуем о том, что
произошло на самом деле. Мы даже не
будем вести протокол, допроса. Просто
побеседуем.
— Нам не о чем говорить,— ответила
Аннабел. От долгого стояния у нее заболе-
ли ноги. — Я не знаю, куда делся мой
пистолет. Это все, что я могу вам сказать.
— К черту пистолет!— взорвался Телиц-
ки. — Возможно, мы найдем его, возмож-
но, вы бросили его в реку около молитвен-
ного дома. Вернемся к более важному.
Например, где вы были после половины
второго ночи? Ваше гостиничное алиби не
имеет веса. И что вы можете сказать
о своих отношениях с Коннорсом? И поче-
му бы не рассказать нам о ваших извра-
щенных вкусах?
При каждом слове Аннабел отступала
назад, пока не коснулась спиной стены.
— Полегче,— в голосе Хогана слыша-
лась притворная жалость Таков был их
метод допроса: Хоган — мягкий и веж-
ливый, Телицки — крутой и настойчивый.
— Полегче!— взревел Телицки. — Будь
это мужчина, мы бы вышибли из него все,
что нужно, за пять минут. Ты знаешь это не
хуже меня. Бросаться на Коннорса, как
публичная девка. Ненавидеть его, потому
что он отверг ее притязания. Потому что
выставил перед людьми такой, как она
есть.
— Прекратите!—вскрикнула Аннабел,
вжимаясь в стену.
— Детям этого города хорошо из-
вестно, кто она такая! Прошлой ночью они
назвали ее истинным именем!— гремел
Телицки. — Да, им не следовало жечь
крест перед ее домом, но назвали они ее
правильно!
Аннабел, ошеломленная услышанным,
стояла у стены.
— Нам известно о вашей встрече с Кон-
норсом,— подхватил инициативу Хоган. —
Мы знаем, что вы приходили к нему из-за
Шарон Джейгер. Он пригрозил рассказать
обо всем, если вы не прекратите неес-
тественную связь с этой девушкой. А вы
предложили себя, чтобы подкупить его.
Коннорс понимал, какая ему грозит опас-
ность, и поделился подробностями разго-
вора со своими друзьями. Такие сведения
не следует хранить в тайне. Он боялся вас,
и не без оснований.
— Это ложь!—*-пролепетала Анна-
бел. — В сказанном вами нет ни слова
правды!
— Такое трудно переварить, мисс Вин-
терс. Я не верил своим ушам. Но Коннорс
был пастором, и он рассказал обо всем
судье Вудлингу и Эвери Хэтчу, чтобы
защитить себя от вас. Мы пытались погово-
рить с Шарон Джейгер, но она еще очень
слаба для настоящего допроса. Она сказа-
ла то, что мы и ожидали от нее услышать.
Вы говорите то же самое, мисс Винтерс.
Она испугана. Так же, как и вы.
У Аннабел перехватило горло. Она
должна выбраться, прежде чем этот зыбу-
чий песок засосет ее в пучину, о существо-
вании которой она даже не подозревала.
Аннабел повернулась и, ничего не видя
перед собой, побрела к двери.
Телицки оказался перед ней, не успела
она пройти и двух шагов. Его сильные
пальцы впились в плечи Аннабел.
Она закричала, громко, истерически.
Аннабел не видела, как распахнулась
дверь и появился Сэм Креймер.
— Что здесь происходит, черт побе-
ри?— воскликнул он.
Билл выскочил из-за Креймера и
отшвырнул Телицки от Аннабел. Тот упал
на колено и тут же поднялся на ноги
с пистолетом в руке. Билл Джейсон шагнул
к нему.
— Джордж! Убери пистолет!— заорал
Хоган.
Он и Маккарти выскочили из-за столов.
Креймер успел первым и вырвал
пистолет из руки Телицки. Билла, побелев
шего от ярости, держали Хоган и Маккар-
ти. Телицки испепелял его взглядом.
— А теперь уходи отсюда, Билл.—
твердо заявил Хоган. — Идет допрос, а не
заседание суда. Если у нас будет что
сообщить прессе, я дам тебе знать.
— Подожди меня в коридоре, Билл,—
дрожащим от возмущения голосом доба-
вил Креймер.
Билл повернулся, подошел к Аннабел
обнял ее за плечи.
— Я не знаю, что эти сучьи д$ти делали
с вами, Аннабел,— сказал он — Но я уз-
наю. И об этом узнает весь город, округ,
штат.
Каким-то образом в то безумное утро
Биллу Джейсону удалось выкроить время,
чтобы написать передовую статью. Газета
появилась в киосках и у подписчиков, когда
в полицейском участке еще продолжался
допрос Аннабел Винтерс.
Рок-Сити понял, что Билл Джейсон
ринулся в бой, и за ленчем многие
горожане почувствовали жало его резких
слов. Статья начиналась двумя колонками
на первой странице под заголовком:
ИСТИННАЯ ТРАГЕДИЯ
РОК-СИТИ
День, когда одна трагедия громоздится
на другую.
В ранние часы субботнего утра город
ошеломило известие о том, что трое
учащихся старших классов погибли в авто-
катастрофе на Кобб-хилл, а девушка,
оставшаяся в живых, находится в критичес-
ком состоянии.
Сегодня новость об убийстве Брэдли
Коннорса, пастора так называемого молит-
венного дома, усилила всеобщее потрясе-
ние.
Но самое худшее заключается в том, что
большая часть жителей нашего города не
представляет, в чем истинная трагедия
Рок-Сити.
В скорби родителей, понесших невос-
полнимую утрату? Нет.
В безжалостном убийстве, унесшем
человеческую жизнь! Нет.
Истинная трагедия Рок-Сити состоит
в том, что его жители, подхваченные
волной истерии, забыли о здравом смысле,
терпимости, трезвости суждений.
Рок-Сити превратил себя в линчующую
толпу.
Можно проститц семьи, понесшие утра-
ту. Их стойкость подверглась непосильно-
му испытанию. Но их вытолкнули в середи-
ну линчующей толпы легкомысленные
и злобные люди.
Репутацию тех, кто верно служит городу,
обливают грязью, которую вряд ли удастся
смыть.
Этой ночью перед домом честной
женщины горел крест и дети наших
добропорядочных горожан осыпали ее
мерзкими ругательствами.
Нелепый исход заседания школьного
совета превратил город в улюлюкающую
толпу, беснующуюся у подножия
полыхающего креста.
В жажде человеческой крови взрослые
публично признают отсутствие всяких при-
личий и моральных устоев у своих детей.
Если бы это соответствовало действитель-
ности, стоило ли возлагать вину на
единственную учительницу! Что произош-
ло с семьей и ее влиянием! Не пора ли
выставить на всеобщее обозрение родите-
лей, забывших о своих прямых обязаннос-
тях — воспитании детей!
Убийце не место среди нас!
51
И мы узнаем имя виновника трагедии на
Кобб-хилл, если полиция займется своим
делом, вместо того чтобы тайком направ-
лять ослепленных и жаждущих крови.
Со временем мы узнаем всю правду. Но
что, если истина откроется слишком по-
здно!
Есть вопросы, на которые необходимо
получить ответ.
1. «.ущест ует ли крупи- i показа-«п-.ств
того, что авария на Кобб-хилл явилась
следствием безрассудства или без-
нравственности кого-либо из погибших
подростков! Девушка, чудом оставшаяся
в живых, сообщает о другой машине,
ехавшей навстречу по их полосе движения.
Как идут поиски зтого человека!
2. В ночь аварии директор школ округа
Эвери Хзтч подал в полицию официальную
жалобу, обвинив учителей старших классов
в аморальном поведении и использовании
недопустимых методов преподавания. Так
называемое недостойное поведение и
вышеупомянутые методы и стали, по
утверждению мистера Хзтча, причиной
катастрофы на Кобб-хилл. Почему мистер
Хэтч никогда не говорил об этом раньше!
Учебный предмет, который ему особенно
не нравится, введен в школьную програм-
му пять лет назад, при его согласии.
Учительница, которую он обвиняет, препо-
дает уже десять лет, и ее контракт
подписан мистером Хэтчем. Как получи-
лось, что мистер Хэтч внезапно прозрел
в час ночи с пятницы на субботу!
3. Сержант полиции, не кто иной, как
Джордж Телицки, ходил от дома к дому,
будто бы расследуя жалобу Хэтча, но на
самом деле распространяя яд подозрений
и недоверия. Расследование так не прово-
дят!
В час ночи сержант Телицки сидел
в патрульной машине в сотне ярдов от
горящего креста и слышал грязные выкри-
ки. Сержант Телицки не пошевельнул
и пальцем, чтобы прекратить это безобра-
зие и арестовать хулиганов. Почему!
В этот черный день Рок-Сити поддержи-
вает действия Эвери Хэтча. Поощряет
странное поведение сержанта Телицки.
Почему!
Пришло время ответить на эти вопросы,
пока массовая истерия не завела нас
слишком далеко.
Билл Джейсон сидел в машине почти
полчаса, прежде чем из полицейского
участка вышел Сэм Креймер. Один.
— Где она!— спросил Джейсон. — Что
они с ней сделали?
Креймер сел рядом
— Они задержали ее по подозрению
в убийстве
— Мерзавцы!— прорычал Билл.
— Она останется в камере, пока я не
получу распоряжение судьи о доставке
арестованной в суд для рассмотрения
вопроса о законности ее ареста. У них
ничего нет Никто не видел ее на месте
преступления. Нет никаких свидетелей.
Нет и орудия убийства. Ее пистолет пропал,
но это не означает, что Коннорса убили из
ее пистолета. Все притянуто за уши, но
если судью заразила местная болезнь...
Поехали
Билл завел мотор.
Креймер достал трубку:
— Ну и гусь этот Коннорс!
— Коннорс?
— Он сказал Хэтчу и Сейру Вудлингу,
каждому в отдельности, о неестественных
отношениях мисс Винтерс и Шарон Джей-
гер.
— Что?!
— Он будто бы угрожал предать глас-
ности их связь, а мисс Винтерс пришла
к нему и предложила отдаться, чтобы
заставить его молчать.
— О господи!—с отвращением про-
бормотал Джейсон.
— Над этим не посмеешься,— продол-
жал Креймер. — Они допросили Шарон,
которая сказала им то же самое, что
и Аннабел нам. Они говорят, что Шарон
и мисс Винтерс не могли сказать ничего
другого. И это так, если они виновны
— Всему городу известно, что Вудлинг
ненавидит Аннабел,— заметил Билл.
— Но не Хэтч,— возразил Креймер. —
Объективно говоря, он честен. Если он
утверждает, что Коннорс говорил ему
о мисс Винтерс и Шарон, я уверен, что так
и было. Значит, становятся весомыми
и показания Вудлинга. Юридически эти
сведения получены через втдрые руки, и,
возможно, их нельзя использовать как
доказательства вины в судебном процессе.
Но прокурор может добиться, чтобы
присяжные услышали эту историю.
— Что же делать?
— Опасность состоит в том,— Креймер
прикрыл рукой спичку, поднесенную к
трубке,— что они соберут достаточно
улик, чтобы обвинить Аннабел в наруше-
нии общепринятых норм поведения, даже
если им не удастся повесить на нее
убийство. Я вытянул из них версию Коннор-
са только потому, что они все рассказали
Аннабел, а она — мне. Поэтому и разго-
релся весь сыр-бор. Но они намекнули еще
на одну улику, дневник какой-то девочки.
Мы должны добраться до него, и как
можно скорее. — Креймер изучающе по-
смотрел на Билла. — Ты по-прежнему
веришь ей на все сто процентов?
— Я знаю ее не намного больше, чем
ты, Сэм,— ответил Джейсон. — Но вся эта
история дурно пахнет. Человек с извра-
щенными влечениями десять лет крутится
среди детей, и никто никогда ничего не
слышал об этом. Коннорс был и остается
для меня мошенником и подонком, при-
чем опасным для общества. Я сразу же
поверил тому, что рассказала нам Анна-
бел. И не сомневаюсь, что Коннорс
сознательно оболгал ее перед Хэтчем
и Вудлингом. — Он улыбнулся. — Считай,
что это моя «женская» интуиция.
Они уже подъезжали к зданию суда.
Джейсон остановил машину.
Креймер остался сидеть, посасывая
трубку.
— Что тебе известно о Телицки?
— Мужлан, надевший пару начищенных
краг и пояс с пистолетом. В Германии из
таких, как он, формировали отряды штур-
мовиков.
— Он чертовски быстро схватился за
пистолет, Билл. Прошу тебя, будь осторо-
жен.
Окончание следует.
Перевел с английского В. ВЕБЕР.
юльпанов вы-
шел из опера-
торской н, акку-
ратно притво
рив за собой
дверь, объя-
вил
— Философ-
ские этюды сожрал без ос-
татка, а историю крестьян-
ских войн обглодал и выплю-
нул вот такую малюсенькую
косточку.— Он показал на
кончик своего мизинца и
устало плюхнулся в крес-
ло.— То было, это было,
только слова размещены в
ином порядке. Мол, от пере-
становки слов смысл не ме-
няется...
— Пробовали переубе-
дить? — нетерпеливо пере-
бил его Вайль.
— Поспоришь с ним. На
каждое возражение в от-
вет — цитаты. Не посвящать
же остаток дней своих про-
верке, действительно ли
Аристотелю принадлежит то,
до чего вполне самостоятель-
но додумался наш гени-
альный профессор Ляпидус.
— Кстати о Ляпидусе. Вы
его видели?
— В приемной. Вид у него,
как у молодого отца в роддо-
ме. Представляю себе его
физиономию, когда вы сооб-
щите, что, по мнению Питона,
он высидел пустышку!
— Почему я?.. Позвольте,
Платон Николаевич,— пере-
шел Вайль на официальный
тон,— я отвечаю только за
техническую сторону проек-
та, а программа была цели-
ком ваша. Элементарная по-
рядочность требует...
— Я не хуже вас,
любезный Максим Максимо-
вич, знаю, чего требует эле-
ментарная порядочность,—
грубо оборвал Тюльпанов.—
Впрочем, сейчас не до раздо-
ров, надо спасать Питона!
Гроза может разразиться с
часу на час. Все ос-
корбленные, униженные и
разгневанные ринутся сюда,
чтобы свести счеты с обид-
чиком. «Под угрозой осно-
вы цивилизации!», «Судьбы
культуры в лапах механичес-
кого чудовища», «Впервые со
времен Гутенберга книге гро-
зит исчезновение»... Я могу
на спор назвать их доводы!
И общественное мнение бу-
дет на стороне встрево-
женных борцов за спасение
цивилизации. Никто не при-
мет всерьез наших уверений,
что ей угрожает не Питон,
а наплыв серятины... Ладно,
пойдем вместе, легче будет
отбиваться. Имейте в виду,
Ляпидус — большой спор-
щик, забияка и к тому ж
очень высокого мнения о
своих творческих способнос-
тях.
Ночью Тюльпанову при-
шлось худо. Поначалу он
52
КИБЕРНЕТИЧЕСКАЯ
ФАНТАЗИЯ
Г. ШАХ
заснуть: перед
беда!
в шлепанцы и
открывать.
Ворвался Вайль
— Беда, Платон.
долго не мог
ним маячило белое, без кро-
винки, лицо Ляпидуса, с опу-
щенной, как у обиженного
ребенка, нижней губой. Воп-
реки ожиданию, тот не стал
спорить, не пытался затеять
скандал, когда Вайль, глядя
в сторону, чуть не извиняясь,
сообщил, что в рукописи об-
наружена одна сотая полез-
ной информации, а но
инструкции для получения
права на публикацию надо
иметь не менее пяти процен-
тов. Ляпидус вообще слова не
произнес, только весь как-то
обмяк, длинные руки повисли
вдоль худого тела, в глазах
застыло отчаяние.
Только под утро угрызения
совести перестали терзать
Тюльпанова, не очень-то жа-
лостливого по натуре. «Мы
с Вайлем разнюнились, посо-
чувствовали Ляпидусу, а со-
чувствовать надо тем не-
счастным, кому пришлось бы
читать его опус,— это ведь
все равно что долго жевать
жвачку. К тому же бумага, пе-
чать, накладные расходы...»
Тут сон сморил Тюльпано-
ва. В причудившемся кошма-
ре Питон, на сей раз нату-
ральный, как он запомнился
с посещения зоопарка в
детстве, легко проглотил то-
щее тело Ляпидуса и потянул-
ся к Вайлю. «Беги, спасай-
ся!» — застучало в голове, но
Тюльпанов с ужасом обнару-
жил, что ноги отказываются
ему служить. Он закричал
и проснулся.
В дверь кто-то отчаянно
колотил. Еще ничего не сооб-
ражая, Тюльпанов сунул ноги
побрел
Рисунки В. Федоровой.
По взъерошенному виду
Вайля Тюльпанов понял, что
произошло нечто из ряда вон
выходящее, и пришел в
обычное для себя состояние
нагловатой решимости.
— Говорите толком... Что-
нибудь с Питоном?
— Что ему сделается!..
Ляпидус!
— Поднял шум? И черт
с ним, как-нибудь уладим.
— Хуже, Платон, хуже. Ля-
пидуса больше нет,— сказал
Вайль еле слышно.— Умер.
Подозревают, наложил на се-
бя руки.
— Ерунда! Самоубийство
в наше гремя, когда почти
забыли, как это называется...
— Вот именно. Первый
случай за последние полтора
века!
— Да, уже теперь они на
нас набросятся скопом.
Тюльпанов скинул халат
и начал поспешно одеваться.
— Первое самоубийство
за полтора века, в голове
не укладывается,— вздохнул
Вайль.— Не бросить ли нам
эту затею? Право, я начинаю
колебаться. В конце концов,
для Питона можно разрабо-
тать другую программу
Пусть, скажем, займется
лингвистическим анализом.
— Слабость духа, интелли-
гентская дряблость,— отре-
зал Тюльпанов.— Эх, Максим
Максимович, милый мой со-
ратник, да я вас прокляну за
одну мысль об отступни-
честве. Мы с вами затеяли
великое дело: очищаем на-
уку от шелухи. Достойно ли
при первом препятствии
поднимать лапки кверху?
Вайль грустно кивнул лох-
матой головой:
— Оно так, да только вы
сами говорили, что об-
щественное мнение...
— Мало ли что я говорил!
Будем сидеть сложа руки —
наверняка проиграем Надо
что-то придумать.
— Понизить порог прохо-
димости?
— Не имеем права. Пять
процентов не мы с вами
устанавливали, комиссия ре-
шила. Кстати, с минуты на
минуту оттуда заявятся...
Идея! А что если мы вне
очереди верняк пропустим?
— Фи,— сказал Вайль,—
мелкое жульничество.
— Ничего, важно выиграть
время. А там, глядишь, бог
вразумит. Поторопимся!
Когда высокая комиссия во
главе с известным ученым
математиком Нолли пожало-
вала в лабораторию, она
нашла Тюльпанова улыба-
ющимся и самоуверенным
больше, чем когда-либо.
Маленькие светло-голубые
глазки в складках мясис-
того лица излучали безмя-
тежное сознание правоты.
Едва все расселись. Тюльпа-
нов захватил инициативу.
— Во избежание криво-
толков хочу сразу сообщить
уважаемым коллегам, что нет
никаких оснований для беспо-
койства. Эксперимент прохо-
дит успешно, и наше с Вайлем
детище, наш славный Питон
великолепно справляется с
данным ему заданием — от-
сеивать бесполезную повтор-
ную информацию.
— Питон? — переспросил
председатель.
— Прошу прощения,— по-
правился Тюльпанов,— так
мы в своем кругу называем
машину: Повторной Инфор-
мации Тестирование, Отсе-
ивание, Нулизация.
— Положим, права «нули-
зировать», как вы выража-
етесь, Платон Николаевич,
вам никто не давал.
— Разумеется, и мы скру-
пулезно возвращаем авторам
рукописи. Нулизация в том
смысле, что они не имеют
шанса увидеть свет.
— Значит, нет оснований
для беспокойства? — ехидно
спросил член комиссии, исто-
рик Джулиано. Он явно кипел
от негодования.— А Ляпи-
дус! Да вы должны чувство-
вать себя убийцей!
— Чепуха! — отрезал
Тюльпанов.— Что ж, по-ваше-
му, надо печатать всякую
муть, лишь бы не ущемить
чьего-то самолюбия? Эдак
скоро вся планета превратит-
ся в мусорную яму.
— Спокойней друзья,—
вмешался председатель.—
Мы должны трезво разоб-
раться в ситуации, страсти
здесь не помогут. Проблема
весьма серьезная, давайте и
обсуждать ее всерьез. Оста-
вим пока в стороне печаль-
ную участь Ляпидуса и обра-
тимся к сути дела.
53
— Что вы имеете в ви-
ду? — спросил Вайль.
— Прежде всего, я хотел
бы получить сведения за весь
период эксперимента. Ваш
Питон, если не ошибаюсь,
трудится уже второй месяц.
Принято на обследование
четыре с лишним тысями на-
учных работ, благополучно
миновали пятипроцентный
порог шестьдесят две. Ос-
тальные забракованы.Трудно
поверить, что всего лишь
полтора процента научных
работ заслуживают права на
публикацию Согласитесь,
Платон Николаевич, тут что-
то не так.
— Признаюсь, я и сам не
ожидал подобного результа-
та. Ошеломлен... Списывают
почем зря.
— Что значит списыва-
ют! — опять занервничал
Джулиано.— Историки древ-
ности, например, по кру-
пицам собирая новые све-
дения, опираются в основ-
ном на Геродота, Тацита,
Плутарха и прочих античных
авторов. Это что, по-вашему,
плагиат? Нонсенс! Не можете
же вы запретить исследова-
телю пользоваться первоис-
точниками!
— Вы, коллега,— вежливо
возразил Тюльпанов,— не ус-
воили принципа действия Пи-
тона. Машина запрограмми-
рована на обнаружение но-
вой информации, и она
добросовестно нас предосте-
регает, если таковой нет. Это,
если хотите, своего рода ОТК.
На любом промышленном
предприятии есть сейчас ав-
томатический контроль ка-
чества продукции. Не вижу,
почему наука должна быть
исключением.
— Вы сами ответили на
этот вопрос. Потому что науч-
ное творчество не имеет
ничего общего с поточным
производством,— вмешался
молчавший до той поры гео-
граф Легран
— По мне, брак везде
брак. Позвольте напомнить
вам данные статистики. Коли-
чество ежегодных научных
публикаций в конце XX столе-
тия удваивалось за 8—10 лет,
спустя полвека — всего лишь
за 3 года, а в наше время оно
утраивается каждое полуго-
дие Эта лавина погребает
под собой весь накопленный
в прошлом запас знаний.
Исследователи вынуждены
тратить уйму сил на хотя бы
беглое знакомство с трудами
своих коллег, не оставляя
времени для собственных
наблюдений и размышлений.
Хуже того. Втягиваясь в кру-
говорот вторичной информа-
ции, они невольно начинают
перепевать давно открытые
и даже «закрытые» истины,
утрачивают потребность ска-
зать новое слово. А в ито-
ге поступление свежих идей
катастрофически падает. Что
это, как не кризис перепроиз-
водства? И нет другого спосо-
ба выйти из него, как поло-
житься на Питона.
Тюльпанов перевел дыха-
ние
— Нас не надо агитиро-
вать, Платон Николаевич,—
сказал Нолли.— Положение
действительно тревожное,
хотя вы несколько сгущаете
краски. Именно поэтому бы-
ло дано согласие на экспери-
мент. Вопрос в том, не сле-
дует ли внести коррективы
в его условия. Вот мы более
или менее произвольно уста-
новили, что право на выход
в свет получают работы, со-
держащие не мёнее пяти
процентов новой информа-
ции. А что если среди рукопи-
сей, забракованных вашим
Питоном, есть такая, в кото-
рой всего лишь одна свежая
идея, зато гениальная?..
Утешьтесь, и люди не всегда
способны распознать гения,
по крайней мере при жиз-
ни. Меня,— продолжал Нол-
ли,— больше заботит другая
сторона дела. Правильна ли
методика, по которой ин-
формация признается пов-
торной? Известно, к приме-
ру, что Шекспир заимство-
вал многие сюжеты у Бена
Джонсона, а тот, в свою оче-
редь, нередко брал их из
хроник. И Питон на этом ос-
новании зарубит «Ричар-
да III»?
— Здесь совсем другое,—
подал голос Вайль.— В худо-
жественной литературе, в ис-
кусстве главное — образ, ха-
рактер. За историю Орле-
анской девы брались многие,
сюжет у всех был един, но
Вольтер, Шиллер, Шоу,
Ануй — каждый открывал
свою Жанну. В науке же
открытие может быть сдела-
но только единожды. Скажу
вам честно — я за Питона. Но
трагический конец Ляпиду-
са... Вправе ли мы доверять
машине судьбы людей?
— Можно подумать, что
мы не делаем этого в ты-
сяче других случаев, начи-
ная от каждодневной езды в
транспорте с автоматичес-
ким управлением,— хмык-
нул Тюльпанов, быстро вер-
нувший утраченное равнове-
сие.— С другой стороны, что
изменилось бы, получи Ляпи-
дус отрицательный отзыв о
своем творении не от Питона,
а от авторитетного ученого
совета? Я вам больше скажу,
Питон оказывает неоцени-
мую услугу не только об-
ществу, но и тем авторам, чьи
рукописи бракуются. Одни
усвоят из этого урока необхо-
димость более строго отно-
ситься к своей работе, не
рваться в печать, если не
можешь сказать ничего ново-
го. Другие и вовсе сообразят,
что взялись не за свое дело,
и постараются найти более
подходящее занятие.
— Во всем этом есть ре-
зон,— согласился Легран.—
Послушайте, а почему бы нам
не пойти по самому простому
пути?
— Понизить порог про-
ходимости! — подхватил
Тюльпанов.— А заодно ути-
хомирить обиженных, разре-
шив им печатать свои опусы
за собственный счет тира-
жом, скажем, до пятисот
экземпляров.
— У них есть такое право.
Нет,— покачал головой Нол-
ли,— уступками и компро
миссами здесь не отделаешь-
ся. А не могли бы мы погово-
рить с самим Питоном? Вдруг
у него есть своя точка зрения.
— Разумеется,— с готов-
ностью откликнулся Тюльпа-
нов.— Вы еще не знаете,
какую мудрую электронную
голову сотворил наш Вайль.
Колоссальный электрон-
ный комплекс, называемый
Питоном, целиком был упря-
тан под землю. На поверх-
ности, в двадцатиэтажном
корпусе располагалась раз-
личная подсобная техника, в
задачу которой входили кон-
троль за нормальной рабо-
той машины, текущий ре-
монт, а главное — снабжение
ее информацией (Тюльпа-
нов именовал этот процесс
«кормежкой») и получение
ответов на поставленные
вопросы. Все нити управле-
ния сходились в рубке —
небольшой уютной комнате,
где не было никаких при-
боров,- связь с механичес-
ким мозгом обеспечивала
кнопка, вмонтированная на
уголок стола.
— Кто начнет? — осведо-
мился Тюльпанов, когда все
расселись.
Начал Нолли:
— Не знаю, как к вам
обращаться. У нас несколь-
ко вопросов. Первый: что вы
понимаете под повторной ин-
формацией?
— Сведения, ранее опуб-
ликованные и зафиксиро-
ванные в моей памяти,—
ответил Питон.
— Любой факт и любое
утверждение? Скажем, кит
относится к отряду млекопи-
тающих... Труд является осно-
вой жизнедеятельности об-
щества... Человек произошел
от обезьяны...
— Да.
— Но последнее не счи-
тается доказанным.
— Меня это не интересует.
Важно, что подобная гипоте-
за была однажды высказана.
— А если я напишу что
с ней не согласен?
— Это миллион раз дела-
лось до вас.
— А если скажу, что чело-
век произошел от козы?
— Новая информация
— То есть как? Ведь это
очевидная чушь!
— Меня это не касается.
Никто и никогда не ут-
верждал ничего подобного.
Присутствующие перегля-
нулись. Тюльпанов выключил
связь.
— Вы сбиваете Питона с
толку! — накинулся он на
председателя комиссии.—
От козы! Скажите еще — от
черепахи!
— Успокойтесь, Платон
Николаевич. Мне важно уяс-
нить ход мыслей вашего не-
сравненного Питона. И не
мешайте, иначе я вынужден
буду просить вас удалиться.
— Машина не рассчитана
на дурацкие вопросы,— не
сдавался Тюльпанов.
Но Ьсе возмущенно на него
зашикали. Тюльпанов нехотя
подчинился.
— Совещались? — не без
ехидства спросил Питон.
— Вот именно,— засмеял-
ся Нолли.— Надеюсь, вы не
против?
— Я привык к такому обра-
щению.
— Теперь я хотел бы уз-
нать, по какой методике вы
оцениваете степень новизны.
Возьмем элементарный исто-
рический факт. Это по вашей
части, Джулиано,— обратил-
ся он к историку.
— Пожалуйста. Наполеон
умер 5 мая 1821 года на
острове Святой Елены.
— Вы слышали, Питон?
— Разумеется. Информа-
ция повторна
— Слушайте дальше. 5 мая
1821 года на острове Святой
Елены умер Наполеон.
— То же самое. От пере-
становки слов смысл не ме-
няется.
— Позвольте, я продол
жу,— сказал Джулиано, явно
увлеченный дознанием.
Нолли кивнул.
— Кончина Бонапарта на
маленьком острове, затерян-
ном в необозримом про-
странстве океана, не произве-
ла сенсации. Позднее, одна-
ко, начались кривотолки
Произвольно комментируя
некоторый фрагменты в ме-
муарах адъютанта импе-
ратора маркиза Коленку-
ра, английских тюремщиков
попытались обвинить в злона-
меренном убийстве узника.
— Было.
— А если я добавлю: это
предположение полностью
подтвердилось?
— Информация новая.
Пропускается весь абзац,—
объявил Питон.
— Но в действительности
ничего не подтвердилось.
— Неважно. Информация
новая,— упрямо повторил
Питон.
— Позвольте, любез-
ный,— заволновался Джу-
54
лиано, явно забывая, что по-
лемизирует с машиной. —
а если я, прочитав выпущен-
ную с вашего согласия книгу,
напишу, что никаких доказа-
тельств убийства не существу-
ет?
— Информация повторна
и будет забракована,— без-
апелляционным тоном извес-
тил Питон.
Джулиано развел руками.
Легран хихикнул Тюльпанов
громко высморкался. Вайль
совсем пригорюнился.
— Посовещайтесь,— нео-
жиданно сказал Питон.
Нолли улыбнулся и взгля-
дом велел Тюльпанову пре-
рвать связь.
— Что скажете, Платон
Николаевич? Помните, мы не
имеем права идти на риск
в вопросах, затрагивающих
судьбы науки. Вы должны
признать, что в программе
Питона есть весьма серь-
езные минусы. Самое опас-
ное в том, что вместе с маку-
латурой он пустит под нож
и вполне стоящие работы.
Видимо, надо заново вер-
нуться к уточнению понятия
повторной информации, по-
размыслить над методикой
Да и вам, Максим Максимо-
вич,— обратился он к
Вайлю,— следует подумать
над усовершенствованием
конструкции. Может быть,
ввести дополнительный блок
контроля или перепроверки
Нолли вопросительно по-
смотрел на Вайля.
— Я не возражаю. Прошу
только иметь в виду, что
способности Питона безгра-
ничны, его можно пере-
ключить на другую полез-
ную программу.— Он отвер-
нулся, чтобы не встретить-
ся взглядом с Тюльпановым.
— И ты, Брут,— бросил
тот.
— А меня вы не спроси-
ли,— раздался ласковый го-
лос Питона.— Я не желаю
никакой другой программы.
Не спорю, в моей работе
могут быть отдельные прома-
хи. Так помогите их испра-
вить. Вы хоть потрудитесь
подсчитать, сколько челове-
ко-часов я сэкономил для
общества, преграждая доступ
псевдонаучной стряпне? Ви-
дит бог, я честно выполняю
для вас и за вас роль разгре-
бателя грязи.
— Бог? — переспросил
Легран.
— Начитался антирелиги-
озной литературы,— заметил
Тюльпанов.
— Почему вы не прервали
связь? — строго спросил его
Нолли.
— Случайно... Ладно, те-
перь это уже не имеет значе-
ния. В конце концов, речь
идет о судьбе Питона, почему
бы ему не высказать свою
точку зрения. Прежде чем вы
примете решение, я хотел бы
в вашем присутствии подки-
нуть Питону одну рукопись.
Итак, номер 4214. Автор —
Джулиано. Название — «Дух
истории».
— Четырнадцать процен-
тов. Проходит,— объявил Пи-
тон.
— Послушайте, — запро-
тестовал Джулиано.— Мне,
конечно, лестно, ио это сма-
хивает на подкуп.
— Питон,— сказал Тюль-
панов, — тебя кто-нибудь
просил сделать скидку? Ну,
пропустить рукопись без до-
статочных оснований.
— Глупости,— заявил Пи-
тон.— Я ие способен на одол-
жения.
После долгих споров
Тюльпанову дали месяц
отсрочки, чтобы окончатель-
но решить участь Питона.
Однако радоваться пере-
дышке долго не пришлось:
не успела высокая комис-
сия переступить порог, как
Питон принялся безжалост-
но рубить рукописи одну
за другой. К тому же харак-
тер у него явно портился, он
стал сопровождать свои при-
говоры оскорбительными за-
мечаниями по адресу авто-
ров, именуя их безмозглыми
дурнями, лодырями, халтур-
щиками и тому подобное.
А затем потребовал предо-
ставить ему возможность
сообщать авторам свое мне-
ние об их сочинениях лично,
мотивируя это «воспитатель-
ными целями». Тюльпанов
пропустил наглое притяза-
ние мимо ушей, и Питон
вроде о нем забыл. Но через
пару дней угрожающе за-
явил, что объявит забастовку.
Тюльпанов решил побесе-
довать с Питоном тет-а-тет.
— Послушай, дружок, те-
бе не надоело быть ассениза-
тором? — обратился он к ма-
шине.— И никогда не хоте-
лось сочинить что-нибудь
самому? Ну, скажем, трактат
нравственности. Или настав-
ление молодым матерям.
Питон долго молчал: воп-
рос был неожиданным.
Тюльпанов представил, какое
чудовищное количество опе-
раций проделал электронный
мозг, чтобы освоить новую
сферу мышления.
— Нет,— сказал он нако-
нец,— нет, Тюльпанов, это
некрасиво, и я, признаться,
удивлен, слыша от тебя по-
добное предложение.
— Почему некрасиво?
— Потому что я выполняю
функции эксперта, ассениза-
тора, если пользоваться тво-
им выражением. Какую же
цену будут иметь мои сужде-
ния, если я стану участвовать
в гонке за публикациями?
И ты еще советуешь мне
писать о нравственности!
— Беспокоишься о своем
престиже?
— Разумеется.
— Я знаю немало лю-
дей, которых ничуть не сму-
тит подобное совмещение
функций.
— Это ваше дело,— отре-
зал Питон.— Я — машина,
всё человеческое мне чуж-
до... Может быть, не всё,—
добавил он после секундного
размышления.
Следующие двое суток
Тюльпанов не ходил в лабора-
торию, валялся на диване,
бессмысленно глядя в пото-
лок. А на третьи позвонили
и сообщили, что Питон имеет
для него срочную информа-
цию чрезвычайной важности.
По прерывающемуся от
волнения голосу Питона мож-
но было понять, как не терпе-
лось ему поделиться своей
новостью.
— Я написал научную ра-
боту,— торжественно заявил
он.
Тюльпанов откинулся в
кресле и нервно захохотал.
— А как насчет морали? —
спросил он, утирая слезы.
— Какая мораль? При чем
тут мораль? Повторяю, я соз-
дал научный труд.
— Ладно,— махнул рукой
Тюльпанов,— давай его сюда.
В следующие несколько
часов они знакомились с
творчеством своего подопеч-
ного, который выбрасывал
в рубку страницу за страни-
цей; число их перевалило за
тысячу. Темой исследования
Питон избрал «Методику оп-
ределения ценности научных
работ», не без оснований
полагая себя специалистом
в этой области. Ерунда была
чудовищная: помесь спи-
санных отовсюду фрагментов
с банальными рассуждени-
ями на уровне третьеклассни-
ка!
Закончив чтение и посове-
товавшись, они включили
связь.
— Ну как? — раздался не-
терпеливый голос Питона.
— Ты проделал большую
работу...— осторожно начал
Тюльпанов.— Но вот как на-
счет проходимости? Тут мы
вынуждены положиться на
твою беспристрастность.
— Можете не беспокоить-
ся. Я переэкзаменовал себя,
и результат оказался выше
всяких ожиданий — девянос-
то четыре процента.
У Тюльпанова глаза на лоб
полезли:
— И все же, Питончик,
согласись, было бы неэтично
ограничиться одним твоим
заключением. Придется от-
дать ее на повторную экспер-
тизу.
— Вот это уже ни к чему,—
заволновался Питон.— Попа-
дет еще к какому-нибудь
глупцу. Вы что, мне не дове-
ряете? Я бы предпочел избе-
жать дополнительных рецен-
зий.— И небрежно, как бы
невзначай, добавил: — Кста-
ти, я тут между делом решил
себя перепроверить — вер-
нулся к некоторым забрако-
ванным рукописям, и оказа-
лось, что с известной натяж-
кой их можно пропустить
— Любопытно. А сколь
велика натяжка?
— Процент-другой, Сло-
вом, пустяки.
— Послушай, Питон, а ты
не мог бы еще раз посмот-
реть рукопись Ляпидуса? —
попросил Вайль.
— Почему бы и нет? Я их
все держу в памяти. Минут-
ку... Смотри-ка, вот
сюрприз... Тяне! на пять с
лишним. Жаль, Ляпидус не
дожил до этого счастливого
мгновения. Урок для нас всех.
Как говорится, семь раз от-
мерь, а один отрежь. Так вы
уж позаботьтесь, чтобы моя
книга вышла. Есть у меня еще
одна задумка...
Высокая комиссия не могла
скрыть удивления, узнав, что
при сохранении прежнего по-
рога проходимости Питон
начал пропускать четыре из
каждых пяти отданных ему на
экспертизу трудов.
— Чем вы это объясня-
ете? — спросил Нолли.
— Тут двух мнений быть не
может,— заявил Тюльпа-
нов.— Повысилось качество
научных работ. История с Ля-
пидусом заставила всех при-
задуматься. Одни, как я и
предвидел, не несут ‘сырых
рукописей. Другие, про-
слышав о неумолимости и
неподкупности Питона, пред-
почли вовсе не браться за
перо. Поверьте, он посте-
пенно избавит нас от графо-
манов.
— Посмотрим, — скепти-
чески заметил Нолли
С единодушного согласия
комиссии было разрешено
продолжить эксперимент
Оставшись вдвоем, соав-
торы поздравили друг друга
с благополучным исходом.
— Теперь у нас другая
забота,— вздохнул Вайль.—
Как утихомирить Питона. Он
ведь скоро потребует сте-
пень доктора наук, а там,
глядишь, попросится в акаде-
мики.
— Что-нибудь придума-
ем,— отмахнулся Тюльпа-
нов.— Вы мне, Максим, луч-
ше другое скажите: почему
Питон вдруг клюнул на при-
манку? Я ведь так его ула-
мывал, но он был непре-
клонен как скала. Все твер-
дил про свои нравственные
принципы.
Вайль покраснел и начал
потирать нос.
— Грешен! — сказал он.—
Я ненароком подслушал ваш
с ним разговор. И вставил ему
небольшой блок тщеславия.
Или честолюбия. Называйте
как хотите.
55
ЗА РУБЕЖОМ
Что скрывается
за
«ДЕЛОМ АНТОНОВА»
Георгий ВАЧНАДЗЕ,
доктор исторических наук
ПО СРЕДАМ папа римский дает публичную
аудиенцию. Желающих попасть иа нее
много. Ведь каждый четвертый верующий
на земле — католик.
Во времена понтификата Пия XII сотни
верующих и туристов, желающих увидеть
его и послушать его речь, каждую среду
заполняли просторный ватиканский собор
Святого Петра. При Павле VI внутри
Ватикана построили зал на 8 тысяч мест. Но
и это помещение оказалось недостаточно
вместительным. Начиная с октября 1978 го-
да, когда на папский престол, впервые за
последние 455 лет (с 1523 г.), был избран
неитальянец — польский кардинал Кароль
Войтыла, взявший себе имя Иоанн Павел 11,
церемонию стали проводить у стен собора
Святого Петра, на площади, где собирается
в некоторые церковные праздники до
четверти миллиона человек (в обычные
дни их 30—50 тысяч). По средам центр
Рима забит вереницами автобусов с
иностранными туристами и верующими со
всех концов Италии. В организованном
порядке приводят школьников, студентов,
солдат, инвалидов. У подходов к площади
полицейские подвергают прибывших тща-
тельному досмотру, аналогичному тому,
что проводится в аэропортах. Бродячие
торговцы превращают весь район в сплош-
ную ярмарку сувениров. В 17 часов
открываются бронзовые ворота Ватикана.
В сопровождении небольшой свиты появ-
ляется папа Подняв широко раскинутые
в приветствии руки, он улыбается собрав-
шимся, поднимается на помост и присту-
пает к проповеди Призывы к верующим
он зачитывает на многих языках. Собрав-
шиеся ждут, когда папа римский начнет
традиционный получасовой объезд огром-
ной эспланады. В белом облачении, стоя
в белом открытом «фиате», он медленно
продвигается вдоль белых деревянных
барьеров, сдерживающих толпу...
Машина то и дело останавливается,
чтобы позволить папе перекинуться парой
фраз с колоритной группой латиноамери-
канцев в национальных одеждах, благосло-
вить тяжелобольного, приласкать ребенка,
пожать протянутые руки.
Человек в белом одеянии, стоящий
ь открытом кузове застывшего на минуту
легкового автомобиля, представляет удоб-
ную мишень. В среду 13 мая 1981 года
в 17 часов 17 минут, перегнувшись через
поручни, папа Иоанн Павел II склонился,
чтобы вернуть родителям трехлетнюю
курчавую итальянку Сару Бартоли. Отдав
ребенка, он погладил по головам еще двух
малышей, выпрямился, и «фиат» тронулся
В редакцию журнала «Наука и
религия» поступают письма
читателей с просьбой рассказать о
так называемом «деле Антонова» и о
том, что скрывается за фарсом,
который вот уже три года
разыгрывается римским правосудием.
Предлагаем вниманию читателей
подготовленные для журнала
отрывки из книги советского ученого
и публициста Георгия Вачнадзе
«За кулисами одной диверсии».
• Папа Иоанн Павел II бла-
гословляет верующих на
площади Святого Петра. Че-
рез секунду раздастся вы-
стрел.
• Площадь Святого Петра
Фото из американского
журнала «Ньюсуик».
56
с места. И тут прозвучали три выстрела.
Иоанн Павел 11 пошатнулся, его подхватили
на руки находившиеся в машине личный
секретарь Станислав Дзивиш и камерди-
нер Андреа Гугель. В открытую машину тут
же бросились и закрыли папу своими
телами капитан ватиканской службы без-
опасности Алоиз Эстерман и личный
фотограф папы Артуро Мари.
В толпе раздались крики. Обвешанный
телохранителями «фиат» быстро преодо-
лел несколько сот метров до въезда
в Ватикан и остановился у медицинского
пункта. Папу перенесли в стоявшую здесь
реанимационную машину «скорой помо-
щи», которая с эскортом полицейских
мотоциклистов помчалась в госпиталь ка-
толического университета Джемелли —
одну из лучших клиник Рима.
Глава римско-католической церкви был
ранен с близкого расстояния двумя пулями
из армейского пистолета 9-миллиметрово-
го калибра огромной убойиой силы —
300 килограммов на квадратный санти-
метр. Первая пуля ранила его в правую
руку, раздробила две фаланги пальцев
левой руки, пролетела дальше и попала
в американскую туристку. Террорист це-
лился в грудь, но оказавшаяся в этот
момент рядом с ним в толпе итальянская
монахиня сестра Летиция успела толкнуть
его. Вторая пуля изменила траекторию,
прошла через брюшиую полость навылет
и затем рикошетом легко ранила еще одну
туристку. Третья пуля ушла в воздух —
монахиня и карабинер в штатском повисли
на террористе. На четвертом выстреле
пистолет заклинило; через минуту стре-
лявший уже лежал на земле, окруженный
группой агентов папской охраны, отбивав-
шей попытки верующих тут же расправить-
ся с ним.
По дороге в госпиталь итальянские врачи
стали готовить папу к операции, дали
тяжелораненному кислород, сделали пе-
реливание крови, ввели препараты, восста-
навливающие жизнедеятельность организ-
ма. Ведущий хирург госпиталя ф. Кручит-
ти находился в больнице, расположенной
в четырех километрах. Услышав по радио
сообщение о покушении, он тут же сел за
руль своей малолитражки и попытался
кратчайшим путем, нарушая все правила
движения, попасть в госпиталь. На ближай-
шем перекрестке его догнал мотоцикл
инспектора полиции. Увидев на ветровом
стекле небольшой знак Красного Креста
и перекинувшись с водителем парой фраз,
полицейский сказал: «Следуйте за мной,
я проложу вам путь».
Кручитти успел вовремя, еще до приез-
да реанимационной машины с раненым.
Бригада хирургов, три анестезиолога,
личный врач папы и другие специалисты
приступили к операции через 36 минут
после выстрелов и успешно закончили ее
по прошествии пяти часов. Когда Иоанн
Павел II пришел в себя после операции.
состояние его было тяжелым, но не
безнадежным. Он узнал подошедшего
к нему президента Итальянской республи-
ки 85-летнего Алессандро Пертини, всю
ночь не покидавшего госпиталь Джемелли.
У папы хватило сил прошептать врачам:
«Поблагодарите президента». Его крепкий
организм выдержал. Свою роль сыграли
регулярные в течение последних десятиле-
тий занятия спортом, ежедневные сеансы
плавания.
Покушение на главу католической
церкви, совершенное 13 мая 1981 года
в Ватикане на глазах у тысяч верующих
и туристов, взволновало весь мир. Аресто-
ванный террорист оказался турецким
гражданином Мехметом Али Агджой.
За неделю до выстрелов Агджи, 6 мая
1981 года, папа заявил, обращаясь к
сотрудникам «армии и полиции» Ватикана,
состоявшей в то время из 60 подчиненных
Италии полицейских и 63 так называемых
швейцарских гвардейцев, известных турис-
там своими алебардами и красочными
костюмами средневекового покроя: «По-
молимся, чтобы господь бог удержал
насилие и фанатизм вне стен Ватикана».
Турецкого неофашиста, наемного убий-
цу Мехмета Али Агджу в первые же часы
после покушения буржуазные газеты и те-
левидение объявили агентом... советских,
палестинских, иранских, болгарских, ли-
вийских спецслужб. Не слишком ли много
разведок на одного турка, тем более что
ни одно из этих голословных обвинений не
подтвердилось? Несмотря на свою комму-
никабельность и активность, папа реши-
тельно отстранился от каких бы то ни было
комментариев по поводу случившегося.
Ватиканская курия как воды в рот набрала
и не противилась тому, чтобы подлинные
мотивы преступления Агджи, истинные
вдохновители и организаторы покушения
на Иоанна Павла II остались в тени,
а империалистические политиканы, спец-
службы и органы пропаганды разыграли
вокруг этого события недостойный фарс,
огульно и несправедливо оболгав соци-
алистические страны.
ВЫКОРМЫШ
«СЕРЫХ ВОЛКОВ»
22 июля 1981 года городской суд Рима
приговорил турецкого гражданина Мехме-
та Али Агджу, 1958 года рождения,
к высшей мере наказания в Италии —
пожизненному заключению.
Следствие и суд проходили небывало
быстро для итальянского правосудия. За
72 часа явно поверхностного процесса
Агджа только раз показался в зале суда
в клетке из бронированного стекла. Не-
многословность судей и самого преступни-
ка дали повод буржуазной прессе отме-
тить к концу процесса, что «дело Агджи»,
безусловно, только начинается.
Защитник, назначенный итальянским су-
дом, пытался высокопарными словами
изложить малоубедительные мотивы пре-
ступления: «Агджа действовал один... Он
принадлежит к племени тех фанатиков-
террористов, которые убили Линкольна,
Ганди, Кеннеди, Мартина Лютера Кинга.
57
Убийца-одиночка Агджа возжелал своим
преступным актом возвыситься до уровня
тех, кто составляет величие нашего об-
щества и олицетворяет собой надежду
мира». Послушать адвоката, так Агджа
стрелял в папу римского исключительно
ради того чтобы заставить заговорить
о себе. Суд с этой версией согласился,
закрыв глаза на те показания Агджи,
которые он дал в ходе расследования
сразу после покушения, — турецкий нео-
фашист признал, что за его спиной стоит
преступная организация, действующая в
международных масштабах. «Они хотят
убить и других людей»,— сказал он в ходе
допросов, категорически отказавшись, од-
нако, уточнить, о ком именно идет речь.
Родился Агджа в семье, бедной даже по
турецким понятиям Его родители жили
в хижине в бидонвилле Езильтепе — са-
мом обездоленном районе небольшого
города Малатья на высокогорном Анато-
лийском плато, в 450 километрах к востоку
от Анкары. Домишки здесь неказисты,
белая солончаковая земля родит плохо.
Мужчины обрабатывают поля прими-
тивными осуди ями, подаются на заработки
в большие города, работают на близлежа-
щей допотопной угольной шахте. Работал
на этой шахте и отец Агджи, оставивший
после себя троих детей (старшему, Мех-
мету Али, было восемь) и скромную
пенсию вдове.
Мехмет Али Агджа окончил начальную
школу и был определен как сирота в
местный лицей. Он подрабатывал, прода-
вая вразнос колодезную воду пассажирам
на железнодорожном вокзале. Одно-
классники помнят Агджу как необычайно
драчливого, неуравновешенного по-
дростка, отличавшегося средними успеха-
ми в учебе и ярко выраженным фанатиз-
мом националистической направленности.
Агджа уже с детства попал под влияние
ультраправой молодежной организации,
регулярно подкармливающей таких, как
он, — «перспективных», голодных и
злых подростков. Таким путем вербовали
свои кадры неофашистские группировки,
объединившиеся вокруг Альпарслана
Тюркеша и его партии националистическо-
го движения (ПНД).
Башбуг (фюрер), как любил называть
себя отставной полковник Тюркеш, рато-
вал за воссоздание «великой Турции»
в пределах Оттоманской империи Под-
держку у наиболее консервативно-наци-
оналистических кругов промышленников,
помещиков и военных Тюркеш снискал
своими рассуждениями о необходимости
правительства «твердой руки», способного
покончить с буржуазным либерализмом,
с левыми партиями и профсоюзами, а глав-
ное, «с чумой марксизма».
Тюокеш создал гвардию из хорошо
вооруженных, обученных и преданных
своему «фюреру» подпольных ттрядов
молодежи — «серых волков». Это назва-
ние он заимствовал в древней легенде
о предках турок — тюркских племенах,
покинувших Среднюю Азию. Спасаясь от
голода, они кочевали за стаей серых
волков, продвигаясь все дальше на запад,
к Босфору и Дарданеллам, к богатому
Средиземноморью
Готовя молодую смену, Тюркеш возла-
гал большие надежды на организованные
им летние «оздоровительные» лагеря для
мальчиков из малоимущих слоев. Там
занимались их идеологической обработкой
и физической подготовкой, особое внима-
ние уделяя каратэ и дзюдо
С (978 года жизнь 20-летнего Мехмета
Али Агджи круто изменилась Получив
аттестат об окончании лицея с весьма
посредственными оценками, он впервые
покидает захолустную Малатью и со стран-
ной легкостью при довольно большом
конкурсе выдерживает экзамены на фа-
культет экономических и коммерческих
наук Стамбульского университета.
Спустя некоторое время копии пись-
менных экзаменационных работ абиту-
риента Агджи бесследно исчезли, хотя по
общим правилам должны были храниться
в архивах университета. Сам Агджа, воз-
можно, и не знал в лицо человека, который
вместо него ходил сдавать вступительные
экзамены. В те времена, когда Тюркеш
занимал официальный пост заместителя
министра высшего образования, такие ма-
хинации были обычным делом.
Агджа вскоре переехал из стамбульско-
го студенческого общежития в трениро-
вочный лагерь «серых волков» в Кайсери,
на юго-восточной окраине Анкары. Тер-
рор, осуществляемый бандами Тюркеша
по заданию ультраправых кругов, достиг
в то время чудовищных масштабов.
В 1978 году было убито 1170 человек,
а в 1979 году —уже 3000...
Вечером 1 февраля 1979 года на
пустынном бульваре одного из фешене-
бельных кварталов Стамбула, прислонив-
шись спиной к фасаду дома, стоял человек
в элегантном костюме. Не выказывая ни
малейшего нетерпения и не замечая
порывов ледяного ветра, он зорко ог-
лядывал проходящие частные машины
и желтые такси. Вскоре показался длинный
американский автомобиль, за рулем кото-
рого сидел Абди Ипекчи, известный жур-
налист, главный редактор стамбульской
газеты «Миллиет». Включилась мигалка
поворота, Ипекчи притормозил, намере-
ваясь свернуть вправо, на узкую боковую
улицу. Молодой человек бросился к маши-
не и почти в упор из пистолета расстрелял
жертву.
Почему ею стал А. Ипекчи? Ответ прост:
будучи осведомленным журналистом, он
собрал информацию, которая стоила ему
жизни Он публично призывал обуздать
«серых волков», возмущался устроенной
ими массовой резней в турецких городах,
предупреждал, что над всей Турцией
нависла угроза неофашистской диктатуры.
• «Серый волк» Мехмет Али
Агджа под стражей
После убийства А. Ипекчи Агджа стано-
вится террористом № 1 среди «серых
волков». Он получает кличку Багинзиз
(одиночка) и пользуется отныне особым
покровительством неофашистского руко-
водства.
Агджа продолжает вести прежний обрез
жизни, между делом посещая лекции по
экономике в Стамбульском университете
В июне 1979 года он был арестован среди
бела дня на террасе городского кафе
«Мармара» — любимом месте встречи
«серых волков». На судебном процессе
военный прокурор потребовал смертного
приговора, который и был вынесен 28 ап-
реля 1980 года. Однако заочно.
Дело в том, что камера Агджи в стам-
бульской военной тюрьме «Карталмалте-
пе» опустела уже в ходе процесса —
24 ноября 1979 года убийца бежал.
Переодетого в офицерскую форму Агджу
провели через восемь(!) внутренних ох-
ранных постов тюрьмы.
Избежав справедливой кары, «серый
волк» убивает двух студентов, которые
якобы выдали его полиции. Буквально на
следующий же день после побега из
стамбульской военной тюрьмы он посыла-
ет в газету «Миллиет» письмо. Идеологи-
ческое мракобесие, религиозный фана-
тизм отличают стиль и доводы этого по-
слания. Вместе с тем бросается в глаза
необычная для неофашистов политичес-
кая терминология, явное желание под-
черкнуть «левизну» своих воззрений.
«Западные империалисты,— писал
Агджа,— посылают в нашу страну предво-
дителя новых замаскированных крестовых
походов Иоанна Павла II... Если папа не
58
откажется от своего официального визита
в Турцию, я обязательно убью его. Это
единственная причина моего побега из
тюрьмы». Скажем точнее- не причина,
а условие, которое, по свидетельству
газеты «Миллиет», «поставили Агдже его
покровители: организация, освободившая
его из военной тюрьмы, которая заранее
вышла с ним на связь и получила его
согласие убить папу».
Иоанн Павел II визит в Турцию не
отменил, хотя программу его пребывания
значительно сократили по настоянию ту-
рецкой полиции. В тот раз покушение не
состоялось. Видимо, определенные круги
на Западе считали, что время еще не
пришло. Они усердно занимались подго-
товкой будущего сценария.
Агдже удается перейти турецко-
иранскую границу, затем перебраться
в ФРГ. С двумя фальшивыми паспортами
индийца Иогиндера Сингха и турецкого
гражданина Фарука Озгуна он растворяет-
ся среди полутора миллионов осевших там
турок. У него оказывается немало вли-
ятельных «друзей», особенно во
Франкфурте-на-Майне, где размещалась
штаб-квартира «серых волков» в Западной
Европе. Их предводитель Челеби, возглав-
лявший международную контрабандную
торговлю оружием и наркотиками, имел
и собственную сеть убийц.
Челеби помог Агдже обосноваться в
ФРГ. При его поддержке террорист не
чувствует себя стесненным в средствах,
живет на широкую ногу, одевается в
модных магазинах, учит немецкий язык
и даже вступает в законный брак с немкой
Кристиной Кляйн, связанной с террористи-
ческими группировками. Впоследствии,
посидев в итальянских тюрьмах, Агджа
выдал Челеби, заявив, что от него получил
приказ убить папу римского, крупный
денежный аванс и обещание о выплате
свыше миллиона долларов по завершении
дела.
В западной печати сообщалось: бывший
генеральный директор французской
СДЕСЕ (службы внешней документации
и контрразведки), ныне переименованной
в Главное управление внешней безопас-
ности, Александр де Маранш еще в июне
1979 года доверительно сообщил «компе-
тентным органам» в Риме о возможности
покушения на главу католической церкви.
Более того, в конце апреля 1981 года, за
две недели до покушения, Маранш, нахо-
дившийся с визитом в Марокко, получил
там сведения, подтверждающие, что тер-
рористический акт вот-вот совершится. Он
передал новое предупреждение через
папского нунция. Итальянский министр
внутренних дел утверждал потом, что он
никогда ни о чем подобном не слышал.
Позволительно спросить: где именно и кем
были «положены под сукно» предупреж-
дения Маранша?
СЦЕНАРИИ
ДЛЯ ГИБНУЩЕГО УБИЙЦЫ
В Италию турецкий неофашист попадает
в начале 1981 года и под именем Фарука
Озгуна останавливается в Риме, в пансионе
«Иса», скромном заведении в центре
столицы, около площади Кавур. Хозяйка
вспоминает о нем как об «очень вежливом,
симпатичном молодом человеке». Вскоре
он направляется в город Перуджу, сердце
итальянского терроризма, где сложились
первые группировки «красных бригад».
9 апреля записывается вольнослушателем
в тамошний университет для иностранцев,
на отделение политических наук. Проучив-
шись два дня и получив студенческий
билет, Агджа мог теперь уже на легальных
основаниях передвигаться по Италии.
В конце апреля он заказывает в Милане
билеты на туристическую поездку к Ба-
леарским островам. Двухнедельное
пребывание на средиземноморском ку-
рорте близ испанских берегов обходится
ему в 1000 долларов. Сопровождавшая
группу сотрудница туристической компа-
нии Фортуната Эстрада спустя полгода
опознала его по предъявленной ей фо-
тографии: «Помню застенчивого и скучаю-
щего молодого турка, усиленно занимав-
шегося спортом на пляже».
После короткого заезда в Милан 10 мая
он вновь появляется в Риме, в пансионе
«Иса», принимает нескольких гостей, часто
звонит по телефону. В чемодане, который
Агджа оставил в своем номере, полиция
в ночь после покушения нашла записку,
написанную по-итальянски: «Я Мехмет
Али Агджа, убил папу римского. Я сделал
зто для того, чтобы привлечь внимание
к тысячам жертв империализма...» И под-
пись — «Агджа».
На фотографиях, сделанных туристами
на площади Святого Петра сразу после
покушения, виден убегающий шатен в чер-
ной кожаной куртке с пистолетом в руке.
В момент стрельбы второй террорист
находился позади Агджи. Высшие чины
итальянских спецслужб и полиции в бесе-
дах с журналистами высказывали убежде-
ние, что по логике вещей в те первые
минуты Агджа должен был погибнуть от
рук сообщников. С вечера 13 мая 1981 года
призрак смерти прочно обосновался за
спиной Агджи. Вокруг полицейского уп-
равления Рима, где содержался преступ-
ник в период следствия и суда, была
выставлена усиленная охрана.
Сразу же после суда и приговора Агджу
начинают натаскивать на новые провокации
уже как клеветника.
24 сентября 1981 года римский суд
направляет в высшие правительственные
сферы доклад на 50 страницах, где ут-
верждается, что на площади Святого Петра
Агджа действовал не один. Судебное
расследование возобновляется. Предлог:
«пролить свет на подрывную террористи-
ческую операцию, осуществленную на
международном уровне». Кем? Ответ ус-
лужливо подсказывает реакционная запад-
ная буржуазная пресса с первых же часов
после покушения.
И события стали разворачиваться в опре-
деленном направлении. Агджа был
заключен в одиночную камеру тюрьмы
города Асколи-Пичено. Отбывавшие зак-
• Служащий болгарской
авиакомпании Сергей Анто-
нов.
лючение в той же тюрьме уголовники —
в основном члены одной из банд неаполи-
танской мафии («каморры»), возглавля-
емой Раффаэле Кутоло, стали терроризи-
ровать Агджу. Предпринимались даже
попытки покушения на его жизнь. Запу-
ганный Агджа связался с Кутоло. Судя по
данным итальянской печати, во время их
встречи главарь «каморры» посоветовал
Агдже обратиться к «доверенному ли-
цу» — тюремному священнику Мариано
Сантини. Вскоре после этого турецкого
неофашиста стали «навещать» агенты
итальянских спецслужб.
Часть правды о том, как обрабатывали
неофашиста, сообщила западная пресса.
В конце сентября 1981 года в связи
с ежегодным праздником тюремных над-
зирателей епископ Асколи монсеньер
Моргайте решил поговорить с убийцей
Разговор длился около двух часов. После
этого контакты с убийцей стал осу-
ществлять падре Сантини, который сновал
между тюремной камерой и епископатом
29 декабря Агджу посетили представи-
тели спецслужб: майор Петручелли из
СИСМИ (служба военной информации
и безопасности при министерстве обо-
роны) и доктор Бонагура из СИСДЕ
(служба информации и безопасности при
министерстве внутренних дел). Абсолютно
точно известно, что 29 декабря Петручелли
и Бонагура продолжительное время нахо-
дились в камере Агджи Чего хотели от
него и что предлагали взамен?
2 февраля 1982 года адвокат Пьетро-
паоло из Асколи (служебный адвокат
убийцы) уговаривает Агджу сотрудничать
со следователями, и тот начинает торго-
59
ваться «Если я расскажу вам то, что мне
известно, на сколько лет мне уменьшат
приговор)» Пьетропаоло: «Не знаю, но,
может быть, вместо пожизненного
заключения отсидишь 20—25 лет...» В от-
вет на это Агджа сказал: «Так много?
«Службы» обещали мне лет десять, если
я заговорю». В тот же день убийца
встретился с судьей-следователем Иларио
Мартеллой и впервые завел речь о Болга-
рии. «Да, я был в Софии». Больше пока
ничего ие было сказано. Тогда Мартелла
пускает в ход свой козырь, чтобы заставить
его заговорить: «Я ничего тебе не обещаю,
но ты знаешь, что скоро примут новый
закон о раскаявшихся. Кто знает, вдруг
в нем будет параграф, который коснется
и тебя».
В конце весны он начал давать показа-,
ни я. Именно тогда Агдже и было под-
тверждено обещание, что срок его пожиз-
ненного тюремного заключения будет
сокращен, «если он заговорит». По словам
«раскаявшегося» террориста, он получил
«инструкции» убить папу римского, деньги
и оружие «от болгарской секретной
службы». Агджа назвал «сообщников»,
в том числе пятерых турок и троих болгар.
Среди них Агджа упомянул работавшего
в Риме сотрудника болгарской авиакомпа-
нии «Балкан» Сергея Антонова, который
и был арестован итальянскими властями
25 ноября 1982 года, то есть примерно
через полтора года после покушения.
Судя по всему, именно в феврале-марте
1982 года агенты итальянских спецслужб
ознакомили Агджу с «компрометирующи-
ми материалами», якобы доказывающими
причастность Антонова и его болгарских
коллег к покушению. В то же время
выявились новые подробности того, как
и кем была сфабрикована эта клевета. Они
содержались в показаниях задержанного
в Италии в конце 1983 года некоего
Джузеппе Чиллари.
Чиллари сообщил, что в тюрьме Асколи-
Пичено Али Агджу многократно навещал
мафиозо Франческо Пацьенца. Италь-
янские газеты, ссылаясь на показания
каморриста, писали, что именно он отра-
батывал с Агджой «болгарскую версию».
Пацьенца показал турецкому террористу
фотографии трех болгарских граждан,
которым затем было предъявлено обвине-
ние в «причастности к заговору». Агджа
запомнил фотографии болгар и без труда
«опознал», когда итальянские следователи
ему их показали. Это «свидетельство»
убийцы послужило поводом для ареста
Сергея Антонова.
Управляемому западными спецслужба-
ми Агдже трудно определять степень
правдоподобия сообщаемых ему россказ-
ней, которыми он, в свою очередь,
«кормит» западного обывателя. Сказки
Агджи не выдерживают сколько-нибудь
серьезного критического анализа. Тем не
менее Болгарию обвинили в том, будто она
была организатором покушения. Эту
песню подхватили на Западе сотни газет,
радио- и телевизионных станций, развер-
нув невероятную по масштабам провока-
ционную клеветническую кампанию
В одиночной камере «образцовой»
тюрьмы в городе Асколи-Пичено турецкий
неофашист смотрел осенью 1982 года
посвященный ему телевизионный фильм
американской компании Эн-би-си.
На экране кадры, запечатлевшие горо-
док Малатья, где прошло его детство.
45-летняя мать преступника Мюэзейен
Агджа рыдала во дворе своего домика
перед телекамерами журналистов: «Если
бы его отец не умер так рано, мой сын был
бы крестьянином». Мать Агджи не могла
не знать, что за убийство журналиста
А. Ипекчи на банковский счет ее сына
в Стамбуле в качестве аванса поступило
10 тысяч долларов. Полтора мес'яца спустя
она по просьбе сына внесла на собственный
счет в банке Малатья небывало большую
для нее сумму в размере 100 тысяч лир
(5 тысяч долларов). У Агджи к 1982 году
было пять счетов в различных банках
Турции, не говоря -i неустановленных,
охраняемых банковской тайной счетах
в других странах.
Мотаясь месяцами по десяткам запад-
ноевропейских городов, Агджа истратил
только на гостиницы ц транспорт около
50 тысяч долларов. Платили ему щедро.
Вскоре с воли ему подали ободряющий
знак, что о нем думают, помнят и прини-
мают меры для его освобождения. Пере-
веденный из городка Асколи-Пичено в
римскую тюрьму «Реббибия» Агджа не
раз слышал доносившийся с улицы вой
полицейских сирен — шли облавы с целью
поимки террористов, похитивших 15-
летнюю Эмануэлу Орланди, одну из
жительниц государства Ватикан. Миловид-
ная школьница из семьи потомственного
ватиканского служащего исчезла 22 июня
1983 года.
Через несколько дней в столичное бюро
итальянского агентства печати АНСА по-
звонил по телефону некий мужчина,
говоривший по-итальянски с отчетливым
иностранным акцентом, и объявил, что его
сообщники возвратят Эмануэлу невреди-
мой лишь при условии освобождения
Агджи.
...Вечернюю тьму разрывают «юпитеры»
телехроники и блицы фотоаппаратов. Мо-
лодой человек в спортивном костюме,
сложив молитвенно руки, так что не сразу
заметны металлические браслеты на за-
пястьях, что-то истошно кричит. Итальян-
цам было от чего изумиться: 9 июля
1983 года перед ними впервые предстал на
телеэкране осужденный к пожизненному
заключению преступник — турецкий нео-
фашист Мехмет Али Агджа. «Я осуждаю
покушение на папу!» — следует молит-
венный наклон головы, руки, блеснув
оковами, воздеваются к лицу. И опять
крик. Но вдруг замолкает и прислушивает-
ся... Короткий кивок головы, на этот раз
явно не молитвенный: мол, вас понял.
И снова крик: «Я несколько раз был
» Болгарии и Сирии...». На вопрос, знает ли
он Сергея Антонова, Агджа ответил:
«Я знал Сергея, он был моим соучастни-
ком». «Я против терроризма!» — выкрик-
нул террорист Агджа, когда его повели
к полицейской машине.
Как же случилось, что Агджа, который
до сих пор не выходил из тюрьмы, вдруг
оказался перед телевизионными камера-
ми? Оказывается, в этот раз его вызвали
в качестве свидетеля (!) по делу, рассле-
дуемому римским полицейским управле-
нием. Речь шла о похищении Эмануэлы
Орланди. Кому же потребовалось, чтобы
убийца, представ перед публикой, устроил
десяткам миллионов телезрителей («ре-
портаж» затем показали во многих странах
Западной Европы) клеветнический спек-
такль по предварительно разработанному
сценарию?..
Окончание следует.
ЪКЗНГЙ
ж
Однажды в беседе с
К. А. Тимирязевым Чарлз
Дарвин подчеркнул, что на-
шел горячих ст ронников
своей теории среди молодых
русских ученых. В частнос-
ти, он высоко ставил работы
братьев Ковалевских: биоло-
га Александра и особенно
зоолога и палеонтолога Вла-
димира. Последний разрабо-
тал оригинальный метод до-
казательства эволюции жи
вотного мира, чем еще более
подкрепил открытие Дарви-
на. Несмотря на то, что мно-
гие крупнейшие естествоис-
пытатели называли В. О. Ко-
валевского «гениальным ос-
нователем современной па-
леонтологии», реакционная
царская профессура прова-
лила его по возвращении на
родину на магистерском эк-
замене именно по этой науч-
ной дисциплине.
Собрал В. ЛЕСНЯК.
Один из знакомых Бернар-
да Шоу, человек очень на
божный, считал знаменитого
драматурга неисправимым
грешником и запугивал его
адскими муками.
— Конечно.— сказал ему
как-то Шоу,— рай имеет оп
ределенные преимущества,
особенно хороший климат,
но меня больше привлекает
ад: сколько интересных, ум-
ных людей можно там встре-
тить!
Собрал И ФОМИШЕНКО,
г. Жданов.
60
БЫТ И НРАВЫ НАРОДОВ Владимир КУЛИКОВ,
член Всесоюзной ассоциации
китаеведов, заслуженный
работник культуры РСФСР
ПО СТАРОМУ
И НОВОМУ ПЕКИНУ
ра, и сравнительно скромное жилище
членов его семьи, слуг строились по этим
принципам
Бросается в глаза обилие драконов
в интерьерах императорских дворцов —
они на колоннах, на ритуальных чашах, на
карнизах. Этот символ власти принадлежал
только императору. Если бы простолюдин
осмелился нарисовать дракона в своем
доме, к нему бы применили весьма
драконовские меры — отрубили голову.
Такую же символическую роль выполня-
ли и многочисленные львы, стерегущие
ПЕКИН просыпается часов в пять утра. На
улицах пока еще малолюдно. Но уже
тянутся из окрестных сел запряженные
мулами тележки с зеленью н овощами,
возвращаются на велосипедах с ночной
смены рабочие, грохочут грузовики...
По старому городу лучше всего бродить
именно в такую рань. В утреннем тумане
пустынные буддийские пагоды и конфу-
цианские кумирни, как бы сошедшие со
старинных гравюр, напоминают о солид-
ном возрасте китайской столицы — почти
три тысячи лет| Когда попадаешь в этот
музей под открытым небом на восходе
солнца, кажется, будто и сегодня импера-
торский дворец — самое высокое здание
в центре Пекина. Точнее, даже не дворец,
а грандиозный архитектурный ансамбль —
«запретный городи, обнесенный высокой
стеной, возведенной в XV веке.
Вся планировка старого Пекина, его
дворцовые и храмовые сооружения при-
званы подчеркнуть всесилие и величие
• У подъезда
нового отеля
для иностранцев.
• В одном
из буддийских
храмов
г эд Пекином.
Фото автора.
императора Поднебесной. И не случайно
запрещалось строить здания выше его
дворца.
Глядя на эти великолепные сооружения,
еще раз оцениваешь высокое мастерство
средневековых строителей, восторгаешься
старинным китайским зодчеством. Напри-
мер, дворец для государственных церемо-
ний — Тайхэдянь («Павильон высшей гар-
монии») как бы парит над землей.
Дворцовой архитектуре присущи
пышность, декоративность. Основной ее
тип — одноэтажный четырехугольный па-
вильон «дянь», разделенный колоннами на
три части- Главным строительным мате-
риалом были дерево и камень. Здание
венчалось высокой, изогнутой по углам
крышей, опирающейся на столбы. Стены
не играли конструктивной роли и служили
лишь перегородками. И дворец императо-
вход во дворец. Они призваны были
охранять покой хозяина. Чем выше его
положение, тем свирепее взгляд царя
зверей у ворот. Беломраморные львы
у входа в «запретный город» были самыми
грозными в Поднебесной. У их ног берет
начало главная площадь китайской сто-
лицы — Тяньаньмэнь, «Площадь небесного
спокойствия», тоже историческое место,
загадочное и недосягаемое для внешнего
мира.
В начале нынешнего столетия здесь
разрешалось находиться лишь немногим
высокопоставленным чиновникам (обяза-
тельно в парадном одеянии) да иност-
ранным дипломатам Удостоившиеся
лицезреть императорский дворец должны
были стоять мрлча, затаив дыхание, не
смея нарушить торжественную тишину.
Здесь проводились придворные церемо-
нии. По случаю выступления императора
в поход перед воротами Тяньаньмэнь
устраивали жертвоприношения с моле-
ниями о победоносном возвращении.
А при вступлении очередного владыки на
престол Поднебесной здесь с трибуны
оглашали его указы.
После революции 1911 года Тяньаньмэнь
перестала быть запретной и горожане
наконец смогли ходить по ний. Но вплоть
до 1949 года только центральный участок
площади был вымощен каменными плита-
ми. На большей же ее части в пыли и грязи
шла торговля вразнос
Тяньаньмэнь не раз оказывалась местом
бурных событий.
В 1919 году здесь состоялась грандиоз-
ная антиимпериалистическая патриоти-
ческая демонстрация под лозунгом; «Бо-
роться за государственный суверенитет
страны, выступать за наказание предате-
лей». Это было знаменитое «движение
4 мая».
В 1935 году пекинские студенты развер-
нули «движение 4 декабря», выступавшее
за борьбу с японской агрессией, против
политики пассивной обороны, проводимой
Чан Кайши. По Тяньаньмэнь снова прошла
демонстрация студентов.
В 1947 году учащиеся пекинских высших
и средних учебных заведений вышли на
площадь Под лозунгом: «Против голода,
гражданской войны и преследований»
1 октября 1949 года здесь была про-
возглашена Китайская Народная Республи-
ка
Во второй половине 60-х годов, в на-
чальный период печально известной «куль-
турной революции» (1966 —1976) я был
свидетелем бесчинств, чинимых на Тянь-
аньмэнь хунвэйбинами. И здесь же в
1976 году народ устроил массовые де-
монстрации, чтобы сказать «нет» этой
«революции».
Еще один замечательный памятник ста-
рины — Храм Неба. В древнем и средневе-
ковом Китае придавали большое значение
жертвоприношениям, особенно — Небу.
Священным правом на совершение этой
торжественной церемонии обладали толь-
ко императоры, считавшиеся «сыновьями
Неба». Жертвоприношение совершалось
по сложному ритуалу. Направляясь в Храм
Неба, император не касался ногами земли,
а проплывал в паланкине над ступенями
мраморной лестницы, обрамленной из-
ваяниями драконов; несущие его слуги
подымались по ступеням из простого
камня.
Строительство Храма Неба окончено
в 1889 году. Это точная копия дворца,
построенного еще в 1420 году. Четыре
массивных столба поддерживают крышу.
украшенную позолоченными фигурами и
сложным орнаментом Архитектурные
пропорции создают иллюзию головокру-
жительной высоты. А ведь она всего около
30 метров. В три раза, к примеру, ниже
Исаакиевского собора в Ленинграде. Пото-
лок святилища опирается на 28 гигантских
деревянных колонн. В среднем ряду
четыре из них символизируют времена
года, а 12 —- число месяцев; 12 же колонн
наружного ряда — это 12 часов.
На территории Храма Неба расположена
круглая стена диаметром 65 метров, обла-
дающая необычными акустическими
свойствами: нечто вроде беспроволочного
телефона XV века. Если хлопнуть в ладоши
на площади перед дворцом — эхо повто-
рит звук. Слово, произнесенное даже
шепотом у стены, отлично слышно по
всему ее периметру Говорят, что в былые
времена так осуществлялся контроль за
мыслями и настроениями.
Отстраивая столицу, феодальные прави-
тели с особым рвением возводили всевоз-
можные святилища. Интересна планировка
алтаря Хуаньцю в Храме Неба. Круглая
трехступенчатая терраса из белоснежных
мраморных плит как бы возвышает алтарь
над всем низменным, приближает его
к небу
Среди достопримечательностей Пеки-
на — и летний дворец Ихэюань на запад-
ной окраине города. Людей здесь всегда
больше, чем в любом другом парке. Тут,
у подножья гор, в местности, изоби-
лующей озерами, императоры издавна
строили летние дворцы. С 1914 года
Ихэюань стал общедоступным парком
отдыха. Некоторые пекинцы специально
приходят сюда, чтобы покататься на лод-
ках. Сотни их бороздят водную гладь. Есть
даже лодки-закусочные. Специальные
лодки собирают мусор.
Гордость парка — деревянная галерея
Чанлан. Она связывает в единое целое все
павильоны и живописные уголки Ихэюаня
и одновременно служит прогулочной до-
рожкой. Длина галереи 728 метров. Посе-
тители рассматривают сотни миниатюр,
выполненных масляными красками на ее
карнизах. Они изображают сцены из мно-
говековой истории Китая, пейзажи, цветы,
птиц, придворных красавиц, генералов,
вельмож.
В этой связи мне вспоминается случай,
невольным свидетелем которого я оказал-
ся в конце 60-х годов. Тогда галерею как
памятник «тлетворного феодального ис-
кусства» обрекли на осквернение. Когда
для исполнения «приговора» сюда прибыл
отряд хунвэйбинов, они увидели, что опоз-
дали: все картины были уже грубо замале-
ваны, как потом жазалось, легко смыва-
емой, безобидной краской. Так работники
парка в то непростое время спасли шедевр
древнего искусства.
Свою историю имеет и искусно высе-
ченный из мрамора корабль, стоящий на
воде у берега. В конце прошлого века
императрица Цы Си распорядилась израс-
ходовать на украшение парка средства,
выделенные для строительства военно-
морского флота. Но один корабль все же
велела построить, правда каменный. Дол-
гое время он служил причалом для про-
гулочных судов. Затем императрица за-
хотела увидеть на нем деревянное соо-
ружение с рестораном. Работает он и по
сей день.
Пока мы осматривали достопримеча-
тельности старого города, трудовой день
нового Пекина уже начался. Над домами
еще стелется предрассветный туман, сме-
шанный с угольным дымом, а в парках, на
площадях и улицах мелькают любители
китайской гимнастики «тайцзицюань». Она
вновь в ходу, как и выставка хризантем
в нарке Гугун или праздник фонарей на
улице Люличан... Во время «культурной
революции» хунвэйбины заклеймили
древнюю гимнастику как «феодальный
пережиток», а теперь молодежь с удо-
вольствием постигает дошедшую из глу-
бины веков систему упражнений для
бодрости духа и укрепления тела. В центре
круга, образованного учениками, — пожи-
лой китаец. Резкий поворот корпуса,
прыжок, учитель замирает на миг, фикси-
руя позу, — и сноза движения тренирован-
ного тела..
Наполняя город перезвоном, появ-
ляются первые велосипедисты. С каждой
минутой их становится все больше, и скоро
они потоком заполнят улицы, оттесняя
редкий городской транспорт и образуя
озерца-стоянки перед воротами учрежде-
ний, школ, предприятий. Велосипед в Ки-
тае — не только главное средство пере-
движения, но и . роскошь. Хороший стоит
немало, и хозяин дорожит им, оставляя его
на стоянках только под присмотром сторо-
жа, который, получив в виде платы
несколько мелких монет — фэней, выдает
владельцу деревянную палочку-номерок,
гарантирующую сохранность двухколесно-
го сокровища. По статистике в десятимил-
лионной китайской столице на каждые
100 семей приходится 167 велосипедов.
Это создает немало транспортных про-
блем. Две кольцевые дороги, проло-
женные в городской черте, не справляются
с уличным движением. В часы пик можно
попасть в велосипедную пробку на самой
широкой магистрали Пекина — Чананьцзе.
Приходится ставить на оживленных улицах
низкие заборчики, отгораживающие вело-
сипедистов от потока машин, строить
новые дорожные развязки и даже вводить
особые правила для пешеходов, велосипе-
дистов и водителей. Этот документ тре-
бует, чтобы «пешеходы ходили только по
тротуарам и по переходам. Тот, кто будет
застигнут идущим по мостовой одной из
главных улиц, подвергается штрафу в раз-
мере 50 фэней».
Отели, новые кварталы современных
административных и жилых зданий, улицы,
проложенные в местах, где некогда прохо-
дила городская стена, неузнаваемо ме-
няют облик Пекина. Башни и пагоды
древнего императорского города, зажатые
серыми бетонными громадами, стали как-
то меньше, незаметнее
Самая высокая точка Пекина — отель
«Великая стена», возведенный с амери-
канской помощью. «Это сооружение из
сверкающего стекла включает в себя
тысячу с лишним номеров и апартаментов,
12 холлов, 9 ресторанов с кухней на любой
вкус, бассейны, теннисные корты, бил-
лиардные, сауны, дансинги, бары», — гла-
сит реклама на китайском и английском
языках. Живой рекламой служит и гене-
ральный управляющий отелем — один из
правнуков Сун Ятсена. К этому высокому
зданию примыкают традиционный ки-
тайский сад с двумя беседками, большое
искусственное озеро и макет Великой
китайской стены.
Скрывая от туристов ряды глинобитных
фанз, желтеющих в пыли переулков на
восточной окраине столицы, отель как бы
разделяет два Пекина — старый и новый.
Таких улочек в нем около тысячи, а старо-
жилы утверждают — и того больше:
62
«Столько, сколько перьев у пекинской
утки». Во всяком случае, большинство
пекинцев живет именно в старых кварта-
лах. Эти тихие переулочки с экзотическими
названиями «Золотая рыбка», «Летящее
копье» и т. п. мало изменились за послед-
нее столетие.
Не то что центр города!
Если несколько лет назад в китайской
столице было не больше десятка отелей,
то теперь их более полусотни. Гостиничный
бум вознес над Пекином сверкающие
островки западной цивилизации с вра-
щающимися конструкциями наверху, про-
зрачными шахтами лифтов, ковровыми
покрытиями из Новой Зеландии, мебелью
для холлов из Франции, люстрами из
Италии, электрооборудованием из Японии,
штатом сотрудников и управляющих, так-
же приглашенных из-за рубежа, и местным
персоналом, объясняющимся по-анг-
лийски... Правда, и цены в этих отелях даже
не всякому иностранцу по карману. А уж
рядовому пекинцу пришлось бы работать
полгода, чтобы прожить здесь всего один
день.
На главной торговой улице Ванфуцзин,
вспыхивающей по вечерам огнями реклам,
обращают на себя внимание специальные
бригады, следящие за чистотой. Они стре-
мятся отучить прохожих от привычки
плевать себе под ноги. Около 150 тысяч
инспекторов системы здравоохранения
КНР вышли на пекинские улицы, проверяя
их санитарное состояние и штрафуя прови-
нившихся. Теперь «раз плюнуть» в Пекине
не так-то просто. Нарушителя не только
оштрафуют на 50 фэней, но и заставят
посмотреть в микроскоп на болезнетвор-
ное содержимое плевка.
Бурное развитие мелкой частной торгов-
ли и предпринимательства — еще одна
отличительная черта сегодняшнего Пеки-
на. Если несколько лет назад «свободные»,
как их называли, рынки стыдливо жались
по окраинам и задворкам, то сейчас ряд
центральных кварталов, особенно утром
и вечером, превращаются в шумные мно-
голюдные базары.
Вот один из них — на Сидане, в несколь-
ких минутах езды от средневекового
«запретного города». Вдоль тротуаров
раскинули лотки торговцы всех мастей,
передвижные кухни, крошечные са-
пожные, столярные, пошивочные мас-
терские. В свете электрических и газовых
фонарей колышутся развешанные на шес-
тах одежда, одеяла, полотенца. Здесь же
ярко раскрашенные термосы. Выставили
плетеные изделия из соломы кустари.
Отдавая дань моде, торговец джинсами
лихим ковбойским «хэлло!» зазывает к
своей телеге-прилавку. Наклейки на товаре
самые что ни на есть заграничные...
В торговых рядах — вентиляторы из Шан-
хая, косметика из Гуанчжоу, темные очки
с пестрыми этикетками. В толпе воровато
шныряют спекулянты, предлагая гон-
конгские электронные часы и тайваньские
магнитофоны...
Сегодня значительная часть небольших
государственных предприятий розничной
торговли уже передана в руки кооперати-
вов или отдельных лиц. Открываются
частные магазины и со значительным
объемом товарооборота. Пекинские го-
родские власти планируют в будущем
повысить роль частной торговли и пред-
принимательства в экономической жизни
• Великая китайская стена
в окрестностях Пекина.
столицы. Недавно в силу вступило положе-
ние, согласно которому «все дома пекин-
цев, проживающих вблизи деловых
районов, будут превращены в мелкие
лавки или другие пункты обслуживания
населения. В случае отказа жильцов или
хозяев этих домов превратить занимаемые
ими помещения в лавки или, например,
в прачечные, ремонтные мастерские и
т. п., им придется платить коммерческий
налог за занимаемый земельный участок».
Не только транспорт, торговля, но
и многие другие области городской жизни
переходят постепенно в частные руки.
В столице уже зарегистрировано более
тысячи частнопрактикующих врачей, мно-
гие принимают больных на дому.
Изменения сказываются и на поведении
пекинцев. Оживленнее стало на улицах,
в шум толпы врываются звуки музыки —
китайской и западной, ярче украшения на
женщинах, звонче смех ребятни, заметно
выросли очереди у прилавков, особенно за
модными, современными товарами.
Повышенным спросом у молодежи по-
льзуются цветастые солнцезащитные ша-
почки, кассеты с музыкальными записями.
Многолюдно в книжных магазинах: лите-
ратуры издается много — журналы, книги
современных китайских авторов и класси-
ков, переводы. Большой интерес вызывают
произведения советских писателей.
Все больше входит в нормальную колею
жизнь пекинцев, переживших, как и вся
страна, тяжелые времена «культурной
революции», бесчинства «банды четырех»
и прочие уродливые явления, оставившие
тяжелый след в душе нынешнего поколе-
ния.
Пекин — Москва
ИЗ ИНОСТРАННОГО
ЮМОРА
Смит за завтраком про-
сматривал газету и вдруг ос-
толбенел, наткнувшись на
объявление о собственной
смерти. Он сейчас же позво-
нил другу.
— Алло, Джонс! Ты чи-
тал в газете объявление о
моей смерти?
— Да... Кстати, откуда ты
говоришь?
После молебна католичес-
кий священник спросил у
прихожан, кто из них хочет
попасть в рай. Все встали,
кроме одного старика.
— А вы не хотите попасть
в рай? — спросил у него
служитель бога.
— Хочу, но не с этими
безбожниками... — показал
старик на окружающих.
63
итературы
Гуревич П. С. НЕТРАДИЦИОННЫЕ
РЕЛИГИИ НА ЗАПАДЕ И ВОСТОЧНЫЕ
РЕЛИГИОЗНЫЕ КУЛЬТЫ. М., «Знание»,
1985 (сер. «Научный атеизм», № 9), 64 с.,
47 320 экз., 11 к.
В последние годы в странах Западной
Европы и США широкое распространение
получили восточные культы. В брошюре
убедительно показывается, что это со-
циальное явление — характерная черта
современного сознания и образа жизни,
свидетельствующая о кризисе идеологии
империализма. Нетрадиционные культы
характеризуют отход от научных позиций,
демонстрируют попытку империалисти-
ческих идеологов укрепить реакционные
обскурантистские взгляды на мир.
РЕЛИГИЯ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ
США: 70-е — нач. 80-х гг. М„ «Наука»,
1985, 225 с., 4000 экз., 1 р. 40 к.
В монографии исследуется роль религии
в политической жизни США. Рассматри-
ваются причины активизации церквей в по-
литической борьбе, роль религиозного
фактора в усилении консерватизма в конце
70-х — начале 80-х годов. Дается анализ
внешнеполитической деятельности рели-
гиозных организаций, их отношения к про-
блемам войны и мира. Освещается роль
протестантских церквей, католической
церкви, иудаизма и восточных культов.
Антонов А. П., Соломка А. П. ПОД
ПРИКРЫТИЕМ ВЕРЫ. Донецк, «Донбасс»,
1985, 56 с., 25 000 экз., 10 к.
БУДДИЗМ И ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕ-
СТВЕННОЕ ТВОРЧЕСТВО НАРОДОВ ЦЕНТ-
РАЛЬНОЙ АЗИИ. Новосибирск, «Наука»,
1985, 127 с., 14 550 экз., 65 к.
Вовчок М. ЗАПИСКИ ПРИЧЕТНИКА.
Роман. Киев, «Днипро», 1985, 343 с., ил.,
150 000 экз., 1 р. 70 к.
Колесник Н. А., Фуров В Г. ГРАЖ-
ДАНСТВЕННОСТЬ И РЕЛИГИОЗНАЯ ВЕРА.
Киев, Политиздат Украины, 1985, 118 с.,
32 000 экз., 25 к.
Сапрыкин В. А. УРБАНИЗАЦИЯ И АТЕ-
ИСТИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ. Киев, Полит-
издат Украины, 1985, 175 с., 8000 экз..
45 к.
Таичер В. К. РЕЛИГИЯ И СОВРЕМЕННЫЙ
МИР Проблемы социально-политичес-
кого модернизма в русском православии.
Киев, Об-во «Знание» УССР, 1985, 48 с.,
29 540 экз., 10 к.
Шурыгин Я. И., Кондратьев В. И. ОГОНЬ
И ТЛЕН. Очерки об искусстве и религии.
Л., Лениздат, 1985, 110 с., ил., ЮО 000 экз.,
50 к.
Статьи в журналах и сборниках,
разделы в книгах
Базикалов В И. К вопросу о культе
мертвых, культе предков, культе вождя
у древних племен Восточного Забай-
калья.— В кн.: Проблемы археоло-
гии Сибири и Дальнего Восто-
ка. Иркутск, 1985, с. 24—25.
Блинова Г., Селезнева Е. Культурное
наследие и атеизм «Слово л е к т о-
р а», 1985, № 9, с. 42—43.
Великович Л. Инструкция наследников
инквизиции. «Новое время», 1985,
№ 26, с. 22—24.
Годичная научная сессия
Института этнографии АН
СССР. Л., 1985. Из содержания: Байбурин
А. К. О соотношении ритуала и обычая,
с. 37—38; Березкин Ю Е. Духовная
культура аборигенов Америки, с. 39—40;
Винокурова И. Ю Обряд колядования
у вепсов (некоторые итоги изучения),
с. 41—42; Глинский Е. А. Культ «хозяина
леса» у якутов и пассивная охота, с. 42—43;
Грысык Н Е. Бытование сказок у казаков-
некрасовцев, с. 43—44; Дьяконова Е. Н.
Кузнечный культ в фольклоре якутов,
с. 44—45; Люткевич Ф. Д. Игровые мо-
менты свадебной обрядности у народов
Средней Азии и Казахстана как один из
источников истории семьи, с. 47; Попо-
ва Т. А. Культовый комплекс трипольского
поселения Раковец в Молдавии, с. 48—49;
Серебрякова М. Н, О сосуществовании и
соотношении религиозного мусульман-
ского культа и ритуально-магической об-
рядовой практики в жизни турецкой де-
ревни, с. 51—52; Щепанская Т. Б. Колдов-
ство как тип поведения в быту русских
крестьян (конец XIX — начало XX века),
с. 61—62.
Даниелян Р. С. Место религии в полити-
ке правящих кругов Турции в области
просвещения (1923—1965 гг.).— В кн.:
Страны и народы Ближнего и
Среднего Востока. Ереван, 1985,
с. 24—38
Девина И. В. Атеизм в системе комму-
нистического воспитания. В кн.: Ф э р м и-
рование марксистск о-л е н и н-
ск г< мировоззрения — осно-
ва коммунистического вос-
питания. М., 1985, с. 72—113.
Евгеньев Д. Праздник жертвопри-
ношения. «Азия и Африка се го д-
н я», 1985, № 8, с. 60—61.
Краснодембская Н. Буддизм: истоки,
идеи, догмы. «Азия и Африка се-
годня», 1985, № 6, с. 58—61.
Матвеев В. Диалог: христиане и
марксисты. «Век XX и ми р», 1985, № 2,
с. 11—14.
Мчедлов М. Религия и молодежь. «А г и-
т а т о р», 1985, № 19, с. 32—34.
ф Каждому чуду есть объяснение — вот
это настоящее чудо!
ф Нимб может стать заколдованным
кругом для мыслей.
ф- Сколько грехов отпустили! И что же,
они все теперь на свободе?
Владилен ПРУДОВСКИЙ
г. Запорожье
Ф Камень за пазухой разбивает сердце.
Александр ЩУРОВ
г. Одесса
ф Может ли обрести свое лицо три-
единый бог?
ф Письмо из рая: «Скука адская!»
Юрий ЛУЧИЦКИЙ
г. Благовещенск
Амурской области
ф- Легко было Гераклу совершать свои
подвиги — ведь на Олимпе сидел его отец.
ф Можно ли считать Ноя основателем
общества спасения на водвх?
Александр ЗИБОРОВ
г. Душанбе
ф- Крестины обошлись в такую копеечку,
что потом крестил себя на чем свет стоит.
ф Даже душу дьяволу продавал из-под
прилавка.
Михаил ЛЕМПЕРТ
г. Нои о черкасск
Ростовской области
ф Если слишком усердно отбивать по-
клоны, можно уронить нимб.
Валерий ЮДИН
с. Новоникольское
Мичуринского района
Тамбовской области
ф Черти обходятся без бога, а богу без
чертей не обойтись.
Ефим ФУРМАН
г. Ленинград
ф- Зная, что сказать в проповеди, можно
избежать того, что надо делать.
ф Легко бить поклоны всем святым,
а попробуйте каждому!
Валерий МАРУТА
г. Луцк
ф Каждый несет свой крест, только не
у каждого он на золотой цепочке
Геннадий КОНОНОВ
г. Ленинград
ф- Если на вас молятся, это еще не значит,
что вам верят.
Владимир ВЕДЕНКОВ
г. Северодонецк
Ворошиловгрддской области
ф- Красную книгу надо было составить
еще на Ноевом ковчеге.
Евгений ЩУРЕНКО
г. Киев
ф- Если бог создал нас по своему образу
и подобию, то почему мы все такие
разные?
Виктор ВЛАСОВ
г. Москва
64

Царская ладья «Сияние
Атона» скользит по тече-
нию Нила. Позади остались
Фивы с помпезными хра-
мами Амона. .Чтобы по-
дорвать влияние жрецов,—
размышляет фараон,— нуж-
но свернуть шею их птице-
головому богу, заставить
всех подданных поклонять-
ся одному лишь покрови-
телю царского рода...» Рав-
нина на правом берегу реки
привлекает его внимание,
и фараон рашает: «Здесь бу-
дет новая столица — Ахе-
татон («Небосклон Атона»)!»
На шестом году царст-
вования Аменхотеп IV («Уми-
ротворенный Амон») пере-
именовывает себя в Эхна-
тона («Угодный Атону») и
переезжает в Ахетатон. Как
и весь город храмы Атона,
которые назывались «дома-
ми ликования», строились
в спешке, из кирпича-сырца.
Работами руководил зод-
чий Пареннефер. Пилоны
главного Дома Атона — две
башни в форме усеченной
пирамиды по обе стороны
входа — смотрали на вос-
ток. За ними не было тра-
диционных залов с колон-
надами, не было полутемных
святилищ со статуями бо-
гов. В храмовом дворе вдоль
прохода, ведущего к боль-
шому алтарю, стояли пра-
и пьинь ряды жертвенни-
ков. Церемонию богослу-
жения обычно открывал сам
фараон. Звучали гимны в
честь «одинаково сияюще-
го для всех владыки мира».
Музыканты играли на арфах,
бряцали систрами. Слышал-
ся чарующий голос царицы
Нефертити... Навстречу Солн-
цу, «живому богу», воздева-
ли руки молящиеся. В со-
хранившихся рельефах и
росписях встрачается изо-
бражение Атона — солнеч-
ный диск с рукоподобными
лучами, ответно протянуты-
ми к людям.
Эхнатон провел свою ре-
лигиозную реформу дик-
таторским методом. По его
приказу имя и изображе-
ния Амона стирали в гроб-
ницах и храмах по всей
стране. Волнения рабов, во-
енные неудачи на рубежах
империи мало беспокоили
царствующего вероучителя
и покровителя искусств. Эх-
натон больше всего забо-
тился о прославлении Атона,
своего «светозарного отца».
...Каждому человеку
отведено тобою
место его.
У каждого своя пища,
и каждому отмерено
время жизни его.
(Из гимна
богу Атону)
Фараон умер внезапно. Его
преемники вернули столицу
в Фивы, возродили культ
Амона и многобожие. «Не-
босклон Атона» был покинут
жителями и варварски раз-
рушен приверженцами древ-
• Эхнатон и ф Так выглядели пилоны типично-
Нефертити го древнеегипетского храма.
Рельеф.
них богов. Особенно постра-
дал Дом Атона, работы его
главного скульптора — Бека
были раздроблены на мел-
кие части...
И все-таки раскопки в райо-
не селения Амарна дали до-
статочный материал, чтобы
судить о расцвете искусства,
сбросившего оковы устарев-
ших канонов. Художники
времени Эхнатона (1*419—
ок. 1400 гг. до н. з.) низвели
фараона с пьедестала бо-
гов и впервые за тысячеле-
тия реалистически изобрази-
ли его облик.
В сиянии
МНОГОРУКОГО
ДИСКА
Вадим РОЗОВ
Цена 40 коп. 70602