Теги: журнал   журнал москва  

Год: 1966

Похожие

Москва №02 за 1966 год

Москва №01 за 1961 год

Москва №12 за 1959 год

Москва №11 за 1962 год

Текст 
                    1966 1


ЕЖ ЕМЕС ЯЧНЫ Й
ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ
И
ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ
ИЛ ЛЮ СТРИР ОВАННЫ Й
ЖУРНАЛ
ГОД
ИЗ ДА НИЯ
Д ЕС ЯТЬ!
Й
сх.
сл
е
CD
D-
СО ДЕР ЖАНИЕ
•
П РОЗА
Владимир
Попов.
РАЗОРВ АННЫ Й
К РУГ.
Роман..................................................................
6
Вл.
Лидин.
ЯС ЕНЬ .—
АЛЛЕИ
СТАРОГО
ПАРКА.
Рассказы.....................................................
82
Алек сан др
Яшин.
ПОДРУЖЕНЬКА.
Рас­
ска з
................................................................................. 114
Петрос
А
н
т
е
о
с.
ДВА
ПИСЬ МА.
Р асс каз
.
128
*
СТИХ И
Се мен
Кирсанов.
НАБЕРЕЖНАЯ.
(Из «М о­
сковской
тетрад и»)..............................
4
Ле вОз еров .
ЧЕТЫРЕ
СТ ИХО Т ВО РЕНИЯ
.
.
80
СергейОстровой.
ЛЮД И.—
РАЗНЫЕ
ДЕ­
РЕ ВЬЯ.—ВЫ СО ЧЕСТ ВО . —М ОЙ
ЛЕС
.. ..
111
Н ик олай
Кот е нко.
В
НАЧАЛЕ.—ХОР
НА­
ЧИ НА ЮЩИХ
СО ХАТЫ Х
.........................................
125
Сергей
П олика рпов .
НОВЫЕ
С ТИХИ
147
•
ДЕ НЬ
СЕГОДНЯШНИЙ
го
Вл.
И
шимов .
80 МИЛЛИОНОВ ОТВЕТСТ­
ВЕННЫХ
РАБОТНИКОВ.
Репортаж-интервью
.
149
НАВСТРЕЧУ
50-ЛЕТИЮ ВЕЛИКОГО
ОКТЯБРЯ
Ми х.
Сонки
н.
ПОЕЗД
С
ЦВЕТОЧНОЙ
.
.
159
ТР ИБУНА
ЧИ ТА ТЕЛЯ
М.
С
к
а
т
к
и
н . «ИЗБЫТОК СОДЕРЖАНИЯ УМА»
ИЛИ
ГА РМО НИЧЕ СКА Я
ЛИЧН ОСТ Ь? (По поводу
статьи
Владимира
Тенд ряк ов а
«Ваш сын и на­
следство
Коменского»)
.
........
178
ЗАМЕТКИ
П УБ ЛИЦИ СТА
М.
Алпа тов .
ПРЕКРАСНОЕ
ДА
ЖИ ВЕТ
ВЕЧ ­
НО!
............................................................
186
Искусство
А.
Абрам ова .
НА
С ИРЕН ЕВОМ
БУЛ ЬВАРЕ.
(К Галерее «М ос квы») .«я.. ..* ..
192


ЛИТЕРАТУРНАЯ
КРИТИКА
Игорь
Мотяшов.
ПУТ Ь
К
РОД НИКА М.
За­
метки
о
прозе
1965 года................................................195
Е.
Книпович.
МУ ДРОС ТЬ
ТАЛАНТА
...
206
ГОД
РОЖДЕНИЯ
—
1965.
Ев
г.
Л ева ков-
екая.
КАК
ПРОЛАГАЮТ
ТРОПЫ.—Л.
Аннин­
ский.
СИЛА
ДУХА.—
Ю.
Том аше вс кий.
ТЕОРИЯ
АЛЕШИ
АНО СО ВА.—
В.
Софроно­
ва.
ВСЕРЬЕЗ
И
О
ГЛАВНОМ..................................... 212
ЧИТАЛИ
ЛИ
ВЫ!
Сергей
Баруздин.
Не
ПЕРВАЯ
КНИГА.—
В.
Ш ап ошни кова.
МАРШРУТОМ
РАЗДУМИЙ.—А.
Кулемина.
ОТ
СК АЗКИ
К
БЫЛИ
.
,
.......................................... 218
е
ЮМОР- 66
НА
КО М ИЧЕСКУЮ
ОРБИТУ!
Иго рь
Чехов.
НА
ТРЕТЬЕЙ
СКОРОСТИ.
(Случай из практи­
ки).— А.
Ж
и
т
н
и
ц
к
и
й.
ПИШЕТСЯ...
(Литера ­
турная
пародия ).—
Б.
Шафер.
МАСТИТЫЕ
О
НАЧИНАЮЩИХ.—
Н.
Станиловский.
ПО­
ГОВОРКИ
И
ОГОВ ОРКИ .—
А.
Фюрстен­
бер г.
ОСТРОЕ
СЛОВО.—
Лев
Зайцев.
МЕЖДУ
ПРО ЧИМ.—
Л.
Чернышев.
МЫСЛ И
ВСЛУХ.—УСТАМИ
МЛАДЕНЦА.—ИЗ
ФРАН­
ЦУЗСКОГО
И
АНГЛИЙСКОГО
ЮМОРА.
Пе ре­
воды
Е.
Барас
а,
М.
Е фимо ва,
Ю.
Ш
а
ш-
л
о
в
а... ...... ...... ..... ...... .. ..... ...... ...... ..... ...... ....... ...... ...... .. 2 20
&
ГА ЛЕ РЕЯ
„МОСКВЫ"
НА
СИР ЕНЕВО М
БУЛЬВАРЕ
■
Адрес
ред акции :
Москва,
Г -2,
Арбат,
20
Телефоны:
Г
1-78 -01,
Г
1-31-65
Рукописи
объемом
меньше
печатного
листа
не
во зв ра­
щаются.
Подписка
на
журнал
прини­
ма ется
во
всех
учреждениях
Министерства
связ и.
Редак­
ция
вопросами
подписки
не
занимается.
РЕДАКЦИОННАЯ
КОЛЛЕГИЯ
Е. Е . ПОПОВКИН (главный редактор),
В. М . АНДРЕЕВ, А. Н . ВАСИЛЬЕВ, Б. С . ЕВГЕНЬЕВ,
Л. В . ИВАНОВА, Е. В . ЛЕВАКОВСКАЯ,
Ю. В . МАЛАШЕВ (заместитель главного редактора),
Л. В. НИКУЛИН,
С. А. САВЕЛЬЕВ (ответственный секретарь),
Ю. С . СЕМЕНОВ, С. В . СМИРНОВ,
А. А . ЦЫГУЛЕВ (заместитель главного редактора),
В. Д. ШАПОШНИКОВА, М. А . ШОЛОХОВ
Художественный редактор н-
БОБКОВА


Ри сунок
O.
Вук оло ва


СЕМЕН
КИРСАНОВ
НАБЕРЕЖНАЯ
(Из „Московской
тетради")
Я
—
набере жных
ДРУГ.
Я
на чал
жиз нь
и
детство
там,
где
вит ает
Дюк
над
лестницей
Одесской.
А
позже
я
узнал
в
венецианских
арках,
как
плещется
канал
у
свай
свя то го
Марка.
У
Темзы
я
с м отрел
на
утренний
и
мутный
парламент
в
сотнях
стр ел,
в
ту ман ном
пер ла му тре.
В
ду ше
всегда
жив а
у
лап
гранитных
сфинкса
—
суровая
Нева,
где
я
с
б едою
свыкся...
Но
ес ли
хочешь
ты
в
потоке
дел
столичных
от вл ечься
от
тщеты
своих
терзаний
личных
—
иди
к
М ос кве-р еке
дво рам и,
среди
зданий,
и
встань
невдалеке,
межд у
д вумя
м оста ми.
Волна
—
н едале ко
блестит
старинной
гривной,
ты
отделен
рекой
4
от
набережной
дивной.
Кремлевская
стена
заглавной
вьется
ленто й,
где
мнятся
письмена
руки
врсьмисотлетней.
На
зубчатом
к раю
витки
и
арабески...
И
вдру г
я
узна ю
г равюр у
давне й
резки,
с
раскраскою
ру ч ной,
с
герб ом
над
куполами,
с
кольчугою
речной,
с
ладьей
на
первом
плане.
А
выше—
при
крестах
в
небесной
иордан и
—
воздвиглась
крас ота
всех
сказок,
всех
преданий.
Неясно
—
кто
стоит
(так сумеречны лики)
—
без
посоха
стар ик
или
Иван
Великий?
А
в
чудные
врата,
как
в
старину
бывало,—
не
входит
ли
че та
при
мам ках ,
при
боярах?
И
—
чудо
всех
цер квей
под
золотом
убора
—
две
радуги
б ровей


Успенского
собора..
О
нет,—
я
не
хан жа,
живущий
в
ми ре
л ожно м!
Но
красота
свежа
божественно,
безбожно!
И
в
вышину
воздев
персты
Преображенья,
ди ктуе т
нови зне
урок
воображенья.
Что
слава?
Без
следа
мелькнула
и
по гас ла...
А
красота
всегда
для
всех
лю дей
—
б огатс тво!
В
малиновый
покой
вечерний
час
оделся.
При
старине
такой,
как
новизна
чудесна!
Она
приходит
в
свет
Москвой
мног о оконн ой
—
богатства
давних
лет
наследницей
законной.
Смелее
—
новизна,
эпохе
по
плечу
ты!
На
воздух
нан иза й
хрустальные
прич у ды.
Давно
орлы
в
когтях
не
держ ат
судьбы
наши,
и
зв езд ами
Ок тябр ь
возглавил
главы
башен.


Рисунок
Г.
Нов ожил ова


Вла димир
П опов
РАЗ ОРВ АН НЫЙ
КРУ Г
РОМАН
ГЛАВ А
ПЕРВАЯ
|елеграмма Брянцеву не понравилась .
И
не
категоричностью
своей.
1 Было непонятно,
из-за
чего
в друг
загорелся
сыр-бор.
А
то,
что
загорелся,—
не
вызывало
ник а ких
сомнений.
По двину в
к
се бе
бланк,
Бр янце в
поковырял
ногтем
наклеенную
по­
лоску
бума ги
с
текстом,
будто
от ы скивая
спрятанные
за
ней
слова.
Снова
прочитал
телеграмму,
на
этот
раз
вс лу х: «Вылетайте первым самолетом .
Са м ойлов ».
Усм е хнулс я,
дернул
плечом
и
ще лчко м
ударил
бумажку.
Она
ск ол ьз­
н ула
по
отполированной
поверхности
стола.
—
Что
за
манера
з агады ват ь
людям
загадки,—
зло
произнес
о н.—
Нику да
сегодня
не
пое ду.
Высплюсь...
За втр а!
Вечернее
солнце
вдруг
вырвалось
и з-за
туч
и
зале пил о
с тену
каби­
нет а
яркими
оранжевыми
квадратами.
Они
зас вети ли сь
так,
словно
за
окнами
пы лал
огром ны й
ко ст ер.
Вспыхнули
плавающие
в
воз ду хе
мель­
ча йшие
пылинки,
з аклу бил ся
невидимый
до
сих
пор
табачный
дым .
И
Брянцеву
показалось,
что
в
кабинете
жарко,
душно.
В ключи л
настольный
вентилятор,
но
это
не
п рине сло
обле гчен и я.
Подошел
к
о кну,
распахнул
его.
Квадраты
на
стене
с лили сь
в
бол ьш ой
сплошной
пр ям оу гол ьник.
Привычный
заводской
шум
заполнил
ком­
нату.
Отсюда
бы ло
видно ,
как
из
главного
корпуса
в ыныр ивали
щины,
вле­
комые
транспортером.
Они
медленно
п лыли
в
воздухе
над
заводским
шо ссе
и
скр ы вал ись
в
проеме
ст ены
склада
готовой
продукции.
Ши ны
бы ли
р азны е:
от
небольших
—
для
малолитражных
автомобилей,
до
ги­
гантских
—
для
сельскохозяйственных
машин.
И
достаточно
бы ло
взгля­
нут ь
на
их
движение,
не
прекращающееся
ни
днем,
ни
ночью,
чтобы
су­
дить
о
ри тме
работы
участков
за вода .
Бр янце в
любил
побыть
в
эти
вечерние
час ы
о дин
в
кабинете,
поду­
мать.
7


Временами
он
бросал
взгляд
на
конвейер,
и
тог да
ему
казалось,
будто
притрагивается
он
к
пульсу
живог о
организма.
Прожитый
де нь
лежал
перед
ним
распластанный,
как
на
листе
бу маги .
Глядя
на
э тот
незримый
чертеж,
Брянцев
дел ал
зам етки
в
блокноте,
и
постепенно
день
за вт ра шний
в ст авал
пер ед
ним
с
та кой
же
ясностью,
как
и
про жит ый.
Но
не
всег да
удавалось
добиться
предельной
я сно сти.
Иногда
что-то
заедало,
что-то
выглядело
расплывчато
и
ту ма нно,
как
на
недопроявленном
не­
гативе.
Это
раздражало.
Сегодняшний
вечер
мог
бы ть
с поко йным .
Цехи
работали
ровно,
ничт о
не
пре дв еща ло
перебоев
в
ритме.
Хороший
день,
хорошие
перспективы
на
следующий.
Вот
только
телеграмма...
Это
был
первый
выз ов
в
Комитет
партийно-государственного
конт­
роля,
и
Бря нце в
не
понимал
его
причины.
Д ела
на
заводе
шли
как
нельзя
лучше,
можно
б ыло
ожидать
только
по ощ р ения.
Но
для
поощрения
вы зываю т
не
так
и
не
ту да.
Мо жет
бы ть,
дознались
о
Е л енке?
При
этой
мысли
у
него
заныло
сердце,
но
не
тревожно,
а
как-то
ра­
д ост но,
точь-в-точь
как
ныл о
в
семн ад ца ть
ле т,
когда
полю б ил
впервые.
Он
даже
улыбнулся
этому
сходству
ощущений,
улыбнулся
с
издевкой
над
собой:
т ож е-де
школьник
под
соро к
лет !
Посмотрел
на
час ы.
Половина
с едьм ого.
Если
вы зв ать
ма шин у,
за­
ех ать
дом ой,
б роси ть
в
чемодан
пар у
чистых
рубашек,
носки,
бритвен­
ный
п рибо р,
можн о
успеть
на
девятичасовой.
С
востока
лететь
хорошо:
в
девять
по-местному
вылетел,
в
девять
по-московскому
прилетел.
Т акси
—
и
через
полчаса
увидит
Еленку.
Сердце
у
Б ря нцева
застучало
сильнее.
Он
протянул
было
р уку
к
телефону,
но
тут
же
оп уст ил
ее.
Нет,
у
Еленки
он
появится,
когда
ре­
шится
вопрос
с
вызовом.
Он
не
сумеет
скрыть
от
нее
свое
беспокойство.
Слишком
редко
они
видятся,
что бы
ом ра чать
вс треч и.
Резкий
звонок
междугородней
ударил
в
уш и.
Поколебался
немного
—
поднимать
трубку
или
не т.
По днял .
Вызывала
Моск ва,
референт
Самойлова.
—
Вы
еще
у
себя,
товарищ
Брянцев?
А
мы
вас
ждем .
Поторопитесь,
пожалуйста.
—
По
ка кому
воп рос у?
Какие
брать
с
собой
материалы?
—
Вопрос
не
для
те лефо н а,—
сухо
ответил
референт.—
А
что
ка­
са ется
материалов
—
положитесь
больше
на
с вою
память.
Бр янце в
бросил
трубку,
п озв онил
д испет ч ер у: «Пожалуйста,
машину
м н е». Набрал номер квартиры.
—
Тася,
уложи
чемоданчик,
сейчас
уезжаю.
—
Ну,
разве
мо жно
так...
за
десять
минут?
—
Что
д ела ть?
—
извиняющимся
тоном
сказал
Брянцев.—
Сам
только
что
узнал.
Через
несколько
минут
«Волга»
со
ск рип ом
за то рмози ла
у
подъезда
его
дома.
Брянцев
вз беж ал
по
лестнице,
перемахивая
через
две
ст у­
пе нь ки.
С
тос кой
посмотрел
на
накрытый
стол,
отк уси л
половину
сол е ного
огурца
и
направился
в
в ан ную.
Все-таки
грязновато
шинное
производ­
с тво.
Как
ты
ни
стар айся ,
а
на
лице ,
на
шее
всегда
легкий
налет
сажи.
Удивительным
сходством
на де ляет
порой
людей
природа.
Супруги
Брянцевы
б ыли
похожи
друг
на
друга,
как
брат
и
сестра.
Некоторые
даж е
злословили:
пох ожи,
как
два
брата.
И
в
э том
была
д оля
и сти ны.
Оба
высокие,
крепко
сколоченные,
у
обоих
большие
лб ы,
широк о
расставлен­
ные
глаза,
упрямые
подбородки.
И
разлет
бров ей
од ина к овый
—
ще д-
8


р ый,
смелый.
Но
е сли
внешний
облик
Ал ексея
Алексеевича
соответствовал
его
х ар актер у,
то
грубоватая
внешность
Таисии
Устиновны
об­
м аны вала.
Че лове ком
она
была
чутким,
по-
дель чив ы м,
на
р едко сть
добрым.
При н ять,
накормить,
об ласкат ь
умела
как
никто.
И
что
бы
она
ни
п ода вала
на
сто л,
все
б ыло
отменно
вк ус ным,
вкусным
еще
и
п от ому,
что
угощала
она
от
души.
Оттого
и
повелось:
и
на
Новый
г од,
и
в
праздники
всегда
собирались
у
Брян­
цевых.
Так
бы ло,
когда
Алексей
А л ек сеевич
работал
мастером,
по том
начальником
цеха.
Не
изм ени ло сь
и
по сле
того,
как
назначили
его
д и ректором
з ав ода.
Тяготы
гостеприимства
Таисия
Устиновна
несла
безропотно,
да же
с
радостью,
почему
и
приобрела
не
только
славу
первоклассной
хозяйки,
но
и
любовь
всех,
с
кем
сталки в ала
ее
судьба.
Любили
ее
и
за
то,
что
была
она
отзывчива
к
чужой
беде
и
умела
свято
хранить
чужие
секреты.
За
глаза
зв али
не
Брянчихой,
не
ди­
ректоршей
—
зв али
сестрой.
Мо жет
пот ом у,
что
на
фронте
она
б ыла
медсестрой,
а
может,
вкл адывал и
в
это
слово
ино й
смысл:
для
всех
словно
сестра
родная.
Жили
Брянцевы
тихо,
мирно,
считались
безупречной
парой.
И
ес ли
нужно
б ыло
к ому
привести
в
пример
об ра зцовых
супругов,
неиз­
менно
вспоминали
их.
Надев
серый
кос тюм,
названный
Таисией
Устиновной
«столичным»
за
осо бо
элегантный
ви д,
который
приобретал
в
нем
му ж,
Брянцев
поднял
виноватые
глаза.
—
Обедать
не
буду,
Тася,—
и
положил
на
с тол
телеграмму.
Раньше
он
э того
не
делал,
но
теперь,
когда
каждая
п о ездка
в
Москву
предвещала
встречу
с
Е ле ной,
на
всякий
случай
обосновывал
свой
отъезд
каким-либо
убедительным
поводом.
—
Довертишься
ты
до
язвы,—
вздохнула
Таисия
Устиновна,
давн о
смирившаяся
с
тем,
что
муж
ли бо
не
обедал
вовсе,
ли бо
ел
наспех.
Она
привыкла
к
вн езапным
отъездам
мужа
и
нау ч илась
собирать
его
чемодан
за
несколько
минут.
Сегодня
еше
куда
ни
шло
—
предупредил
по
телефону,—
а
сколько
раз
бывало
та к,
что
и
позвонить
не
успеет.
Влетит
вз мыл енный
в
комнату,
не
пое ст,
не
умоется,
бр осит
в
чемодан
что
по пало
под
руку
—
ина
аэродром.
Таисия
Устиновна
подошла
к
окн у,
проводила
взглядом
«Волгу»
и
стала
убирать
пос уду.
От
этого
за нятия
оторвал
ее
телефонный
зв онок .
—
Будете
говорить
с
Моск в ой!
—
скороговоркой
выпалила
телефони­
стка,
и
в
трубке
послышался
мягкий
женск ий
голос:
—
Можно
Ал екс ея
Алексеевича?
—
Нет
его.
Он
только
что
уехал.
—
На
аэродром?
—
Да.
—
Простите...
Таисия
Устиновна
не
успела
да же
с прос ить,
кто
звонит,
че го
всегда
т ребов ал
от
нее
му ж.
Многих
она
узн ава ла
по
голос у,
но
это т
голос
был
ей
незнаком.
Владимир
Федорович
Попов
связал
св ою
жизнь
с
Дон бассо м .
За
двадцать
лет
работы
на
металлургических
заводах
он
прош ел
все
ст у­
пеньки
производственной
ле стн ицы
—
от
ра зн ор або­
чего
до
начальника
ста ле­
плавильного
цеха.
Первый
роман
В.
Попова
«Сталь и
шлак»
—
о
подвиге
рабочего
класса
в
го ды
Вели ко й
О те­
че ствен но й
во йны
пр инес
автору
извест нос ть.
И
в
сле­
дующих
сво их
к нига х: «За­
кипела
стал ь»,
«Испыта ­
ние
огне м»,
«Продолжение
п одвиг а », «Люди,
ко то рых
я
люблю»
писатель
остается
верен
своей
те ме
—
во сп ева­
нию
людей
сме ло го
поиска
и
беспокойной
тво рчес к ой
мысли.
Н овый
роман
«Разорван­
ный
круг»
написан
при
уча ­
сти и
Еле ны
Поповой-Лен­
ско й,
в
соавторстве
с
кото­
рой
был
создан
художествен­
ный
фильм
о
металлургах
«Горячая душа» .
9


ГЛ АВА
ВТОРАЯ
Па сса жир ов
сорок
третьего
рейса
уже
усадили
в
автобус,
когда
из
все х
микрофонов
аэропорта
прозвучало:
—
Гражданин
Бр янц ев
Алек се й
Алексеевич
приглашается
в
почто­
вое
отделение
для
ра згов ора
с
Мос кво й.
Брян цев
рванулся
со
своего
места,
но
его
остановила
бортпровод­
ница.
—
Жд ать
не
будем,
товарищ
пассажир.
И
так
задер жал ись
с
вы­
летом.
Брянцев
остался.
Ощущение
тре вог и
возросло.
Для
чего
вызывали?
Может
быть,
потребовалось
представить
какие-то
документы?
Нет
ни­
чего
ху же,
когда
не
зн аешь
пр ич ины
в ызов а.
Вместо
одн ой
папки
берешь
с
собой
десять...
Когда
был о
министерство,
так
любил
действовать
Хлебников.
Вызо­
вет,
не
говоря
зачем,
и
гоняет
без
передышки
до
седьмого
пота,
за став ­
ляя
отвечать
на
самые
неожиданные
вопросы.
Тяжело
бы ло
с
ним
рабо­
тать.
Он
считал
себя
непогрешимым
авторитетом
в
области
шинного
про­
изводства
и
пр овод ил
единую
техническую
политику
по-своему:
неукос­
ните л ьно
осу щ ест влял
свои
идеи
и
всяч ески ‘ тормози л
другие,
которые
не
разделял,
а
иногда
просто
не
понимал.
Ст аж
у
него
был
б ольшой ,
в
свое
время
он
успешно
руководил
несколькими
заводами,
и
с
его
мне­
нием
очень
считались.
Попробуй
повоюй
с
таки м
человеком,
ес ли
у
не го
самоуверенность
помножена
на
власть!
Теперь
Хлебников
не
начальник
главка,
он
руководит
институтом
ре­
зины
и
каучука
—
НИИРИКом.
Уже
в
самолете,
когда
взр евел и
м оторы ,
Брянцеву
вдруг
пр ишла
в
голову
мысль:
может,
его
вызывали
к
телефону,
потому
что
отпала
не­
обхо ди мост ь
выле т а?
«Черт с ними,
п усть
раньше
думают.
Не
нуже н
—
тем
лучше ,
по
кр ай­
ней
м ере
увижусь
с
Еленкой».
При
э той
мысли
он
ощутил
привычное
волнение,
и
два
ча са,
которые
предстояло
пров ес ти
в
пути,
показались
ему
невероятно
долгими.
Кажд ая
встреча
с
Еленкой
наполняла
его
душу
каким-то
благоговей­
ным
в ос торгом ,
кото рый
хотелось
сохранить
подольше.
Все
люд и
каза­
ли сь
ему
прекрасными,
каждого
хотелось
с огре ть
те плым
с лов ом,
ра зве­
с елить .
Не
раз
после
этих
встреч
возвр а ща лся
он
домой
то
с
одним,
то
с
другим
совершенно
незнакомым
человеком,
п опутчик ом
по
самолету,
кот орому
не
удалось
устроиться
в
г о стинице.
Возможно,
в прочем ,
им
руководило
и
не ос оз нанное
желание
хот я
бы
еще
час-другой
не
оста­
ваться
с
глазу
на
глаз
с
женой,
как-т о
обле гчи ть
встречу
с
ней.
Присут­
ств ие
пос торон него
помогало
спуститься
с
облаков
на
землю,
не
осо­
бе нно
ушиби в шис ь,
как
помогает
приземлиться
пар ашют ист у
шелк ов ый
ку пол
парашюта.
Бр ян цев
посмотрел
в
окош ко
самолета.
И,
как
всегда,
обманчиво
ровная,
слепяще
белая
поверхность
об лак ов
вызва ла
у
не го
представле­
ние
об
Арктике.
«Даже не верится,
что
эта
поверхность
не
ров на,
как
стол,—
подумал
Брянцев,
не
отрывая
гла з
от
облаков,
и
тут
же
в озра­
зил
себе:
— Мн огое
издал и
к ажется
ровным.
Вот
и
наша
жизнь
с
Тасей...
Всем
она
пр едс тав ляетс я
хорошо
укатанной
д орогой ,
а
попробовал
бы
кто-нибудь
сесть
в
мою
телегу
—
сколько
ухабов,
ско л ько
толчков
ощ у­
тил
бы
о н!»
Бр янц ев
увидел
вдруг
дли н ную
дорогу
и,
вглядевшись
в
фигуры
иду­
щих
по
ней
людей,
узнал
себя
и
Тасю.
Улыбнулся,
пон яв,
что
его
одо­
л евает
сон,,и
поудобнее
устроился
в
сиденье.
Проснулся
от
легкого
толчка.
Самолет
приземлялся.
Он
спал
так
10


к ре пко,
что
д аже
не
почувствовал,
как
бортпроводница
застегнула
на
нем
предохранительный
пояс.
Едв а
Бр янце в
приблизился
к
барьеру,
за
ко торы м
то лпил ись
встре­
чаю щ ие,
как
сразу
увидел
Елену .
Она
ни к огда
не
встречала
и
не
провожала
е го.
На
вокзале,
в
аэро­
по рту
всегда
могли
оказаться
люди,
знающ ие
Брянцева,
з на чит,
при­
шлос ь
бы
держаться
в
рамках
строгой
официальности.
А
это
не
по
н им.
Смешно
и
тягостно
бы ло
бы
притворяться
—
церемонно
обменяться
ру­
копожатиями,
переброситься
ничего
не
значащими
ф р азами.
Сегодня
Елена
нарушила
эт от
запр ет .
—
Ты
как
узнала?
—
сп роси л
Брянцев,
нежно
беря
ее
под
рук у.
—
Позвонила
домой,
мне
сказали,
что
ты
выехал
на
аэродром.
Это
бы ло
еще
о дним
нарушением
у стан овив ших ся
пр ав ил,
но
Брян­
цев
не
с тал
упрекать
Елену
—
це нил
каждую
лишнюю
минуту
общения
с
ней.
Он
только
спросил:
—
Соскучилась?
За жда лась?
—
Скучать
и
ждать
я
пр ивык ла. ..
Встревожилась
очень.
Даже
в
аэр о­
порт
зво нил а.
—
Так
это
был
тв ой
вызов?
—
Мой.
—
З ачем?
Тебе
же
сказали,
что
я
лечу.
—
Хотела
предупредить,
чтобы
ты
прежде
всего
заехал
ко
мн е.
—
Но
я
всегда
так
делаю.
—
А
на
этот
раз
не
соб ир алс я,—
сказ ала
Ел ена,
и
Брянцеву
ничего
не
оставалось
как
согласиться.
—
Верно,
не
собирался...
Но
что
с лучил ось?
—
Хотела
предупредить
о
при чине
в ызов а.
Что бы
не
застали
врас­
плох...
—
Дознались
о
нас
с
тобой?
Она
невесело
усмехнулась
в
ответ.
—
Нет,
мы
сл ишко м
хорошо
законспирированы...
У
тебя
какие
отно­
шен ия
с
Хлебниковым?
—
С
Хлебниковым?
Не
особенно
хорош и е,
не
о со бенно
пл ох ие.
А
во­
общ е
мы
противопоказаны
друг
другу.
Но
при
чем
здесь
Хлебн и ков ?
—
Вызов
в
Комитет
партгосконтроля
—
его
ин иц иатив а.
•—
Не
пойму,
что
ему
надо.—
Б рянце в
остановился.
Мимо
проходили
пассажиры.
Кто-то
поздоровался
с
Брянцевым,
он
ответил,
так
и
не
узнав
поприветствовавшего
его
чело в ека.
Но
это
случа­
лось
часто:
его
знали
в
л ицо
значительно
больше
людей,
чем
знал
он.
—
Пойдем,—
ска зала
Е л ена.—
У
ме ня
. т акси.
Сели
на
заднее
сиденье.
Елена
положила
руку
на
рук у
Брянцева.
—
Слушай
внимательно,
Алеша.
Исследовали
ва ши
образцы.
П ол­
ная
ка та строф а.
Антистаритель
не
сохраняет,
а
разрушает
шины...
—
Не
может
быть!
—
Но
это
так .
Я
сам а
за ходи ла
в
лабораторию
к
Чалышевой.
По­
д обног о
я
еще
не
виде л а.
Резина
разрушается
на
гл аза х.
Трещины,
рв а­
нины!
Хлебников
поднял
шум
на
всю
Москву.
Он
ве дь
всегда
был
против
э тих
экспериментов,
считал
ваши
опыты
бесперспективными,
и
вдру г
та­
кое
бе с спорн ое
подтверждение
его
правоты!
Огромный
портфель,
набитый
вс як ими
материалами,
показался
Брян­
це ву
до
смешного
ненужным.
В
нем
было
все
кроме
самого
необходи­
мого:
данных
заводских
исследований
резины
с
предложенным
и нжене­
рами
и
рабочими
антистарителем.
Д олго
ех али
молча.
Сверкнуло
в
лу чах
фар
отра же нн ым
светом
слово
«Москва»
на
границе
города.
Засветились
в
вышине
звездочки
башен ных
кранов,
зачернели
громады
строящ ихся
зданий,
за сияли
зе­
ле ными,
розовыми,
ора нже вым и
абажурами
окн а
обжитых
домов.
11


Лена
сжала
пальцы
Брянцева.
—
Ле ша. ..
Он
повернул
к
ней
лицо,
поцеловал
в
л об,
как-т о
не обыч но
поце ло ­
ва л.
Трогательно
и
приз на те ль но.
—
Спасибо
за
предупреждение.
—
Надум ал
что-нибудь?
—
Нет,
тут
с разу
не
надумаешь.
Когда
тебе
выворачивают
мозги
и
одновременно
кладут
на
л опа тк и...
—
Куда
ва с,
граждане?
—
спросил
шофе р.
—
Сивцев
Вражек,—
сказ ала
Елена.
—
Улица
Куйбышева,—
поправил
Брянцев.—
Комитет
партгосконт-
роля.
—
Может,
повременишь?
Посидишь
у
меня,
подумаем.
—
Не т.
Меня
там
ждут.
—
Ты
только
не
вздумай
пос ле
ос тать ся
один.
Вдвоем
буд ем
хан­
дрить,—
сказ ала
Елена.
—
Не
люблю,
когда
ме ня
утешают.
—
А
я
и
не
бу ду
утешать.
Просто
буд ем
в мес те.
—
Не
обещаю.
Посмотрю.
—
Я
настаиваю,—
твердо
сказал а
Елена.—
Я
всегд а
знаю,
что
тебе
лучше.
ГЛАВА
ТРЕТЬЯ
Бр янце в
думал,
что
его
примут
сразу,
но
референт,
даже
не
доложив
о
его
приез д е
Самойлову,
по зво нил
в
ин сти тут
Хлебникову:
—
Олег
Митрофанович,
вы езжайт е!
Тот
не
заставил
себя
долго
ждать
и,
не
успел
Бр янце в
про смот ре ть
вечерний
выпуск
«Известий», появился в приемной в сопровождении не­
знако м ой
Бря нце ву
ж ен щины
неопределенного
в озрас та.
Казалось,
она
н ароч но
стара етс я
п рид ать
своему
лицу
самое
неприглядное
в ыр ажени е:
щур ит
и
без
того
маленькие
гл азки ,
поджимает
тонкие
г убы.
Прямая,
как
жердь,
она
и
на
с тул
сел а,
не
прислонившись
к
спи нке .
Хлебников
нисколько
не
изменился
за
те
пять
ле т,
что
не
видел
его
Брянцев.
Сохранил
и
с порт ив ную
внешность,
и
плавность
д виже ний,
и
начальственную
осанку.
—
Первый
самолет
пос ле
получения
вам и
телеграммы
пришел
два
часа
на зад, —
ск азал
он
Брянцеву.
Брянцев
ничего
не
ответил.
Он
понимал,
что
задираться
не
с ледуе т,
но
выдержки
хватило
ли шь
на
то,
чтобы
не
ответить
ре зк ос тью.
Напряженную
паузу
нарушил
референт:
—
Заходите,
пожалуйста.
С
в иду
Самойлову
было
чуть
больше
тридцати.
Выс окий ,
худощавый,
мягкие
че рты
лица ,
доброжелательная
улыбка.
Что-то
бы ло
в
нем
от
комсомольского
работника,
которого
посадили
в
каб инет
и
заставили
за­
ниматься
ч ужд ым,
ка зало сь,
его
натуре
делом.
Слишком
уж
не
соответ­
ствовала
его
располагающая
мягкость
эт ой
должности,
на
кот орой,
как
полагал
Брянцев,
нужн о
быть
сухо
деловым,
с уровы м
и
да же
жестким.
Самойлов
пожал
Брянцеву
ру ку
ко ротко,
но
крепко
и
ука зал
на
кр е­
сло
у
стола
жестом
гостеприимного
хозяина.
Другое
кресло
заполнил
своим
могучим
телом
Хлебников.
Женщина
у сел ась
в
сторонке
у
стены,
но
Са мо йлов
запротестовал:
—
Нет,
не т,
пожалуйста,
к
столу,
това рищ
Чалышева.
Брянцев
с
интересом
взглянул
на
нее.
Он
н ик огда
не
сталкивался
с
Чалышевой,
но
много
слышал
о
ней.
В
НИИРИКе
она
была
единствен­
ным
научным
работником
по
антистарителям.
Самойлов
не
торопился
начать
разговор
—
то
ли
д авал
возможность
Брян цев у
освоиться
с
обстановкой,
то
ли
раздумывал,
с
чего
начать.
12


—
Может
быть ,
ра зр ешите
мне?
—
не
выдержал
р ва вшийся
в
бой
Хлебников.
—
Н ет,
зачем
же,—
мягко
возразил
Самойлов
и
обратился
к
Ч алы­
шевой:
—
Покажите,
будьте
добры,
Ал ек сею
Алексеевичу
результаты
испытания
образцов
резины
его
за вод а.
Ча лыш ева
до ст ала
из
па пки
пачку
фотографий,
протянула
Брянцеву.
Тот
взглянул
на
первую
фотографию,
на
вт орую ,
тре тью .
Просмот­
рел
их,
как
игрок,
тще тно
ищущий
в
своих
картах
хо тя
бы
один
ко зырь ,
и
у
нег о
задрожали
па льцы.
Ж ест кая
бумага
фотографий,
слов но
стрелка
чувствительного
прибора,
усилила
дрожь,
сделала
ее
видимой
всем.
Картина
была
страшной,
страшнее
той,
которую
нарисовала
ему
Е лена.
Тр е щина
на
трещине.
Некоторые
образцы
распались
на
две,
на
три
части.
Брянцев
снова
пересмотрел
фотографии
одн у
за
другой ,
те­
пе рь
уже
медленно,
чтобы
собраться
с
мыс лям и.
—
Раз решит е?
—
снова
рванулся
было
Хлебников.
Но
Самойлов
остановил
его
жестом.
Нет,
не
резким.
Не
категориче­
ским.
Просто
оторвал
от
ст ола
ки сть
руки ,
поднял.
Как
ни
был
обескуражен
Брянцев,
он
отметил
про
себ я
эт от
жест.
Без
пережимов
человек.
Даже
в
тел ег ра мме
не
бы ло
ничего
рез кого,
прос то
—
«Вылетайте первым самолетом».
Так
поступают
люди,
кото­
рые
вер ят
в
с илу
сам ых
обы чн ых
слов.
—
Я
не
понимаю
вот
че го,—
овладев
собой,
сп око йно
произнес
Брян­
цев.—
Данные
исследований
нашего
института
совершенно
противопо­
ложны
в аш им...
—
Какого
института?
—
оборвал
его
Хлебников.—
Собрали
р абоч их,
нарекли
исследователями,
наимен овал и
институ том .
Спекулируете
выс о­
к ими
понятиями...—
Он
замо лк,
ос та но вле нный
взглядом
С амо йл ова.
—
...И
кроме
того,
наши
оп ытные
ши ны
показали
х орош ую
ходимость
в
условиях
дорог
не
только
класса
«А», но даже класса « Б»,—
продол­
жал
Брянцев,
когда
Самойлов
сн ова
взглянул
на
него.—
А
это
убедитель­
не е,
чем
л абора торны е
испытания.
—
Знаем
мы
эти
исследования!
—
уже
спокойнее
п рогов ор ил
Хлебни­
ко в.—
Надоест
шоферу
гонять
по
пятьсот
километров
в
день,
он
сд ел ает
двести,
а
сче тчик
под крути т.
И
вот
вам
результат!
—
Это
что,
ме тод
шоферов
вашего
института?
—
сп роси л
Самойлов.
—
Да
нет,
я
еще
по
заводу
знаю,—
отв ет ил
Хлебников.
И
снова
Брянцеву
стало
ле гче
на
ду ше.
Он
сидел
пе ред
ч елов ек ом,
ко торы й
отн оси тся
ко
всем
объективно,
не
торопится
стать
на
чью-либо
сторону.
—
Вы
долго
вел и
исследования,
Алекс е й
Алексеевич?
—
сп роси л
Са­
мойлов.
—
Три
год а.
До
тех
пор,
п ока
сами
не
убедились
в
том,
что
резина
с
нашим
антистарителем
служит
лучше,
чем
любая
другая.
—
Значит,
вы
уб еждены
в
своей
правоте?
—
Убежден,—
пос ле
н ек оторой
пау зы
ответил
Брянцев.
—
Металла
в
голосе
не
чув ст вую ,—
вскользь
зам е тил
Хлебников.
—
Приз наюс ь ,
эти
р ез ульта ты
меня
озадачили,—
ск азал
Брянцев,
кивнув
на
фотографии.—
Но
ве дь
есть
же
еще
и
зд ра вый
смысл...
—
Он
яв но
не
в
л адах
с
наукой,—
бесстрастно
пр ог овор ила
мо лчав ­
шая
до
сих
пор
Чалышева.
Брянцев
пове рну лс я
к
ней .
—
Зн аете ,
в
чем
вы
не
правы?
Наука
да вно
перестала
бы ть
моно­
поли ей
на уч ных
институтов.
Она
обосновалась
и
на
заво дах ,
а
в
послед­
нее
время
и
в
таких
общественных
институтах,
как
на ш.
—
Сколько
шин
вы
выпустили
с
ва шим
снадобьем?
—
спросил
Хл еб­
ников.
13


—
Шин?
Вы
хоти те
спросить,
сколько
тысяч
шин?
Более
двадцати
тысяч,—
отв ет ил
Брянцев.
—
Х орош ий
подарочек
пос ле
Пл ену ма
ЦК
по
химии!
И
сейчас
вы­
пускаете?
—
Да,
выпускаем.
—
В
нарушение
ГОСТа?
—
А
почему
бы
и
нет?
Нарушать
ГОСТ
нельзя,
снижая
к ач ество
про­
дукции.
Но
кто
будет
возражать
против
повышения?
Н аши
исследо­
ва ния ...
Чалышева
сл або
ул ыб нул ась.
Улыбка
не
сделала
ее
ни
привлекатель­
не е,
ни
мягче.
—
Иссл едо в ания м
можно
верить,—
раз мер енно
п оуча ющим
тоном
на­
чала
она,—
е сли
лю ди
овладели
м ет одикой ,
современной,
совершенной,
строго
научной.
Инач е
исследования
могут
завести
в
такие
де б ри...
в
та­
кие,
в
ка кие
как
раз
попали
вы.
И
это
особ енн о
с пра ведли во
в
обла ст и
тон кой
хи ми чес кой
те хн ологи и,
к
кот орой
принадлежит
шинная
промыш­
ле ннос ть.
Поймите:
нельзя
безнаказанно
совать
в
так ое
сложнейшее
физико-химическое
соединение,
как
рези н а,
качество
к оторо й
ино й
раз
зависит
от
ничтожной
доли
тог о
или
иного
ингредиента,
вещества,
мало
исследованные
наукой.
Ну,
а
о
ценности
ваш их
исследований...
я
дума ю,
не
стоит
об
этом
говорить.
На
эт от
раз
Брянцев
про мо лч ал.
Невольно
закралась
мысль
о
том ,
чт о,
может
быть,
Чалышева
в
чем-то
и
права.
В
кон це
концов
—
канди­
дат
технических
наук,
зу бы
проела
на
э том
деле.
Задумался
и
Самойлов.
Столкнулись
мнения
двух
организаций
—
завода
и
института.
Картина,
кот орую
развернули
перед
ним
с отрудн ики
и нсти тут а,
была
у жа сающей .
Ес ли
верить
им,
то
двадцать
тысяч
шин
пошло
в
бр ак,
и
это т
брак
продолжают
выпускать
и
се годня .
Они
сидя т
здесь,
дискутируют,
а
с
заводского
конвейера
сходят
бракованные
шины
и
отгружаются
потребителям.
Можно
ли
не
верить
институту
—
государ­
ственной
организации,
в
кот орой
занято
более
тысячи
человек?
—
Я
понимаю,
конечно,
что
Пленум
Центрального
Комитета
по
хи­
мии
активи зир о ва л
творческую
деятельность
люд ей ,—
воспользовался
паузой
Хлебников,—
но
нельзя
использовать
эту
волну
для
сво их
аван­
тю ри сти чес ких
ц елей ...
Самойлов
снова
жестом
остановил
его.
—
Мы
сд елаем
вот
что,—
сказал
он .—
Вы,
Алексей
Алексеевич,
се й­
час
же,
из
моей
приемной,
вызовете
завод
и
дадите
команду
вернуться
к
старой
ГОСТовской
те хноло гии.
—
Правильное
р ешен ие!
—
обрадовался
Хлебников.
—
...Вы,
Ол ег
Митрофанович,
пол учи те
шины
с
завода
и
проверите
их.
На
уск оре нны х
дорожных
испытаниях.
Обуйте
машину
и
пошлите
по
разным
дорогам.
Закончите
испытания
—
встретимся.—
Он
вызвал
секретаря.—
За кажи те
товарищу
Брянцеву
разговор
с
заводом.
—
Я
счи таю
дорожные
испытания
совершенно
и зли шней
тратой
госу­
дарственных
средств,—
возразил
Хлебников.—
Лабораторные
испытания
в
данном
случае
дали
полную
яс ност ь...
—
И
все-таки
проведите
испытания!..
ГЛАВА
Ч
ЕТВЕР ТАЯ
Давно
не
ходил
Брян цев
по
ночной
Москве
один.
Каждую
свободную
мин уту
он
старался
бы ть
с
Еленой.
Это
стало
для
нег о
не
только
при­
в ыч кой,
но
и
не обходи м ост ью.
Сегодня
же
ему
хотелось
поб ыть
одно му .
Шел
медленно,
н асл аждая сь
ти ш иной
зас ыпа ющег о
города.
Все
реже
проносились
мим о
него
машины,
шурша
шинами
по
асфальту,
унося
с
14


собой
красный
о гоне к.
Только
около
гостиницы
«Москва»
в
тишину
но чи
врывал с я
др о бный
стук
отбойных
молотков
и
скрежет
ж елез а:
строили
подземный
пе ре ход.
Москва
п ока зала сь
ему
како й -то
темной.
Право
же,
у
них
в
Сибирске
цент р
лучше
освещен,
чем
эта
улица.
Вот
пойти
бы
сейч ас
на
рек у,
пр ой­
тись
по
набережной.
Это
всегда
впечатляет
и
отвлекает.
Не т,
нельзя
так
долго
и спыт ыват ь
терпение
Е ленк и.
Но
и
к
ней
спешить
не
хотелось.
Придется
оправдывать
свое
поведение
пер ед
ней,
а
он
не
нашел
еще
опра вд ания
для
себя.
Единственный
вых од
из
создавшегося
положения,
ко торы й
у
него
был,—
вернуться
к
старой
технологии,—
вд руг
п ок азался
чудовищно
не­
лепым.
Почему
он
так
поступил?
Испугался?
Нет,
боя ть ся
ему
нечего.
Если
двадц ать
тыс яч
шин,
выпущ е нных
по
его
распоряжению
дей стви тел ь но
брак,
он
все
равно
уже
не
дир ект ор
и
ответственность
придется
нести
полной
мерой.
К
д ир ект орс кому
пост у
он
не
рв ался
и
не
очень
держится
за
него.
Не
очень?
Ну,
как
с ка за т ь!.. Этот пост дает много возможностей,
много
м ожно
сделать
пол е зног о,
есл и
б ыть
решительным.
Он
и
был
та­
ки м.
Кто
осмелился
бы
в не дрять
новую
те х ноло гию
так,
как
сделал
он,
в
противовес
всем
а в торит етам,
на уч ным
и
техническим?
Смелый
шаг?
Смелый.
Так
куда
же
де в алась
смелость
сегодня?
Почему
не
сказ ал
С ам о йл о в у : «Я своего приказа не отменю!» Ведь понимал,
когда
шел
на
этот
шаг,
что
бои
буду т,
а
при
первом
же
наступлении
сло жил
ору­
ж ие.
Нет,
по жалуй ,
не
сложил.
Просто
отступил
пер ед
превосходящими
силами
противника.
Остановился
закурить,
осмотрелся. «Прага»
—
на
мест е,
кинотеатр
—
на
мес те,
вот
старый,
стиснутый
домами
Арбат,
но
площадь
не
та.
Она
словно
влилась
в
новую,
незнакомую
ему
шир ок ую
улицу,
пробившуюся
сквозь
жилой
м ассив
к
М о скве-р еке.
А,
это
и
есть
но вый
Арбат!
Вот
он
каков.
Смел о
рубанули!
Пересек
площадь,
н апра вляясь
к
Гоголевскому
бульвару.
Нет,
почему
он
все -таки
о тм енил
работу
по
но вой
технологии?
Усомнился
в
ней?
Пожалуй,
да.
Но
очень
н ем ного.
Испугался
ответствен­
ности?
Не т.
Реш ил
сманеврировать?
Вот
это
больше
всего
похоже
на
правду.
Значит,
сделал
тактичес ки й
шаг ?
Да.
Так
показалось
лучше.
А
сей час
уже
не
кажет ся?
Лучше
бы ло
бы
упереться:
ни
шаг у
назад!
Да-а,
тут
есть
над
чем
подумать...
Как
он
вернется
на
завод?
Что
ска­
жет
рабочим,
которые
три
года
безвозмездно
ве ли
исс лед о ван ия,
чтобы
найти
антистаритель,
и
на шли
е го?
Вед ь
не
зря
он
ст ал
и
директором
о б щест венно го
научно-исследовательского
института.
Вся
по лно та
вл а­
сти
у
него.
Кто
из
бюрократов
пойде т
против
нового
движения,
есл и
его
возглавляет
директор?
С
противниками
внутренними
справился,
а
перед
внешними
отступил.
В
общем
—
молодец
против
ове ц...
Было
уже
около
часа
ночи,
когда
Брянцев
поднялся
на
третий
э таж
и
сун ул
руку
в
карман,
где
у
н его
лежа ли
ключи
от
своего
дома,
от
сейфа
и
от
квартиры
Еле ны.
Но
не
успел
достать
их,
как
две рь
откры ­
лас ь.
Елена
была
в
пальто
—
либо
только
что
вернулась,
либо
собралась,
уход ит ь.
—
А
я
уж
хотела
идт и
тебе
навстречу...
Ч то,
убили?
—
Били...
Каждый
раз,
когда
Бр янце в
входил
в
эту
небольшую,
просто
и
мило
обставленную
квартиру,
у
нег о
возникало
ощущение,
будто
после
долгих
странствий
он
наконец
вернулся
дом ой.
Без мят ежн ое
спокойствие
охва­
тыва ло
его
здесь.
Ему
решительно
ничего
не
хотелось
изменить
в
этой
квартире,
испр ав ит ь,
сделать
по-своему,—
желание,
которое
не
оставляло
его
в
Сибирске.
Не
бы ло
здесь
ни
громоздкого,
с
гранеными
з елен ова­
тыми
стеклами
буфета
—
гордости
Таисии
Устиновны,
ни
этажерки
с
15


д еш евыми
безделушками,
ни
оранжевого
аб ажура
с
дли нно й
бахромой.
С
наслаждением
с броси л
с
себя
пальто,
пиджак,
с нял
галстук,
рас­
с тег нул
ворот.
Пошарил
под
диваном,
вытащил
комнатные
туфли,
про­
шелся,
расправляя
плечи.
Потом
поднял
р уки,
расслабленно
оп устил
их,
как
бы
сбрасывая
накопившуюся
в
них
тяж есть ,
и
весело
взглянул
на
Елену.
—
Ну,
здравствуй,
Ле нок!
—
Приземлился?
—
Ага .
Д аже
зам е тил,
какая
ты
красивая
сей час.
—
Подлизываешься?
Брянцев
не
лгал.
Ей
и
на
самом
де ле
оч ень
шло
скромное
темно­
голубое
платье.
Сейчас
она
удивительно
походила
на
ту
Леночку,
ко­
торую
он
впервые
поцеловал
на
ш коль ном
в ечер е.
—
А
Валерка
где?
—
с про сил
Брянцев,
стараясь
от тя нуть
предстоя­
щий
разговор.
—
Где
он
может
быть?
Спи т.
Мо жет
быть,
расскажешь
все-таки,
что
произ ош ло?
—
А
поесть?
—
Пойдем
на
кухню.
Будешь
есть
и
рассказывать.
Он
ел
и
рассказывал.
Р ассказ ы вал
п одроб но,
с лово
в
слово,
бу дто
читал
стенографическую
запис ь.
Даже
б олее
подробн о,
потому
что
ни
одна
стенограмма
не
передает
того,
что
думае т
че лове к
во
время
раз­
говора
и
как
ведут
с ебя
остальные
его
уча с тни ки.
Елена
слушала,
не
прерывала.
Когда
он
закончил
свое
про с тра нное
повествование,
ск азала
жестко:
—
Зря
усту пи л.
Поворачивать
колесо
обратно
будет
трудно.
И
чем
больше
времени
пройдет,
тем
труднее.
Ты
знал,
на
что
идешь .
На до
бы ло
подготовить
себя
к
схватке.
Хлебников
—
опы т ный
бое ц
и
человек
боль­
шой
п робойн ой
с илы.
Брян цев
не
удивился.
Елена
не
отличалась
всепрощением,
к оторое
св ойс тв енно
многим
лю бя щим
женщинам.
Умела
ос уд ить
его
поступки,
-е сли
находила
в
них
что- либ о
противоречащее
ее
взглядам,
ее
правилам.
Б рян цев
ценил
в
ней
эту
редкую
черту.
Пр ин имая
то
или
иное
решение,
нередко
думал,
что
с казал а
бы
в
эт ом
случае
она ,
как
поступила
бы
сама.
Он
внимательно
посмотрел
на
нее.
Добрые,
чу ть
пухл ы е,
чуть
вз дер­
нут ые
губы.
Мягкая
линия
подбородка,
светлые
с
грус ти нк ой
глаза,
в
которые
легко
с мотри тс я.
И
столько
ума
во
взгляде,
столько
проница­
тельности!
—
Сердишься?
—
спр ос ила
Е лена.
—
Что
ты?
Восхищаюсь
и
преклоняюсь...—
ответил
он
растроганно.
Она
встала,
подошла,
поцеловала
его.
—
А
ты
так
и
не
поцеловал
ме н я...
Ну,
жду.
Я
и
тогда
ждала.
На
школьном
в ече ре.
Целых
два
года
потеряли
из-за
твоей
нерешительности.
Мо гли
еще
в
девятом
классе
н ачать
целоваться.
Он
коснулся
рукой
ее
вол ос,
за глян ул
в
глаза,
поцел овал
в
нос.
—
Холодный,
как
у
котят.
Мы
не
два
год а
потеряли,
Ленок.
Начали
бы
в
девятом,
привыкли
бы
дру г
к
другу
—
поженились
бы...
А
так
ра з­
несла
нас
жизнь
в
разные
с тороны
—
и
смирились:
не
судьба,
мол.
—
Не
судьба...—
повторила
Елена.
—
Да,
ест ь
все-т ак и
что-то
такое,
выше
чег о
не
пры гн ешь.
Ка кое-т о
прокрустово
ло же,
на
к оторо е
укладывает
теб я
жиз нь.
—
Особенно,
если
ты
сам
хочешь
ул ечь ся
на
него...
Брянцев
пы тли во
взглянул
на
Елену,
стараясь
понять
смысл,
скры­
тый
в
этих
словах.
В
их
от ноше ни ях,
очень
простых,
и
в
их
пол ож е нии,
оч ень
сложном,
ка ждое ,
д аже
на
первый
в згляд
случайно
обро не нн ое
сл ово
приобретало
глубокое
знач ен ие
и
могло
быть
истолковано
по-раз-
16


пому.
Чтобы
не
бы ло
недомолвок,
они
всегда
старались
докопаться
до
э того
значения.
—
Я
не
о
на шей
с
тобой
ситуации,—
сказа ла
она.—
Я
вообще...
Во
в сяком
случае,
пусть
тебя
в
таки е
дни
эта
тема
не
тревожит...
Бр янце в
оп усти л
голов у.
«Такие дни»
были
всегда,
когда
он
приез­
жал
в
Мос кву.
Просто
так
он
сюда
не
ездил.
Вызывали
либо
на
оч еред ­
ной
разнос,
либо
на
согласование
п лан ов,
что
всегда
сопровождалось
нервотрепкой.
И
каждый
р аз,
когда
он
заговаривал
с
Еленой
о
том,
как
им
быть,
как
им
ж ить
дальше,
она
г ово р ила : «Потом,
не
в
такие
дни...»
Порой
он
да же
думал,
что
Елену
устраивает
ее
положение,
что
к
др у­
гому
она
не
стремится.
Там,
в
Сибирске,
ему
иногда
казалось,
что
у
нее
ест ь
еще
кто-то,
кто
скрашивает
жизнь,—
не
може т
же
она
вы нос ить
од ин очес тво
месяцами,
ждать
от
встречи
до
в ст речи.
Ну,
бы ли
бы
эти
вст р ечи
хоть
как-то
рег лам ент ир о ваны.
А
то
ведь
что
получается?
То
две
поездки
в
Москву
в
течение
м еся ца,
то
за
по лг ода
ни
одно й,
то
приле­
тит
на
о дин
день
—
именн о
на
день,
д аже
не
на
сутки,—
то
задерживается
на
две
н едел и.
Когда
Бр ян цев
за дум ывал ся
над
этим,
ему
невольно
вспоминался
рассказ
одного
по ли ткато р жан ина
о
Петропавловской
кр е­
пости.
Его
не
били,
не
истязали,
только
в
разное
время
и
на
разные
ср оки
закрывали
наг лух о
ставни.
На
пятнадцать
минут ,
на
три
часа,
на
цел ый
де нь,
а
то
и
на
два
д ня.
И
эти
неожиданные
переходы
от
тьмы
к
свету,
от
света
к
тьм е
расшатывали
нер вы,
доводили
до
сумасшествия.
Как
выдерживает
Елена
так ие
пе рех оды,
всегда
долгожданные,
всегда
не ожид анные ?
Он
—
мужчина,
и
то
ему
очень
труд н о.
Да
и
по
роду
сво ей
работы
он
почти
нико гд а
не
ост ает ся
о дин
—
зан ят
с
людьми
с
утра
до
но чи.
А
она
ра бота ет
от
звонка
до
зво н ка,
вечера
у
нее
св обо д­
ны е.
Разве
что
сын
скрашивает
жизнь .
Но
может
ли
сын
заменить
лю­
бимого
ч ело века ?..
ГЛАВА
ПЯТАЯ
Распоряжение
директора,
переданное
в
самой
категорической
форме,
потрясло
Бушуева.
Молод ой
г ла вный
инже не р
даже
растерялся.
Что
и-
как
скажет
он
людям?
С
начальником
ц еха
разговор
будет
к оротк ий:
прикажет
—
и
тот
сделает.
Тем
бо лее
что
Та по чка
поисками
антистари­
теля
не
занимался
и
вна ч але
д аже
критически
отнесся
к
этой
затее.
Не­
сколько
раз
пришлось
его
урезонивать,
прежде
чем
он
стал
п омога ть
рабочим-исследователям,
а
вер нее
—
перестал
меш ать
им.
Но
как
объяс ­
нить
происшедшее
рабочим,
ког да
сам
он
не
мог
объяснить
мотивы,
по­
будившие
Брянцева
сдать
позиции?
Рабочие-исследователи
зав тра
же
валом
п ов алят,
от
них
не
отобьешься.
Они
име ли
право
входить
к
д ирек­
т ору
без
до кл ада,
н езав и симо
от
тог о,
кто
у
не го
находится,—
такой
порядок
зав ел
Брянцев.
В
экстренных
сл уча ях
приходили
да же
во
время
совещания.
Однаж ды
начальник
управления
совнархоза
просидел
почти
час,
ож и­
дая,
пок а
директор
разбирался
с
резиносмесильщиками,
у
кот оры х
что-то
не
ладилось.
Когда
рабочие
ушли,
он
раздраженно
ск азал
Брянцеву:
—
Я
бы
те бе
посоветовал
эту...—
он
пок рути л
в
воздухе
пальцами,
так
и
не
на йдя
ядовитого
сл ова ,—
эту
систему
поломать.
Неудобно
как-
то
получается.
Я
человек
свой,
перетерплю,
но
ведь
руководители
и
по­
в ыше
к
тебе
приезжают.
—
Ни чего,
и
они
терпели,—
осадил
его
Брянцев.—
И,
представь
себ е,
возмущения
не
выказывали,
с
интересом
слушали.
Ведь
они
с
раб очим и
только
м им оходом
стал кив аются.
И
почем у
так
повелось,
что
раб очий
должен
ожидать,
п ока
ты
со
мной
разговор
закончишь?
Ты
зарплату
за
это
вре мя
п олуч аешь ,
каждую
мин уту
тебе
копейка
капает
—
и
когда
папиросу
закуриваешь,
и
когда
про
похождения
на
последней
рыбалке
2 Москва Ns 1
17


рассказываешь,
а
он
безвозмездно
иссл едо вания
ведет.
Понимаешь:
без-воз-мезд-но.
Так
уж
изволь
подожди
е го.
И
поучись,
кстати.
Так
и
укоренился
этот
порядок
на
за воде .
«Завтра работать не дадут»,—
с
тревогой
думал
Бушуев,
поглядывая
на
телефон.
Не
поднималась
рука
взять
трубку.
Но
как
может
он
изме­
ни ть
ход
событий?
Главным
инженеро м
его
назначили
недавно,
да
и
п ротив об орств оват ь
он
не
вправе,
тем
более
не
з ная
точно,
что
произо­
шло
в
Москве.
Набрал
номер
кв арти ры
Тапочки.
Нет
до ма
—
в
ц ехе.
Позвонил
в
цех
—
и
там
нет.
Нашел
в
д испет чер ск ой,
передал
распоряжение
ди­
ректора.
—
Что-о-о?
—
грозно
с про сил
Тапочка.
—
То,
что
сл ыш али.
—
Я
этого
не
с лыша л,—
сказал
Тапочка
и
повесил
тр убк у.
Бушуев
позвонил
еще
раз.
Гудо к,
гудок,
гудок.
Никто
не
поднял
труб ку .
«Вот стервец!
Сам
не
бе рет
и
диспетчеру
запретил».
Разъ я ренн ый
Бушуев
—
а
он,
случалось,
ярился
по
поводу
и
без
по­
во да—
ск азыв алас ь
фронтовая
контузия
—
вы л етел
из
кабинета
и
по­
мчался
в
цех .
Он
не
собирался
се годн я
вечером
заходить
в
подготовительное
отде­
ление.
Поэтому
и
надел
новый
костюм,
белую
рубашку.
Мо жно
бы ло
нак инут ь
халат,
но
он
об
э том
забыл,
так
же
как
и
о
том,
что
в
подго­
товительном
отд елен ии
всегда
плавает
в
воздухе
саж а
и,
есл и
ты
еще
вспотел,
то
выходишь
оттуд а
как
негр
—
только
зубы
блестят.
Походил
по
це ху
—
нет
Тап оч ки.
Спросил
одного-другого,—
гов орят,
дом ой
ушел.
Остановился
ок оло
Салахетдинова,
который
как
раз
заг ру­
жал
резиносмеситель:
за дал
натуральный
каучук,
за
ним
—
и ску сств ен­
ный,
всыпал
мешок
са жи,
потом
взял
с
нижне й
полки
несколько
брике­
тов
антистарителя
и
положил
на
с тол,
поближе
к
резиносмесителю.
Бушуев
под скочи л
к
рабочему.
—
Ты
п олучил
указание
отменить
антистаритель?
—
Угу...
—
Какого
же
черта
суешь
е го?
—
А
я
не
для
того
здес ь
поставлен,
чтобы
неправильные
указания
выполнять,—
спокойно
ответил
Салах ет дино в.
И
вд руг
вз вилс я:
—
Не
хочу
я
выпускать
резину
худ ше го
качества!
Тут
уж
Бушуев
потерял
самообладание.
•—
Вон
из
цех а!
С
завода
вон!
—
з акри чал
он.
Смуглое
ли цо
Салахетдинова
п оте м нело,
но
он
сд ержа лс я.
Уставился
на
главного
узкими
умными
глазами.
—
Сначала
скажи те,
к ому
агрегат
сдать,—
невозмутимо
произнес
он
и
с
ус меш кой
пос мот рел
на
белоснежную
р у башку
Бушуева.—
Может
быт ь,
вы
за
м еня
отработаете?
Гл а вный
инженер
быстро
остыл:
заменить
Салахетдинова
было
не­
кем.
Вернулся
в
диспетчерскую,
позвонил
Тапочке
на
квартиру.
—
Слушаю,—
как
ни
в
чем
не
бывало
отозвался
тот.
На
этот
раз
выслушать
ему
пришлось
гораздо
больш е,
чем
за
все
годы
работы
в
цех е.
Он
выд е ржал
до
конца
и
потом
ск аза л:
—
Товарищ
гла вный
инж ен ер,
я
не
могу
заставить
рабочих
делать
то,
что
считаю
н еп рав ильным.
И
что
они
счи та ют
не пр а вильным .
И
не
забы в ай те:
Салахетдинов
—
не
придаток
к
механизму,
а
раб очи й
выс­
шей
категории.
Он
три
года
отдал
исследованиям.
Его
убедить
надо .
А
в
данном
случае
—
переубедить.
Я
не
бе рус ь.
И
вы
зря
вз ялис ь.
Утром
произошло
то,
чего
боялся
Бушуев.
Сра зу
после
гудка
к
нему
в
к абинет
ввалились
резиносмесильщики
ноч ной
с мены.
Да же
сажу
с
лиц
пл охо
отмы ли
—
торопились.
18


Появился
сборщик
шин
Дима
Ивановский,
крепкий,
жилистый
па­
рень,
всегд а
чем-то
озабоченный,
всегда
с осре дото ченны й .
Поисками
ан тис тар ител я
он
не
занимался,
но
был
о дним
из
инициаторов
ро жд ения
рабочего
института
и
вникал
во
все
дел а.
Пришел
Кристич,
сухощавый,
по д вижно й,
с
тонким
не рв ным
лицом,—
главный
закоперщик
в
резино-
см есилк е.
Сегодня
он
выходной
и
выглядел
так,
будто
его
только
что
от
лунки
оттащили:
в
высоких
сапо гах ,
в
затрапезной
телогрейке,
в
ушанке.
Был
здесь
и
инженер
Целин,
од ин
из
авторов
антистарителя.
Бледный,
слов но
из
него
всю
кровь
вы п усти ли,
он
сидел
м олча
и
недо­
уменно
пожимал
плечами.
Бушуев
п онял,
что
сл ух
об
отм ене
антистарителя
разнесся
с
молние­
носной
бы ст ротой.
И
—
началось.
Рез иносме сильщ ик и
гов ори ли
наперебой,
делали
раз­
ные
предположения,
тут
же
оспаривали
их.
В
разг ар
перепалки
прозвенел
междугородний
з вонок .
Бушуев
под ­
нял
трубку
—
Хлебников.
—
С
кото рого
часа
перешли
на
старую
те хн ологию ?
—
с п росил
он.
Бушуев
промычал
что-то
нечленораздельное.
—
Не
слышу.
Не
п онял.
Главный
и нже нер
собрался
с
духом.
—
Не
переходили.
И
перейдем,
когда
вы
лично,
товарищ
Хлебни­
ков ,
прилетите
сюда
и
докажете
нам,
что
наш
состав
резины
х уже
ва­
шего.
Как
слышимость?
К
его
удивлению,
Хле бник ов
терпеливо
объяснил,
что
применение
анти стар ите л я
отменено
временно,
что
к
этому
вопросу
вернутся,
как
только
они
в
институте
испытают
шины
на
ходимость
в
естественных
условиях.
—
Какая
у
вас
нор ма
про б ега
для
ис пыта т ел ьных
машин
в
су тки?
—
сп рос ил
Бушуев.
—
Пять со т
километров,—
ответил
Хлебников.
—
Значит,
на
пол год а
е зды.
А
потом
еще
полгода
будете
разводить
научные
дискуссии.
А
нам
что
же,
выпускать
незащищенную
ре зи ну?
Так?
В
трубке
долго
ниче го
не
было
слышно.
Потом
Хлебников
сп рос ил
де­
ре вянны м
гол ос ом:
—
Кто
отказался
выполнить
распоряжение
директора?
—
Все,—
отв ет ил
Бушуев.—
А
рабочие-исследователи
в
первую
оче­
редь.—
Набрав
п олную
гру дь
во здух а,
словно
собираясь
н ыр нуть
в
не­
изведанную
глубину,
он
крикнул:
—
И
ваш
покорный
слуга
в
том
числе!
В
трубке
что -то
щелкнуло
—
очевидно,
Хлебников
бросил
свою.
В
ка бине те
до лго
молчали.
—
Ну,
теперь
заварится
ка ша,—
сказ ал
Бушуев.
•—
Что
ж,
будем
варить
ее,
по ка
не
разварится,—
замети л
Салахет­
динов
и
с
ув ажени ем
посмотрел
на
г лавно го
инже нера :
не
ожидал
от
Бу шу ева
такого
кр утого
поворота.
Рабо чи е
п е решли
в
комнату
Цел ин а,
отведенную
для
общественного
института
раб о чи х-исслед ов ат елей,
в
ту
са мую
комнату,
в
которой
столько
бы ло
п еред у мано
и
пережито,
и
долго
с трои ли
до г адки
о
том,
что
произошло
в
Мос кв е,
какой
ключ
подобрали
к
Брянцеву,
обычно
стой­
ком у,
упрямому,
воюющему
до
конца.
Потом
отправились
в
цех
подни­
мать
настроение
резиносмесильщиков.
Целин
погрузился
в
невеселые
думы.
У
него
бы ло
тако е
ощущение,
будто
он
висит
на
тонкой
вер евоч к е.
Вот -во т
веревочка
эта
оборвется
и
он
упадет,
да
так ,
что
боль ше
не
сможет
подняться.
Мн огооп ыт ный
и
многобитый,
он
л учше
вс ех
понимал,
в
како е
положение
попал
дирек­
тор,
распоряжение
которог о
на
заводе
не
в ы полн яют.
19


ГЛАВА
Ш
ЕСТ АЯ
Изобретательством
Це лин
заболел
да вно
—
в
первые
дни
сво ей
ра­
боты
в
Ленинграде
на
заводе
«Красный треугольник».
Мо лод ого
инже­
нера
направили
в
технический
отдел ,
но,
к
неудовольствию
начальства,
он
не
закопался
в
кипах
бумаг,
а
целыми
днями
находился
в
цехах.
Еще
в
ту
пору,
когда
он
прох оди л
производственную
практику,
роди­
ла сь
у
нег о
одн а
смелая
мысль,
но
он
боялся
ее
в ыс казать ,
чтобы
не
з асмеяли .
В
начале
тридцатых
годов
а вт омо б ильные
шины
собирали
по
с лоям
на
надутой
резиновой
к амер е,
укрепленной
на
вращающемся
крон­
ш т ейне—
«журавлике» . Тя же лый ,
трудоемкий
и
очень
примитивный
спо ­
соб.
Выполняли
эту
работу
«дядьки»
медвежьей
сил ы,
каждый
делал
за
смену
три-три
с
половиной
покрышки.
Мысль,
роди вш аяс я
у
Целина,
б ыла
простой:
собирать
ш ину
в
виде
ш ирок ого
кольца
на
п лос ком
барабане
и,
уже
сняв
со
ст анк а,
придавать
ей
нужн ую
форму.
Он
изложил
св ой
способ
на
бу маг е,
набросал
не­
сколько
эскизов
и,
н абр ав шись
смелости,
пошел
к
на чал ьн ику
отдела.
Тот
выслушал
инженера
и
потом
долго
рассматривал
его,
словно
видел
впервые.
—
Я
был
лучшег о
мнения
о
ваших
умственных
способностях,—
ска­
зал
наконец
начальник
отдела,—
може т
б ыть
потому,
что
вы
их
п ока
не
проявляли...
Тогда
Целин
подал
заявку
в
бюро
изобретательства.
Ее
рассмотрели
и
вернули,
п одр обно
изложив
мотивы
от ка за.
Еще
и
еще
раз
проверив
св ой
п роект,
Целин
снова
пришел
к
убе ж­
дению
в
его
осуществимости
и
в збун то ва лся:
написал
резкое
письмо
в
«Резинообъединение» .
Пр ожда в
ответа
с
добрый
месяц,
п оп росил
отпуск
и
поехал
в
Москву.
Его
предложение
разбиралось
в
каб ин ете
начальника
«Резинообъеди-
нения»
Биткера
в
присутствии
трех
десятков
специалистов.
На
всю
жизнь
запомнилось
Ц елину
выс т упле ние
красивого,
импозантного
человека,
го­
ворившего
с
великолепным
пренебрежением:
—
Во
время
мировой
в ойны
четырнадцатого
года
оди н
англичанин
предлагал
защити ть
Лондон
от
неприятельских
бом б,
по вес ив
над
горо­
дом
сетку.
Это
предложение
бы ло
настолько
же
патриотичным,
насколько
и
идиотичным.
Точно
такой
случай
патриотического
идиотизма
разбираем
мы
с
вами
с егодн я.
У
нас
нет
основания
со мнев ат ься
ни
в
добрых
поры­
вах
души
этого
молод ого
человека,
ни
в
кр а йней
нелепости
его
предло­
же ний ...
Целин
ушел
с
с о вещания
уничтоженным.
Но
вернулся
в
Ленинград,
отдышался
—
и
творческий
зуд
снова
обуял
его .
Беспартийный
инженер
пошел
к
секретарю
па р тийного
комитета.
Старый
рабочий,
участник
бо ев
за
Зим ни й,
до лго
слушал
ег о,
еще
дольше
думал.
Слесарь
по
специальности,
он
мало
понимал
в
шинно м
производстве,
но
име л
о дно
неоценимое
качество:
никогда
не
делал
вида ,
что
понимает.
И
ск азал
честно:
—
Я
теб е
верю.
Но
ты
меня
пойми:
я
с леса рь.
Касалось
бы
это
механики
—
тут
я
любому
сто
очков
вперед
дам.
Но
это
дело
не
моей
кон сис тен ци и.
А
совет
мой
таков:
обратись
к
Се рго
Орджоникидзе.
А
я
препроводиловку
напишу.
Целин
написал
пись м о.
Получилось
без
малого
тридцать
шесть
стра­
ниц.
Принес
письмо
секретарю
парткома,
тот
взвесил
в
руке
стопку
тол ­
стой
с лонов ой
бумаги
и
усмехнулся.
—
Да
ты
что,
И лья,
как
ди те
малое.
Р азве
у
него
хватит
вре м ени
такое
письмо
читать?
Не т/м илый,
ты
напиши
на
одной
странице,
но
т ак,
20


чтобы
нарком
сразу
всю
суть
д ела
схватил.
А
все
остальное
—
в
прило­
жение.
Нарком
письмо
прочтет,
а
приложением
другие
займу тся
—
те,
у
кого
времени
п обольше .
Тридцать
шесть
страниц
Целин
пис ал
три
дня,
а
над
одной
прос ид ел
неде лю.
Секретарь
парткома
про чи тал
ее,
одобрительно
кивнул
головой
и
взялся
за
пер о.
Пло хо
слушались
па ль цы,
привыкшие
к
тискам
и
молотку,
и
буквы
выхо дил и
такие,
что
м ашин истка
через
два
слова
на
третье
прихо д ила
спр ашив ат ь,
что
написано.
Ко ря вое
пол училос ь
письмо
у
сек­
ретаря
парткома,
но
че ст ное
и
пря м ое,
как
и
сам
сек р етарь .
«Дорогой товарищ нарком Серго Орджоникидзе!
Так
соб ир ать
по­
кры шк и,
как
это
мы
сейчас
де лае м,
нельзя.
Целин
предложил
способ
мо­
тать
п окры шки
на
барабане.
Человек
он
хороший,
и
партком
ему
верит.
Хотя
спецы
гов ор ят,
что
из
это го
ничего
не
бу дет,
но
попробовать
надо.
Ам е рик анцы
нам
станков
не
про да ют,
одн а
надежда
на
с вои
моз ги.
Секретарь
парткома
Лобода».
Письмо
ушло
в
Моск ву.
А
через
неделю
прибежала
к
Целину
в
цех
за пыха вша яся
курьерша.
—
Главный
инженер
вызы вае т!
Целин
п охо лоде л.
До
эт ого
дня
он
главного
инж енер а
и
в
гла за
не
ви дел.
Слышал
только,
что
человек
строгий-престрогий.
Пожилой
инжен ер,
с
с ухим
ли цом
аскета,
в
пенсне
в
золотой
оправе,
предложил
Це лину
расположиться
в
кресле.
—
На пра сно
вы
ко
мне
нико гд а
запросто
не
зайдете,—
с
задушевной
интонацией
про гов ори л
он.—
Я
понимаю,
молодым
специали стам
мы
уделяем
мало
внима ния.
Но,
поверьте,
не
из
злого
умысла
—
руки
не
до­
ходят.
Текучка
заедает.
И
вспомните
добрую
рус ск ую
пословицу: «Если
дитя
не
плачет,
мать
не
разумеет».
Не
усп ел
Целин
прийти
в
себя
от
изумления,
как
вошел
секретарь
и
то рж еств енно
доложил:
—
Все
в
порядке,
Виктор
Сергеевич.
Комната
товарищу
Целину
вы­
делена,—
и
по ло жил
на
стол
орде р.
Главный
инженер
стал
расспрашивать
Цел ина,
как
ему
живется,
как
р а бо тается.
А
в
ду шу
облагодетельствованного
человека
невольно
з акра­
д ыва лся
страх:
за
того
ли
его
принимают
и
чем
это
ко нчи тся?
К онч илось
все
не ож ида нно.
Г ла вный
инженер
отк рыл
папку,
на
ко­
т орой
золотом
б ыло
вы т ис не но: «Весьма срочно», достал
из
нее
т еле­
грамму.
—
Сегодня
п оед ете
в
Мос кв у,
Илья
Михайлович.
Вас
вы зыв ает
на­
родный
комиссар
тяж ел ой
промышленности
товарищ
Орджоникидзе.
—
Это ,
наверно,
по
поводу
мое го
предложения
о
новом
способе
про­
изводства
шин,—
обр адо ва лся
Целин.
—
А-а!
—
в
сво ю
оч ере дь
обрадовался
главный
инженер,
думавший,
что
Целин
жаловался
нарк о му
на
отношение
к
м олоды м
специалистам.—
Ну
вот
и
хорошо!
Первый
раз
в
жизни
ех ал
Илья
Це лин
в
мягком
в агон е.
Долго
си дел
у
окн а,
вглядываясь
в
тем е нь,
с
насл ажд ени ем
ощущая
плавное
покачи­
в ание
рессор.
Заснул
под
утро,
но
каждые
по л часа
тревожно
просы­
пал ся,
буд то
мог
проехать
Мос кву.
В
приемной
наркома
—
снова
неожиданность.
Крупны й
плечистый
муж ч ина
в
тельняшке,
выглядывавшей
из
расстегнутого
ворота
руба хи,
верный
помощник
Серго
матрос
Семушкин,
встретил
приезжего
грозн о.
—
Ты
что
тут
раз ные
фантазии
пиш е шь?
Думаешь,
у
наркома
без
тебя
работы
мало ?
—
Ув иде в,
что
Целин
растерялся,
он
улы бн улс я:
—•
Ну,
ну,
не
привык а й
робеть
смолоду!
Сейчас
наркому
доложу.
Семушкин
вошел
в
кабинет
и
тотчас
вернулся.
21


—
Валяй,—
сказал
он
и
угрожающе
шепнул
вдогонку:
—
Смотри
мне :
п ять
минут!
Це лин
перешагнул
порог
и
остановился.
На
него
в
уп ор
см от рел
че­
ловек,
ко торого
он
хорош о
зна л
по
портретам.
Орли ны й
в зг ляд,
орлиный
нос,
гордая
п ос адка
головы.
—
Прохо ди ,
проходи,—
ободряюще
произнес
на рком .
И
страх
вдруг
исч ез.
Целин
подошел
к
столу,
пожал
п ротя нутую
руку,
бол ьшу ю,
крепкую,
теплую.
—
Прочитал
т вое
письм о,—
сказал
Орджоникидзе.—
Вер ишь
в
то,
что
пише шь ?
—
Верю.
—
Ну
вот
и
хорошо.
Я,
к
со жалению ,
п огов орит ь
как
следует
с
тобой
не
смогу.
Ты
и звин и,
очень
мне
некогда.
Хотел
в
глаза
т ебе
посмотреть.
Ви жу
—
в ери шь.
А
раз
так
—
широкая
те бе
д орог а!
У
изобретателя
ка­
кое
преимущество
перед
остальными?
Он
ве рит
в
св ое
дело
и
хо чет
его
осуществить.
Верит
и
хочет.
Понимаешь?
Нарком
в зял
со
стола
письмо
и
объяснительную
за пи ску
Целина,
на­
пис ал
несколько
слов.
—
Сейчас
же
поезжай
с
этим
в
«Резииообъединение»
к
Биткеру.
—
Я
уже
был
у
него.
Серг о
улыбнулся
в
усы.
—
Так
ты
один
б ыл,
а
теперь
в роде
мы
с
тобой
вместе
поедем.
Пожав
Целину
руку,
Серго
пожелал
ему
у спехо в.
—
Главное
—
не
осты в ай!
—
заключил
он.
Целин
вышел
в
приемную,
прочитал
резолюцию
нар ком а : «Биткеру .
Если
ес ть
хоть
один
про цен т
надеж ды
на
успех,
пр об уй те».
Вернулся
он
на
завод
с
приказом
Би тк ера
незамедлительно
и зыск ать
средства
и
начать
опыты.
Гл а вный
инже не р
завода
с
удовольствием
назначил
Целина
ответ­
ственным
за
пр ов едение
опытов
и
освободил
от
всех
других
обязанно­
стей.
Эти м
он
снимал
с
себя
о тве тствен н ость
за
дальнейшее:
если
уж
у
самого
изобретателя
не
получится,
то
никто
не
будет
виноват.
Прошел
месяц.
С
прим итивног о
деревянного
барабана,
обитого
луже­
ной
жестью,
сошла
первая
покрышка.
И
вскоре
сборщик
ста л
собирать
восемнадцать-двадцать
покрышек
за
см ену.
Восемнадцать-двадцать
в ме­
сто
трех.
Постепенно
т яну вшие
жил ы
кронштейны
бы ли
з ам енены
стан­
ками
с
целинским
барабаном.
С
тех
пор
какие
бы
с борочн ые
станки
ни
проектировали
конструкторы,
в
основе
их
был
заложен
барабан,
моно­
литный
или
разъемный,
плоский
или
полуплоский,
но
всегда
барабан.
Из
вс его
э того
Це лин
сделал
для
себя
вывод:
если
веришь
в
свою
идею,
вою й
за
нее
до
конца,
до
тех
по р,
по ка
либ о
тебя
разубе дят,
либ о
ты
победишь.
И
принял
за
правило:
ни ка кие
закл юче ния
специалистов
по
изоб ре те нию
не
считать
окончательными.
Звучит
это
немного
парадок­
сально.
Ну
как
так
может
быть,
чтобы
один
человек
поним ал
больше,
чем
п ять,
десять
людей,
специалистов
в
данной
области?
Обосновывал
он
свое
пр авил о
очень
просто:
изобретатель
тратит
месяцы,
иногда
да же
г оды
на
ра зра бот ку
ид еи,
и
его
мысль,
как
луч,
собранный
в
ф окус е,
по­
зволяет
проникать
в
неведомые
глубины.
Эксперты
же
затрачивают
на
из учени е
вопро са
ча сы,
иногда
д аже
минуты,
и
их
решение
зав иси т
зача­
стую
от
множества
п рич ин.
Сказывается
и
неприятие
чуж ой
ид еи,
если
она
противоречит
твоим
убеждениям,
и
безнаказанность
отказа.
Кого
и
когда
привлекали
к
ответственности
за
ш ель мо вание
идеи,
которая
потом
нашла
ши ро кое
признание?!
Со
многими
людьми
случалось
воевать
Целину,
когда
рождалась
оч е редная
новаторская
иде я.
А
их
у
него
рождалось
н ема ло.
Однаж ды ,
уже
в
Сибирске,
куда
занесла
его
война,
он
з анял ся
изу ­
ч ением
шин
в
условиях
эксплуатации.
И
вот
что
прежде
вс его
брос илос ь
22


ему
в
глаза:
очень
быстро
стареют
пок ры шки
—
на
них
появляются
тре­
щинки.
С нач ала
мелкие,
они
со
временем
делались
гуще,
ши ре,
глубже,
и
вот
уже
цел ая
сеть
трещин
изрезала
покрышку,
как
морщины,
старею­
щее
лицо,
только
во
сто
к рат
быстрее.
Резина
ста но витс я
твердой,
жес тко й,
хрупкой,
и
покрышки
работают
половину
гарантийного
срока,
а
иногда
и
меньше.
Целин
зн ал
способ
борьб ы
со
старением
ре зи ны.
Пчелиный
воск.
Уд и­
вительное
он
и мел
свойство.
Выпо тевая
из
ре зин ы,
покрывал
ее
защитной
пленкой,
и
покрышка
могла
сохраняться
годами.
Было
время,
когда
ру с­
ск ий
заво д
«Треугольник»
выпускал
лучшие
в
мире
шины
и
свято
хра­
нил
сво й
производственный
с ек рет.
И
«Красный треугольник»
после
рево­
л юции
тоже
выпускал
шины,
ко торые
почти
не
старели.
Так
продолжа­
л ось
до
тех
пор,
пока
шин
бы ло
мало,
а
в оска
много.
Со
временем
это
соотношение
изменилось,
и
долговечность
шин
снизилась.
Иностранные
фирмы,
разведав
секреты
«Треугольника», не смогли
воспользоваться
ими:
пч ели ный
воск
был
дефицитен
и
доро г.
Однако
наш ли
ему
заменители
—
кристаллические
воска.
И
«Красный треуголь ­
н ик»
нашел
зам е нител ь
—
п арафи н.
Он
был
хуже,
гораздо
хуж е,
чем
пчелиный
воск,
но
и
его
не
хватало.
Вот
и
завертелись
у
Целина
мозг и
в
одном
направлении:
чем
заме­
нит ь
пчелиный
воск?
Он
не
разделял
точки
зр ения
американских
изобретателей,
кот орые
предпочитали
эксперимент,
ин огда
даже
сл епой ,
теоретическим
поискам.
Знаменитый
Э дисон
счи та л,
что
лучше
провести
тысячу
опытов,
чем
искать
определенную
закономерность.
Гуд ийр ,
п ытаясь
у лучши ть
кач е­
ст во
резины,
под м еш ивал
в
нее
все,
что
попадалось
под
руку:
соль,
сыр,
орешник,
чернила,
негашеную
известь.
Целин
знал,
что
ищет ,
и
потому
сф ера
его
п оис ков
была
определен­
ной.
В
конце
концов
он
ост ано ви лся
на
це ре зине
—
продукте
перегонки
нефт и.
Ц ер езин
имелся
в
достаточном
коли че ст ве
и
соде ржал
в
се бе
мелкокристаллический
воск.
Но
теоретические
домыслы
остаются
домыслами,
п ока
они
не
прове­
рен ы
практикой.
Ох отн иков
же
тр а тить
на
это
время
и
средства
не
нахо­
д ило сь.
Раб отал
Це лин
заместителем
начальника
сбор очного
це ха
и
был
на
плохом
счету:
организационная
жилка
у
него
отсутствовала.
И
все
его
требования
наладить
опыты
с
церезином
пр оп уск ались
мимо
ушей .
Оставалось
писать
в
разные
инстанции,
чем
он
и
занимался
в
редкие
свободные
вечера
—
с
утра
до
поздней
но чи
обычно
находился
в
цехе.
Но
куда
бы
он
ни
обращался,
его
письма
пересылались
в
НИИРИК
—
единственную
организацию,
которая
серьезно
за нима ла сь
воп рос ом
ста­
рен ия
резины,—
а
оттуда
неизменно
п риход или
отказы.
На
штампован­
ность
о тказ ов
пожаловаться
бы ло
нельзя
—
мотивировки
всегда
давались
р азны е.
То
«ваши предложения противоречат современным научным
представлениям», то «опыты
с
предложенным
вам и
церезином
проводи­
ли сь
и
признаны
бесперспективными».
А
был и
и
«лирические»
за клю­
чения,
вроде
т а ког о: «Горячо советуем вам направить вашу неуемную
э н ергию
на
ме нее
с л ожные
проблемы».
В
сл ове
«неуемная»
машинистка,
как
на
гре х,
сдел ала
опечатку,
пропустила
«е»: получилось «н еум ную».
Правда,
отсутствующая
буква
была
до пи сана
чьей-то
.рукой.
Це лин
уже
уз нава л
эту
руку.
Ответы
ему
подписывала
Чалышева.
Руководители
института
менялись,
а
Чалышева
оставалась.
Сн ач ала
она
по дпи сы ва­
л ась
как
«научный сотрудник» .
В
последний
год
у
Чалышевой
появилось
звание
ка нд идата
технических
на ук,
и
Це лин
со
ст рах ом
жда л
т ого
д ня,
когда
кандидат
станет
док торо м.
Тяж ело
во ев ать
одному,
а
Целин
долгое
время
оставался
один.
И
не
потом у,
что
чуждался
людей,—
нет .
Не
б ыло
чел о века
мало-мальски
све­
дущего ,
с
к оторы м
он
не
д ели лся
бы
своими
замыслами.
Он
просто
не
23


на ходи л
единомышленников,
никто
не
разделял
его
ид еи.
Да
и
трудно
было
пов е рить,
что
ря до вой
заво дской
инженер,
к
тому
же
довольно
незадачливый,
неказистый
с
вид у
и
печатью
таланта
не
отмеченный,
стоит
на
верном
пут и
к
реш е нию
сложнейшей
проблемы.
В
ко нце
концов
Целин
ушел
в
прое ктны й
институт,
который
зан и­
ма лся
вопросами
производства
ши н.
Т ему
исследования
це ре зина
уда ­
лось
вставить
в
пла н.
Но
когда
пл ан
ут вер ждал и
в
Москве,
снова
появи­
ла сь
на
сцене
Чалышева,
представила
убедительные
данные
о
бе сп ер­
спективности
этой
темы,
и
ее
з акр ыли.
Пришлось
вернуться
на
зав од.
Целин
по-прежнему
работал
с
утр а
до
ночи,
по-прежнему
пис ал
во
все
инс та нции
и
по-прежнему
получал
отказы
за
подписью
Ма лыш ев ой.
ГЛ АВА
СЕД ЬМ АЯ
Н елегк о
складывалась
ж изнь
у
Ксении
Фе дотов ны
Ча лыш е вой.
Кон­
чи ла
школу
—
и
заме тала сь :
куда
поступить
учиться?
Ни
к
чему
о соб ого
пр изва ния
у
нее
не
бы ло.
Четыре
года
подряд
де ржала
она
экзамены
в
разные
уче бн ые
заведения
—
ив
гуманитарные,
и
в
технические,
пока
наконец
не
удалось
поступить
в
химико-технологический
институт.
Ка ждая
встреча
с
товарищами
по
школе
оставляла
царапину
на
се рдц е,
и
она
избегала
этих
встр еч .
Ежегодно
добрая
треть
из
них
при­
ходила
на
выпускной
вечер,
на
сл ет
ок о нчивш их
школу.
Ксения
т оже
по­
луча ла
п риг лаш ения,
но
рва ла
их
на
мелкие
части.
Не
пошла
д аже
в
тот
год,
когда
защитила
диплом
инженера.
Она
и
теперь
ничего
определен­
но го
о
себе
сказать
не
могла.
Не
знала,
не
выбрала,
куда
идти
дал ь ше.
На
завод
не
хотелось:
шумно,
грязно
и
много
людей
в округ.
Людей
она
не
люби ла,
потому
что
завидовала
им.
И
острее
в сего
тем,
кто
обзавелся
семьями
и
был
счастлив.
Даже
смех
на
ул ице
вызывал
у
нее
вспышку
гнева,
словно
весь
мир
должен
был
ск орбет ь
о
ее
н еуд авше йся
ж изни.
Вот
если
бы
ей
забиться
в
какую-нибудь
комнату
одной
и
корпеть
над
несложной
работой
—
большего
она
и
не
желала
бы.
Судьба,
на кон ец,
улыбнулась
ей.
Ее
пр иня ли
н аучны м
с отр удн иком
в
Институт
резины
и
каучука.
Помог
от ец
—
у
него
н ашелся
в
инсти ту те
друг
детства.
Но
и
здес ь
ее
грызла
зависть.
Зависть
к
людям,
ко торы е
работали
с
рвением,
чего-то
искали,
за
что-то
боролис ь,
тогда
как
она
оставалась
спокойной
и
бесстрастной,
как
камень
на
дне
п отока ,
ом ыв ае­
мый
со
вс ех
ст орон
водой,
но
застывший
в
своей
неподвижйости.
У
нее
были
достоинства,
за
которы е
ее
ценили,—
педантичность
и
скромность.
По лучен н ую
работу
выполняла
со
скрупулезной
тщатель­
ностью
и
ни
на
какие
лавры
не
претендовала.
Но
ни
р азу
ни
одн а
соб­
ственная
т ех ническ ая
мы сль
не
шевельнулась
в
ее
голове.
Так
м огло
пр одолж атьс я
многие
годы,
если
бы
не
потребовали
от
нау чных
сотрудников
взять ся
за
самостоятельную
работу.
Чт обы
сохра­
нит ь
д олжн ость ,
надо
б ыло
защитить
диссертацию.
И
снова
Ксения
Чалыш е ва
заметалась.
Какую
взять
тему?
Ее
не
увлекала
ни
одна.
Но
вмешались
с илы
изв не.
Ее
вызвал
к
се бе
профес­
сор,
знав ший
с
д етств а
ее
отц а.
—
Ксения
Федотовна,
пог овор им
по
душам,—
доверительно
с казал
он.—
Вам
не
обидно?
Столько
материалов
готовили
вы
разным
людям
для
дисс ер таци й,
а
сами
до
сих
пор
не
имеете
ученой
ст епени !
—
Не т,
не
оби дно...
—
А
завид н о?
Хоть
немно го ?
Это
был
уда р
в
б ольн ое
место.
—
Завидно,—
ска зала
она,
хотя
д аже
сам а
себе
в
эт ом
н ик огда
не
признавалась.
Профессору
она
б ыла
обязана
своим
зачислением
в
ин сти­
24


ту т.
Ма ло
людей
п риним ало
уча ст ие
в
ее
суд ьбе,
и
к
т ем,
кто
помог
хоть
теплым
с лово м,
она
и спыт ыв ала
что-то
похожее
на
нежность.
—
Любл ю
откровенность,—
сказ ал
профессор.—
Может
быть,
вы
объясните,
как
это
у
вас
получается
такое
сочетание
—
и
не
обид но
и
за видно ?
У
профессора
бы ло
очень
доброе
лицо.
Глаза
не большие ,
глубоко
за­
павшие,
но
лучистые.
Не
от
молодости
духа
—
от
доброты.
И
губы
круп­
ные ,
безвольные,
и
да же
нос
добрый
—
небольшой
такой,
пуг овк ой.
Чалышева
молчала.
Она
не
привыкла
открывать
т айник и
своей
д уши.
—
Хорошо,
не
б уду
требовать
от
вас
откровенности,—
сказа л
профес­
со р.—
Но
извольте
выслушать
то,
что
я
о
вас
думаю.
Далеко
не
все
сп о­
собны
к
научной
работе,
но
одних
сп асае т
упорство,
д ругих ...
простите,
нахальство.
У
вас
нет
ни
того,
ни
другого.
Но
зн ает е,
чем
вы
бога ты
с
избытком?
Честностью.
И
за
это
я
вас
ценю.
Впервые
посторонний
человек
гов орил
с
ней
так
доброжелательно.
Что-то
дрогнуло
в
душе
Ч алы шево й,
в
душе ,
которая
жи ла
без
тепла,
без
че лове чес кой
л аски.
И
все
же
она
молчала.
Только
по
выражению
се
глаз,
всегда
безразлично
спокойных,
а
сейчас
словно
подернутых
плен­
кой,
п рофе ссор
п онял,
что
она
рас трог ан а,
и
сам
растрогался.
Обычная
человеческая
слабость:
мы
любим
тех,
кому
делаем
добро.
—
Перейдем
к
делу,—
прервал
ее
размышления
пр оф ессор .—
Вам
на до
брать с я
за
диссертацию,
Ксения.
Проблемой
старения
ре зины
вы
не
интересовались?
Нет,
не
интересовалась
она
этой
пробле м ой,
как
не
интересовалась
н ика кой
др угой,
хот я
много
знала,
много
читала
из
тог о,
что
полагалось
знать
и
чит ат ь.
Даже
на
вс ех
защитах
диссертаций
присутствовала.
Ее
удивляли
нео жид анные
мысли,
смелые
выводы,
открытия,
кото рые
де­
ла ли
люди,
а
иногда
скудоумие,
на уко об раз ная
банальность
мышления.
Но
ни
то,
ни
другое
не
пробудило
в
ней
желания
заявить
о
себе.
Одним
она
не
могла
по драж ать ,
другим
—
не
хотела.
—
Не
интересовалась,—
призналась
Чалышева.
—
А
теперь
заинтересуйтесь.
Я
эту
тему
с пе циа льно
для
вас
пр и­
берег.
—
Дм ит рий
Павлович...—
только
и
смогла
вымолвить
Чалышева
и,
запнувшись,
прижала
рук у
к
груд и
—
жест,
на
который
не
с чит ала
себя
сп ос обн ой.
Профессор
встал,
открыл
огром ны й
сейф,
достал
пакет,
тщательно
пер е вязан ный
шпагатом,
вскрыл
его ,
изв лек
толс ты й
том.
—
Это
для
вас
неоценимое
сокровище,—
почему-то
переходя
на
ше­
по т,
сказа л
он .—
Исследование
антистарителей,
произведенное
одним
институтом.
Бери те
его,
несите
домой
и
никому
не
показывайте.
Ни
одной
живой
душе.
Исследование
закрытое,
в
печати
не
б ыло
и
не
будет.
Растроганный
собственной
добротой,
профессор
пожелал
Чалышевой
успеха,
да же
по цело вал
по-отечески
в
лоб
и
о ста лся
в
кабин ете
с
радост­
ным
ощущен ие м
сделанного
доброго
дела.
В
тот
день
она
в озвра щала сь
домой,
переполненная
чувством
бла го­
дарности.
Ее
не
раздражали
веселые,
оживленные
лица
людей.
У
нее
по­
я вила сь
цель
в
жизни,
и,
главное,—
цель,
которой
не
так
уж
трудно
будет
достигнуть.
Нет,
она
не
думала
о
том ,
ч тобы
прос то
заимствовать
дан ны е.
Она
бу дет
работать,
в ести
ис сл едов ани я.
Но
ка нва
у
нее
в
ру­
к ах.
Это
все
равно,
что
реша ть
задач у,
имея
готов ый
ответ,
даже
больше
—
схему
решения.
Ко
всему
п роче му
ее
привлекала
тема.
Она
впо лне
с оот ветс твовал а
ее
репутации.
Открытий
от
нее
никто
не
ждал,
а
вот
сравнительное
исследование
раз ных
зарубежных
ант ис та ри­
телей
и
выбор
наиб о лее
э ффе к тивных
и
экономичных
—
это
как
раз
для
нее,
зарекомендовавшей
се бя
скрупулезностью
в
работе.
Надо,
к онеч но,
25


немало
потрудиться
над
общ ей
ча сть ю,
над
историей
вопроса,
проявить
эрудицию,
продемонстрировать
глуби н у
теоретических
познаний.
Уже
дома,
страница
за
страницей
перелистывая
пухлый
отчет,
она
убедилась,
какой
бесценный
материал
дал
ей
профессор.
Здесь
был а
тщательно
описа на
не
только
методика
исследований,
но
и
помещены
чертежи
оз оно вой
камеры,
в
которой
о бр азцы
подверглись
разрушитель­
но му
действию
окислительной
атмосферы.
Она
просидела
над
томом
це лый
вечер
и
только
в
половине
десятого
в сп омнила ,
что
должна
б ыла
зайт и
в
комиссионный
м аг азин
на
Сретенке,
где
пр о давщи ца
обещала
ей
оставить
к офе йную
чашку
для
коллекции,
которую
нач ала
соб ира ть
еще
мать.
Всп ом н ила,
впрочем,
без
всякого
со­
жаления.
Трудно
было
на йти
в
институте
ч ело века,
кот орый
с
б ольши м
рве ­
нием
принялся
бы
за
диссертацию,
чем
Чалышева.
Вв иду
важности
темы
ей
разрешили
н ачать
исследование
немедленно,
па рал лельн о
с
подготов­
кой
к
сдаче
к андидат ско го
минимума,
да ли
в
помощь
лаборантов.
Она
была
оч ень
за нята .
Дием
гот о вила
с меси
резин
с
различными
антиста­
рителями,
испы тывал а
их
в
озоновой
камере,
проверяла
механические
свойства,
вечером
зубрила
немецкий
язык,
спецдисциплины,
изучала
трудно
дававшийся
исторический
и
диалектический
материализм.
Откуда
только
силы
взялись
в
э том
хруп ко м
теле!
Лаборантов
своих
Чалышева
з амучи ла
—
не
прощала
малейшей
не­
точности,
требовала,
чтобы
они
работали
с
такой
же
тщательностью,
как
она .
Многи е
диссертации
после
защиты
легли
на
по лки
архива,
ником у
ненужные.
Работу
же
Чалышевой
ожидала
другая
участь.
Ее
вывод ов
ждали,
и
как
только
она
их
получила,
институт
выдал
Внешторгу
зак лю­
че ние: «Лучшим антистарителем является суперлюкс,
производимый
такой-то
иностранной
фирмой».
Так
значилось
и
в
отчете
института.
Вн ешторг
заключил
с
фирмой
договор
на
поставку
э того
антистарителя.
Защита
диссертации
прошла
прекрасно.
Спорить
б ыло
не
о
чем
—
результаты
исследований
уже
б ыли
внедрены
в
производство.
Так
Ча­
лышева
стала
единственным
специалистом
по
антистарителям,
а
раз
единственным,
то
и
крупнейшим.
Теперь
к
ней
обращ ал ис ь
за
консуль­
т ациям и,
приглашали
на
совещания,
ей
на
эк сперт из у
присы лали
заявки
на
изобретение
антистарителей.
Внешне
она
ничуть
не
изменилась.
Такая
же
отчужденная,
зам кн у­
тая,
немногословная.
Но
высказывалась
она
теперь
ка тего р и чески,
твердо,
с
полн ым
со знан ием
своего
превосходства.
И
в
ду ше
у
нее
во­
царился
мир :
она
перестала
чувствовать
себя
обойденной
ж изнь ю.
ГЛАВА
ВОСЬМ АЯ
—
Вам
не
кажется,
Алексей
А лек сеев ич,
что
директор,
распоряжения
которого
на
з аводе
не
выполняют,
может
легко
перестать
быть
директо­
ром?—
спросил
Самойлов,
едва
Брянцев
переступил
п орог
его
кабинета.
Т акая
вс тр еча
смутила
Брянцева.
Он
ответил
не
сразу,
что
делал
всегда,
когда
внутренне
вспыхивал,—
при де ржив ал ся
м удро го
правила:
сосчитать
до
десяти.
На
десятой
се кун де
ответил,
но
та к,
чтобы
выгадать
время.
—
Нет,
не
ка же тся.
—
А
почему?
—
жив о
спросил
Самойлов,
удивленный
спокойствием
Брянцева.
—
Видите
ли,
в
Программе
партии
очень
точно
сказано
о
развитии
общественных
фор м
работы.
Мы
открыли
о дну
из
т аких
ф орм
—
инсти­
26


тут
раб очих- исс л едов ате ле й.
Оказ ывает ся,
это
могучая
сил а.
Приходится
не
только
управлять
ею,
но
и
считаться
с
не й,
а
иногда
и
под чинят ьс я
ей.
Вот
вам
как
раз
тот
с луча й.
Это
совершенно
н ово,
и
это
нужно
уметь
понять.
Ответ
озадачил
Самойлова.
Он
любил
поразмышлять,
обобщить
фак ты,
сделать
выводы.
И
в
других
уважал
эту
способность.
В зглян ул
на
часы.
Два.
Коллегия
начнется
в
три.
Материалы
у
нег о
подготовлены.
Есть
время
по говорит ь.
—
Садитесь,
подумаем
вместе,—
м иро любив о
предложил
он.
Все
боль ше
н рави лся
Брянцеву
это т
чел ове к.
Он
шел
сюда
как
на
бо й,
вернее,
на
избиение,
а
его
не
только
не
уничтожают,
даже
не
пы­
таются
сломать.
—
Не
совсем
се бе
представляю,
как
вы
вернетесь
на
завод,—
сказал
Самойлов.
—
После
того
как
л юди
не
выполнили
моего
распоряжения?
—
Вот
именно.
Или
вы
привыкли
к
этому?
Брянцев
снова
сосчитал
до
де ся ти.
—
Нет,
такое
у
меня
впервые.
Может
быт ь
потому,
что
вп ер вые
от­
дал
нелепое
распоряжение.
И,
честно
гов оря ,
мне
было
бы
тяжел ее
воз­
вращаться,
есл и
бы
л юди
выполнили
это
р аспор я жени е.
—
Почему?
—
Это
означало
бы,
что
коллектив
плохо
воспитан
и
выпо лняе т
лю­
бое
распоряжение,
да же
то,
во
вредности
которого
уб ежде н.
Ну,
пред­
ставьте
се бе
положение''
машиниста
тяжеловесного
со став а.
Он
вывел
состав
на
к рутой
подъем,
а
теп е рь,
на
спу ске ,
вагоны
мчат
уже
сами
и
да же
толкают
паровоз.
Ра зве
может
машинист
сразу
да ть
зад ний
х од?
Или
да же
крут о
затормозить?
Вот
точно
так
и
в
э том
случ ае .
Три
года
я
подогревал
людей,
помо га л
им,
поощрял
их,
при вивал
вк ус
к
исследова­
тельской
работе.
Они
уже
сами
и дут,
а
зачастую
подталкивают
и
меня.
Я
говорю
это
не
смущаясь,
с
гордостью.
Началась
цепная
реакция
тв ор­
ческих
поисков,
ре а кция
неудержимая.
Она
не
укл ады вает ся
в
пр и выч­
ные
понятия,
в
бюрократические
рамки,
ломает
их.
И
не
препятствовать
этому
—
р адо вать ся
надо!
Вот
я
и
радуюсь.
И
вы
ра ду йте сь.
—
Но
вы
сами
этого
не
ожидали?
—
сп рос ил
Самойлов.
—
Признаюсь,
не
ожидал.
Привык
к
подчинению,
н ед ооцен ил
в оз­
росшую
сознательность.
—
Еще
вопрос.
Вы
тоже
у б еждены
в
неправильности
вашего,
то
есть,
простите,
моего
распоряжения?
—
Убежден.
—
Так
какого
же
черта
вы
мне
не
сказали
об
этом!
—
вскипел
Са­
мо йло в.—
Почему
сразу
сдались?
Бр янц ев
сосчитал
до
де ся ти.
—
Я
ве дь
тож е
че лове к,
а
не
кибернетическая
машина.
К огда
на
голов у
обрушивают
такое,
как
эти
из ъе де нные
образцы,
поневоле
голова
закружится.—
Он
встал.—
Я
могу
идти?
—
Сядьте...
Усевшись,
Брянцев
за кур ил
папиросу.
Какое-то
бе зр азл ичие
ко
всему
овладело
им.
Будь
что
будет.
Снимут
—
тем
лучше.
Уедут
они
с
Еленкой
куда-нибудь
на
кр ай
света,
будут
жит ь
п отихонь ку.
Был а
бы
шея
—
ра­
бо та
везде
найдется.
Вот
и
случай
представился
разорвать
тот
круг,
из
ко торог о
не
вырве ш ьс я.
Затянулся
раз,
второй.
Вспомнил
о
заво дском
институте,
об
искате­
лях ,
ко то рые
так
нуждаются
в
его
поддержке,
и
стало
ст ыдно .
Ну
разве
можно
оставить
их
на
полпути!
Н ет,
не
раньше,
чем
он
расхлебает
эту
историю
с
антистарителем.
Долго
придется
ее
расхлебывать.
Сегодня
при лети т
Целин,
привезет
пок рышк и.
Послезавтра
уйдет
машина
с
этими
покрышками
в
путь
и
будет
колесить
месяца
тр и.
Моло д цы
в се-т аки
27


ребята
на
заводе
—
заартачились.
А
Бушуев
пр ояв ил
неожиданную
п ры ть...
Самойлову
и
нравился
Брянцев,
и
вызыва л
у
н его
раздражение.
Ра здра жала
не
строптивость
это го
директора,
а
его
непоследователь­
ность.
Он
все
же
очень
подвел,
и
как
сей час
выходить
из
положения
—
не
поймешь.
Неудобно
перед
Хлебниковым.
Сначала
ста л
на
его
с то­
рону
и
возмутился:
случай
б еспр ецед ен тный
—
директор
самовольно
изм ени л
ГОСТ
и
выпускает
бракованную
продукцию;
потом
принял
самое
правильное
—
Самойлов
был
в
эт ом
убежден
—
решение:
вер­
нуться
к
старой
технологии
до
полной
яс н ости
вопроса.
А
теперь,
выхо­
ди т,
склоняется
на
сторону
Брянцева.
В
каком
свет е
он
п р едс тает?
Что
будет
думать
о
нем
Хлебников
и
тот
же
Брянцев?
Личным
сам о люби ем
можно
б ыло
бы
и
поступиться,
но
авторитет
Комитета,
тем
более
только
что
созданного,
подрывать
нельзя.-
—
Как
вы
мотивировали
свое
распоряжение
на
за во де?
—
осв едо­
милс я
Самойлов.
Б ря нцев
понял
ход
его
мыслей.
—
На
Комитет
я
не
ссылался.
Сообщил
о
позиции
института,—
отве­
тил
он.
Самойлов
удовлетворенно
кивнул
головой,
но
тотчас
спросил:
—
Зна чит,
ра бо чие
на
ва шем
заво де
воспитаны
в
неверии
к
науке?
—
Зачем
вы
так
став и те
вопрос?
—
укоризненно
произнес
Брянцев.—
Они
прекрасно
з нают,
что
резина
—
детище
науки:
конструкции
шин,
ко­
торые
они
производят,
р аз рабо таны
на уч ными
институтами,
составы,
ко то рыми
пропитывают
корд,—
тоже.
Ку да
же
им
без
на уки?
Но
они
тре зво
доп уск ают
возможность
технических
за блу жд ений,
вот
как
в
этОхМ
случае.
У
них
выс ока я
степень
мастерства.
Кро ме
того,
они
и спыты вали
шины
с
антистарителем
и
в
лаборатории,
и
на
стенде,
и,
главное,
на
до­
роге.
Ра бо чие
ве рят
тому,
что
видят,
и
никакими
данн ым и,
полученными
в
лабораторных
условиях,
весьма
дал еких
от
естественных,
их
не
пере­
убедишь.
—
Х о рошо,
будем
жд ать
ре зульт а тов
ис пыта ний
ва ших
шин,—
ска­
зал
Самойлов
и
взглянул
на
часы.—
Но
учт ит е,
Алексей
Алексеевич
(не
подумайте,
что
я
вас
запугиваю,
просто
такова
сит у ация ): если ваш ан­
тистаритель
о каж ется
липой
и
вы
навыпускаете
уйму
брака,
админист­
ративным
взысканием
не
отделаетесь.
Вас
привлекут
и
к
партийной
от­
ветственности,
и
к
уголовной.
Подумайте:
не
слишком
ли
велик
рис к?
—
Нет,
не
ве ли к,—
беспечным
тон ом
от ве тил
Брянцев.—
Завалюсь
—
одного
директора
не
д о считае тесь ,
в
общем
масштабе
потеря
не замет ­
на я.
А
е сли
выиграю
—
вся
резина,
выпускаемая
в
стране,
не
только
шинна я
—
и
кабель ная,
и
шланговая,—
вся
без
исключения
будет
ж ить
в
три
р аза
дольше.
Есть
из-за
че го
рис кн уть!
...Ясный
день.
Нарядная,
шу м ная,
с огре тая
щедрым
в
э том
году
апрельским
солнцем
толпа
на
улицах
р езко
контрастировала
с
настрое­
нием
Брянцева,
ко гда
он
возвращался
в
гос ти ни цу.
Угнетало
со зна ние
еще
од ной
допущенной
о шиб ки:
как
он
мог
согласиться
на
проведение
испытаний
своих
шин
в
институте
Хлебникова?
Любо й
шофер,
настрой
только
его
соответственно,
лучшие
ш ины
уходит
т ак,
что
они
и
треть
срок а
не
п рос лужа т.
Но
ра зве
мо жно
об
этом
сказ ать ?
Это
означало
бы
выразить
Хлебникову
недоверие.
А
какие
к
то му
основания?
Про ходя
мим о
«Метрополя», посмотрел на афиши.
Зака ти ть ся
бы
с
Еленкой
на
два
сеанса
подряд,
как
когда-то,
в
юн ос ти,
выключиться
из
круговорота.
Нет,
какая-то
иностранная
зан удь .
Пр и дется
сидеть
дома,
пережевывать
события.
Утомительно,
но
Еленка
умеет
это
делать
не
без
пользы.
Удивительный
она
вс е-та ки
человек.
У
нее
тонкая
и
точная
реак­
ция
на
людей
и
всегда
ясное
понимание
ситуации.
От
ума
э то,
от
жиз-
28


пенно г о
опыта
или
от
непостижимой
ж енско й
ин туиц ии
—
понять
труд но.
Она
зна ет
многих
людей
на
его
за вод е,
знает.не
ху же,
чем
он,
а
то
и
лучше.
И
насчет
Целина
она
ск а за ла : «Ну что ты мучаешь человека
на
а дмин истр ати вно й
работе?
Его
призвание
—
изобретательство.
В ыду­
май
ему
какую-нибудь
должность,
на
которой
он
мог
бы
свободно
ду­
мать.
Он
ч ело век
неограниченного
творческого
потенциала».
Взвесил—
и
согласился.
Только
должность
сразу
подобрать
не
мо г.
А
когда
орг а­
низовался
общественный
институт,
вопр е ки
всем
мне ниям
и
желаниям
назначил
Целина
своим
заместителем
по
институту.
У
витрины
гастронома
Б ря нцев
остановился.
Утром
они
с
Еленой
по завт р акали,
она
—
по-московски:
стакан
ко фе
и
бутерброд,
он
—
по-
заво д ски,
пл отн о,
как
ест
человек,
к от орый
не
знает,
когда
удастся
по­
ес ть
в
следующий
раз.
Нер вн ые
в стр яски
не
приглушали,
а
возбуждали
у
Брянцева
аппетит,
и
он
почувствовал,
что
проголодался.
Заш ел
в
гастроном,
взял
коньяку,
пражских
колбасок,
которые
так
понравились
ему
в
Чехословакии,
копченой
осетрины.
А
рядом,
в
парфюмерном
магазине,
в ним ание
его
привлекли
большие
зеле ны е
флаконы
с
хвойным
настоем
для
ва нн.
Купил.
Еленка
любит
оригинальные
вещицы
и
бу дет
до вольн а
этому
проявлению
внимания.
Поднялся
на
дев ятый
эта ж
гостиницы
«Москва», где со вчерашнего
дня
ож идал
его
забронированный
номер.
По
вестибюлю
ме та лся
истерзавшийся
от
тревоги
и
длительного
ожидания
Целин.
Большой
щит ,
обернутый
бумагой
и
перевязанный
веревками,
стоял
пр исл оне нный
к
сте не,
нарушая
торжественность
вести­
бюля.
Целин
со
всех
ног
бросился
к
Брянцеву.
■—
Ну
как ?
Ну
что ?
—
Успокойтесь.
Будем
работать
по
нашей
технологии.
Достав
пл ато к,
Целин
вытер
по т.
Сегодня
он
особенно
не
п охож
на
заму ченн о го
работой
изобретателя
—
изы ска нно
оде т,
кругленький,
ро­
зовощекий.
—
Ух!
—
шумно
выдохнул
он .—
А
у
нас
решили
бог
зн ает
чг о.
Даже
Кристича
со
мной
командировали!
—
Зачем?
—
Как
же,
ведущий
рабочий,
исследователь.
Ему
дали
наказ:
в
сл у­
чае
че го
—
прямо
в
ЦК.
'
Осторожно,
как
драгоценную
картину,
внес
Целин
в
номер
щит,
по­
ставил
в
угол.
—
Кр епко
ж али?
—
спросил
он
усаж и ваяс ь.
Брянцев
ра сск азал
обо
всем .
—
Ух!
—
сно ва
выдо хнул
Це лин .—
А
теперь
пое дем
в
ин ст итут
к
Хлебникову.
Жажду
воочию
ув и деть
Чалыш е ву,
показать
ей
щит,
на ши
материалы
и
посмотреть,
какое
у
нее
будет
выр аже ние
лица.
—
А
покрышки?
—
Их
прямо
с
самолета
повезли
в
институт.
Эх,
Алексей
Алексеевич,
надо
б ыло
бы
в се-та ки
ч тобы
их
испытывала
нейтральная
организация.
Вы
еще
не
зна ете ,
что
такое
честь
мундира...
Ког да
они
грузили
щит
в
автомобиль,
подбежал
Кристич.
—
Что
нового?
—
спросил
он.
—
Все
по-старому,—
только
и
ответил
Брянцев
и
ука зал
на
заднее
сиденье.—
В
институт
с
нами
поедешь?
—
А
как
же!
Всю
жизнь
мечтал
настоящий
институт
посмотреть.
Храм
науки,
так
сказать.
Ча лыше ва
не
ожидала
такого
нашествия
и
с
любопытством
смотрела,
как
вн ос или
в
ее
ла бо ра торию
како й-т о
щит,
разв языв али
в еревк и,
сни­
ма ли
бумагу.
Когда
упаковка
б ыла
с нята,
ее
взору
предстала
не
осо­
29


бенно
тщательно
сделанн ая
заводским
плотником
некрашеная
рама,
на
кот орой
бы ли
укреплены
растянутые
полоски
рез ин ы.
—
Я
хотел
бы
пригласить
сюда
и
О лега
Митрофановича,—
сказ ал
Брянцев.
Чалышева
п ок азала
на
телефон.
—
Приглашайте.
Хлебников
попробовал
б ыло
сослаться
на
за ня тос ть,
но
вскоре
яви л ся,
и
не
один,
а
с
человеком
в
черн ой
спецовке,
с
военной
выправкой.
—
Знакомьтесь,— сказал
Хлебников,—
Ив ан
Миронович
Апушкин,
шофер-испытатель,
бывший
танкист.
Ли цо
у
Апушкина
суровое,
смелое,
честное
—
лицо
солдата.
Цел ин
и
Кристич
переглянулись
—
хор ош,
мол,
мужик,
такой
на
раз ные
фокусы
не
по йде т.
—
Для
чего
притарабанили
эту
фисгармонию?
—
спросил
Хл ебни ­
к ов,
взглянув
на
щит
с
натяну ты ми
пластинами.
Пропустить
бы
и зде вку
м имо
ушей,
но
это
было
не
в
характере
Це­
л ина.
—
Это
—
гроб
вашему
гробу,—
от вет ил
он,
показывая
в
ст ор ону
озо­
но вой
камеры,
которая
стояла
в
простенке
между
большими
окнами.
—
Ого !
—
про из нес
Хл еб ник ов.
—
На
эт ом
стенде
мы
испыты ваем
антистарители
разных
марок,—
ск азал
Кристич.—
Поскольку
резина
стареет
от
воздействия
воздуха
и
солнечных
лучей,
мы
держим
н аши
образцы
в
естественных
условиях.
Стенд
стоит
у
нас
на
кры ше.
В
покрышке
р езина
испы ты в ает
пе ремен ­
ное
напряжение.
К
сожалению,
мы
не
сумели
сделать
стенд
с
пе ремен ­
ной
нагрузкой,
наша
резина
работает
только
на
растяжение.
—
Кто
этот
товарищ?
—
ни
к
ком у
не
обращаясь,
сп ро сил
Хлебников.
—
Ал ексан др
Нестерович
Кристич.
Рабочий-резиносмесильщик,—
ответил
Брянцев.
—
Я
понимаю,
что
он
тру д ится
на
рабочем
месте.
Но
по
образова­
нию
он...
инженер?
—
Д есяти летк а,—
сказал
Кристич
и
по
выражению
лица
Хл ебни ко ва
по нял,
что
тот
ему
не
поверил.—
Теперь
посмотрите
образцы
от
«А- 1» до
«А -10».
Это
—
незащищенная
резина,
она
почти
разрушилась.
Образцы
от
«Б -1» до « Б- 10», с суперлюксом,
да ли
трещины.
Все
остальные,
с
разным
количеством
нашего
антистарителя
«ИРИС -1»,
не из ме нны.
Оптимальное
его
с од ерж ание
в
резине
мы
установили
в
размере
три
и
од на
де ся тая
процента...
—
Какой
техникум
окончили?
—
быстро
спр ос ил
Хлебников,
уве ре н­
ный,
что
ему
под
видом
рабочего
подсунули
квалифицированного
сп е­
циалиста.
—
Три
года
в
ИРИ
в
к ачеств е
исследователя.
—
ИРИ?
Что
это
такое?
—
Институт
рабочих-исследователей,—
не
без
достоинства
пояснил
Кристич.
Внимательно
следивший
за
Кристичем
Апушкин
сдержанно
улыб­
нулся.
Ему
нравился
этот
рабочий
парень
с
бо л езненно
бледным,
нерв­
ным
ли ц ом. «Зубастый!
Такому
палец
в
рот
не
кла ди» .
—
А
ес ли
потребуются
более
полные
сведения
—
пожалуйста.
Кристич
достал
из
портфеля
два
то ма
в
коленкоровых
переплетах
и
положил
их
на
стол.
Хлебников
прочитал
тисненную
золотом
на д пис ь: «Общественный
институт
рабочих-исследователей.
1964 год» .
—
Все
всерьез,
как
у
в зрос лых,—
с
улыбкой
ск азал
он.—
Но
только
—
почему
институт?
Написали
бы
«Академия» . « Академ и я
рабочих-иссле­
дователей».
У
Целина
иссяк л о
терпение.
30


—
Гораздо
с ерь езне е,
чем
у
взрослых!
—
закричал
он.
Но
Брянцев
остановил
ег о,
бесцеремонно
толкнув
в
бок.
—
Мы
эту
дискуссию
перенесем
на
другое
время,
когда
ве рн ется
из
поездки
товарищ...
товарищ...
—
Апушкин,—
по дск азал
Апушкин.—
Ударение
на
«А» .
—
Ладно.
Пер е йдем
к
делу,—
согласился
Хлебников
и
повернулся
к
шоферу.—
Во т,
Иван
Миронович,
како й
вопрос
вам
пр ид ется
решать.
Только
наши
данные
о
кач ес тве
резины
совсем
другие.
Ксения
Федо­
товна,
по ка жите. ..
нет,
н ет,
не
фотоснимки,
а
образцы.
Целин,
Кристич
и
Ап ушки н
принялись
рассматривать
наклеенные
на
картон
образцы,
ост аль ные
наблюдали
за
ними.
Апушкин
почесал
рукой
затылок
и
многозначительно
хмыкнул.
—
Все
понятно?
—
с прос ил
Хлебников.—
Я
боюсь,
что
три
про це нта
их
антистарителя
вызовут
расслоение
к арк аса
и
отслоение
протектора.
Так
что
смотрите
—
ни ка ких
л и х ачеств.
Норму
не
перевыполнять.
А
то
все
вы
домой
т ороп и тес ь...
—
Как
же
не
торопиться?
Жен а,
дв ое
детей.
Соскучишься
—
ну
и
жмешь
на
всю
жел езк у.
Особенно
последние
дн и,
когда
душа
из бо­
лится.—
Помолчав,
Апушкин
добавил:—Может,
холостяка
послали
бы?
Апушкину
яв но
не
хотелось
приниматься
за
испытание
этих
ши н.
Было
только
неясно,
что
его
отпугивало
—
качество
резины
или
длитель­
ность
пое зд ки.
—
Командировка
будет
недолгой,—
успокоил
его
Хлебников,—
эти
шипы
много
не
прой дут .
А
вот
насчет
опасности...
Разрешаю
сн изит ь
н орму
до
четырехсот
километров
в
сутки,
хотя
дорог
каждый
день:
това­
рищи
ши нн ики
отстояли
право
выпускать
э ту...
сво ю,
с
позволения
ска­
зать,
продукцию
до
вашего
возвращения.
—
Вы
едете
о дин?
—
спросил
Кристич
шо фер а.
—
Второго
дад ут
на
м есте,
на
автобазе.
—
Алексей
А л ексеевич ,
ра зреш ит е,
я
с
ним
поеду,—
взмолился
Кристич.—
Я
ве дь
права
име ю,
х оть
и
на
легковую.
И
в еселее
ему
будет,
и
помогу
чем-нибудь.
Брянцев
вз глян ул
на
Хле бник о ва:
не
истолкует
ли
он
про с ьбу
Кри-
стича
как
з ар анее
продуманный
мане вр
—
посадить
в
машину
своего
соглядатая?
Хлебников
так
и
по нял.
—
Я
не
возраж аю,—
ска зал
он.—
По
крайней
м ере
потом
никаких
нареканий
не
буде т.
Тем
более,
что
и
маршрут
т яж елый
—
С редн яя
Азия.
Уж
есл и
испытывать,
так
будем
исп ыты в ать
на
трассе
Таш кен т
—
Джизак.
ГЛАВА
ДЕ ВЯТ АЯ
В
гл уб ине
д уши
Брянцев
верил,
что
на
свете
есть
су дь ба,
как
ее
ни
наз о ви:
стечением
ли
обстоятельств
или
игрой
случая.
Он
был
убежден,
что
все
обусловливает
тв оя
способность
решать
ж изнен ные
задачи,
но
задачи
эти
ставит
перед
тоб ой
су дь ба.
В
его
пр едста вл ении
вся
жизнь
чел о века
походила
на
шахматную
партию.
С
одной
стороны
—
ты,
с
дру­
гой
—
судьба.
Исход
зависит
от
того,
насколько
ты
умен,
искусен,
т ер­
пелив,
прозорлив.
Но
случается
порой,
что
судьба
дел ает
мат
в
два
хода.
Так
произошло
с
ним
четыре
г ода
тому
назад.
Он
реши л
тогда
отказаться
от
путевки
в
санаторий
и
поехать
к
сво ­
ему
фронтовому
другу,
который
давно
уже
звал
к
с ебе
в
гости
в
ст аниц у
Федосеевскую,
поохотиться,
порыбачить.
Но
прежде
чем
отправиться
в
Федосеевскую,
решил
заглянуть
к
отцу,
в
город
своей
юности
—
Новочеркасск.
Не
был
он
в
эт ом
городе
лет
пя тна дца ть.
От ец
не
часто
навещал
31


сына
—
не
ла дил
с
Тасей.
И
Та ся
не
любила
старика.
Бу дь
он
хилым,
болезненным,
ну жд айся
в
ее
помощи
и
доброте
—
не
бы ло
бы
для
нее
человека
милее.
Но
хо тя
А лексей
Георгиевич
здоровьем
не
отличался
—
како е
уж
там
здоровье
у
человека
шестидесяти
пя ти
ле т,
прошедшего
им­
периалистическую,
гражданскую
и
Отечественную
войны ,—
дер жался
он
подчеркнуто
б одро,
ни
на
что
не
жаловался
и
не
утруждал
других
забо­
тами
о
себе.
Даже
бел ье
но ровил
постирать
с ебе
сам,
ч ему
обучило
его
вдовство.
При
таких
от но шен иях
не
могло
бы ть
и
речи
о
совместной
жиз ни,
да
оте ц
и
не
хотел
уезжать
из
города,
где
родился,
где
долгие
годы
работал
на
чугунолитейном
зав оде ,
где
его
зн али
многие.
Был
он
суров,
неразговорчив,
жил
в
своем
мире
—
мире
вос пом ина ний
о
во й­
нах.
Все
остальное,
в кл ючая
и
жизнь
сы на,
проходило
как
бы
мимо
него,
не
р адо вало
и
не
огорчало.
Но
ра злад а
в
семью
он
не
вносил.
Только
раз ,
выпив
лишнего,
ск азал
сыну:
—
Откуда
ты
это
золото
выкопал?
Ей
бы
бороду
нацепит ь
—
мужик
муж ико м!
—
Жизн ь
мне
спасла...
—
Она
многим
спасла,
однако
никому
та кая
блажь
в
голову
не
стук­
нула.
Мне
в
первую
войну
унтер
жизнь
спас,
так
что
я
на
нем
должен
был
жениться,
что
ли?
Или
до
конца
дней
в
услужение
к
нем у
пойти?
Ес ли
бы
все
твоему
прим ер у
следовали,
то
на
фронте
и
сестер
не
оста­
лос ь
бы.
Старик
уехал
и
три
года
не
показывался.
На
письма
сына
о тв ечал
коротко,
откры тка ми:
ж ив,
здоров,
собираюсь
жениться.
Жениться
он
собирался
уже
много
раз,
но
разочаровывался
в
своем
выборе
еще
до
женитьбы.
...Города
нашей
юности...
Как
часто
встреча
с
ними
разочаровывает.
Хочешь
видеть
их
неизм ени вшим ися
с
тех
п ор,
как
ты
их
оставил,
по­
т ому
что
только
такие
они
способны
разворошить
самые
глубинные
пл а­
сты
твоей
п ам яти.
И
то,
что
радует
человека,
живущего
в
этом
город е,
вдруг
ог орчае т
тебя.
Здесь,
на
главной
улице,
ты
бе гал
по
булыжной
мостовой,
мыл
бос ые
ноги
в
лужах,
слышал
цокот
лошадиных
ко пыт.
А
теперь
укатанная
до
блеска
лента
асф аль та,
по
к оторой
бесшумно
ка­
тят
ма ш ины,
делает
улицу
чужой.
Разросшиеся
деревья
скрывают
фа­
с ады
знакомых
домов,
и
уже
нужно
напр яг ать
п амять ,
в ызыв ая
воспо­
минан ия,
вместо
того,
чтобы
воспоминания
сами
рождались
на
каждом
шагу.
Или
вдруг
выр ос
дом
на
угл у,
большой,
многоэтажный,
с
огромными
ок нам и.
Он
радует
гл аз
к ажд ого,
но
только
не
твой.
Здесь
стоял
малень­
кий
трехоконный
деревянный
домик,
где
жил
мальчишка,
твой
первый
друг,
пове р е нный
всех
твоих
тайн.
На
эт ом
углу
столько
б ыло
пе ре ду­
мано
и
перемечтано,
но
в спо ми наешь
ты
об
этом
с
трудом
и
д алеко
не
все.
А
сел
бы
на
скамеечке
у
ворот
того,
уже
не
существующего
до ма
и
вспомнил
бы
не
только
мысли,
бродившие
тогда
у
тебя,
но
и
чувства,
ко­
то рые
испытывал,
и
д аже
настроения,
владевшие
тобой.
И
как-т о
не­
ловко
ста но витс я,
что
ты,
в
от л ичие
от
д ру гих,
грустишь,
видя,
как
хоро­
шеет
тв ой
город.
Нечто
подобное
испы тал
Брянцев
в
родн ом
г ород е,
о
встрече
с
кото­
рым
давно
мечтал.
Новые
дома,
магазины,
трамвай.
В
ту
пору,
когда
он
жил
зд есь,
о
т р амвае
только
г ов орили.
Т еперь
же
новые,
ярко
окрашен­
ные
вагончики
весело
постукивали
на
стыках
р ель сов.
И
вдруг
мельк­
нуло
старое,
характерное
для
это го
города
здание
б асс ейна
питьевой
воды.
Те
же
красные
кирпичные
стены,
поло го
выложенные
у
подножья
камнем,
обросшим
мохом
и
травой.
Вот
с
этих
склонов
он
ката лся
маль­
чишкой
на
санках.
Не
бал о вал
от ец
сына
игрушками,
Лешка
все
масте­
рил
сам
—
и
санки,
и
лыжи,
и
руж ья,
и
сабли .
Все
бы ло
самодельное,
32


деревянное,
но
такое
добротное,
что
от ец
ре шил:
не
и наче
как
сын
сто­
ляром
будет.
Брянцев
так
ушел
в
во спо минания ,
что
чу ть
б ыло
не
проехал
Почто­
вую ,
на
которой
решил
в ыйти,
чтобы
немного
пройтись
п ешком .
Поставил
чемодан
на
землю,
огл яд елся.
Все
без
перемен.
То
же
ост­
роугольное
здание
аптеки
на
угл у,
ку да
бегал
покупать
лекарства
для
матери.
Только
тогда
здание
каза ло сь
ему
большим,
а
теперь
оно
словно
вдв ое
уменьшилось.
Та
же
малолюдная,
зар о сшая
травой
По кро вска я.
Свернул
на
сво ю
Тихую,
ко тору ю
переименовали
в
ул ицу
Рево лю ции,
подошел
к
калитке
и
почувствовал,
что
волнуется.
Не т,
негоже
с
отц ом
встречаться
как
мальчишка
—
у
них
давно
отношения
сдержанные.
Отец
всегда
с
восхищением
р ассказ ыв ал,
как
пос ле
боя
командир
казачьего
полка
обходил
раненых,
снесенных
в
о /}но место и уложенных в ряд,
ост анавл ивал ся
возле
ка ждо го
на
миг,
г ово рил: «Благодарю,
казак,
за
сл уж бу»
и
шел
к
следующему.
И
поз ор ом
считалось,
увидев
среди
ра­
неных
сына
или
брата,
з ад ержа ться
дольше,
чем
возле
остальных.
Так
он
и
сына
воспитывал.
За р осший
травой
дв ор ик,
шпалеры
винограда
с
крупными,
еще
зе ле­
ны ми
гро здья ми ,
фли ге лек
с
бурой
от
ржавчины
крышей,
белыми,
свеж е­
выкрашенными
оконными
рамами.
Какая-то
собачонка,
рыжая
от
въев­
шихся
в
шерсть
репьев,
зали лась
зл об ным
лаем,
но
держалась
поодаль.
Бр я нцев
вошел
во
двор.
На
двери
до ма
замок.
Из
соседнего
домика
вышла
же нщ ина
в
переднике,
за сл онил ась
от
солнца
вымазанными
тестом
ру к ами.
—
Родненький,
да
вы
никак
сыном
будете!—зачастила
она
и
стала
объяснять:
—
А
б атю шка
ваш
только
утром
уехамши.
Когда
вернется,
не
знаю.
В
Красный
Сулин
по дал ся.
Сватается...
«Поделом тебе, —
подумал
Брянцев,—
решил
от цу
сюрприз
сделать.
А
он,
не уг ом онный
черт...»
Странно
как-то
уст р аиват ься
в
родном
городе
в
гост ини це.
Но
дру­
гого
выхода
не
было.
В
огромном
номере
«люкс», сняв пиджак,
Брянцев
вдруг
почувство­
вал ,
что
больше
всего
хочет
сейчас
спать.
Раздел сяГ
и
бы с тро,
что бы
не
п еред умать ,
юркнул
в
огр омн ую,
как
ка тафалк ,
кровать.
Просн улс я,
когда
уже
догорал
вечер.
Выглянул
в
окно.
Улица
по лна
гуляющих.
Пошел
и
он
побродить.
Тоскливо
одному
в
чужом
город е,
а
в
родн ом
еще
тоскливее.
Не
было
бы
войны,
наве р няка
нашел
бы
он
товарищей,
а
теперь
трудно
было
рассчитывать
у ви деть
зн аком ое
лиц о.
И
все
же
он
вгл яды вал ся
в
каж дог о,
кто
встречался
на
пути.
Заш ел
в
пе рвый
п о павши йся
магазинчик.
За
прилавком
—
боч онк и,
на
них
золоченые
барельефы
львиных
голов,
в
оскаленных
п астях
краны.
«А,
вот
это
откуд а: „Мы пили вино из пасти львов...“»,—
подумал
он,
в осп роизв едя
зап омни в шуюся
своей
непонятностью
строчку.
Попросил
стака н
донского
сухого.
Ви но
прозрачное,
как
ян тарь ,
с
легким
аро мат ом
ла дан а,
с
мяг кой
кислинкой,
утоляющей
жажду,
ему
по нрав ило сь.
Он
пил
медленно,
наслаждаясь
каждым
глотком.
Сколько
воспоминаний
может
выз ва ть
глоток
в ина!
Сюда,
в
эт от
са­
мый
магазинчик,
он
как-то
уговаривал
зай ти
Еленку,
но
дев о чка
по ст ес­
нялась.
Тогда
он
вынес
полные
стаканы
на
ул ицу.
Пользуясь
темнотой
вечера,
выпили
вино.
С
этого
мгновенья
образ
Л ены
уже
не
оставлял
е го.
Он
с тал
бродить
по
заветн ым
местам.
Вот
«Угол встреч»
—
за
два
кв арта ла
от
ее
дома.
Вот
аллея,
по
ко то рой
они
бродили
часам и,
разговаривая,
размышляя.
А
вот
«Угол расставаний». Здесь они прощались в тени тополя.
Да,
этого
самого
тополя.
Жив
еще
стар ик,
только
верхушка
его
высо х ла
и
ветви
походили
на
протянутые
к
неб у
рук и.
3 МоскваNo1
33


Какая-то
гор ячая
вол на
род ила сь
у
сердца.
Он
стоял
неподвижно,
по­
трясенный
тем,
что
так
остро
почувствовал
силу
п ро шлого.
Лен а!. .
Она
д авно
уже
была
вычеркнута
из
его
жизни,
и
вспоминал
он
о
ней
легко,
как
вспоминаются
на ив ные
и
чистые
детские
увлечения.
А
сейч ас
пробу­
дилась
не по н ятная
глухая,
тяжелая
бол ь...
Отсюда
до
Ел енкино г о
до ма
р укой
подать,
но
но ги
почему-то
не
шли
да льш е.
И
он
пон ял
почему:
зд есь
начиналась
запретная
зона.
Дальше
этого
тополя
ему
не
раз р ешало сь
сделать
ни
шагу. «Да
сколько
вам
лет ,
Алексей
Алексеевич?
—
приземлил
он
себя.—
Запрет
был
и
кончился,
как
кончилось
все».
Он
зашагал
крупными,
решительными
шагами,
как
ходил
у
себя
в
Сибир ск е
по
заво д у.
Вот
и
ее
дом .
П ол ут ор аэта жный,
с
широкой
парадной
дв ерь ю.
Ок но
Ел енки
—
на
верхнем
эт аже,
самое
первое
от
парадной
двери.
Он
был
в
ее
ко мн ате
всего
два
раз а,
когда
мать,
Полина
Викентьевна,
уе зжал а
погостить
в
Ростов,
да
несколько
раз
заг ляд ыв ал
ту да
—
над о
б ыло
только
схв а тить ся
за
кронштейн
навеса
над
парадным
и
подтянуться
на
руках.
Т еперь
он
сделать
этого
не
см ог
бы.
И
не
п отом у,
что
ослабели
мышцы.
Навес
был
другой,
легкий,
жиденький
—
старый,
очевидно,
при­
шел
в
негодность.
Фиг урн ая
медная
ручка
на
две ри
с
шарами
на
ко нцах
бы ла
заменена
новой,
дешевенькой.
А
вот
рамка
на
ще ли
для
писе м
и
га зет
осталась
пре жне й.
Он
даже
потрогал
ее
—
поднял
заслонку
и
от­
пус ти л.
Она
зна ко мо
щелкнула,
и
тотчас
возникло
ощущение
о бл егче­
ния ,
которое
возникало
у
н его
тогда:
сл ава
богу,
н икто
не
заметил,
письмо
уже
там.
Значит,
сегодня
они
в стр е тятся. ..
Мим о
Брянцева
прошла
какая-то
женщина,
с
любопытством
посмот­
рела
на
нег о
и
остановилась.
«Ох уж эти маленькие города»,—
досад­
л иво
подумал
он.
Чтобы
скрыться
от
бесцеремонного
любопытства,
от­
крыл
решетчатую
калитку
и
пошел
по
узкой
тропинке.
Здесь
они
с
Леной
встретились
од н ажды
нако р о тке.
Нарушив
все
за­
преты,
он
проник
в
опа сн ую
зо ну
и
ув идел
Лену
на
террасе
в
качалке.
Пугливо
оглядевшись
по
сторонам,
она
сбежа ла
к
нему
и
потащила
сюда,
за
уго л
дома.
Много
ли
б ыло
им
надо?
Два
сл о в а: «Сегодня,
в
с ем ь», и один поцелуй,
короткий,
настороженный.
... Ему
показалось,
что
он
галлюцинирует,
что
он
соше л
с
ума.
На
ве­
ранде,
в
качалке,
с
кн игой
в
руках,
сидела...
Елена.
Некоторое
время
она
продолжала
читать,
но,
почувствовав
его
взгля д,
вскинула
го ло ву.
По­
том
п од нял ась,
медленно-медленно,
сл овно
освобождаясь
от
невиди­
мого
груза,
и
вдруг,
выронив
книгу ,
быстро
сбе жала
по
ступенькам.
В
нескольких
ш агах
от
Бр янц ева
в
нерешительности
остановилась,
по­
смот рел а
на
него
полным
недоумения,
тревожным
взглядом.
И
только
тогда
он
вышел
из
оцепенения,
шагнул
к
ней
с в инцовыми
не гнущ имис я
ног а ми,
обнял,
прижался
щекой
к
ее
щеке.
Первой
пришла
в
себя
Елена.
Выскользнула
из
его
рук
и
увл ек ла
за
угол
дома.
Она
был а
все
той
же.
Не
такой,
но
той
же.
Те
же
гл аза,
живые,
по-
детски
ясные,
те
же
пухлые
губы,
легко
раскрывающиеся
в
улыбке.
Жи знь
наложила
свой
отпечаток—у
глаз
появились
морщинки,
легкие,
не
каждому
заме тны е,
у
губ
—
две
горестные
складочки.
Но
лицо
оста­
лось
безыскусственным,
открытым
и
так
же
чуде сн о
сочетало
в
с ебе
ж ен­
ственную
мягкость
и
мальчишескую
зади р исто сть .
—
А
ты
н емн ого
повзрослел!
—
А
ты
та кая
же ...
Елена
в друг
спохватилась.
—
Что
же
это
я
держу
т ебя
среди
двора?
Пошли
в
до м!
Представлю
тебя
ма ме.
Ты
ее
помнишь?
34


Помнил
ли
он
ее?
Не
только
помнил,
но
и
боялся
этого
злого
ге ния
своей
любви.
И
он
признался:
—
Боюсь.
Она
расхохоталась.
—
Ну
что
ты
Ле...
Алеша!
—
Честное
слово,
боюсь.
Даже
стр анно
как-то.
Может
б ыть,
это
гипноз
места?
Говорят,
ощущения,
с вяза нные
с
тем
или
ин ым
местом,
возрождаются...
Елена
задержала
взгляд
на
его
лице.
—
Перестань
дурачиться,
п ойд ем!
В
большой
комнате,
казавшейся
тес ной ,
потому
что
в
нее
была
втис­
нут а
обстановка
це лой
квартиры,
священнодействовала
Полина
Ви­
кен ть ев на:
за
ломберным
столиком
расчерчивала
листки
для
префе­
ранса.
Она
сильно
изменилась
—
поседела,
ссутулилась,
но
по-пр ежнему
красила
губы,
брови,
даже
ще ки
румянила.
«Пиковая дама»,—
успел
подумать
Брянцев.
Увидев
гостя,
она
медленно
под нял ась ,
в елич еств енн о
протянула
рук у.
Бря нце ву
ничего
не
оставалось,
как
поцеловать
эту
с ухую
руку
с
покрытыми
бледно-розовым
лаком
ног тя ми.
—
Мой
друг ,
вы
не
умеете
целовать
руки
дамам,—
слегка
грассируя,
произнесла
она.—
А
вообще
интересно,
что
из
вас
получилось,
А леша.
Что
вы
теперь
делаете?
—
Покрышки,—
коротко
от вет ил
он,
внутренне
раздражаясь.
—
А -а!
—
протянула
Полина
Викентьевна
так,
буд то
этот
ответ
все
объ яс нил
е й.—
А
я,
видите,
как
живу.
Пришлось
уплотниться,
когда
до­
чери
выпорхнули
из
гнезда.
Да
вы
присаживайтесь...
—
Мамочка,
мы
тебе
меша ть
не
будем,—
сказала
Елена
и
повела
Брянцева
на
веранду.
—
Посиди
здесь,
я
переоденусь.
—
Я
под ожду
тебя
на
улице.
Или ,
еще
лучше,
знаешь
г де?
Та м...
—
Ты
еще
п омн ишь ?..
—
Помню.
Я
все
помню...
Бря нце в
то пта лся
на
«Углу встреч», стараясь успокоиться.
Мыс ле нно
обращался
к
себ е
на
«вы»,
назы вал
«Алексеем Алексеевичем», даже
чокнутым
—
термин,
сохранившийся
еще
с
той
поры,
когда
он
нервничал
на
эт ом
углу,
не
з ная,
придет
Лена
или
нет.
Послышался
зна комы й
стук
к аблу чков
по
тротуару,
и
Брянцев
ув и­
дел
быстро
идущую
Елену,
легкую,
стремительную.
Она
улыбнулась
ему
и
взяла
под
рук у.
Пошли
по
аллее.
Молчали,
стараясь
скрыть
дру г
от
друга
волнение.
Б ыло
уже
поздно.
Шум
на
улицах
затих ,
только
из
городского
сада
до н осил ись
звуки
муз ыки .
А
когда
затихли
и
они,
стало
слышно,
как
в
лугах,
ок р ужа вших
г ород,
гомонили
лягушки.
И
м ягко сть
южного
ве­
чера,
и
лягушачий
концерт,
и
знакомое
шуршание
гравия
под
н ога ми,
и
тепло
Еленкиного
локтя
—
все
возвращало
Бр ян цева
в
давно,
каз ало сь
бы,
позабытое
прошлое,
властно
стирало
ощущение
реальности.
—
Н еуж ели
прошло
девя тн адцат ь
лет?
Не
верится,—
раздумчиво
произнесла
Елена,
как
бы
обращаясь
к
са мой
себе.
Брянцев
остановился,
взглян у л
на
нее.
—
Здравствуй,
Ленок!
Это
была
их
ст арая
манера
—
ни
с
того
ни
с
с его
среди
беседы
или
молчания
ощутить,
что
они
вместе.
Не
в
мечте,
не
в
вооб раж ени и,
не
во
сне,
а
реально.
—
Здравствуй!
—
охотно
подхватила
она
эту
знакомую
ей
игру.
—
Вот
тут
ст ояла
наш а
скамья...
—
Ее
нет.
Я
уже
приходила
сюда.
Он
не жно
сж ал
ее
пальцы.
35


—
Вот
так
и
бывает
в
жизни,
Л ено к...
Мн огое
хотелось
им
расс казать
друг
другу,
еще
больше
—
расспро­
сить
д руг
друга.
Но
никто
из
них
не
решался
на
это.
Может
быть,
из
дел ик атн ости ,
а
может
бы ть,
подсознательно
избегали
переступать
не­
зримые
г ра ницы
сегодняшнего
вечера,
у во див шего
далеко-далеко,
почти
в
детство.
Часы
на
соборе
пр об или
десять.
Тот
же
чи сты й,
острый
звук
к оло­
кола,
только
ри тм
боя
почему-то
изм ени л ся,
будто
торопились
они
сде­
лать
последний
уда р.
—
Мне
п ора
домой...—
сказала
Еле на.
Он
вздрогнул
от
неожиданности.
—
Почему?
—
Вот
видишь,
ты
и
забыл!
В
де сят ь,
по
этому
бо ю,
мы
нач инали
пр о щать ся.
—
Ну
еще
пяток
минут,—
умоляюще
ска зал
Брянцев,
точн о
восп ро ­
и зведя
инт она цию
восемнадцатилетнего
Лешки.
Елена
улыбнулась.
—
На
недельку-две
я
люб лю
приезжать
сюда.
Для
меня
это
город
воспоминаний,—
сказала
она.—
Город
встреч
с
детством,
с
юностью.
А
они
у
меня
бы ли
счастливые.
—
Город
первой
любви...—
добавил
Брянцев.
Она
благодарно
и
растроганно
взглянула
ему
в
гл аза
и
тут
же
от­
в ела
вз гляд ,
словно
боясь,
что
он
увидит
больше,
чем
ей
хотелось.
—
Я
тебя
не
спрашиваю
ни
о
ч ем,
Алеша.
Где
ты,
что
ты,
как
ты?
Нарочно
не
сп ра ши ваю.
Поступай
так
и
ты.
Давай
н ем ного
поживем
в
нашем
мирке.
В
то м,
прежнем...
Ты
завтра
свободен?
—
К оне чно.
—
Пройдемся
по
нашим
местам.
И
проведем
наш
день.
С
утра
до
ве­
чера.
Согласен?
—
Еще
бы!
Подошли
к
заветному
топ ол ю.
Брянцев
прислонился
к
нему
спино й.
Так
он
дел ал
всегда
раньше,
когда
они
целовались
здесь:
ст вол
был
на­
дежной
оп орой .
Л ена
разгадала
его
намерение.
П ома хала
рук ой
на
прощанье
и
по­
шл а.
Потом
остановилась,
крикнула:
—
Завтра
в
девять
утра!
Там
же!
У
многих
здравомыслящих
людей
ут ро
отл и чае тся
от
вечера
тем,
что
безжалостно
разгоняет
вечернюю
ро мант ич еску ю
дымку,
восстанавли­
вает
трезвую
ясность
мысли,
ощущение
реальности
происходящего.
Эту
особенность
Бр янцев
знал
за
собой.
Была
она
в
го ды
юности
и
у
Елены.
Проснувшись
в
номере
гостиницы
ра но
и
сразу,
как
и
подобает
чело­
веку,
привыкшему
к
рит му
заводской
жизни,
Брянцев
да же
немного
по­
ежился,
вспомнив
вчерашний
вечер.
Он
не
представлял
себе,
как
они
встретятся
сегодня.
По
сути
их
связывала
непрочная
нить
короткой,
почти
дет ско й
любви,
а
разд еляла
глуб ок ая
пропасть
долгих
лет
раз­
луки.
За
окн ом
на
бе зобл ачн ом
небе
бушевало
с олнц е,
залив а я
гор од
бес­
пощадным
светом.
Тщательно
по бривш ись ,
Брянцев
открыл
чемодан
и
достал
новую
зе­
леноватую
спецовку,
припасенную
для
охоты.
Кто
знает,
где
они
будут
бродить,
лучше
чувствовать
се бя
свободно.
Почему-то
решил,
что
Елена
потащит
его
за
гор од.
Но
у
нее
бы ла
своя
программа
дня.
—
Прежде
вс его
—
в
ш к олу,—
ск аза ла
она ,
появившись
на
«Углу
встреч».—
А
за
костюм
—
ты
молодец.
В
том ,
коричневом
с
искорками,
ты
в ыгля дел
чересчур
торжественно.
Как
жених...
36


Утро
подействовало
и
на
нее
отрезвляюще.
Она
избегала
пр ямо го
вз гля да
и
даже
под
руку
его
не
взяла.
Молч а
шагала
рядом
в
простень­
ком
ситц евом
платье,
в
туфлях
без
каблуков.
«Слава богу,
про шло
вчерашнее
нав ажден ие»,—
подумал
он,
ис пыты­
вая
рад ост ь
от
того,
что
опять
стал
взрослым.
Вошли
в
подъезд
шк олы.
Еле на
об ъяс нила
с ур овой
сторожихе,
что
они
когда-то
у чил ись
здесь
и
хотят
посмотреть
сво й
класс.
Сторожиха
мило с тиво
разрешила
им.
Поднялись
на
в торой
этаж,
перед
акт о вым
залом
свернули
в
к ори дор
направо.
На
первой
двери
по-прежнему
висела
табличка
«10-й
,,А“».
Подчеркивая
торжественность
момента,
Елена
посмотрела
на
Бр ян­
ц ева
долгим
в зглядо м
и
от крыла
дверь.
Прошла
мимо
доски
к
окну,
се ла
за
крайнюю
парту,
оперлась
подбородком
на
переплетенные
па л ьцы.
Это
бы ла
ее
обы чна я
поза,
когда
она
сл ушал а
о бъясн ени я
учителя.
Б ря нцев
не
без
труд а
втиснулся
за
другую
парту
и
мол ча
уставился
на
чисто
вытертую
доску.
Потом,
в
одн о
мгновение,
словно
по
команде,
они
взглянули
друг
на
др уга
угол ка ми
гла з.
Так
переглядывались
они
тогда.
С
эт их
взгля до в
все
и
началось...
Вспомнил,
какого
напряжения
стоило
ему
не
смотреть
в
ее
сторону,
а
взглянув,
ото рва ть
взгляд
от
ее
взгляда.
Сейчас
он
испытывал
острое
наслажд ение
от
того,
что
меж ду
ними
не
торчат
головы
учеников,
что
нет
в
классе
преподавателя,
ко торы й
ло вил
их
вз гляды ,
что
он
может
смо тр еть
не
отрываясь...
Он
поднялся
и
подошел
к
Л ене.
Она
рв ану лась
к
нему,
прижалась
щекой
к
груди.
Так
они
и
сто яли
среди
кл асса,
пок а
не
услышали
шагов
сторожихи.
А
потом,
когда
они
шли
по
у лице
мимо
здания
техникума,
шли,
по­
трясенные
эт им
п о рывом
нежн ости ,
Елена
попыталась
п ошут ить:
—
Ах
дети,
дети,
как
опасны
в аши
лета...
И
улыбнулась.
Но
улыбка
получилась
вымученной,
грустной.
Он
то же
улыбнулся
в
ответ,
и
то же
вымученно,
грус тн о.
—
Буде м
про д олж ать
на шу
п рогра м му,—
как
бы
встряхнувшись,
сказала
Лена,—
хотя
то,
что
произошло,
чес тно
говоря,
в
мою
программу
н икак
не
входило.
Молча
дошли
до
Соборной
п ло щади.
Б елая
гр ома да
собора
высоко
вздымалась
над
дву хэта жн ым
городком,
огромная
тень
от
него
п адала
на
брусчатую
мостовую.
Купола
бы ли
теперь
пок рыты
оцинкованным
ж ел езом
—
золоченые
сняли
гитлеровцы.
Слева
п олук ружье
здан ий
раз­
резал
Ермаковский
бу львар ,
у
самого
нач ала
его
застыл
на
гранитном
утесе
Ермак,
протягивающий
России
корону
татарского
ханства.
По сид ели
на
сту п ень ках
у
бокового
входа
в
соб ор,
теплых,
уже
нагретых
солнцем,
вс по мнили,
как
строили
здесь
планы
на
жизнь,
кото ­
рым
не
су ж дено
б ыло
ос у ществ ить ся,
и
пошли
назад
по
Платовскому
проспекту.
У
винного
магазинчика
остановились.
—
Помнишь?
—
спросил
Брянцев.
—
Это
был
мой
первый
стакан
вина,—
ти хо
отозвалась
Елена,
Зашли
в
магазин,
вз яли
по
стакану
сухого,
чокнулись.
—
Что
зн ачит
стакан
сухого
для
так ого
исполина?
—
А
сего д ня
тем
более,—
улыбнулся
Брянцев.
У
ки н отеат ра
Елена
ч уть
зад ержа лас ь.
—
Вот
тут
ты
ме ня
подкупил
своей
непосредственностью.
—
Не
помню.
—
Ну
как
же!
Бродили
мы
зимой
часа
три,
я
зам ер зла
и
предложила
37


пойти
в
кино.
Ты
помялся,
но
согл аси лс я.
Подошли
к
кассе,
и
ты
таким
простым,
естественным
жестом
достал
из
моей
сум очк и
деньги,
чт о,
веришь,
ср азу
роднее
стал.
Ведь
у
м еня
кавалеры
б ыли
другие
—
мами­
ного
толка...
Когда
д ошли
до
угла
Московской,
Ел ена
вдруг
схватила
его
за
руку
и
пота щи ла
к
автобусу,
ко то рый
уже
отходил.
—
Куд а?
—
спросил
Брянцев.
—
А
т ебе
не
все
ли
р авн о?..
Автобус
ка тил ся
мягко,
подпрыгивая
по
булыжной
мос тов ой
о кра ин­
ной
улицы,
потом
затрясся
по
п рос елоч ной
д ороге ,
нап равл я ясь
к
роще.
Спр ава
раскинулось
кладбище.
Б ря нцев
не
уз нав ал
эти
места.
Рощи
как
не
бывало
—
ее
вырубили
немцы
на
т оплив о,
на
ее
месте
молодая
низ­
кая
пор осл ь.
И
высокой
кирпичной
кл адбищ енск о й
ограды
с
отверстиями
в
в иде
крестов
то же
нет.
Автобус
резко
затормозил.
Конечная
ост ан овк а.
Ел ена
огляделась,
выбирая,
куд а
им
направиться,
и
р еш ител ьно
по­
вернула
в
сторону
кладбища.
Та
же
церк о вь,
такие
же
тихие,
безликие
богомольные
старушки
тор­
чат
на
паперти.
Но
кладбища
не
у знать .
Нет
железных
оград,
нет
же­
лезных
крестов,
разрослась
с ире нь,
д елая
д оро жки
поч ти
непроходи­
мым и.
Елена
шл а,
раздвигая
ветви,
шла
быстро,
словно
точно
знала,
куда
идет,
пок а
наконец
кус ты
не
расступились,
открыв
поляну.
Здесь
стоял
большой
просмоленный
крес т.
Брянцев
сразу
узнал
е го.
Обогнули
мо гилу
и
на
тыл ьно й
ст о роне
креста
увидели
большой
ржа вый
гво з дь.
—
Посидим
здесь,—
пре дл ожила
Елена.
Опустилась
на
траву,
обхва­
ти ла
руками
к олени .
Б ря нцев
сел
рядом.
Это
он
забил
гвоздь.
Ночью,
на
спор.
Чтобы
д ока зать
ребятам
и,
ко­
нечно,
в
первую
очередь
Лене,
свою
храбрость.
С мешн ая
тогда
получилась
история.
Ребята
во
что
бы
то
ни
стал о
решили
выиграть
пар и
и
спр ята лись
неподалеку
от
креста,
что бы
ис пу­
га ть
Лешку.
Но
он
перех итр ил
их
—
появился
закутанный
в
белое.
Уви­
дев
«привидение»,
не с лышно
вы ныр нувш ее
из
кустов,
ма ль ч ишки,
и ст ошно
во пя,
дали
стрекача
и
п улей
пролетели
мимо
св идет ел ей,
ож и­
давших
у
ограды
фина ла
это й
проделки.
Бря нце в
взглянул
на
задумавшуюся
Елену.
—
Дале ко
ушла?
—
Нет,
я
рядом.
В
том
вечере.
Ты
меня
восхитил
сво ей
смелостью,
находчивостью.
Тогда
я
оставила
здесь
св ое
сердце.—
И
смутилась.—
Прости
за
выспренность.
—
Мне
и
сейчас
хочется
теб я
восхищать.
Чем
бы
я
мог?
Подскажи.
Елена
молча
сбросила
па учк а,
который
запутался
у
него
в
волосах.
—
В
жи зни
ничто
не
пр о падает,—
сказал
Брянцев.— Даже
о зо рные
проделки
юности.
Они
да ют
зак алк у.
Ты
думаешь,
мне
на
з аводе
с ме­
лость
не
помогает?
О,
еще
ка к!
—
В
рощу
пойдем?
—
спр ос ила
Елена,
подымаясь.
—
Нет,
оставим
на
завт р а.
Ее
лицо
вдруг
просияло,
ст ало
детски
радостным.
—
Ты
надолго
сюда?
—
На
не делю .
—
И
я
на
не делю .
...Неделя
прошла
нев ер о ятно
бы с тро.
Они
сидели
на
скамье,
непода­
ле ку
от
заветного
тополя,
он
це лова л
ее
в ла жные
от
сл ез
глаза.
—
Зачем
ты
приехал?
Это
был
не
вопрос
—
ук ор.
38


Он
погладил
ее
по
г олове ,
заглянул
в
глаза.
—
Любимая...
Она
отстранила
его .
—
Любимая,—
по вто рил
Брянцев,
повторил
твердо
—
та к,
будто
давн о
собирался
произнести
это
заветное
сл ово
и
н ако нец
реш ил ся,
об­
думав
все
и
вз ве сив.
Ск ажи
он
это
не
в
последний
день,
не
в
последний
ч ас,
она
не
пове­
р ила
бы
ем у.
Но
сейч ас
такое
признание
никаких
при тязан ий
не
таило.
—
Повтори,—попросила
она .
Он
повторил.
Она
вслушивалась
в
его
голос,
буд то
проверяла
на
слу х
искренность
интонации.
И
вдруг
повернула
к
нему
счастл иво е
ли цо,
обвила
руками
шею
и
так
же
твердо
и
четко
произнесла:
—
Любимый...
Они
простились,
испытывая
гор ечь
людей,
нашедших
друг
друга
и
теряющих
вновь.
—
Посмотри
последний
раз
на
наш
тополь,—
ск азала
Ел ена. —
Можно
подумать,
что
он
почти
безжизнен.
Но
ко рни
держат
его
к реп ко,
и
ему
нужно
не мн ого
влаги,
чтобы
он
опять
пошел
в
рост...
А
утром,
когда
Елена
пришла
в
гостиницу,
чтоб ы
проводить
Бр ян­
це ва
на
вок за л,
он
сказал,
что
никуда
отсюда
до
к онца
отпуска
не
уедет.
ГЛАВА
Д ЕСЯТАЯ
Быстро
мч ит
по
нак ат анном у
до
блеска,
словно
отполированному
ас­
фальту
новенький
«ГАЗ - 51» с трафаретом: «Испытания» .
Надпись
эта
спасает
Апу ш кина
от
бесконечных
проверок
инспекторов
ГАИ,
штатных
и
общественных.
Знают
он и,
что
в
кузове
л ежит
запломбированный
гру з,
что
в
кабине
си дят
записанные
в
пут е вом
листе
люди.
Поэтому
Ап уш­
кин,
завидев
одинокого
инспектора,
остановившего
для
проверки
од ну
или
несколько
машин,
ли хо
берет
влево
и
жмет,
не
снижая
скорости.
Только
поприветствует
его
дружеским
жестом
руки,
как
ст арог о
знако­
мого,
хо тя
видит
впервые.
И
л ишь
самый
докучливый,
а
п орой
самый
неопытный
инспектор
остановит
ма шин у,
якобы
для
того,
ч тобы
попро­
сить
сп ички ,
а
на
сам ом
де ле
уб едить ся:
да,
си дя щий
за
рулем
человек
абсолютно
трезв.
Больше
всего
в
жизни
не
любит
Ап ушки н
одиночества.
Но,
как
на
з ло,
ему
ч асто
приходится
езди ть
одн ому.
И
он
рад ,
что
рядом
сидит
Кристич.
С
Крйстичем
с
пе рв ого
дня
у
него
полный
контакт.
Словоохотливый
па рен ь,
нич его
не
скажешь,
сам
на
разг ов ор
идет.
Вот
только
од на
беда:
не
любит
Ап ушки н
инспекторов
и
контролеров,
а
пол уч илос ь
так ,
что
кон трол е ра
к
се бе
в
машину
по садил .
Не
дает
ему
Кристич
развернуться,
прижимает
на
каждом
шагу.
Чуть
завысил
скорость
—
п ошел
нудный
ра згово р
о
том,
что
с
пов ыше ние м
скорости
резина
снашивается
не
про­
порционально
скорости,
а
в
четыре
раза
быстрее;
тормознул
со
скри­
пом—
и
у
Кристича
на
л ице
появляется
страдальческое
выражение.
Зна­
чит,
опять
жди
ле кци ю.
И
для
чего
все
эти
предосторожности,
когда
ре-
зина- то
де рь мова я!
Он
сам
видел
образцы,
результат
наперед
известен.
И
еще
о дного
по тр ебо вал
Кристич:
ч ерез
кажды е
две
с
половиной
ты­
сячи
километров
о стан ав лив аться ,
поднимать
машину
на
домкрат
и
ме­
нять
покрышки
местами:
внутренние
—
на
внешние,
ле вые
—
на
правые,
передние
—
на
за дн ие.
Чтобы
они
в
одинаковых
условиях
работали.
Уж
больно
он
наст ыр ный,
этот
Кристич.
Случа лос ь
и
так :
вечереет,
до
гостиницы
километров
сто,
поднажать
бы
—
х орош ую
комнату
захватить
можно.
А
Кристич
не
дает.
И
появ­
ля ешьс я
в
гостинице,
когда
уже
все
за н ято,
койку
в
общежитии
со
сле-
39


зам н
выпрашиваешь.
А
к акой
в
общежитии
отдых?
Толчея
всю
ночь.
Од ни
приходят,
другие
уходят.
Но
не
придирчивостью
своей
до во дит
Кристич
Ап уш кина
до
белого
каления,
до
холодного
б ешенст ва.
Более
страшный
недостаток
ес ть
у
его
спутника:
ни
одн ого
города
не
минует,
чт обы
хоть
бегло
не
осмотреть
его,
ни
одного
музея
не
пропустит.
Ну,
город—куда
ни
шл о,
покрутил
по
улицам
—
и
ладно.
Муз ей
—
хуже.
Музеи
—
настоящий
бич
для
Апуш­
кина.
Ни
живо пис ь ю,
ни
скульптурой,
а
тем
более
битыми
черепками
да
изоржавленными
стрел а ми
он
о трод ясь
не
интересовался.
А
Кристич,
ма ло
того,
что
сам
в ыис кива ет,
что
бы
посмотреть,
еще
его
за
ру ку
тянет.
И
нич его
не
поделаешь.
Перед
музеями
всегда
народ
толпится
—
то
ту­
р исты,
то
школьники.
Не
ст ан ешь
же
на
гл азах
у
вс ех
отбиваться.
При­
ходится
ид ти.
Апушкин
удивляется,
почему
он
Кристичу
командовать
с обой
позво­
л яет.
Но
э то,
очевидно,
п отом у,
что,
ес ли
не
брать
во
вн има ние
пристра­
сти е
т ого
к
музеям
и
к
выполнению
инс т ру кции,
Кристич
—
чудесный
человек.
Компанейский,
веселый
—
пр иятны й,
одним
словом.
Особенно
нравится
Апушкину,
когда
Саш а
размышляет
вслух,
буд то
кроме
него
в
кабине
никого
нет.
И
не
о
чем-нибудь
—
о
страстях
че ло­
веческих.
—
У
ка жд ого
человека
страсть
должна
к
чему-то
быть,—
го во рит
он
размеренно,
словно
дикт у ет
кому-то
для
записи.—
Человек
без
страсти
пох ож
на
печь
без
огня
—
и
сама
холодна,
и
других
не
греет.
В
такой
печи
всегда
какая-нибудь
не чис ть
заводится,
вроде
т ар акано в.
А
то т,
кто
сам
горит,—
он
и
других
за жиг ает.
Только
люди ,
одержимые
какой-ни­
будь
страстью,
сле д
после
себя
на
земле
оставляют
и
движут
человече­
ст во
вперед.
Нехитрая
философия
у
Кристича,
но
Апушкин
сердито
посапывает,
д умае т: «А какая страсть у меня есть?
Никакой.
Выполняю
с вою
раб оту
честно,
но
без
сожаления
променял
бы
на
другую,
ч тобы
поближе
к
лю­
дям
бы ть.
А
с лед
на
земле?
Ра зве
что
гляне ц
навожу
на
ас фа ль те».
—
Значит,
по-твоему,
я
не
человек,—
иронически
усмехнулся
он.—
У
меня
страстей
нет.
И
я
на
зе мле
сл ед
не
оставлю.
—
Ну
и
чудак
ты,—
искренне
возмущается
Кристич.—
А
скажи,
по­
жалуйста,
когда
ты
т анк
в
бой
в ел,
что
тобо й
влад е ло?
Не
страс ть
ли
очистить
нашу
зем лю
от
фашистов?
Вот
и
сл ед
твой
на
земле.
И
какой
след!
А
разве
сейчас
от
твоей
работы
ма ло
по ль зы?
Выполняешь
ее
до б­
росовестно,
даешь
ш инник ам
на
вооружение
точные
данные:
какие
шины
де лат ь,
какие
—
нет.
Ты
—
раз ве дчик .
—
А -а!
—
успокаивается
н ако нец
Апушкин.—
Т ак,
значит,
ст рас ть
к
раб оте
тож е
на
твоих
весах
что-то
весит?
—
Как
же
иначе,
друг
мой
ситцевый.
Спра ва
от
дороги
открывается
небольшое
озеро.
Де ре вья,
окружив­
шие
ег о,
под с ту пили
к
воде
так
бл изко ,
что,
кажется,
растут
прямо
из
воды.
—
По сто ять
бы
ту т,—
мечтательно
вздыхает
Саша.
—
График
не
вышел,—
холодно
о тзы в ается
Апушкин.
Оп
мстит
спут­
н ику
его
же
оружием,
хо тя
само му
очен ь
хочется
поваляться
на
берегу,
погреться
на
солнце.—
Сам
г ово рил
—
график.—
И
неожиданно
перехо­
дит
в
наступление:—А
скажи,
пожалуйста,
ка кая
у
тебя
страсть,
чтобы
помогала
ч ело вечест ву
идти
вперед?
Воп рос
озадачивает
Кр ист ича.
В
нем
чувствуется
явная
изде вка
над
его
выспренной
ф ра зой.
Он
отвечает
не
сраз у,
подыскивает
самые
точ­
н ые,
сам ые
убедительные
слова.
—
К
техническим
исследованиям,—
го вор ит
он.
—
Зна ем
мы
вас,
исследователей...
На
эту
тему
Ап ушк ин
и
разговаривать
не
хочет.
Он
слышал
в
сво ем
40


институте
нелестные
слова
о
рабочих-исследователях,
видел
образцы
созданной
ими
резины
и
вполне
разделяет
предубеждение
своего
на­
чальства.
Даж е
зол
на
исследователей
—
на
такой
резине
его
ездит ь
за­
ставили!
Чер т
знает,
чем
еще
это
путешествие
кончится.
Не
пришлось
бы
ле жать
г де-ни бу дь
под
откосом
с
за д ра нными
вверх
колесами.
Тоже
мне,
и сс ледо в ател и!..
Люди
вон
по
пятнадцать
лет
у чатся
да
еще
в
ас­
пирантуре
торчат,
уже
облысеют
и
о безз убею т,
и
то
рез ина
у
них
не
по­
лучается.
О
себе
он
не
оче нь
высо к ого
мнения.
Солдатом
был ,
солдатом
и
остался.
Пусть
даже
м л адший
л е йтен ант,
шофер.
Но
кругозор
—
ни­
куда.
От
обоч ины
до
обочины...
А
Кр ис тич
нет-нет
да
и
вернется
опять
к
своему
общественному
ин­
ституту.
Апу шки ну
смешно.
Каждый
раз,
когда
Кристич
про изно сит
сл ов а: «Общественный научно -и ссл едо в ат ел ь ский
институт», в вообра­
жении
Апушкина
встает
вел ич ест венн ое
здание
института
резины
и
ка у­
чука,
с
ка бин ета ми,
лабораториями.
Посадить
бы
на
место
Чалышевой
Кр ист ича,
а
на
место
представительного,
сп ок ойн ого,
авторитетного
Хлебникова
—
вертлявого,
крикливого
Целина.
Умора!
Ап ушк ин
так
и
представляет
себе:
прозвенел
звонок,
ш татн ые
иссле­
дователи
расходятся
по
дом ам,
а
на
их
мест о
заступают
чу ма зые
рабо­
тяги,
пришедшие
из
цеха,
и
нач ин ают
колдовать
с
колбами
и
дина м о­
метрами.
Вернее,
не
колдовать,
а
учиться
колдовать
—
это
ведь
разница.
Общественники,
по
его
мнению,
м огут
б ыть
еще
контролерами
на
транс­
порте ,
да
и
то
с
гре хом
пополам.
Прошла
неделя.
У
Кристича
исся кл и
«общие»
темы
—
о
цели
жизни,
о
любви,
о
дружбе,
о
страстях
человеческих.
Только
об
искусстве
гово­
рил
он
по-прежнему
неутомимо.
Зашли
они
ка к-то
в
оди н
музей
среди
дня,
запыленные,
н еу мытые
—
д орога
по з ади,
д орога
впереди,—
и
ср азу
в
вестибюле
Кристич
ок оло
ку­
ска
мрамора
застыл.
Стоит
и
Апушкин
и
ничего
особенного
не
видит:
де­
вушка
худенькая,
грудь
небольшая,
б едра
узкие,
тонкие
ру ки
вве рх
вскинуты
—
пляшет.
—
Что
ты
в
ней
нашел?
—
заш ипел
Апушкин.—
Или
гол ой
девки
не
видел?
Кристич
сверкнул
гла за ми.
—
А
ты
ее
получше
рассмотри!
Походи
в окр уг,
не
спеша.
Апу ш кин
сел
на
сту л
и
уставился
на
скульптуру.
А
К рис тич
пошел
по
за лам.
Вскоре
вернулся.
—
Увидел
что-нибудь?
—
Ничего
не
увидел.
Только
стало
казаться
почему-то,
что
она
вот-
вот
взлетит.
Об лег ч енно
вздохнув,
Кристич
сел
рядом.
—
В
эт ом
и
сила
н асто ящей
скульптуры.
Мрамор
должен
казаться
живым.
Зап о мни
этот
де нь
—
сегодня
у
тебя
день
рождения.
И
эту
де­
вушку:
она
в пер вые
открыла
тебе
тай ну
иску сст ва.
С
этой
поры
Ап ушк ин
уже
не
возражал
против
посещения
музеев.
Иногда
да же
отставал,
заслушавшись
объяснений
экскурсовода.
По ка
он
понимал
только
одн о:
искусство
—
это
це лый
ми р,
сложный,
многооб­
разный
и
для
нег о
по ка
еще
совсем
н епо с тижимы й.
Но
д аже
поверхност­
ное
соприкосновение
с
ним
дает
ощущение
особой,
ни
с
чем
не
срав ни­
мой
радости.
Теп ерь
он
завидовал
Кристичу,
к от орый
уме л
проникнуть
за
черту
неведомого,
а
значит
и
получать
от
искусства
гор аз до
больше
э той
радости,
чем
он,
Апушкин.
—
Саша ,
ты
в
художники
готовился,
что
ли?
—
сп рос ил
одн ажд ы
Апушкин.
Приятель
ответил
не
сразу.
—
Ко
многому
готовился...
Как
в
школе
во спи т ыва ли? «Будете,
де ти,
41


художниками,
ар тис там и,
геологами,
астрономами». О физическом
труде
никто
из
нас
и
не
помышлял.
Я
в
д етстве
рисовал
не плохо,
на
гармошке
играл.
И
вбил
се бе
в
голов у:
стан у
художником
или
музыкантом.
А
с по­
собностей
не
было .
Хорош о,
хо ть
вовремя
это
понял ,
хватило
ума
на
за­
вод
пойти.
Там
я
себя
и
нашел.
А
когда
общественный
институт
орг ани­
зов али ,
определилось
мое
настоящее
пр изв ание
—
технические
исследо­
вания.
А пушки н
не
оборвал
Кристича,
не
отвернулся
в
сторону,
как
делал
в сег да,
когда
разговор
заходил
об
общественном
и нсти тут е.
—
У
нас
то же
так ие,
как
ты,
попадались
—
в
общественный
институт
не
верили,—
говорил
Кристич.—
И
среди
ин жене р ов,
и
среди
ра б очих.
Специалисты
считали,
что
нельзя
рабочим
самостоятельные
исследова­
ния
доверять.
И
некоторые
рабочие
б ыли
о
с ебе
невысокого
мнения:
где
уж
нам
уж
там
уж
замуж!
Но
я
вперед
заб ежа л.
Толчок
к
то му
од ин
че­
лове к
дал.
Ка лаб ин.
С
нег о
все
и
началось.
Ос ваива ли
мы
сво ю,
отече­
ственную,
саж у
—
до
тех
пор
на
импортной
работали.
—
Сажа
импортная?
—
удивился
Апушкин.—
Эту
др янь
и з-за
гра ­
ницы
вво зил и?
Кристич
улы бн улся
чуть
покровительственно.
—
Саж а
—
это
не
дрянь.
От
ее
ка чес тва
за вися т
свойства
резины.
М ноги е.
А
главное
—
износостойкость.
Так
вот,
не
пош ла
у
нас
новая
саж а.
Гор ит
р езина ,
пузырится,
скорчивается.
Так
называемый
«скор-
чинг»
получается.
Стоят
станки,
пла н
заваливается
—
катастрофа.
Ин­
женеры-исследователи
то
о дин
режим
предложат,
то
другой.
Рабочие
вы­
по лняю т
их
ука зани я,
а
что
к
че му
—
не
понимают.
Эта
работа
вслепую
надоела
Калабину,
и
он
вс к ипе л: «Вы хоть бы мне объяснили,
чего
хо­
тите
добиться.
Я
на
этой
машине
два
деся т ка
лет
стою,
резину
чувствую
и
на
ощупь,
и
по
за пах у,
и
по
виду.
Вы
думаете,
я
всег да
точн о
ва ши
инструкции
выполняю?
Сам
корректирую
п роце сс.
И
есл и
буду
знать ,
чего
вы
хоти те,
помочь
с м огу». Один инженер от него отмахнулся,
а
др у­
гой
прислушался,
остался
с
Ка лаб иным
пос ле
работы,
и
пр ог ово рили
они
до
позднего
вечера.
После
этого
Ка лаб ин
вн ес
много
инте ре с ных
предложений.
Если
бы
не
он,
долго
еще
осваивали
бы
отечественную
са жу.
—
Потом
инженера
наградили,
а
рабочий
в
тени
ос та лся?
—
по пы­
тался
предугадать
Апушкин
ход
дальнейших
событий.
Кристич
досадливо
мах нул
рукой.
—
Это,
может
бы ть,
у
вас
в
институте
так:
о дин
ра боту
делает,
а
другой
отче т
подписывает.
У
нас,
когда
р езина
пошла,
инже не р
честно
сказал
директору,
что
без
Калабина
он
ничего
не
добился
бы.
—
Правильный
ма лый ,—
резюм ирова л
Апушкин.—
У
на с,
в
г ар аже,
деньги
украсть
—
не
укра дут,
а
мыс лиш ку
слямзить
за
грех
не
счи­
тается.
—
Так
слушай.
Пришел
директор
на
завком
и
гов ори т: «Вы думаете,
у
нас
Калабин
оди н?
Сотни
их...
Так
почему
же
мы
под
сп удом
их
о пыт
держим,
почему
не
испол ь зуем
творческие
способности,
почему
не
побуждаем
к
творчеству?» Подумали,
подумали
—
на
самом
дел е:
по­
чему?
Р абочи й
класс
сейч ас
грамотный
пошел,
особенно
молодежь.
Кого
ни
возьми
—
семилетка,
еще
ч аще
—
десятилетка.
А
у
с тари ков
хо ть
об­
разования
мал о,
так
у
них
опы т
годами
нак о пленный .
Решили
создать
первую
группу
рабочих-исследователей.
Сем над ца ть
рабочих
и
шесть
инженеров.
И
как
развернули
де ло!
К
ним
потом
еще
пр исо е динилис ь.
А
сейчас
уже
это
отр яд
в
пятьсот
человек.
—
Где
же
вы
все
там
размещаетесь?
Кристич
рассмеялся.
—
О- о,
да
ты,
дру г
мой
ситцевый,
знач ит ,
думаешь,
дто
мы
по
лабо­
42


ра тор иям
сидим?
Не-ет,
Ива н
Ми рон ов ич.
Мы
ведем
исследования
на
рабочем
месте.
Во
время
работы.
—
Так
при
чем
тогда
«институт»?
—
Фу,
какой
ты...
Институт
—
это
же
не
обязательно
зав е дени е.
Это
совокупность
чего-то.
Можно,
наприм ер,
с каз ать
«Институт
общественных
контролеров».
А
у
нас
институт
рабочих-исследовате­
ле й.
И
факультеты
разные
есть.
Кто
технологией
занимается,
кто
эко­
но мией.
—
И
ты,
говоришь,
нашел
в
нем
св ое
п ри зв ание?
—
Не
с разу.
Первое
время
не
до
эт ого
б ыло.
Пришел
из
д есяти летк и
со
своими
требованиями
к
жизни ,
а
м еня
бах
—
в
подготовительное
от­
деление,
на
р ези но смеси тель .
Ду мал
уж
специальность
менять,
а
тут
вдруг
исследования
начались.
И
ин те рес
к
делу
проснулся.
Да
какой!
За
уши
не
оттянешь.
Ап ушки н
не
удержался,
чтобы
не
съязвить:
—
То-то
ты
со
мной
с
такой
охотой
на
три
месяца
в
командировку
поскакал.
—
А
ты,
оказывается,
злой.
Оправдаться?
—
Давай.
—
Я
три
год а
в
отпуске
не
был ,
три
год а
из
города
не
вые зжа л.
И
по
выходным
в
цех
бег ал
—
как
бы
не
пропустить
что-то
новое.
Ведь
мы
все
вр емя
искали
этот
антистаритель.
То
один
пробовали,
то
др уг ой,
то
тре­
тий .
Когда
его
лу чше
вв е сти,
на
какой
мину те
смешения,
ско л ько
ввести.
Надо
бы ло
и
оптимальный
режим
подобрать.
От
такого
дела
не
от ор­
вешься.
А
сейч ас
—
пауза
небо л ь шая.
М ожно
и
мозги
проветрить,
и
лег ­
кие
от
сажи
очи ст ить.
Оп равдал ся?
—
В пол не,—
дружелюбно
произнес
Апушкин
и
добавил
с
ехидцей:
—
К
том у
же,
и
проконтролировать
захотелось,
чтобы
шоф ер
не
з агнал
шины
каким-нибудь
об ра зом.
—
А
ты
как
думал?
Кто
же
отдаст
с вое
ди тя
на
во спит ание
в
ч ужие
руки ?
Под
своим
н адзором
хочется
до
ума
довести.
—
И
мн ого
у
вас
там
таких...
сумасшедших?
—
Есть
более
точн ое
и
ува жите льно е
сл ов о: «одержимых»,—
попра­
вил
Кристич.—
Не
все
полтысячи,
ио
сотня
н ай дется.
Они
как
дрожжи,
которые
буд ораж ат
т ес то...
Г ЛАВА
ОДИ ННАД ЦАТАЯ
Бря нце в
предпочитал
ноч ной
самолет.
Прилетишь
в
Сиб ир ск
утром—
и
прямо
с
аэродрома
на
завод.
Оставалось
добрых
полтора
часа
до
на­
ча ла
рабочего
дня ,
мо жно
посидеть
в
диспетчерской,
ознакомиться
с
работой
зав ода
за
время
своего
отсутствия
и
сразу
включиться
в
кр уг
не реш е нных
вопросов,
в
ритм
заводской
жиз ни.
Он
вошел
в
зда ние
заводоуправления,
поздоровался
с
вахтером
и
направился
в
диспетчерскую.
От сюда
осуществлялось
непрерывное
це нтр а лиз ованное
управление
производством.
До
Бр янц ева
это т
отдел
был
в
загоне
—
сюда
переводили
инжене­
ров,
которые
п лохо
справлялись
с
работой
в
цех е.
Брянцев
поставил
д ело
с
головы
на
ноги,
отдел
стал
ведущим.
На
диспетчерский
с тул,
который
многие
на зыва ли
«электрическим стулом», потому что работа
з десь
была
крайне
беспокойная,
он
сажал
пожилых
многоопытных
ин­
женеров,
которые
по
состоянию
зд ор овья
уже
не
мог ли
вихрем
носиться
по
цех у,
но
завод
зна ли
в
совершенстве
и
руководили
оперативной
ра­
ботой
безупречно.
Сегодня
за
диспет ч ер ским
п ультом
си дел
бывший
начальник
сбороч­
но го
цех а
Исаев.
Может
б ыть
п отом у,
что
Брянцев
сам
когда-то
р або тал
43


сборщиком,
он
считал,
что
люд и
эт ого
це ха
лучше
всех
остальных
зн ают
завод.
Увидев
директора,
Исаев
не
удивился,
только
радостно
приподнял
тронутые
се ди ной
брови
и,
прежде
чем
Брянцев
успел
спросить
его
о
делах
на
за вод е,
спросил
сам:
—
Чем
там
кончилось
в
Москве,
Алексей
Алексеевич?
Брянцев
понял,
что
происшествия
последних
дней
взволновали
вес ь
завод.
—
П ока
утряслось,—
ответил
он
и
принялся
просматривать
сводку
за
последние
сутки.
Пла н
выпол нен
на
сто
два
и
две
де сяты х
процента.
Прилично.
Сырья
достаточно
—
есть
и
натуральный
каучук,
и
синтети­
ч еск ий,
и
сажа .
М ожно
неско ль ко
дн ей
никуда
не
звонить,
не
би ть
тревогу.
—
Мы
вас
очен ь
подвели?
—
спросил
Исаев ,
име я
в
ви ду
отказ
кол ­
лектива
п ерей ти
на
стар ую
те хно лог ию.
Брянцев
невольно
улыбнулся.
Никакого
отношения
к
этому
отказу
диспетчер
не
имел,
но
так
уж
поставлено
на
заводе,
что
каждый
член
заводского
к олле кт ива
считает
себ я
за
все
в
ответе.
—
Нет,
помогли,—
ответил
Брянцев.—
Как
тут
Бу шу ев?
Справ­
ляется?
—
Откровенно?
—
сп рос ил
Иса ев.
—
Конечно.
Иначе
бы
я
не
спрашивал.
—
Оп ер атив ен,
все
вопросы
решает.
Не
всег да
правильно,
но
решает.
Остается
ему
только
одно:
научиться
решать
правильно.
—
Это
прид ет
со
в р еменем, —
благ оду ш но
сказал
Брянцев.—
А
реши­
тел ьност ь—
свойство
х ар акт ера,
и,
если
ее
нет,
пр ивит ь
очень
трудно.
—
М-да!
—
н ео пре деле нно
произнес
Исаев.—
Но
за
одно
его
реше­
ние
вам
придется
хлебнуть
н епри ят ност ей.
Новый
дом
без
вас
заселили.
И
одну
квартиру
он
дал
вне
очереди
Приданцеву.
Брянцев
не
сраз у
вс по мнил
эту
фам ил ию.
Но
когда
вс по мнил,
по­
крас не л
от
до сады .
Это
был
сборщик,
которого
он
сн ял
с
работы
и
ко­
торого
во
время
его
отпуска
восстановил
заместитель
директора
по
к ад­
рам
Карыгин.
—
Кто
это
сма стер ил ?
—
спр ос ил
Брянцев.
—
Инициатива
Карыгина,
поддержал
ее
Бушуев.
Они
вдвоем
прота­
ранили
все
организации.
—
Дом
заселили?
—
Да,
уже
и
нов осел ье
справили.
—
Че рт
бы
их
поб р ал!
Теперь
нач нет ся
кутерьма...
При
распределении
квартир
Б р янцев
строго
придерживался
ре ше­
ния
о бщ ест венных
организаций.
Он
считал
этот
при нцип
наиб о лее
справедливым.
Настроение
у
него
испортилось.
Подставлять
под
удар
Бушуева
не
хотелось:
еще
не
нажив
авторитета
—
потеряет
его.
Значит,
над о
брать
вину
на
себя.
Но
что
он
сможет
сказ ат ь
в
свое
оправдание?
А
Карыгина
придется
высеч ь .
Посмотрел
на
часы.
До
девяти
оставался
ча с.
Не мно го,
но
все
же
в
нескольких
цехах
побывать
ус пе ет.
Подумал,
не
поз вонит ь
ли
же не
о
пр иез де?
Решил
не
з вонит ь.
Пу сть
спит.
Она
любит
поспать.
Едв а
Брянцев
переступил
порог
подготовительного
отделения
и
с
пр ивычны м
волнением
ощутил
ни
с
чем
не
сравнимый
острый
запах
резины,
как
к
нему
подо ше л
Салахетдинов
и
забросал
вопросами:
уд а­
лось
ли
отбиться
или
н адо
готовиться
к
новым
боям,
и
очен ь
ли
подвели
они
своим
упрямством?
Только
ответил
Салахетдинову,
подошли
дру­
гие
рабочие
с
подобными
же
вопросами.
В
отделении
протекторов
тем
же
поинтересовался
Калабин.
Ну
как
не
ра сска зать
все
человеку,
с
которого
начал
св ое
существование
об­
44


щественный
институт?
Не
зря
ведь
экскурсантов,
приезжавших
на
завод
перенимать
опы т,
всегда
подводили
к
калабинской
шприц-машине
и
торже ств ен но
го во рили : «Это начиналось здесь».
К алабин
слушал
директора,
но
не
отводил
гл аз
от
р ез ины,
кот орая,
как
тесто,
в ыд ав лив алась
из
профилированного
отверстия
машины
и
ложи лась
на
роликовый
транспортер.
Потом
вдруг
рванулся
в
сторону
и
с тал
зам ерять
ши рину
протекторной
ленты.
Брянцев
постоял
еще
несколько
минут,
п ока
не
убедился
в
то м,
что
протекторы
строго
соответствуют
заданному
размеру,
задержался
у
ножа,
резавшего
ле нту
на
кус ки.
Потом
поговорил
с
кон трол ера ми
ОТ К,
которые
за ме ряли
и
взвешивали
протекторы,
и
направился
б ыло
в
цех
каландров.
Но
его
остановил
резиносмесильщик,
человек
с
крот­
ким
характером
и
с
угр ожа ющ ей
фамилией
—
Змий.
По жав
Б р янцеву
руку,
сказал
доверительно:
—
Мыслишка
ес ть,
Алексей
Алексеевич.
Оч ень
хотелось
Бря нце ву
попросить
рабочего
повременить
до
зав­
тр ашне го
дн я,
ио
Змий
пришел
в
св ой
выходной
день,
зн ач ит,
его
гло ­
жет
беспокойство.
До
сих
пор
он
не
принимал
у час тия
в
исследованиях,
все
погляд ыва л,
что
получится
у
других,
взвешивал
и
во т,
наконец,
ре­
шился.
Разве
мо жно
его
оттолкнуть?
—
Слушаю,—
не
особенно
радостно
произнес
Брянцев.
—
Хо чу
режим
смеш ения
сократить
еще
на
минуту
и
дв адцат ь
се­
кун д.
Брянцев
недоверчиво
прищурился.
Режим
смешения,
по
общему
мнен ию ,
и
так
был
поджат
до
пр ед ела.
Змий
—
рабочий
не
оче нь
гра­
мо тн ый.
Не
ошибается
ли
он?
—
А
каче ств о
смеси?
—
Ул у чшае тся.
—
Откуда
ты
знаешь?
З мий
заговорщически
огляделся
по
сторонам.
—
Вы
меня
не
в ыд адите?
Че тыре
но чи
пробовал
на
свой
страх
и
риск.
По л у чается!
—
Но
это
же
нарушение
технологии.
—
Эх,
Алексей
Алексеевич,
нарушать
те х нол огию
вредно
т ому,
кто
п лохо
в
ней
разбирается.
А
с
умом
нарушать...
«Ого, —
подумал
Брянцев,—
новая
фор му ла
оправдания
вся ких
на­
руше н ий,
но
довольно
остроумная». И спросил:
—
А
кому
я
не
должен
тебя
вы дать ?
—
Начальник
цеха,
если
узнает
—
заест!
Брянцев
ра схох отал ся.
—
Вот
это
здорово!
Нач аль ни ка
це ха
боится,
а
директора
в
с ооб­
щн ики
берет.
—
Так
я
с
вами
сей час
не
как
с
ди рек тор ом
заво да
говорю,—
резонно
за м етил
Змий.—
Я
к
вам
как
к
директору
института
подошел.
Вы-то
д ол­
жны
ме ня
поня ть,
сам и
многим
рискуете.
—
Ладно ,
иди
к
Целину.
Брянцев
Долго
смотрел
вслед
удалявшемуся
рабочему.
На
самом
дел е:
как
он
мог
поступить,
встретив
препятствие?
Теоретического
ба­
гажа,
ч тобы
доказывать
свою
правоту,
у
Зм ия
нет ,
а
т ех ничес кая
инту­
и ция
ес ть.
И
он
проверил
сн ача ла
на
практике.
Попробуй,
прижми
его !
«Вы же сами.. .»
Вот
что
значит
пример
руков оди те ля,
дурной
или
хо­
роший.
Насколько
должен
быть
безупречен
руководитель,
чтобы
его
не
попр ек ну ли
собственными
же
поступками.
До
сих
пор
он
мог
пробирать
тех,
кто
нарушал
семейные
устои.
А
вот
когда
у
не го
пр о изо йдет
семейная
передряга,
каждый
сможет
огрыз­
нуться: «А что,
тов ар ищ
директор,
уходить
от
жены
—
это
только
ваша
привилегия?»
45


В
це хе
каландров
Бр янце в
за де ржал ся.
Он
никогда
не
проходил
мимо
каландровожатых.
Это
б ыла
дань
восхищению
искусством
людей,
которые
на
глаз
умели
определять
степень
обрезинивания
корда
с
точ­
ностью
до
сотых
долей
миллиметра,
на
глаз
настраивали
свои
машины
та к,
чтоб ы
они
при
огромн ой
скорости
прохож де ния
кордной
тка ни
ус­
певали
прорезинить
все
нити
в
отдельности
и
все
п олот но
в
целом.
На
заводах,
построенных
в
последние
г оды,
эту
зада чу
решали
ав тома ты,
счетные
м а шины,
приб оры,
в ооруж ен ные
изотопами,
а
здесь,
в
Сибир-
ске,
это
делал
че ло век.
Десятки
ты сяч
мет ров
корда,
хлопчатобумаж­
но го,
вискозного,
капронового,
проходят
через
р уки
каландровожатого.
Через
рук и
ли?
Ой,
нет!
Тут
нуже н
весь
человек,
и
не
только
со
св оим
настроением,
но
и
со
всем
комплексом
ощущений
и
чув ст в.
Ра зве
может
каландровожатый
хорошо
нест и
вахту,
если
он
сегодня
разруг ался
с
же ной?
Или
если
ему
не
дали
выспаться
после
работы
дети,
или
теща
пе ред
в ыход ом
на
работу
попрекнула
каки м-т о
проступ­
ком ,
который
в
ее
воображении
вырос
до
размеров
смертного
греха?
Вот
почему,
п опав
в
каландровый
цех,
Бр янце в
смотрит
не
только
на
ма ш ины,
хотя
и
машины
ему
многое
говорят,
а
на
людей.
Как
было
с
Северовым?
После
очередной
сх в атки
с
те щей
он
всегда
де ржалс я
победоносно,
да же
на сви с тывал
что-то
воинственное,
но
внимание
его
б ыло
отвлечено
пер ипети ям и
домашней
ссоры.
Н ет-не т
да
и
получался
у
нег о
плохо
об резин енны й
корд.
А
работа
такая,
что
не
зевай
—
за
одну
минуту
сорок
метров.
Брянцев
пог ово рил
с
Северовым
по
душам,
и
все
оказалось
проще
простого:
детей
приняли
в
дет ски й
сад ,
на доб­
но сть
в
т еще
исчезла.
Теперь
она
ходи т
в
гости,
и
только
по
воскресным
дням.
С
тех
пор
качество
про питк и
и
обрезинки
корд а
на
третьем
ка­
ландре
в
смене
«Б»
неизмеримо
улучшилось.
Не т,
Брянцев
не
был
похож
в
этом
с лучае
на
волшебника,
который
творит
добрые
дела,
оставаясь
в
тени.
На
этом
примере
он
многих
вос­
питывал,
в
том
числе
руководителей
каландрового
цеха.
Так
пропесо­
чил
их
на
профсоюзном
собрании,
а
п отом
на
па р тийной
конференции,
что
у
них
с пины
б ыли
мок ры е.
Разве
не
их
прямая
обязанность
интере­
соваться
жизнью,
бы том
и
настроением
своих
рабочих?
Настроение
рабочих!
Кт о,
к огда
на
каком
арифмометре
мог
под сч и­
тать
этот
фа кт ор?
Не
мог
подсчитать
и
Брянцев.
Но
он
его
всегда
учи ­
тывал
и
умел
уловить
нас тро ен ие
челов е ка,
да же
мимолетно
взглянув
на
него.
Мн огим
такое
ка чес тво
казалось
сверхъестественным.
А
тем
бо лее
у
Бр я нцева.
Большого,
эне р гичног о,
с
грубоватым,
в ол евым
ли­
цом,
с
решительной
походкой,
его
сна чал а
воспринимали
как
олицетво­
рение
силы,
и
только
силы.
Тонк их
э мо ций,
чутк ос ти
от
не го
не
ждали.
Но
именно
он
отличался
удивительной
чуткостью.
И
не
случайно
Дима
Иван о вски й
назвал
Брянцева
«приемником с внутренней антенной» .
Сегодня
на
третьем
ка лан дре
работал
Гольдштейн,
инженер,
к ото­
рого
Брянцев
з аста вил
начать
св ою
деятельность
с
рабочего
места.
У
нег о
всегда
грустные
гл аза
и
пон уры й
вид
человека,
вынужденного
выполнять
работу,
к отор ая
не
нравится.
Брянцев
понимает:
учился
в
институте,
го т овил
се бя
к
командной
должности,
а
тут
на
те бе
—
ра бо чее
место,
Но
Брянцев
только
такой
пу ть
и
признает.
Что
это
за
руководитель,
ко торы й
не
умеет
дел ать
то,
что
дел ает
нижестоящий!
Кончился
век
людей,
годных
только
для
руководящей
работы.
Наст оя­
щий
руководитель
должен
пройти
все
звенья
производственного
пр о­
цесса
и
з нать
их
досконально.
Он
хотел
уже
подозвать
Гольдштейна
и
сделать
ему
«тонизирующее
вл ивани е», как вдруг увидел:
за
разматывающимся
ру ло ном
корда
при­
мос ти ли
какой-то
ба раб ан
с
движущимися
плицами,
я вно
кустарного
происхождения.
Гольдштейн
заметил
уд ивле нный
взгляд
Бр я нцева
и
подошел
к
нему.
46


—
Барабан
нашей
конструкции
для
ширения
кордного
полотна,—
объяснил
о н.—
Алексей
Алексеевич,
мы
на
су ж ении
корда
ми ллион ы
рублей
теряем...
—
Сам?
Гольдштейн
молча
обвел
пальцем
широкий
кр уг
в
воздухе,
что
означало:
вся
бригада.
—
А
иде я
чья ?
Инженер
пожал
плечами.
—
Скромничаете?
Ладно,
скромничайте.
Л юди
и
это
о ценя т.
Навстречу
попалась
се стра
Кр ист ича
Ольга.
Она
и
на
заво де
мод­
ничала.
Узкие,
короткие,
совсем
не
спецовочные
брюки,
п естр ая
блузка.
Кокетливо
улыбнулась
Брян цев у.
—
Куда
вы
девали
м оего
брата?
Уехал
в
Мо ск ву,
не
вернулся
и
ничего
не
пишет.
Как
в
воду
канул.
При шл ось
ответить,
что
брат
уже
на
пути
в
Сре дн юю
Азию—по­
ех ал
и спы тыв ать
шин ы.
До
це ха
вулканизации
Брянцев
не
дошел.
Ровно
в
девять
перешаг­
нул
порог
своего
кабинета
и
через
несколько
минут
уже
разговаривал
с
собравшимися
у
не го
людьми.
Здесь
были
Бу шу ев,
старший
диспетчер
Уваров,
Цел ин
и
секретарь
парткома
Пилипченко,
сам ый
среди
них
мо­
лодой,
угл ов атый ,
с
острыми,
как
у
подростка,
плечами.
Бр янце в
вс по мнил
о
квартире,
предоставленной
вне
очереди,
но
по­
давил
в
себе
ж елание
заняться
сей час
этим
вопросом
—
от
не го
ждали
под р обно го
сообщения
о
событиях
в
Москве.
В
дверях
появился
Карыгин.
Медленно,
спокойно
прош ел
по
каби ­
нету,
поздоровался,
уселся
в
кресло.
У
него
тща тел ьно
выбритое
ква д рат ное
лицо,
большие
умные
г лаза.
Тяжелые
глаза,
ощупываю­
щие.
Брянцев
рассказал
обо
всем,
что
произошло
в
Комитете,
в
НИИРИКе,
ничего
не
утаив
и
н ичего
не
прибавив,
как
пр ивык
расс казы ват ь
первым
своим
помощникам.
—
Вы
бы
там
об ъясн ил и,
Алексей
Ал ексее вич ,—
участливо
сказ ал
Бушуев,—
что
течение
рек и
повернуть
вспять
невозможно,
что
наши
шин ни ки
предпочитают
работать
с
«ИРИСОМ»
хо тя
бы
п отом у,
что
он
облегчает
процесс.
—
Вот
это
как
раз
я
и
забыл
с ка зать,—
признался
Брянцев.
И
вдруг
заговорили
все
разом,
взволнованно,
перебивая
друг
друга.
Только
Карыгин
молчал,
как
бы
оставляя
за
соб ой
пр аво
последнего
и
—
каза ло сь
по
его
виду
—
решающего
мнения.
Но
долго
разговаривать
им
не
дали.
Начались
беспрерывные
звонки
из
городских
организаций,
И
все
просили
Бр я нцева
приехать,
доложить
о
положении
дел.
—
При еду ,
только
позже,
дайте
оглядеться,—
неизменно
отвечал
Бр янцев
и
всякий
раз
ловил
на
себе
осуждающий
взгляд
Карыгина.
Он
словно
го во рил,
этот
взгляд : «Звонят из высшей инстанции,
работа
не
работа
—
ну жно
поехать,
отчитаться».
Ровно
в
десять
на чина ла сь
еж едневная
оперативка
по
селектору.
Начальники
цехов
сооб ща ли
о
работе
ночной
смены,
пр едъяв ля ли
пре­
тензии
друг
к
другу,
с по рили,
и
не
всегда
мо жно
б ыло
установить,
кто
пр ав,
кто
не
прав,
кто
точен,
а
кто
привирает.
Когда
Брянцев
работал
главным
инженером,
все
оперативки
он
про­
водил
сам .
Т еперь
они
с
Бушуевым
чередовались
—
на до
б ыло
помогать
молодому
главному.
Авторитет
Бушуева
еще
не
все
признавали,
осо ­
бенно
на ча льник
цеха
подготовки
Тапочка.
Тот
предполагал,
что
сам
скоро
станет
главным
—
на
его
кандидатуре
настаивал
совнархоз.
Но
Брянцев
проявил
наст ойч иво сть :
Бушуев
—
и
никто
другой.
Были
у
это го
47


человека
качества,
которые
подкупали
директора,—
честность
—
ни
р азу
ни кто
не
поймал
его
на
вранье,
объективность
—
лич ные
от нош ения
никак
не
влияли
на
отношения
производственные
и
смелость
—всю
в ойну
Бушуев
провел
в
истребительной
авиации,
дважды
был
сби т,
дваж ды
падал
на
вражеской
территории
и
дважды
возвращался
в
строй.
Он
был
очень
настойчив,
но
не
упрям.
Когда
понимал,
что
запо-
ролся,
давал
задний
х од,
менял
с вое
решение.
И
жадно
тянулся
к
новому.
Мы
зачастую
уважаем
людей,
п ох ожих
на
нас
самих.
Бря нце в
тоже
уважал
Бушуева
за
те
качества,
которые
бы ли
в
нем
самом,
и
видел
в
Бушуеве
то,
чег о
не
видели
другие,—
потенциальные
возможности
роста.
Из- за
Бушуева
у
не го
испортились
отношения
с
совнархозом.
Но
ни
разу
не
рас ка ялся
Брянцев
в
своем
вы бо ре,
ни
разу
не
подвел
его
глав­
ный
инженер.
И
бы ло
особенно
досадно,
что
Бушуев
попался
на
чью-то
удочку,
предоставив
ква ртир у
Приданцеву.
Но
об
этом
потом,
потом.
Разбирая
накопившуюся
почту,
Брянцев
слышал,
как
Бушуев
воевал
с
Тапочкой.
У
Тапочки
всегда
все
кругом
вин оват ы,
только
он
о дин
прав.
Ночью
простоял
у
нег о
резиносмеситель,
ел е- еле
вытянули
пл ан,
но
об
этом
Та по чка
ни
слова.
Все
только
о
паре,
воде,
подаче
вагонов.
И
Брянцев
не
выдержал.
—
Пав ло
Ива н ович ,—
сказал
он
в
микрофон,—
пер ев ер ните
пла­
с ти нку.
Эта
сторона
у
нее
до
то го
заиграна,
что
хрипит.
Почему
у
Сала­
хетдинова
простоял
резиносмеситель?
Директорского
баса
Тапочка
не
ожида л
и
растерялся.
Брянцеву
вра ть
опа с но.
Поймает—месяц
выволочку
дават ь
будет.
И
он
сдался.
—
Электрик
зе вану л.
Мо тор
перегрелся.
—
Вот
с
это го
и
н ачин али
бы ,—
ск азал
Бр янце в
и
вернулся
к
ч тению
поч ты.
Мн ого
пишут.
Многие
пишут.
И
из
всей
гру ды
писе м
яв ств ует
одно:
не
хв атает
шин.
Во
многих
а втох озя йст вах
машины
стоят
на
прик ол е.
А
это
значит
—
недоставленные
грузы,
невывезенные
удобрения.
Эх,
если
бы
каждый
ш инник
читал
такие
пись ма
ежедневно!
Брян­
цев
однажды
ис пы тал
с илу
их
возд ей ств ия
—
прочитал
несколько
таки х
пис ем
на
рабочем
собрании.
И
словно
ток
про шел
по
аудитории.
Та­
кие
бурные
выступления
начались!
Всем
по па ло.
И
за
плохое
качество,
и
за
прос тои ,
и
за
нечеткую
организацию
работы.
И
ему
в
том
числе.
А
п осле
собрания
еще
раз
попа ло .
Отвели
его
в
сторону
секретарь
рай­
кома
Тулупов
и
Карыгин
и
стали
читать
мораль:
над о
ли
обнажать
пе­
ред
всеми
на ши
неполадки
в
народном
хозяйстве?
Сдерживая
закипавший
гнев,
Б р янцев
ответил:
—
Письма
такие
по ле зны
—
они
расшевелили
народ.
Что
же
касается
неполадок,
то
ра бо чие
о
них
знают
больше,
чем
мы,
потому
что
не
стра­
дают
бо ле знью
принимать
желаемое
за
действительное.
Кстати,
учтите ,
это
самое
страшное
для
руководителя.
—
У
ме ня
вс е!
—
гремит
в
динамике
зычный
голос
Бушуева.—
Больше
ни
у
кого
вопросов
нет?
—
У
меня
есть,—
говорит
Бр янцев
и
придвигает
к
себе
микрофон.—
Товарищи,
мы
лучше,
чем
кто-либо,
знаем,
что
единственный
безошибоч­
ный
пут ь
испытания
шин
—
это
испытание
дорогой.
Наш и
ш ины
сейчас
ушли
на
ускоренные
испытания
в
Среднюю
Азию ,
г де,
как
вы
понима­
ет е,
самы е
жесткие
температурные
условия.
Будем
жд ать.
О с новное
на­
правление
нашей
деятельности
остается
прежним:
пов ыше ние
ходимо­
сти
шин.
Вот
на
это
и
п рошу
направить
творческие
усилия
и
ла бор ато­
рии
и
института
рабочих-исследователей.
У
меня
все.
—
Селекторное
совещание
окончено,—
сообщает
Бушуев,
и
в
ди­
намике
сл ышит ся
щелч ок.
48


Брянцев
вздыхает
с
облегчением
—
теперь
не
придется
ему
отве­
ча ть
на
вопр ос ы
каж до му
в
отдельности
—
и
тут
же
звонит
секретарше:
—
Вызовите
ко
мне
Бушуева
и
Карыгина.
Они
входят
одновременно.
Бу шу ев,
большой,
шир ок оп леч ий,
с
отк ры­
тым,
добродушным
лицо м,
и
коренастый,
ожиревший
Карыгин,
за та ив­
шийся
в
себе,
как
всегда
не поня тный.
—
Чью
квартиру
вы
отдали
Приданцеву?
—
спрашивает
Брянцев,
обр ащаяс ь
к
Карыгину,
который
в
этот
момент
умещает
свое
гр уз ное
тел о
на
стуле.
—
Заварыкина,—
невозмутимо
о твечае т
Кар ыг ин.
Бушуев
молчит
—
он
ничего
не
понимает
в
э той
сцене.
Лицо
Бр ян­
це ва
снач ала
белеет
от
сдерживаемого
беше нс т ва,
п отом
н ачин ает
на­
ливат ьс я
кр овью.
Заварыкин
давно
работает,
он
лу чший
каландровожатый,
но
хоро­
шей
квартиры
до
сих
пор
не
имеет.
Верну вш ись
из
армии,
построил
землянку
в
одн у
ко м нату шку
и
живет
в
ней
впятером
—
жена,
двое
де­
тей
и
старик
отец,
разбитый
параличом.
Брянцев
по б ывал
в
эт ой
сы рой,
пропит анной
разными
з апаха ми
развалюхе.
Потому
побывал,
что
к аж­
дый
раз ,
когда
распределяли
квартиры,
Зав арык ин а
отводили,
ссылаясь
на
то,
что
у
него
собственный
дом .
До м!
Бр я нцев
убедился,
что
это
за
до м.
Но
до
сих
пор
де йст вова ла
формальность:
со бств ен ника м
государ­
ст ве нных
квартир
не
давать.
Отчаявшийся
Заварыкин
хоте л
было
уехать
на
другой
завод,
но
Брянцев
уговорил
его
по дожд ать ,
пок а
построят
новый
дом,
твердо
пообещав
предоставить
квартиру
из
дв ух
комнат.
И
не
только
З ав ары кину
обещал
—
дал
обязательство
на
собрании
в
це хе
каландров.
Он
знал,
с
каким
трудом
завоевывает
руководитель
доверие
рабочих.
Зн ал,
что
рабочего
чел о века
достаточно
обмануть
оди н
ра з,
больше
он
тебе
никогда
не
поверит.
И
вдруг
—
отдать
квартиру
Приданцеву.
По­
чему?
Кто
такой
Приданцев?
Неплохой
сборщик
шин,
но
он
растратил
профсоюзные
взн ос ы,
получил
взыскание
по
профсоюзной
линии,
и
Брян­
цев
перевел
его
на
погрузку
готов ой
про д ук ции.
Так
Приданцев
и
работал
на
погрузке,
пок а
Брянцев
не
уехал
в
от­
пуск.
А
вернулся
—
и
увидел
его
опять
у
сборочного
станка.
Кто
вос­
становил?
Кар ыгин.
Почему?
И
только
сейчас
вспомнил:
о
Приданцеве
беспокоилась
Та ся.
Чтобы
не
сорваться
на
кр ик,
Б ря нцев
сосчитал
до
десяти.
—
Как
вы
до
этого
д оду мали сь?
—
спросил
он
Карыгина.
—
Я
в ыпол нил
вашу
волю,—
ч екан но
про изне с
то т.—
Мне
звонила
ваша
ж ена
и
просила
от
вашего
им ени.
Брянцев
растерялся.
Мо жет
ли
быт ь
такое?
Вп роче м ...
Набр ал
номер
квартиры.
—
Ты
дома?
Сей час
пришлю
ма ш ину,
приезжай
на
завод.
Таисия
Устиновна
ответила,
что
она
не
одета
и
не
причесана.
—
В
одиннадцать
часов
утра
женщина
должна
б ыть
одета
и
прич е­
сана,—
сказал
Брянцев
и
позвонил
секретарше:
—
Пош л ите
домой
ма­
шину.
—
Мы
можем
у йти?
—
спросил
Кар ыг ин.
—
По си дите,—
сухо
ответил
Брянцев.—
Вам
же
трудно
ход и ть,
а
вы
будете
нужны.
Ка рыг ин
постоянно
ж алов ался
на
ра сши р ение
ве н,
на
тромбофлебит,
говорил,
что
каждый
шаг
пр ичиня ет
ему
боль.
Из
сочувствия
ходи ли
к
н ему
—
и
главный
инженер,
и
секретарь
парткома,
и
пре дсед ател ь
з авко ма,
ходи л
и
директор.
Мелочь?
Но
вокруг
Карыгина
со з давался
ореол
таин ственно сти
—
не
он
ход ит,
а
к
нему
приходят.
З начи т,
не
со­
г ласны
с
теми,
кто
сн ял
его
после
разоблачения
культ а
с
поста
секретаря
обкома,
знач ит ,
до
сих
пор
отн о сятся
к
не му
как
к
партийному
руководи­
4
М осква
No
1
49


телю.
И
люди,
которым
приходилось
по бы вать
в
приемной
Карыгина
(он
сумел
отвоевать
себе
и
приемную,
и
отдельную
се крет ар ш у), делали свои
вывод ы
о
роли
этого
чел ов ека
на
заводе.
Чтобы
не
терять
времени,
Бушуев
с тал
р ассказ ыват ь
директору
о
положении
на
уч аст ке
сборки
новых
шин.
Обычно
Брянцев
вникал
во
все
детали
работы
нового
сборочного
пролета,
но
сейчас,
пог ло ще нный
своими
мысля м и,
слушал
р ассея нн о.
Вошла
Та исия
Устиновна
в
пальто,
из-под
которого
видн елся
ха­
ла т,
в
повязанно?!
наспех
косынке.
Увидев
Карыгина,
остановилась
от
н еож иданно ст и.
—
Садись,—
ск азал
Б ря нцев
тоном,
не
предвещающим
н ичего
хоро­
шего.—
Ты
о
чем
пр о сила
от
мое го
имени
тов ар ища
Карыгина?
—
Я?
От
твоего
име ни?
Я
просто
просила
дать
квартиру
многосе­
мейному
человеку.
Он
живет
у
те щ и...
—
У
тещи
в
четырехкомнатном
доме,
да
еще
с
флигелем,
кот орый
сдается
в
наем!
—
загремел
Брянцев.
Карыгин
приподнял
р уку,
как
школьник
в
класс е.
—
Простите,
Таисия
У с тино вна,
вы
с казал и,
что
это
желание
Алек­
сея
Алексеевича,
которое
он
не
усп ел
высказать,
поскольку
срочно
уехал.
Бушуев
поднялся,
чтобы
уйти,—
не
хотел
присутствовать
при
этой
странной
семейной
сцене,
но
Брянцев
задержал
его.
Мнением
Буш уев а
он
дорожил,
пу сть
тот
узнает
правду.
—
Я
даже
имен и
твоего
не
произнесла,—
ск азала
Таисия
Ус ти­
новна.
К а рыгин
поднялся,
поднялся
с
трудом,
опираясь
на
толстую
сучко­
ватую
палку.
—
Вот
что,
дорогие
супруги,—
проговорил
о н.—
Я
надеюсь,
что
вы
разберетесь
без
моего
участия.
Му жья
обыкновенно
верят
женам.
Но
я
даю
слово
коммуниста,
что
просьбу
Таисии
Устиновны
воспроизвел
со
стенографической
точ нос тью.
Бря нце в
тож е
поднялся,
и
это
б ыло
поня то
как
зна к
окончания
бе­
се ды.
Бушуев
и
Карыгин
ушли .
Ед ва
за
ними
закрылась
дверь,
как
Таисия
Устиновна
расп л акал ась .
—
Порядочные
мужья
прежде
всего
дом ой
заезжают.
Хо тя
бы
пере­
одеться.
А
ты...
ты
вытащил
меня
сюда
как
на
судебное
разбирательство.
Еще
народных
заседателей
посадил
бы
рядом...
Не
знала
Таисия
Устиновна,
како й
б о лезн енный
удар
на не сла
му жу.
Действительно,
следовало
бы
снач ала
за еха ть
домой.
В
том,
что
он
поехал
прямо
на
завод,
немалую
ро ль
с ыграл о
подсознательное
стрем­
л ение
отдалить
встречу
с
женой.
—
Восстановление
П рид анце ва
на
работе
тоже
не
обошлось
без
тво­
его
у части я?
Эта
мыс ль
шевельнулась
и
раньше,
но
он
не
хотел
спрашивать
при
Карыгине.
—
Да ,—
всхлипывая,
ответила
Та исия
Устиновна.
«Странный все же человек Карыгин, —
подумал
Брянцев.—
Тогда
он
ни
слова
о
Тасе
не
сказ ал
—
всю
в ину
взя л
на
себя».
—
И
—
последний
вопрос:
зн ач ит,
ты
не
раз
со вала
нос
в
мои
дела?
Таисия
Ус т иновна
наклонила
голову
и
ничего
не
ответила.
Брянцев
з ашаг ал
по
кабинету.
«Зачем она все это делает?
Не ужели
не
понимает,
как
подводит
ме ня?
И
что
ею
движет?
Баб ье
сострадание
или
тщеславное
желание
показать,
что
она
как
жена
директора
м но­
гое
может
сделать?»
Он
по зво нил
секретарше
и
попросил
вы зват ь
шофера.
В асил ий
Афа нась ев ич
вошел
тотчас
— очевидно,
сидел
в
приемной.
Брянцев
сказ ал
е му,
чтоб ы
отвез
Таисию
Устиновну
в
по селок
«Сам -
с трой », к Заварыкиным.
Туда,
куда
ездили
они
весной.
50


—
Это
еще
зачем?
—
запр о тест о вала
Таисия
Уст инов на. —
Что
мне
там
делать?
—
Посмотришь,
в
каких
условиях
живу т
люди,
у
которых
по
тв оей
м и лости
отобрали
кв артиру.
—
Дождь
вчера
б ыл,
там
гря зь
непролазная,—
попытался
об разу­
мить
директора
обычно
безропотный
шофер.
—
Довезете
до
спу ска
и
покажете,
как
п рой ти.
—
Но
Таисия
Устиновна
в
туфлях,—
шофер
посмотрел
на
директора
откровенно
нег од у ющим
в згляд ом.
Слезы
все
еще
катились
из
гл аз
Таисии
Устиновны,
она
не лов ко
смахивала
их
пальцем.
Брянцев
протянул
ей
платок.
И
вдруг
улыбнулся.
—
Ни чего ,
не
горюй.
Мы
эту
ошибку
исправим.
И
лю дям
поможем,
и
ты
отучишься
быть
доброй
за
государственный
счет.
Езжай!
—
Он
пр и­
мирительно
похлопал
ее
по
плечу.
Нел егкая
должность
директора
тр ебу ет
недюжинной
способности
мгновенно
переключаться
с
одного
вопроса
на
др у гой.
Вулкан изатор­
щика
Каелу
Бр янце в
принял
так,
словно
только
и
жд ал
ег о.
Старый
вулканизационный
цех
—
самый
тя жел ый
на
заводе.
Он
ма ло
по ддавался
механизации,
и
летом
и
зимой
здесь
ст ояла
жара
и
рабочие
ходили
п ол уразд етым и.
Большинство
предложений,
ко то рые
они
вносили,
касались
ус ло вий
труда.
Бе зус лов но
и
К аела
пришел
с
тем
же.
К аела
навис
над
ст олом
директора,
как
уте с
над
до линой.
И
нос,
и
гу бы,
и
даже
подбородок
у
нег о
тяже лы е,
а
гл аза
с
мудро й
лукавин­
кой .
Он
оди н
из
самых
акт ивн ых
исследователей.
Собираясь
на
пенсию,
Каел а
торопился
выда ть
все,
что
накопил
за
годы
работы.
На
прием
к
Брянцеву
сидело
человек
восемь
сотрудников
зав од о­
управления.
Каела
понима л,
что
у
директора
не
очень
много
времени
для
разговоров
с
ним,
и
потому
начал
без
обиняков.
—
У
нас
положение
такое,
Лекс ей
Лексеевич,—
Каел а
положил
на
сто л
замусоленный
чер теж
автоклава.—
Сюда
десять
пресс-фо рм
за­
ходит
с
покрышками
и
еще
двести
миллиметров
свободного
мес та
ос­
та ется .
А
форма
вся
—
четыреста
по
толщине.
Где
же
еще
двести
вы­
кроить,
ч тобы
одиннадцатую
запихнуть?
Лишняя
пресс-форма
—
зна­
чит,
производительность
каждой
камеры
на
десять
процентов
под ни­
мется.
Понимашь?
Много
по в идал
Каела
на
своем
веку
директоров
и
вс ех
их
н а зывал
на
«ты», но по разным причинам:
одних
—
из
отсутствия
ува жения ,
с чи­
тая
их
«временщиками», других
—
из
непр ияз ни ,
а
Брянцева
—
с
той
фа ми льярн ой
нежностью,
которая
отличает
отношение
старого
кадро­
во го
рабочего
к
своему
доморощенному
руководителю,
выросшему
не
без
его
участия.
—
Понимашь!
—
передразнил
его
Брянцев,
но,
по гл още нный
своими
м ысля ми,
Каела
не
обра тил
на
это
внимания.
—
Так
вот
я
и
гов орю:
где
еще
двести
взя ть?
—
Он
уставился
на
Бр я нцева,
т актичн о
предоставив
тому
возможность
подумать.
Не
по­
луч ив
о тв ета,
прод о лжал :
—
Ты
п ос мотри
на
плунжер,
на
к оторы й
мы
эти
пресс-формы
грузим.
Он
толщиной
в
пят ь сот
миллиметров,
а
для
чего?
Тут
и
трехсот
хватит.
Чт о,
нет,
скажешь?
—
Не
зн аю.
Плунжер
инже нер ы
рассчитывали,
не
с
потолка
же
они
такую
толщину
взяли.
—
А
может,
и
с
потолка,—
прищурившись,
сказал
в улкан изат ор­
щик.—
А
есл и
они
запас
прочн ос ти
десятикратный
взяли?
Старые
ин­
женеры
как
об орудов ан ие
рассчитывали?
На
дураков.
А
мы-то
с
той
по ры
поум не ли
не бось.
Поумнели,
Лекс ей
Лексее вич?
Только
сейчас
Брянцев
заметил,
что
рабочий
на весел е.
Не
очень,
51


но
хватил.
Не
то
от
радости,
не
то
для
храбрости.
Однако
на
нем
чи­
ст ый
костюм,
з начит,
пришел
в
свой
выходной
день,
и
делать
ему
заме­
чание
не
стоит.
—
Так
вот ,
смотри,—
продолжал
Каела.—
Если
плунжер
на
двести
миллиметров
сточить,
на
мой
глаз,
ему
п рочнос ти
хватит
и
как
раз
для
лишней
фо рмы
место
по являе тс я.
А
как
на
тв ой?
Бря нце в
почувствовал
себ я
тем
самым
дураком,
на
которых
рас счи ­
тывали
это
оборудование.
Сколько
раз,
со
сколькими
людьми
он
искал ,
как
увеличить
производительность
автоклавов!
Им
удав ал ось
это ,
но
они
шли
сложным
инженерным
путем.
А
вот
до
такой
прос той
вещи
не
додумались.
Почему?
Считали
размеры
агрегата,
все х
его
частей
кано ­
ничными.
А
К аела
—
то
ли
по
технической
малограмотности
своей,
то
ли
по
п рирод ной
смекалке
—
додумался.
Надо,
коне чно,
проверить
рас­
четом
его
предположение,
но
Брянцев
уже
чувствовал,
что
Каела
прав.
—
С
начальником
це ха
говорил?
—
спросил
он.
—
Боится
он.
—
С
Целиным?
—
Что
Целин?
Нет
у
нас
сей час
Целина,
был
и
весь
вышел.
Как
улитка
в
себ я
спрятался.
Брянцев
сн ял
трубку,
вызвал
Целина
к
себе.
—
Слушайте,
милорд,
как
у
вас
с
селезенкой?
—
спросил
он,
когда
Целин
вошел
в
кабинет.
У
Целина
по лезл и
на
лоб
глаза.
—
С
селезенкой?
С
моей?
—
О
своей
я
бы
у
вас
не
спрашивал.
Считалось,
что
с плин
—
сл ед­
ствие
з або лев ания
сел езен ки .
Учтите:
забо лев ание
это
сугубо
аристо­
кр а тическо е,
нам
оно
противопоказано.
Так
что
вы
его
с
себя
стр я хни те,
пока
другие
не
стряхнули.
Займитесь
Каел о й.
Поручите
сделать
расчет
и
доложите
мне .
Не
оче н ь-то
ла с ково
взг лянув
на
директора,
Целин
вз ял
чер т ежи
и
уше л
с
рабочим.
Брянцев
вызвал
к
се бе
начальника
хозяйственного
отдела.
Вошел
молодой,
эне рг ичный
человек,
вс ем
своим
видом
по казы ваю ­
щий,
что
готов
выполнить
л юбое
распоряжение
директора.
—
Грузовик
есть
с
двумя
ведущими?
Вездеход?
—
Найду .
—
Грузчики?
Четыре
человека?
—
Могу
снять
с
погрузки
шин.
—
Тогда
езжайте
сами
вот
по
этому
адр есу .
Погрузите
все
имуще­
ство
и
тащите
его
со
всеми
жильца м и
ко
мне
на
кв арти ру.
—
Что?
—
не
по ве рил
своим
уш ам
начальник
АХ О.
—
Повторить?
—
Нет,
нет .
Значит...
на
ва шу
кв арт иру?
—
Зна чит,
на
мо ю.
Начальник
АХО
вышел
с
поднятыми
от
удивления
плечами.
Смысла
распоряжения
он
так
и
не
понял,
ясно
бы ло
лишь,
ког о
и
куда
перево­
зить.
А
Бушуев
в
это
время
ра схажи в ал
по
ка би нету
Карыгина
и
стар ался
разобраться
в
то м,
что
же
в се -таки
произошло
с
предоставлением
квар­
ти ры
При дан це ву.
—
Да
поверьте
мне,— убеждал
его
Карыгин,—
вы
присутствовали
на
п лохо
отрепетированном
семейном
спектакле
—
партнеры
не
сыгра­
л ись.
—
Мне
понятно
одн о:
в
этом
деле
я
играл
глупую
роль
пешки...
Но
я
ника к
не
доберусь
до
режиссера
спектакля!
—
В
данном
случае
ак тер
и
режиссер
—
одно
л ицо:
Алексей
А лекс е­
ев ич
Брянцев.
52


—
Не
верю,—
решительно
сказал
Бушуев
и,
остановившись,
в
упор
посмотрел
на
Карыгина.
Тот
горестно
вздохнул.
—
Эх,
Станислав
Сергеевич,
зелены
вы
еще .
Д аже
для
не с ложной
внутризаводской
дипломатии
з елены.
А
я
многое
на
с воем
веку
пови­
дал
и
не
так
легковерно
отношусь
к
л юдям. ..
Г ЛАВА
ДВЕНАДЦАТАЯ
Многое
п ов идал
на
своем
веку
Кар ыг ин.
Внешне
жизнь
у
нег о
проходила
стремительно
и
бы ла
нас ыще на
со­
быт иям и.
Не
усп ел
проработать
и
года
в
прокатном
ц ехе
Златоустов­
с кого
металлургического
за во да,
как
его
послали
в
Промышленную
ака­
демию,
которая
готовила
инже нер ов
из
самой
гущи
производственников.
Вернулся
на
з авод
и
вскоре
из
рядового
инженера
технического
отдела
выр ос
до
директора
з аво да.
И
на
э том
п осту
поработал
не
больше
года:
избрали
вто рым
секретарем
обкома
парт ии,
а
затем
и
первым.
Шел
1937 год...
Сотни
людей,
прид я
с
работы
домой,
не
возвраща­
лис ь
на
работу,
ил и,
уходя
на
работу,
не
возвращались
домой.
В
эту
ст раш ную
пор у
и
выр ос
Карыгин.
Его
взл ет
н икого
не
у див ил.
Он
был
м олод,
в
уме
и
деловитости
ему
нельзя
б ыло
отказать.
Пер ед
так им и,
как
он,
широко
открывалось
буду­
щ ее,
им
предоставлялись
все
возможности
проявить
себя
в
п олную
ме ру.
В
тридцать
лет
— секретарь
обкома,
облеченный
единоличной
вла­
стью
ка рать
и
миловать,
реш ать
все
во про сы
—
и
хозяйственные
и
поли­
тические.
Есть
от
чего
закружиться,
гол ове !
И
главное
—
полная
безна­
казанность
за
в се,
что
бы
ни
сделал,
неограниченная
возможность
глу­
шить
недовольство
и
подавлять
кр итик у.
Выступят
против
те бя
на
собрании
—
м ожно
приклеить
ярлык
клеветника,
которы й
подрывает
авторитет
секретаря
обкома,
а
знач ит ,
и
авторитет
па рт ии,
поставившей
тебя
на
эт от
пост,
на пишу т
на
тебя
жалобу
—
она
возвращается
к
тебе
на
тв ое
рассмотрение
и
усмотрение.
А
ж алоб щик
тож е
получает
ярлык
к лев етн ика
и
подрывателя
основ.
Кар ыг ин
пр ивык
к
власти,
к
беспрекословному
подчи не нию .
Он
окр у­
жил
себя
лю дь ми,
постоянно
готовыми
выполнять
его
волю.
Человек
по
п рир оде
одаренный,
самоуверенный
и
властный,
с
не д южинными
оратор­
ски ми
способностями,
он
пользовался
авторитетом.
Сде ла ть
без
всякой
подготовки
двухчасовой
доклад,
да же
не
заглянув
в
бумажку
с
те зи­
сами,
для
нег о
не
составляло
труда.
Опрокинуть
в
споре
про т ивник ов,
да
еще
поглумиться
над
ними
вс л асть
было
для
нег о
легкой
забавой.
Он
оче нь
рано
понял
смысл
и
без наказанн о ст ь
показухи,
считал,
что
гораздо
ва жнее
рапортовать
об
окончании
сева,
чем
з акон чить
е го,
ра­
портовать
об
уборке
хлеба,
чем
убрать
его.
По бедны е
реляции
под пис ы­
вал
не
моргн ув
гла зом,
а
людей,
которые
поговаривали
об
оч ковт ира ­
тельстве,
вы зыв ал
к
се бе,
не
ругал,
не
кричал
на
них,
а
увещевал: «Эх,
зеле ны
вы,
м олодой
человек,
даже
для
внутрирайонной
дипломатии
зе­
лены.
Все
ра вно
мы
сев
зак о нчил и.
Наш
рапорт
другие
о бл асти
п одх ле­
стнул,
шеве лит ь ся
заставил.
Вот
в едь
в
чем
его
политический
смысл.
Это
пони мат ь
надо!»
С
особы м
удовольствием
по дпис ывал
он
обязательства,
всегда
см е­
лые,
громкие,
всегда
обращающие
на
себя
вним а ние.
Знал,
что
впечат­
ление
эти
документы
произведут
большое,
а
проверять
их
никто
не
ст анет .
Е сли
же
паче
чаяния
и
проверят,
то
ругнут
один
на
о дин,
без
оглашения
в
пе чати .
В
общем
—
хв а льба
на
миру,
а
срам
с
глазу
на
глаз.
Беспроигрышная
л отере я.
И
нико гд а
не
уп уск ал
случая
изобрести
какой-нибудь
почин.
Любо й
почин.
То
велась
борьба
за
чистоту
ули ц,
то
53


за
сб ор
лома,
то
за
о зел ене ние
городов.
И
не
так
ва жно
б ыло
провести
эт от
поч ин
на
де ле,
как
первым
выступить
с
ним
в
пе чати .
Ему
д остав­
ляло
рад ость
читать
потом,
что
почин
области
вз ят
на
вооружение,
под­
хвачен
другими.
И
скол ь ко
раз
бывало
так:
почин
у
нег о
давно
за глох,
а
в
других
областях
его
без
конца
подхватывают,
и
рас ходи тся
он,
как
круги
по
в оде.
Разоблачение
культа
лично с ти
б ыло
с ильне йши м
ударом
для
Кары­
гин а.
Он
почувствовал
себ я
так,
словно
его
самого
раздели
и
выставили
нагого
вс ем
на
обозрение.
Он
затаил
злобу,
зат аил
глубоко
в
себе,
по­
тому
что
ни
с
кем
не
мог
поделиться
своими
сокровенными
мыслями.
Они ,
эти
мысли,
пригибали
его
к
земле,
угнетали
невыносимо.
Но
еще
си ль нее
м учил
ст рах
за
св ою
участь.
Не
придется
ли
расплачиваться
полной
мерой
за
все
со деян но е?
Пр едчу вств ие
не
обмануло
его
—
он
не
до сиде л
в
св оем
кресле
даже
до
перевыборов.
Его
попросту
сняли
и
предоставили
самому
с ебе.
Ку да
может
по йти
чел овек
в
таки х
случаях?
Естественно,
на
хозяй­
ственную
работу
по
св оей
основной
специальности.
Но
Карыгин
в
мет ал­
лургическую
промышленность
не
вернулся.
Д аже
выбрал
город
по­
дальше
от
металлургических
заводов
и
поглуше
—
Сибирск.
Здесь
до лго
думали,
куд а
его
девать,
и
назначили
на
шинный
завод.
Уж
чем-чем,
а
кадрами
ведать
сможет.
Он
и
ведал
ими.
Несколько
лет
сидел
тихо,
вы жид ал,
пол ага я,
что
выш ло
ка кое- то
недоразумение
и
скоро
все
опять
стан ет
на
с вое
место.
Жизнь
вел
замкнутую
—
сам
ни
к
кому
и
к
себе
н икого.
Разговаривал
только
с
женой,
и
то
во
хмелю.
Он
и
трезвый
мра­
чен,
у
него
даже
складки
лица,
даже
губы
не
приспособлены
к
улыбке:
когда
он
старается
улыбнуться,
получается
что-то
вроде
гр им асы.
А
во
хме лю
он
страшен.
Он
не
буянит,
не
к ричи т.
Уставится
в
одну
точку
и
твердит:
—
Ме ня
еще
позовут...
Но
шли
годы,
а
его
не
звали.
И
он
сам
ста л
н апо мин ать
о
себе,
на по­
минать
скромно,
здес ь,
на
месте.
На проси тся
лек цию
прочитать,
доклад
сделать.
Вс ту пил
в
Обще ств о
по
распространению
политических
и
на уч­
ных
з нани й.
На
з аводе
обрадовались:
всегда
готовый
докладчик
есть,
когда
ни
п оп роси
—
не
откажет.
Красных
уголков
много,
чуть
ли
не
каж­
дый
день
где-то
требуется
докладчик
л ибо
лектор.
Он
стал
желанным
человеком
в
заводском
парт ийно м
комитете:
опыт-то
у
него
большой
—
це лой
областью
ворочал,
не
гре х
с
ним
посоветоваться.
Понемногу
и
в
рай ком е
партии
к
нему
пр ивыкл и.
Солидный,
рассу­
ди тель ны й,
на чине нный
мудростью
человек.
Кто
разберется
в
причинах
его
п адения?
Он
виноват
или
то
время
вино вато ?
Трудно
сказ ать ,
какую
силу
приобрел
бы
Карыгин
на
заводе,
ес ли
бы
не
Брянцев.
Нет,
Брянцев
не
вставлял
палк и
в
колеса
своему
заме­
стителю
по
ка дра м.
Там ,
где
б ыло
нужно,
даже
поддерживал
ег о,
укреп­
лял
его
авторитет.
Но
он
меш ал
Карыгину.
Мещал
своим
присутствием
на
за вод е,
мешал
тем,
что
контрастировал
с
ним.
Во
всем.
И
в
большом,
и
в
малом.
К
примеру,
дела ет
Карыгин
доклад.
Гладко,
припод нят о ,
без
единой
закавычки,
говорит—как
пишет.
Сначала
слушатели
сидят,
будто
завороженные.
Но
проходит
в ремя,
и
глад ки е,
округлые
фра зы
пер е стают
заде в ать
сознание,
убаю ки ваю т,
катятся
мим о.
В
зале
возни­
кает
шумок,
на ч ина ются
разговоры.
Карыгин
форсирует
голос ,
но
власть
над
аудиторией
потеряна.
А
Брянцев
даром
крас норе чи я
не
обладает.
В
начале
выступления
долго
подыскивает
точные
слова,
п озв оляет
с ебе
сделать
паузу
меж ду
фразами,
поразмыслить.
Ре чь
Карыгина
похожа
на
хорошо
укатанную
дорогу.
Б ря нцев
же
говорит—словно
ед ет
по
бу­
лыжнику.
Но
его
сл у шают
до
ко нца,
бо ясь
проронить
слово.
Кар ыг ин
понимает,
в
чем
тут
дело:
народ
предпочитает
форме
сод ержа ни е.
Ему
не
так
важно,
как
гово рят ,—
важно,
что
говорят.
54


Не
любит
Карыгин
ходить
вместе
с
Брянцевым
по
цехам.
К
дирек­
т ору
то
и
дело
подходят
рабочие,
беседуют
о
дел ах
—
производственных
и
личных.
Обращаются
даже
с
такими
просьбами,
с
какими
до лжны
бы
обр ащ ат ься
к
нем у,
Карыгину.
А
он
вынужден
стоять
рядом,
переми­
наться
с
ноги
на
н огу
и
терпеливо
ждать,
когда
окончатся
эти
не ско н­
чаемые
разглагольствования.
«Неудивительно,
что
к
нему
тя нут ся
люди,— думает
потом
Кары­
гин.—
Брянцев
—у
кормила.
В
его
рук ах
вся
власть.
А
какая
власть
у
заместителя
директора
по
кадрам?
Ка кие
он
решает
вопросы?
Пр и­
нят ь
или
не
пр иня ть
на
работу?»
И
он
начинает
разыгрывать
роль
вершителя
судеб.
Подолгу
выдер­
жи вает
поступающих
на
ра боту
в
приемной,
под олг у
бесе ду ет
с
ними.
Испо в еду ет
по
вс ем
правилам.
Обо
всем
расспросит
—
пь ет
или
не
пьет,
как
живет
с
женой,
сколько
ч ел овек
семьи.
Относительно
репрессирован­
ных
родственников
обмолвится,
скажет,
пр авда,
что
это
сейчас
роли
не
играет,
но
все-таки
обмолвится.
И
у
человека
создается
впечатление,
что
Кары гин
принимает
его
в
виде
исключения.
Из
соч ув ствия ,
из
ли ч­
ног о
расположения.
Он
уход ит ,
испытывая
чувство
благодарности.
Хо­
роший
начальник
по пал ся.
Хоть
и
с троги й
с
виду,
но
с
добрым
сердцем.
Особенно
тщательному
опросу
подвергает
Карыгин
инженерно-тех­
ниче с ких
работников.
Для
них
он,
во пре ки
всяким
правилам,
да же
осо­
бые
вопросы
под го т овил.
Сидит
человек,
напр яг ает
п амять ,
вспоминая,
какое
отчество
у
де­
душки,
которого
никогда
не
видел,
и
в
како й
деревне
род и лась
мать
же ны.
Карыгин
крутит
головой,
слушая
нечеткие
ответы.
Горестно
вз ды­
хает,
долго
д умае т,
устремив
на
посет ит ел я
св ой
тя жел ый
взгляд .
И
только
когда
увидит,
что
посетитель
пал
духом
и
готов
забрать
свои
документы,
снисходит.
Берет
отл оже нны е
в
сторону
документы
и
нар о­
чит о
размеренно
говорит
слова,
которые
дважды
перевернут
душу,
пок а
человек
дослушает
их
до
ко нца:
—
Что
могу
сд ела ть?
Наше
дело,
как
у
саперов:
ошибиться
можем
только
один
раз .
Объективные
данные
у
вас
неважные.
Но,
че рт
поб ери,
есть
в
вас
что-то
такое,
что
внушает
мне
доверие.
Никто
о
такой
проработке
не
знал
и
узнать
не
мог—не
ста нет
же
че ло век
р ассказ ыв ат ь,
что
принят
на
завод
из
ми лос ти,
по
доверию,
особо
ему
оказанному.
Не
раз
по щип ыва ли
Карыгина
на
собраниях
за
барство,
за
секре­
таршу,
которая
к
том у
же
держала
людей
по
часу-другому
в
приемной.
И
он
решил
огра ди ть
себя
от
к рит ики.
Воспользовался
случаем,
когда
Удальцов,
в
обще м
н еп лохой
сбо р щик,
сделал
прог ул .
За
так ой
про ст у­
пок
с
зав ода
не
увольняют,
но
Удальцов
имел
неосторожность
незадолго
до
э того
случа я
всенародно
в
це хе
накричать
на
Карыгина.
Тот
подсу­
нул
под
горячую
руку
Лубану,
п р едшест вен нику
Бр я нцева,
приказ
об
увольнении
Удальцова
и
д оби лся
своего:
люди
по няли,
что
с
ним
шутки
плохи.
А
другой
ра з,
оставшись
з амещат ь
Лубана
на
н ед елю,
Ка рыг ин
ра з­
дал
на
премии
о с татки
ди ректорс ког о
фо нда.
Умею,
мол,
карать,
ум ею
и
миловать.
Это
опять
произвело
впечатление.
Не
просто
разобраться
в
поступках
такого
человека.
Попробуй
пойм и,
о
чем
он
думал,
когда
давал
квартиру
Приданцеву,
выполняя
п рос ьбу
Таисии
Устиновны.
Х отел
угодить
Брянцеву
или
насолить
ем у?
Ему
не
удалось
восстановить
коллектив
завода
против
директора,
пр едо ста вив
квартиру
Приданцеву,
зато
он
настроил
против
Брянцева
городское
начальство.
Узнав,
что
сем ья
Заварыкина
перевезена
на
ква ртир у
директора
(а весть об этом распространилась с быстротой молнии не только по
за воду ,
но
и
по
всем у
г ор о ду), Карыгин предпринял контрмеры.
Он
хо­
55


дил
по
кабинетам
райкома,
горкома,
горисполкома,
согласовывал
какие-
то
свои
малозначащие
вопросы,
а
перед
уходом
го вор ил
будто
не­
взначай:
—
Лих о
товарищ
Бр янце в
вставил
фит иль
вс ем
городским
рук ов о­
дителям!
Лучше
и
придумать
невозможно.
«Вот я какой сознательный:
ради
благополучия
рабочего
человека
в
од ну
комнату
переехал.
А
ну,
кто
следующий?»
А
когда
завязывался
оживленный
обмен
мнениями,
доказывал,
что
поступок
Брянцева
—
ло ги ч еское
завершение
его
постоянной
линии
за­
игрывания
с
рабочими,
игр ы
в
демократию,
линии,
которая
н ач алась
еще
со
времени
создания
института
рабочих-исследователей.
Уж
не
че­
ре счур
ли
большую
роль
он
отводит
общественности?
Как
бы
не
добился
того,
что
завод
перестанет
быть
управляемым.
От каз али сь
же
люд и
вы­
полнить
требование
Москвы
перейти
на
гостовскую
технологию.
В
э той
фразе
все
продумано,
каждо е
слово
отточено.
«Старая»
—
заменено
«гостовской», «отказ от перехода на старую технологию»
—
не
звучит,
а
«отказ от гостовской» —
звучит.
«Потребовал директор»
—
не
з ву чи т, «Московский институт»
—
про звуч ит ,
но
слабо,
а
«отказались
выпо лнить
требование
Москвы»
—
производит
впечатление.
Б ыло
над
чем
по ду мать
после
такого
разговора
с
человеком,
ко торы й
прошел
большую
жизнь,
который
каждый
день
общается
с
рабочими,
с
инженерами.
Особенно
серьезно
зад ум ался
над
всем
эт им
секретарь
райкома
Ту­
лупов.
Он
моло д,
на
партийной
работе
не да вно,
а
Карыгин
—
старый
зубр.
Как
к
его
сигналу
не
п ри слу ша тьс я? «Неуправляемый завод,—
р азд умы вал
Тулупов.—
Нич его
себе,
пилюлька
может
п олу чи ться ...
Как
только
этот
случай
безна казанн о
прошел?
И
с
квартирой
запрещенный
прием:
во т,
полюбуйтесь,
ка кой
я!
А
остальные,
знач ит ,
холодные
чи­
новники?
Нет,
н адо
вмешаться,
пок а
не
п оздн о,
прибрать
дир ектора
к
рукам.
Только
как
его
приберешь,
ког да
на
заводе
слабый
секретарь
парткома?
Подмял
его
ди рек тор.
Когда
там
перевыборы?
Ага ,
с коро.
Но
кого ?
Ко го
рекомендовать
секретарем?»
В ывод
напрашивался
сам
собой:
ко не чно
же
Карыгина.
Мало
того,
что
у
нег о
опы т
большой,
у
не го
хватка
крепкая.
Только
тако й
и
сможет
обуздать
Брянцева.
Но
он
наверн я ка
откажется.
Для
чего
ему
л ишние
хлопоты?
Сидит
на
спокойной
работе,
оклад
большой,
до тя гивае т
до
п енс ии.
И
Тулупов
решил:
да ст
Карыгин
согласие
—
не
пускать
его
к
п ар­
тий ной
работе,—
знач ит,
рвется
к
ней,
а
откажется
—
принять
все
меры,
чтобы
стал
секретарем
парткома.
Карыгин
отказался.
А
вечером,
сидя
дома,
думал
вожделенно: «Мне бы только помогли
приподняться.
А
там
я
уж
сам...»
ГЛАВА
ТРИНАДЦАТАЯ
Одн о
и
то
же
каждый
день:
из
Ташкента
в
Джи за к,
из
Джи зак а
в
Ташкент.
У
Апушкина
ес ть
теперь
сменщик,
ездят
они
поочередно.
Но
см енщ ик
ездит
один,
а
с
Апушк иным
всегда
С аша
Кри ст ич.
До рогу
они
делят
пополам.
Туда,
по
утренней
прохладе,—
Апушкин,
обратно,
по
жаре,—
Кристич.
Нудно
и
однообразно.
Никаких
дорожных
развлече­
ний.
И
Апушкин
не
без
удовольствия
вспоминает
их
п уть
сюда,
в
Ср ед­
нюю
Азию.
Он,
собственно,
привык
к
однообразию
дороги
—
и спытан ия,
как
правило,
бывают
челночные.
Но
одн о
д ело
выезжать
из
Москвы
и
возвращаться
в
Москву,
а
значит,
домой,
друг ое
—
когда
ты
надолго
оторван
от
семьи
и
знаешь,
что
не
скоро
ее
у видиш ь.
56


Ш ины
о казал ись
износостойкими.
Кристич
даже
не
смо тр ит
на
них.
Раз
в
пяти дн ев ку
сделает
замер,
запишет
в
журнал
—
и
все
заботы.
Только
камешк и,
застрявшие
между
шашками,
выковыривает,
что бы
не
грызли
ре зин у.
Постепенно
его
уверенность
передается
Апушкину,
и
тот
не
зн ает,
ра­
доваться
этому
или
огорчаться.
С
одной
стороны,
хо ро шо,
что
заводским
ребятам
уда ло сь
сделать
добротные
шины,
а
с
др уг ой...
Гарантийный
километраж
шины
—
тридцать
две
тыс яч и.
Эти
про йду т
больше.
Так
все
лето,
гляди,
прокатаешься
по
ад ско му
пеклу.
П ове зло
еще,
что
с
ним
Кристич.
Апушкин
не
очень
любит,
когда
Кр ис тич
за
рулем
—
у
тог о
руки
и
я зык
одновременно
не
ра бо тают.
Что-нибудь
одно:
л ибо
ведет
ма шин у,
либ о
разговаривает.
О
товарищах
по
работе
р ассказ ыв ает,
о
Сибирске,
а
последнее
время
—
больше
о
себе.
В
войну
с и ротой
ос та лся,
в
детдом
попа л.
Малышом
совсем.
Немного
помнит
он
о
том
времени.
Особенно
запо мнил ,
как
ста щил
из
красного
уголка
гармошку.
Очень
уж
нравилось
ему,
когда
на
ней
и гр али.
По
ма лоле тс тву
думал,
что
это
так
же
п рос то,
как
играть
на
патефоне.
Там
только
руч ку
крутить
надо,
а
з десь
—
растягивать
мехи
да
нажимать
кно пки.
Забрался
с
гармонью
под
кр оват ь
и
тих онь ко
пиликает.
Вдруг
видит
—
рядом
чьи-то
сапоги
появились.
Потом
рука
под
кровать
пр о­
тя нул ась,
схватила
его
за
ухо
и
выволокла
из
укрытия.
Подн ял
голову
—
ди ре ктор
детдома.
Привел
ма льч уган а
к
де журн ому.
«Вот,
полюбуйтесь,
как
вы
инструменты
о х р аняете».
Но
гармонь
не
отобрал.
«Поиграешь
вдоволь,—
говорит,—
верни,
за хочешь
снова
—
поп роси ,
дадут.
Чего
д об­
рого,
музыкантом
станешь».
Эта
гармошка
вскоре
повернула
его
сиротскую
до лю.
Как -то
приехала
в
детдом
женщина,
милая,
с
ласковым
голос ом.
Только
родимое
пятно
на
ли це
пор т ило
ее
—
большое,
до
самого
гл аза.
Долго
ходила
по
комн ат ам,
при см атр ивая сь
к
де тям.
Ув идел а
мал ы ша,
ц елик ом
поглощенного
гармошкой,
подошла,
заговорила.
Потом
уш ла.
А
Саш у
директор
к
себе
вызвал ,
ск азал,
что
м ать
нашлась.
Слишком
смышленым
был
мальчик,
чтобы
поверить,
но
обрадовался
случаю
уй ти
из
детдома
и
так
бурно
вы ра зил
сво й
восторг,
что
сомнения
не
бы ло:
пов ер ил.
Увезла
Са шу
Антонина
Прокофьевна
в
свое
село
Дерябино,
и
зажил
он
там
во льн ой
ж изнь ю.
В
школу
ходить
стал ,
товарищей
новых
завел.
Антонина
Прокофьевна
работала
телеграфисткой,
достатка
был а
ср ед­
него,
но
Саше
ни
в
чем
не
отказывала,
откармливала,
от паи вала
моло­
ко м,
и
вскоре
он
из
заморыша
в
такого
би тюж ка
превратился,
что
в сем
на
зависть.
Гармонь
ему
купила,
старую
ливенку.
Дедок
о дин
на шел ся,
п одуч ил
играть.
Все
б ыло
хорош о,
но
на
четвертый
год
счастливого
житья
Ан тони на
Прокофьевна
решила
вый ти
замуж.
Увидел
Саша
ее
избр анника
и
за­
грустил.
Очень
уж
с ур овый
человек,
и
какой-то
весь
деревянный
—
г олос
ск рип ел,
как
несмазанная
телега,
и
ходил
пря мо й,
словно
вместо
по­
звонков
у
него
кол
был
вставлен,
и
глядел
одеревенелыми
глазами.
В
э тих
глазах
прочитал
Саша
св ой
приг ов ор.
Три
дня
плакала
Антонина
Прокофьевна,
а
на
четвертый
отве зл а
сын а
в
детдом
—
не
з ах отел
«деревянный»
жениться
на
ней
с
прие­
мышем.
Саш а
уже
кончал
школу,
когда
вызвал
его
к
себ е
директор
и
сп ро­
сил ,
б ыли
ли
у
не го
сестры.
—
Да,
бы ли.
К атя
и
Ол я.
Он
смутно
помнил:
стоят
возле
н его
две
девочки,
о дна
побольше,
другая
поменьше.
Старшая
кормит
их
кашей
и
все
приговаривает: «Бу­
дете
ес ть
кашу
—
бо ль шими
вы р астете» .
П оло жил
директор
перед
ним
57


две
фотографии.
Девчата.
С ма зливень кие
и
совер ш енно
р азны е.
Чер­
ненькая
и
б еле нька я.
Черненькая
уже
барышнится,
а
беленькая
—
его
лет.
Нич его
эти
фотографии
ему
не
сказа ли .
Директор
повернул
их
об­
ратными
сторонами.
«Оля Кристич», «Катя Кристич»,—
прочитал
Саша
и
подумал
бе зра зл ичн о : «Может,
в
самом
д еле
сестры
нашлись».
По­
смотрел
на
фотографии
повнимательнее
—
черненькая
дев о чка
чем-то
на
нег о
похожа.
«В гости зовут, —
сказал
ди ре к тор.—
Поедешь?»—«А
может,
они
чужие?»—
усомнился
Саша.
До
сих
пор
ему
не
приходилось
делить
лю­
дей
на
чужих
и
родных.
Подходил
к
ним
с
другой
меркой
—
хо ро шие
и
п лохи е,
добрые
и
зл ые,
грубые
и
ласковые,
люди,
с
которыми
прия т но
общаться,
и
от
которых
хочется
быть
подальше.
«Чудной ты парень .
Сестры
наш лись.
Пон има ешь
—
с естр ы!
Это
же
родные
люди!
Больше
у
те бя
никого
на
белом
свет е
нет».— «У
меня
и
ма ть
находилась...» —
мрачно
буркнул
Са ша.— «Ты
ее
не
суди,—
сказал
ди ре к тор.—
Ради
пр и­
емного
с ына
от
личного
счас ть я
не
откажешься.
Она
и
так
для
т ебя
много
сдел ал а,
четыре
года
скрасила.
Для
твоего
возраста
— это
чет­
верть
жизни».— «Поеду,
ладн о
уж»,—
решил
Саша.
Захотелось
дирек­
тору
угодить
да
и
девчонок
посмотреть
в
натуральную
величину.
Может,
стоит
с
ними
водиться.
На
во кзал е
его
встретила
Ольга,
да
так
встретила,
что
у
него
сразу
душа
оттаяла.
И
целовала,
и
обнимала,
и
п лака ла,
и
смеялась.
И
со­
в сем
не
старалась
разобраться,
какой
он
—
х ороший
или
д ур ной.
Тогда-
то
Саша
понял,
что
достаточно
бы ть
родственниками,
чтобы
тепл о
отно­
ситься
дру г
к
другу,
и
почувствовал
уже
на
перроне
сиб ирск ог о
вок ­
зала,
что
то же
готов
простить
Ольге
любой
ее
недостаток
за
ту
теплоту,
которой
она
одарила
его.
Впер вы е
по пал
Саш а
в
такой
большой
город,
и
все
здесь
бы ло
ему
в
диковинку.
И
троллейбусы,
и
трамваи,
и
обилие
цветов.
Цве ты
всюду:
вдоль
тр отуа ро в,
во
дворах
домов,
на
балконах.
Ольга
шла
рядом,
в ела
его
за
руку,
как
маленького,
и
говорила,
го­
ворила
без
умолку.
Она
бы ла
старше
Саш и
на
четыре
года
и
многое
пом нил а
из
того,
чего
не
мог
помнить
он, —
ему
не
б ыло
и
пяти,
когда
семь я
эвакуировалась
из
Умани
и
когда
при
бомбежке
эшелона
погибла
мать.
Она
с ловно
предчувствовала
бед у
и
напис ал а
на
спинах
детей
име на
и
фамилии
химическим
кар андаш ом: «Растеряетесь если, —
объяс­
нил а
она,—
потом
вместе
не
со бер емс я.
А
так
я
вас
все гда
найду.
Это
вро де
метрики».
Оля
попала
в
Сибирск.
До
двенадцати
лет
жи ла
в
детдоме,
а
потом
удочерили
ее
Прохоровы.
Игна т
Васильевич
работал
на
шинном
за воде .
Дет ей
у
них
б ыло
четверо,
но
все
уже
об з аве лись
семьями
и
разъеха­
лись.
А
они
привыкли
к
шуму
в
д оме,
безлюдье
и
тишина
их
угнетали.
Игнат
Васильевич
еще
ничего
—
целый
день
на
работе
да
и
обществен­
ных
дел
хватало.
А
Юлия
Николаевна
все
о дна
да
одна.
Вот
и
приду­
мал
ей
муж
заб оту.
Пошли
в
детдом,
посмотрели
детей
и
в зяли
самую
шумливую
—
Олю.
Когда
же
отыскалась
Катя,
взяли
и
Катю.
Рассказала
О ля,
что
закончила
школу
и
уже
полтора
года
работает
бр асл етчиц ей.
Рассказала
и
о
новых
род и телях
—
какие
они
до бр ые,
за­
ботливые.
Где
двое,
там
и
третьему
место
найдется.
Са шу
Прохоровы
тоже
не
от пу ст или.
Две
недели
прожил
он
беззаботно,
а
потом
Игнат
Василье­
вич
решил
повести
его
на
шинный
завод.
Сначала
заглянули
в
подгото­
вительное
отделение.
Не
понравилось
Са ше
в
э том
цех е.
Шумно,
пыльно.
В
другом
це хе
сы рую
рез ину
домешивали
в
валках.
От
липк ой
смоляно­
черной
массы
шел
острый
запах.
У
Саши
ста ли
слезиться
глаза,
запер­
ш ило
в
горле.
Он
за каш лял ся.
Игнат
Васильевич
неодобрительно
по­
смотрел
на
не го
и
повел
в
нов ый
цех,
светлый,
просторный,
чи ст ый.
58


Здесь
Саша
увидел
Ольгу.
Она
принимала
от
подруг
кос о
нарезанные
кус ки
кордного
полотна,
ск леивал а
их
быстрыми
движениями
в
кольцо
и
пропускала
меж ду
валками.
Потом
на клад ыв ала
второй
слой,
третий.
Она
совсем
не
походила
на
до ма шнюю
Олю ,
веселую
и
болтливую.
Была
соср едо т оч енна,
удивительно
точна
в
движениях.
«Так вот какие браслеты Оля делает»,—
подумал
С аша.
Больше
всего
понравился
ему
сборочный
цех.
Восх ит ила
легкость,
с
какой
сборщики
на де вали
браслеты
на
вращающийся
б арабан .
Бро­
силось
в
гл аза
и
удивительное
вза имоде йств и е
между
станком
и
чело­
веком:
будто
два
живых
существа
без
сл ов
понимали
друг
друга.
Но
вот
у
одного
сборщика
на
браслете
обр азо вали сь
складки.
Игнат
Василье­
вич
сердито
засопел,
когда
рабочий
ста л
разглаживать
их.
Но
когда,
так
и
не
разгладив
складки,
рабочий
с тал
надевать
следующий
бр асл ет,
подо шел
к
нем у,
остановил
станок.
«Ты что?» —
зао рал
сборщик.—
«Я делаю что надо,
а
ты
—
что
не
надо».— «Подумаешь...
Ты
кто
та­
кой?»—«Ты
не
зна ешь ,
кто
я,
за то
я
зн аю,
кто
ты.
Сук ин
ты
сын!»Сбор­
щик
по нял,
что
шут ки
плохи.
Заюлил,
стал
сни м ать
б рас лет,
но
Игнат
Васил ь евич
о ттащи л
его
от
станка.
«Зови мастера!» Но звать мастера не
пришлось.
Он
как
раз
проходил
ми мо
и
ср азу
понял,
что
происходит.
С
ним
рабочий
вел
себя
смелее.
«Ты бы лучше смотрел,
чтобы
бр асл еты
нормальные
д а вали!
—
сразу
перешел
он
в
контрнаступление.—Не
стоять
же
мне
и з-за
р азини ,
кот ора я
немерные
браслеты
дела ет» .
Пока
мастер
и
рабочий
разбирались,
кто
прав,
кто
виноват,
Игнат
Васильевич
отправился
к
браслетчицам
искат ь
разиню
и
наш ел.
Винов­
ницей
оказалась
Ольга.
«Разве я так учил тебя работать,
по г анка?!
Где
ты
та кое
подсмотрела?!»—
набросился
на
нее
Игнат
Василь евич.
Если
бы
Ольга
удивилась,
растерялась,
бы ло
бы
ясн о,
что
она
не
зн ала
о
том ,
что
дел ает
бр ак.
Но
она
за крыла
лицо
руками,
заплакала
и
пош ла
п рочь
от
станка.
А
Игнат
Васильевич
долго
стоял
понурившись...
В
этот
д ень
до
сознания
Саши
дош ла
одна
пр о стая
ис т ина,
и
он
все
больше
убеждался
в
ее
непреложности:
шинник
должен
б ыть
предельно
честным.
Он
говорит
Апушкину:
—
Ты
знаешь,
Иван
Мир оно вич,
в
чем
сложность
ш ин ного
производ­
ст ва?
Оно
все
на
честности
пос тр оен о.
Изде л ие
токаря
мо жно
замерить,
свар енны й
сталеваром
металл
—
проверить
анализом,
пл охо
сшитое
пальто
на
гл аз
видно.
А
шины
все
одинаковые:
черненькие,
глянцевые.
И
когда
собраны,
не
пр ове риш ь.
Вот
и
получается:
шины
собирают
из
о дних
и
тех
же
материалов,
а
ходят
они
по-разному:
и
сорок
тысяч
ки­
лометров,
и
ше сть дес ят.
На
наш ем
заводе,
как
и
на
всяк о м,
есть
брак.
К
сожалению,
от
не го
пока
никуда
не
денешься.
Но
у
рабочих-исследо­
вателей
ни
раз у
брака
не
было.
Они
марку
св ою
высоко
д ержат
и
гор ды
этим.
О
многом
еще
р ассказ ывает
Кр ист ич.
Апушкин
все
больше
мол чит
—
думает,
на
себ я
разные
случаи
при­
меряет.
П очти
на
дв адцат ь
лет
Саш а
моложе
е го,
а
знает
больше,
чем
он,
и
понимает
глуб же .
«Застыл я на одном месте,—
признается
себе
Апушкин.—
И
давн о. ..»
Особенно
жа ль
ему
второй
половины
св оей
жизни.
Стряхнуть
бы
ее,
начать
снов а
с
двадцати
трех,
да
рядом
с
таки м,
как
Кри ст ич.
«Ишь,
приноровился,—
с
завистью
думает
Апуш к ин
о
своем
спут­
нике.—
И
руками
работает,
и
голова
не
окрошкой
на би та.
Вот
это
жизнь!
Поучиться
н ад о!» Но признаться в таких уничижительных мыслях вслух
не
хоче тся.
—
Стоп,—
время
ш ины
за меря ть,—
прерывает
его
размышления
Кри ст ич.
59


—
Может,
до
гаража
дотянем,—
робко
пр едлаг ает
Апушкин.
Не
любит
он
заниматься
эти м
нудным
делом
сре ди
до ро ги.
Кристич
понимающе
улыбается.
—
Чест но ст ь,
Иван
Миронович,
потому
и
труд на ,
что
она
порой
в
ущерб
себе.
Зат о
на
пользу
делу.
Ап ушки н
безропотно
подчиняется
и
выискивает
гл азами
мес то
на
обочи не ,
где
у до бнее
о ста нов и ться.
ГЛ АВА
ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Каждые
десять
секунд—автопокрышка,
каждый
час
—
триста
шесть­
десят,
каждые
сут ки
—
восемь
тысяч
шестьсот
сорок.
А
за
год
наби­
рается
два
с
половиной
миллиона
штук .
Последние
годы
Госплан
не
увеличивает
количество
покрышек
Си­
бирскому
заводу,
милостиво
ост авля ет
те
же
два
с
половиной
миллиона.
Те,
да
не
те.
Покрышки
завод
выпускает
ра зны е,
и
количество
ма ле нь­
ких
все
уменьшается,
а
ассортимент
гигантов
растет.
В
штуках
—
цифр а
не изме нн ая,
в
тоннах,
в
з атр атах
труд а
—
ра з ница
колоссальная.
Завод­
ча не
знают
это
лучше,
чем
кто-либо
другой,
и
всегда
н ем ного
хитрят,
исподволь
проводят
разные
св ои
мероприятия.
Но
не
шумят
о
них ,
не
демонстрируют
мощ нос те й,
которые
наращивают
к
кон цу
года.
Однако
ни
разу
не
удав ало сь
им
перехитрить
Госплан.
Бо льше
того.
Зачастую
Госплан
ставит
невыполнимую
з адачу ,
во
всяком
случае,
заводчане
в
э том
искренне
убеждены.
Тогда
в
Мо скву
сн а ряжает ся
«спасательная»
экс педи ция
—
едут
плановики
во
глав е
с
директором
заво да.
Случается,
что
Госплан
сдается,
а
чаще
всего
нет.
Начинаются
форсированные
поиски
способов,
которые
обеспечили
бы
план.
Все
поднимается
на
ноги,
все
подчиняется
од ной
цел и.
Бывший
директор
завода
Лу бан
был
умудрен
жизнь ю.
Как
ни
ру­
га ли
его
за
к онс ерв атиз м,
он
приберегал
мероприятия
по
росту
произ­
водства
к
ко нцу
года,
когда
н овый
пл ан
уже
со став л ен.
Вот
почему
пред­
ложение,
подобное
тому,
какое
сделал
вулканизаторщик
Каела,
он
ст ал
бы
осуществлять
только
в
последнем
квартале.
Брянцев
был
горячее
и
честнее.
По яви лась
возможность
сделать
ск а­
чок
в
середине
года
или
д аже
в
нач але
—
делал,
не
з аду мыв аясь
над
тем,
что
будет
с
планом
на
следующий
год.
О
предложении
Каелы
Бря нце в
ра сска зал
Елене.
Признался,
что
ему
стыдно,
как
сам
не
додумался
до
такого
незамысловатого,
та кого
про­
стого
решения
задачи.
Она
ответила
ему
словами,
над
которыми
он
по­
том
долго
размышлял: «Ты не кори себя за это.
Музыканты
делятся
на
творцов
и
исполнителей.
Чтобы
создавать
музыку,
нуже н
ос обый
дар .
Исполнители
его
не
им еют,
но
они
удивительно
чувствуют
и
поним а ют
музыку.
Вот
к
таки м
относишься
и
ты
в
о бл асти
техники.
Ты
можешь
не
создать
св ое,
оригинальное,
но
с
ход у,
с
налету
понимаешь
ценность
созданного
другими.
И
ты
больше,
чем
исполнитель.
Ты
д ириже р
бо ль­
ш ого
оркестра».
Брянцев
снач ала
д аже
обиделся
на
Еле ну:
обрекла
на
творческое
бесплодие.
Но
подумав,
убедился
в
правоте
ее
слов.
От
брож ен ия
ид еи
до
ее
созревания,
до
реализации
—
дистанция
огромного
раз мер а.
Чего-
то
у
нег о
не
хватало
для
преодоления
э той
д и станции.
Еще
раз
удивился
он
способности
этой
ж енщины
любить
человека
таким,
какой
он
ес ть,
нисколько
его
не
идеализируя.
Что
ж,
это
хорошо.
Такая
любовь
гарантирована
от
разочарований.
Ум е ньше ние
то лщ ины
плу нжер а
почему-то
обеспокоило
Карыгина.
Поздно
вечером,
когда
Брянцев
сидел
в
кабинете
оди н,
он
пришел
к
нему
60


и
положил
на
ст ол
докл адн ую
зап иск у.
В
ней
сооб ща лось
о
то м,
что
некоторые
цех овые
работники
высказывают
сомнение
в
надежности
ра­
бо ты
осл абле н ного
плунжера.
Брянцев
прочитал
записку,
не
поня л
ее
смысла
и
признался
в
этом.
—
Я
обязан
поставить
вас
в
известность.
—
З ани мались
бы
вы
лучше
св оим
делом,—
Брянцев
отл ож ил
до­
кл адн ую
в
сторону.—
Отдел
сбыта
до
сих
пор
не
укомплектован
гру з­
чиками,
каждый
ден ь
за
п рост ой
вагонов
платим,
приходится
авралы
ус т раива ть
—
из
основных
це хов
людей
брать.
Вы
же
ведаете
кадрами.
—
Вот
я
и
бе спо коюс ь,
чт обы
с
ними
ничего
не
случилось.
Это
был
какой-то
нов ый
ход
заместителя.
Бряниев
не
с тал
разби­
раться
в
дет аля х
его
хитроумной
дипломатии
и
решил
раз
и
нав сег да
показать
Карыгину,
что
тот
не
я вля ется
для
него
загадкой.
Размашисто,
через
всю
док л адную ,
он
н а пи с ал: «Подшить в дело.
Если
что- ли бо
с лу­
чится,
использовать
как
материал
для
обвинения
директора
в
неприня­
тии
мер ».
Про тян ул
Карыгину
записку
и
углубился
в
бумаги.
Он
не
видел,
как
д авнишняя
затаенная
н енави сть
Карыгина
выплеснулась
наружу
и
тут
же
спряталась,
словно
пламя,
вырвавшееся
на
миг
из
печи.
—
У
меня
еще
оди н
вопрос,—
невозмутимо
сказал
Кар ыг ин,
сде лав
вид,
что
его
не
тр он ула
полученная
пощечина.
—
По
технике
безопасности?
—
спросил
Брянцев
сам ым
невинным
тоном.
—
Заварыкин
поговаривает
о
расчете.
—
За-ва-ры-кин?
Ну,
это
уж
свинство.
П ол учил
хорошие
две
ком­
наты,
может
подождать
отдельную
кв арти ру.
—
Жены
не
лад ят.
—
Не
сл ыш ал.
—
Человека
мо жно
изве с ти
не
только
скандал ам и ,
но
и
нравоуче­
ниями.
Эт ого
не
делай,
это
делай
так...
И
если
так им
обр азом
с
утра
до
ночи...
—
Ра зберус ь ,—
резко
ск азал
Брянцев.
—
Тогда
у
меня
все.
Когда
за
ним
закрылас ь
дверь,
Брянцев
вскочил
с
места
и
за ход ил
по
кабинету,
чтобы
ка к-то
встряхнуться,
при йти
в
себя.
Ес ть
люди,
кото­
рые
ему
противопоказаны.
Карыгин
из
их
числа.
Вот
в
эт ом
самом
кабин ете,
казалось
бы,
не
так
давно
Брянцев
сидел
с
Лубаном,
которого
забир ал и
на
другой
завод.
Подписанный
акт
о
сда че-п р ием ке
зав ода
лежа л
на
столе,
а
Лубан
все
напутствовал
Брян­
цева.
—
Не
такое
уж
плохое
наследство
я
вам
оставляю,
Алек с ей
А лек­
сеевич, —
усталым
голо со м
говорил
он .—
И
люд и
у
нас
хорошие ...
Вот
только
од ну
в ину
уношу
с
собой
—
Карыгина
вы г нать
не
смог.
И
вы
в ряд
ли
сумеете.
Разве
только
медлить
не
б уде те.
Сра зу
во зь м етесь
—
одолеете.
Вам
как
молодому
ди рек тору
простят.
Затянете
—
пеняйте
на
себя.
—
Ну
разве
мо жно
так ,
из
субъективной
неприязни...
—
У
меня
к
нему
неприязнь
о бъект ивн ая ,—
жестко
сказал
Лубан.
Он
долго
молчал,
ви дно,
собирался
с
духом,
и
н ак онец
заговорил
снова:
—
Был
у
меня
друг
детства,
Красавин
Павел.
Хороший
па ре нь.
Уч или сь
в
од но
и
то
же
время
в
Москве,
только
я
по
резине
пошел,
а
он
по
ме та ллу.
Потом
р азв ела
нас
су дь ба.
Его
в
Златоуст
направили,
на
металлургический.
Через
два
год а
там
директора
по садил и
за
вреди­
тельство,
а
вместе
с
ним
одиннадцать
человек
руководящего
сос тав а,
и
Па вла
в
том
числе.
Ничего
я
о
нем
не
слышал,
а
вот
в
пр ош лом
год у
разговорился
с
одним
человеком
в
поезде.
Он
оттуда
вернулся,
из
мест
отдаленных.
Оказы в ает ся,
с
Павлом
сидел
и
зн ал
о
нем
все.
Уг роб ил
их
61


вс ех
молодой
и нже нер
Карыгин,
которому
да ли
д ело
на
экспертизу.
Та­
кое
заключение
в ын ес...
Полезные
де йств ия
во
вредительские
превратил.
Подробностей
не
помню
—
не
м ет аллу рг.
Помн ю
только
ощущение
чу­
довищного
бреда,
нарочитого
оговора,
зар анее
обдуманного.—
Лубан
снова
помолчал,
протер
очки.—
Позже
я
убедился,
что
мой,
а
теперь
ваш
зам
своих
привы че к
не
ос та вляе т.
Когда
в
прошлом
году
он
уш ел
в
от­
пу ск,
потре бов ал ось
вскрыть
его
се йф.
И
зн ает е,
что
я
там
н ашел?
П ол­
ное
досье
на
себя.
Каждый
шаг
записан.
Ничего
не
прибавлено,
но
все
подано
так ,
что
сплошная
уголовщина.
Бер и
и
саж ай.
—
Заб ра ли
досье?
—
поинтересовался
Брянцев.
—
Яс но,
заб рал.
С
тех
пор
он
мне
в
глаза
не
смотрит.
Ра д,
что
ухожу.
И
теперь,
узнав,
что
Ка ры гин
будет
баллотироваться
в
состав
па р­
тийного
комитета
завода,
Брянцев
решил
сделать
в се,
чтобы
его
не
из­
брали.
А
тут
появился
на
заво де
еще
о дин
человек,
имени
которого
Брянцев
не
мог
слыш ат ь
равнодушно:
Чалышева.
Молчаливая,
тих ая,
она
напо­
минала
ему
очк ов ую
з мею,
которая
лежи т
притаившись
и
ж алит
ис под­
тишка.
О
ее
приезде
Брянцеву
дол ожи л
насмерть
перепуганный
Целин.
Он
был
убежден,
что
прибыла
она
не
с
добрыми,
н амере ни ями,
и
ждал
от
нее
лю бых
коз ней .
Чалышева
не
сразу
появилась
в
кабинете
Брянцева.
С нач ала
похо­
д ила
по
отделам,
зн ако м илась
с
ка ки ми-то
материалами,
ра згов ари ва ла
с
людьми
и
только
потом
решила
нанести
директору
«визит вежливости» .
—
Мо гу
я
знать,
что
вас
интересует
на
за вод е?
—
спросил
Брянцев.
Ей
не
хотелось
говорить
правду,
но
и
лгать
б ыло
бессмысленно
—
все
равно
ему
доложат.
И
она
сказала,
что
приехала
ознакомиться
с
практикой
п риме не ния
антистарителя
«ИРИС-1» и методикой его испы­
таний.
Прошлый
раз,
ког да
заводские
работники
приезжали
в
институт,
она
так
бы ла
предубеждена
против
ни х,
что
не
слушала
ни каких
до во­
дов,
а
сейчас
решила
разобраться
в
п ричи не
таких
диаметрально
про­
тивоположных
выво д ов.
Б ря нцеву
показалось,
что
Чалышева
слегка
повернулась
др уг ой,
не­
знако мо й
ему
стороной,
и
он,
быстро
откликавшийся
на
всякое
доброе
движение
души,
не ожид ан но
для
себ я,
а
еще
более
для
Чалышевой,
сказал :
—
Вы
бы
переезжали
к
нам
на
завод.
Ну
скажите,
разве
это
пр а­
виль но ?
Все
на учны е
работники
засели
в
институтах,
а
та кой
крупный
заво д
не
имеет
ни
одного
чел ов ека
со
степенью!
Здесь,
поверьте
мне,
необъятное
пол е
для
приложения
своих
способностей.
И
ре зу льта ты
работы
видны
скорее.
К
этому
нас
вынуждает
необходимость.
Квартиру
вам
дадим,
не
такую,
какие
дают
в
Москве.
Мы
живем
пошире.
В
кабинет
с
довольным
видом
победителя
вошел
инж ен ер
Лапин,
специалист
по
рецептуре
резины,
человек
небольшого
роста,
неопреде­
ле нног о
возраста,
в
очках.
Чалышева
зн ала
е го.
Он
отличался
пет у ши­
ным
характером,
любил
зад ирать с я
и
не
раз
выступал
на
совещаниях,
ино гда
не
без
успеха
опрокидывая
установившиеся
п онят ия.
Любое
свое
выступление
он
начин’ал
с
цитаты
из
Эй нш тейна,
которую
п риво дил
н аи зу с ть: «Лейтмотивом в трудах Галилея мне представляется его стра­
стная
борьба
против
любых
догм,
опирающихся
на
авторитет.
Только
о пыт
и
тщательное
рассуждение
он
считал
критерием
ист и ны».
За
эту
ци тату
Лапина
пр оз вали
Галилеем.
В
Н ИИР ИКе—
с
издев­
кой,
на
з аводе
— любя.
—
Эврика!
Получилось!
—
торжественно
доложил
Лапин
и
поднял
большой
палец.
Брянцев
не
по мнил,
что
до лжно
б ыло
получиться
или
не
получиться
у
Лапина,—
тот
постоянно
работал
над
улучшением
рецептуры
резин.
62


Невероятно
сложна
эта
рецептура.
Более
чем
восемьюдесятью
хими­
че ск ими
веществами
оперируют
р езинщ ик и,
и
в
различных
со чет ания х
это
да ет
тысячи
разных
рецептов.
Недаром
оди н
из
не ме цких
ученых
произнес
фразу,
которая
ста ла
летучей: «Богвсезнает.
Но
и
он
не
знает,
из
чего
делают
резину
и
ко лбасу ».
—
Что
по лучило с ь?
—
спросил
Брянцев.
—
Новый
ускоритель
вулканизации!
Деш евы й,
простейший
и
очень
активный.
Вы
полюбуйтесь
на
кривую,
посмотрите,
как
выросло
п лато
ву л кани заци и!
Лапин
расстелил
перед
Брянцевым
диаграмму.
П ос мотре ла
на
ди аг рамму
и
Чалышева.
Она
присутствовала
при
рождении
изобретения.
Появи сь
такое
в
стенах
института
—
шу му
бы ло
бы
на
го д.
Скрупулезные
теоретические
исследования
процесса
и
так
и
этак,
подготовка
ди ссер тац ии,
патентование...
Лапин,
кон ечн о,
не
смо­
жет
тео рет ич ески
обосновать
св ое
изобретение,
да
и
некогда
ем у.
Завтра
он
отдаст
эт от
метод
цеховикам
и
начнет
работать
над
чем-нибудь
д ру гим.
У
нее
заныла
ду ша.
Все-таки
их
инс тит ут
мало
связан
с
производст­
вом.
Этим
изо бр ет ением
нужно
бы
тотчас
за инте ре со вать ся,
проверить
и
сразу
же
распространить
на
другие
за вод ы.
Но
ко му
интересоваться,
если
каждый
занят
своей
проблемой
—
пусть
плохонькой,
но
сво ей.
—
Если
это
отвечает
действительности
— это
великолепно,—
сказал
Брянцев.—
Ка кие
возможности
у
ву лкани зат ор щ ика,
особенно
на
круп­
ных
шин ах!
Молодцы.
Кто
работал?
Лапин
на звал
фамилии
рабочих-исследователей.
В
их
чис ле
был
и
Каела.
—
Каела?
—
удивился
Брянцев.—
Он
только
что
с вое
предложение
в нес.
И
совсем
другого
п оряд ка.
• Лапин усмехнулся.
—
Это
же
закономерное
явление,
Алексей
Алексеевич.
Вн ача ле
ис­
следователи
работают
над
чужими
идеями,
потом
у
них
по явл яются
сво и.
До
хим ии
Каела
не
дотянулся,
а
конструкторскую
задачу
ре­
шил.
В
кабинет
вошел
Цел ин
и,
увидев
Ча лыше ву,
мирно
сидевшую
рядом
с
Брянцевым,
замер
от
изумления.
Бря нце в
взглядом
предупредил
в оз­
можный
выпад
с
его
стороны.
—
Ил ья
Михайлович,
ознакомьте...—
Брянцев
к
стыду
своему
так
и
не
вс пом нил
ее
имени
и
отче ств а, —
товарища
Чал ыш еву
со
всеми
мате­
риа лам и.
И,
пожалуйста,
ничего
не
та я.
Не
выр ази в
никакого
энтузиазма,
Целин
пригласил
Ча лы шеву
к
се бе.
Предупреждение
Бр янц ева
не
б ыло
изли шним:
Целин
отличался
чр ез мер ной
подозрительностью.
Он
знал,
что
к
и зоб ретен иям
нер ед ко
примазываются,
что
их
даже
крадут,
и
все гда
вел
се бя
осторожно.
Он
никому
не
отк ры вал
секрета
«ЙРИСа-1», хотя
и
подал
своевременно
заяв ку
в
Ко мите т
по
делам
изобретений
и
открытий.
Авторов
б ыло
два
—
он
и
инже нер
нефтеперегонного
з аво да.
Хотели
привлечь
в
соа в­
торы
и
Бр я нцева,
ко то рый
дал
немало
хор ош их
советов,
с тал
душой
э той
поисковой
работы.
Но
Брянцев
от
соавторства
отказался,
объяснив
свой
отказ
т ак : «Предложение без сопротивления не пройдет,
а
я,
как
соавтор,
буд у
стеснен
в
своих
де йств иях.
А
так
никто
не
упрекнет
меня.
Дел аю
во
имя
дела
—
и
все».
Позже
Цел ин
убедился,
насколько
прав
был
Брянцев.
Сейчас
он
не­
уязв им.
Он
просто
директор,
который
вер ит
в
пользу
изо бр етени я
и
до­
бивается
его
признания.
К
Чалышевой
Целин
отнесся
с
максимальной
подозрительностью.
Столько
лет
она
мешала
поискам,
снимала
его
тему,
где
только
могла,
писала
уничтожающие
пис ьма .
И
он
не
ст ар ался
сделать
в ид,
будто
ее
63


появление
доставило
ему
удовольствие.
Он
не
грубил
—
знал,
что
за
это
попадет
от
Брянцева,
но
и
радушия
не
вы казы вал .
Чалышева
понимала,
что
на
другое
отношение
рассчитывать
она
не
может,
и
не
обижалась.
Все
данные
испытаний
—
лабораторных,
стендовых,
у ск ор енных
дорож­
ных
и
эксплуатационных
—
она
проштудировала,
как
прилежная
у че­
ница,
и
испи са ла
столбцами
циф р
стр ани цы
толстенной
общей
тетр ади .
С
таким
же
рвением
обследовала
Чалышева
образцы
резины
и
ши ны,
подвергавшиеся
светопогодному
ст ар ению
на
крыше.
Ту
сам ую
«фис­
г а рм онию », раму с растянутыми образцами резины,
сд об р енной
разными
антистарителями,
которую
Чалышева
да же
не
удостоила
взглядом
в
Мо­
скве,
она
теперь
долго
и
скрупулезно
изучала.
Попросила
сфотографи­
ровать
ей
все
образцы,
передать
рецептуру
резин,
и,
как
ни
ворчал
Це­
л ин,
он
вынужден
был
это
сделать.
Покрышки
Чалышева
рассматри­
вала
и
прос ты м
г лазом ,
и
в
лупу.
Попа в
на
испытательную
станцию,
она
провела
там
це лых
два
д ня.
Интересовалась
не
только
результатами
ис пыт аний,
но
и
те м,
как
пр о­
водятся
испытания
—
каку ю
скорость
и меют
шины ,
бегущие
по
изолиро­
ванному
ободу
маховика,
с
ка кой
силой
прижимаются
к
ободу,
ско ль ко
километров
пробегают
в
час .
До
сих
пор
Чалышева
видела
за
ид еей
антистарителя
одного
че ло­
ве ка—
Целина,
который
надоедал
ей
своими
письмами,
предложениями
и
жалобами.
Встреча
с
Целиным
в
институте
укрепила
ее
мнение
о
нем
—
фанатичный,
упр я мый,
канонов
не
приз наю щ ий.
Не
ве ря
в
Це­
лина,
она
не
верила
и
в
его
«ИРИС-1». Субъективное впечатление мешало
о бъ екти вно
оценить
з начимо сть
его
идей,
мыслей,
предложений.
На
заводе
она
по няла ,
что
эту
идею
отстаивает
множество
людей ,
и
ей
стало
не
по
себе .
До
сих
пор
происходил
пое д инок
меж ду
ней
и
Целиным,
и
исход
его
был
заранее
известен.
Это
был
н еравны й
поеди­
нок
между
человеком,
вооруженным
доспехами,
и
полуголым
противни­
ком
с
палкой
в
руке.
Теперь
она
представляла
с ебе
это
сражение
иначе.
Она
од на
—
пра вд а,
в
доспехах,—
но
против
нее
целое
«народное опол­
че ние» .
Два,
три
человека
еще
м огли
б ыть
одержимыми
оши бочн ой
идеей,
но
десять ,
пятьдесят,
сто...
Нет,
в
элементарном
з драво м
смысл е
природа
не
о тказа ла
Чал ыше -
вой .
Она
поняла,
чт о,
приме нив
«ИРИС - 1», заводчане не только улуч­
шили
качество
ре з ины,
но
и
усовершенствовали
процесс,
облегчили
труд,
сн изили
брак.
Даже
некоторые,
в
общем
безразличные
к
репутации
за­
вод а
рабочие
—
и
те
цепко
де ржали сь
за
«ИРИС-1», потому что с ним
легче
ст ало
раб ота ть.
Чалышева
прислушивалась
к
разговорам
в
столовой,
вернее
в
ма­
ле ньк ой
комнате,
отведенной
для
инженерно-технических
работников,
где
подавали
то
же,
что
и
в
общем
зал е,
только
быстрее.
Эти
разговоры
вызывали
у
нее
уважение
к
заводчанам.
У
них ,
в
институте,
по
безмолв­
н ому
уг ово ру
было
при нят о
в
свободное
время
разговаривать
о
чем
угодно,
только
не
о
делах.
А
здесь
больше
всего
говорили
о
производ­
ст ве.
Она
с лышал а,
как
в
столовой
нач альник
цеха
подготовки
Тапочка
р ассказ ыв ал
Бушуеву
об
исследованиях,
которые
ве ли
рабочие,
за гор ев­
шиеся
же ла нием
изб авит ься
от
импорта
ускорителя
процесса
п ласт ика­
ций
каучука
—
американского
порошка
«Пептона».
«Пептон»! Появление его было событием в шинном производстве .
Ча­
лышева,
например,
не
могла
и
представить
с ебе
производства
шин
без
это го
ингредиента.
А
здесь ,
на
заводе,
оказывается,
восстали
прот ив
«Пептона» .
И
она
задум алас ь
над
тем,
что
эти
лю ди
со
слабой
те оре ти­
че ской
подготовкой
смело
подвергают
сомнению
любые
теоретические
к а ноны,
да же
установленные
З ападо м,
которые
она
всегда
слепо
принимала
на
ве ру,
по няла ,
что
у
э тих
людей
свой
клю ч
к
по зна нию
64


ис тины
—
богатейшая
т ех ничес кая
инт уиция,
основанная
на
многолет­
нем
опыте.
Просмотрев
потом
ре кла ма ции
в
отделе
сбыта,
Чалышева
у бедил ась ,
что
их
здесь
меньше,
чем
на
других
зав одах .
Значит,
антистаритель
не
разрушает
шин.
Но
самый
большой
удар
перенесла
она
в
центральной
заво д ско й!
ла­
боратории.
Здесь
стояла
та кая
же
озо нова я
ка ме ра,
како й
пользовалась
она
в
ин ст итут е,
и
з аведую щая
лабораторией
призналась,
что
не
ве рит
по к аз аниям
камеры.
Иногда
камера
да ет
соизмеримые
с
дорожными
ре зульта ты,
а
ино гда
—
диаметрально
противоположные.
В
чем
секрет
э той
противоречивости
показаний
—
установить
не
уд алос ь,
и
они
в
сво ей
лаборатории
про сто
перестали
принимать
показания
ка меры
во
в ни­
мание.
Заведующая
лабораторией
обронила
фразу,
кот ора я
запомнилась
Ча л ыше в ой: «Нельзя,
например,
определить,
сколько
гру за
перевезет
за
св ою
жизнь
ло ша дь,
ес ли
навалить
на
нее
груз,
в
пятьдесят
раз
превы­
шающий
нормальный.
То
же
самое
происходит
и
при
ис пыт ани ях
в
озо­
новой
кам ер е».
Пос ле
этого
разговора
Чалышева
позвонила
на
квартиру
Брянцева,
попросила
передать
ему
благодарность
за
предоставленную
возмож­
нос ть
ознакомиться
со
всеми
работами
и
сообщила,
что
уезжает.
ГЛАВА
ПЯТНА ДЦ АТАЯ
Таисия
У с тиновна
не
зн ала
теперь
поко я
ни
д нем
ни
ночью.
При
вс ей
своей
общительности
она
не
вы носил а
о бста но вки
коммунальной
квар­
тиры,
п отому
что
просто
не
привыкла
к
ней.
В
Темрюке,
у
ее
родителей,
был
собственный
до м,
в
котором
она
жила,
когда
Алексей
уч ил ся,
а
за­
кон чил
институт,
приехали
в
Сибирск,—
сразу
полу чи ли
квартиру.
Сначала
небольшую,
а
два
года
назад
—
директорскую,
трехкомнатную.
Она
привыкла
чув ств ов ать
себя
хозяйкой
в
доме
и
не
представляла
се бе,
что
ее
налаженная
жизнь
мож ет
так
круто
измениться.
Целы й
день
отк рыва ли сь
и
з акр ыв ались
двери.
Приходили
«на ми­
нутку»
каки е-то
жен щины ,
подолгу
простаивали
с
Заварыкиной
на
кухне,
болтая
о
всяк их
пустяках.
Се м иле тний
Коська
продолжал
ка­
таться
по
натертому
полу
в
коридоре,
как
ни
от уч ала
его
Таисия
Усти­
но вна
от
этого
развлечения.
К
том у
же
Зав ар ы кины
считали,
что
е же­
дневн о
мыть
п олы
в
кухне
и
в
ванной
незачем,
а
дети,
привык ш ие
к
вольному
житью,
забывали
порой
спустить
воду
в
унитазе.
Вдобавок
жена
Зав арыки на
любила
стряпать.
Тут
уж
она
не
жалела
ни
труда,
ни
времени,
отдаваясь
этому
занятию
с
упоением,
и
с
утра
до
вечера
тол­
клась
на
кухн е.
Кварт ира
всегда
бы ла
заполнена
з апаха ми
то
поджа­
риваемых
овощей
для
украинского
борща,
то
тушеной
к апу сты,
то
за­
печенной
в
духовке
рыб ы.
Но
хуже
всего
б ыло
то,
что
груд н ой
ребенок
Заварыкиных
по
це лым
ноч ам
орал.
Дн ем
он
спал ,
а
наступала
н очь
—
и
его
ничем
не
ус по коишь.
Таисия
Устиновна
не
скан дал и ла,
но
удержаться
от
того,
чтобы
не
читать
нотации,
не
учи ть
ум у-р азум у
не
могла
и,
случалось,
доводила
З ава ры кину
до
истерики.
В
тот
день,
когда
Брянцев
отправил
ее
посмотреть,
в
каких
усл ов иях
живет
семья
За вар ыкина,
она
вернулась
дом ой
в
слезах
и
с
го рь ким
чув­
ством
раскаяния.
Впе рвы е
она
убедилась
в
том ,
что
доброта
к
одним
может
обернуться
злом
к
другим,
что
с
добротой
ну жно
о бр ащат ься
ос­
торожно.
П рид анце ва
пожалела
—
Заварыкиных
обездолила.
Но
когда
через
несколько
часов
грузчики
начали
заносить
в
квартиру
ск арб
За­
варыкиных,
слезы
ее
быстро
в ыс охли.
Вот,
оказывается,
что
означали
слова
мужа ,
когда
он
грозил
нау чи ть
ее
быть
доброй
за
свой
счет.
б
Москва
No
1
65


Теперь
Таисия
Устиновна
пр едпо чит ала
доброту
другого
рода.
Легче
всего
терпеливо
выслушать,
посочувствовать,
походатайствовать.
Это
з аним ает
минимум
времени
и
ничего
у
теб я
не
отнимает.
Даже,
наобо­
рот,
прибавляет
уважения
к
себе:
вот
какая
я
хорошая.
В
молодости
Тася
зн ала
радость
и
другой
доброты
— доброты
само ­
пожертвования.
Это
и
соединило
их
с
Алексеем.
Изрешеченного
оскол­
ками
ми ны,
без
признаков
жизни,
подобрала
она
его
на
поле
боя
и
от­
ве зла
в
госпиталь.
Жи знь
его
висела
на
волоске.
Нужно
б ыло
сделать
переливание
крови,
но
консервированной
крови
не
оказалось.
Хирург
полевого
госпиталя
посмотрел
на
Тасю,
круп н ую,
рослую,
сильную
девушку,
спросил
коротко:
—
М ед сест ра,
какая
гр у ппа?
—
Втора я.
—
Кровь
отдашь?
—
Бер и те.
Кров и
пришлось
отд ать
столько,
что
Тася
не
смогла
вернуться
к
с во­
ему
трудному
дел у,
и
ее,
как
и
Алексея,
отправили
в
Альтенбург,
в
ты­
ловой
госпиталь.
Первым
человеком,
которого
увидел
Алексей,
пр идя
в
со знан ие,
бы ла
она,
Тас я.
Все
эти
дни
она
не
отходила
от
раненого.
А
через
неско л ько
дн ей
война
кончилась,
и
Тасю
оставили
при
госпитале.
Она
выделяла
Алексея
среди
остальных,
задерживалась
у
койки,
заговаривала
с
ним.
Не т-не т
и
руку
ему
погладит,
когда
он
заст о нет
от
боли ,
умоет
вспотевшее
от
мук
л ицо.
И
он
платил
ей
признательностью.
Перестал
дичиться,
р ассп раши вал,
кто
она
и
откуда.
Она
охотно
рас­
ска зыв ала
в се,
что
могла,—
о
родном
городке
Темрюке,
о
род н ых,
о
по­
другах.
Отношения
Таси
и
А лек сея
не
укрылись
от
зоркого
глаза
хирурга,
и
он
как-то
подлил
масла
в
ог онь:
—
Та ся
—
т воя
единокровная,
Алекс е й.
Начнешь
ходить
—
на
колени
перед
ней
стань.
Ты
ей
жизнью
об яза н.
Алексей
поднял
на
девушку
удивленные
глаза.
—
А
я
ничего
не
зн аю...
—
С
по ля
боя
под
огнем
тебя
вынесла,
кровь
свою
о тд ала.
Столько
о тд ала,
что
сама
сл егла .
Когда
хирург
ушел,
Алексей
спросил
Тасю:
—
Ч его
ж
ты
мне
ничего
не
ск азала ?
—
А
что
я
выхваляться
б уду?
Не
теб я
одного
спасла.
Ты
—
тридцать
четвертый.
И
другому
бы
кровь
отдала.
—
Но
отдала
вс е- таки
мне,—
ти хо
сказал
Алексей
и,
взяв
ее
боль­
шую
руку ,
поцеловал
в
ладонь.
У
Т аси
да же
дыхание
перехватило,
кровь
в
голову
бросилась.
Всяк ое
ей
приходилось
виде т ь,
и
от
раненых ,
а
особенно
от
здоровых.
Бы ла
она
дивчиной
броской
внешности,
и
охотников
поцеловать,
а
больше
потис­
кать,
находилось
м ножест во .
Только
сил а
спасал а
ее
от
ос обо
назойли­
в ых.
Так
двинет,
что
редко
кто
на
ногах
устоит.
А
этот,
ко то рый
гор аз до
больше
пр ав
имел
на
ласку,
в друг
ру ку
поцеловал.
—
Обже г
ты
мне
сер дце
тогда,
Алеша,—
вспоминала
она
по то м.—
Словно
п лам енем
взялось
оно.
И
хоть
вырвала
я
тогда
рук у
и
убежала,
но
это
не
пот ом у,
что
р ассер ди лась, —
дух
у
меня
зан ялся:
ни
вздохнуть
не
могу,
ни
выдохнуть.
Вот
и
побежала
я
на
улицу
воздух
искат ь .
Душевный
человек
был
хирург.
Сумел
сделать
так,
что
в
тот
день,
когда
рядового
Ал ексе я
Брянцева
выписали
из
госпиталя
и
освободили
от
воинской
обязанности,
бы ла
демобилизована
и
медсестра
Таисия
Со­
ловь ев а.
Увезла
Тася
А лек сея
в
свой
Темрюк
на
Азовское
м оре,
слабого,
из­
можденного.
Ее
матери
и
отц у,
заведующему
конторой
«Заготскот»,
66


привыкшему
все
живое
оценивать
по
степени
упитанности,
доче рн ий
«военный трофей»
мало
приглянулся.
Но
деваться
бы ло
некуда.
Роди­
тели
см ирил ись,
вы х ажи вали
Алексея
как
могли.
И
вых од или,
по­
с тав или
на
но ги.
Только
чуть-чуть
хромота
осталась.
Припадал
Але ксе й
на
ле вую
ногу,
когда
натрудит
ее.
А
потом
приу ны ли:
не
за хотел
Алек­
сей
остаться
в
Темрюке,
решил
вернуться
в
Яр ос ла вль,
откуда
взяли
его
в
армию,
и
поступить
в
институт.
Сегодня
свадьбу
сыграли,
а
завтра
проводили
молод ы х.
Жили
они
хоро шо.
Таисия
Устиновна
была
довольна
своей
судьбой,
д аже
с чит ала
себ я
счастливой.
Одно
только
омрачало
ее
ж изнь
—
чрез­
мерн ая
занятость
мужа.
Нет
беспокойных
должностей,
есть
беспокойные
люди.
На
каком
по­
сту
ни
р або тает
такой
человек,
он
всегда
умудрится
б ыть
занятым
с
утра
до
ночи.
Так
устроен
и
Брянцев.
Последнее
время
он,
пра вда ,
на­
учился
выкраивать
свободное
время.
Обедал
дом а,
ве чер ом
возвра­
щался
не
так
поздно
и
взахлеб
читал,
на верс т ывая
упущ енное .
Но
пос ле
того,
как
в
к ва ртире
по селил ись
Заварыкины,
сно ва
ста л
приход ить
поздно
—
ждал,
когда
соседи
угомонятся.
Теперь
в
распоряжении
Брянцевых
осталась
небольшая
комната.
Две
кровати
да
письменный
ст ол
между
ними.
Как
в
гостинице.
Не
б ыло
и
покоя .
Странное
дело:
в
самолете,
под
шум
мотора,
он
засыпал
мгно­
венно,
в
поезде
тож е
сп ал
хорошо ,
а
детский
пла ч
по
ноч ам
тре в ожил
и
часто
не
давал
сомкнуть
гла з.
Он
узнал,
что
такое
хроническое
недо сы­
пание
и
как
трудно
рабо т ать
на
предельном
напряжении
си л.
Таисия
Устиновна
понимала,
что
такая
обстановка
угнетает
мужа ,
и
принимала
все
меры,
ч тобы
его
не
касались
неурядицы
и
дрязги,
ставш ие
обыч­
ным и,
чтобы
к
его
приходу
в
квартире
водворялась
тишина.
Но
сегодня
так
не
получилось.
Б р янцев
подошел
к
двери
и
услышал
голос
Заварыкиной.
Она
проклинала
тот
д ень
и
час ,
когда
переехала
на
квартиру
к
э той
кул ачк е,
ко тор ая
не
дает
ни
охн уть,
ни
вздохнуть,
счи­
тает
каждую
царапину
на
мебели,
пр о пади
она
пропадом,
каждую
со­
р инку
на
кухне,
что б
она
сгорела.
«Значит,
Карыгин
не
преувеличил,—
подумал
Брянцев.—
Не
ладят,
грызутся».
У
нег о
во зни кло
желание
повернуться
и
уйти.
Но
куда?
Было
около
двенадцати
ночи.
Не
спать
же
в
кабинете
на
дива не .
Он
р еши тель но
сун ул
ключ
в
замочную
скважину
и
х ло пнул
дверью,
надеясь,
что
За-
варыкина
стихнет.
Но
не
тут-то
б ыло.
Весь
г нев
она
обруши ла
на
Бря н­
цева.
—
Угомоните
вы
ее,
Алексеич!
—
кричала
она ,
не
обращая
внимания
на
то,
что
проснулся
и
р асп лак ался
ребенок.—
Я
к
ней
на
квартиру
не
просилась,
сама
приехала,
сам а
н юни
распустила,
са ма
перевезла,
пусть
и
потерпит
малость!
Замучила
пря мо!
П олы
ей
чуть
ли
не
язык ом
вы­
лизывай,
плинтуса
протирать
требует.
Да
мне
в
том
курятнике
трижды
лучше
жилось,
п отому
что
я
там
хозяйкой
была!
—
Успокойтесь,—
мрачно
сказа л
Брянцев
и
прошел
в
свою
комнату.
Таисии
Устиновны
в
ней
не
было.
Открыл
дверь
в
ва нную
—
и
ахнул.
Вся
ванная
за полне на
пухом.
Пух
был
везде:
на
по лу,
в
раковине,
в
ванне,
на
халате
жены,
в
волосах.
—
Что
это
за
пейзаж?
—
спр ос ил
он.
Таисия
Устиновна
смутилась
и
принялась
сбивчиво
объяснять:
хочет
сделат ь
п ухов ую
пе рин у,
но
п уха
не
дос та ть,
она
накупила
подушек,
об­
дир ает
перья,
а
стержень
выбрасывает.
Раньше
она
этим
заниматься
не
решалась,
не
хотела
загрязнять
квартиру,
а
теперь
ей
все
равно.
—
Зна чит,
трест
пух-перо!
—
внутренне
смеясь,
резюмировал
Бр ян­
цев.
—
Трест
не
трест,
а
кус тарь - один очка.
67


Таисия
Устиновна
ув и дела
себя
со
стороны,
г лаза ми
мужа,
и
ей
са­
мой
стало
смешно.
—
Приданое
себе
готовишь?
Она
встрепенулась,
уставилась
на
му жа
настороженными
гл азами ,
но
увид е в,
что
он
добродушно
улыбается,
ответила
резко:
—
Не
гов ори
ерунды.—
И
отправилась
на
к ухню
разогревать
ужин.
Брянцев
сидел
оди н
в
своем
«номере», как он называл комнату,
в
к от орой
они
теперь
жили,
и
думал
о
том,
как
хорошо
б ыло
бы
очутиться
сей час
в
другой
комнате,
ощутить
теплоту
Ел енк иног о
плеча,
испы тат ь
то,
ни
с
чем
не
сравнимое
состояние
душевной
приподнятости
и
п окоя,
которое
неизменно
возникало
у
нег о
от
одного
только
ее
присутствия...
Уже
позже,
в
постели,
просмотрев
газеты,
Брянцев
сказ ал
жене:
—
Ты
все-таки
оставь
ее
в
по кое.
Человека
не
переделаешь.
—
Тебе
легко.
Ут ром
уше л,
ночью
п риш ел!
—
зашипела
Таисия
Усти­
новна.—
Живешь,
как
ква ртир а нт.
А
я
целый
день
с
нею
с
гл азу
на
г лаз.
—
Мо гу
дать
совет:
иди
работать.
—
Медсестрой?
—
Сможешь
врачом
—
иди
врачом.
Таисия
Устиновна
нахмурилась.
Сколько
раз
у беж дал
ее
муж
учить­
ся,
когда
учился
са м.
Не
лишь
бы
учиться,
а
том у,
к
ч ему
душа
лежит.
Но
у
нее
ни
к
ч ему
душа
не
лежала.
Очень
уб едите лен
был
пример
ма­
тери.
Никаких
наук
не
постигала
эта
ж енщи на
и
с частл иво
жила
с
от­
цом .
Так
почему
ей
должна
быт ь
уготована
другая
участь?
—
Дик ое
говоришь.
Молодой
был а
—
не
работала,
а
сейчас...
Лю­
дям
на
с м ех...
Жен а
директора
завода
пошла
медсестрой!
—
Ах,
вот
оно
что...
Странные
взг ля ды
у
тебя.
Так
ты
ничего
и
не
почерпнула
в
жиз ни.
—
Как ая
ни
есть,
а
ме ня
лю бят.
А
вот
ты
скаж и,
поче му
теб я
не
лю бят?
—
Кто?
—
Нач аль ст во
городское.
Брянцев
от вет ил
не
сразу.
Под ума л,
как
объяснить,
чтобы
б ыло
по­
н ятн ее.
—
Не
лю бят
за
упорство.
Не
за
упрямство.
Упрямство
—
это
способ­
ность
стоять
на
своем,
незав иси м о
от
того,
прав
ты
или
не
прав.
А
упор ­
ств о—
другое
кач ест во:
способность
отстаивать
сво ю
правоту.
За
это
тоже
не
любят,
особенно
е сли
впоследствии
ты
оказываешься
прав.—
И
уже
про
себ я
п о ду ма л: «И не дай тебе бог напрямик или обиняком это
подчеркнуть.
Лучше
промолчи.
Поражение
приносит
тебе
меньше
не­
приятностей,
чем
победа...»
ГЛ АВА
ШЕСТНАДЦАТАЯ
Мног о
друзей
и
про т ивник ов
появилось
у
Брянцева
еще
в
ту
пору,
когда
он
одержал
на
этом
заводе
первую
большую
поб е ду.
В
кабинете
директора
завода
Лубана
шло
о бсу жде ние
проекта
ре­
конструкции
сборочного
цеха,
разработанного
«Шинпроектом» .
Никто
из
руководителей
завода
не
додумался
пригласить
на
это
обсуждение
рядовых
инженеров
цеха.
Бр янце в
пришел
сам
и,
чу вст вуя
всю
нелов­
кость
своего
положения,
з аб ился
в
угол,
чтобы
не
попасться
на
гла за
ди­
ректору
завода
и
особенно
главному
инженеру
Хле б ник ову,
к оторо го
боялись,
как
огн я.
Это
был
человек
большой
эр уд иции,
подчеркнуто
аристократических
манер ,
чопор ны й,
холодный.
Он
мог
ответить
на
лю­
бой
во прос
по
ис тор ии
и
теории
шинного
производства
в
Советском
Союзе
и
за
границей,
но
всячески
отгораживался
от
решения
оператив­
ных
вопросов,
считал
их
уделом
нижестоящих.
«Вы кем работаете?
—
68


неизменно
спрашивал
он,
когда
к
нему
обращались
за
советом.—
Смен­
ным
инж енер ом ?
Вас
в
институте
учили?
Вот
и
решайте
сами».
И
ин же­
неры
шли
советоваться
к
директору.
Лубан
не
был
так
эрудирован,
как
главный
инж енер ,
но
был
отличным
практиком
и
помогал
безот­
казно.
Начальник
проекта
Глафиров,
с
вд о хнове нным
лицо м
художника
и
поэтической
шевелюрой,
довольно
бойко
и
быстро
д оложи л
о
реконст­
рукции
цеха.
Суть
ее
сводилась
к
том у,
чтобы
пло т нее
ус тан ов ить
станки
и
за
счет
ос во бод ившей ся
площади
добавить
еще
три
десятка
новых.
Хлебников
слушал
доклад,
з анимая сь
св оим
лю бим ым
делом
—
чи­
ст ил
и
полировал
ногти.
Н ач аль ника
сборочного
цеха
реконструкция
тоже
мало
волновала.
Москвич,
он
собирался
вернуться
в
Мо с кву,
в
«Шинпроект», и портить отношения с ним ему не хотелось.
Обсуждение
шло
вяло,
сп ок ойно
и
близилось
к
благополучному
зав ер шен ию.
И
вот
тогда
из
своего
уг ла,
прикрытый
мощной
спино й
Тапочки,
под­
нялся
Брянцев.
—
У
меня
о дин
вопрос,—
ск азал
он.—
Сколько
времени
затратили
проектанты
на
проект?
—
Около
года,—
охот но
от вет ил
Глафиров,
не
ожидавший
подвоха.
—
Так
почему
же
работу,
которая
д ела лась
около
года,
вы
считаете
возможным
обсуждать
около
часа?
Не
слишком
ли
это
мало,
чтобы
составить
суждение
о
проекте?
—
Одному
мало,
а
другому
более
чем
дос таточн о, —
ск азал
Хл еб ни­
ков ,
лю буя сь
дл инны м
острым
ногтем
на
ми зинц е.—
Вы
находитесь
в
приятном
заблуждении,
счит ая,
что
в
проектных
делах
по ним аете
больше,
чем
он и.
—
Счи та ю...
Б ря нцеву
не
уд алос ь
закончить
фразу
—
его
прервал
смех.
С меял ся
и
директор
з авода.
—
Я
в едь
не
пост авил
даже
запятой,
не
говоря
уже
о
точ к е,—
повы­
сил
голос
Брянцев.
Голос
у
нег о
низкий,
зву чный,
пр ико вы вающи й
вни­
мани е. —
Я
считаю,
что
если
вынести
проект
на
обсуждение
рабочих
цеха,
людей,
которым
придется
работать
в
реконструированном
це хе,
они
под ск ажут
другие
решения.
—
А
какие
решения
подскажете
вы?
—
не
унимался
Хлебников.
Бр янцев
помолчал,
собираясь
с
мыслями,
и
ска зал:
—
Мое
мнение
так ово :
сократить
расстояние
между
станками
—
значит
пр и бли зить
условия
нашей
работы
к
условиям
капиталистиче­
ского
предприятия.
Это
раз .
Но
это ,
так
сказат ь ,
соображение
по ли ти­
ческое.
Вт орое .
У
нас
есть
уже
оди н
ста но к,
модернизированный
нашими
рабочими.
Он
увеличивает
производительность
труда
сборщика
на
д ва­
дцать
пр оце нто в.
На
дв ад цать,—
подчеркнул
он.—
А
в
Политехническом
музее
ст оит
о бр азец
станка,
разработанного
ЦНИИШ ИНо м,
ко торы й
позволяет
под ня ть
производительность
на
тр идца ть
про це нт ов.
Вы
же,
товарищ
Глафиров,
расс чит ыв аете
поднять
производство
вс его
на
п ят­
надцать.
Дла
вас
эт о,
может
быть,
достаточно,
для
нас
—
нет.
—
Простите,
мы
исходим
из
реальных
ус л овий,
а
не
из
мифических.
Из
наличия
су щест ву юще го
оборудования,
а
не
будущего!—уже
сер­
дяс ь,
ска зал
Глафиров.
—
Но
в едь
это
потеря
перспективы
или
просто
делячество.
Ваш
п ро­
ект
устареет
прежде,
чем
будет
осуществлен.
Я
был
в
Политехническом
музее,
мне
да ли
в озможн ость
поработать
на
это м
станке,
и
я
убедился,
что
тр ид цать
процентов
— д алеко
не
предел.
Лубан
я вно
заинтересовался
выступлением
Брянцева.
Это
тот
сам ый
ин женер ,
к от орый
каждый
год
вместо
путевки
на
ку­
рорт
требует
командировку
на
шинные
заводы
и
потому
всегда
в
курсе
в сех
технических
новшеств.
Это
ему
по дпи сыв ал
он
письмо
на
Мо­
69


сковский
шинный
и
в
Политехнический
музей
с
необычайной
просьбой
—
помочь
собрать
на
эк спо нир уем ом
станке
несколько
покрышек.
—
Сегодня
вы
мне
напоминаете
одного
мое го
приятеля.
Он
до
сих
пор
живет
без
радиоприемника,—
неожиданно
добродушно
произнес
Гла фиро в. —
Зна е те,
почему?
Только
соберется
приобрести
приемник,
как
узнает,
что
скоро
выпускается
новый,
бо лее
усовершенствованный.
Так
он
и
обходится
до
сих
пор
репродуктором...
Вы
становитесь
на
его
по зицию.
Увы,
нет
границ
для
лучше го!
Но
нам
важнее
при
существую­
щем
де фи ците
шин
пятнадцать
процентов
в
э том
г оду,
чем
двадцать
в
следующем.
Снова
смешок
прошел
по
кабинет у .
Не
ул ыбн улся
только
Лубан.
А
молодой
и нжен ер,
не
об ра щая
внимания
на
Глафирова,
так
же
размеренно,
спокойно,
как
и
начал
разговор,
пр одо лжал :
—
На
это
могут
быть
разные
точки
зр ен ия.
Раз
уж
ес ть
образец
станка,
на ша
зада ча
сводится
к
тому,
чтобы
ускорить
его
серийное
изго­
товление
и
на
нег о
ори ен тиров ат ь ся.
И
вообще
мне
кажется,
что
рекон­
струкция
цеха
начата
не
с
того
конца.
Нужно
расширять
тыл ы,
все
участки,
которые
готовят
полуфабрикаты
для
сборщика,—
они
уже
се­
годн я
отстают.
—
Вы
используйте
эти
т ылы
лучше,—
назидательно
про изне с
Глафи­
ров.—
По гряз ли
в
расхлябанности
—
вот...
—
Простите,—
п рерв ал
его
Брянцев,—
вы
знаете
коэффициент
ис­
пользования
нашего
оборудования?
Не т,
начальник
про ек та
этого
не
з нал
и
знать
не
мо г.
Прошл о
п ол­
т ора
года,
как
они
п олуч или
исходные
данные
для
проектирования.
Мало
ли
каких
ре зуль та тов
м огли
достичь
пр о изво дст в енники
за
это
время?
—
Ноль
девяносто
шесть,—
сказал
Брянцев.—
Даже
ес ли
мы
до­
бьемся
единицы,
что
практически
невозможно,—
и
то
у
нас
будут
отста­
ва ть
тылы.
А
ес ли
мы
рванемся
на
сборке...
—
Если
бы
у
бабушки
росли...—
взорвался
Глафиров,
но
его
остано­
вил
директор.
—
Сколько
вам
нужно
дн ей,
чтобы
внимательно
рассмотреть
проект
с
рабочими
цеха?
—
спросил
он
Брянцева.
—
Десять.
—
Де-сять?
—
Глафиров
да же
задохнулся
от
возмущения.—
Нам
нужн о
привезти
согл асо ва нн ый
проект
в
Москву
послезавтра!
Ин аче
все
гром ы
небесные
обрушатся
на
нас.
—
Ну,
где
год ,
там
десять
дней
роли
не
играют,—
с
философским
спокойствием
заметил
Лубан.—
Отдадим
проект
в
цех.—
Он
посмотрел
на
начальника
цеха,
который
всем
своим
видом
в ыра жал
полное
безраз­
личи е,
и
добавил:
—
Ответственным
за
проведение
этой
работы
по
всем
см енам
на знач аю
това рища
Брянцева.
Сколько
ни
во пил
Глафиров
о
срыве
плана
проектных
ра бот,
о
том,
что
б ольш ой
коллектив
лишается
премии,
сколько
ни
грозил
карами
за
с рыв
правительственного
з адания ,
Лубан
был
непреклонен.
Оставшись
вд в оем,
дире кто р
и
главный
ин женер
долго
молчали.
Каждый
жд ал,
что
ска жет
другой.
Лу бан
не
вытерпел.
—
А
здорово
вас
сегодня
отстегали,
Ол ег
М итр офа но вич!
И
кто ?
Начальник
смены.
Кого?
Главного
инженера,
эрудита,
который
все гда
сто
очков
да ет
вперед!
Вот
кого
расти ть
надо.
Начальником
цеха
де­
лать,
начальником
п роизвод ств а
ставить.
К
мозгам
еще
ду шу
иметь
надо,
дорогой
мо й.
Как
ни
старался
Брянцев,
а
д есяти
дней
ему
не
хватило.
Ел е- еле
уло­
жился
в
тр инад цат ь.
Но
в
ц ехе
не
осталось
ни
рабочего,
ни
инженера,
который
не
вник
бы
во
все
детали
проекта.
Брянцев
сумел
заставить
по­
ворочать
мозгами
и
конструкторский
отдел
з аво да.
Даж е
до брал ся
до
70


недоступного
Хлебникова,
и
тот
в друг
вне с
в
проект
несколько
поправок,
чтобы
не
уронить
своей
инженерной
чести:
как
же
—
рабочие
п р едла­
гают,
а
он,
главный
инж енер ,
выходит,
ничего
не
видит.
Три
дня
сидел
в
гостинице
в ерн ув шийся
из
Москвы
Глафиров,
по ка
дождался
вто рич ног о
обсуж ден и я
проекта.
Три
дня
бегал
потом
по
го­
родским
о рга низа циям,
жа луяс ь
на
взбунтовавшихся
шинников,
но
так
и
уехал
с
требованием
завода
изменить
п роек т.
Гл афи ров
был
человеком
упрямым
и
энергичным.
Он
поднял
шум
всюду,
где
только
можно
было.
И
всю
свою
злость
выли вал
на
Брян­
цева.
Пять
коми с сий
выезжало
на
завод,
це лый
м есяц
отняли
они
у
Лу-
бана,
но
ди ре ктор
не
сдался.
Пришлось
все
же
Глафирову
переделать
проект
в
полном
соответствии
с
заводскими
тре бов ан иями .
Лубан
то же
не
тер ял
времени.
Добился,
чт обы
модернизированные
станки
запустили
в
серийное
производство
и
вне
очереди
передали
на
сибирский
шинный.
Так
в
Сибирске,
впервые
в
стр ане ,
появились
самые
усовершенствованные
сборочные
станки.
О тныне
Брянцев
находился
под
неусыпным
набл юдением
Лу бана
и
у вер енно
шагал
со
ступеньки
на
ступеньку
по
лестнице
руководящих
должностей.
До
встречи
с
Еленой
это
продвижение
б ыло
ему
пр ият но:
он
ис пыт ы­
вал
радость
о тдачи
вс ех
своих
сил
заводу.
Встреча
внесла
сумятицу
в
душу.
Еще
в
Новочеркасске
он
понял,
что
не
сможет
жи ть
без
нее
и,
х отя
не
сказал
об
это м,
но
принял
решение
у йти
к
ней.
Удерж и вал а
жа­
лость
к
Таисии,
которая,
пр авда,
уме нь шала сь
по
ме ре
того,
как
возра­
стали
жалость
к
себе
и
к
Елене
и
с трах.
Не
поймут
вс ей
глубины
чувств,
за кл юют,
ошельмуют.
Ведь
он
не
только
руководит
производст­
вом,
но
и
воспитывает
людей.
И
не
словами,
не
нравоучениями,
а
с об­
ственным
примером.
Идти
на
болезненную
хирургическую
операцию
на
вид у
у
всех...
Уехать
из
Сибирска
Брянцев
не
хотел.
Привык
к
за воду ,
к
людям.
Люб ил
людей,
и
лю ди
отв ечал и
ему
тем
же.
И
что
значит
уехать,
затеяв
реконструкцию
по-своему
и
не
доведя
ее
до
конца?
Скажут
—
спасовал,
струсил,
зав ари л
кашу ,
а
другим
ее
расхлебывать.
Первый
раз
он
от­
ложи л
ух од
из
семьи,
когда,
в ерн ув шись
из
Новочеркасска,
узнал,
что
его
назначают
главным
инже нер ом ,
п отом
—
когда
назначили
директо­
ро м.
И
только
снова
собр ал ся
с
духом,
как
началась
кутерьма
с
анти­
старителем.
А
сейчас
тем
бо лее
нельзя
выходить
из
боя ...
ГЛ АВА
СЕМ НАДЦ АТА Я
С
тех
пор
как
институт
рабочих-исследователей
пол учи л
известность
во
вс ей
стр а не,
Сибирск
стал
местом
паломничества
пр ед стави тел ей
раз ­
ных
предприятий
и
работников
прессы.
Журналисты
приезжали,
как
правило,
с
фотокорреспондентами.
Одни
с
готовностью
пр инимал и
все
на
веру,
другим
успехи
раб очих -исс л едов ате ле й
ка залис ь
фантастиче­
скими,
и
они
устраивали
дотошный
допрос
с
пристрастием,
п ы таясь
об­
наружить
просто
«шумовой номер».
Наиболее
добросовестные
стара­
лись
изо б ра зить
все
реалистически,
запечатлеть
то,
что
они
видели,
но
находились
и
ловк а чи
—
те
беззастенчиво
«организовывали»
материал.
Таким
обязательно
нужно
было
собрать
жив опис ну ю
груп пу,
потребо­
в ать
от
людей
л ибо
сосредоточенно-значительного
выра же ния
ли ц,
либ о
с ияющ их
сч аст ьем
улыбок
и
обязательно
сфотографировать
рабочих,
беседующих
ни
с
кем
ины м
как
с
секретарем
парткома
на
фоне
какого-
нибудь
впечатляющего
агрегата.
Секретарь
парткома
Пи лип чен ко
не
выносил
эт их
инс це нир ово к.
Он
был
предельно
безыскусствен,
честен,—
за
эти
качества
и
и збр али
его
71


секретарем
партийного
комитета,—
и
никогда
не
принимал
бы
участия
в
инсценировках,
устраиваемых
журналистами,
ес ли
бы
не
Кар ыг ин.
Тот
упо рно
твердил
ем у,
что
над о
учитывать
соотношения
своего
авто­
ритета
и
авторитета
директора.
У
директора
он
не изме рим о
выше
и
на­
ращивать
его
не
обязательно.
«Отказываетесь вы
—
они
Брянцева
та-
щут.
И
по лу ча ется
но нсе нс:
институт
—
орг аниза ция
общ еств ен ная ,
а
представляет
его
директор».
Противоречивые
чувства
испытывал
Валентин
Герасимович
Пи лип-
ченко
к
Карыгину
—
и
антипатию
и
уважение.
В
прич ина х
антипатии
он
разобраться
не
мог
—
она
возникала
откуд а- то
из
подсознательных
гл у­
бин,—
а
вот
уважение
обосновывал
п рос то:
оче нь
уж
политически
под­
кован
Кар ыг ин
—
с
чут ье м,
дальновидный,
бывалый.
Так ому
по
пл ечу
деятельность
любого
масштаба.
Ну
как
е му,
молодому
партийному
ра­
ботнику,
вчерашнему
цеховику,
не
прислушиваться
к
этому
вете­
рану?
Ни
в
приятели,
ни
в
под ш ефные
к
Карыгину
П или пч енко
не
нап раши­
вался.
Кар ыги н
пришел
к
не му
сам
в
тот
знаменательный
вечер,
когда
секретарь
парткома
провел
свое
первое
в
ж изни
общезаводское
партий­
ное
собрание.
Х орошо
пров ел.
Задел
в
докладе
м н огих,
что
в ызва ло
бур­
ные
споры,
ц
был
оче нь
доволен
соб ой.
Даж е
секретарь
райкома
Тулу­
по в,
уходя,
крепко
п ожал
ему
рук у
и
ше пну л: «Ну вот видишь,
панико­
вал,
отказывался
—
не
пот ян у,
не
справлюсь.
А
как
сразу
заворачи­
ваешь!
Держи
т ак».
Уставший
от
шестичасового
на пря жени я
—
в се-та ки
каждого
нужно
б ыло
с лу шать
от
слова
до
с лов а,—
П или пч енко
пришел
в
пар тко м
и
сел
отдохнуть,
выкурить
одну-другую
папиросу,
продлить
ощущение
того
радостного
подъема,
который
дает
со знан ие
хорошо
сделанного
дела.
Вот
тут
и
зашел
к
нему
Карыгин.
«На огонек»,—
как
он
объяснил.
—
Хоро шее
собрание?
—
спросил
Пил ипч ен ко
со
свойственной
ему
непосредственностью.
—
Собрание
хорошее,
а
д оклад
дерьмовый.
—
Почему?
—
Вы
пох оди ли
на
сумасшедшего
автоматчика,
который
поливает
ог нем
всех
подряд
—
и
чужих,
и
св оих.
Надо
быть
пох ожим
на
артил­
лериста:
выб ра ть
од ну
точку
и
лупить
в
нее.
П илипче нк о
сидел
сраженный
и
озадаченный.
А
Карыгин
принялся
объяс ня ть:
—
Вы
сегодня
пощипали
многих
и
многие
остал и сь
ва ми
не до во льны.
Не
так
нужно,
дорогой
мой
де бютан т.
Нужно
вытащить
за
ушко
одного
человечка
и
показать
его
с
фа сад а.
А
потом,
когда
и
он
и
весь
зал
будут
д ума ть,
что
вы
приметесь
за
другого,
опять
его
показать
—
теперь
с
тыла.
Пот ом
с
одного
бока,
с
другого.
Все
будут
видеть,
что
вы
умеете
бить
н асме рть
и
каждый
будет
вам
благодарен,
что
не
принялись
за
него...
«Это
—
голова,—
думал
про
себ я
Пилипченко.—
А
честность
какая!
Принципиальность!
Ник то
его
за
язы к
не
тянул.
Сам
пришел.
П одск а­
зат ь
прише л,
поучить.
Без
стеснения,
не
взве ш и вая,
как
будут
приняты
его
слова
—
враждебно
или
с
признательностью».
Способность
Карыгина
ухватить
самую
с уть,
увидеть
то,
чего
не
ви­
дят
другие,
дать
с вое
истолкование
фактам,
св ою
оце нк у,
постоянно
вос­
хищала
П илипче нк о.
Сидели
они
ка к-то
на
директорской
оперативке
в
ка би нете
Брянцева.
Брянцев
всегда
слушает
начальников
цехов
и
отделов
терпеливо,
п ока
до
конца
не
выс ка жутс я,
не
прервет
человека,
е сли
тот
только
я вно
не
заврется
иди
не
выйдет
из
положенного
регламента.
И
на
это т
раз
он
долго
слушал
разглагольствования
Тапочки,
у
которого
все
были
кр у­
гом
виноваты,
в
том
числе
и
директор.
Долго
мо лча л,
когда
Тапочка
72


уселся
на
место,
покручивая
усы,
придающие
ему
сходство
с
Тарасом
Бульбой,
по том
неожиданно
сказал :
—
Дорогие
мои
руководители,
признайтесь
откровенно:
не
надоело
ли
вам
каждый
д ень
сидеть
по
час у
на
селекторе,
возводить
друг
на
друга
о б винения ,
предъявлять
друг
другу
претензии
и
заст ав ля ть
меня
и
главного
инженера
разбираться
в.том,
кто
пр ав,
кто
в ино ват,
кто,
про­
стите,
вр ет
без
всякой
меры,
кто
в
меру,
а
кто
говорит
правду?
Вот
нас
полсотни
человек.
По
ча су
в
де нь
—
пя тьде сят ь
человеко-часов,
и
не
ка­
ких-нибудь,
а
отнятых
у
сам ых
квалифицированных
людей
на
за воде ,
у
«мозгового центра», я бы сказал.
Вы
же
в
конце
концов
не
цирко вы е
лошади,
которые
ходят
по
манежу
до
тех
по р,
пок а
дрессировщик
щел ­
ка ет
бичом.
Может,
обойдемся
без
ежед невно й
оперативки?
Учредим
со­
вет
начальников
ц ехов
и
отделов,
который
собирался
бы
накоротке
два
раза
в
неделю
и
решал
пол юб овно
все
во прос ы.
Начальники
це хов
сна чал а
опешили
от
такого
предложения.
К
опе­
ративке
они
привыкли
и
как
обходиться
без
нее
—
да же
п ред став ить
с ебе
не
могли.
Но
поразмыслили
—
и
согласились.
На
другой
д ень
о пе ра тивки
не
б ыло.
Пилип ченк о
слушал
тогда
Бр я нцева
и
ник ак ой
кра мол ы
в
этом
нов ­
шестве
не
ув идел ,
ник ак ой
политической
оценки
ему
не
дал.
А
Кары­
гин
сраз у
же,
как
только
они
вышли
из
кабинета,
сделал
развернутый
анализ
действий
директора,
да
такой,
что
дух
захватило.
—
Ты,
Валентин
Герасимович,
партработник
молод ой
и
многое
не
в идиш ь,—
г ово рил
он.— У
директора
нашего
ошибка
од на
и
та
же,
по­
стоянная
и
у гл убля ющ аяся
—
переоценка
сил
общественности.
Пр авда,
партия
призывает
к
развитию
общественных
форм
деятельности,
но
у
Брянцева
в
душе
нет
уго лка ,
в
котором
умещалось
бы
чувство
меры.
Он
выпу ст ил
из
рук
последнюю
узду,
с
пом о щью
кот орой
мог
уп р авлять .
Идите,
лошадки,
ку да
хоти те ,
сами
ориентируйтесь.
И
еще
од но:
для
чего
так
себя
в ыста влят ь?
Ро дил ась
у
теб я
мысль
—
п риди
в
партком,
посоветуйся.
Одобрят
—
и
пойдет
как
ин ици атив а
п арткома .
Это
же
тебе,
Валентин
Герасимович,
в
к опилк у.
А
он
—
нет,
в
свою
копилку
складывает.
Бах,
бах
—
и
гот ов о,
его
инициатива.
Одо бр яй
не
одоб­
р яй—
заявочный
столб
поставил.
И
п омяни
мое
слово:
получится
у
нас
неуправляемый
заво д!
П илипч енк о
даже
вздрогнул.
Шуточное
ли
дело:
неуправляемый
за­
вод!
И
удивительно,
до
че го
совпадает
терминология
Карыгина
с
терми­
нолог ией
секретаря
райкома.
Тот
т оже
как-то
эти
слова
произнес,
не­
привычные
и...
страшные.
Или
вот
совсем
н едавн о
пришли
они
с
п редс едат ел ем
заводского
ко­
митета
профсоюзов
убеждать
Брянцева
присвоить
звание
цеха
комму­
нистического
тру да
первому
сборочному,
которым
руководит
Тапочка.
Прихватили
с
с обой
для
подкрепления
Карыгина.
На
дн ях
должно
состояться
партийное
перевы бо р ное
собрание
с
от­
четом
П илипч енк о,
а
он
не
мог
щегольнуть
сообщением
о
при св ое нии
хот я
бы
одному
це ху
звания
це ха
коммунистического
труда.
Всякий
ра з,
когда
заходил
об
эт ом
разговор,
Брянцев
вос ста ва л.
Восстал
и
на
сей
раз.
—
Сколько
в
ц ехе
бригад
коммунистического
труда?
—
спросил
о н.—
Две надцат ь ?
А
всех
—
дв адц ать
одна?
Так
во т,
когда
все
бри га ды
п олу­
чат
это
звание,— пожалуйста.
А
пок а
что
повременим.
Напрасно
говорили
Брянцеву,
что
на
заводе
синтетического
ка учука
уже
четыре
цеха
ст али
цех ами
коммунистического
тр уда,
а
на
нефтепе­
регонном
—
пят ь.
Он
стоял
на
своем:
—
Такое
высокое
звание
не
должно
присваиваться
сверху.
Оно
за­
воевывается
снизу.
Завоюют
его
все
бри га ды
—
зн ачи т,
це ху
мо жно
пр и­
своить
автоматически.
73


Его
убеждали,
что
не прилично
ка к-то
получается:
создается
вп еча т­
ление,
будто
их
завод
отстает.
И
райкому
партии
неудобно
пер ед
ос­
тальными
районами
и
перед
горкомом.
А
Брянцев
твердил
о дно:
—
Это
пусть
другим
районам
будет
неудобно,
что
присваивают
вы­
сокое
звание
не
по
заслугам.
У
нас
та кого
не
случится.
Прогулы
в
э том
цехе
есть?
—
Четыре.
—
Выходы
в
пьяном
ви де?
—
Два.
—
Учеба?
—
Лучше,
чем
у
остальных,
но
не
оче нь.
Зато
рабочих-исследовате­
лей
много.
И
хорошо
раб отаю т.
—
Это го
недостаточно.
Не
в ижу
данных!
Тогда
пошел
в
ат аку
Кары гин.
Ста л
доказ ыв ать ,
что
з вание
це ха
коммунистического
труда
можно
дать
авансом,
что
это
мера
воспита­
тельная
—
она
заст ави т
людей
подтянуться.
Взглянув
на
нег о
уголком
глаза,
Брянцев
сказа л:
—
Я
в
принципе
против
авансов.
По
той
п росто й
п ричин е,
что
лю ди
разные
и
ко лл екти вы
разные.
Одн и
стремятся
аван с
отработать,
а
д ру­
гие
почиют
на
лаврах,
решив,
что
взял и
бога
за
бороду.
Брянцев
подумал,
закурил
папиросу.
Вдруг
его
осе н ило.
—
А
знаете
что?
Давайте
присвоим
звание
к олле к тива
коммунисти­
че ского
труда
инст иту ту
рабочих-исследователей.
Чем
у
них
не
комму­
нистический
труд?
Тут
даж е
ф орму ла
по сл о жн ее: «От каждого по воз­
можностям,
каж дому. ..
ничего
кроме
морального
удовлетворения».
Вы
смотрите,
друзья,
как
эта
ф орм ула
тру да
опрокидывает
поня тие
об
об­
щественной
работе.
Пр ин ято
считать
общественной
такую
работу,
к ото­
рая
не
дает
ник а ких
материальных
благ
том у,
кто
ее
делает.
Но
она
ведь
и
не
создает
ник ак их
материальных
ценностей.
А
эта
форма
труда
бл аг
не
дает,
но
ценности
со з дает
колоссальные.
Сколько
наши
исследо­
ватели
сэкономили
государству
за
три
года?
Триста
мил ли онов
рублей
в
старых
деньгах!
А
с
антистарителем
под
миллиард
подберемся.
Да,
да,
товарищ
Карыгин.
Не
дел ай те
кислого
лица.
—
Есть
од на
украинская
поговорка,
Алексей
Алексеевич.
Не
оби -
детесь?
—
Карыгин
выжидательно
посмотрел
на
Брянцева.
—
Давайте.
—
«Дурень думкою богатеет .. .»
—
А
без
думки
и
богатый
обеднеет,—
походя
отпарировал
Брянцев.
Договорились
вынести
предложение
на
заседание
завко м а
профсо­
юзов.
Но
вышли
от
Бр я нцева
—
и
Карыгин
сел
на
своего
конька.
—
Вам
кажется,
вы
над
ним
верх
взяли?
Да
он
же
вас,
как
мальчи­
ко в,
облапошил.
Цех у
звания
не
присваивать,
а
инст иту ту
—
дать.
А
что
такое
инс тит ут
по
ср авнени ю
с
цехом?
В
це хе
и
партийная
орг аниза ция,
и
профсоюзная,
а
в
институте
ни
той,
ни
другой.
Вот
и
получается:
там ,
где
ко ма нд уете
вы,
зв ания
не
заслужили,
а
та м,
где
единоначальник
он,—
коллектив
коммунистический!
Логика?
Ничего
не
скажешь,
логика
железная...
П илип ченк о
неловко,
что
сам
не
додумался
до
таких
тонкостей.
Но
на
этот
раз
у
него
за рожда ется
не­
доверие
к
своему
наставнику.
А
не
де м агог
ли
Карыгин?
По
сути
вся
оригинальность
его
умозаключений
состоит
в
том ,
чт обы
любое
душевное
движение
человека,
к ото рый
имеет
не счасть е
ему
не
нравиться,
любой
поступок
объ ясни ть
д ур ными
мотивами,
осквернить,
опошлить.
П илипч енк о
почувствовал,
что
ему,
ме чтавш ем у
до
сегодняшнего
дня
об
уход е
с
партийной
работы,
о
возвращении
к
привыч ном у
любимому
труду,
не
хочется
уступать
с вое
место
Карыгину,
с дават ь
за во е ванные
позиции.
Вот
такому,
как
Б ря нцев,
он
передал
бы
свой
по ст
с
радостью,
74


а
К арыг ину ...
Но
ничего
не
поделаешь:
ср ок
в ыбо рной
работы
кончался,
вопрос
в
ра й коме
предрешен.
Несколько
раз
де лал
Пилипченко
доклады
по
ре це пту
Карыгина
и
не
по ним ал,
почему
они
не
пользовались
успехом.
По
этому
же
рецепту
подготовил
он
и
св ой
отче тн ый
до кла д.
Но
за
два
дня
до
пер евыб ор но го
собрания
пересмотрел
его
и
переделал
на но во.
Вместо
то го
ч тобы
вытаскивать
за
ушко
двух-трех
человек,
затронул
многих
людей:
одних
—
поднимая,
других
—
критикуя.
Особую
р ад ость
испытывал
он,
когда
гов ор ил
теплые
слова
о
человеке,
чья
роль
в
про­
изводстве
был а
большой,
но
незаметной
—
об
этих
л юдях
обычно
не
го­
ворят
и
не
пишут.
Аудитория
бу рно
реагировала
на
каждый
такой
при­
мер.
Когда
он
упомянул
о
Фоминой,
старой
работнице,
готовящей
латекс
для
пропитки
корда,—
раствор,
от
которого
во
многом
зави села
пр о­
должительность
ж изни
шины,—
в
зале
зааплодировали:
добрался-таки
до
пластов,
до
сих
пор
не
под нят ых
на
поверхность.
Он
не
обмолвился
ни
одн им
пл охим
словом
в
адрес
директора
з аво да,
хотя
это
настоя­
тельно
советовал
сделать
Карыгин:
пусть,
мо л,
увидят
лю ди,
как
ты
вы­
рос
за
это
время,
е сли
сумел
увидеть
недо ст ат ки
руководителя
и
ре шил
ук азать
на
них .
Прения
по
докл аду
проходили
б урно.
Активнее
всех
в ели
себя
ра бо­
чие-исследователи.
У
них
вообще
сильно
развит
наступательный
дух ,
и
им
всегда
казалось,
что
результаты
их
работ
медленно
в недр яются
в
производство.
Только
что
отгремел
громоподобный
бас
Каелы.
Старый
вул кан из а­
торщик
недоволен:
его
предложение
пр иняли,
о дин
автоклав
пе ре де­
ла ли,
а
с
остальными
не
то р о пятся.
Пилипченко
выразительно
смотрит
на
Брянцева,
сид яще го
рядом
с
ним
в
президиуме.
Тот
улыбается:
зн ач ит,
ес ть
по мех и,
вы ше
кот оры х
не
прыгнешь,
и
он
не
чувствует
себя
виноватым.
Завершает
пре ния
Д има
Ива но вск ий.
Он
го во рит
быстро,
и
создается
впечатление,
будто
ему
неловко,
что
за держи в ает
столько
людей.
У
рабочих
Ивановский
пользуется
уважением,
хот я
многим
сборщ и ­
кам
он
наст у пил
на
мозоли
и
ни
чем
иным,
как
личным
примером:
за
два
го да
работы
у
него
нет
ни
одной
бракованной
покрышки.
Выбил-
так и
почву
из-под
ног
«объективщиков», которые любили ссылаться на
ка чество
материалов.
Теперь
им
нечем
кры ть.
Ив ано в ский
работает
на
тех
же
материалах,
а
результаты
у
него
как
ни
у
кого:
ноль
бр ака.
Год
тому
назад
Диму
чуть
бы ло
не
смяли
и з-за
одного
с л учая.
Отклеился
на
покрышке
личный
номер,
ко торы м
каждый
сборщик
маркирует
сво и
ши ны,
и
раз неслась
в е сть : «Он не все покрышки маркирует,
вот
почему
у
него
нет
брака».
А
Приданцев
со
своими
приятелями
потребовали
об­
щественного
су да.
Пришлось
то гда
п артком у
обуздать
горланов.
Но
на
каждый
роток
не
н акин ешь
платок
—
все
равно
шипели
за
у гл ами.
Сегодня
Иван о вски й
берет
ре ванш.
Он
проработал
второй
год
без
брака,
но
приклеивал
св ои
номерки
к
шинам
так ,
что
зуба ми
не
отде­
решь.
—
Исходя
из
о пыта
второго
года,—
завершает
он
с вое
выступле­
ние,—
мо жно
сделать
выво д,
что
все
ссылки
на
ка чес тво
материалов
ли­
шен ы
каких
бы
то
ни
было
ос но ваний.
Что
соберешь,
как
соберешь
—
то
в
результате
и
п олучи шь.
—
А
почему
вы
топчетесь
на
одн ом
месте?
—
неожиданно
зад ает
воп­
рос
секретарь
райкома
Тулупов.—
Сто
два
пр оцен та
пла на
—
и
не
больш е!
П илипч енк о
этот
вопрос
понятен.
По
настоянию
секретаря
ра й кома
Ивановский
не
внесен
в
рекомендуемый
общему
соб р анию
список
чле­
нов
парткома,
а
вместо
него
введен
Карыгин.
Вот
и
старается
Т ул упов
75


как-т о
принизить
Ивановского,
чтобы
не
в збре ло
ко му
в
голову
добавить
его
к
списку.
—
У
меня
лучшее
каче ство
шин
п ол у чается
при
таком
выполне­
нии,—
сп ок ойно
о тв ечает
Дим а
И вановс кий. —
Дел аю
больше
—
ши ны
пол уч ают ся
хуже.
—
Зн ачи т,
у
тех ,
кто
дает
сто
восемь
пр оце нто в,
шины
х уже
ваших?
В
з але
с тоит
напряженная
тиш ина .
Что
же
ответит
сборщик?
Есть
в ещи,
о
которых
н еуд обно
говорить.
—
Я
этого
не
ска за л.
Я
ска зал
—
у
меня.
У
ка жд ого
св ой
п от олок.
Се кре тарю
райкома
не
нр ав ится
эт от
скромный
ответ.
Он
не
н астра ­
и вает
аудиторию
прот ив
сборщика,
а
наоборот,
располагает
к
нему .
—
А
вы
можете
по
сто
восемь
д ел ать?
—
Были
дни,
когда
дел ал
сто
двенад цат ь, —
о твечае т
Ивановский,
не
понимая,
к
чему
клонится
весь
это т
разговор.
—
Для
чего?
Ива но вс кий
не
спешит
с
ответом,
думает
и
в
конце
кон цов
пр и­
знается
чистосердечно:
—
Хо тел
показать,
что
и
я
могу.
—
Значит,
сознательно
шли
на
ухудшение
качества?
-
Да.
По
притихшему
залу
прокатывается
легкий
шум ок.
За
Ивановского
вс туп ается
Брянцев.
—
Такие
дни
у
него
единичны.
Обычно
он
сознательно
идет
на
по­
те рю
первенства,
на
поте рю
зар аб отк а,
чтобы
обеспечить
высокое
каче­
ст во
шин.
Нет
лучших
шин
на
за вод е,
чем
шины
Ивановского.
«Какого черта ты лезешь?» —
думает
Тулупов,
но
спрашивает
сдер ­
жанно:
—
Это
можно
дока зат ь?
—
Хоть
сейчас.
Нужно
принести
ср езы
шин
Ивановского
и
хотя
бы
Приданцева.
Невооруженным
глазом
видна
разница.
На
п омощь
секретарю
райкома
приходит
председатель
собрания
Прохоров.
Он
спрашивает
—
нет
ли
еще
желающих
выступить
в
прениях.
Жел ающ ие
есть,
но
уже
поздно,
и
собрание
решает
перейти
к
заключи­
тельному
слову.
От
заключительного
слова
Пили пченк о
отказывается,
и
Прохоров
оглашает
список
людей,
которых
райком
партии
рекомендует
в
со став
партийного
комитета
завода.
Хорошо
подобраны
люд и
—
толковые,
ч ест ные,
знающие.
Собравшиеся
встречают
каждую
кандидатуру
гулом,
более
громким,
менее
громким,
но
явно
одобрительным.
Д аже
на
фа­
милию
Карыгина
среагировали
хорошо,
хотя
и
гора зд о
сдержаннее,
чем
на
о стал ьны х.
—
Ка кие
будут
предложения?
—
спрашивает
Прохоров.
Встает
Салахетдинов.
—
Я
предлагаю
список
в
целом
одобрить
и
не
дополнять.
Вот
этого
Брянцев
боялся
больше
всего.
Если
предложение
прой де т,
Ка рыг ин
безусловно
будет
избран
в
со став
па рт ийно го
комитета.
Что
делать?
Д ать
отвод
он
не
может
—
нет
фак то в.
Ос тает ся
только
од ин
вы ход.
Брянцев
встает
и,
волнуясь
так,
что
у
него
слегка
дрожит
голос,
пр о­
и зн осит
фразу,
к отор ая
зас тави ла
секретаря
райкома
приоткрыть
от
уд ивл ения
рот .
—
Я
предлагаю
добавить
к
списку
Дм итри я
Акимовича
Ивановского.
Зал
одобрительно
г удит:
действительно,
такого
хорошего
пар ня
за­
б ыли!
П илипче нко
п онял
этот
х од,
заговорщицки
посмотрел
на
Брянцева.
Доста точн о
к
списку
пр иба вить
хотя
бы
одного
человека
—
и
Карыгин
76


провалится.
Он
безусловно
со бер ет
голосов
меньше,
чем
другие,
и
оста­
нется
за
черт ой.
Секретаря
райкома
не
покидает
выдержка.
Он
спокойно
выступает
против
предложения
Бр я нцева,
но
все
же
у
многих
создается
впечатле­
ние ,
будто
Тулупову
Ивановский
не
нр ав ится.
Что-то
уж
очень
в яза лся
он
к
нему
сего д ня,
ц елый
допрос
учи ни л.
Собравшиеся
настраиваются
против
Тулупова,
они
цел ико м
на
стороне
Брянцева
—
вступился
за
Диму,
да
еще
в
партком
выдвинул.
В
сам ом
дел е:
е сли
не
Ивановскому,
честнейшему
парню,
быть
в
парткоме,
так
ком у
же?
Из
зала
кричат:
—
Добавить
Ивановского!
Г олосуй те !
Диму
вкл юч ают
в
список.
Со
своего
места
Брянцев
хорошо
видит
Карыгина,
си дящег о
в
пер­
вом
ряду.
Тот
быстро
пишет
записку
и
передает
ее
Тулупову.
У
секр е­
таря
проясняется
лицо,
и
он
тотчас
же
вносит
спасительное
предложе­
ни е:
увеличить
численный
состав
парткома
на
одного
человека.
Зна чит,
будут
избраны
в се,
кто
по лу чит
больше
п ятидесяти
процентов
«за».
Людям
безразлично:
одним
больше,
од ним
меньше.
Больше
—
д аже
луч ше.
Они
готов ы
пр иня ть
предложение
Тулупова,
но
опять
подни­
мается
Брянцев.
—
А
во
имя
чего
мы
должны
это
делать?
Нам
по
уставу
положено
д вадцат ь
три
человека.
—
А
что
это
вы
уч ите
блюсти
па р тийную
дисциплину,—
кричит
на
Брянцева
Тулу пов ,—
если
сам и
ее
нар у ша ете?!
Из
за ла
раз дают ся
голоса:
—
Чем
же
он
нарушил?
—
А
без
окрика
нельзя?
Ка рыг ин
медленно
склонился
на
палку.
По нял,
что
игр а
проиграна.
Брянцев
хот ел
поработать
в
с воем
кабин ете,
но
не
тут-то
бы ло.
Не­
ожиданно
ввал ил ся
Карыгин.
Он
был
страшен.
Багровое
оплывшее
лицо,
мутные
глаза.
Он
не
опирался
на
палку
—
нес
в
рук е,
забыв
о
ее
назнач ен ии .
—
Хотел
бы
я
знать:
вы
понима л и,
что
делали?
—
с
ненавистью
пр о­
изнес
он,
глядя
на
Брянцева
немигающими
гла зам и.
Брянцев
не
смог
сдержать
ул ыб ки.
—
А
вы
полагаете,
что
у
меня
это
по
наивности
получилось?
Ко­
нечно ,
понимал!
Карыгин
так
сж ал
палку,
что
у
нег о
хрустнули
пальцы,
резко
по­
вернулся
и
с
небывалым
проворством
вышел
из
кабинета.
«Оказывается,
быстро
ходить
умеет!»—
зло
под у мал
Брян ц ев.
Не
успел
он
остыть,
как
появился
Тулупов.
Выражение
его
л ица
тож е
не
предвещало
ничего
хорош его.
—
Я
вас
не
узнаю,
Алекс е й
Алексеевич...
—
Давно?
—
сдержанно
спросил
Брянцев.
—
Се го дня ...
—
По-моему,
это
началось
ра нь ше.
С
тех
пор,
как
вы
стал и
больше
с луша ть
обо
мне,
чем
меня.
—
А
вы
ведите
себя
так,
чтоб ы
о
вас
не
говорили!
—
В
этом
кресле
такое
исключено...
Гов ор ить
всегда
буд ут.
Кому-то
бросил
резкое
слово,
кому-то
квартиру
не
да л,
с
ко го- то
добросовест­
ной
работы
потребовал.
—
Вот,
вот!
Значит,
недоброжелателей
у
вас
достаточно.
А
вы
не
подумали,
что
в
результате
вашего
демарша
вы
сам и
можете
не
попасть
в
состав
п арт ийно го
комитета?
Ивановский
попадет,
а
вы
—
нет.
Эта
мыс ль
Брянцеву
действ ител ь но
в
голову
не
приходила.
А
ведь
может
такое
случиться:
недовольных
директором
на
заводе
всег да
77


больше,
чем
кем- ли бо
другим,
и
он
никогда
не
соберет
ста
проце нт ов
го­
лосов
«за».
Если
у
не го
сег од ня
о кажет ся
больше
противников,
чем
у
Карыгина,
хотя
бы
на
одного
чело в ека,
фи нал
будет
неожиданным:
Ка­
рыгин
войдет
в
партком,
а
он,
директор
за вод а,
нет.
Выражение
озабо ч енн ост и,
появившееся
в
глазах
Брянцева,
не
ук ры­
лось
от
Тулупова.
Он
был
доволен
произведенным
эффектом.
—
Вы,
коне чн о,
о
себе
не
подумали,
когда
подкладывали
п етар ду
под
К ары г ина,—
сказал
он.
—
А
вы
обо
мне
не
подумали,
когда
пытались
протащить
Карыгина.
—
П ризн аюсь,
да!..
Но
вам-то
чего
вожжа
под
хво ст
попала?
—
У
меня
отвра ще ни е
к
подлецам
с
д етски х
лет .
—
Алексей
Алексеевич,
дава йте
пог овор им
по
душам,—
нео ж ида нно
миролюбиво
предложил
Тулупов
и
уселся
в
кр есл о,
всем
своим
видом
подчеркивая,
что
бесе да
будет
продолжительной.
—
Охотн о.
Если
у
вас
ес ть...
—
Душа?
—
Если
ес ть
такое
желание.
—
Ес ть.
К ое -что
нак о пило сь. ..
—
Вот
и
зр я.
Не
на до
бы ло
к оп ить.
Появились
со мне ния
—
нуж но
сразу
выяснять.
Я
лич но
против
таки х
нако пл ений .
Тон
Брянцева
не
нравился
Тулупову.
Та ким
тоном
разговаривают
равный
с
равным,
а
он
вс е- таки
секретарь
райкома...
Нет,
прав,
ко­
нечно,
Карыгин
в
том,
что
рядовой
секретарь
парткома
с
этим
директо­
ром
не
сп рави тся .
Здесь
ну жен
человек
волевой,
такой,
как
Кар ыгин.
—
Алек се й
Алексеевич,
почем у
вы
берете
на
с ебя
смелость
меня
учить?
—
А
вы
п очем у?
Я
в се -таки
лет
на
пять,
на
шесть
ста рше
в ас.
И
по
парт ийн ом у
стажу
стар ше .
И
почему
вы
сч ита ете
се бя
лучшим
комму­
нистом,
чем
я?
Ведь
личные
качества
наши
приходят
с
ж изнь ю,
с
опы­
том,
а
не
со
стулом,
на
кот оры й
нас
сажают.
Я
не
говорю
о
вас...
Но
ча­
сто
бывает:
посадят
человека
в
кресло
—
и
он
уже
о ра кул.
Держит
себя
так,
будто
сразу
и
ума
ему
прибавилось,
и
зна ни й,
и
чутья.
Смешно
по­
лучается:
почему-то
все
счит аю т
се бя
вп раве
учить
директора.
Доверяют
ему
мног от ыс ячный
коллектив,
м илл ион ные
средства,
а
любой
инструк­
тор
любой
организации,
даже
из
финотдела,
его
поучает.
—
Какие
у
вас
ко
мне
пр е те нзии?
—
спр ос ил
Тулупов.
—
До
сих
пор
не
было
никаких.
Се го дня
поя вил ись.
Вы
применили
неприемлемый
метод
—
нажим.
До
сих
пор
у
нас
свободно
разрешалось
добавлять
кандидатов
к
с пи ску,
и
никаких
бед
от
этого
не
бы ло.
Ни
од­
н ого
сукиного
с ына
ни
ра зу
в
партком
не
и збра ли.
—
Что
вы
знаете
о
Карыгине?
—
спр ос ил
Тул упо в,
поняв
наконец,
что
Бр янце в
действовал
столь
решительно
не
из
мелких
соображений,
а
в
си лу
глубокой
убежденности
в
своей
правоте.
—
Мног ое.
Но,
к
сожалению,
ничего
не
могу
доказать.
Поэтому
и
не
дал
фор ма льног о
отвода.
А
вот
в
беседе
по
ду шам
—
могу.
Он
стал
р ассказы в ать
Тулупову
вс е,
что
у знал
о
Карыгине
от
Лу бана.
Ту лу пов
не
усидел
на
стуле.
Слушал,
нервно
шаг ая
вдоль
д линног о
стола,
приставленного
к
письменному.
Он
сохранил
от
комсомольских
времен
живость
и
резкость
движений
и
не
нау ч ился
еще
придавать
с во­
ему
ли цу
непр о ниц аемо е
выражение,
свойственное
некоторым
много­
оп ыт ным
работникам.
Оно
отра жал о
все,
что
он
думал,
что
пе р ежива л,
и
поэтому
нравилось
Брянцеву.
—
Надо
было
обо
в сем
этом
поставить
м еня
в
известность
раньше,—•
упрекнул
он
Бр я нцева,
когда
тот
з акон чил
сво й
рассказ.
Брянцев
пожал
плечами.
—
Когда?
Так
прийти
и
прос то
ра сска зать
—
ни
к
чему.
И
контак­
тов
у
нас
особых
не
бы ло.
78


Тулупов
молчал.
Он
думал
о
том,
что
теперь
ему
д елат ь.
Запросить
соответствующие
организации?
Но
е сли
слова
Брянцева
п о дтв ер дятся,
как
он
бу дет
выглядеть?
Мягко
г ово ря,
не
совсем
в
хорошем
свете.
Увлекся,
проглядел.
Просто
выч ерк ну ть
Карыгина
из
чис ла
людей,
на
которых
он
о пир ался, —
это
полумера.
А
что
можно
предпринять
еще?
И
вдруг,
как
это
случается
порой
в
минуты
обостренного
мыш ле ния,
все
поведение
Карыгина,
которое
ка залос ь
ему
до
сих
пор
так им
п ар-
тий ны м,
пре дста ло
перед
Тулуповым
в
со верш енно
ином
свете.
Кары­
гин
во
всех
своих
де йств иях
преследовал
одну
цель:
дискредитировать
Брянцева.
Бывает
так,
когда
весы,
на
которых
ты
оцениваешь
деятельность
лю­
дей ,
в
течение
нескольких
мгновений
изменяют
с вое
положение,
и
он и,
не изм енно
склонявшиеся
в
ст ор ону
одного
человека,
начинают
скло­
няться
в
сторону
другого.
Так
произошло
и
сейчас:
Карыгин
вдр уг
ста л
нев е сом ым,
а
Брянцев
обрел
вес.
Ту лупо в
остановился
посредине
кабинета
и,
в зглян ув
на
Брянцева,
уви дел
его
как
бы
другими
гл азам и.
Перед
ним
сидел
усталый,
х отя
он
вся ческ и
ста ралс я
этого
не
показывать,
человек,
несущий
на
себе
огр ом­
ный
гр уз
ответственности,
человек,
который
не
побоялся
сегодня
навл еч ь
на
себя
гнев
райкома,
но
выпол нил
с вой
па р тийный
д олг
и
оградил
его,
секретаря,
от
серьезной
ошибки.
Посмотрел
на
ча сы.
П ять
минут
пер ­
вого.
—
А
не
п ора
ли
по
домам,
А лек сей
А лек сеевич ?
Говорят,
вы
за
по­
сл ед нее
время
совсем
от
дома
отбились...
«Опять говорят,—
подумал
Брянцев.—
Вооб ра жа ю,
что
они
сделают
со
мной,
когда
будут
разбирать
мое
персональное
дело
об
уходе
от
жены.
Тут
уж
по щады
не
жди ».
Тулупов
выше л,
а
Брянцев
позвонил
диспетчеру
и
попросил
по до­
слать
ему
дежурную
машину.
Темный
коридор
освещался
только
светом,
вырывавшимся
из
при­
ем ной
заместителя
директора
по
кадр ам ,
и
ед ва
Ту лу пов
поравнялся
с
ним,
как
из
две ри
вышел
поджидавший
его
Кары гин.
—
Юр ий
Павл ов ич ,—
ска зал
он,—
мо жно
вас
на
минуточку?
—
Другой
ра з,—
вежливо
ответил
Тулупов
и
прошел
мимо .
На
площади
перед
заводоуправлением
стояла
трехтонка.
Брянцев
легко
перемахнул
через
стенку
кузова
и
уселся
на
ск ам ью.
Ту лу пов
по­
стоял
п еред
открытой
дверкой
кабин ы
и
то же
поле з
в
кузов.
За мел ька ли
огни
фонарей
вдоль
шоссе.
О
чем
думал
секретарь
райкома,
дир ект ор
не
знал,
но
чувствовал,
что
им
владели
не весел ые
мысли.
«Теперь дело его совести,—
ре шил
про
себя
Брянцев,—
зап раш иват ь
о
Карыгине
или
спустить
на
тормозах...»
Подъехали
к
широкооконному
дому,
за ним авше му
почти
целый
квар­
тал.
Тулупов
пожал
Брянцеву
рук у,
крепко
тряхнул
ее,
и
Брянцев
по­
нял,
что
приобрел
в
его
лице
друга.
Но
п онял
также,
что
приобрел
се­
год ня
и
вр ага.
Беспощадного
и
притом
скрытого.
Пр ав да,
в
райком
п ар­
тии
Карыгин
больше
не
ход ок,
но
мал о
ли
ес ть
в
стр ане
организаций,
где
его
не
знают ?
Пришло
на
память
старое
охот ни чье
правило:
мед­
ведя
надо
класть
наповал,
потому
что
нет
ничего
о паснее
р аненог о
зверя.
(Окончание следует)


ЛЕВ
ОЗЕРОВ
ЧЕТЫРЕ
СТИХОТВОРЕНИЯ
Со
мною
вместе
обучался
Ар ис тоте ль,
И
Лессинг,
и
Михаила
Ломоносов...
О дин
писал
поэтику
для
чукчей,
Другой
—
т рагедии
на
адыгейском,
А
третий
— лирику
на
эвенкийском.
Мои
дру зья
аварцы,
таты,
нивхи,
Которых
н азы вали
гиляками,
Мои
друзья
литовцы
и
яку ты
—
Им
некогда
сулили
вым иран ь е,—
Как
я
люблю
их
в
общежитье
нашем!
Районного
значения
поэты,
Рассказчики
значенья
об лас тно го,
Они
— землепроходцы,
пион ер ы
И
п ерв оо ткры ватели ...
Друзья!
Я
обнимаю
вас,
мои
Гом еры
С
Обской
губы,
Шекспиры
Сем иречь я
И
Че ховы
с
Кур и льски х
островов,—
Без
вас
уже
нельзя
мне,
дорогие,
Без
вас
мо гу чий
наш
язык
немеет,
Без
вас
слова
мои
н епо лнозву ч ны.
Щетинится
Прага.
И
кам ни
углами
Тум ан
р азд вигаю т.
И
вот
перед
н ами
В
седых
переулках
распахнуты
лавки,
И
вещи
блестят
до
последней
булавки.
К акие
здесь
трубки!
К акие
здесь
кн иж ки!
Но
мы
поспешаем
на
холм
Яна
Жиж ки,
Где
вздернуто
к
не бу
тугое
ко пыто ,
Где
пражское
лето
пылает
открыто,
Где
го род
уходит
в
зеленые
дали,
Где
Фу чика
этой
красой
соблазняли
(Сперва,
мол,
он
сможет
пейзажем
упиться,
Потом
же,
разнежась,
все
выдать
убийце),
Где
он
свою
Прагу
всем
сердцем
увидел,
Где
выстоял
он
и
не
предал,
не
выдал,
Где
он
укрепил
свою
силу-отвагу...
Вот
здесь
мы,
друзья,
и
увидели
Прагу!
80


Б ездо нное
авиационное
не бо,
Г уд ящее
утром,
гудя щ ее
днем,
Гу дящ ее
ночью.
Раскатистый
гро м
Ср едь
ясного
неба.
Как
это
нелепо!
Как
это
прекрасно!
Устойчивый
шум
Заполнил
просторы
небесного'
свода.
И
к
этому
гуду
привыкла
природа,
Как
он
ни
огромен,
как
он
ни
угрюм,
Как
он
ни
т орже с твене н.
Р окот
моторов
Сливается
с
г улом
бескрайних
просторов.
И
нет
уже
света
не бес
для
ме ня
Без
эт ого
гула,
без
этог о
г уда
Без
э того
обыкновенного
ч уда
С редь
ноч и
кромешной,
средь
ясного
дня.
Людям
отдайте
строчки,
О деж ду,
обувь,
тетрадки,—
Только
сейчас,
без
отсрочки,
Только
теперь,
без
оглядки.
Типы,
харак теры ,
су дьбы ,
Рожденья,
скитанья,
сва дьбы...
Тольк о
не
отт олкн уть
бы!
Тольк о
не
оплошать
бы!
Надо
вершить
толково,
Надо
вершить
умело
Скорую
помощь
слова,
Скор ую
помощь
дела.
6 МоскваNo t


Вл.
Лидин
РАССКАЗЫ
ЯСЕНЬ
Иван
Елизарович
взя л
корзиночку,
поставил
в
нее
четыре
пу стых
бутылки
из- под
молока
и
перешел
ч ерез
улицу
в
м олочн ую.
Продав­
щица
Туся,
зн авш ая
с тар ого
художника,
обычно
приходившего
скромно
купить
сырок
на
ужин,
спросила
бой ко:
—
Или
внуком
обзавелись?
—
Вроде
этого,—
ответил
Иван
Елизарович,—
и
даже
не
одним,
а
дв умя
сразу
—
мальчиком
и
девочкой.
—
Подумайте!
—
отозвалась
Тус я
чуть
озадаченно.—
Или
бл изнецы ?
—
Почти.
Иван
Елизарович
мог
бы,
наверно,
да вно
уйти
на
п енсию,
но
он
ра­
ботал,
притом
много
работал,
и
ед ва
наступала
весна,
уезжал
ку да -то
с
большим
пло ски м
ящиком,
вис евш им
у
нег о
через
плечо,
а
под
мы шкой
были
складной
стульчик
и
зонт,
похожий
на
те
зонты,
которые
лет ом
у стан ав лив ают
в
кафе
на
улицах.
Ив ан
Елизарович
был
высокий,
со
ще­
ти ной
подстриженной
бородки,
и
глаза
у
него
бы ли
и
до
сих
пор
зоркие
и
ничего
не
упускавшие.
Ка к-то
он
дал
Тусе
билет
на
выставку,
и
она
пош ла
посмотреть
его
картины:
на
одной
бы ло
по ле
с
цв ета ми,
на
другой
—
глубокая
го луб ая
да ль
под
облаками,
и
Туся
увидела
то,
чего
всегда
так
не
хв атало
ей:
она
родилась
в
городе,
знала
ли шь
свою
ши рок ую,
в
деревьях,
улицу
Заморенова,
по
ко то рой
б егала
в
школу,
а
облаков
в
Москве
почти
не
видишь,
ну жно
запрокинуть
голову,
чтоб ы
ув и деть
их...
—
Я
и
не
знала,
что
вы
можете
так
п ере д ать,—
сказала
она
почти­
тельно,
когда
Иван
Елизарович
снов а
зашел
в
молочную.—
На
ваши
картины
посмотришь
—
прямо
за
город
за хоче тся .
82


—
Ничего
особенного
на
этот
раз
я
не
выс та ви л,—
ответил
он
мор­
щась.—
Два-три
этюдика,
и
только.
Он
б ыл,
видимо,
недоволен,
что
ма ло
поработал,
или
художники
всегда
недовольны
собой,
всегда
им
кажется,
что
м огли
бы
сделать
л учше.
И
жил
Ив ан
Елизарович
ка к-то
скудно,
не
п отом у,
од нак о,
что
был
стеснен
в
средствах,
а
приучал
себя
к
некоторой
скудости,
приучал
себя
до вол ьст воват ьс я
малым,
в
себе
же
самом
он
жил
ши ро ко,
и
даже
для
многих
других
хв ат ало
его
бог атс тв а.
—
В
самом
деле,
Ив ан
Елизарович,—
внуки?
—
переспросила
Туся.
—
Чег о
же
удивляться...
у
ме ня
их
множество,—
ответил
он
зага­
дочно.—
Полный
дом
мо их
вну к ов.
Вед ь
я
уже
так
давно
живу
на
свете.
Туся
вз яла
у
него
пустые
бутылки,
сменила
их
на
полные
и
задумчиво
посмотрела
сквозь
окн о,
как
он,
еще
н ичуть
не
согнутый
вр емен ем,
пер е­
ход ит
улицу.
Дом,
в
ко торо м
жил
Иван
Елизарович,
был
четырехэтажный,
лифта
не
построили,
и
все
труднее
становилось
подниматься
на
четвертый
этаж,
все
к руче
становилась
лестница,
и
Туся,
хот ь
и
сомневаясь,
дум ала
о
том ,
что
т еперь
у
И вана
Елизаровича
вн уки
и,
зн ачи т,
забот
прибавилось.
Туся
родилась
на
улице
З амо рено ва,
в
самом
ее
конце,
где
уже
на­
чинались
вла де ния
Трехгорки,
ма ть
бы ла
ткачихой,
а
Тус я
после
оконча­
ния
семи
кл ассо в
пошла
в
школу
торгового
у ч еничест ва
и
стал а
работать
продавцом
—
снач ал а
в
магазине
«Бакалея», а когда открыли новую
м олочн ую,
светлую
и
выложенную
белыми
к афе лями,
перешла
работать
сюда
и
теперь
уже
зн ала
многих,
кто
приходил
за
молоком,
или
за
чай­
ным
сырком,
или
за
кеф ир ом
и
ряже нкой .. .
Она
хорошо
понимала,
что
не
так-то
легко
ходить
за
продуктами,
и
всегда
жалела
старых
людей,
которым
особенно
трудно
эт о,
но
И ван
Е лиза ро вич
к а зался
еще
совсем
не
ста рым ,
он
д ерж ался
прямо,
и
г лаза
у
нег о
б ыли
зо р кие,
всё
виде л и:
и
об лак а,
и
каждый
цветочек
в
по ле,
и
дали,
розовые
на
за кате,
словно
где-то
горит
костер.
Иван
Елизарович
ст ал
подниматься
с
корзиночкой,
в
которой
стояли
бутылки
с
молоком,
к
с ебе
на
четвертый
этаж,
но
по
дороге
по зво нил
в
о дну
из
квартир,
сказал
га ла нт н о: «Пожалуйста,
Ки р иллу
Ни колае­
вич у»,—
и
отдал
ко р зино чку
с
бутылками
открывшей
двер ь
моло дой
женщине.
—
Сп асибо ,
И ван
Елизарович,—
сказала
она.—
Просто
совестно
б ес­
пок оит ь
вас.
—
Нич его ,
как-нибудь,—
усмехнулся
он.—
Подумае шь ,
какое
дело
—
пошел
человек
покупать
себе,
поп утно
куп ил
и
для
ва с...
в се-т аки
мы
с
ва ми
не
леопарды,
а
лю ди,
Лиля.
Он
помахал
рук ой,
стал
подниматься
выше,
и
та,
которую
наз ы вал
он
Лилей,
услышала
вскоре
шаги
в
его
мастерской.
На
лестнице
всег да
пахло
немного
скипидаром
и
свежим
деревом
подрамников,
которые
Иван
Елиза ро вич
сам
мастерил,
сам
натягивал
на
них
холст
и
грунтовал
ег о.
Ли ле
казалось
снач ала,
что
по
стариковской
привыч к е
или
от
чуд а­
чества
изготовляет
он
сам
подрамники
и
грунтует
холс т,
а
потом
она
узнала,
что
художники,
которые
любят
св ое
искусство,
предпочитают
дел ать
все
сами,
особенно
г рунт ова ть
холст,
а
еще
лучше
написать
сн а­
чала
на
нем
что-нибудь,
а
потом
начисто
стер еть
краски
мастихином,
и
тогда
грунт
становится
з е рка льным
и
словно
сам
притягивает
к
с ебе
к исти.. .
Ив ан
Елизарович
жил
в
э том
доме
уже
свыше
сорока
лет,
целую
жизнь,
если
задуматься,
он
был
еще
вх у темас ов цем,
когда
оте ц,
старый
этнограф
и
антрополог,
Елизар
Елисеевич
Кирпи к ов,
поселился
здесь ,
и
в
ту
пору
они
жили
втроем
—
от ец
с
матерью
и
он,
Ван я
К ирпик ов.
Отец
был
учеником
Анучина,
пи сал
в
св ое
время
статьи
для
журн ала
83


«Землеведение», любил природу,
научил
и
с ына
любить
ее
и
радовался
его
ученическим-
пейзажам.
В
первый
же
г од,
когда
переехали
сюда,
Елизар
Елисеевич
вместе
с
другими
жиль цами
пос ад ил
во
дворе
де­
ре вья—
молодые
лип ки
из
п ито м ника,
а
под
своим
балконом—далеко
внизу
—
посадил
саженец
ясен я,
любимого
им
дер ев а,
и
ясень
стал-расти,
и
вс е,
что
случилось
в
их
доме
за
сорок
два
года,
все
события,
радости
и
горести
в
ж изни
тех ,
под
окнами
которых
рос,—
зна л
и
помнил
и
мог
р ассказ ат ь
этот
яс е нь...
На
книге
«Воды и суши», которую Дмитрий Николаевич Анучин по­
дарил
отцу,
был а
авторская
над пись: «Без воды нет жизни на суше,
как
нет
ее
и
без
добрых
дел».
Книга
всегда
лежала
у
отца
на
столе,
и
п ока
бы ли
ж ивы
от ец
и
мать,
они
строго
делали
все
по
этой
на дпис и,
и
не
б ыло
ни
одного
доброго
дел а,
от
которого
они
уклонились
бы...
А
потом
оте ц
умер,
умерла
и
мать,
и
он,
Иван
Елизарович,
стал
из
молодого
•вхутемасовца сначала подающим надежды художником,
а
там
и
ис пы­
танным
художником,
начал
преподавать
в
институте,
п олу чил
звание
профессора,
и
вот
уже
немало
бывших
его
учеников
выставляют
свои
работы
на
выставках.
Но
все
это
только
в неш няя
сторона
его
жизни,
е сть
еще
и
вн у тр енняя,
и
сколько
лет
ни
прошло,
не ред ко
по-прежнему
портит
он
холс т,
с
доса­
дой
соскабливает
написанное,
всегда
хоче тс я
написать
что-нибудь
по­
лучше,
да
и
сейчас
не
пер е стаешь
надеяться
на
это...
Буты л ки
с
молоком,
которые
принес
Ив ан
Елизарович,
Лиля
поста­
вила
в
холодильник,
потом
подошла
к
шир ме
и
осторожно
заг лян ула
за
нее:
Кир ик
спал,
она
постояла
и
послушала,
как
он
спит ,
и
что-то
на­
беж ало
на
миг,
но
она
да же
не
захотела’задуматься,
что
именно
набе­
жало,
только
ресницы
стали
мокрыми,
и
Лиля
сама
об м анула
себя,
не
вытерев
их,
а
лишь
поморгав
ими...
Кирик
спал,
ему
б ыло
полтора
года,
и
значит
—
уже
больше
полутора
ле т,
как
крут о,
и
гор ько,
и
несправед­
л иво
изменилась
ее
жизнь.
Во зле
рамки
с
портретом
матери
на
пианино
с тояла
вазочка
с
веткой
мимозы...
наверно,
из
Сочи
или
Сухуми
приле­
тел а
на
са мо лете
эта
ветка.
В
комнате
матери
теперь,
после
ее
смерти,
ж ила
подруга
—Люда
Се-
веринова,
она
зн ала
всю
ее,
Лили,
судьбу
и
все
пережила
вместе
с
нею;
а
Кирик
после
тог о,
как
ушел
его
отец,
ста л
как
бы
их
общим
сыном,
и
первой
бы ла
именно
он а,
Лю да,
ко му
д ала
прочесть
Лиля
последнее
письмо
Юрия ,
присланное
из
Симферополя:
«Не упрекни меня в малодушии,
что
я
не
ск азал
тебе
все
сра зу,—
писа л
Юрий.—
Но
в
письме
легче
высказать,
а
в
разговоре
ск ажеш ь
иногда
не
то
и
не
так. ..
впрочем,
ты
сама
понимаешь
это.
Я
отношусь
к
тебе
сердечно,
но
то,
что
называется
лю бов ью,
узнал
только
теперь,
и
поверь,
что
это
не
прос то
увл еч ение.
Раз ум еет ся,
если
возникнут
какие-
либо
обязательства
в
отношении
тебя,
то
я
их
вы полн ю ...
но
сердцу,
ты
сама
понимаешь
эт о,
не
прикажешь».
Юрий
писал
так,
словно
они
не
бы ли
женаты
почти
три
года
и
словно
и
не
знает,
что
она
жде т
ребенка.
Однако
в
письме
б ыло
скользящее
между
строк,
что
—
случись
что-нибудь
—
лу чше
ей,
Ли ле,
проявить
бла­
горазумие.
Кирик
родился
тогда,
когда
его
оте ц
был
уже
дал еко
в
с то­
роне,
и
Ли ля
вписала
сы на
в
свой
паспо рт ;
а
год
спустя,
когда
для
ра з­
вод а
все
б ыло
оформлено,
они
с
Юрием
встретились
в
народном
суде,
и
по ка
в
з але
разбиралось
чье-то
дело,
сидели
на
скамейке
в
коридоре.
—
Все-таки
я
не
подлец
какой-нибудь,
не
дума й, —
сказал
Юр ий.—
Я
ведь,
когда
уезжал
со
съемочной
груп пой
в
Крым,
ничего
не
зн ал
и
ты
мне
ни
о
чем
не
сказала
прямо.
—
А
если
бы
ск азала ?
—
спросила
Лиля.
—
Не
знаю,
что
и
ответить...
во
всяком
случае,
правила
обществен­
ного
п ов едения
мне
известны.
84


Владимир
Германович
Лид ин
принадлежит
к
стар­
шему
поколению
советских
писателей.
Основные
его
п роиз ве­
де ния
—
«Норд»,
«Идут ко ­
р абл и»,
«Пути
и
версты»,
«Могила
неизвестного
сол­
дата »,
«Великий,
или
Ти­
хий », «Изгнание», «Ночные
п оез да», «Люди и встречи»,
«Дорога журавлей», «Друзья
мои
—
кни г и», «Сердца сво­
его
те нь».
В
нашем
журнале
публи­
ковались
отр ывки
из
книги
В.
Г.
Лидин а
«Люди и встре­
чи»
и
циклы
рассказов.
—
Значит,
ты
все
ра вно
ушел
бы,
даже
если
бы
я
тебе
и
сказала,
что
жду
ребенка?
—
спросила
Лил я
напрямик.
Юри й
в
Крыму'
загорел,
шли
съемки
фильма,
в
котором
он
играл
главную
роль,
по
роли
ему
пола га лис ь
усы,
и
он
отпустил
усы,
дел авшие
его
хлыщеватым,
да
и
с иний
плащ
«болонья»
хлыщевато
шуршал
на
нем ;
он
бы л,
кон еч но,
красив,
Юрий,
но
какой-то
совсем
далекой,
скорее
от та лкива ю щей
кра­
сотой,
и
Лиля
искал а
в
себе
не
чув ств о,
к ото­
рого
уже
не
бы ло,
а
сожаление,
но
и
сожале­
ния
не
б ыло.. .
не
бы ло
н ичего,
кроме
ее
испор­
ченной
жизни ,
Кирика,
вп исанн ог о
в
ее
паспор т ,
и
такой
печали
от
всего,
такой
пе­
чали.
На
суде
они
оба
с
равнодушием
дру г
к
друг у
з аяви ли,
что
у
них
нет
ничего
общего,
у
каждого
давно
св оя
жизнь,
и
женщина-
судья,
повид авша я
немало
эти х
битых
семей­
ных
чаш ек,
и
не
пыталась
уговорить
склеить,
только
напомнила
Юри ю
об
его
обязатель­
ств ах.
—
Вот
и
все,—
сказала
Лиля,
в ер нув шись
домой,
где
ее
жд ала
Люда.—
Просто
и
быстро,
как
будто
и
не
б ыло.
А
Кирик
с
его
судьбой
—
это
только
ее,
и
ничего
ей
от
этого
несу щест в у ющего
о тца
не
надо,
пусть
снимается
в
фильме,
играет,
на­
верно,
положительного
героя,
и
усы
придают
его
лицу
обольстительное
мужество.
После
окончания
консерватории
по
скрипичному
классу
Ли ля
пос ту­
пила
в
оркестр
Радиокомитета,
а
Люду
после
окон чан ия
Гитиса
пр иня ли
в
тр уппу
драматического
теа тра,
они
жи ли
т еперь
вместе,
а
Кирик
был
как-бы
общий
их
сын.
У
Лю ды
т оже
что-то
не
сло жи лос ь,
но,
к
счастью,
в
самом
начале:
кончавший
вместе
с
ней
инс тит ут
осетин
Ас аев
уехал
к
себе
на
род и ну,
должен
был
вернуться
в
Москву,
потом
написал
уклон­
чиво,
что
принят
в
труппу
государственного
т еатр а,
зан ят
в
шек спи ров ­
с ком
спектакле;
а
некоторое
вре мя
спустя
уже
прямо
написал,
что
роди­
те ли
против
его
женитьбы,
считают,
что
он
еще
не
устроен
в
жизни
и
ну жно
по вр еменит ь
с
этим.
Люда
по н яла,
что
Асае в
затер ялся
в
шек­
спировских
далях,
может
быть,
н ашел
бо лее
бли зку ю
ему
по
душе
осе­
тинку,
и
все
к
лучшему,
ес ли
так .
Они
обе
—
Лиля
и
Люда
—
знали
д руг
о
дружке
все
и
жили
теперь
как
две
сестры.
Рядом
с
портретом
Лилиной
матер и
стоял
на
пиа нино
н
портрет
отца,
но
отц а
Л иля
зна ла
ли шь
по
рассказам
матери,
она
не
помнила
ег о,
не
могла
помнить
и
то
темное
и
страшное,
что
п ри несла
его
судьба
в
их
жизнь,
зн ала
лишь,
что
мать
осталась
вдвоем
с
ней,
когда
ей
б ыло
всего
полтора
года,
сколько
сейчас
и
Кир и ку,
но
отец
никуда
не
ушел
от
н их,
его
просто
не
стало
в
одну
ночь.
Отец
на
фотографии
был
в
форме
ко мди ва,
с
ромбом
в
петлицах,
с
си льным ,
решительным
лицом,
он
сражался
с
басмачами
в
Ср едней
Аз ии
где-то
возле
Кушки
на
афган­
ско й
границе,
приехал
оттуда
с
двумя
орденами
Боевого
Красного
Зна­
ме ни,
и
мать
гордилась
им.
А
потом
в
одну
ночь
о тца
не
стало,
и
только,
когда
Лиля
выросла
и
кончила
школу,
мат ь
рассказала
ей
обо
всем,
рас­
сказала
и
о
то м,
что
оте ц
предчувствовал
свою
судьбу
и
готовился
к
ней.
Так
темно,
так
печально
пошла
их
жизнь
потом ,
мать
преподавала
в
дет­
ско й
му зыка льн ой
школе,
а
родом
они
с
отц ом
б ыли
из
одного
села,
85


зна ли
друг
друга
детьми,
у чилис ь
в
од ной
школе
и
полюбили
друг
д руга
еще
в
школе,
а
п отом
они
поженились,
и
оте ц
у вез
ее
в
Москву,
где
учился
в
кавалерийском
училище.
Квар тир у
отц у
дали,
когда
он
вер­
ну лся
из
Средней
Азии,
и
в
этой
квар тир е
родилась
она,
Лил я,
родился
и
Кири к
в
ней,
а
отца
уже
да вно
не
было,
не
б ыло
и
матери,
не
было
и
Юр ия. ..
сейчас
в
Кр ыму
весна,
и
море,
навер н о,
скоро
стан ет
совсем
теплым.
Лиля
прошла
в
кухню,
поставила
на
п литу
кастрюлечку,
чтобы
сва­
рит ь
ма нную
кашку
для
Кирика.
Б ыло
уже
почти
десять
часов,
а
в
один­
надцать
н ач алась
музыкальная
передача
и
нужно
б ыло
поспеть
в
радио­
студ ию .
Во да
вскоре
закип ел а,
Лиля
ста ла
помешивать
кашку
и
время
от
времени
пробовать
ее,
достаточно
ли
ра звар илас ь
крупа.
А
Кирик
спал,
у
нег о
бы ли
свои
положенные
ч асы,
в
хорошую
погоду
он
спал
во
дворе
в
к о лясо чке,
и
приходилось
сидеть
рядом;
иног да
—
когда
бывала
свободна
—
сидела
и
Люда,
а
иног да
И ван
Ел изар ович
выходил
во
двор
почитать
га зету ,
го во рил: «Музицируйте себе спокойно,
Лилечка...
я
с
Кир ик ом
пос ижу ,
ему
т оже
интересно
послушать,
что
дел ает ся
на
свете».
К ак-то ,
когда
Лил я
зап озд ала,
а
де нь
выдался
свежий,
Иван
Ели­
зарович
не
дож дался
ее
воз вра щения
и
отнес
Кирика
к
себ е
на
четвер­
тый
э таж,
а
колясочку
оставил
в
подъезде.
Кирик
поспал
на
воздухе,
теперь
хотел
есть,
и
Иван
Елиза ро вич
не
оче нь
у вер енно
мелко
нарезал
для
нег о
яблоко,
посыпал
сахаром,
ио
Кирик
морщился,
зажи м ал
лож ку
деснами,
Иван
Елизарович
выговаривал
ему: «А если тебя на какой-
нибудь
прием
пригласят,
тоже
будешь
так
ес ть?» —
ловко
поворачивал
ложечку
ребром
во
рту
К ири ка,
и
тот
в се-т аки
принялся
за
яблоко.
Ив ан
Елизарович
понимал,
как
трудно
Лиле,
он
помнил
ее
мать,
Анну
Ксено-
фонтовну,
и
зна л
горечь
ее
жизни.
А
Лил я
в
ту
п ору
была
совсем
кро хот­
ной
девчушкой,
по том
стала
аккуратной
школьницей,
а
тепер ь
она
уже .
молодая
мать,
и
ее
сын
л ежит
сейч ас
у
н его
на
диване.
—
Извин ите
ме ня,
Иван
Елизарович,—
сказала
Лиля
запы хав ­
шис ь,—
за держ али
на
репетиции.
Так
мне
совестно
пер ед
вами!
—
А
ес ли
бы
я
был
дед?
—
спр ос ил
он.— Могло
в едь
случиться,
что
я
был
бы
дедо м
вашему
Кирику?
Ах,
Лиля,
Лиля!
Ли ля
ничего
не
ответила,
только
как -то
за мо рг ала,
и
ему
было
жа ль
ее.
Ли ля
в зяла
с ына
и
унесла
ег о,
а
Иван
Е лиза ров ич
в ыс ыпал
на
ба л­
кон
н едо еденн ые
кусочки
ябло к а,
и
на
ба лко не
скоро
затрещали
во роб ьи.
Для
весенней
выставки
Иван
Е лизар ович
г от овил
картину
«Вид из
ок на
ма стер с ко й», он хотел вложить в этот вид все то,
что
пережито
им,
старым
художником,
в
своей
мастерской,
всю
долгую
жизнь
с
ее
думами,
надежд ами
и
невзгодами:
эт о,
конечно,
пойме т
не
каждый,
но
тот,
кто
знает
законы
искусства
и
мысли
художника,
и
то,
что
художник
хочет
выразить
своим
настроением,—
тот
поймет...
Ясень,
когда-то
маленький
саженец,
давно
дотянулся
до
балкона
его
мастерской
на
четвертом
эт аже,
это
бы ло
уже
старое,
силь но е
дерево,
и
его
ветви,
когда
по кр ыва­
лись
листьями,
все
более
заслоняли
свет,
но
это
б ыло
похоже
на
тень
под
ар кадами,
как
на
картинах
Сильвестра
Щедрина,
похоже
на
тень
от
п обе гов
вьющегося
винограда.
Ясень
бросал
живую
те нь
и
в
мастерскую,
и
нужно
б ыло
передать
трепет
его
листвы,
передать
так,
чтобы
по
отра­
же нной
те ни
на
п олу
почувствовать,
как
ясе нь
р аск ачи вается
и
шевелит
ветк ам и.
Ясень
тогда
дотянулся
только
до
второго
этажа,
его
верхушка
чуть
шумела
и
р аскач ива ла сь
вниз у,
а
в
то
июньское
ут ро
она
была
почти
неподвижна,
ут ро
б ыло
совсем
теплое,
не
остывшее
за
но чь,
и
де нь
о бе­
щал
быть
жарк им ,—
он
дотянулся
тогда
ли шь
до
вт орог о
этажа,
ясень,
когда
сын
Михаил
в збеж ал
по
лестнице,
крикнул
на
ходу:«Папа,
включи
радио!
—
и
И ван
Е лиза р ович
удивленно
посмотрел
на
него.—
Папа,
86


вк лючи
радио,—
повт ор ил
Мих а ил,
но
уже
совсем
тихо,—
война!»
И
Иван
Елизарович
вкл ючил
радио,
и
они
втроем
—
он
с
женой
и
сын
—
слушали
радио
в
хо лод ной
пустынности
тепл о го
июньского
ут ра.
Это
б ыло
так
давно
и
совсем
недавно,
сто
лет
назад
и
только
вчера,
и
вот
уже
двадцать
два
года,
как
нет
Михаила
на
свете,
а
т еперь
ему
б ыло
бы
всего
сорок
два
года,
зр елос ть
и
полнота
жизни,
расцвет
жиз ни,
а
ес ли
бы
он
с тал
художником,
или
писателем,
или
учен ым
—
расцвет
зрелого
творчества...
Ив ан
Елизарович
скры л
от
жены
содержание
той
бумаги,
которую
п олу чил
когда-то,
бумага
на зы вал ась
стр ашн ым
с ло­
вом
«похоронная», и сказал жене,
что
Михаил,
видимо ,
попал
в
пл ен
и
до
конца
в ойны
нечего
рассчитывать
узнать
о
нем
чт о-ли бо.
Ж ена
уме рла ,
не
до жд авш ись
ко нца
войны,
а
з нач ит,
и
вести
о
сы не,
к ото рый
мог
г де-ни будь
томиться.
Ив ан
Елизарович
поехал
пос ле
войны
в
те
места,
где
был
убит
сын,
но
могила
бы ла
общая,
и
оставалось
только
предположить,
что
Михаил
лежи т
именно
в
ней.
За
моги лой
уха­
жива ли
школьники
сельской
шк олы,
орг анизо ва ли
музе й
боевой
славы,
и
Иван
Елизарович,
вер ну вш ись
в
Москву,
послал
для
музея
несколько
своих
военных
зарисовок
и
пей заж
хмурой
пр едзим н ей
Москвы
с
повис­
шими
над
ней
телами
привязанных
аэростатов.
Лил я
никогда
не
вид ела
Михаила,
и
никто
из
тех,
кто
вырос
за
д ва­
дцать
два
года
в
доме,
не
зн ал
его,
они
был и
тогда
еще
маленькими
детьми
и,
н авер но,
им
казалось
теперь,
что
он,
Иван
Елизарович,
так
всегда
и
жил
оди н,
бобылем,
писал
свои
картины,
весной
с
бо льши м
зон­
том
и
плоским
ящиком
с
краскам и
уез жал
писать
этюды,
и
его
считали
немножко
чудаком,
стар о го
художника
с
его
привычками
и
причудами.
Зимой
Иван
Елизарович
нос ил
м ехов ую
шапку
клобуком,
а
летом
—
берет,
но
широкий,
так
что
оди н
его
к рай
св иса л.
Это
был
оче нь
старый
берет,
И ван
Елизарович
привез
его
из
Испании,
где
баски
носили
именно
такие
береты,
прив ез
из
Бретани
и
рыбацкую
синю ю
робу
из
холста
почти
пар усн ой
твердости,
и
когда
надевал
робу
и
берет,
становился
по­
хож
на
художника
времен
Возрождения,
с
зорким
взгляд ом
молодых
гл аз,
седой
бородкой
и
выпушкой
седых
волос
из-по д
б ер ета,
и
ни
один
московский
вернисаж
нельзя
было
представить
себе
без
И вана
Елиза­
ровича,
но
на
вернисажи
он
надевал
длин ны й
коричневый
пид жак ,
какие
уже
никто
не
носит...
У би рать
мастерскую
Ив ана
Елизаровича
приходила
Катя
Еремеева,
жившая
в
том
же
доме,
но
в
полуподвальном
этаже.
Катя
двенадцат ь
лет
назад
приехала
из
дер ев ни,
ей
б ыло
тогда
шестнадцать
лет
и
она
боялась
из- за
автомашин
переходить
у лицу.
Катя
бы ла
курн осен ькая,
смышленая
и
душевная,
в
доме
она
сн ач ала
ра бота ла
д во рнич ихой,
зи­
мой
убирала
снег
и
соскребала
лед
на
тротуаре,
п отом
ее
перев ели
рабо­
тать
в
домоуправление,
и
она
помогала
уп рав дому,
п опут но
начала
учиться,
окончила
школу
рабочей
молодежи,
поступила
на
курс ы
стено­
графии
и
тепер ь
уже
работала
и
стенографисткой;
но
Ивана
Е ли заро­
вича
она
не
оставила,
приходила
убирать
его
мастерскую,
и
когда
в
фартуке,
в
карманчик
которого
за с унута
бы ла
пыльная
тряпка,
и
в
ко­
сыночке
расхаживала
в
его
мастерской,
Ив ан
Елизарович
наблюдал
за
пей
издали,
го во рил: «Великий Овидий в наше время,
наверно,
заново
нап и сал
бы
свои
«Метаморфозы» .
Но
Катя
привыкла,
что
И ван
Елиза­
рович
г ов орит
с
ней
всегда
в озвы шен но
и
непонятно,
от ве чал а: «Ладно
уж...
нечего
для
ме ня
слова
придумывать»,
вынимала
из
карманчика
фартука
пы ль ную
тряпку
и
наводила
порядок
в
его
мастерской.
Иван
Ели за рови ч
сидел
в
углу
д ивана,
смотрел
на
нее
и
размышлял
вслух
с
самим
собой:
—
Мет ам орфозы
не
в
том ,
Ка тя,
что
вы
из
деревенской
девочки
ст али
стенографисткой,
записываете
речи
в
тетрадки
и
от
вас
никуда
не
уйти
оратору...
м етам орфозы
не
в
этом.
Они
совсем
в
другом.
87


—
В
чем
же?—поинтересовалась
Катя,
не
приз нава ясь ,
что
не
оче н ь-то
твердо
знает
значение
этого
слова.
—
В
духе,—
ответил
И ван
Ели зар ови ч
значительно.—
В
том,
как
вы рос
ваш
дух .
На
посиделки
с
гармошкой
вас
сейчас
вря д
ли
заманишь,
вам
нужны
театры
и
концерты,
вам
подавай
что-нибудь
вро де
«Гамлета».
К атя
только
н едав но
смотрела
в
ки но
«Гамлета»
и
по диви лас ь,
что
Ивану
Елиза ро вич у
известно
это.
—
А
откуда
вы
зн аете,
что
я
была
в
кино
на
«Гамлете»? —
спросила
она.—
Просто
нику да
от
вас
не
скр оеш ься .
—
Конечно,
не
скроешься,—
подтвердил
он
не
то
груст но ,
не
то
иро­
нически.—
Я
столько
в
своей
ж изни
написал
кар тин ,
и
этюдов,
и
всего
па
свете,
что
от
меня
нику да
не
скроешься.
Ка тя
не
поняла
ег о:
наверно,
он
хоте л
сказа ть ,
что
пр ивык
широк о
и
д алеко
видеть
мир ,
и
он
д ейс твите ль но
видел
широко
и
да лек о,
судя
по
его
картинам.
—
Я
неда вн о
в
Третьяковке
на
ваши
«Вербы»
смотрела,—
с ка зала
Катя.—
Как
подметили,
Ив ан
Елизарович,
просто
потрогать
каждую
се­
реж ку
хоч ет ся.
Но
К атя
всегда
была
сдер жанна,
даже
ес ли
хотела
сказать
что-ни­
будь
приятное
человеку,
и
всегда
чуть
под сме ивал а сь
над
ним,
Иваном
Елизаровичем,
но
лю бо вно,
и
он
по ним ал
это
и
даже
поощрял
на
острое
с лов цо.
—
Что
такое
дом,
в
кот ором
жи вешь ?
—
продолжал
он
размышлять
вслух.—
Четыре
стены,
да
ок на
в
них,
да
еще
перегородки
и
двери...
и
что
такое
вообще
жизнь
обычных
людей,
их
скромная
би ог раф ия?
Однако
без
их
биографий
нет
ни
истории,
ни
жизни
общества,
и
есл и
зад умат ь ся
над
этим ,
то
и
ва ша,
Катя,
казалось
бы,
неприметная
судьба
становится
биографией
времени,
без
вашей
судьбы
времени
э того
не
поймешь
и
не
оценишь.
И ван
Елизарович
го во рил
о
то м,
о
чем
ч асто
думал
наед ине:
судьбы
людей,
живущих
в
одн ом
доме
с
ним,
прошл и
цепью
своих
у дач
или
не­
удач,
радостей
или
горестей,
рождались
дети,
уходили
стар ики ,
и
вн уки
уже
не
пом ни ли
своих
бабушек,
которые
часа ми
сидели
во
дворе
возле
их
колясочек,
внуки
были
уже
сам и
отцами,
и,
проходя
как-то
по
двору,
Иван
Елизарович
остановился
вдруг,
минуту
вспо м инал ,
кто
эт от
моло­
дой
человек,
который
катает
дет ску ю
колясочку,
и
понял
наконец,
что
это
Ко ля
Устинов,
с
ко торы м
когда-то
он
ездил
на
пт ичий
рынок
поку­
пать
ему
в
подарок
щегла.
—
Винов а т,
разрешите
узнать,
кого
вы
изволите
катать
в
коля­
сочк е?
—
осведомился
тогда
Ив ан
Елизарович
учтив о.
—
Моя
дочка,—
ск азал
Ко ля
Устинов.—
Маечка...
Ив ан
Ели за рови ч
заглянул
под
п олог
колясочки,
посмотрел
на
к ро­
хотное
личико
синеглазой
девочки,
про из нес
то ль к о : «Понятно», но было
совсем
не понят но,
когда
Коля
Усти но в
успел
вы раст и
и
стать
отцо м,
и
удал яя сь,
Ива н
Ели за рови ч
услышал
отцовский
негодующий
голос
Кол и : «Да будешь ты когда-н иб у дь
с па ть !», Коля уже тащил семейную
те лежк у.
Иногда
в ес ной,
когда
становилось
тепло,
во
дворе
по явл ялось
вдр уг
несколько
де во чек
и
мальчиков,
одн и
—
только
научились
хо ди ть,
другие
—
первый
год
пошли
в
шк олу,
и
все
это
бы ли
де ти
тех ,
кого
И ван
Елизарович
знал
детьми,
это
был
круговорот
времени,
чудесное
его
в ра­
щение,
и
не
хотелось
дум ать,
что
стареешь
и
г оды
уходят
постепенно
из-под
тво их
ног...
Катя,
убрав
мастерскую,
сн има ла
с
себя
фа ртуч ек
и
сно ва
станови­
л ась
стенографисткой,
ее
стали
пригла шат ь
по
временам
в
Дом
кино
записывать
в ыст уп ления
кинорежиссеров,
и
Ка тя
уже
з нала
многих
из
ни х,
особенно
ей
нравился
кинорежиссер
Кармен,
б есст р ашный
и
побы­
88


вав ший
всюду
—
и
на
войне,
и
на
Кубе,
и
она
всегда
немного
вол но ва­
лась,
записывая
его
выст у пл ения.
Однажды
летом
она
п ое хала
к
бабушке
в
деревню
в
Калужскую
об­
ласть.
Бабушка
бы ла
уже
совсем
старенькая,
и
К атя
знала,
что
видит
ее,
должно
быть,
в
последний
ра з.
Баб уш ка
см отрел а
на
Катю,
вытирала
слезы
—
совсем
другой
стала
Катя,
словно
ее
под ме нили,
только
сердеч­
ность
ее
о ст алась
прежняя.
—
Ты
чем
занимаешься-то?
—
спросила
бабушка.
—
Записываю,
что
люд и
говор ят,—
сказала
Ка тя.—
Иногда
нужно
записать,
что
говорят
на
собрании
или
на
заседании,
я
прихожу
и
запи­
сываю.
—
А
зачем ?
—
спросила
бабушка.
—
Чтобы
сохранилось,—
ответила
Кат я
неуверенно,
но
подумала
при
этом,
что
не
одна
ее
стенограмма
хранится
г де-ни бу дь
в
архиве,
по­
хороненная
на
вечные
времена,
и
есть
ораторы,
которых
легко
з апис ы­
ват ь,
а
есть
такие,
которые
больше
чихают
и
смо р ка ются
или
пью т
воду,
чем
говорят...
Катя
сидела
в
до ме
бабушки,
где
выросла,
но
д етств о
казало сь
те­
пе рь
так
дал еко
уне с енным,
что
и
не
верилось,
будто
она
жила
здесь
когда-то,
пасла
гусе й
и
цыпки
на
шершавых
рук ах
всегда
бо ле ли.
А
ба­
бушке
казалось,
что
Ка тю
да вно
пог лот ил
город,
и
она
б оя лась
за
нее.
—
Ты
смотри
да
оглядывайся,—
сказала
она,—
шум у
в
городе
много
и
людей
разных
много...
не
очень-то
каж до му
верь.
—
А
я
ком у
не
нужно
—
не
верю,—
сказала
Катя.—
А
ко му
мо жно
верить
—
отч его
ему
не
поверить?
Она
подумала
в
эту
минуту
об
Иване
Елизаровиче,
и
о
маленькой,
старательной
секретарше
редакции
одного
журнала
—
Ма рии
Семеновне,
ж ившей
в
квартире
на
третьем
этаже,
и
о
Ню ре
Румянцевой,
которой
мин уло
пятнадцать
лет,
ко гда
Катя
поступила
дворничихой
в
д ом,
а
те­
п ерь
Нюр а
была
в
Мали,
где-то
в
Африке,
прислала
раз
с
ока зи ей
ей,
Кате,
шелковую
косыночку
с
изображением
голубых
рек
и
городов
Ма ли
и
надписями
по -а нгл ийс ки: «Бамако,
Нигер,
Тимбукту»...
Ка тя
думала
теперь,
что,
как
ей
казалось,
Ма ли
с
его
голубыми
реками
и
пальмовыми
рощами
где-то
на
краю
света,
и
судьба
Нюры
Румянцевой
ка залас ь
не­
постижимой,—
так,
навер н о,
казалась
бабушке
и
Москва,
и
то,
что
она,
Кат я,
научилась
за писы ва ть
целые
реч и
и
посылает
ей
каждый
месяц
пятнадцать
рублей,—
все
это
казал о сь
бабушке
непо ст ижи мы м.
Но
она
все-таки
боялась
за
Катю,
так
много
людей
вокруг,
которых
нужно
осте ­
регаться...
она
ничего
не
знала
о
доме,
в
котором
Катя
нашла
св ою
судьбу,
и
о
людях,
которые
помогали
ей
найти
св ою
судьбу,
и
Катя
рас­
сказала
ей
только,
что
по
старой
памяти
ходит
убирать
мастерскую
од­
н ого
художника,
кото рый
умеет
на
св оих
картинах
п еред ать
и
как
весной
тае т
сн ег
на
полях,
и
как
вербы
покрываются
первыми
пуш ист ыми
се­
режками.
Из
деревни
Кат я
вернулась
растревоженная
встречей
с
тем,
с
ч его
нач алась
ее
жизнь,
и
пе чал ьная
от
мысли,
чт о,
может
быть,
в
последний
раз
увидела
бабушку.
Она
пришла
убирать
м астер ску ю
И вана
Елиза­
ровича
с
заплаканными
глазами,
и
он,
прив ыкш ий
все
понимать,
только
посмотрел
на
нее
искоса,
снач ала
н ичего
не
спросил,
а
потом
спросил:
—
Ну,
что
такое
у
ва с,
Ка тя?
Она
п ом олчал а,
вытирая
п ыль,
но
сл езы
бежали
по
ее
щекам,
и
она
всхлипнула
и
сказала:
—
Бабушку
жалко.
Потом
она
рассказала,
что
бабушка
ст ала
совсем
старая
и
сл абень ­
кая
и,
коне чно,
боится
за
нее,
Катю,
боится
и
ее
стенографии.
—
Ясно,—
сказал
Ив ан
Елизарович
и
вдруг
показал
Ка те
свою
руку,
обращенную
к
ней
ладонью,
и
спросил:
89


—
Что
э то,
Катя?
Ру ка?
Ну,
и
полагайтесь
на
нее.
По ка
я
есмь,
пола­
гайтесь.
—
Я
и
так
полагаюсь,—
ответила
Катя,
снова
вс хлипну в,
и
она
вы­
тирала
пыль
и
тихо
пл ак ала,
а
Иван
Елизарович
сидел
в
углу
дивана,
дел ал
в ид,
что
чи тает
книг у,
и
Катя,
п огляд ыва я
по
временам
на
его
худ ую
д линну ю
руку,
ду мала
о
то м,
что
Ив ан
Елизарович
не
даст
ее
в
об иду...
он
был
как
отец,
а
на
мольберте
с тояла
его
на ч атая
ка рти на
«Вид из окна мастерской» .. .
Нюр а
Румянцева
окончила
пед аго гич еск ий
институт
инос т ра нных
языков,
говорила
по -англ ийск и
и
по-французски,
а
ее
отец,
Никита
Ва­
сильевич,
работал
столяром
на
мебельной
фабрике,
и
в
доме,
е сли
нужно
б ыло
починить
что-нибудь
из
мебели,
о бр ащали сь
к
Ник ите
Васильевичу,
и
он
чин ил,
но
де нег
не
брал
даже
с
домоуправления,
а
посмеиваясь
го во рил: «В общественном порядке» .
Ник иту
Васильевича
все
в
доме
л юбили
и
ува жали .
Он
был
мастеровит,
с
ловкими,
сп оры ми
ру к ами,
вежливый
и
уважительный,
но
в се-таки
образование
у
нег о
было
четы ­
рехклассное,
больше
в
сво ю
п ору
не
позволила
вытянуть
нужда,
а
Нюра
говорила
по-английски,
теперь
уехала
в
Ма ли,
а
до
этого
два
г ода
про­
вела
в
Индо нези и,
и
все
так
прос то,
будто
съездила
куда-нибудь
в
Ря­
з ань
или
погостила
в
Ленин град е
у
знакомых.
Ка тя
поехала
провожать
Нюр у
на
Шереметьевский
аэродром,
когда
та
у ле тала
в
Мал и.
Ка тя
впервые
была
на
аэ родром е,
воздух
над
ши­
рок им
п олем,
казалось,
дышал
з апах ами
все х
стран,
по
временам
г олос
объявлял
по
радио
посадку
на
тот
или
другой
самолет,
по дъез жал
ма­
л еньк ий
поез д
с
открытыми
вагончиками,
а
некоторое
время
спустя
в
стороне
слышался
густо й
нарастающий
гул...
Сам оле т
в
Мали
улетал
почти
в
п олночь ,
и
на
темном
п оле
низк о
горели
зеленые,
красные
и
жел­
тые
посадочные
фонари.
Че рез
полчаса
так
же
увезет
маленький
поезд
и
Нюру
ку да-то
в
конец
поля,
и
не
увидишь,
как
под ниме т ся
и
полетит
самол е т,
а
зав тра
Ню ра
бу дет
уже
в
Афр ике ,
и
Кате
казалось,
что
она
те ряет
Нюру
и
неизвестность
поглотит
ее.
—
В
четыре
ча са
дня
по
московскому
времени
буде м
уже
в
Ба­
мако,—
сказала
Н юра.—
Ты
к
па пе
заходи,
пожалуйста...
мама
на
лето
поедет
к
тете
в
деревню,
а
он
все
лето
бу дет
один,
отпуск
у
н его
только
осенью.
.
Ню ра
уже
поб ывал а
в
Ин до незии ,
теперь
на
очереди
Мали,
а
там
бу­
дут
и
другие
страны,
и
она ,
казалось,
не
вол новал ас ь,
что
впереди
до л­
гий
путь
по
воздуху.
—
Не
стр ашн о
л ететь ?
—
в се-т аки
спросила
Катя.
—
Теперь
это
как
в
поезде,—
ответила
Нюра,—
ничего
и
не
чувст­
вуешь.
Почитаешь
журнал,
поспишь,
потом
дадут
за втрак ать,
а
там,
смотришь,
уже
и
Афр ик а.
Нюра
улетела,
и
Ка тя
вернулась
домой
все
же
в
некотором
душев­
ном
смятении.
Дом
сл овно
опустел
без
Нюры,
в се-та ки
всегда
можно
бы ло
забежать
к
ней
на
минутку
или
хоть
увидеть,
как
Нюра
с
красной
плос­
кой
сумкой,
в
котор ой
ле жат
книг и
и
тетради,
ид ет
в
институт
или
во з­
вр ащается
из
института...
Никита
Васильевич
проводить
дочь
не
смог,
и
Катя
зашла
к
нему
на
другой
день,
когда
он
вернулся
с
работы,
и
рас­
сказала.
как
бы ло
на
аэродроме
и
как
Ню ра
улетела.
—
Сейчас,
наверно,
уже
на
месте,—
сказала
о на,
по г лядев
на
сво и
ручны е
часики.—
Сейчас
это
п рост о,
сел
и
полетел,
поспал
немного,
по ел
не мн ого
—
и
уже
на
мес те.
—
Буде м
надеяться,—
отозвался
Никита
Васил ь еви ч,
но
невесело,
Нюр а
у
него
и
ж ены
был а
одна,
других
детей
у
них
не
было.
—
Ты
в се-т аки
заходи
ино г да,
Кат я,—
попросил
он.-—Грустно
все-
таки.
90


—
Непр ем ен но
буду
за ходить,
Н икита
Васильевич,
как
заходила...
мне
то же
интересно
послушать,
что
Ню ра
н апи шет
из
Мали.
Письма
от
Ню ры,
однако,
долго
не
было,
а
потом
пр ишло
пи сьм о,
посланное,
видимо ,
с
о казией
и
брошенное
в
почт ов ый
ящик
в
Москве,
приш ло
письмо
и
для
Кати.
«Дорогая Катя,—
писала
Нюра,—
все
со бир алась
написать
тебе,
но
такая
масса
впечатлений,
что
не
зна ешь ,
с
чего
и
н ачат ь.
Город
очень
своеобразный,
много
пал ьм
и
банановых
деревьев,
и
народ
приветливый,
но
оче нь
бедный,
в едь
еще
совсем
не дав но
Мали
была
ко лон и ей»...
Ма рия
Семеновна,
к
которой
Кат я
поднялась
на
третий
эта ж,
ра бо­
тал а
секретарем
в
редакции
женского
журн ала ,
и
когда
что-нибудь
каса­
лось
судьбы
той
или
другой
женщи ны
или
деву шки ,
это
всегда
волно­
вало
ее.
—
Ты
дай
мне
адре с
Нюры,—
попросила
он а.—
Мы
п ошлем
ей
письмо
из
редакции,
может
быть,
нап ише т
для
нас
очерк
о
пол ож ении
же нщи ны
в
Мали.
Фотоаппарат-то
у
нее
есть
с
соб ой?
—
Как
же.
Ей
Никита
Васильевич
«Зоркий»
купил,
и
цве тну ю
пленку
с
со бой
захватила.
Нюра
хорошо
фотографирует,—
и
К атя
д ост ала
из
сумки
фотографию,
на
которой
Ню ра
сняла
ее
во
дворе
во зле
ясеня.
—
А
если
еще
и
снимки
к
очерку
приш ле т,
то
совсем
здорово
будет.
Напи шем,
чтобы
не пре м енно
прис ла ла
со
снимками.
Мария
Семеновна
всегда
хотела
сделать
людям
что-либо
доброе,
и,
казалось,
только
искала
повода,
чт обы
сделать
до бр ое.
Во
время
в ойны
она ,
маленькая
и
пров орна я,
тогда
еще
не
ст арая ,
дежурила
на­
равне
с
мужчинами
на
крыше
дома,
тушила
зажиг алк и,
ее
единственный
сын
Сережа
был
на
фронте,
и
Кат я,
конечно,
не
могла
увидеть
э то,
но
рассказала
впоследствии
одна
из
жилиц,
что
в
тот
день,
когда
Мария
Семеновна
получила
изв ещени е
о
пр опа же
сы на
без
вести^
она
не
отча я­
лась,
продолжала
делат ь
все
так,
будто
ничего
не
слу чил ось
в
ее
жизни,
а
год
спустя
в зяла
из
детск о го
до ма
на
воспитание
мальчика-сироту
Андрюшу,
и
теперь
Андрей
был
уже
инженером-нефтяником.
Но
Мария
Семеновна
не
уходила
на
пенсию ,
по-прежнему
работала
в
редакции
журн а ла,
и
когда
отмечалось
тридцатилетие
журнала,
ее
наградили
мед ал ью
«За трудовую доблесть» .
Андр ей
женился,
жил
с
женой
отдельно,
и
теперь
в
своей
маленькой
квартирке
Мария
Семе­
н овна
осталась
одна,
книги
за по лняли
ее
комнату,
и
она
побуждала
Ка тю
прочесть
то
одну,
то
другую
книгу.
—
Когда
почувствуете,
что
Пушкин
или
Чехов
ваш
др уг
и
вы
без
них
жи ть
не
можете,
тогда
все
будет
в
в аших
руках,
Катя...
Ч ел овек
должен
обзаводиться
хорошими
др узья ми,
и
более
ве рно го
друга,
чем
писатель,
кот орый
пришелся
по
душе,
и
не
найдешь.
Мария
Семеновна
в зяла
как -то
билеты
в
Большой
те атр,
и
Ка тя
пошла
с
ней
послушать
«Евгения Онегина», а потом по - н овому
стала
чи­
тать
Пушкина,
словно
его
ге рои
б ыли
теперь
ее
знакомыми...
Столько
разных
людей
жило
в
доме,
где
Ка тя
нач ала
с
уборки
двора,
з имой
—
лопатой
и
скребком,
а
летом
—
ме тлой ,
или
приходилось
поли­
ва ть
из
шла нга
тр отуа р
и
газоны,
а
по ка
не
купили
шланг,
поливала
из
лейки.
Вр ач
Игорь
Александрович
П орт уга лов
был
крупный,
с
сил ьными,
уве ре нным и
руками,
которыми
дел ал
о пер ации
на
сердце,
и
об
его
оп е­
рациях
писали
в
газетах,
а
в
«Огоньке»
был
однажды
напечатан
портрет
Игоря
Александровича,
скл о ненно го
над
операционным
столом,
в
мар­
левой
полумаске
и
с
ре з иновы ми
пе рча тк ами
на
руках.
И ног да,
в стр ечая
Кат ю
во
дворе,
он
спрашивал
на
ходу: «Ну как,
грызем
на уку ?», но
Ка тя
знала,
что
он
сочувствует
ей
и
интересуется
ее
судьбой.
Португа­
лов
жил
на
одной
пл оща дке
с
Марией
Семеновной,
его
с ы новья
—
Леша
и
Юра
—
оба
уже
кончали
школу,
а
еще
совсем
так
недавно,
кажется,
91


ездили
по
двору
на
детских
велосипедах
и
им
попадало
от
сторожа,
когда
они
срывали
с
зацветшей
ивы
ее
сережки.
—
Вот
и
сыновья
мои
в ыросли ,—
ска зал
Пор туг алов
раз
при
встрече
с
Катей.—
В
будущем
году
получат
паспорта,
такая-то
история...
Может
быть,
он
хоте л
добавить,
что
давно
умеет
делат ь
операции
на
сердце,
но
что
в
нем
заключено
—
в
сер д це,
способном
любить
или
сж и­
мать ся
от
горя,
что
зак люч ено
в
его
составе?
Кат я
всегда
хотела
спро­
си ть
Португалова,
ес ть
ли
в
человеческом
сердце
тот
уголок,
в
к оторо м
сосредоточивается
все,
что
дано
испытать
сердцу,
но,
наверно,
Порту­
галов
высмеял
бы
ее,
и
она
не
спрашивала.
Однажды
ночью,
во
вто ром
часу,
ее
разбудили
стуком
в
окно
в
полу­
подвальном
этаже,
и
она ,
не
зажигая
света,
от кр ыла
форточку.
—
Ра ди
бога,—
ск азал
ж енс кий
голос,—
в
какой
квартире
живет
врач
П орт угало в?
Он
оче нь
срочно
нужен.
К атя
зн ала,
что
Игорь
Александрович
только
не да вно
верн улся
после
сут очн ого
дежурства
в
больнице.
—
Да
он
только
что
заснул,
на вер но. ..
у
нег о
через
день
д ежурс тв о.
Но
женщина
не
слушала
ее
и
говорила
зады хая сь:
—
Ради
бога,
в
како й
ква рти ре
живет
Португалов?
—
Под ожди те
немного,—
ответила
Ка тя.
Она
оделась,
вышла
во
двор
и
в гл ядел ась
в
лицо
м олодой
красивой
женщины ,
стоявшей
возле
ее
окна.
—
Ра зве
вы
не
сознаете
са м и...
Игорь
Александрович
це лые
с утки
не
спа л,
а
он
ве дь
немолодой
человек,
как
же
будить
его
ночью?
—
ска­
зала
Ка тя
с
упреком.
—
Да
понимаете
ли
вы,
у
меня
до чь
умирает!
Женщина
заплакала,
и
Ка тя
поспешно
проводила
ее
до
кв арт иры
Игоря
Александровича
и
сама
позвонила.
Дверь
открыл
младший
его
с ын,
Леш а,
ск азал: «Папа спит,
я
не
м огу
будить
его».
Но
женщина
плакала,
и
он
пошел
все -т аки
будить
отц а.
—
Ну,
что
тут
такое?
—
спр ос ил
И горь
Александрович,
выйдя
в
пе­
реднюю
в
пиджаке,
накинутом
поверх
пижамы.
Он
выслушал,
что
сказала
ему
женщина,
подумал,
спросил: «Вы
на
машине?»—«Такси
в низу »,—
ответила
женщина,
и
Игорь
Алексан­
дрович
у шел
одеваться,
а
десять
минут
спустя
серая
машина
с
шашеч­
ками
рванула
от
ворот.
Катя
постояла
в
темноте
но чи.
Был
уже
ноябрь,
и
в
не бе
холодно
блестели
звезды.
Она
размы шляла
о
том,
что
вся
жизнь
Игоря
Александровича
с ос тоит
из
од них
тревог,
он
не
успевает
по ду­
м ать
о
себе,
и
вот
уже
Леш а
и
Юра
стал и
юношами,
скоро
получат
паспорта,
а
Игорь
Александрович,
наверно,
еще
ни
разу
не
отдохнул
как
следует.
Но
вместе
с
тем
это
б ыло
самое
важное
в
ж изни
и
само е
нужн ое
в
ней,
что
есть
такие
люди,
которые
всегд а
торопятся
для
других,
а
для
себя
не
спеш ат ,
не
привыкли
торопиться
и
пр о п ускают
себя
по­
немногу.
Ка тя
вспомнила,
как
Игорь
Александрович,
по мян ув
о
пас пор ­
тах
сыновей,
до ба вил: «Такая-т о
история»,—
наверно,
он
имел
в
виду
св ою
жизнь,
в
к ото рой
за
делами
и
заботами
о
других
позабыл
подумать
о
себе.
И
Катя,
глубоко
уважая
этого
человека,
в
то
же
время
ощущала,
что
попросту
любит
его
за
большое
серд це,
которое
отдает
он
людям...
и
в
каждую
операцию
на
сердце
другого
он
в клады вает
частицу
своего
сер дц а.
Игорь
Александрович
уехал
с
женщиной,
ис кав шей
его,
и
К атя
только
через
неско л ько
дней,
встретив
его
во
дворе,
смогла
спросить,
что
случилось
тогда
ночью.
—
В
самую
чу то чку
попали,—
ска зал
Португалов,
как
всегда
слегка
небрежно.—
В
самую
чут очку...
заклинило
клапан,
пропала
бы
дев ­
чонка.
Он
не
объяснил,
что
значит
«заклинило клапан», не сказал и того,
92


что
сделал,
наверно,
операцию,
он
просто
был
доволен,
что
спас
чью-то
жизнь,
а
что
две
ночи
до
это го
не
спа л
—
было
уже
позади
и
ни
к
чему
вспоминать
это.
—
Памятник
нужно
поставить
вам,
Игорь
Александрович,—
сказала
Ка тя
прочувственно.
—
Во,
во,—
подхватил
о н,—
я
и
сам
об
э том
подумывал...
Проявите
инициативу,
К атя,
а
я
поддержу.
—
Вам
все
шут очки ,
Игорь
Александрович...
а
когда
в се -таки
себя
начнете
беречь?
Жен а
Португалова,
Серафима
Михайловна,
болела,
лежала
уже
не­
сколько
лет
полупарализованная,
и
Игорь
Александрович
да вно
был
ли­
шен
заботы
о
себе,
а
у
сыновей
находились
св ои
дел а,
и
плохая
надежда
бы ла
на
ни х.
Как-то,
возвращаясь
из
б ол ьницы,
П орт уга лов
встретил
во
дворе
Ивана
Елизаровича.
—
У
меня
к
вам
просьба,—
с казал
Ив ан
Елизарович,—попозируйте
мне,
хочу
написать
ваш
п ортре т.
—
Это
для
чего
же?
—
осведомился
Пор туга лов .
—
Ни
для
чего,
а
только
для
меня,
художника.
—
Ну,
если
для
вас...—
но
П орт уга лов
подумал
все-таки,
не
резуль­
тат
ли
это
работы
Кати:
если
не
п амятник ,
то
хоть
портрет
на
холс те .
—
Готовлюсь
к
выставке
российских
художников,—
ск азал
Ив ан
Елизарович,
уже
прощупывая
его
своими
зо р кими
глазами.—
А
вас
я
давно
хоте л
пописать.
Долго
мучить
не
буд у.
Но
уже
через
неделю
П орт уга лов
привык
к
муке.
Вп роче м,
о
многом
они
поговорили
друг
с
другом
в
мастерской
И вана
Елизаровича,
пока
тот
работал.
Они
поговорили
о
том,
что
уже
множество
лет
живут
в
эт ом
доме
и
многих
из
тех ,
с
кем
они
поселились
здесь,
давно
нет
на
свете,
выросли
дети
и
переженились
или
по выхо д или
замуж,
и
уже
нов ое
по­
к о ление
да вно
бегает
во
дворе,
ездят
пок а
на
трехколесных
велосипедах,
пишут
ме лом
на
стенах
свои
име на
или
п р ячутся
в
подъездах
дру г
рт
друга.
Время
и дет,
он о,
вернее,
бежит,
ил и,
еще
вернее,
летит,
или
даже
несется,
хотя
ка жется ,
что
п осту пь
его
неспешна,
неспешно
стареешь,
неспешно
сед ееш ь
или
лысееш ь,
а
дети
тем
временем,
кон ечн о,
растут,
и
вот
в
будущем
году
Леш а
и
Юра
станут
уже
сту дента м и,
а
д ево чка
Катя,
приехавшая
откуда-то
из
Калужской
о бл асти
и
боявшаяся
вначале
переходить
улицы,
теперь
стенографистка,
а
они
оба
—
И ван
Ели зар о­
вич
и
П ор туга лов
—
уже
ста рик и,
и
оди н
старик
пишет
портрет
другого
старика...
Ива н
Елизарович
писал
Португалова
в
кресле
на
фоне
балконной
двери,
а
за
ней
был
я сень
в
коричневатых
пучочках
еще
не
распустив­
шихс я
почек.
П орт уга лов
сидел
спокойно,
не
менял
по зы,
и
опи
только
изредка
г ово рили
что-либо
др уг
другу.
—
Вам
позавидуешь,—
сказал
Ив ан
Елизарович,
смеш ив ая
кр аски
на
пал итр е
и
недовольный
своими
мазками,
которые
то
и
дело
поправлял
или
счищал
совсем.—
Вам
позавидуешь.
Хирургия
—
на ука
точная,
всё
без
ошибки...
а
в
искусстве
ошибаешься,
и
до
самой
стар о сти
оши­
баешься,
все
находишь,
что
не
то.
—
А
мы
не
ошибаемся?
—
усмехнулся
Португалов.—
Еще
как
оши­
баемся...
вы
о шибл ись
—в
худшем
случае
к ар тина
не
получилась,
а
мы
ошибемся
—
можем
человека
загубить,
и
с луча етс я,
что
ошибаемся.
Все
тр уд но,
все
ответственно,
и
хорош о,
что
ответственно,
так
и
нужно,
чтобы
бы ло
ответственно...
и
перед
самим
собой
ответственно
в
первую
очередь.
—
Вот
име нно ,—
отозвался
Ив ан
Елизарович,
вз ял
мастихин
и
с тер
верхнюю
ч асть
портрета:
не
получались
на
портрете
глаза
Португа­
лова,
и
нужно
бы ло
и скать
все
зан о во.
93


По рту гал ов
посмотрел
в
его
с торо ну,
посмотрел,
как
тот
начисто
сти ­
рает
н аписанн ое,
и
сказал :
—
Ав
нашем
де ле,
к
сожалению,
так
нельзя...
в
нашем
деле
не
со­
трешь,
если
сделал
что-нибудь
не
так,
поза ви дуеш ь
вам,
худож ни ка м.
Но
Иван
Е лиз аро вич
н ичего
не
ответил,
он
всматривался
в
его
глаза,
он
искал
то,
че го
не
наш ел
и
что
ну жно
б ыло
на йти,
и
вд руг
схватился
за
кис ти,
стал
торопливо
смешивать
краски
и
наносить
мазок
за
маз ком
на
холст,
отходя,
всм ат ри ваясь
издали
и
снова
возвращаясь,
чтобы
на­
нести
еще
маз ок:
может
бы ть,
он
н ашел
то,
что
л ежало
в
глубине
гл аз
Португалова
— его
строгую
доброту
и
его
добрую
строгость.
—
Ведь
всегда
пишешь
не
портрет,—
сказал
он
наконец,
видимо
довольный
тем ,
что
нашел.—
П ортре т
—
это
только
сходство,
а
сходство
лучше
всего
может
передать
фот огра фи я.
Пишешь
то,
что
в
ду ше
чело­
века,
а
не
то,
что
на
его
лице...
на
его
лице
только
но с,
ну
и
щетинка
иногда
бы в ает,
е сли
не
побрился.
—
А
что
у
ме ня
в
душе?
—
поинтересовался
Пор тугал ов.
—
Вот
напишу
— тогда
узна ете .
Они
еще
немного
подшутили
дру г
над
другом,
а
потом
П орту галов
посмотрел
на
свои
ручные
часы:
время
для
позирования
истекло.
Не закон ченн ы й
портрет
Португалова
был
прикрыт
холстиной,
и
Катя,
прихо д я
убирать
мастерскую,
не
р ешал ась
украдкой
заглянуть
под
хол­
стину:
Иван
Елизарович
нико му
не
показывал
нед о верш енных
работ,
и
Катя
понимала
его
сдержанность.
—
До лго
вам
остал ос ь
п исать
с
И горя
Александровича?
—
в се-т аки
осведомилась
она
ра з.
—
Ровно
столько,
ско л ько
осталось,—
ответил
Иван
Елизарович.
Но
она
не
обиделась:
к
художникам
и
к
их
работе
всегда
нужно
от­
носиться
по-особому.
—
Ладно,—
сказала
она
только.—
Пишите
себ е
на
здоровье,
а
Игорь
Александрович
стоит
того,
чт обы
с
н его
написать
портрет,
он
памятника
стоит,
вы
многого
не
знаете
о
нем ,
а
я
знаю.
—
А
что
вы
о
нем
знаете?
—
осведомился
Ива н
Елизарович.
—
А
то,
что
се бя
не
щадит,
и
но чью
с
постели
вскочит,
если
кому-
нибудь
нужна
помощь.—
Кат я
вспомнила
плачущую
жен щин у
во
дворе.—
Если
кому-нибудь
в
сердце
кл апан
закл ини ло ,—
добавила
она.
—
Это
плохо,—
сказал
Ив ан
Елизарович,—
это
плохо,
если
в
сердце
заклинило
клапан.
Вот
это
и
нужно
передать
на
портрете,
над
этим
я
и
бьюсь.
Он
не
пояснил,
над
чем
бьется,
но
К атя
понимала:
н ужно
п ере дать
на
портрете
Португалова
именно
то,
что
отличает
его
от
др уг их.
Но
отличало
от
других
и
Ив ана
Елизаровича,
и
не
только
потому
отличало,
что
он
был
художником,
а
по
всей
его
душе
с
ее
сочувствием
к
другим
и
желаньем
помочь
человеку,
ес ли
кому-нибудь
трудно
прихо­
дит ся.
Ка тя
не
очень
верила
в
то,
что
Ивану
Е лиза рови чу
прия т но
читать
газету
во
дворе
воз ле
колясочки
с
Кириком,
но
Лиле
бы ло
трудно,
и
он
хот ел
помочь
ей.
Ка тя
у бир ала
мастерскую,
а
Иван
Елиза ро вич
сидел
в
углу
дивана
и
смотрел
на
нее
изд ал и.
—
Сегодня
у
меня*темный
день,
Катя,—
ск азал
он.—
Сегодня
ровн о
двадцать
два
года,
как
я
по луч ил
изве щение ,
что
мой
сын
погиб
на
войне...
дв адц ать
два
года,
це лая
жизнь,
а
я
ника к
не
могу
примириться
с
этим.
Иван
Елизарович
никогда
не
го во рил
груст но,
обычно
он
подшучивал
даже
над
самим,собой,
и
Катя
поняла
его
боль
и
потерялась,
как
вы ра­
з ить
ему
сочувствие,
чтоб ы
не
углубить
в
нем
эту
боль.
'
—
У
меня
оте ц
тоже
п огиб,
и
дя дя
С тепан
погиб ,
та кой
хорош и й
человек
был
и
первый
пло тн ик
у
нас
в
деревне.
94


Она
хотела
сказать,
что
то же
досталось
ей
горя,
а
мать
вскоре
после
гибели
отца
уме рл а,
не
так- то
легко
остаться
круглой
с иро той.
—
Именно
в
эт от
д ень
в
тысяча
девятьсот
сор ок
третьем
году,
и
весна
бы ла
такая
же
холод н ая,
как
сейчас.
Иван
Елизарович
посмотрел
в
с торо ну
балконной
двери,
за
которой
ясень
уже
покрылся
коричневатыми
пучочками,
еще
не
раскрывшимися.
—
Оглядываться
что
же,
н адо
вперед
смотреть,—
сказала
Кат я,
но
ей
б ыло
жа ль
Ив ана
Елизаровича
с
его
одиночеством.—
А
та ланта
вам
дай
бог
сколько
отпущено,
значит,
постарайтесь
побольше
отдать...—
Она
хотела
б ыло
д оба в и ть: «народу», но постеснялась,
что
словно
по­
учает
его.—
Пошли
бы
в
кино ,
Ив ан
Елизарович...
Хотите,
я
б илет
возьму?
Говорят,
ко м едия
од на
и дет,
просто
прелесть.
—
Нет,—
сказал
он,—
посижу
дома.
Взялся
к
детской
книжке
ри­
сун ки
сделать.
Катя
кончила
уби рать ,
он
пересел
к
столу,
подвинул
к
себе
банку
с
кисточками,
и
ко гда
Катя
уходи ла,
он
уже
нащупывал
ки ст очкой
кр аски
в
ячейках
металлического
ящичка,
а
потом
принялся
писать
ак­
варель.
Он
всегда
отгонял
от
се бя
всякие
другие
мысли,
когда
работал,
и
Катя
задержалась
немного,
по ка
он
не
увл екс я
работой,
и
незам е тно
ушла,
он
даже
не
услышал,
как
она
уш ла.
Во
д воре
Ка тя
встретила
возвращавшуюся
с
работы
Марию
Семе­
новну.
Обычно
та
торопливо
шла
со
своим
портфельчиком,
а
сейчас
лицо
у
нее
б ыло
словно
озаренное,
и
она
задержалась
и
сказала
Кате,
ви­
д имо
обрадовавшись,
что
ес ть
кому
ск аза ть
это:
—
З айдит е
ко
мне
позднее,
Ка тя,
прочту
вам
письмо
от
А н дрю ши...
Пишет,
что
нашли
в се-та ки
нефть,
целых
восемь
месяцев
и скал и,
а
на­
шли .
Вам
бу дет
интересно
послушать,
как
з абил
фо нт ан.
—
Конечно,
интересно,—
уверила
Катя
по сп еш но.—
Непременно
зайду,
только
у
ме ня
сег о дня
зап ись ,
раньше
девяти
не
управлюсь.
—
Приходите,
ко гда
смо ж ете,
будем
чай
пить
вместе,—
и
Мария
Се­
меновна
заторопилась
дальше
со
св оим
озаренным
лицом,
на
ко тором
никогда
не
ум ела
ничего
скрыть
—
ни
печали,
ни
радости.
Но
после
ухода
К ати
Ива н
Е лиза рович
писать
акварель
не
стал ;
он
только
чуть
тронул
кое-где
ватман
красками,
п отом
открыл
нижний
ящик
стола
и
достал
портфель
с
зам очком.
В
портфеле
лежало
то,
что
осталось
от
сын а
и
от
жены:
их
фотографии
и
пись м а,
и
еще
любитель­
ские,
уже
чуть
пожелтевшие
снимки
—
на
даче
в
Прозоровской.
М иша
сто ял
воз ле
террасы,
держал
за
руль
велосипед,
ж ена
сидела
на
террасе
и
смотрела
на
сына,
она
бы ла
еще
совсем
молодая,
в
светлом
летнем
платье,
а
Иван
Е лиза р ович
выглядывал
и з-за
ее
плеча,
его
волосы
бы ли
такие
черные,
что
и
нельзя
б ыло
представить
себе
теперь,
какими
они
были
когда-то.
Мише
шел
шестнадцатый
год,
а
четыре
года
спустя
на­
чалась
война,
и
ему
было
двадцать
два
года,
когда
его
убили...
и
больше
никогда
он,
Иван
Елизарович,
не
видел
жен у
в
светлом
пл ать е,
и
ни­
ко гда
она
не
улыбалась
больше
так,
как
на
снимке,
когда
гля де ла
с
балкона
на
сы на,
стоявшего
вн изу
со
своим
велосипедом.
Это
был
темный
ден ь
вос пом ина ни й,
и
акварельные
краски
не
подчи­
нялись
в
этот
день,
они
не
слушались
его,
Ивана
Елизаровича,
обы чно
уверенной
руки.
Ему
стало
смутно
и
не
совсем
хор ошо,
и
он
лег
на
диван
и
лежал
од ин
в
своей
мастерской.
Апрель
за
балконной
дверью
был
хо­
ло д ный,
и
со ки
в
деревьях
за держ али
сво й
ход,
они
берегли
нежные
почки,
которые
мог
схватить
ут ре нник ...
они
бере гл и
их,
и
И ван
Елиза­
рович
лежал
на
диване
и
думал
о
мудрости
та кого
береженья
робких
мо ло дых
побегов,
а
разве
Мишу
в
ту
п ору
нельзя
бы ло
уподобить
та­
к ому
молодому
п обе гу,
но
как
б ыло
уберечь
ег о?..
Ка тю
все-таки
обеспокоил
Иван
Елизарович,
она
не
очен ь-т о
пове­
рила,
что
он
взялся
за
работу,
и,
в ерн у вшись
с
сов ещ ани я,
где
з аписы­
95


ва ла
пре ния ,
решила,
прежде
чем
зай ти
к
Мар ии
Семеновне,
подняться
в
мастерскую.
И ван
Елизарович
леж ал
на
д ива не,
когда
она
зашла,
и
К атя
сра зу
поняла,
что
ему
нехорошо,
по
не
стала
расспрашивать.
—
Хлеба
зав тра
купить
для
вас?
—
спр ос ила
она
де лов и то.—
Возьму
половину
обдирного
и
булку,
а
то
в
хлебнице
у
вас
хле б
уже
совсем
чер­
ствый.
—
Хорошо,—
коротко
согл аси лся
он.
Она
поглядела
на
нег о
издали,
сказала: «Ну,
значит,
я
пош ла », но,
спускаясь
к
Ма рии
Семеновне,
как
о бещал а
ей,
позвонила
в
квартиру
Португалова.
—
Это
я
—
Ка тя,—
с к азала
она.—
Открой,
Лешенька,
мне
только
на
м и нутку.
Леш а
впустил
ее,
но
встал
перед
нею
и
сказал
тв ер до:
—
Папа
отдыхает.
—
Ах,
боже
мой ,
разве
я
не
п они м аю...
но
та кой
слу ч ай,
ве дь
не
дай
бог
опоздать.
И
в
ту
же
минуту
гол ос
Игоря
Ал екс ан дров ича
спросил
из
комнаты:
—
Это
кто
—
Кат я?
—
Я
самая,
Игорь
Александрович,—
заторопилась
Катя.—
Знаю,
что
это
нехорошо
мешать
вам
отдохнуть...
Но
Иг орь
Александрович
уже
поднялся
и
вышел
в
прих ожую .
Кат я
рас ск азала
об
Иване
Елизаровиче,
о
том ,
что
у
не го
сегодня
темный
день,
наверно,
это
и
повлияло
на
него,
а
сейчас
он
лежит,
знач ит ,
не хоро шо
с
сер д цем,
она
заметила
иа
столике
в озле
дива на
стеклянную
трубочку
с
валидолом.
П орт уга лов
на кину л
иа
плечи
пальто,
ск азал
сыну: «Я на минутку,
только
условлюсь
насчет
сл еду ющ его
сеан са» .
Леша
укоризненно
посмотрел
на
нее,
Ка тю^
но
что
делать,
е сли
жизнь
вторгается
со
всеми
своими
тревогами
и
опасностями?
Леша
мечтал
после
окончания
школы
поступить
на
режиссерский
факультет
кинематографического
института,
и
Катя
по быв ала
раз
на
школьном
вечере,
программу
которого
со став ил
Леша
и
сам
вел
его.
Леш а
был
высокий,
в
отца,
но
глаза
у
нег о
бы ли
его
б ольно й
матери
—
Серафимы
Михайловны,
кр о ткие
и
голубые.
Кат е
казалось,
однако,
что
лучше
бы
Леше
выбрать
с ебе
какую-нибудь
профессию
построже,
чем
работа
в
кино .
Кино
больше
подходило
для
шустрого,
деятельного
Юр ы,
возившегося
с
к акими -то
частями
для
радиоприемника,
который
он
сам
смастерил
и
ловил
им
все
на
свете.
Но
Леш а
все-таки
понимал,
что
отц у
следовало
подняться
к
Ивану
Елизаровичу,
если
тот
заболел.
—
Ладно,—
ск азал
он
Кате.—
В
следующий
раз
не
впу щу .—
Но
она
о твети ла
ем у : «Впустите» —
она
зн ала
мягкую
натуру
Леши.
Португалов
поднялся
на
четвертый
этаж,
постучал
в
дверь
и,
когда
Ив ан
Елизарович
открыл
ее,
ск азал
та к,
будто
зашел
меж ду
п рочим :
—
Мы
в
п рош лый
раз
насчет
сеан са
не
условились,
а
у
меня
вся
не­
деля
набитая.
Раньше
с убб оты
ни как
не
см огу.
Но
он
зорко
тем
временем
огл яд ел
И вана
Елизаровича.
—
Не
нравитесь
вы
мне
сегодня,—
ск азал
он,
усаживая
Ив ана
Е ли­
за ро вича
на
див ан
и
перехватив
его
руку
у
за пяс тья. —
Не
нравитесь
вы
мне
сегодня,—
пов то рил
он,
в
то
же
время
нащупывая
вяло
бивш ийс я
пульс.—
И
хорошо,
что
до
субботы
не
смогу
позировать,
и
вообще
чтобы
до
субботы
—
никуда.
—
Это
Ка тя
наябедничала?
—
с про сил
Ива н
Ел и зарови ч.
—
При
чем
тут
К атя. ..
Она
еще
не
врач,
слава
богу,—
сказал
Порту­
галов
сердито.—
Не
послушаетесь
меня
—
не
буд у
больше
позировать...
пусть
пор т рет
останется
незаконченным.
Я
кое- что
выпишу
вам,
Ка тя
закажет
в
аптеке...
и
ни ка ких
дежурств
возле
детей
во
дворе,
слышите?
—
Слышу,—
с казал
Ив ан
Елизарович.—
Я
т еперь
знаю,
как
написать
ваш
пор тре т...
чтобы
люди
ша ра хал ись.
96


Они
еще
поскрипели
н емн ого
друг
на
друга,
и
П орт уга лов
ушел,
н апи сал
рецепт
и
велел
сы ну
отдать
его
Кате.
Леш а
пошел
искать
Катю,
но
она
стояла
на
площадке
ле с тницы
этажом
ниже
и,
должно
быт ь,
ждала,
когда
Португалов
вер нется
от
Ива на
Ел иза ровича .
—
Сейчас
же
закажу,—
сказала
о на,
и
Ле ша
по к азал
на
ст рогую
н адпи сь
на
рецепте
«cito!» и объяснил,
что
это
озна ча ет
—
«срочно» .
Кат я
пошла
в
аптеку,
заказала
лекарство
и,
вернувшись,
поднялась
к
Марии
Семеновне.
—
Ну
вот,
К атюш а,
будем
пить
чай,—
сказала
Мария
Семеновна
до­
в ольн о:
она
был а
довольна
всем,
это
мо жно
б ыло
почувствовать.
Они
се ли
за
стол,
Катя
не
выдала
своего
беспокойства
за
И вана
Елизаровича,
чтобы
не
омрачить
хорошего
для
Мар ии
Семеновны
ве­
чера.
—
А ндр юша,
ме жду
п рочи м,
колебался,
ку да
ему
п ост упить:
в
ге­
ологоразведочный
или
в
археологический,
а
я
посоветовала
в
геолого­
разведочный...
в се-таки
археология
—
это
прошлое,
а
геология
—
это
бу­
дущее,
даже
п редс тави ть
себе
н ел ьзя,
сколько
еще
бо га тств
в
зе мле
лежит !
Мария
Семеновна
дост ала
письмо
Андрея
и
прочла
то
место,
где
го­
ворилось
о
забившем
н ефт яном
фонтане.
Не фть
оказалась
с
богатым
содержанием,
и
уже
м ожно
б ыло
с
увер енно ст ью
сказать,
что
нефть
эта
—
промысловая.
—
Порадовался,
наверно,
мой
мальчишечка,—
ск азала
Мария
Семе­
новна:
Андрей
давно
стал
для
нее
родным
сыном,
и
она
была
матерью,
а
Сережа,
п оги бший
на
войне,
был
как
ст ар ший
брат
Андрея.—
Еще
бы
выдать
вас,
Катюша,
за муж
за
хорошего
человека,
я
бы
не
знаю
как
по­
радовалась...
ведь
я
вас
совсем
девочкой
помню,
а
стенография
—
не
только
профессия,
это
еще
и
вроде
науки.
И
сколько
вы
полезного
и
ну жно го
послушаете
и
запи шете ,
а
потом
расшифруете:
значит,
нико гд а
не
забудете,
врежется
в
п амять .
Б ыло
так
утешительно,
что
в
цх
доме
живет
мн ого
хоро ших
людей,
и
хотелось,
чтобы
все
б ыли
хорошими,
но
это
не
совсем
получалось,
и
Ка тя
внутренне
о бижал ась ,
встречаясь
с
виолончелистом
Любов и-
чем
и
Леокадией
Степановной
Сверчик,
экономистом,
которые
жи ли
в
одной
квартире
и
никак
не
м огли
поладить
друг
с
другом.
—
Живу
в
од ной
квартире
с
психопаткой,—
горестно
говорил
Лю бо­
ви ч,
скорбно
поднимая
кверху
св ои
черные
гл аза
под
чер ны ми
мохна­
тыми
бровями.—
А
я
му з ыкант,
разучиваю
Шопена
под
скрежет
э той
старой
сковороды.
—
Тоже
мне
музыкант!
—
говорила
Лео кадия
Степановна.—
Ему
в
ки но
«Иллюзион»
гд е-ниб уд ь
в
Пошехонске
играть,
а
он
себя
музыкан­
том
воображет.
И
характер,
характер...
хуже
всякой
баб ы!
Б ыло
всегда
мучительно,
когда
на
общее
собрание
жильцов
выно­
си ли
эти
сс оры,
и
многие
хор ош ие
люди
б ол ез ненно
сжимались,
а
те,
кто
был
посмелее,
старались
у го вори ть : «Да помиритесь вы,
р ади
бо га ...
как
вам
не
стыдно
то льк о !» Но Сверчик кричала: «Да я его и видеть не
ж ел аю!», а Любович скорбно поднимал кверху свои черные глаза под
мохнатыми
бровями
и
г ово рил: «Боже,
боже...
и
ты
терпишь
так ое
суще­
ств о
на
зем ле », словно он был проповедник или праведник в пустыне.
Катя
все-т ак и
не
верила,
что
их
нельзя
п римир ит ь,
и
раз
набралась
духу
и
пошла
к
Сверчик.
—
Вы,
Лео кадия
Степановна,
можете,
конечно,
не
слушать
меня,
но,
че с тное
сл ово,
Л юбо вич
уж
не
тако й
п лохой
человек,
прос то
надо
суметь
п одой ти
к
нему,—
с к азала
она
в озмо жно
убедительнее.
•—
Не
говорите
мне
о
нем,—
отозвалась
Сверчик,
прик л ад ывая
кон цы
пальцев
к
обоим
вискам,
словно
у
нее
сразу
же
нач ал ась
мигрень.—
Не
говорите
мне
ничего
о
нем.
7 МоскваNo1
97


—
А
вы
не
знаете
ра зве,
что
у
нег о
в
городе
Смела
немцы
жену
и
двух
детей
у били,
и
он
с
тех
пор
как
тронутый
ходит?
—
спр оси ла
Кат я.—
Можно
и
совсем
с
ума
сойти
от
такого.
Сверчик
п омо лчала .
—
У
н его
не мцы
убили
жен у
и
двух
детей?
—
спросила
она
с
недове­
рием,
наверно,
готовая
предположить,
что
он
распустил
такой
слух,
чтобы
вызвать
к
себе
сочувствие.
—
Д вух
детей
—
мальчика
и
девочку,—
сказала
Катя.—
Вы
разве
не
видели
в
его
ко м нате
мячик?
Это
вс е,
что
он
нашел
в
св оем
доме,
когда
на ши
пришли
в
Сме лу.
Лео кадия
С тепан о вна
ничего
не
ответила,
и
Катя
постояла
и
ушла.
Но
что-то
случилось
все
же...
что- то
все
же
случилось,
и
все
это
скоро
заметили.
Ни
Сверчик,
ни
Люб ов ич
не
приходили
больше
с
жалобами
дру г
на
друга
в
дом оупра вл ен ие,
и
на
общем
со бр ании
жильцов
сидели
тихо,
и
ни
оди н
из
них
ни
в
чем
не
упрекнул
другого.
—
А
что
же
—
не
люд и
разве?
—
сказала
К атя
горячо,
когда
Мария
Семеновна
спросила
ее,
не
примирились
ли
Сверчик
с
Любовичем?
—
Люд и
и
ес ть
люди...
на до
только
суметь
под ойт и
друг
к
другу.
—
Во т,
К атюша ,
у
вас
уже
и
своя
фи лосо фи я,—
отозвалась
Мария
Семеновна
не
то
грустно,
не
то
растроганно.—
Ра ссужд аете
правильно.
По жа луй,
кое-кому
у
вас
поучиться
следует.
Может
бы ть,
Мария
Семеновна
уже
обдумывала
статью
на
од ну
из
выс о ких
тем
для
своего
женского
журн ала .
Но
что -то
действительно
про­
изошло
в
отношениях
ме жду
Сверчик
и
Любовичем:
то
ли
по- ново му
от­
крылся
он
ей
со
своим
горем,
которое
тяжело
но сил
в
себе,
или
Любович
узнал
о
Леокадии
Степановне,
что
не
так-то
весело
сл ожи лась
ее
личная
жизнь
и
что
человек,
которого
она
любила,
ушел
от
нее
к
другой
и
она
ничего
не
нашла
взамен...
Люб о вич
остановил
раз
Катю
во
дворе.
—
Я
как-то
просил
поставить
мне
отдельный
счетчик,—
ск азал
он.—
В
общем,
это
ни
к
чему...
мы
с
Леокадией
Степановной
рассчитали,
кому
скол ь ко
п ла тить
за
э л ектри че ство,
у
нее
—
холодильник
и
утюг,
у
меня
электробритва
и
машинка
для
гренков,
в
общем
всё
в
ажуре.
—
Ну
и
лучше,
если
в
аж уре,—
сказала
Ка тя.—
Честное
слово,
так
лучше ...
Лео кади я
Степановна
—
экономист,
это
ла дно,
но
в едь
опа
и
женщина,
и
с
печ ен ью
у
нее
п лохо,
так
страдает
ино гд а,
что
смотреть
боль но.
И
вам
в
жизни
не
сл адко
пришлось,
че го
же
вам
еще
обижать
дру г
друга?
Любович
посмотрел
на
нее
своими
ч ер ными
гл азами ,
помолчал,
потом
сказал :
—
Подумать
только,
какая
вы,
Ка тя,—
и
ушел,
а
Кат я
еще
постояла
во
дворе,
посмотрела,
как
он
переходит
улицу,
опускает
письмо
в
оран­
жевы й
п очт овый
ящик
и
идет
д аль ше,
сутулый,
в
своих
мыслях...
Юра
П орт уга лов
с мастер ил
так ой
радиоприемник,
что
он
весь
уме­
щался
на
л адо ни,
чуть
побольше
спичечной
коробки,
ходил
с
ним
до­
вольный,
и
всег да
из
его
карм ана
слышалась
музыка.
—
Транзистор,—
пояснил
он
К ате
чуть
снисходительно,
словно
сочув­
ствуя
ей,
что
она
не
может
понят ь
этого
чуда
техники.—
И наче
—
полу­
пр овод ник овы й
триод.
Я
со
временем
та кой
сконструирую,
что
весь
свет
ловить
сможет.
—
Нуда?—усомнилась
он а.
—
И
Латинскую
Америку,
и
Ан тарк тику
ловить
сможет.
Уедет,
на­
пример,
ваш
жених
в
Мирный,
а
я
коробочку
положу
перед
вами,
и
ус­
лы шите : «С антарктическим приветом!»
—
У
меня
нет
жениха,—
чуть
обиделась
Катя,—
и
ва^м
не
сов е тую
рано
жениться,
Юра .
98


—
Фью,—
свистнул
о н,—
а
я
уже
три
года
же нат
и
пятеро
детей
у
ме ня
—
все
девчонки,
вроде
вас.
Юра
был
громкий
и
насмешливый,
в
от ца,
но
руки
у
него,
должно
бы ть,
были
в пра вду
золотые,
раз
смастерил
такой
радиоприемник,
и
мо жно
было
п редс тави ть
себе,
что
еще
он
сможет
см ас те рить
в
своей
жиз ни.
А
в
се ред ине
апреля
слу чил ось
прямо
чудо:
вернулась
из
Мали
Нюр а,
и
Кат я
издали
не
узнала
в
это й
стройной,
коричнево
загоревшей
де­
вушке,
одетой
как-то
особенно,
но
не
по-модному,
а
ловко-спортивно,—
Ню ру.
Она
всм ат ри вал ась,
а.Нюра
нарочно
не
торопилась,
хотела,
чтобы
Катя
изумилась
и
вскликнула,—
она
шла
не
спеша
ей
нав стр ечу
и
ска­
за ла
не
доходя:
—
Здравствуйте,
Екатерина
Ал ексеев на.
Катя
раскрыла
глаза,
а
потом
вскликнула,
бросилась
к
ней,
а
Н юра
и
ждал а
этого.
—
Ну,
как
же
ты...
как
же
вы?
—
сказала
Катя:
уж
очен ь
Ню ра
не
походила
на
ту,
пре ж нюю.
—
А
как
—
вы?
—
спросила
Н юра
и
покачала
головой.—
Ты
что
же
думаешь,
я
зазн ала сь?
—
Да
нет,—
сказала
Ка тя
смущенно
и
ч уть
восторженно
в
то
же
время.—
Просто
ты
стала
какая - то
др у гая.
Ко не чно,
Нюра
стала
другой,
но
не
потом у,
что
изменилась
в
душе,
прос то
много
увид ела ,
мир
открылся
перед
ней
—
и
жаркий
мир
Африки
с
ее
борьбой,
и
цветистая
певу чая
Индон езия
с
ее
красками,
а
теперь
Нюра
приехала
с
г руп пой
малийских
общественных
деятелей
в
кач ес тве
их
пе рев од чицы,
приехала
всего
на
две
недели,
потом
снова
уед ет
в
Мали,
а
через
несколько
дне й
повезет
группу
в
Ленинград,
затем
в
Киев,
з атем
в
Волгоград...
—
Приходи
сегодня
обязательно,—
сказала
Нюра.—
Я
вечером
с
гр упп ой
в
Кремлевский
театр
иду,
а
к
де сяти ,
нав ерно ,
буду
уже
дома,
а
если
запоздаю
—
посидишь
с
отцом.
Нюра
ушла,
туфельки
у
нее
бы ли
спортивные,
с
красивым
пер ехв а­
то м,
и
ступала
она
как-то
мягко:
наверно,
пе ренял а
походку
женщин
Мали.
Никита
Васильевич
купил
по
случаю
п ри езда
Ню ры
торт
«Прага»,
и
когда
Ка тя
пришла
вечером,
Ню ра
еще
не
вернулась
из
театра,
и
Ка тя
посидела
вдвоем
с
Никитой
Васильевичем.
—
Совсем
Нюра
другой
ст ала,
я
и
не
узн ала
ее
сначала,—
ска за ла
Ка тя,
но
без
зависти.
У
Нюры
бы ла
своя
судьба,
и
у
нее,
Кат и,
тоже
своя,
и
ей
нельзя
ни
на
что
жалов атьс я:
в се -таки
она
до била сь
того,
что
искала
для
се бя,
теперь
уже
твердо
стоит
на
ногах,
у
нее
св оя
п роф ес­
с ия,
и
с
эти м
ничего
не
страшно.
Нюра
вернулась
оживл енна я,
с мот рела
б алет
«Эсмеральда», и вся
делегация
осталась
очень
довольна.
Все
бы ло,
как
несколько
лет
наз ад,
когда
Нюра
еще
училась
в
ин­
ституте:
п или
ч ай,
на
столе
стоял
торт,
Никита
Васильевич
смотрел
на
Ню ру,
тайно
вздыхал,
смотрел
на
Катю,
тоже
тай но
вздыхал
и
ск азал
н ако нец:
—
Вр ем я-то
н аше
какое ...
давно
ли
вы
обе
де вч онками
были,
а
что
успели
уже ,
вот
что
оно
делае т
—
наше
время!
Нюра
стала
рассказывать
о
Мали,
какие
там
по р ядки
и
нравы,
и
как
заб иты й
народ
вых од ит
постепенно
на
дорогу,
а
не
так-то
легко
бывшей
колонии
выбраться
на
дорогу,
не
так-то
прос то
отступаются
те,
кто
при­
вык
зд есь
хозяйничать.
О тцу
Нюр а
привез ла
вя заны й
свит ер ,
а
Кате
—
шарфик,
легкий
и
прозрачный,
с
какими-то
тропическими
бабочками
среди
цветов
на
нем,
Ню ра
ка кой
была,
такой
и
осталась,
п риба­
вил ось
только
з нание
ж изни
и
повидала
она
мн огое,
но
душ а
ее
бы ла
99


здесь ,
в
их
доме,
в
их
дворе,
по
которому
она
б егала
девочкой,
потом
степенно
с
книгами
в
сумке
пошла
в
школу,
и
Леш а
и
Юра
рос ли
вме­
сте
с
нею,
то же
вы ро сли,
и
у
к ажд ого
уже
определилась
сво я
судь б а:
Леша
станет
кинорежиссером
не пре ме нно,
а
Юра
станет
радиоинжене­
ром
непременно,
и
Ка тя
р ас ска зала
о
транзисторе,
к ото рый
смастерил
Юра.
Пот ом
отец
ушел
отдохнуть,
а
они
остались
вдвоем,
сидели,
как
пр е­
жде ,
две
подруги,
и
не
убавилось
со
временем,
что
нужно
б ыло
расска­
зать
друг
др ужке ,
а
только
прибавилось.
—
Замуж
еще
не
собираешься,
Нюра ?
—
спросила
Катя.
—
Не
зна ю ...
Есть
оди н
сотрудник
нашего
посольства,
по-моему,
хо­
роший
человек,
немножко
с
недостатками,
но
я
указываю
ему
на
них,
и
он
соглашается
и
не
об ижа етс я.
А
у
теб я
как?
—
Да
ладно,—
отмахнулась
Ка тя.—
Я
об
э том
пок а
и
не
думаю,—
но
в
дом
при ход ил
проверять
телефонные
аппараты
монтер
Костя
С та­
хов,
тих ий
и
вежливый,
хоро шо
з нав ший
свое
дело,
и
р аз,
проверяя
те­
л ефон ный
аппа рат
в
ко нтор е
домоуправления,
он
сказал:
—
Я
вас
оче нь
у в ажаю,
Катя.. .
смотришь
—
и
стенографические
кур сы
окончили,
зн ач ит,
п оним ает е,
что
человеку
нужно
в
жиз ни.
Больше
он
ничего
не
ск азал,
Кос тя
Стахов,
но
каждый
ра з,
когда
он
прих од ил,
Ка тя
сам а
чувс твова ла ,
что
словно
сжимается
у
нее
сердце.
Костя
Стахов
был
круглым
сиротой,
жил
вместе
с
тетей,
сестрой
матери,
не
ку рил
и
не
пил
и
никогда
не
позволял
себе
ни
одного
лишнего
слова.
Нюр а
не
стала
ни
о
чем
расспрашивать,
и
они
посидели
задумчиво,
как
сидели
когда-то,
только
тогда
было
детство,
потом
юность,
а
сейчас
они
уже
шли
по
дороге
жизни. ..
Мария
Семеновна
взволновалась,
узнав,
что
приехала
Нюра,
непре­
менно
захотела
увидеть
ее,
и
по
возвращении
Нюры
из
поездки
с
деле­
гацией
по
Советскому
Союзу
Нюра
выбрала
время
и
зашла
вместе
с
Кат ей
к
ней.
—
Получили
на ше
письмо,
Нюра?
—
спросила
Ма рия
Семеновна
сразу.—
Как
с
очерком
для
нашего
журн ала ?
—
Какая
же
я
журналистка,
Мария
Семеновна,—
сказала
Нюра.—
Снимки
я
привезла,
жен щины
в
Мал и
сн ач ала
не
очень
л юбили ,
чтобы
их
фотографировали,
наверно,
напугали
к олон иза тор ы,
а
сейчас
с ни­
маются
охот но...
А
к
нам
они
хорошо
относятся.
Н юра
зах вати ла
св ои
цве тн ые
фотографии:
был
и
баз ар
в
Тимбукту,
и
лодки
рыб а ков
на
Нигере,
и
ж енщины ,
обрабатывающие
сиз аль
—
во­
локно
из
агавы,
или
у
колодцев
с
овальными
гл иня ными
сосудами
па
плече...
—
Ладно,
не
можете
очерка
нап исать ,
дайте
по дписи
к
фотогра­
фиям,—
сказала
Мария
Семеновна,
отобрав
несколько
снимков.—
Все-
та ки
корреспондентский
билет
мы
вручим
вам...
Может
быт ь,
что-нибудь
набежит,—
смотришь,
и
напишете.
Мария
Семеновна
была
на
страже
интересов
своего
журнала,
и
Ню ра
в
конце
кон цов
пооб еща ла ,
что
постарается
нап исат ь,
если
только
полу­
чится.
А
д ень
спустя
Нюр а
уже
ул ет ала
с
делегацией,
и
в
те
минуты,
когда
Катя
проверяла
счета
в
конторе
домоуправления,
летела
уж е,
может
бы ть,
над
Средиземным
морем.
Н юра
словно
р а зд винула
ст ены
их
дома
и
их
двор,
она
прине с ла
с
собой
часть
широкого
мира,
но
широкий
мир
звучал
и
в
транзисторе
Юры,
и
в
операциях
П орт уга лова
на
сер д це,
и
в
весенних
пейзажах
Ивана
Елизаровича.
Он
уже
несколько
раз
уезжал
за
город
со
своим
пло ск им
большим
этюдником
через
плечо
и
со
складным
стульчиком,
а
полосатого
зонта
еще
не
брал
с
собой,
апрель
был
мягкий
и
прохладный,
с
серыми
перламутровыми
деньками,
и
едв а
оглаживал
100


почки
на
де рев ьях,
уже
налитые
и
готовые
брызнуть
острыми
листоч­
ками....
К
Любовичу
приехала
сестра
из
Смелы,
она
бы ла
стара я
и
б ол ьная
и
приехала
посоветоваться
с
московскими
вра ча ми
насчет
ног.
—
Это
моя
е дин стве нная
сест ра, —
с казал
Любо ви ч
Кате.—
Больше
у
меня
ни кого
не
осталось.
Нас
было
о д иннад цать
человек
—
бра тье в
и
сестер,
и
все
погибли,
кто
в
Смеле,
а
кто
в
О све нциме ,
все
до
одного.
Катя
помогла
как-то
подняться
на
третий
эт аж
сестре
Любо вича
с
ее
больными
нога м и,
и
та
сказала
у
двер и,
тяжело
дыша:
—
Спасибо,
ми лая
де во чка.. .
Ж елаю,
чтобы
у
вас
нико г да
не
болели
ножки
и
ч тобы
всегда
у
вас
б ыло
все
хорошо!
—
Спасибо,
Р оза
Абелевна,—
отв е тила
Кат я,
уже
з навш ая
ее
имя.—
А
вы
поправитесь,
в
Москве
хороши е
врачи.
Хо тите,
п огово рю
с
одн им
врачом,
он
жи вет
в
нашем
доме,
пра вд а,
специалист
по
сердцу,
но
он
посоветует.
И
К атя
спросила
Португалова,
и
он
посоветовал
одного
физиотера­
певта
и
дал
к
не му
письмо
с
просьбой
принять
в
своем
институте
сест ру
Лю бови ча.
—
Целое
расписание
поездов,—
сказала
Р оза
Абел евн а
оживленно,
вер нув шись
от
физиотерапевта,
и
по казала
К ате
де йстви тел ь но
целое
расписание:
и
диета,
и
какие
ре гуляр но
делат ь
движения
б ол ьной
ногой,
и
как
ее
массировать.—
Сп асибо ,
милая
девочка,
а
ва шему
доктору
ска­
жит е,
что
я
просто
целую
его...
Коне чно,
никакой
радости
не
может
ему
да ть,
что
его
целует
старуха,
но
я
в се-т аки
це лую
его.
Может
бы ть,
у
сестры
Любовича
б ыло
большое
сердце,
вместившее
вместе
с
горечью
и
печалью
потребность
в
том,
ч тобы
поменьше
б ыло
в
жизни
горе чи
и
печали,
но
она
как-т о ,
со
св оей
мудростью
и
своим
не
поддавшимся
ожесточению
существом,
пришлась
по
ду ше
Сверчик,
и
они
мирно
беседовали
друг
с
дружкой,
как
познавшие
горький
оп ыт
же н­
щины,
и
возможно,
началось
со
счетчика,
а
кончится
полным
примире­
нием
Любовича
с
Леокадией
Сте па новно й...
—
При дете
в
следующий
раз
—
я
вам
кр ылы шки
пр ирис ую ,—
по­
обещал
Ив ан
Елизарович,
когда
Катя
р ас ск азала
ему
о
сестре
Любо­
вича
и
ее
согласии
с
Леокадией
Степановной.—
Считаю
вас
ан гело м
мира.
—
Всегда
вы
шутите,
Ив ан
Елизарович,—
поч ти
рассердилась
Катя,—
а
зд есь
че ло ве ческие
отношения,
это
нужно
понять.
Он
посмотрел
на
нее,
курносенькую,
со
слабым
румянцем
на
щеках,
сказал:
—
Подумать
только,
я
и
не
зам ечал
никогда.
—
Чего
вы
не
замечали?
—
спросила
К атя
подозрительно.
—
Всегда
был
убеж ден ,
что
у
вас
го лу бые
глаза,
а
они
у
вас
серые,
сле гка
тонированные
голубым.
Кат я
не
стала
слушать,
махн ул а
руко й
и
ушла,
а
Иван
Елизарович
ос та лся
стоять
посреди
мастерской
и
думал
о
своем,
думал
глубоко,
пе­
чально
и
просветленно
в
одно
время.
Апрельские
серые
деньки
п осте пе нно
набухли
д ожде м,
кото рый
был
так
нужен
готовившейся
пуститься
в
путь
зелени.
Дождь
по шел
раз
к
ве че ру,
шел
всю
ночь
и
в есь
следующий
день,
те плы й,
д линный
до ждь
весны,
из
те х,
какие
называют
обложными,
а
в
природе
тем
временем
шло
движение
соков
в
деревьях,
их
корни
впитывали
влагу,
и
нежная
зе­
ле нь
прошлась
по
верхушкам.
А
потом
поднялся
первый,
по-весеннему
нар ядны й
день,
и
солнце
плеснуло
по
кр ышам ,
почти
мгновенно
пр о­
с охшим .
В ес енняя
выставка
от к р ывалась
через
две
недели,
Иван
Ели зар ови ч
готовил
для
нее
несколько
подмосковных
пейза жей : «Март в лесу»,
«Кольцевая дорога»
и
«Вербы над прудом», и оставалось успеть закон­
101


чи ть
портрет
Португалова.
Иг орь
Александрович
пришел
в
последний
раз
позировать,
а
через
несколько
дн ей
портрет
уже
должно
б ыло
смот­
реть
жюр и.
—
Гл аза
я
д отян ул,
к аже тся,—
сказал
Иван
Елизарович,
вгл яд ы­
ваясь
ему
в
самые
зрачки
и
все
же
поправляя
что- то
на
портрете.—
По-
моему
—
вы.—
Он
еще
тронул
что- то
кистью.—
По-моему
—
вы.
Потом
он
ста л
писать,
а
П орт уга лов
сидел
в
кресле,
стараясь
не
ме­
нят ь
поз ы.
—
В
сущности,
н апис ал
два
портрета
с разу ,—
сказал
Ива н
Елизаро­
вич ,
отойдя
от
мо льбе рта ,
всматриваясь
издали
и
потом
снова
нацели­
ваясь
кистью.—
Это,
может
быть,
ни кто
не
п ойм ет,
но
мы
с
вами
пойм е м.
Мы
с
вами
поймем,
потому
что
уже
больше
сорока
лет
живем
в
одн ом
доме
и
столько
судеб
про шло
пер ед
на ми...
И
он
все
это
видел,
ваш
дво й­
ник ,
он
рос
и
все
вид ел,
и
вот
вид ит
нас
с
вами
сейчас
и
понимает,
что
можем
мы
чувствовать
и
какие
у
нас,
уже
стариков,
мечты.
Однако
мечты
никогда
не
могут
быть
старыми,
они
всегда
молодые,
они
как
облако
—
с
ними
сердце
не
стар ее т.
По ртуга ло в
не
очень
понимал,
о
каком
его
двойнике
говорит
Ив ан
Елизарович;
он
—
в рач
—
пр ивык
мы с лить
точно
и
определенно,
как
точно
и
определенно
делал
операции,
но
у
художников
сво й
ход
мыслей,
и
он
уважал
особенности
этого
хо да.
—
Не
обменяю
на
спокойствие,
на
т ишину
мирной
старости
—
не
об­
ме няю
на
все
это
тревогу
сердца,
саму ю
важную,
самую
нужную
для
че­
ло века
тревогу
сер дца, —
ск азал
Иван
Елизарович.—
В
э том
— движе­
н ие,
без
которого
не
бы ло
бы
и
сам ой
жизни .
И менно
так .—
Он
сделал
еще
несколько
мазков
и
отложил
кисти.—
Теперь,
пожалуй,
можете
и
взгля нут ь
на
себя.
П орт уга лов
поднялся
с
к ре сла,
стал
смотреть
на
свой
портрет,
а
Ив ан
Ели за ро вич
стоял
за
его
спиной
и
ж дал.
—
Спасибо,—
ск азал
Португалов
наконец.—
И
за
дв ойни ка
м оего
—
спасибо.
Тепер ь
я
по нял,
он
и
в
мои
о кна
не
оди н
год
заглядывал
и
все
знает
обо
мне,
а
теперь
дотянулся
и
до
вашего
балкона.
Иван
Е лиза рович
открыл
дверь,
и
над
сам ым
балконом
бы ли
ветки
ясеня,
п учочк и
листьев
на
них
стали
после
дож дя
из
коричневых
олив­
ково-зеленоватыми,
а
в
самой
середине,
наверно,
изумрудными,
но
это
было'еще
впереди.
Иван
Е лизар ович
подошел
к
ограде
балкона
и
подер­
жал
в
руке
вет ку
с
ее
листочками.
Он
был
доволен,
что
одновременно
с
портретом
хирурга
Португалова
н апис ал
и
портрет
этого
ясен я,
тайного
со бе седн ика
на
протяжении
десятилетий,
знавшего
р адо сти
и
печали
многих
семей
в
их
доме,
смотревшего
сверху,
как
катаются
сначала
на
трехколесных,
потом
на
двухколесных
велосипедах
Юра
и
Леш а
Порту-
галовы,
и
как
они
бегут
с
учебниками
в
портфельчике
в
школу,
и
как
Кат я
с нач ала
шуркала
метлой
по
асфальту
д вора
или
соскребала
л ед,
потом
стала
ходить
иа
счетоводные
курсы,
за
ним и
и
на
курс ы
стеногра­
фии,
а
на
чемо дане
Нюры,
когда
она
вернулась
из
Мали,
б ыли
цвет ные
на кле йки
с
изображением
пальм
и
баобабов...
К ак-то
ночью
стоял а
во
дворе
плачущая
женщина,
и
Ка тя
пош ла
с
ней
будить
Португалова,
и
он
уехал
с
женщ иной
на
та кси,
а
несколько
дн ей
спустя
небр еж но
сказа л,
что
заклинился
клапан
на
сердце
ее
дочери,
словно
вызывали
слесаря
починить
замок,
а
ч его
ему
стоило
э то,
Игорю
Александровичу,
он
не
сказал .
Он
вообще
редко
го во рил
о
своей
работе
и
был
недоволен,
когда
его
сфотографировали
с
белой
полумаской
на
ли це
и
потом
в
э том
ви де
напечатали
в
журнале
его
портрет.
«Я хирург,
а
не
бал ер ина»,—
сказал
он
тогда.
Но
т аким
же
был
и
Иван
Елизарович,
он
то же
редко
го во рил
о
себе
и
не
любил,
чтобы
о
нем
сообщ ал ось
что-либо,—
Ка тя
з нала
э то.
Она
зн ала
и
то,
что
Иван
Елизарович
закончил
портрет
По ртуг ало ва,
102


и
теперь
холст
должен
п рос охн уть,
а
потом
Ив ан
Ели за рови ч
отвезет
его
вместе
с
пейзажами
на
выставку.
Ка тя
увидела
в
этот
де нь
Ивана
Е лиза ро вича
с идя щим
с
г азето й
в
руках
возле
колясочки,
в
кото рой
спа л
Кирик.
Иван
Елизарович
читал
«Известия», посмотрел поверх газеты на Катю,
спросил:
—
Зап исы вать
что-нибудь?
—
Да,—
ответила
она,—
обс ужд ени е
фильма
«Большие обещания».
Катя
ч уть
задержалась,
она
хотела
услышать
от
И вана
Ели зар ович а,
что
он
закончил,
нако нец ,
портрет
Португалова,
но
она
зн ала,
что
он
сознательно
медлил
с
ним,
потому
что
одновременно
писал
и
ясень
за
балконной
дверью
и
д ож идал ся,
когда
на
дереве
раскроются
после
дож дя
поч ки:
он
хотел,
наверно,
написать
дерево
во
всей
мо лод ой
его
силе,
хот я
это
б ыло
уже
старое
дерево;
но,
может
быт ь,
в
его
замысле
бы ло
напо мнит ь
о
том ,
что
и
с тар ость
нер едко
дает
молодые
побеги...
Ив ан
Елизарович,
однако,
ничего
не
сказ ал
о
портрете,
он
перевер­
нул
ли ст
газеты,
провел
еще
носом
сверху
вниз
по
нем у
и
попросил:
—
К упите
мне
по
дороге
чайный
сырок,
Кат я,
а
то
что-то
не
хочется
идт и
в
молочную.
—
Куп лю,
н ечего
вам
и
ходить,—
ответила
Катя.
Но
она
поняла,
что
Ив ан
Елизарович,
вероятно,
пообещал
Лил е
посидеть
с
ее
Кириком.
Ка тя
ушла,
а
Иван
Елизарович
остался
читать
га зету ,
вечер
был
уже
совсем
т е плый,
в
начале
ма я,
наверно,
будет
еще
холодно
и
деревья
по­
боятся
сраз у
выпустить
свои
листочки,
но
потом
наверстают,
польются
листвой,
и
густые
ветви
ясеня
снова
начнут
заглядывать
во
все
окна
на
своем
пути.
Катя
за шла
в
молочн ую,
за
прилавком
стояла
Тус я,
они
х орошо
знали
друг
д руж ку,
и
Тус я
спросила,
отпуская
ей
чайный
сырок:
—
Для
Ивана
Елизаровича,
нав ер но?
Возьмите
тогда
еще
две
ба­
ночки
«Виолы», она редко бывает.
И
Ка тя
купила
для
Ивана
Елизаровича
еще
две
баночки
«Виолы».
АЛЛЕИ
СТАРОГО
ПАРКА
Ма ть
осталась
на
лето
в
московской
квартире,
а
для
же ны
и
сы на
Демидов,
как
о быч но,
сн ял
дачку
у
ста рог о
седельника
Яшкунова,
с
ко­
т орым
в сегда
бы ло
интересно
пог овор ит ь
о
московской
жизни
в
про ­
шлом ,
да
и
на
рыбалку
не
раз
ход или
они
вместе
и
встречали
холодную
утреннюю
зарю.
103


Инна
Витал ье вна
вместе
с
с ыном
Николаем
переехала
на
дачу
в
се­
редине
ма я,
и
для
Демидова
н ач алась
та
летняя
жизнь,
когда
после
ду ш­
но го
озабоченного
дн я,
выйд я
из
дачного
по е зда,
глубоко
вдохнешь
ле с­
ной
и
полевой
воздух,
а
еще
ч ерез
п о лчас ика,
умывшись,
сядешь
обедать
на
терраску,
уже
наполовину
затянутую
поднимающимся
хмелем.
Ле то
наступило
сразу,
и
в
городе
сразу
стало
жарко,
задерживаться
с
возвращением
на
да чу
всегда
не
хотелось,
и
Демидов
пр ямо
с
работы
садился
в
метро
и
е хал
на
вок зал .
Ма ть
о ст авал ась
совсем
од на
в
пустой
квартире,
о ст авал ась,
собственно,
сторож и ть
ее,
и
Демидова
всегд а
му­
чи ла
эта
мысль.
Конечно,
можно
б ыло
бы
устроить
та к,
чтобы
Антонина
А ндре евна
поехала
с
ним и,
пожила
бы
вместе
иа
да че,
нашлось
бы
для
нее
место
в
двух
комнатах,
которые
он
снимал,
и
Де ми дов
все
собирался
ск азать
ж ене
об
этом,
собирался,
но
откладывал.
Уже
давно
для
матери
многое
с ложило сь
не
так,
как
следовало:
чтобы
полу чи ть
квартиру
из
тр ех
комнат,
он
уговорил
мать
сдать
свою
жилплощадь
и
соединиться
с
ними.
М ать
жи ла
отдельно,
своей
ж изнь ю,
жи ла
в
доме,
где
все
б ыло
дорого
ей.
Но
она
думала
о
сыне
и
о
его
семье,
все
же
его
жизнь
была
впереди,
а
ее
жизнь
уже
по зади ,
и
она
решила
расстаться
с
тем,
с
чем
бы ли
с вяза ны
многие
радости,
и
многие
трудности,
и
горе,
кот орого
ни­
когда
не
забу деш ь, —
все
б ыло
св я зано
с
этим
домом,
и
в
нем
родился
и
вырос
сын.
Но
сын
женился,
у
не го
уже
был
теперь
трехлетний
мальчик,
за
кот орым
кто
же
лучше
присмотрит,
чем
бабушка,
и
Антонина
Анд ­
реевна
рас стал ась
со
своей
комнатой,
а
квартиру
сын
получил
хор ош ую,
и
они
пос ел илис ь
все
вместе.
С
женой
с ына
Инной
Антонина
Андреевна
ста рал ась
ла дить ,
шла
ей
во
в сем
навстр еч у,
и
Демидов
ус по кое нно
решил,
что
все
пойдет
по-
хорошему
и
что
между
матерью
и
женой
не
будет
раз лада ,
как
это
не­
редко
сл у чается.
Инна
Витальевна
работала
на
радио,
организовывала
литературные
передачи,
была
деловой,
подтянутой,
може т
быть
немного
более
требо­
вательной,
чем
п ола гае тся
женщине,
сразу
определила
характер
отноше­
ний
с
матерью
м ужа
—
спокойный,
корректный,
но
несколько
держащий
в
о тда лен ии,
и
Антонина
Андреевна
п окорн о,
не
в ыражая
истинных
чувств,
приняла
новый
порядок
своей
жизни,—
порядок,
при
ко тором
хо­
зяйкой
бы ла
Инн а,
а
она,
Антонина
Андр ее вна ,
словно
лишь
жи ла
в
их
доме .
К ак-то
сам о
с обой
по лу чило сь
и
то,
что
т рех лет ний
Кол я
оказа лся
це лик ом
на
ее
руках,
мать
з анята
на
работе,
а
ба бу шка
дома:
она
и
обед
приготовит,
и
за
внуком
присмотрит,
а
в
летнюю
пору,
когда
выезжают
на
дачу,
присмотрит
и
за
квартирой.
Все
это
было,
наверно,
так
же,
как
и
в
ряд е
других
семейств,
жизнь
идет ,
для
ж енщин ы
наступает
век
ба­
бушки,
и
это
нуж но
принять.
Но
Де мид ову,
однако,
казалось,
что
все
по лу чило сь
не
совсем
так,
как
нужно,
и
что
за
спокойной
корректностью
И нны
Витальевны
ст оит
еще
нечто,
чег о
она
по
своей
сдержанности
ник о гда
не
выражает:
все
же
лу чше
жить
одним,
самостоятельно,
и
незачем
б ыло
соединяться
с
ма­
терью
из-за
квартиры;
в
с вое
время
можно
б ыло
бы
устроить
обмен,
а
п ока
пожить
в
двух
комнатах,
но
своей
жиз нью .
Она
ни
раз у
не
ска­
з ала
об
э том
му жу,
но
Демидов
чу вс тво вал
это
и
испытывал
б оль
за
ма ть.
Отец
умер
от
пр ист упа
груд н ой
жабы,
когда
ем у,
Пете
Демидову,
б ыло
всего
три
года,
и
мать
осталась
с
ним
на
руках,
но
не
поддалась
отчаянию,
окончила
медицинские
курсы,
стала
работать
медицинской
сестрой,
не
вы шла
из- за
сына
вторично
замуж,
чтобы
все
ее
чувства
до­
ста ли сь
только
с ыну,
чтобы
ни
с
кем
не
делить
их.
Демидов
знал,
что
мат ь
отдала
ему
всю
сво ю
жизнь,
бы ла
всегда
с
ним,
для
пег о
и
ради
него...
Это
обы чно
так
трудно
и
бо л езненно ,
когда
сын
находит
ж е нщину,
104


которая
зас туп ит
место
матери,
станет
заботиться
о
муже,
а
мать
от ой­
дет
в
сто рону ,
начнет
р е вниво
поглядывать,
не
терпит
ли
сын
в
чем-либо
ущерба,
и
нередко
стр адает
за
него,
стр адае т
тайно
и
горестно.
Так
оно
и
получилось,
и
Антонина
Андреевна,
наблюдая
снач ала
из далека,
а
за­
тем
и
совсем
близко
за
жизнью
сына,
находила,
что
многое
в
ней
не
так,
И нна
Витальевна
уверенно
по д чинила
его
себе,
и
он
не
противится
ей
не
по
сл або сти
характера,
а
п отом у,
что
не
хоч ет
осложнений,
которые
так
портят
и
так
искажают
отношения
в
с ем ье...
Бывший
седельник
Яшкунов
работал
некогда
на
известной
седельной
фаб ри ке
Живаг о ,
любил
по рассказ ат ь
о
старой
Мос кв е,
о
«конкур-
иппик»
или
«лисичке», когда всадники и амазонки состязались в манеже
на
Цветн о м
бу льва ре
или
выезжали
кавалькадами
за
гор од
и
по
бумаж­
ном у
следу
отыскивали
ускакавшего
вперед
се до ка,
и
Де ми дов
посижи­
вал
со
старым
седельником
на
крылечке,
покуривал,
вечер
мягко
оп у­
скался
на
плечи,
а
потом
же на
звала
ужинать,
и
он
шел
на
террас ку,
о свеженный
вечерним
воздухом
и
т иш иной
почти
сельской
ж изни.
Уж ин
всегда
был
с троги й,
Ин на
Ви та лье вна
не
хотела
пол нет ь,
все
в
доме
бы ло
сора змере нн о
и
умно
рассчитано,
и
Демидов
не
мог
отказать
жене
в
ее
умении
организовать
жизнь
—
правда,
на
свой
образец.
Сид я
од н ажды
с
женой
за
столом,
под
лампой
с
низк им
абажуром,
под
к оторы й
слепо
залетали
ночные
бабочки,
Демидов
все
же
ск азал,
но
как
бы
ме жду
прочи м :
—
Ав
Москве
духотища...
по
в ечер ам
особенно,
ст ены
так
нагре­
ваются
за
день,
что
в
квартире
прос то
дышать
неч ем.
—
Лето
и
должно
бы ть
жа рким ,—
отозвалась
Ин на
Витальевна.
—
Это
хорошо
для
т ех,
кто
может
ж ить
за
гор одо м...
а
скол ь ко
лю­
дей
сейчас
в
Москве.
—
В
Москве
много
парков,
да
и
скв ер ики
сейч ас
всюду
разбивают...
особенно
на
месте
снесенных
домов.
Они
думали
каждый
по-своему,
и
Демидов
уже
давно
ощущ ал ,
что
они
думают
каждый
по-своему
и
что
жена
умело
прикрывает
св ой
эгоизм
рассудительностью,
которая
все
больше
становится
неприятной
и
даже
чуждой
ему .
—
Х орошо
р ассу ж дать
так,
сидя
на
дачной
террасе
за
чаем,—
ска­
зал
он.
Она
удивленно
посмотрела
на
него.
—
К ажет ся,
я
была
сегодня
на
работе,
вернулась
только
в
шестом
час у.
Ее
красивое
матовой
красотой
лицо
осталось,
однако,
спокойным,
как
спокойны
бы ли
ее
полуобнаженные
р уки
со
спа да ющим и
до
пред пл ечь я
короткими
рукавами
легкого
л етнег о
пла тья;
сам
он,
невысокий,
просто­
ватый,
начавший
со
слесарской
работы
на
заводе,
нер едк о
с
некоторым
недоумением
думал,
что
Ин на
с
ее
требовательностью
могла
в
нем
найти?
Он
никогда
не
признавался
себе
в
том,
в
чем
был
теперь
уже
твердо
уверен:
Инне
нужно
б ыло
устроить
свою
жизнь,
от
добра
доб ра
не
ищут,
он,
наверно,
вполне
подходил
ей
в
качестве
скромного,
трудо­
любивого
муж а,
а
для
прочности
нуже н
был
ребенок,
и
Демидова
в сегда
оскорбляла
мысль,
что
маленький
Коля
выполняет
какую-то
пр едназ на­
ченную
ему
матерью
роль...
Но
п осле
рождения
с ына,
когда
все
стало
бесспорно
и
прочно,
Ин на
отдалилась,
и
Демидов
ощ уща л,
что
она
отдалилась,
у
нее
своя
жизнь,
а
в
радиостудии
и
актеров,
и
чтец ов ,
и
писателей
предостаточно,
и
лучше
об
э том
не
д умать .
—
Я
имею
в
вид у
не
всю
Москву
с
ее
жителями,—
сказал
он
не ожи­
данно
резко,—
а
всего-навсего
сво ю
собственную
мать.
Она
пе четс я
в
квартире,
охраняет
паше
имущество,
а
мы
с
тоб ой
все-т аки
дышим
св е­
жим
воздухом
на
да че.
105


—
Во-первых,
у
нас
в
квартире
балкон,—
сказала
Инн а
Виталь­
евна.—
Я
в
это м
году
во
всех
ящиках
посадила
цветы,
ну жно
л ишь
поли­
ва ть
их.
А
во-вторых,
в
квартире
не
только
наше
с
тоб ой
имущество,
но
имущество
и
А нто нины
Андреевны,
и
потом,
что
ты
хоч ешь
всем
эт им
сказать?
—
То,
что,мож но
было
бы
потесниться,
и
ма ма
пожила
бы
с
нами
на
даче
хот я
бы
месяц.
—
Я
могу
взять
отпуск
не
в
се нтябр е,
а
в
августе...
под
Москвой
в
августе
бывает
еще
совсем
тепло.
Инна
Витальевна
сразу
дала
пон ять,
что
ей
все
рав но
как
будет,
когда
она
уедет
на
юг
в
от пус к,
а
про д олжа ть
московский
быт
еще
и
ле­
том
совсем
не
склонна.
Демидов
помолчал,
потом
уше л
курить
на
крыльцо,
к
нему
подсел
Яшкунов,
и
они,
как
об ычно ,
пог овор или
о
московской
жизни
в
прош­
лом.
Яшку н ов
расс казал,
что
в
ма га зине
Жи ваго
на
Петровке
стояло
в
в итр ине
чуч ело
лошади
под
английским
седлом,
а
зна мен иты е
на езд­
ники
Вильям
Кейтон
и
Барышников
покупали
краги
и
стеки
только
у
Эггорна
на
Тверской.
—
Ты
сам-то
род ом
откуда
будешь?
—
спросил
Яшкунов.
—
Отец
кос тро мич...
недаром
я
на
костромского
плотника
похож,—
усмехнулся
Деми дов .
Яшкунов,
с
седой,
свалянной
на
сторону
бородкой,
искоса
поглядел
на
него.
—
Ну
и
хорош о...
костромичи
—
плотники
дай
бо г,
тако й
с руб
ру­
били,
что
сто
лет
сто ял
без
ремонту,
шип
в
шип,
гвоздей
и
не
призна­
ва ли
вовсе.
Но
Яш к унов
по нима л
не
только
в
сед ельно м
или
плотнич ье м
дел е,
понима л
он
и
то,
что
между
ним,
Демидовым,
и
его
женой
нет
того
сер­
д еч ного
согласия,
когда
и
семья
шип
в
шип.
—
И
с ына
своего
по-костромски
приучай,—
сказал
он
вдруг,
и
Де­
мидов
поня л
ход
мысли
старика.
Они
сидели
на
крыльц е
и
курили,
а
в
доме
дв игал ась
же на.
Деми дов
ощущал
ее
движения,
он
знал,
что
после
ра зм олвки
она
захочет
р аз мяг­
чи ть
его,
она
тонко
и
ис кус но
умела
это.
—
Пл отн ик
во
мне
крепко
сидит:
и
лес
люблю,
и
деревенскую
жизнь
люблю,
и
на
сеновале
спать
—
ничего
лучше
нет .
—
А
я
только
на
сеновале
и
сплю,—
сказал
Яшкунов,—
сено
св еже е,
луговину
окосил,
оди н
кл евер
да
м ята.
Приходи,
по каляк аем
перед
сно м.
Он
ушел,
а
Демидов
еще
посидел
оди н.
Же на
лежала
в
п ост ели
и
чи та ла,
ко гда
он
вошел
в
комнату.
—
Ив ан
Тимофеевич
пр игла шае т
к
себе
на
сенов ал...
давно
не
сп ал
на
свежем
сене,—
ск азал
он.
—
Что
за
фантазии!
—
слегка
возмутилась
Ин на
Витальевна.—
По­
жалуйста,
без
глу пос те й.
—
Почему
же
это
глупость
—
поспать
на
свежем
сене?
Он
взял
подушку
и
одеяло,
и
чужое
и
настороженное
стояло
в
к ом­
нате.
Но
он
не
дал
этому
разрастись,
ск азал,
как
если
бы
собрался
на
рыбалку: «Спи спокойно,
чер дач ок
тут
же
во
д воре »,—
поцеловал
ж ену
в
лоб
и,
не
дав
ей
ничего
ответить,
ушел
на
сеновал.
Сено
б ыло
свежее,
пах ло
клев еро м
и
мятой,
и
Демидов
расстелил
простыни,
подгреб
по выше
сено
в
изголовье
и
ле г,
а
Яшкунов
уже
леж ал
в
стороне.
В
треугольник
чердачного
л аза
видно
б ыло
небо
и
легкая,
почти
кисеевая
четвер ту ш ка
н едав но
родившегося
мес яц а,
совсем
де ре­
венская,
простодушная
четвертушка.
106


—
Жен щи ны
не
л юбят,
когда
мужики
одни
н очуют ,—
сказал
Яшку­
нов.—
Мужики
тогда
обо
всем
своем
переговорят,
а
ж ен щины
не
любят,
когда
они
из-под
их
воли
уходят.
Мужик
по-ихнему
должен
думать
и
с
их
согласия.
Это
редкие,
которые
не
амазонки,
а
моя
—
н ет,
моя
ти хая. ..
моя
Анюта
не
така я.
Он
не
спросил,
как ая
у
него,
Демидова,
жена:
может
быть,
ж дал,
что
тот
сам
р асскаж ет
о
не й,
сам
поделится
тем ,
чег о
не
на шел,
хот ь
и
искал,
а
если
и
нашел,
то
совсем
не
то,
что
иск ал.. .
Но
Демидов
лежал ,
заки­
нув
рук и
за
гол ову,
смотрел
в
треугольник
лаза
на
месяц,
т еперь
пох о­
жий
на
че пч ик,
и
недобро
думал
о
том ,
что
хорошо
на
даче
говорить
о
московском
балконе
с
цветами
в
ящиках,
а
в
комнатах
духота,
и
горячие
кирпичи
отдают
всю
накопленную
за
день
жару.
Он
вспомнил,
как
в
д ет­
стве
упал
с
кач ел ей
и
повредил
себе
поз вон оч ник,
и
как
м ать
сидела
возле
его
постели,
торопилась
с
работы,
приходила
запыхавшись,
и
ночью
она
бы ла
рядом,
он
прос ып ал ся
—
и
она
бы ла
рядом,
и
он
не
мог
уяснить,
с пала
ли
она
и
то же
проснулась,
или
не
сп ала,
а
была
только
рядом,
и
целый
год,
пок а
он
не
поправился,
она
была
рядом,
она
отдала
ему
все
свои
ночи,
и
он
тогда
не
понимал
еще,
что
она
отдала
ему
всю
свою
жизнь,
и
если
бы
он
и
не
ушиб
позвоночник,
она
бы ла
бы
рядом,
она
не
захотела
уйти
от
него,
разделить
с
к ем-н ибу дь
свою
лю­
бовь,
он
был
у
нее
один,
сын,
ее
Петя.
Демидов
думал
об
этом,
и
что-то
вдруг
приш ло
взамен
того
тяж елого ,
что
мучи ло
его,
он
еще
не
мог
осо­
знать ,
откуда
пришл о
это
легкое,
совсем
св ет лое,
как
дымок,
и
с
этим
чув­
с твом
он
з асн ул,
и
к левер
и
мят а
пахли
вокруг
него...
У тром
же на
встретила
его
спокойно,
с
об ычн ой
выдержкой,
и
он
л иш­
ний
раз
подивился
ее
умению
сглаживать
углы.
—
Ну,
как
спалось
на
сеновале?
—
спросила
она.
—
От личн о.
Сено
свежее
и
мя ты
много.
Они
поехали
в
город
вместе,
за
мальчиком
прис м а три вала
же на
Яш-
кунова,
та
са мая
тиха я
Ан юта,
о
ко торо й
го вор ил
муж,
говорил
с
суро­
вой
не жнос т ью,
и
в
поезде
Ин на
Витальевна
читала
переводной
роман,
а
Демидов
читал
г азеты ,
которые
купил
в
станционном
ки оск е.
—
Я
сег о дня
рано
освобожусь,—
сказала
Инн а
Витальевна,
ко гда
подъезжали
к
Москве.—
По стар айся
и
ты
не
задерживаться.
Пойдем
по­
гуляем,
пойдем
на
реч ку,
я
и
Ко ле
обещала.
—
Постараюсь,—
ответил
он.
В
Москве
они
с ели
вместе
в
поезд
ме тро,
но
у
Инны
В итал ь евны
бы ла
пересадка
на
площади
Свердлова.
—
Так
не
задерживайся,
Петя,—
сказала
она
добро,
и
Демидов
по­
смотрел
сквозь
ок но,
как
она
идет
по
перрону
на
выс ок их
острых
ка блу ч­
ках
и
с
красным
пл ос ким
чемоданчиком
в
ру ке.
М ать
отк рыла
ему
дв ерь
и
сказала
об рад ова нно
и
в
то
же
время
встревоженно:
—
Ты,
Петенька?
В
это т
час,
после
окончания
работы,
он
обычно
был
уже
на
вок за ле
или
даж е
ехал
в
электрическом
пое з де.
—
Д ела
какие-нибудь
зад ержа ли ?
—
спросила
мать.
—
Да
нет ,
ника ки х
дел, —
ск азал
он
беспечно.—
Просто
заехал
про ­
ведать
теб я.
—
Ч его
же
тебе
пос ле
работы
еще
в
городе
то мить с я,—
сказала
мать.—
Де нь -то
какой
душный...
Наверно,
к
но чи
соберется
гроз а.
М ать
грозы
всегда
боялась,
и
он
подумал
о
том ,
как
ей
д олжно
бы ть
особенно
стр а шно
одн ой
в
пустой
квартире.
Он
посмотрел
на
седые
во­
лосы
матери,
разделенные
с
деви ч еско й
аккуратностью
на
прямой
про ­
107


бор,
посмотрел
на
всю
нее,
высокую,
придирчиво
опрятную,
какой
она
бы ла
в сег да,
с
ее
ум елы ми
руками
медицинской
сестры,
которыми
облег­
чи ла
не
одному
страдание.
—
Поспею
и
на
дачу,—
сказал
он.—
Дай
чего-нибудь
пить.
—
Сад ись ,
садись,
П етеньк а,—
заторопилась
она.—
Приготовила
клюквенного
морс у,
твоего
лю бимо го ...
словно
пр е дчув ство вала ,
что
ты
заед ешь .
Она
достала
из
холодильника
кувшин
с
морс ом,
Демидов
с нял
пид­
жа к,
и
они
сидели
вдвоем,
как
когда-то,
а
дверь
на
балкон,
на
ко торо м
цветут
в
ящиках
цветы
и
где
можно
по ды шать
свежим
воздухом,
была
закрыта,
снаружи
шла
только
жара...
—
Ну,
как
вы
там ,
на
дачке?
—
спр ашивал а
мать.—
Ужасно
по
Ко­
леньке
соскучилась...всегда
так-то :
ждешь
не
дождешься
лета,
а
потом
не
дождешься,
когда
оно
кончится.
Демидов
о тпил
глоток
м орсу,
м орс
был
тож е
из
детства,
как
все
бы ло
из
детства,
прежде
всего
—
мать
с
ее
нежност ью ,
с
ее
тихими
глазами,
в
к от орых
всегда
можно
было
прочесть
только
любовь
и
заботу
о
нем,
сыне,
и
тревогу
за
него,
сына.
О дно
только
это
и
б ыло
всегда
в
ее
г л азах.
—
Ес ть
новость
для
теб я,—
с казал
он
д овол ьно .—
С
двадцат о го
июля
путевка
в
хоро ши й
дом
отдыха
под
Москвой.
Поедешь,
отдохнешь
от
московской
жары,
наберешься
с ил...
а
мне
тв ои
с илы
нужны,
мама,
без
них
я
ни ку да,
хоть
и
седеть
начал,
и
сем ья
у
ме ня,
и
все
на
свете,
что
полагается
человеку,
который
во т -вот
сам
нач нет
стареть,
а
ты
для
меня
—
моя
молодость,
так
что
не
сдавай,
пожалуйста.
Он
го во рил
шутливо,
но
ма ть
с
тревогой
смотрела
на
него.
—
Ка кая
тут
пу тев ка,
Петенька,
что
ты!
—
сказала
опа.—
А
за
квар­
ти рой
кто
присмотрит?
—
Знаешь
что,
я
вот
плесну
на
все
б е нзином
и
под о жгу ...
Тебе
еще
охр ан ять
барахло?
—
А
кому
же,
Петенька?
—
сказала
она
кротко.—
Инночка
на
ра­
боте,
да
и
к
р еб енку
торопится...
а
я
на
п окое,
мне
ведь
и
делать-то
не­
че го,
только
цветы
на
балконе
п олит ь.
—
Двадцатого
ию ля
ты
у ед ешь,
мама,—
ск азал
он
твердо.—
Пу тевка
уже
у
меня
на
руках.
А
с
квартирой
и
без
те бя
уп рав имс я.
—
Не
могу
я,
Петенька...
пут ев ку
у
те бя
возьмут,
а
я
не
поеду.
—
Поедешь,
мама,—
сказал
он,—
поедешь.
Ты
для
м еня
пое д ешь...
А
мне
все
равно
пр и дется
целый
месяц
в
городе
про жит ь.
Сейчас
утвер­
ждают
один
пр оек т,
на
д ачу
ездить
не
с могу,
а
Инна
с
мальчиком
и
без
меня
обойдутся,
дач а
впо лне
благоустроенная
и
хозяева
хорошие.
Опа
ли шь
горестно
в здо хн ула.
—
Е сли
бы
я
и
по ех ала,
Петенька,
ду ша -то
бу дет
у
меня
не
па
ме­
с те,
а
с
э тим
какой
отдых?
—
А
у
т ебя
на
месте
душа,
когда
я
чужому
эгоизму
п ота каю?
Ты
ве дь
никогда
эгоисткой
не
бы ла
и
меня
не
учила
этому.
Она
испуганно
взглянула
на
него:
уж
не
прошла
ли
трещина
в
его
отношениях
с
женой?
—
Все
в
порядке,
мам а,—
успокоил
он
ее .—
Но
я
хочу
жи ть
по
св оим
пра вила м,
и
бу ду
жить
по
своим
правилам,
и
сына
своего
научу
ж ить
по
э тим
правилам.
Ес ли
хочешь
зн ать
правду,
то
я
ж алею
теперь,
что
сдви­
нул
те бя
с
места...
прих од ил
бы
я
к
тебе,
и
были
бы
мы
вдвоем,
ско л ько
захотели
бы,
и
говорили
бы
друг
с
другом,
ни
на
кого
не
оглядываясь.
Инна
—
честная,
по рядо чн ая
женщина,
по
она
считает,
что
чел о век
до л­
жен
ж ить
только
для
себя,
а
ты
всю
жизнь
уч ила
мен я,
что
ч ел овек
дол ­
жен
прежде
всего
жи ть
для
других,
а
потом
уж
для
себя.
Мне
тридцать
восемь
л ет,
поздновато
переучиваться.
108


Он
только
тепер ь
осознал,
почему
ночью,
на
сеновале,
пришла
вдр уг
неожиданная
легкость,
какая- т о
ясность
души,
словно
пробился
род ни­
чок
с
острохолодной
в одой...
Еще
весной
они
с
женой
ре ш или,
что
будут
ж ить
с
мальчиком
на
даче,
тем
более,
что
у
него,
Демидова,
отпуск
в
ию ле,
а
в
начале
сен тября
жена
со бир ал ась
в
Гагры,
куда
ее
пр игл а­
шала
од на
из
сослуживиц.
Впрочем,
Демидов
не
знал
ни кого
из
тех,
с
кем
она
работала
в
радиостудии,
и
ему
казало сь
иног д а,
что
она
счи­
тает
его
человеком
совсем
другого
круга,
ему
и
пог ово рит ь
не
о
чем
со
всеми
этими
дикторами
или
комме нт аторами ,
к от орых
он
знал
только
по
вечерним
радиопередачам.
Но
лежа
на
сеновале
ночью,
вдыхая
деревенский
запах
скошенных
трав,
он
н ашел
выход,
и
все
то,
что
застилало
с обой
этот
вых од,
отошло,
и
легкое
и
умиротворенное
пришло
взамен...
Он
зашел
во
время
работы
в
местком,
сообщил,
что
отпуском
в
эт ом
год у
не
воспользуется,
а
тут
подоспела
и
удача:
у
одного
из
инженеров
бы ла
путевка
для
же ны
в
подмосковный
дом
отдыха
в
Михайловском,
по
же на
решила
поехать
к
родителям
в
Киев,
и
инж енер
уст упи л
ее
пут ев ку.
Демидову
бы ло
все
равно,
как
отнесется
к
этому
И нна
Витальевна,
он
думал
лиш ь
о
том,
что
м ать
поедет
в
Михайловское,
под ы шит
там
воз­
духом,
побродит
по
аллеям
с тарог о
парка,
и
пре дс т авлял
себе
эти
аллеи,
и
столетние
деревья,
и
голосок
кукушки
в
чаще,
и
роб ку ю,
так
мало
знавшую
радостей
в
жизни
мать.
—
Зачем
ты
затея л
все
это,
Пете нь ка!
—
сказала
Антонина
А нд­
реевна
беспомощно.
—
Ничего
я
не
зате ял,
просто
мне
прид ет ся
еще
крепко
поработать
над
проектом,
зд есь
у
ме ня
все
под
рукой,
а
ездить
на
дачу
только
день
разбивать.
Он
посидел
еще
у
матери,
о ста вил
ее
смятенной,
но
все-таки
больше
счастливой,
чем
смятенной,
не
отт ого,
к он ечно,
что
поедет
ку да-то ,
а
от­
того,
что
сын
по ду мал
о
ней
и
не
ушел
от
нее
далеко...
На
да чу
Демидов
приех ал
только
в
девятом
часу,
Инна
Витальевна
сп р о си л а: «Что случилось?
Я
уже
на чала
б еспок о ит ься », но он ответил
ко р отк о : «Заехал к маме»,—
и
пошел
умываться.
Наверно,
жена
по мнила
то,
о
чем
он
ск азал
ей
накануне
и
что
насто­
рожило
ее,
она
не
знала
еще
и
того,
о
чем
он
мог
говорить
с
Яшк у но вым,
когда
ушел
к
нему
на
сеновал,
о
чем
м огут
говорить
му жчин ы,
когда
они
одн и
и
муж ск ое
и
гордое
поднимается
в
них...
—
В
общем,
я
м огу
поехать
в
отпуск
и
в
августе,—
сказала
она.—
В
Гаграх
в
ав гу сте
еще
жарко
к онеч но,
но.художники
обещают
устроить
в
их
доме
отдыха
в
Гурзуфе.
-—
Зачем
же,
п ое зжай
в
сво е
время,—
ответил
он .—
Я
в
этом
год у
в
отпуск
не
по йду,
а
с
дв адц ато го
июля,
п ока
мама
будет
в
доме
отдыха,
поживу
в
Москве...
кстати,
и
проектную
работу
закончу.
—
Вот
ка к,—
сказала
Инна
Витальевна
только.—
Это
новость.
Он а,
наверно,
могла
бы
ск азать
еще
м но гое,
но
она
з нала
из
десятков
литературных
пе реда ч,
из
рассказов
или
гла в
из
романов,
читавшихся
по
радио,
что
в
некоторых
случаях
выдержка
лучше
сильно
выраженных
чувств.
Демидов
да вно
уверился,
что
выдержка
жены
основана
на
ее
опыте
и
понимании
слабостей
человека,
но
он
больше
не
хотел
быть
с ла­
бым ,
и
же на,
именно
в
силу
своего
опыта,
ощу ща ла
это.
—
Бу дем
жи ть
мирно,
Инночка,—
ск азал
он,
п одо шел
к
ней
и
поц е­
ловал
ее
в
ло б,—
будем
жит ь
мирно.
Ве че ром
Яшкунов
спросил
е го:
—
Ну
как,
Пет р
Порфирьевич,
опять
придешь
ночевать?
109


—
Да
нет ,
останусь
в
доме,—
ответил
Дем идо в.—
В
субботу
на
ры­
ба лку
со бер ем ся,
то гда
вместе
и
заляжем .
Ему
не зач ем
б ыло
заб ирать с я
на
сеновал,
чтобы
выйти
из-под
чьей-
то
в оли,
он
остался
сид еть
на
террасе
и
смотрел
сквозь
просветы
в
хмеле
на
месяц,
вста вш ий
в
стороне
на
бледном
и юнь ском
н ебе.
Дни
еще
рос ли,
было
совсем
светло,
и
мес яц
словно
задер жи валс я
со
своим
све­
то м,
пок а
не
стемнело,
потом
фосф ор ич ески
забел ел
над
садом.
На­
верно,
и
в
конце
июля ,
когда
ма ть
поедет
в
Михайловское,
бу дет
он
так
же
висеть
над
ал лея ми
старого
парка
с
его
вековыми
деревьями
и
с то­
рожкой
тишиной,
в
кот орой
слышны
только
шаг и
старой
женщины,
бредущей
н аедин е
и
в
то
же
время
рядом
с
кем - то,
кто
всегда
н ера злу­
чен
с
ней
и
без
кого
ей
не за чем
б ыло
бы
жить
на
свете.


СЕР ГЕЙ
ОС ТР ОВОЙ
ЛЮДИ
Земля
от
лют ой
ст ужи
Был а
ед ва
жива.
Мороз
колол
деревья
На
мелкие
дрова.
Такой
был
холод
адский,
Что
все
сучки
подряд
Выскакивали
с
треском,
Как
пушечный
заряд.
Замерзло
все
живое.
Сидеть
бы
век
в
теп ле.
А
лю дям
надо
был о
Работ ать
на
земле.
И
люди
шли
сквозь
хол од,
Не
знаю щий
гра н иц.
И
на
груди ,
у
сердца,
От огре вал и
п тиц.
РАЗНЫЕ
ДЕРЕВЬЯ
Я
в
лес
вхожу,
как
в
пеструю
толпу.
Не
смейте
говорить
мне,
что
деревь я
Дру г
друга
повторяют.
Это
л ожь.
Вы
только
к
ним
поз орч е
присмотритесь.
Деревья
то же
разн ы е.
Как
люди.
О дни
растут
в
тени.
И
незаметны.
Другие
на
ви ду.
Как
на
базаре.
И
если
ты
их
громко
не
похвалишь
—
Страшись,
не счаст ный !
Месть
тебя
найдет!
А
вот
стоит
ветвистый
великан,
А
ря дом
с
ним
нев ест ится
березка.
Они
др уг
д ругу
нравятся,
наверно.
По
принципу
к онтрас тнос ти.
Как
в
жизни.
Как
у
людей.
Совет
им
да
любовь.
А
это
кт о?
Г лядит
че рнее
ночи.
Все
норовит
схв ати ть ся
за
со се да.
Сам
ма хонь ки й,
п лю гавен ьки й,
невзрачный.
Он,
говорят,
от
за вист и
так
вы сох.
Все
злобится.
Все
сохнет
на
корню.
Ко му
же
он
завиду ет?
Сос еду !
А
почему
зави ду ет?
Тот
выш е.
Тот
да же
в
бу рю
ли с тьев
не
рон я ет.
И
ночью
виден
в сем
из дале ка.
111


Ах,
эти
мне
завистники,
ей-богу!
Завидуют
всему,
что
ни
случится.
Не
знаю
как
у
вас,
а
в
нашем
доме
Один
жиле ц
от
з ави сти
умрет.
А
вот
стоят
две
елки.
Две
подружки.
Одна
из
них
шер ша ва.
Узловата.
Другая
г ла дкокожа.
Как
и гла.
Вам
кто
милей?
Которая
поглаже?
А
мне
милее
та,
что
пош ершав ей.
Люблю
харак те р,
выраж е нный
броско.
А
гл ад еньки х
и
с кр ытных
не
люблю.
Вчера
в
лесу,
когда
д еревья
спали,
Скончался
клен.
Вы
слышали?
А
ряд ом
Вдруг
з асвет илс я
пламе н ем
зелен ы м
Поднявшийся
над
травами
дубок.
Бушует
жизнь.
Так ов
лесной
за кон.
Деревья
гибнут—лес
не
у ми рает.
Теперь
вы
понимаете,
надеюсь,
Что
значит
ле с!
И
если
кто-то
ск аже т,
Что
бу дто
я
от
жиз ни
оторвался,
Что
я
в
л есу
скрываюсь
от
людей,—
Не
верьте
вз дору
этому .
Не
на до.
Деревья
тоже
разные.
Как
люди.
Вы
только
в
них
попристальней
вглядитесь.
И
обн ажитс я
сердце
перед
вами.
И
распахнется
этот
мир
зеленый.
И
настежь
лес!
Как
перед
другом
друг!
ВЫСОЧЕСТВО
Я
к
горе
обращаюсь:
—
Ваше
высочество!
Вы
облач н ой
свитой
окружены.
Вам
очень,
наверно,
п об егать
хочется.
А
вы
неподвижно
стоять
должны.
За
весь
ваш
век
—
х оть
одно
б
движенье.
Хот ь
скрыться
б
куда-нибудь.
На
денек.
Пойти
бы
с
дорогою
на
сближенье.
З айти
к
сос ед ке
на
огонек.
Вы
не
зайдете—другие
попросятся.
Он
в едь
не
дремлет —ко вар ный
Кавказ.
Чего
ж
вы
стойте?
А
б елки
носятся.
Они,
ей-богу,
сч астл ивей
ва с.
Что
им
до
царст вен ного
стоянья.
До
неп о дви жно сти
в
ты сячу
лет .
У
каждого
ест ь
с вои
расстоянья,
Дороги
с вои.
А
у
вас
их
не т.
112


И
х оть
вы
цар ите ,
ваше
высочество,
И
свитою
об лачн ой
окру жены,
Я
знаю
—
вам
очень
п обег ать
хочется,
А
вы
все
в ремя
стоять
должны.
И
я,
питающий
к
вам
уваженье,
Говорю
вам,
не
по дн имая сь
с
колен:
—
Ваше
высочество!
Только
движенье!
Все
остальное
—
тщет а
и
тле н!
МОЙ ЛЕС
Ж иву
в
лесу.
Молюсь
колесу .
В
грибное
л у кошко
Кладу
росу.
Вита я
стежка
Бежит
сторожко.
Под
синей
ос инк ой
Сидит
ст орож ка.
А
у
осинки
—
В
глазах
косинки.
На
тонки х
вет ках
Висят
ворсинки.
Артелью
белки
В едут
п об елки.
Бегут
берез ы
Играть
в
горелки.
Лесные
палаты
Чу ть
сыроваты.
Пол зут
сквозь
ча щу
Корней
раскаты.
На
все
усадьбы
Си нич ьи
свадьбы.
Ах,
тем
синицам
—
Мен я
позвать
бы.
Лось
без
опаски
Ид ет
сквозь
кра ски.
...Мои
цв етн ые
Лесные
сказки.
$
8 МоскваNo1
113


Александр
Яшин
ПОДРУЖЕНЬКА
РАС СКА З
Поздней
осе н ью,
собирая
гриб ы
в
прис т анцио нном
перелеске,
Кате ­
рин а
Федо сеев на
встретила
серень­
кую
об лез лую
кошку,
ничем
не
пр и­
мечательную,
беспородную,
и
п ожа­
лела
ее.
—
Отк уда
ты
вз ял ась,
милая?
Худющая
какая!
—
сказала
Кате­
ри на
Федо сеевн а
и
позвала:
—
Кис,
кис!
Любую
бездомную
дворняжку
назо ви
Жуч кой
—
она
зав иля ет
хво ­
стом
и
пойдет
тебе
навстречу,
если
не
совсем
запугана
и
не
одичала.
А
как
назвать
бродячую
к ошку?
—
Кис,
кис,
к ис!
—
настойчиво
и
ла с ково
позвала
кошку
Катерина
Федосеевна.—
Виш ь,
куда
заб ра­
лась,
потаскушка,—
в
ле с!
Кошка
нед о вер чиво
прянула
в
сторону,
но
почуяв
доброту
в
голосе
старой
же нщ ины,
остановилась,
жа­
лобно
мяукнула
и,
по дняв
хвост
с
прилипшими
к
нему
репейниками,
пошла
на
зо в.
—
Голодная
ты,
что
ли?
—
с
со­
чувствием
и
упре ко м
рассмат р ив ала
ее
Катерина
Федосеевна.—
В
таком
лесу
да
голодать!
Неужто
и
промыс­
л ить
нич его
не
смогла?
Вишь,
кожа
да
кости.
У
кошк и
почему-то
не
бы ло
усов,
глаза
ее
гноились,
шерсть
б ыла
ко­
роткая
и
грязная,
неухоженная,
и
уши
в
парше.
—
Сама
себя
прилизать
не
уд о­
сужилась.
А
может,
ты
б ольна я,
и
тебя,
больную-то,
занесли
в
лес
да
и
бросили
на
погибель?
Есть
же
л юди!
Катерина
Федо сеевн а
поставила
ко р зинку
с
грибами
на
землю,
при­
слонила
к
дереву
палку,
с
п ом ощью
ко то рой
разбирала
траву
и
припо­
дымала
нижние
ветки
елочек,
и
взя­
ла
кошку
на
рук и.
Поглаживая
ее,
она
осторожно
вынула
из
хвоста
ко­
Рис унон
В.
К осо руно ва
114


лючие
ежики
ре пей ни ка,
после
чего
кошачий
хвост
стал
совсем
голым ,
как
пру ти к.
Заметив,
что
кошка
безусая,
она
п о ди вил ась : «Наверно,
кт о-
нибудь
вы рва л,
ли бо
спалил». А
кошка
припала
всем
телом
к
ее
теплой
байковой
кофте
и
благодарно
замурлыкала.
Катерина
Фе до се евна
р аст ро га лась:
—
Одинокая,
видно.
Ну,
чего
ж,
пойдем
тогда.
И
будет
теперь
у
теб я
св ой
дом,
станем
ж ить
вместе.
Какая-никакая
—
все
ско ти нка,
а
то
у
ме ня
давно
никого
нет.
От
во лн ения
она
д аже
палку
в
ле су
забыла.
По
дорог е
к
поселку,
около
железнодорожного
переезда,
вс трети л ась
Катерине
Фед осеевне
со сед ка
солдатка
—
суматошная
бабенка
Вал я
—
и
дав ай
ср азу
огороды
городить:
—
Что
это
за
чуче ло
на
руках
у
тебя,
Федо се ев на?
—
Да
вот
кошечку
в
лесу
нашла,
п ожалела ,—
ответила
Катерина
Федо сеев на
и
по казала
из-под
коф ты
безусую
кошачью
мордочку.
—
С
ума
ты
сошла,
Федосеевна,
драную
кошку
на
г рудях
в
дом
не­
сешь!
Да
еще
из
лесу.
А
вдруг
это
смерть
твоя?
Катерина
Федо сеев на
не
ис пу гала сь
оговора
—
от
этой
пустомели
доброго
слова
не
д ожд еш ься!
—
только
поплотнее
прикрыла
св ою
на­
ходку
байковой
кофтой,
будто
оберегая
ее
от
дурного
г лаза,
да
ог рыз ну­
лась
нешибко:
—
Типун
тебе
на
язы к,
несуразное
говоришь.
Иди
лучше
куда
шла!
Ко шка
всю
дорогу
тих о
сидела
у
самого
ее
серд ца
и
мурлыкала
так
тепло
и
старательно,
что
зряш н ые
слова
соседки
больше
не
вспомина­
лис ь.
Дойдя
до
дому,
Катерина
Федо сеев на
оставила
в
сенях
корзину
с
грибами,
не
стала
их
тотчас
перебирать,
как
делала
р ань ше,
а
занял ась
кош к ой.
—
Перво-наперво
я
т ебя
покормлю,—
сказала
она
ей .—
Только
ч ем?
Сама-то
я
теперь
больше
гри бк ами
балу юсь .
А
тебе
молочка
бы
надо.
Ну,
да~ не"в се
сра зу.
Вот
пог од и-ка ,
есть
у
меня
в
чулане
ко е- чего.
Пойду
пошукаю.—
И
Катерина
Федосеевна
напр ави лась
в
сени,
в
чулан.
Спущенная
с
рук
у
порога,
ко шка
пуг лив о
озиралась,
щуря
бо льн ые
глаза,
медленно
переступала
с
ноги
на
ногу,
будто
шла
по
в оде,
не
по
по лу.
В
из бе
этой
ее
ничто
не
удивило:
и зба
как
и зба.
Слева—окна
и
пря мо
—
окна,
в
углу
—
стол,
па
столе
что-т о
вроде
куска
хлеба,
на
ок­
нах
жужжа т
мухи.
Есть
печь,
чтобы
сп ать
в
т епле
и
покое,
ес ть
пола т и.
За
печко й
от гороже на
занавеской
ку хня,
там
должен
быть
и
вход
в
п од­
полье,
а
под
опечком,
где
дрова,
наверно,
ст оит
и
миска
с
молоком.
Осмотревшись
и
ничему
не
уд ивив шись ,
кош ка
затрусила
за
печ ку,
на
кухню,
но
там,
под
шестком,
ничего
кроме
дров
не
ок аз ало сь,
и
она,
вы­
нырнув
из-под
за наве ск и,
привычно
вспрыгнула
на
лавку,
затем
на
стол.
Когда
Катерина
Федо сеев на
вернулась
в
из бу,
кошка
воровато
соско­
чи ла
со
стола
и
юркнула
под
лав ку
—
кусок
хлеба
изо
рта
она
не
выпу­
стила.
—
ВишЬ,
озорница,
что
делает,
тер п ежу
нет !
—
пож ури ла
ее
Ка те­
рина
Федосеевна.—
Ну
ничего,
сыта
будешь
—
и
воровать
не
пот яне т.
В оруют ,
когда
жра ть
нечего.
Вот
я
тебе
к усо чек
сальца
нашла.
Кис,
ки с!
Как
тебя
зв ать -то,
не
зн аю?
Кошка,
поч уяв
сало,
пронзительно
замяукала,
но
и
от
хлеба
не
отхо­
дила.
В
подслеповатых
глазах
ее
появился
жад ный
о гоне к.
—
То-то!
На,
ку шай!
Сальца-то,
правда,
кот
наплакал,
а
все
не
хлеб
черствый.
Съ ешь
и
будешь
знать,
чье
с ало
съела.
А
звать
я
теб я
буду
Подружкой.—
Катерина
Федо се ев на
на кло нилас ь
и
суну ла
кошке
под
лавку,
пр ямо
в
зубы,
розов аты й
соленый
кусочек.
Потом
вдруг
засо м не-
115


в ал ась,
присмотрелась.—
Уж
не
Дружок
ли
ты?
Нет,
П одр ужка ,—
ша ри ков
вроде
бы
не
вид нэ...
Катерина
Федо се евн а
р ада
бы ла
поразго­
вар иват ь
с
к ошкой ,
ей
уже
казалось,
что
та
от­
в ечает
на
каждое
ее
слово.
С ама
она
тож е
захотела
п оес ть,
принесла
с
кухни
из
суденки
грибки
со лен ые
и
вареные,
отрезала
ломоть
хле ба
от
черной
к ра юшки
и
у сел ась
за
с тол.
Ела
и
все
заг ляд ыв ала
под
ла вку
да
говорила,
говорила
без
умолку.
—
Вот
мы
с
тоб ой
и
не
одинокие
теперь.
Подруженька
ты
моя...
Женщине,
привык ш ей
всю
жизнь
вести
хо­
зяйс тв о
и
кормить
семью,
труднее
пер е нос ить
одиночество,
чем
мужчине,
особенно
ес ли
у
нее
и
скота
не
осталось.
Од ино кий
мужчина
много
времени
тратит
на
то,
чтобы
покормить
с ебя,
а
для
же нщи ны
это
не
тр уд.
Из
семерых
детей
выжили
и
выросли
у
Ка­
терины
Ф ед осеевны
два
с ына
и
дочь.
Сыновья
погибли
иа
во йне
сме рт ью
храб ры х,
а
дочь
у це­
л ела,
но
то же
покинула
ее;
выучилась,
вышла
замуж
и
уехала
с
мужем
в
како е-то
Заполярье:
там
будто
больше
пла тя т,
а
молодые
заду м али
обзавестись
добром,
пока
здоровье
есть.
Муж
Катерины
Федосеевны,
когда
они
оста­
лись
вдвоем,
не
за хо тел
помирать
в
род ной
де­
ревне—
спятил
с
ума
под
старость
—
и
тоже
поехал
искать
хорошей
жизни.
Помотался
по
б елу
свету
года
два,
потом
уст рои лся
недалеко
Александр
Яковлевич
Яши н
—
извест ный
совет­
ский
п оэт,
лауреат
Го су­
дарственной
пре мии ,
автор
бол ее
тр идца ти
сборников
стихо в
и
поэм.
Стихи
Александра
Я ши­
на
час то
по яв л яются
на
стра­
ницах
московских
журна­
ло в,
но
в
последние
год ы
чи­
тате ле й
стали
привлекать
и
прозаические
произведения
этого
авто ра .
В
No
6 журнала «М оск ва»
за
1962 год была опубликова ­
на
повесть
Александра
Я ши­
на
«Сирота», вышедшая за -
ОТ
дома
на
железной
дороге,
стал
жалованье
тем
отд ел ьны м,
из дан ием,
получать.
Приглянулось
—
и
ее
к
себе
вытребо­
вал :
я,
говорит,
служащий
теперь!
Что
было
делать,
согласилась
Федо­
сее вн а.
Продали
они
корову,
зарезали
свинью,
овец,
по лов ину
мяса
дочке
посылками
в
Зап олярье
переправили,
из бу
с вою
деревенскую
на
с т анцию
перевезли.
Н ад орв ался
старик
—
умер,
в
три
недели
свернуло,
будто
и
живым
не
был.
Даж е
с
дочерью
не
повидался:
пок а
болел
—
не
успела
она
приехать,
а
когда
умер
—
чего
ж,
говорит,
и
приезжать.
Вот
когда
пожалела
Катерина
Федо сее вна ,
что
пок инул а
свое
дер е­
венское
житье-бытье!
До ма,
говорят,
и
стены
помогают.
А
где
они
те­
пе рь,
эти
стены?
Вышла
бы
во
двор,
в
поле,
заб рела
бы
к
Агр афен е
Ме­
лентьевой
или
к
хМиколихе
Трошкиной
—
каждая
слеза
попол а м,
каждый
вздох
поров н у!
А
в
л есу,
за
коровьим
выгоном,
что
ни
березка
—
по­
дружка
твоя,
вместе
росли,
вместе
сок
наб ир али,
заодно
и
листья
ро­
нять.
Здесь
тож е,
ко неч но,
лес,
и
гри бы
в
нем
и
все
та кое,
ио
разве
это
свой
лес,
тот?
Уехала
она
из
родной
деревни,
будто
живой
в оды
лиши­
лась,
от
святых
даров
отреклась.
Схоронив
мужа,
Катерина
Федосеевна
и
сама
поступила
па
каз енну ю
службу,
ста ла
полы
на
с т анции
мыть
да
подметать.
Р аб отает
д ень
и
ночь,
даже
спать
домой
редко
ходи т,
не
л юбо
ей
в
пустой
изб е
ночевать.
И
по
пр ивыч ке
каждый
месяц
какую-нибудь
посылочку
для
дочки
справ­
ляет.
Р аб отает
и
все
жд ет,
что
пошлет
ей
до чка
внука
на
воспитание.
Не
послала
д очка
ни
внука,
ни
вну чк у,
весной
сама
с
муженьком
на
по­
бывку
прикатила.
Не
хо чу,
говорит,
иметь
детей,
без
них
спокойнее,
а
тебе,
говорит,
пенсию
выхлопочем.
116


«Детей не хочешь иметь,
а
я-то
тебя
имела!»—
с
об идой
по дума ла
Катерина
Фед о сеевн а,
но
говорить
н ичего
не
стал а:
может,
т еперь
так
и
надо,
времена
другие...
Пенсию
они
ей
выхлопотали,
это
верно,
не
обманули.
С
тех
пор
и
жи­
вет
Катерина
Федо се евн а
одна-одинешенька,
год
уже
скоро,
жи вет
—
дни
коротает.
Из ба
есть,
а
ни
кола
ни
двора.
Купила
бы
козу,
да
капи­
та лов
нехватка.
Некого
пок ор мит ь,
не
за
кем
поухаживать.
Завела
бы
квар ти р ан тов,
да
где
их
взять
—
ста нц ия
невелика,
в
жилье
никто
не
терпит
ну жды.
Не
с
кем
покалякать,
не
с
кем
душу
отвести.
Ка бы
в
де­
ревне—
сх о дила
бы
к
колодцу,
а
здесь
и
колодцев
нет .
Да
и
люди
кру­
гом
грамотные,
стрелочница
—
и
та
четыре
класса
кончила,
к ниги
чит ае т.
—
З аж ивем
мы
сейч ас
душа
в
ду шу
с
тобой,
подруженька
ты
моя
с ерд ешн ая.
Уж
и
выхожу
я
тебя,
уж
и
выкормлю!
Будешь
бо га
благода­
рить,
что
мне
на
глаза
попалась,—
причитала
Катерина
Федо се евна ,
уби­
рая
со
стола.—
А
до чка
мо я,
в ишь
она
ка кая,
ей
спокой
нуже н.
Ко шка
объелась,
и
ее
с тошн ило.
Встревоженная
Катерина
Федо­
сее вна,
не
з ная
чем
ей
помочь,
за мета ла сь
по
избе,
переворошила
в
шкап-
чи ке
все
л екар ств а,
о с тавши еся
от
мужа,—
он
т оже
скудался
желудком,
а
дать
что-либо
не
решилась:
подходяще
ли
для
животины
то,
что
че ло­
веку
на
пользу
шло?
Вдруг
ей
хуже
ст ане т,
видно,
еще
молодая,
же лу­
дочек
у
нее
не жный.
Кто
их
зна ет,
что
за
фта лазол
такой,
что
за
пурге н ?
Спросить
бы
со седку
сол дат ку,
да
как
ее
спросишь,
еще
на
смех
под ы­
мет,
зряшная:
чуч ело,
дескать,
драное
ле ка рс твом
кормить?
С
ума
со­
шла
Ф ед осеевна!
Ослабевшая
кошечка
под ергива ла сь
и
тос кл иво
мяу кала,
тоненький
хвостик
ее,
будто
прутик,
лежал
поперек
половиц.
Катерина
Фед о сеев на
чуть
не
заплакала
от
сердечной
жа ло сти.
—
Что
же
это
я
наделала,
глуп ая ?
—
упрекала
она
себя.—
Угостила
соленым
сало м
с
голодухи !
От
такого
угощенья
но ги
протянуть
можно.
И
в се-та ки
пошла
за
советом
к
солдатке,
больше
неку да
было.
—
Что
стряслось,
Фед о сеев на?
—
спросила
та,
заметив
по
л ицу
ст а­
рухи,
что
заявилась
она
неспроста.—
Неч астая
гостья,
хот ь
и
ря дом
живем .
—
Прости,
Валюша,
что
обеспокоила
тебя,—
сказала
Катерина
Фе­
досеевна.—
А
только
не
на йде тся
ли
у
тебя
молочка
немножко?
—
С
ума
ты
сошла,
Федосеевна!
Корова
у
меня,
что
ли?
—
удивилась
Валя.
—
Знаю,
что
не
корова,
только,
думаю,
с
ч айную
чашк у
не
най­
дет ся
ли?
—
Неужто
для
кош ки
для
этой
драной?
—
Для
кош ечки ,
Вал я.
Взяла
я
ее
к
себе
на
во сп итан ие.—
И
в
угод у
солдатке
Катерина
Федос еев на
даж е
подшутила
над
со бой:
—
Слыхала,
говорят:«Небылоубабыхлопот,
так
к упила
поросенка».
—
Л адно
ка бы
порося,
а
то
кошку!
—
все
еще
не
хотела
понять
ее
Валя.
—
А
без
кошки,
Валя,
что
за
до м?
Кошки
нет,
стало
бы ть,
мыш ей
нет,
а
мышей
нет,
стало
быть,
достатку
бог
не
дал,
царь
не
умеет
нар о­
дом
пр авит ь.
—
Ну
вот
о
че м,
ст арая,
вспомнила,
о
царе!
—
удивилась
Валя.—
Где
я
те бе
молока
найду?
—
Прости,
ко ли
так!
—
сказала
Катерина
Федосеевна
и
повернулась
к
порогу.
Но
В аля
остановила
ее.
—
Сядь,
посид и
маленько.
Я
Кольку
пошлю
к
Поликарповне.
Колька!
—
кри кнул а
она .
Ва ля
жи ла
в
коммунальной
двухкомнатной
квартире
с
сыно м
и
до­
черью.
Сынок
родился
еще
при
отц е
и
сейчас
з ака нч ивал
десятилетку.
117


Катерина
Федо се евн а
сч ита ла,
что
сын
у
В али
законный,
и
ничего
про­
тив
нег о
не
имела.
А
вот
дочка,
по
слухам,
появилась
на
свет,
когда
батько
уже
с
немцами
вое вал,
и
о дин
бог
зн ает,
чья
она.
И з-за
это го
Катерина
Ф едо сее вна
и
относилась
к
солдатке
Вале
с
р е внивой
подозри­
тельностью
и
считала
ее
про
себ я
несамостоятельной,
непутевой.
Что
угодно
могла
она
про с тить
женщине-солдатке,
только
не
беспутную
жизнь.
Колька
поворчал
немного,
что
его
от
книг
отрывают,
но
сх од ил,
куда
п ос лала
мать,
и
принес
полн ую
чашку
молока.
Катерина
Фед о сеевн а
даже
не
поблагодарила
как
след у ет,
заторопи­
лас ь
домой.
—
Подруженька!
—
по звал а
она
кошку,
еле
открыв
д верь
в
избу.—
Вот
я
тебе
раздобыла
ед ы,
это
не
сол они на,
не
грибки
каки е-ни бу д ь.
Да
где
ты,
ж ива
ли?
Кошка
спа ла
на
ее
постели,
пр ямо
на
под ушк е,
свернувшись
улит­
кой,—
мал ень кая ,
серенькая,
голова
в
передних
лапах,
хвостик
прутиком
промеж
ушей.
На
м гно вение
она
приоткрыла
г лаза,
вз гл янула
лениво,
без
всяко г о
и нт ереса
на
свою
новую
х о зяйку
и
тот час
заснула
сн ова
и
словно
бы
даже
захрапела.
Катерина
Федо се евн а
сраз у
притихла
и
от
порога
к
суденке
с
круж­
кой
молока
прошла
на
цыпочках.
Сон
всегда
дороже
ед ы,
в
это
она
ве­
рила
давно.
Для
человека
—
дороже,
значит
и
для
любого
живого
суще­
ст ва
то же.
Было
уже
поздно,
и
Катерина
Ф едо се евна
сама
стал а
укладываться.
Чтобы
не
потревожить
Подружку,
она
решила
эту
но чь
переспать
на
печи.
Хлопот
с
кошкой
было,
кон е чно,
не мал о,
но
в едь
Катерина
Фе до­
сеевн а
сама
хотела,
чтобы
у
нее
бы ли
хлоп оты .
М ожно
сказ ать ,
она
да же
придумывала
их
се бе.
Чем
больше
б ыло
хлоп от ,
тем
легче
пере­
н осила
она
с вое
одиночество.
Через
Вал ю
она
познакомилась
с
Поликарповной
и
ст ала
брать
у
нее
каждодневно
по
бутылке
козьего
молока.
Все
для
кошки.
Сама
она
козье
молоко
в
рот
не
брала,
бр ез го вала.
По
утрам
По дру жка
просыпалась
рано,
и
Катерина
Федос еевн а
только
радовалась
этому,
потому
что
сама
не
любила
сп ать
под олгу.
На­
полнив
молоком
чайное
блюдце,
она
д обав ляла
в
н его
кус очк и
хлеба.
Крошево
это
ко шка
съед ал а
неторопливо,
с
удовольствием.
Сперва
лакала
молоко,
за тем
под бира ла
хле б.
А
К ат ерина
Федо се евна
ст оял а,
либо
сидела
рядышком
и
см отре ла
на
нее
во
все
глаза.
Иногда
она
спра­
шивала:
—
Чт о,
гляне тся ?
По
душе
т ебе
крошенинка
моя?
Подружка,
з аня тая
своим
наиважнейшим
в
жизни
делом,
даже
не
поднимала
голов ы
от
бл юд ца,
будто
не
слышала,
о
чем
спрашивает
хо­
зяйка.
Она
ла скал ас ь,
мурлыкала,
тер л ась
о
ее
ноги,
пока
хотела
есть,
а
наевш ись,
отходила
в
сторону,
отфыркивалась,
отряхивалась,
особ о
от р ях ивала
лапки
и
уже
не
об раща ла
никакого
внимания
на
сво ю
кор­
мили ц у,
словно
ее
и
не
существовало.
Катерина
Федо сеев на
налюбоваться
не
могла
своей
Подружкой.
Однажды
ко шка
вы лак ала
все
молоко,
а
хлеб
не
съела.
Катерина
Фед о сеев на
походила
по
магазинам
и
нашла
для
нее
пол к ило
белого
хлеба,—
в
поселке
он
появлялся
нечасто.
От
белого
хлеба
ко шка
не
от­
к азала сь.
Но
скоро
и
он
ей
надоел.
Тогда
Катерина
Фед о сеевн а
начала
покупать
мясо.
Гла за
у
Подружки
ск оро
пр оя снел и,
перестали
гноиться.
На
морде
появились
усы.
Она
раз доб рел а,
о бр осла
дли нно й
шелковистой
ше рс тью,
словно
нар я дилась
в
но вую
юбк у,
и
все
чащ е
умывалась,
все
дольше
118


спала,
а
когда
после
еды
охорашивалась,
Катерина
Фе до сеев на,
глядя
на
нее,
любовно
ворчала:
—
Затрясла
своими
воланами.
Ви шь,
мо д ница
какая!
Но
и
насытившись
и
раздобрев,
ко шка
вор оват ь
не
перестала:
то
на
сто л
вскочит,
то
в
суденку
з абер ет ся,
должно
быть,
это
у
нее
в
привыч ку
в ошло.
Тащ ит
мяс о,
прип асенн ое
для
нее
же,
и
да же
хлеб
ест ,
если
он
кр ад еный.
Первый
месяц
К атери на
Федо се евн а
бо ялась
выпускать
кошку
на
у лицу,
чтобы
та
не
забл у ди лась
где-нибудь.
У
порога
около
веник а
для
нее
сто ял
ящик
с
песком
—
в
и збе
пахло
тяжело
и
густо.
А
когда
Кат е­
р ина
Федосеевна
реши л ась
наконец
выпустить
кошку
на
прогулку,
та
ис­
чезл а
сра зу
на
двое
суток .
Тревожные
это
были
сутки
для
одинокой
ж ен­
щи ны,
но
вед ь
не
в
милицию
же
заявлять
о
пропавшей
к ошке.
«Может,
она
подалась
от
меня
к
старым
хозяевам?
—
дум ала
Кате­
рина
Федосеевна.—
Может,
я
не
угодила
ей
чем-нибудь?»
Две
н очи
она
почти
не
спала:
По дру жка
могла
появиться
в
люб ой
ча с,
не
откроешь
дверь
вовремя
—
обидится,
совсем
уй дет.
Под
у тро
вторых
суток
сон
все -т аки
сморил
Катер ин у
Федосеевну.
Приснилось
ей,
будто
п окой ный
муж
т опит
Подружкиных
ко тят
за
гум­
ном
в
глубокой
яме,
из
ко то рой
деревенские
бабы
гли ну
добывали,
чтоб ы
печи
подмазывать.
Вытряхнул
он
котят
из
мешка,
а
их
б ыло
ч ет­
ве ро,
и
все
серенькие,
как
воробышки,
а
яма
до
краев
полна
в одой,
пл а­
ва ют
они,
тощие,
маленькие,
мяучат,
а
муж
в
них
палками
ки дает,
чтобы
скорей
на
дно
шл и.
Кошка-мать
бегает
вокруг
ям ы,
ревет
не
своим
голо­
сом,
то
в
о дну
сторону
кинется,
то
в
другую,
а
му ж,
покойник,
и
в
нее
палками
ки дае т.
Стала
бегать
вокруг
ямы
и
Катерина
Фе до сее вна,
хо­
чется
ей
крикнуть
му ж у: «Что ты делаешь,
бессовестный!», а голоса нет,
и
замяукала
она
по-кошачьи.
Тогда
муж,
покойник,
и
в
нее
—
пал ку
за
палкой...
Проснулась
Катерина
Федо се евн а,
будто
изб итая ,
те ло
ноет,
а
кош ка
Подружка
на
пос тели
под
бок ом
лежит,
руки
ей
лижет,
даже
страшно
стало.
И
припом нилис ь
ей
слова
соседки
Ва ли: «А вдруг это смерть
твоя?»
—
Откуда
ты
вз ял ась,
окаянная,
спаси
Христос!
—
с
трудом
выгово­
рила
Катерина
Фед о сеевн а,
отодвигаясь
от
кошки,
и
всхлипнула
не
то
от
радости,
что
она
вернулась,
не
то
от
страха.
Дн ем
стр ах
п роше л.
Осталась
только'обида
на
кошачью
неблаго­
дарность.
Пр ибир ая
постель,
Катерина
Федосеевна
упрекала
сво ю
По д­
ружку:
—
Неужто
к
старым
хозяевам
б егала
от
меня,
изменщица?
Разве
те бе
у
меня
худ о,
че го
тебе
еще
надо?
А
может,
по
л есу
о пять
шаталась?
Про
кого
это
сказано: «Скольни корми,
а
все
в
лес
смотрит»? Ужне про
к ошку
ли?
Нет,
это
про
волка.
А
может,
про
кошку?
Как
же
ты
в
избу-то
попала,
голубушка?
Дв ерь
заперта,
окн о
тоже...
Не
через
трубу
ли?
Че­
рез
трубу
ведьмы
лазят...
Но
присмотревшись,
Катерина
Федо се евн а
заметила
открытую
фо р­
точку
и
следы
гряз ны х
лап
на
стекл е
изнутри
и
снаружи
окна.
—
Вот
ты
ка кая
у
меня
ла зунь я!
—
сказала
она.—
Догадливая!
Ну
п огоди,
не
будешь
убегать.
Все
равно
приворожу!
Растопив
печь,
Катерина
Федосеевна
выскребла
из
кошелька
остатки
пенсии,
сходила
на
база р
и
приготовила
для
кошк и
мясные
котлетки,
какие
мужу
научилась
готовить,
когда
он
б олел, —
со ч ные,
поджаристые,
с
дымком.
—
Служи,
лазунья!
—
ско м андов ала
она
ей,
как
собаке,
де ржа
ко т­
лету
над
ее
головой.
119


Почуяв
в
рук е
хозяйки
жар е ное
мясо,
кошка
взвилась,
подпрыгнула
и
в
кровь
разо др ала
ей
пальцы,
но
ко тлетку
в се-т аки
схватила.
Катерина
Федо сеев на
смазала
царапины
на
п аль цах
жиром
и
накор ­
мила
Подружку
досыта.
Наевшись,
та
забралась
на
подоконник
и
стала
ловить
мух
на
ст ек ле.
Пот ом
за с нула
на
весь
день,
опять
же
на
хозяй­
киной
подушке.
Случилось
однажды,
угостила
Катерина
Федо сеев на
кошку
мороже­
ной
треской,
а
в
другой
раз
купила
на
базаре
у
ребятишек
реч ных
окунь­
ков.
Подружке
особенно
по
душе
пришлась
свеж ая
рыба,
должно
бы ть
опа
ее
пробовала
где-то
раньше.
У
окунька
По дру жка
от грыз ла
сначала
гол ов у,
но
есть
стала
его
не
с
г ол овы,
а
со
спины,
и
только
н апос ледо к,
когда
д обра лась
до
хвоста,
съела
и
голову.
Жевала
она
неторопливо,
похрустывая
и
щу рясь
от
удовольствия,
почти
з асыпая
к
кон цу
еды.
На
полу
оставались
рыбьи
внутренности,
да
хвост,
да
кр асн ые
перья.
—
Не
для
ме ня
ли
оставляешь?
—
пошутила
Катерина
Федо се евна ,
подбирая
с
п ола
кошачьи
объедки.
После
св ежих
окуньков
Под ру жка
перестала
есть
мороженую
рыбу.
Да
и
свежа я
ры ба
устраивала
ее
теперь
не
всякая.
Хорошо
шли
глад­
кий
пескарь,
сладкий
гол ый
налименок,
жир ный
сазанчик.
А
п лоскую
костлявую
густеру
с
жесткой,
как
па нцирь ,
чешуей
она
совсем
не
пр и­
знавала
за
еду.
Испробовав
св ежие ,
сочащиеся
жиром
котлетки,
Подружка
стала
от­
ка зы вать ся
и
от
мороженого
м яса.
Пришлось
Катерине
Фед о сеев не
извор ач ива ть ся,
доставать
каждый
ден ь
то
парное
мясо,
то
свежу ю
рыбу.
А
когда
в
доме
не
было
ни
того,
ни
другого,
кошка
ходила
за
нею
по
п ятам,
заглядывала
в
гл аза
и
мя у­
к ала
о жест оч енно
и
требовательно.
Но
Катерина
Фе до се евна
так
пр ив яз алась
к
своей
Подружке,
что
безропотно
перено сила
все
ее
домогания,
жарила
и
рыб у
и
к отле ты,
от каз ывал а
во
многом
се бе,
даже
чай
стала
пи ть
некрепкий,
только
бы
не
ос та ться
снов а
в
одиночестве.
А
когда
небольшой
пенс ии
не
хв а­
тал о
до
ко нца
месяца,
она
подрабатывала
в
молодежном
общежитии
стиркой
белья,
мыт ьем
полов.
Посылочки
для
дочери
она
тоже
справляла
теперь
не
каждый
мес яц:
все
равно
та
отзывалась
письмом
не
на
всякую
пос ылк у.
Многое
прощала
Катерина
Федосеевна
своей
Подружке,
не
могла
смириться
лиш ь
с
ее
во ро вст вом
да
еще
с
тем,
что
она
то
и
д ело
исчезала
все-т аки
из
дом у.
Стоило
хоз яйк е
зазе в аться,
не
за хлоп н уть
за
собой
дверь,
как
Подружка
се рой
те нью
ш мыга ла
промеж
ног
и
не
возвраща­
лас ь
по
двое,
по
трое
суто к.
Ра зы скив ать
ее
бы ло
бесполезно.
Но
Кате­
рин а
Фе до сее вна
вся кий
раз
искала
ее.
И
это
бы ли
са мые
большие,
са­
мые
изнурительные
хло пот ы,
которые
доставляла
ей
Подружка.
С
особенным
удовольствием
кошка
убег ал а
из
дому
через
форточку.
Если
случайно
открыты
бы ли
в
из бе
и
дверь
и
форточка,
кошка
исче­
за ла
через
форточку.
Тем
же
путе м
л юбила
она
и
возвращаться
в
дом.
Ок онные
стекла
с
обеих
сторон
всег да
бы ли
в
грязи,
з анаве ска
то
и
дел о
оказыв алась
продранной
и
валялась
на
полу.
А
в
палисаднике
под
окнами
перестали
водиться
пти чки.
Ра ньше
Ка­
терина
Фед осеевна
прикармливала
синичек,
снегирей,
сейчас
птички
бо ял ись
ее
избы.
Ко шка
выслеживала
их
часами
в
кустах
смородины
и
кал ины
и,
по йма в,
п ринос ила
в
зубах
домой
еще
живыми,
злобно
урча
и
таращ а
глаза.
Под
лавкой,
под
столом
то
и
дел о
появлялись
пе­
рышки
—
желтые,
красноватые,
пестрые.
Правда^
мышей
в
доме
тоже
не
стало.
Ну
и
ло вила
бы
себе
мыш ей,
это
ей
пб
закону
по ло жено,
а
птичек
за чем
трогать?
Как-то
в
форточку
зал ет ела
синичка.
Кошка
прямо
взбесилась,
оп ро­
кинула
горшок
с
примулой,
смахнула
со
стола
две
чайных
чашки,
120


а
когда
Катерина
Фед о сеев на
схватила
ее
за
за гривок ,
она
извернулась
и
укусила
ее.
Синич к а
уда рил ась
о
стекло,
упала
на
пол ,
и
кошка
все-
таки
ее
съела.
С
не уто лим ой
алчностью
По дру жка
к идал ась
на
всякую
живнос т ь.
Она
и
рыбу
охотнее
жрала
живую,
а
не
мертвую.
Даже
ящериц
в
избу
пр ино сил а.
С
э тим
Катерина
Фед о сеевн а
тоже
примириться
не
могла.
—
Душегубица
некрещеная!
Ма ло
тебе
всякой
еды
на
свете,
мало
котлет,
все
норовишь
кому-нибудь
горло
перегрызть!
Веретельниц-то
д омой
з ачем
тащ ишь ?
Накличешь
беду
какую-нибудь...—
вор чал а
она.
И
еще
б ыло
г оре:
с
появлением
кошки
в
избе
у
Катерины
Федосеевны
почему-то
стали
вянуть
цветы.
Люб им ая
ее
герань
в
большой
глинян ой
кринке,
которая
раньше,
в
деревне,
служила
ква шн ей
для
блинов,—
ши­
роколистая
жирная
герань
погибала
на
гл азах .
Ни
подкормка,
ни
по­
ли вки
не
помогали,
и
нельзя
б ыло
пон ять ,
отч его
герань
сохн е т.
Но
самое
большое
бедствие
началось
ранней
весной,
когда
под
ок­
ном
у
Катерины
Федосеевны,
не
давая
ей
спать,
по
целым
ноч ам
ревмя
ревели
Подр ужки н ы
уха же ры,
а
сама
Подружка,
беснуясь,
металась
по
избе
и
не
хотела
ни
есть,
ни
пить,
пок а
не
в ы ры валась
на
свободу.
В
эти
недели
домой
она
заг ляд ыва ла
редко,
как
правило,
под
утро,
р аст р епан­
н ая,
устала я,
мяукала
жалобно,
а
наж равшис ь,
за вали вала сь
на
по­
ст ель
или
забиралась
на
печ ь
и
с пала
до
вечера.
Вечером
все
начиналось
сызнова.
Катерина
Федо сее вна
помучалась,
помучалась
и
решила
не
закры­
ва ть
форточку
совсем,
только
жарче
стала
топить
печь.
Одн аж ды
она
до
полночи
собирала
очередную
посылочку
для
до­
чери—
довязала
шерстяные
но ск и,—
в
Заполярье,
по
ее
представлениям,
всегда
стояли
трескучие
морозы,
где
набраться
теплых
носков;
насушила
кулек
картошки
из
остатков
со
своего
огорода;
бережно
св ерн ула
и
су­
нула
в
тот
же
фанерный
я щичек
последний
рукотерник
с
петухами,
у це­
левший
еще
от
ее
деви ч еско го
пр ид аног о,
да
старомодную
стеклянную
в
медной
оправе
брошку...
Собирая
все
э то,
она
ждала,
не
вернется
ли
кошка,
и
ду мала
о
дочери,
что
вот
выросла
и
бросила
старуху
одну,
ни
са ма
в
гос ти
не
прие зжа ет,
ни
ее
к
себе
не
позовет.
Да
и
Подружка
тоже
хороша!..
Оставалось
обшить
фанерную
посылочку
дерюжкой,
но
Катерина
Федо се евн а
уже
не
смогла
этого
сделать,
ле гла
и
заснула.
Вот
тогда-то
к
ней
через
открытую
форточку
и
заглянул
огромный
черный
котище
и
з ар евел
по-человечьи,
да
так
страшно,
как
только
со вы
ревут
по
ноча м
в
глухом
таежном
лесу .
Катерина
Фед о сеев на
не
заме­
ти ла,
как
очутилась
на
ногах,
и,
еще
не
совсем
пр осн увш ись
и
не
оп ом­
ня сь
от
первого
неясного
испуга,
уви д ела
вдруг
прямо
перед
собою,
чуть
повыше
своей
гол овы,
в
прямоугольном
темном
проеме
ок на,
самого
на стоящег о
черного
дьявола
с
холо д ным
лунным
огнем
в
круглых
гл а­
зах ,
с
рогами
вместо
ушей.
До
самой
смерти
она
не
могла
вспомнить,
что
с
ней
бы ло
по то м,—
кричала
ли
она ,
и
когда
успела
вк лю чить
свет,
и
каким
об раз ом
в
руках
у
нее
появилась
кочерга,
и
са ма
ли
она
захлопнула
форточку
или
кто-то
другой
закрыл
ее,
и
почем у
потом
она
ока зала сь
л ежащей
на
п олу.
Ут ром
со седка
Поликарповна,
п одоив
коз у
и
не
д ожд а вшись
Кате­
р ины
Федосеевны,
сама
принесла
ей
бутылку
пар но го
молока.
Катерина
Федосеевна
с
трудом
вст ала
с
полу,
открыла
дверь,
подняла
к оче ргу
и
поставила
ее
в
угол.
—
Что
это
ты,
Фе до сеев на,
дн ем
с
огн ем
сидишь?
—
удивилась
Поли­
кар по вна.—
Уж
не
заболела
ли?
Катерина
Федо сеевн а
молча
добрела
до
выключателя,
мо лча
повер­
ну ла
его.
Потом
взяла
бутылку
с
молоком
и
тут
же
по лов ину
молча
вы­
121


л ила
в
бл юдце
для
кошки ,
хотя
кошки
в
до ме
все
еще
не
бы ло.
Руки
у
Катерины
Федосеевны
при
эт ом
дрожали.
А
Поликарповну
о сенила
недобрая
до гадка.
—
Неужто
все
мое
молоко
ты
ко шке
спаиваешь?
К абы
знала,
ни
ра зу
бы
не
д ала.
Валькиным
ребятам
отказывала,
а
теб е
отпускала.
Из-за
денег
я,
что
ли?
—
Заб олел а
я,—
ти хо
и
к ак-то
неразборчиво
сказала
Катерина
Фе­
до сее вна
и
ле гла
на
постель
поверх
од еял а.
Больше
от
нее
нельзя
б ыло
добиться
ни
слова.
Тотчас
после
Поликарповны
к
ней
пр ибежал а
расторопная
солдатка
Ва ля,
помогла
ей
лечь
под
одеяло,
взбила
п одушк у,
хотела
чем-нибудь
пок ор мит ь,
но
Катерина
Федо сеев на
ничего
е сть
не
стал а,
тогда
Ва ля
перед
уходом
приказала
ей:
—
Леж и,
не
рыпайся.
Я
сейчас
на
работу,
а
вечером
забе гу .
Поняла?
И
вра ча
к
тебе
пришлю.
По ня ла?
У
тебя
в едь
доч ка
ес ть,
может,
ей
те­
леграмму
послать?
—
Не
успеет
опять!
—
ск азала
Катерина
Федо се евна .
—
Кто
не
ус пее т,
дочка
или
телеграмма?
Катерина
Ф едо се евна
п ок азала
глазами
на
за к рытую
форточку
и
с
трудом
произнесла
еще
одн о
слово:
—
Отк рой !
Вал я
о тк рыла
форточку,
больн а я
успокоилась
и
сразу
заснула.
Вечером
пришел
вра ч.
Катерина
Федосеевна
не
отвечала
ни
на
оди н
из
его
вопросов,
только
с
тревогой
поглядывала
на
форточку,
словно
жда ла
кого.
—
Дует?
—
спр ос ил
врач
и
хотел
закрыть
форточку.
Кат ерина
Федо сее вна
вымолвила:
—
Не
надо!
И
сно ва
з аснул а.
Разбудила
ее
Подружка.
Голодная
и
взъерошенная,
она
со
с туком
прыгнула
из
форточки
на
пол,
метнулась
под
шесток
к
своему
блюдцу,
в ылак ала
приготовленное
для
нее
мо ло ко,
но
не
насытилась,
а
потом у
забралась
на
постель
к
своей
х о зяйке,
ст ала
ходить
по
не й,
мя уч ить
и
чистить
и
точить
на
ее
груди
свои
когти.
Катерина
Фе до сеев на
спросонья
вздрогнула
вс я.
Вздрогнула
даже
кровать
под
не ю.
Расширившиеся
до
предела
гл аза
б ольн ой
же нщины
с
ужа сом
остановились
на
кошке,
словно
она
опять
увидела
перед
собой
ночного
дьяв о ла.
«Может,
это
смерть
моя?»—
казалось,
кричали
ее
гл аза.
Но
скоро
в
этих
глазах
засветился
добрый
спокойный
огоне к.
Катерина
Федосеевна
медленно
вытя нул а
из-под
одеяла
правую
ру ку
и
ла с ково
положила
ее
на
спину
Подружки.
—
Не
уходи!
Подруинька...—
попр о сила
она.
Кошка,
п рогн ув
спину,
выскользнула
из-под
тя же лой
рук и
хоз яй ки
и
снова
побежала
к
печ ке,
под
ше сто к,
но
в
блюдце
по-прежнему
было
пусто,
тогда
она,
осмотревшись
и
что-то
по-своему
сообра зив ,
пр ыгну ла
на
суденку,
опрокинула
н езаткну ту ю
бутылку
с
остатками
молока
и,
с
опаской
поглядывая*
на
хозяйку,
принялась
вы лиз ыва ть
белую
лу жу
и
на
суденке
и
на
полу.
Катерина
Ф едо се евна
не
крикнула
на
нее,
не
пригрозила
ничем,
да же
не
пошевелилась,
и
ко шка,
по- вид имо му,
поняла,
что
больше
ей
нечего
бояться.
Зализав
молоко
и
отряхнув
лапки,
она
заб рала сь
в
кри н ку-
квашню
с
геранью,
покрутилась,
помялась
на
одном
месте
и
уже
без
в ся­
кой
опаски,
прямо
на
г лазах
у
потрясенной
хозяйки,
сдел ала
св ое
ма­
ленькое
дело,
пос ле
че го
бре згли во
р а зво рошила
под
собой
цветочную
землю.
Катерина
Фед о сеевн а
поняла
наконец,
отче го
повяла
ее
любимая
ге­
рань.
122


—
Под лая!
—
прошептала
она
Подружке.—
Ящ ик
ве дь
есть!
—и
от­
воротила
от
нее
свое
лиц о.
Подружка
еще
раз
отряхнула
лапки,
взобралась
на
кровать
и,
мур­
лыкая,
легла
хозяйке
на
грудь,—
пе чка
в
этот
день
бы ла
не
топлена.
—
Подлая!
—
повторила
Катерина
Федо се евн а,
но
прогонять
от
себ я
кошк у
не
стала.
На
б ледн ых
щеках
ее
появились
слезы.
Валя
за ста ла
обеих
спящими
—
Фед ос еев ну
и
ее
Подружку.
Кру гла я,
бойкая,
она
колобком
прокатилась
от
порога,
поставила
на
стол
к ор­
зину
с
е дой
и
вдруг
возмущенно
вскрикнула,
увидев
на
груд и
Катерины
Федосеевны
спящую
кошку:
—
Издевательство
какое!
Больного
чел о века
придавила,
паскуда.—
Она
шлепнула
кошку
по
усатой
морде
и
сбросила
ее
с
г руди
старухи.
Катерина
Федо сеевн а
проснулась,
л ицо
ее
исказилось
от
боли ,
словно
Валя
шлеп ну ла
ее,
а
не
кош ку.
—
Оставь!
—
выговорила
он а.
—
Как
это
ос тав ь?
Развалилась
на
тебе
с винья
жирная,
а
ты
тер­
пишь.
Она
и
задушить
может,
только
допусти
—
лесная
в едь.
Вот
я
вы­
брошу
ее
в
форточку,
пу сть
знает
св ое
место.
—
Закрой!
—
прошептала
Катерина
Ф едо се евна
и
показала
гл аза ми
на
форточку.
—
Ладн о,
закрою,
коли
так,
не
выброшу,—
со гла сила сь
Вал я
и
за­
хлопнула
форточку.—
Дел и шки -то
как
твои?
—
спросила
она
больную.—
Вы карабк аешься
или
нет?
Ка рабк аться
надо.
Может,
дочке
те ле грам му
в се-т аки
послать?
Адрес-то
где
у
тебя?
—
Покорми!
—
ск аза ла
Катерина
Федо се евна .
—
Вот
это
резонный
разговор.
Сейчас
пок орм лю.
Тут
я
принесла
тебе
к ое- чего.
—
Кош ку!
—
сказала
Катерина
Федо се евна .
—
Как
это
—
кошку?
Сперва
тебя
покормлю,
а
потом
уж
ко шке
—
что
о стан ется.
—
Кош ку!
—
повторила
больная.
—
Ладно,
ко ли
так,
покормлю
и
кошку.
Нашла
кого
полюбить!
—
Вал я
вылож ила
на
стол
еду
из
корзинки
и
кинула
кошке
кусок
хлеба.—
Жри,
по т аску ха!
Ко шка
подошла
к
хлебу,
обнюхала
его
и,
отвернувшись,
с
недоуме­
н ием
посмотрела
на
св ою
хозяйку,
на
Катерину
Федосеевну.
—
А
ведь
она
не
голодная
у
тебя!
—
обиделась
Валя.—
Ишь,
лесная
царевна!
Ей,
навер н о,
см ета нки
надо,
а
то,
может,
котлетку
жареную
по­
дать,
б иф штек с-р амште кс?
Катерина
Федо се евн а
закры ла
глаза.
Суматошная
Валя
ти хо
просидела
у
пос тел и
старухи
це лый
вечер,
накормила-таки
ее
манной
ка шей
с
ложеч ки
и
пообещала
заглянуть
до
ночи
еще
разок.
—
А
то
св ою
Ма ру ську
пошлю!
—
сказала
он а.
Все
это
время
ко шка
ск р ывал ась
за
печной
трубой,
др емала,
изредка
приоткрывала
гла за,
словно
што рки
на
ок нах
раздвигала,
следила
за
своей
хозяйкой.
А
когда
за
Валей
захлопнулась
дверь,
она
мя гко
спу­
стилась
с
печи,
забралась
на
стол
и
сп ок ойно
и
плотн о
по ужи на ла,
вы­
бир ая
что
по
душе.
Катерина
Фед ос еев на
видела
все,
но
уже
ничего
не
говорила.
Совсем
поз дно
в
и збу,
постучавшись,
вошла
Валина
дочка,
Маруся,
школьница
лет
пятнадцати,
робко
примостилась
у
кр о вати
ба бки
Федо­
сеевны,
кот орой
почему-то
всегда
побаивалась,
сидела
не
двигаясь,
все
жд ала
какого-нибудь
прик а за ния
или
про сьб ы,
но
са ма
спрашивать
ни
о
чем
не
решалась.
Катерина
Фед ос еев на
в зяла
ее
рук у
в
сво и
—
жилистые
и
хол од ные
—
и
долго
мо лча
г ладил а,
словно
извинялась,
что
раньше
не
признавала
ее.
123


В
и збе
б ыло
прохладно
и
с ыро,
пахл о
лекарствами.
Под
бр ев енча тым
потолком
тускло
гор ела
эле кт риче ск ая
лампочка,
обернутая
бумагой.
Кошка
опять
сидела
за
печной
трубой,
че го- то
ждала,
но
к
хозяйке
не
подходила
и
да же
не
глядела
в
ее
с торон у.
—
Шить
умеешь?
—
вдруг
спросила
Катерина
Фе до се евна.
Маруся
взд рогн у ла
от
неожиданности.
—
Чего
шить?
—
Пос ыл ку
об шей.
В он...—
Она
пок азала
г лаз ами
в
угол
избы.—
Адрест
напиши...
В
шкапу.
Пошли
до чке.
Маруся
принялась
за
работу.
На
другой
день
врач,
прослушав
больную
и
вы писав
новые
наз нач е­
ния ,
ск азал:
—
Душно
у
тебя
здесь,
бабуся.
Я
к
тебе
сестру
пошлю,
пока
в
боль­
нице
место
не
освободилось.
Она
и
печку
бу дет
топ ит ь.
—
В
дере вню
бы
мен я.. .—
попросила
Катерина
Федос еевна.
—
Тоскуешь?
—
с
з аи нтере сов анн ость ю
посмотрел
на
нее
врач.—
А
кто
тебя
там
лечить
буд ет?
—
В
деревню
бы...
—
В
дер евн ю
—
да ...
Но
тут
уж
я
ничего
сделать
не
мо гу.
Вот
попра­
виш ьс я,
тогда...
Перед
уходом
он
открыл
форточку.
—
Не
надо!
—
с
испугом
сказала
Катерина
Федо сеев на .
Но
б ыло
уже
п оздн о:
кош ка
со рв алась
с
печи,
мяукнула,
взвилась
в
форточку
и,
с кр ежет нув
когтями
по
стеклу,
скрылась.
—
Ясно!
—
ск азал
врач.
Подружка
появлялась
в
из бе
еще
не
ра з,
но
лишь
в
те
часы,
когда
б о льная
ст ар уха
почему-либо
оставалась
одна.
Воровато
погля д ыва я
на
с вою
хозяйку,
а
то
дел ая
ви д,
будто
вовсе
не
з ам ечает
ее,
ко шка
подбирала
остатки
еды
со
стола,
зат ем
о бш ари­
вала
и
обнюхивала
все
закутки
в
избе
и
снова
исчезала
через
форточку.
А
есл и
в
из бе
не
оказывалось
никакой
еды,
она
заб ира лас ь
к
Катерине
Федосеевне
на
грудь,
тормошила
ее
и
требовательно
мяукала.
Просыпаясь,
Катерина
Фед о сеевн а
спервоначалу,
как
в сег да,
пуга­
ла сь,
но
потом
внимательно
и
бе сстр астн о
следила
за
своей
Под ружкой ,
все
уже
понимала
и
ни
о
чем
не
заговаривала
с
н е^.
В
последний
раз
Ва ля
застала
Подружку
на
груди
Катерины
Фе до­
сеевны,
когда
та
бы ла
уже
мертвая.
—
Задушила-таки,
проклятая
вед ьм а!
—
взви зг нул а
Вал я,
хватая
к ошку
за
мягкий
пушистый
воротник.—
Ну
погоди,
сейчас-то
я
знаю,
что
с
тобой
делать,
сейчас
ты
не
уйдешь
от
меня.
Сда м
я
те бя
куда
следует!


НИКОЛАЙ
КОТЕНКО
В
НАЧАЛЕ
Б ыли.
Первым,
наверное,
был о
черное.
Это
из
были
—
Когда
ни чего
еще
не
было:
Ни
бы лин ки,
ни
неба,
ни
шороха.
Но
скорее,
в
начале
сверкало
белое.
Представляете
—
Белое-белое,
Н ев ес омое,
Бес к оне чное
—
Ни
Земли,
ни
Солнц а,
Ни
ут ра,
ни
веч ера.
Пот ом
это
выпало
на
Зем лю
сне гом,
И
сединой
на
волосы
матери,
Пот ом
это
ста ло
квадратом
ватмана,
Листом
блокнота,
Над
которыми
неки е
—
Физик
ли,
Ли рик
ли,
Слепой
ли,
Зрячий
—
С идели
ночами
до
белой
горячки.
А
может,
в
начале
бы ло
прозрачное,
То
есть
бесцветное,
Незаметное,
Н евидим ое,
Неощутимое
И
безответное?
Потом
это
стало
Стеклом
в
окошке...
Впрочем,
в
это
верить
не
хочется:
В едь
сте кло,
оно
всегда
безучастно
И
к
нашему
горю,
И
к
нашему
сча стью,
К
нашим
любовям,
И
к
нашим
с сорам.
Оно
не
плавится
под
нашим
взором,
Когда
мы
любим
ког о- то
си ль но,
Когда
ненавидим
—
не
стынет
ине ем.
Ему
наплевать
— безразлично
до
завис ти ,
Чьи
скользят
по
не му
гл аза:
Простого
смертного
Или
начальника,—
Н ет,
так ого
не
могло
быть
в
начале!
125


А
что,
если
бы ло
в
начале
желтое?
По том
это
ст ало
пустыней
жесткою,
В
че лове ке
оно
по втор илос ь
желчью,
Жел тух ой
И
разной
прочей
х олер ой,
От
которых
он
жел теет,
хиреет.
Потом
оно
запетляло
лисами
—
Символом
хитрости
и
обмана,
Пото м
закружилось
осенними
листьями
—
Цветом
старости,
увядания.
П р авда,
желтый
цв ет
у
пшеницы
и
ржи,
Желтый
цв ет
и
у
хлебной
к орки.
Но
также
желтый
—
у
фа льши
и
лжи
И
у
понош енной
ги м насте рки.
Нет,
конечно
же,
в
на шем
начале
Б ыло
зеленое.
Ведь
подумайте:
Как ие
чаянья
возникают
весною,
Когда
вы
влюбляетесь
так
отч аянно
В
самый
крохотный
листик
кле на !..
А
может,
всех
раньше
Было
оранжевое
—
Чтоб
ранью
прохладною
Вспыхнуть
Солн це м?
А
может,
сводится
Начало
к
др угом у
—
Ультрамариновому,
Расплескавшемуся
в
океанов
неизмеримость,
Вылившемуся
в
цирковый
купо л
неба?..
А
черного
цвета
не
бы ло,—
Черный
придумали
люди.
Так
вот
всегда:
соз да дут,
сотворят,
А
потом
проклинают,
отр ица ют,
не
люб ят!
Но
этого
цвета
очень
мало:
Только
чер ная
точка
на
конце
ств ола,
Да
черная
траектория
пул и,
Да
черное
небо
В
черных
глазницах,
Да
черный
клюв
У
черной
птицы,
Да
черная
лента
На
черном
гробу,
Да
в
черных
з рачка х
Черная
грусть.
Да
черн ые
руки,
Неподвластные
щелоку
И
архигорячей
воде.
Да
Черное
Солнце
у
Шолохова
И
боль ше
—
Нигде!
126


И
се рый
создали,
Промежуточный
—
Для
пепелищ,
Для
тоски,
Для
жут и,
И
красный
цв ет
то же
придуман
нами,
Чтобы
кров ью
в с кипел
он
на
коже
И,
пр ойд ясь
по
в екам,
пок о лен иям,
Самой
красной
кровью
—
Ленинской
—
Оросил
ра боче е
знамя.
Что бы
зна мен ем
забинтовал
Ты
фонтаны
взорва н ны х
вен .
Чт обы
б ольше
не
исте кал
Кровь ю
ты,
Человек.
Так
какой
же
в
начале:
Синий
иль
желт ы й,
Зеленый
или
прозрачный,
Сильный
или
жел чный ,
Безучастный,
злой
или
нежный,
Проницательный
или
не зря ч ий?..
А
черного
цвета
не
было!
ХОР
НАЧИНАЮЩИХ
СО ХАТЫХ
Ю.
ГУТ
Мы
не
лоси ,
мы
п ока
л ос енки,
До
сох ат ых
—
ой
как
далеко!..
На
губах
у
нас
застыло
солнце...
А
во зможно ,
правда,—
молоко?
Поутру
у
вымени
сог рее ш ься
—
И
айда
резвиться
на
лу га! ..
Смотрим
с
уважением
и
ре вно стью
На
ста льные
—
взр ос лые!
—
рога.
Мы
резвимся
с
юным и
лосихами,
В
них
впервые
чувствуя
лосих.
Мы
с т ращаем
будущими,
си льн ыми
Будущих
соперников
сво их.
А
когда
б ыва лые
соха тые
Вла стн о
входят
в
наш
безрогий
кр уг
И
уходят
в
бл иж ний
лес,
зах ва ты вая
Н аших
юных
трепетных
подруг,—
В
трепетном
испуге
присмиревшие,
Смотрим
с
любопытством
и
стыдом,
Как
они
уходят,
пр исм ир евши е:
Как
под
нож...
и
как
под
с ветлы й
дождь;
Как
они
приходят,
п овз росле вш ие,
И
вступают
в
наш
безрогий
круг,
Как
мы
из бега ем,
п овзрос левш ие,
Взглядов
их,
исследующих
луг.
А
под
вечер
старые
лосихи
Будут
загулявшихся
ругать....
. ..А
под
вечер
юные
ло сихи
Дарят
нам
ветвистые
рога.


Петрос
Антеос
Двл письли
РАССКАЗ
События,
соста вл яю щие
исторический
фон
эт ого
рассказа,
от но­
ся тся
к
периоду
до
марта
1956 года и первым последующим месяцам.
В
мар те
1956 года,
вскоре
посл е
XX съезда КПСС,
состоялся
VI Пленум ЦК компартии Греции.
Он
вскрыл
сер ьез ные
ошибки
ру­
ководства
компартии
Гре ци и,
нам ети л
новую
ге нера льную
лин ию
и
избрал
новое
руководство
партии.
Реше ния
VI Пленума опреде­
лили
исторический
поворот
в
жиз ни
компартии
Гр еции
и
содейство­
в али
новому
м ощн ому
по дъе му
демократического
движ е ния
в
стр ан е.
I
...Попытаюсь
изложить,
как
все
произошло.
По
порядку.
И
по
воз­
можности
кратко.
Потому
что
боюсь.
Если
не
сумею
выдержать,
ес ли
не
стисну
зубы
и
не
допишу
письма
—
я
пропала.
Да
я
и
не
им ею
права.
Ты
должен
узнать
обо
всем
от
меня.
Как
стр анно ...
Я
борюсь
с
бо­
лезнью
в
тюремной
б ол ьнице,
а
помочь
мне
можешь
только
ты,
брат
Ким она ,
находящийся
так
далеко
отсюда.
...Ты
первым
узнал
о
нашей
любви.
Тогда
ты
был
рядом
с
н ами,
мы
оба
счит али
т ебя
самым
бл изким
человеком
и
знали,
что
теб я
это
обра­
дует.
В
первый
же
де нь
свободы
мы
расс каза ли
обо
всем .
Помнишь?
13 октября .
Накану не
не мцы
покинули
Афины.
И
вместе
с
ними
словно
уполз
тяж елый
черный
занавес.
Все
в
этот
день
будто
рождалось
за­
ново,
приобретало
св ой
цвет,
вкус,
запах...
В
п ять
часов
ут ра
я
вышла
из
нелегальной
типографии
с
портфелем,
набитым
листовками
(«Немцы уходят!», «Наши Афины свободны!»).
Во
дворе
чирикали
воробьи,
и
я
з амер ла,
пораженная,
словно
впе р вые
в
ж изни
услышала
щебе т
птиц.
Наш
разг ов ор
со сто ялся
у
книжного
м агаз ина
Элефтерудакиса
на
ул ице
Стадиу,
в
том
месте,
где
она
вы ход ит
на
п л ощадь
Синтагма.
В
больших
ст екла х
витрины,
на
фон е
знам ен ,
лозунгов
и
волную­
щегося
людского
моря
отражались
на ши
лица.
Мы
с
К имон ом
был и
бледны
от
долгого
пребывания
в
по два ле.
А
может,
больше
от
во л­
нения.
Мы
разговаривали.
Вдруг,
помню,
я
ув и дела
блеск
св оих
гл аз
в
ви т­
рине.
И
именно
в
это
мг нов ение
меня
пронзила
мысль,
словно
какое-то
ве лик ое
для
вс его
мира
открытие:
значит,
есть
счастье!
Я
безмерно
сч а­
стлива!
Мы,
работники
нелегальной
печати,
в ыби рал ись
из
тайников,
из
не др
нашей
земли,
кот ора я
бе реж но
хранила
нас
четыре
года
о кку па­
ции,
и
попадали
в
п отоки
све та,
улыбок,
зна мен
и
цветов.
Мы
ходи ли
как
пьяные.
Впервы е
крутились
в
мног ошу мно м,
сверкающем
людском
афинском
водовороте,
в
самый
ве лик ий
его
час...
Город
гудел,
будто
огром н ая
река,
меняющая
р усло. ..
128


Ах,
меня
опять
п онес ли
те
в олн ы...
Я
хватаюсь
за
железные
стой ки
кровати,
словно
тону.
Нельзя
кричать!
Придет
опять
монашка
со
шпри­
цем ,
а
потом
—
мутные
и
тяж елые ,
как
густые
пар ы,
кошмары...
Тем­
ный
подвал,
зап ах
земли,
типографской
краски,
з апах
волос
Кимона...
Не
м огу
боль ше ...
Сколько
прошло
дн е й?..
Говорят,
у
меня
был
новый
п рист уп.
Де­
л ают
ча ще
уколы.
Врач
за гляд ыва ет
и
по
вечерам.
Но
какое
это
имеет
отношение
к
делу ?
Я
должна
п ро должат ь.
На
чем
я
ост ан ов ила сь?
Может,
на
той
реке,
что
меняет
рус ло? ..
Просто
для
нас
это
была
первая
демонстрация.
Я,
кажется,
писала
тебе,
что
то,
что
до
сих
пор
душилось
мраком,
сыростью
и
тревогами
под польно й
работы,
расцвело
в
од ин
д е нь...
13 октября .
Вечером
состоялась
наша
«свадьба» .
Я
хочу
признаться
те бе,
что
ко гда
впер вы е
спустилась
в
под поль ную
типографию,
то
больше
всего
испугалась
именно
этого
пол умр ак а,
сы­
рости
и
запаха
земли,
а
не
вражеских
сапог
на
тротуарах.
Ме ня
обуял
стра х
ост ать ся
навсегда
одной
там ,
под
землей...
И
вот
наступил
вечер,
когда
мы,
вместо
т ого
ч тобы
спу ст ить ся
в
темные
недр а
наших
Аф ин,
поднялись
на
о дну
из
сам ых
свет лых
вершин
города,
на
холм
Лик а ви-
тос а !..
Ты
приве л
нас
в
св ою
комнатушку
на
Лик авит о се
и
р асстал ся
снами
поздно
ночью.
Ты
пошел
ночевать
к
Ясону,
из
бюро
студенческой
ор га­
низ аци и,
ты,
наверно,
пом н ишь
его .
Тогда
у
нас,
студентов-подпольщи­
к ов,
был
обычай
брать
име на
наших
предков.
По мниш ь?
Кимон,
Ясон...
Те бя
тогда
зв али
Фидием.
А
ме ня
Ан ти гоной .
Я
имею
в
вид у
Ясона
из
Политехнического
института.
С
худощавым
лицом,
толстыми
очками
и
прерывистым,
как
кашель,
нервным
смехом.
Но
при
чем
здесь
Ясон?
Тво я
комната
находилась
в
последнем
доме,
у
рощи.
Одно
ее
окн о
г ляд ело
на
со сны
Ликавит о са,
другое
—
на
еще
робко
освещенные
Афины.
Из
одного
до
нас
до но сил ись
отзвуки
дн евн ых
демонстраций
и
победные
песни
Сопротивления,
из
другого
—
древний
шелест
со сен
и
извечный
шепот
влюбленных.
Это
был
не
окт ябр ь,
это
был
наш
Ма й!
А
но чь
—
незаходящая
зар я.
Отк уда
лился
эт от
свет?
Пом ню
до
каждой
черточки
лицо
Ким она ,
его
черные
во лосы .
Тогда
в пер вые
я
почувствовала,
что
они
пахнут
типо­
графской
краской.
Наш и
тела,
иссохшие
от
четырехлетнего
голода,
по­
белевшие
от
четырехлетнего
пребывания
под
землей,
казалось,
излу­
чали
свет.
Это
не
бы ла
на ша
первая
брачная
ночь,
это
был
первый
д ень
нашей
ж изни!
Уже
перед
рассветом
мы
вс по мнили
о
тебе.
С
признательностью.
Ведь
ты
пом ог
нам
избрать
это т
путь
—
и
в
глубь
земли,
и
на
ве р шину
сегодняшнего
Ликавитоса,
самого
светлого
в
на шей
жизни.
Именно
ты,
«старик», несмотря на то,
что
ты
был
ст арше
нас
всего
на
пять
ле т.
Вспомнили
о
Ясоне.
И
почему-то
на
мгновенье
сж ало сь
сердце.
По­
чему
Ясо н
не
пришел
на
на шу
«свадьбу»? И потом почему,
когда
ты
сказал ,
что
пойд е шь
ночевать
к
Ясону,
по
твоему
лицу
пробежала
тень?
Может
б ыть,
ты
знал
уже
тогда?
...Над
вершиной
Акрополя
вставал
рассвет.
Кимон
впился
в згляд ом
в
далек ие
бледнющие
огн и
города
и
долго
молчал.
О
чем
он
думал?
Что
видел
шир око
раскрытыми
г л азами
в
эт ой
фиалковой
предрассветной
мгле?
Я
хотела,
чтобы
он
не
думал
ни
о
чем
другом,
кроме
нашего
часа.
Ни
о
завтрашнем
дне.
Я
погрузила
руки
в
волосы
Ким она
и
повернула
к
себе
его
ли цо.
Что
нам
несет
эт от
день?
Он
смотрел
на
меня
невидящим,
отсутствующим
в згляд ом.
Вдруг
из
рощи
грянул
птичий
хор,
словно
первый
луч
со лнца
был
палочкой
дирижера,
взмаха
ко торой
ожид а ли
притаившиеся
певцы.
Что
9
Москва
No
1
129


несе т
с
соб ой
на сту па ющий
д ень?
Я
видела,
как
начин ает
светиться
Акрополь,
словно
выступая
из
ве чной
ночи,
в
которую
был
погружен.
Он
будто
отвечал,
но
только
не
тре во гам
Ким он а,
еще
не­
ясн ым
и
неопределенным,
а
моим
надеждам.
Даже
не
надеж дам,
а
моей
уверенности,
что
есть
счастье!
Да
еще
какое!
Есть
народ,
и
он
бессмер­
тен!
Я
видела
его!
И
Св обод а
—
не
и лл юзия!
Вот
она
перед о
мною
—
вознесшаяся
на
веки
веков!
И
вновь
ее
з али вают
лучи
солнца
на
Священной
Ск але!
Я
закр ыла
гл аза
Кимона
своими
губами,
чтобы
он
не
виде л
больше
того,
что
видел,
не
ду­
мал
о
том ,
о
чем
думал.
И
все
же
то,
что
«нес с собой этот день», при­
шло.
И
не
нашлось
в
ми ре
силы
о стан о вить
эт о!
Пришли
англичане.
Бы вшие
немецкие
при­
служники
и
палачи
распоясались:
оскорбляли,
б или
и
убивали
патриотов
на
улицах.
Пришли
в реме на
гражданской
во йны.
Пришли
американцы,
с
ними
—
трибуналы,
см ер т ники,
концлагеря,
пустынные,
скалистые
Эг ейск ие
острова,
з алит ые
кров ь ю,
склоны
го р,
утыканные
крестами...
А
затем
пр ишло
поражение.
Второе
поражение
за
столь
короткое
время.
Словно
на
н ашу
грудь
внезапно
опу ст ило сь
небо,
как
серый
мешок
с
камнями
Макронисоса.
Все
покрыл
пепел...
Но
ме ня
опять
унесло.
Не
могу...
Снова
прошло
несколько
дней,
прежде
чем
я
смогла
взяться
за
письмо.
Каждое
у тро
во
время
обхода
врач
говорит
что-то
н асчет
укол ов
и
ле­
карств
медсестре
и
уходит,
не
оставив
после
себя
да же
у л ыбки.
Греческий
поэт
Петрос
Антеос
родился
в
1920 году .
В
1937 году в афинских жур­
налах
по явил ись
его
первые
стихи
и
рассказы.
В
год ы
гитлеровской
оккупации
Пе т­
рос
Антеос
был
активным
участником
движения
С опро­
тивления,
секретарем
ЦК
На­
ционально
- освободительного
фр онта
молодежи,
од ним
из
р уков одит е лей
ор га низац ии
Сопротивления
греческой
мо­
лодежи,
сражался
в
рядах
На ро дно -осв обо дител ьн ой
ар­
ми и.
В
1945 году в Афинах
вышел
первый
по э тический
сб о рник
«Песня нашего на­
рода ».
В
1948 году в парти­
занской
т ипогр афи и
была
.от­
печатана
вторая
книга
п оэта
«Героический рейд».
В
1960 году издательство
«Иностранная
ли те ратур а»
выпустило
в
переводе
на
рус­
ский
язык
книгу
стихов
Пет ­
рос а
А нт еоса
«Улыбка Гре ­
ци и».
В
этой
ма л енькой
двухместной
палате
я
одна.
На
другую
к ров ать
приносят
бо льны х,
когда
гибнет
всякая
над еж да.
Итак ,
в
моем
сосед­
стве
оп ять
смертники.
Это
бывшие
партизанки,
раненными
захвачен­
ные
в
плен,
или
из увеч енные
тюрь мам и
и
к онцлаг ер ями
закл ючен ны е,
томившиеся
еще
со
времен
диктатуры
Метаксаса
и
о кку паци и,
или
по­
други
по
под п олью.
Меня
на гру зили
столькими
наказами,
столькими
тайнами
и
ис пов е­
дями,
рассказанными
прерывистым
шепотом
в
темноте,
что
я
чувствую
себ я
каким-то
кораблем-призраком,
который
до лжен
обязательно
прой ти
через
это
пространство
смерти
и
достичь
берега
со
всем
своим
грузом.
Кораблем,
который
не
имеет
права
затонуть
и
успокоиться
на
дн е,
п ока
не
передаст
лю дям
не
«SOS» —
здесь,
где
мы
находимся,
сп а­
сенья
нет ,
мы
это
зн ае м,—
а
все
их
истории.
И
прежде
всего
собствен­
ную
историю.
На
чем
же
я
остановилась?..
Не
могу
сосредоточиться.
Я
исписываю
л ист
с
обеих
сторон
и
прячу
в
матрац.
Если
смогу
за кон чить ,
то
вы­
та щу
все
листы,
с ошью
в
од ну
тет р адь
и
о тошлю
тебе.
У
меня
ес ть
во з­
можность
переслать
ее
на
свободу.
Если
же
не
допишу,
то
их
сожгут
вмест е
с
матрац ем ...
Потом
для
всех
вас,
кто
ушел
в
горы ,
и
для
тебя
тоже,
пришл о
из гнание,
чужбина.
Я
не
испытала
этого.
Но
мне
кажется,
чт о,
по
существу,
и
мы
все
ока зал ись
изгнанниками.
Разница,
наверно,
заклю­
130


чается
в
то м,
что
вы
о казал ись
вдали
от
Ро д ины,
на
чужой,
но
друже­
ственной
земле,
а
мы
оказались
пленниками
на
родной,
за ли той
кров ью
земле,
которая
стала
вдруг
чу жой
и
враждебной.
Мы
с
К имо ном
б ыли
приговорены
к
смертной
казни .
«Несущие в
с ебе
смерть»,—
писали
мы
д руг
другу,
стараясь
шутить.
«...М ы
должны
отыскать,—
писал
мне
Кимон
в
одн ом
письме,—
кто
виноват
в
том ,
что
наш
народ
пост иг ла
така я
участь,
какую
не
заслу­
жил
да же
его
з лейш ий
вра г !..»
В
другом
письме,
спустя
год,
эта
мысль
дос ти гла
у
него
кр итиче ­
ск ого
накала: «...В
каждом
случае
кораблекрушения
всегда
много
ви­
но вных .
Прежде
всего
те,
кто
стоят
у
руля!
Затем
те,
кто
видел
под­
вод ные
рифы,
но
р асс уж дал,
что
у
ру ля- де
стоит
не
он,
надеялся,
что
рулевые
сами
з аме тят
опасность,
ведь
они
же
не сут
ответственность.
Ви нов ны
и
те,
кто
смог
бы
разглядеть
подводные
риф ы
и
име л
смелость
вмешаться,
но
в
это
время
сладко
спал .
Мне
каж ет ся,
что
мы
принад­
лежали
к
третьей
категории.
Мы
спали.
И
самое
худшее,
бою сь,
и
сей­
ч ас,
после
вт ор ого
поражения,
мы
пр одо лжа ем
почивать...»
Шло
время...
Иногда
ме няли сь
правительства.
Иногда
новый
закон
дарил
кому-нибудь
жизнь.
Некоторые
«смертники»
переводились
в
«пожизненные».
Не которы е
«пожизненные»
п осле
новых
судов
полу­
чали
св обо ду
и
вых од или
из
тюрем.
Меня
и
еще
неск о льк их
женщин
«по снисходительности»
освободили.
Я
нашла
Ясона,
который
вы шел
несколькими
месяцами
раньше.
Он
ст р адал
п орок ом
сердца,
и
его
выпу с тили
как
«неизлечимо больного».
Я
попросила
Ясона
помочь
мне
у виде ть
Ким она
на
Эгин е.
Мне
пока­
залось,
что
он
согласился
с
неохотой.
Но
я
решила,
что
он
заботится
обо
мне ,
боится
подвергнуть
меня
новой
опасности.
Подруги
и
Ясон
по­
могли
мне
пр иоб р ести
самые
необходимые
ве щи.
Мои
родственники
жили
в
провинции.
Они
так
много
претерпели
за
это
время,
что
я
не
рискнула
с
ними
увидеться,
боясь
навлечь
на
них
новые
беды .
Ст ояла
весна,
очень
светлая
в есна,
может
быт ь
п отом у,
что
была
первой
после
стольких
лет
тюрьмы.
Мне
б ыло
двадц ать
шесть
ле т,
я
жила
ожиданием
вс тре чи
с
Кимоном.
Ветер
Саронического
залива,
ко­
т орый
мы
пересекали,
направляясь
на
Эгину,
р аз вевал
мои
в олос ы.
Я
опять
раз меч тал ась .
Сло вно
не
б ыло
за
плечами
ужасных
лет
ож и­
дания
смерти,
словно
я
не
видела
пер ед
собой
острова,
где
находился
в
оковах
бл изкий
мне
человек.
Первой
неожиданностью
был
отказ
Ясона
проводить
меня
до
тюрьмы.
Он
ск аза л,
что
п одож дет
в
каф е
на
берегу.
Когда
же
я
по пы­
талась
уговорить
его,
ус лыша ла
в
ответ
то,
что
на
на шем
язы ке,
как
ты
зн аешь ,
кладет
конец
любым
р аз говор а м: «Нельзя».
Ну,
раз
нельзя,
я
решила
отправиться
од на,
подумав,
что
так ,
п ожал уй,
даже
лучше,
мне
удастся
побыть
с
Кимоном
несколько
минут
на ед ине.
Ясо н,
словно
у га­
дав
мои
мысли,
посмотрел
на
мен я
из-за
толстых
стекол
очк ов
на
угло­
ватом
л ице
и
добавил:
—
Знаешь,
Кимон
очень
изменился...
—
Вс ех
нас
эти
го ды
изм е нили
немного,
Ясон.
И
тебя...
—
А
теб я
нисколько,—
ск азал
он
с
какой-то
не яс ной
грус тью,
не
гля дя
на
меня.
—
И
все
же,
я
думаю,
в
основе
никто
из
нас
троих
не
изменился,—
продолжала
я,
ничего
не
пон имая.
Ясон
с нял
о чки
и
ст ал
протирать
их
шар фо м.
—
И
все
же
Кимон
изменился...
Мне
говорили
товарищи,
которые
вышли
оттуда.
Изменился
в
другом...
Как
бы
тебе
объяснить?..
Может
быт ь,
в
то м,
что
ты
наз ыв аешь
«основой»...
В
это
время
загудел
пароход.
Мы
по дхо дили
к
пристани.
То роп ли­
вая
равнодушная
толпа
прижала
нас
к
трапу,
и
наш
раз г овор
пре­
131


рвался.
Когда
же
я
ступила
на
остров,
у
ме ня
осталась
только
од на
мысль:
скорее,
как
можно
скорее
бежать
в
тюрьму,
к
Ки мо ну...
С
отчаянием
гонимых
птиц
мы
бросились
к
двойной
же лезно й
се тке.
Наш и
дрожащие
руки
гла ди ли
разделявшую
нас
пр овол ок у.
М ежду
н ами
огромное
расстояние
в
п ять
сантиметров,
которое
невозможно
преодолеть!
Оставались
только
глаза.
Глаза
и
голос.
Но
г олос
пере­
хват ыва ло,
он
трепетал
и
исчезал
в
хаосе
голосов
и
ры д аний,
окру жав­
шем
нас
со
всех
с тор он.
А
рядом
—
надзиратели
с
ог ро мным и,
волоса­
тыми,
грязными
ушами,
прильнувшими
к
обнаженным
тр епещ ущ им
сердцам.
Я
с
мо льб ой
посмотрела
на
эту
шум ную
толпу
в
черных
платках,
с
красными
глазами
и
поднятыми
р у кам и : «Дайте нам поговорить,
ве дь
эти
несколько
минут
и
ес ть
наша
жизнь,
ос тавь те
нас!», но
встретила
в
от вет
такую
же
мольбу
в
других
гл аза х.
Ита к,
оставались
только
глаза.
Боже
мой,
как
Кимон
похуд ел!
Он
в сегда
был
худой,
но
сейчас
осталась
только
тень
от
того
Кимона,
которого
я
знала.
Ах,
я
не
дол­
жна
бы ла
пугаться,
не
должна!
И
может
быть ,
все,
что
последовало
за
э тим
ничтожным
мгновением,
когда
мой
взгляд
панически
искал
прежнего
Кимона,
такого
привычного
и
дорогого,
и
находил,
не
в
силах
скрыть
ужаса,
только
те нь,
было
моей
ошибкой?
Но
теперь
я
понимаю:
это
б ыло
лиш ь
первой
ошибкой.
Почему
я
так
растерялась
и
разрази­
ла сь
такими
неудержимыми
рыданиями?
Куд а
я
шл а?
На
остров
ра до­
сти?
Или
в
одн у
из
самых
страшных
тюрем,
к
Ки м ону,
кот орый
во
время
оккупации
про вел
четыре
года
в
подполье,
а
за тем
почти
столько
же
в
тюрь ма х
в
ожидании
смерти?
Может
быть,
чтобы
отвлечь
мое
внима ни е,
Кимон
спросил
мен я
об
Ясоне.
Он
знал,
что
ты
да лек о,
поэтому
Ясон
ост авался
самым
близким
нам
человеком.
Сквозь
гул
голосов
до
меня
донесся
его
голос,
и
я
схва­
тилась
за
него,
как
за
спасательный
круг.
—
С
ним
все
в
порядке!
—
крикнула
я,
захлебываясь
рыданиями.
—
Где
он?
—
рассл ыш ала
я.
—
Здесь.
Он
пр овож ал
ме ня
до
острова.
Ждет
на
бер егу!
—
Я
под у­
мала,
что
Кимону
не
ну жно
было
об ъясн я ть,
он
сам
понял,
что
Ясону
нельзя
прийти
в
тюрь му.
И
вот
тогда...
я
впе рвы е
увидела
(именно
тогда,
а
не
после)
самое
страшное,
что
м ожно
у в идеть
в
глазах
чел о­
века.
В
глазах
Кимона
что-то
потонуло
и
угасло.
—
Св идан ие
окончено!
Нас
развели
силой.
Пос лед ов ал,
как
вс ег да,
внезапный
п ерев од
Кимона
в
тюрьму
Ид-
зедин
на
Крите,
самую
отдаленную
и,
как
ты
зн аешь ,
сам ую
скверную
тю рьму.
Добраться
до
нее
б ыло
нево з мож но.
Нужны
был и
деньги
и
чья-то
п ом ощь.
Несколько
раз
просила
я
Ясона
связать
ме ня
с
подполь­
ной
организацией,
но
встречала
отк аз.
Он
го вори л,
что
передал
обо
мне
«выше», что ждет ответа,
а
по ка
следует
порвать
со
всеми
стар ым и
св я­
зями,
потому
что
за
мно й,
наверно,
установлена
слежка.
Но
однажды,
когда
я
доняла
его
своими
недоуменными
вопросами
о
позиции
организации
по
отношению
ко
мн е,
Ясон
проговорился,
что
«выше»
не
знают
о
его
встречах
со
мной.
Значит,
он
ск рыва л
н аши
вс тр ечи
как
что- то
опасное,
запрещенное?
Зна чит,
он
боялся
ск аз ать
па ртии
правду?
Это
бы ло
что-то
непостижимое!
Од нако
он
боялся
с ка­
зать
правду
и
мне .
Но
какую
правду?
Что
с
нами
пр оиз ош ло?
Н еу жели
мы
дошли
до
того,
что
боимся
друг
друга?
И
ес ли
Ясону
б ыло
нельзя
вс треча ть ся
со
мно й,
то
почему
он
не
осмелился
сказ ать
мне
об
этом
и
прекратить
в се?..
Я
порвала'
с
ним
все
контакты
и
стала
скитаться
по
знакомым
из
дома
в
дом .
Но
дру зь я,
которые
мен я
пр ини мал и,
изо
дня
в
де нь
все
таяли.
Я
перебивалась
на
хлебе
и
простокваше.
Не
с
кем
было
пер е­
132


молвиться
сло вом.
Кимону
я
писать
перестала.
Что
я
могла
ему
напи­
сать?
Что
меня
изолировали?
Разве
можно
б ыло
об
этом
писа т ь?..
Шло
время.
И
вот,
спустя
три
мес яца
после
пе рев ода
Кимона
в
Ид-
зедин,
я
получила
от
него
непонятное
пи с ьмо.
Чем
дальше
я
его
чи­
т ала,
тем
больше
з апут ы вал ась.
Оно
б ыло
напи сан о
тем
мелким
почер­
ком,
к
которому
привыкают
в се,
кто
долгое
время
рабо т ал
в
подполье.
В нача ле
«шифром», который постепенно устанавливается между за­
ключенными
и
близкими,
он
сообщал
мне
о
своей
бол ь ной
с естре
—
я
поняла
—
орга низаци и.
Писал
м не,
что
с лухи
о
ее
бо ле зни
дохо­
дят
до
т юрь мы,
но
он,
к
сожалению,
не
может
ей
помочь,
потому
что
вдали
от
нее
и
сам
изолирован...
К
тому
же,
доб ав лял
Кимон,
он
то же
больной.
П рав да,
сейчас,
по яс нял
он,
ему
лучше,
хотя
бы
п отом у,
что
теперь
он
знает
св ою
болезнь.
Но
друзья
по
тюрьме,
реши в,
что
бо л езнь
инфекционная,
сч ит ают
опа с ным
его
общение
с
другими.
Этот
ра зго вор
о
болезни,
учитывая,
что
Кимон
болен
туберкулезом,—
а
об
это м,
ко не чно,
знали
его
преследователи,—
был
искусно
зашифро­
ва н,
и
п оэтому ,
ес ли
бы
даже
письмо
попало
в
руки
асфалии,
из
нег о
ничего
нельзя
бы ло
в ыудит ь.
Пока
все
в
э том
письме,
даже
непо н ятн ая
внезапная
боязнь
тов ари­
щей
по
тюрьме
заразиться
от
Ким он а,
и мело
каку ю-то
логику,
и
я
к ак-
то
понимала.
Но
дальше
шло
совсем
непонятное!
Кимон
сов етов ал
мне
выйти
замуж!
Серьезно,
с
приве д ение м
разум­
ных
доводов,
которые
изложил
по
пунктам,
с
любовью
мужа
к
жене,
которая
проявлялась
в
ка ки х-то
словах,
ускользнувших
из-под
кон­
троля
его
не умо лим ой
«математической»
л ог ики,
он
сов етов ал
мне,
да
что
я
говорю
—
советовал,—
прос ил
ме ня,
свою
жену,
даже
большее,
сво ю
единственную
любовь,
которую
успел
и спы тать
в
жизни,
выйти
зам уж!
И
да же
на шел
мне
жениха!
Ясона!
Он
р асх вали вал
ег о,
дока­
зывая,
как
теорему,
что
раз
уж
так
сложились
обстоятельства,
то
он
лучший
человек,
на
которого
бы
я
смогла
опереться
в
те
тяжелые
дни ,
не
говоря
уж
о
более
тяжелых,
что
ждут
вп ере ди
(он сам
подчеркнул
эти
сло ва ).
Боже
мо й,
что
я
ему
ответила!
Было
бы
страшно
и
мучительно
вы­
звать
все
это
в
памяти,
но
еще
страшнее
писать
тебе
об
этом.
Потом,
пос ле
случившегося,
я
п он яла,
что
это
была
моя
самая
бол ь­
шая
ошибка!
Та кое
письмо
не
может
послать
женщина
мужчине,
к ото­
р ого
любит.
А
мо жет
быть,
именно
п отом у,
что
любила,
я
и
написала
ему
так?
Ну,
конечно,
я
помню.
Все
во
мне
к рич ало: «Любимый мой!
Дорогой
мой!
Ед инс тв е нны й!», а перо скрипело по бумаге,
разбрызг и­
вая
горечь
и
желчь.
Как
тяжело
сознавать
теперь,
что
эт им
письмом
я
оборвала
последнюю
нить,
к отор ая
там,
в
двойной
изоляции
—
от
в ра­
гов
и
от
своих,—
связывала
его
с
жизнью.
Я
отослала
письмо
и,
недолго
думая,
по беж ала
разыскивать
Ясона.
Только
он
мог
мне
объяснить,
что ,
наконец,
прои сх од ит,
мог
удержать
от
безумия.
В
записке,
которую
ос т авила
на
старой
явке,
я
сообщила
ему ,
что
бу ду
жд ать
его
там
три
дня
в
определенное
время.
Он
явился
только
на
третий
день,
ис пуг анн ый
и
встревоженный.
Он
оче нь
спешил
и
сразу
дал
мне
понять,
что
в стр еча
—
это
безрассудство
с
моей
сто­
роны,
которое
может
нам
дорого
обойтись.
И
тогда
я
п онял а,
что
Ясон
больше
всего
боялся
не
асфалии...
Я
подала
ему
письмо.
Он
начал
читать
и
сразу
забыл
и
о
своей
ост о­
рожности,
и
о
мо ем
безрассудстве.
Вытащив
ме ня
на
ули цу,
Ясон
ос та­
новил
такси
и
ск азал
шоферу,
чт обы
он
ех ал
к
морю,
в
Ф алиро .
Всю
дорогу
он
молча
читал
письмо
Кимона.
В
Фалиро
мы
за шли
в
м ал ень­
кую
таверну.
Я
помню,
пер ед
н ами,
через
застекленную
дверь,
откры­
вался
вид
на
разъяренный
Саронический
за лив.
Ясон
посмотрел
на
133


меня
через
очки
покрасневшими
глазами
и
резко
зак ашлялся.
Я
ви­
дела,
как
его
грудь
вздымается
в
одышке.
—
Ты
поняла,
наверно...
Кимон
изолирован
от
партии,—
выдавил
Ясон.—
Еще
на
Эгине,
когда
мы
ездили...
—
Ты
зн ал
это
еще
тогда?
И
ничего
не
сказа л
мне ?
—
Я
не
мог
тебе
ска зать
об
этом.
Не
п отом у,
что
нельзя.
Не
только
потому.
—
Значит...
—
Я
объясню.
Теперь
это
можно.
Это
поможет
тебе
понять
и
письмо
К имо на,
и
многое
другое.
Ки мон
зна л
об
этом
еще
с
октября
1944 года .
И
его
брат
Фидий
тоже.
—
О
чем
же,
нак о нец,
вы
все
знали,
кроме
меня?
—
жалобно
про­
стонала
я,
ничего
не
понимая.
—
Т ак,
ни че го... —
Ясон
сня л
очки
и
ста л
протирать
старым
шелко­
вым
шарфом
толстые
по му тне вшие
стекл а.
Пок а
хозяин
расставлял
на
столе
стаканчики
с
у зо,
я
вгл ядел ась
в
углов ат ое
л ицо
Ясона,
словно
постаревшее,
в
его
близорукие
глаза,
без
очков
тусклые,
как
у
рыбы ,
и
подумала
с
грус тью: «Неужели это тот
самый
Ясон
из
бюро
студенческой
молодежи?
Тот
сам ый
б есстр аш ный
ю ноша
из
Политехнического
института,
застрельщик
демонстраций
в
годы
о кку п аци и?..»
—
Итак,
Яс он,
что
же
это
за
«ничего», о .
котором
я
не
знала?
—
спросила
я
и
почувствовала
неловкость.
Мне
показалось,
что
мой
го­
лос ,
против
мое й
воли ,
звучал
иронически
и
жестоко.
—
Ничего...
Я
л юбил
тебя,
Антигона...
Он
наклонился,
пытаясь
надеть
оч ки.
Внезапная
волна
жа лост и
за­
хл естн ула
меня.
Я
п отян ул ась
к
нему
и.поцеловала
его
в
лоб .
В
Фалиро
жи ла
его
сес тра,
вдова.
Ее
муж
был
партизаном
и
погиб.
В
тот
же
ве чер
Ясон
отвел
ме ня
к
не й.
Мы
шагали
по
берегу
моря,
волн ы
которого
яростно
бились
о
скалы.
Ясо н
ра сск азал
мне ,
что
Кимон
в
изоляции
за
то,
что
«копал там,
где
нель зя ».
Даже
буд учи
смер тн ико м,
он
оставался
о дин,
лиш енный
по­
следних
утешений,
рукоп ож ати й
и
приветствий
товарищей
по
заклю­
чению.
Ему
пр ивесил и
известные
яр л ыки : «Подозрительный», «Оппор ­
ту ни ст », «Червяк».
Ясон,
к онеч но,
не
ве рил
ничему,
что
го вор или
о
Кимоне.
Он
считал
его
«одной из самых ясных голов»
в
студенческом
дви жен ии
Сопротив­
ления.
Но
Ясон
боялся
раскола
организации
в
тяже лых
условиях
по д­
полья,
считал
его
в ели ч айшим
зл ом
для
па р тии,
даже
б ольш им,
чем
ошибки
руков одств а,
на ч ин ающие
все
я снее
проявляться
в
бредовых
лозунгах
о
якобы
«революционном положении в стране»,
когда
бы ло
невозможно
найти
даже
уб еж ища
для
подпольщика.
И
наконец,
Ясон
доверил
мне
то,
о
чем
нельзя
б ыло
зна ть
н ик ому.
Он
сказал
мне,
что
не дав но
во
гл аве
подпольной
организации
вс тал
его
друг
и
д руг
Кимона,
не кий
М.,
из
бывших
кадров
студенческой
о рг ани­
заци и.
Яс он
верил,
что
теперь
положение
из менит ся.
Этот
политехник,
кот оры й
раньше
высмеивал
нас,
филологов,
за
подобные
штучк и,
те­
п ерь
вдруг
сам
вспомнил
и
чи тал
всрлух
стихи
Паламаса:
. . . По лестнице зла,
до последней ступеньки дойдя,
Почувствуешь вдруг,
что крылья растут у тебя!
Огромные, прежние крылья растут,
Что опять высоко над Землей вознесут!..
Ах,
бедный
мой
Ясон,
разве
ес ть
на
лестнице
зла
последняя
ступенька?..
У
сестры
Ясона
я
постепенно
успокоилась
и
пришла
в
себя.
Я
чу в­
с твова ла
себ я
почти
виновной,
вид я,
как
изо
дня
в
де нь
тает
Ясон.
От
134


нег о
ост али сь
к ожа
и
кости.
Приходил
он
всегда
ночью,
п риняв
все
меры
предосторожности,
не
только
ч тобы
из бежат ь
слежки
асфалии,
но
и
боясь
бы ть
схваченным
в
до ме
сестры.
Тогда
бы
его
на казали
еще
и
за
нарушение
конспирации,
ты
сам
знаешь...
Ясон
приносил
мне
материалы
по дпо ль ной
молодежной
г азеты
для
ре да к тирова ния.
Мы
беседовали
немного
о
п ол ожении,
об
арес тах,
ко­
торые
в
последнее
время
все
учащались.
Иногда
обсуждали
какой-ни­
бу дь
из
последних
лозунгов
па р тии,
которые
всегда
так
нео жи дан но
и
неподготовленно
в ыбр асы вала,
увеличивая
путаницу,
подпольная
ра­
дио стан ция.
А
потом
Ясон
проходил
через
кухоньку,
б рал
сверток,
который
ему
всегд а
готовила
се стр а,
и
и счез ал
в
ночи.
Ни ког да,
ни
одного
раза
он
не
о ставал ся
ночевать,
что
бы
ни
было:
лил
ли
дождь
как
из
ведра
или
ломались
от
в етра
ветви
деревьев
во
дворе.
Я
бы ла
довольна,
что
нашла
теплый
человеческий
угол
после
одино­
чества
и
преследований.
Я
бы ла
оче нь
признательна
Ясон у,
ко торы й
дал
мне
возмож нос ть
вновь
что- то
делать
для
нашей
организации,
для
того,
во
что
я
верила.
В
доме
его
сестры
я
не
чувствовала
се бя
обуз ой.
В
э том
мне
помогла
сама
се стра
Ясона.
Она
обеспечивала
меня
ра бо­
той
на
дому:
я
обтягивала
пуго ви цы
для
магазина,
где
она
служила.
Как
странно!
Я
дошла
до
того,
что
работаю
нелегально
для
со бст­
венн ой
нелегальной
организации.
«Двойное подполье».
Чем-то
похоже
на
«двойную изоляцию»
К имо на.
Вот
и
нашелся
способ
хоть
в
какой-
то
сте пе ни
разделить
его
горькую
участь,
не
переставая
служить
св оей
ид ее.
Мож ет
быть,
именно
это
и
сохранило
мне
какие-т о
внут ре нние
резервы,
необходимые
для
жизни.
От
Кимона
не
было
н икаких
вестей,
а
Ясона
я
спрашивать
избегала.
Од на жды
ве чер ом
он
радостно
с казал,
впе рвы е
смело
и
прямо
посмо­
трев
мне
в
глаза:
—
Я
говорил
с
новым
се кре та рем
М.
об
э том
варварстве,
о
неспра­
ведливой
изоляции
Ким она
в
тюрьме.
Он
внимательно
выслушал
ме ня,
попросил
рас ск азать
вс е,
что
я
зн аю
об
эт ом
деле.
Даже
о
тебе
вспом­
нил.
Спр ос ил,
почему
не
испо ль з уем
теб я
в
ра бо те.
—
И
ты
рас ск азал
ему
обо
мне?
—
испу гала с ь
я
(значит,
и
я
на­
чал а
пугаться,
еще
не
у яснив,
ч его
и
кого,
как
ко г да-то
боялся
Ясон).
Но
при
всем
до вер ии,
которое
Яс он
питал
к
М.,
он
ничего
не
сказал
ему
обо
мн е.
Я
успокоилась.
Так
прошло
почти
два
месяца.
Я
настолько
успокоилась,
что
смогла
н апис ать
прос тое ,
дружеское
письмо
К имон у.
О
его
письме
я,
конечно,
не
упоминала,
потому
что
св ое
посылала
почтой,
а
оно
д олжно
было
пройти
через
цензу ру .
В
письме
я
дала
ему
п он ять,
что
и
меня
трево­
жит
здоровье
его
сестры
и
«диагноз врачей», что я делаю все воз­
можное,
чтобы
он
был
«рядом с нами».
Я
была
уверена,
что
он
поймет
значение
слов
«рядом с нами».
Первое
значен и е
—
о
мои х
попытках
прекратить
из ол яцию
—
он
поймет
обязательно.
Что
касается
вт орого,
что
я
жду
его...
может
быть,
пойм ет
и
это...
•
Неожиданно
возобновились
налеты
асфалии.
Начались
о бла вы.
Опять
замелькали
фотографии
арестованных
членов
ЦК
и
нелегаль­
ного
аппар ат а.
Опять
запестрели
в
газетах
огромные
за голов ки : «Новый
большой
успех
ас фал и и!», «Ликвидация подпольной организации Ком­
партии
Г ре ци и !» Атмосфера страха резко сгустилась.
И
самым
ужас­
ным
в
э том
по ложе нии
была
подозрительность,
к отор ая
подогревалась
самим
руководством
через
радиостанцию,
выступающую
с
нелепыми
«разоблачениями» .
Все
это
парализовало
нас
изнутри.
Иногда
мы,
ра­
ботники
подполья,
чувствовали
себя
осажденными
воинами,
истекаю­
щ ими
кровью,
замечавшими
в друг
за
кольцом
окруж ен ия
своего
коман­
дира,
который
вместе
с
вр агам и
целится
нам
в
лоб...
135


Яс он
совсем
замкнулся
в
себе.
Приходил
очен ь
ред ко.
Только
за
тем,
чтобы
взять
материал
и
оставить
новый.
Казалось,
все
свое
существо­
вание
он
свя зал
с
молодежной
газетой.
Несм отря
на
все
невзгоды,
она
продолжала
вых одит ь.
И
это
б ыло
одн им
из
тех
чуд ес,
которые
м ожно
объяснить
только
волей
борца,
дошедшей
до
последнего
предела.
В
тот
вечер
он
пришел
тако й
ис тер зан ный
—
всю
но чь
лил
дождь,—
что
я
вдруг
поняла,
как
он
про вод ил
ночи.
Я
не
знала,
где
им енн о,
но
только
не
в
доме.
Я
не
успела
открыть
рот
и
спросить
его,
он
тут
же,
у
двери,
вытащил
из
ботинка
и
протянул
мне
последний
номер
н ашей
газеты.
—
Читай,—
ск азал
он.
Смутно
чувствуя
что- то
ужасное,
я,
боясь
упасть,
оп у стил ась
перед
диванчиком
на
колени
и
развернула
на
нем
св ежий
номер
нашей
г азеты ,
еще
пахнущий
типографской
краской.
Мои
гла за
бегали
по
мелким
за­
головкам.
На
первой
странице
—
ничего
ос обе н ного.
На
второй
—
тоже.
Н
вд руг ...
в
последнем
заголовке
справа,
внизу,
буквы
начали
прыгать,
словно
хотели
у бежат ь
с
листа.
Соб рав
все
силы,
я
заставила
себя
вчи­
таться
в
прыгающие
ст ро чк и: «...Р азо блач аем
шпика
асфалии,
продаж­
н ого
провокатора
Никос а
Кар писа
по
кличке
«Очкарик»
или
«Ясон»!..»
и
да льш е : «...Доводим
до
св ед ения
в сех
товарищей,
что
мы,
изучив
удары
асфалии
по
нелегальной
организации,
а
так же
подозрительную
деятельность
за
последние
три
года
выпускника
Политехнического
ин­
ститута
Никоса
Карписа,
бывшего
«смертника», которого асфалия вы­
пустила
на
свободу,
и
особенно
его
последние
вы сту пления
против
руководства,
обнаружили:
К ар пис,
он
же
«Очкарик»,
он
же
«Ясон»,
состоит
на
службе
асфалии
в
ка чес тве
шпика,
п род ажн ого
провока­
тора!
Поэтому
призываем
вс ех... »
Подняв
г лаза
от
г азеты,
я
увидела
только
дверь,
открытую
в
ноч ь.
Ясона
не
бы ло.
Он
ушел.
Я
бросилась
на
ул ицу
с
единственной
мыслью
най ти
его,
но
передо
мной
была
только
ночь,
враждебное
рычание
моря
и
вой
ветра.
Не
знаю
почему,
я
по беж ала
в
с торо ну,
противоположную
каф е,
туда,
где
св е­
тились
редкие
ог ни
и
била
о
скалы
волна.
На
пово ро те
какая -т о
машина
резко
осветила
берег.
И
я
увидела
его !
С
о тчаяни ем
обреченного
Я сон
шагал
к
морю.
Догнав
его,
когда
он,
словно
в
полусне,
уже
за шел
в
в оду,
я
повисла
у
нег о
на
шее
и
выта щила
на
бе ре г...
Час
или
больше
мы
мо лча
шли
в
сторону
Эллинико.
У
скал,
которые
образовывали
за кры тый
уголок,
защи щенны й
от
ветра
и
в олн,
он
оста­
н овилс я
и
потянул
меня
за
рук у.
Пригнувшись
чуть
не
до
земли,
мы
вошли
в
сухую
темную
н ору
вроде
морской
пещ е ры,
заваленную
сухой
травой
и
водорослями.
Пахло
мятой,
море м
и
теплым
человеческим
жильем.
До
меня
донеслось
вначале
с ухое
знакомое
покашливание
сер­
дечника,
потом
г олос:
—
Вот
здесь,
в
скалах,
целую
неделю
ютился
«шпик»!
Не
ви дя
л ица
Ясо на,
не
слыша
из -за
рокота
в олн
даже
его
дыхания,
я
почувствовала,
что
он
плачет.
О пуст ивш ись
рядом
с
ним
в
те мн оте,
я
протянула
руку,
желая
кос­
нуться
его
лб а,
как
поступают
с
больными.
Мои
пальцы
нащупали
же­
с ткую
небритую
щек у,
худое
лицо,
оправу
очков .
Моя
рука
намокла.
Я
не
отнял а
ее.
Поспешно,
сл овно,
стыдясь,
Ясон
начал
говорить:
—
Значит,
и
до
меня
дошла
очередь.
Хотя
я
б оялся
это го
больше
всего,
пр изнаюсь ,
а
все
же
ста л
«копать там,
где
не ль зя».
Мне
хоте­
ло сь
узнать,
что
же
скрывается
за
нелепыми
лозунгами
и
клеветой
на
че стн ых
това рищ ей ?
Я,
кажется,
г ово рил
тебе,
что
рас сказа л
М.
о
Ки-
моне.
Он
слушал
с
интересом.
При
следующей
встрече
мы
вно вь
разго­
ворились,
и
я
открыл
ему
сво и
мысли,
приво д я
самые
убедительные
аргументы,
я
го во рил
о
нашей
полит ике ,
кот ор ая
отчуждает
нас
от
масс.
136


М.
ободрял
меня.
Что
смело,
м ол,
критикую,
что
он
сам
тоже
т ер­
зается
сомнениями,
но
не
знает,
как
действовать,
ко му
довериться.
Вот
тут-то
я
уже
вт ор ично
ра сска зал
ему
о
Кимоне.
Он
вно вь
ободрил
меня.
Тогда
я
открыл
ему
не
только
мысли,
но
и
сердце.
Что
происходит
в
тюрьмах?
Как
можно
товарища,
приг ово ре нног о
к
смерти,
изолировать
от
друзей,
лишить
их
приветствия?
Его
вед ут
на
казн ь,
и
никто
ему
не
скажет
да же
«прощай».
За
что?
За
то.
что
высказал
свою
мысль?
За
сам ое
высокое,
что
отличает
человека?
И
кому
высказал?
Своим
товарищам,
самым
близким
нам
в
мире
людям!
—
Продолжай,
продолжай,—
подстрекал
меня
М.—
Ты,
я
вижу,
вн ик
в
это
дело
серьезно.
Далеко
зашел.
Это
почти
готовая
платформа...
Потом
спросил
меня,
как
я
расцениваю
последние
усп ехи
асфалии.
Я
сразу
сказал
ему ,
что
никогда
не
вери л
в
«гений»
асфалии.
Но
если
она
попадает
в
цель,
если
она
кричит
о
своих
успехах,
зн ачит
—
что-то
гни ет
у
нас
наверху...
—
Когда
вы
беседовали
об
этом,
Ясо н?
—
перебила
я
ег о.
—
Перед
выпуском
последнего
номера.
—
Но
материалы
номера
готовил
ты,
я
видела!..
Ведь
там
не
бы ло
этого...
э той
клеветы.
Последовало
молчание,
которое
за глу шило
даже
шум
волн.
Затем
я
ус лыша ла
его
х рипл ый
голос.
—
Это
самое
невероятное,
самое
невыносимое!
Он
потребовал
у
меня
материалы
номера
и
ск аза л,
что
по пыт ает ся
отпечатать
нашу
газету
в
партийной
типографии.
Я
обрадовался,
что
на
эт от
раз
газета
выйд ет
не
на
ротаторе.
Он
назн ачи л
мне
сл едую щее
свидание.
Но
не
пришел
на
нег о
ни
сам,
ни
св язно й.
Я
испугался,
не
сх ватил а
ли
асф ал ия
и
его,
мою
последнюю
надежду.
И
вот
здесь,
в
этой
норе,—
больше
б ыло
негде
—
я
бодрствовал
всю
вчерашнюю
ноч ь
до
самого
рассвета,
по ка
не
увидел
из
газет,
что
ничего
не
случилось.
Весь
де нь
я
провел
в
такой
же
тревоге,
п ока
вышл и
вечерние
г азеты .
Ничего.
Я
пош ел
на
явку.
Там
должна
бы ла
находиться
пачка
отпечатанных
газет.
Но
там
на шел
не
пачку,
а
только
одну
г азе ту,
которую
мне
пр и слал
сам
М.
Вот
эт у.
Зн ачи т,
у бив ает,
вернее,
у бил
своего
товарища,
друг а,
зн ая,
что
он
невиновен!..
Я
гладила
его
холодный
лоб,
его
замерзшие
ли цо
и
руки .
Пойми
меня,
постарайся
понять.-
Передо
мной
был
ч ело век,
товарищ,
друг,
к оторы й
сделал
для
меня
вс е,
что
мог.
При вел
в
дом
своей
сестры,
а
сам ,
чтобы
не
н авл ечь
на
меня
опасность,
но чев ал
в
скалах.
И
это
существо,
сам ое
дорогое
для
меня
в
ту
минуту,
бы ло
невероятно
несчастным.
Я
умоляю
тебя,
Но ндас ,
понять
ме ня!
Я
не
могла
уйти
и
о ста вить
его
в
этом
страшном
холоде
одиночества.
Может
быть,
нико гд а
еще
не
нуждался
так
че ло век
в
человеке,
что бы
удержаться
в
жиз ни,
как
Яс он
нуж да лся
во
мне.
На
рассвете
мы
расстались
и
разошлись
в
разные
стороны.
К
его
сест ре
я
пойти
не
могла,
потому
что
Я сона,
наверно,
уже
иск али,
ве дь
его
имя
б ыло
напечатано
в
га зет е.
Он
обещал
мне
попытаться
уехать
на
остров,
где
родился.
В
Афи нах
ему
нельзя
было
оставаться,
потому
что
схватили
бы
немедленно.
Но
он
опоздал.
В
п орту
его
взяли.
В
тот
же
вечер.
Вместо
ордера
на
ар ест
Ангелусис
из
ас фа лии
д ержал
в
ру­
ках
ном ер
нашей
подпольной
газеты
с
«разоблачением»
Ясона.
Три
недели
велось
«расследование»
—
ты
знаешь,
что
это
значит.
Когда
же
п он яли,
что
нич его
от
нег о
не
добьются,
то
без
всякого
риска
—
кто
мог
их
осудить
за
п лохое
обращение
со
«шпиком», с «продажным
провокатором»?—
прик онч или
его
там,
в
подвалах
асфалии.
137


II
Когда
я
нач ала
тебе
писат ь,
то
бо ялас ь,
что
самым
тр уд ным
для
меня
будет
говорить
о
Кимоне,
обо
всем,
что
случилось.
Но
сейчас,
когда,
сама
не
заметив,
я
столько
рассказала
тебе
об
Ясон е,
не
скрою,
чувствую,
будто
гора
с
пл еч
свалилась.
Даже
врач,
который
осматри­
вал
ме ня
утром,
впервые
см ог
улыбнуться.
Видно,
подумал,
что
появи­
ла сь
какая-то
надеж да.
Это
его
дело.
Я
же
сейчас,
когда
чувствую
себя
немного
лучше,
думаю
л ишь
об
одн ом
—
над о
дописать.
Не
буду
описывать
тебе
т ого,
еще
более
горького
времени,
которое
наступило
после
гибели
Яс она.
Я
вернулась
к
его
сестре,
и
чувс тво,
что
я,
полуразвалина,
являюсь
для
нее
все -таки
како й- то
оп орой ,
придавало
мне
силы.
Я
чу вств овала ,
что
вся
любовь
этой
одинокой,
убитой
горе м
же нщ ины
сосредоточилась
на
мне.
Но
я
с нова
отвлекаюсь...
Медленно
те кли
дни
в
разговорах
об
Ясоне,
о
ж изни
которого
я
узн ава ла
от
его
сестры
во
всех
подробностях,
в
на лет ах
асфалии,
ко­
торые
все
уча ща ли сь,
и,
самое
главное,
в
«разоблачениях»
новых
«шпиков»
и
«провокаторов», которые пекла нелегальная радиостанция,
пока
ее
не
заст авили
замолчать
два
потрясающих
события
—
XX съезд
КПСС
и
VI пленум Коммунистической партии Греции .
Помню,
когда
я
услышала
вечером
по
радио
решения
VI Пленума
нашей
па р тии,
то
впе р вые
уви д ела
во
сне
Ясона
и
Кимона
вместе.
Они
оба
тянули
за
руч ки
огромные
клещи,
которые
с жим али
мне
виски.
Проснувшись,
я
потрогала
их,
словно
хотела
у бедить ся,
что
там
нет
с тальн ых
клещей...
В
период
между
XX съездом и VI Пленумом,
впер­
вые
после
того
п исьм а,
я
получила
от
Кимона
короткую
запис ку,
на пи­
санную
тем
же
мелким
почерком.
Он
со о бщал
мн е,
что
его
сестре
поставили
правильный
«диагноз»
и
она
постепенно
в ста нет
на
ноги.
Но
ей
именно
сейчас
от
всех
дру зей ,
и
от
меня
лич но,
требуется
п омощь.. .
От
ме ня?
Но
что
я
одна
могла
сделать?
В
ко нце
он
сообщал
о
своей
болезни.
Он
подчеркнул,
что
имеет
в
в иду
туберкулез,
а
не
что- то
д ру­
гое.
Писал,
что
его
здоровье
в
последнее
время
ре зко
ухудшилось.
Зн ая
Кимо на,
я
п о няла,
что
раз
уж
он
сам
пишет
об
этом,
значит
его
де ла
оче нь
плохи .
Но
я
поняла
также,
что
це ль
его
письма
не
прос то
соо б­
щи ть
о
своем
здоровье.
Он
знал,
что
сейчас,
как
ник ог да,
тре буетс я
его
п рису т ствие
в
Афина х,
его
помощь
ор га низ ации
в
этом
трудном
пово­
роте .
Зн ачи т,
он
намекал,
чтоб ы
я
приложила
все
у силия
и
помогла
освободить
его
как
«безнадежно больного».
В
тот
же
день
я
об е гала
вс ех
его
старых
друзей
и
знакомых,
надеясь
найти
поддержку.
Но
VI Пленум тогда еще не состоялся,
и
я
встретила
тот
же
страх,
тем
более
что
ре чь
шла
об
«изолированном»
Кимоне!
Однажды
вечером
я,
усталая,
возвращалась
в
Фалиро,
чувствуя,
как
во
мне
испаряется
н адеж да,
которую
родил
XX съезд.
До ма
м еня
жда л
н езнако ме ц.
Открыв
дверь,
я
почти
с
облегчением
посмотрела
на
нег о.
Наконец
и
до
меня
д ошла
очередь!
Луч ше
уж
в
тюрьме
с
товарищами,
чем
нико му
не
нужная
на
св обод е!
—
Я
пришел
от
Кимона,—
услышала
я
вдруг
тихий
голос.—
Не
тре­
вожьтесь,
сядьте...
Кимон
бежал!
Он
свободен
и
надежно
укрыт.
Мы
на чин аем
работу
по
возрождению
нашей
организации.
Вы
слышали
о
VI Пленуме?
С
этого
начнем
и
мы...
Я
не
б уду
описывать
тебе
сво ю
встречу
с
Ким оно м,
а
также
нечело­
веческие
ус илия ,
которые
понадобились,
что бы
создать
эл ем ент ар ней­
ший
аппарат,
ч тобы
довести
до
к ажд ого
члена
партии
новую
линию,
чтобы
уберечь
организацию
от
раскола,
чтобы
все
ра бот н ики,
все
члены
п арт ии,
даже
в
самых
отдаленных
тю рьм ах
стр ан ы,
пр они к лись
новыми
138


пр инципам и,
вернее,
не
новыми,
а
первоначальными,
учредительными
принципа ми
нашего
движения.
Ло гика
борьбы
в новь
поставила
меня
рядом
с
Кимоном.
Он
в зял
на
се бя
организацию
новой
под по ль ной
типографии.
Вз ял
на
себя
все
—
устройство
помещения,
сбор ку
пресса,
вплоть
до
под го то вки
наборнььх
касс,
об еспеч ен ия
бумагой
и
набора
гр ано к.
Кимон
на шел
подходящий
домик
около
цементного
з аво да,
где
жила
чет а
старичков.
Н еско нчае мый
грохот
дробилок
помогал
нам
и
скрывал
все
шумы
в
подвале.
Во
в сей
э той
опа с ной
раб оте
только
мне
разре­
шалось
помогать
ему.
Ни кто
другой
ничего
не
должен
был
з нать
о
ней.
Когда
нам
стало
очень
трудно,
Ки мон
хот ел
б ыло
взять
п омощн ик ом
вашего
младшего
брата
Виктора,
который
жил
в
Афинах
и
работал
в
типографии.
Но
товарищи
не
раз реш ил и.
Трое
родственников
—
это
слишком
много.
Все
в
э том
деле
должно
бы ть
тысячу
раз
взвешено
и
продумано
до
мельчайшей
подробности:
и
каждый
уда р
ки рко й,
и
время
ухода
и
прихода
связного,
и
разговоры.
Особенно
разговоры...
В
на пряже нны е
дни
работы,
даже
в
короткие
перерывы,
Ки мон
из­
бегал
говорить
о
том ,
что
б ыло
с
ним
со
дня
ареста
и
до
побега.
Он
вообще
изб ега л
всяк их
разговоров,
не
име ющих
прямого
отношения
к
организации
и,
в
частности,
к
подпольной
типографии.
Сейчас
я
по ни­
м аю,
что,
кр оме
всего,
это
был
точны й
матем ати чес ки й
расчет
сил.
Одно
его
легкое
после
девяти
лет
тюрьмы,
где
он
и
за б олел
т уб ерк уле зом,
вышл о
из
строя.
Другое
было
тож е
поражено.
Затронуты
и
поч ки.
Я
уж
не
говорю
о
сердце
и
нерв ах.
Больше
всего
ме ня
беспокоила
одышка,
мешавшая
ему
говорить.
Но
самое
поразительное
бы ло
то,
что,
несмотря
на
катастрофическое
ра зви тие
болезни,
Кимон
не
пр о изво дил
на
меня
того
страшного
впечатления,
как
при
нашей
первой
встрече
на
Эгине.
Его
черные
густые
волосы
засеребрились
на
ви сках ,
отступили
на­
за д,
обн ажа я
лоб ,
который
ста л
шир ок им,
как
го рное
плато.
Г лаза
еще
больше
ввалились,
но
лицо
и
те лр
нем но го
пополнели.
Эта
обманная
полнота
и
белизна
туберкулезных
узников
—
от
заточения
и
неподвиж­
ности.
Ким он
оче нь
из м ени лся.
Но
все
же
странно,
что
теперь,
спустя
д ве­
надцать
лет,
он
был
более
похож
на
прежнего
Ким она ,
чем
тогда,
на
Эгине.
В
его
глубоких
г лазах
и
во
всем
облике
светилась
прежняя
ув е­
ренность,
кот орую
да ет
человеку
только
вн ут р еннее
равновесие.
С
большим
трудом
мы
установили
маленький
пресс
в
яму,
выко­
па нную
в
подвале,
чтобы
за глушить
шум
во
в ремя
п ечатан ия.
Все
б ыло
готов о.
Еще
достать
шрифт
—
и
можно
набирать
газету.
До
Первого
мая
остав а лась
н едел я,
когда
по
расче там
Кимона
мы
должны
бы ли
отпечатать
и
ра с прос тр анить
первый
номер.
Сколько
во­
просов
должен
был
раз ъя снит ь
этот
номер
на шим
т ова рищам
и
на
свободе,
и
в
тюрьмах,
и
в
ссылке!..
Ты,
к онеч но,
у чи тыв аешь
ту
о бста­
новку,
которую
создало
старое
руководство
нашей
организации,
ту
путаницу,
к ото рая
царила
в
первое
время
после
VI Пленума,
ту
внутри­
партийную
борьбу,
кот ор ая
каждую
минуту
гр ози ла
все
смести.
При
нашей
встрече
во
вторник
я
заметила,
что
состояние
Кимона
р езко
ухудшилось.
На
каждом
сло ве
о ды шка,
которую
при
в сем
стара­
нии
ему
не
удавалось
скрыть,
вн езап ная
бледность
и
еще
большие
пров ал ы
у
глаз.
Когда
же
я
в
тревоге
пр е длож ила
ему
временно
прервать
работу
и
отдохнуть,
Кимон
беспокойно
и
виновато
посмотрел
на
меня
и
указал
на
в т орую,
еще
более
глубокую
ям у,
которую
он
выкопал
для
нового
пресса.
—
Ничего,—
отрывисто
ск азал
он,
пытаясь
улыбнуться.—
Просто
немного
устал.
Но
по зже
ры ть
н ель зя.
Только
сейчас,
пока
типография
еще
не
н ачала
работать.
139


—
Мне
нужно
поговорить
с
тоб ой,
Кимон,—
прервала
я
его
с
такой
решимостью,
что
он
встревожился.—
Это
тоже
в
ко нце
концов
работа.
И
ее
то же
на до
кончить,
прежде
чем
типография
начнет
работать.
—
Может,
потом,
когда
на ла дим
работу?
—
в
его
словах
была,
мол ь ба,
но
я
ничего
не
хотела
понимать.
—
Я
хочу
поговорить
с
тоб ой
об
Ясоне,—
сказала
я
поспешно
и
сухо,
словно
боясь,
что
не
смогу
окончить
фразу.
—
Об
Ясоне
я
все
знаю.
Мы
не
о шибл ись
в
нем.
—
Ты
знаешь
не
в се,
Ким он ,—
уп рямо
н ас таив ала
я,
у ста вив шись
в
ям у.
—
В
первом
же
номере
мы
сооб щи м
о
его
реабилитации,—
продол­
жал
Кимон
с
какой-то
нескрываемой
нежностью,
словно
не
сл ыша
или
не
же лая
меня
сл ыш ать.
—
А
о
моей
реабилитации?
—
Мой
голос
прозвучал
хр ипло .
Его
глаза
с
той
же
мольбой
смотрели
на
меня.
Я
должна
бы ла
замолчать,
но
не
могла.
Слова,
столько
времени
удерживаемые,
вылетали,
и
не
было
ни­
каки х
сил
остановить
этот
поток.—
Я
не
требую
и
никогда
не
п отре бую,
Кимон,
своей
реабилитации.
Но
я
думала,
что
тебя
заинтересует
наш
случай.
С
первой
минуты,
как
мы
встретились,
я
ищу
возможности
поговорить
с
тобой .
И
о
твоем
письме
и ...
о
то м,
что
последовало.
Сквозь
сухой,
почти
беззву ч ны й
кашель,
который
он
п ыта лся
сп ря­
тат ь
в
платок,
я
услышала
его
глухой
неузнаваемый
голос.
—
Прости
ме ня ...
Я
не
могу
сейчас,
Антиг о на .—
Он
в зглян ул
на
часы.—
К
том у
же
ты
еще
десять
мину т
назад
должна
была
уйти.
Но
раз
ты
с пе шиш ь...
Два
слова.
Я
не
понима ю,
о
какой
«реабилитации»
ты
говоришь?
Что
касает ся
моего
письма,
то
я
обязан
тебе
объяснить.
И
объясню.
Но
только
не
сейчас.—
Он
впервые
бросил
на
ме ня
взгляд ,
ко торы й
напомнил
что- то
прежнее,
и
поднес
платок
ко
рту.
Я
бросилась
на
колени
у
кр ая
я мы,
где
он
сидел,
схватила
его
го­
лову—
она
вся
гор ела
—
и
стал а
с
ры да ниями
целовать.
Его
волосы,
как
и
тогда,
в
первый
наш
вечер,
с ильно
пах ли
тип ог раф ской
краской,
сы рос тью
и
свежей
зем ле й.
Где-то
очень
далеко,
очень
глубоко,
за
вва ­
лившимися
глазами,
вст авал
рассвет,
как
тогда,
на
Ликавитосе.
На
другой
день
вместе
с
типографским
ш рифт ом
я
пр инес ла
ему
не­
сколько
к ру пных
апельсинов,
которые,
я
знала,
он
любил,
свежее
масло,
мед
и
последние
новости
партийной
радиостанции
«Голос правды», кото­
рая
вновь
обрела
свой
голос, «единственный голдс,
ко торы й
может
иметь
па р тия », как сказал Кимон,
выслушав
нов ост и.
Его
из ну ре нный
вид
на
это т
раз
так
потряс
меня,
что
я
пошла
к
нему
и
на
следующий
день.
Он
не
ж дал
меня
и
вст ре вожи лс я,
не
случилось
ли
чего.
Когда
же
я
объяснила
ем у,
что
все
в
порядке,
что
прос то,
бе с­
покоясь
о
его
здоровье,
пришла
узн ать,
как
он
себя
чувствует,
не
нуж но
ли
чего,
он
не
мог
скрыть
радостного
блеска
в
глазах.
Но
тут
же
на­
хмурился
и,
говоря
ти хо
и
убедительно,
заставил
меня
пообещать,
что
я
больше
не
нарушу
конспирации
и
приду
только
в
условленный
день,
что бы
заб ра ть
го то вый
первомайский
номер
газеты
и
отнести
его
на
явк у.
Я
все
время
хо те ла,
но
так
и
не
решилась
предложить
ему
передох­
нуть.
Я
знала,
что
это
напрасно.
Оставался
од ин
выход
—
предупре­
дить
организацию.
Но
св идани е
со
св язны м
назначено
на
субботу,
ко гда
я
должна
принести
г а зету.
Сама
пойти
на
явк у
я
не
имела
права.
Дом,
где
находилась
подпольная
типография,
надо
б ыло
сохранить
во
что
бы
то
ни
стало!
Старички,
которые
жили
в
доме,
работали
на
цементном
за воде :
он
рабочим,
она
уборщицей.
Оба
их
сы на
поги бли.
Оди н
во
время
оккупа­
ции—
он
ср ажался
в
рядах
Народно-освободительной
армии,
д ру гой,
друг
Кимона,
позже.
140


У
нас
с
К имо ном
был а
договоренность:
пок а
с тар ики
на
р або те,
я
не
пр ихо жу
и
не
ухожу,
потому
что
соседи
и
ребятишки,
целыми
днями
иг р ающие
перед
домом,
сраз у
бы
заметили.
Условились,
что
я
б уду
при­
ходить
и
забир ать
гот ов ые
номера
только
два
ра за
в
неделю,
в
часы,
когда
это
не
вы зов ет
подозрения.
Что
касается
Кимона,
то
он
с
величай­
шей
осторожностью,
как
призрак,
мог
днем
подняться
в
закрытый
дом
и
перекусить
немного.
По
н очам
он
не
вых од ил
из
подвала.
Мы
были
до­
статочно
н ауче ны
оккупацией
и
асфалией.
И
эту
типографию,
к ото рую
только
что
нала д или, «надо было хранить как зеницу ока,
по
кр айней
ме ре
до
тех
пор,
пока
необходимый
внутрипартийный
материал
дойдет
до
товарищей.
Хотя
бы
д ва-т ри
ме сяц а!»
Поз же
я
поняла,
что
Кимон
ис ходи л
еще
и
из
своего
состояния
зд о­
ровья.
Но
он
переоценил
свои
си лы.
А
может,
думал,
что
до
последней
мину ты
сможет
регулировать
свою
жизнь,
как
часы,
в
соответствии
с
потребностями
организации...
Два
следующих
дня
б ыли,
мо жно
сказат ь ,
самыми
тя же лыми
в
мое й
жизни .
Я
провела
их
в
тревоге
за
Ким он а,
в
нея с ных
предчувствиях.
Мне
хотелось
побежать
ту да
среди
бела
дня ,
вылом ат ь
двери
и
вытащить
его
к
свету,
к
жи зни.
Т яжел ые
дни...
Хотя
что
я
гов орю ?
Эти
два
дня
бы ли
последними
днями,
когда
я
чувствовала
себя
живым
человеком.
С
тревогами,
ст ра­
хом,
надеждами,
но
все
же
живым
человеком.
А
потом
наступила
ночь.
Ночь
в
мо ей
жизни,
которая
тяне тся
до
сих
п ор.
Раз реши
мне
маленькую
паузу,
чтобы
я
могла
закрыть
г лаза
и
пере­
жить
заново
все,
что
б ыло
в
ту
ноч ь.
Это
поможет
мне
собраться
с
си­
лами
и
досказать
до
конца.
В
пя тницу
вечером
я
до
назначенного
часа
пришла
к
домику
в
рабо­
чем
квартале.
Мне
все
время
казалось,
что
я
опоздала,
что
его
окружает
опасность,
а
я
задерживаюсь.
Брос ив
в згляд
на
окно,
в ы ходящее
на
у лицу,
я
убедилась,
что
оба
горшка
с
базиликой
сто ят
на
месте
—
услов­
ный
зн ак
наш
и
ст ари ко в,—
значи т,
все
в
по р ядке.
Я
облегченно
вздохнула
и
бросилась
в
до м.
Заперев
за
собой
дверь,
которую
с тар ики
в
это
время
оставляли
для
меня
открытой,
я
осто ­
рожно
переставила
на
п олу
кухонную
утварь
и
корыто,
отк ры ла
люк
и
спрыгнула
в
подвал.
Он
тускло
освещался
почерневшей
лампой.
В
нос
тотчас
ударил
тя же лый
запах
керосина
и
краски.
Кимон
сидел,
положив
голову
на
с тол.
Наверно,
устал
от
работы.
—
Кимон!
—
окли к нула
я
ег о.—
Кимон,
я
пришла!..
Он
не
ото звал ся.
Значит,
спит,
подумала
я.
Кончил
печатать
—
кип а
газет
лежала
рядом
с
п рес сом
—
и
ус нул.
Подойдя
к
нему,
я
легонько
толкнула
его
в
спину .
Как
крепко
спит!
Я
погладила
его
заты л ок.
В
кон це
концов
я
имела
иа
это
право,
ве дь
что
бы
ни
случилось,
передо
мно й
был
Ким он,
а
не
кт о-то
д ругой !
Но
вот
моя
рука
коснулась
его
лба ,
и
ме ня
пронизала
дрожь,
словно
я
дотронулась
до
наэлектризованного
металла.
Его
лоб
был
ледяной.
Пальцы,
держ авши е
каран даш ,
око сте ­
н ели.
Перед
ним
на
столе
—
несколько
листков
бу ма ги,
исписанных
впер­
вые
не
тем
знакомым
мелким
почерком,
а
крупным,
угловатым...
И
только
тогда
я
с
абсолютной
ясностью
поняла,
что
случилось
неверо­
ятное
и
непо прав имо е.
Кимо н
был
мертв.
III
Пе реп исы ваю
тебе
его
письмо.
Подлинник
послать
не
могу.
Ты
пони­
маешь...
Е сли
же...
то
и
письмо,
и
все
наш е
—
мое
и
Кимона
—
несколько
документов
и
старых
фотографий
дней
освобождения
—
тебе
перешлют,
я
д огов ор ила сь.
Ит ак. ..
141


«ТЕБЕ. ..
Собери
все
св ои
силы,
вернее,
собери
всю
свою
любовь
и
исполни
хлад­
нокровно
и
точно
то,
о
чем
я
т ебе
пишу .
П оложи
мое
тело
в
яму,
кот орую
я
в ыко пал
для
второго
пресса.
Накрой
меня
несколькими
номерами
га­
зе ты
и
тщательно
засыпь
зем лей .
Постарайся
понять,
меня
нельзя
вытаскивать
отсюда.
Другим
сю да
приходить
нельзя.
Даже
нашим
ста­
рикам.
Ты
с ама
должна
все
сделать.
Ты
это
сможешь.
Главное
теперь
для
нас,
вернее,
для
те бя
—
это
сберечь
типографию.
Когда
все
сд е­
лаешь,
возвращайся
к
столу
и
дочитывай
мое
письмо.
Пр ост и,
что
я
диктую
каждый
тв ой
ша г.
Но
я
представляю
себе
тво е
положение
и
по­
нимаю,
что
самым
трудным
для
т ебя
бу дет
думать
об
этих
необходимых
вещах .
А
сейчас
мужайся!
Вс та вай
и
делай
так ,
как
я
на писал !»
(Я переписываю слово за словом и чувствую,
бу дто
моя
рука
ка­
с ается
его
холодного
лба...
Но
продолжаю
его
п исьм о.
Ты,
коне чно,
по­
нимаешь,
что
б ыло
невозможно
сделать
так ,
как
он
писал.
Не
хватило
сил
прервать
чте ние .
Продолжаю).
«...Х оч у
еще
раз
повторить,
что
сейчас,
когда,
с
одн ой
стороны,
XX съезд и VI Пленум придают смысл всей нашей жизни и борьбе,
а
с
другой
ст орон ы
—
нас
пр еслед ую т
боги
и
де м оны,
мы
не
имеем
права
сами
заглушать
гол ос
п а ртии!
На ступ ит
мрак.
Когда
пох ор ониш ь
меня,
если
не
сможешь
сдержаться,
поплачь.
Обо
мне,
о
себе,
о
наших
пог ибши х
товарищах.
Затем
повернись
к
яме
сп и­
но й,
положи
в
сумку
газеты
—
это
самая
лучшая
изо
вс ех,
какие
я
вы­
пускал!
—
поднимайся
наверх,
тщательно
заложи
люк .
Старикам
скажи,
что
я
почувствовал
с ебя
плохо
и
незадолго
перед
их
приходом
уше л
че­
рез
зап асн ой
вы ход
во
дворе,—они
знают.
Потом
умойся,
причешись
(сколько лет я не видел,
как
ты
прич ес ывае шьс я), чтобы никто ничего не
за мети л.
На
у лице
бу дь
о ст орожн а.
На
этот
раз
на
всякий
случай
измени
маршрут.
Стисни
зубы
и
сделай
лицо
каменным,
чтобы
никто
из
прохо­
жих
ничего
не
прочитал
на
нем .
Связному
пе р едай
для
руков одс тв а
записку,
в
которой
сообщи
товарищам,
что
первомайский
номер
вышел
вовремя
и
распространен
по
явкам,
а
я
верю,
что
ты
обязательно
расп р о­
странишь
его .
Единственное
изменение
в
материале
—
это
маленькое
со об щен ием
реабилитации
Я сона.
Его
на пи сал
я
сам
и
ум ест ил
в
первом
номере,
как
обещал
теб е.
Сообщи
та кже
в
дв ух
словах,
что
товарищ
К.
окончил
сво ю
работу
и
остал с я
на
месте.
Только
продолжать
уже
не
сможет.
Ск ажи
им,
что
на
свое
место
я
предлагаю
брата
Виктора.
Ему
уже
восемна­
дцать
лет,
и
он,
выполняя
мое
желание,
как
ты
знаешь,
изучил
ти по­
гра фско е
дело.
А
те бя
пус ть
сменят.
Пу сть
назн ач ат
другого
связного.
Это
моя
ед инств ен ная
и
последняя
просьба.
Брату,
естественно,
не
нужно
говорить,
что
я
остался
здесь.
Ска жите
ем у,
что
я
п олуч ил
зада­
ние
парт ии
и
уехал
далеко,
а
его
просил
заменить
меня.
Обо
всем ,
что
касалось
работы,
я
написал.
Теперь
несколько
сл ов
о
нас...
Прежде
всего
о
том
письме
из
тюрьмы.
Я
написал
его
в
о дин
из
та­
ких
же
приступов.
И
посоветовал
т ебе
насчет
Ясона.
Если
можешь,
про­
сти
меня.
Но
ты
была
так
молода,
так
кр ас ива,
когда
пришла
ко
мне
на
Эгину.
Я
ошибся?
На верн о.
Я
нак азан.
Прости
меня,
ес ли
можешь!..
Тепер ь
о
моей
болезни,
о
том ,
почему
все
так
вышло.
Недел ю
наз ад,
когда
я
зако нчи л
сборку
маленького
пресса
и
вы­
ко пал
яму
для
большого,
в неза пно
почувствовал
знакомые
симптомы
приступа.
Только
на
эт от
раз
на
меня
обрушилось
все
сразу—и
темпе­
ратура,
и
кровохарканье,
и
одышка...
Все
же
я
надеялся,
что
если
пр о­
держусь
до
выхода
номера,
то.
и
на
этот
раз
смогу
вы кар абкат ься .
Ты
же
знаешь,
что
мы,
греческие
коммунисты,
уже
давно
расправились
с
туберкулезом.
Очень
редко
теперь
он
кого-то
из
нас
свал и вает .
142


Меня
очень
тревожило,
что
ты
участила
св ои
посещения,
хотя
это
б ыло
единственным
дыханием
жизни,
доходящим
до
меня.
Я
понимал,
что
ты
выи ск и вала
пов од,
ч тобы
приходить
чаще.
Но
это
б ыло
нар у ше­
нием
ко нсп ира ции
и
грозило
вел и ч айшей
опасностью.
Апельсины,
масло,
мед...
Я
понимаю,
какой
жертвой
это
б ыло
в
твоем
п оло же нии,
в
положении
вс ей
организации.
В
твоих
глазах
я
чит ал
тревогу.
Благо­
дар ю
те бя!
Хочу
так же
попро с ить
тебя
передать
мою
благодарность
товарищам,
которые
п осле
всего,
что
со
мн ой
произошло,
оказ али
мне
такое
доверие.
Дали
мне
эту
последнюю
несказанную
радость
—
выпу­
сти ть
наш
первый
номер!
Нашу
газету,
материалом
которой,
до
послед­
ней
точки,
с лужи ли
н аши
мысли,
наша
совесть.
В
про ст ых
и
и с крен­
них
словах
резолюций
бы ла
правда,
из- за
которой
мы
больше
всего
терзались
и
в
тюрьмах,
и
на
свободе,
которую
обрек л и
на
гибель
те,
кто
искалечил
самое
прекрасное
нар од ное
движение!
Прости
ме ня.
С казал,
что
напишу
неско л ько
слов
о
нас,
а
сам
опять
н ачал
о
па рт ии.
Но
раз ве
это
от
нас
отделимо?
Еще
одна
просьба.
На­
пиши
моему
старшему
бр ату
Н., позже,
когда
н аши
дела
немного
н ала­
дятся,
и
в
случае,
если
будешь
уверена,
что
письмо
дойдет
до
него.
На­
пиши
обо
в сем.
Обо
мн е,
о
себе,
о
нас.
Ты
зна ешь ,
кем
был
для
меняН.
Думаю,
что
оправдал
его
на де жды.
Напи ши
ему
и
о
нашем
младшем.
Я
ста рал ся,
как
мог,
повлиять
на
нег о
даже
из
тю рь мы.
Ему
бы ло
всего
восемь
лет,
когда
я
начал
писа ть
ему,
с тре мясь
повернуть
его
на
наш
путь.
Если
Виктор
согласится
работать
здес ь
—
а
я
в
э том
уверен,—
можешь
написать
старшему,
что
он
может
быть
за
нег о
сп окоен ...
Как
бы
я
хот ел,
чтобы
моя
история,
кот ора я
кончается
здесь,
в
глу­
б ине
наших
Афин,
могла
помочь
наш им
братьям
подняться
к
самому
чистому
свету,
как
то т,
на
Ликавитосе!
Любимая.
Хо чу
у спеть
что-то
еще...
самое
главное...
для
меня
и
для
тебя...
Тебе,
да же
имени
кот орой
нельзя
написать,
хо тя
оно
все
время
на
кончике
пера.
Р од ная,
т вое
имя...
На
э том
конч...»
На
эт ом
кончалось
письмо
Ким она .
И
началось
мое
последнее,
са­
мое
трудное
ис пыта ние ...
Дочитав
до
конца,
я
встала,
как
во
сне,
подняла
его
на
рук и
—
от­
ку да
взялис ь
силы?
—
и
мягко
опустила
в
го то вую
м оги лу.
Потом
ле гла
рядом
с
ним.
Положила
его
голову
себ е
на
груд ь.
Волос ы
Кимона
были
живые,
теплые,
пахл и
типографской
кр аско й.. .
Так,
без
движения
и
слез,
я
лежала
q ним.
Сколько
времени?
Не
знаю.
Так
же,
как
не
знаю ,
был а
ли
я
совершенно
не сч астн а,
совершенно
счастлива
или
безумна.
Помн ю
только,
что
меня
тянуло
остаться
там.
По мню
черную
пронизывающую
тишину.
У
ме ня
даже
не
мелькнуло
мысли,
что
я
еще
ж ива,
что
надо
вст ават ь.
Потом,
каж ет ся,
уг ас
тусклый
огонек
лампы.
Наступил
мрак.
Я
за кры ла
глаза.
Т ишина .
Абсолютная,
черная
т ишина .
Ни
боли,
ни
мысли.
Ни че го.
Не
знаю,
сколько
прошло
времени..
Только
вдруг
я
от кр ыла
г лаза.
Словно
до
меня
до несся
ка ко й-то
гул .
Глух ой
подземный
гул .
Может,
река
меняет
св ое
рус л о?..
Нет.
Это
—
цементный
завод.
З начи т,
на
д ро­
билки
заступила
утренняя
см ена?
Пер вая
мысль.
У
края
ямы
ка­
кой- то
отсвет
во
мраке.
Г аз ета!
Отпечатанная
Ким он ом!
Вторая
ясная
мысль.
А
з атем
целый
шумный
рой
в
гол ов е.
Почему?
За
чт о?
Почему
я
здесь,
под
землей?
Что
там,
над
на ми,
над
густой
и
сырой
темнотой?
Бедная
улочка.
На
уг лу
—
цементный
за вод.
Рабочий
п осе ло к...
Люди
просыпаются,
не
успев
домечтать
во
сне,
в стают
и з-за
стола,
не
успев
нас ытить ся,
и
иа
рассвете
выходят
на
улочку,
которая
быстро
за­
полняется
народом.
Куда
идут
люди?
Более
удачливые
—
на
работу.
Друг ие —
на
ее
по ис ки.
Мой
взгляд
опять
остановился
на
кипе
г азет.
Шум
дробилок
уси­
143


лился.
Наверно,
ста р ики
ушли
на
работу,
полные
тревоги.
Ре шил и,
что
по
какой-то
п ричи не
мы
оба
вышл и
ночью
через
запасной
в ыход.
Ме ня
захлестнула
гор ьк ая
волна
угрызений
совести.
Перед
гл азам и
з ам елькали
кр ичащи е
заголовки
же лтой
п еч ати : «Новый большой успех
ас фал ии!», «Ликвидация подпольной типографии коммунистов!» И фо­
тографии
небритых,
разъяренных,
изм уче нных
лиц
для
устрашения
обы­
вателей...
«Труп в нелегальной типографии КПГ!», «Новое преступле­
ние
ко мм унис т ов!»...
Я
вскочила,
обливаясь
холо дн ым
потом.
С
огромным
усилием
вы­
лез ла
из
ямы
и,
потянувшись
к
к ипе
свежеотпечатанных
газет,
которые
белели
в
темноте,
упала
на
них,
как
п адает
на
берегу
т ону вший
моряк.
От
газет
си льно
пахло
крас кой ,
как
от
волос
Кимона...
Меня
неудержимо
тянуло
к
Кимону.
Но
нет,
нельзя!
Газе ты
свети­
лис ь
в
темноте.
«Мы не имеем права .. .
Наступит
мрак».
Жизнь
возвра­
щалась
ко
мн е.
О перш ись
на
с тол,
я
пр ип одн яла сь,
нащ у пала
спички
и
зажгла
лампу.
Его
письмо!..
Да,
он
совершенно
иначе
смотрел
на
вещи
в
обоих
письмах.
Но
зач ем
требовать
от
такого
слабого
су щ ества
действий
четких
и
направленных,
как
математическое
уравнение?
Хотя
что
я
гов орю?
Ведь
не
Кимон,
а
не­
обходимость,
стоящая
над
ним
и
на до
мной,
тр еб ует
от
меня
таких
дей­
ствий!
Только
о на!
Значит,
К имон
д аже
в
самые
критические
минуты
вы­
ражал
эту
с ур овую
и
неумолимую
логику
борьбы?
Может,
непобедимая
моральная
сила
Ким она
и
раньше,
и
в
тот
ча с,
и
особенно
теперь
—
а
для
ме ня
всегда
—
з аключалас ь
именно
в
том,
что
он,
воплотив
в
себе
эту
беспощадную
необходимость,
никогда,
до
п осл еднег о
вздоха,
не
те­
рял
сво ю
человечность?
Может,
именно
в
этом
наша
тру д ная
и
часто
недоступная
для
других
человечность?
Мне
не
понадобилось
перечитывать
письмо.
Я
видела,
вернее,
сл ы­
шала
его
последние
слова
одно
за
другим
до
самого
конца.
Когда
же
дошла
до
с лов : «...Тебе,
даже
им ени
ко то рой
нельзя
написать...», я не
выдержала,
упала
на
стол
и
за ли лась
сл е зами ...
Я
почувствовала,
что
это
был
мой
второй
шаг
к
жиз ни.
После
это го
я
вст ала
ясная,
словно
омытая
изну тр и,
сдер жан ная ,
полная
готовности
выполнить
все
его
наказы.
Взяв
сверху
из
к ипы
несколько
номеров,
последних
номеров,
кото­
рые
он
отпечатал,
пока
был
жив,
я
н апр авил ась
к
яме,
держа
газ еты
перед
соб ой,
чтобы
не
видеть
его.
Развернув
листы,
я
н адр ыла
его
с
го­
ловы
до
п оноше нн ых,
д ыря вых
б отин ок. ..
«Надо купить тебе туфли,
Ки­
м он»,—
говорила
я.
«Зачем?
Что
я
в
них
буду
здесь
делать?..
Дой ду
до
к онца
и
в
дырявых
ботинках...»
Значит,
ты
имел
в
виду
этот
конец?
Или
по бе дный?
Как ая
победа?
До
нее
еще
.так далеко!.. Но разве этот конец не был победой?
...Когда
зе мля
скрыла
его,
я
почувствовала,
что
мои
пальцы
и
ногти
замерзли.
Зн ачи т,
прошло
уже
много
времени.
Я
опомнилась
и
ст ала
в
панической
пос п ешнос ти
засыпать
яму.
Земля
поднималась,
яма
исч е­
зала.
Долго
и
тихонько
потом
приб ива ла
я
землю
ладонями,
смутно
припоминая
каки е-то
детск ие
игры
в
песке...
Когда
поверхность
почти
ср ав нял ась
с
остальным
пол ом,
я
выта­
щила
из
сумки
три
к ру пных
апельсина,
которые
ему
при несла...
«Когда
придешь
за
газетами,
принеси
мне
д ва- три
апельсина,
больше
ничего...»
Склонившись,
я
положила
их
на
св ежую
землю...
Потом
встала
и
сложила
газ еты
в
сумку.
Его
письмо
я
спрятала
на
груд и.
Поднявшись
в
до м,
я
тщательно
заложила
л юк,
умылась,
причесалась,
с тара ясь
не
смотреть
на
себ я
в
зеркало,
и
вышла
на
улицу.
Утреннее
весеннее
солнце
тотчас
залило
меня,
вскружив
гол ов у.
Я
почувствовала,
что
ша­
таюсь.
Осторожно
сту п ая,
словно
шла
по
палубе
корабля,
я
сдел ала
не­
ско ль ко
шагов
до
угл а
цементного
зав ода.
Потом
свернула
в
соседний
144


переулок.
На
мгновенье
мне
показалось,
что
улочка
пре врат ила сь
в
шумную,
солнечную
ре ку,
к ото рая
ослепила
меня
и
зак руж ила
в
св оем
водовороте...
Ноги
подкосились,
и
я
упала
на
ступеньку
дома,
судо­
рожно
прижимая
к
с ебе
сумку.
Очнувшись,
я
уви де ла
над
собой
изборожденное
морщинами
лицо.
Человек
вгл яды вал ся
в
меня,
ста раяс ь
по нят ь,
что
случилось.
Ли цо
бы ло
не
злое.
Я
приходила
в
себя.
С
тревогой
осм отрел а
низенькую
ка­
мор ку.
У
же лезно й
кр о вати
я
ув ид ела
свою
сумку,
закры тую
и
ра зду­
тую,
и
с
облегчением
вздохнула.
—
Уст ал а,
д о чка?.. Наверно,
изд ал ек а?..
Наши
в згляд ы
—
мой
и
старика
—
скре сти ли сь
на
сумке.
«Ах,
де­
душка,
ес ли
бы
ты
зна л,
как
издалека!» Но я не раскрыла рта.
Попы­
талась
встать,
но
старик
протянул
сво ю
короткую,
почерневшую,
как
пол е но,
мозолистую
руку.
—
Сн ача ла
съе шь
не м ного
супчика,
приди
в
с ебя,
а
там
как
знаешь...
Из
к ухон ьки
рядом
с
комнатушкой
вышла
щупленькая
старушка.
За
паром
от
миски
с
супом
—
что- то
вроде
улы бк и.
Сам а
т ерп еливо ст ь.
Я
проглотила
несколько
ложек,
не
отрывая
глаз
от
сумки,
потом
встала,
взяла
ее
—
она
бы ла
т яжелая,
знач ит ,
газеты
на
месте—и
пош ла
к
двери,
бл аго даря
старичков.
—
В
добрый
ча с,
дочка.
Прости
нас...
Когда
ты
упала,
наш
млад­
ший
сын
с
с осе дом
шли
на
цементный
завод.
По дн яли
тебя.
Не
послу­
шали
меня.
Открыли
твою
сумку,
увидели,
что
там
лежит,
но
ничего
не
т рону ли.
Только
вз яли
две
газеты.
Я
ругал
их,
а
они
спрятали
газ еты
за
пазуху
и
пошли
на
завод.
Говорят,
ты
простишь
их,
потому
что
эта
газета
для
них...
В
добрый
путь,
дочка.
Сын
говорит,
есл и
случится
быть
в
эти х
м естах ,
то
зайди,
п озна комь ся
с
ними.
Я
вышла.
Со лнце
уже
поднялось
над
Акрополем.
Дер евца,
св еже­
в ымыт ые
ночной
росой,
шелестели
над
мое й
голово й.
Со
дворов
пахло
базиликой,
и
долго,
словно
тепло
солнца,
я
чувствовала
спино й
их
в згляд .
Но
я
опять
отвлекаюсь.
Итак,
не
буду
останавливаться
на
том,
что
последовало.
К
то му
же,
мне
кажется,
я
почти
выполнила
его
послед­
нюю
просьбу:
написала
тебе,
как
все
произошло.
Но
в се-т аки
об орв ать
на
э том
св ое
письмо
не
мо гу.
Я
должна,
хот я
бы
кратко,
довести
с вою
и ст орию
до
сегодняшнего
дня,
до
тюремной
больницы.
Наш а
подпольная
типография
просуществовала
три
м еся ца.
Как
и
предполагал
Кимон.
Р аб отать
там
стал
Виктор,
ваш
м л адший
брат.
Кем
он
вы дан
—
это
другая
история,
которую
описывать
некогда.
Вик­
то ра
схватили,
когда
он
печата л
газеты.
Как
ты
сам
понима е ш ь,
они
о быск али
и
вскопали
весь
по дв ал.
Нашли
труп
К имо на.
Ты
представ­
ляешь,
что
ис пыта л
Виктор,
к оторы й
ничего
не
знал
и
думал,
что
Кимон
находится
да лек о,
может
бы ть,
рядом
с
тоб ой...
Начальник
асфалии
Ка-
ридзис
первый
допрос
провел
т ам,
рядом
со
вскрытой
м ог илой
Кимона.
Запугивая,
ша нта жиру я
и
п ыта ясь
сл оми ть
Виктора,
он
провоцировал
его,
что-де
он
убил
своего
брата.
Но
Ви ктор
хорошо
де ржался
и
там,
и
в
камерах
пыто к.
Если
бы
Кимон
был
жив,
он
гордился
бы
братом.
Чер ез
неделю
схватили
и
меня.
Больше
всего
мы
бо яли сь
провокаций
асфалии
в
связи
со
смертью
Кимона.
Нам
удалось
договориться
с
Виктором.
Во
время
процесса
в
трибунале
мы
решили
разоблачить
методы
асфалии,
до казать
смы сл
жертвы
Кимо на ,
направить
острие
против
сам их
орга ни­
за торов
террора,
истинных
убийц
Кимона
и
других
борцов.
Всю
си лу
нер ­
вов
мы
мобилизовали
для
жестокой
сх ват ки
с
асфалией,
с
целым
миром
реакции.
Но
просчитались...
Случилось
то,
чег о
никто
из
нас
не
мог
предвидеть:
ни
обвинительный
акт,
ни
свидетели
обвинения
—
шпики
и
офицер ы
а сфа лии
во
гла ве
с
самим
Кари дзи с ом—
ни
словом
не
обм ол­
вились
о
смерти
Кимона.
10
Москва
No
1
145


Виктора
приговорили
к
сме рти ,
меня
—
к
пожизненному
заключе­
нию.
Не
скрою,
после
всего
случившегося
я
бы ла
бы
рада,
если ,
бы
меня
вместе
с
Виктором
поставили
к
стенке.
Я
был а
уверена,
что
таки м
об­
разом
я
до
к онца
и с полню
свой
долг
перед
Кимоном.
Ни
судьи,
ни
шпики,
ни
товарищи,
присутствующие
на
суд е,
не
ожи да ли,
что
я
потре­
бую
от
трибунала
—
либ о
и
Виктора
приговорить
к
пожи зненно м у
за­
ключению,
л ибо
и
меня
расстрелять
вместе
с
ним.
Товарищи
и
сам
Ви к­
тор
осудили
ме ня
за
это.
Кон ечн о,
без
оскорблений,
не
как
раньше,
а
с
пон има ние м.
Но
ка зни
в
то
время,
как
ты
знаешь,
бы ли
приостанов­
лены.
Так
что,
думаю,
ты
вскоре
получишь
письмо
и
от
Виктора...
Вот
и
добралась
до
ко нца.
Да же
могу
порадовать
тебя:
чувствую
се бя
лучше,
чем
р аньш е,
когда
мучилась
мыслью
об
этом
письме
и
ни­
как
не
решалась
написать
его .
Вот
уже
месяц,
как
я
начала
его.
Опять
приближается
Первое
мая
и
его
канун
—
самые
для
м еня
трудные
дни.
Если
до
тех
пор
сум ею
отослать
свое
письмо,
то
думаю,
что
и
в
этом
году
смог у
перешагнуть
через
бездну.
Если
письмо
до йдет
до
теб я,
прош у,
найди
способ
известить
ме ня.
Ты
понимаешь,
что
будут
значит ь
для
меня
несколько
твоих
с л ов...
IV
—
Антигона
жи ва?
—
спросил
я
Нондаса,
кончив
читать
письмо.
—
Жива.
И,
кажется,
идет
на
поправку.
—
Что
ты
думаешь
сделать
с
эти ми
пись мам и?
—
Используй
их
как
мо жно
лучше.
—
Н о...
мо жно
ли
их
публиковать?
Нондас
опустил
глаза.
Его
высокий
лоб,
такой
же,
су дя
по
описа­
нию
Антигоны,
как
у
Кимона,
прорезала
к лино об раз ная
складка.
По­
том,
будто
вновь
ре ш ившис ь,
он
спокойно
сказал :
—
Ты
думаешь;
почему
асфалия
похоронила
там ,
в
под поль ной
ти­
пографии,
вместе
с
братом
и
его
историю?
—
К акая
же
им
выгода
говорить
о
ней?
Наоборот!
Это
история
о
жизни
и
о
смерти
наших
товарищей...
—
Вот
именно
это
«наоборот»
и
пр ивел о
ме ня
к
мысли
передать
тебе
эти
письма.
—
Но
они
так
интимны...
—
А
ты
думаешь,
что
внутренний
мир
на ших
люд ей
—
их
тревоги,
па ден ия
и
взле ты
—
мы
имеем
пр аво
скрывать
за
общими
к ри кливым и
фразами
о
героизме
и
самопожертвовании?
—
Зн ачи т,
та
же
неумолимая
логика,
что
и
у
Кимона?
—
Мне
кажется,
в
главном
он
не
ошибся.
Так
что
ис поль зуй.
Только,
коне чн о,
измени
имена.
К
то му
же
это
самый
верный
способ
сообщить
Ан ти гоне
и
о
получении
письма,
и
о
мо ем
мн ении
по
пово ду
ее
исповеди...
Перевел с греческого В. СТОЛИТИДИ С


СЕРГЕЙ
ПОЛИКАРПОВ
НОВЫЕ СТИХИ
Да
обо йд ет
нас
стор оной
удача
В
п ути
за
златобрезжащим
руном .
Бия
перстами
в
грудь
себя
И
плача,
Мы
все
же
сокрушаемся
о
нем.
Поджарыми,
как
гончие,
и
злыми,
Переболев
судьбу
свою,
Опять
Над
помыслами
жа д ными
своими
Мы
буд ем
знамя
рис ка
водру жа ть .
И
будут
открываться
сто
ам ерик .
И
разрываться
тысячи
аорт.
Выходят
аргонавты
землю
мерить,
За
дымкой
ос тавля я
отчий
порт.
Земля
горда,
как
девственница
В
пору
Весеннего
цветенья
своего.
Вся
суть
ее
—
избраннику
—
Не
вору,—
Вся
жизнь
ее
и
чудо
для
нег о.
А
мы
о
чуд е
знаем
понаслышке,
Курс
прол агаем
к
чуду
науг ад.
И
алч но
и
раз бо йнич е ски
слишком
В
нас
сокровенья
зрелые
горят.
И
бу дут
откры ват ьс я
сто
америк
И,
проходя
их
мимо,
Все
рав но
Мы
будем,
как
маньяки,
му дро
верит ь,
Что
финиш
наш
—
Добыт ое
руно.
Что
без
него
Жи знь
ничего
не
значит:
И
чу до
в
нем,
И
пра вда
жизни
в
нем...
Да
об ойд ет
нас
стороной
удача
В
п ути
за
златобрезжащим
руном.
Т ебя
за
мужество
хвалить,
Будто
у
нищего
долженствовать...
Му ж чине
—
Мужественным
б ыть,
А
же нщина
—
Пусть
буде т
женственна.
Ах,
как
мне
горько
вдалеке
Скучать
по
твоему
вл ады че ству ...
Кл ене нок
в
куцем
пиджаке
В
плечо
мне,
как
теленок,
тычется.
Смешной.
Наверно,
и
ему
О
самом
близком
вспоминается...
Воо бра же нью
моему
Ты
появляешься
ин ая
вся.
Не
той
колючкой
на
кусте,
Что
в
сердце
до
крови
впивается,
Когда
сбиваюсь
в
темноте,
Д уша
от
б ез дорожь я
мается.
Такой
тебя
я
позабыть
Клененку
клятв у
дал
тор же ственно.
Му жчине
—
Мужественным
быт ь,
А
ж е нщина
—
Да
бу дет
женственна!
147


©•
о
На
убыль
но чь
пошла,
Зима
на
убыль,
Работают
дорог и
на
износ...
Сосулек
солнце
к
п ол удню
наруб ит ,
Как
хвороста
сухого.
Полный
воз.
Нач нут
они
вз ры ват ься
под
ногами
Осиновыми
ветками
в
о гн е...
Мажорными
какими
чудесами
Их
сочный
треск
аукнется
во
мне?
Характера
все
рвы
и
п ерев алы
Давн о
уже
ос талис ь
за
с пи ной.
Дивишься,
Как
ров есни ки
бывалы,
Как
мечены
мы
ме тою
одно й!
В
наш
детский
мир
вх одила
ум у дреннос ть
С
военным
полунищенским
па йком .
Да
было
ль
детство?
Мы
теп ерь
влюбленно
В
него
по рой
играем
под
хмельком.
Ка кие
расплавляющие
звуки
Родит
во
мне
сосулек
вешний
зв он ?..
Я
с илою
любви
И
женской
му ки
Дав но
уже
в
отцы
п роизведен .
И
при нима ю
жизн ь
свою,
Как
пахарь,
На
ниве
благоденствия
с
утра...
Весна.
Пор а
земле
цветеньем
пахнуть
И
обновленьем
радовать
пора.
о


Вл.
Ишимов
Де нь
сегодняшний
80 МИЛЛИОНОВ
ОТВЕТСТВЕННЫХ
РА БОТ НИКОВ
Репортаж-интервью
На
автозаводе
имени
Лихачева
я
не
был
несколько
месяцев.
И
вот
те пер ь,
после
с ентябр ьс ког о
Пленума
ЦК,
еду
туда,
чтобы
вс тр ети ться
с
Александром
Ивановичем
Б ужинским ,
заместителем
директора
по
экономическим
воп роса м,
и
задать
ему
не­
ск ол ько
эт их
самых
во пр осов.
Н епрост о
вырват ь
ему
из
т есног о
бюджета
времени
два-три
часа.
Еще
т руднее
рассказать,
что
означает
экономическая
реформ а
приме­
нит ельн о
к
самому
крупному
промышленному
предприятию
столицы.
Внеш не
завод
не
изменился.
Тот
же
вытянутый
чуть
ли
не
на
ки ломе тр
вдоль
Ав тозав одс кой
улицы
корпус,
лишь
в
од ном
месте
разорванный
«модерной»
стеклян­
ной
Втор ой
проходной
с
бюстом
Лихачева
пер ед
входом ;
тот
же
бульвар,
прорезаю­
щий
тер рит ори ю
из
конца
в
коне ц,
те
же
те мные ,
серые,
св етлые
громады
цехов,
скупо
ц ед ящие
наружу
кв анты
рабочего
гула...
Я
попал
сю да
к
концу
смены.
Десятки
тысяч
лю дей
озабоченно
веселым
потоком
растекались
сквозь
узк ие
шл юзы
проход­
ных
по
домам,
школам
и
вузам,
по
кинотеатрам,
магазинам,
би блиот екам
и,
увы ,
по
з абег аловк ам. ..
Да,
внешне
автозавод
не
изменился.
А
что
ты,
собственно,
хотел?
И
тут
я
поймал
се бя
на
подсоз нат ель ном
и
на ивн ом
ож идан ии
т ого,
что
великие
перемены,
начатые
решениями
Пленума,
до лжны
—
хоть
как-то,
хоть
в
чем -т о!
—
отразиться
на
облике
завода.
Да,
внешних
перем ен
н ет.
Я
понимал,
что
не
могло
еще
б ыть
и
перем ен
вн утрен ­
них.
Они
только
предстояли.
Они
бы ли
впереди.
. ..А лександр
Иванович
был
поначалу
сд ержан
и
даже
чуть-чуть
су ховат .
Вот
я
и
п ост авил,
без
дли нн ых
предисловий,
первый
в опрос:
—
Ч ем,
по- вашему,
выз ван а
н еоб ходим ост ь
эт ой
решительной,
всеобщей,
гл убо кой
ре форм ы
в
экономике?
А.
И.
БУ Ж ИНСКИЙ.
Новая
э кон омиче ск ая
система
— большое
со быти е
для
всей
ст раны ,
но
для
э коном ист ов
— особенный
праздник.
П раз дник,
кот орый ,
чтобы
с тать
буднями,
потребует
м акс има льног о
п ри ложе ния
сил.
Об
эт ом
можно
гово ри ть
длинно
и
подробно,
но
я
постараюсь
быть
предельно
кра то к.
З нает е,
человек
так
устроен,
что
он
ко
многому,
ос обе нно
к
тому,
с
чем
ст ал ки­
вается
повседневно,
может
привыкнуть,
притерпеться,
что
ли.
Но
вд руг
с луча ется
что-
то,
и
эти
примелькавшиеся
ве щи
поворачиваются
к
тебе
новой
г рань ю.
Ты
словно
проз реваешь ,
вникаешь
в
самую
их
суть .
Так
получилось
и
со
м ной
в
те
ме с яцы,
ког да
я
в
чи сле
многих
«промышленников»
и
ученых
учас твовал
в
ра зр аботке
новой
эконо­
мической
системы.
Одна жды
мне
на
глаза
п оп алась
газетна я
статья
с
жирным
заг о ло вко м: «Инте­
ресы
завода
—
интересы
г о с уд а рс т ва!» Меня словно хлестнуло:
ве дь
это
же
п арадок с!
Завод-то
государственный,
по
и дее
его
интересы
не
мо гут
не
со вп адать
с
интересами
и
выгодой
всего
общества,
государства.
На
де ле
же
— далеко
не
всегда
совпадают.
Нередко
даж е
п рот ивореч ат.
В
это м
газ етн ом
заголовке
был
как
бы
«концентрат»
на­
ших
э кон омич еск их
п роблем .
Старая
си стема
планирования
и
управления
пр ом ы шленно стью
основана
гл авны м
образом
на
административных
пр ин ципа х.
А
высокая
зрелость
сегодняшних
социали­
стических
п рои зво дств енных
отношений,
могучие
произ водст вен ны е
силы,
по ист ине
ко сми чес кие
скоро ст и
науч но-те хни ческо й
ре волюц ии
т реб уют
заменить
старую
си­
стему
новой,
научной
системой.
Судите
сам и.
Знает е,
как
выглядел
план,
кот ор ый
нам
«спускали
сверху»?
Сто
пятьд ес ят
шесть
показателей.
Обяза те ль ных ,
но
часто
не
«увязанных»
др уг
с
дру-
149


А.
И.
Бужинский
гом .
Не
расс читанных ,
а
механически
выведенных
по
стандартной
ф орм уле: «Достиг­
нутый
уровень
+ п%».
Пл ан
этот
пестовало
даж е
не
сем ь,
а
дес ять
«нянек»: от Управ­
ления
автомобильной
пром ышле нн ост и
Мосг о рс овн арх оза
до
Министерства
внешней
торговли.
До вол ьно- т аки
безответственных
«нянек»! На заводе горько пошучивали:
люба я
из
них
может
сказа ть
«нет», но ни одна не вправе произнести окончательное
«да».
Эт от
пла н
вс егда
опаздывал
к
началу
год а.
К
то му
же,
ед ва
утвердив
пл ан,
выш е­
стоящие
«няньки», не переводя дыхания,
нач ина ли
его
ме нять,
по прав лять
и
уто чня ть
(например ,
в
1964 году только по объему производства план изменили десять раз!).
Вы,
вероятно
у ди вите сь,
узнав,
что,
с кажем ,
в
том
же
1964 году окончательный план
мы
п ол учи ли...
31 декабря 1964 года.
А
нас
это
уже
не
удивляло.
Ита к,
сто
пятьд ес ят
шесть
зыбких
показателей...
Это
бы ло
похоже
на
мар ш
по
минному
полю:
по лш ага
в
ст ор ону
—
и
«подорвешься» .
Легко
ли
нам
был о
нормально
работать?
Сл ов ом, «форма»
вошла
в
п рот ив оречие
с
«содержанием».
Но
такова
диалектика
вс як ого
развития.
Мудрость
руков одс т ва
социалистической
экономикой
как
раз
и
сос тои т
в
том ,
что бы
вовремя
снять,
разрешить
возникшие
п рот ивореч ия.
Нужно
было
дать
пр осто р
— оперативный,
тактический
и
ст ратег ич еск ий!
— эконо­
мическим
з аконам
социализма.
Следовательно,
перенести
руки
на
экономические
рычаги
управления
хозяйством.
Со зда ть
таку ю
систему,
в
ко торо й
централизованное
государственное
руководство
экономикой
органически
сплавлено
с
ши рок ой
ин ициа ­
т ивой
на
местах,
самостоятельностью
предприятий,
с
подлинным
хоз ра счет ом,
мате­
ри альн ой
заинтересованностью
к аждого
работника.
Так
и
поступил
Центральный
Комитет
партии.
В
эт ой
свя зи
мне
хотелось
бы
напомнить,
что
Вла дим ир
Ильич
Ленин
сразу
же
после
гражданской
войны
вы дви нул
на
первый
пла н
задачу
о владет ь
э кон омич ес кими
методами
хозяйствования,
использовать
торговлю
и
другие
т ова рно-д енежны е
отно­
шен ия
в
интересах
социализма,
против
капиталистических
элементов
города
и
деревни.
Однако
впоследствии
экономические
методы
не
могли
получить
необходимого
раз ­
в ития
и
были
огран ичен ы.
—
Вы
г оворите
об
экономических
рычагах.
Какой
же
из
них
главный?
А.
И.
БУЖИНСКИЙ.
Как
специалист
до лжен
вам
ск азать ,
что
си сте ма,
к оторую
в ве­
ла
сентябрьская
реформа,—
весьма
стройна.
В
ней
все
принципиальные
положения
тесно
с вя заны
дру г
с
другом,
к аждая
час ть,
кажд ый
«агрегат»
важны
и
н еобходим ы.
Но
в
любой
цепи
есть
звено,
за
которое
удобнее
«вытянуть»
всю
цепь.
Вы
знае те,
что
сентябрьскому
Пленуму
предшествовала
длительная,
кропотливая,
творческая
работа
множества
людей.
Шла
д иск уссия
в
прессе
— общей
и
специальной,
сталки­
вались
мне ни я,
зас еда ли
коми сс ии;
уч ены е,
инженеры,
администраторы,
партийные
работники
всех
рангов
и
уровн ей
анализировали
э кон омич ес кие
процессы.
Наконец,
ставились
п ракт ическ ие
эк сперим ен ты .
Шел
поиск
вс ех
элементов
будущ ей
сист емы ,
150


их
компоновки
и
взаимодействия.
И
г лавный
рычаг
в
новой
системе
— прибыль,
рента­
б ельн ость.
—
Почему
же
именно
прибыль?
А.
И.
БУЖИНСКИЙ.
П отому
что
в
прибыли
словно
бы
син те зирую тся
инт ере сы
и
государства,
и
з авода,
и
к ажд ого
работника.
—
Поясните,
пожалуйста.
А.
И.
БУЖИНСКИЙ.
Что,
собственно
г оворя,
требуется
обществу
и
г осу дарству
от
пр ом ыш ленно го
предприятия,
скажем,
от
нашего
ЗИЛа?
Две
вещи:
автомобили
и
доход.
Что
ну жно
самому
ЗИЛу?
Как
можно
больше
денег
в
заводские
фо нды
— раз­
в ития
производства,
материального
поощрения ,
социаль н о-к уль турн ый .
Откуда
возь­
мутся
эти
фонды?
Из
прибыли.
При
новом,
научно
о боснованном,
расчетном
планиро­
ва нии
за да ние
ЗИЛу
по
пр ибыл и
будет
установлено
т ак,
что
наш
завод
не
сумеет
его
вы пол нить,
если
не
выпустит
и
не
продаст
оп ределе нн ое
число
автомобилей
— нужных
госуд арству
типов
и
высокого
качес т ва.
Выкажет
завод
п овы шенную
ре нтабел ьнос ть
—
сразу
получит
в
сво и
фонды
большую
долю
прибыли.
Что
же
кас ает ся
к аждого
работ­
ника,
то
он
теперь
т оже
будет
знать:
от
п ри были
зав исит
его
личны й
заработок
—
фонд
материального
п оощрения
распределяется
между
членами
коллектива.
Притом
не
п оро вну,
а
по
заслугам.
От
прибыли
—от
социально-культурного
фо нда
—
зав иси т
и
многое
другое,
что
укладывается
в
по нят ие
«уровня жизни»: строительство завод­
ского
жилья,
ко то рым
теперь
полновластно
станет
распоряжаться
ЗИЛ,
новые
детские
сады
и
ясли,
са на то рные
путевки,
прем ии.
А
в
будущем,
когда
пр ибыль
выраст ет ,
бы ть
мо жет
—
кто
знает!
—и
бес пла тно е
в ос пита ние
ребятишек
в
детсадах,
яслях,
интерна­
тах,
и
бесплатные
обеды
в
заводских
с толовы х,
и
бесплатные
путешествия
по
Союзу
и
за
рубеж...
Все
теперь
буд ет
зависеть
от
прибыли
и
рентабельности,
то
ес ть
от
эффективной
работы
зав ода ,
т воего
цеха,
твоего
участка,
от
тебя
и
твоих
товарищей.
Е сли
ты
сделал
что- то,
повышающее
п ри быль
завода,— это
на
благо
вс ем
и
ка ждо му.
Снизил
себестоимость
дета ли
на
пять
копеек
—
зна чит,
сто
таких
дет ал ей,
выйдя
из
твоих
рук,
прибавят
к
заводс кой
— твоей —
прибыли
пять
рублей.
Загу бил
ты
за готов ку
сто имо сть ю
в
три
р убля
— значи т,
запустил
ру ку
в
зав одск ой
— свой
собственный
—
карман.
Все
очень
просто.
А рифм ет ика.
Г ода
два
назад
во
Втором
литейном
цех е
нашего
заво да
с лучи лся
такой
казус.
Коллектив
сумёл
уменьшить
вес
одного
в ида
отливки
на
десять
килограммов.
К аждой!
Это
далось
н елег ко
—
не
од ну
бес сонную
ночь
ломали
голов у
технологи,
в ыс окое
ма­
стерство
показали
форм о вщ ики,
ст ерж енщи цы,
заливщики.
Люди
ликовали:
шутка
ли,
т акая
экономия
чуг ун а!
Да
и
г рузовик
легче
ст ал,
з начит,
поднял ас ь
его
удельная
мощ­
ность...
Но
в скоре
оказалось,
что
ликование
б ыло
преждевременным:
цех
не
выпол­
нил
план
по
валу
—в
т оннах.
Теп ерь
т акое
будет
нев озмо жн о.
«Вал»
приказал
долго
жить.
Выгоду
работника
—
в ыгоду
коллектива
—
выг оду
об щес тва
новая
э коном иче ская
си сте ма
приводит
в
гармонию.
И
прежде
всего
—
ры чаго м
прибыли.
—
К огда
же
завод
им ени
Л их ачева
предполагает
пер ей ти
на
н овую
экономическую
сис те му?
А.
И.
БУ Ж ИНСКИЙ;
Же лани е
заводского
коллектива
—
бы ть
среди
той
группы
п ред­
приятий,
кот орая
первой
начнет
р аб отать
по - ново му.
Надеемся,
что
нас
под держат .
—
Вам
предстоит
ог ром ная
подготовительная
работа?
А.
И.
БУ Ж ИНСКИЙ.
Конечно,
упрощать
дело
н ельзя .
Но
не
ст оит
и
усложнять.
На до
начинать.
—
С
чего
же
вы
намерены
начать?
А.
И.
Б УЖ ИНСК ИЙ.
Мы
уже
начали.
Начали
считать.
—
Считать?
А.
И.
БУЖИНСКИЙ.
Да.
Мы
сравниваем
с егодн я
и
з автр а:
есл и
буд ем
хозяйничать
так,
как
хозяйничаем
сегодня,— то
как
мы
себ я
с танем
чув ство вать
при
новой
системе?
И,
зн ает е,
прежде
всего
оказывается,
что
считать
н адо
учиться.
В
п роцесс е
самих
под­
сч етов.
И
ког да
мы
счи таем ,
выясняется:
мн ого е,
оче нь
многое
н адо
решительно
м еня ть.
Вот,
например,
оказалось,
что
зиловцы
очень
зап ас ливы й
народ.
Мы
накопили
све рх
норм ы
—то
есть
лиш них
—
инструментов,
материалов,
сырья
на
весь ма
внуши­
тельную
сумму.
Хорошо
это ?
По-старому —
хорошо,
даж е
отлично
(хотя и не очень
зако нно ): что бы ни случилось,
какие
бы
перебои
в
снабжении
ни
п роиз ош ли,
завод
мог
бы ть
спо коен.
З ато
по-н овом у.. .
П о-новом у,
при
нов ой
эк оно мич еск ой
сис тем е
мы
п оне сли
бы
убытки:
лишние
обо ротн ые
с ред ства
сразу
сни жаю т
рентабельность
п ро­
изв одст ва.
И
к акие
убытки
— равные
нынешней
трехмесячной
премии
всего
зав ода !
Ес ли
же
мы
повысим
рентабельность
всего
на
один
про цент
— сразу
заработаем
не­
ск ол ько
миллионов.
Или
взять,
нап ример,
наши
отношения
с
покупателями
и
поставщиками.
Мы
часто
машем
ру кой
и
не
взыскиваем
ш трафы.
Ст али
мы
не дав но
проверять
приходящий
к
нам
металл.
Оказалось,
за
про шлый
год
нам
«недовесили»
ни
много
ни
м ало
две
тысячи
тонн!
А
это
более
двухсот
тысяч
рублей.
Сл уч ись
это
при
новой
си сте ме
—
«недовес»
крепко
ударит
по
нашим
прибылям.
А
с
другой
стороны,
частенько
бьет
нас
по
карм а ну
наша
с обс тве нная
неорганизованность.
Предъявил
нам
о дин
поку­
патель
претензию:
в
трех
автомашинах
оказались
дефек тн ым и
рез инов ые
у пл отнит ели
151


м от оров.
За ме нить
бы
их
сразу
— это
ве дь
копейки.
Но
пока
мы
поворачивались,
прошел
законный
срок.
Пришлось
заплатить
одиннадцать
т ысяч
ру бл ей.
Да,
новая
э коно ми чес кая
с ис тема
прежде
всего
заставляет
считать.
—
Але кса ндр
Иванович/
а
что,
если
нам
совершить
путешествие
на
завод
—на
воображаемый
завод,—
который
уже
действует
в
новых
условиях?
А.
И.
БУЖИНСКИЙ.
Ну
зачем
же
прибегать
к
фантазии?
Я
посоветую
вам
другое.
Пройдите
по
реальному
заводу
—
по
нашему
ЗИЛу.
В едь
завтрашний
завод
возникнет
не
как
в
театре,
по
принципу
deos ex machina.
Он
в ыра стет
из
завода
с ег одняш нег о.
И
работать
на
нем
б удут
те
же
люди
—
инженеры ,
р уков одит ели,
рабочие.
По говор ите
с
ним и.
Народ
бурлит.
Ро ждае тся
масса
идей,
предложений.
Многие
наверняка
можно
и
нужно
будет
использовать.
Словом,
отправляйтесь-ка
по
цехам.
Вернетесь
— закон­
чим
беседу.
Задача
на
пропорции
Прежде
всего
я
отправился
в
хорошо
мне
знакомый
Вт орой
ли тейны й.
Же лезо бе­
тонные
конструкции,
вплотную
примкнув­
шие
к
старому
зданию
цеха,
за
последние
месяцы
здорово
подросли...
Начальник
цех а
Иван
Ив анович
Козеев
подвел
м еня
к
листам
чертежей,
протяну­
тым
длинной
полосой
по
стене
кабинета.
—
«Пристроечку»
нашу
в идели ?
Соби­
раемся
расширяться.
В
нов ой
части
цех а,—
он
показал
на
чертеж,—
поставим
автома­
тизированные
к онвейеры .
Потом
остановим
два
ст ар ых,
модернизируем
их,
пос тр оим
еще
од ну
электропечь.
Цех
останется
е ди­
ным
комплексом,
а
м ет алла
будет
давать
куд а
больше.
Я
с ка зал,
что
все
это
великолепно,
но
меня
сегодня
интересует
не
тех ник а,
а
эк о­
номика.
Что
Ив ан
Иванович
может
мне
сообщить
по
это му
вопросу?
Начальник
цеха
с
удивлением
посмот­
рел
на
меня
сверху
вниз.
—
Так
ве дь
это
и
ес ть
экономика.
По­
ним ает е,
получилось
так,
что
наш
завод
развива лся
непропорционально.
Мощности
механических
ц ехов
обогнали
мощности
заготовительных,
прежде
всего
— литейных .
Вот
и
вы шло,
что
мы,
л итейщик и,— «у зкое
м есто».
Мы
держим
завод,
не
даем
ему
у ве личи вать
произ водст во.
Но
это
еще
не
в се.
Зна чит ,
большие
произ водст вен н ы е
мощности
— дорогое
об ор удование ,
ст ан­
ки,
машины
—
простаивают.
Им
не
хватает
р аб оты.
А
при
нов ой
э кон омич ес кой
систе­
ме
это
же
резк о
скажется
на
зав одск ой
прибыли.
На
рентабельности.
В едь
за
основ-
ные-то
фонд ы
теперь
над о
будет
государ­
ст ву
платить
— стоят
они
или
работают.
Вот
и
вы ходит,
что
расширение
л итей ных
це­
хо в—
п роблема
экономическая
прежде
вс его.
А
то
ве дь
как
получалось?
Нес ко лько
лет
наз ад
ощу тил ась
на
ЗИЛе
ост рая
нехв ат­
ка
отливок.
Ясно
б ыло,
что
своими
сил ами
не
справимся.
Решили
дать
заказ
на
литье
другом у
предприятию.
Выб рал и
«Ростсель ­
маш»
— п еред овой,
отлично
оснащенный
завод.
Да
и
ступицы
колес,
которые
мы
хо­
те ли
заказать,
ему
ли ть
не
в
нови нку
— для
к ом байнов
почти
такие
же
лье т.
П риех али.
П огов орили
с
коллегами.
Показали
чертежи.
«Мы с открытой душой»,— о тв е чают.
От­
крытая
душа
—
качество
пр екрасное .
Усло­
вились
с
ростсельмашевцами,
что
они
под­
считают
в се,
пр ишл ют
нам
калькуляцию,
и
уехал и.
Вскоре
приходит
калькуляция.
По­
смотрели
мы
ее
и
ахну л и:
ростсельмашев-
ски е
ст упицы -то
вдвое
дороже
наших !
По­
чему?
Непонятно.
—
Это
вы
уже
о
ценах.
—
Правильно.
О
цен ах.
Неверно
они
у
нас
с оста влены.
Эконо миче ск и
нео бо сно­
ван но.
Колоссальная
это
работа
— изменить
систему
о пто вых
цен
в
масштабе
вс его
госу­
дарства,
но
необходимая.
Теперь
осо бенно.
Тут
вошла
худенькая
д евушк а
—
Ва ля
Пронина,
начальник
ц ехов ого
планово-эко­
номического
бюр о.
—
Ива н
Иванович,— сказала
она
не
са­
дяс ь,—
надо
нач инат ь
за ня тия
в
школе.
Не­
чего
откладывать.
Времени
у
нас
нем ног о.
—
Экономическую
школ у
у
се бя
в
це­
хе
орг аниз овал и,—
п оя снил
Коз еев.—
Ме ж­
ду
прочим,
первые
на
заводе.
В аля
—
ру­
ководитель.
Вес ь
комсостав
ц еха
— ученики.
Начи ная
с
ме ня
самого.
—
Руководитель!
— напористо
сказала
П ронин а.—
Я
смогу
учить
ва с,
если
са ма
буду
у читьс я.
На до
ставить
в опрос
пер ед
Б ужинс ким :
пус ть
соз даю т
заводскую
шк олу
для
э коном ист ов.
Бужинский
и
Пр оце ров
в
экономике
—
титаны.
Должны
пер ед ать
нам
сво й
опыт.
А
то
вед ь
цеховые
работ н ики
и
мы,
экономисты,
думать
не
привыкли.
При­
казано
—
исполнено.
Вот
и
весь
разговор.
—
Валя,— укоризненно
ск азал
И ван
Иван ов ич,
п ок о сившись
на
меня.—
Что
же
ты
при
товарище
из
прессы...
—
Ничего,—
блеснула
Ва ля
улыбкой.—
Напишет
— нам
же
на
пользу.
—
Думающий
человек,— сказал
Коз е­
ев,
когда
Валя
вышл а. —
Думающий,
а нали­
зирующий.
Острый.
З нает е,
как
она
сказа­
ла?
Слово
«коммерсант»
стало
у
нас
руга­
тельств ом.
Это
очень
плохо.
Вредно.
Совет­
ский
хоз яйст вен н ик
теперь
обязан
быт ь
коммерсантом.
В
наших
советских
условиях,
при
но вой
экономической
си стем е,
ком мер­
са нт
— это
деловой
человек,
который
оп ти­
мально
решает
триединый
воп рос:
сколько
выпустить
продукции,
какого
качест ва
и
как
сделать
ее
подешевле.
Это
я
почти
про­
цитировал...
Перестановка
слагаемых
От
Второго
литейного
до
Третьего
—
|эукой подать .
Они
— соседи
по
Заво дс ко­
му
бульвару.
Трет ий
л итейны й
— попростор­
нее,
потому
что
поновее.
В
кабинете
на­
152


ча льни ка
ц еха
Бориса
Петровича
На заро ва
пластиковый
пол,
с вет лые
стены,
с ве тиль ни­
ки,
утопленные
в
шерох оват ом
потолке,
ле г­
кая
удобная
мебель.
Уютно,
ком фо рта бель ­
но.
Борис
Петрович
совсем
недавно
принял
цех
—он
был
не ско лько
лет
на
партийной
работе
и
вернулся
почти
что
к
родным
пе­
натам:
во
Втором
литейном
он
начинал
н еоп ерив шим ся
инженером,
прямо
со
сту­
де нче ской
скамьи.
На зар ов,
слушая
меня,
серьезно
смот­
рит
сквозь
стекла
больших
роговых
очко в.
Пото м
гов орит :
—
Сходите
к
формовщикам.
Побесе­
дуйте
с
Васи лием
Тальниковым.
Он
брига­
дир
бригады
комтруда.
У
него
ес ть
ид еи
насчет
премиальной
оплаты.
Иду
сквозь
г рохот
формовоч н ы х
стан­
к ов:
ударов
пятьдесят
— шестьдесят
об ру­
шивае тс я
на
каждую
форму.
Вхожу
в
ко м­
нату
о тды ха.
Дверь,
закрывшись,
отсекает
грохот.
Зде сь
можно
разговаривать.
А
вот
и
Тальник ов .
Лет
ему
трид ца ть
пять,
но
на
вид
он
моложе.
С
ходу
узнаю,
что
до
армии
Та льник ов
раб от ал
на
авиа­
заводе.
Дем обилиз овался
—
пригласили
на
ЗИЛ,
не
хватало
рабочих.
Пошел,
остался,
вот
уже
пятнадцать
лет
раб ота ет
в
э том
цехе.
Высл уша в
меня,
он
подзывает
невысо­
кого
парня.
—
Познакомьтесь,— это
Михаил
Тюл ь­
к ин.
То же
б риг адир.
Ид ея
не
т олько
мо я.
Общ ая
— его,
моя
и
еще
Сергея
Гр ине ва.
Что
они
предлагают?
В осст анови ть
на
формовочных
к онв ейерах
оплату
за
класс­
ность.
Лет
десять
назад
т акая
оплата
дей­
ствовала.
А
потом
ее
почему-то
отменили.
И
зря.
Класс
— это
вроде
почетного
звания,
он
присваивался
персонально,
в
к онце
ме­
сяца.
Бы ли
три
кла сса
— первый,
второй,
т ретий .
Чтобы
получить
кла сснос ть,
надо
было
всей
б рига де
в ыпо лнить
план:
ведь
бригада
работает
на
конве йер е,
ка ждый
де­
ла ет
одну
последовательную
оп ерац ию;
второе
—
соблюдать
ч ис тоту
рабочего
мес та;
третье
— держ ать
дисциплину.
А
вот
ка кой
те бе
дадут
клас с
— это
зав исе ло
уже
от
того,
сколько
у
тебя
брака:
на
три дца ть
п роцент ов
ниж е
лимита
— тр етий
кл асс,
на
пятьдесят
—
второй,
на
семьдесят
—
первый.
За
первый
класс
платили
тридцать
процен­
тов
надбавки
к
тарифной
ставк е,
за
вто­
рой—
два дц ать
пять,
за
третий
— дв адц ать.
И
каждый
старадся,
придирался
к
себ е
и
к
товарищу.
Потому
что
у
формовщиков
брак-то —
коллективный.
И
от ветс твенн ос ть
т акая
— один
за
всех,
все
за
од но го.
Один
прог уля л
—
всю
бригаду
лишали
кл ас снос ти
на
три
мес яца .
Редко,
п рав да,
такое
случа­
лось—
со весть
не
поз во ляла :
как
э то,
я
п ро­
гуляю,
а
пятнадцати
ребятам
зарплату
сре­
жу т!
Ну,
и
еще
б ыло
одно
правило:
н ович ку
не
сразу
кла ссн ос ть
устанавливали.
Только
через
шесть
месяцев.
Тоже
справедливо
—
пуст ь
че ловек
«повкалывает», себя п окаж ет.
В
общем,
не пло хо
было
прид уман о.
Имело
бы
смы сл
вос становить.
С
одной
поправоч­
ко й:
раньше
за
кла сс ность
платили
из
фон­
да
зарплаты,
а
сейчас
можно
бы
из
при­
были.
Вот
бы
кажд ый
старался
п ри были
за­
воду
дат ь
побольше.
—
П ра вил ьно,
Миша?
Тюлькин
согласно
кивнул,
и
Тальников
выжидательно
посмотрел
на
меня,
словно
от
меня
зависело
тут
же,
сию
минуту
ре­
ши ть
вопрос
и
в ос становить
к лас сн ость.
—
И
еще
одн о
мы
предлагаем.—
Таль­
ников
сн ова
переглянулся
с
Тюлькиным.—
На до
бы
сделать
т ак:
платить
за
класс­
ность,
у читы вая
ст аж
р аботы
на
заводе.
А
то
ведь
у
нас,
на
ЗИЛе,
т екучка
какая.
Не
усп ел
парень
оформиться,
неделю
п ора­
ботал,
смотришь
— уже
до
свидания,
пр и­
вет,— увольняется.
М ол,
не
нрав итс я.
Тяже­
лые
условия
труда.
Полегче,
дескать,
найду .
И
найд ет ,
к онеч но.
А
вот
если
бы
ст аж
уч ит ывали...
З нает е,
как
в
армии
г ов орят
—
в
шутку,
конечн о: «Солдат спит,
а
служба
идет».
Так
в роде
и
тут:
вре мя
идет,
а
надбавочка
тебе
растет...
Tyj бы он еще
подумал:
ух од ить
или
оставаться.
Через
год
еще
б
крепче
подумал.
Ну,
а
ч ерез
пят ь
—
и
вовс е
бы
не
ушел.
Стал и
б
увольнять
—
изо
вс ех
сил
сопротивлялся
бы...
Вот
такие
наши
ид еи.
А
теперь...—
Он
с мял
оку рок.—
Извините,
я
больше
не
ну жен?
А
то
пора
к
ста нк у...
Есл и
теперь
я
скаж у,
что ,
вернувшись
в
кабинет
нач ал ьника
цеха,
как
раз
и
попал
на
со ве щание ,
которое
искало
наилучшую
систему
премиальной
оп латы
формовщи­
ков, —
ес ли
я
это
с кажу,
искушенный
чита­
те ль
усмехнется:
жу рналис тс кий
п рием
—
с ов еща ние,
вероятно,
было,
но
совсем
в
другое
время.
А
автор
для
вящего
эффек­
та
взял
и
пер еставил...
И
все-таки
дело
п рои сходило
именно
так.
Сидели
вокруг
д линног о
п олиров анно­
го
стола
на
шес ти
ножках:
Бо рис
Петр ов ич
Назаров;
начальник
техчасти
це ха
Валерий
Тимофеевич
Сайкин,
высокий,
ат летич еск и
сложенный,
с
лицом
тверд ы м
и
серь ез ны м;
начальник
цехового
планово-экономическо­
го
бю ро
Прасковья
Васильевна
Орлова;
на­
чальник
бюро
нор миро вания
Мария
Ив а­
новна
Петухова;
з ам ести тель
на чальн ик а
отд ела
труда
и
зарп ла ты
ЗИЛа
Оль га
Алексеевна
Васильева;
экономист-куратор
ли тейны х
цехов
П авел
Петрович
Шульгин;
заместители
на чальни ка
цеха
Алекса ндр
Сергеевич
С ыре йщи ков
и
Антон
Осипович
В инок уров.
Собственно,
зна ком
я
был
только
с
Бо­
рисо м
Петровичем,
а
кто
такие
остальны е
—
у знал
много
позже,
но
тут
я
и
вправду
решил
заб еж ать
вперед
и
сразу
ра сс ка зать,
кто
уч ас твов ал
в
совещании.
Это
бы ло
очен ь
интересно
и
поучительно:
з аводск ие
люди,
до
тонкости
знаю щи е
и
литейное
дел о,
и
все
хитросплетения
нынешней
сист е мы
це­
хов ого
планирования
(потому что покуда
они
исх одили
из
узких
рамок
действующей
си ст ем ы ), и сложности и слабости техноло­
гического
процесса
на
каждом
формовоч­
ном
к онвейере,
и
психол огию
рабочего
че­
ловека,
до лго
и
тща тельно
перебирали
разные
вариан т ы,
отбрасывали
их,
во з вра­
щались
к
ним
снова
и
снова
отб рас ыва ли,
и
опять
иска л и,
и
прикидывали,
и
подсчиты­
153


в али,
бег ло
перепасовываясь
цифрами...
И
ка к-то
так
выходило
— кто
бы
что
ни
пре дло жил,
все
обращали
в згляд ы
к
Вале ­
рию
Тимофеевичу,
словно
он
был
арбит­
ром,—
а
тот
вроде
бы
в
уме
взвеши вал,
п рим ерял
к
чему-то,
я
бы
даж е
сказал
—
пробовал,
словно
дегуст ат ор,
на
вкус,
а
по­
том
гово рил:
вообщ е- то
ничего,
но
вот
как
быть
с
тем- то.. .
И
н аз ывал
что-то,
что
могло
служить
препятствием
для
ос ущест ­
вления
то го
или
и ного
пр едложени я.
И
сн о­
ва
на ч инали сь
поиски
и
подсчеты.
Вообще-то
все
со шлис ь
на
том ,
что
пр е­
мии
ф орм ов щикам
в
этом
цех е
на до
п ла­
ти ть
за
с нижен ие
брака:
нормы
выполняют
практически
все,
и
даж е
перевыполняют,
план
то же
дают,
а
вот
брак,
особ енно
на
пят ом
ко нвейере,
еще
высок,
и
из-за
этого
цех
несет
убы т ки.
Но
вот
как
получше
заин­
те рес ов ать
формовщиков
в
уменьшении
брака
—
сначала
хотя
бы
до
ли ми та,—
так ой
способ
и
ис кали .
Три
час а
кряду.
В
какой-то
мом ент
Валерий
Тимофее­
вич
сказал:
—
А
что,
если
т ак:
пл ати ть
формовщи­
кам
за
умен ь шен ие
количества
бракованных
деталей?
И
прямо
свя зат ь
премию
со
сни­
жением
уб ыт ков
от
брака?
Каждый
б рако­
ванн ый
бл ок
мотора
«ЗИЛ- 130» обходится
цеху...
—
Примерно
рубля
четыре,— подска­
за ла
Прасковья
Васильевна
Орлова.
—
Вот
и
ск азат ь
формовщикам:
добье­
тесь,
что
брак ованн ы х
блоков
будет,
допу­
ст им,
не
ст о,
а
пя тьдеся т,
сэ кономит е
цеху
и
заводу
двести
рублей,—
пол у чайте
из
них
на
бр иг аду
тридцать
процентов
—
шестьде­
сят
рублей.
Просто
и
ясно.
—
Оч ень
интересно,— сказала
Орлова.
—
Ив
ду хе
времени.
Связываем
ц ехо­
вой
рубль
с
рубл ем
рабочего,— быстро
и
с
удовольствием
п одхв ати ла
Васильева.
—
Что
еще
хорошо
— людям
легко
объ яс ни ть,—
проговорил
Назаров.—
Нагляд­
но
оч ень.
—
Так
я
же
говорю
—в
духе
нашего
времени,— энергично
повторила
Ольга
Алексеевна.
Сайкин
молча
с лушал,
а
ког да
все
вы­
ск аз али
св ое
согласие,
вдруг
стал
вы дв игать
во зраже ния.
Одн о
за
другим.
С
самого
начала
приметив
т вердо е
и
серьезное
ли цо
Валерия
Тимофеевича,
я
подумал,
что
так ие
л ица
молодых
интелли­
ген то в,
од инаково
ув еренно
чувствующих
себя
и
в
сфере
мы сли,
и
в
сфере
с по рта,
все
чаще
в стре ча ешь
в
разных
местах
—
в
институ те
Академ и и
наук,
в
больничной
оп ер ац ионн ой,
в
учительской,
за
п рилав ком
ГУМа,
перед
кульманом
в
Моспроекте
и,
к онеч но,
в
заводском
ц ехе.
И
я
ждал
от
Са йки на
уверенности
в
себе,
для
ме ня
не
бы ло
бы
да же
неожиданностью,
если
б
он
в ык азал
и
некоторое
у пря мст во.
Но
я
ни­
как
не
мог
ждать
этих ,
каких-т о
особ енно
пр истр ас тных ,
п оисков
аргум ент ов
проти в
св оей
же
идеи.
Эдакий
п оворот
меня,
по
сов ест и,
у диви л.
Одна ко
никто
кроме
меня
не
удивился
(видать ,
к
так ому
свойству
Валерия
Т имо­
фе евича
привыкли), а все стали на его воз­
154
раж ен ия
возражать.
Тут
еще
раз
по дтве рди­
ла сь
старая
ист ина :
против
люб ой
пушки
най детс я
броня,
а
против
любой
брон и
оты ­
щет ся
пушка,
против
кот ор ой,
в
свою
оче­
редь,
опять
найде тся
б рон я...
—
Н ет,
вы
мне
не
гово рит е,
тут
ес ть
св ои
серьезные
сложности,— спокойно
и
вду мч иво
повторял
С ай кин.
И
тут
я
пришел
к
з аключ ению,
что
пер­
вое
вп е чатле ние
меня
не
обмануло.
П ове­
дение
С айк ина
бы ло
высшим
в ыраж ени ем
уверенности
в
себ е
—
не
само
уверенно­
сти,
а
именно
уверенности
в
себе.
Истин­
ной,
той,
что
не
боится
п одвер гнут ь
идею
испытанию
на
прочность.
И
если
надо,
при­
знать
ее
несовершенство...
—
Но
в
конце
конц ов,
Валерий
Тимо­
феич,— блеснул
стеклами
очко в
Назаров,—
в
ко нце
конц ов
все
новое
с ложно.
Любая
система
пот ребует
прил ож ить
силы
и
вы­
думку.
А
в аша
ид ея
очень
перспективна.
—
Ну
что
ж,
мож ет
быть
вы
и
правы,—
сдался
Сайкин
после
раздумья.—
Не
в оз­
ражаю.
На
том
и
порешили.
Порешили
т акже
ввести
н овую
систему
премиальной
опла ты
сначала
ли шь
на
дву х
кон вейерах
—на
пе рвом
и
пятом.
В
вид е
опыта.
Почему
на
пе рвом
и
пятом?
Ну,
на
пе рвом
потому,
что
там
идут
всего
две
отливки
—
блоки
двиг а­
теля
«ЗИЛ -130» и «ЗИ Л- 164».
Большие
и
дорогостоящие.
Там
снижение
брака
сразу
даст
серьезный
эффе кт
—
и
для
цеха,
и
для
формовщиков.
А
на
пятом
— потому
что
это
сложный
конвейер:
там
формуют
нескольк о
десятков
различных
деталей
и
там
о собе н­
но
выс ок
б рак.
Значит,
имеет
см ысл
сильно
заинтересовать
ра бочих .
На
этом
часть
совещания,
кот орая
пред­
ставляла
б уд ущее,
кончилась.
Началась
час ть
незапланированная,
меченная
уходя­
щим
на
наших
гла зах
прошлым.
Воспользовавшись
присутствием
нач аль­
ства
из
заводского
отдела
труда
и
з арп ла­
ты,
Назаров,
С ыр ейщи ков
и
Винокуров
стали
«выбивать»
позарез
нужные
цеху
решения:
перевести
грузчика
по
уборке
гари
с
по­
временной
на
сдельную
оп лату,
повысить
разряд
рабочему
на
участке
хим ич ес кой
очистки
отливок,
перевести
штатную
ед ини­
цу
ма стер а
из
очистного
отделения
в
склад.
Длительный
бой
шел
в
исключительно
т еп­
лой
и
дру же ст венной
об стан овк е,
с
р асхо­
дом
полн ого
боезапаса
юм ора
— хитровато­
го
у
Сырейщикова,
прон ица тель н ого
у
Ва­
сильевой.
О соб енно
долго,
с
переменным
усп е­
хо м,
воевал и
за
п ере вод
мастера.
—
Ну,
Ольга
Алексеевна,
вы
же
от­
лично
пони ма ете
— дело
тут
в
формально­
сти,— убеждал
Назаров.—
Мы
все
равно
его
уже
перевели
в
скл ад.
Иначе
не возмо жно .
Там
народ
трудный,
кроме
з авск ла дом
о бя­
зате льн о
мастер
требуется.
И
для
работы,
и
для
воспитания.
Но
мы
хотим,
чт обы
все
бы ло
как
по ложено.
Ведь
мы
не
п росим
лиш ней
ед ини цы?
увеличения
фон да
зар ­
платы.
Мы
прост о
хотим
п ерес тавить
сл а­
гаемые.
—
А
от
перестановки
слагаемых
сумма


не
м еняе тся.
Это
вы
х отите
сказать? —
за­
см ея лась
Васильева.
Н ет,
не
это .
Как
раз
сумма
мен я ет­
ся
в
нашу
пользу.
Если
под
суммой
раз у­
м еть
эффе кти вн ос ть
работы
цеха.
Ладно,— Ольга
Алексеевна
с казала
это
даж е
как-то
удовлетворенно.
Словно
возражала
так,
по
обязанности,
что
ли.
Да
и
чему
удивляться
— даже
я
понял,
что
все
претензии
Третьего
литейного
были
вполне
разу мн ы.
До
чего
ж
тесны
и
обре ­
менительны
рамки,
в
кот оры х
действует
поку да
начальник
огромн ого
ц еха!..
Ох!—тяжело
пере вел
дух
Бо рис
Петрович
Назаров.—
Ну,
буд ем
надея ться ,
что
через
годик
нам
уже
не
придется
ве­
сти
подобные
баталии.
Сам и
стане м
ре­
ша ть.. .
Эскалатор
Начальник
це ха
на
так ом
крупном
заводе,
как
ЗИЛ,
дол жен
сам
реша ть
все
важные
вопросы.
Воз ьм ите
наш
штампо­
м еханич еск ий, —
это
же,
я
вам
ска жу,
ц елый
солидный
завод.
Уникальное
об оруд ование!
Вы
видели
наш
портально-расточный
станок
для
круп ных
деталей?
Нет?..
Ну,
я
вам
его
покажу!
Громадина!
В
две
—да
что
в
две
—
в
три
таких
комнаты
не
вл езе т!
А
электро-
шахтная
печь?
К
нам
же
бог
знает
откуда
еД Ут,
умоляют
пр инят ь
штоки,
в алы
для
обработки
в
эт ой
печ и.
У
нас
сот ни
и
сот ни
рабочих.
А
как ие
п рава
у
на чальн ик а
цеха?
Их
да же
смешно
называть
прав ам и.
Начальник
планово-экономического
бю­
ро
штампо-механического
цеха
Иосиф
Аб­
рамович
Томашпольский
досадливо
машет
рукой.
Кру пный ,
внушительный,
громоглас­
ный,
с
седыми
короткими
волосами
и
пы ш­
ным и
черными
бровями,
он
работает
здесь,
в
цехе,
вот
уже
девятнадцать
л ет.
Хотел
был о
у йти
на
пенсию,
но
не
смог
расст ат ь ся
с
цехом.
Томашпольский
зде сь
знае т
вся
и
всех,
и
все
знают
его.
Ког да
он
с
лег­
кост ью ,
н еожиданной
для
его
могучего
сложения,
шагает
по
цеху,
не
замедляя
хо­
да,
а
ли шь
пр идержи вая
полы
короткова­
того
б ледно -с инег о
х ал ата,
чтобы
просколь­
знуть
меж ду
станком
и
стопой
м н огопудо­
вых
дет алей,
невольно
ис п ытываеш ь
восхи­
ще ние.
Приятно
видет ь
человека
на
своем
месте.
Но
как
Томашпольский
шаг ает
по
гро­
ма дном у
пролету
своего
цех а,
я
ув идел
несколько
позже.
А
покуда
мы
сидели
в
темной
ком нат ке,
где
за
вплотную
состав­
ле нн ыми
ст олам и
раб ота ли
сотрудники
не­
с кольких
цеховых
отд е лов
и
служб.
Долго­
вязый
мо лод ой
токарь
принес
Иосифу
Аб­
рамовичу
на
подпись
наряд.
—
Так
на
чем
мы
остановились? —
спросил
Томашпольский,
возвращаясь
к
прерванному
разговору,
и
сам
же
отве­
тил:— Да,
на
правах
на чальн ик а
цеха.
Короче
г оворя ,
Ио сиф
Абрамович
у бе­
жден,
что
права
нач ал ьника
це ха
на
ЗИЛе
ну жно
расширить
применительно
к
новым
правам
директора
з аво да.
Конкретно?
По­
жалуйста.
Вот,
предположим,
н овая
эконо­
м иче ская
система
на
З ИЛе
уже
введена.
От
чего
до лжен
был
бы
танцевать
нача льн ик
цеха?
Я
вам
сейчас
расскаж у ,
а
вы
уже
сде лаете
выводы.
Прежде
вс его,
на чал ьник
це ха
постарается
полностью
загрузить
все
об ор удова ние.
С кажем ,
ту
же
самую
элек-
т рош ахт ную
пе чь
или
портально-расточный
станок.
Сейчас
они
мног о
времени
простаи­
вают .
—
Почему
про ст аиваю т?
—
У
них
большие
мощности.
Наш
цех
не
в
состоянии
их
з агруз ит ь.
Так
ведь
можно
брать
заказы
со
стороны.
Правильно!
Вы
делаете
усп е хи.
Впрочем,
я
же
сам
вам
с ка зал,
что
нас
умоляют
принимать
заказы.
Но
все
дело
в
том,
что
пр инять
заказ
сейчас
мы
можем
т олько
с
раз реш ения
заводоуправления.
В
каждом
о тдель ном
случае.
А
мы,
скажу
вам
по
секрету,
вов се
в
этом
разрешении
не
заинтересованы.
П очему ?
А
зач ем
нам
все
эти
хлопоты?
Если
пе чь
или
станок
ра­
ботает
на
чужого
дядю,
нам
лишняя
мор о­
ка.
А
если
начальник
це ха
ув иди т,
что
за
простаивающий
ст анок
н адо
пла тит ь
госу­
дарству
столько
же,
сколько
за
работаю­
щ ий,
а
от
по ст оронних
зак аз ов
увеличивает­
ся
при быль
цеха,
а
значит,
и
заработ ки
работ ни ков ,
тогда
совсем
другой
кол енкор. ..
Понятно?
Это
мне
бы ло
пон ятно .
Не
по нят но
бы­
ло
другое.
О
какой
такой
цеховой
пр ибы ли
гово рил
Томашпольский?
Разве
цех
будет
и меть
сво ю
от дель ную
прибыль?
—
Вот
в
э том
я
как
раз
не
уверен.
Начальник
це ха
Николай
Иванович
Щерба­
ко в,
сек рет арь
партбюро
Дмитрий
Гео рг ие­
вич
Солдатов,
другие
товарищи,
я
—мы
ду­
маем,
что
нужно
считать
пр ибыл ь,
которую
да ет
не
только
завод,
но
и
цех.
И
все
рас­
четы
по
пр иб ыли
и
ее
фондам
в
кру пны х
цех ах
—
ну,
скаже м,
с
персоналом
от
ты­
сячи
человек
—
вести
так
же,
как
на
всем
заводе.
Ил и,
по
крайней
мере,
цех
долж ен
сам
распоря ж ать ся
той
частью
ф онда
по­
ощрения,
кото рая
приходится
на
его
долю.
Вот
так .
Иос иф
Абрам ови ч
развивает
свои
со­
об ражения .
—
Ну,
после
того,
как
начальник
цех а
покончит
с
загрузкой
о борудования ,
он
должен
п ересм отрет ь
все
зап асы
литья,
нормалей,
полуфабрикатов,
креп ежа ,
и нст­
румента,
дорогих
фрез.
Лишнее
прод ать
или
вернуть
заводским
складам.
Н ача льник
це ха
обязательно
поступит
т ак,
потому
что
он
теперь
захочет
уменьшить
себестоимость
продукции.
Но
для
этого ,
я
вам
скаж у,
не­
об ходим о,
чтоб ы
п лановы й
отд ел
завода
планировал
нам
себестоимость
ста биль ну ю,
на
несколько
лет
вперед,
а
не
менял
ее
каж дый
квартал
по
«достигнутому уровню».
Сл ов ом,
чтобы
цех
знал:
за раб отал
— по­
лу чи.
Обязательно
получи!
Дальше,
на чаль­
ник
ц еха
не
должен
бояться,
что
ему
могут
срезать
фо нд
зарплаты.
Пусть
ему
дадут
право
в
пределах
это го
стабильного
ф онда
самому
распределять
и
перераспределять
людей
по
категориям
работающих.
Ей
бо гу,
155


ему,
начальнику,
в идн ее!
И
потом,
начал ь­
ник
це ха
не
дол жен
для
галочки
гн ать ся
за
т ехни ческ им
прогрессом.
Вы
понимаете,
что
я
хочу
сказать?
Я
хочу
с каза ть,
что
прежде
чем
вв одит ь
новшество,
на до
хо ро ше нько
посчитать:
что
оно
д ает
—
прибыль
или
убыток?
Пример?
Пожалуйста.
Есть
такой
метод
т оч ного
литья.
Это
п рекрас ны й,
п ро­
грессивный
метод.
Но
применять
точное
литье
надо
с
умом.
С
расчетом.
Только
там,
где
это
вы годно .
Вот
мы
детали
для
так
называемых
обрезных
ш там пов
делаем
этим
самым
методом.
Что
мы
экономим
на
зар­
плате
обрубщика
и
фрезеровщика
по
мех а­
нической
обработке
— это
верно.
Тут
я
ничего
не
м огу
возразить.
Но
з ато
само
точное
литье
настолько
дороже
простого,
что
от
экономии
ничего
не
ост ает ся.
Выгод­
нее
л ить
по-старому
и
платить
рабочим
—
обрубщику
и
фрезеровщику.
Но
ве дь
это
значит
не
по ддерж ат ь
технический
про­
гресс!
И
вот
льем
точное
литье...
Уверяю
в ас,
перейд ем
на
новую
систему
— отменим
этот
«прогресс» .
Опять
нас
прервали
— Томашпольскому
пришлось
разбираться
с
ка ки м-то
доку­
ментом.
—
И
так
не
только
в
нашем
цехе,—
п родолжал
п отом
он .—
Разве
ко нстру ктор ы,
когда
конструируют
новое
оборудование
—
ну
х отя
бы
автоматические
ли нии ,—
разве
они
считают,
во
сколько
это
обойдется,
даст
ли
экономию,
окупится
и
когда?
Уверяю
вас,
они
так
поступают
далек о
не
вс егда.
Во т,
н априм ер,
прессовый
цех
заказал
нам
нов ые
автоматические
штампы
совмещен­
но го
действия.
Вместо
старых
пя ти
несов­
мещенных.
А
что
новые
штампы
обходятся
во
много
раз
дорож е
—
это
в
прессовом
цехе
никого
не
в олну ет.
Мы,
конеч н о,
сде­
ла ли
им
эти
новые
штампы.
Мы
бы
и
при
нов ой
экономической
системе
их
сде ла ли.
Но
я
дум аю,
что
тогда
прессовый
цех
нам
их
попросту
не
заказал
бы.
Я
в
этом
абсо­
лютно
уверен.
Прежде
чем
конструкторы
в зяли
бы
в
ру ки
карандаши,—
плановики
немного
пощелкали
бы
на
арифмометрах.
Вы,
конечно,
не
подумайте,
что
я
против
технического
прогрес са.
Н аоборот ,
Я
сч и­
та ю,
что
настоящему
прогрессу
теперь
бу­
дет
куда
лучше.
Н апример,
как
т рудно
было
проталкивать
н овую
продукцию!
Ве дь
она
же
поднимает
себестоимость.
А
-теп е рь
ее
можно
будет
дороже
продать.
Ведь
к
ценам
на
нее
будут
надбавки.
Заводу
выгодно,—
и
плановый
от дел
будет
только
радоваться!
Вы
на
эскалаторе
ездите?
Неож идан н ый
этот
вопрос
поставил
ме ня
в
тупик.
—
Езжу ,
конечно.
Но...
—
Какое
это
имеет
отношение
к
наш ей
теме?
Я
вам
объясню.
Бывало
ког да- ниб у дь,
что
вы
неудоб но
встали
на
ступеньку?
Бы­
ва ло.
Тогда
вы
з нает е,
что
эскалатор
сам
вежливо
поправит
вашу
ног у.
Он
«подска­
жет»
вам,
что
сд елать,—
опустить
ног у
на
нижнюю
ступеньку
или
по пр очнее
встать
на
верхней.
В
зависимости
от
того,
как
вы
стоите.
И
если
вы
ед ете
ввер х,
то
в
ко нце
концов
обязательно
подниметесь
наве рх
—
на
как ой
бы
ступеньке
ни
сто я ли.
А
это
—
главное.
Так
и
экономическая
выгода:
она
подскажет
— держаться
до
поры
до
в ре­
мени
с тарой
технологии
или
внедрять
но­
ву ю.
Лиш ь
бы
завод
дв игалс я
в верх
и
при
меньших
затратах.
Я
вас
убедил?
Ну
и
еще
одно:
начальник
цеха
до лжен
сам
оп ред е­
ля ть
систему
оплаты
труда.
Вот,
н ап ример,
мы
с
Дмит ри ем
Г еоргиевич ем
Солдатовым
тут
п ора скин ули
мозгами,
составили
про ект
премиальной
оплаты
в
нашем
ц ехе.
Пар ­
тийное
соб ран ие
его
одобрило
и
передало
в
общезаводскую
комиссию.—
Томашполь-
ский
подал
мне
ис п иса нный
лист.—
Я
вам
скажу,
что
тут
са мое
гл авн ое.
Не
только
для
нашего
цеха ,
для
всего
з авода.
Вот,
чи тайте : «При стаже свыше двадцати лет
годовая
доля ,
причитающаяся
работнику
из
фонда
материального
поо щре ния,
повы­
шается
на
тридцать
процентов,
от
пятнадца­
ти
до
дв адц ати
лет
—на
дв адц ать
про це н­
тов,
от
десяти
до
пятнадцати
—на
десять
процентов.
Вновь
поступившие
в
течение
первого
го да
работы
не
имею т
права
на
д олю
из
фо нда
п оощ рения ,
во
второй
год
получают
п оловину
доли ,
в
трети й
год
—
три
ч ет верт и...»
Тут
я
вспомнил
бригадиров
из
Третьего
литейного
Васи л ия
Та льни ков а
и
Ми хаи ла
Тюлькина
с
их
предложением
«учитывать
стаж».
Что
ж,
справедливые
и
св оевр ем ен­
ные
идеи
имею т
свойство
носиться
в
воз­
д ух е...
Мое
путешествие
по
З ИЛу
п род олжа лось
и
на
следующий
день.
К
А лекса нд ру
Ивановичу
Бужинскому
я
попал,
когда
начало
темнеть.
Он
по днял
голову
от
бумаг.
Лицо
его
был о
ус талым .
Но
мой
о тчет
о
вп еча тления х
Александр
Ив анович
слушал
с
видим ым
интересом.
Значит,
я
вам
дал
полезный
совет? — Он
отложил
в
сто рон у
карандаш
и
вы пря­
ми лся
в
к ресле. —
Да,
наро д
бурлит.
Видите,
ско льк о
сраз у
всего
вам
рассказали.
И
вы
обратили
внимание:
все
настроены
н емедлен н о
действовать.
Вот
что
самое
це н­
н ое.
Зн ачи т,
все
понимают,
что
постановление
Пл ену ма
ЦК
п артии
—
только
начало.
Прет ворение
ре форм ы
в
жизнь
ц ели ком
завис ит
теперь
от
все х
нас.
Последний
воп рос:
какие,
с
вашей
то чки
зрения,
гла вны е
проблемы
стоят
перед
работниками
народного
хозяйства
в
связи
с
п ерех одом
к
новой
э кон оми чес кой
системе?
А.
И.
Б У Ж ИНСКИЙ.
Собственно
гов ор я,
по чти
всех
эти х
п роб лем
в
большей
или
меньшей
ме ре
уже
коснулись
наши
тов арищ и- зил овцы ,
с
ко тор ыми
вы
толковали.
Мн е,
в
сущности,
остается...
ну,
«аранжировать»
их,
что
ли.
Постановление
Пле нум а
ЦК
156


партии
дало
г лавны е
положения,
генеральные
принципы
новой
э кон оми чес кой
сис те мы.
Предстоит
бо льш ая
ра бота
по
их
ко нкре тизац ии
— применительно
к
мн ожес тву
аспек­
тов,
к
разным
отраслям
промышленности,
группам
предприятий,
отдельным
заводам
и
фабрикам.
Постановление
ЦК
КПСС
и
Совета
Министров
СС СР
от
4 октября 1965 года
установило
основные
направления
этой
колоссальной
работы.
Од но
из
са мых
карди­
нальных
—
совершенствование
оптовых
цен
на
продукцию
промышленности.
В едь
нынешние
ц ены
экономически
не
обоснованы,
запутаны,
в
их
системе
царит
раз но­
бой.
Вот
и
получается,
что,
купив
задний
мост
грузовика
«ЗИЛ -130», м ожно хоро шо
заработать:
разобрать
мост
на
составные
части
и
продать
их
п ороз нь.
Потому
что
з ад­
ний
мос т
в
сборе,
оказывается,
с тоит
де ше вле,
чем
детали,
из
к от орых
он
собран.
Но
не
подумайте,
что
это
—
результат
ошибок,
неумения
орг анов,
разрабатывающих
цены.
Просто
разные
ц ены
вы счит аны
от
разных
оснований.
А
ведь
цен
в
народ ном
хозяйстве
миллионы.
Од ин
наш
ЗИЛ
имеет
дело
с
п олум илли он ом
различных
ц ен!
Поэтому
в
П ос тано вл ении
ЦК
и
Совет а
М инист ров
очень
своев рем енно
записано:
м ак­
симально
приблизить
оп то вые
ц ены
к
уровню
общественно
нео бход им ых
затрат
труд а,
ус тано вит ь
правильное
соотношение
ц ен.
Как
сейчас
назначаетс я
цена,
ну,
допустим,
на
а вт омоб иль?
Берет ся
фактическая
себестоимость,
прибавляется
к
ней
несколько
процентов
рентабельности
—
и
ц ена
готова.
Мало
к ого
интересует,
нор­
мальна
ли
эта
себестоимость
или
слишк о м
высока.
И
в
результате
— завод,
к оторый
работает
хуже,
не
ищ ет
рез ервов,
не
снижает
себестоимости,
оказывается
в
привиле­
ги ро ванном
полож ен ии.
Он
полу чае т
це ны
на
с вою
продукцию
повыше.
Недавно
я
сделал
такой
подсчет.
Взял
средне миров ые
це ны
на
грузовики
типо в,
а нал огичны х
наш им
м аши нам
«ЗИЛ», «ГАЗ»
и
Кременчугского
завода,
и
ср ав нил
их.
Что
ока зало сь?
Ес ли
прин ять
цену
на
«ЗИЛ- 130» за 100, грузовик класса « Г АЗ»
стоит
60, а «КрАЗ»
—
173.
У
нас
же
в
стране
соотн ошен ие
цен
иное—
100:68:223.
Это
несправедливо.
И
до л­
жно
быть
изм ен ено.
Только
реформ а
опто в ых
цен
позволит
нов ой
экономической
си сте ме
функц иониров ать
в
п олную
си лу,
точно
подсчитывать
прибыль,
определить
стоимость
фондов
предприятий,
следовательно,
и
платы
г осу дарству
за
эти
фонды.
Словом,
к аждом у
предприятию
воздастся
д олжное ,
исходя
из
принципа
вы сшей
эконо­
м ическ ой
справедливости.
Тот,
кто
даст
госуд арству
бол ьш е,
получит
больше.
И
это
будет
нез ыбл ем о.
Дальше.
Как
вам
г оворили
товарищи,
перед
нам и,
з аво дским и
работниками,
ст оит
срочная
зада ча:
разработать
положения
новой
с истем ы
для
цехов.
Эффект
новой
экономической
системы
скажется
в
полной
мере
только
в
том
случае,
если
все
ее
п рин ципы
—
пла нир ов а ния,
истинного
хозрасчета,
ма териал ьн ого
поощрения
— будут
доведены
до
цехов,
участков,
до
к аждо го
р абоч его
мес та.
Над
эт им
мы
начали
работать.
На
заводе
созданы
спе ци ал ьные
группы,
кот о рые
возглавят
подготовку
во
всех
наших
цехах.
В едь
сис тема
экономического
стимулирования
должна
учитывать
специфику
каждого
цеха,
каждой
службы
за вод а.
И
зде сь
нам
приходится
начинать,
как
выражаются
строители,
с
н улев ого
ци кла.
Здесь
все
внове
— нет
ни
принципов,
ни
нормативов.
Ка к,
ска жем ,
распределять
между
р абот никам и
ф онд
материального
поощрения?
Мне ,
н априм ер,
кажется
весь ма
привлекательной
так
назы в аем ая
«система
пунктов».
Что
это
за
система?
Низшая
тар ифна я
ставка,
кото рая
существует
на
з аво де,
принимается
за
сто
пунктов.
Соответственно
своей
ста вке
каж дый
получает
свое
чис ло
«пунктов».
За тем
устан ав ливае тс я,
что,
с кажем ,
десятилетний
с таж
работы
на
пред­
при яти и
прибавляет
тебе,
ну,
допустим,
тридцать
пунктов,
т ако е-то
перевыполнение
нор м
— двадцать
пун кт ов,
т акое- то
снижение
брака
— двадцать
пять
пунктов,
зато
прогул
срезает
пятьдесят
пунктов.
И
так
далее.
Все
заранее
предус мот реть ,
конечно,
н ельзя ,
поэтому
руко водит ель
це ха
вместе
с
профсоюзной
орг аниз ац ией
в
конц е
ме­
сяца
«награждает»
или
«наказывает»
ка ки м-то
числом
пункт ов
за
от личия
в
работе
и
за
проступки.
Исходя
из
общей
для
це ха
сумм ы
поощрительного
ф онда,
определяется
«цена»
к аждого
пун к та.
И
каж дый
раб отник
получает
то,
что
он
заслужил.
По-моему,
очен ь
гибкая
и
удобная
система.
Не
знаю ,
пр авда,
с огла ся тся
ли
со
мной
товарищи.
О бс удим,
поспорим...
Но
самая
главная,
самая
основная
проблема
— люди,
кадры.
В едь
именно
они
буд ут
воплощать
нову ю
экономическую
систему
в
жизнь.
Гот овы
ли
хозяйственные
руков одите ли
к
этой
серь езн ой
работе?
Всем
нам
надо
перестраивать
св ое
мышление,
решительно
отказываться
от
мно гих
привычных
схем ,
трафаретов.
Ес ть
немало
хозяй­
ственников,
ко торые
в
условиях
«волевого»
планирования
и
управления
пр омы ш лен­
ностью
стали
бездумными
исполнителями,
отвыкли
от
инициативы,
разучились
считать,
вни кать
в
экон ом и ку.
Это ,
естественно,
старая
с истем а
воспитала
оп ределен ны й
тип
хозяйственника,
теперь
ему
придется
ли бо
в
корне
измениться,
ли бо
уступить
место
другим.
Н овая
сис те ма
даст
п рос тор
для
творчества,
но
она
и
властно
потребует
тв ор­
чества.
Несомненно,
такой
п рос тор
не
всем
окажет ся
по
плечу.
Кто,
ска жем ,
до
п оследн его
времени
считался
хорош им
заводским
экономистом?
Тот,
кто
умел
«выбить»
пла н
п ол егч е , «выкрутиться», «обеспечить показатель».
Даже
терминология
т акая
был а:
тот
товарищ
хорошо
ра бота ет
«наверху», а тот —
«внизу»,
«наверху»
он
не
тянет.
Я
убежден,
что
нере дки
будут
случаи,
когда
ныне ш ний
руково-
дитель-«середняк»
в
нов ых
условиях
б лес нет
талантом,
вырвется
вперед,
а
тот,
кто
еще
недавно
ходил
в
передовых,— отойдет
на
третий
пла н.
Да,
вс ем
нам
предстоит
мучительный
и
благотворный
п роц есс
переучивания,
пси­
157


холог ич ес кой
лом ки,
отбрасывания
старого.
Мне
рассказывали
о
практике
одной
мос­
к ов ской
об увн ой
ф абрики.
Весьма
характерный
пример.
Фабрика
перешла
на
прямые
свя зи
с
торговлей.
Ей
предоставили
пра во
самостоятельно,
по
договоренности
с
по­
требителями,
ус т анавлив ат ь
м одели
обуви
и
показатели
плана.
Фабрика
утвердила
модели
и
сообщила
в
Мосгорсовнархоз.
И
что
бы
вы
д ума ли?
Из
совнархоза
ей
в
ответ
«спустили»
с оверш енно
иные
показатели.
В
нарушение
приказа
вышестоящих
организаций!
Рабо тни ки
совнархоз а
просто-таки
не
мог ли
взять
в
толк
—
как
это
са ма
фабрика
будет
что-то
для
себ я
решать?!
Пришлось
обращаться
к
председателю
СНХ
СССР.
Он
разъяснил
раб от никам
Мос-
г орсовна рхоз а,
что
они
заб ы ли,
какой
год
на
дворе...
Да,
времена
«волевой»
си сте мы
ру ково дст ва
в
экономике
уходят
в
Лету.
Ру ково ­
дит ель
до лжен
нау читьс я
у прав лять
по-новому —
не
только
технически,
но,
в
первую
голову,
экономически
грамотно.
По
выражению
нашего
директора
Павла
Дмитриевича
Бородина,
времена,
когда
директору
достаточно
бы ло
иметь
приличный
голос,
что бы
давать
«ценные указания»,—
прошли.
Ныне ш ний
рук оводит ель
обязан
б ыть
един
в
тре х
лицах:
организатор
—
и нж енер
— коммерсант.
Быть
мо жет,
даж е
в
иной
по следо­
вательности.
И
он,
руков оди т ель ,
да
и
все
— сверху
дони зу
— теперь
н еизбеж но
изм е­
нят
от нош ение
к
экономике
и
экономистам.
Вот
у
нас
на
заводе
уже
несколько
лет
работает
ши рокая
сет ь
кру жков
по
и зу­
чению
конкретной
экономики.
В
них
учились
и
инженеры,
и
мастера,
и
рабочие,
и
слу­
жащие.
Во
многих
кружках
занятия
шли
интересно.
Но
в
то
же
время
немало
слуша­
телей
воспринимали
эти
заня ти я
как
некую
доп олнит ель ную
«нагрузку», как еще один
вид
общей
политучебы:
мо л,
все
это
п р екрасно,
но
к
моей
повседневной
работе
отно­
шения
не
им еет.
Другие
товарищи
—
из
тех,
что
поглубже
вникали
в
сам ую
сут ь
пр о­
б лем
конкретной
экономики,— напротив,
убеждались,
что
они,
эти
проблемы,
имеют
к
произ водст ву,
к
повседневным
делам
са мое
прямое
отношение.
Но
— «от
про тив -
нбго».
Оказалось,
что
ко нкр ет ная
экономика
т ребует
од ног о,
а
сис тем а
планирования,
отчетности,
оплаты
труда,
премиальная
си стема
построены
сов ерш енно
по-другому.
Эти
товарищи
у вид ели,
что
экономика
—
в
конф ликте
с
планом,
и
стали
убежденными
с т оронникам и
не обход им ост и
э кон омич ес ких
реформ
в
промышленности.
Нынче
люди
п ря мо -таки
жаждут
экономических
знаний.
Мы
открываем
широкую
сеть
школ
для
ру ководит елей
всех
чинов
и
рангов.
И
я
предвижу,
что
с
каждым
днем
все
больше
заво дских
рабо тн иков
— инженеров ,
техников,
мастеров,
рядовых
рабо­
чи х—
станочников,
слесарей,
сборщиков
— захочет
вникнуть
в
экономику
производ­
с тва,
собственными
руками
«пощупать»
ее
«детали», «узлы», «сочленения»
и
«агре ­
гаты».
Потому
что
ближайшие
месяцы
и
годы
убед ят
каждого,
что
все
это
кас аетс я
его
личн о.
Что
от
того,
наскол ько
глубоко
он
будет
знать
эк оном ику
— общую
и
конкретную,
как
будет
использовать
ее
в
св оей
будничной
р аботе ,
от
т ого,
как
он
—
Иванов ,
Петров,
С идоров
— организует
сво й
труд,
труд
на
своем
участке
и
в
своем
цехе,— зависит
и
лишний
руб ль
в
его
кармане,
и
место
в
детсаду,
которое
займет
его
ребенок,
и
получение
новой
квартиры.
Но,
говоря
о
пе рем ене
отношения
к
экономике
и
к
экон ом ист ам,
я
им ею
в
в иду
не
только
это .
Думаю,
что
ставить
этот
в опрос
надо
еще
шире.
Вот
один
штри х.
Как
известно,
советские
специалисты
всех
профилей
ездят
в
м ног оч исл енные
за ру бе жные
ко манди ров ки ,
черпая
там
бо гат ый
оп ыт,
и
многое
из
того,
что
почерпнули,
с
пользой
применяют
у
себя.
Специалисты
всех
профилей,
кроме
одного:
ни
о дин
з аводс кой
эконом и ст
не
побывал
в
командировке
за
границей!
А
ведь
се йчас
уже
никому
не
на до
доказывать
благотворность
изучения
зарубежного
опыта
и
в
эт ой
об ласти.
Тем
б олее,
что
в
ев роп ейских
социалистических
странах
— ГДР,
ЧССР
и
других
— новая
сис тема
экономики
уже
действует,
и
нам
не
грех
бы ло
бы
вникнуть
в
их
оп ыт
внут риз аво д­
ского
планирования
и
экономического
стимулирования,
уче сть
плюсы
и
не
повторять
ош иб ки.
Завод
имени
Ли ха чева
в ступ ает
в
н овую
экономическую
систему.
На
каждом
из
нас,
лихачевцев
—от
директора
до
рабочего,— лежит
отныне
огромная
ответствен­
ность.
Об
ответственности
мы
привыкли
говорить
мно го
и
часто.
Слово
это
—
высок ое
и
полное
глубокого
смы сла
— даже
не ско лько
стерлось,
поблекло
от
частого
употреб­
ления.
Но
вдумайтесь
в
него
снова:
о но,
не
уход я
из
области
во звыш ен ных
катего­
рий ,
оставаясь
воз выше нн ым,
облекается
отныне
в
четкие,
деловые,
конкретные
одежд ы.
Это
ответственность
пер ед
св оей
совестью,
п еред
обще ством ,
но
и
пер ед
товарищем,
п еред
цехом,
перед
з аводом.
Ибо
теперь
каждый
отвечает
за
все.
Теперь
все
мы,
рабочие
и
служащие
народного
хозяйства,— ответственные
работ н ики .
—
Восемьдесят
миллионов
ответственных
работников?
А.
И.
Б У Ж ИНСКИЙ.
Да,
именно
та к:
восемьдесят
миллионов
ответственных
работ­
ников.
)
*
О тдав
пропуск
вахтеру,
я
вышел
из
пр оходно й
и
двинулся
в
метро.
...Вн ешн е
завод
не
изменился.
Тот
же
протянувшийся
ч уть
ли
не
на
километр
Ав­
то зав одс кой
ко рпу с;
тот
же
бульвар,
пр ор езающ ий
территорию
из
конца
в
конец ;
те
же
г ром ады
цехов,
скупо
цедящие
наружу
кванты
ра бо чего
гула.
Но
насч ет
внутренних
перемен
—
я
ошибся.
Они
начались.
И
прежде
всего
—
в
умах
тысяч
и
тыся ч
автозаводцев.


Ми х.
С
о
н
к
и
н
50-летию
ВЕЛИ КО Ю
ОКТ ЯБ РЯ
Поезд
с
цветочной
Семьдесят
пя тая
комната
По
Не вск ому
проспекту,
минуя
вь юж­
ные
зам е ти,
от
до ма
к
дому,
от
забора
к
а фиш ной
тумбе
торопливо
шагал
рослый
мальчишка
в
огромных
вал енках ,
солдат­
ск ой
шинели
и
вы сок ой
п апахе.
В
его
озяб­
ших
р уках
б ыли
кипы
бел ых
листков
и
ве­
дер це
с
клейстером.
Мальчишка
п роводил
кистью
по
выветренным
объявлениям,
по
старым
военным
приказам,
поблекшим
аф ишам,
и
п оверх
ложились
св ежеот п еча­
тан ные
ли с тк и : «Социалистическое отече­
с тво
в
опасности!»
...Еще
с
конца
1917 года солдаты рус­
ско й
и
германской
армий
ждали
вестей
из
Бреста.
Там
шли
мирные
переговоры.
Пу ш­
ки
молчали.
Но
в
полдень
18 февраля 1918
года
с
неме цких
орудий
вдруг
сняли
ч ехлы.
Вместо
дипломатов
оп ять
за гов орили
пу ш­
ки.
Г ерм анско е
ком андование ,
нарушив
ран ее
под п исанн ое
пе рем ирие,
от кры ло
наступление
по
всему
фронту
от
Балтий­
ск ого
до
Че рног о
моря.
В
Прибалтике
не­
мецкие
войска
в
два
дня
заня ли
Двинск
и
Режицу,
а
24 февраля вошли в Псков.
Той
же
но чью
над
Петроградом
ра з­
не слись
тре вож ные
гудки
заводов.
Утром
газеты
вышли
с
п риз ы вами:
«Рабочие!
К расн огва рдейц ы !
С олд аты!
Петроград
в
опасности!
Рабочие
кв ар­
талы
в
опасности!
Все
на
защиту
отечества!
К
оружию!»
В
с ерой
мгле
рассвета
п еред
Смоль­
ным
выстроились
вооруженные
колон ны
путиловцев
и
рабочих
«Вулкана», балтийцев
и
ижорцев.
Многие
пришли
с
женами
и
детьми.
От
Смо льног о
колон ны
двинулись
к
вокзалам.
Во
главе
шли
ч лены
В ЦИК. ..
«На
фронт!
На
фронт!
Наш
лоз унг : "Победа или
смерть!"»
***
С
дне й
Октя б ря
хозяином
Нев ско го
проспекта
был
ч ел овек
в
серой
шинели
и
черном
б ушлате,
в
поношенном
пальто
и
ов чинном
по лу шуб ке.
Он
приходил
или
при­
езжал
сюда
в
битком
набитом
тра мв ае,
то­
ропился
на
работу,
спешил
в
комиссариаты,
в
очереди
за
хлебом.
Старый
Невский
уже
забывался.
И
вдруг,
словно
из
небытия,
на
з асне женны е
плиты
тро туа ров
вновь
высы­
па ли
р азодеты е
дамы
и
г варде йские
оф и­
церы.
Опять
пожаловали
их
превосходи­
тельства
с
кра сным и
лампасами
и
к рас ны­
ми
лицами.
Вн овь
явились,
т оржес т венно
вышагивая
вд оль
просп ект а,
мудрейшие
г осударс твен н ые
умы,
удаленные
от
дел
рево лю цие й
и
с
тех
пор
занимавшиеся
политикой
в
да м ских
б уд уарах
под
охра­
ной
переодет ых
юнке р ов.
Невский
опять
запестрел
к рестам и,
кантами,
медными
пу­
говицами.
—
С лых али?
—
Как
же ...
—
Након ец
и дет
сп ас ение...
—
Но
все-таки
немцы...
—
Немцы
чт о?
—
Да
сла ва
богу!
—
Прос тра да ли
целый
г од!
—
На вед ет
Вильгельм
п оряд ки !..
—
Банки
сра зу
все
откроем,
—
Упиваться
станем
«Днем»...
—
Все
получим!
Все
верн ем !
—
это
подслушал
в
те
дни
вездесущий
«крас­
ный
поэт»
Дед
Софрон,
он
же
Мужик
Вред­
н ый,
он
же
Демьян
Бедный.
Разумеется,
и
новы й
Невский
никуда
не
исчез.
И
шумели
поединки:
—
Отечество
в
опасности!
Читайте
«Правду»!
—
«Красная газета»! «Красная газета»!
Не
любит
попа
и
каде та!
Читайте
«Крас­
ную»...
Это
звонко
выкрикивали
юные
га зет­
чики,
сыны
рабоч их
окраин.
Их
перебивали
простуженные
голоса:
—
«Вечерние известия»...
Нем цы
в
го­
р оде
Пскове...
Цена
тридцать
копеек...
«Ве­
че рни е...»
Немцы
в
городе
Пскове...
—
Покупайте
«Речь». ..
И ст инно
русская
г азета...
Последние
из вес тия ...
Немцы
п од­
ходят
к
Ревелю...
Это
на
Невский
вышли
продавцы-«доб-
ровольцы»
из
числа
са бот ажнико в
приват-
д оцен тов
и
чинов нико в-с аб от а жнико в,
адво­
159


ка тов
и
гос тино дворц ев,
отста вных
офице­
ров
и
и нте лл иге нтных
дам
без
определен­
ных
занятий.
Новый
Невский
никуда
не
исчез!..
Из- за
Н арвск ой
зас тавы,
с
Лит ейног о,
с
Василь­
ев ско го
острова
на
главны й
проспект
ст о­
лицы ,
направляясь
к
фронту,
вливались
ко­
ло нны
рево люц ионны х
в ойс к —с олдат,
матросов,
крас ногв арде йц ев .
Дамы
и
гос­
пода,
стоявшие
на
тротуарах,
мгно вен но
умолкали.
Их
л ица
бле кл и.
И
еще
больше
хмурились
они,
ког да
подходили
патру ли
и
не
совсем
деликатно
требовали:
—
А
ну,
господа,
очистить
па не ль!
Бы­
стрей!..
С
начала
немецкого
наступления
внут­
ренний
фр оьц
в
столице
обозначился
не
только
на
Н евском
проспекте.
... С
рас св ета
и
до
полуночи,
с
но чи
и
до
рассвет а
в
Семьдесят
п ятой
комнате
Смольного
не
стихал
г удя щий
говор
—то
вс т ревоже нно
торопливый,
то
опасливо
пр и­
глушенный...
Парень
лет
пятнадцати,
худой,
д линно ­
рукий,
в
замасленном
карт уз е,
ерзая
на
стуле,
волнуясь,
не
д огов аривая ,
ра сс казы­
вал
о
том,
что
он
«самолично видел» . ..
В че­
ра
ве че ром
к
п одъ езду
дома,
в
котором
он
живет,
подъехал
автомобиль,
и
ка кие -то
в ое нные
сняли
с
грузовика
и
пронесли
в
п одъез д
тяжелые
ящики.
«Наверно,
п уле­
ме ты»,..
Ком ис сар
Михаил
Цы ганков,
мо лодой
человек
в
ко жано й
к ур тке,
высл ушал
па рня,
записал
адрес
и
с каза л,
что
сейча с
же
на­
правит
ко го
следует.
В
другом
уг лу,
за
столом,
ско лоч енным
из
досок,
сидел
коми сс ар
Матулевич,
рабо­
чий,
орат ор,
см углолицы й
человек
в
сук он­
ной
солдатской
ши не ли.
Он
слушал
ст а­
рушку,
кото рая
тоже
пришла
поведать
о
том ,
что
взбу дор ажи ло
ее.
Она
стояла
в
оч еред и
за
хл е бом.
Там
го вор или,
буд то
в
Питере
му ки
ос та лось
на
два
дня.
«А потом
— хоть
камни
г рызи:
подвоза
нет».
А
еще
гов орили,
будто
Ленин
со
своими
помощниками
собирается
бежать
в
Мос кву .
А
какая -то
барыня
объяс няла :
Ленин
потому
собирается
беж ать ,
что
тай­
но
заключил
с
Вильгельмом
договор:
очи­
с тить
столицу
в
надлежащий
ср ок.
За
это
Ленину
обещаны
миллионы.
В
Семьдесят
пятой
к омн ате
выслуши­
в али
всех
и
в сё,
ибо
по
опыту
знали:
в
са­
мых
невероятных
сл ухах,
в
ворохе
самых
н емыс л имых
небылиц
вдруг
обнаруживает­
ся
такое,
что
впоследствии
при обретает
важность
чрезвычайную.
Зазвонил
те лефо н.
Подошел
стеногра­
фист
В.
Кронберг.
Доклады вал
красногвар­
д еец
Павел
М икалю нас
с
зав ода
«Бр.
Эк-
в аль».
Товарищ
Па вла
по
заводу,
рабочий
Кудрявцев,
ез дил
в
деревню
под
Лигово
покупать
картошку.
Там
он
узн ал,
что
почти
у
к аждого
хозяина
в
погребах
попрятаны
пулеметы.
Ко
все м
приезжающим
из
Пи­
тера
присматриваются,
п охо же,
что
кого-то
ждут...
В
Семьдесят
пятую
то
и
д ело
вбе г али
курьеры
—
юн ые
ко мму нар ы,
присланные
в
помощь
Смольному
из
Союза
социали­
стической
молодежи.
Передавали
сро ч ные
тел еграм мы ,
письма,
па кеты ...
Комитет
Латышского
района
петроград­
ско й
организации
РС ДРП (б)
ин формировал ,
что,
по
полу чен н ым
сведениям,
Эрнест
Ба­
ро н,
служащий
в
на род ном
к ом иссариате
продовольствия,
— дав ний
аге нт
германской
разв едки.
Надо
немедленно
аре стовать
его.
Улики
налиц о.
Разведчики
Семьдесят
пя той
комнаты,
действовавшие
по
всему
Петрограду,
до­
кладывали:
на
Васильевском
острове,
в
кварт ире
п ол ковн ика
Ф ролов а,
собираются
п одо зри тел ьные
личности;
похоже,
что
это
б е логв ардейс кие
офицеры...
В
Па жес ком
корпусе
полно
офиц еро в
с
фрон та ,
там
г оры
оружия...
А
на
Ива но вск ой
улице
в
до ме
No
13 явочная квартира какого -т о
«Капитана». . .
На
Александровском
рынке
торгуют
винтовками,
словно
леденцами.
... Обо
вс ех
донесениях
дежурные
не­
медлен н о
сообщали
Владимиру
Дм итр и­
евичу
Б онч - Бруевичу —
главн ому
комисса­
ру
Семьдесят
пя той
комнаты.
Тут
же
при­
нимались
решения...
«Предписывается ко­
ми ссару
т оварищу
Пискунову
отправиться
на
Васильевский
остров, 22 линия,
произве­
сти
расследование
на
основании
заявления
на
п олков ника
Фр олова .. .
В
случае
надоб­
ности
арес тов ать
п олков ника
и
пр оиз ве сти
обыс к
в
квартире».
Ко мис сару
М.
Д.
Цы­
г а нков у— «. ..ру ков одить
действиями
при
обыске
и
занятии
Пажеского
к орп уса.. .
О ружие
отобрать,
находящихся
в
корпусе
[офицеров]
переписать
и
ждать
дальнейших
распоряжений
по
телефону».
К ом исса рам
Александрову
и
Олехно
ср очно
выехать
на
И ван овск у ю, 13, «по результатам обыска
п роиз вест и
арест;
арестованных
доставить
в
Смольный
институт,
комната
No
75»...
Ко­
митету
латышских
стрелк ов
при
Смоль­
но м—
«завтра,
27 февраля ,
к
12 часам
выслать
к
Александровскому
ры нку
отря д
в
100 человек ,
перекрыть
все
дороги...
Про­
изве ст и
облаву,
оружие
изъя ть...
Социали­
стическому
отряду
из
П етро павловской
кр е­
пости,
Ос обо му
революционному
отряду
с
Миллионной, 30 — действовать
сов мес тно
с
латышскими
стрелками»...
Пакеты,
пакеты...
Секретная
инф орм а­
ция
от
Исполнительного
ко мит ета
Н икола­
евск ой
же лез ной
дороги...
В
последние
дни
поступают
анонимные
письма
с
уг розой:
ес ли
Смольному
б удут
даны
поезда
для
«бегства
С овн арком а»,
то
Николаевский
вокзал
«взлетит в воздух». ..
И
по
этому
до­
несению
п риним ают ся
меры.
Над
Петроградом
неистовый
февраль­
ский
ветер.
По
окн ам
Смольного
шуршат
мелкие
льдис тые
дробинки.
Вокруг
ночь.
Но
в
Семьдесят
пятой
по-прежнему
горят
огни.
***
Эту
к омн ату
на
третьем
этаже
Смоль­
но го
в
Петр огра де
знали
м ног ие.
И
друзья,
и
враги.
Сначала
там
размещался
Петро­
г радск ий
Военно-Революционный
комитет.
Это
туда
веч ером
24 октября 1917 года в
160


сопровождении
связного
ЦК
п артии
боль ­
шевиков
пришел
В.
И.
Ленин.
Он
был
то гда
без
бороды,
в
очках,
с
перевя зан н ой
ще­
к ой,
в
мят ой
фуражке
и
легоньком
осеннем
пальто.
Это
там
он
вп ер вые
с нял
с вой
кон­
спиративный
камуфляж;
отсюда
руководил
Октябрьским
восстанием.
Пото м
В.
И.
Ле нин
получил
отдельный
кабинет
— уже
в
качестве
Председателя
С овета
Народных
Комисса ров.
И
кабинет
этот,
и
с ек рет ариат
(приемная), и уп равле­
ние
делами
С о внарко ма
разместились
тоже
поблизости.
После
Октя бря
Пет рог р адск ий
Военно-
Революционный
к ом итет
из
оп ера тивно го
шта ба
вос стания
превратился
в
штаб
борь­
бы
с
ко нтр рев ол юцие й.
В
Семьдесят
пятую
и
со сед нюю
с
ней
ком нат у
неп рер ы вно
поступали
донесения
о
п ере движении
войск,
настроении
сол дат
гарн изон а
и
по­
ложении
на
фабриках
и
заво дах ,
об
агита­
ци и,
кот орую
вел и
в
ка зарм ах
кадеты
и
э с ер ы, «пасторы» (переодетые агенты нем ­
цев
и
ам ери канцев )
и
проповедники
из
вс я­
ких
«православных»
общ ин;
о
совещаниях,
гласных
и
тайных,
бур ж уа зных
политиков,
дипломатов,
о
том,
что
делает ся
в
генер аль ­
ном
штабе
и
в
конт ор ах
бан ки ров,
на
же­
лезных
дорогах,
в
особняках
князей
и
за­
водч иков.
У>ке29октября при ВРК(Военно-Рево­
люционном
комитете)
была
создана
«Осо­
бая
разведка»,
состоявшая
из
п итерц ев-
к расног вар дейц ев,
бесстрашных
и
надеж­
нейших
рабочих,
пр еим ущес т венно
членов
партии
б оль шев иков.
Это
они
совмест н о
с
ком ис сарам и
ВРК
до ста вля ли
в
Семьдесят
пятую
матерых
шпионов,
заговорщиков,
предателей,
де ржавш их
затем
отв ет
перед
следственной
ко миссией,
кот орую
возглав­
лял
один
из
ближайших
со труд нико в
В.
И.
Ленина
Владимир
Дмитриевич
Бонч-
Бруевич.
Но
сами
разв едч ики,
будь
они
се ми
пядей
во
лб у,
не
мог ли
бы
справиться
с
той
работой,
к отор ая
на
них
обрушилась.
И
кажды й
из
них
имел
десятки
доброволь­
ных
помощников—среди
рабочих,
сол д ат,
гимназистов,
прислуги,
дв орн ико в.
5 декабря 1917 года Петроградский
Воен но -Револ ю цион н ый
комитет
закончил
сво ю
деятельность.
Два
дня
спустя
была
образована
Всероссийская
Чрезвычайная
комиссия
по
борьбе
с
кон тр рев олюц и ей,
сп екул яци ей
и
саб отаж ем
(ВЧК) .
Ко мис сию
возглавил
Ф.
Э.
Д зержин ск ий.
Ее
штаб-
кв арт ирой
стал
дом
быв шего
градоначаль­
ника
на
Гороховой
(ныне ул.
Д з ержинск ог о),
No
2.
Но
Семьдесят
пят ая
комната
не
о пу­
стела.
Время
было
т руд ное.
Антисоветское
подполье
вело
атак у
широким
фрон том.
В
начале
дек аб ря
1917 года Петроград охва ­
тила
в олна
пьяных
погромов.
В
п одв алы
Зим нег о
дворца,
к
винным
заводам
и
по­
гребам
ринулись
б ося ки,
об итатели
п етер­
бургских
притонов,
солдаты-дезертиры,
анар хи сты,
мародеры,— словом,
всяческие
подонки,
по -сво ему
исто л к ова вшие
сво­
боду,
данную
революц ией.
Упившись
до
о мер зе ния,
г ромил ы
разбредались
по
гор о­
ду,
устраивали
побоища,
гра бил и
ма гази ны,
квартиры,
к ассиров,
нападали
на
представи­
телей
Совет ск ой
в лас ти.
Как
пот ом
выяснилось,
все
направля­
лось
одной
рукой
—
контрреволюционной
орг аниза цие й,
возглавляемой
кадетами
и
ч ерносот енц ам и.
Она
ра сп ола гала
огром­
ным и
средствами
и
обращала
их
на
под­
готовку
мятежа
против
Советской
власти.
Контрреволюция
был а
заинтересована,
чтобы
в
столице
«свободно рыскал зверь,
а
ч ел овек
ход ил
пугливо»: в такой
ка ше
был о
ле гче
осуществить
заду ман ное .
Для
этого
и
создавались
банды
ра зб ойнико в,
рас сы лали сь
по
Петрограду
агитаторы
пьян­
ства,
ко то рые
восхвал я ли
развеселое
житье
и
распространяли
листовки
я кобы
и сход ив­
шие
от
Советской
влас ти
и
разрешавшие
б рать
вс е,
что
гла за
в идя т: «все наше,
все
теперь
общее...»
Н адо
был о
н емед ля
положить
эт ому
конец .
4 декабря Петроградский Совет
образовал
Особый
к омит ет
по
борьбе
с
по­
громами.
Р ук оводст во
им
воз лож или
на
В.
Д.
Бонч-Бруевича;
чрезвычайным
воен ­
ным
комиссаром,
подчиненным
Комитету,
стал
Г.
И.
Благонравов.
Сам
Комитет
сфор­
мировался
из
особо
выбр ан ных ,
тщате льно
п ровер енны х
парт ийцев- раб оч их.
8 декабря 1917 года В .
И.
Л енин
пис ал
в
Петроградский
комитет
пар тии :
«Прошу доставить не менее 100 чело­
век
абсолютно
надежных
членов
пар­
тии
в
ком нат у
No
75, III эт аж ,— комит ет
по
бор ьбе
с
по гр омам и.
(Для несения службы
комиссаров).
Д ело
а рхиваж н о.
Па ртия
отв етст венна.
Обратиться
в
районы
и
в
заводы».
И
сн ова
о
ко миссарах
Семьдесят
пятой
з аго ворил
едва
ли
не
весь
П етр огр ад.
Гор од
был
объявлен
на
о садно м
по ло­
жении.
Погромщиков,
застигнутых
на
ме­
сте
преступления,
тут
же
расстреливали.
Против
подстрекателей
и
пьяных
мароде­
ров
высыл а ли
б роневики ...
Через
три
дня
пьяные
погромы
пре­
кратились.
Но
Комитет
не
был
распущен.
Он
стал
одн им
из
ближайших
по мощ нико в
ВЧК
в
ее
бо рьбе
с
антисоветскими
загово­
рами,
со
шпионами
и
тер рорис там и .
В едь
первые
месяцы
ВЧК
был а
очень
м алоч ис­
ленной—
100—120 сотрудников.
Поэтому
помощь
полутораста
ком ис са ров
Семьдесят
пятой
оказалась
весьма
существенной.
В.
Д.
Бонч-Бруевич
г овори л
о
св оих
сот руд никах
как
о
лучших
представите­
лях
питерских
рабочих,
как
о
наде жном ,
ис пыта нн ом,
на
все
готовом
кадр е
боевого
пролетариата.
«Комиссарами Семьдесят пятой»
наз ы­
вал и
и
разведчиков-порученцев,
к отор ые
с
первых
дне й
револю ц ии
нах оди лис ь
в
прямом
подчинении
В.
Д.
Бонч-Бруевича
как
председателя
следственной
комисси и
Семьдесят
пятой
и
как
управляющего
де­
лами
С овнарком а.
В
любой
час
дня
и
но чи
м чали сь
эти
комиссары
из
Смольного
с
пакетами,
устными
приказаниями
и
чрезвы­
чайными
поручениями
в
районные
к оми­
те ты
п ар тии,
районные
совдепы,
в
полки,
следственные
к омиссии
р еволю ц ионны х
к ом ит етов.
Им
доверяли
то,
что
другим
11
Москва
No
1
161


доверить
было
невозможно.
Они
в сегда
были
под
рукой,
ког да
нужно
было
чт о-то
разведать,
узнать—очень
важное
лично
для
Ленина,
для
народных
ком ис саров.
В
людском
п оток е,
котор ый
разлился
по
Смольному,
не
вс егда
были
то лько
друзья.
Нуже н
был
г лаз,
что бы
охранять
В.
И.
Ленина,
членов
Центр аль ног о
Коми­
тета
партии
и
чл енов
правительства.
Охра­
нят ь
не
только
у
д верей
кабинетов.
Комис­
сары
Семьдесят
пятой
появлялись
т ам,
где
о
существовании
их
никт о
и
не
догады­
вался.
Документы
архивов
сохранили
им ена
не котор ых
из
этих
товарищей.
Среди
них
бы ли
Его р
В орон цов
и
П оловин к ин
—
крас­
ногвардейцы
Петроградского
трубочного
завода
(они прибыли в Смольный 29 ок­
тябр я
(10 ноября) 1917 года); Григорий Быч­
ков
и
Семен
Сидоренко
— матросы
1-го
Балтийского
э кипа жа;
рабочий,
матрос
Ми­
хаил
Цы ган ков.
В
документах-удостовере­
ниях,
ко тор ые
им
выдавали,
они
знач или сь
то
«находящимися на ответственных рабо­
тах
при
управлении
делами
Совет а
Народ­
ных
Комиссаров», то «личными
секретаря­
ми
председателя
СНК
товарища
Л ен ина», то
просто
«комиссарами Семьдесят пятой ком ­
нат ы
Смольного».
'
Сох ран ила сь
ленинская
записка
с
отзы­
вом
о
Семене
М оисе евич е
Сидор енко .
Б алтийс кий
матрос,
он
в
ноябре
1917 года
уез жал
в
Ен исейск ую
губернию
для
распро­
странения
агитационной
литературы.
По
возвращен ии
в
Петроград
С идо р енко,
как
яв ст вует
из
удост овер ения ,
вы дан ного
ему
уп равл ен ием
делами
Совнаркома,
в
начале
1918 года состоял
«личным
с екр етар ем
Председателя
Совета
Народ н ых
Ком исс а­
ров
то в.
Л енин а».
Но
в
э той
должности
пробыл
недол го.
В
начале
марта
был о
ре­
ше но
использовать
Сидоренко
на
работе
в
ВЧК .
Возникли
осл ожне ния.
Матрос
обра­
тился
к
В.
И.
Ле н ину.
4 марта 1918 года
В ладими р-
Ильич
написал
з апи ску
предсе­
дателю
ВЧК
Ф.
Э.
Дзержинскому:
«Тов.
Дзержинский!
П одател ь
Сидорен­
ко
был
моим
личным
с ек рета рем
неско ль­
ко
дней.
Я
был
им
вполне
доволен.
Уволен
он
был
за
один
случай,
когда
в
пьяном
вид е
он
кричал,
как
мне
передали,
что
он
«сек ­
ретарь
Ленина».
Сидоренко
гово рит
м не,
что
он
глубо­
ко
покаялся.
И
я
лично
склонен
вполне
вер ить
е му;
парень
мол одой,
по-моему,
очень
хорош ий.
К
м олодо сти
на до
быт ь
снисходительным.
На
основании
всех
эти х
фа ктов
судите
с ами,
смот ря
по
тому,
на
какое
место
п ро­
чите
его.
Ваш
Л ени
н».
Требовательность
—
будь
дис ципл ин и­
рован
и
скромен!
—
и
знание
тех ,
кто
окружал
Ильича,
и
вера,
что
доброе
в
че­
лов еке
сильнее
т ого,
что
толкнуло
его
на
неверный
ш аг,
и
з абота
о
том,
кто,
осту­
пившись,
хочет
выйти
на
п равил ь ную
доро­
гу,—
все
это
в
коротенькой
ленинской
записке!
О
т.
П олови нкин е
(инициалы его ,
к
со­
жал ен ию,
установить
не
удалось)
В.
Д.
Бо нч-
162
Бруевич
гов ор ил
как
об
одном
«из предан­
нейших
охранителей
Владим и ра
Ильича
Ле ни на »; «это первый служащий,
кот орого
я
пригласил
в
С овн арком ».
Пришел
1918 год.
То
здесь,
то
там
рас­
крывались
новые
контрреволюционные
за­
г оворы .
Комиссары
Семьдесят
пя той
ос та­
вались
на
посту.
Они
«открыли много поли­
тических
и
уг оловны х
преступлений,
среди
которых
были
очень
крупные
и
ва ж­
ные...» —
св идет ельс тво ва л
В.
Д.
Бонч-Бру­
евич.
Когда
началось
германское
наступле­
ние
и
был
образован
Комитет
революцион­
ной
об орон ы
Пет рограда,
б оевые
товари ­
щи
из
Семьдесят
пятой
стали
исполнять
расп оря жени я
и
эт ого
Комитета.
Не
теря ть
ни
минуты,
удар
из вне
под ­
к реп ить
ударом
изнутри—таков
был
пла н
антисоветских
п одполь н ых
центров,
активи­
зир о ва вшихся
в
дни
немецкого
наступле­
ни я.
Но вую
опасность
Смольный
об на ружил
вовремя.
Еще
21 февраля Совет Народных
Ком исс аро в
постановил:
н еприя те льских
агентов,
г ром ил,
контрреволюционных
аги­
таторов,
шпионов
расстреливать
на
месте.
Ко мит ет
рево люци онной
обороны
Петро­
града
предписал:
все
г осударс твен н ые
и
общественные
здания
взять
под
охрану.
На
улицы
направить
красногвардейские
патру­
ли.
Предотвращать
всякие
с бо рища
и
ан­
тисов ет ские
выступления.
В сем
ча стны м
лицам
н ем едленн о
сдать
оружие.
Заде р­
жанны е
с
оружи ем
подвергаются
ра сстре­
лу!
Все
нападающие
на
революционную
Россию
подлежат
расстрелу!
В
конце
ф евр аля
В ЧК,
ком ис сары
Семь­
десят
пя той
комнаты,
а
такж е
исп олком ы
районных
Советов
провели
массовые
ноч­
ные
обыски
в
бур жу а зных
дом ах
и
подо­
зрительных
учреждениях.
Чекисты
и
ко­
миссары
извлекли
много
оружия
и
зах в ати­
ли
важные
документы.
Разве ды ва те льны е
данны е,
добытые
в
те
дн и,
ясно
указывали
на
то,
что
терро­
рист ич ес кие
ак ты,
подготовляемые
п од-
польными
контрреволюционными
центрами,
направлены
прежде
всего
против
ру ково­
д ящих
деятелей
бол ьш евист ск ой
п артии
и
Советского
правительства.
Наряду
с
немец­
ким
наступлением
это
обстоятельство
со
всей
острот ой
ста вило
воп рос
о
целесооб­
разности
дальнейшего
пребывания
п рави­
тельства
в
Петрограде.
Становилось
оч е­
ви дн ым,
что
советскую
столицу
над о
пере­
нести
подальше
от
фро нта,
в
более
безо­
пасное
место.
В.
Д.
Бонч-Бруевич,
располагая
обшир­
ной
сек ретно й
ин формац ией
революцион­
ной
р азведки,
пришел
к
выводу,
что
«смольнинский период истории советского
правительства
должен
бы ть
закончен
и
что
правительству
необходимо
пер еез жа ть
в
центр,
в
Москв у».
В.
Д.
Бонч-Бруевич
доложи л
о
своих
выводах
В.
И.
Ленину.
Владимир
Ильич
со­
глас ился ,
что
«необходимо взять курс на
подготовку
учреждений
к
п ер еезду
в
Мо­
скву».
Но
условились
пока
это
«не разгла­


шать,
в
Москву
п редварит ел ь но
не
с ооб­
ща ть
и
переезд
органи зоват ь
насколько
возможно
внезапно».
Очевидно,
в
тот
же
день
В.
И.
Ле нин
написал
проект
постановления:
«1) Выбрать местом нахождения Мо­
скву.
2) Эвакуировать каждому ведомству
т олько
минимальное
количество
р уководи­
те лей
центрального
адм ин ист рати вн ого
ап­
парата,
не
боле е
2-3
десятков
человек
(плюс семьи).
3) Во что бы то ни стало и немедленно
вывезти
Государственный
ба нк,
золото
и
Экс п ед ицию
заготовления
государственных
бу ма г».
Ночью
26 февраля ленинский проект с
незначительными
изм енен ия ми
был
ут вер­
жд ен
на
за кр ытом
заседании
Сов наркома.
Только
нем ног ие
были
в
это
посвящены.
Лицом
к
лицу
Расп оряж ен ие
Комитета
революцион­
ной
обороны
П ет рогра да:
«Ввиду чрезвычайного времени необ­
ходим о
у си лить
о храну
желез ны х
доро г
и
в
особенности
ж.
д.
мостов.
Охрана
Нико­
лаевской
имеет
величайшую
важность.
Сове ту
железнодорожных
депутатов
Ни кол аев ско го
узла
предлагается
немед­
ленн о
органи зоват ь
Кра сну ю
Арм ию
для
охраны
путей
Н иколаевской
дороги.
Крас­
ног вардейц ы
буд ут
вооружены
для
это й
цели
немедленно».
Этот
приказ
последовал
в
первые
же
час ы
деятельности
Ко ми тета
революцион­
ной
обор оны
П етрогр ада.
Ночью
21 фев­
ра ля
на
главный
столичный
вокзал
из
См рльног о
возвратился
комиссар
и
член
Исполнительного
к омитет а
дороги
П етр
Лебит.
Он
прошел
на
второй
эт аж,
где
за­
седал
Исполком.
Ком иссар
рассказал
о
при каз ах,
полученных
в
Смольном,
и
пред­
лож ил
пла н
действий.
Д орож ный
совет
рабочих
депутатов
управлял
дорогой,
исполнял
ф ункц ии
проф­
союзные,
а
с
нед ав них
пор
—и
Централь­
ног о
Военно-Ре волю ци онного
комитета
до­
роги.
Конторщик
и
сл ес арь,
токарь
и
при­
сяжный
поверенный,
ст рело ч ник
и
вагонный
мастер,
см аз чик
и
ве совщ ик
— люди,
рево­
люцией
открытые
и
ею
взращенные,—
вот
кто
составлял
этот
Комитет.
Петр
Гри горь е вич
Лебит,
партиец
с
б ар­
рик адных
дней
первой
ру сской
револю ции,
вс третил
1917 год в Петрограде рабочим
завода
«Айваз» .
На
Николаевский
вокзал
он
впервые
прибыл
не
то
25, не то 26ок­
тябр я—
с
напутствием
Я.
М.
Свердлова,
с
мандатом
Петроградского
военно-револю-
цяонного
к о ми те та : «Чрезвычайный комис­
сар
Н и колаевск ой
дороги
и
в окза ла» ...
Он
и
в
феврале
в осемн адцат ого
ост авалс я
на
этом
посту.
Паве л
Осипо вич
Осипов
был
членом
Исполкома
дороги
еще
в
дооктябрьском
его
со ста ве.
Не
все
т огдашн ие
комитетчики
(среди них большинство составляли эсеры ,
сто ронн ики
Викжеля )
вс трет или
к ом иссара
Смольного
дружелюбно.
Многие
игнориро­
вали
его
приказы.
Петру
Лебиту
пришлось
вы зв ать
из
Смольного
отряд
матросов,
а ре стов ать
саб от ажни ков
и
вм есте
с
рево­
люционными
рабоч им и-жел езн од орожни­
ками
на лажив ать
движ ение.
«Одним
из
первых,
который
предложил
мне
помощь
в
раб от е,—
вспоминал
Петр
Л ебит ,—
был
т.
Осипов».
Он
«оказал громадную услугу
революции».
В
начале
де кабря
дорожны й
делегатский
съезд
избрал
новый
сост ав
Исполкома.
Председателем
с тал
Павел
Осипов.
Николай
Иванович
Калю кин
по
пр о­
ф ессии
был
слесарь.
Года
два
на зад
он
пришел
в
депо
Петроград-Московское.
Пр инял и
его
холодно:
среди
мастеровых
был о
много
вах но вц ев...
Когда-то
давно
поступил
в
деп о
сто ­
ляр
из
д еревн и
В ахнов о,
что
на
Смолен­
щине.
За
ним
—
другой,
третий.
Так
и
со­
б рали сь—
сваты,
кумовья,
зе мля ки.
В
Пит е­
ре
они
и
че рез
много
лет
вы деля л ись
среди
прочего
мас теро во го
л юда.
Имели
на
ро­
дине
с вои
дома,
сво ю
землицу
и
скот ину.
Сло в ом,
п олурабоч ие,
полукрестьяне,
да
с
особ ой
закв ас кой :
«Мое!».
Вахновцы
(это
имя
стало
нарицательным,
ибо
из-под
Ко ст­
ром ы
или
из-под
Т вери
нередко
приходили
такие
же)
держ ались
подальше
от
поли­
тики,
крепко
дорожили
своей
копейкой,
припрятывали
ее
на
черный
д ень
и
терпеть
не
могли
«фабричных»: по понятиям вах­
новцев,
те
«подкапывались»
под
их
зем ­
лицу,
под
их
дом а
и
копе й ки.
А
Николай
Ка люкин
уже
кое -что
см ыс­
лил
в
политике
—не
раз
читал
большевист­
ск ие
прокламации.
Был
знаком
и
с
теми,
кто
приносил
их
в
депо.
Скоро
и
сам
б рал
такие
листки
для
своих
товарищей.
Вахнов­
цев
Калюкин
обходил.
К
февралю
семн а­
дцатого
года
Николай
уже
тв ердо
опре де­
лил
свой
ма ршру т
—с
б оль шевик ами .
И
в
тот
день,
когда
поднялся
рабочий
Питер,
Николай
первым
крикнул
слесарям,
моло­
тобой цам,
кузне цам:
—
Ре бят а,
баста!
На
улицу!
С
красны м
знаменем,
с
б оевы ми
п ес­
ням и
вышли
на
Лиговку.
—
Вон
ты
какой!
— поеживаясь,
сказа­
ли
вахновцы.
И
з апом нил и:
Калюкин
—
большевик.
В
июльские
дни
в
ту
ст орону,
где
за
верст аком
ра бо тал
Калю кин,
летели
бо лты
и
гайки.
Но
запугать
его
не
удалось.
В
сен ­
тябре,
когда
разг оре лся
корниловский
мя­
теж,
большевик-слесарь
первым
из
депов­
цев
вз ял
винтовку.
В
о ктябр е
он
шел
во
главе
отряда
кра сно гва рде йц ев
на
штурм
Зимнего.
По
мандату
Исполкома
д ороги
твердой
рукой
вводил
рабочий
контр оль .
Где
надо
было
действовать
по-революцион-
но му,
силой,
нап ра вля ли
Николая
Калюкина.
Сродни
ему
был и
и
другие
члены
Ис­
полк ом а—
токарь-партиец
Николай
Саар-
ман,
рабочие-движенцы
Але кс андр
Фал ь-
кевич,
Александр
Кастров,
А.
С.
Мамаев,
бывший
присяжный
поверенный,
больше­
вистский
агитатор
Павел
В омп е...
163


...П ос ле
П етра
Лебита
на
заседании
Исполкома
дороги
г ов орили
Павел
Осипов
и
Николай
Калюкин.
Постановили:
первое
— воссоздать
Чрезвычайное
рев олюцио нно е
бюро
и
сформ ировать
чрез вы чайн ые
революцион­
ные
силы
для
охраны
дороги
—
вокзалов,
путей,
мостов.
Охрану
Ни кола евс ко го
в ок­
за ла
возложить
на
членов
Исполкома
Пе т­
ра
Лебита
и
Николая
Ка люкина;
второе
—
«для борьбы с наступательным движением
германцев
по
Н иколаевской
ж елез ной
до­
роге»
и
с
дезорганизованными
элемента­
ми,
покидающими
фрон т,
двинуть
в
ра йон
Б ологое
—
Полоцк
подрывные
поезда
и
партизанские
летучие
отряды.
Их
задача
—
выводить
из
угрожаемых
районов
подвиж­
ной
состав,
взрывать
в се,
чем
мо жет
во с­
пользоваться
враг,
поддерживать
на
лини­
ях,
ведущих
к
Петрограду,
железный
ре во­
люционный
пор ядо к.
Тут
же
выдали
манда ты.
Оди н
из
них
—
Николаю
Ка люки ну:
«ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЙ
КОМИТЕТ
рабочих,
маст еро в ых
и
служ ащи х
Никол ае вск ой
ж.
д.
21 февраля 1918 года
No
678
Петро!
рад
УДОСТОВЕРЕНИЕ
Да но
сие
члену
Исполнительного
Ко мит ета
тов .
КАЛ ЮКИН У
в
то м,
что
он
по
постановлению
Комитета
в
заседании
от
21 февраля избран
чле ном
Чр езвыч а йного
революционного
бю ро
по
охране
Ни колаев ­
ско й
ж елез ной
до рог и,
которому
даны
самы е
широкие
полномочия
в
отношении
уст ановл ения
порядка
и
охраны
на
дороге
вплоть
до
применения
оружия .
Исполнительный
комитет
просит
все
районные
Советы
рабочих
и
солдатских
деп утатов
и
местных
организаций
в
потребных
слу­
чаях
оказывать
то в.
К АЛ ЮКИНУ
всяко е
содействие.
Пре дсед атель
Исполнительного
Комитета
—
П.
Осипов.
Сек рет арь
—
А.
Иванов».
Павел
Вомпе
получил
предписание
от­
правиться
на
«линию
Пол оцк
—
Бологое
для
обра зован ия
па ртиза нск ого
отряда
Ис­
полнительного
ком и тета. ..»
К
утру
О сипов
и
другие
члены
Испол­
ко ма
были
уже
на
линии:
«Кому дорог Петроград с его проле­
тар ски м
населением,
должен
сейчас
же
идти
на
Николаевский
вокзал.
Там
воору­
жат...»
Вновь,
как
в
Октябрьские
дни,
в
до­
рожные
комитеты
по тяну ли сь
машинисты
и
смазчики,
слесари
и
телеграфисты...
Через
два-три
дня
Чрезвычайное
ре во люц ионно е
бюро
по
охране
дороги
уже
располагало
не ско льки ми
красногвардейскими
отря­
дам и.
В
подчинение
Бюро
перешли
и
о тря ды,
сф орм иров анны е
еще
в
Октя бр е.
Чрез вы ­
ч айн ому
бюро
была
подчинена
и
жел езн о­
дорожная
мил иц ия,
впрочем,
тогда
еще
малочисленная.
На
главном
столичном
вок ­
зале
было
сформировано
не ско лько
крас­
ног вард ейских
дружин.
Одну
из
них
воз­
главил
старый
путеец
большевик
Ив ан
Ив а­
но вич
О тто.
***
Проснувшись
утром
27 февраля ,
Пет­
роград
увидел
на
стенах
многих
домов
от печ ата нные
на
п ишущ их
машинках
пр о­
к ла ма ц ии : «Россия продана немцам!»
На
Невском
и
Владимирском
п роспек ­
тах,
на
М иллион н ой
и
Лиговке
появилось
еще
больше
чем
прежде
продавцов
б ур­
жуа зных
г азет.
Они
обращались
к
«своим»,
из
«интеллигентных», и кричали:
—
Новое
предательство
Смольного!..
России
больше
нет!
Россия
кончилась...
Читайте
«Речь», здесь все написано ...
Вместе
с
«Речью»
продавцы-доброволь­
цы
вручали
листки:
«Германские генералы предлагают пе ­
тербургскому
населению
зап а стись
продук­
там и
на
деся ть
дней...»
И
шеп отом:
—
Через
десять
д ней ...
На
первый
взгляд
п рот иво речие: «Рос­
сия
продана
немцам»—и
из
то го
же
ла­
гер я: «Немцы,
слава
б огу,
скоро
будут
в
П етрогр аде» .
В
чем
же
де ло?
С
той
поры,
как
в
Бресте
начались
м ир­
ные
переговоры,
в
политической
жизни
России
не
было
ни
одного
сколько-нибудь
значительного
события,
которое
в
той
или
ин ой
ме ре
не
окрашивалось
бы
огнями,
ис­
крам и
и
дымами
Бреста
— следствием
столкновений
кл ассо в,
па рти й,
групп
и
отдельных
личностей
из-за
проблем,
кото­
рые
ре ша лись
дипломатами
в
древней
Брестской
крепост и.
Переговоры
с
Германией
с
самого
на­
ча ла
был и
трудными.
Советская
Россия
стремилась
подписать
равноправный
мир,
мир
без
аннексий
и
контрибуций.
Герман­
ский
им п ериали зм
преследовал
откровен­
но
гр аб итель ск ие
цели.
Немецкие
дип лом а­
ты
в
Бресте
потребовали,
чтобы
Россия
согл аси лас ь
признать
террит ориал ьн ы е
за­
хваты,
уже
п роиз в еденны е
г ерм анско й
армией,
и
сверх
т ого
— очистить
ряд
обла­
стей
Литвы
и
Латв ии,
всю
Эстонию,
ча сть
земель
Белоруссии,
предоставить
Гер ма нии
св обо ду
действий
на
Укр аине
и,
наконец,
выплатить
колосс аль ну ю
ко нтри бу цию.
В
русском
языке
не т,
к ажет ся,
сл ов
бо­
лее
сур овы х
и
беспощадных,
чем
те,
к ото­
рые
употреблял
В.
И.
Ленин,
что бы
дать
оценку
германским
требованиям.
Он
назы­
вал
их
зверскими,
угнетательскими,
похаб­
164


ными;
он
г оворил,
что
этот
мир
архит яж -
кий ,
позорный,
не сча стны й.
Но
при
всем
эт ом
Лени н
предлагал
э тот
мир
принять.
С овет ское
правительство
сто яло
то гда
п еред
в ыбо ром:
ли бо
мир
и
тогда
— пере­
дышка,
кот ора я
позволит
укрепиться,
от­
стоять
завоевания
Октября,
угл убит ь
соц иа­
листические
пре об разов ания ,
сохранить
отечество
социализма,
ли бо
— схв атка
с
мо­
гущественным
враг ом
при
от су тст вии
у
мо­
лодой
рес пу бли ки
боеспособной
армии
(старая
—
голодная,
раздетая,
безо руж ная ,
мораль н о
истомленная
— расходилась
по
дом ам,
а
н овая
еще
только
з арож д ала сь);
сх ват ка
в
условиях
наи невыг одн ейши х
и
то г­
да—
наверн я ка
гибель
всего
того,
что
до­
быт о
ценой
борь бы
и
тяжелых
жертв
тру­
дового
народа
Ро сси и,
гиб ель
Республики
С ов етов.
П оложение
в
стр ане
и
в
партии
ослож­
ня лось
те м,
что
среди
членов
Централь­
ног о
Комитета
не
был о
единогласия
по
во­
просам
мира.
В.
И.
Ленин
много
раз
ставил
воп рос
в
ЦК
о
нем едленно м
принятии
г ер­
манских
условий,
но
на
первых
порах
оста­
валс я
в
меньшинстве.
Против
лен инск ог о
курс а
выступили
Троцкий
и
группа
«левых
комм ун ист ов»,
возглавляемых
Бу х ари ным.
«Левые»
требо­
вали
ведения
«революционной
во йны»
с
Германией,
а
Троцкий,
пр акт иче ски
стоя
на
тех
же
позициях,
что
и
«левые», выдвинул
авантюристический
ло зун г : «Ни войны,
ни
мира»;
Взг ляды
«левых коммунистов»
нашли
поддержку
в
ряде
мес тн ых
партийных
ор ганиз ац ий.
Но
большинство
их
(80 из
133) высказались за ленинскую позицию.
Троцкий
усугубил
тяже с ть
создавшего­
ся
пол оже ния ,
когда,
возглавляя
советскую
де лега цию
в
Брест-Литовске,
нарушил
ука­
з ание
В.
И.
Ленина
и
зая вил,
что
Россия
мира
не
подписывает.
Это
заявление
пр и­
вело
к
с рыву
м ирных
переговоров.
Г ерм анско е
наступление,
н ачатое
18 февраля ,
имело
целью
силой
п родикто ­
ват ь
Советской
России
ультиматум.
В
н очь
с
18- го
на
19 февраля Совет На ­
родных
Ком исса ров
направил
в
Берли н
радиограмму
с
резким
протестом
против
нарушения
перем ирия,
одновременно
с
вы­
нуж ден ным
согласием
подпи сат ь
брестские
условия
мира.
Не мцы
отв етил и
не
сразу.
Только
ут­
ром
23 февраля дипкурьер привез в Смоль ­
ный
новый
г ерма нский
ультиматум.
Он
ока­
зался
еще
более
тяжким.
Но
и
теперь
Ленин
настоял:
подписывать!
Ленин
верил ,
что
Брестский
договор
будет
недолговеч­
ным
(так и оказалось) , что пе реды ш ка оз на­
чает
пу ть
к
п обеде
(так и случилось).
В
ночь
с
24-го
на
25 февраля в Брест для
подписания
мирного
договора
выехали
Г.
В.
Чичерин,
Г.
И.
П етров ский,
Л.
М.
Ка-
рахан
и
другие
советские
делегаты.
Все
эти
ме с яцы,
с
ноя бря
семнадцато­
го
год а,
покуда
шли
ми рные
переговоры,
из
антисоветского
лагеря
на
Ленина,
на
правительство
народных
ком ис саров,
на
б оль ш евиков
сы пал ся
град
про клят ий.
Сна ­
чала
за
то,
что
мирные
переговоры
был и
начаты
без
согласия
правительств
союзных
России
ст ран
(они отказались участвовать
в
эти х
переговорах), потом за то,
что
Ленин
стал
требовать
принятия
даж е
тяжк ого,
даже
«зверского»
мира.
С ами
г отовы е
отк рыт ь
ворота
Петро ­
града
не
только
войскам
германского
кай­
зера,
но
хоть
самому
черту,
лиш ь
бы
он
шел
свергать
Советскую
в лас ть,
буржуаз­
ные
лидеры
наперебой,
о дин
др угог о
гром­
че,
од ин
другого
з аковы рис те е,
с
каждым
днем
все
оглушительнее,
лице мерн ее
и
наг ­
лее
кричали
на
митингах
и
в
га зе тах: «Боль ­
шевики
—
шпионы
В ильг ельм а», «У Ленина
та йный
сговор
с
германскими
генералами»,
«Большевики по дешевке распродают Рос­
сию ...»
К адетс ким
газетам
вторили
меньшеви­
стские
и
эсе ровски е.
Те
уверяли,
что
боль­
шевики
«изменили социалистическим идеа ­
лам»
и
«стали приверженцами германского
империализма»; что «переговоры
в
Бре­
сте
— это
к оме дия
с
заранее
рас пр еделен­
ными
ролями»; что «перемирие
с
герман­
ским и
генералами
ес ть
малодушный
отказ
от
первоначальных
замыслов
великой
ре­
волюции».
К
об наженной
ране
всегда
липнут
слеп­
ни
и
мухи.
Ос т роб ол ез ненные
п робл емы
Бреста
враги
использовали
против
тех,
кто,
идя
на
тяжелые
жер тв ы,
ост авал ис ь
по д­
л инн ыми
патриотами
России
—
России
со­
циалистической.
После
отъезда
Чичерина
в
Брест
ан­
тисоветская
печать
окончательно
потеряла
всякое
самообладание,
и
то,
что
она
теперь
писала,
в
разных
вариациях
повторяли
на­
ст енн ые
афишки,
появившиеся
в
П ет рог раде
у тром
27 февраля.
Н ае мные
плакальщики
н авзры д
оплаки­
в али
«жалкую сиротину Россию», которую
«выгнали за дверь на сквозняк и стужу», и
вот,
«распластанная ,
лежит
он а,
кроткая,
беззащитная,
полуживая,
г лядя
в
не бо
оп ле­
ван ны ми
глаза м и»...
Эх,
яб л очко,
куда
ты
котишься...
Два
Невских
проспекта
— старый
и
новый
—
со шли сь
27 февраля вплотную,
лиц ом
к
лицу,
и
сх ватил ис ь
круто,
жестко.
Во
всю
шир ину
про сп екта
алел и
полот­
н ищ а: «Петроград
защитим!»,
«Отечество
за щ ит и м!» Под транспарантами,
как
под
а рка ми,
проходили
колонны
красногвардей­
ц ев,
спешивших
к
вокзалам,
на
фронт.
Об­
гоняя
колон н ы,
за
город
м чали сь
гру зови­
ки:
рабоч ие
и
работницы
отправлялись
рыть
о копы,
строить
п ров олоч ные
за гражд ен ия ...
И
в
те
же
часы
по
очередям,
по
лавкам,
трамваям,
кон то рам,
а
за
пределами
Не в­
ск ого
—по
зав одам
и
с олдат ск им
каз арм ам
шн ыря ли
переодетые
бе ло гвард ейские
офицеры,
«христианские
миссионеры»
с
американскими
или
ан глийск ими
п аспорт а­
ми,
саб от ажник и
вс ех
званий.
И
к
прежним
невероятным
слухам
при бавл ялис ь
новые.
О
то м,
что
Ле нин,
мо л,
полу чи л
от
Виль­
гельма
тридцать
миллионов
марок
за
п од­
пись,
к оторую
Чичерин
поставит
в
Брест е...
О
том,
что
особая
цена
установлена
за
165


оч ищен ие
Петрограда...
О
том,
что
Ленина
я кобы
уже
видели
на
Волге,
в
Симбирске.
Те,
кого
взвинчивали
этой
а гитац ие й,
и
сам и
агитаторы
в
полдень
27 февраля ока­
залис ь
на
Знаменской
площади
п еред
Ни­
колаев ским
(Московским)
во кзалом ,
на
соседней
Ли го вке
и
на
Гончарной.
Самая
б ольш ая
тол па
со брал ась
у
памятника
Ал екс андр у
III— он
стоял
посреди
площа­
ди.
О рат оры
вы крикивали: «Большевики
—
шпи о ны!»,
«Ленин
должен
у йти !»,
«Да
здравствует
У ч редитель н ое
собрание».
Зв у­
ча ли
пр и зывы
немедленно
начать
форми­
рование
«отрядов
общественного
спасе­
ни я», чтобы «и зб ав иться
от
чекистов,
крас­
н ог вардейцев
и
дипломатов,
продающих
Р осс ию».
Сре ди
орат оро в
бы ли
г осп ода
в
меховых
шубах,
и
ч иновники
в
шинелях,
и
ротмистры
в
фла не левы х
башлыках,
и
до ро дные
да мы
в
меховых
к ап юшон ах,
и
истеричные
барышни
в
плюшевых
шл япках .
Говорили
и
орат оры
особого
со рта.
Одетые
в
солдатские
ш инели,
они
тем
не
менее
ма ло
походили
на
ф ронто виков .
Р ечи
их
были
то
ядрено-мужицкие,
то
цве та сто
«революционные», то смиренно робкие.
Но
угадывалось:
г овори т
не
солдат-крестьянин,
не
рабоч ий-аг ит ат ор,
не
тихий
обыватель.
Скоре е
всего
— переодетый
белогвардей­
ский
офицер
или
«пастор», состоящий
на
тайной
сл ужбе
в
американском
посольстве.
Вс е,
что
с ос тавля ло
злобу
дня,—
и
мир
с
Германией,
и
положение
в
П етр огр аде,
и
во змо жный
п ере езд
правительства,— все
злобно
перемешивалось
в
словесной
тол ­
чее.
Никто
из
орат оров,
разумеется,
не
зн ал
о
решении
С овнаркома,
прин я том
накануне
ночью.
Но
о
то м,
что
правительство,
по-
видим ому ,
будет
переезжать,
Петроград
гов орил
уже
больше
неде ли.
Это
носилось
в
воздухе,
это
угадывалось.
Угадывались
и
причины
в озмож ного
переезда—прави­
тельс тво
не
может
оставаться
в
городе,
к
стенам
к от орого
п риближаю тс я
враж еские
армии,
а
внутри
зр еют
антисоветские
мя­
тежи.
Но
тот,
кто
находился
по
другую
сто­
ро ну
б аррика д,
кто
хотел,
чтобы
в
Петро ­
г раде
все
закип ело
в
в одов орот е
ненави­
с ти,
кто
стремился
со зд ать
ловушку
для
Со­
в етс кого
п равит ельс тв а,
тот
намеренно
п лел
ложь,
н ау с ьк и ва л : «Петроград продан нем­
ца м. . .», «Ленину что:
сам
сбежит,
а
рабо­
чим
— беда...»
А нт исов ет ские
сб орища
на
Знам енской
пл ощ ади
был и
продуманным
шагом
контр­
революционного
подполья,
пробой
сил
для
открытых
антисоветских
выступлений.
В
разгар
речей
на
площади
со
стороны
Н евског о
проспекта
показалась
огромная
толпа
солд ат
и
матросов.
Она
дер жала
пу ть
к
Ник ола евс ком у
вокз алу.
Все
несли
в
ру ках
или
за
плечами
узлы,
мешки,
сундуч­
ки,
чемоданы.
Все
бы ли
вооружены
—
кто
кара бин ом,
винтовкой,
пистолетом,
кто
вд о­
б авок
и
бомбой,
гранатой,
торчащей
из- за
пазухи
или
из-под
ремня.
В
толпе,
распро­
странившейся
по
в сей
ширин е
просп ект а,
бы ло
и
немало
пьяных,
исторгавших
ругань.
Россия
знала
беззаветную
доблесть
и
рыцарскую
крас у
мат ро са
и
солдата
рево­
люци и.
Но
среди
тех,
кто
подходил
сейчас
к
З на ме нской
площади,
б ыли
типы,
ко то рые
да же
по
одежде
им ели
ма ло
что
схожего
с
бойцами
революционной
армии
и
флота.
Бескозырка
и
кава лерийс кие
сапоги,
шинель
или
б ушлат ,
а
под
ним
—
визитка
с
к руглы ­
ми
ф алдам и,
и
жилет,
и
дорогая
сорочка
с
запонками
из
магазина
Фаберже...
Все
это
было
«добыто»
по
пут и
из
п олков,
каза рм ,
эк ипаж ей.. .
•
•
•
Ид ут
к
вокзалу
рассыпным
стр оем ,
Герой
за
героем:
Солд а ты,
солдаты,
солдаты!
Сп ро сил
одного
я: «Куда ты?»
—
Куда
ж,—
говорит,—
известно:
Чай
каждому
до ма
б ыть
лестно.—
Узлы
и
слева
и
справа.
«А немецкая как же расправа?»
Ухмыльнулся
герой: «Этонасне
кас аетс я,
Немец...
ен
не
ку с аетс я».
Дед
Софрон
(Демьян Бедный,
Петр огр а д.
28 февраля 1918
г.)
•
•
•
Бе да
не
ходит
в
одиночку.
Че твер тый
год
бу шев ала
война.
Истерзанные
ее
лише­
ниями,
безмерно
у став шие , «все,
что
мыс­
лимо,
исп ы тавши е»,
со лдаты,
прошедшие
чер ез
это,
давно
г овори ли: «Мы захлебну­
лис ь
в
крови;
воевать
дальше
не
мо жем ».
Это
бы ла
го рька я
правда.
Но
—
не
вся .
Раньше
война
велась
за
чуж ие
Дарданеллы
для
«батюшки-ц аря », потом
—
за
Дарданел­
лы
для
Милю ков а
и
Терещенко.
Теперь
ро­
дилась
н овая
Росс ия.
Она
делала
все ,
что­
бы
вы рватьс я
из
пучины
войны.
Она
звала
к
всеоб щим
ми рным
переговорам.
Но
на
рабоче-крестьянскую
Россию
напал
внеш­
ний
в раг.
Кому
как
не
солдатам
России
бы ло
з ащи щать
это
— теперь
действительно
свое—Отечество?
В
эт ом
состояла
н овая
правда.
Одна ко
ее
понимали
пока
немно­
г ие.
И
со лда ты
п р одолж али
массами
поки­
да ть
фр онт,
т ороп или сь
к
сво им
семьям
и
хатам,
торопились
и
за
т ем,
чтобы
скорее
разделить
помещичью
землю...
Вместе
с
дем обилиз ацией
старой
армии
шло
создание
новой
—
до б рово льче ско й,
социалистической,
рабоче-крестьянской. NHo
ее
п олков
было
еще
ни чтожн о
мало.
На
формирование
новой
армии
требовалось
время.
Старую
бегущую
армию
В.
И.
Ле нин
назы вал
больной
част ью
государственного
организма.
Но
верил—этот
«организм
в
целом
здоров:
он
п реодоле ет
болезнь».
Будет
у
Советской
России
ар мия,
пер ед
которой
не
устоит
никакая
дру гая .
Первые
ее
отряд ы
уже
геройски
сражались
под
Петроградом.
А
по к а...
С
фронта
в
Прибалтике,
с
кораб лей
и
морских
баз
Ф инлянди и
на
Петроград
об­
рушился
поистине
не уд ерж имый
лю дс кой
обвал .
На
при фронт овы х
с тан циях
каждый
поезд,
любой
порожний
вагон,
п асс ажир­
ский
и
товарный,
брался
с
боя.
Зв енели
раз ­
летающиеся
вдребезги
с тек ла,
скрипели
и
сто на ли
срываемые
с
петель
двери...
«До­
м ой!
На
Питер!
На
Москву!
На
К авк аз!
За
Ур а л!» Добравшись до Петрограда и имея
уже
опыт
усп ех а,
солдаты
в
столице
де й­
166


ствовали
еще
напористей.
Винтов ки
на пер е­
вес,
револьверы
на
вз воде: «В Москву!
В
Вологду!
В
Кострому!
В
Т иф л ис!»...
Нико­
лаевский,
Варшавский,
Царск осель ск ий,
Балт ийс кий,
Финля ндс кий
вокзалы
с толиц ы
оказались
под
непрерывной
атакой
сол дат
и
матросов,
ухо д ивших
из-под
Пскова,
Н арвы,
из
Гельсингфорса.
О зяб шие,
прого­
лодавшиеся,
озлобленные,
они
бродили
по
путям,
отыскивая
поезда,
зах ваты вали
их,
требовали
от правк и
в
тыл
вне
всякой
о че­
реди.
Д ругие,
пос держан нее ,
валялись
на
полу,
на
ск ам ейк ах,
в
грязных,
за пле ва нных
пас сажирс ких
залах
и
ждали
своей
оче­
ре ди.
Среди
фронт овиков,
по кид авши х
полки
и
корабли,
были
не
только
честно,
до
дна
испившие
ча шу
войны.
Был
и
де класс и­
рованный
э лем ент,
всяческая
на ки пь.
Эти
усвоили
только
о дну
ст ор ону
войны
—
влас ть
силы.
Ими
предводительствовали
бело гв ардейс кие
оф ицеры
и
анархистские
вож аки,
Они
тя нули сь
в
П етр огр ад,
в
Мо­
скв у,
что бы
«пограбить буржуев», почистить
казну,
взят ь
то,
что
плохо
лежит.
При ка зы
по
армии
и
фл оту
требовали:
кажды й,
кто
ос тавля ет
пол к
или
к ораб ль,
обязан
сдать
оружие.
Оно
необходимо
Кр асной
Армии.
Всякий
з адержа нны й
с
ору жием
«объявляется контрреволюционе­
ром
и
ма роде ром », с того спрос по зако ­
нам
вое нного
врем ени!
Ос обо
строго
при ­
менялся
этот
приказ
к
а нархис твую щим
сол­
д атам
и
мат рос ам
— опасному
в зры вч ато­
му
материалу,
ко то рым
мог
восп оль з оват ь­
ся
вр аг.
...Толпа,
надвигавшаяся
с
Невск ог о,
шла
за
тем
же,
что
и
пр еды дущ ие
толп ы ,—
силой
пробиться
в
вокзал,
захв атить
ваго ­
ны,
а таковать
поезда,
заодно
пограбить
то­
варные
эшелоны
—
взят ь
муку
и
кон сервы ,
кр упу
и
сп ирт.
Когда
на
Знаменской
площади
начались
летучие
митинги,
с
вокзала
позвонили
в
Смольный.
Там
решили:
«ПЕТРОГРАДСКИЙ СОВЕТ
ра б.
и
солд.
деп утатов
КОМИТЕТ
РЕ ВОЛ Ю ЦИОНН ОЙ
ОБО РОН Ы
ПЕТРОГРАДА
Смольный
институт
No
355
ПРИКАЗ
БОЕВОЙ
ДРУ ЖИ НЕ ...
27 февраля 1918 г .
Комитет
революционной
обороны
г.
Петр оград а
приказывает
Вам
немедленно
по
получении
сего
пос лать
отр яд
в
150 человек для разгона митингов,
имеющих
место
на
Знаменск ой
площади
(угол Невского и Лиговки) .
Об
исполнении
сообщить
по
телеф ону
62».
Ком иссар
Семьдесят
пятой
помчался
на
Кирочную,
где
помещалась
дружина.
На
Зна ме нск ую
площадь
отправились
латыш­
ские
стрелки.
Когда
с
Нев ск ого
показалась
вооружен­
ная
толпа,
сигнал
боевой
т ревог и
прозву­
чал
и
в
здании
Нико ла ев ско го
вокзала.
Калюкин
приказал
красногвардейцам:
«В ружье!» Несколько минут— и
все
вхо­
ды
были
перекрыты.
Дру жинн и ки
и
латышские
стрелки
пр и­
ехали
на
грузовиках.
«А ну,
расходись!»...
«По домам,
гос под а
бу ржу и!»...
Не
помог­
ло...
«Ложись!
Бросаю
г р анату...»
И
с
грузо­
виков
п оле тели...
к онс ервн ые
банки.
В
от­
вет
истеричные
крик и:
«Варвары,
насиль­
ники!» Кое-кто,
пригибаясь
и
оглядываясь,
побежал
к
б лижайш им
подворотням.
Др у­
гие
замерли
в
ож идан ии
взрыва.
Нак он ец
какой-то
военный
разглядел: «Да это ж
консервная
банк а!»...
И
опять
осмелели
ора­
торы.
Теперь
они
надеялись
под нять
фрон­
т овиков,
п одош едш их
к
вокзалу.
Кричали,
указывая
на
окна
И спол к ома,
выходившие
на
Г онч ар ную : «Вот кто Смольному слу­
жит!
Вот
кто
фронтовикам
не
дает
поез­
дов!»
«...И сп о лните льны й
комитет,
расп оло­
женный
в
здании
вокзала,—
вспоминал
впо ­
с ледств ии
Павел
Осипов,— десятки
раз
подвергался
о ткры тому
штурму
белогвар­
де йцев
со
стороны
Знаменской
площади,
Лиговки,
Гончарной.
Не
раз
в
ок на
коми­
т ета
залетали
пули,
по с ыла емые
кон т рре­
волюционерами...»
В
то
же
время
«поды­
мал ись
ораторы ,
призывавшие
к
сверже­
нию
Советской
власти...»
Что
в
таких
слу­
ча ях
ос тавалос ь
делать?
Консе рвны е
банки
уже
не
помогали...
Иног о
вы хода
не
было.
«...Вдруг
вздрагивал
во зд ух,
и
эти
орат оры ,
не
успев
излить
в
то лпу
всю
гну сну ю
ложь,
падали
мертвыми...»
Исполнительный
ко мит ет
им ел
в
своем
ра спо ря жении
четыре
б роневи ка.
С
замо ­
ро же нными
радиаторами
подобрали
их
желез но дорожн ик и
на
Ли го вке
и
З агород­
ном
п росп ек те.
О т рем он тировали,
водвори­
ли
в
гараж:
на
всякий
случай...
Броневики
появились
на
З на ме нской
в
самый
напр яженный
м омен т.
По
команде
Калюкина
они
отк ры ли
огонь
из
пулеметов.
П ра вда,
вверх,
в
воздух.
Но
и
это
по дей­
ст вова ло.
Толпа
рассе ял ась ...
Лишь
полтора-два
десятка
пьяных
ма т­
росов,
присоединившись
к
«ораторам»,
с трел яли
в
окна
Комитета.
Остальные
в ыжи­
дали
или
разбрелись...
Вновь
появились
полчаса
сп ус тя,
когда
броневики
ста ли
кур­
сировать
вок руг
памятника
царю.
Но
те­
перь
подходили
небольшими
группами.
—
Р ебята ,
сда вай
оружие!—требовал
Николай
Калюкин.
Он
яв л ялся
перед
фрон­
т овик ами
в
лихо
заломленной
папахе,
же­
лезнодорожной
ш инели,
с
кр асной
повязкой
на
рук аве,
с
саб лей,
висевшей
на
п оя сном
ремне,
с
наганом,
поднятым
над
головой.—
Ни
один
в оор уж енный
в
вокзал
не
войдет!
Но
легко
ск азать
—
не
в ойде т.
П еред
подъездами
вокзала
раз горались
рукопаш­
ные
сх ватки .
«...У
д ругого,
че рта,
так
и
не
167


от орвешь
р уки
от
ви нт о вки,—
рассказывал
Николай
Калю кин. —
Сроднился
с
не й,
б ед­
ня га;
ближе,
вер ней
все
эти
годы
никого
не
было».
С олдаты,
матросы
г овори ли
и
т акое: «Винтовка
еще
понадобится
в
де­
рев не »...
«Зачем?» — спрашивал
Калю кин.
«Будем землю брать» ...— «Да
у
кого
отби-
рать-то,
коль
она
теперь
и
так
ваша?»
Т ретьи
не
д оговаривал и,
почему
хот ят
со­
хра нить
оружие,
только
твердили: «Недам,
и
б аст а !» И продолжали напирать.
«Но у
входов
в
вокза л—Л е бит,
Осипов,
Смирнов,
Прох оров ,
Колька
Стуков,
Костров...
Кра с­
но гвар дейцы
стоят
т вердо,
охрипло
рвут
глотку
на
ползущую
серую
массу.
И
как
ни
трудно
—
от бир ают
оружие».
Только
обезоруженными
с олдаты
и
матросы
получали
доступ
в
вокзал,
(Через день комиссары Семьдесят пя­
той
комнаты
Смольного
Иг натьев
и
М арты­
нов,
посланные
В.
Д.
Бонч-Бруевичем,
при­
везли
с
Ник олае вск ого
вокзала
в
Петропав­
ловскую
кре пос ть
около
тыс ячи
вин т овок
и
карабинов).
.. .Де нь
27 февраля оказался тревожным
не
т олько
на
З на мен ской
площади.
Не
прошло
и
часа,
как
Калюкину
вновь
пр иш­
лось
поднимать
сво й
отряд.
Из
Царского
С ела
на
Петро гра д
двинулись
с олдаты -де­
з ертир ы
4-го
стрелкового
полка.
Они
уже
достигли
Сорт иров очной
и
Воздухоплава­
т ельно й
платформ.
И
опять
раз горелись
сх ватк и.
«Слухи об эвакуации ложны. ..»
В
третьем
часу
ноч и
на
28 февраля
председателя
Исполкома
дороги
Павла
Осипова
выз вал и
к
народному
комиссару
пу тей
с ообщ ения
В.
И.
Невскому.
Исполкомовский
«бенц»
остановился
пер ед
старинным
дворцом
на
Фо нтанк е.
Владимир
Иванович
Невс к ий,
худой,
усталый,
озабоченный,
с идел
в
бывш ем
ка­
бинете
министра
— огромной
неуютной
ко мн ате
с
вы с оким
потолком,
за
неуклюже
«ПЕТРОГРАДСКИЙ СОВЕТ
раб
л
солд.
деп ута тов
КОМИТЕ
Г
Р Е ВОЛ Ю ЦИОННОЙ
ОБ ОРО НЫ
г.
Петро град а
Смольный
институт
громадным
с то лом,
на
ду бо вом
стуле
с
высоченной
сп инко й,
под
саженной,
без
огней,
л ю строй.
По
то му,
как
выглядел
нар­
к ом,
угадывалось,
что
он
тоже,
как
и
Ос и­
пов,
еще
не
ложился
и
тоже,
наверно,
вто­
рые
или
третьи
сутки
был
на
ногах.
В.
И.
Невский
сообщил,
что
получено
с рочн ое
распоряжение
Совет а
Народных
Ком ис саров
—
под г отовить
три
со ста ва
классных
п ассаж ирских
вагонов.
Поезда
со­
средоточить
в
укромных
м естах.
Так ,
чт обы
не
вызвать
подозрения
даж е
у
железно­
дорожных
служащих.
Нарком
пояснил,
что
правительство
пе реез жает
в
Мос кв у.
Но
п ока
это
должно
держаться
в
секрете.
Для
подготовки
поездов
при вле чь
самых
надеж­
ных
людей.
Осипов
п редло жил
в
гос ударс тв енную
эту
тайну,
кроме
П етра
Л ебита ,
ком иссара
дороги
и
вокзала,
по свя тить
только
двух
членов
Исполкома—Николая
Калюкина
и
Николая
С аар мана.
Эт их
людей
нар ком
знал,
выбор
о добр ил.
•4::i*
Утром
28 февраля в разных местах Пет­
рог рада
опять
были
сходки
у
ц ерквей,
пе­
ред
рынками,
в
глухих
пер еулк ах.
Но,
на­
ученные
вчерашним,
з ач инщики
поспешно
расходились,
как
то лько
показывались
крас­
ногвардейцы.
Невский
проспект
заметно
приуныл.
Ни
трудо вой
Питер,
ни
даже
пь я­
ные
матросы
не
пошли
за
ораторами
со
Знаменской.
Но
контр рев ол юция
не
сложила
ору­
жи я.
Тысячи
буржуазных
дом ов,
загород­
ных
дач ,
всякие
темные
у глы
Петрограда,
т ра ктиры
и
ночл ежны е
дома
стали
полем
незримой
битвы...
Ночью
28 февраля погиб
чекист
Ива н
Чуг унихин .
Его
завлекли
в
бе з­
люд ную
к варт иру
на
Васильевском
острове
и
сразили
кинжальными
ударами...
В
час
но чи
с
1- ое
на
2 марта на одной из глухих
улиц
П етрогр ада
в ооруже нн ая
банда
обст­
реля ла
и
отбила
автомобиль
ВЧК...
Что -то
недоброе
з атева лос ь
против
С моль н ого.
Ср очно
и
секретно
27 февраля 1918 г .
В
КОМИТЕ Т
БОРЬБЫ
С
КОНТРРЕВОЛЮЦИЕЙ
По
све дениям ,
поступавшим
в
IIIгаб революционной обороны от товарища,
заслуживающего
полнейшего
до вер ия,
ст ало
известно,
что
в
ближ ай шие
дни
г руппо й
«Буревестника»... 1
готовится
внезап ное
нап аден ие
на
Смольный.
Комитет
пред писывает
принять
соответствующие
меры...»
Так ое
же
распоряжение
последовало
ком ен дан ту
Смольного
—
пр едуп редит ь
на­
падение
анарх ис тов...
И
раньше
были
подозрения,
что
враже­
ск ая
разведк а
им еет
среди
сл уж ащих
Смольного
«своих людей».
Был и
сигналы:
«в решительные минуты возможна измена».
Предлагалось
ус танов ить
боле е
стр о гий
по­
рядок
выдачи
пропусков,
пересмотреть
шт ат
служащих,
«всех,
не
им ею щих
изве­
стных
р еком енда ций ,
увол ить».
Теперь
на­
зыва лис ь
сов ерш ен но
определенные
им е­
на:
«Мы,
сл уж ащие
управления
делам и
Совета
Народных
К омиссаров,
считая,
что
1 Имелась в виду боевая группа анархистов,
сторонников
газеты
«Буревестник», выходившей в
Петрограде.
Газета
выступ ала
против
всякой
государственной
власти,
приз ы вала
к
свержению
Со­
ветского
правительства.
168


лиц а,
находящиеся
при
управлении,
д олж­
ны
быть
нашими
товарищами
по
взглядам
и
убеждениям,
находим,
что
состоящий
при
товарище
Ленине...
Н.,
а
такж е
его
брат
находиться
на
по д обном
пос ту
не
могут.
Доверять
ж изнь
товарища
Ленина
т аким
лю дям
мы
не
счи тае м
возм ож ным .. .»
Со­
тру дни ки,
обратившиеся
с
э тим
п исьм ом
к
В.
Д.
Бонч-Бруевичу,
требовали
нем едлен­
но
пр ин ять
меры.
Они
были
столь
убеж ­
де ны
в
св оей
правоте,
что
после
подписей
сд елал и
п р ип ис ку: «Ответ таков:
над о
рас­
стреля ть
его
или
н ас».
Сре ди
нап ис авш их
это
заяв ление
была
Юли я
Сергеева,
со тру дница
секретариата
Сов нарк ома.
Ей
мож но
бы ло
ве ри ть:
не
по­
дозрительность
рук ово дил а
ею.
Она
была
молодой,
но
ис кренне
преданной
револю­
ци и.
До чь
уральского
железнодорожника,
она
и
са ма
стала
ра но
раб ота ть,
совсем
юной
вступила
в
р ево люц ион ное
д вижен ие
и
уже
с
16 лет познала и аресты и полити ­
ч еские
сс ылк и.
Во
время
войн ы
в ела
по д­
п ольну ю
работу
в
городе
Николаеве.
В
на­
чале
1917- го
приехала
в
Петроград
и
сразу
оказалась
в
самой
коловерт и
бурлящего
потока
—
в
агит пун кте
Тавр иче ског о
дворца.
В
дни
Октя бр я
бы ла
кр ас ног ва рд ейцем
и
боль шев ист ск им
агитатором.
С
ноября
сем ­
надцатого
раб от ала
в
управлении
дела ми
С овнарк ома
(в дальнейшем была на фрон­
тах
гражданской
войны,
окончила
К омму­
нистический
университет,
была
на
ответст­
венных
хозяйственных
должностях).
Тре­
вога,
подсказанная
сердцем,—
вот
что
ру­
ководило
Юлией
С ергеевой.
Далеко
не
все
служившие
тогда
в
Смольном
пришли
т уда
таким,
как
она,
путем.
Бы ли
среди
них
и
служащие
дореволюционных
правительст­
венных
у чре жде ний.
Вражеская
раз ведка
и
искала
в
этой
среде
«союзников».
Вот
по­
че му
нужна
была
бдительность
и
бдитель­
ность.
**
Еще
23 февраля американская и япон ­
с кая
дип лом ат ич еские
миссии
заявили,
что
они
покидают
Петроград
и
намереваются
расположиться
в
Вологде.
Анг лийс кое ,
французское,
бельгийское,
итальянское
и
другие
по со льс тва
объявили
о
своем
ре ше­
нии
выеха т ь
за
гран ицу.
Они
обратились
в
Народный
комиссариат
иностранных
дел
с
просьбой
предоставить
им
специальные
поезда
со
спальными
и
багажными
ваг о­
н ами,
ваг онам и- рест оранам и
и
платфор­
мами
для
авт ома шин .
Отъезд
посольств
за
г раниц у
был
на­
м еренной
политической
д ем онст рацией,
оче редны м
шагом
в
дипло мат ич ес кой
игр е,
к отору ю
вела
А нтанта.
Отъезд
означал:
«Нынешнее правительство России не при ­
знаем,
а
потому
удаляемся».
Это
была
ре­
акция
и
на
б рест ские
переговоры.
Антан­
товски е
дипломаты
кажды й
раз
выступали
с
угрозами,
ког да
в
Брес те
нам еча лос ь
с бл иж ение;
они
обещали
«дружбу»
и
по­
мощь,
когда
в
Брест е
возникали
осложне­
ния.
Через
де нь
после
отъезда
Г.
В.
Чиче­
рина
в
Брест
антантовские
дипломаты
ре­
шили
хлопнуть
дверь ю .
П рав да,
публично
они
объяснили
свой
отъезд
н евозм ожно­
стью
оставаться
под
германской
угрозой.
«Но зачем же за границу?
Россия
вели ка ,
ме ста
в
ней
достаточно...»
О твет
был
оди н:
толь ко
за
границу!
Просьбу
уд овле творил и.
Вечером
28 февраля дипломаты выехали с Финлянд­
ск ого
вокзала
L Им предоставили и спаль ­
ные
в агоны ,
и
в агон ы- рес торан ы,
и
багаж­
ные,
и
пл атф о рмы.
Да ли
даже
охрану
из
крас ногв арде йцев .
Но
в
тот
же
вечер
по
Петрограду
поползли
сл ух и: «Слыхали?
Ди­
пломаты
дал и
ходу...
И
ка к?
В
т еплуш ­
ках —
лишь
бы
скорее
из
П етрогр ада!»
Сеят ел и
лжи
на хо дили
даже
«объяснение»:
мол,
представители
иностранных
де ржав
не
верят
ни
в
способность,
ни
в
желание
боль ­
ш евиков
защищать
П етр огра д.
В
накаленной
обст анов ке
тех
дней
и
такие
сл ухи
немедленно
возымели
дей­
ствие.
В
Пет рог р аде
давно
было
г олодно.
По
у трам
у
хл еб ных
лавок
вы ст ра ивали сь
длин ­
ные
очере ди.
Стояли
час ам и,
а
уносили
до­
мой
т ощие
к оври жки,
да
и
ка кого
хлеба?
С
мякиной,
со
жмыхом.
В
П етро гр аде
уже
ели
ко нину.
В
городе
не
бы ло
топ лив а.
Го­
лод
и
холод
заставляли
п ите рских
рабочих
о тправ лять
сво и
семьи
в
де ревню.
Уже
давно
шла
эвакуация
петроградской
п ро­
мышленности
—
что бы
облегчить
пр одо­
вольственное
положение
сто лиц ы,
умень­
шить
подвоз
сырья
и
топлива,— это
при
расст роенном
транспорте
было
ос обе нно
важно.
Эвакуация
з аметн о
ус илила сь
с
началом
немецкого
н ас тупл ения.
27 февраля
1918 года Совнарком учредил Чрезвычай­
ную
комиссию
по
разгрузке
Пет рограда ,
чт обы
осуществлять
э вакуа цию
организо­
ван но,
в
соответствии
с
в озмож нос тя ми
же­
лез нодорожн ого
транспорта.
Революция,
не сп ок ойная
жизнь
в
ст о­
ли це
з аст авили
подняться
с
мес та
буржу­
азны й
мир.
Он
двинулся
на
У краину,
за
Вологду,
в
Сибирь
отсидеться,
а
там
авос ь
и
все
переменится.
По
рос сийским
дорогам
суетно
металс я
и
спекулянт-мешочник,
и
всякий
другой
люд,
причастный
к
чер ному
рын ку.
Перед
би ле тными
кассами
уже
и
без
того
стояли
длинные
о че реди.
Теперь
ра зом
все
обострилось,
очереди
трое­
кра тно
выросли.
Р аст ерял ись
и
многие
т ру­
довые
семьи.
И
рядом
с
демобилизован­
ным
солдатом
и
матросом
на
питерских
вокзалах
появи лис ь
старики
и
женщ ины ,
д ети
и
бол ьные,
нетерпеливо
ож идав шие
своей
оч ереди,
что бы
купить
б илеты
до
Моск вы,
Сара тов а,
Вятки,
Вол огд ы.. .
Комитет
рево лю цио нн ой
о боро ны
Пет­
рогр ада
немедленно
реагировал
на
нову ю
опасность,
возникшую
в
столице.
Были
при нят ы
меры,
чт обы
не
допустить
даль­
нейшей
дез ор ганиз ац ии
ж елезн одорожн ого
транспорта.
Состоялось
реш ение:
с
28фев­
раля
продажу
б иле тов
п роизв одить
только
1 Во второй половине марта,
когда
антибрест-
ские
де монс траци и
утра тили
всякий
смысл,
союз ­
ные
ди пло ма тическ ие
ми ссии
возвратились
в
Ро с­
сию
и
осели
в
Вологде.
169


по
пропускам,
выдаваемым
ком ис сией,
учрежденной
Петроградским
Сов ет ом.
Вы­
езд
из
с тол ицы
разрешить
в
первую
оч е­
р едь
пролетарским
семьям—женщинам
с
детьми,
старикам,
больным.
Было
реш ено
р егул ировать
отныне
не
т олько
вые зд,
но
и
въ езд
в
П ет рог рад.
Для
конт ро ля
созда­
вались
«вооруженные и решительно дейст ­
вующие
коман ды ». 2
марта
последовало
новое
распоряжение:
«Вследствие
пере­
гру зки
Н иколаевской
железной
до рог и»
выдачу
р аз реш ений
на
вые зд
частных
лиц
по
этой
дороге
времен н о
прекратить—до
особого
оповещения.
Но вые
крутые
м еры
принимались
к
с олд атам
и
матросам,
бесчинствовавшим
на
вокзалах.
Комитет
рево люцио нно й
об о­
роны
издал
пр ика з:
«...В се м
начальникам
вооруженных
от­
рядов,
а
также
коми сса рам
и
начальникам
станций,
в
чьем
ра сп оря жении
им еется
вооруженная
си ла,
ос т анавл иват ь
и
об езо­
руживать
бегущих...
Не
же лающих
вступать
в
ря ды
Красной
Арм ии
нап ра вля ть,
о бяза­
тельно
минуя
П етрог рад,
к
б лиж айшим
во­
инским
начальникам
для
дальнейшего
на­
правления
по
губерниям.
Не
повиную­
щихся,
не
сдающих
оружие
или
угрожаю­
щих
применить
вооруженную
силу—рас­
ст рел ивать
на
месте
без
суд а».
В
Смольном
понимали:
то,
что
в
городе
ра стет
паника,
вызвано
гл ав ным
образом
вражеской
агитацией
и
прежде
всего
слу­
хам и
о
том ,
что
«Петроград продан нем­
цам », что правительство « очи ща е т
город
в
надлежащий
срок», а
потому
оно
и
само
беж ит,
и
дипломаты
бегут,
и
все
бегу т.
Утр ом
1 марта петроградская « К ра с ­
ная
газета»
вышла
с
оповещением,
напе­
ча танн ым
на
сам ом
видном
месте:
«ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЙ КОМИТЕТ СОВЕТОВ
РАБ.
СОЛД.
И
КР.
ДЕПУТАТОВ
ЗАЯВЛЯЕТ;
1) Все слухи об эвакуации из Петрограда Совета Народных Комиссаров и ЦИК совершенно
ложны.
Совет
Народных
Комиссаров
и
ЦИК
остаются
в
Пет рогра де
и
подготовляют
саму ю
эне ргич­
ную
оборону
Пе трограда.
2) Вопрос об эвакуации мог быть поставлен лишь в последнюю минуту в том случае,
е сли
•
бы
Петрограду
угрожала
самая
н епо сре дст венн ая
о пасност ь
—
че го
в
настоящей
момент
не
су­
ществует».
«НЕ ВЕРЬТЕ ПРОВОКАЦИОННЫМ СЛУ­
ХА М!—
писала
в
тот
же
день
«Красная
газета».
Заявление
ВЦИК
бы ло
вы нужденной
мерой,
рассчитанной
прежде
всего
на
то,
что бы
успокоить
питерцев.
Но
означало
ли
это
отмену
решения
С овнарком а
от
26 фев­
рал я?
Не т.
ВЦИ К
указал
ли шь
на
то,
что
правительство
не
намеревается
пок ин уть
Петроград
сейчас,
немедленно,
ког да
судьба
города
еще
не
ясн а.
Правительство
остается
в
Петр огра де
и
буд ет,
как
п реж де,
делить
со
всеми
питерцами
невз г оды
вра­
жеской
осады.
Будет,
опираясь
на
все
ре­
вол юц ионные
силы,
защищать
горо д
Ок­
тября.
«Лишь в том случае,
ес ли
бы
врагу
у далос ь
разбить
стоящие
на
его
пути
рево­
лю ционны е
отряды
и
появиться
у
самых
врат
столицы,
лишь
в
эт ом
случае,—
раз ъ­
ясняла
«Красная
газета »,— мо же т
встать
вопрос
о
п ере езде
членов
п ра вите льств а
в
другой
город
для
орг аниз ац ии
да ль нейш ей
борьбы
с
врагом».
Да,
Центральный
Комитет
большевист­
ской
п ар тии,
ВЦИК,
Совнарком
о ст авалис ь
в
П етр огр аде,
п родол жали
на пря женно
и
действенно
раб отать,
руководя
обороной
стол иц ы,
всей
Республики.
Ленин,
ч лены
ЦК,
народные
ком иссар ы,
как
пр еж де,
вы­
ст у пали
на
заводах
и
в
полках,
заседали
в
Смольном,
принимали
ходоков
из
деревн и,
рабочих
и
солда т,
решали
нео тложны е
дела
по
формированию
новой
армии,
р уко во­
дили
ее
операциями
на
фронтах,
расстав­
170
ля ли
новые
силы
для
от ражения
атак
внут­
ренней
к онтрр ев ол юции,
п родо лжа ли
ди­
пломатическую
битву,
что бы
вывести
Р ос­
сию
из
в ойны
—
заключить
мир
с
Герма­
нией,
нейтрализовать
антантовскую
дипло­
матию;
готовили
экстренный
съезд
партии
для
выработки
решений
по
воп рос ам
вой ны
и
мира.
Вместе
с
тем
правительство
не
могло,
не
имело
права
проявлять
беспечность,
не
заботиться
о
том,
где
ему
нахо дитьс я
зав тра,
ес ли
обстановка
в
П етр огр аде
круто
и змен итс я.
Вот
почему
наряду
с
глас ­
ными
за яв лен иями
и
мерами
проводились
и
негласные:
«1 марта 1918 года
Се кретн о
ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ
КОМИССИИ
ПО
РАЗГРУЗКЕ
ПЕТРОГРАДА
Комитет
революционной
о б ороны
Пет­
рограда
предлагает
Вам
в
первую
оч ередь
разгрузить
Петроград
от
демобилизован­
ных
солдат...
и
других
групп,
вносящих
только
смуту.
Из
учреждений
надлежит
эвакуировать
Экс пе дици ю
заготовления
государственных
б умаг,
Государственный
банк,
золото
и
др у­
гие
ценности,
несколько
ротац ион ны х
ма­
шин
и
аналогичные
учреждения.
Остальное


эвакуировать
т олько
в
том
слу ч ае,
ес ли
это
позволит
состояние
подвижного
со­
ста ва ».
М ира
нет...
В
пятницу
1 марта ,
около
восьми
час ов
ве чера,
в
См ол ьный
пришла
телеграмма
из
Бр е ст а : «Вышлите нам поезд в Торошино
[около Пскова]
с
достаточной
о хр ано й...»
Внизу
стояла
подпись
секр етар я
советской
ми рной
делегации
Л.
М.
Ка рахана.
«Вы­
шлите
поезд»
—
и
ни
сл ова
о
том,
как
ид ут
переговоры
с
немцами,
ни
слова
о
то м,
го­
тово
ли
германское
правительство
подпи­
сать
м ир.
В
Смольном
поняли
т елег рам му
Л.
М.
Карахана
так,
что
переговоры
пр е­
рваны
и
над о
ждать
но вого,
еще
более
ре­
шительного
наступления
на
Петроград
и
по
всему
фронту.
Утром
2 марта «П равда»
выш ла
с
ан­
шлагом
чере з
всю
первую
страницу:
«НАША
МИРНАЯ
ДЕЛЕГАЦИЯ
ВО З­
ВРАЩАЕТСЯ
В
ПЕТРОГРАД.
ВОПРОС
О
ВОЙНЕ
И
МИ РЕ
РЕШЕН :
ВОЙН А.
ВО ЙНА
БУРЖУАЗНО-ПОМЕЩИЧЬЕЙ
ИМПЕРИИ
ПР ОТИВ
РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКОЙ
РЕСП УБ­
ЛИКИ.. .
Р АБОЧ ИЕ,
СОЛДАТЫ,
КР ЕСТЬЯ НЕ!
ТОЛЬКО
ЧЕРЕЗ
НАШИ
ТРУПЫ
ВРАГ
ВО Й­
ДЕТ
В
ПЕТРОГРАД!»
Ошибка
обн аруж илась
веч ером
2 мар­
та.
Но
с отни
тысяч
экземпляров
«Правды»
уже
разошлись
по
П ет рог раду. ..
Оказалось,
что
советская
делегация
отправляла
из
Бреста
не
одну,
а
две
т ел еграм мы.
Первая
была
о
том,
что
мир ный
д оговор
будет
подписан
3 марта.
Однако
эту
тел еграм му,
шифрованную,
задержал
немец кий
штаб.
Лишь
во
второй
половине
4 марта,
с
выходом
вечерних
га зет,
Петроград
уз нал,
что
мир
с
Германией
подписан.
Но
г ро зная
весть,
распространенная
«Правдой»,
пр и­
в ела
в
движение
не
только
тех,
кто
был
готов
взяться
за
оружие,
что бы
пополнить
ряды
з ащит ников
П етрог рад а,
но
и
тех,
кто
еще
раньше
был
охвачен
паникой.
Тысяч и
питерцев
ринулись
на
Невский,
к
Пассажу,
где
помещалась
к ом иссия
по
вы даче
р аз­
решений
на
вы езд
из
Петрограда...
Панику
подогрело
и
то,
что
3 марта
газ еты
вышли
с
объявлением: «Выдача раз­
решений
на
выезд
из
П ет рог рада
возобнов­
ляется
с
во скресень я
3 марта;
пропуска
для
женщин
и
детей
получать
у
Пассажа
в
ка фе
«Квисисана» (Невский, 46)».
Трудно
с каз ать,
чем
бы ло
в ыз вано
это
о бъяв лени е.
Возмож но,
решение
сост оя­
ло сь
в
тот
м омен т,
когда
в
Смольном
при­
шли
к
выводу:
мира
не т,
войн а!
Значит,
на до
форсировать
раз груз ку
Пит ера.
Дли нне йши е
оч ер еди
перед
Пассажем
выросли
уже
3 марта.
«Все больны!
У
всех
де ти!» Только
бы
из
Питера!..
Н азавт ра
сю да
пришлось
вызвать
конный
наряд
ми­
лиции.
Оч ер едь
растя нул ась
от
Пассажа
до
уг ла
Сад ов ой,
вдоль
Садо во й
до
нынешней
улицы
Ракова,
огибала
здание
Филарм онии
и
—
выходила
на
Невский.
В
оч ереди
появились
шептуны: «На что
надеетесь?
Кто
вам
даст
столько
пое здов ?
Для
комисс аров
не
хватает.
Уходите
кто
как
мож ет. ..»
Из
П етр огр ада
потян у ли сь
с анные
обозы.
Тысяч и
людей
покидали
город
п еш­
ко м.
Другие
бросились
к
вокзалам
и
ста ли
силой
врыв аться
в
билетные
кас сы,
третьи
— прямо
к
поездам.
На
Н иколаев ском
вок зал е
вновь
нача­
л ось
вавилонское
столпотворение...
Железный
пор ядо к,
созданный
после
27 февраля огромными усилиями Павла
Вомпе,
Николая
Калюкина
и
их
товарищей,
опять
з ашат ался .
Осмелели
вооруженные
анархиствующие
бегл ецы.. .
На
Знам енск ую
площадь
снова
пришлось
выз ват ь
броне­
вик и.
Они
стали
к урси роват ь
в округ
па­
мятни к а
Алек са ндру
III,
охлаждая
своим
присутствием
т ех,
кто
подстрекал
к
новым
антисоветским
выступлениям.
«Николай Петрович!
Посылаю
Вам
список,
если
Вас
это
удо­
влетворяет,
то
я...
прист упл ю
к
приготовле­
нию
ящиков.
Прошу
сообщить
по
тел ефо ну.
Уважающая
Вас
Сергеева.
3 марта 1918 года».
Ниже
сп исок
из
68 фамилий:
В.
И.
Ле­
нин,
В.
Д.
Бон ч-Бру е в ич,
народные
комис­
сары,
секрет арь
С овнарк ом а
Н.
П.
Горбунов
(он и есть Николай Петрович,
которому
а дрес ов ана
записка
Ю.
П.
Сергеевой), да­
лее— ф амилии
других
сотрудников
секре­
тариата
С овнарко ма :
М.
Н.
С кры пник,
А.
П.
Киза с,
Е.
К.
Кокшарова
и
д руг ие.
В
той
же
архивной
па пке,
прин адлеж ав­
шей
когда-то
Н.
П.
Горбунову,
сох ра нилс я
и
другой
документ,
тож е
с
датой
3 марта
1918 года:
171


Список
лиц
и
отд елов ,
подлежащих
э вак уации
Отделы
Чис ло
лиц
Члены
семьи
К-в о
пу дов
клади
1.
В.
И.
Ленин....................................................
1
2.
В.
Д.
Бонч-Бруевич
...................................
1
3.
Н.
П.
Горбунов.............................................
1
4.
Сталин...........................................................
I
5.
Секретарь
Сталина......................................
1
6..............................................................................
7.
Ю.
П.
Сергеева.............................................
1
8.
А.
П.
Кизас....................................................
1
9.
Е.
К.
Кокшарова..........................................
1
Экспедиция
и
информация........................
Бюро
переписки.........................................
Бюро
печати................................................
Б юро
вырезок.............................................
С тол овая
.......................................................
Приемная
....................................................
Мальчики
....................................................
Матросы
и
караул......................................
Воронцов
....................................................
1
Белье
пост ел ь ное
и
личное
С ледует
взять
все
столовые
и
полевые
телефоны
2
20
4
30
—
10
-
10
—
10
1
20
—
5
1
20
—
[две фамилии]
—
на
Ваше
усмотрение,
на
мой
взгляд,
л ишние.
—
пре длаг аю
в зять
дв ух
лиц.
—
12 чел.
из
них
5 чел.
семейных.
—
считаю
изли шни м
(папки будут взяты).
—
вещей
нет,
белья
н ет,
считаю
ну жным
езять
два
лиц а,
вер ных
нам .
—
секретарь
Утевский,
солдат
Алексей
Федоров.
—
Михаил
Васил ьев .
—
на
Ваш е
усмотрение,
же латель ны
ла­
тыши.
2
30
10 пуд.
пудо в
600
Приведенные
до ку менты
—очевидно,
первый
рабочий
пл ан
пер еезд а
С ов нар­
кома,
первый
набросок,
подготовленный
с екре тар иат ом
СН К.
О
многом
г овор ят
эти
деловые
буд­
ни чные
бум аги.
Глава
п рав ител ьства
великого
государ­
ст ва,
ч ел овек
необ ык новеннейш ий,
В лади­
мир
Ильич
Ленин
собирается
переезжать
в
но вую
столицу,
и
его
сотрудники
знают:
главный
личный
б агаж
Ильича
(«кладь») —
его
рукописи.
Д ругих
вещ ей
почти
н ет.
Больше
двадцати
пудов
(вместе с рукопи­
сями)
не
наберется.
На
всю
семью
в
три
ч ел овек а! (Вместе с Владимиром Ильичем
пер еез жали
Н.
К.
Крупская
и
се стра
М ария
Ил ьини чна ).
Столько
же
ручной
клади,
но
на
семью
из
двух
человек,
предусматри­
вается
для
сотрудниц
секретариата
Юл ии
С ергеевой
или
Елизаветы
Кок шаро в ой.
Набрасывая
проект
постановления
об
эвакуации
пр ав ител ьства
(еще 26 февраля),
В.
И.
Лени н
подчеркивал:
в
Москву
брать
не
всех
питерских
раб от ни ков
ц ент раль ного
ап парата,
а
только
минимальное
число
(«не
более
2-3
де сят ков
человек»
по
каждому
ведомству
«плюс семьи»).
Это
—
что бы
об­
ле гчи ть
сам ый
переезд,
чт обы
дешевле
обошлось
г осуд арст ву
(служащим прави­
тель ст венн ых
учреждений,
как
и
раб оч им
эвакуируемых
заводов,
вы плачив ались
подъ ­
емные).
Имелось,
очевидно,
в
в иду
и
то,
что
Мос ква
не
бед не е,
чем
Питер,
работ­
никами.
Найдутся
на
месте.
Из
ап п арата
Совнаркома
в
Москву
то же
брали
не
всех.
Только
з ареком ен до­
вавш их
себя.
Это
в
равной
м ере
от нос и­
л ось
к
большим
и
к
малым
работ ник ам .
В
списк е
не
забыт
ни
со лдат,
стоящий
на
посту
в
приемной
главы
правительства,
ни
б ойкий
и
старательный
Ми ша
Васильев
—
мальчик-курьер.
В
од ном
спи ске
с
гла вой
правительства
—
Его р
Ворон цов,
красно­
г вардее ц
Тру бо чно го
зав ода ,
ком иссар
172
Семьдесят
пятой
комнаты,
выполнявший
п ору чения
В.
И.
Ленина.
В
Москве
для
С овнарко ма
еще
не
было
п одг от овленных
п омещен ий.
Кремль
за
годы
вой ны
и
револю ц ии
превратился
в
большую
во енн ую
казар му;
там
стояли
и
кавалеристы,
и
артиллеристы,
и
пехот а.
Кремль
еще
на до
было
готовить,
чтобы
он
стал
рез иденцие й
правительства.
А
по ка
—
как
на
биваке.
Поэтому
вез ли
из
Петро­
града
всё
—
и
полевые,
и
«столовые» (на ­
стольные)
телефоны,
и
сейфы,
и
пишу щие
машинки,
и
даже
писч ую
бумагу.
«Отъезд правительства
вытекает
из
обстановки...»
В
Бресте
ни
вос то рженны х
речей,
ни
рукопожатий
не
было ...
3мартав2
часа
30 минут участники
мирной
ко нф еренц ии
собрались
в
п ослед­
ний
р аз.
Они
до лжны
был и
подпи сат ь
офи­
ци ал ьные
тексты
соглашений.
Б ыс трой
м ел­
кой
вязью
расписался
Г еоргий
Чич ер ин,
размашисто
—
Гр иго рий
Петровский...
По­
том
немцы,
австро-венгры,
б олг ары,
турки.
—
Желает
ли
кто
высказаться? — спро­
сил
председатель
з аключи те льног о
заседа­
ния
посланник
фон
Мерей.
Никто
не
отозвался.
В
5 часов 52
ми­
нуты
Брест-Литовская
мирная
ко нф еренц ия
закрылась.
За
несколько
ча сов
до
этого,
на
утрен­
нем
заседании,
советская
делегация
ог ла­
сила
заяв лен ие
своег о
п ра вите льств а:
Брестский
догов ор
—не
«мир соглашения»,
а
ультиматум,
п родикт ова нны й
с
оружием
в
руках ;
это
—
«мир,
ко т орый,
ст ис нув
зуб ы,
вынуждена
при нять
рев олю цион н ая
Россия».
Немецкие
дипломаты
сделали
ви д,
что
они
удивлены
столь
«резким тоном»
заяв­


ления ; «в это время»
они
«надеялись услы­
шать
только
мирные
и
спокойные
речи».
Но
разве
могли
быт ь
сп окойны е
ре чи?
Брестские
соглашения
накл ады ва ли
на
Со­
ветс кую
Россию
тя же лую
дань.
Гер ман ское
к ом андование
даже
в
де нь
подписания
мира
продолжало
выдвигать
с вои
войска
(под Петроградом и на Украине)
на
новые
ключ евы е
п оз иции,
з ахват
котор ых
мог
им еть
только
одну
цел ь:
подготовку
но­
во го
наступления
на
Россию
и
защиту
капи­
талистических
интересов
против
рабочей
и
крес т ьянск ой
рев олю ц ии.
И
об
э том
без
об иня ков
го ворили
в
Б ресте
советские
де­
л егат ы.
Полож ени е
не
улучшилось
и
в
по­
след ую щие
д ни4
Дог ово р,
хотя
и
был
по д­
писан,
еще
подлежал
ратификации.
И
не­
мецкое
ком андование
т оропил ось
занять,
осо бе нно
под
Петроградом,
наиболее
вы­
годные
рубежи.
«Нет тени сомнения для
ме ня,
что
немцы
подготавливаются
за
На р­
вой...
Под
Пск ово м
немцы
собирают
сво ю
регулярную
армию ,
св ои
желез ны е
дороги,
чт обы
сл едующ им
п рыжк ом
захватить
Пе­
т рог ра д»,—
г овор ил
В.
И.
Ленин
7 марта
1918 года.
На
то,
что
опасность
не
снята,
указы­
вали
и
вое нн ые
специалисты.
... На ча льник
штаба
Высшего
вое нног о
совета
Республики
М.
Д.
Бонч-Бруевич,
в
прошлом
генерал
ру сс кой
армии
(брат
управляющего
делами
Совет а
На ро дных
Ком иссаров), три раза в неделю делал лич­
ные
до клады
В.
И.
Ленину.
Утром
4 марта
в
об ы чное
время
М.
Д.
Бонч-Бруевич
при­
ех ал
в
Смо ль ный.
Доклад,
представленный
В.
И.
Ленину,
охватывал
шир ок ий
круг
во­
пр осо в:
и
положение
на
фронтах,
и
ход
боев о го
развертывания
Красной
Арм ии,
и
разведывательные
сведения
о
про тивнике .
М.
Д.
Бонч-Бруевич
обр ати л
внимание
на
обстановку,
скла дыва ю щую ся
в
районе
Финского
залива.
Донесе ния
раз ведки ,
по­
лученные
в
последние
д ни,
появление
не­
мецкого
флота
в
ближайших
в одах
Ба л­
т ики
—об
эт ом
уже
сообщали
газет ы
— за­
ставляли
прийти
к
выводу,
что
не мцы
гото­
вят
высадку
морского
десанта
в
Финлян­
д ии.
Лед
в
ве р шине
Ф инск ого
залива
пока
н епр оходи м,
но
весна
не
за
г ора ми.
С
вы­
сад кой
десанта
Петроград
будет
пра кти ­
чески
ок ружен .
Наштаверх
высказал
мнение,
что
п ра­
в ит ельст во,
находящееся
в
Пет ро граде,
яв­
ляется
как
бы
магнитом
для
не мцев .
Они
отлично
знают,
что
с толиц а
защищена
только
с
запада
и
с
ю га.
С
севера
Петро­
г рад
беззащитен,
и
высади
немцы
де­
сант
в
Финляндии...
Ленин
слушал
сп окойно,
с ос ред оточе н­
но.
Ког да
Бонч-Бруевич
кончил,
Вла дим ир
Ильич
окинул
его
испытующим
вз гля дом:
—
Где
же,
по
вашему
мнению,
должно
нах о дитьс я
п ра вительств о?
—
В
М оск ве,
Владимир
Ильич.
Ленин
задумался,
встал
из- за
стола
и
принялся
ходить
по
кабинету.
—
Да йте
мне
об
эт ом
письменный
ра­
порт,— сказал
Ленин.
Бонч-Бруевич
сел
за
стол
Владимира
Ильича
и
написал:
«ДОКЛАД
Германцы
занимают
Псков
и,
вероятно,
в
ближайшее
время
утвердятся
в
Н арве.
При
такой
близости
неприятеля
считаю
необходимым
до ложит ь,
что
пр ав итель ст ву
надлежит
теперь
же
уех ать
из
П ет рог рада,
например
в
М оск ву.
Отъезд
правительства
в
данную
минуту
вытекает
из
об ст ановки:
отъезд
под
угро­
зой
г ерм анцев
будет
носить
харак т ер
бегства
и
потому
нежелателен.
4 марта 1918 года
г.
П етрогра д»
Ч лен
Вы сш его
В оенн ого
Совета
М.
БОНЧ-БРУЕВИЧ.
. .. Доклад
М.
Д.
Бонч-Бруевича
у креп лял
В.
И.
Лени на
во
мн ении ,
что
и
после
по д­
пи сания
Бр ест ског о
договора
вое нная
об­
становка
по-прежнему
неблагоприятна
для
П ет рограда.
И
Влад им ир
Иль ич
тут
же
на­
писал
на
рап орт е
резолюцию,
по дт верд ив
решение
ехать!
***
После
совещания
у
В.
И.
Нев ско го
27 февраля председатель исполкома Нико­
лаевской
дороги
П.
О.
Осипов
и
ком ис сар
дороги
П.
Г.
Ле бит
сумели
в
течение
двух
дн ей
выполнить
при каз.
Один
состав
клас­
сн ых
вагонов
был
с форм иро ван
в
Мо скве .
Подойдя
с
ю га,
эт от
по езд
еще
до
Нико­
лаевског о
вокзала,
не
дост игну в
петроград­
с кой
ок ру жной
до рог и,
свернул
в лево
на
По ртов ую
ветвь.
Дру гой
состав
ж елезн о­
дорожн ик и
«накопили»
на
ст анц ии
Обу­
хо во—
тогда
она
на хо дила сь
за
чертой
города
и
вокруг
были
леса.
Э тот
состав
т оже
скрытно,
ночью,
п одали
к
морскому
порту.
Третий
взяли
«взаймы»
у
Се веро-
Западной
дороги
и
тож е
по гна ли
на
Пор­
т овую
ветвь.
В
то
время
Торговая
гавань
бездействовала
— порт
был
давно
блоки­
рован.
Требованиям
с к рытн ости
и
безо­
пасности
Портовая
ветвь,
пож алуй,
уд овле ­
творяла.
Но
подъез ды
к
ней
со
стороны
См ольног о
были
затруд н ен ы.
В зв есив
все
это ,
жел езнод орожник и
решили
перет а­
щи ть
все
три
состава
на
Бычью
плат ­
форму.
Эта
платформа
нах одил ась
в
районе
пересечения
За ба лканског о
(ныне Москов ­
ск ого)
проспекта
и
Обводного
канала.
Туда
подходили
т ыло вые
пути
со
ст анции
Варшавская.
В
годы
вой ны
и
револю ци и
это
место
бы ло
соверш енно
глухое.
Ко му
мог ло
прийти
в
голову,
что
на
бывшем
ск о­
топригонном
дво ре
со средот оч иваю т
пра­
вительственные
поезда!
...Ночью
4 марта Петр Лебит и Павел
173


Осипов
был и
в ызв аны
на
Фонтанку,
к
н ар­
кому
В.
И.
Нев ском у.
Владимир
Иванович
си дел
за
ст ол ом,
за ва ле нным
бумагами
и
ж елез нод орож ­
ными
справочниками.
Тут
же
ст ояли
недо­
питый
ста кан
чаю
и
солдатский
кот е лок,
пр икрыт ый
газетой.
—
Первый
поезд
прошу
п од гот овить
к
отправке
в
ночь
с
шестого
на
седь м ое
марта,— сказал
В.
И.
Невский.—
В
Москву
уез жа ет
н ародн ый
комисс ари ат
пу тей
со­
общения.
Врем я
отхода
прошу
сохранять
в
тайне...
J:
«Сохранять в тайне .. .»
Но
это
бы ло
уже
невозможно.
Вечером
4 марта и утром 5- го
с овет­
ск ие
г азеты
опуб ликовали
извещение
Со­
вет а
Народ н ых
Ком исса ров:
договор,
под­
писанный
в
Брес т е,
подлежит
ратификации,
то
ес ть
око нчат е льном у
утверждению,
и
это
за вис ит
от
В серосс ийск ог о
съезда
Со­
ветов
рабочих,
крес ть я нских,
солдатских
и
казачьих
депутатов.
Согласно
р еш ению
ВЦИК ,
съезд
собирается
в
Москве
12 мар­
т а...
Не
в
Петрограде,
где
происходили
все
п редыду щи е
съезды,
а
в
Москве!..
Т от,
кто
днем
4 марта проходил по
Дворцовой
площади,
видел ,
как
из
здания
б ыв шего
министерства
иностранных
дел
выносят
огромные
ящики
с
архивами.
Их
тут
же
на
автомобилях
о тпра вл яли
на
Ни­
к олаевск ий
вокзал...
В
тот
же
де нь
в
на­
родн ых
комиссариатах
пу тей
сооб щен ия ,
поч т
и
телеграфов,
в нут ренн их
дел
и
других
был
объявлен
при ка з: «в силу государст­
венных
со об ра жений»
н аркомат ы
переез­
жают
в
Москву.
Объ являл ис ь
списки
слу­
жащих,
по длежащ их
эвакуации.
Пон ятно ,
что
все
это
то же
б ыло
сразу
за мече но, —
сначала
стало
известно
газетным
репорте­
рам ,
а
наз автр а
— всему
Петрограду.
Б ур­
жу азные
газ еты
запестрели
сооб щени ям и
с
вокзалов:
на
Николаевском
опять
стычки
с
демобилизованными;
на
Варшавском
—
тож е;
циркулируют
слу хи,
что
ко
дню
пе­
реезда
п рав ите льств а
железнодорожные
служ а щие
готовят
забастовку...
Появились
со общ ения
и
«из Смольного»: окончатель­
но
решен о
—
правительство
едет
в
Москву.
«Впрочем,
вопрос
о
безопасности
Москвы
в
военн ом
отношении
также
близок
к
по­
становке
на
очередь»... «Едут»...
Эти
сооб­
щения
оппозиционные
газеты
подавали
как
сенсацию
но мер
один.
Для
контрреволюционного
подполья
она
с тала
сигналом:
действовать!
5 марта с Центрального столичного те ­
леграфа
в
ряд
кру п ных
городов
страны
ушл а
телеграмма:
власть
Со вето в
Народ­
ных
Ком ис саро в
свергнута,
издан
з акон
о
возв ращен ии
земель...
В
сам ом
Петрограде
на
улицах
появилось
воззвание,
я кобы
ис­
ходящее
от
Петроградского
Совета: «Пра­
в ит ел ьство
уез жает ,
Петроград
объявляется
во ль ным
городом...»
Ис по лком
Петроградского
Совета
при­
казал
все
фальшивки-воззвания
сры ват ь,
а
лиц,
р аскл еиваю щих
афишки,
зад ерж иват ь
и
судить
по
з ак онам
револю ции.
«Красная
174
г азет а»
вышла
с
п еред овой: «Рано
пта­
шечки
з ап ели»...
Напрасно
буржуазия
ра­
дуется,
напрасно
надеется,
что
с
от ъе здом
п ра ви тельс тва
Петроградом
снова
будет
править
Г ород ская
дума
и
снова
в ерне тся
бу ржу азный
рай...
У сп окойтес ь,
г оспод а!
Большевики
никуда
не
уходят.
Большеви­
ки
—
вся
ра боча я
и
крестьянская
Р оссия.
Все
ост ает ся
как
было
—
по вс юду
влас ть
рабоч их
и
крестьян.
*
*
Поздно
ве чером
6 марта Павел Осипов
п озво нил
в
деп о:
подать
паровоз
на
ста н­
цию
Петроград-пассажирская.
Прошло
ми­
нут
пя тн адц ать.
Осипов
п озво нил
сно ва.
Но
теперь
никт о
не
отозвался.
Председатель
ис пол кома
выз вал
пятер ых
красногвардей­
цев
и
послал
их
у знать
в
чем
де ло.
Но
и
красногвардейцы
словно
в
воду
канули.
И
опя ть
звонок
в
деп о: «Паровозы
вышл и?» Оказалось,
нет
— машинисты
ми­
тингуют...
«В такую пору?
И
по
как ой
пр и­
чине ?»...
О сипов
сам
помчался
в
деп о.
—
Пар овоз ов
не
дадим!
— услышал
он.
—
На
каком
о снов ании?
—
Не
дадим,
и
все!
Другие
«объяснили»: не будут они по­
могать
«бегству
народных
к омиссаров».
Осипов
понял:
верхово дя т
вахновцы,
а
по д­
няли
их
э серов ские
подстрекатели.
Председатель
исполкома
взобрался
на
паровозную
пл ощадку.
Говорил
н едолго ,
но
горячо.
Вахновцы
сникли.
Де ло
кончилось
те м,
что
па ровоз
все
же
по дал и.
Ряд ом
с
машинистом
стояли
вооруженные
красно­
гвардейцы.
В
двенадцать
часов
ночи
первый
пра­
ви те льс твен ный
по езд
— народного
комис­
с ариат а
п утей
сообщен ия
— ушел
в
Мо скв у.
i:
Самые
нетерпеливые
еще
ст ояли
на
Н евском ,
у
Пассажа.
До
вечера
6 марта
пропуска
там
вы давал и.
С
п ерерывам и,
с
проволочками,
но
давали.
В еч ером
о бъ­
явили:
—
Бол ь ше,
гражд ане,
не
стойте.
Все
п асса жирски е
по езда
отменены.
В
ходу
т олько
правительственные
и
воинские.
Те
из
питерцев,
что
уже
с идели
на
вокзалах
с
пропусками,
то же
бы ли
опове­
щены:
расходитесь,
г ражд ан е...
В
чем
же
было
дело ?
Несмотря
на
мир,
не мец кое
наступле­
ние
все
еще
п родо лжалос ь
(оно остано ­
вилось
толь ко
9—10 марта).
Кроме
того,
брестские
соглашения
еще
подлежали
ра­
тификации.
Пойдет
ли
на
это
гер манс ки й
рейхстаг,
уверенности
не
было.
В
Германии
в
любую
минуту
мо гла
взять
верх
партия
войны—экстремистские
силы,
выступав­
шие
против
любых
соглашений
с
Советами.
Следовало
считаться
и
с
тем,
что
внутри
со в етско го
р уково дст ва
то же
не
б ыло
еди нств а
— продолжалась
сильная
оппози­
ция
к
Б ресту
со
ст орон ы
Троцкого
и
«ле ­
вых »
коммунистов.
Н адо
бы ло
считаться
и
с
тем,
что
во
ВЦИ Ке
и
на
предстоящем
съезде
С ов етов
против
ратификации
бреет-


ских
соглашений
выступят
и
левые
эсеры
и
меньшевики...
Е сли
ратификация
будет
сорвана,
то
Петроград
окажет ся
под
еще
бол ее
сильным
н ати ском
врага.
Вот
почему
В.
И.
Ленин,
Центральный
Комитет
п артии
пришли
к
выводу:
время,
остающееся
до
ратификации,
необходимо
всемерно
ис­
пользовать,
форсировать
разгрузку
Питера.
Совнар ко м
установил
обязательный
для
все х
порядок:
эвакуация
из
П ет рогра да
разрешалась
только
ор га низ ова нно
—с
за­
во дом
или
учреждением.
Именно
по
эт ой
причине
в
ночь
с
6- го
на
7 марта
все
обычные,
по
расписанию,
поезда
были
отменены.
Вошел
в
действие
нов ый
гра фик.
Предусматривалось
о тправ лять
из
Пет рограда
не
менее
дв адц ати
товарных
и
па сса жирских
пое з дов
в
сутки.
В
этом
числ е
—
восемнадцать-девятнадцать
соста­
вов
для
во инск их
перевозок
и
эвакуации
заводов
и
фабрик
и
один-два
поезда
в
сутки—для
п ереез да
правительственных
у чре жде ний.
В,
А.
Алгасов,
один
из
руковод ител ей
Центральной
коллег ии
по
разгрузке
Петро­
града,
ст ал
гл ав ным
расп орядит елем
по
эвакуации
з авод ов
и
государственных
ц ен­
н остей .
В.
Д.
Бонч-Бруевич
и
сек рет арь
Совнаркома
Н.
П.
Горбунов
—
по
пе реез ду
правительственных
учреждений.
Жел езно ­
дорожные
организации
ста ли
исполнять
только
их
приказы.
Двадцать
эшелонов
в
сутки...
Большин­
ст во
—с
Николаевского
вокзала.
Железно­
дорожни ки
теперь
не
з нали
ни
минуты
от­
дых а,
работали
до
изнеможения.
Для
связи
Смольного
с
вок зал ами
и
наркоматами,
для
б ыст рой
доставки
при ­
к азов
был
сф орм ирован
особый
отр яд
мо­
тоциклистов.
Во
г лаве
—
Борис
Девяткин,
солдат,
коммунар,
ч еловек
расторопней-
ший
и
боевой.
Все
десять
его
товарищей
то же
не
зна ли
ни
минуты
от д ыха...
П рик азан ия
следовали
одно
за
д ру­
гим...
Ко мис сару
Николаевского
вокзала
—
«в интересах защиты революции незамед­
лит ельно
выполнять
все
требования
в
пере­
воз ках
Б юро
оборонительных
сообщений...»
Вне
всякой
очереди
предоставить
ва гоны
для
автомобильно-броневой
части
ВЦИК
и
С ов нарк ома. ..
Обеспечить
сам ый
срочный
выезд
в
Москву
секрет ар я
«Известий» , ко­
торый
направляется
для
ор ганиз ац ии
вып у­
ска
газе ты
в
новой
столице...
Ком иссар
Семьдесят
пя той
комнаты
Смольного
т ов.
Алек сандров
направляется
в
Москву
с
особым
поручением
Совн арк ома. ..
Предо­
ставить
право
свободного,
бесплатного
и
внеочередного
про ез да
в
Москву...
П етр
Лебит
заб ыл
уж е,
ког да
он
был
дома...
Ди нам ит
под
рельсы
Поз дни м
февральским
в ечеро м
к
Пе­
трограду
подходил
пасс аж ир ский
по езд
из
Мо скв ы.
Битком
набитый
вагон .
Меш очни ки ,
со лдаты ,
служащие
к ом иссариато в
и
ком и­
тетов,
арм ейск ие
и
флотские
начальники.
Па хло
потом,
прелью
портянок,
сыростью
сапог
и
шинелей.
У
окна
сидела
молодая
женщ ина
с
дешевой
м еховой
муфточкой.
Рядо м
— молодой
чел овек
в
ст уден ч еской
шинели
и
фуражке
с
синим
околышем.
Оба
то
дремали,
опустив
голо ву
на
грудь,
то
незаметно
переглядывались.
Каждый,
кто
бросал
на
них
взгляд,
в ызыв ал
тревогу: «Не
комиссар
ли
Семьдесят
п я той?»
...Не
раз
бывало
в
истории:
громкая
фраза
— ч ерное
дело;
левая
ф раза
—
«пра­
вое»
де ло...
Когда
стало
известно,
что
Чичерин
едет
в
Брест,
руководство
п раво э серов ской
пар­
тии
нелегально
расп ростран ил о
воззвание:
наст ало
время
решительных
действий,
«нельзя
больше
те рпет ь
б оль ш евик ов»;
они
идут
на
«сговор»
с
не мецки ми
импе­
риалистами,
они
«предают»
меж дун арод­
ный
пролетариат,
мировую
революцию...
Никакого
Брест а!
Все
вперед,
на
ми ров ой
империализм!
Большевики
не
хотят
и
не
могут,
а
мы
хотим
и
все
можем!
Внешне
это
выглядело
куд а
как
«р-р е-
волю цион но ».
Но
под
вид ом
борьбы
с
ми­
ровым
империализмом,
под
предлогом
того ,
чтоб ы
«разом прыгнуть вперед», пра­
вые
эс еры
толкали
Советскую
власть
на
опа с ный
х од,
чт обы
она
р азби ла
с ебе
го­
лов у.
В
дни
Бреста
крутой
п о ворот
совер­
ши ли
л евые
эсеры.
Стр емяс ь
сохранить
св ое
вл ия ние
среди
крестьян,
левы е
эсеры
в
октябре
1917 года пошли на соглашение с больше­
виками.
Их
представители
были
в ве дены
во
ВЦИК,
в
Совет
Народных
Комиссаров,
в
местные
С ов еты.
Но
и
тогда,
как
кто- то
метк о
за ме тил,
они
«без пяти минут по ­
сп евали
за
бол ьш евик ами».
То
и
дело
го­
ворил и: «Нет,
это
для
нас
не
подходит»,
«Это круто», «А с этим надо повременить» .
С
углублением
социалистической
револю­
ции
ле вые
эсеры
все
да льше
отходили
от
б оль ш евиков,
выст уп ая
против
диктатуры
пролетариата,
против
важнейших
п ункт ов
пол ити ки
лен ин ской
п ар тии.
Что
кас ается
большевистской
программы
дост ижени я
мира,
то
левые
эсеры
сначала
под дер живали
эту
программу.
Но
п отом
стали
хмуриться,
лавировать.
А
кончили
тем ,
чт о,
придя
в
отчаяние,
потребовали:
никак их
подписей
в
Бр ест е!
Когда
нем ецкие
войска
двинулись
на
П ет рог рад,
когда
лучшие
сыны
п рол ета­
риата
отправились
под
Псков
и
Нарву,
кровью
и
мужеством
преграждая
путь
врагу,
газета
левых
эсеров
«Знамя труда»
вы ступ ила
с
пр из ы вами:
долой
«государст ­
венную
во йну », да здравствует партизанское
восс тание
в
ты лу
немецких
войск! «Даже
если
бы
государственная
влас ть
признала
необ ходим ы м
подписание
сеп ар атн ого
ми­
р а,—
писала
газета,— для
Революции
это
гос ударс твен ное
решение
не
обязательно.
Ибо
та м,
где
государст вен ны й
рас чет
ста­
нов итс я
на
пу тях
революционной
борьбы,
там,
где
он
пересек ает
ее,— мы
обязаны
обойти
препятствие
и
идти
вп еред
как
п ар­
тия,
как
отряд
интернационала,
не
с ков ан­
175


ный
условностями
госу дарст венн ы х
гр ан иц,
государственных
расчетов...
Брошен
жр е­
бий
—
восстание
против
зарубежной
контр­
р еволю ц ии!»
Пок азу ха
фразы,
а
на
деле
—
неверие
в
революционную
мо щь
рабочих
и
кр е­
сть ян;
громкий
клич
к
«восстанию»,
а
на
де ле
политическая
растерянность,
отч ая­
ние,
надрыв,
удар
в
спину
те м,
кто
дейст­
вительно
борется
с
врагом ,
от ст аива ет
от е­
чество
социализма,
сообразуясь
с
обста­
новкой,
трезво,
мужественно,
геройски,
с
политическим
п р едвид ением
и
реализ мом .
Вот
что
означали
левоэ серов ские
пр из ывы.
К
концу
фе вр аля
1918 года правые и
лев ые
эсеры
еще
нах од или сь
на
разной
ступени
предательства.
Ле вые
эсеры,
недо­
в ольн ые
раз витием
социал истич еск ой
ре­
волюции
в
д еревн е,
недовольные
и
Бре­
стом ,
на чнут
антисоветский
мятеж
в
ию ле
1918 года .
Правые
же
встали
на
пу ть
вооруженной
борьбы
с
Советской
влас тью
еще
в
конце
1917 года,
используя
вес ь
св ой
диверсион н ый
арсе на л,
в
том
числе
та йные
заговоры
и
индивидуальный
террор.
В
двадцатых
числах
фе вр аля
1918 года
Петроградский
комит ет
э с еров ской
па ртии
принял
решение
п одгот ови ть
нападение
на
В.
И.
Лени на
—
«в
знак
протеста
против
Б рес тско го
дог овора» ,
в
з нак
«осуждения
всей
политики
большевиков».
Комитет
ре­
шил
запросить
мнение
центрального
руко­
во дс тва
своей
па ртии,
к оторое
уже
наход и­
ло сь
в
Мо скв е.
В
Москву
был и
п ос ланы
те,
на
к ого
возлагалось
непоср едст венное
ис­
полнение
гнусного
дела
—
покушения
на
Ле нина .
В
Мос кве ,
в
центральном
руководстве
партии
эсеров,
решение
Петроградского
комитета
получило
полное
одоб рение .
«Поднять массы сейчас невозможно. . .
Н уж­
но
действовать
соответственно
мом ент у.
Ну жны
край ни е
средства,
к райн ие
мер ы». ..
И
вот
те
двое,
ездившие
в
Москву
и
уже
п ракт иковавшиеся
там
в
стрельбе
(где- то
за
городом,
в
лесу) ,— Пе тр
Ефимов
и
Лидия
Коноплева
28 февраля возвращались в Пе ­
троград.
Поезд
пришел
на
Ник ол аевск ий
вок ­
зал
ок оло
полуночи.
Выходя
из
ва го на,
Ефимов
и
Коноплева
сделали
вид ,
что
нез наком ы
др уг
с
друго м ;
с
платформы
ушли,
держа
меж
собою
значительный
ин­
т ервал ...
Лишь
час
или
два
спустя
они
встрети­
лись.
Нес ко лько
суток
Ефимов
и
Коноплева
бродили
по
Петрограду,
у знава я,
где
бы­
вае т
В.
И.
Ленин
вне
Смольного.
Им
уд а­
лось
п р оникнут ь
и
в
Смо льн ый.
Но
там
—
то
ли
это
им
показалось,
то
ли
бы ло
в
действительности
—
за
ни ми
все
время
сл е­
ди ли
двое
м олоды х
парней
в
коротких
пиджаках,
сапогах
и
кожа ных
фураж к ах. ..
Покушение
не
состоялось...
В
начале
м арта,
когда
стало
известно
о
предстоящем
отъезде
С овнарк ома
в
Мо­
ск ву,
эсеровское
подп оль е
решило,
что
это
как
раз
тот
случа й,
когда
можно
будет
осу­
ществить
неудавшееся.
.. .П ет роград .
Явочная
квартира.
Вечер.
О кна
завешены.
У
стола,
под
светом
ор ан­
176
жевого
абажура,— трое.
Один
—
худой,
х муры й,
с
длинными
зачесанными
назад
во­
лос а ми,
другой
—
краснолицый,
белес обр о­
вый,
говорливый;
между
ними—сутулая
женщ ина
с
седеющими
волосами.
Это
был и
ч лены
Петроградского
комитета
эсеров
—
Б рю ллова- Шас коль ская ,
Шаскольский,
Эс т­
рин.
Чу ть
поо да ль
сидели
Коноплева
и
еще
двое,
ф ами лии
которых
о ст ались
н еиз ве­
ст ны.
Председательствовала
Б рю ллова- Ша­
скольская.
Она
говорила
при ме рно
то
же,
что
Коноплева
слышала
н еделю
назад
в
М о ск ве : «Либо полная капитуляция перед
большевиками,
либо
п ри ме нение
самых
крайних
м ер. ..»
Говорилось
и
о
том,
что
н еобх од имо
воспользоваться
моменто м
и
устроить
кр уше ние
поезда
С овн арком а.
Тут
же
были
обсуждены
планы
диверсии.
Одни
предлагали
взорвать
пар овоз
или
железн одорожн ое
полотно;
другие
—
об­
лить
маслом
рельсы,
остановить
по езд
и
собрать
толпу.
Сд ел ать
это
на
ка кой -ли бо
станции
под
Петроградом.
Предлагалось
и
та кое:
взорвать
так
н азыв а емый
Американ­
ск ий
железнодорожный
мос т
через
Обвод­
ный
кана л.
Был о
решено
готовить
кр уше ние,
ис­
пользуя
все
три
варианта.
Дело
поручили
опытным
бо евикам
—
Кононову,
Семенову,
Тисленко.
На
Коноплеву
в оз ложили
за дачи
ра зве дки.
Поручику
Тисленко,
которому
до
этого
уд ало сь
пробра ть ся
на
сл ужбу
в
один
из
штабов
К расн ой
Арми и,
приказали
до­
стать
шесть
пудов
динамита...
***
Товарищи-братья,
матросы,
солдаты...
Ве лики х
своих
охраняйте
вож дей ...
Их
силы
дороже
род ног о
нам
брата;
Их
жизнь
—
это
свет
уг нет енных
лю дей!
(Ив .
Нерадовский,
Петр огр а д,
28 февраля 1918
года).
«Мы все-т а ки
поедем?»
6 марта в Таврическом дворце от­
к рылся
Седьмой
Экстренный
съезд
п артии.
Главный
вопрос
—о
во йне
и
мире.
В
стр ане
разруха,
нищета,
безра боти ца.
Боеспособной
армии
не т.
Нет
и
экономи­
чески
кр еп кого
тыла.
Т руд овой
народ
Ро с­
сии
безмерно
устал
от
войны.
А
Германия
вооружена
до
зубов.
На
ура
германского
хищ ник а
не
возьмешь.
Война
с ильнее,
чем
пр опо веди,
чем
десять
тысяч
рассуж ден ий.
Брестский
мир
д ает
передышку
—
зна чит,
на до
ее
б рать. >
Брестский
м ир,
хотя
он
и
тягчайший,
и
пох а бный,
унизительный,
надо,
ратифицировать,
добиваться
этого
на
пред­
стоя щем
съезде
С ове тов. ..
Так
г овори т
Владимир
Ильич
Ленин.
Он
оперирует
до­
водами
политика,
расчетами
экономиста,
фактами
историка,
наблюдениями
психо­
лога.
Он
обрушивается
на
своих
оппонен­
тов
с
гневом
и
сарказмом.
Он
го вори т
с
ответственностью
государственного
д ея­
теля,
ко т орый
взвес ил
все
«за»
и
«против»
и
пришел
к
выводу
—
«за», то лько «за»!


Ленин
об нажает
всю
оши боч ност ь
утв ер жд ений
«левых»
коммунистов
и
Троц­
кого,
уверяющих,
что
сейчас
«немец насту ­
пат ь
не
сможет» —
мол,
германские
ге не­
ралы
побоятся
выз ват ь
в
своем
тылу
вос­
с тание
раб оч их
в
защиту
русской
револю­
ции.
Шаткое
«основание»! Германская,
ев­
ропейская
р еволю ц ия,
к
со жалению ,
за­
па здыв а ет.
Это
ф акт,
от
к ото рого
не
уйти.
Германия
хорошо
доказала,
что
она
может
наступать:
в
несколько
дн ей
завладела
огромной
те рри тори ей
и
миллионными
бо­
гат ства ми
Р оссии^
Надо
ви деть
мир
таким,
какой
он
есть.
Нельзя
подменять
ответст­
веннейшие
решения
эфем ерн ым и,
а
на
деле
авантюристическими,
гибельными
для
Республики
планами.
Владимир
Ильич
выступает
на
съезде
восемнадцать
раз.
Он
вно вь
и
вновь
при­
зыв ает
не
хо рохо рит ься ,
не
становиться
в
по зу
шля хт ича,
котор ый,
умирая
в
красив ой
п озе
со
шпагой
в
рук е,
говорит: «Мир —
это
позор,
война
— это
честь»...
На до
бр ать
Брестский
ми р,
что бы
спас ти
отечество
со­
циализма,
чтобы
укрепиться,
вылечить
в
ты лу
больн ую
армию,
под гот овит ь ся
к
но­
вым
боям,
если
на
Советскую
Россию
на­
падет
внешний
вра г.
Те м,
кто
гов орит ,
что
передышка
мо­
жет
оказаться
с ли шком
кратковременной,
а
потому
неэффективной,
Ленин
отвечает:
даже
в
этом
случае
н адо
брать
м ир.
Ленин
напоминает
о
положении
П ет рог рада,
об
угрозе,
к отор ая
по-прежнему
подстерегает
великий
город
и
его
население.
«Надо
уметь
не
фанфаронить,—
го вор ит
Влади­
мир
Ильич,— а
брать
даже
один
де нь
пе­
ред ыш ки,
ибо
д аже
од ним
дне м
можно
воспользоваться
для
эвакуации
Пи тера ,
взят ие
кот орог о
будет
стоить
неслыханных
мучений
для
сотен
тыс яч
наших
п ролет а­
риев.
Я
еще
раз
скажу,
что
готов
по д­
писать
и
бу ду
счи тать
обязанностью
подпи­
сать
в
двадцать
раз,
в
сто
раз
более
уни­
зительный
договор,
чтобы
получить
хоть
несколько
дней
для
эвакуации
П итер а,
ибо
я
облегчаю
эт им
мучения
рабочих,
которые
инач е
могут
подпасть
под
иго
немцев.
Я
облегчаю
вывоз
из
Питера
тех
материа­
ло в,
пороха
и
прочее,
которые
нам
нуж ны,
по тому
что
я
— оборонец,
потому
что
я
ст ою
за
подготовку
армии
— пусть
в
сам ом
от дален ном
тылу,
где
лечат
сей час
тепе­
решнюю
демобилизованную
бол ьную
ар­
мию».
Большинством
голосов
съезд
прини­
мает
решение,
предложенное
В.
И.
Ле ни­
ным ,—
признать
не обхо ди мым
утвердить
подписанный
совет ской
делегац ией
мирный
д оговор
с
Германией.
***
О
то м,
что
эсеры
хотя т
взорвать
поезд ,
в
ко тор ом
поед ет
Ленин,
чекисты
узнали
от
людей
надежных.
Тотчас
к
Владимиру
Ильичу
отправился
В.
Д.
Бонч-Бруевич.
—
И
что
же,
мы
все-таки
поедем? —
сп росил
Ленин,
выс луш ав
доклад.
—
Конечно...—
ответил
Бонч-Бруевич.
—
Гарантируете
вы
нам
б лагопо луч ны й
проезд?
—
Предполагаю,
что
проедем
с по­
койно,
так
как
я
целой
системой
мер
и
д ей­
ст вий
думаю
сове ршенно
парализовать
террористические
зам ыс лы
эсеров.
«Я рассказал Владимиру Ильичу о том,
что
уже
предпринято
и
что
еще
будет
сде­
лано.
Владимир
Ильич
все
это
одобрил,—
вспоминал
впоследствии
Бонч-Бруевич.—
...Получив
эту
ок онча тель ную
санк цию ,
я
т отчас
же
на жал
все
пружины
Семьдесят
пятой
комнаты
и
всю
энергию
нап рав ил
в
одном
главнейшем
нап ра влен ии...»
(Окончание следует)
12
Москва
No
1


УрИВуНА
ЧИТА ТЕ ЛЯ
М.
Скаткин,
член-корреспондент Академии
педагогических наук
«ИЗБЫТОК СОДЕРЖАНИЯ УМА»
ИЛИ
ГАРМ ОН ИЧЕ СКАЯ
ЛИЧНОСТЬ?
(ПО ПОВОДУ СТАТЬИ ВЛАДИМИРА ТЕНДРЯКОВА
гВАШ
СЫН
И
НАСЛЕДСТВО
КОМЕНСКОГОг)
В
последнее
вре мя
вопросы
ш колы
все
чаще
и
ча ще
пр ивлек аю т
внимание
общест­
вен нос ти.
В
их
обсу жд ении
участвуют
не
толь ко
п едаго ги,
но
и
лю ди
самых
разно­
образных
профессий.
Та кой
интерес
к
ш коле
вполне
по нят ен.
От
того,
как
она
раб ота ет,
во
многом
завис ит,
каким и
буд ут
пок олени я,
вступ а ю щие
в
жизнь.
Очень
х орош о,
что
редакц ия
журн ала
«Москва»
статьей
п ис ателя
В.
Тендря кова
(вNo11
за
1965 г .)
от крыл а
на
св оих
с тра­
ницах
обсуждение
злободневных
проблем
школы.
Ав тор
справедливо
критикует
ее
серьезные
недостатки,
высказывает
много
интересных
мыслей
о
во змож ных
путях
улучшения
уч ебн о-в оспит ате льн ой
ра бот ы.
Но
вместе
с
тем
в
статье
ес ть
недоговорен­
ности,
сп орны е,
а
порой
и
неприемлемые
предложения.
Это
и
побудило
нас
при нят ь
уча стие
в
о бсу жд ении
поднятых
авт ором
вопросов.
Чем
б ыст рее
развиваются
в
обществе
наука,
техника,
культура,
тем
тр уднее
ш коле
поспевать
за
ними.
А
она
д олжна
не
только
п о спе вать,
но
и
опережать
их.
Ведь
дети ,
котор ые
в
это м
году
сели
за
парты,
полу­
чат
аттестат
в
1975 году .
Шк ола
по
самому
своему
наз н ач ению
всегда
устремлена
в
буду щее,
работает
на
него.
Но
вместе
с
тем
над
нею
всегда
тяготеет
и
гр уз
прошлого.
Шко ла
— это
сложный
организм,
со зда­
вав шийс я
веками.
Жизнь
ее
теч ет
разме­
ренно,
порядки
ее
заведены
издавна:
кл а ссы,
уче б ный
год,
разделенный
на
чет­
верти;
расписание
уроков ;
звонки;
домаш­
ние
задания;
отметки;
стабильные
учеб­
ни ки ...
Время
от
времен и
наступает
момент,
когда
ос тро
об нар уживае т ся
рас хожден ие
между
новыми
требованиями
жи зни
и
ре­
зультатами
работы
школы.
Эти
«ножницы»
ста но вя тся
тормозом
общественного
раз­
вит ия.
Общественность,
естественно,
пр ояв­
ляет
беспокойство
и
на чинае т
критиковать
работ у
школы.
Нередко
при
этом
острие
кри тики
обращается
не
на
сущность
учебно-
воспитательного
процесса,
а
на
его
форм ы,
в
к от орых
особенно
ярко
выступают
сло­
жившиеся
год ами
традиции.
Так
было,
на­
пример,
в
п ервые
годы
после
Октябрьской
178
р еволю ц ии.
Чтоб ы
построить
новую
совет­
ск ую
школу,
критики
предлагали
отказаться
от
всех
атрибутов
старой
школы—отметок,
э кзам енов,
домашних
заданий
и
наказаний,
группировки
у чен иков
по
классам
и
т.
п.
Жизнь
показала
ошибочность
такого
внеш­
н его
подхода
к
реф о рме
школы.
Далеко
не
все
традиции
старой
школы
были
плохими.
Мы
вспомнили
об
эт ом
п отом у,
что
и
в
настоящее
время
нет
недостатка
в
предло­
жениях ,
несущих
на
себе
печать
огульного
отрицания
с л ожившейся
практики
обучения
и
во спи та ния.
Чтобы
избежать
п овто рения
ошибок
прошлого,
надо
прежде
всего
выяснить,
что
именно
в
со врем енно й
школе
не
у до вле­
творяет,
в
чем
ее
основные
недостатки,
и
уж
тогда
намечать
пути
их
устранения.
Противоречия,
которы е
над о
разрешить
П рот иво речия
между
требованиями
об­
щества
к
подготовке
подрастающего
п око­
ления
и
ф акт ическ им
уровнем
эт ой
п одго­
т овки
порождены
прежде
всего,
как
уже
говорилось,
научн о-т ех ническ им
прогрес­
сом.
На
наших
глазах
п роис ходит
револю­
ция
в
физ ике ,
астрономии,
б иол огии.
Появились
новые
и деи
в
математике,
много
откр ыт ий
сделано
в
химии
и
других
науках.
А
в
ш коль ных
учебниках
до
сих
пор
науки
излагаются
на
уровне
конца
XIX— начала
XX века.
Это
вызывает
законное
н едовол ь­
ст во
преподавателей
вы сшей
школы,
уче ­
ных,
раб отни ков
п роиз вод ст ва.
Но
школа
должна
готовить
не
только
к
поступлению
в
вузы,
но
также
к
п роиз­
водст венном у
труду .
Эта
задач а
оказалась
для
школы
и
педагогической
науки
оч ень
сложной.
Пос ле
д олгих
сп оров ,
основываясь
на
тезисе
к онк ретн ости
труда,
пед агог и
сд елал и
вывод:
чтобы
подготовить
учаще­
гося
к
труду,
школа
до лжна
дать
ему
п ро­
фессию,
присвоить
разряд
по
специаль­
ности.
В
школах
со
многими
параллелями
старшие
классы
(9, 10, 11) начали отде­


литься
от
младших
и
превращаться
в
сам о­
ст ояте ль ные
трехлетние
учебные
заведения.
Прием
в
них
осуществляется
уже
не
по
терри тори альн ому
принципу,
на
к отором
строится
об щео бр азов атель ная
школа,
а
по
п рофе ссио нальном у
п рофилю .
Хочешь
по­
лучить
профессию
по
душе,
по
способно­
с тям
— поезжай
в
другой
конец
г ор ода,
в
другой
район.
Но
все
ли
у ченики
и
их
роди­
тели
могут
пой ти
на
эт о?
Чаще
всего,
окон­
чив
восьмой
класс,
ребята
идут
в
де вят ый
клас с
своей
же
школы
и
выну ждены
поне­
вол е
овл адев ать
той
профессией,
к
которой
зде сь
готовят.
А
ведь
школа,
как
правило,
с
большим
трудом
орган из овала
это
обу ­
чение
на
базе
б лижа йше го
п роиз водс тв а.
Шк ола
и
предприятие
тратя т
силы
и
сред­
с тва,
а
потом
оказывается,
что
большинство
уч еников
ид ет
работать
и
учи тьс я
дальш е
совсем
по
други м
специальностям.
Попытки
соединить
в
рамках
средней
школы
всест орон нее
об щее
и
по лно цен­
ное
п рофессион аль н ое
образование,
неод­
нократно
п редп риним авш ие ся
в
про шло м
и
не
давшие
п оложит ель ных
результатов,
не
оправдали
себя
и
с ег одня.
К
тому
же,
не
им ея
ни
опыта
п рофе ссиона ль ног о
обуче­
ни я,
ни
своих
инженерно-агрономических
кадров
преподавателей,
ни
свое й
учебно­
материальной
базы,
многие
школы
не
с могли
обеспечить
хорош ей
пост анов к и
пр офес сионал ьно го
об раз ования .
Многие
уч еники
теряли
по нап расну
время,
р азб ал­
тывались.
С тал
снижаться
уровен ь
общеоб­
разовательных
знаний .
Отодвинулись
на
задний
пла н
ид еи
п олит е хническо го
обуче­
ния.
Серьезные
недостатки
т рудо вой
по дго­
товки
волную т
общественность.
Раздаются
даже
голоса
о
том ,
что
школа
вообще
не
должна
бра ть
на
себя
задачи
подготовки
к
труд у,
а
давать
учащимся
т олько
об щее
об раз ование.
С нова
с тали
вы тас кив ать
на
свет
идею
ученья,
отор ванн ог о
от
труда,
против
чег о
в сегда
б ороли сь
Ленин
и
Круп­
ская.
О тож дест вив
трудовую
подготовку
с
пр офессион аль н ым
обу чением ,
ст ор онни ки
э той
точки
зрения
ра сс уж дают
по
форм уле:
ли бо
профессионализация,
ли бо
школа
без
труда.
На
де ле
же
возн икла
зада ча
изме­
ни ть
хар акте р
т рудовой
подготовки.
О дно
из
серьезных
пр оти воречи й
со­
в рем енной
школы
ле жит
в
сфере
самого
характера
уч еб ной
деятельности
уче ни ков.
По
наследству
от
старой
школы
к
нам
перешел
такой
тип
учебного
проц есса:
пре­
подаватель
излагает
знани я,
ученики
их
воспр иним аю т,
осмысливают,
запоминают,
а
затем
«отвечают»
у
доски .
В
основе
этого
процесса
лежит
реп р оду кти вная
или
вос­
производящая
познавательная
деятельность
учащихся,
где
высшим
резуль т ат ом
сч и­
тается,
как
выразился
более
двух
тысяче­
летий
на зад
Марк
Фабий
Квинтилиан, «из­
быто к
содержания
ум а».
Чтобы
добиться
эт ого
избытка,
он
рекомендовал
«переби­
ра ть
в
п амя ти...
п роч ит анное
и
пережевы­
ва ть
это
под обно
тому,
как
пережевывается
одна
и
та
же
пища».
Конеч но,
усвоение
знаний,
накопленных
наукой,
всегда
б ыло,
ес ть
и
будет
в ажней­
шей
за дач ей
школьного
обу ч ения.
Но
за­
дачи
его
не
сводятся
то лько
к
этому,
да
и
усвоение
может
осуществляться
по-раз­
н ому.
Бесспорно
о дно:
универсализация
репродуктивной
познавательной
дея т ель но­
сти
неизбежно
порождает
перегрузку
па­
мя ти
огромным
колич ест вом
всевозможных
сведений,
фо рма лизм
зна ни й,
задержку
развития
с пособ нос тей
и
част о
—
враждеб­
ное
отнош ение
детей
к
у чению.
Нередко
поэтому
за
ш коль ные
г оды
форм иру етс я
п ассив но-соз ерцат ель ны й
тип
личности.
Такой
человек,
набитый
готовыми
знаниями,
«как мешок картофелем» (М.
И.
Калинин),
част о
оказывается
со верш енно
беспомощ­
ным
в
жизни,
не
умеет
при мен ить
эти
з на­
ния
на
деле.
Попытаемся
представить
с ебе,
что
ож и­
да ет
нашего
ш кольни ка ,
в
какой
д еят ель­
нос ти
ему
п редст оит
участвовать?
Программа
партии
провозгласила,
что
тр уд
в
коммунистическом
об ще стве
пе ре­
станет
быт ь
то лько
сре дст вом
к
жи зни
и
превратится
в
п одлинное
творчество.
Ос­
нова
такого
творческого
п одхода
к
любому
т руду,
развития
инициативы,
активности
и
самостоятельности
у
всех
членов
общества
должна
быть
за лож ена
в
школе.
Меж ду
тем
школа
ны не
приучает
своих
питомцев
усваивать
г отовы е
знания
и
выполнять
прак­
т ич еские
работы
по
гот овой
и нст рукц ии.
А
э то,
мягко
го воря ,
не
совсем
те
условия,
ко то рые
способствуют
формированию
твор­
че ской
личности...
Как
известно,
коммунизм
может
по­
бедить
капитализм,
в
конечном
счете,
бо­
лее
в ысок ой
пр оиз вод ит е льност ью
труда.
А
один
из
важ н ейших
факт оров,
п овыш аю­
щих
производительность
труда
человека,—
внутренние
стимулы
к
труду,
п ревра щение
труда
в
первую
жизненную
потребность.
Нам
нужно
вос питать
как
м ожно
больше
«одержимых»
людей,
энтузиастов
св оего
дела.
С
равно душ н ым и,
ко тор ые
привыкли
трудиться
«от сих и до сих»,—
ко мму н изма
не
построить.
Без
увлечения
нельз я
ста ть
ни
ученым,
ни
писателем,
ни
художником,
ни
артистом,
ни
инж ене ром,
ни
аг ро номо м,
ни
передовым
раб оч им
и
колхозником.
Но
если
мы
в
детском
и
юношеском
возрасте
не
разбудим,
не
сформируем
эти х
внутрен­
них
стимулов
к
тр уду
и
к
овл ад ению
зна­
ниями,
а
построим
в есь
уч ебн ый
п роц есс
на
внешних
стимулах,
на
принуждении,
на
боязни
получить
двой ку ,
на
страхе
нака­
зания,
то
у
ш кол ьник ов
обр азуют ся
отри­
цательные
условные
рефл ек сы:
мы
сфор­
мируем
от вращен ие
к
труду,
к
знаниям
и
вместо
инициативных
энтузиастов
пригото­
вим
рав ноду шны х
чи новников.
А
что
мы
видим
в
школе?
Академик
Лаврентьев,
выступая
на
московской
науч­
но-практической
конференции
в
апреле
1964 года,
рассказал,
что
в
первое
время
к
ним
в
Ново сиби рский
университет
сплошь
и
рядом
поступали
мо ло дые
люди,
хотя
и
об лада ющие
знаниями
«на круглые пя­
т ерк и», но не увлеченные наукой.
М.
Л ав­
рентьев
назвал
их
в ял ыми,
оче видно
им ея
в
ви ду
вялость
их
мысли.
Оказалось,
что
из
так их
студентов
не
п одго тови шь
квали­
179


ф ицирован н ых
на уч ных
раб от ник ов,
спо ­
собных
д виг ать
вперед
науку.
Конечно,
сделать
всех
уче ни ков
«одержимыми»
по
всем
предметам
невозможно.
Но
сформи­
ров ать
внутренние
стимулы
к
учению
и
можно,
и
должно.
П ока
что
школа
плохо
справляется
с
эт ой
зад ачей .
По
данным
выборочного
обследования,
проведенного
Д.
Ребизовым,
число
учащихся
старших
кл ас сов
отрицательно
относящихся
к
уч е­
н ию,
составляет
со рок
п роц ент ов.
Эт от
пе­
чальный
фак т
свидетельствует
о
больших
просчетах
в
работе
школы.
Существующая
система
об уч ения
за­
трудн я ет
решен ие
и
еще
од ной
важной
зада чи.
В
наше
время
знания,
полученные
уч е­
никами
в
школе,
быстро
стареют.
Чтобы
не
отстать
от
жизни,
ч еловек
должен
не­
прерывно
их
пополнять
и
обновлять,
а
н аи­
более
доступный
путь
к
этому
— само­
образование.
Поэтому
уже
в
школе
надо
пробудить
потребность
в
самообразо­
вании
и
дать
ученикам
необходимое
у ме­
н ие.
Но
сегодняшняя
наша
школа
не
вы­
пол няе т
эт ой
функц ии.
Перегрузка
школь­
ников
обязательными
учебными
занятиями
не
оставляет
ни
времени,
ни
сил
для
сам о­
об раз овани я.
Возникает
з адача
— включить
элементы
сам ооб раз овани я
в
учебный
про­
ц есс.
И
снова
— противоречие.
Оно
лежит
в
сфере
воспитания
и
развития
ли чно сти
ученика.
Многие
выдающиеся
педагоги
пр ош­
лог о
п роп аг андировал и
идею
гармониче­
ского
развития
человека.
В
различные
ис тор ич еские
эпохи
в
это
п он ятие
вклады­
валось
раз личн ое
со держ ание.
Однако
в
эксплуататорском
об щест ве
эта
и дея
оста­
валась
не осущ еств им ой,
ибо
условия
м ате­
риальной
жизни
общества
и
строй
обре­
кал и
лю дей
на
одностороннее
развитие.
Иное
дело
—у
нас.
Освобождение
т р удя щихся
от
э кспл уа­
тации,
коренное
улуч шен ие
их
материаль­
но го
положения
создали
пр едп осы лки
для
п ри общ ения
народных
масс
к
науке,
искус­
ств у,
к
общечеловеческой
куль т уре.
Ком­
мунистическое
общество,
од ин
из
прин ци­
пов
к оторого
выражен
в
фор му ле
«от каж ­
дого
по
спо со бно ст ям»,
кровно
за инт ере­
совано
в
развитии
способ н ост ей
каждого.
Но
чтоб ы
все
взрослые
граждане
смогли
использовать
объективные
во з мож­
ности
для
вс ест оро нне го
развития,
со з дан­
ные
соц иализм ом ,
над о
уже
в
ш коле
поло­
жи ть
на чало
эт ому
развитию,
со зда ть
для
этого
благоприятные
условия.
Одна ко
школа,
тр атя
много
времен и
на
ор га низаци ю
умственной
деятельности
де­
те й,
со верш енно
недостаточно
развивает
их
ум,
их
склонности
и
способности.
В.
Ф.
Т ендряко в
правильно
заметил:
в
н ашей
ш коле
госпо дствует
сис тема
фрон­
тального
обучения,
рассчитанная
на
работу
со
ср едним
учеником,
и
это
равнение
на
средних,
на
работу
с
от ст ающ ими
п ривод ит
к
тому,
что
наиболее
си льные,
способные
уче ники
начинают
топтаться
на
месте.
Ш кола
не
дает
пищи
их
уму
и
по
сут и
дела
з адер живает
развитие
их
сп особн остей .
Но
как
же
разрешить
эти
противоре­
чия?
Очень
важно
в
решении
эт их
сложных
вопросов
уб ереч ься
от
несбыточных
м ани­
л овск их
мечтаний
и
субъективных
домыслов.
Нужно
опереться
на
уже
существу ющий
пе­
редово й
опыт
школ
и
в
нем
искать
ро стки
школы
будущего.
Школа—организатор
разнообразной
деят ельн ости
детей
Материалистическая
психология
уста­
н овил а,
что
способности
человека
не
зало­
же ны
в
нем
изначально
при
рож ден ии,
а
развиваются
в
п роцессе
деятельности.
Опираясь
на
эту
объективную
з акон о­
мерность,
можно
сд елат ь
важный
вывод:
ес ли
мы
хотим,
что бы
школа
сп осо бс тво­
вал а
все сто роннем у
развит ию
своих
восп и­
танников,
она
дол жна
орга низова ть
их
раз­
нообразную
деятельность.
Выдающиеся
сов ет ские
пе даго ги
С.
Т.
Шацки й
и
А.
С.
Макаренко
в
с вое
в ремя
определили,
из
каких
видов
деятель­
ности
должна
складываться
жи знь
детского
коллектива:
умственный
т руд,
ф изич еск ий
труд,
игра,
г имн астик а
и
спорт,
заняти я
иск усство м ,
общественная
ра бо та.
В
на шей
же
совр ем енной
ш коле
почти
безраздельно
господс твует
одна-единственная —
учебная
деятельность.
Именно
в
си лу
эт ого
школа
и
не
дает
в сес тор оннего
развития
всем
св оим
питомцам.
Шко ла
д олжна
будет
постепенно
пре ­
вра щаться
в
педагогический
центр,
органи­
зующий
ж изнь
детей,
в
которой
гармони­
чески
сочетаются
разно обра зн ые
виды
их
ц елеус трем ленной
деятельности.
Коне ч но,
ре чь
идет
не
о
замкнутой
«детской рес­
п у бл ик е », как это представляли себе мно­
гие
буржуазные
п едаг оги,
стремившиеся
изолировать
коллектив
дете й
от
революци­
онизирующих
влия ний
«взрослой»
жизни.
Ученический
коллектив
нашей
с оветс кой
школы
долже н
быть
тыс яч ами
нитей
связан
с
окружа ющ ей
общест венн ой
средой,
по­
стоянно
чув ств ов ать
биение
пульса
с траны ,
активно
учас твов ат ь
в
ней.
Уже
се йчас
в
пер едовы х
школах
(осо­
бен но
в
школах-интернатах
и
в
школах
с
п родленн ым
днем )
мы
мож ем
увидеть
многие
черты
школы
будущего.
В
них
успешно
осуществляется
ид ея
Маркса
с
гармоническом
чередовании
умственного
и
физического
труда,
об ществ енн ой
деятель­
но сти
и
спо рт а.
Все
э то,
сменяя
друг
дру га,
ор га ниче ски
вписывается
в
режим
каж дог о
рабочего
дн я.
После
урок ов
к
у сл угам
де­
тей
все
классы,
л аборат ории,
мастерские,
читальны й,
ф из культ урны й
и
кинозалы,
сп ортивн ы е
площадки,
живой
уголок,
учеб­
но-опытный
уч аст ок
и
т.
д.
Каж дый
может
заняться
л юбимым
делом
самостоятельно
или
с
товарищами
—со
сверстниками,
со
старшими
и
младшими.
На
заработанные
в
посильном
произ­
водительном
тру де
средства
коллектив
уча­
щихс я
может
приобрести
музыкальные
ин­
струменты,
игры,
спортивные
п ри над леж­
180


ности,
туристское
сн аряж ен ие,
покупать
билеты
в
кино,
на
конц ерт ,
в
театр,
ездить
в
да ль ние
экс ку рс ии.
Рождается
оч ень
интересная
и
перспек­
т ивная
форма
использования
каникулярного
времен и:
по др ужи вшие ся
уче нические
ко л­
лективы
город с кой
и
сельской
школы
устраивают
объед иненны е
зи мние
и
ле тние
лагеря,
где
вместе
работают,
отдыхают,
за­
нимаются
с порто м
и
туризмом.
Летом
такой
лагерь
устраивают
в
деревне,
зимой
—в
го­
род е.
В сей
подготовкой
к
приему
гос тей,
ор­
ганизацией
их
труда
и
отдыха
ведают
сам и
школьники-хозяева.
Для
них
это
хорошая
пр акт ика
организаторской
деятельности.
О
такой
связи
городских
и
сельских
школ
в
свое
время
мечтала
Н.
К.
Крупская.
Но
тогда
ш колы
бы ли
бедны
и
не
имели
во змо жно стей
для
осуществления
этой
мечты.
Теперь
она
с танов итс я
яв ью.
То,
о
чем
мы
рассказали,—
уже
в
течение
не­
ск оль ких
лет
делают
Октябрьская
школа
Тульской
об ла сти
сов мес тно
с
544, 630
и
728 школами Москвы.
По лит ехн ичес кое
образование
пл юс
про изв од ит ель ный
тру д
В
статье
В.
Т ен дряк ова
отсутствует
вся­
кое
у по м инание
о
п олит ехни че ском
обуче­
н ии.
По-видимому,
автор
заменяет
его
п ро­
фессиональным
обучением
ст аршек л ассн и­
ков
в
разно об ра зных
п роиз вод ств енных
школах.
Но
еще
В.
И.
Ленин
в
св ое
время
писал,
что
недоп ус тим о
отождествлять
по­
лит ехни че ское
обучение
с
профессион ал ь ­
ным.
На
это м
воп росе
следует
остановиться
подробнее.
Ес ли
обратиться
к
марксистско-ленин­
с ким
идеям
о
п ол итех ническом
образова­
нии,
то
н еоб ходимос ть
его
основополож­
н ики
научног о
ко мму низ ма,
как
известно,
связывали
с
законом
п ерем ены
труда.
Тех­
нический
базис
круп ного
машинного
п ро­
изводства
исключ и тель н о
по движен .
Вместе
с
непрерывным
развитием
техники
и зме­
няются
вид ы
и
харак т ер
труда.
О дни
про­
фессии
см еня ют
другие.
Людям
приходится
переучиваться,
на
ходу
менять
в иды
и
ха­
рактер
труда.
А
са ма
п еремен а
труда
ста ла
возможной
и
облегчилась
потому,
что
на­
ря ду
с
ди фферен ц иац ией
начался
интен­
сивный
п роц есс
сближения
ране е
разоб­
щенных
межд у
собой
отраслей
ин д устрии
на
единой
научно-технической
основе.
Мн ого
общего
ес ть
и
в
т рудовы х
дв и­
жениях
раб оч их
разных
профессий.
Мар кс
писал
об
эт ом
т а к : «Технология открыла . ..
те
нем ноги е
великие
осн овн ые
формы
движе ния,
в
кото рых
неи зм енно
движ е тся
вся
п роизвод ит ел ьн ая
деятельность
челове­
ческого
тел а,
как
бы
разнообразны
ни
был и
применяемые
инструменты...»
Тем
не
мен ее
есть
п ед агоги,
а
ос о­
бенно
пр оиз водс тве нн ики,
котор ые
увлек­
ши сь
профессиональной
подготовкой
школь­
ников,
с тали
утверждать,
что
теперь
про­
изво дст во
настолько
дифферен цировалось ,
а
труд
рабоч их
разных
профессий
стал
так
специфичен,
что
ничего
общего
нель зя
найти
ни
в
знаниях
о
п роиз водс тв е,
ни
в
трудовых
ум ения х
рабо тнико в
разных
про­
фессий.
Поэтому,
г овор ят
о ни,
на до
сохра­
нить
в
старших
кл асс ах
п рофессион аль н ое
обучение,
т.
е.
ничего
не
менять
в
су ще ст­
вующей
прак тике
производственного
о бу­
че ния.
Авт оры
подобных
и дей
за
деревьями
не
видят
леса,
в
едини чн ом
не
обнаружи­
ваю т
обще г о.
Есть
и
другая
точка
зрен ия .
Ее
стор он ­
ники
критикуют
«антиполитехнистов»
за
уз­
кий
профес сионализ м .
В
противоположность
им
они
у смат риваю т
общее
во
мног их
п ро­
фессиях,
но
только
в
пределах
к ако й- либо
одной
о трас ли
произ водс тва.
Трудо­
вая
под го тов ка
шко льни ков
д олжна
но­
сить,
по
их
мнению,
инже не рны й
характер,
а
инж ене рно е
образ овани е
в
наш
век
с пе­
ци ализ иров анного
мног о отрас л ево го
про­
изводства
может
быт ь
т олько
диффе­
ренцированным,
от расл евы м.
Так
появилась
на
св ет
«теория
отрасле во го
политехнизма»
—
св оеоб раз ный
гибрид
по­
литехнизма
с
п рофе ссио нализ мом .
Ст орон­
ники
ее
ошибаются,
ут ве рж дая,
что
нет
нич его
общего
между
маш инос троит ель ны м
и,
скажем,
х им ичес ким
производством,
между
сельским
хоз я йст вом
и
промышлен­
ностью.
Общее
ес ть
—
прежде
всего
в
тех­
нике :
в
устройстве
и
принципах
работы
ма­
ш ин,
аппаратов,
измерительных
приборов,
в
п римен ен ии
электричества,
в
автоматике;
общее
есть
в
энергетике;
об щее
есть
в
организации
и
экономике
п роизвод ст ва,
в
таких
т рудов ых
интеллектуальных
функциях,
как
планирование,
расч е т,
пользование
гра­
ф ическ ими
изобра же ния ми,
контрол ь,
кор­
рек тиро вк а,
на ладка ,
управление,
монтаж,
рационализация,
конструирование
и
т.
п.;
общее
есть
и
в
тру дов ых
физ и че ских
дв и­
жениях
р аб отник ов,
и
в
орг аниз ац ии
тру­
дового
процесса,
меньше
общего
в
техно­
логии
различных
отраслей
п роизвод ства.
Л енин
в вел
в
программу
партии
требо­
вание,
чтобы
п олит ехнич ес кое
обучение
зн акоми ло
учащихся
с
главными
отраслями
п роизвод ства,
которые
как
раз
и
отлича­
ю тся
д руг
от
дру га
главным
образом
по
техн ологии.
Это
дает
в озмож нос ть
раскрыть
не
толь ко
то
общее,
что
ес ть
в
главных
отраслях
производства,
но
и
то
особен­
ное ,
что
их
отличает
д руг
от
друга.
И
об­
щее
и
особ енное
должно
бы ть
из уч ено
в
единстве.
Таков а
ленинская
диалектика.
Политехническая
трудовая
подготовка
не
заменяет
профессиональной,
а
то лько
п одводи т
к
ней,
является
ее
основой.
Эту
п рофе ссио нал ьну ю
«добавку»,
или
«над­
ст ро йку», ученик сможет получить уже по
окончании
об щеоб раз оват ель ной
школы
—
на
профессиональных
курсах,
в
профт ех­
училище,
в
те хн икуме
или
непосредственно
на
произ водст ве.
Ну
а
как
же
уче ники
могут
соединять
об уче ние
с
производительным
т ру дом,
не
овладев
профессией?
П ракт ика
показывает,
что
после
нем ног их
уп р ажнен ий
они
в
п ро­
цессе
выполнения
про изв одст венны х
зада­
181


ний
успешно
овладевают
трудовыми
ум е­
ниями,
ха ракт ерным и
для
многих
профес­
сий.
П ути
осуществления
ленинских
ид ей
о
политехническом
об раз ова нии
и
соедин е­
нии
об уч ения
с
пр оиз вод ит ельны м
трудом
не
остаются
неизменными.
О п ределяя
их,
не обхо ди мо
принимать
во
внимание
т ен­
денц ии
развития
п роиз вод ст ва,
изменение
характера
и
стру ктур ы
про изв одст венной
деятельности,
в
которую
п ред стоит
вклю­
читься
учащимся
по
о кончании
школы.
Основные
тенденции
этих
изменений
ук а­
зан ы
в
Программе
КПСС.
Бу дет
умень­
шаться
удельный
вес
физического
труда
(хотя он не исчезнет полностью)
и
возра­
стать
ро ль
умс тве нног о
труда.
Подтверж­
д ается
п ре двидение
К.
Ма ркса
о
том,
что
человек
по
ме ре
автоматизации
производ­
ственного
процесса
бу дет
все
б олее
п ре­
вращаться
из
исполнителя
в
ре гуля т ора
те хник и
и
производственных
п роц ессов .
Другая
важнейшая
тенденция
— орга­
нич еск ое
с оедин ен ие
н ауки
с
производст­
вом,
в
связи
с
чем
в
с одер жа нии
труда
возрастает
роль
научно-т ех ническ их
зна ний,
экс пери ме нт иров ания ,
исследования.
Умн ожа ютс я
и
элементы
творчества
в
т руде.
Программа
партии
пред усм атривает
развитие
массового
изобретательского
и
р аци онал изато рск ог о
движения .
Поэтому
пол итехн ич еское
обучение
в
школе
должно
дать
учащимся
знания
о
научных
основах
гла вн ых
отраслей
п роиз­
вод ст ва,
формиров ат ь
ум ение
и
развивать
способ нос ти
к
вы полн ен ию
так их
ва жней­
ших
функц ий,
как
рас чет,
планирование,
управление,
к онтр оль,
корректировка,
монтаж,
рационализация,
конст руир ов ание,
изобретательство,
экспериментирование.
В
старших
к ласс ах
(9 и 10) трудовому
обу чен ию
то же
следует
придать
политех­
нический
хар акте р.
Пусть
учен ики
испытают
с вои
си лы
на
разных
рабочих
местах
и
участках
школьного
или
нас тоящ его
про­
изводства,
как
это
было
у
А.
С.
Макаренко.
Тем
ученикам,
ко то рые
захотели
бы
полу­
чить
более
основательную
трудовую
п одго­
товку,
ов ладе ть
пол ю бивш ейся
специально­
стью,
надо,
как
это
предлагает
и
В.
Тен ­
дряков,
предоставить
та кую
возможность,
предусмотрев
в
уч ебн ом
п лане
специаль­
ные
ч асы
для
факультативных
занятий.
В.
Тендря ков
напоминает
мысли
А.
С,
Макаренко
о
доходе
в
роли
п едагога.
Над о
включить
школ ьни ков
в
хоз яйс твен ­
ные
заботы,
в
борьбу
за
доходность
школь­
ног о
предприятия,
а
следовательно,
и
за
его
рацион ализа цию,
в
п роц есс
распреде­
ле ния
дохода.
Не
над о
бо ятьс я
и
заработ­
ной
платы.
Разумеется,
при
эт ом
долже н
б ыть
вз ят
курс
не
на
индивидуальную,
а
на
коллективную
фо рму
оплаты
труда,
что бы
предотвратить
болезнь
ли чно го
стяжатель­
с тва
и
вос пи ты вать
ценные
каче ства
хоз яи­
на-об щест венн ик а,
заботящегося
в
первую
оче редь
об
интересах
коллектива.
Иногда
высказывают
опасение,
что
на­
лич ие
у
ш колы
своего
п роиз водст ва
от о­
рв ет
уч е нич еский
коллек тив
от
б лаг отво р­
ного
влияния
коллект ива
взрослых
рабочих.
182
Но
может
ли
с ерье зное
школ ьн ое
произ­
водство
обойтись
без
взрослых
рабочих,
техников
и
инженеров?
А
кроме
т ого,
никт о
не
мешает
со четать
труд
учащихся
в
школь­
ном
хозяйстве
с
работой
в
це хах
нас тоя ­
щег о
произв одст ва.
Так
поступают,
нап ри­
ме р,
в
544 школе Москвы:
уче ни ки
не­
сколько
лет
работают
в
цехах
школьного
завода,
а
затем,
о влад ев
навыками,
вклю­
чаются
в
труд
в
цехах
п редп рият ия -ш ефа.
Заслуживает
вся че ског о
одобрения
и
п одде ржки
иниц иатива
общественных
орга­
низаций
Мо ск воре цк ого
района
Мо сквы,
создавших
школьный
зав од
«Чайка», на ко­
тором
ор г аниз ова нно
п рохо дят
трудовую
по лите хничес кую
подготовку
учащиеся
не­
скольких
ок ружающ их
ш кол.
Такая
органи­
за ция
производительного
труда
шко льни ков
позволяет
обеспечить
более
высокий
уро­
вень
его
техн ичес ко го
оснащения
и
по-госу-
дарственному
разрешить
слож н ые
задачи
снабжения
сырьем,
станочным
оборудова­
нием,
сбыта
продукции
и
т.
д.
В
те сной
связи
с
трудом
в
старших
класса х
должны
п роводит ьс я
и
тео рети че­
ск ие
занятия
по
из учен ию
машин,
электро­
техники,
автоматики
и
промышленной
элек­
троники,
а
в
сельских
школах
такж е
по
растениеводству
и
животноводству.
И
го­
род с ким
и
се ль ским
школьникам
на до
со­
общить
некоторые
сведения
об
основах
орг аниз ац ии
и
экономики
п роиз водст ва.
За­
канчивая
трудовую
п ол ит е хническую
п одго­
товку ,
очень
важно
бы ло
бы
показать
уч а­
щимся
персп ект ивы
внедрения
науки
в
про ­
изводство,
осн овн ые
направления
техн ич е­
ск ого
прогресса
и
связанное
с
эти м
нара­
стание
в
тр уде
эле мен тов
творчества,
эк с­
п ери мент ирова ния ,
н аучног о
поиска.
В
статье
В.
Тендря кова
правильно
го­
ворится
о
том,
что
школа
д олжна
помочь
к аждом у
ученику
найти
с вое
призвание
и
дать
возможность
в
ста рши х
кл ас сах
глубже
изучить
по люб ивш уюся
об лас ть
науки
или
искусства.
А
для
тех
уче ников ,
ко то рые
к
моме нту
око нчан ия
седьмого
или
восьмого
кл асса
не
на шли
себ е
яс ной
цели,
он
пред­
лагает
органи зоват ь
«школы с некоторым
универ сализ м ом ,
где
ведущей
дисциплиной
является
труд
как
т ак овой.
Т руд
с
тем
или
иным
у клоном »,
то
есть
ра зноо б разные
п роиз вод ств енны е
школы.
Из
тек ста
статьи
не
ясно:
буд ут
ли
приобщаться
к
производительному
тр уду
и
получать
политехническую
трудовую
под­
гото вк у
учащиеся
с тарш их
классов,
ко то рые
по
оконч ании
восьмого
кл асса
поступили
в
специализированные
класс ы
или
школы,
или
же
т руд овая
подготовка
и
труд
будут
обязательны
только
для
учащихся
п роиз­
водственных
школ ?
С
последним
нел ьзя
согласиться
п отом у,
что
соедин ени е
обуче­
ния
с
п ро из водит ел ьным
трудом
необхо­
димо
к аж дому
школьнику
для
всесто­
роннего
гармонического
развития
и
для
гражданского,
нравственного
вос пит ани я.
Неясно
и
другое:
чем
пред л агаем ые
автором
пр оизв одс твен ны е
школы
отлича­
ю тся
от
ныне
существующих
пр офес сио­
нально-технических
училищ,
п остроен н ых
на


базе
восьмилетней
школы?
Создается
впе ­
чатле ние,
что
автор
огран ич ивает
об щее
образование
осн ов ной
масс ы
учащихся
восем ь ю
г одам и,
после
чег о
лиш ь
«нашед­
шие
себя,
с вою
цель»
получают
п ол ноцен­
ное
сре днее
образ овани е,
открывающее
доступ
в
высшую
школу,
а
боль ш ая
часть
ид ет
в
сп ец иализ иров анные
производст­
венные
шк олы, «где ведущей дисциплиной
является
труд».
Таки е
предложения
вносились
в
недав­
нем
п ро шлом
и
встретили
решительные
в озра жен ия
об щественн ост и.
По лно ценное
средне е
обр азов ание
нео бхо димо
все му
подрастающему
поколению:
этого
тр ебуют
и
интересы
п рои зводст ва,
и
все
большее
развитие
коммунистических
начал
в
на шей
экономической
и
общес твен н ой
жизни,
рас­
ц вет
науки,
куль т уры,
искусства.
Уч и ться
мыслить
О браз ованнос ть
человека
не
сводится
лишь
к
б ольш ому
объему
усвоенных
науч­
ных
сведений.
Не
мен ее
в ажным
призна­
ком
обр азов ания
является
развитый
ум.
Конеч но,
ум
не
раз овь ешь ,
не
усвоив
науч­
ных
богатств,
накоп ленны х
человечеством.
Но
не
вся кое
у своен ие
знаний
в
оди нак овой
мер е
способс тву ет
развитию
ума.
Ес ли
си­
стематически
преподносить
р ебе нку
гото­
вые
знания,
он
будет
просто-напросто
за­
поминать,
но
не
нау чи тся
мыслить
само­
стоятельно.
Другое
дело,
ког да
ребенок
сам
(конечно ,
по
з адан ию
и
под
ру ков од­
ством
учителя)
добывает
знания
на
основе
наблюдений,
опыт ов ,
р ассу ждений,
чте ния
кн иг
и
т.
д.
В
эт ом
слу чае
и
знания
усва и­
ваются
сознательнее
и
п роч нее,
и
мышле­
ние
лучше
развивается.
Поэ том у
все
боль­
шее
место
в
учебном
пр оце ссе
б удет
отв о­
диться
различным
видам
самостоятельной
работы,
осо б енно
заданиям
исследователь­
ского,
творческого
характера.
Конечно,
для
того ,
что бы
н ау чить
де­
тей
с амост оя тель ном у
пои ску,
требуется
больше
времен и,
чем
для
изл ожения
го то­
вых
сведений.
Возникает
с ложны й
вопрос :
где
найти
это
время.
Час ти чно
его
может
дать
со кра щ ение
и
более
рациональное
п ост роение
программ,
и склю чение
у ст арев­
шего
и
второстепенного
материала,
уст ра­
нение
ненужного
ко нцентр изма.
О
другом
ре зерв е
времени
—о
нем
и
р анее
п исала
педагогическая
печать
—
по­
дробно
г овори тся
в
статье
В.
Те ндр якова:
не
следует
требовать,
чт обы
весь
материал,
с оде ржащи йся
в
программах
и
уч ебн иках,
с
одинаковой
глуб ин ой
изучался
и
за по­
минался
уче никам и.
Только
наиболее
ва ж­
ные
зна ни я,
которые
в
дальнейшем
б удут
«работать»,
долж ны
быть
прочно
зак реп ­
ле ны
в
памяти.
Соответственно
и
в
учеб­
никах
следует
четко
разграничить
мат е­
риал,
требующий
основательного
усво ен ия
и
запоминания,
и
сообщаемый
то лько
для
ознакомления.
Из
статьи
Вл.
Т ен дряк ова
мо жно
по нять ,
что
основы
изучения
учебного
материала
он
относит
на
старшие
специальные
к лассы ,
а
восьмилетней
школе,
покуда
уче ники
не
нашли
свою
цель,
оставляет
лишь
общее
знак омс тв о
с
пр ед метом.
С
эт им
никак
нельзя
согласиться:
именно
в
восьмилетке
должны
быть
основательно
изучены
ва ж­
нейшие
фа кты,
пра вила,
теоретические
по­
ложения,
которые
составят
фундамент
все­
го
последующего
м а тери ала.
Нехватка
времен и
и
перегрузка
уч а­
щихся
п роисх одя т
и
оттого,
что
школа
в
настоящее
в ремя
пытается
да ть
всем
уче­
никам
оди нак ово
большой
объе м
знаний
по
всем
учебным
п редме там ,
равняясь
од­
но вре менно
на
требования
и
физико-мате­
матических,
и
технических,
и
гуманитарных,
и
все х
прочих
вузов.
Чтобы
«не стричь всех
уче нико в
под
о дну
г реб енку »,
очевид н о,
на до
допустить
извес тн ую
вариантность
в
сод ерж ани и
общего
среднего
об раз ования :
определить
об ъем
об щео браз оват ель ных
знаний,
необ х одим ых
ка ждом у
современ­
н ому
образованному
человеку,
независимо
от
его
специальности,
и
одновременно
дать
ва риа нты
программ,
содержащие
более
об­
ширные
и
глубокие
знания
для
изучения
по
выб ору
учащихся,
предусмотрев
для
э того
специальное
время
в
уче бн ом
плане.
Формы
такого
дифференцированного
об уче ния
могут
быть
различны.
В
одних
случаях
это
будут
целые
сп еци ализ иро ван­
ные
школы,
в
других
— сп ециализ ирован ны е
класс ы,
в
тр еть их
— отдельные
группы
уч а­
щих ся
из
параллельных
классов,
записав­
шие ся
на
из уч ение
т ого
или
иног о
факу ль­
тативного
курса.
В.
Тендряко в
считает,
что
в
сп ец иализ и­
ров анной
группе
не
должно
быть
ур оков
как
таковых,
уч еник и
буду т
ра ботать
са мо­
стоятельно
каждый
сво им
темпом,
а
у чи­
тель
проводит
ли шь
индивидуальные
кон­
сультации
и
проверки.
«Никаких дисципли­
нарных
взысканий...
ника ки х
непреложных
требований
—
вы пол няй
от
сих
до
сих...
Не
хочешь
заниматься
самостоятельно
— воля
твоя,—
выйдешь
из
стен
школы
с
багажом
об щих
знаний,
основанных
на
обзорном
з нако мс тве »,—
пишет
В.
Тендря ков.
В
сп е­
ц иал из ированн ых
группах,
по
м нению
ав­
тора,
пе рвокла ссник и
и
вт орокл ас сники
могут
одновременно
за нима тьс я
с
нынеш­
ними
пятиклассниками
и
шестиклассниками.
Столь
радикальные
предложения,
вед у­
щие
к
отка зу
от
классно-урочной
системы,
с
м оей
точки
зрения
нель зя
при зна ть
пра­
вильными:
они
не
обос нова ны
научно
и
не
подкреплены
передовым
опыт ом .
Да же
в
вы сшей
школе
уч ебн ый
п роц есс
не
с во дится
к
одн им
самостоятельным
индивидуальным
за ня тиям
студентов,
а
пред усм атривает
со­
чета ние
л екц ий,
семин аров
и
индивидуаль­
ных
заня тий .
Тем
более
нет
оснований
для
от каза
от
живого
слова
учителя
и
коллек­
тивных
уроков
в
средней
школе.
Спец иа ль ные
исследования
и
о пыт
пе­
редов ых
учителей
доказ ыв аю т,
что
диффе­
рен циро ва нный
подход
к
учащимся
и
ус и­
ление
самостоятельных
заня ти й
в
рамках
классно-урочной
системы
возможны.
Есть
и
еще
один
важный
путь
совер­
шенствования
учебного
процес са
и
эк оно­
мии
в рем ени:
широкое
применение
совре­
183


менных
технических
средств
— кино,
радио,
телевидения,
звукозаписывающей
и
звуко­
воспроизводящей
аппаратуры,
об учающ их
машин
и
э кз ам енат оров
и
др.
Об
это м
много
г овори тся ,
но,
к
со жалению ,
те х­
нич еско е
оснащение
ш кол
очень
бедно.
Гармоническая
личность
Наша
школа
очень
суха ,
рац ион али­
ст ич на.
Она
сл або
воздействует
на
эмоции
детей,
плохо
использует
их
в
об учении
и
воспитании.
Над о
науч ить
школ ьн ико в
чув­
ствовать,
пони ма ть
и
ценить
крас ивое
в
природе,
в
труде,
в
человеческих
от нош е­
ниях,
в
литературе,
искусстве.
Эстетика
должна
пронизывать
преподавание
не
толь ко
рисования,
пе ния,
литературы,
но
и
в сех
п редм ет ов,
органически
в ойти
в
уче­
ние
и
вне класс ную
работу,
в
тр уд
и
быт
детей.
Причем
очень
важно,
что бы
школь­
ники
не
только
нау чил ись
воспринимать
и
ц енить
краси во е,
но
тво ри ть
его.
Пусть
дети
за
год ы
пребывания
в
ш коле
испытают
св ои
силы
в
различных
об­
ластях
художественного
творчества.
В
каж ­
дой
ш коле
до лжны
быт ь
хор
и
оркестр,
устраиваться
рег у ляр ные
ле кции -к онце р ты,
спектакли,
коллект ивны е
посещения
театра,
конц ерт ов ,
просмотры
кинокартин.
Для
с та рш еклассн иков
целесообразно
ввести
в
учебный
план
небольшой
ку рс
истории
искусства
или
— шире
—
истории
культуры.
Да
и
са ма
школа,
с наруж и
и
внутри,
должна
бы ть
красива,
р адов ать
г лаз.
Школа,
насыщенная
эстетикой,
будет
д ос тавля ть
детям
много
радости
и
п одл ин­
ног о
наслаждения,
обла гора жив ат ь
их.
Одн ост оро нне
умст вен ны е
занятия,
господствующие
в
школе,
мало
способст­
вуют
ф изи чес кому
раз витию
и
укреплению
здоровья
детей.
Не
случайно
так
распро­
стр анены
ш коль ные
б олез ни:
б лизо рук ос ть,
су тул ость ,
иск ривл ение
п оз во но чника,
нер­
возность
и
др.
Один
и
да же
два
урока
фи з­
куль ту ры
в
неделю
мало
что
да ют.
Большими
недостатками
с трад ает
спор­
тивная
работа
с
ее
по искам и
«будущих чем­
пионов»
и
п ог оней
за
рекордами.
Нужн ы
радикальные
п реоб раз ования
всего
режима
жи зни
в
ш коле
и
до ма:
га р­
мо ниче ск ое
ч ередован ие
умственного
и
фи­
зического
труда,
по дви жных
и гр,
г имна­
стики
и
спорта.
Развитие
в
с тране
р азно образ ных
ф орм
самоуправления
ставит
п еред
шк олой
ва ж­
ную
задачу
— воспитание
ор ган изатор ски х
способностей.
Но
есл и
школа
огран ич ив ает
св ою
ра­
бо ту
то лько
учебными
за нят иями ,
то
детям
поч ти
нечег о
организовывать:
в
роли
орг а­
низатора
выступает
главным
образом
сам
у чите ль.
Однако
положение
меняется,
если
школа
ст ановитс я
ц ентро м
коллект ив ной
жизни
детей.
Ученики
долж ны
побывать
в
ро ли
звеньевых
и
б риг адиро в,
р уково дите лей
ко мисси й
и
шта бов,
п ионер вожат ы х
и
ком­
со мо льс ких
орг ани затор ов,
физруков
и
ре­
жиссеров,
на
практике
пройти
ш колу
о рга­
низ ато рской
деятельности,
нач иная
с
пр о­
стейших
организаторских
фу нкц ий
в
млад­
ших
к ласса х
и
конч ая
поистине
ответствен­
ной
работой
в
старших.
Гибкие
фор мы
уч ебной
работ ы
Изменения
в
со де ржа нии
у чеб ной
ра­
бот ы
школы
неизбежно
потребуют
более
гибких
ее
фо рм.
О пыт
многих
школ
пока­
зы вает,
что
учебно-воспитательная
работа
с
учащимися
не
п рек раща ется
и
в
летни й
пе риод.
Это
не
у роки
по
звонку,
а
коллек­
тивны й
т руд
и
отдых,
к оллект ивные
походы
и
экскурсии,
спорт,
лекции,
х уд ожест венн ая
самодеятельность.
По-видимому,
уче б ный
план
б удущ ей
школы
охв ати т
вес ь
к ален­
дарный
год
и
вклю чит
в
себ я
к роме
рас пи­
с ания
уроков
все
эти
новые
ви ды
за нят ий.
Он
до лжен
быть
более
гибок
и
допуск ат ь
в озмож нос ть
замены
одних
видов
з аня тий
другими
в
зависимости
от
особ ен н остей
погоды.
Неце лесо об раз но
долго
держат ь
детей
в
к ласс ах
за
пар та ми
в
теп лые
весен­
ние
и
осе н ние
д ни.
В
это
врем я
школа
бу­
дет
орган из овыват ь
сель скох озя йствен н ы й
труд
детей,
измерительные
работы
на
мест ­
ности,
занятия
на
школ ьной
географической
площадке,
экскурсии
в
пр иро ду,
кр аев едче ­
ски е
походы
и
т.
п.
Недельное
расписание
охватит
не
толь­
ко
уроки,
но
и
неурочные
з аня тия,
и
пи та­
ние,
и
отдых,
и
прогулки,
и
физ ичес кий
труд,
как
это
уже
се йчас
делается
в
шк о­
лах-интернатах
и
в
школах
с
пр одленны м
днем .
В
расписании
найдут
место
лекц ии
и
к иноурок и
для
нес ко льких
параллельных
классов,
внеклассные
массовые
мероприя­
т ия,
охватывающие
учащихся
ра зно го
воз­
раста,
групповые,
звеньевые
и
индив иду­
альные
заня тия .
Учащиеся
будут
сам ост оя­
тельно
выполнять
уче бн ые
задания,
р а ссчи­
тан ные
на
различные
сроки
—
на
часть
урока,
на
целый
урок,
на
неделю,
на
уч еб­
ную
че тве рть
и
даж е
на
целый
уч ебн ый
год.
Изменится
и
орг аниз ац ия
урок ов:
кром е
фронтальных
и
индивидуальных
бу­
дут
проводиться
заня тия
с
постоянными
и
врем енны ми
звеньями
и
группами,
вз аим­
ное
обу ч ение
и
взаимный
конт роль .
Классы,
лаборатории,
об ор удован ие
По
ме ре
того
как
школа
будет
пр е­
вращаться
в
такой
центр
жи зни
детей ,
бу­
дет
менят ьс я
и
материальное
оснащение
учебн о-вос п итат ельног о
процесса.
Посте­
пенно
классные
комнаты
из
аудиторий
бу­
дут
превращаться
в
учебные
кабинеты
и
лаборатории,
в
кот оры х
у ченики
смогут
не
только
слу ша ть
учителя,
но
и
раб ота ть
са­
мостоятельно.
Потребуются
и
большие
аудитории,
приспособленные
для
лекций
с
дем онстр ац иям и,
и
небольшие
пом ещен ия
184


для
учебных
и
неучебных
занятий
отдель­
ных
групп
учащихся,
в
частности,—
каби­
неты,
специально
о бору дова нные
для
изу­
чения
иностранных
языков,— с
и ндивиду ­
ал ьным и
кабинами
для
записи
и
воспроиз­
ведения
речи.
Каждой
школе
будет
обяза­
те льно
нужна
хорошая
би бл иотек а
с
чи­
тал ьн ым
залом,
хорошо
оснащенные
учеб­
ные
мастерские,
кабинеты
домоводства,
т ехнич еск ие
лаборатории,
а
для
занятий
п роиз во дит ельны м
трудом
— школьное
или
межшкольное
производство
или
у че бно­
п роиз водст ве нный
цех
на
предприятии;
для
сельскохозяйственного
труда
— учебно­
о пытный
уча ст ок
с
теплицей
и
даже
уч еб­
но-о пы т ное
хозяйство
или
специально
выделенные
участки
земли.
За ня тия
рад иол ю бител ей
б удут
прохо­
д ить
в
ра диолаб орат ории
и
в
школьном
рад иоуз л е.
Специальная
л аборатори я
нужна
для
занятий
автоматикой
и
киберне­
тикой.
Для
юн ых
автомобилистов
п онадо ­
бит ся
кабинет
автодела
и
школьная
или
ме жшкол ьная
авт от расс а.
Юным
художникам
н ужна
художествен­
ная
студия
и
выставочные
с тенды ,
кинолю­
бителям—
кин ост удия .
Любителям
драма­
т ургии
— зрительный
зал
со
сц ено й,
юн ым
музыкантам
— ко мпл екты
ин струм ен тов.
Для
з ан ятий
физкультурой
и
спортом
помимо
зала
и
спортивных
п лощ адок
пона­
добится
с наря жение
для
ту рист ич ески х
по­
ходов
и
экскурсий
—
палатки,
лыжи,
вело­
сипеды,
ба йд арки
и
т.
п.
Уже
сейча с
в
лучших
сред н их
школах
им еетс я
многое
из
т ого,
что
здесь
пе ре­
числено.
Р ечь
идет
о
то м,
чтобы
в
каждой
ш коле
постепенно
бы ли
созданы
условия
для
возм ожно
более
разн ооб разно й
де я­
тельности
учени ко в.
Для
этого
необ ходи м о
ликвидировать
двухсм енн ы е
за нят ия
в
ш коле
и
иметь
бол ее
об ш ирные
школьные
п омеще ния .
Н ужны
большие
средства
на
приобретение
разнообразного
оборудова­
н ия.
Чтоб ы
решить
эти
задачи,
нельзя
п од­
ходить
к
государ ств у
с
п от ребит ель ских
по­
зиций.
Дополнительно
к
бюджетным
ассиг­
нованиям
не об хо димо
привлечь
помощь
фабрик,
заводов,
колхозов
и
с овхоз ов
(обо ­
рудование,
трудовая
помощь)
и
использо­
вать
для
этой
же
цели
п роиз водит ель н ый
труд
шк ольн ико в.
Оп ыт
передовы х
шко л
показывает,
что
ст аршек л ассник и
под
ру­
ководством
специалистов
могут
стр оить
п омещен ия
для
уч ебн ых
мастерских,
физ ­
кул ьту рны е
залы,
гаражи
и
т.
п.
Они
в
со­
с тоян ии
такж е
за ра бо тать
своим
трудом
средства
для
приобретения
туристического
снаряжения,
му зы кальны х
инструментов,
рад иол ,
тел евиз оров
и
т.
п.
Надо,
чтобы
к аждая
школа
имела
сво й
перспективный
п лан
развития
материальной
базы,
составленный
при
акт ивно м
учас тии
ко мсо мол ьцев ,
п ион еров,
родителей
и
про­
изводственной
общественности.
Та кой
план,
как
пок аз ывает
оп ыт
перед овых
школ,
имеет
очень
большое
мобилизующее
и
организующее
значение
и
обеспечивает
не укл онно е
движе ни е
к
намеченной
цел и.
Программа
че ловеч ес кой
личности
Нет
дел а
более
сложного
и
трудного,
чем
ф орм иров ание
нового
человека.
Но
чем
сло жнее
дело,
тем
больше
нужно
опи­
раться
на
н ауку.
Шко ла
не
раз
ст радала
от
необоснованных,
субъективных
решений.
Эт их
ошибок
не
следует
повторять.
П едаг оги ка,
психология
и
сме жн ые
науки
в
настоящее
время
располагают
д ан­
ными,
позволяющими
научно
об осно ва нно
решать
многие
важ н ейшие
вопросы
обуче­
ния
и
воспитания
и
оп ред ел ять
пути
даль­
нейш его
развития
школы.
Воспользоваться
этими
данными
часто
мешает
нигилистиче­
ск ое
отношение
к
педагогической
науке.
Вмес те
с
тем
им е ется
и
серь ез ное
от­
ст авание
педагогической
н ауки
от
тр ебов а­
ний
жизни.
Ан ализ
этого
отс тавания
и
его
причин
н еобх одим ы
для
того,
что бы
вос­
полнить
п робелы
в
науке,
преодолеть
оши­
бочные
воззрения.
Эт от
воп рос
настолько
важен,
что
т ребу ет
специ аль ног о
рассм от­
рения.
Здесь
же
мы
ог раничим с я
только
пост ан овк ой
некоторых
п робл ем,
разра­
ботка
кот оры х
особ енно
необ ходим а
для
нау чного
обоснования
пу тей
дальнейшего
развития
школы.
Необ ход имо
и сс ледо вать
требования
жи зни
к
обр азов ани ю
и
воспитанию
подра­
стающего
пок оле ния .
Речь
ид ет
о
разра­
бо тке
конкретной
«программы
человече­
ско й
л ично ст и», о которой в свое время го­
ворил
и
писал
А.
С.
Макаренко.
Создать
так ую
программу
м ожно
только
об ъед и­
ненными
силами
п едаго гов ,
соц иолог ов,
философов,
изучив
хар акте р
и
структуру
тех
форм
деятельностей,
в
котор ых
выпуск­
н икам
ш колы
предстоит
у час твов ать.
Специальные
исследования
н еобходим ы
по
проблеме
фо рм ир ования
у
шк ольников
требуемых
качеств
личности.
Знан ие
об ъ­
ективных
закономерностей
эт ого
процесса
поз вол ит
более
эффективно
управлять
им.
Мы
будем
точно
знать,
какую
деятельность
учен ико в
и
как
н адо
орган из овать ,
чт обы
в
п роц ессе
эт ой
деятельности
ра звив али сь
их
различные
способности,
моральные
и
другие
кач ест ва.
Здесь
нужно
тесное
содру­
жество
педагогов
с
психологами.
Уточнив
и
конк рети зир ов ав
цели
обра­
зования
и
воспитания,
м ожно
более
обос­
нованно,
чем
это
дела лос ь
до
сих
пор,
отобрать
материал
наук
и
искусств,
п одле­
жащ ий
из учению
в
о бщ еобр аз оват ель ной
школе,
устранить
перегруз к у.
Ну жны
более
серьезные,
чем
сейчас,
исследования,
по­
священные
науч но му
обо снова ни ю
у чеб­
ного
плана,
программ
и
у чеб ников,
п оис кам
эффективных
мет одов
и
ор ганиз ац ионны х
ф орм
обучения.
Разумеется,
сказанным
отнюдь
не
ис­
черпывается
кр уг
педагогических
п роб лем,
ожидающих
исследования.
Чтобы
успешно
решить
их,
необ ходи мо
значительно
уси­
лить
теор етиче ск ую
работу,
организовать
постановку
смелых
эксп ерим ент ов,
глубже
и зуча ть
и
обобщать
п ер едовой
опы т.


^AIWETKM
ПУБЛИЦИСТА
M.
Алп ато в,
действительный
член
А каде мии
художеств
СС СР
ПРЕКРАСНОЕ ДА ЖИВЕТ ВЕЧНО!
В.
И.
Ленин
еще
почти
пятьд е сят
лет
тому
назад
зо рко
угадал
и
чет ко
оп реде­
лил
значение
культурного
наследия
народа.
В
самые
тру дн ые
г оды
становления
Совет­
ск ого
г осу дарства
он
уделял
много
внима­
ния
сохранению
п ам ят ников
кул ьту ры
и
ис­
кусства
на шей
с траны .
Подписанный
Лениным
декрет
о
наци о­
нализации
художественных
ценностей
ис­
ходил
из
положения
о
том,
что
ис кусст во
должно
прин адлеж ать
трудовому
народу
и
служить
ем у.
П рев раще ние
дворцов,
це рк­
вей
и
м онас ты рей
в
художественные
запо­
ведн ики
и
му зеи
с ыг рало
о громн ую
роль
в
приобщении
народа
к
сокровищам
куль­
туры.
Политика
партии
в
обла с ти
культуры
н ашла
горячую
поддержку
среди
ученых
и
художников,
п ол ожи вших
много
сил
и
тр у­
да,
чтобы
сохранять,
изучать
и
популяризи­
ровать
эти
со кро ви ща.
Ленинское
понимание
культурного
на­
следия
п рин есло
богатые
плоды
и
в
по­
сл еду ющие
годы.
Наши
старинные
города,
заповедники
и
музеи
славя т ся
на
весь
ми р.
Успехи
советского
музейного
дела
полу­
чили
всеобщее
приз нан ие.
Ш ироко
стало
развиваться
рест аврац ионное
дело,
оно
все
больше
опирал ось
на
успехи
совр ем енной
н ауки
и
т ехники.
Оп ыт
и
мастерство
совет­
ск их
ре ставрат оров
вернули
жизнь
многим
ш едеврам
живописи.
После
революции
реставрационное
дело
приобрело
об ще гос уд арст в енный
ха­
ра ктер
и
стало
ве стис ь
в
ш ироком
ма с­
штабе.
Совершился
настоящий
переворот
в
понимании
нашего
наследия.
Можно
без
преувелич ен ия
сказать,
что
т акие
великие
мастера
древней
Р уси,
как
Феофан
Гре к
и
Андрей
Р убл ев,
стали
известны
нам
бла ­
го даря
с овет ским
рест аврат орам .
Рестав­
раци онн ая
работа
шла
параллельно
с
ис­
следовательской
дея тель нос ть ю
советских
иск усст воведов.
До
недавнего
времени
счи та лос ь,
что
в
д ревне й
Руси
не
существовало
ску льп ­
туры.
Ста ра ни ями
рес та врат оров
б ыли
вос­
становлены
многие
прекрасные
памятники
де рев я нной
резьбы,
обогащающие
н аши
представления
о
народном
т ворч естве
в
д ревне й
Руси.
В
годы
Великой
О теч ест венн ой
войны
многие
памятники
культ уры ,
от час ти
и
му­
зейные
ценности
стр аны ,
сильно
п остра­
дали.
Враг
на нес
тяжелый
уда р
нашему
куль­
турному
наследию.
Советский
Союз
и
здесь
понес
больший
урон,
чем
многие
д ругие
страны,
которые
п одв ерг лись
напа­
дению
г ит леровцев .
После
того
как
наш
нар од
изгнал
со
своей
земли
фашистских
захв атч иков ,
б ыли
приняты
героические
меры,
чтобы
бы ст рее
залеч ить
нанесенные
ран ы,
восстановить
то,
что
можно
бы ло
в ос­
с танов ить ,
укрепить
то,
что
пришло
в
вет ­
хость.
В
дре вне м
Новгороде,
Пскове,
Ки е­
Рисунок французского художника А. Масри
186


ве,
П уш кине,
Петродворце,
Павловске
в
больших
масштабах
б ыли
п роведе ны
вос­
становительные
работы.
Возрожденные
со­
кровища
снова
выз ываю т
восхищение
п осе­
т ителей.
В
послевоенные
годы
бы ли
созданы
но вые
музеи,
как,
напр им ер,
музей
Ру б­
лева,
музей
В аснец ова ,
музей
Пушкина
в
Мос кве .
Все
больше
посещаются
они
мас­
совым
з рителем .
Музеи
ста но вя тся
рас­
садниками
художе ст венной
культуры,
их
ра­
б отники
устраивают
пе ре дви жные
выставки,
ведут
лекционную
деятельность
в
клубах
и
на
заводах.
Ст али
появляться
фил ьм ы,
по­
священные
памятникам
арх ит ектур ы
и
изо ­
бразительного
искусства.
Среди
них
осо­
бенно
следует
отметить
п р екрасны й
фильм
«Краски Дионисия».
Ш ирит ся
и
общественный
интерес
к
па­
мятникам
культуры.
Наш а
молодежь
испы­
тывает
живую
п отре бно сть
бл иже
знако­
миться
с
культурным
наследием.
Организу­
ютс я
туристские
п оходы
по
памятным
ме­
ст ам.
Принято
реше ние
о
соз дан ии
Всерос­
сийского
добровольного
общества
охраны
памятников
истории
и
культуры,
перед
ко­
торым
отк рывается
о бширн ое
по ле
дея­
тельности.
Впрочем,
все
эти
успехи
не
д ают
прав а
на
самоуспокоенность.
Мы
далек о
еще
не
удовлетворяем
существующие
и
неиз м енно
растущие
п от ребно сти
наших
людей
в
п ри­
обще нии
к
ку льту ре
предков.
Здесь
ес ть
много
серьезных
недостатков.
Для
того
чтобы
их
п реодол еть ,
необх оди мо
г овори ть
о
них
с
полной
откровенностью.
***
Надо
сказать,
что
уже
в
первые
годы
после
революции
в
оценке
художествен­
ног о
наследия
имелись
некоторые
разн о­
гл асия .
Часть
молодежи
склонна
была
с чи­
та ть,
что
рево лю ция
—
это
вих рь,
см ет аю­
щий
со
своего
пути
решительно
все,
в
том
чи сле
и
ку льт ур ные
ценности.
Недо оц ен ка
художественного
наследия
порой
превра­
щ алась
во
вр ажд ебн ое
к
нему
отношение.
Мне
помнится,
как
некоторые
люди
с
за­
пальчивостью
зая в ляли,
что
в
состоянии
создать
такие
сокровища,
пер ед
ко то рыми
симфонии
Бе т ховена
будут
зв уч ать
как
«со­
б ачий
вальс».
В
те
времена
некоторые
поэты
во
имя
«грядущего завтра»
призы­
вал и
«сжечь Рафаэля»
и
«растоптать искус ­
ст ва
цветы»
или
же
приглашали
«сбросить
Пушкина
с
кораб ля
современности».
Все
эти
«декларации»
в
настоящее
вре мя
звучат
как
п роя влени е
мальчишества.
Нигилизм
угрожал
рост у
совет ской
культуры,
и
по­
тому
пришлось
оказать
ему
решительный
отпор.
Впрочем,
п риз ывы
к
уничтожению
ценностей
б ыли
в
то
вре мя
всего
лишь
словами,
ко то рые
не
п ереходили
в
дей­
ствие.
Дело
охраны
и
защиты
памятников
культ ур ы
вступило
в
более
тревожную
фазу
в
последующие
г оды.
Од нов рем енно
с
ростом
реставрационного
и
музейного
дела
и
охраны
пам я т ников
к уль туры
стало
проявляться
равнодуш ие
к
ним .
Иногда
это
рав ноду ши е
переходило
в
пр ямо
враждебное
отношение
к
куль­
турному
наследию.
К
сожалению,
п ро­
яв ляло сь
оно
не
только
на
сло вах.
В
эти
г оды
Москва
л ишилась
так их
замечательных
сооружений,
как
Сухарева
башня,
Красные
ворота,
многих
памятников
древнерусского
зодчества,
а
Эрми таж
—
некоторых
своих
сокровищ,
ш едевро в
клас­
сической
живописи.
Об
этих
п отеря х
до
сих
пор
еще
тя жело
вспоминать.
Но
замалчи­
в ать
их
нельзя.
Напоминание
о
них
необ­
ходимо
для
того,
чтобы
подобные
факт ы
больше
не
повторялись.
К
счастью,
впоследствии
памятники
культуры
в
таком
к ол ич естве,
как
тогда,
больше
не
ис чезал и.
В
Москве
это
стало
невозможно
делат ь,
хо тя
бы
п отом у,
что
здесь
ос талос ь
не
так
уж
много
памятни­
ков...
И
все
же
опасность
нигилистического
отношения
к
художественному
наследию
полностью
не
ис чезла .
Отдельные
уд ары
по
нашему
наследию
наносятся
не
только
в
глухих
уг олка х,
на
п ериферии,
но
и
в
сто­
лице.
Обычно
в
оп ра вдание
этих
актов
при­
водятся
самые
разные
до вод ы.
Иногда
го­
ворится
о
необходимости
экономить
госу­
дарственные
средства
и
в оз держив ат ься
от
расходов
на
реставрацию
(причем забы ­
вается,
что
са ми
памятники
имеют
огром­
ную
ценность
и
при
соответствующем
р аз­
вити и
туризма
могут
стать
источниками
д охода
для
гос уд арст ва).
Иногда
указы­
вается
на
потребности
населения
в
жи лой
площади
и
на
свя занную
с
э тим
необ­
ходимо сть
на
месте
древних
памятников
строить
дома,
хотя
мест а
для
строительства
в
нашей
стране
и
в
наш их
городах
до ста­
точно,
и
нет
оснований
уничтожать
старые
анс ам бли
или
искажать
их
современными
постройками.
Иногда
памятники
культуры,
вр оде
деревянных
построек
С евер а,
поги­
бают
просто
из-за
халатности
учреждений
и
лиц ,
обязанных
их
охранять.
Но
за
это
небрежение
с
них
не
взыскивается,
как
взыскивается
с
бухгалтера,
истратившего
лишнюю
копейку.
В
общем,
основания
и
дов оды
приводятся
самые
различные,
но
результат
один:
памятники
ст ари ны
все
бо­
лее
убывают.
Иногда
в
пользу
необ ход имо сти
сведе­
ния
с
лица
земли
того
или
ино го
памятника
кул ьтур ы
приводятся
и
более
об ос нован­
ные
аргу ме нты .
«Ведь
вот
же,— говорят
некоторые
наши
градостроители,— даже
в
золотой
век
Фидия
а фи няне
разобрали
ос та тки
дре вн ейше го
храма
на
Акрополе,
чтобы
возвести
знаменитый
Парфенон.
Мы
вправе
действовать
по
примеру
греков
эпо­
хи
Фидия»...
При
эт ом
забывается,
что
греки
во з­
вел и
Парфенон
и
эт им
прославили
в
веках
сво е
время.
Между
тем
наши
градострои­
тели
еще
не
укра сили
Москву
зданиями,
хот ь
отдаленно
приближающимися
к
худо­
же ств енн ому
совершен ст ву
Парфенона.
Н ашей
ар хит ект уре
еще
очень
дал еко
и
до
тех
высот,
ка кие
были
доступны
на­
родным
маст ерам
д ревн ей
Рус и
или
плеяде
русских
зо дчих
XVIII—XIX
ве ка.
Следовало
бы
набраться
поб оль ше
скромности,
не
за­
187


являть,
что
совр ем енны е
строители
спо­
собны
п одмен ить
бол ее
совершенными
по­
стройками
старые
и
этим
полностью
удов­
летворить
эстетические
пот ре бност и
наших
с ов реме нник ов.
Сп ору
нет,
широ кий
р аз­
мах
жилищного
строительства
все
более
удовле тво ря ет
пот ребн ост ь
совет ских
лю­
дей
в
удобном
жилье.
Но
что
касается
ху­
дожественного
облика
современного
го­
рода,
то
в
этом
у
нас
еще
ма ло
достиже­
ний,
и
рано
нам
еще
ут верждат ь ,
что
мы
способны
заменить
старые
ансамбли
таких
городов,
как
Мос ква
и
Ленинград,
более
красивыми
современными.
К
сожа ле нию ,
в
вы боре
для
новостроек
именно
тех
ме ст,
где
уже
имеются
памят­
ники
культуры,
сли шко м
назойливо
скв озит
ничем
не
оправданная
самонадеянность.
Нет
сомнения,
п отреб нос ть
при да ть
на шим
городам
со врем енны й
облик
— это
естественная
потребность,
ее
нужно
всяче­
ски
п одд ержива ть.
Но
не
следует
забывать
и
то го,
что
в
об ла сти
мон умен тально го
ис­
кусства
замена
старого
новым
не
терпит
тороп лив ости.
В
б иб лиот еке
можно
за ме­
нить
старую
книгу
новой,
а
с тарую
убрать
в
архив.
В
карт инной
галерее
старую
кар­
тину
то же
мо жно
убрать
в
запасник
и
вме­
сто
нее
повесить
карт ину
современного
художника.
Вр емя
по две рг нет
наш
выбор
испытанию
и,
если
потребуется,
внесет
свою
поправку.
Но
в
городе
с
его
мону­
ментальными
сооружениями
и
памятниками
такой
способ
действий
невозможен.
Если
вспомнить
печальную
судьбу
п ре кра сных
памятников
Гоголя
и
П ушк ина
в
Мо ск ве,
то
придется
признать,
что
мы
утр атил и
пред­
ст авл ение
о
то м,
что
памятники
— это
не
комоды
и
не
шкафы,
которые
м ожно
пере­
д ви гать
в
комнате
с
мес та
на
место.
Существует
од на
ос обен но
оп ас ная
форм а
неу важени я
к
памятникам
старины.
Ин ой
со врем енны й
строитель
не
прика­
сается
к
ним
своими
р ук ами,
но
сооружает
рядом
с
ними
нечто
т акое,
от
ч его
они
те­
ря ют
сво ю
художественную
привле кат ель ­
нос ть.
В
прошлом
мастера
архи тект уры
умели
орг а ничес ки
включить
новое
в
исто ­
ричес ки
слож ивш ийся
ансамбль.
Вспомним
хот я
бы
Адмиралтейство
Андр иана
Заха­
рова,
в
ко тором
сохранен
шп иль
Ко робо ва.
У
вс ех
пер ед
глазами
М авз олей
Ленина
на
Красн ой
площади
— сооружение
тала нтл и­
в ого
советского
зодчего
А.
В.
Щусева.
Э той
постройкой
Щусев
решил
не
толь ко
чисто
арх ите кт урну ю,
но
и
идейную
задачу.
П одо бно
тому
как
мав зол ей
Ле нина
—
неотделимая
часть
площади,
так
и
дело
его
рук—неотделимая
часть
исторического
развития
наше й
стр аны .
Но,
к
сожа лению ,
пример
Щу сева
е два
ли
не
единственный
пример
органического
сочетания
нового
и
ст арого.
Г ораз до
чаще
бывает
так,
что
сов­
рем енны е
строители,
придавая
м акс има ль­
ную
высотность
сво им
зданиям,
наносят
н епопра ви мый
вред
старым
ансамблям.
Не­
которые
полагают,
что
э тим
демонстри­
руется
победа
нашей
эпохи
над
стариной.
Но
это
победа
толь ко
в
глазах
тех
людей,
ко тор ые
отождествляют
красоту
здания
с
ко личест вом
его
этажей.
П отомс тво
может
188
по- дру гом у
оценить
результаты
поединка;
т акое
сопоставление
может
быть
очень
не­
вы год но
для
на шей
репутации.
К
со жалению ,
подобного
рода
состяза­
ния
стали
за
последнее
врем я
бедствием
на шей
г радос тро ите льной
практики.
Это
серьезная
угроза
тем
а нс амб лям,
ко тор ые
до
сег о
времени
уцелели.
В
сам ом
деле ,
представьте
себе,
что
какому-нибудь
от­
ва жно му
Герострату
вздумается
рядом
с
Адм иралт ей ст вом
соорудить
в
три
раза
более
вы со кую
телевизионную
вышку
(что
для
современной
техники
не
со став ляе т
боль шог о
труда).
Замечательное
соз дан ие
А ндриан а
Захарова
не
перестанет
суще­
с твовать ,
но
крас от е
воспетой
Пу шкиным
«адмиралтейской иглы»
будет
нанесе н
не­
поправимый
урон.
Это
в
сущности
равн о­
сильно
то му,
что
разобрать
здание
на
кир­
пичи.
С о верш енно
очевидно,
что
воп росы
градостроительства,
реконструкции
горо­
до в,
в опросы
современного
стиля
в
а рхи­
тек тур е—
оч ень
с ложны е
вопросы,
и
ре­
шаться
они
должны
по-разному
в
разных
случаях,
с
учетом
многих
условий
и
обстоя­
тельств.
Архитекторы
уже
несколько
раз
выступали
по
этому
поводу
в
наш ей
печати
с
критическим
анализом
практики.
Но
в
эт ом
деле
ес ть
еще
о дна
сторона.
Памят­
ни ки
ар хит екту ры
создаются
архи т ект о­
рами,
но
они
обращен ы
лицом
ко
всем
людям,
они
призваны
воздействовать
на
них,
воспитывать
их,
отве чать
не
то лько
их
утилитарным,
но
и
эст етич еск им
потребно­
стям.
И
поэтому
каждый
житель
современ­
ного
города
имеет
право
задуматься
над
т ем,
что
предстает
его
глазам.
К
сожа ле нию ,
в
архитектурной
и
строительной
пра кт ике
еще
очень
много
ничем
не
оправданного
п роиз вола.
С
э тим
произволом,
случайностью,
су бъ ектив измо м
трудно
п рим ири ться
человеку,
котор ый
хо­
чет
ж ить
в
мире,
где
царит
разумное
и
целесообразное.
Рядом
с
Ленинградским
проспектом
на
Башиловке
недавно
возник
целый
ква рта л
новых
домов.
Среди
них
строители
по ща­
дили
стоявший
здесь
ста рый ,
так
называе­
мый
«Охотничий домик»
с
острым
шпилем.
Сам
по
се бе
он
не
представляет
большой
ху дожес т венной
ценности,
но
дом ик
э тот
хорошо
ко нтра ст ировал
с
новыми
корпу­
сами
и
связывал
их
друг
с
друг ом .
Домик
был
обнесен
забором,
видимо,
его
со би­
р ались
рем онт иров ать .
Жители
этого
района,
накоп ивш ие
печальный
опыт,
с
бес­
покойством
следили
за
дальнейшей
су дь­
бой
дом и ка.
Некоторое
время
он
продол­
жал
еще
существовать.
Но
од нажд ы
но чью
п рибы ли
бу льдо з еры
и
сравняли
его
с
землей.
Герой
рассказа
Гоголя
Ковалев,
п ро­
снувшись
утром,
обнаружил
на
месте
н оса
гл ад кое
место,
пустоту.
То
же
произошло
на
Ленинградском
пр осп ект е.
Кто
совер­
шил
это?
Для
чег о
это
нужно
бы ло
дел ать ?
Почем у
не
прислушались
к
голосу
об щес т­
венности?
Вид
Башиловки
ст ал
унылым
и
однообразным,
а
эта
постройка
никому
не
мешала
и
в
то
же
время
кра сиво
вы рисо -


вывелась
силуэтом
на
фо не
новых
зданий.
Мы,
ко ренн ые
москвичи,
и
люди,
долг о
жившие
в
столице,
п ривы кли
к
нашему
го­
роду.
Мы
пригляделись
к
его
красотам,
все
в
нем
привычно
нам,
и,
п рох одя
каждо­
дневно
ми мо
его
д ревних
и
сов рем енных
зданий,
мы
перестаем
примечать
их
ос о­
бе нну ю,
неповторимую
к расот у.
Но
как-то
недавно
мне
попал ись
в
ру ки
литографии
и
гр ав юры
наших
гостей-худож­
ников
из
Ф ра нции
— Жана
Гю го
и
Альбера
Масри.
З ари совки
того,
что
они
в
Москве
увидели
и
что
их
п ора зило.
С
рад ость ю
я
убедился
в
то м,
как
много
еще
в
Москве
хар акт ер но го,
красочного,
дико­
винного,
неповторимо
прекрасного
—не
только
в
кремлевских,
но
и
в
самых
ряд овы х
пос тр ойках.
Ка кое
волнующее
з рели ще
— Мос ква,
увиденная
гла за ми
пу­
тешественника
из
далеких
к раев!
Как
ра­
достно
угадывать
в
за рисов ках
признание
к расот ы
наш ей
столицы
с
ее
широкими
проспектами,
обширными
площадями,
вел и­
чественными
но вос тро йкам и
и
вкр ап ленны­
ми
в
них
драг о це нными
памятниками
ст а­
рин ы!
Будем
же
б ережн о
относиться
к
ха­
рактерному
об лику
наше й
столицы
и
охр а­
нять
его
от
всякой
нивелировки!
Будем
за­
щища ть
наши
г орода ,
памятники
куль т уры
и
искусства
от
всяких
поп ол зновен ий
их
у ничт ожит ь!
♦*
*
Зададим
теперь
се бе
вопрос:
что
мо­
жет
породить
систематическое
уничтоже­
ние
пам ят ников
старины
в
сознании
н аших
современ н иков ?
У
той
части
людей,
которые
отлича­
ю тся
пассивностью,
податливостью,
оно
может
породить
полное
рав но душ ие
к
то­
му,
что
п роис ходит
п еред
их
гла за ми.
Бы ли
Красные
ворота
— теперь
их
не т.
Ну
хоро­
шо
и
без
Красных
ворот,
можно
и
без
н их.
К
чему
К расн ые
ворота,
к
чему
Сухарева
башня?
Нену жны е
украшения?
Зачем
вспо­
м инать
о
том,
что
в
Сухаревой
башне
была
навигацкая
школа,
в
которой
учились
«Пет­
ровы
пт ен цы»? Зачем вспоминать о том,
что
у
Тверской
заставы
стояли
Триумфальные
ворота
в
честь
победы
р усс ких
над
Напо ­
леоновыми
полчищами?
То,
что
было,
был ью
п оросло...
И
пусть!
Зачем
в ообще
утруждать
се бя
па мят ью
о
прошлом,
когда
нужно
жить
сегодняшним
днем.
«Довлеет
бо
дневи
злоба
е го»
— говорили
в
старину.
Это
психология
мещанина,
обывателя,
че ло­
в ека,
п ог руженного
в
тесный
и
душный
ми рок
св оего
благополучия,
это
психол оги я
человека,
котор ый
равноду шен
ко
всему,
что
его
прямо
не
касается,
который
не
ше ве льне тся,
если
беда
придет
к
его
со­
седу,
в
его
д ом,
в
его
страну.
Это
эгоизм,
нелюбознательность,
бл изору кос ть,
невеже­
ст во.
Нужно
со
всей
прямотой
с каза ть,
что
те,
кто
беззаботно
относится
к
памят­
никам
культ уры ,
к
историческим
релик­
виям
наши х
городов,
вольно
или
невольно
содейс тву ю т
укоренению
подобной
о бы­
вательской
психологии*
Рисунок А. Масри
Но
есть
еще
другая
категория
людей,
особенно
среди
молодежи.
Эти
люди
не
пассивны
и
не
по да тли вы.
Они
не
могут
примириться
с
те м,
что
на
их
глазах
исч е­
зают
драгоценные
исторические
памятники
прошлого.
Они
понимают,
что
эти
памят­
ни ки,
помимо
исторического
их
значения,
нередко
еще
имеют
ху до жес твен ную
цен­
нос ть.
Они
понимают,
что
вы раже ние
«ка ­
менная
лет опись »—эт о
не
т олько
поэти­
ческий
обр аз
—
в
нем
заключена
г луб окая
правда.
Старые
ст ены
крем ле й
и
крепост­
ные
башни,
за
кото рыми
наши
предки
за­
щищали
св ою
землю
от
врагов,
с тройн ые
покрытия
старых
цер квей,
ко тор ым
народ­
ные
мастера
придавали
сходство
с
кр е сть­
янскими
избами,
наконец,
кам енные
дв орцы
и
терема,
в
облике
кото рых
отразились
до­
ст ижен ия
русских
древ одельц ев ,—
все
эти
памятники
составляют
такую
же
н еот дели­
мую
часть
страны,
как
наши
н еог лядн ые
рек и,
з еркал ьные
озера
и
дремучие
леса.
Старинная
архитектура—это
вовсе
не
до стоя ние
одн их
ис т ориков
и
а р хива риусо в,
это
вести
из
далекого
прошлого
от
отцов
к
детям,
это
нечто
вро де
све та
далеких
звезд,
кот ор ый
сквозь
кос миче с кие
про­
с транс тва
п рихо дит
к
зем ле
и
пробуждает
в
людях
ответные
чу вст ва.
Для
людей
подобного
склада
тот
ф акт,
что
памятники
ку льту ры
системати­
чески
«сводятся», что
да же
память
о
них
в
названиях
улиц
предается
з аб вению ,—
это
настоящая
б еда,
невыносимая
и
мучи­
тельная .
В
таких
людях
как
о тве тная
реак­
ция
ро ждает ся
протест.
Е сли
им
приходится
затаивать
свой
протест,
то
он
мучительно
гложет
сознание.
Это
оч ень
тревожное
яв­
лени е.
Нам
нужно
сд елат ь
все,
чтобы
пр е­
одолеть
в озмо жно сть
подобных
нас трое­
ний,
особенно
среди
молодежи.
Многих
уд ивл яет,
почему
увлечение
стариной,
экскурсии
в
старые
гор ода,
ин­
189


терес
к
книгам
по
старому
искусству
за
последние
г оды
получили
т акое
широкое
рас прост ранен ие.
И
в
сам ом
д еле
—
в
годы
м оей
м олод ост и,
то
ес ть
сор ок
лет
тому
на зад,
этими
вещами
интересовались
толь­
ко
нем ног ие.
А
н ыне
любители
старины
насчитываются
тысячами.
Их
много
не
то лько
среди
ист орико в,
иску сст воведов,
пи сателей,
художников,
но
и
среди
мат ема ­
тиков ,
фи зик ов,
хим ик ов,
конструкторов,
среди
людей
н ауки
и
т ехни ки.
Судьба
на­
ших
памятников
занимает
и
горячо
волнует
многих
советс ких
людей.
Необходимо
ува­
жа ть
их
привязанность
и
лю бовь
к
родной
с тр ане.
Многие
из
нас
в идели
своими
глазами,
с
какой
любовью
к
своему
историческому
прошлому
относятся
на ши
друзья
п оляки.
В
В аршав е
от
площади
Старое
Място
во
время
последней
войны
не
ост алос ь
камня
на
камне.
Социалистическая
Польша
во с­
ст анов ила
дом а,
их
убран ст во,
росписи,
ре­
шительно
все
—
вплоть
до
бро нзо вых
ру­
чек
д верей.
Мы
вс пом инаем
об
это м
пат­
риотическом
п одв иге
соци али ст ич еской
Польши
не
без
зависти.
Н аши
др узья
в ер­
н ули
жизнь
ра зруше нной
старине,
мы
же
нередко
без дейст вуем,
когда
гибнут
уц е­
левшие
скудные
ее
остатки.
Наст ал о
вре мя
наве сти
п оряд ок
на
это м
участке
нашей
культуры.
Не об хо димо
вернуться
к
норм ам ,
завещанным
нам
Лениным.
Разумеется,
это
не
зна чит,
что
мо жно
игнорировать
изменившиеся
за
ист е кшие
г оды
условия.
В
настоящее
вре мя
в
стране
ра зве рнуло сь
строительство
но­
вых
городов
и
кварталов
в
так их
ма с шта бах,
о
ко то рых
в
п ервые
послереволюционные
годы
нельзя
бы ло
да же
ме чтать.
С
э тим
не обхо д имо
с читатьс я .
Но
вместе
с
тем
нами
накоплен
большой
о пыт,
он
может
и збав ить
нас
от
новых
ошибок.
Памятники
культуры,
судьба
которых
Рисунок Ж. Гюго
в
настоящее
врем я
н ач инает
все
более
за­
нимать
советских
людей,
это
могучее
ору­
жие
идейного
воспитания
народа.
Нужно
то лько,
чтобы
это
о ружие
было
использо­
ван о
полностью.
Х аракт ерн ая
че рта
людей
будущего
—
это
уверенность
в
том,
что
мир
с о разме рен
челов еку,
постижим
че лове чес ким
разу­
мом .
Памятники
куль т уры
м огут
дать
многое
для
то го,
чтобы
чел ов ек
будущего,
черты
к ото рого
все
более
проявляются
в
облике
нашего
со вре м енника,
ст ал
гар мо­
ничной
личностью.
Памятники
куль ту ры
всегда
имеют
св ое
определенное
место
в
прост ранст ве
и
прочно
сто ят
на
земле
(и это
их
местоположение
следует
чтить
и
сохра­
нять).
И
поэтому
прививать
людям
любовь
к
этим
п амя тникам
—
это
значит
разви­
ва ть
в
них
лю бовь
к
родной
земле,
к
Ро­
дине.
Людям
от
природы
сво йстве н но
лю­
бить
кусочек
земли,
на
к ото ром
они
появи­
л ись
на
свет
и
на
к отором
прошла
их
мо­
лодость
и
жизнь.
Любовь
к
род ной
земле
—
это
вполне
естественное
чувство,
и
она
сохраняется
в
лю дях
до
к онца
их
дне й,
если
только
неч то
п ривх одя щее
не
внушит
им,
что
они
на
земле
чужие,
лю ди
без
рода
и
племени,
путники,
бредущие
в
неизвест­
нос ть.
Вот
почему
охрана
пам ят ник ов
—
это
не
пустая
блажь,
без
которой
м ожно
обойтись.
Это
удов лет вор ени е
потребно­
сти
человека
им еть
перед
гла за ми
ист ор и­
чески
слож ивш иеся
чер ты
родного
края,
г ор ода,
дома.
Нужно
ч утко
относиться
к
э той
потребности
человека,
избегать
безду шной
нивелир овки.
Нов ый
чел овек
должен
найти
с ебе
ме­
сто
не
т олько
в
пространстве,
но
и
во
вре­
мени,
в
веках.
Памятники
культуры,
здания,
монументы
сооружаются
из
прочного
ма­
т ери ала,
из
камн я
и
из
бро нзы
—
чтобы
они
сохранились
на
столетия.
Многие
из
них
во зник ли
в
то
время,
когда
на род
вел
тя­
желое
подневольное
существование.
Д вор­
цы,
цер кви,
монументы
связаны
с
именами
люд ей
и
сословий,
которые
в
прошлом
были
господами
и
имели
возможность
при­
своить
себе
слав у
их
сооружения.
Но
вед ь
создавались-то
эти
сооружения
рукам и
на­
рода!
В
самые
су ровы е
г оды
бесправия
наро д
не
переставал
быть
творцом
исто­
рии
и
культуры.
Вот
почему
наши
совре­
ме нник и
че рез
эти
памятники
вступают
в
б еседу
с
народны м и
ген иям и
предшествую­
щих
п околе ни й.
Памятник
культуры—это
не
то лько
старинный
предмет,
который
мы
охран яем ,
покрыв
его
ст екля нны м
колпаком.
Это
поч­
ти
живое
существо,
которое
входит
в
нашу
жизнь,
обращает
к
нам
св ою
речь.
Мы
всту­
па ем
с
ним
в
немой,
но
кр асн оре чивый
диалог.
Он
говорит
нам
не
толь ко
о
том,
что
было,
но
и
зовет
к
том у,
что
буд ет,
старается
перетянуть
нас
на
сво ю
сторону.
Мы
м ожем
ему
возражать,
спорить
с
ни м,
и
исход
этого
спора
не
всегда
предо­
п ределен.
Вспомним,
о
чем
разд умы вали
великие
поэты
Мицк еви ч
и
Пушкин
у
по д­
но жия
памятника
Петру
I,— это
со ст ав­
ляет
содержание
их
поэм
«Деды»
и
«Медный всадник».
Памятники
Московского


Крем ля
или
ленинградское
Адмиралтейство
в
состоянии
пробудить
в
чу тком,
внима­
тельном
з рителе
т акое
же
богатство
и сто­
риче ских
восп омин ан ий.
Памятники
ку льт уры
поднимают
в
че­
л овеке
чувство
его
ис тори че ской
отве тст ­
венности.
Они
властно
н апом ин ают
нам
о
том ,
что
все
св ерш аем ое
н ами
име ет
отно­
шение
не
только
к
«злобе дня»,
но
и
к
нашим
предкам
и
потомкам.
У
нас
дво якая
ответственность:
мы
до л­
жны
сравняться
с
предками
и
пре взо йти
их.
Памятники
создаются
не
для
т ого,
что­
бы
они
«прозвучали»
на
тор жес тве нном
от крыт ии,
они
должны
нравиться
не
толь­
ко
одному
ж юри.
Одн о
время
п ринят о
бы­
ло
подсмеиваться
над
художниками,
кото­
рые
мечтали
творить
для
потомства.
Не
всем
это
удается.
Но
«суд истории»
— это
не
пустой
звук,
это
реальный
факт,
люди
моего
по ко ления
были
свидетелями
т ого,
как
история
творила
св ой
суд
и
исправляла
з аб лу ждения
поко лений.
Когд а
мы
говорим
«памятники культу ­
ры», то разумеем под этим памятники двух
кат его рий.
Од ни
— это
ме мо риальны е
со­
оружения
вроде
скро много
маленького
домика,
в
к от ором
появился
на
све т
вели­
кий
чел овек .
Сам
по
с ебе
такой
памятник
не
представляет
особ ой
ценности,
но
он
способен
вызвать
в
з рит еле
ист ори ческие
воспом ина ния ,
помогает
ему
понять,
как
из
скромной
каждодневности
может
возник­
н уть
воз вы шен ное
и
прекрасное,
связанное
со
сла вны м
имен ем
г ос удар стве нно го
дея ­
те ля,
военачальника,
поэта,
ху до жник а,
мыслителя.
Та кие
памятники,
конечно ,
до­
ст ойны
внимания
и
заботы
потомства.
Но
ес ть
еще
памятники,
к ото рые
хотя
и
не
вх одят
в
число
музейных
сокровищ,
но
вносят
в
ж изнь
к аж дого
человека
искус­
ст во.
Здес ь
мы
касаемся
одного
из
самых
жгучих
во пр осов
наших
дней,
вопроса
об
э ст етич еском
воспитании
современного
че­
ловека.
Об
эт ом
за
последнее
время
много
г оворилось ,
многое
в
том
плане
делается ,
но
в
п р опа ганде
искусства
не
вс егда
яс но
осознается
самое
существенное.
Наши
музе и
и
ле ктори и
делают
мно­
гое
для
рас про ст ранения
в
шир ок их
кругах
общеобразовательных
знаний
об
искусстве,
об
его
истории,
стилях,
мастерах.
Но
ес ть
еще
др уга я,
не
м енее
важная
задача
—
на уч ить
людей
понимать
искусство.
С
ов­
ладением
эт им
пр едме том
ч е ловеку
откры­
вается
мир
ис кус ств а,
о бладающи й
непре­
ходящ ей
м олод ость ю,
способный
в
каждую
нову ю
эпо ху
раскры т ь
свои
новые
сторон ы,
бы ть
вечным
спутником
че лов еч еств а.
У
нас
еще
нередко
да ет
о
с ебе
з нать
недове рие
к
э той
спо собност и
искусства.
В
пристальном
вни м ании
к
художественным
ц енност ям
многих
пугает
призрак
эс те ти­
зма.
Вот
почему
не обх од имо
со
всей
откро­
венностью
разобраться
в
том,
что
же
сп о­
собно
дать
современному
че лове ку,
стр ои­
те лю
коммунизма,
понимание
искусства.
Или
же
в
самом
деле
иску сст во
грозит
о твл ечь
его
от
су ровы х
б удн ей,
от
насущных
п рак­
тических
задач,
от
борьбы,
без
которой
не
обход ится
социальный
прог ресс?
Нет,
н ет,
решительно
нет
—
следует
сказать
на
это
нед ове рие
к
ху до жес тве нным
ценностям.
Для
того
чтобы
в
этом
убедиться,
необхо­
д имо
вспомнить
хо тя
бы
самые
про с тые
в ещи.
Вспомним
о
том ,
что
коммунизм
как
высокая
ц ель
человечества
означает
п реод оление
социальных
пр оти воре чий
с оврем енност и,
достижение
г арм онии
со­
циа льн ых
от но шений .
В
су ровы х
испытаниях
советский
че лов ек
пр иоб рел
право
думать
об
эт ой
же ланной
г арм онии
как
о
чем-то
ис тор ич ески
неизбежном,
реально
дости­
жимом,
есл и
не
для
н его
с амого,
то
для
потомства.
Истинное
б ольш ое
искусство,
и
прежде
всего
ик сусство
архитектурного
ансамбля,
синтез
искусств,
м онум ент аль ное
и ск усство
всегда
заключает
в
с ебе
что-то
от
эт ой
сто ль
жела нно й
для
человека
г ар­
м онии.
Иск усст во
дает
челов еку
не
только
отраду,
но
и
создает
уверен ност ь
в
в оз­
можности
осуществления
его
чаяний
и
стремлений.
Стройные
ар хит ект урны е
ансамбли,
в
ко то рых
отдельные
здания
составляют
вместе
с
другими
нечто
ц елое, —
это
как
бы
прообразы
т ого,
что
ч е ловек
ищет
в
мире.
В
памятниках
искусства
челов ек
имеет
воз­
мо жнос ть
ви де ть,
что
т акое
истинное
в ели­
чие .
Вот
почему
наша
задача
сейч ас
—не
только
сохранение
памятников
искусства
и
старины,
но
и
забота
о
том ,
что бы
они
вош ли
в
ж изнь
людей,
стали
бл из ки,
по­
нят ны
им,
с тали
действенной
силой
да ль­
нейш ег о
культурного
подъема
в
нашей
стране.


Искусство
А.
Абрамова
НА
СИРЕНЕВОЕ
БУЛЬВАРЕ
(К ГАЛЕРЕЕ « МОС КВ Ы»)
Верхняя
М асловк а
и
Юго-Запад,
Фрун­
зенская
набе режная
и
Мне вн ики,
Кузь­
ми нки
и
Владыкино,
Сиреневый
бульвар
и
Щелковское
шо сс е...
Тако в
неполный
пе­
речень
«московских Монмартров»
—
ра йо­
нов
М оск вы,
где
находятся
мастерские
ху­
дожников.
Не кото рые
из
них
— Масловка,
нап ри­
ме р,— им еют
уже
свою
историю,
насчиты­
вающ ую
десятилетия.
Биография
других
тол ько
начинается.
Если
несколько
лет
назад
ли шь
«счаст­
ливчики»
из
мира
людей
изобр азител ьно го
искусства
имели
с вое
«рабочее место», то
сейчас
большинство
московских
художн и­
ков
обрело
б лаг оус тро енные,
специально
обор уд ов анны е
пом ещ ения .
А
что
такое
ма стерск ая
для
художника
— говорить
не
приходится.
Старейший
совет ск ий
скульп­
тор
народный
художник
СС СР
С.
Т.
Конен­
ко в,
получив
в
с вое
время
прекрасную
ма­
стерскую
на
ул ице
Горького,
с
восторгом
го вори л: «У меня лучшее ателье в мире!»
Теперь
мо жно
смело
сказать,
что
у
худож­
ников
сов ет ской
столицы
действительно
лучшие
в
мире
м аст ерские,
и
пользуются
ими
не
т олько
кр упн ейш ие
мастера,
но
и
молодежь,
едва
вступившая
на
самостоя­
те льны й
т вор чес кий
пу ть.
В
нынешнем
году
мы
намерены
позна­
ком ить
читателей
«Москвы»
с
жизнью
эти х
своеобразных
город ков
художников.
Начнем
с
С ире нево го
бульвара.
П очем у?
Совсем
не
потому,
что
здесь
«сливки»
на шего
изобразительного
искус­
ства.
Скорее
всего
име нно
потому,
что
это
обычные
м аст ерс кие
художников.
И
мо­
жет
быть,
еще
потому,
что
очень
уж
по­
этично
звучит
название
этого
места
—
«Си­
реневый
бульвар».
Будто
са ми
художники
п ридумали
его...
Огромный
девятиэтажный
дом,
с
к ры­
шей
из
стеклянных
фонарей,
похожих
на
оранжереи...
В
один
пр екр ас ный
день
к
подъездам
этого
дом а
начали
по дъ ез­
жать
машины
с
п о др амник ами,
мольбер­
там и,
холстами.
Ве сь
д ев ятый
эта ж
зас елил и
художники:
живописцы
и
скул ьпт оры ,
граф ики
и
к ерамист ы,
кн иж ные
иллю ст ра­
т оры
и
театральные
декораторы.
То
бы ло
пять
лет
наза д.
Теперь
не
узнать
Си ренев ог о
бульвара.
Название
пе­
ре ста ло
быть
с им воличе ским .
Район
застро­
ился,
украс ился
зеленью.
Первый
раз
в
п ро шлом
го ду
зац ве ла
на
нем
и
сирень...
По зна ко ми ться
со
всеми
обитателями
м ас те рских
Си ре нев ого
бульвара
трудно
—
192
художники
— народ
непоседливый,
многие
разъехались
по
с тран е,
начали
подготовку
к
дв ум
боль ш им
юбилейным
выставкам:
пятидесятилетия
Советской
власти
и
столе­
тия
со
дня
рождения
В.
И.
Ленина.
Зайдем
для
начала
в
мастерскую
Ев­
гения
О сипович а
Бургункера.
Это
график ,
иллю ст ра тор
книг.
Есть
художники,
ко тор ые
иллюстрируют
книг и,
как
бы
сопровождая
рисунками
то,
о
чем
рассказывает
автор,
а
есть
такие,
которые
со з дают
кн игу
— создают
целиком,
от
переплета
и
титула
до
з аст авок
и
ко нцо­
вок.
Все
эл еме нты
книги
приобретают
та­
ким
образом
стилевое
единство,
раскры­
вая,
усиливая
неповторимое
своеобразие
то го
или
иного
п роиз ве дения .
Да
и
сам а
книга
как
своего
рода
«продукт»
полигра­
фии
с танов итс я
высокохудожественным
п ро изв еден ием.
Таким
мастером
кн иги
и
является
Е.
О.
Бургункер.
Излюбленная
техника
его
— кс илог рафи я,
гр авюр а
на
дере ве.
Работы
этого
художника
легко
узн ать
среди
м ножес тва
других:
он
не
только
глубоко
совре мен ен,
но
и
индивидуален.
Тонкие,
почти
ювелирные
по
исп олне нию ,
не бо ль­
шие
по
св оим
ра зме рам
гр ав юры
Е.
О.
Бургункера
пок оряют
проникновением
в
существо
изображаемого.
Сразу
чувст­
вуешь
— перед
то бою
умный,
культ урн ый
и
серь езн ый
художник.
Эти
работы
приме­
чат ельны
те м,
что
в
них
удивительно
точно
и
в
то
же
время
поэтично
переданы
ха­
р акт ер,
философия
творчества
писателя,
чью
книжку
оформляет
художник.
Пожа­
л уй,
ближ е
всего
ему
п роиз в едения ,
ок ра­
шенные
некоторой
романтической
припод­
нятостью.
Поэтому
в
чис ле
лучших
его
раб от
—
оформ ле ни е
кн иг
Ст ендаля
и
Горького,
Анатоля
Франса
и
Л ерм онт ова,
Мо льера
и
Л еонида
Леонова,
иллюстрации
к
пьесам
Б рехт а,
к
немецким
наро дным
балладам.
Е.
О.
Бургункера
знают
не
то лько
у
нас
в
с тра не,
но
и
за
ее
рубежами.
Книги,
оф орм л енные
им,
многократно
отмечались
наградами
на
наш их
и
международных
вы­
ст авка х.
.. .Перейд ем
отсюда
в
мастерскую
мо­
лодого,
но
уже
из ве стн ого
графика
Илла­
риона
Голицына,
одного
из
любимых
уче ­
ников
В.
А.
Фаворск ого.
И.
Голицын
создал
прекрасные
порт­
ре ты
Владимира
Андрее ви ч а
—в
них
не
только
восхищение
и
глу боч айш ее
уваже­
ние
к
своему
учителю,
но
истинно
тв ор че-


С.
ПАВЛОВСКИЙ
в
своей
мастерской
НА
СИРЕНЕВОМ
БУЛЬВАРЕ
(Репортаж читайте на 192 стр . )


Е.
БУРГУНКЕР
Б.
БЕРЕНДГОФ
Сокол ьн ики


А.
ГЛУС КИ Н
Пионерка


Ю.
КОРОВИН
В
землянке
А.
Т АРАН
Эск из
монум ента льной
рос писи


Поселок
на
Камчатке
Порт.
Петропавловск-на-Камчатке


с кое
во площ ение
образа
этого
мудрого,
талантливого,
кристально
чи ст ого
душой
че­
ловека.
Моз п одо^
мастер
прекрасно
вл ад еет
техникой
линогравюры.
Он
— весь
в
поиске,
в
у стрем лен ие
вперед.
Интересны
и
его
опыты
в
живописи.
Илларион
Голицын
—не
единственный
график,
который
у спе шно
работает
в
этой
об лас ти.
Вот
Ю.
Д.
Ко ров ин
— художник,
к оторого
не лег ко
отн ест и
к
какому-то
оп ред еле нном у
жанру
изобразительного
искусства.
Его
иллюстрации
к
«Иудушке
Го лов лев у»
и
«Ревизору», к произведениям
Маяковского
и
д етск им
к нижк ам
— боль­
шая
тв орчес кая
удача.
Иллюстрации
эти
очень
эмоциональны,
ху дожес т венной
осно­
вой
их
я вля ется
глубокий
психологизм,
вы­
разительность,
точность
рисунк а.
Но
Ю.
Ко­
ровин—
и
от лич ный
жив оп ис ец,
то нко
ч ув­
ствующий
цвет,
облада ющий
своей
ма не­
рой,
ост рот ой
видения.
Нельзя
не
отметить,
что
повседневное
дружеское
о бще ние
в
стенах
мас терских
Сир ен евог о
бульвара
художников
самых
разных
профилей
очень
благ от ворно.
Здес ь
редко
найдешь
человека,
ко то рый
огр анич ил
бы
себ я
рам ка ми
какой-то
од ной
техники.
За
примерами
ходить
недалеко.
Загля­
нем
в
мастерскую
гра фика-оф орт ист а
И.
М.
Фейгина.
Он
давно
работает
как
пор т­
р ет ист—
им
создана
серия
по ртр етов
ге­
роев
т руда
и
де ятел ей
культуры.
В
п ослед­
ние
г оды
И.
Фейгин
зан има е тся
линогра­
вюрой,
ак варел ь ю,
а
сейчас
увлеч ен но
т ру­
ди тся
над
композиционными
рельефами
на
дереве.
В
них,
в
эти х
рельефах,— соедине­
ние
жи воп иси,
гра фики
и
скульптуры.
А
С ераф им
Алек са ндро вич
Пав ло в­
ск ий?
Говорить
о
нем
как
о
художн ике
—
значит
кас атьс я
едва
ли
не
все х
видов
изо ­
бразительного
искусства:
живоп ис и,
скульп­
т уры,
г рафи ки,
монументального,
дек ора­
тивного,
прик лад ног о,
оформительского
искусства.
Это
ху дож ник- уни ве рса л,
неуто­
мим ый
экспериментатор
и
изобретатель,
т ехнолог ,
пед аго г,
теоретик.
Са мое
же
гла в ное
—он
интересный,
увле каю щийся
человек,
ра зн остор онн е
образованный,
ра з­
но стор онн е
од аренн ый .
Стекло,
но вые
синтетические
мате­
р иалы
(пенопласт,
п еност ек ло),
шифер,
древесно-стружечные
плиты
—
все
эти
и
мног ие
другие
материалы
букв альн о
пре­
обра жаютс я
в
руках
художника,
раскры­
ва ют
с вои
замечательные
ху дожес тве нны е
во змо жно сти.
Ког да
попадаешь
в
мас те рс кую
С.
А.
Па вловс кого,
кажется,
что
в
ней
ра­
ботает
юноша
— так
зде сь
св етло ,
радо­
стн о,
красочно.
Ни
в
сам ом
облике
худож­
ника,
ни
в
его
работах,
ни
в
неустанных
поисках
этого
далеко
уже
не
молодого
человека
нет
н ич его,
что
говорило
бы
о
то м,
что
он
собирается
«уйти на покой».
Ни
о
каком
покое
и
ре чи
б ыть
не
может!
Его
жи знь
— поистине
пример
для
подра­
жания,
школа
для
наше й
молодежи.
Счастьем
свобо ды
творческого
труда,
н еут олимо й
жаждой
и
радо сть ю
созида­
ния
—
все м
эти м
в
полной
м ере
обладает
С.
А.
Павловский.
И
много
добр ого
и
св ет­
лого
поч е рпн ули
бы
у
н его
люди,
е сли
бы
ши ре
з наком или сь
с
его
т ворч ест вом.
К
сожалени ю,
знают
о
нем
м ало ...
Другой
п ри мер.
Кажется,
сам ый
стар­
ший
по
в озраст у
в
м аст ерс ких
на
С ирене­
вом
бульваре
— Александр
Михайлович
Глускин.
Ему
под
семьдесят.
Острый,
св ое­
об раз ный
жив оп ис ец,
прекрасный
портре­
тист,
от лич ный
пейзажист,
мастер
натюр ­
морта.
П риход ишь
к
нем у
в
мастерскую,
ди ву
даешься
— целый
му зей!
Но
все
это
с крыто
от
гла з
зрителей.
И
как
бы ло
бы
хорошо,
если
бы
при
строительстве
коллек­
тивных
м а сте рских
предусматривались
и
выставочные
п омещен ия,
открытые
для
широкой
публики!..
Среди
мо ло дых
художников,
о
твор че ­
ст ве
ко то рых
много
говорили
и
спорили
в
последние
годы,— талантливый
живописец
Павел
Н иконов .
Первая
его
картина
«Ок­
тябр ь.
1917 год»
была
отмечена
м едаль ю
на
международной
выставке
во
время
Все­
мирного
ф естива ля
молодежи.
Две
его
последующие
картины
—
«Наши будни»
и
«Геологи»
—
вы звали
множество
шумных,
порой
п ро тив оречивы х
суждений.
Другого
человека
они
могли
бы
с п утать,
выбит ь
из
колеи.
Но
Павел
Никоно в
— человек
не
только
т алант ливый ,
но
и
уп о рный
в
своем
сам оз аб венном
тру де,
б езг рани чно
влюб­
ленный
в
большое
искусство.
Он
не
только
много
работает,
он
ищет.
Кажд ый
день
для
н его
— еще
один
шаг
учебы,
стремление
к
соверш енст вован ию .
Бол ь шая
картина
«Штаб Октября», на­
тюр мор ты,
обнаженная
н атур а,
портреты,
опять
натюрморты...
Привязанность
художника
в
этот
пе риод
к
натюрмортам
легко
понять
и
объяснить.
Именно
в
натюрмортах
он
выверяет
язык
искусства,
находит
пу ти
для
дал ьне йше й
р або ты.
Для
художника
мало,
как
известно,
просто
рассказать
о
том ,
что
он
видит,
ч ув­
ствует
и
переж ивает.
Так
же
в ажно,
как
об
э том
рассказать.
Если
рассказ
буд ет
худ ож ест вен но
образным,
ярким,
е сли
при
этом
будет
использовано
все
богатство
и
св оео браз ие
художественного
языка,
такой
расск аз
убедит,
заденет
за
жи вое.
Каза лос ь
бы,
что
поэтического
в
про­
стой
алюминиевой
миске
с
ка рто шко й!
Но
Паве л
Ни коно в
зас тавля ет
нас
по-новому,
с
какой-то
другой
стороны
увидеть
будничное
и
п ривыч н ое,
почувствовать
«красоту не ­
крас ив ог о».
Для
настоящего
художника
не
существует
пошлых
или
банальных
моти­
вов
—
важно,
как
он
их
увидит
и
пер еда ст.
Поэтому
и
бумажная
кружевная
салф ет ка
на
простеньком
столе,
и
искусственные
цветы
в
на тю рмор те
Н иконо ва
приобре­
тают
нову ю
красот у.
Действительно,
можно
опошлить
возв ыш ен ное
и
п рекра сное,
а
мо жно
будничное
и
неп рим ет ное
возвысить
и
опоэтизировать,—
все
зависит
от
того,
в
какие
руки
попадет
то
или
другое...
У
Парижа
было
немало
вдохновенных
певцов
—
в
их
чис ле
так ие
мастера,
как
Клод
М оне,
Писсаро,
Утрилло,
Марке...
Не
будем
п роводит ь
па ра ллелей,
13 Москва No 1
193


с рав нив ать
наших
художников
с
француз­
ски ми
мастерами.
Но
и
у
Мос квы
есть
св ои
певцы.
Оди н
из
них
— Михаил
И ванов ,
худож­
ник
из
плеяды
молодых
Си рен ево го
буль­
вара.
Москва
з имой
и
летом,
Моск ва
в
о сен нюю
непогоду
и
в
св етлы е
весенние
дн и.. .—
он
создает
оп оэ тиз иро ванный
об­
раз
города,
к отор ый
мы
так
любим
и
кото­
ры й,
оказывается,
знаем
или
плохо,
или
о дн осто рон не.
М.
Иванов
п ок азывает
нам
«свою»
Москву
—
всегда
не ожи дан ную,
поэтичную,
прекрасную...
М.
Е.
Горшман
—
художник
ст аршего
п околения .
Его
т в орч еская
деятельность
на­
чалась
еще
в
20-е
го ды,
когда
он
в
каче ­
стве
ассистента
Н.
Н.
Ку пр ея нова
препода­
вал
во
ВХУТЕМАСе.
В
числе
п ро фес соров
ВХУТЕМАСа
в
те
г оды
б ыла
блестящая
плеяда
советских
г раф иков
—
В.
А.
Фавор­
ский,
И.
И.
Нивинский,
Н,
Н.
Ку пр ея нов.
Об щен ие
с
ним и
не
прошло
бесследно
для
М.
Е.
Горшмана.
Сохранив
всю
непо вто ри ­
мость
и
индивидуальность
с воего
да рова ­
ни я,
художник
своим
т ворч ест вом
продол­
жил
лучшие
традиции
советской
реалисти­
ческ ой
г рафи ки.
В
м аст ерс ких
Си ренев ог о
бульвара
можно
п оз нако мит ься
со
все ми
видами
г рафич е ской
техники
—
с
офорт ом,
лино­
гравюрой,
ксилографией.
Излюбленная
тех­
ника
М.
Е.
Горшмана
— литография.
Им ен­
но
в
эт ой
т ехн ике
выполнены
его
лучшие
иллюстрации
к
«Дубровскому»
и
произве­
дениям
классика
ев рейс кой
литературы
Шоло м
Алейхема.
Худож ник
занимается
и
станковой
г рафи кой.
Пр екрас ны
его
листы,
посвященные
Дагест ан у.
М.
Е.
Горшман
из вес тен
и
как
отличный
акварелист.
И
у
В.
Н.
Вакидина,
одного
из
любимых
уче ни ков
В.
А.
Ф аворского,
Мос ква
—
за­
ветная
тем а
творчества.
На
его
р исунк ах
и
литографиях
это
не
шу мна я,
многолюдная,
торж ест венн ая
и
в елич ес тве нная
сто лиц а,
а
т ихие
пе реулки,
дере вянные
домики
с
кр ыш ами,
утыканными
ч а сто колом
ан­
тенн.
На
домики
надвигаются
великолепные
г ро мады
новых
зданий,
их,
домиков,
ос тает ся
все
меньше...
Искусство
Бориса
Сергеевича
Беренд-
г офа
—
иск усство
поэтичное,
т онкое.
Из­
любленная
техника
его
—
акварель
и
гуашь.
Он
— тон кий
колорис т.
Его
пейзажи
Мо­
сквы,
Подмосковья,
Прибалтики,
пушкин­
ских
и
че ховских
м ест
похожи
на
ли ри че­
ск ие
стихи.
«Настроения»
природы,
во схи­
щение
многообразием
и
б ог атс твом
ее
т он­
чайш их
отт енков
—
главное
содержание
творчества
этого
жив оп исц а.
Ед ва
ли
не
в
каждой
из
эти х
мастер­
ск их
жи вет
«дух», характер его обитателя .
Первое,
что
бросилось
в
глаза
в
ма­
стерской
А.
Таран а,— свя зки
сушеной
р ыбы,
развешенные
по
стенам .
Значит,
Таран
—
рыб ак?
Но
здесь
же
р ядом
кас с еты
с
к ино­
пленками
и
бачки
с
бензином.
З нач ит,
Та­
ран
—
кинолюбитель
и
ав том об ил ист?
Все
так.
Таран
—
и
рыбак,
и
автомобилист,
и
кинолюбитель,
и
прежде
всего
путешест­
венник.
Через
нес кол ько
дней
после
на­
шего
посещения
его
мас терской
он,
нап ри­
ме р,
уехал
в
И ндо незию
и
Вьетнам.
Оч ень
близка
сердцу
художника
Болгария.
В
ней
он
б ывал
много
раз.
Болгария
— тема
мн о­
гих
его
живо пис ных
работ.
Путешественников
здесь
мн ого.
Вот
В.
Т.
Давы дов ,
влюбленный
в
суровую
кра ­
соту
Камчатки
и
Командорских
островов,
Байкала
и
Чуко тки ,
Ледовитого
океана
и
Г р енландс кого
моря.
Он
м олод,
но
за
его
пле чам и
большой
жиз нен ный
о пыт
—
дороги
войны
от
Волги
до
Австрии,
даль­
ние
путешествия.
О
св оих
путешествиях,
о
пережитом
на
войне
В.
Да вы дов
рассказывает
не
толь­
ко
в
картинах
и
рисунках,
но
и
в
на пис ан­
ных
им
книгах.
Есть
на
С ир еневом
бульваре
еще
од ин
художник-путешественник
—
И.
П.
Рубан,
пожалуй,
единственный
в
ми ре
художник,
побывавший
на
двух
полюсах
—
в
А ркт ике
и
в
Антарктике.
Он
жил
и
работал
на
дрей­
фую щей
ста нции
Северный
Полюс,
участ­
вовал
в
а нта ркти ч еской
экспедиции,
п ро­
шел
вес ь
Северный
морской
пу ть,
побывал
на
Зе мле
Франца
Иоси фа,
на
Новой
Земле,
на
Чуко тке,
в
Як ути и.
Когда
мы
разгова­
ривал и
с
И.
П.
Рубан ом ,
он
собирался
в
но­
вую
арктическую
экспедицию.
Есть
здесь
и
с вой
иску сст вовед
—
В ла­
димир
Иванович
Костин.
Его
можно
ув и­
дет ь
не
т олько
на
о бсу жд ении
новых
работ
или
на
спорах
по
во про сам
искусства,
но
и
с
к арандаш ом
или
кистью,
за
м оль бе ртом
в
групповых
студиях,
систематически
органи­
зуемых
в
одной
из
м аст ерск их
С иренево го
бульвара.
С
х удожн ико м
С.
И.
Дацкевичем
мы
все
давно
зна ко мы:
ка ждый
д ень
встре­
чаемся
с
его
работами
на
щи тах
ки норе к­
лам ы.
Это
о дин
из
лучших
мастеров
к ино­
плаката.
Есть
тут
и
представители
театрально­
декорационного
искусства
— такие,
как
Бо­
рис
Иванович
Вол ко в,
народны й
художник
СССР,
г лавн ый
художник
Малого
т еат ра.
Художникам
м аст ер ских
на
С ирене вом
б уль варе
готовится
достойная
смена
—
она
воспитывается
зде сь
же,
среди
хо лст ов
и
подрамников,
среди
зап а хов
ск ипид ара
и
масляных
красок.
В
ма стер ску ю
художника-
керамиста
Андр иана
А лексеевич а
Борцова
художники
п риходя т
не
т олько
для
того,
что бы
п осм отрет ь
новое
блюдо,
обожжен­
ное
им,
но
и
н овое
«произведение»
его
сына-живописца —
двенадцатилетнего
Пети.
Оля ,
дочь
художника
И.
Фе йгин а,
старше
Пет и
на
пять
ле т.
Она
выбрала
для
себ я
облас ть
профессионально
сложную
—
офорт,
линогравюру,
сухую
иглу.
Но
в
сем ­
надц ать
лет
ник аки х
слож н ост ей
не
сущес т­
вует,
и
художники
с
бол ь шим
интересом
ждут
рождения
каж дой
новой
ее
работы...
Мы
не
назвали
многих
других
обитате­
лей
м аст ерских
на
Сиреневом
бульваре
—
вер оят но
з аслу живаю щих
внимания
ничу ть
не
меньше,
чем
те,
о
которых
мы
бегло
рассказали.
Но
мы
еще
вернемся
к
ни м.
Ведь
эт от
наш
репортаж
—
лишь
нач ало
повествования
о
художниках
столицы.


Игорь
Мотяшов
/ДиТЕРАТУРНАЯ
К РИТИ КА
ПУ ТЬ
К
РОДНИКАМ
ЗАМЕТКИ
О
ПР ОЗЕ
1965 ГОДА
I
Личность начинается с осознания себя,
своего «я» как самостоятельной и необхо­
димой частицы общества. Личность тем бо­
гаче, чем глубже в ней сознание связей с
окружающим миром и чем вернее понима­
ние своего места в нем.
Социализм впервые за всю историю
человечества обеспечил наиболее благо­
приятные условия для свободного раскры­
тия и проявления человеческой личности.
Но это не значит, будто каждый человек
стихийно и обязательно использует все
открывающиеся перед ним возможности.
Это нс означает также исчезновения всех
сложных проблем. Личность — это прежде
всего ответственность.
Даже такие безусловно благотворные
факторы, как научный и технический про­
гресс и рост материального благосостоя­
ния, снимая одни проблемы, ставят на
очередь дня другие, может быть не менее,
а даже более сложные, чем забота о куске
хлеба насущного.
Сокращается рабочий день, а как рас­
порядиться
освободившимся
временем?
Лавинообразно растет объем крайне необ­
ходимых современному человеку специаль­
ных технических знаний, а как быть с гу­
манитарным образованием? Наука внед­
ряется буквально во все сферы жизни —
не поведет ли это к рационализму, обед­
няющему и вытесняющему эмоции? Темпы
самой жизни убыстряются в геометриче­
ской прогрессии — не забудем ли мы, не
растеряем ли в спешке чего-то очень важ­
ного, без чего жизнь человеческая, при
всем внешнем великолепии, может ока­
заться скудна и убога?
Тревожные эти вопросы не случайно
возникают в нашей литературе, ибо лите­
ратура во многом ответственна за челове­
ка, за то. каков он сегодня и каким станет
завтра. Прозвучала эта тревога и в рас­
сказе А. Яшина «Угошаю рябиной» (жур­
нал «Новый мир» No 6). Багряные
гроздья северной ягоды, которой автор-
рассказчик потчует товарищей по перу и
своих детей, становятся в контексте произ­
ведения образом живой связи героя с при­
родой и другими людьми. Незабываемый
терпкий вкус рябины — это неизбывная
память о детстве, об отчем доме, о земля­
ках с их каждодневными заботами и тру­
дами и даже о картине В. Серова «Волы»,
что в совокупности как бы являет саму
Россию, которую герой ощущает всем серд­
цем как неделимую и лучшую часть своего
«я». Вот почему он испытывает большую
горечь оттого, что для большинства из
тех, кого он угощает рябиной, она лишь
объект эстетического восхищения — экзо­
тический и посторонний.
Но многократно, как сказочный реф­
рен, повторяется в рассказе мысль о том,
что, по народному поверью, ягоды рябины
помогают от угара. Чудо совершается на
наших глазах. Стоит кому-либо отведать
этих ягод, и в нем непременно пробуждает­
ся что-то хорошее, доброе, очень человеч­
ное. Человек не может жить, не может
полностью раскрыться как личность, един­
ственная в своем роде и неповторимая,
если не ощущает глубокой родственной
связи со всем этим древним и всегда но­
вым миром.
Леоновский Иван Вихров, заканчивая
очередной круг борьбы и скитаний, всякий
раз возвращался на свою «малую родину»,
в Облог, к невеликому лесному родничку.
Вечно живые струйки выбивались там из-
под мшистых камней, и это было как бы
началом всего: и лесного ручья, и Облога,
и всей России, и, конечно, самого Вихро­
ва — большой человеческой личности, на­
стоящего сына своего народа.
Выступая на III съезде комсомола,
В. И . Ленин сказал пророческие слова о
том, что коммунистом можно стать, лишь
обогатив свою память знанием всех бо­
гатств, которые выработало человечество.
Речь шла не только о богатствах науки, но
прежде всего о богатствах духовных, нрав­
ственных.
Сегодняшняя литература ведет чита­
теля к роднику, она приобщает его к тем
истокам, откуда начинается человек, его
душа, его лицо. И затем уже ведет даль­
ше. Литература вступает на борьбу с без­
духовностью, в чем бы она ни проявля­
лась — в забвении уроков прошлого или в
ослаблении активного интереса к настоя­
щему, в потере чувства исторической пре­
емственности или в тяготении к обыватель­
скому благодушию, в утрате веры, убежде­
ний, принципов или в нравственном оску­
дении.
В литературе прошедшего года — это
передний край борьбы за коммунистиче­
скую личность, за Человека.
195


II
Давая на страницах «Литературной
газеты» высокую оценку повести Ильи
Константиновского «Срок давности» (жур­
нал «Октябрь» No 4), Мариэтта Шаги-
нян особо выделила мысль «о значении
правильного преподавания истории, точ­
ного знания прошлого — для каждого но­
вого поколения любого народа. Когда
встает задача воспитания молодежи так
особо остро, как в паши дни,— писала
М. Шагинян,— знание прошлого, чтение о
прошлом становятся важнейшим орудием
самосознания и целевой направленности...»
Илья Константиновский написал по­
весть, которую поначалу можно понять
только как повесть о неискупимости вины
немецких военных преступников, принес­
ших неисчислимые беды, боль и страдания
миллионам людей. Но по мере чтения рас­
крывается
и
второй — главный — смысл
избранного автором названия. Не сущест­
вует срока давности для памяти человече­
ства, ибо, даже говоря с врагами, надо
понимать друг друга, а забвение прош­
лого, как и неправда о нем, начисто исклю­
чают такую возможность.
Вот почему столь оправдан повышен­
ный интерес сегодняшней литературы к
историко-революционной теме,
выраже­
нием которого являются вторая книга фе-
динского «Костра», хроника М. Шагинян
«Первая Всероссийская», романы «Горба­
тый медведь» Е. Пермяка, «Любавины»
В. Шукшина, повести «Звезды нужны жи­
вым» М. Никулина, «Эшелон идет на юг»
А. Шубина, «Расстрелянный ветер» С. Ме-
лешина...
Все эти романы и повести различны в
жанрово-тематическом отношении, не по­
хожи по стилю и языку, не равноценны в
своем художественном качестве; казалось
бы, трудно установить между ними какую-
то общую связь, как трудно определить
сразу и то действительно новое, что вно­
сят они в наше понимание прошлого, о ко­
тором есть у нас и «Чапаев», и «Жизнь
Клима Самгина», и «Тихий Дон». И тем не
менее такие закономерности существуют.
Общая черта литературы последних лет —
расширение
географии художественного
осмысления действительности на всю стра­
ну. Москва, Петербург видимы как бы со
стороны, на периферии действия, эпицентр
которого лежит то в таежной сибирской
деревне, то в казачьей станице, то на не­
большом уральском заводе, а то и переме­
щается вместе с героем, прочерчивая на
карте России прихотливую, но отнюдь не
произвольную линию.
Идет интенсивная ликвидация «белых
пятен», народная память заполняет еще
сохранившиеся пробелы и пустоты, карти­
на прошлого становится полней и объем­
нее. Такова внешняя сторона процесса.
Его внутренняя, сокрытая сущность станет
нам яснее, когда мы обратим внимание на
другую особенность исторической прозы,
преимущественно характерную для минув­
шего года. Если «география» литературы
обнаруживает устойчивую тенденцию к
расширению, то «хронология» ее локали­
зуется всякий раз на определенных участ­
ках истории. В прозе 1964 года мы были
свидетелями преимущественного тяготения
писателей к осмыслению советской дейст­
вительности 30-х и 40-х годов, говоря точ­
нее — периода коллективизации, Великой
Отечественной войны и первых, самых
трудных, послевоенных лет.
В прошлом году мы отметили знаме­
нательную веху — двадцатилетие победы
над фашистской Германией. Как ни много
было сказано нашими писателями за два­
дцать лет о войне, но, помимо уже упоми ­
навшейся повести И. Константиновского,
немало нового в наше знание о войне, о
людях, отстоявших мир от фашистской
чумы, внесли появившиеся в прошлом году
романы «Июль 41-го года» Г. Бакланова,
«Щит и меч» В. Кожевникова, «Улицы
гнева» А. Былинова, повесть А. Рекемчука
«Товарищ Ганс», многочисленные расска­
зы. Однако в целом литература прошлого
года в своей исторической части словно бы
сдвинулась несколько назад, к истокам со­
ветской действительности, художественно
исследуя и осмысливая десятые и двадца­
тые годы, период подготовки и проведения
революции,
особенности пореволюцион­
ной классовой борьбы в деревне. Разу­
меется, не сегодняшняя литература откры­
ла ту истину, что своеобразие пролетар­
ской революции в России в значительной
мере определялось аграрным и мелкобур­
жуазным характером страны, сохранив­
шей, благодаря самодержавной системе
правления, многие
черты феодального
уклада. Но ретроспективный взгляд, обога­
щенный опытом целой исторической эпохи,
позволяет сейчас лучше, полнее, конкрет­
нее видеть прошлое в его перспективе.
В этом преимущество сегодняшней литера­
туры перед литературой вчерашней.
Евгений Пермяк заканчивает свой ро­
ман «Горбатый медведь» («Советский пи­
сатель», 1965 г.) эпизодом — большевик
Прохоров в апреле 1917 года рассказы­
вает мильвенским рабочим о возвращении
в Россию Ленина, о его знаменитых «Ап­
рельских тезисах». Надо знать, что пред­
ставляли собой Мильва, мильвенский су­
достроительный завод и время, о котором
идет речь. Об этом, собственно, и написан
роман. О маленьком, затерявшемся в при­
камских лесах уголке прежней инду­
стриальной России, где коренные рабочие
сохранили почти в
неприкосновенности
глубокие корни, связывающие их с землей,
с личным крохотным хозяйством, со всем
укладом, доставшимся им в наследство от
крепостных предков — полукрестьян, полу­
пролетариев.
Не только возвышающийся над миль-
венской плотиной отлитый из уральского
чугуна горбатый медведь предстает как
символ российского капитализма. Симво­
лична, ибо словно в капле воды отражает
все противоречия тогдашней России, вся
Мильва, с ее заводом и школами, с ее по­
196


селком, напоминающим одновременно и
обычную уральскую деревню и город, с
ее пестрым населением. Когда в одной из
заключительных глав романа мы знако­
мимся с ленинской характеристикой по-
февральского периода, то понимаем: речь
идет и о Мильве, и, возможно, именно кро­
хотная Мильва в данном случае больше
характеризует всю Россию, нежели рево­
люционный пролетарский Петроград, в ко­
тором живут все-таки десятки тысяч, тогда
как в остальной России — десятки миллио­
нов.
Роман Е. Пермяка, написанный взвол­
нованно и увлекательно, в характерной
для писателя сказово-публицистической ма­
нере, с включением детективных сюжетных
ходов, и весь как бы «омоложенный»,
освещенный остротой и непредвзятостью
детского восприятия (ведь главный герой
его — Маврик Толлин, чье детство кончает­
ся с наступлением революции),— этот ро­
ман, углубляя наше понимание истории,
позволяет по-новому ощутить всю неимо­
верную трудность и грандиозность совер­
шенного Октябрем, большевиками, Лени­
ным.
Весной семнадцатого года вступающий
в свое пятнадцатилетие Маврик думает:
«На горбатом медведе нет короны, но мед-
ведище царствует. Он ведет за собой еще
многих людей, и ему еще очень многие
поклоняются... Как же сломать это все и
можно ли сломать? Как выправить горбы
людям? Горбатых много. И нельзя же их
всех исправлять могилами. Это жестоко
до невозможности».
Да, куда легче сбросить с пьедестала
медведище, нежели выправить горбы всем
людям. Прежде казалось, что этот процесс
будет проще и скорее, чем вышло на по­
верку. Не потому ли и появилась, в част­
ности, потребность нового обращения к
прошлому? И в особенности к прошлому
тех «мильв», что в неисчислимом количе­
стве были раскиданы по всей России.
Об этом говорит хотя бы сходство
основных трагических конфликтов повестей
М. Никулина «Звезды нужны живым»
(журнал «Дон» No 1, 2), С. Мелешина
«Расстрелянный ветер» (журнал «Урал»
No 7), и романа В. Шукшина «Люба­
вины» (журнал «Сибирские огни», No 6—9),
хотя время их действия и разделено не­
обратимой чертой революции, а места, где
развертываются события, удалены на ты­
сячи километров.
М. Никулин рисует предреволюцион­
ную действительность, в которой богатеи
Илюшаткины чувствуют себя неограничен­
ными хозяевами. С семействами Любави­
ных и Кривобоковых («Расстрелянный ве­
тер») мы впервые знакомимся весной
1922 года—первой хлеборобной весной
после опустошительной гражданской вой­
ны, когда повсеместно укреплялась Совет­
ская власть и отряды особого назначения
добивали
остатки
контрреволюционных
банд. Если прежняя власть была за Илю-
шаткиных, то новая, народная власть была
чужой и враждебной их духовным брать­
ям — Кривобоковым и Любавиным. Эта
существенная 'разница в положении как
бы сама собой предрешала исход борьбы,
но борьба не становилась от этого ни ме­
нее острой, ни менее кровопролитной.
Совсем не праздный вопрос — и он
требует всякий раз конкретного и при­
стального анализа — на чьей стороне ле­
жит вина за взаимную озлобленность, про­
литую кровь, за человеческие жертвы. Мы
помним, как психологически глубоко и
всесторонне проведен такой анализ в «Ти­
хом Доне». К сожалению, в последнее
время естественное желание восстановить
историческую правду и заклеймить не­
оправданную, несовместимую с ленинскими
принципами народовластия жестокость гро­
зило приучить нас к мысли, что едва ли не
все жертвы классовой борьбы в порево­
люционном государстве были напрасными.
От этой однобокости и предостерегают нас
произведения М. Никулина, С. Мелешина,
В. Шукшина.
О страшной власти собственности пи­
салось много. Но, видимо, недостаточно,
если и сейчас, всякий раз наново, потря­
сает нас та бездна звериности, дремучей
темноты, которая вдруг открывается в соб­
ственнике, едва он почувствует малейшую
угрозу тому, ради чего живет, что состав­
ляет самое существо его бытия. Власть
над вещами, обратившись во власть ве­
щей, вытравляет из его души все человече­
ское; в ней уже не остается ни одной жи­
вой нити, которая связывала бы человека
с миром, с другими людьми. Так происхо­
дит в повести Никулина с богатеями За­
харкой и Петром Илюшаткиным. Именно
человеческое — способность
любить,
открыто радоваться жизни, чувствовать
прелесть труда и отцовства, быть внутрен­
не свободным и естественным даже в стес­
ненных обстоятельствах — привлекает
в
бедняках Павле и Семке Тигровых илю-
шаткинских жен Ульяну и Дуняшку, за­
ставляя их уйти от постылых мужей к лю­
дям прекрасным и любимым. Но Захарка
и Петр видят и в этом лишь бунт собст­
венности, против которого есть только од­
но средство: поймать неверных жен и за­
сечь их насмерть.
Захватывающий,
авантюрно острый
сюжет, развертывающийся стремительно —
от одной трагической развязки к другой,—
как сжатая и враз освобожденная пружи­
на, характерен не только для повести
М. Никулина. Обнаруживая его в романе
В. Шукшина и в повести С. Мелешина, мы
видим, что это не дань внешней занима­
тельности. Такова закономерность борьбы,
когда темное, звериное'противостоит чело­
веческому и светлому. И горе тому, кто
в борьбе этой отступил в сторону, на­
деясь, что право на жизнь и счастье дает­
ся без боя — как свет солнца и песня жа­
воронка.
Как радовался миру молодой казак
Василий Оглоблин, выезжая в весеннюю
степь для пахоты! Как любовалась рано
овдовевшая мать красавцем сыном, когда,
взяв под уздцы работягу коня, «он шел по
197


земле, которой нет ни конца и ни краю и
которую никогда, наверное, нельзя распа­
хать, потому что не хватит людей, таких,
как ее сын»! («Расстрелянный ветер»). Не­
многого он хотел — любить Евдокию, тру­
диться на своей земле. «Меня не тронут.
Я никому ничего не сделал»,— говорил он
матросу Жемчужному, устанавливавшему
в станице Советскую власть. Но именно
он и стал первой жертвой крнвобоковской
мести.
И Илюшаткины, и Кривобоковы, и
Любавины — это как раз те «горбатые»,
которых исправит разве что могила. Но
таких, как ни страшны они,— немного.
Огромное большинство — хорошие, сердеч­
ные, по-человечески красивые люди, а все
же в чем-то тоже «горбатые» — по своей
темноте, неграмотности, непривычке к но­
вому укладу жизни. Что и как поможет
им?
Есть в романе В. Шукшина один ге­
рой, к которому приглядываешься особен­
но пристально и особенно горячо ему сим­
патизируешь,— Кузьма Родионов. Появил­
ся он в Баклани с дядей Василием Плато­
новичем. Платоныч погиб от кулацкого
выстрела. А Кузьма остался. Совсем юный,
неопытно и неумело продолжает он дело
«дяди Васи» — во имя верности к нему, во
имя любви к людям. Автор так передает
чувства Кузьмы: «Порой трудно глаза
поднять на человека, потому что человек
до боли хороший. Много, очень много
надо сделать для этих людей, а он пока
еще ничего не сделал. И не знает, как сде­
лать. Иногда ему даже казалось, что с под­
лыми жить легче. Их ненавидеть можно —
это проще. А с
хорошими — трудно,
стыдно как-то».
Кузьма понимал, если не умом, то
сердцем,— что поставлен Советской вла­
стью не н а д людьми, а для людей. Ма­
ленькая и, кажется, не столь уж сущест­
венная деталь — обучить бакланцев читать
и писать. Куда проще, чем заставить их
отдать лишний хлеб государству. Но и
на этой «мелочи» выверяется подход к че­
ловеку. Для учительницы Галины Петров­
ны, с ее прямолинейной поверхностностью,
трудность в том, что крестьяне по неве­
жеству своему не видят пользы в грамоте
и не хотят учиться. Эту трудность легко
переложить на них, обязав их заниматься
в приказном порядке. Логически продол­
жая этот ход, можно не пугаться и даль­
нейших трудностей — они «в деревне всег­
да были, есть и будут», ибо деревня кос­
ная, а людям государственным всегда вид­
нее, что ей на пользу, а что нет. Так при­
мерно и рассуждают Галина Петровна и
тот уполномоченный, который распекал
Кузьму за то, что он не достаточно реши­
тельно «выколачивал» из мужиков хлеб.
Кузьма же чувствует: в новую жизнь
нельзя втискивать людей — пусть и для их
пользы,— как в прокрустово ложе. И труд­
ность не в том, чтобы сломить их сопро­
тивление силой, а в той кропотливости,
душевности, терпеливой самоотверженно­
сти, которая в конце концов побудила бы
массу тружеников — они достойны это­
го!—принимать новое с радостью.
Закрывая роман В. Шукшина, мы
расстаемся с Кузьмой, по существу, при
первых его самостоятельных шагах. Мы не
знаем его дальнейшей судьбы, можем толь­
ко догадываться, что такой человек пол­
ностью разделил с народом все его лихие
беды. И разве сама история не подтвер­
дила его правоты!
Книги В. Шукшина, М. Никулина.
С. Мелешина близки по теме, по выражен­
ным в них идеям, даже герои их во мно­
гом напоминают друг друга, а сходные ха­
рактеры, поставленные в сходные обстоя­
тельства, порождают и сходные коллизии.
Но это не означает, что перед нами равно­
ценные в художественном отношении про­
изведения. Повесть М. Никулина привле­
кает своеобразным изображением Донет­
чины, хотя здесь особенно силен искус пи­
сать «под Шолохова». Язык М. Никулина
не столь сочен и красочен, как шолохов­
ский, но картины, нарисованные им, не те­
ряют от этого своей географической и
этнографической определенности. А глав­
ное, есть в повести та убеждающая правда
характеров, когда трагическое и смешное,
интимное и героическое сливаются в еди­
ном потоке отображенной художником
жизни. И жаль, что писатель не всегда ве­
рен этой полноте, временами как бы «ого­
ляя» сюжет, сводя его, как в эпизоде
убийства Ульяны, к чисто детективной кол­
лизии, что вызывает разностильность по­
вествования, композиционную несоразмер­
ность отдельных его частей.
Роман В. Шукшина написан более
ровно и более емко. Видимо, сказался тут
опыт новеллиста.
К сожалению, чувства меры, обяза­
тельного для всякого художника, явно не
хватило талантливому писателю С. Меле-
шину. Напряженный трагедийный лиризм
его повествования неожиданно обрывается
на слащаво-мелодраматической ноте (ги­
бель Василия Оглоблина). Выразительная
щедрость письма порой переходит неуло­
вимую грань от стиля к стилизации, и
тогда мы читаем строки едва ли не паро­
дийные: «Василий выметнулся из травяной
духомани и побежал за березы прочь, в
степь, туда, где из долины, от реки дул
шаталомный ветер и расстилал перед ним
пушистые сухие ковыли».
Видимо, «современный стиль» все же
есть, хотя и не след искать его в «рубле­
ной» фразе, в ассоциациях, соединяющих
предметы, удаленные друг от друга на
космические расстояния, и других выму­
ченных имитациях скоростей и мышления
XX века. Стиль этот, как и стиль совре­
менного жилья, мебели, одежды, находит
себя в простоте и изяществе, в современ­
ном чувстве слова,
которому
чужды
«архитектурные излишества» и барокков-
ские завитушки.
Такую современность стиля находим
мы, например, в повести Алексея Шубина
«Эшелон идет на юг» (журнал «Подъем»
No 1, 2). Писатель ведет свое повеет-
198


вование речью неторопкой и выверенной,
исполненной юмора и той особой задушев­
ности и живости, что свойственны преиму­
щественно языку разговорному.
Название повести символично. Юг —
это свет и тепло солнца. Это свет знаний
и тепло человечности. В повести идет
воинский эшелон, но идет не на фронт
гражданской войны. Он идет в универси­
тетский город, где будет учиться юный
полптпросветчик Ванька Перекрестов. По­
нятно, что речь здесь идет об универси­
тетской науке не как о простой сумме зна­
ний. Речь идет об усвоении той самой под­
линно человеческой и человечной культу­
ры, тех духовных богатств, на которых
основывается новая коммунистическая мо­
раль и нравственность.
Не случайно художественное обосно­
вание этой мысли составило идейно-фило­
софский центр романа-хроники ДА. Шаги­
нян «Первая Всероссийская»
(журнал
«Октябрь» No 6—8). Когда писатель­
ница подробнейшим образом,
жертвуя
стремительностью и внешней заниматель­
ностью действия, останавливается на всех
аспектах инспекторской и педагогической
деятельности Ильи Николаевича Ульянова,
его учеников и соратников, происходит это
не только затем, чтобы, как пишет критик
Вс. Сурганов, мы могли «приобщиться к
духовной жизни инспектора Ульянова» и
«протянуть... ниточки исторической преем­
ственности прямехонько в наши дни», свя­
зав дискуссии тех, далеких уже лет «с на­
шими нынешними дискуссиями о школе».
Роман М. Шагинян удивительно целен в
своем замысле. В эту цельность органи­
чески вливаются картины подготовки и про­
ведения Первой Всероссийской промыш­
ленной выставки 1872 года со всеми сло­
весными — и не только словесными — ба­
талиями, ей сопутствующими, и споры на
самом высоком уровне о характере про­
свещения народных масс. Необходимым
образом врастает в эту цельность и весь
уклад жизни семьи Ульяновых, семьи, в ко­
торой — читатель ни на минуту не забы­
вает об этом — растет маленький Володя,
будущий Ленин.
Мы видим, как исподволь, медленно,
но неуклонно сходятся под высоким на­
пряжением два могучих электрода — сти­
хийное недовольство задавленных нечело­
веческим утеснением масс и нарастающая,
уходящая вширь и вглубь духовность ре­
волюционно-демократической
интеллиген­
ции,— сходятся, чтобы однажды возник­
ший контакт родил мощную и ослепитель­
ную вспышку — Революцию.
Роман М. Шагинян словно бы подво­
дит философскую базу под всю сегодняш­
нюю историческую прозу, составляя вкупе
с ней крайне поучительную картину исто­
ков нашей современности, ту самую карти­
ну, знание которой помогает сегодня из­
бавляться от обманчивых соблазнов субъ­
ективности, волюнтаризма, от порождае­
мых незнанием односторонних и поспеш­
ных решений, приводящих, как показал
опыт, к разочарованию и сомнению.
III
Самое живое внимание критики и са­
мые жаркие споры вызывает литература
на современную тему. Если вдуматься в
смысл литературной полемики прошлого
года (споры о
новых
произведениях
А. Первенцева, В. Семина, В. Чивилихина,
М. Анчарова, В. Тендрякова и др.), то,
оставляя в стороне налет случайного и
субъективного (предвзятость и произволь­
ность в оценках, рецидивы нормативного
подхода к явлениям искусства), мы уви­
дим: в общем-то речь шла о главном — о
повышении читательских требований к ли­
тературе, о понимании ее задач на совре­
менном этапе, о критериях правды и худо­
жественности.
Мы хотим, чтобы исследовательский
пафос писателя был гражданским пафо­
сом, чтобы произведение не просто конста­
тировало: «такова жизнь», а побуждало к
активному ее осмыслению, к творческому,
преобразовательному действию.
Видимо, отсюда и проистекает наша
неудовлетворенность повестью В. Семина
«Семеро в одном доме» (журнал «Но­
вый мир» No 6). Густоту и рельефность
красок повести ощущаешь буквально с
первых страниц: как-то сразу, вдруг жи­
выми и полнокровными являются перед
нами ее герои со своими трудными судь­
бами и непохожими характерами, являют­
ся в обстановке до осязаемости реальной.
Это — большое достоинство произведения.
И, кстати, не единственное.
Автор любит людей и желает им
добра. Однако далеко не на всех у него
этой любви хватает. Так, кажется мне,
непростительно равнодушен он к журнали­
сту Виктору. Виктор, при том, что он доб­
рый и незлобивый человек, не опытен в
житейских делах, пассивен и инфантилен.
Это с досадой ощущаешь на каждом шагу,
но при этом не чувствуешь досады автора:
будто все правильно в характере и пове­
дении Виктора, будто так и надо.
Между тем все в повести вопиет про­
тив пассивности главного героя. Он —
единственный, если не считать его жены
учительницы Ирины, интеллигент, который
живет в окружении людей в общем непло­
хих, однако погрязших в мелочах быта,
ведущих трудовое, но, в сущности, безду­
ховное существование. И он ограничивает­
ся позицией неравнодушного наблюдателя,
которая от обывательской позиции отли­
чается лишь тем, что она неравнодушная.
Но есть в повести В. Семина герой,
который всецело завладевает нашими сим­
патиями. Это — мать Ирины и Женьки —
Анна Стефановна, которую все домашние
и соседи зовут ^Мулей. Вот характер граж­
дански активный, сохранивший большую
внутреннюю красоту, чистоту и цельность.
Много доброго можно сказать о Муле, о
ее материнской самоотверженности, не­
иссякающей энергии и трудолюбии, о ее
смелости и принципиальности в отстаива­
нии правды. По самой сути своего харак­
тера, по натуре, горячей и беспокойной,
199


Муля — общественница. Это особенно чув­
ствуется в первых главах повести, где
рассказывается о жизни Мули в годы вой­
ны, о ее работе на заводе. И самой боль­
шой неправдой повести — неправдой, пото­
му что это в корне противоречит сущности
изображенного писателем характера,— яв ­
ляется произвольный отрыв Мули к концу
повествования от общественной, заводской
жизни. Да, Муля по-прежнему ходит на
работу, возвращаясь нагруженная авось­
ками, озабоченная домашними хлопотами.
Но отныне мы видим ее только в одной
ипостаси — домашней хозяйки. Образ сра­
зу же снижается настолько, что теперь это
будто бы другой человек, мало отличи­
мый от остальных обитателей окраины.
Вот теперь мы и подошли к самому
главному — чем же не удовлетворяет нас
повесть. В ней есть правда «физиологиче­
ского очерка» — правда окраинного быта,
причем — это
важно
подчеркнуть —
окраинного не в географическом смысле, а
скорее в психологическом, нравственном.
Однако разрез через быт, и только через
быт, поневоле однобок. Повести остро не
хватает боевитости, гражданского звуча­
ния, того, что так удачно намечалось в
связи с образом Мули в первых ее главах.
Повести не хватает огня, борения проти­
востоящих сил. Пассивность Виктора и
Ирины лишь усугубляет этот ее большой
изъян. Ибо правда и суть нашей жизни есть
борьба, сшибка характеров, преодоление
косности, враждебной человеку.
Вне борьбы все проблемы, в том числе
и остро социальные (а они в повести на­
мечены), повисают в воздухе. Создается
впечатление, что у автора не хватило сме­
лости поставить их ясно и прямо, загово­
рить о том, что его волнует, в полный го­
лос.
Я бы не говорил столь подробно о се-
минской повести, если бы тенденция к «чи­
стому изобразительству», к приглушенно­
сти гражданского, проблемного, в конеч­
ном счете партийного начала не стала в
последнее время вновь заметно оживать в
нашей литературе. Она проявилась и в рас­
сказе молодого автора Владимира Гусева
«Рыбный день» (журнал «Новый мир» No 8).
Скажу сразу, что в рассказе В. Гу­
сева привлекает не такой уж частый,
даже у профессиональных прозаиков, дар
изобразительности, живописания словом.
Фраза его несколько тяжеловата, но со­
стоит она из точно найденных слов и дета­
лей, подробностей, враз делающих выпук­
лым и как бы реально существующим вся­
кий предмет и всякое лицо, которое берет­
ся описывать автор. Чувствуется, что он
умен и наблюдателен. И читать его инте­
ресно, ибо в самом процессе художествен­
ного «овеществления» мира есть что-то
таинственное и магическое — эта извечная
«тайна» искусства, одна из существенней­
ших сторон его занимательности.
Итак, талант есть. Вопрос в том, куда
он направлен, на что расходуется.
Вот рассказ «Рыбный день».
Герой
его — Михаил Алексеевич, химик, доцент,
преподаватель вуза, уже пожилой. Дома
жизнь его тускла, буднична, безрадостна.
В институте он весь поглощен служебными
делами. Работу свою Михаил Алексеевич
любит. Конечно, он не настоящий ученый
(он понимает это), но специалист хоро­
ший — знающий, аккуратный, исполнитель­
ный. Но вот окончен рабочий день, и Ми­
хаил Алексеевич думает уже только об од­
ном, а именно — о рыбалке. Он собирается,
едет за город, к реке, говорит с попутчи­
ками. Разговор один — о рыбалке. И на
реке мысли и чувства одни — рыбачьи. Ге­
рой не ощущает ни красоты природы, ни
радости общения с нею. Правда, утомив­
шись монотонностью занятия (тем более,
что рыба не клюет), он иногда смотрит
вокруг или думает «о постороннем». На­
пример, с обрыва стало видно далекую
деревеньку на той стороне, и сразу зара­
ботала мысль: «Что там? Что за деревня?
Что за люди? Вот я здесь, а они там, и мы
никогда не увидим друг друга». Автомати­
чески, привычно срабатывающее мышле­
ние — в нем нет ни интереса, ни любопыт­
ства настоящего, ни любви.
Наконец герою удается
вытащить
щуку. С добычей он едет домой. Показы­
вает щуку пассажирам в автобусе. Те
одобряют: «Ничего». И Михаил Алексеевич
доволен. Ему ничего и не надо.
Я далек от мысли, прочитав рассказ,
вытаскивать выцветший жупел, на коем
начертано
сакраментальное заклинание:
«Так в жизни не бывает». Бывают скуч­
ные, неинтересные люди. Бывает, ведут
они серенькое, безрадостное существова­
ние, удовлетворяясь, как нищие мило-
стынью, крошечной радостью от непритя­
зательной похвалы случайных попутчиков:
«Поймал, не обманул, сынок». Бывает — а
что дальше? Мимо этих людей проносится,
не касаясь их внутреннего мира, большая,
яркая, многотрудная и прекрасная этой
многотрудностыо и борьбой жизнь. Писа­
тель, с моей точки зрения, может и не да­
вать «противовеса» изображенной им сто­
роне действительности. Вовсе не обяза­
тельно, чтобы в каждом произведении, тем
более в рассказе, нормативно уравновеши­
вались темные и светлые стороны бытия.
Но у А. П . Чехова, когда писал он своих
«скучных людей», живших в «скучной» ме­
щанско-чиновничьей обстановке
России
80—90-х годов, в каждом рассказе явст­
венно ощутим писательский идеал иной
жизни. И герои его страдают оттого, что
живут без идеала, без «общей идеи», и меч­
тают увидеть «небо в алмазах», а у тех,
которые от этого не страдают и не мечта­
ют о переменах, своя логика и свои
идеалы — логика и идеалы воинствующих
обывателей, ретроградов и мракобесов.
Чехов, которого иные из современни­
ков упрекали в асоциальности, проблемен
от начала и до конца: он заставляет рабо­
тать читательскую мысль в строго опреде­
ленном направлении. В. Гусев отступает
от этой традиции. Прочтет его рассказ
такой вот Михаил Алексеевич — и ничто не
200


шевельнется в его замершей и остывшей
душе, разве что утешится он: правильно я
живу, вот и другие так же живут, и ни­
чего. Читатель же иного рода испытает
понятное разочарование и неудовлетво­
ренность. «Искусство — это моя радость»,—
так формулировал А. Толстой требование
читателя к литературе. «Думаю, что лите­
ратура, искусство вообще — это есть твор­
чество радости»,— перекликался с
ним
М. Пришвин. Это не призыв к розовости и
лакировке. Щедрин доставляет нам вели­
кую радость — радость торжества над глу­
постью, радость нравственной победы над
мерзавцами, которых он хлещет каждой
строкой. Читая повесть С. Залыгина «На
Иртыше» — горькую повесть,— мы радуем­
ся не только мастерству писателя, мы сча­
стливы знакомством с такими людьми, как
Чаузов, Печура, жена Степана Чаузова,
Фофан Ягодка. Радостно знать, что такие
люди жили и живут вокруг нас.
Когда читаешь рассказ В. Гусева, не­
вольно думаешь о том, что ни мастерство,
ни талант, ни умение само по себе не
обеспечивают успех книги у сегодняшнего
читателя. На передний план выходят про­
изведения литературы, авторы которых
заставляют нас размышлять о вещах ко­
ренных и важных.
Впрочем, случается и другое. Роман
А. Первенцева «Оливковая ветвь» (журнал
«Октябрь» No 1—3) читается с инте­
ресом, и интерес этот обусловлен целым
рядом обстоятельств. Во-первых,
даже
если герои не существуют как характеры,
а только названы и слегка обрисованы ан-
кетно и фотографически, читателю уже
любопытно, как складываются их личные
взаимоотношения. Ему, например, не тер­
пится узнать, что будет дальше с Людми­
лой Кареджи и Матвеем Шапкиным, Лю­
синым отцом и Варенькой Окатовой, тем
более что само составление пар тут до­
вольно пикантное: научный сотрудник и
«простой рабочий», знаменитый пожилой
ученый и ничем не примечательная моло­
дая девушка. Во-вторых, небезынтересно
узнать, как делаются ракеты и как они
испытываются,— пусть не все узнать, по
понятным соображениям, по хоть самую
малость: ведь век-то ракетный и космиче­
ский. В-третьих, есть соблазнительная воз­
можность заглянуть туда, где многие не
бывают: на дипломатический прием в сто­
личном ресторане и в лабораторию метал­
лургического завода, в кабинет министра
и в квартиру академика. Все это вместе
взятое несомненно подстегивает читатель­
ское внимание, и, отвлеченное в опреде­
ленную сторону, оно уже не замечает ни
лип, цветущих в Москве, если верить пи­
сателю, ранней весной, ни явного «пе­
ребора» в технологических описаниях: «Ма­
твею хотелось самому до конца дове­
сти процесс: взять пробу, скатать шлак,
навести новый, скорректировать металл
добавкой легирующих присадок. Ему бы­
ло известно, на сколько угорают те или
иные металлы, как усваиваются добавки,
когда необходимо провести раскисление
перед присадкой ферросплавов...»
«Раскисление перед присадкой» чита­
теля мало волнует, потому что он, за ред­
ким исключением, не металлург и, в отли­
чие от героя, понятия не имеет, «на сколь­
ко угорают те или иные металлы». Не
волнуют его и бесчисленные разговоры
героев — отчасти опять же по неведению,
о чем идет речь, отчасти, наоборот, по­
тому, что разговоры эти не выходят за рам­
ки незначительного либо общеизвестного.
Последнее понимают и сами герои. Напри­
мер, Люсе хотелось сказать Матвею, «ка­
кие большие, правильные люди их отцы,
как много сил и умения отдали они Ро­
дине». Она этого не сказала, вовремя
сообразив, что ни Матвей, ни читатель ей
возражать не будут. К сожалению, Люся
не всегда столь догадлива, как, впрочем, и
остальные герои: рассуждения их боль­
шей частью удручают своей очевидной
банальностью.
И вот оказывается, что роман, с инте­
ресом дочитанный до конца, ничего не от­
крывает за исключением вещей, для лите­
ратуры второстепенных. Сведения о раке­
тостроении и металлургии нам могла бы
дать и толково написанная популярная
брошюра. Остальная информация мало­
ценна, ибо не несет никаких новых знаний
о людях, о наших современниках, а следо­
вательно, и о жизни..
Роман, многозначительно названный
«Оливковой ветвью» — символом мира и
задуманный как повествование о значи­
тельных и прекрасных людях, умом, тру­
дом и упорством своим помогающих чело­
вечеству избежать термоядерной гибели,
стал творческой неудачей талантливого и
опытного писателя.
М. Светлов сказал как-то, что не надо
давать в стихах таблицы умножения чело­
веческих отношений. В равной степени от­
носится это и к прозе. Таблицу умножения
знают и школяры. Литература же пишется
не ради прописной морали — она исследует
алгебру человеческих отношений.
Этой «алгебры» недостает, например,
ряду произведений, напечатанных в про­
шлом году в журнале «Юность» (С. Ла­
скин «Боль других», И. Ефимов «Смотрите,
кто пришел!», А. Гладилин «История одной
компании»). Рассказанные то от лица героя,
то от лица автора, они удивительно похожи.
Порой даже кажется, что мы слушаем
бесконечно затянувшийся монолог одного
человека. Это бойкая поверхностная скоро­
говорочка, выдержанная в привычных и
уже не воспринимаемых всерьез интона­
циях «исповеди молодого человека»,— не­
много остроумия, немного иронии, немного
щегольства эрудицией, немного лирики, не­
много драматизма и т. д. Вообще, всего
понемногу, и до всего герой как бы
только касается «перстами, легкими как
сон». Может быть, герой и очень серьезный
человек, и есть у него крепкий душевный
стержень, и жизнь достается ему нелегко,
и драмы его — настоящие драмы. Но сам
стиль его речи — удивительно легковесный,
201


порхающий, монотонный — играет с ним
злую и непоправимую шутку: п герой-рас­
сказчик, и окружающие его словно бы рас­
творяются в обманчивом блеске суетливого
красноречия.
Этих героев нельзя полюбить, нельзя
ненавидеть, с ними нет желания спорить,
ибо у них нет лица, нет характеров, нет и
судьбы; у них только разные биографии,
рассказанные одним и тем же стереотипным
голосом.
IV
А живой герой непременно — полюбим
мы его или нет — заставит думать о себе,
вызовет на спор, и это будет спор о жизни
и о человеке. Так случилось, когда появи­
лась в журнале «Молодая гвардия» повесть
В. Чивилихина «Елки-моталки». Спорили не
о таланте автора, не о том, насколько прав­
диво и художественно изобразил он нашу
действительность,— спорили о Родионе Гу­
ляеве как о живой, реально существующей
личности.
В полемической запальчивости были
высказаны и прямо противоположные суж­
дения. Одни готовы были видеть в Родионе
чуть ли не нравственный идеал эпохи. Дру­
гие, находя в характере Гуляева не все со­
вершенным, уверяли, что идеал таким быть
не может, что наш идеал совершенно дру­
гой.
Последняя точка зрения была с особен­
ной последовательностью и прямолинейно­
стью высказана А. Берзер (журнал «Новый
мир» No 7). Вся ее рецензия, по суще­
ству, свелась к доказательству столь же не­
ожиданной, сколь и абсурдной мысли: буд­
то повесть В. Чивилихина написана затем,
«чтобы доказать, что такие люди, как Ро­
дион Гуляев, имеют право убивать таких
людей, как Евксентьевский». В интерпрета­
ции А. Берзер Гуляев предстает перед нами
этаким неотесанным таежным медведем,
для коего человек не более чем «вошь на
гребешке». С другой стороны, критик рисует
Евксентьевского безобидным заблудшим
агнцем и, аппелируя к гуманности, пытается
вызвать паше к нему сочувствие.
Произвольно толкуя выхваченные из
контекста повести фразы и эпизоды, А. Бер­
зер приходит к выводу, что моральные кри­
терии здесь поставлены с пог на голову.
Рецензия так и названа: «Когда черное —
бело».
А. Берзер писала о журнальном вари­
анте повести (журнал «Молодая гвардия»
No 1), в котором Гуляев, хотя и нена­
роком, действительно убивал Евксентьев­
ского. Подобный сюжетный ход и в самом
деле был ложным, не вытекал ни из харак­
тера главного героя, ни из обстоятельств.
Поняв это, В. Чивилихин в отдельном из­
дании повести изменил его: теперь Евксен­
тьевский погибает случайно, из-за собствен­
ной трусости. «И получилось так,— замечает
по этому поводу А. Берзер,— что писатель,
оставив в основном повесть без изменения,
как бы выдернул главный кирпич, на кото­
ром она держалась». Здесь-то и обнажается
202
вся субъективность рецензента. А. Берзер
была бы права, если бы идея повести
состояла именно в том, в чем ее видит
критик. Но от изменения концовки «зда­
ние» повести не рухнуло и даже не «заша­
талось», а, напротив, стало крепче и проч­
нее. Был выдернут не «главный кирпич», а
убрано чужеродное тело, мешавшее един­
ству и художественной цельности произве­
дения.
Мы уже не спрашиваем вместе с
А. Берзер, «зачем же теперь суд?» Как раз
теперь-то его появление и оправдано. Для
следствия Родион если не прямой, то во
всяком случае косвенный виновник гибели
Евксентьевского: он сам признает за собой
эту вину. И следствию крайне важно уста­
новить истину, вникнуть в подлинные об­
стоятельства дела. Выделенные курсивом
подглавки — как бы стенографические от­
рывки бесед следователя со свидетелями —
это придирчивый и требовательный суд ав­
тора над героем, суд объективный и бес­
пристрастный.
А рядом развертывается художествен­
ное повествование — тоже своего рода «суд»
над героем, но уже страстный, эмоциональ­
ный, ибо—есть такой грех!—автор дейст­
вительно любит Родиона Гуляева.
Тут мы вполне разделяем чувства и ав­
тора, и Агриппины Чередовой, которая го­
това нести все тяготы и неустройства лес­
ной пожарной службы, чтобы быть рядом
с полюбившимся ей человеком. Сама про­
фессия Родиона требует незаурядного геро­
изма и мужества, влюбленности в дело и
самоотверженности. В том, что Родион —
прекрасный пожарник, не сомневается и
А. Берзер. Но элементарная логика пове­
левает в таком случае признать за Родио­
ном и все качества, необходимо сопутствую­
щие его профессии. Здесь не задержится
искатель легкой жизни, летун, индивидуа­
лист, человек, для которого любовь к лю­
дям, чувство товарищеского локтя не яв­
ляется высшим нравственным законом.
Здесь, как на войне: каждый рискует жиз­
нью, и всякий прыжок в район пожара —
как прыжок десантника во вражеский тыл.
Особенно возмущает А. Берзер тот эпи­
зод повести, когда, подняв в воздух Евксен­
тьевского, Родион выпалил сгоряча: «Вы,
паразиты, перед Платонычем ползать дол­
жны!»— чем, по словам рецензента, выска­
зал «монументальную убежденность, что пе­
ред одними людьми (допустим, даже очень
хорошими) должны ползать другие лю­
ди (допустим, даже очень плохие)».
С точки зрения абстрактного, каби­
нетного «гуманизма» слова Родиона дей­
ствительно ужасны. Но ведь моральные
нормы — не абстракция. И дело проис­
ходит не в уютной квартире за чашкой
чая, а на лесной поляне, когда по соседству
пожар, горит народное богатство, обезобра­
живается земля и дорога каждая минута.
Надо понимать, откуда у пожарников не­
приязнь к «чужакам». Их, людей, всячески
отлынивавших у себя на родине от работы,
прислали в тайгу на перевоспитание. Для
пожарников это, естественно, обуза, ничем


не оправданная помеха в работе. И тем не
менее летнаб Гуцких обучает пришельцев
технике пожарной безопасности в то время,
когда горит тайга. А «чужакам» это, поль­
зуясь их жаргоном,— «до лампочки».
Евксентьевский ведет себя в высшей
степени нагло, он озабочен лишь одним —
подольше протянуть волынку, показать
свое «остроумие», всласть поиздевавшись
над таежными лапотниками.
«— Разрешите вопрос?..
—
Пожалуйста. — Г уцких разыскал его
глазами.— Только надо встать.
—
Не беспокойтесь, мне так удобней.
—
Но я же стою перед вами! —сказал
Гуцких и лицо у него дернулось.
—
А вы тоже ляжьте,— ехидно посове­
товал Евксентьевский, и кругом сдавленно
хохотнули».
Есть, ей-богу же есть, от чего прийти в
бешенство. Родион сказал «ползать». Мы
бы не осудили его, выскажись он и покреп­
че, даже ударь Евксентьевского. Но ав­
тор— осуждает. Осуждает устами того же
Гуцких.
«— Ты бы полегче с ними, Гуляев.
—
А? — очнулся Родион.— Что?
—
Да с захребетниками-то этими. По­
легче, говорю, надо быть с ними.
—
Ануих!
—
Я почему-то всегда думал, что вы­
держки у тебя побольше?»
Как видим, автор далек от «восхище­
ния» поступком Родиона, что приписывает
ему А. Берзер . Точно так же он далек от
восхищения абсолютно всем в Родионе. Гу­
ляев—цельная и красивая натура. Но
«грамотешки... побольше» нужно не одному
Бирюзову. Не хватает ее и Гуляеву, при­
чем не только в школьном значении. Роди­
ону не хватает той большой и всесторонней
интеллектуальной культуры, которая дала
бы ему более широкий взгляд на вещи.
Сейчас Родион болеет почти исключительно
болью своей профессии. Между тем подлин­
ный положительный герой наших дней —
это человек, обладающий, независимо от
профессии и занимаемой должности, обще­
государственным
масштабом мышления.
Это действительный хозяин страны, чувст­
вующий личную боль за все хорошее и дур­
ное, что совершается в ней.
Образ такого человека встает перед
нами со страниц очерка В. Чивилихина
«Светлое око Сибири» (сборник «Сибирка»,
«Советский писатель», 1965) — страстного,
исполненного воинствующей партийности и
действенной любви к родной земле. Могут
сказать, что герой очерка — журналист, пи­
сатель, а Родион-де простой рабочий,— по
Сеньке ли шапка? Но герой очерка встре­
чается с разными людьми — рабочими, ле­
сорубами, инженерами, учеными. И эти лю­
ди, очерченные бегло, но достаточно вы­
пукло, мысленно подразделяются нами во­
все не по образовательному либо профес­
сиональному цензу, а по степени граждан­
ской ответственности, которая неотделима
от широты и правильности взгляда на мир,
от стержневых нравственных качеств лично­
сти. Другое дело, что от одного Родиона не
многое зависит, тогда как один равнодуш­
ный и ослепленный ведомственным рвением
чиновник может натворить тем больше и
непоправимее бед, чем большей властью
он облечен.
Но ведь затем и написано «Светлое око
Сибири», чтобы такие люди, как Родион Гу­
ляев, поднялись к новым высотам граждан­
ского сознания.
Критика, как мы уже видели на при­
мере А. Берзер, подчас допускает одну весь­
ма грубую ошибку, выдавая героя, кото­
рому автор явно симпатизирует, за выра­
жение нравственного идеала писателя. Мало
того, что в этом случае писателю приписы­
вают недостатки его героя (так получилось
с В. Чивилихиным),— сам герой начинает
рассматриваться абстрагированно, вне мно­
гообразных его связей с реальной средой,
порождением которой он в значительной
мере является.
С другой стороны, между нравственным
идеалом писателя и его любимым героем,
хотя и нет тождества, имеется непременная
прямая связь, которую критика тоже не
всегда учитывает. Так, никто, кажется, из
писавших о повести В. Тендрякова «По­
денка — век короткий» (журнал «Новый
мир» No 5) не отважился сказать о
Насте Сыроегиной как о любимой героине
писателя (по крайней мере для этой пове­
сти),— ведь тогда бы пришлось говорить,
что она положительная, или — одно из
двух: упрекать Тендрякова в том, что у него
«черное — бело». Поэтому положительный
пример стали искать в другой знатной сви­
нарке, Ольге Карповой, и некоторые кри­
тики даже пожурили писателя: дескать, зря
не показал Карпову пообстоятельнее, по­
ярче. Вот, мол, иа кого надо равняться!
Между тем, послушайся автор этих со­
ветов, у него получилась бы совершенно
другая повесть — другая по замыслу, по
идее. Ольга нужна писателю не для проти­
вопоставления ее Насте, а скорее для сопо­
ставления. Когда человека начинают выдви­
гать как «гордое знамя» и создают для его
трудовых подвигов специальные исключи­
тельные условия, бросая сюда все силы и
все средства и обделяя в результате других
тружеников и другие участки хозяйства, то
вопрос о прямых приписках и индивидуаль­
ном обмане отходит на второй план. В лю­
бом случае тут будет элемент показухи и
очковтирательства. И в любом случае это
наносит ущерб хозяйству — и потому, что
попросту невыгодно, и еще потому, что де­
зориентирует людей.
Нас волнует судьба Насти не потому,
что она пошла на подлог. Будь она заведо­
мой карьеристкой, ловкачкой, мы бы нимало
не переживали ее падение, а ждали разо­
блачения и наказания. Но Настя по натуре
очень чистый и светлый человек. То, что
случилось с нею,— большая беда. И все же
жизнь долго и безуспешно ломала Настю,
пока она не оказалась внутренне подготов­
ленной к компромиссу с собственной сове­
стью.
И тем не менее в повести нет ни одного
героя, которого автор любил бы больше.
203


чем Настю. И мы солидарны с ним в этом
чувстве, потому что, хотя Настя при своем
«падении вверх» и «не угрызалась сове­
стью», в ней гораздо больше здоровых,
истинно народных нравственных начал, чем
в тех людях, с которыми особенно близко
сталкивает ее жизнь,— в Кешке Губине,
Косте Неспанове. Это здоровое ядро в кон­
це концов и побеждает в Насте, когда, ка­
залось бы, душа ее уже окончательно опу­
стошена и нет никакой надежды на духов­
ное возрождение. Но так только казалось.
И теперь, когда ужаснувшись содеянному,
Настя бежит по ночному селу и криком
умоляет людей о спасении, мы знаем: спа­
сать ее уже не надо — она сама себя
спасла.
Образ Насти Сыроегиной заставляет
вспомнить целый ряд молодых героев со­
временной прозы, перед которыми жизнь
не расстилается скатертью-самобранкой и
самоутверждение в ней дается упорством,
лишениями, а то и ведет к поражению.
В повести О. Хавкина «Нилка» (жур­
нал «Сибирские огни» No 1—2) Евдо­
ким Макарычев избивает 'злостного бра­
коньера и торгаша Григория Кузеванова,
за что попадает в заключение. В повести
И. Лаврова «Очарованная» (журнал «Ок­
тябрь» No 8—9) тракторист Шурка по­
лучает в наследство материнский дом и
так «окулачивается», что даже невесту
выбирает себе по расчету — хозяйствен­
ную, домовитую. В повести В. Николаева
«Ледяное небо» (журнал «Урал» No 1) ка­
питан рыбацкого сейнера Иван Ермаков в
неуемной погоне за славой и «длинным
рублем» без нужды рискует жизнью под­
чиненных и своей собственной, пока не по­
гибает нелепо и обидно.
Разные люди, и судьбы разные. Но
есть в них и нечто общее и вместе с тем
отличное. И Евдоким, и Иван, и Шурка —
замечательные, в сущности, ребята. Доб­
рые, трудолюбивые, честные. И перед
каждым из них жизнь ставит соблазн, ис­
пытывает их на прочность. Кузеванов
предлагает Евдокиму войти в долю, Шурке
привалило хозяйство — дом, огород, ско­
тина, перед Иваном — возможность зара­
батывать почти неограниченная. Евдокиму
всех легче. Браконьер — враг, это ясно.
С врагом надо бороться. И Макарычев бо­
рется, сначала неумело, с поражением, но
и тогда не утрачивает веры в торжество
правды, продолжает борьбу по выходе из
заключения, пока не изобличает Кузева­
нова и не одерживает над ним победы.
Труднее Шурке. Кажется, что предосуди­
тельного, а тем более опасного в личном
хозяйстве? Но оно засасывает — тихо, не­
приметно, пока однажды Шурка почти с
ужасом не увидит, как изменился в дур­
ную сторону. Уже и с лучшего друга
Стебля надумал было деньги взимать за
угол в хате, и соседского козленка за по­
траву капусты до смерти зашиб. Ссора со
Стеблем отрезвляет — Шурка возвращает­
ся к прежней жизни.
Но, пожалуй, больше всего мужества
требует жизнь от Ермакова. Лучший капи­
204
тан базы, «маяк», он живет вроде бы
честно и правильно — по принципу социа­
лизма, который не исключает, а даже обя­
зательно предполагает материальную заин­
тересованность. И не замечает Ермаков,
что эта заинтересованность, поощряемая
руководством базы, где-то переходит нор­
мальную грань и превращается в обыкно­
венное рвачество, обедняющее и опусто­
шающее душу Ивана. Где эта грань?
В самом Иване? Пожалуй, не только.
Ведь если не Ермаков, то другие должны
понять, что начальник базы Воронин созна­
тельно играет на слабостях Ивана. Ему-то
Иван нужен (как и Настя Артемию Богда­
новичу), чтобы придать видимое благопо­
лучие неблагополучным в целом делам ба­
зы. Ради этого он и обделяет другие суда,
лучшую снасть, даже в избыточном количе­
стве, отдавая на «Гневный», и прощает ка­
питану «Гневного» любые нарушения тех­
ники безопасности, любой произвол: лишь
бы давал Ермаков двойной и тройной'
план. И вот страшный итог — смерть Ер­
макова.
Воронин, Артемий Богданович, Кузе­
ванов, Шуркина собственность выступают
во всех названных случаях как сила, ло­
мающая человека, как враждебные об­
стоятельства,
мешающие
нравственному
росту личности. Не всегда их одинаково
легко распознать, чтобы почувствовать, от­
куда угрожает опасность. Не легко и бо­
роться. Но бороться нужно, даже если
честен и добр смолоду,— и за других лю­
дей, и за самого себя, за чистоту и нрав­
ственное богатство душ, иначе неизбежен
застой, самоуспокоенность и равнодушие,
компромиссы с совестью, моральная дегра­
дация. Особенно это важно для человека
молодого, вырабатывающего свое отноше­
ние к жизни.
Сейчас, пожалуй, нет ни одного про­
изведения о современности, в котором в
качестве одного из главных не действовал
бы молодой герой в возрасте от семнадца­
ти до тридцати лет. И нет ни одной книги,
где в числе молодых, определяющихся в
жизни героев не было бы работников
умственного труда — учителей, журнали­
стов, инженеров и особенно ученых: роман
М. Анчарова «Теория невероятности» (жур­
нал «Юность» No 7—8) целиком посвящен
физикам, роман В. Маканина «Прямая
линия» (журнал «Москва» No 8) написан
о математиках.
О науке, о людях науки немало писа­
лось и прежде. Место этой темы в литера­
туре предопределяется тем важным и все
увеличивающимся местом, которое зани­
мает наука в жизни советского общества.
Не может нас не волновать и различие в
общественно-психологическом типе совет­
ского ученого. Недаром крыловские и
тулинские лица глядят на нас и со страниц
сегодняшних книг. Но в сегодняшней прозе
об ученых, интеллигенции видим мы и
нечто принципиально новое. Может быть,
несколько наивно и прямолинейно, но
именно в обращении к теме науки наиболее
отчетливо сказалась нынешняя тяга лите­


ратуры к герою широкого интеллектуаль­
ного, духовного диапазона.
Сколько внутренней душевной силы,
гражданского мужества, доброты в герое
романа Ю. Германа Владимире Устименко!
Как великолепно и по-партийному зрело
раскрывается в нем чувство долга перед
людьми, перед народом!
В чем-то
главном,
определяющем,
сродни Владимиру Устименко и Вагаршак
Саинян, и полковник госбезопасности Штуб
из того же романа, и советский разведчик
Александр Белов из романа В. Кожевни­
кова «Щит и меч», и Нилка Быстрова из
повести О. Хавкина, и трактористка Валя
Чивилева — главная
героиня
повести
И. Лаврова «Очарованная», и Володя Бе­
лов из романа В. Маканина «Прямая ли­
ния», и бульдозерист Павел из повести
А. Знаменского
«Как
все»
(журнал
«Урал» No 7—8). Представители разных по­
колений, разные по опыту жизни, профес­
сиям и характерам, они идут в жизни по
прямой линии, они не ищут обходных и
хитрых путей и отвечают за все. Именно
в этих людях, в таких, как они,— будущее
нашего народа, будущее планеты.
И когда думаешь, почему так покорны
быту молодые обитатели семинской ок­
раины, отчего сбиваются на ложную до­
рожку Настя Сыроегина и Шурка, почему
оказывается в заключении Евдоким Мака­
рычев и погибает Иван Ермаков,— ответ
напрашивается один. Слабость этих хоро­
ших людей в немалой степени обусловлена
их духовной ограниченностью, узостью их
кругозора и мышления.
Сегодня, даже если бы человек и хо­
тел прожить маленьким, незаметным или
и впредь вести бездуховное, безличностное
существование, ему все труднее этого до­
стигнуть. Ибо соотношение «массы» и
«личностей» в старом понимании явно от­
живает свой век и окончательно отомрет в
коммунистическом обществе.
Растет самосознание народа. Люди все.
решительнее пробуждаются к сознатель­
ной, активной, инициативной творческой
деятельности. И все труднее безликости
слиться с общим потоком, потому что в по­
токе одно за другим выделяются лица, и
настанет день, когда на человека без лица
начнут показывать пальцем.
Лучшими своими произведениями наша
проза приближает этот день, обращая со­
знание современника к чистейшим родни­
кам народной души и нравственности, да­
вая читателю
понимание
сегодняшней
жизни, обогащая его знанием прошлого и
настоящего. Минувший литературный год
дал немало нового и ценного в смысле
подлинно коммунистического воспитания,
пробуждения гражданского сознания и
чувства ответственности в человеке. Не­
сомненно усилился, в сравнении с прежни­
ми годами, исследовательский и преобра­
зовательный пафос нашей литературы.
Не закрывая глаза на недостатки от­
дельных прозаических произведений, о чем
говорилось выше, мне думается, что в целом
наши писатели сегодня лучше осознают
свою роль помощников партии. Сейчас,
когда страна приближается к своему
XXIII партийному съезду и к пятидесятой
годовщине Октября, особенно важно под­
черкнуть значение ленинского принципа
партийности искусства, его правильного
понимания. Сущность этого понимания еще
в 1931 году хорошо раскрыл А. В . Луна­
чарский в одном из своих выступлений:
«Мы в маленькой группе имели спор.
Одни говорили: вот что значит лозунг пар­
тийности — надо брать лозунги ЦК и по­
дыскивать к ним беллетристическую иллю­
страцию. Я говорил: это не ленинская ин­
терпретация... Ленин совершенно опреде­
ленно говорит: задача пролетарского пи­
сателя — суммировать деятельность и опыт
пролетариата и оплодотворять этим пар­
тийные лозунги... Вопрос надо ставить не
так, чтобы Центральный Комитет писал
лозунги, а писатели подыскивали иллюст­
рации к ним, а так, чтобы партия, Цент­
ральный Комитет среди других информа­
ционных материалов, которые они полу­
чают со всех сторон, читали и писателей и
получали от них импульсы для своих по­
становлений и лозунгов... Один говорит: я
действую наверняка — раз ЦК одобряет,
я не ошибусь. Другой говорит: я пускаюсь
в самые дебри действительности, еще не
освещенные. Если я ошибусь,— меня уда­
рят, что ж, а может быть, и не ошибусь...
И вот такие старатели-писатели, такие
искатели золотоносных жил нам особенно
нужны».
Отрадно, что именно такого рода пар­
тийность живет в лучших произведениях
прозы 1965 года.


Е.
Книпович
МУДРОСТЬ
ТАЛАНТА
Есть
ли
смысл
вернуться
к
н еиздан н ой
переписке
М.
Горького
с
совет ск им и
пи­
сателями?
Ве дь
том
э тот
вы шел
в
свет
почти
два
года
то му
назад.
Он
пол ьз ова л­
ся
б оль шим
вниманием
читателей
и
крити­
ки,
о
нем
уже
ск аз ано
много
разумного
и
верного.
Однако
существуют
т акие
явле­
ния
литературы,
к
которы м
н ео бход имо
возвращаться
снов а
и
снова.
Потому
что
они
обогащаются
врем енем ,
приобретают
новые
че рты
в
свет е
нового
опыта
народа
и
к аж дого
человека.
О
переписке
Г орьк ого
с
с овет ским и
писателями
уже
б ыло
ск азан о,
что
в
ней
заключена
«школа
мас те рс тв а»,—
и
это
пр ав да.
Очень
существенно
та кже
и
то,
что
в
этом
том е
восстановлено
в
правах
истин­
ное
отнош ение
Горького
к
ряду
п ис ател ей,
чья
судьба,
обусловленная
ат мосферой
ку льта
личности,
была
по-разному
сло жн ой
и
трагической.
Да,
Г орький
вы соко
цени л
И.
Бабеля
и
М.
Зощ е нко,
с
большим
вн и­
манием
и
и нтер есом
сл едил
за
работой
Андрея
Платонова
и
Б.
Пастернака
—
ина
это
справедливо
ук азывал и
критические
статьи.
Была
отмечена
и
действенная
за бо­
та
Горького
о
здоровье,
бы те,
м атериал ь ­
ном
п о ложении
своих
друзей
и
к орре сп он­
дентов.
Это
и
многое
другое
из
сказанного
вполне
справедливо.
Но
для
читателя
мо­
жет
быт ь
еще
до роже
в
этой
книге
то
общее
оч арован ие
личности
художника
и
человека
— цельного
и
вместе
с
тем
порой
противоречивого
в
своих
суж ден ия х,
мудро
объективного
и
пристрастного,
в люб ленн о­
го
в
людей
и
чело ве чес кую
одаренность,
нежного,
р ез кого
и
еди ног о
во
всем
своем
мн ог ообр ази и.
О щуще ние
это
острее,
чем
при
ч тении
писем
Горького
в
соб ран ии
его
сочинений
и
отдельных
публикациях,
острее
даже,
чем
при
чтении
воспоминаний,
напи са нных
те­
ми
же
кор рес п он дентам и,
чьи
письма
оп уб­
ликованы
в
этом
томе.
Острее
п отому ,
что
письма
эти
бо лее
н еп осредст вен но,
просто
и
«наивно»
передают
тогдашнее
от нош ение
к
Горькому
«молодых»
и
«старых»,
пе р­
вичный
их
восторг
пе ред
эт им
сложным
и
замечательным
чел овеком .
«Какой.. .
удиви­
тел ьный !» Эти слова любимца Льва Толсто­
го
—
реж иссе ра
Л.
Суллержицкого
(они
приведены
в
книге
М.
Горького
«Лев Тол ­
стой ») невольно приходят на ум и « на
язык» ,
когда
п еред
читателем
встает
об­
раз
Горького,
о тр аженны й
одно в реме нно
и
в
его
непосредственных
высказываниях
и
в
зеркале
сознания
десятка
больших
и
ма­
лых
художников
Совет ског о
Союза.
206
Крит ики
н аши
справедливо
г оворили
о
том,
что
тем ы
«Горький —
Федин »
или
«Горький —Ле он ов»
благодаря
вновь
опуб­
ликованным
письмам
«двух сторон»
уже
ст ано вят ся
общезначимыми,
требующими
специального,
обстоятельного
исследова­
ния .
Но
вед ь
не
менее
общезначимы
и
тем ы
«Горький
—
Форш»
или
«Горький —
Чапы гин».
Б олее
т ого,
в
двухс то ронней
переписке
с
давно
заб ыт ой
писательницей
Ф еррари
(псевдоним А.
Голубевой)
тем а
подлинного
новаторства,
с оотн ош ения
фо р­
мы
и
сод ер жан ия
разраб отан ы
более
г лу­
боко,
чем
да же
в
переписке
с
Б.
Пастер­
наком .
С ама
атмосфера
литературного
Ле нингр ад а
в
конце
двадцатых
годов
от ра­
же на
в
переписке
с
Е.
Летковой-Султано-
вой
не
м енее
ярко,
чем
в
переписке
с
А.
Н.
Толс ты м,
а
глубоч айш ие
вопросы
со­
врем енн ост и
(например ,
трагичность
со­
зна ния
людей
переходн ых
эпох )
по днят ы
в
об ширн ой
и
интереснейшей
переписке
с
Сергеем
Григорьевым.
Об щ ение
с
Горьким
м оби лизо вы вало
в
его
корреспондентах
самое
главное
и
з на­
чительное;
он
же
с
равной
с илой
и злу че­
ния
откликался
на
каждый
действительно
серьезный
вопрос
любого
из
них,
нез ави­
сим о
от
с тепени
близости
и
ран га
в
лите­
ратуре.
Тот
мучительный
и
беспокойный
интерес
к
к аждом у
че ловеку,
о
к отором
Г ор ький
в
форме
достаточно
пародоксаль-
ной
говорит
в
одном
из
пис ем
Средину,
за­
ставил
его
с
бес кон ечным
вниманием
вгл я­
дываться
в
замыслы
и
работу
всех
литера­
т оров
Со ветс ког о
Союза.
Вот
почему
пере­
писка
и
ст ала
такой
же
многоцветной
и
плотной
т канью ,
как
и
вся
литература
на­
ша,
созданная
к оллект и вным
и
взаимодей­
ствующим
трудом
сотен
и
сотен
творче­
ских
индивидуальностей.
Каждый
успех
«не ведущего»
писателя
Г ор ький
отмечает
с
тем
же
вниманием
и
той
же
радостью,
что
и
победу
большо го
таланта.
И
в
это м
лишний
раз
— свидетель­
ст во
то го
д емо кратизм а,
тог о
внимания
к
каждому
челов еку
творческого
труда,
ко­
торые
унаследовали
от
Горького
и
все
«старшие богатыри»
литературы
н ашей
—
А.
Фад еев
и
С.
Мар ша к,
К.
Фе дин
и
Н.
Ти­
хонов.
П рот иворе чив ост ь
суждений,
о
кото­
рой
мы
упоминали,
воз никае т
по
разной
при чин е.
Иногда
она
объясняется
просто
тем ,
что
мысли
о
вопросах
о дно род ных
и
близких
Горький
высказывает
разным
людям.
Так,
говоря
в
письмах
к
А.
Чапыгину
о


назначении
художника,
о
самой
сущн о сти
тРУД а
писателя-реалиста,
Гор ь кий
ставит
во
г лаву
у гла
объективность,
отсутствие
учи­
те льско го
па фо са.
В
письме
же
к
Федину
Г орьк ий
говорит
о
воздействии
писателя
на
ж изнь
и
его
активной
роли,
о
его
кров ­
ном
родстве
с
тем и
«понукальщиками»
ис­
тории,
ко тор ые
строят
новое
о бщест во.
И
дело
тут
не
в
то м,
что
п ервое
выс каз ы ва­
ние
относится
к
1910- му,
а
вт орое
к
1926- му
году»
Дело
в
самих
ад рес атах .
Н ач инаю ще­
го
п исат еля
А.
Чапы гин а
(чей очень боль­
шой
и
своеобразный
талант
сразу
угадал
Г орь ки й), связанного с народнической тра­
дицией,
надо
бы ло
уб еречь
от
опасности
впасть
в
ди да ктик у,
от
«указующего пер­
ста».
Федина
же,
увидевшего
(или,
вернее,
домыслившего)
в
жизни
с оветской
дерев­
ни
середины
двадцатых
г одов
некую
ис­
конную
(и мудрую)
неподвижность,
проти­
воположную
во ле
«понукальщиков»
исто­
рического
процесса,
на до
бы ло
убедить
в
том ,
что
ведущие
силы
этого
п роцесса
объ­
е кт ивно
совпадают
с
действиями
«понукаль ­
щиков»
и
что
про явл ен ие
косности
не
имеет
ничего
общего
с
мудростью.
Кр оме
того ,
Г ор ький
справедливо
указал
своем у
кор ре спонд енту ,
что
он-т о
сам
—
Федин
—
вс ем
тв орче ст вом
своим
уже
давно
вс тал
в
ряды
«понукальщиков» .
П рот ивореч и вы
суждения
о
рассказах
Каве рина?
Да,
по
форм е,
но
не
по
суще­
ст ву.
Действительно,
каж дый
из
расск аз ов
при
его
появлении
удостаивался
очень
вы­
с окой
(порой и непомерно высокой)
оц ен­
ки,
а
недостатки
его
относились
как
бы
в
«придаточное предложение».
Ко гда
же
рассказы
эти
б ыли
собраны
в
от дель ную
книгу,
кри тика
Горького
ста ла
гораздо
бо­
лее
сур ов ой.
Но
ве дь
суждения
в
сущности
своей
не
изменились,
изменился
л ишь
тон,
пропорции
похвал
и
замечаний,
потому
что
кн ига
— это
уже
не
первый
шаг
нового
та­
ланта,
а
как
бы
итог
первого
эт апа
его
творческого
пути.
Есть
в
высказываниях
и
мнениях
Горь­
к ого
и
другие
п рот иво речия ,
вызванные
раздражением
на
то го
или
иного
писателя,
врем енно
или
нав с егда
обманувшего
в оз­
лагаемые
на
н его
наде жды ;
есть
оценки
«под настроение», есть порой констатация
тех
же
черт
в
творчестве
д вух
разных
художников,
п ричем
в
од ном
случае
ид ет
это
«во
здравие»,
в
дру гом
—
«за
у по­
кой».
Та к,
в
1927 году он в письмах к М.
П ри­
швину
обосновывает
свое
отрицательное
мнение
о
творчестве
Сейфуллиной
тем ,
что
он
не
чувствует
в
н ей,
в
ее
книгах,
ничего
сп ецифич еск и
женск ого
—
«все —
под
му ж­
чину» .
И
то
же
каче ств о—му ж ску ю
рук у
—
он
в
те
же
годы
отмечает
как
до ст оин ство
т во рчес кой
манеры
Ольги
Фо рш.
Однак о
мнение
свое
о
Сейфуллиной
и
ее
тво рч е­
стве
Горький
вскоре
изменил.
Письма
к
ней
(в 30-е
годы),
написанные
с
той
же
шут­
ливой
галантностью,
что
и
письма
к
О.
Ф орш,
в
то не
дружеск ой
и
весе лой
«подначки»,
свидетельствуют
не
т олько
об
очень
добром
и
внимательном
отношении
к
человеку,
но
и
в ыс окой
оце нке
худ ож ника .
«Я вам еще раз повторяю
—вы
ч еловек
та­
лантливо
ч увс твую щий,
и
вы
имеете
все
данные
для
тог о,
чт обы
талант ливо
знать,
талантлив о
различать
нужное
от
ненужного,
находить
в
навозе
жизни
ее
жемчужные
зерна».
Все
виды
п рот иво речий
в
сужде ни ях
Горького
отра жают
глуб ок ую
ненавис ть
его
ко
всякой
догме,
а
та кже
и
д иале кт и ческое
многообразие
всех
«приемов»
Горького-
п едаг ога
и
воспитателя.
По чти
всегда
в
своих
высказываниях,
в
воздействии
своем
Горький
очень
осторо­
жен
и
отнюдь
не
кат его ричен.
Оценивая
п роиз в едения
больших
и
малых,
сложив­
шихс я
и
начинающих,
Г орьки й
всегда
сопро­
вождает
сво ю
критику
совет ом
не
прини­
мать
ее,
если
она
не
пробуждает
вну тре н­
ней
п отребн ост и
считаться
с
ней.
Но
эта
мудрая
ос то рож нос ть,
отмеченная
нашей
критикой,
с очета лась
с
мягким,
настойчивым
с т рем лением
«повернуть»
талант
своег о
ко рр еспо нде нта
самой
сильной
и
самой
ре­
во люц ионной
его
с т ороной,
от вест и
худож­
ника—
особенно
молодого
—
от
того
на­
правления
его
пути,
которое,
по
мнени ю
Горького,
могло
зав ес ти
в
ту пик.
Та к,
с
педагогической
настойчивостью
ст арае тся
Г орьк ий
отв ести
внимание
Л еоно­
ва
от
«властителя его дум»
— Достоевско­
го.
«В одной из анкет Леонов указал, —
пи­
шет
Г орь кий
в
1931 году,— что
на
его
творчество
вл ияет
Достоевский.
Действи­
т ельн о,
под
бытовыми
д рамам и
геро ев
Леонова
нередко
чувствуется
«стихийный
бун т
инс тинк та»,
анарх из иров анно го
веко­
вым
насилием
кап ит алист ич еско го
строя,
инстинкта
«ячности»
и
«самости», который
не
могли
нормировать
хитрые
ус илия
даже
такой
мощной
орг аниз ац ии
угнетения,
ка­
кой
является
цер ков ь.
Мне
кажется
это
п риз нание
Леон ова
неп р оду м анным
и
оши­
боч ным .
Я
полагаю,
что
оно
объясняется
не
сродством
к оре нных
св ой ств
натуры
Л ео­
нова
с
натурой
человека,
у
к оторого
страх
пе ред
жизнью
и
болезненный
гнев
на
лю­
дей
объясняется
эпилепсией—его
несча­
стьем,—
я
полагаю,
что
это
признание
Лео­
нова
вызвано
поспешностью,
с
кото рой
он
хот ел
«найти опору»
для
сво его
тво рч е­
ства».
Дел о
тут
не
в
оце нке
«гнева»
Досто­
евского
—
сознательно
упрощенной
и
по­
тому
нев ерн ой.
Де ло
тут
в
желании
оберечь
могу чи й
талант
Леонова
от
той
«опоры»,
кот ора я,
по
мнению
Горького,
мо гла
п ойти
ему
во
в ред.
Отр ица я
естественность,
ор га­
ничность
обращения
Л еон ова
к
традиции
Достоевского,
М.
Горький,
пожалуй,
вопре­
ки
очевидности,
стремится
найти
в
тво рч е­
стве
своего
молодого
друга,
в
самом
с ти­
ле
его
рома нов
другие
— дорогие
самом у
Горькому
че рты.
«В его стиле нет излюб­
ленной
мно ги ми
ист ерич еской
торопливо­
сти
Достоевского,
кот ор ый
часто
зас тав ­
ляет
читателя
воспринимать
диалоги
геро­
ев,
как
сплошной
вопль
раненых.
Все
более
час то
встречаешь
в
рисунке
Леонова
креп­
кие
штрихи
Л ьва
То лсто го ...»
И
да лее
Горь­
кий
говорит
о
то м,
что
в
л еонов ских
пейза­
жах
ощущается
«лирика стихии»
Тютчев а,
207


что
в
о чер ках
фигу р
порой
вид на
р езкая
и
острая
точность
прозы
Лермонтова.
В
статье
Л.
Лазарева
«Ожившая исто ­
рия »,
пос вящен н ой
тому
п ере пис ки,
эта
оц енка
Горького
приводилась
как
пример
и
п оуч ение
критикам
наших
дней.
Г орь-
кий-де
не
постеснялся
сравнивать
молодого,
почти
нач инаю ще го
писателя
с
к ла ссикам и
и
гениями,
а
сейча с
попытка
приравнять
«молодого»
к
гениям
прошлого
вы з вала
бы
л ишь
насмешки.
Од нако
на
сам ом
деле
все
обстоит
не
так
уж
п росто.
Во-первых,
к
1931 году « мо л од о й» (и действительно мо­
лодой )
Лео нов
и мел
за
плечами
и
«Туата -
мура», и «Барсуков», и «Соть», и «Вора»
—
то
ест ь
п рои зве дения ,
завоевавшие
хоро­
шую,
прочную,
не
с енса ционную
сла ву.
А
во-вторых,
не
надо
ста ви ть
знака
равен­
ст ва
межд у
ум ение м
б оль шого
человека
и
художника
с
первых
шагов
разглядеть
огромное
и
самостоятельное
дарование
и
кр ужко вым
или
групповым
ст ремл ением
раздуть
до
раз м еров
классики
дарование
более
чем
скромное.
Есть,
например,
принципиальная
разни­
ца
между
тем ,
что
Г орький
сразу
«разгля ­
дел»
Ле он ова
или
Фе дина
и
рап п овс кой
фабрикацией
«красных Гейне»
и
«красных
Бальзаков»
из
за бытых
нын е
по этов
и
про­
з аик ов.
Думаю,
что
это
разные
яв ле ния
и
разные
традиции,
и
второй
из
них,
д овол ьно
живуч ей
и
в
наши
дни,
сле дова ть
не
стоит.
С
еще
большей
настойчивостью
(хотя
и
не
менее
мягко)
пы тает ся
Г орьки й
«по­
вернуть»
и
сатирич еск ий
талант
М.
Зощен­
ко.
При
всей
вы сокой
оценке
его
да ро ва­
ния
Горь к ий
все
же
думал,
что
главн ые
враги
со циа лист ическ ого
общества
ос та­
ютс я
вне
поля
зрения
сатирика.
«Вы уже
поч ти
безукоризненно
овладели
ва шей
«ма­
нерой»
писат ь ,
но,
кажется
мне,
иногда
не
совсем
правильно
отбираете
мате­
риал,—
пишет
Горь к ий
Зощ ен ко
по
поводу
«Голубой книги»,— то
есть
оп ер иру ете
фак­
т ами
недостаточно
типи чн ым и.
Эх,
Михаил
Михайлович,
как
хорошо
бы ло
бы,
если
б
вы
дали
в
такой
же
форме
книгу
о
стра­
дан ии,
которое
для
м ножест ва
людей
бы ло
и
остается
люб им ой
профессией.
Высмеять
профессиональных
страдальцев
—
вот
хоро­
шее
дело,
д орого й
Михаил
Михайлович,
высмеять
человека,
к отор ый,
обнимая
лю­
би мую
женщину
и
уколов
пал ец
булавкой,
ун ичт ож ает
болью
ук ола
любовь
свою,
че­
ловека,
который
во сх ища лся
мог у чей
к ра­
сотой
Кавказа
до
той
поры,
п ока
не
з ап нул­
ся
за
камень
на
дороге,
ушиб
большой
палец
на
ног е
и
п рокля л
«уродливое на­
громождение
ч удови щны х
камней».
Нет,
ни
жест окост и,
ни
отс утс тв ия
жалости
к
стра­
даю щем у
челов еку
здесь
нет .
Ест ь
лишь
з аконное,
естественное
и
справедливое
от­
вращение
к
спек уля ции
на
ли чной
бол и
и
страдании;
к
с трем лени ю
столь
частому
за
рубежами
н ашей
страны
—
подвести
«обще­
косм ич ески й»
бази с
под
тяж ес ть
— истин­
ную
или
мнимую
— собственной
своей
судьбы.
Но,
может
быть,
наиболее
любопытна
та
раб от а,
тот
сп ор,
который
М.
Г орьк ий
в
середине
двадцатых
годов
ве дет
с
К.
Ф еди­
208
ным .
В
1927 году К .
Фед ин,
уже
автор
ро­
мана
«Города и годы»
и
многих
более
м ел­
ких
произведений,— пишет
М.
Горькому
(в
связи
с
мыс л ями
о
новой
книге
расск аз ов
своего
корреспондента)
об
основ ном
ст ер­
жне
св оего
творчества.
«Покаюсь
вам
—
я
думал
о
себе
и
о
то м,
что
мне
не
дано
вашей
действенной
л юбви
к
чел овеку;
я,
кажется,
всегда
то лько
жалею
и
восхища­
юсь
скупо
и
н ен адо лго.
На
замечательного,
красивого,
умного
и,
ко нечн о,
пол езн ого
рысака
— например —
я
всегда
немножко
до саду ю,
а
забитая
и
никч ем ная
кля ча
ме ня
волнует
глубоко.
Я
зн аю,
что
в
эт ом
—
по­
рок
моего
з рения ,
но
лечиться
у
меня
не
хватает
выдержки,
а
очко в
я
не
люблю.
Словом,
я
смирился
п еред
неи збе жно стью
до
конца
дн ей
любить
только
жалкое
и
не­
ну жное , «покорился, — как
писали
вы
мне, —
фак ту».
Не
смейтесь
над
эт ой
н еожида нн ой
параллелью
—
вы
и
я,—
но
я
не
мог
не
ду­
мать
о
се бе,
читая
ва с,
не
мог
не
вспомнить,
что
я
вс егда
почти
«соболезную»
несчаст­
ным,
в
то
время
как
вы
самим
несчастьем
украш ает е
и
утверждаете
жизнь
(я говорю,
конечно,
об
иллюзии,
возникающей
из
ва­
ших
п роиз ведений )».
Сейчас,
сорок
лет
спустя,
лишь
с
улыб­
кой
можно
читать
о
том,
что
художник,
создавший
образы
Кирилла
Извекова,
Р ого­
зина ,
Анн оч ки,
обещал
в
ранней
м олодост и
до
самого
конц а
дней
своих
любить
только
жалкое
и
не нуж ное.
Но,
п ож алуй,
странно
сейчас
думать
и
о
то м,
что
слова
эти
п ри­
надлежат
художнику,
ко торый
уже
создал
в
ту
пр ру
роман
«Города и годы»; и не
только
п отом у,
что
разум
истории,
воп ло­
щенной
в
образе
Курта
Вана,
п рои знес
в
э той
книге
свой
приговор
над
Андреем
Старцевым
— за блудш им
и
«никчемным»
носителем
чис то
чел овеч еск их
ч увс тв,
п ро­
тивостоящих
интересам
рев олюц ии.
Исто­
ризм
этого
романа
проявился
прежде
всего
в
том ,
что
Мари
Урбах
—
воплощение
ж ен­
ственной
силы
и
глуб инной
му дро сти
—
идет
именно
к
тем,
к ого
Фе дин
в
ту
пору
т ео­
ретич еск и
считал
«рысаками»
и
«понукаль­
щ и ка м и», вызывавшими его досаду .
И
это
лиш ний
раз
свидетельствует
о
то м,
что
т ео­
рет и чес кое
осмысление
действительности
художником-реалистом
нередко
отс тает
от
его
же
творческого
восприятия
прав ды
жизни ,
правды
исто р ии.
Об
это м
мягко
и
настойчиво
говорил
М.
Горький.
Но
как
же
все-таки
бы ть
с
«рысаками»
и
«клячами»? В одной из статей,
посвящен­
ных
тому
п ереп ис ки,
было
предложено
включить
любовь
к
забитым
и
ник чем ным
клячам
в
о бщую
сумму
чу вст в,
рожденных
соц иал ист ичес к им
гу ман измо м.
Я
думаю,
что
решить
и
этот
в опрос
столь
арифмети­
чески
было
бы
так
же
нераз ум но,
к ак,
ска ­
жем ,
внести
предложение
включить
десять
заповедей
закона
Моисеева
в
моральный
кодек с
строителей
коммунизма
(хотя среди
заповедей
этих
ест ь
и
вполне
б ессп орн ые).
Все
дело
заключается
в
том,
что
«клячи» —
это
не
«прирожденная»
и
«данная»
раз
нав с егда
кат ег ория .
«Никчемность и заби­
тость»
рождают
со ци аль но -ист орич ес кие
условия.
И
подлинная,
а
не
абстрактно


теоретическая
любовь
к
«клячам»
состоит
прежде
всего
в
том,
что бы
вы во дить
их
из
состояния
«забитости»
и
«никчемности» .
И
тогда
ст ановитс я
оч евид н ым,
какое
ог­
ромное
количество
потенциальных
«рыса ­
ков»
таится
среди
«никчемных»
и
«заби­
тых».
Что
же
кас аетс я
«кляч»
по
п ри зва­
нию
— любителей
о щуща ть
себ я
несчаст­
ными,— то
з ащитников
этой
сомнительной
пр ивил е гии
Горь к ий,
на
наш
взгляд,
не
жа­
ло вал
с
полным
правом.
И
справедливо
—
хо тя
с
большой
осторожностью
— стремил­
ся
отвратить
молодого
Федина
от
э той
ра з­
новидности
пережитков
христианской
этик и.
Эта
те ма,
по дн ятая
в
переписке
с
Фе­
диным,
ответ,
кот ор ый
да ет
Гор ь кий
на
поставленные
в
ней
вопросы ,
при об ретае т
сейч ас
неожиданную
актуальность
при
взг л яде
на
те
раз нов идн ост и
«христианско ­
го
социализма»
или
теорий
«морального»
самоусоверш ен ствован ия
внутри
лю бой
формации,
котор ые
пользуются
широким
рас п рост ранением
за
рубежами
н ашей
с траны .
Мора льно е
самоусоверш енст вов ан ие,
от орва нно е
от
социальной
практики,
есте­
ственно
допускает
лишь
мо ральное
осуж­
дение
з ла.
Вот
почему
теории
такого
рода
(сторонники которых могут быть и вполне
ис кр енним и
че лов ек олюбцами)
встречают
поддержку
среди
наиболее
р еа кци онных
кр угов
в
стр анах
капитализма.
И
это
впол­
не
естественно.
Ведь,
с каж ем,
мор аль ное
осуждение
военных
преступников
ФРГ
у
них,
что
н азы вае тся
«на вороту не виснет» .
О триц ая
столь
у пр ощ енные
и
почерпнутые
из
хрис тиа нского
прошлого
отве ты
на
встающие
перед
человеком
и
ч ел овечес т­
вом
в опросы,
Горький
вместе
с
тем
отнюдь
не
отрицал
естественность
и
законность
сам их
во про сов.
В
замечательной
переписке
с
С.
Т.
Гри­
горьевым,
ко то рый
советовался
с
ним
по
поводу
предложения
написать
утопический
роман
«О будущем», Горький в 1926 году
касается
вопроса
о
сознании
нов ых
поколе­
ний
отнюдь
не
с
позиций
легковесного
оп тим из ма.
После
кр у пных
событий
исто­
рии
люди,
естественно,
стремятся
осм ыс­
ли ть
не
толь ко
вне шни е,
но
и
глубин н ые
перем ены
жи зни,
хотят
понять
свой
вн ут­
ренний
м ир,
з адум ываю тся
о
смысле
и
цели
бытия.
«Таковых
лю де й,—
го вор ит
Горь­
кий,— народится
неисчислимо
более
то го
числа,
кое
ныне
существует
на
земле.
Ду­
мается
мне,
что
уже
и
т еперь
у
людей
в оз­
ни кае т,
за рожда етс я
но вый
инстинкт
—
«ин­
стинкт
познания».
Имейте
в
в иду,
я
говорю
не
о
тревоге
разума,
свойственной
некото­
рым
хла днокр ов ным
Шопенгауэрам
и
Гарт­
манам,
не
об
увлекательной
иг ре
лог ико й,
а
именно
об
инстинкте.
Познание
же
как
сила
инстинктивная,
между
п ро чим,
в новь
спо соб но
претворить
т елеоло гию
в
теоло­
гию».
Слова
эти,
на пис ан ные
сорок
лет
тому
назад ,
поражают
своей
обр аще н но­
с тью
в
бу дущ ее
—
не
далекое,
не
утопиче­
ско е,
а
именно
в
то,
которое
стало
настоя­
щим
в
н аши
дн и.
Т ак,
вторая
м ировая
вой на
и
все
ее
неисчислимые
бедствия
д е йстви­
тел ьно
об острил и
в
сознании
миллионов
людей
тот
«инстинкт познания», о котором
говорит
Горький.
Более
т ого,
те
многочис­
ленные
т еори и,
о
ко то рых
мы
уже
гово ри­
ли,
сводятся,
в
сущности,
к
фо рму ле
«цар­
с тво
бож ие
внутри
н ас»
и
являются
именно
превращением
телеологии
в
т еоло гию,
сво­
дящей
ответ
о
смысле
жизни
к
бол ее
или
менее
замаскированной
«воле божьей».
Но
о пыт
войны,
включивший
не
т олько
стра­
да ния,
но
и
неслыханный
героизм
масс ,
не
только
бед ств ия,
но
и
победу
над
самыми
ч ерным и
силами
соц иаль н ого
зл а,
поверн ул
«инстинкт познания», и не только в странах
соц иали ст ическ ог о
лагеря,
не
к
теологии,
а
к
дальнейшей
и
еще
более
к репк ой
и
дей ­
ственной
уверенност и
в
н еисч ерпаем ой
тв орче ск ой
сил е
народа
и
все го
ч еловеч е­
ства.
И
все
же
опасность,
о
которой
сорок
лет
тому
на зад
г оворил
Горький,
недооце­
нивать
не
следует,
потому
что
об ращ ение
к
«теологии»
происходит
не
т олько
в
кн и­
гах
м одных
писателей
и
философов
зару­
бежных
стран
и
их
поклонников.
Вл ия ние
це ркви ,
р абота
сектантов
—
все
это
отно ­
си тся
к
тому
же
«ведомству»,
с тановит ся
у прощ е нной
попыткой
превратить
«телео ­
логию»
в
«теологию» .
Мы
уже
говорили
о
чр езвы ч айной
з на­
чительности
той
пе реп иски
М.
Горького
с
О.
Форш,
которая
оп уб ликована
в
томе.
Сразу,
может
быть,
трудно
р еши ть,
что
прибавила
эта
д вухст оро ння я
переписка
к
тому,
что
уже
дали
другие
материалы
(письма Горького ,
воспоминания
Форш), во­
шедшие
в
с обран ия
сочинений
обои х
писа­
телей.
И
там
и
здесь
Г орьк ий
да ет
высочай­
шую
оценку
острому
уму
и
см елом у
д аро­
ванию
пис а тел ьни цы.
И
там
и
здесь
он
обращается
к
своей
корреспондентке
(даже
ког да
они
оба
давно
переступили
п орог
шестидесятилетия)
с
шутливой
и
чуть
ст а­
ромодной
галантностью,
вместе
с
тем
не­
пр ер ывно
подначивая
и
разыг рывая
ее.
От­
ветны е
письма
Ф орш
(опубликованные в
томе)
показывают
и
ее
восхищение
своим
корреспондентом
и
почтительную
пр едан­
ност ь
ему,
что
не
мешает
ответным
шут­
кам
и
комическим
обвинениям.
Но
пере­
писка
эта
р аскры вает
также
и
общность
«заветных тем»
и
мыслей,
ко тор ые
опреде­
лили
внутреннюю
близость,
настоящую
дру жбу
двух
художников.
Первая
из
этих
тем
— матриархат —
из­
любленная
мысль
Горького
о
том,
что
имен­
но
женщи на
— мать,
хранительница
жизни,
униженная
и
лишенная
пра в
в
эксплуата­
торском
общес тв е, — д олжна
найти
свое
место
в
великой
бор ьбе
всего
человечества
за
р азумн ое
и
д ост ойное
человека
об ще ст­
венное
устройство,
против
все х
сил
ре ак­
ции
и
войны.
Повод,
рождающий
в
переписке
те му
матриархата,—
по чти
случайный,— это
кри­
ти ка
одного
из
те зисо в
ре акцио нно й
и
ми­
стической
философии
эмигранта
Н.
Федо­
ров а.
«...М не
нена вис тен
его
взгляд
на
жен­
щи ну,—
пишет
Г орьк ий
в
письме
от
13/XI-
26 года,— це рк овн ый
взгляд.
Ф ор мулир о­
вал
он
этот
взгляд
так:
кул ь тура
—
р езу ль­
14 Москва No 1
209


тат
господства
женщин
«не тяжкого,
но
гу­
бительного».
У
меня
по
эт ому
пов оду
дру­
гие
мысли,
кратко
вы ражу
их
так: «челове ­
чество
обязательно
возвратится
к
матри­
ар ха ту,
м уж чина
д оигр ы вает
св ою
роль».
Мысль
эту,
к оторую
Горький
на
п ро­
тяжении
десятилетий
высказывал
и
об осно­
вывал
в
своей
п ер еп иске,
публицистических
статьях,
ху дожес тв енных
произведениях,—
тут
же
подхватывает
его
корреспондентка.
«Дороги мне написанные вами в прошлом
письме
сл ова
о
«матриархате»,— г ов ори т
О.
Ф орш.—
Для
м еня
это
заветная
те ма,
давно
к
ней
готовлюсь.
О
жен щи не
все
лучшее
вед ь
ск азан о
мужчиной,
и
ес ть
пробелы
— опыт
наш
иной.
Но
женщине
за­
гов орит ь
по-настоящему
ужасно
тр удно.
На до
не
то лько
см еть,
но
и
в ер ить,
что
сме­
ешь ...
Ж енский
в опрос
в
глубине
ре ша ется
не
юридически,
а
очень
сл ож ным
и
труд­
ным
самоосвобождением.
К
вам
хран ю
дав­
нюю
благодарность
за
нежное
и
рыцар ско е
отношение
к
женщи не,
«Бабушка»
ваша
и
«Мальва»
— дорогой
русский
вклад
в
ми­
ровую
сокровищницу
под
гетевским
зна­
ком
«das ewig Weibliche» ’ .
Г орьки й
тут
же
уточняет
свою,
вы ска­
з анную
в
предыдущем
письме,
мысль:
«Мое,
от
юности
свойственное
мне
п рекло ­
нение
и
удивление
пер ед
силой
женщины,—
я
говорю,
к оне чно,
не
то лько
о
сексуаль­
ном
обаянии,
а
о
некоторой
сущности
ее,
непонятной
и
часто
в раж дебно й
мне,
муж­
чине,— мое,
говорю,
чувство
к
же нщ ине
давно
уже
навело
меня
на
мысль,
что
цар ­
ствованию
му жа
Зем ли
п риходит
конец
и
власть
над
миром
должна
перейти
к
жене,
к
Матери
Земли.
После
гнус ной
войны
14—
18 г.
это
стало
мо им
уб ежде нием . ..»
В
этой
двухс то ронней
переписке
на
те­
му
о
«матриархате»
существенно
в се.
И
не
т олько
убеждение
Горького
в
то м,
что
по­
с ледню ю
революцию
с дел ает
ж енщина ,
и
не
только
в ера
его
в
нео грани ченные
воз­
м ожнос ти
доброй
жизнетворящей
мате ри н­
с кой
силы.
Чрезвычайно
любопытно
здесь
и
другое.
То,
что
умнейшая
женщ ина
—
О.
Форш
— ставит
рядом,
как
г луб инное
вы раже ние
силы
и
правды
жен ст вен нос ти,
двух
ге ро инь
Горького
—
«добрую»
и
«злую» («Бабушка»
и
«Мальва»),
Г орьк ий
же,
говоря
о
некоторой
сущ­
ност и
женщины,
непонятной
и
часто
враж­
дебн ой
«мужу Земли», как бы санкциони­
рует
эту
мы сль
сво ей
корреспондентки.
Я
дума ю,
что
здесь
«незримо»
пр ояв и­
лось
очень
мудрое
и
глубокое
понимание
то го,
что
женственность,
униженная,
стано­
вящ ая ся
объ ек том
купли-продажи,
нередко
м стит
за
с вое
уни жение,
превращается
в
разрушительную
сил у,
способную
у ничто ­
жи ть
утвержденного
законом
класс ово го
общества
«мужа Земли» .
Вт орая
— существенная
и
такж е
завет­
ная
для
Горького
тема,
поднятая
в
его
переписке
с
О.
Форш,
непо средс твенно
с вя зана
с
обме но м
мнений
по
поводу
ро­
ман а
«Дело Артамоновых»,
в
ч астнос ти
—
„Вечно женственное”.
210
по
поводу
харак тера
Иль и
Артамо нов а-
старшего
— родоначальника
а ртамон овс ко-
го
«клана» .
Впрочем,
о
поч ти
пугающей
сил е
э того
образа
говорят
многие
ко рре спо нде нты
Горького,
в
час тно сти ,
лучше
все х
—
К.
Федин.
«Илья
Артамонов
— п ораж ает,
подавляет
своей
жи зненн ость ю.
С
первых
строк
книг и
и
до
самой
св оей
не ле пой
смерти
он
движе тс я
по
книге,
так
что
страшновато
и
с ладко
за
ним
глядеть.
За­
мечательно
вот
чт о:
когда
я
прочел
его
(это именно так),
мне
п оказ алось ,
что
я
выше
ростом,
что
у
меня
очень
широ кие
пл ечи,
что
я
сил ен
и
немножко
неуклюж.
Я
поймал
себ я
на
том,
что
у
меня
переме­
нился
голос,
я
помню,
как
я
заговорил
с
дочерью
по-новому —
со
странным
чувст­
вом
превосходства
отца».
Вскользь
касает­
ся
Федин
и
той
темы,
которая
стал а
цен­
тральной
в
переписке
по
поводу
«Дела Ар ­
тамоновых»
м ежду
Го рьки м
и
О.
Фо рш.
«Вот что мне грустно и больно видеть
в
в ашей
книге:
вед ь
ст арик-т о
поистине
вели­
ко лепен ,
Илья-старший.
Вед ь
он
умел
и
су­
м ел.
А
с ыны.
У
Пе тра
все
кати тся ,
потому
что
не
может
не
катиться,
Але кс ей
форсит,
сюс юкает .
(В Нижнем Петр хорош ,
Ал ек­
сей—
отвратителен).
А
внучата
— дрянь».
К.
Федин,
естественно,
ог оваривает ,
делает
поправку,
кас ающ уюс я
Иль и
Арт ам онова -
внука,
но
он
(и на наш взгляд справед­
ливо)
г ово рит
о
бесплотности
эт ого
образа
по
сра внению
со
старшими,
особенно
с
де­
дом .
То
же
с ожаление
уже
с
«общечелове­
ческих»
и
«философских»
позиций
вы сказ ы­
вает
в
связи
с
судь б ой
Иль и
А ртамо нов а-
ст арш его
О,
Фо рш.
«Мне он значитель ­
нее
всех,— говорит
она
в
письме
6 декабря
1926 года, —
потому,
что
никого
не
«дуб­
л ир уе т», всюду сам,
первый
у
ист оч ника ,—
словом :
это
— он—та
новая ,
п рекрас н ая
разновидность
и
раньше
вами
художествен­
но
закрепленного,
обаятельного
св оей
си­
лой
жизни,
большого
уде льно го
веса
ч ело­
века .
Но
как
и
раньше,
словно
нарочно,
вы
опять
оборвали
такого
«на бегу» .
А
хот е­
лось
бы,
наконец ,
досм от рет ь
его
во
весь
рост,
и
неп ре м енно
до
конца».
И
далее
О.
Форш
ставит
вопрос
о
том,
в озмож на
ли
пересадк а
такого
носителя
великой
ж из­
ненной
силы
в
ин ые
условия,
то
е.сть,
в
ко­
нечном
сч ете
(хотя переписка об этом не
гов орит ), найдется ли место такому « но си­
телю »
в
новых
об ще стве нно- эк оно миче ск их
условиях.
И
в
отве те
Горького
еще
раз
прояв­
ляется
мудрость
и
ос торо жнос ть
п едагог а
и
пропагандиста.
П роще
всего
было
бы
указать
на
элементарность
ош иб ки,
допу­
щенной
в
самой
пост ановк е
вопроса
в
письме
О.
Форш ,
указать
на
классовость,
буржуазность
ж изне нной
силы
рус ских
«грюндеров», начавших свой путь « в
лапо­
точках».
Но
Горький
раскрывает
п еред
св о­
ей
корреспонденткой
одновременно
хищ­
ную
и
в
чем-то
ущербную
сил у
своих
г еро ев,
рисуя
с
проникновением
не
только
соц иолога,
но
и
ве лик ого
художника
ха­
рак теры
тех
представителей
хищной
капи­
талистической
силы,
с
которыми
е го,
Горь­


кого,
сводила
судьба.
С
неопровержимой
убедительностью
он
показывает
в
своем
письме,
что
чем
выше
«удельный вес»
че­
ловеческого
характера
таких
«носителей»
силы,
как
Савва
Морозов
или
Гордей
Чер­
нов
—
«чудовище
нижегородское»,
тем
закономерней
по явл яетс я
в
душе
их
тот
«пустырь»*
то
чу вс тво
неудовлетворенно­
сти,
которое
пр ивел о
Са вву
Морозова
к
са мо убийств у,
а
Гордея
Чернова
—в
мо на­
стырь.
С амый
же
точный
и
исч ер пы вающий
отве т
на
воп рос,
поставленный
в
письме
О.
Форш,
заключается
в
гениальной
пьесе
«Егор Булычев», созданной через пять лет
после
«обмена мнений»
об
Илье
Артамо­
нове-старшем.
Ест ь
в
томе
переписки
(как и во всей
известной
нам
переписке
Горького)
и
еще
од на
н еобы ч айно
привлекательная
и
ха­
рактерная
че рта.
В
ней
появляются
«дей ­
ствующие
лиц а», герои,
чьих
писе м
к
Горь ­
кому,
а
также
и
его
п исем
к
ним
или
нет
в
томе,
или
нет
вообще.
Так ,
в
переписке
Горького
с
Пришвиным
и
Чапыгиным
вст а­
ет,
в
с вязи
с
его
тр аги чес кой
гибелью,
об раз
Есенина
—
воссозданный
с
большой
лю бовь ю
и
жестокой
горечью,
обр аз
о чень
дорогой
всем
эт им
русским
людям.
Не­
зримым
«действующим
лицом»
пр оход ит
сквозь
ве сь
том
переписки
Николай
Тих о­
нов,
который,
сколько
мне
известно,
Горь­
кому
не
писал,
а
замечательное
письмо
Горького
к
нему
(в ответ на присылку книг
«Орда»
и
«Брага») никогда опубликовано
не
было .
Сво ю
радость,
свое
восхищение
новым
и
бл изким
ему
да ро вание м
Г орь кий
неред­
ко
выражает
в
терминах
п реувелич ен ны х
—
иногда
шутливо
(Тихонов в своей прозе - де
п ревз ошел
«Гурия Мопассана»), а иногда и
се рьез но
(Тихонов дороже ему,
Горькому,
чем
Б лок
и
Есенин).
Но
н есм отря
на
это,
Горький,
как
всегда,
почувствовал
самую
сущность
нового
таланта
—ту
креп кую
связь
с
жизнью,
ту
«историческую созна­
тельн ос ть »
и
активное
стремление
в
мер у
сил
своих
воздействовать
на
жизнь,
участ­
вовать
в
творч ест ве
истории
—то
есть
все
то
главное,
что
о пре делило
жизненный
и
т вор ческ ий
пут ь
этого
художника.
Д обро­
желательность,
дружба,
р адо сть
успе ху
др угого
— вот
лейтмотив,
который
прохо­
дит
сквозь
все
письма
Горького
и
его
к ор­
респон ден тов .
Нет,
ро зового
оптимизма
в
них
не
найти.
И
людские
судьбы
бывают
трудны­
ми
и
т раг ическим и,
и
т вор ческий
пу ть
художника
не
усеян
роз ам и,
и
мешает
порой
литературная
и
окололитератур­
ная
возня,
и
рапповская
директ ив нос ть ,
и
малограмотность
редакторов,
и
лих ие
на­
скоки
критиков,
не
перегруженных
чувст­
вом
ответственности
за
л ит ературу.
И
все
же
ос нов ное,
что
дает
чита телю
чтение
то­
ма
переписки,— это
радость
и
гордость
за
тот
большой,
сложный,
многоцветный
ко л­
лектив,
котор ый
создавал
л ит ературу
на­
шу;
это
—
восхищение
тем ,
кто
был
в
нем
старшим
—
по
таланту,
влиянию
и
опыту,
тем ,
к
к отором у
применимы
столь
любимые
им
самим
слова,
начертанные
на
надгро­
бии
Н ь ют он а : «Да поздравят себя смерт­
н ые,
что
существовало
такое
и
столь
вел и­
кое
укр ашен ие
рода
ч еловеч ес кого ».


ГОД
РОЖДЕНИЯ-1965
КАК
ПРОЛАГАЮТ
ТРОПЫ
Е.
Штенгелов.
А
мы
пойдем
дальше.
Повесть,
рассказы.
Симферополь.
Издатель­
ство
«Крым» . 1965. 184
стр.
Ц ена
32 коп.
Обложка кни­
ги несколько на­
стораживает: мо­
лодые люди нету­
ристского облика
с
рюкзаками.
Опять, значит, о
беспокойном пле­
мени, о романтике
открытий, о геоло­
гах, которым в ли­
тературе и кино
недавних лет вез­
ло необычайно, и
только
физики,
блистательные мо­
лодые физики, властно заставили их потес­
ниться.
Действительно, повесть, открывающая
первую книгу Евгения Штенгелова,— о
геологах. Однако в ней не та романтика,
которая может привлечь какого-нибудь
жадного до недолгих и не особо изнури­
тельных приключений мечтателя-горожа­
нина. Это повесть о тяжелом, остро необ­
ходимом людям, но подчас уныло однооб­
разном труде, о подлинном упорстве и
смелости, нужной не только в горных пе­
реходах.
Рядом южное море, тысячи людей от­
дыхают, а ты должен каждый день идти
в поход, искать воду — Крыму нужна вода.
Ты вымотаешься, высохнешь, обрастешь
щетиной. У тебя будут красные, изъеден­
ные потом глаза, губы растрескаются, во­
лосы выгорят...
Да, работа у героев штенгеловской по­
вести нелегкая, по пятнадцать часов в сут­
ки, без выходных; ничего летом не ви­
дишь, кроме камней и грязи, и отпуск
всегда зимой... А кроме того — и опас­
ность, элементарная опасность, с которой
тоже приходится считаться, как — пусть не
с главным,— но все же реальным условием
игры. Пришлось же Виктору спасать сорвав­
шегося со скалы Вадика, когда тот молча
и неподвижно сидел на узком карнизе над
ущельем, где на дне виднелись только
черные спички — стволы деревьев. Когда
Вадик обернулся на голос Виктора, он
улыбнулся, но лицо у него было белое,
как стеарин, и потом оба они долго отле­
живались на уступе, не в силах побороть
слабость и тошноту.
А потом Вадик ушел из отряда. И
старый геолог Кушлис, пославший его за
образцами на тот обрыв, тоже ушел, по­
тому что ему стало тяжко выносить не­
любовь товарищей Вадика: ведь у него
сын-геолог погиб недавно на Алтае.
Кушлис ушел, но в борьбе с Бочаро­
вым он крепко помог Виктору не осту­
питься в трусость, в равнодушие к жизни,
прикрытое обветшалой моралью: «Плетью
обуха не перешибешь», «Поперед батьки
не суйся», «Куда нам с посконным ры­
лом»... Да мало ли придумано слов, кото­
рые, как пластырь, удобно налепить на
ссадины, полученные в бегстве?
Образ Бочарова — большая
удача
Штенгелова. Бочаров молод еще, он заго­
релый и в ковбойке, этот карьерист,
неумеха в деле, но умелый демагог, кото­
рый ни угрозой, ни шантажом не погну­
шается, чинуша от геологии. Он часто го­
ворит о молоточке, но вовек в руки его
не возьмет. Ему не важно истинное поло­
жение дел, его интересует лишь отражение
этого положения в бумагах, он живет в
своем антимире бюрократа-себялюбца.
Отлично сделана сцена, где Виктор в
схватке с Бочаровым все-таки сдает пози­
ции, соглашается уйти, откупиться уходом
от взысканий, объяснений и унизительной
нервотрепки во всех инстанциях, по кото­
рым затаскает Бочаров. Уйти, чтобы все
осталось как есть. Ведь бочаровым только
и надо, чтобы все оставалось как есть, а
они — при кормушке, чтобы не было ни
воды, ни риска.
Но товарищи из отряда, обыкновенные
ребята, не раз ворчавшие на Виктора, сде­
лали то, чего не смог сделать один Куш­
лис. Они не дали своему молодому началь­
нику поскользнуться. Они буквально вы­
рвали у Бочарова заявление об уходе. Из
портфеля вырвали. Они обрекли Виктора
на выговор, на ответственность за несосто-
явшееся открытие, может быть, на большие
неприятности, но они сделали доброе дело.
Очень хороша эта сцена. Вот концовка ее:
«— Хорошо,— сказал Бочаров.—
Это
превышение всяких... Это хищение.
—
Отнюдь,— сказал
Иосиф.— Хище­
ниями нам наши руки не позволяют зани­
маться.— Он растопырил пальцы. — Мозо­
лей слишком много. Или, может быть, вам
не нравится, что у меня двух пальцев не
хватает? А вы в Якутии были? Знаете, что
такое — бить шурфы в декабре месяце?
Или, скажем, что такое отморожение чет­
вертой степени? А? Пока мне отрезали эти
пальцы якутским ножом, я сжевал две ко­
жаные рукавицы.
Бочаоов поморщился.
212


—
Не беспокойтесь,— сказал Иосиф.—
Рукавицы потом списали по всем прави­
лам: акт составили, подписались, все как
положено. Никакого хищения.
Бочаров, болтая сумкой, пошел к тя­
гачу. Двигатель уже ревел. Иосиф подошел
к Лехе.
—
Ну как, мон шер? Что нового в
Феодосии в связи с началом весенне-лет­
него сезона? Короткие юбки модны по-
прежнему?
—
Попадет вам, ребята.
Иосиф прищурил один глаз.
—
А черт его знает. Мне почему-то ка­
жется, что он даже жене не расскажет».
И, может быть, действительно не рас­
скажет. Ведь несмотря ни на что, «его ве­
личество Бочаров», как называет его бри­
гадир Семенов, вынужден находиться в
состоянии обороны. Тот же Семенов не хо­
чет бурить абы где, хотя бы и получая за
это по высшей ставке, он хочет видеть ре­
зультаты своего труда в действительно­
сти, а не на бумажке.
Очень интересна фигура этого Семе­
нова и в свете нынешней перестройки
управления промышленностью. Растущая
культура мышления и отношения к труду,
чувство личного права на ответственность
присущи многим и многим людям по­
вести, активно наступающим на Бочарова.
Обычно первые книги молодых писа­
телей грешат многословием. Штенгелов
пишет сдержанно, скупо, нередко даже су­
ховато, излишне’ полагаясь на подтекст.
Очень досадна эта сухость в грустной
истории любви Виктора и Гены. Она очень
неглупа, эта красивая, но отравленная ду­
шевной инертностью Гена. Она понимает
Виктора.
Но понимает она и то, что Виктор ей
не по плечу. Повисает в воздухе его от­
чаянный призыв: «— Ну нельзя же так,
Генка! Нужно действовать, возмущаться
хотя бы. В жизни полно всякой дряни, так
надо делать, чтобы ее было меньше, а не
хныкать».
История их разрыва ясна и убедитель­
на, а вот начало сближения и любви на­
чертано уж недопустимо сухим пунктиром.
Думается, настолько доверяться вообра­
жению читателя не следует.
Повесть как бы обрывается в расска­
зы, и поначалу это досадно, как всегда
бывает досадно расставаться с живыми,
значительными людьми, которые делают
одно с тобой дело. Но прочитав эти десять
маленьких, очень поэтичных, психологиче­
ски точных новелл, написанных от первого
лица, радостно убеждаешься, что разры-
ва-то нет. Ведь это же сам Виктор или
сверстник и единомышленник его расска­
зывает о трудном военном детстве, выпав­
шем на долю их поколения, об отцах,
ушедших на фронт, о русских матерях, вы­
несших все тяготы военного тыла.
Очень надо любить и уважать свою
Родину, свое время, чтоб так тепло и ясно
писать о трудных годах, случайно встре­
ченных людях, о старшем поколении, ко­
торому тоже приходилось нелегко.
Кончается книга небольшим, на пол­
торы странички, рассказом «Тропы».
Маленький мальчик задумался: кто же
прокладывает тропы в свежем глубоком
снегу, кто эти люди и как самому проло­
жить тропу? Он протоптал свежую троп­
ку и, возвращаясь из школы, волновался:
прошел ли кто-нибудь по его следам? Его
ждало разочарование. Он еще и еще раз
протоптал свою тропку, но все переходили
дорогу, как обычно, не обращая внимания
на его труды.
«Тогда я обиделся на людей. Я сказал
себе, что люди не любят ничего нового, что
они ходят только там, где привыкли, и все
свои тропы каждый раз прокладывают на
месте старых».
Но однажды на его глазах родилась и
окрепла новая тропа к реке, и через год
вытеснила старую, и всем стало ясно, что
здесь ходить удобней и легче, и ветер дует
в спину на крутом подъеме, а не в лицо,
и о старом пути никто, казалось, не вспо­
минал.
Так вот они и прокладываются, эти
тропы, и идут по ним люди хорошей книги,
вспоминая девиз Пржевальского: что бы
там ни было, а мы пойдем дальше. Так,
кажется...
Евг.
Леваковская
СИ ЛА
ДУХА
Наталья
Бу рова.
Семиречье.
Стихи
М.
«Советский писатель» . 1965. 142
с тр.
Ц ена
14 коп.
Мне
пр иснил ось,
что
нет
городов,
Темн о та
и
молчанье
царят,
А
на
месте
о веч ьих
следов
Жел товат ые
звезды
горят...
Прочтите это
вслух — просто,
чтобы услышать,
что это стихи, про­
сто, чтобы ощутить
звуки словно вы­
мытые,— так
чи­
сты и звучны
диться, что
они,— просто, чтобы убе-
первая книга Н. Буровой —
книга сложившегося поэта.
Странный, конечно, комплимент: не­
поэтов не надо издавать, не так ли? Одна­
ко бывает...
Но вот перед нами — первая книжка.
А поэт — сложившийся:
Утр о
п ахнет
х оло дным
дымком.
Солнце
лижет
кошму
на
полу.
Вот
и
девушка
с
белым
платком
Принесла
молока
пиал у.
Чувствуете? Какие четкие грани, ка­
кие прочные, локальные цвета, какое зву­
чание: точно говоришь на ветру, и ветер
уносит полузвуки и полутона, оставляя
только прочную определенность, только яс­
ное, яркое, явное.
Это и правда — все на ветру сказано.
Семиречье: степь, простор — вот стихия На­
213


тальи Буровой. Поэтесса любит эту землю,
выжженную, сухую, с ее ржавыми оттен­
ками, с безлистными деревьями, с грудами
камней, с загадочным молчанием застыв­
ших, нахохлившихся птиц, с сухим блеском
полированного льда. В этой жестокой при­
роде Бурова любит вызов, который бро­
сает природа человеку. Хмурая, неулыбчи­
вая, немногословная героиня книжки под-
стать этой природе: человек готов принять
вызов. «Мне бы только с рассветом пойти,
чтобы дождик в пути не застал, и у самой
тропинки найти семиреченский
горный
кристалл».
В старых дневниках Мариэтты Шаги­
нян есть мысль о том, что у людей и наро­
дов бывают натуры металлические и кри­
сталлические. Первый тип — ковкий, по­
датливый, быстрый на реакцию, живой,
меняющийся. Второй — хрупкий, твердый,
устойчиво-однородный, такой, что, раска­
лываясь, дробится на те же кристаллы.
Пользуясь этими словами, я могу оп­
ределить характер героини Натальи Буро­
вой. У нее резко выраженный кристалли­
ческий характер.
Вот и символ поэзии Н. Буровой —
«семиреченский горный кристалл». Чисто­
та и определенность. «Как терпит земля
любопытство и грязь, охоту на чувства и
скользкую ложь?» Что противоположно
этому? Гордость, чистота, одиночество, а
если горе — то затаенное в себе... Здесь —
в нравственном жестоком самосмиренье —
исток внутренней драмы поэзии Н. Буро­
вой, внешне опрокинутой на просторные
эти степные пейзажи, на ветровые просто­
ры Семиречья. Безграничная чистота и
свобода — вот ради чего живешь, вот что
дорого. И . Бурова не знает тесной город­
ской толчеи, ей неведомо настроение утом­
ленного городского поэта, который бежит
на лоно, потому что в толпе не может
удержать в себе своего мира (настроение,
столь частое у нынешних городских поэ­
тов). А здесь — не тесно, не суматошно и
дан тебе простор — достало бы тебе сил
удержаться на таком ветру!
Смешно: в ночном городе человек мо­
жет бояться человека. А здесь? Ну, вол­
чица померещится, так оно понятно —
степь. Но человек?! Да он на вес золота
тут, человек — это тепло, жизнь; встреча —
праздник, союз, а пройдешь мимо — оста­
нешься один. Свобода — не игра, за нее
платят жизнью. На ветру надо стоять
крепко.
Героиня Натальи Буровой, словно тя­
жесть земную, носит в себе суровую эту
свободу, гордую свою душу. И, бывает,
устает от этой тяжести, от непреклонной
суровости своей. И — «просит любви, чтоб
заплакать», чтоб отворить сердце, чтоб
было полегче... Но — нет: «Мир — не очень
ласковый творец. Хочешь жить? Родился?
Так борись!»
И борется. С собой, со слабостью
своей, с пустотой безлюдного мира, на ка­
менистых просторах которого вырастает ее
поэзия. И словно оправдывая минутную
слабость свою, уговаривает саму себя, что
и такая поэзия имеет право на существо­
вание.
Но
чтобы
знать,
как
хороша
земля,
Не
на до
роз
и
родников
не
надо,—
Белесые
полынные
пол я,
Ра ск осо
заштрихованные
градом,
Строп тивость
граней,
цвель
солончака.
Верблюдов
горделивое
уродство
И
робкое
сия нье
светлячка
Дост аточн ы ,
чтоб
видеть
первородство
И
жи знеут в ер жден ье
красоты,
З ало женной
в
люб ых
зе мных
тво ренья х,
И
потому
в
моих
ст ихо творе ньях
Со всем
не
обязательны
цветы.
Как стихи — это длинновато и неважно,
хотя и любопытно: здесь программа Буро­
вой обрисована очень подробно. С пер­
вого чтения видны две-три откровенно
дурных, назидательных строки. Да не в
них дело. Не в «мастерстве» дело — «ма­
стерство» придумано для ремесленников,
а выдает оно всегда, когда фальшь — в са­
мом переживании.
В чем фальшь тут? Оправдывается!
Объясняется! Жалуется! Не хватило сил.
Не вынесла того бремени, какое взвалила
на плечи. Согнулась.
Поэзии не сила объяснений нужна, но
сила духа. Поэзия побеждает внутренней
красотой, самим фактом своей красоты,
своим существованием. Вот поэзия:
А
к огда
караван
верш ин
О болье т
желтизной
заря,
Станет
ви димы м
дым
ра вни н,
И
не
станет
богатыря...
Это — хорошо. Размашисто, резко, гор­
до. Хорошо написано? Хорошо прожито!
Принято агитировать за качество сти­
хов: пишите хорошо, не пишите плохо, ко­
пите мастерство.
Не понимаю этого. Где плохо — там и
говорить неинтересно. А хорошо бывает
каждый раз по-новому: не угадаешь.
Л.
Ан нински й
ТЕОРИЯ
▲ЛЕШИ АНОСОВА
М
Анчаров.
Т еория
невероятности.
Ро­
ман.
Журнал
«Юность»
No
8, 9. 1965.
За прозаическое перо взялся поэт и
художник, глядящий на жизнь, на все,
даже самые, казалось бы, незначительные
ее проявления сквозь призму творчества.
214


Это во многом определило своеобразие
прозы Михаила Анчарова, его двух первых
произведений: повести «Золотой дождь» и
романа «Теория невероятности». О чем же
пишет Анчаров?
Он из тех, которым сегодня за сорок.
И пишет он о своем поколении. О довоенных
мальчишках и девчонках, отчаянных ро­
мантиках и убежденных революционерах,
мечтающих с оружием в руках . защищать
красную Испанию.
Его поколение взяло в руки оружие,
но это была уже другая война — мы и фа­
шизм. Он пишет о войне и о фашизме.
После четырехлетнего перерыва вче­
рашние солдаты снова сели за книги, окон­
чили институты, стали художниками, поэ­
тами, физиками. Он пишет о творчестве.
О том, что творчество — наиболее естест­
венное человеческое «поведение». Жить —
это служить красоте и истине.
Все это в равной мере относится и к
повести и к роману. В них много общего.
«Теорией невероятности» Михаил Анча­
ров вступает в спор физиков и лириков не
для того, чтобы, как нередко бывает, в
процессе спора уяснить свою позицию себе
самому. Он знает точно, что лирика — это
постановка огромных задач без указания
на средства к их осуществлению. И худож­
ник (неважно кто он — живописец, поэт,
музыкант) нередко первым ощущает изме­
нения в духовной жизни общества. Его
творчество зачастую подготавливает, стиму­
лирует открытия в технике, в науке. За­
коны открывают физики. Но их появление
предсказывают поэты.
И не случайно герой Анчарова прихо­
дит все-таки к своему открытию. Не слу­
чайно терпит поражение Митя: Аносов
знает, что история техники — это не только
история удач; ему доступно, что идея при
ее зарождении богаче исполнения — ведь
исполняют только возможное, но сделав
виток — оказываются над исходной точкой,
порядком выше. Словом, Алеша делает от­
крытие, а Митя, человек безусловно и
всерьез полезный,— диссертацию, и это бу­
дет не бесполезная диссертация, хотя она
и отличается от сделанного Алешей, как
техничное, грамотное стихосложение от поэ­
зии. Тема творчества — главная в «Золотом
дожде» — пронизывает и «Теорию неве­
роятности».
И все-таки не правы, на наш взгляд,
критики, которые рассматривают и повесть
и роман как единое целое. Одно из глав­
ных различий между ними, пожалуй, в
том, что повесть, несмотря на всю свою ло­
гическую стройность, лишена — в пред­
ставлении общепринятом—стройности сю­
жетной. По сути дела, сюжета там нет.
Это такая, что ли, найденная автором
удобная форма высказаться по самым раз­
нообразным. волнующим его поводам и
вопросам,
скорей — некое
развернутое
эссе, нежели повесть, как мы привыкли по­
нимать этот жанр. Роман же, наоборот,—
произведение строго сюжетное. Настолько
«сюжетное», что отдельные его «ходы» ка­
жутся просто невероятными... Они-то и вы­
зывают основные нарекания в адрес ро­
мана.
В какой же мере они справедливы?
Об этом поразмыслить заманчиво, ибо
ясно: нагнетение «невероятностей» конеч­
но же сделано Анчаровым сознательно.
Писатель стремится обосновать свою «тео­
рию».
Итак, «Теория невероятности». Герой
романа после множества самых неожидан­
ных встреч и событий приходит к мысли,
что слепая случайность — это не просто ви­
димость, она вызвана каким-то, порой
ускользающим от нашего взгляда внутрен­
ним законом.
Проверяя «теорию» на жизненном при­
мере Алеши Аносова, Анчаров иногда ста­
вит героя в такие необычные ситуации,
когда, казалось бы, доказать свою точку
зрения всего труднее.
Еще в юности Алеша знакомится с
австрийским антифашистом Краусом. Вско­
ре Краус уезжает воевать в Испанию. След
его постепенно теряется... И вот внезапно
Алеша вновь встречает его в освобожден­
ной от фашистов Вене.
В пустой разбитой избе раненый Алеша
сталкивается с ненавистным ему «чертов­
ски аккуратным» блондином с усиками. Он
не удивлен, что тот в эсэсовской форме.
Еще тогда, когда он встретил его до войны
у Краусов, почувствовал к нему антипа­
тию. Теперь • он плюет в холеное лицо
«красавчика».
Но «красавчик» геройски
сражается с фашистами, одетыми в ту же
форму, что и он сам, выпускает в них обой­
му за обоймой, лишь последнюю пулю ос­
тавляет для себя.
На руках у Алеши Аносова умирает
подполковник танковых войск Шурка-пе­
вица. Он знал ее с детства, она жила, как
и он, на Благуше и совсем девчонкой была
влюблена в его отца. А сейчас, через два­
дцать лет после прощальной встречи с
Шурой, Алеша на улице, опять-таки слу­
чайно, познакомился с ее дочерью Катей...
По первому впечатлению может пока­
заться, что все эти «случайные» встречи и
совпадения — лишь авторское стремление
потуже затянуть сюжетный узел. И ника­
кой закономерности здесь нет и быть не
может. А она есть. Нащупать ее, при же­
лании, совсем не трудно. Алеша Аносов —
рядовой своего поколения Как и его свер­
стники, шел он одним путем с теми, кто
учил любить и ненавидеть, кто, умирая,
завещал быть такими же духовно бога­
тыми и чистыми, какими были они сами.
И Краус, и «чертовски аккуратный» блон­
дин, и Шурка-певица были как раз из
этих людей... И новые встречи с ними
Алеши Аносова — не просто встречи. В них
писатель вкладывает большой публицисти­
ческий и философский смысл.
А Катя? Алешино знакомство с ней и
любовь — как объяснить эту «невероят­
ную» случайность? Мне кажется, Катя, по
замыслу Анчарова,— не просто та девушка,
которая полюбила и которую любит глав­
ный герой. Роль ей отведена особая, го­
раздо более значительная, чем может пред­
215


ставиться спервоначалу. Она олицетворяет
собой Музу творчества, ту самую «простую
красоту», что явилась когда-то в облике
«непонятно прекрасной девицы» ее пра­
деду, игрушечнику. Ведь недаром (и это
уже не случайно!) встреча с Катей пробуж­
дает в Алеше творческое вдохновение.
Цепь «невероятных» случайностей за­
мыкается так:
«Вошла девушка.
—
Вот моя невеста,— сказал Митя.
Я пригляделся и узнал Катю».
Все это так... Но при чем здесь Катя?
Может быть, все-таки это уже, как гово­
рится, перебор? Не нарушает ли стройно­
сти созданной Анчаровым «теории» этот и
другие сверхневероятные пассажи? Ви­
димо, все-таки нарушают, так же, как не­
которая манерность их изложения. И тогда
остается заметить, что случайности эти и
манерность остаются для читателя необхо­
димостью непознанной, что делает справед­
ливыми некоторые упреки критики, уже
высказанные способному автору.
Ю.
Томашевский
ВСЕ Р ЬЕЗ
И
О
ГЛАВНОМ
М.
Рощ ин.
Каких-нибудь
двадцать
ми­
ну т...
Рассказы.
М ., «Советский писатель» .
1965. 259 стр.
Ц ена
41 коп.
Рощин не оше­
ломляет и не пора­
жает. Он думает и
побуждает думать.
Проза его, сокро­
венная, серьезная,
как-то сразу обра­
щает мысль к жиз­
ни, к раздумьям
автора о ней...
Налаженный
ритм благополуч­
ного бытия таеж­
ного
фельдшера
Алексея
Еракина
нарушает
письмо
из дому: при смер­
ти
отец — мать
просит
приехать
(«Дом»). Напряженную жизнь городского
хирурга «Перы перебивает поездка в таежное
село. Поездка, обязательная для героини:
обычная практика во время распутицы и ме­
телей — «забрасывать хирургов в медвежьи
углы». Поездка, не желанная ею: «А что хи­
рург будет там делать, никого не касается»
(«Иртумей»).
В этих лучших рассказах сборника на­
мечена одна из интересующих писателя жиз­
ненных коллизий — воля других по
отношению к воле одного. Про­
слежено и ее разрешение — ради других
человек способен поступиться своим.
Примелькавшийся конфликт. Приевший­
ся финал — сколько раз представал он
панацеей от всех зол! Но в том-то и дело,
что не панацея и не финал: у Рощина —
это прелюдия. И суть коллизии совсем в
другом. Столкновение необходимости и сво­
боды — так понял ее рецензент «Литера­
турной газеты» (См. No от 13 ноября про­
шлого года). И верно понял. Только в са­
мых общих чертах. А Рощин конкретней
и определенней, а во многом даже задан...
Судьба человека и обыденность,
зависимость одного от другого. Здесь пре­
имущественный интерес писателя. Здесь
ключ к пониманию его прозы.
Дробит писатель жизнь человека, слов­
но в лупу изучает по частям: житейские
заботы, диктат быта, инерция человеческого
бытия... И вывод почти предопределен.
Словно в замкнутом кругу герои Ми­
хаила Рощина. И до одури работающая
Лера («Иртумей»); и умиротворенный «ти­
хой радостью жизни» в таежном поселке
фельдшер Алексей Еракин («Дом»); и до
умопомрачения словоблудствующий «ту­
ник» Чагин («Иртумей»); и не находящий
в себе силы вырваться из тупика интим­
ных отношений Юрий Сергеевич («Каких-
нибудь двадцать минут...»); и Гриша Па­
нин, разрывающийся между семьей и
работой («Мой учитель Гриша Панин»).
Ит.д.ит.п.
Жизнь «по-ихнему» — и жизнь по-сво­
ему, жизнь косная — и жизнь творческая,
как только попадает во власть инерции —
становится обыденностью, привычностью,
притупляющей остроту восприятия, обычно­
стью, нивелирующей явления в их значи­
тельности. Такова жизнь, констатирует рас­
сказчик, такова ее .закономерность.
«Летописец обыденности» — гипнотизи­
рует и этот вывод и обстоятельность раз­
меренно-спокойного рошинского повество­
вания. А мы чувствуем прозу беспокойного
нерва, скрытой полемичности. Мы чувствуем
биение мысли, не устающей думать о смыс­
ле человеческого бытия...
В который-то раз вопрошает искусство
о том же, в который-то раз тщится найти
исчерпывающий ответ! И Рощин не стра­
шится быть здесь банальным: его «зачем?»
и «как?..» рождены своим временем, жизнью
его современников. Постигая эту жизнь,
стремится писатель ответить на вечный и
всегда злободневный вопрос.
Способна затянуть людей инерция их
бытия. Будто вторит здесь Рощин Виталию
Семину, будто перепевает мотив «Семерых
в одном доме». Только не выстраивается
литературный «ряд», не монтируются разно­
масштабные здания. И не в пример «семе­
рым» — душно рощинскому герою в этом
семинском строении: уж слишком низок его
потолок, чересчур герметичны его стены.
А он привык к простору, привык дышать
полной грудью, этот рощинский «неволь­
ник» обстоятельств. Он сам определяет свой
путь, сам выбирает дело своей жизни. Он
все-таки — хозяин, а не жертва. Подвласт­
ный обстоятельствам, он и тогда не склонен
растерять себя... Прощается с домом Алек­
сей Еракин, идет «поперек» «ихнего». «Как
на фронте», в Иртумее работает Лера —
сверх сил. сверх возможностей, сверх при­
вычек. Гриша Панин, Алеша, Оксана...
Что-то общее роднит этих героев, какая-то
216


основательность, прочность, будто убежде­
ны в чем-то важном, будто знают о чем-то
главном. Но снова и снова ощущают по­
требность оглянуться на жизнь, осознать
себя в этой жизни.
И будто камертон — звучит настойчивее
«зачем?», напоминая о связи одного со
всеми, о жизни человека как жизни чело­
вечества, словно приподнимает героя над
его бытием, чтоб оглянулся окрест. И вдруг
начинает он ощущать свою готовность к
рывку, готовность к началу чего-то но­
вого...
Так вновь и вновь возвращаясь к ис­
ходной ситуации своих рассказов — чело­
век в плену обыденности,— Рощин снова и
снова приходит к выводу: наперекор всему
неодолимы в человеке тяга к настоящему,
стремление к жизни значительной. И тогда,
когда становятся они руководством к дей­
ствию, и тогда, когда существуют как потен­
циальные возможности.
Не у станка преподносит юнцу свой
главный урок мастер Панин. Всей жизнью
своей предостерегает — «не втягиваться»,
ибо знает — тогда не вырвешься. Своей
убежденностью в возможности иной жиз­
ни учит... Тяготят капитана дальнего пла­
вания зашедшие в тупик отношения с
женой, ибо знает цену настоящим чув­
ствам, ибо испытал их в полной мере:
«оба... привыкли к самому настоящему».
Понимает, тяготится, мучается, готов к
наступившему по существу разрыву, а сам
порвать не может.
И так — чаще всего у Рощина: силе
инерции, обыденности противостоит не дей­
ствие, а готовность к нему; сила постигаю­
щей жизнь мысли.
«Хорошо бы,— мечтает Алексей Ера-
кин,— если бы стояли по всей земле боль­
шие, красивые дома, и каждый,- кому захо­
чется, поселился в тепле и уюте и н и-
когда не думал, где жить, а ду­
ма л ' б ы только, как жить».
Это не современный Манилов, это мыс­
ли человека, способного строить своими ру­
ками. Это его мечты. А в них, как нам
думается, ключ к пониманию противоречи­
вости рощинских рассказов.
Ориентир на осознанное начало в жиз­
ни, на мыслящего героя — сильная сторона
творчества Рощина. Пожалуй, спор с рас­
сказчиком начинается там, где он начинает
размежевывать органически взаимосвязан­
ные явления.
Думать не о том, где жить, а как
жить! Будто разрешение первого не есть
частичный ответ на второй вопрос, будто
разрешение второго не имеет никакого
отношения к первому! Будто и впрямь
когда-нибудь можно освободить человека
от тех связей и зависимостей, вне которых
немыслима жизнь человека на земле...
Сильно в герое Рощина стремление
понять, способность знать, слаб он стрем­
лением решать, способностью действовать.
И можно было бы говорить здесь не о сла­
бости, а даже силе писателя, подметившего
подобный дисгармоничный характер, если б
речь шла о характере. Но, нам кажется,
речь ведется о другом.
«Он думал о той странности жизни,
о том ее законе, по которому берет верх
не твое, не мое, но как бы чье-то еще и
выходит среднее, в котором есть и твое п
мое, но только перегнутое и повернутое так,
как надо ей, жизни...»
Это — кредо автора. И в нем — весь
Рощин: с его аналитичностью и заданно­
стью, с его логичностью и противоречиво­
стью.
Уповая в жизни на волю жизни и де­
кларируя ее как равнодействующую различ­
ных воль, Рощин тут же идет на попятную.
Страшась какой-либо категоричности, бежит
и всякой определенности. Смутность ощу­
щений и чувств, непредвиденность и не­
осознанность поступков, молниеносная сме­
на полярных желаний и настроений, то есть
иррациональное, по произволу автора за­
владевает его героем и напрочь вытесняет
из его жизни все сколь-нибудь рацио­
нальное.
Так, искусственно конструируя «теку­
чий» характер, Рощин начинает подменять
столкновение воль стечением обстоятельств
и незаметно попадает в тенета фатальности.
Так, лишая героя определенности мысли, он,
по сути, отказывает ему в том, в чем скло­
нен был видеть силу человека вообще —
в способности мыслить.
Так художник, стремившийся уловить
сложные связи и опосредствования жизни,
сдает позиции «теоретику», страдающему
схоластичностью мышления. И, плененный
«концептуальной» заданностью, писатель на­
чинает терять в тонкой наблюдательности,
трезвости присущего ему взгляда на жизнь;
начинает противоречить самому себе.
Ну, а как же с дебютом?! А он бес­
спорен, как бесспорна правомерность искус­
ства размышляющего. Только бы всерьез и
о главном, только бы о жизни, а не ее пу­
стячках. А Рощин — о главном и всерьез.
В этом его интерес, в этом его перспектив­
ность. А впереди — путь подлинно глубо­
ких выводов и... определенных решений.
В.
Софронова


ВДитдлм
ли
вы
?
НЕ
ПЕРВАЯ
КНИГА
Георгий
Нек рас ов.
Шаги
Стихи.
М.
«Советский писатель» .
1963, 1U6
стр .
Це на
25 коп.
Случается
же
т акое:
живет
человек,
по
существу,
ря дом
с
тобой,
в
Лен инг раде,
многие
годы
живет,
п ечатаетс я,
изд аетс я,
а
ты
его
не
знаешь.
И
надо
было
т ебе
по­
пасть
не
д алеко
не
бли зко
—
в
Узбекистан,
чт обы
там
узнать
и
услышать,
как
во сп ри­
нимаются
слушателями
и
читателями
сти хи
этого
ран ее
не
из вест ног о
те бе
поэта,
а
за тем
уже
прочитать
и
его
кн иги. ..
Именно
так
несколько
лет
назад
узна л
я
Георгия
Некрасова.
Узнал
сначала
как
поэта,
сер дце м
приросшего
к
Средней
Азии,
и
л ишь
пот ом
открылась
мне
его
влюбленность
и
в
Сиб ир ь,
и
в
Ур ал,
и
в
Ла дог у,
и
в
б лиз кий
ему
Л енингра д.
И
в
новой
кни ге
Георгия
Н екрас ова
то же
ес ть
стихи
о
Средней
Азии,
среди
них,
на
мой
взг ля д,
и
по-настоящему
отличные,
такие,
как
«Мы называем
землю
сердцу
м ил ой...», «П лат ок» ,
«Над
пуст ын ею
мы
л е ти м. . .», «Я стоял с аксакалом.. .», «На гра­
ни це
с
п ус тыне й»...
А
ра зве
пройдешь
равнод уш но
мимо
подо бных
с трок:
Когда
похлебка
слишком
со лона ,
Все
говорят:
хозяйка
влюблена.
Она
смущенно
смотрит
на
г ост ей,
И
впо ру
только
улы бат ься
ей.
В
такой
момент,
вор чи
иль
не
ворчи,
Все
бу дет
на
столе,
что
есть
в
печи.
А
вот
природа,
чер т
ее
дер и,
Пересолив
степ но й
прост ор
полей
Суровостью,
с
зар и
и
до
зари,
Из
века
в
век
п ре сле дует
людей...
И
все
же,
мне
думается,
что
автор
куда
более
прост,
ес тес твен
и
душевен,
когда
пишет
он
о
далях
«с темной кромкой ле­
сов», о пшеничном холме,
который
«солнца
жаркими
лу ча ми,
как
в
русской
печке,
п ро­
пе чен », о пушкинских михайловских рощах .
Многие
стихи
из
цик ла
«В Михайловских
рощах»
западают
в
душу...
Ты
г оворишь,
что
нет
т ебе
покоя.
Пок ой,
покой...
А
что
это
такое?
—
так
восклицает
поэ т
в
о дном
из
сво их
стихотворений.
Именно
«отсутствием покоя»
рад уют
меня
мног ие
стихи
Г.
Нек расова.
И
лучшие
из
них
—
как
раз
те,
ко то рые
идут
от
сердца,
п ерепо лнен ы
восторгом
и
преклонением
пер ед
род ной
землей.
Там
же,
где
поэт
пытается
«философствовать»,
«размышлять и обобщать» (печать этой по ­
п ытки
особенно
явственна
на
цикле
«Ветер
времени»), на мой взгляд,
появляются
бо­
лее
обычные,
не
самобытные,
а
значит
и
менее
интересные
ст роки.
«Шаги» — не
первая
книга
ст ихов
Геор­
гия
Некрасова.
Сравнивая
ее
с
предыду­
щи ми
сбо рника ми
поэта,
хочется
ска зать,
что
это
— хорошие
«шаги».
Шагать
бы
и
шагать
так
кажд ому
из
нас
от
книг и
к
книге.
Сергей
Баруздин
М АРШРУТО М
РАЗДУМИИ
Виктор
Пан ов.
Ворота
в
Сибирь.
По в есть
и
очерки.
М.
«Советский писатель» .
1965. 344
ст р.
Цена
61 коп.
Книга
Виктора
Панов а
называется
«Во­
р ота
в
Си бир ь», но проблемы,
ею
затрону­
тые,
отнюдь
не
лок альн ого
значения:
лю­
б овь
и
творческое
отн ош ение
к
земле,
к
родной
природе,
шир е
— творческое,
хозяй­
ск ое
от нош ение
к
своему
делу
на
св оей
земле.
К
эти м
воп роса м
обращено
внима­
ние
авто ра,
эти
во п росы
волн ую т
и
его
ге­
роев.
Вместе
с
ав то ром
совершаем
мы
путе­
шествие
по
су р овым
землям
Северного
Ка­
захстана,
по
Тоболу
и
Оби ,
по
Березовско­
му
краю,
вместе
с
ним
поражаемся
своеоб­
р азию
одних
земель,
красот е
и
богатству
других.
И
вместе
с
ним
в торгае мся
в
жизнь,
наблюдая
деяние
людей,
их
бытие,
ст ол кно­
ве ние
разнообразных
х аракт еро в.
З акры ваеш ь
книж ку
и
о щущаешь ,
что
при бы ло
в
тебе
чу вс тв,
как-то
острее
с тала
сжим ающ ая
сердце
забота
о
родной
земле,
о
ее
богатствах,
к расе
и
добрых
чело веч е­
ских
каче ст вах. ..
Ав тор
невидимым
входит
в
палату
рай­
онн ой
больницы,
где
пятеро
больных
ведут
св ои
досужие
разговоры.
Кон ечн о,
и
о
бо­
ле знях ,
и
о
семейных
делах ,
и
о
любви,
и
о
детях.
Но
больше
всего
—о
делах,
о
хозяйстве;
т ревожи т ся
ду ша
—
как
сделать,
чт обы
легче
работалось
и
лучше
жилось,
чтобы
не
оскудевала
при рода.
Спорят
ге рои
п исат еля
—
кажется,
что
в
палате
«заседает бюро» .
Одни,
подобно
главному
инженеру
совхоза
Оу эну
Филип­
повичу,
ч ело веку
честному,
не мног о
ро­
мантическому,
отошли
от
старых
методов
р або ты,
но
еще
не
совсем
понимают
то
новое,
что
и дет
в
де ревню.
Другие,
по­
добно
угодливому
старичку
Федоту,
хотят
сгл ад ить
все
разногласия.
И
ав тор
не
сто ит
в
сто роне
от
этого
спора.
Он
беспощаден
в
разоблачении
п рисп ос обле нцев ,
стр ас тно
восстает
против
делячества
в
сель ско м
хо­
зя йст ве,
способного
лишь
выхолостить
лю­
бов ь
к
земле.
А
выводя
в
о бразе
п редсе­
дател я
к олхоз а
Шишакина
тип
человека,
котор ый
«начисто делу отдавался,
но
в
ра м­
ках
при каза
св е рх у », работал на износ,
но
остави л
п осле
себ я
не
так-то
много,
автор
вскрывает
бессмысленность
подобной
раст­
рат ы
си л.
Чи тая
эту
книгу
В.
П анова,
зад у­
мываешься
и
о
том,
как
подчас
бе ссмыс­
ленно
эксплу атирую тс я
лучшие
человече­
ски е
порывы
и
душевн ы е
качества.
218


Многое,
что
в
дни
создания
докумен­
тальной
повести
«В одной
палате»
было
только
проблемой,
сегод н я
находит
сво е
р аз реш ение
в
практическом
ут в ерждении
новых
принципов
ор ганиз ац ии
жи зни
села.
Особенно
четко
это
«многое»
показано
в
очерке
«Хозяин
в
степи».
Виктор
Панов
с талки вае т
здесь
д вух
г ероев
—
живущего
сегодняшним
днем
районного
н ача льни ка
Пузанкова
и
р аботаю щ его
т в орческ и,
с
да­
леким
заглядом
вп еред
агронома
Тятюш-
кина.
Тятюшкину
бывает
труд н о.
Чтобы
осуществить
планы,
которые
в
буд уще м
прин есут
богатые
пло ды,
сей час
он
иной
раз
д олжен
л овч ить,
преодолевать
множе­
ство
препятствий.
Но
работает
он
с
верой,
а
вера
в
люб ом
д еле
обеспечивает
успех.
Есть
эта
ве ра
у
крестьянина.
К оренитс я
она
в
тысячелетнем
опыте
крес ть янс ких
п околений ,
рождающем
особое
чувство
—
чувство
земли.
Тот
же,
кто
не
обладает
этим
чувством
и
руководствуется
чистым
расчетом,
считает
автор,
зачастую
терпит
неудачу,
разруш ает
эту
сам ую
веру
и
в
конечном
счете
приводит
хозяй ство
в
уп а­
док .
К
счастью,
верящих,
любящих,
болею­
щих
за
дело
людей
—
подавля ющ ее
б оль­
шинство,
они- то
в
конце
концов
и
побеж­
д ают.
Автор
дока зы вает
это
живыми
пр и­
мерами
и
уб ежда ет
нас
в
э той
св оей
пр ав де.
Очерки
В.
Панова— сво еобр азны й
до­
кум ент
времени,
котор ый
не
то лько
фикси­
рует
факты,
но
заставля ет
думать,
ис кать,
люби ть.
А
это
не
так
уж
ма ло.
В.
Шапошникова
ОТ
СКАЗКИ
К
БЫЛ И
Валентин
Солоухин.
Тв ой
лучший
друг
По в есть
Издательство
«Донбасс» .
1964. 102
стр.
Цен а
10 коп.
Бывают
в
жи зни
каждого
человека
дни,
со быти я,
встречи,
ко тор ые
заст авл яю т
его
по-новому
и
с
какой-то
осо бе нной
остро­
той
взглянуть
на
с вои
пост уп ки,
на
людей,
на
вс е,
что
делает ся
вокруг.
А
есл и
это
совсем
еще
м о лодой
человек,
то
такие
в стр ечи
и
со быти я
формируют
его
и
как
личн ос ть.
Пр оходя т
годы,
но
что-то
в
его
характере,
в
его
отношении
к
лю дям
будет
вс егда
связано
с
тем
памятным
временем.
Для
десятилетнего
Степки
из
пов ес ти
Валентина
Солоухина
«Твой лучший друг»
таким
знаменательным
событием
была
вс треч а
с
М иха илом
Андр ее виче м.
Еще
не
остыли
п ожар ища
Вел ик ой
Отечествен­
ной
войн ы,
всю ду
зияют
нанесенные
ею
раны ,
и
жизнь
маленького
Сте пки ,
как
тяж­
кий
след
этой
войны,
сиротлива
и
неустро­
енна.
Мат ь
расстреляли
гит л еровц ы,
отец
погиб
на
фронте.
Из
детского
дома
он
убе­
ж а л: «Житуха в детдоме
не
то,
что
на
воле...»,
а
кроме
того,
мальчугана
взял
под
с вое
«покровительство»
уголовник
Пи-
лагра.
И
неизвестно,
как
бы
все
сложилось
да льше,
какими
бы
зигзагами
по шла
Степ­
кин а
жиз нь,
если
бы
не
в стре ча
с
Михаи­
лом
Андреевичем.
Нет,
пу сть
не
по ду мает
читатель,
это
не
сентиментальное
повествование
о
том,
как
на
пути
беспризорного
мальчугана
по явил­
ся
добрый,
сильный
«дядя».
Все
оказалось
гораздо
сло жнее.
Судьба
Михаила
Андре­
евич а
не
мен ее
трудна,
чем
Степк ина .
На
войне
он
потерял
ног у,
а
вернувшись
в
ро д­
ной
город,
получил
еще
удар :
дом
пуст,
ж ена
ушл а
к
другому.
И
совсем
вроде
не
с иль ный
че ловек
Михаил
Андрее вич ,
ес ли
начал
пить,
глу ша
водкой
тоску
и
боль
по
раз би той
семье.
И
вдруг
в стре ча
со
Степ ­
кой...
Без
натя жки,
по-солдатски
сд ержанно
рассказывает
автор,
как
складываются
от­
ношения
эт их
людей,
как
каж дый
из
них
кре п нет
ха ракте ром ,
от кры вая
в
своем
сердц е
не об ходим ый
сейчас
обоим
запас
си лы
и
любви.
Невеликая
по
раз ме ру,
без
ошеломляющих
эффектов
и
ослепительных
сюжет ны х
ходов,
п овес ть
эта
по дкуп ает
доброй
сердечностью
ав тор а.
Сборник
Валентина
Солоухина
вклю­
чает
в
себ я
и
несколько
рассказ ов
—о
пе р­
вом
юношеском
чу вств е,
которое
не ясн ой
мечтой
волнует
и
манит
молодого
парен ь­
ка
(«Сказка о юности»), о широкой,
песен­
ной
душе
ч еловеч еско й
(«Ветер»), о скром­
ном
н ешумн ом
труженике
(«Яшка-об ход­
чи к»).
Автор
ум еет
подметить
жи во писн ые
дет али,
но
характе рам
в
рас сказ е
яв но
не
хват а ет
глубины
и
объемности,
повество­
вательная
сдержанност ь
порой
оборачи­
вается
эскизностью
и
незавершенностью.
В пе чатле ние
такое,
будто
авт ор,
п оч увст во­
вав
по треб ност ь
рассказать
о
чем-то
важ ­
ном
и
пережитом,
торопится
и
в
резул ь та­
те
лишь
фи ксиру ет
все
это.
Возможно,
так
оно
и
есть:
ведь
«Твой лучший друг»
— ли­
т ерат урн ый
де бют
молодого
писателя.
По­
этому,
когда
з акры ваеш ь
последнюю
стра­
ниц у,
невольно
задумываешься:
а
какова -
то
будет
следующая
книга.
Что
ж,
ч итате ль­
ск им
н адеждам
есть
на
что
опереться...
А.
Кулемина


На
комическую
орбиту!
Так
уже
повел о сь,
что
Н овый
год
а сс оцииру е тся
с~
юным
улыбающимся
крепышом,
начинающим
свой
жизненный
пу ть.
Нам
очень
хотелось,
ч тобы
и
первый
выпуск
«Юмора -6 6»
по ход ил
на
этого
веселого
молодца-удальца.
Вот
п очему
мы
пригласили
сегодня
в
гости
мол од ых
(по
пис ат ельс ко му
ст ажу)
авторов.
Некоторые
из
них
впервые
появляются
на
страницах
пе чат и,
хот я
в
основной
своей
про­
фессии
они,
быть
может,
достигли
уже
успехов
и
славы.
Под­
борку
открывает
Чехов.
Игорь
Чехов,
моск овс ки й
журналист.
НА
ТР ЕТЬ ЕЙ
С КОРОСТ И
(Случай из практики)
—
Зад ан ие
срочное,—
сказал
редактор
и
вы раз и­
тельно
постучал
ка ра нда­
шом
по
бол ьшо му
настоль­
ном у
календар ю .
Но
молодой
жур налист
На скоков
и
сам
отлично
по­
нимал:
послезавтра
День
строителя
— зна чит,
очерк
должен
бы ть
в
ном ере .
—
Ну
вот
и
договори­
ли сь,—
подвел
итог
ответст­
венный
секретарь.—
Вы
пи­
шете
о
директоре
до мо­
строительного
комбината.
Не дели
три
на зад
о
нем
го­
ворили
на
областной
конфе­
ренции.
Но
это
не
прост о
хоз яйст венн ик ,
это
ру ко во­
дит ель
новой
формац ии .—
С ек ретарь
сдвинул
б рови
и
сделал
стро г ое
лицо.—
У
че­
ловека
—
завод.
Заводище,
можно
сказать!
За бот
по
горло!
А
ему
до
все го
есть
де ло.
Находит
время
чут ь
ли
не
кажд ый
вечер
в
рабо­
чем
клуб е
б ыват ь.
Сам
пое т
в
хоре.
Поющий
директор
—
это
и зюми нка
к
нашему
п ра здни чному
п ирог у.
—
Правильно!
—
о доб­
рил
редактор.—
И
да ва йте-
ка
на
третьей
скорости!
Не
теряйте
времени.
А
то
опять
наш
изюм
пе рех ват ит
моло­
дежная
г азета.
Собирайтесь
сегодня
же
в
путь-дорогу.
Очерк
—
по
телефону.
...Скорым
веч ерним
по­
ездом
Нас коко в
катил
в
Су-
ходольск.
В
голове
его
уже
созрела
схема
будущего
очерка:
п орт рет
героя,
ряд
любопытных
ситуаций
и
к он­
цовка.
Одна
беда
—
забыл
спросить
фамилию
дирек т о­
ра.
Впрочем,
го ро док
ма-
Рис.
Е.
Поношенно
ленький,
предприятие
круп­
н ое—
первый
же
встречный
скажет .
За шел ест ели
листки
блокнота.
На ско ков
почув­
ст вов ал
вдохн овен ие: «Уже
н емо лодой,
с
упрямыми
складками
возле
рта,
воле­
вым
лиц ом
и
умными,
жи­
выми
гла зам и ...
Его
виски,
густо
посеребренные
седи ­
ной...»
Он
вспомнил
некоторые
де тали,
почерпнутые
в
бесе­
де
с
редактором
(тот,
в
св ою
оч ередь ,
слышал
о
них
на
областной
конференции).
Р асс казы ва ли,
нап рим ер,
что
дирек тор
д омо стро ител ьно ­
го
комбината
ч асто
пе реда ­
ет
с вою
машину
в
распоря­
жение
клуба
— артистов
ли
привезти,
баяни ст у
ли шний
раз
в
подшефный
совхоз
съ езд ить.
И
в
блокноте
по­
явилось
несколько
абзацев:
пожилой
человек
в
непогоду
шагает
по
бездорожью
к
родному
комбинату,
с
кото­
рым
свя зал
всю
сво ю
жизнь.
Потом
вспомнился
такой
факт.
Готовился
самодея­
тел ьны й
спектакль.
На
сце­
не
не
хват а ет
п одходя щих
по ртье р
и
настольной
ла м­
пы.
И
тогда
директ ор
пр и­
носит
их
из
дома.
Эт от
факт,
решает
Наскоков,
преподнесу
как
з абав ную
бытовую
сценку:
супруга
директора
жалуется
на
сво ю
суд ь бу: «Скоро муж унесет
в
костюмерную
клуба
и
мои
н аря ды »...
Прямо
с
вокзала
На­
скоков
поспешил
на
домо­
строительный
комбинат.
Фа­
м илию
директора
он
узнал
в
автобусе
—
Пес цов
Ив ан
С идорович .
Увидев
у
подъ­
ез да
серую
«Волгу», переки­
нулся
парой
фраз
с
ш офе­
ром.
О каз алось ,
что
маши­
на
директорская,—Наскоков
п охв алил
себя
за
интуицию.
В
приемной
Нас коко ва
в стретила
пожилая
сек ре­
тарша .
—
Боюсь,
не
прим ет
Ива н
Сидорович,— сказала
она.—
На
совещание
со би­
раетс я .
Но
директор,
узнав,
что
прие ха л
корреспондент
об­
ластной
га зет ы,
все
же
при­
нял
Нас кок ова.
—
Н о,—
сказал
он,—
в
нашем
распоряжении
не­
сколько
минут.
Есл и
нуж ны
п одр обно сти,
п риходите
по­
с лезав тра ,
в
п онедель ник.
220


Вед ь
завтра
наш
празд­
н ик—
Де нь
строителя.
—
Зн аю,
знаю,—
ул ыб­
нулся
Наскоков,—
по тому
я
и
здесь.
От
ду ши
поздрав­
ля ю!
А
вот
беседу
от кла ды­
ват ь
нельзя:
материал
в
но­
мер.—
Он
тут
же
задал
пер вый
воп рос,
немало
оза ­
дачивший
директора:—Как
имя-отчество
вашей
супру­
ги?
—
Ма рия
Сергеевна...
Но
при
чем
здесь
супруга?
Отв еча ть
к орреспон ден­
ту
был о
некогда.
—
Что
вы
предпочитае­
те—
народный
хор
или
а
ка пелла,
так
сказать,
без
музыкального
с опрово жде­
н ия?
—
Есл и
честно...
—
Ко нечн о,
конечн о,
Иван
Си доро ви ч!
—
Е сли
че стно ,
то
ме ня
сейч ас
больше
всего
во лну­
ет
месячный
план.
А
без
акком п анем ент а
поставщи­
ков
все
летит
к
черту.
Нас коков
веж ливо
улыб­
нулся
шу тке
и
стал
рассмат­
ривать
со бес едника.
Ни ка­
кой
седины
на
висках
обна­
ружи ть
не
удалось,
зато
складки
у
рта
оп ре дел енно
просматривались...
Гла за
зеленые,
рук и
си льные ,
бр о­
ви
густые.
Вопросов
больше
не
было.
Через
два
час а
очерк
был
уже
п ере дан
по
те ле­
ф ону
в
газету.
Обратный
по­
езд
был
утром,
и
Нас коков
решил
переночевать
в
Сухо -
до льске .
Счас т ье
соп ут ст во­
вало
е му:
в
гост ин ице,
в
од­
ном
из
д вухм естн ых
номе­
ров,
пустовала
койка.
Сосед
яв ился
заполночь.
Дол го
во­
рочался,
вздыхал,
кряхтел
и
не
давал
спать.
Утром
поз нако мили сь .
О каз алось ,
что
это
хормей­
стер
одного
из
заводских
клуб ов.
—
Пригласили
на
р або­
ту,
а
квартиру
не
дают.
Вот
уже
меся ц
жи ву
тут...
—
А
вы
бы
к
директору
сходили.
—
Так
разве
ж
я
не
хо­
дил!?
С лушат ь
не
хочет!
Да
ему
и
на
кл уб- то
нап л евать:
за
этот
меся ц
ни
разу
не
по­
казался.
«Жаль,
что
очер к
уже
в
пе ча ти,—
подумал
На ско­
ков,— очень
бы
пр игод илс я
такой
факт:
два
д ирект о­
ра—
два
подхода
к
лю­
дям» .
—
А
почему
я
чуть
ли
не
под
у тро
явился? — про­
должал
жаловаться
хо рме й­
стер.—
Директора
в
клубе
жда ли.
В есь
хор
ждал,
со­
рок
человек.
Обещал
на
ге­
неральной
репетиции
быть.
Да
где
уж!
А
завтра
пр азд­
ник,
День
строителя.
Старый
директ ор
так
бы
не
посту­
пил.
Душой
клуба
был .
Жаль,
я
его
не
застал.
У
Наскоков а
поползли
противные
м ур ашки
по
спи­
не.
—
Ф-фамилия?..—
вы­
дохнул
он.
—
Б ори соглеб ский ,
Се­
мен
Михалыч...
Я
же
вам
представился.
—
Не
ваша
— нового
директора!
—
Песцов.
Ив ан
Сидо­
рович.
...Возвращение
в
редак­
цию
был о
печальным.
На-
с кок ову
объявили
вы го вор,
но,
учи тыв ая
м олод ость
и
неопытность,
о ст авили
в
га­
зете.
С
п ервой
же
редакци­
онной
почтой
приш ло
пись­
мо,
ад ресова нн ое
«лично
Н аскокову».
«Ув .
т ов.
Нас кок ов!
П ро­
читал
ваш
фе льето н.
И
х оть
он
был
напечатан
без
соот­
ветствующей
рубрики,
я
все
понял.
На
вас
в
большой
обиде.
Мо жно
было,
конеч­
но,
и
поругать,
и
с
песочком
продрат ь ,
а
у
вас
формен­
ное
издевательство
над
лич­
ностью.
Но
критику
учту.
И.
Песцов».
Игор ь
Чехов,
журналист
Дру жесний
шар ж
И.
Шмидта
ПИШЕТСЯ...
ЛИТЕРАТУРНАЯ ПАРОДИЯ
П ише тся!
Па ше тся!
Дышится!
Пляшется!
На
море
пля житс я!
В
космос
взлетается!
В
космосе
нос ит ся!
Нам
космоносит ся!
Нам
космонавится!
Михаил
Льво в
Пишетс я!
К л еится!
Ездит ся !
Ходится!
Н равится!
Славится!
Носится!
Водится!
Д уется !
Т р авится!
Ленится!
П учитс я!
Пляш ется!
Давится!
Но
. .. ав торучитс я!
А.
Житницкий,
искусствовед
г.
Ха рьков
221


МАСТИТЫЕ
О
НАЧИНАЮЩИХ
Рисунки
Л.
Непомнящего
Начинающий
поэт
при нес
на
от зыв
из вес тно му
французскому
по эту
Пир ону
тетра дь
своих
стих ов.
Зная,
что
Пирон,
читая
стихи
мо лодых
поэтов,
ст авит
кр асн ым
каранда­
шом
кресты
на
п лохи х,
он
был
очень
об рад ован ,
не
увидев
в
своей
тет ра ди
ни
одного
креста.
—
Какое
счастье
—
в оскли кнул
поэ т.—
Здесь
нет
ни
одного
креста!
—
Да,
да,
ни
одного,—
хмуро
за мети л
Пир он. —
Есл и
бы
я
начал
ставить
кресты
на
ваших
стихах,
я
из
этой
те тра ди
сделал
бы
целое
кладб ище !
*
*
Од ин
мол одой
лит ератор
поп росил
Воль тер а
порекомендовать
ему
какое-нибудь
фил осо фское
сочинение,
из
ко то рого
он
мог
бы
извлечь
для
себя
полезные
сов еты.
—
Возьмите
побольше
чистой
бумаги,—
порекомендовал
Вол ьтер ,— и
обстоятель­
но
записывайте
вс е,
что
покажется
вам
в ажным
и
значительным.
Жизнь
— лучшая
школа
мудрости.
*
*
*
Композитор
Гу но
не
терпел
зазнайства
у
сво ­
их
уче ников .
Одна жд ы
он
сказал
одному
из
них:
—
Когда
я
был
моло дым
и
мало
известным
музыка нтом,
я
признавал
то лько
д вух
ко мп озит о­
ров:
себ я
и
Моцарта.
Получив
н екот орую
извест­
но сть,
я
пер еме нил
п орядок
—
ст ал
признавать
Мо царт а
и
себя.
Став
знаменитым,
в семирн о
из­
вестным,
я
с
благоговением
произношу
только
од но
имя
— Моцарт!
***
Как-то
Р осси ни
слу шал
оперу
неизвестного
ему
композитора.
В
одном
месте
он
улыбнулся
и,
дост ав
из
кармана
карандаш,
ст ал
что-то
запи­
сывать
на
м анжет е
своей
сорочки.
Сос ед
по
креслу ,
узнав
великого
ко мпозит ора ,
спросил
ег о:
—
Маэстро,
что
вас
заинтересовало
в
этой
б ез дарной
оп ере?
—
Записываю
один
мотив,—
о тв етил
Росси­
ни,—
прелесть
как
хорош!
Автору
он
я вно
ни
к
чем у,
а
в
моей
новой
оп ере
з азв учит
еще
лу чше.
***
Людовик
XIV пописывал плохенькие стихи .
Прочитав
их
как-то
знаменитому
фран ­
цузскому
поэту
Буало,
он
игриво
сп росил
е го:
—
Ну
как,
дорогой
собра т
по
п еру?
Буал о
не воз мутимо
отв ети л:
Ва ше
в еличе ств о,
для
вас
ничего
н евозм ожн ого
не т.
Вам
пришла
в
голо ву
мысль
сочинить
плохие
стихи,
и
вы
это
очаровательно
сд елал и!
..
Собрал
Б.
Шафер.
Г.
Москва
т*
г”
ПОГОВОРКИ
И
ОГОВОРКИ
АГ РО НОМ
Прожил
жизнь,
так
ни
разу
и
не
п ерей дя
по ля.
В
ЗАВОДСКОЙ
ПРОХОДНОЙ
Семь
пьяниц
на
неделе.
*
*
*
На
воп рос: «Как вы от­
носитесь
к
спиритизму?»—
он
от ве тил: «Не употреб­
ля ю».
*
*
*
Свадьба
проходила
бур ­
но.
Пострадавших
успокаи­
в а ли: «Ничего,
после
свадь­
бы
заживет».
Т РАМ ВА ЙНЫЙ
МАРШРУТ
Два
кольца,
два
конца,
а
в
середине
—
пробка.
*
*
*
Ви севшая
в
деканате
стенгазета
называлась: «Зна­
ния
—
сил ой» .
222


ЧЕСТНЫЙ
РАЗГОВОР
Говоря по совести,
Начала нет у повести.
И конец писался зря,
Откровенно говоря.
КРИТИК
Вот критик, дьявольски
везучий.
Его не мучают сомненья:
Он о себе на всякий случай
И то завел два разных
мненья.
МОДНЫЕ
ПОЭТЫ
Иным поэтам крик приятен:
«Ура! Я тоже непонятен!»
г.
Куйбышев
Н.
Ст ан ил овск ий,
педагог
ОСТРОЕ
СЛОВО
(Изречения,
послов ицЬ1
и
поговорки
народов
Востока)
К огда
крокодилы
дерут­
ся,
разнимать
их
не
следует.
(Мадагаскарская пословица)
Когда
борода
тв оя
го­
р ит,
другие
н оровят
раску­
р ить
о
нее
св ои
тр убк и.
(Турецкая поговорка)
Кто
тороп ится ,
тот
ма­
стером
не
станет.
(Японская пословица)
При
встрече
с
соб ако й
под
рукой
нет
камня,
а
к ог­
да
камней
сколько
угодно,
не
видать
соб ак и.
Когда
же
собака
налицо
и
камень
в
руке,
оказывается,
что
со­
бака
пр инадлежи т
королю.
Ст оит
ли
после
этого
жить?
(Индийское шуточное
изречение)
Ли са
знае т
мног о,
но
тот,
кто
ее
ловит,
знае т
больше.
(Испанская поговорка)
Невелика
сла ва
на
о сла
сесть,
невелик
и
по зор
с
не­
го
слезть.
(Тамильская поговорка)
Умн ый
уповает
на
свой
труд,
глупец—на
св ои
на­
дежды.
(Арабская пословица)
Соб рал
А.
Фюрстенберг,
научный
работник.
Московская
об лас ть
*
*
*
В цейтноте не спят, но
зевают.
*
*
*
Тенор брал слишком
высоко — в кассе не хватило
средств.
***
Промахнувшийся гарпу­
нер ругал китов на чем свет
стоит.
г.
Москва
Лев
Зайцев,
журналист
***
Знал, что скромность
\’крашает человека, но не
знал, как ею пользоваться.
***
Раз сто зарекался пе
пить и, наконец, бросил... за­
рекаться.
***
«Молчанье — золото»,—
сказал проворовавшийся зав­
маг, подсовывая ревизору
золотые часы.
г.
Магнитогорск
Л.
Чернышев,
крановщик
Че тыре х ле тняя
Наташа
угр юмо :
—
У
нас
стол
из
занозов
сд ел ан.
*
*
*
—
Ско лько
теб е
ле т?
—
Было
шесть...
—
А
сейчас
уже
се мь?
—
Нет...
Ма ма
вчера
в
трамвае
ск азал а,
что
мне
четыре
с
полови­
ной.
Ф.
Зинько,
музейный
рабо тник
г.
Одесса


ИЗ
ФРАНЦУЗСКОГО
ЮМОРА
Пьер.
Тото,
ну да
ты
идешь?
Тог о.
На
охоту.
Пьер.
А
п очему
ты
идешь
без
патронов?
Тото.
Это
стоит
дешевле,
а
результат
один
и
тот
же!
Тото.
Почему
у
тебя
за­
вязан
у зел
на
носовом
пла тке ?
Жак.
Мне
его
за вяз ала
мама,
чт обы
я
не
забыл
оп у­
стить
на
почт е
письмо.
Тото.
И
ты
опу стил
ег о?
Ж ак.
Нет,
мама
забыла
да ть
мне
это
письмо.
Женщина
пришла
в
зоопарк.
Ост ан о вив шись
перед
клеткой,
она
ска­
за ла : «Интересно,
что
бы
мог
рассказать
нам
э тот
тиг р,
ес ли
бы
мог
гово­
рить?»
«Он сказал бы,
что
он
не
тигр ,
а
лев!» —
ответил
стоящий
рядом
м уж­
чин а.
ИЗ
АН ГЛ И ЙСКОГО
ЮМОРА
—
Алло,
Джонс!
Это
я,
Смит.
Ты
уже
чи тал
сегод­
няшние
г азеты
с
этим
ду­
рацким
некрологом
обо
мне?
—
Гм...
воришь?
А
откуда
ты
го-
—
Как
Джимми
сдал
эк­
зам ен
по
ис тор ии?
—
Так
себе.
Но
это
же
не
его
вина:
они
спра шива ли
бедного
ма льчик а
о
том,
что
происходило
задолго
до
его
рождения.
***
—
Почему
ты
не
ешь
пи рог,
Томми?
—
Спасиб о ,
тетя,
мне
не
хоче тс я.
—
Ты
что,
страдаешь
отсу тст ви ем
ап петита?
—
Нет,
я
стр ад аю
от
ве жливо сти.
Гость
ск у льпто ра:
А
от­
чег о
этот
генерал
сто ит
в
т акой
странной
позе?
Скульптор:
Он
должен
был
сидеть
верхом
на
коне,
но
на
ко ня
у
заказч ико в
не
хва тило
денег.
—
Надеюсь,
вы
прода­
ди те
ва шу
собаку.
Вчера
моя
дочь
не
смогла
закончить
ур ок
пения,
потому
что
та
все
время
жа лобно
выла.
—
Про стите ,
но
в аша
д очь
начала
пер в ая.
Начальник
отдела.
Вы
опять
оп озда ли
на
полчаса.
Вы
что
не
зн ае те,
когда
здесь
начинают
раб отат ь?
Клерк.
Нет,
сэр.
Когда
я
прихожу,
они
всегда
уже
ра­
бо тают.
Переводы
наших
чи тател ей :
Е.
Бараса
(г.
Моснва),
М.
Ефимова
(г.
Л енинг рад ), Ю.
Шашлова
(г.
Севастополь)
Технический
редактор
Г
Ю.
ДУ БМАН .
Корректоры
Н.
А.
АКИМОВ А,
М.
В.
АКСЕНОВА.
Подписан о
к
печати
27/XI1—1965 г .
А05229.
Тираж
150 500 экз.
Формат
бума ги
70 X 1О8’/1б
Печ.
л.
14 = 19,18 усл.
печ .
л.
= 22,127 + 4 вкл.
= 22,962 уч.-изд.
л.
Заказ
No
3617.
Цен а
50 коп.
Т ипог рафи я
«Красный пролетарий»
Политиздата.
Москва,
Краснопролетарская
16.


50 коп.
Инд екс
73 253.