Оглавление
От редакции
Введение
Часть I. Дородовая стадия
Ландшафтные пояса или зоны
Колебания климата в современную эпоху
Время образования современных почв
Древнечетвертичное время
Следы древнейших оледенений
Геологические периоды
Смена ландшафтов в третичном периоде прогрессирующее охлаждение земли
Кромерский лесной слой
Начальная пора плейстоцена
Развитие ледников в четвертичное время
Причины четвертичного оледенения
Длительность четвертичного периода
Жизнь современных ледников
Великое оледенение Европы
Вюрмское время
Эпоха максимального развития скандинаво-финляндского ледника
Вопрос о до-рисском оледенении
Повторность четвертичных оледенений
Глава вторая. Геология и её отношении к первобытной истории
Геологические явления вне области оледенения
История речных долин
Плейстоценовые террасы
Бремя образования речных террас и их отношение к заселению восточноевропейской равнины
Палеолитические поселения эпохи нижних террас
Верхние террасы и их возраст
Лёсс
Время отложения лёсса
Животный и растительный мир ледникового периода
Теплая фауна раннего плейстоцена
Межледниковые слои Рабутца
Конец миндель-рисской межледниковой эпохи. Таубах
Животные и растительные остатки среднего плейстоцена
Природные условия в позднее ледниковое время
Геологическая хронологизация палеолитической истории Европы
Глава третья. Первобытное стадо
Питекантроп
Синантроп
Появление человека в Европе
Первые орудия труда. Эолиты
Кремень и его значение в первобытной технике
Археологические ступени палеолита
Историческая периодизация палеолита
Шелльское время
Природные условия шелльской эпохи
Условия залегания шелльских орудий
Назначения ручного рубила
Шелльская орда
Распространение шелльских находок
Глава четвёртая. Первобытная эндогамная коммуна. Обзор памятников
Природная среда и характер наносов среднеледникового времени
Растущее значение охоты
Ранняя пора среднего палеолита
Премустьерская стадия
Киик-Коба, нижний горизонт
Множественность типов кремневого инвентаря в мустьерскую эпоху
Нижний грот Мустье
Пластины леваллуа
Стоянки типа микок, их время
Стоянки Крыма
Ильская
Остатки мустьерской эпохи на Донце и в бассейне Днепра
Глава пятая. Первобытная эндогамная коммуна неандертальцев
Природная обстановка. Мир животных
Охота
Поселения мустьерцев
Эндогамная орда
Погребения
Неандерталец
Тасманийцы
Переход к верхнему палеолиту
Часть II. Время возникновения рода
Заселение пещер
Верхнепалеотические отложения пещер, их подразделение на эпохи
Некоторые черты материальной культуры кроманьонцев
Вопрос о возникновении родовой организации
Глава седьмая. Ориньяко-солютрейское время
Ориньякское время. Ранняя и средняя пора
Поздняя пора ориньяка
Солютрейское время
Охота на мамонта и дикую лошадь
Поселения охотников ориньяко-солютрейского времени
Зимние жилища
Глава восьмая. Ориньяко-солютрейское время. Памятники СССР
Изображения женщины. Значение этих изображений
Изображения животных
Погребения
Кроманьонец
Остатки ориньяко-солютрейского времени на территории СССР
Пещера Сюрень I в Крыму
Костенки
Стоянка позднеориньякского времени в Боршеве
Гагарино
Бердыж
Глава девятая. Мадленское время
Характер охоты в мадленское время
Поселения мадленцев
Стоянки солютрейско-мадленского времени
Мезин
Мальта
Иркутск, находка у госпиталя
Глава десятая. Мадленское время. Памятники СССР
Некоторые особенности мадленского искусства
Костенки II, III, IV
Карачарово
Поселения мадленского времени на Днестре
Стоянка на Кирилловской улице в Киеве
Типы стоянок раннего мадленского времени в восточной Европе
Стоянки позднего мадленского времени
Гонцы
Боршево II, нижний горизонт
Другие местонахождения
Глава одиннадцатая. Палеолит северной Азии
Памятники мадленской эпохи
Афонтова гора
Палеолитические стойбища нижней террасы Енисея
Характер мадленской культуры Енисейского края
Палеолитические остатки на Ангаре. Верхоленская гора
Томская находка. Находка на Губерле. Палеолитические памятники Алтая
Палеолитические стоянки Забайкалья и Северного Китая
Боршево II, верхний горизонт
Кирилловская стоянка, верхний горизонт
Журавка
Палеолитические стоянки Днепростроя
Рогалик
Позднейшая пора палеолита
Капсийская стадия
Пещерные стоянки Кавказа и Крыма
Конец палеолитического времени
Текст
                    ИНСТИТУТ ИСТОРИИ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ ИМЕНИ Н. Я. МАРРА
АКАДЕМИК НАУК СССР
II. II. ЕФИМЕНКО
II ИР В О Б Ы I И О Е
ОБЩЕСТВО
ОЧЕРКИ ПО ИСТОРИИ ПАЛЕОЛИТИЧЕСКОГО ВРЕМЕНИ
ВТОРОЕ
ДОПОЛНЕН НОЕ
И ПЕРЕРАБОТАННОЕ
ИЗД A Н II Е
г о <: л д л р с т в 1: пион
СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОМ
ИЗДАТЕЛЬСТВО
Ленинградские отделение
19 5 0

9 К-91 Книга «Первобытное общество» построена на архео- логических источниках, относящихся к наиболее раннему периоду первобытной истории (палеолиту). Особенное внимание уделено в ней фактам, почерпнутым архео- логическими исследованиями на территории СССР. Главная ее цель — ориентировать советского чита- теля в современном состоянии знания но данному раз- делу исторической науки. Ответствеввый редактор М. В. Зеиченко. Технический редактор К. .V. Казанский. Оформление книги и рисунки исполнены к. м. Казанская. Сдано в вабор 10 августа 1937 г. Подилсаво в печать 14 декабря 1036 г. Уч.-авт. д.60. Печатных л. Зй’/д-Н'/д еборп.-f- 10 вклеек. Пум. л. 20>/j. Злаков в печатном листе 118.000. Тираж 10 000. Ленгорлпт Зв 432. Заказ 1734. Цепа книги 18 руб. Переплет 2 руб. Переплетпо-брошпровонные работы произво- дились в типографии "Искра*. Напечатано во 2-й типографии ОГПЗа РСФСР треста »11олпрраФКнпга» "Печатный Двор» пм. А. М. Горького. Ленинград, Гатчпвская, 20. »
О Г Л А В Л Е И И Е ОТ РЕДАКЦИИ ВВЕДЕНИЕ VIII 1 Насть I ДОРОДОВАЯ СТАДИЯ ГЛАВА ПЕРВАЯ ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД Современная эпоха в геологическом представлении 13 Глава Ландшафтные попса или зоны <16 перваг Колебания климата в современную эпоху 19 Наносы и почвенный покров 21 Время образования современных почв 21 Древпечствертичпоо время 26 Следы древнейших оледенении 27 Геологические периоды 28 Смена ландшафтов в третичном периоде п прогрессирующее охлаягдепие земли 31 Кромсрскпй лесной слой 37 Начальная пора плейстоцена 39 Развитие ледников в четвертичное время 40 Причины четвертичного оледенения 43 Длительность четвертичного периода 46 Жизнь современных ледников 48 Великое оледенение Европы 50 Вюрмское время 53 Эпоха максимального развития скапдппаво-фпнллидского ледника 54 Вопрос о до-рпсском оледенении 56 Повторность четвертичных оледенений 58 Г Л А В А ВТОР А Я ГЕОЛОГИЯ В ЕЕ ОТНОШЕНИИ К ПЕРВОБЫТНОЙ ИСТОРИИ Изменение облика земли в четвертичное время. Суша к море 65 Глава Геологические явления вне области оледенения 68 втораj История речных долин 69 Плейстоценовые террасы 71 Время образования речных террас п их отношение к заселению восточноевро- пейской равнины 75 Палеолитические поселения эпохи нижних террас 77 Верхние террасы и их*возраст ... ... 80
IV 01 JI ABJIEHllE Лёсс 83 Времи отложения лёсса 88 Животный и растительный мир ледникового периода 92 Теплая фауна раннего плейстоцена у5 Межледниковые слои Рабутца 101 Конец миидсль-рисской межледниковой эпохи. Таубах 102 Животные п растительные остатки среднего плейстоцена 104 Природные условия в позднее ледниковое время 108 Геологическая хронологизация палеолитической истории Европы 112 ГЛАВА ТРЕТЬЯ первобытное стадо I'.iuun Вопрос о происхождении человека 11г> третьи Питекантроп 127 Синантроп 12'.) Появление человека в Европе 137 Первые орудия труда. Эолиты 141 Кремень и его значение в первобытной технике 147 Археологические ступени палеолита 150 Историческая периодизация палеолита 154 Шелльское время 158 Природные условия шслльской эпохи 163 Условия залегания шелльских орудий 165 Назначение ручного рубила 16'.) Шелльская орда 172 Распространение шелльских находок 182 Г Л А В А Ч Е Т В Е Р Т .1 Я ПЕРВОБЫТНАЯ ЭНДОГАМНАЯ КОММА НА ОБЗОР ПАМЯТНИКОВ Глава Ашёльскос время 190 четвертин Природная среда и характер наносов среднследипкового времен» 198 Растущее значение охоты 202 Ранняя пора среднего палеолита .204 Ашёльскпс стопики Абхазии 208 Премустьсрская стадия 208 Кник-Коба, нижний горизонт 217 Множественность типов кремневого инвентаря и мустьерскую эпоху 220 Иижипй грот Мустье 222 Пластины лсваллуа 226 ('.топики типа микок, их время 227 Стоянки Крыма 235 Пльскал 247 Остатки мустьерской эпохи на Донце и в бассейне Днепра 251 Г Л .1 В А II Я Т Я Я ПЕРВОБЫТНАЯ ЭНДОГАМНАЯ КОММА ИА НЕАНДЕРТАЛЬЦЕВ мустьерской всеми Глава Камень и кость в технике мустьерской эпохи 256 пятая Природная обстановка. Мир животных .. •• 265
ОГЛАВЛЕНИЕ V Охота 269 llofp.TeiiDi) мустьерцев 277 Эндогамная орда 281 Погребения 290 Неандерталец 294 Тасманийцы 200 Переход к верхнему палеолиту 303 Часть 1Т ВРЕМЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ РОДА ГЛАВА ШЕСТАЯ РАННЯЯ РОДОВАЯ КОММУНА КРОМАНЬОНЦЕВ Природные условия в конце ледникового времени 307 Глава .'Заселение пещер 313 шестая Перхиепалеолнтпческие отложения пещер, их подразделение на эпохи 321 Некоторые черты материал!.пой культуры кроманьонцев 329 Вопрос о B(i:iiiHi;nonein>ii родовой организации 342 ГЛАВА С Е Д I, М А Я ОРННЬЯКО-СОЛЮТРЕПСКОЕ ВРЕМЯ Начальная нора верхнего палеолита 350 Глава Орниьякекое время. Ранняя и средняя пора 355 седьмая Поздняя пора ориньяка 361 Солютрейское время 363 Охота па мамонта и дикую лошадь 368 Поселения охотников орпньяко-солютрейского времени 375 Зимние жилища 380 ГЛАВА ВО С Т, М А Я ОРННЬЯКО-СОЛЮТРЕПСКОЕ ВРЕМЯ. ПАМЯТНИКИ СССР Техник;) ориш.яко-солютрейской эпохи 394 Глава Изображения женщины. Значение этих изображений 4 0’1 восьмая Изображения животных 425 Погребения 4 28 Кроманьонец 631 Остатки орипьяко-солютройского времени на территории СССР 436 Пещера Сюрень I и Крыму 441 Коетепки 442 Стоянка поздпсор1нп.п1.С).ого времени н Воржеве 456 Гагарипо 458 Бердыш 467 ГЛАВА Д Е В ЯТ А Я МА Д.1ЕНСКОЕ ВРЕМ Я Поздняя пора верхнего палеолита 469 Глава Характер охоты в мадлепское время .................................. 473 девятая
VI ОГЛАВЛЕНИЕ Поселения мадлепцсв 483 Стоянки солютрейско-мадленсього времени 496 Мез нн 499 Мальта 508 Иркутск-, находка у госпитали 515 Г Л Л В А ДЕСЯТАЯ МАДЛЕПСКОЕ ВРЕМЯ. II1МЯТ1111КП СССР Глава Мадленское общество 517 десятая Некоторые особенности мадленского искусства 530 Кос.тенки II, III, IV 541 Карачарово 544 Поселения мадленского времени на Днестре 545 Стоянка на Кирилловской улице в Киеве 546 Типы стоянок- раннего мадленского времени в восточной Европе 550 Стоянки позднего мадленского времени 555 Гонцы 556 Боршево 11, нижний горизонт 560 Другие местонахождения 563 Г Л л вл од и и я л д ц л т л я ПАЛЕОЛИТ СЕВЕРНОЙ АЗИИ Глава Особенности геологической истории Сибири в четвертичный период 566 одиннадцатая Памятники мадленской эпохи 571 Афонтова гора 574 Палеолитические стойбища нижней террасы Енисея 577 Характер мадленской культуры Енисейского края 580 Палеолитические остатки иа Ангаре, Верхоленская гора 585 Томская находка. Находка на Губерле. Палеолитические памятники Алтая 588 Палеолитические стоянки Забайкалья и Северного Китая 589 Г Л л В А ДВЕНАДЦАТАЯ АЗПЛЬСКОЕ ВРЕМЯ Глава двенадцатия Начало современной эпохи Боршево II, верхний горизонт Кирилловская стоянка, верхний горизонт Журавка Палеолитические стоянки Днепрсстроя Рогалик Позднейшая нора палеолита Нансийская стадия Пещерные стоянки Кавказа и Крыма Конец палеолитического времени 593 593 595 596 598 600 602 610 616 622
ОГЛАВЛЕНИЕ VII Перечень таблиц I. Хронологии позднего ледникового и послеледникового вре- мени. II. Хронология позднего ледникового и послеледникового вре- между 20 я t 21 мени по Обермайеру 22 III. Соотношение геологических явлений и колебаний климата для Европы и тропических областей по S, A. Huzayyin’y IV. Периодизация четвертичного периода по Булю V. Европа в четвертичное время между 62 99 112 и ИЗ VI. Питекантроп (реконструкция) » 128 и 129 VII. Стадии древнечетвертичного периода и эпохи палеолита по Мортилье » 144 и 145 VIII. Археологические факты, характеризующие первобытное (палеолитическое) время » 176 и 177 IX. Бедро питекантропа. Череп синантропа X. Неандерталец (реконструкция) между 187 296 и 297 XI. Орудия для обработки дерева (Костенки I) » 400 и 407 XII. Наскальные изображения из Лосселя » 416 н 411 XIII. Головка пещерного льва и антропоморфная головка из Ко- стенок I (фототипия) » 424 п 425 XIV Головка полуживотного-получеловека из Костенок I (фото- типия) » 432 и 433 XV. Женская статуэтка из Костенок I (1923 г.) » 440 и 441 XVI. Женская статуэтка из Костенок I (1936 г.) (фототипия) » 448 и 449 XVII. Женская статуэтка пэ слоновой кости (Гагарине) » 464 и 465 XVIII. Женские статуэтки (Мальта) » 512 и 513 XIX. Изображение мамонта (Мальта) » 568 и 569 XX. Изображение бизонов из Альтамиры (в красках) » 608 н 609
ОТ РЕДАКЦИИ Живой интерес широких масс советского читателя и учащихся к исто- рии и в частности к истории первобытного общества, ставит с особой остротой вопрос о соответствующей научной литературе. Основополож- ники марксизма-ленинизма в своих работах и выступлениях неодно- кратно показывали, какое огромное значение имеет изучение истории для создания целостного диалектико-материалистического мировоззрения. В связи с этим исключительную роль приобретают у нас обобщающие труды, подводящие итоги современным научным исследованиям по тому или иному разделу исторического знания. Настоящая книга представляет собой опыт такого обобщения в опре- деленной области исторического прошлого. Как показывает ее заглавие, она имеет своим предметом вопросы, связанные с древнейшими этапами первобытного общества. Будучи написана на основе фактов, относящихся к древнему каменному веку, так называемому палеолиту, она ставит своей целью разработку одного вида источников — археологических. Поскольку автор, как специалист именно в данной области знания, не привлекает или использует в ограниченной степени иные виды источни- ков, необходимых для всестороннего освещения первобытных эпох, — этнографию, языкознание, антропологию ит.д., его труд скорее является руководством по палеолиту, чем развернутой историей первобытного общества. Знания автора, крупного советского специалиста по археоло- гии палеолита, определяют положительные качества книги. П. П. Ефи- менко, как и его сотрудникам и ученикам — С. Н. Злмятнину, Г. П. Сос- новскому, М.М. Герасимову, П.И. Борисковскому, А.П. Окладникову, С. А. Семенову, С. Н. Бибикову, А. Н. Рогачеву и др. — принадлежит значительная доля участия в большой и плодотворной работе по изуче- нию палеолита, где советская наука имеет крупнейшие достижения. Наши современные знания по палеолиту на территории СССР в пода- вляющей своей части есть результат деятельности советских ученых после Великой Октябрьской социалистической революции. Достаточнб назвать такие важные комплексы памятников, как, например, стоянки Костенки I, Мальта, Гагарино, Тимоновка, Елисеевичи, палеолитические местонахождения Крыма, Кавказа и др., получившие по своему научному значению мировую известность. Методика раскопок палеолитических местонахождений в СССР разработана заново, с подходом к памятнику как к историческому источнику. Благодаря этому у нас впервые были открыты, например, жилища в верхнем палеолите, остающиеся до сих пор не замеченными буржуазными археологами, применяющими уста- релую вещеведческую методику.
ОТ РЕДАКЦИИ IX Археологические факты, как документальный материал, восходящий к наиболее отдаленным эпохам первобытной истории, представляют боль- шую историческую ценность. Разработка материалов, относящихся к па- леолиту, составляет одну из важных задач советской исторической науки. Правильное понимание, правильное истолкование археологических фак- тов требуют определенной методологической направленности. Наиболее отдаленные эпо^и человеческой истории являются одной из излюбленных областей лживых измышлений и спекуляций реакционной части бур- жуазных ученых. Фашистские лжеученые откровенно пытаются исполь- зовать эту область знания для антинаучной фальсификации истории в духе своей каннибальской, человеконенавистнической расовой теории. Только марксизм-ленинизм ставит перед исторической наукой и архео- логией, как специальным разделом исторического знания, задачи подлин- ного научного исследования и разрешает их. Этим объясняются значи- тельные успехи советской археологии в деле освещения древнейших эпох первобытности. Прямым и весьма важным долгом советской археологии является разоблачение всех и всяческих антинаучных фальсификаций и ложных идей в этой области и разработка всей полноты фактов, относя- щихся к вопросам палеолита на основе единственно правильного и по- длинно научного метода, созданного основоположниками марксизма- ленинизма . Работа П. П. Ефименко подводит итоги достижениям советской науки в области изучения палеолита. В ней собран большой археологический материал, относящийся к палеолитической эпохе, причем основное вни- мание автор уделяет материалу, добытому советскими исследователями. Книга представляет определенный шаг по пути преодоления формальных, вещеведческих традиций, до сих пор целиком господствующих в бур- жуазной археологии. Она является опытом исторического истолкования археологических фактов на основе марксизма-ленинизма. В заслугу автору надо поставить его интерпретацию верхнего палеолита как ранней ступени материнского рода. Привлекаемые им археологические факты весьма убедительны в смысле наличия в эту эпоху значительно более высоких форм культуры, чем это допускалось ранее. Можно считать правильным выставленный им тезис о матриархальной организации общества уже в ориньяко-солютрейское время. Его объяснение превраще- ния неандертальского типа человека в кроманьонский тип в связи с разви- тием первобытной общественной организации, в частности с переходом от стадии кровнородственной семьи к роду, дает вполне удовлетворитель- ное истолкование этого важного факта и направлено против расовой теории. Однако книга содержит в себе ряд недоработанных мест. Не все поло- жения автора являются целиком приемлемыми и бесспорными. По вопросу о возникновении родовой организации автор нечетко изложил свой мате- риал, не полностью использовав известное положение Энгельса: «Воз- никнув на средней ступени дикости и продолжая развиваться на высшей ее ступени, род, насколько позволяют судить об этом наши источники, достигает своего расцвета на низшей ступени варварства» (Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, 1937, стр. 208). Недостаточно разработана автором и важная проблема отношения археологических эпох к ступеням дикости, в частности в его изложении остается недостаточно выясненным под этим углом зрения вопрос о месте, занимаемом верхним палеолитом. Вообще вопросы периодизации перво-
X ОТ РЕДАКЦИЩ битной истории в освещении автора, несомненно, требуют дальнейшего углубления и серьезной ьыверки со стороны других видов исторических источников. Автор не дал в своей книге развернутого изложения вопроса о палео- литическом искусстве в связи с мышлением первобытного человечества и не использовал при этом ценных выводов нового учения о языке ака- демика Н. Я. Марра . I? числу существенных недостатков книги должно быть отнесено то •обстоятельство, что автор, стремясь по-новому подойти к материалу, все же не преодолел в полной мере традиций буржуазной археологии. Это сказывается в распределении материала, в терминологии, принятой авто- ром, и в освещении ряда частных вопросов. В книге имеются и спорные положения, требующие дальнейшей про- верки и исследования. Обособленную позицию в советской науке автор занимает по вопросу о синантропе, относя его к сравнительно позднему времени (синхроничному со временем клэктона Западной Европы). Автор считает, что наличие огня, охоты на крупных животных и признаки каннибализма позволяют относить эти находки к начальной поре сред- ней ступени дикости. Большинство же советских археологов и антропо- логов полагает, что синантроп представляет переходную ступень между питекантропом и гейдельбергским человеком. Необходимо особо отметить некоторую дробность терминологии автора. Вряд ли уместно также частое употребление термина «орда» по отноше- нию к разным ступеням общественной организации первобытного обще- ства. Пользуясь термином «разделение труда», автор далеко недостаточно подчеркивает, что он имеет в виду естественное разделение труда в эпоху палеолита. Смешение наименований археологических периодов и исто- рических этапов (например, на стр. 194 ашёльское время названо исто- рическим этапом), допускаемое автором, — ошибочно и может привести читателя к неправильному выводу о том, что археологическая хроноло- гизация совпадает с исторической периодизацией развития общества. Указанные недостатки в известной мере обусловлены сложностью и малой разработанностью разрешаемых в книге проблем. Несмотря на указанные недочеты, книга П. П. Ефименко — важное и содержательное исследование, знакомящее широкие круги советских читателей с большим и интересным конкретным материалом по древнейшей истории СССР Книга, насыщенная огромным фактическим материалом, ставящая и часто успешно и оригинально разрешающая узловые вопросы истории первобытного общества, несомненно, будет служить основным пособием для всех интересующихся древнейшей историей и, в частности, историей нашей родины. Можно высказать уверенность, что дальнейшая работа по изучению первобытно-общинного строя будет поднята на еще большую высоту и еще больше приблизится к требованиям, предъявляемым партией, пра- -вительством и товарищем Сталиным к советской исторической науке.
Прежде чем обратиться к изложению вопросов древнейшей (палеоли- тической) истории общества, которым посвящена настоящая книга, нам представляется необходимым остановиться на характеристике основных задач советской науки о первобытности. Мы должны осветить те крае- угольные методологические положения, которыми руководился автор и вне которых немыслима научно построенная история первобытного общества. К настоящему времени наукой накоплен огромный фактический ма- териал по первобытной истооии. Ряд крупных прогрессивных ученых — не только корифеи науки Дарвин, Морган, но и такие выдающиеся ее деятели, как Буше де Перт, Лайелль, Мортилье и другие — своими иссле- дованиями проложили правильный путь в этой области знания, бывшей еще в первой половине XIX века скорее областью фантазии и домыслов, чем областью науки. Однако твердый методологический фундамент для научного понимания и разрешения коренных вопросов истории первобытного общества (вклю- чая сюда и ранние эпохи этой истории, — то, что мы называем палеоли- том) мы находим лишь в работах основоположников марксизма-лени- низма. Открытый и разработанный ими гениальный по своей глубине и научной плодотворности метод диалектического материализма есть единственный подлинно научный метод исследования, применение кото- рого в области первобытной истории мы имеем возможность видеть в трудах Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина. Маркс и Энгельс в течение всей своей жизни проявляли глубокий интерес к первобытной истории, придавая ей особенное значение как необходимому звену в последовательном, целостном диалектико-материа- листическом мировоззрении. В этом мировоззрении правильное осве- щение древнейших эпох человеческой истории играет чрезвычайно важную роль. Только так можно понять, например, ряд высказываний Энгельса. * 1 Равным образом и Маркс развитие науки о первобытности и интерес к ней связывал с пониманием исторического процесса в целом и перспективами социалистического движения. Когда в середине XIX века молодая наука о первобытном состоянии человечества шла от открытия к открытию, достигнув крупных успехов, когда она, в частности, пришла к пониманию первобытного общества 1 Архив Маркса и Энгельса, т. 1 (VI), 1933, стр. 251. 1 П. П. Ефименко. Первобытное общество — 1734
ВВЕДЕНИЕ как общества примитивно-коммунистического, — Маркс охарактеризовал эти успехи исторической науки как «вторую реакцию» против француз- ского рационализма XVIII века (первой реакцией он считал романтиче- ский интерес к средневековью). «Вторая же реакция, —и она соответ- ствует социалистическому направлению, хотя эти ученые и не подозревают своей связи с ним, — пишет Маркс, — заключается в том, чтобы загля- нуть за средневековье в первобытную эпоху каждого парода. И тут-то они, к своему изумлению, в самом древнем находят самое новое, вплоть до- уравнителей такого рода, которые привели бы в ужас самого Прудона». 1 Основоположники марксизма учитывали, какую ценность для социа- листического движения имеет материалистическое изучение первобыт- ности, вскрывающее исторические условия происхождения классов, частной собственности, государства, моногамной семьи, религии и других атрибутов классового общества, которые буржуазная наука ложно объя- вляет извечными и якобы коренящимися в природе общества, а потому не подлежащими изменению. Мы можем найти, поэтому, в произведениях Маркса и Энгельса ряд положений, непосредственно касающихся первобытной истории. Особо важное значение для понимания первобытных эпох имеют такие труды, как «Происхождение семьи», являющееся, по словам Ленина, одним из основных сочинений современного социализма, 2 как работа Энгельса о роли труда в процессе очеловечения обезьяны, как его статья о Марксе, как черновики писем Маркса к Злсулич и другие. В названных трудах и в высказываниях Маркса и Энгельса мы находим целостную научную концепцию истории первобытного общества, дающую ответ на все основные вопросы, связанные со становлением и развитием этого общества. Наиболее существенные моменты первобытной истории человечества Марксом и Энгельсом в сжатом виде были изложены уже в 40-х годах XIX в. в «Немецкой идеологии», 3 где они предвосхитили многие выводы современной науки. В дальнейшем от внимания Маркса и Энгельса не- ускользает ни одно сколько-нибудь крупное открытие в области перво- бытности. Прекрасным примером внимания основоположников марксизма к во- просам, связанным с первобытной историей, является оценка, данная Энгельсом 4 открытиям Буше де Перта (основателя археологии палео- лита) в ту эпоху, когда огромное большинство ученых специалистов относилось к этим открытиям не только с полным пренебрежением, но и с нескрываемой враждебностью. Нужно сказать, что и такие вопросы, как вопросы геологии, находки остатков ископаемого человека, дарвинов- ское учение и проблема антропогенеза всегда вызывали живейший инте- рес со стороны Маркса и Энгельса. Они неизменно отмечали каждое открытие, каждый успех передовой науки, осуждая рутину и раболепство перед устарелыми традициями, тормозящими успехи подлинного научного исследования. Так, 20 мая 1863 г. Энгельс писал Марксу: «С каким трудом прокладывают себе" до- рогу новые научные открытия даже в совершенно неполитических обла- стях, об этом лучше всего свидетельствует книга Ляйэлля «Antiquity of Man». Еще в 1834 г. Шмерлинг нашел в Люттихе ископаемый череп из 1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XXIV, стр. 34. 2 В. И. Ленин, Соч., т. XXIV, стр. 364. 3 К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. IV. * К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XXIII, стр. 149.
ВВЕДЕНИЕ Энгиса и показал его Ляйэллю; тогда же он написал и свою толстую книгу. И несмотря на это до настоящего времени ни один человек не счел достойным труда хотя бы серьезно исследовать это дело». 1 Маркс и Энгельс высоко оценили и известный труд Л. Моргана, вышедший в 1877 г. Они считали особенно важным данное Морганом материалистическое объяснение развития семейно-родовых отношений, нашедшее в его труде прочную фактическую основу. Известно, с каким вниманием отнесся Энгельс к открытию Л. Я. Штернбергом группового брака у гиляков. Таким образом, и в этой области научного исследования, как и во всех других, Маркс и Энгельс шли по тому пути, который Ф. Энгельсом определяется следующимобразом: «... во всех этих научных исследованиях, охватывающих такую обширную область и требующих массового мате- риала, какие-либо подлинные достижения возможны лишь в результате долголетней работы. Легче нащупать по отдельным вопросам новую и правильную точку зрения...; но охватить весь материал сразу и располо- жить его по-новому можно только после исчерпывающей его обработки — иначе такие книги, как «Капитал», появлялись бы гораздо чаще». 2 Созданная Марксом и Энгельсом диалектико-материалистическая концепция истории первобытного общества имеет руководящее значение для работы советских историков первобытности. Мы укажем здесь лишь некоторые ее положения применительно к наиболее ранним эпохам перво- бытного общества. Прежде всего сама проблема происхождения человека и человеческого общества с исчерпывающей ясностью и научной убедительностью была поставлена и разрешена основоположниками марксизма как один из величайших скачков в истории природы. Вместо хищнического присвое- ния даров природы, свойственного животным, стадо высших обезьян в начале четвертичного периода превращается в первобытное человеческое стадо, начинающее производить необходимые ему средства существования с помощью искусственных органов — орудий труда. И во всей последую- щей истории человечества труду принадлежит решающее значение. Поэтому средства труда, в широком смысле слова, могут являться показателем развития производительных сил человеческого общества на разных его исторических стадиях. Специфическую черту первобытного общества составляет то, что это общество характеризуется коллективностью производства и потребления. «...В более древних общинах, —писал Маркс, —производство ведется сообща и распределяются только продукты, — и добавляет, — этот перво- бытный тип коллективного или кооперативного производства был, разу- меется, результатом слабости отдельной личности, а не обобществления средств производства». 3 Очевидно, общность производства жизненных средств и общность их потребления были необходимым условием суще- ствования общества на начальных ступенях его исторического развития. Поэтому связанность отдельных индивидуумов в общественные коллек- тивы имеет место уже в самом начале человеческой истории, с момента зарождения человеческого общества. Рассматривая первобытное состояние общества с его коллективным производством, коллективной собственностью и коллективным распре- делением, как первую историческую, общественно-экономическую фор- 1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XXIII, стр. 149. 2 Архив Маркса и Энгельса, т. I (VI), 1933, стр. 236—237. 3 К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XXVII, стр. 681.
ВВЕДЕНИЕ мадию, Маркс и Энгельс указывают на огромную роль, которую играют на этой исторической ступени родственные, семейно-брачные отношения. «Согласно материалистическому пониманию, определяющим моментом в истории служит в конечном счете производство и воспроизводство непосредственной жизни. Но оно, в свою очередь, бывает двоякого рода. С одной стороны — производство средств существования, предметов питания, одежды, жилища и необходимых для этого орудий; с дру- гой — производство самого человека, продолжение рода... Чем меньше пока еще развит труд, чем более ограничено количество его продуктов..., тем сильнее проявляется доминирующее влияние на общественный строй уз родства». 1 Уже первобытное человеческое стадо, характеризующееся неупорядо- ченными половыми отношениями, так называемым промискуитетом, представляет собой первичное общественное образование. Здесь род- ственная связь, конечно, еще совершенно не осознанная, служила, тем не менее, естественной спайкой, «карнальной связью» отдельных инди- видов. К более высокой ступени развития первобытного общества относится постепенное ограничение полового общения и возникновение семьи, основанной на кровном родстве. В семье этого типа брачные группы оказы- ваются уже разделенными по поколениям. Историческое значение кровно- родственной семьи явствует из того факта, что все последующее развитие семьи предполагает существование этой исходной формы. Насколько позволяют судить об этом археологические источники, данной истори- ческой эпохе отвечает весь, или почти весь, длительный период среднего палеолита (ашёль-мустье). Известно, какое значение в развитии первобытного общества имел групповой брак. Групповой характер семейно-брачных отношений сохра- няется, как это устанавливает Энгельс, и на той ступени развития семьи, которая исторически связана с возникновением рода. Факты этнографи- ческого порядка, наблюдения над брачными отношениями австралийцев, полинезийцев и некоторых других народностей дают возможность вое-, произвести путь, по которому шло развитие группового брака. На определенном этапе общественного развития стремление к ограни- чению кровосмешения, проявляющееся без ясного осознания цели, при- водит к запрету полового общения между братьями и сестрами, а затем и между отдаленными родственниками с материнской стороны. Отсюда берет свое начало происхождение родовой организации, конституировав- шей точно очерченный круг родственников по женской линии, не могущих вступать в брачные отношения между собой. «Первобытное коммуни- стическое общее хозяйство (унаследованное от предшествовавшей сту- пени. — П. Е.), которое еще долго господствует на средней ступени варварства без всяких исключений, определяло максимальные размеры семейной группы, изменявшиеся в зависимости от условий, но для каждой данной местности более или менее определенные. Но как только возникло представление о непозволительности половых отношений между детьми одной матери, это должно было сказываться при дроблениях старых и при основании новых общин людей, живущих вместе и сообща ведущих свое хозяйство (Hausgemeinden) (эти общины не обязательно совпадали с семейной группой). Ряд сестер или несколько таких групп Ф. Энгельс, Происхождение семьи, 1937, стр. 8.
ВВЕДЕНИЕ сестер становились ядром одной общины, их родные братья — ядром другой». 1 Этот прогресс был бесконечно важнее первых брачных ограничений, свойственных кровнородственной семье, так как племена, у которых половые отношения между братьями и сестрами были воспрещены, должны были «развиваться быстрее и полнее», чем племена, сохранившие кровно- родственную семью. Последние же, в силу действия естественного отбора, были обречены на вымирание. Так возникает экзогамная организация, имевшая огромное прогрес- сивное значение в истории первобытного общества. Прекрасную иллюстра- цию к этому исключительно важному положению Энгельса дает быстрое исчезновение примитивного, так называемого неандертальского типа человека и смена его более совершенным «современным типом» человека на рубеже среднего и верхнего палеолита. Происхождение рода, составлявшего основу общественного устройства на протяжении последующей истории доклассового общества, непосред- ственно связано с изживанием практики брака внутри отдельных семей- ных общин. При всех формах групповой семьи остается неизвестным, кто является действительным отцом ребенка, но всегда известно, кто его мать. Отсюда очевидно, что при существовании группового брака про- исхождение устанавливалось лишь с материнской стороны, а потому признавалась лишь женская линия. Таким путем возникает порядок со счетом родства лишь по матери, исключением из родственной группы отцов, как принадлежащих к другому роду, запрещением брака внутри всего круга родственников с материнской стороны и т. д. — то-есть то, что характеризует материнский род. История возникновения материнского рода представляет для нас особенный интерес. Он, несомненно, зарождается очень рано — на это мы имеем прямые указания уже в верхнепалеолитическое время. Типич- ной исходной формой материнского рода, хотя и не единственной, как это думал Морган, Энгельс считает гавайскую семью пуналуа, при ко- торой группа (или несколько групп) сестер, состоящих в браке с группой мужчин, становится основным ядром одной общины, тогда как их едино- утробные братья—ядром другой. Другую, более примитивную форму груп- пового брака, которую также необходимо учитывать в вопросе о воз- никновении рода, представляет брачная система австралийцев, где она, в простейшем ее виде, состоит в делении племени на два брачных класса. Внутри последних половые отношения строго запрещены и, наоборот, эти отношения имеют полную свободу между мужчинами и женщинами, принадлежащими к разным брачным классам. Здесь не отдельные инди- видуумы, а целые большие группы людей — брачные классы — считаются находящимися в состоянии брака. Однако, из каких бы исходных форм семейно-брачной организации ни происходило в том или ином случае зарождение рода, и на этом историческом этапе продолжает действовать закон естественного отбора, все более ограничивающий круг родственников, находящихся в браке. В конечном счете, путем постепенного суживания этого круга, перво- начально охватывающего все племя, внутри которого господствует брачная общность, фактически становится невозможным существование всякого вида группового брака. Его сменяет в эпоху расцвета матриар- хального рода парная, легко расторжимая семья, отнюдь не разрушаю- 1 Там же, стр. 51.
ВВЕДЕНИЕ щая унаследованного от более ранних эпох коллективного домашнего хозяйства и не ослабляющая ни сплоченности членов рода, ни господ- ствующего положения женщины. Таким образом история первобытного общества представляет собой процесс развития общественной организации, основанной на естественных связях. Поэтому такое значение имеет для первобытной эпохи история семейно-брачных отношений. Интересующий нас древнейший период первобытной истории заканчивается, насколько об этом можно судить по археологическим данным, тогда, когда практика группового брака идет к своему отживанию и на смену ему приходит парная семья. Наряду с семейно-брачными отношениями показателем исторического движения первобытного человечества являются его успехи в производстве средств существования. Принимая схему Моргана, его разделение перво- бытного состояния по ступеням культуры, Энгельс указывает, что это деление отвечает известным нам фактам и может потребовать каких-либо исправлений лишь в результате накопления «значительного нового ма- териала». Рассматриваемое в настоящей книге палеолитическое время следует относить к эпохе дикости, характеризуемой Энгельсом как эпоха «преимущественно присвоения готовых продуктов природы».1 Таковы в кратких чертах основные положения, которые дают пред- ставление о взглядах Маркса и Энгельса на первобытное общество, в част- ности на интересующее нас наиболее раннее время первобытной истории. Мы не говорим уже о том огромном обилии фактов, мыслей и указаний, которые содержатся в трудах Маркса и Энгельса и без которых разреше- ние многих вопросов первобытной истории являлось бы для нас невоз- можным. Дальнейшее развитие марксизма после смерти Маркса и Энгельса стало делом Ленина, поднявшего его на еще бблыпую высоту в соответ- ствии с современной Ленину исторической действительностью. В трудах Ленинэ. поразительных по силе и глубине научной мысли, нашли свое место и проблемы первобытной истории. Так, в лекции «О государстве» 2 с исчерпывающей ясностью им охарак- теризована сущность первобытного коммунизма. В его письме к А. М. Горькому имеется место, весьма важное для понимания древнейших эта- пов первобытной истории: «...«зоологический индивидуализм», — писал Ленин, — обуздала не идея бога, обуздало его и первобытное стадо и первобытная коммуна». 3 В этих определениях, устанавливающих две основные эпохи в истории первобытного общества [эпоха становления — первобытное стадо, эпоха развитых первобытноколлективистических отношений — первобытная община], дается решение важнейшего во- проса, касающегося периодизации первобытной истории. Очевидно, что указанные определения, теснейшим образом связанные с периодизацией, принятой Марксом и Энгельсом, должны быть положены в основу нашего понимания первобытности. Под первобытным стадом (как исторической стадией) мы понимаем начальный период в истории первобытного обще- ства, отвечающий низшей ступени дикости. Вместе с более развитыми формами хозяйства на средней ступени дикости и сложением кровнород- ственной семьи возникает та общественная организация, которую мы называем первобытной коммуной. В работе «Что такое «друзья на- 1 Ф. Энгельс, Происхождение семьи, 1937, стр. 37. 2 В. И. Ленин, Соч., т. XXIV 1 В. И. Ленин, Соч., т. XVII. стр. 85.
ВВЕДЕНИЕ рода» и как они воюют против социал-демократов?», где Ленин излагает основные положения исторического материализма, дается глубокий анализ семейно-родовых отношений первобытного общества. 1 Было бы большой ошибкой ограничивать значение Ленина для интере- сующей нас области исторической науки только некоторыми его высказы- ваниями. Ценность для нас отдельных положений, которые мы находим у Ленина, вытекает из ленинской методологии в целом, из материалисти- ческой диалектики как мощного орудия научного анализа. Ленинская диалектика, учение Ленина о всестороннем и полном противоречий исто- рическом развитии является для нас единственно надежным орудием исследования. Вот почему глубокое изучение научного наследства Ле- нина, конкретного применения диалектики во всех его трудах вооружает каждого историка, какими бы эпохами он ни занимался, умением по- ленински подходить к фактам и их интерпретации. Непревзойденные образцы диалектики мы находим у великого Ста- лина — гениального продолжателя дела Маркса — Энгельса — Ленина, овладение трудами которого дает историкам первобытных эпох правиль- ное направление их работы и столь же необходимо как и овладение тру- дами Маркса, Энгельса и Ленина. В исторической действительности, осо- бенно в наше время, в условиях обостренной классовой борьбы, научное исследование, цели и методы научного познания имеют вполне опреде- ленное политическое содержание. В то время, как советская наука, являющаяся передовой, революционной наукой современности, ставит своей целью объективное познание истории человеческого общества, бур- жуазная наука оказывается бессильной разрешить эту задачу. В част- ности, в понимании первобытных эпох современная буржуазная^ н'аУка заметно отходит от материалистических позиций, завоеванных старым поколением буржуазных исследователей. Вопреки твердо установленному единству происхождения человечества, общности путей развития перво- бытного общества и тождеству основных исторических ступеней для всего человечества в целом, — современная буржуазная наука в лице многих ее представителей пытается отрицать эти факты, сводя содержание исто- рического процесса даже для начальных эпох первобытности к каким-то измышленным ею «культурам». Этим объясняется возможность широкой фальсификации научного знания, культивируемой реакционными кру- гами буржуазных ученых и в области первобытной истории. В ней осо- бенно сильно сказывается стремление доказать извечность неравенства отдельных групп человечества, дать «научное» обоснование классовой организации буржуазного общества и угнетения колониальных народно- стей. В наиболее обнаженном виде эти политические вожделения бур- жуазной реакции представлены в «трудах» фашистских этнографов и археологов. Разоблачение фашистских мракобесов и их человеконенавист- нических расовых теорий, очищение науки от подобных «теорий» имеет особенное значение для плодотворного роста научного знания. В своем докладе на XVII съезде партии товарищ Сталин разоблачил теорию «высших» и «низших» рас и показал, что расовая теория так же далека от науки, как небо от земля. Это прямое указание товарища Ста- лина должно быть твердо усвоено историками первобытного общества, так как борьба против расовой теории, которая в современной буржуаз- ной археологии и этнографии играет очень важную роль,'является одной из важнейших задач подлинной исторической науки. 1 В. И. Ленин, Сон., т. I, стр. 67, 69, 96 и др.
ВВЕДЕНИЕ В замечаниях на конспекты учебников истории товарищ Сталин вместе с товарищами Кировым и Ждановым указали советским историкам на необходимость строгой конкретности в исследованиях, на необходимость овладения всей полнотой фактов, на необходимость борьбы против анти- научного схематизма и псевдосоциологизма, которыми засоряли совет- скую науку подлые троцкистские, бухаринские и иные вредители. Товарищ Сталин неоднократно призывал советских ученых к борьбе против устарелых традиций, тормозящих развитие науки. В своей речи на приеме работников высшей школы в Кремле 17 мая 1938 г. он гово- рил о процветании науки, «...той науки, люди которой, понимая силу и значение установившихся в науке традиций и умело используя их в интересах науки, все же не хотят быть рабами этих традиций, которая имеет смелость, решимость ломать старые традиции, нормы, установки, когда они становятся устарелыми, когда они превращаются в тормоз для движения вперед, и которая умеет создавать новые традиции, новые нормы, новые установки». 1 Эти указания имеют ближайшее отношение к истории вообще, но также и к первобытной истории, в которой уста- релые, ложные традиции очень сильно тормозят развитие науки. Не говоря уже о фашистских фальсификаторах науки, обобщающие работы большинства буржуазных ученых, касающиеся первобытности, с кото- рыми приходится иметь дело советскому читателю, являются совершенно неприемлемыми по своим методологическим установкам: основными дви- жущими силами истории в них объявляются миграции племен и народов, заимствования и т.п. Благодаря Н. Я. Марру советской наукой в зна- чительной степени изжиты увлечения миграционизмом, теорией заимство- вания, индо-европеизмом в его специфической форме учения об особых путях исторического развития для населения Европы. Все же и в рабо- тах советских ученых, занимающихся первобытной историей, часто ска- зываются влияния устарелых традиций. Они достаточно еще чувствуются и в археологических работах в виде преклонения перед буржуазными авторитетами, в формальном, узко вещеведческом подходе к археологи- ческому материалу, увлечении_частностями в ущерб правильному исто- рическому освещению явлений и т. д. Перед советской наукой стоит за- дача преодоления этих тормозящих ее рост влияний. Советский ученый, овладевая марксистско-ленинской методологией, может и должен быть в подлинном смысле передовым ученым. Почетная задача разработки первобытной истории на основании тру- дов Маркса, Энгельса, Лёнина, Сталина — ответственна и сложна. Ее решение посильно лишь всему коллективу советских археологов, этно- графов, антропологов и языковедов. Автор не имел возможности исполь- зовать все виды источников по первобытной истории. В этом смысле название настоящей книги шире ее содержания. Она посвящена в основ- ном разработке одного вида источников — данных археологии, в част- ности археологии палеолита. Необходимость создания обобщающей работы по палеолиту диктуется уже тем обстоятельством, что старые переводные книги вроде Обермайера и Осворна ни в какой мере не могут удовлетворить советского читателя. Они могут служить лишь примером той путаницы во взглядах, той исто- рической бессодержательности, которая характеризует эту область зна- ния даже у ее крупных представителей в буржуазных странах. Весьма показательно, что в области палеолитических исследований, 1 «Правда» от 19 мая 1938 г.
ВВЕДЕНИЕ советская археология за короткое время успела добиться крупнейших успехов, являющихся ее посильным вкладом в великое дело социалисти- ческого строительства нашей родины. Западноевропейская же наука, не- смотря на огромное накопление новых материалов, явно идет назад. Иначе как регрессом науки, ее разложением нельзя назвать те антинауч- ные теории — теорию миграций, представление об извечности расовых и культурных типов (вроде «культуры ручного рубила» и «культуры пла- стинки») и иные откровения подобного же характера, которые пропове- дуются большинством буржуазных ученых. Сама методика раскопок па- леолитических стоянок на Западе такова, что ее нельзя назвать иначе, как совершенно ненаучной, кустарной методикой. Ведущиеся там рас- копки палеолитических памятников не ставят целью выяснение обста- новки древнего обитания; планы, чертежи и вообще точная документа- ция для них до сих пор совершенно не считаются необходимыми. Лишь этим можно объяснить, например, тот поразительный факт, что западноевропейская археология, располагающая огромным числом па- леолитических поселений, раскапывавшихся в течение почти ста лет со времен Шмерлинга, Лартэ, Дюпона, не сумела разглядеть на них остат- ков палеолитических жилищ. Факт существования уже в раннюю пору верхнего палеолита, прочных долговременного типа жилищ, установлен- ный советскими археологами, впервые раскрывает одну из очень важных сторон жизни первобытного человечества. Исследованные за последние годы на территории СССР такие первоклассные по своему значению па- мятники, как Костенки I, Гагарино, Афонтова гора, Мальта, Буреть, Тельманская стоянка, Елисеевичи, пещерные местонахождения Крыма, Кавказа, Средней Азии и т. д., относящиеся как к очень древним эпохам, так и к более поздней поре палеолита, вносят много нового, принци- пиально важного в освещение первобытности. Они значительно расши- ряют наши представления о хозяйственной жизни первобытной общины, дают возможность судить о приблизительной численности общественных групп, о значении женщины в эту эпоху, об идеологии возникающего материнского рода и т. д. Успехи советской археологии в этой области теснейшим образом свя- заны с ее ростом как марксистско-ленинской науки. Применение новой, разработанной советскими учеными методики раскопок и совершенно иное понимание задач научного исследования вещественных памятников, чем это свойственно буржуазной археологии, дает СССР уже теперь воз- можность занять ведущее положение в изучении палеолита. Претворение в конкретном исследовании всего богатства научного знания, содержа- щегося в трудах основоположников марксизма-ленинизма, обеспечивает советской археологии подлинно научную направленность. Результаты, достигнутые советской археологией в деле изучения палеолита в значи- тельной степени объясняются также планомерным, организованным ха- рактером раскопочных работ. Последние из года в год охватывают новые территории Союза. Следует сказать, что эти работы обычно осуще- ствляются в настоящее время в СССР по принципу комплексных исследо- ваний — с привлечением геологов, палеозоологов и палеоботаников, что дает вполне осязательные положительные результаты. Первое издание настоящей книги (вышедшее в 1934 г. под названием «Дородовое общество») содержало ряд ошибочных положений, в част- ности, например, по такому важному вопросу, как вопрос о времени появления рода. Собрав целый ряд фактов, свидетельствующих о суще- ствовании в верхнем палеолите достаточно развитого коллективного до-
10 ВВЕДЕНИЕ машнего хозяйства, отметив наличие для этой эпохи признаков, харак- теризующих матриархальный семейно-общественный строй, автор, как показала критика, не довел свой анализ до конца, не сделав из этого единственно возможный вывод — о возникновении рода уже в ориньяко- солютрейское время. Неверно, в противоречии с Энгельсом, в первом издании был освещен вопрос о возникновении экзогамии. Явно непра- вильно мадленская эпоха противопоставлялась ориньяко-солютрейскому времени как особая стадия, характеризующаяся признаками распада матриархальной организации. Весьма недостаточным был, да в значи- тельной степени и остается, анализ эпипалеолита как определенного отрезка первобытной истории. Правда, эта проблема является одной из труднейших в истории палеолитического общества. Здесь указано лишь наиболее существенное из того, что требовало исправления в первом изда- нии. Подготовляя настоящее издание, автор стремился исправить допу- щенные им ранее ошибки и дополнить книгу новыми данными. Товарищеская критика коллектива Института, в котором работает автор, помогла ему внести существенные исправления в первое издание; она же помогла ему во многом в ходе подготовки настоящего издания. Автор ясно видит необходимость дальнейшей работы по улучшению каче- ства книги. Только на этом пути достижима конечная цель, поставлен- ная партией и товарищем Сталиным и для археологии — создание полно- ценного обобщающего труда, удовлетворяющего высоким требованиям советской науки. Автор
ЧАСТЬ 1 ДОРОДОВАЯ СТАДИЯ
ГЛАВА ПЕРВАЯ Ф. ЭНГЕЛЬС ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД «Мы знаем только одну единственную науку, науку истории. Рассматривая историю с двух сторон, ее можно разделить на историю природы и историю людей. Однако обе эти стороны не- разрывно связаны; поскольку существуют люди, история природы и история людей взаимно обусловливают друг друга». (К. Маркс и Ф. Энгельс, Немецкая идеология, Соч., т. 1 V, стр. 8J СОВРЕМЕННАЯ ЭПОХА В ГЕОЛОГИЧЕСКОМ ПРЕДСТАВЛЕНИИ Человек не в одно время и не на одном уровне развития занял все обитаемое им в настоящее время пространство, то, что можно назвать, пользуясь терминологией естественных наук, его ойкуменой. Процесс заселения континентов Европы, Азии, Африки и Северной и Южной Америки, наконец Австралии, то-есть тех огромных пространств суши, где человечество успело распространиться и закрепиться в очень ран- ние эпохи своей истории, длился, несомненно, чрезвычайно долго, в течение сотен тысячелетий и даже в настоящее время, при современном состоянии культуры и техники, еще далеко не может считаться законченным. Овладение земной поверхностью должно было иметь исключительно большое значение в истории человеческого общества. Воздействуя на при- роду, человек еще в большей степени сам испытывал, как мы увидим ниже, непосредственное влияние природного окружения и на свою физиче- скую организацию, и на характер и направление своего хозяйственного и культурного развития. Разнообразие условий природной среды не могло не найти своего отражения в многообразии хозяйственного и бытового облика перво- бытных общественных групп, поскольку оно способствовало сложению тех или других конкретных исторических вариантов единого и всеобщего исторического развития человечества, развертывавшегося на основе своих внутренних закономерностей в процессе своего самодвижения. Приходится, конечно, учитывать, и это очень существенно для пра- вильного понимания истории человеческого общества, что природа ока- Природв среде
14 Ге! АВ А ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД зывает влияние на человеческое общество в условиях непрерывного изме- нения этого последнего. Это влияние могло осуществляться, лишь преломляясь в создававшейся общественной среде, тем самым далеко не одинаково на разных этапах общественно-хозяйственного развития: «... лишь только прекращается первое животное состояние, — писал Маркс, — собственность [человека] над природой всегда уже опосредована его существованием как члена общины, семьи, рода и т. д., его отношением к другим людям, которое обу- словливает его отношение к природе». 1 Естественно поэтому, что чем далее мы уходим назад вглубь истории человеческого общества, тем могущественнее сказывалось влияние при- роды на людей. Если в наше время строительство коммунизма осу- ществляется в условиях возрастающего в своей действенности господ- ства человека над природой, господства, нивеллирующего роль в социаль- ной жизни различия физико-географической среды, то для первобытного общества было, наоборот, характерно, по словам Энгельса, полное подчи- нение человека окружающей его, но чуждой ему, неразумной внешней природе. Таким образом очевидно, что без ясного представления об усло- виях природной среды, в которой приходилось жить и действовать перво- бытному человеку, было бы невозможно понять и древнейшие эпохи чело- веческой истории. Геологиче- Рассмотрение условий природного окружения, в которых протекало скаясовре- существование первобытных обществ, населявших некогда Европу и ценность северную Азию, будет целесообразнее начать с выяснения вопроса, что представляет собой с этой точки зрения современная нам эпоха. Сопоставляя эти условия в настоящее время и в отдаленные периоды ранней истории человеческого рода, мы полнее и ярче поймем, что пред- ставляла природная среда, когда складывались первые общественные образования людей с их своеобразным социально-хозяйственным строем. Время, охватывающее несколько последних тысячелетий, в геологии носит название позднечетвертичной, а также современ- ной эпохи, или голоцена. Некоторые, преимущественно немецкие, геологи со времен Букланда (1823) определяют ее как аллювиальную эпоху (аллювиум — намыв, отсюда аллювиальная эпоха — это время господства намывных отложений, оставленных реками и озерами), противопоставляя ей дилювиум (от ди- лювиум — потоп), то-есть время образования валунных наносов, так как, по первоначальным представлениям геологов, валунные отложения сред- ней и северной Европы были оставлены наступанием моря, имевшим характер потопа. Вместе с временем, предшествующим современной эпохе, древ- нечетвертичным, или плейстоценом (Лайелль, 1839), обе эти фазы составляют последний большой отдел геологического прошлого земли, который выделяется геологией под общим именем чет в-е р- тпчного периода.2 1 К. Маркс, Теории прибавочной стоимости, т. III, 1936, Стр. 285. 2 Термин «четвертичный» (Qualernaire) введен в науку 11. Денуайе (1829). В современном смысле его употребляет Могло, предложивший для него название (juarlaire, которым пользуются, главным образом, в Германии. Название «ледни- ковый период», предложенное Шимпером (1837), мало употребительно в геологии. Термин «голоцен» дан современным французским геологом Огом для обозначения послеледникового времени, отвечающего в истории человечества неолиту и после- дующим историческим ступеням общественного развития.
СОВРЕМЕННАЯ ЭПОХА В ГЕОЛОГИЧЕСКОМ ПРЕДСТАВЛЕНИИ 15 Обращаясь к тому, что представляет собой геологическая современ- Продоли.и- иость, мы, естественно, должны отвлечься от привычных для нас взглядов, тельпоеть ее которые связывают современную эпоху с гигантским ростом техники, с до- стижениями человечества в области культурных приобретений и пере- живаемыми современным обществом громадными социальными сдвигами. Пригодные для нашей цели критерии приходится искать в области самой природы, в тех ее проявлениях и силах, которые действовали на земле задолго до появления человеческих обществ. Прежде всего следует отметить продолжительность во времени окру- жающих нас условий природы: наблюдения, охватывающие многие сто- летия, дают достаточно свидетельств в пользу того, что эти условия на- ходятся в состоянии относительно устойчивого равновесия. Во всяком случае, на протяжении целого ряда человеческих поколений в них не удается заметить существенных изменений. Конечно, известные изменения имеют место постоянно и происходят на наших глазах. Необходимо иметь в виду сильное и многообразное воз- действие, которое оказывает современное человеческое общество во все- оружии его техники на природную среду. Особенно разительным в этом смысле является изменение ландшафта в результате внедрения земле- дельческой культуры. Очевидно, этим приходится объяснять такие факты, как вымирание или переселение многих животных, в более ран- ние эпохи находивших в Европе благоприятные условия для своего размножения. Мы знаем, что всего на протяжении немногих столетий в восточной Европе исчезли, например, дикая степная лошадь, тарпан, описанная академиком Гмелиным в XVIII веке, затем дикий бык, тур, близкий родственник, если не предок, домашнего рогатого скота, который, по исто- рическим данным, должен был водиться в южной России еще в XVI веке, а несколько раньше, в XII веке, был известен в лесах Германии. Равным образом, почти вымер другой представитель крупных травоядных — евро- пейский бизон, зубр, который играл очень большую роль в жизни перво- бытного населения Европы. То же самое можно было бы указать в отно- шении некоторых растений, например, связанных с девственными степями. Совершенно ясно, что мы здесь имеем дело с результатом воздействия, общественного человека на природу. Однако, если брать природную среду в ее облике, не измененном вмешательством человека, то ее условия сохраняются, например, в той же Европе, насколько мы знаем, в течение очень долгого времени. Значительный интерес представляет с этой точки зрения изучение свайных поселений эпохи неолита 1 в Швейцарии, где в прибрежном иле вместе с остатками древней жизни сохранились в очень хорошем состоянии различные остатки растений — плодов и т. п. Последние по- казывают, что за несколько тысячелетий до нашей эры берега Невша- 1 Нельзя не указать на условность и малую содержательность таких терминов, принятых в археологии, как палеолит, неолит, каменный век и т. п., в их примене- нии в качестве исторических категорий. Их возникновение связано с младенческим состоянием науки о первобытном обществе. Однако ими приходится пока пользо- ваться ва неимением более подходящих понятий для обозначения определенных хро- нологических отрезков ранней истории человеческих обществ. Вообще, вопросы тер- минологии для истории первобытного, дородового и родового общества, в ее конкрет- ных местных формах и этапах, приобретают в настоящее время несомненную актуаль- ность. Нельзя забывать, что мы здесь имеем один из наиболее отсталых участков исторического знания, невероятно засоренный в буржуазной науке всякого рода псевдо-научными построениями.
ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД тельского и других озер Швейцарии были покрыты более или менее той же растительностью, что и в настоящее время; там росли те же породы деревьев и кустарников, которые и до настоящего времени свойственны этой области Европы. 1 Доказательства обратного порядка, которые иногда приводят в защиту изменения природных условий Европы в течение исторического времени, вряд ли можно считать особенно убедительными. Если, например, неко- торые древние писатели — Цезарь, Плиний, Тацит 2 и др. — рисуют среднюю Европу около начала нашей эры как страну с исключительно су- ровым климатом, занятую непроходимыми лесами и болотами и населен- ную необычайными животными, то многое в этом изображении, есте- ственно, относится за счет своеобразного восприятия указанными авторами того контраста, который существовал в эту эпоху между мягким кли- матом и давно культивируемой природой Италии и относительной суро- востью диких лесных пространств Европы, еще слабо затронутых земле- дельческим хозяйством. Видимо, прав Г. Сараув, когда он сомневается в возможности относить к средней Европе известие о северном олене, обитавшем, по сведениям, передаваемым Цезарем, в это время где-то на восточных окраинах Гер- цинского леса.3 В отношении восточной Европы Геродот за пять веков до нашей эры рисует приблизительно те же условия климата и смену ландшафтов, которые наблюдаются и сейчас на нашем юге. 4 Только на севере Европы, в области Балтики и прилегающей терри- тории, уже в современную эпоху отчетливо выступает картина довольно значительных изменений физико-географических условий, которые испы- тала эта часть материка, — возможно, в связи с отмеченными здесь боль- шими поднятиями суши и перемещением береговой линии бассейна Бал- тийского моря и связанной с ним системы больших озер. ЛАНДШАФТНЫЕ ПОЯСА ИЛИ ЗОНЫ Говоря о состоянии устойчивости, характерном для современной гео- логической эпохи, мы должны, естественно, понимать его как явление отно- сительного порядка, так как здесь несомненно имели все же место извест- ные перемещения границ степи и леса, лиственных и хвойных лесных мас- сивов и т. д., а следовательно, и некоторые перемены в мире животных. Однако общий режим климата Европы за это время не подвергался суще- ственным изменениям. Его характеризует широкое распространение не только в восточной, но и в средней и западной Европе лесных пространств с их типичным животным населением — благородным оленем, кабаном, 1 Более или менее полный список растительных остатков эпохи свайных построек приводится в старом труде Рютимейера (L. Riltimeyer, Die Fauna der Pfahlbauten der Schweiz, Basel, 1861). Ср. также Keuweiler, Die prahistorische Pflanzenreste Mittel- europas mil bes. Beriicksichtigung der schweizer. Funde, 1906. 2 Ср., например, выражения Тацита: «Да и кто, не говоря об опасности страш- ного и незнакомого моря, оставив Азию, Африку или Италию, станет стремиться в Германию, невзрачную страну С суровым климатом, неприятную для обитания и на вид, если только она ему не родина?». «Она наводит страх своими лесами или оттал- кивает болотами» {Тацит, Германия, русак, пер. Модестова, 1886, см. гл. II, V, стр. 41, 43). 3 Georg Sarauw, Das Rentier in Europa zu den Zeiten Alexanders und Caesars, Ko- henham, 1913, стр. 30 и др. 1 Ср. В. В. Докучаев, Наши степи прежде и теперь, Спб., 1892, стр. 99.
ЛАНДШАФТНЫЕ ПОЯСА ИЛИ ЗОНЫ 17 бобром, лесным европейским бизоном-зубром и пр. Даже остатки такого типичного обитателя тайги, как лось, известны в швейцарских свайных поселениях (Рютимейер), причем он водился и южнее — в северной Италии (Ломбардии). 1 Особенности истории первобытного человеческого общества в его конкретных типах на территории Европы и Азии не могут быть поняты, однако, без учета другого важного момента в природных условиях совре- менной эпохи — разнообразия физико-географического режима, нахо- дящегося в прямой зависимости от распределения солнечного тепла и осадков. С этой точки зрения современная эпоха представляет собой ко- нечный этап той стадии в истории земли, когда, с постепенным убыванием внутренней теплоты земного шара, солнечная энергия становится основ- ным регулятором климата нашей планеты. Различие температурных и, следовательно, климатических условий, создавшееся вследствие этого процесса для северных окраин материков нашего полушария и для южных областей, находит наиболее яркое выра- жение в так называемых ландшафтных поясах, или зонах, сменяющихся в определенной последовательности в меридиональном направлении. Передвигаясь с юга на север на территории СССР, можно наблюдать эту смену поясов с характерной растительностью, почвами, с особым животным миром. 2 В южном Крыму и Закавказье, то есть на крайнем юге Союза, в пре- делы последнего заходит субтропическая средиземноморская зона с высо- кими средними годовыми температурами в 12°—16° Ц. Однако в тех же приблизительно широтах к востоку, в азиатской части Союза, климат отличается сравнительно большей континентальностью, так как здесь осадков бывает мало и жаркое лето сменяется довольно холодной зимой. Этот пояс засушливых полупустынных пространств средней Азии пред- ставляет преимущественно полынную или типчаковую степь с бедной гумусом сероземной почвой, чередующуюся с песчаной или каменистой пустыней. В отношении ландшафта — это область распространения осо- бого мира растений и животных, хорошо приспособившихся к условиям существования среди сухих равнин. Из животного населения, до сих пор сохранившегося в более глухих местностях центральной Азии, можно назвать такие типичные формы, как антилопу-сайгу, дикого осла, дикую степную лошадь и ряд мелких животных, главным образом из отряда грызунов — тушканчика, суслика, степного хомяка и др. Этот мир животных в сравнительно очень недавнее время пользовался широким распространением и в более северной черно- земной полосе степей Западной Сибири и Украины, а еще раньше, в усло- виях, предшествовавших современной эпохе, встречался на всем про- странстве Европы, куда проникали холодные степи ледниковой эпохи. Если, как мы увидим ниже, степи и открытые пустынные равнины с их обитателями могут быть рассматриваемы, по крайней мере для Европы и северной Азии, как угасающий пережиток предшествующего геологи- ческого времени, то сменяющие их в средней полосе Союза лиственные, а затем хвойные леса с их миром животных представляют ландшафт 1 Находки костей лося, тура, дикого кабана, благородного оленя и других типично лисных животных составляют обычное явление в торфяниках Украины. Та же типичная лесная фауна входит в состав отбросов жилья в эпоху так назы- ваемых трипольских поселений Украины. 2 По В. П. Семеиову-Тян-Шанскому, Типы местностей Европейской России и Кавказа, «Записки Р. Г О.», т. LI, 1915. 2 П. П. Ефименко. Первобытное общество — 1734 Европа и Азия
!8 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД более характерный для соответствующих шпрот Евразии в современную эпоху. Хвойные леса типа сибирской тайги занимают огромную территорию на всем пространстве севера Европы и Сибири. Они отвечают климатиче- скому поясу, где умеренное, достаточно дождливое лето сочетается с очень холодной зимой. Севернее, где средние годовые температуры падают ниже 0°, на смену лесу, который не выдерживает суровости климата полярных окраин Евразии, приходят бесплодные заболоченные пространства — тундры с низ- корослой ивой, карликовой березой, лишайниками и мхами, почти без- жизненные зимой в течение долгой полярной ночи и оживающие летом, когда сюда приходят стада северных оленей, появляются из нор поляр- ные грызуны и к немногим зимующим птицам (сова, полярная куропатка) присоединяется масса перелетных птиц, прилетающих сюда на гнездовья из южных стран. На Новой Земле или Шпицбергене, при средней годовой температуре до — 10° и ниже, ландшафт имеет еще более суровый характер. Возвы- шенны? части суши бывают покрыты вечными льдами, спускающимися к морю; только кое-где среди обломков скал пробивается скудная расти- тельность, дающая возможность существовать и здесь наиболее нетребо- вательным представителям полярной фауны. Если к перечисленным поясам прибавить область тропиков с ее роскош- ной растительностью и исключительно богатым и разнообразным миром жи- вотных, мы получим те главные зоны, которые охватывают весь земной шар. '«верная Интересно, что условия, подобные Европе и Азии, наблюдаются в Америка в QeBepHOft Америке, где за поясом тундр, занимающих обширные про- странства на севере этого материка, к югу следует массив хвойных лесов из сосны, ели, лиственницы, пихты, за которыми идут лиственные леса из дуба, клена, орешника, бука, тополя, ясеня и т. д., представленные породами, очень близкими европейским. Южнее они окаймлены степями, главным образом злаковыми, сходными с черноземной степью так назы- ваемого Старого Света. Мир животных, заселяющих леса и пастбища Северной Америки, имеет в своем составе таких животных, как северный олень — карибу, канадский олень — вапити, близкий благородному оленю Европы и сибирскому маралу, лось, бизон, песец, медведь, волк и т. п., то есть формы, частью совершенно сходные, частью родственные европейско- азиатским. Причивы Первопричину сходства этих черт, общих для всего северного полу- жвльиоети шария, приходится видеть в одинаковых условиях, которые сложились в результате охлаждения полярной области, ставшей тем центром, около которого должны были расположиться в виде концентрических кругов ландшафтные зоны холодных и умеренных широт. Для нас особенный интерес имеет то обстоятельство, что если взять природные условия, как они развертываются от полярных областей к югу, — мы их перечислили выше, — в этих сменяющихся комплексах растительного ландшафта и животного мира можно видеть черты гораздо более древних ландшафтов, выработавшихся в иные геологические периоды. Можно сказать даже, что чем дальше находится данный пояс от полярной области — центра охлаждения материков северного полушария, — тем более древний характер он сохраняет. Действительно, европейское Средиземноморье и отвечающие ему ши- роты Азии и Северной Америки имеют в составе своей фауны и флоры такого рода особенности, которые позволяют их выводить по крайней мере
КОЛЕБАНИЯ КЛИМАТА В СОВРЕМЕННУЮ ЭПОХУ 19 из позднетретичного времени. Леса из смоковниц, лавров, платанов, магно- лий, вечно зеленых дубов, поросшие виноградной лозой, которые сейчас можно найти только в субтропической области Евразии, являлись обычным типом лесов средней Европы в эпоху плиоцена. Картины еще более от- даленных геологических периодов, как известно, воспроизводит тро- пический мир южной Азии, с\фрики, центральной и южной Америки. Наоборот, значительная часть животного населения холодных про- странств северного полушария впервые появляется здесь, насколько мы знаем, не раньше начала ледникового времени. Из сказанного мы можем заключить, что природные условия современ- ной эпохи представляют собой достаточно сложную картину, ключ к кото- рой приходится искать в прошлом земли. Ознакомившись с распределением географических ландшафтов на земной поверхности в настоящее время, вернемся к весьма важному для вас вопросу о продолжительности современной геологической эпохи. КОЛЕБАНИЯ КЛИМАТА В СОВРЕМЕННУЮ ЭПОХУ Известная устойчивость во времени климатических условий, характер- ных для современной геологической эпохи, не означает, конечно, неиз- менности этих условий. Ранее намеченные нами ландшафтные зоны не оставались постоянными, заключенными в определенных границах. На- оборот, в более или менее отдаленном прошлом они испытывали, судя по имеющимся данным, значительные перемещения. Об этом говорят, например, такие факты, как отдельные островки степи, разбросанные в настоящее время на севере среди бесконечной сибирской тайги (Якутия). На восточноевропейской равнине степи также имелп, как это показал еще Докучаев, гораздо более широкое распространение к северу. В это, пока еще точнее не определенное, но, несомненно, раннее время голоцена степные растения‘проникли в современную лесную зону, в Кировскую область и на север Тульского и Рязанского краев, где сохранились, например, на песчаных холмах среди поймы Оки. 1 Это должно было происходить в относительно более засушливый период, когда ландшафт, связанный с степной растительностью, занимал значи- тельные пространства средней полосы европейской территории СССР. По некоторым данным отдельные участки степи встречались тогда, видимо, почти до широты озерной области. Указанное явление уже давно обратило внимание почвоведов, устано- вивших, что лесные почвы в области, расположенной к югу от Оки, обра- зовались за счет более древних черноземов, которые находятся в состоя- нии деградации. Таким образом, лес в современную эпоху обнаруживает движение на юг, распространяясь за счет степных пространств. К какому времени голоцена должен быть отнесен этот засушливый и более теплый ^степной», или, как его называют, ксеротермический, период, оставивший многочисленные следы на восточноевропейской равнине, — об этом можно говорить сейчас лишь более или менее предположительно. По господствующим представлениям, он должен был иметь место в отно- сительно не слишком отдаленное время — суббореальную стадию в исто- 1 В качестве примера можно указать участок Оки под Серпуховом, где со свое- образным дюнным ландшафтом связана реликтовая степная растительность (как ковыль и другие виды). Ср. Почвенный покров, в Сб. «Московский край», М., 1926, стр. 88. То же можно сказать в отношении животного населения лесной полосы, где степные реликты составляют обычное явление. Л. Серебровский, История жи- вотного мира СССР, 1935, стр. 107. Распростра- нив ие степи ва север Вопрос о времени засушливого периода
20 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД Причины колебаний климата рии северо-западной Европы — не более трех тысяч лет назад (бронзовый век западной Балтики). Такое предположение основано на факте нахо- ждения в торфяниках средней и северной Европы, как и на территории восточноевропейской равнины, так называемого пограничного горизонта, отвечающего времени высыхания торфяных болот, когда последние оде- вались кустарниками и лесом. Однако это явление — образование слоя древесных остатков в торфя- никах — происходило не только в указанную эпоху, но и раньше, в бо- реальный период, также, как полагают, отличавшийся cVxiim и теплым климатом, более теплым, чем в настоящее время. Таким образом, уже в бореальный период, отвечающий Анцпловому озеру в истории Балтий- ского бассейна (следовавшему за холодным Иольдиевым морем), степные растения начали свое продвижение на север вслед за отступающей тундрой. С другой стороны, вряд л и можно относить к поздней поре современной эпохи другое характерное явление, связанное с условиями засушливого климатического режима, — образование цепей дюи на песчаных простран- ствах по берегам рек средней и восточной Европы. 1 Сопровождаясь во многих местах по Оке, Сожу, Десне, Неману, Донцу остатками тарде- нуазских поселений, эти дюны сформировались в гораздо более раннее время голоцена, по крайней мере в эпоху Иольдиева моря, более десяти тысяч лет назад (до начала образования чернозема в степной зоне). 2 Нижеследующая таблица (табл. I) может дать представление о масштабах времени,с которыми приходится иметь дело в отношении современной эпохи. В основу ее положена хронология позднеледникового и послеледникового времени, разработанная Де-Геером. Из этой таблицы нетрудно видеть также, насколько ошибочным является мнение о якобы одновременности так называемой стадии маглемозе и азильской эпохи,— предположение, исходя из которого многие западноевропейские исследователи сводят верхнепалеолитическую историю человечества к заключительному периоду последнего оледенения. В помещенной на стр. 22 хронологической схеме (табл. II) Обермайер исходит из таких именно взглядов. Большой интерес представляет вопрос о причинах колебаний климати- ческих условий в Европе в послеледниковую эпоху — смены холодного кон- тинентального климата более теплым, то засушливым, то влажным, то снова умеренным, как в настоящее время. Может быть, прав П. И. Броунов, видевший в этих изменениях климатического режима следствие переме- щений основного регулятора типов погоды — зонального барического рельефа, происходивших в результате то некоторого ускорения, то за- медления во вращении земли. 3 1 Исключение составляют береговые дюны, вроде Сестрорецких, возникшие в сра- внительно позднее время, по выходе прибрежной полосы из-под уровня моря. 2 В согласии с крупными западноевропейскими исследователями к тому же заключению о раннем возрасте материковых дюи средней и восточной Европы приходит и К. К. Марков (Древние материковые дюны Европы, «Природа», Л? 9, 1928, стр. 798), относящий их к эпохе до распространения лесной раститель- ности, т. е. к позднеледниковому или началу послеледникового времени (18—8 ты- сяч лет назад). То же утверждают и польские авторы в отношении дюн надпой- менных террас Польши, датируемых стоянками свидерского типа. Несомненно все же, что образование дюн в областях, не занятых ледником, в отдельных случаях для той же восточной Европы относится к гораздо более раннему времени. Ср. Б. Ф. Зе- мляков, О древних материковых дюнах Казанского и Ветлужско-волжского лево- бережья, «Труды Комиссии по изуч. четверт. периода», IV, 1935, стр. 287 3 П. И. Броунов, О происхождении ледниковых эпох на земле, «Природа», А? 7—12, 1924, стр. 50. Ото объяснение он считает возможным применить и к плейстоценовым оледенениям.
ТАБЛИЦА I 1 да Датирующие явления в истории ландшафта восточной Европы Археологические памятники Восточной Европы Западной Балтики и Новое время Железный век ti- ll е Развитие дюн в северной полосе Поздний неолит с гре- бенчатой керамикой Ранний неолит с гре- бенчатой керамикой Стоянки с макролити- ческим инвентарем Стоянки тарденуаз- ского типа Дюнные стоянки свидерского тппа Рогалик Журавка Кирилловская стоян- ка, верхний гор. Боршево II, верхний гор. Бронзовый век Позднейший каменный век Поздний каменный век Стадия кьёккен- мёхдингов Развитие дюн в северной полосе Начало образования чернозема Начало отложения аллювия пойм Образование дюн на пер- вой надлуговой террасе в средней и южной по- лосе Исчезновение северного оленя на Украине Отложение лёсса (позд- нейшего) на надлуговой террасе 2-го уровня Исчезновение мамонта и сибирского носорога Стадия маглемозе (Исчезновение се- верного оленя в южной Балтике) Стадия лингби (тарденуазское н позднейшее азп.тьское время) Аренебургскан стадия (позднее ази.ть- екое время) Раннее азильское время Образование надлмовых террас 2-го уровня в бас- сейне Днепра Гонцы, Кирилловская стоянка, нижний гор., Боршево II, нижний и средний г-ты Мадленское время (СОСТАВЛЕНА АВТОРОМ)
От настоящего времени ДО 500 л- ло н. Балтийское । море j Л/уа 1 1 1 прокладным п влажный i ВРЕМЯ БУКА Увеличение сосны 1 И ЕЛИ и березы 1 Развитие торфяников 1 Возникновение островов в дельте Невы 500 3000 .1. до н. 3000 33oi д. до н. X Древне- Балтийское море Ытпеа Ледники (горные) северной Сканди- навии в их совре- менных границах СУББОРЕАЛЬНЫЙ теплый и сухой вУ западной БалтикТ Сметанные ду- о осШаднин Одл гике. ВРЕМЯ БУКА бовые леса Высыхание торфяников (образование верхнего пограничного горизонта с пнями сосны и березы) Максимум ладожской трансгрессии — обра- зование Невы (1800 л. до н. э.' Литориновое море АТЛАНТИЧЕСКИЙ теплый и влажный ВРЕМЯ ДУБОВЫХ ЛЕСОВ Распространение вла- голюбивой растительно- сти (плющ, тисс и др.) Развитие торфяников В долине Невы — залив до р. Тосны 5300 1 7300 л. ДО И. а. Анцпловое море (опреснение) Послеледниковое затухание оледенения БОРЕАЛЬНЫЙ теплый и сухой Сосна и оереза Проникновение южной степной расти- тельности на север (ковыль и др.) Высыхание торфяников (нижний ярус пней). Начало образования торфяников. Поднятие суши. Р. Тосяа течет до Крон штадта 7500 1 7900 л. до я. а. Иольдиевое море Средне-шведская остановка СУБАРКТИЧЕСКИЙ холодный .ЛЕСОСТЕПЬ ВРЕМЯ БЕРЕЗЫ П СОСНЫ Обилие озер Граница оледенения Вся Приневская впадина затоплена морем идет по сальпауселькс 7900 1 11500 л. до н. э. 11500 1 13000 л. до н. Ледниковый пресноводный бассейн (Фенносканднйская конечная морена) Готская стадия (отступания) Южно-шведская остановка Датская стадия (отступания) АРКТИЧЕСКИЙ Смягчение климата в средней и южной Европе АРКТИЧЕСКАЯ ФЛОРА (Dryas octopetala) в южной Балтине и окрестностях Ленинграда и Вологды, южнее — субарктические степи, березовые и сосновые леса. Балтийско-Беломорский пояс конечных морен Продвижение леса на север Около 20000 л. ДО н. э. Балтийская остановка Ширина безлесной зоны в период отступания ледника в северной Гер- мании 300 — 400 к.и (по Веберу) внутренняя гряда главного пояса конечных морен Предположи- тельно 25000-30000 л. до н. о. Впадина Бал- тийского моря занята льдами Вюрмское оледенение (максимум) Моховая тундра в юж- Леса северного ной Германии (Шуссен- типа в пред- рид) горьях Крыма Внешняя гряда главного пояса конечных морен ХРОНОЛО1 ИЯ ПОЗДНЕГО ЛЕДНИКОВОГО И ПОСЛЕЛЕДНИКОВОГО ВРЕМЕНИ
ТАБЛИЦА I ( да Датирующие явления в истории ландшафта восточной Европы Археологические памятники Восточной Европы Западной Балтики и Новое время • Железный век Развитие дюн в северной полосе Поздний неолит с гре- бенчатой керамикой Ранний неолит с гре- Бронзовый век Позднейший каменный век бенчатой керамикой Поздний каменный век j Стоянки с микролити- ческим инвентарем Стадия кьёккен- мёддпнгов н- Развитие дюн в северной полосе Стоянки тарденуаз- ского типа Стадия маглемозе а Начало образования чернозема (Исчезновение се- верного оленя в южной Балтике) е Начало отложения аллювия пойм Образование дюн на пер- вой надлуговой террасе, в средней и южной по- лосе Исчезновение северного оленя на Украине Дюнные стоянки свидерского типа Стадия лингби (тарденуазекое и позднейшее азпльекое время) Рогалик Журавка Ареисбургекап стадии (позднее ази.ть- екое время) Отложение лёсса (позд- нейшего) на падлуговой террасе 2-го уровня Исчезновение мамонта и сибирского носорога Кирилловская стоян- ка, верхний гор. Боршево II, верхний гор. Раннее азпльекое время Образование налоговых террас 2-го уровня в бас- сейне Днепра Гонцы, Кирилловская стоянка, нижний гор., Боршево II, нижний и средний г-ты Мйдленское время (СОСТАВЛЕНА АВТОРОМ)
НАНОСЫ И ПОЧВЕННЫЙ покров 21 НАНОСЫ И ПОЧВЕННЫЙ ПОКРОВ Приведенная выше таблица показывает, что условия жизни природы, отвечающие современной эпохе, установились по геологическому масштабу в сущности очень недавно. Об этом свидетельствует уже небольшая толща наносов, которые могут быть отнесены к современной эпохе. Как и в другие геологические периоды, главную роль среди этих образований играют осадки водного происхождения, отложившиеся на дне или на побережье рек, озер и морей. На карте Евразии они не занимают особенно значительных площадей. В большинстве случаев они имеют вид более или менее узкой полосы, следующей за очертанием современных водоемов. Очевидно, что рельеф страны к этому времени был разработан почти во всех деталях. В речных долинах этим образованиям соответствует пойма реки, ее низменность, заливаемая в половодье. В западинах озер они окружают живое зеркало воды, имея вид торфяных или заболоченных пространств. На морском поберея«ье эти наносы образуют полосу галечников, песчаных пляжей и болот. Такие отложения нередко содержат остатки растений и животных, которые попадали сюда с суши. Их изучение позволяет составить представление об изменениях, испы- танных некоторыми областями Евразии и в позднечетвертичное время. Как правило, указанные отложения, однако, содержат растительность и виды животных, которые до последнего времени удерживаются в тех же местностях или, во всяком случае, водились там в недавнем историческом прошлом. Часто встречаются в них и остатки человеческой культуры, относящиеся к различным историческим периодам — начиная от совре- менности и вглубь времени, до более поздней поры родового общества, так называемой неолитической эпохи. Наиболее древние известные в этих условиях находки типа озерной стоянки Маглемозе в Дании восходят по крайней мере за 8—10 тысяч лет до нашей эры. Гораздо более широко распространенным продуктом современной эпохи, чем наносы, вызванные действием собственно геологических факторов, является почвенный покров, одевающий поверхность земли. Его прихо- дится рассматривать как очень сложный продукт разрушения поверхност- ных геологических напластований, создавшийся в результате длительного взаимодействия минеральной и органической, — биологической среды. В наших условиях он встречается повсюду, за исключением крайнего се- вера и песчаных или каменистых пространств на юге, где слишком скудная растительность не может дать материала для накопления перегнойных веществ, необходимых для образования почв. В своем распространении почвы находятся в непосредственной зави- симости от общего климатического режима и затем от характера расти- тельности. Как ландшафт в целом, почвенный покрои образует ряд поясов или зон, которые сменяются от едва окрашенных гумусом сероземных почв Узбекистана к тучным черноземам украинских степей и далее к бедным лесным суглинкам и болотистым почвам севера. ВРЕМЯ ОБРАЗОВАНИЯ СОВРЕМЕННЫХ ПОЧВ Вопрос о времени и условиях, в которых должен был образоваться современный почвенный покров северного полушария, представляет с многих точек зрения значительный интерес. Наносы Почвы
ТАБЛИЦА 11 Современная эпоха Длительность 1 900 г. н. а. Послеледнико- вое время Позднеледни- ковое время „ Литориновое время Климатический оптимум г . г (эпоха, кьеккенмеддингов) по Де-Геер\: 7 000 л. ‘ по Ooep.'faiiepv: 8-9 000 л. ’ 6—7000 до и. а. Окончательное таяние ледника 4. Отступание ледника (Скандннапская стадия) Лпциловое время (маглемозе, азилъ) 2 000 л. 2 300 л. 8 500 — 9 500 л. до и. а. Среднешведская остановка (Фепноскапднйская конечная морена) 3. Отступание ледника (Готская стадия) 3 000 л. 3 300 л. 12 — 13000 л. до и. а. Юткношведская остановка (Шопен — конечная морена) ио Пенку: «ООО л. Иольдиепое время ( мадлен) 18—19 000 л. до и. а. 2, Отступание ледника (Датская стадия) 0 000 к Балтийская остановка (Балтийская конечная морена) 3 000 л. Г. — 0 000 л. 23 — 25000 л. до и. а. 1. Отступание ледника (Германская стадия) ХРОНОЛОГИЯ ПОЗДНЕГО ЛЕДНИКОВОГО 11 ПОСЛЕЛЕДНИКОВОГО ВРЕМЕНИ - ПО ОБЕРМАПЕРУ (Obertnaier, Di/niia/c/irotio/oi/n', faiiUM-ilioii der Vori/esrhirhlr, lid. II, /925, стр. 401,1
ВРЕМЯ ОБРАЗОВАНИЯ СОВРЕМЕННЫХ ПОЧВ Можно предполагать, что современный почвенный покров начал фор- мироваться в то время, когда в связи с повышением температуры и увели- чением количества осадков сильно замедлились процессы накопления минерального материала. Непосредственной причиной этого должна была явиться более богатая растительность, которая закрепила поверхность страны и которая в то же время должна была стать источником усиленного отложения гумуса. Если мы обратимся к работам почвоведов, то ответа на вопрос о времени возникновения даже таких типичных и хорошо изученных почвенных образований, как чернозем, покрывающий сплошной полосой степные пространства восточноевропейской равнины, мы, однако, у них найти не сможем. Это объясняется тем, что почвоведы рассматривают почву исключительно как продукт выветривания (химического и механического разложения) коренных пород, являющихся в процессе своей переработки источником образования мелкозема почв, органические составные части которых происходят за счет жизнедеятельности растений и животных. Отсюда понятно, что чернозем, как и всякая другая почва, по этим представлениям не нарастает в прямом смысле слова или, скорее, нарастает, так сказать, вглубь, а не вверх, захватывая в процессе почвообразования глубже лежащие слои материнской породы. Как вывод из этого следует, что почвообразование само по себе не ограничивается какими-то опреде- ленными рамками времени. Оно зависит от древности ландшафта, с кото- рым связана данная почва, от характера материнской породы, раститель- ности, рельефа, климата и протекает как путем накопления гумуса, так и посредством просачивания его в среду нижележащей породы. 1 Глубина, до которой доходит почвообразовательный процесс, иначе мощность почвы, определяется, таким образом, согласно тому же толко- ванию, совокупностью многих условий. Последние составляют специальную область почвоведения, на которой мы ближе сейчас останавливаться не можем. Однако, по существу, точка зрения, установившаяся в почвоведе- нии со времени классических исследований Докучаева, не может удовле- творить археолога, постоянно имеющего дело с вещественными остатками разных эпох, погребенными в толще чернозема, ибо она не объясняет наблюдаемых им фактов. Правда, сам Докучаев считается с находками, встречающимися в черноземе, и дает им свое объяснение: «про нахо- димые здесь остатки всегда можно сказать, что они попали сюда еще во время отложения коренной по- роды (большей частью, дилювий) или уже после обра- зования чернозема, чрез различного рода норы».2Дру- гими словами, Докучаев считает, что археологические памятники, встре- чающиеся в почвенном горизонте, или находились уже в коренной породе (делювиального, аллювиального или какого-либо иного происхождения) до ее превращения в чернозем, или попали сюда случайным путем в резуль- тате перерыванин почвы. Последнее, то есть попадание находок в чернозем 1 Со взглядами почвоведов на процесс нарастания почв, в частности чернозема, что имеет большой интерес для археологов, постоянно имеющих дело с почвенным покровом, можно познакомиться, например, по — К. Д. Глинка, Почвоведение, изд. 5, М., 1927; Б. Б. Полынов, Почвы и их образование, изд. 2, Л., 1926, стр. 75, и по дру- гим работам. Первоисточником этих взглядов в значительной степени являются труды нашего крупнейшего почвоведа В. В. Докучаева, в частности его большое исследование «Рус- ский чернозем», Спб., 1883. В. В. Докучаев, Русский чернозем, стр. 344. Взгляды почвоведов Залегание археологи- ческих остатков и почве
24 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД с поверхности почвы, естественно, приходится отбросить, поскольку оно совершенно не может объяснить образования «культурного слоя» — обычного скопления остатков первобытных эпох в том или другом гори- зонте почвы. Остается другое толкование — возможность первоначального зале- гания остатков в коренной породе, за счет которой произошел чернозем. Это объяснение представляется, действительно, единственно возможным, если отрицать нарастание чернозема (как и других почв) вверх путем по- степенного накопления мелкозема почвы. Иными словами, нужно пред- положить, что, как правило, все эти остатки поселений, начиная от нео- лита и кончая сравнительно близким нам временем, которые археолог открывает на разных уровнях в толще чернозема, или занесены сюда слу- Рис. 1. Разрез почвенного слоя (А) и под- почвы (В) с указанием относительного положения культурных остатков. 1. — Эпоха раннего железа. 2. —Эпоха бронзы. 3. — Поздний неолит. 4. — Ма- вролитические (кампинийские) остатки. 5. —Микролитические (тарденуазские) остатки. 6. — Поздиий палеолит. нарастания почвы, он приходит к выводу, что на образование чернозема в этих местах должно было потребоваться несколько тысяч лет. 1 чайно, или первоначально были по- крыты геологическим наносом, пре- образовавшимся уже совсем недавно в почву. Весьма малая вероятность такого предположения очевидна. Во всяком случае, оно никем и никогда не было доказано. Остатки человеческой деятельно- сти, встречающиеся в слоях почвы на разных ее уровнях, дают возмож- ность ближе определить эпоху, к ко- торой относится появление чернозем- ного покрова наших степей. На рис. 1 показано обычное залегание в чер- ноземе памятников, принадлежащих разным эпохам истории человече- ского общества. Еще академик Рупрехт в 60-х го- дах прошлого столетия обратил вни- мание на то обстоятельство, что ран- ние русские курганы под Черниго- вом успели покрыться слоем почвы, правда, значительно меньшей мощ- ности, чем чернозем окружающих полей. Вычисляя отсюда скорость 1 Рупрехт, Геоботаническое исследование о черноземе, Прилож. к т. X «Записок Акад, наук», XS 6, 1866. Сам Докучаев не отрицал возможности судить в известной мере о возрасте чер- ноземной почвы на основании толщины растительного слоя, хотя и полагал, что здесь играло роль не столько накопление органического вещества, сколько преобразова- ние материнской породы в почву. Некоторые данные о времени, необходимом для возникновения почв, указаны уже старыми авторами. Сюда относятся, например, наблюдения над образованием слоя почвы на известняковых стенах Ста рола доже кой крепости (Рупрехт, Докучаев). Новейшая почвоведческая литература, не изменяя своего принципиального отношения к вопросу об условиях образования почв, со- держит ряд фактов, показывающих, что почвенный покров становится заметен уже через 50—-100 лет, а в 1000—1500 лет достигает в некоторых случаях нормального состояния. Ср. И. Н. Соколов, О возрасте и эволюции почв в связи с возрастом мате- ринской породыи рельефа, «Труды Почвенного института Акад, наук СССР», в. 6, 1932, стр. 6 и сл.
2'г ВРЕМЯ ОБРАЗОВАНИЯ СОВРЕМЕННЫХ ПОЧВ В. А. Городцову мы обязаны более точными наблюдениями над ско- ростью нарастания чернозема в условиях Украины, по среднему течению Донца. Во время своих раскопок степных курганов между Изюмом и Бах- мутом в начале XX века он имел возможность наблюдать разницу в толще древнего черноземного покрова, сохранившегося под насыпью курганов, и современной почвы на соседних участках степи. В среднем мощность современного чернозема на водоразделах в усло- виях целинной степи оказалась равной 0, 75 м, с небольшими колебаниями в ту или другую сторону, тогда как под курганами мощность того же черно- зема достигала всего0,33—0.40 иг. Исходя из предположения, что наиболее ранние из исследованных курганов «с окрашенными костяками» относятся ко времени за 6000 лет до наших дней, В. А. Городцов исчисляет скорость накопления чернозема в 5—6 мм в столетие и начало процесса его образо- вания относит за 12 000 лет до настоящего времени. 1 Если датировать древ- нейшие из этих курганов 4000—4500 лет, что представляется, видимо, более вероятным, — скорость нарастания чернозема окажется еще более значительной. Возможно, что приводимые цифры, в смысле измерения мощ- ности чернозема, не удовлетворяют требованиям почвоведческой мето- дики. Возможно и даже вероятно, что нарастание чернозема идет вовсе не равномерно и поэтому вычисление скорости его формирования не является таким простым делом. Все это не меняет, однако, дела по существу. Решающие заключения на этот счет могут быть получены лишь большим количеством наблюдений, притом наблюдений, сделанных в разных райо- нах. Однако нельзя отрицать, что выводы названного исследователя имеют большую ценность. Они подтверждаются множеством фактов, доказывающих, что чернозем, как и другие виды почв, не образуется лишь за счет переработки материнской породы, как предполагал Доку- чакв, а, действительно, нарастает за счет все новых и новых отложений минерального и органического вещества. К таким факсам относится, например, наблюдение В. А. Городцова над залеганием неолитических орудий в одном исследованном им место- нахождении в Донецкой области, встреченных им непосредственно под черноземом, на границе с лёссовой подпочвой. 2 Отсюда следует, что обитатели древнего поселка жили здесь в эпоху, когда чернозем лишь начинал покрывать украинские степи. Если в отдельных случаях нахождение культурных остатков неоли- тического возраста под почвой можно объяснять сравнительной молодостью данного почвенного образования, зависящей от случайных причин, — как постоянно повторяющееся явление оно не допускает подобного истолко- вания. Для того чтобы в этом убедиться, достаточно ознакомиться с мате- риалами археологических исследований, имевших дело с памятниками эпохи бронзы, неолита, в особенности же раннего неолита — стадии кам- пиньи. Мы видим, действительно, что слои, связанные со следами обитания кампинийского времени, залегают под почвенным горизонтом (на надпойменных террасах и коренном берегу речных долин) одинаково в верховьях Волги под Ржевом (И. Т. Савенков), в окрестностях Куйбы- шева (В. В. Гольмстен, П. П. Ефименко), на Донце под Изюмом (Н. В^ 1 В. Л. Городцов, Археология, т. I, Каменный период, М., 1923, стр. 70, 71. 2 В. А. Городцов, Результаты археологических исследований в Бахмутском у. Екатеринославской губ. 1903 года, «Труды Х111 арх. съезда в Екатеринославеъ, т. I, М., 1907, стр. 214 и 311. Время образования чернозема
26 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД Сибилев, П. П. Ефименко) и Ворошиловградом (С. А. Локтюшев), на Дне- пре 1 и т. д. Что касается предшествующих им тарденуазскмх остатков, то эти последние никогда in situ не встречаются в почве. 2 Сходные условия залегания тех же остатков в западной Европе и ана- логичные факты, отмеченные для Сибири, позволяют думать, что изменение климата в начале современной эпохи — в сторону потепления и повышения влажности — должно было иметь более или менее общий характер на всем пространстве северной Евразии. У нас имеются, таким образом, основания думать, что современный поч- венный покров Европы восходит ко времени, приблизительно совпадаю- щему с концом так называемого эпипалеолита и эпохой маглемозе, которое приходится отодвигать, видимо, не менее чем за 10 тысяч лет до нашего времени. Образование Наблюдения над торфяниками показывают, что для их возникновения торфяников в средней и южной полосе восточной Европы, для накопления в них ра- стительных остатков было необходимо тоже изменение климата от сурового континентального режима позднеледниковой поры в сторону условий, характерных для современности. Начало развития торфяников специа- листы-торфоведы относят к бореальному периоду (стадия анцилового моря Балтики). 3 Можно думать, что именно в эту эпоху должно было начаться и формирование современного почвенного покрова страны. Происхожде- Трудно сказать без специальных исследований, каким путем происхо- ди'* мелко- дит накопление мелкозема и более грубого материала — «скелета», обу- дема ночв словливающее рОСТ почвы. Однако представляется очень вероятным, что в этом участвуют делювиальные процессы, в результате которых почвы склонов всегда являются более мощными, чем почвенный покров плато. Для последнего же приходится принять, повидимому, перенос ветром минеральных частиц в виде пыли. Таким образом, процесс геологического накопления не прекращается в этих условиях и в современную эпоху, .но он становится чрезвычайно замедленным по сравнению с тем, что мы имели в предшествующее время. ДРЕВНЕЧЕТВЕРТИЧНОЕ ВРЕМЯ Под отложениями современной эпохи, часто уже непосредственно под почвой, залегают геологические образования совершенно иного характера и другого, гораздо более отдаленного времени. Их изучение делает оче- видным, что современной эпохе предшествовал период, когда материк Евразии имел совершенно другой облик. Оледенение Это было время, когда надвинувшиеся с севера льды покрывали всю Европы северную половину Европы. На востоке ее они шли в виде сплошного ледяного массива очень далеко к югу, спускаясь в бассейны Днепра и Дона. Громадные массы льда, которые у своих истоков представляли пласт, толщиной, очевидно, не меньший, чем в 1—2 км, а скорее значительно 1 По материалам исследования палеолитических местонахождений в районе Днепростроя. 2 И. И. Ефименко, Мелкие кремневые орудия..., «Рус. антроп. журнал», т. XIII, вып. 3—4, 1924, стр. 214 (Яйла), стр. 221 (Западный Буг), стр. 224 (Ока) и пр. Для Польши ограничусь указанием на известную стоянку Свидры Вельке под Варшавой с характерным для подобных стоянок залегапием неолитических и тарденуазских орудий непосредственно под почвенным горизонтом, тогда как «свидерские» остатки связаны с нижележащим слоем песка. 3 «Известия Главного Ботанического сада СССР», т. XXIX, в. 3—4, 1930, стр. 378. Здесь имеются в виду, конечно, современные торфяники, а не торфяники ископаемого типа.
СЛЕДЫ ДРЕВНЕЙШИХ оледенении 27 больший, медленно перемещались в южном направлении. Своей тяжестью они стирали и выравнивали горные кряжи, выпахивали и бороздили более мягкие пласты земной поверхности, перенося весь этот минеральный ма- териал в виде ила, песка и камней к своим окраинам, часто за тысячи километров. Значение этого оледенения для ландшафта Европы, в значительной мере также и Азии, было очень велико. Оно должно было наложить отпечаток не только на всем занятом им обширном пространстве, но и далеко вне его непосредственных границ. Не менее значительным должно было быть влияние его на растительный и животный мир. Климатиче- ские и ландшафтные зоны в областях, лежавших вне оледенения, были им сдвинуты далеко к югу. По окраинам ледника широкой полосой тяну- лись бесплодные пустынные пространства, еще не успевшие одеться расти- тельным покровом. За ними шли в пределах современной Украины мохо- вые тундры, по которым бродили северный олень и другие полярные 'жи- вотные — мускусный овцебык, песец, а также приспособившиеся к суро- вым условиям этой эпохи толстокожие гиганты, — такие как мамонт и шерстистый носорог. На западе эти обитатели тундры кочевали на всем пространстве, сво- бодном от льдов, от окраин ледника до берегов Средиземного моря. Все говорит за то, что ледниковая эпоха продолжалась чрезвычайно долго и льды не оставались в стационарном состоянии. Под влиянием каких-то причин, вероятно и связи с изменениями в количестве осадков и колебаниями годовых температур, они то продвигались вперед, то отходи- ли к северу. Вместе с отступанием ледника передвигались границы тундры, и на освободившихся пространствах расселялась луговая и лесная расти- тельность. Временами и степи проникали далеко вглубь Европы, протя- гиваясь до побережий Атлантического океана; вместе с ними передвига- лись на запад в пределы современной Франции, Бельгии, южной Англии и Германии типичные представители равнинных пространств централь- ной Азии — антилопа-сайга, тушканчик, корсак и другие. Время, к которому относится это замечательное и не вполне еще объяс- ненное великое оледенение Европы, предшествовало современной эпохе и в геологии носит название ледникового периода, или древнечетвертич- ной эпохи, также плейстоцена и квартера. СЛЕДЫ ДРЕВНЕЙШИХ ОЛЕДЕНЕНИЙ Нужно сказать, что оледенение, предшествовавшее современной геоло- гической эпохе, не было первым появлением ледяных покровов на поверх- ности земли. Сейчас известны следы довольно обширных по занятой ими площади оледенений в отложениях, относящихся к очень древним геоло- гическим периодам — архейскому времени, кембрию, девону, пермской эпохе. Они открыты в настоящее время в очень многих пунктах земного шара — в Индии, Китае, Австралии, южной Африке, Северной Америке — и представляют настоящие ледниковые отложения, заключенные в толщах древних наносов. Местами такого рода моренный нанос с характерными ледниковыми валунами может быть прослежен на протяжении тысяч квадратных километров. Относительно происхождения этих образований существуют различ- ные взгляды. Некоторые полагают, что они могут представлять собой древ- ние полярные области, переместившиеся вследствие или передвижения земной осн, или даже изменения местоположения континентов. Такое Происхожде- ние древних валунных наносов
28 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД объяснение встречает, однако, слишком много возражений и предста- вляется мало вероятным, тем более, что оно плохо вяжется с общеизвест- ными фактами господства в ранние геологические эпохи относительно высоких и равномерных температурных условий на всем земном шаре. Представляется гораздо более правдоподобным, что эти древние оле- денения были обусловлены чисто местными причинами и возникали в ре- зультате процессов горообразования, которые в то время неспокойного состояния земной коры имели особенно грандиозный характер. Целые горные массивы поднимались высоко за пределы охлажденных слоев атмо- сферы, и обильные осадки, подобные тропическим ливням, питаемые уси- ленным испарением влаги с поверхности морей, должны были выпадать на них в виде снежных покровов, дальше превращавшихся в лед. У нас нет оснований думать, чтобы .эти высокогорные ледники, вообще говоря, значительно отражались на климатическом режиме и органической жизни соседних областей. Единственным исключением в этом отношении является поздний ка- менноугольный период, когда ледники получают весьма широкое распро- странение в южном полушарии, явившись, видимо, даже причиной фор- мирования особой так называемой глоссоптериевой флоры. Для того чтобы несколько ориентироваться в этих фактах, вспомним историю земли, как она рисуется геологией. ГЕОЛОГИЧЕСКИЕ [ПЕРИОДЫ Пройдя стадию туманности согласно известной теории Канта—Лапласа, затем звездную стадию, когда наша планета представляла собой сначала огненно-жидкий, потом более плотный пластический шар, медленно одевавшийся твердой оболочкой, корой шлаков, — она в конце концов должна была все же охладиться настолько, что на ее поверхности стала возможной конденсация воды, раньше находившейся в газообразном состоянии. Накопившиеся в огромном количестве водные пары образовывали в эту эпоху вокруг нашей планеты непроницаемую завесу облаков, откуда непрерывно низвергались на землю колоссальные массы воды. Таким образом получили свое начало первозданные океаны, которые, однако, в течение очень долгого времени сохраняли настолько высокую темпера- туру, что никакая жизнь в них еще была невозможной. К этой азойской эпохе относятся самые древние пласты осадочных пород. К этому времени, очевидно, должно относить образование первых щитов суши, которые явились остовами материков в последующие геоло- гические периоды. Вся дальнейшая история земли отмечена постоянным прогрессирую- щим охлаждением. Глубоко скрытые в толщах земной коры геологические напластования ранней эпохи известны в сравнительно немногих пунктах земного шара, где древние породы выходят на поверхность благодаря тому, что заключавшие их горные складчатые массивы оказались в после- дующее время разрушенными до основания. Они известны в Канаде, у нас в Карелии и соседней Финляндии, на Урале и в области Днепров- ской гряды, затем в районе Байкала и т. д. Первые В самых верхних отложениях этого времени, которое носит название организмы археозойской эры, появляются уже первые достоверные следы простейших растительных и животных организмов в виде морских водорослей, коль-
ГЕОЛОГИЧЕСКИЕ ПЕРИОДЫ 29 чатых червей и т. п., хотя, очевидно, начало жизни приходится относить к еще гораздо более раннему времени. Археозойская эра — это эпоха бурной вулканической деятельности, когда на поверхность земли изливались потоки жидкой магмы, давшие начало таким подстилающим отложения всех последующих геологических эпох горным породам, как граниты, диабазы, сиениты. Интересно, что первые следы оледенений появляются уже в это древнее время — в связи, очевидно, с. усиленным горообразованием. Первичная, или палеозойская, эра, подразделяющаяся на пять эпох: кембрийскую, силурийскую, девонскую, каменноугольную и пермскую, также должна считаться чрезвычайно длительным периодом, измеряемым многими миллионами лет. Она также отмечена усиленной вулканической деятельностью, которая, очевидно, вызывалась прогрессирующим охла- ждением и сжиманием оболочки земного шара. Породы, слагающие эту группу, носят признаки значительных пере- мещений, бывают изогнуты, собраны в складки, изломаны и т. д. Осадоч- ные образования палеозоя — морской ил, глина, песок — вследствие страшных давлений, вызванных такими перемещениями, оказываются превращенными в плотные сланцы, кварциты, известняки. Уже к началу первичной эры в соответствующих отложениях стано- вятся известны довольно разнообразные, преимущественно морские, организмы, принадлежащие, однако, первоначально исключительно к низ- шим формам, — кораллы, медузы и пр. Позже появляются панцырные и ганоидные рыбы, ракообразные, некоторые виды моллюсков, на суше — насекомые, а к концу палеозоя — и первые четвероногие из амфибий и рептилий. Среди наземной растительности преобладают древовидные папоротники, хвощи, плауны и другие низшие виды. Изучение растительности палеозойской эры, хорошо известной, на- пример, по каменноугольным отложениям, указывает на то, что в течение всего этого периода животный мир и растительное царство, а следовательно, и климатические условия были совершенно одинаковы как под тропиками, так и в полярных областях (Шпицберген, Гренландия), которые были покрыты теми же лесами гигантских папоротников. Таким образом, не- достаток солнечного тепла и света в области полюсов, где и тогда должны были происходить смены полярного дня долгой 4—5-месячной полярной ночью, очевидно, компенсировался внутренним теплом земного шара. Характер растительности и наблюдения над условиями выделения оса- дочных образований, особенно некоторых солей из морской воды, позво- ляют утверждать, что в конце палеозойской эры средняя годовая темпера- тура в Европе не могла быть ниже 22—25° Ц. В это время наша планета еще представляла собой огромную теплицу, атмосфера которой была насыщена горячими парами, окутывавшими весь земной шар. В продолжение вторичной, или мезозойской, эры, которую составляют эпохи триасовая, юрская и меловая, господствуют спокойные, мало нарушенные осадочные образования. Особенным распространением поль- зуются известняки, глины, мергель, рыхлые песчаники. Это время спо- койствия земли, ослабленной вулканической ее деятельностью. Температура земной поверхности в этот период продолжает пони- жаться, но весьма медленно. Кораллы, которые могут жить в воде, темпе- ратура которой не спускается ниже 20°, в это время еще строили свои островки — коралловые рифы — в морях, омывавших Гренландию. Еще в юрский период однообразная растительность одевала всю поверхность суши, не обнаруживая различия в Индии, Европе, Северной Америке и в Палеозой Мезозой
ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД современной Антарктике. Однако к концу мезозойской эры начинает ста- новиться заметным охлаждение в областях, расположенных вокруг полю- сов, которое постепенно охватывает более северные части Европы. Это еще не были холода в прямом смысле слова. Роскошная растительность уходит далеко на север. Но стволы деревьев с явственными годичными Геологические К.1 АССЫ Ж И BOTH Ы X эры З- периоды беспозвон.) рыбы а.мфиб11п|рептилпп| птицы |млекоппт|челов. Кембрийский Трстпчпып Меловой Юрский Девонский Силурийский Каменно- угольный Триасовый Пермский M.eeko- нипь. Преодл. формы человек - о Протерозой Лрхеозой Рис. 2. Геологические периоды и развитие организмов. (Стена составлена по материалам Геологического Института Академии На;к СССР и по Ю. Л. Жемчужников! кольцами начинают показывать впервые смену более благоприятных лет- них сезонов вегетации менее благоприятными зимними. Таким образом, к концу мезозоя на полюсах, в связи с более быстрым их охлаждением, внутренний жар земли заметно теряет свое значение, и солнечная энер- гия как источник тепла начинает играть главную роль. Возникновение в течение мелового периода высшего типа растений — покрытосемянных, которые, появившись сначала в области арктической суши, быстро завоевывают другие материки, может иметь объяснение в свете того же факта — значения, приобретаемого солнечным теплом и светом. Наиболее важным условием, благоприятствовавшим их распро- странению, явилось наличие у покрытосемянных приспособленности
СМЕНА ЛАНДШАФТОВ В ТРЕТИЧНОМ ПЕРИОДЕ 8t к яркому незащищенному солнцу, отсутствующей у папоротников, сагов- никовых и древних хвойных.1 В отношении развития органической жизни это было время ее дальней- шего расцвета на суше и воде. В особенности характерным для этой эпохи является господство гигантских рептилий — наземных и морских ящеров. Однако уже достаточно рано в течение мезозойской эры появляются первые млекопитающие типа низших млекопитающих — сумчатых, а равно и первые птицы, вооруженные зубами, которые сохраняют еще явственные * черты пресмыкающихся. Третичный и четвертичный периоды составляют вместе кайнозойскую Кайнозой эру — время млекопитающих, когда новые виды растительности и новая фауна быстро овладевают сначала умеренными, затем и ниже расположен- ными широтами земли. В течение чрезвычайно долго длившегося третич- ного периода, который в иастоящее время подразделяется на четыре или пять эпох — эоцен, олигоцен, миоцен и плиоцен, к которым вначале еще прибавляют переходное время от мезозоя — палеоцен, вновь наблюдается пробуждение усиленной тектонической деятельности, изменяются очерта- ния материков и морей, растут новые ряды гор, перерезающих Европу и Азию цепями величайших горных массивов. СМЕНА ЛАНДШАФТОВ В ТРЕТИЧНОМ ПЕРИОДЕ И ПРОГРЕССИРУЮЩЕЕ ОХЛАЖДЕНИЕ ЗЕМЛИ Возвращаясь к вопросу о появлении ледникового покрова в умерен- ных областях Евразии, следует сказать, что оледенение, развившееся в четвертичную эпоху, представляет совершенно другую картину, чем более ранние оледенения, следы которых известны в древнейших геоло- гических отложениях. В течение долгого времени охлаждение земли идет, видимо, более или менее равномерно, во всяком случае не отражаясь явственным образом на ухудшении климатических условий. Однако в начале третичного пе- риода оно уже начинает становиться значительно более заметным. Прежде всего уже непонятно быстрое исчезновение гигантских репти- Перелом в лий к концу мезозоя, в меловую эпоху, можно рассматривать, видимо, истории как одно из следствий охлаждения земли. Прежний теплый и однообраз- органической, ный климатический режим земного шара, не знающий резких колебаний температуры, сменяется в эту эпоху иными условиями. Вероятно, в этом смысле сыграл известную роль и процесс интенсивного горообразования, совпавший с концом мезозойского периода, поскольку он должен был влиять в сторону ухудшения климатических условий, будучи связан с зна- чительными температурными колебаниями и сухостью климата матери- ков. С другой стороны, резкое усиление тектонической деятельности, следовавшее за длительным периодом покоя, сопровождалось большими, не раз повторявшимися наступаниями и перемещениями моря, что не могло не отразиться и на мире растений и животных. Но еще в большей степени должно было сказываться в этом процессе обновления фауны и флоры некоторое общее охлаждение, сначала наблюдающееся только в полярных областях. Можно думать, что уже к началу третичного периода оно приводит к тому, что солнечная энергия становится определяющим фактором кли? мата земного шара. Тогда смена дня и ночи, летних и зимних сезонов с их различием температур могла революционизирующим образом влиять. 1 Е. В. Вульф, Историческая география растений, 1936, стр. 100.
Ji-2 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД на развитие жизни на земле. Весьма показательно, что именно в ото время теплокровные животные — млекопитающие и птицы, — в гораздо мень- шей степени зависевшие от внешних условий, чем низшие; холоднокров- ные позвоночные, начинают брать верх над освобождающими им место в природе гигантскими пресмыкающимися. 1 У о цен В палеоцене (раннем эоцене) и собственно эоцене средняя и южная Европа обнаруживает еще признаки тропического климата. В это время суша северного полушария то соединяется в один огром- ный материк с перерывами на месте несуществующих ныне морей, то вновь происходит разобщение Америки и Евразии, и последняя расчле- няется на огромные причудливо очерченные острова, изрезанные про- ливами и лагунами. Однако, как говорит Лаппаран, несмотря на все эти перемещения моря, основные массивы суши в эту эпоху все более и более приобретают свои современные черты. В Европе, где процесс горообразования еще не достиг значительного развития, господствовали тогда равнины из меловых и песчаных отло- жений, обнажившиеся после отступания моря. В реках, многочислен- ных пресноводных озерах и лагунах водились крокодилы, большие бо- лотные ящерицы и черепахи, на суше — древнейшие, позже вымершие, странные млекопитающие. Леса состояли из разнообразных пальм, дре- вовидных папоротников, лавров, фикусов, эвкалиптов, тюльпанных де- ревьев, причем уже в это время к ним в Европе примешивались породы с опадающей листвой — первые буки, тополи, дубы, ясень, береза и пр. На севере же, в Гренландии, Исландии и на Шпицбергене, росли леса, поражающие богатством и разнообразием видов растительности, отве- чающие климатическим условиям современной южной Европы, из разно- образных пород — секвой, болотных кипарисов, лип, платанов, дубов, тополей и представителей более теплолюбивых пород, как магнолии, тюльпанные деревья, лавры, виноград и пр. Щ.шгоцен Описанные нами условия продолжают сохраняться ив олигоцене Европы, хотя «в общем по сравнению с эоценом олигоценовый климат отличался понижением температуры, уменьшением влажности и более резким обозначением времен года». 2 Судя по многочисленным остат- кам растительности по южному побережью Балтийского моря, где окаменевшая смола хвойных деревьев сохранилась в виде янтаря, обыч- ная древесная растительность здесь состояла из сосен, елей, секвой, кипарисов, дубов, каштанов, березы, клена, то есть имела характер умеренно-теплой флоры. Однако находки остатков гвоздичных деревьев и пальм указывают на то, что средняя годовая температура в этой части Европы была не менее -(-15°—|-18о, то есть отвечала современной южной Испании и Италии. В Европе для этого времени устанавливаются следую- щие .годовые температуры (О. Геер) — в северной Италии 4-22°, Швей- царии —|—20,5°, Шпицбергене -|- 9° и на земле Гринеля -ф8° Таким обра- зом, уже в олигоцене в северном полушарии начинают намечаться опре- деленные климатические зоны. Причем разнообразие климатических усло- вий усиливалось тектоническими процессами, приведшими к образованию ряда горных хребтов, рассекавших болотистые низменности, составляв- шие преобладающий элемент ландшафта Европы. В это время вся южная часть европейской территории СССР (в извест- ной мере также Западная Сибирь и Казахстан) покрывается наступающим 1 Ю. А. Жемчужников, Курс палеофаунистики, 1934, стр. 256 и сл.; 2 М. А. Мензбир, Очерк истории фауны европейской части СССР (от начала третичной эры), 1934, стр. 69.
СМЕНА ЛАНДШАФТОВ В ТРЕТИЧНОМ ПЕРИОДЕ 88 мелководным морем, затем выходя на значительном протяжении из-под его уровня. Свидетелем этих событий являются мощные толщи песков, отчасти превратившихся в плотные песчаники, 1 распространенные на Украине и уходящие в Заволжье. Эти песчаные равнины были покрыты болотистыми лесами субтропического характера с пальмами нипа и са- баль, которые ближе всего напоминали ландшафт современных Филип- пинских островов. 2 В интересующих нас сменах ландшафтов и климатов, подготавли- вающих наступление четвертичного периода, наиболее характерную осо- бенность следующего отдела третичного периода приходится видеть в ши- роком распространении с начала миоцена 3 травянистой растительности в виде обширных степных и луговых пространств, служивших пастбищами для новых видов животных — травоядных, сменяющих прежние листо- ядные формы млекопитающих. 4 Миоцен приходится рассматривать как последнюю эпоху третичного времени, когда материк Европы сохраняет, в известной степени, тропические черты. Такой характер ландшафта проявляется не столько в растительном покрове Европы, который со- держит приблизительно тот же список древесных пород, что и в олиго- цене, сколько в населяющем ее мире животных. Последний может со- перничать по разнообразию форм с наиболее богатой фауной современ- ных тропиков, что относится, правда, преимущественно к южной и, осо- бенно, юго-западной части Европы. Различие природных условий для западной и восточной Евразии становится, однако, явственно заметным уже в олигоцене. В Сибири ина Дальнем Востоке, даже в самых нижних третичных слоях, нет ни пальм, ни вечнозеленых тропических и подтро- пических растений, обнаруженных в Европе, хотя между Тургаем, Том- ском и Сахалином и до крайнего севера Сибири (Анадырь) простираются однообразные леса из секвой, таксодий, буков, каштанов, кленов, топо- лей и т. д. (Криштафович). Равнины Европы более всего, по общему мнению геологов, напоми- нали собой к концу миоцена степные пространства Восточной Африки с их разбросанными рощами и густыми зарослями кустарников. Будучи, отчасти, населены теми же африканскими животными — жирафами, раз- нообразными видами антилоп и газелей, страусами и т. д., они давали приют предкам слонов, носорогов, тапиров, свиней, оленей и первых настоящих хищников — саблезубых тигров (махайродов), медведей, гиен и др. Распространение степей в южной Европе (в средней и северной Европе преобладала лесная растительность) и вообще в области Средиземья вызвало в позднюю пору миоцена чрезвычайное развитие травоядных, на первое место среди которых следует поставить гиппариона, форму, близкую к лошади. Что, однако, особенно интересно — это первое появле- Миоцен 1 Плотные кремнистые кварцитоподобные песчаники из третичных отложений юга европейской т, рритории СССР часто использовались первобытным человеком в эпоху палеолита и ь оолее позднее время в качестве материала для изготовления орудий. 2 А. Н. Криштафович, Курс палеоботаники, 1933, стр. 276. 3 В трехчленном делении третичных отложений, предложенном Ч. Лайеллем, миоценовыми (от peiuv тк — менее новый) названы отложения, занимающие промежуточное положение между эоценовыми и плиоценовыми. По современным представлениям третичный период делится на два больших отдела — палеоген и нео- ген. Последний, включающий миоцен и плиоцен, характеризуется приближением фауны и флоры к ее современному состоянию. 4 Ю. А. Жемчужников, ук. соч., стр. 226, 227; М. А. Мензбир, Очерк истории фауны европейской части СССР, 1934, стр. 86. 3 П. П. Ефименко. Первобытное общество — 1734
84 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД пие здесь антропоморфных обезьян, близких к шимпанзе и гиббону (Dryo- pithecus, Pliopithecus). Как ни близко стоят многие из указанных нами животных к совре- менным обитателям тропиков, все же природные условия Европы в эту эпоху не были тропическими, — даже в наиболее благоприятно располо- женной южной и юго-западной ее части. Медленно, но достаточно явственно и повсеместно в Евразии идет ухудшение климата, нашедшее свое выра- жение в окончательном исчезновении пальм во всей средней и восточной Европе и в продолжающемся вытеснении лесов из вечнозеленых тепло- любивых растений древесными породами с опадающей листвой. Плиоцен Как в миоцене, так и в следующем за ним плиоцене Европа и Азия испытывают неоднократно чередующиеся эпохи поднятия и опускания более или менее значительных частей континентов, связанные с продол- жающимся процессом охлаждения земного шара и образованием горных цепей. Следствием этого было то отступание, то новые прорывы моря, к концу миоцена почти освободившего средиземноморский бассейн, чтобы затем вновь затопить большую часть средиземноморской впадины, за исключением ее восточной части, занятой эгейской сушей. Такие же явления происходят и на юге, и на юго-востоке современной восточно- европейской равнины, где, не исчезая окончательно, море то расширяет свои пределы, то превращается в отдельные замкнутые, опресняющиеся бассейны. Не легко разобраться в сложной картине плиоценовой истории ма- терика Евразии, исчисляемой не одним миллионом лет — до наступления четвертичного периода. Природные условия несомненно не оставались одними и теми же на протяжении этого огромного промежутка времени. Можно думать, что господствующий растительный ландшафт тогда со- ставляли леса, спустившиеся из более высоких широт в южные области Европы. Такую мысль высказывает Депап в отношении растительности запад- ной Европы, которая в течение всей третичной эры обнаруживает при- знаки постепенного передвижения к югу тропических видов, замещав- шихся наступающими с севера более холодными, выработавшимися в арктических областях элементами флоры. Этот процесс для поздней- шего третичного времени хорошо иллюстрируют следующие данные,1 * составленные для местонахождений средней Европы (ее приатлантиче- ской части), идущих через весь плиоцен: Кромер (Англия) . 57о экзотических или угасших видов. Тегелен (Лимбург) . 40’/о, » » » » Кэстл-Еден (Англия) . 547с, » » » » Ревер (Лимбург) 88э/о, » » » » Пон-де-Гель (Канталь) . 94°/0. » » » » Раетитель- Естественно поэтому, что в пределах той же области Европы уже иые зовы в более раннюю пору плиоцена намечаются вполне определенные кли- матические и растительные зоны. Если средняя годовая температура на юге Франции, судя по тем же растительным остаткам, в плиоцене (плезансиене) достигала ф20°, что oti ечает условиям субтропиков, — на се- вере Франции она спускалась до 15° Поэтому, в то время как в области, прилегающей к Средиземью, pt ели еще пальмы, здесь же, на склонах Альп и далее к северу в средней Европе, получают распространение леса 1 G. Depape, Le monde des plantis а Vapparition de Г homme. Flores recentes de France, des Pays-Bas, d'Angletcrre, «Annales de la Sociite Scientijique de Bruxelles», t. ALVIII, 1928, serie B, prern. jasc., стр. 80.
СМЕНА ЛАНДШАФТОВ В ТРЕТИЧНОМ ПЕРИОДЕ 35 из пород умеренных областей — бука, дуба, клена, тополя, ивы и пр., а севернее начинают преобладать хвойные леса.1 Мир животных в плиоцене также постепенно приобретает черты совре- менной фауны, хотя в нем присутствует еще значительное число видов, свойственных южным широтам. В юго-западной Европе, нужно думать, это было время теплого и влажного климата, когда особенное распространение получают густые леса, а берега рек изобилуют пастбищами, удобными для огромного количества различных травоядных. Растительность этого времени, среди которой удерживается еще много теплолюбивых пород, сохраняющихся в настоящее время в субтропической области северного полушария, ука- зывает на мягкий равномерный климат, напоминающий современное Средиземье. Климатической особенностью плиоцена Европы является чрезвычайно Ландшафт большое количество осадков, когда, например, во Франции, по имеющимся восточной данным, выпадало дождей не меньше (около 130 с.и), чем на юге совре- в цдиоцвше менного Китая, отличающегося исключительной влажностью климата. Несмотря на скудость сведений о плиоценовой флоре восточной Ев- ропы, известно, что она состояла уже почти исключительно из пород с опадающей листвой, и вечнозеленые виды в отложениях этого времени на русской равнине перестают встречаться. На Украине сохранившаяся растительность для этой эпохи представлена древесными породами, отве- чающими лесам умеренных областей, и остатками болотных растений. Однако в конце третичного периода на восточноевропейской равнине на берегах Черного моря, представлявшего в то время опресненный замкну- тый бассейн, собственно большое озеро, оставшееся на месте обширного Сарматского моря миоценовой эпохи, еще водились такие животные, как предок слона — мастодонт, близкий к лошади — гиппарион, древнейшие виды носорогов, махайроды и. пр., хотя в основном фауна плиоцена на востоке Европы, как и в Сибири, стоит уже очень близко к современной.2 В более позднее время, на рубеже третичного и четвертичного периодов, Усиление когда на севере начинает зарождаться ледник, влияние охлаждения похолодания полярных областей на климат Европы становится еще более заметным. Уже в процессе обеднения лесной флоры в местонахождениях западной Европы родами и видами, в исчезновении в ее составе тропических форм и форм, свойственных восточной Азии и Америке, в приближении ее к современной флоре Европы приходится видеть прямой результат изме- нения климатических условий к концу плиоцена в сторону значительного похолодания. Параллельно с этим идет увеличение количества остатков, принадлежащих травянистой, луговой, растительности, за счет лесной растительности. В отложениях этого времени южной, отчасти и средней Европы — в Италии, Франции, Англии, Бельгии, юго-западной Германии — на смену более древней типичной фауне позднего плиоцена, во главе с масто- донтом и гиппарионом, появляются новые виды животных. Новая фауна, отчасти, вероятно, представлявшая пришельцев (например гиппопотам), проникавших в Европу через мосты суши, связывавшие ее с Африкой и южной Азией, становится широко известной в отложениях конца тре- тичной и начала четвертичной эпох. 1 Депап, ук. соч., стр. 93; В. Л. Комаров, Происхождение растений, изд. Акад, наук СССР, 1935, стр. 115 и Сл. 2 М. А. Мензбир, ук. соч.. Стр. 132 и сл.
36 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД Появление валунов в морских отложениях Ее представителями являются: один из древнейших видов слона — южный слон (Elephas meridionalis), этрусский носорог (Rhinoceros et- ruscus), большой гиппопотам (Hippopotamus major) и целый ряд других животных, которые представлены здесь своими древними, позже исчезаю- щими видами. Это первые, по крайней мере для Европы, настоящие быки, лошади, олени, кабаны, медведи, крупные хищники из породы кошачьих, и мн. др. Однако в распоряжении геологии имеются и прямые, весьма инте- ресные факты, свидетельствующие об ухудшении климата в плиоцене Европы. Один из наиболее замечательных фактов подобного рода дает изучение плиоценовых отложений по северному побережью Черного моря. Здесь, в разных местах на юге УССР, в толще понтического известняка (понтический бассейн существовал в эпоху раннего плиоцена на месте Черного моря, захватывая более или менее широкую полосу прилегающей суши) были найдены большие валуны гнейса, гранита, кварцита и другие, происхождение которых из пород, складывающих так называемую По- дольско-Днепровскую кристаллическую гряду, не может вызвать сомне- ния. Перенос этих валунов нередко за сотни километров (такие находки известны, например, в окрестностях Одессы) и отложение их среди или- стых осадков морского дна не допускает иного объяснения, кроме участия пловучего льда, уносившего вмерзшие в него обломки скал далеко в открытое море. 1 Покойный академик А. П. Павлов, говоря об остатках животных, проис- ходящих из раннеплиоценовых наносов южной Украины, на основании которых мы можем составить некоторое представление о мире млекопи- тающих, населявшем берега Понтического моря, с своей стороны ука- зывает на значительное обеднение животного населения восточной Европы по сравнению с предшествующим временем. Он считает возможным по- ставить этот факт в связь с наступлением условий более холодного кли- мата в начале плиоцена. Это понижение температуры не было особенно продолжительным и не имело еще характера «эпохи оледенения», но оно все же может быть рассматриваемо как первая заметная волна похоло- дания, оставившая свои следы во всей Европе от южных окраин евро- пейской территории СССР до южной Франции. Усиливающееся похолодание сказывалось одинаково в появлении в нижнеплиоценовых отложениях Голландии и северо-западной Германии моллюсков, свойственных холодным северным морям, в развитии древес- ной растительности, представленной сосной, елью, березой, ольхой, кле- ном, грабом и др., в центральной Франции, в значительном увеличении ледников в Альпах, оставивших после себя мощные слои галечников, и т. д. За этой волной похолодания должен был следовать длительный период потепления, сменившийся к концу плиоцена новым наступанием холода, приносимого как морскими, так и воздушными течениями со стороны полярной области, очевидно уже в сильной степени охваченной нарастающим понижением температуры. Краги На юго-восточном побережье Англии, к северу от устья Темзы, уже с начала XIX века стала известна серия очень интересных геологических напластований, подстилающих ледниковый нанос, которые имеют отчасти характер морских осадков, отложившихся в прибрежных водах, частью же представляют нанос речной дельты. Последний, очевидно, был оставлен 1 А. П. Павлов, Геологическая история европейских вемель и морей в связи с исто- рией ископаемого человека, 1936, стр. 153.
КРОМЕРСКИЙ ЛЕСНОЙ СЛОЙ 37 рекой или реками, впадавшими некогда в морской бассейн, находив- шийся на месте Северного моря, который в эту эпоху еще не имел со- общения с Атлантическим океаном через Английский канал и Ла-Манш, так как здесь существовал мост суши, соединявший Англию с материком. Значительная часть указанных образований, которые носят название крагов, должна быть отнесена ко времени, непосредственно предшество- вавшему четвертичной поре, то есть последнему отделу третичного вре- мени — среднему и верхнему плиоцену. Действительно, в песчаных отложениях, залегающих в основании бе- реговых обрывов, которые обычно обозначаются именем «красный краг», и в покрывающем его «норвичском краге», нередки находки костей весьма характерных для плиоцена животных — мастодонта (Mastodon arvernensis) и гиппопотама. Остатки других животных также свидетельствуют о тре- тичном возрасте этих наносов. Однако моллюски, происходящие из этих от- ложений, представлены уже видами, которые имеют определенно выражен- ный северный характер, причем чем выше горизонт, тем эта черта высту- пает более резким образом. В частности, красный и норвичский краги и залегающие поверх их чайльсфордские морские слои содержат много- численные раковины таких моллюсков, которые обитают в настоящее время только в полярных морях и не могут развиваться при более высокой температуре морской воды. 1 Их проникновение к берегам Англии может быть объяснено только существованием в эту эпоху холодных морских течений, спускавшихся на юг со стороны полярного моря. Это было первое дыхание ледниковой эпохи. Весьма интересно, что зарождавшийся ледник оказывал влияние на Охлаждение жизнь моря и в гораздо более южных областях. С'редизем- Холодные морские течения Атлантического океана, очевидно, в резуль- иого мо₽я тате прорыва вод на месте Гибралтара, в конце третичного периода за- несли представителей северных морских моллюсков (например Cyprina Islandica) в Средиземное море, где они известны в отложениях Сицилии и южной Италии (сицилийский ярус). Такие факты не могут не служить доказательством того, что в срав- нительно раннюю пору, видимо даже предшествовавшую началу четвер- тичной эпохи, ледник уже получил более или менее значительное развитие на севере Европы. КРОМЕРСКИЙ ЛЕСНОЙ СЛОЙ Проходят еще какие-то большие промежутки времени, измеряемые, вероятно, многими десятками тысяч лет, когда влияние надвигающегося ледника становится, наконец, заметным и в характере растительности, покрывающей пространства средней Европы. Выше чайльсфордских морских отложений в тех же береговых обры- Раститель- вах юго-восточной Англии залегают глинистые образования, которые ноеть носят название кромерского лесного слоя (Forest Bed). Они отложились в дельте большой реки, видимо Рейна, который в эту эпоху впадал в Се- верное море значительно дальше, чем теперь, —у северных берегов Англин. Кромерский слой содержит много остатков растительности, среди которой преобладают хвойные, такие, как пихта, ель, сосна обыкновенная, сосна горная и другие; за ними идут лиственные породы, которые до сих пор 1 A. de Lapparent, Traite de Geologie, 5-me id., t. Ill, 1906, стр. 1648.
38 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД встречаются в этой местности, — вяз, ольха, дуб, бук, тисс, ива, бе- реза и пр. Таким образом, отвечая условиям климата, уже достаточно близко напоминающим современные условия Англии, эта растительность, в со- ставе которой совершенно отсутствуют теплолюбивые формы, такие, как магнолии, виноградная лоза и многие другие, придававшие особый отпе- чаток растительности той же полосы Европы в позднетретичное время, свидетельствует с несомненностью о наступающем режиме ледниковой эпохи. Особенностью кромерского слоя является также чрезвычайное богатство различных видов травянистой растительности, что, с своей стороны, говорит об условиях, близких к современной эпохе. Таким был ландшафт западной Европы в начале четвертичного периода в этих ши- ротах — Кромер находится около 52° с. ш.; южнее, во Франции, он со- храняет значительно более мягкий характер. Несмотря на умеренный, даже скорее прохладный климат, который рисуется списком растительности кромерского лесного слоя, наземная фауна, остатки которой были собраны в том же слое, носит еще отпечаток типичной фауны южного происхождения, унаследованной раннечетвер- тичной эпохой от третичного времени. Животный В списке животных из кромерского слоя можно назвать южного слона ми₽ или слона Вюста (Elephas Wiisti), этрусского носорога (Rhinoceros etrus- cus), большого гиппопотама (Hippopotamus major), махайрода (Machae- rodus cultridens), лошадь обыкновенную и Стенона (Equus caballus fos- silis, Equus Stenonis), крупного плиоценового бобра (Trogontherium Cu- vieri), вместе с представителями современной лесной фауны Евразии. 1 Лесной слой в обрывах Норфолька в своей верхней части перекры- вается чередующимися слоями пресноводных и морских отложений, при- чем самая верхняя толща, состоящая из пресноводных отложений, содер- жит уже остатки типичной растительности полярной зоны — полярную иву, низкорослую березу, северные виды мха и пр. Все это венчается ледниковой глиной, содержащей валуны северных кристаллических пород. Последние должны были приноситься ледниками из горных областей Скандинавии, очевидно через неглубокую котловину Северного моря, которая в значительной части в эту эпоху представляла собой сушу. Южная фауна в отложениях средней Европы, таким образом, отно- сится ко времени, когда зарождавшийся северный ледник пользовался уже довольно значительным распространением и, во всяком случае, не только оказывал влияние на температуру моря, где холодные течения, шедшие от берегов Норвегии, уносили далеко на юг отрывавшиеся от ледника пловучие льды, но сказывался в той или иной степени п на ра- стительном ландшафте Европы. В вопросе о времени, к которому должен быть отнесен кромерский слой (и приблизительно одновременные с ним отложения Франции — сен- престский ярус), нет единства мнений. Одни из ученых помещают его в самом конце плиоцена, другие, следуя за Огом, значительно передви- гают вглубь времени нижнюю границу четвертичного периода. Учитывая 1 Еще Г. де Мортилье указал на то, что находки остатков мускусного овцебыка и других северных животных, которые иногда связывают с лесным слоем, в действи- тельности не имеют к нему никакого отношения. Дело объясняется тем' что этот слой погружен ниже уровня моря (вовремя прилива), и кости животных собираются здесь после бурь, размывающих береговые обнажения (La Prehistoire, стр. 383). Странно, что на столь сомнительных данных некоторые авторы (например Осборн) считают возможным основывать появление полярных видов млекопитающих в самом начале плейстоцена.
НАЧАЛЬНАЯ ПОРА ПЛЕЙСТОЦЕНА 3» условность подобных определений, мы все же можем видеть в кромерском лесном слое начало серии материковых образований, запечатлевающих характерные черты наступающей ледниковой эпохи. НАЧАЛЬНАЯ ПОРА ПЛЕЙСТОЦЕНА У нас нет оснований думать, что развитие оледенения в этих началь- ных фазах должно было вызвать особенно значительное ухудшение кли- матических условий на всем пространстве материка Европы. Оно должно было наступить значительно позже в связи с дальнейшим развитием ледниковых явлений, изменившим природную обстановку Европы. Это обстоятельство находится в прямой связи с условиями образования Условия ледников. Не раз высказывалось мнение, что рост скандинавского лед- образования ника в начале четвертичной эпохи мог быть вызван сравнительно не- ледников большим понижением температуры на севере Европы, всего на 4—5°, при условии обильных осадков, выпадающих в виде снегового покрова. Снеговые массы, накапливавшиеся в горных областях и не успевшие рас- таять в течение короткого и относительно холодного лета, являлись постоянным источником образования ледников, медленно распростра- нявшихся в соседних пониженных частях материка. Известно, однако, что современные горные ледники могут спускаться в местности с довольно высокими годовыми температурами, не оказывая заметного влияния на климатический режим смежных областей. Рази- тельные примеры подобного рода дают Огненная Земля и, в особенности, Новая Зеландия, где ледники достигают зоны, лежащей всего на 100— 200 .и над уровнем моря, и окружены роскошной растительностью с дре- вовидными папоротниками и пр. Очевидно, нечто подобное приходится представить и в отношении Ландшафт раннеледнпкового времени, когда расселявшиеся впереди ледника леса ранней поры из хвойных и лиственных пород умеренной зоны медленно вытесняли плейстоцена наследие позднетретичной эпохи — полутропические леса платанов, маг- нолий, сассафрас, лавра. Вместе с ними двигались к югу такие животные, как гиппопотам и южный слон, мало приспособленные к условиям на- ступающей ледниковой эпохи. Эта фауна во главе с гиппопотамом, южным слоном, этрусским носо- рогом и рядом других животных, сохранившихся в раннечетвертичное время от эпохи плиоцена, в начальную пору ледникового периода удер- живается, как было уже сказано, только в юго-западном углу Европы, между Средиземным морем и Атлантическим океаном. Вне этой области, на севере и северо-востоке Европы, в это время, очевидно, складывают- ся условия, неблагоприятные для ее распространения. В частности, на востоке Европы и в Сибири древняя теплая фауна начала четвертич- ной эпохи почти неизвестна, вероятно, потому, что здесь рано уста- новился более суровый и континентальный климатический режим, кото- рый проявляет себя и в настоящее время. Очевидно, здесь значительно раньше сказалось влияние охлаждения, шедшего с севера, которое имело своим результатом вытеснение более теплолюбивых форм растительности и животных третичной эпохи в самую начальную пору четвертичного времени. Этой же причиной можно объяс- нить весьма характерное прерывчатое распространение многих животных и растений, дошедших до нас от третичной эпохи, которые, с одной сто- роны. известны в Европе, с другой — на дальнем востоке Азии и отсут- ствуют на территории Сибири.
40 Начало оледепевяа Плювиаль- ный период ГЛАВА первая:, ледниковый период Все же нужно сказать, что вопрос о времени начала более или менее значительного развития оледенения на севере и в горных областях се- верного полушария остается недостаточно выясненным. Мы не можем утверждать с полной уверенностью, связывается ли накопление льдов и продвижение их из полярных областей на юг с последним отделом в истории земли, четвертичным периодом, или, скорее, относится еще к позднетретичной поре. В настоящее время большинство геологов склоняется к мнению, что первое наступание полярного ледника должно было иметь место еще в конце третичного периода. В пользу такого предположения, действи- тельно, как мы видели, говорит резкое похолодание моря, омывавшего- в конце третичного времени берега западной Европы, и постепенное вытеснение растительности южного характера из ее более северных обла- стей, хотя ледниковые наносы, достоверно относящиеся к столь раннему времени, пока не открыты. Другие считают, что развитие оледенения полярных областей представляет характернейшую черту именно четвертичного периода, с которого и следует вести начало последнего. Пока этот вопрос представляется еще недостаточно разъясненным. Однако нельзя за- бывать, что в том или другом решении вопроса кроется значительная доля условности. Все зависит от того, какой критерий положить в основу разделения двух периодов, граница между которыми не всеми геоло- гами проводится одинаково. РАЗВИТИЕ ЛЕДНИКОВ В ЧЕТВЕРТИЧНОЕ ВРЕМЯ Оледенение Европы в четвертичное время представляется следствием условий, создавшихся в той или иной степени для всего земного шара, хотя оно и получило наибольшее развитие в северном полушарии. Про- являясь в накоплении льда у полюсов и в прогрессирующем понижении температуры на прилегающих частях материков, оно, с другой стороны, должно было найти известное отражение и вне своих непосредственных границ, в частности в субтропических и тропических широтах. Действительно, на очень многих горных цепях в области тропиков отмечены следы некогда имевшего место значительного распространения ледников, которое, очевидно, отвечает ледниковой эпохе умеренных обла- стей земного шара. Например, в экваториальной Африке на Килиманд- жаро и Кении, так же как в Южной Америке по всей цепи Анд и на Кор- дильерах, снеговая линия была в то время ниже современной на 0,5—1 км, и ледники имели несравненно большее развитие, чем в настоящее время. Прямым отражением тех же условий в тропических странах прихо- дится считать время, которое здесь обычно называется плювиальным периодом. В эту эпоху, вследствие исключительно обильных осадков, реки п озерные бассейны были переполнены водой, и уровень их стоял на много десятков метров выше современного уровня. Свидетелем этого времени являются сухие ложа рек и водоемов, затем береговые террасы, прежние берега водных вместилищ, значительно поднятые над уровнем современных бассейнов. М. Буль в своем недавнем обзоре результатов археологических иссле- дований в Кении (восточная Африка) пишет по этому поводу следующее: «Известно, что в этой части восточной Африки имеются озера, например озеро Накуру, в настоящее время находящиеся на пути к быстрому высы- ханию. Они окружены древними пляжами, расположенными на разной
РАЗВИТИЕ ЛЕДНИКОВ В ЧЕТВЕРТИЧНОЕ ВРЕМЯ 41 высоте и позволяющими проследить последовательное изменение их уровня. Это нечто вроде ископаемых дождемеров, аналогичных большим плейстоценовым озерам Северной Америки... С другой стороны, изучение напластований в археологических местонахождениях показывает чере- дование слоев субаэрального происхождения и аллювиальных наносов. Верхние озерные террасы и аллювиальные слои пещер и убежищ могут соответствовать периодам наибольшей интенсивности плювиальных явле- ний и могут быть поставлены в параллель с различными фазами европей- ского оледенения». 1 Даже такие большие пустыни, как Сахара, в данную эпоху предста- вляли местности достаточно орошенные, покрытые богатой растительно- стью и населенные разнообразным миром животных. Однако, насколько можно судить по характеру растительных и животных остатков, сколько- нибудь значительного понижения температуры "экваториальные области в ледниковое время, видимо, не испытывали (ср. табл. III). В южном полушарии оледенение не захватило обширных районов. Это становится понятным, если взглянуть на карту этого полушария. Здесь господствует море, и материки не подходят близко к полярным областям. Только Южная Америка представляет в этом смысле исклю- чение, простираясь до 55° ю. ш.; ее оконечность — южная Патагония и Огненная Земля — является поэтому единственной областью в южных широтах, которая испытала оледенение материкового типа, весьма сход- ное с европейским, но имевшее значительно меньший масштаб. Однако влияние понижения температуры, принесенного ледниковой эпохой, ска- залось повсюду в горных районах южного полушария, не только в Южной Америке и Африке, но ина Новой Зеландии и в альпийской области юго- восточной Австралии, которые были покрыты в это время обширными ледниками.2 Другую картину дает в этом отношении Северная Америка. Здесь оледенение, имевшее центром территорию, лежавшую вокруг Гудзонова залива (северная Канада), получило чрезвычайно широкое развитие и охватило большую часть материка, спускаясь южнее 40° с. ш., то есть значительно дальше к югу, чем в Европе. Граница наибольшего распро- странения великого оледенения здесь местами проходит на широте Малой Азии, Сицилии, южной Испании. Площадь, занятая им, превосходила по крайней мере в два, а то и в три раза площадь европейского оледене- ния и в наибольшем поперечнике имела до 7000 км. В своем характере оно обнаруживает поразительное сходство с оле- денением Европы. Центром его на севере явились области выходов кри- сталлических пород — последние остатки древних горных массивов, — питавшие и здесь продуктами своего разрушения, в частности валунами кристаллических пород, морены огромного материкового ледника. В на- стоящее время область древнего оледенения Северной Америки предста- вляет типичный скалисто-моренный ландшафт, напоминающий Сканди- 1 М. Boule, La paleontologie humaine en Afrique orientale, <L’ Anthropologies, t. XL, Л» 1—2, 1930, стр. 206. 2 ГТрегорн установил, что ледники Кении спускались по меньшей мере на 2700 м ниже современных. То же известно и в отношении Килиманджаро. В Австралии лед- ники доходили в Австралийских Альпах у Аделаиды до 1000 м от уровня моря, в Тас- мании до 700 м. В Новой Зеландии следы прежней деятельности глетчеров наблю- даются до уровня моря (Herz, Die Eiszeiten und Hire Ursachen, 1909, стр. 103). Другие авторы (ср. Четвертичный период, Б.С.Э.) приводят несколько иные цифры, что не меняет, однако, основного факта — большого развития ледников в горных областях южного полушария. Оледенение в), южпом полушарвв Оледепепи Северной Америки
42 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД Оледенение Северной Азии Некоторые цифровые дпппые навию или Финляндию. Она окружена широким поясом холмистых морен с массой мелких и крупных озер. На юге распространение североамери- канского ледника отмечено линиями валов концевой морены, которые тянутся поперек всего материка. Сходство природных условий Северной Америки и Европы особенно подчеркивается близостью, почти тожде- ством, животного и растительного мира в широтах, отвечающих области оледенения, что свидетельствует об одинаковых судьбах, переживавшихся материками северного полушария в ледниковое время. Действительно, на развернутой карте северного полушария, взятой в полярной проекции, можно видеть, что североамериканский и евро- пейский ледники в ледниковое время должны были представлять, в сущ- ности, одну огромную область оледенения, центр которой находился приблизительно в современной Гренландии. И в настоящее время эта страна в гораздо большей степени, чем иные полярные области северного полушария, сохранила свой ледяной щит (рис. 6). Как можно видеть на той же карте развития ледниковых явлений, в северном полушарии материковое оледенение окаймляет, таким обра- зом, северную часть Атлантического океана и прилегающие области, омываемые полярным морем. Наоборот, побережья Тихого океана в тех же широтах подверглись оледенению в несравненно меньшей степени. Северная Азия даже в своей полярной части не имеет признаков сплош- ного оледенения. Следы местных оледенений известны в районе Таймыр- ского полуострова, в Якутской области и на горных хребтах восточной Сибири. Большим распространением здесь видимо пользовались, как и на Аляске, покровные льды, имевшие характер «мертвых» пластов льда, в противоположность ледникам находившиеся в состоянии покоя. Их остатки до сих пор сохраняются на севере Сибири. В настоящее время оледенению Сибири придают большее значение, чем это принималось раньше, когда существование его многими почти вовсе отрицалось. Однако масштабы распространения ледников в Азии ие могут итти ни в какое сравнение с тем, что мы знаем о Европе и Се- верной Америке. Очевидно, причину этого явления приходится искать не в отсутствии понижения температуры, которая на севере и востоке Сибири настолько понижена, что там могло бы существовать оледенение и в настоящее время, а в том обстоятельстве, что здесь не было подходящих условий для вы- падения осадков в тех количествах, которые были необходимы для обра- зования обширного материкового оледенения гренландского типа. Таким образом, главной действующей силой ледниковой эпохи является атмосферная влага, которая в области высоких широт и в горных районах проявляла себя накоплением снега и льда, в других же местах земного шара сказывалась при соответствующих условиях в значительном уве- личении количества циркулирующих вод и чрезвычайном усилении про- цессов размыва поверхности суши и накопления аллювиальных наносов. Для образования ледников увеличение количества осадков должно было, естественно, сочетаться с известным понижением температуры в северных областях нашего полушария. Развитие оледенения должно было, в свою очередь, с течением времени оказать сильное и многообраз- ное воздействие на природный режим всего северного полушария, в осо- бенности его средних широт. Распространение ледникового покрова, который только в север- ном полушарии во время своего максимального развития должен был занимать колоссальную площадь в 20—25 миллионов кв. км,
ПРИЧИНЫ ЧЕТВЕРТИЧНОГО ОЛЕДЕНЕНИЯ 48 является, конечно, фактом исключительного значения для четвертичной эпохи. Вот некоторые цифры, которые приводит современный французский геолог Ж. Дю6уа. В период наибольшего развития плейстоценового оле- денения ледники должны были покрывать в обоих полушариях более 41 миллиона кв. км (что соответствует приблизительно 70 миллионам куб. км льда) и более 36 миллионов кв. км в эпоху последнего оледенения (около 58 миллионов куб. км), тогда как в настоящее время они занимают, в круглых цифрах, 15 миллионов кв. км (около 19 миллионов куб. км). Это составляет в процентах 8, 7 и 3 всей поверхности земли. Таким обра- зом, если принять одинаковость прочих условии, в случае растаивания современных ледников, уровень океана должен был бы подняться на 38—58 м, и, наоборот, в эпоху максимального оледенения он должен был быть ниже современного уровня на 131 м и на 90—100 м в эпоху последнего (вюрмского) оледенения. ПРИЧИНЫ ЧЕТВЕРТИЧНОГО ОЛЕДЕНЕНИЯ Что же было причиной, вызвавшей такое развитие ледников? В на- стоящее время имеется много объяснений причин ледниковой эпохи, однако ни одно из них не является настолько убедительным, чтобы не вызывать ряда более или менее серьезных возражений. Первое затруд- нение, возникающее при выяснении этого загадочного явления, встает в связи с вопросом, следует ли считать его явлением, периодически повто- рявшимся в течение четвертичного времени, которое’, таким образом, мо- жет быть, предстоит пережить нашей планете в какое-то относительно близкое время, пли же его следует рассматривать как следствие таких условий, которые один раз, но на очень долгое время, сложились на нашей планете в эпоху плейстоцена. Если принять очень распространенный среди геологов взгляд о су- ществовании в четвертичное время повторных оледенений, которые не раз охватывали материки северного полушария в продолжение ледни- кового периода, сменяясь периодами затухания ледниковых явлений, то, очевидно, придется признать, что причины оледенений также имели повторяющийся, периодический характер. В этом случае обычно их усматривают в условиях космического порядка, главным образом в умень- шении доставляемой земле солнечной энергии. Последнее могло быть вызвано непосредственным уменьшением количества тепла, посылаемого солнцем, причем это явление можно было бы пытаться связать с пе- риодическим— то усилением, то ослаблением радиации солнца. Другие видят причину оледенения в космических завесах, поглощав- ших лучистую энергию солнца при прохождении солнечной системы через космическую туманность, или в изменении положения самой земли в ее отношении к солнцу, например в ее периодическом удалении от него и т. п. Аррениус полагал, что периодические колебания температур на земной поверхности должны были зависеть от деятельности вулканов, выделявших углекислоту, которая, будучи мало теплопрозрачной, предо- храняла землю от потери тепла через лучеиспускание в мировое про- странство. Однако, помимо того, что ни одно из указанных обстоятельств не имеет достоверного характера, их общим недостатком является то, что они пытаются найти причины повторения ледниковых эпох в понижении температуры, которое само по себе не может объяснить накопления огром- ных масс льда, концентрировавшихся на определенных участках суши. Гипотеза о периодично- сти оледене- ний
44 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД В более поздних работах, главным образом зарубежных ученых, пытающихся найти причины периодичности оледенений, не имеется пока ничего, что выходило бы из круга тех же мало убедительных и противо- речивых представлений. В среде некоторых геологов значительным влия- нием сейчас пользуются взгляды Миланковича, 1 2 строящего на периоди- ческом изменении взаимного положения солнца и земли многотысяче- летнюю кривую уменьшения и увеличения доставляемого солнцем тепла. С другой стороны, имеются попытки связать эпохи оледенения с фазами орогении (Рамзай) — значительного поднятия суши и процессов горо- образования — как следствия изменения той же солнечной радиации. Некоторые, следуя за Кеппеном и Вегенером в объяснении изменения климатов земли в прошлом перемещением материков и, тем самым, изменением положения полюсов в отношении суши, вообще отрицают существование ледникового периода. Эти авторы полагают, что никаких особых ледниковых эпох в истории земли не было и более холодный климат около полюсов земной коры существовал всегда. Такие взгляды находят поддержку во взглядах Симсонл о значении изменения солнеч- ной радиации в том смысле, что увеличение этой радиации вызывало не уменьшение, как это принято думать, но развитие ледниковых явлений. Воейков Уже известный русский метеоролог А. И. Воейков обратил внимание на то обстоятельство, что значительное общее понижение температуры, настолько значительное, что оно могло вызвать замерзание северной части Атлантического океана, должно было бы весьма неблагоприятно отразиться на испарении влаги и. следовательно, на ее выпадении в виде снега в области питания ледников северного полушария. Это можно видеть, например, на северных окраинах Сибири, где выпадение осад- ков, несмотря на близость Ледовитого океана, в общем ничтожно и, во всяком случае, совершенно недостаточно для развития сколько-нибудь значительных ледниковых покровов. Броунов Поэтому гипотеза, предложенная П. И. Броуновым и объясняющая возможность развития оледенений перемещением так называемого затро- пического барометрического максимума в связи с ускорением вращения земли и создаваемым этим иным распределением температур и усилением снегопадов в умеренных широтах обоих полушарий, представляется во мно- гих отношениях более правдоподобной, чем перечисленные выше гипотезы. - Лаппараи Само понижение температуры, как правильно указывают Лаппаран и ряд других авторитетных геологов, вообще не является фактором, обусловливающим развитие ледниковых явлений. В той же Сибири по- люс холода, наиболее низких годовых температур, приходится на Якут- скую область, в частности на район Верхоянска, 3 где, однако, явлений оледенения не замечается. Сходный пример представляет и Аляска. 1 Против взглядов Миланковича, помимо приведенных общих соображений, го- ворит значительное число предполагаемых нм оледенений (11) и непродолжительность этих оледенений (5000—11000 лет), —совершенно не в соответствии с наблюдаемыми фактами. 2 П. И. Броунов, О происхождении ледниковых эпох на земле, «Природа», А? 7—12, 1924, стр. 42. Нужно сказать, что интересная идея Броунова является, в сущности, лишь развитием мыслей Воейкова, Гармера и Гейница, для которых он сумел найти обоснование не в отношении одного северного, но для обоих полушарий. 3 Средняя годовая температура Верхоянска —17\ на 20° ниже, чем в Ленин- граде: зимой морозы доходят до —68э. В то же время в южной Гренландии на той же шпроте, при более умеренном климате, наблюдается обширное оледенение ма- терикового типа. В западной Патагонии и на южном острове Новой Зеландии лед- ники развиты там, где средняя годовая температура равна 4-10°, что объясняется большими зимними снегопадами й умеренной температурой лета.
ПРИЧИНЫ ЧЕТВЕРТИЧНОГО ОЛЕДЕНЕНИЯ 45 Очевидно, только значительная влажность в связи с понижением темпе- ратуры, имевшая следствием выпадение значительных количеств осадков в виде снега, могла, как сказано было выше, явиться непосредственной причиной оледенения, охватившего землю во время ледниковой эпохи. Ряд крупных географов и геологов указывает, что для этого было доста- точно понижения температуры всего на 3—5°, которое падало бы на лет- нее время, тогда как зимние стужи могли в эту эпоху вовсе не иметь характера особенно резких падений температуры. 1 Другая группа гипотез выдвигает более частные причины развития этого рода явлений. Они сводятся к таким предположениям, как возможность в прошлом отклонения теплого течения Гольфстрема, которое в настоящее время оказывает очень сильное влияние на климатические условия Евразии, поддерживая относительно повышенную температуру в омываемых им приполярных областях Атлантики. Другие исследователи, как Де-Геер, придают большое значение поднятию суши в северных областях Европы и Америки, которое должно было превратить их в гигантские ледниковые цирки. Подобные предположения представляются по существу дела более вероятными, и указываемые факты в той или иной мере, несомненно, имели место в течение ледниковой эпохи. Однако они сводят ледниковую эпоху к явлениям, связанным с северным полушарием, тогда как оче- видно, что она в той или иной степени проявляла себя на всей поверх- ности земного шара. Таким образом, удовлетворительного объяснения причин великого оледенения материков северного полушария до сих пор не найдено, тем более, что до сих пор все же не разрешен окончательно вопрос о числе и характере плейстоценовых оледенений. Некоторая часть геологов с известным основанием утверждает, что ледниковый период представляет собой один длительный процесс, правда, сопровождающийся то ростом, то замиранием ледниковых явлений. Нужно принять во внимание, что наблюдения над современными лед- никами материкового типа показывают, какое большое значение должны были иметь и в прошлом для развития оледенения распределение теплых и холодных морских течений, режим влажных, дающих осадки ветров циклонического характера и пр. Начавшееся оледенение само должно было регулирующе влиять в отношении умеренности зимних температур и, наоборот, понижения средних температур лета, что, очевидно, созда- вало благоприятную обстановку для дальнейшего накопления снега и льда. Существует весьма правдоподобное предположение, что в развитии большого материкового оледенения могла иметь место известная циклич- ность, зависящая от ряда причин, в которых важнейшую роль должно было играть так сказать «самоуничтожение» ледника. Последний на опре- деленном этапе неизбежно должен был обусловливать наступление анти- циклонической погоды, быстро приводившей к уменьшению осадков, 1 Этой же точки зрения придерживается и М. А. Мензбир (ук. соч., стр. 141}: «Метеорологи отнюдь не видят надобности приписывать ледниковому периоду холодный арктический климат. Я пришел к этому заключению на основании изучения фауны ледникового периода». По Гейму, «уже фактом своего существо- вания ледник создает условия для своего продолжения (fiir sein Fortbestehen)». По Marchl, похолодание в ледниковое время является скорее следствием, чем при’ чиной наступания ледников». Герц утверждает, что небольшое понижение темпе- ратуры могло, если оно приходилось на летние месяцы, вести к накоплению льда, которое являлось само зародышем дальнейшего нарастания глетчеров (Norbert Herz, Die Eiszeiten und ihre Vrsachen, Leipzig und Wien. 1909, стр. 139). Частные причины развития оледенения
4G ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД сухости и континентальности климата, а следовательно, и к отступанию ледникового покрова, пока ранее действовавшие силы не начинали вновь оказывать влияния на его повторное наступание. 1 Нам кажется, во всяком случае, очевидным, что великое оледенение, вызванное определенными, в первую очередь климатическими условиями, по существу представляет один из этапов в общем процессе прогрессирующего охлаждения земли. ДЛИТЕЛЬНОСТЬ ЧЕТВЕРТИЧНОГО ПЕРИОДА Рассматривая разнообразные явления, которые имели место в ледни- ковую эпоху, обычно устанавливают их последовательность в связи с геологической историей материков в течение древнечетвертичного вре- мени. Как и для более ранних геологических периодов, эта хронология по необходимости является относительной, а не абсолютной, что вполне понятно, поскольку чрезвычайно трудно найти такого рода опорные вехи, которые позволили бы перевести на язык цифр, хотя бы и тысяче- летий, длительность жизни ледников, отступания и наступания моря, работы рек и т. д. В такой же мере это затруднительно и в отношении тех изменений, которые испытали животный мир и растительный мир ледникового времени. Очевидно, более или менее то же приходится сказать и о древнейшей истории человеческих обществ, которая сама по себе при настоящем состоянии наших знаний не имеет сколько-нибудь точных и абсолютных критериев протяженности во времени. Несмотря на трудность задачи, все же сделан ряд попыток подойти, хотя бы и очень приблизительно, к хронологическим масштабам истории великого оледенения Европы и Северной Америки. Далеко не все они могут считаться удовлетворительными по методу исследования, и выводы их довольно сильно расходятся. Лстрономи- Одни из них основываются на явлениях астрономического порядка, ческие поскольку авторы их в этого рода фактах видят причину ледникового вычисления периода. В качестве примера укажем па известную теорию Кголля, осно- вывавшего свои выкладки на периодическом изменении наклона земной осп в ее отношении к эклиптике, которая описывает круг в течение десяти с половиной тысяч лет. Связанное с ним периодическое удлинение зимнего времени и сокращение лета должно было, по мнению Кролля, способ- ствовать развитию ледников. Подобный ж'е цикл явлений Кролль и другие авторы видят в изменении формы земной орбиты, ее эксцентриситете, благодаря чему земля 200 тысяч лет назад была удалена от солнца в про- должение лета на северном полушарии гораздо больше, чем в настоя- щее время, что могло быть причиной развития обширного оледенения. Аналогичные вычисления разработал в недавнее время Милднкович. Мы видели, однако, что гипотезы астрономического порядка не дают удовле- творительного объяснения ледниковой эпохи. f Хронологические исчисления, подобные приведенным нами, имеют уже ту слабую сторону, что они рассматривают оледенение северного и южного полушарий как явления, разделенные огромными промежутками вре. 1 Подобные взгляды на условия возникновения и исчезновения ледников очень близки к выше отмеченным представлениям крупных метеорологов и географов о при- чинах ледниковой эпохи.
Геологиче- ские мас- штабы четнер- ДЛИТЕЛЬНОСТЬ ЧЕТВЕРТИЧНОГО ПЕРИОДА 47 мени, для чего у нас нет решительно никаких оснований, тем более, что и в настоящую эпоху накопление льдов наблюдается совершенно оди- наково в полярных областях обоих полушарий. Другие исследователи пользуются для хронологических определений различного рода наблюдениями над ходом геологических процессов. Подобные попытки относятся еще к 50—60-м годам прошлого столетия и не раз повторялись в последующее время. Так, пробовали вычислить время, потребовавшееся на разработку ложа рек в областях, раньше занятых ледником, вычислялся рост озерных и речных наносов и т. п. Считать, однако, их удовлетворительными по методу наблюдения мы не можем, и результаты этих выкладок дают достаточно пеструю картину. Во всяком случае, большинство ученых, занимавшихся этими вопро- сами, расценивает длительность современной эпохи не менее, чем в 10— 15 тысяч лет. При соблюдении того же масштаба время, которое должно было протечь от начала четвертичной эпохи, принимается обычно от 200 тысяч до миллиона лет. В цифрах этого порядка приходится исчислять время появления человека где-то на грани третичной и четвертичной эпохи. Если определение времени, падающего на древнечетвертичную и со- временную эпохи, у всех авторов, не исходивших из астрономических выкладок, носит вполне предположительный характер, небезынтересно все же привести некоторые из этих цифр 1 (см. табл, на сл. стр.). Особняком среди других работ по точности и остроумию применяв- Де-Геер мого метода стоят исследования известного шведского ученого Де-Геера над скоростью отступания ледника в пределах его последней, скандинав- ской, фазы. Изучая слои, оставленные в раннее, после-иольдиевое время Балтийского бассейна, он обратил внимание на то, что тающий ледник отлагал на дне водоема тонкие слои ила, различающиеся по своему со- ставу в зависимости от зимнего и летнего сезонов. Благодаря широкому распространению этих образований, «ленточных глин», получилась возможность наблюдать годичный прирост водных осадков. Прослеживая их шаг за шагом по мере отступания ледника, Де-Геер установил, что на продвижение ледника из южной Швеции к северным ее окраинам потребовалось около 5000 лет. Это движение по годам было неравномерным, но, в общем, к концу отступание ледника шло все уско- ряющимся темпом. Общую длительность современной эпохи от конца ледникового времени Де-Геер исчисляет в 10—12 тысяч лет, причем эту цифру приходится признать минимальной (табл. I, стр. 22—23, вкладка). Во сколько же раз нужно увеличить это количество лет, чтобы исчис- лить время весьма продолжительного, совершавшегося крайне медленно процесса — сначала продвижения ледника до пределов современной Украины и Донской области, а затем его отступания? Надо при этом иметь в виду, что развитие ледниковых явлений, как показывают многочислен- ные наблюдения, должно было сопровождаться неоднократными перио- дами отхода и повторного наступания. Интересно привести некоторые цифры, иллюстрирующие отношение Хронология во времени современной, древнечетвертичной или ледниковой эпохи и геологиче- третичного периода, которые вместе составляют кайнозойскую эру (век скихявлевии млекопитающих с их последним звеном — человеком), к более ранним периодам истории земли. Эти циф)ры имеют, конечно, лишь приблизи- 1 И. Boule, Les hommes jossiles, изд. 2, 1923, стр. 30 и 60; Н. Obermaier, Dilu~ pialchronologie, «Reallexikon der Vorgeschichle» von M. Ebert, Bd. II, 1925, стр. 406; Г. Осборн, Человек древнего каменного века, рус. пер., 1924, стр. 39 и др.
48 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ ЧЕТВЕРТИЧНОГО ПЕРИОДА АВТОРЫ Четвертин- I ный период в целом (или ледниковое время) Современная эпоха 1863 — ч. лайелль 800000 лет 1874 —д. дэна 720 000 » — 1893—у. эпгем. 100000 » — 1900—г. мортилье 240000 » 18000 лет 1900 — у. соллас 400000 > 17 000 > 1914 — пильгр нм 1290000 » — > 1914 — дж. Генки 620000 » — » 1914 — г. осборп 500 ОСО » 25 000 » 1921 — А. ИЕН к 500000 /> 1000000 » 20000 1923 — м. Буль 125 000 » 8—15 000 1925 — г. ОБЕРМАЙЕР 600000 » 14—15 000 1927 — И. БАЙЕР 200 000 /> 10000 тельное значение, поскольку они определяют длительность геологических эпох на основании отвечающей им толщи наносов, накопление которых, конечно, не могло происходить равномерно. Наблюдения над скоростью накопления осадков, выносимых реками в море, позволило геологам (Соллас) в качестве приблизительной средней принять как срок, необходимый для отложения 1 м породы, около 1000 лет. Это определение является, несомненно, очень условным. Однако открытие радиоактивности позволяет, видимо, подойти с бо- лее точными методами к определению времени минеральных образова- ний и, следовательно, к возрасту содержащих их геологических отложе- ний. Видимо, можно считать наиболее точно установленными этим методом дату эоцена, колеблющуюся между 30 и 70 миллионами лет, и особенно дату девона, для которого имеется наибольшее количество точных определений минералов, —около 320—400 миллионов лет. На- чало образования земной коры по тем же определениям относится к пе- риоду времени около 1—2 миллиардов лет (см. табл, на стр. 49). Несравненно меньшие цифры, чем это обычно принимается геологами, дает М. Буль как в отношении мощности осадочных образований, так и для длительности геологических эпох вообще,—начиная с архе- озоя. По его представлению, отношение эпох современной, древне- четвертичной и третичной должно быть выражено в пропорции 1 : 10 : 200. Отсюда его оценка длительности их в 10—12 тысяч лет, 125 тысяч лет и 2 500000 лет. Близких взглядов держится и Байер, 1 принимая для аллювия, ди- лювия и третичного времени пропорцию 1 : 20 300 (соответственно — 10 тысяч лет, 200 тысяч лет и 3 000000 лет), против обычно,принятого геологами отношения 1 60 600. ЖИЗНЬ СОВРЕМЕННЫХ ЛЕДНИКОВ Известное представление о великом европейском леднике в смысле условий его образования можно составить на основании наблюдений 1 J. Bayer, Der Mensch im Eiszeitalter, Leipzig. 1927, стр. 201.
49 ЖИЗНЬ СОВРЕМЕННЫХ ЛЕДНИКОВ ХРОНОЛОГИЯ ГЕОЛОГИЧЕСКИХ ЭПОХ (ПО ФЕРСМАНУ) | Геологические эпохи Мощность осадочных отложений Начало данного периода Современная — 25 тыс. лет Древнечетвертичпая 1 200 м 800 » » Третичная 19 000 » 30—<0 млн. лет Меловая 13 000 » Юрская 2 500 » '1 риасовая 5000 » Пермская ... 3 500 » Каменноугольная 8 500 » 300 Девонская 6 500 » 320—400 Кембро-силурийская 17 500 » 900 Докембрийская свыше 24 500 » Всего около 100 000 м 1 Ыразование земной коры 1 500—2 000 » Образование солнечной системы 3 000 » над современными глетчерами горных областей, встречающимися на всех более значительных хребтах Европы и Азии. Повсюду в этом отношении можно наблюдать более или менее оди- наковую картину. Выпадающие снега, накапливаясь в обширных горных котловинах, так называемых ледниковых цирках, в результате сильного давления вышележащих пластов и колебания температуры, с течением времени отвердевают и превращаются в ледяную массу. Образующийся ледник вследствие пластичности льда начинает медленно двигаться по склону. Глетчер, питаемый усиленным льдообразованием при достаточ- ном обилии влаги в воздухе и постоянном выпадении ее в виде снега, может спускаться очень низко за пределы границы вечньГх снегов — в область луговой и даже лесной зоны, тогда как в бедных осадками областях ледники не образуются даже при условиях достаточно низких температур. Последнее можно видеть на многих горных массивах, где южные, более теплые, но богатые осадками склоны дают начало гораздо более крупным и ниже спускающимся ледникам, чем северные, более холодные склоны, находящиеся в этом смысле, казалось бы. в лучших условиях. Общеизвестный пример этого рода представляют Гималаи, где на север- ных склонах граница вечных снегов лежит на 5300 м выше уровня моря, тогда как на юге Гималайского хребта она спускается до 4900 м. Ледники отсутствуют и на холодных, но сухих плоскогориях Тибета, достигающих высоты в 5000—6000 .и над уровнем моря. Той же причиной, как мы ви- дели, можно объяснить отсутствие ледников на севере и северо-востоке Сибири, где чрезвычайно низкие годовые температуры даже в настоящее время вполне благоприятны для образования обширных ледяных покро- вов, тем более, что здесь имеется как бы зачаток оледенения в виде явле- ния вечной мерзлоты. С другой стороны, Гренландия и Антарктическая область, где осадков выпадает достаточно, одеты сплошным ледниковым панцырем, площадь 4 П. П. Ефименко. Первобытное общество — 1734 Значение атмосфер» ных осадков в образова- нии ледни- ков
50 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД которого измеряется сотнями тысяч квадратных километров. Таким образом, мы снова приходим к заключению, что одним из важнейших условий для развития оледенения является климат достаточно влажный, не столько чрезмерно холодный, сколько отличающийся большим количе- ством атмосферных осадков. Гео.тогаче- Образующийся ледник оказывает мощное воздействие на окружаю- екое действие щИй горный ландшафт. Он дробит и обтесывает обломки горных пород, ледника оторванные давлением льда или расколотые благодаря колебанию тем- пературы. Отдельные скалы, противостоящие движению ледника, округ- ляются, шлифуются, превращаются в куполовидные возвышения, и, таким образом, горная, скалистая местность, которая испытала его дей- ствие, постепенно получает характерную сглаженность, выдающую су- ществование ледника там, где он уже давно угас. Минеральный материал, так называемая морена, увлекаемый и перено- симый движущимся ледником в виде массы грязи, щебня и валунов, частью оставляется им по пути движения в виде пласта «донной» морены, частью выносится к его окраине и откладывается в виде скоплений — «конечной» морены. При долгом стационарном положении ледника по его краю постепенно образуются целые валы нагроможденного материала из ила, гальки п валунов. Талые воды перемывают морену и выносят за ее пределы на далекие пространства песок и глину, откладывая их на окружающих равнинах. Мощность Тот же характер имеют и обширные материковые ледники полярных ледникового областей, которые, в сущности, являются последним пережитком лед- покрова никовой эпохи. Гренландия, обширная страна, занятая сплошным ледни- ковым покровом, достигающим, по мнению Нансена, толщины более 1500 м, а по данным экспедиции Вегенера (1935) в центральных частях до 2700 м, и медленно движущимся из центральных возвышенных частей страны к своим окраинам, в частности к фиордам Баффинова залива, близко напоминает то, что некогда представляла собой Европа. Но, без сомнения, оледенение Европы отличалось гораздо более грандиозным масштабом. Мощность древнего оледенения довольно точно установлена в ряде горных областей Европы по распространению валунов, бороздам и шра- мам, сглаженности скал и т. д. Пенк для центральных Альп принимает толщу льдов в 2500.ч, для среднеальпийской области — 2200 ж, Брюкнер для верхней долины Роны — 1600 м. Гейки для Англии — 1200 .и, Торроддсон для Исландии — 1000 м. Отсюда ясно, что толща собственно материковых ледников Европы и Северной Америки должна была изме- ряться многими тысячами метров. ВЕЛИКОЕ ОЛЕДЕНЕНИЕ ЕВРОПЫ «Предположим, — говорит Овермайер, — что какой-нибудь из глетче- ров совершенно стаял бы, — из него исчезли бы лед и снег, сбежала бы вода, но сам он, тем не менее, сохранился бы в виде скелета, состоящего из соответственным образом расположенных ледниковых отложений. Прежде всего остались бы на своих местах боковые морены, которые окаймляли его края и медленно передвигались по направлению к долине. В последней мы нашли бы конечную морену, расположенную в виде полукруга, и могли бы в точности воспроизвести очертания подходившего к ней ледника. Самое дно глетчера было бы покрыто толстым слоем ледни- ковых обломков, которые осели бы из исчезнувшей водяной массы; кроме
ВЕЛИКОЕ ОЛЕДЕНЕНИЕ ЕВРОПЫ 51 того, было бы заметно отполированное и исцарапанное ложе его, покрытое глиной, и в тех местах, где из него выдавались скалистые гребни, нахо- дились бы характерно обточенные бараньи лбы. Таким образом, благо- даря этим следам, оставленным прежней деятельностью глетчера, мы были бы в состоянии восстановить его внешний вид в прежние времена и могли бы определить толщину его слоя, так как она должна была бы соответствовать вышине боковых морен. Наконец, петрографический состав обломочного материала позволил бы во многих случаях опреде- лить приблизительное протяжение его прежней области питания — его фирновых полей, — так как эти обломки большей частью возникают из скал более высоких областей, и в них должны, следовательно, содер- жаться те же самые каменные породы, как на вершинах. В виду того, что яи одно иное явление природы не может создать такого комплекса характерных во всем своем целом отложений, мы были бы в состоянии сказать с полной уверенностью, что имеем перед собой действительно скелет древнего глетчера, — никакая ошибка не была бы в данном случае возможной». 1 Такую картину мы действительно имеем в Европе, в особенности в обла- сти, расположенной вокруг Балтийского моря. Ледники, покрывавшие в эпоху особенного развития оледенения всю северную и значительную часть средней Европы, питались массами льда, которые накапливались в Скандинавии и в Финляндии, соста- влявших вместе обширный горный массив Фенноскандии. Меньшие центры оледенения имели место и в других горных районах более северной полосы Европы. Так, например, хорошо сохранившийся ледниковый ландшафт указывает на существование оледенения в горных областях Шотландии, распространявшегося в ледниковую эпоху почти на всю территорию Великобритании и Ирландии, хотя последние имели также свои местные центры развития ледников. В восточной Европе такие местные оледенения существовали в области Нс вей Земли и Се- верного Урала. Но в эпоху наибольшего развития ледниковых явлений все они сливались в один колоссальный ледяной массив. На восточноевропейскую равнину массы льда двигались главным образом со стороны Финляндии и Карелии, которые должны были в то время представлять довольно большие возвышенности, позже почти стер- тые благодаря продолжительному воздействию ледника. В исчезновении этих возвышенностей сыграло, видимо, известную роль и значительное опускание древнего кристаллического щита Фенноскандии, происшед- шее в ледниковое время. Весь северо-запад РСФСР, вместе с соседними Финляндией, Эстонией и вообще с восточной частью Прибалтики, сохраня?т необыкновенно свежие черты бывшего здесь некогда оледенения. Там, где, как в Фин- ляндии п Карелии, поверхность страны состоит из твердых горных пород, ландшафт имеет в этом смысле особенно выразительный характер. Тер- ритория Финляндии и Карелии обилует полированными и изборожден- ными скалами, ледниковыми котлами, громадными валунами, оторван- ными и окатанными ледником, а также в значительной своей части покрыта наносом из разрушенного материала, образующим морен- ные всхолмления или заполняющим западины и складки горного ланд- шафта. Центры оледенения Оледенение Балтики 1 Н. Obermaier, Der Mensch der Vorzeit, стр. 25 (рус. пер. Обермайер, Доисто- рический человек).
52 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД На геологической карте Финляндии можно видеть параллельные валы, тянущиеся на юге страны от Ганге, то есть юго-западного угла Финляндии, по направлению к северо-востоку в обход Ладожского озера. Эти дугообразные валы, которые носят местное название сальпаус- сельке, обращенные своей выпуклостью в сторону равнины восточной Европы, представляют собой конечные морены, окаймлявшие ледник в период его отступания. Продолжение их можно видеть по ту сторону Балтийского моря, в средней Швеции, которую они пересекают в области больших озер. Они свидетельствуют о том, что ледник надолго задержи- вался в южной Скандинавии и в районе Финского залива перед тем, как отойти к северу. По всей Финляндии встречается также множество то более коротких, то более длинных вилообразных, иногда разветвляющихся гребней, так называемых озов или — в Карелии — сельг, которые, как правило, бывают расположены в перпендикулярном направлении к окраинам лед- ника, то есть к валам конечной морены. Одно из наиболее вероятных объяснений, которое им дается, говорит, что они образовались благодаря заполнению моренным (флювио-глациальным) материалом подледниковых тоннелей, прорытых водными потоками. Своим направлением с северо- запада на юго-восток они указывают путь движения ледника со стороны Ботнического залива. На тот же путь движения льдов указывают и ледни- ковые «шрамы», то есть борозды, оставленные ледником на скалах и камнях. Сходный ландшафт наблюдается и южнее, вне собственно-кристал- лической гряды, в частности, например, в пределах Псковского, Новго- родского и Калининского краев. Сложная система валов и всхол- млений, образующая здесь так называемую Валдайскую возвышен- ность, дает возможность различить те же черты строения леднико- вого ландшафта с конечными моренами и озами. Такие же моренные всхолмления тянутся к западу, в Эстонии, и к югу, в БССР, Латвии и Литве. Они окаймляют широким поясом восточное побережье Балтий- ского моря и связываются с поясом валообразных морен, проходящих через Польшу и северную Германию в направлении на полуостров Ютлан- дию. Описывая обширную дугу вокруг Балтийского бассейна, эта линия морен одним своим концом упирается в оконечность Ютландии, другим же теряется где-то у южного берега Белого моря. Морены, лежащие в указанной черте, отмечают границы, до которых распространялся ледник в последнюю длительную фазу своего существо- вания. Этому оледенению дают обычно название балтийского, так как его морены не выходят далеко за пределы Балтийского бассейна. Область распространения балтийского оледенения на карте прослеживается по массе мелких озер, образовавшихся из вод растаявшего ледника в склад- ках моренного ландшафта, в многочисленных углублениях средн его грив и всхолмлений. Вне конечных морен балтийского оледенения тя- нется полоса песчаных равнин, так называемых зандровых полей, отло- женных водами ледника из мелкого материала моренного наноса. Еще недавно балтийскому оледенению многие приписывали значение самостоятельного оледенения — последнего большого наступания север- ного ледника, отвечающего последней ледниковой эпохе. В настоящее время большинство авторитетных геологов видит в полосе балтийских морен лишь одну из фаз угасания последнего оледенения, граница кото- рого во время наибольшего развития проходила значительно дальше на юге и юго-востоке.
ВЮРМСКОЕ ВРЕМЯ Имеется основание думать, что область балтийских морен соответ- ствует все же какой-то довольно длительной фазе оледенения и может быть рассматриваема как одна из последних вспышек отступающего оле- денения. За это говорит особенная свежесть моренного ландшафта, окай- мляющего Балтийский бассейн, отмеченная исследователями одинаково в южной Скандинавии и вдоль южного и восточного берегов Балтики — в северной Германии, Польше и у нас в Северо-западном крае, тогда как вне этой черты моренный ландшафт имеет значительно измененный ха- рактер. Некоторыми геологами балтийскому оледенению в последнее время придается значение самостоятельной ледниковой эпохи — неовюрмской. Убедительных соображений в пользу такой точки зрения привести было бы невозможно (она базируется, главным образом, на горизонтах иско- паемых почв в лёссе), так как время, разделяющее вюрмское оледене- ние — его предшествующую стадию — от балтийской стадии, вряд ли могло бы быть все же особенно значительным. ВЮРМСКОЕ ВРЕМЯ Область балтийских морен окружена несколькими концентрическими рядами конечных морен, сохранившихся лишь в виде более или менее разорванных участков. С ними связаны гряды всхолмленного моренного ландшафта, которые идут от побережий Северного моря через всю сред- нюю Германию и Польшу на верхнее течение Днепра. Таких поясов конечно-моренного ландшафта насчитывается обычно и на западе Европы и у нас по крайней мере три или четыре. Их сближенность и характер материала, из которого сложены эти морены, заставляют думать, что они оставлены тем же оледенением, которое оставило балтийские морены, но в более ранних стадиях его развития и отступания. Что касается максимального распространения этого оледенения, оно может быть прослежено по так называемой донной, а также по уцелевшей во многих местах конечной морене, замыкающей внутри себя целую серию концентрически расположенных ледниковых валов и всхолмлений, идущих в сторону Балтики. По принятому в настоящее время мнению, границы ее в Германии и Польше проходят по линии так называемой вислянской конечной морены, пересекающей Вислу близ впадения в нее р. Буга. Отсюда граница этого оледенения идет к верховьям Днепра и Волги и далее на Сухону, где ее следы теряются, появляясь вновь уже у устьев Печоры. Как можно видеть на карте, помещенной в трудах II Международной четвертичной конференции, 1 в пределах СССР оледенение, отвечающее вислянскому оледенению Германии и Польши, оставило свои следы в виде внешней гряды, окаймляющей мощный пояс моренных всхолмлений, тянущийся от верхней Волги и Днепра до Балтийского моря. Его можно было бы назвать Ютландско-Печорским оледенением, так как концы огромной дуги его конечных морен упираются с одной стороны в Ютлан- дию, с другой — в низовья Печоры. За указанной границей широкой полосой идет пояс песчаных про- странств, представляющих собой мелкий вынос морены. Перерабатывае- мые водой и ветрами в эпоху отступания ледника, они послужили источ- Конечные морены Максималь- ное распро- странение северного ледника 1 СГруды 11 межд. конф. АИЧПЕ», вып. 1, 1932, стр. 96, 97.
54 ГЛАВА первая: ледниковый период Рпс. 3. Ландшафт Валдайской возвышенности в ледниковое время. ВалеПанвя ледяного покрова Валунный суглинок ником для отложения так называемого лёсса, — тонкого суглинка, бога- того известью, который сопровождает южные окраины этого оледенения на всем пространстве от Рейна до Днепра и Оки. Этому большому оледенению дают обычно названые вюрмского, так как его отожествляют с последним большим оледенением Альп, которое Пенком названо этим именем. Вюрмское оледенение, длившееся очень долго, во всяком случае не меньше двух-трех десятков тысяч лет, видимо, сопровождалось периодами наступания и отступания, чередовавшимися с периодами, когда ледник находился в стационарном состоянии и когда формировались пояса конечных морен. Только очень долгим существо- ванием этого оледенения можно объяснить различную степень сохране- ния ледникового ландшафта в пределах занятой им области. Интересно, что и для последнего оледенения Альп Пенк и Брюкнер устанавливают наличие значительных колебаний и постепенное зату- хание, сопровождавшееся периодами остановок и даже временного разра- стания ледников. Это обстоятельство представляет особенное значение, так как оно дает возможность более детального сопоставления истории хорошо изученного вюрмского оледенения Альп с отдельными этапами североевропейского оледенения. В частности, например, балтийская зона морен, затем конечно-моренные гряды Финляндии и Швеции мно- гими рассматриваются не без основания как фазы, отвечающие по вре- мени остановкам в отступании альпийских ледников — так называемым бюльской, гшницкой и даунской стадиям последнего оледенения Альп. ЭПОХА МАКСИМАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ СКАНДИНАВО- ФИНЛЯНДСКОГО ЛЕДНИКА Вюрмскому оледенению предшествовало время, когда северный лед- ник имел еще более значительное распространение. Хотя за пределами большого пояса вюрмских морен и нет хорошо выраженного моренного ландшафта, однако пласт ледникового наноса из песков и глин с валунами местных и северных горных пород прослеживается на обширных простран- ствах вне этого пояса. Толщина его достигает иногда многих десятков метров. Часто ледниковые отложения здесь бывают представлены грубой красноватой железистой глиной, «валунным суглинком», содержащим в большем или меньшем количестве разнообразные включения — дресву, северные валуны, кремневую гальку, обломки местных, подстилающих ложе ледника пород, перемешанные с ледниковым илом. Неотсортпрован- ность, беспорядочное смешение всего этого разнообразного материала
ЭПОХА МАКСИМАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ ЛЕДНИКА 65 Рис. 4. Тог же ландшафт в современную эпоху. указывает на то, что он отложился без участия водных потоков. В этом заключается один из наиболее характерных признаков ледникового на- носа в отличие от слоистых осадков, оставленных водой. Распространение валунной глины и эрратических валунов отмечает Границы границу наибольшего продвижения ледника. Она идет от Таймырского максималь- полуострова и низовьев Енисея на Обь, приблизительно к месту впадения И°™рад^я° в нее Иртыша, затем, пересекая Уральский хребет несколько южнее 60° ледников с. ш., от верховьев Печоры направляется на Пермь и через среднее течение р. Вятки — па низовья Ветлуги. Отсюда граница максимального распространения ледника резко уклоняется на юг п почти по прямой линии, если брать ее в основном направлении, водоразделом Волги и Дона, несколько западнее Суры и Медведицы, спускается за 50° с. ш. Затем, правым берегом Дона, она опять круто поднимается на север к Туле, чтобы другим выступом спуститься в бассейн Днепра почти до Днепро- петровска. Далее к западу она проходит чуть севернее Карпат и через среднюю Германию направляется к устью Рейна, оставляя в Англии свободным от льдов лишь крайний юг страны до Темзы (несколько севернее). Таким образом, площадь, занятая материковым оледенением Евразии в эпоху его максимального развития, измеряется 4000 км в на- правлении с запада на восток и около 2500 км с севера на юг, то есть общей цифрой до 10 миллионов кв. км. К этой цифре должна быть прибавлена обширная площадь, занятая альпийским оледенением и меньшими лед- никами других горных хребтов Европы и Азии. В данной фазе своего распространения ледник, двигавшийся с севера, главным образом из тех же областей, лежащих вокруг Балтийского моря, сносил до самых дальних южных окраин материал разрушенных им гор- ных пород. Наблюдения над характером принесенного ледником мате- риала позволяют в известной степени восстановить общую картину этого оледенения. Пользуясь этим признаком, по петрографическому составу валунов, рассеянных в ледниковых глинах Германии, Польши и Литвы и евро- пейской части СССР, можно судить о том, какими путями и из каких райо- нов оледенения двигался ледник. Так, по различному составу валунов в массе моренного материала удается отличить ледниковые потоки, шедшие из южной Швеции, Гот- ланда, Финляндии, побережий Ладожского озера, не говоря уже об окраинных центрах оледенения, существовавших на западе Европы, например в гористой частп Ирландии, северной Англии, Шотландии и у нас в области Новой Земли и Северного Урала.
ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД об Необходимо полагать, что и этот ледник, накопивший огромное ко- личество моренного материала, должен был всхолмить страну, оста- вляя в период своего отступания гряды моренных валов и возвышений, конечные морены, озы и т. д. К краям ледника они, конечно, могли быть менее выражены, чем. к северу, где ледниковый покров был гораздо более мощным и содержал, естественно, больше всякого рода включений. Однако в южной части русской равнины и на Украине, как правило, характерный ледниковый ландшафт, в сущности, совершенно отсутствует, и моренные образования представлены слоем валунного наноса. Обрывки конечных морен известны здесь лишь в очень немногих местах. 1 Геологнче- Очевидно, такое различие в ландшафте северной и южной зоны иоетъ макси- м0Ренных образований следует объяснить тем, что ледниковый пе- мального риод продолжался чрезвычайно долго, и мы имеем здесь дело с оледенения фазами оледенения, разделенными значительными промежутками вре- мени. Естественно предположить, что в эпоху образования морен в области Валдайской возвышенности и Финляндии ландшафт древнего оледенения по его южным окраинам должен был подвергаться дей- ствию всякого рода денудационных процессов, сгладивших ледниковый рельеф страны. К какому времени плейстоцена относится это огромное развитие се- верных ледников, сыгравшее исключительно большую роль в разработке- современного ландшафта всей средней, отчасти и южной Европы, остается не нполне выясненным. Вернее, в этом смысле имеются два различных, противоречащих друг другу взгляда. Одни, как М. Буль, видят в рис- ском оледенении первое проявление деятельности ледников в четвер- тичный период, помещая более ранние оледенения в третичное время. Отсюда рисское оледенение с этой точки зрения совпадает с ранней порой плейстоцена. Другие, и таких подавляющее большинство, считают, что максималь- ное оледенение при всей своей длительности может отвечать лишь сред- ней фазе квартера. Последнее мнение имеет серьезную опору во всех известных нам фактах. Сложная система моренных наносов средней Европы в течение долгого времени давала место самым различным толкованиями вызывала большие дискуссии в специальной литературе. В частности, оставались совершенно неясными характер и геологический возраст очень сильно сглаженной линии конечных морен, прослеживающейся в виде разобщенных участ- ков моренных валов между границами максимального оледенения и вюрм- ским поясом конечно-моренных образований. Этот пояс конечной мо- рены, проходящий у нас вдоль Припяти, через верхнюю Оку и Дмитров- скую гряду Московского края, в последние годы получил название пояса Варта-Вычегда. Сейчас установлено окончательно, что в нем нельзя усматривать самостоятельной стадии оледенения, так как он отмечает лишь позднюю фазу отступания рисского ледника в направлении к Балтийскому морю. ВОПРОС О ДО-РИССКОМ ОЛЕДЕНЕНИИ Мы уже видели, что первые признаки заметного понижения темпе- ратуры в Европе восходят к концу третичного периода — к плиоцену. Находки обломков пород, происходящих из области днепровской крм- 1 С. А. Яковлев, «Труды II межд. конф. АИЧПЕ», в. I, 1932, стр. 94.
ВОПРОС О ДО-РИССКОМ ОЛЕДЕНЕНИИ 57 сталлической гряды, в понтических известняках в окрестностях Одессы позволяют думать, что морозные зимы, сковывавшие ледяным покровом реки и, может быть, даже прибрежные части моря, берут начало уже с ранней поры плиоцена. Поскольку этот факт получает подтверждение в других подобных находках, сделанных по северному побережью Чер- ного моря, правда, в отложениях, относящихся уже к концу плиоцена (Богачев), их трудно объяснить иначе, чем допущением возможности заноса обломочного материала пловучими льдами в открытое море. Это были как бы первые предвестники надвигающейся ледниковой эпохи. Что в этом нельзя видеть явления случайного порядка — говорят явственные признаки, хотя, быть может, и временного, похолодания в пли- оценовых отложениях Голландии, в крагах южной Англии и в морских террасах сицилийского яруса на побережье Средиземного моря. Первое значительное понижение температуры, очевидно связанное Гюнцскос уже с развитием ледников в горных областях и в приполярных широтах оледепеине северного полушария, часто ставят в связь с гюнцом — первым оледене- нием Альп по известной схеме Пенка и Брюкнера. Такое заключение является довольно правдоподобным, хотя как-будто непосредственно и не доказанным. В эпоху гюнца, — получившего название от р. Гюнц (притока Дуная), в верховьях которой хорошо представлены моренные образования, отно- симые к древнейшему оледенению Альп, — водные потоки, устремляв- шиеся из-под ледников на соседние равнины, оставили следы своей дея- тельности в виде широких, но еще неглубоких долин, заполненных галечниковым и песчаным наносом. Только еще намечающиеся в гюнцскую пору речные долины в после- дующее время значительно углубляют свой водоток. В результате раз- мыва древнее дно этих долин с их галечниковым покровом часто сохра- няется лишь в виде отдельных участков. Эти древние речные галечники, расположенные на значительной высоте вдоль современных речных долин, известны одинаково как в области, прилегающей к Альпам, — по р. Роне во Франции, и в южной Германии, — так и в северных предгорьях Пире- нейского хребта и в других местах. Во всяком случае, из сказанного можно сделать вывод, что уже в плио- цене, который в приатлантических областях Европы отличался, как мы говорили, вообще достаточно теплым и чрезвычайно влажным кли- матом, на материке Европы складываются условия, благоприятные для прорывов холодных масс воздуха и холодных морских течений далеко на юг — в качестве предвестников длительного понижения температуры в четвертичное время. Более определенно можно говорить о следующем оледенении, следы Миндельеко которого довольно отчетливо прослеживаются в некоторых областях оледенение Европы. Правда, вопрос о том, имело ли место в Европе значительное развитие северного ледника, оставившее свои морены в эпоху, предше- ствующую его максимальному распространению, до недавнего времени решался по большей части отрицательно, поскольку исследования, про- изводившиеся в России, Польше, Скандинавских странах, Германии и Англии, постоянно приводили к установлению лишь двух горизонтов морены, соответствующих последнему — вюрмскому и более раннему — рис скому оледенениям. 1 Отдельные геологи и на западе, и у нас, допускав- шие вслед за Гейки и Пенком существование большего числа оледенений, Например, A. Lapparent, Traite de Geologic, m. Ill, 1906, стр. 1668 и сл.
68 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД обычно не имели достаточно твердой опоры в фактах для подтверждения такой точки зрения. Однако более детальные наблюдения, особенно к северу от Альп, внесли новые моменты в эту картину. В результате стратиграфического и петрографического расчленения моренных отложений Германии уда- лось доказать, что из-под морены так называемого максимального оле- денения (рисского пли оледенения заале) местами на довольно зна- чительном протяжении выдвигается морена, имеющая значительно боль- шую геологическую древность. От рисской морены ее отделяет очень большой период времени, о чем можно судить по размерам происходивших тогда эрозионных процессов: например, Эльба под Дрезденом в эпоху между эльстером (так назы- вается в Германии древнейшее оледенение) и заале успела углубить свою долину на 100 м. 1 Раннее — ольстерское наступание северного ледника, отложения кото- рого в виде нижнего горизонта морены были первоначально открыты в бу- ровых скважинах под Гамбургом, позже было установлено для окрестно- стей Берлина, а в настоящее время, как мы сказали, констатировано и в не- которых других местностях Германии — вне области распространения рисского ледника. По общему мнению геологов, оно может быть поставлено в параллель с миндельским оледенением Пенка. К миндельскому оледенению относят сейчас и нижнюю морену Англии. В последнее время следы того же раннего оледенения начинают нахо- дить и в Польше, хотя вполне достоверно для Польши устанавливаются лишь два последующих оледенения. Что касается европейской террито- рии СССР, то здесь вопрос о миндельском оледенении остается еще мало выясненным. Значительное большинство наших геологов считает возможным при- нять его существование, исходя все же из соображений более или менее косвенного порядка — из наличия древних речных террас (верхняя тер- раса Днепра), присутствия лёсса под отложениями рисской морены на Украине и т. д. Однако самой морены миндельского оледенения в ясном стратиграфическом соотношении с рпсским валунным наносом до сих пор ни в Польше, ни на территории СССР найти не удается,2 что может, естественно, вызвать сомнение в сколько-нибудь значительном распро- странении миндельского оледенения в восточной Европе. Геологи склонны отнестись с большой осторожностью к некоторым указаниям на следы миндельского оледенения, будто бы наблюдающиеся на Жегулях в Среднем Поволжье и прослеживаемые до Нижнего По- волжья и даже Заволжья (А. П. Павлов) и в нижнем междуречье Дона п Волги на Ергенях (П. А. Православлев). ПОВТОРНОСТЬ ЧЕТВЕРТИЧНЫХ ОЛЕДЕНЕНИИ Если представить себе общую картину моренных отложений Европы, имеющих общий центр в горных районах северной Балтики и охваты- 1 Р. Граман, О границах древнейших оледенений северной Германии, «Труды II межд. конф. АИЧПЕ», в. II, 1933, стр. 24. Интересно отметить указание Грамана, что соотношение границ более древних и более поздних оледенений говорит решительно против столь модной сейчас гипотезы о перемещении полюсов, которое будто бы имело место и в четвертичное время. 2 По мнению большинства советских геологов, миндельская морена прослежи- вается все же в Лпхвине, Одинцове и некоторых других пунктах.
ПОВТОРНОСТЬ ЧЕТВЕРТИЧНЫХ ОЛЕДЕНЕНИИ 59 вающих эту область широкими, с течением времени суживающимися дугами, можно было бы думать, что в сущности мы имеем здесь дело с одним грандиозным четвертичным оледенением, оставившим следы своего развития и последующего скачкообразного отступания. Однако такой взгляд слишком упрощал бы действительные факты. Представление о перенесенном северным полушарием ледниковом пе- Первые риоде сложилось к середине XIX века в результате весьма успеш- сведения о ного развития геологии. До этого времени среди геологов пользовалось ••едннкввои распространением мнение, что послетретичные наносы средней и север- пеРи*»*« ной Европы, содержащие валуны северных кристаллических пород, были оставлены великим потопом или наступанием полярного моря. По объяснению Ч. Лайелля, предложенному им в 30-х годах XIX века, плавающие льды надвинувшегося с севера моря, подобно айсбергам Гренландии, должны были разносить обломки горных пород, оторван- ных полярными ледниками, и рассеивать их по дну моря. Только в результате наблюдений над современными ледниками Европы, которые сделали очевидным их широкое развитие в прежнее время, стало пробивать дорогу представление о гигантских ледниках, некогда суще- ствовавших на севере Европы и в ее горных областях. Этим достиже- нием наука в значительной степени обязана работам Венетца (1833), Шарпантье (1834) и Агассиса (1840). К 50—60-м годам относятся работы швейцарских геологов Морло и О. Геера, развившие представле- ния о ледниковой эпохе и ее значении для времени, предшествовавшего геологической современности. В известном труде «Геологические доказательства древности человека», появившемся в 1863 г., знаменитый Чарльз Лайелль, один из основа- телей современной геологии, стоит уже целиком на точке зрения совре- менных представлений о ледниковой эпохе. Позже, к середине 70-х го- дов, новые взгляды на происхождение наносов, содержащих северные валуны, получают широкое признание, в частности, и в трудах русских геологов. Вместе с тем уже в 1857 г. Морло выступил с указанием, что Альпы Межморен- пспытали не одно, а по крайней мере два значительных оледенения, сме- ныеотложе- нявшихся периодами отступания ледниковых массивов. В некоторых ння местностях он наблюдал, что ледниковые образования явственно раз- деляются мощными слоями озерно-речных (дельтовых) отложений, в ко- торых попадаются, например в окрестностях Цюрихского озера в Дюрн- тене, остатки древней фауны — слона, носорога и пр. и древесной расти- тельности, представленной породами, свойственными умеренным широтам Европы, — сосной, елью, березой. Этот факт в настоящее время не вызывает сомнений. Можно считать достаточно прочно установленным, что ледниковый покров надвигался на Европу не раз; отмеченные моренными образованиями различного характера главные фазы его распространения в северном полушарии, одинаково в Европе и Северной Америке, являются, таким образом, не просто историей нарастающего оледенения. Они должны были чередо- ваться с эпохами значительных и долго длившихся регрессивных дви- жений. Многие ученые считают даже, что в эти периоды ледниковый покров совершенно освобождал занятые им пространства материков пли, по крайней-мере, откатывался далеко в глубь северных нагорий. Собственно говоря, прямыми доказательствами периодического исчезновения евро- пейского ледника для первых фаз его развития (гюнц—миндель) пока
60 ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД наука не располагает, и подобные представления имеют в значительной мере гипотетический характер. Однако значительные колебания границ оледенения являются бесспорным фактом, подтверждаемым многочислен- ными наблюдениями, сделанными в различных областях Европы. В северной Германии в ряде мест можно различить налегание гори- зонтов морены, между которыми залегают слои морских и пресноводных осадков с раковинами моллюсков, остатками растений и наземной фауны. Сходные отложения, главным образом озерного характера, известны во многих значительно отдаленных пунктах на территории РСФСР. Отсюда следует, что самый факт существования межморенных отложений, сви- детельствующих о более или менее длительных перерывах в накоплении ледниковых наносов и об отступании ледников, не может вызвать ни- каких сомнений. Повтор- Присутствие подобных образований с растительными остатками между весть оледе- двумя отложениями морен является серьезным аргументом в пользу нений гипотезы о повторном характере оледенений, имевших место в течение ледниковой эпохи. Эта гипотеза получила особенное подкрепление в сравнительно не- давних исследованиях Пенка и Брюкнера над оледенением Альпийской области, исследованиях, сыгравших исключительно большую роль в исто- рии геологического истолкования явлений великого европейского оле- денения. В результате многолетних тщательных наблюдений над моренными отложениями Альп этим ученым удалось установить, что ледники четыре раза спускались с горных хребтов Альпийской области значительно ниже границ их современного стояния. В это время льды сплошным плащом покрывали всю область современных Альп и совершенно заполняли до- лины Швейцарии, в частности одну из самых больших из известных гор- ных долин земного шара, в которой расположены Женевское и Невша- тельское озера, и через нее переносили валуны альпийских пород на соседний хребет Юры. В промежутках между периодами наступания ледников снеговая линия снова возвращалась к вершинам хребтов, иногда выше даже современных границ. Эти четыре эпохи оледенения обозначены были Пен- ком в хронологической последовательности именем гюнцской, миндель- ской, рисской и вюрмской эпох. Обычно третья эпоха Пенка, рисская, отвечающая наибольшему раз- витию альпийского оледенения, ставится в параллель с максимальным оледенением Европы, а последняя, вюрмская, как было сказано, еще недавно сближалась с балтийским оледенением, хотя, по господствую- щим в настоящее время взглядам, балтийская область морен представляет лишь позднюю фазу отступания вюрмского оледенения. За вюрмской стадией следовали, по мнению Пенкэ, меньшие по размерам, как бы затухающие наступания альпийского ледника. Нужно сказать, что следы прежних больших оледенений, которые в ряде случаев также имели повторный характер, наблюдаются на всех более или менее значительных хребтах Европы и Азии, хотя нигде не изучены с такой тщательностью и полнотой, как древнее оледенение альпийского района. Число В высшей степени ценные наблюдения, которыми наука обязана оледенений Пенку, Брюкнеру и их предшественникам в деле изучения Альп, есте- ственно поставили перед геологами, занимающимися изучением европей- ского оледенения, вопрос о том, не следует ли видеть в истории оле-
ПОВТОРНОСТЬ ЧЕТВЕРТИЧНЫХ ОЛЕДЕНЕНИЙ 61 денения Альп отражение некоторых общих процессов, испытанных климатом Европы в послетретичное время. По этим представлениям великий европейский ледник должен был пережить то же, что переживал ледяной покров Альп, то есть в нем можно было бы различить четыре эпохи развития ледниковых явлений, чередующиеся с периодами зна- чительного отступания ледниковых массивов. В этом важном вопросе среди геологов наблюдается, однако, чрез- вычайно большой разнобой мнений, что объясняется отчасти и тем обстоя- тельством, что многое в истории оледенения Альп, на которой основана схема Пенка, не является еще окончательно разрешенным. 1 Одни из геологов склоняются к тому, чтобы считать за самостоятельные ледниковые эпохи чуть ли не каждую из цепей конечных морен, наблю- дающихся в областях, расположенных вокруг Балтийского моря. На этой точке зрения, например, стоит известный английский геолог Джемс Гейки, который насчитывает шесть ледниковых эпох. Очень многие гео- логи, увлеченные результатами работ Пенка и Брюкнера, убеждены в воз- можности отыскать в моренных наносах материковой Европы следы тех же четырех или даже пяти оледенений. Наконец, имеется достаточное число ученых, которые продолжают считать ледниковую эпоху одним длительным периодом, сопровождав- шимся большими положительными и отрицательными перемещениями ледникового покрова. По этому поводу один из видных специалистов по четвертичной гео- логии, проф. С. А. Яковлев, говорит следующее: «Надо сказать, что о количестве ледниковых и межледниковых эпох и о характере и назва- ниях их мнения различных ученых очень расходятся. Пенк для Альп доказывает существование 4 ледниковых и 3 межледниковых эпох, Айгнер и Ротплец признают 3 ледниковых и 2 межледниковых эпохи, Дрпгальский и Лепсиус считают все ледниковое время в Альпах единым. Для западной Европы Гики дает 6 ледниковых и 5 межледниковых эпох, Вюст, Зергель, Иекель стоят за 4 ледниковых и 3 межледниковых эпохи, Гагель и Линетов признают 3 оледенения, такого же мнения придержи- ваются Ваншафе, Кейльгак и большинство остальных ученых. Но есть также и сторонники 2 оледенений с одной межледниковой эпохой (Мен- цель, Корн). Кроме полиглациалистов, то есть сторонников нескольких самостоятельных ледниковых п межледниковых эпох, среди европейских ученых имеется значительная группа моноглациалистов, во главе кото- рой стоит Гейниц. По мнению моноглациалистов, весь ледниковый период был временем одного сплошного оледенения, не прерываемого более теплыми межледниковыми эпохами. Размеры ледников подвергались лишь частичным увеличениям и сокращениям, в силу чего при сокраще- нии льдов на отложенных ими ранее моренах отлагались озерные, реч- ные или морские осадки (по близости моря к краю ледников), в которые погребались селившиеся на них флора и фауна. Новое увеличение льдов покрывало эти осадки, в большей части уничтожало их путем выпахи- вания, но местами они уцелевали и после вторичного сокращения льда оказывались прикрытыми моренами. Так как сокращения и увеличения 1 «Неточность геоморфологических и макростратиграфических методов в горных областях еще больше, чем на равнинах. И альпийское расчленение Пенка и Брюк- нера ни в коем случае не настолько безошибочно, как часто принято это считать. Например, в последней работе Пенк многие образования, ранее определявшиеся им как рисс-вюрмские межледниковые, признает теперь за миндель-рисские» (Г Гаме, '/Труды II межд. конф. АИЧПЕ», в. I, стр. 41).
ТАБЛИЦА HI Северны Сев. Европа в широты Альпийская область Средиземье Сахара-Лравийскап эона Экваториальная зона Восточной Африки ч Геологические Фазы После климати- ческого оптимума^ Усыхание. Колебашш климата Усыхание. Колебания климата Слабые колебания Современная Климатический оптимум i Теплая фаза Теплый? Новыш. уровня моря? «Неолит». Теплая (?) дождливая фаза Накурская дождливая фаза Начало после- ; ледниковья Поаднеледниковая стадия Датское отсту- пание. ВЮРМ I и II Висла Постепенное усыхание После-мопастир- ское отступание моря. Дождливый климат Условия пустыни. Ископаемые дюны Плювиальная фаза II. Частично-прохладный климат Сухая фаза Камблийская II. Более сухой интервал Камблийская I 1 После-дилювиальнан J (переходная) 1 | Верхний дилювий Заале-Висла (межледниковье) РиссВюрм (межледниковье) Монастирское наступание моря. Сухой климат. Вулканическая деятельность Межплювиальная. Ископаемые дюны. Вулканическая деятель- ность Межплювиальная. Вулканическая деятель- ность Средний дилювий Заале РИСС Отступание моря. П редположительно прохладный и дождли- вый климат Плювиальная фаза 1 Камассийская плюви- Эльстер-Заале (межледниковье) Эльстер Миндель-Рисс (межледниковье) МИ ИДЕЛЬ Тирренское наступание моря. Теплый дождливый климат Отступание моря. Предположительно прохладный и дождли- вый климат (Предположительно теплее в среднюю пору) альная фаза (Теплее в среднюю пору) Нижний дилювий Доледниковое время Гюнц-Миндсль (межледниковье) гюнц Милаццкая и Си- цилийская фазы. Холодный климат До-плювиальная (постепенное наступление прохладного и дождливого климата) До-плювиальная фаза До-дилювиальная эпоха СООТНОШЕНИЕ ГЕОЛОГИЧЕСКИХ ЯВЛЕНИЙ И КОЛЕБАНИЙ КЛИМАТА ДЛЯ ЕВРОПЫ И ТРОПИЧЕСКИХ ОБЛАСТЕЙ ('По S. Л. Uuzayiiirt’y - ITJ6) ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД
ПОВТОРНОСТЬ ЧЕТВЕРТИЧНЫХ ОЛЕДЕНЕНИЙ 68 ледников повторялись не однажды, то таким образом возникали много- кратные перекрытия слоистых озерных и морских отложений пластами морен; межморенные слоистые осадки, таким образом, представляют не отложения самостоятельных межледниковых эпох, а знаменуют лишь фазы сокращения ледниковых покровов, подстилающие же и покры- вающие их морены соответствуют не отдельным ледниковым эпохам, а лишь стадиям увеличения льдов». Взгляды русских геологов отражают разногласия, имеющие место на Западе: среди них имеются сторонники различных оценок ледни- ковой эпохи, хотя большинство придерживается трех-четырех, реже двух оледенений. Построения полиглациалистов, следующих в своем изображении кар- тины европейского оледенения за Пенком или Гейки, имеют по большей части все же достаточно гипотетический характер, поскольку они коли- чество оледенений выводят из поясов конечноморенных образований, из числа речных террас, из горизонтов выщелачивания лёсса и т. п. Однако, если отбросить этого рода схемы, основанные, как справедливо Доказатель- отметил И. Байер, на допущениях более или менее произвольного харак- стванеодно- тера, а не на строго выверенных фактах, в настоящее время все же трудно р^з^тия было бы возражать .против неоднократного наступания ледника не только ледников в горных областях, но и на севере Европы. В подкрепление такой точки зрения можно привести ряд наблюде- ний. Отметим наиболее существенные: 1. Стратиграфия моренных отложений, налегание одна на другую отдельных толщ донных морен разного возраста. 2. Петрографический состав моренных наносов, не одинаковый в более древних и более поздних моренах. 3. Различный характер моренного ландшафта, в частности его зна- чительная сглаженность в областях, занятых ранним оледенением, по сравнению с последующим оледенением. , 4. Многочисленные случаи находок в средней и восточной Европе меж- моренных отложений с остатками растительных и животных организмов. 5. Наблюдения в более северных районах, где, как например, с одной стороны, в южной Швеции, с другой — в Карелии, удается различить на скалах два пересекающихся направления ледниковых шрамов. С ними связано также различие валунов в верхней и нижней частях морены. Исходя из таких наблюдений, для области, занятой северным лед- ником, удается установить три указанные нами выше морены — мин- дельскую, рисскую и вюрмскую, если пользоваться терминологией Пенка. Отвечая значительному развитию ледников и их последующему отступа- нию, каждая из этих эпох, весьма возможно, сопровождалась повторными колебательными движениями ледникового покрова. Межморенные отложения, заключенные между слоями ледниковых наносов, дают возможность составить известное представление о кли- матических условиях и характере растительного и животного мира в эпохи, следовавшие за таянием и отходом ледника и предшествовавшие его новому продвижению на юг. К вопросу о характере межледниковых эпох нам придется вернуться в следующей главе, где мы рассмотрим явления, происходившие в чет- вертичное время в областях, не занятых ледником. Там мы увидим, что широко распространенные взгляды на ледниковые и межледниковые эпохи как на чередующиеся циклы развития, с одной стороны, поляр- ных условий — времени господства тундры и арктических животных,
ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД 64 с другой — «теплой» фауны и флоры — не находят подтверждения в ма- териале, которым располагает археолог. Подразделе- При наличии довольно серьезных разногласий во взглядах на общую аиеплейсто- перспективу нарастания и отступания северного ледника, в дальнейшем цена нам придется придерживаться подразделения древнечетвертичной эпохи, которое не противоречит взглядам значительного большинства геологов и дает в то же время возможность увязки с историей ледникового периода других сторон жизни той же эпохи, нас непосредственным образом инте- ресующих. Оно исходит из оценки максимального оледенения Европы как кульминационной точки ледникового времени, которая делит лед- никовую эпоху на две половины. В раннюю фазу ледникового периода, предшествующую максималь- ному оледенению, в области Скандинавии, Финляндии, Балтийского бассейна уже накапливаются массы снега и льда и, видимо, уже происхо- дят первые значительные передвижения льдов к югу. В более позднюю пору, следующую за максимальным развитием ледниковых явлений, ледник сильно сокращается в размерах, хотя ещё"надолго остается в пре- делах области вюрмского оледенения. Подразделение ледникового периода на три фазы — раннеледни- ковую, отвечающую до-миндельскому и миндельскому времени, средне- ледниковую, совпадающую с максимальным распространением ледни- ков, — куда мы включаем миндель-рисское, рисское время и начало рисс-вюрма, — и позднеледниковую, знаменующуюся развитием последнего большого оледенения, — имеет существенное значение для понимания разнообразных явлений как жизни природы, так и древнейшей истории самого человека и его культуры. Трехчленного деления плейстоцена, хотя обычно несколько в иных рамках, придерживается большинство французских авторов (Буль, Ог, Дешелетт, Майе и др.). Оно, несомненно, дает значительные удобства в хронологическом расположении факти- ческого материала по плейстоценовой истории Европы в увязке с древ- нейшей историей человеческого общества. Изображение носорога пещ. Фон-де-Гом, Дордонь, Франции'.
ГЛАВ А В Т О В А Я Ч. ЛАЙЕЛЛЬ ГЕОЛОГИЯ В ЕЕ ОТНОШЕНИИ К ПЕРВОБЫТНОЙ ИСТОРИИ ИЗМЕНЕНИЕ ОБЛИКА ЗЕМЛИ В ЧЕТВЕРТИЧНОЕ ВРЕМЯ. СУША И МОРЕ Четвертичный период является эпохой, с которой соединено пред- ставление об окончательном сформировании облика земли. Действительно, к этому времени складываются современные материки и уходят в свои берега океаны и моря, их омывающие. Однако окончательное равно- весие между океаном и сушей не было достигнуто в эту эпоху, как, видимо, его нет и в настоящее время. Медленные, едва заметные, так называемые вековые (эпейрогеннче- ские) поднятия и опускания суши, так же как тектонические про- цессы, в частности образование гор, вероятно, еще долго будут ме- нять очертания материков. В раннюю пору четвертичной эпохи эти явления играли в жизни земли заметную роль. В конце третичного времени на юге европейской части СССР, на месте прежнего обширного миоценового Сарматского моря, являвшегося заливом океана, образуются замкнутые, постепенно опресняющиеся бассейны. Такой замкнутый бассейн представляло и Черное море, сообщавшееся «дно время каналом, проходившим на месте Маныча, с другим обширным бассейном того же происхождения, занимавшим всю Арало-Каспийскую низменность. ;В начале четвертичного времени между этими бассейнами соединение еще существовало. Позже оно прерывается, и Черное море приобретает характер озера с почти опресненной водой. По мнению Н. А. Соколова, эта озерная стадия Черноморского бассейна соответствует по времени появлению мамонта и отложению южно-русского лёсса, то есть отно- сится к середине ледниковой поры — периоду максимального продви- жения скандинаво-финляндского ледника. Той же точки зрения придерживается и Н. И. Андрусов, по мнению которого так называемое Древне-Эвксинское озеро-море, существовавшее 5 П. П. Ефименко. Первобытное общество — 1734 История Черномор- ского бас- сейна
66 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ Рнс. 5. Очертание материка Европы в раннем плейстоцене. на месте современного Черного моря, может быть датировано эпохой рисского оледенения. По прежним представлениям, осолоненис этого бассейна произошло в конце ледникового времени, когда на месте Дарданелл и Босфора, где раньше существовала глубокая речная долина, образуется прорыв и нахлынувшие воды Средиземного моря значительно поднимают уро- вень этого бассейна. Речные устья и ближайшие части долин рек, впа- дающих в Черное море, при поднятии уровня вод и наступании моря были затоплены и образовали современные черноморские лиманы и бухты. Исследования последних лет показали, однако, что история Черно- морского бассейна носит значительно более сложный характер, чем это думали ранее. В частности, установлено, что и в более раннюю пору четвертичного периода была эпоха (стадия Карангатского моря по А. Д. Архангельскому), когда этот бассейн осоло- няется вследствие при- тока вод из Средиземья. Не так легко решается и вопрос о синхронизации его отдельных стадий с эпохами оледенения во- сточноевропейской рав- нины. Однако открытие в тер- расах, сохранившихся на большой высоте над современным уров- нем (40—100 м) по во- сточному берегу Чер- ного моря в районе Су- хуми, орудий раннего палеолитического воз- раста делает для нас осо- бенно интересным выя- снение его четвертич- ной истории, в особен- ности в увязке с хорошо ужеразработаннойисто- риейСредиземногоморя. Каспий В эпоху, когда Черное море представляло собой озеро с пониженным уровнем, Арало-Каспийская низменность была занята обширным сое- диненным бассейном Каспия*и Арала. Воды его стояли значительно выше (на 100 лт) современного уровня. На севере этот полупресповодный бас- сейн простирался далеко вглубь степной низины, лежащей между Волгой и Ником, и почти приходил в соприкосновение с двигавшимся по Волж- ско-Донскому водоразделу с севера ледником. А.Н. Карпинский, 1 а позд- нее и Шегрен, 2 высказал довольно вероятное предположение, что повы- 1 А. И. Карпинский, Очерк физико-географических условий Европейской России в минувшие геологические периоды, Приложение к т. LV «Записок Акад, наук», 1887, стр. 31. 2 Hj. Sjogren, Veber das diluviale Aralokas р ische Meer und die nordeuropdische Ve- reisung, «Jahrbuch der K.-K. Geologischen Reichsanstalt», Bd. XL (1890), Wien, 1891r стр. 56, 58 и др.
ИЗМЕНЕНИЕ ОБЛИКА ЗЕМЛИ В ЧЕТВЕРТИЧНОЕ ВРЕМЯ. СУША II МОРЕ 67 Рис. 6. Гранины распространения ледникового покрова в Европе и Северной Америке. Затемненные области заняты льдами в настоящее время. Границы оледенений: заштрихованной линией показано максимальное оледенение, черной линией — меньшие по размерам оледенения. шение уровня и опреснение Каспийского моря (как и Черного) в эту эпоху могли явиться следствием поступления громадного количества талых вод, питаемых ледником. К концу же ледниковой эпохи, вследствие интенсивного испарения и значительно меньшего поступления воды, Каспийское море уменьшается в своих размерах, а затем теряет сооб- щение с Аралом. Таким образом, в раннюю пору четвертичного времени южная часть СССР, ее европейской территории, была отрезана с юга значительными водными пространствами, препятствовавшими расселению животных со стороны южной Азии и Африки, чем, быть может, отчасти объясняется бедность фауны этой эпохи даже в области побережий Черного моря. В то время как на юге восточной Европы происходили описанные перемещения моря, в западных ее областях имели место подобные же явления. Если южная часть СССР в первую половину ледниковой эпохи была почти изолирована на востоке и на юге от соседних областей, южная Европа, наоборот, в начале плейстоцена, была тесно связана мостом суши, проходившим через Апеннинский полуостров, Сицилию, Мальту, с побережьем Африки. Любопытным свидетелем этого сообщения между континентами являются карликовые породы слонов и других животных, известные в отложениях Мальты и Сицилии, в которых приходится видеть выродившихся благодаря островной жизни потомков древнечетвер- тичной фауны. Еще большие перемены испытала восточная часть Средиземного моря. В начале четвертичной эпохи здесь тянулась обширная горная страна, соединявшая Малую Азию и Грецию. Только позднейшее опускание ее ниже уровня океана было причиной образования Эгейского моря с его островками, представляющими вершины затопленных горных це- пей, а затем и прорыва его в Черное море (рис. 5). Такие же изменения в очертании суши известны и на крайнем западе Европы: Британия и Ирландия с прилегающими мелкими островами Очертания материка Европы
Перемещеиия береговой ли- нии па севере «8 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ в это время составляли одну обширную страну, являвшуюся продолже- нием материка Европы. Это сообщение, вероятно, должно было суще- ствовать очень долго, почти до конца ледниковой эпохи, так как не только человек, но и животные и растения позднеледникового времени свободно переселялись сюда с континента. Значительные движения моря происходили в это время и на севере восточной Европы, и в смежных областях Сибири. Еще в эпоху макси- .. мального оледенения, когда ледник покрывал большую часть европей- (ибирп ской территории СССР, простираясь на восток за Уральский хребет, по переслаиванию моренных глин и слоев морского происхождения можно видеть, что Ледовитый океан катил свои воды далеко к югу от нынешних границ. История наступания полярного моря, видимо повторявшегося не один раз, еще недостаточно известна, да и отложения его часто оста- ются немыми, не содержащими остатков животных, или содержат рако- вины полярных морских моллюсков. Ко времени отступания последнего ледника в области Балтийского моря, представляющего собой широкий пролив Ледовитого океана, сооб- щавший его с Северным морем, наблюдается уже прочное заселение его вод морской фауной. В последующее время, в связи с вековым поднятием Скандинавии и прилегающих областей, бассейн Балтийского моря зна- чительно сокращается; оно опресняется и теряет сообщение как с Се- верным морем, так и областью бореальной трансгрессии. Последователь- ные стадии в истории Балтийского моря, прекрасно освещенные работами скандинавских ученых, представляют большой интерес, так как в них отражается история постепенного заселения Скандинавии и северной Европы вообще как растительными и животными группами, так и чело- веком. Но эти страницы истории европейского материка должны быть отнесены уже к современной геологической эпохе. ГЕОЛОГИЧЕСКИЕ ЯВЛЕНИЯ ВНЕ ОБЛАСТИ ОЛЕДЕНЕНИЯ Далеко не вся поверхность Европы была покрыта ледником даже в пору его наибольшего распространения. Вне его границ, к югу, на территории современной Франции, значительной части Германии и на обширных равнинах восточной Европы и Сибири, шли пространства, которые доступны были действию всех природных агентов, формирующих поверхность земли. Эти пространства не представляли собой дикой бес- плодной пустыни. Они были покрыты растительностью, давали приют многочисленным видам животных и во многих местах были уже, не- сомненно, населены человеком, следы которого уходят очень далеко в глубь ледникового времени. В каких условиях приходилось жить человеку, на фоне каких явле- ний природы протекала история древнейших человеческих обществ? Подобные вопросы, имеющие, конечно, огромное значение для истории первобытного человечества, могут быть поставлены и разрешены только в связи с уяснением тех процессов, которые происходили в областях, не занятых ледниковым покровом. Геологичс- Из явлений, имевших место в экстраглациальных (внеледниковых) квяделтель- областях, наибольший интерес в этом отношении для нас представляет ность рек ист0рия формирования долин современных рек. В течение всего древнечетвертичного времени реки являлись геоло- гическим фактором, наиболее значительным по масштабу своей деятель-
ИСТОРИЯ РЕЧНЫХ долин в» ности, сильнее всего влиявшим на облик суши. Образующиеся на севере ледники должны были давать, особенно в эпохи таяния и отступания, колоссальные массы воды, которая, прокладывая путь к морским во- доемам, неизбежно производила, в соответствующих масштабах, размыв пластов древних геологических наносов или откладывала приносимый ею из предледниковых областей разнообразный измельченный минераль- ный материал. В своих отложениях, накопившихся за громадные промежутки вре- мени от первых начальных моментов углубления речной долины до совре- менного их состояния, реки должны были запечатлеть с большей пол- нотой, чем какой-либо иной вид геологических образований, жизнь материков в течение всего четвертичного времени. Они представляют поэтому один из наиболее надежных и наиболее полных источников для восстановления истории пространств суши, не занятых ледником. Особенно важно для нас то обстоятельство, что речные наносы по- стоянно содержат остатки сухопутных животных, а иногда и наземных растений, характеризующих последовательные моменты древнечетвер- тичного времени, — остатки, как правило, совершенно отсутствующие в ледниковых отложениях, являющихся с этой точки зрения мертвыми образованиями. Нельзя забывать, что реки и речные долины всегда играли особенную роль в жизни человеческих групп. С ними были связаны удобные пути расселения и сообщений, лучшие убежища и хорошая охота. Поэтому остатки человеческого обитания нередко сохраняются в древних отло- жениях рек или, еще чаще, в наносах, покрывающих береговые склоны речных долин. ИСТОРИЯ РЕЧНЫХ ДОЛИН Реки Евразии обычно текут в низменных долинах, затопляемых в по- Пойми ловодье, прорывая русло в отложениях этих долин. Их течение сопро- вождается рядом стариц, озерков и затонов, указывающих на частые укло- нения рекив пределах ее пойменной низины. Пойма бывает сложена реч- ными осадками, которые образуются ежегодно при весенних разливах, когда река несет большое количество минерального материала. Такой характер имеют реки, связанные с равнинными пространствами север- ного полушария. Существуют наблюдения, доказывающие, что пойменная луговая тер- раса постепенно растет, и уровень рек в связи с этим имеет тенденцию повышаться. На многих наших реках в этих отложениях встречаются слои деревьев, главным образом так называемого черного или морёного дуба, образовавшиеся из некогда росшего по берегам рек и поваленного разливами и буреломами старЬго леса. Такие слои залегают обычно на значительной глубине от поверхности поймы, что указывает на значи- тельное нарастание поймы в относительно близкое к нам время. Довольно часто в отложениях поймы на разной глубине прослежи- ваются слои погребенной почвы, прикрытые наносом, образующимся при ежегодных разливах рек. В этих слоях почвы, которая, очевидно, оде- вала поверхность поймы в периоды более спокойного состояния рек, встречаются остатки обитания, иногда временные становища, иногда более прочные поселения, относящиеся к разным эпохам раннего периода человеческой истории. Известны случаи, когда слои древней почвы с остат- ками этого времени уходят ниже современного уровня реки.
70 Время образования поймы ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ Подобных примеров можно было бы привести довольно много, в част- ности и для восточной Европы. В этом отношении большой интерес представляет пойма Оки, на- пример окрестности г. Спасска (Рязанской обл.), 1 где в обрывах лугового берега можно видеть на разной глубине от поверхности слои погребенной почвы, заключающие остатки, которые дают возможность судить о скорости нарастания отложений поймы. Если в почве, одеваю- щей береговую террасу, попадаются обломки посуды и другие предметы эпохи сравнительно поздних русских поселений по Оке (XIV—XV вв.), ниже, на глубине 0,55—0,80 м, встречается грубая керамика, вылеплен- ная от руки, без гончарного круга, которую можно относить к концу I тысячелетия нашей эры. Еще ниже, в следующей гумусной прослойке, на глубине 1,10—1,35 м, встречается керамика с «сетчатым» узором, отно- сящаяся к раннему типу этого рода посуды, которую приходится да- тировать временем около тысячелетия до нашей эры. В слое древней почвы, в основании берегового обрыва, на глубине свыше 4 м, залегают остатки неолитической эпохи в виде каменных орудий и обломков харак- терно орнаментированных сосудов. Отсюда естественно сделать вывод, что речная пойма не является сложившимся образованием, но нарастает в течение современной эпохи.2 Для озерных стоянок можно указать поселение каменного века по южному берегу Ладожского озера, исследованное Иностранцевым, ко- торое перекрывают толстые слои более поздних наносов, образовавшихся в эпоху поднятия уровня Ладожского озера, до его прорыва в р. Неву. Такие Hie находки, обычно связанные с древними горизонтами почвы, известны для многих других рек средней и южной полосы европейской территории СССР — например на Дену у с. Боршева (под Воронежом), на р. Сев. Донце в окрестностях г. Изюма и пр. 3 Таким образом, уже со времени позднекаменного века реки восточной Европы успели накопить многосаженные толщи наносов, которые за- полнили и выровняли речную долину. Буровые скважины также под- тверждают, что поймы бывают сложены мощными слоями позднейших речных образований. 1 По наблюдениям автора. 3 В. Л. Городцов, К вопросу об установлении натурального масштаба времени по аллювиальным отложениям в долинах рек Окской системы, «Труды секции археол. Инет, археол. и искусствозн.», в. II, М., 1928, стр. 18. Городцов приводит интересное наблюдение, показывающее, что почвенные прослойки в пойме Оки не представляют лишь местные почвенные образования на повышенных участках заливной низины, так как они прослеживаются на значительном протяжении по обоим берегам реки. 3 В виде примера можно сослаться на сделанную нами находку поселения вре- мени катакомбной керамики эпохи бронзы (около 2000 лет до н. э.) в пойменных отло- жениях Дона, связанного с горизонтом погребенной почвы. Среди остатков животных, кроме домашних, — бык (мпото), овца, лошадь (единично), собака, — В. И. Гро- мовым определены лось и северный олень (?) или косуля. (П. П. Ефименко, Жилище времени бронзы, открытое на пойме Дона в окрестности с. Костенок, «Проблемы истории докапит. обществ», Л? 5, ГАИМК, 1934, стр. 46.) О слоях погребенной почвы в пойме см. Н. Н. Соколов, О возрасте и эволюции почв в связи с возрастом материн- ских пород и рельефа, «Труды Почв. инет. Акад, наук СССР», в. 6, 1932, стр. 18. Б. Ф. Земляков видит в образовании горизонтов погребенной почвы в отложениях поймы явление, связанное с ксеротермическим периодом (ср. его статью — О послелед- никовых колебаниях климата и их значении в археологии, «Проблемы истории до- капиталистических обществ», № 2, 1934, стр. 57). Повышение уровня рек в близ- кое нам время подтверждают также наши наблюдения, относящиеся к надлуговой террасе Дона против с. Костепок, где можно было заметить следы подъема весенних вод лишь в верхних горизонтах наноса, перекрывающего древнее поселение срубно- хвалынской стадии.
ПЛЕЙСТОЦЕНОВЫЕ ТЕРРАСЫ Отсюда ясно, что в прежнее время реки текли значительно глубже, чем в настоящее время, и пойменные долины в том виде, как они известны ныне, представляют результат деятельности рек в какое-то близкое к нам время. В одних случаях поименная низина заполнялась песчано-глинистыми отложениями, чередующимися с прослойками почвы, в других их за- полнение происходило за счет образования торфа, или состоит, как это обычно бывает в предпустынной полосе, из однородного тонкого илистого суглинка, или, наконец, может представлять собой галечниковый нанос. Во всех этих случаях буровые скважины ниже отложений поймы часто открывают речные образования иного характера и гораздо большей древности. Во всей толще поймы, насколько это можно установить, встречаются, как было указано, остатки животных и растений, принадлежащих к ныне живущим видам, и остатки человеческой культуры, не выходящие за пределы современной, в геологическом смысле, эпохи. В тех отдельных случаях, когда в пойме находят кости вымерших животных, например мамонта, не трудно показать, что они попадали сюда случайно, в резуль- тате размывания более древних геологических пластов. Времени заполнения пойменной низины современным наносом должно было предшествовать время ее углубления и формирования. Оно отно- сится, видимо, в большинстве случаев к началу современной эпохи и долж- но было соответствовать периоду большей активности речных вод, ко- торые в это время не успевали отлагать приносимый материал, а энер- гично размывали древнее дно речной долины. 1 Прежние берега этого многоводного речного потока, русло которого позже стало слишком обширным для уменьшающейся в размерах реки и было заполнено совре- менным. аллювиальным наносом, прослеживаются над поймой в виде склона так называемой надлуговой террасы. ПЛЕЙСТОЦЕНОВЫЕ террасы Надлуговая терраса представляет собой уступ, возвышающийся над пойменной низиной чаще по левому, но иногда и по правому берегу реки. По правому берегу она по большей части мало заметна, так как сливается в общем уклоне береговой возвышенности, окаймляющей обычно пра- вые берега речной долины. К тому же она часто бывает размыта вслед- ствие поступательного движения речного потока вправо (в северном полушарии). 2 Напротив, по левому берегу большинства рек восточной Европы она хорошо развита и тянется широкой полосой. 1 «Аллювиальная эпоха (т. е. голоцен. —П. Е.) была временем формирования луговых террас украинских рек... Точная датировка отдельных фаз этого послед- него этапа преобразования украиншШго долинного ландшафта пока еще едва ли воз- можна, так же как и точная хронология колебаний эрозионной базы украинских рек — уровня Черного моря — в голоцене еще не дана. Если базироваться на событиях севера и северо-запада Европы, тогда естественнее всего предположить, что эрозион- ная фаза, предшествовавшая отложению осадков пойменных террас, вызвана под- нятием суши в анциловое время — век сосны и березы. В конце анцилового и в ли- ториновое время, в связи с опусканием, могла начаться седиментация на луговых террасах, происходило дальнейшее развитие торфяников и их опускание». Д. Соболев, О четвертичном морфогенезе на Украине, «Труды II мемсд. конф. АИЧПЕ», вып. II, 1933, стр. 101. 2 «Всякое тело, движущееся горизонтально в каком-нибудь месте земли, неза- висимо от направления движения отклоняется в северном’полушарии вправо, а в южном влево». П. II. Броунов, Бурс физич. географии, Петроград, 1917, стр. 19. Характер наносов поймы Нижняя надлугоиая терраса
72 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ Два уровня пняших террас Различный характер речных наносов Надлуговая терраса состоит из однородных слоистых, большей частью* песчаных отложений. Поэтому ее поверхность, переработанная ветром, бывает покрыта песчаными дюнами. Вековые сосновые боры, составляю- щие там, где они уцелели, характерный ландшафт речных долин восточ- ной Европы, выдают ее присутствие и среди черноземных степей нашего юга. 1 Надлуговая терраса является свидетельницей того времени, когда уровень реки был на много метров (обычная высота террасы 10—15 .к) выше ее современного уровня, и река текла в ложе, по сравнению с ко- торым современная пойменная долина является совершенно ничтожной. На небольших сравнительно реках, как Донец или Десна в их среднем течении, прежнее русло, намечаемое надлуговой террасой, измеряется многими километрами. В отложениях этих мощных потоков, очевидно питавшихся водами тающего ледника, проложило свое современное русло большинство рек приледниковой полосы Европы и Сибири. Изучение надлуговой террасы — ее взаимоотношения с ледниковыми образованиями в более северных районах — позволило (Г. Ф. Мирчинк) более или менее точно определить возраст этой террасы как бюльский, то есть отвечающий стадии балтийского оледенения. Можно думать, что надлуговая терраса, в частности, например, украин- ских рек, образовалась не сразу, так как в ней часто удается заметить два уровня. Более высокий ее уровень, превышающий пониженную часть на 5—10 м, по мнению некоторых авторов представляет собой самостоя- тельную, более древнюю (среднюю) террасу. Характернейшей особен- ностью этой террасы является присутствие на ней лёссового покрова, часто достаточно мощного. Выше этой террасы, на разной высоте, иногда на 40 и более метров над уровнем реки, сохраняются следы еще более высокого стояния вод, в виде так называемых верхних надлуговых террас (рис. 8). Время их образования относится к еще более ранней поре ледниковой эпохи, когда реки текли значительно выше или даже только еще начинали углублять, свою долину. Различные условия жизни рек в настоящее время и в ледниковую эпоху интересно отражаются в характере наносов, из которых сложены современная пойма и древние террасы более крупных рек Европы. Если взять реки восточной Европы, текущие среди равнины, их пойма, как мы уже говорили, состоит преимущественно из иловатых глинистых осадков, чередующихся с слоями почвы или прослойками торфа. В эпоху, когда формировалась надлуговая терраса, прежние многоводные потоки позднеледникового времени откладывали, как правило, более грубый, более тяжелый материал — кварцевый песок. Наконец, еще более ранние террасы наших рек южной полосы часто содержат окатанную гальку, которая, очевидно, могла переноситься только очень быстро текущей водой. Но наиболее древние отложения речных долин Украины, могущие быть отнесенными к эпохе первоначального формирования обширных речных стоков, снова имеют, как правило, характер тонких лёссовид- 1 Остатки сосны в торфяниках у Днепровского лимана (Гнлея —античных авторов) указывают па распространение боров, видимо еще очень недавно, по всему течению Днепра. Сосновые боры, тянувшиеся вдоль песчаной террасы южных рек европей- ской части СССР, прорезывали почти всю черноземную полосу. Эти боры с их торфя- ными болотами, реликтовой растительностью северного типа и таким животным насе- лением, как лось, медведь, бобр и т. д., являются живым воспоминанием об условиях по крайней мере конца ледниковой эпохи.
плейстоценовые террасы них образований (так называемые пресноводные мергели или пресно- водные суглинки Украины). Состав отлагавшегося реками минерального материала нельзя не поставить в связь не только с изменявшейся активностью реч- ного потока, но и с прямым воздействием великого северного оле- денения. Большая грубость материала в тех наносах, которые относятся к более раннему времени, указывает на гораздо большую активность рек лед- никовой эпохи, чем мы это видим в настоящее время. Движущийся к югу ледник передвигал с собой огромную массу раз- мельченного материала, который должен был разноситься реками, пи- тавшимися в значительной мере водами ледника. При его отступании уменьшалось количество вод, несомых рекой, падала их кинетическая энергия, и, естественно, река откладывала более мелкий нанос. Ту же картину, но еще более определенную, представляет запад Европы, где толстые слои галечника, отложенные реками в раннечетвертичную пору, выстилают дно и склоны речных долин, тогда как более поздние, лежащие на них слои речного аллювия состоят из песков и ила. Такое чередование наслоений обычно, например, в карьерах террас Соммы, Сены, Темзы и других рек, в частности в тех хорошо известных место- нахождениях, с которыми связаны находки остатков древнейших эпох человеческой культуры. Строение речных долин делает очевидным, что в их истории должны были чередоваться эпохи накопления минерального материала (акку- муляции) с периодами размыва (эрозии), когда речные потоки разра- батывали свое ложе. В самую начальную пору четвертичного времени реки обширной умеренной полосы Евразии текли по равнине в широких, еще только начинавших намечаться руслах. Благодаря неразработанности рельефа они часто представляли собой обширные, но неглубокие озера и боло- тистые западины, соединенные мелкими протоками. Такую картину рисует Докучаев для начальной истории рек южной России, то же го- ворит Лаппаран в отношении рек западной Европы. Позже, вероятно под влиянием увеличения количества текучих вод, которым, очевидно, должно было быть отмечено начало ледниковой эпохи, наблюдается уси- ление процессов размыва и углубления речных долин. В отношении некоторых рек западной Европы считается, что они успели значительно углубить свои долины очень рано. Во всяком слу- чае, в последующее время в связи с наступанием ледника долины рек снова заполнялись аллювиальным наносом до высоты, намеченной отло- жениями верхних террас. Отступание и новое развитие ледников должно было вызвать размыв и заполнение, создавшие нижележащие террасы. Явление того же порядка, хотя и в меньшем масштабе, представляет п образование поймы. Так как в целом размывающая сила реки больше накопляющей силы, в итоге этого процесса мы наблюдаем все растущее углубление долин. Такая точка зрения пользуется широким распространением в гео- логических трудах. Она ставит в прямую связь жизнь реки с историей европейских оледенений. Продвижение ледника должно было усиливать процессы размывания и выноса минеральных частиц, которые затем отлагались в более спокойном течении реки в ее низовьях или же в море. И, обратно, меньшие массы воды в межледниковые эпохи способствовала, накоплению этого материала в речных долинах. 73. Проиехож ние речи) долин
74 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ Если теоретически предполоя?ение о связанности истории речных долин с историей оледенений является вполне естественным, в действи- тельности оно наталкивается на большие затруднения. В этом вопросе как п в других вопросах, касающихся четвертичного времени, среди геологов существуют серьезные разногласия. Нужно учитывать, что в формировании речных долин принимали участие многообразные факторы. Здесь играло роль большее пли мень- шее количество воды, поступавшей в реки, что могло зависеть как от общих климатических условий, так и от состояния ледников, в течение очень долгого времени покрывавших значительную часть страны. Однако нельзя утверждать с уверенностью, в какие именно периоды в реки, водный режим которых зависел от ледника, должно было посту- пать больше воды — в эпоху влажного климата, когда на севере Евразии п на горных цепях шло образование льдов и продвижение их на рав- нины, или, наоборот, в то время, которое совпадало с периодом энер- гичного таяния и отступания ледников. Среди геологов нет окончатель- ной договоренности даже относительно того, с чем связано накаплива- ющее и размывающее действие текущих вод, — с увеличением пли умень- шением их количества, с большим или меньшим полноводней реки. Кроме того, ледник не оставался в состоянии покоя. В моменты своего движения вперед он неизбежно должен был деформировать и заполнять своими наносами ранее выработанные долины стока подледниковых вод. Нужно принять во внимание также, что формирование речных долин вне границ оледенения, затем внутри области, занятой максимальным оледенением, и, наконец, для рек, расположенных в пределах морен эпохи угасания ледниковых явлений, очевидно, не могло происходить в одно и то же время. Даже отдельные части таких больших рек, как Волга и Днепр, образовались, как устанавливают геологи, не в одну эпоху. Наконец, — и это одно из наиболее важных обстоятельств, обусло- вливавших формирование речных долин, — участки суши испытывали в продолжение плейстоцена так называемые эпейрогенические (или эпи- рогенические) колебания, поднятие и опускание, что сказывалось на ходе процессов размыва и накопления. Если учесть, что это явление могло итти с положительным или отри- цательным знаком в разных частях долин крупных рек и что оно могло повторяться в последующие эпохи, — сложность картины будет доста- точно ясна, даже если не говорить уже о таком факте, как особенности геологического строения, — например, различный характер горных пород тех территорий, где создавались речные долины. Этим объясняется затруднительность дать какую-то общую схему строения для рек восточной Европы и северной Азии, ориентированную на одновременно действовавшие факторы, обусловившие формирование долин этих рек. *. Поэтому было бы преждевременным считать, что строение речных долин нашей части света, в частности число их .террас, отражает всегда черты одного и того же процесса. Было бы затруднительно, вместе с тем, непосредственно связывать речные террасы с последовательными эпохами великого оледенения, как это полагают горячие приверженцы теории полиглациализма, в частности пенковского четырехкратного оледенения северного полушария. 1 1 Сказанное заставляет скептически отнестись к попыткам свести явления эрозии и аккумуляции в речных долинах Европы к схеме Ш. Депере, установленной для террас Средиземного моря.
ВРЕМЯ ОБРАЗОВАНИЯ РЕЧНЫХ ТЕРРАС 75 Сравнивая, например, строение долин Дона и Днепра, мы видим в пер- вом случае в районе Воронежа, если судить по материалам П. А. Ники- тина, 1 хорошо развитую верхнюю семидесятиметровую террасу еще плиоценового возраста. С другой стороны, по течению Днепра доказанным может считаться лишь существование террасы миндель-рисского возраста. Здесь более древние террасы, если они не были размыты при наступании ледника, должны быть погребены, как полагают некоторые геологи, ниже уровня реки, под толщей позднейших наносов. Однако нельзя все же отрицать, что история речных долин, по- край- ней мере в Европе и северной Азии, представляет ряд общих явлений, по- скольку изменение природных условий во всем северном полушарии, начиная с конца третичной эпохи, шло более или менее в одном направле- нии. Работами советских геологов за последние годы сделано очень много для уяснения четвертичного прошлого отдельных частей СССР. В част- ности, много сделано и по интересующему нас вопросу — истории речных долин, хотя исследователи находятся все же еще лишь на пути к его разрешению. ВРЕМЯ ОБРАЗОВАНИЯ РЕЧНЫХ ТЕРРАС И ИХ ОТНОШЕНИЕ К ЗАСЕЛЕНИЮ ВОСТОЧНОЕВРОПЕЙСКОЙ РАВНИНЫ История образования речных долин восточной Европы интересует нас, прежде всего, с точки зрения возможности увязки древнейшей исто- рии человеческих обществ с явлениями природной среды, как они раз- вертывались в четвертичное время. Заключая в себе остатки животных и растений вместе с остатками человеческой культуры, речные террасы различной давности дают исследователю необходимый масштаб для гео- логической датировки как животного п растительного мира, так и че- ловеческих поселении. Мы видели, что луговая, или пойменная, терраса рек восточной Европы образовалась в довольно близкую к нам пору уже современной эпохи. Время ее углубления сопоставляют с анциловой стадией Балтики, тогда как ее заполнение аллювиальными осадками продолжается до настоящего момента. Таким образом, нужно предполагать, что формирование пойменной низины отвечает во времени всему более позднему историческому периоду от начала неолитической ступени. Если принять во внимание такие факты, как находки на пойме (на- пример на Донце в окрестностях Изюма) поселений кампинийского типа, начало седиментации луговой террасы приходится относить, оче- видно, по крайней мере к стадии маглемозе, а может быть, и к не- сколько более раннему времени (тарденуазская стадия). Расположенные вне поймы на окраинах первой надлуговой террасы тарденуазские и свидерские (ранне-тарденуазские) поселения принадле- жат тому времени, когда, в связи с углублением рекой ее нового русла, закончившееся формирование этой более древней террасы позволило группам первобытного населения перенести свои стойбища на удобные для обитания приречные песчаные дюны. 1 П. А. Никитин, Четвертичные флоры Низового Поволжья, «Труды Комиссии по изучению четвертичного периода», III, 1933, стр. 81. Ср. Г. Ф. Мирчинк, Геоло- гия четвертичных отложений (литограф, курс), 1934, лекция 2, стр. 7.
76 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ Время формирова- ния падлуго- вой террасы Но и первая надлуговая, 10—15-метровая терраса не имеет большой гео- логической давности. Весьма ценные наблюдения Г. Ф. Мирчинка, о кото- рых было упомянуто выше, позволяют с достаточной уверенностью подойти к вопросу о ее геологическом возрасте. Ему удалось проследить, как нижняя надлуговая терраса Днепра севернее Орши через сопряженную с ней террасу р. Оршицы упирается в полосу зандров, тянущуюся вдоль конечно-моренной гряды, идущей на Витебск, Торжок ит. д., то есть при- надлежащую моренному поясу балтийского (бюльского) оледенения. 1 Поскольку нижние надлуговые террасы имеют один и тот же харак- тер по всему течению Днепра и его притоков, а также и на многих ре- ках бассейна Дона, их бюльский возраст может считаться в общем уста- новленным достаточно точно. Следует думать, что мощная толща слагающих эту террасу песчано- глинистых наносов отложилась в относительно длительный период уга- сания ледниковых явлений, совпадающий со временем отступания бал- тийского оледенения, — до окончательного таяния северного ледника. Нижняя над- Рис. 7. Переход зандров вюрмского оледенения во вторхю надпойменную террасу Днепра. (По Г. Ф. Мирчивку) пойменная терраса первого уровня отделяется невысо- ким уступом или непосредственно пе- реходит в следую- щую террасу, кото- рую мы будем назы- вать нижней тер- расой второго уровня. Для рек Днепровского бас- сейна высота ее обычно лишь на не- много метров (са- мое большее 5 — 10) превышает уровень первой надлуговой террасы. Уже это обстоя- тельство, в связи с весьма сходным характером образующих ее песчано-глинистых напластований, указывает на то, что она не могла образоваться во время, особенно удаленное от формирования первой террасы. Поэтому ее обычно и рассматривают как нижнюю надлуговую тер- расу, но более высокого уровня. Ее существеннейшей особенностью является то обстоятельство, что слагающий ее слоистый нанос кверху переходит сначала в слоистый же, а затем более или менее типичный лёсс или лёссовидный суглинок (или супесь). *• Исследования Г. Ф. Мирчинка в области верхнего Днепра дают возможность определить возраст и этой террасы. Ему удалось констати- ровать тот факт, что здесь, между Оршей и Смоленском, где Днепр де- лает крутой поворот к западу, проходя почти рядом с моренной грядой вюрмского оледенения, средняя (20 nt) терраса Днепра переходит в зандры этой морены (рис. 7). 1 Г. Ф. Мирчинк, О физико-географических условиях эпохи отложения верхнего горизонта лесса на площади европейской части СССР, «Известия Акад, наук СССР», 1928, № 2, стр. 126.
ПАЛЕОЛИТИЧЕСКИЕ ПОСЕЛЕНИЯ ЭПОХИ НИЖНИХ ТЕРРАС Сравнительно небольшой промежуток времени, потребовавшийся, ви- димо, на отступание ледника от внешнего к внутреннему (бюльскому) поясу главной конечноморенной гряды, может служить объяснением отме- ченной выше связи нижней и средней террасы. Весь этот процесс приходится представлять себе таким образом, что после образования террасы верхнего уровня (вюрмской) приток вод бюльской стадии содействовал некоторому углублению части речной долины, а затем, в период отступания ледника, — ее заполнению новыми слоями песчано-глинистого наноса. Весьма показательно, что если мы вычтем из разности высот террас обоих уровней толщу лёсса, покры- вающего вторую из них, их высотное различие оказывается совсем не- значительным. 1 Таким образом, в период, когда нижняя терраса составляла еще живое течение широкого водного потока (имевшего, вероятно, уже тенденцию к углублению русла на месте современной поймы), ее вышедшая из-под воды полоса представляла собой низкий, едва поднимавшийся над водой берег, начавший вскоре покрываться лёссовидным наносом. ПАЛЕОЛИТИЧЕСКИЕ ПОСЕЛЕНИЯ ЭПОХИ НИЖНИХ ТЕРРАС Время, истекшее между образованием той и другой террасы, имеет для нас большой интерес, так как с ним оказываются связанными явле- ния первостепенного значения для истории первобытного общества и окру- жавшей его природной среды. Как можно видеть на схеме (рис. 8), показывающей обычное строение речных долин в области среднего Днепра и его притоков и место, которое занимают в речных долинах остатки первобытных поселений, отложе- ния нижней над луговой террасы являются до сих пор в этом смысле немыми, если не говорить о тарденуазских стоянках, принадлежащих эпохе, когда формирование этих террас уже было совер- шенно закончено. В значительном числе палеолитические находки известны зато для более высокой — 15-метровой террасы. В ней они занимают стратигра- фически два разных уровня. Стоянки первой группы залегают в верхней части раз- реза, в слоях лёсса и делювиального наноса (иногда также погребенной почвы), которыми заканчивается образование нижней террасы второго уровня. Сюда принадлежат, кроме упомянутых стоянок Днепростроя, Журавка, Боршево II — ее верхний горизонт, также верхний горизонт Кирилловской стоянки в Киеве и некоторые другие. Это те поселения, расположенные на низменном берегу недалеко от воды, вероятно еще затапливавшиеся при высокц^ половодьях, которые являлись свидетелями стояния реки в пределах нижнего уровня надлуговой террасы. 2 1 Для района палеолитических стоянок Днепростроя (Дубовой, Кайстровой и Осокоривки) мы имеем такие цифры: средняя высота нижней надлуговой террасы (первого уровня) — 6—7 м, для террасы верхнего уровня с палеолитическими остат- ками— 10—11 м. Толща лёсса и лёссового делювия второй террасы—3—4 м. За- кономерность таких соотношений уровней данных террас показывают и другие па- леолитические местонахождения, известные в подобных условиях — Гонцы, Жу- равка и др. Ср., например, Г. Ф. Мирчинк, Геологические условия нахождения па- леолитических стоянок в СССР и их значение для восстановления четвертичной исто- рии, «Труды II межд. конф. АИЧПЕ», в. V, 1934, стр. 52, рис. 6 (разрез Гонцовской стоянки). 2 Ту же картину дают и поздние палеолитические поселения долины Енисея, связанные с нижней надпойменной террасой (см. гл. XI). Лзильская группа памятников
78 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ II ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ В отношении геологического времени эти стоянки синхроничны, таким образом, первым стадиям отступания балтийского оледенения. Археоло- гически они все принадлежат позднейшей поре верхнего палеолита — азильской эпохе. Их стратиграфия чрезвычайно характерна. Это многослойные па- мятники, сохраняющие следы неоднократно возобновлявшихся кратко- временных, вероятно большей частью сезонных стойбищ с незначитель- ным скоплением культурных отбросов. С точки зрения окружавших человека природных условий стоянки этой группы в первую очередь характеризуются полным исчезновением остатков мамонта, встречающихся в огромном количестве еще в поселе- ниях мадленской эпохи. Место мамонта здесь занимают представители современной степной и лесной фауны млекопитающих с примесью, однако, северных форм (северный олень). Последний, правда, также вскоре пе- BejiipajdVJbHoe со правого береги •kf,b,li .Ь'И'Г Памятники мадленского возраста Рис. 8. Схема строения долины р. Днепра в районе Киева. Крестиком (X) обозначены условия нахождения остатков верхнепалеолитиче- ского времени для стоянок среднего Днепра: раннемадленские — в основании П-й надлуговой террасы (Кирилловская стоянка, нижний горизонт), азильские— в верхней части террасы, главным образом в лёссе. 1. — Современный поименный аллювпй. 2.— Древний аллювий 1-й надпойменной террасы. 3. — Дреп- ппй аллювпй ‘2-й надпойменной террасы. 4. — Эоловый лёсс вюрмского времени. 3—6. — Рпсские Флювпоглациальные суглинки (Рисс-Вюрм). 7. — Рпсскал дойная морена. 8. — Подморенные флювио- глациальпые суглинки (Рисе). 9. —Болотные отложения 3-йтеррасы (Мвндель-Рпсс).9а. — Миндельский лёсс. 10.—Лнпдельские пески 3-й террасы. 11. — Коренные породы. По Г. Ф. Мпрчпнку). рестарт встречаться и отсутствует в большинстве азильских местонахо- ждений среднего течения Дона и Днепра. Если учесть, как мы увидим ниже, что исчезновение мамонта на восточноевропейской равнине относится к эпохе балтийского оледенения, данное нами определение времени, разделяющего образование террас обоих уровней, как бюльского становится еще более вероятным. Что для Украины и среднего Дона эта эпоха вовсе не говорит о суро- вости климатических условий, но, наоборот, обнаруживает признаки значительного потепления, как это мы знаем и в отношении азильских местонахождений западной Европы, — показывают, между прочим, остатки моллюсков, определенные для стоянок Днепростроя, среди которых имеется целый ряд теплолюбивых форм. Стоянки второй группы занимают иное положение в от- ложениях той же террасы. Они залегают значительно глубже и, что осо- бенно важно, связаны с эпохой седиментации аллювиальных наносов, сла- гающих эту террасу.
ПАЛЕОЛИТИЧЕСКИЕ ПОСЕЛЕНИЯ ЭПОХИ НИЖНИХ ТЕРРАС 79 Правда, далеко не всегда охотничьи орды позднего палеолитического времени выбирали для своего пребывания места, обычно затопляемые водой. Они предпочитали, естественно, селиться на более высоких участ- ках берегового склона, не подвергавшихся подобной угрозе (например Гонцы, Супонево). Но в некоторых случаях удается найти поселения, имеющие прямое отношение к интересующей нас террасе. Один из наиболее интересных памятников этого типа представляет Боршевская II стоянка (па Дону) с ее тремя горизонтами палеолитиче- ских остатков. Хотя она приурочена к очень невысокой террасе Допа, в половодье заливаемой водой, такое явление не говорит о позднем (то есть современном) геологическом возрасте этой террасы. Г. Ф. Мир- чинк совершенно правдоподобно объясняет положение надлуговой тер- расы ниже уровня поймы опусканием этой части долины Дона, про- исшедшим, очевидно, уже в самом конце плейстоцена или в современ- ную эпоху, в результате чего позднейшие наносы скрыли под собой более древние образования. В эпоху, когда надлуговая терраса уже сформировалась и успела покрыться значительным слоем почвы, люди выбрали это место на бе- регу Дона для своего обитания. В последующую пору, в конце лед- никового периода, поверх горизонта ископаемой почвы отложился до- вольно мощный пласт намывного делювиального суглинка. Таким образом, и по составу находок, и по общим условиям залегания верхний палеолитический слой Боршева II не отличается существенно от остальных, ранее нами перечисленных стоянок первой группы. На несколько большую древность его указывает более архаический облик его инвентаря и присутствие таких форм, как северный олень и рос- сомаха, наряду с обычными — лошадью, зайцем, лосем. Иной характер носят второй и, в особенности, третий горизонты куль- турных остатков, относящиеся к нижележащим аллювиальным отложе- ниям той же террасы. По составу вещественных находок ближайшее сходство они обнаруживают с Гонцовской стоянкой, с которой их сбли- жает и наличие значительного количества остатков мамонта. И Гонцы, и нижний горизонт Боршева II не оставляют сомнения в своем мад- ленском возрасте, являясь типичными памятниками более позднего мад- лена восточноевропейской равнины. Не менее показательным в смысле условий своего залегания является раннемадленский нижний горизонт Кирилловской стоянки в Киеве, замечательный заключенными в нем огромными скоплениями костей ма- монта. В противоположность верхнему, азильскому, слою той же стоянки, прикрытому лишь пластом лёсса (правда, достигающим 10 м), нижний горизонт стоянки находится в основании террасы на древнем цоколе из коренных пород берега и, ^аким образом, предшествует накоплению всей огромной 22-метровой толщи ее делювиально-аллювиальных отло- жений. Отсюда мы должны сделать вывод, что формирование надлуговой террасы второго уровня, вюрмский возраст которой является признанным боль- шинством геологов, охватывает время приблизительно от начала мад- лена до азиля. Такой вывод имеет для нас особенно существенное значение, так Kai? он показывает несостоятельность взгляда, укрепившегося у нас в результате неправильного определения возраста некоторых палеолитических стоя- нок Украины (Журавка, стоянки Днепростроя), на верхний палеолит как на историческую ступень, относящуюся целиком к послевюрмской
ЙО ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ эпохе. Этот взгляд, широко культивируемый до недавнего времени в уче- ных кругах западной Европы, не имеет под собой, в действительности, никаких серьезных оснований. ВЕРХНИЕ ТЕРРАСЫ И ИХ ВОЗРАСТ Значительно труднее сказать что-либо определенное о более древних террасах речных долин европейской части СССР, поскольку — это нужно определенно признать — и условия первоначального формирования их, и вообще более ранние фазы их развития до сих пор остаются крайне слабо освещенными. Что можно считать установленным для рек Украины — это существование еще одной, верхней, 40-метровой террасы. Ее относят к рисскому времени, поскольку во многих случаях удается наблюдать, что донная морена максимального оледенения перекрывает эту террасу. Дон Обычно считают, что в основании отложений верхней днепровской террасы можно различить наносыминдельской ледниковой эпохи. На Дону, по некоторым наблюдениям, ранние четвертичные слои верхней террасы покоятся на аллювиальных отложениях плиоценового возраста. Поскольку природная среда древнечетвертичного времени предста- вляет для нас интерес лишь в той мере, в какой она освещает исторические судьбы первобытного человечества, у нас нет оснований останавливаться на деталях спорных геологических проблем. Для нас важно поэтому в немногих словах наметить то, что является более или менее достоверно установленным для истории речных долин в довюрмское время. Днепр В эпоху развития максимального оледенения основные водные маги- страли южной части восточноевропейской равнины, как Дон и Днепр, служившие для спуска вод наступающего и тающего ледника, предста- вляли собой гигантские водные артерии. Противоположные берега Днепра ниже Киева для этого времени прослеживаются на расстоянии 50—100 км. Нужно думать, что это была целая система озер и протоков, располо- женных в обширной ложбине стока, вероятно периодически затапливае- мой талыми водами, надвигавшимися со стороны ледника. Карта гидрографической сети в эпоху рисса показывает, какие огром- ные размеры имели тогда долины рек системы Днепра, Южного Буга и Дне- стра, складывающиеся в целую систему чрезвычайно широких, но сравни- тельно неглубоких протоков, имевших благодаря подпруживающему дей- ствию ледника иные очертания и иное направление, чем в настоящее время. 1 Что касается еще более ранней эпохи, то имеются основания полагать, что чрезвычайно широко распространенные в южной части русской рав- нины в основании древнечетвертичной толщи так называемые красно- бурые глины, относящиеся частью еще к плиоценовому, частью к послеплио- ценовому времени, могли образоваться лишь на обширных заболоченных пространствах в условиях еще очень слабо разработанного рельефа страны. Сходство их с латеритами Индии (см. стр. 188) и отсутствие в них каких- либо растительных или животных остатков делает весьма вероятным та- кое их происхождение. На этом крайне еще общими чертами вырисовывающемся фоне ранне- плейстоценовой истории страны, чрезвычайно большое значение приобре- 1 Ср. «Труды межд. конф. АИЧПЕ», в. II, 1933, стр. 79 и в. III, 1933, стр. 39 дг 54.
ВЕРХНИЕ ТЕРРАСЫ И ЦХ ВОЗРАСТ 81 тает недавняя находка, сделанная недалеко от Днепропетровска в районе с. Кодак, где в древней террасе Днепра с орудиями мустьерских типов собрана фауна, считающаяся характерной для миндель-рисской межлед- никовой эпохи (Elephas trogontherii, Cervus megaceros илиeurycerosи др.). Открытые в основании мощной многослойной толщи лёсса и террасовых образований очень невысоко над уровнем Днепра, эти находки показы- вают, во-первых, недостаточную обоснованность принятых до сих пор представлений о соотношении ранних террас Днепровской долины. Во-вторых, что еще важнее для пас, они говорят о несравненно боль- шей древности заселения человеком европейской территории СССР, чем это допускалось раньше. Лучше изученные ран- нечетвертпчные отложе- ния речных долин север- ной Франции позволяют нам несколько ближе ра- зобраться в ранней исто- рии плейстоцена. Нельзя сказать все же, чтобы и Рис. 9. — Схематический разрез речной долины. (По Ойермайеру) здесь, в прпатлаптической части Европы, хотя для нее известны многочисленные находки раннеплейстоценовой фауны и остатки человеческой деятельности, восходящие к древнейшей поре четвертичного периода, история речных долин была разработана с доста- точной степенью ясности. Для классических местонахождений северной Франции по Сомме, Сомма, С« Сене и Марне обычно принимается наличие трех плейстоценовых тер- Мариа рас, расположенных приблизительно на высоте 10, 25—30 и 40 м над уровнем реки. 1 Странным образом, эти террасы имеют сходное строение, будучи сло- женными из мощных слоев галечников и песков, переходящих кверху в тонкий глинистый нанос, и дают одинаковую последовательность смены животных: от «теплой» фауны бегемота и древнего слона в отложениях галечников — к фауне мамонта и северного оленя в верхних слоях (то есть в делювиальном наносе, покрывающем эти террасы). Туже картину пред- ставляют и остатки человеческого обитания, которые во всех трех тер- расах позволяют проследить горизонты с находками шелльского, ашёль- ского, мустьерского и верхнепалеолитического времени. Разгадку этого странного явления, не поддававшегося до сих пор сколько-нибудь удовлетворительному объяснению, мы находим в новей- ших работах французских и английских исследователей. Толчок для наблюдений g этом направлении дали труды Ш. Депере.' Этому ученому удалось показать, что вдоль побережья Средиземного моря наблюдается четыре яруса террас различного возраста, располо- женных на высоте около 100—60—30—20 м над уровнем моря, с кото- рыми связаны и террасы рек, впадающих в Средиземноморский бассейн. Эти террасы, названные им, начиная с верхней, — Сицилийской, Ми- лаццкой, Тирренской и Монастирскоп, имеют свою характерную фауну и, по мнению Депере, охватывают весь плейстоцен, начиная с гюнцского ледниковья. 1 J. Bayer, Der Mensch ini Eiszeitaller, Theil I—11, 1927, стр. 40 и сл. 6 П. П. Ефименко. Первобытное общество — 1734
82 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ Перенесенные на почву северной Франции результаты исследований Ш. Депере сделали очевидным, что представления прежних авторов, за- нимавшихся изучением террас Сены и Соммы, требуют существенных исправлений. Это касается, главным образом, условий находок палеолити- ческих орудий и остатков фауны. Последние нередко оказываются здесь, во вторичном залегании, вымытыми из более древних, выше лежащих террас. Понятно, что это приводило к неправильному признанию одно- временности совершенно в сущности различных образований. Подобный случай Депере констатировал в отношении известного ме- стонахождения Шелль на Марне, по которому получила свое название древнейшая эпоха человеческой истории, где орудия шелльских типов происходят из перемытых отложений более древнего возраста. Если взять лучше изученные еще со времен Прествича и Лайелля местности Соммы в районе Аббевиля и Сент-Ашёля, их стратиграфия в свете новых данных 1 дает возможность сделать ряд весьма интересных заключений. Верхняя, 40-метровая терраса Соммы в ее основных напластова- ниях лучше всего характеризуется такой фауной млекопитающих, как Elephas meridionalis, Elephas antiquus в его архаической разновидности, Rhinoceros etruscus и пр.,то есть такими видами, которые, по общему мне- нию геологов и палеонтологов, существовали в Европе лишь в самом на- чале плейстоцена. Эти остатки в тех же слоях сопровождаются в ряде мест по Сомме типичными шелльскими рубилами. Средняя, 30-метровая терраса Аббевиля и Сент-Ашёля в подсти- лающем горизонте из крупного гравия содержит рубила позднего шелльского типа, носящие следы сильной выщербленности в результате их перемещения из первоначального места залегания — возможно, в верх- ней террасе. Таким образом, эта терраса не могла образоваться раньше конца шелльского времени, скорее же относится уже к ашёльско-мустьер- скому времени. Темза Подобную же обстановку показывают находки древней фауны и палео- литических орудий в террасах Темзы и других рек юго-восточной Англии. Благодаря близости ледника, подходившего почти вплотную к долине Темзы, здесь имеется большая, чем где-либо в Европе, возможность син- хронизации стадий оледенения с историей древнейшего заселения Европы человеком. В этой части Англии описан ряд местонахождений, где орудия шелль- ского возраста встречаются в верхних террасах морского побережья, как и в аналогичных отложениях, уходящих вдоль рек в глубь острова. Некоторые из этих находок (Clacton, Barnfield Pit) интересны тем, что здесь шелльские рубила залегают в наносах ледникового происхождения вместе с валунами северных пород и носят признаки обработки ледциком. Уав Особенного внимания в этом смысле заслуживают разработки гравиев в Уоррн-Хилл (Warren Hill), в 40 км к северо-востоку от Кэмбриджа, расположенные на возвышенном плато над р. Узой, притоком Ларка, то есть уже в области распространения морены северного ледника. В виду особенного значения этого местонахождения для выяснения стратиграфического соотношения шелльских орудий и первого оледене- ния Англии, оставившего нижний пласт морены (Kimmeridge Boulder Clay), приведем его описание по недавно опубликованным данным Брейля. 1 Н. Breuil, Les industries a eclat du paleolithique ancien, Le Clactonien, «Prehistoire», t. /, /. 11, стр. 175.
ЛЁСС 88 В основании отложений невысокого плато поверх очень тонкой, светло- серой, слегка желтоватой глины, очень напоминающей глины Contorted beds в Кромере, залегает довольно сложный комплекс ледниковых обра- зований из песков и галечников, часто включающих куски мела, кремне- вые желваки и многочисленные валуны кварцита. Этот нижний горизонт моренного наноса (нижний Till) содержит вместе с тем значительное число шелльских орудий в таком состоянии (расколотые, выщербленные и избо- рожденные), которое, по мнению английских геологов, показывает, что они были выпаханы первым большим оледенением (миндельским) из отложений более древней, доледниковой речной террасы. Выше идут сильно размытые слоистые пески и гравии с орудиями поздних ашёльских типов, которые местами оказываются прикрытыми верхним моренным наносом (Chalky Boulder Clay). Сверху в разрезе залегают пески эолового происхождения с отдельными находками кремней верхнепалеолити- ческого облика. Нетрудно видеть, что приведенные нами наблюдения совершенно меняют оценку возраста древних террас юго-восточной Англии (содержа- щих орудия шелльских типов), установившуюся со времен Лайелля, который помещал их в эпоху, следовавшую за большим оледенением, достигавшим долины Темзы. ЛЁСС Влияние климата ледниковой эпохи сказывалось не только на режиме вод, циркулировавших на поверхности суши, и на колебаниях уровня морей и океана. Во внеледниковой области материков северного полушария мы находим разнообразные геологические образования, происхождение которых тесно связано с условиями, созданными эпохой оледенения. Вне пределов морены (иногда и на самой морене максимального оле- денения) залегают на громадных пространствах восточной, а также сред- ней, а частью и южной Европы, затем в Сибири, средней Азии и на даль- нем востоке азиатского континента — в северном Китае и Монголии — особыеглины, или, правильнее, суглинки, которым дают название «лёсса». Типичный лёсс — это особый вид суглинка светложелтого цвета, богатый известью, очень тонкий и весьма однородный. Он сильно порист, то есть пронизан мелкими пустотами и канальцами, и не обнаруживает слоистости, которой обладают породы, отложенные водным путем. Зале- гая ровным пластом на речных водоразделах, он спускается в речные до- лины, овраги и балки, стремясь как бы сгладить древний расчлененный рельеф. Однако его нет, например, на пойме, и вообще он не спускается ниже определенной границы, намеченной надлуговой террасой, что ука- зывает на эпоху, когда он перестал отлагаться. С происхождением лёсса связано много гипотез. В своей недавно опубликованной работе акад. В. А. Обручев 1 сводит многочисленные гипотезы, созданные для объяснения происхождения лёсса, к восьми основным. Это гипотезы — аллювиальная, ледниковая, морская, озерная, делювиальная, космическая, эоловая и почвенная. Если оставить в сто- роне гипотезу о космическом происхождении лёсса (то есть его образо- вании из космической пыли), в пользу которой не может быть приведено Свойства тивнчног лёсса I Происхиг иве лес 1 В. А. Обручев, Проблема лёсса, «Труды II межд. конф. АИЧПЕ», в. II, 1933, стр. 115.
84 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ достаточно серьезных доводов, остальные гипотезы несомненно прило- жимы в топ или другой степени для объяснения образования лёсса и сходных с ним лёссовидных суглинков. Однако, если говорить лишь о типичном лёссе, обладающем всеми свойствами, характерными для этой породы, — однородностью, отсутствием слоистости,. отношением к рельефу, присущим только типичному лёссу, залегающему и на высоких точках водоразделов, и на пониженных склонах долин, — ни одна из гипотез, связывающих образование лёсса с деятель- ностью воды, не может дать удовлетворительного объяснения этим его особенностям. Таким образом, нам приходится в данном случае исключить из своего рассмотрения гипотезы, связующие происхождение лёсса с дея- тельностью рек (аллювиальная), переносом его ледниковыми водами (ледниковая), временными потоками и дождевыми ручьями (делювиаль- ная) или видящие в нем отложение озер пли морей. В значительной мере это относится и к ((почвенной» пли ((элювиальной» гипотезе Л. С. Берга, поскольку этот ученый допускает лишь водное происхождение материн- ской породы, из которой путем последующего химического и механиче- ского выветривания и процесса почвообразования образуется лёсс. Во всех этих случаях участие воды должно было бы сказаться в слои- стости наноса, в его отмучивании, в присутствии в его толще всякого рода включений, например прослоек песка или мелкой гальки, чего не бывает в типичном лёссе, который нередко образует большие толщи совершенно однородного тонкого суглинка, измеряемые десятками мет- ров. Эоловый лёсс Поэтому все же наиболее вероятным является взгляд, принятый зна- чительным большинством геологов, что лёсс откладывался, главным образом, эоловым, то есть воздушным путем, будучи переносим ветрами в виде облаков пыли. Такой процесс образования лёсса, естественно, был возможен только при условии определенного ландшафта и очень сухого климата, который, вероятно, должен был иметь место в некоторые периоды истории великого северного ледника. По мере отхода ледника большие площади моренных образований и еще не успевшие покрыться растительностью песчаные поля, окаймляв- шие конечные морены, подвергались энергичной переработке ветрами, которые уносили мелкие частицы минерального материала и затем от- лагали их в более пли менее отдаленных местностях. Это явление должно было иметь закономерный характер вследствие создававшейся в области ледников антициклонической погоды — с ветрами, падавшими с ледника на прилегающие равнины. Можно до известной степени проследить и направление этого пере- носа, так как более крупные частицы пыли скорее оседают из воздуха, чем мелкие, которые уносятся значительно дальше. Таким путем при изу- чении состава лёсса в некоторых районах Украины, затем в пределах Орловского края удалось констатировать, что частицы лёсса увеличи- ваются в размере по направлению к северо-западу. 1 Очевидно, обширные песчаные равнины Белоруссии и Литвы в свое время служили источником энергичного лёссообразования. Такие же наблюдения сделаны и в отно- шении лёсса Германии. Значение Видимо, было бы неправильно слишком обобщать этот факт в том смысле, постоянных что развевание фенами (ветрами, дувшими с ледника) зандровых полей ветров------------------------------------------------------------------------- 1 Г. Ф. Мирчинк, О физико-географических условиях эпохи отлоэ!сения верхнего горизонта лёсса на площади европейской части СССР, «Известия Акад, наук СССР», Отделение физико-математических наук, 1928, Л? 2, стр. 137.
71ЁСС 85 Рис. 10. Карта Европы, показывающая господствующие ветры по южной окраине вюрмского оледенения и распределение пло- щадей лёсса. (По Г. Ф. Мпрчпику) н вообще минерального материала, накопленного по окраинам ледника, должно было иметь место в одинаковой мере по всей окраине ледников. Г. Ф. Мирчинк указывает, что в вюрмское время в действительности вынос пыли ветрами происходил лишь на определенных участках экстраглаци- альноп области, где, благодаря соседству горных массивов, создавались условия, благоприятные для сильных постоянных токов воздуха в этих «коридорах». Такими горами для восточной Европы были Карпаты, по- чему господствовавшие здесь восточные ветры, прорываясь между север- ными склонами Карпат и ледником, в виде широкого веера разносили лёссовую пыль на пространстве от зоны накопления моренного материала в Белоруссии и на верхнем Днепре до Черного моря (см. карту, рис. 10). Такие же ветры, отклонявшиеся в западном напра- влении, должны были откладывать лёсс в средней, частью и южной Германии (по Рей- ну и в бассейне Дуная) и в обшир- ной лёссовой обла- сти северной Фран- ции. Нельзя не признать, что кар- та, составленная Г. Ф. Мигчинком, может, действи- тельно, дать объ- яснение распро- странения вюрм- ского лёсса в Европе. Эоловая гипо- теза происхожде- ния лёсса возник- ла, однако, перво- начально не в применении к лёссовым наносам Европы, обязанным своим происхождением деятельности ледника. Признанным автором этой гипо- тезы является известный Рихтгофен, предложивший ее для объяснения возникновения лёссовых образований в северном Китае и юго-восточной Монголии. Поскольку здесь отсутствуют следы значительных оледенений, очевидно, что условия, благоприятные для переработки ветром материала разрушенных горных пород, создавались и в некоторых пустынях се- верного полушария. Действительно, обширные каменистые и песчаные пустыни централь- ной Азии оказываются окруженными с востока, севера и запада (со стороны Китая, предгорной полосы Сибири и Средней Азии) полосой лёссовых отложений. Так образовались плодородные лёссы северного Китая путем осаждения в течение многих десятков тысячелетий массы пыли, перено- сившейся некогда ветром из внутренних частей пустыни Гоби. В настоящее время придается гораздо меньше значения участию в деле отложения лёсса Китая периодически возникавшим водным потокам,
S6 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ II ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ чем это думал Рихтгофен, считавший, что образование лёсса шло в зна- чительной степени все же за счет переработки местных пород (он еще не- достаточно учитывал роль зон развевания).1 Для нас, во всяком случае, важно, что Рихтгофен с достаточной убедительностью выяснил связь процесса лёссообразования, где бы он ни происходил, с условиями за- сушливого, континентального климата и деятельностью ветра, особенно проявляющейся в этой природной обстановке. Возражения Несмотря на появляющиеся в специальной литературе возражения против эоло- против возможности образования лёсса эоловым путем, вряд ли можно В0Гжие1гаяХв' считать эоловую гипотезу сколько-нибудь серьезно поколебленной. Нап- лёсеа более существенные возражения, выдвигаемые Л. С. Бергом для подкре- пления его почвенной гипотезы, сводятся: 1) к невозможности допустить эоловое накопление столь значительных толщ мелкозема, 2) к отсутствию в лёссе признаков (в частности, отсутствию гумуса), доказывающих его отложение в виде пыли на равнинах, имевших растительный покров, сходный с современной степью, 3) к нахождению в нем валунов и нередким случаям перехода типичного лёсса в слоистую породу. 2 Не входя в критику этих положений, поскольку это является делом специалистов, должно заметить, что условия находок палеолитических остатков в лёссе в подавляющем большинстве случаев не дают основа- ния думать, что они могли подвергаться действию водных потоков. Палео- литические поселения сохраняются в той обстановке, в какой они существо- вали в эпоху, когда их обитатели выбирали для жилья удобные, сухие, очевидно покрытые растительностью участки береговых возвышенностей. Иные воз- Во всяком случае, чрезвычайно горячая полемика, возникавшая время нежности от времени в связи с эоловой гипотезой и другими объяснениями про- Ле<вам|?30' вхождения лёсса, имела тот положительный результат, что позволила наметить возможность применения этих взглядов к частным случаям лёссообразования, протекавшего в разнообразной обстановке, склады- вавшейся в эпоху плейстоцена на окраинах великого северного ледника и в пустынных областях северного полушария. Просматривая литературу по лёссу восточноевропейской равнины, начиная со старых, но не потерявших своего значения трудов А. В. Гуро- ва, П. Я. Армашевского, В. В. Докучаевэ и кончая новейшими работами советских геологов — Д. Н. Со6олева, В. И. Крокоса, Г. Ф. Мирчинка и многих других исследователей, нетрудно убедиться, что лёсс, вернее, породы лёссового типа должны были, действительно, откладываться самым иазличным путем, чаще всего в виде выноса отмученного мате- риала морены флювио-глациальными потоками, также в виде речного или озерного наноса, затем в результате переработки морены максимального оледенения или иных пород мелкими дождевыми струйками и т. д. При этом, объединяющим моментом в процессе преобразования столь различных отложений в лёсс должен был явиться определенный, резко выраженный континентальный режим. Во многих случаях удается доказать, что лёсс может получаться в виде 1 В. А. Обручев, Проблема лёсса, стр. 123. 2 Объяснение, даваемое Л. С. Бергом происхождению лёсса, сводится в немногих словах к тому, что он рассматривает последний как породу, образующуюся на раз- личном материнском субстрате — аллювиального, делювиального или водноледни- кового происхождения, который затем в результате процессов почвообразования преобразуется в лёсс. Соображения Л. С. Берга обстоятельно изложены в его первой статье — О происхождении лёсса, «Известия Р. Г. О.», т. LII, 1916, в. VIII, стр. 581, а также в других его работах, и недавно повторены, правда, в несколько измененном виде, в «Трудах II межд. конф. АИЧПЕ», в. 1, 1932, стр. 68.
ЛЕСС .87 тонкого ила при разливах рек пустынно-степной полосы, муть которых по своему составу очень близка к лёссу. Нильский ил, так же как ил Миссисипи и рек средней Азии, мало чем отличается от типичного лёсса. Таким образом, в пониженных частях речных долин он мог в условиях ледниковой эпохи во многих случаях оставляться во время речных поло- водий. Затем он мог откладываться и несомненно откладывался в виде делювия — очень тонкого продукта разрушения различных пород, ко- торый постепенно намывается на склонах при таянии снега, во время дождей и т. п. Во всяком случае, в образовании лёсса в Европе очень большую роль должен был сыграть ледниковый ил, который перераба- тывался и переносился силой ветра и воды. То, что типичный лёсс, то есть лёсс, получившийся в результате медлен- ного накопления тонкого, отмученного мелкозема на поверхности суши, должен был образоваться в условиях сухого климата и степного ланд- шафта,— доказывает его состав и его структура. Характерная пористость лёсса объясняется тем обстоятельством, что он должен был оседать на покрытых травой равнинах и с течением времени перерабатывался растительностью, корни которой пронизывали его сетью мельчайших канальцев. Это, несомненно, не могли быть тучные черноземные степи, подобные современным украинским степям, поскольку в лёссе мы не находим значительной примеси гумуса, темноцветного органи- ческого образования, которое окрашивает почвы при условии достаточного увлажнения. Наоборот, он содержит всегда большое количество извести в распыленном состоянии, которая отсутствует в нормальных степных почвах черноземного типа, хорошо промываемых дождевыми осадками. Таким образом, лёсс скорее является продуктом засушливой—«(сероземной» степи или полупустыни, такой, какую мы знаем в современной Средней Азии. На подобные физико-географические условия указывают и раковинки наземных моллюсков, находимые в лёссе, а равным образом и кости жи- вотных, принадлежащие типичным представителям среднеазиатских сте- пей. Однако в лёссе встречаются остатки и таких животных, как перво- бытный бык, сибирский носорог, мамонт, благородный олень, по- лярные грызуны и другие, которые предпочитают жизнь в лесу или в Основное условие — засушливый климат н степной ландшафт тундре. Из этих фактов можно заключить, что лёсс образовывался в эпоху сухого и достаточно сурового климата, когда тундра простиралась да- леко к югу, сменяясь холодными засушливыми степями, тогда как в бо- лее защищенных долинах рек могли расти леса, дававшие приют лесным животным. В своем географическом распространении в европейской части СССР лёсс известен почти на всемчпространстве Украины, затем в бассейне Дона и Волги, правда, приобретая здесь, как это было выяснено А. П. Павловым, характер делювия, продукта разрушения местных пород, а не типичного лёсса. К северу он довольно далеко заходит за границу максимального оледенения. В частности его северный рубеж составляет долина р. Оки, хотя лёссовидные суглинки известны и севернее, напри- мер в долине Клязьмы, и встречаются даже местами в Вологодском крае. Это свидетельствует о том, что отложение лёсса относится к эпохе, следовавшей за наибольшим развитием оледенения. Однако начало его образования относится к более раннему времени, отчасти даже предше- ствовавшему максимальному, так называемому рисскому оледенению.
88 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ ВРЕМЯ ОТЛОЖЕНИЯ ЛЁССА Ряд наблюдений говорит за то, что лёсс слагается из нескольких гори- зонтов, которые должны быть приурочены к разному времени. В лёссе водораздельных возвышенностей, который является в общем более древ- ним, чем лёсс склонов, часто бывает заметна темная прослойка, так назы- ваемый гумусный лёсс, который, как это установлено, представляет собой древний, погребенный в лёссе почвенный горизонт. Такие прослойки представляют явление нередкое и в позднейших лёссовых отложениях — лёссах склонов речных долин. Присутствие почвенных слоев требует допущения, что сухой климат лёссовой степи сменялся на некоторое время более влажным климатом, когда замедлялись процессы лёссообразования и на орошенных осадками степях шло образование почвы лугового или черноземного типа. Связь отло- Должно заметить, что связь отложений лёсса в экстраглацпальной «кеиля лёееа зоне с повторным развитием ледниковых явлений, в настоящее время олГонени11 более или менее общепризнанная, выдвинута была сравнительно очень недавно, в особенности исследованиями Зкргеля. Последний основывает свою точку зрения на соподчиненности лёсса в его распространении ко- нечным моренам последовательных оледенений, на отсутствии лёсса в межморенных отложениях, 1 на фауне лёсса, содержащей в своем со- ставе главным образом виды, свойственные степи и тундре, и т. д. До этого времени, то есть до 20-х годов текущего столетия, в геологи- ческих работах господствовало, в значительной мере под влиянием взгля- дов П. А. Тутковского, 2 диаметрально противоположное представле- ние, по которому отложение лёсса шло в засушливые межледниковые эпохи, чередовавшиеся с холодными и сырыми эпохами оледенения, когда начиналось образование почв. Однако против такого толкования го- ворит, например, тот факт, что лёсс не простирается на морену последнего (вюрмского) оледенения и в своем распространении обнаруживает зави- симость от полосы выноса измельченного минерального материала этой морены. По мнению большинства западноевропейских и советских геологов, как оно отражено в работах, вышедших за последние 10—15 лет, пери- оды почвообразования должны были совпадать с более теплыми меж- ледниковыми эпохами или периодами отступания ледников. Лёсс с этой точки зрения есть продукт холодных и резко континенталь- ных эпох наступания ледника. С другой стороны, некоторые геологи все же еще продолжают при- держиваться противоположных взглядов, считая лёсс продуктом меж- ледникового или даже, в значительной степени, послеледникового вре- мени. С последним толкованием было бы особенно трудно согласиться, хотя бы уже потому, что лёсс всегда содержит древнечетвертичную фауну и следы поселений охотничьих обществ эпохи мамонта и северного оленя. 1 «Das allgemeine Fehlen des Loss unter Moranen muss unbedingt als ein urspriin- gliches angesehen werden; es ist unvereinbar mit der Annahme eines interglazialen Alters des Loss». W. Soergel, Losse, Eiszeiten und paldolithische Kulturen, Eine Gliede- rung und Altersbestimmung der Losse, Jena, 1919, стр. 23. 2 И. Тутковский, К вопросу о способе образования лёсса, «Землеведение», 1—2, 1899, стр. 213. Работы Тутковского сыграли большую роль в понимании происхо- ждения лёсса за счет перевевания ветрами, дувшими с ледника (фенами), выноса морены — вопреки первоначальным возражениям Анучина, Воейкова и др.
ВРЕМЯ ОТЛОЖЕНИЯ ЛЁССА 8» Уже быстрота и прямолинейность, с которой одни взгляды на такие важные вопросы четвертичной истории, как время и условия образования лёсса, сменились в среде геологов совершенно иными взглядами, пре- красно характеризуют ту неустойчивость и недостаточную продуманность, которая находит себе место во всем комплексе проблем четвертичной геологии и которая в значительной мере объясняется абстрактностью и схематизмом построений, связанных с так называемым полиглациа- лизмом. Если исходные положеия Зёргеля не могут, видимо, вызвать особых возражений, так как, действительно, у нас имеются все основания думать, что лёссовый покров Европы и северной Азии доля;ен был образоваться в особых условиях климатического режима, созданных надвиганием северного ледника,— его выводы в отношении времени лёссообразования, принятые в значительной мере и советскими геологами, способны вызвать большие сомнения. Нам представляется одинаково мало обоснованным и отнесение Зёр- гелем мустьерских памятников Европы к поздним отложениям лёсса — «молодому» лёссу, соответствующему по его взглядам послерисской (вюрм- ской) фазе оледенения, откуда вытекает значительное омоложение в геоло- гическом масштабе времени всей первобытной истории человечества, и требуемое его схемой шестикратное обязательное отложение лёсса в ги- потетически конструируемые им эпохи наступания ледников. При этом и сам Зёргель в известной мере ощущает искусственность своего построе- ния и затруднительность приурочить образование отдельных толщ лёсса к следовавшим одно за другим оледенениям. 1 Вопрос о времени отложения лёсса имеет для нас особенное значение по находкам в нем на всем пространстве Евразии, от Франции до Китая, культурных остатков человека ледниковой эпохи. Культурные остатки сопровождают лёсс во всех его горизонтах, охватывая значительный период времени от так называемого ашёльско-мустьерского до конца мадленского времени. Как мы увидим ниже, из этого следует, что начало образования лёсса не могло намного предшествовать эпохе максимального оледенения уже по одному тому, что теплая фауна ранней ледниковой поры в лёссе вообще никогда не встречается. Для лёссовых отложений одинаково как Европы, так и Азии, наоборот, характерна холодная фауна, принесенная надвигающимся ледником. Естественно думать, что условия теплого и влажного климата, отли- чавшие ранний плейстоцен, не могли благоприятствовать отложению лёссовой пыли. Для того чтобы несколько разобраться в попытках геологов точнее определить эпоху, к которой относится отложение лёсса, нужно помнить, что единственным пока общим церилом времени для всей плейстоценовой истории Европы и северной Азии остается история развития северного лед- ника. Отсюда геологическая датировка явлений, имевших место в областях, лежавших вне границ распространения моренных образований, является возможной лишь при условии увязки их с той или другой фазой развития континентального оледенения. Взгляды Зёргеля на время отложения лёсса Теплая фауна раннего плей- стоцена не встречается в лёссе 1 Soergel, ук. соч., стр. 81. Нужно заметить все же, что Зёргель включает в вюрм- ское оледенение в качестве первой его стадии какое-то промежуточное оледенение, следовавшее за риссом, которое будто бы соответствует максимальному оледенению Альпийской области. Ср. таблицу, приложенную к работе Soergel’a. — Die Jagd der Vorzeit, 1922.
90 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ II ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ Расчленение Для лёсса эта возможность заключается, прежде всего, в его залегании лесса на на вечных террасах разного возраста и в его расчленении на отдельные горизонты г ггг г г горизонты зонами выщелачивания или слоями ископаемой почвы. Насколько свободно, обычно, оперируют определением возраста лёсса по таким признакам, показывают, например, рассуждения Солласа 1 ка- сательно лёсса северной Франции, в которых он, исходя из двух неизвест- ных— времени образования лёсса и времени образования террасрешает одно из другого. Схема его рассуждений такова: так как древний лёсс об- разовался в течение третьего ледникового периода (вернее, в тирренское время), то третья и вторая террасы Соммы, на которых он залегает, должны относиться соответственно к нижнему милаццкому и нижнему тиррен- скому времени. Новый лёсс лежит непосредственно на первой террасе — как и на более древних — и является продуктом четвертого оледенения (верхнее монастирское время); поэтому эта терраса принадлежит ниж- нему монастирскому времени. Новый лёсс разделяется на три горизонта прослойками гравия, отве- чающими трем дождливым периодам в позднеледниковой истории север- ной Франции, и т. д. В основе представлений о древности лёсса нередко лежит идея, что каждое наступание ледника должно было иметь свой цикл отложения лёсса,— идея, которую нельзя не рассматривать как исходящую из чисто априорных, совершенно неубедительных допущений. Не приходится думать, как это иногда принимается геологами, наибо- лее увлеченными схемой Зёргеля, что каждая прослойка, разделяющая толщу лёсса, — в виде зоны выщелачивания или слоя почвы, — должна была, с другой стороны, отвечать эпохе отступания ледника и длитель- ному периоду потепления и увлажнения. Недостаточность одного этого признака отчетливо ощущается более осторожными исследователями. 2 Отношение Весьма важным фактом, из которого приходится исходить в оценке егокмореннм возраста украинского типичного эолового лёсса, является залегание его северного главной толщи на морене максимального оледенения. Отсюда следует, оледенения чт0 соответстВуЮщИд горизонт лёсса может быть отнесен ко времени, следующему за отступанием рисского ледника, то есть к рисс-вюрмской и последующей эпохе. Молодой лёсс Мы не знаем точно, когда должен был начаться процесс образования этой толщи лёсса (jungerer Loss—немецких авторов). По мнению Зергеля, она отложилась в эпохи наступания ледников, три раза возобновлявшегося со времени рисскогооледенения (jungerer Loss I, jungerer Loss II, jungster Loss), которым соответствовало распространение тундро-степного ланд- шафта, тогда как в периоды отступания ледников поверхность лёсса подвергалась действию процессов выветривания. Такое утверждение носит, однако, чисто теоретический характер. Что можно считать более или менее достоверным — это то, что процесс перевевания морены рисского оледенения, очевидно, должен был начаться после отхода ледника к северу и спада предледниковых вод, оставивших после себя значительные толщп флювио-глациального наноса, покры- вающего рисскую морену в бассейне Днепра. Несомненно, что особенно энергично лёссовая пыль откладывалась 1 W Sollas, Ancient Hunters, III Ed., London, 1924, стр. 147. 2 Ср., например, Д. Н. Соболев, О стратиграфии четвертичных отложений Украины, «Бюллетень Комиссии по изуч. четверт. периода», Л» 2, 1930, стр. 17; Г. Ф. Мирчинк, Стратиграфия, синхронизация и распространение четвертичных отложений Европы, «Труды И межд. конф. АИЧПЕ», в. III, 1933, стр. 118.
ВРЕМЯ ОТЛОЖЕНИЯ ЛЁССА 91 в более холодное и засушливое время, сопровождавшее отступание лед- ника в пределы его вюрмской фазы. Но, как мы видели, этот процесс продолжался еще довольно долго и после отступания вюрхмского ледника, свидетелем чего является до- статочно мощная толща лёсса, покрывающая второй уровень нижней террасы украинских рек. Исчезновение остатков мамонта в культурных отбросах палеолитических стоянок, прикрытых этим лёссом (Кириллов- ская стоянка — верхний горизонт, Журавка и др.), как и соображения стратиграфического характера, о которых мы говорили выше, бесспорно свидетельствуют о бюльском возрасте этого позднейшего лёсса. 1 Возвращаясь к схеме Зёргеля, укажем еще, что если он прав, таким образом, в датировке самого позднего лёсса средней Европы бюльской стадией, он, несомненно, ошибается, увязывая его с мадленской палеолити- ческой эпохой. Время этого лёсса определяется наличием в нем только что нами названных памятников (Кирилловская стоянка — верхний гори- зонт. Журавка); к ним мы можем добавить целый ряд поселений того же типа — стоянки Днепростроя, Рогалик на Донце и т. д., которыми закан- чивается собственно палеолитический период восточной Европы. Несравненно менее выясненным является вопрос об отложении лёсса Древний лё в предшествующую эпоху, то есть так называемого древнего лёсса (alterer Loss). Очевидно лёсс в рисское время мог накапливаться лишь вне границ максимального оледенения, заходившего далеко в глубь южнорусской равнины. Поскольку, однако, нижние горизонты лёсса в этих местах по большей части не содержат никаких характерных остатков ни в смысле фауны, ни в отношении следов деятельности человека, выделение их по другим признакам является и затруднительным, и мало надежным. Условность и бездоказательность обычных геологических схем, осно- вывающих на присутствии в лёссе большего или меньшего числа гори- зонтов погребенных почв равное им количество межледниковых эпох, лучше всего иллюстрируется находкой у с. Кодак, в районе Днепро- петровска. Остатки мустьерской стоянки здесь залегают в древней террасе, располо- женной невысоко над уровнем Днепра, в слое песков и глин озерно-речного происхождения, и перекрыты мощной толщей лёсса, достигающей 20—25 м и разделенной на 4—5 ярусов ископаемой почвой. Для совершенно ана- логичного разреза лёссовой толщи в окрестностях Днепропетровска В. И. Крокос 2 принимает четыре или пять наступлений эпохи оледенения. Вряд ли все же можно допустить, что мустьерское время от нас отделяет такое большое число ледниковых и межледниковых эпох. Во всяком случае, никаких доказательств в пользу этого привести было бы невозможно. Присутствие слона трогонтерия, считающегося характерной формой миндель-рпсской межледниковой эпохи, вместе с сибирским носорогом, оленем с гигантскими рогами,«. бизоном, благородным и северным оленем указывает на время этой находки. Во всяком случае, геологическая обстановка не противоречит возможности синхронизировать ее с началь- ными стадиями днепровского оледенения. Если учесть, что геологическая древность лёсса достаточно изучена Начало обр: в Германии, где эти отложения могут быть привязаны к моренам север- эовапиилёс1 1 Г. Ф. Мирчинк, О физико-географических условиях..., 1928, стр. 133; он же, Геоло- гические условия нахождения палеолитических стоянок в СССР и их значение для, вос- становления четвертичной истории, «Труды II межд. конф. АИЧПЕ», в. V, 1934, стр. 65. 2 Путеводитель экскурсий второй четверт.-геолог, конференции, 1932, стр. 154.
92 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ ного и альпийского оледенений, для нас особенное значение имеет опреде- ление времени древнейшего лёсса Германии, содержащего остатки ашёль- ского типа. Как Байер, так и Зёргель помещают отложения лёсса с мустьер- скими находками в эпоху максимального оледенения, а более ранний лёсс с ашёльскими остатками — в предшествующее межледниковье. 1 Вигерс, который в общем стоит на той же точке зрения из-за ошибоч- ного определения Маркклееберга с его типичными мустьерскими наход- ками поздним ашёлем, относит ашёльское время к риссу. Отсюда и древний лёсс Германии, Бельгии и Франции Вигерсом относится к эпохе макси- мального оледенения. Если учесть стратиграфическое положение глинистого горизонта, разделяющего слои травертина в долине Ильма, который сопоставляют с древним лёссом (см. стр. 104), приходится думать, что первое образование лёсса должно было начаться в непосредственно предрисское время. Об этом говорит фауна этого лёсса и заключающиеся в нем нередко остатки поселений с орудиями позднеашёльских типов. Что же касается предполо- жения о возможности более ранних отложений лёсса, 2 3 все наиболее серьез- ные авторы, изучавшие отношение к лёссу находок фауны и палеолити- ческих остатков, признают существование более раннего лёсса вполне гипотетичным. ЖИВОТНЫЙ И РАСТИТЕЛЬНЫЙ МИР ЛЕДНИКОВОГО ПЕРИОДА На предшествующих страницах мы изложили в общих чертах те факты геологического порядка, которые позволяют составить известное пред- ставление о физико-географических условиях древнечетвертичного вре- мени. Эти факты говорят о длительном, усиливающемся с течением вре- мени процессе понижения температуры и ухудшении климатического режима Европы, наступившем вслед за охлаждением полярных областей и развитием континентального ледника на севере Европы. Климатические условия ледниковой эпохи, насколько мы знаем, не оставались постоянными. Они были подвержены известным колебаниям в смысле повышения или понижения температуры, увеличения или умень- шения влажности, что не могло не отражаться на накоплении или стаива- нии ледяного покрова, наступании или отступании ледника и общем ре- жиме областей, лежащих вне области оледенения. Причины этих явлений для нас остаются не вполне ясными. Во всяком случае, установлено, что они имели не местный и не частный характер, но в той или иной мере находили отражение если не на всем земном шаре, то по крайней мере в северном полушарии. Вполне естественно, что стройная система повторных оледенений, которая была установлена Пенком для альпийского горного массива, побуждала исследователей и в великом европейском оледенении отыски- вать такую же правильную смену ледниковых эпох, чередующихся с эпо- 1 Поскольку такой вывод не вяжется со схемой Зёргеля, требующей образования лёсса обязательно в определенные фазы ледникового времени, он вынужден перекроить ледниковые эпохи и максимальное оледенение помещает в вюрм, а ашёль растягивает на предшествующие межледниковую и ледниковую эпохи. 3 Зёргель в своей совершенно кабинетной схеме, о которой приходится говорить п виду се большого влияния на построения, в частности, и советских геологов, древний (alterer Loss I) и древнейший (altester Loss) лёсс помещает в до шелльское время, соот- ветственно параллелизпруя их с миндельским и гюнцским оледенениями.
ЖПВОТНЫЙИ РАСТИТЕЛЬНЫЙ МИР ЛЕДНИКОВОГО ПЕРИОДА 93 хами межледниковыми, а с ними поставить в связь и все остальные факты, наблюдаемые в истории ледникового времени. Весьма соблазнительно рисовать картину ледникового периода таким образом, что каждое из последовательных оледенений Европы неиз- бежно вызывало свой цикл геологических явлений в смысле усиления деятельности рек, отложения лёсса, изменения характера почвенных образований и т. д. С тою же правильностью, казалось, должен был при наступании и отступании ледника видоизменяться и ландшафт Европы: полярная тундра, травянистая степь, хвойные и лиственные леса по- следовательно сменяли друг друга во время чередовавшихся ледниковых и межледниковых эпох. Отсюда естественно, что и животный мир Европы претерпевал одновременно такие же изменения. Наступающий ледник приносил с собой обитателей тундры — север- ного оленя, песца, овцебыка и других животных, которые по мере от- хождения ледника вытеснялись животными умеренного пояса, а расцвет межледниковой эпохи с ее мягким климатом снова давал возможность возвратиться на старые места, на берега Темзы пли Рейна, временно отступившим на юг представителям субтропической фауны — бегемоту, древним видам слонов и носорогов, махайроду, ископаемому бобру и другим животным. Такова в общих чертах реконструкция явлении ледни- ковой эпохи, которую предлагает теория полиглациализма в ее крайнем проявлении. Однако подобное истолкование явлений ледниковой эпохи, как бы оно ни казалось соблазнительным благодаря своей стройности и кажу- щейся правдоподобности, в действительности наталкивается на большие трудности фактического порядка. У нас прежде всего нет уверенности в том, что чередование оледенений, если оно имело место, действительно вызывало с известной ритмичностью ту пли иную работу рек, ветра, изменение климата и пр. Наоборот, имеется достаточно данных, чтобы утверждать, что, например, отложение лёсса началось сравнительно поздно, не ранее середины ледникового времени, что речные террасы вовсе не должны неизбежно повторять фаз оледенения, так как размыв речных долин и их заполнение аллювиальными наносами зависели не только от развития оледенения, но и от других причин, и т. д. Можно вообще сказать, что взаимные отношения ледника и его морен с чертами физического ландшафта средней и южной Европы вовсе не предста- вляют такой гармонической и простой картины. С другой стороны, представляется несомненным, что связанное с ги- потезой множественных самостоятельных ледниковых и межледниковых эпох утверждение о периодических переселениях животного мира имеет совершенно априорный характер и никаких серьезных подтверждений в палеонтологических фактах не находит. В этом смысле достаточно по- казательными являются слова Г. Осборна, авторитетного палеонто- лога и убежденного сторонника четырех оледенений и широких мигра- ций древнечетвертичных животных в ледниковое время, который ока- зывается вынужденным признать, что три первые ледниковые эпохи не оставили никаких следов холодной фауны в соответствующих отложениях Европы вне области оледенения. «Надо признать, — говорит он, — что для местностей, удаленных от больших ледников, каковы долины Соммы и Марны, у нас нет других данных для отличия ледниковых эпох от межледниковых, кроме продуктов эрозии террас и отложений на них... У нас нет доказательств того, что в странах западной Европы, удаленных от ледников, господствовал Прсдполагз мая цикличное в изменен! ландшафт Европы Недогаэаи ность nepi дичееких пррсселмц животньг
•4 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ II ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ суровый климат до наступления во всей стране очень сильных холодов и условий тундрово-степного климата, предшествовавших четвертому оледенению и заставивших окончательно исчезнуть всех азиатских и африканских млекопитающих... Раньше предполагали, что в ледниковый период во всей западной Европе был крайне холодный климат и что все животные, любящие тепло, как слон, носорог, бегемот, ушли на юг, чтобы снова появиться здесь только в более теплые межледниковые эпохи. Однако нет прямых доказательств удаления этих, как предполагалось, менее выносливых животных и распространения по Европе более вы- носливых арктических и степных видов до наступления четвертого ледни- кового периода».1 И, однако, с непоследовательностью, характеризующей ту путаницу, которая до сих пор господствует в работах буржуазных ученых в отношении ледникового периода, в том же труде, говоря о второй межледниковой эпохе, он замечает, что к концу этой эпохи «северный олень начал распространяться в охваченных холодом областях запад- ной Европы, и есть основание думать, что он проник далеко на юг, даже до Пиреней». 2 Байер, конечно, прав, когда он оценивает взгляды Зёргеля, развитые им в его известной схеме, как основанные на совершенно недостаточном и неправильно понятом материале. Схема Зецгеля, содержащая весьма дробные деления плейстоцена на климатические циклы, отличается лишь внешней, совершенно неубедительной точностью хронологических ис- числений. Так, по Зергелю, мадленская эпоха будто бы заканчивается за 21 тысячу лет до настоящего времени и имела продолжитель- ность в 45 тысяч лет, солютрейская эпоха длилась 5 тысяч лет, ориньяк- ская — 38 тысяч лет, шелльское время начинается за 429 тысяч лет до нашего времени и т. п. 3 Такие построения, вообще говоря часто встречающиеся в четвертичной геологии, носят, к сожалению, совер- шенно произвольный характер и явно неспособны вести вперед науку. В смене фауны, которую можно проследить от начала четвертичного времени до современной эпохи, мы видим, таким образом, как это указы- вал в свое время еще Г. де Мортилье, повсюду отражение одной климати- ческой волны, проявляющей себя постепенным похолоданием. Последнее ясно обозначается еще в эпоху наступания максимального оледенения первым появлением мамонта и сибирского носорога и достигает высшей точки своего развития после максимального оледенения в вюрмское время, являющееся эпохой господства в средних широтах Евразии при- полярной фауны и флоры, чтобы в современную эпоху вернуться к гораздо более мягкому климату и соответствующему растительному ланд- шафту и миру животных. Такое обстоятельство представляет весьма серьезный довод против представления о ледниковых и межледниковых эпохах как чередующихся циклах, связанных с обновлением животного и растительного мира. Это не значит, конечно, что повторное развитие оледенения не влияло очень серьезным образом на животное население внеледниковых пространств Европы и Азии. Но это воздействие изменяющейся природной обстановки, насколько мы знаем, вовсе не шло по такому простому пути, как это ри- суется некоторым полиглациалистам. Наступление ледника должно 1 Г. Осборн, Человек древнего каменного века (рус. пер.), Л., 1924, стр. 47 и 50. 2 Там же, стр. 95. 3 W. Soergel, Die Gliederung und absolute Zeitrechnung des Eiszeitalters, «Fortschrittc der Geologic und Paldontologie», H. 13, Berlin, 1925. Рецензия Байера на эту работу поме- щена в «Eiszeit», Bd. II, И. II, стр. 136.
ТЕПЛАЯ ФАУНА РАННЕГО ПЛЕЙСТОЦЕНА 95 было иметь своим следствием прежде всего смещение ландшафтных зон, несомненно все же неодинаковое для ранней и для поздней поры плейсто- цена, и создание новых типов ландшафта, что влекло за собой частью ги- бель, частью приспособление к новым условиям животного населения, кото- рое в течение ледникового времени выделяет ряд специализированных групп млекопитающих, приспособившихся к жизни в тайге, в степи или тундре. Изложим в кратких чертах историю природного ландшафта, как она развертывалась вне области оледенения в интересующую нас эпоху. ТЕПЛАЯ ФАУНА РАННЕГО ПЛЕЙСТОЦЕНА Уже со второй половины третичного времени животный мир Европы начинает приобретать новые черты: в эту эпоху появляются многие формы животных, удерживающиеся до настоящего времени. В общем, однако, он еще носит субтропический характер. В лесах Европы в эпоху миоцена обитают крупные человекообраз- ные обезьяны, представителей которых сейчас мы встречаем в тропиче- ской Африке и по южным окраинам и архипелагам Азиатского материка. На травянистых равнинах бродят стада антилоп и газелей, водится предшественник слона — мастодонт и близкий к лошади — гиппарион, затем древнейшие виды носорогов, жирафов и т. д. Фауна эта была распространена в позднем миоцене во всей Европе. С несколько измененным и значительно обедненным обликом она встре- чается на юге европейской части СССР и в плиоцене, в отложениях так называемого понтического времени, относящихся к эпохе образования Черноморского бассейна. Позже, когда на севере начинает зарождаться ледник, его влияние впервые становится заметным в животном населении Европы. В отложениях этого времени на юго-восточном побережье Англии, ча- Древне стью морского, берегового характера, частью откладывавшихся в устьях рек, ясно обнаруживается проникновение с севера первых полярных пришельцев — северных моллюсков, обитающих ныне у берегов Исландии и в Ледовитом океане. Морские раковины смешиваются здесь с представи- телями древней наземной фауны, указывающими на то, что охлаждение идет первоначально в морских течениях и не отражается заметно на оби- тателях суши. Здесь мы встречаем таких животных, характерных для эпохи, переход- ной от третичного к четвертичному времени, как южный слон {Elephas meri- dionalis), древний слон {Е. antiquus), этрусский носорог {Rhinoceros etrus- cus), лошадь Стенона {Equus Stenonis), большой гиппопотам {Hippopotamus major), ископаемый бобр {Trogontherium Cuvieri), саблезубый тигр {Machae- rodus cultridens) и другие вымершие ныне животные, вместе с представи- телями современной нам фауны, как обыкновенный бобр, дикий кабан, бык, благородный олень, лось, лошадь и т. п. Уже соотношение вымерших и ныне живущих форм свидетельствует о древности фауны кромерского лесного слоя (11 видов животных плио- ценовых, 6 плейстоценовых, но позже вымерших, и 21 ныне живущих), который приходится относить к самому началу четвертичного периода. Подобная же фауна, во глав§ с южным слоном, этрусским носорогом, Ф' большим гиппопотамом, лошадью Стенона и другими вымершими ви- юа дами, встречается в это время по всей южной и средней Европе (типич- ные местонахождения — Сен-Прест во Франции и Мосбах в Германии),
96 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ Рис. 11. Южный слон {Elephas meridionalis (Реконструкция К. И. Казанского) где она то сочетается с более древними формами, как мастодонт, и при- надлежит позднетретичному времени, то появляется в самых ранних слоях четвертичных отложений. В местонахождениях Европы кости этих животных залегают часто в речных отложениях самых верхних уровней — на верхних террасах, отмечая то время, когда речные воды катились ещ< почти в одном уровне с равниной и углубление русла рек только еще на чиналось. Фауну этого времени называют по имени наиболее характерной животного — фауной южного слона. * 1 II. Фауна В следующую эпоху влияние наступающего ледника (как предполг гиппопотама гает большинство геологов — в его миндельской фазе) начинает сказь ваться на животно мире Европы, кот' рый получает н сколько иной хара тер. Южный ело этрусский носорс лошадь Стенона и i которые другие ви животных постелек исчезают и смепя) ся иными форма! мо'жет быть част пришлыми с юга соседних контиг тов, хотя еще у; живающими че фауны теплых О' стей. Во главе жи иого населения э времени должен прежде всего п< влен г и п п о п о почти тождестве с современным бегемотом, населяющим реки и озера центральной и ной Африки, и отличающийся от последнего лишь несколько крупными размерами. Гиппопотама можно считать животным, наиболее характерны! раннечетвертичной поры, задолго предшествовавшей максимал оледенению Европы. Его распространение в эту эпоху указывает что первое время накопление льдов на севере Европы не отрая значительно на общем понижении температуры, и реки Фр» южной Англии, Бельгии, в отложениях которых встречаются мн елейные остатки этогЪ животного, не говоря уже о более южных стях, имели теплую воду и не покрывались льдами и в зимнее врг Гиппопотама в отложениях этого времени сопровождает д слон {Elephas antiquus), сменяющий более древнего юясного затем носорог Мерка {Rhinoceros Merckii), махайрод, ископаемы) 1 Фальконер (Га1сопег) первый в 1865 г. начал различать три главных ф ческих комплекса, сменивших друг друга в четвертичное время на территории I. Elephas meridionalis, Rhinoceros etruscus, Hippopotamus major. Cera torum, Trogontherium Cuvieri {Forest Bed). II. Elephas antiquus, Rhinoceros Merckii, Hippopotamus major. Ill 'Elephas primigenius, Rhinoceros tichorinus.
ТЕПЛАЯ ФАУНА РАННЕГО ПЛЕЙСТОЦЕНА 97 Рис. 12. Область распространения остатков бегемота в раннеплейстоценовых отложениях Европы. пещерный медведь и пещерная гиена, полосатая гиена, некоторые другие крупные хищники, а затем кабан, барсук, лошадь, большерогий и благо- родный олени, лось, первобытный бык (тур), бизон и другие представи- тели фауны, издревле населявшей леса и пастбища Европы. Теплая фауна древней поры ледниковой эпохи встречается главным образом в речных отложениях верхней террасы, а отчасти и более низких террас, но здесь, видимо, в большинстве случаев уже в переотложенном состоянии. К тому же раннему времени должны быть отнесены и некоторые на- ходки, сделанные в восточной Европе. Например, в отложениях близ Тирасполя на Днестре вместе с зубром {Bos priscus), благородным оленем, лосем {Alces latifroiis), болыперогим оленем {Cerons euryceros) были опи- саны М. В. Павловой лошадь Стенопа, один вид носорога (этрусский носорог), затем несколько разновидностей древнего и южного слона и другие ви- ды животных. В древних речных террасах Румынии не раз были находимы так- же остатки фауны с древним слоном и носорогом Мерка во главе. Представители той же фауны во главе с древ- ним слоном и носорогом Мер- ка встречаются и в Пред- кавказье и в нижнем По- волжье. Севернее же, па Ук- раине и в центральных обла- стях европейской части Со- юза, фауна ранней поры лед- никовой эпохи почти неиз- вестна, за исключением от- дельных находок костей сло- на трогонтерия. Его рассматривают как непосредственного предка ма- монта, потомка южного слона, видимо приспособившегося к условиям более холодного климата. Определение возраста фауны гиппопотама и древнего слона, отчасти Теплаяфауиа п более ранней фауны, содержащей в своем составе такие древние относится к формы, как южный слон, этрусский носорог, лошадь Стенона и пр., времеии У имеет для нас особенное значение, так как постоянными спутниками ее в древних речных наносах западной Европы являются культур- ные остатки, кремневые орудия, с несомненностью свидетельствующие о том, что к этому времени человек уже прочно населял, по крайней мере, наиболее западные области нашего материка — Францию, Англию, Ита- лию, Бельгию. Остатки эти относятся к шелльской эпохе. Подытоживая известные в настоящее время факты, можно считать вполне достоверным, что теплая фауна предшествовала середине ледни- кового времени, то есть максимальному распространению ледника и по- явлению фауны мамонта, которая удерживается затем до конца леднико- вой эпохи. Такой точки зрения придерживаются сам Пенк, творец теории четырех оледенений, затем Гейниц, один из лучших знатоков древнечетвер- тичной фауны, Байер и другие видные ученые. Наконец, Г. де Мортилье, авторитет которого в подобных вопросах, несмотря на те поправки, ко- торые вносят в его построения новые факты, следует оценивать достаточно 7 П. И. Ефименко. Первобытное общество—1734
98 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ Ландшафт- ные пояса в раннем плейстоцене высоко, считает теплую фауну установленной им шелльской эпохи не- сомненной предшественницей великого рисского оледенения Европы. Остатки теплой фауны, встреченные в пределах СССР, также не возбу- ждают сомнения в своем до-рисском возрасте. Из того, что нами было сказано, ясно, что попытки некоторых геоло- гов и палеонтологов расчленить историю животного мира Европы на чере- дующиеся смены теплой и холодной фауны, отвечающие (вместе с повтор- ным возобновлением отложения лёсса, образованием морских и речных террас и т. д.) межледниковым и ледниковым эпохам, носят характер абстракции, совершенно не подтверждаясь научно проверенными фактами. Увлечение представлением о множественности оледенений побудило многих палеонтологов и геологов западной Европы примкнуть к тому течению, которое чрезвычайно приближает к нам время появления чело- века в Европе. Эти ученые считают возможным относить теплую фауну, так же как и культурные остатки, с ней связанные, так называемый «древний палеолит», к последней межледниковой эпохе, следовавшей за максимальным оледенением и закончившейся развитием балтийского ледника.1 Главным, если не единственным, основанием для такого взгляда является соображение, что «теплая фауна», как ее назвал Годри, которая сопровождает остатки древнепалеолитической культуры, в последующее время, в стоянках среднего и верхнего палеолита, сменяется фауной «холодной», держащейся затем до конца ледниковой эпохи. С точки зрения циклических теорий ледниковых явлений такая смена могла иметь место только в одну и, очевидно, последнюю ледниковую эпоху. Теплой фауне, таким образом, в более раннее время опять должна была предшествовать холодная фауна, и они чередовались столько раз, сколько раз эпохи ледниковые сменялись теплыми межледниковыми эпохами. В действительности, как мы уже говорили, все поиски не обна- руживают и следов подобной смены. Заслуживает большого внимания тот факт, что теплая фауна ранне- ледникового времени известна только в определенной, довольно ограни- ченной области — отчасти средней, но главным образом южной и юго- западной Европы. В частности, остатки характернейшего животного этой эпохи — бегемота — встречаются только на запад от Рейна, за который он, видимо, не переходил. 2 Во всяком случае, ни в остальной Европе, ни в средней Азии и Сибири находки его неизвестны. Таким образом, было бы неправильно рассматривать природные усло- вия Евразии в раннечетвертичное время как нечто единое. Здесь на- мечаются своп климатические и ландшафтные зоны, причем, очевидно, значительная часть Европы и северной Азии уже очень рано оказывается захваченной прогрессирующим понижением температуры. Мы видели, что это понижение температуры и общее ухудшение кли- матических условий,*110 общему мнению палеоботаников и палеозоологов, для всей восточной Евразии (включая восточную Европу) явственно на- 1 Нужно сказать, что эта точка зрения, которой придерживается, например, М. Буль (см. табл. IV), по существу противоречащая всем известным нам фактам, сейчас находит все меньше и меньше сторонников. 2 Редкие находки остатков этого животного в отложениях раннечетвертичного времени, сделанные в Германии, относятся, насколько мы знаем, почти исключительно к левобережью Рейна. Они имеются, например, в глинах Йокгрима в Пфальце (ср. W. Soergel, Die Saugetierfauna des altdiluvialen Tonlagers von Jockgrim in der Pjalz. cZeit- schrijt d. D. G. G.», Bd. 77, 1925, A? 3), где их сопровождает типичная фауна начальной поры плейстоцена — этрусский носорог, слон трогонтерий, ископаемый бобр.
ТАБЛИЦА IV 9» Геологиче- ские подраз- деления Геологические явления j lla.ieoino.io- j Ар.хеологиче- 1 м... гнческне сапе подразде- ,kh0"ae ,ыс особенности I ления | люди J 1 период 1 Голоцен u.tif современная •нюха Новый аллювий. Торфяники. Климат, близкий к | современному j Современ-1 ные виды. Домашние животные (ЖЕЛЕЗО Металл! БРОНЗА ‘медь НЕОЛИТ Переходная Ното sapiens Ното sapiens fossilis. Расы— Шансе лад, Кро-.мапьон, Гримальди V н и .г </ » к | 1 Верхние отложения | пещер. ! Верхний горизонт j лёсса. Климат холод- | ный, сухой; господ- ство степей и тундр.1 ПОСЛЕЛЕДНИКОВАЯ ' ФАЗА Фауна степи. Эпоха северного оленя. Фауна 1>ХНПП nUEOJUl g 1—1 о ха - АЗПЛЬ МАДЛЕН | СОЛЮТРЕ j ОРППЬЯК Ч е т в е р т и ч иий Плейстоцеи I Среди н Н Заполнение пещер наносами. Образова- ние лёсса. Аллювий только нижних уров- ней. МОРЕНЫ ПОСЛЕДНЕГО БОЛЬШОГО ОЛЕДЕНЕНИЯ Климат холодный и влажный Эпоха мамонта. Elephas primigeni- us, Rhino- ceros ticho- rhinus и др. 1 II Г 0 111'Г, МУСТЬЕ АШЁЛЬ ШЕЛЛЬ Ното Neander- thalensis /I и ж н «а Древнейшие отложе- ния пещер. Аллювий средних и нижних террас. Известковые туфы БОЛЬШАЯ МЕЖЛЕДНИКОВАЯ ФАЗА Климат мягкий. МОРЕНЫ ПРЕДПОСЛЕД- НЕГО БОЛЬШОГО ОЛЕДЕНЕНИЯ Эпоха гип- попотама. Hippopo- tamus aniphibius, Elephas antiquus, Rhinoceros M erckii 11 Il II II11'1111 Homo Dawsoni Homo Heidelber- gensis Третичный период Плиоцен 1 Верхни и 1 к Аллювий плато. БОЛЬШАЯ МЕЖЛЕДНИ- КОВАЯ ФАЗА. БОЛЬШОЕ ОЛЕДЕНЕНИЕ Эпоха юж- ного слона. Elephas meridiona- lis, Rhinoce- ros etruscus, Equus Stenonis ПЕРИОДИЗАЦИЯ ЧЕТВЕРТИЧНОГО ПЕРИОДА ПО БУЛЮ (1923)
100 ГЛАВА ВТОРАЯ. ГЕОЛОГИЯ И ПЕРВОБЫТНАЯ ИСТОРИЯ мечаются уже в неогене — во второй половине третичного периода, про- должаясь, несомненно, и в четвертичное время. Один этот факт может служить опровержением тех взглядов, по которым ледниковые эпохи возникали под влиянием более или менее случайно сложившихся косми- ческих причин или являются результатом, например, перемещения по- люсов. К сожалению, у нас имеется еще слишком мало фактического мате- риала для того, чтобы дать сколько-нибудь полную картину распределе- ния ландшафтов в раннем плейстоцене (до-миндельское и миндельское время), к которому приходится относить появление первых групп чело- вечества на территории Европы. Однако на основании находок древне- плейстоценовой «теплой» фауны можно полагать, что ландшафтные зоны в значительной мере следовали тогда современным климатическим поясам (в их соотношении, а не в смысле тождества с ними), причем первые на- ступания ледника не внесли в это положение существенных изменений. Только значительно позднее, уже в вюрмское время, волна холода, распространившая континентальные условия до побережья Средиземного моря и Атлантического океана, является показателем коренных перемен в климатическом режиме Европы. Как мы уже говорили, растительные остатки кромерского лесного слоя в юго-восточной Англии, относящегося к началу плейстоцена, имеют характер флоры пастбищ и лесов умеренной в смысле температуры и влаж- ной зоны. Можно думать, что подобные леса, сопровождавшиеся более или менее обширными пространствами, покрытыми богатой луговой расти- тельностью, с такими их