историк|прямая речь


историк прямая речь


историк прямая речь
А. Ю. Кабанов, Я. Н. Рабинович
«Прямые» и «кривые» Смутного времени в России
МОСКВА Квадрига 2022


УДК 94(470) «16»
ББК 63.3(2) 45
К 12
Научные редакторы: доктор исторических наук А.  А. Кузнецов, доктор исторических наук А.  А. Селин
Рецензенты: доктор исторических наук В.Н. Козляков, доктор исторических наук О.  В. Скобелкин
Кабанов А. Ю., Рабинович Я. Н.
К12 «Прямые» и «кривые» Смутного времени в России / А. Ю. Кабанов, Я. Н. Рабинович. - М.: Квадрига, 2022. - 508 с.: ил. - (Историк: прямая речь).
ISBN 978-5-91791-433-6
Издание содержит биографические очерки о пятнадцати участниках событий Смутного времени и последующего периода восстановления Российской государственности. Это фигуры, оказавшиеся в тени крупных исторических деятелей, тем не менее, сыграли значительную роль в российской истории первой трети XVII века. Повествование, основанное на широком круге исторических источников и учёте достижений исторической науки последних лет, с документальной точностью отображает судьбы героев во время Смуты и после ее преодоления.
Книга адресована историкам - ученым, студентам, аспирантам, краеведам, а также всем интересующимся историей России.
На 1-й сторонке переплета: Католики и казаки. Фреска с изображением Страшного Суда Успенского собора владимирского Княгинина монастыря (фрагмент), 1645 г.
Воспроизводится по изд.: Денисов Д И. Росписи Успенского собора Княгинина монастыря во Владимире. М.: Северный паломник, 2021. С. 220-221.
На контртитуле: Поминание рода Просовецких. ОР РНБ. Ф. 351. Библиотека Кирилло-Белозерского монастыря. № 759/1016. Л. 31 об. 1616 г.
ISBN 978-5-91791-433-6
© Кабанов А.Ю., 2022
© Рабинович Я.Н, 2022
© Кузнецов А. А., послесловие, 2022
© Разумова М. Л., дизайн переплета, 2022
© Издательство «Квадрига», оформление, 2022


ВВЕДЕНИЕ
Читатель держит в руках книгу, авторы которой дерзко поставили своей целью обогатить сложную историю Смуты в России. Обогатить за счет представления новых действующих лиц того времени.
Смутное время начала XVII в. имеет давнюю традицию постижения, и изучалось оно отечественной исторической наукой всегда через призму личностного начала. Такой подход господствовал до 1917 г., и советские учёные не смогли от него отказаться, хотя и предпочитали оперировать категориями массовости, классовой борьбы и народности. Но в Смутном времени эти категории не могли вместить в себя новый для истории России феномен. В первые два десятилетия XVII в. народ в России перестал безмолвствовать, и самых разных его представителей можно наблюдать непременными участниками громких и значимых событий и судьбоносных для страны процессов. Каждый из них имел свой голос, свою стратегию поведения и свои реакции на вызовы того самого Смутного времени.
Они заявляли о себе и своих целях, а им, порой, внимали (а если не внимали, то они действовали на свой страх и риск). Именно поэтому оказались услышанными призывы Прокопия Ляпунова и Кузьмы Минина созвать ополчение и защищать Отчизну и веру, именно поэтому князю Дмитрию Пожарскому удалось в 1612 г. повести ополчение на Москву... Такая, наполненная людьми, история Смуты дала основания И. В. Сталину в годы Великой Отечественной войны говорить о вдохновляющих на
5


Введение
борьбу с захватчиками образах Минина и Пожарского, но не об абстрактном подвиге народа России в Смуту в целом. И этого было достаточно, чтобы разорвать утверждение об исключительной роли безымянных масс в Смуту, чтобы взыскующе вглядываться в поступки, дела, решения отдельных людей, которые складывались в равнодействующую выхода из Смуты.
Исследовательское внимание оказалось прикованным к биографиям, поступкам, мыслям, аксиологии персонажей драмы Российской истории - «Смутное время». За Мининым и Пожарским «подтянулись» Прокопий Ляпунов, Иван Болотников (всё-таки его движение претендовало на то, чтобы для историков стать первой Крестьянской войной, которая сейчас считается первой Гражданской), Самозванцы, цари Борис Годунов и Василий Шуйский, их родственники, патриарх Гермоген, Фёдор (Филарет) Романов и его сын (родоначальник новой династии)...
В ещё большей степени круг людей, втянутых в воронку системного кризиса Российского государства, разросся в историографии в постсоветское время. Тому имеется ряд причин. Одна из них заключается в понимании того, что кроме личностного волевого начала героя большое влияние на его поступки оказывает внешняя среда, эмоции и реакции современников, их поступки, общий социокультурный, возрастной, географический и ценностный контекст. Именно историкоантропологический подход, рассматривающий эти аспекты личностно-биографического проявления в событиях прошлого, и позволил выявить большое, по сравнению с историографией предшествующего времени, количество героев. Их пересечения с уже известными историческими деятелями Смутного времени, взаимовлияния поступков позволило рассуждать о среде, контексте и мотивации
6


Введение
судьбоносных для России в начале XVII в. выбора, решения, поступка, призыва.
И вот уже вспоминается латинское изречение nanos gigantum humeris insidentes («карлики на плечах гигантов»), которое надо перефразировать применительно к историческим деятелям Смутного времени. «Гиганты на плечах гигантов»! Только вторые бывают не в полной мере отражены в источниках, в силу ряда обстоятельств попадают в тень других героев или, как показано в этой книге, только-только становятся известны. Однако с опорой на них и вырастают народные лидеры разной направленности... Чего бы стоил призыв Кузьмы Минина, если бы его не поддержали те самые боевые нижегородцы, что отбивали атаки на свой город, очищали его округу от тушинцев, верно служили Москве? Представителем их является Мисюрь Соловцов, который «руку приложил» под грамотой на избрание Михаила Романова на царство.
Как бы повели себя новгородцы в условиях выбора между Москвой и Стокгольмом, если бы князь Федор Черново-Оболенский, достаточно комфортно ощущавший себя при шведах, не перешёл в «московский» стан? Другим фактором окончательного выбора новгородцев должно было стать участие в дипломатической миссии от князя Д.М. Пожарского С.Е. Отрепьева.
Можно предполагать ещё большую роль последнего в минимизации интриги с Самозванцем. Честность и бескомпромиссность С.Е. Отрепьева в разоблачении обмана своего племянника Григория отозвалось на дискредитации «дмитриады» в России. И если при торжественном входе Лжедмитрия I в Москву его признала сыном Мария Нагая, то молва о том, что дядя Григория Отрепьева не признает его царём Дмитрием, компенсировала подобные признания и обусловила тупиковость самозванческой линии в истории Смуты.
7


Введение
Кроме выбора, за которым могли стать и высокие стремления, и приземлённые соображения безопасности, корысти и/или удовлетворения амбиций (как у Никанора Шульгина), важным фактором деяний в Смуту могли быть и переоценка своих взглядов и ценностей, искренность идеализирующих заблуждений (как у Ф.К. Плещеева). И эти обстоятельства тоже влияли на выбор.
Не раскрывая во Введении всего содержания очерков, выше были приведены лишь примеры, усложняющие оценку действующих лиц Смутного времени. Авторы этой книги, начав совместную работу по биографике Смутного времени1, взаимно делились собственным опытом постижения биографий «русских людей Смуты». При этом сошлись на том, что современники суровых приговоров, вопреки строгим и ригористичным историкам, не давали. Как не давала и власть, которая выводила страну из Смуты после триумфа Ополчения Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского. Более того, практически всем персонажам этой книги независимо от политического прошлого и подразумеваемого людьми XX-XXI вв. компрометирующего прошлого было предложено участвовать в возведении государственного здания «пост-смутной» России. Это обстоятельство - отсутствие осуждения заблуждавшихся и незначительность восхваления «прямых» деятелей - определило более взвешенный подход в изображении людей Смутного времени в этой книге.
Авторы придерживаются принципа, согласно которому, без выбора, колебаний, противоречивых - правильных и неверных с точки зрения нашего времени - поступков разных персонажей, которые составляли, представляли народ и выражали его чаяния, не могли бы выстроиться стратегии почитаемых и порицаемых
1 Кабалов А.Ю., Рабинович Я.Н. Смутное время начала XVII века: судьбы участников. Иваново, 2015.
8


Введение
в истории России Минина с Пожарским и Самозванцев соответственно.
Такие обстоятельства определяют углубленное изучение конкретных личностей Смутного времени. При этом деление их на перво- и второ- (и даже третье-) степенных героев оказывается анахронизмом. Просто не всё обо всех известно. Но без постижения фигур пресловутого «второго плана» - казачьих атаманов, письменных и стрелецких голов, дьяков, подьячих, городовых воевод, губных и земских старост, их позиции, отношения к происходившему, их выбора не состоялись те самые, кого называют героями Смуты. Кроме того, составление из разбросанных по источникам сведений и изучение биографий тех, кто оказывался раньше за скобками исследовательского внимания, позволяет выявить неизвестные ранее эпизоды Смутного времени, усложнить и обогатить причинно-следственные связи, по-иному взглянуть на уже известные факты, посмотреть на историю Смуты под углом изучения истории региона или отдельной личности. А значит, лучше понять «вечную проблему» истории России: а чем была эта самая Смута.
Опыт такого постижения эпохи Смуты через жизнеописания людей начала XVII в. предложен в этой книге. Она содержит 13 биографических очерков о пятнадцати участниках событий Смутного времени. Большинство из них к началу Смуты представляло самые «низы» Государева двора, служило в уездных дворянских корпорациях, либо вообще не входили в состав служилых людей «по отечеству». Это те самые «маленькие люди», которые и остались теми, кем были, если бы не Смута. То время стало для них своеобразным трамплином и, как говорят сейчас, «лифтом» для достижения высоких статуса, чинов и должностей. С другой стороны, у каждого из них был один или несколько эпизодов, которые имели
9


Введение
серьезное, иногда даже знаковое значение для истории России. И эти знаки не всегда только положительны или отрицательны, в них обнаруживаются разные полюсы. Что, наверное, отражает их растерянность перед разыгравшейся стихией экономического, политического и социокультурного кризиса.
Так, казачий атаман А.З. Просовецкий известен не только участием в организации Первого (Подмосковного или Рязанского) земского ополчения против поляков, но и жестоким разорением знаменитого Троицкого Калязина монастыря, истреблением его защитников. А за спиной уже упомянутого Ф. К. Плещеева - приход на помощь восставшим москвичам в марте 1611 г. и героическая оборона Тихвина от шведов в 1613-1614 гг. Но ведь именно он был тушинским окольничим и воеводой Суздаля, его имя стало для жителей Верхневолжья неким символом измены. Не особо заметный до Смуты, князь Ф.И. Волконский проявил себя умелым полководцем, нанес поражение удачливому, рисковому и долгое время остававшемуся непобеждённым А. Лисовскому при Медвежьем броде. Но другой гранью образа Ф.И. Волконского стало его участие в насильственном пострижении свергнутого царя Василия Шуйского. Но затем он явился одним из организаторов Первого ополчения, ревностно поддержал порыв Второго ополчения и всячески способствовал восстановлению государственной власти после освобождения Москвы. Старый служака М.И. Соловцов во время Смуты ни разу не изменил своему долгу - служил царю Василию Шуйскому, воевал в обоих ополчениях, принимал участие в многочисленных битвах и в восстановлении страны, а потом взял и построил город. Данила Змеев - прямой в верности своим убеждениям, как и Мисюрь Соловцов, 10 лет непрерывно воевал. Поэтому не случайно, что ему весной 1613 г. было поручено


Введение
участвовать во встрече под Москвой царя Михаила Федоровича Романова. А вот Г.Н. Орлов «прославился» тем, что сумел провести в осажденную ополченцами Москву подкрепление в 600 гайдуков. Тем не менее, этот летописный «злодей» оказался хорошим администратором и после Смуты занимал ряд ответственных воеводских должностей.
Неоднозначность поступков и действий конкретных «людей Смутного времени» учитывалась при определении структуры книги. В его основу положен концепт И.Е. Забелина «прямых и кривых Смутного времени»2. К «прямым» героям отнесены те, кто верно служил Москве до «Семибоярщины», а потом ориентировался на Первое и Второе Ополчения. Это - М.И. Соловцов, С.Е. Отрепьев, П.И. Секерин, С.Л. Татищев. «Кривые», а точнее было бы их назвать «окольные», биографии - это жизнеописания тех, кто колебался, сомневался, искал себя и точку опоры в круговерти Смуты. В отличие от И.Е. Забелина, авторы не склонны придавать отрицательный смысл этим персонажам, но лишь показывают сложность путей их обретения себя в контексте преодоления кризиса Смутного времени. Ещё одним отличием от двучастного деления И.Е. Забелина является создание третьего блока биографий - казачьего.
Представленные в книге биографии воссозданы в ходе многолетних исследований, опубликованных в разных научных изданиях. Впервые часть из них была объединена в малотиржной книге в 2015 г., и широкому кругу читателей было трудно ознакомиться с ними. За каждой трактовкой событий, биографическим контуром, причинно-следственной связью стоит большая проде-
2 Кажется, что известный историк был не совсем точен, дав такой подзаголовок книге, в которой собрал ранее выходившие отдельно очерки, посвященные Минину и Пожарскому.
И


Введение
данная исследовательская работа, результаты которой прошли обсуждения в профессиональном сообществе.
Готовя эту книгу, авторы дополнили уже известные биографии за счёт привлечения новых источников, недавно введённых в научный оборот, свежих исследований, где вдруг проявился тот или иной «старый знакомец». Кроме того, была произведена попытка ярче показать значимость и роль героев книги, чтобы стало ясно, почему о нем стоит знать современному читателю.
В этой книге вместо одного главного героя действуют несколько. Их жизненные пути сходились, шли параллельно, они могли находиться в разных станах и разных местах. И каждый из них своими выбором, поступками влиял на исход Смуты в России. Все вместе же они составили сложное, не охватываемое сразу одним взглядом полотно Смутной эпохи. Для его представления и выведения действующих лиц из «капсул» биографических очерков на встречи друг с другом читателю предложена хронологическая таблица. Традиционная форма организации материала исторического исследования - сквозная событийная линия эпохи или биографии - на сей раз выстроена так, чтобы отмечать синхронные события и поступки исторических деятелей, их встречи лицом к лицу как противников или союзников.
* * *
Очерки об А. Просовецком, Ф. Плещееве, П. Секирине, Ф. Волконском, Д. Змееве, атаманах В. Хромом, А. Коломне, М. Козлове и Н. Шульгине написаны А.Ю. Кабановым; о Ф. Черново-Оболенском, С. Татищеве, Г. Орлове, С. Отрепьеве - Я.Н. Рабиновичем. Материал о М.И. Соловцове и Ф. Левашове подготовлен совместно.


Глава 1
ПРЯМЫЕ


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
«принимают понос и  укоризно... внапрасне за их прозвище для воровства разстриги Гришки Отрепьева»
Род Отрепьевых-Нелидовых, по сказаниям старинных родословцев, происходил от некоего Владислава из Нильска Нелидовского, участвовавшего в Куликовской битве 1380 г. в составе полка князя Дмитрия Ольгердовича Брянского; после сражения Владислав перешел на службу к московскому князю Дмитрию Ивановичу (Донскому) и получил «поместье в Боровском уезде в Суходольском стану село Никольское с деревнями». Один из его потомков «Давыд Борисов сын» вместе с сыном Иваном при Иване III «от великого князя по прилучью назван Отрепьевым». Около 1547 г. уже при Иване Грозном два сына Ивана Давыдовича Отрепьева были переведены из Боровска в Углич, а третий сын (Матвей) - в Галич. Сын этого галицкого помещика Матвея Ивановича Отрепьева Замятия (Елизарий) имел четырех сыновей. Замятия (Елизарий) Матвеевич рано постригся в монахи Чудова монастыря. Его младший сын «Богдан, имя Яков» был отцом Юрия, более известного как Лжедмитрий I. И Н.М. Карамзин писал, что «Гришка» жил год в келье Чудова монастыря у деда своего, у Замятни1. Старший
1 Карамзин Н.М. История Государства Российского. T. XI // Карамзин Н.М. История Государства Российского Издание пятое.
15


Глава 1
из сыновей Замятии Никита по прозвищу Смирной2 - главный герой очерка - был родным дядей Юрия (Гришки) Отрепьева3.
Смирной Отрепьев вместе с братьями в 1577 г. записан «в новиках неслужилых дворовых по коломенской десятне» (возможно, во время опричных «чисток» Отрепьевы были переведены из Галича в Коломну). Об этом свидетельствует и упоминание в коломенской писцовой книге 7086 г. (1577/1578 г.) Замятии Отрепьева, который был ранее «помещиком в Большом Микулине стану Коломенского уезда».
Смирной родился в начале 1560-х годов. Такой вывод следует из его поместного оклада 1577 г.  - «по второй статье составлял 250 четей и денег 7 рублей»4. Такой небольшой оклад и запись «неслужилый новик» подтверждает тезис, что в 1577 г. юноше еще не исполнилось 16-17 лет.
О службе Смирного Отрепьева при Иване Грозном и Федоре Ивановиче ничего не известно. Впервые он упо-
В трех книгах, заключающих в себе двенадцать томов с полными примечаниями. Книга III (тома IX-XII). СПб., 1843. Стб. 73-74; Карамзин Н.М. Указ. соч. Примеч. к T. XI. Стб. 38-39.
2 Сторожев В.Н. Родословная Нелидовых-Отрепьевых // Сторожев В.Н. Материалы по истории русского дворянства // ЧОИДР. 1909. № 3 (230). С. 143-152. Археограф Василий Николаевич Сторожев (1866 -  ?) известен как автор многочисленных трудов не только по генеалогии. Он опубликовал большое количество актовых и делопроизводственных материалов (указные книги, десятни, писцовые, дозорные книги и т.д.).
3 Новый летописец // ПСРЛ. Т. 14. С. 59. Авторы Славянской энциклопедии ошибочно считают, что Смирной Отрепьев был троюродным дядей самозванца Ю.Б. Отрепьева. См.: Славянская энциклопедия. XVII век: в 2 т. Т. 2 Н-Я. / Автор-составитель В.В. Богуславский. М., 2004. С. 95.
4 Сторожев В.Н. Боярский список 119-го году, сочинен до московского разорения при Литве с письма думного дьяка Михаила Данилова // Сторожев В.Н. Материалы по истории русского дворянства // ЧОИДР. 1909. № 3 (230). С. 93 (прим.).
16


Смирной Елизарович Отрепьев, дядя первого самозванца
мянут в царствование Бориса Годунова в боярском списке 1598-1599 годов, как галицкий помещик, который служил по выбору5. В 1602 г. он уже имел оклад не 250, а 450 четей и был головой у стрельцов, т.е. командовал приказом стрельцов из нескольких сотен человек. В Боярском списке за 1602-1603 гг. о нём записано кратко: «На Низу голова у стрельцов»6. То есть, служба его в это время проходила в одном из Поволжских городов. Это могли быть такие города, как Самара, Саратов, Царицын и Астрахань, а также Терский, Сунженский или Койсинский остроги. Возможно, Смирной Отрепьев был отправлен в поход в Дагестан против шамхала Тарковского в составе рати князя И.П. Ромодановского (этот поход отменили). В конце 1603 г. стрелецкий голова Смирной Отрепьев был уже в Москве. Ему предстояло выполнить ответственную миссию, при успехе которой история России могла бы пойти по другому пути.
Весной 1604 г. царь Борис Годунов, узнав об активном участии некоторых польских магнатов в самозваннической авантюре с неожиданно воскресшим «царевичем Димитрием», послал Смирного Отрепьева гонцом в Литву к канцлеру Льву Сапеге с грамотой о пограничных делах. Главной целью поездки было не только собрать сведения о беглом племяннике, но и публично разоблачить его при личной встрече с ним, «с очей на очи».
Смирной должен был уличить Лжедмитрия в самозванстве в присутствии Л. Сапеги и других литовских и польских вельмож. В одной из разрядных записей указано: «А в Литву к королю послал государь в гонцех на об-
5 Боярский список 1598-1599 годов // Станиславский А.Л. Труды по истории государева двора в России в XVI-XVII веков. М., 2004. С. 255.
6 Боярский список 1602-1603 годов // Станиславский А.Л. Указ. соч. С. 272.
17


Глава 1
личенье тому вору Розтриге дядю ево роднова Галиченина Смирнова Отрепьева». Об этой миссии Смирного Отрепьева сохранилось немало источников, среди которых можно назвать грамоту Михаила Романова французскому королю Людовику XIII, Новый летописец, Сказание Авраамия Палицына, наказы русским послам, справки польских дипломатов, разрядные записи и др. Так, Михаил Романов писал Людовику XIII: «И  Жигимонт Король и паны Рада перед Царя борисовым посланником в том во всем запирались, а говорили, что они тому вору не помогают ни в чем, и мирного постановленья не нарушивают и вперед держати хотят. И отпустя от себя к Царю его посланника, больше прежнего учали тому вору всякими мерами помогать»1.
О посольстве Смирного Отрепьева в Польшу упоминали многие исследователи, начиная с В.Н. Татищева, Н.М. Карамзина и С.М. Соловьева8. Историк Н.Н. Бантыш-Каменский писал, что в 1604 г. «посылай в Варшаву родной онаго Лжедмитрия дядя Смирной Отрепьев от бояр к вельможам польским для обличения его лицом к лицу. Вельможи, не дозволив ему с ним свидеться, уверили, что они стоять за него не намерены»9.
1 Грамота Михаила Федоровича к французскому королю Людо¬
вику XIII. 1615 г. // Шафиров П.П. Рассуждения о причинах Свейской войны. СПб., 1722. С. 105-106; Новый летописец // ПСРЛ.
Т. 14. С. 61; Палицын А. Сказание Авраамия Палицына / Подг. текста
и комм. О.А. Державиной и Е.В. Колосовой / под ред. Л.В. Череп¬
нина. М.; Л., 1955. С. 24.
8 Татищев В.Н. История Российская. В семи томах. Т. 6. Л., 1966.
С. 292; Скрынников Р.Г. Социально-политическая борьба в Русском
государстве в начале XVII века. Л., 1985. С. 180. См. также: Козляков В.Н. Лжедмитрий I.M., 2009. С. 55-56,  235.
9 Белокуров С. А. Разрядные записи за Смутное время // ЧОИДР. 1907 год. Кн. 2 (221). С. 2; Бантыш-Каменский Н.Н. Обзор внешних сношений России (по 1800 г.). Часть третья (Курляндия, Лифляндия, Эстляндия, Финляндия, Польша и Португалия). М., 1897. С. 111.
18


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
Канцлер Лев Сапега отклонил запрос С. Отрепьева об очной ставке с Лжедмитрием под предлогом, что не может самостоятельно решить это дело без согласия сейма10.
После возвращения из Польши в Москву Смирной Отрепьев с матерью Лжедмитрия и «с сродники всенародно ево проклятого вора обличали»11. Скорее всего, именно Смирной Отрепьев составил для Посольского приказа «сказку» о своем племяннике, которая нашла отражение во многих литературных памятниках Смутного времени.
С воцарением Лжедмитрия в Москве в июне 1605 г. для Смирного Отрепьева и его родственников наступили тяжелые времена. Самозванец сослал их «с глаз подальше, в Сибирь». Сведения об этом приводит Авраамий Палицын, подчеркивая, что мать Лжедмитрия, «Богданова жена Отрепьева, вдова Варвара и з сыном своим, с его Григорьевым братом и з дядею Смирным Отрепьевым тако же обличаху. И дядя его в Сибирь сослан, от него много приим озлобленна». Позднее, при царе Алексее Михайловиче, троюродный племянник Смирного Отрепьева, Федор Иванович писал в своей челобитной: «Смирнова Отрепьева и отца его Федорова (Ивана Андреевича. - Я. Р.) и сродников их многих за обличение мучил и разослал в ссылку в сибирские городы врознь, а домы их разорены от него были до конца; и были сродники их в ссылке в сибирских городех два годы, и всякую ссылочную нужду от него вора за обличение имели»12.
10 Славянская энциклопедия. XVII век: в 2 т. Т. 2. Н-Я. С. 95.
11 Грамота Михаила Федоровича к французскому королю Людовику XIII. С. 105-106; Новый летописец// ПСРЛ. Т. 14. С. 61; Палицын А. Сказание Авраамия Палицына. С. 24; Памятники дипломатических сношений московского государства с Польшей (1598-1608) // Сб. РИО. Т. 137. СПб., 1912. С. 242, 578; Сторожев В.Н. Родословная Нелидовых-Отрепьевых. С. 145,150.
12 Сторожев В.Н. Родословная Нелидовых-Отрепьевых. С. 150; Палицын А. Сказание... С. 24.
19


Глава 1
О пребывании Смирного Отрепьева и его родственников в городах Сибири пока не известно. Если судить по челобитной Федора Отрепьева, то Смирной Отрепьев и его «сродники» вернулись из Сибири через два года, лишь в 1607 году. Царь Василий Шуйский, «вспомнив их верную службу, велел ис ссылки освободить». Хотя шведский королевский историограф Юхан Видекинд почему-то полагал, что когда Григорий Отрепьев был убит, то его дядя «долго скрывался ввиду суровости времени»13. Наверное, это мнение повлияло на представления о судьбе дяди Лжедмитрия I. Так, для авторов Славянской энциклопедии, Смирной Отрепьев оставался в Сибири с 1605 г. и вплоть до 1613 г, «пока Михаил Романов не вызвал его в Москву и ссылка была прекращена». Эти авторы не знали о посольствах Смирного в Стокгольм и Ярославль (об этом далее).
Некоторую помощь в определении мест ссылки Смирного Отрепьева и его родственников оказывает документ, опубликованный А.М. Гневушевым - подорожная грамота, выданная 24 июля 1606 г. по царскому наказу двоюродному дяде Смирного Отрепьева, Сурмену (Георию) Ивановичу воеводой Березова кн. П.А. Черкасским - из Берёзова, от Выми до Еренского города (совр. Яренск) и до Соли Вычегодской, до Устюга, до Вологды «и до Устюжны и до Москвы, чтоб есте давали Сулменю Отрелъеву (?) две подводы да проводника на подводе»14. Сурмен Отрепьев добрался из Москвы к предполагаемым местам ссылки своих родственников (в Берёзов) глубокой осенью. Обратная дорога
13 Видекинд Ю. История десятилетней шведско-московитской войны / Перевод С. А. Аннинского, А.М. Александрова / Под ред. В.Л. Янина, А.Л. Хорошкевич. М.: Памятники исторической мысли. 2000. С. 88.
14 Акты времени правления царя Василия Шуйского (19.5.1606 г.- 17.7.1610 г.) / собр. и ред. А.М. Гневушев. М., 1914. С. 63.
20


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
в Москву также занимала несколько месяцев. Скорее всего, Смирной Отрепьев вернулся из Сибири в Москву уже после осады столицы войсками Ивана Болотникова.
О дальнейшем участии Смирного в боях против Тушинского вора (Лжедмитрия II) сведений почти не сохранилось. В родословной Нелидовых сказано, что в 116 году (1607/1608 г.) Смирной Отрепьев был отправлен с полком из Дмитрова к Троице к боярину и воеводе кн. В.Т. Долгорукову, и велено быть с ним у Троицы, «я о проходе своем велено писать ко государю ему, Смирному, самому». Трудно сказать, о каких событиях здесь идет речь. Во всяком случае, «проход» происходил ещё до начала знаменитой осады Троицы тушинцами, которая началась в 117 году (в сентябре 1608 г.). Возможно, этот поход «из Дмитрова к Троице» связан с отправкой из Москвы в Польшу в конце июля 1608 г. Марины Мнишек и польских послов, которых сопровождал воевода кн. В.Т. Долгоруков со сторожевым полком. Марине Мнишек удалось ускользнуть, и она оказалась в Тушино.
Из челобитной Федора Отрепьева следует, что Смирной Отрепьев и его «сродники» «на Москве в осаде сидели», сражаясь против тушинцев, служили царю Василию «верно и непоколебимо», Тушинскому вору «креста не целовали, ни к какому воровству не приставали и в измене не бывали»15. Царь Василий Шуйский полностью доверял Смирному Отрепьеву. Именно ему царь поручил вести переговоры со шведским королем о предоставлении дополнительной военной помощи в борьбе против польского короля. Само присутствие среди правителей соседних стран Смирного Отрепьева, который мог рассказать про своего племянника, ставшего временно русским царем, должно было дискредитировать движение Лжедмитрия II.
15 Сторожев В.Н. Родословная Нелидовых-Отрепьевых. С. 147.
21


Глава 1
Ещё в конце февраля 1609 г. полномочные представители князя М.В. Скопина-Шуйского заключили в Выборге для борьбы с Лжедмитрием II союзный договор со Швецией. Король Карл IX обязывался прислать на помощь Шуйскому две тысячи конницы и три тысячи пехоты. За это, кроме платы наемникам и всяческих льгот, к Швеции должна была отойти крепость Корела с уездом16. Как доказал Г. А. Замятин, в вопросе об уступке Корелы князь М.В. Скопин-Шуйский действовал самостоятельно. Царь ничего не знал о самоуправстве своего родственника. К ноябрю 1609 г. союзному войску М.В. Скопина-Шуйского и Я. Делагарди удалось освободить северные и замосковные города от тушинцев (главные успехи - победа под Тверью, Калязином, Переяславлем, Александровой слободой)17. Тушинцы, осаждавшие Троицу, сами оказались в полуокружении.
Но у царя Василия появился новый, более страшный враг. К этому времени польский король Сигизмунд III, используя фактор военного русско-шведского союза, начал открытую интервенцию против России и осадил в сентябре 1609 г. Смоленск. Теперь шведская помощь, тем более, была нужна Василию Шуйскому. В конце августа
16 Договорная запись стольника и воеводы Семена Головина и дьяка Сыдавного Зиновьева с шведскими послами об уступке Швеции города Корелы с уездом (секретная часть Выборгского договора). Выборг, конец февраля 1609 г. // АИ. T. II. СПб., 1841. № 160; Копия с договору о помощи шведской, учиненного в Выборге в 1609 году, чрез стольника и воеводу Семена Головина с товарищи с российской стороны // Шафиров П.П. Рассуждение, какие законные причины Петр Великий... к начатию войны против Карола XII Шведского 1700 года имел... СПб., 1722. С. 92-101. (1-е изд.-1717 г.); См. также: Бантыш-Каменский Н.Н. Обзор внешних сношений России (по 1800 г.). T. IV (Пруссия, Франция, Швеция). М., 1902. С.  139-141.
17 Тюменцев И.О. Смута в России в начале XVII столетия: Движение Лжедмитрия II. Волгоград, 1999.
22


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
1609 г. (через полгода после заключения Выборгского договора!) он особой грамотой подтвердил своё согласие передать крепость Корелу шведам. В ноябре 1609 г. Василий Шуйский ратифицировал Выборгский договор, и шведскому королю была отправлена царская грамота об уступке Кореям18. Эту царскую грамоту повезли в Корелу послы - Смирной Отрепьев и подьячий Пятой Григорьев (в ряде документов назван дьяком). В Боярском списке 119 года (1610/1611 г.) Смирной Отрепьев указан в числе московских дворян (это - повышение по службе, ранее он был записан из городов по выбору), а напротив его фамилии имеется краткая запись: «...в Свее», т.е. в Швеции19.
Об этой дипломатической миссии Смирного Отрепьева дореволюционные исследователи ничего не писали, за исключением Н.Н. Бантыш-Каменского (1737-1814), труд которого был опубликован лишь в 1902 году20.
Как отмечал Н.Н. Бантыш-Каменский, Смирного Отрепьева и Пятого Григорьева царь Василии отправил в ноябре 1609 г. из Москвы в Швецию «с прошением - прислать ещё несколько вспомогательных войск». Послы
18 Грамота царя Василия Ивановича шведскому королю Карлу IX об уступке Кореям. 22 ноября 1609 г. // АИ. Т. 2. № 272. С. 327-329.
19 Сторожев В.Н. Боярский список 119-го году... С. 93.
20 Подробно на этой миссии Смирного Отрепьева в Стокгольм остановились Г.А. Замятин и И.П. Шаскольский (они использовали сочинение шведского историка X. Альмквиста), а из современных исследователей - Е.И. Кобзарева и А.А. Селин: Замятин Г.А. Из истории борьбы Швеции и Польши за Московский престол в начале XVII в.: Падение кандидатуры Карла Филиппа и воцарение Михаила Федоровича; Замятин Г.А. Борьба за Корелу между Московским государством и Швецией в конце XVI - начале XVII вв. // Замятин Г.А. Россия и Швеция в начале XVII века. Очерки политической и военной истории / Сост. ГМ. Коваленко. СПб., 2008; Шасколъсхий И.П. Шведская интервенция в Карелии в начале XVII в. Петрозаводск, 1950. С. 58-59; Кобзарева Е.И. Шведская оккупация Новгорода в период Смуты XVII в. М., 2005; Селин А.А. Новгородские судьбы Смутного времени, Великий Новгород, 2009. С. 68.
23


Глава 1
выехали из Москвы 26 ноября и прибыли в Орешек в январе 1610 г. И Смирному пришлось вести переговоры уже с жителями Корелы, которые не желали идти к шведам21. Многие из них собирались покинуть город и убраться на территорию России.
Кореляне на переговорах со Смирным Отрепьевым в Орешке в январе 1610 г. просили отложить срок передачи крепости до Троицына дня (июнь 1610 г.), объясняя это невозможностью эвакуировать имущество зимой, необходимостью использовать для этого корабли и Ладожское озеро. С.Е. Отрепьев не стал настаивать, и стороны решили передать этот вопрос на рассмотрение царя (возможно, царский посол имел тайные инструкции Василия Шуйского затягивать переговоры о Кореле)22.
Царь еще не успел получить сведения об этих январских переговорах в Орешке насчет Корелы, как вслед за С.Е. Отрепьевым он уже в январе 1610 г. специально отправил в Корелу для общения с её жителями «Ивана Меньшого Михайловича Пушкина, да Алексея Иванова сына Безобразова, да дьяка Микиту Дмитриева»23. Они в начале февраля 1610 г. прибыли в Орешек, а затем - в Корелу. А С.Е. Отрепьев и П. Григорьев, отправились в Швецию с царской грамотой выполнять поручение Василия Шуйского.
В феврале 1610 г. С.Е. Отрепьев и П. Григорьев уже были в Выборге. Свидетельства их пребывания там обнаруживаются в трёх грамотах воеводы Выборга Тённе Юргенсена жителям и воеводам Корелы. В них говорилось о приезде в Выборг «царя и великого князя велико-
21 Бантыш-Каменский Н.Н. Указ. соч. С. 141; Замятин Г.А. Борьба за Корелу... С. 442; Видекинд К). Указ. соч. С. 89.
22 Шаскольский И.П. Указ. соч. С. 58-59.
23 Белокуров С. А. Разрядные записи за Смутное время // ЧОИДР. 1907. Кн. 2 (221). С. 53.
24


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
мошного посла Смирного Елизарьевича Отрепьева да Пятого Григорьева» (который назван дьяком). По словам Г. А. Замятина, «проездом через Выборг они, кажется, вели переговоры с Тённе Ёранссоном и Арвидом Тённессоном и по вопросу о Кореле». Положение царя Василия в то время (весна 1610 г.) было ещё довольно прочным, ничто не предвещало Клушинской катастрофы, поэтому никакой речи о шведском королевиче, как кандидате на московский престол, на этих переговорах не могло вестись24.
Юхан Видекинд высоко оценивал эти переговоры. Королевский секретарь Монс Мортенсон докладывал королю, что скоро из Москвы приедет «особо важный сенатор с двумя боярами, для того, чтобы передать в руки шведов Кексгольмскую область, а затем отправиться в Швецию к королю, с торжественным посольством по делам, как они говорили, большого значения. Посла звали Смирной Елизарьевич Отрепьев, это был дядя Григория Отрепьева». Русское посольство прибыло в Стокгольм 14 апреля 1610 г. Первая аудиенция у короля состоялась в Стокгольме, по словам Видекинда, 12 июня 1610 г. На ней Смирной Отрепьев вручил королю подарок - драгоценное ожерелье, на котором был вырезан девиз: «Ради тебя готов на всё»25. По-видимому, он получил от короля ответные подарки для себя и для царя Василия Шуйского. Они через несколько лет были переданы новому московскому царю Михаилу Романову.
24 «Лист» выборгского воеводы Тённе Йоренссона жителям города Корелы с обещанием неприкосновенности при занятии города шведами // Карелия в XVII в.: Сборник документов / Сост. Р.Б. Мюллер. Петрозаводск, 1948. № 6. С. 19. См. также; Там же. № 7. С. 20-21. № 8. С. 21-23; Замятин Г.А. Борьба за Корелу. С. 443. Ср.: Кобзарева Е.И. Шведская оккупация Новгорода в период Смуты XVII в. М., 2005. С. 79.
25 Видекинд Ю. Указ. соч. С. 89,  578 (комментарии).


Глава 1
Через 12 дней после этой аудиенции состоялась несчастная для россиян Клушинская битва, после чего обстановка в стране резко переменилась. Осенью 1610 г. король Карл узнал о присяге москвичей (август) и новгородцев (октябрь) королевичу Владиславу и о начале боевых действий между войсками правительства Семибоярщины и шведами.
Сведения из Москвы в Швецию попадали не ранее» чем через один-два месяца. Король вначале узнал из письма Я. Делагарди о свержении Василия Шуйского. Затем до Стокгольма стали доходить слухи о возможности избрания московским царем польского королевича, которым король сначала не поверил. Карл IX безуспешно пытался повлиять на москвичей в выборе нового царя. Кораль ещё не знал, что Москва уже два месяца, как присягнула польскому королевичу, москвичи отправили своих послов под Смоленск, а в столице обосновался польский гарнизон.
30 октября 1610 г. Смирному Отрепьеву и Пятому Григорьеву была дана королевская инструкция. Послов Василия Шуйского, С. Отрепьева и П. Григорьева, отправляли из Стокгольма в Выборг, откуда они должны были под присмотром шведских комиссаров написать письмо в Москву. Инструкция предусматривала два варианта развития событий. В случае избрания нового царя (польскую кандидатуру король не брал в расчет), Отрепьев должен был передать этому правителю, что Карл IX требует уступки кроме Корелы других крепостей, включая Гдов, Иванород, Копорье, Ям, Нотебург и Колу. За такое вознаграждение шведский король «будет продолжать оказывать помощь новому царю против поляков». Если же царь ещё не избран, то Отрепьев должен был отговорить москвичей от избрания польского королевича или татарского наследника26.
26 Замятин Г.А. Из истории борьбы Швеции и Польши за Московский престол в начале XVII в. С. 38-39.
26


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
Судя из дальнейших писем шведского короля, речь вовсе не шла тогда о кандидатурах шведских принцев Густава Адольфа и Карла Филиппа. Король считал, что престол в Москве должен занять представитель того или иного русского боярского рода. Поэтому осенью 1610 г. Смирной Отрепьев и Пятой Григорьев никак не являлись сторонниками «партии шведского королевича, русского царя»27. Таковым был (фактически, одним из организаторов) сам Якоб Делагарди, вначале действовавший самостоятельно. Возможно, в дальнейшем, в начале 1611 г. в Выборге, Якоб Делагарди пытался оказать давление на С. Отрепьева и П. Григорьева.
В Выборге, русские послы оставались довольно долго, почти пол года. Зимой 1611 г. до новгородских воевод И.М. Салтыкова и князя И.Н. Одоевского дошли сведения, что Смирной Отрепьев уже прибыл из Стокгольма в Выборг. В конце февраля 1611 г. крестьяне Илейка и Гаврилка, отправленные Якобом Делагарди в Орешек, передавали воеводам, что «Смирной Отрепьев со всею казною ныне в Выборе»28. Трудно сказать, о какой казне здесь идет речь. Возможно, речь шла о королевских подарках.
Смирной Отрепьев и Пятой Григорьев стали шведскими заложниками в Выборге. Вопрос об их возвращении был окончательно решен лишь после захвата Новгорода шведами (16 июля 1611 г.) и заключения новгородцами договора с Я. Делагарди (25 июля). Уже в августе 1611 г. в Швецию был отправлен гонец Иван Якушкин29. Узнав о присяге новгородцев, шведские власти отпустили С. От-
27 Ср.: Кобзарева Е.И. Шведская оккупация Новгорода в период
Смуты XVII в. М., 2005. С. 136.
28 Отписка о неприязненных действиях Шведского полководца Делагарди в Новгородской области. 1611, март // ААЭ. Т. 2. № 184. С. 315. См. также: РИБ. Т 35. С. 192.
29 Петрей П. История о великом княжестве Московском // ЧОИДР. 1866. Кн. III. Отд. IV. С. 307.
27


Глава 1
репьева и П. Григорьева из Выборга в Новгород: «только осенью 1611 г. Отрепье и Пятой Григорьев добрались до занятою шведами Новгорода»30. Таким образом, пребывание Смирного Отрепьева в Швеции продолжалось полтора года (зима 1610 - осень 1611 г.).
Наверное, осенью 1611 г. Смирной Отрепьев и присягнул шведскому королевичу, как московский дворянин, представитель Москвы (непонятно только, какую московскую власть он теперь представлял, ведь отправивший его царь Василий Шуйский был низложен и находился в польском плену). О связях между С. Отрепьевым и руководителем Подмосковного ополчения Прокопием Ляпуновым зимой - летом 1611  г. источники молчат.
О пребывании Смирного Отрепьева в Новгороде с осени 1611 г. до лета 1612 г. известно мало. Он получил поместья сначала в Лятцком погосте, а потом в Чертицком погосте Старорусского уезда31. «Из тех, кто впервые приобрел землю, самый большой оклад, максимальный для Новгорода - 800 четей - был у С.Е. Отрепьева»32. В Дачных книгах Шелонской пятины 1611/1512 г. записан оклад С.Е. Отрепьева в 800 четвертей и данное ему в 1611/12 г. поместье: «По 800 чети... Смирной Отрепьев... Дано в 120 г. из дворцовых сел в Лятцком погосте да в Старорусском уезде в Чертицком погосте 239 чети»33. Смирной Отрепьев, будучи в Новгороде, привлекался к сбору кор-
30 Селин А.А. Новгородские судьбы Смутного времени. С. 68.
31 Замятин Г.А. «К Российскому царствию пристоят». Борьба за освобождение русских городов, захваченных шведами, в 1613- 1614 гг. (далее - Замятин Г.А. Борьба за освобождение...) / Сост. А.Н. Одинокой, Я.Н. Рабинович / Под ред. Г.М. Коваленко. Великий Новгород, 2012. С. 129.
32 Кобзарева Е.И. Указ. соч. С. 136,  192.
33 Книги дачные Шелонской пятины. 1611/12 // RA, NOA. Serie 1:86. С. 5.
28


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
мов «немецким людям». Среди документов Новгородского архива к настоящему времени обнаружено мало сведений о деятельности С. Отрепьева в Новгородской земле ранее лета 1612 г., и наоборот, он упоминается во многих документах, начиная с осени 1612 г.
Возможно, после возвращения из Швеции Смирной Отрепьев отстранился от политики. Его подписи нет под приговором об отправке посольства архимандрита Никандра в Стокгольм (25 декабря 1611 г.). И, наверное, Смирной первое время много внимания уделял личным (семейным) делам «на новом месте службы», ведь раньше он не имел никаких связей с Новгородом. Неизвестно, когда он женился, откуда родом была его жена Агафья. Можно предположить, что пребывание Смирного Отрепьева в Новгородской земле определенным образом способствовало дискредитации движения Псковского вора Сидорки (Лжедмитрия III), который объявлял себя чудесным образом спасшимся царем Дмитрием. В конце мая 1612 г. самозванец был арестован псковичами, а затем отправлен под конвоем в Москву.
Время новой активности Смирного совпало с историей Второго (Минина и Пожарского) ополчения. Смирной Отрепьев летом 1612 г. стал одним из руководителей посольства, направленного новгородцами в Ярославль к князю Д.М. Пожарскому. Об этих переговорах в Ярославле писали все исследователи, занимавшиеся Смутным временем. Однако наблюдается парадокс. Дореволюционные исследователи Смутного времени и биографы князя Д.М. Пожарского (включая С. Смирнова, С.М. Соловьева, Н.И. Костомарова, Д.И. Иловайского, И.Е. Забелина, В. Корсакову и др.) ссылаются лишь на Новый летописец. В этом источнике указаны послы князь Федор Оболенский (в будущем, первый воевода левобережного Сара-
29


Глава 1
това) и игумен Геннадий. Даже В. Сторожев, писавший о биографии Смирного Отрепьева, не знал этого факта. И это при том, что ещё до революции были опубликованы источники об участии Смирного в посольстве к князю Пожарскому: отписка князя Д.М. Пожарского, а также труд шведского дипломата Петра Петрея34. Можно также вспомнить труд К. И. Якубова35. Все они содержат информацию о пребывании С.Е. Отрепьева в Ярославле летом 1612 г.
В Отписке кн. Д.М. Пожарского и Ярославской земской думы новгородскому митрополиту Исидору впервые указываются полностью имена посланцев: «Николы Чудотворца Вяжицкого монастыря игумен Геннадий, да стольник князь Федор Тимофеевич Черной Оболенский да дворянин Смирной Елизарьевич Отрепьев, и дворяне из пятин и торговые люди»36. Петр Петрей сообщал, что от дворянства прибыли из Новгорода в Ярославль выборные Федор Тимофеевич Оболенский и Смирной Елизарьевич Отрепьев (Smirnou Elisareevits Utrepia)37.
Первым об участии Смирного Отрепьева в переговорах с князем Д.М. Пожарским в Ярославле лишь в 1913 г. поведал Г.А. Замятин. Некоторые из исследователей конца XX в., включая Р.Г. Скрынникова, также подчеркивали
34 Отписка кн. Д.М. Пожарского и Ярославской Земской думы митрополиту Исидору. [1612 г.] // ДАИ. T. 1. № 164. С. 286-290; Петрей П. История о великом княжестве Московском // ЧОИДР. 1866. Кн. III. Отд. IV. С. 308.
35 Якубов К.И. Русские рукописи Стокгольмского Государственного архива // ЧОИДР. 1890. Кн. 4 (155). С. 49.
36 Новый летописец. С. 121 (Гл. 299. «О послах из Нова города»); См. также: Отписка кн. Д.М. Пожарского и Ярославской Земской думы митрополиту Исидору. [1612 г.] // ДАИ. T. 1. № 164. С. 286- 290; Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. СПб., 2008. С. 362.
37 Петрей П. История о великом княжестве Московском // ЧОИДР. 1866. Кн. III. Отд. IV. С. 308.
30


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
участие С.Е. Отрепьева в этих переговорах38. Подробно на данных переговорах и на участии в них Смирного Отрепьева остановились Е.И. Кобзарева и А. А. Селин.
Ход самих переговоров в Ярославле изучен хорошо, поэтому нет смысла подробно останавливаться на них. Смирной Отрепьев и другие новгородские послы вернулись в Новгород в середине августа 1612 г. вместе с послами князя Д.М. Пожарского. В Новом Летописце сообщается, что «послаша к новгородцам с присланными от них Перфиръя Секирина»39. 13 августа из Новгорода для их встречи и для сбора кормов членам посольства был отправлен подьячий Михаил Кудрявцев, а в письме Я. Делагарди королю от 23 августа 1612 г. говорится, что новгородцы и ярославские послы уже прибыли в Новгород за несколько дней до отправки этого письма40. Следовательно, возвращение Смирного Отрепьева в Новгород произошло в период 16-20 августа.
После возвращения из Ярославля вся деятельность Смирного Отрепьева до его перехода на сторону Москвы была связана со Старой Руссой. Исследователям давно известна грамота царя Михаила Романова, адресованная первому после возвращения под власть Москвы воеводе Старой Руссы Я.М. Боборыкину, об отписке всех поместий уезда в Дворцовый приказ (впервые опубликована ещё в 1836 г.)41. Лишь Г.А. Замятин в послевоенный пе-
38 Скрынников Р.Г. Минин и Пожарский: Хроника Смутного времени. М., 1981. С. 253: «Новгородские власти прислали в Ярославль полномочных представителей во главе с князем Федором Оболенским и дядей первого самозванца Смирным Отрепьевыми.
39 Новый летописец. С. 121.
40 Донесение Я. Делагарди королю Густаву Адольфу. 1613. 23.8 // Арсеньевские шведские бумаги 1611-1615 гг. / Пер. А.В. Полторацкого // Сб. Новгородского общества любителей древности (далее - Сб. НОЛД). Новгород, 1911. Вып. V. С. 15.
41 Царская грамота Старорусскому воеводе Боборыкину по челобитной Старорусских посадских людей об отобрании от дворян и де-
31


Глава 1
риод обратил внимание на другой, неудобный для советских людей, аспект данной проблемы - на тех людей, которые служили шведам в период оккупации Новгорода и получали за это награды в виде земельных пожалований (этот труд Г.А. Замятина увидел свет лишь в 2012 г.): «При шведах началось расхищение в Старорусском уезде дворцовых земель и чёрных волостей. Я. Делагарди роздал в поместья земли: в Чертицком погосте Третьяку Якушкину, князю Федору Оболенскому, Смирному Отрепьеву; в Петровском погосте Анце Брякилёву, Угриму Лупандину, Богдану Дубровскому, Григорию Негановскому, дьяку Пятому Григорьеву; боярину И.Н. Одоевскому пожалован был весь Славитинский погост. Только после заключения Столбовского мира последовал 11 июля 1617 г. царский указ - отписать все, розданные при шведах, имения снова на имя царя»42.
Отдельные страницы биографии Смирного Отрепьева, когда он был вторым воеводой в Старой Руссе с осени 1612 до лета 1613 г., восстановлены в трудах К. И. Якубова, А.А. Селина и Е.И. Кобзаревой.
Посольская служба Смирного Отрепьева в Ярославле была высоко оценена Новгородским правительством Делагарди-Одоевского. 3 сентября 1612 г., приблизительно через две недели после возвращения в Новгород, новгородское правительство пожаловало дополнительными земельными владениями князя Ф.Т. Черново- Оболенского и С.Е. Отрепьева за ведение переговоров с князем Д.М. Пожарским: «Сентября в 3 день дана отдельная грамота кн. Федору Оболенскому да Смирному
тей боярских розданных им дворцовых сёл и чёрных волостей. 1617, июля 11 // ААЭ. Т. 3. № 91. С. 124-125. См. также: РИБ. СПб., 1878. Т. 5 (Акты Иверского Святоозерского монастыря (1582-1706). № 4. Стб. 10-13; РИБ. Т. 35 (Архив П.М. Строева). СПб., 1917. № 276. Стб. 447-450.
42 Замятин Г.А. Борьба за освобождение... С. 129.
32


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
Отрепьеву на старорусское поместье в Чертицком погосте, что осталось за отделом у Ивана Якушкина, да в Ляцком погосте в селе Боброве»43. В другом документе уточняется, какие деревни получил Смирной Отрепьев: «В том же Чертицком погосте Смирновское поместье Отрепьева Крекша Большая, Бологижа, Петрово»44.
Смирной Отрепьев и князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский получили поместья 265 четей в Старорусском уезде (каждый - по 132,5 чети). Это были дворцовые земли в Чертицком погосте, расположенные между Старой Руссой и Взвадом. С учетом этих дополнительных пожалований осенью 1612 г. С. Отрепьев имел уже 371 чети45.
Сохранилась челобитная Смирного Отрепьева, Федора Черново-Оболенского и Ивана Якушкина боярам, в которой они просили уменьшить непомерно большой обежной оклад в их поместьях в Старорусском уезде (у них было в тягле 10 обеж46). Смирной Отрепьев «с товарищи» жаловались, что у них на обжу положили по 10-12 мужиков, тогда как у других помещиков - в два три раза больше (по 25-30 мужиков). Соответственно, им приходилось платить намного больше налогов47.
43 Книги записи поместных пошлин с трех пятин, Водской, Шелонской и Деревской. 1612/13 // RA, NOA. Serie 1:100. С. 4-5.
44 Дозорная книга Старорусского уезда дозору Григория Никитича Муравьева да подьячего Семейки Шустова. 1615, март // RA, NOA. Serie 1:7. Л. 71-72.
45 См.: Челобитная Федора Витовтова, Андрея Шаховского о том, переписывать ли им заново поместья Ивана Якушкина, Смирного Отрепьева и князя Федора Черного Оболенского // RA, NOA. Serie 2:51.  Л.81.
46 Обжа - мера пахотной площади и одновременно - единица налогообложения.
47 См.: Челобитная Федора Витовтова, Андрея Шаховского о том, переписывать ли им заново поместья Ивана Якушкина, Смирного Отрепьева и князя Федора Черного Оболенского // RA, NOA. Serie 2:51.  Л.81.
33


Глава 1
С поместий Отрепьева и Оболенского было приказано никаких податей в Дворцовый приказ не взимать (ранее дозорщик Филон Аничков отписал хлеб с их поместий «на государя»). По челобитной Отрепьева и Оболенского «для их разорения» этот хлеб было указано им выдать обратно48.
Вместе со Смирным Отрепьевым в Старую Руссу вернулся ещё один участник переговоров в Ярославле, Лука Милославский, которому было поручено собирать в этом уезде денежные доходы по новому дозору Филона Аничкова49. Прибыв в город 4 сентября 1612 г., Лука Милославский сразу же вступил в конфликт с воеводой князем Андреем Шаховским и подьячим Федором Витовтовым, обвиняя их в недостаточном усердии в сборе государственных доходов. Результатом этого доноса Л. Милославского было указание Якоба Делагарди взыскать с воевод города недостающие 40 рублей50. Кроме того, один из руководителей посольства в Ярославль, Смирной Елизарьевич Отрепьев, был назначен в конце октября 1612 г. вторым воеводой в Старую Руссу, товарищем к князю Андрею Шаховскому51.
48 Память дьяку П. Григорьеву о том, что 265 ч. в Старорусском уезде, что осталось за дачей у Ивана Якушкина дано по половинам Смирному Отрепьеву и кн. Федору Оболенскому и о невзимании с этих поместий в Дворцовый приказ никаких податей. 2.09.1612 // RA, NOA. Serie 2: 349. Л. 51; Челобитная боярам и воеводам С. Отрепьева и кн. Ф. Оболенского... // RA, NOA. Serie 2: 349. Л. 59.
49 Грамота бояр и воевод Луке Милославскому и подьячему Григорию Нечаеву ехать в Старорусский уезд // RA, NOA. Serie 2:349. Л. 61-62.
50 Отписка старорусских воевод Якову Делагарди. 1612,4-5 сентября // RA, NOA. Serie 2: 349. Л. 73-74.
51 Грамота бояр и воевод о посылке в Руссу вторым воеводой С.Е. Отрепьева. 1612, октябрь // RA, NOA. Serie 2: 349. Л. 114-117; Отписка П. Григорьева в Руссу о назначении 28.10.1612 г. в товарищи к кн. Шаховскому воеводу Смирного Елизарьевича Отрепьева
34


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
По-видимому, отношения между Смирным Отрепьевым, «дружком» Луки Милославского, и первым воеводой Андреем Шаховским складывались непросто. Фактически, Смирной Отрепьев выступал в качестве контролирующего органа при кн. А. К. Шаховском.
В начале 1613 г. Смирной Отрепьев договорился со Спасо-Преображенским монастырем, чтобы взять у монахов взаймы на семена 50 четей ржи. Вернуть этот долг планировалось после сбора нового урожая. Так как зерно находилось в Новгороде, то бояре разрешили воеводе взять эту рожь из государевых житниц в Старой Руссе52. Из отписок сборщика кормов Петра Ногина видно, что урожай 1613 г. в Старорусском уезде новгородские власти так и не сумели собрать и вывезти. Смирной Отрепьев оказался неоплатным должником, его поместья оказались разорены.
К. И. Якубов привёл интересный документ: «Июля в 22 день. По отписке из Старые Русы воевод князя Ондрея Шеховского да Смирного Отрепьева да подячего Федора Витовтова, что они доправили на жалованье и на корм немецким ратным людем в зачет в денежные доходы с обеж вперед на 122 год сто рублев. Взято с обжи по рублю. Платил деньги Гаврила Карцов да целовальник Нечайко Лаврентьев»53. Таким образом, в июле 1613 г. Смирной Отрепьев находился ещё в Старой Руссе и собирал новые налоги вперед на следующий год.
и о заботах новых воевод совместно о Старорусских и околорусских жителях // RA, NOA. Serie 2: 349. Л. 64.
52 Роспись выдельного на государя хлеба со Старорусского уезда, сеянного на 120 г. и 120-го году ярового по дозору Луки Милославского, книгам Филона Оничкова с товарищи, Другини Сьянова и подьячего Федота Кожарина и Мелентия Вараксина с товарищи, и что какого государева хлеба осталось в Старой Русе в государевых житницах. 1613. 11.08 // RA, NOA. Serie 2: 28. Л. 42.
53 Якубов К.И. Русские рукописи... // ЧОИДР. 1890. Кн. 4 (155). С. 51-52.
35


Глава 1
Этот чрезвычайный сбор вызвал возмущение среди окрестных жителей. В Старорусском уезде началось восстание против шведов. По мнению Г.А. Замятина, движение против шведов у Старой Руссы поднято было сторонниками Москвы из местных жителей без воздействия из центра. О том, кто мог вначале возглавить сопротивление шведам и новгородцам в Старой Руссе, можно строить различные предположения. Как писал Г.А. Замятин, «широкие массы населения Старорусского уезда страдали от непомерных поборов и бесчинств шведов оккупантов и новых землевладельцев; крестьянам ничего другого не оставалось, как бежать в другие места, либо браться за оружие»54.
В это время в Москве произошло венчание на царство нового царя Михаила Романова (11 июля), которого признали уже многие города страны. Кандидатура Михаила Романова находила новых сторонников и в Новгородской земле. Среди них был второй воевода Старой Руссы Смирной Елизарьев Отрепьев. Он мог быть недоволен неприбытием шведского королевича в Новгород, его отказом перейти в православную веру. На этом фоне венчание на царство Михаила Романова давало ориентир на восстановление порядка. Подгоревали промосковские настроения Смирного восстание в Тихвинском монастыре, грамоты московских воевод, отсутствие у С. Отрепьева прочных корней в Новгороде и наоборот - его связи в Москве; конфликты с первым воеводой Старой Руссы кн. Андреем Шаховским, разорение его поместий. Не стоит упускать из виду и угрозу личной жизни со стороны москвичей и восставших крестьян. Трудно сказать, какая связь существовала между Смирным Отрепьевым и руководителем московского войска под Старой Руссой
54 Замятин Г.А. Борьба за освобождение... С. 135.
36


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
Андреем Федоровичем Палицыным, который в дальнейшем будет всеми мерами стремиться вызволить из плена семью Смирного Отрепьева. В итоге, уже летом - осенью 1613 г. вскоре после отправки известной отписки в Новгород от 22 июля 1613 г. воевод Шаховского, Отрепьева и Витовтова о чрезвычайном сборе налогов, Смирной Отрепьев, оставив жену в Старой Руссе, перешел на сторону Москвы.
В Новгороде его посчитали изменником. Позже старорусский рассыльщик Пётр Бобровский в своей челобитной шведским властям в Новгороде отмечал, что «Смирной Отрепьев сеял насильно рож на его пашне, а ему рож сеять не давал, стремясь завладеть его поместьем. И тебе, государю, тот Смирной Отрепьев изменил, отъехал к вором»55.
Несмотря на проступок С. Отрепьева, новгородские власти в дальнейшем проявляли заботу о его жене, снабжая её продовольствием. В августе 1614 г. последовало распоряжение из Новгорода «Олексею Аврамовичу Колычеву да подьячему Поснику Кувшинову... дати из старо- русского ис пустошного и из выморочного хлеба Смирнова жене Отрепьева для бедности ж шесть чети ржи»56.
Известно, что в марте 1614 г. московский воевода Рамышевского острога Андрей Палицын вел переговоры со шведским военачальником Лоренцом Вагнером об обмене Агафьи Отрепьевой на двух пленных шведов - Рентебахера и Флемина, но этот обмен тогда не состоялся. Этот вопрос был поднят на переговорах со шведами на реке Яуне весной 1615 г. С московской стороны эти переговоры возглавлял С. Г. Коробьин. В списке полоняников были
55 Дело по челобитью старорусского рассыльщика Петра Корповского  о  своем поместье. 1614. 3.08  //  RA, NOA. Serie 2: 77. Л. 1-2.
56 Память А. А. Колычеву о даче кн. А. К. Шаховскому, жене С. Отрепьева и подьячему Ф. Витовтову хлеба из выморочных поместий. 1614. 2.08 // RA, NOA. Serie 2: 289. Л. 17.
37


Глава 1
перечислены «Смирнова жена Отрепьева Огафъя, а у ней людей Копоско з женою з Дарьицею да с сыном с Фарафонком да жонка Оксиньица»57.
Переход Смирного Отрепьева на сторону Москвы был важен для сторонников молодого царя Михаила Романова. Для царя в это время главным врагом был Иван Заруцкий, а точнее, ничего не подозревавший и невинный трехлетний мальчик Иван «Дмитриевич», сын Марины Мнишек и Второго самозванца. Он вместе с атаманом Заруцким и Мариной находился в это время в мятежной Астрахани. Присутствие Смирного Отрепьева в стане сторонников Михаила Романова подчеркивало нелегитимность царицы Марины и ее сына. Со своей стороны, Смирной Отрепьев передал царю Михаилу подарки, полученные им от короля Карла IX во время пребывания в Швеции. Некоторые из таких подарков сохранились до настоящего времени. В Ипатьевском монастыре в Кострооме находится древняя икона Троицы, которая была передана этому монастырю царем Михаилом 14 февраля 1616 г. Оклад данной иконы в настоящее время можно увидеть в Оружейной палате Московского Кремля. Среди драгоценностей оклада имеются три золотые шведские монеты весом в 7 червонцев («семикратные золотые»). В Стокгольмском архиве сохранилась книга о шведских дипломатических подарках, среди которых упоминаются такие монеты - королевские золотые58.
57 Грамота старорусского воеводы Лоренца Вагнера воеводе Рамышевского острога Федору Левашеву 1614, между 27 и 31 марта // РГАДА. Ф. 96.1614. Д. 1. Л. 51-51а об.; Список с полоняничные росписи руским людем слово в слово, какову дали на съезде неметцкие посланные Чесному Корцову с товарыщи // РГАДА. Ф. 96. 1615. Д. 3, Л. 101-106. Благодарю А.А. Селина за предоставленные копии документов РГАДА.
58 Благодарю заведующего отделом нумизматики и археологии музея-заповедника «Московский кремль» Сергея Викторовича Зверева за предоставленную информацию.
38


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
Правительство Михаила Романова безусловно доверяло Смирному Отрепьеву. Об этом свидетельствует его воеводское назначение - в конце 1613 г. он был назначен воеводой Можайска (в этом городе он умер в 1614 г.). Он участвовал в составлении дозорных книг города Можайска. К 25 марта 1614 г. относится дозорная книга «посадских слобод города Можайска письма и меры Смирного Елизарьевича Отрепьева». В разрядной книге за 122 год (1613/1614) сохранилась следующая запись: «В Можайску Смирной Елизарьев сын Отрепьев, и Смирной умер, на его место велено быть в Можайску воеводе Ивану Ондрееву сыну Замытцко- му»59. О «последней службе Смирного Отрепьева на воеводстве в Можайске» писал В.Н. Козляков. Авторам Славянской энциклопедии также известно о «можайской службе» Смирного Отрепьева60.
Первое время при Михаиле Романове Отрепьевы особенно не страдали. Да, один из их родственников незаконно занял российский престол и способствовал гибели Бориса Годунова, злейшего врага Романовых. Но патриарху Филарету на Григория Отрепьева, который вызволил его из ссылки и сделал ростовским митрополитом, обижаться не приходилось. В 1620-е-1630-е годы известно даже о поминаниях в Макарьевском Унженском монастыре убиен-
59 Разрядная книга 1613-1614 гг. // Разрядные книги 1598- 1638 гг. М., 1974. С. 293; Барсуков А.П. Списки городовых воевод и др. лиц воеводского управления Московского государства XVII столетия по напечатанным правительственным актам. СПб., 1902. С. 139; Можайские акты 1506-1775 / сообщил архим. Лужецкого мон. Дионисий // Изд. ОЛДП. СПб., 1892. С. 70; Дворцовые разряды по высочайшему повелению изданные П отделением собственной ЕИВ канцелярии. СПб., 1850. T. 1. Стб. 147; Сторожев В.Н. Родословная Нелидовых-Отрепьевых. С. 147.
60 Козляков В.Н. Лжедмитрий I.C. 235; Славянская энциклопедия. XVII век: в 2 т. Т. 2 Н-Я. С. 95.
39


Глава 1
ного Григория Отрепьева61. Со второй половины XVII в. положение изменилось. В период восстания Степана Разина многие представители рода Отрепьевых (смоляне и галичане - всего перечислены 13 человек) «били челом» царю Алексею Михайловичу, чтобы царь дал им другую фамилию. Они жаловались, что они «от всех людей принимают понос и укоризно больши 60 лет внапрасне за их прозвище для воровства разстриги Гришки Отрепьева». В своей челобитной они указывали, что «прежде их сродники писались Фарисеевыми, а их однородцы - Нелидовыми. А ныне без государева указа они прежним прозвищем писаться не смеют». Челобитчики просили, чтобы царь велел им писаться иным прозвищем, «чтоб воровское Гришки Отрепьева разстриги проклятое имя в народе росийскаго государства и прозвища впредь не вспоминалось». 9 мая 1671 г. последовал указ царя Алексея Михайловича, чтобы «Отрепьевым впредь писаться Нелидовыми»62. Портрет одной из представительниц Отрепьевых-Нелидовых Екатерины Ивановны Нелидовой кисти Д.Г. Левицкого (1773) выставлен в Русском музее в Санкт Петербурге.
***
Жизнь Никиты-Смирного Отрепьева прошла под знаком его племянника. Верность идеалам честной службы, в которых виделся залог стабильности и устойчивости порядка, обусловила его чёткое отношение к поступку Григория Отрепьева. Отношение же второго к родне после воцарения позволяет к негативным характеристикам Самозванца добавить ещё одну - выродок (в прямом смысле этого слова). А деятельность его дяди в связи с данными
61 Об этом сообщил А.И. Алексеев 25 сентября 2012 г. в ходе прений после выступления автора с докладом на конференции «Новгородика-2012» в Великом Новгороде.
62 Сторожев В.Н. Родословная Нелидовых-Отрепьевых. С. 151.
40


Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца
обстоятельствами получает измерение не только в системе политических координат, но и морали. Смирной Отрепьев - честный и добросовестный служака, который верен мало-мальской стабильной государственности. Она обеспечивает внутренний мир. Такая последовательность определяется, как и в случае с Секириным, укоренённостью во временах Ивана Грозного, зрелым возрастом, когда идеалы уже сформированы. Оценивать же службу Смирного Отрепьева в Новгородско-Шведском государстве как измену не получается, поскольку в условиях «Семибоярщины» оказались потерянными привычные ориентиры и опоры. А вот московский царь Василий Шуйский искал союза со Швецией, а потому после свержения «последнего Рюриковича» осталось ориентироваться на его союзника. Однако, как только с избранием Михаила Романова забрезжила надежда на восстановление прежней аксилогической политической модели, Смирной Отрепьев органично совершает переход. И что очень важно, он не изменял и никого не предавал.
Опубликована на основе статьи: Рабинович Я.Н. Увлекательная страница истории Смуты: Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца // Славянский сборник: Межвуз. сб. науч. тр. Саратов: ИЦ «Наука», 2013. Вып. 11. 204 с. С. 166-183.
41


Перфилий Иванович Секирин
«Московского государства дворянин»
Судьба Перфилия (в других документах - Перфирия) Ивановича Секирина (Секерина) типична для многих представителей рядового провинциального дворянства, выдвинувшегося в годы Смуты.
К началу XVII в. это был уже немолодой человек (родился, по приблизительным расчётам, не позднее 1560- 1561 гг.). Из Списка стрелецких голов и сотников конца XVI в., опубликованного в приложениях к Тысячной книге, следует, что П.И. Секирин при царях Иване (Грозном) и его сыне Федоре служил в Мещевске стрелецким сотником. Под его началом находилось 50 стрельцов. Там же сообщается, что его старший брат Софрон Иванович служил стрелецким головой1. Их отец Иван Голова Михайлович Секирин, судя по прозвищу, принадлежал к стрелецким начальникам: по Боярскому списку 1577 г. значился выборным дворянином по Мещевску2.
В правление Бориса Годунова Перфилий Иванович фактически достиг потолка карьеры для выходцев из стрелецких командиров. Он вошёл в состав Государева Двора в качестве выборного дворянина по Мещев-
1 Тысячная книга 1550 г. и дворовая тетрадь 50-х гг. XVI в. / подготовил к печати А.А. Зимин. М.; Л., 1950. С. 219-220.
2 Боярские списки 1577-1607 гг.: Боярский список 1577 года // Станиславский А.Л. Труды по истории Государева двора в России XVI-XV11 веков. М., 2004. С. 197.
42


Перфилий Иванович Секирин
ску с поместным окладом в 350 четей земли. Будучи четвертичном Галицкой чети, то есть получающим денежный оклад не «с городом», а непосредственно из Чети, П.И. Секирин имел небольшой денежный оклад в 6 рублей, что примерно соответствовало жалованию стрелецких сотников3. Выборными дворянами по тому же Мещевску служили и два его брата - Софрон (400 четей) и Меньшик (300 четей)4.
В том же звании и с теми же окладами Софрон и «Перфир» Секирины фигурируют в Росписи русского войска, посланного против самозванца в 1604 году5. В 1608-1610 гг. П.И. Секирин занимал сторону царя Василия Шуйского, участвовал в обороне Москвы от отрядов самозванца Лжедмитрия II. За «московское осадное сидение» его наградили вотчинами в Лыченском и Недоходовском станах Мещевского уезда6.
Следующее упоминание Перфилия Секирина достаточно неожиданно. В августе 1610 года он привез московским боярам ответ гетмана Жолкевского об условиях договора и крещения королевича Владислава7.
3 Кормленая книга Галицкой Четверти 7112 г.: Четвертчики Смутного времени. 1604-1617 гг. // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. М. 1912. С. 35. Интерес представляет помета при получении этого жалования, выданного «сполна»: «Для польской службы».
4 Боярский список 1602-1603 годов // Станиславский А.Л. Труды по истории государева двора... С. 285.
5 Роспись русского войска, посланного против самозванца в 1604 году // Станиславский А.Л. Труды по истории государева двора... С. 378.
6 Осадный список 1618 г. // Памятники истории Восточной Европы. Том VIII. / сост. Ю.В. Анхимюк, А.П. Павлов. М.; Варшава, 2009. С. 478,  542.
7 Любомиров П.Г. Очерки истории нижегородского ополчения. М., 1939. С. 294; Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время. М., 1907. С. 106; Документы по сношениям Московского государства с Польско-Литовским за 1598-1613 гг., хранившиеся в Посольском приказе в 1614-1673 гг. // Сборник Русского исторического обще-
43


Глава t
Не ясно, присягал ли он царю Владиславу. Если да, то 1611 г. он уже перешёл в лагерь Первого ополчения и был назначен вторым воеводой г. Суздаля (первым воеводой был окольничий Иван Большой Петрович Головин, осадным головой - бывший тушинский воевода Юрьева-Польского Федор Минич Болотников). Но мог и остаться верен Москве, и мнение Жолкевского передавал как посол от Москвы.
В мае-июле 1611 года суздальские воеводы действовали от имени и по поручению Совета всей земли - верховного органа земских сил, объединившихся в Первое ополчение. Суздаль, по-видимому, был транзитным пунктом пополнений Ополчения, стоявшего под Москвой. Так, на постое в вотчинах Суздальского Покровского монастыря в Суздальском и Шуйском уездах останавливались отряды головы, трех сотников, трехсот арзамасских стрельцов, а также ста пятидесяти нижегородских стрельцов с двумя сотниками. Кроме того, сохранилась грамота о сборе с вотчин Покровского монастыря «сборных денег сорок рублей ратным людям атаманам и казакам и черкасам в жалование»8. Суздальские воеводы собирали также денежные средства с Шуйского уезда, несмотря на то, что в Шуе был собственный воевода Сулеш Минич Болотников9.
После кризиса Первого Ополчения, в начале 1612 года, П.И. Секирин оставался вторым воеводой при суз-
ства (далее - Сб. РИО). М., 1912. Т. 137, № 1. С. 25; Договорная запись польского гетмана Станислава Жолкевского, заключенная в обозе под Москвою с московскими боярами. 1610, августа 17 (27) // Сб. РИО. М., 1913. Т. 142, № 9. С. 91.
8 Акты юридические или собрание форм старинного делопроизводства, собранные и изданные Археографической комиссией. СПб., 1838. С. 229,362-363.
9 Борисов В.А. Старинные акты, служащие преимущественно дополнением к описанию г. Шуи и его окрестностей. М., 1893. № 3. С. 7.
44


Перфилий Иванович Секирин
дальском воеводе И.З. Просовецком10. Тем не менее, летом 1612 г. Перфирий Секирин был уже в рядах Второго ополчения, стоявшего ещё в Ярославле. Следовательно, нельзя исключать его участие в марте в выступлении суздальских дворян против власти братьев Просовецких. К тому времени, по мнению, высказанному ещё П.Г. Любомировым, Перфирий Иванович уже носил чин дворянина московского, хотя его имени нет в Боярском списке 1611 г..11 Случайно ли, намеренно ли было упущение, но оно очевидно, поскольку Секирин в 1611 г. занимал должность второго воеводы при окольничем. А это косвенно свидетельствует о его принадлежности к категории дворян московских. Принять такую аргументацию П.Г. Любомирова позволяет и то, что в отписке князя Д.М. Пожарского новгородскому митрополиту Исидору Перфилий Иванович Секирин именуется «Московского государства дворянин»12. Но вопрос о том, когда и кем Секирин был пожалован в московские дворяне, открыт. В Боярском списке 1616 г. он значится дворянином московским с земельным окладом 700 четей и денежным в 60 рублей13.
10 Любомиров П.Г. Указ. соч. С. 294; Грамоты и отписки 1611- 1612 г. Курмышскому воеводе Елагину //  Летопись занятий Археографической комиссии (далее - ЛЗАК). 1861 год. СПб., 1862. Вып. 1, № 12 (1612, февраль). С. 17.
11 Морозова Л.Е. Россия на пути из Смуты. М., 2005. С. 111.
12 Отписка воеводы князя Димитрия Пожарского и Ярославской земской думы Новгородскому митрополиту Исидору о намерении их жить в неразрывном союзе с новгородцами и о посылке в Новгород дворян Перфирия Секерина и Федора Шишкина. 1612 год, 26 июля // ДАИ. T. 1, № 164. С. 289; Новый летописец // Хроники Смутного времени. М., 1998. С. 370.
13 Книга, а в ней писаны бояре, и окольничие и думные люди с денежными оклады, а стольники, и стряпчие и дворяне московские, и дьяки, и жильцы из городов дворяне ... с поместными и с денеж... 124 году (Боярская книга 1615/1616 г.) // AME T. 1, № 108. С. 146.
45


Глава 1
Итак, в конце июля 1612 года П.И. Секирин вместе с Федором Кондратьевичем Шишкиным и подьячим Девятым Русиновым были направлены послами от Второго ополчения в Новгород. К тому времени между Ярославлем и Новгородом, благодаря первому ярославскому посольству Степана Лазаревича Татищева и ответному новгородскому вяжищского игумена Геннадия, были достигнуты договоренности о перемирии с оккупировавшими Новгород шведами14. Миссия Секирина заключалась в подписании договора о перемирии и скорейшем возвращении в Ярославль15. В Новгороде к приему Секирина, прибывшего по «великому земскому делу», относились серьезно. Был проведен дополнительный сбор с крестьян для содержания посольства16.
13 августа из Новгорода для их встречи и для сбора кормов членам посольства был отправлен по Бельской дороге подьячий Михаил Кудрявцев с наказом: «Ехать до Прилук или где доведетца встретить Послы: Вяжицкого монастыря игумена Геннадия, стольника князя Федора Тимофеевича Черного Оболенского, дворянина Смирного Елизарьевича Отрепьева с товарыщи да московского государства ... посланника Перфирья Ивановича Секерина с товарыщи»17. В письме Я. Делагарди королю от 23 августа 1612 г. говорится, что новгородцы и ярославские послы уже прибыли в Новгород за не-
14 Скрынников Р.Г. На страже московских рубежей. М., 1986. С. 252-253.
15 Отписка воеводы князя Димитрия Пожарского и Ярославской земской думы Новгородскому митрополиту Исидору... 1612 год, 26 июля // ДАИ. T. 1, № 164. С. 290.
16 Якубов К.И. Русские рукописи Стокгольмского государственного архива. М., 1891. С. 49.
17 Грамота бояр и воевод подьячему Михаилу Кудрявцеву ехать по Бельской дороге для встречи послов Новгородского государства, возвращающихся из Ярославля и для сбора кормов для послов. 1612. 13.08 // RA, NOA. Serie 2: 356. Л. 69-70.
46


Перфилий Иванович Секирин
сколько дней до отправки этого письма18. В другом документе упоминается сбор денег с дворцовых сел («с выти по полтине») для ярославских посланников П.И. Секирина «с товарищи, которые приехали в Великий Новгород с князем Федором Оболенским да с Смирным Отрепьевым»19. Послы привезли ответ из Ярославля относительно королевича, из которого видно, что у Собора и князя Д.М. Пожарского было серьезное намерение избрать в цари Карла Филиппа. Секирин пробыл в Новгороде до 30 сентября, успешно исполнив возложенную на него миссию20.
В следующем году, уж после освобождения Москвы Ополчением Минина и Пожарского, Секирин, согласно разрядным записям, служил вторым воеводой в Уфе при первом воеводе - князе Борисе Андреевиче Хилкове21. В марте 1613 г. Перфилию Секирину по его челобитью
18 Донесение Я. Делагарди королю Густаву Адольфу. 1613. 23.8 // Арсеньевские шведские бумаги 1611-1615 гг. / Пер. А.В. Полторацкого // Сб. Новгородского общества любителей древности (далее - Сб. НОЛД). Новгород, 1911. Вып. V. С. 15.
19 Якубов К.И. Русские рукописи Стокгольмского Государственного архива // ЧОИДР. 1890. Кн. 4 (155). С. 49.
20 Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. СПб., 2008. С. 362.
21 Белокуров С.А. Указ. соч. С. 26. Эта информация С.А. Белокурова нуждается в уточнении. В ряде источников в 7122 (1613/14) г. в Уфе вместе с Борисом Хилковым указан вторым воеводой Владимир Аничков. С другой стороны, Борис Хилков мог отправиться в Уфу лишь после венчания на царство Михаила Романова, т.е. не ранее середины июля 1613 г. Следует учесть также, что Уфа находится далеко от Москвы, одна дорога туда занимает более месяца, а уже в конце 1613 г. мы видим Секирина в Москве (дело князя Д.М. Пожарского/ Поэтому Секирин вряд ли мог служить в Уфе вместе с Борисом Хилковым. См.: Рабинович Я.Н. Воевода Уфы Владимир Владимирович Аничков (1613-1615) // Южный Урал: история, историография, источники: Межвузовский сборник научных статей. Вып. 3 / отв. ред. И.З. Шаяхметова. Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. С. 30-41.
47


Глава 1
за пять рублей правительство Михаила Романова отдало на откуп суздальский Торжок22.
В конце того же 1613 года Секирину пришлось выполнить весьма двусмысленное поручение нового царя Михаила Федоровича. Оно было связано с тем обстоятельством, что боярину князю Д.М. Пожарскому было настоятельно предложено «сказывать боярство» Борису Салтыкову, служившему ранее полякам. Пожарскому это делать было «невместно», и он отказался от этой сомнительной чести, сославшись больным. По обращению Салтыкова, Михаил Федорович с учетом мнения Боярской думы, «велел боярина князя Дмитрия Пожарского вывести в город и... за бесчестие боярина Бориса Михайловича Салтыкова, выдать Борису головою»23. По обычаям того времени освободитель Москвы Д.М. Пожарский должен был поклониться Салтыкову до земли и на коленях выслушать его мнение о себе24. Для привода Пожарского на двор Салтыкова был направлен бывший с ним в Ярославле П.И. Секирин в сопровождении стрелецкого головы Константина Чернышева. Что это было? Указание тем, кто способствовал очищению Москвы от поляков и выборам Михаила Романова царём, что их заслуги в прошлом, а ныне восстанавливается прежняя Россия с её обычаями, традициями и порядками, и надо соотносить друг с другом тех, кто держался Москвы и Ополчений, и тех, кто был по другую сторону? Вопрос, на который и ныне нет однозначного ответа. Впрочем, и Перфилию Ивановичу предстояло хлебнуть из той же чаши, что и князю Д.М. Пожарскому.
22 Документы Печатного приказа 1613-1615 гг. РАН отд. истории. Архив РАН. М., 1994. С. 41.
23 ДР. Т.  1. СПб., 1850. Стб. 123.
24 Подр. см.: Скрынников Р.Г. Михаил Романов. М., 2005. С. 191.
48


Перфилий Иванович Секирин
В феврале 1614 года стольнику князю Алексею Михайловичу Львову и Перфилию Ивановичу Секирину царь дал распоряжение «быть на своей государевой службе, в Литовской земле, в войне». Для сбора войска князя Львова и Секирина была выбрана Калуга. Из нее воеводы должны были выступить под Брянск и далее на Кричев. Отряд комплектовался из дворян и детей боярских «Понизовых» городов, казанских татар, чувашей и черемисов25. И тут-то прозвучал вызов Секирину на местнический спор. Его затеял голова казанских татар и новокрещенов О.Я. Прончищев. Он бил челом царю, что «ему меньше Перфилия Секирина быть невместно»26. Прончищев просил разрешить ему обращаться по военным делам, писать отписки непосредственно к князю Львову, помимо Секирина. Царь удовлетворил прошение Прончищева, Секирин местнический спор проиграл27. Пришла беда... Видимо, тогда же разгорелись местнические споры П. Секирина со своим соседом по луховскому поместью казанцем Сунгуром Семеновичем Соковниным и казанскими жильцами Матвеем Тимофеевичем и Девятым Федоровичем Змеевыми «з братьею и племянниками». Этот спор возобновился в 1624 году в Казани, куда Секирин был назначен вторым воеводой. Причем, претензии Змеевых выглядели довольно странно и даже нахально. Действительно в Боярском списке
25 ДР. T. 1. Стб. 123-124; Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных в хронографы русской редакции. М., 1869. С. 360.
26 ДР. T. 1. Стб. 123-124; Отписка воевод князя Дмитрия Мамстрюковича Черкасского с товарищи, с приложением расспросных речей взятых за рубежом языков о намерении гетмана Ходкевича идти под Смоленск. 1614, апрель // АМ Г. T. 1, № 77. С. 114-115.
27 В своей фундаментальной работе по истории местничества Ю.М. Эскин ошибочно считает, что О.Я. Прончищев и П.И. Секирин местничали в Казани, а не в Калуге. См.: Эскин Ю.М. Очерки истории местничества в России XVI—XVII вв. М., 2009. С. 127.
49


Глава 1
1602-1603 гг. некоторые Змеевы служили в жильцах и стояли выше выборных мещевских дворян Секириных. Но в более ранних списках 1577 г. среди выборных по Мещевску отец П.И. Секирина - Иван Голова Михайлович - выше стрелецкого головы Ивана Матвеевича Змеева28. Однако Секирин интересен не просто личным низвержением, но тем, что продолжал служить, как и положено было дворянину до и после Смуты, служить верой-правдой. За это он был отмечен.
Под Кричевом войска А. Львова и П. Секирина одержали ряд побед - «в Кричеве и во Мстиславле посады и остроги выжгли, и литовских людей многих побили, и многие места повоевали и пожгли, и полон многий поимали». С вестями об успехе П. Секирин в мае 1614 г. послал в Москву «с сеунчем» казанца Г. Веревкина29. За этот поход в августе 1614 г. П. Секирину были пожалованы шуба ценой в 37 рублей и серебряный кубок30.
О дальнейших службах П.И. Секирина вплоть до 1620 года сведений пока нет. В 1620-1621 годах он служил воеводой в Арзамасе, после чего ему было «велено быть к Москве», а новым арзамасским воеводой был назначен князь Василий Михайлович Волховский31. В том же 1621 году по просьбе тяглого населения Москвы было решено «писать и мерять всяких чинов людей белые и черные места». П.И. Секирин и подьячий Костромской чети Исаак Парфеньев по царскому указу проводили
28 Описи Архива Разрядного приказа XVII в. / подг. текстов и ред. К.В. Петрова. СПб., 2001. С. 36-37, 76; Боярские списки 1577-1607 гг. // Станиславский А.Л. Труды по истории Государева двора... С. 197-198,  259, 285.
29 Книга сеунчей 1613-1619 гг. // Памятники истории Восточной Европы. Т. 1. М.; Варшава, 1995. С. 27.
30 Книга сеунчей. С. 28.
31 ДР. T. 1. Стб. 457; Лукичев М.П. Боярские книги XVII в. М„ 2000. С. 210; Книги разрядные. T. 1. СПб., 1853.  718,  758.
50


Перфилий Иванович Секирин
опись в Кремле32. К тому времени у П.И. Секирина был двор в Москве в Вознесенском переулке возле Большой Рождественской улицы. Рядом находились дворы Андрея Федоровича Наумова, а также Вознесенских попа и дьякона33. В следующем году П.И. Секирин был послан в Дедилов для смотра Передового полка царева войска, проводимого в связи с возможным нападением крымских татар34.
31 декабря 1622 г. для поступления на московскую службу в Москву прибыл «юргенский царевич Авган Арапуханов сын». П.И. Секирину было приказано быть у него приставом. Секирин, в свою очередь, попытался отыграть свои неудачи в местнических спорах и бил челом на окольничего князя Г. К. Волконского, что ему «невместно» быть в приставах, если Волконскому «велено царевича Государю объявлять». Как следует из текста Дворцовых разрядов, Перфилию Ивановичу было сказано, «что он плутает, бьет челом не знаючи, тут мест нет»35.
В 1624 году П.И. Секирин вместе с первым воеводой боярином Семеном Васильевичем Головиным был направлен в Казань на смену боярину князю И.Н. Одоевскому и князю Луке Осиповичу Щербатову. В помощь новым казанским воеводам были приданы дьяки Потап Внуков и Василий Чистой36. В распоряжении воевод Головина и Секирина находился довольно крупный
32 Книги разрядные. Т. 1. Стб. 768.
33 Перепись московских дворов 1620 года // Переписи московских дворов XVII столетия. М., 1896. С. 6.
34 Книги разрядные. Т. 1. Стб. 853.
35 ДР. Т.1. Стб. 531-532.
36 ДР. Т. 1. Стб. 853; Книги разрядные. T. 1. Стб. 1034; Царская грамота Казанским воеводам Головину и Секирину о разрешении протопопу Благовещенского собора с братьею отдавать в оброк рыбную ловлю. 1624,  мая  8  // ААЭ. СПб., 1836. Т. 3, № 153. С. 219-220.
51


Глава 1
военный отряд в составе 374 дворян и детей боярских, 111 служилых иноземцев («литвы и поляков» - 81, немцев - 30), 220 украинских казаков («черкас»), 12 пушкарей, 10 толмачей, 20 воротников, часовника, трех стрелецких голов, 16 стрелецких сотников, 1500 пеших и 100 конных стрельцов. И это, не считая, что под началом головы служилых татар находилось 82 «новокрещена», 220 татар и 2073 человека, набранных из чувашей и черемисов. Кроме того, казанским воеводам номинально подчинялся отряд под началом стрелецкого головы и состоящий из пяти сотников, и пятисот пеших казанских стрельцов, которые находились на годовой службе в Астрахани37. Казанский гарнизон был одним из мощнейших в Московском государстве: Казань была выдвинута острием на Урал и Зауралье, а также в Нижнее Поволжье и Кавказ, но и сама находилась под угрозой возможных ударов.
В Казани у Головина и Секирина возникли какие-то неприятности, так как в июле 1626 г. «для сыску про боярина и воевод, про Семена Головина да про Перфирья Секерина» были посланы в Казань князь Алексей Григорьевич Долгоруков и дьяк Важен Степанов38. Очевидно, для казанских воевод все закончилось благополучно. По окончании обычной для XVII в. двухлетней воеводской службы, в 1626 году на смену Головину и Секирину прибыли боярин Василий Петрович Морозов и Василий Волынский39.
Несколько лет П.И. Секирин служил в Москве в составе Государева двора. По служебным поручениям он был близок царице Евдокии Лукьяновне Стрешневой.
37 Книги разрядные. T 1. Стб. 1143.
38 Записные книги Московскою стола. 1626, мая 5-1627, августа
31 // РИБ. СПб., 1884. Т. 9. С. 393-394.
39 Книги разрядные. T. 1. Стб. 1250.
52


Перфилий Иванович Секирин
В это нет ничего удивительного, поскольку Секирины и Стрешневы длительное время служили по Мещовску. Не исключено, что между ними были какие-то родственные связи. Вообще, была выделена особая группа дворян московских для сопровождения царицы. В эту группу входил и П.И. Секирин40.
В сентябре 1626 г. во время поездки царя Михаила в Троице-Сергиев монастырь П.И. Секирину было велено «дневать и ночевать» на государевом дворе при боярине и воеводе князе Д.М. Пожарском41 (свела судьба тех, кто в 1612 г. приложил силы для изгнания поляков из Москвы). А 29 октября Секирин сопровождает царицу, которая вместе с государем отправилась в село Рубцово для освящения церкви Покрова пресвятой Богородицы42. Во время визита царя в Симонов монастырь 31 июля 1627 г. П. Секирину было указано быть «на Москве» с боярами М.Б. Шеиным и князем Д.И. Мезецким43. 14 сентября 1628 г. Секирин участвовал в приеме персидских послов44. 20 сентября вместе с князем Борисом Андреевичем Хилковым он был послан в Троице-Сергиев монастырь перед Государем «вместо окольничих»45. 21 декабря 1628 г. П.И. Секирин был у стола, который устроил в Патриаршей палате патриарх Филарет для своего сына царя Михаила Федоровича в день памяти Петра, митрополита Московского46. В феврале 1630 г. он присутствовал при царском приеме шведского посла
40 Станиславский АЛ. Роспись детей боярских Мещовска, Опакова и Брянска // Археографический ежегодник за 1972 год. М., 1974. С. 295; Павлов А.П. Думные и комнатные люди царя Михаила Романова: в 2 т. T. 1. СПб.: Дмитрий Буланин, 2018. С. 423-424.
41 РИБ. Т. 9. С. 411-412.
42 РИБ. Т. 9. С. 426; ДР. T. 1. Стб. 862.
43 РИБ. Т. 9. С. 507.
44 ДР. СПб., 1851. Т. 2. Стб. 7.
45 ДР. Т. 2. Стб. 9.
46 ДРТ.2. Стб. 21-22.
53


Глава 1
Антония Монира47. А 10 апреля 1631 г. и 1 апреля 1632 г. Перфилий Иванович удостоился чести быть приглашённым на прием царя в честь Пасхи48.
После довольно продолжительного перерыва, в 1632 году П.И. Секирин оказался на административновоенном поприще. Он был назначен воеводой во Владимир. К тому времени военное значение древнего город было невелико. В распоряжении воеводы имелось семь отставных детей боярских, стрелецкий сотник с 30 стрельцами, 11 пушкарей, 5 рассыльщиков и 14 воротников. Кроме того, в случае военной опасности, либо необходимости исполнения полицейских функций владимирский воевода мог рассчитывать на сотню дворников и 184 посадских людей49. Однако Владимир оставался крупным административным центром Замосковья, через воеводу которого московские власти осуществляли переписку и управление Суздальским, Шуйским, Луховским, Юрьев-Польским, Муромским и Гороховецким уездами. Кроме того, началась Смоленская война, и владимирскому воеводе пришлось заниматься вопросами мобилизации владимирских дворян и детей боярских50. В 1635 г. П.И. Секирин сдал воеводство Ф.И. Жеребцову51. В 1638 г. последовало новое воеводское назначение, на этот раз в Ярославль. Там в 1639 г. Секирин сдал воеводство князю П.А. Хилкову и больше на службе не появлялся52. Что думал П.И. Секирин, в конце жизни оказавшись в Ярославле, откуда по поручению князя Д.М. Пожарского пятидесятилетним ездил в Новгород для решения державных задач, остаётся лишь догадываться.
47 ДР. Т. 2. Стб. 841-842.
48 ДР. Т. 2. Стб. 848,858.
49 Книги разрядные. Т. 2. СПб., 1855. Стб. 661,  728.
50 РИБ. Т. 9. С. 532.
51 Книги разрядные. Т. 2. Стб. 793.
52 ДР. Т. 2. Стб. 568,  616, 640
54


Перфилий Иванович Секирин
П. И. Секирин владел поместьем - селом Филисово в одноименной волости Луховского уезда. Он получил его по ввозной грамоте 1613/1614 г. Руководители Первого ополчения пожаловали селом Филисово казачьего атамана Василия Савельева Хромого. Д.М. Пожарский передал его в поместную раздачу смолянам53. А по переписным книгам М. Трусова и подьячего Ф. Витовтова (1628-29 гг.) оно уже значится за П. Секириным. В селе была мельница, торг, кабак на откупе. В поместье так же входило три пустоши на месте бывших деревень. По данным писцовых книг в поместье было 115 четей земли, двор помещичий, два двора людских, 3 двора - крестьянских, 9 - бобыльских и 5 пустых дворовых мест54.
К началу 1640-х годов П.И. Секирин был еще жив, но ему в то время по самым скромным подсчетам было не менее 80 лет. Последняя известная нам запись о нем относится к 1643-1644 гг. Московский дворянин П.И. Секирин значится в Боярском «подлинном списке» 1643/1644 г. с пометой «болен»55. От службы он был отставлен «для старости и увечья» 11 мая 1653 г..56 Вскоре, очевидно, он, будучи в возрасте более 90 лет, скончался.
***
Существенным фактором биографии Перфилия Ивановича Секирина в Смуту и после неё является продолжительность его жизни. Он счастливо избежал свойственных людям его слоя ранней смерти из-за военной службы или увечий, неспособности по здоровью являть-
53 Писцовые книги Восточного Замосковья. Вып. 3. М., 2007. С. 199.
54 Российский государственный архив древних актов. Ф. 1209. On. 1. Кн. 680. Л. 475 об-478 об.
55 Жаринов Г.В. Боярский «подлинный» список 7152 г. // Архив русской истории. Вып. 8. М., 2007. С. 411.
56 Белоусов М.Р. Боярские списки... С. 388.
55


Глава 1
ся на службу. Его жизнь пришлась на правления Ивана Грозного, его сына Фёдора, Бориса Годунова (и его сына), Лжедмитрия I, Василия Шуйского, Семибоярщины, деятельности Ополчений и царствования Михаила Романова. Идеал и модель служения сформировались у П.И. Секирина ещё при Иване IV Васильевиче, их реализация шла в относительно спокойные годы Фёдора Ивановича и Бориса Годунова. Сложившиеся система ценностей, алгоритм служебного поведения, ориентация в дебрях и центрах притяжения иерархии обеспечили твёрдую позицию П.И. Секирину в годы Смуты. Он, вероятно, выбирал ту сторону, которая обеспечивала привычные нормы службы-награды. Это не отменяет и любви к Родине, морального отторжения хаоса, деструктивных сил и интервенции. Даже кратковременный дрейф в сторону Сигизмунда III после свержения Василия Шуйского объясним. «Семибоярщина» могла восприниматься как переходное явление, и единственно сильной стороной тогда оказывался польский король. Но как только обозначился центр в виде ополченческого движения, Секирин оказывается там.
Правительство нового царя Михаила Романова, выводя страну из Смуты, нуждалось не только в тех активных деятелях, которые в разных лагерях проявили себя в Смуту, - их надо было нивелировать под воссоздаваемую служилую систему. В первую очередь, нужны были люди, которые являлись носителями духа этой системы и даже выразителями потребности в ней. Таковым и был достигший «мафусаилова возраста» дворянин Секирин.
Неотъемлемым атрибутом реконструируемой системы дворянской службы, конечно, были и местнические споры. А потому Секирин не был травмирован неудачами в них. И с высоты нашего знания можно сказать, что он был обречён на поражения в них. Правительству надо
56


Перфилий Иванович Секирин
было делать ставку на относительно молодых и энергичных деятелей, обеспечивая их верность, на безболезненное вхождение талантливых и способных людей, которые в Смуту оказывались на стороне объективных противников тех, чей вариант победил в 1612-1613 гг. А долгожитель Секирин и ему подобные в силу возраста уже уходили из жизни. И никто не мог предвидеть, что он переживёт многих своих относительно молодых оппонентов.
Опубликовано под названием «Перфилий Секирин: портрет участника Второго земского ополчения // Смутное время в России в начале XVII века: поиски выхода. Материалы Междунар, науч. конф. (Ярославль, 6-9 июня 2012 года). М., 2012. С. 63-68. В текст статьи внесены дополнения.
57


Мисюрь Иванович Соловцов
«А в ызмене... нигде не бывал и тушинскому, и колускому, и пъсковскому вору и иным, которые назывались царевичи, креста им нигде не целовал»
Фигура выборного дворянина по Нижнему Новгороду Мисюря Ивановича Соловцова, участника многих сражений и других важных моментов Смуты заслуживает самостоятельного исследования еще и потому, что дошедшие до нас и вводимые в научный оборот сейчас документы позволяют достаточно подробно и полно представить его жизненный путь.
Отдельные страницы его биографии уже были предметом исследования. Первым предпринял попытку выяснить основные этапы его жизни известный историк- краевед А. А. Гераклитов. Ряд ценных сведений его жизни привел в своем классическом труде П.Г. Любомиров. Совсем недавно И.О. Тюменцев подробно расписал деятельность Мисюря Соловцова на посту воеводы Царицына с привлечением новых архивных данных1. Важными для постижения «трудов, подвигов и дней» Мисюря Ивановича Соловцова являются сведения о биографии его
1 Гераклитов А.А. Список Саратовских и Царицынских воевод XVII в. // Труды СУАК. Вып. 30. Саратов, 1913. С. 71; Любомиров П.Г. Очерк истории нижегородского ополчения (1611-1613 гг.). М., 1939. С. 269; Тюменцев И.О. Царицынская крепость в XVII в. // Стрежень: Научный ежегодник. Вып. 2. Волгоград, 2001. С. 183.
58


Мисюрь Иванович Соловцов
братьев, прежде всего, Якова и Михаила Ивановичей. Где-то Смута их разводила, где-то сводила, но они всё время находились на одной стороне. Упоминания детей Ивана Соловцова позволяют гипотетически заполнить отдельные «пустоты» жизнеописания его сына Мисюря. С другой стороны, появляется возможность представить набросок биографии поколения одной дворянской семьи - Соловцовых - в Смутное время. Тем не менее, в целом биография М.И. Соловцова представляется не изученной2.
***
Соловцовы относились к древнему старомосковскому роду, служившему в XIV-XV вв. в боярах3. Вместе с Воронцовыми, Аксаковыми, Башмаковыми, Исленьевыми они вели свое происхождение от некогда могущественного московского боярского рода Вельяминовых. Родоначальником Соловцовых считается Даниил Андреевич Соловец, внук Юрия Васильевича Вельяминова-Груньки. Известно, что Юрий Грунька был младшим братом последнего московского тысяцкого Василия Вельяминова, а также Федора Воронца, боярина великого князя Дмитрия Донского4. Но уже к XVI веку Соловцовы в значительной мере утратили былые позиции. Дед нашего героя Федор Леонтьевич в Тысячной книге записан в качестве дворового помещика по Пскову5. В разные годы он по-
2 Антонов А.В. К начальной истории нижегородского ополчения // Русский дипломатарий. Вып. 6, М., 2000. С. 196-240; Пудалов Б.М. «Смутное время» и Нижегородское Поволжье в 1608- 1612 гг. // Подвиг нижегородского ополчения. Нижний Новгород, 2011: в 2 т. Т. 2. С. 621-665 и др.
3 Савелов Л. М. Лекции по генеалогии. М., 1909. С. 125.
4 Русский биографический словарь: в 20 т. Т. 14: Сигизмунд - Сютаев. М., 2001. С. 173-174.
5 Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50-х годов 16 в. / подг. к печ. А.А. Зимин. М.; Л., 1950. С. 99.
59


Глава 1
лучал в кормление псковские пригороды Кобылье городище, Велье и Гдов6. Его сын Иван (Голова) Федорович Соловцов служил по выбору от Нижнего Новгорода. Первые упоминания о его службе относятся к 1556 г., когда Иван Соловцов вместе с отцом и братом участвовал в «Немецком походе». Известно, что в Полоцком походе 1562-1563 гг. Иван Соловцов уже нес службу в письменных головах, а в 1575 г. он получил в кормление город Орлов на Вятке7.
Сохранилась духовная Ивана Головы Федоровича Соловцова, составленная в 1594/95 г.8 Этот документ является важнейшим источником для изучения семьи Соловцовых. Из текста духовной следует, что где-то в последней трети XVI в. Иван (Голова) Фёдорович Соловцов служил по выбору от Нижнего Новгорода, а к моменту ее написания он овдовел. У него было четыре сына - Яков, Мисюрь, имевший еще и христианское имя Пантелеймон, Михаил и Феодосий, а также пять дочерей - Ульяна, Марфа, Прасковья, Евдокия и Аксинья. Все дочери, кроме Аксиньи были к тому времени замужем. Три зятя известны из той же духовной. Это нижегородец Владимир Савельевич Жедринский и свияжские жильцы дети боярские Лука Богданович Путилов и Казарин Никитич Елагин. Поскольку Соловцовы находились в близком
6 Жалованные корменные грамоты великого князя Ивана Васильевича Федору Леонтьевичу Соловцову на г. Кобылье городище. 1545/1546; ...на г. Велье с пригородами Врев и Володимерец. 1552/1553; ...на г. Гдов. 1558 // Акты служилых землевладельцев. М., 1997. T. 1, № 263, 265, 266. С. 236-238.
7 Боярская книга 1556/57 года // Русский дипломата- рий. Вып. 10. М., 2004. С. 86; Записная книга Полоцкого похода 1562/63 года//Там же. С. 139; Жалованная грамота Голове (Ивану) Федоровичу Соловцову на г. Орлов на Вятке. 1575, январь // Акты служилых землевладельцев. T. 1, № 267. С. 238.
8 Духовная Ивана (Головы) Федоровича Соловцова. 1594/1595 // Акты служилых землевладельцев. T. 1, № 268. С. 238-243.
60


Мисюрь Иванович Соловцов
родстве с Сабуровыми, то И.Ф. Соловцов одним из своих душеприказчиков назначил Михаила Богдановича Сабурова, своего двоюродного брата. То есть, он и его дети были близкими родственниками боярина М.Б. Сабурова, убитого в 1606 г. Важно и то, что Сабуровы были родственниками Годуновых и после воцарения Лжедмитрия I находились в опале. Кроме того, вторым браком М.Б. Сабуров был женат на Ульяне Семеновне Погожей, которая в первом браке была женой боярина Александра Никитича Романова, убитого в 1602 г. в ссылке (Усолье- Луда) по приказу Бориса Годунова. Следовательно, Соловцовы были еще свойственниками Романовых9.
Яков и Мисюрь были старшими сыновьями (годы рождения, вероятно, приходятся на рубеж 1570-1580-х гг.) и к моменту написания духовной уже служили, имели свои семьи, а также и поместья в Нижегородском уезде. Большинство кабальных людей, принадлежащих семье Соловцовых, были новокрещенами «немецкого полона», захваченными, судя по всему в ходе Ливонской войны. И.Ф. Соловцов завещал похоронить себя в нижегородском Спасо-Преображенском соборе. Вскоре после написания духовной он, по-видимому, скончался, приняв монашеский постриг. И началась взрослая жизнь его детей, среди которых уже тогда выделялся Мисюрь- Пантелеймон.
В сентябре 1597 г. Мисюрю Соловцову были отделены поместные жеребьи Дмитрия и Никифора Сколковых в селе Подвязье Нижегородского уезда, захваченные соседними помещиками Аничковыми и Обуховыми10.
9 Павлов А.П. Думные и комнатные люди царя Михаила Романова: просопографическое исследование: в 2 т. Т. 2. СПб.: Дмитрий Буланин, 2018. С. 191, 287.
10 Антонов А.В. Нижегородские поместные акты конца 16 начала - 17 века // Русский дипломатарий. Вып. 5. М., 1999. С. 232.
61


Глава 1
1599-м годом датируются упоминания поместья Мисюря Соловцова в (О)кстовой Поляне (совр. Кстово - районный центр Нижегородской области)11. Интересно, что Подвязье находится на правом берегу Оки недалеко от Нижнего Новгорода, а Кстово (Кстова Поляна) - на высоком правом берегу Волги в районе Нижнего Новгорода, а между ними по прямой не более 20 километров. В 1599 г. упомянуто ещё одно поместье Мисюря - Молитовка на левом берегу Оки (с начала XX в. входит в черту Нижнего Новгорода)12.
В начале 1604 г. - в царствование Бориса Годунова - Мисюрь Иванович Соловцов служил городовым сыном боярским по Нижнему Новгороду. В феврале ему поручалось быть приставом при посольстве грузинского (кахетинского) царя Александра, которое на определенное время было задержано в Нижнем Новгороде. Затем Соловцов провожал послов - старца Кирилла и подьячего Савву из Нижнего Новгорода в Москву13. Первым приставом при послах в Москве был назначен Григорий Федорович Елизаров. В документе отмечено: «И февраля в 18 день по г.ц. и в.к. Б. Ф. в. Р. (титул Бориса Годунова) приказу был в Посолском приказе у думного дворянина и яселничего у Михаила Игнатьевича Татищева да у дьяка у Григорья Клобукова грузинского Александра царя старец Кирило да подъячей Сава; а посыланы по них
См. также: Материалы по истории Нижегородского края конца XVI-XVII века. Ч. 1. М., 2015. С. 170-171.
11 Анпилогов Г.Н. Нижегородские документы XVI века (1588- 1600). М.,1976. С. 342-343.
12 Анпилогов Г.Н. Нижегородские документы XVI века... С. 378.
13 Акты времени Лжедмитрия I (1603-1606 гг.) // Чтения в обществе истории и древностей российских (далее - ЧОИДР). 1918. Кн. 1. М., 1918. С. 301-302; Сношения России с Кавказом. Материалы, извлеченные из Московского главного Архива Министерства иностранных дел С. А. Белокуровым. Вып. 1. М., 1889. С. 376-377.
62


Мисюрь Иванович Соловцов
приставы Григорей Елизаров да Мисюрь Соловцов»14. Как видим, Мисюрь Иванович Соловцов оставался приставом при грузинских послах и в столице, доставил их на аудиенцию к думному дворянину и ясельничему Михаилу Игнатьевичу Татищеву. 21 апреля 1604 г. вместе с Нелюбом Огаревым он сопровождал послов на прием к царю Борису Федоровичу Годунову15. А в конце апреля М.И. Соловцову вместе с Г.Ф. Елизаровым было поручено сопровождать до Казани послов в их обратном пути16.
События начала Смуты показали, что М.И. Соловцов годен и к ратному делу, а не только к дипломатическим поручениям. Уже Бориса Годунова на московском царском столе сменил в 1605 г. Лжедмитрий I, а после гибели последнего в 1606 г. - Василий Шуйский. Ему- то и служил Мисюрь Соловцов. В марте 1607 г. он участвовал на стороне правительственных войск Василия Шуйского в битве под Серебряными Прудами против отрядов князя Ивана Мосальского и Ивана Сторовского. Эти двое входили в повстанческую «армию» Ивана Болотникова.
По всей видимости, Соловцов действовал в отряде воевод Г. Г. Пушкина и С. Г. Ададурова. Они соединились с воеводами князем А. В. Хилковым и Б.М. Глебовым. Захватив неприятельский острог, эти правительственные войска в четырех верстах от него столкнулись со спешившими на помощь осажденным болотниковцам силами князя Мосальского и «иноземца, литвина» Старовского. Завязавшаяся битва закончилась разгромом повстанцев и пленением «воровских» воевод. По сообщению так называемого Карамзинского хронографа именно Мисюрю Соловцову было поручено доставить в Москву плен-
14 Сношения России с Кавказом. Т 1. С. 377
15 Сношения России с Кавказом. Т. 1. С. 377-378,  412-413.
16 Акты времени Лжедмитрия 1.С. 313-314.
63


Глава 1
ных повстанцев17. К этому времени Мисюрь Соловцов, как и его брат Яков служили выборными дворянами по Нижнему Новгороду. По размеру поместного оклада, составлявшего 750 четей земли, они находились на первом месте среди нижегородских выборных дворян18.
В апреле 1608 г. братья Мисюрь и Яков Соловцовы были включены в состав отряда боярина князя И. В. Голицына и окольничего князя Д.В. Туренина. Соединение было направлено «на перемену» войску боярина Ф.И. Шереметева.
Отряд Шереметева был послан в Нижнее Поволжье еще Лжедмитрием I. Прибыв под Астрахань, Шереметев столкнулся с восстанием, направленным против нового царя Василия Шуйского. Укрепившись в 15 верстах от города, на острове Балчик войско Шереметева в условиях голода и цинги больше года отбивало атаки сторонников самозваного царевича Петра, а в октябре 1607 г. по приказу из Москвы двинулось вверх по Волге, где заняло Царицьш19. Отряд Шереметева в значительной степени состоял из нижегородских дворян. Среди них находился и младший брат Мисюря и Якова Соловцовых - Михаил20.
Отряд Голицьша и Туренина находился в пути, когда резко изменилась военно-политическая обстановка как
17 Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных в хронографы русской редакции / собрал и издал А. Попов. М., 1869. С. 334.
18 Сторожев В.Н. Состав нижегородского дворянства по десят- ням 17 века // Действия Нижегородской ученой архивной комиссии. T. 1. Вып. 9. Н. Новгород, 1894. С. 399.
19 Антонов А.В. Нижегородские поместные акты... С. 200-201; Изборник... С. 339.
20 Отписки в Посольский приказ астраханских воевод Шереметева с товарищами по делам ногайским. 1608 год // Акты времени правления царя Василия Шуйского (19.5.1606 г - 17.7.1610 г.) /собр. и ред. А.М. Гневушев (далее - Акты Гневушева). М., 1914. № 93. С. 161,169.
64


Мисюрь Иванович Соловцов
в Поволжье, так и в Московском государстве в целом. Это было связано с успехами Лжедмитрия II, на сторону которого один за другим переходили русские города. Полкам Шереметева и Голицына было указано соединиться в Казани, остававшейся верной царю Василию, очистить от сторонников самозванца Среднее Поволжье и далее идти на помощь осажденной столице. Голицын прибыл в Казань первым и до ноября 1608 г. дожидался Шереметева. Тогда должна была состояться встреча братьев Соловцовых.
Уже 5 декабря 1608 г. соединенные силы под общим командованием Ф.И. Шереметева выступили на Чебоксары. Разбив под городом тушинские отряды, Шереметев занял Чебоксары, которые на зиму стали его опорной базой. Из этого центра он очищал окрестности от сторонников Тушинского вора, пытавшихся выйти из-под власти Москвы народы Поволжья.
В этих боях заметны братья Соловцовы, назначенные письменными головами. Уже 1 января 1609 г. по наказной памяти боярина и воеводы Ф.И. Шереметева письменному голове Мисюрю Соловцову и стрелецкому голове Девятому Федоровичу Змееву было приказано усмирить и привести к шерти (присяге) татар и черемис Кувшинской, Чемуршинской, Шарданской и Сугуцкой волостей Чебоксарского уезда. В случае отказа от шерти Соловцову и Змееву следовало «те волости воевать, черемису и татар побивати, и жон их и детей в полон имати, и животы грабити, и деревни жечь»21. Одновременно в те же волости были направлены отряды письменных и стрелецких голов Якова Соловцова, Василия Нар-
21 Памяти (Памяти наказные): Письменному голове Мисюрю Соловцову и стрелецкому голове Девятому Змееву. 1609, января 1 // Акты, относящиеся до юридического быта древней России (далее - АЮБ). СПб., 1864. Т. 2, № 230-5. Стб. 672-673.
65


Глава 1
мацкого, Степана Киреева, Чулка Бартенева, Смирного Мотовилова и князя Ивана Путятина. Все эти отряды должны были действовать отдельно друг от друга, но при необходимости координировать свои действия. На всю операцию отводилось четыре дня. 4 января отряды должны были вернуться в Чебоксары22. А 30 января Яков Соловцов со своей сотней и стрелецким приказом М. Брудкова был послан в Царево-Кокшайск для встречи и сопровождения транспорта с порохом, присланного из Казани23.
Весной 1609 г. Мисюрь и Яков Соловцовы в составе войска Шереметева выступили из Чебоксар и в конце мая прибыли в Нижний Новгород. Там они вторично воссоединились с младшим братом Михаилом, прибывшим туда ранее24. Почти сразу они получили новые боевые задания.
Яков Соловцов вместе с письменным головой Федором Есиповым и стрелецким головой Борисом Синцовым был послан для усмирения и приведения к крестному целованию на имя царя Василия в Закудемский стан Нижегородского уезда. А 31 мая им было велено «над воры над изменники, над русскими людьми и над мордвою промышлять, сколько Бог помочи подаст»25. Из документов известно, что Я. Соловцов разбил повстанцев в селе Помры и в деревне Прокшево и захватил много пленных26.
22 Русский дипломатарий. Вып. 8. М., 2002. С. 374.
23 Русский дипломатарий. Вып. 8. С. 375.
24 Антонов А.В. Нижегородские поместные акты... С. 208.
25 Русский дипломатарий. Вып. 8. С. 375.
26 Сказка Ивана Яковлева сына Соловцова о службе своего отца Якова Иванова сына Соловцова: Сказки дворян Нижегородского ополчения о службе в 1606-1610 гг. (представлены в Разрядный приказ в 1628 году): Антонов А.В. К начальной истории нижегородского ополчения (предисл. и составл.) // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 12. С. 233.
66


Мисюрь Иванович Соловцов
Мисюрю Соловцову с его сотней 1 июня было наказано «итить в Юрьевец-Повольской наспех днем и ночью»27.
В то время под Юрьевцем складывалась очень серьезная ситуация. В районе города появился со своим полком один из самых успешных тушинских военачальников полковник А. Лисовский. Еще в апреле Лисовский выдвинулся из-под Владимира для подавления восстания в Ярославле. Лисовский захватил и сжег ярославский посад, но городскую крепость взять не смог. По свидетельству очевидцев тогда он «пошел дальше вглубь страны, убивая и истребляя все, что попадалось на пути: мужчин, женщин, детей, дворян, горожан и крестьян»28. В конце мая он подошел к восставшей против Лжедмитрия II Кинешме. Там к Лисовскому присоединился отряд суздальского воеводы Ф.К. Плещеева. А ростовский воевода и тушинский боярин И.Ф. Наумов прислал на помощь Лисовскому 220 астраханских, царицынских и казанских стрельцов и 70 донских казаков станицы атамана Богдана Уразова, закаленных в боях под Ярославлем29. После двухдневных упорных боев кинешемское восстание было подавлено, город захвачен и сожжен. Кинешемский воевода Федор Васильевич Бобарыкин, ранее организовавший сопротивление тушинцам, по одним сведениям героически погиб, по другим - был взят в плен и казнен30.
27 Наказная память боярина и воеводы Ф.И. Шереметева письменному голове М.И. Соловцову о действиях против «государевых изменников» под Юрьевцем-Повольгским. 1609 год, 1 июня // АЮБ. Т. 2,. № 230-5. Стб. 674-675.
28 Буссов К. Московская хроника // Хроники Смутного времени. М., 1998. С. 114.
29 Борисов В.А. Старинные акты, служащие преимущественно дополнением к описанию города Шуи и его окрестностей. М., 1853. С. 5; Челобитная Лжедмитрию донских казаков о жаловании. 1609 год, в июне // АИ. Т. 2, № 239. С. 281.
30 Подр. см.: Кабанов А.Ю., Семененко А.М. Ивановский край в Смутное время. Иваново, 2010. С. 62; Дневник Яна Петра Сапеги
67


Глава 1
В Кинешме Лисовский простоял 10 дней. 29 мая он отбил вышедший на него юрьевецкий разведывательный отряд. Юрьевчане отошли и встали заставой на реке Хрома31. А Лисовский, действуя нахрапом, 1 июня 1609 г. направил в Юрьевец ультиматум с требованием целовать крест Лжедмитрию II. Такого поворота юрьевчане - выборные целовальники Савва Ермолин, Пятой Рюмин и Василий Кучин - не ожидали: они остались одни против А. Лисовского. Спешно они обратились к Ф.И. Шереметеву за помощью. И тот, будучи в Нижнем Новгороде, наверняка, понял, чем чреват возможный погром Юрьевца. Выше Нижнего Новгорода по Волге возникал бы пояс земель, уходивший к Суздалю и разделявший районы антитушинских сил. Надо было что-то делать в условиях задействования нижегородских отрядов по другим направлениям, и Ф.И. Шереметев поручил это дело Мисюрю Соловцову. Экстренность и чрезвычайность ситуации отразилась в хронологической путанице документов.
Из наказной памяти, вручённой Шереметевым Мисюрю Соловцову, следует, что в течение всего одного дня - 1 июня - юрьевчане получили ультиматум Лисовского, составили и доставили в Нижний Новгород грамоту с просьбой о помощи, а в канцелярии Шереметева успели составить наказную память Соловцову. Всё это невозможно из-за расстояний, не говоря о других обстоятельствах (время на обдумывание и на принятие решений). По всей видимости, наказная память составлялась в спешке с тем, чтобы максимально ускорить
(1608-1611) // Памятники истории Восточной Европы. Т. 9. М.; Варшава, 2012. С. 133.
31 Челобитная Лжедмитрию донских казаков о жаловании. 1609 год, в июне // АИ. Т. 2, № 239. С. 281; Наказная память боярина и воеводы Ф.И. Шереметева письменному голове М.И. Соловцову... 1609 год, 1 июня // АЮБ. Т. 2, № 230-5. Стб. 674.
68


Мисюрь Иванович Соловцов
выступление Соловцова под Юрьевец, а потому «сминались» даты. Главным было быстро и чётко ответить на страшный вызов.
Из документа следует, что свободных военных сил в Нижнем Новгороде на тот момент не имелось. В памяти содержится оговорка: «А кой час головы из войны в Нижний придут, и боярин и воеводы тотчас к нему на помочь пришлют писменых и стрелецких голов со многими людьми». Ф.И. Шереметев, кроме приданной сотни, в подчинение М.И. Соловцову определил ещё юрьевецких и балахонских ополченцев под командованием Осипа Скрыпеева, а также 700 даточных людей губного старосты Беляя Наговицына. Надо напомнить, что всего лишь полгода до этого Балахна, откуда была часть ополченцев, являлась очагом тушинских сил в регионе и всячески пыталась сокрушить Нижний Новгород. Мисюрю Соловцову из такого «материала» надо было делать полноценное войско. Самыми опытными и, как показали события, боеспособными были воины из сотни, которая вышла с Соловцовым из Нижнего Новгорода. Вероятно, за плечами её были либо бои за Балчик, либо замирение Чебоксарского уезда.
Соловцову предписывалось укрепиться в Юрьевце, и вести активный поиск неприятельских сил в уезде. В случае наступления основных сил Лисовского, ему следовало сесть в осаду и удержать город и посад Юрьевца. Судя по всему, сотня Соловцова следовала в Юрьевец на судах, так как в памяти содержится распоряжение Соловцову в случае пешего похода, взять для этих целей лошадей у юрьевецких посадских людей и крестьян окрестных волостей.
На руку Соловцову и Юрьевцу сыграла непоследовательность действий в стане противника. У того тоже было так много задач, что трудно было выделить
69


Глава 1
первоочередную. От Лисовского отделился отряд Плещеева, направившийся в Луховской уезд, где сильно было антитушинское брожение32. Сам Лисовский, забыв об ультиматуме, двинулся на подавление восстания в Костроме. На военное счастье Костромы и на неудачу Юрьевцу и Соловцову, Лисовский не мог найти средств для переправы через Волгу. Лисовский терял темп. Он вынужден был спустя две недели перенаправить отряды от Костромы к Юрьевцу для поиска лодок и судов. Присоединение у Кинешмы к Лисовскому внушительного отряда ростовских дворян И.Ф. Наумова33 усугубило положение ничего не подозревавшего об этом Мисюря Соловцова и предопределяло печальный исход его столкновения с противником. От взятого языка Лисовскому стало известно, что передовые отряды Соловцова (вероятно, это были ополченцы) укрепились в дворцовом селе Решма, примерно на полпути между Кинешмой и Юрьевцем. Туда были брошены ростовцы Наумова, стрельцы и казаки Б. Уразова. Они легко разбили противника, захватил Решму и три дня дожидались в ней Лисовского34. С его приходом все двинулись на Юрьевец, где засел Соловцов.
Ему не удалось отбить штурм, предпринятый Лисовским в середине июня. По свидетельству участника того боя, нижегородского дворянина Афанасия Петровича Суровцева, «Лисовский Юрьевец Повольской взял и многих у нас ратных людей побил. И я ранен ушел с Мисюрем в Нижней к боярину к Федору Ивановичю, а с нами ушли
32 Борисов В.А. Старинные акты... С. 3-6.
33 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Боярина и воеводы Ивана Наумова, о своем походе с полковниками под Кострому на помощь Александру Лисовскому... 1609 год, 28 июля // Сборник Хилкова (далее - СХ). СПб., 1879. № 12, LXIX. С. 74.
34 Челобитная Лжедмитрию донских казаков о жаловании. 1609 год, в июне // АИ. Т. 2, № 239. С. 282.
70


Мисюрь Иванович Соловцов
немногие люди»35. Сотня Соловцова понесла тяжелые потери из-за того, что обеспечивала спасение ополченцев и горожан. Население города под руководством губных старост С. Башмакова, Б. Наговицына и подьячего М. Степанова успело переправиться на судах на луговую сторону Волги и уйти в Городец. С собой они забрали всю артиллерию, боеприпасы, денежные и рыбные запасы36. И поэтому главной цели захвата Юрьевца - добыть средства для переправы через Волгу, Лисовский не достиг. Ему достались лишь четыре струга и шесть малых лодок, которые сухим путем были доставлены в Решму37.
Тем не менее, захват Юрьевца создавал непосредственную угрозу Балахне и Нижнему Новгороду. Правда, этим шансом А. Лисовский не воспользовался и, видимо, не собирался, предпочитая дерзкие кавалерийские рейды, громкие и лёгкие победы. В Нижнем Новгороде же это поражение не стало катастрофой. Войска Ф.И. Шереметева имели опыт затяжных, с переменным успехом тяжёлых беев в Поволжье. Думается, что и сам Мисюрь Соловцов тоже не паниковал. С теми силами, что были у него, одолеть Лисовского было бы чудом. Поэтому прибывшему в Нижний Новгород Мисюрю Соловцову без всяких разбирательств было приказано, снова отправляться к Юрьевцу и отбить его. И не с голыми руками. Наверное, к прибытию Соловцова в Нижний Новгород
35 Сказка Афанасия Петрова сына Суровцева о своей службе // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 3. С. 224.
36 Наказная память боярина и воеводы Ф.И. Шереметева письменному голове М.И. Соловцову и стрелецким головам Б.А. Из- носкову и Т.С. Остреневу о сопровождении наряда, казны и рыбы из Городца в Балахну. 1609 год, 28 июня // АЮБ. Т. 2, № 230-6. Стб. 676-677.
37 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Боярина и воеводы Ивана Наумова, о своем походе с полковниками под Кострому на помощь Александру Лисовскому... 1609 год, 28 июля // СХ. № 12, LXIX. С. 75.
71


Глава 1
туда вернулись из других походов отряды. Соловцову пополнили сотню, под его начало поступили со своими приказами стрелецкие головы Богдан Агафонович Износков и Тимофей Степанович Остренев38. Кстати, Б. А. Износков был одним из командиров того отряда, что прошёл с боями от Чебоксар к Нижнему Новгороду, деблокировал его 1 декабря 1608 г., а затем нижегородцы начали зачищать округу от тушинцев. Против лихих вояк Лисовского выходили профессионалы упорной войны, где, кроме военного мастерства, преимущество давала стойкость. Позже на помощь Соловцову был ещё послан со своей сотней письменный голова Афанасий Матвеевич Молвянинов и посаженные на суда казаки Посника Смагина. Юрьевецкие и городецкие ополченцы под началом Беляя Наговицына также собирались встать под знамя Мисюря Соловцова. О подкреплениях войску Мисюря Соловцова известно из составленной 28 июня наказной памяти Ф.И. Шереметева, которую 2 июля доставил Соловцову, Износкову и Остреневу муромский сын боярский Иев Петрович Дурасов39.
К моменту доставки этот документ уже потерял свою актуальность. Войска Соловцова уже не застали Лисовского в Юрьевце. 28 июня 1609 г. рать Соловцова прошла Юрьевец и двигалась далее вверх по Волге. Лисовский к тому времени уже ушёл из Юрьевца, не получив плавсредств. Соловцов организовал преследование противника. Из-за этой стремительности неясно, удалось ли присоединиться к Соловцову отрядам А. Молвянинова и П. Смагина, но и без них уже хватало сил, чтобы навязывать А. Лисовскому сражение.
38 Сказка Афанасия Петрова сына Суровцева о своей службе // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 3. С. 224.
39 Наказная память боярина и воеводы Ф.И. Шереметева... 1609 год, 28 июня // АЮБ. Т. 2, № 230-6. Стб. 676-677.
72


Мисюрь Иванович Соловцов
Часть воинства Соловцова следовала на судах, а часть - сухим путем. Соловцов настиг Лисовского в тот же день, 28 июня, у острова Мамшин, находившегося в пяти верстах ниже села Решмы, во время переправы через Волгу. Лисовский и только 400 воинов уже переправились на левый берег Волги. В это время со стороны Юрьевца показались струги Соловцова, а по правому берегу двигались отряды Износкова и Остренева. Они создали угрозу находившемуся с основными силами на острове И. Наумову. Тот запросил помощи у полковников Лисовского Будилы и Подгорецкого, то есть им надо было вернуться на остров. Но они не пошли на выручку, требуя с речного берега лишь ускорить переправу. Сделать этого Наумову не дали. Его войска были атакованы с суши и воды. На остров высадился десант. Большинство тушинцев было убито, ранено или пленено. Спаслись лишь те, кто, побросав коней, амуницию и оружие, спасся вплавь40.
Как писали сами тушинские стрельцы, «мы... из-за Волги, с острова, переплыли наги и босы и безруженны и безконны». А Лисовский наблюдал за побоищем. Из 310 стрельцов и казаков, выступивших под Кинешму, обратно в Ростов прибыло лишь 9041. Кроме того, Наумов привел в Ростов 150 донских казаков и 30 детей боярских, которые по его собственному признанию, «погромлены, пеши, наги и безоружны на перевозе»42.
И всё-таки Лисовского разгромить не удалось, хотя это была громкая победа. Отойдя от острова, тушинцы
40 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Боярина и воеводы Ивана Наумова... 1609 год, 28 июля // СХ. № 12, LXIX. С. 75.
41 Челобитная Лжедмитрию донских казаков о жаловании. 1609 год, в июне // АИ. Т. 2. № 239. С. 282.
42 Отписка ростовского воеводы Наумова гетману Сапеге о возвращении его с ратными людьми в Ростов, с просьбою для защиты города. 1609 год, после 17 июля // АИ. Т. 2, № 249. С. 296-297.
73


Глава 1
вновь переправились через Волгу в районе Решмы. Продвинувшись на семь верст вниз по реке, Лисовский столкнулся с ополченцами Б. Наговицына. Конечно, ополченцы это были не опытные нижегородские воины, и на них «лисовчики» отыгрались за поражение на острове. В схватке Наговицын был пленен. Не дожидаясь подхода основных сил Соловцова, Лисовский вместе с остатками войска Наумова стремительно ушел к Ростову43. Сама же история с битвой на острове для поляков и литовцев была настолько унизительной, что они предпочитали о ней не распространяться. Упоминание об этой битве отсутствует в дневнике Ю. Будилы, хотя известно, что он принимал в ней самое непосредственное участие.
Значение победы под островом Мамшин было весьма велико. Тушинцы понесли серьезные потери. Была ликвидирована угроза Нижнему Новгороду со стороны Юрьевца, что позволило Ф. Шереметеву направить основные силы для очищения от тушинцев районов Мурома и Касимова. Наконец, отборные части Лисовского и Будилы, застряв на Волге между Юрьевцем и Костромой, не смогли принять участие в июньских попытках тушинцев завладеть Москвой и Владимиром. Кроме того, уход Лисовского из района Кинешмы лишил тушинцев, все еще державшихся в костромском Ипатьевском монастыре, последних надежд на помощь. Вскоре они были вьшуждены сдаться воеводе Д. Жеребцову44. Упорная, не ломающаяся под ударами врага борьба опытных боевитых нижегородцев продемонстрировала, что стяжавшие славу непобедимых польские отряды могут быть биты.
43 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Боярина и воеводы Ивана Наумова... 1609 год, 28 июля // СХ. № 12, LXIX. С. 75-76.
44 Русский архив Яна Сапеги 1608-1611 гг.: опыт реконструкции и источниковедческого анализа / Тюменцев И.О., Мирский С.В., Рыбалко Н.В., Тупикова Н.А., Тюменцева Н.Е. Под ред. Иншакова О.В. Волгоград, 2005. С. 171.
74


Мисюрь Иванович Соловцов
После битвы отряд М. Соловцова со значительным полоном возвратился в Нижний Новгород. Город по- прежнему оставался центром организации активного сопротивления деструктивным силам в большом регионе. Нижегородцы не только сами руководствовались принципом: «Кто на Москве царь, тот и нам государь», но проводили его в жизнь по отношению к соседним уездам и крупным городам. Примером тому является семья Соловцовых. Уже в июле братья Мисюрь и Яков Соловцовы вместе со своими сотнями в составе основных сил Ф.И. Шереметева шли маршем в район Мурома и Касимова. Участвовал в этом походе и их брат Михаил45.
1  августа 1609 г. сотне Я. Соловцова совместно со стрелецким приказом Ивана Ротисловского была поставлена задача плыть на судах по Оке и захватить переправы у Елатьмы и Касимова с целью отрезать касимовские места от Шацка и Кадома46. Отряд Я. Соловцова успешно справился с задачей и через несколько дней Касимов был захвачен. Мисюрь Иванович Соловцов также участвовал в этом приступе47. С сеунчем о победе под Касимовым в Москву был отправлен И. И. Салтыков. С ним был послан и Михаил Соловцов (он пробудет в Москве вплоть до завершения тушинской осады)48.
45 Сказка Сергея Малого о службе своего тестя Михаила Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 13. С. 233-234.
46 Наказная память воеводы боярина Федора Ивановича Шереметева письменному голове Якову Ивановичу Соловцову и Ивану Ротиславскому. 1609, августа 1 // Акты служилых землевладельцев. М., 1998. Т. 2, № 397. С. 341-342.
47 Сказка Андрея Мисюрина сына Соловцова о службе своего отца Мисюря Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 10. С. 231.
48 Сказка Сергея Малого о службе своего тестя Михаила Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 13. С. 234.
75


Глава 1
А Шереметев, не мешкая, двигался к Владимиру и в начале сентября уже находился в этом городе. Оттуда началось очищение округи. По-видимому, братья Соловцовы принимали участие в неудачной попытке захвата Суздаля 7 сентября 1609 г. Бой в полях на подступах к городу закончился победой отрядов польского ротмистра Г. Сумы49. Тем не менее, нижегородцы, владея инициативой, не стали терять время и ударили в других местах. Уже 17 сентября сотня Я. Соловцова и стрелецкий приказ Богдана Износкова двинулись замирять крестьян Туголесской и Гуслицкой волостей, которые снабжали тушинцев припасами50.
Шереметев пробыл во Владимире до ноября 1609 г. Затем ему было приказано выступить на соединение с войском боярина князя М.В. Скопина-Шуйского в Александрову слободу. В середине ноября два войска соединились и всю зиму выбивали из замосковных уездов тушинские отряды. В начале марта объединенное войско М.В. Скопина-Шуйского, куда вошли полки Ф.И. Шереметева, с триумфом вступило в Москву. После этого практически все нижегородцы были распущены по домам. В их числе были и братья Мисюря Соловцова - Яков и Михаил51.
А вот Мисюрь Иванович был оставлен в Москве для исполнения государевых поручений державного уровня. От имени царя Василия Ивановича Шуйского 8 апреля
49 Дневник Яна Петра Сапеги. С. 161.
50 Наказная память воевод боярина Федора Ивановича Шереметева и Ивана Дмитриевича Плещеева письменному голове Якову Ивановичу Соловцову и стрелецкому голове Богдану Агафоновичу Износкову. 1609, сентября 17 // Акты служилых землевладельцев. Т. 2, № 398. С. 34 2-343.
51 Сказка Ивана Яковлева сына Соловцова о службе своего отца Якова Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий. Вып. 6. С. 232-234.
76


Мисюрь Иванович Соловцов
1610 г. ему было приказано ехать в Троице-Сергиев монастырь. Там он должен был принять и доставить в Москву собранную в Сибири и Вологде государеву казну. Не надо говорить, что она составляла основу тогдашнего бюджета. Кроме того, Мисюрю поручалось сопроводить в столицу настоятеля монастыря архимандрита Дионисия и келаря Авраамия Палицына. Для успешного завершения миссии и охраны от тушинских отрядов Соловцову был подчинен экскорт в составе десяти детей боярских и двадцати конных стрельцов. Доставленную казну М.И. Соловцову следовало передать судье приказа Казанского дворца, боярину князю Д.И. Шуйскому52. Следует предполагать, что задание было успешно выполнено53.
За свою службу, «как он был в походе з боярином и воеводою Федором Ивановичем Шереметевым и в Чебоксарах в осаде сидел», Мисюрь Соловцов был пожалован переводом своего поместья - сельца Поляна Кстова Березопольского стана Нижегородского уезда в вотчину. Ее размер составлял 125 четей земли54. Ревностно служа московскому царю, не забывали братья Соловцовы о материальном благополучии самих себя, своего рода. Приблизившись к престолу, они решали спорные земельные вопросы за счёт такого ресурса, который ничем не
52 Наказная память судьи приказа Казанского дворца боярина кн. Д.И. Шуйского голове М.И. Соловцову о сопровождении казны из Троице-Сергиева монастыря в Москву. 1610 год, 8 апреля // АЮБ. Т. 2, № 230-7. Стб. 677-678.
53 Сказка Андрея Мисюрина сына Соловцова о службе своего отца Мисюря Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 10. С. 231.
54 Сказка Андрея Мисюрина сына Соловцова о службе своего отца Мисюря Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 10.С. 231; Осадный список 1618 г. // Памятники истории Восточной Европы. Том VIII. / сост. Ю.В. Анхимюк, А.П. Павлов. М.; Варшава, 2009. С. 517.
77


Глава 1
перешибить было. Возможно, что и вели себя как хищники, добиваясь смежных соседских земель. Кроме того 19 марта 1610 г. по указной грамоте Поместного приказа нижегородским воеводам братьям Мисюрю и Якову Соловцовым следовало отделить поместья перешедшего к тушинцам Василия Астафьевича Сорокина в Березопольском и Закудемском станах Нижегородского уезда55. 10 апреля братья Соловцовы получают бывшее поместье Федора и Василия Струковых - жребий села Кстово. А 21 апреля было указано отделить Мисюрю Соловцову сдаточное поместье свияжских жильцов Михаила и Григория Александровых, состоящее также из жребия села Кстово56.
До конца царствования Василия Шуйского М.И. Соловцов оставался верным присяге. Даже после проигранной Клушинской битвы Соловцов вместе с Иванисом Ададуровым и стрелецким головой Соловым Протасьевым обезвредили нижегородского дворянина Григория Доможирова, проводившего агитацию в пользу возведения на престол польского королевича Владислава. По указу царя Василия, Доможиров был заключен в тюрьму, из которой вышел только после его свержения с престола57. В Боярском списке 1610-1611 г. Яков и Мисюрь Соловцовы продолжали службу «по выбору» от Нижнего Новгорода58.
55 Нижегородские поместные акты: Указная грамота царя Василия Ивановича в Нижний Новгород. 1610, март - май // Русский дипломатарий. Вып. 5. М., 1999. С. 258.
56 Русский дипломатарий. Вып. 5. С. 260.
57 Челобитные польскому королю Сигизмунду и королевичу Владиславу: Григория Доможирова о пожаловании его, за претерпенные им мучения от Шуйского и за его труды по избранию Владислава, поместною придачею и денежным жалованием. 1611 г. // РИБ. СПб., 1875. Т. 2, № 172-2. Стб. 699-700.
58 Боярский список 119-го году сочинен до московского разорения при Литве с письма думного дьяка Михаила Данилова // Сто-
78


Мисюрь Иванович Соловцов
Следующие сведения о М.И. Соловцове относятся к июлю 1611 г. Они содержатся в наказе приказа Казанского дворца, составленного от имени руководителей Первого ополчения князя Д.Т. Трубецкого и И.М. Заруцкого 29 июля 1611 г..59 Упоминание там Соловцова показывает, что он не принял «Семибоярщины» и приглашения польского королевича Владислава на престол, что признал власть Ополчения. По наказу М.И. Соловцов назначался воеводой города Ядрина. Эта тогдашняя небольшая крепость на реке Сура между Курмышем и Васильсурском, впервые упоминается в источниках с конца XVI в. (сведения о времени основания противоречивы - 1584, 1590 и др.). В начале XVII в. Ядрин, находившийся в землях проживания чувашей, по соседству с черемисскими (марийскими) и татарскими землями, обрёл важное стратегическое значение.
Прибыв на новое место службы, Соловцов должен был принять у своего предшественника Василия Кушникова ключи от острога, артиллерию и артиллерийские припасы, хлебные, винные и фуражные запасы. Кроме того, новому воеводе предписывалось отремонтировать крепостные стены, а также вести постоянный дозор окрестностей города на случай возможного появления под Ядрином крымских или ногайских татар или «каких ратных людей». Для дозоров ему следовало использовать дворянские сотни, а в случае военной опасности - собирать ратных людей с дворцовых сел Ядринского и соседних уездов. Получил ядринский воевода и право вершить суд. В наказе содержится любопытная запись:
рожев В. Материалы для истории русского дворянства. Вып. 2 // ЧОИДР. 1909. № 3 (230). М., 1908. С. 99.
30  Наказ, данный боярами и воеводами князем Трубецким и Заруцким Мисюрю Соловцову, по случаю назначения его воеводою в Ядрин. 1611 год, 29 июля. // АЮБ. Т 2. № 168. Стб. 526-528.
79


Глава 1
«А где сведает в ком какое умышленье или завод злой, или кто учнет в каком чине самоволство чинить или самоволством без боярского указу чем владеть, и Мисюрю тех людей от того унимать, розсматривая по делу, как бы от того унять, а людей не ожесточить. А к служилым ему ко всяким людем ласку и привет держать и словом во всяких делех обнадеживать».
Долго ли пробыл в Ядрине на воеводстве Соловцов, сделал ли он что-то из порученного - неизвестно. Летом 1612 г. мы видим его уже в составе нового Нижегородского ополчения Минина и Пожарского в Ярославле. Согласимся, что во время движения земских ополчений Мисюрь Соловцов «внес посильную лепту в дело спасения страны». Активный борец против Второго самозванца, Мисюрь Соловцов не мог примириться с тем, что руководители Подмосковного ополчения Трубецкой и Заруцкий и многие казаки под Москвой присягнули в марте 1612 г. новому самозванцу, Псковскому вору Сидорке. На это позже указывал его сын Андрей: «А в ызмене отец мой нигде не бывал и тушинскому, и колускому, и пъсковскому вору и иным, которые назывались царевичи, креста им нигде не целовал»60. И вот уже Мисюрь Соловцов пошёл служить тем, чья политическая линия соответствовала его внутренним убеждениям.
Руководство Второго ополчения по мере продвижения к Москве было озабочено снисканием поддержки населения, а, значит, оно должно было показывать свою справедливость, выставлять себя как поборника внутреннего мира и порядка. И по мере разрастания Смуты накопилось многих сложных спорных дел, которые
60 Тюменцев И. О. Царицынская крепость в XVII в. // Стрежень: Научный ежегодник. Вып. 2. Волгоград, 2001. С. 183; Сказка Андрея Мисюрина сына Соловцова о службе своего отца Мисюря Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий. Вып. 6.
80


Мисюрь Иванович Соловцов
должны были решаться так деликатно, чтобы никого не оттолкнуть от себя. Подобная миссия была поручена Мисюрю Соловцову. И поручена, наверное, неслучайно.
По «указу бояр и воевод и стольника и воеводы князя Дмитрея Михайловича Пожарского с товарыщи» от 12 июля 1612 г. Мисюрь Соловцов вместе с сыном боярским суздальского архиепископа Вторым Салмановым должен был ехать в Суздаль для управления архиепископскими вотчинами в Суздальском и Шуйском уездах. Поводом к этой посылке послужила челобитная детей боярских суздальского архиепископа, которую очевидно и доставил в Ярославль Второй Салманов. Они жаловались на архиепископских детей боярских Василия Мистрина, Дмитрия Рахманова и подьячего Дмитрия Павлинова, летом 1610 г. самовольно присвоивших право управления и сбора доходов с вотчин суздальского архиепископа, а также различных церковных сборов с Суздальского и Шуйского уездов. Как следовало из челобитной, эти трое допускали различные злоупотребления, присваивали себе деньги и припасы и довели архиепископское хозяйство до полного развала и разорения. Дело дошло до того, что они перестали снабжать деньгами и продовольствием даже клир суздальской соборной церкви. Когда же руководители Второго ополчения приняли решение назначить на пустующую суздальскую кафедру архимандрита Спасо-Евфимьева монастыря Герасима, оказалось, что в архиепископской казне нет денег даже на поездку в Казань для возведения в сан. Для отправки Герасима в Казань, растратчики Мистрин, Рахманов и Павлинов не придумали ничего лучшего, как занять по кабалам сто рублей, то есть взять в долг под высокий процент. Когда же пришел срок возвращать долги, они отказались. Теперь Соловцову и Салманову следовало отстранить зарвавшихся в своём самовольстве боярских
81


Глава 1
детей, показать справедливое лицо новой власти и взять под управление и восстановить архиепископское хозяйство, наладить сбор, учет и хранение средств. Но надо отметить, что Салманов, желая получить такое «хлебное место», мог и написать донос на своих земляков, которые действительно были виновны в злоупотреблениях.
Соловцову и Салманову предписывалось также принять меры к подготовке посевной 1613 г. и поручалось производить суд по крестьянским делам до возвращения из Казани нового архиепископа. Кроме того, Соловцов и Салманов должны были произвести подробный обыск о злоупотреблениях Мистрина, Рахманова и Павлинова, подсчитать нанесенный ими ущерб, а материалы дела прислать в Ярославль, в Монастырский приказ дьякам Тимофею Андреевичу Витовтову и Никите Дмитриеву.
Получил Мисюрь Иванович и отдельную задачу. В Суздале он должен был посетить свою родственницу, первую жену сына Ивана Грозного, царевича Ивана - царицу-инокиню Александру (в миру - Евдокию Богдановну Сабурову) и сообщить, что по распоряжению ярославского правительства ему поручено «у ней ведати всякие обиходы»61. Готовясь к восстановлению мира и порядка после очищения Москвы, Второе Ополчение давало сигнал, что действует в рамках прежней законности, свидетельством тому и должно было стать почитание представителей угасшего царского рода. Мисюрь должен был решить и эту политико-дипломатическую задачу.
Думается, что со всеми поручениями Мисюрь Иванович Соловцов справился.
61 Наказная память Монастырского приказа М.И. Соловцову и В. Салманову об управлении вотчинами суздальского архиепископа в Суздальском и Шуйском уездах. 1612 год, 12 июля // АЮБ. Т. 2. № 230-8. Стб. 678-684.
82


Мисюрь Иванович Соловцов
В 1613 году М.И. Соловцов вполне мог быть представителем Нижнего Новгорода на Земском соборе, избравшем на царство Михаила Федоровича Романова. Во всяком случае, его подпись стоит под текстом «Утвержденной грамоты» об избрании нового царя62.
Чуть позже отличился и попал во внимание молодого государя Михаил Соловцов. Он, будучи головой казанских стрельцов, активно участвовал в преследовании И. Заруцкого. Именно ему в июле-августе 1614 г. было поручено доставить захваченных в плен Марину Мнишек с сыном из Астрахани в Москву63. Главная внутренняя опасность для утверждения на престоле царя Михаила Романова была устранена.
Другой брат Яков Соловцов ещё в феврале 1614 года обратился к царю Михаилу Федоровичу с просьбой о пожаловании в жильцы64. И просьба эта была удовлетворена.
Мисюрь Иванович же продолжал служить нижегородским выборным дворянином. Правда он имел самый большой среди нижегородцев, четвертчиков Костромской чети, денежный оклад, составлявший 55 рублей65. Не зря его подпись стояла под «Утверждённой грамотой». Весной 1614 г. Мисюрь Соловцов находился в Москве. 1 апреля 1614 г. «Яков да Мисюрь Соловцовы с товарищи» сказали в Разряде дьякам «в сыску дворян разных городов» про оклад нижегородца Тимофея Протасьева Нармацкого66. Судя по этой записи, братья Соловцовы
62 Утвержденная грамота 1613 года об избрании на царство Михаила Федоровича Романова // Козляков В.Н. Смута в России. 17 век. М., 2007. С. 522.
63 Изборник... С. 360-362.
64 Челобитная Якова Соловцова о пожаловании его в жильцы. 1614, февраль  //  АМГ.  Т. 1.  №  50, С. 84-85.
65 Кормленая книга Костромской чети 1613-1627 годов / публ. А.Н. Зерцалов // РИБ. СПб., 1894. Т. 15. С. XXV.
66 Кормленая книга Костромской чети... // РИБ. Т. 15. С. 59.
83


Глава 1
были четвертчиками Костромской чети, как и Тимофей Нармацкий.
Летом 1614 г. М.И. Соловцов был отправлен со специальным заданием в Соловецкий монастырь. Ему надлежало получить денежные средства монастырской казны, необходимые для выплаты жалования ратным людям. Вместе со старцем Ларионом Масловым он успешно доставил в Москву 1000 рублей. Соловцов прибыл с казной в Москву в первых числах августа 1614 г., хотя грамота от царя Михаила игумену Иринарху о получении средств датирована 31 августа67. Дело в том, что уже 17 августа он находится под Смоленском в войске князя Д.М. Черкасского. В этот день князь Д.М. Черкасский под Смоленском устраивал смотр войску. Мог встретиться Мисюрь Соловцов со своим братом Михаилом, прибывшим в августе с ценными пленниками в Москву.
Мисюрь записан в числе тех служилых людей, которые поручились по службе и в деньгах (Иван Корсаков, Савва Языков и др.) за смолянина Исаака Неелова. В октябре 1614 г., судя по записи в приходно-расходных книгах Разряда, он поставил подпись за И. Неелова в получении им денег за службу (21 руб.): «В Ысаково место Неелова Мисюрь руку приложил Соловцов»68.
Затем на два года судьба нашего героя связана с городом Царицыным, куда он был назначен воеводой. В Книгах разрядных и Дворцовых разрядах Царицын впервые упоминается после длительного перерыва лишь в 1615 г. В 1614 г. из Понизовых городов указаны только Самара
67 Географическое, историческое и статистическое описание ставропигиального первоклассного Соловецкого монастыря. Составленное трудами архимандрита Досифея. Ч. 3. М., 1836. С. 98, 113.
68 Приходно-расходная книга Разряда 123 г. // Приходно- расходные книги московских приказов. Кн. 1 // РИБ. М., 1912. Т. 28. Стб. 454.
84


Мисюрь Иванович Соловцов
и Астрахань. В течение двух лет (1615  и  1616г.)в этих источниках повторяется одна и та же фраза: «На Царицыне Мисюрь Соловцов»69. После лихолетья, разгула казаков, татар, ногайцев приходилось здесь вновь утверждать и подтверждать власть Москвы.
Именно Мисюрь Иванович руководил строительством возводимого заново города Царицына. Нижегородец Мисюрь ставил свой город, пусть и вторично, но свой город. Служа царскому престолу и проводя его политику, он выступал творцом. Благодаря сочинениям Федота Котова, Адама Олеария с его рисунком крепости и с картой Волги, а также Книге Большому Чертежу мы можем себе представить, как выглядел новый город Царицын.
Из челобитной Мисюря Соловцова в Москву 1616 г. (см. ниже) узнаем, что летом 1615 г. в районе Казани собирался караван, в состав которого входили курмышские и другие дети боярские, а также стрельцы, плотники и т.д. Плоты с разобранными стенами, башнями, будущими храмами и другими строениями нового города Царицына сплавляли по Волге мимо Самары. Город строился споро - по испытанным со времён взятия Казани в 1552 г. (Свияжск) технологиям. В этой же челобитной говорится, что строительство города Царицына началось 28 сентября 1615 г., а уже в январе 1616 г. острог и церкви были поставлены. Об этом в начале марта 1616 г. докладывали в Москве стрельцы, отправленные воеводой Соловцовым.
Сохранилось немало документов, которые позволяют не только выяснить имена людей, принимавших участие в строительстве Царицына, но и уточнить хронологию событий, происходивших в этом районе.
69  Книги разрядные. T. 1. (1614-1627). СПб., 1853. Стб. 79, 196; ДР. СПб., 1850. T. 1. Стб. 193,246.
85


Глава 1
Важным источником о состоянии Царицына в годы воеводства Мисюря Соловцова являются документы из фонда 396 РГАДА (Архив Оружейной палаты). Это так называемые «Расходные книги Казенного двора», содержащие информацию о пожалованиях служилым людям за различные службы70.
Известны некоторые соратники Мисюря Соловцова, участники строительства крепости. Первые царицынские стрельцы были награждены в Москве уже в марте 1616 г., они пожалованы «за царицынское острожное дело, что они острог и церкви поставили». По мнению И. О. Тюменцева, первыми царицынскими храмами были поставлены Иоанно-Предтеченская и Троицкая церковь. Среди строителей Царицына - стрельцы Василий Агафонов, Дружина Иванов, Фома Степанов, Богдан Кузьмин, Обросим Клементьев, Иван Сеченый. По-видимому, именно этих стрельцов в январе - феврале 1616 г. воевода Царицына Мисюрь Соловцов отправил в Москву с донесением об окончании строительства крепости. Государь их пожаловал «за царицынское острожное дело, что они острог и церкви поставили и за приезд». Каждый из этих стрельцов получил по рублю на сукно71.
Один из курмышских служилых людей, Федор Васильевич Дубенский, получил награду позже, ему 1 апреля 125 года (1.4.1617 г.) «по памяти за приписью дьяка Богдана Губина за царицынскую службу и за городовое
70 Малов А.В. Царицынские службы и царицынские служилые люди в расходных книгах казенного двора. 124-й (1615/1616) - 130-й (1621/22) годы // Вестник ВолГУ. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. 2019. Т. 24, № 2. С. 184-202.
71 Гераклитов А.А. История Саратовского края в XVI-XVIII вв. Саратов, 1923. С. 199; Тюменцев И. О. Царицынская крепость в XVII в. С. 184-185.
86


Мисюрь Иванович Соловцов
поставленье придано рубль»72. Всего за период 1616- 1617 гг. были пожалованы в Москве около 30 служилых людей - соратников Мисюря Соловцова (рядовые стрельцы, пятидесятник, сотник, стрелецкий голова и некоторые дети боярские)73.
Самому Мисюрю Соловцову за «царицынское городовое поставление» 23 марта 1620 г. было пожаловано «8 аршин камки адамашки лазоревой и 4 арш. сукна английского...»74.
Но всё это будет потом, а пока в первый год службы в Царицыне над головой царицынского воеводы стали сгущаться тучи. Для расследования жалобы персидского купца Хозя (Хаджи) Незамеддина на царицынского воеводу, летом 1616 г. в Царицын прибыла специальная комиссия из Москвы. Ее возглавляли князь Иван Михайлович Барятинский и дьяк Иван Сукин.
В описи архива Посольского приказа 1626 г. сохранилось упоминание документа «Распроссные речи Мисюря Соловцова 124 году (1615/1616 г.), как он был на Царицыне в воеводах». Князь И. Барятинский и дьяк И. Сукин проводили в Царицыне расспрос и обыски. Их интересовало, правда ли, что воевода не пропустил из Царицына в Астрахань приказчика персидского купца по имени Ходоватка, «и к себе его подговорил ли и товару с ним на шестьсот рублев взял ли»75?
Свыше 120 лет назад Н.И. Веселовским был опубликован источник, в котором подробно освещены данные
72 Кормленая книга Костромской чети 1613-1627 годов // РИБ. Т. 15. С. ИЗ.
73 Малов А.В. Царицынские службы и царицынские служилые люди... С. 192-193.
74 Дополнения к Дворцовым разрядам. Ч. 1. М., 1882. Стб. 205- 206.
75 Опись архива Посольского приказа 1626 года / под ред. С.О. Шмидта. Ч. 1. М., 1977. С. 342.
87


Глава 1
события. Речь идет о «Памятниках дипломатических и торговых отношений России с Персией»76. Особый интерес представляют наказ князю Ивану Михайловичу Барятинскому от 18 февраля 1616 г. о проведении сыска в Царицыне77, расспросные речи в Москве 31 января приказчика персидского купца Незамеддина по имени Хозя Магмет78, челобитная самого купца Незамеддина, которую передал думному дьяку Петру Третьякову приказчик Хозя Магмет79. На этой челобитной сохранилась помета думного дьяка П. Третьякова: «Сыскивать князю Ивану накрепко». Но и Мисюрь не молчал: важнейшим источником является его челобитная по данному делу, отправленная из Царицына вскоре после получения царской грамоты от 9 мая 1616 г.80
Что же произошло во второй половине 1615 г. в Царицыне? В челобитной царю Мисюрь Соловцов опровергал обвинения в том, что он якобы насильно задержал в Царицыне слугу купца Незамеддина по имени Богдашка, «а по кизылбашски зовут Худодатка», что якобы отобрал весь его товар на 600 рублей, насильно крестил его в православную веру и хотел его у себя женить, «дать за него русскую девку».
Мисюрь Соловцов докладывал царю: «В прошлом, государь, в 123-м году ехал со мною ис Казани вместе в короване кизылбашского купчинин человек и проехав Самару принес челобитную, и бил челом тебе, государю, чтобы ты, государь, его пожаловал, велел на Царицыне
76  Памятники дипломатических и торговых сношений Московской Руси с Персией. Т. 1-3 / под ред. Н.И. Веселовского // Труды Восточного отделения императорского Русского археологического общества. Т. 20-22. СПб., 1890-1898 (далее - Памятники...).
77 Памятники... Т. 3. СПб., 1898. С. 82-84.
78 Памятники... Т. 3. С. 73-74.
79 Памятники... Т. 3. С. 71.
80 Памятники... Т. 3. С. 257-258.
88


Мисюрь Иванович Соловцов
крестить. И на Царицыне, государь, не токмо што храм, и острог не почат делать, и я, холоп твой, тово купчинина человека, Худодатка послал на Астрахань со всем животом и казанскую ево проезжую таможенную грамоту к боярину ко князю Ивану Микитичу Адуевскому с товарищи, с курмышенином с сыном боярским с Кондратием с Шахматовым, сентября в 28 день, как почали на Царицыне острог ставить. И преж сего я к тебе, государю писал о том с курмышенином с Борисом с Сивцовым». Далее в этой челобитной Мисюрь Соловцов сообщал, что ему писал астраханский воевода И.Н. Одоевский, что этого приказчика Худодатку и весь его товар у Кондратия Шахматова в Астрахани «по таможенной казанской грамоте взяли весь сполна».
Это может стать сюжетом для романиста: в Смутное время персидский купец купил русского маленького мальчика Богдашку, вынудил его принять ислам, сделал своим слугой, он стал приказчиком Худодаткой. Когда юноша Богдан-Худодатка повзрослел, воспользовался удобным моментом, и обратился к воеводе Соловцову, чтобы тот помог ему креститься в православную веру, и остаться на своей родине, в России.
По-видимому, после возвращения Мисюря Соловцова в Москву в начале 1617 г. дело по поводу жалобы персидского купца вызвало новые разбирательства. По мнению И.О. Тюменцева, Мисюрь Соловцов «вынужден был уйти в отставку и уступить место в служебной иерархии сыну». Действительно, М.И. Соловцов от службы был отставлен. В нижегородских десятнях 1618 и 1621 гг. он уже числится среди отставных дворян81. Зато на службе появляется его сын Андрей, который в 1616 г. при верстании новиков получил поместный оклад в 350 четей. А в 1618 г.
81 Сторожев В.Н. Состав нижегородского дворянства по десятням. С. 401-404.
89


Глава 1
«за отца его службу» был верстан земельным окладом в 450 четей земли и денежным в 12 рублей82. В Боярском списке 1621-1622 гг. Андрей Соловцов - уже выборный дворянин по Нижнему Новгороду83.
После Смуты Мисюрь Соловцов долго судился за свою вотчину с другими дворянами. Среди претендентов на спорные земли - бывший сторонник Лжедмитрия II Михаил Бутурлин, а также Иван Салтыков. Кроме того, можно назвать Петра Пронского и Михаила Белосельского, которые в 1617 г. бежали из Вязьмы, когда к городу прибыл королевич Владислав.
Мисюрь Соловцов без особого труда выиграл данный спор. Дольше длился земельный конфликт с Иваном Благим. Соловцов в итоге выиграл и это дело. После очной ставки царь пожаловал спорную вотчину Мисюрю Соловцову «по прежней государевой жалованной грамоте»84.
Кроме того, в июне 1620 г. князь Роман Волховский потребовал через суд, чтобы Мисюрь Соловцов заплатил ему давний долг. Суд взыскал с бывшего воеводы Царицына крупную сумму денег и фактически разорил его85.
Временная отставка Мисюря Соловцова закончилась в начале 1622 года. В мае 1622 г. он был назначен воеводой в Цивильск. В Книгах разрядных записано: «В Цывильском воевода Мисюрь Соловцов, послан в 130 году в мае». В этом городе Мисюрь Соловцов сменил столь-
82 Кормленая книга Костромской чети 1613-1627 годов // РИБ. Т. 15. С. 115.
83 Сторожев В.Н. Материалы для истории русского дворянства. Вып. 2. С. 100,  123.
84 Сказка Андрея Мисюрина сына Соловцова о службе своего отца Мисюря Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий Вып. 6. М., 2000. №10. С. 231.
85 Тюоменцев И.О. Царицынская крепость в XVII в. С. 185.
90


Мисюрь Иванович Соловцов
ника Ивана Никитича Головина86. В начале следующего 1623 года его сменил в Цивильске новый воевода Григорий Свиньин87.
Кроме сельца Поляна Кстова, Подвязья, деревни Молитовки в Стрелецком стане Нижегородского уезда, Мисюрю Соловцову принадлежал также «оселок Звягин»88. А двор М.И. Соловцова располагался на Большой Мостовой улице, не доходя Печерского монастыря. На дворе постоянно проживал дворник89.
В своей духовной, составленной 1 февраля 1627 г., Мисюрь - Пантелеймон Иванович Соловцов назначил своими душеприказчиками жену Стефаниду и сына Андрея. Семейные иконы он оставил жене, сыну, снохе Марье, внучке Ульяне и племянникам Василию и Ивану, внучатым племянникам Андрею и Мирону Ивановичам, а также вдове и снохе его покойного брата Якова - Анне и Александре. Он завещает сделать пожертвования на помин его души практически во все церкви и монастыри Нижнего Новгорода. Сыну оставил он и свою выслуженную вотчину90. Мисюрь Иванович Соловцов скончался в том же 1627 году, перед кончиной приняв монашеский постриг под именем Пафнутия. Его имя было занесено в Синодик Нижегородского Благовещенского монастыря, усердным вкладчиком которого он был91.
86 Книги разрядные. T. 1. Стб. 873,  764.
87 Книги разрядные. T. 1. Стб. 873,  927.
88 Веселовский С.Б. Нижегородские платежницы // ЧОИДР. 1910. Кн. 3. С. 12,  19,  163,  171.
89 Писцовая и переписная книги XVII века по Нижнему Новгороду: Писцовая книга 1621-1629 гг. // РИБ. СПб., 1896. Т. 17. Стб. 68, 182-183.
90 Духовная Пантелеймона Мисюря Соловцова. 1627 год, 1 февраля // АЮБ. СПб., 1857. T. 1, № 86. Стб. 555-561; Осадный список 1618 г. // Памятники истории Восточной Европы. Т. 8. С. 517.
91 Сказка Андрея Мисюрина сына Соловцова о службе своего отца Мисюря Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий
91


Глава 1
***
Мисюрь-Пантелеймон Иванович Соловцов - пример человека, который имеет чёткие морально-политические ориентиры. Он не колебался в выборе, который всегда определялся в пользу того, кто является законным правителем России. Возможно, на это повлияло общее настроение в Нижнем Новгороде и его опыт борьбы с тушинцами. Определение их и им подобных врагами сформирует отношение Соловцова к деструктивным силам в Смуту, и после свержения Шуйского он примкнёт сначала к Первому Ополчению, а потом признаёт власть Второго Ополчения. Мисюрь Соловцов не просто служака, он инициативен, смел, умён, что делает его заметным. И эти качества, проявившиеся и у его братьев, позволяют говорить и о семейном воспитании. Земельные приращения владения Мисюря и братьев, показывают ещё один мотив истового служения. Власть дала им эти земли, подтвердила владения ими, отвела конкурентов. Любая другая власть могла бы лишить их этой собственности, а потому надо было поддерживать законного царя. При этом в расстановке приоритетов Мисюрь Соловцов (и его братья) ставил службу, отринув мысли не только о материальном благополучии, но даже и о сохранении жизни. Поэтому в «активе» Мисюря Соловцова победа (пусть и неполная) над Лисовским, «интендантство» в Ядрине, улаживание спорных дел и дипломатические миссии, доставка сибирской и вологодской казны, а также возведение царицынского града на Нижней Волге и много чего безупречного, что осталось за полями документов. Мисюрь Соловцов олицетворяет собой вклад служилого
Вып. 6. М., 2000. № 10. С. 231; Синодик нижегородского Благовещенского монастыря // Отдел редких книг и рукописей Нижегородской государственной областной универсальной научной библиотеки. Ф. 1. Оп. 2. № 37. Л. 38.
92


Мисюрь Иванович Соловцов
сословия в спасение своей родины через служение государству и созидание той страны, которой стала Россия после Смуты. Символом этого является «рукоприкладством Мисюря-Пантелеймона Ивановича Соловцова под «Утвержденной грамотой». Известные ранее и введённые недавно документы уже позволяют выводить Мисюря Ивановича Соловцова в первый ряд деятелей Смутного времени: он оказывал судьбоносное влияние на ход событий, оказывавшись по своей ли, по руководящей ли воли в том или ином месте в сложное время. И сколько таких ещё деятелей скрыто в «дыму» начала столетия XVII-гo!
Частично материалы данного очерка опубликованы А.Ю. Кабановым под названием «Нижегородский дворянин Мисюрь Иванович Соловцов - забытый герой эпохи Смуты». // Мининские чтения. Сборник научных трудов по истории Смутного времени в России начала XVII в. В память 400 - летия Нижегородского Подвига. Нижний Новгород, 2012. С. 142-151.
См. также: Рабинович Я.Н. Воевода Царицына Мисюрь (Михаил) Головин (Иванович) Соловцов: страницы биографии // Стрежень: Научный ежегодник / под ред. М.М. Загорулько Вып. 10. Волгоград: Издатель, 2012. С. 149-156.
93


Степан Лазаревич Татищев страницы биографии
«Пожарский ...по совету с князем Дмитрием Мамстрюковичем Черкасским и другими воеводами послали в Новгород Стефана Лазорева сына Татищева»
«Отец русской истории» Василий Никитич Татищев в «Истории Российской» много внимания уделял событиям Смутного времени1. При изложении его хода В.Н. Татищев, кроме различных письменных источников, мог использовать семейные предания рода Татищевых. Они могли идти от сыгравших заметную роль в Смутное время Степана Лазаревича Татищева, прадеда Василия Никитича, а также - Михаила Игнатьевича Татищева и его братьев.
Родовая вотчина Степана Лазаревича Татищева находилась в Дмитровском уезде (сельцо Горбово Лутосенского стана на реке Сестре с деревнями Палкино и Крюково - всего 144 четвертей пашни). Затем С.Л. Татищев продал эти земли своему дяде, Афанасию Ивановичу2.
1 См.: Татищев В.Н. Выписка из гистории с начала царствования царя Федора Иоанновича // Татищев В.Н. История Российская: в 7 т. Т. 6. М.; Л., 1966. С. 281-369; Он же. Дела до гистории политической, Росийскаго государства касающияся. Царство царя Михаила Федоровича// Татищев В.Н. История Российская. Т. 7. М.; Л., 1968. С. 149-180.
2 Татищев С.С. Род Татищевых. СПб. 1900. С. 14,  28.
94


Степан Лазаревич Татищев: страницы биографии
О службе Степана Татищева в первые годы Смуты можно судить по косвенным сведениям Разрядных столбцов сыска денежных окладов. Во время «Московского разорениям пропали почти все документы о денежных окладах служилых людей, получавших жалование из Костромской, Галицкой и других четвертей. В связи с такой пропажей для проверки сведений челобитчиков правительство нового царя Михаила Романова прибегло к сыскам. Для них выбирали не просто осведомленных лиц, а товарищей по службе того лица, об окладе которого производился сыск. Степан Татищев подтвердил вместе с другими дворянами оклады Федора Зюзина, Федора Акинфова, Данилы Мартюхина, Селиверста Дашкова3.
Судя по этим записям, Степан Татищев оставался верен царю Василию Шуйскому, сражаясь с Лжедмитрием II в 1608-1610 гг. Возможно, Степан Татищев оборонял Москву от тушинцев в 1608-09 гг. (вместе с Федором Акинфовым, своим будущим родственником). В конце 1609 г. он присоединился к войску Скопина-Шуйского, воевал под Александровой слободой, вместе с Федором Зюзиным сидел в осаде в «Жестелеве острожке» под Дмитровом (в начале 1610 г.), когда к нему от Троице-Сергиева монастыря подошли польско-литовские войска Яна Сапеги, участвовал в разгроме гетмана Сапеги под Дмитровом и снятии тушинской блокады Москвы.
После свержения Василия Шуйского и установления в Москве власти Семибоярщины С.Л. Татищев вместе с москвичами 17 августа 1610 г. присягнул польскому королевичу Владиславу. В сентябре 1610 г. он даже находился в составе посольства Филарета-Голицына к королю
3 Разрядные столбцы 122-124 гг. сыска денежных окладов: Четвертинки Смутного времени (1604-1617) Смутное время Московского государства. Вып. 9 / пред. Л.М. Сухотина // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 222, 227, 229, 237.
95


Глава 1
Сигизмунду под Смоленском, представляя городовое дворянство Дмитрова4.
Целью посольства было приглашение на царский престол королевича Владислава при условии принятия им Православия и ухода Сигизмунда III в Польшу. Однако Сигизмунд III боялся отпускать сына в Москву и не собирался уводить войска из-под Смоленска. В результате, московская делегация под Смоленском вскоре разделилось на три группы: «предатели» - Салтыков, Андронов, «патриоты» Филарет, Голицын и основная масса членов посольства. К последним относился и Степан Татищев. Как и келарь Авраамий Палицын, он изменил миссии, присягнул королю Сигизмунду и получил от него ряд наград. Польский король также утвердил за ним его поместья. Затем в числе прочих дворян и детей боярских в декабре 1610 г. Степан Татищев был отпущен королем к Москве5. Однако, уже в 1611 г., как и большинство участников посольства, С.Л. Татищев перешел на сторону Подмосковного ополчения Прокопия Ляпунова.
Через некоторое время он оказался в составе Нижегородского ополчения. Трудно судить, какие ранее были отношения С.Л. Татищева с князем Д.М. Пожарским.
4 Именная роспись московским послам, отправленным к польскому королю Сигизмунду... 1610, сентября // Акты, относящиеся к истории Западной России (далее - АЗР). СПб., 1851. Т. 4 (1588- 1632). № 182. С. 318-319; См. также: Посольство к королю Сигизмунду и королевичу Владиславу митрополита Филарета... 1610, сентябрь - 1611, апрель // Памятники дипломатических сношений Московского государства с Польшей (1609-1615) // Сб. РИО. СПб., 1913. Т. 142, №11. С. 183.
5 Сб. РИО. Т. 142, № 11. С. 209; Жалованные и другие грамоты Польского короля Сигизмунда Московским сановникам, дворянам, детям боярским и другим лицам, на отчины и поместья, чины, денежные и хлебные оклады, дворы и пр., по случаю избрания сына его, королевича Владислава на Московский Царский престол. 1610-1612 // АЗР. Т. 4, № 183. С. 395.
96


Степан Лазаревич Татищев: страницы биографии
Одно можно утверждать: Пожарский полностью доверял Татищеву поручил ему ответственную дипломатическую миссию.
В начале апреля 1612 г. Нижегородское ополчение прибыло в Ярославль. Сразу же Д.М. Пожарский известил шведского военачальника Якоба Делагарди в Новгороде о направлении туда в скором времени посольства. Его руководителем и был назначен Степан Татищев. Впервые о посольстве С.Л. Татищева писал ещё его потомок, «отец русской истории» В.Н. Татищев. Он указывал, что «Пожарский ...по совету с князем Дмитрием Мамстрюковичем Черкасским и другими воеводами послали в Новгород Стефана Лазорева сына Татищева с письмами, в которых объявили, что они идут Москву от поляков очистить, а против шведов никакого неприятельского намерения не имеют, и просили у них помощи. При том же велели ему объявить и о королевиче: если он полезный договор сделает, то они все его на царство с охотою принять готовы»6.
Посольство С.Л. Татищева включало в свой состав представителей разных сословий, главным образом дворянства7. Л. В. Черепнин отметил связь между составом этого посольства и составом готовящегося, но не состоявшегося избирательного Земского собора8 (в посольстве участвовал даже один представитель посадского населения)9.
6 См.: Татищев В.Н. Указ. соч. Т. 6. С. 359.
7 О составе и времени прибытия посольства в Новгород см.: Отписка устюжан к вычегодцам. 1612, июнь // ААЭ. СПб., 1836. Т. 2, № 208. С. 264.
8 Черепнин Л.В. Земские соборы Русского государства в XVI- XVII  вв.  M., 1976.С. 182.
9 Грамота кн. Д.М. Пожарского Я. Делагарди. Апрель 1612 г. //Действия Нижегородской ученой архивной комиссии. Сборник (далее - Сб. НУАК). 1912. T. XI, № 143. С. 249-250; Грамота кн. Д.М. Пожарского к воеводе И.Н. Одоевскому // Там же. № 144.
97


Глава 1
Из Ярославля Степан Татищев выехал в Новгород в конце апреля 1612 г. Он вез с собой в Новгород грамоты для митрополита Исидора, боярина кн. Одоевского и шведского военачальника Делагарди. Пожарский как глава Ополчения предлагал совместно вести борьбу против «литовских людей», против очередного Лжедмитрия, укрепившегося в Пскове. В письме к Делагарди была ещё просьба, прислать «опасный лист» для великих послов. Их предполагалось после завершения миссии направить в Швецию10. В письмах к Исидору и Одоевскому Пожарский просил прислать в Ярославль «из властей и всяких чинов человека по два-три» для участия в выборах нового царя: «договориться с ними о великом земском деле»11.
Новгородцев просили, чтобы без нужды не задерживали у себя Степана Татищева и отправили его, «вскоре, не замешкав», в Ярославль вместе с новгородскими послами.
С. 251-255; В данных документах впервые указан полный состав посольства С.Л. Татищева. Список лиц посольства Татищева сохранился также среди других документов Новгородского оккупационного архива (столбцы Дворцового приказа). Это хозяйственный документ был сметой расходов на содержание посольства. См.: Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. СПб., 2008. С. 229-230.
10 Сб. НУАК. T. XI. № 143. С. 249-250.
11 Сб. НУАК. T. XI. № 144. С. 251-255. Юхан Видекинд отмечал, что данное письмо было написано 16 апреля 1612 г. Комментатор труда Видекинда В. Г. Гейман в 1940 г. писал, что «эти грамоты среди русских источников не сохранились». Г.А. Замятин также в своем известном труде о Смуте (1913 г.) отмечал, что «эти грамоты до настоящего времени не дошли». Впервые на данные документы обратили внимание П.Г. Любомиров и Г.А. Замятин в статьях 1914 г. См.: Замятин ГА. К вопросу об избрании Карла Филиппа на русский престол (1601-1616). Юрьев. 1913. С. 41; Он же. «Новый Летописец» о сношениях между Ярославлем и Новгородом в 1612 г. // ЖМНП. 1914. Т. 50. № 3. С. 64-65; Видекинд Ю. История десятилетней шведско-московитской войны. С. 232-233, 601; Любомиров П.Г Очерк истории нижегородского ополчения (1611-1613 гг.) // ЖМНП. 1914. Т. 50. № 3. С. 42-43.
98


Степан Лазаревич Татищев: страницы биографии
Те должны были привезти текст договора, заключённого ими со шведами в июле 1611 г. Руководители Ополчения хотели знать «подлинно по статьям» содержание договора новгородцев с Делагарди. Пожарского интересовало, соблюдает ли Делагарди данный договор («по ся место на своем слове стоит ли?»), каковы пункты договора о королевиче, когда этот шведский принц прибудет в Новгород. И Пожарского, и членов Освященного собора, в первую очередь митрополита Кирилла, волновал вопрос о вере королевича («где ему в котором городе в нашу православную крестьянскую веру Греческаго закона креститься»). Всё это предпринималось для того, чтобы после совещания с новгородскими послами отправить из Ярославля от «всей земли» послов в Швецию к Карлу IX просить королевича «на Владимерское и на Московское и на все великое государство Российского царствия».
Татищев приехал в Новгород 12 мая 1612 г., а уже через неделю, 19 мая, он выехал из Новгорода назад, в Ярославль12. Накануне отъезда посольства Татищева в Ярославль из Новгорода 17 мая по Дубецкой дороге до границы с Белозерским уездом были отправлены специальные люди для выбора лучшего пути и для доставки кормов на станы для участников посольства13. Специальные сборщики изыскивали к 17 мая в дворцовых селах
12 Отписка устюжан к вычегодцам. 1612, июнь // ААЭ. СПб., 1836. Т. 2, № 208. С. 264; Делопроизводство начала XVII в. имело свои особенности, которые необходимо учитывать исследователям при чтении актовых материалов. Фраза «мая в 12 день писали вы к нам в Великий Новгород с дворянином с Степаном Лазаревичем Татищевым и с иными дворяны разных городов» означает, что 12 мая воевода Н.Н. Одоевский в Новгороде уже получил это письмо, а не время отправки данного письма из Ярославля.
13 Селин АЛ. Новгородское общество... С. 308; См. также: Роспись жильцам и дворянам и детям боярским - участникам посольства С.Л. Татищева. 1612, май // Селин А.А. Новгородское общество... С. 480.
99


Глава 1
по полтора рубля на посольство Татищева, направляя эти деньги в Новгород. Сохранилась также роспись корма, необходимого для послов. Вместе с С.Л. Татищевым в состав посольства входили 15 человек дворян и мурз, 1 посадский человек, свита (людей дворянских - 44 человека). Предусматривался также корм на 45 лошадей. Эта роспись была выдана новгородскому помещику Гостю Коковцеву и подьячему Емельяну Елизарову, сопровождавшим посольство С.Л. Татищева14.
Исидор и Одоевский в письме Пожарскому сообщали: «и мы Степана Татищева отпустили к вам в Ярославль мая в 19 день». Далее новгородцы сообщали, что вскоре пришлют своих послов со всеми необходимыми документами15. Они промолчали о важном поступке посла. Он, говоря в Новгороде о возможном избрании крещеного шведского принца на московский престол, «как бы мимоходом потребовал, чтобы новгородцы не предлагали более северным и поморским городам присоединиться к своему государству без ведома ярославского Совета»16. Очевидно, за этим стояла воля руководства Ополчения.
Степан Татищев вернулся в Ярославль 1-го июня17, имея с собой отписки от митрополита, от воеводы Одо-
14 Роспись ярославских послов и корма на их обиход. 1612, май // RA, NOA. Serie 2: 351. Л. 435, 556-559; Память рассыльщику Трофиму Комлеву о сборе по росписи с государевых дворцовых сел по полутора рублей денег под посланника Татищева. 1612. 13.05 // RA, NOA. Serie 2: 351. Л. 440-447; Челобитная (отписка) подьячего Улана Собакина об отправке части денег под посланников в Новгород. 1612, после 20.05 // RA, NOA. Serie 2: 351. Л. 448-449. Благодарю А. А. Селина за предоставленные документы Новгородского архива.
15 Отписка устюжан к вычегодцам. 1612, июнь // ААЭ. Т. 2, № 208. С. 263.
16 Скрынников Р.Г. Михаил Романов. М., 2005. С. 116.
17 Не все участники посольства 1 июня возвратились в Ярославль. Часть посольства (3 члена посольства и 8 человек свиты) вернулась обратно в Новгород 27 мая из-за боязни «литовских лю-
100


Степан Лазаревич Татищев: страницы биографии
евского и от Делагарди. Об этих делах и сведениях, доставленных Татищевым, Пожарский известил города в Сибири18 и, конечно, ближайшие города. Туда отправлялись списки с грамот от Исидора и Одоевского, которые Степан Лазаревич привез из Новгорода от Исидора, Одоевского и Делагарди. Жители этих городов немедленно отправляли от себя эти грамоты в отдаленные местности.
В Новом летописце записано, что С. Татищев по возвращении в Ярославль сказал: «Отнюдь в Новгороде добра нечего ждати»19. Но это было написано более десятилетия после окончания Смуты, а тогда в грамоте, отправленной в Тобольск 10 июня 1612 г., Пожарский писал, что в расспросе «Татищев с товарищи сказали, что в Новгороде от Немецких людей никакой порухи и православным христианам разорения никакого нет, а живут по-прежнему, без всякой скорби»20. Степан Татищев дал благоприятный отзыв о состоянии Новгорода
дей», которые перерезали дороги. 5 июня этим посланникам было выдано из государевой казны на дорогу полтора рубля, «а отпущены они в Ярославль из Новагорода». Эти дополнительные кормовые деньги принес из Дворцовой избы дальний родственник С.Л. Татищева псковский помещик «Алексей Григорьев сын Татищев». Память Пятому Григорьеву от Андрея Лысцова с указанием размеров содержания дворян, воротившихся с дороги от С.Л. Татищева «для литовских людей». 1612.27.05 // RA, NOA. Serie 2:351. Л. 472; Память от Семена Лутохина Пятому Григорьеву дать из государевой казны полтора рубля ярославским дворянам на дорогу. 1612. 5.06 // RA, NOA. Serie 2: 351. Л. 475; Имена дворянам, которые воротились с дороги от Степана Лазоревича Татищева. 1612. 30.05 // RА, NOA. Serie 2:351. Л. 476.
18 Окружная грамота военачальника князя Дмитрия Михайловича Пожарского в Сибирские города. 1612, июня 10 // СГГД. СПб., 1819. Ч. 2, № 282. С. 598-599. Даты, указанные С.С. Татищевым, нуждаются в уточнении. Ср.: Татищев С.С. Род Татищевых 1400-1900. Историко-генеалогическое исследование. СПб., 1900. С. 27.
19 Новый летописец // ПСРЛ. СПб., 1910. Т. 14. С. 119.
20 СГГД. Ч. 2, № 282. С. 598-599.
101


Глава 1
к весне 1612 г., о православной церкви и о «мирном сосуществовании» шведов-лютеран и православных в городе. Составитель Нового летописца, смотревший на сношения Ярославля с Новгородом с усвоенной позже официальной точки зрения как на чисто дипломатический ход, не постеснялся переделать заявление С.Л. Татищева21.
Несмотря на старательную службу С.Л. Татищева, царское избрание в Ярославле не состоялось, так как королевич вовремя не прибыл в Новгород, да и в православие не перешёл. События же развивались своим ходом. Ополчение в конце июля 1612 г. двинулось к Москве. Степан Татищев занял место воеводы в этой рати и отличился в боях с гетманом Ходкевичем при освобождении Москвы: вместе с Селиверстом Дашковым Степан Татищев был заметен в «Хоткеевом бою» 22 августа и в Замоскворечье (24 августа), и в последующем приступе к городу «бился явственно»22.
Дальнейшая служба С.Л. Татищева при царе Михаиле Романове прослеживается по ряду документов Разрядного приказа. С лета 1613 г. Степан Татищев находился в войске князя Дмитрия Мамстрюковича Черкасского, отправленного для освобождения Смоленска от поляков. Того самого Дмитрия Мамстрюковича, что был вместе с князем Д.М. Пожарским в управлении Вторым ополчением, когда С.Л. Татищев отправлялся с дипломатической миссией в Новгород. Русские вой-
21 На это несоответствие обратил внимание ещё в 1891 г. А.И. Маркевич, веривший грамоте князя Пожарского Маркевич А.И. Избрание на царство Михаила Федоровича Романова // ЖМНП. 1891. № 9. Сентябрь. С. 184-185. В духе Маркевича высказывались позже А.Е. Пресняков, Г.А. Замятин, П.Г. Любомиров и др.
22 Разрядные столбцы 122-124 гг. сыска денежных окладов: Четвертчики Смутного времени. 1604-1617 гг. (Смутное время Московского государства. Вып. 9) / пред. Л.М. Сухотина // ЧОИДР. 1912. Кн.2. С. 237-238.
102


Степан Лазаревич Татищев: страницы биографии
ска заняли Вязьму, Дорогобуж, Белую и держали более трёх лет в осаде поляков в Смоленске. Интересные сведения о начале похода стольников кн. Д.М. Черкасского и М.М. Бутурлина к Вязьме привёл В.Н. Татищев (стольников-воевод он называет боярами): «И в Вязьме, уведав о войсках, государю крест целовали, и бояр встретили. То ж учинили и дорогобужане. И бояре, оставив в Вязьме воеводу Стефана Лазаревича Татищева, пошли к Белой, где тогда сидели поляки и шведы»23. Но в разрядной записи за 1612/1613 г. говорится, что воеводы «в Вязьме оставили воеводу Дмитрея Федорова сына Скуратова до государева указу»24. Вероятно, они были оставлены там вдвоём.
По разрядным записям известно, что в Вязьме в 1613/1614 г. был воеводой сокольничий и думный дворянин Гаврила Григорьевич Пушкин, которому помогал Афанасий Юрьевич Кукарин25. Видимо, они сменили осенью 1613 г. первых воевод Вязьмы - Степана Татищева и Дмитрия Скуратова. В Дворцовых разрядах указано, что 21 сентября 1613 г. «послал государь в Вяз- му» Г. Г. Пушкина и А. Ю. Кукарина26. Так что эта смена воевод произошла в конце сентября 1613 г., и С.Л. Татищев, Д. Ф. Скуратов присоединились к войску Черкасского под Смоленском.
Под Смоленском С.Л. Татищев находился «без съезду» по сентябрь 1614 г. За «Смоленскую службу» ему был «учинен» денежный оклад 66 рублей. В октябре 1614 г. он получил часть его: «По большой статье 25 рублей, да за службу придачу 10 руб-
23 Татищев В.Н. История Российская: в 7 т. Т. 7. Л., 1968. С. 155. В состав гарнизона крепости Белой входили не шведы, а шотландцы и ирландцы, перешедшие позже на русскую службу
24 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 103.
25 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 147.
26 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 115.
103


Глава 1
лей. Всего 35 рублей дано. Степан деньги взял и руку приложил»27. Расписался он и в получении денег за сослуживца, брянского помещика Ермолая Мясоедова. Уже в это время Степан Татищев указан в списке московских дворян. В 1615 г. он получил за службу по ввозной грамоте поместье в Кинешемском уезде (деревня Клынчинская на речке Суходоле в Вычужской волости и 6 пустошей)28. В 1616 г. в списке московских дворян Степан Татищев записан между И. И. СтаровоМилюковым и князем П.А. Волконским29. Именно за этот год сохранились его подписи в ряде документов о сыске денежных окладов.
В 1617 г. Степан Татищев назначен вторым воеводой в Вязьму. В Книгах разрядных в Вязьме в 1617 г. указан вначале один воевода кн. Никита Гагарин, которого сменили воеводы кн. Никита Мезецкий и Дмитрий Погожий. В Дворцовых разрядах отмечено, что «Дмитрий взят к Москве, а на его место был Степан Лазарев сын Татищев»30. Известно, что 16 июня 1617 г. в Вязьму было отправлено государево денежное жалование 59 помещикам-вязьмичам (662 рубля). Эти деньги прика-
27 Приходно-расходная книга Разряда 7123 года // Приходно- расходные книги московских приказов. Кн. 1 / сост. С.Б. Веселовский // РИБ. М., 1912. Т. 28. Стб. 375.
28 Татищев С.С. Род Татищевых. С. 28. В данной книге С.С. Татищева ошибочно говорится о Южской волости в Кинешемском уезде, в которой якобы были поместья С.Л. Татищева. Фактически в Кинешемский уезд входило 4 волости: Мериновская, Владычненская, Кинешемская и Вычужская. Южская волость, о которой писал С.С. Татищев, находилась в 200 км и входила в СтародубРяполовский стан Суздальского уезда. Ошибка связана с плохой сохранностью документа, в котором утрачены первые три буквы слова и сохранилось «...чужской волости». Отсюда и появилась Южская волость.
29 Книга, а в ней писаны бояре и окольничие и думные люди с денежными оклады... 124 году// АМГ. СПб., 1890. T. 1, № 108. С. 146.
30 ДР. СПб., 1850. T. 1. Стб. 287.
104


Степан Лазаревич Татищев: страницы биографии
зано было раздать при воеводах «Миките Мезецком да при Степане Татищеве»31.
Важным источником о службе С.Л. Татищева в Вязьме летом 1617 г. является Книга сеунчей (сеунч - весть о победе). 16 июля 1617 г., ровно через месяц после отправки из Москвы в Вязьму государева денежного жалования, к городу подошел польский отряд из войска Чаплинского. По приказу воевод кн. Н. Мезецкого и С. Татищева против поляков и русских «воров» был отправлен Иван Турский с дворянами, детьми боярскими разных городов и казаками. Бой закончился победой защитников Вязьмы. Были взяты в плен ротмистр, трубач и ещё 25 человек. В Москве узнали об этой победе 20 июля. Наращивая успех, воеводы 18 июля отправили в Дорогобужский и Вяземский уезды голову Киприана Соломеина. Тот захватил литовский острожек между Бельской и Дорогобужской дорогами, взяв в плен 23 человека. 29 июля эта весть была получена в Москве, а сеунщики щедро награждены32. Вскоре в Вязьму были направлены новые воеводы кн. П.И. Пронский и кн. М.В. Белосельский, не сумевшие, однако, защитить город от польского королевича Владислава и гетмана Ходкевича. При приближении поляков к Вязьме эти воеводы, не оказав никакого сопротивления, бросили город и сами бежали в Москву. В октябре 1617 г. поляки захватили Вязьму33.
Степан Татищев в это время находился уже в другом месте. Он получил новое назначение воеводой в Волхов34. Под его командованием находились внушительные силы в количестве 613 человек: 270 детей боярских болхо-
31 Приходно-расходная книга Разряда 7125 года // РИБ. Т. 28. Стб. 611.
32 Книга сеунчей 1613-1619 гг. // Памятники истории Восточной Европы. Кн. 1. М.; Варшава, 1995. С. 62-64.
33 ПСРЛ.Т. 14. С. 141.
34 ДР.Т. 1.  Стб.  346.
105


Глава 1
вичей, 28 стрельцов, 117 казаков, 18 пушкарей и воротников, 100 подымных людей и 80 «посадских людей со всякими бои»35. До настоящего времени исследователи мало обращали внимания на события, происходившие в этом регионе в завершающий период Смуты.
Передовые отряды войска польского полковника Казановского подошли к Волхову на заре 3 июня 1618 г. «для городового промыслу», но были отбиты. На следующий день к Волхову прибыли главные польские силы: сам Казаковский «со всеми людьми и с нарядом». С.Л. Татищев сделал успешную вылазку, захватив несколько языков. В ту же ночь Казановский попытался в ходе приступа овладеть Волховом. Бой под острогом продолжался «с полуночи до пятого часу дня». Поляки отошли за реку Нугрь, разбив стан в Онегиной слободке возле города. По приказу Степана Татищева крепостные пушки стали бить туда. Казановский предпринял очередной приступ к острогу со всех сторон конными и пешими людьми. Степан Татищев высылал на них голов с сотнями, и встречный бой длился от обеда до вечера 5 июня. Казановский, у которого не задались дела, снова отступил за Нугрь, но устроил лагерь «у Темяшева броду от города за версту», вне досягаемости крепостной артиллерии36. Но защитники города не оставляли их в покое, досаждали чем могли.
Бои под Волховом напоминали повседневную кровопролитную страду - ежедневно с утра до вечера, вплоть до 8 июня 1618 г. 6 июня «болховитин Иван Ржевский с товарищи» в ходе удачной вылазки «многих литовских людей побили и языков взяли 12 человек». Решающее сражение произошло утром 8 июня. Казановский со всеми людьми и нарядом «бился под городом с первого часу дня и до пятого». Понеся большие потери, поляки от-
35 Книги разрядные. СПб., 1853. T. 1. Стб. 538.
36 Книга сеунчей... С. 80.
106


Степан Лазаревич Татищев: страницы биографии
ступили от Волховской крепости в сторону Белева и Козельска. Уже 13-14 июня от Степана Татищева в Москву прибыли сеунщики Иван Ржевский и Самойло Совин с победной реляцией. Каждый из них получил награду «6 рублей и сукно доброе»37.
Волхов на некоторое время избавился от польской угрозы. А неугомонный Степан Татищев, когда к Волхову прибыли из Москвы подкрепления - войска кн. Федора Волконского и Матвея Челюсткина, уже 20 июня 1618 г. отправил к Козельску голову Игнатия Кривцова с детьми боярскими. Рейд был удачным: таборы Чаплинского были разгромлены, поляков «втоптали» в Козельск. Сеунщики об этих событиях прибыли в Москву 2-3 июля (награда им - сукно и 4 рубля)38. Только вот Козельск освободить от поляков не удалось.
Степану Татищеву вскоре пришлось вновь отражать вражеские штурмы Волхова. 4 июля 1618 г. к городу подошли польские войска, которыми командовали «полковник Устинко Лисовский да Ивашка Шеверда». Защитники и на этот раз были на высоте: все приступы 4-5 июля были отражены, сам воевода Ивашка был пленён, убит знаменщик, захвачены вражеские знамена. Полковник Лисовский (по-видимому, родственник погибшего в 1616 г. Александра Лисовского) отвел остатки войск от Волхова. Сеунщик от воеводы Степана Татищева Воин Опухтин принес эту весть в Москву 13 июля. О значении, которое придавали в Москве этой победе, говорит награда сеунщику («8 рублей и сукно доброе»)39.
Не везде дела шли так ладно, как у Волхова. В октябре 1618 г. по приказу Москвы в связи с невозможностью отстоять от поляков город Карачев, велено было его оста-
37 Книга сеунчей... С. 80-81.
38 Книга сеунчей... С. 82-83.
39 Книга сеунчей... С. 83-84.
107


Глава 1
вить, разорить, а остатки гарнизона (51 чел.) вывести в Волхов к Степану Татищеву40. Он оставался полковым воеводой в Волхове и в начале 1619 г. После подписания Деулинского перемирия и завершения Смуты, на южных границах России установилось относительное спокойствие, последние отряды поляков и черкас гетмана Сагайдачного покинули русскую территорию. Только теперь, летом 1619 г. Степан Татищев был отпущен к Москве, а в Волхов прибыл новый воевода Григорий Андреевич Алябьев41.
В 1621 г. по ввозной грамоте Степан Татищев получил новые земельные пожалования - поместье в Вычужской волости Кинешемского уезда (дер. Малый Бор на речке Сунже и др.)42.
С этого времени Степан Татищев становится одним из доверенных лиц царя и патриарха. В сентябре 1623 г., когда царь Михаил Федорович предпринял ежегодный поход к Троице-Сергиеву монастырю, впереди царской процессии 21 сентября были отправлены по станам вместо окольничих дворяне Борис Андреевич Хилков и Степан Лазаревич Татищев. 24 сентября царь со свитой был уже «на стану в селе Воздвиженском», а на следующий день - в Троице, где Б.А. Хилков и С.Л. Татищев устраивали столы. На обратном пути они же были посланы по станам в села Братовщино и Тонинское, где также устраивали столы 28 и 29 сентября 1623 г.43
В 1625 г. Степан Лазаревич получил новое назначение вторым воеводой в далекий Терский городок. В Книгах разрядных записано, что в 134 г. (1625/1626) на Терке был воевода Юрий Дмитриев сын Хворостинин, которо-
40 Книги разрядные. T. 1. Стб. 538.
41 ДР.Т. 1.  Стб.422.
42 Татищев С.С. Указ. соч. С. 28.
43 ДР.Т. 1. Стб. 569-571.
108


Степан Лазаревич Татищев: страницы биографии
му велено ехать к Москве, а на его место посланы воеводы князь Василий Петрович Щербатый и Степан Лазаревич Татищев44. По-видимому, в это время царской грамотой за Степаном Татищевым были утверждены наследственные вотчины в Лутосенском стану Дмитровского уезда - сельцо Федулино на речке Рыбалке и 4 пустоши, а в Раменском стану того же Дмитровского уезда - сельцо Малечкино на речке Черной и пустошь. В описании этих земель Степана Татищева хорошо заметны следы запустения от Смутного времени, много пашни поросло лесом45.
Путь из Москвы в Терский городок проходил по Волге через Астрахань, где произошла некоторая задержка. Здесь Степану Татищеву пришлось выполнить необычную просьбу родственников своей жены. Дело в том, что в 1607 г. бывший воевода Царицына Федор Акинфов, арестованный восставшими жителями, был отправлен в Астрахань, где его убили по приказу «царевича» Ивана- Августа (самозванца, выдававшего себя за сына Ивана Грозного и Анны Колтовской). Сыновья Федора Акинфова Архип и Иван попросили Степана Татищева (он был женат на их сестре), когда он будет в Астрахани, досмотреть гроб их отца, чтобы определить, можно ли забрать тело в Москву. Получив благословление у астраханского архиепископа Онуфрия, Степан Татищев выкопал гроб Ф. Акинфова. В ходе осмотра было обнаружено, что по прошествии 20 лет после смерти «тело невредимо ничем, саван цел». Обо всем этом Степан Татищев отписал в Москву. Сыновья Федора Акинфова Архип и Иван писали
44 Книги разрядные. T. 1. Стб. 1248. См. также: ДР. T. 1. Стб. 740. В Дворцовых разрядах отправка этих воевод в Терки отнесена к более раннему времени: уже 1 сентября 1624 г. «указал государь быть на Терке» князю В.П. Щербатому, «да с ним велел государь быть в товарищах Степану Лазареву сыну Татищеву». См.: ДР. T. 1. Стб. 629, - но другие источники не подтверждают этой даты.
45 Татигцев С.С. Указ. соч. С. 28.
109


Глава 1
в своей челобитной: «И  в прошлом, государи, во 134-м году послан на вашу государьскую службу на Терьку Степан Татищев и мы холопи ваши ему били челом, чтоб он досмотрел гроб отца нашего - мошно ли нам взят тело его к Москве. И Степан Татищев к нам писал, что он благословяся в Астрахани у архиепискупа и гроб отца нашего окапывал и его досматривал...». Царь и патриарх 9 марта 1627 г. разрешили Ивану Акинфову ехать в Астрахань, чтобы забрать тело отца и перезахоронить его на родине46.
Терский городок в те годы представлял собой мощную крепость с многочисленным стрелецким гарнизоном: 370 конных и 445 пеших стрельцов, а также 500 стрельцов из Астрахани на годовой службе. В Терках находились также 30 атаманов и 470 казаков, 5 черкасских мурз с отрядом в 328 человек, а также 35 детей боярских, 22 пушкаря, 8 воротников и десяток других служилых людей47. Степан Татищев оставался в Терском городке в 1627 г. и в первой половине 1628 г.48 В Книгах разрядных за 7136 г. (1627/1628 г.) указаны на Терке воеводы Василий Щербатый и Степан Татищев, «и князь Василий Щербатой и Степан Татищев отпущены к Москве», а на Терку посланы воеводы князь Иван Дашков и Богдан Приклонский49. В конце 1628 г. Степан Татищев уже находился в Москве. 25 декабря на Рождество у государя в столовой избе был
46 Челобитная Архипа и Ивана Федоровых Акинфовых царю Михаилу Федоровичу о перезахоронении их отца, убитого во время астраханского восстания. 1627, до марта 9 // Восстание Болотникова. Документы и материалы / сост. Копанев А.И., Маньков А.Г. М., 1959. С. 318-319; Гераклитов А.А. Материалы для истории Саратовского Поволжья (Столбцы Московского архива Министерства Юстиции): Челобитная царю Михаилу и патриарху Филарету от Архипа и Ивана Федоровых детей Акинфова. 1627 г. // Труды СУАК. Саратов, 1912. Вып. 29. № 4. С. 63-64.
47 Книги разрядные. T. 1. Стб. 1248,  1354.
48 ДР. T. 1. Стб. 847-848, 937.
49 Книги разрядные. СПб., 1855. Т. 2. Стб. 86.
110


Степан Лазаревич Татищев: страницы биографии
стол. У стола были многие члены Государева двора, в том числе 36 дворян, среди которых 13-м по списку записан Степан Татищев50.
По возвращении из Терского городка Степан Татищев участвовал в различных придворных церемониях, что свидетельствует о его высоком статусе. 10 апреля 1631 г. на праздник Светлого Воскресенья царь Михаил «велел видеть свои государевы очи». В Дворцовых разрядах Степан Татищев записан в списке среди дворян в передней комнате (после Федора Ивановича Чемоданова, бывшего воеводы Саратова). Сразу после Степана Татищева в этом списке указаны сыновья другого саратовского воеводы Григория Федоровича Елизарова, Михаил и Осип51. На следующий праздник Пасхи, который состоялся 1 апреля 1632 г. Степан Татищев снова записан в списке дворян в передней комнате после Ф.И. Чемоданова52.
Кроме того, Степан Татищев выполнял различные служебные обязанности. В апреле 1631 г. его назначили объезжим головой для бережения от огня и от всякого воровства в московском Китай-городе вместо отставленного из-за болезни Ивана Ивановича Старого-Милюкова53. В 1633 г. он - «объезжий голова для огней и всякого береженья за Яузскими воротами в Москве»54.
В 1632 г. Степану Татищеву был учинен поместный оклад в 1000 четвертей и денежный - в 90 рублей. В 1633 г. по ввозной грамоте он получил в поместье «Вычужской волости Кинешемского уезда пустошь Катериниха». Всего в четырех деревнях Степана Татищева в Кинешемском уезде числилось 8 крестьянских дворов,
50 ДР. СПб. 1851. Т. 2. Стб.23.
51 ДР. Т. 2. Стб. 848.
52 ДР. Т. 2. Стб. 858; Книги разрядные. Т. 2. Стб. 367.
53 ДР. Т. 2. Стб. 197.
54 Татищев С.С. Указ. соч. С. 28.
111


Глава 1
а людей в них 42 человека, и 11 бобыльских дворов - 28 человек. Три двора оставались пустыми. По сравнению с началом 1620-х годов пустошей стало меньше, страна постепенно выходила из кризиса, восстанавливалось разрушенное хозяйство.
23 мая 1637 г., в бытность царя в селе Покровском, С.Л. Татищев «дневал и ночевал на государевом дворе в Кремле». В 1642 г. по старости он был «отставлен от службы» и через год умер. Перед смертью он в 1643 г., как пишет С.С. Татищев, «поступился из своего Кинешемского поместья 246 четв. и из Кашинского 267 четв. с 31 крестьянским двором в пользу сыновей своих, Юрия, Алексея, Михаила»55.
Степан Лазаревич был женат на дочери Федора Акинфова (предположительно, с 1615-1616 гг. или даже с 1619-1620 гг.). Известны его три сына, Юрий, Алексей и Михаил, которые начали службу при дворе в 1636,  1638 и 1641 г. У Алексея Степановича Татищева было два сына Никиты, старший из которых - отец одного из первых крупных русских историков, крупного государственного политического деятеля XVIII в. И просветителя Василия Никитича Татищева.
***
Городовой дворянин по Дмитрову, а позднее дворянин московский, верный слуга царю Василию Шуйскому, в условиях политического вакуума присягнувший было польскому королю Сигизмунду III, но затем потянувшийся к Первому Ополчению Ляпунова, доверенное лицо князя Дмитрия Пожарского, руководитель посольства в Новгород, участник освобождения Москвы от поляков, воевода в Вязьме, Волхове и Терском городке, - таковы
55 Татищев С.С. Указ. соч. С. 28.
112


Степан Лазаревич Татищев: страницы биографии
основные этапы жизненного пути Степана Лазаревича Татищева, одного из малоизвестных деятелей Смуты. Оказавшись в сложной ситуации 1610-1611 гг., он недолго колебался и быстро эволюционировал в сторону сил, стремившихся к спасению России через восстановление прежних структур стабильности и порядка. Поспособствовав этому, С.Л. Татищев включился в их охрану. И в эпоху Смуты, когда, по источникам, было засилье и злонамеренность Воров, им противостоял человек, фамилия которого переводится на современный язык как «Ворюга». Воистину не имя делает человека, а человек своё имя.
Опубликовано под названием: Степан Лазаревич Татищев: страницы биографии // Восьмые Татищевские чтения. Доклады и сообщения. Екатеринбург, 27-28 мая 2010 г. / под ред. В. В. Запария и С.П. Постникова. Екатеринбург. УМЦ УПИ. 2010.  505 с. С. 316-324.
113


Князь Федор Иванович Волконский Мерин: исторический портрет
«Их - Волконских - называли «выблятками», рожденными от «девки»»
Князь Ф.И. Волконский принадлежал к довольно многочисленной группе провинциального служилого дворянства, выдвинувшегося в годы Смутного времени. Его княжеский титул не должен никого вводить в заблуждение. В XVI - начале XVII вв. служебное положение князей Волконских было невысоко. Многие дворянские роды местничали с ними из-за их невысокого происхождения. Их - Волконских - называли «выблятками», рожденными от «девки»1. Действительно, в Государевом родословце записано, что первый из Волконских князей был Иван Толстая Голова, сьш Юрия Михайловича Тарусского от наложницы Гапки. Своему бастарду князь Юрий дал деревню Спрыгино на речке Волконке в Алексинском уезде. От названия реки и пошла княжеская фамилия Волконских2.
Изучение биографии нашего героя представляет определенную сложность, так как в одно время с ним
1 Дворцовые разряды, по высочайшему повелению изданные II отделением собственной ЕИВ канцелярии: в 4 т. СПб., 1850. T. 1; Стб. 869.
2 Памятники истории русского служилого сословия / сост. А.В. Антонов. М.: Древнехранилище, 2011 (Родословная книга по списку князя М.А. Оболенского: Государственные поминальные записи конца XIV - конца XVII века). С. 148.
114


Князь Федор Иванович Волконский Мерин: исторический портрет
жил его пятиюродный брат и полный тезка - князь Федор Иванович Волконский. Более того, оба они имели сыновей по имени Федор. И оба умерли в один год. Княгиня Е.Г. Волконская в своем исследовании не всегда могла разделить этих двух князей Волконских, и ее сведения довольно запутанные. Из ее текста, например, следует, что оба Федора Ивановича Волконских в 1615 г. одновременно были воеводами в Ельце, чего быть не могло. По ее мнению, если указывается прозвище «Мерин», то это она относит к «нашему» Федору Ивановичу, если нет - то к другому. Но прозвище отмечено не везде. Например, в переписке гетмана Сапеги его нет. Это вносит путаницу. К тому же, судя по источникам, полный тезка нашего героя умер, видимо, раньше. Во второй половине 1620-х гг. родовое прозвище «Мерин» появляется все реже и реже, его теперь не нужно было указывать. В «Подлинных» боярских списках 1626-1633 годов каждый год упоминается только один Федор Иванович Волконский, московский дворянин (причем, без прозвища). Зато появляется с 26 августа 1626 г. еще один полный тезка, молодой патриарший стольник князь Федор Иванович Волконский-Чермный3.
Отметим, что наш герой имел родовое прозвище «Мерин». По мнению княгини Е.Г. Волконской данное прозвище происходит от села Мереница Козельского уезда4. Однако мы не располагаем какими-либо сведениями о принадлежности данного села Ф.И. Мерину- Волконскому, либо его ближайшим предкам. А его родовые вотчины находились в Алексинском уезде.
3 «Подлинные» боярские списки 1626-1633 годов. Сборник документов / сост. Е.Н. Горбатов. М.: Древлехранилище, 2015. С. 34, 38,  124,  202,  285,  363.
4 Волконская Е.Г. Род князей Волконских. СПб., 1907. С. 32.
115


Глава 1
Федор Иванович Волконский Мерин был сыном Ивана Тимофеевича Волконского, отец которого Тимофей Александрович был внуком князя Ивана Федоровича Конинского, основателя средней ветви князей Волконских.
К началу Смуты князь Ф.И. Волконский, по прозвищу «Мерин», был уже немолодым человеком. Первое известное упоминание о нем относится к 1571/1572 г., когда князь выступает послухом при разделе имущества между братьями Селивановыми в Рязанском уезде5. В Боярском списке 1602-1603 гг. он записан выборным дворянином по Алексину с окладом 400 четей. В том же чине, но уже с окладом в 500 четей он значится в Росписи русского войска, посланного в 1604 г. против Самозванца. Там же имеется отметка, что он оставлен в Москве6. Осенью 1604 г. он сменил князя М.С. Туренина в должности воеводы передового полка царева войска, стоявшего в Ново- силе7. К  1607 г. поместный оклад князя Ф.И. Волконского вырос до 600 четей8.
В некоторых редакциях разрядных записей содержатся сведения, что Ф.И. Волконский Мерин в 1604-1605 гг. был осадным головой в Белгороде и перешел на сторону Лжедмитрия I. Это выглядит спорно, так как в других редакциях в это же время он служил в Мценске и Новосиле. Но, судя по материалам тяжбы его детей с Андреем и Михаилом Бахтеяровичами Клешниными из-за подмосковного села Никифоровское, вполне могло иметь место9.
5 Акты служилых землевладельцев XV - начала XVII века: в 5 т. М., 1998. Т. 2. №387. С. 333.
6 Станиславский А.Л. Труды по истории государева двора в России XVI-XVII веков. М., 2004. С. 282,  367.
7 Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время // ЧОИДР. 1907 год. Кн.2  (221). С. 29.
8 Народное движение в России в эпоху Смуты начала XVII века (1601-1608). Сб. документов. М., 2003. С. 146.
9 Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время // ЧОИДР. 1907 год. Кн. 3 (222). С. 132,  211; Волконская Е.Г. Указ. соч. С. 25; Ан-
116


Князь Федор Иванович Волконский Мерин: исторический портрет
Известно, что в период борьбы с Лжедмитрием II князь Ф.И. Волконский сражался на стороне царя Василия Шуйского. Летом 1608 г. отряд А. Лисовского захватил Коломну и двигался в направлении Москвы. Из столицы 27 июня было направлено войско. Сторожевым полком в нем командовали чашник Василий Иванович Бутурлин и князь Ф.И. Мерин Волконский. В бою при Медвежьем броде Лисовский был разбит и потерял артиллерию. Остатки его войска прорвались в Тушино. Коломна была освобождена10.
При этом в ряде источников сообщается, что Бутурлин в командование не вступил, а сторожевым полком командовал один Ф.И. Волконский11.
Осенью 1608 г. князь Федор Волконский был в осажденной тушинцами Москве. Боярину князю Ивану Куракину и князю Федору Волконскому было поручено оборонять Покровские ворота12. В 1609 г. он получил поместье отъехавшего в Тушино Фоки Дурова село Рыжиково и сельцо Сидоровское в Романовском уезде. После
тонов А.В. К биографии А.П. Клешнина // Антонов А.В. Историкоархеографические исследования: Россия XV - начала XVII века. М., 2013. С. 453.
10 Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время // ЧОИДР. 1907 год. Кн. 3 (222). С. 176; Из Хронографа, принадлежащего историографу Карамзину (Столяровский список) // Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных в хронографы русской редакции / собрал и издал Андрей Попов (приложение к Обзору Хронографов русской редакции). М.: Типография А.И. Мамонтова и К. Большая Дмитровка, д. № 7, 1869. С. 342 (далее - Попов А.Н. Изборник...).
11 Попов А.Н. Изборник... С. 343; Эскин Ю.М. Местнические конфликты в эпохи войн и смут конца XV-XVII веков. Местничество в пространстве социально-политических отношений и на театрах военных действий в России раннего Нового времени. М.: Древлехранилище, 2020. С. 109.
12 Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время // ЧОИДР. 1907 год. Кн. 3 (222). С. 100.
117


Глава 1
того, как Ф. Дуров возвратился на московскую службу, часть поместья была ему возвращена, а Волконскому осталось 186 четей. А 6 июля 1610 г. князю по указу царя Василия было дано бывшее поместье Ратмана Дурова в Васильевском стане Романовского уезда13.
А вот летом 1610 г. он сыграл в истории весьма неблаговидную роль. После отречения от трона царя Василия дворяне князья Василий Тюфякин, Федор Волконский и Гаврила Пушкин самовольно явились на двор князя В. И. Шуйского и насильно постригли его с супругой в монахи. Судя по материалам вышеуказанной тяжбы с Клешниными, после этого Федор Иванович присягнул Тушинскому вору. Возможно, это имело место. Во второй половине 1610 г. князь Ф.И. Волконский был на воеводстве в Суздале, который после свержения царя Василия Шуйского в августе принес присягу Лжедмитрию II14.
Затем, какое-то время князь Ф.И. Волконский служил «царю Владиславу Жигимонтовичу», продолжая оставаться суздальским воеводой. В конце 1610 г. сборщики кормов, посланные поляками, отмечали крайнее запустение Суздальского уезда. В своей челобитной царю Владиславу они констатировали, что из-за двух лет военных действий «в Суздальском уезде, от Суздаля верст по пяти, и по десяти, и по пятнадцати, и по двадцати, и по тридцати, и больши кормов людцких и конских нет», ржи и овса нет ни снопа, потому что вывезли «всякие свои и конские корма Литва и Черкасы и казаки». Они просили суздальского воеводу Ф.И. Волконского о содействии15.
13 Акты служилых землевладельцев... Т. 2. С. 89-91.
14 Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время // ЧОИДР. 1907 год. Кн. 2 (221). С. 19; Антонов А.В. К биографии А.П. Клешнина. С. 453; Дневник Яна Петра Сапеги. С. 223.
15 Отрывок челобитной пристава при польских панах королевичу Владиславу. 1610/1611 // Акты, собранные в библиотеках
118


Князь Федор Иванович Волконский Мерин: исторический портрет
А в первые месяцы 1611 г. он уже воевода в Костроме и один из организаторов Первого земского ополчения против поляков. Костромские воеводы князь Ф.И. Волконский и Т.Д. Овцын собрали довольно крупный отряд, состоящий из костромских дворян, астраханских казаков и посошных людей Костромского уезда. 24 февраля 1611 г. они выступили из Костромы и 8 марта были уже в Ростове16. Следуя к Москве, под Александровой слободой костромичи имели стычки со сторонниками Владислава, которые не смогли им воспрепятствовать17
Костромской отряд Волконского вместе с ярославцами и романовцами подошел к Москве и встал у Покровских ворот18. К этому времени князь Ф. Волконский сделал серьезный шаг в служебной карьере. В Боярском списке 1611  г., составленном в лагере ополчения, он записан уже дворянином московским. А  17 июля 1611 г. он получил от Совета всея земли «в подмосковный его оклад во 100 чети в Московском уезде сельцо Микифоровское з деревнями, что было в вотчине за Андреем Клешниным, в подмосковное поместье со всеми угодьи». Причем размер пашни в этом поместье составлял 398 четей с осминой и суще-
и архивах Российской империи Археографической экспедицией Академии Наук (далее - ААЭ): в 4 т. СПб.: Тип. 2-го отделения Собственной е.и.в. канцелярии, 1836. Т. 2 (1598-1613). № 198. С. 346; См. также: Архив П.М. Строева. Т. 2 // РИБ. Т. 35. Пг., 1917. Стб. 221-222.
16 Отписка казанцев пермичам... с приложением крестоцеловальной записи и 4 отписок... 1611, июня 12 // ААЭ. Т. 2, № 188. С. 323, 324.
17 Грамота (в списке) из Костромы в Казань: о походе Прокопия Ляпунова, для избавления Москвы; о присоединении к нему Костромских служилых людей, и об одолении ими под Александровой слободой поляков. 1611, марта 19 // Собрание государственных грамот и договоров. М., 1819. Ч. 2, № 242. С. 520-521.
18 Новый летописец // Хроники Смутного времени. М., 1998. С. 356.
119


Глава 1
ственно превышал «подмосковный» поместный оклад Ф.И. Волконского19.
По всей видимости, после убийства П. Ляпунова, Ф. Волконский с костромичами покинул подмосковные полки и вернулся в Кострому. В июле - августе 1611 г. гетман Я.П. Сапега планировал поход в Замосковные города с целью их возврата под власть Владислава. Сохранилась грамота Сапеги Волконскому с призывом присягнуть царю Владиславу20. Из-за боев с отрядами Заруцкого и смерти Сапеги поход этот не состоялся. А тем временем 6 сентября 1611 г. Федор Иванович купил у князя И.В. Нерыцкого пустошь Ивановскую в Романовском уезде21.
Весной 1612 г. князь Ф.И. Волконский встает под знамена Кузьмы Минина и князя Д.М. Пожарского. Уже с апреля 1612 г. он был в рядах Нижегородского ополчения в Ярославле. 7 апреля 1612 г. князь Федор Волконский (отчество не указано, но, по-видимому, это был наш герой) подписал грамоту к вычегодцам о всеобщем ополчении против поляков и изменников. Подпись князя Федора Волконского стоит 6-й, после князя Петра Пронского22. Затем он принимает участие в освобождении Москвы.
19 Сторожев В. Материалы для истории русского дворянства: Боярский список 119-го году, сочинен до московского разорения при Литве с писма думного дьяка Михаила Данилова // ЧОИДР. 1909. № 3 (230). С. 91; Антонов А.В. К биографии А.П. Клешнина. С. 451-452.
20 Отписка гетмана Сапеги Костромскому воеводе князю Федору Волконскому, о убеждении жителей к покорности королевичу Владиславу. 1611 // Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией (далее - АИ): в 5 т. СПб., 1841. Т. 2 (1598-1613). В Типографии 2-го отделения собственной ЕИВ Канцелярии. № 327. С. 394.
21 Акты служилых землевладельцев... Т. 2. № 86. С. 91-92.
22 Грамота воеводы князя Пожарского с товарищами и всех ратных людей из Ярославля к Вычегодцам... 1612, апреля 7 // ААЭ. Т. 2, № 203. С. 353-357.
120


Князь Федор Иванович Волконский Мерин: исторический портрет
После освобождения Москвы он был назначен приставом при арестованном изменнике Федоре Андронове. Андронов в кандалах содержался на дворе князя. 13 марта 1613 г. с помощью человека Волконского он совершил побег. В связи с этим князь Федор Иванович до выяснения обстоятельств побега был арестован. Но уже 15 марта Андронов был пойман недалеко от Москвы, а Волконский был освобожден23.
Кроме того, Волконский выполнял еще одно важное дело. В момент восстановления системы государственного управления ему было указано «ведать многие дела судные, и разбойные, и татинные, и холопьи, и всякие земские дела»24. Как справедливо замечено, приказ князя Ф. Волконского был прообразом Сыскных приказов, которому были поручены дела, связанные с установлением порядка и справедливости в «запутанных Смутой вопросах собственности». Таким образом, он занимался наведением порядка в поземельных и имущественных отношениях между представителями служилого сословия25. В помощь ему были даны дьяки Пешек Жуков, Яков Демидов и подьячие. А 30 апреля 1613 г. он, как и Д.С. Змеев, был назначен для встречи под Москвой царя Михаила, был записан в списке московских дворян после Михаила Остафьевича Пушкина26. В июне 1613 г.
23 Дело о побеге Федора Андронова с двора князя Федора Ивановича Волконского из-под стражи. 1613, марта 24 - мая 16 // Акты времени междуцарствия (1610 г. 17 июля - 1613 г.) / под ред. С.К. Богоявленского и И.С. Рябинина. М., 1915. С. 65-80.
24 Лукичев М.П. Документы о национально-освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. //Лукичев М.П. Боярские книги XVI века. Труды по истории и источниковедению. М., 2004. С. 233.
25 Лисейцев Д.В. Приказная система Московского государства в эпоху Смуты. М.; Тула, 2009. С. 350.
26 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 1189.
121


Глава 1
князь Ф.И. Волконский получил поместье в 212 четей в Вологодском уезде27.
В 1614 г. князь Ф.И. Волконский сменил Андрея Богдановича Полева на воеводстве в Ельце. Ему было так же указано верстать ельчан - дворян и детей боярских поместными и денежными окладами. Помогать в этом деле ему был должен направленный из Воронежа рязанец Иван Иванович Язвецов. Но Язвецов на службу в Елец не поехал и писал царю, что с Волконским ему «быть невместно». В Ельце Волконский прослужил до начала 1615 г.28
В апреле 1616 г. он был вместе с боярином Петром Петровичем Головиным назначен встречать касимовского царевича Арслана-Али. Вместе со своим троюродным братом окольничим Г. К. Волконским они подали царю челобитную, что им меньше Головина быть невместно. На суде бояре приговорили «князю Григорию и князю Федору Волконским сказати, что они на боярина на Петра на Петровича Головина в отечестве били челом не делом: люди они не родословные, а по государеву указу неродословным людям с родословными людьми суда и счету в отечестве не бывало; и они ныне своим челобитьем боярина Петра Петровича Головина обезчестили, что на него били челом о местах; а за службу жалует Государь поместьем и деньгами, а не отечеством»29. По боярскому приговору за данное челобитье князь Ф.И. Волконский был посажен на три дня в тюрьму.
В боярской книге 1616 г. московский дворянин князь Федор Иванович Волконский записан ближе к начальной
27 Документы Печатного приказа. М., 1994. С. 153.
28 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 146-147; Книги разрядные по официальным оных спискам, изданные II-м Отделением собственной Его Императорского Величества канцелярии : в 2 т. СПб., 1853. Т. 1.(1614-1627). Стб. 34.
29 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 222-223; Книги разрядные. T. 1. Стб. 205-206.
122


Князь Федор Иванович Волконский Мерин: исторический портрет части списка, 53-м (из общего списка свыше 270 человек). Его поместный оклад составлял 1100 четей, денежный 130 рублей30.
В конце 1617 - начале 1618 гг. Федор Иванович был приставом у персидских послов «Коя-Султана и Булан-Бека»31.
В марте 1618 г. в связи с наступлением литовцев на Стародуб, туда был отправлен отряд воевод князя Ф.И. Волконского и М.К. Челюсткина, в котором было 1440 детей боярских и волжских казаков. Отряд собирался в Мценске, где подлежало мобилизовать гарнизоны окрестных городов и двигаться к Стародубу. Матвей Челюсткин пытался местничать с первым воеводой. На этот раз князь Волконский одержал верх. После тюремного заключения Челюсткин выступил в поход32. К июню 1618 г. отряд Ф.И. Волконского обосновался в Волхове. Оттуда М. Челюсткин с частью сил ходил под Козельск, разорил пригороды и посады, но город взять не сумел из-за ограниченности сил33.
В июне князь Ф.И. Мерин Волконский был назначен третьим воеводой в полк боярина князя Б.М. Лыкова, расположенном в Можайске. Он заместничал с назначенным вторым воеводой И.A. Момотом Колтовским. В результате они оба были отставлены34.
30 Книга, а в ней писаны бояре и окольничие и думные люди ...и стольники, и стряпчие, и дворяне московские, и дьяки, и жильцы... 124 году // Акты Московского государства, изданные Академией Наук / под ред. Н.А. Попова: в 3 т. СПб., 1890. T. 1. (1571-1634). №108. С. 143.
31 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 305,  309.
32 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 315-316; Книги разрядные. T. 1. Стб. 471-476, 553-554.
33 Книги разрядные. T. 1. Стб. 553-554; Книга сеунчей 1613- 1619 гг. // Памятники истории Восточной Европы. Кн. 1. М.; Варшава, 1995. С. 83.
34 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 323-324; Эскин Ю.М. Указ. соч. С. 141.
123


Глава 1
В 1618-1619 гг. князь Ф. Волконский - воевода в Кашире. 14 ноября 1618 г. каширский посад был подвергнут набегу черкасских казаков. Гарнизон под началом воеводы отбил приступ города, а затем очистил посад, расколов казаков надвое и обратив их в бегство35.
В Осадном списке 1618 г. нет ни Ф.И. Волконского Мерина, ни его полного тезки, зато присутствуют их дети, оба Федора Федоровича. Сын Ф.И. Волконского Мерина, стряпчий Ф.Ф. Волконский Меринок, «был по полкам с воеводами». Что касается самого Ф.И. Волконского, то он указан лишь в одном из приложений к Осадному списку, где говорится, что по данным Писцовой книги № 9806 он предположительно был пожалован за Московское осадное сиденье вотчиной в Московском уезде, Кошелеве стану, которая потом перешла к сыну Петру. Известно, что многим служилым людям, которые во время штурма Москвы королевичем Владиславом воевали с поляками в других регионах, также давали часть поместья в вотчину, как и московским осадным сидельцам. В том же приложении к осадному списку указан и Матвей Калинников Челюсткин, также получивший вотчину в Воронежском уезде, Чертовицком стану, причем, потом у него эту вотчину купил Ф.И. Волконский36.
Вместе с сыновьями в 1618/1619 г. кн. Ф.И. Волконский купил у князя Данилы Ивановича Долгорукого вотчину - половину села Сидоровское в Вяземском стане Московского уезда. В том же году он приобрел у князя А. В. Тростенского вторую половину села Сидоровского в том же стане. В этой вотчине числилось 220 четей. Кроме того, вместе с сыновьями - Федором, Петром и Иваном, он владел поместьями в Московском (80 четей), Елецком (216 четей), Брянском (222 чети) и Вологодском
35 Книга сеунчей. С. 94; Книги разрядные. T. 1. Стб. 650.
36 Осадный список 1618 г. М.; Варшава, 2009. С. 34, 36,  523,  532.
124


Князь Федор Иванович Волконский Мерин: исторический портрет
(212 четей) уездах. Елецкое поместье было у него изъято и роздано елецким казакам. А Вологодское поместье после смерти Федора Ивановича перешло к его вдове Марфе. Кроме того, еще в мае 1613 г. он получил грамоту на старую родовую вотчину с. Березово в Алексинском уезде37.
В 1621 г. князь Федор Иванович назначается в товарищи к судье Московского судного приказа окольничему князю Григорию Петровичу Ромодановскому38. В сентябре 1624 г. князь Ф. Волконский шел за невестиными санями на свадьбе царя Михаила с княжной Марией Владимировной Долгорукой39. В феврале 1626 г. он также шел за санями государя на свадьбе царя с Евдокией Лукьяновной Стрешневой40.
Правда, по мнению Е.Г. Волконской, в это время (1625-1626 гг.) он находился на воеводстве в Михайлове. А на свадьбе с Е.Л. Стрешневой был другой князь Ф.И. Волконский41. Но, на наш взгляд, это маловероятно.
И октября 1626 г. по поручению Пушкарского приказа он был направлен «для государева дела» в Ржеву Володимерову42.
Во второй половине 1620-х годов князь Ф.И. Волконский уже не привлекается для военной и приказной службы. В это время он выполняет лишь почетные обязанности дворян московского списка - присутствует за
37 Павлов А.П. Думные и комнатные люди царя Михаила Романова.  Т. 2. С. 168,  182,  361.
38 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 483.
39 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 1220.
40 Чин бракосочетания (в списке) государя Царя Михаила Федоровича с девицей Евдокией Лукьяновной, дочерью боярина Лукьяна Степановича Стрешнева. 1626, февраля 5 // Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в Государственной коллегии Иностранных дел. (СГГД). Ч. 3. М., 1822, № 72. С. 285.
41 Волконская E.Г. Указ. соч. С. 36.
42 Записная книга Московского стола. 1626, мая 5-1627, августа 31 // РИБ: в 39 т. СПб., 1884. Т. 9. С. 419.
125


Глава 1
царскими столами, на приемах послов, «днюет и ночует» на Государевом дворе во время загородных поездок царя Михаила43.
Своего сына Петра Ф.И. Волконский женил на Марфе Петровне Постельниковой. После ее смерти Петр Федорович женился на Пелагее Григорьевне Алябьевой. Младший сын Иван был женат на Акулине Федоровне Булгаковой-Денисьевой. Старший сын Федор был женат на Елене Абросимовне Старово-Милюкова44.
Умер князь Ф.И. Волконский 18 июля 1630 г.45
Его сыновья Федор и Петр занимали уже высшие ступеньки государственной лестницы. Князь Федор Федорович по прозвищу «Меринок» за оборону города Белой от войск короля Владислава 8 июля 1634 г. был пожалован в окольничие. А после участия в подавлении Псковского восстания 21 декабря 1650 г. был пожалован в бояре, став первым из князей Волконских, пожалованных в боярский чин. Он был судьей в приказе Большого прихода (1652-1653 гг.), Челобитном (1634-1643 гг.) и Казачьем приказах (1640/41-1643 гг.). Известен как составитель Соборного Уложения 1649 г., человек близкий к царю Алексею Михайловичу, автор оригинального автобиографического летописца, составленного между 1656 и 1662 гг. Вплоть до своей смерти в феврале 1665 г. он продолжал оставаться одним из видных деятелей Московского государства46.
43 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 687, 909; Т. 2. Стб. 6, 10, 18, 41; Записная книга... // РИБ. Т. 9. С. 432-433,  445,  507.
44 Павлов А.П. Думные и комнатные люди... Т. 1. С. 531; Т. 2. С. 363,  364.
45 Антонов А.В. К биографии А.П. Клешнина... С. 443; «Подлинные» боярские списки 1626-1633 годов. С. 363.
46 Павлов А.П. Думные и комнатные люди... Т. 1. С. 528-529; Лисейцев  Д.В., Рогожин Н.М. и другие. Приказы Московского государства XVI-XV1I вв. Словарь-справочник. М.; СПб., 2015. С. 49, 80,  144-145,  211,  224.
126


Князь Федор Иванович Волконский Мерин: исторический портрет
Второй брат - Петр Федорович по воцарении Алексея Михайловича был пожалован в окольничие, умер в 1650 г.47
***
Если бы не насильственное пострижение в монахи эксцаря Василия Шуйского, которому верно служил, бил таких его врагов, как А. Лисовский, то Федор Иванович Волконский казался бы представителем дворянства, проделавшими в Смуту путь к избранию Михаила Романова. Присяга Владиславу Сигизмундовичу оценивалась бы как попытка поддержать ту силу, которая могла бы дать порядок. А вот такое политическое «убийство» царя позволяет думать, что Волконский не просто мелочно мстил, но уже сделал выбор в пользу поляков и попытался зарекомендовать себя в их глазах. Зарекомендовать так, чтобы обеспечить карьеру у них, чтобы покончить с тем пренебрежением, которое оказывалось представителю захиревшего княжеского рода. Видимо, что-то не заладилось. Федор Иванович Волконский разочаровался и уже пытал счастья в стане Второго Ополчения. Попытка вырваться из круга привычных действий и ритуалов и быстрое возвращение к ним определялось ещё и возрастом князя. Сил и амбиций хватило только на эту попытку.
Впервые опубликовано: Кабанов А.Ю. Князь Федор Иванович Волконский: Исторический портрет // Война и мир: научные исследования и императивы современного образования. Сборник материалов V Всероссийской научно- практической конференции с международным участием. Г. Иваново, 3 апреля 2014 г. Иваново, 2014. С. 81-86.
47 Павлов А.П. Думные и комнатные люди... Т. 1. С. 531; Материалы для истории Земских соборов XVII столетия / составил В. Латкин. СПб., 1884. С. 18.
127


Данила Семенович Змеев
Змеевы - древний дворянский род, связанный с Беклемишевыми. Основателем его считается Федор Васильевич Змей Беклемишев, живший во второй половине XV века1. В XVI веке представители рода были отмечены в Тысячной книге, Дворовой тетради, служили в опричнине. Отцом героя данного очерка Д. С. Змеева был Семен Авксентьевич Змеев2.
Первые сведения о Д.С. Змееве относятся к самому началу XVII в. Жилец Данила Семенов сын Змеев значится в Боярском списке 1602/1603 годов3. Затем, вплоть до конца 1610 года сведений о Д.С. Змееве нет. Известно лишь то, что он оставался верен царю Василию на всём протяжении его правления, за отличие получил прибавку в 6 рублей к своему 13-ти рублевому окладу Он был четвертчиком Галицкой чети. В кормле-
1 Веселовский С.Б. Ономастикон. М., 1974. С. 123; Родословные росписи, поданные в Палату родословных дел в конце XVII в.: выборное московское дворянство (публикация Л.Е. Шабаева) // Российская генеалогия: научный альманах / гл. ред. А.В. Матисон. Вып. 5. М.: Старая Басманная, 2019. № 63 (Родословная роспись Беклемишевых и Змеевых). С. 243-247 (далее - Шабаев  Л.Е. Родословные росписи...).
2 Павлов А.П Государев двор и политическая борьба при Борисе Годунове. СПб., 1992. С. 235; Руммель В.В., Голубцов В.В. Родословный сборник русских дворянских фамилий: в 2 т. СПб.: изд. А.С. Суворина, 1886 (далее - Руммель В.В.). T. 1 (А-Л). С. 306.
3 Боярский список 1602-1603 гг. // Станиславский А.Л. Труды по истории Государева двора в России XVI-XVII веков. М., 2004. С. 259.
128


Данила Семенович Змеев
ной книге Галицкой чети 118 г. указан его новый оклад с придачей, который в итоге составил 19 рублей, хотя он ещё долго получал прежнее жалование в размере 13 рублей4.
В 1610 г. после свержения Шуйского, переговоров московского боярства с польским королём Сигизмундом и приглашения на престол Владислава Данила Семенович Змеев, по-видимому, присягнул «царю Владиславу Жигимонтовичу». И вот 30 декабря 1610 г. царь Владислав уже дал Д.С. Змееву лист на бывшее поместье и вотчину Василия Семенова в Шуйском уезде. Данила Семенович получил сельцо Марково с деревнями общей площадью 380 четвертей земли (после Смуты это владение ему сохранить не удалось, оно перешло к Кругликовым). В тот же день, 30 декабря 1610 г., Владислав утвердил его в правах на старую вотчину - деревни Филипово и Вороново (103 четверти земли) в Дорогобужском уезде, которую «упросил было себе» Никифор Нармацкий5.
Неизвестно, как долго Д.С. Змеев служил Владиславу. Не совсем ясно, когда он примкнул к подмосковным ополчениям. С одной стороны, его имени нет среди известных нам участников Подмосковного ополчения, зато там мы встречаем его брата Якова Семенова и других Змеевых6. С другой стороны его фамилия вплоть
4 Приходно-расходная книга Разряда 123 г.: Приходно- расходные книги московских приказов. Кн. 1 // РИБ: в 39 т. М., 1912. Т. 28. Стб. 498; Кормленщики Галицкой четверти, их оклады и службы в Смутное время (отрывки): Четвертчики Смутного времени. 1604-1617 гг. (Смутное время Московского государства. Вып. 9) / пред. Л.М. Сухотина (далее - Сухотин Л.М. Четвертчики...) // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 313.
5 Акты, относящиеся к истории Западной России. СПб., 1851. Т. 4. С. 401; Сборник старинных бумаг, хранящихся в музее П.И. Щукина. 1851. Ч. 2. М., 1897. С. 7.
6 Морозова Л.Е. Россия на пути из Смуты. М., 2005. С. 97.
129


Глава 1
до лета 1612 г. не встречается в списках и документах Нижегородского ополчения, хотя его активное участие в очищении Москвы от поляков подтверждается документами.
В августе 1612 г. Д.С. Змеев бился с войсками гетмана Ходкевича, пришедшими на выручку осажденному в Москве польскому гарнизону. А осенью он вместе с другими брал Китай-город, после падения которого поляки уже не смогли сопротивляться. За «подмосковные службы, за Хоткеев бой и за Китайское взятье» правительством Д.Т. Трубецкого и Д.М. Пожарского Даниле Семеновичу Змееву была назначена довольно значительная прибавка к денежному окладу - 12 рублей7.
30 апреля 1613 г., уже после избрания Михаила Романова на царство, жилец Д.С. Змеев был удостоен большой чести. В составе делегации, которую возглавляли бояре князь И.М. Воротынский, В.П. Морозов и окольничий князь Д.И. Мезецкий, ему была поручена встреча под Москвой вновь избранного царя Михаила Федоровича8.
В 1614-1615 гг. Данила Семенович нес службу под Смоленском в войске князя Д.М. Черкасского. Служба была замечена: был прибавлен оклад. Сначала ему утвердили придачу Василия Шуйского 6 рублей, затем он получил придачу 11 рублей (видимо, за встречу царя Михаила Романова). В начале Смоленской службы его оклад составлял уже 30 рублей. 5 июня 1615 г. «за Смоленскую службу 122 г.» он получил придачу 5 рублей. Тогда же, наконец, ему «велено было справить» прежнюю боярскую придачу 12 рублей за освобождение Москвы.
7 Сухотин Л.М. Четвертчики... С. 313.
8 Дворцовые разряды, по высочайшему повелению изданные II отделением собственной ЕИВ канцелярии: в 4 т. СПб., 1850. T. 1 (далее - Дворцовые разряды). Стб. 1189.
130


Данила Семенович Змеев
Со всеми придачами его денежный оклад стал составлять 47 рублей9. Вместе с Д.С. Змеевым отличился под Смоленском и его брат Богдан, особенно в боях 21 мая, 6 июня и 7 июля 1614 г. В этих боях Богдан Змеев убил «4 мужиков», в последнем бою был ранен и отпущен к Москве. Его денежный оклад со всеми придачами оказался в итоге немного ниже, чем у Данилы - 44 рубля10.
К этому времени Д. С. Змеев уже владел на правах вотчины сельцом Кузнецово и деревнями в Шуйском уезде. В 1615 г. его шуйская вотчина была разорена и разграблена при набеге отряда А. Лисовского11. В 1618 г. Д.С. Змеев участвовал в обороне Москвы от войск польского королевича Владислава, а затем сопровождал посольство боярина Ф.И. Шереметева в польский лагерь под Троице-Сергиевым монастырем. Здесь он указан уже в списке московских дворян, а не жильцов, как в приходно-расходной книге Разряда 7123 г. и в других документах более раннего времени. Также в этом списке московских дворян мы видим и его брата, Богдана Семеновича12. За эти службы Данилу Змеева пожаловали правом на перевод части своего поместья, а именно село Кузнецово в Борисоглебской волости Шуйского уезда, в вотчину13.
В 1620-1621 гг. Д.С. Змеев служил воеводой города Шуи14. У него сразу не заладились отношения с мест-
9 Сухотин Л.М. Четвертчики... С. 313; РИБ. Т. 28. Стб. 498.
10 РИБ. Т. 28. Стб. 401-402
11 Допросные речи шуян о набеге литовцев на Шую и ее окрестности // Борисов В.А. Описание города Шуи и его окрестностей. М., 1851. С. 256.
12 Осадный список 1618 г. // Памятники истории Восточной Европы. Том VIII / сост. Ю.В. Анхимюк, А.П. Павлов. М.; Варшава, 2009. С. 35,  39.
13 Осадный список. С. 140.
14 Книги разрядные по официальным оных спискам : в 2 т. СПб., 1853. T. 1. (1614-1627). Стб. 718,  758.
131


Глава 1
ными губными старостами Филатом Сеченым и Провоторхом Волковым. Они отправили в сентябре 1621 г. на имя царя челобитную, в которой обвиняли Д. Змеева во вмешательстве в «губные дела», мздоимстве и покрытии разбойников. В челобитной сообщалось, что когда в Шуе появился разыскиваемый за разбойное нападение на вотчину Степана Яковлевича Милюкова - деревню Малышкино, Пронька Васильев по прозвищу Зоря, Змеев по доносу арестовал его. На просьбы Ф. Сеченого и П. Волкова о передаче арестанта в губную избу, он ответил отказом, а затем и отпустил означенного Проньку, разделив с доносчиком Захаркой Поповым полученные у него 100 рублей денег. По царскому указу за приписью дьяка Андрея Вареева разобраться в инциденте было поручено суздальскому воеводе Богдану Семеновичу Сабурову, который послал для производства обыска в Шую Безсона Борисова15. Чем закончилось это разбирательство, неизвестно. Однако уже в следующем месяце Афанасий Данилович Челищев разбирал новую жалобу. На этот раз губной староста П. Волков жаловался на то, что по приказу воеводы он был избит батогами. Опрос, проведенный А. Д. Челищевым среди духовенства и шуйских посадских людей, результатов не дал. Никто не подтвердил правдоподобность жалобы П. Волкова16.
Во время этого конфликта в Шуе случился неприятный инцидент. В отсутствие губных старост, отъехавших в свои поместья, губной целовальник Никита Лобов, будучи пьян, решил «повеселиться» с заключенной в Шуйскую тюрьму «разбойничьей женкой Оксюткой». Когда пьяный целовальник уснул, Оксютка выкрала у него ключи и сбежала, выпустив из тюрь-
15 Борисов В.А. Старинные акты, служащие преимущественно дополнением к описанию г. Шуи и его окрестностей. М., 1853. С. 25-28.
16 Борисов В.А. Старинные акты... С. 30-32.
132


Данила Семенович Змеев
мы еще семерых тюремных сидельцев. Д.С. Змеев не преминул пожаловаться царю на халатность губных старост и многую их «неправду» и нераденье17.
Губные старосты, как могли, мстили Д. Змееву. В сентябре 1622 г. последний бил челом царю о том, что Ф. Сеченой и П. Волков беспричинно держали в Шуйской земляной тюрьме его крестьян Ивашку Груню и Петрушку Федорова18.
Были у воеводы и проблемы другого рода. Весной 1620 г. земский староста и Шуйские посадские люди жаловались царю на то, что хотя Шуя является центром отдельного уезда, суздальские воеводы собирают с шу- ян различные сборы, а также осуществляют над ними судебную и полицейскую власть. Царской грамотой была подтверждена самостоятельность Шуйского уезда, его неподсудность суздальским властям. Царь Михаил указал, что все налоги и сборы шуяне должны платить в Галицкой чети, а судить шуян было велено воеводе Д. Змееву19. Воеводе было приказано ведать и судить дела об убийствах, случайных смертях, драках20. Что касается имущественных споров, то Д.С. Змеев имел право разбирать иски на сумму до десяти рублей21.
По-видимому, руководство было не очень довольно воеводством Змеева, может быть, из-за того шума, что доносился из Шуи до Москвы. В апреле 1621 г. Змеев был отозван с шуйского воеводства. При этом, дела он передал не своему преемнику П.И. Ярцову, прибывшему в Шую лишь в июле, а губному старосте Ф. Сеченому22.
17 Там же. С. 29.
18 Там же. С. 33.
19 Борисов В.А. Собр. тр.: в 3 т. Иваново, 2004. Т. 2. С. 306-307.
20 Борисов В.А. Описание города Шуи... С. 263-264.
21 Акты, относящиеся до юридического быта древней России (далее - АЮБ): в 3 т. СПб., 1857. T. 1. Стб. 252-254.
22 АЮБ.Т. 1. Стб. 254-256.
133


Глава 1
Следующий воеводский пост Данила Семенович займет очень не скоро. Д.С. Змеев указан в качестве московского дворянина в «наличном» боярском списке 1624/1625 г.23 Этот документ, составленный в конце сентября 1624 г., состоит из трех частей: московская (жилая) половина, отпускная половина, на службе. Судя по тому, что наш герой указан в первой части, а против его фамилии нет никаких помет, он осенью 1624 г. находился в Москве, а не в своих поместьях и не на удаленной службе. Когда Д.С. Змеев был в «отпускной половине», он занялся обустройством своих Шуйских владений. В Шуе на посаде он купил двор у посадского человека Тишки Ермолина24. В 1626 г. в своем вотчинном селе Кузнецове, находящемся всего в семи верстах от уездного города, Д.С. Змеев выстроил деревянную церковь Успения Божьей Матери, которая простояла вплоть до 1811 г. (когда на средства прихожан был возведен новый каменный храм). Для храма Д.С. Змеев пожертвовал колокол весом 3,5 пуда, на котором была помещена следующая надпись: «Лета 7143 (1635) августа 13 дни положил в дом колокол к церкви пресвятой Богородицы чесного и славного ее Успения Данила Семенович Змеев в вотчине своей в Шуйском уезде в селе Кузнецове, а в нем весу полчетверта пуда, по родителях своих»25. На содержание церковного причта Д.С. Змеев выделил 77 десятин лесных угодий и 16 с лишним десятин пахотной земли. Этими землями причт пользовался
23 Горбатов Е.Н. «Наличный» боярский список 1624 года/публ. Е.Н. Горбатова // Российская генеалогия: научный альманах. Вып. 3. М.: Старая Басманная, 2018. 424 с. С. 76.
24 Борисов В.А. Собр. тр. Т. 2. С. 327.
25 Историко-статистическое описание церквей и приходов Владимирской Епархии. Вып. 3. Владимир, 1898. С. 62. В начале XIX в. колокол был установлен на колокольне нового храма и продолжал служить вплоть до Октябрьской революции.
134


Данила Семенович Змеев
вплоть до советских преобразований. Конечно, не все дела у вотчинника Змеева обстояли гладко. В феврале 1625 г. в челобитной царю он сообщил о побеге кабального человека Ивашки Гришина сына Тимофеева26.
В начале 1641 г. разгорелся конфликт в вологодских владениях Д.С. Змеева. В Кубенской волости Вологодского уезда он владел деревнями Дубровской и Оскребаловской (Оскребалово). Судя по дошедшим до нас документам, крестьяне Д.С. Змеева не без его ведома вели настоящую войну с владельцем соседних деревень Федором Палибиным. На протяжении 13 лет они крали друг у друга лес, совершали взаимные нападения, избиения, грабежи и даже осаждали друг друга.
По царскому указу конфликт было поручено разбирать вологодскому воеводе князю Григорию Андреевичу Хованскому, который посылал для сыска в вотчины и поместья Ф. Палибина и Д.С. Змеева сына боярского Третьяка Яковлевича Порошина и пушкаря Ивана Константинова27. результаты обыска до нас не дошли. Но на судьбу Д.С. Змеева они никак не повлияли.
В мае 1628 г. и в сентябре 1636 г. братья Богдан и Данила Семеновы дети Змеева «дневали и ночевали» на государевом дворе во время отъезда царя из Москвы28.
10 апреля 1631 г. Данила Змеев вместе с братом Богданом были в числе дворян, удостоенных чести видеть «государевы очи в честь праздника Пасхи29. В 1632 г. Данила Змеев назначается воеводой в Белоозеро30.
26 Владимирские губернские ведомости. Часть неофициальная. 1858. №6.
27 Акты юридические или собрание форм старинного делопроизводства. СПб., 1838. С. 370-372.
28 РИБ. Т. 10. С. 20; Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 1017.
29 Дворцовые разряды. СПб., 1851. Т. 2. Стб. 844.
30 Книги разрядные. СПб., 1855. Т. 2. Стб. 687.
135


Глава 1
В феврале 1639 г. братья Змеевы участвовали во встрече персидского посла31. В сентябре 1642 г. Д.С. Змеев был приставом у турецкого посла Мустафы-Чеуша32.
В боярских книгах 1627 и 1639 гг. братья Богдан и Данила Змеевы по-прежнему записаны дворянами московскими33. В этом же чине Богдан и Данила Змеевы указаны в Боярском списке 1643/1644 г.34
Поместный оклад Д.С. Змеева составлял 950 четей. Он был довольно крупным вотчинником. В его Вологодской вотчине было 35 дворов и 88 крестьян, а в Шуйской - 64 двора и 211 крестьян. Скончался Д.С. Змеев не ранее 1646 г.35
Богдан Змеев пережил брата. В своей челобитной в 1650 г. он писал, что служит 53 года, при царе Василии Шуйском оборонял Москву от тушинцев, потом воевал в войске князя М.В. Скопина-Шуйского, был ранен в бою под Александровой Слободой в октябре 1609 г. В дальнейшем он приводил к покорности казаков на Яике, и казаки целовали крест Михаилу Романову, а потом и Алексею Михайловичу. По его просьбе он в мае 1650 г. по причине старости был отставлен от службы36.
Д.С. Змеев был женат на Аграфене Ивановне Нарышкиной - тетке будущей царицы Натальи Кирил-
31 Дворцовые разряды. Т. 2. Стб. 952.
32 Дворцовые разряды. Т. 2. Стб. 692.
33 Боярская книга 1627 г. М., 1986. С. 84; Боярская книга 1658 года  /  отв. ред. Н.М. Рогожин; подг. текста В.А. Кадик. М.: ИРИ РАН, 2004. С. 111.
34 Жаринов Г.В. Боярский «подлинный» список 7152 (1643/44) года // Архив русской истории. Вып. 8. М.: Древлехранилище, 2007. С.  417.
35 Шватченко О.А. Светские феодальные вотчины в России во второй половине XVII века. М., 1996. С. 145.
36 Челобитная Богдана Змеева об отставке его от службы. 1650, май // АМГ. СПб., 1894. Т. 2. № 429. С. 267.
136


Данила Семенович Змеев
ловны, матери Петра I37. У них было два сына - Василий и Семен. Василий Данилович Змеев продолжал владеть селом Кузнецово, дослужился до придворного чина стольника и в 1677 г. был еще жив38. Семен Данилович Змеев в январе 1647 г. был пожалован из стряпчих в стольники39. Он отличился во время русско- польской войны 1654-1667 гг. В 1659-1660 гг. он воевал в Белоруссии, служил в Могилеве, потом был вторым воеводой в полку окольничего и воеводы князя И. И. Лобанова-Ростовского. Под его руководством 4 декабря 1659 г. был взят штурмом Старый Быхов, захвачены в плен казачий полковник Ивашка Нечай с братом и Самушка (Самойла) Выговский, быховский полковник, брат гетмана Ивана Выговского40. Затем он участвовал в неудачном походе князя И. А. Хованского, был тяжело ранен в битве у местечка Полонка 18 июня 1660 г.41
7 октября 1660 г. стольник и воевода С.Д. Змеев был назначен в товарищи к боярину и воеводе князю Ю.А. Долгорукому и в конце ноября участвовал в успешном сражении под Шкловом42. Он был неоднократно награжден (в том числе, за Могилев и Быхов)43.
37 Руммель В.В. Указ. соч. Т. 1. С. 307.
38 Владимирские губернские ведомости. Часть неофициальная. 1858. № 43; Сборник старинных бумаг П.И. Щукина. Ч. 2. С. 125.
39 Боярская книга 1639 года. М., 1999. С. 64.
40 Выпись Разряда по челобитью кн. И. Касаткина и Д. Бердяева, присланных из полка окольничего кн. И.И. Лобанова-Ростовского с сеунчем о взятии Старого Быхова, о пожаловании их за сеунч государевым жалованием. 1659, декабрь // АМ Г. СПб., 1894. Т 2. №1160. С. 682.
41 Малов А.В. Русско-польская война 1654-1667 гг. М.: Цейхауз, 2006. С. 32.
42 Дополнения к 3-му тому Дворцовых разрядов, издаваемых по высочайшему повелению 2-м отделением собственной ЕИВ канцелярии. СПб., 1854. Стб. 244.
43 Дополнения к 3 тому Дворцовых разрядов. Стб. 172,  252.
137


Глава 1
В 1661 г. он командовал отдельным полком на Украине, был полковым воеводой в Нежине, убит под Болонью в битве с Сапегой и Чарнецким 18 июня 1661 г.44
Сын С.Д. Змеева Василий Семенович служил комнатным стольником царевичей Алексея и Федора Алексеевичей, в 1682 г. был пожалован в думные дворяне, умер после 1705 г. Из его детей известны только две дочери. На Василии Змееве данная ветвь рода пресеклась45.
***
Определённая безликость Данилы Семёновича Змеева определена отсутствием ярких поступков, за которыми бы стоял выбор. Он представлял собой тип заурядного служилого человека, отдающегося на волю внешних обстоятельств. Возможно, ему не надо было добиваться многого, поскольку он довольствовался тем положением, что получил от предков. В дальнейшем, после Смуты он вёл себя как человек, который не забывает о своих выгодах, о своем интересе. При этом стоит отметить незаурядность его сыновей и внука, которые стали известными людьми своего времени.
Впервые опубликовано:
Кабанов А.Ю. Данила Семенович Змеев: исторический портрет // Борисовский сборник. Вып. 2. Иваново, 2011. С. 20-25. В материалы внесены изменения.
44 Руммель В.В. Указ. соч. Т. 1. С. 310.
45 Алфавитный указатель фамилий и лиц, упоминаемых в боярских книгах, хранящихся в 1-м отделении Московского архива Министерства Юстиции с обозначением служебной деятельности каждого лица и годов состояния в занимаемых должностях / сост. статский советник Иванов. М.: в типографии С. Селивановского, 1853. С. 153-154; Дворцовые разряды. СПб., 1855. Т. 4. Стб. 380; Руммель В.В. Указ. соч. Т. 1. С. 312.
138


Воевода Левашов Федор Васильевич
«Ведомо нам, как ты..., помятуя Бога и наше к себе жалованье и прямую службу оказуя, во всем нам правду и великую радость показали и своим промыслом во многих местах воров побивали»
Основные этапы биографии Федора Васильевича Левашова были освещены еще в труде В.В. Руммеля в конце XIX в1. Однако позднее были введены в научный оборот источники, касающиеся пребывания Ф.В. Левашова в 1614-1615 гг. в Новгородской земле, а также Арзамасские поместные акты.
Род Левашовых происходил, по преданию, от некоего Христофора-Карла Дола, выехавшего в начале XIV в. «из Немец во Пскова, где он крестился, «а в крещении имя ему Василий». Потом из Пскова он переехал в Тверь к великому князю Александру Михайловичу, «и был у великого князя боярин во Твери». Родоначальник Левашовых (якобы праправнук этого Христофора-Карла-Василия) Александр Викулович, по прозванию Леваш, был тверским боярином, а его внуки и правнуки уже находились на службе у Ивана III. Сородичами Левашовых считались Поярковы, Свечины и Яхонтовы. Прадед Федора Васильевича Левашова «Борис Васильевич, а прямое имя Карп», сопровождал в 1495 г. в Литву дочь Ивана III
1 Руммель В.В., Голубцов В.В. Родословный сборник русских дворянских фамилий: в 2 т. СПб., 1886. T. 1 (А-Л). С. 523.
139


Глава 1
Елену Ивановну, невесту литовского князя Александра2. В середине XVI в. Левашовы служили по Торжку (19 чел.), Твери (7 чел.), Суздалю (6 чел.). По одному человеку Левашовы были испомещены во Владимире, Кашине, Пскове и Рузе. Дед Федора Левашова, «Василий Карпов сын Левашов дворовый сын боярский по Торжку»3.
В годы опричнины отец Федора, Василий Васильевич Поворок Левашов, вместе с другими Левашовыми и Яхонтовыми попал в опалу, был сослан «в опалу в Казань и в иные города», где и умер. Будучи в опале, Василий Поворок Левашов был испомещен в леревне Гаврилово Тешского стана Арзамасского уезда. Его печальная судьба известна из челобитной сына Ф.В. Левашова, Григория Федоровича и внуков Никиты, Богдана и Якова, сохранившейся в Записной книге Московского стола 1646/1647 г. Как следует из этого документа, Федор Васильевич Левашов, его брат Андрей и сын Григорий «в опале и закоснении» родились и выросли; из-за этого «закоснения» Левашовы, «не ведая... отечества своего», бывали «со многими хуже себя». Челобитчики сетовали, что «наша братья, которые нам отечеством в версту, упрекают и ставят нам в позор и в потерю». 26 февраля 1647 г. царь Алексей Михайлович повелел это челобитье записать и «впредь им тово в вину и в случай не ставить»4.
Можно предположить, что Федор Васильевич Левашов родился в Казани в первой половине 70-х гг. XVI века. В документах конца XVI в. он назван козьмодемьян-
2 Руммель В.В., Голубцов В.В. Родословный сборник... С. 519.
3 Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50-х гг. XVI в. / подг. к печати А.А. Зимин. М.; Л., 1950. С. 153,196-199.
4 Записная книга Московского стола 7155 года // РИБ. СПб., 1886. Т. 10. С. 355; Арзамасский уезд в XVH веке. Акты приказного делопроизводства допетровской эпохи: сборник документов: в 2 ч. / сост. Б.М. Пудалов. Ч. 2. Нижний Новгород: Центр. Архив Нижегородской области, 2019. С. 210.
140


Воевода Левашов Федор Васильевич стам жильцом (см. ниже) Именно так именовали дворян, оказавшихся в Поволжье в годы опричного террора5. То есть, Федор Васильевич был испомещен в Козьмодемьянске.
В 80-90 годы XVI в. Левашовы постепенно возвращаются из ссылки и испомещаются в Замосковных и иных уездах. В конце XVI-начале XVII в. Левашовы служили по Белой и Старице. А вот Федор Васильевич получил поместья в Арзамасском уезде6.
Впервые Ф.В. Левашов упомянут в отдельной грамоте 1596 г. как «кузьмодемьянский» жилец с поместным окладом в 300 четей. 25 августа 1596 г. Федор Левашов привез царскую грамоту в Арзамас и передал ее городовому приказчику Юмшану Лобанову. К тому времени он уже имел поместья в Арзамасском и Алатырском уездах 152 чети, а 25 августа 1596 г. ему было отделено еще «пашни 30 четвертей» из бывшего поместья Петра Зенина (Зинина) в деревне Некрасово Завадской волости в Алатырском уезде, итого стало 182 чети7.
В начале 1606 г. Ф.В. Левашов имел поместный оклад уже 500 четей, полученный, вероятно, уже при Лжедмитрии I, однако реально новых земель у него еще не было (лишь прежние 182 чети).
Новые «дачи» (поместья) он получил только в августе-сентябре 1606 г., уже после воцарения Василия Шуйского. 17 сентября 1606 г. по его указу Ф.В. Левашов с сьшом обзавелись 150 четями Сысуевских пустошей,
5 Арзамасские поместные акты (1578-1618 гг.) /собрал и редактировал С.Б. Веселовский // Смутное время Московского государства. Вып. 4. М., 1915 [ЧОИДР. 1916. Кн. 1 (256)].
6 Козляков В.Н. Служилые люди России XVI-XVII веков. М.: Квадрига, 2018. С. 352,  354,  388.
7 Отдельные и межевые книги поместий Федора Левашова и дочерей Петра Зинина. 1596, августа 25 // Арзамасские поместные акты. №105. С. 117-119.
141


Глава 1
принадлежащих ранее братьям Сысуевым в Арзамасском уезде8. Тогда же он прирастил поместье в Алатырском уезде за счёт 30 четей прожиточного поместья дочерей Петра Зенина (они к тому времени вышли замуж)9. В итоге, он стал владельцем земли в размере 362 чети, при поместном окладе в 500 четей. К этому времени Ф.В. Левашов уже утратил статус Козьмодемьянского жильца и вместе с сыновьями служил по Арзамасу.
Ф.В. Левашов был заметен при подавлении восстания Болотникова. В Карамзинском хронографе, где говорится об осаде Василием Шуйским Тулы в июне-октябре 1607 г., детально представлена дислокация правительственных войск. На правом берегу Упы с севера и востока от города находился Каширский полк князя А.В. Голицына, усиленный отрядами казанских татар князя П.А. Урусова (в будущем - убийца Лжедмитрия II). Именно здесь размещался со своим отрядом Федор Левашов, который был головой (командиром) у арзамасских мурз и татар: «Подле каширского полку стояли ... арзамасские князя и мурзы и служивые татаровя, а воевода с татары был князь Петр Арасланович Урусов, а головы татарские были ... у арзамасских мурз и татар в Коширском полку голова Федор Васильев сын Левашов». Затем эти татарские отряды были направлены на усмирение северских городов10.
Вскоре после подавления восстания Болотникова Федор Левашов получил придачи к поместному окладу,
8 Отдельные и межевые книги поместий Федора и Ивана Левашовых... 1606, сентября 17 // Арзамасские поместные акты. № 215. С. 301-302.
9 Отдельные книги поместья Федора Левашова. 1606, августа 20 // Арзамасские поместные акты. № 212. С. 295.
10 Из Хронографа, принадлежащего историографу Карамзину (Столяровский список) // Попов А.Н. Изборник славянских и русских сочинений, включенный в хронографы русской редакции (далее - Карамзинский хронограф). М., 1869. С. 337.
142


Воевода Левашов Федор Васильевич
который стал превышать 500 четей. Вслед за придачами к окладу последовали реальные дачи поместий, общий размер которых тоже превысил 500 четей. Эти земли ранее принадлежали помещикам, которые перешли на сторону нового самозванца, Лжедмитрия II.
В начале сентября 1608 г. Федор Левашов получил довольно значительные поместья таких изменников, - свияжских жильцов Федора Киреева (150 четей) и Дружины Косяговского (75 четей) село Печерки и деревню Лукьянову в Арзамасском уезде. Уже 22 октября 1608 г. был осуществлен отдел поместья, и отказные книги отправлены в Москву, в Поместный приказ11. Позже Ф. Левашов писал об одном из таких поместий: пожаловано ему «в прошлом во 117-м году при царе Василье в Орзамасе в Залесном стану в сельце в Печерках Дружининский жеребей Косяковского, 75 чети»12. С учетом этой придачи (225 четей) общий размер поместий Ф. Левашова составил уже 557 четей.
Брат Федора Левашова арзамасец Андрей Васильевич был письменным головой в войске И.Н. Салтыкова и Ф.С. Лихарева. Оно было послано на Терек, не признавший царя Василия, но из-за изменения военнополитической обстановки было вынуждено присоединиться к войску боярина Ф.И. Шереметева, осажденному в районе Астрахани на острове Балчик13.
Конец 1608 - начало 1609 г. - это самый темный период в биографии нашего героя. В это время арзамасский «служилый город» (местные помещики) в большинстве своем перешел на сторону самозванца, Арзамас с уездом контролировали сторонники Тушинского вора. Отсюда
11 Отдельные книги поместья Федора Левашова. 1608, сентября 25 // Арзамасские поместные акты. № 233. С. 332-334.
12 Грамота к городовому приказчику об отделе поместья Федору Левашову. 1616, декабря 25 // Арзамасские поместные акты. № 405. С.  570-571.
13 Карамзинский хронограф. С. 330.
143


Глава 1
исходили отряды, пытавшиеся овладеть Нижним Новгородом, верным Москве. Но, именно Нижний Новгород и стал одним из центров начавшегося движения против тушинцев в регионе нижней Оки и стыка верхней и средней Волги. Сюда бежали верные Шуйскому дворяне из Арзамаса и других городов. И в их числе не было изначально Федора Васильевича Левашова.
Из Карамзинского хронографа, составленного арзамасцем Баимом Федоровичем Болтиным, следует, что Ф.В. Левашов был в тушинском отряде князя Семена Вяземского и Тимофея Лазарева, то есть после получения земель от Василия Шуйского он перешёл в стан его противника. Вяземский и Лазарев пытались овладеть Нижним Новгородом штурмом, но были разбиты верным Василию Шуйскому гарнизоном во главе с А. С. Алябьевым и подошедшими от Ф.И. Шереметева стрельцами А. Микулина и Б. Износкова. Воровские воеводы были пленены, С. Вяземского повесили, а Т. Лазарев перешел на сторону царя Василия и в дальнейшем был на многих службах. Только после этих событий и последовавших побед нижегородцев (см. очерк о Мисюре Соловцове) Ф.В. Левашов и Федор Степанович Чемесов с 40 арзамасцами из побитого тушинского отряда явились в Нижний Новгород и целовали крест царю Василию14.
Недоброжелатели Левашова (конфликт из-за поместий) позднее писали, что он вместе с другими арзамасцами находился среди тушинцев, которые подступали к Нижнему Новгороду в ноябре-декабре 1608 г., тогда же Ф.В. Левашов перешел на сторону правительственных войск. В совокупности с челобитьем одного из недоброжелателей Ф.В. Левашова (Родионова) и сведениями о дальнейшей судьбе его сына Ивана, который и после
14 Карамзинский хронограф. С. 346.
144


Воевода Левашов Федор Васильевич
избрания царем Михаила Романова находился вместе с атаманом Заруцким, кратковременную службу Лжедмитрию следует признать имевшей место. Естественно, Ф.В. Левашов это всячески отрицал, так как это могло сказаться и сказывалось на его поместно-вотчинных вопросах. В одном из поздних документов сам Ф.В. Левашов писал, что когда Арзамас изменил царю Василию, он, Федор, бежал от мятежников «из Орземаса... в Нижней»15. Что касается арзамасского «служилого города», то местные помещики еще долго оставались верны самозванцу, а сам Арзамас был взят отрядом правительственных войск князя Алексея Львова лишь в начале лета 1610 г. И ключевым здесь является ответ на вопрос, когда Федор Левашов бежал «в Нижней», сразу или после военных неудач тушинцев, в числе которых он проявился.
В январе 1609 г. Федор Левашов в составе отряда А.С. Алябьева двинулся на Муром. Находясь в 30 верстах от Мурома, 13 февраля 1609 г. А.С. Алябьев послал сотни с головами Богданом Износковым, Федором Левашовым и Яковом Прокудиным для подчинения Арзамаса. Они сожгли посады, осадили город, попытались даже овладеть им, но не смогли и обратились за подмогой. После прибытия подкреплений штурм был повторен, но вновь закончился неудачей, хотя на сторону штурмующих перешло несколько десятков арзамасцев16.
В конце марта 1609 г. именно Ф. Левашов был отправлен А. Алябьевым из Мурома во Владимир вместе с Андреем Микулиным и Богданом Износковым, чтобы вернуть под власть Москвы этот важный город. Всё получилось. Владимирцы 27 марта целовали крест
15 Грамота к городовому приказчику об отделе поместья Федору Левашову. 1616, декабря 25 // Арзамасские поместные акты. № 405. С.571.
16 Козляков В.Н. Служилые люди России XVI-XV11 веков. С. 73.
145


Глава 1
Василию Шуйскому и казнили своего воеводу Михаила Вельяминова. Вот так писали об этом противники Шуйского - тушинские воеводы - гетману Сапеге: «Марта в 27 день пришли... под Владимир из Нижнего Новгорода Андрюшка Алябьев да Федка Левашов с понизовыми людьми». Далее в этом письме говорится об «измене» владимирских мужиков, которые «дворян и детей боярских и воеводу Михаила Вельяминова, связав, отдали». Тушинские воеводы Федор Плещеев и Андрей Просовецкий сразу же послали во Владимир отряд головы Семена Голенкина, но Федор Левашов действовал решительно: «его и его полчан связали»17.
Тушинцы попытались разрешить владимирский вопрос с помощью А. Лисовского. 31 марта 1609 г. он прибыл со своим полком в Суздаль и создал угрозу Владимиру. Город готовился к обороне, одним из её руководителей стал Федор Левашов.
Подробные сведения о боях под Владимиром весной 1609 г. содержатся в отписке гетману Сапеге тушинских суздальских воевод Ф. Плещеева и А. Просовецкого от 12 апреля 1609 г. В ней сообщалось, что 2 апреля они ходили на Владимир с Лисовским и Стравинским, разбили под городом царских воевод (здесь Ф. Левашов потерпел неудачу) и осадили город. Но лихой Лисовский после этого с основными силами ушел из-под Владимира в Суздаль к восставшему Ярославлю. Плещеев и Просовецкий, оставшись у Владимира с небольшими силами, сообщали гетману Сапеге, что «нам Владимира осадить не с кем, а во Владимире государевы изменники многие
17 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Федора Плещеева и Андрея Просовецкого об измене Лжедмитрию жителей Владимира, о прибытии в Суздаль Лисовского с полком и о совместно с ним походе под Владимир. 1609, марта 31 // Сборник князя Хилкова. СПб. 1879. № 12-LV1. С. 63-64.
146


Воевода Левашов Федор Васильевич
люди, сели насмерть и наряду у них много... сидят их семь сот человек вогненого бою. А головы у них во Владимире Ондрюгика Микулин да Якушко Прокудин, да у Астраханских казаков голова Богдашка Износков, да арзамасец Федка Левашов»18. Вернуть Владимир тушинцы уже не смогли. Из царских грамот следует, что во Владимире Федор Левашов был головой казаков.
Неизвестно, сколько времени Федор Левашов оставался во Владимире. Царь Василий, узнав об успешных боевых действиях воеводы Левашова под Владимиром и о снятии осады, отправил ему 27 мая 1609 г. указание двигаться со всеми силами на помощь осажденной Троице, «со всеми дворяны и детми боярскими, с стрельцы и с казаки, и со всякими служилыми людми, которые с тобою». Это письмо начинается словами: «От царя ...во Владимир Федору Васильевичю Левашову». Далее в грамоте подробно перечисляются заслуги Левашова: «Ведомо нам, как ты, будучи в Нижнем Новгороде, помятуя Бога и наше к себе жалованье и прямую службу оказуя, во всем нам правду и великую радость показали и своим промыслом во многих местах воров побивали,... пришед с нашими людми, Муром и Володимер взяли и от конечной беды их освободили»19. Царская похвала и признание заслуг Ф.В. Левашова под Нижним Новгородом, Муромом и Владимиром, это, ко-
18 Отписка суздальских воевод Плещеева и Просовецкого гетману Сапеге об убиении владимирского воеводы Вельяминова, об осаде ими Владимира и недостатке боевых снарядов для продолжения оной, о походе Лисовского в Ярославль, о разорении Суздальского уезда казаками и литовскими пахоликами. 1609, апреля 12 // Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией (АИ). СПб., 1841. Т. 2. № 195. С. 225-227.
19 Грамота царя Василия Ивановича к владимирскому воеводе Федору Левашову с приказанием немедленно идти с войском из Владимира к Троицкому Сергиеву монастырю и с известием о движении к этому монастырю и к Москве с разных сторон войск. 1609, мая 27 // Сборник князя Хилкова. № 32. С. 104-105.
147


Глава 1
нечно, было хорошо, но главным было требование скорейшего движения к Троице-Сергиеву монастырю. А этого Ф.В. Левашов выполнить не смог, как и главный воевода, боярин Ф.И. Шереметев, который получал аналогичные грамоты с похвалой и укоризной одновременно. В то время из-за сложившейся обстановки в регионе, отсутствия прочного тыла и угрозы со стороны тушинских отрядов поход к Троице был невозможен.
Из более поздней челобитной Федора Левашова (1612 г.) становится известным, что он еще в 1610 г. просил царя Василия, дать ему за владимирскую службу («очистил Владимир от литовских людей») в вотчину одно из его поместий в Арзамасском уезде. Уезд только-только был освобожден от тушинцев. Речь шла о той самой деревне Лукьяново, бывшем поместье известного тушинца Ф. Киреева, которое Ф.В. Левашов получил в сентябре 1608 г. Из последующих документов следует, что это челобитье было удовлетворено царем Василием. Это произошло летом 1610 г., накануне свержения Василия Шуйского20. К тому времени бывший владелец поместья тушинец Ф. Киреев уже умер. Однако уже в августе 1610 г. Арзамас снова перешел под контроль воевод Лжедмитрия II. Самозванец, находясь под Москвой в селе Коломенском, приказал передать поместную деревню Гаврилову, ранее принадлежавшую Ф.В. Левашову, степенному ключнику Семену Васильевичу Пролыскову. В Арзамасе в это время был тушинский воевода Григорий Иванович Кашкаров, который также завладел некоторыми поместьями Ф. Левашова21
20 Грамота к воеводе и дьяку об отказе вотчины Федору Левашову и наказная память воеводы и дьяка об этом сыну боярскому. 1612, сентябрь - 13 октября // Арзамасские поместные акты. № 318. С.  420-422.
21 Грамота к воеводе об отказе поместья Семену Пролыскову. 1619, августа 23 // Арзамасские поместные акты. № 251. С. 348-349.
148


Воевода Левашов Федор Васильевич
В. В. Руммель отмечал, что Федор Левашов в 1610 г. был воеводой в Балахне22. Пока не обнаружен источник, на основании которого исследователь сделал такой вывод. Согласно Боярскому списку 1610/1611 г., Федор Левашов числился в это время выборным дворянином («в выборе») из Арзамаса с поместным окладом в 700 четей23. Следовательно, после свержения Василия Шуйского и приглашения королевича Владислава на царский престол Левашов принимал участие в Подмосковном ополчении Прокопия Ляпунова. В более поздней челобитной Ф. Левашов писал: «И как де пришли под Москву боярин наш князь Дмитрей Тимофеевич Трубецкой с товарыщи, и он деи все был на службе без съезду»24. После убийства П.П. Ляпунова и начала формирования Нижегородского ополчения Кузьмой Мининым и князем Дмитрием Пожарским Федор Левашов примкнул к этому новому ополчению.
Хорошо известно о конфликтах между обоими ополчениями в первой половине 1612 г. Арзамас с уездом все это время тянул к Подмосковному ополчению Трубецкого и Заруцкого. С марта по июнь 1612 г. это ополчение признавало власть очередного самозванца, Псковского вора Сидорки, указы воеводам Арзамаса стольнику Григорию Андреевичу Очину-Плещееву, князю Ивану Семеновичу Путятину и дьяку Степану Козодавлеву шли от имени «царя Дмитрия Ивановича». Особенно активно в Арзамасском уезде приводил жителей к присяге
22 Руммель, В. В., Голубцов В.В. Родословный сборник. С. 523.
23 Боярский список 119-го году сочинен до московского разорения при Литве с писма думного дьяка Михаила Данилова: Сторожев В. Материалы для истории русского дворянства // ЧОИДР. 1909. №3(230). С. 100.
24 Грамота к городовому приказчику об отделе поместья Федору Левашову. 1616, декабря 25 // Арзамасские поместные акты. № 405. С. 570-571.
149


Глава 1
«Псковскому вору» Яков Миленин25. Так что поместья Федора Левашова в Арзамасском уезде находились под контролем враждебных ему людей. Сближение позиций руководителей обоих ополчений началось после бегства из-под Москвы атамана Заруцкого в июле 1612 г.
В апреле - июле 1612 г. Федор Левашов находился в Ярославле вместе с Мининым и Пожарским. Пожарский полностью доверял ему и именно на Левашове остановил свой выбор, когда надо было направить под Москву передовой отряд ополченцев. Примерно 18-20 июля 1612 г. отряд под командованием М.С. Дмитриева и Ф.В. Левашова был послан из Ярославля под Москву: «Посла князь Дмитрий Михайлович перед собою воеводу Михаила Самсоновича Дмитриева да Федора Левашова со многою ратью и повелеша им идти на спех; и пришед под Москву, в табары им входити не повеле, а повеле им поставити острожек у Петровских ворот и тут стать. Они же, шед, так и сотворише»26. Польские источники сообщают, что 3 августа (24 июля по старому стилю) прибыл из Ярославля к Москве отряд в 400 всадников27. Затем к Москве подошли основные силы Ополчения Минина и Пожарского. Во время боев ополченцев с гетманом Ходкевичем (22 и 24 августа), рвавшегося на помощь осаждённому в кремле польскому гарнизону, Федор Левашов храбро бился с неприятелем.
25 Грамота к воеводе и дьяку об отказе поместья Семену Волынскому. 1612, сентября 19 // Арзамасские поместные акты. № 313. С. 415.
26 Новый летописец // Полное собрание русских летописей. Т. 14. Первая половина. СПб., 1910. С. 122.
27 Дневник событий, относящихся к Смутному времени (1603- 1613), известный под именем Истории ложного Димитрия (из дневника Будилы) / пер. М. Кояловича // Русская историческая библиотека, издаваемая Археографической комиссией (РИБ). СПб., 1872. Т.1. Стб. 316-317.
150


Воевода Левашов Федор Васильевич
История полна интересных совпадений и пересечений. Одно из них связано с Федором Левашовым. В тот самый день, когда он вместе с другими ополченцами сражался под Москвой с гетманом Ходкевичем (22 августа), далеко, в Арзамасском уезде, решалась судьба одного из его поместий. 22 августа 1612 г. в Арзамасе была получена грамота князя Д.М. Пожарского, по которой предписывалось передать это поместье от Ф. Левашова вдове бывшего владельца Трофима Ермолова с дочерью и малолетним сыном. По всей видимости, Ф.В. Левашов вместе с другим арзамасцем Иваном Артемьевичем Чаадаевым получил бывшее поместье Трофима Ермолова от руководителей Первого (Подмосковного) ополчения. В него входили село Черновское и деревня Слепые, всего 340 четей земли. Судя по всему, кн. Д.М. Пожарский, восстанавливая справедливость, принял нелёгкое решение и отправил эту грамоту в начале августа, когда Ф. Левашов со своим отрядом прибыл к Москве28.
Тогда же Федор Левашов узнал о другом неприятном известии, связанном с его вотчиной в Арзамасском уезде (бывшее владение тушинского окольничего Ф. Киреева). Оказывается, пока он воевал в ополчении, этой вотчиной «насильством, не по даче» завладели сыновья Ф. Киреева, Василий, Федор и Иван. В конце сентября 1612 г. кн. Д.М. Пожарский отправил воеводам Арзамаса кн. П.М. Львову и дьяку Ф. Баскакову указание передать эту вотчину Ф. Левашову, а братьям Киреевым запретить владеть этими землями29. Однако эту вотчину Ф. Левашов
28 Отдельные книги поместья Степана Ермолова с матерью и сестрами. 1612, августа 22 // Арзамасские поместные акты. № 309. С. 410-412.
29 Грамота к воеводе и дьяку об отказе вотчины Федору Левашову и наказная память воеводы и дьяка об этом сыну боярскому. 1612, сентябрь - 13 октября // Арзамасские поместные акты. № 318. С. 420-422.
151


Глава 1
так и не сумел получить. Как оказалось, эти земли ранее, «в прошлом в 119-м году под Москвою», передали вдове убитого Ф. Киреева и его младшим сыновьям Семену, Микифору и Миките Киреевым. Судя по данной фразе, эта передача была санкционирована руководителями Подмосковного ополчения Трубецким и Заруцким. У князя Трубецкого не было каких-то претензий лично к Левашову. Он служил «без съезда» в Первом ополчении. И, как показали дальнейшие события под Великим Новгородом в 1614 г., Трубецкой полностью доверял Левашову.
Сложность заключалась в том, что младшие Киреевы, в отличие от старших братьев, не были «изменниками», они не были скомпрометированы службой тушинцам, «вору креста не целовали». Младшие братья Киреевы в  1611-1612  гг. только что «поспели на службу», им был «учинен» поместный оклад в 300 четей, и они находились на земской службе в Свияжске и Казани. За них вступились соседи. К арзамасскому воеводе кн. П.М. Львову арзамасцы («дворяне, и дети боярские, и князи, и мурзы, и тотаровя, и мордва, и всякие служилые и жилецкие люди, всем городом») подали челобитную, чтобы не отнимать прежних поместий «без сыску» и не раздавать их в раздачу. Большинство из этих челобитчиков были бывшими тушинцами, и они боялись за свои поместья. Возможная утрата поместья Киреевых могла стать началом большого передела земли. А ещё позже выяснилось, что старшие братья Киреевы, бывшие «изменники»-тушинцы, осенью 1612 г. тоже участвовали в ополчении. Василий Киреев находился на земской службе в Казани, а Иван Киреев убит в бою против Ивана Заруцкого под Тынорским острожком.
Поэтому Трубецкой и Пожарский 2 октября 1612 г. отправили новое указание в Арзамас воеводам кн. П.М. Львову и дьяку С. Козодавлеву с подтверждением
152


Воевода Левашов Федор Васильевич
передачи этой спорной деревни Лукояновой младшим братьям Киреевым30. Совместное решение Трубецкого и Пожарского объясняется тем, что конце сентября 1612 г. оба ополчения объединились. Первое место в руководстве ополчения занял кн. Д.Т. Трубецкой, а кн. Д.М. Пожарский стал вторым воеводой31.
В качестве компенсации Ф. Левашов получил в Арзамасском уезде деревню Дордакову. В конце декабря 1612 г. это указание «Московского государства бояр» было получено в Арзамасе, и 1 января 1613 г. местный воевода кн. П.М. Львов велел приказчику Юмшану Лобанову ехать в эту деревню для передачи ее Ф. Левашову32.
Ещё в конце лета 1612 г. Федор Левашов вместе с Яковом Милениным из ополчения кн. Д.Т. Трубецкого (Я. Миленин - это тот самый, который «в Арземасе в смуте был начальной вор и ко псковскому вору всяких людей приводил») получил в награду в поместье «новую деревню Полдомасово, за Пузскою засекою», расположенную на крайней юго-восточной окраине Арзамасского уезда. Местные крестьяне, до этого свободные от власти
30 Грамота к воеводе и дьяку по челобитью братьев Киреевых о том, чтобы у них не отнимали поместья и не отдавали его Федору Левашову. 1612, октября 2 // Арзамасские поместные акты. № 319. С. 422-423; Наказ воеводы и дьяка Юмшану Лобанову о сыске про поместье Киреевых. 1612, октября 22 // Там же. № 320. С. 423-425; Отписка воеводы боярам о встретившихся затруднениях при отказе в вотчину Федору Левашову поместья Киреевых. 1612, октябрь // Там же. № 336. С. 439-440; Грамота к воеводе и дьяку об отделе поместья Никифору и Никите Киреевым с матерью. 1613, февраля 5 // Там же. № 365. С. 471 -474.
31 См., например: «Великие Росийские державы Московского государства боярину и воеводе князю Дмитрею Тимофеевичю да стольнику и воеводе князю Дмитрею Михайловичи) Петр Львов челом бьет».
32 Наказ воеводы и дьяка Юмшану Лобанову об отделе поместья Федору Левашову. 1613, января 1 // Арзамасские поместные акты. № 358. С. 463.
153


Глава 1
помещиков, встретили новых хозяев (или посланных от них людей) враждебно, отказываясь им подчиняться и давать им продовольствие. Левашов и Миленин жаловались руководителям Трубецкому и Пожарскому, что они, находясь на земской службе в ополчении, «без запасов помирают голодом». Руководители ополчения 2 декабря 1612 г. приказали арзамасскому воеводе кн. П.М. Львову привести этих крестьян к повиновению Левашову и Миленину, чтобы воевода «и по прежней и по сей нашей грамоте велел тем крестьяном Федора да Якова слушати во всем»33.
Весной 1613 г. Ф. Левашов находился в Москве, продолжая улаживать свои поместные дела. Арбитром выступило уже новое правительство Михаила Романова. В пошлинной книге Печатного приказа есть запись: «1 мая 1613 г. запечатана грамота в Арзамас по челобитью Григория Кошкарова (бывший тушинский воевода Арзамаса) и Федора Левашова: велено им отказать вотчину и поместье по прежним дачам. Пошлин полтина. Взято». Далее говорится, что за Григория Кашкарова пошлину платил Ф. Левашов34. Из поздней челобитной Ф. Левашова выясняется, что здесь речь идет о бывшем поместье Дружины Косяковского. Этим поместьем после того, как Ф. Левашов в конце 1608 г. бежал из Арзамаса в Нижний Новгород «к царю Василью к Москве», владел по «воровской даче» Григорий Кашкаров, а Ф. Левашов «тем поместьем не владел со 117-го году 5 лет, потому что Арземас был за Тушинским вором». И позже, когда он участвовал в ополчении под Москвой, тем поместьем
33 Грамота к воеводе об отказе поместья Федору Левашову и Якову Миленину. 1612, декабря 2 // Арзамасские поместные акты. №348. С. 451-452
34 Записная пошлинная книга (27 февраля - 12 августа 1613 г. //Документы Печатного приказа 1613-1615 гг. М., 1994. С. 95.
154


Воевода Левашов Федор Васильевич
по-прежнему владел Г. Кашкаров, «а боярских грамот не слушал»35.
Следующая запись в книге Печатного приказа гласит: «16 мая 1613 г. Запечатана грамота в Рязань по челобитью Ф. Левашова. Дано ему поместья 50 чети. Пошлин 20 алтын и 5 денег. Взято»36. Судя по данной записи, теперь Ф. Левашов стал помещиком не только Арзамасского уезда, но и получил новые земли в Рязанском уезде, поближе к Москве. 16 мая 1613 г. он продолжал находиться в Москве, а потом, скорее всего, уехал в Рязань, смотреть свое новое поместье.
В те годы Ф. Левашов приютил у себя своего беспоместного дальнего родственника Петра Семеновича Левашова, дворового сьша боярского из Белой. В ходе военных действий Белая с весны 1610 г. вплоть до сентября 1613 г. была занята поляками, и местный «служилый город», отказавшийся признать власть королевича Владислава, остался без своей территории. Часть бельских Левашовых получили поместья в Вологде и Галиче, а Петр Семенович жил у Ф.В. Левашова «за человека место»37.
Сведения о том, где был Федор Левашов во второй половине 1613 г. пока не найдены. Скорее всего, он был отряжен к Великому Новгороду в составе основного войска кн. Д.Т. Трубецкого. Разрядная запись свидетельствует, что в этом войске был довольно значительный отряд арзамасцев. По наряду числилось «арзамасцов
35 Грамота к городовому приказчику об отделе поместья Федору Левашову. 1616, декабря 25 // Арзамасские поместные акты. № 405. С. 570-571.
36 Записная пошлинная книга (27 февраля - 12 августа 1613 г.). С. 111.
37 Десятия раздачи денежного жалования арзамасским дворянам и детям боярским. 1615, сентября 10 // Арзамасские поместные акты. № 396. С. 531; Козляков В.Н. Служилые люди России. С. 352, 354.
155


Глава 1
388 ч., да татар и новокрещонов арзамасских помещиков 255 ч.». Конечно, среди этих людей были и «нетчики», у которых отбирались поместья за неявку на службу, но все же отряд служилых людей из Арзамаса (свыше 500 человек) в войске кн. Трубецкого был одним из самых многочисленных38. Известен список арзамасских нетчиков и беглецов со службы из-под Новгорода. Согласно Соборному приговору если человек не явился на службу к князю Трубецкому, то у него отбирали половину поместий, а если был на службе, но потом сбежал, то у таких беглецов отбирали треть поместий, которые поступали в раздачу. Так, Федор Левашов вместе с Прокофием Вразским, Афанасием Хохловым и подьячим Григорием Ларионовым получил часть поместий нетчиков и беглецов Михаила и Богдана Романовых, Остафия Оникеева и Федора Сухого39. Но затем эти арзамасцы были на службе с боярином князем Б.М. Лыковым, и эти поместья им были возвращены.
Федор Левашов, видимо, командовал отрядом арзамасцев в войске кн. Д.Т Трубецкого. Трудно сказать, когда и при каких обстоятельствах он оказался в Рамышевском острожке под Старой Руссой весной 1614 г., сменив здесь прежнего московского воеводу Андрея Палицына, который ещё осенью 1613 г. укрепился в районе Старой Руссы. В феврале 1614 г. А. Ф. Палицын успешно отразил шведский штурм к Рамышевскому острогу, в ходе которого шведы понесли большие потери, здесь был убит один из видных шведских командиров Нильс Банер.
38 Разрядная книга 1613-1614 гг. // Разрядные книги 1598- 1638 гг.М., 1974. С. 260-263.
39 Грамота к воеводе и дьяку о возвращении некоторым арзамасцам поместий, отписанных у них за неты по Соборному приговору 122 года. 1615, июня 15 // Арзамасские поместные акты. № 393. С. 517-519.
156


Воевода Левашов Федор Васильевич
Весной 1614 г. А.Ф. Палицын уже находился в Москве, был награжден за Рамышевское сиденье. А Федор Левашов оказался главным воеводой в том же Рамышевском остроге. Впервые в документах Ф.В. Левашов упоминается воеводой Рамышевского острога в конце марта 1614 г., с ним вел переговоры об обмене пленными шведский военачальник в Старой Руссе ротмистр Лоренц Вагнер40. Он сначала общался с прежним воеводой АФ. Палицыным. Переговоры касались не только живых людей, но и передачи тел погибших шведских начальников. Результатов не было. Обращаясь в письме к новому воеводе Рамышевского острога Ф. Левашову, Л. Вагнер вновь просил вернуть ему тело Нильса Банера, а также похоронить шведских солдат, прибавляя при этом, что шведы хоронят русских ратных людей. Л. Вагнер, стремясь получить тела убитых шведов, хвалил Ф. Левашова за разум и воинскую доблесть, и одновременно ругает А Палицына: «И  яз, узнав, что ты прямые  р[атные]  природы человек и ратное дело тебе заве... о ратных людях не замешкав, а не как глу[пый] Ондрей Палицын». Как отмечает А. А Селин, «сам повод общения - обмен русских пленных на тело убитого шведского капитана Бакнера - был, так сказать, рыцарским»41.
Неизвестно, когда прекратил свое существование Рамышевский острог, и когда Ф. Левашов со своими людьми присоединился к основному войску кн. Трубецкого. Оно вышло в мае 1614 г. на ближние подступы к Новгороду. Боярин князь Д.Т. Трубецкой направил из Бронниц на противоположную сторону реки Мста воевод Ф.В. Левашова и Угрима Поликарпова сына
40 Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. СПб.: Изд- во «Русско-Балтийский информационный центр «БЛИЦ»», 2008. С. 467.
41 Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. С. 467,  587.
157


Глава 1
Лупандина вместе с тысячью казаков. Им было велено поставить там острог и закрепиться, чтобы шведы не могли нанести оттуда удар по основным позициям войска под Бронницами42.
После разгрома войска кн. Д.Т. Трубецкого 14 июля 1614 г. второй острог за рекой Мстой в селе Новоселицы под командованием Ф. Левашова почти неделю сдерживал все шведские силы, беспрерывно обстреливался пушками и отбивал атаки. И все-таки уже окруженные со всех сторон превосходящими силами шведов, воины Ф. Левашова капитулировали 20 июля («на Ильин день святого пророка»). Они были пленены шотландцами на шведской службе во главе с полковником Самуилом Ко- броном и отправлены в Новгород. Там Левашов был заключен в тюрьму43
В источниках часто упоминается фраза «Новоселицкое осадное сиденье», «Новоселицкий острог», «Новосельская служба». 6 сентября 1614 г. в Москву приехали новгородские выходцы (разных станиц казаки), «которые взяты были в острошке за Мстою рекою с Федором Левашовым». Им дано в Москве государево жалование (перечисляются есаул Иван Офонасьев и 18 рядовых казаков)44. Взятые в плен казаки были уже в августе 1614 г. отпущены шведами на свободу или бежали из плена. А их предводитель терпел тюремные мытарства. Вопрос о судьбе русских воинов, взятых в плен под Бронницами и Новоселицами, об их обмене, а также об обмене членов семей знатных новгородцев решался в мае 1615 г. Переговоры вел московский представитель Семен Гаврилович Коробьин.
42 Карамзинский хронограф. С. 359.
43 Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. С. 470.
44 Приходно-расходная книга Разряда 123 г.: Приходно- расходные книги московских приказов. Кн. 1 // РИБ. М., 1912. Т. 28. Стб. 295.
158


Воевода Левашов Федор Васильевич
Именно ему обязан Федор Левашов освобождением из шведского плена.
С 4 по 22 мая 1615 г. в Дедерино на реке Яуна (Явань), между Осташковом и Старой Руссой, происходили переговоры об обмене пленных. Они закончились удачно, «и судьи разъехались». С русской стороны было выдано 46 пленных шведов, а шведская сторона отдала 119 русских, мужчин и женщин45. Среди них был и Федор Левашов. Известны и другие русские люди, освобождённые в мае 1615 г. из шведского плена. В результате этого обмена были освобождены не только воевода Новоселицкого острожка Ф.В. Левашов, московские дворяне Дмитрий Плещеев, Микита Пушкин, Фока Дуров, но и казачьи есаулы Чегодай Степанов, Степан Беляев, Семен Балака, несколько новгородских помещиков и рядовых казаков, а также родственники многих известных деятелей Смуты46. Однако некоторые из соратников Федора Левашова по Новоселицкому сиденью ещё оставались летом 1615 г. в шведском плену. Например, помещики из Ржевы и Старицы. Их судьба в дальнейшем сложилась по-разному. Некоторых из них сумел выкупить в конце сентября 1615 г. английский посол Джон Меррик, другие сумели бежать из тюрьмы. Один из выкупленных пленников, сын боярский из Ржевы Иван Данилович Моклоков, после освобождения сообщал русским послам, что «как взяли немецкие люди Новоселицкой острожек, его взяли с воеводою Федором Левашевым на Ильин день святого пророка. Сидел в тюрьме по ся места. И в 124 году сентября в 25 день на
45 Бантыш-Каменский Н.Н. Обзор внешних сношений России (по 1800 г.). Часть четвертая (Пруссия, Франция, Швеция). М., 1902. С. 147.
46 Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. С. 467-468; Селин А.А. Новгородские судьбы Смутного времени. Великий Новгород : НовГУ им. Ярослава Мудрого, 2009. С. 55-56.
159


Глава 1
Сергеев день с утра выпечаловал деи его у них аглинского короля посол»41.
В деле о посольстве С. Г. Коробьина имя одного из самых знатных пленников Федора Левашова идёт третьим в списке московских дворян после Дмитрия Плещеева и Микиты Пушкина, а за ним следует дворянин Фока Дуров. Следовательно, в 1614 г. Федор Левашов уже был московским дворянином, а не арзамасским помещиком. Возможно, это повышение произошло летом 1613 г. вскоре после избрания Михаила Романова, точно - до похода на Новгород. О своем пребывании в шведском плену сам Ф. Левашов позже сообщал: «Да он же де, Федор, был на нашей службе под Новымгородом год, и взяли де ево в полон неметцкие люди, и в полону у неметцких людей был год же, а ис полону вышед ..лся на Москве»48.
Возможно, за Рамышевскую службу, Новоселицкое осадное сиденье и шведский плен Федор Левашов после возвращения в Москву в июне 1615 г. получил значительные придачи к поместному окладу. Если в 1611 г. поместный оклад Ф.В. Левашова, согласно Боярскому списку, составлял 700 чети, то в июне 1615 г. его поместный оклад был уже 1050 чети. За свои предыдущие службы он также получал придачи к поместному окладу. Однако реальных дач он имел к тому времени только 525 чети. Это меньше, чем было у него в 1609 г. (тогда было 557 чети) - результат утраты поместья Ф. Киреева, которое перешло к младшим сыновьям последнего и других поместий. Также Левашову пришлось попрощаться с полученными поместьями нетчиков и беглецов из Арзамаса, бежавших из войска Трубецкого. После того, как эти люди участво-
47 Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. С. 470.
48 Грамота к городовому приказчику об отделе поместья Федору Левашову. 1616, декабря 25 // Арзамасские поместные акты. № 405. С. 570-571.
160


Воевода Левашов Федор Васильевич
вали в походе боярина кн. Б.М. Лыкова зимой 1615 г. против воровских казаков, им вернули отнятые поместья49. Так что, несмотря на приобретение поместья в мае 1613 г. в Рязанском уезде, реальные дачи Ф.В. Левашова далеко не соответствовали его поместному окладу.
В июне 1615 г. после освобождения из шведского плена Ф.В. Левашов получил часть поместья арзамасского помещика Семена Васильевича Родионова, доставшегося тому в 1612/1613 г. в вотчину «по ложному челобитью». По тогдашним правилам пятую часть поместного оклада (со 100 четвертей - 20 четвертей) можно было получить в вотчину только тем служилым людям, ранее не служивших тушинскому вору. Благодаря челобитной Ф. Левашова дьяки в Москве узнали, что С. В. Родионов в конце 1608 г. бежал из войска боярина Ф.И. Шереметева из Свияжска к тушинцам. Потом С.В. Родионов умолчал об этом факте своей биографии и, в итоге, получил незаконно часть поместья в вотчину. Теперь, в июне 1615 г., Ф.В. Левашову досталось 60 четей этой «выложной вотчины» в селе Пичемерь. Наказ об отделе поместья был составлен уже 25 июня 1615 г.30
Фактически же получить эти земли Ф. Левашову не удалось. С. В. Родионов сам подал встречный иск, в котором указал, что он действительно из Свияжска уехал в Арзамас (в свое оправдание он сообщал, что тогда же уехали из Свияжска арзамасцы «всем городом»). По его словам, он хотел увезти из Арзамаса свою семью на территорию, подконтрольную царю Василию Шуйскому, а его неволей
49 Грамота к воеводе и дьяку о возвращении некоторым арзамасцам поместий, отписанных у них за неты по Соборному приговору 122 года. 1615, июня 15 // Арзамасские поместные акты. № 393. С. 517-519.
50 Грамота к воеводе и дьяку об отделе поместий Федору Левашову и Григорию Мартемьянову. 1615 г.// Арзамасские поместные акты. №394. С. 519-522.
161


Глава 1
послали в Тушино. Далее он перечислял свои заслуги после бегства из Тушино в Москву указывает, что отличился во многих боях, даже был отправлен сеунщиком с вестью о победе. За свои заслуги он получил часть поместья в вотчину, но когда узнал новые правила, то в дальнейшем указывал во всех дозорных и платежных книгах эти земли как поместье, а не вотчину, так что к нему претензий быть не может. Далее С. В. Родионов использовал обоюдоострый довод Левашова против него: «А Федор деи Левашов при царе Василъе в Арзамасе Вору крест целовал и, собрався с воры, под Нижней не одиножды приходил, и заставы побивал, и Нижегородский и Стародубский уезд с воры воевал. А как де Федор от Тушинсково Вора с воры под Нижней приходил, и того деи Федора Левашова Ондрей Олябъев да Богдан Износков под Нижним побили, и Федор деи Левашов, видя, что ево воровство не по ево хотенью совершилось, прибежал в Нижней. И как де Андрей Олябьев из Нижнево пришел в Муром, и он деи Федора Левашова с Ондреем с Микулиным послал в Володимер по ссылке володимерских людей». Далее челобитчик указывает, что Ф. Левашов получил от царя Василия за Владимирскую службу поместье Киреевых деревню Лукоянову в вотчину. А в 1613 г. уже при царе Михаиле Романове Ф. Левашов сдал эту вотчину братьям Киреевым за 150 рублей и вместо этой вотчины взял «за Владимирское очищеньем другую вотчину в Арзамасском уезде - село Печерки, бывшее поместье Петра Кашкарова. И ему была дана еще другая вотчина «за Московское осадное сиденье» тоже в Арзамасском уезде - деревня Дардакова, бывшее поместье Григория Кошкарова.
И убойным аргументом Родионова про Ф.В. Левашова стали сведения о его сыне. Иван Федорович Левашов все время Смуты был «в воровстве», пока не был пойман «Ивашко Заруцкой» (по-видимому, он был с Заруцким и в Астрахани в 1614 г.). Только после поимки атамана
162


Воевода Левашов Федор Васильевич
Заруцкого Иван Левашов объявился у отца, «у нево у Федора». Конечно, надо вносить поправки на то, что это было написано человеком, обиженным на нашего героя, со стремлением очернить его, а себя выставить в выгодном свете. Но всё же, с учетом последующих поступков Ивана Федоровича Левашова, следует отметить, что тот, как минимум, не поддержал Второе ополчение и фактически противостоял своему отцу
В итоге в Москве 7 августа 1615 г. было принято решение о возврате этого села Пичемерь прежнему владельцу, С. В. Родионову. Уже 12 августа эта грамота была доставлена в Арзамас51.
К апрелю 1616 г. за Федором Левашовым было в Арзамасском уезде еще одно поместье - село Измайлово (владел им совместно с другими помещиками - А. Тоузаковым, С. Симанским, Г. Яхонтовым и др.)52. В итоге, к декабрю 1616 г. земельные владения Ф.В. Левашова были таковы: у него было земли 660 чети (при окладе 1050 чети), потом стало уже 741 чети. Но было и распоряжение: «Велено отделить прежнюю дачу, 75 четей, и 150 четей лишней земли к орземаскому ево поместью, к 700 к 40 к одной чети, в ево оклад, в 1000 в 50 чети»53.
В боярской книге 1615/1616 г. Федор Левашов записан как дворянин московский, причем, прямо перед ним в списке московских дворян указаны Фока Дуров
51 Грамота к воеводе и дьяку о возврате поместья Семену Родионову, которое было дано Федору Левашову и Григорию Мартемьянову. 1615, августа 7 // Арзамасские поместные акты. № 395. С. 520-523.
52 Дозорные книги вотчины дьяка Андрея Иванова и сына его Семена. 1616, апреля 16 // Арзамасские поместные акты. № 400. С. 564.
53 Грамота к городовому приказчику об отделе поместья Федору Левашову. 1616, декабря 25 // Арзамасские поместные акты. № 405. С. 570-571.
163


Глава 1
и Дмитрий Плещеев. Эти люди вместе с Ф. Левашовым были в шведском плену54.
В марте 1618 г. стольнику князю Федору Андреевичу Елецкому и Ф.В. Левашову было указано доставить запасы из Волока-Ламского в Белую, которую с 1617 г. осаждали поляки55. В Книгах разрядных в Наказе воеводам помощниками кн. Ф. А. Елецкого указаны Сергей Левашов и Сава Аристов. Какая из этих записей верна сказать трудно. Эта операция была проведена успешно. Известно, что уже 9 мая 1618 г. князь Ф.А. Елецкий был пожалован у царского стола (кубок, шуба). «А пожаловал Государь его за службу, что он проходил на Белую с хлебными запасы и с солью, и на дороге Литовских людей побил и языки поймал, и на Белую запасы привез здорово»56. Видимо, награждение за этот удачный поход получили и помощники воеводы, хотя сведений об этом не обнаружено.
Осенью 1618 г. Ф.В. Левашов находился в Москве, он оборонял столицу от войск польского короля Сигизмунда и запорожских казаков гетмана Сагайдачного. Отряд под его командованием защищал восточный участок Москвы. Он был назначен вторым осадным воеводой в острожке за Яузой вне стен Белого города и подчинялся первому воеводе Василию Матвеевичу Бутурлину. В источниках отмечено: «За Яузой в остроге воевода Василий Матвеев сын Бутурлин да Федор Васильев сын Левашев да
54 Книга, а в ней писаны бояре и окольничие и думные люди ...и стольники, и стряпчие, и дворяне московские, и дьяки, и жильцы... 124 году // Акты Московского государства, изданные Академией Наук (АМГ). СПб., 1890. T. 1. № 108. С. 144.
55 Дворцовые разряды, по высочайшему повелению изданные II
отделением собственной ЕИВ канцелярии. СПб., 1850. T. 1. Стб. 315.
56 Дополнения к Дворцовым разрядам по поручению графа Дмитрия Николаевича Блудова собранные из книг и столбцов прежде- бывших дворцовых приказов архива Оружейной палаты Иваном Забелиным. Ч. 1. М., 1882. Стб. 130-131.
164


Воевода Левашов Федор Васильевич
Григорий Семенов сын Бутиков, да дьяк Богдан Губин». В их отряд входили 7 голов, 7 детей боярских, 4 подьячих, 125 стрельцов приказа Константина Чернышова, 32 астраханских стрельца, 303 пеших казака, 27 отставных и неверстанных немцев, 198 посадских людей с пищалями и 233 - с рогатинами. Видим, что основную массу защитников этого острога составляли местные посадские («черные») люди и казаки57. Сын Ф.В. Левашова жилец Григорий Федорович также принимал участие в обороне Москвы от войск королевича Владислава. За это осадное сидение (1618 г) Ф. Левашову пожаловано в вотчину поместье в Залесном стане Арзамасского уезда (позже часть этой вотчины перешла к его сыну Григорию). К тому времени у Ф. Левашова была еще одна вотчина в Ичаловском стане Арзамасского уезда58.
В 1619-1621 гг. Ф. Левашов находился на воеводском посту в Царицыне59. Он получил назначение в этот город вскоре после подписания Деулинского перемирия с Польшей. Добрался туда он относительно быстро. В конце зимы 1619 г. Ф. Левашов уже был в Казани, а с первым весенним караваном в апреле 1619 г. отправился по Волге через Самару и Саратов в Царицын. С ним же возвращались домой астраханские стрельцы, с которыми он оборонял Москву от поляков.
57 Собор, держанный в присутствии государя царя Михаила Федоровича духовными и светскими чинами: каким образом противостоять королевичу Владиславу, с польскими и литовскими войсками приближающемуся к столице. 1618, сентября 9 // Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в Государственной коллегии Иностранных дел. М., 1822. Ч. 3. № 40. С. 175; Книги разрядные по официальным оных спискам. СПб., 1853. T. 1. Стб. 517,  574.
58 Осадный список 1618 г. // Памятники истории Восточной Европы. Том VIII. / сост. Ю.В. Анхимюк, А.П. Павлов. М.; Варшава, 2009. С. 41, 50,  153, 287, 527.
59 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 426; Книги разрядные. T. 1. Стб. 663,720.
165


Глава 1
В Царицыне Федор Левашов сменил прежнего воеводу стрелецкого голову Ивана Остренева. Теперь статус воеводы Царицына повысился, дворянин московский сменил простого стрелецкого голову.
За время пребывания Ф. Левашова в Царицыне ему пришлось выполнять обычные воеводские обязанности - это обеспечение безопасности плавания караванов по Волге, борьба с воровскими казаками, сбор сведений о положении в Войске Донском, встреча и проводы знатных гостей, в первую очередь - иноземных послов, ногайские дела. Сухопутный путь из Царицына в Москву в те времена практически не использовался (по нему направлялись только гонцы с экстренными донесениями), основной маршрут на Москву проходил по Волге через Саратов, Самару и Казань. Поздней осенью 1621 г. Ф. Левашов, передав дела в Царицыне новому воеводе Ивану Юрьевичу Нелединскому, который был «послан во 129 году в июле»60, приехал в Москву и доложил об итогах царицынской службы.
После возвращения из Царицына Ф.В. Левашов, как дворянин московский изредко упоминается в Дворцовых разрядах. 9 мая 1625 г. на праздник Николы Чудотворца у Николы на Угреши был стол у государя. Среди дворян «в сенях» мы видим Федора Васильевича Левашова61.
13 июня 1627 г. во время похода государя к Троице Федор Левашов оставался дневать и ночевать в Москве на государевом дворе вместе с боярином Ф.И. Шереметевым62.
В. В. Руммель ошибочно отмечал, что в 1628 г. Ф.В. Левашов был окладчиком в Старице дворян и детей боярских, верстал их на службу, назначал жалование63.
60 Книги разрядные. T. 1. Стб. 871.
61 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 688.
62 Записная книга Московскою стола. 1626, мая 5-1627, августа 31: Записные книги Маковского стола // РИБ. СПб., 1884. Т. 9. С. 497.
63 Руммель В.В., Голубцов В.В. Родословный сборник. С. 523.
166


Воевода Левашов Федор Васильевич
Однако московский дворянин, каким был Ф.В. Левашов, не мог быть окладчиком. Окладчики выбирались из числа местной служилой корпорации, наиболее уважаемые люди, как правило, четвертчики. В Старице служил полный тезка нашего героя - тоже Федор Васильевич Левашов, который был четвертчиком Устюжской чети. Он упоминается в расходных книгах данной четверти 1618/1619 и 1619/1620 г. с небольшим денежным окладом в 10 рублей (у нашего же героя денежный оклад был во много раз выше)64. Потом этот полный тезка Левашов служил выборным дворянином по Старице в 1629/1630 г.65
В апреле 1629 г. Ф.В. Левашов был объезжим головой в Москве «для береженья от огня и от всякого воровства», его зоной ответственности вместе с дьяком Микитой Постниковым являлся участок в Белом городе «от Неглимны по Покровскую улицу»66. Возможно, что в том же районе находился его двор в Москве. Из сохранившейся переписи московских дворов 1620 г. известно, что в те годы двор Ф.В. Левашова находился в Златоустовском переулке в тупике, недалеко от Златоустовского монастыря. Здесь же в описании упоминается церковь Пречистой Богородицы в Котельниках. Соседями Ф.В. Левашова в 1620 г. были боярин князь Андрей Юрьевич Сицкий и Андрей Шерефединов, рядом находился загородный дом боярина И.Н. Романова и двор Максима Строганова67.
64 Расходная книга Устюжской четверти 1619/20 г. // Приходно- расходные книги московских приказов 1619-1621 гг. М., 1983. С. 160; Расходная книга Устюжской чети 127 г.: Приходно-расходные книги московских приказов. Кн. 1 // РИБ: в 39 т. М., 1912. Т. 28. Стб. 735.
65 Козляков В.Н. Указ. соч. С. 388.
66 Книги разрядные. СПб., 1855. Т. 2. Стб. 209.
67 Перепись московских дворов 1620 года // Переписи московских дворов XVII столетия. М., 1896. С. 16.
167


Глава 1
В Боярской книге 1627 г. поместный оклад дворянина московского Ф.В. Левашова записан 1000 четей, а денежный 150 рублей68. А в Боярском списке 1628 г. напротив его имени имеется помета «в вымке», это означает, что он занимался борьбой с незаконным винокурением и корчемством69.
Умер Ф.В. Левашов 2 февраля 1630 г.70 У него было четверо сыновей - Степан, Иван, Григорий и Никифор. Иван Федорович, который когда-то был с Заруцким в Астрахани, служивший потом выборным дворянином по Арзамасу, в 1628 г. еще упоминается в «подлинном боярском списке» с окладом в 350 четей71, а позже он бежал в Литву. В конце 1620-х годов арзамасские окладчики сообщали, что его оклада они «не упомнят»72.
Никифор Федорович тоже служил по Арзамасу. Если про отца источники не позволяют этого сказать, то Никифор много времени тратил на земные радости. Он любил выпить, увлекался игрой в зернь. В результате, к 1640 г. он не только промотал свою вотчину (собранное большими трудами отца наследие), но и имел большие долги. Это обстоятельство вынудило его брата Григория и других родственников обратиться к царю. В сентябре
68 Боярская книга 1627 года. М., 1986. С. 80.
69 «Подлинный» боярский список 1628 г. // «Подлинные» боярские списки 1626-1633 годов. Сборник документов / сост. Е.Н. Горбатов. М.: Древлехранилище, 2015. С. 206.
70 «Подлинный» боярский список 1629/1630 г. // «Подлинные» боярские списки 1626-1633 годов. С. 368.
71 Подлинный» боярский список 1628 г. С. 237.
72 Алфавитный указатель фамилий и лиц, упоминаемых в боярских книгах, хранящихся в 1-м отделении Московского архива Министерства Юстиции с обозначением служебной деятельности каждого лица и годов состояния в занимаемых должностях / сост. статский советник Иванов. М.: в типографии С. Селивановского, 1853. С. 225; Руммель В.В., Голубцов В.В. Родословный сборник. С. 524; Козляков В.Н. Указ. соч. С. 350.
168


Воевода Левашов Федор Васильевич
1640 г. Н.Ф. Левашов был разыскан и доставлен в Разряд. Целый ряд дворян и детей боярских взяли его на поруки, и он был отпущен. Умер ранее 1651 г..73
Григорий Федорович Левашов служил выборным дворянином по Арзамасу с окладом 400 четей74. Умер не ранее 1654 г. Внук Григория Федоровича, Василий Яковлевич, (1667-1751, генерал-аншеф, кавалер ордена Андрея Первозванного, правитель завоеванных персидских земель при Анне Иоанновне). Историкам хорошо известен правнук Василия Яковлевича, Василий Васильевич Левашов (1783-1848), председатель Государственного Совета и кабинета министров, первым из Левашовых возведенный в графское достоинство Российской империи.
***
Образ Федора Васильевича Левашова, восстанавливаемый по комплексу известных в науке источников, предстает двояким. С одной стороны, он - исправный служака, который достойно переносит тяготы и лишения дворянской, административной и военной службы. С другой, Федор Васильевич - феодальный хищник, всеми средствами старающийся прирастить свои земельные владения. Причём, географический упор при расширении им своего «клина» делался на Арзамасский уезд. Этот уезд, как достаточно молодое административное образование в зоне лесостепи, был пограничным буфером Российского государства, и отличался этнической, социальной маргинальностью. Соответственно, и люди там формировались под стать решаемым задачам - конкретно-резкие, хваткие, цепкие. Отсюда их легкость в принятии той или иной стороны в Смуту, переходы. Таковым и видится в повседневности Федор Ле-
73 Записная книга Московского стола 7149 года // РИБ. СПб., 1886. Т. 10. С. 204-205.
74 «Подлинный» боярский список 1628 г. С. 237.
169


Глава 1
вашов. Можно говорить и о его и его роде психологической травме - опричной опале, ссылке, унижениях. Для самого Федора Васильевича Левашова её последствия в виде потери статуса-«отечества», своих выслуженных земель умножались на обидную кончину отца в безвестности. Эту травму и пытался избыть Федор Левашов. Поэтому он так легко отказался от поддержки Василия Шуйского, жаловавшего его, и перешёл к тушинцам, взявшим верх в 1608-1609 гг. в Арзамасском уезде. В случае их победы Левашов бы получил возможность не только сохранить свои земельные приобретения, но и приумножить их. Как только выяснилась непоколебимость Нижнего Новгорода и его служилого города и их политико-идеологическая перспективность, Левашов поменял сторону и придерживался принципа «Кто на Москве царь, тот и нам государь». И... продолжал прибирать к рукам спорные земли в Арзамасском уезде. Не смущала его даже служба противнику собственного сына Ивана. Такая цепкая живучесть обеспечивала и последовательную успешность и выносливость в военно-политических делах Левашова. А в конечном итоге послужила и возвышению его рода.
Опубликовано с дополнениями и исправлениями на основе:
Рабинович Я.Н. Воевода Царицына Левашов Федор Васильевич (1619-1621) // Смутные времена в России начала XVII и начала XX столетий: природа и уроки: международная научная конференция (2018; Волгоград): [материалы]/ отв. за выпуск А.Л. Клейтман, О.В. Рвачева, Н.В. Рыбалко. Волгоград: Изд-во Волгоградского института управления - филиала ФГБОУ ВО РАНХиГС, 2018. С. 317-338.


Глава 2
КРИВЫЕ


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
«мы одни за истинную нашу православную веру хотим помереть»
Федор Тимофеевич Черново-Оболенский - князь Рюрикович, потомок черниговского князя Михаила Всеволодовича. Того самого Михаила Черниговского, что принял мученическую смерть в Орде в 1246 г. и в XVI в. был причислен к лику святых. Один из сыновей Михаила Всеволодовича Черниговского, Юрий, получивший в удел Тарусу, имел пятерых сыновей, один из которых, Константин Юрьевич, стал родоначальником князей Оболенских (и ещё двух родов). Князья Оболенские рано перешли на службу Москве, уже при Дмитрии Донском участвовали в борьбе с Тверью, Литвой и Ордой. Внук Константина Юрьевича Оболенского Константин Иванович погиб в 1368 г. при нашествии на Москву литовского князя Ольгерда. Его внук, Семен Иванович Оболенский, имел двух сыновей: Дмитрия Щепу (родоначальника князей Щепиных, Золотых и Серебряных) и Константина. Один из десяти сыновей последнего - Михаил Константинович Оболенский-Сухорук являлся прадедом князя Федора Тимофеевича Черново-Оболенского.
Старший из трех сыновей Михаила Константиновича, Федор Михайлович Черный, был боярином во времена Ивана Грозного. Его младший брат, Василий Михайлович, имел сыновей Тимофея и Бориса. У Тимофея Васильевича Оболенского был единственный сын Федор, который
173


Глава 2
также получил прозвище Черный или Черново. Поместье его отца находилось в Новгородской земле, в Деревской пятине. Около 1597 г. оно было передано братьям Порецким, Ивану Большому и Ивану Меньшому. Среди документов Новгородского оккупационного архива сохранились Дачные книги Деревской пятины 1610/11 г., в которых записано: «Иван Иванов сын Порецкой Меншой,... дано ему в 105 г. кн. Тимофеевское Оболенского 95 чети ... Иван Иванов сын Большой Порецкой... Дано в 105 г. княж Федоровского Оболенского 95 ч.»1.
Г.А. Власьев, ссылаясь на Новгородские даточные книги, писал, что Ф.Т. Черново-Оболенский родился в 1588 г. В этих книгах впервые говорится о герое очерка под 1597 г.: он в девятилетнем возрасте осиротел (вот почему «ушло» поместье его отца к братьям Порецким). Отроку были даны оставшиеся после раздачи другим людям некоторые поместья отца, князя Тимофея Оболенского: «А во 105 году (1596/97 г.) князь Федор 9 лет, а как будет в 15 лет и ему с того поместья государеву службу служить»2.  15 лет ему исполнилось в 1603 г. Именно в это время он «поспел на службу». В записных кабальных книгах в 1603 г. он уже упоминается как помещик. Чтобы подняться, надо рассчитывать на свои силы, надо было бороться за признание, которое именем ранее ушедшего отца было не получить.
Во время голода в 1603 г. кн. Федор Оболенский закабалил трех холопов (за 2 руб.)3. Достигнув 15 лет, но-
1 См.: Дачные книги Деревской пятины. 1610/11 // Riksarkivet, Stockholm. Ockupationsarkivet från Novgorod (далее - RA, NOA). Serie 1: 38. Л. 3-5. Данный документ из Новгородского архива, как и все последующие, указаны автору этих строк А. А. Селиным.
2 Власьев Г.А. Потомство Рюрика. СПб., 1906. T. 1. Князья Черниговские, ч. 2. С. 274,  275
3 См.: Кобзарева Е.И. Переговоры Новгорода со шведами об избрании Карла Филиппа на русский престол // Новгородский исто-
174


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
вик4 начал службу в качестве жильца при царском дворе Бориса Годунова в Москве (1604-1605 гг.). Позднее он получил чин стряпчего с платьем, ему был установлен оклад 25 рублей: «Оболенский Федор Тимоф(еев сын)... старый его оклад 25 р., сыскан в Разряде в боярской книге 117 г.»5. Трудно сказать, от кого были получены эти пожалования: от царя Бориса, его сына Федора или Лжедмитрия I - поскольку сведения из «боярской книги» 1609 г., приведены в позднем источнике.
События в Москве в это время происходили с головокружительной быстротой. Федор Тимофеевич оказался свидетелем трагических событий начала XVII века в Москве: последних дней жизни Бориса Годунова, кратковременного царствования Федора Борисовича и его смерти, вознесения на престол Лжедмитрия I, его свадьбы с Мариной Мнишек и сразу последовавшего восстания москвичей 17 мая 1606 г. и убийства Лжедмитрия I. С воцарением Василия Шуйского Ф.Т. Черново-Оболенский хотя и служил, но, как можно судить по ряду косвенных данных, оказался в оппозиционном стане. Почему? Трудно сказать. Либо Василий Шуйский и близкие ему люди с недоверием смотрели на тех, кто вчера служил
рический сборник (далее - НИС). № 9 (19). СПб., 2003. С. 361; См. также: Новгородские записные кабальные книги 100-104 и 111 годов (1591-1596 и 1602-1603 гг.) / под ред. А.И. Яковлева. М.; Л., 1938.
4 Новик - подросток из дворян, поступивший на службу в 15- 18 лет и впервые внесенный в списки-десятни (по дворовому и городовому спискам), после чего он получал поместный и денежный оклад (верстался окладом). После назначения на службу с присвоением поместного оклада новик переходил на положение служилых людей.
5 Кормленщики Галицкой четверти, их оклады и службы в Смутное время (отрывки) // Четвертчики Смутного времени. 1604- 1617 гг. (Смутное время Московского государства. Вып. 9) / пред. Л.М. Сухотина  //  ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 315.
175


Глава 2
верой-правдой Лжедмитрию I, а до него Борису Годунову. Либо сработала логика расстановки группировок и сил в Москве. Либо и то, и другое.
Ф.Т. Черново-Оболенский участвовал в подавлении движения Ивана Болотникова. В боярском списке 1606-1607 гг. в боях под Калугой упомянут стряпчий с платьем «князъ Федор княж Тимофеев сын Черного- Оболенский». Сохранились сведения о том, что ему был установлен старый оклад (25 рублей), и что при Василии Шуйском в 1608 году он получил придачу (15 рублей)7. По-видимому, эта придача к окладу - награда за бои с Болотниковым. Но эти дополнительные пожалования не изменили отношений лично князя Федора и царя Василия. В 1608 г. после поражения князя Дмитрия Шуйского под Волховом от войска Лжедмитрия II и создания в июне лагеря в Тушино Федор Тимофеевич отъехал туда, как и многие другие молодые дворяне. Тамошние условия и обстоятельства способствовали карьерному росту молодых служилых людей, особенно провинциалов: «Смута открыла для них невиданные перспективы личной карьеры»8. Таких называли тогда «(тушинские) перелеты».
И Федор Тимофеевич, которому только-только перевалило за 20 лет, теперь стал «царским» стольником. Когда бы он достиг этого в Москве, если бы достиг? Он весьма самостоятелен, знает себе цену, смеет иметь
6 Боярский список 1606-1607 гг. с указанием об участии в боевых действиях против восставших // Народное движение в России в эпоху Смуты начала XVII века, 1601-1608: Сборник документов / отв. ред. Н.М. Рогожин; Ин-т российской истории. М.: Наука, 2003. №39. С. 137.
7 Кормленщики Галицкой четверти...  //  ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 315.
8 Селин А.А. Ладога при Московских царях. СПб., 2008. С. 39; См. также: Тюменцев И.О. Смутное время в России начала XVII столетия: Движение Лжедмитрия II. М.: Наука, 2008. С. 602.
176


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
и выражать открыто своё мнение, невзирая на лица. 19 (29) апреля 1609 г. он первым среди владимирских дворян и детей боярских (выделено авт.) подписал поручную запись за Григория Аргамакова, «приложил руку» к сыскным речам по поводу измены Г. Аргамакова царю «Дмитрию Ивановичу». Этот обыск проводил «тушинский окольничий» - Федор Кириллович Плещеев (см. очерк о нём в этой книге). После кн. Ф.Т. Черново- Оболенского в списке стоит «Григорий Иванов сын Фефилатьев», в будущем - один из воевод Саратова, важного города и в судьбе героя этого очерка. Все подписавшиеся отказались обвинить Григория Аргамакова в измене. «А речи писал Григорий Фефилатьев»9. Федор Тимофеевич Черново-Оболенский не раболепствовал, не холуйствовал, поскольку обратился за правдой (не к хозяевам) к государю.
Накануне спора из-за Аргамакова передовые отряды царского войска боярина Ф.И. Шереметева во главе с Андреем Микулиным и Федором Левашовым освободили Владимир от тушинцев и успешно отбились от польских отрядов А. Лисовского и Я. Стравинского. Вместе с поляками в боях за Владимир участвовали «всем городом» суздальцы (124 чел.), лушане (35 чел.) и около десятка владимирцев, которые не признали царя Василия Шуйского. Судя по всему, князь Ф.Т. Черново-Оболенский был одним из руководителей этой русской части в войске А Лисовского. В дальнейшем судьба не раз ещё будет сталкивать лицом к лицу противников - Ф.Т. Черново- Оболенского и Ф.В. Левашова. Они встретятся потом
9 Тюменцев И. О., Тюменцева Н.Е., Тупикова Н.А. Дело дворянина Григория Аргамакова как источник по истории Суздальского дворянства// Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4. История. Регионоведение. Международные отношения. 2008. № 1 (13). С. 132.
177


Глава 2
и в Ярославле летом 1612 г., и под Новгородом в московском лагере Ф.В. Левашова в Новоселицах.
После свержения царя Василия кн. Ф.Т. Черново- Оболенский вместе с некоторыми бывшими тушинцами, видимо принял сторону Семибоярщины, признал королевича Владислава Московским царем (июль - август 1610 г.), хотя возможны и другие варианты. Он мог перейти в лагерь Василия Шуйского еще в начале 1610 г. во время бегства самозванца из Тушино в Калугу, а мог оставаться в Калуге до самой смерти Лжедмитрия II. Гибель этого самозванца от рук Петра Урусова в декабре 1610 г. по времени совпала с началом освободительного движения против поляков и Семибоярщины, которое возглавил Прокопий Петрович Ляпунов. Именно тогда почти все бывшие русские тушинцы вместе с боярином Дмитрием Трубецким и атаманом Иваном Заруцким примкнули к этому Подмосковному ополчению. Не стал исключением и Ф.Т. Черново- Оболенский.
Трудно сказать, при каких обстоятельствах наш герой в дальнейшем оказался в Новгороде. В Боярском списке 1610/1611 г. он записан в стольниках с пометой «есть», что косвенно свидетельствует о его пребывании в начале 1611 г. под Москвой (для примера, стольники Леонтий Андреевич Вельяминов, Федор Васильевич Клепиков- Бутурлин и дворянин Василий Клепик Федорович Бутурлин записаны «в Новгороде»)10. Этот Боярский список составлен дьяками Подмосковного ополчения. В нем приведены сведения о тех людях, кто участвовал в освободительном движении и воевал с поляками под
10 Боярский список 119-го году сочинен до московского разорения при Литве с писма думного дьяка Михаила Данилова // Сторожев В. Материалы для истории русского дворянства // ЧОИДР. 1909. №3(230). С. 82.
178


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
Москвой в 1611 г. Следовательно, в момент составления этого Боярского списка Федор Тимофеевич уже примкнул к Подмосковному ополчению.
Скорее всего, Федор Тимофеевич прибыл в Новгород уже весной 1611 г. в составе отряда В. И. Бутурлина, которого лидер Подмосковного ополчения Прокопий Ляпунов отправил вести переговоры со шведами об избрании шведского королевича на московский престол. Ляпунов хотел получить шведскую военную помощь для борьбы против поляков11. Надо согласиться с мнением: <Ф.Т. Черный-Оболенский, судя по всему, служил в Подмосковном ополчении»12. И для понимания дальнейших поступков Федора Тимофеевича важно, что он вернулся в родную землю.
Переговоры между новгородцами и представителем Подмосковного ополчения В. И. Бутурлиным с одной стороны, и шведским военачальником Якобом Делагарди - с другой, зашли в тупик. В ночь на 16 июля 1611 г. швецы захватили Софийскую сторону города и вынудили новгородского воеводу князя И.Н. Большого Одоевского и митрополита Исидора подписать соглашение (договор от 25 июля), по которому новгородцы признали покровительство шведского короля, вступили с ним в союз против Польши и гарантировали избрание на русский престол одного из шведских принцев. В качестве главного воеводы в Новгороде оставался Якоб Делагарди, в подчинении которого находился новгородский воевода И.Н. Одоевский.
Летом-осенью 1611 г. после захвата шведами Новгорода и сформирования шведско-новгородского пра-
11 Новый летописец // ПСРЛ. Т. 14. СПб., 1910. С. 110, 112. Гл. 264,  270.
12 Кобзарева Е.И. Шведская оккупация Новгорода в период Смуты XVII в. М., 2005. С. 136,  175,  180.
179


Глава 2
вительства Делагарди - Одоевского, многие из дворян, прибывших в 1610-1611 гг. в Новгород из центра страны в составе отрядов И.М. Салтыкова, С. Г. Звенигородского и В. И. Бутурлина, оказались перед выбором: что делать дальше? Под Москвой в это время после убийства казаками дворянского предводителя Прокопия Ляпунова распалось ополчение; многие дворяне разъехались из- под Москвы. В Подмосковном ополчении, которое теперь возглавил казачий атаман И.М. Заруцкий, остались, в основном, казаки и москвичи. Можно полагать, что кн. Ф.Т. Черново-Оболенский и другие дворяне, приехавшие из центра страны, - все эти люди, оставшись в Новгороде, сознательно предпочли этот город переживавшему раскол Подмосковному ополчению13. Не стоит упускать из виду, что у нашего героя существовали какие-то личные, семейные мотивы, чтобы остаться в Новгороде.
Федор Тимофеевич в это время стал активным поборником идеи избрания шведского королевича на русский престол. В декабре 1611 г. в Швецию было отправлено новгородское посольство во главе с архимандритом Никандром. Новгородские послы в Стокгольме должны были вести переговоры об условиях избрания шведского королевича «на Новгородское государство, а также на Владимирское и Московское». Текст приговора новгородцев об избрании шведского королевича от 25 декабря 1611 г. сохранился. К этому приговору приложили руку некоторые прибывшие в Новгород дворяне Подмосковного ополчения, в том числе поставил свою подпись кн. Ф.Т. Черново-Оболенский14.
13 Кобзарева Е.И. Шведская оккупация Новгорода... С. 136.
14 Приговор митрополита Исидора, князя И.Н. Большого Одоевского, земских чинов. 25 декабря 1611 г. // Дополнения к Актам историческим, собранные и изданные Археографической Комиссией (далее - ДАИ). СПб., 1846. T. 1, № 162. С. 284.
180


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
После того как город был захвачен шведами, в Новгороде было произведено выделение поместий служилым людям, которые остались в Новгородской земле. Пожалование получил среди прочих Ф.Т. Черново-Оболенский. Федору Тимофеевичу был установлен оклад 700 четвертей (четь, или четверть - единица площади земли). В результате тщательного анализа Дачной (даточной) книги Шелонской пятины 1611/1612 г. было установлено, что из этих 700 четвертей, положенных по поместному окладу, за Черново-Оболенским числилось реально всего 239 четвертей15. Это были поместья в Водской и Обонежской пятинах. Известно, что ещё до 1613 года кн. Федору Оболенскому и Курапу Мякинину были пожалованы поместья Лобана Лугвенева в Водской пятине в Будковском, Лужском и Хрепельском погостах16. Ему также было пожаловано поместье Андрея Трусова в Обонежской пятине. Сохранилась челобитная кн. Федора Оболенского, в которой он просил освободить от податей пожалованное ему это поместье Андрея Трусова в Обонежской пятине. Новгородские власти приняли решение «...немеских кормов до указу не имати за его службу и разоренье»17. Обратим внимание, что здесь говорится не только о разорении его поместий, но и об усердной службе шведско- новгородскому правительству.
В конце 1611 г. новое новгородское правительство организовало централизованный сбор кормов на со-
15 Кобзарева Е.И. Шведская оккупация Новгорода... С. 136,  192.
16 Роспись, сколько в Водской пятине дворянам и детям боярским и вдовам и недорослям дано поместий по приговору бояр и воевод Якова Пунтусовича Делегарда да князя Ивана Никитича Болшого Одоевского в нынешнем во 122 г. // RA, NOA. Serie 2: 79. Л. 21-22.
17 См.: Дело по челобитной стольника кн. Ф. Черного Оболенского о невзимании кормов с его поместья в Обонежской пятине вконец разоренного литовскими людьми. 1612, мая // RA, NOA. Serie 2:354. Л. 38-40.
181


Глава 2
держание шведского войска с подвластных сельских территорий. «Фуражирами» выступили русские. Среди них почти половина подписалась под приговором 1611 г. об избрании шведского королевича на русский престол. Был там и кн. Ф.Т. Черново-Оболенский. Поборы сопровождались и крестным целованием на лояльность шведам. Подьячий Федор Ларионов в своей челобитной в Новгород в декабре 1611 г. писал, что он «...послан был в Оштинской стан с князем Федором Оболенским... приводить к крестному целованию и для денежного сбора». Также сами крестьяне Воскресенского Важенского погоста Оштинского стана позднее писали, что «в 120 году (1611/1612 г.) приезжал к нам по твоему государеву указу приводити нас к крестному целованию князь Федор Тимофеевич Оболенской да Иван Захарьевич Лутохин с товарищи. И мы ... в своем Важенском погосте тебе, государю королевичу Карлу Филипу Карлусовичу, крест целовали»18. Федор Тимофеевич не только сделал выбор - жить в комфортной, предсказуемой среде под властью шведского королевича, но, наверное, не понимая этого, и «тащил за собой» простой народ. Однако сохранялся один принципиальный момент - жить в России, а Новгородская земля мыслилась её частью. С другой стороны, это оставляло свободу маневра для обсуждения российско-шведского объединения.
Весной - летом 1612 г. многие представители Подмосковного ополчения, оставшиеся в Новгороде, были озабочены проблемой возведения сына Карла IX на московский престол. Вероятно, эти служилые люди
18 Челобитная боярам и воеводам подьячего Федки Ларионова о даче денег из государевой казны. 1611. Декабря 28 // RA, NOA. Serie 2: 71. Л. 4; См также: Дело по челобитной крестьянина Приезжего Михеева... 1612. 22.08// RA, NOA. Serie 2:174. Л. 28-31.
182


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
и способствовали установлению контактов с Нижегородским ополчением Минина и Пожарского, а также в переговорах относительно шведской кандидатуры19. Переговоры с князем Д.М. Пожарским летом 1612 г. со стороны новгородцев возглавлял кн. Ф.Т. Черново- Оболенский20. Предыстория этих переговоров была следующей.
Весной 1612 г. ополчение Минина и Пожарского прибыло в Ярославль. К этому времени в руководстве движения кристаллизируется идея выхода из кризиса за счёт обставленного условиями приглашения на царский престол представителя правящего дома Швеции. Польский вариант к 1612 г. окончательно себя дискредитировал поддержкой самозванческих интриг, участием поляков в проведении тушинского режима, вероломством Сигизмунда III по отношению к возведению на престол в Москве его сына, сожжением Москвы в марте 1611 г... Фиаско отечественного избавления от Смуты казалось очевидным после свержения Василия Шуйского. Реальный, но минимальный шанс России выйти из всеобъемлющего кризиса виделся в шведах. Они были в состоянии войны с Речью Посполитой, они помогали русским воевать с Лжедмитрием II. Даже состоявшуюся оккупацию Новгорода можно было отыграть назад, если из шведских королевичей кто-то станет царем на определённых условиях. Поэтому руководители Ополчения, шедшего
19 Кобзарева Е.И. Шведская оккупация Новгорода... С. 136.
20 Это был настолько яркий эпизод его биографии, что ещё сто лет назад некий Е. Лихач в Русском биографическом словаре вел отсчёт биографии Федора Тимофеевича именно с 1612 г.: «Воевода при царе Михаиле Федоровиче. Упоминается с 1612 г., когда послан от новгородцев к князю Пожарскому и земскому ополчению в Ярославль с предложением пригласить на царство шведского королевича Карла Филиппа, которого уже признали новгородцы»: Лихач Е. Оболенский, князь Федор Тимофеевич-Черный // Русский биографический словарь: Обезьянинов-Очкин. СПб., 1905. С. 51.
183


Глава 2
освобождать Москву от поляков, посчитали возможным попробовать реализовать шведскую возможность.
Посредником здесь выступали новгородцы. Это была их инициатива, подобная нижегородскому почину созвать ополчение. Князь Д.М. Пожарский отправил из Ярославля в Новгород посла Степана Лазаревича Татищева. Пожарский и бояре в Ярославле просили прислать к ним новгородских послов «вскоре, не замешкав», вместе с С.Л. Татищевым и его спутниками21. Пожелание было удовлетворено. Из Новгорода в Ярославль к князю Д.М. Пожарскому на переговоры отправился князь Ф.Т. Черново-Оболенский. О составе его делегации известно из «Отписки кн. Д.М. Пожарского и Ярославской Земской думы новгородскому митрополиту Исидору». Послы выехали из Новгорода в Ярославль 8 июня22.
Дорога из Новгорода до Ярославля и сама миссия были долгими, непредсказуемыми и опасными. К этому времени Федор Тимофеевич имел в Новгороде семью (жену Марию и малолетнего сына). Сохранилась челобитная Ф.Т. Черново-Оболенского к воеводе И.Н. Одоевскому с просьбой дать его жене, сыну и людям хлеба «в то время как он ездит для государева земского дела в Ярославль».
21 См.: Отписка устюжан к вычегодцам, с приложением трех отписок к воеводе князю Дмитрию Михайловичу Пожарскому с товарищами: от Новгородского Митрополита Исидора, о немедленном отправлении из Новгорода в Ярославль посланников с полномочием, для совещания об избрании шведского королевича на Российский престол; от воеводы князя Одоевского и всех новгородцев о том же; от шведского полководца де ля Гарди о согласии его послать в Ярославль опасный лист для беспрепятственных сношений князя Пожарского с новгородцами. 1612 года в июне. // ААЭ. СПб., 1836. Т. 2, № 208. С. 352-358.
22 Новый летописец // ПСРЛ. Т. 14. С. 121 (Гл. 299. «О послах из Нова города»); См. также: Отписка кн. Д.М. Пожарского и Ярославской Земской думы митрополиту Исидору. [1612 г.] //  ДАИ. СПб., 1846. T. 1, № 164. С. 286-290; Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. СПб., 2008. С. 362.
184


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
Было принято положительное решение, в июне 1612 г. семье выдано 15 четвертей23 ржи24.
Новгородские послы прибыли в Ярославль не позднее 24 июня. Во время переговоров с кн. Д.М. Пожарским Федор Тимофеевич сказал, что королевич, видимо, уже пришел «на Иван день в Выбор» или самое позднее - «на Петров день будет». То есть, переговоры проходили между 24 и 29 июня - между Ивановым и Петровым днем25. Новгородцы, представлявшие по сути шведскую сторону, привезли с собой грамоту. В ней сообщалось о согласии короля и его матери отпустить на Новгородское государство Карла Филиппа. Были у них на руках и другие документы: копия договора новгородцев с Делагарди от 25 июля 1611 г., копия грамоты, данной Делагарди новгородцам, копия с грамоты и с приговора, отправленного из-под Москвы Прокопием Ляпуновым в июне 1611 г. и статейный список, также отправленный из-под Москвы.
23 Четверть, как мера веса, в XVII в. составляла немногим более 6 пудов, т.е. 100 кг. Что касается самого понятия «четверть», то оно имело много значений (мера объема, веса, площади и даже название государственных учреждений). В торговле не существовало единого эталона четверти, как меры веса, для всех злаковых растений. К примеру, четверть пшеницы соответствовала 9,5 пудов (160 кг), четверть овса - 6 пудов (около 100 кг), четверть ячменя - 7,25 пудов (120 кг), четверть ржи - 6,25 пудов (100 кг.). Как мера объема четверть соответствовала 2,1 гектолитрам. См.: Малый энциклопедический словарь: в 4 т. / Репринтное воспроизв. изд. Брокгауза-Ефрона. М.: Терра, 1997. Т. 4. Стб. 2023.
24 Грамота бояр и воевод Степану Васильевичу Теглеву о даче жене посланного в Ярославль кн. Ф.Т. Черного Оболенского хлеба из опального хлеба Андрея Трусова. 1612. 3.06 // RA, NOA. Serie 2:356. Л. 81,  85.
25 Отписка Устюжан к Вычегодцам в июле 1612 г. Переговоры Пожарского с новгородцами. Речи новгородских посланников игумена Геннадия Николы Чудотворца Вяжицкого монастыря, кн. Ф.Т. Черного-Оболенского. Список. 1612 г. // ААЭ. Т. 2, № 210. С. 370.
185


Глава 2
Такая щепетильность не была излишней, поскольку, как показал крупнейший исследователь русско-шведских отношений эпохи Смуты Г.А. Замятин, у князя Д.М. Пожарского были серьезные намерения относительно шведской кандидатуры на московский престол, и новгородские дипломаты готовы были её поддержать. Пожарский тщательно изучил документы, привезенные Ф.Т. Черново-Оболенским из Новгорода.
О ходе переговоров между новгородцами и Д.М. Пожарским известно из грамоты, отправленной из Ярославля в северные города. Оттуда, в частности из Великого Устюга, сделанный с нее список ушел в другие города, например в Соль Вычегодскую26. В грамоте указано полное имя руководителя посольства новгородцев - Федор Тимофеевич Черново-Оболенский (в «Новом летописце»27 он назван кратко - Федор Оболенский)28. В этих источниках приводятся имена только двух посланцев - игумена Геннадия и князя Федора Оболенского.
В Отписке кн. Д.М. Пожарского и Ярославской Земской думы новгородскому митрополиту Исидору впервые указываются полностью имена всех трех посланцев в Ярославль: «Николы Чудотворца Вяжицкого монастыря игумен Геннадий, да стольник князь Федор Тимофеевич
26 См.: ААЭ. Т. 2, № 210. С. 370.
27 Новый летописец // ПСРЛ. Т 14. С. 121 (Гл. 299. «О послах из Нова города»),
28 Полное имя Ф.Т. Черново-Оболенского мы встречаем лишь в статье В. Корсаковой о Д.М. Пожарском и в работе Г.А. Замятина. Из саратовских краеведов впервые обратил внимание на связь руководителя переговоров в Ярославле с будущим воеводой Саратова А.А. Гераклитов. См.: Замятин Г.А. К вопросу об избрании Карла Филиппа на русский престол (1611-1616). Юрьев. 1913. С. 52; Корсакова В. Пожарский, кн. Димитрий Михайлович // Русский биографический словарь: Плавильщиков - Примо. СПб., 1905. С. 228. Гераклитов А.А. Список Саратовских и Царицынских воевод XVII в. // Труды СУАК. Вып. 30. Саратов, 1913. С. 65.
186


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
Черной Оболенский да дворянин Смирной Елизарьевич Отрепьев, и дворяне из пятин и торговые люди»29. Шведский дипломат Петр Петрей также сообщает, что от дворянства прибыли из Новгорода в Ярославль выборные Федор Тимофеевич Оболенский и Смирной Елизарьевич Отрепьев (Smirnou Elisareevits Utrepia)30. Исследователи, говоря о переговорах Новгорода с Ярославлем в 1612 г., внимание обращают только на Федора Тимофеевича31, игнорируя спутника князя.
А это был очень примечательный человек - Смирной Елизарьевич Отрепьев, родной дядя Григория Отрепьева. Дядя за племянника не отвечает.
Важно отметить несколько сюжетов, связанных с переговорами. Говоря о приглашении новгородцами шведского королевича, Федор Тимофеевич отметил, что Новгород действовал не самовольно, а по указанию Прокопия Ляпунова. Затем он сказал о цели своего посольства: «Новгород от Москвы никогда не был отлучен», поэтому на Земском соборе в Ярославле выборные должны избрать на Московское государство Карла Филиппа. Пожарский же в ответ резонно заметил, что королевича еще нет
29 Отписка кн. Д.М. Пожарского и Ярославской Земской думы митрополиту Исидору. [1612 г.] // ДАИ. T. 1. № 164. С. 286-290. Этот документ был опубликован еще в 1846 г., однако саратовские краеведы А.И. Шахматов, Ф.Ф. Чекалин, Н.Ф. Хованский и др. к нему не обращались и не связывали воедино новгородского посла к князю Пожарскому с будущим воеводой Саратова. Первооткрывателем в этом вопросе почти через 70 лет после публикации документа стал А.А. Гераклитов.
30 Петрей П. История о великом княжестве Московском // ЧОИДР. 1866. Кн. III. Отд. IV. С. 308.
31 Смирнов С. Биография князя Дмитрия Михайловича Пожарского. М., 1852. С. 38; Костомаров Н.М. Смутное время Московского государства в начале XVII столетия. М., 1994. С. 734; Соловьев С.М. История России с древнейших времен // Сочинения. В 18 кн. Кн. 4, т. 7-8. М. 1994. С. 723; Любомиров П.Г. Очерк истории нижегородского ополчения (1611-1613 гг.). М., 1939. С. 142.
187


Глава 2
в Новгороде, поэтому соединяться опасно. Руководитель ополчения привел пример с поляками (переговоры москвичей с Жолкевским об избрании Владислава, который так и не прибыл в Москву).
Ф.Т. Черново-Оболенский, сравнивая действия шведов и поляков, убеждал Пожарского, что от шведов не будет никакого разорения. Для Пожарского и митрополита Кирилла все преимущества шведского варианта обесценивались вопросом о вере королевича. Пожарский и митрополит Кирилл, изучив документы из Новгорода, обратили внимание, что королевич не православной веры, а Федор Тимофеевич в первой речи умолчал о вере королевича. В договоре новгородцев с Делагарди об этом тоже ничего не было сказано. А ведь ещё при отправке в Новгород С.Л. Татищева, ему было наказано, узнать о вере королевича.
Поэтому Д.М. Пожарский твердо поставил два предварительных условия, на каких Земский Собор будет договариваться с Новгородом: прибытие королевича в Новгород и, главное, принятие им православной веры32. В ответ Федор Тимофеевич сказал, что новгородцы будут просить, чтобы Карл Филипп принял православие. На прощание Ф.Т. Черново-Оболенский произнес знаменательные для понимания его позиции слова: «Если только Карл королевич не захочет быть в православной христианской вере греческого закона, то не только с вами, боярами и воеводами, и со всем Московским государством
32 См.: Окружная Грамота (в списке) Военачальника Князя Дмитрия Михайловича Пожарского в Сибирские города: о происшествиях в Великом Новгороде и о присылке к нему в ополчение выборных от всякого чина людей с полномочием для советования с новгородскими посланниками, избрать ли на Российское Царство шведского Королевича Карла Филиппа. 1612 года, июня 10 // СГГД. СПб., 1819. Ч. 2, № 282. С. 598-599; См. также: ААЭ. Т. 2, № 208. С. 352-358.
188


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский вместе, хотя бы вы нас и покинули, мы одни за истинную нашу православную веру хотим помереть, а не нашей, не греческой веры, государя не хотим»33.
Из этих слов Ф.Т. Черново-Оболенского Д.М. Пожарский мог сделать вывод: если Карл Филипп не будет избран на русский престол (это могло произойти в случае, если королевич не примет православие, не приедет в Новгород, либо из-за нежелания членов Земского Собора), то часть детей боярских, в том числе и сам князь Федор Оболенский, покинут Новгород и будут сражаться вместе с ополченцами против шведов. Федор Тимофеевич не был сепаратистом, он был убежденным сторонником сохранения Новгорода в составе Российского государства. Вопрос же происхождения династии при сохранения державных и культурных основ был для него не принципиален.
Результат переговоров был таким, что обе стороны не отказались от выработки компромисса по шведскому принцу. Лидеры ополчения дали понять Федору Тимофеевичу и другим послам, что на указанных условиях (скорейшее прибытие королевича в Новгород и его православная вера) они готовы продолжать переговоры и, в конце концов, избрать Карла Филиппа московским царем. Гарантией тому был мораторий на враждебные действия между Ополчением и Новгородом: «...пока королевич не придет в Новгород, людям Новгородского государства быть с нами в любви и совете, войны не начинать, городов и уездов Московского государства к Новгородскому государству не подводить, людей к кресту не приводить и задоров никаких не делать»34.
Делегация Ф.Т. Черново-Оболенского вернулась в Новгород в середине августа 1612 г. вместе с послами
33 См.: ААЭ. Т. 2, № 210. С. 370.
34 ДАИ.Т. 1,5ft 164. С. 286-290
189


Глава 2
князя Д.М. Пожарского. В Новом летописце сообщается, что «послаша к новгородцам с присланными от них Перфирья Секирина»35. 13 августа из Новгорода для их встречи и для сбора кормов членам посольства был отправлен по Бельской дороге подъячий Михаил Кудрявцев с наказом: «Ехать до Прилук или где доведетца встретить Послы: Вяжицкого монастыря игумена Геннадия, стольника князя Федора Тимофеевича Черного Оболенского, дворянина Смирного Елизарьевича Отрепьева с товарыщи да московского государства ... посланника Перфирья Ивановича Секерина с товарыщи»36.
Послы привезли ответ из Ярославля относительно королевича, из которого видно, что у Собора было серьезное намерение избрать в цари Карла Филиппа. В письмах к Делагарди и к митрополиту Исидору Д.М. Пожарский и бояре согласились пока не выбирать никого, ждать королевича этим годом, «по летнему пути», до осени; они также согласны держаться приговора Ляпунова, оговорив, что в случае задержки выберут царем другого: «нам без государя быть невозможно»37. Шведы задержались.
Эта посольская служба Федора Тимофеевича была высоко оценена в Новгороде. 3 сентября 1612 г., приблизительно через две недели после возвращения в Новгород, новгородское правительство пожаловало его и С.Е. Отрепьева дополнительными земельными владениями: «Сентября в 3 день дана отдельная грамота кн. Федору
35 Новый летописец// ПСРЛ. Т. 14. С. 121.
36 Грамота бояр и воевод подьячему Михаилу Кудрявцеву ехать по Бельской дороге для встречи послов Новгородского государства, возвращающихся из Ярославля и для сбора кормов для послов, 1612, августа 13 // RA, NOA. Serie 2: 356. Л. 69-70. См.также: Донесение Якова Делагарди Густаву Адольфу. 1612, августа 23 // Арсеньевские шведские бумаги 1611-1615 гг. / Пер. А.В. Полторацкого // Сб. Новгородского общества любителей древности (далее - Сб. ИОЛД). Новгород, 1911. Вып. 5. С. 15.
37 ДАИ.Т. 1,  № 164. С. 286-290
190


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
Оболенскому да Смирному Отрепьеву на старорусское поместье в Чертицком погосте, что осталось за отделом у Ивана Якушкина, да в Ляцком погосте в селе Боброве. На кн. Федоре взят перевод до Дмитриева дня». В дальнейшем Ф.Т. Черново-Оболенский получил также поместье Лобана Лугвенева38. Сохранилась челобитная Федора Оболенского, Смирного Отрепьева и Ивана Якушкина боярам, в которой они просили уменьшить непомерно большой обежной оклад в их поместьях в Старорусском уезде (у них было в тягле 10 обеж39). Федор Тимофеевич «с товарищи» жаловались, что у них на обжу положили по 10-12 мужиков, тогда как у других помещиков - в два три раза больше (по 25-30 мужиков). Соответственно, им приходилось платить намного больше налогов40. По иронии судьбы, это поместье у князя Федора Оболенского отобрало в 1614 г. шведско-новгородское правительство Делагарди-Одоевского41.
38 Книги записи поместных пошлин с трех пятин, Водской, Шелонской и Деревской. 1612/13 // RA, NOA. Serie 1:100. С. 4-5.
39 Обжа - новгородская мера пахотной площади и одновременно - единица налогообложения
40 См.: Челобитная Федора Витовтова, Андрея Шаховского о том, переписывать ли им заново поместья Ивана Якушкина, Смирного Отрепьева и князя Федора Черного Оболенского // RA, NOA. Serie 2:51.  Л.81.
41 Обращаем на это внимание в связи с давним предположением о лишении поместья по воле правительства Михаила Романова. Е. Лихач по-своему интерпретировал источник (грамоту царя Михаила Федоровича 1617 г. первому московскому воеводе Старой Руссы Я.М. Боборыкину), где говорилось, что при шведах по челобитью дворян и детей боярских, которые служили шведскому королю, «и в Новгороде били челом Якову Пунтосову о поместьях, и Яков де роздал государевых волостей дворяном и детем боярским в поместья в Околоруском уезде в Чертицком погосте Третьяку Якушкину, в том же де погосте дано князю Федору Оболенскому, Смирнову Отрепьеву...». Далее в этом источнике сообщается, что уже после передачи Старой Руссы московским представителям (в соответствии с условиями Столбовского мира 1617 г.), некоторые дворяне (Богдан
191


Глава 2
После возвращения из Ярославля Федор Тимофеевич не очень удачно справился с важным поручением новгородской администрации. Так, Ф.Т. Черново-Оболенскому было дано задание, провести в марте 1613 г. в районе Старой Руссы смотр детей боярских, призванных на службу в Новгород и стоявших на «подъезде» к Новгороду: «Марта в ...день. Дворяне и дети боярские быти им на государеве службе с столником и воеводою со князем Федором Тимофеевичем Чорным Оболенским...»42. На смотре присутствовало 227 детей боярских, т.е. половина из находившихся в Новгороде во время захвата его шведами в 1611 г. (летом 1611 г. в Новгороде находились 4 дворянские сотни, всего 450 дворян)43. У лиц, не явившихся на смотр («нетчики»), отбирались поместья и передавались другим детям боярским. Были даже составлены списки таких «нетчиков»44.
Из собравшихся на смотр был создан отряд, включавший 101 человека. Он выступил в поход для соединения со шведским войском Э. Горна, шедшего на Псков. Ко-
Дубровский, Никита и Григорий Загоскины) пытались утвердить у Михаила Романова эти прежние шведские дачи. Это им почти удалось, но потом по челобитью старорусских посадских людей им было в этом отказано, «наших дворцовых сел и черных волостей в поместья никому раздавать не велено». Федор Тимофеевич не мог в это время писать челобитные царю о старорусских поместьях, так как находился далеко от Москвы, в Саратове. См.: Царская грамота Старорусскому воеводе Боборыкину, по челобитной Старорусских посадских людей, об отобрании от дворян и детей боярских розданных им дворцовых сел и черных волостей. 1617, июля И // ААЭ. СПб., 1836. Т. 3, № 91. С. 124-125.
42 См.: Роспись новгородского войска. 1613, март // RA, NOA. Serie 2:170-В. Л. 11.
43 См.: Седов П.В. Захват Новгорода шведами в 1611 г. // НИС. 1993. № 4 (14). С. 121.
44 См, например: Дело по челобитной Григорья Ондреева с. Ресницына о поместье своего отца в Деревской пятине. 1613, март // RA, NOA. Serie 2:186. Л. 44.
192


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
мандиром новгородцев был Ф.Т. Черново-Оболенский. Однако войска, располагая ограниченными силами, не рискнули совершить нападение на крепость. Возможно, сказались разногласия. Э. Горн писал королю, что, по словам «князя Федора», новгородцы замыслили совершить какое-то мошенничество. Да и дети боярские стали дезертировать, пока их не осталось 50 человек45. Военноадминистративная карьера князя не задавалась.
Сведений о дальнейшей судьбе Ф.Т. Черново- Оболенского мало. Следует учесть, что после избрания в Москве царем Михаила Романова многие бывшие соратники Федора Тимофеевича присягнули новому царю. А он продолжал ориентироваться на союз со шведами. Союз уже непопулярный и в Новгородской земле, где начались восстания против шведского засилья (Тихвин, Гдов, Порхов). И князь стал колебаться.
Летом 1613 г. в Выборг прибыл, наконец, шведский королевич Карл-Филипп. Он опоздал на год: в России был избран царь. И решать эту проблему предстояло самим новгородцам. Они отправили в Выборг посольство во главе с хутынским архимандритом Киприаном. Однако, состав тех, кто подписался под новым приговором, заметно отличался от состава новгородцев, в свое время приложивших руку к приговору в декабре 1611 г. Нет подписи под приговором 1613 г. и князя Ф.Т. Черново- Оболенского, все еще находившегося в Новгороде.
Представители Подмосковного ополчения, в том числе Ф.Т Черново-Оболенский, «стали явно тяготеть к Москве, ... начали отходить от политики. Только опасение, что царь может не удержать власть и личное благополучие (наличие поместья, которое, впрочем, приносило все меньше дохода), препятствовало их отъезду в московские
11 См.: Кобзарева Е.И. Шведская оккупация Новгорода... С. 258.
193


Глава 2
полки»46. Многие новгородцы с этого времени не только уклонялись от участия в боевых действиях на стороне шведов, но и бежали к москвичам. Их имущество после переписи и оценки поступало в распродажу. Так, после бегства в конце сентября 1613 г. Григория Загоскина уже в начале октября в ходе распродажи его имущества всё тот же Ф.Т. Черново-Оболенский купил «медведно деланое болшое... Медведно черное полполтины. Продано князю Федору Оболенскому, денги взяты по цене»47. Он стал решать земные проблемы.
Для предотвращения бегства новгородцев шведы заставляли их поручаться за других жителей. Поручитель в случае бегства человека, за которого он ручался, рисковал своим имуществом. В январе 1614 г. сохранявший лояльность Ф.Т. Черново-Оболенский вместе с другими дворянами подписался за кн. Ефима Федоровича Мышецкого48. В этой поручной записи новгородцев по князю Е.Ф. Мышецкому записано: «Быти ему, за нашею порукою, в Великом Новегороде, и из Новагорода без государева указу и без боярского ведома никуда не съезжати и не изменити, к вором и в воровскые городы не отъехати, и с воры не ссылатце». Имя Федора Тимофеевича стоит в этом списке первым, что подчеркивает значение его подписи. Отметим, что «государев указ» - это указ королевича Карла Филиппа, а «воры» - это воеводы московского царя Михаила Романова, князь Д.Т. Тру-
46 Кобзарева Е.И. Новгородское дворянство в период Смуты: опыт реконструкции конкретных биографий // Новгородика-2006: материалы научной конференции. Великий Новгород, 2007. С. 186.
47 См.: Розыск об изменничьем имуществе Григория Павлова сына Загоскина и Ивана Андреева сына Загоскина. 1613.  3.10-1614. 29.07 // RA, NOA. Serie 2:101 -В. Л. 3,  8-9.
48 Поручные записи по новгородских помещиках и помещицах, о неотъезде их из своих поместий за Новгородский рубеж (князь Ефим Федорович Мышецкий). 1614 год, 17 января //  ДАИ. СПб., 1846. Т. 2, № 9-2. С. 18-19.
194


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
бецкой, А.Ф. Палицын и др., которые в то время находились в районе Торжка и Старой Руссы. Подпись кн. Ф.Т. Черново-Оболенского стоит и в поручной записи от 20 ноября 1613 г. о невыезде за рубеж Тушиных, Лупандиных и Нарбековых49.
Несмотря на все усилия, бегство служилых людей из Новгорода продолжалось. Побежали и поручители. Решился и князь Черново-Оболенский. 14 июня 1614 г., когда московское войско Д.Т. Трубецкого подошло к Новгороду, шведский военачальник Якоб Делагарди отправил к москвичам для переговоров Федора Тимофеевича и других новгородцев. Судьба вновь свела бывших тушинцев и бывших соратников по Подмосковному ополчению. Ф.Т. Черново-Оболенский так и не вернулся в Новгород, перешел на службу царю Михаилу. Вместе с ним остались у москвичей и многие другие новгородцы, в том числе Никон Хомутов, Богдан Дубровский, Курап Мякинин, Гость Коковцов, Микита Милюков и др. Об этом Д.Т. Трубецкой сообщал в Москву в июне 1614 г: «Июня, государь в 14 день выехал к тебе, государю... из Новгорода от немецких людей из-за Мсты реки из Самойлова полку Кобрина и приехал к нам, холопем твоим, на Бронницы князь Федор княж Тимофеев сын Оболенский...»50.
49 Поручная запись новгородских детей боярских по Богдане и Федоре Петровым детям Тушина. 1613. 23.12 // RA, NOA. Serie 2:128; Поручные записи по новгородских помещиках и помещицах, о неотъезде их из своих поместий за Новгородский рубеж (Лупандины и Нарбековы). 1613 год, 20 ноября // ДАИ. СПб., 1846. Т. 2, №9-1. С. 17-18.
50 Замятин Г.А. К истории Земского собора 1613 г.// Труды Воронежского гос. ун-та. Воронеж, 1926. Т. III. С. 63; Он же. Россия и Швеция в начале XVII века. Очерки политической и военной истории / Сост. Коваленко Г.М. СПб., 2008. С. 227 (Из истории борьбы Швеции и Польши...), С. 369 (Борьба за Псков...); См. также: Отписка кн. Д.Т. Трубецкого царю. 1614 г. // РГАДА. Ф. 96. Шведские дела. 1614 г. № 1. Л. 101.
195


Глава 2
На этот сюжет обратил в свое время особое внимание Г.А. Замятин: «Ф. Оболенский, очевидно, был в полку Самуила Коброна, служившего по найму шведскому королю. Чем объяснить перемену в поведении Ф. Оболенского? Вспомним, что 12 мая 1614 г. произошла стычка отрядов московского войска под командой Исаака Погожева с полком Коброна, после которой «Немецкие люди» отступили «с версту» (ДАИ. Т. 2, № 16. С. 36). Нельзя ли именно с этим фактом связать перемену в поведении Ф. Оболенского? Для нас ясно одно: Ф. Оболенский не желает сражаться на стороне шведов против единокровной московской pamu»51.
Возможно, что решение о бегстве к москвичам Федор Тимофеевич принял еще весной 1614 г. Он вел переговоры об этом с другими новгородцами. Находившийся в Новгороде в то время сибирский царевич Алтанай Алеевич Кучумов позже рассказывал, что он пытался бежать к москвичам вместе с Федором Тимофеевичем, но о его планах побега узнали шведы, и он был арестован. Некоторое время царевич провел в заточении в Новгороде, а затем после пытки его отправили в тюрьму в отдаленный Ивангород. Очевидно, что на следствии о Черново- Оболенском сибирский царевич умолчал. Вскоре он был обменен на воеводу Гдова Вольмара фон Унгерна (в конце июня - начале июля 1614 г.) и уже в июле участвовал в обороне Гдова от шведов52. Возможно, что поимка
51 Замятин Г.А. Выступление новгородцев против первого царя из дома Романовых в 1613 г. // Новгородский исторический сборник: сб. науч. тр. / сост. Э.А. Гордиенко; редкол.: В.Л. Янин (отв. ред.) и др.; C.-Петерб. ин-т истории РАН. Великий Новгород, 2013. Вып. 13(23). С. 467.
52 Дело о поверстании сибирского царевича Алтаная Кучумова поместным и денежным окладом. См.: Беляков А.В. Участие сибирского царевича Алтаная ибн Кучума в событиях Смутного времени и его судьба // Мининские чтения: материалы науч. конф. 29-30
196


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
А. А. Кучумова и сведения о его допросах ускорили побег остальных новгородцев во главе с кн. Федором Оболенским.
Семья Ф.Т. Черново-Оболенского (жена Марья и ребенок) осталась в Новгороде. Имя жены Федора Тимофеевича указано в сентябре 1614 г. среди других имен вдов, которым приказу дьяка Монса Мортенсона должны были давать хлеб53. Такое отношение к семье дезертира могло быть вызвано неверным истолкованием его невозвращения.
Две дочери погибшего ранее Никиты Назимова писали в 122 (1613/1614) г. про своих дядей Бестужевых, которые должны были заботиться о них: «Ныне тех наших дядей со князем Федором Оболенским грабили шиши и свели с собою»54. Эту фразу можно понимать двояко. А. А. Селин считает, что этих «шишей» возглавлял сам Федор Оболенский. Г. А. Власьев и другие исследователи писали, что Ф.Т. Черново-Оболенский «в 1615 г. упоминается источниками, как уведенный из своего поместья шишами»55. Речь в данном случае идет об одном и том же источнике, в котором говорится о событиях, происходивших в 122 году, т.е. до 1 сентября 1614 года. Редко удается точно определить, действительное или мнимое насилие было при взятии данного лица в плен. То же можно сказать и о братьях Бестужевых: неясно, сами они ушли или их насильно увели. Возможно, переход Федо-
окт. 2004 г. Нижний Новгород, 2005. С. 21-36 (приложение - С. 34- 35).
53 Память Ф.Н. Неклюдову и подьячему Б. Бересскому о даче хлеба вдовам детей боярских. 1614, сентября 12 // RA, NOA. Serie 2:289. Л. 1.
54 Дело о раздаче помещикам новгородских поместий по приговору Эверта Горна и князя Ивана Одоевского. 1615, апрель // ДАИ. Т.  2.  № 40. С. 69.
55 Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. С. 466.
197


Глава 2
pa Тимофеевича на сторону Москвы в июне 1614 г. был вначале воспринят новгородскими властями, как захват его в плен, поэтому репрессий к его семье в Новгороде не было.
После того, как выяснилось, что Федор Тимофеевич всё же «отъехал за рубеж», его поместье было передано людям, оставшимся в Новгороде. Поместье Лобана Лугвенева, ранее переданное Ф.Т. Черново-Оболенскому и Курапу Мякинину, после их «измены» в 1614 г. получили Ф.М. Аничков и дьяк Пятой Григорьев. В документах упомянуты бывшие поместья Ф. Оболенского и К. Мякинина в Будковском, Лужском и Хрепельском погостах, а также про «опальный хлеб князя Федора Оболенского»56.
Сам же Ф.Т. Черново-Оболенский уже в сентябре 1614 г. состоял стольником при дворе Михаила Романова и получал жалование в Галицкой четверти. Ему был установлен оклад в 40 рублей: «Оболенский Федор Тимоф., стольник. 123 г. 30 сентября велено записать его в 40 рублях: старый его оклад 25 р.,... а 15 р., придача, что было придано при царе Василии, велено справить по разрядному списку стольников, стряпчих и дворян московских»57.
Князя волновала судьба его родных. Федор Тимофеевич пытался вызволить из «шведского плена» свою семью, остававшуюся в Новгороде. В марте 1615 г. из Москвы в Новгородскую землю для обмена пленны-
56 См.: Память ЕС. Обольянинову о даче семян дворцовому дьяку Пятому Григорьеву и Филону Оничкову из отписного поместья Лобана Лугвенева, что было дано кн. Федору Оболенскому. 1614, август // RA, NOA. Serie 2: 148. Л. 13; Роспись поместных дач во 122 г. // RA, NOA. Serie 2: 79. Л. 22; Выпись из ужинных и умолотных книг... Старорусского уезда. 1614/1615 // RA, NOA. Serie 2:66. Л. 10.
57 Кормленщики Галицкой четверти... // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 315.
198


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
ми было отправлено посольство С. Г. Коробьина. Среди лиц, которых московская сторона хотела бы обменять, указана «князь Федорова княгиня Оболенского Марья з дочерью». Возможно, за период с  1612  до  1614  г. в семье Федора Тимофеевича произошли изменения, умер малолетний сын и родилась дочь. Но шведские послы сказали про жену и дочь Федора Оболенского, что не знают, где они находятся и что с ними стало: «... в городе и в ыных городех их нет и не бывали». Дальнейшая судьба семьи Федора Тимофеевича неизвестна58.
На протяжении осени 1614 - весны 1615 г. не прекращалось верстание в Москве денежными окладами явившихся из Новгорода детей боярских59. Известно, что 30 июня 1615 г. Федор Тимофеевич вместе с другими стольниками, стряпчими и жильцами в Разряде подтвердил оклад Артемия Пуляева и «руку приложил»60. Перед этим князь 20 июня 1615 г. получил 15 рублей государева жалования «для скудости» и был отправлен в Ярославль, собирать ратных людей, дабы «идти на государеву службу под Смоленск»61.
Как Федор Тимофеевич выполнял эту задачу по сбору ратных людей, участвовал ли он в боевых действиях под Смоленском - неизвестно. В это самое время (в начале июля 1615 г.) с севера к Москве подходили казачьи от-
58 Перечень полоняников, упомянутых в списке, полученном из Посольского приказа, но в Новгороде не найденных // РГАДА. Ф. 96.1615. Д. 3. Л. 212-213. Документы указаны автору А.А. Селиным.
59 Кобзарева Е.И. Шведская оккупация Новгорода ... С. 351. См. также: Кормленая книга Костромской чети 1613-1627 гг. // РИБ. Т. 15. СПб., 1894.
60 Кормленщики Галицкой четверти... // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 226.
61 Приходно-расходная книга Разряда 7123 года / Приходно- расходные книги московских приказов. Книга первая // РИБ. М., 1912. Т. 28. Стб. 347.
199


Глава 2
ряды из войска атамана Баловня (Михаила Баловнева). Они грабили все на своем пути, забирая с собой многих местных жителей. Казаки осадили Москву, выдвинув ряд требований, но были разбиты и рассеяны боярином Б.М. Лыковым 23 июля62. Ф.Т. Черново-Оболенский, видимо, сыграл заметную роль в подавлении движения Баловня. С этой заслугой могли быть связаны щедрые пожалования от правительства на следующий год. В 1616 г. Ф.Т. Черново-Оболенский записан в стольниках с окладом уже в 100 рублей: «Князь Федор княж Тимофеев Оболенской, поместный ему оклад - ...четей, из чети 100 рублев». В этом документе он стоит на 91-м месте между Н.И. Ласкиревым и Ю.А. Сицким (всего перечислены 116 стольников)63.
Обычно такие большие придачи к денежным окладам давались служилым людям за какие-то прошлые заслуги (например, за выезд из Новгорода, за участие в разгроме Баловня), но иногда могли также даваться авансом накануне отправки данного лица для выполнения важного правительственного задания (посольство или воеводское назначение в отдаленные города). Не связана ли такая придача к окладу с назначением Федора Тимофеевича воеводой в Саратов именно в 1616 году? С этим поволжским городом оказалась связана дальнейшая судьба князя.
История Саратова в 1609-1617 гг. полна загадок и неясностей из-за отсутствия источников. Н.И. Костомаров, ссылаясь на польские источники, указывал, что в феврале 1609 г. из Саратова прибыла делегация в Тушино
62 Станиславский А.Л. Гражданская война в России XVII в. Казачество на переломе истории. М., 1990. С. 142-143.
63 Книга, а в ней писаны бояре, и окольничие и думные люди с денежными оклады, а стольники, и стряпчие и дворяне московские, и дьяки, и жильцы из городов дворяне ... 124 году // АМГ. СПб., 1890. Т.  1,  № 108. С. 141.
200


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
к Лжедмитрию II с выражением покорности. После этих сведений вновь встречается краткое упоминание о Саратове в донесении самарского воеводы Д.П. Лопаты- Пожарского, который в 122 году (1613/1614 г.) прислал в Москву, в приказ Казанского дворца «окладные книги прошлого 121 года» (1612/1613 г.). В этих книгах записано, что на Самаре уже в 1612/1613 г. имелось «саратовских конных стрельцов 75 человек, да пеших 130 человек. И обоего саратовских стрельцов на Самаре 205 человек»64. В другом донесении от начала марта 1614 г. самарский воевода сообщал, что в Самаре имеется саратовских конных стрельцов 77 человек, и те люди разоренные, «ис Соратова пришли в Сомарской душею да телом»65. Когда именно гарнизон Саратова покинул свой город и ушел в Самару, источники не сообщают. Это могло произойти и в 1610 и в 1611 и в 1612 и в начале 1613 года66. В документах, связанных с походом весной 1614 г. войска князя И.Н. Одоевского к Астрахани против атамана Заруцкого, говорится уже о нежилом Саратовском городище. Видимо, нового города Саратова в это время ещё не было.
А в документах за 1616 г. Саратов уже упоминается как укрепленный пункт с гарнизоном, в котором имеется свой воевода. В «Памяти дьякам Петру Микулину с товарищи» от 20 мая 1616 г. говорится о Саратове, как о су-
64 Посольство в Персию Михаила Никитича Тиханова: Памятники дипломатических и торговых сношений Московской Руси с Персией (далее - Памятники). Т. 2 / под ред. Н.И. Веселовского // Труды Восточного отделения императорского Русского археологического общества (далее - Труды Восточного отделения...). СПб., 1892. Т. 21. С. 241.
65 Посольство в Персию Михаила Никитича Тиханова: Памятники... Т. 2. // Труды Восточного отделения... Т. 21. С. 229.
66 См., например: Трепавлов В.В. История Ногайской орды / отв. ред. М.А. Усманов. 2-е изд., испр. и доп. Казань: Издательский дом «Казанская недвижимость», 2016. С. 356.
201


Глава 2
ществующем городе: «А идти государевым посланникам с Москвы на Нижней да на Казань, а в Казани сождався с шаховыми посланники и с гонцом, идти на Самару, на Саратов, на Царицын да на Асторохань... «. Дьякам приказа Казанского дворца Петру Микулину с товарищи было дано указание «послати на Самару и на Саратов и на Царицын к воеводам и к приказным людям государевы грамоты», в которых указать воеводам данных городов, чтобы они в случае опасности для посольского каравана от «всяких воинских людей и от воров» выделяли из состава своих гарнизонов воинских людей «в прибавку» к провожатым, которые были ранее отправлены из Казани, «сколько человек пригоже, смотря по вестем, чтобы государевым и шаховым посланникам проехать здорово»67. После освобождения Астрахани от Заруцкого, движение по Волге стало оживленным, и дьяки в Москве, осведомлённые о состоянии дел в Поволжских городах, знали, что в Саратове в это время уже находится гарнизон, и воевода этого города в состоянии выделить часть стрельцов для охраны караванов.
В строительстве нового левобережного Саратова, который просуществовал с 1616 по 1674 г., а потом был перенесен на правый берег, на Нагорную сторону, принимали активное участие служилые люди из Самары. Известны имена первых строителей этого нового города. В Дополнениях к Дворцовым разрядам отмечено, что 26 октября 1617 г. по Государеву (титул) указу, «по памяти за приписью дьяка Федора Апраксина, Государева жалованья Самарскому сыну боярскому Поснику Порошину 4 арш. тафты лимонной, цена по 20 по 3 алт. по 2 денги арш., да 4 арш. без чети сукиа настрафилю червчатого, цена 2 руб. сь полтиною портище; да Самарскому
67 Посольство в Персию Федора Исаковича Леонтьева: Памятники... Т. 3 // Труды Восточного отделения... СПб., 1898. Т. 22. С. 144.
202


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
пятидесятнику стрелецкому Васке Агафонову 4 арш. без чети сукна настрафилю червчатого, цена 2 руб. с полтиною портище; а пожаловал Государь их за выход и за Саратовское городовое поставление»68. Кроме самарского сына боярского Посника Порошина и самарского пятидесятника Васьки Агафонова укажем еще на одну интересную личность, связанную с первым годом существования нового Саратова. Это - Григорий Михаилович Ахматов. Этот сын боярский из Алатыря в марте 1620 г. был включен в списки четверчиков Костромской чети с окладом в 9 рублей. В Кормленой книге Костромской чети отмечено: «Ахматов Григорий Михайлов. Алатырь. 9 марта 1620 г. по памяти за приписью дьяка Федора Апраксина за Саратовскую службу 125 году записан ему оклад из четверти вновь 9 руб.»69 Такое награждение было связано с его участием в событиях в районе Саратова в 125 (1616/1617) году. Эта «Саратовская служба» Г.М. Ахматова могла означать как строительство укреплений крепости, так и сопровождение посольских караванов, а также борьбу с воровскими казаками и ногайскими татарами. Причем это происходило именно в тот период, когда Саратов только был отстроен вновь, и в нем был воевода Федор Оболенский. Довольно позднее награждение этого служилого человека (через три года) после «Саратовской службы» по-видимому, связано с тем, что он долго находился в этой «служебной командировке» и по ее окончанию зимой 1620 г. подал челобитную о включении в этот привилегированный список четвертчиков. Так восстанавливается круг людей, с которыми общался, ре-
68 Дополнения к Дворцовым разрядам по поручению графа Дмитрия Николаевича Блудова собранные из книг и столбцов прежде- бывших дворцовых приказов архива Оружейной палаты Иваном Забелиным. Ч. 1. М., 1882. Стб. 118.
69 Кормленая книга Костромской чети 1613-1627 гг. // РИБ. Т.  15. С. 152.
203


Глава 2
шал проблемы Федор Тимофеевич Черново-Оболенский в Саратове.
Это важно, поскольку пока не обнаружены источники, в которых бы говорилось, где находился Федор Тимофеевич в 1616 году и какую роль он играл в строительстве нового Саратова. Сведения о пребывании Ф.Т. Черново-Оболенского в Саратове сохранились в Книгах разрядных. Саратов в этих источниках упоминается, начиная с 1617 г. За этот год имеется следующая запись: «В понизовых городех: На Саратаре (sic) воеводы князь Федор княж Иванов сын Чорново-Оболенской». По-видимому, здесь допущена ошибка в отчестве. Записи за  1618  и  1619 годы уже содержат другие сведения: «На Саратове воевода князь Федор княж Тимофеев сын Чорново-Оболенской»70.
Ф.Т. Черново-Оболенский находился в Саратове довольно долго, не менее трех лет до 1620 года. То есть, события завершающего периода Смуты в центре страны происходили уже без его участия. Ему не пришлось участвовать в обороне Москвы от войск королевича Владислава, его имя отсутствует в Осадном списке 1618 г.71
По-видимому, именно Федор Тимофеевич возглавлял строительство левобережного Саратова в устье реки Саратовка и был первым его воеводой. Будучи воеводой в Саратове, Ф.Т. Черново-Оболенский встречал в начале июля 1618 г. царского посла в Персию к шаху Аббасу князя Михаила Петровича Борятинского и персидских послов «Кай салтана и Булат бека». Этот посольский караван отплыл из Казани 22 июня, через дней десять
70 Книги разрядные. СПб., 1853. T. 1. Стб. 405, 545, 663.
71 Осадный список 1618 г. // Памятники истории Восточной Европы. Том VIII. / сост. Ю.В. Анхимюк, А.П. Павлов. М.; Варшава, 2009.
204


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский сделал остановку в Саратове, a  11 июля 1618 г. уже прибыл в Астрахань72.
Правительство и воеводы городов Поволжья вели постоянную борьбу с воровскими казаками на Волге, в том числе и в районе Саратова. Впервые после Смутного времени об одной из таких экспедиций служилых людей в 128 (1619/1620) г. говорится в Дополнениях к Дворцовым разрядам. Учитывая, что эти события происходили недалеко от Саратова в то время, когда там был воеводой наш герой, а также то, что пленных воровских казаков привели в Саратов, можно считать, что организатором этой экспедиции был его воевода князь Ф.Т. Черново- Оболенский. Отряд служилых людей (стрельцов) возглавлял служилый человек Федор Сканов (неизвестный по другим источникам). Позже, 30 января 1622 г. в Москве этот Федор Сканов получил государево жалование (английское сукно), «а пожаловал его государь за службу и за головство, что он в прошлом во 128 году с государевыми с ратными людми на Волге многих воровских казаков побил, и живых поимал и привел на Саратов»73. Не исключено, что этот Федор Сканов был стрелецким головой в Саратове, хотя слово «головство», может означать просто командира стрелецкого отряда.
Только летом 1620 г. Федора Тимофеевича сменил на посту саратовского воеводы князь Ефим Федорович Мышецкий, знакомец по службе в Новгороде. «На Саратове воевода князь Федор княж Тимофеев сын Чорново- Оболенской; и с Саратова князь Федор отпущен к Москве, а на его место во 128 году послан с Москвы князь Ефим княж Федоров сын Мышетцкой, ... послан во
72 Посольство князя Михаила Петровича Борятинского. Статейный список: Памятники... Т. 3 // Труды Восточного отделения... Т. 22. С. 396.
73 Дополнения к Дворцовым разрядам... Ч. 1. М., 1882. Стб. 285.
205


Глава 2
128 году в июле»74. Следовательно, новый воевода прибыл в Саратов в конце августа 1620 года. Можно представить, при каких обстоятельствах происходила эта смена воевод.
30 июля 1620 г. из Астрахани в Казань отправился большой караван, в составе которого находились прежние астраханские воеводы кн. Андрей Андреевич Хованский, Алексей Михайлович Львов и их помощники - знаменитый дьяк Иван Тимофеев и Иван Грязев. Этим же караваном везли на 12 стругах «государеву рыбу», плыли также «русские торговые люди на больших судех и в кладных стругех с рыбою и солью и с товары, да тезиков (купцов) едет человек с тридцать с товары ж». Список будет полным, если к нему добавить членов посольства М.П. Борятинского вместе с гробом самого посла, умершего в Персии ещё полтора года назад, 15.12.1618 г., персидского посла Булат бека со свитой, персидского же купца Ага Асана с товарами. Персы везли с собой в подарок царю Михаилу Федоровичу живого слона («а слона велено отпустить с кызылбашским послом»). Караван сопровождал крупный отряд стрельцов. Такая предосторожность не была излишней в связи с участившимися случаями нападения донских и волжских казаков на караваны на Волге.
Этот караван прибыл в Саратов в конце августа 1620 г., примерно через 20-25 дней после отплытия из Астрахани. Тогда же из Москвы приехал в Саратов новый воевода Ефим Мышецкий. Из Саратова «на легком стружку канун Семена дня» (около 1 сентября) отправились гонцы в Казань: «торговые люди свияженин Ларя Онтипин и казанский посадский человек Якуш Минин», которые, прибыв в Казань 12 сентября, доложили местным
74 Книги разрядные. T. 1. Стб. 720,  871.
206


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
воеводам, что караван «пошел с Саратова того же дни» (1 сентября), а прибытие его в Казань ожидается к Покрову Святой Богородицы75. Можно предположить, что Федор Тимофеевич убыл из Саратова в начале сентября 1620 г. вместе с этим караваном и 25-26 сентября прибыл в Казань, откуда направился в Москву.
Из переписи московских дворов 1620 г. можно представить, где находился двор Федора Оболенского. Этот двор размером 15 на 13 сажень располагался «с Рожественской улицы в переулке в Кузнецах», Соседями нашего князя были простые люди - извозчики, повар, кузнецы; рядом с его двором находились две бани (Ивашки Гладина и Митьки Григорьева)76.
После Саратова Ф.Т. Черново-Оболенский в 1622- 1623 гг. воеводствовал в Ржеве Володимировой: «Во Ржеве-Володимирове воевода князь Федор княж Тимофеев сын Чорного-Оболенской». Он сменил в этом городе воеводу Н.Н. Гагарина77. Здесь Федор Тимофеевич находился до прибытия нового воеводы Ф.С. Вельяминова: «Во Ржеве-Володимирове воевода князь Федор княж Тимофеев сын Оболенской; и князь Федор отпущен, а во Ржеве велено быть воеводе Федору Семенову сыну Воронцову-Вельяминову»78.
В 1625 г. мы видим Федора Тимофеевича уже на южных рубежах: он командовал в Мценске «прибылым» полком. В Книгах разрядных приведен текст наказа,
75 Донесение казанских воевод Бориса Лыкова и Федора Борятинского царю Михаилу Федоровичу. 1.10.1620 г.: Посольство князя Михаила Петровича Борятинского // Труды Восточного отделения... Т 22. С. 390-392 (о караване), С. 386,  388 (о слоне), С. 438 (о дате смерти М.П. Борятинского).
76 Перепись московских дворов 1620 г. // Переписи московских дворов XVII столетия. М., 1896. С. 2.
77 Книги разрядные. T. 1. Стб. 867,762.
78 Книги разрядные. T. 1. Стб. 923.
207


Глава 2
который был отправлен дьяками Разрядного приказа «в прибылой полк во Мценеск к воеводам ко князю Федору Чорному-Оболенскому да к Ондрею Совину Лета 7133, марта в 30 день». Согласно этому наказу, срок прибытия Ф.Т. Черново-Оболенского в Мценск был указан «Вербное воскресение, апреля в 10 день». Почти одновременно с Федором Тимофеевичем в мае 1625 г. воеводой в Мценск был назначен Степан Васильевич Чемесов79.
В одном из документов Разрядного приказа приводятся сведения о мерах, которые правительство Михаила Романова предпринимало по отношению к дворянам, не явившимся на службу к Федору Оболенскому в Мценск. Там приведены сведения о численном составе полка Федора Черново-Оболенского. В него входили служилые люди из Мценска, Орла, Новосиля, Карачева, Волхова, Черни и Белева - всего 816 человек. В ходе смотра этого полка, который проводил стольник Дмитрий Колтовский 12 июля 1625 г., выяснилось, что отсутствуют 86 человек80.
Только в октябре 1625 г. Федору Тимофеевичу была отправлена грамота о возвращении в Москву: «Из прибылого полку, изо Мценска, отпустить к Москве воеводу князь Федора княж. Тимофеева сына Чернаго-Оболенскаго»81. После Мценска Ф.Т. Черново- Оболенский несколько лет находился в Москве. В 1626- 1628 гг. в чине дворянина московского он приглашался к столу патриарха и государя (6 и 15 августа, 21 декабря 1626 г., 6 января, 2 февраля, 18 и 25 марта, 6 мая 1627 г.). К примеру, 25 марта 1627 г. он поздравлял Государя со Светлым Праздником, а 31 декабря 1628 г. обедал
79 Книги разрядные. Т. 1. Стб. 1086-1087,1120.
80 Доклад и боярский приговор о нетчиках. 1625, ноября 1 //АМГ.  Т. 1,  №185.  С. 200.
81 ДР. СПб., 1850. Т.1. Стб. 755.
208


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
у патриарха. Все записи сходные: «Августа в 15 день на праздник Успения пречистыя Богородицы...  царь ...у отца своего... Филарета в столовой в патриаршей палате; у стола были ...дворяне: ...Федор княж Тимофеев сын Чернаго-Оболенской» или «у Государя ... Михаила Федоровича ... был стол, по золотой подсенной палате ел у государя отец его..., у стола были ...дворяне ... Федор княж Тимофеев сын Чернаго-Оболенской»82.
Федор Тимофеевич к тому времени имел вотчину в Дмитровском уезде. В 1627 г за ним было в Дмитровском уезде сельцо Бородино, пустоши Погорелово, Поддубная, Лужково, Пронино и Рыково (130 четв.). В писцовых книгах Дмитровского уезда письма и меры Андрея Загряжского 135 и 136 годов указано, что вотчиной Федора Тимофеевича Оболенского в 1628 г. было сельцо Глухово на реке Лутосне в Каменском стану. Ранее этим сельцом владели Прокофий Воейков и Лука Сокуров; «в сельце стоял двор вотчинников с деловыми людьми»83. Эту вотчину он приобрел у Луки Богдановича Сакурова по просроченной закладной кабале в январе 1628 г.84
Федор Тимофеевич приумножал и расширял свои вотчинные владения в Дмитровском уезде. В феврале 1636 г. он купил у Сергея Петровича и Артемия Никитича Скобельцыных пустошь Овсянниково в том же Луто-
82 ДР. T. 1. Стб. 831 (6 августа1626 г.); Там же. Стб. 832 (15 августа); Там же. Стб. 878 (6 января 1627 г.); Там же. Стб. 880 (2 февраля); Там же. Стб. 906 (18 марта); Там же. Стб. 909 (25 марта) и т.д. Дворцовые разряды. СПб., 1851. Т. 2. Стб. 22. См. также: Записные книги Московского стола. 1626, мая 5-1627, августа 31 // РИБ. СПб., 1884. Т. 9. С. 404,  437,  445, 472,  475,  489.
83 Исторические материалы о церквах и селах XVI—XVIII вв., собранные В.И. и Г.И. Холмогоровыми... Дмитровская десятина //  ЧОИДР. 1911. Кн. 3. С. 254.
84 Записные вотчинные книги Поместного приказа. 1626-1657, М., 2010. С. 62.
209


Глава 2
сенском стане85. В 1644 г. приобрел у Михаила Юрьевича Татищева луг на реке Лутосне в соседнем Берендееве стане86. А в 1645 г. приобрел по просроченной закладной кабале у Ивана и Никифора Прокофьевичей Воейковых деревни Сколково и Чальцово в Каменском стане Дмитровского уезда87. Соседом Федора Тимофеевича по имению был еще один саратовский воевода, Григорий Никитич Орлов, который получил вотчину в том же Дмитровском уезде в Лутосенском стане на реке Сестре (сельцо Новое).
В «Боярской книге 1627 года» о кн. Ф.Т. Оболенском содержится ценная по содержащейся информации запись: «Князь Федор княж Тимофеев сын Черново Оболенской. В памяти ис Помесново приказу за приписью диака Василья Ключарева нынешнего 137-го году августа в 14 день написано: в государеве грамоте, какова государева грамота князю Федору Оболенскому дана во 130-м году генваря в 28 день за приписью диака Ондрея Вареева на нижегородцкое поместце, да в даче 135-го году августа в 21 день на нижегородцкое ж поместье написан помесной оклад 700 чети, денег в списку Галитцкие чети 40 рублев»88.
В Русском биографическом словаре приводятся сведения о том, что в 1627 г. Федор Тимофеевич был послан в Цивильский уезд в Убиевскую волость переписывать черемис и облагать их налогом. Однако здесь речь идет о другом человеке - цивильском жильце князе Федоре Оболенском, которого вместе с толмачем и площадным подьячим воевода Цивильска Иван Павлович Матюшкин отправил в эту Убиевскую волость и «велели им пе-
85 Там же. С. 764.
86 Там же. С. 231.
87 Там же. С. 789.
88 Боярская книга 1627 года. М., 1986. С. 71.
210


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
реписати в той Убиевской волости Черемису во дворех, и медвяной оброк, кто что платит, и казаков женатых и холостых»89.
Судя по грамоте, эта перепись была проведена в самом начале 7135 г., то есть осенью 1626 г. Цивильский жилец, которым командует местный воевода Матюшкин, никак не мог быть нашим героем. К тому же Федор Тимофеевич осенью 1626 г. был в Москве, а не в небольшом чувашском городке, находящемся в 175 верстах от Казани (одна дорога оттуда до Москвы занимает около месяца).
В том же году в отсутствие царя Федор Тимофеевич оставался в Москве «для ее бережения», что говорит о высоком доверии к нему со стороны государя. 14 сентября 1628 г. князь присутствовал при дворе на приеме персидских купцов90. Дворцовые разряды сообщают об участии Федора Тимофеевича 17-24 февраля 1630 г. на приеме («при приезде, в ответе и отпуске») шведского посла «Антона Монира»91.
В марте 1631 г., как специалиста по строительству укреплений (видимо, саратовский опыт) Ф.Т. Черново- Оболенского отправили в Астрахань. В Дворцовых разрядах сохранилась следующая запись: «Марта в 30 день... да для городового дела сказано в Астрахань: князь Федор княж Тимофеев сын Оболенской да дьяк Михайло Патрикеев»92.
89 Лихач Е. Оболенский, князь Федор Тимофеевич-Черный // Русский биографический словарь: Обезьянинов-Очкин. СПб., 1905. С. 51; Наказ царя Михаила Федоровича Цивильскому воеводе Ивану Павловичу Матюшкину и подьячему Иеву Дмитриеву. 1627, января 19 // Сборник Муханова. Изд. 2-е. СПб., 1866. №141. С. 210.
90 ДР. СПб., 1851. Т. 2. Стб. 6.
91 ДР.Т. 2. Стб., 841.
92 ДР. Т. 2. Стб. 194; Ср.: Славянская энциклопедия. XVII век: в 2 т. Т. 2. С. 56 (здесь ошибочно указан 1630 г.).
211


Глава 2
В апреле с началом навигации на Волге Федор Тимофеевич отплыл из Нижнего Новгорода к новому месту службы. Его маршрут по Волге в апреле - мае 1631 г. проходил через Саратов. Та саратовская крепость, в строительстве которой принимал участие Федор Тимофеевич 14 лет назад, сильно пострадала от пожара и нападений татар в 1628 году. Укрепления её стали ненадежными и недостаточными. Когда Федор Оболенский по пути в Астрахань в мае 1631 г. останавливался в Саратове, строительство новой саратовской крепости уже шло полным ходом под руководством воеводы Степана Васильевича Чемесова. Аналогичное «городовое дело», но в более крупных размерах, предстояло предпринять в Астрахани Федору Тимофеевичу. Погостив несколько дней в Саратове у старого соратника по совместной службе в Мценске 1625 г., Федор Тимофеевич отправился дальше в Астрахань.
Сохранились известия об этой строительной деятельности Федора Оболенского: «Апреля в 10 день (1631 г.) в царствование Михаила Федоровича при воеводах Салтыкове и Житове, при дьяках Смывалове и Трофимове построен г. Астрахань каменной князем Оболенским, Хохловым да дьяком Патрикеевым; велено кирпич брать на Ахтубе, и ханскую мечеть и дом ханский сломать, чтобы было на построение довольно, как белого камня, так и желева от Ахтубы»93. Обратим внимание, что вместе с Оболенским и дьяком Патрикеевым среди строителей новой крепости в Астрахани указан также третий человек - Хохлов (в Дворцовых разрядах его имя отсутствует).
93 Смирнов П.П. Окладная роспись пятины по городу Саратову 1634 года //Труды СУАК. Вып. 33.  1916. С. II. Минх  А.  Н. Историкогеографический словарь Саратовской губернии. T. 1, вып. 4. Аткарск, 1902. С. 1340.
212


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
Год в этом рукописном описании Астрахани, которое использовал в своем труде А.Н. Минх, указан неточно. 10 апреля 1631 г. новые воеводы Салтыков и Житов никак не могли попасть в Астрахань, ведь в это время только начиналась навигация на Волге. Даже если учесть, что воеводы Салтыков и Житов в начале апреля 1631 г. отправились из Казани в Астрахань, то прибыть туда они могли лишь в мае. Указ строителю крепости Федору Оболенскому был дан, как следует из Дворцовых разрядов, 30 марта 1631 г. В этот же день последовало назначение новых воевод в Астрахань.
В боярских списках за 1630/1631 и 1631/1632 г. также имеется запись об отправке и пребывании Федора Оболенского в Астрахани. В первом списке за 1630/1631 г. говорится об отправке дворянина московского Ф.Т. Оболенского в Астрахань: «В Аст[арах] ань дл[я] городового дела». В течение следующего 1631/1632 г. он продолжал заниматься строительством Астраханской крепости. Это подтверждает следующая запись в боярском списке за 1631/1632 г.: «Князь Федор княж Тимофеев сын Чорново Оболенской. В Астарахани для городового дела»94
Через много лет, когда в апреле 1645 г. было решено строить на Яике город Гурьев, то дьяки приняли решение взять за образец построенный Федором Оболенским Астраханский кремль. В наказе Михаилу Гурьеву записано: «А зделати тот каменой город, в ширину и в толщину и в вышину и с зубцами, против Астараханского каменого города, каков каменой город сделал в Астарахани князь Федор Оболенской с товарищи». Слово «против» означает «по такому же подобию», точно так же, как». Далее
94 «Подлинные» боярские списки 1626-1633 годов. Сборник документов / сост. Е.Н. Горбатов. М.: Древлехранилище, 2015. С. 414, 475.
213


Глава 2
приводится фактически описание Астраханского кремля, ведь именно такую же надо было строить крепость в Гурьеве: «Стена городовая меж ворот и башен делать в ширину в полторы сажени, а в вышину и с зубцами четырех сажень, а зубцы по стене сделати в длину сажень, а в толщину в полсажени, а в вышину в полторы сажени, и башни делати мерою против Астараханского ж каменого города, каковы башни деланы в Астарахани меж городовых прясел»95.
Адам Олеарий, немецкий ученый-энциклопедист, секретарь и советник голштинского посольства в Россию и Персию, впервые увидел Астрахань 15 сентября 1636 г. и оставил следующее описание: «Город этот впоследствии тиран (Иван Грозный) укрепил толстой каменной стеною, а нынешний же великий царь (Михаил Федорович) велел расширить его и построить около него Стрелецкий город (Strelitza gorod) или часть, где живут стрельцы»96. Это указание царя Михаила Федоровича о расширении города и постройке Стрелецкого города в 1631 г. начал выполнять Федор Тимофеевич Черново-Оболенский, за пять лет до прибытия Олеария в Астрахань. На гравюре А. Олеария восточнее Кремля, между Кремлем, Белым городом и Татарским городом обозначен под буквой «С» прямоугольник с четырьмя угловыми башнями с надписью «Der Streli-prouiant xaus». После строительства, предпринятого Федором Оболенским, в Астрахани, по словам Олеария, стало значительно больше стрельцов: «9 приказов, каждому из которых принадлежит 500 стрельцов». Олеарий писал, что для строительства этой кре-
95 Отрывок наказа Астраханским воеводам, боярину князю Михаилу Пронскому, окольничему Тимофею Бутурлину и Илье Безобразову. 1650, в июне// АИ: в 5 т. СПб., 1842. Т. 4 (1645-1676), № 40. С. 134.
96 Олеарий А. Описание путешествия в Московию // Россия XV- XVII вв. глазами иностранцев. Л., 1986. С. 460.
214


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
пости в Астрахани использовали кирпичи из бывшего ханского дворца, расположенного недалеко от Царицына. Он лично видел, как несколько лодок с камнями из бывшего «дворца жестокого изверга Тамерлана» плыли в Астрахань. По его словам, несколько лет назад «русские увезли наибольшее количество камней в Астрахань и построили из них большую часть городских стен, церквей, монастырей и других зданий»97
Именно эту мощную астраханскую крепость через 40 лет длительное время (вплоть до декабря 1671 г.) обороняли сторонники Степана Разина. Они сражались против того государства, которое созидал в числе прочих и Федор Тимофеевич.
Сведений о Федоре Тимофеевиче и о его деятельности за период с 1632 по 1638 год пока не найдены. Г.А. Власьев отмечал, что в 1636 г. за ним было поместье во Владимирском уезде дер. Можино, пустоши Кобяково, Панюшино, дер. Арланово. Уже говорилось о приобретении им в 1636-1637 гг. родовой вотчины Скобельцыных. В алфавитном указателе П.И. Иванова, на которого позже ссылался Г. А. Власьев, приведены сведения о том, что в боярских книгах 7135 и 7137 г. наш герой указан как дворянин московский (это соответствует другим источникам), а в книге 7144 (1635/36) г. - стряпчим, однако потом в книге 7148 (1639/40) г. - снова дворянином московским98. Судя по этим записям, в 1630-е годы могло произойти какое-то событие в биографии нашего
97 Олеарий А. Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно. СПб., 1906. С. 391.
98 Иванов П.И. Алфавитный указатель фамилий и лиц, упоминаемых в боярских книгах, хранящихся в 1-м отделении Московского архива Министерства Юстиции с обозначением служебной деятельности каждого лица и годов состояния в занимаемых должностях / сост. статский советник Иванов. М.: в типографии С. Селивановского, 1853. С. 456.
215


Глава 2
героя, которое привело к службе при дворе с понижением (стряпчие были ниже московских дворян). Стряпчим с платьем наш герой был в начале своей службы, потом стал тушинским стольником, а затем - дворянином московским. Нет ли здесь ошибки у П.И. Иванова в указании на чин стряпчего?
В Дворцовых разрядах, а также в известном справочнике А.П. Барсукова отмечено пребывание Федора Тимофеевича в 1639/1640 г. на воеводстве далеко на севере в Кольском остроге". Там кн. Ф.Т. Черново-Оболенский сменил князя Осипа Ивановича Щербатого. Гарнизон Кольского острога в это время состоял из стрелецкого приказа (500 стрельцов со стрелецким головой и пятью сотниками), а также из 9 пушкарей100.
Имеющиеся в нашем распоряжении источники позволяют уточнить время пребывания Федора Оболенского на воеводстве в Кольском остроге: архивные материалы указывают на то, что кн. Ф.Т. Оболенский был воеводой в Кольском остроге как минимум с 30 июля 1638 г.101
На отсутствие Федора Оболенского в Москве весной - летом 1638 г. указывает такой источник, как Опись Москвы 1638 г. Писцы Афанасий Григорьевич Желябовский и подьячий Василий Толмачев переписывали дворы всяких людей «в Белом Каменном городе от Неглинны... по Рожественской улице и от Рожественской улицы по Стретенские ворота и от Стретенских ворот по одной стороне Стретенской улицы по Введенскую решетку». Говоря о дворе Федора Тимофеевича, писцы записали: «Двор князя Федора княж Тимофеева сына Черного-Оболенского,
99 См.: Дворцовые разряды. Т. 2. Стб. 640; Барсуков А.П. Списки городовых воевод... С. 531.
100 Разрядная книга 1637/1638 года / отв. ред. В.И. Буганов; сост. В.И. Буганов, Л.Ф. Кузьмина, А.П. Богданов. М., 1983. С. 115.
101 РГАДА. Ф. 137. «Боярские и городовые книги». Oп. 1. Владимир. Кн. 4. Л. 144. Документ указан автору Д.В. Лисейцевым.
216


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
на Москве ево нет, на дворе живет человек ево Елизарко Денисъев». По сравнению со старым двором, указанным в переписи 1620 г., теперь соседями Федора Тимофеевича мы видим в основном стольников и московских дворян 102.
Интересные подробности о кн. Оболенском содержатся в «Боярской книге 1639 года»: «Князь Федор княж Тимофеев сын Чорново-Оболенской. В книге 137-го году помесной ему оклад 800 чети, денег 80 рублев. Да по памяти ис Казансково приказу 150-го октября в 7 день за астараханское городовое дело придано двесте чети, денег шездесят рублев»103. Судя по данному тексту. 7 октября 1641 г. Федор Тимофеевич получил придачу к поместному и денежному окладу за прежние заслуги, связанные со строительством укреплении в Астрахани 10 лет назад. Можно предположить, что в это время (сентябрь - октябрь 1641 г.) он уже находился в Москве, завершил «Кольскую службу». Особых претензий к нему за воеводство в Коле не было, он подал челобитную о своих прежних заслугах в Астрахани (возможно, это была повторная челобитная) и после ее рассмотрения в Москве было принято решение о прибавке жалования. Этот же оклад 140 руб. указан и в кормлёной книге Галицкой четверти за 1641/42 г.104
В конце 1641 г. в Москве было принято решение о созыве Земского собора в связи с просьбой Донских казаков о принятии Азова «под государеву руку» и соответственно - о начале войны с Османской империей за Азов (время работы Собора - январь 1642 г.). Среди выборных на этот Собор мы видим Федора Тимофеевича. Он был представителем московского дворянства, из
102 Переписная книга г. Москвы 1638 г. М., 1881. С. 90,  98.
103 Боярская книга 1639 года. М., 1999. С. 91.
104 РГАДА. Ф. 137. «Боярские и городовые книги». On. 1. Галич.
Кн. 9. Л. 9. Документ указан автору Д.В. Лисейцевым.
217


Глава 2
22 московских дворян, участников этого собора, он записан третьим, после И. И. Салтыкова и кн. И.М. Долгорукого105.
1 декабря 1642 г. во время приема датского посла М. Шляка («графа Матияша Шлякова») Федор Тимофеевич встречал его в сенях перед Золотой палатой106. В июне 1643 г. Федор Оболенский уже в преклонном, считавшемся тогда, возрасте (55 лет) был послан воеводой под Темников и Ломов против ногайцев. В Дворцовых разрядах записано, что «того же году июня в 5 день по ногайским вестям, что приходили татары воевать Темниковские места, послал Государь воевод: на Ломов воеводы князь Федор княж Тимофеев сын Черной-Оболенской»107. 16 января 1648 г. Ф.Т. Черново-Оболенский упоминается в чине свадьбы царя Алексея Михайловича и Марии Ильинишны Милославской: «шел за санями государыни»108. Также мы видим его в сентябре 1648 г. в свите царицы во время традиционного похода в Троице-Сергиеву лавру. Он записан первым в списке дворян109. Можно сказать, что запись первым в списке означает, что на него возлагалась особая ответственность за безопасность царицы. Учтем, что в это время царица была уже на 9-м месяце беременности, ведь менее чем через месяц после возвращения из Троицы «октября в 22 день в воскресенья, за три часа до света» в праздник Казанской иконы у нее
105 Собор, держанный в присутствии Государя Царя Михаила Федоровича духовными и светскими чинами о том: Должно ли удержать за Россией взятый донскими казаками город Азов или отдать оный туркам обратно? 1642, января 5 // СГГД. Ч. 3. М.: в типографии Селивановского, 1822. № 113. С. 380-381.
106 ДР. Т. 2. СПб., 1851. Стб. 640,  695.
107 ДР. Т. 2. Стб. 703.
108ДР.  Т.  3. СПб., 1852. Стб. 81.
109 Записная книга Московского стола 1648/1649 г. // РИБ. СПб., 1886. Т. 10. С. 415.
218


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
родился сын Дмитрий Алексеевич, который правда, прожил недолго110.
В конце 1648 и начале 1649 г. кн. Ф.Т. Черново- Оболенский находился в Москве, участвовал в Земском соборе, подписал Соборное уложение. Среди представителей государева двора на обороте свитка имеется подпись «Князь Федор Оболенский руку приложил». В списке рукоприкладств у И.Е. Забелина и А.Г. Манькова он указан под № 44111.
Следует учесть, что на Соборе 1649 г. была жесткая квота представителей государева двора - только по два стольника, стряпчих, дворянина московских. Дворян московских в то время было около тысячи человек, из них был выбран Федор Оболенский и еще один дворянин. В январе 1650 г. Федор Оболенский купил печатный экземпляр этого уложения112. Это одно из последних упоминаний о нашем герое.
Умер Федор Тимофеевич около 1651 г., не оставив потомства. Оставшейся от него вотчиной сельцом Глухово Дмитровского уезда в 159 г. (1650/1651) владели «его внуки кн. Матвей, Иван и Григорий Венедиктовы дети Оболенские»113. Фактически это были внуки его двоюродного брата Андрея, сыновья знаменитого окольничего времен царствования Алексея Михайловича Венедикта Андреевича Оболенского. Один из них, Матвей Венедиктович Оболенский, получил 6 мая 1651 г. поместье
110  РИБ.Т. 10. С. 419.
111 Забелин И.Е. Сведения о подлинном Уложении царя Алексея Михайловича // Архив историко-юридических сведений, относящихся до России. М., 1850. Кн. 1. С. 5; Соборное уложение 1649 года. Текст. Комментарии / подг. текста Л. И. Ивиной; рук. авт. коллек. А.Г. Маньков. Л.: Изд-во «Наука» Ленинградское отд. 1987. С. 404.
112 Латкин В. Материалы для истории Земских соборов XVII столетия (1619-20,1648-49 и 1651 годов). СПб., 1884. С. 231.
113 Дмитровская десятина // ЧОИДР. 1911. Кн. 3. С. 254.
219


Глава 2
Федора Тимофеевича в Нижегородском уезде - село Мотовилово. Венедикт Андреевич в молодости был для Федора Тимофеевича как родной сын, о котором он заботился, как о самом близком человеке. Эту заботу и любовь он перенес в дальнейшем и на детей Венедикта Андреевича. Известно также, что в те же годы (в 1650 г.) он отдал своему племяннику Никите Ивановичу Крюкову свое поместье во Владимирском уезде - деревни Белково, Пышкино, Сидорово, пустоши Кобяково, Цвыкино, Васюково114.
***
Федор Тимофеевич Черново-Оболенский - сложная и противоречивая фигура, чьи становление и кризис пришлись на период Смуты. Его положение на входе в этот кризис и на выходе из него оказались одинаковыми: с чего начал, к тому и пришёл. Рано лишившись отца, его поместья и возможной поддержки, молодой человек вынужден был сам строить свою карьеру. Натолкнувшись на непреодолимое препятствие при воцарении Василия Шуйского, он в поисках лучшей доли ушёл к Лжедмитрию II. Дальнейшие его переходы были обусловлены упадками значения, веса и потерей перспектив тех сил, которым он служил. Справедливости ради, надо отметить, что князь в Смуту не блеснул инициативностью и талантами ни на военном, ни на государственно-административном, ни на дипломатическом поприщах. Отсутствие непреложных ценностей при горячем желании славы, милостей определяло беспомощность молодого князя в решении этих вопросов. Особенно ярко это проявилось в переговорах с князем Д.М. Пожарским в Ярославле. Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский не смог донести позицию
114 Власьев Г.А. Потомство Рюрика. СПб., 1906. T. 1. Князья Черниговские, ч. 2. С. 275.
220


Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский
новгородцев, ответить на аргументы собеседника. Два «якоря» обуславливали устойчивость князя Черново- Оболенского в стихии Смуты. Один из них - Православие. Неважно, где и кому служить, получать милости, важно сохранение этой ценности. Второй - это семья. Рано осиротев, князь, видимо, в Новгороде обрёл своё семейное благополучие, домашнее «место отдохновения». И свой переход к Михаилу Романову Федор Тимофеевич никак не связал с вопросом семье, по молодости и своей беспринципности предполагая, что тут всё само собой образуется. Потеря семьи, вторичное сиротство князя оказались отрезвляющей платой за лёгкость поступков и выборов. Князь ведь так и не женился после потери семьи. Это был внутренний надлом: Смута забрала молодость и семью. И вот князь служит теперь России Романовых, служит верой и правдой, по инерции дворянского мышления обзаводится вотчинами, вот тут справляется с всеми поручениями практически по всей Европейской части тогдашней России. И как некое свидетельство тому является приобретение им печатного издания Соборного Уложения, в составлении которого князь принимал участие. И памятником этого смутного человека останутся Саратов и Астрахань, которые после Ивана Грозного и Бориса Годунова он возобновил и утвердил. А с ними утвердил и Россию на этих рубежах, окупив свои метания в Смуту.
В основе очерка публикация Я.Н. Рабиновича «Личности Смутного времени: Федор Тимофеевич Черново- Оболенский» // Известия Саратовского университета. 2010. Т. 10. Серия. История, Международные отношения. Вып. 1. С. 22-33. В текст очерка внесены дополнения.
221


Федор Кириллович Плещеев
«... целовали крест вору и людей к кресту привели»
Федор Кириллович (иначе - Смердов (патроним от неканонического имени отца без суффикса -вич)) Плещеев принадлежит к той многочисленной плеяде дворян, что выдвинулись и стали заметны в годы Смутного времени. Его жизнь и судьба, в этом смысле, выглядит весьма показательно. Интересны они и в историко-антропологическом плане.
Плещеевы и их ближайшие родственники Басмановы, вели свое происхождение от выходца из черниговской земли Федора Бяконта. Его пятый сын боярин Александр Плещей был непосредственным основателем фамилии Плещеевых. Сыном Бяконта был и Елевферий, ставший во времена великих князей Ивана Красного и его сына Дмитрия (Донского) митрополитом Киевским и всея Руси Алексием (позднее канонизирован). Начиная с рубежа XIII-XIV вв., Плещеевы входили в костяк Боярской Думы Московского княжества и занимали ведущие места при дворе московских государей1. Некоторые Плещеевы, а особенно Басмановы играли важную роль в опричнине2.
1 Веселовский С.Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. М., 1969. С. 247,  252,  258; Зимин А.А. Формирование боярской аристократии в России второй половины XV - первой трети XVI вв. М., 1988. С. 195-201.
2 Веселовский С.Б. Исследования по истории опричнины. М., 1963. С. 224-227.
222


Федор Кириллович Плещеев
Федор Кириллович Плещеев принадлежал к старшей ветви рода - потомству Феофана Федоровича и его правнука Василия Ивановича Плещеева. Их родовые владения находились во Владимирском и Муромском уездах3.
Отец нашего героя, Смерд (Смердок) Иванович Плещеев, имевший христианское имя Кирилл записан в Дворовой тетради 50-х годов XVI века по Владимиру4. Наряду с другими записанными в ней дворянами, он получил поместье под Москвой5.
В 1563 г. Смерд Иванович поручился ста рублями в верности престолу князя А. И. Воротынского6. В 1572 г. братья Смерд и Юрий Плещеевы дали в Троице-Сергиев монастырь по своим родителям Иване и Соломониде сельцо Обакумцово Жегаловской волости и половину погоста Федосова в Инебожской волости Владимирского уезда7. Это были вотчины, купленные у М.С. Желтухина8. Плещеевы отметились и вкладами в Суздальский Спасо-Евфимьев монастырь9.
3 Павлов А.П. Думные и комнатные люди царя Михаила Романова: в 2 т. Т. 2. СПб., 2018. С. 320.
4 Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50-х годов XVI века. М.;Л., 1950. С. 156.
5 Павлов А.П. Государев двор и политическая борьба при Борисе Годунове. СПб., 1992. С. 148.
6 Поручная запись... по князе Александре Ивановиче Воротынском в его верности. 1563 // Русский дипломатарий. Вып. 10. М., 2004. С. 24-30.
7 Список с писцовых книг 7101 и 7102 гг. земель Троице- Сергиева монастыря письма и меры Якова Петровича Вельяминова и подьячего Федора Андреева // Писцовые книги XVI века. Отделение 1. СПб., 1872. С. 790-791.
8 Шумаков С. Обзор «грамот коллегии экономии». Вып. 5. 2002. С. 37-38.
9 Правая грамота суда боярина и дворецкого Григория Васильевича Годунова старцу Спасо-Евфимьева монастыря Левкию... 1586, апреля 22 // Акты Суздальского Спасо-Евфимьева монастыря 1506-1608 гг.М., 1998. С. 415.
223


Глава 2
К концу правления Ивана Грозного, в царствование его сына Фёдора Кирилл-Смерд Плещеев добивается определённых карьерных высот. Летом 1581 г. Смерд Иванович был вторым воеводой в Себеже10. В 1583 г. в период подготовки похода на волновавшихся казанских татар, он был назначен воеводой Юрьевца Повольского11. Согласно Боярскому списку 1588-1589 годов, С. И. Плещеев служил выборным дворянином по Суздалю с окладом в 600 четвертей12. В январе 1589 г. он участвовал в церемонии поставления патриарха Иова13.
Судя по сохранившейся духовной Кирилла - Смерда Плещеева, составленной в 1603/1604 г. родовые вотчины его семьи находились в Жегаловском стане Владимирского уезда. Дед завещателя, Иван Александрович Плещеев разделил вотчинное село Васильково и прилегающие деревни между семью своими сыновьями. Смерд Иванович немало потрудился, чтобы через купли, заклады, наследования сосредоточить в своих руках большую часть дедовой вотчины, в том числе и село Васильково. Все свои вотчинные владения он завещал сыновьям Дмитрию и Федору. Кроме сыновей, у Смерда Ивановича была еще дочь Прасковья, выданная замуж за Леонтия Андреевича Вельяминова. Умер С. И. Плещеев
10 Разрядная книга 1475-1605 гг. Т. 3, ч. 1. М., 1984. С. 190.
11 Разрядная книга 1475-1598 гг. М„ 1966. С. 332.
12 Боярский список 1588-1589 годов // Станиславский А.Л. Труды по истории Государева двора в России XVI- XVII веков. М., 2004. С. 220. Четверть, четь - мера площади пахотных земель в старинной русской системе мер. Определялась как 0,5 десятины.
13 Отрывок из записки о поставлении патриарха Иова и о происходивших по этому случаю церемониях 26, 27 и 28 января 1589 г. 1589, после января // Русская историческая библиотека, издаваемая Археографической комиссией (далее - РИБ). В 39 т. СПб., 1875. Т. 2, № 103. Стб. 322.
224


Федор Кириллович Плещеев
не позднее 10 февраля 1606 г.: в этот день отмечена явка его духовной грамоты епископу Суздальскому и Тарусскому Галактиону14.
Впервые службу сыновей Смерда Плещеева документы фиксируют ещё при его жизни - в царствование Бориса Годунова. В Боярском списке 1602-1603 годов братья Дмитрий и Федор Плещеевы значатся выборными дворянами по Суздалю не верстанными земельными окладами15.
Фёдор оказался проворней и к 1606-1607 гг. обогнал по службе старшего брата. Согласно Боярскому списку, он в это время служил стряпчим с платьем, в то время как Дмитрий продолжал службу выборным дворянином по Суздалю16.
Осенью 1608 г. Ф.К. Плещеев был воеводой, либо осадным головой Суздаля, который рассматривался правительством царя Василия Шуйского как пункт сбора сил для отпора войскам Лжедмитрия II. Это назначение состоялось не ранее 5 февраля 1608 г., так как до этого царские грамоты в Суздаль присылались на имя губного старосты Матвея Ивановича Молчанова и подьячего Исая Байкашина17. И после получения нового назначения за верную службу тем монархам, что занимали
14 Духовная Кирилла-Смерда Иванова сына Плещеева ... суздальскому архиепископу Галактиону. 1603/1604 // Акты служилых землевладельцев. М., 2002. Т. 3, № 325. С. 265-268.
15 Боярский список 1602-1603 годов // Станиславский АЛ. Труды по истории государева двора... С. 261.
16 Боярский список 1606-1607 гг. с указанием об участии в боевых действиях против восставших // Народное движение в России в эпоху Смуты начала XVII века, 1601-1608: Сборник документов / отв. ред. Н.М. Рогожин; Ин-т российской истории. М.: Наука, 2003. №39. С. 137,141.
17 Акты Покровского Суздальского девичьего монастыря XVI - начала XVII века / сост. А.В. Антонов, А.В. Маштафаров. М.: Фонд «Связь эпох», 2019. С. 369.
225


Глава 2
московский престол, Федор Плещеев совершил крутой поворот.
Он, «сослався в Володимире с окольничим Иваном Ивановичем Годуновым, целовали крест вору и людей к кресту привели»18. Это произошло в середине октября 1608 г., так как 25 октября делегация суздальских детей боярских уже прибыла в лагерь гетмана Сапеги под Троице-Сергиев монастырь с «изъявлением верноподданнических чувств и крест целуя именем всех сынов боярских и людей посадских»19.
В Новом Летописце дана иная временная последовательность перехода Суздаля на сторону самозванца: Федор Плещеев появился в Суздале уже после принесения присяги горожан Лжедмитрию II. А сопровождал его полк А. Лисовского20. Именно данные Нового Летописца используют при изложении этого эпизода Смуты многие отечественные историки21. На это следует возразить: вплоть до 20-х чисел декабря Лисовский со своим полком находился у стен Троице-Сергиева монастыря. Поэтому сведения, содержащиеся в Разряде, в совокупности с записями дневника Сапеги, выглядят более достоверными22.
18 Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время. М., 1907. С. 15.
19 Дневник Яна Петра Сапеги (1608-1611) (далее - Дневник Сапеги) // Памятники истории Восточной Европы. T. IX. М.; Варшава, 2012. С. 71.
20 Новый летописец // Хроники Смутного времени. М., 1998. С. 324.
21 Костомаров Н.И. Смутное время. Московское государство в начале XVII столетия. 1604-1613. М., 2008; Козляков В.Н. Василий Шуйский. М., 2007. С. 171-172; Oн же. Смута в России. XVII век. М., 2007. С. 248-249.
22 Шепелев И. С. Освободительная и классовая борьба в Русском государстве в 1608-1610 гг. // Труды по истории Смуты в России в начале XVII столетия. Т. 2. Волгоград, 2012. С. 110; Тюмен-
226


Федор Кириллович Плещеев
Еще одним распространенным заблуждением, которого ранее не избежал один из авторов книги, является утверждение о том, что Фёдор Кириллович Плещеев в 1608 г. приводил к присяге Лжедмитрию II жителей Пскова23. В действительности, «воровским» воеводой Пскова оказался Фёдор Плещеев, но отчество его было Михайлович (боярин Лжедмитрия II)24. Тем не менее, пример этих двух тёзок-родственников показателен: большинство старого московского рода Плещеевых перешло на сторону Тушинского вора. Так, старший брат Ф.К. Плещеева - Дмитрий был тушинским воеводой в Белой25. А вот свойственники Ф.К. Плещеева, Вельяминовы разделились. Часть их перешла к самозванцу. Никита Вельяминов был воровским воеводой Костромы, Михаил - Владимира26. Шурин же Федора Кириллови-
цев И.О. Смута в России в начале XVII столетия. Движение Лжедмитрия II. Волгоград, 1999. С. 237-238.
23 Хроники Смутного времени (указатель). С. 533; Кабанов А.Ю., Семененко А.М. Ивановский край в Смутное время. Иваново, 2010. С. 212; Шепелев И. С. Указ. соч. С. 206.
24 Лист Великолуцкого наместника и воеводы Федора Плещеева Усвятскому подстаросте Юрию Каховскому, о запрещении порубежным жителям производить грабежи в Великолуцком, Невельском и Заволочском уездах 1608 год, 15 июля // Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией Российской академии наук (далее - АИ). СПб., 1841. Т. 2, № 88. С. 120-121; Отписки великолуцких самозванцевых наместников и воевод князя Василия Шаховского и Петра Горяйнова усвятскому подстаросте Юрию Каховскому, о невозможности выдать гетману Сапеге требуемые им деньги. 1610 год, 7 и 15 июля // АИ. Т. 2, № 285. С. 343-345; Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Боярина и воеводы Федора Плещеева и наместников и воевод князя Василия Шаховского и Петра Горяйнова ... о посольстве гонцов разных городов к Лжедмитрию... 1610 год, 7 мая // Сборник князя Хилкова (далее - СХ). СПб., 1879. № 12, LXXII. С. 79-81.
25 Муханов П.А. Подлинные свидетельства о взаимных отношениях России и Польши. М., 1834. С. 263-269.
26 Отписка ярославцев к пермичам, чердынцам и кайгородцам об уходе А. Лисовского из-под Ярославля, о посылке ратных людей
227


Глава 2
ча - Леонтий Андреевич Вельяминов с братом Мироном, остались верными царю Василию Шуйскому27. Смута раскалывала семьи, родственников и свойственников. И поступок Ф.К. Плещеева осени 1608 г. не был уж чем-то исключительным и произошёл он уже после восстания И. И. Болотникова, на сторону которого переходили многие дворяне.
Лжедмитрий II пожаловал Ф. Плещеева думным чином окольничего. В ноябре 1608 г. он уже подписывается окольничим и воеводой28.  О такой карьере под державной дланью Василия Шуйского Федор не мог и мечтать. И он начал истово служить тушинскому «царю Дмитрию». Ничего не противоречит предположению, что, именно, Плещеев способствовал переходу на сторону Лжедмитрия II окрестных городов - Шуи, Луха, Кинешмы, Юрьевца- Повольского.
Уже во второй половине ноября 1608 г. тушинское войско, состоявшее из суздальцев, шуян, кинешемцев, лушан, юрьевчан, балахонцев, костромичей, гороховлян под общей командой казачьего атамана Тимофея Таскаева было направлено для подчинения Нижнего Новгорода. Было предпринято несколько нападений из Балахны.
на помощь Угличу, о вестях про разные города, и об оказании пособия. 1609 года в июне // Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографической экспедицией императорской академии наук (далее - ААЭ). СПб., 1836. Т. 2, № 125. С. 232; Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Владимирского воеводы Михаила Вельяминова, о разбитии владимирских дворян и детей боярских литовскими людьми. 1608 год, 16 ноября // СХ. № 12, XVI. С. 26-27.
27 Любомиров П.Г. Очерки истории нижегородского ополчения. М.,1939. С. 275.
28 Отписка суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге, о выступлении во Владимир литовской роты Соболевского и о бесчинствах и грабежах ратных и загонных людей в Суздальском и Владимирском уездах. 1609 год, в феврале или марте // АИ. Т. 2, № 161. С. 191-192.
228


Федор Кириллович Плещеев
Но 2 декабря под стенами города тушинцы, не знавшие о подходе подкрепления из войска Ф.И. Шереметева, не только потерпели сокрушительное поражение у стен нижегородского кремля, но не смогли оторваться от преследования победителей. Нижегородцы «втоптали» врага в Балахну, пленили «Тимоху» Таскаева, освободили уездный город, а его население привели к присяге Василию Шуйскому29.
Это поражение тушинцев стало сигналом к восстанию по всей Верхней Волге, где, казалось бы, Лжедмитрий II был уверен в лояльности. Полыхнуло так, что из-под тушинской присяги стали выходить Ярославль, Кострома, Городец, Юрьевец-Повольский, Лух, Шуя, другие города, а также крупные села Решма, Мыт, Холуй.
Ф. Плещеева не было ни под Балахной, ни в городах Верхней Волги30. В ноябре 1608 г. он решает задачи обе-
29 Отписка Нижегородского Вознесенского монастыря архимандрита Иоиля Луховской Тихоновой пустыни игумену Ионе, о несогласии Нижегородцев покориться Самозванцу 1608 год, конец ноября // АИ. Т. 2, № 107. С. 136-137; Отписка нижегородских воевод князя Александра Репнина и Андрея Алябьева муромцам... 1608 год, 11 декабря // АИ. Т. 2, № 113. С. 141-143; Разрядная запись о службах сына боярского М. Ордынцева с упоминанием о действиях восставших в 1606-1607 гг. в Курмыше, Цивильске и Алатыре, а также о его участии в боях с восставшими в 1608-1609 гг. под Нижним Новгородом, Арзамасом, Касимовом и Владимиром. 1622, октябрь // Народное движение в России в эпоху Смуты начала XVII века. №145. С. 291.
30 В работах известных исследователей Смуты XIX - начала XX в. было распространено мнение, что еще в ноябре 1608 г. произошло восстание в Шуе и оно было подавлено Ф. Плещеевым (Борисов В.А. Описание города Шуи и его окрестностей. М., 1851. С. 8-9; Генкин Л.Б. Ярославский край и разгром польской интервенции в Московском государстве в начале XVII в. Ярославль, 1939. С. 97-98; Костомаров Н.И. Смутное время Московского государства. Ч. 2. СПб., 1889. С. 219; Платонов С.Ф. Очерки по истории Смуты. М., 1899. С. 261). Этот вывод опирается на ряд источников, даты которых неверно указаны публикаторами, либо перепутаны составителями (например: Новый летописец. С. 324; Новый летописец князя
229


Глава 2
спечения... социального мира и стабильности в державе Лжедмитрия II. В соседнем с Суздалем Владимирском уезде появился атаман Ф. Наливайко с татарами и казаками. Они без разбора грабили и убивали местных жителей31. Гетман Сапега распорядился, чтобы Плещеев отправил на помощь владимирскому воеводе М.И. Вельяминову, находившуюся в Суздале и окрестных селах роту литовского ротмистра Яна Соболевского. Это оказалось делом непростым. Помощник Соболевского пан Самойла Колычев с частью пахоликов32 находился в Гавриловской слободе. Там он, по свидетельству Плещеева «воровал, пил, и у слобожан посадских людей имал к себе, на подворье, жен и детей на постелю»33. Более того, С. Колычев даже выгнал из слободы сборщиков запасов,
Оболенского // Временник общества истории и древностей российских. Кн. 16. М., 1853. С. 97; Отписка суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге о возникших в Суздальском уезде беспорядках по поводу денежных сборов, о походе его на шуян, отложившихся от самозванца, и победе над ними. 1608 год, вторая половина декабря // АИ. Т. 2, № 110. С. 139-140; Письмо думного дьяка Петра Третьякова гетману Сапеге, о запрещении пану Корсаку сбирать кормы в его селе Васильевском. 1608 год, в декабре // АИ. Т. 2. № 120. С. 148; Отписки суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге об измене самозванцу костромичей, галичан и шуян и вторжении их в Суздальский уезд, с убеждением прислать к нему на помощь литовских ратных людей, черкас и казаков. 1608 год, середина декабря // АИ. Т. 2. № 351. С. 418). Критика этих источников и научных построений приведена в: Кабанов А.Ю. Город Шуя и Шуйский уезд в Смутное время: перспективы изучения // Борисовский сборник. Вып. 1. Иваново, 2009. С. 34-47; Кабанов А.Ю., Семененко А.М. Ивановский край в Смутное время. Иваново, 2010. С. 52-54.
31 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Владимирского воеводы Михаила Вельяминова, о разбитии владимирских дворян и детей боярских литовскими людьми. 1608 год, 16 ноября // СХ. №12, XVI. С. 26-27.
32 Пахолик - слуга - оруженосец в свите шляхтича.
33 Отписка суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге, о выступлении во Владимир литовской роты Соболевского и о бесчинствах и грабежах ратных и загонных людей в Суздальском и Вла-
230


Федор Кириллович Плещеев
присланных Лжедмитрием. А посланного за ним Соболевским суздальского дворянина Никиту Трегубова «изсек во многих местах» да так, что «наудачу жив будет».
Плещеев действовал решительно. По его приказу в Гавриловскую Слободу выдвинулись суздальские дворяне и дети боярские. Они арестовали Колычева и водворили в суздальскую тюрьму. В своей отписке Сапеге Плещеев особо отмечал, что «в Суздале и в Суздальском уезде, и в Володимире, от литовских людей и от загонов, убойства и грабежи русским людям великие. А здесь, в Суздале, от тех литовских людей сомнение великое, от их воровства и грабежу». Для подобных утверждений у Плещеева были все основания, потому что казаки и литва из полков Сапеги и Лисовского разграбили и разорили родовую вотчину самого суздальского воеводы34.
Плохо скрываемое в этих строках раздражение нового слуги «тушинского царя» не стало поводом уклонения от воеводских обязанностей. Собранная рота Соболевского вышла на Владимир. Соболевский и Вельяминов разбили отряды Наливайко, который был схвачен и казнен во Владимире35.
6 декабря 1608 г. для осуществления денежных сборов с Суздальского уезда из лагеря Сапеги под Троице- Сергиевым монастырем, прибыл пан Комаровский.
димирском уездах. 1609 год, в феврале или марте // АИ. Т. 2, № 161. С. 191-192.
34 Челобитные и письма к гетману Яну Сапеги разных лиц: Федора Плещеева с просьбой дать пристава для охранения его вотчины от разорения Литовскими людьми и казаками. 1608-1609 // РИБ. Т. 2. №171-5. Стб. 697.
35 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге... // СХ. № 12, XVI. С. 26-27; Отписка гетмана Сапеги владимирскому воеводе Вельяминову, о предании смертной казни загонщиков и о принятии мер, на случай приближения к Владимиру низовых полков под начальством боярина Шереметева. 1609 год, 6 января // АИ. Т. 2, № 129. С. 154.
231


Глава 2
Плещеев, буквально, развел руками, отписав Сапеге, что «у нас, во многих городах, от великих денежных сборов учинилась смута великая, и от того во многих городах мужики заворовались и крест целовали Василию Шуйскому»36. Плещеев уже знал о восстании в Костроме и Галиче, а отряды ополченцев из этих городов вовсю действовали в Суздальском уезде против сторонников Лжедмитрия II37. Надо было что-то делать, чтобы остановить их, по возможности вернуть отпавшие от присяги города и обеспечить сбор налогов. Для последнего нужны были уже войска.
8 декабря 1608 г. Плещеев выступил из Суздаля с дворянскими сотнями. Встав в десяти верстах от города в селе Лопатницы, он отправил голов с сотнями по направлению к Шуе. Но было поздно. Вскоре суздальский воевода получил сведения, что 10 декабря Шуя целовала крест Василию Шуйскому. К присяге шуян приводили костромичи Курдюк Кафтырев и Путила Павлов. На сторону восстания перешли и многие села Суздальского уезда. Это стало известно от суздальца Никиты Терпигорева, которого повстанцы застали в поместье и послали в Суздаль с грамотой, призывающей к восстанию38. Описание даже малой толики бесчинств литовских людей в вышеуказанной отписке Плещеева показывало, что возмущение людей скоро проявится, что и случилось.
36 Отписка суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге о возникших в Суздальском уезде беспорядках по поводу денежных сборов... //АИ.Т. 2, № 110. С. 139-140.
37 Отписки суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге об измене самозванцу костромичей, галичан и шуян и вторжении их в Суздальский уезд, с убеждением прислать к нему на помощь литовских ратных людей, черкас и казаков. 1608 год, середина декабря //АИ.Т. 2. №351. С. 418-419.
38 Отписки суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге ... //  АИ.  Т. 2. С. 418.
232


Федор Кириллович Плещеев
Сложность положения Ф.К. Плещеева усугублялась тем. что тогда же к Шуе на подмогу шли отряд из Юрьевца-Повольского чарочника Федора Григорьевича Красного и приказ нижегородских стрельцов. До этого они уже освободил от тушинцев Лух и отправили в Нижний Новгород пленённою начальника луховского гарнизона пана Василия Арамского39.
У Плещеева в Лопатницах было мало сил. Рота Соболевского после разгрома Наливайки, видимо, была задействована М. Вельяминовым для удержания Мурома. Плещеев запросил подкреплений. Его направление было сочтено более важным, и вскоре рота Соболевского соединилась с Плещеевым. Тушинцы двинулись на Шую. После серьезного боя шуйские повстанцы были разбиты. Наращивая успех, воинство Ф.К. Плещеева захватило острог и сожгло посад вместе с оборонявшимися в домах жителями. В своей отписке Сапеге Плещеев оценивал число повстанцев в двадцать пять тысяч, но он преувеличивал40. Наверное, в число противников он записал всех погибших в огне посадских жителей Шуи.
Сапега получил отписку Плещеева о шуйских делах 31 декабря 1608 г..41 Однако, в тот  же день 21(31) декабря из Шуи писал в Нижний Новгород руководитель по-
39 Отписка вятчан к пермичам, с приложением отписки нижегородцев, о поражении воеводой А. Алябьевым мятежников балахонских. арзамасских и алатырьских, о раскаянии шуян, костромичей, галичан и вологжан, о победе царских войск над изменниками под Москвой, об усердии к Государю арзамасцев, муромцев, владимирцев и суздальцев, об истреблении в Ярославле девяти рот пана А. Лисовского н о немедленном походе пермских ратных людей к Москве. 26 января 1609 г. // ААЭ. СПб., 1836. Т. 2, № 104. С. 205.
40 Отписка суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге о возникших в Суздальском уезде беспорядках по поводу денежных сборов... // АИ. Т. 2, № 110. С. 139-140.
41 Дневник Сапеги. С. 81.
233


Глава 2
встанцев Ф. Красный42. Разумеется, этого быть не могло. Скорее всего, в нижегородском документе указана дата получения грамоты из Шуи. Следовательно, шуйскую трагедию следует датировать 15-18 (25-28) декабря 1608 г.43
Шуей и ограничился успех Плещеева: Я. Соболевский был тяжело ранен, и его рота отказалась продолжать поход. В противном случае, движение рати Плещеева создавало бы угрозу Костроме44. Но вполне возможно, Плещеев вернул Самозванцу соседний Луховской уезд, так как в дальнейшем луховские дворяне сражались на стороне тушинцев.
Шуйский инцидент оказался первым в ряду испытаний Ф.К. Плещеева. В начале февраля 1609 г. к царю Василию Шуйскому поступили обнадёживающие сведения из Балахны, Юрьевца-Повольского, дворцового села Мыт о сборе верных Москве ратных людей в Кинешме и Гороховце45. Во главе повстанческих сил, контролировавших район от устья Клязьмы до участка Верхней Волги, встал костромской сын боярский Федор Васильевич Бобарыкин. Его фланги нависали над Суздальским уездом.
И в это время Плещеев с отрядами суздальских и лухских дворян, примкнувших казаков потерпел тяжкое
42 Отписка вятчан к пермичам... // ААЭ. СПб., 1836. Т. 2, № 104. С. 205.
43 Предположение, что Ф. Красный писал в Нижний Новгород после того, как повстанцы вновь заняли Шую, выглядит несостоятельным (Шепелев И.С. Указ. соч. С. 304). В сохранившемся документе нет никаких сведений о столкновении с тушинцами, что свидетельствует о том, что Ф. Красный писал в Нижний Новгород до нападения Плещеева.
44 Отписка суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге о возникших в Суздальском уезде беспорядках по поводу денежных сборов... // АИ. Т. 2, № 110. С. 140.
45 Антонов А.В. К начальной истории нижегородского ополчения // Русский дипломатарий. Вып. 6. М., 2000. С. 218.
234


Федор Кириллович Плещеев
поражение от промосковских повстанцев при дворцовом селе Дунилове. Ф.К. Плещеев писал юрьев-польскому тушинскому воеводе Ф.М. Болотникову, битва продолжалась «с первого часа до обеда, и на бою... казаки дрогнули, и дворян, суздальцев и лушан, и иных побили, а иных ранили. И мы отошли в Суздаль, а людей с нами, одних суздальцев человек со сто да лушан человек с тридцать»46.
В этой отписке указывается, что сражение под Дуниловым случилось 11(21) февраля 1609 г. Но есть сомнения в такой датировке. Известно, что составители Дневника Сапеги вели записи по григорианскому календарю, и получается, что отписка Плещеева Сапеге об этом бое была получена 18 февраля, то есть 8 февраля по юлианскому календарю47. Этого быть не может. Если предположить, что Плещеев пользовался григорианским календарем, то возникает проблема другого рода. Еще одна отписка Плещеева была получена в Тушино Лжедмитрием II. На ее основе в Тушине была составлена грамота самозванца Сапеге о скорейшей отправке на помощь Плещееву полка А. Лисовского48. Дата ее отправки - 14(24) февраля. Срок в трое неполных суток с момента поражения Плещеева в 350 километрах от Москвы до составления грамоты Лжедмитрия при средствах коммуникации начала XVII века, выглядит маловероятным. Кроме того, в самой отписке Болотникову содержится просьба суздальского воеводы прибыть 11 февраля в Суздаль, от
46 Отписка суздальского воеводы Плещеева юрьев-польскому воеводе Болотникову о поражении царским костромским войском суздальских приверженцев самозванца под селом Дуниловым. 1609, 11 февраля // АИ. Т. 2, № 153. С. 178.
47 Дневник Сапеги. С. 95. Плещеев ошибочно записан Вельяминовым.
48 Грамота Лжедмитрия гетману Сапеге о скорейшем отправлении Лисовского с войском для защиты Суздаля. 1609 год, 14 февраля  //  АИ. Т. 2, № 154. С. 178.
235


Глава 2
которого повстанцы находятся в 20 верстах. Сопоставив все вышеизложенное, напрашивается вывод о том, что дата боя 11(21) февраля является ошибочной в связи с опиской в документе. А сражение у Дунилова нужно датировать первыми числами февраля49.
Итак, Плещеев после Дунилова запросил помощи у Самозванца, Сапеги и Ф. Болотникова. Уже в ночь с 8( 18) на 9(19) февраля Сапега отправил две роты пятигорцев из своего полка под командой ротмистров Мирского и Дзевалтовского в Суздаль, запретив им выходить против врага «далее Суздаля»50. А 14(24) февраля из Суздаля к Сапеге прибыли гонцы уже от пана Мирского с просьбой о подкреплении. Они сообщили, что противник большими силами подходит к Суздалю51.
Три дня спустя - 17(27) февраля 1609 г. - встревоженный Сапега получил от Мирского и Плещеева победную реляцию: в нескольких верстах от Суздаля наступавшие были разбиты; часть их ушла в лес на лыжах, а тушинцы не могли их преследовать из-за большого снега52, но захватили все пушки. Подчеркнём, что ротмистры выполнили приказ гетмана, встали в Суздале и не принимали участия в дальнейшем преследовании врага53.
Плещеев решился же развить достигнутый успех. Через три дня он направил казачьи отряды М. Собельского и пана Чижевского, стоявшие в селе Иванове Кохомской волости, в соседний Костромской уезд. Казаки взяли го-
49 Существует так же точка зрения И.С. Шепелева о том, что данное несоответствие вызвано тем, что секретари Сапеги перепутали даты (Шепелев И. С. Указ. соч. С. 337). Однако убедительных аргументов в обоснование своей позиции им выдвинуто не было.
50 Дневник Сапеги. С. 95.
51 Там же. С. 97.
52 Там же. С. 99.
53 Грамота Лжедмитрия Сапеге об отдаче луховскому воеводе Просовецкому пушек, взятых в сражении под Суздалем. 1609 год, 6 марта  //  АИ.Т 2, № 166. С. 194-195.
236


Федор Кириллович Плещеев
род Плес и побили его защитников. А вот выступать для подавления восстания в Костроме Плещеев не рискнул, так как «многие иные воры мужики в сборе от Суздаля верст за сорок и за пятьдесят в Холуе на посаде и в иных местах»54. Очевидно, по этой причине отряды Собельского и Чижевского были возвращены «в старые таборы, в село Иваново, в Кохму». Тогда же отряд А. Просовецкого, назначенного луховским воеводой, вернул контроль над Лухом и Шуей55.
Тем временем Плещееву удалось договориться о совместных действиях с ротмистром полка Сапеги паном Василием Жичевским, действовавшим с тысячей донских казаков под Муромом. Тот согласился помочь Ф.К. Плещееву. Придав Жичевскому казачьи отряды Мартына Собельского и головы Петра Апухтина, Плещеев направил их в район Холуя и Клязминского городка (бывший Стародуб Ряполовский). 6(16) марта промосковские силы там были разбиты. А тушинские отряды 10(20) марта 1609 г. возвратились в Суздаль. К этому времени у Плещеева уже была грамота, приказывавшая его отряду идти к Ярославлю56. Дневник Сапеги фиксирует его прибытие 11(21) марта в лагерь гетмана у Троице-Сергиева монастыря. А вот гонцы от В. Жичевского с вестями о победе под Холуем прибыли к Сапеге лишь через три дня57. Как следует из отписки казачьего головы П. Апухтина,
54 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Суздальского воеводы Федора Плещеева о поражении воров, приходивших под Суздаль, о взятии города Плеса на Волге. 1609 год, 17 февраля // СХ. № 12, XLII. С. 49.
55 Грамота Лжедмитрия Сапеге ... // АИ. Т. 2, № 166. С. 194-195.
56 Отписка суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге, о взятии самозванцевыми ратными людьми Кляземского городка и посада Холуя, и о походе их под Ярославль. 1609 год, И марта //  АИ. Т. 2, № 170. С. 198; Русский архив Яна Сапеги. 1608-1611 годов. Волгоград, 2012. С. 400.
67 Дневник Сапеги. С. 105.
237


Глава 2
В. Жичевский оставил того в Суздале, а сам так же пошел к Троице-Сергиеву монастырю58.
Обнажение Жичевским муромского театра военных действия не заставило Плещеева долго ждать неприятных известий. Освободив Муром, присланные из Нижнего Новгорода стрельцы А. Микулина и Я. Прокудина с казаками Ф. Левашева и Б. Износкова 27 марта (6 апреля) стояли уже у Владимира. Туда же маршем шёл отряд Беляя Наговицына и Семейки Свистова из Кинешмы, которой владел брат царя Василия князь Д.И. Шуйский.
Еще 3 апреля, получив сведения о движении этих сил к Владимиру, Сапега спешно отправил туда пять рот пятигорцев. Со своей стороны сотню Семена Голенкина выделил Ф. Плещеев. Сапежинцы и сотня Голенкина подошли к городу одновременно с нижегородцами. Но вторые с боем всё же смогли прорваться в город, жители которого перешли на сторону Василия Шуйского. Суздальская сотня была побита, а сам Голенкин попал в плен. Плещеев данную катастрофу объяснил предательством и отправил Сапеге гонца с сообщением об этом бое и измене владимирского воеводы М. Вельяминова. Последнее не подтвердилось. Воевода М. Вельяминов был схвачен восставшими владимирцами и казнен59.
Положение Ф.К. Плещеева стремительно ухудшалось. 8 апреля к Сапеге прибыл новый гонец из Суздаля
58 Русский архив Яна Сапеги. С. 400.
59 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Федора Плещеева и Андрея Просовецкого об измене Лжедмитрию жителей Владимира, о прибытии в Суздаль Лисовского с полком и о совместном с ним походе под Владимир. 1609 год, 31 марта // СХ. № 12, LVI. С. 62; Отписка суздальских воевод Плещеева и Просовецкого гетману Сапеге, об убиении владимирского воеводы Вельяминова, об осаде ими Владимира и недостатке боевых снарядов для продолжения оной, о походе Лисовского в Ярославль, о разорении Суздальского уезда казаками и литовскими пахоликами. 1609 год, 12 апреля // АИ. Т. 2, №195. С. 225.
238


Федор Кириллович Плещеев
с просьбой о помощи, чтобы удержаться там. Гетман задействовал один из мощных резервов и в тот же день отправил под Суздаль полк А. Лисовского, дав под его команду ещё три тысячи донских казаков и три пушки. На следующий день к Лисовскому Сапега направил несколько хоругвей пятигорцев60. Видимо, гетман Сапега был настроен на решительный перелом ситуации и возвращение стратегической инициативы.
Плещеев был одним из достойных исполнителей этого замысла. Он и назначенный к нему второй воевода А.З. Просовецкий опросили бежавших из Владимира верных Лжедмитрию II дворян. Также с помощью лазутчика они собрали сведения о ситуации во Владимире и готовились к ответным действиям. 31 марта (10 апреля) в Суздаль пришел с внушительным войском А. Лисовский. Туда же из Юрьева-Польского прибыл с ротами ротмистр Г. Сума61.
2 (12) апреля, собрав под свои знамёна все имеющиеся силы, включая суздальский гарнизон Ф.К. Плещеева, А. Лисовский выступил к Владимиру62. На следующий день Плещеев и Лисовский столкнулись с неприятелем, двигавшимся встречным курсом в сторону Суздаля. Сторонники Василия Шуйского не выдержали удара опытных вояк Лисовского, казаков и суздальцев, были опрокинуты и с большими потерями в беспорядке отступили под защиту Владимирской крепости63. Теперь тушинцы осадили Владимир. Но уже 6(16) апреля Ли-
60 Дневник Сапеги. С. 109.
61 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Федора Болотникова о скорейшей высылке ратных людей в Суздаль для защиты от изменников. 1609 год, 29 марта // СХ. № 12, LV. С. 61-62.
62 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Федора Плещеева и Андрея Просовецкого об измене Лжедмитрию жителей Владимира... // СХ. № 12, LV1. С. 62-64.
63 Дневник Сапеги. С. 111,  113.
239


Глава 2
совский снял осаду и возвратился в Суздаль, а 12 (22) апреля ушел со всеми силами под Ярославль. Там были дела поважнее. Плещееву в Суздале досталось лишь «шесть рот литвы, да с Мартыном Собельским казаков двести человек»64. Плещеев мог только справедливо жаловаться на слабость артиллерии и отсутствие пороха. По его словам, с такими силами «города никоими мерами взяти не мочно». То есть, ему предлагалось даже не оборонять Суздальский уезд, но попытаться дожать осаждённых во Владимире.
К заведомым причинам невыполнимости такой задачи добавились обострившиеся разногласия суздальских воевод с сапежинцами и казаками. В отписке Сапеге Плещеев и Просовецкий сообщали, что «пахолики, господине, литовские и казаки, стоячи в Суздале воруют, дворянам и детям боярским, и монастырям и посадским людям из Суздальского уезда разорение и насильство великое, женок и девок емлют, и села государевы, и дворянские и детей боярских и монастырские вотчины выграбили и пожгли, и нам, господине, от пахоликов литовских и от казаков позор великий: что станем о правде говорить, о Государеве деле, чтобы они Государевы земли не пустошили, и сел не жгли, и насильства и смуты в земле не чинили, и оне нас холопей государевых, позорят, лают и бити хотят». Это послание было вторым. Ему предшествовала подобная жалоба самому «царю» Лжедмитрию II65. Наверное, он ничего не сделал.
Обнаружился конфликт самого Ф.К. Плещеева с А. Лисовским. Тот, будучи в Суздале, в начале апреля
64 Отписка суздальских воевод Плещеева и Просовецкого гетману Сапеге, об убиении владимирского воеводы Вельяминова... // АИ. Т. 2, № 195. С. 225-226.
65 Русский архив Яна Сапеги. С. 39.
240


Федор Кириллович Плещеев
арестовал суздальского дворянина Григория Аргамакова, обвинив его в исчезновении пахолика поручика Мирского. Отбыв в Ярославль, Лисовский поручил охрану арестованного ротмистру Александру Колецкому. Но, вероятно, Г. Аргамаков был довольно близок к Плещееву: в октябре 1608 г. именно он ездил из Суздаля во Владимир с призывом целовать крест Самозванцу, а родственник суздальского воеводы держал на дворе Аргамакова своего коня66. В отсутствие Лисовского19 (29)-20 (30) апреля Ф.К. Плещеев провел обыск (расследование) по делу Г. Аргамакова67. Формально такие действия входили в полномочия воеводы.
По распоряжению Плещеева были опрошены тушинский стольник князь Ф.Т. Черново-Оболенский, дворяне и дети боярские - суздальцы, лушане, владимирцы, суздальское духовенство и посадские люди, всего несколько сот человек. Все они целовали крест на том, что ничего не ведают об измене Г. Аргамакова. Сам Г. Аргамаков тоже не молчал и в челобитной на имя Сапеги свою вину так же отрицал68. Материалы розыска Плещеев отправил Лжедмитрию II. Но Сапега задержал их у себя вместе с гонца-
66 Отписка Первого Бекетова в Переславль-Залесский, о покорности Самозванцу суздальцев, и о сопротивлении жителей Владимира. 1608 год, 14 октября // АИ. Т. 2, № 99. С. 132; Отписка суздальских воевод Плещеева и Просовецкого гетману Сапеге, об убиении владимирского воеводы Вельяминова... // АИ. Т. 2, № 195. С. 226.
67 Тюменцев И. О., Тюменцева Н.Е., Тупикова Н.А. Дело дворянина Григория Аргамакова как источник по истории суздальского дворянства // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4. История. Регионоведение. Международные отношения. 2008. № 1 (13); Тюменцев И. О. Материалы дела об измене дворянина Григория Аргамакова как источник по истории дворянства // Смутное время: итоги и уроки. Сборник материалов второй Всероссийской научной конференции. Иваново, 2012. С. 373-393; Русский архив Яна Сапеги. С. 404-416.
68 Русский архив Яна Сапеги. С. 415.
241


Глава 2
ми В. Симановым и С. Волковым69, дабы не подставлять А. Лисовского под удар из-за действия неудобного московита. Плещеев мог только писать Сапеге и просить отпустить его людей вместе с посланными материалами в Тушино. Кроме того, в той же отписке суздальский воевода сообщал, что не может выполнить распоряжение гетмана о выдаче 50 рублей пану Андрею Шлятковскому из-за отсутствия денег в суздальской казне. А не было их, поскольку в Суздале торгов нет, кабак разорен, уездные люди боятся пахать землю, обобраны военными, а многие покинули свои дома и выбыли неведомо куда70.
Сапега должен был отреагировать на отписку Плещеева и сам стал разбираться в деле Г. Аргамакова. Он запросил разъяснений у пристава - ротмистра А. Колецкого. Тот признался, что серьезных доказательств измены Г. Аргамакова у него нет, а Аргамакову не доверяет лишь второй воевода А. Просовецкий, который считает, что нужно отправить арестованного к Сапеге. Правда к материалам сыска Колецкий так же настроен скептически, считая, что «мужик о мужике правды не скажет»71. И такое пренебрежительное отношение новых хозяев должен был чувствовать русский дворянин Ф.К. Плещеев.
Вероятно, с этой историей оказалась связана попытка перевода Ф. Плещеева в полки Лжедмитрия II в мае - июне 1609 г. В это время в Суздаль пришли известия об отзыве Плещеева, назначении на его место А. Просовецкого, а вторым воеводой - суздальца Нехорошего Бабкина, бывшего стрелецкого головы, четверо сыновей
69 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Федора Плещеева с просьбой о немедленном отпуске сына боярского Степана Неронова Волкова с отписками к Лжедмитрию... 1609 год, 29 апреля // СХ. №12, LXJ.  C. 67-69.
70 Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Федора Плещеева... //CX.  №12,  LXI.  C. 67-69.
71 Русский архив Яна Сапеги. С. 416.
242


Федор Кириллович Плещеев которого находились среди первых дворян, отъехавших из Москвы в Тушино72. На защиту Ф.К. Плещеева вдруг выступила почти вся корпорация суздальских дворян. Они в челобитной Сапеге заявили, что в случае отзыва Плещеева покинут тушинскую службу73.
Такой демарш обескуражил и приостановил интригу с перемещением Ф.К. Плещеева. Какое-то время он оставался в Суздале, оттуда выходил на боевые действия. В конце мая он вместе с суздальскими дворянскими сотнями помог отрядам Лисовского, Будилы и ростовского тушинского воеводы И.Ф. Наумова в овладении Кинешмой. После двух дней упорных боев 26-27 мая (5-6 июня) Кинешма была взята и сожжена, а воевода Ф. Бобарыкин по одной версии погиб, по другой был захвачен в плен. Известия о разгроме повстанцев в Кинешме и пленении Бобарыкина Сапега получил из Суздаля И (21) июня 1609 г.74 После захвата Кинешмы тушинские силы разделились: Лисовский и Будила направились для захвата Юрьевца-Повольского, Наумов - Решмы, а Плещеев - в Луховской уезд.
При всей местной солидарности суздальского дворянства в защиту своего лидера в его среде были и другие настроения. В это время на сторону Василия Шуйского
72 Тюменцев И.О. Смута в России в начале XVII столетия: движение Лжедмитрия II. Волгоград. 1999. С. 176.
73 Челобитная суздальцев гетману Сапеге, об исходатайствовании у самозванца, чтобы оставлен был у них окольничий Федор Плещеев, по-прежнему, воеводой. 1609, после 6 марта // АИ. Т. 2, № 167. С. 195.
74 Новый летописец. С. 325; Челобитная Лжедмитрию донских казаков о жаловании. 1609 год, в июне // АИ. Т. 2. № 239. С. 281- 282; Отписка ярославцев к пермичам, чердынцам и кай городцам об уходе А. Лисовского из-под Ярославля, о посылке ратных людей на помощь Угличу, о вестях про разные города, и об оказании пособия. 1609 года в июне  //  ААЭ. СПб., 1836. Т. 2, № 125. С. 232-233; Дневник Сапеги. С. 133.
243


Глава 2
решил перейти суздальский дворянин Владимир Алексеевич Бастанов. Плещееву стали известны его планы. По распоряжению воеводы В. Бастанова схватили, жестоко избили. Далее его ожидали оковы и темница, но Бастанов вместе с братьями умудрился сбежать. Они объявились в дворцовом селе Семеновском и подняли местных жителей на отпор тушинцам. Как следует из грамоты царя Василия Шуйского жители села под руководством Бастанова «воров побили и коши воровские поимали»75. Однако этот неприятный инцидент не мог ещё повлиять на общий расклад сил.
Пока Плещеев с суздальскими дворянами воевал в окрестностях Кинешмы и Луха, Сапега послал под Суздаль несколько сотен донских казаков пана Шабельского, которые набегами тревожили владимирский гарнизон, захватывали языков, нарушали коммуникации между Владимиром и Нижним Новгородом76.
В середине июня суздальские воеводы предприняли решительную попытку захвата Владимира. Для наступления и штурма были стянуты все окрестные польско- литовские и казачьи части под общим командованием ротмистра Г. Сумы. Он даже отозвал казачьи гарнизоны из Луха и Шуи (чем немедленно воспользовался противник, отогнав немногочисленных местных дворян и заняв эти города).
15 (25) июня часть тушинских сил во главе с Ф. Плещеевым подошла к Владимиру со стороны села Красного, а основные силы во главе с Г. Сумой и А. Просовецким укрылись в роще «в Кузянке у посаду». В то время гарнизон Владимира возглавлял А. С. Алябьев, незадолго до описываемых событий пришедший из Мурома, а ещё
75 Борисов В.А. Старинные акты, служащие преимущественно дополнением к описанию г. Шуи и его окрестностей. М., 1853. С. 2-6.
76 Дневник Сапеги. С. 125.
244


Федор Кириллович Плещеев
ранее стяжавший славу при защите Нижнего Новгорода зимой 1608/1609 г. При приближении небольшого отряда Плещеева гарнизон соблазнился перспективой лёгкой победы, предпринял вылазку, стал теснить суздальский отряд и отошёл от городских стен.
В этот момент из засады и ударили Сума с Просовецким. Под их натиском конница Алябьева была вынуждена уйти от городских укреплений на другой берег Клязьмы, понеся потери при переправе. Пехоте повезло еще меньше. Значительная ее часть была перебита, кто мог, укрылся в городе. Только артиллерийский огонь отбросил тушинцев от владимирских ворот. Выдвинутый после этого тушинцами ультиматум о сдаче города был отклонен его защитниками. Сторонникам самозванца пришлось довольствоваться сожжением посада, окрестных слобод и захватом нескольких судов на Клязьме77. Это было последнее крупное дело Ф.К. Плещеева на должности суздальского воеводы царя «Дмитрия».
И месяца не прошло после попытки овладения Владимиром, а Плещеев оставил суздальское воеводство. И как следствие, уже 10 (20) июля Сапега получил известие от ротмистра Сумы об измене суздальских дворян78. Около тридцати из них отъехало во Владимир. Среди них были Иван Редриков, Егуп Хвостов, Федор Болотников, Смиряй Казимиров, лушанин Петр Зайцев79. Сума, направлявшийся к Сапеге, был вынужден вернуться и подавить
77 Отписка суздальского воеводы Просовецкого гетману Сапеге, о военных действиях его вместе с ротмистром Сумою под Владимиром, о взятии царскими ратными людьми Шуи и Луха и р приходе боярина Шереметева с низовыми полками в Нижний Новгород. 1609 год, в июне // АИ. Т 2, № 235. С. 277-278; Дневник Сапеги. С. 135; Разрядная запись о службах сына боярского М. Ордынцева... // Народное движение в России в эпоху Смуты начала XVII века. С. 292.
78 Дневник Сапеги. С. 143.
79 Борисов В.А. Старинные акты... С. 5.
245


Глава 2
недовольство засильем литовских людей в уезде. В своей отписке Сума называет суздальским воеводой уже Нехорошего Бабкина80.
По всей видимости, после суздальского воеводства Ф.К. Плещеев какое-то время находился в Тушине, когда там настало непростое время. В сентябре 1609 г. король Речи Посполитой Сигизмунд III объявил России войну и вскоре вторгся в страну. В начале 1610 г. союзники по тушинскому лагерю (поляки-тушинцы и русские тушин- цы) стали врагами. Поляки переходили под знамёна своего короля Сигизмунда, войска которого осадили Смоленск, а русские оказались предоставленными сами себе. На перепутье выбора недолго застыл и Ф.К. Плещеев.
В дневнике Сапеги имеется запись от 23 февраля 1610 г., что из лагеря Лжедмитрия пришел с шестью тысячами казаков и встал в Рузе Федор Плещеев81. К нему так же подошло подкрепление из Северской земли. Публикаторы русского перевода дневника полагают, что это был Федор Михайлович Плещеев82, но он примерно в то же время находился в Пскове и Великих Луках83. Поэтому запись Сапеги, скорее всего, подразумевает героя этого очерка - Федора Кирилловича. Если так, то это он уже в начале марта 1610 г. с двумя тысячами донских казаков и двумя тысячами русских воинов пытался отбить у поляков Можайск.
Оставшись с русскими ратниками в Борисове, Плещеев направил казаков в Можайск, в который они проникли, смешавшись с местными жителями и гарнизоном. Ночью они готовились взять город штурмом, но были раскрыты
80 Русский архив Яна Сапеги. С. 420-421.
81 Дневник Сапеги. С. 187. Переводчик ошибочно называет Рузу - Русой.
82 Дневник Сапеги. С. 442.
83 Русский архив Яна Сапеги. С. 129-135.
246


Федор Кириллович Плещеев
поляками, которые вызвали на помощь полк пана Андрея Млоцкого, совсем недавно перешедшего из тушинского лагеря. Застигнутые врасплох казаки побежали, но были перехвачены и частью перебиты. Вышедший на помощь им из Борисова отряд Плещеева также был разбит. По сведениям поляков было убито до 2000 московитов и казаков, захвачено много пленных и хоругвей84. На чьей стороне выступал весной 1610 г. Ф.К. Плещеев? Оказался ли он в числе противников поляков и защитников родной земли, чтобы получить «амнистию» Москвы, или решил было вести свою игру? Если первое, то Ф.К. Плещеев скоро отказался от этого. Василий Шуйский был низвергнут с престола и пострижен в монахи, а московские бояре стали вести переговоры с Сигизмундом III.
В августе 1610 г. Ф.К. Плещеев вместе с другими бывшими тушинцами целовал крест королевичу Владиславу. В грамотах, отправленных в августе - сентябре в Казань и сибирские города от имени князя Ф.И. Мстиславского и других бояр он назван среди «воровских советников», которые «вину свою Государю королевичу принесли и крест ему... целовали»85. Назван без какой-либо моральной оценки.
84 Дневник осады Смоленска польским королем Сигизмундом III // Бутурлин Д. История смутного времени в России в начале XVII века. Ч. 3. СПб., 1846. С. 180-181; Видекинд Ю. История десятилетней шведско-московитской войны / перевод С. А. Аннинского, А.М. Александрова; под ред. В.Л. Янина, А.Л. Хорошкевич. М.: Памятники исторической мысли. 2000. С. 102.
85 Грамота боярина князя Федора Ивановича Мстиславского с товарищами в Казань, об избрании царем королевича Владислава, с повелением привести к присяге весь народ Казанский и с прописанием заключенных с гетманом Жолкевским с боярами условий, на коих царствовать Владиславу. 1610, 30 августа // ААЭ. СПб., 1836. Т. 2, № 165. С. 281; Окружная грамота боярина князя Федора Ивановича Мстиславского и бояр, управлявших с ним государством, в сибирские города. 1610 год, 4 сентября // Собрание государствен-
247


Глава 2
Какое-то время, Ф.К. Плещеев находился в Москве. Но уже 4 октября 1610 г. с сотней ратников он прибыл из столицы в лагерь Сапеги в районе Боровска. Вместе с Плещеевым к Сапеге прибыл казак Мировицкий, доставивший письма от гетмана Жолкевского с указаниями о действиях против Лжедмитрия II86. Не исключено, что отъезд Ф. К. Плещеева из столицы был связан с заговором против поляков, одним из руководителей которого был его троюродный брат Федор Саввинович Плещеев, воевода Серпухова87. До нас дошел ряд документов, являющихся свидетельством близких отношений между ними88. Федор Саввинович мог предупредить Федора Кирилловича о грозящей ему опасности в случае победы заговора. С этого времени Ф.К. Плещеев на несколько месяцев оказывался в орбите изменчивой политики Сапеги.
В октябре - декабре 1610 г. Сапега оживленно переписывался, как с лагерем польского короля, так и с тушин- цами, обосновавшимися в Калуге. После смерти Лжедмитрия II он самостоятельно пытался подчинить Калугу, установил контроль над Перемышлем, Лихвиным, Беле- вым. В этих делах активно участвовал и Ф.К. Плещеев89. Его подпись стоит под грамотами Сапеги в Белев и Одо-
ных грамот и договоров, хранящихся в Государственной коллегии иностранных дел (далее - СГГД). М., 1819. Ч. 2, № 204. С. 441.
86 Дневник Сапеги. С. 241, 243.
87 Поход Сигизмунда III в Россию (1609-1610 гг.) // РИБ. СПб., 1872. Т.  1. Стб. 690-691.
88 Челобитные и письма к гетману Яну Сапеги разных лиц: Федора Плещеева с просьбой дать пристава для охранения его вотчины от разорения Литовскими людьми и казаками. 1608-1609// РИБ. Т. 2. № 171-5. Стб. 697; Отписка суздальских воевод Плещеева и Просовецкого гетману Сапеге... // АИ. Т. 2, № 195. С. 225-226.
8# Отписка жителей Белева гетману Сапеге, о принесении ими повинной, с клятвою служить государю, который будет на Московском престоле. 1610 год, 28 декабря // АИ. Т. 2, № 309. С. 366.
248


Федор Кириллович Плещеев
ев30. Всё более и более увеличивался политический вес Ф.К. Плещеева. Его фактор учитывали и организаторы Первого (Рязанского) ополчения.
В начале 1611 г. он направил письмо князю В.М. Рубцу-Мосальскому и П.П. Ляпунову, в котором сетовал на их неуважительное отношение к гетману Сапеге, полковникам и рыцарству91. В феврале 1611 г. Плещеев извещал из Перемышля Сапегу о приезде гонцов из Тулы от И.М. Заруцкого, которые доставили грамоты. Эти грамоты Плещеев переправил гетману с Афанасием Желябовским и сообщил об отсылке к гетману послов П. П. Ляпунова «о добром деле и о совете». Показательно, что Плещеев называл в письмах Сапегу своим государем, кормильцем и приятелем92. В канцелярии Сапеги получение писем от Заруцкого зафиксировано 24 и 28 февраля 1611 г. А уже 1 марта Ф. Плещеев и А. Желябовский были отправлены в Тулу для переговоров с И. Заруцким93.
В Боярском списке, составленном в начале 1611 г. в лагере ополчения П.П. Ляпунова, Федор Смердов сын Плещеев записан, как и во времена царя Василия Шуйского, стряпчим с платьем. Но напротив его имени значится по-
90 Отписки гетмана Сапеги и Федора Плещеева одоевским воеводам, о возвращении польских и литовских людей, взятых в плен казаками. 1609 год, в конце января // АИ. Т. 2, № 144. С. 166-167. Публикаторы указали 1609 год, но, скорее всего, эти события были в январе 1611 г.
91 Тюменцев И.О., Тупикова  Н.А., Тюменцева Н.Е. Документы русского архива Яна Сапеги: находки 2013-2018 годов // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия История, Регионоведение, Международные отношения. 2019. Т. 24, № 2. С. 48.
92 Отписка Федора Плещеева гетману Сапеге, о намерении Ляпунова и Заруцкого войти в дружеские с ним сношения. 1611 год, в начале февраля // АИ. Т. 2, № 318. С. 375; Козляков В.Н. Герои Смуты. М., 2012. С. 94.
93 Дневник Сапеги. С. 279, 281.
249


Глава 2
мета «с Сопегою»94. Это косвенно свидетельствует о том, что на момент составления списка Федор Кириллович еще находился в Перемышле.
Из Тулы Ф. Плещеев к Сапеге не вернулся, а вступил в ряды Первою земского ополчения. Очередной выбор...
По свидетельству Баима Болтина, Прокофий Ляпунов прислал под Москву Федора Смердова сына Плещеева и Ивана Федорова сына Еропкина. Они заняли Симонов монастырь, в котором находились «многие москвичи с женами и детьми»95.
В источнике, обнаруженном известным польским исследователем Смуты Т. Бохуном, говорится, что братья Плещеевы со своими отрядами первыми подошли к Москве со стороны Замоскворечья 20 марта 1611 г. Они вступили в бой с полком Струся, подошедшим на помощь московскому гарнизону. Но Струсь прорвался в Китай-город96. Вторым «братом» Плещеевым очевидно был Иван Васильевич, коломенский воевода, дальний родственник Федора Кирилловича97.
В конце мая, либо в начале июня 1611 г. отряд под руководством Д.М. Черкасского и Ф.К. Плещеева был
94 Сторожев В.Н. Материалы для истории русского дворянства. Вып. 2: Боярский список 119-го году сочинен до московского разорения при Литве с письма думного дьяка Михаила Данилова // ЧОИДР. 1909. № 3 (230). С. 83 (М., 1908); Лисейцев  Д.В. Приказная система Московского государства в эпоху Смуты. М.; Тула, 2009. С. 128-137.
95 Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных в хронографы русской редакции / собрал и издал А. Попов. М., 1869. С. 350.
96 Бохун Т. Пацификация и пожар Москвы 29 марта - 5 апреля 1611 г. // Мининские чтения. Сборник научных трудов по истории Смутного времени в России начала XVII в. Н. Новгород, 2012. С. 284-285.
97 Эти сведения проясняют появление имени И.В. Плещеева в довольно запутанной записи этого эпизода в Новом летописце. См.: Новый летописец. С. 355.
2S0


Федор Кириллович Плещеев
направлен под Можайск против гетмана Я.П. Сапеги, расположившегося с войсками в городе. Эти уникальные сведения содержатся в послужном списке стремянного конюха Г.Ю. Олтуфьева98. Судя по всему, крупных военных столкновений с сапежинцами под Можайском не было, ополченцы не теряли надежды договориться с гетманом. Все ограничилось посылкой под Борисов сотни Григория Житова и захватом языков99. А уже 16 (26) июня в подмосковный лагерь Сапеги прибыли для переговоров Ф.К. Плещеев, Н.В. Лопухин и С. Толстой. Несомненно, что в числе причин назначения Ф. Плещеева главой посольства были его дружеские отношения с Сапегой. Об этом прямо писал П.П. Ляпунов в сопроводительном письме гетману. Интересно, что в этом документе Ляпунов именовал Ф. Плещеева его тушинским чином окольничего 100. Посланцы ополчения от имени П. Ляпунова предлагали Сапеге либо «действовать за одно и избрать другого царя вместо королевича, которого русские не хотят иметь царем»101, либо уйти из окрестностей Москвы «куда-нибудь в плодородный край и уничтожению тех, которые в столице находятся, чтобы не препятствовали»102. В любом случае руководители ополчения обещали выплатить войску гетмана все жалование. В ответ на это поляки предложили ополченцам распустить войска, дать сапежинцам хлеба, денег и принять на царство королевича Владислава. Плещеев
98 Лисеицев  Д.В. Новые источники о боевых действиях в Замоско- вье в 1609-1612 годах // Смутное время: итоги и уроки. Сборник материалов второй Всероссийской научной конференции. Иваново, 2012. С. 141-157.
99 Лисейцев Д.В. Новые источники... С. 155.
100 Русский архив Яна Сапеги. С. 157-159.
101 Дневник событий, относящихся к Смутному времени (1603- 1613), известный под именем Истории ложного Димитрия (из дневника Будилы) / пер. М. Кояловича // РИБ. T. 1. СПб., 1872. Стб. 245.
102 Дневник Сапеги. С. 301.
251


Глава 2
и другие послы отвечали, что вести переговоры на этот предмет им не наказано, и они должны довести позицию Сапеги до «совета со всею землею Московской». Переговоры закончились безрезультатно. 18 (28) июня послы отправились обратно103.
Чем занимался Федор Кириллович с лета 1611 г. вплоть до осени 1612 г., неясно. Но известно, что его старший брат был на стороне ополчения Кузьмы Минина и Д. Пожарского: сохранилась явочная челобитная суздальского дьяка Фомы Кутепова с жалобой на то, что он был избит Д.К. Плещеевым у суздальского воеводы Р. Пожарского 2 мая 1612 г.104
В октябре 1612 г. Ф.К. Плещеев подписал отписку на Белоозеро о примирении князей Д.Т. Трубецкого и Д.М. Пожарского105. Это свидетельство перехода Ф.К. Плещеева на сторону Второго ополчения и дальнейших политических последствий, связанных с его победой. Обстоятельства этого перехода не прояснены.
В июле 1613 г. Федор Смердов сын Плещеев и Исак Семенович Погожий с «прибыльными людьми» были посланы правительством молодого царя Михаила Романова под Тихвин, при этом И. Погожий подал царю челобитную о местах. И. Погожий не хотел быть вторым воеводой при Ф.К. Плещееве. Местнический спор разрешал боярин князь Б.М. Лыков. Федор Плещеев подал
103 Замятин Г.А. Из истории борьбы Швеции и Польши за Московский престол в начале XVII в.: Падение кандидатуры Карла Филиппа и воцарение Михаила Федоровича // Замятин Г.А. Россия и Швеция в начале XVII века. Очерки политической и военной истории  /  сост. Г.М. Коваленко. СПб., 2008. С. 49-50.
104 Русский дипломатарий. Вып. 9. М., 2003. С. 338.
105 Отписка воевод и ратных людей, стоявших под Москвой, на Белоозеро, о примирении князя Трубецкого с князем Пожарским... с повелением во всем относиться к ним обоим и не верить грамотам одного из них. 1612, октябрь // ААЭ. СПб., 1836. Т. 2. № 215. С. 274-275. Эта грамота была составлена еще до капитуляции польского гарнизона.
252


Федор Кириллович Плещеев
родословную, которая у судей вызвала сомнения. Тот из Плещеевых, от которого Федор Кириллович выстраивал свою «лествицу», согласно Государеву родословцу, считался бездетным. Ф. К. Плещеев оправдывался тем, что описался дьячок составлявший документ. В качестве свидетеля был вызван Матвей Колодкин Плещеев, который подтвердил, что он больше Федора Плещеева «двемя местами, а большова Федорова брата Дмитрия одним местом». Приговор Боярской Думы был в пользу Ф.К. Плещеева, несмотря на некоторую путаницу в его родословной. И. Погожий проиграл этот местнический спор. Думный дьяк Сыдавной Васильев объявил И. Погожему, что «доселева такие люди неродословные, дети боярские, на таких на родословных людей не бивали челом и государя тем не кручинивали»106. В. Б. Кобриным была составлена поколенная роспись потомков Федора Бяконта, которая отчасти подтверждает, что Ф.К. Плещеев стал жертвой путаницы при составлении своей «лествицы»107.
Полк Ф. Плещеева, состоявший из служилых людей разных городов и татар, достиг Устюжны. К этому времени 15 сентября 1613 г. Тихвин был освобожден от шведской блокады отрядами князя С. В. Прозоровского и шурина Ф. Плещеева, Л.А. Вельяминова. А в ноябре Федор Плещеев был назначен воеводой Тихвина108. Он
106 Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время. С. 129- 130.
107 Кобрин В.Б. Материалы генеалогии княжеско-боярской аристократии XV-XVI вв. М., 1995. С. 138-169.
108 Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время. С. 129; Замятин Г.А. «К Российскому царствию пристоят». Борьба за освобождение русских городов, захваченных шведами, в 1613-1614 гг. /сост. А.Н. Одиноков, Я.Н. Рабинович; под ред. Г.М. Коваленко. Великий Новгород, 2012. С. 100-101,  162-163; Дворцовые разряды, по высочайшему повелению изданные II отделением собственной ЕИВ канцелярии (далее - ДР). В 4-х т. СПб., 1850. T. 1. Стб. 91.
253


Глава 2
организовывал активный поиск и захват языков в окрестностях города, координировал действия воинских отрядов вплоть до Олонца, взаимодействовал с войском боярина князя Д.Т. Трубецкого, отправленного для освобождения Великого Новгорода, посылал за подкреплениями, способствовал освобождению из шведского плена захваченного черкасами Матвея Васильевича Прозоровского (будущего зятя)109. В апреле 1614 г. за удачные действия по защите Тихвина Ф.К. Плещеев был пожалован золотым угорским110.
По Боярскому списку 1616 г. Ф.К. Плещеев служил стольником с земельным окладом в 900 четей зем-
109 Отписка воеводы Ф. Плещеева о посылке к Москве четырех полоняников и допрос их в Москве. 1614 // Акты Московского государства, изданные Академией Наук. Разрядный приказ. Московский стол / под ред. Н.А. Попова (далее - АМГ). СПб., 1890. T. 1 (1571-1634). № 52. С. 85-86; Отписка воеводы Ф. Плещеева о присылке к нему от головы Ильи Наумова взятых казаками в бою на Олонце, вместе с Барай мурзою, языков шести человек и об отсылке их в Москву. 1614, февраль // АМГ. T. 1, № 53. С. 86-87; Отписка воеводы Федора Плещеева о побеге атамана Михаила Титова со взятыми под Олонцом языками к Барай мурзе. 1614, февраль // АМГ. T. 1, № 57. С. 93-95; Отписка Якова Павлова, Григория Несветаева да Воина Шипунова о невозможности им с собранными в Пошехонье служилыми людьми пройти в Тихвин из-за действий воровских казаков. 1614, март // АМГ. T. 1, № 64. С. 100; Отписка воевод Ф. Плещеева и В. Неплюева об отсылке ими по государеву указу на Пашу к Тихвинским сидельцам атаманам и казакам в головы Угрима Лупандина. 1614, март // АМГ. T. 1, № 69. С. 106; Отписка воевод Дмитрия Трубецкого с товарищами о приводе к ним атаманом Иваном Микулиным языков немецких людей и об отсылке их в Москву с приложением распроссных речей. 1614, апрель // АМГ. T. 1, № 78. С. 115-116; Отписка тихвинских воевод Федора Плещеева и Василия Неплюева об отсылке ими к Москве языков немецких людей, взятых в бою при селе Высоком под Новгородом атаманом Иваном Микулиным. 1614, апрель// АМГ. T. 1,  №80. С. 119-120; Видекинд Ю. Указ. соч. С. 276.
110 Приходно-расходные книги 7121 -7127 гг. золотых и золоченых денег в Разряде // РИБ. М., 1912. Т. 28. Стб. 764.
254


Федор Кириллович Плещеев
ли и денежным в 130 рублей. Очевидно, пожалование в этот чин произошло ранее, так как в документах, датированных мартом 1614 г. он уже именуется стольником и воеводой111. По предположению А.П. Павлова, Ф.К. Плещеев был близок с князем Афанасием Васильевичем Лобановым-Ростовским, а также являлся активным сторонником избрания на царство Михаила Романова. Вполне вероятно, что именно с этим связано его повышение по службе112.
Его старший брат Дмитрий значится Боярском списке 1616 г. московским дворянином с поместным окладом в 800 четей и денежным в 65 рублей113. Дмитрий Кириллович Плещеев в 1614-1615 гг. побывал в плену у шведов, он находился в войске кн. Д.Т. Трубецкого под Новгородом, где в одном из боев был взят в плен, а в мае 1615 г. освобожден вместе с Ф.В. Левашовым в результате переговоров об обмене пленными114. В 1616 г. за службу в обоих земских ополчениях, новгородскую службу, рану и плен он получил прибавку денежного оклада в 68 рублей. В целом его денежный оклад стал составлять 120 рублей115.
111 Отписка Якова Павлова, Григория Несветаева да Воина Шипунова о невозможности им... пройти в Тихвин... //  АМГ. T. 1, № 64. С. 100.
112 Павлов А.П. Думные и комнатные люди царя Михаила Романова. Т. 1. С. 74.
113 Книга, а в ней писаны бояре, и окольничие и думные люди с денежными оклады, а стольники, и стряпчие и дворяне московские, и дьяки, и жильцы из городов дворяне... 124 году (Боярская книга 1615/1616 г.)// АМГ.  Т. 1,  № 108. С. 140,  144.
114 Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. СПб., 2008. С. 469.
115 Кормленщики Галицкой четверти, их оклады и службы в Смутное время (отрывки): Четвертчики Смутного времени. 1604-1617 гг. (Смутное время Московского государства. Вып. 9) / пред. Л.М. Сухотина // Чтения в обществе истории и древностей Российских (далее - ЧОИДР). 1912. Кн. 2. С. 308.
255


Глава 2
В 1616 г. «по ногайским вестям» ряду воевод было указано находиться для охраны Москвы. За ними были закреплены отдельные участки города. Князю Федору Ивановичу Лыкову-Оболенскому и Федору Кирилловичу Плещееву был поручен участок от Неглинной до Фроловских ворот. В их распоряжение поступало 32 дворянина и сына боярского, 35 служилых иноземцев, 40 юртовских татар, 43 казака атамана Панкрата Гаврилова и 160 стрельцов (всего 316 человек). Плещеев заместничал116 с князем Ф. Лыковым, не стал ездить к нему на съезжий двор и бил челом царю с просьбой дать суд. С аналогичной просьбой к Государю обратился и Ф. Лыков. Бояре приговорили в суде отказать, потому что «он Федор на князя Федора Лыкова бил челом Государю не по делу, тяжетца не по своей мере, а роду своего, от кого пошел, не ведает». Бояре приговорили выдать Федора Кирилловича князю Ф. Лыкову головою. Незадачливого местника на двор к князю было приказано доставить Семену Языкову117.
В 1618-1619 гг. Ф.К. Плещеев служил воеводой Белгорода. Гарнизон города состоял из 805 человек, в том числе из 136 детей боярских, 150 атаманов и казаков, 252 стрельцов, 45 пушкарей и затинщиков. На воеводстве его сменил И. С. Погожий, тот самый, с кем Федор Кириллович успешно местничал в 1613 г.118 А вот Дмитрий Смердов сын Плещеев в 1618 г. участвовал в обороне Москвы от войск королевича Владислава, за что
116 От глаг. замшать (заметить) что, кому - вымещать, отомщать, платить злом за зло (Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4 т. Т. 1. М.: Рус. яз., 1981. С. 606.
117 Книги разрядные по официальным оных спискам (далее - Книги разрядные). T. 1. СПб., 1853. Стб. 200, 208-210; ДР. T. 1. Стб. 228-232,  250-252.
118 Книги разрядные. T. 1. Стб. 543,  660.
256


Федор Кириллович Плещеев
был пожалован разрешением перевести свое поместье в Вологодском уезде в вотчину119.
В июле 1622 г. после получения известий о появлении на границе Московского государства ногайских отрядов, Ф.К. Плещеев с отрядом московских дворян и жильцов был направлен в Каширу. Там в его распоряжение поступали местные дворяне и дети боярские, оставленные для городовой службы. Ф.К. Плещееву была поставлена задача - охранять переправы через Оку вплоть до Серпухова. Ему было указано поддерживать постоянную связь с тульским воеводой князем Василием Щербатым и в случае набега ногайцев сесть в осаду120.
В январе 1623 г. Федор Плещеев назначается вторым воеводой в Тобольск. Первым воеводой служил боярин князь Ю.Я. Сулешов. Кроме того, вместе с воеводами в Тобольск были определены дьяки Г. Мартемьянов, Н. Леонтьев и письменные головы Н. Беглецов, Г. Зловидов121. В 1625 г. им на смену прибыли воеводы боярин князь Д.Т Трубецкой, М.А. Вельяминов, дьяки И. Федоров, С. Угодцкой, головы Б. Лупандин и С. Чаплин122. Как следует из памяти о службе боярина князя Ю.Я. Сулешова в Тобольске, воеводами была проделана колоссальная работа по дозору и описанию сибирских городов и земель, восстановлению налогообложения, реорганизации управления, оптимизации издержек123. В октябре 1625 г. за тобольское воеводство по Государеву именному указу
119 Осадный список 1618 г. // Памятники истории Восточной Европы. T. VIII. М.; Варшава, 2009. С. 35,  169.
120 Книги разрядные. T. 1. Стб. 863-866.
121 Книги разрядные. T. 1. Стб. 927, 1036; ДР. T. 1. Стб. 533-534.
122 Книги разрядные. T. 1. Стб. 1148-1149.
123 Акты, относящиеся к истории Сибири: О службе в Сибири боярина Юрия Сулешова. 1626, в июне // РИБ. СПб., 1884. Т. 8, №11-VII.Ctб. 349-358.
257


Глава 2
Ф.К. Плещеев получил золоченый серебряный кубок и шубу124.
С середины 20-х гг. XVII в. Федор Плещеев фиксируется документами на приемах у царя Михаила Федоровича. 1 октября 1625 г. он присутствовал на праздновании Покрова пресвятой Богородицы125. В феврале 1626 г. Ф.К. Плещеев участвовал в церемонии бракосочетания царя Михаила Федоровича с Евдокией Лукьяновной Стрешневой. Ему было указано идти за санями Государя126. В апреле 1626 г. он сидел за пасхальным столом с Государем127. А1 августа он сидел за царским столом в честь праздника Происхождения честного и животворящего креста Господня в Симоновом монастыре128.
В середине 20-х гг. XVII в. Ф.К. Плещеев из стольников был переведен в московские дворяне. Эта практика носила распространенный характер и, по всей видимости, была связана с достижением определенного возраста129.
В самом начале Смоленской войны, в июле 1632 г. Ф.К. Плещеев получил новое назначение. Ему вместе со вторым воеводой Баимом Болтиным было поручено командование отдельным полком, наступавшим в направлении Новгорода-Северского130. Местом сбора ратных людей, назначенных в полк Плещеева и Болтина, был выбран Севск. Перед началом сбора по царскому
124 Дополнения к Дворцовым разрядам. Ч. 1. М., 1882. Стб. 425- 426.
125 ДР. T. 1. Стб. 752-753.
126 Чин бракосочетания (в списке) царя Михаила Федоровича с девицей Евдокией Лукьяновной Стрешневой. 1626 год, 5 февраля // СГГД. М„ 1822. Ч. 3, № 72. С. 285; ДР. T. 1. Стб. 777.
127ДР.Т.1.Стб.8О2.
128 Записные книги Московского стола. 1626, мая 5-1627, августа 31 // РИБ. СПб., 1884. Т. 9. С. 402.
129 РИБ. Т. 9. С. 473.
130 ДР. Т. 2. СПб., 1851. Стб. 274; Книги разрядные. Т. 2. СПб., 1855. Стб. 378,  382.
258


Федор Кириллович Плещеев
указу воеводе было выдано в Костромской чети государево жалование131. В Разрядных книгах сохранился наказ царя Михаила Федоровича воеводам Федору Кирилловичу Плещееву и Баиму Федоровичу Болтину, данный 9 августа 1632 г. Согласно ему, в подчинение Ф. Плещеева поступали дворяне и дети боярские из Волхова, Карачева, Брянска, Стародуба, Почепа, Рыльска, Новгорода-Северского, Путивля. Баим Болтин должен был возглавить черниговцев, рославльцев, новгород- северских, рыльских и путивльских казаков. Как видим, значительную часть сил Плещеева и Болтина составляли представители дворянских корпораций, центры которых по Деулинскому перемирию были переданы Речи Посполитой. По всей видимости, их назначение именно в полк, действующий «на Севере», было связано с тем, что у них имелись мощные стимулы сражаться за свои города. Интересно, что в полк Плещеева следовало прибыть лишь половине списочного состава дворянских корпораций и казачьих станиц. Вторая половина была оставлена для охраны городов от возможных действий поляков. Собравшись в Севске Ф. Плещееву и Б. Болтину вплоть до получения вестей от боярина М.Б. Шеина из-под Смоленска следовало избегать активных военных действий, ограничив себя проведением агитации среди населения Почепского, Новгород-Северского и Стародубского уездов за переход на сторону Московского государства132. 15 августа 1632 г. Ф. Плещеев и Б. Болтин выехали из Москвы. 23 августа они были в Калуге, из которой на следующий день отправились в Севск133.
131 Память из Разряда в Костромскую четь о выдаче жалования боярину М.Б. Шеину. 1632, июль // АМГ. T. 1, № 348. С. 360.
132 Книги разрядные. Т. 2. Стб. 421-425.
133 Козляков В.Н. Служилые люди России XVI-XVII веков. М.: Квадрига, 2018. С. 321.
259


Глава 2
Ф.К. Плещееву не пришлось принять активного участия в военных действиях. В ноябре 1632 г. он неожиданно умер, а на его место 27 ноября был назначен Иван Федорович Еропкин134.
За Ф.К. Плещеевым в земляном списке 1613 г. значились вотчины старые и те, что ему дано против московских сидельцев из его же поместья, 297 чети, да поместья старого ИЗ чети, да новые дачи, что ему дано при государе во Владимире: из дворцовых сел 506 чети. Ф.К. Плещеев был женат на дочери Игнатия Петровича Совина - Анне. Свою единственную дочь Настасью они выдали замуж за стольника князя Матвея Васильевича Прозоровского, породнившись через него также с княжескими фамилиями Троекуровых и Шуйских. В качестве приданого Ф.К. Плещеев передал зятю купленную им у Ивана Андреевича Кайсарова вотчину - село Чириково в Боголюбском стане Владимирского уезда, в которой числилось 130 четей.
Анна Игнатьевна пережила мужа и скончалась между 28 февраля и 25 апреля 1650 г. Перед кончиной она приняла монашеский постриг и была наречена старицей Анисьей. После ее смерти их с мужем вотчинное владение - половина сельца Васильково с пустошами в Жегаловском стане Владимирского уезда - перешло племяннику Федору Дмитриевичу Плещееву135.
***
Фёдор Кириллович Плещеев времён Смуты предстаёт человеком, который служит. Служит добросовестно, инициативно и ревностно тем, кому присягнул. А уж выбор,
134 Книги разрядные. Т. 2. Стб. 425-428.
135 Записные вотчинные книги Поместного приказа. 1626-1657 гг. М., 2010. С. 916; Памов А.П. Думные и комнатные люди царя Михаила Романова. Т. 1. С. 124, 322.
260


Федор Кириллович Плещеев
кому служить, определялся амбициями Ф.К. Плещеева, оценкой им перспектив своего роста на службе тому, кого он признавал Государём. Поведение суздальских дворян в 1608-1610 гт. в отношениях с Москвой и Тушиным оказалось напрямую связано с решениями Ф.К. Плещеева, которому они доверяли и считали своим лидером. В запутанное время 1610-1612 гг., когда не было однозначного военно-политического центра, Ф.К. Плещеев метался между Сигизмундом III, Первым ополчением, гетманом Сапегой, Вторым Ополчением. Сделав выбор в пользу последнего, а затем, поддержав Михаила Романова на царских выборах, Ф.К. Плещеев попал в комфортную для себя среду службы с предсказуемой логикой решений и назначений.
В основе очерка статья:
Кабанов А.Ю. Служилый человек Смутного времени Федор Кириллович Плещеев // Российская история. 2013. № 6. С. 93-105.
261


Григорий Никитич Орлов
«...изменник Гриша Орлов пройде в Москву» «...дано Григорью Орлову государева жалованья у стола: кубок, шуба атлас золотной на соболех»
Герои данной книги - это, в основной массе, деятели Смутного времени, о которых сохранилось немало сведений в различных источниках. У ряда из них - князя Федора Оболенского, дворян Степана Татищева, Перфилия Секерина, атамана Андрея Просовецкого и др. - отсутствовали на авансцене Смуты полные тёзки, имеющие одинаковые имена и отчества (хотя в отношении Федора Кирилловича Плещеева и Мисюря Соловцова есть проблемы в выяснении отдельных этапов их биографий из- за родственников и однофамильцев). С героем же этого очерка, носившем довольно распространенную фамилию, дело обстоит сложнее.
В Смуту и после неё могло быть несколько Орловых с одинаковыми именем, отчеством. Но по косвенным данным есть основания предполагать, что это был один и тот же человек, совершавший противоположные поступки, высказывавший в разные времена полярные мнения и пр. Поэтому в основе данного жизнеописания лежит авторское убеждение, что все Григории Никитичи Орловы, жившие в России в период Смуты и первые десятилетия после её окончания, упомянутые в различных источниках - одно и то же лицо.
262


Григорий Никитич Орлов
Это определило экспериментальный и новаторский характер данного исследования по созданию наиболее полного и цельного биографического портрета Григория Никитича Орлова.
Ещё одним отличием очерка является его историографический характер. Дело в том, что в разное время исследователи, писавшие о Григориях Никитичах Орловых, практически по каждому эпизоду высказывали разные мнения. И без разбора их, критики одних, развития других - безответственно предлагать авторскую версию биографии Г. Н. Орлова. В силу этого пришлось пожертвовать повествованием в пользу разрешения проблем.
***
В Смутное время известны два рода Орловых. Древнейший - происходил по родословным преданиям от «мужа честна Льва, выехавшего из немцев к Великому князю Василию Дмитриевичу». Его потомок в V-м колене Василий Фролович Орлов и был родоначальником рода Орловых. Он был в XVIII в. внесен в VI-ю часть родословной книги Московской губернии. Из этого рода выводили себя Беклемишевы, Щепотьевы, Змеевы, Щулепниковы, Козловы, Фроловы, Фроловы- Багреевы, Княжнины, Плюшкины - всего десять родов1. Внуки В.Ф. Орлова Василий Тимофеевич Орел (с сыновьями Иваном и Ильей) и Степан Тимофеевич были родоначальниками отдельных ветвей этого рода. Скорее всего, в Смутное время к этому роду принадлежали московские жильцы Иван Леонтьевич Орлов и Семен Васильевич Орлов, а также помещик из Дми-
1 См.: Русский биографический словарь: Обезьяиинов - Очкин. СПб., 1905. С. 319.
263


Глава 2
трова Иван Никитич Орлов, получавшие жалование из Костромской и Галицкой чети2.
Об Иване Никитиче Орлове упоминается в Осадном списке 1618 г., как о жильце, имевшем вотчины в Дмитровском уезде (в Лутосенском стане). Другой жилец Василий Никитич Орлов, раненый в 1604 г., оставался в Москве, когда Борис Годунов посылал войско против Лжедмитрия. Третий жилец Семен Никитич Орлов выставил в этот поход двух конных воинов3. Известно, что некий Григорий Никитич Орлов также имел вотчину в Лутосенском стане Дмитровского уезда.
Составители Осадного списка отмечали, что эти вотчины были предположительно пожалованы Григорию Орлову за московское осадное сидение «в королевичев приход» 1618 г. В качестве источника составители использовали Писцовые книги по Дмитрову (№ 627)4. Предполагаем, что здесь речь идет о будущем воеводе Саратова и Манга- зеи и его братьях. Кроме того, некий Григорий Орлов имел
2 Из Костромской чети получали жалование в апреле 1621 г. «Иван Леонтьев сын Орлов, жилец, оклад 10 руб... Семен Васильев сын Орлов, жилец, оклад 7  руб.». См.: Кормленая книга Костромской чети 1613-1627 годов / публ. А.Н. Зерцалов // РИБ. СПб., 1894. Т. 15. С. 139,  179. Из Галицкой чети получали жалование Иван Орлов из Дмитрова, участник похода князя Д.Т. Трубецкого к Новгороду, старый оклад при Василии Шуйском 8 руб., придача в январе 1615 г. 4 руб. См.: Кормленая книга Галицкой Четверти 7121-25 гг.: Четвертчики Смутного времени. 1604-1617 гг. (Смутное время Московского государства. Вып. 9) / пред. Л.М. Сухотина // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. Скорее всего, именно этот Иван Иванович Орлов получил в 1623 г. от царя Михаила Федоровича жалованную вотчинную грамоту на два сельца в Дмитровском уезде «за Московское осадное сиденье и за многую его службу и правду».
3 Роспись русского войска, посланного против самозванца в 1604 году // Станиславский А.Л. Труды по истории государева двора в России XVI-XVI1 веков. М., 2004. С. 376, 402.
4 Осадный список 1618 г. // Памятники истории Восточной Европы. Том VIII / сост. IO.B. Анхимюк, А.П. Павлов. М.; Варшава, 2009. С. 529.
264


Григорий Никитич Орлов
вотчину в Рязанском уезде. Она, предположительно, была пожалована за московское осадное сидение при Василии Шуйском в 1608-1610 гг.  5
У истоков другого рода Орловых был Лукьян Иванович, владевший в конце XVI в. селом Люткиным Бежецкого уезда Тверской губернии. Его сын, Владимир Лукьянович Орлов, был в 1613 г. губным старостой Бежецкого Верха. «Владимир Лукьянов сын Орлов, дворянин Бежецка, с окладом 22 рубля» получал жалование из Устюжской чети. Это его правнук, Григорий Иванович Орлов, был в середине XVIII в. новгородским губернатором. А 5 его сыновей особо проявились при Екатерине II.
Ранее Григория Никитича Орлова, бывало, относили и ко второму роду. Считалось также, что он был братом Василия Никитича Орлова, погибшего 16 июля 1611 г. при штурме Новгорода шведами и жильца Семена Никитича Орлова. Исследователь рода Орловых граф Владимир Орлов-Давыдов доказывал, что Григорий Никитич и Василий Никитич Орловы - племянники бежечанина Лукьяна Ивановича Орлова6. Однако версия о Григории Никитиче Орлове, как помещике Дмитровского уезда (Подмосковье), более предпочтительна, так как в Бежецком уезде (Новгородская земля) его поместий не обнаружено. И брат его - Иван Никитич - тоже был дмитровским помещиком, как и их брат, Петр Никитич, умерший в 1614 г.
Новейшая публикация родословной росписи Орловых в альманахе «Российская генеалогия», осуществленная Л.Е. Шабаевым, подтверждает данный тезис: «А у Никиты Иванова сына дети: Василей - убит под Новым городом в приход Якова Пунтосова, да Григорей - при
5 Осадный список 1618 г. С. 541.
6 Орлов-Давыдов В. Биографический очерк графа Владимира Григорьевича Орлова. T. 1. СПб., 1878. Приложение 1. С. VI.
265


Глава 2
государе царе и великом князе Михаиле Феодоровиче всеа Руссии на светлыя Христов воскресенья з бояры видел ево государевы очи в комнате, да Иван, Петр - бездетен, да Семен - бездетен, убит под Москвою от литовских людей при царе Василье Ивановиче всеа Руссии»7. Судя по данной родословной можно представить следующую цепочку: Фрол Дмитриевич - Тимофей - Василий Орел - Илья - Иван - Никита, а далее пять сыновей этого Никиты Ивановича Орлова (Василий Григорий, Иван, Петр, Семен).
Впервые в источниках имя Григория Никитича Орлова встречается летом 1611  г. Ещё в 1819 г. была опубликована грамота о пожаловании Григорию Никитичу Орлову поместья князя Д.М. Пожарского8. Но исследователи довольно поздно обратили внимание на эту грамоту. Одним из первых задействовал данный документ С.Ф. Платонов. Говоря о недовольстве Семибоярщины самоуправством московского коменданта Александра Корвина Гонсевского, который не считался с мнением бояр, историк привёл в качестве примера помету Гонсевского «на одной из челобитных о поместье (17 августа 1611 г.), поданной неким Г.Н. Орловым (выделено мной. - авт.) о пожаловании
7 Родословные росписи, поданные в Палату родословных дел в конце XVII в.: выборное московское дворянство (публикация Л.Е. Шабаева) // Российская генеалогия: научный альманах / гл. ред, А.В. Матисон. Вып. 5. М.: Старая Басманная, 2019. № 66 (Родословная роспись Орловых, представленная Никитой Орловым) С. 249-251 (далее - Шабаев Л.Е. Родословные росписи...).
8 Челобитная польскому королю Сигизмунду III и его сыну Великому Государю Королевичу Владиславу Сигизмундовичу от Григорья Орлова: о пожаловании ему во владение поместья в Суздальском уезде сельца Нижняго Ландеха с деревнями, принадлежащаго Князю Дмитрию Пожарскому, за измену его против их Государей. Тут же и жалованная на оное поместье, от имени Бояр, Орлову Грамота (в списке). 1611, Августа 17 // СГГД. СПб., 1819. Ч. 2, № 267. С. 566-567.
266


Григорий Никитич Орлов
ему поместья»9. С.Ф. Платонов оставил без ответа вопрос, чье же поместье хотел получить этот «некий Г.Н. Орлов».
В 1905 г. А.М. Савелов в исследовании о князьях Пожарских указал, что некий Григорий Никитич Орлов получил в 1611 году от польского королевича Владислава поместье князя Дмитрия Михайловича Пожарского Нижний Ландех10. Тогда же и В. Корсакова обратила внимание на грамоту. Она изучила вопрос, где князь Д.М. Пожарский в 1611 г. мог лечиться от ран, полученных в ходе мартовского восстания в Москве и доказывала, что поместье князя Пожарского Нижний Ландех «выпросил себе Григорий Орлов за свою верную службу Сигизмунду». 17 августа 1611 г. Орлов подал челобитную польскому королю и сыну его королевичу Владиславу, чтобы «за измену кн. Дим. Пожарского, который отъехал в воровские полки и ранен, сражаясь с королевскими войсками, когда мужики изменили в Москве, отдано ему поместье кн. Пожарского село Ландех с деревнями. По предложению Гонсевского и по боярскому приговору Нижний Ландех был немедленно укреплен за Орловым (поэтому Пожарский не мог там лечиться в октябре, через два месяца)»11. Хотя В. Корсакова, разбирая этот вопрос, не указала отчества Григория Орлова, на другой странице данной статьи отметила: «В 1621 г. князю Пожарскому выдана подтвердительная царская грамота на его суздальскую вотчину Нижний Ландех и посад Холуй с деревнями; вотчина эта была пожалована ему в 1609 г. царем Василием Шуйским, затем отобрана в 1611 г. и от-
9 Платонов С.Ф. Очерки по истории Смуты в Московском государстве XVI-XVII вв. (опыт изучения общественного строя и сословных отношений в Смутное время). СПб., 1910. С. 588.
10 Савелов JJ.M. Князья Пожарские. М., 1905. С. 10.
11 Корсакова В. Пожарский князь Дмитрий Михайлович // Русский биографический словарь: Плавильщиков - Примо. СПб. 1905. С. 224.
267


Глава 2
дана Гp. Гp. Орлову, (выделено - авт. Отчество названо ошибочно - Григорьевич, вместо Никитича), а в 1613 г. возвращена кн. Пожарскому»12. И сегодня аргументация В. Корсаковой не вызывает возражений.
Вот выдержка из этого документа: «От царя и Великого князя Владислава Жигимонтовича всеа Руси, в Суздалскои уезд, в село Нижнее Ландех (далее перечисляются 40 других населенных пунктов и пустошей, всего 21 деревня, 7 починков и 12 пустошей). Что было то село и деревни и починки и пустоши в поместье за Князь Дмитреем Пожарским, и Князь Дмитреи нам изменил, ныне у воров в полкех, всем крестьяном, которые в том селе и в деревнях и в починках живут и на пустошах учнут житии. Пожаловали есмя тем Князь Дмитреевым поместьем Григорья Никитина сына Орлова его оклад в пять сот четьи, в поместье со всеми угодьи; а по выписи из болшого дворца, за приписью дияка Филиппа Голенищева, 117 году, в том селе и в деревнях и в починках и в пустошах написано пашни и перелогу три ста шестьнатцать четьи в поле, а в дву по томуж. И вы б все крестьяне, которые в том селе и в деревнях и в починках живут, и на пустошах учнут жити, Григорья Орлова слушали, пашню на него пахали, и доход от помещиков платили. Писан на Москве лета 7119, августа в 17 день»13. То есть, Г.Н. Орлов имел поместный оклад в 500 четей. В другом документе, опубликованном всё в том же 1905 г., говорится, что «у выписи Григорей Микитин сын Орлов сказал: оклад де ему поместной 500 чети; а поместья де за ним нет нигде ...По приговору бояр князя Федора Ивановича с товарищи и Александра Ивановича (комендант Гонсевский. - Я. Р.) дать Григорью Орлову княж Дмитреево поместье в Суздале село Ландех с дерев-
12 Корсакова В. Указ. соч. С. 243.
13 Челобитная польскому королю Сигизмунду III... от Григорья Орлова... // СГГД. Ч. 2, № 267. С. 567.
268


Григорий Никитич Орлов
нями 316 чети, о чем бъет челом»14. Обратим внимание в данном документе на отчество - Григорий Микитин (Никитин) сын Орлов.
Впервые на связь между этим помещиком- челобитчиком и будущим воеводой Саратова и Манга- зеи Г.Н. Орловым обратил внимание историк Саратовского университета А.А. Гераклитов, который в статье о воеводах Саратова писал: «... наш Орлов (выделено мной. - авт.) бил челом Владиславу о пожаловании... Просьба эта была уважена, но дальнейшие события помешали Орлову воспользоваться поместьицем изменника, ставшего, прибавим от себя, героем и спасителем России»15.
В следующий раз Григорий Орлов упомянут через год, в период боев под Москвой в августе 1612 г. Григорий Орлов 23 августа 1612 г. провел в Кремль к осажденным полякам Струся и Будилы обоз с продовольствием от гетмана Ходкевича. Сведения об этом читается в Новом летописце, популярном не только в среде историков XVII-XIX вв16. Григорию Орлову (без отчества) посвящена специальная глава «О походе на Москву изменника Гришки Орлова з гайдуки». В ней говорится, как после первого боя 22 августа 1612 г. «...тое же нощи после бою изменник Гриша Орлов пройде в Москву, а с собою приведе гайдуков шестьсот человек, и поставиша их у Москвы у реки на берегу у Егорья в Яндове, а сам пройде в город»17.
14 О пожаловании поместья кн. Пожарского села Нижнего Ландеха Григорию Орлову // ЧОИДР. 1905. Кн. 4. (215). Смесь. № 5. С. 62-64.
15 Гераклитов А.А. Список Саратовских и Царицынских воевод XVII в. // Труды Саратовской Ученой Архивной Комиссии (далее - СУАК). Вып. 30. Саратов, 1913 (далее - Гераклитов А.А. Список воевод). С. 65.
16 Новейшее исследование о Новом летописце см.: Вовина- Лебедева В.Г. Новый летописец: история текста. СПб., 2004.
17 Новый летописец // Полное собрание русских летописей (далее - ПСРЛ) Т. 14 Первая половина. СПб., 1910. С. 125. Гл. 313.
269


Глава 2
В связи с этими событиями имя Григория Орлова стало «общим местом» в исторических трудах. Его упоминали и Н.С. Арцыбашев (привел в сноске данный текст), и С.М. Соловьев («дорогу указывал русский, Григорий Орлов»), и Н.И. Костомаров («московский изменник Григорий Орлов... вошел в город и дал знать осажденным о положении и намерениях Ходкевича»)18. Хотя впервые об этом написал ещё В.Н. Татищев, но эта часть его «Истории» была издана лишь в 1966 г., и не повлияла на историографию19.
Первым из исследователей, кто попытался объединить воедино оба сюжета (пожалования Григорию Орлову поместья Пожарского и прибытие в Кремль польских подкреплений), был П.Г. Любомиров. Он после рассказа о событиях 23 августа («ночью Ходкевичу удалось с помощью русского изменника Гр. Орлова доставить осажденным 600, или 500 по польскому источнику, гайдуков») в сноске предположил: «Не одно ли это лицо с Гр.Н. Орловым, получившем по челобитью на имя Сигизмунда и Владислава поместье Пожарского в 1610 г.»20? Год пожалования по-
18 Арцыбашев Н.С. Повествование о России. В 3 т. Т. 3. М., 1843. С. 322; Соловьев С.М. История России с древнейших времен // Сочинения. В 18 кн. Кн. 4, т. 8. М. 1994. С. 733; Костомаров Н.И. Смутное время Московского государства в начале XVII в. С. 745.
19 Даже после выхода в свет академического издания труда В.Н. Татищева (1962-1968 гг.) ничего не изменилось и к началу XXI века. Современные исследователи недостаточно используют труд В.Н. Татищева применительно к событиям завершающего периода Смуты. Однако стоит привести цитату из труда этого историка, касающуюся событий 23 августа 1612 г.: «В ту же ночь изменник Григорий Орлов провел в Москву от гетмана 600 человек гайдуков, сказав на карауле, якобы по указу воевод ведет пехоту шанцы против города сделать. И поставив их у Егорья в Ендове, сам пошел в город» - см.: Татищев В.Н. История Российская. В 7 т. Т. 6. М.;Л., 1966. С. 362.
20 Любомиров П.Г. Очерк истории нижегородского ополчения (1611-1613 гг.). М., 1939. С. 151.
270


Григорий Никитич Орлов
местья Григорию Орлову у П.Г. Любомирова указан неправильно (надо - 1611 г.).
В дальнейшем, многие исследователи уже уверенно объединяли эти два события. Г.Н. Бибиков: «Врагов провел в Кремль русский изменник дворянин Гр. Орлов, из корыстных соображений заинтересованный в поражении ополченцев и, в частности, в гибели Пожарского: интервенты подарили ему имение кн. Пожарского». В. И. Корецкий: «Ночью изменник Григорий Орлов, получивший от интервентов поместье Пожарского, провел в Кремль 600 гайдуков». Р.Г. Скрынников: «В трудную минуту на помощь Ходкевичу пришла московская семибоярщина и её приспешники. В ставку гетману явился дворянин Григорий Орлов. Прошел год с тех пор, как изменник подал Гонсевскому донос и получил в награду поместье Пожарского. Теперь он не жалел сил, чтобы услужить хозяевам. Орлов взялся провести польский отряд в Кремль»21.
Из этих и других трудов следовало, что Григорий Никитич Орлов, получивший в 1611 г. поместье Д.М. Пожарского, и Григорий Орлов, проведший в 1612 г. польский отряд в Кремль, - одно и то же лицо. Возможно, этот проход в Кремль польского отряда спас от голодной смерти будущего царя Михаила Романова, который вместе с матерью и дядей И.Н. Романовым, одним из лидеров Семибоярщины, находился в Кремле ещё два месяца, вплоть до 26 октября 1612 г.
Образ Григория Орлова запечатлен даже в кинематографе. Артист Л.Н. Свердлин сыграл роль изменника стольника Григория Орлова в известном фильме 1939 г.
21 Бибиков Г.Н. Бои русского народного ополчения с польскими интервентами 22-24 августа 1612 г. под Москвой // Исторические записки. М., 1950. Т. 32. С. 186; Корецкий В.И. Подвиг русского народа в начале XVII в. // Вопросы истории. М., 1970. № 6. С. 105; Скрынников Р.Г. Минин и Пожарский: Хроника Смутного времени. М., 1981. С. 277-278.
271


Глава 2
«Минин и Пожарский» (автор сценария В.Б. Шкловский, консультант-историк В. И. Пичета). В фильме этого предателя, который «всем ворам крест перецеловал, все ищет, кто больше даст», звали Григорий Федорович Орлов. Согласно сценарию, ополченцы Минина и Пожарского перехватили обоз с продовольствием возле Кремля, при этом самого Григория Орлова убил в поединке бывший холоп Роман (артист Б.П. Чирков).
Конечно, этот сюжетный момент фильма нельзя воспринимать как вариант научной версии событий. Стольника Григория Федоровича Орлова в Смутное время источники не упоминают, а обоз с продовольствием и подкреплением для осажденного польского гарнизона сумел войти в Кремль, если верить «Новому летописцу». И помог ему Григорий Никитич Орлов.
Теперь остается выяснить связь этого Григория Никитича Орлова с воеводой Пелыма, Саратова и Мангазеи.
Дворцовые Разряды и Книги Разрядные в 1614- 1618 гг. упоминают второго воеводу в далеком уральском городке Пелыме некоего Григория Орлова. Известно, что новое правительство Михаила Романова не устраивало репрессий по отношению к бывшим сторонникам Семибоярщины и королевича Владислава. В окружении Михаила Романова были и те, кто оказывался на стороне бывших тушинцев. Такая политика умиротворения способствовала прекращению Смуты. Многие бывшие сторонники Владислава получили воеводство в городах Урала и Сибири. Даже боярин Иван Семенович Куракин, который в 1611 г. сражался на стороне поляков и Семибоярщины против ополченцев П.П. Ляпунова, несколько лет был воеводой в Тобольске.
Пелым, крошечная крепость, построенная в начале 1590-х годов на месте центра небольшого Пелымского княжества, стал местом ссылки. Сюда был отправлен ряд
272


Григорий Никитич Орлов
жителей Углича после гибели царевича Дмитрия в 1591 г. Здесь находились несколько лет по приказу царя Бориса Годунова братья будущего патриарха Филарета, Иван Каша и Василий Никитичи Романовы.
О том, что собой представлял Пелым в 1613 г. накануне приезда в этот городок Григория Орлова, о составе гарнизона и укреплениях крепости, мы узнаем из отписки воеводы Федора Годунова в Пермь. Пелым несколько лет не получал хлеба из центральных районов, гарнизон, состоящий из «семидесяти человек детей боярских, литвы и стрельцов», голодал. Воевода писал, что «Пелым место нужное, безхлебное, а запасы сполна на Пельм не дохаживали пятый год, и служивые люди хотят брести врознь». К тому же окрестные вогуличи оказывали неповиновение, поднимали мятежи22.
Скорее всего, Григорий Орлов отправился в Пелым в конце марта 1614 г. после того, как из сибирских городов приехали в Москву местные служилые люди с изъявлением верности новому царю Михаилу Романову. Известно, что 19 января 1614 г. в Москве были награждены два стрельца из Пелыма «за приезд», а 25 марта 1614 г. - сын боярский из Пелыма, черкашенин и 6 стрельцов - «за сибирский приезд»23. В это же время (21 марта 1614 г.) была отправлена в Суздаль по челобитью Григория Орлова грамота. В источнике прямо говорится: «...дана ему ввозная грамота на старое его поместье», а пошлин с Григория Орлова не брать «для сибирские службы»24. Эта запись
22 Отписка Федора Годунова из Пелыми к Пермским воеводам о присылке в Пелым ратных людей против мятежных вогуличей. 1613, март// ААЭ. СПб., 1836. Т. 3 (1613-1645), № 326. С. 479.
23 Приходно-расходные книги Казенного приказа: Расходные книги товарам и вещам. 1613-1614 гг. // РИБ. СПб., 1884. Т. 9. С. 225,  260.
24 Записная беспошлинная книга (12 августа 1613 г. - позднее
19 августа 1615 г.) // Документы Печатного приказа (1613-1615 гг.).
273


Глава 2
свидетельствует о том, что до марта 1614 г. некий Григорий Орлов (отчество не указано) находился в Суздале, а затем был отправлен на службу в Сибирь (в Пелым).
В 1614 г. в Дворцовых Разрядах записано: «В Пелыме воевода Федор Олексеев сын Яскин-Годунов да Григорей Иванов??? (так!) сын Орлова25. На следующий год первого воеводу Пелымского городка заменил Иван Яковлев сын Вельяминов, однако вторым воеводой остался по- прежнему Григорий Орлов (отчество Орлова не упоминается). А.П. Барсуков также указывал, что в Пелыме вторым воеводой в 1614-1618 гг. был Григорий Иванович Орлов. Возможно, это отчество Иванович Орлова смутило А.А. Гераклитова, умолчавшего о пелымском периоде будущего саратовского воеводы26.
Записи о Григории Орлове (без отчества) в Пелыме читаем и за 1616-1618 гг. Лишь в 1619 г., когда война с Польшей уже закончилась, и было подписано Деулинское перемирие, воеводой в Пелыме указан один И.Я. Вельяминов27. По-видимому, Григорий Орлов в 1619 г. был отозван в Москву. Срок сибирской службы для него закончился. Современный исследователь Е.В. Вершинин, используя архивные материалы, неизвестные А.П. Барсукову, увеличил время пребывания Григория Никитича Орлова в Пелыме: «Годунов Федор Алексеевич, Орлов Григорий
М., 1994. С. 353.
25 ДР. T. 1. СПб., 1850. Стб 154 (1614 г.), Стб. 196 (1615 г.), Стб.248 (1616 г.), Стб. 297 (1617 г.), Стб. 350 (1618 г.). См. также: Книги разрядные.  Т. 1.СП6., 1853. Стб. 81 (1615 г.), Стб. 197 (1616 г.), Стб. 407 (1617 г.), Стб. 545 (1618 г. - здесь впервые вместо слова «город» записан «острог»).
26 Гераклитов А.А. Список воевод. С. 65; Барсуков А.П. Списки городовых воевод и др. лиц воеводского управления Московского государства XVII столетия по напечатанным правительственным актам. СПб., 1902. С. 534.
27 В 1619 г. воеводой в Пелыме указан только И.Я. Вельяминов. См.: ДР. T. 1. Стб. 427; Книги разрядные. T. 1. Стб. 663.
274


Григорий Никитич Орлов
Никитич ( 1613-1616); Вельяминов Иван Яковлевич, Орлов Григорий Никитич (1616-1620)»28. То есть, Григорий Никитич Орлов находился в Пелыме 7 лет (1613-1620). Но исследователь Д.В. Лисейцев обнаружил в РГАДА челобитную Г.Н. Орлова от февраля 1614 г., когда тот находился еще в Москве. В своей челобитной Г.Н. Орлов просил о временном отпуске со службы его брата, И.Н. Орлова. Поводом для прошения стала кончина их младшего брата Петра. 7 февраля 1614 г. прошение было удовлетворено - И.Н. Орлова отпустили ради погребения брата на три недели. Сам Д.В. Лисейцев считает, что в Пелыме с 1613 до 1620 г. был воеводой не Григорий Никитич, а его «однородец» Григорий Иванович Орлов, который «отличился» до этого в событиях августа 1612 г. под Москвой, за что был надолго отправлен в Сибирь29. Однако, если не с 1613 г. (как считает Е.В. Вершинин), то с лета 1614 г. Григорий Никитич Орлов находился в Сибири. Похоронив младшего брата, он, в конце марта 1614 г., получив ввозную грамоту на прежнее поместье, отправился к новому месту службы. Он успевал приехать в Пелым еще в июне 1614 г., т.е. в 122 году, как указано в источниках. Для такой гипотезы есть основания в источниках.
Судя по Сибирскому своду, воеводы в Пелыме с 1619 г. до 1620/1621 г., когда из Москвы приехал Петр Никитин сьш Вельяминов, менялись часто: «На Пелыме князь Никита Волхонской. И князь Никита на Пелыме умре. И на ево место посыланы из Тобольска дети боярские Максим Язонской да тюменской Стефан Молчанов, и были они на Пелыме немногое время. А наехал на их место из То-
28 Вершинин Е.В. Воеводское управление в Сибири (XVII век). Екатеринбург, 1998. С. 165.
29 Лисейцев Д.В. Новые сведения о саратовских воеводах первой трети XVII века // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия История, Международные отношения. 2016. Т. 16, вып. 3. С. 329-335 (330)
275


Глава 2
больска ж послан сургутской воевода Иван Федоров сын Зубатово. А на ево место из Москвы прислан воевода Петр Никитин сын Вельяминов». Именно при П.Н. Вельяминове в 1621 г. сгорел первый Пелымский город, в пожаре погибли многие документы, а потому и возникла путаница в именах пелымских воевод. В Сибирском летописном своде (так называемой Книге записной) говорится, что в Пелыме вместе с воеводой Ф.А. Годуновым был в 122 и 123 г. некий Григорий Никитин сын Суржов (?), а при воеводстве в Тобольске боярина кн. И.С. Куракина (был в Тобольске с 1616 до 1620 г.) в Пелыме указаны воеводы «Иван Яковлевич Вельяминов да Григорей Никитин (!) сын Орлов»30.
В родословной росписи Орловых также говорится о воеводстве Г.Н. Орлова в Пелыме: «Во 127-м году при великом государе царе и великом князе Михаиле Феодоровиче всеа Руссии пожалован Григорей Микитин сын Орлов в Сибире на Пелыне воеводою»31
Приведем еще один источник. В Дополнениях к Дворцовым разрядам указано, что 17 февраля 1619 г. в Москве был награжден сукном литовский десятник Богдан Волощенин, прибывший из Пелыма. Награжден он был за «службу, что он пашню завел на Пелыми, в таборах, государевыми пашенными крестъяны»32. Такое хозяйственное дело в Пелыми, естественно, не могло обойтись без участия воеводы. В дальнейшем мы увидим, что так же
30 Сибирский летописный свод (Книга записная): Сибирские летописи. Ч. 1. Группа Есиповской летописи // ПСРЛ. Т. 36. М.: Наука, 1987. С. 144,  145.
31 Шабаев  Л.Е. Родословные росписи...//Российская генеалогия. Вып. 5. С. 250.
32 Дополнения к Дворцовым разрядам по поручению графа Дмитрия Николаевича Блудова собранные из книг и столбцов прежде- бывших дворцовых приказов архива Оружейной палаты Иваном Забелиным. Ч. 1. М., 1882. Стб. 155.
276


Григорий Никитич Орлов
действовал Григорий Орлов на воеводском посту в Мангазее - инициативный, умный администратор. Так что заведение пашни в Пелыме - это его рук дело, и осуществив данное мероприятие, воевода отправил с донесением в Москву одного из служилых людей - литовского десятника.
Сведений о том, где находился Григорий Никитич Орлов в 1620-1623 гг., пока не обнаружено. В 1624 г. его можно было «застать» в Москве. В «наличном» боярском списке 1624 г. он указан московским дворянином. Из поздних источников известно, что у него был в то время поместный оклад 700 четей и денежный - 40 рублей33.
В течение 1625-1626 гг. Григорий Орлов дважды упоминается в Дворцовых разрядах, участвует в различных придворных церемониях. 31 мая 1625 г., когда Михаил Федорович отправился в Троицкий поход (традиционное паломничество царя и его окружения в Троице-Сергиев монастырь), то ночевать во дворце «в верху, в государевом дворе» с боярами Федором Шереметевым и Андреем Сицким вместе с другими московскими дворянами был записан Григорий Никитич Орлов. Аналогичную запись мы читаем 26 апреля 1626 г., когда Григорий Орлов оставался дневать и ночевать на государевом дворе вместе с боярином А.Ю. Сицким (записан последним в списке московских дворян)34.
Вскоре после возвращения царя из паломничества Г.Н. Орлов получил назначение воеводой в Саратов. Туда он прибыл, по-видимому, уже летом 1626 года. Граф Владимир Орлов-Давыдов, а также авторы Славянской энциклопедии, ведут биографию этого воеводы, начиная
33 «Наличный» боярский список 1624 года / публ. Е.Н. Горбатова // Российская генеалогия: научный альманах. Вып. 3. М.: Старая Басманная, 2018.424 с. С. 71-102 (С. 86).
34 ДР.Т. 1.Стб.701,819.
277


Глава 2
с Пелыма. Приведем запись из Славянской энциклопедии: «Григорий Никитич Орлов был воеводой в Пелыме (1614-1619), Саратове (1624-1633) и Мангазее (1633- 1640)»35. В Русском биографическом словаре А. А. Половцова Г. Н. Орлов перед Саратовом вместо Пелыма оказывается воеводой где-то в Польше, откуда прибывает в Саратов: «Впервые упоминается в 1615 году, когда был воеводой в Польше; в 1620 г. он был отозван из Польши, а в 1626 г. мы находим его уже на воеводстве в Саратове»36.
В Саратове Г.Н. Орлов сменил прежнего воеводу Ф.И. Чемоданова и оставался там до 1630 г., пока туда не был назначен Степан Чемесов37. По сравнению с крошечным зауральским Пелымом Саратов был уже относительно крупным городом на оживленном водном пути. Его постоянный гарнизон насчитывал в 1626 г. около 380 человек. Предоставим слово источнику: «На Саратове Федор Иванов сын Чемоданов; и Федору велено ехати к Москве, а на Саратов послан Григорий Микитин сын Орлов, а с ним: детей боярских 18 ч., пушкарей 4 ч, воротников 2 ч., толмач 1 ч., вож 1 ч., с головою да  с 3 человеки сотники конных и пеших  350 ч. стрельцов»38. Кроме постоянного гарнизона в Саратове в 1626 г. к моменту приезда воеводы Г.Н. Орлова находились на годовой службе ещё 100 стрельцов: «из Еранска (30), из Кузмодемьянска (40), с Уржума (30) с сотником 100 ч. стрельцов пеших»39. На
35 Славянская энциклопедия...  17 век. Т. 1. С. 85; Орлов- Давыдов В. Указ. соч. Приложение 1. С. VI.
36 Орлов Григорий Никитич // Русский биографический словарь: Обезьянинов - Очкин. СПб., 1905. С. 354.
37 Авторы Славянской энциклопедии ошибочно «раздвинули» хронологические рамки пребывания нашего героя в Саратове до 1633 г.: Славянская энциклопедия... 17 век. Т. 1. С. 85.
33 Книги разрядные. T. 1. Стб. 1250.
39 О количестве годовальщиков из Козьмодемьянска и Яранска см.: Книги разрядные. T. 1. СПб. 1853. Стб. 1252-1253.
278


Григорий Никитич Орлов
следующий год (1627 г.) состав гарнизона Саратова не претерпел никаких изменений40.
Во время пребывания в Саратове Григорию Орлову не раз приходилось встречать и провожать различные посольские караваны из Москвы в Персию и обратно. В 1627 г. в Саратове останавливались по пути из Астрахани в Казань возвращавшиеся из Персии (через Терский городок и Астрахань) русские послы князь Григорий Тюфякин и ещё один, будущий, воевода Саратова Григорий Феофилатьев. Год спустя по пути из Москвы в Персию Саратов посетили русские послы Андрей Осипович Плещеев и дьяк Микифор Талызин41. Эти посольские караваны доставляли немало хлопот саратовскому воеводе, отвечавшему за их безопасность. Тогда же через Саратов проплывали, возвращаясь с Кавказа в Москву, терские воеводы князь Василий Петрович Щербатый и Степан Лазаревич Татищев, прадед одного из первых крупных русских историков В.Н. Татищева.
Первым помощником воеводы Григория Орлова был стрелецкий голова Микифор Кошелев42.
Вскоре воеводе Орлову и его воинам предстояли тяжелые испытания. Жизнь Саратова и округи не была спокойной. Совершали набеги ногайские татары, все чаще стали появляться на волжских берегах калмыки. Состав гарнизона Саратова в 1628 г. значительно поредел. Стрельцов теперь насчитывалось только 300 человек (100 конных и 200 пеших), детей боярских осталось 15 человек. Кроме того, на годовой службе теперь находилась сотня стрельцов из других городов: из Чебоксар (50
40 Состав гарнизона Саратова в 1627 г. см.: Книги разрядные. T. 1. Стб. 1355,  1358,  1359.
41 Об этих посольствах впервые написал В.Н. Татищев. См.: Татищев В.Н. История Российская. В 7 т. Т 7. Л., 1968. С. 167-168.
42 Гераклитов А.А. Список воевод. С. 65.
279


Глава 2
чел.), Цывильска (15 чел.), Кокшайска (15 чел.), Царева- Кокшайского (20 чел.)43.
О том, что произошло в Саратове в 1627-1628 гг., известно из двух документов Разрядного приказа. В челобитной воеводы И.М. Вельяминова, просившего наградить его за службу в Мценске во время Смоленской войны, указано на прецеденты. В качестве примера аналогичных награждений дьяки Разрядного приказа привели случай с награждением шубами Федора Бутурлина и Григория Орлова. В челобитной тульских воевод И. И. Ромодановского и Б. С. Колтовского в качестве положительного примера тоже приведен случай с награждением шубой Григория Орлова (а также других воевод, но их награждения были более скромные). Впервые о награждении Григория Орлова писали в 1893 г. авторы Саратовской летописи Ф.В. Духовников и Н.Ф. Хованский44.
Текст в обоих документах, где говорится о награждении воеводы Орлова, идентичен: «Григорий Никитин сын Орлов был на государеве службе в Саратове и татар побил, и по памяти из Казанского дворца, за приписью дьяка Ивана Болотникова, за ту Саратовскую службу дано Григоръю Орлову государева жалованья у стола: кубок, шуба атлас золотной на соболех в 89 рублей, 28 алтын, да поместные придачи к старому его окладу, к 700 четьям, 200 четей, денег к 40 рублям 40 рублей»45. В Книгах Разрядных о на-
43 Книги разрядные. Т. 2. СПб., 1855. Стб. 87-91.
44 См:. Духовников Ф.В., Хованский Н.Ф. Саратовская летопись // Саратовский край, исторические очерки, воспоминания, материалы. Вып. 1. Саратов, 1893. С. 25. В публикации есть неточности: 1 ) воеводство Григория Орлова в Саратове указано только под 1626 и 1627 годами, хотя он служил в этом городе до 1630 г.; 2) годовое жалование ему дано не 40 рублей, а фактически 80 рублей, т.к. из текста документа следует, что Григорий Орлов получил придачу к старому окладу в 40 рублей еще столько же.
45 Дело по челобитью Ивана Матвеевича Вельяминова о пожаловании его за службы. Апрель 1633 г. // АМГ. T. 1, № 515. С. 491; См.
280


Григорий Никитич Орлов
падении татар на Саратов и о награждении воеводы ничего не сказано. Когда именно произошло это награждение, а тем более, когда воевода Орлов «татар побил», при каких обстоятельствах, в этих источниках не говорится46.
Скорее всего, татары в 1628 г. внезапно подступив к Саратову, попытались захватить и разграбить город. Но распорядительность воеводы Г.Н. Орлова позволила и организовать оборону, и даже нанести поражение противнику. И в июне 1628 г. воевода уже сам организовал поход против татар, поручив его своему помощнику - стрелецкому голове Микифору Кошелеву. В документе от 7 сентября 1628 г. говорится: «Сентября в 7 день, по Государеву (т.) указу, по памяти за приписью дьяка Ивана Болотникова, в приказ Казанского дворца, к боярину ко князю Дмитрею Мамстрюковичю Черкаскому да к дияком к Ивану Болотникову да к Ивану Грязеву, 10 арш. камки куфтерю лазоревого, по 30 по 5 алт. аршин; а из Казанского дворца послати та камка, Государева жалованья, на Саратов, Саратовскому голове стрелецкому Микифору Кошелеву, за службу, что он Микифор в прошлом во 136 году47 в июне посылан был с Саратова, а с ним Саратовские ратные люди, дети боярские и сотники стрелецкие, и стрелцы, и казаки, на Крымскую сторону, в степь, за Нагайскими людми и сшедчи, они, Нагайских татар в степи, побили, и взяли в языцех, и привели на Саратов Нагайских дву мурз да сорок четыре человеки татар»48.
также: Дело по челобитью Ивана Ромодановского и Бориса Колтовского о придаче им за Тульскую службу поместных и денежных окладов. Октябрь 1633 г. // АМГ. T 1, № 573. С. 538.
46 Дьяк Иван Болотников был одним из руководителей Приказа Казанского Дворца свыше 10 лет до декабря 1631 г., поэтому его «припись» не поможет установить точную дату награждения Григория Орлова.
47 Новый год в России XVII в. начинался с 1 сентября.
48 Дополнения к Дворцовым разрядам по поручению графа Дмитрия Николаевича Блудова собранные из книг и столбцов прежде-
281


Глава 2
В родословной росписи Орловых также можно найти данный сюжет: «Во 136-м году на Саратове воеводою и побил крымских мурз и татар, два человека мурз и дватцать два человека татар прислал к Москве»49.
Однако быть пожалованным и получить эту милость в XVII в. не означало одно и то же. С такой ситуацией Г.Н. Орлов столкнулся после возвращения в Москву. И потому им была подана челобитная в августе 1631 г. (нормой в административной системе Московского государства было неотлучное пребывание воеводы в управляемом городе; просить о пожаловании за службу он мог лишь после возвращения в столицу). В челобитной говорилось, сколь много хлопотал Г.Н. Орлов, писал в Казанский приказ, Разряд, Устюжскую четверть (он был четвертчиком этой четверти), чтобы получить причитающееся ему жалование50.
За свои заслуги воевода Григорий Орлов был награжден кубком, шубой, придачей к поместному окладу, прибавкой к жалованию. Такие высокие награды в те годы давались редко. Известно, что такой награды за пять лет завершающего этапа Смуты (1613-1618) удостоились всего 30 человек. Саратовский краевед В.Н. Семенов, указав на «старые вины» Г.Н. Орлова, связанные с челобитной королю Сигизмунду о пожаловании ему поместья кн. Д.М. Пожарского, считал, что тем самым Григорий Никитич «бросил на себя тень этой челобитной». Исследователь справедливо подметил, что Григорий Орлов, «вероятно, сильно старался загладить свою вину усердной службой Романовым», и во времена воеводства в Саратове
бывших дворцовых приказов архива Оружейной палаты Иваном Забелиным. Ч. 1. М., 1882. Стб. 533-534.
49 Шабаев  Л.Е. Родословные росписи...//Российская генеалогия. Вып. 5. С. 250.
50 Лисейцев  Д.В. Новые сведения о саратовских воеводах... С. 330.
282


Григорий Никитич Орлов
это ему удалось, «судя по государевому пожалованью из кубка, шубы, денег, земли»51.
Возможно, многие московские дворяне завидовали удачливому воеводе. Не связана ли запись об изменнике Григории Орлове в Новом летописце, который был составлен в эти годы при дворе патриарха Филарета, именно с этим отношением?
В 1629 г. воевода Г.Н. Орлов организовал большой поход против воровских казаков, руководил которым его помощник Н.М. Кошелев. А. А. Гераклитов отмечал: «В бытность саратовским воеводой Г.Н. Орлов отличился в походе на татар, за что был пожалован государем. Его сослуживец, стрелецкий голова Никифор Михайлович Кошелев тоже был жалован за удачный поход на воровских казаков в 1629 г.»52. В грамоте говорится, что «Микифор Кошелев» пожалован «за казачью за волжскую службу». Будучи на Саратове у стрельцов в головах, он «послан был с Саратова на Волгу на воровских казаков. И в той посылке шед на Волге, воровских казаков на голову побил и, языков взяв, в Саратов привел». Стрелецкий голова Н.М. Кошелев получил «10 аршин камки куфтерю червленого» (особый вид шелковой ткани с узором) ценой 12 рублей, что соответствовало трем годовым окладам рядового стрельца53. Это было уже второе награждение Н.М. Кошелева, первого помощника воеводы Г.Н. Орлова.
В 1629 г. состав гарнизона Саратова остался почти без изменения. Мы по-прежнему видим здесь воеводу Г.Н. Орлова, а с ним 18 детей боярских, 4 пушкаря, 2 во-
51 Семенов В.Н. Начальные люди Саратова. От первого воеводы до последнего первого секретаря. Саратов, 1998. С. 34.
52 Гераклитов А.А. Список воевод. С. 65.
53 Акимова Т.М., Ардабацкая А.М. Очерки истории Саратова (XVII и XVIII век). Саратов, 1940. С. 13.
283


Глава 2
ротника, 300 стрельцов и т.д. Однако 100 пеших годовальщиков теперь прибывают в Саратов из Свияжска (20 чел.), Козмодемьянска (20 чел.), Чебоксар (30 чел.), Цивильска (20 чел.), Царево-Кокшайска (10 чел.)54.
Несмотря на победу над татарами, Саратов, как крепость, вероятно, пострадал от нападения. Укрепления показались ненадежными и недостаточными. Были приняты меры для усиления саратовской крепости. Но это предстояло делать уже другому воеводе Саратова, Степану Васильевичу Чемесову. Сам Григорий Орлов находился с 1630 г. далеко от Саратова55. А. А. Гераклитов завершение саратовской службы Г.Н. Орлова отнес к апрелю 1630 г. Источником для него послужила разрядная запись о Степане Чемесове: «Послан в 128 г. в апреле». Однако, между отправкой нового воеводы из Москвы и его прибытием в Саратов могло пройти более месяца. Учитывая ледовую обстановку на Волге и другие факторы, прибытие Степана Чемесова в Саратов, передача дел этому новому воеводе и отъезд из города Григория Орлова следует отнести к июню 1630 г. В Москву Григорий Орлов вернулся в конце лета.
Весной 1631 г. московский дворянин Григорий Орлов был включен в «список дворян и дьяков, которых государь... пожаловал, велел свои государевы очи видеть на праздник, на Светлое воскресенье, апреля в 10 день». 17 мая 1631 г. Г.Н. Орлов в числе многих других представителей государева двора встречал шведского посла Антония Мониера (правда, в обоих случаях Орлов был записан последним в списке московских дворян)56.
54 Книги разрядные. Т. 2. Стб. 192-197.
55 Сведения о новом воеводе Саратова и о составе гарнизона в 1630 г. включая 456 человек «для острожного дела на время, покаместа острог сделают», см.: Книги разрядные. Т. 2. СПб., 1855. Стб. 288.
56 ДР. Т. 2. СПб., 1851. Стб. 847, 211.
284


Григорий Никитич Орлов
В августе того же 1631 г. Г.Н. Орлов получил новое ответственное поручение. Его отправили с ратными людьми в Азов на Дон встречать государевых послов Андрея Савина и дьяка Михаила Олфимова, а также турецкого посла «Мурат салтана царя Ахмет агу» и провожать его от Азова до Воронежа. Князь Иван Михайлович Борятинский вместе с Григорием Орловым должны были оберегать посла во время поездки в Москву от казацкой вольницы и всякой «голытьбы». Лишь накануне «командировки» Г.Н. Орлов сумел получить причитающееся ему пожалование. В родословной росписи Орловых говорится, что эта служба была в 139 (1630/1631) г., однако к этому году относится только назначение на службу, а фактически все события происходили уже в следующем 140 (1631/1632) году: «И во 139-м году был в посылках на Дону с ратными людми»57.
В начале сентября 1631 г. Григорий Орлов убыл из Москвы в Воронеж. Сохранилось подробное описание этого похода. Известно о составе отряда, о жалованье личному составу, о том, где делались струги, кому и сколько предназначалось кораблей (Григорию Орлову - 4 струга, а всего в эту донскую посылку сделано 142 струга). 28 сентября 1631 г. эта речная флотилия вышла из Воронежа и рекой Доном направилась к Азову58.
Посол султана Мурата Ахмет Ага в сопровождении такой внушительной охраны, возглавляемой Борятинским и Орловым, беспрепятственно прибыл речным путем из Азова до Воронежа до завершения осенней навигации. После отдыха в Воронеже уже по зимнему пути посол со свитой отправился в Москву. В Москве встречали турецкого посла 21 февраля 1632 г., «а встреча была послу большая,
57 ШабаевЛ.Е. Родословные росписи...  //  Российская генеалогия. Вып. 5. С. 250.
58 ДР.Т. 2. Стб. 241,  850-855.
285


Глава 2
дворяне и стольники и всяких чинов люди»59. После выполнения такого поручения Григорию Орлову предстояла трудная и далёкая служба в Сибири.
В 1632 г. началась Смоленская война России с Польшей, однако Г.Н. Орлов в ней не участвовал. В конце 1632 г. он был назначен воеводой в далекую северную Мангазею. Вернётся он откуда лишь в 1635 г., уже после окончания этой неудачной войны.
Автор статьи о Г.Н. Орлове в Русском биографическом словаре некий «Е. Л. (Лихач?)» привел «точные» даты, связанные с назначением нашего героя воеводой в Мангазею: « 16 мая 1633 г. Орлов был назначен воеводой в Мангазею, откуда отозван 2  5мая 1635 г.»60 Если вторую дату условно можно принять (отъезд в Москву из соседнего с Мангазеей Туруханска), то по отношению к первой дате у исследователей имеются вопросы.
Е.В. Вершинин выяснил, что Г.Н. Орлов был назначен в Мангазею 11 октября 1632 года61. Дорога из Москвы до Мангазеи занимала, как минимум, 2-3 месяца, поэтому к новому месту службы Григорий Никитич прибыл, по- видимому, лишь в январе 1633 года. Авторы Славянской энциклопедии «оставили» Г.Н. Орлова в Мангазее вплоть до 1640 года. А.П. Барсуков, наоборот, считал, что уже в 1633 г. Григорий Орлов уехал из Мангазеи62. В обоих случаях даты отъезда Григория Орлова из Мангазеи указаны неверно. Если Григорий Никитич уехал из Мангазеи
59 ДР. Т. 2. Стб. 250.
60 Е.Л. Григорий Никитич Орлов // РБС Половцова. Обезьянинов - Очкин. СПб., 1905. С. 354.
61 Вершинин Е.В. Воеводское управление в Сибири. С. 162.
62 РБС Половцова. Обезьянинов - Очкин. СПб., 1905. С. 354; Славянская энциклопедия. С. 85; Барсуков А.П. Списки городовых воевод и др. лиц воеводского управления Московского государства XVII столетия по напечатанным правительственным актам. СПб., 1902. С. 534.
286


Григорий Никитич Орлов
в конце 1633 г., то не в Москву, а в соседний Туруханск. Кроме того, новый воевода приехал в Мангазею на смену Григорию Орлову в 1635 г. Известно, что в августе 1633 г. тобольский архиепископ Макарий писал в Мангазею Григорию Орлову о рождении царевича Ивана Михайловича63.
Первым помощником нового воеводы в Мангазее был дьяк Василий Елизарьевич Атарской, получивший назначение вместе с Г.Н. Орловым. Правительство после конфликта в Мангазее воевод Андрея Палицына и Григория Кокорева, которым были даны неопределенные властные полномочия (так называемое Мангазейское сыскное дело), решило отныне посылать в этот город вместо второго воеводы дьяка. Приняв дела от прежних мангазейских воевод Василия Давыдова и Дмитрия Клокачева, Г.Н. Орлов оставался здесь два с половиной года. В состав гарнизона города входили стрелецкий сотник, 88 стрельцов, 4 человека черкас64. Город имел довольно внушительный посад, где жили промышленные люди. Некоторые подробности пребывания Орлова в Мангазее привел С.В. Бахрушин. Он описал жизнь в «златокипящей Мангазее» в этот период65.
К воеводе Григорию Орлову «били челом» промышленники, ходившие на промыслы из Мангазеи на Енисей и на Тунгуску, чтобы в тех местах, где есть пашенные угожие места, поселиться и завести пашню. Воевода Орлов
63 Отписка Сибирского и Тобольского архиепископа Макария в Мангазею воеводе Григорию Орлову. 1633, август // СГГД. Ч. 3, № 96. С. 339-340.
64 Книги разрядные. Т. 2. Стб. 751. О воеводах в Мангазее до Г.Н. Орлова см.: Книги разрядные. Т. 2. Стб. 690. В те годы во многих городах Сибири в составе гарнизонов были небольшие отряды черкас (запорожских казаков), в конце Смуты перешедших на сторону Михаила Романова, в том числе - из полка Ждана Конши.
65 Бахрушин С.В. Научные труды. М., 1955. Т. 3.
287


Глава 2
и дьяк Атарский без царского указа не могли этого разрешить (опасно было пускать русских колонистов в «угожие соболиные места», откуда поступал в те годы в казну лучший соболь). Однако, после возвращения в Москву, Григорий Орлов, выступая в качестве эксперта, дал довольно обстоятельные показания по этому вопросу. Он заявил в Казанском приказе, что никакого зверя в окрестностях Мангазеи нет (другие бывшие мангазейские воеводы Давыдов и Клокачев «отозвались неведением», боясь ответственности). Вскоре последовал указ об отводе этой земли под пашню (раньше хлеб привозили в Сибирь из центральных районов страны)66. Начиналось врастание России в Сибирь, трудами Г.Н. Орлова.
Мангазейские жители выбирали на год заказного целовальника, главной функцией которого был сбор денег с мирских людей на «государевы неокладные расходы». Григорий Орлов обнаружил, что заказные целовальники эти деньги на всякие мирские расходы хранили у себя, а не в съезжей избе. Орлов потребовал, чтобы все денежные сборы отныне сосредотачивались в съезжей избе, и установил жесткий контроль за расходованием мирских денег. Пытаясь пресечь расточительство, казнокрадство и кумовство, Орлов сам стал распоряжаться мирскими деньгами. Их по-прежнему собирали выборные целовальники, а затем приносили в съезжую избу, где записывали в приходные и расходные книги. С. В. Бахрушин отмечал, что после возвращения в Москву Орлов «хвалился, что благодаря передаче денег в съезжую избу была достигнута громадная экономия». В дальнейшем правительство передало мирские сборы в таможенную избу, а не в съезжую, как того хотел воевода. Это указание привез в Мангазею
66 Бахрушин С.В. Сибирские слободчики (из истории колонизации Сибири) // Бахрушин С.В. Научные труды. М., 1955. Т. 3. С. 216.
288


Григорий Никитич Орлов
новый воевода, прибывший на смену Орлову. Теперь воевода ставился под контроль таможенного головы67.
В 1634 г. Григорий Орлов перенес свою резиденцию из Мангазеи в Туруханское зимовье, где обычно проходили стихийные ярмарки. Здесь постепенно вырастала «новая Мангазея», которая поддерживала связь с Сибирью более удобной дорогой через Енисейск, а не через Тобольск. С. В. Бахрушин отмечал: «Ещё в 30-х годах умный и вдумчивый (но не пользовавшийся почему-то доверием правительства) администратор, мангазейский воевода Гр.Н. Орлов пробовал было перенести воеводскую резиденцию на Турухан, и хотя его очень дельное и отлично мотивированное мнение по этому вопросу было отвергнуто в Москве, сама жизнь была сильнее царских указов»68.
В 1635 г. в Мангазею прибыл новый воевода Борис Иванович Пушкин и дьяк Пятой Спиридонов. В Книгах разрядных записано: «В Мангазее Григорей Микитин сын Орлов да дьяк Василий Айтарский, и Григорей и дьяк Василий отпущены к Москве, а в Мангазею послан Борис Иванов сын Пушкин да дьяк Пятой Спиридонов, а с ними сотник стрелецкий, 4 чел. черкас, 88 чел. стрельцов, всего всяких людей... чел.». После передачи всех дел (она прошла без эксцессов) Григорий Орлов уехал в Москву69. Если принять во внимание, что Б. И. Пушкин и дьяк П. Спиридонов получили назначение 21 января 1635 г.70, то смена воевод в Мангазее могла произойти в апреле-мае, а возвращение Г.Н. Орлова в Москву следует отнести к концу лета 1635 года.
Однако отдыхать в столице ему пришлось недолго. Уже в 1637 г. он был отправлен в Тульский Большой полк.
67 Бахрушин С.В. Мангазейская мирская община в XVII в. // Бахрушин С.В. Научные труды. М., 1955. Т. 3. С. 303-307,  325-326.
68 Бахрушин С.В. Легенда о Василии Мангазейском // Бахрушин С.В. Научные труды. М., 1955. Т. 3. С. 339.
69 Книги разрядные. Т. 2. Стб. 830.
70 Вершинин Е.В. Воеводское управление в Сибири. С. 162.
289


Глава 2
После взятия казаками Азова71 и угрозы войны со стороны Османской империи многие московские чины (стольники, стряпчие, дворяне, жильцы), разделенные на «половины», ежегодно отправлялись в Тульский полк. В «Подлинном» боярском списке 1637/1638 г. против фамилии Г.Н. Орлова также стоит помета «на Туле». Судя по тому, что помета потом была зачеркнута, к зиме 1638 г. эта служба на Туле для Г.Н. Орлова завершилась72.
В 1638 г. Григорий Никитич участвовал в церемонии встречи крымского посла. Дворцовые разряды подробно описывают это событие, которое произошло 23 мая: «Указал государь встречать за Калужские вороты Крымского Бахты Гирея посла...». Возглавляли эту церемонию бояре А. А. Голицын, Б.М. Салтыков и окольничий М.М. Салтыков. Вместе с Григорием Орловым здесь мы видим и другого бывшего саратовского и мангазейского воеводу, князя Ефима Федоровича Мышецкого (через три года судьба снова сведет этих людей в Саратове)73. 5 октября 1638 г. во время традиционного паломничества царя по монастырям (Троица, Переяславль и др.), Григорий Орлов дневал и ночевал на государевом дворе вместе с окольничим Степаном Матвеевичем Проестовым74.
71 В 1637 г. донские казаки при поддержке запорожцев захватили турецкую крепость Азов и предложили Михаилу Романову принять этот город в состав России. По данному вопросу был созван Земский собор, так как принятие Азова означало начало войны с Османской империей и Крымским ханством. В итоге русское правительство отказалось от этого «подарка», и казаки в 1642 г. вынуждены были покинуть Азов.
72 Горбатов Е.Н. «Подлинный» боярский список 1637/38 года // Российская генеалогия: научный альманах. Выпуск пятый. М.: Старая Басманная, 2019. С. 41-113 (С. 64)
73 ДР. Т. 2. Стб. 575-578.
74 Записные книги Московского стола 7147 г/ // РИБ. СПб. 1886. Т. 10. С. 121.
290


Григорий Никитич Орлов
На следующий 1639 год Григорию Орлову было поручено находиться «у Воския засеки» в Тульском уезде, для охраны южных границ от набегов крымцев. После Г.Н. Орлова в списке воевод на этой засеке указаны воеводы Иван Александрович Колтовский и Чегодай Васильевич Спешнев75. Скорее всего, эти воеводы подчинялись Григорию Орлову.
Вскоре после этого назначения, в том же 1639 г. мы видим Григория Орлова снова воеводой в Саратове, где он сменил Ивана Федоровича Большого Шаховского. Этот воевода, родовитый князь Рюрикович, не сумел предотвратить набег степняков к Саратову. В 1638 году около пятисот крымцев и ногайцев прорвались под Саратов и захватили в плен около 30 стрельцов, возвращавшихся из Москвы. Не связано ли назначение в Саратов уже проверенного в деле Г.Н. Орлова с участившимися набегами кочевников на город? В 1640 г. Григорий Орлов продолжал оставаться воеводой в Саратове76.
Во время вторичного пребывания Григория Орлова на воеводском посту в Саратове, ему не раз приходилось встречать и провожать различные посольские караваны в Грузию и Иран. Еще в 1637 г. из Москвы было отправлено к грузинскому царю Теймуразу русское посольство князя Федора Федоровича Волконского-Шерихи и дьяка Артемия Хватова77. Итог этого посольства князя Ф.Ф. Волконского в Грузию известен - царь Теймураз «торжественно подписал крестоцеловальную запись и поцеловал крест» (т.е. присягнул царю Михаилу Федоровичу). Царь Михаил Романов согласился «пожаловать Теймураза, его детей и всю Иверскую землю под свою царскую высокую руку и во оборону принять».
75 ДР. Т. 2. Стб. 610.
76 ДР.  Т.  2. Стб. 616,  640.
77 ДР.  Т.  2. Стб.  535.
291


Глава 2
В 1639 г. русские послы во главе с князем Ф.Ф. Волконским в сопровождении грузинского митрополита Никифора возвратились в Россию и прибыли к концу года в Москву78. Источники, опубликованные М.А. Полиевктовым, позволяют существенно дополнить пребывание послов в районе Саратова осенью 1639 г..79
По сообщению астраханского воеводы князя Ю.А. Сицкого, «корм грузинскому послу Никифору дали в Астрахани на дорогу до Казани на 6 недель» (с 27 августа по 10 октября 1639 г. - Я. Р.), питья - по 8 чарок вина на день, а также 2 пуда пресного меда. Из других источников известно, что «пива ему (Никифору. -  Я. Р.) давать не было указано, только в Саратове дано по его запросу 3 ведра меда»80. Во второй половине сентября посольский караван прибыл в Саратов, где князя Ф.Ф. Волконского и митрополита Никифора встречал воевода Г.Н. Орлов.
Саратовский воевода Григорий Никитич Орлов докладывал в Москву, что «в 148 году сентября в 28 день (28.9.1639 г. - Я. Р.) грузинский посол в Саратове зазимовал» (до окончания срока навигации оставался ещё месяц). Эта запись не совсем точна. Прибыв 28 сентября в Саратов, посольский караван 29 (или 30) сентября отправился в сторону Самары, однако в ночь на 1 октября недалеко от Саратова «против волошки, Курдюмовки» караван потерпел крушение: «... князь Федора (Ф.Ф. Волконского. - Я. Р.) да грузинского митрополита Микифора
78 Накашидзе Н.Т. Грузино-русские политические отношения в 1-й половине XVII в. Тбилиси, 1968. С. 122.
79 Полиевктов М.А. Материалы по истории грузино-русских взаимоотношений 1615-1640 (Посольства: Веревкина, Харитона, Феодосия, Никифора, Волконского) / документы к печати подготовил и предисловием снабдил М. Полиевктов. Тбилиси: изд-во Тбилисского гос. ун-та, 1937. С. 227-346.
80 Полиевктов М.А. Посольство князя Мышецкого и дьяка Ключарева в Кахетию. Тифлис, 1928. С. 9-10.
292


Григорий Никитич Орлов
струги погодою розбило и людей потопило». Послам пришлось возвращаться в Саратов, они надеялись найти здесь новые суда, но безуспешно: «.  Ина Саратове октября в 5 де[нъ]  говорили воеводе Григоръю Орлову, чтоб князю Федору и митрополиту Микифору дал струги, на чом поднятца зверх Волгою. И воевода Григорей сказал, что у него на Саратове готовых стругов нет». Послы вынуждены были оставаться в Саратове до получения соответствующего указания из Москвы. Дорога в один конец занимала для гонцов около месяца. Только в декабре Григорий Орлов получил указание - выделить подводы и охрану из конных стрельцов для посольства81.
Эта «Зимовка» грузинского и русского посольств в Саратове продолжалась до конца декабря 1639 г., после чего послы 25 декабря отправились напрямую по зимней дороге к Москве. Ранее по этой дороге послы не ездили. Воевода Г.Н. Орлов снабдил послов всем необходимым, дал хороших лошадей, усиленную охрану, помня печальные события 1638 г. В конце декабря 1639 г. пустынная зимняя дорога оказалась для двух посольств довольно короткой. Уже через шесть дней после отъезда из Саратова послы был в Темникове (скорость поразительная!), а 1 января 1640 г. они выехали в Москву, куда и прибыли 22 января 1640 г..82
В конце августа 1641 г. митрополит Никифор снова побывал в Саратове, сопровождая в Грузию новое русское посольство князя Е.Ф. Мышецкого. И вновь послов встречал и провожал воевода Г.Н. Орлов.
81 Рабинович Я.Н. Посольство в Грузию князя Федора Федоровича Волконского и левобережный Саратов в 1637-1639 годах // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия История, Международные отношения. 2020. Т. 20, вып.4. С. 535- 541.
82 Полиевктов М.А. Посольство князя Мышецкого и дьяка Ключарева в Кахетию. Тифлис, 1928. С. 9-10.
293


Глава 2
24 августа 1641 г. митрополит Никифор, посол кн. Е.Ф. Мьппецкий и сопровождавшие их лица прибыли в Саратов. Отплытие посольского каравана из Саратова в Царицьш состоялось через день, 26 августа. Воевода Г.Н. Орлов отказался выдать в сопровождение послам дополнительный отряд саратовских стрельцов, ссылаясь на то, что «все служилые люди посланы в посылку за казаки, а иные в степи по караулом». 26 августа 1641 г. небольшой посольский караван «с великим бережением» отплыл из Саратова в Царицын, а 20 сентября без особых происшествий прибыл в Астрахань83.
А. А. Гераклитов и другие исследователи считали, что Г.Н. Орлов вторично находился на воеводстве в Саратове в 1639/1640 г.84 Период с 1640 до 1644 г. остается одним из самых темных в истории левобережного Саратова. Неизвестны имена саратовских воевод в это время, пока в город не прибыл в марте - апреле 1644 г. новый воевода Аверкий Федорович Болтин.
Статейный список посольства князя Е.Ф. Мышецкого позволяет уточнить время вторичного пребывания Г.Н. Орлова на воеводском посту в Саратове, как минимум, до осени 1641 года. Из Саратова он мог уехать в Москву как осенью 1641 г., так и в 1642 г. Кто сменил Григория Орлова на воеводском посту в Саратове - неизвестно. Предположительно, этим сменщиком мог быть Яков Гаврилович Писемский.
Осенью 1642 г. Григорий Орлов уже находился в Москве. 27 октября 1642 г. руководство Челобитного приказа обратилось в Разряд с памятью о присылке восьми дворян в приставы при колодниках. По этому запросу был составлен список из 23-х московских дворян. Против имён
83 Полиевктов М.А. Посольство князя Мышецкого... С. 96.
84 Гераклитов А.А. Список Саратовских и Царицынских воевод XVII в. С. 66,  80-81.
294


Григорий Никитич Орлов
семерых из них поставлены кресты, что означало их выбор в приставы. Одним из семерых был Григорий Никитич Орлов85.
Тогда же он начал хлопотать о приобретении новой вотчины. В январе 1643 г. Григорий Орлов приобрел сельцо Новое на реке Сестре в Лутосенском стане Дмитровского уезда по просроченной закладной кабале. Это была бывшая вотчина Петра и Семена Лихаревых. Еще в мае 1638 г. Лихаревы заложили свою вотчину Г.Н. Орлову на срок с 20 мая по 15 августа 1638 г. До этого в 7136 г (1627/1628 г.) Гавриил Васильевич Хлопов заложил эту свою вотчину братьям Петру и Семену Лихаревым, а потом по закладной от Лихаревых это сельцо Новое стало принадлежать Григорию Никитичу Орлову86. В 7154 г (1645/1646 г.) это сельцо Новое всё ещё принадлежало Г.Н. Орлову. После смерти Григория Орлова это сельцо получил в вотчину его сьш Федор Григорьевич, который построил здесь церковь Покрова пресвятой Богородицы, вследствие чего сельцо получило название Ново- Покровское. По переписным книгам 1678 г. в этом сельце было 7 крестьянских и бобыльских дворов87.
Г.Н. Орлов фигурирует в боярском списке 1643/44 г., там же в чине стряпчего записан его сын Федор Григорьевич Орлов (он упоминался еще в боярской книге 1639 г.)88. Не исключено, что сын вполне мог сопровождать отца во время воеводства в Саратове в 1639-1641 гг.
85 Лисейцев  Д.В. Новые сведения о саратовских воеводах... С. 331.
86 Записные вотчинные книги Поместного приказа 1626-1657 гг. / авт. и сост. А.В. Антонов и др. М., 2010. С. 605-606.
87 Исторические материалы о церквах и селах XVI-XVIII вв., собранные В. И. и Г.И. Холмогоровыми.... Дмитровская десятина //  ЧОИДР. 1911. Кн. 3. С. 293.
88 Жаринов Г.В. Боярский «подлинный» список 7152 (1643/44) года// Архив русской истории. Вып. 8. М.: Древлехранилище, 2007. С. 406,416.
295


Глава 2
Летом 1649 г. Григорий Орлов находился в Москве. 16 июня 1649 г. он купил в Московской типографии печатный экземпляр книги Соборного уложения, заплатив за нее 1 рубль89.
В 1649/50 г. Г.Н. Орлов числился отставленным от службы, а в списке 1656/57 г. рядом с его именем стоит помета «умре»90.
Прослеживается прямая родословная связь между нашим героем и «отцом русской истории» В.Н. Татищевым. Сын Г.Н. Орлова строитель Покровской церкви Федор Григорьевич Орлов имел дочь Прасковью, которая после смерти своего брата Лариона осталась единственной наследницей и получила это сельцо Ново-Покровское. Прасковья Федоровна Орлова была замужем за Федором Алексеевичем Татищевым, родным братом Никиты Алексеевича Татищева91. Выходит, что Прасковья Федоровна Орлова была по мужу родной теткой Василия Никитича Татищева, который в своей «Истории» мог использовать семейные предания рода Татищевых и Орловых, в том числе сведения о боях под Москвой в 1612 году92. Впрочем, если В.Н. Татищев использовал семейные предания, у него был и другой источник (см. очерк о С.Л. Татищеве в этом сборнике).
Историк рода Татищевых С.С. Татищев не указал, из какого рода была жена Федора Алексеевича Татищева, отметив лишь её имя: «Жена: Прасковья». Что это: незнание
89 Латкин В. Материалы для истории Земских соборов XVII столетия (1619-20,  1648-49 и 1651 годов). СПб., 1884. С. 193.
90 Лисейцев Д.В. Новые сведения о саратовских воеводах... С. 331.
91 Исторические материалы о церквах и селах XVI-XVIII вв., собранные В.И. и Г.И. Холмогоровыми. ... Дмитровская десятина //  ЧОИДР. 1911. Кн.  3. С. 293.
92 Сюжет о том, как Г.Н. Орлов сумел обмануть ополченцев князя Д.Т. Трубецкого и провести в Кремль подкрепление для польского гарнизона.
296


Григорий Никитич Орлов
или специальное замалчивание? Данному исследователю, судя по ссылкам в его труде, было хорошо известно, при каких обстоятельствах в роду Татищевых появилась вотчина сельцо Ново-Покровское, следовательно, кто такая была эта «Прасковья»93.
***
Слуга польского короля Сигизмунда, получивший от него земельные пожалования, личный враг князя Дмитрия Пожарского, «приспешник московской Семибоярщины», спаситель от голодной смерти польского гарнизона Кремля и будущего царя Михаила Романова, воевода в Пелыме, Саратове и Мангазее, московский дворянин, умный и вдумчивый администратор, Григорий Никитич Орлов был типичным представителем того слоя служилых людей переходного времени, который использовал в своих целях условия лихолетья. Их же качества рискованности, свободы от предубеждений, когда они оказались «встроенными» в службу при правительствах Михаила Романова и его сына Алексея, дали положительный результат на периферии Московского государства. Согласимся с мнением В.Н. Семенова, что не прост был дворянин московский Орлов, человек сильный, хитрый и опасный, если «водились» за ним подобные грехи и добродетели.
Опубликовано с дополнениями на основе статьи Я.Н. Рабиновича: «Саратовский воевода Григорий Никитич Орлов: страницы биографии» // Поволжский край: научные труды и публикации. Саратов, 2010. Вып. 5. С. 23-35.
93 Татищев С.С. Род Татищевых 1400-1900. Историко- генеалогическое исследование. СПб., 1900. С. 67.
297


Полудержавный властелин из Луха дьяк Никанор Шульгин
«и воевод, и дьяков, и голов и всяких привозных людей в городы не пущати, и прежних не перенимати»
Сегодня имя Никанора Михайловича Шульгина практически забыто, хотя на протяжении двух лет Смуты начала XVII столетия он был одним из самых влиятельных людей Московского государства.
Первые известия о Шульгиных относятся ко второй половине XVI века и связаны с Луховским уездом1 (ныне Ивановская область). Отец Никанора Михаил Андреевич - владел там крупным поместьем. Валашский господарь Богдан Александрович Лапушняну, лишённый турками престола, оказавшийся в России и получивший в 1574 г. во владение бывшую Луховскую вотчину князей Бельских, по неизвестной причине передал часть поместья Михаила Шульгина Луховской Тихоновой пустыни. Среди них было большое село Сокольское, существующее поныне2. Документы не дают возможности выяснить причины потери Шульгиными этого поместья и распоряжения им заезжим молодым эмигрантом. Возможно, Михаил Шульгин к этому времени умер. Известно лишь, что Богдан Александрович владел Лухом с 1574 г. до своей преждевременной смерти в 1577 г. Следовательно, и пере-
1 Веселовский С.Б. Ономастикой. М., 1974. С. 373-374.
2 Илинский П.А. Луховская Тихонова пустынь Костромской губернии: Исторический очерк. Кострома, 1898. Приложения. С. I-III
298


Полудержавный властелин из Луха дьяк Никанор Шульгин
дачу части поместья Михаила Шульгина следует отнести к этому времени.
Эта потеря, тем не менее, не поколебала позицию Шульгиных как помещиков Луховского уезда. Тот же Никанор Михайлович Шульгин имел здесь поместье более 250 четей земли3. На севере уезда в Верхуской Луке он владел бывшим поместьем Романа Губина - деревнями Щептино, Сельцо, Писцово и рядом починков и пустошей (218 четей с полуосьминой). Кроме того, ему принадлежало бывшее поместье его родственника Гаврилы Шульгина - деревни Бабчина и Стреково с пустошами в Сокольской Луке Луховского уезда (69 четей)4.
При неизвестной дате рождения и знании о его испомещении можно сказать, что Никанор рано избрал чиновничью стезю, выводившую порой на самые верхи служилых людей5, и в начале Смуты был уже заметной и влиятельной фигурой. Неслучайно, в 1606 году только что вступивший на престол царь Василий Шуйский назначил его дьяком Казанского царства, присоединённого только полвека назад. Это было весьма высокое назначение для простого «сына боярского» из Луховского уезда (любопытно, что его предшественником на этой должности был также представитель луховского «служилого города» - выборный дворянин по Луху Петр Деевич Пивов6).
Никанору Шульгину предстояло не только управлять казенными делами на всей территории Среднего Повол-
3 Лукичев М.П. Документы о национально-освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. //Лукичев М.П. Боярские книги XVII века. М., 2004. С. 198-234.
4 РГАДА. Ф. 1209. On. 1. Кн. 680. Л. 12-14об, 78-82.
5 Козляков В.Н. Герои Смуты. М., 2012. С. 253.
6 Сношения России с Кавказом. Материалы, извлеченные из Московского главного архива Министерства иностранных дел С.А. Белокуровым. Вып. 1. 1588-1613 гг. М„ 1889. С. 369-371.
299


Глава 2
жья, но и присматривать за поведением Б.Я. Бельского, для которого воеводство в Казани стало ссылкой. Богдан Яковлевич Бельский, родной племянник знаменитого опричника Малюты Скуратова, был любимцем и одним из самых доверенных лиц Ивана Грозного. После смерти последнего из царей Рюриковичей, Фёдора Ивановича, даже претендовал на царский престол, но не смог тягаться с искушённым в «науке власти» Борисом Годуновым. Тот и отправил Бельского подальше из Москвы. Будучи окольничим и воеводой Царёва-Борисова, Богдан Бельский вёл себя самостоятельно и, по сути, не признавал царя Бориса Годунова. За это был подвергнут опале, ссылке и даже телесному наказанию, выставлен у позорного столба. В 1605 году Бельский, пусть даже и прощённый вдовой Бориса Годунова, поспешил признать в Лжедмитрии I царевича (царя) Дмитрия и поддержал восстание против Годуновых. За эти заслуги Богдан Бельский получил от Лжедмитрия I боярский чин. После свержения самозванца Василий Шуйский отослал опасного потенциального противника вторым воеводой, товарищем первого воеводы В.П. Морозова в Казань7. Не должно смущать подчиненное положение Б.Я. Бельского В.П. Морозову: за ним оставались мощь и значительность политически сильной фигуры. Такое знание о Богдане Бельском позволяет оценить важность, сложность казанского назначения и поручения Никанора Шульгина. Вместе с тем это давало Шульгину ощущение собственной значимости и власти. Отягощалось оно и другими обстоятельствами.
После присоединения Казанского ханства в 1552 г. мира ещё долго не было в Среднем Поволжье. Царское правительство активно делало из Казани российский (по крайне мере, христианский) город: выселялись
7 Скрынников Р.Г. Три Лжедмитрия. М., 2004. С. 195.
300


Полудержавный властелин из Луха дьяк Никанор Шульгин
татары-мусульмане, вместо них вселялись православные жители других частей страны и плененные в ходе Ливонской войны литовцы, поляки, немцы, латыши и многие другие...8 Политика удержания бывшего Казанского ханства включала в себя работу по инкорпорированию татарской знати, с которой были связаны отряды служилых татар, в состав российского дворянства. А большинство местного населения былого ханства ещё только внешне приняло новую власть с её налогами, попытками распространить христианство. Во второй половине XVI в. не раз в Среднем Поволжье вспыхивали мятежи и восстания, прошла полоса «черемисских войн». Главным оплотом Москвы в огромном крае оставалась Казань и подвластные гарнизоны в уездных городах. К счастью для судьбы Российской государственности и истории, события Смутного времени мало повлияли на противостояние местного населения с царской администрацией.
Среднее Поволжье в начале Смутного времени находилось в стороне от главных его событий. Оно избежало голода и последовавшего разорения, которому подверглись центральные, южные и северо-западные районы страны в 1601-1605 гг., а движение «голодных бунтов», борьба с Лжедмитрием I не затрагивали эту территорию. Местная администрация, а значит и всё население, вплоть до свержения царя Василия Шуйского твёрдо держали сторону того, кто занимал московский престол. Уже тогда, как подметили исследователи, Никанор Шульгин в своей деятельности выходил за рамки полномочий, например, возглавив отряд казанских стрельцов против сторонников
8 Хорошкевич А.Л. Этнические микровкрапления среди жителей Казанского уезда в контексте международных отношений России середины XVI—XVII вв. // Мининские чтения. Труды научной конференции. Нижний Новгород, 2007. С. 377-389.
301


Глава 2
Лжедмитрия II9. Правда, и «подшефный» Шульгина - второй воевода Бельский - получил от царя Василия Шуйского грамоту с призывом блюсти верность. Но вот летом 1610 г. Василий Шуйский был насильно пострижен в монахи и вывезен в Польшу. Временное московское правительство - «Семибоярщина» - передало русский престол польскому королевичу Владиславу. В Москву вступил польский гарнизон.
30 августа 1610 г. из Москвы в Казань была доставлена грамота «семибоярщины», извещавшая о переменах. Но Казань отказалась подчиняться новой московской администрации. После долгих споров в конце января - начале февраля 1611 гг. казанцы присягнули Лжедмитрию II. Всё это сопровождалось изменениями структуры казанской власти. Появился городовой совет из представителей дворян, детей боярских, сотников, стрельцов, пушкарей10. Такая демократизация управления была на руку Никанору Шульгину. Этот совет выдержал испытание новостями.
Через три дня после присяги Лжедмитрию II, по сообщению Нового летописца, в Казань прибыл Алексей Тоузаков и сообщил о смерти «Вора». В эти дни растерянности и шатания Б.Я. Бельский продолжал оставаться казанским воеводой. Предстояло опять искать новую альтернативу «семибоярщине», Владиславу и Сигизмунду. Исследователи полагают, что Б.Я. Бельский сносился с руководством Первого ополчения и хотел его поддержать. Это определило на время выбор Казани, но сохраняло всю власть за воеводой. Вероятно, тут и проявились амбиции Никанора Шульгина. В Казани вспыхнуло вос-
9 Корецкий В.И., Лукичев М.П., Станиславский АЛ. Документы о национально-освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. // Источниковедение отечественной истории. 1989. М., 1989. С. 241-242.
10 Козляков В.Н. Герои Смуты. М., 2012. С. 256.
302


Полудержавный властелин из Луха дьяк Никанор Шульгин
стание под его руководством. 7 марта 1611 года разъярённая толпа казанцев ворвалась в кремль. Воевода был сброшен «с роскату» и погиб11.
Что двигало Шульгиным? Инициатива воеводы по поддержке дела Первого ополчения выводила его из- под влияния дьяка. Сохранить его можно было только в рамках старой схемы: Казань подчиняется царю, воеводство Б.Я. Бельского - ссылка, а контролирует его дьяк Н.М. Шульгин. Такой порядок сохранялся бы некоторое время, останься жив Лжедмитрий II, или подчинись Казань «Семибоярщине» (правда, в этом случае «Семибоярщина» должна была подтвердить неформальный статус Шульгина). А так Бельский начинал играть важную роль, опираясь на потенциал «Казанского царства»: ведь формально Шульгин был ниже его. Поэтому он и был устранён, а Шульгин уже самолично, на равных представлял политическую субъектность Казани в отношениях с лидерами Первого ополчения и другими городами и землями, которые не подчинялись «Семибоярщине».
Так Никанор Шульгин в одночасье превратился в одного из самых могущественных людей в Российском государстве. Он полновластно распоряжался на территории бывшего Казанского ханства, вмешивался в дела других городов, казнил своих противников, жаловал сторонников и вёл себя всё более независимо по отношению к противоборствующим силам в Центральной России. В его распоряжении находились крупные отряды казанских дворян, стрельцов, многочисленные служилые татары и черемисы, превышавшие по численности Первое и будущее Второе ополчения вместе взятые12.
11 Корецкий В.И., Лукичев М.П., Станиславский А.Л. Документы о национально-освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. С. 242-243.
12 Лукичев М.П. Указ. соч. С. 209.
303


Глава 2
Не выходя из тени набиравшего силы освободительного движения, Шульгин выдвинулся в ряды его организаторов и вдохновителей. Он сыграл выдающуюся роль в присоединении к антипольскому движению Свияжска, Арзамаса, Чебоксар, Перми и других городов восточной части государства13. При этом негласно эти города шли уже в фарватере политики Шульгина. Ведь он их замкнул на Казань, и координировал их действия. Теперь ему оставалось самое трудное - консолидировать вокруг себя эти силы и обосновать свою легитимность. В полной мере достичь этого Никанору Шульгину так и не удалось, о чём речь пойдёт ниже.
Весной 1611 года собранные в Казани значительные силы под командованием второго казанского воеводы, окольничего В.П. Морозова выдвинулись к Москве. В это время у её стен под знамёнами Первого ополчения уже собрались дворянские отряды из Рязани, Ярославля, Калуги, остатки сторонников Лжедмитрия II, многочисленные казачьи отряды. В июле к ним присоединились казанцы. С их помощью ополченцам удалось занять Новодевичий монастырь. Готовился последний штурм города. Однако 22 июля в результате вспыхнувшего конфликта казаками
13 Грамота (в списке) из Казани в Пермь: о взаимном соединении против разорителей Российского Государства Поляков и о немедленном отправлении Пермских ратных людей на помощь Москве. 1611, май // Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в Государственной коллегии Иностранных дел (СГГД). М., 1819. Ч. 2, № 256. С. 541-542 (Подвиг Нижегородского ополчения. Том первый. Нижний Новгород, 2011. С. 112-114); 1611 года,
12 июня. - Отписка казанцев к пермичам о присяге всего казанского народа содействовать освобождению Москвы от поляков с требованием ратных людей и денежных доходов на помощь столице...; Отписка перми чей казанцам об обещании всего пермского народа под клятвою содействовать к обороне православной веры и государства от поляков и об отправлении ратных людей под Москву // Подвиг
Нижегородского ополчения. Том первый. Нижний Новгород, 2011. С. 119-127,128-130.
304


Полудержавный властелин из Луха дьяк Никанор Шульгин
был убит главный руководитель восставших Прокопий Ляпунов. С его смертью Первое ополчение начало распадаться, а сформированный им «Совет всея земли» - терять инициативу и авторитет. Шульгин же, после ухода рати В.П. Морозова оказавшийся полновластным правителем в землях бывшего Казанского ханства, не стал подчиняться «Совету всея земли» и отозвал казанцев14. С «наследием» Б.Я. Бельского было покончено: Казань развязалась с руководителями Первого Ополчения и была выведена из-под их власти.
Такое положение было закреплено грамотой казанских дьяков Н. Шульгина и С. Дичкова в Пермь. В ней отмечалось, что Казань, Нижний Новгород, другие поволжские города, татары и черемиса (марийцы), решили «и воевод, и дьяков, и голов и всяких привазных (приказных) людей в городы не пущати, и прежних не перенимати», пока в Москве не утвердится царь (должен был быть выбран «всею землею Российской державы»)15. Результатом такого, в принципе, логичного решения стало сохранение в Казани власти дьяков, главным из которых был Никанор Шульгин. Попытки кн. Д.Т. Трубецкого и И.М. Заруцкого установить контроль над Казанью не имели успеха. Присланный в 1611/12 г. «от бояр» из-под Москвы с грамотами И.П. Полоченинов был в Казани убит»16. Это подлое -
14 Грамота (в списке) из Казани в Пермь: о убиении Козаками воеводы Прокопия Петровича Ляпунова, о вящшем соединении Пермским жителям с Казанскими. 1611, август // СГГД. Ч. 2, № 269. С. 568-569.
15 1611 года, в августе. - Грамота (в списке) из Казани в Пермь об убиении казаками воеводы Прокопия Петровича Ляпунова и о вящем соединении пермских жителей с казанскими // Подвиг Нижегородского ополчения. Том первый. Нижний Новгород, 2011. С. 144-145.
16 Корецкий В.И., Лукичев М.П., Станиславский А.Л. Документы о национально-освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. С. 243.
305


Глава 2
убийство посла - преступление свершилось, очевидно, под самым благовидным предлогом. В самой Казани Шульгин не мог пока открыто заявить о своих притязаниях на власть и отказаться от лозунгов преодоления Смуты, наведения порядка в стране, сохранения её целостности. Наверное, под них (лозунги) и договаривалась Казань с Нижним Новгородом и с другими поволжскими городами, чтобы не пускать назначенцев Первого ополчения. В самой Казани, надо думать, среди населения были распространены такие же мысли. И Никанор Шульгин действовал осторожно.
Следующим узлом, который он пытался распутать, был нижегородский. Нижегородцы, как показала история с выступлением Кузьмы Минина на рубеже августа-сентября 1611 г., организацией Ополчения и обращением к Дмитрию Пожарскому, не собирались просто ждать, пока Бог даст царя и успокоение стране, но готовы были посодействовать этому сами. Никанору Шульгину теперь надо было показывать, что он полностью поддерживает этот почин. Да и пермичи видели в Шульгине организатора борьбы за восстановление порядка. 18 сентября 1611г. они отправили послание в Казань. Из него следовало, что пермичи вычитали в письме из Казани идею борьбы за христианскую веру, а не отказ принимать назначенцев кого-либо (это было дело второе)17. Свободы маневра у Шульгина не было.
А потому, когда нижегородцы по призыву Кузьмы Минина начали создавать ополчение, то и казанцы во главе с Н. Шульгиным поддержали это движение. Так, после получения в Нижнем Новгороде грамоты от па-
17 1611 года, сентября 18. - Отписка пермичей к казанцам о готовности жить в мире и союзе с ними, содействовать к избавлению Отечества от врагов и избрать государя по совету всей земли // Подвиг Нижегородского ополчения. Том первый. Нижний Новгород, 2011. С. 148-149.
306


Полудержавный властелин из Луха дьяк Никанор Шульгин
триарха Гермогена в августе 1611 г. и пересылки её в Казань Никанор Шульгин инициировал дублирование её содержания (не признавать «Маринкина сына») в отписке к пермичам18. Шульгин к тому времени вместе с нижегородцами поддерживал идею свержения власти поляков и выборов нового царя Земским собором. Этому во многом способствовало и письмо архимандрита Троице-Сергиева монастыря святого Дионисия к свату Шульгина - строителю Амфилохию Рыбушкину с призывом о помощи против поляков19.
В это время остатки Первого ополчения во главе с казачьими атаманами И. Заруцким и А. Просовецким присягнули на верность Лжедмитрию III, объявившемуся на северо-западе России. Благодаря энергии и авторитету Шульгина город Курмыш, тоже было присягнувший очередному самозванцу, не только отошёл от него, но и, уже по требованию князя Пожарского, вперёд казанцев направил в Нижний Новгород большой военный отряд в подмогу. Правда, это было сделано после того, как Шульгин узнал о том, что в Нижнем Новгороде стало известно о чинимых в Казани препятствиях сбору татар, чувашей и черемисов для Ополчения. Чтобы представить такие речи наветом, Шульгин и проявил себя организатором в Курмыше20. И продолжал медлить с отправкой пока послушных ему ратных людей к Нижнему Новгороду, ссылаясь на отсутствие денежных средств21.
18 1611 года, августа 30. - Отписка казанцев к пермичам с приложением грамоты Патриарха Гермогена о непризнании сына Марины Мнишек государем // Подвиг Нижегородского ополчения. Том первый. Нижний Новгород, 2011. С. 143-144.
19 Памятники истории нижегородского движения в эпоху Смуты и земского ополчения 1611-1612 гг. // Действия Нижегородской ученой архивной комиссии: Сборник документов (далее - Сб. НУАК). 1912. T. XI. Нижний Новгород, 1912. С. 423.
20 Козляков В.Н. Герои Смуты. М., 2012. С. 263.
21 Памятники истории нижегородского движения... С. 143-144
307


Глава 2
Нижегородцы, дабы поторопить казанцев, отправили к Шульгину посольство во главе с протопопом Саввой Евфимьевым и одним из ближайших сподвижников Д.М. Пожарского - стряпчим Иваном Петровичем Биркиным. Само же ополчение начало движение к Ярославлю, ожидая подхода казанцев. И.П. Биркин, прибыв в Казань, попал под влияние Шульгина, недовольного тем, что не царственная Казань - главный город Поволжья, а второстепенный Нижний со своим земским старостой встал во главе восстания. Очевидно, Шульгин считал, что успех ополчения сомнителен, что Московскому государству распада не избежать, а поэтому в силу такой перспективы есть возможность утвердить свою власть в отдалённой Казани.
И всё же открыто порвать с ополчением Минина и Пожарского и отказаться от его миссии Шульгин не рискнул. На помощь восставшим в Ярославль была направлена большая казанская рать во главе с И. Биркиным и головой казанских стрельцов Лукьяном Мясным. Они застали там значительно окрепшее - за время от формирования и выхода из Нижнего Новгорода - ополчение. Иван Биркин по своим военным статусу и заслугам претендовал на вхождение в сформированное в Ярославле правительство, однако никто кроме казанцев да смолян его не поддержал. Дело чуть не дошло до вооружённого столкновения.
Получив от И. Биркина сообщение о событиях в Ярославле, Н. Шульгин трактовал их как вызов всем «худородным» людям, выдвинувшимся в период Смуты. И под этим предлогом немедленно отозвал казанцев назад22. Лишь головы Лукьян Мясной и Посник Неелов, двадцать татарских князей и мурз, тридцать дворян и сто казанских стрельцов остались с ополченцами, решившись ослушать-
22 Скрынников Р.Г. Смутное время. Крушение царства. М., 2007. С. 461-462.
308


Полудержавный властелин из Луха дьяк Никанор Шульгин ся могущественного временщика. Они участвовали в освобождении Москвы от поляков и были награждены за свои ратные подвиги. Любопытно, что среди них был и родной племянник Шульгина - Фёдор, отблагодарённый за участие во Втором ополчении деньгами23. Сам же Никанор Шульгин по возвращении героев в Казань засадил их в тюрьму и чуть было их не уморил голодом. «Безусловно, то была расплата за их ослушание в Ярославле»24. Но это было потом, а в апреле 1612 г. Никанор Шульгин принял и отправил восвояси ногайских послов, не уведомив земское правительство князя Д.М. Пожарского25.
Публично разрывать отношения с нарождавшейся центральной властью Шульгин не спешил. Когда в конце 1612 года один из лидеров Первого ополчения И.М. Заруцкий поднял мятеж в пользу сына Лжедмитрия II и Марины Мнишек - Ивана и захватил ряд южнорусских городов, казанские дьяки Н. Шульгин и С. Дичков сообщили в Алатырь, что Шульгин вскоре выступит во главе казанской рати на «земскую службу». Одновременно он направил большой стрелецкий отряд (500 человек) на Вятку, дабы оставить её под властью Казани и не допустить участия её делегации в выборах царя на Земском соборе. Отряд взял Вятку, забрал её доходы, должностных лиц и видных людей отправили в Казань, где 12 человек из них были повешены26. На короткое время Шульгин подчинил себе Казанское царство.
23 Памятники истории Нижегородского ополчения // Действия НУАК. T. XI. С. 463.
24 Козляков В.Н. Герои Смуты. М., 2012. С. 265.
25 Корецкий В.И., Лукичев М.П., Станиславский А.Л. Документы о национально-освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. С. 245.
26 Корецкий В.И., Лукичев М.П., Станиславский А.Л. Документы о национально-освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. С. 247; Козляков В.Н. Герои Смуты. М., 2012. С. 268.
309


Глава 2
После успеха ополчения Минина и Пожарского в Москве осенью 1612 г. для удержания власти Шульгину надо было саботировать выборы нового царя, а ещё лучше - сорвать их. При этом напрямую надо было демонстрировать лояльность и даже активность в делах по спасению и восстановлению державы. И Никанор Михайлович всячески противодействовал поездке на Земский собор казанского митрополита Ефрема, ставшего после смерти патриарха Гермогена первым лицом церкви в Московском государстве. Этот акт лишь отсрочил выборы Михаила Романова и падение самого Никанора Шульгина.
В декабре 1612 года войска Заруцкого осадили острог Серебряные Пруды под Рязанью. Земское правительство из Москвы обратилось в Казань с просьбой, помочь в отражении этой напасти. Шульгин двинул туда отряд из 4600 свияжских татар во главе с головой Иваном Чуркиным и князем Аклымом Тугушевым27, что резко изменило соотношение сил на юге России. Заруцкий был вынужден снять осаду и отступить, но разбить его не удалось.
В то же время, пытаясь подчинить своему влиянию Арзамасский уезд, Никанор Шульгин объявил его мятежным в пользу Лжедмитрия III. Сам Шульгин возглавил поход на арзамасские земли. Кроме желания закрепить в них казанское влияние, им двигали и земные, корыстные желания. Никанор Михайлович в это время завладел спорным поместьем Нетесевых в Арзамасском уезде, казнив Семена Нетесева и «утаив вдову Семена и детей, будто поместье было за ним»28. В ноябре 1612 года он умудрился получить от Второго ополчения грамоту на
27 Корецкий В.И., Лукичев М.П., Станиславский АЛ. Документы о национально-освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. С. 248.
28 Веселовский С.В. Дьяки и подьячие XVI-XV1I вв. М., 1975. С. 585.
310


Полудержавный властелин из Луха дьяк Никанор Шульгин
это поместье. Как уже отмечалось, не только горемычной семье Нетесевых запомнился этот поход. Его сравнивали с приходами тушинцев, разорениями казаков и даже «татарской войной», так запустели земли богатого края29. Пока Шульгин пребывал в Арзамасе, царём стал Михаил Романов. Когда от Никанора Шульгина потребовали присягнуть избранному царю, то он выдвинул условие поддержки такого решения городовым советом Казани30. Но уже ход истории был против Шульгина.
По словам Шульгина, 7 марта 1613 года по приговору «казанских всяких служилых людей» войско выступило обратно в Казань, так как взятые на три месяца «запасы» подошли к концу. Ещё до этого, если верить Шульгину, он сам и русские служилые люди целовали крест новому царю, а воины мусульманского вероисповедания были приведены к шерти31.
Правительство приняло объяснения Шульгина и даже обратилось к нему с просьбой отобрать 600 лучших ратников и послать в Рязань против Заруцкого32. Одновременно Шульгин узнал, что в Казань и Свияжск направлены новые царские воеводы - князья Юрий Ушатый и Василий Щербатов. Шульгин был взбешён. Он стал склонять арзамасцев к отказу от присяги Михаилу, в связи с тем, что Казанское царство не участвовало в выборах. Однако его агитация успеха не имела. Тогда он отправился в Казань, чтобы поднять мятеж против московского правительства33.
Одновременно он пытался найти защиту у царя через заступничество настоятеля Троице-Сергиева монастыря архимандрита Дионисия и келаря Авраамия Палицына,
29 Козляков В.Н. Герои Смуты. М., 2012. С. 265.
30 Козляков В.Н. Герои Смуты. М., 2012. С. 270-271.
31 Дворцовые разряды. T.I. Стб. 1055-1058.
32 Дворцовые разряды. T.I. Стб. 1055-1058.
33 Дворцовые разряды. T.I. Стб. 1117-1118.
311


Глава 2
послав к ним своего племянника - Федора Федоровича Шульгина34.
В столице понимали, к каким последствиям может привести появление Шульгина в Казани, поэтому в Свияжске он был перехвачен, арестован и отправлен в Москву35. В Москве Н. Шульгин находился до 8 августа 1618 года. Его поместье в Луховском уезде было конфисковано и пожаловано другому крупному деятелю Смуты, родственнику нового царя боярину князю Б.М. Лыкову- Оболенскому. Самого же опального дьяка в момент подхода к столице польских войск сослали в Тобольск, где должен был быть помещён в тюрьму. Бывший «полудержавный властелин» вынужден был обходиться содержанием «по два алтына в день». В Сибири Шульгин и умер36.
Столь стремительное решение затянувшегося было дела казанского дьяка Н.М. Шульгина ввиду подхода польских войск к Москве в августе 1618 г. показывает, что правительство Михаила Романова просчитывало вариант падения столицы, но не прекращения войны и борьбы. Поэтому так быстро удаляло узника, который при освобождении своим авторитетом мог помешать такой борьбе.
Родственники Н.М. Шульгина ещё долгие годы проживали в Луховском уезде и состояли в местной дворянской корпорации. Его племянник Федор Федорович Шульгин отличился в последних сражениях Смуты, владел поместьями в Сокольской Луке и Хрулевой слободе и в начале 30-х годов XVII века был ещё жив37. В 20-е годы
34 Морозова Л.Е. Россия иа пути из Смуты. С. 163-164,  341-342.
35 Дворцовые разряды. T. 1. Стб. 1121-1124.
36 Лукичев М.П. Указ. соч. С. 208-209, 224-225.
37 Писцовые книги Восточного Замосковья. Вып. 3. М., 2007. С. 201 -202; Русская историческая библиотека. T. XXVIII. Стб. 768- 769,775; Кормленая книга Пмицкой Четверти 7121-25 гг.: Четвертчики Смутного времени. 1604-1617 гг. (Смутное время Московского государства. Вып. 9)/ пред. Л.М. Сухотина  // ЧОИДР. 1912. Кн. 2.
312


Полудержавный властелин из Луха дьяк Никанор Шульгин
XVII века луховским помещиком был Андрей Гаврилович Шульгин. Прокофий Григорьевич Шульгин отличился в бою с 3. Заруцким под Василевом (в конце 20-х - начале 30-х гг. XVII века он был губным старостой Луха)38. А Никанор Михайлович стал основателем сибирской ветви Шульгиных. Возможно, вместе с ним (или чуть позже) были направлены в Сибирь его родственники, но не в тюрьму, а на службу (или надо допустить, что из-за «ветхости» узник Шульгин в какое-то время перестал быть опасен и был выпущен из узилища). Во второй половине XVII века они занимали в Сибири воеводские посты: в 1672 году Яков Григорьевич Шульгин - в Березове, в 1674-1676 гг. Павел Яковлевич - в Нерчинске39.
В 1691 году тобольский сын боярский Федор Шульгин командовал гарнизоном пограничного острога, а военным отрядами в Тобольском и Исецком острогах - тобольский дворянин Василий Павлович Шульгин. В 1693 году под Ялуторовском Василий Шульгин пал в неравной схватке с крупным отрядом каракалпаков, совершавших набег на сибирские рубежи Российского государства. Вместе с ним погибли и два его брата - Яков и Иван40.
С. 178; РГАДА. Ф. 1209. On. 1. Кн. 680. Л. 22об-23об, 85-86об, 300об-302об.
38 Русская историческая библиотека. T. XXVIII. Стб. 775; Новамбергский Н.Я. Слово и Дело Государевы (Процессы до издания Уложения Алексея Михайловича 1649 года). Т. 1. М., 1911. С. 592; Архив русской истории. Вып. 4. М., 1994. С. 127.
39 Отписка сына боярского Павла Шульгина из Нерчинска в Енисейск воеводе Михайлу Приклонскому... 1675, январь // Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией (далее - АИ). СПб., 1842. Т. 4 (1645-1676), № 250. С. 539-540; Барашков А.П. Списки городовых воевод и др. лиц воеводского управления Московского государства XVII столетия по напечатанным правительственным актам. СПб., 1902. С. 601.
40 Древняя российская вивлиофика. Т. 3, ч. 6. Мышкин, 1898. С. 190,  193,  195.
313


Глава 2
***
Всё время рядом с дьяком Никанором Михайловичем Шульгиным в Казани пребывал дьяк Степан Яковлевич Дичков. Его имя фигурирует практически во всех отправленных из Казани документах и в числе адресатов получаемой в Казани корреспонденции после Никанора Шульгина. Тем не менее, после его низвержения Степан Дичков стал во главе новой администрации, признавшей власть Москвы41. Имеется неразрешённая пока проблема: либо Дичков сумел выкрутиться из сложной ситуации, отказавшись от своего партнёра и подтвердив верность Казани новому царю, либо он, действительно, не ведал истинных намерений Шульгина, не понимал, что тот уже узурпировал власть на огромной территории, где устои Российской государственности были ещё весьма слабы. Вероятнее всего, надо говорить о втором варианте.
Решиться на утверждение собственной власти в отторгаемой от огромной страны части было крайне тяжело в условиях жесткой социальной стратификации и диктуемыми ими правилами поведения, идеологии собирания и удержания земли за счёт централизации державности. И такой поступок Никанора Шульгина можно поставить в ряд с Самозванцами, однако по смелости и дерзости он их превзошёл. И, возможно, у него получилось бы... при одном обстоятельстве. Если бы польский король или королевич утвердился в Москве, а северо-запад России ушёл к шведам... И, казалось бы, к этому финалу всё шло, и Шульгин бы оказался одним из могильщиков Московского царства. Однако обнаружившиеся в низшей точке структурного кризиса России силы и желание её полиэтничного народа спасти страну, не дали состояться этому разрушительному плану Никанора Шульгина.
41 Корецкий В.И., Лукичев М.П., Станиславский А.Л. Документы о национально-освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. С. 249.
314


Глава 3
АТАМАНЫ


Казачий атаман Андрей Захарьевич Просовецкий - один из организаторов Первого ополчения
«которые очень много воевали словом и делом даже до смерти»
Имя Андрея Захарьевича Просовецкого, казачьего атамана, видного представителя тушинского лагеря, одного из вождей Первого ополчения хорошо известно исследователям периода Смуты. Однако до настоящего времени его фигура не была предметом специального исследования.
Источники молчат о том, где и когда родился А.З. Просовецкий. Не ясно его происхождение и социальный статус до появления и выступления в Россию Лжедмитрия II. В одном из документов он фигурирует как «выезжий литвин»1. Это отчасти подтверждается тем обстоятельством, что в некоторых документах того времени его называют «пан», что свидетельствует о шляхетском происхождении2. Определенные сведе-
1 Черкасова М.С. Крупная феодальная вотчина в России конца XVI-XVII вв. М., 2004. С. 136.
2 Донесение ротмистра А. Колецкого Я. Сапеге из Суздаля о ходе расследования дела об измене дворянина Г Аргамакова // Тюменцев И.О. Материалы дела об измене дворянина Григория Аргамакова из русского архива Яна Сапеги как источник по истории дворянства // Смутное время: итоги и уроки: Сборник материалов второй Всероссийской научной конференции. Иваново - Кохма - Шуя,
317


Глава 3
ния о его семье можно почерпнуть из записи в Синодике Кирилло-Белозерского монастыря. Во-первых, не только сам Андрей Захарьевич, его брат Иван и две его жены Ульяна и Анна были православного вероисповедания, но и родители. При этом мать атамана на момент кончины пребывала в схиме под именем Евпракскии. Кроме того, в синодик записаны «Убиенные» Симеон, Георгий, а также Елизар, Илларион и младенец Петр. Степень их родства с Андреем Захарьевичем еще предстоит установить3. По предположению А.Л. Станиславского, основанному на челобитной А.З. Просовецкого, тот до Смуты мог находиться на русской службе. Однако сам исследователь подвергает эту версию сомнению. В челобитной Просовецкий утверждает, что «при царе Василии» он был верстан высоким поместным (500 четвертей) и денежным (50 рублей) окладами4. Большую часть царствования Василия Шуйского Просовецкий был сторонником Лжедмитрия II, и его верстание столь высоким окладом со стороны московских властей выглядит абсолютно невероятным. Скорее всего, в челобитной Просовецкий имеет в виду оклад, назначенный ему в тушинском лагере. А вот предположение о том, что Просовецкий являлся активным участником движения И. И. Болотникова, выглядит вполне правдоподобным5.
20-22 апреля 2012 г. / Отв. ред. A.IO. Кабанов. Иваново: ОАО Издательство «Иваново», 2012. Приложение № 6. С. 391.
3 Синодик Кирилло-Белозерского монастыря // Отдел рукописей Российской национальной библиотеки. Фонд 351. Библиотека Кирилло-Белозерского монастыря. № 759/1016. Авторы выражают сердечную благодарность А.В. Кузьмину и И. А. Тихонюку за предоставление копии этого важного документа.
4 Станиславский А.Л. Гражданская война в России XVII в.: казачество на переломе истории. М., 1990. С. 28.
5 Волков В.А. Войны и войска Московского государства. М., 2004. С. 243.
318


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
Ранней весной 1609 года Андрей Просовецкий - стольник при дворе Лжедмитрия II. В конце февраля или начале марта «царь Дмитрий» назначил его воеводой только что очищенного от сторонников царя Василия Шуйского города Лух. Заняв Лух постоянным гарнизоном, Просовецкий позаботился о том, чтобы усилить крепость орудиями, отбитыми у противника под Суздалем польским отрядом Дзевалтовского6. Однако был воеводой в Лухе Просовецкий недолго, и его дальнейшим планам по укреплению Луха не суждено было состояться.
Уже в начале апреля 1609 г. Просовецкий определён вторым воеводой в Суздале и сразу же привлечён к карательному походу на Владимир, восставший при поддержке подошедших нижегородцев против власти Лжедмитрия II. Этим и надо объяснить быстрое перемещение Просовецкого из Луха в Суздаль. Решение Лжедмитрия II и окружавших его поляков по возвращению Владимира требовало мобилизации всех сил под руководством наиболее верных и способных военачальников. 2 апреля 1609 г. на подступах к Владимиру большое тушинское войско в составе полков Лисовского и полковника Яроша Стравинского, казачьих и дворянских отрядов Плещеева и Просовецкого встретило выдвинувшуюся на Суздаль рать. Она была в бою рассеяна войсками Лисовского, бежала в город Владимир и закрепилась там. Владимирская крепость устояла, и 6 апреля объединенные силы А. Лисовского отошли к Суздалю. Косвенным виновником этого «манёвра» мог быть А. Просовецкий.
Заволновались суздальские дворяне, лидером которых был Ф.К. Плещеев. По приказу А. Лисовского был аре-
6 Грамота Лжедмитрия Сапеге об отдаче луховскому воеводе Просовецкому пушек, взятых в сражении под Суздалем. 1609 год,
6 марта // АИ. СПб., 1841. Т. 2, № 166. С. 194.
319


Глава 3
стован суздальский дворянин Григорий Аргамаков: его заподозрили в измене. Источником подозрений оказался как раз А. Просовецкий7. Суздальские дворяне потянулись в лагерь Василия Шуйского8.
Потеря Владимира Лжедмитрием II была слабо компенсирована очередными усилиями суздальских воевод Ф.К. Плещеева и А. Просовецкого по очищению Шуйского и Луховского уездов от инсургентов, поддерживающих царя Василия.
К лету 1609 года приход войск Ф.И. Шереметева из- под Астрахани в Нижний Новгород серьёзно изменил всю военно-политическую обстановку в Восточном Замосковье. С потерей тушинцами Владимира самый короткий путь к Москве со стороны Нижнего Новгорода (оплота антитушинских сил в регионе) был открыт. Поэтому в середине июня 1609 года сторонники Вора предприняли ещё один штурм города, чтобы переломить ситуацию в свою пользу. К Владимиру были стянуты суздальские отряды Плещеева и Просовецкого, а также все окрестные казачьи и польские части под командованием ротмистра Герасима Сумы.
15 июня часть тушинского отряда под руководством Ф.К. Плещеева подошла к стенам Владимира со стороны села Красное. Основные силы под командованием Сумы и Просовецкого укрылись в роще «в Кузянке у посаду». К тому времени владимирцы получили новое подкрепление. Из-под Касимова к ним привел отряд нижегородских ветеранов воевода Андрей Алябьев9. Именно ему было доверено командование владимирским гарнизоном. При
7 Русский архив Я на Сапеги 1608-1611 годов. Тексты, переводы, комментарии. Волгоград, 2012. С. 416.
8 Борисов В.А. Старинные акты, служащие преимущественно дополнением к описанию г. Шуи и его окрестностей. М., 1853. С. 5.
9 Разрядная запись о службах сына боярского М. Ордынцева... 1622 год, после 10 октября // Народное движение в России в эпоху
320


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
приближении Плещеева, владимирцы предприняли вылазку и стали теснить суздальский отряд, но в это время из засады ударили польские и казачьи сотни. Под их натиском часть конницы Алябьева была вынуждена отступить на другой берег Клязьмы, а пехота, частично уничтоженная, укрылась в городе. Тушинцы бросились на пггурм, но были отбиты.
В середине июня отряды повстанцев, дислоцировавшиеся в районе Холуя и Юрьевца, воспользовались отсутствием в Шуе и Лухе тушинских гарнизонов и возобновили наступление на эти города. В своей отписке гетману Сапеге, Андрей Просовецкий сообщает, что оставшиеся в Лухе и Шуе «дворяне и дети боярские, отошли прочь, потому что осталось их немного, а мужики в скопе, и пришли ныне опять в Лух и Шуйские места государевы изменники»10. Просовецкий просил Сапегу вновь перебросить в Лух и Шую Суму с казачьими отрядами. Но потеря Владимира лишила тушинцев стратегической инициативы, и они были вынуждены в междуречье Волги и Клязьмы уйти в глухую оборону контролируемых земель. О попытке что-либо отбить не могло быть и речи.
В этих условиях после отзыва Ф.К. Плещеева А. Просовецкий стал первым суздальским воеводой. К осени 1609 г. под его контролем оставались Суздаль с ближней округой, а также район Юрьева-Польского и Гавриловой слободы. С этого времени ближайшим сподвижником, помощником Андрея Захарьевича становится его брат
Смуты начала XVII века. 1601-1608. Сб. документов. М., 2003. №145. С. 292.
10 Отписка суздальского воеводы Просовецкого гетману Cancre, о военных действиях его вместе с ротмистром Сумою под Владимиром, о взятии царскими ратными людьми Шуи и Луха и о приходе боярина Шереметева с низовыми полками в Нижний Новгород. 1609 год, в июне // АИ. Т. 2, № 235. С. 277-278.
321


Глава 3
Иван, также пожалованный в Тушине чином стольника. За эту свою службу от Лжедмитрия II братья Просовецкие получили поместья. Андрей - старинную вотчину Стромынского монастыря в Переславском уезде, а Иван - бывшее поместье Прокофия Кушникова в Арзамаском уезде11.
Вскоре Просовецким стало не до поместий. Об этом свидетельствует донесение ротмистра Сумы гетману Сапеге от 10 августа 1609 г.: «изменники отовсюду собираются во Владимире и в лесных засеках, откуда часто и большими силами направляют дозоры к Суздалю и к Юрьеву, желая захватить эти города»12. Сказывались последствия утраты Владимира. В сентябре 1609 года пришедший во Владимир с основными силами своего войска боярин Ф.И. Шереметев решил овладеть угрожавшим его коммуникациям Суздалем.
Войско Ф.И. Шереметева двинулось в поход. Его ждала неудача. В Новом летописце сообщается, что под Суздалем сторонники Василия Шуйского были разбиты отрядами Лисовского13. Это не так. Лисовский в это время действовал в районе Ростова. Победу над войсками Шереметева одержали ротмистр Г. Сума и А. Просовецкий. Они противопоставили многочисленным, но плохо вооруженным пешим воинам конницу. От неё нельзя были укрыться и укрепиться в открытых пространствах суздальского Ополья. По данным Ю. Видекинда, под
11 Черкасова М.С. Указ. соч. С. 136; Грамота об отказе поместий Петру Отяеву и Ивану Просовецкому. 1610, 13 октября // Арзамасские поместные акты 1578-1618 годов / собрал и редактировал С.Б. Веселовский. М., 1915. № 277. С. 367.
12 Дневник Яна Петра Сапеги (1608-1611) (далее - Дневник Сапеги) // Памятники истории Восточной Европы. T. IX. М.; Варшава, 2012. С. 151.
13 Новый летописец // Хроники Смутного времени. М., 1998. С. 335.
322


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
Суздалем войско Шереметева потеряло около 300 человек14. Его рассеянные и поредевшие остатки вновь укрылись во Владимире15.
Теперь уже Ф.И. Шереметев менял планы. Он отказался от непосредственного продвижения к Москве, как это требовал царь Василий Шуйский, и принял меры к укреплению своих позиций и тылов16. Это обстоятельство в сочетании с отзывом в октябре отрядов Сумы в лагерь Сапеги под Троице-Сергиев монастырь17 делали положение суздальского воеводы А. Просовецкого безнадёжным. Вряд ли бы он отстоял Суздаль... Но вскоре в Суздаль со своим полком явился А. Лисовский. И хотя, по данным Ю. Видекинда, полк Лисовского был измотан в боях и представлял собой «жалкое войско из 4 тысяч безоружных людей»18, суздальскому гарнизону А. Просовецкого удалось достаточно быстро восстановить свою боеспособность и перейти к активным действиям.
Во второй половине февраля 1610 г. Лисовский и Просовецкий разгромили под Суздалем отряд боярина князя Б.М. Лыкова и князя Я.П. Барятинского, посланный М.В. Скопиным-Шуйским для захвата города. Лыков и Барятинский планировали напасть на город ночью и были крайне удивлены, обнаружив в поле перед городом бодрствующие полки А. Лисовского и А. Просовецкого19. Секретари Сапеги записали в его дневнике, что под Суздалем были разбиты лучшие силы Скопина-
14 Видекинд Ю. История десятилетней шведско-московитской войны. М., 2000. С. 85.
15 Дневник Сапеги. С. 161-162.
16 Новый летописец. С. 335; Тюменцев И.О. Смута в России в начале XVII столетия. Движение Лжедмитрия II. Волгоград, 1999. С. 451.
17 Дневник Сапеги. С. 171.
18 Видекинд Ю. Указ. соч. С. 101.
19 Новый летописец. С. 338.
323


Глава 3
Шуйского. Согласно данных дневника отряд Лыкова насчитывал шесть тысяч воинов, и лишь немногие из них смогли спастись бегством20. Это победа А. Просовецкого и А. Лисовского, тем не менее, была лишь затягиванием агонии тушинского движения в этом регионе. В войну против России вступила Речь Посполитая, что изменило весь расклад сил, ослабило Лжедмитрия II за счёт ухода из его стана поляков и способствовало борьбе Василия Шуйского против Самозванца.
Зимой 1609-1610 гг. силы Лжедмитрия II таяли на глазах. Воспользовавшись этим, царь Василий Шуйский направил для освобождения Суздаля войско князя Афанасия Лобанова-Ростовского. После ожесточенного боя его войска заняли Юрьев-Польский, затем освободили Гавриловскую слободу21. Оставался суздальский «анклав» тушинцев.
К этому времени Лжедмитрий II уже бежал из Тушина в Калугу, а Я.-П. Сапега, разбитый под Троице-Сергиевым монастырем и Дмитровом, спешно отходил на запад. А. Лисовскому и А. Просовецкому надо было выходить из глубокого тыла противника. Подтолкнули их к этому непредвиденные обстоятельства, о которых написал Ю. Видекинд.
Лисовский отправился на фуражировку, оставив город на ротмистра Мартина Собельского (выходец из Пруссии, с начала 1609 г. командовал ротой в Суздале, участвовал в боях под Владимиром, Плесом, Холуем, Клязьменским городком)22. Согласно Видекинду, Собельский был тайным
20 Дневник Сапеги. С. 189.
21 Челобитная князя Афанасия Васильевича Лобанова- Ростовского о поверстании его поместным и денежным окладами против его братьи, кому он в версту. 1614, апрель // АМГ. СПб., 1890. Т.  1.  №74. С.111.
22 Отписка суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге, о взятии самозванцевыми ратными людьми Кляземского городка
324


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
сторонником царя Василия, а потому не открыл ворота Суздаля перед возвращающимся Лисовским23. Потеряв базу и понимая всю бесперспективность дальнейших действий в районе Суздаля, Лисовский и Просовецкий со своими отрядами ушли на северо-запад, где было меньше шансов встретить противника24.
Уже в начале лета 1610 года соединенные силы Лисовского и Просовецкого взяли штурмом знаменитый Калязин монастырь. В ожесточенном бою их люди уничтожили не только руководившего обороной обители воеводу Давида Жеребцова и защитников, но и игумена с братией. Солдаты и казаки не остановились перед осквернением и разграблением монастыря. Мародёры даже похитили раку, в которой хранились мощи святого Макария Каля- зинского25.
Затем Лисовский и Просовецкий оказались под Псковом и Ивангородом, где вступили в бой с союзными Василию Шуйскому шведами. По свидетельству новгородского воеводы боярина И.М. Салтыкова атаманы рассылали в окрестностях Новгорода и Пскова «многие воровские
и посада Холуя, и о походе их под Ярославль. 1609 год, И марта // АИ. Т. 2, № 170. С. 198; Отписка суздальских воевод Плещеева и Просовецкого гетману Сапеге, об убиении владимирского воеводы Вельяминова, об осаде ими Владимира и недостатке боевых снарядов для продолжения оной, о походе Лисовского в Ярославль, о разорении Суздальского уезда казаками и литовскими пахоликами. 1609 год, 12 апреля // АИ. Т. 2, № 195. С. 225-226; Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Суздальского воеводы Федора Плещеева о поражении воров, приходивших под Суздаль, о взятии города Плеса на Волге. 1609 год, 17 февраля // СХ. № 12, XLII. С. 49.
23 Видекинд Ю. Указ. соч. С. 116.
24 Грацилевский  В.Д. Владимирский край в 1608-10 годах // Владимирские епархиальные ведомости. 1910. № 33. С. 632.
25 Новый летописец. С. 348; Леонтьев Я.В. Первое северное ополчение 1609-1610 гг. и его предводители (князь М.В. Скопин- Шуйский и воевода Д.В. Жеребцов) // Мининские чтения: Труды Научной конференции. Нижний Новгород, 2007. С. 87.
325


Глава 3
грамоты»26. В третьей Псковской летописи содержится интересное утверждение о том, что Лисовский и Просовецкий появились в окрестностях Пскова, Иваногорода и Яма по приглашению самих псковичей для защиты от шведов. Причем действовали они весьма успешно «шли на Немец, и Немец отогнали»27. Лисовский и Просовецкий теперь сами принимали решения, что и как им делать, куда наступать, против кого воевать. За этим, конечно, стояла корысть.
Вскоре после приглашения на русский престол королевича Владислава пути давних соратников - А. Лисовского и А. Просовецкого - разошлись. Лисовский решил присягнуть новому царю, а Просовецкий остался верен Лжедмитрию II. Противоречия вылились в серьезное боевое столкновение бывших союзников в октябре 1610 г.28 Если доверять донесению боярина И. Салтыкова польскому королю Сигизмунду III, бои между сторонниками Лисовского и Просовецкого проходили на всем расстоянии от Ивангорода до Пскова и стоили противоборствующим сторонам до тысячи убитых29.
После сражений и столкновений Лисовский отошел к Острову, а А. Просовецкий соединившись с отрядом Г. Валуева, захватил и сжег Великие Луки30. Эта запись в Новом летописце вызывает определенные сомнения. Как известно, Г. Валуев в то время служил
26 Донесение польскому королю Сигизмунду III и его сыну царю Владиславу Сигизмундовичу от боярина И. Салтыкова из Новгорода. 1610 год, 17 ноября // СГГД. М., 1819. Ч. 2, № 209. С. 455.
27 Псковские летописи. Вып. 2 / под ред. А.Н. Насонова. М., 1955. С. 275.
28 Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. СПб., 2008. С. 342,  485.
29 Донесение польскому королю Сигизмунду III и его сыну царю Владиславу Сигизмундовичу от боярина И. Салтыкова из Новгорода. 1610 год, 17 ноября // СГГД. М., 1819. Ч. 2, № 209. С. 460.
30 Новый летописец. С. 348.
326


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
новоявленному царю Владиславу Сигизмундовичу а Андрей Просовецкий только что воевал с другим сторонником польского королевича - А. Лисовским. Да и последующие события заставляют нас сомневаться в сотрудничестве атамана со сторонниками Владислава. Автор третьей Псковской летописи иначе трактует эти события. Согласно его версии Лисовский и Просовецкий ранее, летом 1610 г., действительно какое-то время стояли в Великих Луках. Григорий Валуев пришел из-под Смоленска на Рождество 1611 г., и «пришед ночью искрадом, Луки Великие высек, многое множество православных христиан, и выжег». А Просовецкий с казаками «Волуева побил с Литвой не далее от Лук, и шел под Москву з Заруцким Иваном Мартиновым на Литву»31. Причем данные о столкновении Просовецкого с Валуевым в летописи расположены до известия о взятии Великих Лук. Как известно, Г. Валуев вместе с И. Салтыковым получили распоряжение короля Сигизмунда о движении на северо-запад в конце сентября 1610 г.32 А распоряжение о захвате Великих Лук поступило Валуеву в середине октября33. Поэтому вполне возможно предположить, что отряд Валуева на подходе к Великим Лукам был атакован казаками Просовецкого. И захватил Валуев город лишь после ухода атамана из этого региона. Эта трактовка событий выглядит гораздо более правдоподобной.
Судя по сохранившемуся польскому документу, после гибели Лжедмитрия II, Просовецкий вместе с другим известным атаманом Михаилом Черкашенином, некоторое время склонялся к принятию присяги царю Владиславу
31 Псковские летописи. Вып. 2. С. 275.
32 Поход Сигизмунда 111 в Россию (1609-1610 гг.) // РИБ. СПб, 1872. T 1. Стб. 674.
33 РИБ. СПб, 1872. T. 1. Стб. 685.
327


Глава 3
Жигмонтовичу. Они направили послов к патриарху Гермогену и московским боярам, и в первой половине января 1611  г. получили лист, в котором патриарх соглашался ходатайствовать за них перед Владиславом. Но эта присяга так и не состоялась34, и Андрей Просовецкий вынужденно дрейфовал в сторону антипольских сил.
В начале февраля 1611 года А. Просовецкий с большим казачьим отрядом возвращается в Замосковье. По разным оценкам у него было от пятисот до шести тысяч казаков35. Костяк отряда Просовецкого составляли украинские казаки, пришедшие с ним из-под Пскова. Однако в количественном составе преобладали русские казаки, представители различных сословий, оказачившиеся в годы Смуты36.
7 февраля 1611 года войска братьев Просовецких вновь заняли Суздаль, который затем удерживали с небольшим перерывом вплоть до марта 1612 года37.
34 Ответ литовско-польских послов московским царским послам на съезде под Смоленском, в котором стараются оправдать действия Сигизмунда и подданных его в отношении к самозванцам, ссылаясь на ответные статьи, данные царским послам на прежнем посольском съезде, бывшем в 1608 году в Москве. 1615, ноября 27 // Акты, относящиеся до истории Западной России, собранные и изданные Археографической комиссией (далее - АЗР). СПб., 1851. Т. 4, № 208. С. 482.
36 Станиславский А.Л. Указ. соч. С. 35-36; Отписка казанцев к пермичам, о присяге всего казанского народа содействовать освобождению Москвы от поляков, с требованием ратных людей и денежных доходов на помощь столице. С приложениями. 1611 год, 12 июня // ААЭ. СПб., 1836. Т. 2, № 188. С. 323.
35 Станиславский А.Л. Гражданская война в России XVII в. С. 29; Карамзин Н.М. История государства Российского. T. XII. С. 283.
37 Грамота (в списке) Андрея Просовецкого к собравшемуся в Ярославле ополчению о поспешении к нему в Суздаль для вспоможения Москве. 1611 год, 12 февраля // СГГД. М., 1819. Ч. 2, № 230. С. 501; Грамота (в списке) от Прокопия Ляпунова во Владимир. 1611 год, в феврале  //  СГГД. М., 1819. Ч. 2, № 238. С. 509-510.
328


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
В Суздале Просовецкий сразу развил бурную деятельность по консолидации антипольских сил в Замосковье. В это время уже полным ходом шла подготовка организации Первого ополчения против поляков. Наравне с П. Ляпуновым, И. Заруцким, Д. Трубецким, Н. Шульгиным Андрей Просовецкий выступил одним из его организаторов. После коротких переговоров ему удалось склонить к сотрудничеству владимирцев вместе с воеводой А. Измайловым. 11 февраля соединенные силы А. Измайлова и А. Просовецкого разбили посланный для захвата Владимира отряд боярина князя И. С. Куракина, который отступил к Юрьеву- Польскому. В этом же бою удалось захватить в плен стольника князя И. Б. Черкасского38. После этой победы Просовецкий убедил присоединиться к организации ополчения города Ярославль и Кострому, наладил контакты с Галичем и Вологдой39.
Именно отряд Просовецкого послужил авангардом ополченческих сил, практически первым достигнув в пятницу 22 марта 1611 года предместий Москвы40. Двумя днями ранее с юга к Москве подошли два небольших отряда повстанцев во главе с Ф.К. Плещеевым41.
38 Грамота (в списке) из Ярославля в Вологду о всенародном соединении против поляков. 1611 год, в феврале // СГГД. М., 1819. Ч. 2, №239. С. 510-514.
39 Отписка костромичей к вологжанам, о немедленной присылке доверенных особ для совета и ратных людей, с приложением отписки Андрея Просовецкого. 1611, в феврале // ААЭ. СПб., 1836. Т. 2, № 178. С. 303-304; Отписка устюжан к пермичам. С приложениями. 1611, 23 марта // ААЭ. СПб., 1836. Т. 2, № 182. С. 309-312; Скрынников Р.Г. На страже московских рубежей. М., 1986. С. 142.
40 Скрынников Р.Г. На страже московских рубежей. С. 155.
41 Бохун Т. Пацификация и пожар Москвы 29 марта - 5 апреля 1611 г. // Мининские чтения. Сборник научных трудов по истории Смутного времени в России начала XVII в. Н. Новгород, 2012. С. 284.
329


Глава 3
Вчерашние союзники по тушинскому лагерю и по борьбе с московским царём Василием Шуйским пришли освобождать столицу от польского гарнизона.
Недавно, благодаря обнаруженному в стокгольмском Государственном архиве и опубликованному Т. Бохуном документу, стали известны детали первого столкновения ополченцев с польскими отрядами. Как следует из текста источника, представляющего собой реляцию некоего пана Комаровского, А. Просовецкий подступил к Москве в пятницу в полдень со стороны Троице-Сергиева монастыря. Его войска состояли из нескольких тысяч донских, запорожских и русских казаков, а также стрельцов. Комаровский особо отмечает имевшиеся у Просовецкого защитные гуляй-города и артиллерию. Из Москвы навстречу Просовецкому выступили со своими полками полковники Струсь, Зборовский и немецкая пехота Борковского. Как следует из реляции, бой был упорным. Со стороны поляков особенно пострадал полк Струся. Кроме того, погиб командир одной из хоругвей Добромирский. А капитан немецкой пехоты Маржарет был тяжело ранен.
Просовецкий не добился победы. Его конница была рассеяна и бежала с поля боя. Стрельцы не успели полностью развернуть гуляй-города и выставить рогатки. Пехоту поляки частью порубили, а частью загнали в одну из церквей, где и сожгли. Поляками была захвачена вся артиллерия и разрушены гуляй-города. Остатки отрядов Просовецкого были спасены по причине отказа командиров польских рот на следующий день организовать преследование в глубоких снегах42. Н. Мархоцкий несколько
42 Relatia пана Коморовского о сожжении Москвы и о тамошних бояр отступничестве / перевод и публикация Т. Бохуна // Мининские чтения. Н. Новгород, 2012. С. 293-297; Дневник событий, относящихся к Смутному времени (1603-1613), из-
330


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
иначе рисует детали этого боя. Он пишет, что схватка конницы не была слишком ожесточенной, а Просовецкий потерял лишь около двухсот человек. Когда поляки стали теснить ополченцев, они ушли под защиту гуляй-городов. У поляков не было сил атаковать, и на ночь они отошли в город. Просовецкий воспользовался этим и отступил на несколько миль, чтобы дождаться Ляпунова43. Так или иначе, но Просовецкий потерпел поражение. А его и Измайлова войска были блокированы в Андронниковом монастыре.
Вскоре под Москву прибыли основные силы ополчения. Тогда Измайлов и Просовецкий смогли прорваться в Симонов монастырь, где соединились с отрядом старого знакомого - Ф.К. Плещеева. 1 апреля 1611 года ополченцы начали общее наступление на Москву. А.З. Просовецкий и А. В. Измайлов штурмовали Сретенские ворота. К 6 апреля Белый город был очищен от поляков44.
Роль Андрея Просовецкого в этих событиях была велика. В апреле 1611 года именно Андрея Просовецкого, наряду с Прокофием Ляпуновым, Иваном Заруцким и Иваном Волынским назвал польский король Сигизмунд III в своей грамоте главными зачинщиками восстания45.
вестный под именем Истории ложного Димитрия (из дневника Будилы) / пер. М. Кояловича // РИБ. T. 1. СПб., 1872. Стб. 231-232.
43 Мархоцкий Н. История Московской войны. М., 2000. С. 91.
44 Морозова Л.Е. Россия на пути из Смуты. М., 2005. С. 93.
45 Грамота (в списке) польского короля Сигизмунда III к боярам: о приключившемся в Москве кровопролитии от недоброхотствующего к нему патриарха Гермогена, Ляпунова и других с ними единомысленников, о сожжении сей столицы, о недоверии впредь ложным клеветам их и о смиренном ожидании на престол Российский сына его, королевича Владислава. 1611, апрель // СГГД. М., 1819. Ч. 2, №255. С. 540-541.
331


Глава 3
Несмотря на то, что сам Андрей Захарьевич с основными силами своего отряда находился под Москвой, район Суздаля и Шуи оставался под его контролем, играя роль тыловой базы. При этом руководители ополчения назначили в Суздаль воеводами окольничего И.П. Головина и П.И. Секирина46. А Иван Захарьевич Просовецкий очевидно какое-то время был воеводой Шуи. Тем не менее, по свидетельству очевидцев, «весь Суздаль был за Андреем Просовецким»47. В суздальских местах он даже жаловал поместьями. Известны пожалования Анфиногену и Василию Алалыкиным, вдове Дарье Ефимьевой48. Иногда Просовецкий наоборот изымал владения, как это произошло с поместьем Андрея Микулина49.
Собирали там братья Просовецкие и налоги. Причем известно, что А. Просовецкий распорядился не собирать с Шуи четвертных денег «покаместа Московское Государство очистится»50. Не грабил он в это время и монастырей - наоборот, летом 1611 года А.З. Просовецкий
46 Борисов В.А. Старинные акты, служащие преимущественно дополнением к истории г. Шуи и его окрестностей. М., 1853. С. 7.
47 Царская грамота боярину князю Федору Ивановичу Мстиславскому с товарищами, об оставлении, до прихода Государя к Москве, за дьяком Михайлом Даниловым вотчины, пожалованной ему при царе Василии Ивановиче. 1613, апреля 28 // Дворцовые разряды. СПб., 1850. T. 1 (Приложения), № 53. Стб 1167.
48 Дело Поместного приказа по тяжбе между стремянным конюхом Иваном Богдановым сыном Болдырева и Дарьей Федоровой дочерью Казимерова... // Акты служилых землевладельцев XV - начала XVII века. М., 2002. Т. 3, № 537. С. 459.
49 Выдержка из дел Сыскного и Поместного приказов о поместьях и вотчинах Андрея Андреевича Микулина и его сына Льва в Старицком и Муромском уездах // Акты служилых землевладельцев. М., 2008. Т. 4, № 518. С. 417.
50 Борисов В.А. Старинные акты, служащие преимущественно дополнением к описанию г. Шуи и его окрестностей. С. 7-9.
332


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
внес пятьдесят рублей в качестве своего вклада в Троице- Сергиев монастырь51.
В июне 1611 года на помощь осажденным в Москве полякам прибыли войска Я.П. Сапеги, которым была поставлена задача лишить ополченцев их баз снабжения в Замосковье. К Сапеге присоединились прорвавшиеся из Москвы роты ротмистров Косяковского, Казаковского и отряд князя Ромодановского. С этими силами Сапега захватил Ростов и направился к Александровой слободе и Переславлю-Залесскому. Из-под Москвы против Сапеги выступили отряды князя Петра Владимировича Бахтеярова-Ростовского и А.З. Просовецкого. Они сошлись с сапежинцами под Александровой слободой 16 июля, были разбиты и ретировались в Переславль.
Взяв укрепления Александровой слободы и истребив гарнизон, Сапега поспешил к Переславлю-Залесскому, который оставался последним препятствием на пути к Ярославлю и Волге. 18 июля на подступах к городу Просовецкий пытался остановить войско Сапеги и пришедший ему на помощь отряд ротмистра Казаковского. После нескольких часов боя, атаману все же пришлось укрыться за стенами крепости52. Две недели под Переславлем шли жестокие бои за овладение городом и Ярославской дорогой, но все атаки сапежинцев были отбиты, а ротмистр Мартин Дембинский был смертельно ранен53.
51 Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря. М., 1987. С. 137.
52 Дневник Сапеги. С. 309; Записки гетмана Жолкевского о московской войне. СПб., 1871. С. 117; Дневник событий, относящихся к Смутному времени... (из дневника Будилы) // РИБ. T. 1. Стб. 248- 249.
33 Новый летописец. С. 359; Источники истории. Записки Станислава Немоевского. Рукопись Жолкевского. Рязань, 2007. С. 414; Белобров С.А. Разрядные записи за Смутное время. М., 1907. С. 107.
333


Глава 3
Более того, Просовецкий совершал из города вылазки, но не очень удачные54.
В это же время обострились отношения между земской и казацкой частями самого ополчения. Земцы были недовольны грабежами и бесчинствами казаков. Заруцкий и Просовецкий пытались бороться с мародерством подчиненных, однако уладить конфликт не удалось55. Жертвой казачьего бунта 22 июля 1611 года пал признанный лидер Первого ополчения Прокопий Петрович Ляпунов.
Через месяц, 22 августа во время попыток Я.-П. Сапеги прорваться в Москву, А.З. Просовецкий был пленён56. Судя по всему, был пленен и его товарищ по обороне Переславля-Залесского князь П.В. Бахтеяров- Ростовский. 29 августа Просовецкий и Бахтеяров- Ростовский были обменены на четверых шляхтичей из отряда Сапеги и католического священника57.
Современники отмечают, что после возвращения из плена влияние А. Просовецкого в Первом ополчении значительно возросло. Популярный казачий атаман стал вторым человеком в ополчении после И.М. Заруцкого. По свидетельству архиепископа Арсения Элассонского, ополченцы избрали «главнокомандующим Ивана Мартыновича Заруцкого, человека достойного и сведущего в военном деле, и Андрея Просовецкого, которые очень много воевали словом и делом даже до смерти»58. Два
54 Дневник событий, относящихся к Смутному времени... (из дневника Будилы) // РИБ. T. 1. Стб. 247-250.
55 Подр. см.: Козляков В.Н. Смута в России. XVII век. М., 2007. С. 350; Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных в Хронографы русской редакции. М., 1869. С. 351.
56 Дневник Сапеги. С. 323; Долинин Н.П. К разбору версии правительства Михаила Романова о И.М. Заруцком // Археографический ежегодник за 1962 год. М., 1963. С. 14 6.
57 Дневник Сапеги. С. 325.
58 Елассонский Арсений. Мемуары из русской истории // Хроники
Смутного времени. М„ 1998. С. 193.
334


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
казачьих атамана во главе ополчения - в глазах дворян это было чересчур. Представители служилого сословия стали массами покидать подмосковный лагерь59. В «Сказании Авраамия Палицына» констатировалось: «Только осталися под Москвою боярин и воевода князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой, да Иван Заруцкий, да Андрей Просовецкий с казаки своими. И тем стали Литовские люди сильны»60.
В начале декабря 1611 г. А. Просовецкий повел ополченцев на последний отчаянный штурм Китай-города. Взорвав ворота, казаки ворвались в крепость, но были скошены плотным артиллерийским огнем. Неудача повергла Просовецкого в уныние61. Через некоторое время он покинул подмосковные полки и со своим отрядом отправился во Владимир для защиты «своих» владимирско- суздальских земель от расположившихся неподалеку отрядов Каменского.
Еще в ноябре 1611 года бывшие сапежинцы, в командование которыми вступил гетман Каменский, предприняли глубокий рейд в сторону Суздаля. Им удалось занять Гавриловскую слободу. А 19 декабря Каменский подступил к Суздалю. В распоряжении И. Просовецкого почти не было служилых людей. Он оборонялся в остроге силами посадских людей, монастырских служек и крестьян числом около 500 человек, и сумел отбить многочисленные атаки на город62. Потерпев неудачу под
59 Скрынников РГ. На страже московских рубежей. С. 204; Морозова Л.Е. Россия на пути из Смуты. С. 100.
60 Палицын А. Сказание о осаде Троицкого Сергиева монастыря от поляков и литвы и бывших потом в России мятежах. М., 1822. С. 256.
61 Грамоты и отписки 1611-1612 г. курмышскому воеводе Елагину // Летопись занятий Археографической комиссии (далее - ЛЗАК). 1861. Вып. 1. СПб., 1862. С. 17-18.
62 Дело о земляном Суздальском вале, отводимом под селитрениую варницу. 1643, март - апрель // РИБ. Т. 35, № 519. Стб. 1108;
335


Глава 3
Суздалем, отряд Каменского захватил Ростов и встал в нем лагерем.
Не позднее 20-х чисел декабря 1611  г. Андрей Захарьевич находился уже во Владимире и совместно с братом Иваном и вторым суздальским воеводой П. Секириным организовал тревожащие вылазки в сторону Ростова. В конечном итоге Просовецкому удалось вытеснить сапежинцев из Ростова, вернуть власть ополчения над Шуей и вновь взять под контроль довольно обширную территорию вплоть до Ярославля и Костромы. С присущей ему энергией А. Просовецкий пытался спасти дело Первого ополчения, где он был одним из признанных лидеров, и направлял призывы в Казань, Нижний Новгород, Курмыш, Арзамас с просьбами о помощи63. Но дело Первого ополчения было уже практически проиграно. Ситуацию усугубил факт присяги воинов ополчения так называемому Псковскому вору 2 марта 1612 года. Принес присягу и сам А. Просовецкий64. Сделано это было после потери Ярославля.
Ко времени начала выступления Второго ополчения из Нижнего Новгорода, в середине февраля 1612 года, Андрей и Иван Просовецкие были в Суздале. Они не собирались уступать власть нижегородцам. Следуя указаниям Заруцкого, братья двинулись на Ярославль, чтобы занять город до подхода отрядов Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского. Однако авангард Второго ополчения
Дневник событий, относящихся к Смутному времени... (из дневника Будилы) // РИБ. T. 1. Стб. 281; Сказка Суздальского архиепископа Серапиоиа и допросные речи Суздальского Спасо-Евфимьева монастыря архимандрита Иосифа с братией о земляном вале в Суздале. 164 3 год, 9 и 10 апреля // АИ. СПб., 1841. Т. 3. № 224. С. 384.
63 Отписка курмышскому воеводе Смирному Елагину. 1612 г., в Аврале // ЛЗАК. Вып. 1. СПб., 1862. Отд. II. Материалы. С. 17- 18.
64 Морозова Л.Е. Россия на пути из Смуты. С. 102.
336


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
под командованием Д.П. Лопаты-Пожарского успел в Ярославль раньше Просовецкого и захватил город, разоружив оборонявших его казаков. А. Просовецкий не решился начать братоубийственную войну (с неясным для его отряда исходом) и отступил назад к Суздалю65.
Однако настроения поменялось, и в Суздале Просовецких с их казаками уже не ждали. Как следует из послужного списка суздальца Григория Олтуфьева суздальские дворяне затворились в городе и сели от казаков в осаду66. В середине марта Второе ополчение заняло Кострому. Сюда прибыли суздальские представители с просьбой освободить уезд от казацких отрядов. Д.М. Пожарский направил под Суздаль отряд нижегородских стрельцов под командованием князя Р.П. Пожарского. Имея в тылу Владимир, который вместе с воеводой А. Измайловым уже перешел на сторону Второго ополчения, Просовецкие не стали втягиваться в военные действия и ушли к Москве. Некоторые казаки из их отряда перешли на сторону Пожарского67.
Далее в биографии братьев Просовецких обнаруживается «белое пятно». Их имен нет ни в известных нам документах Второго ополчения, ни в других источниках. Не известно также об их участии в движении И.М. Заруцкого. Известно, что после Смуты Андрей и Иван Просовецкие, потеряв все свои чины и поместья, оказались в опале. Поначалу они, по всей видимости, содержались в Москве. В октябре 1619 г. братья Просовецкие, вме-
65 Любомиров П.Г. Очерки истории нижегородского ополчения. М., 1939. С. 90-91.
66 Лисейцев  Д.В. Новые источники о боевых действиях в Замосковье в 1609-1612 годах // Смутное время: итоги и уроки. Сборник материалов второй Всероссийской научной конференции. Иваново, 2012. С. 155.
67 Новый летописец. С. 368; Станиславский А.Л. Гражданская война в России... С. 42-43.
337


Глава 3
сте с женами были сосланы в Великий Устюг. В ссылку их сопровождал пристав Никифор Талызин68. Там они жили как минимум до конца 1621 года69. Затем последовал перевод братьев на Соловецкие острова, а жены А. Просовецкого, Ульяны - в Ярославль. В мае 1623 г. И.И. Борняков доставил Андрея и Ивана Просовецких в Сольвычегодск, где к ним присоединилась и У. Просовецкая. Сольвычегодскому воеводе Ивану Чичерину было велено выделить для временного постоя ссыльных двор, к которому поставить охрану, «чтобы было во всем пригоже, а позору б никакого от посацких и от строжей Просовецким не было же»70. После сбора семья Просовецких была отправлена в Томск. В документах того времени он фигурирует в статусе «приказного человека». Как опытный военачальник, А.З. Просовецкий в 1634 г. возглавлял экспедицию против киргизов и чуть не погиб вместе со своим отрядом71. После этих событий его ждала долгожданная реабилитация и возвращение в дворянское
68 Указная грамота царя Михаила Федоровича на Тотьму воеводе кн. Василию Михайловичу Селеховскому о выделении Микифору Талызину провожатых для сопровождения в Великий Устюг Андрея и Ивана Просовецких. 1619 г., октября 8 // Указные грамоты городовым воеводам и приказным людям. 1613-1626 гг. М., 2012. № 114. С. 209.
69 Приходно-расходные книги московских приказов 1619- 1621 гг. М., 1983. С. 389, 391; Бахрушин С.В. Павел Хмелевский // Бахрушин С.В. Научные труды. Т. 3. М., 1955. С. 163-164.
70 Указная грамота царя Михаила Федоровича на Соль Вычегодскую воеводе Ивану Чичерину об условиях отправки в Сибирь с Соловков Андрея и Ивана Просовецких и из Ярославля Ульяны, жены Андрея Просовецкого. 1623 г., мая 7 // Указные грамоты городовым воеводам... № 99. С. 373.
71 Оглоблин Н.Н. Обозрение столбцов и книг Сибирского приказа // Чтения в Обществе истории древностей российских. М., 1900. Ч. 3. С. 121. Барахович П.Н. Поход Андрея Просовецкого в Киргизскую Землю 1634 г. [Электронный ресурс] // История военного дела: исследования и источники.- 2021 - XI. - С. 278-316. <http://www. milhist.info/2021/03/20/barakhovich_4> (20.03.2021).#milhist
338


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
сословие. Вернувшись в Москву, в 1635/36 году он получил чин дворянина московского. Ему был назначен оклад в 700 четей земли и 40 рублей денежного жалования72. В марте 1636 г. московский дворянин А.З. Просовецкий назначается воеводой в Чаронду (север нынешней Вологодской области)73. В «Подлинном» боярском списке 1637/38 г. он по-прежнему записан на Чаронде, помета зачеркнута, следовательно, он вернулся оттуда после составления этого документа, уже в середине 1638 г..74 Известно, что еще в феврале 1638 г. он находился на Чаронде, тогда же им была выдана грамота попу Алексею на оброчную пустошь в Чарондской округе Белозерского уезда75.
В октябре 1638 г. во время отъезда царя Михаила на богомолье ему была оказана милость «дневать и ночевать» на государевом дворе76. В 1639 г. он находится на службе в Туле в полку боярина и воеводы князя Д.М. Черкасского. Согласно записям Разряда, он был головой сотни, состоящей из представителей дворянских корпораций Твери, Торжка, Старицы и Можайска77.
Судя по сохранившимся документам, А.З. Просовецкий был женат вторым браком на вдове подьячего Дружины Коптева - Анне. Этот брак мог быть заключен не ранее 1629 г., так как до этого Д.И. Коптев был жив, а ско-
72 Станиславский А.Л. Указ. соч. С. 78.
73 Станиславский А.Л. Указ. соч. С. 78; Воскобойникова Н.П. Описание древнейших документов архивов московских приказов XVI - начала XVII веков. М., 1999. С. 151.
74 Горбатов Е.Н. «Подлинный» боярский список 1637/38 года // Российская генеалогия: научный альманах. Выпуск пятый. М.: Старая Басманная, 2019. С. 84.
75 Описание Грамот Коллегии Экономии. T. 1 А-И / Подготовил А.В. Антонов. М.: «Древлехранилище», 2016. С. 926.
76 Записные книги Московского стола 7147 г. // РИБ. СПб., 1886. Т. 10. С. 118. «Дневать и ночевать» здесь - охранять государев двор.
77 ДР. СПб., 1851. Т. 2. Стб. 605.
339


Глава 3
рее всего - после приезда из Сибири в Москву78. В 1638 г., уже после возвращения из Чаронды в столицу, он выдал свою падчерицу Федосью Дружинину дочь Коптева замуж за Ивана Алексеевича Философова. В приданное И. А. Философов получил вотчину Д. Коптева, пожалованную за «осадное сидение в королевичев приход», половину д. Ульянино в Коломенском уезде и поместный жребий с. Городковичи в Рязанском уезде79. Вторую падчерицу Авдотью А.З. Просовецкий в феврале 1645 г. выдал за князя Ивана Борисовича Вяземского. В приданное была дана вторая половина коломенской вотчины80. Его имя фигурирует в качестве отсутствующего на службе в Москве дворянина московского в Боярском «подлинном» списке 7152 года81. К этому времени он, скорее всего, был в весьма преклонных годах. Тем не менее, в сентябре 1646 г. он назначается воеводой Козмодемьянска82. В дальнейшем он много болел, в 1653 г. был от службы отставлен. Умер А.З. Просовецкий в 1656/1657 г.83
***
Сложенная из редких противоречивых сведений мозаика жизненного пути Андрея Захарьевича Просовецкого
78 Дело по челобитью дьяка Сурьянина Тараканова о пожаловании ему за службы и за московское осадное сидение из поместья в вотчины. 1628, январь // АМГ. СПб., 1890. T. 1, № 200. С. 224.
79 Записные вотчинные книги Поместного приказа 1626-1657 гг. М., 2010. С. 684; Осадный список 1618 г.  // Памятники истории Восточной Европы. T. VIII. М.; Варшава, 2009. С. 18,  108.
80 Записные вотчинные книги Поместного приказа 1626-1657 гг. С. 793.
81 Жаринов Г.В. Боярский «подлинный» список 7152 (1643/44) года. // Архив русской истории. Вып. 8. М., 2007. С. 436.
82 Записная книга Московского стола 7155 года // РИБ. СПб., 1886. Т. 10. С. 312.
83 Белоусов М.Р. Боярские списки 1645-1667 гг. как исторический источник. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Казань, 2006. Приложения. С. 360.
340


Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий...
представляет его «человеком войны» - Homo belli. Кипение битв, столкновений, погонь, отступлений и дерзких взлётов вытолкнули на поверхность событий Смутного времени России А.З. Просовецкого. Отсутствие в тех условиях чёткой военно-политической системы с её социальным регулированием и регламентацией сделали возможным феномен Андрей Просовецкого. Ни до, ни посте Смуты он не имел бы шансов пробиться наверх и заявить о себе. В некотором роде он стал олицетворением той войны, что называется Смутой в России. В той части войны, что характеризуется словами «войной всех против всех».
Просовецкий интуитивно чувствовал логику стихии войны и вёл себя органично в её условиях. При этом, будучи отважным, дерзким, удачливым, он пользовался большим авторитетом среди вояк. Это и привлекало к нему внимание лидеров тех или иных движений Смутного времени, обусловило их предложения службы ему. Он же выбирал, видимо, думая о возможностях реализоваться в победах, удачливых рейдах, рискованных манёврах, трофеях и власти.
Как «человек войны» Просовецкий не был скован социальными предубеждениями и правилами, моральными обязательствами. Легко сходился с союзниками, а затем легко воевал с ними. Ему чужды были понятия жалости и сострадания не только к побеждённым, но и к просто невинным жертвам. И об этом надо помнить. Это цена лихости и беззаветной отваги Просовецкого, которые её никак не окупают. Участие А.З. Просовецкого в организации Первого ополчения было им самим и осквернено отказом от следования цели этого движения, провозглашённой Прокопием Ляпуновым. Именно участие в этом Ополчении взаимообразно позволило Просовецкому получить власть и закрепиться в Суздальском уезде в 1611-
341


1612 гг. Эти успехи и лишили его свободы манёвра, поскольку он не смог чем-то пожертвовать из них и проявить гибкость в отношениях со Вторым ополчением. Последнее было определено тем, что как «человек войны» он был, со своим звериным инстинктом, наделён чувством тактики, но не стратегии и, как следствие, политического анализа и предвидения. Расплатой стала оценка его деятельности правительством Михаила Романова ссылками по Северу и Сибири и затянувшаяся реабилитация.
В условиях политической пустоты, созданной Смутой, и мог появиться А.З. Просовецкий. По мере выхода Российской государственности из кризиса, возрождения военно-политических институтов масштабность А.З. Просовецкого мельчает, и державная махина подчиняет его, а потом использует на дальних восточных рубежах его военный опыт в стычках с не признающими правил войны вольными народами Сибири. Эта же державная махина использует его и награждает дворянством. Но не было бы Смуты, и не было бы взлёта А. 3. Просовецкого; его бы не заметили; военные дарования его бы не раскрылись, и он бы остался там, где пребывал до 1606-1607 гг.
Очерк сделан на основе статьи: Кабанов А.Ю. Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий - один из организаторов Первого ополчения» // Смутное время и земские ополчения в начале XVII века. К 400 - летию создания Первого ополчения под предводительством П.П. Ляпунова. Сборник трудов Всероссийской научной конференции. Рязань, 2011. С. 143-149. В очерк внесены значительные дополнения и исправления по сравнению со статьёй.
342


Три атамана: Василий Хромой, Макар Козлов, Афанасий Коломна
«в вашей нелюбви Московскому государству и ратным людям пагуба становится»
Благодаря работам А.Л. Станиславского, Н.П. Долинина, Р. Г. Скрынникова, В.Н. Козлякова, И.С. Шепелева, к настоящему времени обоснована точка зрения о роли казачества как об одном из решающих факторов Смутного времени1. Так, вряд ли бы удержался «на плаву» и дождался бы смерти Бориса Годунова, а затем и приглашения на престол Григорий Отрепьев без поддержки атамана Андрея Корелы. А выступление воеводы «царя Дмитрия» Ивана Болотникова без атамана Федора Волдыря быстро бы деградировало до уровня
1 Станиславский А.Л. Гражданская война в России XVII в.: казачество на переломе истории. М., 1990; Долинин Н.П. Подмосковные полки (казацкие таборы) в национально-освободительном движении 1611-1612 гг. Харьков, 1958; Скрынников Р.Г. Минин и Пожарский. М., 1981; Он же. Три Лжедмитрия. М., 2004; Он же. Михаил Романов. М., 2005; Козляков В.Н. Михаил Федорович. М., 2004; Он же. Герои Смуты. М., 2012 (глава о И.М. Заруцком); Станиславский А.Л. Восстание 1614-1615 гг. и поход атамана Баловня // Вопросы истории. 1978. № 5. С. 111-126; Он же. Казацкое движение 1615-1618 годов // Вопросы истории. 1980. № 1; Он же. Движение И.М. Заруцкого и социально-политическая борьба в России в 1612-1613 гг. // Исторические записки. М., 1983. Т. 109. С. 307- 338; Он же. Правительственная политика по отношению к «вольному» казачеству (1612-1619 гг.) // История СССР. 1984. № 5; Фигаровский В.А. Крестьянское восстание 1614-1615 гг. // Исторические записки. Т. 73. М., 1963; Шепелев И.С. Донское и волжско-терское казачество в классовой и национально-освободительной борьбе в Русском государстве периода Крестьянской войны и польско- шведской интервенции(первая четверть XVII в.) // Из истории социально-экономического развития и классовой борьбы в Нижнем Поволжье. Волгоград, 1972. С. 3-68 и др.
343


Глава 3
действий воровской шайки Северской земли. И при Тушинском самозванце выдвинулись и сыграли тогда и потом значительную роль атаманы братья Иван и Захарий Заруцкие, Андрей и Иван Просовецкие. Казачьи атаманы Борис Каменное Ожерелье, Филат Межаков, Василий Баловнев были весьма заметны в истории подмосковных ополчений, а после 1613 г. приняли активное участие в завершавших событиях и сражениях Смуты. Тем не менее, биографии «смутных» казачьих атаманов мало изучены, в том числе, и потому что за ними в общественном восприятии закрепился образ разрушителей, выразителей непоследовательной безыдейной стихии кризиса начала XVII в. При восполнении этой биографической и фактографической лакуны прошлого России имеется подспорье. В ряде общих работ содержатся определенные сведения биографического характера о тех казачьих атаманах, которых вытолкнула Смута на авансцену истории.
***
В очерке речь пойдет о трех атаманах, чьи судьбы в целом схожи: о Василии Савельеве по прозвищу «Хромой», Макаре Алексеевиче Козлове и Афанасии Коломне. До времени Первого ополчения о них сведений не имеется. Исключение составляет атаман Афанасий Коломна. Он происходил из посадских людей города Коломны - отсюда и прозвище. Как следует из его челобитной царю Михаилу, поданной в начале 1613 г., к тому времени служил государевы службы «зимние и летние с травы да с воды, с поля 25 лет»2. Тогда в Кожевенной слободе
2 Две челобитных казачьего атамана Аф. Коломны, первая - боярам, а вторая - Михаилу Федоровичу с просьбой обелить его двор в Коломне от всяких податей за его службы; и грамота бояр в Коломну по первой челобитной. 1612, декабрь - 1613, 5 августа:
344


Три атамана: Василий Хромой, Макар Козлов, Афанасий Коломна
Коломны у него жили мать и младший брат Кондрат, а он нес казачью службу.
Все три атамана со своими станицами участвовали в осаде занятой поляками Москвы силами Первого ополчения.
Василий Хромой одним из первых со своим отрядом перешел на сторону Второго ополчения, что способствовало усилению политического веса и значения движения Кузьмы Минина и князя Д.М. Пожарского. Как только стало известно, что лидеры Первого ополчения, в прошлом тушинские бояре Д. Трубецкой и И. Заруцкий присягнули Псковскому вору Сидорке, самозванцу Лжедмитрию III3, Василий Хромой, Андрей Волдырь и еще 15 атаманов сделали свой выбор. В июне 1612 г. они прибыли в Ярославль, где и присоединились к войску Кузьмы Минина и князя Д.М. Пожарского4.
В том же июне 1612 г. приехал в Ярославль и атаман Афанасий Коломна. Правда, он представлял тех самых руководителей Первого ополчения, которые сделали было ставку на псковского самозванца. Кроме Коломны, делегацию составили дворянин Корнил Никитич Чеглоков, дьяк Алексей Витовтов, казачьи атаманы Иван Немой, Степан Ташлыков и Бесчастный Власьев. С собой
Акты подмосковных ополчений и Земского собора 1611-1613 гг. / собрал С.Б. Веселовский (далее - АПОиЗС) // ЧОИДР. 1911. Кн. 4. М., 1911 (Смутное время Московского государства. Вып. 5). №91. С. 110.
3 Выдававшему себя за якобы спасшегося Тушинского вора, которого на самом деле убил в Калуге Петр Урусов.
4 Окружная грамота (в списке) военачальника Князя Дмитрия Михайловича Пожарского, от имени всех чинов, в Великороссийские города (в Путивль).., о присылке ему ратных людей, денег и выборных от всякого звания людей, для советования с ними избирать ли на царство предлагаемого новгородцами шведского королевича. 1612, июнь // Памятники истории Смутного времени / под ред. А.И. Яковлева. М., 1909. № 30. С. 99.
345


Глава 3
они привезли грамоту от Трубецкого и Заруцкого о том, что присяга Псковскому вору была ошибкой, что воины Первого ополчения готовы продолжить войну с поляками совместно со Вторым ополчением5.
Практических результатов этот визит не принес. Союз двух ополчений тогда не состоялся. Тем не менее, когда в августе 1612 года у стен Москвы разгорелось сражение между ополченцами Д. Пожарского и войсками гетмана Ходкевича, казачьи атаманы Первого ополчения Филат Межаков, Афанасий Коломна, Дружина Романов и Макар Козлов в решающий момент вступили в бой. Они сковали и опрокинули венгерскую пехоту, не дав ей возможности ударить по полкам Пожарского. Согласно «Новому Летописцу», именно они после этого ратного дела порицали в лицо державшего нейтралитет Д.Т. Трубецкого, с упреком сказали: «в вашей нелюбви Московскому государству и ратным людям пагуба становится»6. Своим своевременным вмешательством атаманам удалось переломить ход неудачно складывающейся для войска Минина и Пожарского битвы. Конечно же, инициативно-стремительное выступление этих казачьих отрядов на стороне Пожарского ускорило достижение согласия между руководителями ополчений и приблизило освобождение Москвы, а значит, и грядущее преодоление Смуты.
Принимал также участие в боях под Москвой 1612 г. со своими казаками Василий Савельев (Хромой). Как указано выше, они уже были в составе Второго ополчения. Атаман Василий не жалел себя в сшибках и схватках в улочках московского посада, на дорогах, ведших
5 Окружная грамота (в списке) военачальника Князя Дмитрия Михайловича Пожарского... 1612, июнь // Памятники истории Смутного времени. М., 1909. № 30. С. 101.
6 Новый летописец// ПСРЛ. М., 1965. Т. 14. С. 124-125.
346


Три атамана: Василий Хромой, Макар Козлов, Афанасий Коломна
в кремль: будучи не раз ранен, он не покидал боя и пять раз ему подводили новых коней взамен убитых под ним7. Чтобы оценить его самоотверженность, надо знать историю с его землевладением.
В начале 1612 года руководители Первого ополчения пожаловали ему в качестве поместья треть села Филисово с деревнми в Луховском уезде8. Это было 200 четей земли. Это единственный известный случай пожалования поместья казаку в Первом ополчении9! Понятно, как к нему трепетно относился Василий Хромой. Когда же он встал под знамёна Д.М. Пожарского, то тот изъял это поместье для поместной раздачи смолянам - дворянам и детям боярским, а В. Хромому назначил оклад из Владимирской чети в 15 рублей и 20 четей хлеба. Оклад был назначен, но не выдавался. В январе 1613 г. В. Хромой бил челом Совету всей Земли о том, что служит на Москве «без съезду», не имея ни земельного, ни денежного оклада. При этом он заявлял, что ему был назначен поместный оклад в 500 четей земли и денежный в 15 рублей. И никакой обиды, не до неё, когда шла битва за Москву и даже после неё!
14 января 1613 г. Д.Т. Трубецкой и Д.М. Пожарский постановили Василию Хромому «служить с детьми боярскими по Владимиру»10. Кроме того, владимирским
7 АПОиЗС: Челобитье боярам казачьего атамана В. Хромого о выдаче ему за его службы денежного и хлебного жалованья и о назначении служить по Владимиру; и грамота по его челобитью к воеводе и дьяку во Владимир. 1613,14 января // ЧОИДР. 1911. Кн. 4., №  97. С. 118.
8 Столбцы Галицкой и Владимирской Четвертей 120-126 гг.: Четвертчики Смутного времени. 1604-1617 гг. (Смутное время Московского государства. Вып. 9) / пред. Л.М. Сухотина // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. М., 1912. С. 271-272.
9 Станиславский А.Л. Гражданская война... С. 42.
10 АПОиЗС: Челобитье боярам казачьего атамана В. Хромого... // ЧОИДР. 1911. Кн. 4,. № 97. С. 118.
347


Глава 3
властям предписывалось выдать атаману 7 рублей с полтиной денег и по пять четей ржи и овса в счет его оклада. Таким образом, он оказался первым казачьим атаманом, вошедшим в состав городовой дворянской корпорации11. Во Владимирской десятне 1613 г. Василий Савельев сын Хромово был записан городовым сыном боярским с окладом 500 четей12.
Осенью 1613 г. В. Хромой в составе казачьего отряда А.Ф. Палицына воевал со шведами под Старой Руссой. И там под ним было убито три лошади13. В 1615 г. атаман Василий Хромой ходил с князем Д.М. Пожарским в северские города против А. Лисовского. За участие в походе ему было выдано 4 рубля «государева жалования»14. Видимо, жалование ему, как и многим другим, выдавалось нерегулярно. Хоть это и был заключительный этап Смуты, но тогда о нём знали и продолжали биться, отвечая на всевозможные вызовы. Тем не менее, в 1614 г. Василий Хромой всё же пожаловался царю, что из положенного жалования во Владимирской чети получил лишь четыре с половиной рубля «и за ту... службишко не пожалован ничем, з женишком и з детишками волочюсь меж двор, помираю голодною смертью»15. В ответ на челобитье Хромого владимирским воеводам было указано выдать ему половину его денежного и хлебного жалования16. Более
11 Станиславский АЛ. Гражданская война... С. 102.
12 Шапошников В.В. Heraldica. Исторический сборник. СПб., 1900. T. I. С. 25.
13 Столбцы Галицкой и Владимирской Четвертей 120-126 гг.: Четвертчики Смутного времени... // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 272.
14 Приходно-расходная книга Разряда 123 года: Приходно- расходные книги московских приказов. Кн. 1 / сост. С.Б. Веселовский // РИБ. М., 1912. Т. 28. Стб. 347.
15 Столбцы Галицкой и Владимирской Четвертей 120-126 гг... // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 272.
16 Столбцы Галицкой и Владимирской Четвертей 120-126 гг. // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 270-271.
348


Три атамана: Василий Хромой, Макар Козлов, Афанасий Коломна об атамане Василии Хромом сведений не имеется. Правда, в 1620-1622 гг. в источниках упоминается царицынский сын боярский Василий Хромой (Хромово, Хромов), но сведений, подтверждающих, что он и лихой казачий атаман и вояка Смутного времени, не обнаружено17.
Еще до освобождения Москвы руководители подмосковных полков выдали Афанасию Коломне «обельную» грамоту на двор его родственников в Коломне. Но в декабре 1612 г. атаман жаловался, что городские власти не признали грамоты, обвиняя его в «воровстве». Вторая грамота, выданная Советом всей земли, также была проигнорирована коломенскими властями. Наверное, им претило, что посадский человек Коломны так вознёсся. И атаман Коломна в августе 1613 г. вынужден был вновь «бить челом» по этому поводу, теперь уже царю Михаилу. По царскому указу 5 августа 1613 г. ему была выдана уже третья «обельная грамота»18, которую уже нельзя было положить «под сукно».
За активное участие в очищении Москвы от поляков атаман Афанасий Коломна был пожалован высоким поместным (650 четей земли) и денежным (25 рублей) окладом. Но правительство нового царя не спешило верстать окладами неродовитых участников ополчений. Из причитавшегося поместного оклада А. Коломна получил лишь небольшое поместье - «Якушев починок и Мордвинову деревню» в Мытском стане Суздальского
17 Малов А.В. Царицынские службы и царицынские служилые люди в расходных книгах казенного двора. 124-й (1615/1616) - 130-й (1621/22) годы // Вестник ВолГУ. Серия 4, История. Регио- новедение. Международные отношения. 2019. Т. 24, № 2. С. 184-202 (С. 190).
18 АПОиЗС: Две челобитных казачьего атамана Аф. Коломны, первая - боярам, а вторая - Михаилу Федоровичу с просьбой обелить его двор в Коломне от всяких податей за его службы; и грамота бояр в Коломну по первой челобитной. 1612, декабрь - 1613,  5 августа  //  ЧОИДР. 1911. Кн. 4. М., 1911. №91. С. 109-111.
349


Глава 3
уезда (ныне Пестяковский район Ивановской области). По писцовым книгам, в поместье числилось 115 четей с осьминой. Однако, по словам самого атамана, «то все пусто от Казанского взятья и лесом большим хоромным поросло». Трудно сказать, о каком «Казанском взятье» идет речь в этой челобитной, составленной в феврале 1617 г. Это могли быть и черемисские войны, завершившиеся в середине 1580-х годов, а могли быть и Казанские походы Ивана Грозного. В поместье «в живущем» оказалось лишь «12 четей с осьминой». Три имеющихся крестьянских двора не справлялись даже с уплатой податей, «стояли на правеже» и, по мнению помещика-атамана, «хотят разбрестись розно»19.
В 1614 г. атаман А. Коломна участвовал в походе Д.Т. Трубецкого под Новгород. В боях со шведами под Бронницами в июле он получил тяжёлую рану. Военное счастье изменило ему, он стал инвалидом. 20 марта 1615 г. за новгородскую, бронницкую службы и за раны ему было единовременно выдано 9 рублей20.. 30 марта 1615 г. «за бронницкую службу и за рану 122-го году придано ему к старому его окладу, к 25 рублем, 5 рублев». Полностью свой тридцатирублевый оклад атаман получил всего один раз, затем денежное жалование увечному калеке платить перестали.
7 февраля 1617 года А. Коломна пишет полную отчаяния и боли, физической и душевной, челобитную царю Михаилу: «...я, холоп твой, лежу ранен третий год, пить и есть нечего, и твоей царской службы служить не могу, увечен... и твоего царского жалования ни
19 Столбцы Галицкой и Владимирской Четвертей 120-126 гг.: Челобитная атамана А. Коломны о жалованье и выписка из Галицкой чети об его окладе. 1617, февраля 7 // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. № 80. С.  296-297.
20 Приходно-расходная книга Разряда 7123 года // РИБ. М., 1912. Т. 28. Стб. 328.
350


Три атамана: Василий Хромой, Макар Козлов, Афанасий Коломна имывал ни одной деньги, и от лечьбы и от зелья от ран лекарям стало давать нечего, взять негде. Милосердный государь ... Михаил Федорович всея Руси, пожалуй меня, холопа своего, за мое службишко и за раны и за увечья своим царским четвертным жалованием, чтоб я холоп твой, лежа в гною, голодной смертью не умер и в конец не погиб. Царь государь, смилуйся, пожалуй»21.
Челобитная Коломны разбиралась в Боярской Думе. Бояре приговорили выдать бывшему атаману половину его годового жалования. Из-за увечья, вместо него жалование получил стряпчий Московского Чудова монастыря Савин Аврамов. Такое, пусть даже скупое, внимание к своей доле Афанасий Коломна оправдал (может, и не совсем бескорыстно).
Бывший атаман превозмог себя и явился оборонять Москву, когда к ней подошло в 1618 г. войско королевича Владислава. Согласно Осадному списку, поместный атаман Афанасий Коломна служил «в объезде»22. Это дало Коломне возможность перевести свое поместье в вотчину. Умер Афанасий Коломна не позднее декабря 1625 года, так как 18 января следующего года его вотчина, составлявшая 45 четей и включающая деревню Якушево (Мордвиново тож), починок Шальганов и жребий деревни Шехирей была пожалована окольничему князю Григорию Константиновичу Волконскому вместо взятой у него и пожалованной Спасскому монастырю костромской вотчины23.
21 Столбцы Галицкой и Владимирской Четвертей 120-126 гг. // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. № 80. С. 296-297.
22 Осадный список 1618 г. // Памятники истории Восточной Европы. Том VIII. / сост. Ю.В. Анхимюк, А.П. Павлов. М.; Варшава. С. 84.
23 Зерцалов А.Н. Новые данные о Земском Соборе 1648-1649 гг. // ЧОИДР. 1887. Кн. 3. С. 76-77.
351


Глава 3
Непростой оказалась и судьба атамана Макара Козлова после освобождения Москвы. За подмосковные службы 1612 года он получил поместья в Луховском и Шацком уезде. Зимой 1613/1614 г. его станица была направлена под Новгород, в помощь войску Д.Т. Трубецкого (тогда тяжёлое ранение и получил Коломна), а до этого, летом - осенью 1613 г., участвовала в тяжелых боях с черкасами и шведами под Тихвином24. В мае 1614 г. семерым казакам его станицы за доставку языков из-под Новгорода было выдано государево жалование - по «4 аршина сукна английского лазорево и зеленово»25. Не щадили себя казаки, решившие служить Михаилу Романову.
Правда, не обошлось без эксцессов. По дороге на войну казаки Козлова разграбили вотчины царицы-инокини Марфы Нагой (последней жены Ивана Грозного), главы Боярской Думы князя Ф.И. Мстиславского, а также совершили нападение на следовавший в Москву с чудотворной иконой обоз Кирилло-Белозерского монастыря. Сломив сопротивление монастырских слуг, казаки забрали себе 46 лошадей, запасы и деньги в сумме 211 рублей 26 алтын. Пострадал и игумен Матвей, с которого сняли соболиную шубу. Вот они рецидивы вольного, без «руля и ветрил» наследия анти-этики Смуты. Но и без последствий они не остались.
В октябре 1614 г. атаман М. Козлов ответил за эти - свои и своих людей - преступления и некоторое время пробыл в тюрьме26. Освобождение ему дала война. Во
24 Отписка воеводы Федора Плещеева о побеге атамана Михаи¬
ла Титова со взятыми под Олонцом языками к Барай мурзе. 1614,
февраль // АМГ. СПб., 1890. T. 1, № 57. С. 93-94.
23 Приходно-расходные книги Казенного приказа: Расходные
книги товарам и вещам. 1613-1614 гг. // РИБ. СПб., 1884. Т. 9.
С. 287.
30 Станиславский А.Л. Гражданская война... С. 105.
352


Три атамана: Василий Хромой, Макар Козлов, Афанасий Коломна время похода к Москве польских войск королевича Владислава и гетманов Ходкевича и Сагайдачного летом 1618 г., М. Козлов состоял на царской службе. В августе он направлен из Москвы с царской грамотой в Каширский и Тульский уезды, где собрались значительные группы дезертировавших с царской службы казаков. Правительство рассчитывало, что появление такого известного и авторитетного атамана с призывом идти в войско столь уважаемого казаками князя Д.М. Пожарского и обещание жалования приведут к возвращению дезертиров в полки.
Миссия Козлова успехом не увенчалась. Казаки припомнили атаману историю с грабежами самого М. Козлова и ушли в Ярополчскую волость (район современного г. Вязники Владимирской области), где и встали вооруженным лагерем27.
В конце августа - начале сентября 1618 г. станица Макара Козлова входила в войско Г. Волконского, прикрывающее от войск гетмана Сагайдачного южные подступы к Москве. Князь Г. Волконский хотел направить станицы самых надежных атаманов К. Терентьева, В. Крылова и М. Козлова на помощь осажденной Кашире, но атаманы под давлением разлагавшихся на глазах казачьей массы не смогли её поднять и остались в Коломне. После двухдневных боев с Сагайдачным, закончившихся переправой войск гетмана через Оку, казаки покинули войско Г. Волконского и отступили к Москве28. Там-то, на последнем рубеже, казаки и проявили себя.
Станица Макара Козлова в составе ста казаков принимала участие в обороне Москвы в 1618 г. Вместе со стрельцами и монастырскими слугами под руководством
27 Станиславский А.Л. Гражданская война... С. 179.
28 Станиславский А.Л. Гражданская война... С. 183-184.
353


Глава 3
воевод Никона Бутурлина и Осипа Коковинского, казаки Козлова стояли крепко под стенами Московского Симонова монастыря29.
Верность крестному целованию, продемонстрированная атаманом М. Козловым в «королевич приход», не осталась незамеченной. Как и другим активным участникам «московского осадного сидения», его луховское и шацкое поместья были переведены в вотчину. Луховская вотчина располагалась в Пеленовской луке и включала деревни Боголюбово, Пещурово и пустошь Опарино, всего 37 четей земли30. Кроме того, в 1620/1621 г. ему было пожаловано еще одно поместье в 32 четверти земли (пустоши Зелиха и Демушиха) в Луховском уезде. По мнению А.Л. Станиславского, получение казаками дополнительных поместий было крайне редким, скорее исключительным явлением31. После смерти атамана его вотчины перешли к сыну Василию32.
***
Три наброска биографий (а большее не позволяет сделать состояние источников) казачьих атаманов Смутного времени показательны. Лихолетье начала XVII в. в России всколыхнуло народные массы. В ходе её брожения в качестве модели поведения в условиях попрания и релятивизации сословных сценариев реагирования на невиданные доселе вызовы стала казачья
29 Книги разрядные. T. 1. СПб.,1853. Стб. 518.
30 Сироткин С В. Материалы по истории Луха и Луховского уезда первой трети XVII века // Смутное время: итоги и уроки. Сборник материалов второй Всероссийской научной конференции. Иваново, 2012. С. 284.
31 Станиславский А.Л. Гражданская война... С. 217.
32 Осадный список 1618 г. // Памятники истории Восточной Европы. Том VIII. С. 147.
354


Три атамана: Василий Хромой, Макар Козлов, Афанасий Коломна
этика. Она пришла с периферийных зон государств Восточной Европы - России и Речи Посполитой. И оказалась усвоенной народными низами России. Простые люди, вырванные из привычных сфер обитания вихрем потери близких, голода, разбоя, не только быстро восприняли казачью этику достижения цели насилием, своеобразной простой справедливости мужского военного сообщества, но оказались способными возглавить это движение. Фигура Афанасия Коломны весьма примечательна. Как кажется, его решительный переход на сторону Ополчения Минина и Пожарского был обусловлен его посадским происхождением. При всех выгодах казачьего бытия оно ему было чуждо, ему было близко состояние социальной стабильности Российского государства. Наверное, подобный социальнокультурный «якорь» удержал в ценностной орбите Российской государственности Василия Хромого и Макара Козлова. И в связи с этим надо обозначить проблему, которая требует проверки. Все ли были казаками, кого так называют источники Смутного времени? Возможно, обобщённое устоявшееся к началу XVII в. название распространилось на маргинализированных Смутой подданных Государства Московского. И на момент выбора они сделали его в пользу последнего, а вот исконные казаки так и остались в своём положении (о чём свидетельствует «опыт» Заруцкого). И выбор этот на «пиковой точке» 1612 г. оказал громадное влияние на выход из Смуты. Однако, затем выходившее из кризиса Российское государство воссоздавало прежние социальные структуры и порядки и должно было встраивать в них харизматичных носителей народной инициативы, которые были признаны «своими». Итогом такой операции стало нивелирование казачьих атаманов и дальнейшее «растворение» в потоке истории России.
355


Глава 3
Очерк составлен на основе дополненной статьи А.Ю. Кабанова: «Три атамана: Василий Хромой, Макар Козлов, Афанасий Коломна».// Мининские чтения. Сборник научных трудов по истории Восточной Европы XI-XVII вв. Нижний Новгород, 2011. С. 107-112.


ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ


Личность смуты
Книга А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича в ряду научных трудов последнего двадцатилетия1 знаменует выход на новый уровень постижения Смуты в истории России через изучение устремлений, дел и поступков конкретных людей. Во Введении указано, что эта страшная пора в России всегда постигалась через истории людей. Однако до недавнего времени внимание заострялось на тех деятелях начала XVII в., которые определяли (и определили) ход истории: Борис Годунов, Лжедмитрий I и Лжедмитрий II, Марина Мнишек, Василий Шуйский, Михаил Скопин-Шуйский, Проко(ф)пий Ляпунов, патриарх Гермоген, Сигизмунд III, Кузьма Минин, Дмитрий Пожарский, Михаил Романов и др. Они вели одни массы, отталкивали другие.
Эти герои, разводимые по разным оценочным полюсам, органично вписывались в нарратив национальной истории. Той национальной истории, что формировалась в XIX в., что обрела «второе дыхание» в советской историографии, формировавшей образ прошлого - сочетание классово-народного и патриотического начал. Эти чёрно-белые лекала организации фактографии
1 Лисейцев Д.В. Приказная система Московского государства в эпоху Смуты. М. Тула, 2009; Беляков А.В. Чингисиды в России XV-XVII веков: просопографическое исследование. Рязань, 2011; Козляков В.Н. Герои Смуты. М., 2012; Эскин Ю. М. Дмитрий Михайлович Пожарский. М., 2013; Антонов А.В. К начальной истории нижегородского ополчения // Антонов А.В. Историкоархеографические исследования России XV - начала XVII века. М., 2013. С. 264-336; Селин А.А. Смута на Северо-Западе в начале XVII в.: очерки из жизни новгородского общества. СПб., 2017.
359


и биографистики Смуты предопределяли классификацию и тех деятелей, которых ещё совсем недавно относили ко «второму ряду». Но, именно, тот самый второй ряд деятельностью, поведением, поступками создавал своеобразную «критическую массу», которая была (не) отзывчива на те или иные призывы, лозунги. Значит, она и была той самой глубинной силой, определившей исход Смуты.
Эта же сила являлась равнодействующей, сложившейся из векторов личных судеб, разрешений на личном уровне дилемм общегосударственного, регионального и своего персонального уровней. И имя этой силы - народ. Народ, который перестал безмолвствовать именно в пору тяжкого структурного кризиса - в Смуту.
Изучение этого феномена - обретение народом голоса, практическое выражение своего мнения - возможно только при внимании к биографиям тех самых людей, что составляли активную часть социума. И ведь Смута, во-многом, открыла этот народ, в том числе, и для самого себя. Это последствие Смутного времени оказало большое влияние на культуру России «бунташного» XVII века, хотя рождение данного феномена чаще всего отодвигается к середине столетия.
Человек, личность которого изображается в литературе XVII века, в большей степени представлял низовые общественные слои. Этот герой изнывал от голода и холода, социальных притеснений и несправедливости2. Весьма важное обстоятельство. Именно страдания человека с последующей рефлексией по их поводу порождают и заостряют ощущение его «я». Но лишения ли все первой половины XVII в. привели к личностной рефлексии массового характера?
2 Лихачев Д. С. Человек в литературе Древней Руси. СПб., 2015. С.  231-247.
360


Личность смуты
Д.С. Лихачев, автор приведенных наблюдений, исходил из специфики развития литературы Руси-допетровской России с момента ее зарождения - от стилей эпического и монументального историзма литературы Древней Руси через эмоционально-экспрессивный стиль, идеализирующий биографизм и его кризис в книжности средневековой России. И в этом потоке постановка акцентов на «ценности человеческой личности», как показал и доказал исследователь, фиксируется в текстах XVII столетия. Однако схема Д.С. Лихачёва не учитывает общий культурно-исторический контекст «явления» личности в XVII в. Между тем, включение его в число факторов развития литературы позволяет увидеть в литературе не просто зеркало действительности, но - зеркало с эффектом отсроченного отражения уже сложившихся, сформировавшихся образов социальных и политических отношений.
Данный тезис подтверждается изучением соотнесенности истории России и истории русской литературы XVII в. Д.С. Лихачев рассматривал ее произведения на фоне процессов XVII столетия, порождавших страдания людей: экономическое и военно-политическое преодоление последствий Смуты, включение Российского государства в модернизационную гонку с европейскими державами. Эти и другие задачи решались за счет усиления эксплуатации государством общества. Реакция и протест последнего на усиливающийся экономический гнет и выражались в народных восстаниях, актуализации традиций самозванчества, религиозных движениях старообрядчества. Но развертывание этих явлений наблюдается уже в Смуту начала XVII в.
В ней и надо искать рождение личности в российском масштабе. Тогда «маленький» человек оказался незащищенным и одиноким перед голодом, гибелью близких,
361


произволом разбоя (со стороны интервентов, казаков, болотниковцев, тушинцев, чуждых этнических групп и пр.) и беззаконным всесилием «человека с оружием» или тех, кто действовал от имени власти и пр. В свою очередь, эти обстоятельства способствовали тому, чтобы, осознав свое беспомощное одиночество в паутине Смуты, человек задумывался о способах противостояния ее вызовам и преодоления ее, предлагая нетрадиционные решения задач выживания. Это и предопределялось осознанием себя личностью, способной на поступок и предопределяло это самое осознание.
Таких «пробуждённых» Смутой и в Смуту персон оказалось так много (книга А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича тому свидетельство), что они начали задавать новое качество российскому обществу.
Личности в массовом порядке выходят на историческую сцену России примерно в 1608-1609 гг. Тогда деструктивный характер эпохи проявился в полной мере: восстание И. И. Болотникова, хоть и подавленное, развязало первую Гражданскую войну в России, рассеянные болотниковцы продолжали действовать в разных регионах; в Тушине обосновался стан Лжедмитрия II, военной опорой которого были поляки; два царя - тушинский и московский - определили еще одну линию раскола; та же немыслимая ранее осада сакральной обители - Троицкого монастыря положила начало цепи нападений и разорению монастырей (в книге приведены примеры); заключение договора со шведами обусловило их военное присутствие, будущую оккупацию Новгорода и предуготовило открытую польскую интервенцию... В то время и стали выкристаллизовываться две стратегии поведения: либо принять все происходящее и стать жертвой стихий, либо противостоять им, использовать их для выживания и/или возможного возвышения. Вторая линия способ-
362


Личность смуты
ствовала появлению в самосознании индивидов чувства «Я», способное позиционировать себя отдельной величиной в людском потоке, иногда подчиняя его своей воле и/ или даже перенаправляя его.
Парадоксально, но «Я» родилось, когда стремительно обесценивалась человеческая жизнь - и чужая, и своя. Лёгкое отношение к смерти давало лёгкость в навязывании своей воли: несогласных убивали. Здесь можно вспомнить и Кузьму Минина, и Прокопия Ляпунова, и Лжедмитрия I, и других, легко шедших на насильственное принуждение. Его реализации уже не мешали регламентированные правила поведения и традиционные социально-политические структуры, когда, по мнению А.М. Панченко, «рушились средневековые авторитеты, и прежде всего авторитет власти»; без оглядки на неё можно было решать свои задачи или апеллировать к другому центру силы (характерны переходы Ф.К. Плещеева, Ф.Т. Черново-Оболенского, Г.Н. Орлова и др.). Тезис об эрозии общественных и государственных институций А. М. Панченко подкреплял примерами из времени после Смуты3... Однако, распространяя данное наблюдение на саму Смуту, можно заключить, что убийственное и бесчинное свержение Федора Годунова (плюс бессудная расправа с семьёй недавно почившего царя Бориса), воцарение (после противостояния терявшему властное обаяние Борису Годунову) и «осквернительное» свержение Лжедмитрия I, утверждение на престоле, низвержение и пострижение в монахи царя Василия Шуйского (Федор Иванович Волконский) и последующая отправка его в польский плен, (по)хождения по стране самозванцев
3 Панченко Л.М. Русская культура в канун петровских реформ // Из истории русской культуры: В 5 т. М., 1996. T. III: XVII - начало XVIII века. С. 19-20.
363


существенно девальвировали значимость социально- политических конструктов России. Она вместе со своим, ранее жестко организованным, каркасом общественных страт и этикетных предписаний поведения расшатывалась в начале XVII в. И людям, терявшим опору, уже было неуютно в ней. Ранее существовавший порядок не действовал, а если действовал, то приводил к неожиданным исходам небывалых и невиданных прежде событий и процессов. И человек вынужден был заменять предписанные, но уже не действующие эффективно алгоритмы поведения на самостоятельные решения и собственную инициативу. Он должен быть делать выбор в ситуациях альтернативных источников власти, заполнявших образовывавшийся раз за разом державный вакуум.
Еще один фактор способствовал рождению личности в истории России начала XVII в.- «долгая» война. В 1547-1584 гг. «русские войска не вели активных боевых действий всего... три года! Столь высокая интенсивность ведения войн вызвала появление такого феномена, как «военные поколения». При Иване Грозном выросло целое поколение, которое появилось на свет в условиях войны». Сформировалась генерация, жившая в условиях постоянного милитаристского сверхнапряжения (перманентная боевая готовность стала обыденностью российского дворянства), на поддержание которого требовались экстренные меры по концентрации и расходованию ресурсов. «Размыться» этому социальному явлению не дали и шесть военных лет в царствование Федора Ивановича (1584-1598)4. Во время Смуты действовали и «долгожители», вышедшие из военной эпохи Ивана Грозного, примерами которых
4 Филюшкин А.И. Андрей Курбский. М., 2008. С. 56.
364


Личность смуты
являются П.И. Секерин, Ф.И. Волконский, С.Е. Отрепьев. «Досмутный» период их биографии представлен А.Ю. Кабановым и Я.Н. Рабиновичем.
Война обусловливала принятие самостоятельных решений, обостряла инстинкт самосохранения при решении коллективных задач, а, значит, способствовала рождению «Я». Появление и закрепление феномена Ното belli на рубеже XVI-XVII вв., кроме издержек в виде брутальной жестокости, склонности к насилию как быстрому и убедительному способу решения проблем и пр., тоже было связано и с усилением «Я». Данное настроение военно-служилого сословия обратилось внутрь страны и «заразило» значительную часть мужского населения во время Смуты: за оружие брались представители всех слоев населения, защищая свои родных, дома, поселения или реализуя корыстные намерения. Готовность того, кто был ориентирован на социально созидательную деятельность, к вынужденному убийству», обусловливала понимание глубины ответственности (после убийства или просто защиты своих интересов с оружием в руках, особенно если это произошло в состоянии аффекта), раскаяние и поиск способов искупления. Естественно, данные процессы были сцеплены с индивидуализирующей рефлексией поступков.
Учет этих обстоятельств позволяет выдвинуть предположение о рождении личности в отечественной истории как значимого, масштабного социокультурного фактора в начале XVII в. Помещение этого феномена в массовое измерение позволяет заметить один из важнейших факторов преодоления Смуты в России - фактор слова и дела народа. Если в начале Смуты «народ безмолвствовал», то в ходе ее стало проявляться народное мнение и в своеобразной полифонии суждений, и в конкретных разнонаправленных стратегиях действий. И надо повто-
365


рить, что такое возможно лишь при наличии личностного самосознания.
Говоря о патриотическом порыве народа в 1610- 1612 гг., составленном из людей с формировавшимся личностным началом, нельзя принижать значение земных мотивов. Оголодавшие, истерзанные разбоями, произволом, терявшие родных и близких люди поднялись на защиту своего дома, угла, деревни, города и за восстановление того устройства, что обеспечивало бы порядок, в котором было бы привычно и комфортно. И получается, что страну в начале XVII в. в боях голодного Смутного времени, в сшибках с профессиональными польскими и шведскими воинами, наемниками, казаками, которые хорошо питались, умели и любили воевать, побеждать и т.д., спасали «униженные и оскорбленные» лишенцы». Спасали ценой собственного осознанного массового самопожертвования, произраставшего из прозаических соображений безопасности и предсказуемости.
Именно таким видится и представитель народа Кузьма Минин. Известно о нем мало - есть сведения только о пяти годах его жизни в 1611-1616 гг. Историки стараются извлечь из источников любую возможную информацию о нем. Зачем? Чтобы вглядеться в «лицо» человека, спасшего Россию. Недостаток информации о нём можно частично компенсировать восстановленными биографиями Мисюря Соловцова и его братьев, как и Минин, нижегородцев. Они до 1611 г. находились в гуще событий, связанных активной позицией Нижнего Новгорода в регионе стыка Верхнего и Среднего Поволжья и Нижнего Поочья (а также Нижнего Поволжья, если вспомнить «анабасис» войска Ф.И. Шереметева в 1607-1608 гг. от острова Балчик через Чебоксары в Нижний Новгород).
366


Личность смуты
Позиция «служилого городам Нижнего Новгорода, его воевод и населения: «Кто на Москве царь, тот и нам государь» - определила их самостояние в 1608-1611 гг. Оно выразилось и в защите самого Нижнего Новгорода и Нижегородского уезда, и в освобождении соседних уездов в радиусе 150-200 километров от тушинских сил, и в противостоянии деструктивному сепаратизму мордвы, марийцев, чувашей5. Во всех перипетиях этой борьбы принимали живейшее участие Мисюрь Соловцов с братьями. Вот к таким «людям войны», имевшим чёткие идеолого-политические ориентиры и обращался Кузьма Минин. Понятно, что он должен был пользоваться среди них определённым авторитетом, чтобы быть избранным и земским старостой, и быть услышанным. Авторитет он мог снискать, когда вместе с другими нижегородцами, включая Соловцовых, активно претворял в жизнь принцип «Кто на Москве царь, тот и нам государь»6. Только фактического подтверждения тому историки не имеют, и они могут лишь предлагать участие Минина в событиях вокруг Нижнего Новгорода до 1611 г. Но эта гипотетическая реконструкция военно-политического контекста формирования лидера Кузьмы Минина возможна через биографику близких ему по месту жительства братьев Соловцовых (и других нижегородцев).
Жизнеописания людей Смутного времени России позволяют приблизиться к постижению умонастроений народа в его целостности и разделении на этносы, объяснить его волю к жизни в стране «у бездны на краю», способность принести в жертву свое малое ради общего
5 Пудалов Б.М. «Смутное время» и Нижегородское Поволжье в 1608-1612 гг. Историографический очерк. Н. Новгород, 2011. С. 8-14; Кузнецов А.А., Морохин А.В. Глава 4. Начало XVII века. Нижний Новгород в годы Смуты // Восемь столетий Ниже уродской истории: В 2 т. Нижний Новгород, 2021. Т.1. С. 228-241.
6 Акты исторические. СПб., 1841. Т. 2. С. 137.
367


большого. Тем более, это актуально для понимания людей, которые жили и действовали в 1608-1618 гг. И вот такую биографику - конкретную, местами эмоционально напряжённую, через которую видны человеческие метания, ошибки, прозрения, муки выбора в тяжелую годину - представляет книга А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича, а также труды А.В. Белякова, Г.А. Замятина (возвращённые в науку, в том числе и усилиями Я.Н. Рабиновича), Г.М. Коваленко, В.Н. Козлякова, Д.В. Лисейцева, А.П. Павлова, Б.М. Пудалова, А.А. Селина и др. Огромный фактический материал этих исследований подтверждает тезис о массовом «явлении» личности в Смуту.
В представленных историками Смуты жизнеописаниях явлены не только цари и самозванцы, князья, воеводы, бояре, но и дворяне, дьяки, иерархи и низшие духовенство, простые горожане и селяне, чьими именами заполнены страницы исторических источников. Например, новгородцы, согласно исследованиям А. А. Селина, в Смуту признали власть шведов7. Однако, когда встал вопрос о возвращении под российскую державную длань - ту самую, что на полвека раньше устроила в Новгороде разнузданный террор 1570 г., они добровольно и на века выбрали Москву8. И если такие выводы А. А. Селин предложил на основе созданного им коллективного просопографического «портрета» новгородцев, то биография Ф.Т. Черново-Оболенского в книге А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича стала ещё одним аргументом в пользу выводов А. А. Селина. А поступки С.Е. Отрепьева, С.Л. Татищева и Ф.В. Левашова, прописанные авторами книги, демонстрируют те отношения и усилия, предпри-
7 Селин А.А. Смута на Северо-Западе в начале XVII в.: очерки из жизни новгородского общества. СПб., 2017. С. 571.
8 Он же. Столбовский мир 1617 года. СПб., 2017. С. 359-360.
368


Личность смуты
нимаемые российским обществом и Москвой для «возвращения» Новгорода.
С пробуждением индивида в Смуту началась стремительная демократизация истории России: народ ворвался в историю. Люди стали действовать не по устоявшимся законам и алгоритмам поведения своих социальных групп, корпорации, а по собственным живым и прямым реакциям... Наиболее ярким проявлением «непослушания» традициями общественного этикета стало самозванчество. Оно оборотной стороной имело личностную активность.
Кузьма Минин - это тоже своеобразный самозванец. Кто он такой до 1611 г.? Простой купец-мясник - на фоне доблестных нижегородских воевод 1608-1610 гг. Те организовали защиту Нижнего Новгорода от постоянных попыток штурма города болотниковцами и тушинцами в 1606, 1608-1609 гг. и возглавили очищение от них городских и уездных окрестностей. Все это было связано, прежде всего, с выполнением обязанностей нижегородских воевод. А Кузьма Минин призвал спасти страну. Он бросил вызов власти и влиянию легитимных лидеров, спасших Нижний Новгород, он преступил через социально-политические нормы. Такие же «прорывы», может быть меньшего масштаба, иной мотивации являют биографии Ф.К. Плещеева, Г.Н. Орлова, Ф.В. Левашова, казачьих атаманов. Соотнесение их малых дерзновений с дерзаниями Кузьмы Минина, Прокоф(п)ия Ляпунова, приглашением «Семибоярщиной» польского королевича на престол, идеей князя Д.М. Пожарского о новой династии от сына шведского короля, замыслом Никанора Шульгина о своей державе показывает, что Смутное время предоставило своеобразный полигон испытаний возможного предела таких инициатив. Этот предел был достигнут, как показано
369


в книге А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича, Никанором Шульгиным (см. ниже).
Минин пошел против законного порядка вещей, дерзко замахнувшись на державное. При организации Второго ополчения отмечается общественная консолидация, символически выраженная союзом купца и земского старосты Кузьмы Минина, князя Дмитрия Пожарского и владыки Печерского монастыря Феодосия. На уровне реального положения вещей созданное в Нижнем Новгороде в 1611 - начале 1612 г. ополчение стало своеобразным магнитом, к которому потянулись люди, которые успели повоевать, послужить в разных станах и лагерях. И неважным было то, что кто-то отметился в Тушинском стане, кто-то даже заявил об ориентации на Лжедмитрия III (Сидорку), кто-то рассматривал своё будущее в связи со шведской перспективой в Новгороде, а кто-то присягнул Сигизмунду III... Они и многие другие отказывались от своих планов по мере развития успешной реализации идеологии Ополчения вплоть до избрания Михаила Романова царём и последовавшего собирания рассыпавшихся было страны, общества и государства. Кроме ставшим общим местом объяснения этих переходов («перелётов») корыстью, нельзя исключать и того, что люди устали от Смуты, от перекройки контуров государственных структур, устоев и порядков. А потому по мере того, как выяснялось, что лозунги Ополчения - освобождение Москвы, созыв Земского собора и избрание царя - последовательно претворяются в жизнь и всё более и более приближается выход из кризиса, могло и подтянуть людей. То есть, накопившееся от хаоса безвременья отчаяние способствовало сплачиванию фрагментированного было общества, как только ему было предложено избавление от Смуты.
Ряд биографий (Ф.К. Плещеев, казачьи атаманы, Ф.Т. Черново-Оболенский, Г.Н. Орлов, Д.С. Змеев),
370


Личность смуты
представленных в книге А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича, подтверждают этот тезис. Более того, дают и дополнительные аргументы. Так, переход Ф. К. Плещеева на сторону «тушинского царя» мог диктоваться соображениями поддержания порядка в родном Суздальском уезде. К тому же, можно допустить и искренность присяги Ф.К. Плещеева и Ф.Т. Черново-Оболенского «царю Дмитрию» в условиях дефицита легитимности царя Василия Шуйского. Ведь удостоверить смерть Лжедмитрия I в 1606 г. могли только москвичи. Жители остальных регионов в постоянно ухудшавшейся обстановке оставались восприимчивыми к идее «неправильного царя», которого должен заменить подлинный, «от Бога» правитель. Карьерные взлёты после перехода из стана Василия Шуйского могли только удостоверять верность таких суждений: «Настоящий царь ценит верную службу и воздаёт по заслугам». Такие соображения возникают при чтении очерков в этой книге.
Интервенты же в 1612 г. не поняли, что против них поднялся народ, стремительно обраставший теми, кто, вроде бы, им служил. Их знаменитая фраза: «Пусть хлоп по-прежнему возделывает землю, поп пусть знает церковь, Кузьмы пусть занимаются своей торговлей, - царству лучше тогда будет»9 - брошена, кроме прочего, как для раскола ополчения Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского, так и для предотвращения его объединения с казачьими полками князя Трубецкого. Поляки (литовцы) исходили из своего привычного жестко структурированного мировидения социума. Но в России начал действовать алгоритм общественной консолидации, срабатывавший в кризисные моменты. Он будет проявляться вплоть до XX в. и станет темой
9 Будила О. Дневник // Подвиг Нижегородского ополчения: В 2 т. Н. Новгород, 2011. Т. 2. С. 580.
371


и важным сюжетом художественной литературы: от романа «Война и мир», где главные герои сближаются, сливаются с народом, до произведений о Великой Отечественной войне, где, кроме прочего, шёл поиск свидетельств единения всех и вся в ратном противостоянии.
Пестрый, шумный, буйный и уже единый народ проявился в событиях 1609-1611 гг. смоляне без помощи и стимулов извне стойко защищают свой город. Это были дворяне, но что бы они сделали без поддержки горожан? В 1608-1610 гг. монастырские крестьяне поднимаются на защиту Троице-Сергиевской обители. В 1610-1611 гг. Прокопий Ляпунов выводит рязанских дворян на роковой для себя союз с казаками и создает ополчение. Нижегородцы отбиваются в 1608 г. от превосходящего противника, а потом - в 1609-1610 гг. - сами начинают «зачищать» округу. Это единение наблюдается даже в некоторых фазах восстания И. И. Болотникова, которое проходило в том числе и под лозунгом восстановления «правильного» царя. И биографии этой книги показывают, как люди, присягнувшие либо шведскому, либо польскому королям, Лжедмитрию III, решительно и бесповоротно (потеря навсегда семьи Ф.Т. Черново-Оболенским) уходят к своему народу.
Без подобной социальной активности и ответственности не было бы Кузьмы Минина, а его клич стал бы гласом вопиющего в пустыне. Без всего этого не было бы верной службы в 1613-1618 гг. (и позже) избранному царю Михаилу Романову вчерашних тушинцев, сторонников Сигизмунда III, былых прошведски настроенных людей, о чём написано в данной книге. Ведь эта служба и позволила сохранить и развить результаты действия Ополчения. Данные факты свидетельствуют о том, что процесс «собирания» общества в Смуту совпал с рожде-
372


Личность смуты
нием личностного «Я» как массового явления в истории России.
Яркие личности, массово проявившиеся во всех социальных слоях России в начале XVII в., должны были преодолевать инертность и торможение окружающих убежденностью в правоте своих действий и обретаемой харизмой. «Самовыдвижение» с манифестированием личности не тождественно инициативному исполнению долга в ситуации выбора при условии вручения себя во власть кому-либо из легализованной державной структуры, то есть в рамках сложившихся ритуалов и социальных алгоритмов10. Такое инициативное исполнение долга было осуществлено твердостью Ф.В. Левашова под Новгородом и в шведском плену, упорством Мисюря Соловцова в боях с Лисовским и даже в ревностном боевом служении тушинцам Ф.К. Плещеева. Персонально таких служак, незаслуженно забытых героев Смуты «второго плана», представили в ряде очерков А.Ю. Кабанов и Я.Н. Рабинович, а ранее их Б.М. Пудалов - в лице Михаила Ордынцева11 и др.
Не случайно настойчивое обращение к фигуре Кузьмы Минина в связи с книгой А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича. Биографии, представленные ими, позволяют почувствовать «нерв» эпохи, давший феномен инициативного самовыдвиженца в деле спасения страны. Постоянно осуществляемый героями очерков выбор требовал, кроме всего, и его объявления, самоманифестирования. И в этом смысле Кузьма Минин тоже «самовыкликнулся». Однако он выделяется в ряду инициа-
10 Лотман Ю.М. Очерки по истории русской культуры XVIII - начала XIX века // Из истории русской культуры: В 5 т. М., 1996. T.  IV. С. 27-39.
11 Пудалов Б.М. «Смутное время» и Нижегородское Поволжье в 1608-1612 гг. С. 72-76.
373


тивных личностей Смутного времени и является во всех смыслах знаковой фигурой. До описываемого периода, наверное, не найти в русской истории подобных примеров, когда человек, ломая социальные рамки, вдруг поднимался до того, чтобы решать задачи, соответствующие по уровню монарху и его окружению. Именно в этом заключается проблемная новация, проявленная феноменом Смуты в изучении истории и культуры Отечества. В Древней Руси, в средневековой России до XVI в. личностное начало (кроме царей и иерархов), находившееся под спудом социально-семиотического этикета, приходится определять лишь по степени адекватности действий уже заранее прописанной траектории должностного соответствия. Смута «выдала» целую плеяду личностей - Прокопий Ляпунов, Лжедмитрий I, Василий Шуйский, Кузьма Минин заявили о себе сразу, а князья Д.М. Пожарский, Д.Т. Трубецкой были «вытолкнуты» событиями и процессами на авансцену истории. Так и Ф.И. Волконский сам решился на участие в бесчинном деле свержения царя Василия Шуйского, а С.Е. Отрепьев включился в государственную «спец- операцию» по дискредитации Григория Отрепьева, поскольку она отвечала его внутренним убеждениям и принципам.
И по каким лекалам биографики все это изучать? Устоявшиеся биографические методики и исследования в данном случае оказываются неэффективными. В культуре Древней Руси и средневековой России XI-XVI вв. господствовали стили исторического монументализма и идеализирующего биографизма, которые проявляются и в источниках, прежде всего в летописях, Степенной книге; они определяли видение и презентацию героев, в основном и прежде всего - князей (правителей), в плане (не)соответствия этическо-эстетическому идеалу. Дру-
374


Личность смуты
гими словами, культура сама задавала рамки оценки личности и ее представления в текстах. И вот в Смуту происходит ломка традиционной для средневековой России аксиологической системы. Историю России заполнили личности. Это - самозванцы, которые до отмены крепостного права будут постоянным социокультурным фактором истории России. Загадочный и жестоко-трагичный контур Ивана Болотникова уже вмещает в себя личностное начало; страсть к авантюрам Ивана Заруцкого, гордыня Никанора Шульгина и искренний феномен Прокопия Ляпунова выдают их «Я».
Причиной их появления стали дерзновение на решение державных задач и дар вести за собой. Эти люди дали начало «демократизации» лидерства в русской истории. Данный личностно-биографический аспект Смутного времени является одним из самых проблемных в научном освоении и постижении: и на уровне «автора» источника, и в плане персоны - исторического деятеля, и с позиции соотношения личности историка и личности персонажа, определяемых контекстом своих эпох. Кроме прочего, проблемность обусловлена и тем, что биографика - быстроменяющийся жанр с динамикой перемены задач. Условия, контекст эпохи, просопография, соотношение субъективного и объективного, вызов постмодернизма, коммеморативные практики и пр. - всё это не может не влиять на изучение Смуты через биографику. К этому добавляется переходность, маргинальность Смуты - от эпохи «безмолвствующего большинства» до появления ярко выраженных индивидуальностей со своей волей, осознанием цели и пр.
Несмотря на то, что Смута постигалась российской историографией именно через интерес к личности, надо констатировать, что биографика Смутного времени еще
375


не освоена и только-только начинается: тон на сегодняшний момент задают исследования В.Н. Козлякова, Д.В. Лисейцева, А.А. Селина, А.В. Белякова, Ю.М. Эскина (о князе Д.М. Пожарском) и др. И, как сказано в самом начале этого текста, в данном ряду достойное место занимают биографические штудии А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича.
Эти два автора выстраивают свои исследования в соответствии с историографическими и методическими тенденциями сегодняшнего дня, не забывая, впрочем, и о проверенных временем подходах.
Изучение личностей Смутного времени на нынешнем этапе невозможно без просопографического контекста многоликой массы конкретных людей той эпохи, известных по источникам. Так в научном творчестве отражается демократизация истории России, начавшаяся в Смуту: биографии, личностные стратегии героев «второго плана» - служилых людей, деятелей приказной системы, духовенства, купечества, ремесленников, казачества - требуют своего исследования и сулят большие перспективы. Взгляд под таким углом на тексты А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича обнаруживает следование этим запросам. Их биографические очерки складываются в своеобразное единое повествование жизнеописаний представителей служилого сословия, их стратегий, колебаний в Смуту и дальнейших судеб после неё. Последнее является достижением А. Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича. Их герои (за исключением Никанора Шульгина), действовавшие до 1613 г. в разных станах, лагерях, затем оказываются в общем потоке созидания, отчасти воссоздания и охранительства Российской государственности. И эта вторая часть их биографий, не всегда известная или ставшая известной лишь недавно, позволяет ставить ряд вопросов.
376


Личность смуты
Вопрос о вине, прощении и возможном искуплении тех самых деятелей, что в книге отнесены к «кривым». Ответ на него выводит материал книги от уровня частнобиографического к уровню общероссийскому. Выясняется, что к тем, кто был отмечен в метаниях от одной военно-политической силы к другой в Смуту, не прикладывались понятия измены и/или вины. Правительство царя Михаила Романова оставило право на ошибки за теми, кто колебался в Смуту. Этот мудрый курс «обнуления» обеспечил притяжение тех активных, авторитетных лидеров местных дворянских корпораций (Ф.К. Плещеев), казачьих отрядов, кто мог опасаться предъявления счёта за былые поступки.
Единственным исключением оказался инцидент с Никанором Шульгиным. Эпизод был очень опасен, и его так засекретили, что учёные приступили к его воссозданию лишь во второй половине 1980-х гг., а представленный в книге очерк содержит некоторую альтернативность по отношению к исследованию В.Н. Коз- лякова12. В чём же была его непростительная вина? В отличие от тех, кто служил самозванцам, польскому или шведскому королю, Никанор Шульгин покусился на самое государство его целостность. А вот те «окольные», которые воевали со сторонниками Москвы, разоряли монастыри, брали города, всё-таки не замахивались на изменение природы государства; они мыслили его в прежних категориях, но под властью царя из самозванцев ли, из польских ли, шведских ли королевичей. Как помним, на отказе от этого пункта начался крах проекта польского короля Сигизмунда III на присоединении России к Речи Посполитой под своей властью. Как только определилась перспектива возрождения
12 Козляков В.Н, Герои Смуты. С. 251-272.
377


Российской державности, так и новгородцы отказались от шведского варианта, что подтверждается и материалами книги А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича.
Рекрутирование московским правительством сторонников из числа вчерашних если не врагов, то не- друзей требовало деликатной и кропотливой работы по их приручению, нейтрализации выработанных деструктивных наклонностей, направлению буйной энергии в нужное русло. Показательными в этом смысле являются очерки о казачьих атаманов (заодно они важны и тем, как и кто становился казаком в Смутное время и как потом проходило их «расказачивание» в результате целенаправленных государственных усилий).
Другим направлением адаптационной политики государства по отношению к участникам Смутного времени стала раздача важных ключевых поручений. Из очерков книги явствует, что эти люди проявили себя с лучшей стороны в последнем испытании Смуты в 1618 г., позднее они защищали рубежи, решали дипломатические задачи, строили или восстанавливали города в Поволжье, осваивали Сибирь. Удержание и освоение этих двух важнейших регионов России в пост-смутное время позволяет спроецировать важную историософскую проблему, которая ранее связывалась с декабристами. А что исторически было более значимым: участие в Смуте или последовавшая деятельность на благо России? Она уравняла всех - и «прямых», и «кривых» персонажей этой книги.
Это уравнивание ещё раз заостряет вопрос об оценке персональных итогов деятельности в Смуту. Теперь он относится к прямым участникам. Из текста А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича следует, что власть в России после 1613 г., после 1618 г. не занималась выявлением заслуг, поощрением их: наверное, достаточно было земельных и прочих пожалований за службу. Несмотря на кажущу-
378


Личность смуты
юся несправедливость, такой подход позволял избегать дискриминации тех, кому в историографии выставлялись отрицательные оценки за роль в Смуту. С другой стороны, подобное уравнивание свидетельствует о том, что выход из Смуты тогда ещё не осознавался как Победа, но мыслился как общее трудное достояние.
Эти соображения имеют отношение к научной логике выбора и «назначения» на позиции лидера - человека «первого плана». Исторические деятели (в любой культурной области), которые не воспринимаются современниками, в глазах потомков (стараниями историков) стремительно приобретают качество «главности». И как знать, может быть, те или иные персонажи, которые привычно рассматриваются не как главные, вдруг обретут статус личности? А без подвигов Мисюря Соловцова состоялся бы Кузьма Минин? И может быть, случайное наложение факта подписи Мисюря Соловцова на грамоте об избрании Михаила Романова царём на факт отсутствия такой подписи Кузьмы Минина символически отразило соизмеримость их заслуг?
Обнаруживающийся в книге просопографический подход можно подразделить на меньшие просопографические линии. Уже напрашивается разделение на просопографии «прямых», «окольных» персонажей и казачьих атаманов. Даёт книга и пищу для размышлений о разных стратегиях в связи с возрастом. Поведение и ответы на вызовы различно у тех долгожителей, что начинали свою службу ещё при Иване Грозном, и у молодёжи, чья карьера выстраивалась с рубежа XVI-XVII вв. Второй были присущи авантюризм, решительность и бескомпромиссность действия, тяга к перемене мест в поисках лучшей доли. И таковых большинство наблюдается в «кривых» персонажах. Например, Ф.Т. Черново-Оболенский... Его лёгкость к перемене позиций, мест, кроме этого фактора, объясняется
379


и ранней потерей отца, и определённой беззащитностью перед испытаниями внешнего мира. Подобное объяснение можно найти и в некоторых поступках Ф.В. Левашова.
В данном случае поколенческая просопография выводит на размышления историко-антропологического свойства. Хочется остановиться на «сюжете» о молодости, растраченной в боях и походах, сшибках, метаниях. Окончилась Смута и те, кто начинал свою взрослую жизнь в её перипетиях, оказались уже взрослыми. И многие из таких оказались обделёнными скупыми радостями жизни - семьёй, домом, здоровьем. Такой оказалась цена поисков лучшей доли. Особенно остро и горько это ощущается при чтении жизнеописания Ф.Т. Черново- Оболенского.
Заданный А.Ю. Кабановым и Я.Н. Рабиновичем исследовательский вектор позволяет размышлять на тему альтернативности в истории Смуты. Массовое «явление» личности в начале XVII в. сопровождается качественными и количественными изменениями в источниковом комплексе биографики. До этого времени она представлена в биографических нарративах, целью которых было дать идеальное и приближенное к агиографии жизнеописание, что проявилось в Степенной книге 50-60-х гг. XVI в13., которая репрезентировала монархов Руси - средневековой России. Но в начале XVII в. смены царей, «дмитриада» девальвировали эти ценности. Данные обстоятельства в совокупности с интересом людей к показу трудных исторических условий, быту, мытарствам простых людей в социокультурных и политических катастрофах начала XVII в. породило кризис средневековой идеализации человека14.
13 Усачев А.С. Степенная книга и древнерусская книжность времени митрополита Макария. М.; СПб., 2009. С. 691.
14 Лихачев Д.С. Человек в литературе Древней Руси. С. 176-180.
380


Личность смуты
Интерес к иным ценностям порождал и новый общественный запрос на биографическую литературу. Другим фактором рождения личности стало то, что Смута сформировала в России целое поколение, и многих его представителей «взбаламутил вихрь бурных событий, динамизм перемен, частое общее с иностранцами» и предоставление возможностей личного и общественно- политического выбора. «Здоровый консерватизм» политического курса правительства Михаила Романова у подобных людей порождал ощущение затхлости, разочарования. Примером тому являются слова Ивана Андреевича Хворостинина: «В Москве людей нет: все люд глупой, жить не с кем»15.
Таким людям в период наведения порядка, восстановления и приумножения жестких социально-политических структур нужна была литература иного рода, нежели та, что была построена на идеализирующем биографизме. Калейдоскоп событий, действующих лиц, угроз и вызовов в Смуту требовал при принятии решений быстрой и четкой информации, оценки риска, что породило огромный пласт делопроизводственной документации, где важными стали эмоциональность и «упор» на яркие характерные черты в передаче сведений о людях и событиях. Это привело к усилению акцента на индивидуальных чертах личностей и их действий в исторических источниках. Понятно, что рамки идеализирующего биографизма здесь не подходили. При «подведении итогов» Смуты в Российском государстве по разным причинам понадобились отчеты о деятельности, службах, поступках ее участников.
Эти разнообразные источники заметно повлияли на историографию Смуты. У историков появилась возмож-
15 Кобрин В. Б. Смутное время - утраченные возможности // История Отечества: люди, идеи, решения. Очерки истории России IX - начала XX в. М., 1991. С. 184-185.
381


ность давать описания событий с разных сторон, соотносить показания их участников и свидетелей, наращивать факты новыми подробностями и деталями, насыщать их людьми. Всё это в полной мере проявилось в книге А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича. Они провели большую работу с предшествующей (и нынешней) историографии, посвященной крупным событиям и фигурам Смутного времени. Они, в свою очередь, высветили героев этой книги. То есть, персонажи были известны и раньше, мелькали в источниках. И вот эту кропотливую сборку биографических панно и осуществили исследователи, выявив эти факты и обстоятельства в историографии, проверив их источниковедением и насытив новым источниковым материалом.
Книга А.Ю. Кабанова и Я.Н. Рабиновича не только решает определённые проблемы, но и ставит новые. Например, историко-антропологическую проблему процесса становления и развития в России личностного начала и самоидентификации под влиянием деструктивных, трагических, неоднозначных событий Смутного времени. Решение данной проблемы заключается в проведении массовых биографических исследований на основе просопографии, исторической антропологии и имеющегося обширного источникового комплекса.
А. А. Кузнецов


ХРОНОЛОГИЯ БИОГРАФИЧЕСКИХ СОБЫТИЙ ГЕРОЕВ КНИГИ1
1560/1561 г. - предполагаемое время рождения Перфилия Ивановича Секирина.
Начало 1560-х гг. - предполагаемое время рождения Смирного Елизарьевича Отрепьева.
1571/1572 г. - первое упоминание князя Федора Ивановича Волконского (Мерина) послухом при имущественном разделе.
Первая половина 1570-х гг. - предполагаемое время рождения Федора Васильевича Левашова.
1577 г. - Смирной Отрепьев вместе с братьями записан «в новиках неслужилых дворовых по коломенской десятне».
Рубеж 1570-1580-х гг. - предполагаемое время рождений Якова и Мисюря Ивановичей Соловцовых.
1580-е гг. - служба П.И. Секирина стрелецким сотником в Мещевске.
1588 г. - рождение Федора Тимофеевича Черново- Оболенского.
1594/1595 г. - Духовная грамота выборного дворянина по Нижнему Новгороду Ивана Головы Федоровича Соловцова с первым упоминанием его сына Мисюря Ивановича Соловцова.
1596 г. - первое упоминание в документах Федора Васильевича Левашова.
1597 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский осиротел и потерял земли, которыми владел его отец.
1 Персонажи книги в данной хронологической сводке выделены курсивом. В «Хронологию» не включены сведения о времени и местах земельных владениях и пожалованиях героев книги.
383


Хронология биографических событий героев книги
1598/1599 гг. - в Боярской книге С.Е. Отрепьев назван галицким помещиком, служившим по выбору.
1602-1603 гг. - братья Дмитрий и Федор Плещеевы значатся выборными дворянами по Суздалю, не верстанными земельными окладами; С.Е. Отрепьев - стрелецкий голова, служивший в Нижнем Поволжье; первое упоминание Даниила Семёновича Змеева в Боярской книге; Ф.И. Волконский - выборный дворянин по Алексину.
1603, 1604-1605 гг. - начало службы Ф.Т. Черново- Оболенского при дворе царя Бориса Годунова в Москве, получил чин стряпчего с платьем.
Конец 1603 г. - стрелецкий голова С.Е. Отрепьев в Москве.
1604 г. - миссия С.Е. Отрепьева в Польшу для разоблачения Лжедмитрия I (Гришки Отрепьева); П.И. Секирин - выборный дворянин по Мещевску в составе Государева Двора; Ф.И. Волконский получил назначение в войско, направленное против Лжедмитрия I, но был оставлен в Москве.
Февраль - май 1604 г. - Мисюрь Иванович Соловцов служил городовым сьшом боярским по Нижнему Новгороду - пристав при посольстве грузинского (кахетинского) царя Александра, задержанного в Нижнем Новгороде, затем сопровождал послов в Москву и присутствовал на их приёме у царя Бориса Годунова, затем провожал послов до Казани.
Осень 1604 г. - Ф.И. Волконский - воевода передового полка царского войска в Новосиле.
1605 г. - воцарение Лжедмитрия I в Москве.
1605-1607 гг. - сибирская ссылка С.Е. Отрепьева и его родственников.
1606 г. - Богдан Яковлевич Бельский назначен вторым воеводой в Казань, «товарищем» первого воеводы
384


Хронология биографических событий героев книги
В.П. Морозова, а Никанор Михайлович Шульгин получил назначение дьяком Казанского царства; Федор Кириллович Плещеев упоминается (до 1607 г.) как стряпчий с платьем при дворе Василия Шуйского.
1606-1607 гг.- «стряпчий с платьем» Ф.Т. Черново- Оболенский участвовал в подавлении восстания И. И. Болотникова под Калугой.
1606-1610 гг. - четвертчик Галицкой чети Д.С. Змеев верно служил царю Василию Шуйскому.
1607/1608 гг. - С.Е. Отрепьев отправлен из Дмитрова к Троице (до начала её осады) к царскому воеводе В.Т. Долгорукому.
Март 1607 г. - выборный дворянин по Нижнему Новгороду М.И. Соловцов в составе войск царя Василия Шуйского участвовал в битве с болотниковцами у Серебряных Прудов, после одержанной победы М.И. Соловцову было поручено доставить пленных в Москву.
Июнь - октябрь 1607 г. - отряд под командованием Ф.В. Левашова участвовал в осаде Тулы, где засели болотниковцы.
1608-1609 - С.Е. Отрепьев находился среди защитников Москвы, осажденной тушинцами.
После 5 февраля 1608 г. - Федор Кириллович Плещеев - воевода либо осадный голова Суздаля, подчиняющийся царю Василию Шуйскому.
Апрель - ноябрь 1608 г. - братья Мисюрь и Яков Соловцовы в составе отряда И.В. Голицына и Д.В. Туренина дошли до Казани, где соединились с ратью Ф.И. Шереметева (где служил младший брат Михаил Соловцов), шедшей из-под Астрахани; после соединения в декабре 1608 г. войска заняли Чебоксары, очистили этот регион от тушинцев и стали замирять отпавшие было от Москвы местные народы.
385


Хронология биографических событий героев книги
27 июня 1608 г. - Ф.И. Волконский - один из воевод сторожевого полка, разбившего отряд А. Лисовского в Коломне.
После июня 1608 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский перешел на сторону Лжедмитрия II и стал «царским» стольником.
Осень 1608 г. - Ф.И. Волконский в осажденной тушинцами Москве защищал Покровские ворота.
Октябрь 1608 г. - Федор Кириллович Плещеев перешёл на сторону Лжедмитрия II и прибыл в составе делегации суздальских дворян в лагерь Сапеги под Троице-Сергиев монастырь.
Ноябрь 1608 г. - Федор Кириллович Плещеев получил от Лжедмитрия II чин окольничего и был назначен воеводой Суздаля, способствовал набору тушинского войска, овладевшего Балахной и штурмовавшего Нижний Новгород; замирил разложившихся тушинцев в Гавриловой слободе.
2 декабря 1608 г. - при помощи подкрепления из войска Ф.И. Шереметева нижегородцы отбили штурм тушинцев из Балахны, разбили врага и заняли этот город.
15-18 (25-28) декабря 1608 г. - отряд Ф.К. Плещеева берёт Шую и жестоко расправляется со сторонниками Василия Шуйского и мирными жителями.
Конец 1608 - начало 1609 г. - Ф.В. Левашов находился в стане тушинцев, атаковавших Нижний Новгород со стороны Арзамаса.
1608-1609 гг. - С.Л. Татищев участвовал в обороне Москвы от тушинцев.
1608-1610 гг. - П.И. Секирин - сторонник Василия Шуйского, участник московского «осадного сидения».
1-4 января 1609 г. - М.И. Соловцов командовал одним из отрядов, усмирявших татар и черемисов (марийцев) Чебоксарского уезда.
386


Хронология биографических событий героев книги
Январь 1609 г. - Ф.В. Левашов находился в отряде нижегородского воеводы А. С. Алябьева, шедшего на Муром.
Февраль 1609 г. - Ф.В. Левашов был послан А.С. Алябьевым на Арзамас и разорил его окрестности.
11(21) февраля 1609 г. - отряд Ф.К. Плещеева потерпел поражение от промосковских повстанцев при селе Дунилове.
17 (28) февраля 1609 г. - Ф.К. Плещеев при поддержке отрядов, присланных Сапегой, разбил верные Москве силы под Суздалем и направил казачьи отряды на Плёс.
Конец февраля - начало марта 1609 г. - первое упоминание Андрея Захарьевича Просовецкого: Лжедмитрий II назначил его воеводой в Лух.
6(16) марта 1609 г. - Ф.К. Плещеев при помощи поляков из лагеря Я.-П. Сапеги очищает от промосковских сил Холуй с окрестностями.
Март - апрель 1609 г. - сражение за Владимир между тушинцами, на стороне которых были силы первого суздальского воеводы Ф.К. Плещеева, и назначенного вторым воеводой А.З. Просовецкого, одним из помощников которых был Ф.Т. Черново-Оболенский, и воинством из Нижнего Новгорода, в числе командующих которым был и Ф.В. Левашов. Поражение тушинцев.
19-20 апреля 1609 г. - вмешательство воеводы Ф.К. Плещеева, руководителя корпорации суздальских дворян, в судебное дело Григория Аргамакова, 6(16) марта на стороне последнего против А. Лисовского и казачьего атамана А.З. Просовецкого (Просовецкий обвинил Аргамакова в измене «тушинскому царю»); Ф.Т. Черново-Оболенский первым подписал бумаги по «обыску» Ф.К. Плещеева, отказавшись признать вину Аргамакова.
Май 1609 г. - Мисюрь и Яков Соловцовы в составе войска Ф.И. Шереметева вошли в Нижний Новгород.
387


Хронология биографических событий героев книги
26-27 мая; 1 июня 1609 г. - Ф.К. Плещеев участвовал в походе А. Лисовского, разгромившего отряды Ф. Бо- барыкина и овладевшего Кинешмой, возникла угроза Юрьевцу, а Ф.К Плещеев ушёл в Суздальский уезд. 1 июня - против Лисовского в помощь Юрьевцу из Нижнего Новгорода был направлен отряд под командованием М.И. Соловцова.
Май - июнь 1609 г. - неудачная попытка польской части «тушинского» стана заменить А.З. Просовецким на посту суздальского воеводы Ф.К. Плещеева, за которого выступили почти все суздальские дворяне.
Июнь 1609 г. - соединённые силы юрьевчан и нижегородцев под командованием М.И. Соловцова были разбиты Лисовским в боях за Решму и Юрьевец, почти всё население Юрьевца ушло в левобережный Городец, потрёпанная нижегородская рать вернулась в Нижний Новгород.
15 июня 1609 г. - участие отрядов Ф.К. Плещеева и А.З. Просовецкого во второй неудачной попытке тушинцев овладеть Владимиром.
28 июня 1609 г. - вернувшийся из Нижнего Новгорода с войсками М.И. Соловцов нанёс поражение отряду Лисовского в битве у волжского острова Мамшин.
Начало июля 1609 г. - массовый переход суздальских дворян на сторону московского царя Василия Шуйского, а отозванный Ф.К. Плещеев, уехавший в Тушинский лагерь, уступил место суздальского воеводы А.З. Просовецкому.
Июль - август 1609 г. - братья Яков, Михаил и Мисюрь Соловцовы в составе войска Ф.И. Шереметева участвовали в освобождении от тушинцев Мурома и Касимова.
Осень 1609 г. - отряды А.З. Просовецкого и ротмистра Г. Сумы одержали крупную победу под Суздалем над войском нижегородцев под руководством Ф.И. Шереметева.
388


Хронология биографических событий героев книги
Ноябрь 1609 г. - С.Е. Отрепьев доставил в Корелу ратифицированный царём Василием Шуйским Выборгский договор со шведами и грамоту об уступке им Корелы.
Конец 1609 г. - С.Л. Татищев, будучи на стороне царя Василия Шуйского, присоединился к войску Скопина- Шуйского, воевал против тушинцев под Александровой слободой.
Начало 1610 г. - С.Л. Татищев сидел в осаде в «Жесте- леве острожке» под Дмитровым, осаждённом войсками Яна Сапеги, участвовал в разгроме отрядов Сапеги под Дмитровым.
Вторая половина февраля 1610 г. - войско под командованием А. Лисовского и А.З. Просовецкого отстояло Суздаль, разбив крупный отряд Б.М. Лыкова и Я.П. Барятинского.
Весна 1610 г. - Отряды А.З. Просовецкого и А. Лисовского в виду опасности окружения покинули Суздальский уезд ушли в северо-западном направлении.
Март 1610 г. - прибывший из лагеря Лжедмитрия II Ф.К. Плещеев во главе 4000 дворян и казаков безуспешно пытался отбить у польской армии занятый ею Можайск.
8 апреля 1610 г. - Мисюрю Соловцову царём Василием Шуйским было дано успешно выполненное поручение доставить в Москву из Троице-Сергиева монастыря собранную в Сибири и Вологде казну, а также настоятеля монастыря.
Начало лета 1610 г. - разорение Калязина монастыря отрядами А. Лисовского и А.З. Просовецкого.
Лето 1610 г. - отряды А. Лисовского и А.З. Просовецкого успешно воюют против шведов и новгородцев в псковских землях.
17 июля 1610 г. и последующие дни - низвержение царя Василия Шуйского и формирование временного правительства - «Семибоярщины» - во главе с Ф.И. Мстис-
389


Хронология биографических событий героев книги
лавским; Ф.И. Волконский участвовал в насильственном пострижении в монахи Василия Шуйского и его супруги.
Июль - август 1610 г. - Ф.К. Плещеев, Ф.Т. Черново- Оболенский, Д. С. Змеев, Ф.И. Волконский в числе других дворян приносят крестное целование королевичу Владиславу; 17 августа - С.Л. Татищев вместе с москвичами присягнул королевичу Владиславу; август - П.И. Секирин привёз в Москву ответ гетмана Жолкевского об условиях договора и крещения королевича Владислава.
30 августа 1610 г. - в Казань, где воеводами были В.П. Морозов и Б.Я. Бельский, а дьяками - Н.М. Шульгин и С.Я. Дичков - пришла грамота из Москвы с требованиями подчиниться «Семибоярщине» (в грамоте указан и Ф.К. Плещеев как пример того, кто понял свои грехи и перешёл на сторону «правильной» власти).
Сентябрь 1610 г. - посольство Филарета-Голицына к королю Сигизмунду III под Смоленск, в составе которого С.Л. Татищев представлял дворян Дмитрова. С.Л. Татищев изменил делу миссии, присягнул Сигизмунду III, получил от него пожалования.
Октябрь 1610 г. - начало марта 1611 г. - Ф.К. Плещеев занимает видное место в отряде Сапеги, лавировавшего между польской армией Сигизмунда II и тушинцами Лжедмитрия II, а после его смерти пытавшегося овладеть Калугой; безжалостные бои на протяжении от Ивангорода до Пскова между отрядами бывших соратников - А. Лисовского, присягнувшему царю Владиславу, и А.З. Просовецкого, оставшегося верным Лжедмитрию II.
Ноябрь - декабрь 1610 г. - Бой отряда А.З. Просовецкого с Г.Л. Валуевым, посланным из Москвы для захвата Великих Лук.
Декабрь 1610 г. -  С.Л. Татищев отпущен королём Сигизмундом III из-под Смоленска в Москву.
21 декабря 1610 г. - в Калуге убит Лжедмитрий II.
390


Хронология биографических событий героев книги
Конец 1610 г. - Ф.И. Волконский послан королевичем Владиславом воеводой в Суздальский уезд.
1610-1611 гг. - С.Е. Отрепьев в Швеции, выполнение им поручений царя Василия Шуйского (до свержения), а после его свержения - шведского короля.
Первая половина 1611 г. - П.И. Секирин перешел на сторону Первого ополчения и получил назначение вторым воеводой Суздаля.
1611 г. - С.Л. Татищев перешёл на сторону Первого ополчения.
Январь - февраль 1611 г. - Казань, где воеводами были В.П. Морозов и Б.Я. Бельский, а дьяками - Н.М. Шульгин и С.Я. Дичков, отказалась подчиняться «Семибоярщине», признала царём Лжедмитрия II и создала орган самоуправления - Городовой совет; казачьи атаманы Л.3. Просовецкий и Михаил Черкашенин получили от патриарха Гермогена грамоту, согласно которой он готов был ходатайствовать за них перед царём Владиславом; 7 февраля 1611 г. - войска братьев Просовецких заняли Суздаль и приступили к организации антипольского движения в пользу Первого ополчения; 11 февраля - отряд А.З. Просовецкого и А. Измайлова разбил войско, посланное из Москвы для захвата Владимира, затем А.З. Просовецкий убедил население Костромы и Ярославля поддержать Первое ополчение. Ф.Т. Черново-Оболенский поддерживает земское движение Первого ополчения; костромской воевода Ф.И. Волконский перешёл на сторону Первого ополчения и стал собирать для него войска, 24 февраля они вышли из Костромы к Александровой слободе.
Март 1611 г. - переход Ф.К. Плещеева от Сапеги на сторону Первого ополчения.
7  марта 1611 г. - в результате восстания, инициированного Н.М. Шульгиным, был сброшен «с роскату» и погиб второй воевода Казани Б.Я. Бельский
391


Хронология биографических событий героев книги
Весна 1611 г. - Казань покидает первый воевода В.П. Морозов, уйдя с собранными войсками в помощь Первому Ополчению. В.П. Морозов в Казань не вернётся, а город и весь край окажется под властью дьяков Н.М. Шульгина и С.Я. Дичкова; Ф.Т. Черново-Оболенский направлен руководством Первого ополчения в Новгород, чтобы вести переговоры со шведами о возможной помощи против поляков.
20, 22 марта 1611 г. - к Москве подходят авангарды Первого ополчения во главе с Ф.К. Плещеевым (с юга) и А.А. Просовецким (с востока) соответственно. Поражение отряда А.З. Просовецкого и блокирование его поляками в Андронниковом монастыре; последовавший прорыв отряда А.З. Просовецкого и соединение с отрядом Ф.К. Плещеевым в Симоновом монастыре; отряд Ф.И. Волконского действовал у Покровских ворот.
1-6 апреля 1611 г. - воинство А.З. Просовецкого в составе сил Первого ополчения штурмовало Сретенские ворота и заняло Белый город московского Кремля.
Июнь 1611 г. - Ф.К. Плещеев воюет против своего бывшего патрона Сапеги в Подмосковье и участвует в неудачных с ним переговорах.
16 июля 1611 г. - войско Сапеги под Александровой слободой разбило отряд А.З. Просовецкого и П.В. Бахтеярова-Ростовского, отступившего в Переяславль-Залесский; шведы в Новгороде под руководством Делагарди захватывают половину городу и вынуждают новгородцев подписать договор и признании покровительства шведского короля, военном союзе против Речи Посполитой и приглашении на русский престол представителя шведского правящего дома; Ф.Т. Черново- Оболенский, как и большинство представителей Первого ополчения на Северо-Западе России, предпочёл остаться в Новгороде.
392


Хронология биографических событий героев книги
С 16 июля 1611 г. - упорная оборона Переяславля- Залесского отрядом А.З. Просовецкого от войск Сапеги.
22 июля 1611 г. - убит один из организаторов Первого ополчения, лидер его дворянской части Прокопий Ляпунов; Ф.И. Волконский, вероятно, покинул Первое ополчение и вернулся в Кострому.
29 июля 1611 - весна (?) 1612 г. - Мисюрь Иванович Соловцов назначен руководителями Первого ополчения воеводой в Ядрин.
Август 1611 г. - Грамота (в списке) из Казани (Никанор Михайлович Шульгин и Степан Яковлевич Дичков) в Пермь «об убиении казаками воеводы Прокопия Петровича Ляпунова и о вящем соединении пермских жителей с казанскими», где прописывалась договоренность Казани с Нижним Новгородом и другими поволжскими городами о непринятии новых назначенцев с чьей-либо стороны воеводами и дьяками, сохранении прежнего управленческого аппарат до времени, пока не будет избран новый царь; Г.Н. Орлов получил по своему ходатайству от польского королевича Владислава и короля Сигизмунда III поместье князя Д.М. Пожарского Нижний Ландех.
25 августа 1611 г. - прибытие в Нижний Новгород грамоты патриарха Гермогена, подтолкнувшее Кузьму Минина к публичному обращению. Начало формирования Второго ополчения (Нижегородского, Минина и Пожарского). После создания Ополчения и определения его руководителем князя Д.М. Пожарского осенью 1611 г. С.Л. Татищев перешёл на его сторону.
22-29 августа 1611 г. - пленение А.З. Просовецкого сапежинцами, его выкуп и возвращение в стан Первого ополчения.
Осень 1611 г. - С. Е. Отрепьев присягнул на верность шведскому королю.
393


Хронология биографических событий героев книги
Декабрь 1611 г. - штурм Москвы казаками А.З. Просовецкого, взорвавших ворота Китай-города и расстрелянных поляками из пушек; новгородское правительство организует сбор продовольствия для содержания шведских войск, одним из сборщиков выступил Ф.Т. Черново- Оболенский.
Осень 1611 - лето 1612 г. - пребывание С.Е. Отрепьева в Новгороде.
Последняя декада декабря 1611 г. - А.З. Просовецкий вместе с вторым суздальским воеводой П.И. Секириным освободил от сапежинцев Ростов и большую территорию от Шуи до Ярославля; безуспешно пытался восстановить дело Первого ополчения.
25 декабря 1611 г. - приговор новгородцев об избрании шведского королевича «на Новгородское государство, а также на Владимирское и Московское», который был подписан и бывшим представителем Первого ополчения Ф.Т. Черново-Оболенским.
1611-1612 гг. - казнь в Казани И.П. Полоченинова, гонца от лидеров Первого Ополчения Д.Т. Трубецкого и И.М. Заруцкого; отказ Казани, где руководили дьяки Н.М. Шульгин и С.Я. Дичков, признавать их власть.
Февраль 1612 г. - неудачная попытка А.З. Просовецкого не допустить в Ярославль войско Второго Ополчения.
2 марта 1612 г. - вслед за другими лидерами Первого Ополчения А.З. Просовецкий присягнул «псковскому вору», Лжедмитрию III.
Середина марта 1612 г. - отряды братьев Просовецких под давлением недовольства суздальских дворян и отрядов Второго ополчения покинули Суздальский уезд и ушли к Москве.
Апрель 1612 г. - Н.М. Шульгин самостоятельно принял в Казани ногайский послов, направлявшихся к Земскому правительству Д.М. Пожарского; глава дипло-
394


Хронология биографических событий героев книги
матической миссии Второго Ополчения С.Л. Татищев выехал в Новгород с предложениями князя Д.М. Пожарского к новгородцам и шведам о военном союзе против «литовских людей» и Лжедмитрия Ш, Ф.И. Волконский фигурирует в ярославском стане Второго ополчения и в его руководстве; Ф.В. Левашов пробудет в Ярославле до июля.
12-19 мая 1612 г. - С.Л. Татищев от имени «Совета всея земли», сформированного в Ярославле на базе Второго Ополчения, провёл переговоры в Новгороде о возможном приглашении на российский престол шведского королевича, об участии новгородцев и шведов в совместной борьбе против поляков и Лжедмитрия III и неприсоединении к «Новгородскому государству» российский поморских и северных городов.
Лето 1612 г. - П.И. Секирин на стороне Второго Ополчения.
Июнь 1612 г. - Василий Хромой, Андрей Волдырь и еще 15 казачьих атаманов прибыли в Ярославль и присоединились к ополчению Кузьмы Минина и князя Д.М. Пожарского; приезд в Ярославль казачьего атамана Афанасия Коломны с дипломатическим поручением от руководителей Первого ополчения, отказывавшихся от поддержки Лжедмитрия III и предлагавших Второму ополчению военный союз.
08 июня 1612 г. - из Новгорода в Ярославль (к руководству Второго ополчения) для обсуждения вопроса о выборе на царский престол шведского королевича и совместных боевых действий против поляков и Лжедмитрия III выехало новгородское посольство, возглавлявшееся Ф.Т. Черново-Оболенским. В состав делегации входил С.Е. Отрепьев. Сопровождал новгородцев посол князя Д.М. Пожарского С.Л. Татищев, ранее прибывший в Новгород и проведший там переговоры.
395


Хронология биографических событий героев книги
24-29 июня 1612 г. - переговоры в Ярославле между руководителем Второго ополчения Д.М. Пожарским и новгородской делегации о приглашении на царский престол шведского королевича; главой новгородской миссии был Ф.Т. Черново-Оболенский, а в её составе был С.Е. Отрепьев
Июль 1612 г. - М.И. Соловцов находился в составе войск Второго ополчения в Ярославле и был направлен в Суздальский и Шуйский уезды для управления вотчинами суздальского архиепископа.
Конец июля - 30 сентября 1612 г. - П.И. Секирин направлен послом от Второго ополчения в Новгород для подписания перемирия со шведами.
03 августа 1612 г. - передовой отряд Второго ополчения под командованием Ф.В. Левашова прибыл под Москву.
Середина августа 1612 г. - возвращение в Новгород новгородской делегации (Ф.Т. Черново-Оболенский, С.Е. Отрепьев) и посольства от Второго ополчения (П.И. Секирин) с условиями возведения на царский престол шведского королевича.
Август 1612 г. - приход основных сил Ополчения Минина и Пожарского (Второго Ополчения) в Москву и начало её освобождения.
22-24 августа 1612 г. - С.Л. Татищев в составе Второго ополчения «бился явственно» в Замоскворечье, препятствуя подходу войска и обоза гетмана Ходкевича на помощь осаждённому в Кремле польскому гарнизону. Вмешательство в бои отрядов Афанасия Коломны и Макара Козлова в ряду прочих казачьих атаманов, порицавших нейтралитет Первого ополчения, позволило Второму ополчению добиться победы; казачий атаман Василий Хромой самоотверженно бился в рядах Второго Ополчения; Д.С. Змеев бьётся на стороне Второго Ополчения
396


Хронология биографических событий героев книги
против отряда гетмана Ходкевича; участие Ф.И. Волконского в боях за Москву; участие Ф.В. Левашова в битве за Москву; 23 августа 1612 г. - Г.Н. Орлов обеспечил проход в Кремль к осажденным полякам Струся и Будилы обоза с продовольствием от гетмана Ходкевича.
Осень 1612 г. - Н.М. Шульгин отправил карательный отряд против Вятки и, по сути, подчинил её Казани.
Октябрь 1612 г. - С.Е. Отрепьев назначен новгородско-шведским правительством воеводой в Старую Руссу.
Конец октября 1612 г. - свидетельство о переходе Ф.К. Плещеева на сторону Второго Ополчения под руководством Д.М. Пожарского; Д.С. Змеев - участник боёв за Китай-город.
Ноябрь 1612 г. - Ф.И. Волконский назначен приставом при арестованном изменнике Федоре Андронове.
Декабрь 1612 г. - казачий атаман Афанасий Коломна жаловался «Совету всея земли», что власти Коломны не признают выданной ему обельной грамоты.
Декабрь 1612 г. - весна 1613 г. - Н.М. Шульгин под предлогом помощи в борьбе против И.М. Заруцкого возглавил поход на Арзамас, в ходе которого был опустошен уезд, а сам Шульгин казнил дворянина Нетесова и присвоил его земли.
1613 г. - П.И. Секирин - второй воевода в Уфе.
14 января 1613 г. - Д.Т. Трубецкой и Д.М. Пожарский постановили Василию Хромому «служить с детьми боярскими по Владимиру»
Февраль 1613 г. - подпись Мисюря Соловцова стоит под «Утверждённой грамотой» об избрании Михаила Романова на царство.
Весна 1613 г. - назначение правительством Михаила Романова новых воевод в Казань и Свияжск, арест Н.М. Шульгина в Свияжске и его этапирование в Москву.
397


Хронология биографических событий героев книги
Март 1613 г. - смотр Ф.Т. Черново-Оболенским дворян в Старой Руссе и их участие в неудачном походе шведов на Псков; побег Ф. Андронова из-под стражи со двора Ф.И. Волконского, арест последнего и освобождение после поимки беглеца.
Апрель - май 1613 г. - Ф.И. Волконский и Д.С. Змеев участвовали во встрече избранного царя Михаила Романова под Москвой.
И июля 1613 г. - венчание на царство Михаила Романова.
Июль 1613 г. - направление правительством Михаила Романова Ф.К. Плещеева и И.С. Погожего в Тихвин, их местнический спор, выигранный Ф.К. Плещеевым.
5 августа 1613 г. - казачьему атаману Афанасию Коломне была выдана уже третья, царская, «обельная грамота».
Август - сентябрь 1613 г. - С.Л. Татищев в составе войска Д.М. Черкасского, выдвинутого под Смоленск, был оставлен воеводой в Вязьме.
Лето - осень 1613 г. - участие казаков М. Козлова в тяжелых боях с черкасами и шведами под Тихвином; переход С.Е. Отрепьева из Новгорода на сторону царя Михаила Романова.
Осень 1613 г. - Василий Хромой в составе казачьего отряда А.Ф. Палицына воевал со шведами под Старой Руссой; до 1614 г. - С.Л. Татищев находился в войске Д.М. Черкасского под Смоленском.
Ноябрь 1613 г. - Ф.К. Плещеев правительством царя Михаила Романова назначен воеводой Тихвина.
20 ноября 1613 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский подписал поручную запись о невыезде за рубеж «Новгородского государства» Тушиных, Лупандиных и Нарбековых.
Конец 1613 г. - П.И. Секирин сопровождает проигравшего Б.М. Салтыкову местнический спор князя Д.М. По-
398


Хронология биографических событий героев книги
жарского для выдачи его «головой»; С.Е. Отрепьев - воевода Можайска.
Зима 1613/1614 г. - казачий отряд М. Козлова направлен под Новгород, в помощь войску Д.Т. Трубецкого.
1614 - начало 1615 г. - Ф.И. Волконский - воевода в Ельце.
1614-1616 гг. - Ф.К. Плещеев - стольник при дворе Михаила Романова.
Январь 1614 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский подписал в Новгороде поручную запись за Е.Ф. Мышецкого.
Февраль 1614 г. - П.И. Секирин проиграл местнический спор О.Я. Прончищеву в Калуге.
Весна 1614 г. - М.И. Соловцов находился в Москве; замысел сорвавшегося побега Ф.Т. Черново-Оболенского вместе с сибирским царевичем Алтанаем Алеевичем Кучумовым из «шведского» Новгорода; П.И. Секирин и князь А.М. Львов, возглавляя царское войско, напали на Кричев и Мстиславль, «посады и остроги выжгли».
1614 г. - атаман А. Коломна участвовал в походе Д.Т. Трубецкого под Новгород и был тяжело ранен; смерть С.Е. Отрепьева в Можайске.
Март 1614-1619 гг. - Г.Н. Орлов - второй воевода в Пелыме.
С марта 1614 г. - Ф.В. Левашов руководил обороной Рамышевского острога под Новгородом.
14 июня 1614 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский во главе посольства к Д.Т Трубецкому, прибывшего к Новгороду, перешёл на сторону царя Михаила Романова и в «шведский» Новгород не вернулся (оставил там своих жену и сына).
20 июля 1614 г. - острог под командованием Ф.В. Левашова сдался превосходившим силам шведов.
Лето (до августа) 1614 г. - по царскому поручению М.И. Соловцов доставил в Москву монастырскую казну из Соловецкого монастыря.
399


Хронология биографических событий героев книги
17 августа 1614 г. - М.И. Соловцов находился в войске Д.М. Черкасского под Смоленском.
1614-1615 гг. - Д.С. Змеев служил в войске Д.М. Черкасского под Смоленском.
Сентябрь 1614 г. - последнее упоминание жены Ф.Т. Черново-Оболенского в списке вдов, которым шведская администрация Новгорода выдавала хлеб; Ф.Т. Черново-Оболенский - стольник при дворе царя Михаила Романова.
Октябрь 1614 г. - арест и тюремное заключение казачьего атамана М. Козлова за воинские преступления в 1613-1614 гг.
1615-1616 гг. - М.И. Соловцов - воевода в Царицыне, восстанавливал там царскую власть, возводил крепость; спорное судебное дело персидского купца.
1615 г. - казачий атаман Василий Хромой ходил с князем Д.М. Пожарским в северские города против А. Лисовского.
Май 1615 г. - Ф.В. Левашов освобождён из шведского плена вместе с Д.К. Плещеевым, братом Ф.К. Плещеева.
20 июня 1615 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский направлен в Ярославль для набора в царское войско местных дворян.
Июль 1615 г. - предполагаемое участие Ф.Т. Черново-Оболенского в подавлении казачьего движения Баловня.
1615/1616 г. - в боярской книге Ф.В. Левашов записан как дворянин московский.
1616 г. - Ф.К. Плещеев отвечает за участок обороны Москвы при возможном нападении ногайских татар. Ф.К. Плещеев проиграл местнический спор князю Ф.И. Лыкову-Оболенскому.
Апрель 1616 г. - проигранная Ф.И. Волконским местническая тяжба и 3-дневиое заключение его в тюрьме.
400


Хронология биографических событий героев книги
1616-1620 гг. - Ф.Т. Черново-Оболенский - первый воевода в Саратове, строил город (крепость).
1617 г,- (временная) отставка М.И. Соловцова; до 16 июня - назначение С.Л. Татищева воеводой в Вязьму.
7 февраля 1617 г. - Л. Коломна отправляет челобитную царю Михаилу о своем тяжелом положении.
16-18 июля 1617 г. - организация воеводой Вязьмы С.Л. Татищевым обороны города и успешного контрнаступления против польского отряда Чаплинского.
После августа 1617 г. - назначение С.Л. Татищева воеводой в Волхов.
Конец 1617 - начало 1618 г. Ф.И. Волконский был приставом у персидских послов «Коя-Султана и Булан- Бека».
1618-1619 гг. - Ф.К. Плещеев - воевода в Белгороде.
Март 1618 г. - Ф.В. Левашов участвовал в доставке припасов в оборонявшуюся от поляков крепость Белую.
Март - июнь 1618 г. - Ф.И. Волконский - один из руководителей боевых действий против поляков под Стародубом и Козельском.
03-08 июня 1618 г. - болховский воевода С.Л. Татищев организовал оборону города и встречные бои с крупными силами поляков.
20 июня 1618 г. - болховский воевода С.Л. Татищев организовал победный рейд прибывших московских отрядов, в том числе Ф.И. Волконского, на Козельск.
Конец июня 1618 г. - Ф.И. Волконский - третий воевода в полку Б.М. Лыкова под Можайском.
Июль 1618 г.- 4-5 июля болховский воевода С.Л. Татищев отразил штурмы города польскими отрядами с большими потерями для них; саратовский воевода Ф.Т. Черново-Оболенский встречал царского посла в Персию к шаху Аббасу князя Михаила Петровича Борятинского и персидских послов «Кай салтана и Бу-
401


Хронология биографических событий герое» книги
лат бека», обеспечив их последующий участок пути до Астрахани.
Август - сентябрь 1618 г. - брат Ф.К. Плещеева (воеводствовал в Белгороде) - Дмитрий - участвовал в обороне Москвы; участие увечного казачьего атамана А. Коломны в обороне Москвы; Д.С. Змеев участвовал в обороне Москвы, а затем сопровождал посольство Ф.И. Шереметева в польский лагерь; неудачная миссия М. Козлова к казакам-дезертирам в Тульском и Каширском уездах; ссылка Н.М. Шульгина в Тобольск, отказ казаков М. Козлова воевать в Каширском уезде в составе войска князя Г. К. Волконского и отход к Москве, их оборона Симонова монастыря в Москве; отряд Ф.В. Левашова оборонял восточный участок Москвы.
Октябрь 1618 г. - остатки карачевского гарнизона в связи со сдачей полякам Карачева переведены в Волхов, где воеводой был С.Л. Татищев.
1618-1619 гг. - Ф.И. Волконский - воевода в Кашире.
14 ноября 1618 г. - каширский воевода Ф.И. Волконский отбил набег на город черкасов.
Лето 1619 г. - С.Л. Татищев сменён на болховском воеводстве.
Октябрь 1619 г. - ссылка братьев Просовецких  в Устюг.
1619-1620 гг. - саратовский воевода Ф.Т. Черново- Оболенский организовал удачную экспедицию против «воровских» казаков.
1619-1621 гг. - Ф.В. Левашов находился на воеводском посту в Царицыне.
23 марта 1620 г. - М.И. Соловцов пожалован за «городовое поставление» в Царицыне.
Начало сентября 1620 г. - предполагаемый отъезд Ф.Т. Черново-Оболенского из Саратова.
1620-1621 гг. - П.И. Секирин - воевода в Арзамасе; Д.С. Змеев - воевода в Шуе.
402


Хронология биографических событий героев книги
1621 г. - П.И. Секирин участвовал в проведении описи «белых и черных мест» в Московском кремле; Ф.И. Волконский назначен в товарищи к судье Московского судного приказа.
Сентябрь 1621 г. - челобитная царю о злоупотреблениях шуйского воеводы Д.С. Змеева.
1621-1623 гг. - С.Л. Татищев как доверенное лицо царя и патриарха принимал участие в торжествах и церемониях.
1622 г. - ссылка братьев Просовецких из Устюга на Соловки; П.И. Секирин послан в Дедилов для смотра Передового полка царева войска в связи с ожидаемым нападением татар; неудачная попытка местнического спора П.И. Секирина с князем Г. К. Волконским.
Май 1622 г. - назначение М.И. Соловцова воеводой в Цивильск.
Июль 1622 г. - Ф.К. Плещеев у Каширы охранял броды через Оку от возможного нападения ногайских татар.
31 декабря 1622 г. - П.И. Секирин - пристав при «Авгане Арупаханове сыне», поступавшем на русскую службу.
1622-1623 гг. - Ф.Т. Черново-Оболенский - воевода во Ржеве Володимеровой.
Январь 1623 г. - Ф.К. Плещеев назначен вторым воеводой в Тобольск, до 1625 г. вместе с первым воеводой провёл большую работу по дозору и описанию земель, восстановлению налогообложения. М.И. Соловцов сменён на посту воеводы в Цивильске.
Май 1623 г. - перевод ссыльных братьев Просовецких с Соловков в Сольвычегодск; затем они были переведены в Томск.
1624 г. - Г.Н. Орлов - московский дворянин.
Сентябрь 1624 г. - Ф.И. Волконский шел за невестиными санями на свадьбе царя Михаила
403


Хронология биографических событий героев книги
1624-1626 г. - П.И. Секирин - второй воевода в Казани.
1625 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский - воевода Мценского полка.
До декабря 1625 г. - смерть бывшего казачьего атамана А. Коломны.
1625-1626 гг. - отмеченный щедрыми наградами за тобольское воеводство Ф.К. Плещеев участвует в праздничных торжествах и церемониях царского двора; Г.Н. Орлов участвует в праздничных торжествах и церемониях царского двора.
Октябрь 1625-1628 гг. - Ф.Т. Черново-Оболенский в чине дворянина московского приглашается на торжества и церемонии царя и патриарха.
1626 г. - С.Л. Татищев по дороге на терское воеводство в Астрахани разбирал вопрос об останках убитого в 1607 г. царицынского воеводы Федора Акинфова.
11 октября 1626 г. - по поручению Пушкарского приказа Ф.И. Волконский направлен «для государева дела» в Ржеву Володимерову
1626-1628 гг. - С.Л. Татищев - воевода в Терском городке.
1626-1630 гг. - Г.Н. Орлов - воевода в Саратове.
1626-1632 гг. - П.И. Секирин принимал участие в торжествах и официальных церемониях царского двора.
1627 г.- (после февраля) кончина М.И. Соловцова в Нижнем Новгороде; Ф.Т. Черново-Оболенский в отсутствие царя в Москве официально был оставлен в ней для её «бережения»; саратовский воевода Г.Н. Орлов встречал возвращавшееся из Персии (через Терский городок и Астрахань) посольство князя Григория Тюфякина и Григория Феофилатьева.
1628 г. - саратовский воевода Г.Н. Орлов встречал направлявшихся в Персию русских послов Андрея Осипо-
404


Хронология биографических событий героев книги
вича Плещеева и дьяка Микифора Талызина и организовал успешный превентивный поход на татар, планировавших напасть и разграбить Саратов.
1628-1637 гг. - участие С.Л. Татищева в торжествах я церемониях при царском дворе.
1628-1639 гг. - участие Д.С. Змеева в торжествах и церемониях при царском дворе.
Апрель 1629 г. - Ф.В. Левашов был объезжим головой в Москве «для береженья от огня и от всякого воровства».
2 февраля 1630 г. - смерть Ф.В. Левашова.
18 июля 1630 г. - смерть Ф.И. Волконского.
Весна 1631 г. - Г.Н. Орлов участвовал в дворцовых торжествах и церемониях.
Март 1631-1632 гг. - Ф.Т. Черново-Оболенский руководит постройкой Астраханского кремля.
Апрель 1631 г. - С.Л. Татищева назначили объезжим головой для бережения от огня и от всякого воровства в московском Китай-городе.
Сентябрь 1631 - февраль 1632 г. - Г.Н. Орлов возглавлял отряд по встрече в Азове турецкого посла Мурата Ахмет Аги.
Лето - осень 1632 г. (до внезапной смерти в ноябре) - Ф.К. Плещеев в связи с начавшейся Смоленской войной был назначен воеводой и действовал в направлении Новгорода-Северского.
Конец 1632-1635 гг. - Г.Н. Орлов - воевода в Мангазее; П.И. Секирин - воевода во Владимире.
1633 г. - С.Л. Татищев - «объезжий голова для огней и всякого береженья за Яузскими воротами в Москве».
1634 г. - А.З. Просовецкий возглавлял военную экспедицию из Томска против киргизов; мангазейский воевода Г.Н. Орлов перенёс свою резиденцию из Мангазеи в Туруханское зимовье.
405


Хронология биографических событий героев книги
1635-1636 гг. - А.З. Просовецкий возвращён из Сибири в Москву, получил чин московского дворянина, назначен воеводой в Чаронду (север нынешней Вологодской области).
1637-1638 гг. - Г.Н. Орлов служил в Тульском Большом полку.
1638 г. - май, октябрь - Г.Н. Орлов участвовал в официальных приёмах послов и церемониях царского двора в Москве.
1638-1639 гг. - П.И. Секирин - воевода в Ярославле.
30 июля 1638-1640 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский - воевода в Кольском остроге.
1639 г. - А.З. Просовецкий был на службе в полку князя Д.М. Черкасского в Туле; Г.Н. Орлов находился на «засеке» в Тульском уезде против возможного нападения крымских татар.
1639 - осень 1641 (лето 1642 -?) г. - Г.Н. Орлов - воевода в Саратове, обеспечение им встреч и проводов посольств, чей путь проходил через Саратов.
Сентябрь - октябрь 1641 г. - служба бывшего Кольского воеводы Ф.Т. Черново-Оболенского в Москве.
1642 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский как представитель московского дворянства участвовал в работе Земского собора; после 27 октября - Г.Н. Орлов назначен в приставы при колодниках по памяти Челобитного приказа; С.Л. Татищев отставлен от службы.
1 декабря 1642 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский участвовал в официальной встрече датского посла М. Шляка.
1643 г. - кончина С.Л. Татищева; Июнь - Ф.Т. Черново-Оболенский назначен воеводой под Темников и Ломов для отражения набега ногайцев.
1643/1644 г. - упоминание в Боярском списке Г.Н. Орлова вместе с сыном, П.И. Секирина с пометой «болен».
406


Хронология биографических событий героев книги
1646-1648 гг. - А.З. Просовецкий  - воевода в Козмодемьянске.
После 1646 г. - смерть Д.С. Змеева.
16января 1648 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский  упоминается в чине свадьбы царя Алексея Михайловича и Марии Ильиничны Милославской.
Сентябрь 1648 г. - Ф.Т. Черново-Оболенский в свите царицы во время богомолья в Троице-Сергиеву лавру.
Рубеж 1648-1649 гг. - Ф.Т. Черново-Оболенский участвовал в работе Земского собора и подписал Соборное Уложение 1649 г.
Июнь 1649 г. - Г.Н. Орлов купил печатный экземпляр Соборного Уложения.
1649/1650 г. - Г.Н. Орлов числился отставленным от службы.
Январь 1650 г. - Ф.Т Черново-Оболенский купил печатный экземпляр Соборного Уложения.
1651 г. - кончина Ф.Т. Черново-Оболенского.
И мая 1653 г. - П.И. Секирин отставлен от службы «для старости и увечья»; последовавшая кончина П.И. Секирина.
1656/1657 - смерть А.З. Просовецкого, смерть Г.Н. Орлова.


источники
РГАДА
Грамота старорусского воеводы Лоренца Вагнера воеводе Рамышевского острога Федору Левашеву. 1614, между 27 и 31 марта // РГАДА. Ф. 96. 1614. Д. 1. Л. 51- 51а об.;
Отписка кн. Д.Т. Трубецкого царю. 1614 г. // РГАДА. Ф. 96. Шведские дела. 1614 г. № 1. Л. 101.
Перечень полоняников, упомянутых в списке, полученном из Посольского приказа, но в Новгороде не найденных // РГАДА. Ф. 96.  1615. Д. 3. Л. 212-213.
РГАДА. Ф. 1209. On. 1. Кн. 680. Л. 12-14 об., 22 об.-23 об., 78-82,  85-86 об., 300 об-302 об., 475 об-478 об.
РГАДА. Ф. 137. «Боярские и городовые книги». Оп. 1. Владимир. Кн. 4. Л. 144.
РГАДА. Ф. 137. «Боярские и городовые книги». Оп. 1. Галич. Кн. 9. Л. 9.
Список с полоняничные росписи руским людем слово в слово, какову дали на съезде неметцкие посланные Чесному Корцову с товарыщи // РГАДА. Ф. 96.1615. Д. 3,Л. 101-106.
Riksarkivet, Stockholm. Ockupationsarkivet från Novgorod (далее - RA, NOA)
Выпись из ужинных и умолотных книг ... Старорусского уезда. 1614/1615 // RA, NOA. Serie 2:66. Л. 10;
Грамота бояр и воевод Луке Милославскому и подьячему Григорию Нечаеву ехать в Старорусский уезд // RA, NOA. Serie 2: 349. Л. 61-62;
408


Источники
Грамота бояр и воевод о посылке в Руссу вторым воеводой С.Е. Отрепьева. 1612, октябрь // RA, NOA. Serie 2:349. Л. 114-117;
Грамота бояр и воевод подьячему Михаилу Кудрявцеву ехать по Бельской дороге для встречи послов Новгородского государства, возвращающихся из Ярославля и для сбора кормов для послов. 1612, августа 13 // RA, NOA Serie 2: 356. Л. 69-70;
Грамота бояр и воевод Степану Васильевичу Теглеву о даче жене посланного в Ярославль кн. Ф.Т. Черного Оболенского хлеба из опального хлеба Андрея Трусова. 1612. 3.06 // RA, NOA. Serie 2: 356. Л. 81, 85;
Дачные книги Деревской пятины. 1610/11 // RA, NOA Serie 1:38. Л. 3-5;
Дело по челобитной Григорья Ондреева с. Ресницына о поместье своего отца в Деревской пятине. 1613, март // RA, NOA. Serie 2:186. Л. 44;
Дело по челобитной крестьянина Приезжего Михеева... 1612. 22.08 // RA, NOA. Serie 2: 174. Л. 28-31;
Дело по челобитной стольника кн. Ф. Черного Оболенского о невзимании кормов с его поместья в Обонежской пятине вконец разоренного литовскими людьми. 1612, мая // RA, NOA. Serie 2: 354. Л. 38-40;
Дело по челобитью старорусского рассыльщика Петра Корповского о своем поместье. 1614. 3.08 // RA, NOA. Serie 2: 77. Л. 1-2;
Дозорная книга Старорусского уезда дозору Григория Никитича Муравьева да подьячего Семейки Шустова. 1615, март // RA, NOA. Serie I: 7. Л. 71-72;
Имена дворянам, которые воротились с дороги от Степана Лазоревича Татищева. 1612. 30.05 // RA, NOA. Serie 2: 351. Л. 476;
Книги дачные Шелонской пятины. 1611/12 // RA, NOA. Serie 1: 86. С. 5;
409


Источники
Книги записи поместных пошлин с трех пятин, Вод- ской, Шелонской и Деревской. 1612/13 // RA, NOA. Serie 1:100. С. 4-5;
Отписка П. Григорьева в Руссу о назначении 28.10.1612 г. в товарищи к кн. Шаховскому воеводу Смирного Елизарьевича Отрепьева и о заботах новых воевод совместно о Старорусских и околорусских жителях // RA, NOA. Serie 2: 349. Л. 64;
Отписка старорусских воевод Якову Делагарди. 1612, 4-5 сентября // RA, NOA. Serie 2:349. Л. 73-74;
Память А. А. Колычеву о даче кн. А. К. Шаховскому, жене С. Отрепьева и подьячему Ф. Витовтову хлеба из выморочных поместий. 1614. 2.08 // RA, NOA. Serie 2: 289. Л. 17;
Память Г. С. Обольянинову о даче семян дворцовому дьяку Пятому Григорьеву и Филону Оничкову из от- писного поместья Лобана Лугвенева, что было дано кн. Федору Оболенскому. 1614, август // R A, NOA. Serie 2: 148. Л. 13;
Память дьяку П. Григорьеву о том, что 265 ч. в Старорусском уезде, что осталось за дачей у Ивана Якушкина дано по половинам Смирному Отрепьеву и кн. Федору Оболенскому и о невзимании с этих поместий в Дворцовый приказ никаких податей. 2.09.1612 // RA, NOA. Serie 2: 349. Л. 51;
Память от Семена Лутохина Пятому Григорьеву дать из государевой казны полтора рубля ярославским дворянам на дорогу. 1612. 5.06 // RA, NOA. Serie 2:351. Л. 475;
Память Пятому Григорьеву от Андрея Лысцова с указанием размеров содержания дворян, воротившихся с дороги от С.Л. Татищева «для литовских людей». 1612. 27.05 // RA, NOA. Serie 2: 351. Л. 472;
Память рассыльщику Трофиму Комлеву о сборе по росписи с государевых дворцовых сел по полутора руб-
410


Источники
лей денег под посланника Татищева. 1612. 13.05 // RA, NOA Serie 2: 351. Л. 440-447;
Память Ф.Н. Неклюдову и подьячему Б. Бересскому о даче хлеба вдовам детей боярских. 1614, сентября 12 // RA, NOA. Serie 2: 289. Л. 1;
Поручная запись новгородских детей боярских по Богдане и Федоре Петровым детям Тушина. 1613. 23.12 // RA, NOA. Serie 2:128;
Розыск об изменничьем имуществе Григория Павлова сына Загоскина и Ивана Андреева сына Загоскина. 1613. 3.10-1614. 29.07 // RA, NOA. Serie 2: 101-В. Л. 3, 8-9;
Роспись выдельного на государя хлеба со Старорусского уезда, сеянного на 120 г. и 120-го году ярового по дозору Луки Милославского, книгам Филона Оничкова с товарищи, Другини Сьянова и подьячего Федота Кожарина и Мелентия Вараксина с товарищи, и что какого государева хлеба осталось в Старой Русе в государевых житницах. 1613. 11.08 // RA, NOA. Serie 2: 28. Л. 42;
Роспись новгородского войска. 1613, март // RA, NOA. Serie 2: 170-В.Л. И;
Роспись поместных дач во 122 г. // RA, NOA. Serie 2: 79. Л. 22;
Роспись ярославских послов и корма на их обиход. 1612, май // RA, NOA. Serie 2:351. Л. 435, 556-559;
Роспись, сколько в Водской пятине дворянам и детям боярским и вдовам и недорослям дано поместий по приговору бояр и воевод Якова Пунтусовича Де- легарда да князя Ивана Никитича Болшого Одоевского в нынешнем во 122 г. // RA, NOA. Serie 2: 79. Л. 21-22;
Челобитная (отписка) подьячего Улана Собакина об отправке части денег под посланников в Новгород. 1612, после 20.05 // RA, NOA. Serie 2: 351. Л. 448-449;
411


Источники
Челобитная боярам и воеводам подьячего Федки Ларионова о даче денег из государевой казны. 1611. Декабря 28 // RA, NOA. Serie 2: 71. Л. 4;
Челобитная боярам и воеводам С. Отрепьева и кн. Ф. Оболенского... // RA, NOA. Serie 2: 349. Л. 59;
Челобитная Федора Витовтова, Андрея Шаховского о том, переписывать ли им заново поместья Ивана Якушкина, Смирного Отрепьева и князя Федора Черного Оболенского // RA, NOA. Serie 2: 51. Л. 81.
Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографической экспедицией императорской академии наук (далее - ААЭ): в 4 т. СПб.: Тип. 2-го отделения Собственной е.и.в. канцелярии, 1836. Т. 2 (1598-1613); Т. 3 (1613-1645)
Грамота боярина князя Федора Ивановича Мстиславского с товарищами в Казань, об избрании царем королевича Владислава, с повелением привести к присяге весь народ Казанский и с прописанием заключенных с гетманом Жолкевским с боярами условий, на коих царствовать Владиславу. 1610, 30 августа // ААЭ. Т. 2, №165. С. 281;
Грамота воеводы князя Пожарского с товарищами и всех ратных людей из Ярославля к Вычегодцам... 1612, апреля 7 // ААЭ. Т. 2, № 203. С. 353-357;
Отписка воевод и ратных людей, стоявших под Москвой, на Белоозеро, о примирении князя Трубецкого с князем Пожарским... с повелением во всем относиться к ним обоим и не верить грамотам одного из них. 1612, октябрь // ААЭ. СПб., 1836. Т. 2. № 215. С. 274-275;
Отписка вятчан к пермичам, с приложением отписки нижегородцев, о поражении воеводой А. Алябьевым мятежников балахонских, арзамасских и алатырьских, о раскаянии шуян, костромичей, галичан и вологжан,
412


Источники
о победе царских войск над изменниками под Москвой, об усердии к Государю арзамасцев, муромцев, владимирцев и суздальцев, об истреблении в Ярославле девяти рот пана А. Лисовского и о немедленном походе пермских ратных людей к Москве. 26 января 1609 г. // ААЭ. Т. 2, № 104. С. 205;
Отписка казанцев к пермичам, о присяге всего казанского народа содействовать освобождению Москвы от поляков, с требованием ратных людей и денежных доходов на помощь столице. С приложениями. 1611 год, 12 июня // ААЭ. Т. 2, № 188. С. 323, 324;
Отписка костромичей к вологжанам, о немедленной присылке доверенных особ для совета и ратных людей, с приложением отписки Андрея Просовецкого. 1611, в феврале // ААЭ. Т. 2, № 178. С. 303-304;
Отписка о неприязненных действиях Шведского полководца Делагарди в Новгородской области. 1611, март //ААЭ. Т. 2. № 184. С. 315;
Отписка Устюжан к Вычегодцам в июле 1612 г. Переговоры Пожарского с новгородцами. Речи новгородских посланников игумена Геннадия Николы Чудотворца Вяжицкого монастыря, кн. Ф.Т. Черного-Оболенского. Список. 1612 г. // ААЭ. Т. 2, № 210. С. 370;
Отписка устюжан к вычегодцам, с приложением трех отписок к воеводе князю Дмитрию Михайловичу Пожарскому с товарищами: от Новгородского Митрополита Исидора, о немедленном отправлении из Новгорода в Ярославль посланников с полномочием, для совещания об избрании шведского королевича на Российский престол; от воеводы князя Одоевского и всех новгородцев о том же; от шведского полководца де ля Гарди о согласии его послать в Ярославль опасный лист для беспрепятственных сношений князя Пожарского с новгородцами. 1612 года в июне. // ААЭ. Т. 2, № 208. С. 352-358;
413


Источники
Отписка устюжан к пермичам. С приложениями. 1611,23 марта // ААЭ. Т. 2, № 182. С. 309-312;
Отписка Федора Годунова из Пелыми к Пермским воеводам о присылке в Пелым ратных людей против мятежных вогуличей. 1613, март // ААЭ. Т. 3, № 326. С. 479;
Отписка ярославцев к пермичам, чердынцам и кайгородцам об уходе А. Лисовского из-под Ярославля, о посылке ратных людей на помощь Угличу, о вестях про разные города, и об оказании пособия. 1609 года в июне // ААЭ.Т.2,№ 125. С. 232;
Отрывок челобитной пристава при польских панах королевичу Владиславу. 1610/1611 // ААЭ. Т. 2, № 198. С. 346;
Царская грамота Казанским воеводам Головину и Секирину о разрешении протопопу Благовещенского собора с братьею отдавать в оброк рыбную ловлю. 1624, мая 8 // ААЭ. Т. 3, № 153. С. 219-220;
Царская грамота Старорусскому воеводе Боборыкину по челобитной Старорусских посадских людей об отобрании от дворян и детей боярских розданных им дворцовых сёл и чёрных волостей. 1617, июля 11 // ААЭ. ТЗ.№91.С. 124-125;
Царская жалованная грамота Борисоглебскому монастырю на владение монастырской вотчиной, пашней, мельницами и лугами, по прежним жалованным грамотам, сожженным в Торжке литовскими людьми. 1610, 24 июня //ААЭ. Т. 2, № 161. С. 274-275.
Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией Российской академии наук: в 5 т. СПб., 1841. Т. 2 (1598-1613), Т. 3 (1613-1645); СПб., 1842. Т. 4 (1645-1676) (далее - АИ)
Грамота Лжедмитрия гетману Сапеге о скорейшем отправлении Лисовского с войском для защиты Сузда-
414


Источники
ля. 1609 год, 14 февраля // АИ. СПб., 1841. Т. 2, № 154. С. 178.
Грамота Лжедмитрия Сапеге об отдаче луховскому воеводе Просовецкому пушек, взятых в сражении под Суздалем. 1609 год, 6 марта // АИ. Т. 2, № 166. С. 194- 195;
Грамота царя Василия Ивановича шведскому королю Карлу IX об уступке Корелы. 22 ноября 1609 г. // АИ. Т.  2.  №  272. С. 327-329;
Договорная запись стольника и воеводы Семена Головина и дьяка Сыдавного Зиновьева с шведскими послами об уступке Швеции города Корелы с уездом (секретная часть Выборгского договора). Выборг, конец февраля 1609 г. // АИ. Т. 2. № 160. С. 190-191;
Лист Великолуцкого наместника и воеводы Федора Плещеева Усвятскому подстаросте Юрию Каховскому, о запрещении порубежным жителям производить грабежи в Великолуцком, Невельском и Заволочском уездах 1608 год, 15 июля // АИ. Т. 2, № 88. С. 120-121;
Отписка гетмана Сапеги владимирскому воеводе Вельяминову, о предании смертной казни загонщиков и о принятии мер, на случай приближения к Владимиру низовых полков под начальством боярина Шереметева. 1609 год, 6 января // АИ. Т. 2, № 129. С. 154;
Отписка жителей Белева гетману Сапеге, о принесении ими повинной, с клятвою служить государю, который будет на Московском престоле. 1610 год, 28 декабря //АИ.  Т. 2, №309. С. 366;
Отписка нижегородских воевод князя Александра Репнина и Андрея Алябьева муромцам... 1608 год, 11 декабря // АИ. Т. 2, № ИЗ. С. 141-143;
Отписка Нижегородского Вознесенского монастыря архимандрита Иоиля Луховской Тихоновой пустыни игумену Ионе, о несогласии Нижегородцев покориться
415


Источники
Самозванцу. 1608 год, конец ноября // АИ. Т. 2, № 107. С. 136-137;
Отписка Первого Бекетова в Переславль-Залесский, о покорности Самозванцу суздальцев, и о сопротивлении жителей Владимира. 1608 год, 14 октября // АИ. Т. 2, № 99. С. 132;
Отписка ростовского воеводы Наумова гетману Сапеге о возвращении его с ратными людьми в Ростов, с просьбою для защиты города. 1609 год, после 17 июля // АИ. Т. 2, № 249. С. 296-297;
Отписка суздальских воевод Плещеева и Просовецкого гетману Сапеге, об убиении владимирского воеводы Вельяминова, об осаде ими Владимира и недостатке боевых снарядов для продолжения оной, о походе Лисовского в Ярославль, о разорении Суздальского уезда казаками и литовскими пахоликами. 1609 год, 12 апреля // АИ. Т. 2, № 195. С. 225-227;
Отписка суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге о возникших в Суздальском уезде беспорядках по поводу денежных сборов, о походе его на шуян, отложившихся от самозванца, и победе над ними. 1608 год, вторая половина декабря // АИ. Т. 2, № 110. С. 139-140;
Отписка суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге, о взятии самозванцевыми ратными людьми Кляземского городка и посада Холуя, и о походе их под Ярославль. 1609 год, И марта // АИ. Т. 2, № 170. С. 198;
Отписка суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге, о выступлении во Владимир литовской роты Соболевского и о бесчинствах и грабежах ратных и загонных людей в Суздальском и Владимирском уездах. 1609 год, в феврале или марте // АИ. Т. 2, № 161. С. 191-192;
Отписка суздальского воеводы Плещеева юрьев- польскому воеводе Болотникову о поражении царским костромским войском суздальских приверженцев само-
416


Источники
званца под селом Дуниловым. 1609, И февраля // АИ. Т.2,  № 153. С. 178;
Отписка суздальского воеводы Просовецкого гетману Сапеге, о военных действиях его вместе с ротмистром Сумою под Владимиром, о взятии царскими ратными людьми Шуи и Луха и о приходе боярина Шереметева с низовыми полками в Нижний Новгород. 1609 год, в июне // АИ. Т. 2, № 235. С. 277-278;
Отписка сына боярского Павла Шульгина из Нерчинска в Енисейск воеводе Михайлу Приклонскому... 1675, январь // АИ. СПб., 1842. Т. 4, № 250. С. 539-540;
Отписки великолуцких самозванцевых наместников и воевод князя Василия Шаховского и Петра Горяйнова усвятскому подстаросте Юрию Каховскому, о невозможности выдать гетману Сапеге требуемые им деньги. 1610 год, 7 и 15 июля // АИ. Т. 2, № 285. С. 343-345;
Отписки гетмана Сапеги и Федора Плещеева одоевским воеводам, о возвращении польских и литовских людей, взятых в плен казаками. 1609 год, в конце января // АИ. Т. 2, № 144. С. 166-167;
Отписки суздальского воеводы Плещеева гетману Сапеге об измене самозванцу костромичей, галичан и шуян и вторжении их в Суздальский уезд, с убеждением прислать к нему на помощь литовских ратных людей, черкас и казаков. 1608 год, середина декабря // АИ. Т. 2, № 351. С. 418-419;
Отрывок наказа Астраханским воеводам, боярину князю Михаилу Пронскому, окольничему Тимофею Бутурлину и Илье Безобразову. 1650, в июне // АИ. Т. 4, №40. С. 134;
Письмо думного дьяка Петра Третьякова гетману Сапеге, о запрещении пану Корсаку сбирать кормы в его селе Васильевском. 1608 год, в декабре // АИ. Т. 2, № 120. С. 148;
417


Источники
Сказка Суздальского архиепископа Серапиона и допросные речи Суздальского Спасо-Евфимьева монастыря архимандрита Иосифа с братией о земляном вале в Суздале. 1643 год, 9 и 10 апреля // АИ. СПб., 1841. Т. 3, № 224. С. 384;
Челобитная Лжедмитрию донских казаков о жаловании. 1609 год, в июне // АИ. Т. 2, № 239. С. 281-282;
Челобитная суздальцев гетману Сапеге, об исходатайствовании у самозванца, чтобы оставлен был у них окольничий Федор Плещеев, по-прежнему, воеводой. 1609, после 6 марта // АИ. Т. 2, № 167. С. 195;
Отписка гетмана Сапеги Костромскому воеводе князю Федору Волконскому, о убеждении жителей к покорности королевичу Владиславу. 1611 // АИ. Т. 2, № 327. С. 394.
Дополнения к Актам историческим, собранные и изданные Археографической Комиссией: в 12 т. СПб., 1846. T. 1, 2 (далее - ДАИ)
Дело о раздаче помещикам новгородских поместий по приговору Эверта Горна и князя Ивана Одоевского. 1615, апрель // ДАИ. СПб., 1846. Т. 2, № 40. С. 69;
Поручные записи по новгородских помещиках и помещицах, о неотъезде их из своих поместий за Новгородский рубеж (князь Ефим Федорович Мышецкий). 1614 год, 17 января // ДАИ. Т. 2, № 9-2. С. 18-19;
Поручные записи по новгородских помещиках и помещицах, о неотъезде их из своих поместий за Новгородский рубеж (Лупандины и Нарбековы). 1613 год, 20 ноября // ДАИ. Т. 2, № 9-1. С. 17-18;
Приговор митрополита Исидора, князя И.Н. Большого Одоевского, земских чинов. 25 декабря 1611г.// ДАИ. СПб., 1846. T. 1, № 162. С. 284;
418


Источники
Отписка воеводы князя Димитрия Пожарского и Ярославской земской думы Новгородскому митрополиту Исидору о намерении их жить в неразрывном союзе с новгородцами и о посылке в Новгород дворян Перфирия Секерина и Федора Шишкина. 1612 год, 26 июля //  ДАИ. T. 1, № 164. С. 286-290.
Акты Московского государства, изданные Академией Наук. Разрядный приказ. Московский стол / под ред. Н.А. Попова: в 3 т. СПб., 1890. T. 1; СПб., 1894. Т. 2 (далее - АМГ)
Выпись Разряда по челобитью кн. И. Касаткина и Д. Бердяева, присланных из полка окольничего кн. И. И. Лобанова-Ростовского с сеунчем о взятии Старого Быхова, о пожаловании их за сеунч государевым жалованием. 1659, декабрь // АМГ. СПб., 1894. Т. 2, № 1160. С. 682;
Дело по челобитью дьяка Сурьянина Тараканова о пожаловании ему за службы и за московское осадное сидение из поместья в вотчины. 1628, январь // АМГ. СПб., 1890. T. 1, № 200. С. 224;
Дело по челобитью Ивана Матвеевича Вельяминова о пожаловании его за службы. Апрель 1633 г. // АМГ. T. 1,№515. С. 491;
Дело по челобитью Ивана Ромодановского и Бориса Колтовского о придаче им за Тульскую службу поместных и денежных окладов. Октябрь 1633 г. // АМГ. T. 1, № 573. С. 538;
Доклад и боярский приговор о нетчиках. 1625, ноября 1//АМГ.  Т. 1,№ 185. С. 200;
Книга, а в ней писаны бояре и окольничие и думные люди ...и стольники, и стряпчие, и дворяне московские, и дьяки, и жильцы... 124 году // АМГ. T. 1, № 108. С. 143;
419


Источники
Отписка воевод Дмитрия Трубецкого с товарищами о приводе к ним атаманом Иваном Микулиным языков немецких людей и об отсылке их в Москву с приложением распроссных речей. 1614, апрель // АМГ. T. 1, № 78. С. 115-116;
Отписка воевод князя Дмитрия Мамстрюковича Черкасского с товарищи, с приложением расспросных речей взятых за рубежом языков о намерении гетмана Ходкевича идти под Смоленск. 1614, апрель // АМГ. T. 1, № 77. С. 114-115;
Отписка воевод Ф. Плещеева и В. Неплюева об отсылке ими по государеву указу на Пашу к Тихвинским сидельцам атаманам и казакам в головы Угрима Лупандина. 1614, март // АМГ. T. 1, № 69. С. 106;
Отписка воеводы Ф. Плещеева о посылке к Москве четырех полоняников и допрос их в Москве. 1614 // АМГ. T. 1, № 52. С. 85-86;
Отписка воеводы Ф. Плещеева о присылке к нему от головы Ильи Наумова взятых казаками в бою на Олонце, вместе с Барай мурзою, языков шести человек и об отсылке их в Москву. 1614, февраль // АМГ. T. 1, № 53. С. 86-87;
Отписка воеводы Федора Плещеева о побеге атамана Михаила Титова со взятыми под Олонцом языками к Барай мурзе. 1614, февраль // АМГ. T. 1, № 57. С. 93-95;
Отписка тихвинских воевод Федора Плещеева и Василия Неплюева об отсылке ими к Москве языков немецких людей, взятых в бою при селе Высоком под Новгородом атаманом Иваном Микулиным. 1614, апрель // АМГ. T. 1, № 80. С. 119-120;
Отписка Якова Павлова, Григория Несветаева да Воина Шипунова о невозможности им с собранными в Пошехонье служилыми людьми пройти в Тихвин из- за действий воровских казаков. 1614, март //  АМГ. T. 1, № 64. С. 100;
420


Источники
Память из Разряда в Костромскую четь о выдаче жалования боярину М.Б. Шеину. 1632, июль // АМГ. T. 1, №348. С. 360;
Челобитная Богдана Змеева об отставке его от службы. 1650, май // АМГ. Т. 2, № 429. С. 267;
Челобитная князя Афанасия Васильевича Лобанова- Ростовского о поверстании его поместным и денежным окладами против его братьи, кому он в версту. 1614, апрель // АМГ. T. 1, № 74. С. 111;
Челобитная Якова Соловцова о пожаловании его в жильцы. 1614, февраль // АМГ. T. 1, № 50. С. 84-85.
Арзамасские поместные акты (1578-1618 гг.) / собрал и редактировал С. Б. Веселовский // ЧОИДР. 1916. Кн. 1 (256); М., 1915 (Смутное время Московского государства. Вып. 4)
Грамота к воеводе и дьяку о возврате поместья Семену Родионову, которое было дано Федору Левашову и Григорию Мартемьянову. 1615, августа 7 // Арзамасские поместные акты. № 395. С. 520-523;
Грамота к воеводе и дьяку о возвращении некоторым арзамасцам поместий, отписанных у них за неты по Соборному приговору 122 года. 1615, июня 15 // Арзамасские поместные акты. № 393. С. 517-519;
Грамота к воеводе и дьяку об отделе поместий Федору Левашову и Григорию Мартемьянову. 1615 г. // Арзамасские поместные акты. № 394. С. 519-522;
Грамота к воеводе и дьяку об отделе поместья Никифору и Никите Киреевым с матерью. 1613, февраля 5 // Арзамасские поместные акты. № 365. С. 471-474;
Грамота к воеводе и дьяку об отказе вотчины Федору Левашову и наказная память воеводы и дьяка об этом сыну боярскому. 1612, сентябрь - 13 октября // Арзамасские поместные акты. № 318. С. 420-422;
421


Источники
Грамота к воеводе и дьяку об отказе поместья Семену Волынскому 1612, сентября 19 // Арзамасские поместные акты. № 313. С. 415;
Грамота к воеводе и дьяку по челобитью братьев Киреевых о том, чтобы у них не отнимали поместья и не отдавали его Федору Левашову. 1612, октября 2 // Арзамасские поместные акты. № 319. С. 422-423;
Грамота к воеводе об отказе поместья Семену Пролыскову. 1619, августа 23 // Арзамасские поместные акты. №251. С. 348-349;
Грамота к воеводе об отказе поместья Федору Левашову и Якову Миленину. 1612, декабря 2 // Арзамасские поместные акты. № 348. С. 451-452;
Грамота к городовому приказчику об отделе поместья Федору Левашову. 1616, декабря 25 // Арзамасские поместные акты. № 405. С. 570-571;
Десятня раздачи денежного жалования арзамасским дворянам и детям боярским. 1615, сентября 10 // Арзамасские поместные акты. № 396. С. 531;
Дозорные книги вотчины дьяка Андрея Иванова и сына его Семена. 1616, апреля 16 //Арзамасские поместные акты. № 400. С. 564;
Наказ воеводы и дьяка Юмшану Лобанову о сыске про поместье Киреевых. 1612, октября 22 // АПА. № 320. С. 423-425;
Наказ воеводы и дьяка Юмшану Лобанову об отделе поместья Федору Левашову. 1613, января 1 // Арзамасские поместные акты. № 358. С. 463;
Отдельные и межевые книги поместий Федора Левашова и дочерей Петра Зинина. 1596, августа 25 // Арзамасские поместные акты. № 105. С. 117-119;
Отдельные книги поместья Степана Ермолова с матерью и сестрами. 1612, августа 22 // Арзамасские поместные акты. № 309. С. 410-412;
422


Источники
Отдельные книги поместья Федора Левашова. 1606, августа 20 // Арзамасские поместные акты. № 212. С. 295;
Отдельные книги поместья Федора Левашова. 1608, сентября 25 // Арзамасские поместные акты. № 233. С. 332-334;
Отписка воеводы боярам о встретившихся затруднениях при отказе в вотчину Федору Левашову поместья Киреевых. 1612, октябрь // Арзамасские поместные акты. № 336. С. 439-440;
Отдельные и межевые книги поместий Федора и Ивана Левашовых... 1606, сентября 17 // Арзамасские поместные акты. № 215. С. 301-302;
Грамота об отказе поместий Петру Отяеву и Ивану Просовецкому. 1610,13 октября //Арзамасские поместные акты. № 277. С. 367.
Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в Государственной коллегии иностранных дел: в 4 ч. М., 1919. Ч. 2; М., 1822. Ч. 3 (далее - СГГД)
Грамота (в списке) Андрея Просовецкого к собравшемуся в Ярославле ополчению о поспешении к нему в Суздаль для вспоможения Москве. 1611 год, 12 февраля // СГГД. Ч. 2, № 230. С. 501;
Грамота (в списке) из Казани в Пермь: о взаимном соединении против разорителей Российского Государства Поляков и о немедленном отправлении Пермских ратных людей на помощь Москве. 1611, май // СГГД. Ч. 2, №256. С. 541-542;
Грамота (в списке) из Казани в Пермь: о убиении Козаками воеводы Прокопия Петровича Ляпунова, о вящшем соединении Пермским жителям с Казанскими. 1611, август // СГГД. Ч. 2, № 269. С. 568-569;
Грамота (в списке) из Костромы в Казань: о походе Прокопия Ляпунова, для избавления Москвы;
423


Источники
о присоединении к нему Костромских служилых людей, и об одолении ими под Александровой слободой поляков. 1611, марта 19 // СГГД. Ч. 2, № 242. С. 520-521;
Грамота (в списке) из Ярославля в Вологду о всенародном соединении против поляков. 1611 год, в феврале // СГГД. Ч. 2, № 239. С. 510-514;
Грамота (в списке) от Прокопия Ляпунова во Владимир. 1611 год, в феврале // СГГД. Ч. 2, № 238. С. 509-510;
Грамота (в списке) польского короля Сигизмунда III к боярам: о приключившемся в Москве кровопролитии от недоброхотствующего к нему патриарха Гермогена, Ляпунова и других с ними единомысленников, о сожжении сей столицы, о недоверии впредь ложным клеветам их и о смиренном ожидании на престол Российский сына его, королевича Владислава. 1611, апрель // СГГД. Ч. 2, №255. С. 540-541;
Донесение польскому королю Сигизмунду III и его сыну царю Владиславу Сигизмундовичу от боярина И. Салтыкова из Новгорода. 1610 год, 17 ноября// СГГД. Ч. 2, № 209. С. 455;
Окружная Грамота (в списке) Военачальника Князя Дмитрия Михайловича Пожарского в Сибирские города: о происшествиях в Великом Новгороде и о присылке к нему в ополчение выборных от всякого чина людей с полномочием для советования с новгородскими посланниками, избрать ли на Российское Царство шведского Королевича Карла Филиппа. 1612 года, июня 10 // СГГД. Ч. 2, № 282. С. 598-599;
Окружная грамота боярина князя Федора Ивановича Мстиславского и бояр, управлявших с ним государством, в сибирские города. 1610 год, 4 сентября // СГГД. Ч. 2, №204. С. 441;
424


Источники
Отписка Сибирского и Тобольского архиепископа Макария в Мангазею воеводе Григорию Орлову. 1633, август // СГГД. Ч. 3, № 96. С. 339-340;
Собор, держанный в присутствии Государя Царя Михаила Федоровича духовными и светскими чинами о том: Должно ли удержать за Россией взятый донскими казаками город Азов или отдать оный туркам обратно? 1642, января 5 // СГГД. Ч. 3, № 113. С. 380-381;
Собор, держанный в присутствии государя царя Михаила Федоровича духовными и светскими чинами: каким образом противостоять королевичу Владиславу, с польскими и литовскими войсками приближающемуся к столице. 1618, сентября 9 // СГГД. Ч. 3, № 40. С. 175;
Челобитная польскому королю Сигизмунду III и его сыну Великому Государю Королевичу Владиславу Сигизмундовичу от Григорья Орлова: о пожаловании ему во владение поместья в Суздальском уезде сельца Нижняго Ландеха с деревнями, принадлежащаго Князю Дмитрию Пожарскому, за измену его против их Государей. Тут же и жалованная на оное поместье, от имени Бояр, Орлову Грамота (в списке). 1611, Августа 17 // СГГД. Ч. 2, № 267. С. 566-567;
Чин бракосочетания (в списке) государя Царя Михаила Федоровича с девицей Евдокией Лукьяновной, дочерью боярина Лукьяна Степановича Стрешнева. 1626, февраля 5 // СГГД. Ч. 3, № 72. С. 285.
Акты подмосковных ополчений и Земского собора 1611-1613 гг. / собрал С.Б. Веселовский (далее - АПОиЗС) // ЧОИДР. 1911. Кн. 4; М., 1911 (Смутное время Московского государства. Вып. 5)
Челобитье боярам казачьего атамана В. Хромого о выдаче ему за его службы денежного и хлебного жалованья и о назначении служить по Владимиру; и грамота по его
425


Источники
челобитью к воеводе и дьяку во Владимир. 1613, 14 января // ЧОИДР. 1911. Кн. 4, № 97. С. 118;
Две челобитных казачьего атамана Аф. Коломны, первая - боярам, а вторая - Михаилу Федоровичу с просьбой обелить его двор в Коломне от всяких податей за его службы; и грамота бояр в Коломну по первой челобитной. 1612, декабрь - 1613,  5 августа  //  ЧОИДР. 1911. Кн. 4. №91. С. 109-111.
Сборник князя Хилкова. СПб., 1879 (далее - СХ)
Грамота царя Василия Ивановича к владимирскому воеводе Федору Левашову с приказанием немедленно идти с войском из Владимира к Троицкому Сергиеву монастырю и с известием о движении к этому монастырю и к Москве с разных сторон войск. 1609, мая 27 // СХ. №32. С. 104-105;
Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Боярина и воеводы Ивана Наумова, о своем походе с полковниками под Кострому на помощь Александру Лисовскому... 1609 год, 28 июля // СХ. № 12, LXIX. С. 74-76;
Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Боярина и воеводы Федора Плещеева и наместников и воевод князя Василия Шаховского и Петра Горяйнова ... о посольстве гонцов разных городов к Лжедмитрию... 1610 год, 7 мая // СХ. № 12, LXXIL С. 79-81;
Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Владимирского воеводы Михаила Вельяминова, о разбитии владимирских дворян и детей боярских литовскими людьми. 1608 год, 16 ноября // СХ. № 12, XVI. С. 26-27;
Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Суздальского воеводы Федора Плещеева о поражении воров, приходивших под Суздаль, о взятии города Плеса на Волге. 1609 год, 17 февраля // СХ. № 12, XLII. С. 49;
426


Источники
Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Федора Болотникова о скорейшей высылке ратных людей в Суздаль для защиты от изменников. 1609 год, 29 марта //  СХ.№ 12, LV. С. 61-62;
Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Федора Плещеева и Андрея Просовецкого об измене Лжедмитрию жителей Владимира, о прибытии в Суздаль Лисовского с полком и о совместно с ним походе под Владимир. 1609, марта 31 // СХ. № 12-LVL С. 62-64;
Письма разных лиц к гетману Яну Сапеге: Федора Плещеева с просьбой о немедленном отпуске сына боярского Степана Неронова Волкова с отписками к Лжедмитрию... 1609 год, 29 апреля // СХ. № 12, LXL С. 67-69.
Акты служилых землевладельцев XV - начала XVII века: в 5 т. М., 1997. Т. 1; М., 1998. Т. 2; М., 2002. Т. 3; М., 2008. Т. 4
Выдержка из дел Сыскного и Поместного приказов о поместьях и вотчинах Андрея Андреевича Микулина и его сына Льва в Старицком и Муромском уездах // Акты служилых землевладельцев. М., 2008. Т. 4, № 518. С. 417;
Деловая запись-обязательство Василия Меньшого Степанова сына Ивановича Селиванова своим братьям Василию Большому и Федору Селиванову на имущество и вотчину отца село Куково и деревню Лысое в Рязанском уезде. 1571/72 г. // Акты служилых землевладельцев. М., 1998. Т. 2, № 387. С. 332-333;
Дело Поместного приказа по тяжбе между стремянным конюхом Иваном Богдановым сыном Болдырева и Дарьей Федоровой дочерью Казимерова... //  Акты служилых землевладельцев. М., 2002. Т. 3, № 537. С. 459;
427


Источники
Духовная Ивана (Головы) Федоровича Соловцова. 1594/1595 // Акты служилых землевладельцев. М., 1997. T. 1,  № 268. С. 238-243;
Духовная Кирилла-Смерда Иванова сына Плещеева ... суздальскому архиепископу Галактиону. 1603/1604 // Акты служилых землевладельцев. Т. 3, № 325. С. 265- 268;
Жалованная грамота Голове (Ивану) Федоровичу Соловцову на г. Орлов на Вятке. 1575, январь // Акты служилых землевладельцев. T. 1, № 267. С. 238;
Жалованные корменные грамоты великого князя Ивана Васильевича Федору Леонтьевичу Соловцову на г. Кобылье городище. 1545/1546; ...на г. Велье с пригородами Врев и Володимерец. 1552/1553; ...на г. Гдов. 1558 // Акты служилых землевладельцев. T. 1, № 263, 265, 266. С. 236-238;
Купчая (продажная) кн. Ивана Васильева сына Нерыцкого кн. Федору Ивановичу Волконскому на пустошь Ивановское на речке Митке в Романовском уезде // Акты служилых землевладельцев. Т. 2, № 86. С. 91-92;
Наказная память воевод боярина Федора Ивановича Шереметева и Ивана Дмитриевича Плещеева письменному голове Якову Ивановичу Соловцову и стрелецкому голове Богдану Агафоновичу Износкову. 1609, сентября 17 // Акты служилых землевладельцев. Т. 2, № 398. С. 342-343;
Наказная память воеводы боярина Федора Ивановича Шереметева письменному голове Якову Ивановичу Соловцову и Ивану Ротиславскому. 1609, августа 1 // Акты служилых землевладельцев. Т. 2, № 397. С. 341-342;
Отдельная выпись романовского воеводы Аксентия Яковлевича Дашкова и ярославского губного старосты
4M


Источники
Богдана Побединского кн. Федору Ивановичу Волконскому на сельцо Сидоровское с деревнями и пустошами в Васильевском стане Романовского уезда. 1610, июля 6 // Акты служилых землевладельцев. Т. 2, № 84. С. 89-90;
Указная грамота царя Василия Ивановича (Поместного приказа) в Романов воеводе Аксентию Яковлевичу Дашкову о разделе яровой и озимой ржи в поместьях кн. Федора Ивановича Волконского и Фоки Ратманова сына Дурова села Рыжиково и сельца Сидоровское с деревнями и пустошами в Васильевском стане Романовского уезда. 1610, июля 10 // Акты служилых землевладельцев. Т.2,№85. С. 90-91.
Акты, относящиеся до истории Западной России, собранные и изданные Археографической комиссией: в 5 т. Т. 4 (1588-1632). СПб., 1851 (далее - АЗР)
Ответ литовско-польских послов московским царским послам на съезде под Смоленском, в котором стараются оправдать действия Сигизмунда и подданных его в отношении к самозванцам, ссылаясь на ответные статьи, данные царским послам на прежнем посольском съезде, бывшем в 1608 году в Москве. 1615, ноября 27 // АЗР. СПб., 1851. Т. 4, № 208. С. 482;
Жалованные и другие грамоты Польского короля Сигизмунда Московским сановникам, дворянам, детям боярским и другим лицам, на отчины и поместья, чины, денежные и хлебные оклады, дворы и пр., по случаю избрания сына его, королевича Владислава на Московский Царский престол. 1610-1612 // АЗР. Т. 4, № 183-DCXCI, DCCXXXVII. С. 395, 401;
Именная роспись московским послам, отправленным к польскому королю Сигизмунду... 1610, сентября // АЗР. Т. 4, № 182. С. 318-319.
429


Источники
Акты, относящиеся до юридического быта древней России: в 3 т. СПб., 1857. T. 1; СПб., 1864. Т. 2 (далее - АЮБ)
Грамоты указные: Грамота Шуйским посадским людям о даче в Шуе суда на сумму до десяти рублей губному старосте Филату Сеченому вместе с выборными из посадских старостами и целовальниками. 1621, апреля 14 // АЮБ. СПб., 1857. T. 1, № 55-IV. Стб. 254-256;
Грамоты указные: Грамота Шуйским посадским людям об иске и ответе перед воеводами в судных делах до десяти рублей. 1620, сентября 4 // АЮБ. СПб., 1857. T. 1, № 55-Ш. Стб. 252-254;
Духовная Пантелеймона Мисюря Соловцова. 1627 год, 1 февраля // АЮБ. СПб., 1857. T. 1, № 86. Стб. 555-561;
Наказ, данный боярами и воеводами князем Трубецким и Заруцким Мисюрю Соловцову, по случаю назначения его воеводою в Ядрин. 1611 год, 29 июля. // АЮБ. СПб., 1864. Т. 2, № 168. Стб. 526-528;
Наказная память боярина и воеводы Ф.И. Шереметева письменному голове М.И. Соловцову о действиях против «государевых изменников» под Юрьевцем- Повольгским. 1609 год, 1 июня // АЮБ. СПб., 1864. Т. 2, № 230-5. Стб. 674-675;
Наказная память боярина и воеводы Ф. И. Шереметева письменному голове М.И. Соловцову и стрелецким головам Б. А. Износкову и Т.С. Остреневу о сопровождении наряда, казны и рыбы из Городца в Балахну. 1609 год, 28 июня // АЮБ. СПб., 1864. Т. 2, № 230-6. Стб. 676-677;
Наказная память Монастырского приказа М.И. Соловцову и В. Салманову об управлении вотчинами суздальского архиепископа в Суздальском и Шуйском уез-
430


Источники
дах. 1612 год, 12 июля // АЮБ. СПб., 1864. Т. 2. № 230-8. Стб. 678-684;
Наказная память судьи приказа Казанского дворца боярина кн. Д.И. Шуйского голове М.И. Соловцову о сопровождении казны из Троице-Сергиева монастыря в Москву. 1610 год, 8 апреля // АЮБ. СПб., 1864. Т. 2, № 230-7. Стб. 677-678;
Памяти (Памяти наказные): Письменному голове Мисюрю Соловцову и стрелецкому голове Девятому Змееву. 1609, января 1 // АЮБ. СПб., 1864. Т. 2, № 230- 5. Стб. 672-673.
Карелия в XVII в.: Сборник документов / сост. Р.Б. Мюллер. Петрозаводск, 1948.
«Лист» выборгского воеводы Тённе Йоренссона жителям города Корелы с обещанием неприкосновенности при занятии города шведами. 1610, февраля 2 // Карелия в XVII в. № 6. С. 19;
«Лист» выборгского воеводы Тённе Йоренссона послам Ивану Пушкину и Алексею Безобразову с опровержением слухов о подготовке шведов к походу против корел. 1610, февраля 17-28 // Карелия в XVII в. № 7. С. 20-21;
Лист выборгского воеводы Тённе Йоренссона послам Ивану Пушкину и Алексею Безобразову о посылке шведского воинского отряда в Корельский уезд. 1610, февраля 22 // Карелия в XVII в. № 8. С. 21-23.
Памятники дипломатических и торговых сношений Московской Руси с Персией (далее - Памятники). Т. 1-3 / под ред. Н.И. Веселовского // Труды Восточного отделения императорского Русского археологического общества (далее - Труды Восточного отделения...). СПб., 1890,  1892,  1898. Т. 20-22.
431


Источники
Посольство князя Михаила Петровича Борятинского: Донесение казанских воевод Бориса Лыкова и Федора Борятинского царю Михаилу Федоровичу. 1.10.1620 г. Памятники... Т. 3 // Труды Восточного отделения... СПб., 1898. Т. 22. С. 390-391;
Посольство князя Михаила Петровича Борятинского. Статейный список: Памятники... Т. 3 // Труды Восточного отделения... СПб., 1898. Т. 22. С. 396-501;
Посольство в Персию Михаила Никитича Тиханова: Памятники... Т. 2 // Труды Восточного отделения... СПб., 1892. Т 21. С. 151-312;
Посольство в Персию Федора Исаковича Леонтьева: Памятники... Т. 3 // Труды Восточного отделения... СПб., 1898. Т. 22. С. 138-239.
Боярские книги и списки
Боярская книга 1627 года. М., 1986;
Боярская книга 1639 года. М., 1999;
Боярская книга 1658 года / отв. ред. Н.М. Рогожин; подг. текста В.А. Кадик. М.: ИРИ РАН, 2004;
Боярские списки 1577-1607 гг.: Боярский список 1577 года // Станиславский А.Л. Труды по истории Государева двора в России XVI-XVII веков. М., 2004. С. 191-202;
Боярский список 119-го году сочинен до московского разорения при Литве с письма думного дьяка Михаила Данилова: Сторожев В. Материалы для истории русского дворянства. Вып. 2 // ЧОИДР. 1909. № 3 (230). М., 1908;
Боярский список 1588-1589 годов // Станиславский А.Л. Труды по истории Государева двора в России XVI-XVII веков. М., 2004. С. 202-248;
Боярский список 1598-1599 годов // Станиславский А.Л. Труды по истории государева двора в России в XVI-XVII веков. М., 2004. С. 250-258;
432


Источники
Боярский список 1602-1603 гг. // Станиславский А.Л. Труды по истории Государева двора в России XVI-XVII веков. М., 2004. С. 258-291;
Боярский список 1606-1607 гг. с указанием об участии в боевых действиях против восставших // Народное движение в России в эпоху Смуты начала XVII века, 1601- 1608: Сборник документов / отв. ред. Н.М. Рогожин; Ин-т российской истории. М.: Наука, 2003. № 39. С. 132-155;
«Подлинные» боярские списки 1626-1633 годов. Сборник документов / сост. Е.Н. Горбатов. М.: Древлехранилище, 2015;
Горбатов Е.Н. «Наличный» боярский список 1624 года // Российская генеалогия: научный альманах. Выпуск третий. М.: Старая Басманная, 2018. С. 71-102;
Горбатов Е.Н. «Подлинный» боярский список 1637/38 года // Российская генеалогия: научный альманах. Вьшуск пятый. М.: Старая Басманная, 2019. С. 41-113;
Жаринов Г.В. Боярский «подлинный» список 7152 (1643/44) года // Архив русской истории. Вып. 8. М.: Древлехранилище, 2007.
Акты юридические или собрание форм старинного делопроизводства, собранные и изданные Археографической комиссией. СПб., 1838
Платежные в деньгах, собираемых на содержание ратных людей. 1611, мая И // Акты юридические. №215- VII. С. 229;
Наказные памяти монастырям о сборах и повинностях на содержание ратных людей. 1611, июля 19 // Акты юридические. № 339-1. С. 362-363;
Наказная память о повальном обыске про грабеж и насильство крестьян помещиков Федора Полибина и Данила Змеева. 1641, января 21 // Акты юридические. № 345. С. 370-372.
433


Источники
Кормленые, приходно-расходные, записные книги московских приказов
Записная книга Московского стола. 1626, мая 5-1627, августа 31: Записные книги Московского стола // РИБ: в 39 т. СПб., 1884. Т. 9. С. 385-524;
Записная книга Московского стола 7145 года // РИБ. СПб., 1886. Т. 10. С. 1-103;
Записная книга Московского стола 7147 года // РИБ. СПб. 1886. Т. 10. С. 104-200;
Записная книга Московского стола 7149 года // РИБ. СПб., 1886. Т. 10. С. 201-300;
Записная книга Московского стола 7155 года // РИБ.
СПб., 1886. Т. 10. С. 301-400;
Записная книга Московского стола 7157 года // РИБ.
СПб., 1886. Т. 10. С. 401-490;
Записная беспошлинная книга (12 августа 1613 г. - позднее 19 августа 1615 г.) // Документы Печатного приказа (1613-1615 гг.). М., 1994. С. 296-427;
Записная пошлинная книга (27 февраля - 12 августа 1613 г. // Документы Печатного приказа 1613-1615 гг. М., 1994. С. 11-295;
Записные вотчинные книги Поместного приказа 1626-1657 гг. / авт. и сост. А.В. Антонов и др. М., 2010;
Кормленая книга Костромской чети 1613-1627 годов / публ. А.Н. Зерцалов // РИБ. СПб., 1894. Т. 15. С. 1-209;
Приходно-расходная книга Разряда 7123 г. // Приходно-расходные книги московских приказов. Кн.1 // РИБ. М., 1912. Т. 28. Стб. 275-508;
Приходно-расходная книга Разряда 7125 года // РИБ.
Т. 28. Стб. 509-682;
Приходно-расходные книги 7121-7127 гг. золотых и золоченых денег в Разряде // РИБ. М., 1912. Т. 28. Стб. 753-810;
434


Источники
Приходно-расходные книги Казенного приказа: Расходные книги товарам и вещам. 1613-1614 гг. // РИБ. СПб., 1884. Т. 9. С. 1-384;
Приходно-расходные книги московских приказов 1619-1621 гг. М., 1983;
Расходная книга Устюжской четверти 1619/20 г. // Приходно-расходные книги московских приказов 1619-1621 гг. М., 1983. С. 142-166;
Расходная книга Устюжской чети 127 г.: Приходно- расходные книги московских приказов. Кн. 1 // РИБ. М., 1912. Т. 28. Стб. 683-752.
Четвертчики Смутного времени. 1604-1617 гг. (Смутное время Московского государства. Вып. 9) / пред. Л.М. Сухотина // Чтения в обществе истории и древностей Российских (далее - ЧОИДР). 1912. Кн. 2(М. 1912)
Кормленая книга Галицкой Четверти 7112 г. //ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 1-41;
Кормленая книга Галицкой Четверти 7121-25 гг. // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 60-188;
Кормленщики Галицкой четверти, их оклады и службы в Смутное время (отрывки) // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 308-352;
Столбцы Галицкой и Владимирской Четвертей 120- 126 гг. // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 241-307;
Разрядные столбцы 122-124 гг. сыска денежных окладов // ЧОИДР. 1912. Кн. 2. С. 189-240.
Архив П.М. Строева // РИБ. Т. 35. СПб., 1917
Царская грамота в Старую Русу воеводе Якову Михайловичу Боборыкину о возвращении в казну земель, розданных Шведским воеводой Яковом Делагарди разным людям в дворцовых селах и черных волостях Старо-
435


Источники
русского уезда. 1611, июля И // РИБ. Т. 35, № 276. Стб. 447-450;
Отписка неизвестного лица о неприязненных действиях Шведского полковника Якоба Делагарди под Орешком. 1611, после 23 февраля // РИБ. Т. 35, № 106. Стб. 190-192;
Дело о земляном Суздальском вале, отводимом под селитренную варницу. 1643, март - апрель // РИБ. Т. 35, №519. Стб. 1108.
Книги разрядные и Дворцовые разряды
Дворцовые разряды, по высочайшему повелению изданные II отделением собственной ЕИВ канцелярии: в 4-х т. СПб., 1850. T. 1; СПб., 1851. Т. 2; СПб., 1855. Т. 4;
Дополнения к 3-му тому Дворцовых разрядов, издаваемых по высочайшему повелению 2-м отделением собственной ЕИВ канцелярии. СПб., 1854;
Дополнения к Дворцовым разрядам по поручению графа Дмитрия Николаевича Блудова собранные из книг и столбцов преждебывших дворцовых приказов архива Оружейной палаты Иваном Забелиным. Ч. 1. М., 1882;
Книги разрядные по официальным оных спискам, изданные П-м Отделением собственной Его Императорского Величества канцелярии: в 2 т. СПб., 1853. T. 1 (1614-1627); СПб., 1855. Т. 2;
Разрядная книга 1475-1598 гг. М., 1966;
Разрядная книга 1475-1605 гг. Т. 3, ч. 1. М., 1984;
Разрядная книга 1613-1614 гг. // Разрядные книги 1598-1638 гг. М., 1974. С. 180-313;
Разрядная книга 1637/1638 года / отв. ред. В. И. Буганов; сост. В.И. Буганов, Л.Ф. Кузьмина, А.П. Богданов. М., 1983;
Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время // ЧОИДР. 1907 год. Кн. 2 (221). Кн. 3 (222). М., 1907;
436


Источники
Царская грамота боярину князю Федору Ивановичу Мстиславскому с товарищами, об оставлении, до прихода Государя к Москве, за дьяком Михайлом Даниловым вотчины, пожалованной ему при царе Василии Ивановиче. 1613, апреля 28 // Дворцовые разряды. СПб., 1850. T. 1 (Приложения), № 53. Стб 1167.
Веселовский С. Б. Нижегородские платежницы //  ЧОИДР. 1910. Кн. 3. С. 1-242
Платежница данная с княженецких, и з дворянских и з детей боярских поместей и с монастырских вотчин ямщиком на прогоны, и полоняничных и за наместнич корм нынешнего 116-го году: Веселовский С.Б. Нижегородские платежницы // ЧОИДР. 1910. Кн. 3. С. 9-20;
Нижегородская платежница 7120 года: Веселовский С.В. Нижегородские платежницы // ЧОИДР. 1910. Кн. 3. С. 98-242.
Памятники дипломатических сношений московского государства с Польшей (1598-1608) // Сб. РИО. Т. 137. М., 1912
Документы по сношениям Московского государства с Польско-Литовским за 1598-1613 гг., хранившиеся в Посольском приказе в 1614-1673 гг. // Сб. РИО. М., 1912.Т. 137,№1.С. 25;
Посольство в Польшу князя Г. К. Волконского и дьяка Андрея Иванова// Сб. РИО. Т. 137. С. 193-372;
Приезд в Москву посланников С. Битовского и князя Я. Соколинского. Переговоры их в Москве вместе с послами Н. Олесницким и А. Гасевским. Отпуск всех их, Мнишка и др. польских и литовских людей, задержанных с 1606 г. 1607, мая 22-1608, август // Сб. РИО. Т. 137. С. 388-736.
437


Источники
Борисов ВЛ. Старинные акты, служащие преимущественно дополнением к описанию г. Шуи и его окрестностей. М., 1853
Грамота царя Василия Ивановича Шуйского, данная на поместье братьям Бастановым, за одержанную отцом их победу над изменником Федором Плещеевым. 1609 // Борисов В.А. Старинные акты... № 2. С. 2-6;
Отписка, данная шуянам Воеводою Иваном Просовецким в получении денег за съестные запасы. 1611 // Борисов В.А. Старинные акты... № . 4. С. 7-8;
Письмо из Суздаля в Шую казачьего атамана Просовецкого дьяку Подлесову. 1612 // Борисов В.А. Старинные акты... № 6. С. 8-9;
Наказная память суздальского воеводы Сабурова Безсону Борисову для исследования беспорядков в Шуе между воеводой и губными старостами. 1621 // Борисов В.А. Старинные акты... № 16. С. 25-28;
Допросные речи шуян о воеводе Змееве. 1621 //Борисов В.А. Старинные акты... № 19. С. 30-32;
Челобитная воеводы Змеева на шуйских губных старост за сажание ими его крестьян в тюрьму. 1621 // Борисов В.А. Старинные акты... № 20. С. 32-33.
Летописи и хроники
Из Хронографа, принадлежащего историографу Карамзину (Столяровский список) // Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных в хронографы русской редакции / собрал и издал Андрей Попов (приложение к Обзору Хронографов русской редакции). М.: Типография А.И. Мамонтова и К. Большая Дмитровка, д.№ 7, 1869. С. 321-379;
Новый летописец // Полное собрание русских летописей (далее - ПСРЛ) Т. 14 Первая половина. СПб., 1910; М., 1965;
438


Источники
Новый летописец // Хроники Смутного времени. М., 1998. С. 263-410;
Новый летописец князя Оболенского // Временник общества истории и древностей российских. Кн. 16. М., 1853;
Псковские летописи. Вып. 2 / под ред. А.Н. Насонова. М., 1955;
Сибирский летописный свод (Книга записная): Сибирские летописи. Ч. 1. Группа Есиповской летописи // ПСРЛ. Т. 36. М.: Наука, 1987. С. 138-177
Русский дипломатарий
Антонов А.В. К начальной истории нижегородского ополчения: Сказки дворян Нижегородского ополчения о службе в 1606-1610 гг. (представлены в Разрядный приказ в 1628 году.) // Русский дипломатарий. Вып. 6, М., 2000. С. 196-240;
Сказка Андрея Мисюрина сына Соловцова о службе своего отца Мисюря Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 10. С. 231;
Сказка Афанасия Петрова сына Суровцева о своей службе // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 3. С. 224;
Сказка Ивана Яковлева сына Соловцова о службе своего отца Якова Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 12. С. 232-234;
Сказка Сергея Малого о службе своего тестя Михаила Иванова сына Соловцова // Русский дипломатарий. Вып. 6, № 13. С. 233-234;
Антонов А.В. Нижегородские поместные акты конца 16 начала - 17 века // Русский дипломатарий. Вып. 5. М., 1999;
Нижегородские поместные акты: Указная грамота царя Василия Ивановича в Нижний Новгород. 1610, март - май // Русский дипломатарий. Вып. 5. М., 1999. С. 258;
439


Источники
Боярская книга 1556/57 года // Русский дипломатарий. Вып. 10. М., 2004. С. 80-118;
Записная книга Полоцкого похода 1562/63 года //Русский дипломатарий. Вып. 10. М., 2004. С. 119-154;
Русский дипломатарий. Вып. 8. М., 2002;
Русский дипломатарий. Вып. 9. М., 2003;
Поручная запись... по князе Александре Ивановиче Воротынском в его верности. 1563 // Русский дипломатарий. Вып. 10. М., 2004. С. 24-30.
Памятники истории нижегородского движения в эпоху Смуты и земского ополчения 1611-1612 гг. // Действия Нижегородской ученой архивной комиссии: Сборник документов (далее - Сб. НУАК). 1912. Т. XI. Нижний Новгород, 1912
Грамота кн. Д.М. Пожарского Я. Делагарди. Апрель 1612 г. // Сб. НУАК. 1912. T. XI, часть первая (Памятники документальные). № 143. С. 249-250;
Грамота кн. Д.М. Пожарского к воеводе И.Н. Одоевскому // Сб. НУАК. 1912. T. XI, часть первая (Памятники документальные). № 144. С. 251-255;
Из «Жития и подвигов преп. отца нашего архимандрита Дионисия» // Сб. НУАК. 1912. T. XI, часть вторая (Памятники литературные). № XIV. С. 418-425;
Из «Латухинской Степенной книги» // Сб. НУАК. 1912. T. XI, часть вторая (Памятники литературные). № XXX. С. 460-473.
Подвиг Нижегородского ополчения: в 2 т. Том первый. Нижний Новгород, 2011
Грамота (в списке) из Казани в Пермь об убиении казаками воеводы Прокопия Петровича Ляпунова и о вящем соединении пермских жителей с казанскими. 1611 года, в августе // Подвиг Нижегородского ополчения. Том первый. С. 144-145;
440


Источники
Грамота (в списке) из Казани в Пермь: о взаимном соединении против разорителей Российского Государства Поляков и о немедленном отправлении Пермских ратных людей на помощь Москве. 1611, май // Подвиг Нижегородского ополчения. Том первый. С. 112-114;
Отписка казанцев к пермичам о присяге всего казанского народа содействовать освобождению Москвы от поляков с требованием ратных людей и денежных доходов на помощь столице... 1611 года, 12 июня // Подвиг Нижегородского ополчения. Том первый. С. 119-127;
Отписка казанцев к пермичам с приложением грамоты Патриарха Гермогена о непризнании сына Марины Мнишек государем. 1611 года, августа 30 // Подвиг Нижегородского ополчения. Том первый. С. 143-144;
Отписка пермичей к казанцам о готовности жить в мире и союзе с ними, содействовать к избавлению Отечества от врагов и избрать государя по совету всей земли. 1611 года, сентября 18 // Подвиг Нижегородского ополчения. Том первый. С. 148-149;
Отписка пермичей казанцам об обещании всего пермского народа под клятвою содействовать к обороне православной веры и государства от поляков и об отправлении ратных людей под Москву // Подвиг Нижегородского ополчения. Том первый. С. 128-130.
Писцовые и переписные книги
Переписная книга г. Москвы 1638 г. М., 1881;
Перепись московских дворов 1620 года // Переписи московских дворов XVII столетия. М., 1896. С. 1-72;
Писцовая и переписная книги XVII века по Нижнему Новгороду: Писцовая книга 1621-1629 гг. // РИБ. СПб., 1896. Т 17. Стб. 68,182-183;
Писцовые книги Восточного Замосковья. Вып. 3. М., 2007;
441


Источники
Список с писцовых книг 7101 и 7102 гг. земель Троице- Сергиева монастыря письма и меры Якова Петровича Вельяминова и подьячего Федора Андреева // Писцовые книги XVI века. Отделение I. СПб., 1872. С. 790-791.
Сочинения иностранцев
Relatia пана Коморовского о сожжении Москвы и о тамошних бояр отступничестве / перевод и публикация Т. Бохуна // Мининские чтения. Н. Новгород, 2012. С. 293-297;
Буссов К. Московская хроника // Хроники Смутного времени. М., 1998. С. 9-162;
Видекинд Ю. История десятилетней шведско- московитской войны / перевод С. А. Аннинского, А.М. Александрова; под ред. В.Л. Янина, А.Л. Хорошкевич. М.: Памятники исторической мысли. 2000;
Дневник осады Смоленска польским королем Сигизмундом III // Бутурлин Д. История смутного времени в России в начале XVII века. Ч. 3. СПб., 1846. Приложение № XVII. С. 127-247;
Дневник событий, относящихся к Смутному времени (1603-1613), известный под именем Истории ложного Димитрия (из дневника Будилы) / пер. М. Кояловича // Русская историческая библиотека, издаваемая Археографической комиссией (РИБ). СПб., 1872. T. 1. Стб. 81-364;
Дневник Яна Петра Сапеги (1608-1611) // Памятники истории Восточной Европы. T. IX. М.; Варшава, 2012;
Елассонский Арсений. Мемуары из русской истории // Хроники Смутного времени. М., 1998. С. 163-210;
Записки гетмана Жолкевского о московской войне. СПб., 1871;
Источники истории. Записки Станислава Немоевского. Рукопись Жолкевского. Рязань, 2007;
442


Источники
Мархоцкий Н. История Московской войны. М., 2000;
Петрей П. История о великом княжестве Московском //ЧОИДР. 1866. Кн. III. Отд. IV;
Поход Сигизмунда III в Россию (1609-1610 гг.) // РИБ. СПб., 1872. T. 1. Стб. 427-720;
Олеарий А. Описание путешествия в Московию // Россия XV-XVII вв. глазами иностранцев. Л., 1986.
Олеарий А. Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно. СПб., 1906.
Осип Будила. Дневник // Подвиг Нижегородского ополчения: в 2 т. Т. 2. Н. Новгород, 2011.
Прочие источники
Акты времени Лжедмитрия I (1603-1606 гг.) Дела Грузинские и Кабардинские // ЧОИДР. 1918. Кн. 1 М., 1918. С. 284-328;
Архив русской истории. Вып. 4. М., 1994. С. 127;
Список с подорожных, выданных из Москвы и других городов: Акты времени правления царя Василия Шуйского (19.5.1606 г.- 17.7.1610 г.) / собр. и ред. А.М. Гневушев. М., 1914. С. 60-64;
Акты Иверского Святоозерского монастыря (1582- 1706) // РИБ. СПб., 1878. Т. 5. № 4. Стб. 10-13;
Акты Покровского Суздальского девичьего монастыря XVI - начала XVII века / сост. А.В. Антонов, А.В. Маштафаров. М.: Фонд «Связь эпох», 2019;
Акты, относящиеся к истории Сибири: О службе в Сибири боярина Юрия Сулешова. 1626, в июне // РИБ. СПб., 1884. Т. 8, № 11-VII. Стб. 349-358;
Алфавитный указатель фамилий и лиц, упоминаемых в боярских книгах, хранящихся в 1-м отделении Московского архива Министерства Юстиции с обозначением служебной деятельности каждого лица и годов состояния в занимаемых должностях / сост. статский
443


Источники
советник Иванов. М.: в типографии С. Селивановского, 1853. С. 153-154;
Анпилогов Г.Н. Нижегородские документы XVI века (1588-1600). М., 1976. С. 342-343;
Арзамасский уезд в XVII веке. Акты приказного делопроизводства допетровской эпохи: сборник документов: в 2 ч. / сост. Б.М. Пудалов. Ч. 2. Нижний Новгород: Центр. Архив Нижегородской области, 2019.
Бантыш-Каменский Н.Н. Обзор внешних сношений России (по 1800 г.). Часть третья (Курляндия, Лифляндия, Эстляндия, Финляндия, Польша и Португалия). М., 1897;
Бантыш-Каменский Н.Н. Обзор внешних сношений России (по 1800 г.). Часть четвертая (Пруссия, Франция, Швеция). М., 1902;
Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря. М., 1987. С. 137;
Воскобойникова Н.П. Описание древнейших документов архивов московских приказов XVI - начала XVII веков. М., 1999. С. 151;
Географическое, историческое и статистическое описание ставропигиального первоклассного Соловецкого монастыря. Составленное трудами архимандрита Досифея. Ч. 3. М., 1836. С. 98, ИЗ;
Гераклитов А.А. Материалы для истории Саратовского Поволжья (Столбцы Московского архива Министерства Юстиции): Челобитная царю Михаилу и патриарху Филарету от Архипа и Ивана Федоровых детей Акинфова. 1627 г. // Труды СУАК. Саратов, 1912. Вып. 29. № 4. С. 63-64;
Грамота Михаила Федоровича к французскому королю Людовику XIII. 1615 г. // Шафиров П.П. Рассуждения о причинах Свейской войны. СПб., 1722. С. 105-106;
444


Источники
Грамоты и отписки 1611-1612 г. Курмышскому воеводе Елагину // Летопись занятий Археографической комиссии. 1861 год. СПб., 1862. Вып. 1. Отд. II. Материалы, № 12 (1612, февраль). С. 17-18;
Дело о побеге Федора Андронова с двора князя Федора Ивановича Волконского из-под стражи. 1613, марта 24 - мая 16 // Акты времени междуцарствия (1610 г. 17 июля - 1613 г.) / под ред. С. К. Богоявленского и И.С. Рябинина. М., 1915. С. 65-80;
Дело о поверстании сибирского царевича Алтаная Кучумова поместным и денежным окладом. См.: Беляков А.В. Участие сибирского царевича Алтаная ибн Кучума в событиях Смутного времени и его судьба // Мининские чтения: материалы науч. конф. 29-30 окт. 2004 г. Нижний Новгород, 2005. С. 21-36 (приложение - С. 34-35);
Дмитровская десятина: Исторические материалы о церквах и селах XVI-XVIII вв, собранные В. И. и Г.И. Холмогоровыми // ЧОИДР. 1911. Кн. 3. С. 293;
Договорная запись польского гетмана Станислава Жолкевского, заключенная в обозе под Москвою с московскими боярами. 1610, августа 17 (27) // Сб. РИО. М., 1913. Т. 142, № 9. С. 91;
Документы Печатного приказа 1613-1615 гг. РАН отд. истории. Архив РАН. М., 1994;
Донесение ротмистра А. Колецкого Я. Сапеге из Суздаля о ходе расследования дела об измене дворянина Г. Аргамакова // Тюменцев И. О. Материалы дела об измене дворянина Григория Аргамакова из русского архива Яна Сапеги как источник по истории дворянства // Смутное время: итоги и уроки: Сборник материалов второй Всероссийской научной конференции. Иваново- Кохма - Шуя, 20-22 апреля 2012 г. / Отв. ред. А.Ю. Кабанов. Иваново: ОАО Издательство «Иваново», 2012. Приложение № 6. С. 391.
445


Источники
Донесение Якова Делагарди Густаву Адольфу, 1612, августа 23 // Арссньевские шведские бумаги 1611- 1615 гг. / Пер. А. В. Полторацкого // Сб. Новгородского общества любителей древности (далее - Сб. НОЛД). Новгород, 1911. Вып. 5. С. 15;
Допросные речи шуян о набеге литовцев на Шую и ее окрестности // Борисов В.А. Описание города Шуи и его окрестностей. М., 1851. С. 256;
Древняя российская вивлиофика. Т. 3, ч. 6. Мышкин, 1898. С. 190,  193,  195;
Забелин И.Е. Сведения о подлинном Уложении царя Алексея Михайловича // Архив историко-юридических сведений, относящихся до России. М., 1850. Кн. 1. С. 5;
Зерцалов А.Н. Новые данные о Земском Соборе 1648- 1649 гг. // ЧОИДР. 1887. Кн. 3. С. 76-77;
Книга сеунчей 1613-1619 гг. // Памятники истории Восточной Европы. Кн. 1. М.; Варшава, 1995;
Копия с договору о помощи шведской, учиненного в Выборге в 1609 году, чрез стольника и воеводу Семена Головина с товарищи с российской стороны // Шафи- ров П.П. Рассуждение, какие законные причины Петр Великий... к начатию войны против Карола XII Шведского 1700 года имел... СПб., 1722. С. 92-101. (1-е изд.-1717 г.);
Корецкий В.И., Лукичев М.П, Станиславский А.Л. Документы о национально-освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. // Источниковедение отечественной истории, 1989. М.: Наука, 1989. С. 241249;
Латкин В. Материалы для истории Земских соборов XVII столетия (1619-20, 1648-49 и 1651 годов). СПб., 1884;
Лукичев М.П. Документы о национально- освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. // Лукичев М.П. Боярские книги XVII века. Труды по истории и источниковедению. М., 2004;
446


Источники
Материалы по истории Нижегородского края конца XVI-XVII века. Ч. 1. М., 2015. С. 170-171;
Можайские акты 1506-1775 / сообщил архим. Лужецкого мон. Дионисий // Изд. ОЛДП. СПб., 1892. С. 70;
Муханов П.А. Подлинные свидетельства о взаимных отношениях России и Польши. М., 1834;
Наказ царя Михаила Федоровича Цивильскому воеводе Ивану Павловичу Матюшкину и подьячему Иеву Дмитриеву. 1627, января 19) // Сборник Муханова. Изд. 2-е. СПб., 1866. № 141. С. 210;
Народное движение в России в эпоху Смуты начала XVII века (1601-1608). Сб. документов. М., 2003;
Новгородские записные кабальные книги 100-104 и 111 годов (1591-1596 и 1602-1603 гг.) / под ред. А. И. Яковлева. М.; Л., 1938;
Новомбергский Н.Я. Слово и Дело Государевы (Процессы до издания Уложения Алексея Михайловича 1649 года). Т. 1. М., 1911. № 326. С. 592;
О пожаловании поместья кн. Пожарского села Нижнего Ландеха Григорию Орлову // ЧОИДР. 1905. Кн. 4. (215). Смесь. №5. С. 62-64;
Оглоблин Н.Н. Обозрение столбцов и книг Сибирского приказа // Чтения в Обществе истории древностей российских. М., 1900. Ч. 3. С. 121;
Окружная грамота (в списке) военачальника Князя Дмитрия Михайловича Пожарского, от имени всех чинов, в Великороссийские города (в Путивль)... о присылке ему ратных людей, денег и выборных от всякого звания людей, для советования с ними избирать ли на царство предлагаемого новгородцами шведского королевича. 1612, июнь // Памятники истории Смутного времени / под ред. А. И. Яковлева. М., 1909. № 30. С. 99;
Описание Грамот Коллегии Экономии. T. 1 А-И / Подготовил А.В. Антонов. М.: « Древлехранилище», 2016.
447


Источники
Описи Архива Разрядного приказа XVII в. / подг. текстов и ред. К.В. Петрова. СПб., 2001. С. 36-37, 76;
Опись архива Посольского приказа 1626 года / под ред. С.О. Шмидта. Ч. 1. М., 1977;
Осадный список 1618 г. // Памятники истории Восточной Европы. Том VIII. / сост. Ю.В. Анхимюк, А.П. Павлов. М.; Варшава, 2009;
Отписка Земского собора царю Михаилу Федоровичу о присяге ему ратных людей Никанора Шульгина // Морозова Л.Е. Россия на пути из Смуты. М., 2005. С. 341-342;
Отписки в Посольский приказ астраханских воевод Шереметева с товарищами по делам ногайским. 1608 год // Акты времени правления царя Василия Шуйского. М., 1914. №93. С. 161,  169;
Отрывок из записки о поставлении патриарха Иова и о происходивших по этому случаю церемониях 26, 27 и 2 8 января 1589 г. 1589, после января // Русская историческая библиотека, издаваемая Археографической комиссией (далее - РИБ). В 39 т. СПб., 1875. Т. 2, № 103. Стб. 322;
Палицын А. Сказание Авраамия Палицына / подг. текста и комм. О.А. Державиной и Е.В. Колосовой; под ред. Л. В. Черепнина. М.; Л., 1955;
Палицын А. Сказание о осаде Троицкого Сергиева монастыря от поляков и литвы и бывших потом в России мятежах. М., 1822. С. 256;
Памятники истории русского служилого сословия / сост. А.В. Антонов. М.: Древлехранилище, 2011 (Родословная книга по списку князя М.А. Оболенского; Государственные поминальные записи конца XIV - конца XVII века). С. 148;
Полиевктов М.А. Материалы по истории грузинорусских взаимоотношений 1615-1640 (Посольства: Ве-
448


Источники
ревкина, Харитона, Феодосия, Никифора, Волконского) / документы к печати подготовил и предисловием снабдил М. Полиевктов. Тбилиси: изд-во Тбилисского гос. ун-та, 1937. С. 227-346;
Полиевктов М.А. Посольство князя Мышецкого и дьяка Ключарева в Кахетию. Тифлис, 1928;
Посольство к королю Сигизмунду и королевичу Владиславу митрополита Филарета... 1610, сентябрь - 1611, апрель: Памятники дипломатических сношений Московского государства с Польшей (1609-1615) // Сб. РИО. СПб., 1913. Т. 142, № И. С. 183;
Правая грамота суда боярина и дворецкого Григория Васильевича Годунова старцу Спасо-Евфимьева монастыря Левкию... 1586, апреля 22 // Акты Суздальского Спасо-Евфимьева монастыря 1506-1608 гг. М., 1998. С. 415;
Разрядная запись о службах сына боярского М. Ордынцева с упоминанием о действиях восставших в 1606- 1607 гг. в Курмыше, Цивильске и Алатыре, а также о его участии в боях с восставшими в 1608-1609 гг. под Нижним Новгородом, Арзамасом, Касимовом и Владимиром. 1622, октябрь // Народное движение в России в эпоху Смуты начала XVII века. № 145. С. 291-292;
Родословные росписи, поданные в Палату родословных дел в конце XVII в.: выборное московское дворянство (публикация Л.Е. Шабаева) // Российская генеалогия: научный альманах / гл. ред. А.В. Матисон. Вып. 5. М.: Старая Басманная, 2019. № 66 (Родословная роспись Орловых, представленная Никитой Орловым) С. 249-251; № 63 (Родословная роспись Беклемишевых и Змеевых) С. 243-247;
Роспись жильцам и дворянам и детям боярским - участникам посольства С.Л. Татищева. 1612, май // Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. СПб.:
449


Источники
Изд-во «Русско-Балтийский информационный центр «БЛИЦ»», 2008. С. 480;
Роспись русского войска, посланного против самозванца в 1604 году // Станиславский А.Л. Труды по истории государева двора в России XVI-XVII веков. М., 2004. С. 376, 402;
Русский архив Яна Сапеги 1608-1611 годов. Тексты, переводы, комментарии. Волгоград, 2012. С. 416;
Русский архив Яна Сапеги 1608-1611 гг.: опыт реконструкции и источниковедческого анализа / Тюменцев И.О., Мирский С. В., Рыбалко Н.В., Тупикова Н.А., Тюменцева Н.Е. Под ред. Иншакова О.В. Волгоград, 2005. С. 171;
Сборник старинных бумаг, хранящихся в музее П.И. Щукина. 1851. Ч. 2. М., 1897;
Синодик Кирилло-Белозерского монастыря // Отдел рукописей Российской национальной библиотеки. Фонд 351. Библиотека Кирилло-Белозерского монастыря. № 759/1016.
Синодик нижегородского Благовещенского монастыря // Отдел редких книг и рукописей Нижегородской государственной областной универсальной научной библиотеки. Ф. 1. Оп. 2. № 37. Л. 38;
Смирнов П.П. Окладная роспись пятины по городу Саратову 1634 года // Труды СУАК. Вып. 33.  1916;
Сношения России с Кавказом. Материалы, извлеченные из Московского главного архива Министерства иностранных дел С. А. Белокуровым. Вып. 1. 1588-1613 гг. М., 1889. С. 369-371;
Соборное уложение 1649 года. Текст. Комментарии / подг. текста Л.И. Ивиной; рук. авт. коллек. А. Г. Маньков. Л.: Изд-во «Наука» Ленинградское отд. 1987. С. 404;
Станиславский А.Л, Труды по истории государева двора в России XVI-XVII веков. М., 2004;
450


Источники
Сторожев В.Н. Состав нижегородского дворянства по десятням 17 века // Действия Нижегородской ученой архивной комиссии. T. 1. Вып. 9. Н. Новгород, 1894. С. 399-404;
Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50-х гг. XVI в. / подг. к печати А.А. Зимин. М.; Л., 1950. С. 153, 196-199;
Указная грамота царя Михаила Федоровича на Соль Вычегодскую воеводе Ивану Чичерину об условиях отправки в Сибирь с Соловков Андрея и Ивана Просовецких и из Ярославля Ульяны, жены Андрея Просовецкого. 1623 г., мая 7 // Указные грамоты городовым воеводам... № 99. С. 373;
Указная грамота царя Михаила Федоровича на Тотьму воеводе кн. Василию Михайловичу Селеховскому о выделении Микифору Талызину провожатых для сопровождения в Великий Устюг Андрея и Ивана Просовецких. 1619 г., октября 8 // Указные грамоты городовым воеводам и приказным людям. 1613-1626 гг. М., 2012. №114. С. 209;
Утвержденная грамота 1613 года об избрании на царство Михаила Федоровича Романова // Козляков В.Н. Смута в России. 17 век. М., 2007. С. 522;
Челобитная Архипа и Ивана Федоровых Акинфовых царю Михаилу Федоровичу о перезахоронении их отца, убитого во время астраханского восстания. 1627, до марта 9 // Восстание Болотникова. Документы и материалы /сост. Копанев А.И., Маньков А.Г. М., 1959. С. 318-319;
Челобитные и письма к гетману Яну Сапеги разных лиц: Федора Плещеева с просьбой дать пристава для охранения его вотчины от разорения Литовскими людьми и казаками. 1608-1609// РИБ. Т. 2. № 171-5. Стб. 697;
Челобитные польскому королю Сигизмунду и королевичу Владиславу: Григория Доможирова о пожалова-
451


Источники
нии его, за претерпенные им мучения от Шуйского и за его труды по избранию Владислава, поместною придачею и денежным жалованием. 1611г. // РИБ. СПб., 1875. Т. 2, № 172-2. Стб. 699-700;
Шумаков С. Обзор «грамот коллегии экономии». Вып.
5. М., 2002;
Якубов К. И. Русские рукописи Стокгольмского Государственного архива // ЧОИДР. 1890. Кн. 4 (155). (М., 1891).


ВСЕ ИССЛЕДОВАНИЯ
Акимова Т.М., Ардабацкая А.М. Очерки истории Саратова (XVII и XVIII век). Саратов, 1940;
Антонов А.А. К начальной истории нижегородского ополчения // Антонов А. А. Историко-археографические исследования России XV - начала XVII века. М., 2013. С. 264-336;
Антонов А.В. К биографии А.П. Клешнина // Антонов А.В. Историко-археографические исследования: Россия XV-начала XVII века. М., 2013. С. 453;
Арцыбашев Н.С. Повествование о России. В 3 т. Т. 3. М., 1843;
Барахович П.Н. Поход Андрея Просовецкого в Киргизскую Землю 1634 г. [Электронный ресурс] // История военного дела: исследования и источники.- 2021 - X I. - С. 278-316. <http://www.milhist.info/2021/03/20/ barakhovich_4> (20.03.2021).#milhist;
Барсуков А.П. Списки городовых воевод и др. лиц воеводского управления Московского государства XVII столетия по напечатанным правительственным актам. СПб., 1902;
Бахрушин С.В. Легенда о Василии Мангазейском // Бахрушин С.В. Научные труды. М., 1955. Т. 3;
Бахрушин С.В. Мангазейская мирская община в XVII в. //Бахрушин С.В. Научные труды. М., 1955. Т. 3;
Бахрушин С.В. Павел Хмелевский // Бахрушин С.В. Научные труды. Т. 3. М., 1955;
Бахрушин С.В. Сибирские слободчики (из истории колонизации Сибири) // Бахрушин С.В. Научные труды. М., 1955. Т. 3;
453


Все исследования
Белоусов М.Р. Боярские списки 1645-1667 гг. как исторический источник. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Казань, 2006;
Беляков А.В. Чингисиды в России XV-XVII веков: просопографическое исследование. Рязань, 2011;
Бибиков Г.Н. Бои русского народного ополчения с польскими интервентами 22-24 августа 1612 г. под Москвой // Исторические записки. М., 1950. Т. 32;
Борисов В.А. Описание города Шуи и его окрестностей. М., 1851;
Борисов В.А. Собр. тр.: в 3 т. Иваново, 2004. Т. 2;
Бохун Т. Пацификация и пожар Москвы 29 марта - 5 апреля 1611  г.  // Мининские чтения. Сборник научных трудов по истории Смутного времени в России начала XVII в. Н. Новгород, 2012;
Вершинин Е.В. Воеводское управление в Сибири (XVII век). Екатеринбург, 1998;
Веселовский С.Б. Дьяки и подьячие XVI-XVII вв. М., 1975;
Веселовский С.Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. М., 1969;
Веселовский С.Б. Исследования по истории опричнины. М., 1963;
Веселовский С.Б. Ономастикой. М., 1974;
Видекинд Ю. История десятилетней шведско- московитской войны / перевод С. А. Аннинского, А.М. Александрова; под ред. В.Л. Янина, А.Л. Хорошкевич. М.: Памятники исторической мысли. 2000;
Власьев Г.А. Потомство Рюрика. СПб., 1906. T. 1. Князья Черниговские, ч. 2;
Вовина-Лебедева В.Г. Новый летописец: история текста. СПб., 2004;
Волков В.А. Войны и войска Московского государства. М., 2004;
454


Все исследования
Волконская Е.Г. Род князей Волконских. СПб., 1907;
Генкин Л.Б. Ярославский край и разгром польской интервенции в Московском государстве в начале XVII в. Ярославль, 1939;
Гераклитов АА. История Саратовского края в XVI- XVIII вв. Саратов, 1923;
Гераклитов А А. Список Саратовских и Царицынских воевод XVII в. // Труды Саратовской Ученой Архивной Комиссии (далее - СУАК). Вьш. 30. Саратов, 1913;
Грацилевский ВД. Владимирский край в 1608-10 годах // Владимирские епархиальные ведомости. 1910. № 33. С. 632;
Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4 т. Т. 1. М.: Рус. яз., 1981;
Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4 т. Т. 3. М.: Рус. яз., 1980;
Долинин Н.П. К разбору версии правительства Михаила Романова о И.М. Заруцком // Археографический ежегодник за 1962 год. М., 1963;
Долинин Н.П. Подмосковные полки (казацкие таборы) в национально-освободительном движении 1611-1612 гг. Харьков, 1958;
Духовников Ф.В., Хованский Н.Ф. Саратовская летопись // Саратовский край, исторические очерки, воспоминания, материалы. Вып. 1. Саратов, 1893;
Е.Л. Григорий Никитич Орлов // РБС Половцова. Обезьянинов - Очкин. СПб., 1905. С. 354;
Замятин Г.А. «К Российскому царствию пристоят». Борьба за освобождение русских городов, захваченных шведами, в 1613-1614 гг. / сост. А.Н. Одиноков, Я.Н. Рабинович; под ред. Г.М. Коваленко. Великий Новгород, 2012;
Замятин Г.А. «Новый Летописец» о сношениях между Ярославлем и Новгородом в 1612 г. // ЖМНП. 1914. Т. 50. № 3;
455


Все исследования
Замятин Г.А, Борьба за Корелу между Московским государством и Швецией в конце XVI - начале XVII вв. // Замятин Г.А. Россия и Швеция в начале XVII века. Очерки политической и военной истории / Сост. Г.М. Коваленко. СПб., 2008;
Замятин Г.А. Выступление новгородцев против первого царя из дома Романовых в 1613 г. // Новгородский исторический сборник: сб. науч. тр. / сост. Э. А. Гордиенко; редкол.: В.Л. Янин (отв. ред.) и др.; C.-Петерб. ин-т истории РАН. Великий Новгород, 2013. Вып. 13 (23);
Замятин Г.А. Из истории борьбы Швеции и Польши за Московский престол в начале XVII в.: Падение кандидатуры Карла Филиппа и воцарение Михаила Федоровича // Замятин Г.А. Россия и Швеция в начале XVII века. Очерки политической и военной истории / сост. Г.М. Коваленко. СПб., 2008;
Замятин Г.А. К вопросу об избрании Карла Филиппа на русский престол (1611-1616). Юрьев. 1913;
Замятин Г.А. К истории Земского собора 1613 г. // Труды Воронежского гос. ун-та. Воронеж, 1926. T. III;
Замятин ГА. Россия и Швеция в начале XVII века. Очерки политической и военной истории / Сост. Коваленко Г.М. СПб., 2008;
Зимин А.А. Формирование боярской аристократии в России второй половины XV - первой трети XVI вв. М., 1988;
Иванов П.И. Алфавитный указатель фамилий и лиц, упоминаемых в боярских книгах, хранящихся в 1-м отделении Московского архива Министерства Юстиции с обозначением служебной деятельности каждого лица и годов состояния в занимаемых должностях / сост. статский советник Иванов. М.: в типографии С. Селивановского, 1853;
Илинский П.А. Луховская Тихонова пустынь Костромской губернии: Исторический очерк. Кострома, 1898;
456


Все исследования
Историко-статистическое описание церквей и приходов Владимирской Епархии. Вып. 3. Владимир, 1898;
Кабанов А.Ю. Город Шуя и Шуйский уезд в Смутное время: перспективы изучения // Борисовский сборник. Вып. 1. Иваново, 2009. С. 34-47;
Кабанов А.Ю., Семененко А.М. Ивановский край в Смутное время. Иваново, 2010;
Карамзин Н.М. История Государства Российского. T. XI // Карамзин Н.М. История Государства Российского Издание пятое. В трех книгах, заключающих в себе двенадцать томов с полными примечаниями. Книга III (тома IX-XII). СПб., 1843;
Кобзарева Е.И. Новгородское дворянство в период Смуты: опыт реконструкции конкретных биографий // Новгородика-2006: материалы научной конференции. Великий Новгород, 2007;
Кобзарева Е.И. Переговоры Новгорода со шведами об избрании Карла Филиппа на русский престол // Новгородский исторический сборник (далее - НИС). № 9 (19). СПб., 2003;
Кобзарева Е.И. Шведская оккупация Новгорода в период Смуты XVII в. М., 2005;
Кобрин В.Б. Смутное время - утраченные возможности // История Отечества: люди, идеи, решения. Очерки истории России IX - начала XX в. - М.: Политиздат, 1991.
Кобрин В.Б. Материалы генеалогии княжеско- боярской аристократии XV-XVI вв. М., 1995;
Козляков В.Н. Василий Шуйский. М., 2007;
Козляков В.Н. Герои Смуты. М., 2012;
Козляков В.Н. Лжедмитрий I.M., 2009;
Козляков В.Н. Михаил Федорович. М., 2004;
Козляков В.Н. Служилые люди России XVI-XVII веков. М.: Квадрига, 2018;
457


Все исследования
Козляков В.Н. Смута в России. XVII век. М., 2007.
Корецкий В.И. Подвиг русского народа в начале XVII в. // Вопросы истории. М., 1970. № 6;
Корсакова В. Пожарский князь Дмитрий Михайлович // Русский биографический словарь: Плавильщиков - Примо. СПб. 1905. С. 224;
Костомаров Н.И. Смутное время Московского государства в начале XVII столетия. М., 1994;
Костомаров Н.И. Смутное время Московского государства. Ч. 2. СПб., 1889;
Костомаров Н.И. Смутное время. Московское государство в начале XVII столетия. 1604-1613. М., 2008;
Кузнецов А.А., Морохин А.В. Глава 4. Начало XVII века. Нижний Новгород в годы Смуты // Восемь столетий Нижегородской истории: в 2 т. T. I. Нижний Новгород, 2021. С. 228-241.
Латкин В. Материалы для истории Земских соборов XVII столетия (1619-20, 1648-49 и 1651 годов). СПб., 1884;
Леонтьев Я.В. Первое северное ополчение 1609- 1610 гг. и его предводители (князь М.В. Скопин- Шуйский и воевода Д.В. Жеребцов) // Мининские чтения: Труды Научной конференции. Нижний Новгород, 2007. С. 87;
Лисейцев Д.В. Новые источники о боевых действиях в Замосковье в 1609-1612 годах // Смутное время: итоги и уроки. Сборник материалов второй Всероссийской научной конференции. Иваново, 2012. С. 141-157;
Лисейцев Д.В. Новые сведения о саратовских воеводах первой трети XVII века // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия История, Международные отношения. 2016. Т. 16, вып. 3. С. 329-335;
Лисейцев Д.В. Приказная система Московского государства в эпоху Смуты. М.; Тула, 2009;
458


Все исследования
Лисейцев Д.В., Рогожин Н.М. и другие. Приказы Московского государства XVI-XVII вв. Словарь - справочник. М.; СПб., 2015;
Лихач Е. Оболенский, князь Федор Тимофеевич- Черный // Русский биографический словарь: Обезьянинов-Очкин. СПб., 1905. С. 51;
Лихачев Д. С. Человек в литературе Древней Руси. СПб., 2015.
Лотман Ю.М. Очерки по истории русской культуры XVIII - начала XIX века // Из истории русской культуры: в 5 т. T. IV. М., 1996. С. 27-39.
Лукичев М.П. Боярские книги XVII в. М., 2000;
Лукичев М.П. Документы о национально-освободительной борьбе в России в 1612-1613 гг. // Лукичев М.П. Боярские книги XVII века. М., 2004. С. 198-234;
Любомиров П.Г. Очерк истории нижегородского ополчения (1611-1613 гг.). М., 1939;
Любомиров П.Г. Очерк истории нижегородского ополчения (1611-1613 гг.) // ЖМНП. 1914. Т. 50. № 3;
Малов А.В. Русско-польская война 1654-1667 гг. М.: Цейхауз, 2006;
Малов А.В. Царицынские службы и царицынские служилые люди в расходных книгах казенного двора. 124-й (1615/1616) - 130-й (1621/22) годы // Вестник ВолГУ. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. 2019. Т. 24, № 2. С. 184-202;
Малый энциклопедический словарь: в 4 т. / Репринтное воспроизв. изд. Брокгауза-Ефрона. М.: Терра, 1997. Т. 4;
Маркевич А.И. Избрание на царство Михаила Федоровича Романова // ЖМНП. 1891. № 9. Сентябрь;
Минх А.Н. Историко-географический словарь Саратовской губернии. T. 1, вып. 4. Аткарск, 1902;
Морозова Л.Е. Россия на пути из Смуты. М., 2005;
459


Все исследования
Накашидзе Н.Т. Грузино-русские политические отношения в 1-й половине XVII в. Тбилиси, 1968;
Орлов Григорий Никитич // Русский биографический словарь: Обезьянинов - Очкин. СПб., 1905. С. 354;
Орлов-Давыдов В. Биографический очерк графа Владимира Григорьевича Орлова. T. 1. СПб., 1878. Приложение 1. С. VI;
Павлов А.П. Государев двор и политическая борьба при Борисе Годунове. СПб., 1992;
Павлов А.П. Думные и комнатные люди царя Михаила Романова: просопографическое исследование: в 2 т. СПб- Дмитрий Буланин, 2018;
Панченко А.М. Русская культура в канун петровских реформ // Из истории русской культуры: в 5 т. М.: Школа «Языки русской культуры», 1996. T. III: XVII - начало XVIII века.
Платонов С.Ф. Очерки по истории Смуты в Московском государстве XVI-XVII вв. (опыт изучения общественного строя и сословных отношений в Смутное время). СПб., 1910;
Платонов С.Ф. Очерки по истории Смуты. М., 1899;
Пудалов Б.М. «Смутное время» и Нижегородское Поволжье в 1608-1612 гг. // Подвиг нижегородского ополчения. Нижний Новгород, 2011. В 2 т. Т. 2. С. 621-665;
Рабинович Я.Н. Воевода Уфы Владимир Владимирович Аничков (1613-1615) // Южный Урал: история, историография, источники: Межвузовский сборник научных статей. Вып. 3 / отв. ред. И.З. Шаяхметова. Уфа: РИЦ БашГУ,2011.С. 30-41;
Рабинович Я.Н. Посольство в Грузию князя Федора Федоровича Волконского и левобережный Саратов в 1637-1639 годах // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия История, Международные отношения. 2020. Т. 20, вып.4. С. 535-541;
460


Все исследования
Руммель В.В., Голубцов В.В. Родословный сборник русских дворянских фамилий: в 2 т. СПб.: изд. А.С. Суворина, 1886 (далее - Руммель В.В.). T. 1 (А-Л);
Русский биографический словарь: В 20 т. Т. 14: Сигизмунд - Сютаев. М., 2001;
Русский биографический словарь: Обезьянинов - Очкин. СПб., 1905;
Савелов Л.М. Князья Пожарские. М., 1905;
Савелов Л.М. Лекции по генеалогии. М., 1909;
Седов П.В. Захват Новгорода шведами в 1611 г. //НИС. 1993. №4 (14);
Селин А.А. Смута на Северо-Западе в начале XVII в.: очерки из жизни новгородского общества. СПб., 2017.
Селин А.А. Столбовский мир 1617 года. СПб., 2017.
Селин А.А. Ладога при Московских царях. СПб., 2008;
Селин А.А. Новгородские судьбы Смутного времени. Великий Новгород: НовГУ им. Ярослава Мудрого, 2009;
Селин А.А. Новгородское общество в эпоху Смуты. СПб.: Изд-во «Русско-Балтийский информационный центр «БЛИЦ»», 2008;
Семенов В.Н. Начальные люди Саратова. От первого воеводы до последнего первого секретаря. Саратов, 1998;
Сироткин С.В. Материалы по истории Луха и Луховского уезда первой трети XVII века // Смутное время: итоги и уроки. Сборник материалов второй Всероссийской научной конференции. Иваново, 2012;
Скрынников Р.Г. Минин и Пожарский: Хроника Смутного времени. М., 1981;
Скрынников Р.Г. Михаил Романов. М., 2005;
Скрынников Р.Г. На страже московских рубежей. М., 1986;
Скрынников Р.Г. Смутное время. Крушение царства. М., 2007;
Скрынников Р.Г. Социально-политическая борьба в Русском государстве в начале XVII века. Л., 1985;
461


Все исследования
Скрынников Р.Г. Три Лжедмитрия. М., 2004;
Славянская энциклопедия. XVII век: в 2 т. T. 1 A-M; Т. 2 Н-Я. / Автор-составитель В.В. Богуславский. М., 2004;
Смирнов С. Биография князя Дмитрия Михайловича Пожарского. М., 1852;
Соловьев С.М. История России с древнейших времен // Сочинения. В 18 кн. Кн. 4, т. 8. М. 1994;
Станиславский А.Л. Восстание 1614-1615 гг. и поход атамана Баловня // Вопросы истории. 1978. № 5. С. 111-126;
Станиславский А.Л. Гражданская война в России XVII в. Казачество на переломе истории. М., 1990;
Станиславский А.Л. Движение И.М. Заруцкого и социально-политическая борьба в России в 1612- 1613 гг. // Исторические записки. М., 1983. Т. 109. С. 307-338;
Станиславский А.Л. Казацкое движение 1615-1618 годов // Вопросы истории. 1980. № 1;
Станиславский А.Л. Правительственная политика по отношению к «вольному» казачеству (1612-1619 гг.) // История СССР. 1984. № 5;
Станиславский А.Л. Роспись детей боярских Мещовска, Опакова и Брянска // Археографический ежегодник за 1972 год. М., 1974. С. 295;
Сторожев В.Н. Родословная Нелидовых-Отрепьевых // Сторожев В.Н. Материалы по истории русского дворянства// ЧОИДР. 1909. № 3 (230). С. 143-152;
Татищев В.Н. Дела до гистории политической, Росийскаго государства касающияся. Царство царя Михаила Федоровича // Татищев В.Н. История Российская. Т. 7. М.;Л., 1968. С. 149-180;
Татищев В.Н. Выписка из гистории с начала царствования царя Федора Иоанновича // Татищев В.Н. История Российская: в 7 т. Т. 6. М.; Л., 1966. С. 281-369;
462


Все исследования
Татищев В.Н. История Российская. В 7 т. Т. 6. М.; Л., 1966; Т. 7. Л., 1968;
Татищев С.С. Род Татищевых 1400-1900. Историкогенеалогическое исследование. СПб., 1900;
Трепавлов В.В. История Ногайской орды / отв. ред. М.А. Усманов. 2-е изд., испр. и доп. Казань: Издательский дом «Казанская недвижимость», 2016;
Тюменцев И.О. Смута в России в начале XVII столетия. Движение Лжедмитрия II. Волгоград, 1999;
Тюменцев И.О. Смутное время в России начала XVII столетия: Движение Лжедмитрия IL М.: Наука, 2008;
Тюменцев И.О. Царицынская крепость в XVII в. // Стрежень: Научный ежегодник. Вып. 2. Волгоград, 2001. С. 183-185;
Тюменцев И.О. Материалы дела об измене дворянина Григория Аргамакова как источник по истории дворянства // Смутное время: итоги и уроки. Сборник материалов второй Всероссийской научной конференции. Иваново, 2012. С. 373-393;
Тюменцев И. О., Тупикова Н.А., Тюменцева Н.Е. Документы русского архива Яна Сапеги: находки 2013- 2018 годов // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия История, Регионоведение, Международные отношения. 2019. Т. 24, № 2;
Тюменцев И.О., Тюменцева Н.Е., Тупикова Н.А. Дело дворянина Григория Аргамакова как источник по истории суздальского дворянства // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4. История. Регионоведение. Международные отношения. 2008. № 1(13);
Усачев А.С. Степенная книга и древнерусская книжность времени митрополита Макария. М.; СПб., 2009. С. 691.
Фигаровский В.А. Крестьянское восстание 1614- 1615 гг. // Исторические записки. Т. 73. М., 1963;
463


Все исследования
Филюшкин А.И. Андрей Курбский. М., 2008. С. 56.
Хорошкевич А.Л. Этнические микровкрапления среди жителей Казанского уезда в контексте международных отношений России середины XVI-XVII вв. // Мининские чтения. Труды научной конференции. Нижний Новгород, 2007. С. 377-389;
Черепнин Л. В. Земские соборы Русского государства в XVI-XVII вв. М., 1976;
Черкасова М.С. Крупная феодальная вотчина в России конца XVI-XVII вв. М., 2004;
Шапошников В.В. Heraldica. Исторический сборник. СПб., 1900. T. I;
Шаскольский И.П. Шведская интервенция в Карелии в начале XVII в. Петрозаводск, 1950;
Шватченко О.А. Светские феодальные вотчины в России во второй половине XVII века. М., 1996;
Шепелев И. С. Донское и волжско-терское казачество в классовой и национально-освободительной борьбе в Русском государстве периода Крестьянской войны и польско-шведской интервенции (первая четверть XVII в.) // Из истории социально-экономического развития и классовой борьбы в Нижнем Поволжье. Волгоград, 1972. С. 3-68;
Шепелев И. С. Освободительная и классовая борьба в Русском государстве в 1608-1610 гг. // Труды по истории Смуты в России в начале XVII столетия. Т. 2. Волгоград, 2012;
Эскин Ю.М. Очерки истории местничества в России XVI-XVII вв. М., 2009;
Эскин Ю.М. Местнические конфликты в эпохи войн и смут конца XV-XVII веков. Местничество в пространстве социально-политических отношений и на театрах военных действий в России раннего Нового времени. М.: Древлехранилище, 2020.


ОБЩИЙ ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ
А
Аббас, персидский шах - 204
Авган Арапуханов, юргенский царевич - 51
Август (Иван-Август), «царевич», самозванец - 109
Аврамов Савин, стряпчий Московского Чудова монастыря - 351
Ага Асан, персидский купец - 206
Агафонов Василий, самарский стрелецкий пятидесятник - 203
Агафонов Василий, стрелец - 86
Ададуров (Ододуров) Иванис - 78
Ададуров (Ододуров) Семен Григорьевич - 63
Айтарской (Атарский) Василий Елизарьевич, дьяк - 287-289
Акимова Т.М. - 283
Акинфов Архип Федорович - 109,  110
Акинфов Иван Федорович - 109,  110
Акинфов Федор Петрович - 95
Акинфов Федор, воевода Царицына - 109,112
Аксаковы - 59
Алалыкин Анфиноген, суздальский помещик - 332
Алалыкин Василий, суздальский помещик - 332
Александр Викулович Леваш, тверской боярин - 139
Александр Казимирович, литовский князь - 140
Александр Михайлович, великий князь Тверской - 139
Александр Плещей, боярин - 222
Александр, грузинский царь - 62
Александра, сноха Якова Соловцова - 91
Александров Григорий, свияжский жилец - 78
Александров Михаил, свияжский жилец - 78
Александров А.М. - 20, 247
465


Общий именной указатель
Алексеев А. И. - 40
Алексей, поп - 339
Алексей Михайлович Романов, царь - 19, 40, 125, 127, 136, 138,  140,  218,  297,  313
Алексий, митрополит (Елевферий) - 222
Алтанай Алеевич Кучумов (Кутумов), сибирский царевич - 196,  197
Альмквист X., шведского историк - 23
Алябьев Андрей Семенович, воевода - 144-146,  161,  229,  233, 244,  245,  320,  321
Алябьев Григорий Андреевич, воевода - 108
Алябьева Пелагея Григорьевна, жена кн. П.Ф. Волконского - 126
Андреев Федор, подьячий - 223
Андронов Федор, изменник - 96,  121
Анисья, старица - 260
Аничков (Оничков) Филон Михайлович, дозорщик - 34,  35, 198
Аничков Владимир Владимирович, воевода - 47
Аничковы - 61
Анна Иоанновна, императрица - 169
Анна, вдова Якова Соловцова - 91
Анна, жена А.З. Просовецкого - 318,  339
Аннинский С.А. - 20,  247
Анпилогов Г.Н. - 62
Антонов А.В. - 59,  61,  64, 66,  114,  117,  118,  120,  125, 225,  234, 295,  339,  359
АнхимюкЮ.В.  -  43,  77,  131,  165,  204,  264,  351
Апраксин Федор, дьяк - 202,  203
Апухтин Петр, голова - 237
Арамский Василий, пан, начальник луховского гарнизона - 233
Аргамаков Григорий, суздальский дворянин - 177, 241, 242, 317,  320
Ардабацкая А.М. - 283
466


Общий именной указатель
Аристов Сава -  164
Арсений Элассонский, архиепископ - 334
Арслан-Али, касимовский царевич - 122
Арцыбашев Н.С. - 270
Ахматов Григорий Михайлович, алатырский сын боярский - 203
Ахмет Ага, турецкий посол - 285
Б
Бабкин Нехороший, суздальский воевода - 242, 246
Байкашин Исай, подьячий - 225
Балака Семен, казачий есаул - 159
Баловнев Василий, атаман - 344
Баловнев Михаил (Баловень), атаман - 200,  343
Банер Нильс, шведский командир - 156,  157
Бантыш-Каменский Н.Н. - 18, 22-24,  159
Барахович П.Н. - 338
Барсуков А.П. - 39, 216, 274,  286,  313
Бартенев Чулок, голова - 66
Барятинский (Борятинский) Иван Михайлович, князь - 87, 88,  285
Барятинский (Борятинский) Михаил Петрович, князь, посол в Персию - 204-207
Барятинский (Борятинский) Федор Петрович, князь - 207
Барятинский (Борятинский) Яков Петрович, князь - 323
Баскаков Ф., дьяк - 151
Басмановы - 222
Бастанов Владимир Алексеевич, суздальский дворянин - 244
Бахрушин С.В. - 287-289, 338
Бахтеяров-Ростовский Петр Владимирович, князь - 333,  334
Бахты Гирей, крымский хан - 290
Башмаков С., губной староста - 71
Башмаковы - 59
Беглецов Никита Наумов, письменный голова - 257
Безобразов Алексей Иванович - 24
467


Общий именной указатель
Безобразов Илья, воевода - 214
Бекетов Первой - 241
Беклемишев Федор Васильевич Змей - 128
Беклемишевы -128, 263
Белокуров С.А. - 18,24,43,47,62,116-118,226,253,299,333
Белосельский Михаил Васильевич, князь - 90,105
Белоусов М.Р. - 340
Бельские, князья - 298
Бельский Богдан Яковлевич, боярин, воевода Царева-
Борисова, Казани - 300,302,303,305
Беляев Степан, казачий есаул - 159
Беляков А.В. - 196,359,368,376
Бердяев Дмитрий, сеунщик -137
Бересский Богдан, подьячий -197
Бестужевы, новгородцы -197
Бибиков Г.Н.-271
Биркин Иван Петрович, стряпчий - 308
Благой Иван - 90
Блудов Дмитрий Николаевич, граф - 164,203,276,281
Бобарыкин Федор Васильевич, костромской сын боярский, воевода Кинешмы - 67, 234,243
Боборыкин Яков Михайлович, воевода Старой Руссы - 31,191
Бобровский Петр, рассыльщик - 37
Богданов А.П. - 216
Богоявленский С.К. - 121
Богуславский В.В. -16
Болдырь Андрей, атаман - 345
Болдырь Федор, атаман - 343
Болдырев Иван Богданов, стремянной конюх - 332
Болотников Иван Исаевич - 6, 21,63,110,142,176,228,318,
343,362,372,375
Болотников Иван, дьяк - 280,281
Болотников Сулеш Минич, воевода Шуи - 44
468


Общий именной указатель
Болотников Федор, суздальский дворянин - 245
Болотников Федор Минич, осадный голова - 44
Болотников Федор Михайлович, тушинский воевода
Юрьева-Польского - 235,236,239
Болтин Аверкий Федорович, воевода Саратова - 294
Болтин Баим Федорович - 144,250, 258, 259
Волховский Василий Михайлович, князь, воевода Арзамаса - 50
Волховский Роман, князь - 90
Борис Каменное Ожерелье, атаман - 344
Борис Федорович Годунов, царь - 6,17,39,42,56,62,63,128,
175,176, 221, 223,225, 264, 273,300, 343,359,363
Борисов Безсон, сыщик - 132
Борисов В.А.-44, 67, 70,131-134, 229, 245,320,332
Борковский, начальник немецкой пехоты - 330
Борняков И. И., пристав - 338
Бохун Т. - 250,329,330
Брудков (Брутков) Матвей, стрелецкий голова - 66
Брякилёв Анц - 32
Буганов В.И. - 216
Будила, польский полковник - 73, 74,150, 243, 251, 269,333, 334,336,371
Булан-Бек, персидский посол - 123
Булат бек, персидский посол - 204, 206
Булгакова-Денисьева Акулина Федоровна, жена кн.
И.Ф. Волконского -125
Буссов К. - 67
Бутиков Григорий Семенович - 165
Бутурлин Василий Иванович, чашник - 117,179,180
Бутурлин Василий Клепик Федорович, дворянин - 178
Бутурлин Василий Матвеевич, воевода - 164
Бутурлин Клепиков Федор Васильевич, стольник - 178
Бутурлин Михаил - 90
Бутурлин Михаил Матвеевич, воевода - 103
469


Общий именной указатель
Бутурлин Никон, воевода - 354
Бутурлин Тимофей, воевода - 214
Бутурлин Федор, воевода - 280
Бутурлин Д. - 247
Бяконт Федор - 222
В
Вагнер Лоренц, старорусский воевода, шведский ротмистр - 37,38,157
Валуев Григорий Леонтьевич, воевода - 326, 327
Вараксин Мелентий, новгородец - 35
Вареев Андрей, дьяк - 132, 210
Василий Дмитриевич, Великий князь Московский - 263
Василий Иванович Шуйский, царь - 6, 10, 20-26, 28, 41, 43, 56,63-66,78,92,95,112,117,118,127,129,130,136,141-148, 154, 161, 162, 170, 175-178, 183, 198, 220, 225, 226, 228, 229, 232, 234, 238, 239, 243, 244, 247, 249, 264-267, 299-302, 318- 320,322-325,330, 332,359,363, 371,374
Василий Мангазейский - 289
Васильев Пронька Зоря, разбойник - 132
Васильев Сыдавной, думный дьяк - 253
Вельяминов Василий Васильевич, московский тысяцкий - 59
Вельяминов Иван Матвеевич, воевода - 280
Вельяминов Иван Яковлевич, воевода Пелыма - 274-276
Вельяминов Леонтий Андреевич, стольник, шурин Ф.К. Плещеева- 178
Вельяминов Мирон Андреевич - 228
Вельяминов Михаил Иванович, тушинский воевода Владимира-146, 147,227,228,230, 231, 233,235, 238, 240,241,325 Вельяминов Никита Дмитриевич, тушинский воевода Костромы - 227
Вельяминов-Грунька Юрий Васильевич - 59
Вельяминов Леонтий Андреевич - 224, 228, 253
Вельяминов Мирон Андреевич - 257
470


Общий именной указатель
Вельяминов Петр Никитич, воевода Пелыма - 275, 276
Вельяминов Яков Петрович, писец - 223
Вельяминовы - 59, 227
Веревкин Григорий, казанец, сеунщик - 50
Веревкин, посол - 292
Вершинин Е.В, - 274, 275, 286, 289
Веселовский Н.И. - 87,88, 201
Веселовский С.Б. - 91, 104, 128, 141, 222, 298, 310, 322, 345,348
Видекинд Юхан - 20, 24, 25,98, 247, 254,322-325
Витовтов Алексей, дьяк - 345
Витовтов Тимофей Андреевич, судья Монастырского приказа - 82
Витовтов Федор, подьячий - 33-35,37, 55,191
Владислав Сигизмундович, польский королевич - 43, 44, 78, 79, 90, 95, 96, 105, 118-120, 127, 129, 131, 149, 155, 165, 178, 188,204,247,251,256,266-270,272,302,314,326-328,351,353 Власьев Бесчастный, атаман - 26,345
Власьев Г.А.-174,197,215
Внуков Потап, дьяк - 51
Вовина-Лебедева В.Г. - 269
Воейков Иван Прокофьевич - 210
Воейков Никифор Прокофьевич - 210
Воейков Прокофий - 209
Волков Провоторх, губной староста - 132,133
Волков В.А. -318
Волков Степан Неронов, гонец - 242
Волконская Е.Г., княгиня - 115,116,125
Волконский Григорий Константинович, князь, окольничий - 51,122,351,353
Волконский Иван Тимофеевич, князь - 116
Волконский Иван Федорович, князь - 124
Волконский Иван Юрьевич Толстая Голова, князь - 114
Волконский Конинский Иван Федорович, князь - 116
471


Общий именной указатель
Волконский Мерин Федор Иванович, князь - 10, 12, 107, 114-127,363,365,374
Волконский Меринок Федор Федорович, князь, стряпчий, окольничий, боярин - 115,124,125
Волконский Никита Андреевич, воевода Пелыма - 275
Волконский Петр Андреевич, князь - 104
Волконский Петр Федорович, князь - 124-127
Волконский Тимофей Александрович, князь - 116 Волконский Федор Иванович, князь - 115,124,125 Волконский-Чермный Федор Иванович, князь - 115 Волконский-Шериха Федор Федорович, князь, посол - 115, 124,291-293
Волошенин Богдан, литовский десятник - 276
Волынский Василий, второй воевода Казани - 52
Волынский Иван - 331
Волконские, князья - 114,115
Волынский Семен -150
Воронец Федор - 59
Воронцов-Вельяминов Федор Семенович, воевода - 207
Воронцовы - 59
Воротынский Иван Михайлович, князь, боярин - 130
Воротьшский Александр Иванович, князь - 223
Воскобойников Н.П. - 339
Вразский Прокофий -156
Выговский Иван, гетман - 137
Выговский, Самушка (Самойла), быховский полковник -137
Вяземский Иван Борисович, князь - 340
Вяземский Семен, князь - 144
Г
Гаврилка, крестьянин - 27
Гаврилов Панкрат, атаман - 256
Гагарин Никита Никитич, князь - 104,207
Галактион, епископ Суздальский и Тарусский - 225
472


Общий именной указатель
Галка, наложница - 114
Гейман В.Г. - 98
Генкин Л.Б. - 229
Геннадий, игумен Николы Чудотворца Вяжицкого монастыря-30, 46,185,186,190
Гераклитов АЛ. - 58,86,110,186,187,269,274,279,283,284,294
Герасим, архимандрит Спасо-Евфимьева монастыря - 81
Гермоген, патриарх - 6,307,310,328,359
Гладин Ивашка, москвич - 207
Глебов Богдан Матвеевич, воевода - 63
Гневушев А.М. - 20,64
Годунов Григорий Васильевич, боярин и дворецкий - 223
Годунов Иван Иванович, окольничий - 226
Годунов-Яскин Федор Алексеевич, воевода - 273, 274, 276
Годуновы - 61
Голенищев Филипп, дьяк - 268
Голенкин Семен, голова - 146, 238
Голицьш Андрей Андреевич, князь, боярин - 290
Голицын Андрей Васильевич, князь - 142
Голицын Василий Васильевич, князь, боярин - 95,96
Голицын Иван Васильевич, князь, боярин - 64, 65
Головин Иван Большой Петрович, окольничий - 44,332
Головин Иван Никитич, стольник, воевода Цивильска - 91
Головин Петр Петрович, боярин - 122
Головин Семен Васильевич, боярин, воевода Казани - 51
Головин Семен, стольник и воевода - 22
Голубцов В.В. - 128,139,140,149,166,168
Гонсевский (Госевский) Александр Корвин, польский комен¬
дант Москвы - 266,268,271
Горбатов Е.Н. - 115,134,168,213, 277,339
Гордиенко ЭЛ. -196
Горн Эверт, шведский военачальник - 192,193,197
Горяйнов Петр, воевода Великих Лук - 227
Грацилевский В.Д. - 325
473


Общий именной указатель
Григорьев Митька, москвич - 207
Григорьев Пятой, подьячий, затем дворцовый дьяк - 23-26, 28,32,34,101,198
Груня Ивашка, крестьянин - 133
Грязев Иван, дьяк - 206, 281
Губин Богдан, дьяк - 86,165
Губин Роман, луховский помещик - 299
Гурьев Михаил - 213
Густав Адольф, шведский король - 27,31,47,185,190
д
Давыдов Василий Алексеевич, мангазейский воевода - 287,288
Даль В. - 256
Данилов Михаил, думный дьяк - 16,78,120,149,178,250,332
Дарьица - 38
Дашков Иван Андреевич, князь, воевода - 110
Дашков Селиверст - 95,102
Делагарди Якоб Понтус, шведский полководец (Яков Пунтусович Делегард) - 22, 26, 27, 31, 32, 34, 46, 47, 97, 99, 101, 179-181,184,185,190,191,195,265
Дембинский Мартин, ротмистр - 333
Демидов Яков, дьяк - 121
Денисьев Елизарко - 217
Державина О.А. - 18
Дзевалтовский, польский ротмистр - 236,319
Дионисий, архимандрит Троице-Сергиева монастыря - 77, 307,311
Дионисий, архимандрит Лужецкого монастыря - 39
Дичков Степан Яковлевич, казанский дьяк - 305,309,314
Дмитриев Иев, подьячий - 211
Дмитриев Михаил Самсонович, воевода - 150
Дмитриев Никита, дьяк - 24,82
Дмитрий Алексеевич, царевич - 219
Дмитрий Иванович, царевич - 273
474


Общий именной указатель
Дмитрий Иванович Донской, Великий князь Московский - 15.173.222
Дмитрий Ольгердович Брянский, князь - 15
Доброммрский, командир польской хоругви - 330
Дат Христофор-Карл Василий - 139
Долгоруков Алексей Григорьевич, князь - 52
Долгоруков Владимир Тимофеевич, боярин и воевода - 21
Долгоруков Данила Иванович, князь - 124
Долгоруков Иван Михайлович, князь - 228
Долгоруков Юрий Алексеевич, князь, боярин - 137
Долгорукова Мария Владимировна, княжна, царица - 125
Долинин НЛ, - 334,343
Доможиров Григорий, нижегородский дворянин - 78
Досифей, архимандрит - 84
Дубенский Федор Васильевич, курмышенин, сын боярский - 86
Дубровский Богдан - 32,191,192,195
Дурасов Иев Петрович, муромский сын боярский - 72
Дуров Ратман - 118
Дуров Фока, московский дворянин - 117, 118, 159, 160,163
Духовников Ф.В. - 280
Е
Евпраксия (в схиме), мать А.З. Просовецкого - 318
Екатерина II, императрица - 265
Елагин Казарин Никитич, свияжский жилец - 60
Елагин Смирной, курмышский воевода - 45,335,336
Елецкий Федор Андреевич, князь, стольник - 164
Елизаров Григорий Федорович, пристав - 62,63,111
Елизаров Емельян, подьячий - 100
Елизаров Михаил Григорьевич - 111
Елизаров Осип Григорьевич - 111
Ермолин Савва, юрьевецкий выборный целовальник - 68
Ермолин Тишка, посадский человек - 134
475


Общий именной указатель
Ермолов Степан Трофимович, арзамасский помещик - 151
Ермолов Трофим, арзамасский помещик - 151
Еропкин Иван Федорович, дворянин - 250,260
Есипов Федор, письменный голова - 66
Ефимьева Дарья, вдова - 332
Ефрем, казанский митрополит - 310
Ёранссон (Йоренссон) Тённе, выборгский воевода - 25
Ж
Жаринов ЕВ. - 136, 295,340
Жедринский Владимир Савельевич, нижегородец - 60
Желтухин М.С. - 223
Желябовский Афанасий, гонец - 249
Желябовский Афанасий Григорьевич, писец - 216
Жеребцов Давыд Васильевич, воевода - 74,325
Жеребцов Ф.И., воевода Владимира - 54
Житов Григорий, сотник - 251
Житов Григорий Васильевич, воевода Астрахани - 212
Жичевский Василий, пан, ротмистр полка Сапеги - 237, 238 Жолкевский Станислав, польский гетман - 43, 44, 188, 247, 248,333
Жуков Пешек, дьяк - 121
3
Забелин  И.Е. - 11, 29,164, 203, 219, 276, 282
Загоскин Григорий -192
Загоскин Григорий Павлович - 194
Загоскин Никита - 192
Загоскин Иван Андреевич - 194
Загряжский Андрей, писец - 209
Зайцев Петр, лушанин - 245
Замытцкий Иван Андреевич, воевода Можайска - 39
Замятин Г.А. - 22-26, 28, 30-32, 36, 98, 102, 186, 195, 196, 252, 253
476


Общий именной указатель
Запарий  В.В. - ИЗ
Заруцкий Захарий Мартынович, атаман - 313,344
Заруцкий Иван Мартынович, атаман - 38, 79, 80, 83, 120, 145,149, 150, 152, 162, 163, 168, 178, 180, 201, 249, 305, 307, 309-311,327,329,331,334-337,343-346,355,375
Зборовский, полковник - 330
Звенигородский Семен Григорьевич, князь - 180
Зверев Сергей Викторович - 38
Зерцалов А.Н. - 83,264,351
Зимин А.А.-42,59,140,222
Зинин (Зенин) Петр - 141,142
Зловидов Григорий Несмеянов, письменный голова - 257
Змеев Богдан Семенович - 131,135,136
Змеев Василий Данилович, стольник - 137
Змеев Василий Семенович - 138
Змеев Данила Семенович - 10,12,121,128-138,370
Змеев Девятой Федорович, стрелецкий голова, казанский жилец - 49,65
Змеев Иван Матвеевич, стрелецкий голова - 50
Змеев Матвей Тимофеевич, казанский жилец - 49
Змеев Семен Авксентьевич, отец Д.С. Змеева - 128
Змеев Семен Данилович, стольник -137
Змеев Яков Семенович, брат Д.С. Змеева -129
Змеевы - 50,128,129,263
Зубатово Иван Федоров, сургутский воевода - 276
Зюзин Федор - 95
И, Й
Иван Дмитриевич, сын Лжедмитрия II, «воренок» - 38, 83, 307,309
Иван Иванович, царевич - 82
Иван III Васильевич, Великий князь - 15,139
Иван IV Васильевич Грозный, царь - 15,16,41,42,56,60,82, 109,139,214,221,224,300,350,352,354,379
477


Общий именной указатель
Иван Иванович Красный, Великий князь - 222
Иван Михайлович, царевич - 287
Иванов Андрей, дьяк - 163
Иванов Дружина, стрелец - 86
Иванов Семен Андреев - 163
Иванов П.И-133,168, 215, 216
Измайлов Артемий Васильевич, окольничий, воевода - 329,337
Износков Богдан Агафонович, стрелецкий голова - 71-73, 76,144,145,147,161,238
Илейка, крестьянин - 27
Илинский П.А. - 298
Иловайский Д.И. - 29
Иншаков О.В. - 74
Иов, патриарх - 224
Иоиль, архимандрит - 229
Иона, игумен - 229
Иосиф, архимандрит - 336
Иринарх, игумен Соловецкого монастыря - 84
Исидор, Новгородский митрополит - 30, 45, 46, 98, 100,101, 179,180,184,186,187,190
Исленьевы - 59
К
Кабанов А.Ю. - 8, 12, 67, 93, 127, 138, 227, 230, 261, 318, 342, 356,359,362,365,368,370, 371,373,376,378, 380,382 Кадик  В.А. -136
Казановский, польский полковник - 106
Казановский, польский ротмистр - 333
Казимиров Смирей, суздальский дворянин - 245
Казимирова Дарья Федоровна - 332
Кай салтан (Кой-Султан), персидский посол - 123,204
Кайсаров Иван Андреевич - 260
Каменное Ожерелье Борис, атаман - 344
Каменский, гетман - 335,336
47«


Общий именной указатель
Карамзин Н.М. - 15,16,18,117,142,328
Карл Филипп, шведский принц - 27, 47, 98, 174, 182, 183, 185-190,193,194, 252
Карл IX, шведский король - 21-23, 25,26,38,99,182
Карл XII, шведский король - 22
Карпов Гаврила - 35
Касаткин И., князь - 137
Кафтырев Курдюк, костромич - 232
Каховский Юрий, Усвятский подстароста - 227
Кашкаров (Кошкаров) Григорий Иванович, тушинский во¬
евода-148, 154,155,162
Кашкаров Петр -162
Киприан, хутынский архимандрит - 193
Киреев Василий Федорович - 151,152
Киреев Иван Федорович - 151,152
Киреев Никита Федорович - 152,153
Киреев Никифор Федорович - 152,153
Киреев Семен Федорович - 152
Киреев Степан, голова - 66
Киреев Федор Федорович - 151
Киреев Федор, свияжский жилец, тушинский окольничий -
143,148,160
Киреевы, арзамасские помещики - 151-153,160,162
Кирилл, митрополит - 99,151,188
Кирилл, старец, грузинский посол - 62
Клейтман  А.Л. -170
Клементьев Обросим, стрелец - 86
Клешнин Андрей Бахтеярович - 116,118
Клешнин Михаил Бахтеярович - 116,118
Клешнин А.П. - 117-120,126
Клобуков Григорий, дьяк - 62
Клокачев Дмитрий Федорович, мангазейский воевода - 287,288
Ключарев Василий, дьяк - 210
Ключарев Иван, дьяк - 292,293
479


Общий именной указатель
Княжнины - 263
Кобзарева Е.И. - 23, 25, 27, 28, 31, 32,174,179-181,183,193, 194,199
Кобрин В.Б. - 253,381
Коброн Самуил (Самойла Кобрин), шведский полковник, шотландец - 158,195,196
Коваленко Г.М. - 23,28,195, 252,253,368
Кожарин Федот, подьячий - 35
Козлов Василий, сын М. Козлова - 354
Козлов Макар Алексеевич, атаман - 12, 343-356
Козловы - 263
Козляков В.Н. - 18,39,83,141,145,155,167,226,249,259,299, 302,307,309,311,334,343,359,368,376,377
Козодавлев Степан, дьяк - 149,152
Коковинский Осип, воевода - 354
Коковцев Гость, новгородский помещик - 100,195
Кокорев Григорий Иванович, мангазейский воевода - 287
Колецкий Александр, ротмистр - 241, 242,317
Коломна Афанасий, атаман - 12,343-356,
Колосова Е.В. -18
Колтовская Анна, царица - 109
Колтовский Борис Севастьянов - 280, 281
Колтовский Дмитрий, стольник - 208
Колтовский Иван Александрович, воевода - 291
Колтовский-Момот  Иван Александрович, воевода - 123
Колычев Алексей Аврамович - 37
Колычев Самойла, пан - 230, 231
Комаровский, пан - 231,330
Комлев Трофим, рассыльщик - 100
Константинов Иван, пушкарь - 135
Конша Ждан, полковник - 287
Копанев А.И. -110
Копоска - 38
Коптев Дружина Иванович, подъячий - 339,340
480


Общий именной указатель
Коптева Авдотья Дружинина - 340
Коптева Федосья Дружинина - 340
Корела Андрей, атаман - 343
Корецкий В.И. - 271,302,303,305,309,310,314
Коробьин Семен Гаврилович, московский дворянин, посол - 37,158,160,199
Корповский Петр, старорусский рассыльщик - 37
Корсак, пан - 230
Корсаков Иван - 84
Корсакова В. - 29,186, 267, 268
Корцов Чесной - 38
Костомаров Н.И. - 29,187,200,226, 229,270
Косяговский (Косяковский) Дружина, свияжский жилец - 143,154
Косяковский, ротмистр - 333
Котов Федот, купец, гость - 85
Кошелев Никифор Михайлович, стрелецкий голова в Саратове-279, 280, 283
Коялович М. - 150, 251, 331
Красный Федор Григорьевич, чарочник - 233, 234
Кривцов Игнатий, голова - 107
Кругликовы, шуйские помещики - 129
Крылов В., атаман - 353
Крюков Никита Иванович - 220
Кувшинов Постник, подьячий - 37
Кудрявцев Михаил, подьячий - 31, 46,190
Кузнецов А.А. - 367,382
Кузьмин Богдан, стрелец - 86
Кузьмин А.В. - 318
Кузьмина Л.Ф. - 216
Кукарин Афанасий Юрьевич, воевода - 103
Куракин Иван Семенович, князь, боярин - 117, 272, 276,329
Кутепов Фома, суздальский дьяк - 252
Кутумов Барай мурза - 254,352
481


Общий именной указатель
Кучин Василий, юрьевецкий выборный целовальник - 68
Кушников Василий, воевода Ядрина - 79
Кушников Прокофий, арзамасский помещик - 322
Л
Лаврентьев Нечай, целовальник - 35
Лазарев Тимофей -144
Лапушняну Богдан Александрович, валашский господарь - 298
Ларионов Григорий, подьячий - 156
Ларионов Федор, подьячий - 182
Ласкирев Никита Иванович, стольник - 200
Латкин В. - 127, 296
Лев, родоначальник рода Орловых - 263
Левашов Андрей Васильевич, брат Ф.В. Левашова, письменный голова - 140,143
Левашов Богдан Григорьевич, внук Ф.В. Левашова - 140
Левашов Борис (Карп) Васильевич - 139
Левашов Василий Васильевич, граф - 169
Левашов Василий Васильевич Поворок, отец Ф. В. Левашова- 140
Левашов Василий Карпович, дед Ф.В. Левашова - 140
Левашов Василий Яковлевич, генерал-аншеф - 169
Левашов Григорий Федорович, сын Ф.В. Левашова - 140, 165,168,169
Левашов Иван Федорович, сын Ф.В. Левашова - 142, 144, 162,163,168,170
Левашов Никита Григорьевич, внук Ф.В. Левашова - 140
Левашов Никифор Федорович, сын Ф.В. Левашова -168,169
Левашов Петр Семенович, бельский помещик - 155
Левашов Сергей -164
Левашов Степан Федорович, сын Ф.В. Левашова - 168
Левашев Федор Васильевич, московский дворянин, воевода - 12,38,139-170,177, 238,255,368,369,373,380
482


Общий именной указатель
Левашов Федор Васильевич, выборный дворянин по Старице, окладчик -166
Левашов Яков Григорьевич, внук Ф.В. Левашова - 140
Левашовы -140,141
Левицкий Д. Г. -40
Левкий, старец - 223
Леонтьев Федор Исакович, посол в Персию - 202
Леонтьев Никита, дьяк - 257
Леонтьев Я.В. - 325
Лжедмитрий I, самозванец (Григорий Отрепьев) - 7,15-20, 25,39,40,56,61-64,116,141,175,176,187,190,264,300,301, 343,359,363,371,374
Лжедмитрий II, самозванец, Тушинский вор - 21, 22,38,43, 65,67,68,73,90,95,117,118,142,143,145,148,176-178,183, 201,220,225-232, 234-236, 238-243, 245, 248,302-304,309, 317-320,322-324,326,344,359,371
Лжедмитрий III, самозванец, Псковский вор Сидорка - 29, 80,149,307,310,336,345,346,370,372
Лисейцев Д.В. -121,126,216,217,250,251,275,282,295,296, 337,359,368,376
Лисовский Александр, полковник - 10,67,68,70-74,92,107, 117, 127, 130, 146, 147, 177, 226, 227, 231, 233, 235, 238-243, 319,322-327,348,373
Лисовский Устинко, полковник -107
Лихарев Петр - 295
Лихарев Семен - 143, 295
Лихарев Ф.С., воевода - 143
Лихач  Е.-183,191,211,286
Лихачев Д.С. - 360,361,380
Лобанов Юмшан, городовой приказчик — 141,153
Лобанов-Ростовский Афанасий Васильевич, князь - 255,324 Лобанов-Ростовский Иван Иванович, князь, окольничий -137 Лобов Никита, губкой целовальник - 132
Лопухин Никита Васильевич - 251
483


Общий именной указатель
Лотман Ю.М. - 373
Лугвенев Лобан, новгородский помещик - 181,191,198
Лукичев М,П. - 50,121, 299,302,303,305,309,310,312,314
Лупандин Богдан, голова - 257
Лупандин Угрим Поликарпов, новгородец - 32,157,158,254
Лупандины, новгородские помещики - 195
Лутохин Иван Захарьевич - 182
Лутохин Семен, дьяк - 101
Лыков-Оболенский Борис Михайлович, боярин, князь - 123, 156,161, 200, 207,252,312,323,324
Лыков-Оболенский Федор Иванович, князь - 256
Лысцов Андрей, дьяк - 101
Львов Алексей Михайлович, князь, воевода - 49,145, 206
Львов Петр Михайлович, князь, воевода Арзамаса - 151-153
Любомиров П.Г. - 43,45, 58,98,102,187, 228,270, 271,337
Людовик XIII, французский король - 18, 19
Ляпунов Прокопий Петрович, руководитель Подмосковного ополчения - 5,6,28,96,119,120,129,178-180,185,187,190,249- 251,272,305,328-331,334,341,342,359,363,369,372,374,375
М
Макарий Калязинский, святой - 315
Макарий, архиепископ Сибирский и Тобольский - 287
Макарий, митрополит - 380
Малов А.В. - 86,87,137,349
Малой Сергей - 75
Маньков  А.Г. -110, 219
Маржарет Жак, капитан немецкой пехоты - 330
Марина Мнишек, царица - 21,38,83,175,307,309,359
Маркевич А.И. -102
Мартемьянов Герасим, дьяк - 257
Мартемьянов Григорий - 161,163
Мартюхин Данила - 95
Марфа, вдова кн. Ф.И. Волконского - 125
484


Общий именной указатель
Мархоцкий Н. - 330,331
Марья, жена кн. Ф.Т. Черново-Оболенского - 184,197
Марья, сноха Мисюря Соловцова - 91
Маслов Ларион, старец - 84
Матвей, игумен Кирилло-Белозерского монастыря - 352
Матисон А.В. - 266
Матюшкин Иван Павлович, воевода - 210, 211
Маштафаров Л. В. - 225
Межаков Филат, атаман - 344,346
Мезецкий Данила Иванович, князь, боярин - 53,130
Мезецкий Никита Михайлович, воевода - 104,105
Меррик Джон, английский посол - 159
Микулин Андрей, голова - 144,145,147,162,177, 238
Микулин Андрей Андреевич - 332
Микулин Иван, атаман - 254
Микулин Лев Андреевич - 332
Микулин Петр, дьяк - 201
Миленин Яков - 150,153,154
Милославская Мария Ильинишна, царица - 218
Милославский Лука - 34, 35
Милюков-Старого (Старово) Иван Иванович, дворянин - 104,111
Милюков Степан Яковлевич - 132
Милюков Никита - 195
Милюкова-Старово Елена Абросимовна, жена кн. Ф.Ф. Волконского- 125
Минин Кузьма-5-9, И, 29,31,47,80,120,149,150,183,252, 271, 272, 306, 308, 310, 336, 345, 346, 355, 359, 363, 366, 367, 369-374,379
Минин Якуш, казанский посадский человек - 206
МинхА.Н.-212, 213
Мировицкий, казак - 248
Мирский С.В. - 74
Мирский, польский ротмистр (поручик) - 236, 241
485


Общий именной указатель
Мистрин Василий, сын боярский - 81,82
Михаил Всеволодович Черниговский, святой князь - 173 Михаил Федорович Романов, царь - 7, И, 18-20, 25, 31, 36, 38-40,47,48, 53, 54, 56, 61,83,94,100, 102, 108,110, 111,121, 125-127,130,133,135,136,145,154,162,165,166,183,191-196, 198,206,208,209,212,214,218,221,223,252,255,258-261,266, 271-273,276,277,284,287,291,297,310,311,314,334,338,339, 342-344,349,350,352,359,370,372,377,379,381
Михеев Приезжий, крестьянин -182
Млоцкий Андрей, пан, полковник - 247
Моклоков Иван Данилович, ржевский сын боярский - 159
Молвянинов Афанасий Матвеевич, письменный голова - 72
Молчанов Матвей Иванович, губной староста - 225
Молчанов Стефан, тюменский сын боярский - 275
Мониер Антоний (Антон Монир), шведский посол - 54,211,284 Морозов Василий Петрович, второй казанский воевода, окольничий, затем боярин - 52,130,301,303-305
МорозоваЛ.Е. - 45,129,312,331,335,336
Морохин А.В. - 367
Мортенсон Монс, шведский королевский секретарь - 25,197
Мосальский-Рубец В.М., князь - 249
Мосальский Иван, князь - 63
Мотовилов Смирной, голова - 66
Мстиславский Федор Иванович, князь, боярин - 247, 268, 332,352
Муравьев Григорий Никитич, дозорщик - 33
Мурат, турецкий султан - 285
Муханов  ПА.- 211,227
Мышецкий Ефим Федорович, князь - 194, 205, 206, 290, 292-294
Мюллер Р.Б. - 25
Мякииин Курап, новгородский помещик - 181,195,198
Мясной Лукьян, голова казанских стрельцов - 308
Мясоедов Ермолай, брянский помещик - 104
486


Общий именной указатель
Н
Нагая Марфа (Мария), царица-инокиня - 7,352
Наговицын Беляй, губной староста - 69, 71,72,74, 238
Назимов Никита, новгородский помещик - 197
Накашидзе Н.Т. - 292
Наливайко Ф., атаман - 230, 231, 233
Нарбековы, новгородские помещики - 195
Нармацкий Василий, голова - 65,66
Нармацкий Никифор -129
Нармацкий Тимофей Протасьев, нижегородец - 83, 84
Нарышкина Аграфена Ивановна, жена Д.С. Змеева - 136
Нарышкина Наталья Кирилловна, царица - 136
Насонов А.Н. - 326
Наумов Андрей Федорович, дворянин - 51
Наумов Иван Федорович, ростовский воевода и тушинский
боярин - 67,70, 71, 73, 74, 243
Наумов Илья Васильевич, голова - 254
Негановский Григорий - 32
Неелов Исаак, смолянин - 84
Неелов Посник, голова казанских стрельцов - 308
Незамеддин Хозя (Хаджи), персидский купец - 87,88
Неклюдов Федор Никитич, новгородец - 197
Нелединский Иван Юрьевич, воевода Царицына - 166
Нелидова Екатерина Ивановна - 40
Нелидовский Владислав из Нильска - 15
Нелидовы - 15,16,19,21,39,40
Немоевский Станислав - 333
Немой Иван, казачий атаман - 345
Неплюев Василий, воевода Тихвина - 254
Нерыцкий И. В., князь - 120
Несветаев Григорий - 254, 255
Нетесов (Нетесев) Семен, арзамасский помещик - 310
Нетесевы, арзамасские помещики - 310,311
Нечаев Григорий, подьячий - 34
487


Общий именной указатель
Нечай Ивашка, казачий полковник - 137
Никандр, архимандрит Юрьева монастыря - 180
Никифор, грузинский митрополит, посол - 292-294
Новомбергский Н.Я. - 313
Ногин Петр, сборщик кормов - 35
О
Оболенский Андрей Борисович, князь - 219
Оболенский Борис Васильевич, князь - 173
Оболенский Василий Михайлович, князь - 173
Оболенский Венедикт Андреевич, князь, окольничий - 219,220
Оболенский Григорий Венедиктович, князь - 219
Оболенский Иван Венедиктович, князь - 219
Оболенский Константин Иванович, князь - 173
Оболенский Константин Семенович, князь - 173
Оболенский Константин Юрьевич, князь - 173
Оболенский Матвей Венедиктович, князь - 219
Оболенский Семен Иванович, князь - 173
Оболенский Тимофей Васильевич, князь - 173,174
Оболенский Федор, князь, цивильский жилец - 210
Оболенский М.А., князь - 114, 230
Оболенский-Сухорук Михаил Константинович, князь - 173
Оболенский-Черный Федор Михайлович, князь, боярин - 173
Оболенский-Щепа Дмитрий Семенович, князь, родоначальник князей Щепиных, Золотых и Серебряных - 173 Оболенские, князья -173
Обольянинов Григорий Степанович, новгородец - 198
Обуховы - 61
Овцын Т.Д., воевода Костромы - 119
Огарев Нелюб, пристав - 63
Оглоблин Н.Н. - 338
Одинокое А.Н. - 28, 253
488


Общий именной указатель
Одоевский Иван Никитич Большой, боярин, князь, новгородский воевода - 27, 32, 97, 99-101, 179-181, 184, 191, 197, 201
Одоевский Иван Никитич Меньшой, боярин, князь, воевода
Астрахани и Казани - 51,89,
Оксиньица - 38
Оксютка, разбойничья женка - 132
Олеарий Адам - 85, 214, 215
Олтуфьев Григорий, суздалец - 337
Олтуфьев Г.Ю., стременной конюх - 251
Олфимов Михаил, дьяк - 285
Ольгерд, литовский князь - 173
Оникеев Остафий, арзамасец - 156
Онтипин Ларя, гонец, свияженин - 206
Онуфрий, астраханский архиепископ - 109
Опухтин Воин, сеунщик - 107
Ордынцев Михаил, сын боярский - 229, 245, 320,373
Орел Василий Тимофеевич - 263,266
Орел Тимофей Дмитриевич - 266
Орлов Василий Никитич - 264, 265
Орлов Василий Фролович - 263
Орлов Владимир Григорьевич, граф - 265
Орлов Владимир Лукьянович, губной староста - 265
Орлов Григорий Григорьевич (?) - 267
Орлов Григорий Иванович, новгородский губернатор - 265
Орлов Григорий Иванович (?) - 274, 275
Орлов Григорий Никитич - И, 12,210,262-297,363,369,370
Орлов Григорий Федорович - 272
Орлов Иван - 264
Орлов Иван Васильевич - 263
Орлов Иван Иванович - 264
Орлов Иван Ильич - 266
Орлов Иван Леонтьевич, московский жилец - 263,264
Орлов Иван Никитич, дмитровский помещик - 264-266,275
489


Общий именной указатель
Орлов Илья Васильевич - 263, 266
Орлов Ларион Федорович - 296
Орлов Лукьян Иванович - 265
Орлов Никита Иванович - 265, 266
Орлов Никита - 266
Орлов Петр Никитич, дмитровский помещик - 265, 266, 275
Орлов Семен Васильевич, московский жилец - 263, 264
Орлов Семен Никитич, московский жилец - 264-266
Орлов Степан Тимофеевич - 263
Орлов Федор Григорьевич, стряпчий - 295, 296
Орлова Прасковья Федоровна - 296
Орлов-Давыдов В., граф - 265, 277, 278
Орловы - 263
Остренев Иван, воевода Царицына - 166
Остренев Тимофей Степанович, стрелецкий голова - 71-73
Отрепьев Богдан (Яков), отец самозванца - 15
Отрепьев Григорий Богданович, самозванец (Лжедмитрий I) - 7,15-20, 25,39,40,56,61-64,116,141,175,176,187, 190,264,300, 301,343,359,363, 371,374
Отрепьев Давыд Борисович - 15
Отрепьев Замятия (Елизарий) Матвеевич - 15,16
Отрепьев Иван Андреевич - 19
Отрепьев Иван Давыдович - 15
Отрепьев Матвей Иванович, галицкий помещик - 15
Отрепьев Смирной (Никита) Елизарьевич, дядя самозванца-7, И, 12,15-41,46,47,187,190,191,365, 368,374
Отрепьев Сурмен (Георгий) Иванович - 20
Отрепьев Федор Иванович - 19-21
Отрепьева Агафья, жена С.Е. Отрепьева - 29,37,38
Отрепьева Варвара, вдова Богдана Отрепьева - 19
Отрепьевы - 15,16,19, 21, 39, 40
Отяев Петр, арзамасский помещик - 322
Офонасьев Иван, казачий есаул - 158
Очин-Плещеев Григорий Андреевич, стольник - 149
490


Общий именной указатель
П
Павлинов Дмитрий, подьячий - 81,82
Павлов Путала, костромич - 232
Павлов Яков - 254,255
Павлов А.П. - 43, 53, 61, 77, 125-128, 131,165, 204, 223, 255, 260,264,351,368
Палибин Федор, вологодский помещик - 135
Палицын Авраамий, келарь - 18,19,77,96,311,335
Палицын Андрей Федорович, воевода Рамышевского острога,
Мангазеи - 37,156,157,195,287,348
Панченко А.М. - 363
Парфеньев Исаак, подьячий Костромской чети - 50
Патрикеев Михаил, дьяк -211,212
Пафнутий (монашеское имя Мисюря Соловцова) - 91
Петр Великий, царь, император - 22,137
Петр Федорович, самозваный царевич (Илейка Муромец) - 64
Петр, митрополит Московский - 53
Петрей Петр, шведский дипломат - 27,30,187
Петров К.В. - 50
Пивов Петр Деевич, выборный дворянин по Луху - 299
Писемский Яков Гаврилович, воевода Саратова - 294
Пичета Владимир Иванович, историк - 272
Платонов С.Ф. - 229,266,267
Плещеев Андрей Осипович, посол - 279
Плещеев Дмитрий Кириллович (Смердов), московский дворянин-159, 160,164,225,227,252,253,255,256
Плещеев Василий Иванович - 223
Плещеев Иван Иванович - 223
Плещеев Иван Александрович - 224
Плещеев Иван Васильевич, коломенский воевода - 250
Плещеев Иван Дмитриевич, воевода Василия Шуйского - 76
Плещеев Матвей Колодкин - 253
Плещеев Смерд (Смердок) Кирилл Иванович - 223-225
Плещеев Федор Дмитриевич - 260
491


Общий именной указатель
Плещеев Федор Кириллович (Смердов), тушинский окольничий, суздальский воевода-8,10, 12, 67, 70,146, 147,177, 222-262, 319-321, 324, 325, 329, 330, 352, 363, 369-371, 373, 377
Плещеев Федор Михайлович, тушинский воевода Великих Лук и Пскова - 227, 246
Плещеев Федор Саввинович, воевода Серпухова - 248
Плещеев Юрий Иванович - 223
Плещеев Феофан Федорович - 223
Плещеева Настасья, дочь Ф.К. Плещеева - 260
Плещеева Прасковья Смердова (Кириллова) - 224
Плещеева Соломонида - 223
Плещеевы - 222, 227, 250
Плюшкины - 263
Погожая Ульяна Семеновна - 61
Погожий (Погожев) Дмитрий Семенович, воевода - 104
Погожий (Погожев) Исак Семенович, воевода - 196, 252, 253,256
Подгорецкий, полковник - 73
Пожарские, князья - 267
Пожарский Дмитрий Михайлович, князь - 5-9, 11, 29-32, 45-48,53-55,80,81,94,96,97,99-101,112,120,130,149-153, 183-190, 220, 252, 266, 267, 271, 272, 282, 297, 306-310, 336, 337,345-348,353,355,359,369-371,374,376
Пожарский Роман Петрович, князь, воевода Суздаля - 252,337 Пожарский-Лопата Дмитрий Петрович, князь, воевода Самары-201, 337
Полев Андрей Богданович, воевода - 122
Полиевктов М.А. - 292-294
Половцов А.А. - 278
Полоченинов И.П. - 305
Полторацкий А.В. - 31,47,190
Попов Захарка, доносчик - 132
Попов А.Н. -64,117,142, 250
492


Общий именной указатель
Попов Н.А. -123, 254
Порецкий Большой Иван Иванович - 174
Порецкий Меншой Иван Иванович - 174
Порошин Посник, самарский сын боярский - 202, 203
Порошин Третьяк Яковлевич, сын боярский - 135
Постельникова Марфа Петровна, жена кн. П.Ф. Волконского-125
Постников Микита, дьяк - 167
Постников С.П. - 113
Поярковы -139
Пресняков А.Е. -102
Приклонский Богдан Герасимов, воевода - 110
Приклонский Михаил, воевода Енисейска - 313
Проестов Степан Матвеевич, окольничий - 290
Прозоровский Матвей Васильевич, князь - 254, 260
Прозоровский Семен Васильевич, князь - 253
Прокудин Яков, голова-147,238
Пролысков Семен Васильевич, степенной ключник - 148
Пронский Михаил Петрович, князь, боярин - 214
Пронский Петр Иванович, князь - 90,105,120
Прончищев Осип Яковлевич, голова казанских татар и новокрещенов - 49
Просовецкий Андрей Захарович, казачий атаман -10,12,44, 146,147, 236-242,244, 245,248, 262,307, 317-341,344
Просовецкий Иван Захарович, воевода Суздаля - 44,318,322, 332,336-338,344
Просовецкий Симеон - 318
Просовецкий Георгий - 318
Просовецкий Елизар - 318
Просовецкий Илларион - 318
Просовецкий Петр, младенец - 318
Протасьев Соловой Борисович, стрелецкий голова - 78 Пудалов Б.М. - 59,140,367,368,373
Пуляев Артемий -199
493


Общий именной указатель
Путилов Лука Богданович, свияжский жилец - 60
Путятин Иван Семенович, князь - 66,149
Пушкин Борис Иванович, воевода - 289
Пушкин Гаврила Григорьевич, сокольничий и думный дворянин- 103,118
Пушкин Григорий Григорьевич Сулемша, воевода - 63
Пушкин Иван Меньшой Михайлович - 24
Пушкин Микита, московский дворянин - 159,160
Пушкин Михаил Остафьевич - 121
Р
Рабинович Я.Н. - 8, 12, 28, 41, 47, 93, 221, 293, 297, 359, 362,
365,368,370,371,373,376, 378,380,382
Разин Степан - 40,215
Рахманов Дмитрий, сын боярский - 81,82
Рвачева О.В. - 170
Редриков Иван, суздальский дворянин - 245
Рентебахер, пленный швед - 37
Репнин Александр Андреевич, князь, нижегородский воевода - 229
Ресницын Григорий Андреевич, новгородец - 192
Ржевский Иван, болховитин, сеунщик - 106,107
Рогожин Н.М. - 126,136,176
Родионов Семен Васильевич, арзамасский помещик - 144, 161-163
Роман, холоп - 272
Романов Александр Никитич, боярин - 61
Романов Богдан, арзамасец - 156
Романов Василий Никитич, боярин - 273
Романов Дружина, атаман - 346
Романов Иван Никитич (Каша), боярин - 167, 271, 273
Романов Михаил, арзамасец - 156
Романов Федор Никитич (см. Филарет)
Романовы - 61, 282
494


Общий именной указатель
Ромодановский Григорий Петрович, князь, окольничий -125
Ромодановский Иван Петрович, князь - 17
Ромодановский Иван Иванович, князь - 280, 281
Ромодановский, князь - 333
Ротисловский Иван, стрелецкий голова - 75
Руммель В.В. - 128,137-140,148,149,166,168
Русинов Девятой, подьячий - 46
Рыбалко Н.В. - 74,170
Рыбушкин Амфилохий, строитель, сват Н.М. Шульгина - 307
Рюмин Пятой, юрьевецкий выборный целовальник - 68
Рябинин И. С. - 121
С
Сабуров Богдан Семенович, суздальский воевода - 132
Сабуров Михаил Богданович, боярин - 61
Сабурова Евдокия Богдановна, царица-инокиня Александра-82
Сабуровы - 61
Савва, подьячий, грузинский посол - 62
Савва (Евфимьев), протопоп - 308
Савелов Л.М. - 59, 267
Савин Андрей, посол - 285
Сагайдачный, украинский гетман - 108,164,353
Салманов Вторый, сын боярский - 81,82
Салтыков Борис Михайлович, боярин - 48,290
Салтыков Иван - 90
Салтыков Иван Иванович, дворянин - 75, 212,218
Салтыков Иван Михайлович, боярин, новгородский воевода-27, 180, 325-327
Салтыков Михаил Глебович, боярин - 96
Салтыков Михаил Михайлович, окольничий - 290
Салтыков И.Н., воевода - 143
Сапега Лев, канцлер - 17,19
495


Общий именной указатель
Сапега Ян Петр, гетман - 67, 70, 71, 73, 74, 76,115, 118,120, 146,147,226-228,230-232,234-246,248-251,261, 317,319- 324,333, 334
Сапега Павел, гетман - 138
Свердлин Лев Наумович, актер - 271
Свечины -139
Свиньин Григорий, воевода Цивильска - 91
Свистов Семейка - 238
Седов П.В. -192
Секирин (Секерин) Перфилий (Перфирий) Иванович - И, 12,31,41-57,190, 262,332,336,365
Секирин Иван Голова Михайлович, отец П.И. Секирина - 42,50
Секирин Меньшик Иванович - 43
Секирин Софрон Иванович - 42,43
Секирины, выборные мещевские дворяне - 50
Селеховский Василий Михайлович, князь, воевода Тотьмы - 338
Селивановы -116
Селин АЛ. - 23, 28, 30-32, 38, 47, 98-100,157-160,174,176, 184,197,199, 255,326,359,368,376
Семененко А.М. - 67,227, 230
Семенов Василий, шуйский помещик - 129
Семенов В.Н. - 282,297
Серапион, архиепископ - 336
Сеченый Иван, стрелец - 86
Сеченый Филат, губной староста - 132,133
Сивцов Борис, курмышенин, сын боярский - 89
Сигизмунд III (Жигимонт), польский король - 18,22,56,78, 96,112,129,164,183,246-248,261,266,267,270,282,297,302, 314,326-328,331,359,370,372,377
Симанов В., гонец - 242
Симанский С., арзамасский помещик - 163
Синцов Борис, стрелецкий голова - 66
Сироткин С.В. - 354
496


Общий именной указатель
Сицкий Андрей Юрьевич, князь, боярин - 167, 277
Сицкий Юрий Андреевич, князь, стольник, воевода Астрахани - 200, 292
Сканов Федор, голова - 205
Скобельцын Артемий Никитич - 209
Скобельцын Сергей Петрович - 209
Скобельцыны - 215
Сколков Дмитрий, нижегородец - 61
Сколков Никифор, нижегородец - 61
Скопин-Шуйский Михаил Васильевич, боярин, князь - 22, 76,136,323-325,359
Скрынников Р.Г. - 18, 30, 31, 46, 48, 100, 171, 300, 308, 329, 335,343
Скрыпеев Осип, командир ополченцев - 69
Скуратов Дмитрий Федорович, воевода - 103
Скуратов Малюта, опричник - 300
Смагин Посник, казачий голова - 72
Смирнов П.П. 212
Смирнов С. - 29,187
Смывалов Михаил, дьяк в Астрахани - 212
Собакин Улан, подьячий - 100
Собельский Мартын, ротмистр, тушинский воевода - 236, 237, 240,324
Соболевский Ян, литовский ротмистр - 228, 230, 231, 233, 234
Совин Андрей, воевода - 208
Совин Самойло, сеунщик - 107
Совин Игнатий Петрович - 260
Совина Анна Игнатьевна, жена Ф.К. Плещеева - 260
Соковнин Сунгур Семенович, дворянин - 49
Сокуров Лука Богданович - 209
Соловец Даниил Андреевич, родоначальник Соловцовых - 59
Соловцов Андрей Иванович, внучатый племянник Мисюря Соловцова - 91
497


Общий именной указатель
Соловцов Андрей Мисюрин, выборный дворянин по Нижнему Новгороду - 75, 77,80,89-91
Соловцов Василий, племянник Мисюря Соловцова - 91
Соловцов Иван (Голова) Федорович, отец Мисюря Соловцова-59-61
Соловцов Иван Яковлевич, племянник Мисюря Соловцова - 66,76,91
Соловцов Мирон Иванович, внучатый племянник Мисюря Соловцова - 91
Соловцов Мисюрь (Пантелеймон) Иванович - 7,10-12,58- 93,262,366,367,373,379
Соловцов Михаил Иванович, брат Мисюря Соловцова - 59, 60,64,66, 75, 76,83,84
Соловцов Федор Леонтьевич, дед Мисюря Соловцова - 59,60
Соловцов Феодосий Иванович, брат Мисюря Соловцова - 60 Соловцов Яков Иванович, брат Мисюря Соловцова - 59-61, 64-66, 75,76,78,83
Соловцова Аксинья Ивановна, сестра Мисюря Соловцова - 60
Соловцова Евдокия Ивановна, сестра Мисюря Соловцова - 60
Соловцова Марфа Ивановна, сестра Мисюря Соловцова - 60 Соловцова Прасковья Ивановна, сестра Мисюря Соловцова - 60
Соловцова Ульяна Ивановна, сестра Мисюря Соловцова - 60 Соловцовы - 59-61,65, 77
Соловьев С.М. - 18, 29,187, 270
Соломеин Киприан, голова - 105
Сорокин Василий Астафьевич, нижегородец, тушинец - 78
Спешнев Чегодай Васильевич - 291
Спиридонов Пятой, дьяк - 289
Сталин И.В. - 5
Станиславский А.Л. -17,42,43,50,53,116,128,200,224,264,302, 303,305,309,310,314,318,328,337,339,343,347,348,352-354 Старовский (Сторовский) Иван, иноземец, литвин - 63 Степанов Важен, дьяк - 52
498


Общий именной указатель
Степанов Фома, стрелец - 86
Степанов Чегодай, казачий есаул - 159
Степанов М., подьячий - 71
Стефанида, жена Мисюря Соловцова - 91
Сторожев В.Н. - 16, 19, 21, 23, 30, 39, 40, 64, 79, 89, 90, 120, 178, 250
Стравинский Ярош, полковник -146,177,319
Стрешнев Лукьян Степанович, боярин - 125
Стрешнева Евдокия Лукьяновна, царица - 52,125,258
Стрешневы, мещовские дворяне - 53
Строганов Максим -167
Строев П.М. - 32,119
Струков Василий, нижегородец - 78
Струков Федор, нижегородец - 78
Струсь, польский полковник - 250, 269, 330
Суворин А.С. -128
Сукин Иван, дьяк - 87
Сулешов Юрий Яншевич, боярин - 257
Сума Герасим, польский ротмистр - 76,239,244-246,320-323
Суржов (?) Григорий Никитин - 276
Суровцев Афанасий Петрович, нижегородский дворянин - 70-72
Сухой Федор, арзамасец - 156
Сухотин Л.М.-95,102,129-131, 255, 264,312,347
Сыдавный Зиновьев, дьяк - 22
Сысуевы, арзамасские помещики - 142
Сьянов Другиня - 35
Т
Талызин Никифор, дьяк, посол - 279
Талызин Никифор, пристав - 338
Тамерлан - 215
Тараканов Сурьянин, дьяк - 340
Таскаев Тимофей, казачий атаман - 228, 229
499


Общий именной указатель
Татищев Алексей Григорьевич, псковский помещик - 101
Татищев Алексей Степанович, сын С.Л. Татищева - 112
Татищев Афанасий Иванович, дядя С.Л. Татищева - 94
Татищев Михаил Игнатьевич, думный дворянин и ясельничий - 62,63,94
Татищев Михаил Степанович, сын С.Л. Татищева - 112
Татищев Михаил Юрьевич - 210
Татищев Никита Алексеевич, отец В.Н. Татищева - 112, 296
Татищев Степан Лазаревич - 11,12,46,94-113,184,188,262, 279,296,368
Татищев Федор Алексеевич, дядя В.Н. Татищева - 296
Татищев Юрий Степанович - сын С.Л. Татищева - 112
Татищев В.Н. - 18,94,97,103,112, 270, 279, 296
Татищев С.С. -94,101,104,108,109,111,112, 296
Татищевы - 104, 296, 297
Ташлыков Степан, атаман - 345
Теглев Степан Васильевич, новгородец - 185
Теймураз, грузинский царь - 291
Тённессон Арвид - 25
Терентьев К., атаман - 353
Терпигорев Никита, суздалец - 232
Теузаков Алексей - 302
Тимофеев Иван, дьяк - 206
Тимофеев Ивашка Гришин сын, кабальный человек - 135
Титов Михаил, атаман - 254, 352
Тиханов Михаил Никитич, посол в Персию - 201
Тихонюк И.А. - 318
Толмачев Василий, подьячий - 216
Толстой С. - 251
Тоузаков А., арзамасский помещик - 163
Трегубов Никита, суздальский дворянин - 231
Трепавлов В.В. - 201
Третьяков Петр, думный дьяк - 88,230
Тростенский А.В., князь - 124
500


Общий именной указатель
Трофимов Иван, дьяк в Астрахани - 212
Трубецкой Дмитрий Тимофеевич, князь, боярин - 79,80,130, 149, 152,153, 156-158, 160, 178, 194, 195, 252, 254, 255, 257, 264,296,305,329,335,345-347,350,352,371,374
Трусов Андрей, новгородский помещик - 181,185
Трусов М., писец - 55
Тугушев Аклым, князь - 310
Тупикова Н.А. - 74,177, 241, 249
Туренин Дмитрий Васильевич, князь, окольничий - 64
Туренин Михаил Самсонович, князь - 116
ТУрский Иван, голова - 105
Тушин Богдан Петрович, новгородец - 195
Тушин Федор Петрович, новгородец - 195
Тушины, новгородские помещики - 195
ТюменцевИ.О. - 22,58,74,80,86,89,90,176,177,226,227,241, 243, 249,317,323
Тюменцева Н.Е. - 74,177, 241, 249
Тюфякин Василий, князь - 118
Тюфякин Григорий Васильевич, князь, посол - 279
У
Угодцкой Степан, дьяк - 257
Ульяна, внучка Мисюря Соловцова - 91
Ульяна, жена А.З. Просовецкого - 318,338
Унгерн Вольмар, фон, воевода Гдова - 196
Уразов Богдан, атаман - 67, 70
Урусов Петр Арасланович, князь - 142,178,345
Усачев А.С. -380
Усманов МА. - 201
Ушатый Юрий, князь, воевода Казани - 311
Ф
Фарафонка - 38
Фарисеевы - 40
501


Общий именной указатель
Федор Алексеевич, царь - 138
Федор Борисович Годунов, царь - 56,175, 363
Федор Иванович, царь - 16,42,56,94, 224,300,364
Федоров Петрушка, крестьянин -133
Федоров Иван, дьяк - 257
Феодосий, архимандрит - 370
Феодосий, посол - 292
Феофилатьев Григорий Иванович, посол, воевода Саратова - 177, 279
Фигаровский В.А. - 343
Филарет, ростовский митрополит, патриарх - 6,39,53,95,96,
110, 208, 209, 273,283
Философов Иван Алексеевич - 340
Филюшкин А.И. - 364
Флемин, пленный швед - 37
Фрол Дмитриевич, родоначальник Фроловых, Орловых и др. - 266
Фроловы - 263
Фроловы-Багреевы - 263
X
Харитон, посол - 292
Хватов Артемий, дьяк, посол - 291
Хворостинин Иван Андреевич, князь - 381
Хворостинин Юрий Дмитриевич, князь - 108
Хвостов Егуп, суздальский дворянин - 245
Хилков Андрей Васильевич, князь, воевода - 63
Хилков Борис Андреевич, князь - 47, 53,108
Хилков Петр Андреевич, князь, воевода Ярославля - 54
Хилков, князь - 70,146,147,227,230, 231, 237
Хлопов Гавриил Васильевич - 295
Хмелевский Павел - 338
Хованский Андрей Андреевич, князь, астраханский воевода-205
502


Общий именной указатель
Хованский Григорий Андреевич, князь, вологодский воевода-135
Хованский Иван Андреевич, князь, воевода - 137
Хованский Н.Ф. - 187,280
Ходкевич, литовский гетман - 49,102,105,130,150,151,269, 271,346,353
Ходоватка (Худодатка, Богдашка) приказчик (слуга) персидского купца - 87-89
Хозя Магмет, приказчик персидского купца - 88
Холмогоров В.И. - 209,295, 296
Холмогоров Г.И. - 209, 295, 296
Хомутов Никон, новгородец - 195
Хорошкевич А.Л. - 20, 247,301
Хохлов-212
Хохлов Афанасий -156
Хромой Василий Савельев, казачий атаман - 12,55,343-356
Хромой (Хромово) Василий, царицынский сын боярский - 349
Ч
Чаадаев Иван Артемьевич, арзамасец - 151
Чаплин Семен, голова - 257
Чаплинский, польский военачальник - 105,107
Чарнецкий, польский военачальник - 138
Чеглоков Корнил Никитич, дворянин - 345
Чекалин Ф.Ф. -187
Челищев Афанасий Данилович - 132
Челюсткин Матвей Калинников - 107,123,124
Чемесов Степан Васильевич, воевода Мценска и Саратова - 208,212,278,284
Чемесов Федор Степанович, арзамасец - 144
Чемоданов Федор Иванович, воевода Саратова - 111,278
Черепнин Л.В. - 18,97
Черкасова М.С.-317,322
503


Общий именной указатель
Черкасский Дмитрий Мамстрюкович, князь - 49, 84, 94, 97, 102,103,130, 250, 281,339
Черкасский Иван Борисович, князь, стольник - 329
Черкасский Пётр Ахамашукович, князь - 20
Черкашенин Михаил, атаман - 327
Черново-Оболенский Федор Тимофеевич, князь, тушинский стольник - 7, 12, 29-34, 46, 47, 173-221, 241, 262, 363, 368, 370-372,379,380
Чернышев Константин, стрелецкий голова - 48,165
Чеуш Мустафа, турецкий посол - 136
Чижевский, пан - 236, 237
Чирков Борис Петрович - 272
Чистой Василий, дьяк - 51
Чичерин Иван, сольвычегодский воевода - 338
Чуркин Иван, голова свияжских татар - 310
Ш,  Щ
Шабаев  Л.Е. - 128, 265, 266, 276, 282, 285
Шабельский, пан - 244
Шамхал Тарковский -17
Шапошников В. В. -348
Шаскольский И.П. - 23,24
Шафиров П.П. - 18,22
Шахматов А.И. -187
Шахматов Кондратий, курмышенин, сын боярский - 89
Шаховской Андрей Константинович, князь, воевода Старой
Руссы-33-37,191
Шаховской Василий, князь, воевода Великих Лук - 227
Шаховской Иван Федорович Большой, князь, воевода Саратова-291
Шаяхметов И.З. - 47
Шватченко О.А. - 136
Шеверда Ивашка -107
Шеин Михаил Борисович, боярин - 53, 259
504


Общий именной указатель
Шепелев И.С. - 226,227, 234, 236, 343
Шереметев Федор Иванович, боярин - 64, 65, 67-72, 74-77, 131, 143, 144, 148, 161, 166, 177, 229, 231, 245, 277, 321-323, 366
Шерефединов Андрей -167
Шипунов Воин - 254, 255
Шишкин Федор Кондратьевич, посол - 45,46
Шкловский Виктор Борисович, писатель - 272
Шляк М («граф Матияш Шляков»), датский посол - 218
Шлятковский Андрей, пан - 242
Шмидт С. О. - 87
Шуйский Дмитрий Иванович, князь, боярин - 77,176,238
Шульгин Андрей Гаврилович, луховский помещик - 313
Шульгин Василий Павлович, тобольский дворянин - 313
Шульгин Гаврила - 299
Шульгин Иван Павлович - 313
Шульгин Михаил Андреевич, отец. Н.М. Шульгина - 298,299
Шульгин Никанор Михайлович, дьяк Казанского царства - 8, 12,298-314,329,369,370,375-377
Шульгин Павел Яковлевич, воевода в Нерчинске - 313
Шульгин Прокофий Григорьевич, губной староста Луха - 313
Шульгин Фёдор Фёдорович, племянник Н.М. Шульгина - 309,312
Шульгин Федор, тобольский сын боярский - 313
Шульгин Яков Григорьевич, воевода в Березове - 313
Шульгин Яков Павлович - 313
Шульгины - 298,299
Шумаков С. - 223
Шустов Семейка, подьячий - 33
Щепотьевы - 263
Щербатов (Щербатый) Лука Осипович, князь, второй воевода Казани - 51
Щербатый Василий, воевода Свияжска - 311
505


Общий именной указатель
Щербатый Осип Иванович, князь, воевода Колы - 216
Щербатый Василий Петрович, князь, тульский и терский воевода - 109,110, 257,279
Щукин П.И. -129
Шулепниковы - 263
э, ю,я
Эскин Ю.М. - 49,117,123,359,376
Юргенсен Тённе, воевода Выборга - 24
Юрий Михайлович, князь Тарусский - 114,173
Язвецов Иван Иванович, рязанец - 122
Язонский Максим, тобольский сын боярский - 275
Языков Савва - 84
Языков Семен - 256
Яковлев А.И. - 175-345
Якубов К.И. - 30,32,35,46,47
Якушкин Иван - 27,33,34,191
Якушкин Третьяк - 32,191
Янин  В.Л.-20,196, 247
Ярцов П.И., воевода Шуи - 133
Яхонтов Г., арзамасский помещик - 163
Яхонтовы -139,140


СОДЕРЖАНИЕ
Введение (А. А. Кузнецов) 5
Глава 1. Прямые 13
Смирной Елизарьевич Отрепьев, дядя первого самозванца 15
Перфилий Иванович Секирин 42
Мисюрь Иванович Соловцов 58
Степан Лазаревич Татищев страницы биографии 94
Князь Федор Иванович Волконский Мерин: исторический портрет 114
Данила Семенович Змеев 128
Воевода Левашов Федор Васильевич 139
Глава 2. Кривые 171
Князь Федор Тимофеевич Черново-Оболенский 173
Федор Кириллович Плещеев 222
Григорий Никитич Орлов 262
Полудержавный властелин из Луха дьяк Никанор Шульгин 298
Глава 3. Атаманы 315
Казачий атаман Андрей Захарович Просовецкий - один из организаторов Первого ополчения 317
Три атамана: Василий Хромой, Макар Козлов, Афанасий Коломна 342
Вместо заключения 357
Личность Смуты (А. А. Кузнецов) 359
Хронология биографических событий героев книги 383
Источники 408
Все исследования 453
Именной указатель 465
Содержание 507


А. Ю. Кабанов Я. Н. Рабинович
“ПРЯМЫЕ” И “КРИВЫЕ” СМУТНОГО ВРЕМЕНИ В РОССИИ
Ответственный за выпуск И. А. Тихонюк Корректор М. Г. Смирнова Верстка М. Э. Кузнецова
Формат 84x108/32. Бумага офсетная. Печать офсетная.
Гарнитура «Times New Roman». Усл. печ. л. 32. Тираж 600
Издательство «Квадрига» www.kvadriga-izdat.ru
ISBN 978-5-91791-433-6
Отдел реализации издательства Тел.: 8 (916) 341-92-06
E-mail: marimarbooks@yandex.ru
Отпечатано в АО «Первая Образцовая типография» Филиал «Чеховский Печатный Двор»
142300, Московская область, г. Чехов, ул. Полиграфистов, д. 1
Сайт: www.chpd.ru, E-mail: sales@chpd.ru, тел. 8(499)270-73-59 Заказ 1479


Козляков В. Н.
К59 Смутное время в России начала XVII века / В. Н. Козляков - М.: Квадрига, 2021. - 556 с. - (Исторические исследования).
ISBN 978-5-91791-379-7
В книге публикуются труды о Смутном времени в России начала XVII века известного историка, доктора исторических наук Вячеслава Николаевича Козлякова. Новое, исправленное и дополненное указателями издание «Смуты в России. XVII век» (2007) дает представление об одном из самых сложных периодов российской истории, входящем в перечень «грудных вопросов» школьной истории. Публикуются работы автора, связанные с деятельностью земских ополчений, освобождением Москвы в 1612 году и осмыслением причин завершившейся четыреста лет назад Смуты - бунта «обычных» людей. Написанный специально для настоящего издания обзор «юбилейной» историографии позволяет оценить достижения и перспективы изучения социальных движений и освободительной войны в современной исторической науке. Книга о временах, когда Россия в Смуту входила в новое время, представляет интерес для специалистов-историков и всех читателей, интересующихся прошлым нашей страны.


Назаренко А. В.
Н19 Князь Владимир Великий. Креститель, строитель, небесный охранитель Руси (опыт общедоступного научного изложения) - М.: Квадрига, 2020. - 166 с. + илл. - (Историк: прямая речь).
ISBN 978-5-91791-350-6
Книга посвящена эпохе, когда родилась и получила первое оформление христианская Русь, а также ее, эпохи, заглавному персонажу - крестителю Руси князю Владимиру. Именно тогда были заложены основы русских государственности, церкви, культуры, самосознания. Написанная известным историком, книга сочетает в себе доступность изложения со строгой научностью содержания, в котором учтены последние открытия в этой области.
Для всех интересующихся русской историей.


Э85 Эскин Ю. М.
Иван Никитич Хованский / Ю. М. Эскин. - М.: Квадрига, 2020. - 280 с.: илл. (Историк: прямая речь)
ISBN 978-5-91791-375-9
Исследование о крупном государственном деятеле XVII века (126.08.1656) написано известным историком и архивистом Ю. М. Эскиным. «Королевичев приход», Смоленская война, «Балашовщина», несчастливое сватовство датского принца к российской царевне, Новгородское и Псковское восстания 1650 г., поход будущего патриарха Никона за мощами св. митрополита Филиппа на Соловки, начало Тринадцати летней войны и сопутствовавшая ей страшная чумная эпидемия - вот основные вехи его служебнополитической биографии.
И во всех этих событиях проявляется его незаурядная индивидуальность - Иван Никитич Хованский даже в то жестокое время всегда стремился к наименее болезненному решению, предпочитал договор конфронтации и  войне.
Автору удалось устранить путаницу в упоминаниях о роли следующих поколениях этого рода в событиях «бунташного века»..


Мирохин А. В.
М80 Кузьма Минин/  А. В. Мирохин. М.: Квадрига, 2021. -294 с.:
илл. - (Историк: прямая речь).
ISBN 978-5-91791-416-9
В книге реконструируется биография организатора Нижегородского ополчения 1611-1612 гг. Кузьмы Минина. Впервые в исследовании скрупулезно собраны и проанализированы все известные на сегодняшний день источники и достоверные факты о жизни и деятельности народного героя.
Происхождение и профессиональные занятия Кузьмы Минина, организация ополчения в Нижнем Новгороде, деятельность земского старосты в качестве одного из руководителей земского правительства в Ярославле, его роль в освобождении Москвы, служба в первые годы царствования Михаила Федоровича, судьба членов семьи - основные вехи биографии этого посадского человека.
Биография Кузьмы Минина представлена на фоне событий, протекавших в Московском государстве в начале XVII столетия.


Издание содержит биографические очерки о пятнадцати участниках событий Смутного времени и последующего периода восстановления Российской государственности. Это фигуры, оказавшиеся в тени крупных исторических деятелей, тем не менее, сыграли значительную роль в российской истории первой трети XVII века. Повествование, основанное на широком круге исторических источников и учёте достижений исторической науки последних лет, с документальной точностью отображает судьбы героев во время Смуты и после ее преодоления.
Книга адресована историкам - ученым, студентам, аспирантам, краеведам, а также всем интересующимся историей России.
ISBN 978-5-91791-433-6
издательство «КВАДРИГА»