М И Х А И Л Б Е З Р ОД Н Ы Й

ОПЫТ КОММЕНТАРИЯ
К «ПИКОВОЙ ДАМЕ»

МИХАИЛ БЕЗРОДНЫЙ
Опыт комментария
к «Пиковой даме»

Esterum Publishing / Frankfurt am Main
Издательство «Чистый лист»/ Санкт-Петербург
2023

Безродный М. В.
Опыт комментария к «Пиковой даме». — Франкфурт-на-Майне:
Esterum Publishing; СПб.: Чис­тый лист, 2023. — 400 с.
ISBN 978-3-910894-02-0

Составитель более двадцати лет преподавал словесность студентам, изучающим русский как иностранный, и при подготовке комментария ориентировался прежде всего на их потребности.

ISBN 978-3-910894-02-0

© М. В. Безродный, 2023
© Esterum Publishing, 2023
© Издательство «Чистый лист»,
дизайн, макет, 2023

Памяти Юрмиха

При жизни автора текст повести «Пиковая дама» (далее ПД), сочиненной, как полагают, осенью 1833, увидел свет дважды в 1834: на
страницах журнала (далее ПД-1)1 и в составе сборника повестей (далее ПД-2)2. В настоящем издании воспроизводится и комментируется
текст ПД в его последней редакции.

В комментарии предпринимается попытка воссоздать фон, на котором воспринимали повесть первые ее читатели: фон реально-исторический, лексико-фразеологический, жанрово-стилевой и мотивносюжетный. Так, отмечаются только те галлицизмы, что вошли в обиход не ранее первой трети XIX в.: предполагается, что они — в отличие
от усвоенных прежде — опознавались или могли опознаваться как
заимствования теми из читателей, кто владел русским и французским неодинаково либо, будучи билингвом, сохранял способность
к межъ­языковой рефлексии.
Выборочный характер носят и наблюдения над ритмикой и фоникой ПД: их цель — напомнить о пользе артикуляционного сопереживания при медленном чтении прозы поэта.
Упоминания иноязычных сочинений сопровождаются сведениями
об их переводах на русский, если таковые увидели свет не позже первой трети XIX в.; переводов с французского это касается только в отдельных случаях. Переводы цитат на русский, если источник перевода не указан, выполнены составителем комментария.
1
2

См.: P.<ouchkine> Пиковая дама // БЧ. 1834. Т. 2. С. 109–140.
См.: Его же. То же // Пушкин А. С. Повести. СПб., 1834. С. 187–247.

Подготовка настоящего издания была бы невозможна без консультативной помощи, которую составителю на всех этапах его работы
оказывали Марина Бобрик и Рената фон Майдель. Ценными справками и соображениями с составителем делились также Илья Виницкий,
Светлана Геллерман, Виктор Гофайзен, Роман Григорьев, Инга Данилова, Виктор Дзевановский-Петрашевский, Андрей Добрицын, Леонид Жмудь, Марина Клепко, Борис Колоницкий, Альбин Конечный,
Светлана Кульюс, Алла Лапидус, Доминик Левейе, Вера Мильчина,
Александр Осповат, Никита Охотин, Игорь Пильщиков, Давид Раскин,
Евгений Сошкин, Габриэль Суперфин и Виктор Файбисович. Всем им
составитель выражает живейшую признательность.

ОПЫТ КОММЕНТАРИЯ
К «ПИКОВОЙ ДАМЕ»

ГЕЙДЕЛЬБЕРГ

2023

ПРИНЯТЫЕ В ПРИМЕЧАНИЯХ СОКРАЩЕНИЯ
ЗАГЛАВИЙ ПЕРИОДИЧЕСКИХ
И ПРОДОЛЖАЮЩИХСЯ ИЗДАНИЙ3

БГ
БЧ
ВЕ
ВЛ
ВМУ
ВПК
ВЯ
ДЖ
ЕРО
ИАН
КМ
ЛГ
ЛЛ
ЛН
ЛПРИ
МВ
МЖ
Мос
МТ
НА

Беседующий гражданин (1789)

Библиотека для чтения (1834–1865)
Вестник Европы (1802–1830)

Вопросы литературы (с 1957)

Вестник Московского университета (с 1946)

Временник Пушкинской комиссии (с 1936)

Вопросы языкознания (с 1952)

Дамский журнал (1823–1833)

Ежегодник рукописного отдела Пушкинского Дома (с 1969)

Известия Академии наук СССР (с 1936) / Российской Академии
наук (с 1992)
Календарь муз (1826–1827)

Литературная газета (1830–1831)

Литературные листки (1823–1825)

Литературное наследство (с 1931)

Литературные прибавления к «Русскому инвалиду» (1831–1839)

Московский вестник (1827–1830)
Московский журнал (1791–1792)

Москвитянин (1841–1856)

Московский телеграф (1825–1834)
Невский альманах (1825–1833)

3
При цитировании НС, ОЦСРС, ПВС, ПСС, ПФРЛ, РФ, САР-1, САР-2, СРЯ 11–17, СЦРЯ, BU
римскими цифрами обозначены номера частей, или томов, или книг, или выпусков,
арабскими — номера страниц или столбцов, а после римских цифр с дефисом — номера частей тома.

НЖОЛ
НЛО
Нов
НС
ОЗ
ОЦСРС
ПВС
ПиЕС
ПИМ
ПППВ
ПРП
ПСЗ
ПСС
ПФРЛ
ПЦ
ПЧТ
РА
РВ
РЗ
РЛ
РС
РТ
РФ
РЯНО
САР-1
САР-2
Сла
СЛРС
СМ
СО
Совр
СОСА

Новый живописец общества и литературы (1829–1832)
Новое литературное обозрение (с 1992)
Новоселье (1833–1834)

Новый словотолкователь (1803–1806)
Отечественные записки (1818–1884)

Общий церковно-славяно-российский словарь (1834)
Пушкин в воспоминаниях современников (1998)

Пушкин и его современники (1903–1930)

Пушкин: Исследования и материалы (с 1956)

Приятное и полезное препровождение времени (1794–1798)

Пантеон русской поэзии (1814–1815)

Полное собрание законов Российской империи (1649–1913)
Пушкин. Полное собрание сочинений (1937–1959)

Полный французский и российский лексикон (1786)

Полевые цветы (1828)

Пушкинские чтения в Тарту (с 1987)
Русский архив (1863–1917)

Русский вестник (1856–1906)
Русский зритель (1828–1830)

Русская литература (с 1958)

Русская старина (1870–1918)

Русская Талия (1825)

Российский феатр (1786–1794)

Русский язык в научном освещении (с 2001)

Словарь Академии российской (1789–1794)
Словарь Академии российской (1806–1822)
Славянин (1827–1830)

Собеседник любителей российского слова (1783–1784)

Северный Меркурий (1830–1832)

Сын отечества (1812–1856)
Современник (1836–1866)

Сын отечества и Северный архив (1829–1835)

9

10
СП
СПбВ
СПиБ

Северная пчела (1825–1864)

Санкт-Петербургский вестник (1831)

Соревнователь просвещения и благотворения (1818–1825)

СРЯ 11–17 Словарь русского языка XI–XVII вв. (с 1975)
СЦ

СЦРЯ
Тел
ТЗС

ТОЛРС
ТРСФ
УЗГУ
BU
CASS
CSP
ER
IJSLP
ISS
MF
PMLA
RDM
RÉS
RL
RLT
SEEJ
SEER
Sla
TyP
WS

Северные цветы (1824–1830)

Словарь церковнославянского и русского языка (1847)

Телескоп (1831–1836)

Труды по знаковым системам (с 1964)

Труды Общества любителей российской словесности (1812–1821)
Труды по русской и славянской филологии: Новая серия (с 1994)
Ученые записки Горьковского университета (с 1935)

Biographie universelle, ancienne et moderne (1811–1862)

Canadian American Slavic studies (с 1967)
Canadian Slavonic papers (с 1956)

Estudis Romànics (с 1947)

International journal of Slavic linguistics and poetics (1959–2006)

Irish Slavonic studies (1980–2000)

Mercure de France (c 1672)

Publications of the Modern language association of America (с 1884)

Revue des deux mondes (с 1829)
Revue des études slaves (с 1921)

Russian literature (1971–2023)

Russian literature triquarterly (1971–1991)

Slavic and East European journal (с 1957)

Slavonic and East European review (с 1922)

Slavia: Časopis pro slovanskou filologii (с 1922)

Tygodnik petersburski (1830–1858)
Die Welt der Slaven (c 1956)

11

12

пиковый — от пики ‘черная карточная масть ♠’
В ПД встречается также прилагательное червонный от черви ‘красная карточная масть ♥’. Помимо черного и красного в палитру ПД
входят зеленый (цвет сукна, покрывающего игорный стол), белый
(мелок, которым во время игры ведутся записи на сукне) и желтый
(зо­лотые монеты), и только эти пять колоративов участвуют также
в описании глаз, волос, кожи, косметики и одежды персонажей, что
подспудно внушает читателям мысль о сходстве жизни и игры.
Отмечалось, что заглавия двух пушкинских сочинений — «Каменный гость» и «Медный всадник» — упраздняют антитезу неодушевленного и одушевленного4 и таковы же заглавия «Сказка о золотом
петушке»5 и «Пиковая дама»6. Вместе с тем словосочетание пиковая
да­ма появилось в печати самое позднее за полвека до ПД7 и еще в пред­
шествующем ПД десятилетии использовалось как заглавие: в 1825
увидел свет роман Класа Ливийна «Пиковая дама»8, а в следующем

См.: Черняев Н. И. Критические статьи и заметки о Пушкине. Харьков, 1900. С. 89.
См.: Jakobson R. Socha v symbolice Puškinově // Slovo а slovesnost. 1937. № 3. S. 4 et seq.
6
Cм.: Лернер Н. О. Рассказы о Пушкине. <Л.>, 1929. С. 144; Нольман М. Л. Система пушкинских образов // ВЛ. 1971. № 9. С. 97; Лотман Ю. М. Тема карт и карточной игры
в русской литературе начала XIX века // ТЗС. 1975. <Вып.> 7. С. 137–138.
7
«Дама-та пиковая где же девалась?» (<Батурин П. С.> Сговор [Игроки (1782)] // РФ,
XXIX, 80).
8
<Livijn C.> Spader dame: En berättelse i bref funne på Danviken. Stockholm, 1825 [на тит. л. 1824].
4
5

13

14
году появился его перевод со шведского на немецкий, выполненный
Фридрихом де Ламотт-Фуке9. И в этом романе, и в ПД героиня уподоблена даме пик, а герой, играя в фараон10 и делая ставку на даму пик,
проигрывает и сходит с ума11. Совпадения могли возникнуть как
вследствие того, что кто-то из немецкоязычных знакомых Пушкина
пересказал ему фабулу романа, так и благодаря наличию у обоих сочинений общих источников.

В ПД-1 за заглавием следует подзаголовок Повесть. В ПД-2 он отсутствует.

Эпиграф к повести представляет собою стилизацию цитаты из пособий по гаданию: в них «пиковая дама символизировала <…> „злодейку“ <…> „мстительную женщину“ <…> „неприятную знакомку“ <…>
злую женщину»12.

9
<Livijn C.> Pique-Dame: Berichte aus dem Irrenhause in Briefen / Nach dem Schwed. von
La Motte Fouqué. Berlin, 1826. О степени близости перевода к оригиналу см.: Schröder S. M. Nachwort: Schwedische Wildtiere in Verkleidung und dänische Gartenblüten — Fouqués Übersetzungen aus den neuskandinavischen Sprachen // Fouqué F. de la Motte. Ausgew.
Dramen und Epen. Hildesheim; Zürich, 2015. Bd 15, Teil 2. S. 27–45.
10
Значение термина будет раскрыто ниже.
11
Ср.: Nabokov V. Commentary // Pushkin A. Eugen Onegin. N. Y., 1964. Vol. 3. P. 97; <Алексеев М. П.> Немецкая «Пиковая дама» // ВПК ‘1967–1968. 1970. С. 111–113; Егунов А. Н.
Немецкая «Пиковая дама» // Там же. С. 113–115; Шарыпкин Д. М. Вокруг «Пиковой
дамы» // ВПК ‘1972. 1974. С. 128–131; Clayton J. D. «Spader dame», «Pique-Dame», and
«Pikovaia dama»: A German source for Pushkin? // Germano-slavica. 1974. № 4. P. 5–10;
Nabokova V., Barabtarlo G. A possible source for Pushkin’s «Queen of spades» // RLT. 1991.
№ 24. P. 43–62.
12
Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы» // ВПК. 1936. <Вып.> 2. С. 94–95. В русскую
словесность этот образ проникает самое позднее за полвека до ПД: «Винновая дама

В печати слово недоброжелательность в отличие от недоброжелательство и доброжелательность до ПД почти не встречалось.
Словосочетание тайная недоброжелательность намекает на то,
что по крайней мере один из героев повести станет объектом не­ожи­
данного нападения.

Новейшая гадательная книга — стилизация заглавия пособия
по гаданию13
Речь в ПД пойдет, однако, не о карточном гадании, а об угадывании
карты, причем в такой игре, где масть не важна, отчего смысл эпиграфа к повести останется неясным почти до самого ее конца.

<…> хочет тебе лиха [пиковая дама желает тебе несчастья] <…> я нимало в том не сомневался <…> и почитал винновую даму себе злодейкою [я нисколько не сомневался
в этом и считал пиковую даму опасной для себя]» (Дашкова Е. Р. Вечеринка // СЛРС.
1783. Ч. 9. С. 243–244).
13
Напр.: Любовная гадательная книжка. М., 1781; Новый и вернейший способ отгадывать … . СПб., 1787; Забава в скуке, или Новый увеселительный способ гадания на картах. М., 1788; Гадательная книжка, называемая оракул … . СПб., <1789>; Египетский
оракул, или Всеобщий, полный и новейший гадательный способ … . М., 1796; Древний
и новый всегдашний гадательный оракул … . М., 1800; Златой угадчик, или Новый оракул … . М., 1800; Древний и новый полный гадательный способ. М., 1800; Гадательная
забавная книжка. СПб., 1805; Новейшие гадательные карты … . М., 1816; Дамский альбом, или Гадательная книжка … . М., 1816; Астролог древний и новый, или Оракул гадательный полный. М., 1825; Гадательная книжка царя Соломона. М., 1830; Дамский альбом, или Вновь изобретенная гадательная книжка … . М., 1830; Новый гадательник.
СПб., 1830; Полные гадательные карты … . СПб., 1830; Новый и полнейший гадательный оракул … . М., 1833.

Эпиграф представляет собою пушкинское стихотворение 1828,
в одной из редакций имевшее подпись «Рукописная баллада»14. Написано с использованием стихотворного размера и строфики песен
К. Ф. Рылеева и А. А. Бестужева «Ах, где те острова…» и «Ты скажи, го­
вори…».
Слово ненáстные перекликается с нá сто.

Чтобы усилить рифмовку с прости́ , следующую строку скандируют: от пяти́ -десяти́ .
14

См.: ПСС, III-2, 664.

Эпиграф выглядит так, словно его зачин оборван. Союз а проти­
вопоставляет два типа досуга — в ненастные дни и при ясной погоде, но кто такие они и чем они занимались при ясной погоде, неизвестно.

Речь идет об игре, известной в разновидностях под названиями
фараон (фаро), банк и штос(с). Ее участники — во-первых, банкомёт от банк ‘сумма денег, вложенная в игру’ + метать ‘выкладывать
карты на стол начиная с верхней в колоде’, или банкир, или банкёр,
и, во-вторых, понтёр, или понт, или понтир, или понтировщик — тот,
кто понтирует ‘играет против банкомета’. Они договариваются о раз­
мерах банка и ставок — сумм денег, вложенных в выигрыш; понтер
выбирает карту (понтёрку) из своей колоды в 52 карты или сокращенной до 13 карт всех достоинств, кладет ее на стол и сообщает,
сколько он ставит на нее; банкомет выкладывает карты своей ко­
лоды в 52 карты направо и налево, и, если карта того же достоинства,
что понтерка, ложится справа от банкомета, то выигрывает банкомет, если слева — понтер; в первом случае говорят, что понтерка (у)би­­
та, во втором — дана.
гнуть — загибать (угол карты)15

Выражение бог их прости ‘да простит им бог их прегрешения’ снижает резкость высказываемого порицания. В первоначальном варианте, известном узкому кругу пушкинских знакомых, вместо бог их прости было мать их ети ‘совокупляться с их матерью’, т. е. цензурным
субститутом материнского обсценного стало отцовское сакральное16.

отписывать мелом — об «исключении выигравшим части своего выигрыша из дальнейшей игры»17 путем внесения изменения
в расчеты, которые ведутся мелом (мелком) на сукне игорного стола
Об изменении ставки путем деформации понтерки будет сказано ниже.
Отмечено Е. Сошкиным.
17
Ильин-Томич А. А. «Пиковая дама означает...» // «Столетья не сотрут...»: Рус. классики и их читатели. М., 1989. С. 154.
15
16

17

18
Специфическое значение выражения заниматься делом, возможно, восходит к рассказу о посещении П. А. Вяземским московского
Английского клуба: «Сидит он в газетной комнате и читает. Было
уже поздно — час второй или третий. Официант18 начал около него
по­хаживать и покашливать. Он сначала не обратил внимания, но на­
конец, как тот начал приметно19 выражать свое нетерпение, спросил: — Что с тобою? — Очень поздно, ваше сиятельство20! — Ну так
что же? — Пора спать. — Да ведь ты видишь, что я не один и вон там
играют еще в карты. — Да те ведь, ваше сиятельство, дело делают!»21

В 1830-х три четверти населения Петербурга составляли лица мужского пола, и каждый пятый был военным; служебный же путь офицеров устилали карты, порою буквально: «В полку от полкового командира до последнего прапорщика почти все играли в карты. Случалось мне
<…> подходить к карточному столу, не быв никем примеченным22, оттого что подходя ступал я не по полу, не по ковру, а по колодам карт,
разбросанных несчастливыми понтерами и банкометами»23.

конногвардеец — служащий (офицер) лейб-гвардии Конного полка, квартировавшего в Санкт-Петербурге, а летом под Стрельной
Упоминание в следующем предложении долгой зимней ночи и отсутствие определения отставной перед конногвардеец говорили читателям XIX в., что действие повести начинается не в летнем лагере и не
Значение термина будет раскрыто ниже.
когда тот начал заметным образом
20
Значение термина будет раскрыто ниже.
21
М. П.<огодин> Вечера у И. И. Дмитриева // Русский. 1868, 10 июля; запись от
9.04.1826. Перекличка отмечена в: Ильин-Томич А. А. «Пиковая дама означает...». С. 154.
22
оставшись никем не замеченным
23
Розен А. Е. Записки декабриста. СПб., 1907. С. 14; воспоминания о службе в лейбгвардии Финляндском полку в 1818–1825.
18
19

в усадьбе родового имения Нарумова, а в его петербургской квартире,
и в гости приглашены не соседи-помещики, а сослуживцы-офицеры.
Жизнь в столице отличалась от провинциальной, помимо прочего,
степенью вероятности свести знакомство с офицерами гвардии. Попав в провинциальное общество, петербурженка сообщала подруге,
что наблюдает «общее желание привлечь внимание приезжего гвар­
дей­ск.<ого> оф.<ицера>, беспокойство барышень, неловкость мужчин,
хохот их при собственных шутках, и между тем учтив.<ую> холодность
и совершенное невнимание гостя»24. Провинциалка, перебравшись
в столицу, писала подруге: «Какая у вас суматоха, когда заедет в отпуск
гвардейский офицер, а здесь, милая, целые кадрили у нас составлены
из гвардейских офицеров, и в них такое изобилие, что мы еще сортируем <их> по полкам. В моде белые султаны25!.. т. е. конные офицеры!»26
Если в начале царствования Александра I «постоянную фалангу
высшего общества» составляли офицеры Кавалергардского полка
и двух гвардейских пехотных — Преображенского и Семеновского,
а «офицеры других полков навещали общество только по временам,
наездами»27, то в дальнейшем кавалеристы окончательно оттеснили
пехотинцев. Всего почетней была служба в двух полках — Кавалергардском и лейб-гвардии Конном. Характеризуя верхушку аристократического общества в 1830-х, современник пишет, что «этот круг как
заколдованный: при 500 000 населения столицы, при огромном дворе28, при централизации здесь всех высших властей государственных
он состоит не более как из каких-нибудь 200 или много29 250 человек,
считая оба пола, и в этом составе переезжает с одного бала на другой,
с самыми маленькими и едва заметными изменениями, так что в этом
кругу, т. е. в собственно так называемом большом свете, невозможно
и подумать дать в один вечер два бала вдруг30. Молодые люди-танцоры попадают <в этот круг> легче, но тоже не без труда. Так, например,
24
25
26
27
28
29
30

ПСС, VIII-1, 51.
украшение из петушиных перьев или конского волоса на головном уборе
<Булгарин Ф. В.> Письма провинциалки из столицы // СП. 1830, 10 июня.
Его же. Воспоминания. СПб., 1846. Ч. 2. С. 140.
штате придворных
самое большее
одновременно

19

20
флигель-адъютанты и кавалергардские офицеры <присутствуют> поч­
ти все везде; конногвардейских <офицеров> много; прочих полков
можно всех назвать наперечет, а некоторых мундиров, например гусарского, уланского и большей части пехотных гвардейских, решительно31 нигде не видать»32.
В 1830-х лейб-гвардии Конный полк «был самый модный, так как
в нем служила высшая аристократия»33. Жизнь полка, шефом кото­
рого на протяжении тридцати лет был великий князь Константин,
а после его кончины в 1831 стал сам император, неизменно находилась в поле зрения двора и общества. Читателям 1830-х был памятен
пышный парад на Дворцовой площади в ознаменование столетия
этого полка, а некоторые из читательниц наверняка помнили, кроме
того, что с января 1831 до марта 1832 — т. е. с середины и до конца
одного зимнего бального сезона и весь следующий — в столице оставался только один дивизион полка; два других вернутся в казармы
и на квартиры с медалью «За взятие приступом Варшавы».
Полагают, что прототипом конногвардейца Нарумова послужил
пушкинский знакомец отставной кавалерист Гаврила Петрович Назимов (1794–1850)34. Читатели ПД об этом, разумеется, не подозревали;
у некоторых из них, однако, фамилия Нарумов могла ассоциироваться
с лейб-гвардии Конным полком, где в 1819–1827 служил Иван Михайлович Наумов, а в 1832–1835 Лев Кириллович Нарышкин35.
Однажды играли в … — On jouait au … ‘(однажды) играли в …’36
Отмечалось, что фраза Однажды играли в карты у конногвардейца
Нарумова несколько «режет слух»37: употребление наречия однажды

совсем
Корф М. А. Дневники 1838 и 1839 гг. М., 2010. С. 243–244; запись от 16.01.1839.
33
Бахметев Н. И. Записки и дневник // Рос. арх. 2003. <Т. 12> C. 269.
34
См.: Якубович Д. П. О «Пиковой Даме» // Пушкин: 1833 г. Л., 1933. С. 61.
35
См.: Анненков И. В. История лейб-гвардии Конного полка. СПб., 1849. Ч. 4. С. 234, 263.
36
Напр.: «On jouait à la campagne au jeu des comparaisons» (Cousin d’Avalon Ch.-Y. Calem­
bours sur calembours … . Paris, 1829. P. 244) = «Однажды играли в обществе в сравнения»
(Смесь // МТ. 1829. Ч. 29, № 19. C. 411); «On jouait à la campagne au gage touché [в фанты]» (Bachaumont L. P. de. Mémoires historiques, littéraires et critiques … . Paris, 1808. P. 191).
37
Падучева Е. В. В. В. Виноградов и наука о языке художественной прозы // ИАН. 1995.
Т. 54, № 3. С. 40.
31
32

предполагает наличие «общего для повествователя и читателя событийного или, по крайней мере, когнитивного фона», что в данном
случае невозможно, раз однажды — абсолютное начало текста38; непонятно, далее, кто именно играл — мы или они. Высказывалось
мнение, что «выдвинутая к началу глагольная форма — играли (однажды играли в карты; ср. объективное констатирование факта при
такой расстановке слов: однажды у конногвардейца Нарумова иг­
рали в карты); отсутствие указания на „лицо“, на субъект действия
при переходе к новой повествовательной теме: сели ужинать, внушающее мысль о слиянии автора с обществом (т. е. почти рождающее образ мы), — всё это полно субъективной заинтересованности.
Читатель настраивается рассматривать рассказчика как участника событий»39. В пользу этого мнения говорит запечатленное в наброске к ПД намерение вести рассказ от первого лица: «Года 4 тому
назад собралось нас в П.<етер>Б.<урге> несколько молодых людей,
связанных между собою обстоятельствами. Мы вели жизнь довольно беспорядочную»40.
Согласно другому мнению, зачин гл. 1 — прямое продолжение содержания эпиграфа41:
А в ненастные дни собирались они часто; гнули — Бог их прости! —
от пятидесяти на сто, и выигрывали, и отписывали мелом. Так в ненастные дни занимались они делом. Однажды играли в карты у конногвардейца Нарумова. Долгая зимняя ночь прошла незаметно; сели
ужинать в пятом часу утра.
Разлогова Е. Э. «Пиковая дама» в зеркале французских переводов // ВЯ. 2012. № 6.
С. 70–71.
39
Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». С. 105–106. См. также: Его же. Стиль Пуш­
кина. М., 1941. С. 585 и далее.
40
ПСС, VIII-2, 834. См.: Бочаров С. Г. Поэтика Пушкина. М., 1974. С. 112 и далее; С. 191
и далее. Ср.: Гей Н. К. Проза Пушкина. М., 1989. С. 178 и далее.
41
См.: Шварцбанд С. М. Логика художественного поиска А. С. Пушкина от «Езерского»
до «Пиковой дамы». Иерусалим, 1988. С. 160; Онипенко Н. К. Теория коммуникативной
грамматики и проблема системного описания русского синтаксиса // РЯНО. 2001. № 2.
С. 116 и далее. Ср. мнение Л. Н. Иорданской, изложенное в: Падучева Е. В. Эгоцентрические единицы языка и режимы интерпретации // Компьютерная лингвистика и интеллектуальные технологии. 2013. Вып. 12 (19). С. 554; Ее же. Однажды как показатель слабой определенности // РЯНО. 2016. № 2. С. 52.
38

21

22
Гипотеза о перетекании силлабо-тоники эпиграфа в прозу зачина
объясняет порядок слов в первом предложении: предмет сообщения — не то, чем занимались у конногвардейца Нарумова (как было
бы при Однажды у конногвардейца Нарумова играли в карты), а то,
где на сей раз играли в карты. Примечательно, что комедия А. А. Шаховского «Хризомания, или Страсть к деньгам» (1836), инсценирующая ПД и проясняющая то, что в повести лишь намечено, открывается
песней игроков (текст эпиграфа), допевая которую Немиров (Нарумов) переходит на прозу: «Делом… Однако пора кончить дельное занятие… смотрите, уж рассвело»42.

Играли столь увлеченно, что на часы посмотрели лишь проголодавшись — cр.: «Желудок — верный наш брегет»43.
Зимою в Петербурге в пятом часу утра еще далеко до рассвета,
так что прошла незаметно не ночь, а время за игрою в карты. Ошибка возникла из-за непроизвольного отождествления слова утро в сло­
восочетании час утра с окончанием ночи.

в рассеянности — не проявляя интереса к происходящему

«Хризомания, или Страсть к деньгам» А. А. Шаховского / <Предисл.>, публ. <и примеч.> Л. Н. Киселевой // ТРСФ. 1999. <Вып.> 3. С. 182.
43
ПСС, VI, 113.
42

приборы — комплекты посуды и инструментов для еды и питья
Они остаются пустыми из-за отказа проигравших от разносившихся слугами блюд; проигравшие же названы прочими из суеверия — чтобы не поминать проигрыш. Ср.: «Банкир был чрезвычайно
счастлив; скоро всё золото игроков перешло к нему <…> нас позвали
ужинать. Только весьма немногие из гостей были в хорошем расположении духа»44. Ср., напротив, поминание проигрыша — у автора,
не испытывавшего сочувствия к невезучим игрокам: «Сели ужинать;
но проигравший <…> не имел ни малейшего аппетита»45.

вѢ — опечатка; правильно: въ

шампанское явилось — Champagne avait paru ‘принесли шам­
панское’46
Местоимение все объединяет выигравших с проигравшими.

Цшокке Г. Степени возраста женщины // СО. 1827. Ч. 116. С. 112–113.
Сумароков А. П. Полн. собр. всех соч. М., 1782. Ч. 10. С. 157. Этот автор осуждал дворян, отдававших своих крепостных крестьян в счет карточного долга или обременявших их дополнительными налогами ради его погашения (см., напр.: То же. Ч. 6. С. 30;
Ч. 7. С. 202, 356; Ч. 8. С. 359).
46
Напр.: «За десертом опять явилось шампанское, и откровенное веселие рас­
пространилось в собрании» (<Деваль Ш.> Два года в Константинополе и Морее /
Пер. Z // МВ. 1828. № 7. С. 343); «…явился офисиянт [прислуживающий за столом] —
явилось шампанское» (Яковлев П. Л. Удивительный человек! М., 1831. Ч. 1. С. 41);
«Начались поздравления; явилось шампанское» (Кораблинский А. [Воейков А. Ф.]
Сплетни // ЛПРИ. 1832, 16 марта); «Эй, Фомка! Шампанского! <…> Вскоре явилось
и вино» (<Зотов Р. М.> Леонид, или Некоторые черты из жизни Наполеона. СПб.,
1832. Ч. 1. С. 68).
44
45

23

24

— Ну что, Сурин, ты выиграл или проиграл? …

Ответить на этот вопрос сразу по окончании игры удавалось не
всегда. Ср.: «Все бросили карты, встали из-за стола, всякий, докуривая
трубку, стал считать свой или чужой выигрыш; поспорили, согласились и разъехались»47.

Фамилия Сурин дворянская48, известная Пушкину с ударением
Сури́ н49.

47
ПСС, VIII-1, 401. Ср. также: «То м с к о й. А сочли ли вы, любезный Карл Соломоныч,
сколько семпелей и паролей у меня перебили [А подсчитали ли вы, дорогой Карл Соломонович, сколько простых и удвоенных ставок я проиграл]? И р м у с. Очень много;
однако ж, граф, вы всё-таки остались в выигрыше. То м с к о й. Право [в самом деле]?
Посмотрим, верна ли ваша математика... да нет, после сочту... а ты, Чурин, что запивал
[отмечал, выпивая], выигрыш или проигрыш? Ч у р и н (сердито). Нечего и спрашивать, проиграл по обыкновению» («Хризомания, или Страсть к деньгам» А. А. Шаховского. С. 182–183).
48
с 1741 (см.: Общий гербовник дворянских родов Всероссийской империи. <СПб.,
1799> Т. 1. С. 93); предположительно башкирского происхождения (см.: Баскаков Н. А.
Русские фамилии тюркского происхождения. М., 1979. C. 241). Среди чиновников эпохи
Екатерины II числилось девять ее носителей (см.: Русское служилое дворянство второй половины XVIII века: (1764–1795) / Сост. В. П. Степанов. СПб., 2003. С. 611).
49
судя по ее звучанию в цитируемой Пушкиным песне: «Выслан капитан Сурин / Со
командою один» (ПСС, XIX-1, 100; XIX-2, 493)

…Должен признать, что мне не везет: играю мирандолем, никогда
не горячусь, ничто не заставит меня вести себя безрассудно, а всё равно проигрываю!
Педагог-словесник, критикуя использование беллетристами «услов­
ных выражений, употребляемых в играх», замечал: «Читающий не
обязан знать их, а писатель обязан говорить языком общепонятным.
В нынешнее время это сделалось господствующей погрешностью»
и выписывал примеры из ПД: мирандоль, пароли, пароли-пе, соника,
порошковые карты, семпель, атанде50.
Первый из этих терминов действительно относится к числу редких51. Происхождение его неизвестно, а толкование таково: «Мирандоль заключается в следующем: понт ставит две карты по ровному
кушу и, если они выигрывают, идет на них же углом52. Таким образом,
каждая приносит ему по три куша. На следующую талию53 ставятся
снова две карты, не снимая выигрыш, и при удаче также повторяются,
что приносит уже по девяти кушей на каждой. Если у понта убьют,
положим54, одну, он больше не ставит во всю55 талию и ожидает результата другой, которая, будучи дана, всё-таки приносит ему выгоды
чистых два куша. На случай неудачи, т. е. если обе карты биты, бла­го­
разумный понт не позволяет уже себе ставить в талию. Но есть еще
так называемый половинчатый мирандоль. Поставив две карты и взяв
на одной из них угол, понт просит позволения сойти с другой и, та­
ким образом, довольствуется выигрышем двух кушей. Читатель видит, что метод чисто стариковский и что следовать ему могут только
Чистяков М. Б. Курс теории словесности. СПб., 1847. Ч. 2. С. 69–70. Стоит учесть, что
этот и цитируемый ниже отзыв того же автора — свидетельства восприятия ПД чи­
тателем-разночинцем.
51
В печати до ПД встречается только в: <Бегичев Д. Н.> Семейство Холмских. М., 1832.
Ч. 5. С. 101.
52
Понтер делает равные ставки (куш от сouche ‘ставка в игре’) на две карты и в случае
выигрыша обеих удваивает ставки на них, загибая на каждой по углу. Подробнее об
этой технике будет сказано ниже.
53
Значение термина будет раскрыто ниже.
54
предположим
55
за всю; на протяжении всей
50

25

26
люди в высшей степени холодно-расчетливые. Горячие понты хотя
и прибегают к этой системе, однако никогда ее не выдерживают
и при несчастии, вместо того, что<бы> уменьшать куш, увеличивают
его в большей пропорции и, конечно, стремятся56 к проигрышу»57.

соблазниться — поддаться желанию; рискнуть

Происхождение термина рутé (с производными рутёрка, рутировать) неизвестно, а толкование таково: «Он держался системы руте
и не прежде переменял карту, как заплатя58 за верность свою к ней
огромный штраф59 <…> Я такого мнения, — говорил он, — что пусть
карту убьют три, четыре и несколько раз, но наконец должна же она
когда-нибудь упасть и налево, тогда и возвращу весь свой проигрыш
на этой одной карте»60.

тем ближе оказываются
Афанасьев-Чужбинский А. С. Собр. соч. СПб., 1891. Т. 6. С. 40.
58
заплатив
59
поплатившись за свою приверженность этой тактике крупным проигрышем
60
Жизнь игрока, описанная им самим … . М., 1826. Ч. 1. С. 32–33. Ср.: «Руте — богатства
мать» (Крылов И. А. К счастью // С.-петерб. Меркурий. 1793. Ч. 4. С. 106); «…проигравши всё свое имение и доведен будучи до плачевного состояния, и поныне, однако ж,
называет игру не иначе, как забавою; посему продолжает играть и, проигрывая, старается [заботится] об отыгрыше; а не имея никогда руте, надеется когда-либо сыскать
оное» (<Страхов Н. И.> Из города Т…. // Сатир. вестн. 1795. Ч. 7. С. 16); «…есть какая-то
непостижимая полоса, это игра на рутерку [«карта, которая во множестве талий первый раз выпадает налево» (примеч. А. С. Афанасьева-Чужбинского)]. Опытные игроки
подмечают ее и вверяют ей большие куши. Действительно, иной раз рутерка делает
изумительные вещи: ни усиленная тасовка, ни беспрерывная перемена карт и бан­
кометов, ни перемена резки [подрезки колоды] — ничто не в состоянии сбить рутерки, которая, к огорчению банка [банкомета] и к удовольствию понтов, продолжает вы­
игрывать. Разумеется, и это неверно, ибо иногда капризная рутерка вдруг изменит
понту в то время, когда, доверяя ей слепо, ставят на нее огромные куши» (АфанасьевЧужбинский А. С. Собр. соч. Т. 5. С. 350).
56
57

Взывающий к скандированию эпиграф к гл. 1 сменяется трех­
сложниками с пропуском слога: однажды играли (_) в карты / у конногвардейца нарумова (амфибрахий); долгая зимняя ночь (_) прошла
незаметно (дактиль). Пульсирует силлабо-тоника и в реплике На­
румова — сперва ямбом: и ты ни разу (_) не соблазнился / ни разу не
поставил на руте, затем дактилем: твердость твоя для меня уди­
вительна.
Опознать последнюю реплику в качестве стихотворной строки помогают, помимо ее полноударности, интонационная автономность
предложения (слева многоточие, справа чужой голос) и наличие инверсии, неизбежной именно в стихах: твердость твоя вместо твоя
твердость. Дактиль сообщает этой реплике размеренность, а инверсия — панегирическую приподнятость61. Хозяин подтрунивает над
робостью гостя, прячущейся под псевдонимом твердости.

Пушкин игнорировал сформулированное на заре французского
классицизма предписание не допускать возникновения в прозе стихоподобных образований. Замечали ли их его читатели? В среде профессиональных сочинителей и артистов и в кругах любителей сло­
весности и театра знакомству с печатным текстом нередко пред­
шествовало чтение его в рукописи, собственноручное снятие копии,
произнесение и прослушивание, а значит и тот, кто читал текст впервые в печатном виде, располагал навыками копииста, декламатора
и слушателя и мог испытывать эффект соответствующего моторного
Ср.: «Твердость твоя повергнет всякое зло под ноги твои» (Эккартсгаузен К. Отрывки из сочинений / Пер. <А. Ф. Лабзин>. СПб., 1803. С. 218); «Твердость твоя похвальна»
(Плавильщиков П. А. Соч. СПб., 1816. Ч. 3. С. 128); «Благодарю небо, что твердость твоя
спасла тебя от расставленной сети» (Ле Саж [Лесаж А.-Р.]. Хромоногий бес / Пер. Г. Пасынков. СПб., 1832. Ч. 1. С. 72); «Ты никогда не изменишь внушениям и намерениям
чистого сердца, в этом ручается мне твердость твоя» (Линдау В. А. Гелиодора … . М.,
1832. Ч. 1. С. 29).
61

27

28
сопереживания. В среде, привыкшей к другим видам досуга, силлаботонических вкраплений не замечали, а заметив, находили скорее нежелательными. Уже упоминавшийся педагог утверждал, что «неприятно встречать в прозе выражения, отзывающиеся стихотворным
размером», приводил примеры из ПД и заключал: «Конечно, у Пушкина эти недостатки вознаграждаются силою мысли и чувства, ху­
дожественностью картин, естественностью, быстротою действия
и в му­зыкальном отношении прикрываются другими достоинствами речи; но ошибок и гениального писателя нельзя принимать за
правило»62.

каков — восклицательное местоимение с выражением удивления
как повода для восхищения или негодования

Чистяков М. Б. Курс теории словесности. Ч. 2. С. 142. Ср.: «В самом же течении речи
прозаической не должно быть ни стихотворного размера, ни рифмы, которые, однако
же, встречаются у писателей, привыкших к стихотворству <…> Напр., у Пушкина читаем: „Германн был сын обрусевшего немца“, „Он имел сильные страсти“» (Архангельский М. Ф. Руководство к изучению словесности и к практическому упражнению в сочинениях. СПб., 1857. С. 114); «…всё это не стихи, а самая нормальная проза, ибо
контекст не позволяет осознать эти строки как рифмованные [опечатка; правильно:
ритмованные, как в предыдущей редакции этого места (см.: Томашевский Б. В. Стих
и ритм // Временник отд. словес. искусств. Л., 1928. <Вып.> 4. С. 5)] по стиховому принципу <…> „стихи в прозе“, вообще говоря, качественно понижают ритмический строй
речи, так как создают ненужную симметрию в ударениях, которая проходит мимо внимания, а если и попадет в поле внимания, то неожиданно, как лишнее, не согласованное с общей композицией явление, как недосмотр или обмолвка» (Томашевский Б. В.
О стихе. Л., 1929. С. 281–282, 284).
62

от роду — отроду; ни разу в жизни

Шаховской счел поведение Германна раздражающим суеверных
игроков63. Со всей очевидностью из текста ПД это не следует, однако
ясно, что нарумовские гости не находят недопустимым обсуждать
привычки друг друга.

Номинация Германн не опознается однозначно как личное имя или
как фамилия. «...К началу 1830-х годов немецкое имя Герман неизменно передается с одним „н“ <…> в 1830-е годы пушкинское написание
„Германн“ было весьма необычно как для имени, так и (в несколько
меньшей степени) для фамилии, и должно было, видимо, служить
дополнительным указанием на недопреодоленную „немецкость“ или,
точнее, „герман(н)скость“ героя повести. Во всех пособиях для школьников и абитуриентов утверждается, что Германн в „Пиковой даме“ —
фамилия, а не имя. В этом есть логика, потому что повествователь повести называет всех остальных персонажей-мужчин исключительно
по фамилиям (Сурин, Нарумов, Томский, Чекалинский). Однако в тексте
имеется одно место, которое не вполне согласуется с таким прочтением: когда Лизавета Ивановна спрашивает Томского: Кто ж этот замечательный человек?, тот отвечает: Его зовут Германном. Подобные
конструкции с творительным падежом у Пушкина неизменно употребляются для имен (в одном случае с отчеством и фамилией), и нико­
гда — только для фамилий <…> Фраза Томского, кажется, указывает на
то, что Германн — это единственное прозвание героя „Пиковой дамы“,
выполняющее функции как имени, так и фамилии, cognomen, пре­
вратившийся в agnomen. Если сам Томский в приватной сфере зовется
Павлом Александровичем, князем Павлом или, по-французски, Paul,
Германн остается Германном даже наедине с Лизаветой Ивановной:
индивидуальное и родовое, частное и социальное у него идентичны»64.

«В о л м е р <...> а каков наш Ирмус, отроду не взял карты в руки, а всю ночь просиживает у банка. Ч у р и н (тихо Томскому). Глазами ест чужое счастье и проигрывает [способствует проигрышу] того, подле кого сидит» («Хризомания, или Страсть к деньгам»
А. А. Шаховского. С. 183).
64
Долинин А. А. Цена одной буквы // Шиповник: Ист.-филол. сб. к 60-летию Р. Д. Тименчика. М., 2005. С. 86–87.
63

29

30
В Главном инженерном училище, предположительно оконченном
пушкинским героем65, с 1822 преподавал Лука Лукич Герман (1799–
1861). В «Осаде Оренбурга» П. И. Рычкова, которую Пушкин включил
в «Историю Пугачева», фигурирует военачальник и инженер Иван
Иванович Герман (1740?–1801); его дочь была замужем за лицейским
соучеником Пушкина, а сын Александр (1793–1829), военачальник,
упоминается в «Описании наводнения, бывшего в Санкт-Петербурге»
(1826) С. И. Аллера, одном из источников «Медного всадника». Среди известных Германов — статистик и экономист Карл Федорович
(1767–1838), минералог, горный инженер и статистик Иван Филип­
пович (1755–1815) и сын последнего Федор (1789–1852), который
воспитывался в Горном кадетском корпусе, занимался минералогией
и горным делом, служил в гвардии и армии66.
Что касается Герман(н)ов литературных, то, помимо многочисленных разножанровых сочинений о вожде племени херусков Германе
(Арминии), читатели ПД могли припомнить идиллию «Герман и Доротея» (1797) Гёте67, мелодраму Бёдена, Губо и Дюканжа «Тридцать
лет, или Жизнь игрока» (1827) о злоключениях семейства де Жер­
мани68, повесть Бальзака «Красная гостиница» (1831), где «Его звали
Герман, обыкновенное имя большей части немцев, описываемых нашими авторами»69, новеллу Апеля «Две новогодние ночи» из «Книги
привидений» (1811–1815), где Герман — имя одного из участников
беседы о сверхъестественном70.
Из-за разницы в степени знатности, уровне обеспеченности и скорости чинопроизводства гвардейские офицеры относились к армей-

См.: Якубович Д. П. «Пиковая дама» // Пушкин А. С. Пиковая да­ма. Л., 1936. С. 65.
См. также примеч. 952.
67
См.: Бем А. Л. «Фауст» в творчестве Пушкина // Sla. 1934–1935. Roč. 13. S. 392; Иск­
рин М. Г. «Его зовут Германном» // Рус. яз. в шк. 1989. № 9. С. 80; Доброхотов В. И.
К истории замысла «Повести об игроке» // Моск. пушкинист. 1998. Вып. 5. С. 285.
68
См.: Якубович Д. П. Литературный фон «Пиковой дамы» // Лит. современник. 1935.
№ 1. С. 207.
69
Бальзак О. де. Красный трактир // СОСА. 1833. Т. 40 [на тит. л. 41]. С. 4. См.: Томашевский Б. В. Французская литература в письмах Пушкина к Е. М. Хитрово // Пушкин А. С.
Письма к Е. М. Хитрово: 1827–1832. Л., 1927. С. 246.
70
См.: <Апель А.> Вечер накануне Нового года, или Предвещания / Пер. <В. И.> Т<у>­
м<ан­ский> // Сла. 1828. Ч. 5. С. 23–29, 62–70.
65
66

ским свысока, поэтому инженеру, чтобы делить досуг с офицерами
гвардейской кавалерии, надлежало быть сколько-нибудь равным им
либо полезным. Что значило быть равным? Занимающий «почетное
место среди петербургской молодежи» имел «свою карету, собственного
повара, щегольски отделанную квартиру и абонированное кресло71»72.
Всего этого у Германна не было. Видимость равенства с однополчанами
Нарумова давала бы ему служба в гвардии, а именно в лейб-гвардии
Саперном батальоне или в Гвардейской казарменной комиссии73. Попасть туда он мог по окончании верхнего офицерского класса Главного
инженерного училища по первому (высшему) разряду, а для поступления в это училище было необязательно быть дворянином74.
В царствование Николая I «гвардейские офицеры в отношении образования стояли неизмеримо выше армейских. Но наиболее развитыми и знающими офицерами были в то время офицеры инженер­
ного корпуса и в особенности артиллерии»75. Знакомство с конно­
гвардейцами Германн мог свести как педагог: «Наши преподаватели
в науках, — вспоминал воспитанник (в 1831–1834) Школы гвардейских
подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, — все почти были военные офицеры гвардейских инженеров и гвардейской артиллерии»76.
Эта мотивировка избрана в «Хризомании»: князь Немиров (Нарумов)
говорит, что капитан Ирмус (Германн) «знает совершенно чистую
престижные места в престижном театре
Соллогуб В. А. Большой свет // ОЗ. 1840. Т. 9. С. 20.
73
Ср.: «Близость Германна к кружку Нарумова и Томского недвусмысленно указывает
на его службу в гвардии» (Файбисович В. М. Изображения пистолетов в пушкинских
рукописях // ЕРО на 2015 г. СПб., 2016. С. 17).
74
См.: Правила для приема молодых людей в Артиллерийское и Главное инженерное
училища. СПб., 1833. С. 6–7.
75
Столетие военного министерства. СПб., 1912. <Т.> 4, кн. 1. С. 35.
76
Колокольцев Д. Г. Лейб-гвардии Преображенский полк в воспоминаниях его старого
офицера с 1831-го по 1846 г. // РС. 1883. Т. 38. С. 284. Ср. воспоминания воспитанника
(в 1827–1832) Военно-строительного училища и Института Корпуса инженеров путей
сообщения: частным «преподаванием математических наук <…> я занимался для увеличения моих денежных средств, так как я не мог жить получаемым содержанием,
всего 710 р.<ублей> асс.<игнациями> в год [510 — жалованье армейского прапорщика
инженерных войск и 200 — квартирные деньги], и незначительным пособием, получаемым от моей матери» (Дельвиг А. И. Мои воспоминания. <М., 1912. Т. 1> С. 124–125).
71
72

31

32
и смешанную77 математику и делает мне одолжение, повторяет их со
мною»78.

Чтобы производить расчет только по окончании игры, увеличение
размера ставок обозначали при помощи пароли (пароле, пароль)79 —
загибания угла карты и пе (пэ)80 — перегибания карты параллельно
краю81. В обоих случаях размер ставки удваивался, но во втором случае удвоение не распространялось на сумму первоначальной ставки.
При загибании одного угла чистый выигрыш понтера мог составить
три куша, двух углов — семь, трех — пятнадцать, четырех — тридцать
один; результат обозначался терминами сетелева (sept-et-le-va), кензелева (quinze-et-le-va) и трантелева (trente-et-le-va)82. При перегибании карты он оказывался скромнее83, зато в случае проигрыша понтер
сохранял сумму, с которой вступил в игру84. Ср. ситуацию, в которой

прикладную
«Хризомания, или Страсть к деньгам» А. А. Шаховского. С. 188.
79
О происхождении термина см.: Chauveau J.-P. Français ponte, ou distinguer pour unir //
ER. 2019. Vol. 41. P. 218–219. Ср. прогнуть на паролях ‘проиграть, удваивая ставки’:
«...быв же прежде купцом и имея великую охоту [пристрастившись] к картам, лавку
свою на паролях прогнул» (Эмин Ф. А. Адская почта, или Курьер из ада с письмами.
СПб., 1788. С. 35).
80
Происхождение термина неизвестно.
81
Ср. эпизод полицейского расследования: «На допросе он сказал, что не играет ни
в одну игру, а карты знает только по пасьянсу, который часто раскладывает. Все люди
домашней прислуги подтвердили его слова. Но по обыску [по производстве обыска]
открыт был большой сундук, стоявший в передней. В нем оказалось большое количество карт, углы и края которых были загнуты в виде паролей и на пэ, что и составляло
наглядное доказательство, что в доме играли в банк или в штос» (Пржецлавский О. А.
Воспоминания // РС. 1883. Т. 39. С. 481–482).
82
О происхождении термина le va см.: Chauveau J.-P. Français ponte, ou distinguer pour
unir. P. 223.
83
Ср.: «Действующих лиц уподобим двум картежным игрокам: одного тому, который,
что ни выдернет [какую карту из своей колоды ни вынет], то выигрывает соника
[значение термина будет раскрыто ниже]; и другого тому, который со всем своим расчетом не более вреда сделает банку, как загнет пе и после се ретир [se retire ‘выходит
(из игры)’]» (Клушин А. И. Портреты // Зритель. 1792. Ч. 1. С. 115).
84
Ср.: «…ставит пэ карту <…> <и если> выиграет, <то> берет, <а если> проигрывает,
<то> не теряет» (Пагубные следствия игры банка … . СПб., 1807. С. 31). Ср. результат
приверженности стратегии пароли: «Я угол… выиграл; я на два, на три, дали! / Я гну
77
78

понтеру рекомендуют придерживаться осторожной тактики удвоения, однако он не перегибает карту, а загибает сначала один угол,
затем второй: «И р м у с <…> Я еще поставлю. В о л ь м е р. На пе.
И р м у с. Нет... пароля. И г р о к и. Славно!85 То м с к о й. Не лучше ль
на пе... В о л ь м е р. Эй... вернее, без проигрыша. И р м у с. Если бы я боялся проигрыша, то бы не играл... (идет пароля) <…> В о л ь м е р. Неужли86 еще? И р м у с. Да... В о л ь м е р. Пароля пе. И р м у с. Нет <…> Два
угла. И г р о к и. Лих! Ч е к а л и н с к и й. Вот герой!»87

Именование лица, в доме которого велась игра, употребление
игрецких терминов без пояснений, упоминание о различиях в пове­
дении игроков, — всё это делает первый абзац гл. 1 ПД похожим на
зачин романа де Прешака «Пагубные следствия басета» (1682): «На
басете у мадам Жандриль банкомету везло как никогда: не проигрывая сетелева и лишь изредка пароли, он разорял понтеров. Иные се­
товали и вздыхали, другие кричали, ругались и царапали сукно ногтями — всяк изъявлял печаль на свой лад»88.

четвертый, бьют! — и куши все пропали» (Федоров Б. М. Ротмистр Громилов. СПб.,
1824. С. 47), т. е. понтер, загибая первый, второй и третий угол, выигрывает («дали»),
а загнув четвертый, проигрывает («бьют») всё, включая первоначальную ставку.
85
возглас одобрения (готовности рисковать)
86
неужели
87
«Хризомания, или Страсть к деньгам» А. А. Шаховского. С. 240. Ср.: «…он стал просить меня, чтоб сделать маленький банк. Все другие тож<е> желали играть <…> Один
маркиз сидел без игры, сказывая [говоря], что он отроду ни в какую игру не играл.
Наконец ему скучно стало. Он вынул руспони [ruspone] (золотая монета ценою в три
червонца [значение термина будет раскрыто ниже]) и сказал: я хочу это проиграть, но
не знаю ни как играют, ни как считают. Ему сказали, чтоб он поставил червонец. Карта
ему выиграла. Ему говорят: загни угол. Он загибает. Карта выиграла. Ему говорят: за­
гни другой. Он загибает. Карта выиграла. Тут никто ему ничего не советует. Я сам загнул третий угол <его карты>. Карта выиграла. Мне жаль стало заплатить пятнадцать
червонных [червонцев]. Я перегнул карту его пополам, думая, что убью. Она выиграла. Я стасовал карты и перегнул еще. Она выиграла. Я разгорячась перегнул еще. Она
выиграла. Я в пущей горячности перегнул еще. Она выиграла. Меня бросило в пот.
Я остановился. Маркиз, ничего не понимая, спрашивает: что сделалось? Стали считать
и сказали ему, что он выиграл двести сорок червонных» (Шишков А. С. Записки, веденные во время путеплавания из Кронштада в Константинополь. СПб., 1834. С. 94–95).
88
<Préchac J. de.> Les désordres de la bassette. Lyon, 1682. P. 1–2.

33

34

игра — первое слово, произносимое Германном

Наблюдатель столичных нравов отмечал: «…семь десятых петербургской мужской публики с десяти часов вечера играет в карты
<…> Потребность игры столь привычна, что в некоторых кругах,
без дальнейшего рассмотрения, уже прямо оценивают достоинство
многих словами: он играет; он не играет»89. Находясь в среде офицеров гвардии, Германн вынужден давать объяснение своему воздержанию от игры и пробует отвести от себя подозрение в скаредности.
Среди многочисленных изречений на тему диалектики необходимого и излишнего наибольшую близость к словам Германна обнаруживает, кажется, следующее: «Роскошь — диковинное божество, коему жертвуют необходимым, чтоб получить излишнее»90. Включенное
в несколько сборников афоризмов, где его авторство либо не ука­
зывалось, либо приписывалось Шарлю Дюкло, это изречение было
воспроизведено с изменениями в романе Шодерло де Лакло «Опасные связи» (1782): «Роскошь поглощает всё: ее бранят, но домогаются, а в конце концов из-за лишнего теряют необходимое»91. В «Трактате по политической экономии» (1803) Жана-Батиста Сэя оппозиция
необходимого и излишнего использована для разъяснения различий
между бережливостью и скупостью: «Экономия — дочь мудрости

Башуцкий А. П. Панорама Санкт-Петербурга. СПб., 1834. Ч. 3. С. 93, 107. Ср.: «„Он приятный игрок“ — такая похвала достаточна, чтобы благоприятно утвердить человека
в обществе» (Вяземский П. А. Полн. собр. соч. СПб., 1883. Т. 8. С. 96).
90
<Soret G.-J.> Essai sur les mœurs. Bruxelles, 1756. P. 158; Soret G.-J. Œuvres. Paris, 1784.
T. 2. P. 81.
91
C.<hoderlos> de L.<aclos P. A. F.> Les liaisons dangereuses … . Amsterdam; Paris, 1782. T. 3.
P. 104.
89

и просвещенного ума; она умеет отказываться от излишнего, чтобы
сохранить необходимое, тогда как скупость отказывается от необ­
ходимого, чтобы получить излишнее в будущем, которое так никогда
и не наступит»92. В записке «О народном воспитании» Пушкин по­
минает Сэя и задается вопросом: «Позволительна ли роскошь там, где
чувствителен недостаток необходимого?»93

Отвергая объяснение я не в состоянии жертвовать необходимым
в надежде приобрести излишнее как маскирующее истинную причину,
Томский предлагает свое, ироническое.

вот и всё тут — voilà tout ‘и говорить больше не о чем’; обычно
в конце возражения94

Фамилия Томский в сочетании с княжеским титулом (в дальнейшем его называют князь Павел Александрович и князь Павел) вызывала у читателей ПД ассоциацию с древним княжеским родом Ухтомских. Графской фамилия Томский представлена в анонимном романе
«Рыльский», увидевшем свет в начале 1833 и замеченном критикой95.

По воспоминаниям воспитанника (в 1827–1832) Военно-строительного училища и Института Корпуса инженеров путей сообщения,

Say J.-B. Traité d’économie politique … . Paris, 1819. T. 2. P. 247.
ПСС, XI, 46.
94
Напр.: « — Да что он вам сделал? <…> — Ничего! Он дурно играет: вот и всё» (<Ушаков В. А. Отзыв о постановке:> Смерть Каласа … // МТ. 1829. Ч. 30, № 21. С. 110); « — Но
позвольте спросить, какую принесет вам это пользу? <…> — Я уже говорил вам, что
мне надобно всех восстановить против Бирона, вот и всё» (<Курбатов А. Д.?> Последний год власти герцога Бирона. М., 1833. Ч. 3. С. 128).
95
См.: <Рец. на:> Рыльский … // СП. 1833, 3 янв.; <Рец. на:> Рыльский … // Молва. 1833,
26 янв. С. 41–44.
92
93

35

36
в конфликтах учащихся «русская партия», даже если «к ней присоединялись и поляки», не могла противостоять «многочисленной немецкой партии»96. Отмечалось, что «в инженерах, в артиллерии, в свите
<его императорского величества> по соразмерности немцев гораздо
более, нежели русских»97, а в тех частях российской армии и гвардии,
где офицеры немецкого происхождения большинства не составляли,
их товарищам и начальству бросалось в глаза, что «немец жил аккуратно, бережливо, службу исполнял исправно, не отступая от буквы
закона и в этом отношении, разумеется, превосходил русских, из ко­
торых лишь меньшинство несло как следует службу <…> Немцы вообще слыли хорошими товарищами, но редко заслуживали всеобщее
расположение: их формализм и педантизм не могли сдружиться с размашистою русскою натурою. Во многих полках они держали себя едва
не отдельно от русских, особенно там, где служила богатая молодежь,
предававшаяся кутежам и различным скандалам»98.
В комедии Н. И. Хмельницкого «Нерешительный, или Семь пятниц
на неделе» (1820) сказано: «И надо честь отдать99, что немцы аккуратны — / Уж мастера вести порядок и расчет»100. Пушкин осудил такое
острословие как потакающее невзыскательному вкусу галерки101, но
позже сам воспользовался приемом метризации этностереотипа —
почтив аккуратность ямбом: «И хлебник, немец аккуратный»102, а расчетливость хореем: германн немец он расчетлив / вот и всё заметил
томский.
Слыть расчетливым приличествует Германну и как инженеру: знатокам отечественной истории было известно, что в допетровское вре-

Дельвиг А. И. Мои воспоминания. <Т. 1> С. 95.
Греч Н. И. Поездка в Германию. СПб., 1830 [на тит. л. 1831]. Ч. 1. С. IV, 192. В качестве
комментария к ПД это наблюдение учтено в: Петрунина Н. Н. Две «петербургские повести» Пушкина // ПИМ. 1982. Т. 10. С. 153.
98
Афанасьев-Чужбинский А. С. Собр. соч. Т. 1. С. 218–219; воспоминания о службе в кавалерии в 1835–1843.
99
признать
100
Хмельницкий Н. И. Театр. СПб., 1829. Ч. 1. С. 161.
101
«…При этом стихе всё захлопает и захохочет [все захлопают и захохочут]. — А что
тут острого [остроумного], смешного?» (ПСС, XIII, 63).
102
ПСС, VI, 20. Эта перекличка с «Нерешительным» отмечена в: Nabokov V. Commentary.
Vol. 2. P. 144.
96
97

мя слово размысл (розмысл) ‘разум; мысль; расчет’ употреблялось
также в значении ‘специалист, разбирающийся в технике’103.

Это сочетание имени и отчества было у читателей ПД на слуху:
стар­шее поколение могло припомнить, что Анной Федотовной (1743–
1797) звали сестру военачальника екатерининской эпохи М. Ф. Ка­
менского; другая Анна Федотовна (1760–1843), графиня, была сестрою генерала и сенатора Е. Ф. Комаровского.
Из рассказываемого далее о бабушке Томского следует, что родилась она, вероятно, в 1740-х, а в 1760-х стала фрейлиной. В точности
под это описание в начале 1830-х — таково время действия ПД — подходили княгиня Наталья Петровна Голицына, урожд. графиня Чер­
нышева (1744–1837/8), и Наталья Кирилловна Загряжская, урожд.
графиня Разумовская (1747–1837).
По данным биографа, «„Пиковую даму“ Пушкин сам читал <П. В.> На­
щокину и рассказывал ему, что главная завязка повести не вымыш­
лена. Старуха графиня — это Наталья Петровна Голицына, мать Дмитрия Владимировича, московского генерал-губернатора, действительно жившая в Париже в том роде, как описал Пушкин. Внук ее,
Голицын, рассказывал Пушкину, что раз он проигрался и пришел
к бабке просить денег. Денег она ему не дала, а сказала104 три карты,
назначенные105 ей в Париже С.<ен>-Жерменом. „Попробуй“, — сказала бабушка. Внучек поставил карты и отыгрался. Дальнейшее развитие повести всё вымышлено. Нащокин заметил Пушкину, что графиня
не похожа на Голицыну, но что в ней больше сходства с Натальей Кирилловной Загряжскою, другою старухою. Пушкин согласился с этим
103
104
105

См.: СРЯ 11–17, XXI, 221–222.
назвала
указанные

37

38
замечанием и отвечал, что ему легче было изобразить Загряжскую,
чем Голицыну, у которой характер и привычки были сложнее»106. Ср.:
«Наталью Кирилловну он знал ближе, чем Голицыну, и трудно не допустить предположения, чтобы Пушкин не вспоминал и Загряжскую,
когда писал „Пиковую Даму“»107.
Смешение в образе графини Анны Федотовны манер поведения
Голицыной и Загряжской сделало их неузнаваемыми: ни у кого из мемуаристов, хорошо знавших обеих или одну из них, ассоциаций с ПД
не возникало, хотя сцены и образы карточной игры в воспоминаниях
об обеих нередки108.

Бартенев П. И. Рассказы о Пушкине, записанные со слов его друзей в 1851–1860 годах. <М.>, 1925. С. 47. Кандидатами на роль внука называли двух князей Голицыных —
Сергея Григорьевича (1803–1868) и Владимира Дмитриевича (1815–1878), но первый
по дальности своего родства с княгиней считаться ее внуком не мог, а второму, действительно внуку, к тому времени, когда история о чудесном выигрыше стала известна Пушкину, исполнилось самое большее семнадцать (см.: Ильин-Томич А. А. «Пиковая
дама означает...». С. 102–103, 415).
107
Майков Л. Н. Наталья Кирилловна Загряжская // Пушкин: Биогр. материалы и ист.лит. очерки. СПб., 1899. С. 412.
108
Напр.: «По вечерам садилась она [Загряжская] играть в любимый ею бостон по
25 коп. и за всякую сыгранную игру собирала марки в стоящую возле нее коробочку;
деньги сии поступали в пользу бедных» (Евреинов М. М. Из воспоминаний // РА. 1875.
№ 3. С. 335); «Каждый вечер собиралось к ней [Загряжской] множество посетителей
для составления ей партии в бостон <…> Почтенная старушка играла в карты очень
дурно и всегда проигрывала, но игра сделалась ей потребностью <…> После ужина
нельзя было тотчас расходиться: надобно было еще посидеть некоторое время, пока
старушка не кончит своего пасьянса <…> В один вечер она не могла явиться [прийти]
в гостиную и сесть за свой бостон. На следующий день она слегла, на третий день ее
не стало» (Сафонович В. И. Воспоминания // РА. 1903. № 4. С. 492–498; ср.: Васильчиков А. А. Семейство Разумовских. СПб., 1894. Т. 5. С. 17); «Вчера скончалась в 7 ч. вечера
Н. К. Загряжская, только 3-го дня ввечеру не принимала она и не играла в карты; еще
одной свидетельницы давно прошедшего не стало. Оригинальный ум и доброта сердца: в забаве картами — умела находить пищу для доброго сердца, откладывая часть
выигрышей бедным» (Тургенев А. И. Письма Булгаковым. М., 1939. С. 215); Н. П. Голицына «была всецело занята игрою в бостон. Чтобы помочь своему слабому зрению,
она играла картами огромного размера» (Londonderry F. A. V. Russian journal, 1836–37.
London, 1973. P. 100); «Грибоедов воскликнул в „Горе от ума“: — Что за тузы в Москве
живут и умирают! [Грибоедов А. С. Горе от ума. М., 1833. С. 42.] Про покойницу „Princesse
moustache“ [усатая княгиня; в старости Голицына страдала гирсутизмом] можно по
справедливости сказать, что она была также туз, да и какой еще! <…> в день ее именин
106

как? что? — comment? quoi? — восклицание, выражающее него­
дование, испуг или, как здесь, недоумение от услышанного109
закричать — воскликнуть

— Не могу понять, — развивал Томский свою мысль, — по какой
причине …

осьмидесятилетняя — восьмидесятилетняя

ее удостаивала посещением вся царская фамилия. Княгиня принимала всех, за ис­
ключением государя императора, сидя и не трогаясь с места <…> Предупредительность и внимание высших властей к княгине были поистине изумительны; так, например: единственно для нее фабриковали в Воспитательном доме особого рода карты
увеличенного формата» (Толстой Ф. М. Воспоминания // РС. 1871. Т. 3. С. 427–428;
игральные карты с 1819 монопольно производила фабрика при Александровской
бумагопрядильной мануфактуре, бывшей в ведении санкт-петербургского Воспитательного дома; поскольку процесс раскраски карт был автоматизирован (см.: Усов С.
Александровская мануфактура в начале 1831 года // СП. 1831, 20 мая), карты для Голицыной должны были изготавливаться вручную).
109
Напр.: « — Как? что? — вскричал удивленный министр» (Вильд [Фельде К. Ф.] фан
дер. Гвидо // СО. 1828. Ч. 119. С. 228); « — Как? что? — вскричал с удивлением товарищ
князя Василия» (<Полевой Н. А.> Клятва при гробе Господнем. М., 1832. Ч. 1. С. 80).

39

40

право — честное слово; в самом деле

Нарумов удивляется твердости Сурина, который, играя, не рискует; безымянный гость — еще большей твердости Германна, который
вовсе не играет; но всего поразительней, замечает вмешавшийся
в разговор Томский, твердость его, Томского, бабушки, которая, как
его слушатели сейчас узнают, могла бы играть вовсе не рискуя. (Здесь
включается фольклорный по своей природе и важный для композиции и сюжета ПД механизм ‘трехступенчатого возрастания’.) Притворно изумившись, что причина его недоумения никому не известна, Томский соглашается удовлетворить любопытство товарищей, им
же и возбужденное.

надобно знать — следует иметь в виду

Толпами сбегались (парижане), чтобы посмотреть на Русскую Венеру …

Иноземная красавица приравнивается к иноземной монархине:
конструкция народ бегал и производные — имитация слога придворного историографа. Ср.: «…карета ее величества окружаема была бегущим многочисленным народом»110; «Народ бежал за каретою государыни и приветствовал ее громким: ура! <…> Государыня, ласково
откланиваясь бегущему за нею народу, отправилась в путь <…> Обрадованный народ бегал по улицам с зажженными факелами и кричал:
ура! vivat Elisabeth! vivat Russen!»111.
Прилагательное в la Vénus moscovite ‘Русская Венера’ обозначает
не только страну происхождения, но и стиль поведения. Ср. перевод
прозвища la belle Diane moscovite, которое российская подданная по­
лучила при испанском королевском дворе: «прекрасная Диана, одетая
по-русски»112, т. е., надо полагать, не в сарафан и душегрею, а с вызывающей роскошью.

Графиня предстает в рассказе Томского воплощением красоты и мо­
лодости, а именуется бабушкой, — прием, подсказанный новеллой
Ирвинга «Удалой драгун» (1824)113: один из участников холостяцкой
пирушки, повествуя о похождениях своего деда в молодости, только
так, дедом, его и называет.

Луи Франсуа Арман де Виньеро дю Плесси, герцог Ришельё (1696–
1788) был знаменит любовными приключениями, а в преклонном
воз­расте — стремлением его скрывать.
Церемониальный камер-фурьерский журнал на 1767 г. С. 126. Ср.: «…карета ее величества окружаема была бегущим множеством народа» (То же на 1773 г. С. 400).
111
Иванов В. М. Записки, веденные во время путешествия императрицы Елизаветы
Алексеевны по Германии в 1813, 1814 и 1815 годах. СПб., 1833. Ч. 1. С. 10, 14, 33. Ср.: «Во
время пребывания короля <Вильгельма> Виртембергского [Вюртембергского] в Генуе
народ бегал за ним по улицам, восклицая: Да здравствует конституционный король!»
(Новости политические // СО. 1820. Ч. 63. С. 288).
112
Александров (Дурова Н. А.). Угол. СПб., 1840. С. 166.
113
См.: Ирвинг В. Отрывок из «Рассказов одного путешественника» / Пер. С. В-н // СО.
1825. Ч. 102. С. 220–236; Его же. Похождения моего деда, или Храбрый драгун / Пер.
В. Тило // ЛПРИ. 1832, 14 сент.
110

41

42
Глаголы бегать и волочиться обозначают разные манеры передвижения: быструю и затрудненную, — но синонимичны, когда, употребляясь с предлогом за и дополнением в форме женского рода,
принимают значение ‘преследовать женщину, демонстрируя влечение к ней’. Таким образом, поведение простолюдинов и сходно с поведением герцога (за нею — общий объект влечения), и отлично от
него (‘свежесть vs дряхлость’), причем различие усилено инверсией:
бегал за нею — за нею волочился. Учитывая возраст ухажёра, можно
сказать, что волочился звучит двусмысленно.
Волокитство ассоциировалось с нравами прошлого столетия114.
В кур­туазный ритуал ухаживания входила угроза лишить себя жизни
из-за жестокости прекрасной дамы. Репутация Ришельё и использование оборота чуть было не (так говорят о событии, которое с высокой степенью вероятности могло произойти, но не произошло)
дают основания взять под сомнение достоверность или полноту рассказа графини о его ухаживаниях115.

Дамы, одержимые или промышляющие азартной игрой, выведены
уже в комедиях де ля Форжа, Пуассона и Данкура и романах де Прешака. Во времена Регентства «молодые дамы съезжались по вечерам
для того, чтобы разорять друг друга, метали карты направо и налево
и забывали искусство граций, искусство нравиться»116. Фараон и близ-

Напр.: «Faire la cour [ухаживать] и волочиться / Смешно напоминает блажь [причуду] / Маркизов чопорного века» (Вяземский П. А. Станция // Подснежник. СПб., 1829.
С. 45); «В век, когда волокитство было главною стихиею модных обществ, когда любовь заменяли куры, ничуть не смешно было делать их (faire la cour)» (Полевой Н. А.
Делать карьер // НЖОЛ. 1830. № 19. С. 320); «Я много волочился, но поверь, что и я
тоже любил <…> прежде мы только волочились, а вы нынче, вы умеете любить» (Бальзак О. де. Госпожа Фирмиани / Пер. <А. Н.> О.<чкин> // СОСА. 1833. Т. 33. С. 31, 35).
115
См.: Clayton J. D. «The queen of spades»: A seriously intended joke // Pushkin rev. 2009–
2010. Vol. 12–13. P. 7.
116
Карамзин Н. М. Соч. М., 1803. Т. 4. С. 185. Перекличка ПД с этим пассажем отмечена в:
Лотман Ю. М. Примеч. // Карамзин Н. М. Письма русского путешественника. Л., 1984. С. 646.
114

кие ему басет и ландскнехт были особенно популярны при Людовике XIV и Людовике XV117. Российский двор познакомился с игрою в фа­
раон при Анне Иоанновне; пик увлечения пришелся на время прав­
ления Елизаветы Петровны; фараоном открывался список азартных
игр, которые сенатским указом 1761 запрещались во всей Российской
империи, кроме императорского двора.

на слово — от верить на слово — croire sur parole ‘доверять, не требуя доказательств и гарантий’
что-то очень много — какую-то очень большую сумму

В эпоху правления Людовика XVI суммы проигрыша на половине королевы бывали пятизначными, однако участие в этих играх носителя
титула герцог Орлеанский маловероятно: Луи-Филипп I (унаследовал
титул в 1752) из-за своего вступления в морганатический брак пребывал в королевской немилости, а к Луи-Филиппу (II) Жозефу (унаследовал
титул в 1785) королевская чета относилась неприязненно еще во времена, когда тот был герцогом Шартрским118, а позже и вовсе враждебно119. В ПД герцог Орлеанский не столько реальное лицо, сколько «символ распущенных придворных нравов предреволюционных лет»120.
См., напр.: L. D*** [Cousin d’Avalon Ch.-Y.]. Académie universelle des jeux … . Paris, 1825.
P. 209; Lebrun. Manuel des jeux de calcul et de hazard … . Paris, 1827. P. 318; Prince de Ligne.
Fragments de mémoires inédits // Keepsake français, ou Souvenir de littérature contemporaine. <1831> P. 11.
118
См., напр.: Campan J.-L.-H. Mémoires sur la vie privée de Marie-Antoinette … . Paris, 1823.
T. 1. P. 95.
119
Ср.: Гляссе А. «Соблазнительные откровения»: (Пушкин и фр. мемуар. лит.) // ВЛ.
1993. № 4. С. 66–67; Niquex M. Commentaires // Pouchkine A. La dame de pique; Le nègre de
Pierre le Grand. Bibliothèque russe et slave. Электрон. изд-е. Comment. 34.
120
Рак В. Д. Коммент. // Пушкин А. С. Собр. соч. СПб., 1994. Т. 4. С. 422.
117

43

44

Как эмблемы прошлого мушки ‘искусственные родинки’ и фиж­
мы ‘подъюбочные каркасы из пластин китового уса’ нередко упоминались вместе121.

Покойный дедушка, насколько я помню, был у бабушки кем-то вроде
дворецкого.
После помню ошибочно пропущена (имевшаяся в ПД-1) запятая.

дворецкий — старший слуга в барском доме, управляющий хозяйством; мажордом
Ср.: «…назначала <…> из мужа дворецкого»122.

Напр.: «...щеголиха 1770-х годов из-за своих огромных фижм махала веером по разным
мушкам» (Полевой Н. А. Делать карьер. С. 320); «…Франция XVIII века наводнила нас песнями, гравюрами и книгами, постыдными для человечества <…> Краснея как русский,
упоминаю (вспоминать я, слава богу, не могу) про эту эпоху графинек и князьков, мушек
и фижм» (Марлинский А. [Бестужев А. А.] О романах и романтизме // МТ. 1833. Ч. 53, № 17.
С. 94); «…на разрушенных робронах, париках, громадах фижм, мушек, румян, белил и рассыпанной пудры новое поколение женщин <…> читает Байрона и Гофмана» (Н. <А.> П.<о­
левой> Шекспирова комедия … // Там же. № 19. С. 369); «…пышность ее платья напоминала времена фижм, а пестрота ее негладкой кожи — счастливую эпоху мушек из черной
тафты» (Лермонтов М. Ю. Герой нашего времени. СПб., 1840. Ч. 2. С. 69).
122
Крылов И. А. Письмо XXIII. От гнома Зора ... // Почта духов. 1802. Ч. 2. С. 158. Ср. также: «Невеста хороша, богата, — да она, / Пожалуй, вздумает, как модная жена, / Супруга
записать в дворецкие; таскаться / Заставит, хлопотать» (Ленивый: (Отрывки из комедии) // ПЦ на 1828 г. СПб., <1828>. С. 238); «Дворецкий прелихой [весьма искусный]! /
121

Этот семейный портрет — ‘беспечная и властная супруга и хозяйственный и покорный супруг’ — вряд ли списан с княгини Н. П. Голицыной и ее мужа князя Владимира Борисовича (1731–1798): согласно
одному свидетельству, княгиня привела в порядок расстроенное мужнино имение123, согласно другому, рачительными хозяевами были
оба124. Иное дело Загряжская: она признавалась, что не сумела распорядиться подаренными ей крымскими землями, сулившими немалый доход125. Безрассудным поведением в Париже в конце 1750-х был
известен граф Иван Петрович Салтыков (1730–1805), будущий муж
сестры Н. П. Голицыной — Дарьи (1739–1802): за неуплату долга его
арестовали, и встречать бы ему, единственному сыну главнокоман­
дующего армией и племяннику главы сената, свое тридцатилетие
в тюрьме, не вмешайся российское посольство126.

Зато недешево и куплен ты женой <…> Хвала и честь тебе! Поверь, в России всей / Ты
будешь образцом покорности мужей!» (А. <А.> Ш.<аховской> Исправление, или Муж на
случай. СПб., 1828. С. 6); «…я из мужа сделался дворецким!.. Рожденный с тихим, уклончивым характером, я не люблю спорить и шуметь; избегаю малейшего повода к не­
удовольствию… Из меня можно всё сделать — и жена сделала из меня дворецкого;
сперва ласками — потом требованиями… Я любил повиноваться ласкам и требова­
ниям и, привыкнув к требованиям, привык и к должности мужа-дворецкого» (<Яковлев П. Л.> Записки москвича. М., 1828. Кн. 1. С. 53).
123
См.: <Янькова Е. П.> Рассказы бабушки: Из воспоминаний пяти поколений, запис.
и собр. ее внуком Д. Д. Благово. СПб., 1885. С. 237.
124
См.: Голицына Н. П. Моя судьба — это я. М., 2010. С. 65 и далее.
125
См.: ПСС, XII, 176.
126
См.: Бестужев-Рюмин М. П. Письма к графу М. Л. Воронцову // Архив кн. Воронцова.
М., 1871. Кн. 2. С. 338–342, 348.

45

46

счёты — записи расходов и доходов от хозяйственно-денежных
операций; то же, что счетá
Беззаботные помещики их проверкой пренебрегали. В комедии
XVIII в. барин, вызвав дворецкого, «подает ему расходную книгу»,
но, стоит тому начать чтение вслух, выдергивает ее и восклицает:
« — Несносно, скоро ли конца дождусь?»127 Ср.: «…разоряющийся богач не смотрит на счеты, подносимые дворецким»128.
издержать — потратить

начисто — наотрез

Чтобы покрыть долг жены, графу пришлось бы отдать распоря­
жение о повышении налога с крестьян, живущих в принадлежащих
семье подмосковной и саратовской ‘находящихся в Московской
и в Саратовской губерниях’ деревнях, либо взять кредит под залог
земель и крестьян, либо продать их. Эта практика была распространена столь широко, что Екатерина II опасалась появления землевладельцев недворянского происхождения и неоднократно настаивала
на соблюдении запрета азартных игр.

Чтобы придать своим увещеваниям внушительности, граф переходит на велеречивый (замедленный пропусками трех нечетных ударений) шестистопный ямб: ни подмосковной ни саратовской деревни.

127
128

<Дашкова Е. Р.> Тоисиоков // РФ, XIX, 243–244.
Н. <А.> П.<олевой> Эмма // МТ. 1834. Ч. 55, № 2. С. 282.

…на него подействовало, но обнаружила, что он остался непоколебим (в своем решении).

Право домашнего наказания, или исправления, состояло в раз­
решении без вмешательства суда и полиции подвергать телесному
наказанию и лишению свободы и предоставлялось владельцам крепостных крестьян, родителям, опекунам, воспитателям и учителям.

Впервые в жизни она снизошла до рассуждений (основательного
рассмотрения обстоятельств дела) и объяснений (причины своего поведения), надеялась устыдить его, снисходительно доказывая, что
один долг отличается от другого …
Долг дворянина каретнику — мотив комедий «Игрок» (1696) Реньяра, «Мот, любовью исправленный» (1765) В. И. Лукина и «Пирог»
(1799–1801) И. А. Крылова. Знаток парижских нравов XVIII в. отмечал,
что, если буржуа расплачивается с поставщиками в конце года, то аристократ задерживает оплату товаров и услуг годами, а услыхав о недовольстве мясника, кучера, каретника, виноторговца, портного, просто меняет поставщиков; иное дело — карточный долг: его принято
возвращать на другой день129.
129

См.: Mercier L.-S. Tableau de Paris. Amsterdam, 1783. T. 4. P. 126–127.

47

48
Если начало рассказа о графине стилизовано под анекдот из жизни
двора времен Старого порядка, то во вставном эпизоде ‘конфликт супругов из-за денег’ повествователь воспользовался другим жанровым образцом — «Сценами из частной жизни» Бальзака, т. е. перенесся в эпоху Реставрации: «Граф холодно начал доказывать своей жене
посредством точных расчетов, что пребывание их в Париже, необходимость поддерживать свое звание, блеск их дома <…> поглощают
большую часть бюджетного их дохода <…> и что наконец пора уже пожить расчетливее»; «Она говорила, что <…> весьма опасно для мо­
нархии, если нет различия между купцом и пэром Франции»; «…в опасности честное имя какой-то графини <…> она потеряет уважение
и любовь ее мужа, если не достанет в это самое утро около пятидесяти тысяч франков. Дело также шло130 об игре, о счетах каретника,
о проигранных деньгах в лотерею…»131

Восклицания куда! и нет, да и только! выражают здесь отрицание результативности предпринимаемых усилий.
Бунт робкого мужа, из которого деспотичная жена сделала дво­
рецкого, — сюжет комедии Шаховского «Исправление, или Муж на
случай» (1828).

замечательный — примечательный

речь шла; дело касалось
Бальзак О. де. Невеста-аристократка / Пер. Н. <Ф.> П.<авлов> // Тел. 1831. Ч. 5. С. 29–
30, 356; Его же. Сцены из частной жизни / Пер. В. Б. и Л. К. СПб., 1832. Ч. 2. С. 67–68.
130
131

Ср.: «Вы все, — сказал он (король Лудовик XV), — знаете графа СенЖерменя <…> Он был необыкновенный человек»132.

вы знаете — известно

и прочая — и прочее

Характеристика Сен-Жермена (между 1690 и 1710–1784) построена на слухах о его еврейском происхождении, несметном богатстве,
уникальном долголетии и знании тайны омоложения. В романе Годвина «Сен-Леон» (1799) легенда о Вечном жиде соединена с исто­
рией разорения героя-рассказчика за игорным столом и обретения
им доступа к тайнам жизненного эликсира и философского камня.
В романе Потоцкого «Рукопись, найденная в Сарагосе» (1804, 1810)
Вечный жид рассказывает о своем сверстнике по имени Германус, доныне проживающем в Венеции под именем Сен-Жермен.

Вечер у графини Дюбарри / Пер. В. Тило // ЛПРИ. 1831, 24 янв. Перекличка отмечена в: Гляссе А. «Соблазнительные откровения»: (Пушкин и фр. мемуар. лит.). С. 67–68.
132

49

50

В мемуарах Казановы (1725–1798) сообщается, что для того, чтобы
Сен-Жермен смог заняться в Лондоне шпионажем в пользу Франции,
были распространены слухи, будто во Франции он попал в опалу133.

Уступительная конструкция с предлогом несмотря на, лежащая
в основе характеристики Сен-Жермена, повторяет структуру его образа в воспоминаниях Жанлис: «…всё было степенно и чинно в поступках его и разговорах. Со всем тем должно сознаться, что этот
человек, столь необыкновенный своими дарованиями, обширными
сведениями и всем тем, что может заслужить личное уважение <…>
был шарлатан или, по крайней мере, помешанный на каких-то особенных тайнах <…> Он имел что-то столь важное и столь почтенное
в своей особе, что мать моя не смела его спрашивать о тех странностях, какие ему приписывали»134.
иметь очень почтенную наружность — внушать уважение к се­
бе (уже одним) своим видом; характеристика, которая обычно дается
как самая общая135

См.: Casanova G. G. Mémoires. Paris; Bruxelles, 1832. T. 8. P. 8. Отмечено в: Рейсер С. А.
Пушкин и мемуары Казановы // ВПК ‘1976. 1979. С. 129.
134
Жанлис Ф. де. Граф Сен-Жермен / Пер. С. // СО. 1825. Ч. 103. С. 349–351.
135
Напр.: «Вы, конечно, не потребуете от меня, чтобы я в самый первый день моего
личного знакомства с Лафатером описал вам душу и сердце его. На сей раз могу сказать единственно то, что он имеет весьма почтенную наружность, прямой и стройный стан, продолговатое бледное лицо, острые глаза и важную мину» (Карамзин Н. М.
Соч. Т. 3. С. 81); «…старик весьма почтенной наружности, высокий, статный, с умным
та­тарским лицом, на коем изображалось добродушие» (Фельде-фан-дер К. Ф. Посольство в Китай / Пер. В. П. Лангер. СПб., 1830. Ч. 2. С. 9).
133

в обществе человек очень любезный — un homme très-aimable en
(или dans la) société136
Этой характеристикой пушкинский персонаж, вероятно, обязан
своему соименнику из новеллы Гофмана «Маркиза де ла Пивардьер»
(1820), запечатленному в момент нехарактерного для него поведения: «Граф С<ен>т. Жермен, всегда бывший душою общества герцо­
гини, в этот вечер сидел в углу задумчивый, мрачный <…> Герцогиня
думала, что <…> граф хотел ей и обществу отмстить за дурное расположение, которое в этот день отнимало у него всю его любезность»137.

без памяти — очень сильно
об нем — о нем

Ср.: «Откуда взялся этот человек, столь богатый и столь необыкновенный, было неизвестно, и король <Людовик XV> не терпел, чтобы

Напр.: «…человек <…> отлично-любезный в обществе» (Симоновский Г. Русский
Жилблаз, похождение Александра Сибирякова … . М., 1832. Ч. 1. С. 189–190); «…считался в свете человеком весьма любезным» (Бальзак О. де. Переправа через Березину //
Тел. 1832. Ч. 11. С. 468) = «…слыл в обществе человеком весьма любезным» (Его же.
Сцены из частной жизни. Ч. 5. С. 134); «…самый любезный человек в обществе» (Иванов В. М. Записки, веденные во время путешествия императрицы Елизаветы Алек­
сеевны по Германии в 1813, 1814 и 1815 годах. Ч. 2. С. 57).
137
Гофман Э. Т. А. Белое привидение / <Пер. Н. А. Полевой?> // МТ. 1825. Ч. 6, № 22.
С. 435–436. Прототипом стал, по-видимому, Клод-Луи, граф де Сен-Жермен (1707–
1778). Историческим фоном новеллы служит, однако, война за Пфальцское наследство, закончившаяся до его рождения, а одним из мест действия — салон Марии-Мадлен де Виньеро дю Плесси, герцогини д’Эгийон (1604–1675), умершей до начала этой
войны.
136

51

52
об этом говорили с презрением или насмешкой»138; « — Ваш граф СенЖермен был отъявленным лжецом. — Не говорите о нем дурно <…>
Я его очень хорошо знаю»139; «Когда же он ушел, то мне очень прискорбно было слышать, что мать моя насмехалась над его изгнанием140 <…> шутки моей матери весьма меня огорчили»141.

мог располагать — возможно, имел в своем распоряжении

Она решила обратиться к нему.

явиться — прибыть

После застал ошибочно пропущено местоимение ее.

Campan J.-L.-H. Mémoires sur la vie privée de Marie-Antoinette … . T. 3. P. 45.
Comtesse du Barri. Mémoires. Paris, 1829. T. 4. P. 194. Отмечено в: Гляссе А. «Соблаз­
нительные откровения»: (Пушкин и фр. мемуар. лит.). С. 67–68.
140
над его рассказами об изгнании
141
Жанлис Ф. де. Граф Сен-Жермен. С. 352–353.
138
139

…все свои надежды возлагает только на его (Сен-Жермена) дружбу и доброе к ней отношение.
Сочетание речевых клише: sous les couleurs les plus noires + la barbarie de son mari, оказавшихся семи- и восьмисложником142, калькировано пятистопным дактилем: самыми черными красками варварство
мужа.
Взыскать карточный долг судебным порядком было невозможно,
так что должнику верили на слово, и он был обязан оправдать оказанное ему доверие, чего бы ему это ни стоило: «Горе тому, кто, проиграв
вечером на честное слово, не уплачивал поутру! Продай, заложи крестьян143, пусти по миру144 легковерных заимодавцев, а плати или со
всех ломберных столов грянет на тебя проклятие»145. Всегда ли и всюду ли соблюдалось это требование? Посетив Россию в 1765, Казанова,
располагавший богатым опытом карточной игры во многих странах,
был потрясен, услышав от своего петербургского собеседника — придворного и дипломата146, что у русских неуплата карточного долга
не почитается бесчестной: проигравший на слово платить не обязан,
и победитель выставит себя дураком, начни он напоминать о долге147.
или двумя восьмисложниками, если e-muet в noires произносить
получи денежную ссуду, равную стоимости крепостных крестьян, которые станут
собственностью кредитора в случае невозврата ссуды
144
доведи до разорения
145
Глинка С. Н. Записки. СПб., 1895. С. 137.
146
П. П. Лефорт (1719–1796)
147
См.: Casanova G. G. Mémoires. T. 10. P. 174. Заслуживающим доверия это свидетельство признается в: Гольцев В. А. Законодательство и нравы в России XVIII в. М., 1886.
С. 67.
142
143

53

54
Под варварством мужа понималось игнорирование деспотом
и скрягой потребностей супруги, но графиня имеет в виду не только это: граф неспособен понять, что в просвещенной Франции сле­
довать дикому русскому обычаю значит неизбежно покрыть свое имя
позором.

услужить — помочь

вводить кого-либо в хлопоты — причинять кому-либо хлопоты

«…Среди исторических анекдотов о Сен-Жермене фигурируют, как
правило, чудесное долголетие и умение производить опыты с драгоценными камнями, но не карты; характерно, что даже в таком историческом „пастише“, построенном на обыгрывании популярных легенд
и традиционных репутаций, как роман Жюля Жанена „Барнав“ (1831),
Сен-Жермен вводится только как рассказчик историй более чем по­
луторатысячелетней давности, но не как игрок, хотя теме игры уде­
ляется на соседних страницах романа большое внимание. Возможно,
что именно Пушкин первым связал имя Сен-Жермена с карточными
„чудесами“»148.
148

Мильчина В. А. Записки «пиковой дамы» // ВПК. 1988. Вып. 22. С. 141.

я говорю вам — говорю же вам; повторяю; повторю

…прошу выслушать меня.

Относившийся к евреям как к доносчикам и шпионам149 автор ПД
выставляет Сен-Жермена, который выдавал себя за Вечного жида и, по
словам Казановы, был шпион, фигурою комической: над ним смеялись,
как над шарлатаном. Однако его богатство заставляет аристократов
забыть о его забавной таинственности и воздать должное его почтенной наружности и приятным манерам. Образ строится по той же
схеме, что и образ еврея-ростовщика в «Скупом рыцаре»: нищий дворянин называет его «проклятый жид, почтенный Соломон»150.
Как и в «Скупом рыцаре», почтенный Соломон вместо денег дает
совет, как избавиться от долгов.

Напр.: «Однажды я сóзвал веселых гостей; / Ко мне постучался презренный еврей; /
„С тобою пируют (шепнул он) друзья; / Тебе ж изменила гречанка твоя“. / Я дал ему
злата и проклял его»; «…с виду настоящий жид — я и принял его за жида, и неразлучные понятия жида и шпиона произвели во мне обыкновенное действие; я поворо­
тился им [повернулся к ним] спиною» (ПСС, II-1, 150; XII, 307).
150
ПСС, VII, 104.
149

55

56

Тема удвоения звучит уже в эпиграфе: От пятидесяти На сто151.
В дальнейшем употребляются еще два глагола, образованные от числительных: утроить и усемерить.
Как выяснится позже, удвоили внимание не только молодые
игроки, но и неиграющий молодой инженер.

Отмечалось, что трубка — непременный атрибут офицера в изоб­
ражении русскими прозаиками152.

Выражение закурить трубку означает ‘поджечь табак в чаше труб­
ки и вобрать глоток дыма’. Вторая фаза этого процесса передается в ПД
еще и глаголом затянуться. Словосочетание табак тянути ‘вбирать
в себя’ возникло как калька тур. tütün çekmek в XVII в.153, а употребление
в этом значении глагола затянуться явилось, надо думать, трофеем турецкой кампании 1828–1829154: еще на рубеже 1820-х и 1830-х затяОтмечено в: Aizlewood R. The alter ego and the stone guest: Doubling and redoubling
Hermann in «The queen of spades» // Two hundred years of Pushkin. Amsterdam et al.,
2003. Vol. 2. P. 91–92.
152
«В рассказы вмешаны [в действии участвуют] офицеры <…> и они, как всегда в русских повестях, курят трубки и пьют вино: без этого что за рассказ!» (<Рец. на:> Рассказы двинянина … // МТ. 1828. Ч. 19, № 3. С. 428); «Повесть <…> хорошо рассказана <…>
Надоедают только в ней офицеры с своим питьем, едою, чаем и трубками: все это сто
раз уже было повторено на русском языке» (Н. <А.> П.<олевой. Рец. на:> Невский аль­
манах на 1830 г. // МТ. 1830. Ч. 31, № 2. С. 358). Ср.: «…так провидение устроило, что где
офицеры, там и трубки» (Гоголь Н. В. Арабески. СПб., 1835. Ч. 2. С. 91).
153
См.: СРЯ 11–17, XXIX, 167–168.
154
вероятно, под влиянием çubuk çekmek ‘трубку тянуть’; этот оборот включен, напр.,
в разговорник: <Сенковский О. И.> Карманная книга для русских воинов в турецких
походах. СПб., 1829. Ч. 2. С. 71.
151

нуться набирают курсивом155 и сопровождают толкованием156 или, по
крайней мере, оснащают инструментальным дополнением157. Отсутствие нового значения в словарях и, строго говоря, избыточность сообщения затянулся после сообщения закурил трубку — причина ошибок в ранних переводах повести: раскурив трубку, Томский dehnte sich
‘потянулся; расправил плечи’158 или resserra sa ceinture ‘подтянул
пояс’159. У читателей ПД с родным русским, но не располагавших детальной осведомленностью об офицерском досуге, непонятность или
полупонятность арготизмов (игрецкого мирандоль и курильщицкого
затянулся) усиливала ощущение герметичности описываемой среды.
Обычно рассказчик раскуривает трубку или нюхает табак до начала либо по завершении рассказа, иногда — когда его прерывает
реплика слушателя или изменение состава аудитории160. Томский же

Напр.: «…выходили в другую комнату, чтоб затянуться» (Бестужев А. А. Знакомство
с А. С. Грибоедовым // А. С. Грибоедов в воспоминаниях современников. М., 1929. С. 139);
«…под предлогом <проверки>, хорошо ли курится трубка, взял у меня ее и, потянув довольно усердно…» (Ф. [Бестужев-Рюмин М. А.] Сумбурщица жена // СМ. 1830, 26 февр.);
«И дым столбом от трубочной затяжки» (Давыдов Д. В. Стихотворения. М., 1832. С. 95).
156
Напр.: «Затягиваться значит: втянуть в себя дым и через несколько секунд выпус­
тить его. Примечание для дам и для некурящих» (<Бестужев-Рюмин М. А.> Каламбур //
СМ. 1831, 11 и 13 марта).
157
Напр.: «…с жадностью затягивался трубкою» (Марлинский А. [Бестужев А. А.] Лейтенант Белозор // СОСА. 1831. Т. 22. C. 327). Пояснение трубкою и курсивный на­бор затянуться встречаются и позже; напр.: «…единственное наслаждение после танцев —
затянуться трубкою в бильярдной!» (Булгарин Ф. В. Чиновник // Рус. беседа. 1842.
Т. 3, <отд. 4>. С. 10).
158
Puschkin A. Novellen / Für das Deutsche bearb. von Dr. <C. G.> Tröbst und D. <A.> Sabinin.
Jena, 1840. Bd 1. S. 41.
159
<Pouchkine A.> La dame de pique / Trad. par P. Mérimée // RDM. 1849. T. 3. P. 187. На
ошибку переводчику указали (см., напр.: Виноградов А. К. Мериме в письмах к Соболевскому. М., 1928. С. 130–132; Mongault H. Notes, éclaircissements et variantes // Méri­
mée P. Œuvres compl. Paris, 1931. T. 1. P. 207–208), и в переизданиях перевода она была
устранена.
160
Напр.: «Вот, табаку накрошивши, дедушка вычистил трубку, / Туго набил <ее чашу
табаком>, подошел к огоньку, осторожно приставил / Трубку к горящей лучине, раза
два пыхнул, — струею / Легкий дымок побежал; он, пальцем огонь придавивши, / Кровелькой [крышкой] трубку накрыл и сказал: — Послушайте, дети! / Будет вам сказка! но с уговором: дослушать порядком [как полагается]» (Жуковский В. А. Красный
155

57

58
сам прерывает свой рассказ и занимается трубкой, чтобы усилить
внимание слушателей. В «Хризомании» это обновление приема подчеркнуто повторением внутренней ремарки: «И р м у с. Какие же эти
слова? То м с к о й (раскуривая трубку). Самые немудреные и самые

карбункул // ТОЛРС. 1817. Ч. 9, кн. 14. С. 51–52); «…начал он, закуривая свою огромную
трубку» (Бестужев А. А. Поездка в Ревель. СПб., 1821. С. 6); «Несколько раз приезд новых постояльцев или замечания слушателей прерывали рассказ его; он в это время
снова набивал свою трубку <…> Я желаю, чтобы читатель представил себе этого краснобая, как он, развалившись в больших креслах, подбоченясь одной рукой, держа
в другой странно обделанную [отделанную] закривленную пенковую трубку, украшенную серебряною цепью и шелковыми кистями — тешил слушателей рассказом
следующей повести» (Ирвинг В. Кухня в трактире, или Жених-мертвец / Пер. К. Б. //
СО. 1825. Ч. 104. С. 310); « — Расскажите, пожалуйте [пожалуйста]! <…> грек, спокойно
вытряхнув трубку за борт и погладив усы, начал говорить» (Булгарин Ф. В. Соч. СПб.,
1827. Т. 1. С. 43); « — Братец! расскажите <…> Поручик туго набил огромную деревянную трубку, оторвал кусок бумаги — зажег — и дым густым столбом заклубился из его
рта; он облокотился на стол и, приготовляя внимание, пускал дым прямо в лицо Т. —
Ты меня дымом хочешь привести в исступление, как пифию, — сказал Т., — чтобы я
тебе красноречиво описал мое приключение; но ты услышишь голую истину без всяких прикрас» (Троицкий В. Зимний вечер // Календарь муз на 1827 г. СПб., 1827. С. 43–
44); « — Гос­пода! — сказал артиллерист, закуривая трубку, — мне кажется, справедливо бы каждому рассказать какую-нибудь историю» (А. М.<арлинский> [Бестужев А. А.]
Вечер на кавказских водах в 1824 году // СОСА. 1830. Т. 14. С. 322–323); « — Хорошо,
расскажу вам! — сказал старый офицер, набивая себе трубку. — Только смотрите, не
скучна ли покажется история. Набивайте трубки, господа! — Все повиновались, даже
я, который сроду не курил табаку» (Цшокке Г. Повести. СПб., 1831. Ч. 2. С. 287–288);
«…закурил трубку и пустился в такие разговоры с нашими артиллеристами, что они
рты разинули» (Загоскин М. Н. Рославлев, или Русские в 1812 году. М., 1831. Ч. 4. С. 168);
«…оба закурили трубки, ротмистр разделил бутылку вина на два стакана и говорил
почти так…»; «…закурил свою огромную трубку <…> — Клянусь седыми моими усами, — начал он, — я не ошибусь, если скажу…» (Карлгоф В. И. Повести и рассказы. СПб.,
1832. Ч. 1. С. 83; Ч. 2. С. 216); «…понюхав табаку, начал свой рассказ» (Бальзак О. де.
Красный трактир. С. 9); « — Ну, итак, — начал Славин, сильно затянувшись табаком
и выпуская гус­той дым из рта своего» (Ив. <Н.> Гл.–<у>х–<аре>в. Проклятый. М., 1833.
Ч. 2. С. 144); « — И, братец, ты перебил меня! <…> И что за полемическая страсть родилась в тебе с некоторого времени привязываться к каждому слову… Михайло! трубку!..
[требование к слуге принести трубку]» (Лейтенант Д. Случай на корабле // СП. 1833,
13 сент.); «…раскурил трубку, затянулся, выпустил из-под своих седых усов целую тучу
табачного дыму и начал» (Загоскин М. Н. Вечер на Хопре // БЧ. 1834. Т. 3. С. 82); «…выколотил докуренную трубку, набил ее снова, закурил и начал рассказ» (Греч Н. И. Отсталое // Там же. Т. 6. С. 115).

действительные161. Н е м и р о в. Да какие же? говори. То м с к о й. Погоди. Н е м и р о в. Эх, говори скорей. То м с к о й (раскуривая трубку).
Тотчас. И р м у с. Я очень любопытен162 узнать эти чудесные слова.
То м с к о й (раскуривая трубку). И я также очень любопытен»163.

Склонять топоним Версаль предписывалось по образцу имен существительных женского рода с нулевой флексией164.

au jeu de la Reine — на игру у королевы
Описывая образ жизни в Фонтенбло во время пребывания там
в 1785 королевской семьи и двора, Голицына сообщает: «По воскре­
сеньям и пятницам кавалеры, включая иностранцев, и дамы-фран­
цуженки присутствуют на церемонии вставания короля с постели,
откуда отправляются засвидетельствовать свое почтение всей ко­
ролевской семье, а вечером посещают игры у королевы, а именно
ланд­скнехт, где играть дозволено каждому <…> Что же касается даминостранок, то, поскольку они, согласно этикету, не могут быть представлены официально, удовольствие видеть королевскую семью
они испытывают на приемах у графини Дианы165 и у графини д’Ос­
сен166»167. Дневник Голицыной свидетельствует о ее интересе к картам, но на играх у королевы она, вероятнее всего, не присутствовала
и в качестве наблюдательницы168.

действенные
мне очень интересно
163
«Хризомания, или Страсть к деньгам» А. А. Шаховского. С. 185.
164
См.: Востоков А. Х. Русская грамматика. СПб., 1831. С. 15; Греч Н. И. Практическая
русская грамматика. СПб., 1834. С. 29.
165
де Полиньяк (1746–1818)
166
Женевьевы де Грамон (1751–1794)
167
Golitsyna N. Remarques sur mes voyages // «Si tu lis jamais ce journal…»: Diaristes russes
francophones: 1780–1854. Paris, 2008. P. 98.
168
См.: Мильчина В. А. Записки «пиковой дамы». С. 138–139.
161
162

59

60

метать — метать банк

слегка — бегло; между прочим; небрежно
Ср.: «…не имея ничего на совести, я не смешался169 и слегка извинился, что не пришел обедать»170.

Глагол сплести в значении ‘выдумать’ обычно употреблялся с дополнениями басня (баснь), небылица, сказка.

выиграть соника — gagner sonica ‘выиграть сразу’171 — положение
в игре, при котором оказывается, что достоинства карт из первой же
вскрытой банкометом пары различны, причем достоинство выпавшей
налево совпадает с достоинством той, на которую поставил понтер
совершенно — полностью

Рамкой повествования, фабулой, местом и временем действия рассказ Томского схож с новеллой Лакруа «Кошелек или жизнь: 1772»

будучи ни в чем не виноват, я не смутился
<Суза А. М. Э.> Адель де Сенанж … / <Пер. П. А. Пельский>. М., 1803. Ч. 2. С. 90.
171
О происхождении термина см.: Chauveau J.-P. Français ponte, ou distinguer pour unir.
P. 219–220.
169
170

(1832): рассказчик вспоминает, как шестьдесят лет тому назад в Париже, играя в фараон, остался без денег и был в отчаянии, но чудом
(отобрав у незадачливого грабителя его кошелек!) получил возможность отыграться, вернулся в общество игроков, взял реванш и с тех
пор к картам не прикасался172.
Пушкинский Сен-Жермен наследует герою повести Клаурена «Голландский еврей» (1819), который, владея тайной выигрыша в фараон,
уподобленной философскому камню173, спасает разорившегося и вконец отчаявшегося игрока.

Гость считает, что графине просто повезло.

— стандартная реакция скептика на рассказ о сверхъестественном
Раздосадованный снисходительным замечанием Томского Германн
немец: он расчетлив, вот и всё!, самолюбивый инженер не остается
в долгу. Причина счесть рассказ о чудесном реванше сказкой, т. е. небылицей, действительно имелась — ведь графиня сама признавалась,
что, не вернув долга, сплела маленькую историю. Германн, впрочем,
не уточняет, кого считает выдумщиком: бабушку или внука.

— Может быть, порошковые карты? — присоединился (к поиску
рационального объяснения выигрыша) третий.

См.: Jacob P. L. [Lacroix P.] Quand j’étais jeune. Bruxelles, 1833. T. 2. P. 3–32.
См.: Клаурен Г. [Хойн К.] Голландский купец / Пер. <В. А.> Вл.<адиславлев> // СО.
1825. Ч. 101. С. 50.
172
173

61

62
Этот шулерский трюк применялся при игре картами без углового
индекса — обозначения в углу карты ее масти и достоинства. Ли­
цевую сторону числовых карт покрывали клейким составом, и, по одним данным, наносили на нее дополнительные очки черным или
красным порошком, по другим — покрывали белым порошком некоторые из имеющихся очков. Перед тем как показать карту банкомету,
понтер имел возможность порошок удалить — стерев его пальцем
или с силой проведя лицевой стороной карты по сукну стола174.
Подготовка трюка с белым порошком была менее трудоемкой, а ус­пе­
­ху его способствовало то обстоятельство, что пальцы понтера и сукно
стола испачканы мелом, однако в литературе, доступной автору и читателям ПД, описывается именно цветная разновидность трюка175. Общеупотребительным термин порошковые карты не был; примечатель-

Cр. упреки, которыми по завершении игры обмениваются шулера: «П а р о л и н.
Ты мало ставил к порошковой <карте> мазу [вдобавок; от masse ‘множество’]. П е р е ­
д е р ж к и н. Ты не успел с пятерки очка сдернуть [очко стереть]» (Клушин А. И. Порт­
реты. С. 125).
175
Напр.: «…на вырезанное своей карты место <шулер> бросал черный, весьма легкий
к снятию порошок» (Пагубные следствия игры банка … . С. 22); «Насыпанки — карты понтера, одно или два очка на которых присыпаны черным порошком, который при вскрытии карты, если нужно, стирают о сукно» (<Szymkiewicz J.?> Szlachcic na łopacie: Wyja­
wienie secretów gabinetu króla Faraona // Wiadom. brukowe. 1819. № 122. S. 60); то же
в пересказе со ссылкой на источник: «Это насыпные очки, которые стираются на сукне
при случае нужды» (Ф. <В.> Б.<улгарин> Иван Выжигин, или Русский Жильблаз // СА.
1825. № 9. С. 85); то же в расширенной редакции: «Видите ли, вот я ставлю семерку: выигрывает шестерка, и моя карта тотчас превратилась в шестерку. Это насыпные очки. На
карте наводится клеем очко и посыпается черным порошком из жженой кости. Карта,
разумеется, ставится темная [лицевой стороной вниз], и, если выиграла та карта, которая стоит у меня, я вскрываю и беру деньги; если выигрывает другая, я стираю очко при
вскрытии карты и опять беру деньги» (Булгарин Ф. В. Иван Выжигин. СПб., 1829. Ч. 3.
С. 236). Ср. также: «Порошковые карты делаются так: берется, например, шестерка бубен,
на том месте, где должно быть очко для составления семерки, помазывается некоторым
несколько клейким составом, потом на сию карту накладывается другая какая-нибудь
карта, на которой на том месте, где на первой карте надобно сделать очки, прорезано
точно такое очко. В сей прорез насыпается для красных мастей красный порошок, а для
черных черный. Сей порошок слегка прилипает к помазанному на карте месту, и когда
нужно бывает сделать из семерки шестерку, то понтер, вскрывая карту, должен шарк­
нуть [провести, плотно прижимая к поверхности] излишним очком по сукну, и очко
порош­ковое тотчас исчезнет» (Жизнь игрока, описанная им самим. Ч. 1. С. 55–56).
174

но, что переводчик ПД на польский, ровесник Пушкина, петербуржец
с 1822, человек сведущий в карточных играх и интересовавшийся
историями о шулерских проделках176, передал видовое порошковые
не видовым же sypanki, а родовым podrobione ‘фальшивые’177.
Черный и красный или же белый порошок, наносимый на лицевую
поверхность карты, чтобы скрыть ее подлинное достоинство, сродни
упоминаемой в ПД косметике, скрывающей изъяны: мушкам (гл. 1),
румянам (гл. 2) и пудре (гл. 3), и их родство подспудно готовит тождество двух дам — светской и карточной.
Погашение долга объясняется трояко — либо везением, либо выдумкой, либо мошенничеством, но всех критиков рассказа Томского
объединяет уверенность в том, что стратегии верного честного вы­
игрыша не существует.

Если до сих пор Германну уделялось не больше внимания, чем Сурину, то обозначение слушателей рассказа Томского как один … Германн … третий вместо обычного один … другой … третий показывает, что наибольший интерес к услышанному проявляет Германн.

важно — с достоинством

Ср. проявление недовольства как типовую реакцию рассказчиков
историй о сверхъестественном на высказанные слушателями сомнения: «Милостивый государь, — возразил драгун-наездник, нахмурясь
и грозно расправляя усы, — <…> я не думаю, чтобы вы имели причину сомневаться в словах моих»178; «...рассуждали <…> каким бы образом объяснить удовлетворительнее такое странное происшествие…
Один мешал в земное дело жителей другого света179; другой предлагал
176
177
178
179

См.: Пржецлавский О. А. Воспоминания. С. 477–482.
См.: J. Prz.<ecławski> Dama pikowa // TyP. 1834, 27 marca / 9 kwietnia. S. 138.
А. М.<арлинский> [Бестужев А. А.] Вечер на кавказских водах в 1824 году. С. 322.
говорил о вмешательстве потусторонних сил

63

64
догад­ки, которые могли вести к новой повести; третий просто говорил: „тут много вздору!..“ Быть может, и вправду, в рассказанном мною
было много вздору, но это рассказывал я, оно принадлежало мне —
и я был обязан защищать рассказ свой, как мог»180.

как! — как (это) так?!

сряду — одну за другой

кабалистика — тайное знание

Видя, что Томский задет реакцией слушателей, Нарумов своим вопросом — шутливым, но призывающим отнестись к истории Томского всерьез — помогает тому вновь завладеть общим вниманием и попробовать, подобно героине его истории, взять реванш.

180

Перед Да ошибочно пропущено тире.

Карлгоф В. И. Повести и рассказы. Ч. 1. С. 103–104.

чёрта с два! или чёрта два! — выражение досады из-за невозможности добиться желаемого
Форма было используется для того, чтобы побудить слушателей
снова мысленно перенестись в прошлое; а пережила ли графиня своих сыновей, не известно да и не важно.
отчаянные — страстные; безрассудные

Исправлена несообразность, возникшая в ПД-1: У ней было четверо сыновей, в том числе и мой отец; все трое отчаянные игроки. Вероятно, в рукописной редакции это место выглядело так: У ней было
трое сыновей, в том числе и мой отец; все трое отчаянные игроки.
Поскольку вариант трое соответствовал количеству сыновей Н. П. Голицыной181, автор заменил трое на четверо, но по невнимательности
вместо двух исправлений внес одно.
не худо для них — поскольку их расходы превышают их доходы

и даже для меня — поскольку мои расходы также превышают
мои доходы, пускай не столь значительно
Игра без риска не кажется гостям Нарумова занятием еще более
зазорным, чем употребление порошковых карт: обман, если его нельзя раскрыть, считался в этой среде допустимым. Офицер, служивший в 1800-х в Кавалергардском полку, вспоминает: «Шулерничать
не было считаемо за порок»182, а офицер, служивший в 1810-е в лейбгвардии Семеновском полку, — что здесь «играли в карты, без зазрения совести надувая друг друга»183. Да и не так ли вели себя отцы
их и деды? На заре екатерининского правления российский придворный и дипломат предупреждал иностранца: «Карточное мошенничество встречается в России куда чаще, чем где бы то ни было в Европе.
Ни один из них, однако, не был отчаянным игроком, а первый и вовсе скончался
десятилетним.
182
Волконский С. Г. Записки. СПб., 1901. С. 60.
183
Якушкин И. Д. Записки, статьи, письма. М., 1951. С. 9.
181

65

66
Знакомые мне отпрыски самых знатных родов похваляются тем, что
научились укрощать фортуну, иначе говоря — плутовать»184.

но вот что — сигнал о том, что только что услышанное получит
неожиданное продолжение

уверять честью — давать честное слово (что всё было именно так)
Ср.: «Историю эту слышал я однажды от своего дяди, который уверял меня, что она случилась с ним самим»185.
На этот раз удостоверять истинность происшедшего будет не толь­
ко сообщение об участии в нем исторического лица, но и честное слово информанта, причем «пылкость заверения словно должна заставить забыть, что это заверения не очевидцев»186.

Чаплицкий — отпрыск польского дворянского рода (Czaplicki)
Если произносить эту фамилию с ударением на первом слоге, зачин рассказа становится стихотворным: покойный чаплицкий тот самый / который умер в нищете.

184
185
186

Casanova G. G. Mémoires. T. 10. P. 174.
Ирвинг В. Отрывок из «Рассказов одного путешественника». С. 116.
Манн Ю. В. Фантастическое и реальное у Гоголя // ВЛ. 1969. № 9. С. 110.

Использование конструкции тот самый, который призвано вну­
шить слушателям, что речь идет об известном им или по крайней
мере реальном лице.
промотать — неразумно израсходовать

помнится — насколько я помню (из рассказа дяди)

Граф Семен Гаврилович Зорич (1743 или 1745–1799), любовник
Екатерины II, был страстный игрок в карты. Правдоподобия рассказу о его карточном поединке с польским дворянином придает то об­
стоятельство, что имение Зорича находилось в Витебском воеводстве,
принадлежавшем Речи Посполитой.

шалость — предосудительное легкомысленное развлечение
как-то — по неясной причине

дать — назвать

впредь — в будущем

67

68
Договор, скрепленный анапестом: и взяла с него честное слово /
впредь уже никогда не играть, представляет собою вывернутую на­
изнанку житейскую мудрость играй, да не отыгрывайся. Поскольку,
вероятно, и графине секрет был сообщен под тем же условием, недоумение Томского каким образом бабушка моя не понтирует! предстает наивным либо напускным187.

победитель — выигравший противник, т. е. Зорич

Поставив 50 тысяч и выиграв, Чаплицкий загнул пароли, т. е. поставил 100 тысяч. После второго выигрыша в его распоряжении оказалось 200 тысяч. Из них он поставил 150 тысяч, перегнув карту
(пароли-пе), и выигрыш составил 300 тысяч, иначе говоря, он отыгрался и остался еще в выигрыше, раз до того проиграл не 300 тысяч, а около трехсот тысяч. Отчего же, играя в третий раз, он перегнул карту, а не загнул второй ее угол, чтобы выиграть 400 тысяч?
Оттого, что доступ к тайне предоставлялся с тем, чтобы про­иг­рав­
ший вернул утраченное, а не обогатился. Это условие Томским не
упомянуто, но поддается реконструкции при анализе игры Чап­лиц­
кого.
Ср. в мемуарах Казановы: «…загнул пароли, загнул на пе, сделал
ставку и вернул всё золото, что проиграл»188.
187
188

Ср.: Cornwell N. Pushkin’s «The queen of spades». Bristol, 1993. P. 40.
Casanova G. G. Mémoires. T. 8. P. 340.

Глагольная цепочка явился — поставил — выиграл соника — отыгрался та же, что и в рассказе о реванше графини: явилась — поста­
вила — выиграли ей соника — отыгралась189. Это сходство мешает за­
метить, что описаны разные стратегии игры: графиня делает по одной
ставке на три карты, Чаплицкий трижды ставит на одну, названную первой.

Набор этого предложения с отступом без предшествующего тире со­
здает неясность: то ли Томский, раздосадованный тем, что так и не смог
преодолеть скептицизм слушателей, предлагает разъезжаться, то ли это
предложение исходит от кого-то из слушателей. В первом случае не нужен отступ перед репликой, во втором необходимо тире перед Однако.

Выражение в самом деле означает согласие одного говорящего
с дру­гим, отчего здесь усматривают «открытое сошествие автора
в изображаемый им мир»190. Это и еще несколько мест — атавизмы
манеры по­­вествования, позволявшей автору вступать в диалог с читателями191. Окончательно же избранная манера создает иллюзию
См.: Faletti H. Remarks on style as manifestation of narrative technique in «Pikovaia
dama» // CASS. 1977. Vol. 11, № 1. P. 119.
190
Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». С. 107. Ср.: Бочаров С. Г. Поэтика Пушкина.
С. 192; Гей Н. К. Проза Пушкина. С. 182; Падучева Е. В. Эгоцентрические единицы языка
и режимы интерпретации. С. 546.
191
По наблюдению рецензента «Повестей Белкина», повествователь «иногда забывает <…> роль рассказчика и на несколько минут сам становится действующим лицом»
(<Рец. на:> Повести покойного Ивана Петровича Белкина … // СП. 1831, 10 нояб.).
189

69

70
самоустранения автора192: он словно ограничивается тем, что вру­
чает повествователю список действующих лиц да снабжает повесть
эпиграфами — намеками на собственную оценку происходящего.
Возможна и иная трактовка выражения в самом деле — как свидетельства мысленного согласия игроков с репликой одного из них: —
В самом деле, — подумали все, — пора домой.
Словосочетание молодые люди объединяет молодых игроков с неиграющим молодым инженером. Выделение Германна из числа молодых людей находит себе аналог во втором рассказе Томского: Бабушка,
которая всегда была строга к шалостям молодых людей, как-то сжалилась над Чаплицким и готовит уподобление Германна Чаплицкому.

Вероятно, разъехались ‘уехали в разных направлениях’ не все гости Нарумова. Собственного экипажа у Германна не было, и бережливость не позволяла ему нанимать извозчика до утра, а самолюбие —
разрешать кому-нибудь из владельцев экипажей подвезти себя. На
улицу он вынужден выходить последним. Читатели увидят, как он
идет, бродит, ходит (также с приставками в-, вс-, вы-, от-, под-, про-,
с-), останавливается, возвращается, подбегает, взбегает, ступает,
оступается, спускается, отправляется, пробирается, является, удаляется, но не как он едет193.

Слова уж рассветало неявно вводят мотив окна, которому в следующей главе предстоит стать сквозным. Однако без четверти
шесть отнюдь не то время, когда зимой в Петербурге светает194. Отчего же автор сократил долгую зимнюю ночь? Надо полагать, из-за
близости понятий ‘до рассвета’ и ‘очень долго’. По той же причине
этой оплошности автора обычно не замечают читатели.
Cм., напр.: Gide A. Œuvres compl. Paris, 1936. T. 2. P. 142; Henry-Safier H. Note sur les
traductions en français de la «Dame de pique» // RÉS. 1987. T. 59, fasc. 1–2. P. 279; Гаспаров Б. М. Пять опер и симфония: Слово и музыка в рус. культуре. М., 2009. С. 186.
193
В последней главе Нарумов привез к нему (хозяину игорного салона) Германна,
но здесь привезти означает ‘доставить, чтобы познакомить’ и синонимично привести;
ср. в пушкинском письме из Москвы: «Мне очень хочется привести Брюлова в П.<е­
тер>Б.<ург>» (ПСС, XVI, 111; письмо от 4.05.1836).
194
Ср.: Цивьян Т. В. Язык: Тема и вариации. М., 2008. Кн. 2. С. 271.
192

Финал гл. 1 перекликается с эпиграфом к ней: скверная погода
(ненастные дни) выставляется причиной совместного времяпрепро­
вождения (собирались), прервать которое (разъехались) побуждает
восход солнца (рассветало); таким образом, игра в карты предстает
таким занятием, которое зависит не столько от воли участников,
сколько от атмосферных явлений и движения небесных тел.

Реконструировать детали, на которые поскупился повествователь,
читателям помогала картина завершения холостяцкого ужина, недавно
написанная Е. А. Баратынским и запоминавшаяся сменою освещения —
с ночного искусственного на утреннее естественное: «„Поздно, господа, /
Прощайте!“ — Буйная орда / Восколебалася195. Гуляки / Встают, шатаясь
на ногах; / Берут на стульях, на столах / Свои разбросанные фраки, / Свои
мундиры, сюртуки <…> Зола из трубок здесь и там, / Стекло по окнам,
по столам / С остатками задорной влаги196 <…> Полк догорелых до бумаги197 / И в блеске утренних лучей / Уже бледнеющих свечей»198.
Пушкинский вариант такой же сцены — уж рассветало: молодые
люди допили свои рюмки и разъехались — пример той пружинящей
сжатости слога ПД, должное которой воздадут лишь в следующем
столетии199, когда станет очевидной не только ее беспримерность, но
и неповторимость.
беспокойное сборище пришло в движение
стаканы, или бокалы, или рюмки (в текстах того времени нередко синонимы) с недопитым шампанским, оставленные на подоконниках и столах
197
догоревших до фитиля из хлопчатобумажной пряжи
198
Баратынский Е. А. Отрывок из поэмы <«Наложница»> // Денница: Альм. на 1830 г.
М., 1830. С. 136, 138.
199
Напр.: «Нельзя достаточно надивиться на эту сжатость, стремительность, сосредоточенность рассказа» (Гершензон М. О. Мудрость Пушкина. М., 1919. С. 109); «сжатая
пружина [о ПД]» (Mirsky D. S. Pushkin. N. Y., 1963. P. 183; Mirsky D. S. A history of Russian
literature from its beginning to 1900. Evanston (IL), 1999. P. 123); «…по уверенности, сжатости и силе есть мало произведений в прозе, равных этой повести. Из ее сюжета легко можно было сделать длинный роман; Пушкин сделал короткий рассказ» (Алданов М. А. Ульмская ночь. Нью-Йорк, 1953. С. 290); «В „Пиковой даме“ скрыт крайне
сжатый роман <…> Сжатость словесного строя органически связана с <…> сюжетной
и образной сжатостью» (Чичерин А. В. Путь Пушкина к прозаическому роману // История русского романа. М; Л., 1962. Т. 1. С. 173).
195
196

— Похоже, месье решительно предпочитает компаньонок (их госпожам).
— Чему же удивляться, мадам! Они свежéе.
Эпиграф воспроизводит диалог М. А. Нарышкиной, урожд. княжны
Святополк-Четвертинской (1779–1854), и Д. В. Давыдова (1784–1839),
пересказавшего его Пушкину200. Мужская реплика — образец острословия холостых военных, склонных к гусарству — типу поведения, которому охотнее других следовали офицеры легкой кавалерии (обычно
невеликого роста): они бравировали своим презрением к опасности,
успехом у женщин и пристрастием к попойкам и азартным играм.

200

После зеркалом ошибочно пропущена точка.

См.: ПСС, VIII-2, 570; XV, 123.

Астериски после графиня кажутся избыточными, раз из следующего же абзаца понятно, что это бабушка Томского по отцовской линии. Неясно и то, почему Томский, как это вскоре обнаружится, носит
княжеский титул. Может быть, его бабушка в первом браке была княгиней Томской и родила его отца, а во втором стала графиней *** и родила его дядю — графа Ивана Ильича201?
В уборной меняют и поправляют наряд и обувь, причесываются,
пудрятся и румянятся.

девушка — служанка
Ср. троякую реакцию нарумовских гостей на рассказ Томского и дру­
гие объединения героев ПД по трое.
Ср. также изображение пожилой барыни со свитой: «…входит,
окруженная толпою горничных, из коих первая с шалью, другая с ридикюлем, третья с шубою»202.

В гл. 1 Русская Венера освобождается от мушек и фижм, в гл. 2 занимается утренним туалетом. Мизансцена и реквизит, включая ленты огненного цвета, вызывают в памяти живописную аллегорию
бренности «Старая кокетка», или «Старуха перед зеркалом» (ок. 1637),
Бернардо Строцци — отклик на «Венеру перед зеркалом» (ок. 1555)
Тициана.

См.: Полосин М. П. Ошибки Пушкина // Sla. 1939/1940. Roč. 17. S. 432; Сидяков Л. С.
Время итогов // ВЛ. 1983. № 9. С. 228; Nabokova V., Barabtarlo G. A possible source for
Pushkin’s «Queen of spades». P. 60; Магазаник Л. Э. «Пиковая дама»: Морфология и метафизика больших тропов // Пушкин и теоретико-литературная мысль. М., 1999. С. 30–
33.
202
Перцов Э. П. Андрей Бичев, или Смешны мне люди. СПб., 1833. С. 20.
201

73

74

притязание на красоту — prétention à la beauté ‘стремление быть
или слыть красавицей’203
увядшая — антоним fraîche в эпиграфе

сохраняла все привычки своей молодости — ср.: «…находилась
в своей уборной, где, по сделанной с молодых лет привычке, просиживала большую половину дня для приведения в порядок давно поблекших прелестей»204.

Родственник Загряжской вспоминал, что «она сохраняла обычай
прошедшего столетия принимать визиты во время одевания»205. По
знакомстве с 83-летней Загряжской, Пушкин сообщал ее двоюродной
внучке — своей невесте: «Приезжаю, обо мне докладывают, она при-

Напр.: «…с потерей красоты сохранила все притязания на оную и с помощью косметического искусства умела скрывать при свечах десяток годов» (Ф. <В.> Б.<улгарин>
Старый знакомец // СОСА. 1832. Т. 25. С. 332–333); «…одна из здешних дам, женщина
степенных лет, не потерявшая еще притязаний на красоту» (Баратынский Е. А. Письма к И. В. Киреевскому // Татевский сб. С. А. Рачинского. СПб., 1899. С. 46; письмо от
16.05.1832).
204
Шаплет А. де. Несчастие от французской кадрили // РЗ. 1828. Ч. 1. С. 144.
205
Соллогуб В. А. Пережитые дни // Рус. мир. 1874, 27 апр. Ср.: «В молодости она
[Е. А. Би­бикова, урожд. Чебышева (1766–1833)] любила наряжаться, считая это, вероятно, обязанностью своего высокого положения в свете. Матушка нам рассказывала,
что она, старшая сестра ее и брат <…> всегда присутствовали при ее утреннем туалете,
когда она причесывалась и пудрилась, сидя перед зеркалом» (Менгден Е. И. Из дневника внучки // РС. 1913. Т. 153. С. 124).
203

нимает меня в своей уборной, как это в прошлом столетии делали писаные красавицы»206.
Идея придать зачину гл. 2 форму диалога гостя с дамой за туалетом
возникла у автора ПД, возможно, под влиянием фельетона Д. И. Фон­
визина «Разговор у княгини Халдиной» (1788), где гость занимает
хозяйку разговорами, покуда она завершает свой туалет207. Об этом
эпизоде Пушкин отозвался так: «…любопытное изображение нравов
и мнений, господствовавших у нас лет сорок тому назад. Она бранит
служанку, зачем не пустила она гостя в уборную. „Разве ты не знаешь,
что я при мужчинах люблю одеваться?“ <…> Всё это, вероятно, было
списано с натуры. Мы и тут узнаем подражание нравам парижским»208.

барышня — незамужняя дворянка

воспитанница — взятая на воспитание дворянка или крестьянка,
обычно сирота и/или внебрачный ребенок и родственница хозяев

Вышивание на пяльцах требовало стабильного и интенсивного,
предпочтительно естественного, освещения. Место у окна и автоматизм моторики позволяли вышивальщице подмечать происходящее
на улице и предаваться размышлениям и мечтам209. Нередко, однако,
ПСС, XIV, 103.
См.: <Фонвизин Д. И.> Разговор у княгини Халдиной // ЛГ. 1830, 11 янв. Похожая
мизансцена используется в комедии «Отчаяние без печали, или Так водится» (1799)
И. М. Долгорукого (см.: Долгорукий И. М. Бытие сердца моего, или Стихотворения. М.,
1818. Ч. 4. С. 81 и далее).
208
ПСС, XI, 96.
209
Напр.: «Кто знает, чтó над сей канвою [тканью для вышивания, натянутой на пяльцы] / Мечтали, может быть, оне [они в форме женского рода]» (Дмитриев М. А. Канва //
Радуга: Лит. и муз. альм. на 1830 г. М., 1829. С. 303); «…сидела я одна дома и работала
за пяльцами. Это занятие было мне в то время более всех по сердцу: во-первых, оно
206
207

75

76
вышивание вызывало у наблюдателей не только умиление210, но
и сочувствие, поскольку свидетельствовало о вынужденной покорности рукодельницы воле старших211. Героиня «Онегина» не вышивает, подражая, надо думать, свободолюбивой Исидоре из романа
Метьюрина «Мельмот Скиталец» (1820), которая, будучи взращена
не мешает думать о другом; во-вторых, можно отвечать на вопросы, не поднимая глаз»
(Греч Н. И. Поездка в Германию. Ч. 2. С. 236); «Смиренно просиживала она целые дни
за пяльцами под окном <...> любопытные ее взгляды нередко устремлялись на проходящих по улице» (В. <А.> У.<шаков> Сапоги // СП. 1831, 8 сент.); «Под ее иглой канва
повторяла безошибочно узоры подлинника, несмотря на то ее мысли не следовали
за работой, они были далеко» (ПСС, VIII-1, 210); «Для женщины час скромных рукоделий / Есть часть спокойствия, молчанья, дум святых, / Самопознанья час вдали сует
мирских; / То промежуток ей меж выездов, веселий, / То отдых от забот, от света, от
людей, / То ей досуг читать самой в душе своей. / Когда над пяльцами, за столиком
богатым, / Она склоняется, работой занята, / Быть может, той порой любимая мечта /
В воображении крылатом / И разыгралася, и реет, и горит; / Быть может, сердце в ней
волнуется тревожно, / И сон надежды невозможной / Она на дне души голубит и хранит» (Ростопчина Е. П. Стихотворения // Совр. 1841. Т. 22. C. 17).
210
Напр.: «Наталья садилась подле него или шить в пяльцах, или плести кружево,
или сучить шелк, или низать ожерелье. Нежный родитель хотел смотреть на работу ее,
но вместо того смотрел на нее самоё и наслаждался безмолвным умилением» (Ы. Ц. Ч.
[Карамзин Н. М.] Наталья, боярская дочь // МЖ. 1792. Ч. 8. С. 29); «Когда за пяльцами
прилежно / Сидите вы, склонясь небрежно, / Глаза и кудри опустя, — / Я в умиленье,
молча, нежно / Любуюсь вами, как дитя!..» (ПСС, III-1, 28).
211
Отец, недовольный критикой дочери, велит ей: «Выкалывать поди [пойди] на
пяльцах свой узор, / А мне не смей отнюдь указывать, Сусанна» (Долгорукий И. М.
Бытие сердца моего, или Стихотворения. Ч. 4. С. 36–37). Попрекая жену мотовством,
муж напоминает ей: «Забыли вы свое в деревне воспитанье? / Дочь бедного отца —
и больше ничего! / Забыли вы, как в день приезда моего / В кисейной кофточке вы
шили что-то в пяльцах» (П.<и>с.<а>р.<е>в <А. И.> Несколько сцен из «Лукавина» //
ВЕ. 1823. № 17. С. 14). Мать, выбравшая своей дочери жениха, раздосадована ее сопротивлением и велит ей: «…поди в свою горницу да садись за пяльцы, так будет лучше. — Катя, заплакав, удалилась» (<Курбатов А. Д.?> Последний год власти герцога
Бирона. Ч. 2. С. 36). Застигнув дочь с поклонником, отец грозит ей удалением ее
из Мос­квы: «Подалее [подальше] от этих хватов, / В деревню к тетке, в глушь, в Саратов! / Там будешь горе горевать, / За пяльцами сидеть, за святцами зевать!» (Грибо­
едов А. С. Горе от ума. С. 164; постановка в последующих изданиях запятой после
«деревню» — ошибка). Ср. также: «Что радости сидеть в углу своем одной, / Или читать роман, иль слепнуть за канвой?» (Долгорукий И. М. Бытие сердца моего, или Стихотворения. Ч. 4. С. 28).

на индийском острове, по возвращении в цивилизацию отказывается к неудовольствию родни заниматься рукоделием. Героиню «Рославлева» оскорбляет всеобщая уверенность, что предназначение
женщин состоит в том, чтобы «вышивать по канве собачек»212. Иной
характер у героинь романа «Дубровский» и ПД: они послушно склоняются над пяльцами.

Графиня и воспитанница показаны каждая со своей ‘рамой’: старуха перед зеркалом погружена в прошлое; девушка, поглядывая
в окно, думает о будущем. Первое предложение абзаца — Старая
графиня *** сидела в своей уборной перед зеркалом — построено по
схеме ‘подлежащее — сказуемое — обстоятельство места’, последнее предложение — У окошка сидела за пяльцами барышня, ее воспитанница — по схеме ‘обстоятельство места — сказуемое — подлежащее’. Портреты героинь благодаря этому синтаксическому хиазму, а также их взаимоположению в абзаце напоминают верхнее
и перевернутое нижнее изображения одной и той же карточной
полуфигуры213.

mademoiselle — форма обращения к незамужней девушке
Cр. в светской повести 1830-х реакцию на пропуск этой формы
обращения: « — Отчего вы не пошли к папеньке, а прямо явились
ко мне? — спросила она сухо. — Hélène! — отвечал Егор Петрович
ПСС, VIII-1, 153.
Симметрично-полуфигурный дизайн известен самое позднее с начала XVII в. (см.,
напр.: Merlin R. Origine des сartes à jouer. Paris, 1869. <Pl.> 29: «Jeu à deux têtes de Vicence
1602»), в России с 1790-х (см., напр.: Григоренко Е. Н. Русские игральные карты. Ставрополь, 2013. С. 82).
212
213

77

78
голосом, в кото­ром выражался нежный упрек. — Mademoiselle Hélène
или Елена Карловна, если вам угодно214! Вы становитесь слишком фамильярны: скоро станете звать меня Алёнушкой»215.

— В чем же твоя просьба состоит, Поль?

Ср.: «Я вел жизнь чрезвычайно приятную и был принят в лучшем
петербургском обществе. Княгиня Наталья Петровна Голицына, возвратившаяся из чужих краев, открыла свой дом, и всякую среду у нее
были балы, а у сестры ее графини Дарьи Петровны Салтыковой — по
воскресеньям»216.

— Привези его прямо на бал ко мне …

вчерась — вчера
214
215
216

да будет вам известно
Гончаров И. А. Полн. собр. соч. и писем. СПб., 1997. Т. 1. С. 72.
Комаровский Е. Ф. Записки. СПб., 1914. С. 41; о событиях первой половины 1790-х.

как же! — разумеется!

до пяти часов — до пяти часов утра
Повторение временнóй характеристики, прозвучавшей в гл. 1 (до
пяти часов сидит с нами и смотрит на нашу игру), готовит сближение
бала с картами в гл. 4.

хороша — хороша собой; прелестна
Ср.: «Как было весело на бале у леди Ленокс, и как прелестна
Шарлота!»217

Княжеский род Елецких числился захудалым или угасшим. «...Многие герои пушкинских <…> произведений 1829–1834 гг. носят фамилии рюриковичей218, в XIX в. уже не существовавшие или которые
можно было назвать, не задевая никого, как напр. Елецкий»219. Герой
пушкинского наброска 1830 говорит, что «никогда не женится или
возьмет за себя <…> одну из княжон Елецких, коих отцы и братья, как
известно, ныне пашут сами»220.
<Бульвер-Литтон Э.> Свет, каков он есть / Пер. И. Глебов // ЛПРИ. 1832, 17 сент. Ср.
также: «Бал был очень блистателен. — Гр.<афиня Ф. И.> Шувалова [урожд. Валентинович (1801–1873)] удивительно была хороша» (ПСС, XII, 317; запись от 15.12.1833).
218
потомков древнерусского князя Рюрика (ок. 830 — ок. 879)
219
Ахматова А. А. «Адольф» Бенжамена Констана в творчестве Пушкина // ВПК. 1936.
<Вып.> 1. С. 104. По той же причине фамилию Елецкий носит герой поэмы Баратын­
ского «Наложница» (1830–1831).
220
ПСС, VIII-1, 410.
217

79

80

Сочетание междометия и с обращением сестрица, братец, голубушка, голубчик, мой друг, мой милый и т. п. предваряет возражение221.

Да что в ней красивого? Разве могла бы она сравниться (красотой)
со своей бабушкой, княгиней Дарьей Петровной, в пору ее молодости?
княгиня — жена или вдова князя; княжна — незамужняя дочь
князя
«…Имя Дарьи Петровны здесь не случайно подвернулось222 Пуш­
кину: это было имя родной сестры княгини Н. П. Голицыной»223.

Помимо ревности бывшей красавицы к нынешним, в реплике графини слышится недовольство тем, что внук увлекся нерóвней.

Напр.: « — И! братец. Как тебе не стыдно!» (Болотов А. Т. Детская философия … . М.,
1779. Ч. 2. С. 239); « — И! братец, какую ты пустошь городишь [глупости говоришь]!»
(Богданович И. Ф. Радость Душеньки // РФ, XXIII, 104); « — И, сестрица, это нельзя так
делать! Пожалуй<ста>, перестань» (Бретон Р. де ла. Жизнь отца моего. М., 1796. Ч. 1.
С. 74); «И, братец! что за вздор!» (Хмельницкий Н. И. Из комедии Светский случай //
Драматический альбом для любителей театра и музыки. М., <1825>. Кн. 1. С. 110);
« — И, мой друг! — отвечала Евгения. — После поговорим об этом» (Ушаков В. А. Киргиз-кайсак. М., 1830. Ч. 2. С. 47); « — И, мой милый! Подите вы <прочь> с вашими
спо­рами и вздорами!» (Председатель и советники // НЖОЛ. 1830. № 22. С. 386); « — И,
голубушка, — сказал священник, — до величанья [чествования] ли им было!» (Загос­
кин М. Н. Юрий Милославский, или Русские в 1612 году. М., 1830. Ч. 3. С. 182).
222
вспомнилось
223
Лернер Н. О. Рассказы о Пушкине. С. 152.
221

я чай — наверное; я думаю

уж — усилительная частица

Ср.: «Думаю, постарела Катерина Филатовна? <…> А как была
хороша!»224

— Как это «постарела»? — ответил Томский, думая о другом. — Да
уже лет семь прошло с тех пор, как она умерла.

Лизавета Ивановна дает понять Томскому, что сообщать об этом
не следовало.

таить — утаивать; скрывать

<Полевой Н. А.?> Снимки с того, что иногда встречается в свете // НЖОЛ. 1830. № 3.
С. 34.
224

81

82
закусить (себе) губу, или губы — прикусить язык ‘резко оборвать
речь’

услышать весть — выслушать известие

Сохранилось свидетельство равнодушного отношения Н. П. Го­
лицыной к известию о смерти сватьи225: «…князь Дмитрий Владимирович Голицын <…> в трауре по кончине тещи, а старуха Вольдемар
и в ус не дует226»227.
Е. И. Васильчиковой, урожд. Овцыной (1754–1832)
Голицыну называли la princesse Woldemar по имени мужа — Владимира (cм.:
L–<a>p–<ort>e. <H. de.> Galitzin (la princesse Natalie) // BU, LXV, 46); в ус не дуть ‘не беспокоиться’ — образчик салонного острословия: идиома с компонентом ус используется для описания поведения страдающей гирсутизмом.
227
Остафьевский архив кн. Вяземских. СПб., 1899. Т. 3. C. 222–223. В качестве парал­­
лели к ПД отмечено в: Лернер Н. О. Рассказы о Пушкине. С. 151–152. Ср. также: «Она
[Н. Н. Хитрово, урожд. Алмазова (1762–1842)] не любила слышать о покойниках
и о том, что кто-нибудь болен, и потому домашние от нее всегда скрывали, ежели кто
[если кто-нибудь] из родных и знакомых заболеет [здесь и далее в этой цитате значение прошедшего времени выражается формами будущего], и молчали, когда кто умрет. Захаровна [Наталья, ее приживалка] прослышит, что умер кто-нибудь, и придет
в спальню к ней и шепчет ей: — Сударыня, от вас скрывают, что вот такая-то или
такой-то умер: боятся вас расстроить. — Хитрова значительно мигнет [многозначительно подмигнет], кивнет головой и скажет шепотом Захаровне: — Молчи, что я
знаю; ты мне не говорила, слышишь… — Пройдет ден [дней] десять, недели две, Хит­
рова и скажет кому-нибудь из своих: — Что это я давно не вижу такого-то, уж здоров
ли он? — Вот тут-то обыкновенно ей и ответят: — Да разве вы не слыхали, что его уже
давно и в живых нет… — Ах, ах… да давно ли же это? — спросит она. — Недели две или
три, должно быть. — А мне-то и не скажет никто, — говорит она. И тем дело и кончится, и об умершем больше нет и помину [и больше в разговорах умерший не упомина­
ется]» (<Янькова Е. П.> Рассказы бабушки. С. 312).
225
226

пожаловать — присвоить звание; назначить на должность

В 1762 прототипы графини, Голицына и Загряжская, каждая вместе со своей сестрой, стали членами свиты государыни — Екатерины II. Фрейлиной Екатерины II была и неназванная участница диалога, вынесенного в эпиграф к гл. 2.

анекдот — занимательная история

Ср.: «На беду мою, графиня вздумала рассказывать мне в двадцатый раз, как она представлялась фрейлиною покойной импера­три­
це»228.
Ср. также: «Загряжская любила рассказывать про старину и часто
повторяла одно и то же. Пушкин записал некоторые из ее анекдотов
и языком, каким она рассказывала. Загряжская была фрейлиною при
дворе Петра III, помнила хорошо то время, когда этот несчастный
император отправлялся из Ораниенбаума в Кронштадт, где думал
произвести контрреволюцию или по крайней мере укрыться от преследования своей жены. Надежда на верность Кронштадтского гар­
низона его обманула; он был встречен пушечными выстрелами и должен был воротиться назад. Загряжская рассказывала этот эпизод
с большой обстоятельностью»229.

Греч Н. И. Поездка в Германию. Ч. 1. С. 128. Ср. также: «А тетушка? <…> Всё фрей­
линой Екатерины Первой [по-прежнему живет воспоминаниями юности]?» (Грибо­
едов А. С. Горе от ума. С. 32).
229
Сафонович В. И. Воспоминания. С. 495. Ср. дневниковую запись Пушкина от 4.12.1833:
«Разговор о Екатерине: Наталья Кирилловна была на галере вместе с Петром III во время
228

83

84
Герой, которого до сих пор называли молодой офицер, Paul, Томский и молодой человек, теперь именуется внуком, и читатели, за­
помнившие, как он вскользь упомянул о своих долгах, догадываются
о причине его почтительного и предупредительного отношения к бабушке.

Лизонька — уменьшительно-ласкательная форма имени Елизавета

В гл. 1 графиня, отлепливая мушки, укладывает их в мушечницу.
Предметный мир гл. 2 открывают банка румян и коробка со шпильками. Этот ряд продолжает (но не завершает) табакерка — еще один
‘контейнер’ времен молодости графини. Ср.: «Пускай красавица шес­
тидесяти лет, / У граций в отпуску и у любви в отставке, / Которой
держится вся прелесть на подставке230, / Которой без морщин на теле
места нет, / Злословит, молится, зевает / И с верным табаком печали
забывает»231.

оканчивать свой туалет — achever sa toilette ‘заканчивать приводить себя в порядок’
революции» (ПСС, XII, 316). Развернутая версия этой истории записана Пушкиным
в 1835; занимавшая его тема цареубийства звучит и в других его записях рассказов
Загряжской (см.: ПСС, XII, 174, 175, 177).
230
привлекательность которой исключительно искусственного происхождения
231
ПСС, I, 44–45.

«В этом тихо (следует вспомнить, что старуха пошла за ширмы)
скрыты и боязнь перед графиней, и лукавое любопытство, выглядывающее из-под покорности и смирения»232.

Отчество Ивановна и повторяющаяся характеристика бедная уна­
следованы от героини повести Карамзина «Бедная Лиза» (1792)233.

«В отличие от других игроков Нарумов сразу принял на веру историю чудесного выигрыша, и первая сцена второй главы изображает Томского, испрашивающего у графини разрешения представить ей
Нарумова. Нарумов как бы приступает к осуществлению программы,
отброшенной трезвым умом Германна (Представиться ей, подбиться
в ее милость)»234. Однако графиня разрешает внуку представить ей
приятеля лишь на балу, а значит Нарумову придется искать другой
случай нанести ей визит и, заведя беседу о прошлом, попытаться по­
двигнуть ее к словоохотливости. Предприимчивый же инженер, как
читатели вскоре узнают, уже приступил к ведению того, что военная
наука называла правильной осадой.
статский — чиновник, служащий не по военному ведомству

Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». С. 122.
См.: Топоров В. Н. «Бедная Лиза» Карамзина: Опыт прочтения. М., 1995. С. 130, 495,
498, 509.
234
Петрунина Н. Н. Две «петербургские повести» Пушкина. С. 165.
232
233

85

86

Героиня романа из светской жизни, интересуясь служебным положением того, с кем ее хотят познакомить, перебирает самые заманчивые для девиц ее круга варианты: « — Вы говорите, что этот жених
молод: верно, не более, как камер-юнкер? — Он еще не служит при
дворе. — Так кто же? Полковник гвардии? — Нет, статский чиновник. — Иностранной коллегии?»235
Лизавета Ивановна задает похожие вопросы, но не с тем, чтобы предаться мечтам об идеальном женихе (либо придворный, либо гвардейский штаб-офицер, либо дипломат), а пытаясь навести справки о недавно появившемся поклоннике. Вопрос, не инженер ли его приятель, Томского озадачивает: раз речь идет о военном, то кто, кроме кавалериста,
способен занимать мысли mademoiselle Lise? Любая петербургская барышня «знала все выпушки и петлички на мундирах всех гвардейских
полков236 и рисовала офицеров, но только одних кавалерийских»237.

Описан «прием светской кокетливой маскировки чувств»238.

Булгарин Ф. В. Петр Иванович Выжигин. СПб., 1831. Ч. 1. C. 111.
реминисценция диалога: «Х л е с т о в а. Не мастерица я полки-то различать. С к а ­
л о з у б. А форменные есть отлички [отличия в форме]: / В мундирах выпушки [цветные обшивки по шву], погончики, петлички [цветные нашивки]» (Грибоедов А. С. Горе
от ума. С. 111)
237
Панаев И. И. Барышня // ОЗ. 1844. Т. 32. С. 38. Ср.: «…он был офицер королевской
гвардии <…> будучи штаб-офицером кавалерии, он принадлежал к той части французской армии, которая ищет наибольшей быстроты в своих <любовных> завоеваниях
и которая хвастается своим волокитским костюмом и нравами» (Бальзак О. де. Один
из тринадцати // Тел. 1833. Ч. 15. С. 25).
238
Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». С. 122.
235
236

ширмов — ширм

давить — душить

утопленник — утопленный или утопившийся

Томский не сразу понимает просьбу бабушки: для него нынешний и новый — синонимы. После сделанного ею пояснения ему при­
ходят на ум недавно вошедшие в моду сочинения так называемой
неистовой словесности (littérature frénétique) — вроде романа Гюго
«Последний день осужденного» (1829), где упомянут преступник,
застреливший отца, или романа Жанена «Мертвый осел и обезглавленная женщина» (1829), где присутствуют сцены с трупом утопленника, или повести Сю «Цыган» (1830) — об убийце сестры, или рассказов Бальзака «Палач» (1830), герой которого казнит отца, сестер
и братьев, после чего его мать кончает с собою239, и «Перст Божий»
(1831), герой которого топит брата, или драмы Гюго «Лукреция Борджиа» (1832–1833), героиня которой умирает от руки собственного
Переклички ПД с «Мертвым ослом» и «Палачом» отмечены в: Тамарченко Н. Д. «Пиковая дама» А. С. Пушкина и «неистовая литература» // XXIII Герценовские чтения. Л.,
1970. С. 49–50; Его же. Пушкин и «неистовые» романтики // Из истории русской и зарубежной литературы XI<X>–XX вв. Кемерово, 1973. С. 63.
239

87

88
сына240. Однако нынешними графиня называет, вероятно, сочинения
не последних лет, а последних десятилетий. Ее читательские предпочтения сложились задолго до эпохи революционного террора, ожесточившей сердца, и пугают ее кошмары не только французской не­
истовой романистики, но и предшествующей ей британской готической (gothic fiction) — вроде романа Льюиса «Монах» (1796), где душат
мать241, и «Мельмота Скитальца», где перерезают горло отцу и опи­
саны муки тонущих242.
Оценка, выставленная графиней этой словесности, напоминает отзывы о ней в российской печати243.

В «Хризомании» Томской тайком от бабушки приносит ее воспитаннице «новые сочинения во всех ужасных [пугающих] родах», чтобы она могла «познакомиться с Виктором Гюго, Евженом [Eugène] Сю и со всею молодою литературой» («Хризомания, или
Страсть к деньгам» А. А. Шаховского. С. 189).
241
В качестве возможного источника страхов графини отмечено в: Барский О. В. Творчество А. С. Пушкина 1813–1824 и английский «готический роман». Омск, 2001. C. 200–201.
242
В качестве возможного источника страхов графини отмечено в: Simpson M. S. The
Russian gothic novel and its British antecedents. Columbus (OH), 1986. P. 57. Отвращение
к утопленным телам сближает графиню с авторами вариаций на тему «Бедной Ли­
зы»: героини пьес «Лиза, или Торжество благодарности» (1802) Н. И. Ильина и «Лиза,
или Следствия гордости и обольщения» (1803) В. М. Федорова спасены от утопления
(вторая — еще во младенчестве).
243
Напр.: «На книгах такого рода всегда надлежало бы ставить эпиграф: Et la mère en
défendra la lecture à sa fille [Мать запретит дочери читать это — ср. примеч. 280]»
(<Макаров П. И. Рец. на:> Монах, или Пагубные следствия ... // Моск. Меркурий. 1803.
Ч. 1, кн. 3. С. 219); «Некоторых мест невозможно читать без содрогания» (<Полевой Н. А.>
Некрология: К. Р. Матюрин // МТ. 1826. Ч. 5, № 19. С. 242); «Картина ужасная, отвратительная, едва ли сносная для самих французов, бывших свидетелями кровавой революции» (Арсаланов. Ящик // СОСА. 1829. Т. 4. С. 128); «Новейшие романы и вкус сих
занимательных чтений заботят меня: ужасы, вертепы, кровь, цепи, и природа в содрогании, уродливые картины, где вправлены сентиментальные описания страждущей
невинности и беснующегося порока без наказания» (<Полторацкий А. М.> Несколько
статей из провинциальных замечаний … // МТ. 1829. Ч. 30, № 24. С. 489); «Любители
чтения ужасного, потрясающего душу, найдут в сей книге достаточную пищу» (<Рец.
на:> Последний день приговоренного к смерти … // СП. 1830, 26 апр.); «Без нравственной тошноты нельзя следовать за автором в смрадную яму разврата и порока» (<Рец.
на:> Мертвый осел и обезглавленная женщина … // СП. 1831, 17 июля); «…nec plus ultra
мизантропического ожесточения» (<Надеждин Н. И. Рец. на:> Мертвый осел и обез­глав­
ленная женщина … // Тел. 1831. Ч. 4. С. 102); «Невероятная жестокость! <...> По­дроб­
ности этой сцены раздирают душу» (Альбом // ДЖ. 1832. Ч. 38. С. 102–103); «…еще не
240

В реплике Томского разве — условно-противительный союз: если
только вы не хотите русских романов, а в реплике графини — вопросительная частица: неужели существуют русские романы?244
Как отвечали критики на этот вопрос? «На доморощенные245 ро­
маны у нас еще нет удачи»246; «…кроме попыток более или менее не­
удачных, у нас не было романов»247; «…потребность <…> в исторических русских романах <…> еще не пробуждена в обществе нашем»248;

видано было нигде столько палачей, черепов, крови, гноя, костей, смраду, одним словом, всех элементов современной драмы» (Ужасная неделя в Париже // Тел. 1832. Ч. 7.
С. 166); «…драма сия слишком сильно действует на зрителей <…> беспрерывное сцепление ужасов не оставляет в ней места трогательному» (О. Театральные новости
в Париже // СП. 1833, 15 марта); «…собрание ужаснейших сцен разврата и злодеяний,
какие когда-либо возводились искусством на трагический котурн» (<Надеждин Н. И.
Рец. на:> Лукреция Борджиа … // Тел. 1833. Ч. 13. С. 409); «…режут, грабят, душат на
сцене и кричат: „национальность, романтизм“» (Ѳ. Ѵ. [Полевой Н. А.] Русский театр //
МТ. 1833. Ч. 49, № 3. C. 483); «Главное, что старается он развить и внушить своему читателю, есть ужас <…> невольная дрожь проникает весь состав его читателя <…> Кажется, все возможные ужасы и страдания собраны в нем» (<Рец. на:> Мельмот Скиталец … // МТ. 1833. Ч. 52, № 14. С. 254–255, 261); «...романы, в которых трупы валяются
кучами, палач занимает первую роль, и всё отвратительное в нравственном и физи­
ческом мире, все гнуснейшие пороки, все телесные страдания изображены с искусством человека, который учился литературе в тюрьмах и клиниках» (<Рец. на:> Белый
дом ... // СП. 1833, 3 окт.); «Проза сделалась настоящею помойною ямой: она толкует
только о крови, грязи, разбоях, палачах, муках, изувечениях [нанесении увечий], чахотках, уродах» (Барон Брамбеус [Сенковский О. И.]. Большой выход у Сатаны // Нов.
СПб., 1833. <Ч. 1.> С. 177); «Беспрестанные описания пыток, злодеяний, разврата; беспрестанные преступления и преступления» (В. Безгласный [Одоевский В. Ф.]. Княжна
Мими // БЧ. 1834. Т. 7. С. 43–44).
244
См.: Forsyth J. Notes // Пушкин А. С. Пиковая дама = Pushkin A. S. The queen of spades.
London, 1992. P. 44.
245
оригинальные
246
<Рец. на:> Амалия, или Хижина среди гор … // МТ. 1828. Ч. 22, № 14. С. 287.
247
<Рец. на:> Иван Выжигин … // МТ. 1829. Ч. 26, № 7. С. 344.
248
Кс. <А.> П.<олевой. Рец. на:> Черная немочь … // МТ. 1829. Ч. 28, № 15. С. 313.

89

90
«…русские романы пошли в моду»249; «…у нас еще нет литературы»250;
«…романы поразмножились251 у нас на Руси»252; «…наступил, кажется,
период романов»253; «…у нас появляются оригинальные романы»254;
«…сперва жаловались <…> на недостаток у нас оригинальных, т. е.
русских романов; теперь жалуются на то, что их начало много появ­
лять­ся»255; «В сем году впервые появилось много оригинальных ро­
ма­нов»256; «Еще русский роман; и — роман не по одному только названию! Как не порадоваться душевно!»257; «…у нас нет еще русских
романов»258; «…мы бедны, едва ль не нищи оригинальными произведениями сего рода»259.
Пропагандисты отечественной словесности обращали внимание
читателей на отсутствие в ней сцен, которые пугают и отталкивают
в новейших французских сочинениях260.
Литературные вести // ДЖ. 1830. Ч. 32. С. 30.
Киреевский И. В. Обозрение русской словесности 1829 года // Денница: Альм. на
1830 г. М., 1830. С. LXXIX.
251
стали частым явлением
252
Греч Н. И. <Рец. на:> Киргиз-кайсак … // СП. 1831, 20 янв.
253
М. [Мельгунов Н. А.? Погодин М. П.?] П. И. Выжигин и Рославлев: Несколько замечаний // Тел. 1831. Ч. 3. С. 354.
254
<Рец. на:> Поездка в Германию … // ЛПРИ. 1831, 4 февр.
255
<Рец. на:> Поездка в Германию … // ЛГ. 1831, 25 февр.
256
<Максимович М. А.> Обозрение русской словесности 1830 года // Денница: Альм.
на 1831 г. М., 1831. С. II.
257
<Рец. на:> Последний Новик … // Тел. 1831. Ч. 4. С. 509.
258
Терентий Кабаков. Предисловие к моему роману Иван Кривоногий … // ЛПРИ. 1833,
14 июня.
259
Марлинский А. [Бестужев А. А.] <Рец. на:> Клятва при гробе Господнем … // МТ.
1833. Ч. 52, № 15. С. 403.
260
Напр.: «Эта мелодрама есть живое доказательство упадка французской сцены <…>
Их сцена, прежде чистая и опрятная, теперь поливается потоками крови. Все закулисные ужасы, о коих молва доходила до слушателей в одних только монологах, теперь
представляются на деле. Там, где прежде раздавались одни звучные стихи Расина,
теперь раздаются стоны зарезанных <…> утешимся хоть тем, что сие произведение
не наше родное, что русской Мельпомене еще долго не дожить до таких ужасов»
(С. <П.> Ш.<евырев. Рец. на:> Тридцать лет, или Жизнь игрока … // МВ. 1828. Ч. 7, № 2.
С. 234, 242); «Смело рекомендуем Странницу тем добрым читателям и читательницам,
которые находят, что новейшие европейские произведения, читаемые с такою жадностью, походят на анатомические залы, а В. Гюго, Жанен, Бальзак — на безжалостных,
249
250

Знакомство кавалергарда князя Томского с русской беллетристикой — свидетельство расширения круга ее читателей: с конца 1820-х
в нем «стали появляться аристократы и люди высшей администрации, до того времени в руки не бравшие русских книг»261.
Слово батюшка, как и следующие ниже матушка и мать моя, —
неофициальные квазиродственные обращения с широким диапазоном оттенков — от показного самоуничижения и «сдержанной
любезности»262 до едва скрываемого раздражения.

простите — прощайте
хладнокровных прозекторов и операторов» (Ю–ч. <Рец. на:> Странница ... // СП. 1833,
9 янв.); «…в России <…> сильные ощущения и ужасы в романах ограничиваются карточными обманами, развратными женщинами и злыми помещиками или судьями»
(<Рец. на:> Брак в царствование Наполеона … // МТ. 1833. Ч. 53, № 19. С. 406); «Новый
роман Греча! Какая находка и для публики, и для журналистов! Публика устала от переводов иностранных романов и повестей с виселицами и каторжниками, с тюрьмой
и адом, с парижскими кофейнями и волокитами; ей приятно будет отдохнуть за русским романом от парижского пачканья в крови <…> Измученные театральными пожарами [имеется в виду сцена из мелодрамы «Тридцать лет, или Жизнь игрока»]
и убийствами, утомленные романными обольщениями и отправлениями, опьянелые
от вина и мрака повестей и сказок французских, мы примемся за „Черную женщину“ и от души поблагодарим ее за тихое, невинное, неокровавленное удовольствие»
(В. В. В. [Строев В. М.] О романе «Черная женщина» // СП. 1834, 7 июня).
261
Гриц Т. С., Тренин В. В., Никитин М. М. Словесность и коммерция. М., <1929>. С. 240.
262
Булаховский Л. А. Русский литературный язык первой половины XIX века. Киев,
1957. С. 398.

91

92

Сцена выхода выделена абзацем, чтобы придать ей характер внешней ремарки, и метризована, чтобы услыхать в ней чеканный шаг
офицера.

сторона улицы — тротуар
угóльный — угловой

Сразу по уходе одного молодого офицера, озадаченного вопросом
барышни, не инженера ли он собирается представить, и просьбою
графини прислать роман с нетипичным героем, из-за угла дома (словно из боковой кулисы) выходит другой молодой офицер — инженер,
он же нетипичный герой романа. Появление за окном только что обсуждавшегося персонажа напоминает эпизод из комедии или воде­ви­
ля263, однако о том, что оно представляет собою реакцию на вопрос
одной героини и на просьбу другой, читателям не дают знать, а предоставляют догадаться.

Напр.: «И в а н (глядя в окно). Легок на помине!» (Ленский Д. [Воробьев Д. Т.] Еще
суматоха… . М., 1828. С. 28); «И з в е д о в (глядя в окно). Постойте [выражение удивления]! Вот и он въезжает к нам во двор» (Загоскин М. Н. Благородный театр. М., 1828.
С. 47); «М. (глядя в окно). А!.. да вот его коляска, его ливрея» (<Каве Г.-А., Диттмер А.>
Много шуму из пустяков // МТ. 1828. Ч. 21, № 12. С. 458). Ср. использование этого приема для драматизации прозы: « — Э! да как легок на помине! — продолжал седой воин,
поглядев в окно» (Загоскин М. Н. Аскольдова могила. М., 1833. Ч. 3. С. 52); « — Ах, батюшка! — воскликнула Марья, взглянув в окно, — это он; так точно, это он бежит по
той стороне» (Сентин [Бонифас Ж.-К.]. Изувеченный. СПб., 1833. С. 192–193).
263

румянец покрыл ее щеки — портретное клише в его краткой, без
эпитетов алый, легкий, яркий (о румянце) и бледные (о щеках), раз­
новидности

— Передай, Лизонька, прислуге, — сказала она, — что я велела запрягать лошадей в карету …

что ли! — частица в функции вводного слова со значением неуверенности относительно причин поведения, в том числе, как здесь, неуверенности наигранной и относительно причин такого поведения,
которое говорящему не нравится264

Ср.: « — Да нем [немой], что ли, ты?» (Шлейснер-мл. П. Х. Лобах, щастливый отец.
М., 1803. С. 10); « — Дурак! Что ты, не умеешь говорить, что ли?» (<Бильдербек Л. Б. Ф.
264

93

94
Мысли воспитанницы всё еще заняты офицером, так что приказ
графини она выполняет не сразу — и ласковое обращение Лизонька
(повторенное доверчивым повествователем) немедленно меняется
на обращение мать моя, которое, как и следующее ниже матушка,
свидетельствует о недовольстве графини поведением воспитанницы.

сейчас! — обещание выполнить приказание немедленно

передняя — комната между сенями и залой; здесь снимают и надевают верхнюю одежду
Выбегая в переднюю, чтобы передать распоряжение графини, а не
вызывая для этого прислугу, Лизавета Ивановна ведет себя не столько как компаньонка, сколько как служанка265.

князь Павел Александрович — номинация Томского в речи слуг
и в обращенных к ним репликах графини

фон.> Могильщик. Смоленск, 1806. Ч. 1. С. XVIII); « — Да разве я ослеп, что ли?» (Дюбуа Ж.-Б. Марфа и Угар … / Пер. А. <А.> К.<орсаков> СПб., 1816. С. 12); « — Твой барин
слеп, что ли?» (<Булгарин Ф. В.> Путешествие из райка в ложу первого яруса // РТ.
СПб., 1825. С. 174); «…белены, что ли, объелся, дурак, что с тобой?» (Ленский Д. [Воробьев Д. Т.] Еще суматоха… . С. 64); «…да что я, ослеп, что ли?» (Безгласный В. [Одоевский В. Ф.] Пестрые сказки. СПб., 1833. С. 43).
265
Ср.: « — Пошлите узнать, возвратился ли граф, и прикажите подавать карету <…>
Компаньонка отдала приказание графини людям [слугам] ее, и через пять минут
пришли доложить, что граф еще не возвратился, а карета готова» (Александров (Дурова Н. А.). Угол. С. 136); «Вскоре [в 1818] по назначении Матвея Ивановича <МуравьеваАпостола (1793–1886)> адъютантом <Н. Г. Репнина-Волконского (1778–1845)> кн. Реп-

Обращаясь к внуку и воспитаннице, графиня пользуется императивом 2-го лица, обращаясь к слугам — побудительным инфини­
тивом, лишающим адресатов (и без того безымянных) субъектности
и звучащим особенно безапелляционно в отсутствие второстепенных
членов предложения: благодарить вместо передай(те) ему мою благодарность.
Автор ПД не располагал опытом драматурга, привыкшего на репетициях вносить поправки в сценарий, например удлинять или уко­
рачивать пружины механизма, выводящего актеров из-за кулис, —
и оттого время в гл. 2 не идет, а летит: графиня просит внука при­
слать книги (и он выходит), велит воспитаннице распорядиться
о карете (и она выбегает) — и сейчас же является слуга с книгами
(словно Томский их с собою возит!), а воспитанница бежит одеваться
(и когда только вернулась!).

первый том — любая (первая попавшаяся) из книг
нин как-то обратился к нему с распоряжением подавать лошадей; Матвей Иванович
позвонил и сказал вошедшему слуге, что князь хочет ему что-то приказать; Репнин
повторил слуге свое приказание. Несмотря на это маленькое столкновение, кн. Репнин
всегда оставался очень расположенным к Муравьеву, хотя, конечно, никогда уже не давал ему лакейских поручений» (Якушкин В. Е. Матвей Иванович Муравьев-Апостол //
РС. 1886. Т. 51. С. 162).

95

96

При Николае I преподавание русского языка будущим чиновникам
становится всё более основательным; барышни же, если и обучались
русскому, то попутно, заодно с братьями266 и, как тогда шутили, читать могли разве что надписи на ассигнациях267, а устной речью владели лишь в пределах, необходимых для общения с прислугой и лавочниками268. Так, впрочем, воспитывали дворянских девиц не везде:
если москвичка «с трудом разбирала русскую печать, и, вероятно, ничего по-русски не читала», то ее сверстницы в провинции выписывали отечественные журналы и с жаром обсуждали их «перебранку»269.
За краткостью досуга и отсутствием подруг Лизавета Ивановна вряд
ли следит за журнальной полемикой, но по-русски читает бегло.

спасть с голосу — потерять голос

погоди — указание на то, что прежде, чем выполнять полученное
ранее поручение, следует выполнить еще одно
См.: Сто-один [Галахов А. Д.]. Об окончании университетского курса до начала педагогических занятий: 1826–1832 // РВ. 1877. Т. 132. С. 93.
267
См.: Коран виста … . СПб., 1832. С. 5. Ср.: «Я знаю: дам хотят заставить / Читать порусски. Право, страх [и это, действительно, ужасная перспектива]!» (ПСС, VI, 63).
268
См.: ССС. [Сенковский О. И.] Петербургская барышня // СП. 1833, 5 янв. См. также:
ПСС, XV, 110, 322.
269
ПСС, VIII-2, 743; VIII-1, 50.
266

ну! — возглас нетерпеливого побуждения

Чью скамеечку ‘низкое сиденье без спинки и подлокотников’ велит подвинуть графиня? Раз уточнение свою, или твою, отсутствует,
речь идет не о той, на которой сидит чтица270, а о той, которая потребовалась слушательнице, чтобы вытянуть ноги: мне значит ‘ко мне —
и для меня’271.
Ср.: «…узнала в первый раз горькое чувство неравенства. Дамы и девицы смотрели на нее с улыбкой оскорбительной жалости, обращались
с ней очень холодно или вовсе не удостоивали ее своего внимания. Старушки, роняя платки или карты, всегда обращались к ней: „Подыми,
милая!“ Другие говорили ей покровительским272 тоном: „Подвинь мне,
милая, скамеечку!“ и за послушание кивали ей головой»273.

В комедии конца 1790-х барыня жалуется: «Нет! все эти книги мне
не нравятся. Г<оспо>жа Радклиф274 пугала привидениями, а нынешние сочинительницы на метафизике с ума сошли275. Я хочу читать чтонибудь повеселее; я и так часто в ипохондрии»276. В комедии 1820-х

Ср.: « — Подвинь свой стул ко мне, Евгений» (<Воскресенский М. И.> Евгений Вельский. М., 1828. С. 1); «…приближая свою скамейку к креслам, на коих сидела вдова»
(Скотт В. Монастырь / Пер. Б. М., 1829. Ч. 1. С. 142); «…подвинула к ней свою скамеечку»
(Сергеев А. Русские пословицы и поговорки в лицах. СПб., 1830. С. 21).
271
В комедии 1820-х барин дремлет в кресле, а будучи разбужен, велит слуге пододвинуть ему скамейку, чтобы можно было заснуть как следует: «…дай мне протянуться
[лечь, распрямившись]: / Подай скамеечку. — Я рано так проснуться / Никак не полагал» (Ленивый: (Отрывки из комедии). С. 235).
272
покровительственным
273
Зенеида Р-ва [Ган Е. А.]. Утбалла // БЧ. 1838. Т. 26. С. 146. В комедии 1820-х дворя­
нина, поставившего скамейку под ноги богатому родственнику, осуждают за угодливость (см.: <Загоскин М. Н.> Урок холостым, или Наследники. М., 1822. С. 27, 44).
274
автор готических романов
275
Вероятно, имеется в виду трактат де Сталь «О влиянии страстей на счастье людей
и народов» (1796). Примеч. И. Виницкого.
276
Долгорукий И. М. Бытие сердца моего, или Стихотворения. Ч. 4. С. 79.
270

97

98
барыня, прочитав роман «Привидение в Немвродском замке» (1808)
Катрин Сен-Венан, не может уснуть277. В другой комедии 1820-х го­
ворится: «Ей сна нет от французских книг, / А мне от русских боль­
но278 спится»279. Так и в ПД: иностранные романы графиню пугают,
а от отечественного ее клонит в сон.
Герой романа Бульвер-Литтона «Пелэм, или Приключения джентль­
мена» (1828), желая заснуть, велит слуге-французу почитать чтонибудь вслух; тот раскрывает пьесу Жермена Делавиня, и вскоре слушатель засыпает. Автор ПД милосерднее: он не разглашает имя романиста, заставившего графиню зевать.

князь Павел — форма именования Томского в кругу родных
и близ­ких

Мотив ‘контроль старшей за чтением младшей’280 сплетается с мотивом ‘возвращение непрочитанной книги’281. Нежелание графини
дослушивать отрывок из романа повторяет ее отказ в гл. 1 слушать
чтение мужем расходной книги.
Та же, что и в ПД, последовательность мотивов — ‘просьба о чтении’,
‘неприятие зарубежной гиньольной литературы’, ‘предложение почитать русскую литературу’, ‘сомнение в существовании русской литературы’, ‘пробное чтение вслух’ — встречается в романе Н. И. Греча

См.: Федоров Б. М. Ротмистр Громилов. С. 54.
сладко
279
Грибоедов А. С. Горе от ума. С. 11.
280
Изречение Пирона «Мать велит дочери прочесть это» (Piron A. La métromanie, ou Le
poëte. Paris, 1738. P. 72) до того полюбилось русским авторам, что «had been done to
death» (Nabokov V. Commentary. Vol. 2. P. 240).
281
Ср. сцену в «Страданиях молодого Вертера» (1774): возвращая одолженную книгу,
Шарлотта говорит, что не прочла ее, поскольку та ей не понравилась.
277
278

«Поездка в Германию» (1830): « — Прочитайте нам что-нибудь, — ска­
за­ла Марья Ивановна. — У меня в ридикюле прекрасная книга! — сказа­
ла Матрена Христиановна <…> Я развернул книгу: Euridane, die Tochter
der Hölle282 (Эвридана, дщерь ада). — Это слишком страшно, — сказал я
<…> развернул наудачу и прочитал: „Там стоит Дон Мануэль, супруг
мой. Вот он подходит ко мне с кровавою салфеткою: видишь ли, он несет в руке вечный молочный суп, который хочет вылить мне на го­
лову. — Нет! воля ваша, я не охотник до вечного молочного супу <…>
Прочту что-нибудь по-русски. — Фи, по-русски! — сказала Матрена
Христиановна, — как можно мыслить и чувствовать по-русски! <…>
Она вздернула нос и фыркнула, как кошка, а я вынул из кармана книжку Вестника Европы283 и начал читать Светлану Жуковского284»285.

Готова ли наконец карета?

Перед Карета ошибочно пропущено тире.

…вечно приходится тебя ждать! Это, матушка, невыносимо.

роман (1803–1809) Арнольда
выпуск журнала (январский за 1813)
284
славянизированное переложение (1813) готической баллады Бюргера «Ленора»
(1773)
285
Греч Н. И. Поездка в Германию. Ч. 2. С. 19–20.
282
283

99

100
Эпизод с выглядыванием в окно, нетерпеливым возгласом Да что
ж карета? и рифмующимся с ним метризованным диалогом: — Карета готова. — Что ж ты не одета? построен по образцу комедийноводевильного разговора прислуги и барыни, например: «С а ш а. Ах,
боже мой! (подбегает к окошку). А г л а е в а. А я как на смех не оде­
та! / Что Саша? С а ш а (смотря в окошко). Точно так… четверкою286 ка­
рета...»287 или: «С л у г а (входит). Графини Лелевой подъехала карета. / Т р е щ о т к и н а. Ах! батюшки! а я почти что не одета»288.

Уменьшительно-ласкательное Лизонька и вежливо-дистанцированные Лизавета Ивановна и mademoiselle Lise — формы восприятия
героини другими лицами. Называя ее Лизой, повествователь воспроизводит ее я-образ: Лизой она становится, отправляясь к себе, и останется до своего нового появления на людях.

Не прошло и двух минут, как графиня начала изо всех сил дергать
шнурок звонка для вызова прислуги.

запряженная четырьмя лошадьми
Хмельницкий Н. И. Театр. Ч. 1. С. 50.
288
Соболев А. Черный день Трещоткиной. СПб., 1834. С. 50. Ср. в басне 1760-х: «Поехал
я на двор, а на дворе карета; / Лишь я к крыльцу — другой слуга ко мне бежит / И говорит: / „Хозяйка не одета“» (Ржевский А. А. Некстати // Свобод. часы. 1763. № 5.
С. 277).
286
287

Служанки, занимавшиеся туалетом графини и одевавшие ее во
время визита Томского, появляются со стороны жилой части бель­
этажа, камердинер — со стороны входа в парадную часть: ждать поручений ему полагается в комнате, граничащей с передней.

— Почему это вы не являетесь по зову? …

капот — здесь: «род плаща или шинели с капюшоном и без оного
для защищения от холода или от дождя»289

…К чему ты так вырядилась? Кого это ты собираешься пре­
льщать?..
Хотя графиня не имела ни малейшего притязания на красоту, она
не желает слышать, что внучка Дарьи Петровны красива, и не позволяет Лизавете Ивановне прельщать ‘очаровывать’.
289

НС, II, 126.

101

102

никак нет — формула почтительного возражения вышестоящему

-с — постфикс со значением почтительного (а то и самоуничижительного) обращения
сиятельство — титулование князей и графов
тихо — безветренно

Строго говоря, опасения графини не лишены оснований: «Без­
ветрие в С.-Петербурге редко <…> Средним числом <…> в году бывает
14 тихих дней. Чаще всего тишина примечается290 в августе, июне,
апреле и мае, — реже в январе, феврале и ноябре»291.

Под вами понимаются все, кто обязан выполнять ее распоряжения.

безветрие бывает
<Заболоцкий-Десятовский А. П.> Статистические сведения о Санкт-Петербурге. СПб.,
1836. С. 29–30.
290
291

так и есть — формула подтверждения

и прехолодный — причем очень холодный

Ср. о Загряжской: «…очень боялась простуды, и в прогулках ее пешком по городу старый лакей нес за нею несколько мантилий, шалей,
шейных платочков: смотря по температуре улицы, по переходу с солнечной стороны на тенистую и по ощущениям холода или тепла, она
надевала и скидывала то одно, то другое»292.

Велите выпрячь или распрячь лошадей! (в противоположность
к за­ложить карету ‘запрячь лошадей’)

Ср.: «В сию минуту слуга вошел сказать, что графская карета готова. — Вели же скорее отложить лошадей! — сказала баронесса. <…>
Призвали слугу и велели отложить лошадей»293.

нечего — ни к чему; незачем

Графиня почти не скрывает того, что отменила прогулку не из-за
ветреной погоды, а из-за ветреного поведения компаньонки. Слабость зрения не помешала бывшей красавице заметить, что ‘соперница’ оделась наряднее обыкновенного.
Вяземский П. А. Полн. собр. соч. Т. 8. С. 186.
<Жанлис Ф. де.> Предубеждения женщины / Пер. Н. М. Карамзин // ВЕ. 1802. № 14.
С. 99–100.
292
293

103

104
Здесь la Vénus moscovite выступает в роли la Vénus en courroux ‘Ве­
неры разгневанной’294. Этот образ восходит к сказке Апулея о гневе
Венеры на Психею — смертную, затмившую ее красотой и даже принимаемую за нее самоё. Богиня порабощает и тиранит ее, но в конце
концов примиряется с нею как со снохой.
В написанной на сюжет Апулея галантной повести Лафонтена
«Лю­бовь Психеи и Купидона» (1669) подробно разработана тема перемены Психеей нарядов — нет нужды, что она ослепительна в любом. Строка «Во всех ты, Душенька, нарядах хороша» из перевода повести Лафонтена, выполненного И. Ф. Богдановичем под названием «Душенька» (1783, 1794), взята эпиграфом к «Барышне-крестьянке»; в том
же переводе говорится, что особенно тщательно соперница Венеры
готовилась к прогулкам: «Со вкусом щеголих обновы надевала»295.

Внутренняя речь персонажей ПД набрана то с абзацным отступом,
то без него и то с тире (с начальным и конечным или только с начальным), то без него.

и вот моя жизнь — et voilà ma vie ‘вот сколь непросто мне живет­ся’
Cр.: «…всегда возвращаюсь домой с растерзанным сердцем. Вот
моя жизнь!»296

прозвище Е. В. Апраксиной, урожд. княжны Голицыной (1770–1854), дочери Н. П.
и В. Б. Голицыных (см.: Вяземский П. А. Полн. собр. соч. Т. 8. С. 474; <Янькова Е. П.> Рассказы бабушки. С. 112)
295
Богданович И. Ф. Душенька. М., 1799. С. 61, 67.
296
<Баур С. де.> Следствие маскерада / Пер. В. И. Соц. СПб., 1818. С. 12.
294

Ср. в пушкинском «<Романе в письмах>» жалобу воспитанницы
Лизы: «Словом, я была создание пренесчастное»297. И Лиза, и Лизавета
Ивановна видят себя героиней романа Ричардсона «Кларисса, или
История молодой леди» (1748): Кларисса убеждена, что ей предначертано «стать несчастнейшим созданием», заклинает своего соблазнителя относиться к ней как к «несчастному созданию, у которого нет
другого защитника, кроме вас, и другой защиты, кроме вашей чести»,
признается, что избегает «представляться иначе как юное и несчастное создание», и умоляет мать написать ей: «Несчастное создание,
я прощаю вас, и да сжалятся над вами небеса»298. В отличие от Клариссы и от Лизы из «<Романа в письмах>» у Лизаветы Ивановны нет конфидентов, и выступать в этой роли приходится повествователю:
наречное выражение в самом деле подтверждает обоснованность ее
ламентаций.

У Данте: Ты испытаешь, сколь солон (от соленый) чужой ‘вкушаемый на чужбине’ хлеб и как тягостно подниматься и спускаться по
ступеням чужих лестниц299. В переводах из Данте соленый хлеб —
ПСС, VIII-1, 45. Перекличка отмечена в: Niquex M. Commentaires // Pouchkine A. La
dame de pique; Le nègre de Pierre le Grand. Bibliothèque russe et slave. Электрон. изд-е.
Comment. 64.
298
<Richardson S.> Lettres angloises, ou Histoire de miss Clarisse Harlove / Trad. par l’abbé
Prévost. Paris, 1777. Т. 4. P. 159; Т. 10. P. 13; Т. 12. P. 226; T. 13. P. 50. Здесь и далее перевод
цитат из «Клариссы» выполнен не с английского оригинала, а с французского перевода, в котором роман был известен автору ПД и большинству ее читателей.
299
«Tu proverai sì come sa di sale / lo pane altrui, e come è duro calle / lo scendere e ’l salir
per l’altrui scale» (Par. 17: 58–60). Пушкину могли быть известны разные переводы
этого места, напр. буквальные прозаические французские (см.: Dante. Le paradis / Trad.
297

105

106
образ, предположительно восходящий к ветхозаветному пророчеству
о нечистом хлебе изгнанников300, — часто становится горьким, а в реминисценциях предстает пищей как скитальцев, так и вообще всех
зависящих от чужой милости301.

горечь зависимости — l’amertume de la servitude ‘горькое ощущение (своего) подневольного положения’

<par A.-F. Artaud de Montor>. Paris; Strasbourg, 1811. P. 109; Ginguené P.-L. Histoire littéraire d’Italie. Milan, 1820. T. 2. P. 200) и стихотворный русский: «Ты должен испытать
средь многих злоключений, / Сколь горек хлеб чужой, как тяжело стопам / Всходить
и нисходить чужих домов ступени!» (Норов А. С. Предсказания Данта // ЛЛ. 1824. № 5.
С. 175). Ср. в пушкинском наброске 1824: «[Не испытает] м<альчик> мой <…> Сколь
черств и горек хлеб чужой — / Сколь тяжко <медленной> [ногой] / Всходить на чуждые ступени» (ПСС, IV, 446); здесь цитата из Данте соединяется с ветхозаветным назиданием сыну не засматриваться на стол с чужими яствами (Сир 40: 29–30).
300
«И сказал Господь: так сыны Израилевы будут есть нечистый хлеб свой среди тех
народов, к которым Я изгоню их» (Иез 4:13). Другой знаменитый отголосок этой образности: «Eating the bitter bread of banishment» («Richard II»).
301
Напр.: «…но хлеб его покажется им горек — ибо они увидят скорбь на лице своего
благодетеля!» (Ы. Ц. Ч. [Карамзин Н. М.] Наталья, боярская дочь. С. 259); «Огорченному
тобою бедняку и хлеб твой будет горек» (Мансветов Г. И. Обязанности домашнего общества по разуму исполнителей Слова Божия древних христиан. СПб., 1825. С. 188);
«…как горек хлеб, по милости других получаемый!» (<Бошняк А. К.> Торжество воспитания, или Исправленный муж // ОЗ. 1828. Ч. 34. С. 393–394); «Суров и горек черствый
хлеб изгнанья» (Кюхельбекер В. К. Избр. произв. М.; Л., 1967. Т. 1. С. 419; набросок
1829); «Мне хлеб так горек не бывал! <…> Хлеб подаянья ядовит» (Подолинский А. И.
Нищий. СПб., 1830. С. 41); «Горек хлеб чужой; но от родного, который напоминает нам,
что нас кормит, — это не полынь, а яд!» (Н. <А.> П.<олевой> Живописец // МТ. 1833.
Ч. 51, № 9. С. 84). Переводили come sa di sale и как солон [какой соленый]: «Ты испытаешь, как солон чужой хлеб и как жестки ступени чужого крыльца» (Жихарев С. П. Записки современника. М.; Л., 1955. С. 100; запись от 1.10.1805); «Я по Италии скитаяся,
узнал, / Как солон хлеб чужой и как крута дорога / На чуждое крыльцо» (Муравьев А. Н.

Проявив сочувствие к воспитаннице, повествователь словно спо­
хватывается и спешит поколебать то мнение о графине, которое могло сложиться после его рассказа о ней. Ср. оговорку на полях портрета
властолюбивого и безжалостного героя романа Уолпола «Замок Отранто» (1764): «Манфред не принадлежал к числу тех диких и бесчеловечных тиранов, что наслаждаются своей жестокостью: он был по
натуре своей добр, но обстоятельства жизни ожесточили его; когда
же страсти не помрачали рассудок, его добродетели всегда одержи­
вали верх»302.
иметь злую душу — быть злым от природы

избалованный светом — избалованный предупредительным
и почтительным отношением к себе со стороны высшего общества

Ср. о прижимистости прототипа: «Да не подумают, что княгиня
<Н. П.> Голицына привлекала к себе роскошью помещения или великолепием угощения. Вовсе нет! Дом ее в Петербурге не отличался особенною роскошью <…> Ужина не полагалось, временных буфетов,
уставленных богатыми вазами и сервизами, также не полагалось, а от
времени до времени разносили оршад303, лимонад и незатейливые
конфекты. Вот и всё!»304

Смерть Данта // МТ. 1927. Ч. 15, № 11. С. 108); «Ты испытаешь на себе, как солон чужой
хлеб и как тяжело всходить на чужое крыльцо и сходить с него» (Н. <А.> П.<олевой>
Эмма. С. 598).
302
Walpole H. Le chateau d’Otrante / Trad. par M.<-A.> E.<idous> Amsterdam, 1767. Pt 1.
P. 38.
303
orgeat ‘смесь миндального молока и померанцевой или розовой воды’
304
Толстой Ф. М. Воспоминания. С. 428. Ср. характеристику М. С. Ржевской, урожд. Татищевой (1774–1852): «Это был настоящий тип русской барыни (grande-dame) XVIII столетия. Держа огромную дворню, имея массу приживалок в своем доме и живя постоянно

107

108
Ср. также: «…под старость сделалась так же скупа, как прежде была
расточительна <…> эта перемена мыслей есть плод прежней непо­
мерной страсти ее к <карточной> игре»305.
холодный эгоизм — froid égoïsme
Ср.: «…холодный эгоизм стариков»306.

отлюбивший — от отлюбить(ся) ‘перестать любить’307; в ПД этот
глагол употребляется в куда более редком значении ‘налюбиться; полюбить вволю’ и едва ли не впервые в форме причастия; в свой век —
на своем веку (в прошлом)308

выше своих средств, она всё проживала [тратила] на балы, на обеды и всевозможные
удовольствия, а вместе с тем у нее проявлялись несомненные признаки такого скряжничества и скупости, которые служили предметом нескончаемых толков во всём московском обществе <…> чтобы на те средства, которыми она располагала, ей было
возможно чаще принимать у себя гостей и давать балы, а вовсе не в видах благо­
разумной экономии, в ее двух огромных бальных залах во время приема горели сальные свечи и довольно плохонькие масляные лампы. Прислуга при этом, довольно
собой видная [представительная], была, разумеется, в парадных ливреях донельзя
изно­шенных» (Мещерский А. В. Воспоминания. М., 1901. С. 7–8).
305
Цшокке Г. Степени возраста женщины. С. 119.
306
<Сенковский О. И.> Фантастические путешествия барона Брамбеуса. СПб., 1833.
С. 134. Ср. также: «…хладный эгоизм неумолимого старика» (Воярт Э. Женщина, или
Шесть сортов любви. М., 1829. Ч. 1. С. 124); «…холодный эгоизм, с каким он смотрит
на судьбу детей» (<Полевой Н. А.> Утро жениха и утро невесты … // НЖОЛ. 1832. Ч. 1.
С. 55–56).
307
См.: Российский, с немецким и французским переводами, словарь / Сост. И. И. Нордстет. СПб., 1782. Ч. 2. С. 500. А. С. Шишков считал это словообразование несвойственным русскому языку (см.: А. <С.> Ш.<ишков> Опыт словопроизводного словаря, со­
держащий в себе дерево, стоящее на корне МР. СПб., 1833. С. 119).
308
Ср.: «Невольно делаешься эгоистом в сорок лет, отдружившись, отлюбивши на свой
участок [на свою долю]» (Н. <А.> П.<олевой> Живописец. С. 87); «Уж я отжила, отлюбила» (Ит. [Шевырев С. П.] Романс Теклы: (Из Шиллера). 1829 // Моск. 1841. № 10. С. 338).

…и потом уже никто не оказывал ей знаков внимания …

суетность большого света — гедонистическое времяпрепровождение представителей высшего общества309

таскаться на — ходить или ездить куда-либо с усилием и/или
по принуждению, отчего сообщение об этом нередко сопровождается
выражением сочувствия или пренебрежения
В русском переводе «Мизантропа» (1666) Мольера героя спрашивают, готов ли он сказать немолодой женщине, что ей неприлично «на
все таскаться балы»310.
зала — зал

В отличие от Лизаветы Ивановны и Германна, румяных от волнения (вспыхнув от ее замечания; румянец покрыл ее щеки; румянец покрывал его бледные щеки), графиня бывает румяной лишь благодаря
косметике.
Ср.: «…в молодости своей был очень страстен [привержен] суетностям света» (Енгалычев П. Н. Словарь физического и нравственного воспитания. СПб., 1827. Ч. 2. С. 624);
«Я удалился от света и чуждаюсь его суетности» (Кок П. де. Дитя природы и человек
образованный. СПб., 1832. Ч. 1. С. 22); «…пышность светской суетности не допускала
в душу ни малейшего чувства набожности» (Ге С. Брак в царствование Наполеона. СПб.,
1833. Ч. 2. С. 156).
310
Мольер. Отрывок из Мизантропа / Пер. Ф. Ф. Кокошкин // ВЕ. 1810. № 5. С. 24.
309

109

110
Оксюморон уродливое украшение поддерживает противоречивость образа графини, намеченную в рассказе о ее молодости: бабушка vs la Vénus moscovite.

Этот портрет графини и тот, что будет предъявлен в гл. 3: В мутных глазах ее изображалось совершенное отсутствие мысли — восходят к сцене в поэме Баратынского «Бал» (1828): «С приличной важностию взоров, / В чепцах узорных, вычурных, / Ряд пестрый барынь
пожилых / Сидит. Причудницы от скуки / То поправляют свой наряд, /
То на толпу, сложивши руки, / С тупым вниманием глядят»311.

…строго соблюдая этикет и никого не узнавая в лицо.

Словосочетание весь город употребляется не в общесловарном
значении ‘всё городское население’, а в великосветском жаргонном
‘вся городская знать’. Ср.: «Наконец, я была на нарядном бале, где
были министры, послы, целые толпы камергеров и камер-юнкеров,
целые полки офицеров, и, как говорится, весь город, т. е. всё лучшее
в городе»312.

Баратынский Е. А. Бал // Две повести в стихах. СПб., 1828. С. 5. Отмечено в: Niquex M.
Commentaires // Pouchkine A. La dame de pique; Le nègre de Pierre le Grand. Bibliothèque
russe et slave. Электрон. изд-е. Comment. 67. Характеристику «с тупым вниманием»
Пушкин выделил, пересказывая содержание этой поэмы (см.: ПСС, XI, 75).
312
<Булгарин Ф. В.> Письма провинциалки из столицы // СП. 1830, 12 июля. Ср.: «Я повезу вас к одному знатному человеку, у которого сегодня бал и собран, как говорится,
целый город, т. е. человек триста, почитающих себя единственными обитателями города, в котором до полумиллиона жителей» (Ф. <В.> Б.<улгарин> Старый знакомец.
С. 329); «…вчера было рождение [день рождения] старухи <Н. П.> Голицыной. Я ездил
поутру ее поздравить и нашел там весь город. Приезжала также императрица Елиза­
вета Алексеевна. Вечером опять весь город был, хотя никого не звали» (Булгаков К. Я.
Из писем к брату его А. Я. // РА. 1902. № 12. С. 497; письмо от 18.01.1821).
311

челядь, или дворня, или дворовые люди — домашняя прислуга, состоящая из крепостных крестьян; многочисленная челядь — устойчивое словосочетание
девичья — помещение женской прислуги для сна и приема пищи
наперерыв — наперебой; опережая друг друга

Французский посланник при дворе Екатерины II писал: «…род роскоши, чрезвычайно хлопотный для <российского> дворянства и долженствующий со временем разорить его, если оно не распорядится
иначе, — есть чрезвычайное множество дворовых людей, коих оно
кормит <…> Мужчины и женщины сего состояния женятся и выходят
замуж в господском доме и населяют оный до того, что у многих знатных русских господ бывало по четыреста и по пятисот дворовых людей, которых держать при себе они почитали обязанностью, хотя
для сих людей не было вовсе никакого занятия»313. В XIX в. сохранение
большого штата прислуги считалось пережитком314; отмечалось, что

Сегюр Л.-Ф. де. Отрывки из записок // СО. 1827. Ч. 111. С. 165–166.
Напр.: «Более и яснее всего помнится мне хозяйка дома, Наталья Андреевна Карпова [неустановленное лицо]. Она, так же как графиня <Е. П.> Строганова [урожд. княжна
Трубецкая (1744–1815)], была женщина 18-го столетия; но графиня походила более на
версальскую графиню двора Марии-Антуанетты, нежели на русскую; Наталья Андреевна, напротив, не выехавшая ни разу из России, осталась вполне и без всякой примеси
заграничного элемента русскою барыней прошлого века <…> Она всегда была одета
в шелковое платье каштанового цвета и старинного покроя; на голову надевала разные мудреные куафюры [от сoiffure ‘головной убор’] екатерининских времен; румянилась, как в царствование великой императрицы было принято румяниться, накладывая румяны на щеки яркими, неестественными пятнами, и прилепляла одну мушку
313
314

111

112
оно отрицательно сказывается и на качестве ее труда, и на уровне ее
нравственного развития315. Стоит, однако, учесть, что на начало 1832
среди жителей Петербурга были зарегистрированы 42 901 дворянин
и 98 098 дворовых людей316, т. е. огромным штатом слуг располагала
только знать, а многие дворяне, например чиновники низших классов, обходились вовсе без прислуги или нанимали ее в складчину317.
вблизи левого глаза, не решаясь покинуть вполне прежнее украшение своего лица
<…> Челядь бесчисленная, толпа горничных под начальством барской барыни [зна­
чение термина будет раскрыто ниже] <…> Не знаю, старалась ли она когда-нибудь объяснить себе, каким образом можно существовать, не имея, по крайней мере, полдюжины слуг» (Павлова К. К. Мои воспоминания // РА. 1875. № 10. С. 233–234).
315
Напр.: «В Петербурге все живут широко; помещения соображены [размеры жилища
соотносятся] здесь вовсе не с необходимостью семейств, но с требованием приличия <…>
вы изумитесь, убедясь, что семейство (вовсе не из первоклассно-богатых), состоящее из
трех-четырех лиц, имеет надобность в 12 и 15 комнатах, в 30–40 человеках для прислуги
(занимающих тоже пять-шесть комнат) и в восьми или десяти лошадях! <…> дурное
обыкновение русских дворян содержать множество праздных и потому нерадивых и часто порочных так называемых дворовых людей <…> не говоря о богачах, которые со­
держат до ста человек <…> Нет почти дома, в котором бы вы не нашли должностей
дво­рецкого, буфетчика, камердинера, лакея, убирающего комнаты, другого, ездящего за
каретою; далее следуют повар, мальчик, один или два кучера, форейтор [Vorreiter ‘кучер,
сидящий на передней из лошадей, запряженных вереницей’], женщины комнатные
[femmes de chambre ‘горничные’], прачки и проч. Подобное разделение должностей услуги
[прислуги] в домах, где не требует этого очень большой прием, ведет только к беспорядку; слуги большую часть дня проводят праздно, в трактирах, в игре и пьянстве» (Башуцкий А. П. Панорама Санкт-Петербурга. Ч. 3. С. 55–56, 66–67). Ср. также: «Множество слуг
в Пруссии не в употреблении, ибо тунеядство в сей стране нестерпимо. Слуга в доме один,
и занимает собою несколько должностей <…> Будучи таким образом занят целый день,
он вернее сохраняет свою нравственность, которая в сем сословии людей обыкновенно
портится от нечего делать» (Иванов В. М. Записки, веденные во время путешествия императрицы Елизаветы Алексеевны по Германии в 1813, 1814 и 1815 годах. Ч. 1. С. 29); «…что
более всего поражает приглашенного на эти вечера иностранца, так это обилие лакеев
в ливреях. Есть дома, где их целых триста или четыреста. Таковы, собственно, нравы русских вельмож. Они не могут жить, не будучи окружены таким множеством слуг, которое
неизвестно в других странах; это, однако, не мешает тому, что обслуживают их хуже, чем
где бы то ни было в мире» (Léouzon Le Duc L.-A. La Russie contemporaine. Paris, 1853. P. 152).
316
Выписка из годового отчета по городу Санкт-Петербургу // СП. 1832, 5 янв.
317
Ср.: «…в С.-Петербурге, если даже взять всё число дворян и дворовых людей, и тогда
на каждого из первых приходится только по 1,7 дворовому. Но из числа дворовых <…>
многие не входят вовсе в цех слуг — занимаясь разными ремеслами <…> притом зна-

Героем одной из историй о вороватости слуг стал дворецкий Н. П. Го­
лицыной: «В собственном доме на углу Гороховой и Малой Морской
жила старая княгиня Голицына, мать тогдашнего московского генералгубернатора, известная в высшем обществе под названием Princesse
moustache. Она была уважаема государем и особами царской фамилии,
а как318 имела прославленного в городе повара, то государь и кто-нибудь
из царственных особ удостоивали ее по временам своим сотрапезни­
чеством. В таких случаях княгиня обыкновенно приказывала серви­
ровать обед на серебре, подаренном императором Петром I одному из
предков княжеского дома. Раз, когда государь должен был обедать у кня­
гини, вошел к ней дворецкий и, став на колени, со слезами заявил, что
исторический сервиз не будет подан к обеду, потому что он заложил его
в ломбарде и не имеет возможности выкупить. Причиною этого поступка было, по словам виновного, то, что он, произведя какую-то коммерцию, проторговался319, закладом этим надеется поправить свои дела
и тогда выкупит свой сервиз. Княгиня тотчас же распорядилась о выкупе, и сервиз к обеду был готов. Дворецкий был замещен другим, более
надежным лицом, а вместе с тем стало известным, что он никакой торговли не производил, а играл в карты и был обыгран шулерами»320.

Словосочетание домашняя мученица образовано по модели домашняя любимица ‘любимица всего дома’ и представляет собою женский аналог козла отпущения и мальчика для битья.

чительная часть находится в услужении у разночинцев, купцов и иностранцев. Посему
несправедливо замечание тех, кто заключает, что в Петербурге приходится по девяти
дворовых на каждого дворянина [имеются в виду сведения в: Башуцкий А. П. Пано­
рама Санкт-Петербурга. Ч. 2. С. 86]; такое заключение могло быть правдоподобно лет
за 50 [50 лет тому назад], а не теперь» (<Заболоцкий-Десятовский А. П.> Статистические сведения о Санкт-Петербурге. С. 124).
318
так как; поскольку
319
понес убытки при торговле
320
Пржецлавский О. А. Воспоминания. С. 480–481.

113

114
Рассказ о положении воспитанницы в доме графини и о царящих
в нем нравах перекликается с воспоминаниями героини комедии Шаховского «Своя семья, или Замужняя невеста» (1817) о том, как, сделавшись сиротой, она воспитывалась у графини в Петербурге: «Но
мне с ребячества уж было суждено / Из благодарности к другим приноровляться / И заслужить к себе от всех любовь стараться <…>
И улыбаться я должна была тогда, / Когда хотела бы рыдать от огорченья. / Ах! дом больших господ — училище терпенья! / Вы в малом
виде там найдете целый свет: / Интриг и происков... чего в нем только
нет! / В нем крáдут, грабят все, крича321 на беспорядки»322.
Ср.: «Знаете ли вы, что такое воспитанницы у московских барынь?
Самые несчастные существа в мире. Вот это как делалось и, думаю,
до сих пор делается: берут дворяночку или свою крепостную, одевают ее, воспитывают вместе с своими детьми, ласкают ее до тех пор,
пока она не подрастет, — словом, поступают точь-в-точь как при­
рода, которая своего избранного дарит сильным воображением, раздражительною чувствительностью323, для того чтобы он впоследствии живее чувствовал все терзания жизни. С возрастом начина­
ются страдания бедной воспитанницы: она должна угождать всему
дому, не иметь ни желаний, ни воли, ни своих мыслей <…> со смирением вытерпливать дурное расположение духа своей так называемой благодетельницы; смеяться, когда хочется плакать, и плакать,
когда хочется смеяться, и при малейшей оплошности слушать нестерпимые для юного, свежего сердца упреки в нерадении, лености,
неблагодарности!»324
жалуясь
<Шаховской А. А. при участии Грибоедова А. С., Хмельницкого Н. И.> Своя семья, или
Замужняя невеста. СПб., 1818. С. 19–20.
323
sensibilité irritable
324
<Княз>ь <Владимир>ъ <Одоевски>й Безгласный. Катя, или История воспитанницы // Нов. СПб., 1834. Ч. 2. С. 376–377. Переклички ПД с «Катей» отмечены в: Полякова Е. С. Реальность и фантастика «Пиковой дамы» // В мире Пушкина. М., 1974. С. 380–
381. В планах продолжения «Кати» графская воспитанница выходила замуж за сына
графского управителя (см.: Сакулин П. Н. Из истории русского идеализма. М., 1913. Т. 1,
ч. 2. С. 133). Перекличка финала ПД с этими планами отмечена в: Тамарченко Н. Д. «Пиковая Дама» A. C. Пушкина и проблема гротеска в русской прозе конца 20-х — начала
30-х годов XIX века // Проблемы идейно-эстетического анализа художественной ли­
321
322

…и несла ответственность за погодные условия и состояние дорожного покрытия.
Перед погоду ошибочно пропущен (имевшийся в ПД-1) предлог за.

Отчего здесь и еще в двух местах графиня названа княгиней? Вероятно, поначалу Анна Федотовна титуловалась княгиней, а затем автор решил ослабить ее связь с прототипом, но по невнимательности
заменил титул не всюду325.
Разливая чай, Лизавета Ивановна снова уподобляется Клариссе326, а выговоры ‘упреки’ за лишний расход ‘излишнее расходо­
вание’ сахара представляют собой вариацию на тему горек чужой
хлеб. У Шаховского воспитанница графини рассказывает об усвоенных ею уроках: «Нет! и без сахару расходов очень много <…> Я как-то
с малых лет к тому приучена, / Что дорогой кусок мне видеть даже

тературы в вузовских курсах … . М., 1972. С. 108; Его же. У истоков русского классического романа // ИАН. 1989. Т. 48, № 3. C. 211.
325
Ср.: Полосин М. П. Ошибки Пушкина. S. 437–438; Nabokova V., Barabtarlo G. A possible
source for Pushkin’s «Queen of spades». P. 51; Ильин-Томич А. А. «Пиковая дама означает...». С. 105.
326
Ср.: «…разливаю чай, как Кларисса Гарлов» (ПСС, VIII-1, 47). Приготовление чая — привилегия, которой Клариссу лишают: « — Прикажете приготовить чай, мадам? — спросила
я у матушки. (Вы ведь знаете, дорогая, что по заведенному обыкновению чай всегда го­
товлю я.) Единственным ответом было предельно короткое „нет“, и моя мать принялась
готовить его сама» и которую восстанавливают: « — Приготовьте чай, любезная дочь, —
сказала мне моя прекрасная матушка. — Сядьте рядом, любовь моя, и приготовьте чай»
(<Richardson S.> Lettres angloises, ou Histoire de Miss Clarisse Harlove. T. 1. P. 142, 224).

115

116
грустно»327. В другой комедии хозяйка дома, тиранящая кроткую сироту-воспитанницу Лизу, в знак своей немилости велит ей передать
«ключи от сахару»328 служанке329. Центральная сцена «Евгении Гранде» (1833) Бальзака — бунт вечно покорной дочери скряги-миллионера: набравшись храбрости, она ставит на стол сахар, спрятанный
было перед появлением отца.

назначить — установить

как и все, то есть как очень немногие — реминисценция романа Руссо «Юлия, или Новая Элоиза» (1761), где: «Чтобы быть как все,
нужно быть как очень немногие»330
Окончание -iя у немногие служит сигналом того, что речь идет
о лицах женского пола.

<Шаховской А. А. при участии Грибоедова А. С., Хмельницкого Н. И.> Своя семья,
или Замужняя невеста. С. 41.
328
от замка к ящичку для хранения сахара
329
См.: <Загоскин М. Н.> Урок холостым, или Наследники. С. 13.
330
«Pour être comme tout le monde, il faut être comme très peu de gens»; включено в собрание афоризмов Руссо уже через три года после публикации «Новой Элоизы» (см.:
Rousseau J. J. Esprit, maximes, et principes. Neuchâtel, 1764. P. 240). Контекст и русский
перевод (афористичность притупляющий): «Ils sont comme les seuls habitants de la
terre: tout le reste n’est rien à leurs yeux. Avoir un carrosse, un suisse, un maître-d’hôtel, c’est
être comme tout le monde. Pour être comme tout le monde, il faut être comme très peu de
gens» (Rousseau J. J. La nouvelle Héloïse … . Paris, 1764. Т. 2. P. 136) = «Они почитают одних только себя жителями света; а весь остаток ничто уже в глазах их. Иметь карету, швейцара, дворецкого, значит быть так, как весь свет; значит быть так, как очень
мало людей бывает» (Руссо Ж.-Ж. Новая Элоиза … / Пер. А. А. Палицын. СПб., 1803.
Ч. 2. С. 175).
327

Ср. ситуацию в знакомом Пушкину доме графа В. В. Мусина-Пушкина-Брюса (1773–1836) и актрисы и певицы Н. С. Лестрелен, урожд.
Семеновой (1787 или 1788–1876), в котором воспитывалась певица
С. В. Каратыгина, урожд. Биркина (1811–1861): «Хотя крестница и жи­
ла у нее в доме на всём готовом, но скромное свое жалованье была
обязана употреблять на свой гардероб. Дом графа <…> бывал зачастую посещаем избранным обществом, и потому Семенова требовала,
чтобы ее воспитанница была всегда не только прилично, но нарядно
одета <…> чтобы крестница все свои наряды покупала именно в тех
же самых дорогих магазинах, в которых сама Семенова была посто­
янною покупательницею — и бедняжка была принуждена платить за
них втридорога. Благодетельница и знать не хотела, по средствам ли
это было крестнице! <…> Вообще жизнь ее в доме так называемой
благодетельницы была далеко незавидна, хотя ее окружали и рос­
кошь, и блеск!..»331 В 1829 на сцене московского Большого театра бы­
ла поставлена «Своя семья, или Замужняя невеста», и роль страдающей воспитанницы досталась Н. С. Семеновой.

Пентаметр, которым написано это предложение, употреблялся
вместе с гекзаметром в элегическом дистихе, считавшемся в пушкинское время формой, которая придает изображаемой сцене законченность скульптурной группы. Гекзаметр прозвучит вскоре: Дня через
два, выходя с княгиней садиться в карету, она опять его увидела, и его
тоже можно расслышать, поскольку написанный им фрагмент от­
крывает собою новый абзац и сцену и интонационно обособлен от
второй части предложения (ямбической). Вкрапления античной метрики не удивляют тех из читателей, кто замечает переклички некоторых сцен и сюжетных линий в ПД с античными мифами.
Каратыгин П. А. Записки: 1805–1879. СПб., 1880. С. 222–223. Перекличка ПД с этой
ситуацией отмечена в: Leighton L. G. The esoteric tradition in Russian romantic literatu­
re: Decembrism and freemasonry. University park (PA), 1994. P. 157.
331

117

118
играть самую жалкую роль — jouer le rôle le plus pitoyable, или
humiliant
Ср. отповедь, которую Психея-Душенька получает от Минервы:
«На всё же, что тогда царевна представляла, / Без всякой жалости богиня отвечала, / Что мир без Душеньки стоял из века век; / Что в обществе она не важный человек»332.

тогда, как — тогда, когда
Ср.: «...когда было нечетное число, Катя садилась за стол; когда недоставало пары, Катя танцевала»333.
Речь идет не о хозяйской уборной, а о той, что предназначалась
для гостий бала334.

Богданович И. Ф. Душенька. С. 127.
<Княз>ь. <Владимир>ъ. <Одоевски>й. Катя, или История воспитанницы. С. 378. Пе­
рекличка отмечена в: Полякова E. С. Реальность и фантастика «Пиковой дамы». С. 380–
381.
334
Напр.: «На другом конце дома находилась заветная комната, неприступная [недоступная] для мужчин. Там огромное зеркало, ярко освещенное, отражало голубые шелковые занавески: оно было окружено всеми прихотями причудливой моды; цветы,
ленты, перья, локоны, перчатки, румяны, — всё было разбросано по столам, как Рафаэлевы арабески; на низком диване лежали рядами бело-синеватые парижские башмаки — это воспоминание о хорошеньких ножках, — и, казалось, скучали своим одиночеством; несколько в отдалении, под легким покрывалом, перегибались через спинку
кресел те таинственные выдумки образованности [изобретения], которых благора­
зумная женщина не открывает и тому, кто имеет право на ее полную откровенность:
332
333

Взаимоотношения графини и воспитанницы с обществом описываются однотипно: к ней с низкими поклонами подходили <все> приезжающие гости <…> и потом уже никто ею не занимался. У себя принимала она весь город <…> не узнавая никого в лицо; требовали от
нее, чтоб она одета была, как и все, то есть как очень немногие. В свете играла она самую жалкую роль. Все ее знали, и никто не замечал.

живо чувствовать свое положение — sentir vivement sa position

кругом себя — вокруг себя

расчетливые в ветреном своем тщеславии — То, что казалось
ве­треностью ‘непостоянством’ тщеславных ‘озабоченных доказа-

эти эластические корсеты, эти шнурки, эти подвязки, эти непонятные накрахмаленные платки, вздернутые на снурок [шнурок] или перевязанные посередине, и проч.,
и проч. Один мосье Рави [парикмахер] с великолепным, будто из фарфора вылитым
хохлом на голове, в белом фартуке, с щипцами в руках, имел право находиться в этом
гинекее во время бала; на мосье Рави не действовал магнетический воздух женской уборной, от которого у другого дрожь пробегает по телу» (В. Безгласный [Одоевский В. Ф.]. Княжна Мими. С. 24–25); «Ангажантою [от engageantes ‘съемная кружевная
отделка рукава’] своего рукава она зацепила за резьбу кресел так, что кружево отпоролось, и она пошла в уборную. Там за ширмами сидели две женщины для дамской
прислуги [для обслуживания дам] <…> она с ласковым видом попросила их пришить
кружево» (Ушаков В. А. Бедная Серафима // БЧ. 1836. Т. 17. С. 251–252).

119

120
тельством своего превосходства’ кавалеров335, было расчетом —
имело целью отыскать наиболее выгодный вариант брака. Ср. о петербургских женихах: «…все великие математики <…> Девица без
приданого (и притом полновесного) может обратить на себя их взоры, но для приков<ыв>ания сердца надобна металлическая цепь, а для
занятия их математического ума нужны цифры»336.

сто раз — в сто ‘во много’ раз
Cходство бедной воспитанницы с Золушкой, которая «сто раз красивее своих сестер»337, выполняет всю работу по дому и живет на чердаке338, перечисленным исчерпывается: бал не помогает ‘подлинной’
героине одержать победу над ‘ложными’.
увиваться около, или вокруг кого-либо, или за кем-либо — добиваться чьей-либо благосклонности

Ср. переживания других воспитанниц: «При виде бледных, пожелтелых, иссохших дев в великолепных экипажах, в изысканных убранствах доброй Лизе невольно приходила в голову мысль, что если б она
была на их месте, то не безобразила бы собою ни прекрасного экипажа, ни богатого наряда»339; «Бедная Генриетта вступила в это несчастное звание, среднее между дочерью и горничной, которое называется

Ср.: «Юность, ловкость, богатство завлекали меня часто в любовные связи, но никогда сердце не участвовало в сих успехах тщеславия. Предоставленный рано самому
себе, я сделался ветреником и, надменный [гордясь] несколькими легкими победами,
начал не уважать женщин» (Алексей Коростылев [Бестужев Н. А.]. Трактирная лестница // СЦ на 1826 г. СПб., 1826. С. 122–123).
336
Ф. <В.> Б.<улгарин> Замечания сельского жителя … // СП. 1833, 8 мая. Ср. также: «На
севере балы холодны, безжизненны; чувство подавлено расчетом; женихи славятся
меркантильным духом: для них невеста — акция, которой курс им известен» (Герсеванов Н. Б. Петербург и Москва // СО. 1839. Т. 9. С. 10).
337
<Perrault Ch.> Histoires, ou Contes du temps passé. Paris, 1697. P. 121.
338
Перекличка отмечена в: Grenier S. «Everyone knew her...» or did they?: Rereading
Pushkin’s Lizaveta Ivanovna («The queen of spades») // CSP. 1996. Vol. 38, № 1/2. P. 100;
Grenier S. Representing the marginal woman in nineteenth-century Russian literature. Westport (CT) et al., 2001. P. 19, 22–24.
339
Булгарин Ф. В. Петр Иванович Выжигин. Ч. 1. С. 136.
335

demoiselle de compagnie. У нее не было родных, не было состояния
<…> молодые люди начали вертеться около Генриетты и любезничать слегка, как любезничают молодые люди большого света, посвятившие себя удовольствию. Генриетта слушала их с досадой: она понимала, что она была для них игрушкой, забавным препровождением
времени, но что ни одно теплое чувство сожаления или преданности
к ней не заронилось в эти груди, затянутые модными жилетами»340.

Сколь часто, незаметно покинув скучную и богато обставленную …

Окончание -ыя в оклеенные свидетельствует о женском роде слова ширмы; выше оно употреблено в форме мужского рода: из-за ширмов.
Ширмы в комнате воспитанницы оклеены бумагой, а стены спальни графини обиты шелком341, зеркальце противопоставлено зеркалу

Гр.<аф> В–<ладимир>ъ С–<оллогуб>ъ. История двух галош // ОЗ. 1839. Т. 1. С. 102–
103.
341
Напр.: «…бумажные обои, коих аршин едва стоит двадцать копеек, заступили место
штофов [значение термина будет раскрыто ниже], за которые платили рублей по де­
сяти» (Беляев О. П. Кабинет Петра Великого … . СПб., 1800. Ч. 2. С. 211); «Стены были
обиты красноватой бумагой с желтыми рисунками, подражавшей штофу» (Бальзак О.
де. Кошелек // Тел. 1832. Ч. 12. С. 54); «Не штофные обои в золотых рамах <…> а просто
закоптелые бумажные обои» (Ушаков В. А. Последний из князей Корсунских. М., 1837.
С. 71).
340

121

122
в уборной и в спальне, кровать крашеная, т. е. с каркасом из дешевого
сорта древесины, выкрашенным, например, под красное дерево342, —
кровати дорогостоящей железной, а сальная свеча (восковая стоила
минимум вчетверо дороже), темно ‘тускло’ горящая в медном шандале (пандан и рифма к бедной комнате), — освещенному подъезду
особняка графини и золотой лампаде в ее спальне.
Восклицательный знак «придает сказанному оттенок подавленной истерики»343.

Ср. старания героини повести Бальзака «Кошелек» (1832) скрыть
от визитеров скромность обстановки: «…зажигала лампу à double courant d’air344, чтоб ею заменить большой медный шандал и сальную
свечу, литую с какими-то выемками <…> принесла два подсвечника
из вызолоченной бронзы с двумя початыми восковыми свечами, зажгла их <…> и отворила дверь»345.

Напр.: «…у Языкова никогда не было денег <…> на квартире его были такие же березовые плетеные стулья, крашеные кровать и столы, как у всех нас» (Языков Н. М.
Письма к родным за дерптский период его жизни: 1822–1829. СПб., 1913. С. 394).
343
Faletti H. Remarks on style as manifestation of narrative technique in «Pikovaia dama». P. 120.
344
масляный светильник повышенной яркости, изобретенный Ф.-П.-А. Аргандом
ок. 1783
345
Бальзак О. де. Кошелек. С. 54, 62.
342

Обычно пояснительно-уточняющая конструкция после однажды
‘как-то раз’ обособляется запятыми или заключается в скобки; здесь,
ввиду ее сложности, использован сильный вариант выделения и начальное однажды повторено.
два дня после — через (спустя) два дня

нечаянно — случайно

Определить, служащим какой именно воинской части или воспитанником какого именно учебного заведения является незнакомый молодой человек в форме, было не всегда просто346. По цвету
плю­мажа (черный) на шляпе молодого офицера Лизавета Ивановна могла понять, что он не кавалерист, а по способу ношения шляпы
(углом вперед) — что он либо инженер, либо адъютант, либо флигель-адъютант, либо штабной офицер347. Как можно было опознать
в нем именно инженера? Вероятно, острый взор молодости, которым автор наделил Лизавету Ивановну, ждущую избавителя, помог ей разглядеть эмблему (скрещенные топоры) на пуговицах его
шинели и/или цвет мундирного ворота и узор шитья на нем, если,
Напр.: «Я, хотя и был в мундире Преображенского полка унтер-офицерского звания, но на мне была внакидку солдатская шинель, цветом подходящая к тем шинелям, которые носили и воспитанники военно-учебных заведений, имевшие разрешение ездить в экипажах и на извозчиках; к тому же я моей шинелью прикрывал красные
лацканы моего мундира, следовательно, издалека в особенности, встречающееся со
мной начальство не вдруг могло различить, кадет я или юнкер. Конечно, на голове я
имел кивер с длинным из щетины [конского волоса] черным султаном, но такие же
кивера носили и кадеты, а преимущественно Дворянского полка воспитанники, — все
носили кивера с султанами, натурально с некоторыми отличиями от киверов наших
полковых, но чтобы тотчас отличить, надо было хорошенько всмотреться» (Колокольцев Д. Г. Лейб-гвардии Преображенский полк в воспоминаниях его старого офицера
с 1831-го по 1846 г. С. 279).
347
«Фронтовые офицеры при исполнении служебных обязанностей и при встрече с на­
чальством должны были иметь треугольные шляпы поперек головы, что тогда на­
зывалось „по форме“. Адъютанты же и все нефронтовые офицеры, и в том числе ин­
женеры путей сообщения, должны были постоянно носить шляпы вдоль головы, что
называлось тогда „с поля“» (Дельвиг А. И. Мои воспоминания. <Т. 1> С. 86).
346

123

124
конечно, шинель не была застегнута наглухо и на ней не было накладного мехового воротника, в который он два дня спустя спрячет
свое лицо от графини348.

молодой инженер — номинация Германна в гл. 1
Читатели наконец понимают причину интереса Лизаветы Ивановны к профессии Нарумова.

прохожий — проходящий мимо или встречающийся по пути
шить — вышивать

Ср.: «…схватясь за зрительную трубку, вооружал оною свои глаза,
дабы не упустить ни одно малейшее движение прелестной ручки Наденьки, вращающейся около пялец. Что же делала в то время Наденька? Она, действуя иголкою, исподлобья поглядывала на молодого студента, и, когда глаза его, вооруженные трубкою, слишком смело на
нее обращались, она потупляла взоры — и таким образом оканчивались сии сцены»349.

Справка составлена совместно с Р. Григорьевым и В. Файбисовичем.
Лидин [Петров А.]. Табакерка // [Петров А.]. Весенние цветы. М., 1830. С. 105–106.
Ср. также: «Лизавета Филипповна сидела за пяльцами <…> Она посмотрела сбоку на
Блистовского, покраснела и, опять потупив глаза в пяльцы, начала петь песенку» (Погорельский А. [Перовский А. А.] Монастырка. СПб., 1830. Ч. 1. С. 43).
348
349

Ср.: «На другой день ввечеру сидела она под окошком, пряла и тихим голосом пела жалобные песни; но вдруг вскочила и закричала:
ах!.. Молодой незнакомец стоял под окошком»350.

Ср.: «…Маша в одно утро351 задумавшись сидела у окна. Мимо ее352
прошел молодой хорошо одетый мужчина, взглянул на нее и учтиво
снял шляпу <…> Всякий раз он смотрел на нее, и у Маши всякий раз
сильно билось сердце. — Маше уже минуло семнадцать лет; но до
сего времени никогда не случалось, чтоб у нее билось сердце, когда
кто-нибудь проходил мимо окошек. Ей показалось это странным,
и она после обеда села к окну — для того только, чтоб узнать, забьется ли сердце, когда опять пройдет молодой мужчина... Таким образом
она просидела до вечера, однако никто не являлся»353.
Ы [Карамзин Н. М.]. Бедная Лиза // МЖ. 1792. Ч. 6. С. 247–248. Ср. также: «Прошло
несколько недель, и однажды при наступлении вечера я сидела у окна и грустно смотрела на улицу, как вдруг увидела его» (Гофман Э. Т. А. Белое привидение. С. 443–444).
351
однажды утром
352
нее
353
Погорельский А. [Перовский А. А.] Двойник, или Мои вечера в Малороссии. СПб.,
1828. Ч. 2. С. 75–76. Перекличка отмечена в: Тамарченко Н. Д. У истоков русского классического романа. С. 210.
350

125

126

княчиней — опечатка и ошибка: в посмертных изданиях исправлено на графиней
Повторение события, которое показалось незаслуживающим запоминания, намекает на важность его последствий. Ср. эпизод романа
из светской жизни: героиня (из когорты предтеч Лизаветы Ивановны: бедная воспитанница вдовствующей графини), увидев из окна
сцену с участием того, кто станет ее избранником, «забыла об ней, но
чрез три или четыре дня та же сцена повторилась»354.

В условиях, требующих от офицера привычки к неприхотливости,
бобровый ‘из меха бобра’ воротник мог казаться излишеством. Так,
известный военачальник Н. Н. Муравьев-Карский (1794–1866) «замечая на ком-нибудь из офицеров шинель с бобровым воротником, делал замечание, что-де такая шинель — роскошь для солдата; что он
сам шинели с бобровыми воротниками никогда не нáшивал»355. Другое дело — служба в столице: иностранца поражало обилие молодых
людей, фланирующих по Невскому в бобровых воротниках стоимостью от ста до трехсот рублей356. Цена же за воротник из меха тихоокеанского бобра (калана)357 превосходила годовой оклад штабс-капита­
И. <Н.> Гл<у>х<а>р<е>в. Ольга Милославская. М., 1831. Ч. 1. С. 15.
Европеус И. И. Николай Николаевич Муравьев // РС. 1874. Т. 11. C. 181.
356
См.: Gautier Th. Voyage en Russie. Paris, 1867. T. 1. P. 129.
357
«…дивный бобровый воротник вслух говорит проходящим: „От Чаплина-с!.. [из магазина фирмы братьев С. Ф. и Г. Ф. Чаплиных] — стою осемь cот [800 руб.]“» (Башуцкий А. П. Петербургские типы: Человек, который помаленьку обделал свои дела // БЧ.
1840. Т. 42. С. 17).
354
355

на гвардейской инженерной части. Должно быть, молодой инженер,
не желая, чтобы сослуживцы посмеивались над его бережливостью,
либо упросил родных подарить ему к окончанию училища «бобровый
офицерский воротник для шинели, без лацканов, рублей около ста це­
ной»358, либо приобрел его ценою чувствительных самоограничений.
черные глаза его сверкали — портретное клише в его краткой,
без сравнения с огнем, молнией, углями, разновидности

…села в карету сильно волнуясь.

Ср.: «Она ожидала этой минуты и боялась — сама не зная чего:
какое-то предчувствие терзало ее сердце»359.

Такой воротник просил прислать ему А. А. Бестужев, мучимый лихорадкой и ли­
шен­ный возможности уволиться с воинской службы (см.: Бестужев А. А. Письма к Н. А.
и К. А. Полевым // РВ. 1861. Т. 32. С. 482; письмо от 20.09.1836). Воспитанник (в 1843–
1848) Главного инженерного училища вспоминал, что к получению им первого офицер­
ского чина ему «были присланы деньги из дома и в придачу бобровый воротник к будущей зимней шинели» (Сеченов И. М. Автобиографические записки. М., 1907. С. 28).
359
Гнедич Н. И. Дон-Коррадо де Геррера … . М., 1803. Ч. 2. С. 129. Ср. также: «Евгения
опасалась, сама не зная чего» (Остолопов Н. Ф. Евгения, или Нынешнее воспитание.
СПб., 1803. С. 29); «Глаза его жадно устремлены были на Марию. Она испугалась, сама
не зная чего» (Абрантес Л. д’. Гернандез // Тел. 1834. Ч. 23. С. 394).
358

127

128

Портрет незнакомца (вышитый пятистопным хореем) говорит
о его дерзости:
он стоял у самого подъезда,
пылкости:

черные глаза его сверкали
и неотступности:

офицер стоял на прежнем месте.

в известный час — в определенное время

Между ним и нею без всякой договоренности установился контакт.

долее — дольше

…кажется, был благодарен ей за это …

острый взор молодости — острое зрение и наблюдательность,
присущие молодым
быстрый румянец — мгновенный прилив крови к лицу
Ср.: «Быстрый румянец на щеках и томные потупленные взоры говорят, что пора любить для них приходит»360.

Зимою в Петербурге отрезок дня, пригодный для занятий вышиванием при естественном освещении, короток. Принимая во внимание, что после первого появления поклонника Лизавета Ивановна вышивала около двух часов, не приподнимая головы и что их без­
молвные встречи повторялись ежедневно на протяжении не менее
360

Лажечников И. И. Походные записки русского офицера. СПб., 1820. С. 192.

129

130
недели, читатели, знакомые с условиями работы на пяльцах и с особенностями столичного климата361, подсознательно приурочивали
время действия ПД к январю.
Лизавета Ивановна ведет себя подобно героине повести Мармонтеля «Деревенские завтраки» (1790–1791): «До шестнадцати лет я видела свет только из окна своего; а в шестнадцать увидела нечто совсем новое и гораздо приятнейшее362: молодого, прекрасного муж­
чину, который был клерком или писарем у нотариуса <…> Увидев его
в первый раз, я тотчас поняла всё то, что прежде казалось мне непонятным <…> улица разделяла нас как бездна; к счастью, не могла она
остановить взоров наших <…> стыдливость и робость, которые неразлучны с невинностью <…> обнаружились на лице моем. Какое-то сердечное чувство сказало мне, что молодой девушке неприлично сидеть
долго под окном, когда смотрит на нее молодой мужчина, смотрит
пристально и с удовольствием. Я встала, отошла прочь, хотела заниматься своими птичками и приходила опять на то же место; удалялась, отворачивалась и потихоньку смотрела, глядят ли на меня. Любезный клерк стоял неподвижно, не спускал с меня глаз своих, говорил ими очень убедительно и красноречиво и, казалось, упрекал меня
за то, что я не хочу смотреть на него внимательно <…> Увидев его, я
застыдилась, но хотела скрыть свои чувства и показывала, будто не
занимаюсь ничем, кроме утренних приятностей. Между тем взоры
наши встретились; он поклонился мне и сделал знак рукою и глазами,

В предшествовавшее созданию ПД десятилетие (1823–1832) наибольшее коли­
чество пасмурных дней приходилось на ноябрь и декабрь, а туманных — на февраль
и март (см.: <Заболоцкий-Десятовский А. П.> Статистические сведения о СанктПетербурге. С. 30–31). Ср.: «Чрезвычайная краткость дней дает повод сказать, что в течение октября, ноября и декабря Петербург покрыт мраком. Некоторые из жителей оного, просыпаясь поздно, едва успевают узреть дневной свет, скрывающийся
в ноябре и декабре обыкновенно около 3-х часов пополудни» (<Гаевский С. Ф.> Медико-топографические сведения о С.-Петербурге. СПб., 1834. С. 5–6). Ср. также: «Солнца
не видно уже три недели. Петербургские жители, встречаясь, говорят друг другу: —
Ах, какая прекрасная погода!..» (Т.-О. [Сенковский О. И.] <Рец. на:> Панорама СанктПетербурга … // БЧ. 1834. Т. 2. С. 78).
362
гораздо более приятное
361

что время очень хорошо363. Я также поклонилась ему (думая, что в том
нет ничего худого) и движением головы согласилась с ним, что день
прекрасный <…> Несколько дней я не подходила к окну, старалась заниматься и несмотря на то, думала только об одном <…> Вы спросите,
как могла я видеть это издали? Но в 16 лет глаза у нас бывают очень
хороши для таких вещей и в таких случаях. Я казалась задумчивою
или рассеянною, но в самом деле ничего не укрывалось от моего внимания <…> и таким образом прошел целый месяц»364.

В посмертных изданиях княгине исправлено на графине.

…пожалела, что своим неосторожным вопросом выдала себя перед
Томским, не умеющим хранить чужие секреты.
В ПД-1 и ПД-2 запятая не на месте; правильно: Нарумовъ не инженеръ, а конногвардеецъ.
погода прекрасная
Мармонтель Ж.-Ф. Новые повести / Пер. Н. М. Карамзин. М., 1815. Ч. 1. С. 9–15. Перекличка отмечена в: Шарыпкин Д. М. «Пиковая дама» и повесть Мармонтеля «Окно» //
ВПК ‘1974. 1977. С. 139–142.
363
364

131

132

Его отец был либо поступившим на российскую службу подданным одного из германских государств, либо российским подданным из Курляндской, или Лифляндской, или Эстляндской губернии.
Согласно этнопсихологическим представлениям пушкинского вре­
мени, соединение в характере Германна стереотипных немецких
черт со стереотипными русскими объясняется либо тем, что его
отец был немцем, но обрусевшим365, либо тем, что его мать была
русской366.

упрочить — укрепить; перекличка с твердо в том же предложении

Вклад без снятий (не касался и процентов) при тогдашних 4 % годовых удваивался за восемнадцать лет, утраивался за двадцать восемь и усемерялся за пятьдесят; куда более быструю возможность
утроить, усемерить его предоставляла игра в карты.

Ср.: Thomas A. A Russian Oedipus: Lacan and Puskin’s «The queen of spades» // Wiener
slawistischer Almanach. 1992. Sbd 31. S. 55.
366
Ср.: Rosenshield G. Freud, Lacan, and romantic psychoanalysis: Three psychoanalytic
approaches to madness in Pushkin’s «The queen of spades» // SEEJ. 1996. Vol. 40, № 1. P. 24;
Rosenshield G. Gambling and passion: Pushkin’s «The queen of spades» and Dostoevsky’s
«The gambler» // SEEJ. 2011. Vol. 55, № 2. P. 206–207.
365

одним жалованьем — на одно только жалованье
Помимо жалованья офицеру выдавались столовые деньги (или
продовольствие), обмундирование и вооружение, предоставлялась
казенная квартира и назначалась казенная прислуга (или выделялись средства на наем квартиры и на содержание прислуги).
Годовые оклады жалованья (в рублях ассигнациями), установ­
ленные для штаб-офицеров (VI–VIII классы Табели о рангах) и оберофицеров (IX–XIV классы) инженерных войск, полезно сопоставить
с окладами армейских пехотинцев, с одной стороны, и гвардейских
кавалеристов, с другой:
инженерные войска

класс
VI

VII

VIII
IX
X

XII

XIII
XIV

армейская
пехота

армейские
гарнизонные

полковник

подполковник

майор

капитан

штабскапитан

поручик

подпоручик

прапорщик

1200

900 подполковник

780 майор

720 капитан

690 штабскапитан

600 поручик

510 подпоручик

450 прапорщик

полевые
полковник

600 подполковник

1200 полковник
900

520 капитан 780

480 штабс720
капитан

460 поручик 690

400 подпоручик

340 прапорщик

300

гвардейские

600

510

капитан

штабскапитан

поручик

подпоручик

прапорщик

гвардейская
кавалерия

1200 полковник

1440

900 ротмистр

1200

720 поручик

780

600 корнет

690

780 штабсротмистр

690

900

Эти данные367 показывают, сколь важное место в системе родов
войск занимал инженерный корпус: армейские полевые инженеры
Таблица составлена на основе: О прибавке жалованья штаб- и обер-офицерам
и о про­изводстве столовых денег генералам против табелей, у сего прилагаемых.
12.12.1816 // ПСЗ: Собр. 1-е. СПб., 1830. Т. 33. С. 1116–1117; О новых окладах жалованья, определяемых с 1817 года. 12.12.1816 // Там же. Т. 43, ч. 2. Паг. 2-я. С. 83.
367

133

134
приравнивались к молодой (сформированной после 1812) гвардии
и тем самым получали преимущество в один чин перед другими армейцами, а гвардейские инженеры приравнивались к старой гвардии,
получая преимущество в два чина перед армейцами, а в окладах жа­
лованья уступая лишь элите — гвардейским кавалеристам. Судьба
воспитанников инженерного училища зависела от их успеваемости:
лучшие выпускались в гвардию, и гвардейский прапорщик был двумя классами Табели о рангах выше прапорщика гарнизонного и имел
оклад, равный окладу гарнизонного подполковника.
малейшая прихоть — самое скромное из случайно возникающих
желаний
позволять себе прихоть — se livrer à son caprice

честолюбив — самолюбив

иметь случай — иметь возможность

Ср.: «…чувствительность его возбуждала насмешки товарищей. Он
был горд и надменен, заботился о мнении других, как ребенок. Посему
и стал учиться искусству скрывать то, что считал в себе недостатком»368.

368

Мериме П. Этрусская ваза / Пер. В. <И. Любич->Романович // СОСА. 1832. Т. 27. С. 58.

Уподобление воображения огню обычно передавалось прилагательными разгоряченное, распаленное, пылкое, пламенное. В «Правилах высшего красноречия» (написаны в 1792; до первой публикации
в 1844 ходили в списках) М. М. Сперанский выделял три рода вооб­
ражения: живое (или легкое), сильное и огненное и о последнем пи­
сал: «Воображение огненное единым ударом очес369 озирает весь горизонт; рассматривает вещи, видит в мгновение все отношения их, чрез
всё проходит, всё разрывает, всё воспламеняет, чему370 ни прикаса­
ется: словом, оно быстро и деятельно, как огонь, коего имя к нему
прилагают»371. В печати словосочетание огненное воображение первым или одним из первых употребил К. Н. Батюшков372; входить в обиход оно начнет после ПД.
Указания на присутствие в одном характере пылкого воображения
и холодной расчетливости предвещают сравнение Германна с На­
полеоном, казавшимся современникам «гением, в голове коего гнездились орлы вдохновения, меж тем как в сердце клубились змеи рас­
чета»373.
Кроме того, «эта характеристика прочитывалась как мотивация противоположных качеств Германна с помощью привязки их

от очи
к чему
371
Сперанский М. М. Правила высшего красноречия. СПб., 1844. С. 26–27.
372
См.: Батюшков К. Н. Опыты в стихах и прозе. СПб., 1817. Ч. 1. С. 39.
373
<Heine H.> Französische Zustände // Außerordentliche Beilage zur Allg. Ztg. 1832,
31. Jan.; в переложении на русский: «В его главе — орлы парили, / В его груди — змии
вились [извивались змеи]... / Ширококрылых вдохновений / Орлиный, дерзостный
полет, / И в самом буйстве дерзновений / Змеиной мудрости расчет» (<Тютчев Ф. И.>
Наполеон [1832] // Моск. 1850. № 7. С. 163). Перекличка отмечена в: Тынянов Ю. Н.
Поэтика. История литературы. Кино. М., 1977. С. 31–32. На сходство характеристики
Германна с этим портретом Наполеона указано в: Эткинд Е. Г. «Внутренний человек»
и внешняя речь. М., 1998. С. 73–74.
369
370

135

136
к национальным стихиям: страстности и неуемности — к русскому
началу, самообладания и внутренней дисциплины — к немецкому»374.

Похвала твердости, уберегшей Германна от заблуждений молодости ‘проступков по незрелости’, выдержана в стиле назидательной
словесности375.

так, например — свидетельство способности героя одолевать
и другие искушения (здесь упоминания не заслуживающие)376
в душе игрок — joueur dans l’âme ‘игрок по натуре’
сказывать — говорить; сообщать

Манн Ю. В. Тургенев и другие. М., 2008. С. 220–221.
Напр.: «Сии различные занятия и добрые примеры <…> предохранили его от заблуждений юности, и он провел время свое с удовольствием, пользуясь уважением
всех товарищей своих. При самом вступлении своем в свет он имел <…> несчастие лишиться отца своего <…> но в твердости своего характера и в приобретенных позна­
ниях он нашел достаточное вспомоществование» (Экин Д., Барбольд А. Л. Семейные
вечера … / Пер. А. О. Ишимова. <СПб.>, 1833. Ч. 4. С. 8).
376
См.: Kodjak A. «The queen of spades» in the context of the Faust legend // Alexander
Puskin: A symposium on the 175th anniversary of his birth. N. Y., 1976. P. 95–96.
374
375

Cр.: «…была очень скупа, или — как сама говорила — она не имела
ничего излишнего»377.

следовать за различными оборотами игры — следить за теми
или иными изменениями, происходившими на карточном столе
Ср.: «…быстрым, пронзительным взором следовал за каждым движением рук банкира»378.

Герой новеллы Гофмана «Игрецкое счастье» (1820) «был не так379
богат; терпел иногда нужду и только посредством благоразумной
жизни мог показываться в свете с тою пристойностью, какой требо­
вала его знатная порода380. Уже и потому, что малейшая потеря могла
быть для него чувствительна, могла расстроить весь порядок его жизни, не смел он приниматься за карты»381. Ср. характеристику никогда
не играющего завсегдатая игорного дома в романе Бальзака «Шагреневая кожа» (1831): «Он был одним из тех современных танталов,
что сторонятся удовольствий своего века, одним из тех скупцов без
сокровища, что делают лишь воображаемую ставку»382.

Цшокке Г. Старая девица / Пер. Екат. Зыб. // СОСА. 1830. Т. 15. С. 123.
Клаурен Г. [Хойн К.] Голландский купец. С. 44.
379
не слишком
380
происхождение
381
Гофман Э. Т. А. О счастии игроков / Пер. В. П. Поляков // ВЕ. 1823. № 13–14. С. 108 =
«…был почти беден, и одна лишь скромная жизнь доставляла ему средства являться в обществе так, как прилично потомку благородной фамилии. Малейшая потеря
могла иметь для него пагубные последствия: — вот почему он избегал игры» (Его
же. Счастье игрока / Пер. Н. Ю. // СПбВ. 1831. Т. 2, № 16. С. 45). Перекличка отмечена
в: Штейн С. В. Пушкин и Гофман. Дерпт, 1927. С. 273–274.
382
Balzac H. de. La peau de chagrin. Paris, 1831. Т. 1. P. 46. Ср. также портрет парижского
беспризорника: «игрок, но игрок в душе, и притом неистовый», за неимением золота
безоглядно рискующий медяками (Outrepont G. de. Le gamin de Paris // Paris, ou Le livre
des cent-et-un. Paris, 1832. Т. 7. P. 133).
377
378

137

138

…а вдруг старая графиня откроет мне свою тайну, то есть назовет эти три выигрышные карты! Почему бы мне не попытать счастья?

подбиться в милость — добиться расположения, как правило,
влиятельного лица383

пожалуй — частица со значением нерешительного согласия, готовности уступить

Напр.: «Он подбился в милость к любимцам львовым [льва]» (Голберг Л. Басни нравоучительные с изъяснениями / Пер. Д. И. Фонвизин. <М.>, 1762. С. 14); «…подбиться
в милость к прекрасному полу» (Смесь, или Собрание разных философических и критических сочинений … . СПб., 1771. С. 262); «…подбиться в милость к какому-нибудь
господину» (Бланшар П. Плутарх для юношества / Пер. <С. Немиров>. М., 1809. Ч. 4.
С. 358–359); «Домашняя челядь всегда и везде сметлива: она старается вызнать склонности, слабости, самые странности своего господина, умеет льстить им и чрез то [таким способом] подбиться в доверие и милость» (Порфирий Байский [Сомов О. М.].
Сказки о кладах // НА на 1830 г. СПб., 1829. Ч. 1. C. 85).
383

восемьдесятъсемь — опечатка; правильно: восемьдесятъ
семь
но на всё ~ два дня!.. — то ли аргумент против изложенных вы­
ше планов, то ли напоминание самому себе, что с их осуществлением
необходимо поспешить

Откуда Германну известен возраст графини? Из лиц, знающих
его не приблизительно (как Нарумов), Германну знаком лишь Томский, но расспрашивать последнего он точно не стал бы, а выяснить
это самостоятельно не мог за отсутствием справочников со сведе­
ниями о датах рождения представителей русских дворянских родов.
Не проговорился ли здесь автор, державший в уме возраст Н. К. Загряжской? В год публикации повести ей исполнялось как раз восемь­
десят семь384.

В молодости графиня воспользовалась любезностью старого чудака Сен-Жермена — так почему бы в старости ей не стать благодетельницей Германна385? Слова Томского об отношении графини к СенЖермену и к Чаплицкому могли внушить Германну подозрение, что
молодые игроки, стремясь получить доступ к тайне, вступали в любовные отношения с немолодыми ее обладателями. Питательной
средою для подозрений такого рода служили слухи о практике сек­
суальной расплаты за карточные долги, циркулировавшие в обществе и определившие сюжет, например, комедии Сиббера «Последняя
ставка леди» (1707), одноименного полотна Хогарта (ок. 1759) и романа Дидро «Нескромные сокровища» (1748). Однако читатели XIX в.
не содрогались от отвращения, узнав о готовности молодого человека стать старухиным любовником: среди значений этого слова, поми­
мо ‘сексуальный партнер’, были ‘поклонник; почитатель’ и ‘любимец;
наперсник’.
Ср.: Раков Ю. А. Тройка, семерка, дама: Пушкин и карты. СПб., 1994. С. 118.
Ср.: Wachtel M. Four notes on Pushkin’s prose // Essays in honour of A. Zholkovsky. Bos­
ton, 2018. P. 608–609.
384
385

139

140

самый — сам

Не видя пока надежного способа овладеть тайной, Германн про­
бует убедить себя в ее отсутствии.

умеренность и трудолюбие — зачастую соседи в перечнях доб­
родетелей, в том числе приписываемых народам386
Ср. формулы достижения успеха, связываемые с т. н. немецким характером: «…нажил я себе и дом, и деньги, и честное имя, — а чем?
бережливостью, терпением, трудолюбием»387; «...умеренность, бе­
режливость, довольство малым <...> неподстрекаемое свыше трудо­
любие»388.

Напр.: «Трудолюбие и умеренность сохраняют [предохраняют] японцев от многих
болезней» (Рейхель И. Г. Краткая история о японском государстве … . М., 1773. С. 218);
«Они называются голландцами <…> Трудолюбие и умеренность сделали сию нацию
одною из богатейших» (Гаспари А. Х. Новое всеобщее землеописание для употреб­
ления в училищах. СПб., 1809. С. 157).
387
ПСС, VII, 215.
388
Греч Н. И. Поездка в Германию. Ч. 1. С. 186, 192. О петербургских немцах ср. также:
«Честностью, аккуратностью в исполнении возлагаемых на них дел они умеют утверждать [укреплять] приобретаемое ими доверие <…> Образ жизни их довольно
приятен не только благоразумною расчетливостью, но щепетильною экономией, которая русскому никогда не войдет [придет] в голову» (Башуцкий А. П. Панорама СанктПетербурга. Ч. 3. С. 44–45).
386

Ср. также: «Ч а ц к и й. Взманили почести и знатность? / М о л ­ч а ­
л и н. Нет-с, свой талант у всех… Ч а ц к и й. У вас? / М о л ч а л и н.
Два-с: / Умеренность и аккуратность»389.

Если понтер удваивает вторую и третью ставки, то в случае везения чистый выигрыш после второй игры утраивает его капитал
(первоначальную ставку), а после третьей усемеряет390.

доставить ‘обеспечить’ покой и независимость — assurer le re­
pos et l’indépendance391
«…В жизнь свою не трудился я для излишнего, только для необ­­
ходимого», — говорит молодой немец, герой новеллы Цшокке «Пе­
рерождения» (1814), однако признается, что не остался равнодушен, когда получил предложение «огромного капитала, который мог
обеспечить меня на целую жизнь, доставив мне столь желанную не­
зависимость»392.
Грибоедов А. С. Горе от ума. С. 88. Ср.: «…дóлжно быть аккуратным, хотя это и немецкая добродетель; не худо быть и умеренным, хотя Чацкий и смеется над этими
двумя талантами» (ПСС, XIV, 162; письмо ок. 14.04.1831).
390
Рецензент повести, в которой рассказывается о возвращении проигранных денег
благодаря ставкам на три карты, предполагает, что вторая ставка утроила выигрыш,
а третья усемерила (см.: Пасынков [Воейков А. Ф.] <Рец. на:> Нищий, или Ужас, владычествующий в вертепе игроков … // Сла. 1830. Ч. 15. С. 486).
391
Напр.: «…всегда предпочитал свой покой и независимость всем наслаждениям света» (Циммерманн И. Г. О уединении относительно к разуму и сердцу / Пер. Н. И. Анненский. СПб., 1801. Ч. 1. С. 296); «Я люблю уединение, покой и независимость; но невозможно быть бедну и независиму [бедным и независимым]» (Жанлис Ф. де. Госпожа
Ментенон. М., 1806. Ч. 2. C. 127); «…имеет так мало честолюбия и столько любит покой
и независимость, что ни на минуту не почувствует в себе склонности променять их
на прочную милость <…> государя» (Виланд К. М. Аристипп и некоторые из его со­
временников / Пер. И. И. Татищев. М., 1807. Ч. 2. С. 105); «Я осудил себя на долгое время к самой усадчивой [прилежной] работе, чтобы доставить себе независимость»
(<Жуи В. Ж.> Записки об Англии // СО. 1827. Ч. 113. С. 26); «О чем же думал он? о том, /
Что был он беден, что трудом / Он должен был себе доставить / И независимость,
и честь» (ПСС, V, 139).
392
Цшокке Г. Ясновидящая / Пер. <В. А.> Вл.<адиславлев> // СО. 1825. Ч. 103. С. 212,
215. Диалектика излишнего и необходимого управляет сюжетом повести Цшокке
389

141

142

в — на

Принято считать, что автор ПД имел в виду особняк Н. П. Голицыной на углу Малой Морской и Гороховой улиц. Неподалеку от него
семья Пушкина проживала с декабря 1832 до мая 1833, а напротив
него находился ресторан Андрие (с 1829 перешедший к Дюме393),
в котором собирались «люди высшего общества и лучшего обр­а­­
зования»394, «все люди лучшего тону»395, «говоруны и умники Пе­
тербурга»396, «петербургские львы и денди»397 и который Пушкин
посещал в пору своей холостяцкой жизни398, что получило отра­
жение в наброске зачина к ПД: «Года 4 тому назад собралось нас
в П.<етер>Б.<урге> несколько молодых людей, связанных между
собою обстоятельствами. Мы вели жизнь довольно беспорядочную. Обедали у Андрие без аппетита, пили без веселости, ездили
к С.<офье> А.<стафьевне>399 побесить бедную старуху притворной
«Миллионер» (1816) — см.: Его же. Миллионщик // СО. 1826. Ч. 108. С. 23–56, 97–140,
185–235, 281–308.
393
Под именем обоих владельцев это заведение числится еще в: Книга адресов С.-Пе­
тербурга на 1837 г. СПб., 1837. С. 1427.
394
Ф. <В.> Б.<улгарин> Толки и замечания сельского жителя … // СП. 1833, 15 марта.
395
Вульф А. Н. Дневник, 1828–1831 // ПиЕС. 1915. Вып. 21/22. С. 52; запись от
20.02.1829.
396
Веневитинов Д. В. Стихотворения. Проза. М., 1980. С. 379; письмо конца 1826 — начала 1827.
397
Петербургские обеды // СП. 1840, 15 июня.
398
Ср.: «…г. Андрие вознамерился на старости возвратиться в отечество свое Францию. Где теперь пообедать порядочному человеку en garçon [по-холостяцки]? Где сойтись приятелям, чтоб провесть время по-холостому?» (<Булгарин Ф. В.> Заведение
г. Дюбуа // СП. 1830, 22 апр.).
399
хозяйка дома свиданий

разборчивостью. День убивали кое-как, а вечером по очереди собирались друг у друга»400.
Обо всём этом большинство читателей ПД, разумеется, не подо­
зревало, однако чтобы сделать вывод о знатности домовладельца,
достаточно было тех сведений об улице и о доме, которые предоставил повествователь: в одной из главных улиц Петербурга, перед домом
старинной архитектуры401.

Ср. в «Онегине»: «Вдоль сонной улицы рядами / Двойные402 фонари
карет / Веселый изливают свет / И радуги на снег наводят; / Усеян плош­
ками403 кругом, / Блестит великолепный дом»404. Опубликованное

ПСС, VIII-2, 834. Ср.: «…явился я к Дюме, где появление мое произвело общее
весел­ие: холостой, холостой Пушкин! Стали потчевать меня шампанским и пуншем и спрашивать, не поеду ли я к Софье Астафьевне?» (ПСС, XV, 128; письмо от
17.04.1834).
401
Ср.: «…мне стоило бы только сказать, что дом с освещенными окнами находился
в faubourg St. Germain, в Bond Street, на Дворцовой набережной [аристократические
районы Парижа, Лондона и Санкт-Петербурга] — и догадливый читатель знал бы уже,
о каких людях идет дело [идет речь]» (–л– [Павлов Н. Ф.]. Московский бал // Тел. 1832.
Ч. 7. С. 29–30). С большой точностью «угадать» адрес удалось Ф. Ф. Корфу: «В одной из
Морских [Большой или Малой Морской] <улиц> есть барский дом старинной, де­
довской [восходящей к предкам] архитектуры. Он так важно и пасмурно [хмуро] глядит на улицу, что, проходя мимо, всякий наверно [наверняка] догадается, что в нем
обитает какая-нибудь старушка екатерининских времен. Так точно [это действительно так] — это дом княгини В., той самой старой барыни, к которой отдана <в воспи­
танницы> наша Аннушка» (Корф Ф. Ф. Отрывок из жизнеописания Хомкина // Совр.
1838. Т. 10. С. 125).
402
укрепленные по обе стороны от кучера
403
круглыми глиняными сосудами, которые использовали преимущественно для наружного освещения: прикрепив ко дну фитиль из хлопчатобумажной или льняной
пряжи, плошку заливали топленым салом
404
ПСС, VI, 16.
400

143

144
в 1825, это описание съезда гостей стало классическим405; к концу
1830-х его сочтут избитым и избыточным406.

до — опечатка; правильно: то

Три категории гостей407 опознаются по ногам, которые вытягивались ‘распрямляясь, выставлялись наружу’ и оказывались видны в про­

Напр.: «В девять часов начали съезжаться экипажи один за другим, останавливались у подъезда, освещенного плошками, и длинный ряд карет выстроился против окошек» (Шаплет А. де. Несчастие от французской кадрили. С. 146); «Глухая полночь. Строем
длинным, / Осеребренные луной, / Стоят кареты на Тверской <улице> / Пред домом
пышным и старинным» (Баратынский Е. А. Бал. С. 5); «В числе самых блистательных
балов того года был данный князем О*** <через> три дня после Рождества. Кареты,
сверкая гранеными [с плафонами в форме многогранника] фонарями, как метеоры, влекомые четверками [четырьмя лошадьми], неслись к рассвещенному [ярко освещенному] подъезду» (А. М.<арлинский> [Бестужев А. А.] Испытание // СОСА. 1830. Т. 13. С. 182);
«У ***ского посланника бал. До глубокой ночи продолжался беспрерывный визг колес по
снегу перед освещенным подъездом» (Голицын С. Г. Вы струсили // БЧ. 1834. Т. 3, кн. 1.
С. 190–191); «Карета остановилась перед ярко освещенным подъездом, и его разом
поразили: ряд экипажей, говор кучеров, ярко освещенные окна и звуки музыки» (Гоголь Н. В. Арабески. Ч. 2. С. 54); «Какой чрезвычайный съезд в этом доме! Улица заперлась каретами. Огни сияют в одностекольных [одностворчатых] окнах» (Степанов А. П.
Ветошник Алеша // БЧ. 1835. Т. 12. С. 106); «Бал был назначен <на> 10 декабря. К концу
этого дня, часов в 11, в Миллионной <улице> не было проезда. Улица от начала до конца
была загромождена экипажами, освещена каретными фонарями» (Панаев И. И. Сегодня
и завтра // ЛПРИ. 1837, 10 апр.); «Пышно освещенный дом графа М. уже близок. Кареты
одна за другой подъезжают к крыльцу» (Корф Ф. Ф. Повести. СПб., 1838. С. 36).
406
Ср.: «Все бытописатели, когда приходилось писать о бале, не забывали никогда
упоминать о самом ничтожном и само собою разумеющемся обстоятельстве, что подъезд и окна бывают ярко освещены, а улица перед домом заперта экипажами» (Гончаров И. А. Полн. собр. соч. и писем. Т. 1. С. 89).
407
Ср. в «Онегине»: «Военных франтов, дипломатов / И гордых дам» (ПСС, VI, 167).
405

свете между открытыми дверцами карет и откинутыми ступенькамиподножками408. Офицеры кавалерии угадываются по гремучей ботфорте — высокому сапогу с позвякивающей шпорой, представители дипломатического корпуса — по башмаку409, носимому с чулком
и кюлотами410, а на миг показавшийся из-под подола предмет женской
обуви (атласный башмачок? вязаный полусапожек, надетый поверх
башмачка в холодное время?) не упомянут: нескромному воображению наблюдателя рисуется сразу вся стройная нога молодой кра­
савицы411. В первом посмертном издании ПД ногу за­менили нож­
кой412: это слово, служившее обозначением подколенной части ноги
или только ступни, больше отвечало типовому целомуд­ренному порт­
рету дамы, покидающей карету413.

Ср. эмблематичные изображения придворных, гвардейцев и дам: «...несколько балов в зиму, на которых вы увидите камергерские ключи [камергер имел доступ в личные покои монарха, и знáком этой привилегии служил декоративный золотой ключ],
и гвардейское шитье [на мундирах], и кучу алмазов и <…> воздушные платья из магазина <мод> Сихлер [«Sichler marchаnd de nouveautés»]» (Ф. <В.> Б.<улгарин> Замечания
сельского жителя … // СП. 1833, 8 мая).
409
Ср. противопоставление этих ведомственных атрибутов — кавалеристов и придворных (форма которых служила образцом для формы дипломатов): «Что на ноге
его: ботфорта / Иль камер-юнкерский башмак?» (Вяземский П. А. Святочная шутка //
СЦ на 1831 г. СПб., 1830. С. 88).
410
Ср. эмблематичные изображения кавалериста и дипломата: «…невесты московские ловят приветливыми взорами петербургского гостя, когда он залетным соколом
[фольклорный образ заезжего ухажера] мчится по нашим гостиным, обворожительно гремя шпорами или наводя дипломатический лорнет» (–л– [Павлов Н. Ф.]. Московский бал. С. 33).
411
Ср. диалог Дона Гуана: «Под этим вдовьим черным покрывалом, / Чуть [лишь]
узенькую пятку я заметил» и его слуги: «Довольно с вас [вам и этого достаточно]. У вас
воображенье / В минуту дорисует остальное» (ПСС, VII, 143). Ср. также: «…молодая
женщина, выходившая из своего роскошного экипажа <…> Платье, слегка приподнятое над ступенькой, позволяло ему [наблюдателю] увидеть ногу, стройные контуры
которой обрисовывал белый и плотно облегавший ее чулок» (Balzac H. de. La peau de
chagrin. Т. 1. P. 17); «…чулок, особенно если он очень бел, заставляет вас предполагать
тоненькую, прелестную ножку» (Бальзак О. де. Один из тринадцати. С. 26).
412
Cм.: Пушкин А. Соч. СПб., 1838. Т. 7. С. 25; повторено в изданиях, подготовленных
П. В. Анненковым, Г. Н. Геннади, П. А. Ефремовым, П. О. Морозовым, Л. И. Поливановым.
413
Напр.: «...смотря на подъезжавших дам, выпархивавших из карет и быстрою ножкой
взбегавших по ступеням крыльца» (Тонкачеев А. Московская скачка на императорский
408

145

146
Образ вытянутой женской ноги на откидной ступеньке возникнет
и в следующей главе: к дому графини подъедет ее карета, и Германн
услышит стук опускаемой подножки; прообразом же этого ‘пьедестала’ служит скамеечка, на которой вытягивала ноги графиня, одетая
для прогулки на карете.

В мужскую моду первой трети XIX в. то и дело возвращаются изобретенные предыдущим столетием фасоны чулок с продольными,
реже поперечными или наклонными полосами двух цветов414, однако
повод для соседства образов полосатый чулок и дипломатический
башмак остается неясным.
На фоне изобилия в ПД сцен c участием рук упоминание ног — редкость, и потому их ‘портретной галерее’ в композиции повести отве­
дена капитальная роль. «…Фраза „кареты одна за другой катились“
объявляет появление карт (ср. с аналогичной формулировкой в сле­
дующем абзаце: Германн „ставил карту за картой“). Затем Пушкин вынимает из своей колоды три верные карты, замаскированные в виде
ножек, появляющихся одна за другой из карет. Первой из „колоды-кареты“ выходит тройка: „Из карет поминутно вытягивалась то строй­
ная нога молодой красавицы...“ (образ аллитеративно и зрительно вос­
производит вышеупомянутую метаморфозу тройки: „Увидев молодую
девушку, он говорил: ‘Как она стройна!.. Настоящая тройка червонная’“). Следующей из колоды вылезает семерка, загримированная под
„гремучую ботфорту“. Стоит ее перевернуть вверх ногами, и получится семерка <…> Не подлежит сомнению, что „полосатый чулок
и дипломатический башмак“ украшают ногу важного „туза“ <…>
Итак, „стройная нога“, „гремучая ботфорта“ и „дипломатический башмак“, выступающие на глазах у Германна из „карет-карт“, и есть три
приз … // СП. 1833, 6 июля); «Ступени кареты хлопнули, показалась очаровательная
ножка, затянутая в черный атласный башмачок» (Ив. <И.> П–<анае>в. Спальня светской женщины // СОСА. 1835. Т. 49. С. 321).
414
См., напр.: Modes // J. des dames et des modes. 1822, 5 août. P. 348; Modes // Le kaléidoscope. 1828, 12 juill. P. 70; Jesse W. The life of George Brummel … . London, 1844. Vol. 1. P. 62;
Weiss H. Kostümkunde: Geschichte der Tracht und des Geräthes … . Stuttgart, 1872. Abth. 2.
S. 1222.

верные карты, которые Пушкин <…> в надлежащей последовательности подсовывает своему недогадливому герою»415.
Какой работе воображения обязана своим возникновением эта
‘портретная галерея’? Каждая из числовых карт — тройка, семерка
и туз — мысленно уподобляется карте фигурной и наделяется ‘ко­
нечностью’, отсутствующей у дамы, валета и короля в картах симметрично-полуфигурного дизайна, и именно она выставляется напоказ; предметом же угадывания становятся ‘голова’ и ‘торс’, как бы еще
скрытые в карете.

величавый — исполненный уверенности в собственном превосходстве
В швейцары брали рослых и представительных мужчин, нередко
из числа отставных гвардейских солдат и унтер-офицеров; их обря­
жали в ливрею, обшитую золотым галуном416.
Пестрый поток гостей запечатлен энергичным четырехстопным
хореем: шубы и плащи мелькали. Его сменяет хорей пятистопный и —
из-за пропуска обоих четных ударений — замедленный, отвечающий
внушительной статуарности привратника: мимо величавого швейцара.
За описанием дома снаружи обычно следует описание роскошной
парадной лестницы, ведущей в бельэтаж: «Вот наш герой подъехал

Давыдов С. Туз в «Пиковой даме» // НЛО. 1999. № 37. С. 116. Образ ботфорта-семерки предвосхищает сообщение в эпилоге о производстве конногвардейца в чиновники
VII класса по Табели о рангах.
416
Напр.: «Швейцар — весь в золоте — с меня шинель снимал» (Трилунный [Струйский Д. Ю.]. Стихотворения. СПб., 1830. Ч. 1. С. 72); «…швейцар в павлиньем своем уборе» (А. М.<арлинский> [Бестужев А. А.] Испытание. Т. 13. С. 182); «…с разряженным
швейцаром» (Ив. <И.> П–<анае>в. Спальня светской женщины. С. 366); «…с облитым
золотом швейцаром» (Гоголь Н. В. Арабески. Ч. 2. С. 54).
415

147

148
к сеням; / Швейцара мимо он стрелой / Взлетел по мраморным сту­
пеням, / Расправил волоса рукой»417. В ПД на месте этого описания
возникает зияние. Германн не проходит мимо швейцара и не поднимается в бельэтаж — Германн остановился. Читателям предлагается вообразить чувства аутсайдера — вроде таких: «Сквозь богатую,
разнообразную цветочную горку балкона ему виделись щеголевато
убранные головы дам, мелькавших по комнате, и толпы молодых
мужчин, расхаживавших взад и вперед, как бы в промежутках танцев.
Нашему ночному страннику стало завидно; он подумал: — Для чего418
я не там? для чего я не в этом блестящем обществе <…>?»419

Вопрос предвещает сходство особняка графини с местом действия
авантюрных и готических романов: — Чей это (или Кому принадлежит этот) замок? спрашивают, например, в «Удольфских тайнах»
(1794) Радклиф, в «Ринальдо Ринальдини» (1798) Вульпиуса и в па­
родирующих готику «Путешествии в замок Сирей» (1815) Батюшкова
и «Приключении моего дяди» (1824) Ирвинга.

ПСС, VI, 16. Ср.: «…на дворе двадцать градусов мороза; входим на лестницу и <…>
вступаем в сад, цветущий, как в июле» (<Булгарин Ф. В.> Письма провинциалки из столицы // СП. 1830, 12 июля); «Идет по лестнице — богатый английский ковер вьется
по ее ступеням; на стенах лампы с ревербером [отражателем] бросают ослепительный свет; по обе стороны лестницы расставлены померанцевые и лимонные деревья
в полном цвету. В передней — суетливая толпа лакеев в разноцветных ливреях» (Сомов О. М. Видение наяву // Гирлянда. 1831. № 4. С. 97); «Лакеи в разноцветных ливреях
толпились между колоннами обширной прихожей, и мраморная лестница, уставленная снизу доверху померанцевыми и миртовыми деревьями, пестрела приезжающими» (Голицын С. Г. Вы струсили. С. 191); «Воздушная лестница с блестящими перилами,
надушенная ароматами, неслась вверх» (Гоголь Н. В. Арабески. Ч. 2. С. 54).
418
отчего
419
Сомов О. М. Видение наяву. С. 96. Ср.: «…маленькие люди пристально смотрели на
освещенные окна, любуясь движущимися тенями великих людей, которые имели завидное право натирать пол [танцующие уподоблены полотерам] великолепной залы»
(Иваницкий А. И. Мечтатель // Маяк. 1840. Вып. 2, ч. 8. С. 157).
417

будочник — низший чин городской полиции, который назначался
«из солдат, к фронтовой службе неспособных»420 и отвечал за соблюдение порядка на территории, закрепленной за стоящей на перекрестке полицейской будкой421
Обязанности будочников распределялись следующим образом: «Из
трех стражей, у каждой будки положенных422, один по очереди стоит
на часах423 снаружи по три часа бессменно; другому <надлежит> быть
столько же часов подчаском424, а потому находиться всегда в готовности; третий же имеет в то время отдых, но если встретится и в нем
надобность, должен тотчас быть готов и исполнять что следует»425.

Прилагательное угловой, на первый взгляд избыточное (коль скоро будки устанавливали на перекрестках), перекликается с однокоренными словами, и их скопление в этой главе сообщает фабуле карточное измерение: графиня сидела в углу; Германн появляется из-за
угольного дома, а воротясь в смиренный свой уголок, видит во сне, как
ставил карту за картой, гнул углы426.

О должности градского стража санкт-петербургской полиции. СПб., 1816. С. 1.
В начале 1830-х в Петербурге было 285 таких будок (см.: Башуцкий А. П. Панорама
Санкт-Петербурга. Ч. 3. С. 177).
422
из трех караульных, прикрепленных к каждой будке
423
охраняет некий объект или территорию
424
караульным, который сменит стоящего на часах
425
О должности градского стража санкт-петербургской полиции. С. 2. В нестоличных
городах будочников было «обыкновенно двое при каждой будке: пока один стоит на
часах, другой отдыхает или греется во внутренности будки» (П. А. К.<орсаков> Будочник // Энциклопедический лексикон. СПб., 1836. Т. 7. С. 252). Ср.: «Там есть еще четыре
будки, / При них два будочника есть, / По форме отдают вам честь, / И смена им два
раза в сутки» (<Лермонтов М. Ю.> Казначейша // Совр. 1838. Т. 11, № 3. С. 150).
426
Ср. портрет судейского чиновника, ставшего запойным игроком: «Другой себя
к игре так страстно пристрастил, / Что душу бы свою на карту посадил [готов был
бы сделать ставкой собственную душу]. / В суде по Чермному с ним фараон гуляет
[красное сукно, которым покрыт судейский стол, вызывает у него ассоциацию с биб­
лейским Чермным (церковносл. ‘красным’) морем, оно — с войском фараона, а тот —
с одноименной игрой, и чиновник, пренебрегая своими служебными обязанностями,
начинает мысленно играть в нее], / И у журналов он углы лишь загибает [загибая
углы страниц журнала судебных заседаний, он воображает, будто это углы карт]»
(<Кап­нист В. В.> Ябеда. СПб., 1798. С. 6).
420
421

149

150
Ср. образ петербургских будочников в фантазии об извержении
карт: «…сыплются на город, вертясь и мелькая в воздухе, тузы, тройки, семерки, козыри, десятки, бубны, дамы, пятерки, валеты»; поскольку же «люди и вещи, погребенные в картах, не гниют и не истлевают точно так же, как и в вулканическом пепле», то потомки, откопав
город, будут любоваться на «торчащих из карт будочников»427.

В этом ответе недостает титулования, соответствующего чину собеседника по Табели о рангах: полагалось сказать Графини ***, Ваше
благородие (обращение к чиновнику IX–XIV классов) или, для верности,
Ваше высокоблагородие (VI–VIII классов). Отчего низший полицейский
чин позволяет себе проявить неуважение к офицеру? И сам вопрос,
и, вероятно, тон, которым он был задан, свидетельствовали о непричастности спрашивающего к обществу тех, кого графиня *** принимает. (На случай же, если бы офицера возмутило обращение к нему не по
форме, будочник мог бы отговориться темным временем суток.)
Отсутствие уважения со стороны нижестоящих ощущает и Лиза­
вета Ивановна: прислуга графини не держит ее за настоящую барышню. Незнатный офицер и бедная воспитанница словно созданы друг
для друга.

Германна охватило сильное волнение.
Стоило ему вернуться к своему первоначальному мнению, что тайны не существует, как он оказался перед домом ее обладательницы.
Барон Брамбеус [Сенковский О. И.]. Арифметика // СП. 1833, 18 сент.; текст представляет собою авторское переложение (с заменою виленских реалий петербургскими) очерка: <Sękowski J. J.> Arytmetyka // Bałamut. 1832, 9 stycz. S. 5–7; 16 stycz. S. 9–12.

427

(Ср. выше ситуацию lupus in sermone: в доме графини говорят об инженере — и он появляется под окнами.) Случайно ли Германн забрел
сюда? Вряд ли: зная имя бабушки Томского, он мог заглянуть в раздел
«Владельцы домов по азбучному порядку» адресной книги Петер­
бурга428 и запомнить адрес.

Свойством представляться воображению ‘возникать в сознании’ обладают, как правило, необычные или нереальные предметы
и явления429.
об его — о его

чудный — чудесный; необыкновенный

См.: Аллер С. И. Указатель жилищ и зданий в Санкт-Петербурге … . СПб., 1822.
С. 231–318.
429
Напр.: «Когда проснулись они и все чудесные приключения живо еще занимали память их, в многоразличных видах представлялись воображению и душою принимаемы были за истинные происшествия, тогда разум противоречил, утверждая, что всё
сие есть токмо [только] действие очаровательного [очаровывающего] воображения,
есть токмо обманчивый сон» (Шпис Х. Г. Таинства древних египтян. М., 1802. Ч. 2. С. 43);
«…воздушные замки моего воображения представились мне в весьма уменьшенном
виде» (Крамер К. Г. Век живи и век учись, или Приключения моей жизни. М., 1817. Ч. 2.
С. 138); «…золотые мечты представились его воображению» (Измайлов В. В. Переводы
в прозе. М., 1819. Ч. 5. С. 80).
428

151

152

воротиться — вернуться

смиренный уголок — поэтизм со значением ‘скромное и укромное
место жительства’, возникший в русле влиятельной со времен Ренессанса традиции прославления сельской жизни вослед Горацию и Вергилию
Может показаться, будто так свое жилище называет сам Германн.
Но шутить он, как выяснится, не способен вовсе, а стало быть, это повествователь, забывшись, позволил себе легкую усмешку. Смирение
для Германна не добровольный отказ от богатства, власти и славы
ради достижения душевного покоя, а многолетняя привычка, обременительность которой он ощущает с особой остротой, когда ужи­
нает с конногвардейцами или наблюдает съезд гостей на великосветский бал. Ср.: «Кому не хочется быть знатным / На месяц, на день,
на часок? / Не вечно может быть приятным / Смиренный сельский
уголок»430.
пригрезиться — присниться

ассигнация — бумажный денежный знак номиналом в 5, 10, 25, 50,
100, 200 рублей
червонец — золотая монета номиналом в 10 рублей

Ср.: «Я помню, что заснул в сию ночь очень поздно. Я видел вокруг
себя груды золота»431.
430
431

Долгорукий И. М. Бытие сердца моего, или Стихотворения. Ч. 3. С. 31.
Бальзак О. де. Сцены из частной жизни. Ч. 2. С. 43.

Если первые читатели ПД, en masse владевшие французским, вероятно, не видели ничего необычного в инверсии сказуемого и обстоятельства образа действия432, то век спустя этот порядок слов и повторение союза покажутся имитацией взволнованности433.
гнул углы решительно — т. е. вел себя не так, как наяву: не загнул
ни одного пароли

Пушкинский гарпагон различает деньги, собранные по горсточке,
и те, что приобретены сразу большой суммой, например, благодаря
удаче в азартной игре, — их загребают ‘собирают в кучу / груду’434.
«…Зрителей нет в картине фантастической — во сне Германна <…>
В безлюдном пространстве сна проявляется алчность как таковая»435.

Рассказ о том, как из-за возбуждения, вызванного историями о круп­
ном выигрыше, Германн с трудом засыпает и видит во сне богатство —
Отмечено В. Мильчиной.
«…волнение Германна, его азарт и алчность во сне символизируются инверсией наречий и повторением союза и» (Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». С. 130). Ср.: То
же. С. 112–113; Его же. О стиле Пушкина // ЛН. 1934. Т. 16/18. С. 206.
434
«Счастливый день! могу сегодня я / В шестой сундук (в сундук еще неполный) /
Горсть золота накопленного всыпать. / Не много, кажется, но понемногу / Сокровища
растут <…> Так я, по горсти бедной принося / Привычну [обычную] дань мою сюда
в подвал, / Вознес мой холм»; «Мне разве даром это всё досталось, / Или шутя, как
игроку, который / Гремит <игральными> костьми да груды загребает?» (ПСС, VII, 110,
113). Ср.: Лотман Ю. М. Тема карт и карточной игры в русской литературе начала
XIX века. С. 131.
435
Александрова М. А., Большухин Л. Ю. «Пиковая дама» в рецепции Лермонтова («Фаталист») // Новый филол. вестн. М., 2010. № 4 (15). С. 45.
432
433

153

154
растущее и осязаемое, напоминает завязку злоключений, что выпали на долю героя повести Ирвинга «Вольферт Веббер, или Золотые
сны» (1824), наслушавшегося историй о зарытых кладах: «Он возвратился домой в задумчивости; воображение его было наполнено мечтами о богатстве и великолепии <…> Приближаясь к скромному жилищу своих отцов, смотря на это маленькое владение, где Вебберы
так долго жили в довольстве и счастье, он почувствовал маловажность своего унизительного состояния <…> Веббер лег спать с сердцем, исполненным грусти, и долго не мог заснуть, мечтая о золотых
видениях, не дававших ему сомкнуть глаз. Те же мысли являлись ему
и во сне, но тогда приняли они образ более определенный. Ему виделось, что он нашел великое сокровище в середине своего сада: всякий удар заступа открывал перед ним слитки золота; бриллиантовые
кресты блистали в пыли; мешки денег открывали перед ним свою
округлую внутренность, набитую восьмерными монетами436 и дублонами; сундуки, полные пиастров, моадоров437 и червонцев, открывались восхищенным глазам и рассыпали у ног его свои обольстительные сокровища»438.

вздохнуть о — испытать чувство сожаления

фантастический — воображаемый

peso de ocho ‘весом в восемь <реалов>’
moidorе от moeda de ouro ‘золотая монета’
438
Ирвинг В. Вольфер Веббер, или Золотые сны / <Пер. Н. А. Полевой> // МТ. 1826. Ч. 7,
№ 2. С. 79–80.
436
437

Ср.: «…хотя в сновидениях нередко даются нам золотые горы,
только они разлетаются в дым от одного мига ресниц439»440.
Ср. также: «Несчастный спит, а дух не дремлет; / Игрок игру во сне
и зрит441: / Он карты видит, картам внемлет, / О пе, о парле442 говорит, / И, сном прельщаемый, несчастный / Узрел в мечте своей напрасной443, / Что будто деньги воротил444: / Он вдруг от радости проснулся; / Но как узнал, что обманулся, / То застонал и возопил»445.

…влекла …

неведомая сила — сверхъестественная сила, способная перемещать объекты

черноволосая — антитеза волосам седым (гл. 2, 3, 6) и напудренным (гл. 3)
439
440
441
442
443
444
445

моргания
А. М.<арлинский> [Бестужев А. А.] Вечер на кавказских водах в 1824 году. С. 322.
игрок и во сне видит игру
пароли
бесплодной
вернул проигранное
Яковлев А. С. Соч. СПб., 1827. С. 69–70.

155

156
Гриммова сказка о Белоснежке446 начинается с того, что королева шила у окна в раме из эбена, загляделась на снег, уколола палец
иголкой и пожелала, чтобы у ее дочери были волосы черные, как
оконная рама, и кожа белая, как снег, и румяная, как кровь447. Помимо сцены занятия рукоделием у окна и писанного в три краски порт­
рета красивой и кроткой сиротки, с этим сюжетом пушкинскую повесть сближают мотивы ‘соперничество бывшей первой красавицы
с юной’, ‘правдивое зеркало’, ‘потайная комната’, ‘ожидание женихаизбавителя’, ‘смерть ведьмы’ и высокий удельный вес троек и семерок.
Вводное слово вероятно — свидетельство того, что наблюдение
ведется из перспективы персонажа, а не всеведущего повествова­
теля448.

Противопоставление свежего увядшему, обещанное в эпиграфе
(plus fraîches), в следующей главе продолжат образы свежих цветов
в прическе барышни и матерчатых роз в отделке чепца старухи.

Утром Германн возвращается от Нарумова, ночью вспоминает
историю о трех картах, на другой день вечером оказывается перед
домом графини, ночью видит сон о выигрыше, поздним утром снова

Известна Пушкину по изд.: <Grimm J. et W.> Vieux contes, pour l’amusement des grands
et des petits enfants. Paris, <1824>. P. 177–193. Ср.: Азадовский М. К. Источники сказок
Пушкина // ВПК. 1936. <Вып.> 1. С. 148.
447
Ср. облик героини «Сказки о мертвой царевне и о семи богатырях», сочиненной, как
и ПД, осенью 1833: «белолица, черноброва» и «всех румяней и белее» (ПСС, III-1, 542,
543).
448
См.: Whitehead C. The fantastic in Russian romantic prose: Pushkin’s «The queen of
spades»// The gothic fantastic in nineteenth-century Russian literature. Amsterdam, 1999.
P. 113.
446

отправляется к дому графини и в окне его видит барышню. Ср.: Однажды — это случилось два дня после вечера, описанного в начале
этой повести <…> Лизавета Ивановна, сидя под окошком за пяльцами,
нечаянно взглянула на улицу и увидела молодого инженера, стоящего
неподвижно и устремившего глаза к ее окошку. Таким образом, ситуация, в которой герои впервые встречаются взглядами, описана дважды — из ее перспективы и из его449.

Оборот решить участь, или судьбу ‘предопределить дальнейшее’
использовался, как правило, в любовном и/или матримониальном
контексте.

Для Германна, лишенного доступа в блестящий круг гостей графини, ее особняк превращается в цитадель, и в нем просыпаются навыки
военного инженера: он ищет брешь и проводит ее рекогносцировку.
Ср. ситуацию в комедии Реньяра «Любовные безумства» (1704): Эраст
и Криспин обдумывают план проникновения в дом, где возлюб­
ленную Эраста держит взаперти ее опекун Альбер, причем Эраст возлагает надежды на помощь служанки Лизеты, а Криспин заявляет:
«Я же, как инженер и начальник артиллерии, прикину, где поставить
батарею, чтобы пробить бреши у Альбера и заставить его оставить
крепость либо принять бой»450.
Ср.: Тамарченко Н. Д. О поэтике «Пиковой дамы» А. С. Пушкина // Вопросы теории
и истории литературы. Казань, 1971. С. 54; Сидяков Л. С. Художественная проза А. С. Пуш­
кина. Рига, 1973. С. 124–125; Pursglove M. Chronology in Pushkin’s «Pikovaya dama» // ISS.
1985. Vol. 6. Р. 15.
450
R***<egnard J. F.> Les folies amoureuses. Paris, 1704. P. 36; в русских переложениях:
«Барин мой <…> послал <меня> сюда поразнюхать, то есть, по военному, рекогносцировать <…> надобно эту крепость взять пушками <…> для успеха надобно прежде
хорошенько узнать внешность крепости, потом, узнав крепкие и слабые места, вести
осаду, открыть траншеи, палить из пушек, сделать пролом в стене; потом сделать приступ <…> Не то ли же делают, когда и к девушке приступают?» (Княжнин Я. Б. Соч. СПб.,
449

157

158
Эта сюжетная линия одна из наиболее непредсказуемых: эпиграф
к гл. 2 обещает любовный треугольник и победу младшей из женщин,
но уже зачин гл. 2 делает этот прогноз несостоятельным: старшая
оказывается дряхлой старухой; впрочем, к младшей она относится
как к сопернице, и вскоре будет сообщено о готовности героя стать
любовником старшей и о его ухаживаниях за младшей, так что ожи­
дание треугольника снова станет оправданным — в отличие, однако,
от ожидания победы младшей451.

1818. Т. 4. С. 194, 200, 201); «А я, как инженер, подумаю теперь <о том, как> / Траншею
заложить и дунуть в эту дверь [сделать подкоп и взорвать дверь пороховой миной]!»
(Хмельницкий Н. И. Театр. Ч. 1. С. 110).
451
Ср.: Grenier S. Representing the marginal woman in nineteenth-century Russian literature. P. 19–20. Ср. также об эпиграфе к гл. 2: «…направляет читателя по ложному следу
<…> Читатель ждет обычных пошлых волокитств скучающего офицера, в лучшем случае трафаретной любовной истории. И точно — в окне графининого дома появляется
милая головка Лизаветы Ивановны, но… всё внимание Германна устремлено на гра­
финю. Германн не ищет свежих субреток» (Мануйлов В. А. «Пиковая дама» А. С. Пушкина // Пиковая дама: Опера / Муз. П. И. Чайковского. Л., 1935. С. 108–109).

— Вы столь часто пишете мне, мой ангел, письма в четыре страницы, что прочитывать их я не успеваю.
Эпиграф представляет собою отсылку к эпистолярию Вольтера,
который благодарил или шутливо упрекал корреспондента, если получал от него четырехстраничное письмо (т. е. полностью исписанный сложенный пополам лист), например: «Дорогой брат, Вы меня
изумляете. Мыслимо ли, будучи больным и обремененным делами,
писать письма в четыре страницы? У меня, который ничем не обременен, едва станет сил на сочинение короткой записки»452. Получив незадолго до предположительного начала работы над ПД четырехстраничное письмо от жены, Пушкин пенял ей, подражая Вольтеру: «Оно
обрадовало меня, мой ангел — но я все-таки тебя побраню. У тебя нарывы, а ты пишешь мне четыре страницы кругом. Как тебе не совестно! Не могла ты мне сказать453 в четырех строчках о себе и о детях»454.

Voltaire. Œuvres compl. Paris, 1821. T. 52. P. 475; письмо от 8.10.1764. См. также: Vol­
taire. Œuvres compl. T. 46. P. 31; письмо от 10.02.1714; T. 50. P. 460; письмо от 13.10.1760.
453
неужели ты не могла рассказать мне
454
ПСС, XV, 79; письмо от 12.09.1833. Перекличка этого письма с текстом эпиграфа
к гл. 3 отмечена в: Niquex M. Commentaires // Pouchkine A. La dame de pique; Le nègre de
Pierre le Grand. Bibliothèque russe et slave. Электрон. изд-е. Comment. 93.
452

159

160

Едва Лизавета Ивановна сняла капот и шляпу, как графиня послала
за нею кого-то из слуг и снова велела подавать карету.

В поездке господ сопровождают выездные лакеи — обычно рослые
и сильные. Глагол просунуть обозначает действие в отношении не­
одушевленного объекта либо части тела или лица (голова, рука, нос).
Ср.: «В карету с помощью двух долгих слуг втащился»455; «Два лакея с трудом вытащили из кареты и втащили в сени Прасковью Фе­
доровну»456.
своего инженера — инженера, которого она приметила накануне,
т. е. Германна
схватить руку — схватить за руку

Эффект «стремительности, быстроты действий» создается «сменой коротких глагольных предложений с предикатами в форме про-

455
456

И. [Дмитриев И. И.] Модная жена // МЖ. 1792. Ч. 5. С. 15.
Телешевский [Львов В. В.]. № XIII. М., 1833. С. 26.

шедшего времени сов.<ершенного> вида»457. Той же цели служит снятие в ПД-2 имевшегося в ПД-1 союза и перед молодой.

во всю дорогу — в течение всей поездки

…кто это нам повстречался? как называется этот мост?…
делать вопросы — задавать вопросы

В XVIII в. вопрос как зовут этот мост? слух не резал: глагол
звать еще не потерял своей способности сочетаться с неодушевленными объектами458. Читатели же ПД могли счесть этот вопрос устаревшей калькой с сomment appelle-t-on ce pont? или даже свидетельством того, что графиня задала его по-французски.
Удержать же в памяти ответ на этот вопрос мешала, помимо прочего,
интенсивность мостостроения в Санкт-Петербурге первой трети XIX в.

Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». С. 128.
Напр.: «Как зовут сей сад? Comment appelle-t-on ce jardin?» (Charpentier J.-B.-J. Elemens de la langue russe … . SPb., 1768. P. 328); «И как зовут такую гору?» (<Богданович И. Ф.> Душинька. СПб., 1783. С. 24); «…при реке небольшой, как зовут, не упомнить» (Чулков М. Д. Историческое описание российской коммерции … . М., 1785. Т. 2,
кн. 3. С. 53).
457

458

161

162

Ср.: «…весь тот день была сама не в себе и ничем не могла заняться.
Казалось, что тетка моя примечала459 за мною более, нежели в другое
время, и хотела взором проникнуть в мое сердце. Желая не показать
ей своего замешательства, я вздумала читать; но не видала в книге
ничего, кроме черных глаз и русых волосов460. Она стала говорить
со мною; но я ни на что не могла отвечать порядочно461 и сказала,
что у меня кружится голова и что я хотела скрыть от нее дурноту
свою, боясь оскорбить ее нежность — нежность, которой никогда не
бывало в сердце моей любезной тетушки!»462

Выражение столбняк нашел ‘о том, кто временно лишился способности реагировать’ употреблялось как простонародное и подчерк­
нуто русское463.

присматривала
волос
461
как следует
462
Мармонтель Ж.-Ф. Новые повести. Ч. 1. С. 11. Перекличка отмечена в: Шарыпкин Д. М.
«Пиковая дама» и повесть Мармонтеля «Окно». С. 141.
463
Напр.: «На него, мой батюшка, находит такой, по-здешнему сказать [как у нас принято говорить], столбняк. Иногда выпуча глаза стоит битый час как вкопанный [целый час неподвижно] <…> Ежели столбняк и попройдет, то занесет, мой батюшка, такую дичь [а если речь к нему и возвращается, он начинает говорить до того глупо], что
у Бога просишь опять столбняка» (<Фонвизин Д. И.> Недоросль. СПб., 1783. С. 38); «Что
делал Бонапарт 40 дней в Москве? чего ожидал? на что надеялся? чем занимался? —
Точно на него нашел наш русский столбняк после такого тумака (извините выражение!), какое получил он при Бородине!» (Известие о нынешнем положении Москвы //
СО. 1813. Ч. 4. С. 109); «Вероятно, на меня снова нашел столбняк… позвольте мне это
459
460

выжить из ума — утратить способность ясно мыслить

Графиня не владеет нормами русского литературного языка; переходя в бытовом общении с французского на русский, она говорит языком своих слуг.
«…В конце XVIII и в самом начале XIX века <…> русский литературный язык был еще делом довольно новым, еще только достоянием
„любителей словесности“ <...> часто одновременно с чистейшим
французским жаргоном464, словно перенесенным бурею революции
из Сен-Жерменского предместья465 в петербургские и московские салоны, — из одних и тех же уст можно было услышать живую, почти
простонародную, идиоматическую речь <…> такая устная речь служила чаще для сношения466 с крепостною прислугою и с низшими слоями общества»467.
«В речи старухи отражаются типичные для барского просторечия
XVIII века лексические и синтаксические приметы „простонародности“ („вчерась“; „я чай она уж очень постарела“; обращение: „мать
моя“, „матушка“; „столбняк на тебя нашел, что ли“; „и, мой милый: что
в ней хорошего?“ и т. п.). На этом социально-языковом фоне ост­
ро выступает экспрессия безапелляционных приказаний (ср. частое

слово для выражения состояния <…> которое <…> очень близко к каталепсии» (Бальзак О де. Граф Шабер // Тел. 1833. Ч. 14. С. 45); «Да что же ты стоишь, не отвечаешь, / Не
вымолвишь словечка? али ты / От радости нежданной одурела, / Иль на тебя столбняк нашел?»; «У нас нет слова, чтобы передать французское résignation, хотя это душевное состояние, или, если угодно, эта добродетель, вполне русская. Слово столбняк,
по­жалуй, передает его с наибольшей точностью» (ПСС, VII, 193; XIV, 225).
464
разговорной речью
465
аристократического района Парижа
466
общения
467
Аксаков И. С. Биография Федора Ивановича Тютчева. М., 1886. С. 10.

163

164
употребление императивного инфинитива — „благодарить!“, „отложить карету“ и т. п.), окриков, воркотни и придирок нетерпеливой,
капризной и требовательной, выживающей из ума самодурки —
в контраст с тихой и безмолвной Лизаветой Ивановной»468.

В «Удольфских тайнах» шевалье Валанкур, надвинув офицерскую
шляпу на глаза, чтобы его не узнали, вручает Эмилии письмо в окно
медленно едущей кареты; опасение обнаружить свои чувства перед спутницей удерживает Эмилию от немедленного его прочтения;
оставшись наконец одна, она жадно читает его.

Отсутствие печати на письме освобождало от необходимости возвращать его нечитанным.

468

Виноградов В. В. Стиль Пушкина. С. 590.

по-немецки не уметь — немецким не владеть
Ср.: « — Говорит она по-немецки? — Этот язык мало у нас употребляется в высших обществах»469.

То, что Германн немецким владел, не было одним только следствием его происхождения. «Есть немцы, довольно обрусевшие от воспитания ли в русских училищах, или от близкой связи и родства с русскими: они сохранили только протестантское исповедание, а на немецкий язык смотрят, как мы на <церковно>славянский, а католики
на латинский, т. е. как на необходимость при богослужении. Есть немцы, совершенно забывшие, особенно в военной службе, немецкий
язык: они ходят молиться Богу в русские церкви, а в лютеранских
только исповедуются и причащаются»470. «Некоторые из воспитанников военно-учебных заведений лютеранского исповедания, родившись в России, или вовсе не знали немецкого языка, или были в нем
столь слабы, что не понимали уроков лютеранских законоучителей,
отчего так мало успевали в законе Божием, что с трудом могли приготовиться к конфирмованию471. Бывали даже примеры, что воспитанники, отличные во всех отношениях, не удостаивались перевода
в высший класс, или выпуска, только по неудовлетворительным
баллам закона Божьего, зависевшим единственно от слабого знания
немецкого языка»472. То, что Германн, не имевший влиятельной родни, получил по окончании училища назначение в столицу, свиде­
тельствует о его отличной успеваемости по всем предметам.
Присваивая себе плоды чужого красноречия, Германн напоминает героя романа Стендаля «Красное и черное» (1830), который, чтобы завоевать сердце светской дамы, отправляет ей скопированные

<Зотов Р. М.> Леонид, или Некоторые черты из жизни Наполеона. Ч. 2. С. 438. Ср.
также: «Ей пришла <в голову> одна из самых странных и не встречаемых <у светских
женщин> прихотей: заниматься немецкой литературой» (Ив. <И.> П–<анае>в. Спальня
светской женщины. С. 381).
470
Греч Н. И. Поездка в Германию. Ч. 1. С. 194–195.
471
конфирмации
472
Максимовский М. С. Исторический очерк развития Главного инженерного училища. СПб., 1869. С. 92.
469

165

166
им чужие любовные письма473. Однако характеристика первого письма Германна как слово в слово взятого из немецкого романа означает не перевод фрагмента некоего неназванного немецкого сочинения, а воспроизведение такого слога любовных признаний, который,
по мнению автора ПД, был типичен для многих немецких сочинений.
Ср. в наброске к ПД: «Герман <…> познакомился с Шарлотой, и скоро
они полюбили друг друга, как только немцы могут еще любить в наше
время»474.
Заменив Шарлоту, «милую немочку»475 и тезку героини «Страданий молодого Вертера», русской «бедной Лизой», автор сделал ее особенно беззащитной: она не могла обратиться за советом даже к книгам, поскольку не владела языком, на котором были написаны те, что
прочел ее обольститель.
А на каком языке написано письмо Германна? Вероятнее всего, на
французском: выяснить имя компаньонки графини можно было, например, в лавках по соседству с особняком, но откуда ему было знать,
что она умеет читать по-русски?

принятый — полученный из рук в руки

473
474
475

тесные сношения — близкие отношения

См.: Nivat G. Vers la fin du mythe russe. Lausanne, 1982. P. 40.
ПСС, VIII-2, 835.
Там же.

Идеальный герой сентиментальной прозы не бывает «никогда
слишком дерзок», ведет себя «с несказанною приятностью, с неописанною476 нежностью» и посылает возлюбленной «умильные взоры
и нежные вздохи»477. Скорость, с какою Германн от стояния под окном переходит к переписке, и сам способ вручения им послания кажутся Лизавете Ивановне проявлением неучтивости. Ср.: «…имел
дерзость сунуть ей в руку любовное письмо»478.

охладить охоту — refroidir le désir ‘умерить стремление’

наставница — руководительница; советчица с опытом

По-видимому, Лизавету Ивановну не отдавали в закрытое учебное заведение (его выпускницы, как правило, продолжали общаться
с подругами) и у нее не было родственницы, которой она могла бы
476
477
478

неописуемой
Мармонтель Ж.-Ф. Новые повести. Ч. 1. С. 15, 17.
Там же. С. 244.

167

168
довериться. Ср.: «…Катя давно искала друга, которому без опасения
могла бы открыть стесненное свое сердце, а испытующие расспросы
сестрицы Наташи заставили ее откровенно рассказать ей о своих чувствованиях479 к молодому офицеру. Наташа за доверенность480 сес­
тры заплатила ей тем же и рассказала о любви своей к Блистанову,
адъютанту графа Миниха»481.
Отсутствие советчиков усиливает чувство беспомощности героини «Удольфских тайн», впервые полюбившей. Ср.: «Эта недели­мость482,
это одиночество страсти еще более одолевали Веру»483.

«…Союзу <и> предшествует эмоциональная пауза, которой символизируется разрыв прямой линии повествовательного движения
речи <…> Разбежавшееся повествование как бы упирается в барьер
и стремительно отскакивает в сторону. Между двумя соседними
синтагмами или предложениями возникает пауза умолчания, конденсирующая эмоциональную напряженность фраз»484.
снисходительный — выражающий уступчивость

479
480
481
482
483
484

чувствах
проявление доверия
Последний год власти герцога Бирона. Ч. 1. С. 77–78.
невозможность с кем-нибудь поделиться
Марлинский А. [Бестужев А. А.] Фрегат Надежда // СОСА. 1833. Т. 34. С. 379.
Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». С. 142–143.

жестокий — выражающий неприступность

Ср.: «Несколько раз рвал я написанное. То казалось мне, что пишу я
к Гортензии слишком холодно, то слишком страстно»485; «…я не была
ни слишком снисходительна, ни слишком жестокосерда»486.
Нежелание употреблять слишком жестокие выражения делает
Лизавету Ивановну противоположностью Русской Венере, на жестокость которой сетовал Ришельё.

Называя намерения корреспондента честными, Лизавета Ивановна дает ему понять, что считает его признание в любви брачным
предложением. Поскольку способ, каким оно сделано, может быть сочтен проявлением незаслуженного неуважения, письмо возвращается. Вместе с тем получательница не исключает, что готова забыть
о необдуманном поступке отправителя: она пользуется конструкцией с бы (знакомство наше не должно бы начаться таким образом),
а не с было бы, что отрицало бы желательность возобновления им
485
486

Цшокке Г. Ясновидящая. Ч. 104. С. 40.
Мармонтель Ж.-Ф. Новые повести. Ч. 1. С. 15.

169

170
попыток обнаружить свои честные намерения. Последняя фраза ее
письма, с наречием впредь, объявляет диалог возможным.

Ѣ в имени Лизавета — опечатка; правильно: Лизавета

Из двух вариантов написания — кандитерская и кондитерская —
первый встречался в печати чаще.
В кондитерскую заходит герой рассказа Гофмана «Запустелый дом»
(1817), чтобы навести справки о соседнем особняке, который принадлежит старой графине и в окне которого появляется молодая красавица487.

сорвать печать — распечатать (письмо) с нетерпением

Письмо Германна было незапечатанным — словно записка, незаметно врученная на балу. Ответное письмо Лизаветы Ивановны за­
печатано — чтобы восстановить нарушенную им дистанцию.
См.: Гофман Э. Т. А. Пустой дом / Пер. В. П. Лангер // ЛГ. 1830. № 31. С. 247–249. Перекличка отмечена в: Passage Ch. E. The Russian Hoffmannists. The Hague, 1963. P. 135.

487

Сквозь очевидное значение слова интрига — ‘любовная связь’ —
со временем проступит другое: ‘тайные неблаговидные действия’.

мамзель — аллегровая форма mademoiselle

записечку — опечатка; правильно (как в ПД-1): записочку

С начала 1833 в Петербурге всё более популярной становится внут­
ригородская почта: трижды в сутки, включая воскресные и празд­
ничные дни, письмоносцы забирают корреспонденцию из почтовых
ящиков в мелочных лавках и в течение трех часов доставляют ее по
адресам488. Отправить письмо стоило 20 копеек медью, но прижимис­
тый Германн предпочитает заплатить больше — лишь бы в доме графини не проведали о переписке и не установили его личность.
Ср. способ, избранный героем светской повести для общения с барышней, родители которой противятся их браку: «…выбрал я посредницей услужливую столичную торговку, которая (без сомнения, не
даром) вручила ей мое письмо и принесла ответ»489.

О местоположении принадлежащего графине дома старинной архитектуры говорится: в одной из главных улиц Петербурга. Поскольку поблизости от него находится кондитерская (подняв письмо, Германн сразу вошел в нее) и неподалеку — магазин модного платья
(его работница принесла письмо, а не привезла), читатели мысленно
488
489

См.: Смесь // СП. 1833, 27 янв.; 30 марта.
Леопольдов А. Ф. Постоянство и верность любви // ДЖ. 1832. Ч. 40. С. 131.

171

172
помещали этот дом в фешенебельной части столицы — в 1-й, 2-й или
3-й Адмиралтейской: здесь находилось большинство кондитерских
и почти все модные лавки.

денежные требования — счёт за сделанную покупку или заказ
рука — почерк

Как читателям уже известно, а героине узнать предстоит, антитеза
‘любовное письмо vs денежные требования’ — ложная.

душенька — ласковое обращение к особе равного или низшего
статуса
Лизавету Ивановну пугает возможность того, что в ее отношения
с Германном замешано третье лицо.

точно — определенно; именно
смелая — неробкая

Прошу вас прочесть.

пробежать глазами — бегло просмотреть

Таким языком излагались военно-политические события прошлого490. Переход на слог историографов готовит уподобление Германна
Наполеону в следующей главе.

…Это, наверняка, написано не мне! И разорвала письмо на мелкие
куски.
Напр.: «Цесарь <…> требовал свидания с Помпеем» (Роллень Ш. Римская история от
создания Рима до битвы Актийской … / Пер. В. К. Тредьяковский. СПб., 1765. Т. 13.
С. 234); «Андар <…> требовал свидания со мценским начальником» (Щербатов М. М.
История российская с древнейших времен. СПб., 1781. Т. 4, ч. 1. С. 450); «Филипп <…>
требовал свидания с Квинтием» (Ле Пренс де Бомонт Ж.-М. Воспитание совершенное … / Пер. И. Г. Харламов. М., 1787. Т. 2. С. 218); «Нет в летописи, чтобы он требовал
свидания с великим князем»; «Эдигей <…> требовал свидания с князем литовским»;
«Боярин московский <…> требовал свидания с Эриком»; «Посол <…> требовал свидания с Годуновым» (Карамзин Н. М. История государства Российского. СПб., 1816. Т. 2.
С. 409; 1817. Т. 5. С. 164; 1821. Т. 9. С. 124–125; 1824. Т. 10. С. 205).
490

173

174
Где происходит эта беседа? Мамзель вряд ли сообщила швейцару
настоящую цель своего визита — чтобы не пришлось объяснять, отчего письмо велено отдать адресату в собственные руки. Скорее всего, она сказала, что прислана обсудить с барышней заказ, сделанный
в лавке. Ее пропустили наверх, и один из лакеев, дежуривших в передней, отправился за барышней. Вручение, чтение и уничтожение письма состоялись в том из помещений бельэтажа, где не было прислуги.

Сцена отказа от чтения перекликается с эпизодами, в которых графиня не желает слушать выдержки из расходной книги, принесенной
мужем, и из русского романа, присланного внуком.

Сцены вручения любовного послания на прогулке и уничтожения
любовного послания, переданного работницей модной лавки, восходят
к повести Гофмана «Эпизод из жизни троих друзей» (1818): девушке,
гуляющей с родителями и одетой «слишком нарядно для прогулки»
(ср. недовольство графини тем, как оделась воспитанница: — Что за
наряды! Зачем это?.. кого прельщать?..), вручается письмо: «...мо­лодой
человек вывернулся из толпы, прямо к ней, и подал записку, которую
она прескоро спрятала на груди» (cр.: он схватил ее руку; она не могла
опомниться от испугу, молодой человек исчез: письмо осталось в ее
руке. Она спрятала его за перчатку); по прочтении «она разорвала записку на множество маленьких лоскутков»491 (ср.: разорвала письмо
в мелкие кусочки); позже выяснится, что это не любовное письмо,
а сообщение из модной лавки о судьбе сделанного заказа. Нет, возражает автор ПД, письмо, хоть и из модной лавки, но любовное.

Гофман Э. Т. А. Жизнь трех друзей / Пер. И. <И.> Б<е>зс<о>м<ы>к<и>н // МТ. 1832.
Ч. 44, № 8. С. 522–523. Ср. также: «…София объявила своей тетке, что она изорвала
письмо и не намерена знать, кто писал оное <…> Но точно ли письмо было изорвано?
О! в мельчайшие кусочки, которые горничная вымела: это все видели» (Ушаков В. А.
Киргиз-кайсак. Ч. 1. С. 45).
491

И. А. Крылов утверждал, что российские магазины модной одежды принадлежат бывшим французским проституткам и превращены
ими в дома свиданий492. В его комедии «Модная лавка» (1807) офицер
подкупает работницу лавки, чтобы она устроила ему встречу с Лизой,
дворянской дочерью и сиротой. Рецензент отмечал реалистичность
образа сводни: «плутовка, каковой дóлжно493 быть девушке в модной
лавке»494. В комедии Шаховского «Пустодомы» (1819) о такой героине
говорится: «Что за мамзель? в каком Париже родилась?»495 В комедии
А. С. Грибоедова «Горе от ума» (1825) бойкую горничную, признанную
«лучшей и даже единственной субреткой на русской сцене»496, обвиняют в сводничестве, навыки которого она приобрела на Кузнецком
мосту — московской улице с магазинами модного платья: «Ты, быстроглазая! всё от твоих проказ497! / Вот он, Кузнецкий мост, наряды
и обновы; / Там выучилась ты любовников сводить!»498 Быстроглазая
мамзель в ПД — младшая сестра этих героинь.

Напр.: Крылов И. А. Ночи // Зритель. 1792. Ч. 1. С. 246; Его же. Письмо XXXIX. От
гнома Зора ... // Почта духов. 1802. Ч. 4. С. 14; Его же. Письмо XLII. От гнома Зора ... //
Там же. С. 73; Его же. Модная лавка. СПб., 1807. С. 78, 86; Его же. Урок дочкам. СПб., 1807.
С. 26. Ср. также: <Писарев А. И.> Переписка двух адских вельмож, Алгабека и Алгамека … . М., 1792. Ч. 2. С. 135–136; Марлинский А. [Бестужев А. А.] Cтрашное гаданье // МТ.
1831. Ч. 38, № 6. С. 190; В. Безгласный [Одоевский В. Ф.]. Княжна Мими. С. 64; Безумный
[Селиванов И. В.]. Повести. М., 1834. С. 58 и далее.
493
надлежит; полагается
494
Театр // Лицей. 1806. Ч. 3, кн. 3. С. 103.
495
Шаховской А. А. Пустодомы. СПб., 1820. С. 35.
496
В. <А.> У.<шаков> Письмо к <Ф. В.> Булгарину из Москвы // СП. 1832, 3 сент. Ср.:
«…это лицо не имеет подлинника [прототипа] в нашей общественной жизни, а <…>
заимствовано из общих мест французской драматургии» (<Надеждин Н. И. Отзыв о постановке:> Горе от ума … // Тел. 1831. Ч. 5. С. 598).
497
из-за твоего безрассудного поведения
498
Грибоедов А. С. Горе от ума. С. 164.
492

175

176

пожалуйста! — пожалуйста, перестаньте!

вспыхнуть — мгновенно прийти в возбужденное состояние от
гнева, радости или, как здесь, от смущения и досады
вперед — впредь; в будущем

От волнения Лизавета Ивановна заговорила белым пятистопным
ямбом, вызывавшим в 1830-х ассоциации со стихотворной драмой:
… вперед ко мне / записок не носите а тому / кто вас послал скажите
что ему / должно быть стыдно.

Ср. с эпизодом из романа Лесажа «Похождения Жиль Бласа из Сантильяны» (1715–1735): донна Елена велит служанке передать дону
Гастону, чтобы он перестал добиваться ее благосклонности; та сообщает, что «Дон Гастон не унялся», и вручает госпоже письмо от него;
прочитав и разорвав письмо, донна Елена берет со служанки обещание передать, будто «не читавши, разорвала <его> с презрением»499.

Лесаж А.-Р. Жилблаз де Сантиллана / <Пер. А. А. Никольский>. СПб., 1821. Ч. 6. С. 263,
265–266.
499

вдохновенный — вдохновленный; воодушевленный

непреклонность его желаний — непреклонность, с какою он при­
вык добиваться желаемого
беспорядок воображения — désordre d’imagination

Словосочетание необузданное воображение могло вызвать в читательской памяти гофманианскую новеллу Антония Погорельского
(А. А. Перовского) «Пагубные последствия необузданного воображения» (1828)500: ее герой сходит с ума, увидев, как чинят его прекрасную жену, оказавшуюся куклой. Германн, которому придется наблюдать сцену раздевания полуживой старухи, некогда красавицы, станет пациентом психиатрии.

упиваться — наслаждаться

500

час от часу — с каждым разом

См.: Шмид В. Проза Пушкина в поэтическом прочтении. СПб., 2013. С. 296.

177

178

следующее письмо — письмо следующего содержания

Ср.: «В субботу у посла **** бал. Маркиза Сирсе там будет. Графиня
Темина туда звана и, конечно, будет»501.

Мы останемся на балу часов до двух … Как только графиня уедет,
ее слуги, вероятно, разойдутся по своим комнатам …
сени — помещение между крыльцом и передней

К тому, что тайное проникновение Германна в дом графини пройдет без затруднений, читатели подготовлены характеристикой графских слуг в предыдущей главе. ‘Нерадивость (из-за беспечности либо

<Дора К.-Ж.> Несчастия, от непостоянства происходящие … / Пер. <М. А. Пушкин>.
СПб., 1778. Ч. 1. С. 111. Ср. также: «…на будущей неделе званы они на блестящий бал
к ***скому посланнику» (Пихлер К. Скрытная любовь / Пер. Ж. // СО. 1825. Ч. 102. С. 3);
«Я обещал <…> везти ее на бал к П***скому посланнику» (Жуи В. Ж. Гвианский пустынник … / Пер. С. де Шаплет. СПб., 1828. Ч. 3. С. 214); «…кто был вчера у ***ского посланника?» (Клаурен Г. [Хойн К.] Человек в незнакомом мире … . СПб., 1831. С. 257); «У ***ского
посланника бал» (Голицын С. Г. Вы струсили. С. 190).
501

продажности) сторожа’ — стандартная в любовном сюжете мотивировка отсутствия препятствий к свиданию. В «Горе от ума» барин,
обнаружив ночью в доме поклонника своей дочери, бранит то швейцара, то себя: «Ты, Филька! ты прямой чурбан! / В швейцары произвел ленивую тетерю! / Не знает ни про что, не чует ничего!..502 / Где
был? куда ты вышел? / Сеней не запер для чего? / И как не досмотрел?
и как ты не дослышал?»503

кого — кого-нибудь

Визитера встречали швейцар на парадном крыльце либо в сенях
и лакей или лакеи в передней, а во время больших приемов — еще
и на площадках парадной лестницы.

Вам придется примириться с этим и уйти.
cказать нет — dire non ‘ответить отрицательно’

Филька, ты настоящий болван! И зачем только я назначил на должность швейцара
этого ленивого глупца! Он же ничего не знает и не слышит!
503
Грибоедов А. С. Горе от ума. С. 163. Замена в последующих изданиях восклицательного знака после «чурбан» на запятую скрыла переход барина на солилоквий, и получилось, что «в швейцары произвел» Фильку не барин, а сам Филька.
502

179

180
Лизавета Ивановна указывает Германну на тот временной промежуток, когда обе двери — соединяющая парадное крыльцо с сенями
и соединяющая верхнюю площадку парадной лестницы с перед­ней —
оставлены без присмотра и закрыты, но не заперты. Что до возвращения хозяйки их не запирают, Лизавета Ивановна замечала по приезде
с бала, но откуда ей известно, когда именно привратники ложатся
спать? Надо думать, она не раз покидала по ночам свою комнату, чтобы изучить привычки слуг.
Попытку проникновения Германна в особняк могла заметить и городская полиция. Поскольку будочнику, стоящему на посту, запрещалось удаляться от будки более чем на 25 шагов, а территория, за соблюдением порядка на которой он отвечал, видна была не полностью,
в ночное время ему помогал второй будочник: в те три часа, что он
числился подчаском, ему предписывалось дважды обходить эту территорию дозором и «бдительно смотреть, не шатаются ли подозрительные около домов». Обход совершали также квартальный надзиратель и городовой унтер-офицер504. Правда, с начала 1830-х в литературе встречаются образы будочников сонных и даже спящих (ср.
заглавие сатиры «Двенадцать спящих бутошников»505) или описание:

См.: О должности градского стража санкт-петербургской полиции. С. 3–5, 11. Ср.:
«Темна была ночь петербургская; хладен ветер осенний. Мелкий дождь рассыпался
дробью; фонари чуть мелькали [мерцали] в тумане <…> Невский проспект, чуть озаренный фонарями, терялся во мраке на обе стороны <…> Это был квартальный офицер. — Всё ли тут в порядке? — спросил он. — Всё благополучно! — отвечал будочник,
вытянувшись. — А зачем же у тебя в фонаре вместо четырех светилен горят только
две? Отучу я вас воровать казенное масло в кашу [фонарные лампы заправлялись конопляным маслом]. — Никак нет, ваше благородие, ветром задуло. — То-то [ну, значит]
ветром! подливай масла, чтоб не гасло» (Л. Д. [Бестужев А. А.] Будочник-оратор // СП.
1831, 24 февр.; 25 февр.). Ср. также: «Для проверки ночных полицейских дозоров
и патрулей, которые наряжаются ежедневно с 10-ти часов вечера до 6-ти часов утра
в обход по кварталам, учреждены у всех будок ящики с шестью бирками за печатью
частных приставов» (Извлечение из годового отчета по городу Санкт-Петербургу за
1833-й г. // СП. 1834, 28 февр.).
505
См.: Елистрат Фитюлькин [Проташинский В. А.]. Двенадцать спящих бутошников.
М., 1832; заглавие пародийно по отношению к поэме В. А. Жуковского «Двенадцать
спящих дев» (1817). Мнение, что поводом для сатиры явилось истинное происшествие: московский обер-полицмейстер Л. М. Цынский (1780-е–1851), «объезжая ночью
полицейские посты, набрал в свои сани 12 алебард, стоявших прислоненными к буд504

«Час от часу реже слышался конский топот и дребезжание экипажей.
Догорающие фонари слабо освещали грязные улицы, отражаясь в лужах. Наконец всё почти утихло. — Кто идет? — раздался хриплый голос сонного будочника. Молчание — и страж, исполнив долг свой, не
заботясь об ответе, погрузился опять в сладкую дремоту»506. Но эти
примеры рисуют нравы будочников московских; в Адмиралтейских
же частях Петербурга полицейские несли свою службу образцово507.
По расчетам Лизаветы Ивановны, наилучший для визита ее избавителя момент — когда швейцар и второй привратник уже погрузились в сон, а второй будочник и квартальный офицер завершили или
еще не начали обход — наступал в половине двенадцатого. С заданием
произвести рекогносцировку бреши Лизавета Ивановна справилась
не хуже опытного военного инженера.

Служанки, ожидающие возвращения графини с бала, чтобы переодеть ее перед отходом ко сну, дремлют в девичьей, а стало быть, Германну не стоит опасаться того, что в полдвенадцатого кто-нибудь из
них встретится ему в бельэтаже.

кам (живых [бодрствующих] охранителей налицо не оказалось)» (Максимов С. В. Александр Николаевич Островский // Рус. мысль. 1897, янв. С. 39; ср.: Языков Д. И. Историко-литературные воспоминания // ИВ. 1906. Т. 106, № 1. С. 949–950; Морозов А. А.
Примеч. // Русская стихотворная пародия. Л., 1960. С. 717), несостоятельно: обер-полицмейстером Цынский станет через два года после того, как баллада получит цензурное разрешение.
506
Телешевский [Львов В. В.]. № XIII. С. 128.
507
Ср.: «С двенадцати часов спокойствие и тишина необыкновенны и вместе <с тем>
так привычны, что, если кто-либо скажет в это время на улице громко одно слово, —
вы удивитесь; а проходя мимо полицейской будки, вы вздрогнете в сотый раз, когда
бодрствующий страж мгновенно пустит вам в ухо, как стрелу, острое, погребальноунылое и непонятно-сокращенное свое: „тойдь?“ (кто идет?)» (Башуцкий А. П. Пано­
рама Санкт-Петербурга. Ч. 3. С. 90).

181

182

на-лево — опечатка; правильно: налѢво либо на лѢво
всё прямо — никуда не сворачивая
Описывается анфиладная планировка бельэтажа.

витая — винтовая

Бельэтаж особняка графини состоит из одноярусной парадной части и двухъярусной жилой: в верхнем ярусе, на антресолях, живет Лизавета Ивановна.

Перечень преград и таящихся за ними тесных проемов наделяют
описание маршрута избавителя гривуазным подтекстом.
План тайного свидания с Германном продуман в деталях и потому
не вызывает ощущения «сценической несообразности», которое возникло, например, у критиков «Горя от ума»: «…зачем Софья Павловна
сама решается на опасное ночное путешествие вниз, когда Молчалину
так хорошо была известна дорога в ее спальню; каким образом <…>
сцена, происходящая под лестницей, не растревожив находившегося вблизи швейцара, могла дойти до Фамусова, которого кабинет

и спальня, вероятно, были не в соседстве с передней»508; «Зачем у дверей во время разъезда не было швейцара?»509

Возбужденно-напряженное состояние героя уподобляется пове­
дению зверя в засаде. Сравнение образовано слиянием двух: трепетать как лист и нападать как тигр.
В предыдущей главе, узнав, куда его привели ноги, Германн затрепетал и стал ходить около дома. Пересказ сна, увиденного той ночью, изобилует -гр-: пригрезились, груды, выигрывал, загребал — не
воображал ли он себя пирующим хищником? К германн затрепетал
добавятся германн требовал и германн трепетал, так что имя зверя, произносимое вслед за как, стало объектом артикуляционного сопереживания еще до того, как про­звучало.

В 1830-х уличный осветительный сезон в Петербурге длился
с 1 августа до 1 мая; «часы для зажжения фонарей назначаются различные, смотря по времени года: в ноябре их зажигают в 4 часа после
полудня, а гасят в 7-м после полуночи»510.
508
509
510

<Надеждин Н. И. Отзыв о постановке:> Горе от ума … . С. 590, 588.
Ѳ. Инок…в. Русский театр // Молва. 1831. № 10. С. 14.
См.: Башуцкий А. П. Панорама Санкт-Петербурга. Ч. 2. С. 139.

183

184
Поскольку дом графини угловой, Германн, стоящий перед ним, видит не улицу, а улицы.

За типовым зачином Погода была ужасная511 следует звуковая
характеристика пейзажа: ветер выл, затем зрительная, и вторая
уточняет первую: завывание ветра воспроизводится повторением
ударного -у- (тýскло, ýлицы, пýсты) — орнаментализм нередкий в поэ­
­зии512, но не в прозе пушкинского времени.

Наречие изредка подчеркивает длительность ожидания513.

Ср.: «…погода была самая ужасная; сильный дождь, сопровождаемый ветром и громовыми ударами, шел уже несколько часов» (<Траншан де Лаверн Л.-М.-Ф.> Пещера
Вестбури … . М., 1811. Ч. 1. С. 108); «Погода была несносная, дождик, лившийся рекою,
несом [от несомый] был вихрем прямо к нам в лицо» (Свиньин П. П. Опыт живописного
путешествия по Северной Америке. СПб., 1818. С. 106); «Но погода была в это время
ужасная: дождь лил реками на улицу со всех кровель. Бурливый ветер свистел <…> Погода была тогда ужасная: бушевала буря с дождем и снегом попеременно» (<Цшок­
ке Г.> Вильгельмина, или Побежденный предрассудок / Пер. <В. А.> Вл.<адиславлев> //
СО. 1825. Ч. 100. С. 127–128, 229); «Погода была несносная: снег хлопьями падал»
(Н. <А.> П.<олевой> Святочные рассказы // МТ. 1826. Ч. 12, № 23. С. 105); «Погода была
самая ненастная: ветер, снег, метель. По улице между строением [зданиями] выло и свис­
тело; на дворе не видно было свету божьего» (Вечер в Д. // СО. 1827. Ч. 111. С. 260);
«Погода была самая несносная: мокрый снег падал комками и ударял в лицо» (Булгарин Ф. В. Встреча с Карамзиным // Альбом северных муз: Альм. на 1828 г. СПб., 1828.
С. 164); «Погода была ужасная; буря отнимала возможность сражаться» (Бутурлин Д. П.
Картина осеннего похода 1813 г. в Германии … . СПб., 1830. С. 33); «Погода была ужасная.
Перед мостом, почти напротив самой церкви, сперлось множество карет» (Барон Брамбеус [Сенковский О. И.]. Вся женская жизнь в нескольких часах // БЧ. 1834. Т. 1. С. 110).
512
Ср. инструментовку на -у-, -ы- и -л- в другом петербургском пейзаже: «Вдоль темных улиц фонари / Светились тускло до зари / И буйный вихорь [вихрь] выл уныло»
(ПСС, V, 390).
513
См.: Faletti H. Remarks on style as manifestation of narrative technique in «Pikovaia da­
ma». P. 123.
511

тянуться — двигаться медленно

ванька — от Иван — возникшее самое позднее в 1810-е именование крестьянина, который зимою занимался в городе легковым извозом по низкой таксе и предлагал свои услуги не на стоянке, а разъезжая по улицам
кляча — заморенная лошадь; тощая кляча — плеоназм

запоздалый седок — пассажир, дольше прочих задержавшийся
с отъездом; ср. «ездок запоздалый» в переводе баллады Гёте «Король
эльфов» (1782), выполненном Жуковским под названием «Лесной
царь» (1818): «Кто скачет, кто мчится под хладною мглой? / Ездок
запоздалый…»514

сюртук — верхняя мужская одежда, часть офицерской униформы
Шинели Германн не надел, ведь ее нельзя было бы оставить ни
в экипаже за неимением у него собственного, ни в сенях или в передней ввиду риска ее обнаружения проснувшимися слугами, а не будучи
сброшена, она ограничивала бы скорость его передвижения по дому.

не чувствуя ни ветра, ни снега — романтическое клише?515
резуль­тат спартанского воспитания?516 следствие помешатель-

<Жуковский В. А.> Für wenige = Для немногих. СПб., 1818. № 4. С. 21.
Напр.: «Мороз был жестокий, но кровь моя ходила огневым потоком» (Марлинский А. [Бестужев А. А.] Cтрашное гаданье. С. 199).
516
По воспоминаниям воспитанника (в 1843–1848) Главного инженерного училища,
«нас, военных, приучали к холоду; единственным теплым платьем, даже в 25-тиградусные морозы, были ничем не подбитые шинели из темно-серого сукна (значительно
более тонкое, чем солдатское), которые надевались тогда в рукава (а в теплое время
514
515

185

186
ства517? комбинация названных причин518? Как бы то ни было,
в предшествовавшее созданию ПД десятилетие наиболее низкая
температура в Петербурге составляла в среднем минус 19,75 °C519.

мелькнуть — появиться и тут же исчезнуть; стремительно пройти
Ср.: Шубы и плащи мелькали мимо величавого швейцара.

«„Холодный“ на языке портных означало одежду без подкладки,
предназначенную для теплого времени года <…> „Холодный плащ“

носились внакидку)» (Сеченов И. М. Автобиографические записки. С. 16–17). Ср.: «…не
мудрено, что женщины предпочитают военных штатским <…> Я бы ни за что не хотела
иметь мужа, который бы кутался от каждого ветерка» (<Булгарин Ф. В.> Письма провинциалки из столицы // СП. 1830, 26 авг.); «Мороз не пристает к мундиру, и прежде
других сбрасывают плащи офицеры» (Мухин А. Е. Повести. М., 1836. С. 157).
517
Напр.: «…многие из них нечувствительны к влияниям холода и жара <…> внимание
души сильно устремлено на один предмет, отчего впечатление на чувственную систему [воздействие на чувства] не ощущается надлежащим образом» (Бутковский П. А.
Душевные болезни, изложенные сообразно началам нынешнего учения психиат­рии … .
СПб., 1834. Ч. 1. С. 45).
518
Так, отставной кавалерист Е. П. Назимов (1785–1868), старший брат Г. П. Назимова,
которого считают прототипом Нарумова (см. выше), запомнился псковичам «разгуливавшим по городу зимою и летом в одном и том же гусарском ментике без всякой верхней одежды, несмотря на трескучие морозы»; за это и другие чудачества его называли
«сумасшедшим Назимовым» (Окулич-Казарин Н. Ф. Псковский ветеран наполеоновских войн // Тр. Пск. археол. о-ва. 1912. Вып. 8. С. 43).
519
См.: <Заболоцкий-Десятовский А. П.> Статистические сведения о Санкт-Петербурге.
С. 22–23.

бедной воспитанницы зимой означает ее бедность, как и цветы в баль­
ной прическе вместо драгоценных камней, жемчуга или перьев, модных в то время для бальных причесок»520.
Богатые же невесты отправлялись на бал в безрукавной накидке
с воротником или с капюшоном, подбитым мехом куницы или соболя
и отороченным пухом лебедя или марабу, а иногда еще и посаженным
на каркас из китового уса, чтобы и слегка не помять газовое платье
и сложную прическу521. Наряд довершали надеваемые поверх баль­
ной обуви вязаные из шерсти полусапожки522, а в сильный мороз —
меховые сапоги до колен523.
В XVIII в. свежесть цветам, вплетенным в прическу, обеспечивал
скрытый в ней сосуд с водой. В XIX в., когда танцы стали динамичнее, а прически ниже, свежими цветами голову убирали ред­ко524 —
умея, однако, и в простоте находить изысканность525. Куда менее

Кирсанова Р. М. Розовая ксандрейка и драдедамовый платок: Костюм — вещь и образ в рус. лит. XIX в. М.; СПб., 2006. С. 167.
521
См., напр.: Моды // СП. 1830, 1 февр.; Моды // Молва. 1831. № 1. С. 8; Парижские
моды // МТ. 1832. Ч. 43, № 3. С. 445–446.
522
См., напр.: Парижские моды // ДЖ. 1830. Ч. 32. С. 96; Моды // СП. 1830, 1 февр.; 1832,
26 апр.
523
См., напр.: Колокольцев Д. Г. Лейб-гвардии Преображенский полк в воспоминаниях
его старого офицера с 1831-го по 1846 г. С. 615.
524
«В деревне многие особы являются в танцы с уборкой головы натуральными цвета­
ми <…> Некоторые из щеголих вздумали было убирать головы натуральными цве­
тами и в городе, выезжая в театры, но оставили эту моду, ибо цветы вянут до окончания спектакля» (Парижские моды // МТ. 1829. Ч. 27, № 12. С. 540–541).
525
Напр.: «Кто эта интересная девушка, просто, но мило одетая? <…> она не завидует
бриллиантовым бабочкам и цветам, которые украшают головы других девиц, достоинство ее простоволосой головки сияет ярче алмазов; кто эта обворожительная гостья?» (XXX. Бал // Радуга: Лит. и муз. альм. на 1830 г. М., 1829. С. 323); «...в каштановые
локоны вплетена была безыскуственная [натуральная] роза. Наряд был прост, но на
прелестной всё обворожительно» (Лахман П. Красный плащ // Сла. 1830. Ч. 13. С. 195);
«Головной ее убор поразил Сент-Клера. В волоса была заплетена роза <…> Мне лучше
[больше] нравится эта простая роза, чем ваши запутанные [затейливые] прически»
(Мериме П. Этрусская ваза. С. 114); «Часто простота наряда превосходит изящность
моды: ибо утонченность вкуса не состоит еще в том, чтобы уметь украсить себя бо­
гатыми вещами. Недавно в одном из лучших парижских обществ одна знатная дама
имела на голове гирлянду, из живых цветов составленную; разумеется, их свежесть
520

187

188
дорогие, чем цветы, изготовленные из бархата, шелка, драгоценных металлов и камней, они стоили всё же немало, особенно зимою,
но Лизавете Ивановне могли доставаться даром — если графине
их присылали знакомые, при особняках которых имелись теплицы
и оранжереи.

Карета поехала тяжело ‘с трудом’, поскольку из-за неплотности
снежного покрова копыта и колеса проваливались.
Начиная с тяжело движение кареты передается анапестом.

Очень скоро, однако, Германн беспрепятственно войдет в дом. Выдвигалось предположение, что глагол запереть используется здесь
в значении ‘притворить; прикрыть’, а не ‘закрыть на замок, засов,
крюк’526. Иначе говоря, можно представить себе, что швейцар, не желая, чтобы вернувшиеся с бала будили его, не соединил засовом обе
половины парадной двери, а только плотно сомкнул их.
Вместе с тем при совместном употреблении глаголов затворить
и запереть первый всегда обозначает начало, а второй завершение

не могла быть продолжительною, но это изобретение казалось для всех прелестным»
(Моды (парижские) // Гирлянда. 1832. № 2. С. 46–47; то же с изменениями см.: Парижские моды // ДЖ. 1832. Ч. 37. С. 80; Смесь // СП. 1832, 29 марта).
526
См.: Разлогова Е. Э. «Пиковая дама» в зеркале французских переводов. С. 85–87; Ее
же. К вопросу о передаче лексических параллелизмов в переводе // ВМУ. 2015. № 5.
С. 32–36. Ср. в других сочинениях Пушкина: «Дверь заперта! Герой слегка / Жмет ручку
медную замка», после чего «Дверь тихо, тихо уступает…» или: «Я запер двери, не велел
никому входить», после чего «Вдруг двери отворились. Маша вбегает» (ПСС, V, 172, 10;
VIII-1, 73, 74).

действия, препятствующего проникновению в помещение527. Легкость преодоления Германном преград, типичная для агентов потусторонних сил, хорошо согласуется с насыщением его образа демоническими чертами — от черные глаза его сверкали из-под шляпы (гл. 2)
до у него <…> душа Мефистофеля (гл. 4).
Звуки закрываемых дверей — кареты и дома — фиксируют переход графини и ее воспитанницы из одного замкнутого пространства
в другое и подчеркивают, что Германн остается снаружи.

В доме потушили или притушили свет.

…дожидаясь, пока не истекут оставшиеся (до назначенного момента) минуты.

Напр.: «…ворота ж только затворила, а не заперла» (Мариво П. Жизнь Марианны … / Пер. А. М. Салтыков. <М.>, 1762. С. 249); «…двери затворили и заперли» (Бронников К. И. Путешествие к святым местам … . М., 1824. С. 91); «…дверь их комнаты не
была заперта, а только затворена» (Сумароков П. П. Белый человек, или Невольное
суеверие // Денница: Альм. на 1831 г. М., 1831. С. 37); «Двери были притворены, но не замкнуты» (Булгарин Ф. В. Петр Иванович Выжигин. Ч. 4. С. 86); «Дверь тихонько [слегка] заперла» (ПСС, III-1, 550); «…затворила за собою дверь, заперла ее ключом» (Дюма А. Капитан Поль // БЧ. 1838. Т. 30. С. 215).
527

189

190

Сказанное не противоречит тому, что Окна померкли: после отъезда графини прислуга потушила или притушила свет не во всем доме,
а только в парадных комнатах бельэтажа, окна которых видны с улицы. Окна же нижнего этажа — комнат жилых (для прислуги) и хозяйственных, в том числе окна сеней, — могли выходить во двор, и тогда
с улицы видны были лишь идущие вдоль фасада окна коридора, который соединял эти комнаты и освещения не требовал. (Могли ли читатели ПД вообразить ярко освещенные сени вовсе лишенными окон?
Вряд ли: сени нуждались в хорошей вентиляции: здесь нередко находилась топочная камера печи.)
Свет в сенях был оставлен для выездных лакеев, которым предстояло по возвращении графини с бала внести ее в дом.

Ср.: «Швейцара не было. Скорыми шагами он взошел на лест­
ницу»528; «…с тех пор, как слуги храпят в передних, а это идет от сотворения передних и слуг…»529
Типовое изображение нерадивых слуг подсвечивается сюжетом
о спящей красавице: принц, придя в замок, проходит мимо погруженных в волшебный сон привратников, а поднявшись по лестнице в караульную, — таких же стражников.
Рыльский. СПб., 1833. С. 134.
Виньи А. де. Андрей Шенье: Повесть, рассказанная Черным Доктором // МТ. 1832.
Ч. 46, № 13. С. 40.
528
529

легким — чтобы не разбудить слугу, твердым — чтобы успокоиться
мимо его — мимо него

Движение Германна осуществляется снизу вверх с нарастающей
стремительностью: ступил — взошел — взбежал530, словно опровергая утверждение, что тяжелы ступени чужого крыльца531.

кивот — шкафчик для икон

образа — иконы

теплиться — неярко светить

Отмечено М. Бобрик.
Ср.: Илюшин А. А. Реминисценции из «Божественной комедии» в русской литературе XIX века // Дантовские чтения = Letture Dantesche. М., 1968. С. 150.
530
531

191

192

обитих — опечатка; правильно: обитыхъ

штофные — от штоф (Stoff) — дорогостоящие плотные, преимущественно шелковые, виды ткани, которые употреблялись для обивки
мебели и стен, изготовления драпировок и пошива верхней одежды
В литературе 1820-х и 1830-х упоминание штофа создает атмосферу былой роскоши532.

Словосочетание печальная, или холодная, симметрия (triste, или
froide, symétrie), использовавшееся для характеристики впечатления
от вида парков регулярного стиля533, вносит в описание спальни графини версальскую ноту.

Напр.: «…странно читать в 1829 году роман, писанный в <1>775-м. Кажется, будто
вдруг из своей гостиной входим мы в старинную залу, обитую штофом, садимся в атласные пуховые креслы [кресла], видим около себя странные платья, однако ж знакомые лица, и узнаем в них наших дядюшек, бабушек, но помолодевшими» (ПСС, VIII-1,
49–50); «Комната, в которой обыкновенно сидели они вместе, некогда была, вероятно,
парадною залою: мраморный пол, стены, покрытые остатками богатых обоев; вели­
колепные резные и позолоченные стулья, обитые штофом, замаранным и изодранным, — всё в том удостоверяло» (Ирвинг В. Саламанхский студент / Пер. <Д. М.> К-<ня­
жеви>ч // СОСА. 1829. Т. 5. С. 198); «Великолепье отжилое / Штоф полинялый на
стенах» (Баратынский Е. А. Отрывок из поэмы <«Наложница»> // Денница: Альм. на
1830 г. М., 1830. С. 138); «Вскоре ввели нас в запыленную залу, уставленную штофною
мебелью половины [середины] XVIII века. Паркетный пол во многих местах расщелился. В узких простенках тянутся до потолка тусклые зеркала. Занавесы штофные, мертвого цвета» (Греч Н. И. Поездка в Германию. Ч. 1. С. 104–105); «Штофные обои, разные
во всех покоях [комнатах] <…> всё сие <…> служит напоминанием прежде бывшей роскоши» (Новый путеводитель по Москве … . М., 1833. Ч. 2. С. 118); «…в старинной зале,
обитой малиновым штофом; стулья и диваны были обиты тою же материею и украшены бахромою, надо думать, в свое время золотою, но теперь всё это потускло и потемнело» (<Дурова Н. А.> Кавалерист-девица. СПб., 1836. Ч. 1. С. 89).
533
Напр.: Roucher J.-A. Les mois. Paris, 1779. T. 1. P. 187; Rozier F. Cours complet d’agriculture
théorique, pratique, économique, et de médecine rurale et vétérinaire. Paris, 1785. T. 6. P. 58;
532

китайские обои — шелковые обои с сюжетной росписью, имитирующей мотивы средневекового китайского искусства

Описание спальни стандартное534, но тем из читателей, кто заметил обилие в предметном мире ПД вертикально вытянутых прямо­
угольников, обрамляющих поясные изображения535, приходилось бороться с кощунственным искушением включить в их число и ста­
ринные образа.

Me (аббревиатура maître) — опечатка; правильно: Mme (аббревиатура madame)536

Lebrun — Элизабет Виже-Лебрен (1755–1842), автор около семисот полотен, главным образом портретов европейской знати

Dulaure J.-A. Nouvelle description des environs de Paris. Paris, 1787. T. 2. P. 251; LezayMarnésia C.-F.-A. Essai sur la nature champêtre. Paris, 1787. P. 91; Chevalier de *** <la
Tramblaye A. R.> Sur quelques contrées de l’Europe, ou Lettres. Londres, 1788. T. 2. P. 8;
Poederlé E. J. Ch. G. H. d’Olmen de. Manuel de l’herboriste et du forestier belgiques. Bruxelles,
1792. T. 2. P. 332; Des jardins, des paysages etc. // Le spectateur du nord. 1799, sept. P. 336;
Mme Jossenay. Sancerre et Adèle, ou Le mari coupable, suivi de la femme désabusée. Paris,
1802. T. 2. P. 54. Ср.: «Сад <Малого> Трианона есть совершенство садов английских; нигде нет холодной симметрии; везде приятный беспорядок, милая простота и красоты
сельские» (Карамзин Н. М. Соч. Т. 5. С. 93).
534
Напр.: «Перед иконой золотой / Лампада точит [испускает] свет печальный» (Баратынский Е. А. Бал. С. 38); «…лампада, горевшая перед большим иконостасом, разливала
по комнате слабый, как будто таинственный свет» (Ушаков В. А. Киргиз-кайсак. Ч. 2.
С. 21–22); «Свет лампады, теплившейся перед образом…» (<Бегичев Д. Н.> Семейство Холмских. Ч. 6. С. 98); «…слабым светом теплившейся перед образом лампады»
(А… Г…<ерасимов> Добромирский и президент Шукайло … . М., 1833. Ч. 1. С. 50).
535
Ср.: Rosen N. The magic cards in «The queen of spades» // SEEJ. 1975. Vol. 19, № 3. P. 268;
Williams G. Convention and play in «Pikovaja dama» // RL. 1989. Vol. 26. P. 526.
536
Ср.: Legoarant B. Nouvelle orthologie française … . Paris, 1832. T. 2. P. 66.

193

194
Mme Lebrun — тезка mademoiselle Lise. Похожей (‘парижское прошлое’ vs ‘петербургское настоящее’) соименностью обладают мужские персонажи ПД: Сен-Жермен и Германн.

«Описание не теряет связи с исходной точкой зрения — созерцанием Германна. В то же время мы чувствуем, описание превосходит
его кругозор. Как бы общее зрение героя и автора видит и рисует эту
картину <…> „На стене висели два портрета, писанные в Париже mme
Lebrun“. Автор продолжает своим знанием (во второй половине фразы) то, что видит герой (в первой ее половине). Германн видит подлежащее этой фразы (два портрета), автор продолжает причастным
оборотом к этому подлежащему <…> Здесь, в этой картине, всё то, что
может увидеть глаз, одушевлено и продолжено воображением автора,
которое присоединяется к воображению Германна и продолжает, так
сказать, в его направлении»537.

— типовое описание парного портрета супругов538.

Бочаров С. Г. Поэтика Пушкина. С. 199–200.
Напр.: «…маменька <…> представлена во весь рост, в белом атласном платье со
шлейфом; правою рукою она срывает цветок из фарфоровой вазы <…> С другой стороны папенька, распудренный, в красном сенаторском мундире, в ленте с большим мальтийским крестом на груди» (Ушаков В. А. Досуги инвалида. М., 1832. Ч. 1, <кн.> 2. С. 17–
18); «На стене напротив камина висели два пастельных портрета, которые должны
были изображать деда госпожи Гранде, старого господина де ла Бертельера в форме
лейтенанта французской гвардии, и покойную госпожу Жантийе в костюме пастушки» (Balzac H. de. Eugénie Grandet // L’Europe littéraire. 1833, 15 août. Suppl. P. 251); «Над
канапе висели два портрета: Михаила Федосеевича Астионова, в армейском мундире,
537
538

«„Дородство“ модели — почти непреложный атрибут парадного
портрета вельможи XVIII в. (этот стереотип будет сломан наполеоновской эпохой), светло-зеленый цвет мундира — указание на екатерининскую эпоху, а орденская звезда — на принадлежность к первым
четырем классам по Табели о рангах»539.

Будущее тождество графини и карточной дамы («королевы») готовится как упоминаниями о знакомстве графини с королевой Франции и с российской императрицей, так и перекличкой ее образа с обеими: рисунок отношений с мужем, покорно выплачивающим ее карточные долги, — копия изображения французской королевской четы
в революционных памфлетах, а милость, которая оказывается молодому поляку Чаплицкому, напоминает о слабости Екатерины II к молодому сербу Зоричу. Функции подготовки к отождествлению с карточной дамой выполняют и портреты в спальне: запечатленные на
них граф и графиня напоминают Людовика XVI, тоже румяного и пол­
ного и казненного в возрасте лет сорока, и Марию-Антуанетту, тоже
красавицу с орлиным носом540, с зачесанными висками и с ро­
зою — правда, не в пудреных волосах, а в руке, как на нескольких
ее изображениях кисти Виже-Лебрен541. (Похожую операцию Пушкин
уже проводил: строчку «Царей портреты на стенах»542 он во избежание цензурных осложнений заменил на «Портреты дедов на стенах»
и только в таком виде печатал.) Карточное измерение ПД позволяет

и супруги его, в высокой прическе семидесятых годов: на портрете она сохранила свою
умильную улыбку; в руке у ней был пестрый тюльпан» (Греч Н. И. Черная женщина.
СПб., 1834. Ч. 1. С. 24).
539
Справка В. Файбисовича.
540
Орлиный нос (nez aquilin) — постоянный элемент ее портретов (напр.: Regnault<-Wa­
rin> J.-J. Siècle de Louis XVI. Bar-le-Duc, <1794>. P. 302; Vie de Marie-Antoinette, reine de
France. Hambourg; Brunswick, 1798. P. 20; Scott W. Vie de Napoléon Buonaparte. Paris, 1827.
T. 2. P. 5). Ср.: Williams G. The obsessions and madness of Germann in «Pikovaja dama» // RL.
1983. Vol. 24. P. 395.
541
Ср.: Мартьянова С. А. Образ Германна в повести А. С. Пушкина «Пиковая дама»: Национальное и общечеловеческое // Вестн. Нижегор. ун-та. 2014. № 2. С. 55; Гречаная Е. П. Две заметки к теме «Пушкин и Франция» // Россия и Франция: Диалог культур: Ст. и материалы. Тверь, 2015. С. 48.
542
ПСС, VI, 31.

195

196
распознать в этих портретах короля и даму одной масти и пару карт,
вскрываемых банкометом. Портрет дамы висит справа — ср. в гл. 6:
Направо легла дама, налево туз.
Герой сказки, услышав описание и/или увидев портрет красавицы, влюбляется в нее и отправляется на ее поиски — сюжет, знакомый читателям ПД, например, благодаря «Волшебной флейте», «Сказке о Острионе королевиче»543, «Верному Иоганнесу» братьев Гримм
и «Легенде о принце Ахмеде аль-Камеле» Ирвинга544. Германн, про­
ведав о Русской Венере, мечтает сблизиться с нею и, проникнув в ее
жилище, разглядывает ее портрет, а спустя абзац — ее самоё.

по всем углам торчать — бросаться в глаза при последовательном обзоре помещения
В прозе 1830-х фарфоровые пастýшки и пастушки́ — деталь интерьера 1730-х — 1770-х545. Окончание -ыя у фарфоровые свидетель-

Здесь рассказывается о двух висящих рядом портретах: «один был того королевства короля, а другой его дочери, прекрасной королевны» (Сказка о Острионе коро­
левиче. М., 1795. С. 12).
544
См.: Ирвинг В. Принц Ахмед-аль-Камель // МТ. 1832. Ч. 48, № 21. С. 54 и далее.
545
Напр.: «Комната убрана была в старинном вкусе <…> На уступе изразчатого [изразцового] камина представлялась в лицах эклога Александра Сумарокова: фарфоровый
пастушок млел у ног фарфоровой пастушки» (Греч Н. И. Черная женщина. Ч. 1. С. 25;
цитируется «Под тению древесной…» (1765) М. И. Попова: «Пастушка улыбалась, / Пас­
тух ее лобзал; / Он млел; она смущалась»); «…огромные печи из пестрых изразцов <…>
543

ствует о том, что слово пастушки не мужского, а женского рода, а значит оно перекликается с недавно упомянутой розой (цветы в букете,
гирлянде, корзинке, отделке корсажа — атрибут пастушки как пер­
сонажа живописи и фарфоровой пластики в стиле рококо) и рифмуется с упоминаемыми вскоре игрушками.
столовые — настольные

Номинацию славный ‘прославленный’ Leroy заслужили два часов­
щи­ка: Жюльен Леруа (1686–1759) и его сын Пьер (1717–1785). Первого
как превзошедшего британских мастеров Вольтер уподобил победителю битвы при Фонтенуа546. В романе Дидро «Жак-фаталист и его Хозяин» (1796) торговец, предлагая покупателю часы, объявляет их изготовителем самого Жюльена Леруа. Французские настольные часы — повто­
ряющийся образ в романе Джона Голта «Предзнаменование» (1825)547.

рулетка — от roulette — конструкция из двух дисков, деревянных
или из слоновой кости, скрепленных осью, на которую намотан шнур:
повинуясь руке играющего, он то разматывается, то наматывается,
и диски, соответственно, то опускаются вращаясь, то поднимаются
Эта игрушка — чаще всего ее называли le joujou de Normandie ‘нормандская игрушка’ — появилась в Европе в 1791, пик ее популярности
пришелся на первую половину 1790-х548. Злоба дня сделала ее эмблемой того, что заслужили враги Революции: колесо да веревка549. Мода

с фарфоровыми пастушками, похожими на маркизов, и маркизами, похожими на пас­
тушков» (Лажечников И. И. Ледяной дом. М., 1835. Ч. 1. С. 7–8).
546
См.: Le Roy J.-D. Lettre à É. Fréron // L’année littéraire, ou Suite des lettres sur quelques
écrits de ce temps. 1757. T. 5. P. 104.
547
См.: Скотт В. [Голт Дж.] Предзнаменование / Пер. Г. Пасынков // СПбВ. 1831. Т. 2, № 20.
С. 144; № 22. С. 183, 192.
548
См., напр.: Bertuch Fr. J. Über das Joujou de Normandie … // J. des Luxus und der Moden.
1792, Jan. Bd 7. S. 11–13; Ökonomische Encyklopädie … . Berlin, 1797. Bd 72. S. 695; Hesekiel G. Eine vergessene Mode // Der Bazar. 1870, 23. Sept. S. 294.
549
См.: Variétés // Mercure universel. 1791, 23 déc. P. 367. Ср. переписку по поводу нашумевшей сцены с рулеткой, добавленной Бомарше в постановку «Женитьбы Фигаро»:
Variétés // Chronique de Paris. 1792, 22 janv. P. 87; Beaumarchais P. <Lettre> aux redacteurs
de la Chronique // Chronique de Paris. 1792, 27 janv. P. 106–107.

197

198
на эту игрушку обогатила и куртуазную метафорику: рулетка сродни
сердцу влюбленного, что летит то к одной красавице, то к другой,
и ни у одной не задерживается550; бог любви, держа нас, как рулетку,
на шнуре, дает нам иллюзию свободы и тут же лишает ее551. Подслушанные наблюдателем нравов разговоры о рулетке полны фривольных намеков552; ‘нормандская игрушка’ оказывается сродни ‘девичьей игрушке’553. Примечательно, что в перечне аксессуаров преста­
релой Русской Венеры вслед за рулетками появляются (отделенные

См.: Goethe J. W. von. Werke. Wien, 1816. Bd 1. S. 411.
См.: Schmidt K. E. K. Amor der Joujouspieler // Taschenbuch und Almanach zum geselligen Vergnügen. Leipzig, 1796. S. 196–197. Ср. также зингшпиль Рейха «Амур, играющий
в рулетку» (1794–1798).
552
« — Посмотрите, — говорила одна дама сидящему возле ней с своим кружком кавалеру, как проворно [быстро] и хорошо вертится моя рулетка! — Чему дивиться, сударыня! — отвечал ей с учтивостью кавалер в голубом фраке. Вы так искусно и проворно
играете в вашу вертушку, что никогда не делаете, как я заметил, промаху <…> Скажу
вам, сударыня, без лести, что вы играете в вашу вертушку бесподобно; я уже наслышался от моего искреннего приятеля г.<осподина> Г…., который на прошлой неделе
имел счастие играть с вами в вертушку, что вы так твердо [умело] играете, а притом
и так нескучливы [неутомимы], что он, желая угодить вам, был утомлен тем до чрезвычайности. — При сих словах дама улыбнулась, а кавалер продолжал опять свою речь
таким образом: — Слыша, сударыня, такую об вас похвалу, просил того приятеля моего, чтоб он доставил мне, как страстному охотнику до этой игры, случай когда-нибудь
поиграть с вами в вертушку, на что он охотно согласился, вызвался доставить мне это
неоцененное счастие в непродолжительном времени. Удостойте, сударыня, продолжал
он, испытать мое искусство в игре с вами. — С великим удовольствием, — отвечала
дама <…> ежели вам угодно, завтра в 5 часов пополудни можете вы ко мне приехать.
Думаю, что муж мой поедет непременно на игру к г.<осподину> Картежникову, у которого он пробудет до полуночи, а я хочу завтра остаться дома: то и прошу вас с приятелем вашим г.<осподином> Г…. посетить меня и разделить время игрою в вертушку. —
Кавалер в голубом фраке поцеловал у ней руку и самыми учтивейшими выражениями
отблагодарил даму за такую к нему благосклонность <…> Г-<оспо>жа Размахайлова
<…> бросилась к нему на шею и пленяющим тоном говорила ему: — Ах! мой минйончик [mignon ‘миленький’]! Как ты долго заставил меня дожидаться себя! ты вывел
меня из терпения; я хотела с тобой поиграть в вертушку» и т. п. (<Писарев А. И.> Переписка двух адских вельмож, Алгабека и Алгамека … . Ч. 2. С. 166–169).
553
«Le joujou des demoiselles» — сборник французской эротической (скорее гривуазной, чем обсценной) поэзии, не раз переиздававшийся с сер. XVIII в. и послуживший
образцом и одним из источников известного в рукописных копиях сборника русских
эротических (скорее обсценных, чем гривуазных) стихов и пьес «Девичья игрушка».
550
551

от них веерами) дамские игрушки — предметы, неудобные для прямого называния554.
В 1820-х рулетке отводится место в одном ряду с фижмами и мушками: «Вы мило хвалите былое, / Согласен с вами я во всём, / Приятно,
бывши стариком, / Припомнить время молодое: / Лет пятьдесят тому
назад / Вы весело, вы славно жили, / И вы влюблялись, вы шутили — /
И всё казалось вам впопад! / Как все тогда, и вы являлись / На бал
с рулеткою в руке, / С пучком в тяжелом парике, / И вам девицы улыбались: / Они сидели чинно в ряд, / В руках большое опахало, / Шиньон и фижмы их наряд, / Две мушки под носом блестят — / Всё это
прежде вас пленяло»555.

Cр. использование эвфемизма «женская игрушка» в одноименном очерке 1821
(опубл. в 1912) Рылеева: « — Нет, madame, не из нарядов. Мне нужно игрушку. — Какую,
сударь? — Которую любят женщины и которую, когда она появилась, они не выпускали
из рук… — проговорив сие, я улыбнулся; мне самому казалось странно и смешно, что я
приехал покупать вещь, которой хорошо и названия не знаю. Француженка пристально
посмотрела на меня, улыбнулась сама [тоже] и сказала: — Теперь я понимаю; вам, конечно, нужен калейдоскоп; для кого вам нужна сия игрушка? — Для жены. — Для вашей
супруги! И вы позволяете ей иметь такую игрушку? — Почему ж не так? Когда прочие
мужья покупают ее женам своим или знают, что они сами покупают, то я не хочу своей
отказывать в том. — Так извольте, сударь, я принесу; только скажите, какого сорта нужно вашей супруге: русского, французского или аглицкого [английского]? — А какой лучший? — Теперь в моде аглицкий. И у меня, я вам за тайну скажу [скажу вам по секрету],
осталась одна только дюжина из десяти, выписанных мною месяца два назад прямо из
Лондона. Это совершенство в своем роде [la perfection dans son genre]! Сей сорт изобретен в Англии нарочно [специально], как сказывают, для королевы [Каролины Браун­
швейгской (1768–1821)], когда она разлучилась с Бергами [Бартоломео Пергами (1783
или 1784–1842)]. Устройство и механизм вещи сей точно, как у натуральной! — Лю­
бопытство мое с каждым словом возрастало. — Пожалуйста, покажите, madame. — Ma­
dame вынула ящик, открыла его и подала мне; а сама отошла к окошку. Я взглянул
и остолбенел от изумления!.. Я увидел такую игрушку, о существовании которой нико­
гда и не воображал!.. <…> — Что, нравится ли вам эта женская игрушка? — А что стоит
она? [А сколько она стоит?] — спросил я вместо ответа. — Сто рублей. — Как не [разве
можно не] купить! но не для жены: сохрани боже [возглас, выражающий нежелательность или беспокойство]! Сия искусственная вещь ей вовсе не нужна; но она может послужить украшением кабинета редкостей, который достался мне от одного натуралиста» (цит. по: Рылеев К. Ф. Полн. собр. соч. М.; Л., 1934. С. 399–400).
555
<Новиков Д. И.> Песни золотого рожка: Отыскан. рукопись неизвест. сочинителя.
М., 1828. С. 76.
554

199

200
Если считать концом века его последнее десятилетие, то опре­
деление изобретенные в конце минувшего столетия применимо
только к рулетке: названный далее тип аэростата изобретен братьями Жозефом-Мишелем (1740–1810) и Жаком-Этьенном (1745–1799)
Монгольфье в 1782, а учение Франца Антона Месмера (1734–1815)
о невидимой силе, излучаемой планетами и лежащей в основе того,
что назовут гипнозом, пропагандировалось с 1770-х.
В оде А. Н. Радищева «Осьмнадцатое столетие» (1801) аэростат
венчает перечень важнейших достижений века556; вместе с магнетизмом и философским камнем он упоминается в оде Г. Р. Державина «На
счастье» (1789)557 и в иных образцах ‘подведения итогов’, в которых
увлечение магнетизмом и аэростатами соседствует с модой на духовидение и на рулетку558, а имена Месмер и Монгольфье — с именами
других пионеров воздухоплавания и Калиостро559. Примету времени
представляют собою уже сами словосочетания с прилагательными
на -ов: Монгольфьеров шар и Месмеров магнетизм. Их употребляли на рубеже столетий, а в 1830-х в ходу были уже другие термины:
воздушный шар и животный магнетизм.
Упоминанию последнего явления в ПД отведена еще одна функция — поддерживать ощущение, будто герои повести подчиняются
чужой воле. В первой трети XIX в. вера в магнетизм питала фантазию
Арнима, Гофмана, Клейста, Каролины де Ламотт-Фуке, Цшокке, Шелли, Жан-Поля, Тика, Мёрике, Бальзака, Сулье, Погорельского, Греча,
Н. Полевого и др. Для Пушкина он был сродни духо- и ясновидению;
участница беседы с поэтом, состоявшейся незадолго до предположительного начала работы над ПД, вспоминала: «Пушкин старался всевозможными доказательствами нас уверить в истине магнетизма
<…> Я была очень рада, когда кончился разговор о магнетизме, хотя
занял его другой, еще менее интересный, о посещении духов, о предсказаниях и о многом, касающемся суеверия. — Вам, может быть, по«И на воздушных крылах смертных на небо взнесло» (Радищев А. Н. Собр. оставшихся соч. М., 1806. Ч. 1. С. 182).
557
В качестве параллели к ПД отмечено в: Виноградов В. В. Стиль Пушкина. С. 591.
558
См., напр.: Über das Joujou de Normandie. Leipzig, 1792. S. 4.
559
См., напр.: Ségur L.-Ph. Mémoires, ou Souvenirs et anecdotes. Paris, 1826. T. 2. P. 28; Schmitthenner F. Über den Charakter und die Aufgaben unserer Zeit … . Gießen, 1832. S. 147–148.
556

кажется удивительным, — начал опять говорить Пушкин, — что я
верю многому невероятному и непостижимому»560.

В чем состоит своеобразие метрической организации комменти­
руемого предложения?
(1) по всем углам торчали (2) фарфоровые пастушки (3) столовые
часы работы (4) славного leroy (5) коробочки рулетки веера (6) и разные
дамские игрушки (7) изобретенные в конце (8) минувшего столетия
вместе (9) с монгольфьеровым шаром и месмеровым магнетизмом.
Вне классической силлабо-тоники находятся только звенья (4) и (6).
Остальные представляет собою строки, написанные: (1–2) — трехстопным ямбом, (3), (7–8) — четырехстопным ямбом, (5) — пятистопным ямбом и (9) — пятистопным анапестом. (Лишний слог в фарфоровые и столетия скрадывается в вариантах фарфоровы и столетья.)
Разностопными ямбами перечислены вещицы галантного столетия,
анапестом небывалой разновидности (редкой и для поэзии будущего) — достижения века разума. С заготовками стихов этот пассаж роднят также анжамбеманы в (7–8), любимая поэтами XVIII в. рифмопара
пастýшки : игрушки и рифмоид leroy : веера.

маленькая — узкая

После Семилетней войны всё большее распространение получают
кровати с кованым каркасом; считалось, что они застрахованы не
только от древоточцев, но и от постельных клопов561. Дорогостоящие

Фукс А. А. А. С. Пушкин в Казани // ПВС, II, 255.
Cм.: Leben U. L’art du mobilier et des objets en fer et acier polis // Connaissance des arts.
1995. № 520. P. 117.

560
561

201

202
модели этого вида мебели прочно вошли в великосветский быт: еще
и во времена Второй республики модный журнал будет реклами­
ровать железную кровать «в стиле ренессанса, с ламбрекенами» как
«самое элегантное, что можно увидеть в спальне красавицы или наследного принца»562.

Многоточие передает колебания Германна на развилке.

«…Автор изображает движение Германна по анфиладе комнат, изменяя интенсивность их освещенности: ярко освещенные сени; передняя, где горит только одна лампа; темная зала и темная гостиная,
слабо подсвеченные лампой из передней; спальня, где еле теплится
огонек лампады, и, наконец, густая темнота кабинета»563.

При игре в фараон выигрышной и для банкомета, и для понтера
является правая сторона. Когда Лизавета Ивановна пишет Германну,
что из двух дверей за ширмами к ее комнате ведет та, что слева, она
представляет себе эти двери глазами Германна; находясь же у себя
в комнате, правой она считает свою дверь за ширмами. Иначе говоря,
«интересы Германна и Лизаветы Ивановны и их представления о правой и левой сторонах диаметрально противоположны — как интересы и позиции банкомета и понтера за игорным столом»564.
Revue industrielle // Petit courrier des dames. 1848, 31 déc.
Михайлова Н. И. Повествовательная структура «Пиковой дамы»: (К изучению типов повествования в прозе A. C. Пушкина) // ВМУ. 1974. № 3. С. 18.
564
Kodjak A. «The queen of spades» in the context of the Faust legend. P. 92–93. Ср.: Альми И. Л. О числе два и роли бинарных структур в художественной системе «Пиковой
дамы» // Проблемы современного пушкиноведения: Межвуз. сб. науч. тр. Вологда,
1989. С. 9.
562
563

Дактиль в описании хода времени: время шло медленно всё было
тихо сменяется амфибрахием, имитирующим бой часов: в гостиной
пробило двенадцать.
Неожиданное возвращение тишины обычно усиливает нервное
напряжение. Но не в случае с Германном.

Образ холодной печки эмблематичен: герой всецело контролирует свои сильные страсти и огненное воображение. Но если прежде
твердость удерживала его от соблазна пожертвовать необходимым
ради излишнего, то теперь она требуется ему, чтобы воспринимать
опасное как необходимое.
Мотив ‘неизбежность риска’ обычен в батальных контекстах. Ср.
также: «Я был отменно весел: таково всегда состояние духа после
твердой, обдуманной решимости в случаях неизбежных»565.

565

Панаев В. И. Венгерский гусар // БЧ. 1834. Т. 2. С. 70.

203

204
дальний — доносящийся издалека

Шум, который до изобретения шины и дорожного покрытия без
зазоров возникал при преодолении ободьями колес выемок между
булыжниками, или торцами, или частями брусчатки, воспринимался
как ритмический стук и мог ассоциироваться с работою часового механизма566.

Интонационно обособленное предложение и он услышал дальний
стук кареты представляет собою строку полноударного пятистопного ямба. Инициируя непроизвольные микродвижения органов речевого аппарата, метризация выявляет незаметную при чтении глазами
(и несущественную, будь это только проза) заминку от повтора согласного: стук кареты — заминку, словно воспроизводящую движение-звучание ободьев на стыке частей дорожного покрытия. Услышанное героем издалека сопереживается читателями изнутри.

Описание наплыва чувств, вызванного вслушиванием в судьбоносный стук кареты, — клише психологической прозы567.

Напр.: «Альбина внимательно прислушивается… она распознает стук кареты. Ах,
это ложная мечта! Всё покойно: она слышит только однообразное качание маятника
у стенных часов» (<Н. де Б.> Уже поздно! / Пер. В. Кр-в // СМ. 1830, 3 нояб.).
567
Напр.: «Через час она услышала стук кареты на дворе… — Он! — вскричала Афенаида. — Неужели он уехал — и навсегда? — Она хотела встать, но ноги ее подломились — снова упала она в кресла. Карета выехала… Дрожа прислушивалась Афенаида,
как поспешно утихал и наконец смолк вдали стук колес. По мере того, как исчезал он,
Афенаида чувствовала, что силы ее исчезали: ей казалось, что эта карета увлекает
с собою всё ее бытие» (Жанлис Ф. де. Замок Коппет в 1807 году // МТ. 1831. Ч. 42, № 22.
С. 195–196); «…стук колес извлек из меня глубокий вздох; мне казалось, будто они уносили жизнь мою с собою, будто они сокрушали под собою мое сердце. Силы мои истощались по мере того, как стихал стук, и когда гул совсем исчез уже в воздухе, я обо­
млела и замертво упала на стул» (Констанция <де> С.<альм> Двадцать четыре часа
чувствительной женщины … . СПб., 1831. С. 5–6); «Я сидел у окна, когда услышал стук
566

невольное волнение — поэтизм со значением ‘взволнованность,
не преодолеваемая волевым усилием’
Стертая рельефность аллитерации невольное волнение восстанавливается глаголом овладело.

Как откидываются ступеньки карет перед домом графини, Германн уже наблюдал, однако при ярком освещении и словно в полной
тишине. Теперь же происходящего снаружи он не видит, зато темнота
обостряет его слух.

…Cлуги забéгали …

Ср.: «В доме засуетились: слуги, служанки и собаки бегали с шумом
по комнатам, двери хлопали, стулья трещали…»568

их кареты: у меня сердце вздрогнуло» (Лермонтов М. Ю. Герой нашего времени. Ч. 2.
С. 132).
568
Булгарин Ф. В. Иван Выжигин. Ч. 3. С. 53.

205

206
Слово кресла употреблялось и как форма множественного числа
слова кресло, и «для обозначения одного предмета, т. е. как вариант
слова кресло»569.

Вольтерово, или Волтерово, или Вольтеровское, или Вольтерское, кресло — fauteuil<->Voltaire — мягкое кресло с высокой спинкой
и подлокотниками
«Есть мебель, которую весьма редко находят в спальнях молодых
наших людей, хотя оно и доставляет большие выгоды. Кресло для
чтения (Вольтерово кресло), будучи возвышено только на один фут
от земли, наклоненное назад, со спиною, обшитою широкими подуш­
ками, покойнее оно всех роскошных диванов и других изобретенных
мебелей к отдохновению. Для чтения, размышления или желания
вздремать доставляет оно неоцененные выгоды, по расположению
своему способствует пищеварению»570.
Построенное по той же модели, что Монгольфьеров шар и Мес­
меров магнетизм, словосочетание Вольтеровы кресла выполняет
ту же функцию вещественной и речевой приметы прошлого сто­
летия.
Ср.: «Паря на крыльях вображенья571, / Как в шаре Монгольфьер
своем, / Без утруждений, без движенья, / В Вольтере развалясь
моем…»572

Еськова Н. А. Нормы русского литературного языка XVIII–XIX вв. М., 2008. С. 830.
<Рэссон О.-Н.> Собрание наставлений для уборного столика … / Пер. А… Г… . М.,
1829. С. 36. Слова «Вольтерово кресло» добавлены переводчиком (кн.: Raisson H.-N.
Code de la toilette … . Bruxelles, 1828). Без этого уточнения не обошелся и перевод сцены
«elle retomba avec mollesse, appuyée sur son fauteuil [она снова томно откинулась на
спинку кресла]» (C.<hoderlos> de L.<aclos P. A. F.> Les liaisons dangereuses … . T. 3. P. 24) =
«она роскошно опустилась в Вольтеровские кресла» (<Шодерло де Лакло П. А. Ф.> Вред­
ные знакомства … . СПб., 1805. Ч. 4. С. 25).
571
воображенья
572
Шаликов П. И. Плод свободных чувствований. М., 1799. Ч. 3. С. 171.
569
570

«Эпитет „торопливые“ вводит читателя во внутренний мир девушки, встревоженной и влюбленной»573.
Ср.: «Молодой человек воротился и увидел, что она <…> пошла на
излучистую574 лестницу, коей первые ступени были освещены ярко.
И она поднималась по ним так легко, так быстро, как только может
и должна женщина, сгорающая нетерпением»575.

Образы ритмического движения — наружного (цоканье подков,
постукиванье колес, тиканье, бой и перезвон часов, стук шагов) и внут­
реннего (сердцебиение) — создают эффект пульсации, передающий
состояние напряженного ожидания576.

Сцена в целом воспроизводит атмосферу ночного бдения в покоях
замка из готического романа, как ее описывает, например, Вальтер
Скотт: «Тот, кому в ранней юности довелось провести в одиночестве
ночь в одном из немногих сохранившихся старинных особняков, изначальную меблировку которого не тронула позднейшая мода, вероятно, замечал, как <…> глухой стук далеких дверей, отделяющий тебя
от всего живого <…> разнообразные и неясные звуки, нарушающие
безмолвное запустение полуразрушенного особняка <…> соединяются, чтобы вызвать отвечающее им ощущение мистического страха, а то
и ужаса»577.
Особняк графини отвечает параметрам замка готических романов:
он впервые увиден в темное время суток; в нем имеются непосещаемая
Чичерин А. В. Путь Пушкина к прозаическому роману // История русского романа.
М.; Л., 1962. Т. 1. С. 170.
574
многомаршевую
575
Бальзак О. де. Один из тринадцати. С. 28.
576
Ср.: Бицилли П. M. Заметки о Пушкине // Sla. 1932. Roč. 11. S. 558; Faletti H. Remarks
on style as manifestation of narrative technique in «Pikovaia dama». P. 122.
577
Scott W. Prefatory memoir to Walpole // Ballantyne’s novelist’s library. London, 1823.
Vol. 5. P. LXX–LXXI.
573

207

208
комната и потайной ход и висят портреты владельцев в годы их мо­
лодости; в одной из его башен томится красавица.

отозваться — вызвать отзвук

Угрызения совести прекращаются так же, как перезвон часов: всё
умолкло опять578.

Ср.: «Нечто похожее на угрызение совести возбудилось в душе его,
когда он вообразил, что юная, кроткая Эльмина долженствовала скоро погребстись579 в сих развалинах на заре своей жизни. Но удалил от
себя сии мысли»580; «Это слово произвело в сердце госпожи Нельфор
какое-то движение, похожее на раскаяние; но оно в минуту исчез­
ло»581; «Что-то похожее на угрызение совести, на раскаяние мучило
его душу; однако бедняк не смел не повиноваться приказанию»582.

Тема сердцебиения, начатая словами сердце бедной девушки забилось, завершится известием, что сердце старой графини перестало
биться... Сердце же Германна бьется ровно, и, если звуки торопливых
шагов обманутой барышни заставили его сокращаться быстрее обычСм.: Faletti H. Remarks on style as manifestation of narrative technique in «Pikovaia da­
ma». P. 125.
579
Эльмине вскоре предстояло быть погребенной
580
Дремучий лес, или Неизвестное существо в образе цыганки … . М., 1827. Ч. 2. С. 164.
581
Жанлис Ф. де. Повести / Пер. Н. М. Карамзин. М., 1816. Ч. 1. С. 238.
582
Зонтаг А. П. Господин и слуга: Сказка // Одесский альманах на 1831 г. Одесса, 1831.
С. 363.
578

ного, то мгновение спустя герой окаменел, или, как уточнит переводчик, «сердце его снова стало каменным»583.

«Герои „Пиковой дамы“ то каменеют, то трепещут»584 — нередкое
в прозе романтиков чередование полярных душевных состояний, лишенное промежуточных фаз585.

отколоть чепец — вынуть булавки, которыми чепец приколот
к парику
плотно — коротко

«Возникает тройное сопоставление — Лиза, безобразная старуха, молодая графиня, которое последовательно проводится в третьей
главе на основе повторяющейся детали: Лиза „с головой, убранною
свежими цветами“ — сгорбленная старуха; портрет молодой красавицы „с розою в пудреных волосах“ — старая графиня („Откололи с нее
чепец, украшенный розами; сняли напудренный парик с ее седой
и плотно остриженной головы“)»586.

<Pouchkine A.> La dame de pique / Trad. par P. Mérimée. Bruxelles, 1852. P. 30.
Лотман Ю. М. Тема карт и карточной игры в русской литературе начала XIX века.
С. 137.
585
Напр.: «Приговоренный к смерти! кричали они все, указывая на меня пальцами;
и порывы радости удвоились. Я окаменел <…> Я стоял даже ниже их, они делали
мне честь. Я затрепетал» (Гуго В. Последний день приговоренного к смерти. СПб.,
1830. С. 65–66); «…слова, подле него произнесенные, заставили его затрепетать.
С ужасом оглянулся он и окаменел» (Лажечников И. И. Последний Новик … . М., 1833.
Ч. 3. С. 69).
586
Тамарченко Н. Д. О поэтике «Пиковой дамы» А. С. Пушкина. С. 57.
583
584

209

210

дождем — подобно дождю; обновление древней батальной метафоры ‘дождь стрел’

шитый серебром — с вышивкой, выполненной серебряными нитями

распухлый — распухший; антитеза образу стройная нога молодой
красавицы

свойственный — соответствующий; подходящий

То обстоятельство, что графиня осталась в ночном наряде, говорит о завершении не только процесса раздевания, описанного коротко, но и процесса одевания, не описанного вовсе. Представлены и не
все его результаты. Готовя графиню ко сну, служанки надели на нее не
только спальную кофту и ночной чепец, но и нижнюю юбку, однако

упоминать о ней было бы верхом неприличия, коль скоро читателей
пушкинской поэмы «Граф Нулин» смутила даже строка «Спросила587
кофту и чепец»588 в сцене отхода героини ко сну589.
Недоговоренность в сцене переодевания графини подметит кинорежиссер: «Первая фраза звучит так: „Графиня стала раздеваться перед зеркалом“. Это явно довольно общий план, ибо для того, чтобы
увидеть графиню перед зеркалом, нужно увидеть и старуху, и зер­
кало. А старуху ведь раздевают горничные, — следовательно, в этом
первом кадре Пушкин глазами Германна видит: старуху, зеркало,
горничных, то есть общий план зрелища. Но после точки он переходит к деталям, к укрупнениям. Вторая фраза звучит так: „Откололи
с нее чепец, украшенный розами; сняли напудренный парик с ее седой и плотно остриженной головы“. Это явно более крупный план,
это план головы графини и склонившихся к ней лиц горничных или
хлопочущих вокруг головы рук <…> Но дальше Пушкину неприятно
описывать раздевание старухи <…> Если бы было написано: „После
этого с нее сняли платье“, — он бы увидел, как со старухи снимают
платье, он внутренним писательским взором увидел бы это старческое, дряблое тело. Это неприятно, это противно, и Пушкин хочет
миновать этот момент. Обходит его чисто кинематографическим,
монтажным путем. После крупного плана головы, с которой снимают
парик, обнаруживая солдатскую стрижку, Пушкин в следующей,
треть­ей фразе пишет: „Булавки дождем сыпались около нее“. Это значит, что в кадре мы увидели пол и поток булавок. Значит, резким
монтажным скачком с головы на пол Пушкин обходит раздевание,
и только дождь сыплющихся булавок показывает нам отраженно, какое количество всевозможной фурнитуры и галантереи снимается
со старухи услужливыми руками горничных. В четвертой фразе (или
в четвертом кадре) Пушкин берет590 опять пол, но более обще. Это
велела служанке подать
ПСС, V, 9.
589
«Смешно рассказывал Пушкин, как в Москве цензировали [цензуровали] его „Графа Нулина“ <…> Кофта барыни показалась <…> соблазнительною [неприличною]: просили, чтобы он дал ей хотя <бы> салоп» (Вульф А. Н. Из «Дневника» // ПВС, I, 422–423;
запись от 16.09.1827).
590
показывает
587
588

211

212
уже не кусочек пола с сыплющимися булавками, это ноги графини.
Фраза звучит так: „Желтое платье, шитое серебром, упало к ее распухшим ногам“. Итак, в кадре распухшие ступни старухи и круг упавшего
желтого платья. Тела старой графини мы не видим, и дальнейшее раздевание Пушкин резко обрывает, ибо следующая, пятая фраза такая:
„Германн был свидетелем отвратительных таинств ее туалета“. Таким
образом, в пятом кадре мы видим Германна, глядевшего в щелку, и как
бы короток ни был этот кадр, за время этой монтажной перебивки старуха может переодеться до конца <…> Короткие куски: сыплются булавки, падает платье, глядит Германн — за десять-двенадцать секунд
позволяют нам пробежать всё то долгое время, которое должно было
занять раздевание старухи в жизни. Наконец, последний, заключительный кадр абзаца — это снова общий план: „Наконец графиня осталась в спальной кофте и ночном чепце. В этом наряде, более свойственном ее старости, она казалась менее ужасна и безобразна“. Вот теперь,
когда старуху окончательно переодели, можно снова показать ее»591.

Сцена перекликается с эпизодом из рассказа Томского: по возвращении домой графиня раздевается перед мужем592 и, несмотря на
молодость и красоту, именуется бабушкой (Приехав домой, бабушка,
отлепливая мушки с лица и отвязывая фижмы), словно автор за­
ранее готовит ее к той роли, которую ей предстоит сыграть спустя
шестьдесят лет. При этом процесс раздевания не столько повторя­
ется, сколько завершается: шестьдесят лет назад были отлеплены
мушки и отвязаны фижмы, ныне отколот чепец, снят парик и сброшено платье.
В новелле «Румяна» (1782) Пиньотти рассказывается о молодом
человеке, попавшем в сети престарелой кокетки: она делает вид, что
охладела к нему, он в отчаянье отправляется к ней объясниться, случайно оказывается свидетелем ее туалета и узнаёт, что все ее пре­

Ромм М. И. Беседы о кинорежиссуре. М., 1975. С. 142–143.
Отмечено в: Виролайнен М. Н. Ирония в повести Пушкина «Пиковая дама» // Проблемы пушкиноведения: Сб. науч. тр. Л., 1975. С. 171; Aizlewood R. The alter ego and the
stone guest. P. 95.
591
592

лести поддельны593. Некоторые эпизоды ПД обнаруживают сходство
с соответствующими у Пиньотти: «Ворота, окна — всё еще было заперто. Он удаляется прочь, но опять возвращается; посматривает на
часы, сердится на светила небесные; стократно проходит взад и вперед мимо храма своего идола. Минуты часами, а часы веками кажутся
<…> После долговременного ожидания наконец ворота, неумолимые ворота отверзаются, скрипя на тяжких петлях <…> Валерий бежит в дом, востекает594 по лестнице <…> По счастию, когда вступил он
в первую комнату, никто его не приметил. Сердце его бьется, кровь
кипит <…> всё им зримое имеет честь принадлежать и нравиться Деспине <…> стремится во внутренность одной побочной и темной комнаты, коей несколько приотворенная дверь по счастию ему попалась.
Сей мрачный кабинет <…> служил в древние времена проходом, провождавшим595 невидимо из передней в уборную госпожи Деспины
комнату. Стеклянная <…> дверь отделяет сию темницу от священного
кабинета женских таинств»596. И далее следует безжалостный ‘урок
анатомии престарелой кокетки’ — жанр общий для галантного культа
вечной молодости и просветительского культа неприкрытой правды.
Перечень предметов в спальне графини и сцена наблюдения за ее
переодеванием напоминают и эпизод из «Пелэма»: поклонник гер­
цогини, случайно попавший в комнату рядом с ее будуаром, с любопытством разглядывает маску для лица из сырой телятины, парик
и вставные зубы.
казалась менее ужасна и безобразна — ср. реакцию героя сказки, узнавшего, что уродливая старуха, на которой он принужден жениться, волшебница: «старуха показалась ему менее безобразною»597.

См.: Pignotti L. Favole e novelle. Pisa, 1782. P. 96–112.
взбегает
595
который вел
596
Уборный столик // Лекарство от скуки и забот. 1787. № 34. С. 60–61; анонимный
перевод, выполненный с французского прозаического: Pignotti L. La toilette / Trad. par
L.-P. Bérenger // MF. 1786, 1 sept. P. 4–18.
597
Загорский М. П. Оборотень, или Старуха-красавица. СПб., 1825. С. 10. Подробнее об
этом сюжете и его отражении в ПД будет сказано ниже.
593
594

213

214

Как вообще все старые люди …

Ср.: «Старуха <…> издавна страдала уже бессонницею, и потому
Мери была жертвою ее вечного бодрствования <…> она должна была
<…> во время дня тешить дремоту ее чтением повестей и былей, до
которых старуха была охотница»598; далее следует сцена чтения девушкой вслух сочинений разных жанров, прерываемого требовательной слушательницей.

отослать — велеть уйти

…осталась освещена только лампадой.

<Вельтман А. Ф.> MMMCDXLVIII год: Рукопись Мартына Задека. М., 1833. Кн. 1.
С. 164–165.
598

Связь между зрительными образами — источника света и объекта
освещения — поддержана метрически: четырехстопный амфибрахий
опять осветилась одною лампадою плавно сменяется трехстопным
(тоже с дактилическим окончанием) графиня сидела вся желтая.

Движение героини напоминает колебание маятника (ср.: по всем
комнатам часы одни за другими прозвонили двенадцать)599 и моторику
банкомета: «…эпизоды игры в фараон превращаются в символ жизни,
управляемой роком и случаем <…> особенно показательны формы изображения старухи в тот момент, когда перед нею явился Германн. Она
представляется бездушным механизмом, безвольной „вещью“, которая
бессмысленно колеблется направо и налево, как карта в игре»600.
Производить повторяющиеся движения способны и предметы в ее
спальне: столовые часы, рулетки, веера601 и разные дамские игрушки,
но все они давно остаются невостребованными. Жизнь теплится лишь
в их хозяйке.

Ее мутный взгляд отображал полное отсутствие мысли; глядящему на нее могло показаться, что ее покачивания происходят не по ее
воле, а под воздействием невидимой гальванической батареи.
Днем, однако, графиня сохраняет ясность ума: интересуется деталями прогулки и замечает ошибки авторов книг, которые ей читают.
599
600
601

См.: Бицилли П. M. Заметки о Пушкине. S. 558.
Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». С. 103.
См.: Kodjak A. «The queen of spades» in the context of the Faust legend. P. 93–94.

215

216
не от ее воли — ср. о Германне: Неведомая сила, казалось, привлекала его к нему и слова призрака графини: Я пришла к тебе против
своей воли
галванизм, или гальванизм — «в 1764 году открытое вещество,
сходное с электричеством во многих отношениях или действиях, названное же так по имени изобретателя своего Галвания602»603; так же
назывался раздел физики, помещавшийся в учебных курсах между
разделами «электричество» и «магнетизм»; скрытый галванизм —
невидимый химический источник электрического тока
Использование этого источника могло бы объяснить, отчего мышцы лица и тела графини сохраняют способность к сокращению604. Она
выглядит ожившим мертвецом — как трупы, подвергаемые гальванизации605. Дитя века просвещения и ровесник гильотины, новый метод познания не испытывал недостатка ни в лабораторном материа-

Луиджи Гальвани (1737–1798)
НС, I, 504.
604
Ср.: Громбах С. М. Пушкин и медицина его времени. М., 1989. С. 145.
605
Напр.: «...удивительно и даже страшно было видеть, как эти две <отрубленные человеческие> головы одновременно корчат друг другу ужасные рожи; так что неко­
торые зрители, не ожидавшие таких результатов, были по-настоящему потрясены»
(Aldini J. Essai théorique et expérimental sur le galvanisme. Paris, 1804. P. 72); «При третьем
эксперименте был затронут надглазничный нерв, и каждый мускул на лице убийцы
„был приведен в пугающее движение“. Зрелище было до того отвратительное, что некоторые из зрителей покинули зал, а один джентльмен даже потерял сознание от ужаса или тошноты. При четвертом эксперименте при передаче электрической энергии
от спинного мозга к локтевому нерву пальцы тотчас зашевелились, и возбуждение
в руке было столь велико, что казалось, будто труп указывает то на одного, то на другого зрителя, и некоторые из них решили, что он ожил!» (Intelligence from various parts
of the kingdom // The gentleman’s mag. 1819, march. P. 270). Ср. восходящий к таким описаниям эпизод из новеллы в жанре ‘записки врача’: «Когда первый гальванический
удар поразил его, труп вскочил быстро, разинул рот, выставил два ряда белых зубов,
размахнул руками, сбил с ног кулаком одного из близ стоявших, грозно засверкал открытыми глазами и, казалось, готов был ринуться на нас. Мы отскочили все в изумлении, предполагая, что он воскрес из мертвых. Один молодой студент упал в обморок;
мы сами, прежде нежели могли образумиться и возвратить спокойствие, необходимое
для продолжения опытов, остались на несколько минут словно уничтоженные. Труп
потом сам собою опрокинулся опять на стол» (<Уоррен С.> Страшная гроза: Отрывок
из «Записок медика» // Тел. 1833. Ч. 13. С. 493–494).
602
603

ле, ни во влиятельных пропагандистах: переиздавая «Франкенштейна», Мэри Шелли пишет, что надеяться на реанимацию позволяет
гальванизм606; в «Мертвом осле» Жанена глава «Гальванизм» следует
сразу за главою «Морг»; французская критика отмечает всеобщую
увлеченность словесностью «гальванической», «судорожной», «кон­
вуль­сивной»607.
Старая графиня, которую эта литература пугает, предстает ее персонажем.

Наречие неизъяснимо употребляется здесь не в значении ‘так
сильно, что не поддается описанию’, а в значении ‘так сильно, что не
поддается объяснению’: как раз описание того, чтó и кáк изменилось,
дается сразу, а вот причина изменений от читателей поначалу скрыта: о том, что Германн покинул свое укрытие, им предоставляется догадываться по реакции графини: в ее поле зрения незнакомый мужчина уже оказался.
‘Сотрудничеству’ губ и глаз по перераспределению мышечной активности способствует созвучие: шевелиться и оживились.

Ср. сцену оживания неживого под влиянием сильнейшего из знако­
мых раздражителей: «Держ.<авин> был очень стар. Он был <в> мундире и в плисовых сапогах. Экзамен наш очень его утомил. Он сидел,
подперши голову рукою. Лицо его было бессмысленно; глаза мутны;
губы отвислы; портрет его (где представлен он в колпаке и халате)
См.: Shelley M. W. Frankenstein. London, 1831. P. X.
См.: Diaz J.-L. Ce que Balzac fait au fantastique // L’année balzacienne. 2012. № 13. P. 76–
77. Ср.: «гальванизм современной исторической литературы» (<Надеждин Н. И. Рец.
на:> Лукреция Борджиа … . С. 557); «словесность гальваническая» (ПСС, XII, 70).
606
607

217

218
очень похож. Он дремал до тех пор, пока не начался экзамен в русской
словесности. Тут он оживился, глаза заблистали; он преобразился весь.
Разумеется, читаны были его стихи, разбирались его стихи, поминутно хвалили его стихи. Он слушал с живостью необыкновенной»608.

внятным и тихим голосом — отчетливо несмотря на то, что негромко

Реплика не пугайтесь ради бога не пугайтесь представляет собою
строку шестистопного хорея. Пропуск всех нечетных ударений замедляет ее произнесение, а две цезуры придают ей убаюкивающий характер.

вообразить — подумать

ПСС, XII, 158. Сходство сцен отмечено в: Краснов Г. В. Поединок Германна: К психологии конфликта в «Пиковой даме» // Болдинские чтения. Горький, 1985. С. 61–62.
608

составить счастье — осчастливить
оно — это

В «Последнем дне осужденного» тюремщик, которому не везет в ло­
тереях, просит заключенного, приговоренного к обезглавливанию:
«…если бы ты мог составить счастие бедняка и это не стоило бы для
тебя ничего, разве ты не сделал бы того? <…> Известно, что умирающие такою смертью знают наперед, какие билеты выигрывают. Обещайтесь прийти609 завтра вечером, чего стоит вам это! и дать мне три
номера, все хорошие. Гм? Не беспокойтесь. Я не боюсь мертвецов»610.
Именно это произойдет в гл. 5: призрак умершей графини явится
к Германну и назовет три выигрышные карты611.

«Этим признаньем она как бы уничтожает таинственность трех
верных карт. Но остается неясным, недосказанным, чья это шутка
была и в чем она состояла, что она прикрывала <...> во всей этой сцене, где описаны внешние движения старухи, ее жесты и мимика, —
609
610
611

пообещайте, что привидитесь мне
Гуго В. Последний день приговоренного к смерти. С. 124–125.
Перекличка отмечена в: Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». С. 89.

219

220
чувства старухи, ее переживания, ее побуждения остаются загадкой.
Повествователь не изображает и не называет их, а судит, заключает
о них по внешности, как сторонний и далекий наблюдатель: „Графиня, казалось, поняла, чего от нее требовали; казалось, она искала слов
для ответа“. Современная Германну действительность проходит мимо
сознания старухи <…> Через призму восприятия старухи не преломляется жизнь XIX века»612.

— Это не предмет для шуток …

Итак, каждый, кто после рассказа Томского отрицал возможность
стратегии верного честного выигрыша, оказался прав, а ближе всех
к истине был Германн: шуткой графиня называет то же, что он —
сказкой. Но если богатые гости Нарумова могли позволить себе не поверить Томскому, то скептицизм Германна был легко преодолен его
огненным воображением, и теперь никакие разуверения не заставят
его отказаться от плана мгновенного обогащения613.

Германн не видит разницы между возмещением и приобретением.
Он привык растравлять в себе чувство обделенности и воспринимает
доступ к тайне верного выигрыша как возможность отыграться.
Его же. Стиль Пушкина. С. 592–593.
Ср.: Labriolle F. de. Le «secret des trois cartes» dans la «Dame de pique» de Pushkin //
CSP. 1969. Vol. 11, № 2. P. 265–266; Таборисская Е. М. Своеобразие решения темы безумия в произведениях Пушкина 1833 года // Пушкинские чтения: Сб. ст. Таллинн, 1990.
С. 85–86.
612
613

Если до сих пор оценки ее состояния сопровождались формулами
неполной уверенности: можно было бы подумать и казалось, то нынешнее ее состояние опознается однозначно: видимо ‘заметно; заметным образом’ смутилась. Однако причина смущения неясна.
«Значит, тайна вновь обретает права? Но может быть, старуху „сму­
тило“ воспоминание о человеке, к которому она, по уверению молвы,
благоволила? Или лживость этой легенды и невозможность ее опровергнуть? Ответа на все эти предположения нет»614.

черты лица изобразили — портретное клише со значением ‘на
лице отразилось (внутреннее состояние)’
Тема предыдущего предложения начинает развиваться тем же четырехстопным ямбом: графиня видимо смутилась / черты ее изобразили.

впасть, или прийти, или погрузиться, или быть приведенным,
или быть повергнутым в бесчувственность — полностью или час­
тично потерять сознание
Ср. в анонимной повести «Мария» (1832): «…приподняла голову,
тяжело вздохнула, тихо пожала руку сестры и впала в прежнюю бес­
чувственность»615. Подчеркнутое место, запоминаемости которого спо­
собствуют интонационная автономность (отделено союзом и завершает абзац) и метризованность (хорей с дактилическим окончанием),
без изменений воспроизведено в ПД, что представляет собою случай
неосознанного цитирования.
614
615

Манн Ю. В. Фантастическое и реальное у Гоголя. С. 111.
Мария // Тел. 1832. Ч. 12. С. 350.

221

222
Ср.: В сердце его отозвалось нечто похожее на угрызение совести
и снова умолкло. Он окаменел.

— Не могли ли бы вы, — продолжил Германн, — назвать эти три
верные карты!

…ценность денег им даже неизвестна.

…тот всё равно умрет в нищете, пусть даже ему станут помогать потусторонние силы.
Ср.: «К чему сокровище в руках глупца?»616 и разновидности этой
сентенции, например: «Оставлять богатство детям! <…> Умны будут,
без него обойдутся, а глупому сыну не в помощь богатство»617.

616
617

Притч 17: 16.
<Фонвизин Д. И.> Недоросль. С. 61.

Германн рассуждает как старший сын из евангельской притчи,
удрученный тем, что отец не ценит его благонравия и больше любит
младшего, хотя тот, ведя распутную жизнь, растратил свою часть отцовского наследства.

когда нибудь и когда-нибудь — В пушкинское время в ходу были
оба варианта написания местоимений и наречий с частицей -нибудь618.

Колебания в выборе варианта наблюдаются даже в: Востоков А. Х. Русская грамматика. С. 5, 11, 90.
618

223

224
что-нибудь человеческое — quelque chose d’humain

умолять чем-либо — побуждать к совершению трудного поступка, взывая к чувствам любви или почитания619
что вам в ней (нужды)? — зачем она вам?

Монолог построен на формулах побуждения — от стандартной не
откажите мне в моей просьбе620 до менее жестких621.

пагуба вечного блаженства — лишение души умершего возможности попасть в рай622

Оборот был использован, в частности, при переводе посланий апостолов (Рим 15:
30 и 1 Кор 1: 10) Российским библейским обществом: «…умоляю вас, братия, Господом
нашим Иисусом Христом, и любовию Духа»; «Умоляю вас, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа» (Господа нашего Иисуса Христа святое Евангелие … . СПб., 1820.
С. 621, 626).
620
Оборот включен в «Собрание употребительнейших в общежитии изречений» (cм.:
Новая английская азбука. СПб., 1830. С. 66).
621
Напр.: «Именем человечества [во имя человечности] прошу вас, не откажите мне
<…> Неужели вы никогда не любили?» (С. Х. Борьба честности с бедствиями // ПППВ.
1797. Ч. 14. С. 110); «Если сердце ваше, расположенное природою к любви и дружбе,
одарено чрезмерною чувствительностью, влекущей ко всему, что есть в них нежнейшего и лучшего; то именем Бога заклинаю вас…» (Григори Д. Завещание дочерям /
Пер. А. Д. Боровков. СПб., 1822. С. 74); «…умоляю вас именем всего священного…»
(Скотт В. Коннетабль Честерский, или Обрученные / Пер. Н. Ш.<игаев> СПб., 1828. Ч. 1.
С. 172); «…ежели сердце твое напомнит тебе нечто былое, то не осуждай меня!» (Последний год власти герцога Бирона. Ч. 1. С. 106); «Умоляю тебя нашею любовью,
умоляю тебя нашим сыном…» (<Бюра де Гюржи Э.> Капитан Рабб // СОСА. 1833. Т. 40.
С. 145).
622
Напр.: «…бегают от достоинств [избегают почестей] и чинов как от истребления
и пагубы блаженству» (Роллень Ш. Древняя история об египтянах … / Пер. В. К. Тре619

дьявольский договор — договор с дьяволом
Мотив азартной игры присутствует в одной из обработок легенды
о договоре с дьяволом — «Книге верующего христианина о Фаусте»
(1725) и разработан в драме Фридриха Мюллера «Жизнь и смерть
доктора Фауста» (1778).
Сюжетная конструкция ‘на холостяцкой пирушке гвардейских
офицеров речь заходит о кабалистике, и большинство в нее не верит,
но один проникается желанием ею овладеть; нечистая сила в женском обличье открывает ему тайну выигрыша в фараон’ позаимствована из романа Казота «Влюбленный дьявол» (1772)623.

…жить вам осталось уже недолго …

Предложение взять на себя чужой грех, т. е. отвечать за него на
Страшном суде, — сквозной мотив «Мельмота»: приспешник дьявола,
наделенный сверхъестественным долголетием, отыскивает человека,
доведенного до крайней степени отчаяния, и обещает ему помощь,
если тот согласится обменяться с ним участью624. В ПД эта ситуация
воспроизводится при встрече графини с Сен-Жерменом и переиначивается при встрече Германна с графиней: не бессмертный приспешник дьявола искушает отчаявшегося, а отчаявшийся — престарелую
приспешницу дьявола.
дьяковский. СПб., 1760. Т. 7. С. 241); «Истинный человек <…> отвращает всё, могущее
запятнать чистоту <…> яко [словно] пагубу блаженства» (<Радищев А. Н.> Беседа о том,
что есть сын отечества // БГ. 1789, дек. С. 320–321).
623
Ср.: Шульц Р. Г. Пушкин и Книдский миф. München, 1985. С. 109–120; Поддубная Р. Н.
Современность классики. Харьков, 2016. С. 125–129.
624
См.: Гуковский Г. А. Пушкин и проблемы реалистического стиля. М., 1957. С. 348;
Passage Ch. E. The Russian Hoffmannists. P. 132; Вацуро В. Э. Пушкинская пора. СПб., 2000.
С. 456.

225

226

Всё, что от вас требуется, это раскрыть мне вашу тайну.

Моление о раскрытии тайны усилено тремя триколонами: 1) супруга, любовница, мать, 2) грех, пагуба, договор, 3) дети, внуки, правнуки.

Одержимость мешает Германну мыслить здраво: выставляя себя
добродетельным (не ведающим греха расточительства, умеющим
помнить благодеяния, заботящимся о потомках) и чуть ли не на­
божным, он тут же объявляет о своей готовности продать душу дьяволу625.

…в таком случае я заставлю …

Ср.: Rosenshield G. Choosing the right card: Madness, gambling, and the imagination in
Pushkin’s «The queen of spades» // PMLA. 1994. Vol. 109, № 5. P. 1000.

625

Актуализированы оба значения слова ведьма: ‘бранное обозна­
чение женщины, обычно немолодой’ и ‘обладательница тайного знания’. Особняк графини, побывавший вражеской цитаделью, замком
спящей красавицы и замком готического романа, оборачивается теперь жилищем колдуньи, к которой герой сказки является за советом
или за волшебным предметом.
Спазм жевательных мышц (стиснув зубы) — выражение приступа ярости.
Начав переписку с Лизаветой Ивановной нежно, почтительно, а раз­
говор с графиней внятным и тихим голосом, Германн скоро становится требовательным626.

Ср.: «Ей кричали в ухо, она молчала, как глухая <…> Я поднес к лицу
ее горящую светильню <…> А! Теперь уж дашь ты ответ, старая кол­
дунья?»627

Сходство со стихотворным фрагментом: … с этим словом / он вынул из кармана пистолет придает жесту Германна мелодраматизм.

Зачем он вооружился? Не думал же он, как пылкий мечтатель Гофмана, что «ничего лучше нельзя сделать, как выхватить из кармана

Ср.: Raskolnikoff F. Иррациональное в «Пиковой даме» // RÉS. 1987. T. 59, № 1–2.
P. 253.
627
Гуго В. Последний день приговоренного к смерти. С. 146. Перекличка отмечена в:
Тамарченко Н. Д. «Пиковая дама» А. С. Пушкина и «неистовая литература». С. 51; Его
же. «Пиковая дама» А. С. Пушкина и «Преступление и наказание» Ф. М. Достоевского.
Л., 1972. С. 19; Его же. Жанровый контекст «Пиковой дамы» // Готическая традиция
в русской литературе. М., 2008. С. 73; Gregg R. A. Puškin, Victor Hugo, the perilous ordeal,
and the true-blue hero // SEEJ. 1994. Vol. 38, № 3. P. 439, 444.
626

227

228
свой дорожный пистолет и без дальнейших обрядов убить на месте
проклятую старуху-ведьму!»628 Среди слуг графини были крепкие
мужчины: швейцар, кучер, выездные лакеи, так что незваному гостю
не поздоровилось бы, попадись он им безоружным. Читатели ПД, следившие за новинками литературы, могли припомнить, что герой
«Красного и черного», отправляясь на ночное свидание и опасаясь,
как бы его не попробовали схватить, проверяет и перезаряжает карманные пистолеты, и сходную предусмотрительность проявляет герой «Шагреневой кожи», собираясь тайком провести ночь в доме возлюбленной: правда, за неимением романтического кинжала он вооружается перочинным ножиком, надеясь, что подозрений это орудие
литератора в случае обнаружения не вызовет, а защиту обеспечит.
Пистолет мог пригодиться и для угрозы покончить с собою — не так
ли ведет себя опытный соблазнитель? « — Юлия, у ног ваших я жду
моего приговора, одно слово ваше, один взгляд решит мой жребий:
или я счастливейший из смертных, или роковой пистолет прекратит
мои мучения!* *Догадливый граф не забыл взять с собою пистолет!
однако ж, любезные читатели, не трепещите: ведь он был не за­
ряжен»629. Cр.: Ришельё за нею волочился, и бабушка уверяет, что он
чуть было не застрелился от ее жестокости.
Поскольку карманов в офицерских панталонах не было, а «спрятать массивный, тяжелый пистолет в кармане сюртука „петербургского покроя“630 было невозможно»631, речь идет не о кавалерийском
пистолете, бывшем штатным оружием инженеров, а о портативной
модели, которая умещается в сюртучном кармане.

Гофман Э. Т. А. Пятый и седьмой вечер из повести Золотой горшок // МТ. 1831. Ч. 40,
№ 13. С. 57.
629
Кропотов А. Ф. Дух россиянки. СПб., 1809. С. 25–26.
630
плотно пригнанного к фигуре
631
Файбисович В. М. Изображения пистолетов в пушкинских рукописях. С. 17.
628

оказать — выказать; обнаружить

Словосочетание закивать головою ‘начать двигать головой вниз
и вверх в знак согласия или приветствия’ не было плеоназмом, поскольку инструментальным дополнением к кивать могли выступать
также палец, глаз и ус. На лексикографический учет глагол закивать
был взят одновременно с появлением ПД632, а в печать проник незадолго до того633.

Увидев, что она скончалась, Германн уйдет, а позже найдет ее сидящей: мертвая старуха сидела окаменев. Может показаться, что за время отсутствия Германна положение тела умершей изменилось, однако нет надобности подозревать автора ПД в забывчивости или представлять себе, как графиня лишается чувств, падает, приходит в себя,
усаживается в кресло и умирает от инфаркта сердечной мышцы либо
кровоизлияния в мозг. Глагол покатиться использовался как в значениях ‘начать двигаться, катясь’ и ‘поехать’ (Карета тяжело по­
катилась по рыхлому снегу), так и в описаниях бессознательного состояния, в том числе предсмертного634; навзничь — на спину; иначе

См.: ОЦСРС, I, 836.
См.: <Княз>ь <Владимир>ъ <Одоевски>й. Opere del cavaliere Giambattista Piranesi //
СЦ на 1832 г. СПб., 1831. С. 65.
634
Напр.: «…бледная, полумертвая, с закрытыми глазами вдруг покатилась на землю
<…> Я поднял прелестный труп и отнес на ближний диван» (Цшокке Г. Ясновидящая.
Ч. 104. С. 46); «…покатился на руках матери и — умер» (Н. <А.> П.<олевой> Разговор на
632
633

229

230
говоря, покатилась навзничь — без чувств откинулась (на спинку
кресла).

…взяв ее за руку.

хотите ли — согласны ли вы

святках // МТ. 1832. Ч. 47, № 17. С. 40); «…лежал в постели, на высоком изголовье, почти сидя <…> — Как я рад, что еще раз тебя увидел! — слабым голосом произнес Берилов. — Теперь — всё — кончено! Прости! — Он покатился на изголовье. Послышалась
хрипота предсмертная. Бледность покрыла его лицо» (Греч Н. И. Черная женщина. Ч. 4.
С. 179–180); «Старик вскрикнул <…> покатился в кресла <…> скончался» (Хмельницкий Н. И. Соч. СПб., 1849. Т. 3. C. 481).

Неблагонравный и неблагочестивый человек!
Фраза, вынесенная в эпиграф в виде цитаты (и принимаемая за таковую635), представляет собою нередкую во французской письменной

Согласно одному предположению, это цитата из диалога Верне «Об обязанностях
человека и принца» (1746?): «Suposé qu’un homme sût bien des choses, et qu’il en raisonnât
pertinemment, mais que ce fût un homme sans religion et sans mœurs, l’apelleriez-vous un
homme de mérite?» (<Vernet J.> Dialogues socratiques, composés pour l’instruction de son
altesse sérénissime le prince héréditaire de Saxe-Gotha. Halle, 1753. P. 11; отмечено в:
Notes // Pushkin A. The compl. prose / Transl. by R. Pevear, L. Volokhonsky. N. Y., 2016.
P. 466) = «Положим, что человек довольно знает наук и что он об них рассуждает искусно; но ежели бы оный человек был без веры и без благонравия, назвали ли бы вы
его чело­веком достойным?» (<Верне Ж.> Разговор о должностях человеческих / Пер.
И. Акимов // Ежемес. соч. к пользе и увеселению служащие. 1755, янв. С. 232; <Верне Ж.> Разговор Сократа с Пифагором о должностях человека / Пер. И. Акимов. СПб.,
1790. С. 11) = «Положим, что человек знал бы много и умствовал бы порядочно о вещах; но ежели бы тот же человек не имел благочестия и добрых нравов, назвал ли бы
ты его честным человеком?» (Вернет Ж. Нравоучительные сократические разговоры /
Пер. Ф. И. Халчинский. СПб., 1769. С. 15). Согласно другому предположению, это реминисценция стихотворной сатиры Вольтера «Русский в Париже» (1760): «Sans doute [несомненно] il est sans mœurs et sans religion» — таково мнение завистливых современников о гении (Voltaire. Œuvres compl. Paris, 1821. T. 11. P. 371; отмечено в: Williams G.
Pushkin and Jules Janin: A contribution to the literary background of «The queen of spa­
des» // Quinquereme: New studies in mod. languages. 1981. Vol. 4, № 2. P. 218; Rammelmeyer A. «Homme sans moeurs et sans religion!»: Zu einem Epigraph aus der «Pikovaja dama»
635

231

232
речи характеристику человека или множества людей в форме устойчивого сочетания названий недостающих ему добродетелей (иногда
в другом порядке, иногда с расширением списка); ср.: без стыда и совести.
Удовлетворительного толкования полускрытая датировка Пере­
пис­ки пока не получила.

Приехав домой, она поспешила отказаться от помощи, неохотно
предложенной ей служанкою с заспанным лицом …

Судя по тому, что горничная предлагает помочь нехотя, слугам
графини известно, что Лизавета Ивановна не станет их новой госпожой.
Ср.: «А сколько маленьких страданий, которые, может быть, нам
и непонятны, но очень чувствительны для бедной воспитанницы в ее
маленьком круге636: слуги завидуют ей и вымещают на ней злость
von A. S. Pushkin // Jubiläumsschr. zum 25-jährigen Bestehen des Inst. für Slavistik der Univ.
Giessen. Frankfurt / M.; N. Y., 1987. S. 234–237; Williams G. Convention and play in «Pikovaja
dama». P. 533–534; Williams G. Отголоски отношения Пушкина к Александру I // SSH.
1991–1992. T. 37. C. 288–289; Rammelmeyer A. Aufsätze zur russischen Literatur und Geistesgeschichte. Wiesbaden, 2000. S. 463–467).
636
кругу

свою на господ, не встают перед нею637, отвечают ей с грубостью, обносят за столом638»639.
Ср. также: «…к утру оставила она бал <…> В ближней комнате ожидала горничная, которая намеревалась проводить ее в спальню. Ба­
ронесса <…> не хотела, однако, принять услуг ее и с выступившею на
лице сильною краскою сказала, что сама разденется»640.
Душевное состояние героини, как и по получении ею письма с требованием свидания, запечатлено драматическим ямбом: сказала что
разденется сама / и с трепетом вошла к себе надеясь / найти там
германна.

в такое короткое время — столь скоро

как это полагается, когда она входит в помещение
не замечают ее, когда с новым блюдом обходят сидящих за господским столом
639
<Княз>ь <Владимир>ъ <Одоевски>й Безгласный. Катя, или История воспитанницы. С. 377.
640
<Цшокке Г.> Вильгельмина, или Побежденный предрассудок. С. 230.
637
638

233

234

и уже — и вот уже641

Конструкция не прошло … как … и уже … (à peine … que … et déjà …) +
успеть ‘достичь цели за ограниченное время’ создает ощущение, что
события следуют друг за другом со скоростью, значительно превышающей нормальную.

вытребовать от кого-либо — вытребовать у кого-либо; добиться, потребовав от кого-либо

до самого сего вечера — вплоть до сегодняшнего вечера
Ср.: «Не более двух недель, как живет она у своей дочери, и уже они соделались
[сделались] друг другу в тягость» (Лафонтен А. Собр. новейших небольших романов
и повестей. М., 1815. Ч. 1. С. 201); «…давно ли выползли из грязи и уничижения, и уже
они глухи к стенаниям бедных!» (Глинка С. Н. Театр света … . М., 1823. Ч. 4. C. 140.);
«За намерением последовало исполнение. Он выходит, отправляется в путь, и уже он
близ дома родительского!» (Санский [Ланге де Жержи Ж. Ж.], архиеп. Врачевание духовное … / Пер. А. Владиславлев. СПб., 1826. Ч. 1. С. 64).
641

— восклицание, предваряющее описание необычной ситуации

в самый тот — в тот самый
на бале — на балу

дуться — сердиться; обижаться

Полина — производное от Аполлинария и Пелагея (Пелагия)
Вероятно, именно о ней Томский говорит: Как хороша была Елец­
кая!642
оказывать — выказывать; проявлять
позвать — пригласить

Автор колебался в выборе между тремя, помимо Лиза, вариантами
именования героини повествователем: принятым в церковном обиходе Елисавета, светски-литературным Елизавета и разговорным

См.: Лель [Грифцов Б. А.?]. От содержания к внешности: (По поводу постановки «Пиковой дамы» в «Музыкальной драме») // Рус. муз. газ. 1914, 14 дек. Стлб. 942.
642

235

236
Лизавета. Выбран был третий вариант, но кое-где в ПД-1 и ПД-2 сохранились первый и второй643.

Решение Томского танцевать с Лизаветой Ивановной из-за его размолвки с княжной Полиной имело предвестья в антропонимике и сюжетике русской прозы, увидевшей свет накануне создания ПД: так,
в рассказе О. М. Сомова «Всё из ничего» (1830) Тимский ухаживает
за княжной Полиной и сердится на ее холодность к нему, а в романе
Ф. В. Булгарина «Петр Иванович Выжигин» (1831) бедная воспитанница Лиза невольно оказывается соперницей княжны Полины.

Мазурка была самым продолжительным из бальных танцев — бесконечная. Ср.: «...бесконечной мазурки, где успеешь познакомиться,
влюбиться и надоесть, где сперва торопишься к своей даме как к невесте, а после уходишь от нее как от жены»644.

В посмертных изданиях унификация по третьему варианту началась в: Пушкин А. С.
Соч. / Изд. П. В. Анненкова. СПб., 1855. Т. 5. С. 445 и завершилась в: Пушкин А. С. Соч. /
Под ред. Г. Н. Геннади. СПб., 1859. Т. 4. С. 580–581.
644
–л– [Павлов Н. Ф.]. Московский бал. С. 41–42. Ср. также: «Мазурка кончилась. Утомленные дамы сели по местам» (Иванов А. В. Путешествие за невестою // Памятник
отечественных муз: Альм. для любителей словесности на 1828 г. СПб., 1828. С. 22);
«Скоро мазурка приняла вид котильона, своего брата родного; два эти танца бывают
до того продолжительны, что кавалер успеет, не сходя со стула, пройти [не покидая
своего места, обсудить] с своей дамой всё прошедшее в жизни, намекнуть ей на будущее, узнать ее характер и любимые привычки» (XXX. Бал. С. 324); «…красавице, мазуркой утомленной» (Давыдов Д. В. Стихотворения. С. 96); «…кавалеры с дамами задремали в мазурке» (Безгласный В. [Одоевский В. Ф.] Пестрые сказки. С. 17).
643

…больше, чем она могла предположить …
во все время — всё время

Ср.: «Но хитрости и происки его неприятелей столь были тонки
и столь искусно направлены, что рано или поздно ему надлежало попасть в капкан»645.

Шутливые попытки Томского выпытать у Лизаветы Ивановны ее
тайну — контрастная параллель к усилиям несклонного шутить Германна проникнуть в тайну графини.

Эту характеристику Томский дает и Сен-Жермену.

Реплика танцующего представляет собою двустишие: от приятеля известной вам особы — шестистопный хорей, человека очень замечательного — пятистопный хорей с дактилическим окончанием.

645

Кораблинский А. [Воейков А. Ф.] Картежники // ЛПРИ. 1833, 20 сент.

237

238

Запомнив вопрос Инженер?, вырвавшийся у Лизаветы Ивановны,
Томский наугад называет имя первого пришедшего ему на ум инженера — и попадает в цель.

В печати глагол поледенеть ‘стать как лед’ до ПД почти не встречается646. Здесь он образован из синонимичного оледенеть и ради будущей
переклички с побледнеть: беседа с Томским тревожит Лизавету Ивановну настолько, что у нее холодеют конечности и кровь отливает от лица.

лицо истинно романическое — настоящий герой романа
Ср. суждения первых читателей ПД об образе Германна как характере оригинальном, т. е. сконструированном (самостоятельно или под
влиянием других романистов), что отличает его от образов графини
и воспитанницы — типических, т. е. взятых из самой жизни: «Гер­
манн замечателен по оригинальности характера; Лизавета Ивановна — живой портрет компаньонок наших старых знатных дам, рисованный с натуры мастером»647; «…герой повести — создание истинноЕдинственный выявленный случай — в переводе «Ces paroles me glacèrent d’effroi»
(Leprince de Beaumont J.-M. Instructions pour les jeunes dames … . La Haye et al., 1768. T. 4.
P. 391) = «От сих слов я поледенела вся» (Ле Пренс де Бомонт Ж.-М. Наставление молодым госпожам … / Пер. Е. П. Рунич. М., 1788. Ч. 4. С. 430).
647
Р. М. [Строев В. М.] <Рец. на:> Повести, изданные Александром Пушкиным … // СП.
1834, 27 авг.
646

оригинальное, плод глубокой наблюдательности и познания сердца
человеческого; он обставлен лицами, подсмотренными в самом об­
ществе, как бы списанными с самой натуры мастерскою рукою ху­
дожника»648; «…старуха графиня и Лизавета Ивановна написаны мас­
терски, Германн хорош, но сбивается на модных героев»649.

Формула профиль Наполеона, а душа Мефистофеля, сопоставляющая облик и сущность человека в духе «Лицом он Ловелас650, душой Малек-Адель651!»652, подготовлена инфернализацией фигуры Наполеона в европейской печати. По-мефистофельски смеется герой
«Красного и черного», поклонник Наполеона653. О природе героя фантастической повести Н. А. Мельгунова «Кто же он?» (1831) гадают:
«…злой дух, привидение, Вампир654, Мефистофель или все вместе?»;
сравнивают его и с Сен-Жерменом, и с Вечным жидом, а в финале упоминается Наполеон и цитируется пушкинское его изображение: «Под
шляпой, с пасмурным челом, / С руками, сжатыми крестом»655. Выбор
слова профиль (вместо лицо) подсказан именем Мефистофель — ср.:
«Зачем твой дивный карандаш / Рисует мой арапский профиль? / Хоть
ты векам его предашь, / Его освищет Мефистофель»656.
Наполеона уподобляли азартному игроку, который сделал ставкой
Францию и которому часто везло657; российскую же его кампанию
срав­нивали с проигрышем в карты658.
Краевский А. А. Обозрение русских газет и журналов за первую половину 1834 го­
да // Журн. м-ва нар. просвещения. 1834. Ч. 4, № 10. С. 145.
649
Кюхельбекер В. К. Дневник. <Л.>, 1929. С. 214; запись от 19.10.1834.
650
герой романа Ричардсона «Кларисса, или История молодой леди» (1748)
651
герой романа Мари Коттен «Матильда, или Записки из истории крестовых походов» (1805)
652
Хмельницкий Н. И. Театр. Ч. 1. С. 48.
653
См.: Stendhal. Le rouge et le noir. Paris, 1831. T. 2. P. 167, 451, 473.
654
герой одноименной повести (1819) Полидори
655
М.<ельгунов Н. А.> Кто же он? // Тел. 1831. Ч. 3. С. 169, 318, 459, 460; ПСС, VI, 147.
656
ПСС, III-1, 101.
657
Напр.: <Рец. на:> Mémoires sur les campagnes des armées … // МТ. 1830. Ч. 34, № 13.
С. 55–56; Гауф В. Портрет / <Пер. Н. А. Полевой?> // МТ. 1832. Ч. 48, № 24. C. 489, 494.
658
Напр.: Пожарский Я. О. Наполеонов бостон // Собр. стихотворений, относящихся
к незабвенному 1812 году. М., 1814. Ч. 2. С. 245–246; Загоскин М. Н. Рославлев, или Русские в 1812 году. Ч. 3. С. 21–23.
648

239

240

…никак не меньше трех преступлений.

лежать, или быть, на совести, или на душе, чьей-либо, (у) кого-либо — об упущении или о преступлении, в котором кто-либо виноват

Ср. неарифметическое значение трех в идиомах врать с три короба, гнать в три шеи, гнуть в три погибели, есть за троих. Другая возможная трактовка трех — не в качестве субститута немало, а в качестве обозначения точного количества659 — побуждает читателей подсчитывать упомянутые в ПД преступления героя660. Два отыскиваются
без труда: обман беззащитной воспитанницы и доведение беспомощной старухи до смерти. Что же считать третьим? Незаконное проникновение в чужое жилище с целью вымогательства661? Заключение договора с дьяволом662? Занятие некромантией663? Утрату отцовского
наследства664?

Ср. триаду ритуальных преступлений: «Называют нас великими беззаконниками
за таинство убиения младенцев, за ядение [употребление в пищу] их и кровосмешение
после пиршества» (Тертуллиан. Защищение христиан против язычников / Пер. архиеп.
Афанасий (А. Иванов). М., 1802. С. 34).
660
«Какие это три злодейства, Пушкин предлагает догадаться читателю» (Мануйлов В. А.
«Пиковая дама» А. С. Пушкина. С. 109).
661
См.: Штейн С. В. Пушкин и Гофман. С. 269.
662
См.: Гинзбург Л. И. Авторская позиция и пространственно-временная организация
повести А. С. Пушкина «Пиковая дама» // Науч. тр. Тюм. гос. ун-та. 1981. Вып. 83. С. 97;
Raskolnikoff F. Иррациональное в «Пиковой даме». P. 253.
663
«Третье злодейство — глубина сатанинская вторжения хищника в сверхчувственные миры» (Дарский Д. С. «Пиковая дама» [1922] // ПИМ. 1995. Т. 15. С. 322).
664
См.: Shaw J. Th. Pushkin: Poet and man of letters and his prose. L. A., 1995. P. 148.
659

как бишь его? — как, вы говорите/сказали, его зовут?
Частица бишь (аллегровая форма глагола баешь ‘говоришь’) употребляется как знак усилия вспомнить что-то; в данном случае — усилия наигранного.

Ср.: «…я переделываю Гётева Фауста <…> Я представляю, что Мефистофель, показав Фаусту Маргариту, в нее сам влюбляется…»665

Чтобы выпытать у собеседника подробности, Лизавета Ивановна
притворяется, что не чувствует разницы между видеть и иметь виды
на кого-либо (avoir des vues sur qn ‘строить планы в отношении кого-либо’): раз Германн имеет виды на нее (il a des vues sur elle), значит непременно видел ее (il l’a vue), а не воспламенился от одних влюбленных
восклицаний ‘возгласов, выражающих любовь’ своего приятеля.
665

<Полевой Н. А.> Беседа у молодого литератора … // НЖОЛ. 1832. Ч. 4. С. 199–200.

241

242

гулянье — прогулка или популярное прогулочное место

«Галантный» этикет, как он изложен в романе де Скюдери «Артамен, или Великий Кир» (1649–1653) и в комедии Мольера «Смешные
жеманницы» (1659), предписывал кавалеру влюбляться в даму, увиденную на богослужении или на прогулке. За два века декорации не
поменялись, так что Томский отвечает не задумываясь. Но вспомнив,
что назвал Германна лицом истинно романическим, он делится игривым предположением о нарушении этикета:

от него станет — с него станет(ся); он способен и на такое

За возлюбленной, погруженной в сон, тайком наблюдает герой ро­
мана Нодье «Жан Сбогар» (1818) и герой «Шагреневой кожи»666,
а у Гёте Фауст и Мефистофель проникают в комнату Маргариты в ее
отсутствие и Фауст представляет себе ее спящей.

Томский уверен, что своей выдумкой льстит самолюбию барышни:
в нее влюблен не один инженер, а сразу двое, причем второй — чуть
ли не сам соблазнитель Мефистофель. Ее же это известие пугает (Как
вы побледнели!): вот, оказывается, что говорят о том, кто сейчас сидит

Перекличка ПД с этой сценой у Бальзака отмечена в: Лернер Н. О. Рассказы о Пушкине. С. 142. На сходство ПД с сюжетом «Шагреневой кожи» (талисман, полученный от
старого антиквара, позволяет герою осуществлять любые желания, что приводит его
к гибели) указано в: Острецов А. А. Пиковая дама: Опера П. И. Чайковского. М., 1938.
С. 14; Петрунина Н. Н. Проза Пушкина. Л., 1987. С. 226.
666

у нее в тесной антресольной комнате, дожидаясь ее возвращения
с бала!..

Ср.: Три девушки окружали ее; Три девушки вбежали в одну дверь;
В спальню вбежали три старые горничные.
Одна из дам берет своим паролем oubli ‘забвение’, другая — regret
‘сожаление’, третья подводит их к кавалеру, и с той, чей пароль он выберет, ему и предстоит танцевать667.

Ср.: «…quelle fleur voulez-vous être, mlle? — Immortelle. — C’est votre emblème, et vous,
mlle Névéroff? [Каким цветком вы желаете быть, мадемуазель? — Бессмертником. —
Итак, такова ваша эмблема, а какая у вас, мадемуазель Неверова?] — Не тронь меня
<…> избран цветок sensitive (не тронь меня) как более затейливый» (XXX. Бал. С. 318);
«...подвели Катю и графиню Протасову, спрашивая: — Jamais ou toujours [никогда или
всегда]?» (Булгаков А. Я. Из писем к брату: 1831 г. // РА. 1902. № 1. С. 109); «…дама выбирает двух спутниц, и они советуются, какие имена взять; обычно это животное или
растение, кошка и собака или капуста и морковь <…> она подводит их к кавалеру
и просит его назвать предмет предпочтения» (Raikes T. A visit to St. Petersburg in the
winter of 1829–1830. London, 1838. P. 268–269); « — Сомнение или надежда? — сказал
вдруг флигель-адъютант, подводя ему двух дам» (Соллогуб В. А. Большой свет. С. 42);
«…подвела ко мне Сонечку и одну из бесчисленных княжон. — Rosе ou ortie [роза или
крапива]? — сказала она мне» (Л. Н. <Толстой> История моего детства // Совр. 1852.
Т. 35. С. 77; во всех публикациях «Детства» Толстого вместо «ortie» ошибочно печатается «hortie» — по аналогии с «hortensia»); «…подвела к ней Стельчинского и другого
кавалера в синих очках. — Жизнь или смерть? — спросила она ее по-французски» (Тургенев И. С. Затишье // Совр. 1854. Т. 47, № 9. С. 59). Сам Пушкин, уступая Онегину в искусстве танцевать мазурку, не знал себе равных в умении отгадывать мазурочные
пароли: «Пушкин был на этом вечере [в конце 1828] и стоял в уголке за другими ка­
валерами. Мы все были в черных платьях [по случаю кончины вдовствующей импе­
ратрицы]. Я сказала Стефани [княжна Стефания Радзивилл (1809–1832)]: „Мне ужасно хочется танцевать с Пушкиным“. — „Хорошо, я его выберу в мазурке“, — и точно
667

243

244
Ситуация ‘подбор пары’ сближает танец с картами — сходство, легшее в основу балетной инсценировки игры в пикет в пьесе Тома Корнеля «Торжество дам» (1676) и освоенное одной из фигур вальса,
польки и мазурки: «Первый кавалер присваивает четырем дамам названия карточных дам, а его дама присваивает четырем кавалерам
названия карточных королей. Кавалеры встают, и каждый отыскивает даму своей масти. Червонный король вальсирует с червонной дамой, пиковый с пиковой, и т. д.»668.
мучительно любопытный — от мучить(ся) любопытством
Ср.: отошла, мучась любопытством.

Вопрос oubli ou regret ставит Томского перед выбором: забыть о ве­
треном поведении своей дамы или, продолжая сожалеть о нем, противиться примирению с ней. Томский выбирает oubli, что превращает
его и княжну *** в героев распространенного хореографического сюжета ‘размолвка и воссоединение влюбленных’.

…сделав круг перед своим стулом.
[в самом деле], подошла к нему. Он бросил шляпу и пошел за ней. Танцевать он не умел.
Потом я его выбрала и спросила: „Quelle fleur?“ — „Celle de votre couleur [ — Какой цветок? — Вашего цвета]“, — был ответ, от которого все были в восторге» (Смирнова-Россет А. О. Дневник; Воспоминания. М., 1989. С. 184).
668
Cellarius H. La danse des salons. Paris, 1847. P. 110.

Перед мазуркой кавалер обеспечивает свою даму и себя стульями669. Мазурка состоит из променада — прохода пары кругом по залу,
из фигур, исполняемых внутри круга, и из вращения на месте перед
тем, как снова усесться. Чтобы изъясниться ‘объясниться’, пара повторила променад и вращение на месте.

…вскоре после этого старая графиня отправилась домой.

До ПД прилагательное от мазурка встречается в учебнике танцев,
причем с колебаниями между мазуречный и мазурочный на соседних
страницах670. Словосочетание мазурочная болтовня, придуманное

Ср.: «Музыка заиграла мазурку <…> Кавалеры засуетились, как муравьи, большая
беготня со стульями; каждый тащит пристань для себя и для своей дамы <…> Уселись»
(XXX. Бал. С. 316); «Зашумели стульями, раздались заунывные звуки мазурки <…> Удивительная суматоха, всегда неизбежная в такую минуту, мало-помалу прекратилась,
все расселись по местам, восстановился порядок» (–л– [Павлов Н. Ф.]. Московский бал.
С. 41–42); «Мазурка огласила высокие своды <…> Говор стульев пробудил <…> деятельность» (Безумный [Селиванов И. В.]. Повести. С. 8); «…примчал Надежду Алексеевну
к ее стулу, лихо повертелся с ней пред ним, поклонился, звякнул шпорами и ушел. Она
села» (Тургенев И. С. Затишье. С. 61).
670
См.: Петровский Л. М. Правила для благородных общественных танцев. Харьков,
1825. С. 76, 84, 90, 94, 111, 113, 114, 128.
669

245

246
автором ПД для обозначения шутливой беседы, которой кавалеру положено занимать даму671, на родине мазурки перевели как mazurkowe
szczebiotanie672.

глубоко зарониться в душу, или в сердце, или в памяти — произвести сильное впечатление

сходствовать — обладать сходством; быть похожим
пошлый — тривиальный; лишенный новизны

пугать воображение — effrayer l’imagination; пленять воображение — captiver l’imagination

Книжное собрание, которое открывается новейшей гадательной
книгой в эпиграфе к ПД и пополняется расходными книгами дедушки
Томского, старыми французскими романами бабушки Томского, ноСр. реакцию на иной тип поведения: «Недели две тому назад я нечаянно слышал,
как один молодой человек, и, заметьте, чрезвычайно образованный и умный человек,
в продолжение трехчасовой мазурки очень серьезно разглагольствовал с своей дамой о погоде, о скользкости паркета, об удобстве освещения улиц газом... Хохот прервал рассказчика. — Кто этот любезник? — вскрикнуло вдруг несколько голосов»
(Ив. <И.> П–<а­нае>в. Она будет счастлива // Тел. 1836. Ч. 32. С. 328).
672
J. Prz.<ecławski> Dama pikowa // TyP. 1834, 3/15 kwietnia. S. 152. Ср.: «…разговор особенный, исключительно бальный, отличающийся от других разговоров, как щебетание ласточки от песней [песен] жаворонка» (Ушаков В. А. Бедная Серафима // БЧ. 1836.
Т. 17. С. 250).
671

выми русскими самого Томского и немецкими Германна, завершается
новейшими («неистовыми» и авантюрными) французскими, которые Лизавета Ивановна читает тайком.
Узнав, что тот, о свидании с которым она непрестанно думала на
балу, лицо истинно романическое, Лизавета Ивановна входит в свою
комнату, надеясь найти там Германна и желая не найти его, ведь теперь ей неизвестно, кто ждет ее за дверью: «ангел ли хранитель, / Или
коварный искуситель»673.

— поза, выражающая печаль674

На первое письмо Германна Лизавета Ивановна ответила словами:
знакомство наше не должно бы начаться таким образом. Но могло ли
оно начаться, скажем, на балу, коль скоро «верней нет места для признаний / И для вручения письма»675? Нет, на великосветские балы Германна не приглашают. (Примечательно, что, когда Лизавета Ивановна
спрашивает Томского, где Германн мог ее видеть, Томский называет
церковь или гулянье, но не бал.) Позволяя Германну войти в ярко освещенные сени, как это на его глазах делали гости графини, и оставляя
Лизавету Ивановну в бальном наряде, автор проявляет снисхождение

ПСС, VI, 67.
Напр.: «…сидела в углу неподвижно, сложа руки, склонив голову и казалась изнемогающею под бременем горести» (Скотт В. Эдинбургская темница / Пер. А. З. М., 1825.
Ч. 1. С. 187); «…сидела на последней ступени, склонив голову вперед <…> Это живое
подобие печали имело в себе что-то необыкновенное» (Ирвинг В. Отрывок из «Рас­
сказов одного путешественника». С. 240); «…сидела у кровати в креслах и, держа на
коленях руки, сплетенные пальцами, печально смотрела» (Барон Брамбеус [Сенковский О. И.]. Вся женская жизнь в нескольких часах. С. 107).
675
ПСС, VI, 17.
673
674

247

248
к обоим самолюбивым аутсайдерам: он придает первому их свиданию
видимость встречи на балу.

В испуганном шепоте соединяются пугливость Лизаветы Ивановны: испугалась, сама не зная чего; не могла опомниться от испугу;
сказала <…> испугавшись; пугало <…> ее воображение; его дерзость
ужасала ее; выслушала его с ужасом и готовность быть незаметной:
тихо спросила; отвечала тихо; оставя тихонько <…> гостиную.

сей час — как раз

Перед Боже ошибочно пропущено (имевшееся в ПД-1) тире.

…в ее смерти виноват я.

Употребление составного сказуемого в конструкциях настоящего
времени (без связки быть) с именной частью в форме творительного
падежа свойственно скорее речи XVIII в.676.

Слова Томского на его совести по крайней мере три злодейства
запомнились Лизавете Ивановне в метризованном виде: по крайней
мере три злодейства на душе.

на окошко подле нее — на подоконник рядом с нею

и так — итак

Напр.: «…ты причиною смерти его» (<Броон Ж. Э.> Любовники философы … . <М.>,
1766. Ч. 1. С. 110); « — Она умерла, — вскричал я. — Я тому причиною» (<Дора К.-Ж.>
Несчастия, от непостоянства происходящие … . Ч. 2. С. 145); «…я причиною смерти»
(<Демаре де Сен-Сорлен Ж.> Увенчанная любовь … / Пер. <И. Виноградский>. М., 1789.
Ч. 1. С. 10); «…я причиною твоей смерти» (Помни совет родителей / Пер. А. <Н.> Выродов // Полезное упражнение юношества. М., 1789. С. 263); «…ты причиною ее смерти»
(Три восточные повести. М., 1790. С. 135).
676

249

250
пламенный — страстный

Перед или после его ошибочно пропущено (имевшееся в ПД-1)
слово душа.

душа алкала — поэтизм, нередкий и в прозе, например: «Бонапарте <…> не узрит уже потоков текущей крови, коей алкала душа его»677

Восклицание, развенчивающее героя с профилем Наполеона, звучит как ответ на вопрос-рефрен стихотворения Ф. Н. Глинки «Судьба
Наполеона» (1821): «Чего ж душа его алкала?»678

утолить желание — поэтизм, построенный на уподоблении желания жажде
Лабом Е. История о низвержении Наполеона Бонапарте с похищенного им трона /
Пер. М. М., 1823. Ч. 6. С. 61–62. Ср.: «Вирсана, в ком душа свирепостью пылала / И крови
ближнего, как хищный вран [ворон], алкала» (Херасков М. М. Творения, вновь испр. и доп.
<М., 1798.> Ч. 4. С. 147); «Душа восторженна моя / Геройских алчет лавров» (Княжнин Я. Б. Соч. Т. 4. С. 227); «И буйная душа его алкала / Невинность погубить» (Отрывки
из Титгеевой «Урании» / Пер. Н. И. Розенмейер // СПиБ. 1819. Ч. 7, кн. 9. С. 314); «И, нежной чуждая любови, / Душа его алкала крови» (Олин В. Н. Оскар и Альтос. СПб., 1823.
С. 13); «…наслаждался ли Годунов в полной мере своим величием, коего алкала душа
его» (Карамзин Н. М. История государства Российского. Т. 11. С. 93); «Душа корысти не
алкала» (Шкляревский П. П. Стихотворения. СПб., 1831. С. 30); «Душа преступная алкала / Беседы хитрого ксен<д>за» (Марков М. А. Мятежники. СПб., 1832. С. 71).
678
Глинка Ф. Н. Судьба Наполеона // СО. 1821. Ч. 73. С. 35, 37.
677

Отрицание не может быть понято как относящееся по смыслу не к то­
му слову, перед которым стоит, а к другому: Она не могла утолить
его желания и осчастливить его. Этот синтаксический реликт был
знаком пушкинским современникам из языка богослужения.
Отрицание не может быть понято и как часть союза не … , а … в ситуации, когда часть предложения опущена, но легко восстанавливается: Не она могла утолить его желания и осчастливить его, а графиня (ср.: — Вы можете, — продолжал Германн, — составить счас­
тие моей жизни). Как и на балах, где ей удавалось потанцевать только
тогда, как недоставало vis-à-vis, Лизавета Ивановна ощущает себя
‘заместительницей’, не целью, а средством.

слепой помощник — complice aveugle ‘слепой (невольный) сообщник’

в раскаянии — раскаиваясь

Церковь отрицает действенность позднего ‘запоздалого’ раскаяния,
т. е. такого, какое грешники испытывают лишь перед смертью, из страха перед загробными мучениями679. Но таково ли раскаяние Лизаветы

Напр.: «…трепет и ужас геенны: тогда раскаяние истинное; но позднее» (Тихон, еп.
Разные проповеди <…> говоренные им во время пребывания его на епархии. СПб.,
1784. С. 50–51); «И самое раскаяние в вечности, яко уже позднее, тщетно есть»
(М…<ихаил> Д…<есницкий, митр.> Беседы о воскресении мертвых. СПб., 1798. С. 75);
«…будут раскаиваться, но во аде позднее раскаяние» (Сильвестр, архим. Нетленная
пища, или Душеспасительные размышления … . М., 1799. С. 482); «Берегись, чтобы
679

251

252
Ивановны? Свою вину она признает сразу. Поздно она осознает свою
ошибку. Похоже, что за раскаяние она принимает прозрение, и эта путаница понятий — следствие смятения чувств, вызванного известием,
что графиня умерла, а ее самоё обманули и отвергли.

Обмануты и читатели: узнав, что новые письма Германна уже не были
переведены с немецкого. Германн их писал, вдохновенный страстию, они
ожидали, что имитация влюбленности обернется подлинным чувством.

горесть — удрученный вид; прелесть горести — charme de la tristesse ‘очарование печали’680
Этот образ (как и печальная симметрия) восходит к культу меланхолии в литературе XVIII в., сделавшему нормой любование одиночеством, унынием, увяданием, руинами и погребением.

и тебе в сие позднее и бесполезное раскаяние не прийти» (Тихон, еп. Сокровище духовное,
от мира собираемое. <СПб.>, 1784. Ч. 1. С. 282). Ср. также в переложении псалма 72: «Но я
увижу злых презренными во граде / По правости [справедливости] в достойной им награде: / Услышу позднее раскаянье и стон» (Сумароков А. П. Полн. собр. всех соч. Ч. 1. С. 100).
680
Напр.: «Ах, в ней и грусть — очарованье» (Баратынский Е. А. Пиры // СПиБ. 1821. Ч. 3,
кн. 3. С. 391); «Тихая задумчивость, следы глубокой горести придавали прекрасному
лицу ее неописанную [неописуемую] прелесть» (Владиславлев В. А. Бесприютный //
Сла. 1827. Ч. 3. С. 215); «…так она была прелестна в своей горести» (Тит Космократов
[Титов В. П.]. Уединенный домик на Васильевском // СЦ на 1829 г. СПб., 1828. С. 204).

…невосполнимая утрата секрета ожидаемого обогащения.

Перед Я ошибочно пропущено (имевшееся в ПД-1) тире.

Ср. смену освещения — с ночного искусственного на утреннее
естественное — в сцене, завершающей гл. 1.

в этом положении — в этой позе

253

254
Еще две детали классического изображения Наполеона — сюртук
и треугольная шляпа — всплывают в других местах ПД.

поразить — привести в изумление; сильно удивить

Частица даже относится не к последующему дополнению, а к пред­
шествующему сказуемому: даже поразило681.

потаенная — потайная

винула — опечатка; правильно: вынула

Ср. такое же употребление этой частицы: «Они клевещут даже скучно»; «…мысль не
сдержать своего слова не пришла даже ему в голову»; «Позволяю, прошу даже» (ПСС,
VI, 160; VIII-1, 116; XIII, 153).

681

Ключ оставался в ящике комода, вероятно, с тех пор как эту ком­
нату занимала служанка или компаньонка графини, поверенная ее
сердечных тайн. Неизвестно, как и когда о назначении ключа проведала Лизавета Ивановна, но ясно, что из-за высокой влажности пе­
тербургского воздуха ей пришлось научиться смазывать замок и петли потайной двери и время от времени проверять исправность их
работы, особенно часто зимой. Сделать это она, конечно, не позабыла
и накануне свидания с избавителем.
Предприимчивость и самообладание придают Лизавете Ивановне
сходство с Лизетой — камеристкой/компаньонкой из комедий Скаррона, де ля Форжа, Мольера, Данкура, Реньяра, Дюфрени, Лесажа, Леграна, Детуша, Барбье, Мариво, Пирона, Буасси, Лессинга, Пуансине,
Коцебу и др. То, что героиня ПД ‘кроткая’ и в то же время ‘ловкая’, —
следствие ее особого положения в доме и в свете: барышня-служанка.
Шаховской, понимая, сколь трудно будет передать на сцене эту двойственность характера, сделал из одной героини двух — воспитанницу
Елизу и бойкую горничную Лизу.
Инструктирование по использованию тайной лестницы и/или коридора — общее место авантюрной и готической романистики682.

безответный — не реагирующий ожидаемым образом

Напр.: «Под столом найдете вы потаенную дверь, которая ведет в погреб» (Лафонтен А. Невидимые, или Развалины замка в лесу. М., 1827. Ч. 2. С. 103); « — Где потаенная
дверь сей темницы? — спросил он. — Подымите фонарь к углу комнаты, на правой
руке [справа]; там увидите железо, прикрывающее пружину. — Хорошо. Куда ведет эта
дверь? — В тайный мой кабинет позади обоев. — А оттуда каким образом достигну я
ворот замка? — Прошедши чрез большой коридор, переднюю, караульную» (Скотт В.
Выслужившийся офицер, или Война Монтроза. М., 1824. Ч. 3. С. 59); «…ты увидишь замок, к которому подойдет этот ключ. Тогда отопрется потаенная дверь» (Его же. Приключения Нигеля. М., 1829. Ч. 3. С. 206).
682

255

256

В гл. 3, невольный свидетель наготы ‘богини’, Германн представал
новым Актеоном683. В сцене с умершей старухой он, размышляющий
в гл. 2, не стать ли ее любовником, и объявляемый в гл. 5 ее тайным
сыном, напоминает Софоклова царя Эдипа перед мертвым телом своей матери-жены в ее опочивальне.
Тень античной героини отбрасывает и Лизавета Ивановна, подсказывая своему избавителю ‘выход из лабиринта’.

Германн остановился перед нею в третий раз. Впервые это было
сказано, когда неведомая сила привела его к ее дому, затем — когда он
упрашивал ее раскрыть тайну.

удостовериться, или быть уверенным, в ужасной истине —
клише в контекстах ‘осознание (возможной) утраты’684
См.: Евзлин М. С. Мифологическая структура преступления и безумия в повести
А. С. Пушкина «Пиковая дама» // Славяноведение. 1993. № 1. С. 70.
684
Напр.: «…когда удостоверилась во ужасной истине сей, что друг ее сердца от нее
отлучен» (<Бериш Г. В.> Путешествие добродетели … / <Пер. А. М. Кутузов> // Утр. свет.
683

ощупать — найти наощупь; нащупать685

волнуемый чувствованиями — взволнованный чувствами

За серией глаголов совершенного вида встала, вынула, вручила,
дала, пожал, поцеловал, вышел, спустился, вошел следует глагол несовершенного вида сидела, и движение надолго замирает. После наречия наконец оно возобновляется — сперва в прежнем темпе: вошел,
ощупал, потом в замедленном, для чего используется глагол стать
в фазовом значении: стал сходить. Отчего Германн спускается медленно? Оттого что лестница темная и, вероятно, винтовая и узкая,
какой и полагается быть лестнице потаенной.

1778. Ч. 3. С. 150); «…дабы на свете живущие братия его не пришли на место сие му­
чения к нему в товарищи, но уверены бы были в сей ужасной истине заблаговременно» (Гофман И.-А. О спокойствии и удовольствии / Пер. В. Богородский. М., 1796. Кн. 2.
С. 93); «Дабы удостовериться в ужасной истине о смерти наших пленных…» (Рикорд П. И. Записки флота капитана … . СПб., 1816. С. 32); «Теперь был я уверен в ужасной истине, отчего жена моя не оставила после себя никакого долга и притом жила
столь пышно и роскошно» (Шпис Г. Мои путешествия по пропастям злосчастий / Пер.
А. Бринк. М., 1821. Ч. 3. С. 20).
685
Напр.: «…начали везде о<б>шаривать, но ничего не находят под рукой. Ощупали
дверь, но она заперта» (Дюкре-Дюминиль Ф. Г. Пальмир и Вольмениль … . М., 1805. Ч. 4.
С. 38); «Со всевозможною осторожностью ощупали они дверь, мгновенно ее отворили
и быстро вошли в комнату» (Нарежный В. Т. Два Ивана, или Страсть к тяжбам. М., 1825.
Ч. 2. С. 29); «…ощупал дверь <…> и тогда увидел, что таинственный коридор сделан
был в стене для скрытного сообщения» (Ли Г. Крюйцнер / Пер. А. // МТ. 1827. Ч. 14,
№ 6. С. 84).

257

258

Разумеется, в такой же ‘тот же’ час, т. е. на рассвете, предшественник Германна не отправлялся на свидание, а наоборот, как и Германн,
покидал дом, однако усилению оппозиции прежнего и нынешнего
претендентов на милость графини лучше отвечает иллюзия разнонаправленности их шествия по этой самой ‘одной и той же’ лестнице:
искатель тайны красавицы триумфально поднимается, свидетель
отвратительных таинств старухи бесславно спускается.
Если, надеясь узнать секрет верного выигрыша, Германн взбежал
по парадной лестнице, то замедленное сошествие по узкой винтовой
лестнице заставляет вспомнить как процитированные в гл. 2 слова
Данте: тяжелы ступени чужого крыльца686, так и спиралевидную
форму Дантова ада687 — ассоциация, которую поддерживает воображаемая ‘встреча с душою грешника’ (Чаплицкого?).
кафтан — верхняя мужская долгополая одежда; надевалcя поверх камзола и носилcя с поколенными штанами и чулками

Фасон à l’oiseau royal ‘королевская птица’688, популярный до Революции (в 1790-х его сменила короткая стрижка à la Titus ‘как у Тита
<Веспасиана>’), предполагал ношение треугольной шляпы на сгибе
локтя689. ‘Королевское’ в словосочетании à l’oiseau royal, как и в au jeu
de la Reine и в фамилии Leroy, и ‘угловое’ в словосочетании треугольная шляпа способствуют созданию ощущения, будто всё, чего ни кос-

Ср.: Williams G. The obsessions and madness of Germann in «Pikovaja dama». P. 388.
Отмечено Е. Сошкиным.
688
Имеется в виду grue royale ‘венценосный журавль’. Благодаря устойчивой парности
образов журавля и цапли упоминание этого фасона может служить намеком на Чап­
лицкого (Czaplicki от czapla ‘цапля’).
689
Ср. совет англоману: «…вернись к своему французскому одеянию; причешись королевской птицей и носи под мышкой маленькую шляпу» (Mercier L.-S. Tableau de Paris.
Amsterdam, 1783. Т. 7. P. 41).
686
687

нется Германн взглядом и мыслью, обретает сходство с карточной
игрой.
Ср. воспоминание героя повести Гофмана «Майорат» (1817) о том,
каким он был много лет назад: «…себя самого видел я, с моим хорошеньким, румяным лицом, искусно завитою, нежно напудренною
прическою, в моем кафтане из шелковой материи небесно-голубого
цвета! Да, я увидел себя в прошедшем, юного, любящего, любимого,
кипящего страстью»690.
сего дня — сегодня

Картина шестидесятилетней давности обрывается мыслью о кончине графини, а значит об утрате секрета обогащения. Ср.: он вздохнул
о потере своего фантастического богатства.
Предложение пронизано -с-, -р-, -ц-, насыщено словами с окончанием на -ц- (леснице, серцу, щасливец, серце, любовницы, бицца) и содержит анаграмму престарелой / перестало. В следующих главах
слова сердце и трепет (каждое упоминалось семь раз) отсутствуют;
о сердцебиении напомнит только тройка червонная.

Это третья лестница в доме графини (ей предшествовали парадная, ведущая в бельэтаж, и винтовая, ведущая на антресоли) и седьмая дверь (ей предшествовали двери между крыльцом и сенями, между парадной лестницей и передней, между спальней и кабинетом
графини, между спальней и коридором, между винтовой лестницей
и комнатой воспитанницы, между кабинетом и тайной лестницей).
690

Гофман Э. Т. А. Майорат // МТ. 1830. Ч. 35, № 18. С. 222.

259

260
В следующей главе призрак графини сообщит Германну «тайну, которая
была закодирована в структуре ее дома (три лестницы и семь дверей)»691.
Ср. цепь эпизодов в «Шагреневой коже»: войдя в дом графини через парадный вход и спрятавшись в ее спальне, герой наблюдает за ее
раздеванием и покидает дом692, причем уйти ему удается незамеченным: «…к счастью, я добрался до потайной двери, ведущей на узкую
лестницу <…> рванув дверь, я без страха спустился во двор и, не озираясь, в три прыжка очутился на улице»693.

Если вспомнить, в котором часу графиня и Лизавета Ивановна вернулись с бала и когда в Петербурге светает зимой, то станет ясно, что
пребывание Германна в доме графини длилось много дольше, чем
требуется для ожидания, пока закончится процедура подготовки ее
ко сну, и для бесед с нею и с Лизаветой Ивановной694. Отчего Германн
не покинул особняк сразу после смерти графини? Узнай Лизавета Ивановна о случившемся не от него, а от слуг, или обнаружь она
труп первой в доме, ее реакция могла бы навлечь подозрение на нее,
а в случае расследования и на него. (Его имя и род службы были ей
известны.) Стало быть, перед уходом надлежало подготовить ее так,
чтобы она не выдала его и встреч с ним больше не искала. Кроме того,
безопаснее было бы дождаться часа, когда его появление на улице не
привлечет к себе внимание постовых и патрульных полицейских. Но
как покинуть дом, если по возвращении графини с бала ту дверь, что
ведет на парадную лестницу из передней, скорее всего заперли на
ключ? Ждать, пока ее отопрут? Но тогда его присутствие заметит прислуга. Искать другой выход? А если и он заперт на ключ, а не на засов
или крюк? Нет, без помощи Лизаветы Ивановны, похоже, не обойтись.
И Германн поднимается к ней и признается ей во всём. Не опасался ли
он, что обманутая донесет на него? Нимало: в его распоряжении имеется написанная ею инструкция по незаметному проникновению в дом.
Евзлин М. С. Пространство и движение в повести А. С. Пушкина «Пиковая дама» //
Slavica tergestina. 1998. <Vol.> 6. P. 49–50.
692
Отмечено в: Лернер Н. О. Рассказы о Пушкине. C. 142; Gregg R. A. Balzac and the wo­
men in «The queen of spades» // SEEJ. 1966. Vol. 10, № 3. P. 281.
693
Balzac H. de. La peau de chagrin. Т. 2. P. 194.
694
См.: Pursglove M. Chronology in Pushkin’s «Pikovaya dama». P. 15.
691

Текст эпиграфа стилизован под протокольно сухое описание духовидения. Призрак ограничивается приветствием, но именно так — совершенно обыденно — ведет себя белая женщина германских пре­
даний, появление которой предвещает скорую смерть члену знатной
семьи: «Она была вся в белом <…> Княгиня вошла в уборную комнату
с своею служанкою, чтобы примерить новый наряд, и, когда она спросила ее: который час? то вдруг из-за ширм вышла белая женщина
и отвечала: „Десять часов, милостивая государыня!“ Княгиня, как легко можно себе представить, чрезвычайно испугалась»695.

Шведенборг — распространенная в пушкинское время транслитерация фамилии Эммануила Сведенборга (1688–1772), шведского естествоиспытателя и инженера, ставшего богословом и духо­
видцем
Отзывы о нем колебались между безоговорочным признанием
его научных заслуг и насмешками над его визионерством; в глазах
Некоторые любопытные приключения и сны из древних и новых времен / <Пер.
и сост.> П. И. К… . М., 1829. С. 151.
695

261

262
совре­менников и потомков он, как и Сен-Жермен, олицетворял эпоху, провозглашавшую просвещение и практиковавшую суеверия696.
Обращение господин советник неверно: в главном ведомстве по
делам горнодобычи Сведенборг занимал пост не советника (bergsråd), а асессора (bergsassessor)697.
Эпиграф предвосхищает сцену явления Германну призрака умершей графини: «Германн — инженер, как и Сведенборг <…> оба соединяют духовидение с холодной педантичностью (расставшись с призраком, Германн садится за стол и записывает свое видение)»698.

Богослужение над телом умершего (отпевание) совершалось, как
правило, через три дня после кончины.
В монастыре похоронят и Голицыну, и Загряжскую: Голицыну —
рядом с мужем в церкви Архангела Михаила московского Донского
монастыря, а Загряжскую — неподалеку от могил матери и дяди
в церкви Сошествия Святого Духа на апостолов Александро-Невской
лавры. Хороня графиню в Петербурге, автор ПД имел в виду будущую усыпальницу не Голицыной, а Загряжской, которая, как ему, ско-

См., напр.: Varnhagen von Ense K. A. Tagebücher. Leipzig, 1861. Bd 2. S. 168; запись от
31.03.1843. Историк эпохи, иллюстрируя ее шестью рассказами о «примечательных
людях» (Моховицын А. [Вейдемейер А. И.] Вечерние беседы у барона К. СПб., 1840. С. 3),
три из них посвящает Сен-Жермену и два Сведенборгу.
697
См.: Williams G. Отголоски отношения Пушкина к Александру I. C. 291. Возможная причина ошибки — именование Сведенборга то «берг-асессором», то «советником» в русском
переводе романа фан дер Фельде «Арвед Гилленштирна» (1823); «советником», однако,
он назван только потому, что «дает совет» понтеру (см.: Вельде [Фельде К. Ф.] фан дер.
Смерть Карла XII: (Отрывок из романа Арвед Гилленштирна) // МВ. 1828. № 3. С. 283, 286).
698
Спивак Д. Л. Северная столица: Метафизика Петербурга. СПб., 1998. С. 249.
696

рее всего, было известно, распорядилась быть похороненной там же,
где ее мать, а не там, где отец (в Батурине Черниговской губернии).

совершенно — совсем; полностью

Ср.: «Ты умертвил своего отца <…> Ужасные, уже заглушенные чувства убийства снова пробудились в душе его»699.

Не будучи по-настоящему верующим, он был весьма суеверен.
— популярная сентенция об обратной пропорциональности веры
и суеверия

Резонно предположить, что он надеялся убедить дух умершей не
только отказаться от мести, но и помочь ему упрочить независимость.
699

Шпис Г. Мои путешествия по пропастям злосчастий. Ч. 1. С. 137.

263

264

— стандартная деталь (нередко зачин) описания происходящего
во время службы

…с большим трудом смог пройти внутрь.

богатый катафалк — изготовленный из дорогостоящих материалов постамент для гроба

Руки покойников складывают на груди крестообразно, правая поверх левой.

домашние — «в виде имени существительного означает: живущие в одном доме»700

гербовые — цветов родового герба; лента на плече — калька
Achselband (Achsel ‘плечо’ + Band ‘лента’) — словосочетание, которое
использовали вместе с аксельбант или вместо него701
Чередуются цвета и ткани: черный бархат балдахина — белый атлас
платья — черное сукно кафтанов — разноцветный гарус аксельбантов.
Мизансцена ‘старая графиня в окружении слуг с лентами’ напоминает описанную в гл. 2: Три девушки окружали ее. Одна держала банку
румян, другая коробку со шпильками, третья высокий чепец с лентами
огненного цвета. Поясное изображение героини заключено в рамку,
функцию которой принимает на себя зеркало в сцене одевания и гроб
в сцене отпевания.

глубокий траур — наиболее строгая и полагающаяся для но­
шения близкими родственниками умершего разновидность наряда
(головного убора, костюма, платья, нашивок, перчаток, веера, чулок
и обу­ви), цвет, материал и фасон которого символизируют скорбь

САР-1, II, 726.
Напр.: «…и на плечах чтобы у них был герб тех господ, чьи они будут [которым они
служат]» (Изъявления прибыточные государству, Федора Салтыкова, 1714 г. // ПавловСильванский Н. П. Проекты реформ в записках современников Петра Великого. СПб.,
1897. С. 20); «10 человек из домашних служителей в черных кафтанах, имея аксельбанты по гербу [по цвету герба] из лент <…> По сторонам кареты шли с каждой по два
служителя в черных кафтанах, имея на плече аксельбанты из лент» (Синельников Ф. М.
Жизнь, военные и политические деяния <…> Михаила Ларионовича Голенищева-Кутузова-Смоленского ... . СПб., 1814. Ч. 6. С. 171–172); «…лакеи в черных кафтанах с аксельбантами из лент по цвету герба» (Высочайше утвержденный церемониал погребения
<…> Дмитрия Владимировича Голицына // История Московского купеческого общества.
М., 1916. Т. 2, вып. 1. С. 674); «…на левом плече ленты по своему гербу [по цвету герба]»
(Избранные черты и анекдоты императора Александра I. М., 1826. С. 197); «…разноцветные ленты на плечах прислуги» (Вонлярлярский В. А. Все сочинения. СПб., 1853. Ч. 1.
С. 16); «Заливаясь слезами, выражая свое сожаление о кончине Пушкина, она шепнула
мне сквозь слезы, кивнув головою на стоявших у гроба официантов [лакеев] во фраках
с пучками разноцветных лент на плечах: — Voyez, je vous prie, ces gens: sont-ils insensibles?.. [Вы только посмотрите на них: какая бесчувственность!] Хоть бы слезинку проронили!» (Каратыгина А. М. Мое знакомство с А. С. Пушкиным // РС. 1880. Т. 28. С. 572).
700
701

265

266

une affectation — «принужденность, притворство, дурная привычка говорить и делать что<-либо> странным и притворным образом»702
Ср. картину похорон в сатире Байрона «Видение суда» (1822): дорогих тканей и металлов в изобилии, а искренне пролитых слез нет
вовсе703 — и отголосок этой антитезы в «Скупом рыцаре»: «…на бароновых похоронах / Прольется больше денег, нежель слез»704.

Из значений глагола поразить, известных первым читателям ПД,
здесь подходило бы ‘сильно опечалить’705 или еще не попавшее в словари ‘сильно удивить’706. Использованы оба: весть о смерти графини
не удивила никого и не опечалила ее родственников — даже им ее
кончина не казалась преждевременной.
отживший — от отжить (часто с дополнением свой век707) ‘завершить жизненный цикл, определенный свыше’

ПФРЛ, I, 26.
См.: <Byron G. G.> The vision of judgment. Paris, 1822. P. 7.
704
ПСС, VII, 106.
705
«опечалива<ть>, причиня<ть> сильную печаль, прискорбие нечаянным печальным
известием. Печальная весть его поразила» (САР-1, V, 58; САР-2, IV, 1536; ср. ОЦСРС, II, 675).
706
Будет зафиксировано в словаре 1847, причем как еще не обособленное от первого
значения: «приводить в изумление, в ужас; сильно опечаливать. Известие о кончине
моего благодетеля поразило меня неожиданно» (СЦРЯ, III, 361).
707
Напр.: «…старости, отжившей век свой» (Путешествие англичанина по Норвегии //
СО. 1814. Ч. 16. С. 186); «…отжившего век свой старичка» (Тик Л. Картины // СО. 1827.
702
703

Ср. упоминание графини в числе отлюбивших.

В ПД-1 вместо молодой архиерей было славный проповедник.
Прототипом послужил, возможно, петербургский церковный оратор Алексей Иванович Малов (1787–1855): ему было 34 года, когда начали издавать его «Поучительные слова», а опубликованный в 1832
перечень двенадцати лучших за полтора века российских проповедников завершался справкой: «Из известных ныне ораторов более всех
славится Малов»708. Другой вероятный прототип — митрополит Филарет (1782–1867): в сан архиерея (высший чин православного монашеского духовенства) он был возведен в возрасте 34 лет, и среди речей, снискавших ему славу, были «слова на погребение». Пушкин, отмечая «умилительную простоту» его ораторской манеры, считал его
«старым лукавцем»709.

Ч. 111. С. 18); «…старца, отжившего свой век и видящего, как с каждым днем изнемогает и разрушается дряхлый состав его» (Исторический и статистический взгляд … //
МТ. 1832. Ч. 46, № 15. С. 443).
708
Плаксин В. Т. Краткий курс словесности … . СПб., 1832. С. 172. Ср. также характеристику Малова: «известный проповедник» (Д. В. <Рец. на:> Письма к воинам … // СП.
1831, 15 мая).
709
ПСС, XII, 12, 337; рец. 1836 и запись от февраля 1835. О полемике Филарета с Пушкиным в 1830 см.: Альтшуллер М. Г. «В часы забав иль праздной скуки…» (1830) // Пушкинская энциклопедия. СПб., 2009. Вып. 1. С. 232–235.

267

268
простой и, или но, трогательный — клишированная характеристика речевой манеры
Ср.: «…сей архипастырь, движимый избытком усердия к монарху
и отечеству, в простых, но трогательных поучениях превознося хва­
лами благотворные и славные его намерения…»710
В середине XVIII в. обсуждалась допустимость употребления глагола трогать в значении ‘возбуждать сочувствие’. Эта калька с toucher
прижилась, а в 1780-е в речевой обиход вошла и калька с touchant —
трогательный как «могущий привесть в чувствительность»711. В начале XIX в. обсуждение этой кальки возобновилось712. Пушкин находил возражение против нее основательным713, но пользовался ею нередко.
мирное успение — смерть без мучений

которой долгие годы были — долгие годы которой были

умилительный — в XVIII в. ‘побуждающий к раскаянию, сожалению, состраданию’, в XIX в. чаще ‘трогательный до слез’; сочетание
с тихий ‘кроткий’ усиливает оттенок благостности714

<Григорович И. И.> Исторические сведения о жизни Митрофана … . СПб., 1832. С. 15.
Ср. также: «…простым, но весьма трогательным слогом» (Платон, митр. Краткая церковная российская история. М., 1805. Т. 2. С. 194); «…простым, но трогательным и понятным языком» (Маслов С. А. Краткая биография Н. П. Николева // Памятник друзей
Николаю Петровичу Николеву. М., 1819. С. 28); «…в простых и трогательных воспо­
минаниях описал» (Ушаков В. А. <Рец. на:> Димитрий Самозванец … // МТ. 1830. Ч. 32,
№ 6. С. 227).
711
САР-1, IV, 270.
712
См., напр.: Веселитский В. В. Отвлеченная лексика в русском литературном языке
XVIII — начала XIX в. М., 1972. С. 145–147.
713
См.: ПСС, XII, 181.
714
Напр.: «…клиросы пели протяжно, тихо и умилительно, как молитвы об исходе
души; все плакали и молились» (Сергей … <М. Любец>кий. Падение Великого Новго­
рода. М., 1833. Ч. 4. С. 194); «Истинная радость различается и от ложной тем, что первая тиха и умилительна, что находит свое блаженство в небольшом круге избранных
и зависит от нас, последняя ж дика, счастлива в шумных ликованиях и достается в удел
случайно» (Галич А. И. Картина человека … . СПб., 1834. С. 440). Ср.: «Тихая светлость
объемлет мою умилившуюсь [sic!] душу» (Муравьев <М. Н.> Разные пер. и соч. // Опыт
710

Речь архиерея охарактеризована как трогательная и пред­
стает таковой благодаря обилию прилагательных с положительным зна­чением: мирный, долгий, тихий, умилительный, христианский.

Ср.: «Почто велиши715 Ангелу смерти подсекать едва распустившийся жизни цвет <…>?»716; «Ангел непорочности передал ее Ангелу
смерти»717; «...прилетел тихий Ангел смерти и усыпил ее телесно до
радостного утра!»718
помышление — намерение

полунощный — полуночный

Оратор уподобляет покойницу героине евангельской притчи о девах мудрых и девах неразумных: после того, как «в полночь раздался
крик: — Вот, жених идет, выходите навстречу ему», девы мудрые заправили свои светильники припасенным для этого маслом, а девы
неразумные, которым пришлось его покупать, опоздали на брачный
пир и услышали: «…бодрствуйте, потому что не знаете ни дня, ни часа,
тр. Вольн. Рос. собр. при имп. Моск. ун-те. М., 1778. Ч. 4. 296); «Но слезы умиленья, /
Но сердца тихий жар» (Батюшков К. Н. Мои пенаты // ПРП. 1814. Ч. 1. С. 56).
715
зачем велишь
716
Слово на погребение графини Александры Ивановны … // Анастасий, архиеп. По­
учительные слова … . М., 1803. Ч. 1. С. 97.
717
Фомин Н. И. Достопамятный брак царя Иоанна Васильевича Грозного. СПб., 1834.
С. 64.
718
Магницкий М. Л. Дума на гробе графини Роксандры Эдлинг … // Моск. 1844. № 3.
С. 90.

269

270
в который придет Сын Человеческий»719. Реминисценцию этой притчи предвосхищают появление Германна в полночь720 и эпизоды со свечами, лампой и лампадой721. Вопреки сюжету притчи жених в ПД приходит не к той, что его ожидала, да и всё, сказанное об умершей, неверно: на праведницу она не походила ни блистая как Русская Венера,
ни тираня воспитанницу; по ночам она бодрствовала не в помышлениях благих, а с совершенным отсутствием мысли и оттого, что страдала бессонницею; участие ее во всех суетностях большого света столь
же мало напоминало тихое, умилительное приготовление к христианской кончине, сколько смерть на допросе — мирное успение722.
Герой повести «Эпизод из жизни троих друзей», племянник покойной, рассказывает, что жених бросил ее, сочтя «властолюбивой, сварливой, скупой, словом настоящим духом-мучителем в образе человека», на что один из слушателей возражает: «...старая тетушка (дай бог
ей царство небесное) не могла быть так зла» (ср.: Графиня ***, конечно,
не имела злой души), а другой задается вопросом: «...откуда тогда такое тихое, трогательное погребальное торжество и покорные судьбе,
только внутренне произносимые жалобы на вероломного, если не из
глубины нежной души, которая должна быть чужда земных пороков,
какими укоряешь ты бедную свою тетку»723.

совершиться — окончиться; завершиться

Мф 25: 6, 13.
См.: Коган Л. Пушкин в переводах Мериме («Пиковая дама») // ВПК. 1939. Вып. 4–5.
С. 350–351.
721
См.: Debreczeny P. The other Pushkin: A study of Alexander Pushkin’s prose fiction. Stanford, 1983. P. 214–215; Schmid W. «Pique Dame» als poetologische Novelle // WS. 1997.
H. 42. S. 11.
722
См.: Виноградов В. В. О стиле Пушкина. С. 207; Его же. Язык Пушкина. М.; Л., 1935.
С. 120–121; Его же. Стиль Пушкина. С. 594.
723
Гофман Э. Т. А. Жизнь трех друзей. С. 499–500.
719
720

Прилагательное печальный в значении ‘связанный с обрядом погребения; траурный’ употреблялось со словами зала, колесница, комиссия, кортеж, обряд, платье, убор, шествие. Под печальным приличием понимается атмосфера, приличествующая ‘отвечающая’ траурной церемонии. Перекличка печального приличия и упомянутой
в гл. 3 печальной симметрии делает приличие и симметрию ситуативными синонимами — константами размеренного и мертвенного миропорядка, нарушаемого появлением незваного гостя.

Родственники пошли прощаться с телом первыми.

так давно — столь долго

суетные увеселения — пустые развлечения724

Конструкция тот, который используется здесь в функции по­
минальной перифразы — ср.: «Проповедник изобразил жизнь той,

Напр.: «Ибо сколько б человек <…> суетными увеселениями ни развлекал [ни занимал] мыслей своих, но нельзя, чтоб между тем совесть не представляла [голос совести не говорил], что напрасно теряется время» (Платон, архиеп. Поучительные слова … . М., 1780. Т. 4. С. 286); «Не попустим [не позволим], чтобы праздность или суетные
увеселения удаляли нас от священного дела молитв» (Филарет, архиеп. Слово в день
священного миропомазания … . СПб., 1840. С. 16).
724

271

272
которая в жизни была примером добродушия»725; «Как ужасно видеть
без жизни ту, которая была предметом всех наших помышлений, которой слово, улыбка делали наше счастье!»726; «…подошел ко гробу,
чтобы в последний раз взглянуть на мертвое лицо того, коего жизнь
расстилалась в виде разноцветного ковра»727.

барская барыня — «приближенная к помещице служительни­
ца»728, назначенная ключницей, или экономкой, или старшей горничной; «…лучшие прислужницы из крепостных назывались барскими
ба­рынями»729
Некрология // ОЗ. 1825. Ч. 23. С. 137.
Рыльский. СПб., 1833. С. 135; отпеваемую в этой сцене зовут графиня Томская.
727
Рапсодии // МТ. 1833. Ч. 52, № 15. С. 371.
728
СЦРЯ, I, 23.
729
Сумароков П. И. О российском театре … // ОЗ. 1822. Ч. 12. С. 291. Ср.: «Это звание
в старину было весьма важное: в него избирались обыкновенно жены заслуженного
камердинера, дворецкого, дядьки [воспитателя хозяйских сыновей] и тому подобной
почетной дворни. Она присутствовала при туалете госпожи своей, заведовала ее гардеробом, служила ей домашними газетами, нередко докладчицею по тайным делам
мужниной половины <дома>, и играла во дворе своем посредническую роль между
властителями и слугами. Заметьте, она барыня, но только барская! Придумать сие звание могла лишь феодальная спесь наших вельмож тогдашнего времени. Впоследствии
и мелкие дворяне завели у себя такое должностное лицо. Еще и ныне в степной глуши
[в провинции] звучит иногда имя барской барыни, но потеряло уже свое сильное значение» (Лажечников И. И. Ледяной дом. Ч. 1. С. 13–14); «…вдовы и жены старых и новых
слуг, лично бывших при господах, освобождались от всякого дела [физического труда],
аристократничали и важничали перед другими. Таких барских барынь было у нас две,
еще приданое [доставшиеся нам от] моей матери: вдовствовавшая Аграфена Петровна Шалова <…> и Вера Гвоздева, вдова славного нашего казначея Родивона [Родиона]
и мать бывших при мне один за другим камердинерами Тимофея и Сергея; у нее в последние годы была на руках [под ее ответственностью находилась] кладовая» (Свербеев Д. Н. Записки: 1799–1826. М., 1899. Т. 2. С. 69–70).
725
726

Ср.: два лакея приподняли старуху.

поклониться до земли — стать на колени и коснуться пола ладонями и лбом730
одна — единственная (из присутствующих)

Согласно одной из пословиц о барской барыне, у таких, как она,
не бывает повода плакать: Не по чем барской барыне плакать731, согласно другой, повод плакать бывает даже у нее: Пришлось и барской
барыне тошнехонько732.

«„Германн пожал ее холодную, безответную руку, поцеловал ее наклоненную голову и вышел“. Здесь снова имеем перед собою пример
т<ак> ск<азать> двойной художественной мотивированности, поскольку этот эпизод подготовляет эпизод прощания барской барыни
с графинею: „она ... одна пролила несколько слез, поцеловав холодную

Ср. запись в дневнике 63-летнего чиновника: «Я присутствовал на панихиде, поклонился праху усопшей и с трудом поднялся на ноги после того, как я вторично преклонил колени» (Дивов П. Г. Из дневника: 1828 // РС. 1898. Т. 93. С. 517–518).
731
Даль В. И. Пословицы русского народа. М., 1862. C. 136; зафиксировано еще в рукописном сборнике 1749 А. Д. Янькова «Российские пословицы, собранные по алфабету
в Москве» (см.: Шахнович М. И. Русские пословицы и поговорки как исторический источник // Из архива: Тр. по мифологии и фольклору: 1934–1937. СПб., 2019. С. 458).
732
Даль В. И. Пословицы русского народа. C. 98.
730

273

274
руку госпожи своей“. Впечатление холода смерти подготовляется
и усиливается сверх того многократным повторением соответствующих слов: „так и есть — ветер! и прехолодный“, говорит графиня. Ли­
з<авета> Ив<ановна> была „во сто раз милее наглых и холодных невест“. Получив письмо Германна, Лиз<авета> Ив<ановна> „не знала,
что делать: перестать ли сидеть у окошка и невниманием охладить
в молодом офицере охоту к дальнейшим преследованиям?.. Отвечать
ли холодно и решительно?..“ Она садится в карету „в холодном плаще“.
„Германн стоял, прислонясь к холодной печке“. Прощаясь с телом графини, Германн „несколько минут лежал на холодном полу“. Англичанин, услышав, что Германн побочный сын графини, „отвечал холодно: Oh?“ Когда Лиз<авета> Ив<ановна> услышала от Томского имя
Германна, „ее руки и ноги поледенели“»733.
Перекличка эпизодов пожал ее холодную безответную руку и поцеловав холодную руку госпожи своей готовит замену графини воспитанницей в эпилоге.

Поскольку появлению барской барыни предпослано наречие на­
конец ‘в конце всего’ и при этом не был упомянут Томский734, можно
предположить, что либо он не явился на отпевание, либо его поведение ничем не выделялось на фоне поведения других.

«Выход» Германна после нее, последней из домашних, мог быть
объяснен, например, его опозданием в церковь.

Бицилли П. M. Заметки о Пушкине. S. 559. Ср. также: погружена в холодный эгоизм.
Отмечено в: Žekulin G. And in conclusion, who is Tomsky?: Rereading «The queen of
spades» // Зап. рус. академ. группы в США. 1998. Т. 20. P. 78.

733
734

«…Обычай, существующий при погребении умерших (богатого
клас­са), это — посыпка пути, по которому несут гроб покойника,
хвойными ветвями, и вообще зеленью, а иногда даже и цветами»735.
В счет за похоронные услуги включалось «усыпание скорбного пути
зеленым ельником от дому до самого кладбища»736. Ср.: «Ельник лишь
один постылый / Нас проводит до могилы»737.

насмешливо — наречие со спектром значений от ‘шутливо’738 до
‘издевательски’739
прищуривать одним глазом — сощуривать один глаз; подмигивать

Талепоровский И. К вопросу о траурных облачениях, употребляемых священнослужителями «при погребении мирских человек» // Церков. вестн. 1877. № 22, ч. неофиц.
С. 7.
736
Башуцкий А. П. Петербургские типы: Гробовой мастер // БЧ. 1840. Т. 42. С. 61.
737
Капнист В. В. Лирич. соч. СПб., 1806. С. 186; постылый ельник — русский аналог
invisus cupressus ‘ненавистный кипарис’ (Hor. Carm. 2, 14. 24).
738
Напр.: «…взглянула на своего мужа с нежной улыбкой, отчасти насмешливой, но
тем не менее исполненной любви» (Абрантес Л. д’. Гернандез. С. 473).
739
Напр.: «…взглянула на нее гордо, насмешливо и презрительно» (Лафонтен А. Любовь и тщеславие … . М., 1821. С. 127).
735

275

276
Плотность эротических ассоциаций, сопровождающих упоминания графини в ПД, позволяет считать это подмигивание «знаком
поощрения»740.
Сказочный сюжет о красавице, пробуждаемой поцелуем, соединяется с поверьем о способности трупа убитого изобличать убийцу741.
Подмигивание графини тому, кто стал причиною ее смерти и будет
объявлен ее побочным сыном, вызывает в памяти гиньольную сцену
из новеллы Бальзака «Эликсир долголетия» (1830): умирая, 90-летний богач просит смазать его тело воскрешающей жидкостью; сын
смазывает только глаз; взгляд отца заклинает завершить процедуру.
« — Что же делать?.. — подумал он. <…> — Раздавить его? Но не будет ли это отцеубийством?.. — Будет!.. — ответил глаз, подмигивая
с какой-то странной иронией»742.

Германн, резко отшатнувшись, оступился и упал на спину.
об земь — оземь; о(б) землю

Переклички со сценами в гл. 3:

Германн стал на колени

Он поклонился в землю

Германн встал

Наконец приподнялся

наклонясь над самым ее ухом

наклонился

Briggs A. D. P. «Pikovaya dama» and «Taman’»: Questions of kinship // J. of Russ. studies.
1979. Vol. 37. P. 17.
741
Это поверье легло в основу ius cruentationis (ius ‘право’ и cruentatio ‘окрашивание
кровью’), которое сохранялось в европейской юридической практике вплоть до конца
XVIII в. Пушкин, знавший об этом поверье из «Песни о Нибелунгах» и/или «Ричарда III», использовал его в «Борисе Годунове».
742
Balzac H. de. L’élixir de longue vie // Rev. de Paris. 1830, 24 oct. P. 194.
740

мертвое лицо изменилось неизъяснимо мертвая насмешливо взглянула на него
покатилась навзничь

навзничь грянулся об земь743

Эпизод напоминает описанное в повести Антония Погорельского
«Лафертовская маковница» (1825) происшествие на похоронах старухи, разбогатевшей гаданием на картах: племянница «прощаясь с теткою, вдруг отскочила назад, побледнела и сильно задрожала <…> ей показалось, будто покойница разинула рот и хотела схватить ее за нос»744.
Происходящее с героем напоминает манипуляции с игральной кар­
той: ее кладут на зеленое сукно лицом вниз (простерся ниц на усыпанном ельником полу), открывают и кладут лицом вверх (упал навзничь) и наконец удаляют со стола (подняли и, вероятно, вывели на
паперть, чтобы свежий воздух привел его в чувство).

В пушкинских сочинениях страсть к юной красавице испытывают
либо ‘престарелый колдун’ («Руслан и Людмила»), либо ‘престарелый
воитель’ («Бахчисарайский фонтан», «Полтава»), либо и тот и другой
(«Сказка о золотом петушке»). В ПД роль ‘престарелого колдуна’ отдана
Сен-Жермену, роль ‘престарелого воителя’ — маршалу Ришельё, а отпевать бывшую красавицу являются молодой архиерей и молодой офицер.

Ср.: лакеи вынесли под руки сгорбленную старуху.

Переклички отмечены в: Тамарченко Н. Д. О поэтике «Пиковой дамы» А. С. Пушкина. С. 59.
744
Погорельский А. [Перовский А. А.] Двойник, или Мои вечера в Малороссии. Ч. 2.
С. 72. Перекличка отмечена в: Schmid W. «Pique Dame» als poetologische Novelle. S. 5;
Рыбко И. А. «Лафертовская маковница» А. А. Погорельского: Лит. параллели // Вестн.
Моск. гос. ун-та печати. 2011. № 7. С. 107.
743

277

278
Карамзинская Лиза лишается чувств, узнав о женитьбе любов­
ника, проигравшего свое состояние в карты, на пожилой богатой
вдове. А какова причина обморока Лизаветы Ивановны? Острый
приступ раскаяния? Или страха, что потерявший самообладание
Германн сознáется в содеянном, и тогда огласке будет предано и ее
поведение? А ей было чего бояться: способствуя тайному проник­
новению мужчины в дом, она рисковала как минимум шансами на
приличное замужество, а помогая ему еще и незаметно уйти после
сделанного им признания в убийстве, она ставила под угрозу свою
свободу.

возмутить — нарушить

Словосочетание мрачный обряд представляет собою цитату из
басни Фонвизина «Лисица-кознодей745» (между 1774 и 1787): хоронят
Льва, и Лисица «при мрачном сем обряде <…> в монашеском наряде» воспевает в своей надгробной речи «кроткого владыку»; Крот
шепотом возмущается ложью Лисицы, а Собака замечает, что Крот,
должно быть, «не жил меж людьми»746. Ср. благостный образ графини
в надгробном слове и перешептывание присутствующих.
интриганка
<Фонвизин Д. И.> Лисица-кознодей // Распускающийся цветок … . М., 1787. С. 67–
69. Наиболее ранней из возможных датировок создания этой басни считается год
первого издания ее источника — притчи Шубарта о похоронах Льва (см.: Graβhoff H.
Eine deutsche Parallele der Лисица-кознодей: (Fonvizin und Schubart) // Ztschr für Slawistik. 1962. Bd 7, Н. 2. S. 167–174). У Шубарта панегириком тирану возмущается Рысь:
остроглазая, она видит свет истины. Омофонию Luchs ‘рысь’ и lux ‘свет’ Фонвизин передал равноценной игрой слов, заменив Рысь ее антиподом — Кротом: свет истины
он видит благодаря своей невосприимчивости к блеску света ‘высшего общества’.
745
746

Проследив за удалением обоих виновных в смерти графини из
церкви, повествователь возвращается в нее, чтобы рассказать о реакции участников обряда на его нарушение:

между посетителями — среди присутствующих

глухой ропот — неотчетливая речь с интонациями недоумения
или недовольства

Если проявление подлинной скорби крестьянкой (барской барыней) могло растрогать747, то аналогичное поведение дворянина выглядело une affectation. Ср. в рассказе Н. А. Бестужева «Похороны»
(1820-е): «Я забылся и заплакал; слезы мои катились недолго; меня
пробудил от моей забывчивости глухой шум полувнятных вопросов,
полуотвеченных слов, — я окинул глазами собрание и увидел, что взоры всех были обращены на меня. Тут я только вспомнил, что нахожусь
посреди большого света, где приличие должно замещать все ощущения сердца и где наружный признак оных кладет печать смешного на
каждого несчастливца, который будет столько слаб, что даст заметить свое <внутреннее> движение <…> погребение было так же мо­
нотонно, как обед, бал или свадьба в большом свете <…> ни в одном

Ср.: «Церковь была полна народа <…> всеобщее уныние видно было на лицах приверженных крестьян, и многие из них также плакали <…> У кого не тронется сердце,
видя плачущего крестьянина об господине его, и кто не будет душевно уважать таких
русских господ, к которым так привержены крестьяне их» (<Глухарев И. Н.> Графиня
Рославлева … . М., 1832. Ч. 1. С. 72–73).
747

279

280
глазе не было слез; не было печального лица, какое-то убийственное
равнодушие и холодность царствовали во всём этом сборе»748.

камергер — придворный чин, с 1809 — придворное звание, не при­
вязанное к определенному классу Табели о рангах
В «Горе от ума» камергер назван тузом749. Но в ПД он худощавый,
а это признак несолидности750, так что он скорее валет (ср. французское именование должности: valet de chambre), чем король или туз, на
которых похожи мужчина <…> румяный и полный в гл. 3 и пузастый
мужчина и толстый господин в гл. 6.

Имелись ли у близкого родственника покойницы основания для
тревоги, что незнакомый офицер — ее побочный ‘внебрачный’ сын?
Несомненно: хотя в отличие от западноевропейских законодательств
российское отказывало незаконнорожденным в праве на фамилию
отца и на наследство родителей и родственников, исключения делались, и нередко: только за период 1801–1827 к законнорожденным
было приравнено около 2300 лиц751.
Мотив ‘тайна происхождения’ и смежный с ним ‘спор о наследстве’
любимы готической традицией: так, в «Мельмоте» мать, стремясь
предотвратить брак сына, ведущий к утрате прав на наследство, внушает ему накануне свадьбы, что он женится на своей единоутробной
сестре (и это сводит его с ума). Объявление Германна сыном графини
перекликается и с его словами если вы хоть раз улыбнулись при плаче
новорожденного сына, и с ее просьбой прислать ей такой роман, где
бы герой не давил ни отца, ни матери. В пьесе Д. И. Лобанова «Картежник» (1875), написанной на основе ПД, Германн — внебрачный сын
графини, т. е. невольный матереубийца.
Бестужев Н. А. Похороны // ЛН. 1956. Т. 60, кн. 1. С. 186, 188.
«Покойник был почтенный камергер <…> Скончался — все о нем с прискорбьем поминают <…> Что за тузы в Москве живут и умирают!» (Грибоедов А. С. Горе от ума. С. 42).
750
Ср. портрет «стряпчего с ключом» (должность, предшествовавшая камергерской):
«…небольшого роста, худощав и, несмотря на осанистую свою бороду и величавую поступь, не походил нимало на важного царедворца» (Загоскин М. Н. Юрий Милославский, или Русские в 1612 году. Ч. 1. С. 221–222).
751
См.: Дылевский К. И. Об узаконении детей, прижитых вне брака. <СПб., 1883.> С. 23.
748
749

Зиму 1829–1830 в Петербурге провел британец Томас Рейкс; он
дважды беседовал с Пушкиным и получил в «Онегине» характеристику «путешественник залетный / Блестящий лондонский нахал»752;
дневник его отражает интерес к особенностям православного похоронного церемониала и к убранству склепов русской знати753. Другой
соотечественник «кладбищенских поэтов» (graveyard poets) оставил
описание пышных княжеских похорон, состоявшихся в 1800 в Москве;
он вспоминал, в частности, о поминальной молитве, которую прочитал и сопроводил объяснением для присутствовавших в церкви иностранцев известный проповедник митрополит Платон754, и о проявлении старым слугою скорби по усопшему барину: «В полном отчаянии
он бросился ниц и несколько секунд оставался без движения, совершенно оглушенный падением»755.
На известие о том, что молодой, т. е. не достигший возраста 30 лет,
офицер — сын 87-летней женщины, к тому же праведницы, англи­
чанин реагирует холодно — в соответствии с утвердившимся представлением о невозмутимости британцев756, особенно заметной у их

ПСС, VI, 627. См.: Глинка С. Ф. Англичанин о Пушкине зимою 1829–1830 гг. // ПиЕС.
1927. Вып. 31/32. С. 105–110.
753
См.: Raikes T. A visit to St. Petersburg in the winter of 1829–1830. P. 45–47, 59–61, 100–
102, 168. Отдельная глава посвящена этой теме в классическом путеводителе Грен­
вилля (см.: Granville A. B. St. Petersburgh … . London, 1828. Vol. 2. P. 176–214).
754
Это место воспоминаний Кларка было переведено на русский: Беседа кемб­ридж­ских
профессоров с московским митрополитом Платоном в 1800 году / Пер. А. Др. Ск-ий //
МТ. 1829. Ч. 26, № 5. С. 38–40.
755
Clarke E. D. Travels in various countries of Europe, Asia and Africa. London, 1810. Vol. 1.
P. 157; Clarke É. D. Voyages en Russie, en Tartarie et en Turquie. Paris, 1812. T. 1. P. 204.
756
Напр.: «…холодный характер их мне совсем не нравится. Это вулкан, покрытый
льдом [отзыв Даламбера о Кондорсе (см.: Lalande J. Notice sur la vie et les ouvrage de
Condorcet // MF. 1796, 20 janv. P. 162)], сказал мне рассмеявшись один французский
эмигрант. Но я стою, гляжу, пламени не вижу, а между тем зябну. Русское мое сердце
любит изливаться в искренних живых разговорах; любит игру глаз, скорые перемены
лица, выразительное движение руки. Англичанин молчалив, равнодушен, говорит, как
читает, не обнаруживая никогда быстрых душевных стремлений, которые потрясают
электрически всю нашу физическую систему» (Карамзин Н. М. Соч. Т. 5. С. 386–387);
«Холодность в обращении, самонадеянность, гордый и угрюмый вид, пренебрежение
ко всему, молчаливость – вот что составляет основание характера сынов Альбиона! —
Не только шумную радость, громкий смех, но даже снисходительную улыбку англичанин
752

281

282
«путешественников, которые по какой-то странной, даже смешной гордости, кажется, избрали для себя эпиграфом слова Горация: nil admirari <…> Первая статья в уложении британских путешественников есть
обычный закон, повелевающий всему оказывать757 презрение»758. Ср.:
«Что такое? — спросил очень холодно англичанин»759.

расстроенный — от расстроить ‘вывести из душевного равно­
весия’

Германн был скрытен и честолюбив, и товарищи его редко имели
случай посмеяться над его излишней бережливостью; она же выражается в том, что обедать он предпочитает без вина и в уединенном
‘находя­щем­ся вдали от людных мест, на окраине760’ трактире. Служившим в столице офицерам с ограниченными средствами приходи-

почитает неприличными без важных побудительных причин. Восхищение и удивление англичанин причисляет к признакам глупости» (Булгарин Ф. В. Очерки русских нра­
вов … . СПб., 1843. С. 88).
757
проявлять
758
Канова и его мастерская // Галатея. 1829. Ч. 48, № 41. С. 223–224.
759
Ирвинг В. Гостиница в Террачине // МТ. 1825. Ч. 5, № 19. С. 383. Ср. также: «…англичанин преспокойно и безответно [оставляя без ответа] выслушивал льстивые приветствия
и корыстные предложения» (Сомов О. М. Вывеска // НА на 1829 г. СПб., 1828. С. 51).
760
а то и вовсе за городской чертой, напр.: «На половине пути к этому городу стоит
уединенно трактир» (Ирвинг В. Приключения живописца // СО. 1828. Ч. 120. С. 33)

лось экономить и на прислуге, и на обстановке, и на столе. Ср.: «В августе начался курс в Институте инженеров путей сообщения, и брат
Александр вернулся из лагеря. Тогда я переехал к нему, в казармы
лейб-гвардии Павловского полка, в которых он имел квартиру, состоявшую из одной большой комнаты о двух окнах761 <…> Мы всё соби­
рались купить мебель, но не имели средств <…> Прислуживал нам
обоим казенный денщик брата <…> брат часто замечал: кому может
прий­ти в голову, что два молодых офицера в мундирах, шитых золотом и серебром, не имея ни копейки в кармане, каждый день идут искать обеда за несколько верст»762.

горячить — усиливать интенсивность; горячить воображение — allumer, или chauffer, или échauffer, или enflammer, l’imagination

Луна — главный источник света в сентиментальной и готической
литературе.

Анапест фиксирует вопрос: он взглянул на часы — дактиль дает ответ: было без четверти три.
761
762

с двумя окнами
Дельвиг А. И. Мои воспоминания. <Т. 1> C. 127–128.

283

284
Примерно в то же время суток графиня скончалась763 — таким
совпадениям суждено выявлять символическую связь событий. Ср.:
«…на часах разоренного аббатства пробило одиннадцать; и я вспомнил, что в самое это время, только в другом монастыре, судьба до­
ставила мне удовольствие увидеть ее в первый раз; а теперь в каком
нашел я ее положении!»764
Ср. также: лет шестьдесят назад <…> в такой же час …

…сел на кровати (из положения лежа) и стал вспоминать похороны старой графини.
Ср.: Она села, не раздеваясь, и стала припоминать все обстоятельства.

Хорей фиксирует время, субъекта и перспективу: в это время ктото с улицы — ямб прочерчивает траекторию движения глаз и тела:
взглянул к нему в окошко и тотчас отошёл765.

Отмечено в: Rosen N. The magic cards in «The queen of spades». P. 258.
Дремучий лес, или Неизвестное существо в образе цыганки … . Ч. 3. С. 70–71.
765
Конструкция взглянул — и… не редкость у Пушкина в стихах: «Взглянул… и главою
склонился»; «Взглянул угрюмо в сумрак дальный / И вздохом грудь поколебал»; «На
деву смутными очами / В дремоте томной он взглянул / И, утомленною главою / Склонясь к ногам ее, заснул»; «Взглянул, поник главою бранной — / И пал недвижный, бездыханный»; «Взглянул на мир я взором [ясным] / И изумился в тишине»; «В большом
763
764

Ср. сцену в «Лафертовской маковнице»: узнав о смерти старухи,
Маша с матерью начинают молиться за нее, и вдруг «им показалось,
что покойница с улицы смотрит к ним в комнату и им кланяется!»766

на то — на это

денщик — солдат, который предоставлялся для оказания личных
услуг офицеру, имеющему не более ста крепостных крестьян, и назначался из числа солдат, освобожденных от несения строевой службы
ввиду своей малорослости (не выше 160 см) и наличия физического
недостатка (как то: паховая грыжа, астма, легкая глухота)767
Характер службы денщиков позволял им употреблять спиртное
чаще других солдат. Не случайно, предостерегая военнослужащих
от последствий этого порока, церковный оратор начинает проповедь
с истории пьяницы-денщика768.
рассеянье взглянул, / Отворотился — и зевнул»; «Я взглянул на небеса / И воспомнил
ваши взоры» (ПСС, I, 141, 206; IV, 72, 74; II-1, 293; VI, 13; III-1, 151).
766
Погорельский А. [Перовский А. А.] Двойник, или Мои вечера в Малороссии. Ч. 2.
С. 69. Перекличка отмечена в: Шрага Е. А. Литературность против литературы. СПб.,
2013. С. 27.
767
См.: Свод военных постановлений. СПб., 1838. Ч. 2. С. 199.
768
См.: Малов А. И. Письма к воинам. СПб., 1831. Ч. 2. С. 270.

285

286
Вместе с тем, именно Германнов денщик вряд ли годился на ко­
мическую роль вечно нетрезвого слуги: его барин, живя более чем
скромно, гостей к себе не приглашал и спиртного в доме не держал,
деньги отпускал на приобретение только самого необходимого и за
расходом их следил строго.
«Офицеры той эпохи резко делились на два класса: богатые, благодаря средствам своих родителей, жили прекрасно <…> Насколько
богато и хорошо жил этот класс военных, настолько же плохо жилось второму, состоявшему преимущественно из лиц, не имеющих
ничего кроме своего мизерного жалованья. <…> Нелегко жилось
и денщикам у офицеров второй категории. Мизерное содержание,
получаемое офицерами, не давало возможности кормить денщика,
как следует»769.

Первая половина фразы: но он услышал незнакомую походку перекликается с предложением из гл. 3, тоже написанным ямбом и тоже
повествующим о появлении графини: и он услышал дальний стук кареты; вторая половина — с ‘портретной галереей ног’: то стройная
нога молодой красавицы, то гремучая ботфорта, то полосатый чулок
и дипломатический башмак.
Графиня шаркает, поскольку на распухлых ногах носит обувь без
задников и каблуков и передвигается в этой сцене без помощи слуг.

Как деталь сцены духовидения туфли фигурируют в новелле
Флориана «Валерия» (1792): ревнивца, убившего жену, посещает ее
призрак в зеленых туфлях; эта история соседствует с рассказом о том,

Северцев (Полилов) Г. Т. С.-Петербург в начале XIX века // Ист. вестн. 1903. Т. 92,
№ 5. С. 622, 625.
769

как некий советник увидел призрак человека, убитого полгода тому
назад (ср. явление призрака господину советнику в эпиграфе) и явившегося, чтоб изобличить убийц770.

В ПД-1 вместо такую было темную.
в такую пору — в это время суток

Прилагательное старая употребляется в значении ‘бывшая задолго до настоящего времени’ — в отличие от ‘бывшая в течение долгого времени’ в словосочетаниях старые горничные и старая ее благодетельница.

Опознанию предшествуют два предположения. Первое — что пришел денщик — наиболее правдоподобное: Германн делит с ним жи­
лище. Второе — что пришла кормилица — согласуется то ли с на­
стоящим временем: кормилица до сих пор навещает своего молоч­
ного сына (скажем, в день его именин), то ли с прошлым: не вполне
См.: Florian J.-P. Claris de. Nouvelles nouvelles. Paris, 1792. P. 261–262. Перекличка отмечена М. Бобрик.

770

287

288
проснувшийся Германн вспоминает о появлениях кормилицы, под­
нятой с постели его младенческим криком. В любом случае Германн,
внушив себе, что графиня — единственный источник его благополучия, принимает ее призрак за первую свою ‘подательницу благодати’.
Ср. воспоминания Агриппы д’Обинье, мать которого умерла родами: «Однажды, в возрасте шести, я лежал без сна в ожидании прихода
учителя и услышал, как кто-то вошел в мою комнату, а затем увидал
у своей постели женщину всю в белом; ее одежды касались полога
кровати, и, отдернув его, она поцеловала меня холодным как лед поцелуем и исчезла»771.

Отмечалось сходство эпизода скольжения с рассказами матери
Пушкина (известными по воспоминаниям пушкинского племянника)
о явлении ей в 1800-х призрака умершей родственницы: «Женщина
эта, как показалось моей бабке, не шла, а скользила, как бы на коньках
<…> Странное же существо <…> скользя по полу, опять как бы на коньках, исчезает <…> Загадочное существо <…> проскользнуло три раза
вокруг комнаты и исчезло, как бабке показалось, в стене»772. Стоит,
однако, учесть, что рассказов духовидицы от нее самой мемуарист не
слышал (он родился за полтора года до ее смерти), а вот ПД читал.
Как бы то ни было, до ПД образ скользящего привидения в русской
ли­тературе не встречается — в отличие от английской, где он знаком
уже елизаветинцам773. В 1824 Мэри Шелли назовет его старомодным774, а Ирвинг, пародируя готический слог, напишет: «…a figure all in
white glided in»775. Правда, в русских переводах этого места скольжеAubigné Th. Agrippa d’. Memoires de la vie … . Amsterdam, 1731. T. 1. P. 5.
Павлищев Л. Н. Воспоминания об А. С. Пушкине. М., 1890. С. 35–37. Перекличка отмечена в: Михайлова Н. И. Москва в петербургской повести Пушкина «Пиковая дама» //
ИАН. 2011. Т. 70, № 1. С. 49.
773
Напр.: «When as my gliding ghost shall follow thee» («Solimon and Perseda», 1588);
«What are you, living men or gliding ghosts» («Edward III», 1593); «And loe (me thought)
came glyding by my bed / The ghost of Pompey, with a ghastly looke» («Cornelia», 1594);
«Why all these fires, why all these gliding ghosts» («Julius Caesar», 1599).
774
См.: <Shelley M.> On ghosts // The London mag. 1824, march. P. 254.
775
Crayon G. [Irving W.] Tales of a traveller. London, 1824. Vol. 1. P. 27.
771
772

ние отсутствует776, но автор ПД читал Ирвинга во французском переводе, скольжение сохраняющем777.

Внезапность узнавания графини передается при помощи знаков
тире778 и восклицательного.

Ср.: качание страшной старухи происходило не от ее воли.

Мотив ‘загробный даритель’ (умерший одаривает того, кто его хоронит779) соединяется с мотивом ‘недобровольный волшебный помощник’ (призрак ведет себя подобно Мельмоту, который обречен
помогать отчаявшимся780).
В одном из сказочных сюжетов помощь герою оказывают три духа,
заключенные в пиковом валете781.
«…в комнату вошла человеческая фигура, вся в белом» (Ирвинг В. Отрывок из «Рассказов одного путешественника». С. 128) = «…человек в белой одежде предстал посреди комнаты» (Крейон Дж. [Ирвинг В.] Приключение моего дяди … // ДЖ. 1825. Ч. 10.
С. 53) = «…и явилось белое привидение» (Ирвинг В. Приключения моего дяди // Атеней. 1829. Ч. 4. С. 479).
777
«…une figure toute vêtue de blanc se glisse dans la chambre» (Irving W. Œuvres compl. /
Trad. par L. d’Auteuil. Paris, 1825. Vol. 1. P. 40). Другой возможный источник образа сколь­
зящего привидения — перевод рассказа Скотта «Вдова горца» (1827): «…походка его
[призрака горца] была очень странная, как будто бы не ступал он, а скользил» (Скотт В.
Вдова, жительница гор // СО. 1828. Ч. 120. С. 305).
778
См.: Faletti H. Remarks on style as manifestation of narrative technique in «Pikovaia da­
ma». P. 128.
779
См.: Петрунина Н. Н. Пушкин и традиция волшебно-сказочного повествования //
РЛ. 1980. № 3. С. 45–47; Ее же. Проза Пушкина. С. 224–225, 232.
780
См.: Simpson M. S. The Russian gothic novel and its British antecedents. P. 55.
781
Впервые зафиксировано в: Зеленин Д. К. Великорусские сказки Пермской губернии. Пг., 1914. С. 73–87.
776

289

290

Тройка, семёрка и туз принесут тебе выигрыш одна за другой, но
с тем условием, чтобы ты больше одной карты в сутки не ставил
и до конца своей жизни больше не играл.
Высказывалось мнение, что выбор именно этих трех карт случаен782. Сторонники противоположного мнения выдвигают несколько
гипотез. Согласно одной, «тройка и семерка возникают <…> как продукт распаленного воображения Германна»: их появление в гл. 5 подготовлено его собственными размышлениями в гл. 2, в которых «выделяются две цифры: 3 и 7 (имеющие притом кабалистическое значение)»: что, если старая графиня <…> назначит мне эти три верные
карты! <…> ей восемьдесят семь лет, — она может умереть через
неделю <…> Нет! расчет, умеренность и трудолюбие: вот мои три
верные карты, вот что утроит, усемерит мой капитал783; «Утроит,
усемерит — тогда эти слова были произнесены как первые попавшие
на язык, но след в подсознательной памяти от них остался и теперь
снова выплыл тройкой, семеркой»784. Указывалось, что в «Голландском еврее» Клаурена победитель при игре в фараон делает ставку
на три карты, одна из которых неизвестна, а следующие тройка и сеСм.: Гершензон М. О. Мудрость Пушкина. С. 102. Ср.: Rosenshield G. Freud, Lacan, and
romantic psychoanalysis. P. 9.
783
Слонимский А. Л. О композиции «Пиковой дамы» // Пушкинский сб. памяти проф.
С. А. Венгерова. М.; Пг., 1922. С. 175–177.
784
Дарский Д. С. «Пиковая дама» [1922]. С. 321. Отмечалось, что это место, в свою очередь, могло быть навеяно строкой «Утроить, сын! усемерить» из стихотворения «Брачный пир Товия» (1828) Ф. Н. Глинки (см.: Кашин Н. П. По поводу «Пиковой дамы» //
ПиЕС. 1927. Вып. 31/32. С. 34).
782

мерка785. Согласно еще одной гипотезе, выбор тройки и семерки подсказан подсознанию Германна тактикой удвоения ставок, применяемой в фараоне и позволяющей увеличить чистый выигрыш втрое
после второй игры и всемеро после третьей786. Что же касается туза,
то его достоинство во многих играх равно 1, а потому намек на последовательность 3 — 7 — 1 усматривают в словах Не прошло трех недель с той поры, как она в первый раз увидела в окошко молодого че­
ловека, где трех — тройка, недель — семерка, первый — туз787 и/или
в словах утроит, усемерит мой капитал, где утроит — тройка, усе­
мерит — семерка, а мой капитал — туз или принимаемая за единицу
первоначальная ставка788. Наконец, в некоторых играх, например bre­
lan и vingt-et-un, достоинство туза равно 11, а стало быть, в словах
тройка, семерка и туз можно усмотреть не произвольную последовательность 3 — 7 — 1, а равномерно возрастающую: 3 — 7 — 11.

И графиня, и Чаплицкий отыгрались в один вечер. Зачем же подсознание Германна продиктовало ему новое условие: не ставить в сутки более одной карты? Чтобы подольше наслаждаться игрой ради
игры789? Чтобы повысить платежеспособность банкомета790? Чтобы
испытать триумф трижды?
‘Выигрыш карты, узнанной во сне’ — сюжет игрецкого фольклора.
Одним из его героев был губернатор П. Б. Пассек (1736–1804): «…проиграв тысяч с десять, сидел <он> около трех часов у карточного сто­
ла и вздремнул, как вдруг, очнувшись, сказал: „Attendez791; приснился

См.: Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». C. 87–88. О вероятном знакомстве
Пуш­кина с русским переводом повести Клаурена см.: Грибушин И. И. Выигрыш на трой­
ку и семерку до «Пиковой дамы» // ВПК ‘1973. 1975. С. 88.
786
См.: Чхаидзе Л. В. О реальном значении мотива трех карт в «Пиковой даме» // ПИМ.
1960. Т. 3. С. 456, 458— 459; Ее же. Пометки Пушкина на письме к нему А. П. Плещеева:
(Еще о реальном значе­нии мотива трех карт в «Пиковой даме») // ВПК ‘1971. 1973.
С. 86.
787
См.: Давыдов С. Туз в «Пиковой даме». С. 113.
788
См.: Кац Б. А. Одиннадцать вопросов к Пушкину. СПб., 2008. С. 152–153.
789
См.: Rosenshield G. Choosing the right card. P. 1003.
790
См.: Rosenshield G. Freud, Lacan, and romantic psychoanalysis. P. 8.
791
подождите
785

291

292
мне седой старик с бородою, который говорит: ‘Пассек, пользуйся,
ставь на тройку 3000, она тебе выиграет соника, загни пароли, она
опять тебе выиграет соника, загни сетелева, и еще она выиграет соника’. Ба, да вот и тройка лежит на полу; идет 3000“. И точно, она сря­ду
выиграла три раза»792.

Условие предоставления доступа к тайне верного выигрыша — попасть в безвыходное положение, потерпев поражение в игре, — для
Германна неприемлемо, и он бессознательно заменяет его менее противоестественным: стать любовником старой графини. Но она уми­
рает, и его изобретательное подсознание подставляет на место этого
условия похожее: вступить в брак. (Не послужила ли подсказкой демонстрация нарядов — бального и погребального, а также слова архиерея об ожидании жениха полунощного?) ‘Приданое’ же — самостоя­
тельно установив его размеры — ‘жених’ заберет с карточного стола.
Полагают, что условие жениться подсказано голосом совести.
Чьей? Если считать, что призрак действительно явился Германну, то
голосом совести графини, раскаивающейся в своем отношении к воспитаннице793. Если считать явление призрака галлюцинацией, то голосом совести Германна794.

Энгельгардт Л. Н. Записки: 1766–1836. М., 1867. С. 18–19. Перекличка отмечена в:
Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». C. 88–89.
793
Ср.: Дарский Д. С. «Пиковая дама» [доклад 1922]. С. 321; Виноградов В. В. Стиль Пушкина. С. 598; Петрунина Н. Н. Проза Пушкина. С. 236–237; Rosen N. Up the down staircase
in «The queen of spades» // SEEJ. 2002. Vol. 46, № 4. P. 724. Ср. примирение Венеры с Психеей у Апулея. Мотив ‘перемена отношения к молодой сопернице’ имеет аналог и в традиции очеловечивания игральных карт: в английских стансах XVIII в. пиковая дама
бьет служанок, приглянувшихся пиковому королю, но уступает заступничеству пикового валета за негодниц (см.: The queen of hearts… // Europ. mag. 1782. Vol. 1, № 4. P. 252).
794
Ср.: Гершензон М. О. Мудрость Пушкина. С. 101–102; Лернер Н. О. Рассказы о Пушкине. С. 144; Поддубная Р. Н. Современность классики. С. 123. Критику интерпретации
792

Тема ожидания избавителя и жениха полунощного, эпизод разглядывания портрета молодой красавицы и сцена явления призрака
умершей старухи с требованием, чтобы духовидец женился на ее воспитаннице, напоминают сюжет о старой деве в «Эпизоде из жизни
троих друзей»: оставленная женихом в день венчания, она велит
порт­ретисту увековечить ее такою, какою была тогда; десятилетиями в этот день надевает венчальное платье, и в нем ее кладут в гроб;
явления наследнику ее привидения, «существа в белой одежде»795,
прекращаются только после того, как он венчается в ее доме.

Одним из источников сцены визита белой женщины к Германну
стала опера «Белая дама» (1825), либретто которой по мотивам прозы
Вальтера Скотта сочинил Скриб796. Сюжетный комплекс ‘ночью молодому офицеру является призрак в виде белой женщины, чтобы дать
ему указания, ведущие к обогащению и женитьбе на графской воспитаннице’ полностью воспроизведен в ПД.
В беллетристике явление призрака умершего нередко получает
рациональное объяснение: это либо эпизод сновидения, либо галлюцинация вследствие болезни или употребления наркотиков, либо мис­
тификация, в том числе ненамеренная (сомнамбулизм). У Скриба визит белой дамы — инсценировка, устроенная воспитанницей. Рецензент О. М. Сомов отмечал: «Содержание <…> взято Скрибом из романа
В. Скотта Монастырь; но Скриб не умел воспользоваться чудесным797
романа, и опера его скудна по изобретению»798. Сам Сомов, однако,
в повести «Приказ с того света» (1827) использовал тот же, что у Скриба, готический антураж, только не шотландский, а германский — из
Гершензоном и Лернером истории Германна и Лизаветы Ивановны см.: Дерман А. Б.
Пушкин и пушкинисты // Тридцать дней. 1935. № 5. С. 78–80.
795
Гофман Э. Т. А. Жизнь трех друзей. С. 510.
796
См.: Файбисович В. М. «Она дала ему три карты…»: Возникновение мифа о Пиковой
даме // Наше наследие. 2015. № 115. С. 72–74. На российской сцене опера ставилась
с 1828, в том числе под названиями «Белана» и «Белая волшебница» и в разных пе­
реводах.
797
фантастикой
798
Сомов О. М. Обзор российской словесности за 1828 г. // СЦ на 1829 г. СПб., 1828.
С. 76.

293

294
романа Шписса «Старик везде и нигде» (1792), и тот же, что у Скриба,
прием создания иллюзии: богач, не желающий породниться с бедняком Эрнстом Германом, становится жертвой розыгрыша — инсценировки появления призрака, сообщающего о почтенном происхождении избранника дочери: «Родоначальник его древнее всех нас и есть
знаменитый Герман, давший имя свое всем племенам германцев»799.
В отличие от Скриба и Сомова или, скажем, Цшокке и Марлинского,
в повестях которых вера в призрак «женщины под белым покры­
валом»800, «женщины в белом платье»801 также поддерживается инсценировкой, автор ПД оставляет без ответа вопрос о том, кто такая
белая женщина — агент потусторонних сил или плод воображения
Германна. В эпилоге-водевиле к «Хризомании» Шаховского объявляется, что сцену с привидением подстроили, чтобы побудить Ирмуса
(Германна) принять участие в роковой для него игре802. В 1850 Скриб
сочинит либретто комической оперы «Пиковая дама» и, верный себе,
сделает тайну трех карт мистификацией803 и соединит влюбленных.

Его же. Приказ с того света // Литературный музеум на 1827 г. М., 1827. С. 216.
<Цшокке Г.> Предвестница смерти / Пер. А. // МТ. 1825. Ч. 1, № 4. С. 354.
801
А. М.<арлинский> [Бестужев А. А.] Вечер на кавказских водах в 1824 году. С. 398,
403. В другой его новелле бедная воспитанница Лиза предстает «белым привидением» и «женщиной в белом», словно сошедшей с портрета (Его же. Латник // СОСА.
1832. Т. 25. С. 147–148, 196).
802
См.: «Крестницы, или Полюбовная сделка» А. А. Шаховского как «эпилог» к «Пиковой даме» / <Предисл.>, публ. <и примеч.> Л. Н. Киселевой // ПЧТ. 2000. <Вып.> 2.
С. 399–400.
803
«…поставив обман на место волшебства» (Ф. <В.> Б.<улгарин> Журнальная всякая
всячина // СП. 1851, 5 янв.). Ср.: «Но не следует полагать, будто это инсценировка
сочинения русского поэта; в ней, напротив, мало сходства с очаровательной сказкой,
открыто признающей сверхъестественное» (Berlioz H. Théatre de l’Opéra-Сomique: Pre­
mière représentation de la Dame de pique … // J. des débats politiques et littéraires. 1851,
1 janv. P. 2).
799
800

В начале и в конце своего визита женщина в белом платье шаркает туфлями, а будучи названа белой женщиной, говорит твердо
и передвигается легко, словно Русская Венера сбросила шестьдесят
лет. Мотивы ‘женитьба как расплата за тайну’ и ‘преображение старухи в красавицу’ (разновидность мотива ‘заколдованная невеста’)
составляют средневековый сюжет о безобразной старухе, которая
оказывает рыцарю помощь в обмен на клятву жениться на ней, а
принудив его исполнить клятву, оборачивается молодой красавицей804. В гл. 6 графиня, предстающая Венерой, статуей (сидела окаменев) и белой женщиной, накажет ‘неверного жениха’, как в другом
популярном средневе­ковом сюжете — о мстительном изваянии богини любви.

Образ женского призрака в оконной раме (как прежде портрет
графини в обрамлении спинки кресла и стенок гроба) напоминает
образ карточной дамы805.
Возвращая визит, как статуя Командора Дону Гуану806, призрак наблюдает за Германном до и после своего монолога, т. е. повторяет действия Германна, который сперва подсматривал за графиней из кабинета, а затем разглядывал ее труп перед тем, как покинуть особняк.
Обилие симметричных мизансцен и сюжетных развилок сообщает
повествованию сходство с карточной игрой.

Этот сюжет был известен читателям ПД, напр., в версии Вольтера, изложенной
в сказке «То, что нравится женщинам» (1764). О пушкинских набросках ее перевода
см.: Лернер Н. О. «Рассказ про доброго Роберта» // ПиЕС. 1930. Вып. 38–39. С. 108–112;
Алексеев М. П. Пушкин: Сравнит.-ист. исслед. Л., 1972. С. 387–392.
805
См.: Rosen N. The magic cards in «The queen of spades». P. 268. Ср.: Нольман М. Л. Система пушкинских образов. С. 97.
806
См.: Aizlewood R. The alter ego and the stone guest. P. 97.
804

295

296

…с трудом разбудил его.

…у него нельзя было ничего узнать …

— обычные для историй о явлении призрака мотивы ‘отсутствие
бодрствовавших свидетелей’ и ‘бесполезность преград’

Если интерьер особняка графини принимает на себя функции ее
портрета, то в описании жилища Германна нет «ни единой характеристической детали»807. Ясно лишь, что оно состоит из его собственной
комнаты (служащей спальней и кабинетом) и проходной для денщика и расположено на первом этаже или в одноэтажном доме. Гардины,
однако, отсутствуют. Сослуживец или светский знакомый на эту улицу не забредет и в окно не заглянет, а к мнению о себе тех, от кого он
не зависит, Германн равнодушен. Обогащение означало бы переселеТаборисская Е. М. Петербургский интерьер в творчестве Пушкина // Шарафадина К. И., Таборисская Е. М. Жизнь культуры в универсуме слова. СПб., 2011. С. 117.
807

ние в жилище, которое имеет смысл обживать, и свободу уже от лю­
бого чужого мнения.

«Германн, записавший свое видение, как визионер-мемуарист, сли­­
вается с тем Шведенборгом, которому приписан эпиграф этой гла­
вы»808. А поскольку запись видения сводится, собственно, к изложению условий выигрыша, переданных визионеру агентом потусторонних сил, она оказывается не чем иным, как договором с дьяволом, для
верности закрепленным в письменной форме.

Виноградов В. В. Стиль Пушкина. С. 598. Ср. поведение героя «Перерождений»
(1814) Цшокке после сеанса ясновидения: «Я <…> тотчас записал всё случившееся,
даже и слова Гортензии, как их припомнил. Я боялся, что не буду верить со временем
собственным своим чувствам, если не оставлю себе письменного памятника» (Цшокке Г. Ясновидящая. Ч. 103. С. 346). Ср. также поведение атеиста после контакта с потусторонним миром: «…записал в памятной книжке случившееся происшествие; означил число, час, минуту… И каково было изумление его, когда первые вести из России
сообщили ему кончину брата, последовавшую в тот самый день и час, в ту самую минуту!» (Бантыш-Каменский Д. Н. Торжество веры // Сиротка: Лит. альм. на 1831 г. М.,
1831. С. 16–17).
808

297

298

Диалог, вынесенный в эпиграф, основан на анекдоте о генералфельдмаршале графе И. В. Гудовиче (1741–1820), который «говаривал, что с получением полковничьего чина он перестал метать банк
сослуживцам своим. Неприлично, продолжал он, старшему <по званию> подвергать себя требованию какого-нибудь молокососа-прапорщика, который, понтируя против вас, почти повелительно вскрикивает: аттанде!»809.

атáнде — квазигаллицизм, объединяющий транскрипцию attendez ‘обождите; постойте’810 с ударением attends ‘обожди; постой’811

Вяземский П. А. Полн. собр. соч. Т. 8. С. 189. Ср.: « — Я не знаю, видал ли кто, чтобы
генералы позволяли себе играть в банк или стос [штос(с)]? — говорил <генерал> Бобовихин, обращаясь к присутствующим. — Почему же и нет? — А потому, сударь, что
неприятно от какого-нибудь прапорщика услышать „атанде!“» (Чужбинский А. С. [Афа­
насьев А. С.] Очерки прошлого: Самодуры // Время. 1862, дек. C. 98). В качестве параллели к ПД отмечено в: Лернер Н. О. Рассказы о Пушкине. С. 161–162.
810
Напр.: «Ну! Двинься же хоть ты <…> Нет, дама не везет [не приносит выигрыша] /
Так атанде; авось мне вывезет валет» (<Капнист В. В.> Ябеда. С. 69); термин употребляется с ударением атандé судя по написанию атандѢ и размеру (шестистопный ямб).
811
Напр.: «Атанде слово роковое / Мне не приходит на язык» (ПСС, VI, 282); термин
употребляется с ударением атáнде судя по размеру (четырехстопный ямб).
809

и представляющий собою обращенную к банкомету реплику понтера,
желающего произвести подсчеты либо сделать или изменить ставку

ваше превосходительство — обращение к чиновникам III–IV клас­
сов Табели о рангах

Диалог содержит каламбур: обвиненный в непочтительности млад­
ший собеседник исправляет заложенное в атáнде обращение на ты
(attends), добавив подчеркнуто вежливое -с. Возникшее таким образом в конце слова …е-с оказывается аналогом -ez — окончания, предполагающего обращение на вы (attendez).

Карточной игре приписывалась способность упразднять субординацию — прежде всего меж- и внутрисословную812. Эпиграф к гл. 6 демонстрирует иллюзорность этого представления.

неподвижная идея — idée fixe ‘навязчивая идея’
нравственная природа — сознание

Напр.: «Игрою сближаются всякого рода люди <…> неравенство породы [происхождения], от судьбы нам распределяемое, приводится игрою в праведное [справедливое]
равновесие» (<Реньяр Ж. Ф.> Игрок. СПб., 1815. С. 87); «Игра с ребятками [с молодежью]
знакомит стариков, / Купца с боярином, с разумным дураков» (Херасков М. М. Ненавистник // РФ, X, 40); «Сберутся гости: — карты в руки, / И все за картами равны» (Шаховской А. А. Из комедии-водевиля «Ворожея, или Танцы духов» // РТ. СПб., 1825. С. 396);
«…сидят не по чинам: / Знак равенства; никто в приличиях не скован» (Перцов Э. П.
Андрей Бичев, или Смешны мне люди. С. 30); «…карты <…> уравнивают звания, возрасты, полы, глупость и ум, образованность и невежество, честность и корыстолюбие» (Вяземский П. А. О нашей старой комедии // Альциона на 1833 г. СПб., 1833. С. 203).
812

299

300
два тела не могут в физическом мире занимать одно и то же
место — постулат физики в формулировке Аристотеля813

Слово тело используется здесь в значении ‘предмет’; следующее
предложение напомнит о значении, в котором оно употреблялось
выше: ‘мертвый человек’ (утопленные тела; тело усопшей).

воображение — сознание

Дилемму oubli ou regret Германн решает в пользу забвения: мечта
о быстром и безопасном обогащении заставляет умолкнуть голос совести, твердивший ему: ты убийца старухи!

…не выходили у него из головы и шевелились у него на губах.

шевелиться на чьих-либо губах — от murmurer ‘бормотать’ sur les
lèvres de qn

813

Phys. IV, 3; De an. I, 5.

Образ девушки, ассоциируясь с этой картой благодаря перекличке стройна и тройка и одному из значений прилагательного червонный — ‘красный’ (ср. румянец как атрибут молодости), напоминает о снившихся Германну червонцах814.

Ошибочно употребленное второе двоеточие заменено в посмертных изданиях запятой.

Инженер путается в числовых обозначениях подобно тому, как
в «Зо­лотом горшке» (1814) Гофмана опытный копиист сажает кляксу
на оригинал, а в «Конраде Валленроде» (1828) Мицкевича искусная
рукодельница вышивает розу зеленым шелком, а листья красным.
Ср. также рассеянность одержимого кладоискательством: «Он сел
завтракать, так намечтавшись о деньгах, что велел своей дочери положить в чашку чаю кусочек золота и, подавая жене блюдо с трескою,
советовал поесть его с дублонами»815.
Мимоговорение Германна — стадия на пути к полной утрате им
способности к коммуникации: в эпилоге он не отвечает ни на какие
вопросы.

пузастый — пузатый
Ассоциация строится на созвучии пузастый и туза, на многозначности слова туз: ‘карта, старшая в масти’ и (восходящее к этому
814
815

Ср.: Rosen N. The magic cards in «The queen of spades». P. 262.
Ирвинг В. Вольфер Веббер, или Золотые сны. С. 82.

301

302
значению) ‘богач; влиятельное лицо’816, а также на традиции изображения богачей толстяками817.

все возможные — всевозможные

Ср.: «Во сне и наяву он видел карты»818.
Ср. о идефикс: «Она прокрадывается во все виды, под коими ум
мой желал бы от ней укрыться <…> уловляет мой судорожный сон»819.

Возможность уподобления тройки цветку обеспечивается формой и происхождением символа ♣ ‘трефы’ (от trèfle ‘клевер; трилистник’; ср. итал. название этой масти: fiori ‘цветы’).
Ср. три портрета (всех главных героев) со скрещенными руками.
Термин grandiflorus (от grandis ‘большой’ + florus ‘цветущий’) используют в описаниях растений с крупными цветами и не транслите-

Впервые зафиксировано в: Русско-французский словарь / Сост. Ф. И. Рейф. СПб.,
1835. T. 1. С. 984. Ср. обыгрывание обоих значений слова: «…во всех комнатах всё сидели тузы за вистом» (Гоголь Н. В. Арабески. Ч. 2. С. 60).
817
Ср.: Rosen N. The magic cards in «The queen of spades». P. 262.
818
Гофман Э. Т. А. О счастии игроков. С. 111 = «Весь день, всю ночь, наяву и во сне ему
виделись карты» (Его же. Счастье игрока. С. 48).
819
Гуго В. Последний день приговоренного к смерти. С. 22.
816

рируют, а воспроизводят на латыни и/или калькируют как больше-,
велико- и крупноцветный820. Автор ПД ошибочно употребляет это прилагательное как существительное — возможно, бессознательно воспринимая его как grande fleur821.
С середины 1820-х главной достопримечательностью петербургского Ботанического сада стал cactus grandiflorus, цветущий только
в продолжение одной июньской ночи, за что его называли королем
ночи822. Описание или упоминание этого растения автор и читатели ПД могли встретить в таких сочинениях, как «Datura fastuosa»
(1821)823 и «Повелитель блох» (1822) Гофмана824, «Лейтенант Бе­
лозор» (1831) Марлинского825 и «Размышления о природе» (1833)
М. А. Максимовича826. Читатели, встречающие слово грандифлор
впервые, легко поймут его благодаря прозрачной этимологии, а знатоки преданий вспомнят о разрыв-траве, которая наделяет ищущих
богатство способностью проникать в запертые помещения.
Образ грандифлора перекликается с образами цветов на чепце графини, на портрете в ее спальне и в прическе ее воспитанницы827.
Фигура, образуемая очками семерки, напоминает ворота. Неко­то­рые
из читателей могли припомнить вид готических ворот, отлитых из
чугуна по проекту Ю. М. Фельтена и установленных в 1780 в Екатерининском парке Царского Села; их изображение воспроиз­ведено, в част­
ности, на фронтисписе альманаха «Северные цветы на 1830 год»828.

См.: Арапова Н. С. Кальки в русском языке послепетровского периода. М., 2000.
С. 132.
821
См.: Rosen N. The magic cards in «The queen of spades». P. 273–274.
822
См.: Регель Э. Л. Путеводитель по Императорскому с.-петербургскому ботаническому саду // Тр. Имп. с.-петерб. ботан. сада. 1873. Т. 2. С. 75.
823
См.: Гофман Э. Т. А. Ботаник // МТ. 1826. Ч. 8, № 7. С. 111.
824
Отмечено в: Setshkarev V. Rev.: Passage Ch. E. The Russian Hoffmannists … // SEEJ. 1964.
Vol. 8, № 1. P. 74.
825
См.: Марлинский А. [Бестужев А. А.] Лейтенант Белозор. C. 265, 268.
826
См.: Максимович М. А. О цветке … // ЛГ. 1830, 1 янв.
827
См.: Weber H. B. «Pikovaja dama»: A case for freemasonry in Russian literature // SEEJ.
1968. Vol. 12, № 4. P. 442–443.
828
Наблюдение Н. И. Удимовой, изложенное в: Кока Г. М. Художественный мир Пушкина // Пушкин об искусстве. М., 1962. С. 18.
820

303

304
Образ паука в связи с мотивами ‘волшебная помощь’ и ‘секрет победы в азартной игре’ возникает в сказке Вийе «Беата» (1833): герою
представляется, что умирающая старуха дарит ему шкатулку, на которой написано «верный способ выиграть в лотерею», а внутри лежит
паук, перебирающий лапками листки с номерами829.

Итак, последовательность тройка, семерка, туз, предвосхищенная триадой красавица–офицер–дипломат, предстает триадой девушка–время суток–толстяк, а в сновидении Германна обретает еще
более причудливый вид: цветок–ворота–паук. Основой последней
трансформации стали, возможно, рисунки в немецких карточных
альманахах на сюжеты, мотивированные формами символов масти
и конфигурациями очков: так, трефовый туз вызвал у рисовальщика
ассоциацию с жуком (колода 1805), червонная тройка — с барышней
(1809), семерка пик — с воротами замка (1810); превращение же
тройки в грандифлор могло быть навеяно австрийской ботанической колодой (1806)830.

— намек на то, что за секрет верного выигрыша Германн продал
душу дьяволу831
Ср.: он открыл ей тайну, за которую всякий из нас дорого бы дал.

Willer É. Béata // RDM. 1833. T. 2. P. 270–271.
См.: Осинкина Л. В. О сновидениях Германна // ПЧТ. 2019. Вып. 1. С. 232–233. От­
ражение в карточной иконографии получила и важная для ПД фаустовская тема:
«Мода на Гётеву трагедию Фауст так усилилась в Париже, что явились даже карты à la
Faust <…> Вместо четырех королей на картах изображены: Фауст, Мефистофель, Вагнер и Валентин; вместо дам: Маргерита, мать ее, Марфа и ведьма; вместо валетов:
привидение, тюремщик, палач и добрый гений Маргериты» (<Смесь> // Прибавление
к МТ. 1828. № 23. С. 87).
831
См.: Kodjak A. «The queen of spades» in the context of the Faust legend. P. 109.
829
830

«Не разъясняется лишь, действительная или воображаемая тайна
в его руках <…> Пушкин нигде не подтверждает тайну. Но он нигде ее
и не дезавуирует»832.

думать — подумывать

игрецкий — игорный

О таких, как Томский, поэт писал: «фортуна людям клад!»833,
а церковный оратор разъяснял: «по преимуществу своей высокой
породы <…> и по некоему природному побуждению, которого тайны не познают люди, <такой человек> кажется рожденным на то,
чтобы влачить за собою фортуну во всех своих намерениях и нудить судьбы»834. Не таков Германн: он не нудит ‘погоняет’ свою
судьбу кнутом и не влачит ‘тащит’ удачу на привязи; ему приходится искать способ очаровать ‘околдовать’ фортуну, чтобы она не
ускользнула и чтобы у нее удалось вынудить ‘добиться угрозами
или силой’ клад ‘скрываемое богатство’. Он из тех, кому «Фортуна не
дари́ т сокровищей своих, / Но продает всегда их дорогой ценою»835.
Манн Ю. В. Фантастическое и реальное у Гоголя // ВЛ. 1969. № 9. С. 111.
В.<яземский П. А.> Визирь Гассан // ДЖ. 1823. Ч. 2. C. 174.
834
Руководство к церковному красноречию … / Пер. <и доп.> И.<еромонах> И.<осиф
(Величковский)>. М., 1826. С. 251.
835
Хвостов Д. И. Избр. притчи из лучших сочинителей, стихами. СПб., 1816. С. 39.
832
833

305

306
Тайна верных карт дорого ему стоила — пришла пора забирать прибыль.

Почему в Париже? Терпимость (до конца 1837) парижских властей
к азартным играм поражала иностранцев: «В азартные игры в Париже
играют все. Я и не думал, что столь ужасный порок может быть так
широко распространен и так мало порицаем. Игорные дома столь же
обычны и доступны, сколь любое общественное место для гулянья,
и всякий может посещать их, не опасаясь за свою репутацию»836; «Помимо крупных игорных домов здесь без числа мелких <…> даже в общественных местах, на Бульварах и Елисейских полях, прямо под
открытым небом ведется азартная игра всех видов. Таким образом,
злополучной игорной лихорадкой и страстью разбогатеть без труда
одержимы все сословия»837. В знаменитый «Салон для иностранцев»,
по словам русского посетителя, «несли дань со всех краев света! Я видел многих земляков своих»838. О парижской постановке 1827 мелодрамы Бёдена, Губо и Дюканжа из жизни игроков сообщалось: «Представление в театре пьесы „Тридцать лет“ для парижан имело осо­
бенную, так сказать, местную занимательность. Открытые дома для
игры, возможность рисковать в них всякому и всякою суммою от самой значительной до самой ничтожной, несчастные случаи, преследующие записных игроков, их отчаяние, преступления и нередкий
переход из игрецкого дома в темницу839, а оттуда на Гревскую площадь840 суть явления неудивительные в Париже»841.
Николай I, напротив, подтверждал действенность прежних законов против азартных игр и требовал, «чтобы повсюду в империи нашей сборища для запрещенной картежной игры, а также для всяких
<Willis N. P.> Letters from Paris: First impressions of Europe // The New-York mirror.
1832, 12 may. Р. 356.
837
Stein C. G. D. Reisen nach den vorzüglichsten Hauptstädten von Mittel-Europa. Leipzig,
1828. Bd 4. S. 216–217.
838
Всеволожский Н. С. Путешествие чрез Южную Россию, Крым и Одессу <…> в 1836
и 1837 годах. М., 1839. Ч. 2. С. 348.
839
тюрьму
840
место публичной казни
841
И. Литературные известия // Атеней. 1828. Ч. 1. С. 94–95.
836

азартных игр вообще были неукоснительно местными начальствами
открываемы842 и чтобы все найденные на оной игроки были предаваемы суду для строгого по законам наказания без всякого различия званий и чинов, усугубляющих по мере возвышения оных виновность
ими отличенного843»844. И хотя ни предупредительные, ни карательные меры российских властей, направленные на искоренение азартных игр, не были эффективны845 и даже вышучивались846, «примеров
случайной847 строгости против карточных игроков было немало»848,
так что для очень крупного выигрыша Париж, несомненно, подходил
больше, чем Петербург849.

Фраза знаменует переключение сценической машинерии в режим
‘помощь случая’ (предшествующий ‘чудесному спасению’). Рубежный
характер фразы подчеркнут ее метризацией: это строка четырехстопного дактиля.

обнаруживаемы
их получившего
844
О строгом подтверждении, чтобы сборища для запрещенной картежной игры
местными начальствами были открываемы и все найденные игроки были предаваемы суду для строгого по законам наказания без всякого различия званий и чинов.
12.03.1832 // ПСЗ: Собр. 2-е. СПб., 1833. Т. 7. С. 139–140.
845
Так, «строгое по законам наказание» сводилось для содержателя игорного дома
к штрафу размером в стоимость шестисуточного содержания в смирительном доме,
а для играющего в игорном доме — к штрафу вдвое меньшему (см.: Устав благочиния,
или полицейский. СПб., 1782. С. 65).
846
Напр.: «Это было давно, давно, когда еще люди думали, что на святой Руси позволено играть в банк и в другие азартные игры, когда [пока] новый повторительный указ
не напоминал православным, что делу так быть нельзя» (Корф Ф. Ф. Повести. С. 103).
847
проявляемой лишь время от времени
848
Карнович Е. П. Очерки наших порядков административных, судебных и общественных. СПб., 1873. С. 422.
849
В повести, созданной вослед ПД, немец-инженер, узнав тайну верного выигрыша,
«в Париже в публичном банке взял на две карты семьсот пятьдесят тысяч франков»
(Ушаков В. А. Густав Гацфельд // ОЗ. 1839. Т. 7. С. 92).
842
843

307

308
От каких именно хлопот? В конце 1820-х парижские власти ввели
требование поручительства для вступления в игорное заведение, так
что Германну пришлось бы просить своих, надо полагать, немногочисленных великосветских знакомых снабдить его рекомендательными письмами к тем лицам, которые могли бы представить его администрации парижского респектабельного игорного дома с высо­
кими ставками. К тому же на поездку и устройство на новом месте
ушла бы часть отцовского наследства, что сократило бы первую ставку, а значит и выигрыш.

Случай избавил от хлопот и автора, ведь одно дело — несколькими именами и деталями в рассказе Томского обозначить Францию
эпохи Старого порядка, а затем нюансировать эту картину, устроив
в спальне графини выставку вещиц галантного столетия и достижений века разума, и совсем другое — перенести кульминацию в современный Париж, хорошо знакомый читателям ПД по личным впечатлениям. Каковых у самого автора не было.

в Москве составилось общество — стилизация сообщения в периодической печати850

Напр.: «В Париже составилось недавно новое общество молодых людей, упражняющихся в словесных науках» (Разные известия // С.-петерб. вед. 1777, 16 июня); «В Кельне составилось общество для ободрения [поддержания] земледелия» (С берегов Мейна … // Сев. почта. 1816, 8 нояб.); «В Стутгарде [Штутгарте] составилось общество для
облегчения тамошним подданным для переезда в Северную Америку» (Разные известия // СО. 1819. Ч. 55. С. 95); «В Париже составилось общество для распространения
850

выигрывая векселя и проигрывая чистые деньги — Его про­иг­
рыши были не столь велики, чтобы при расплате ему недоставало
монет и ассигнаций, а вот его противники, израсходовав всю свою
наличность, подписывали — прежде чем оставить игру либо продолжить ее в надежде отыграться — невыгодные для себя обязательства
об уплате851.

Профессиональный игрок зачастую наделен говорящим именем;
таковы Monsieur Tout à bas (термин игры в триктрак) в комедии
Реньяра «Игрок» (1696), Marquise de Parolignac (paroli + Polignac) в повести Вольтера «Кандид, или Оптимизм» (1759), Банкометов в ко­
медии П. С. Батурина «Игроки» (1782), Тройкина в комедии Крылова
«Проказники» (1788), Паролин и Передержкин (от передержка ‘подмена карты’) в очерке А. И. Клушина «Портреты» (1792), Картежников в очерках А. И. Писарева «Переписка двух адских вельмож» (1792),
Шестеркин в оде Крылова «К счастью» (1793), Паролькин в комедии
просвещения в Греции» (Из Франции // Моск. вед. 1829, 20 мая); «В Песте [Пеште],
в Венгрии, составилось общество для усовершенствования пород домашних животных, в особенности же лошадей» (Иностранные известия // Сев. муравей. 1830. № 43.
С. 356); «В Париже составилось под председательство<м> г. Моро де Жонеса Общество
всеобщей статистики» (Смесь // СО. 1830. Т. 9. C. 316); «В Гласгоу (Glasgow) составилось общество под названием Гласгоуское цельтическое [кельтское] общество» (Новости // Тел. 1831. Ч. 1. С. 291); «В Германии составилось в 1829 году общество под названием Der thüringisch-sächsische Musikverein» (Смесь // МТ. 1831. Ч. 40, № 14. С. 293);
«В Мадриде составилось общество для построения чугунной дороги» (Смесь // СП.
1831, 22 сент.); «В Лондоне составилось общество воздержания» (Смесь // СП. 1832,
7 июля); «В Париже составилось общество для поддержания свободы патриотических
журналов» (Обозрение новейших происшествий // СОСА. 1833. Т. 38. С. 185); «…в Веймаре составилось под председательством Гуф<е>ланда общество, члены которого согласились завещать, чтобы тела их после смерти непременно были туда [в морг] перенесены» (Смесь // БЧ. 1834. Т. 4. С. 12).
851
Один из самых строгих критиков азартных игр (см. примеч. 45) резко осуждал такую практику: «Тот, карты подобрав, безумного обманет / И на кредит ему реванш
[опечатка; правильно: и на реванш ему кредит] давати станет / И, вексельно письмо
с ограбленного взяв, / Не будет поступать по силе строгих прав / И подождет ему дни
три [дня на три отсрочит предъявление векселя к оплате] великодушно; / Так сердце
таково бесчестию ль послушно [разве это не бесчестно]?» (Сумароков А. П. Полн. собр.
всех соч. Ч. 7. С. 366).

309

310
Капниста «Ябеда» (1798), Baron Würfelknochen (‘игральная кость’)
в комедии Коцебу «Простофиля на ярмарке» (1805), Штосина и Плутоленский (плут + Оболенский) в романе Булгарина «Иван Выжигин» (1825–1827, 1829), Козыревский в очерке «Жизнь игрока, на­
писанная им самим» (1826–1827), Рутинский и Трумфен (от trumpfen
‘крыть козырем’) в комедии Шаховского «Игроки» (1828), Хитрецкий в стихотворной повести К. П. Масальского «Терпи, казак, атаман будешь» (1829), Змейкин, Вампиров и Шурке (Schurke ‘мошенник’) в романе Д. Н. Бегичева «Семейство Холмских» (1832), Козыреев
и Глухо­й-Вороватинов в очерке А. Ф. Воейкова «Картежники» (1833)
и Крапин (от крап ‘шулерская разметка карт’) в комедии Э. П. Перцова «Андр­ей Бичев» (1833) и в романе А. Б. «Два портрета и два гибельных проигрыша» (1837). Фамилия Чекалинский тоже говорящая, хотя и не столь прямолинейно. Кое-кто из читателей, наверное,
способен был расслышать в чекал- польское czekał ‘ждал’852 и кав­
казское чекал(ка) ‘шакал’853 и предположить, что Германну, который
трепетал, как тигр, ожидая назначенного времени, предстоит иметь
дело с хищником куда более терпеливым854. Большинство же обра­
щало внимание только на польское происхождение фамилии (Cze­
kaliński).
Полонофобский портрет банкомета встречается уже в пушкинском
наброске 1819: «Несколько молодых людей, по большей части военных,
проигрывали свое именье855 поляку Ясунскому, который держал маленький банк для препровождения времени и важно передергивал856,

См.: Ковалев Г. Ф. Ономастическое комментирование на уроках русской словесности. Воронеж, 2005. С. 112.
853
См.: Седова Г. М. У Казанского моста, в доме Бельгарда // Пушкинский музеум. СПб.,
2015. Вып. 7. С. 122.
854
О последствиях же их противостояния было известно, что «в которых горах [в тех
горах, где] водятся чекалки, оттуда и тигры удаляются» (Описание Чжуньгарии и Восточного Туркистана / Пер. Иакинф [Н. А. Бичурин]. СПб., 1829. Ч. 1. С. 220).
855
капитал, имущество
856
с важным видом подменял одну карту другой. «Передержка карты есть самая тонкая штука плутовства в банк <…> сие действие весьма есть трудное и требует продолжительного учения, а наипаче [в особенности же] вооружиться дóлжно совершенным
бесстыдством, чтобы осмелиться его в публике произвести в действо» (Пагубные
следствия игры банка … . С. 16–17).
852

подрезая карты»857. Полагают, что свой след в ПД оставило разорительное для автора знакомство с хозяином московского игорного салона В. С. Огонь-Догановским (1776–1838), отпрыском дворянского
рода польского происхождения858.

Его многолетний опыт обеспечил ему доверие партнеров по игре,
а гостеприимство, широкая известность его повара, приветливость
и веселый нрав — уважение в обществе.
Ср.: «Добродетельная жизнь и шестидесятилетняя опытность доставляли ему всеобщее уважение»859; «Шампанского бокалы / Приобрели ему обширный круг друзей»860.

ПСС, VIII-1, 401.
Согласно докладной записке начальника 1-го отделения Корпуса жандармов майора А. Л. Брянчанинова от 2.01.1830, «банковая в карты игра в Москве не переставала
[не прекращалась] никогда; но в настоящее время, кажется, еще усилилась, и в публике
[в обществе] не без сожаления замечают слабый в оном присмотр [недостаточное
к нему внимание] полиции. Между многими домами, составившими для сего промысла партии [команды профессиональных игроков], дом Догановского есть особенное
прибежище игрокам. Сказывают, что игорные дни назначены и сам хозяин мечет банк,
быв с другими в компании [в сговоре]» (цит. по: Модзалевский Б. Л. Пушкин и его современники. СПб., 1999. С. 124). Предположение о том, что Огонь-Догановский стал
прототипом Чекалинского, см. в: Оксман Ю. Г. «Пиковая дама» // Путеводитель по Пуш­
кину. М.; Л., 1931. С. 279.
859
И. Гл<у>х<а>р<е>в. Ольга Милославская. Ч. 1. С. 27.
860
Масальский К. П. Терпи казак, атаман будешь. СПб., 1830. С. 16.
857
858

311

312
Склонность профессиональных игроков к переездам вышучивалась еще в пьесе Данкура «Отчаянье игроков» (1687): хозяйка парижского игорного салона, узнав о гонениях властей на азартные игры,
собирается заняться опустошением тугих кошельков в Англии и Голландии861. В «Сатирических ведомостях» Н. И. Новикова, пародирующих газеты 1760-х — 1770-х, помещалось объявление: «Профессор
карточных азартных игр поссорился с полициею и для того862 отъезжает <из Петербурга> в Москву»863. В книге о карточном мошенничестве профессиональные игроки характеризуются как «ремесло имеющие в том, чтобы бегать из города в город и метать в оных банки, ища
простаков»864.

молодежь — молодые люди; юноши и молодые мужчины

Глагол нахлынуть ‘появиться во множестве’ встречался почти исключительно в картинах вражеского, обычно варварского, нашествия865,

См.: Dancourt F. C. La désolation des joueuses. Paris, 1688. P. 29–30.
поэтому
863
<Новиков Н. И.> Сатирические ведомости // Живописец. 1775. Ч. 2. С. 142.
864
Пагубные следствия игры банка … . С. 50.
865
Напр.: «На Гишпанию незапно [на Испанию внезапно] нахлынуло войско мавров
и ефиоплян [эфиопов]» (Боссюет Ж.-Б. Продолжение «Всеобщей истории» … / Пер.
В. Н.<аумов>. СПб., 1779. Ч. 4. С. 33); «Опасается здешнее правительство только того,
чтоб вырвавшиеся из Крыма татары сюда толпою не нахлынули» (Булгаков Я. И. Письмо П. П. Веселицкому // Присоединение Крыма к России. СПб., 1789. Ч. 4. С. 833; письмо
от 22.09.1782); «В Ишпанию [Испанию] нахлынули вандалы» (<Завалиевский С. Н.> Политическое землеописание Европы вообще // БГ. 1789, янв. С. 62); «…вдруг неверных
[мусульман] сонм <со> свирепостью реки / Нахлынул с воплем к ним» (<Тассо Т.>
Смерть Дудона / Пер. А. Ф. Мерзляков // Муза новейших российских стихотворцев. М.,
861
862

так что его использование в сцене прибытия игроков в игровой салон866 тронуто иронией.
для карт — ради карт

Близкие понятия, соблазн и обольщение противопоставлены по
их отношению к молодежи как к объекту и как к субъекту действия:
молодым людям больше нравится быть увлекаемыми карточной
игрой (соблазны фараона), чем увлекающими дам игрой любовной
(обольщения волокитства).
Сетованья на вытеснение балов картами звучали еще в XVII в.:
«…стоит собраться, и ничем другим, кроме игры в ландскнехт, не занимаются <…> а танцевать молодые люди больше не желают»867. Ср.:
«Игра в хорошем обществе должна бы только быть некоторого рода
отдохновением ума, промежутком в разговорах. По несчастью, не
всегда так; на бале или на званом вечере не бабушки уже удаляются
в кабинет или спальню, чтоб составить партию в бостон или вист;
но франты наши dandys толпятся около ломберных столиков; дам
за­нимают несколько отличнейших только кавалеров868; залы наши
1814. С. 9); «Враги нахлынули рекою» (Батюшков К. Н. К другу // ПРП. 1815. Ч. 6. С. 236);
«Враги нахлынули к тебе с мечом в руках» (Волков А. А. Освобожденная Москва. М., 1825.
С. 119); «…быстро разлился враг в пределах наших и нахлынул на самое сердце России — на Москву» (Воронич Я. П. Речь в благодарное воспоминание … // ВЕ. 1826. № 3.
С. 179); «…вдруг нахлынула на него толпа варваров» (Татары в Силезии / Пер. В. Тило.
СПб., 1828. С. 61); «…вдруг нахлынула на его отряд толпа татар» (С. … <М. Любец>кий.
Сокольники, или Поколебание владычества татар над Россиею. М., 1832. Ч. 3. С. 168);
«…поляков нахлынула толпа» (Хомяков А. С. Димитрий Самозванец. М., 1833. С. 87).
866
Впервые, вероятно, в: «Но вот зашумело — и толпа людей разного рода и вида нахлынула в комнаты; голоса раздались — трубки закурены — поданы карты. Все комнаты заставлены столами, игроки <расселись> по <своим> местам» (<Яковлев П. Л.>
Чувствительное путешествие по Невскому проспекту. М., 1828. С. 31).
867
Duchesse d’Orléans. Correspondance compl. Paris, 1837. Т. 1. P. 15; письмо от 14.05.
1695. Ср. также: «Прежде на приемах много танцевали, ныне играют в фараон» (<Hoff­
mann E. T. A.> Die Elixiere des Teufels. Berlin, 1815. Bd 1. S. 303; Spindler C. [Hoff­mann E. T. A.]
L’élexir du diable / Trad. par J. Cohen. Paris, 1829. T. 2. P. 140; в этом переводе «на приемах»
опущено); «…странно, как может молодой человек предпочесть игру танцам?» (<Дельвиг А. И.> Маскарад … // Подснежник. СПб., 1829. С. 126).
868
лишь несколько образцовых кавалеров занимают дам беседою

313

314
похожи на гостиный двор: все забавляются в них, предпочитая деньги
удовольствиям»869.

Балы забыты, но эхо от звукосочетания балы раздается в обе стороны: маладежь нахлынула забывая балы для саблазны абальщениям валакитства.

«Особый характер игорного салона конца повести выражается,
среди прочего, в том, что салон этот — новый, только что возникший,
как бы нарочно воздвигнутый судьбой, чтобы послужить подмостками для трагикомедии Германна и затем исчезнуть: Чекалинский приехал из Москвы и, вероятно, вернется туда870. Став обладателем ма­
гической тайны, Германн чувствует, что для ее реализации нужна
какая-то специальная, „классическая“, приподнятая над обыденностью обстановка („он хотел в открытых игрецких домах Парижа вынудить клад у очарованной фортуны“), и соткавшийся из воздуха дворец Чекалинского кажется ему удовлетворительным приближением
к этому идеалу („случай избавил его от хлопот“)»871.

В ПД-1 далее следовало: Все были полны народу.
Правила светского обхождения о вежливости / Пер. А. Г.<ерасимов> М., 1829. С. 135–
136.
870
«Ср. эшафот, специально возводимый для каждой казни; уничтожение места действия после развязки драмы в литературе романтизма и др. [примеч. Ю. К. Щеглова]».
871
Щеглов Ю. К. Проза. Поэзия. Поэтика: Избр. работы. М., 2012. С. 193–194, 206.
869

учтивый — подчеркнуто любезный

официант — от officiant ‘слуга с широким кругом обязанностей’
или ‘прислуживающий за столом’; ср. во втором значении: «…офисиянты учились, как ловко войти, искусно откупорить бутылку, опрят­
но подать кушанье; а лакеи — как отвечать, стоять за каретою, подавать и снимать шубы и шинели»872

В Табели о рангах тайный советник — гражданский чин III класса, присваиваемый министрам и сенаторам. Присутствие высших
военных и гражданских чинов, к тому же занятых не запрещенной
азартной, а разрешенной коммерческой игрой, защищает салон от
внимания полиции.
Само по себе словосочетание тайные советники не вызывает ас­
социаций ни с тайной, ни с советом, но упоминание о них в повести
о том, как известный своей таинственностью Сен-Жермен поделился тайной, как ищущий ее разгадки Германн воспользовался потаенной лестницей и как советнику Сведенборгу явился призрак, превращает тайных советников из свидетелей мистерии в ее участников,
пускай и третьестепенных. Чтобы лучше почувствовать это, достаточно мысленно заменить несколько генералов и тайных советников
на несколько генералов, министров и сенаторов.

Коммерческая, т. е. основанная не только на удаче, но и на рас­
чете, игра вист считалась «умнее всех карточных игр и более их
872

Яковлев П. Л. Удивительный человек! Ч. 2. С. 14.

315

316
прилична<ой> образованным обществам»873. Утверждалось, что «если
которая-нибудь874 из всех игр имеет силу исцелять гибельную страсть
к игре <…> то это, без сомнения, вист, в котором холодный рассудок
деятельностью своею подавляет опасные порывы»875. В «Онегине» волокитство как ухаживание без подлинной страсти сравнивается с вистом876. В ПД фараон противопоставлен волокитству: предпочитая соблазны фараона обольщениям волокитства и висту: оставили свой
вист, чтоб видеть игру, столь необыкновенную.
Проход по великолепной анфиладе на виду у высокопоставленных чиновников — реванш Германна за унизительное передвижение
украдкой по особняку графини. Еще немного, и о недоуменном (с оттенком высокомерия) отношении к нему гостей Нарумова и участников отпевания будет забыто: гости Чекалинского начнут смотреть на
него с уважительным любопытством.
развалясь — развалившись; полулежа и непринужденно
Безоговорочно недопустимое при дамах, такое поведение временно позволялось в присутствии генералов и тайных советников благодаря тому, что Бульвер-Литтон назвал «the levelling habit of gaming»877.
Ср.: «…развалясь с светскою ловкостью»878.

Коран виста. С. 13–14.
какая-нибудь
875
Коран виста. С. 10–11.
876
«В красавиц он уж не влюблялся, / А волочился как-нибудь [кое-как]; Откажут —
мигом утешался; / Изменят — рад был отдохнуть. / Он их искал без упоенья, / А оставлял без сожаленья, / Чуть помня их любовь и злость. / Так точно [подобно тому, как]
равнодушный гость / На вист вечерний приезжает, / Садится; кончилась игра: / Он
уезжает со двора, / Спокойно дома засыпает / И сам не знает поутру, / Куда поедет ввечеру» (ПСС, VI, 76).
877
<Bulwer-Lytton E.> Pelham, or The adventures of a gentleman. N. Y., 1828. Vol. 2. P. 149.
878
Бальзак О. де. Сцены из частной жизни. Ч. 2. С. 71.
873
874

…столом, за которым теснилось около двадцати игроков …

почтенная наружность — повторение характеристики Сен-Жер­­
мена

серебряная седина — cheveux argentés
Один из участников дискуссии о подлинности «Слова о полку Игореве» (где: «Сего ли я ожидал от вас при сребристой сѢдинѢ моей!»879)
относил этот образ к числу тех, что «явно заимствованы из нового поэтического языка европейцев»880.
полное и свежее — ср. в гл. 3 портрет мужчины румяного и полного
Автор книги о карточном мошенничестве, доказывая преимущества банкомета перед понтерами, отмечал, что обычно у понтеров запавшие глаза и на бледных их лицах «написано отчаяние», а банкомет — «румяный и веселый»881.

Ироическая песнь о походе на половцев … . М., 1800. С. 26. Ср.: «…каждая из сребрис­
тых седин его» (Эмин Н. Ф. Роза. СПб., 1798. С. 25).
880
<Сенковский О. И. Рец. на:> Умозрительные и опытные основания словесности … //
БЧ. 1834. Т. 4. С. 6.
881
Пагубные следствия игры банка … . С. 77.
879

317

318
Возраст Чекалинского призван напомнить, что графиня лет шесть­
десят тому назад блистала в Париже, лет шестьдесят назад принимала любовника в Петербурге, а в старости осталась верна тем же бытовым привычкам, что и шестьдесят лет тому назад. «Этот параллелизм, это сближение Чекалинского со старухой сюжетно не развиты.
Они даны как потенция, как скрытый намек. Вместе с тем как будто
напрашиваются на контрастное сопоставление разделенные шес­
тидесятилетним промежутком образы Чекалинского, „нажившего некогда миллионы, выигрывая векселя и проигрывая чистые деньги“, —
и Чаплицкого — „того самого, который умер в нищете, промотав миллионы“ <…> посредством цифры шестьдесят, условно намечающей
места композиционных скреплений, осуществляется своеобразная
симметрия в расположении сюжетных звеньев»882.
Здоровый цвет лица, веселое настроение и добродушный нрав
у мужчины в возрасте под или за шестьдесят — клише883. В ПД оно
вторит теме жизненного эликсира.

Виноградов В. В. Стиль Пушкина. С. 586–587.
Напр.: «Ему уже с лишком [более чем] шестьдесят лет; но румяное и свежее лицо
его не показывает ни [даже] пятидесяти — и во всякой черте лица сего видна добрая
душа» (Карамзин Н. М. Соч. Т. 2. С. 203); «Прелюбезный человек: несмотря на свой шес­
той десяток, он свеж»; «…говорлив, весел, развязан [ведет себя раскованно] и нисколько не казался стариком в шестьдесят лет» (М.<ельгунов Н. А.> Кто же он? С. 173, 182);
«Первый вошедший был мужчина лет шестидесяти <…> Впрочем, ему нельзя было
дать более пятидесяти лет, и он на вид был крепкого здоровья <…> Его поступь, его
манеры доказывали, что он не совсем отказался от своей молодости» (Бальзак О. де.
Кошелек. С. 170–171); «…и хотя имел уже лет около шестидесяти, но светло-русые его
волосы, живость и ловкость, при необыкновенной свежести в лице, делали его чрез­
вычайно моложавым» (Последний год власти герцога Бирона. Ч. 1. С. 163–164).
882
883

церемониться — чувствовать себя принужденно

талья, или талия — от taille ‘отрезок игры от начала до завершения вскрытия всех карт колоды банкомета’

Ставки были сделаны на более чем тридцать карт.

прокидка — вскрытие банкометом одной пары карт
распорядиться — обдумать свой следующий шаг

Вежливо пресекая попытки понтеров тайком загнуть углы своих карт сразу после прокидки, Чекалинский ведет себя, как хозяйка игорного салона в «Кандиде» Вольтера, которая «следила рысь­­
им взглядом за всеми пароли и сетелева, загнутыми задним числом,
заставляла разгибать их решительно, но вежливо и без раздражения, чтоб не растерять клиентов»884. В «Ябеде» Капниста банкомет
884

Voltaire. Œuvres compl. Paris, 1821. T. 33. P. 237.

319

320
укоряет было понтера: «Вы лишний уголок <загнули>…», но, сто­
ит тому изобразить негодование, как банкомет обращает всё в шутку885.
В пушкинском «Выстреле» банкомет поправляет понтера, который «в рассеянности загнул лишний угол»886, менее учтиво, чем Че­
калинский, и возникает конфликт. Ср.: «Вы пригнули лишний угол.
Вон! Вон его! Одного игрока выгоняют»887.

Загибание лишнего угла перекликается с лишним кругом, который делает княжна *** на балу. Образы лишнего готовят кульминацию ПД — невольное нарушение Германном его собственного жизненного правила.

другая — еще одна; следующая

…из-за спины толстого господина, понтировавшего за этим столом.
<Капнист В. В.> Ябеда. С. 71.
ПСС, VIII-1, 66.
887
Дю-Ганж В., Дино [Бёден Ж.-Ф., Губо П.]. Тридцать лет, или Жизнь игрока. СПб., 1828.
С. 8; в оригинале не «пригнули лишний угол», а сплутовали («Vous en avez menti!»)
(Ducange V., Dinaux [Beudin J.-F., Goubaux P.]. Trente ans, ou La vie d’un joueur. Bruxelles,
1827. P. 9).
885
886

покорное согласие — humble consentement

разрешение долговременного поста — отмена длительного воздержания

идет, или va — ставка сделана888

не разгляжу — не могу разглядеть
Ср.: «Va, пусть, пускай, изволь, быть так <…> в бассете и фаро» (ПФРЛ, II, 649); «…вынул из колоды наудачу одну карту, высыпал на нее горсть червонцев и равно­душно
сказал банкиру: идет» (Карлгоф В. И. Повести и рассказы. Ч. 2. С. 128); «…выдернул
карту, подписал под нею 1,250 и, сказав: va, пустил ее» (Кораблинский А. [Воейков А. Ф.] Картежники // ЛПРИ. 1833, 16 сент.).
888

321

322

Сумма не круглая, а стало быть, Германн ставит всё, что у него имеется: капитал, доставшийся от отца, с процентами889.

…все присутствующие мгновенно повернули головы в сторону Германна и устремили взгляды на него …

с неизменной своею улыбкою — не переставая любезно улыбаться

До ПД слово семпель, или семпль от simple ‘простая (неувеличенная) ставка’, встречается, кажется, только в справочниках по карточной игре, однако как термин игры в вист и в ином, чем при игре в фараон, значении.

См.: Поддубная Р. Н. О поэтике «Пиковой дамы» А. С. Пушкина: Законы жанровой
структуры // O poetyce Aleksandra Puszkina: Materiały z sesji naukowej. Poznań, 1975. S. 61.
889

…так вы готовы принять мою ставку?
что ж — побуждение к ответу

«В Чекалинском неоднократно подчеркиваются добродушие, учтивость, уступчивость, доходящая до покорности <…> Эти дружелюбные, приятные манеры представляют собой полную противоположность плебейской агрессивности Германна, его невероятной напряженности, безумной гордыне, вызывающей позе»890.

… — Я хотел бы только довести до вашего сведения, — сказал
он, — что, так как члены нашего общества доверили мне соблю­
дение их интересов, я не имею возможности метать банк без пред­
варительного предъявления понтером денег. И хотя лично я, конечно, ничуть не сомневаюсь в том, что для вашего вступления в игру
890

Щеглов Ю. К. Проза. Поэзия. Поэтика. С. 196.

323

324
достаточно лишь вашего обещания (расплатиться сполна в случае
проигрыша), я всё же прошу вас ради соблюдения правил игры и удобства расчетов положить на стол деньги, сумма которых соответствует вашей ставке.
Узнав, сколь велика ставка незнакомого игрока, Чекалинский
дает ему возможность пересмотреть свое решение. Несветская реакция Германна на эти слова усиливает обеспокоенность Чекалинского, и он указывает новичку на необходимость следовать правилам
заведения.
Ситуация, в которой понтер воспользуется тайною трех карт, отличается от обеих ей предшествующих: и графиня, и Чаплицкий,
явившись отыгрываться, не располагали деньгами для начальной
ставки, но банкометам было действительно довольно ‘достаточно’
их слова.

банковый билет — удостоверение, выдаваемое банком вкладчику о принятии у него денег на хранение
По надежности оно превосходило вексель, поскольку выдавалось
не частным лицом, а учреждением. Если имя владельца билета не
указывалось, то деньги по нему могли быть получены любым предъявителем. При игре с высокими ставками банковый билет был более
удобным средством расчетов, чем наличные деньги.
бегло посмотреть его — мельком взглянуть на него
Ср.: «Он бегло взглянул на билет, удостоверился в его под­лин­но­
сти»891.
891

Сомов О. М. Почтовый дом в Шато-Тьерри // ЛГ. 1830, 6 апр.

Чекалинский не отступает от кодекса поведения светского игрока: «Первейшая из обязанностей человека любезного — вести большую игру и уметь проигрывать невозмутимо. Приятный игрок <…>
всегда готов услужить другим и исполнить их волю <…> Он забирает выиг­ранное с безразличным видом и выплачивает проигранное
с улыбкой. Нередко в душе его бушует ярость, но на челе всегда написано спокойствие»892.

— Желаете получить?
Банкомет задает этот вопрос потому, что понтер может продолжить игру, не забирая выигрыша.

892

— формула просьбы и разрешения

<Pluche N. A.> Le spectacle de la nature … . Paris, 1746. Vol. 6. P. 118.

325

326

расчесться — рассчитаться; расплатиться

принять — взять вручаемое

Крупный выигрыш Германна производит на Нарумова такое же
впечатление, как на Лизавету Ивановну ее первый контакт с поклонником: не могла опомниться от испугу, а на Германна — визит призрака: долго не мог опомниться.

«Нарумов — „инсайдер“, чья перспектива нужна для того, чтобы
сделать ощутимым контраст между нынешним Германном, готовым
поставить на карту весь свой капитал, и вчерашним Германном, который из благоразумия не хотел даже вступать в игру <…> Видимо, не
случайно то обстоятельство, что именно Нарумов, а не какой-либо
другой из знакомых офицеров — тот же Томский или Сурин — доставляет Германна на место его грандиозной игры. Параллелизм и преемственность первой и последней глав, факт рондообразного с уси­
лением повторения офицерского карточного салона первой главы
в великосветском и общестоличном карточном салоне главы шестой,
факт восхождения Германна с малой сцены конногвардейских казарм на большую, всем видимую, ярко освещенную сцену дома Че­
калинского прочерчиваются более ясно благодаря тому, что хозяин

первого, скромного салона буквально передает Германна с рук на
руки хозяину второго, роскошного салона и присутствует при его
первых картежных шагах»893.

Зачем понадобилось пить лимонад? Чтобы унять возбуждение?
Чтобы продемонстрировать умение вести себя со светской непри­
нужденностью? Чтобы помедлить на подмостках триумфального дебюта? Или, напротив, лишить сцену пафоса894?

явиться — появиться

дать — уступить
Щеглов Ю. К. Проза. Поэзия. Поэтика. С. 195.
Ср.: «Трагедия ничего посредственного не терпит; малейшая слабость в ней чувствительна, а посредственность несносна; всё то, что близко к обыкновенному, в трагедии смех производит, например: государь всякий день, равно как и подданный его,
укрепляет тело свое пищею и питием. Что ж бы это за действие было, если бы лицо
в порфире и короне в трагедии приказало подать себе среди самого жаркого явления чашку чаю или стакан лимонаду? Или бы героиня села за уборный столик?» (Плавильщиков П. А. Соч. Ч. 4. С. 59).
893
894

327

328

Ср.: Графиня видимо смутилась.

Ср. также: «…смущение банкира тем более казалось мне удивительным, что во всякое другое время ничто не могло поколебать его
железного равнодушия»895.

«В отличие от падкой на сенсацию толпы Чекалинского нелегко
смутить, вывести из равновесия <…> Малейшее его отклонение от
светской маски добродушия и приязни имеет большой вес — не
меньший, чем ропот и восклицания рядовых игроков, — свидетельствуя о степени накала страстей и взрывчатости ситуации. Именно
его реакции представляют собой наиболее красноречивый барометр
suspense в этой титанической драме»896.

895
896

Клаурен Г. [Хойн К.] Голландский купец. С. 44–45.
Щеглов Ю. К. Проза. Поэзия. Поэтика. С. 197.

отсчитывать — отбирать из множества однородных объектов
определенное их количество
Ср.: «Наконец раздалось: „Семерка выиграла!“ Незнакомец без малейшего изменения в лице сгреб на столе большую кучу денег, взял
их и ушел»897.
На этот раз Германн не нуждается ни в том, чтобы прийти в себя,
ни в том, чтобы продлить ощущение триумфа.

Если появление призрака умершей графини можно объяснить
огнен­ным воображением духовидца, к тому же разгоряченным не­
привычным для него обильным употреблением алкоголя, и если рассказы о реваншах Русской Венеры и Чаплицкого допустимо считать
выдумкой, прикрывающей применение ими иного способа уплаты
карточного долга, то чем объяснить два выигрыша Германна? Чудом? Случайностью? Не было ли его пробуждение ото сна, предшествовавшее визиту призрака, мнимым, т. е. не были ли все последующие события повести частью сновидения?898 Или погружение в вымышленную реальность началось еще раньше — после удара головой
о каменный пол церкви при падении с катафалка?899 Читатели вольны выбрать один из ответов или остаться на распутье.

в следующий вечер — на следующий вечер

«…Сцены у Чекалинского: трехкратное, как в сказке, повторение
действия, каждый раз возрастающее в напряженности и размахе»900.
897
898
899
900

Клаурен Г. [Хойн К.] Голландский купец. С. 46.
См.: Williams G. The obsessions and madness of Germann in «Pikovaja dama». P. 391.
См.: Cornwell N. Pushkin’s «The queen of spades». P. 65–66.
Лежнев А. З. Проза Пушкина: Опыт стилевого исслед. М., 1937. С. 280.

329

330

Далее посетители салона упоминаются в той же последовательности, что и при первом визите Германна: играющие в вист — неиграющие — играющие в фараон. Но если раньше это были те, кого заметил
новый гость, то теперь это те, чье внимание приковано к таинственному игроку.

соскочить — быстро перенести точку опоры на поверхность внизу; быстро встать из положения сидя

В ожидании чуда старшие гости перестают вести себя степенно,
младшие — независимо, вышколенная прислуга — безучастно к гос­
подским забавам.

Глагол обступить употреблен в редком значении ‘окружить плотно, но не полностью’901: теснясь за спиною у Германна, зрители образуют полукружие, примыкающее к игорному столу.
Ср.: «Волки нападают на них очень искусно, обступая их полукругом» (Географи­
ческие и этнографические сведения … / Пер. А. К. // МТ. 1825. Ч. 2, № 6. С. 97).
901

Другие игроки не стали делать ставок, с нетерпением дожидаясь
исхода его игры.

Челакинскаго — опечатка

Во избежание мошенничества использовались новые колоды, запечатанные бандеролью с государственным гербом902.

В числе шулерских трюков был, однако, и такой: «Запечатанную колоду держат над
паром кипящего самовара, отчего бандероль легко отстает от обертки; а потом жидким клеем намазав бандероль, опять ее подклеивают. Из этого следует, что запеча­
танные карты, подаваемые на стол, могут быть шулерские» (Мат шулерству, или Окончательное изобличение плутней карточной игры / Сост. А-ченко. СПб., 1861. С. 35).
902

331

332
снять — разделить колоду и поменять местами ее верхнюю и ниж­
нюю части

Ставка составила 188 000 рублей; в случае выигрыша Германн по­
лучил бы 376 000. Конечное число подобрано таким образом, чтобы
первые две цифры в нем и их последовательность были говорящими903.

Ср.: «Они сделались безмолвны, как два игрока, вызывающие на
бой друг друга»904.

Азартная игра и дуэль мыслились явлениями сходными: обе противостояли стремлению государства ограничить право дворянина
самостоятельно распоряжаться своим состоянием и жизнью; обе временно уничтожали барьеры внутри дворянского сословия; обе предоставляли возможность продемонстрировать презрение к опасности:
хотя одна из сторон обладала преимуществом (банкомет и дуэлянт,
стреляющий первым и/или искуснее), исход противостояния оставался зачастую непредсказуемым905.

См.: Резниченко Н. А. «О, сколько нам открытий чудных…»: Из опыта «открытий»
учителя лит. М., 2020. С. 293.
904
Бальзак О. де. Две встречи // Тел. 1833. Ч. 13. С. 59.
905
Ср.: «Роль случая подчеркивала значение в игре, с одной стороны, непред­сказуемых
факторов, а с другой — выдержки, хладнокровия, мужества, способности не терять головы в трудных обстоятельствах и сохранять достоинство в гибельных ситуациях —
то есть тех качеств, которые следо­вало проявлять и в сражении, и на дуэли. Это сближало все три назван­ных вида поведения в едином психологическом подтексте»
(Лотман Ю. М. Беседы о русской культуре: Быт и традиции рус. дворянства: XVIII —
нач. XIX в. СПб., 1994. С. 145); «…Пушкин, который, будучи штатским, не мог доказать
свою доблесть современникам на поле битвы, видел в азартных играх, как и в дуэлях,
способ продемонстрировать свою благородную готовность рисковать и свою приверженность кодексам чести, лежащим в основе дворянской идентичности» (Helfant I. M.
The high stakes of identity: Gambling in the life and literature of nineteenth-century Russia.
Evanston (IL), 2002. P. 65).
903

Ср.: «Банкомет <…> начал метать. С этой минуты в зале воцарилась
глубокая тишина»906; «Толпа дам и любопытных стояла за стульями
игроков… Торжественная тишина воцарилась в комнате, как в поле
перед грозою»907.

Ср.: «…начал метать робко и медленно, как будто знал заранее, что
перед этим ужасным игроком для него нет спасения. Руки его дергало, как на гальванической машине908»909; «Вспотевшая рука банкера
задрожала»910.

Убежденный в своей победе, он объявляет о ней, еще не открыв
карту, а открыв, не смотрит на нее.
Кох К. Школа опыта / Пер. В. Соколов // Сла. 1827. Ч. 4. С. 22.
Кораблинский А. [Воейков А. Ф.] Картежники // ЛПРИ. 1833, 16 сент.
908
как будто их соединили с гальваническим элементом
909
Клаурен Г. [Хойн К.] Голландский купец. С. 45–46.
910
Полежаев А. И. Стихотворения. М., 1832. С. 259. Ср. также: «И банкомет из самых
грузных / Не усидит <на месте от волнения>, когда зачну [опечатка; правильно: загну
<угол>]» (Вяземский П. А. Выдержка // МТ. 1827. Ч. 17, № 19. С. 121); «Дрожит, бледнея,
банкомет» (Масальский К. П. Терпи казак, атаман будешь. С. 7).
906
907

333

334

Германн ошибся: он открыл не туза, а даму.
«Фраза „дама ваша убита“ — двусмысленна. С одной стороны, прямое предметное значение этой фразы картежного языка указывает
на результат карточной игры Чекалинского с Германном (проигрыш
ставки Германна на пиковую даму), а с другой стороны, каждое из
составляющих эту фразу слов выражает иные, относящиеся не к кар­
точной игре, а к убийству старухи значения. Ведь „ваша дама“ для
Германна — старуха. На ней сосредоточилась его страсть. И эта дама
была, действительно, убита им»911.
Такая двусмысленность имела прецеденты. В поэме В. А. Жуковского «Красный карбункул» (1817), переложении «Карбункула» (1803)
Гебеля, жена игрока видит во сне карту, сулящую ей смерть от ножа:
«Что там? червонный / Туз?.. Кровавое сердце!»912, и гибнет. Крики
трактирных игроков: «Бей! <…> — подходи! — я лопнул! — козырь! —
зарезал!» не дают женоубийце забыть о содеянном: «Зарезал!.. Глубоко,
глубоко / В сердце к нему заронилось тяжкое слово», и, всё проиграв,
он поддается искушению нечистой силы: «…зарежь себя сам»913. Героиня новеллы Бальзака «Бал в Со» (1830), мечтавшая выйти замуж за
пэра Франции, который был бы к тому же красив и богат, обнаруживает, что отвергла именно такого жениха, сочтя его купцом; в финале она
проигрывает в карты и узнает, что по рассеянности сбросила (исклю­
чила из игры) бывшего у нее на руках червонного короля914.
Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы». С. 96. Ср. столкновение двух значений этого глагола: «Убитый туз не умирает, / Бумага гробу век не знает» (Яковлев А. С. Соч.
С. 68).
912
Жуковский В. А. Красный карбункул. С. 54.
913
Там же. С. 62, 64. Игра с символикой червонного туза и с разными значениями глагола зарезать восходит к аналогичной в оригинале (ср.: J. P. H.<ebel> Allemannische
Gedichte. Carlsruhe, 1803. S. 52, 54, 57, 63, 64).
914
См.: Balzac H. de. Scènes de la vie privée. Paris, 1830, T. 1. P. 399. Чтобы передать многозначность этого образа, в одном из переводов использован курсив: « — Прелестная
графиня, так как вы сбросили вашего червонного короля, то я выиграл» (Бальзак О. де.
Сцены из частной жизни. Ч. 3. С. 194), в другом вдобавок переименована масть: « — Су911

Эпиграф Пиковая дама означает тайную недоброжелательность,
уместность которого до сих пор была неочевидной (в тексте не появлялось ни название масти, ни словосочетание с ним), обретает силу
сбывшегося пророчества.
Мотивы ‘мнимый выигрыш’, ‘месть масти пик’ и ‘матереубийство’
соединяются в поэме В. И. Майкова «Игрок ломбера» (1763): перепутав масти, герой счел себя победителем, а обнаружив свою оплошность, решил, что его наказала карта пиковой масти, и испытал муки,
превосходящие страдания Ореста.

В основе историй о том, как графине и Чаплицкому удалось отыграться, лежит сюжет ‘триумф слабого’, оснащенный фольклорным
механизмом ‘трехступенчатого возрастания’. История об обогащении
Германна развивается, казалось бы, по той же схеме, однако на последней ступени неожиданно оборачивается вариацией других сюжетов: ‘утрата желаемого в шаге от обретения’915 и ‘неспособность воспользоваться тайным знанием наставника’916.
Сходный композиционный прием был использован в повести
Цшокке «Мертвый гость» (1825): один из героев рассказывает историю о том, как в городке дважды побывал мертвый жених и каждый
раз он убивал трех невест; горожане в ужасе ожидают повторения событий, однако при третьем своем появлении мертвый жених оказывается простым смертным и никому не причиняет вреда917.

дарыня, вы сбросили сердцевого короля (roi de cœur), и я выиграл» (Его же. Невестааристократка. С. 369).
915
Ср. ‘несостоявшийся исход жен’ Лота и Орфея.
916
Ср. судьбу ‘ученика чародея’. Об источниках знакомства Пушкина с этим сюжетом
см.: Якубович Д. П. Из комментариев к заметке Пушкина об «Юрии Милославском»
1830 г. // ПиЕС. 1930. Вып. 38/39. С. 134–140.
917
Другой герой этой повести, офицер армии, сражающейся с Наполеоном, воображает себя победителем римских легионов — «вторым Германом» (<Цшокке Г.> Вильгельмина, или Побежденный предрассудок. С. 6).

335

336

обдернуться — «ошибочно выдернуть. Обдернулся картою»918
Типографская краска на новых картах свежая; чтобы они не прилипали друг к другу, их тасуют. Чекалинский это сделал, а Германн,
игрок неопытный и слишком уверенный в своей удаче, нет, — и к рубашке выбранного им туза прилипла дама пик919. Эти две карты он
положил на стол лицевой стороной вниз, думая, что кладет одну,
а когда открыл свою карту, ею оказалась отклеившаяся верхняя: вместо туза у него стояла пиковая дама. (Ср.: два тела не могут в физическом мире занимать одно и то же место.) Карты, открытые Чекалинским, были того же достоинства, что и Германновы, однако легли
они в роковом для Германна порядке: Направо легла дама, налево туз.
Условие чтобы ты в сутки более одной карты не ставил аналогично тому, которым в «Красном карбункуле» сопровождается вручение герою волшебного перстня: надевать его надлежит «раз на день,
не боле! и в будни, не в праздник!» Начав игру в предпраздничный
день, герой не заметил, как миновала полночь, и «всё проиграл не­
возвратно»920. То же ожидало Германна, когда, обдернувшись, он поставил не одну карту, а две.

СЦРЯ, III, 6. Ср. примеры употребления в близком к игрецкому (исходном для него?
производном от него?) значении ‘вынуть нечто по ошибке’: «…неужто я обдернулся!
<…> Извините это ошибкой [сочтите это за ошибку], вот ваше… (подает другое письмо)» (<Роже Ж. Ф.> Слуга двух господ / Пер. Е. Ф. Лифанов. СПб., 1810. С. 46); «...ты обдернулся и вытащил из мешка памяти твоей не то, что хотел сказать» (<Полевой Н. А.>
Клятва при гробе Господнем. Ч. 4. С. 40); «…обдернулись, обознались, не в то гнездо
руку засунули, не ту пташку вытащили!» (Казак Луганский [Даль В. И.]. Повести, сказки и рассказы. СПб., 1846. Ч. 4. С. 156).
919
«Германн, заметив нужного ему туза, потянул его, но не почувствовал пальцами,
что за этой картой идет другая — пиковая дама» (Чхаидзе Л. В. О реальном значении
мотива трех карт в «Пиковой даме». С. 459).
920
Жуковский В. А. Красный карбункул. С. 57, 64. Перекличка отмечена в: Аринштейн Л. М.
Комментарий к так называемым «Наброскам к замыслу о Фаусте» // ВПК. 2005. Вып. 30.
С. 253.
918

Отлепливание одной карты от другой вторит предыдущим тактильным действиям демаскирующего характера: отклеиванию мушек, отвязыванию фижм, откреплению парика и нащупыванию потайной
двери.

не понимая, как мог он обдернуться — Так же метризована реплика Нарумова, иронизирующего над Суриным, благоразумие которого привело к проигрышу: твердость твоя для меня удивительна.

Если молодые герои ПД, исключая Германна, способны улыбаться
и смеяться, а с лица Чекалинского улыбка почти не сходит, то графиня не улыбается, а усмехается: насмешливо взглянула на него в сцене
отпевания и прищурилась и усмехнулась в сцене игры.

В новелле В. Ф. Одоевского «Opere del cavaliere Giambattista Piranesi»
(1831), задуманной как часть цикла «Дом сумасшедших», рассказчик интересуется чудаком, разгуливающим по Петербургу в старинном французском наряде, и, встретив его в книжной лавке листающим справочник по архитектуре, обращает его внимание на фолиант с проектами
Пиранези, «но едва взглянул он на показываемую ему мною книгу, как
с ужасом отскочил от меня, замахал руками и закричал: „Бога ради, закройте, закройте эту негодную книгу!“», после чего поведал, что он
и есть творец этих проектов, терзающих его, покуда они не воплощены;
в ответ на возражение рассказчика, что Пиранези давно умер, чудак назвался Вечным жидом, а поведение свое объяснил так: «...пришло же
вам в голову открыть передо мною мою проклятую книгу: вы не видали, но я — я видел ясно, как одна из пилястр храма, построенного в средине Средиземного моря, закивала на меня своей косматой головою...»921
<Княз>ь <Владимир>ъ <Одоевски>й. Opere del cavaliere Giambattista Piranesi. С. 61,
64–65; упоминается здесь и мелодрама «Тридцать лет, или Жизнь игрока» (Там же.
С. 55).
921

337

338
Автор ПД, принимавший участие в публикации этой новеллы, не оставил без внимания сцену с чертежом, угрожающе оживающим под
взглядом зодчего, и именно отсюда позаимствовал для своей гл. 3 словосочетание закивала головою.

Ср.: Это сходство поразило даже Лизавету Ивановну922.

Мотивы ‘договор с дьяволом’, ‘мнимое возвышение’, ‘трансформация враждебного женского существа’ и ‘проигрыш при ставке на туза’
составляют один из сюжетов «Разговора на святках» (1832) Н. А. Полевого: купеческий сын в собранье мертвецов и нечисти, которое кажется ему «барским» (а «за барство, за великолепие» он «готов был
отдать всё»), садится, по наущению черта, играть в карты, ставит свою
жизнь, проигрывает ее «какой-то старушке», и та оборачивается
Смертью («одежда и тело свалились со старухи: я увидел отвратительный остов. — Ты мой! — сказал мне этот ужасный игрок»); играют на душу купеческого сына, и Смерть проигрывает ее черту, поставив на пикового туза923.
Мотив ‘портретное сходство карточной дамы с возлюбленной понтера’ восходит к «Эликсирам дьявола» (1816) Гофмана, а ‘потеря понтером всего состояния при ставке на даму’ — к «Игрецкому счастью»924,

Отмечено в: Aizlewood R. The alter ego and the stone guest. P. 91.
См.: Н. <А.> П.<олевой> Разговор на святках. С. 55–62.
924
Переклички ПД с «Эликсирами дьявола» и с «Игрецким счастьем» отмечены в:
Штейн С. В. Пушкин и Гофман. С. 270–275. Те же мотивы объединены в шведско-немецкой «Пиковой даме»: поставив на даму, напоминающую ему его возлюбленную,
герой романа проигрывает своему сопернику: «Майор произвел еще несколько едва
922
923

где игра в фараон становится дуэлью со смертельным исходом: понтер проигрывает свою жену влюбленному в нее банкомету, а дома
узнае­т, что своею страстью к игре ускорил кончину несчастной. Параллелизм утрат — карточная дама проигрывает, женщина умирает — повторен в ПД, и здесь его усиливает принятое в игрецком арго
име­нование проигравшей карты убитой.
Тождество в ПД дамы пик и графини подготовлено, во-первых,
тем, что в гл. 1 графиня — единственная женщина, о которой го­
ворят в обществе игроков-мужчин, во-вторых, тем, что персонажи
ПД не раз неявно уподоблялись картам — и это, прежде всего, порт­
реты графини: в обрамлении зеркала, окна, спинки кресла и стенок
гроба.
Образы ‘старого’ и ‘молодого’, пребывающие в состоянии равновесия (что выражается, помимо прочего, в почти равной численности
в ПД слов с корнями стар- и молод-), обнаруживают способность к взаимопроникновению (старая кормилица) и взаимопереходу: умер­шая
старуха становится Венерой, а молодая красавица на игральной карте — старухой. Сцены опознания графини в обличьях белой женщины и дамы пик восходят к сюжетам об оживающем портрете предка
и о сходстве призрака с лицом, запечатленным на портрете. Актуализирован и любимый Пушкиным сюжет об изображении, наказывающем обидчика, — с той только разницей, что высеченное из камня
издавало стук («Каменный гость»), отлитое в металле — звон: легкий («Сказка о золотом петушке») или тяжелый («Медный всад­
ник»)925, а оттиснутое на бумаге мстит беззвучно.
Несмотря на обилие внутритекстовых предвестий и затекстовых
параллелей сцена с оживающей картой производит неожиданный
и пугающий эффект: оживание сопровождается старением.
заметных движений и торжествующе провозгласил: — Пиковая дама проиграла!»
(<Livijn C.> Spader dame. S. 161; <Livijn C.> Pique-Dame. S. 179). Мотив ‘портретное сходство дамы пик с возлюбленной понтера’ намечен еще в «Игроке» Реньяра: ссылаясь
на обычай присвоения фигурным картам мифологических имен, один из героев замечает, что свою возлюбленную игрок, должно быть, именует Палладой, т. е. как пиковую даму.
925
« — Что там за стук?.. о скройся, Дон Гуан»; «Вдруг раздался легкой звон»; «Тяже­лозвонкое скаканье» (ПСС, VII, 170; III-1, 562; V, 148).

339

340

потянуть — начать тащить (по поверхности стола)
Ср.: «La dame perd!926 — сказал он с тем же равнодушием и отодвинул к себе мое золото»927; «Груда золотых денег лежала на столе <…>
Я поволок к себе золото»928.

Из восемнадцати употреблений в ПД глагола стоять десять приходятся на упоминания Германна, два — участников отпевания, четыре — мебели и гроба и два — игральных карт. Карты и Германн в гл. 6
обладают этим свойством попеременно: На столе стояло более три­
дцати карт — Германн стоял у стола — у него стояла пиковая да­
ма — Германн стоял неподвижно.

Ср.: «Мрачное, убийственное отчаяние овладело им <…> Он стоял
недвижимо, как прикованный к месту; потухший, но еще жаждущий
взор обращен был на золото, беспрестанно умножающуюся горку равнодушного игрока, против него сидящего»929; «Как туз третично поражен930, / В стану931 плутов раздался хохот; / Несчастного не слышен
ропот: / Он был тогда окаменен»932.

Дама проигрывает!
Кох К. Школа опыта. С. 23.
928
Н. <А.> П.<олевой> Разговор на святках. С. 56. Ср. также: «…с каким равнодушным
спокойствием застольный победитель сгребает рукою гинеи» (Лихтенберг Г. К. Путь
развратного: Моральная Гогартова карикатура / <Предисл. В. А.> Ж.<уковского> // ВЕ.
1808. № 15. С. 224).
929
Крузе Л. Счастливый день / Пер. <Д. М.> К-<няжеви>ч // СО. 1826. Ч. 107. С. 108–109.
930
после проигрыша третьей ставки на туза
931
стане
932
Яковлев А. С. Соч. С. 69.
926
927

Игроки освобождаются от состояния транса, в который их погрузила игра инженера-немца, будто заключившего договор с дьяволом.
Наречие славно служит похвалою поведению, приведшему к успеху, и звучит насмешливо, если результаты обратны ожидаемым. Ср.
реакцию профессиональных игроков в карты на разорительный проигрыш простака: «Обманут славно, все шептали»933.
Переклички со сценами в гл. 5:

Церковь была полна.

В эту минуту показалось ему,
что мертвая насмешливо взглянула
на него, прищуривая одним глазом.

<Все (комнаты) были полны народу.>
В эту минуту ему показалось,
что пиковая дама прищурилась
и усмехнулась.

оступился

обдернуться

Между посетителями поднялся
глухой ропот.

Между игроками поднялся шепот.
Когда отошел он от стола, поднялся
шумный говор.

своим чередом — по заведенному порядку; как обычно

Словами «игра опять пошла чередом своим» завершается сцена
карточной игры в русском переводе романа фан дер Фельде «Арвед
Гилленштирна» (1823)934.

Там же.
Вельде [Фельде К. Ф.] фан дер. Смерть Карла XII: (Отрывок из романа Арвед Гил­
ленштирна). С. 287. В ПД обнаруживаются и другие переклички с переводом этого

933
934

341

342
Ср. также: «Тихо было в комнате. Сквозь густой табачный дым
тускло виднелись нагоревшие свечи и стол, на котором разбросаны
были согнутые и изодранные карты; человек пять сидело около него,
один из них равнодушно, спокойно метал банк. Черноволосый молодой человек, в военном сюртуке без эполет, в котором трудно было
узнать Любского, бледный как тень нездешнего жителя, с каким-то
судорожным движением выдернул карту из игры и, загнув угол, смотрел пристально на колоду, которая плавно, однообразно, постепенно
выпадая из рук банкомета, медленно разделялась на две кучки. В неподвижных глазах Василия <Любского> изображалось то отчаянье,
то надежда, то ужас. В них сосредоточивались все чувства: всё, кроме
глаз, было мертво. — Убил! — промолвил спокойно банкомет. —
Убил! — повторил Любской ужасным голосом — голосом, который
в ушах и, может быть, в сердце игравших отозвался как-то странно,
как отзыв совести. — Убил! — повторили они невольно — и игра прекратилась на несколько минут»935.
Германн дважды поднимается к графине: по парадной лестнице
особняка и по ступеням катафалка — и дважды бесславно оставляет
достигнутую высоту. Получив доступ к тайне, он забывает о графине
и снова предпринимает восхождение — символическое и на этот раз
дважды удачное, но на последней ступени ему уготована еще одна
встреча с нею: образ мертвой старухи не только не вытеснен из его
памяти, но вытиснен в ней — глубоко и до конца его дней.

отрывка: офицеры играют в шахматы, и шахматный король уподоблен Карлу XII, а во
время игры в фараон астролог и хиромант Сведенборг советует понтеру: «Поставь короля <…> он враг банкомету» — и в самом деле, «Король выиграл соника и paroli на
него же, которое Арвед потом загнул», а вскоре сбывается и другое предсказание
Сведенборга: военный инженер убивает Карла XII; кроме того, герой заявляет: «Я не
люблю бабьих сказок», а один из персонажей замечает: «…известные мысли, овладев
умом, разрушительно действуют на самый зрелый, ясный рассудок» (Там же. С. 283,
286, 287, 289). Параллели отмечены в: Якубович Д. П. Литературный фон «Пиковой
дамы». С. 210–212.
935
Телешевский [Львов В. В.]. № XIII. С. 103–105.

— эпилог
Актуализированы могут быть и другие значения: ‘лишение сво­
боды’ (заключение одного из героев повести под надзор) и ‘принятие
соглашения’ (заключение брака другими героями). Эта многозначность будет обыграна иллюстратором издания ПД 1911: «Картинкой,
построен­ной на словесной игре, <А. Н.> Бенуа кончает книгу <…> На рисунке — два сердца, соединенные горизонтально и склонившиеся друг
к другу. Внутри них — двое: не отнимая от глаз платка, жеманница протянула руку кавалеру, у того наготове букет роз с крупными шипами.
Над сердцами устроился голенький под расстегнутым пальто мальчикамур, в чулках и домаш­них туфлях. В руках у него концы железной цепи,
обрамляющей рисунок. Снизу цепь скреплена висячим замком <…>
цепь с замком, которой одомашненный путто связал картинку и двух ее
персонажей, прямо изображает надпись свер­ху. И послесловие к повес­
ти, и узы двух браков, и вынужденное пребывание в Обуховской больнице — всё это именуется одним емким словом: заключение»936.

Кончина графини сводит на нет усилия узнать ее тайну, но яв­ление
призрака способствует ‘обретению казалось бы утраченного’. Однако

Хитрова Д. М., Цивьян Ю. Г. Иллюстрация в роли комментария: «Пиковая дама»
Александра Бенуа // Con amore: Ист.-филол. сб. в честь Л. Н. Киселевой. М., 2010. С. 636.
936

343

344
успешно начатое обогащение сменяется ‘утратой казалось бы обретенного’ — конструкция, использованная Пушкиным не раз: рассказчик
«Путешествия в Арзрум» ликует, что наконец-то оказался за рубежом,
но узнаёт, что эти земли только что завоеваны Россией; потусторонние
силы возносят героиню «Сказки о рыбаке и рыбке» по социальной
лестнице, но за обнаруженное ею непомерное властолюбие безжалостно возвращают ее на нижнюю ступеньку. Германна, однако, лишают
не только выигрыша, но и отцовского капитала, а за алчность (худший
из пороков, по мнению обремененного долгами автора) наказывают
безумием, как героя «Сказки о попе и о работнике его Балде».
Борясь со своими навязчивыми страхами начала 1830-х — перед
разорением и перед сумасшествием, автор ПД делает жертвою обеих
фобий само воплощение бережливости и благоразумия — петербургского немца-инженера, живущего в смиренном своем уголке и обедающего в уединенном трактире, но наделенного огненным воображе­
нием и одержимого неподвижной идеей. Одним из его предтеч был
герой рассказа Ирвинга «Случай с немецким студентом» (1824) — поселившийся в Париже немец: «Хотя Вольфганг жил тихо и уединенно;
но был пламенного характера», отчего «как Сведенборг, сотворил вокруг себя свой собственный, идеальный мир» и увлекся «одною из
тех постоянных идей, которые совершенно наполняют собою все
внутренние способности людей, склонных к меланхолии, и которые
час­то походят на сумасшествие». Ужасное претворение его идефикс
в жизнь делает из него настоящего душевнобольного, и повествование завершается следующим разговором слушателя и рассказчика:
« — И всё это действительно случилось? <…> — В этом нет никакого
сомнения! <…> Я получил эту историю из верных рук. Сам студент мне
ее рассказывал. Я видел его в доме сумасшедших в Париже»937.
Итак, лишь по завершении рассказа выясняется, что его источник — воспоминания пациента психиатрии. О том же оповещают читателей Ливийн, сопроводивший свою «Пиковую даму» подзаголов-

Ирвинг В. Отрывок из «Рассказов одного путешественника». С. 236, 238, 239, 248.
Ср.: « — И эта гистория [история] действительно достоверная? — спросил Савва Трофимович. — Не подверженная ни малейшему сомнению, — отвечал путешественник, — я слышал ее от самого генерала, который только что оправился от белой го­
рячки» (Олин В. Н. Странный бал … . СПб., 1838. С. 70–71).
937

ком «История в письмах, найденных в Данвикене938», и Бульвер-Литтон, вынесший соответствующие сведения в заголовок новеллыпритчи «Рукопись, найденная в доме сумасшедших» (1829)939. Автор
ПД сообщает о безумии Германна лишь в эпилоге, но не отказывается
и от тех выгод, которые предоставляет жанр ‘записки сумасшедшего’: будущий пациент записал свое видение.

Ср. эскиз этой картины: Тройка, семерка, туз — не выходили из его
головы и шевелились на его губах.
До сих пор повествователь ни разу (за пределами прямой речи
персонажей) не употреблял глаголы в форме настоящего времени. Серия сидит, не отвечает, бормочет устраняет повествователя как
посредника между происходящим и читателями — и происходящее
приближается к ним стремительно и вплотную.

Свое название Обуховская больница получила из-за соседства
с Обуховским мостом через Фонтанку. Входивший в состав больницы
Дом призрения умалишенных был в 1828 отделен от нее и переименован в Больницу всех скорбящих, а в 1832 переведен за город, но уже
с начала 1800-х словосочетание Обуховская больница и другое ее наиме­
нование, желтый дом (по цвету окраски здания), ассоциировались
название места под Стокгольмом, ставшее нарицательным обозначением психиат­
рической клиники
939
См.: <Бульвер-Литтон Э.> Рукопись, найденная в доме сумасшедших // ЛПРИ. 1832,
1 окт.
938

345

346
только с больницей для душевнобольных940; в дальнейшем желтый
дом станет обозначением любого психиатрического заведения.
Пациент такого заведения не лежит, как в другой больнице, а посажен и сидит, лишенный свободы передвижения941. Впрочем, по
заверениям петербургской газеты, жестокое обращение с душевнобольными давно сменилось человеколюбивым, а Больница всех скорбящих — лучшая среди клиник такого типа в Европе942: суровые
«меры укрощения» — холодное обливание и помещение в «темную
комнату, где пол, двери и стены почти до потолка обиты тюфяками и обтянуты клеенкою»943 — применялись только к пациентам,
страдающим припадками mania furibunda944. Больным же вроде Гер­
Даже такой выдающийся знаток теневых сторон столичной жизни, как В. В. Крес­
товский, описывая в «Петербургских трущобах» (1864–1866) сумасшедший дом, помещает его по адресу Обуховской больницы.
941
Напр.: «В [на] цепь посажен в желтый дом» (Воейков А. Ф. Дом сумасшедших [ред.
1814–1817] // Поэты 1790-х–1810-х гг. Л., 1971. С. 798); «Великолепный желтый дом, /
Где сумасброды с бритым лбом, / Где пленники слепых дурачеств, / Различных званий,
лет и качеств, / Кряхтят и пляшут под ярмом [здесь: средство фиксации душевно­
больного]» (Вяземский П. А. Коляска // МТ. 1826. Ч. 11, № 20. С. 147); «Схватили, <отвезли> в желтый дом и на цепь посадили» (Грибоедов А. С. Горе от ума. С. 117).
942
См.: А. <Н.> Н.<икитин> <Анонс кн.:> Проект устава для санкт-петербургского
Дома умалишенных … // СП. 1832, 25 окт.; Его же. <Анонс кн.:> Considérations sur le traitement des aliénés … // СП. 1833, 24 апр.; Его же. Извлечение из кн.: Рассуждение о лечении умалишенных … // СП. 1833, 25 апр.; Его же. Больница всех скорбящих // СП. 1834,
5 февр.
943
То же. 9 февр.
944
Пациентам ставили один из следующих диагнозов: «I. Бешенство (Mania). а) Б.<е­
шен­ство> с бредом (Mania delirans). b) Б.<ешенство>, обнаруживающееся с зверским
неистовством (Mania furibunda). c) Б.<ешенство> с тихим бредом (Mania stupida).
II. Слабоумие (Dementia, fatuitas). III. Меланхолия, или задумчивость (Melancholia).
IV. Безумие (Moria, idiotismus)» (То же. 7 февр.). Из 168 лиц мужского пола, находившихся на излечении в 1832, диагноз I наблюдался у 40, II — у 32, III — у 48, IV — у 46, и еще
у 2 признаков помешательства не обнаружилось; холостых среди них было 100, женатых 65, вдовых 3; самую большую группу составляли гражданские чиновники — 51,
далее шли дворовые люди — 25, ремесленники и художники — 24, мещане — 15, кресть­
яне — 10, неслужащие дворяне — 9, купцы — 6, штаб- и обер-офицеры — 5, лекари
и провизоры — 4, лица духовного звания — 3, учителя — 3, студенты — 3, вольноотпущенные — 3, лица неизвестного звания — 3, отставные солдаты — 2, арестанты — 2
(см.: Внутренние известия // СП. 1833, 8 марта). Такие «причины, содействовавшие
940

ман­на, которому, надо полагать, поставили бы диагноз melancholia
(«бормочут про себя <…> погружаются в неотступное помышление945
о предмете их страдания»946), разрешалось посещать «рекреационную залу», где наряду с биллиардом, фортепиано, фисгармонией
и шашками имелся — внимание! — «стол ломберный для карточной
игры»947.

в 17 нумере — в 17-й больничной палате
Цикл полотен и гравюр Хогарта «Карьера мота» (1733–1735, 1763)
посвящен судьбе молодого человека, получившего отцовское наследство: предавшись разгулу, он разоряется, пробует поправить дела женитьбой на богатой старухе и карточной игрой и становится одним
из пациентов Бедлама948. Их на последней гравюре навещают те, кто
движим состраданием или любопытством; двери двух палат открыты: в 54-й сидит фанатик, в 55-й «король».
В редакции 1814–1817 сатиры Воейкова «Дом сумасшедших», ходившей в списках, рассказчику снится, как он посещает второе отделение Обуховской больницы: «Тут — один желает трона, / А другой —

к умственному расстройству», как «страсть к игре» и «чтение романов», в Больнице всех скорбящих не учитывались, но, если обратиться, напр., к статистике парижского Шарантона конца 1820-х, то выяснится, что «passion du jeu» — причина забо­
левания двоих из 28 пациентов, а «lecture de romans» — семи из 40 пациенток, по­
ступивших в 1828 (см.: Nombre des aliénés dans le département de la Seine pendant
l’année 1828 // Renseignemens statistiques sur les départemens de la France. 1830. T. 16.
P. 386–387).
945
непрекращающееся размышление
946
Бутковский П. А. Душевные болезни, изложенные сообразно началам нынешнего
учения психиатрии … . Ч. 2. С. 97–98.
947
А. <Н.> Н.<икитин> Больница всех скорбящих // СП. 1834, 7 февр.
948
Издания с репродукциями этого цикла не были раритетами; публиковались и его
описания, в том числе на русском и французском, напр.: Романы Хогартовы // Библиотека немецких романов / Пер. В<а>с<и>л<ий> <А.> Л<е>вш<и>н. М., 1780. Ч. 2. С. 373–
377; Лихтенберг Г. К. Путь развратного: Моральная Гогартова карикатура / <Предисл.
В. А.> Ж.<уковского> // ВЕ. 1808. № 5. С. 42–63; № 15. С. 218–226; № 21. С. 36–44; Hogarth G. Analyse de la beauté, destinée à fixer les idées vagues qu’on a du goût / Trad. <par
H. Jansen>, précédée de <Jansen H.> La vie de ce peintre et suivie d’une notice chronologique,
historique et critique de tous ses ouvrages de peinture et de gravure. Paris, 1805. T. 1.
P. 331–43­8.

347

348
владеть луной, / Тут — портрет Наполеона / Намалеван как живой. /
Я поспешными шагами / Через залу перешел / И увидел над дверями /
Очень четко: „Сей отдел — / Прозаистам и поэтам, / Журналистам, авторам / Не по чину, не по летам, / Здесь места по нумерам“. / Двери
настежь. Надзиратель, / Отворя мне, говорит: / „Нумер первый — ваш
приятель / Каченовский949 здесь сидит“ <…> Нумер третий? На ле­
жанке / Истый Глинка950 восседит951»952.
В финале повести Бальзака «Сделка» (1832, также «Граф Шабер»,
«Полковник Шабер», «Графиня-двоемужница») главного героя, в прошлом офицера наполеоновской армии, навещают в богадельне под
Парижем, где он числится как «номер 164 из седьмой палаты»953.
Смысл необычного, по мнению критиков954, заглавия повести
В. В. Льво­ва о несчастливом женихе и игроке — «№ XIII» (1833) — раскрывается незадолго до эпилога: «Смотритель <…> говорит любопытствующим: — № XIII, гусарский штабс-ротмистр Любской, сума­
сшедший от любви. — Он вполголоса рассказывает историю его <…>
Зрители с различными чувствами смотрят сквозь деревянную решетку, за которой тихо, уныло сидит потерянный <…> Любской»955.

М. Т. Каченовский (1775–1842), литератор
С. Н. Глинка (1775 или 1776–1847), литератор
951
восседает
952
Воейков А. Ф. Дом сумасшедших [ред. 1814–1817]. С. 794–795. В одном из списков
1815–1816 фигурирует Ф. И. Герман (см. о нем в основном тексте перед примеч. 66):
«Вот и Герман, весь в чернилах / Пишет план воздушный свой / И толкует, как в гор­
нилах / Плавят золото с сурьмой. / И тогда же, в исступленье / Бросив свой мундир
в камин, / Он хохочет в восхищенье / И шагает как павлин. / Но, узрев меня, несчастный / Сделал два разà прыжок, / И запел он несогласно: / „Гибельный, жестокий рок! /
Так иду на поле славы, / Но в карманах пустота; / О, гусары величавы! / Я их строев
красота!“» (Там же. С. 799); увольнение Германа из горного ведомства описано как сожжение старого мундира и мечты о более красивом. На месте своей следующей службы — в подчинении оренбургского военного губернатора — Герман запомнился как
«сумасброд» (см.: Чернов И. В. Записки. Оренбург, 1907. С. 49, 55, 56).
953
Balzac H. de. La transaction // L’artiste. 1832. T. 3. P. 65 = «...в седьмой палате под
№ 164» (<Бальзак О. де.> Полюбовная сделка / Пер. Н. Ш.<игаев> // СОСА. 1833. Т. 38.
С. 223) = «Номер 66 [sic!], седьмая комната» (Его же. Граф Шабер. С. 321).
954
См.: <Рец. на:> № XIII … // МТ. 1833. Ч. 53, № 17. С. 111; <Булгарин Ф. В.? Рец. на:>
№ XIII … // СП. 1833, 9 окт.
955
Телешевский [Львов В. В.]. № XIII. С. 147–148.
949
950

Отчего известен номер палаты Германна? Его судьбою интересуются. «Посадят на цепь дурака / И сквозь решетку, как зверка, / Дразнить тебя придут»956. Впрочем, Германн и прежде не обращал вни­
мания на заглядывающих к нему в окно, а теперь между ним и любопытствующими и вовсе глухая стена: он не отвечает ни на какие
вопросы.
Но, может быть, справки о нем навел тот из героев ПД, кто слышал
анекдот Томского о тайне трех карт и, наблюдая за Германном у Че­
калинского, догадался, что эта тайна Германну известна, и решил
установить причину его проигрыша? Такому посетителю достаточно
вслушаться в слова, которые пациент из 17-й палаты бормочет не­
обыкновенно скоро ‘произносит невнятно и очень быстро’.

«Особое значение сосредоточенных размышлений Германна о трех
картах выражается в ритмизации речи. Тема трех карт неизменно
вызывает трехударное ритмическое движение речи, иногда переходящее в правильный дактиль. Чтó если стáрая графи́ ня | открóет мнé
свою тáйну? | и́ ли назнáчит мнé | э́ ти три вéрные кáрты <…> Отчетливо выступает дактиль в словах графини: Трóйка, семёрка и тýз... Повторные удары этого дактиля в начале 6 главы <…> приобретают магический характер. Трóйка, семёрка, (пауза) тýз скоро заслонили в воображении Германна образ мертвой старухи. Трóйка, семёрка, (пауза)
тýз преследовали его во сне, принимая всевозможные виды: трóйка
цвелá перед ни́ м <…> Магический дактиль делается как бы лейтмотивом Германна и заключает всю повесть: Гéрманн сошел с умá... Трóйка,
семёрка, тýз! Трóйка, семёрка, дáма!..»957
ПСС, III-1, 322–323. Ср.: «И на цепи, как узник в желтом доме, / Которого нам видеть
смех и жаль, / Иль тот зверок, что к колесу привязан» (Вяземский П. А. Альбом // СЦ на
1826 г. СПб., 1826. С. 53); описана забава с бегущим в колесе грызуном. Образом дру­
гого животного (обезьянки уличного артиста, вытягивающей билетики с предсказа­
ниями?) навеяна квазиантропологизированная аллегория судьбы в письме Пушкина
к Вяземскому: «Представь себе ее огромной обезьяной, которой дана полная воля.
Кто посадит ее на цепь?» (ПСС, XIII, 278; письмо не позднее 24.05.1826).
957
Слонимский А. Л. О композиции «Пиковой дамы». С. 176–177. Критический отзыв
см.: Лежнев А. З. Проза Пушкина. С. 183 и далее.
956

349

350
В истории инженера, который мыслил уравнениями и не рас­
ставался с часами, а теперь обречен произносить то выигрышную
числовую последовательность, то проигрышную, вновь скрестились
судьбы игроков Гофмана — но уже не любострастного монаха Ме­
дарда («Эликсиры дьявола») и шевалье Менара («Игрецкое счастье»),
ставящих на даму, а погруженного в цифры канцеляриста Неттель­
мана, который «сошел с ума и увезен в больницу <…> помешан на лотереях, потому что почитал себя королем Амбы958»959, и ростовщика
Вертуа, который в агонии «шептал: выиграл! проиграл! трепещущими
пальцами перебирал, как бы тасуя карты»960.
Эпилог выявляет и ироикомическую ипостась образа Германна: для
инженера с профилем Наполеона больничная палата оказывается чемто вроде острова Святой Елены961, а как сын обрусевшего немца он приобщается к сонму древних германцев: те, согласно Тациту, проиграв
в кости всё свое имущество, ставили на кон собственную свободу962.
В документах Российского государственного исторического архива (Санкт-Петербург) и Центрального государственного историче­
ского архива в Санкт-Петербурге, которые относятся к деятельности
Обуховской больницы и Больницы всех скорбящих за период, предшествующий началу работы Пушкина над ПД, сведений о пациенте
по фамилии Герман(н) не имеется963. Известно, однако, что в сентябре
1833 сверхштатным врачом Обуховской больницы стал выпускник
Императорской медико-хирургической академии Федор Федорович
Герман (1811–1892).

от итал. ambo ‘оба, обе’ — ставка на два номера
Гофман Э. Т. А. Жизнь трех друзей. № 9. С. 67.
960
Его же. Счастье игрока. № 18. С. 92 = «произносил слова, которые повторял некогда
в сообществе сребролюбцев, занимаясь порочным ремеслом своим» (Его же. О счастии
игроков. С. 131).
961
См.: Raskolnikoff F. Иррациональное в «Пиковой даме». P. 258.
962
Germ. 24.
963
Справка В. Дзевановского-Петрашевского.
958
959

очень любезный молодой человек — jeune homme très-aimable; нередко — характеристика жениха964

Неопределенное наречие в характеристике где-то служит означает ‘не известно и/или не важно, где именно’ и обозначает пренебрежительное отношение либо Лизаветы Ивановны к мужу, ли­бо
светского общества к обоим супругам и/или вообще к докучной необходимости служить. Безымянный муж напоминает Германна: то­
же молод, тоже незнатен, тоже унаследовал отцовский капитал, но
служит, и наконец, принимая во внимание специфику российского
рынка квалифицированного труда, вероятно, тоже сын обрусевшего
немца965.
Как графский управитель смог оставить сыну порядочное ‘значительное’ состояние? Не вел ли он себя подобно прислуге, которая делала что хотела, наперерыв обкрадывая умирающую старуху? В современном ПД романе мнения по поводу управителя, который «не
умел себе ничего нажить», расходятся: «Одни говорили, что он был
слишком честен; большая же часть просто говорила: вольно ему966, он
глуп!»967 Справедливости ради стоит заметить, что и честный упра­
витель мог нажить немало, если руководил высокодоходным хо­
зяйством и оклад его жалованья был привязан к размерам прибыли

Напр.: «…самый любезный молодой человек, который в глазах прелестной девицы
не менее был любезен» (Вейсе Х. Ф. Два любовника // ПППВ. 1798. Ч. 17. С. 33); «…приводил к нему своего сына, очень любезного молодого человека» (Монтолье И. де.
Швейцарские замки. М., 1821. Ч. 3. С. 90); «Елисавета соединилась узами брака с лю­
безным молодым человеком» (Венок из цветов на гробнице матери // Библиотека
детских повестей, анекдотов и сказаний … . М., 1824. Ч. 1. С. 24); «Пожилые невесты
признавались откровенно, что я был очень любезный молодой человек» (Несчастия
счастливейшего из смертных // Молва. 1831. № 33. С. 100).
965
См.: Shaw J. Th. Pushkin: Poet and man of letters and his prose. P. 145–146.
966
сам виноват
967
<Зотов Р. М.> Леонид, или Некоторые черты из жизни Наполеона. Ч. 1. С. 47.
964

351

352
работодателя968. Как бы то ни было, источником состояния мужа Лизаветы Ивановны является графиня.

В 1833 «Онегин» вышел полным изданием, и тем, кто перечитал
его и прочитал ПД, могло броситься в глаза сходство судеб Лизаветы
Ивановны и Татьяны Лариной: юная мечтательница, томящаяся отсутствием родственной души и исполненная ожиданий, питаемых
чтением, переписывается с героем своего романа, осознаёт, что заблуждалась на его счет, и вступает в лишенный романтизма брак,
следуя семейному обычаю: матери Татьяны нравился «игрок и гвардии сержант», но выдали ее за «разумного мужа», которым она на­
училась «самодержавно управлять»969.

Среди европейских сочинений о пагубных следствиях страсти к игре
первое место по количеству переложений и подражаний делили два
«Игрока» — комедия Реньяра (1696) и трагедия Мура (1753)970. (Еще
один вариант сюжета — ‘исцеление благодаря семье’ — был разработан
в «Игроке» (1796) Иффланда, но своею известностью эта немецкая ме­
лодрама сильно уступала французской комедии и английской трагедии.) Герой Реньяра теряет невесту: она предпочитает ему поклонника
не столь яркого, зато свободного от одержимости; жизнь героя Мура
заканчивается в тюрьме. Эпилог ПД наследует обоим финалам.
Он может быть понят и как дань авантюрной и готической традиции: злодея лишают свободы, наследницу восстанавливают в правах.
А может быть прочитан в духе гофманианской готики: завершение
истории Германна — ‘победа инфернальной невесты над земной’,
а истории Лизаветы Ивановны — ‘победа земного жениха над инфернальным’; ср. развязку «Песочного человека» (1817)971 и «Лафертовской
См.: Боде А. К. Управитель русского имения. СПб., 1847. С. 114–120.
ПСС, VI, 45. Ср.: Grenier S. «Everyone knew her...» or did they?: Rereading Pushkin’s Lizaveta Ivanovna («The queen of spades»). P. 103–105.
970
Последняя получила популярность благодаря переложению Сорена «Беверлей» (1768).
О влиянии Реньяра и Мура/Сорена на начатую Пушкиным в 1821 комедию об игроке см.:
Слонимский А. Л. Пушкин и комедия 1815–1820 // ВПК. 1936. <Вып.> 2. С. 38 и далее.
971
«…Клара обрела наконец прочное супружеское счастье, которое обещала ей кроткая и чувствительная душа ее и которого никогда не мог доставить ей пылкий, беше968
969

маковницы»972. Герой новеллы Готье «Онуфрий, или Невероятные
злоключения поклонника Гофмана» (1832), жертва контакта с не­чис­
той силой, становится пациентом психиатрии, и его возлюбленная,
согласно первой редакции эпилога, умирает от горя973, согласно второй — заводит любовников и спустя год забывает его имя974.
Кажется, что после неуспеха, выпавшего на долю «Повестей Белкина» (1831), Пушкин ощущал потребность доказать, что состоялся как
прозаик, и в ПД он продемонстрировал то, что обеспечило славу «Онегину»: умение объединять чуть не любые жанрово-стилевые манеры
в бесшовное и не теряющее гибкость повествование.

В посмертных изданиях печатается У Лизаветы Ивановны.

Не взята ли сама Лизавета Ивановна в дом графини в качестве
бедной родственницы (pauvre parente)? Одного из сыновей графини
зовут Иван975. В оперной инсценировке ПД Лиза предстает внучкой
графини.
ный Натанаель» (Гофман Э. Т. А. Домовой-песочник // МТ. 1830. Ч. 36, № 24. С. 489) =
«…Клара нашла наконец семейственное счастье, которое обещала ей светлая и мирная душа ее и которого никогда бы не мог доставить пылкий и исступленный Нафа­
наил» (Гофман Э. Т. А. Песочный человек // Тел. 1831. Ч. 6. С. 360).
972
И здесь ‘земной жених’ не беден: его отец «имел случай вступить в подряды [по­
лучить правительственные заказы], разбогател» (Погорельский А. [Перовский А. А.]
Двойник, или Мои вечера в Малороссии. Ч. 2. С. 97). Перекличка отмечена в: Шрага Е. А.
Литературность против литературы. С. 28.
973
См.: Gautier Th. Onuphrius Wphly // La France littéraire. Paris, 1832. T. 3. P. 418; Gautier Th. L’homme vexé, Onuphrius Wphly // Le cabinet de lecture. 1832, 4 oct. P. 12.
974
См.: Gautier Th. Les Jeunes-France. Paris, 1833. P. 122.
975
Отмечено в: Cornwell N. Pushkin’s «The queen of spades». P. 62. Ср. также предположение о том, что Лизавета Ивановна родственница Томского: Shaw J. Th. Pushkin: Poet and
man of letters and his prose. P. 146. В семье младшего сына Н. П. Голицыной воспитывались

353

354
Образ воспитывающей воспитанницы встречается у Булгарина:
знатная семья заботится о дочери «бедных родителей дворянского
происхождения», выдает ее замуж за сына своего управителя, и она,
в свою очередь, воспитывает Лизу, «бедную сироту, дальнюю род­
ственницу»976.
Сообщение о бедной родственнице «может означать или то, что
Лизавета Ивановна платит долг — бывшая воспитанница теперь
сама берет воспитанницу, или (не исключено и это) она теперь на своей воспитаннице выместит те обиды, которые она претерпела, будучи сама „воспитанницей“. В том или другом случае эта деталь очень
значима: ею подчеркивается, что жизнь как бы возвращается „на круги свои“»977.
«Пушкин закончил свою повесть восстановлением порядка, хотя
появившаяся в последних строках „бедная родственница“ угрожает
в будущем возможностью новых бед»978.

Фиксация повествователя на тройках и семерках добавила к шести
главам ПД седьмую979, а к двум сообщениям о судьбах героев третье:
вакансию, возникшую в триумвирате главных действующих лиц после кончины графини, заполняет ее внук980. Таким образом, треугольник ‘богатая старуха — соблазнитель — бедная красавица’ сменяется
другим — вошедшим в обиход благодаря Реньяру: ‘одержимый — не-

внебрачные дочери ее покойного старшего сына; Загряжская намеревалась удоче­
рить внебрачную дочь брата.
976
Булгарин Ф. В. Петр Иванович Выжигин. Ч. 1. С. 125, 128.
977
Альтман М. С. О собственных именах в произведениях Пуш­кина // УЗГУ. 1964. Т. 72,
вып. 1. С. 388. Ср.: Его же. Видение Германна: (Пушкин и Достоевский) // Sla. 1931. Roč. 9.
S. 796.
978
Эйхенбаум Б. М. Статьи о Лермонтове. М.; Л., 1961. С. 200.
979
См.: Shaw J. Th. The «Conclusion» of Puškin’s «Queen of spades» // Studies in Russ. and
Pol. lit. The Hague, 1962. P. 126.
980
См.: Weber H. B. «Pikovaja dama»: A case for freemasonry in Russian literature. P. 443.

веста — благоразумный’981, причем одержимым оказывается расчетливый потомок трудолюбивого и незнатного инородца, а благоразумным — ветреный отпрыск столбовых дворян.

Офицерам кавалерии не рекомендовалось вступать в брак до получения чина ротмистра. Ср.: «Он <…> тем с большим нетерпением
ожидал ротмистрского чина, что с принятием <в его подчинение>
эскадрона должна была совершиться и свадьба его с девицею Цезен,
давно уже условленная и только до повышения его отложенная»982;
«…чтобы влю­биться классически, ждешь ротмистрского чина?»983;
«С рот­мистром уже заговаривают о прелестях супружеской жиз­
ни!»984. Женитьбе Томского, впрочем, способствовало не только его
продвижение по службе, но и кончина бабушки, кажется, не одобрявшей его увлечение княжной Елецкой.
Поскольку по Табели о рангах гвардейский ротмистр — чиновник
VII класса, а до того в ПД упоминались чиновники только III класса, но­
мера классов вторят теме тройки и семерки. Ботфорта кавалериста
в сцене съезда гостей напоминает семерку, а фраза без пяти минут
се­мерка, на первый взгляд лишенная смысла, обещает кавалеристу
Томскому служебное повышение по получении им чина VII класса985.
Превращению Табели о рангах, как прежде — циферблата, в подобие
карточной колоды способствует известный параллелизм: четыре кате­
гории чинов (гражданские, армейские, флотские, придворные) — четы­
ре карточные масти; четырнадцать классов чиновников — тринадцать
Ср. похожий триколон: «Любской, попав в желтый дом, кончил дни, как большая
часть товарищей его; Марья жила и жила счастливо <...> Образ Любского и воспоминание прошедшего удаляла она, как дитя отталкивает горький напиток до тех пор, пока
<не> прольет его <…> Пронской уехал в сельцо Крохово и, может быть, когда-нибудь
между деревенских занятий [деревенскими занятиями] прольет слезу, прочтя историю № XIII» (Телешевский [Львов В. В.]. № XIII. С. 153–155).
982
Клаурен Г. [Хойн К.] Поединок / Пер. Ал. // СО. 1826. Ч. 110. С. 198.
983
Бестужев А. А. Роман в семи письмах // Полярная звезда на 1824 г. СПб., 1823. С. 280.
984
Ф. <В.> Б.<улгарин> Корнет // СП. 1833, 17 авг. В комедии Шаховского «Исправ­
ление, или Муж на случай» (1828) ротмистр Ольский женится на Лизе, бедной воспитаннице деспотичной барыни.
985
Ср. также семерку в реплике этого героя: — Как, постарела? — отвечал рассеянно
Томский, — она лет семь как умерла.
981

355

356
рангов карт986. Однако если аналогия колоды с циферблатом проведена отчетливо (У него спрашивали: «который час», он отвечал: «без
пяти минут семерка»), то далеко не столь безобидная аналогия с Табелью о рангах лишь обозначена. Примечательно, что в современном
ПД сочинении, где запойные игроки-чиновники превращаются в карты987, ирония не распространяется на чины выше VI класса988.

В ПД-1 было женился. Замена на женится унифицировала видо­
временные конструкции сообщений о судьбах героев: 1) сошел с ума +
cидит, не отвечает, бормочет, 2) вышла замуж + служит, имеет, воспитывается, 3) произведен + женится. При этом женится значит
не столько ‘вступает в брак’, сколько ‘своим поведением возбуждает
в обществе слухи о своем намерении вступить в брак’.

В финале «Эпизода из жизни троих друзей» один из них представляет другим свою жену — Паулину989. Устранение препятствий на пу­
ти к браку с Паулиной составляет сюжет «Санной женитьбы» (1820)
Клаурена990. Вопросом «А <что же наша> Полина?..» открывается эпи-

Ср.: «Карты. Пятьдесят два четвероугольные [четырехугольные] бумажные листочка с чиноположением каждого особенно» (Прутиков Д. В. [Полторацкий А. М.] Несколько статей … // НЖОЛ. 1829. № 24. С. 483); «Наконец после сорокапятилетней
службы и я попал в золотообрезную колоду [из бумаги высшего качества, по краям
раскрашенной золотом] и теперь сам фигура» (Ф. <В.> Б.<улгарин> Старый знакомец.
С. 336).
987
«…целая масть начальников отделения, целая масть столоначальников» (Безгласный В. [Одоевский В. Ф.] Пестрые сказки. С. 87).
988
Проникновение терминологии чинопроизводства в игрецкое арго будет зафиксировано самое позднее спустя полвека: «„Король“ у них называется „действительный статский советник“, „валет“ — „надворный советник“ и т. д.» (И. Грэк [Билибин В. В.]. Как чиновники играют в винт? // Осколки. 1886. 26 апр. С. 5). Но и тогда жертвами неблагонамеренных ассоциаций станут чины не выше IV класса, а описывающий эту практику рассказ Чехова «Винт» (первоначально «Новинка», 1884) цензура сочтет «неудобным для
исполнения [чтения] перед публикой» (цит. по: Громов М. П., Долотова Л. М., Соколова М. А., Чудаков А. П. Примеч. // Чехов А. П. Полн. собр. соч. и писем. М., 1975. Т. 3. С. 554).
989
«Он взял ее за руку и, обратясь к товарищам, сказал: — Вот она, добрые друзья, вот
моя милая Паулина!» (Гофман Э. Т. А. Жизнь трех друзей. С. 69).
990
См.: Клаурен Г. [Хойн К.] Катальная гора [ориг. загл. «Die Rutschpartie»] // МТ. 1825.
Ч. 1, № 2. С. 175–186; № 3. С. 275–287.
986

лог «Шагреневой кожи»991. Но если все эти героини наделены и обликом, и речью, то пушкинская их тезка представлена, главным образом, титулом и именем, комбинация которых используется для увенчания ПД каламбуром: поскольку Томского графиня называет Paul,
а в разговоре со слугами князь Павел, финальная фраза иллюстрирует поговорку масть к масти подбирается и может быть прочитана
так: Князь Поль женится на княжне Полине992.

— подпись под текстом в ПД-1 и ПД-2, инициал фамилии Pouchkine
С латиницей этот инициал соотнесли не все: дерптский библиограф счел его кириллическим993. Впрочем, в тайне имя автора держали не слишком строго: в газетном объявлении о скором выходе в свет
нового тома «Библиотеки для чтения» сообщалось, что прозаический
отдел издания откроет «Пиковая дама, повесть А. С. Пушкина»994; имя
автора указывалось и в оглавлении на обложке тома995.
Пушкин не столько скрывал свое авторство, сколько демонстри­
ровал готовность дистанцироваться от него. Побаиваясь неудовольствия императорского двора — тем, как в ряде сцен выведена Н. П. Голицына, он присвоил своей героине другое имя и титул, сократил возраст, увеличил число сыновей, добавил чужие привычки,
поменял мес­тонахождение семейной усыпальницы, снизил уровень
Перекличка отмечена в: Nilsson N. Å. Brevity in Pushkin’s prose // CSP. 1987. Vol. 29,
№ 2/3. P. 160.
992
Ср.: «…переклик имен <…> между Полем (Томским) и Полиной (на которой он женится)» (Альтман М. С. О собственных именах в произведениях Пуш­кина. С. 391). Любящие друг друга и обретающие богатство супруги Поль и Полина — главные герои
музыкальной пьесы Плантерра и Гаво «Бедная семья» (1795).
993
«…eine Erzählung von R. (Пиковая дама, d. i. Pique Dame)» (Russische Journalistik //
Dorpater Jb für Lit., Statistik und Kunst, bes. Russlands. Riga; Dorpat, 1834. Bd 2. S. 355).
994
Новые книги // СП. 1834, 27 февр. Отмечено в: Калаушин М. М. Работа Пушкина над
«Пиковой дамой» // Пиковая дама: Опера П. И. Чайковского. Л.; М., 1938. С. 11.
995
Отмечено в: Якубович Д. П. «Пиковая дама». С. 59; Вар. и коммент. // Пушкин А. С.
Полн. собр. соч. М.; Л., 1936. Т. 4. С. 738.
991

357

358
воздаваемых ей похоронных почестей996, — и с облегчением констатировал, что прототип узнали, но «кажется, не сердятся»997.

В год выхода ПД из печати ее перевели на французский и на польский. Французский перевод остался в рукописи998. Первая публикация польского перевода не воспроизводила подписи P. и сопровож­
далась примечанием издателя: «Всеобщая молва приписывает авторство сего анонимного сочинения одному из знаменитейших русских
писателей»999. При перепечатке этого перевода1000 автором ПД был
объявлен Ф. В. Булгарин1001.

Голицына пережила Пушкина, но он знал, что ей было уготовано значительно более пышное отпевание, чем описанное в ПД: на ее похоронах «под председательством
ее сына, генерал-аншефа князя Дмитрия Владимировича Голицына, губернатора
Мос­квы, присутствовали император, высшие сановники и дипломатический корпус»
(L–<a>p<ort>e. <H. de.> Galitzin (la princesse Natalie) // BU, LXV, 47).
997
ПСС, XII, 324; запись от 7.05.1834.
998
См.: Папков А. А. Жизнь и труды принца Петра Григорьевича Ольденбургского. СПб.,
1885. С. 68.
999
J. Prz.<ecławski> Dama pikowa // TyP. 1834, 27 marca / 9 kwietnia. S. 137.
1000
См.: J. Prz.<ecławski> Dama pikowa // Lwowianin. 1836. Z. 2. S. 21–24, 29–31, 36–40.
1001
См.: Wykaz przedmiotów // Lwowianin, czyli Zbiór potrzebnych i użytecznych wiadomości. Lwów, <1836>. T. 3 i 4. <S. III>.
996

ЦИТИРУЕМЫЕ ИЗДАНИЯ

А. <А.> Ш.<аховской> Исправление, или Муж на случай. СПб., 1828.
А… Г…<ерасимов> Добромирский и президент Шукайло … . М., 1833. Ч. 1–2.
А. М.<арлинский> [Бестужев А. А.] Вечер на кавказских водах в 1824 году //
СОСА. 1830. Т. 14.
А. М.<арлинский> [Бестужев А. А.] Испытание // СОСА. 1830. Т. 13.
А. М.<арлинский> [Бестужев А. А.] Латник // СОСА. 1832. Т. 25.
А. <Н.> Н.<икитин> <Анонс кн.:> Проект устава для санкт-петербургского
Дома умалишенных … // СП. 1832, 25 окт.
А. <Н.> Н.<икитин> <Анонс кн.:> Considérations sur le traitement des aliénés … //
СП. 1833, 24 апр.
А. <Н.> Н.<икитин> Больница всех скорбящих // СП. 1834, 5, 7, 9 февр.
А. <Н.> Н.<икитин> Извлечение из кн.: Рассуждение о лечении умалишенных … //
СП. 1833, 25 апр.
А. <С.> Ш.<ишков> Опыт словопроизводного словаря, содержащий в себе дерево, стоящее на корне МР. СПб., 1833.
Абрантес Л. д’. Гернандез // Тел. 1834. Ч. 23.
Азадовский М. К. Источники сказок Пушкина // ВПК. 1936. <Вып.> 1.
Аксаков И. С. Биография Федора Ивановича Тютчева. М., 1886.
Алданов М. А. Ульмская ночь. Нью-Йорк, 1953.
Александров (Дурова Н. А.). Угол. СПб., 1840.
Александрова М. А., Большухин Л. Ю. «Пиковая дама» в рецепции Лермонтова
(«Фаталист») // Новый филол. вестн. М., 2010. № 4 (15).
<Алексеев М. П.> Немецкая «Пиковая дама» // ВПК ‘1967–1968. 1970.
Алексеев М. П. Пушкин: Сравнит.-ист. исслед. Л., 1972.
Алексей Коростылев [Бестужев Н. А.]. Трактирная лестница // СЦ на 1826 г.
СПб., 1826.
Аллер С. И. Указатель жилищ и зданий в Санкт-Петербурге … . СПб., 1822.

359

360
Альбом // ДЖ. 1832. Ч. 38.
Альми И. Л. О числе два и роли бинарных структур в художественной системе
«Пиковой дамы» // Проблемы современного пушкиноведения: Межвуз.
сб. науч. тр. Вологда, 1989.
Альтман М. С. Видение Германна: (Пушкин и Достоевский) // Sla. 1931. Roč. 9.
Альтман М. С. О собственных именах в произведениях Пушкина // УЗГУ. 1964.
Т. 72, вып. 1.
Альтшуллер М. Г. «В часы забав иль праздной скуки…» (1830) // Пушкинская
энциклопедия. СПб., 2009. Вып. 1.
Анненков И. В. История Лейб-гвардии Конного полка. СПб., 1849. Ч. 1–4.
<Апель А.> Вечер накануне Нового года, или Предвещания / Пер. <В. И.> Т<у>­
м<анский> // Сла. 1828. Ч. 5.
Арапова Н. С. Кальки в русском языке послепетровского периода. М., 2000.
Аринштейн Л. М. Комментарий к так называемым «Наброскам к замыслу о Фа­
усте» // ВПК. 2005. Вып. 30.
Арсаланов. Ящик // СОСА. 1829. Т. 4.
Архангельский М. Ф. Руководство к изучению словесности и к практическому
упражнению в сочинениях. СПб., 1857.
Астролог древний и новый, или Оракул гадательный полный. М., 1825.
Афанасьев-Чужбинский А. С. Собр. соч. СПб., 1890–1892. Т. 1–9.
Ахматова А. А. «Адольф» Бенжамена Констана в творчестве Пушкина // ВПК.
1936. <Вып.> 1.
Бальзак О. де. Госпожа Фирмиани / Пер. <А. Н.> О.<чкин> // СОСА. 1833. Т. 33.
Бальзак О. де. Граф Шабер // Тел. 1833. Ч. 14.
Бальзак О. де. Две встречи // Тел. 1833. Ч. 13.
Бальзак О. де. Кошелек // Тел. 1832. Ч. 12.
Бальзак О. де. Красный трактир // СОСА. 1833. Т. 40 [на тит. л. 41].
Бальзак О. де. Невеста-аристократка / Пер. Н. <Ф.> П.<авлов> // Тел. 1831. Ч. 5.
Бальзак О. де. Один из тринадцати // Тел. 1833. Ч. 15.
Бальзак О. де. Переправа через Березину // Тел. 1832. Ч. 11.
<Бальзак О. де.> Полюбовная сделка / Пер. Н. Ш.<игаев> // СОСА. 1833. Т. 38.
Бальзак О. де. Сцены из частной жизни / Пер. В. Б. и Л. К. СПб., 1832–1833.
Ч. 1–5.
Бантыш-Каменский Д. Н. Торжество веры, истинное происшествие // Сиротка: Лит. альм. на 1831 г. М., 1831.

Баратынский Е. А. Бал // Две повести в стихах. СПб., 1828.
Баратынский Е. А. Отрывок из поэмы <«Наложница»> // Денница: Альм. на
1830 г. М., 1830.
Баратынский Е. А. Пиры // СПиБ. 1821. Ч. 3, кн. 3.
Баратынский Е. А. Письма к И. В. Киреевскому // Татевский сб. С. А. Рачинского. СПб., 1899.
Барон Брамбеус [Сенковский О. И.]. Арифметика // СП. 1833, 18 сент.
Барон Брамбеус [Сенковский О. И.]. Большой выход у Сатаны // Нов. СПб.,
1833. <Ч. 1>.
Барон Брамбеус [Сенковский О. И.]. Вся женская жизнь в нескольких часах //
БЧ. 1834. Т. 1.
Барский О. В. Творчество А. С. Пушкина 1813–1824 и английский «готический
роман». Омск, 2001.
Бартенев П. И. Рассказы о Пушкине, записанные со слов его друзей в 1851–
1860 годах. <М.>, 1925.
Баскаков Н. А. Русские фамилии тюркского происхождения. М., 1979.
<Батурин П. С.> Сговор [Игроки (1782)] // РФ, XXIX.
Батюшков К. Н. К другу // ПРП. 1815. Ч. 6.
Батюшков К. Н. Мои пенаты // ПРП. 1814. Ч. 1.
Батюшков К. Н. Опыты в стихах и прозе. СПб., 1817. Ч. 1–2.
<Баур С. де.> Следствие маскерада / Пер. В. И. Соц. СПб., 1818.
Бахметев Н. И. Записки и дневник // Рос. арх. 2003. <Т. 12>.
Башуцкий А. П. Панорама Санкт-Петербурга. СПб., 1834. <Ч. 1–3>.
Башуцкий А. П. Петербургские типы: Гробовой мастер // БЧ. 1840. Т. 42.
Башуцкий А. П. Петербургские типы: Человек, который помаленьку обделал
свои дела // БЧ. 1840. Т. 42.
<Бегичев Д. Н.> Семейство Холмских. М., 1832. Ч. 1–6.
Безгласный В. [Одоевский В. Ф.] Пестрые сказки. СПб., 1833.
Безумный [Селиванов И. В.]. Повести. М., 1834.
Беляев О. П. Кабинет Петра Великого … . СПб., 1800. Ч. 1–2.
Бем А. Л. «Фауст» в творчестве Пушкина // Sla. 1934–1935. Roč. 13.
<Бериш Г. В.> Путешествие добродетели … / <Пер. А. М. Кутузов> // Утр. свет.
1778. Ч. 3.
Беседа кембриджских профессоров с московским митрополитом Платоном
в 1800 году / Пер. А. Др. Ск-ий // МТ. 1829. Ч. 26, № 5.

361

362
Бестужев А. А. Знакомство с А. С. Грибоедовым // А. С. Грибоедов в воспоминаниях современников. М., 1929.
Бестужев А. А. Письма к Н. А. и К. А. Полевым // РВ. 1861. Т. 32.
Бестужев А. А. Поездка в Ревель. СПб., 1821.
Бестужев А. А. Роман в семи письмах // Полярная звезда на 1824 г. СПб., 1823.
Бестужев Н. А. Похороны // ЛН. 1956. Т. 60, кн. 1.
<Бестужев-Рюмин М. А.> Каламбур // СМ. 1831, 11 и 13 марта.
Бестужев-Рюмин М. П. Письма к графу М. Л. Воронцову // Архив кн. Воронцова. М., 1871. Кн. 2.
<Бильдербек Л. Б. Ф. фон.> Могильщик. Смоленск, 1806. Ч. 1–5.
Бицилли П. M. Заметки о Пушкине // Sla. 1932. Roč. 11.
Бланшар П. Плутарх для юношества / <Пер. С. Немиров>. М., 1809. Ч. 1–5.
Богданович И. Ф. Душенька. М., 1799.
<Богданович И. Ф.> Душинька. СПб., 1783.
Богданович И. Ф. Радость Душеньки // РФ, XXIII.
Боде А. К. Управитель русского имения. СПб., 1847.
Болотов А. Т. Детская философия … . М., 1776–1779. Ч. <1>–2.
Боссюет Ж.-Б. Продолжение «Всеобщей истории» … / Пер. В. Н.<аумов>. СПб.,
1779–1789. Ч. 3–4.
Бочаров С. Г. Поэтика Пушкина. М., 1974.
<Бошняк А. К.> Торжество воспитания, или Исправленный муж // ОЗ. 1828.
Ч. 34.
Бретон Р. де ла. Жизнь отца моего. М., 1796. Ч. 1–2.
Бронников К. И. Путешествие к святым местам … . М., 1824.
<Броон Ж. Э.> Любовники философы … . <М.>, 1766. Ч. 1–<2>.
Булаховский Л. А. Русский литературный язык первой половины XIX века.
Киев, 1957.
Булгаков А. Я. Из писем к брату: 1831 г. // РА. 1902. № 1.
Булгаков К. Я. Из писем к брату его А. Я. // РА. 1902. № 12.
Булгаков Я. И. Письмо П. П. Веселицкому // Присоединение Крыма к России.
СПб., 1789. Ч. 4.
<Булгарин Ф. В.> Воспоминания. СПб., 1846–1848. Ч. 1–6.
Булгарин Ф. В. Встреча с Карамзиным // Альбом северных муз: Альм. на
1828 г. СПб., 1828.

<Булгарин Ф. В.> Заведение г. Дюбуа // СП. 1830, 22 апр.
Булгарин Ф. В. Иван Выжигин. СПб., 1829–1830. Ч. 1–4.
Булгарин Ф. В. Очерки русских нравов … . СПб., 1843.
Булгарин Ф. В. Петр Иванович Выжигин. СПб., 1831. Ч. 1–4.
<Булгарин Ф. В.> Письма провинциалки из столицы // СП. 1830, 10 июня,
12 июля, 26 авг.
<Булгарин Ф. В.> Путешествие из райка в ложу первого яруса // РТ. СПб., 1825.
<Булгарин Ф. В.? Рец. на:> № XIII … // СП. 1833, 9 окт.
Булгарин Ф. В. Соч. СПб., 1827–1828. Т. 1–5.
Булгарин Ф. В. Чиновник // Рус. беседа. 1842. Т. 3.
<Бульвер-Литтон Э.> Рукопись, найденная в доме сумасшедших // ЛПРИ. 1832,
1 окт.
<Бульвер-Литтон Э.> Свет, каков он есть / Пер. И. Глебов // ЛПРИ. 1832,
17 сент.
Бутковский П. А. Душевные болезни, изложенные сообразно началам ны­
нешнего учения психиатрии … . СПб., 1834. Ч. 1–2.
Бутурлин Д. П. Картина осеннего похода 1813 г. в Германии … . СПб., 1830.
<Бюра де Гюржи Э.> Капитан Рабб // СОСА. 1833. Т. 40.
В. <А.> У.<шаков> Письмо к <Ф. В.> Булгарину из Москвы // СП. 1832, 3 сент.
В. <А.> У.<шаков> Сапоги // СП. 1831, 8 сент.
В. Безгласный [Одоевский В. Ф.]. Княжна Мими // БЧ. 1834. Т. 7.
В. В. В. [Строев В. М.] О романе «Черная женщина» // СП. 1834, 7 июня.
Вар. и коммент. // Пушкин А. С. Полн. собр. соч. М.; Л., 1936. Т. 4.
Васильчиков А. А. Семейство Разумовских. СПб., 1880–1894. Т. 1–5.
Вацуро В. Э. Пушкинская пора. СПб., 2000.
Вейсе Х. Ф. Два любовника // ПППВ. 1798. Ч. 17.
Вельде [Фельде К. Ф.] фан дер. Смерть Карла XII: (Отрывок из романа Арвед
Гилленштирна) // МВ. 1828. № 3.
<Вельтман А. Ф.> MMMCDXLVIII год: Рукопись Мартына Задека. М., 1833.
Кн. 1–3.
Веневитинов Д. В. Стихотворения. Проза. М., 1980.
Венок из цветов на гробнице матери // Библиотека детских повестей, анекдотов и сказаний … . М., 1824. Ч. 1.
<Верне Ж.> Разговор о должностях человеческих / Пер. И. Акимов // Ежемес.
соч. к пользе и увеселению служащие. 1755, янв.

363

364
<Верне Ж.> Разговор Сократа с Пифагором о должностях человека / Пер.
И. Аки­мов. СПб., 1790.
Вернет Ж. Нравоучительные сократические разговоры / Пер. Ф. И. Халчинский. СПб., 1769.
Веселитский В. В. Отвлеченная лексика в русском литературном языке XVIII —
начала XIX в. М., 1972.
Вечер в Д. // СО. 1827. Ч. 111.
Вечер у графини Дюбарри / Пер. В. Тило // ЛПРИ. 1831, 24 янв.
Виланд К. М. Аристипп и некоторые из его современников / Пер. И. И. Татищев. М., 1807–1808. Ч. 1–8.
Вильд [Фельде К. Ф.] фан дер. Гвидо // СО. 1828. Ч. 119.
Виноградов А. К. Мериме в письмах к Соболевскому. М., 1928.
Виноградов В. В. О стиле Пушкина // ЛН. 1934. Т. 16/18.
Виноградов В. В. Стиль «Пиковой дамы» // ВПК. 1936. <Вып.> 2.
Виноградов В. В. Стиль Пушкина. М., 1941.
Виноградов В. В. Язык Пушкина. М.; Л., 1935.
Виньи А. де. Андрей Шенье: Повесть, рассказанная Черным Доктором // МТ.
1832. Ч. 46, № 13.
Виролайнен М. Н. Ирония в повести Пушкина «Пиковая дама» // Проблемы
пуш­киноведения: Сб. науч. тр. Л., 1975.
Владиславлев В. А. Бесприютный // Сла. 1827. Ч. 3.
Внутренние известия // СП. 1833, 8 марта.
Воейков А. Ф. Дом сумасшедших [ред. 1814–1817] // Поэты 1790-х–1810-х гг.
Л., 1971.
Волков А. А. Освобожденная Москва. М., 1825.
Волконский С. Г. Записки. СПб., 1901.
Вонлярлярский В. А. Все сочинения. СПб., 1853–1854. Ч. 1–7.
Воронич Я. П. Речь в благодарное воспоминание … // ВЕ. 1826. № 3.
<Воскресенский М. И.> Евгений Вельский. М., 1828.
Востоков А. Х. Русская грамматика. СПб., 1831.
Всеволожский Н. С. Путешествие чрез Южную Россию, Крым и Одессу <…>
в 1836 и 1837 годах. М., 1839. Ч. 1–2.
Вульф А. Н. Дневник, 1828–1831 // ПиЕС. 1915. Вып. 21/22.
Вульф А. Н. Из «Дневника» // ПВС, I.
Выписка из годового отчета по городу Санкт-Петербургу // СП. 1832, 5 янв.

Высочайше утвержденный церемониал погребения <…> Дмитрия Влади­ми­
ровича Голицына // История Московского купеческого общества. М., 1916.
Т. 2, вып. 1.
Вяземский П. А. Альбом // СЦ на 1826 г. СПб., 1826.
В.<яземский П. А.> Визирь Гассан // ДЖ. 1823. Ч. 2.
Вяземский П. А. Выдержка // МТ. 1827. Ч. 17, № 19.
Вяземский П. А. Коляска // МТ. 1826. Ч. 11, № 20.
Вяземский П. А. О нашей старой комедии // Альциона на 1833 г. СПб., 1833.
Вяземский П. А. Полн. собр. соч. СПб., 1878–1896. Т. 1–12.
Вяземский П. А. Святочная шутка // СЦ на 1831 г. СПб., 1830.
Вяземский П. А. Станция // Подснежник. СПб., 1829.
Гадательная забавная книжка. СПб., 1805.
Гадательная книжка, называемая оракул … . СПб., <1789>.
Гадательная книжка царя Соломона. М., 1830.
<Гаевский С. Ф.> Медико-топографические сведения о С.-Петербурге. СПб.,
1834.
Галич А. И. Картина человека … . СПб., 1834.
Гаспари А. Х. Новое всеобщее землеописание для употребления в училищах.
СПб., 1809.
Гаспаров Б. М. Пять опер и симфония: Слово и музыка в рус. культуре. М., 2009.
Гауф В. Портрет / <Пер. Н. А. Полевой?> // МТ. 1832. Ч. 48, № 24.
Ге С. Брак в царствование Наполеона. СПб., 1833. Ч. 1–3.
Гей Н. К. Проза Пушкина. М., 1989.
Географические и этнографические сведения … / Пер. А. К. // МТ. 1825. Ч. 2,
№ 6.
Герсеванов Н. Б. Петербург и Москва // СО. 1839. Т. 9.
Гершензон М. О. Мудрость Пушкина. М., 1919.
Гинзбург Л. И. Авторская позиция и пространственно-временная организация повести А. С. Пушкина «Пиковая дама» // Науч. тр. Тюм. гос. ун-та.
1981. Вып. 83.
Глинка С. Н. Записки. СПб., 1895.
Глинка С. Н. Театр света … . М., 1823–1824. Ч. 1–8.
Глинка С. Ф. Англичанин о Пушкине зимою 1829–1830 гг. // ПиЕС. 1927.
Вып. 31/32.
Глинка Ф. Н. Судьба Наполеона // СО. 1821. Ч. 73.

365

366
<Глухарев И. Н.> Графиня Рославлева … . М., 1832. Ч. 1–<2>.
Гляссе А. «Соблазнительные откровения»: (Пушкин и фр. мемуар. лит.) // ВЛ.
1993. № 4.
Гнедич Н. И. Дон-Коррадо де Геррера … . М., 1803. Ч. 1–2.
Гоголь Н. В. Арабески. СПб., 1835. Ч. 1–2.
Голберг Л. Басни нравоучительные с изъяснениями / Пер. Д. И. Фонвизин.
<М.>, 1762.
Голицын С. Г. Вы струсили // БЧ. 1834. Т. 3.
Голицына Н. П. Моя судьба — это я. М., 2010.
Гольцев В. А. Законодательство и нравы в России XVIII в. М., 1886.
Гончаров И. А. Полн. собр. соч. и писем. СПб., 1997—   . Т. 1—   .
Господа нашего Иисуса Христа святое Евангелие … . СПб., 1820.
Гофман И.-А. О спокойствии и удовольствии / Пер. В. Богородский. М., 1796.
Кн. 1–2.
Гофман Э. Т. А. Белое привидение / <Пер. Н. А. Полевой?> // МТ. 1825. Ч. 6,
№ 22.
Гофман Э. Т. А. Ботаник // МТ. 1826. Ч. 8, № 7.
Гофман Э. Т. А. Домовой-песочник // МТ. 1830. Ч. 36, № 24.
Гофман Э. Т. А. Жизнь трех друзей / Пер. И. <И.> Б<е>зс<о>м<ы>к<и>н // МТ.
1832. Ч. 44, № 8; Ч. 45, № 9.
Гофман Э. Т. А. Майорат // МТ. 1830. Ч. 35, № 18.
Гофман Э. Т. А. О счастии игроков / Пер. В. П. Поляков // ВЕ. 1823. № 13–14.
Гофман Э. Т. А. Песочный человек // Тел. 1831. Ч. 6.
Гофман Э. Т. А. Пустой дом / Пер. В. П. Лангера // ЛГ. 1830. № 31.
Гофман Э. Т. А. Пятый и седьмой вечер из повести Золотой горшок // МТ. 1831.
Ч. 40, № 13.
Гофман Э. Т. А. Счастье игрока / Пер. Н. Ю. // СПбВ. 1831. Т. 2, № 16; № 18.
Гр.<аф> В–<ладимир>ъ С–<оллогуб>ъ. История двух галош // ОЗ. 1839. Т. 1.
Греч Н. И. Отсталое // БЧ. 1834. Т. 6.
Греч Н. И. Поездка в Германию. СПб., 1830 [на тит. л. 1831]. Ч. 1–2.
Греч Н. И. Практическая русская грамматика. СПб., 1834.
Греч Н. И. <Рец. на:> Киргиз-кайсак … // СП. 1831, 20 янв.
Греч Н. И. Черная женщина. СПб., 1834. Ч. 1–4.
Гречаная Е. П. Две заметки к теме «Пушкин и Франция» // Россия и Франция:
Диалог культур: Ст. и материалы. Тверь, 2015.

Грибоедов А. С. Горе от ума. М., 1833.

Грибушин И. И. Выигрыш на тройку и семерку до «Пиковой дамы» // ВПК
‘1973. 1975.

Григоренко Е. Н. Русские игральные карты. Ставрополь, 2013.

Григори Д. Завещание дочерям / Пер. А. Д. Боровков. СПб., 1822.

<Григорович И. И.> Исторические сведения о жизни Митрофана … . СПб., 1832.
Гриц Т. С., Тренин В. В., Никитин М. М. Словесность и коммерция. М., <1929>.
Громбах С. М. Пушкин и медицина его времени. М., 1989.

Громов М. П., Долотова Л. М., Соколова М. А., Чудаков А. П. Примеч. // Чехов А. П.
Полн. собр. соч. и писем. М., 1975. Т. 3.

Гуго В. Последний день приговоренного к смерти. СПб., 1830.

Гуковский Г. А. Пушкин и проблемы реалистического стиля. М., 1957.
Д. В. <Рец. на:> Письма к воинам … // СП. 1831, 15 мая.
Давыдов Д. В. Стихотворения. М., 1832.

Давыдов С. Туз в «Пиковой даме» // НЛО. 1999. № 37.
Даль В. И. Пословицы русского народа. М., 1862.

Дамский альбом, или Вновь изобретенная гадательная книжка … . М., 1830.
Дамский альбом, или Гадательная книжка … . М., 1816.

Дарский Д. С. «Пиковая дама» [1922] // ПИМ. 1995. Т. 15.
Дашкова Е. Р. Вечеринка // СЛРС. 1783. Ч. 9.
<Дашкова Е. Р.> Тоисиоков // РФ, XIX.

<Деваль Ш.> Два года в Константинополе и Морее / Пер. Z // МВ. 1828. № 7.
<Дельвиг А. И.> Маскарад … // Подснежник. СПб., 1829.
Дельвиг А. И. Мои воспоминания. <М., 1912. Т. 1>.

<Демаре де Сен-Сорлен Ж.> Увенчанная любовь … / Пер. <И. Виноградский>.
М., 1789. Ч. 1–2.
Дерман А. Б. Пушкин и пушкинисты // Тридцать дней. 1935. № 5.
Дивов П. Г. Из дневника: 1828 // РС. 1898. Т. 93.

Дмитриев М. А. Канва // Радуга: Лит. и муз. альм. на 1830 г. М., 1829.

Доброхотов В. И. К истории замысла «Повести об игроке» // Моск. пушкинист.
1998. Вып. 5.

Долгорукий И. М. Бытие сердца моего, или Стихотворения. М., 1817–1818.
Ч. 1–4.

367

368
Долинин А. А. Цена одной буквы // Шиповник: Ист.-филол. сб. к 60-летию Р. Д. Ти­
менчика. М., 2005.
<Дора К.-Ж.> Несчастия, от непостоянства происходящие … / Пер. <М. А. Пушкин>. СПб., 1778. Ч. 1–2.
Древний и новый всегдашний гадательный оракул … . М., 1800.
Древний и новый полный гадательный способ. М., 1800.

Дремучий лес, или Неизвестное существо в образе цыганки … . М., 1827. Ч. 1–4.
<Дурова Н. А.> Кавалерист-девица. СПб., 1836. Ч. 1–2.

Дылевский К. И. Об узаконении детей, прижитых вне брака. <СПб., 1883>.
Дюбуа Ж.-Б. Марфа и Угар … / Пер. А. <А.> К.<орсаков> СПб., 1816.

Дю-Ганж В., Дино [Бёден Ж.-Ф., Губо П.]. Тридцать лет, или Жизнь игрока. СПб.,
1828.
Дюкре-Дюминиль Ф. Г. Пальмир и Вольмениль … . М., 1805. Ч. 1–8.
Дюма А. Капитан Поль // БЧ. 1838. Т. 30.

Евзлин М. С. Мифологическая структура преступления и безумия в повести
А. С. Пушкина «Пиковая дама» // Славяноведение. 1993. № 1.
Евзлин М. С. Пространство и движение в повести А. С. Пушкина «Пиковая да­
ма» // Slavica tergestina. 1998. <Vol.> 6.
Евреинов М. М. Из воспоминаний // РА. 1875. № 3.

Европеус И. И. Николай Николаевич Муравьев // РС. 1874. Т. 11.

Египетский оракул, или Всеобщий, полный и новейший гадательный способ … . М., 1796.
Егунов А. Н. Немецкая «Пиковая дама» // ВПК ‘1967–1968. 1970.

Елистрат Фитюлькин [Проташинский В. А.]. Двенадцать спящих бутошников.
М., 1832.

Енгалычев П. Н. Словарь физического и нравственного воспитания. СПб., 1827.
Ч. 1–2.
Еськова Н. А. Нормы русского литературного языка XVIII–XIX вв. М., 2008.
Жанлис Ф. де. Госпожа Ментенон. М., 1806. Ч. 1–4.

Жанлис Ф. де. Граф Сен-Жермен / Пер. С. // СО. 1825. Ч. 103.

Жанлис Ф. де. Замок Коппет в 1807 году // МТ. 1831. Ч. 42, № 22.
Жанлис Ф. де. Повести / Пер. Н. М. Карамзин. М., 1816. Ч. 1–2.

<Жанлис Ф. де.> Предубеждения женщины / Пер. Н. М. Карамзин // ВЕ. 1802.
№ 14.

Жизнь игрока, описанная им самим … . М., 1826–1827. Ч. 1–2.
Жихарев С. П. Записки современника. М.; Л., 1955.
Жуи В. Ж. Гвианский пустынник … / Пер. С. де Шаплет. СПб., 1828. Ч. 1–3.
<Жуи В. Ж.> Записки об Англии // СО. 1827. Ч. 113.
Жуковский В. А. Красный карбункул // ТОЛРС. 1817. Ч. 9, кн. 14.
<Жуковский В. А.> Für wenige = Для немногих. СПб., 1818. № 4.
Забава в скуке, или Новый увеселительный способ гадания на картах. М.,
1788.
<Заболоцкий-Десятовский А. П.> Статистические сведения о Санкт-Петер­бур­
ге. СПб., 1836.
<Завалиевский С. Н.> Политическое землеописание Европы вообще // БГ. 1789,
янв.
Загорский М. П. Оборотень, или Старуха-красавица. СПб., 1825.
Загоскин М. Н. Аскольдова могила. М., 1833. Ч. 1–3.
Загоскин М. Н. Благородный театр. М., 1828.
Загоскин М. Н. Вечер на Хопре // БЧ. 1834. Т. 3.
Загоскин М. Н. Рославлев, или Русские в 1812 году. М., 1831. Ч. 1–4.
<Загоскин М. Н.> Урок холостым, или Наследники. М., 1822.
Загоскин М. Н. Юрий Милославский, или Русские в 1612 году. М., 1830. Ч. 1–3.
Зеленин Д. К. Великорусские сказки Пермской губернии. Пг., 1914.
Зенеида Р-ва [Ган Е. А.]. Утбалла // БЧ. 1838. Т. 26.
Златой угадчик, или Новый оракул … . М., 1800.
Зонтаг А. П. Господин и слуга: Сказка // Одесский альманах на 1831 г. Одесса,
1831.
<Зотов Р. М.> Леонид, или Некоторые черты из жизни Наполеона. СПб., 1832.
Ч. 1–2.
И. Литературные известия // Атеней. 1828. Ч. 1.
И. [Дмитриев И. И.] Модная жена // МЖ. 1792. Ч. 5.
Ив. <И.> П–<анае>в. Она будет счастлива // Тел. 1836. Ч. 32.
Ив. <И.> П–<анае>в. Спальня светской женщины // СОСА. 1835. Т. 49.
Ив. <Н.> Гл.–<у>х–<аре>в. Проклятый. М., 1833. Ч. 1–3.
Иваницкий А. И. Мечтатель // Маяк. 1840. Вып. 2, ч. 8.
Иванов А. В. Путешествие за невестою // Памятник отечественных муз: Альм.
для любителей словесности на 1828 г. СПб., 1828.

369

370
Иванов В. М. Записки, веденные во время путешествия императрицы Елизаветы Алексеевны по Германии в 1813, 1814 и 1815 годах. СПб., 1833. Ч. 1–2.
И. Грэк [Билибин В. В.]. Как чиновники играют в винт? // Осколки. 1886. 26 апр.
Из Франции // Моск. вед. 1829, 20 мая.
Избранные черты и анекдоты императора Александра I. М., 1826.
Известие о нынешнем положении Москвы // СО. 1813. Ч. 4.
Извлечение из годового отчета по городу Санкт-Петербургу за 1833-й г. // СП.
1834, 28 февр.
Измайлов В. В. Переводы в прозе. М., 1819–1820. Ч. 1–6.
Изъявления прибыточные государству, Федора Салтыкова, 1714 г. // ПавловСильванский Н. П. Проекты реформ в записках современников Петра Великого. СПб., 1897.
Ильин-Томич А. А. «Пиковая дама означает…» // «Столетья не сотрут…»: Рус.
классики и их читатели. М., 1989.
Илюшин А. А. Реминисценции из «Божественной комедии» в русской литературе XIX века // Дантовские чтения = Letture Dantesche. М., 1968.
И. <Н.> Гл<у>х<а>р<е>в. Ольга Милославская. М., 1831–1839. Ч. 1–2.
Иностранные известия // Сев. муравей. 1830. № 43.
Ирвинг В. Вольфер Веббер, или Золотые сны / <Пер. Н. А. Полевой> // МТ. 1826.
Ч. 7, № 2.
Ирвинг В. Гостиница в Террачине // МТ. 1825. Ч. 5, № 19.
Ирвинг В. Кухня в трактире, или Жених-мертвец / Пер. К. Б. // СО. 1825. Ч. 104.
Ирвинг В. Отрывок из «Рассказов одного путешественника» / Пер. С. В-н // СО.
1825. Ч. 102.
Ирвинг В. Похождения моего деда, или Храбрый драгун / Пер. В. Тило // ЛПРИ.
1832, 14 сент.
Ирвинг В. Приключения живописца // СО. 1828. Ч. 120.
Ирвинг В. Приключения моего дяди // Атеней. 1829. Ч. 4.
Ирвинг В. Принц Ахмед-аль-Камель // МТ. 1832. Ч. 48, № 21.
Ирвинг В. Саламанхский студент / Пер. <Д. М.> К-<няжеви>ч // СОСА. 1829. Т. 5.
Ироическая песнь о походе на половцев … . М., 1800.
Искрин М. Г. «Его зовут Германном» // Рус. яз. в шк. 1989. № 9.
Исторический и статистический взгляд … // МТ. 1832. Ч. 46, № 15.
Ит. [Шевырев С. П.] Романс Теклы: (Из Шиллера). 1829 // Моск. 1841. № 10.

<Каве Г.-А., Диттмер А.> Много шуму из пустяков // МТ. 1828, Ч. 21, № 12.

Казак Луганский [Даль В. И.]. Повести, сказки и рассказы. СПб., 1846. Ч. 1–4.

Калаушин М. М. Работа Пушкина над «Пиковой дамой» // Пиковая дама: Опера П. И. Чайковского. Л.; М., 1938.
Канова и его мастерская // Галатея. 1829. Ч. 48, № 41.
Капнист В. В. Лирич. соч. СПб., 1806.
<Капнист В. В.> Ябеда. СПб., 1798.

Карамзин Н. М. История государства Российского. СПб., <1816>–1829. Т. 1–12.
Карамзин Н. М. Соч. М., 1803–1804. Т. 1–8.

Каратыгин П. А. Записки: 1805–1879. СПб., 1880.

Каратыгина А. М. Мое знакомство с А. С. Пушкиным // РС. 1880. Т. 28.
Карлгоф В. И. Повести и рассказы. СПб., 1832. Ч. 1–2.

Карнович Е. П. Очерки наших порядков административных, судебных и общественных. СПб., 1873.

Кац Б. А. Одиннадцать вопросов к Пушкину. СПб., 2008.

Кашин Н. П. По поводу «Пиковой дамы» // ПиЕС. 1927. Вып. 31/32.

Киреевский И. В. Обозрение русской словесности 1829 года // Денница: Альм.
на 1830 г. М., 1830.

Кирсанова Р. М. Розовая ксандрейка и драдедамовый платок: Костюм — вещь
и образ в рус. лит. XIX в. М.; СПб., 2006.
Клаурен Г. [Хойн К.] Голландский купец / Пер. <В. А.> Вл.<адиславлев> // СО.
1825. Ч. 101.

Клаурен Г. [Хойн К.] Катальная гора [ориг. загл. «Die Rutschpartie»] // МТ. 1825.
Ч. 1, № 2.; № 3.
Клаурен Г. [Хойн К.] Поединок / Пер. Ал. // СО. 1826. Ч. 110.

Клаурен Г. [Хойн К.] Человек в незнакомом мире … . СПб., 1831.
Клушин А. И. Портреты // Зритель. 1792. Ч. 1.

Книга адресов С.-Петербурга на 1837 г. СПб., 1837.
Княжнин Я. Б. Соч. СПб., 1817–1818. Т. 1–5.

<Княз>ь <Владимир>ъ <Одоевски>й. Opere del cavaliere Giambattista Piranesi // СЦ на 1832 г. СПб., 1831.
<Княз>ь <Владимир>ъ <Одоевски>й Безгласный. Катя, или История воспитанницы // Нов. СПб., 1834. Ч. 2.

371

372
Ковалев Г. Ф. Ономастическое комментирование на уроках русской словес­
ности. Воронеж, 2005.
Коган Л. Пушкин в переводах Мериме («Пиковая дама») // ВПК. 1939.
Вып. 4–5.
Кок П. де. Дитя природы и человек образованный. СПб., 1832. Ч. 1–5.

Кока Г. М. Художественный мир Пушкина // Пушкин об искусстве. М., 1962.

Колокольцев Д. Г. Лейб-гвардии Преображенский полк в воспоминаниях его
старого офицера с 1831-го по 1846 г. // РС. 1883. Т. 38.
Комаровский Е. Ф. Записки. СПб., 1914.

Констанция <де> С.<альм> Двадцать четыре часа чувствительной женщины … .
СПб., 1831.
Кораблинский А. [Воейков А. Ф.] Картежники // ЛПРИ. 1833, 16, 20 сент.
Кораблинский А. [Воейков А. Ф.] Сплетни // ЛПРИ. 1832, 16 марта.
Коран виста … . СПб., 1832.

Корф М. А. Дневники 1838 и 1839 гг. М., 2010.

Корф Ф. Ф. Отрывок из жизнеописания Хомкина // Совр. 1838. Т. 10.
Корф Ф. Ф. Повести. СПб., 1838.

Кох К. Школа опыта / Пер. В. Соколов // Слав. 1827. Ч. 4.

Краевский А. А. Обозрение русских газет и журналов за первую половину
1834 года // Журн. м-ва нар. просвещения. 1834. Ч. 4, № 10.

Крамер К. Г. Век живи и век учись, или Приключения моей жизни. М., 1817.
Ч. 1–2.
Краснов Г. В. Поединок Германна: К психологии конфликта в «Пиковой да­
ме» // Болдинские чтения. Горький, 1985.
Крейон Дж. [Ирвинг В.] Приключение моего дяди … // ДЖ. 1825. Ч. 10.

«Крестницы, или Полюбовная сделка» А. А. Шаховского как «эпилог» к «Пиковой даме» / <Предисл.>, публ. <и примеч.> Л. Н. Киселевой // ПЧТ. 2000.
<Вып.> 2.

Кропотов А. Ф. Дух россиянки. СПб., 1809.

Крузе Л. Счастливый день / Пер. <Д. М.> К-<няжеви>ч // СО. 1826. Ч. 107.
Крылов И. А. К счастью // С.-петерб. Меркурий. 1793. Ч. 4.
Крылов И. А. Модная лавка. СПб., 1807.

Крылов И. А. Ночи // Зритель. 1792. Ч. 1.

Крылов И. А. Письмо XXIII. От гнома Зора … // Почта духов. 1802. Ч. 2.

Крылов И. А. Письмо XXXIX. От гнома Зора … // Почта духов. 1802. Ч. 4.
Крылов И. А. Письмо XLII. От гнома Зора … // Почта духов. 1802. Ч. 4.
Крылов И. А. Урок дочкам. СПб., 1807.

Кс. <А.> П.<олевой. Рец. на:> Черная немочь … // МТ. 1829. Ч. 28, № 15.

<Курбатов А. Д.?> Последний год власти герцога Бирона. М., 1833. Ч. 1–4.
Кюхельбекер В. К. Дневник. <Л.>, 1929.

Кюхельбекер В. К. Избр. произв. М.; Л., 1967. Т. 1–2.

–л– [Павлов Н. Ф.]. Московский бал // Тел. 1832. Ч. 7.

Л. Д. [Бестужев А. А.] Будочник-оратор // СП. 1831, 24, 25 февр.
Л. Н. <Толстой> История моего детства // Совр. 1852. Т. 35.

Лабом Е. История о низвержении Наполеона Бонапарте с похищенного им тро­
на / Пер. М. М., 1821–1823. Ч. 1–6.
Лажечников И. И. Ледяной дом. 1835. Ч. 1–4.

Лажечников И. И. Последний Новик … . М., 1831–1833. Ч. 1–4.

Лажечников И. И. Походные записки русского офицера. СПб., 1820.
Лафонтен А. Любовь и тщеславие … . М., 1821.

Лафонтен А. Невидимые, или Развалины замка в лесу. М., 1827. Ч. 1–2.

Лафонтен А. Собр. новейших небольших романов и повестей. М., 1815–1816.
Ч. 1–4.
Лахман П. Красный плащ // Сла. 1830. Ч. 13.

Ле Пренс де Бомонт Ж.-М. Воспитание совершенное … / Пер. И. Г. Харламов. М.,
1787. Т. 1–3.

Ле Пренс де Бомонт Ж.-М. Наставление молодым госпожам … / Пер. Е. П. Рунич. М., 1788. Ч. 1–4.
Ле Саж [Лесаж А.-Р.]. Хромоногий бес / Пер. Г. Пасынков. СПб., 1832. Ч. 1–3.
Лежнев А. З. Проза Пушкина: Опыт стилевого исслед. М., 1937.
Лейтенант Д. Случай на корабле // СП. 1833, 13 сент.

Лель [Грифцов Б. А.?]. От содержания к внешности: (По поводу постановки
«Пиковой дамы» в «Музыкальной драме») // Рус. муз. газ. 1914, 14 дек.
Ленивый: (Отрывки из комедии) // ПЦ на 1828 г. СПб., <1828>.
Ленский Д. [Воробьев Д. Т.] Еще суматоха… . М., 1828.

Леопольдов А. Ф. Постоянство и верность любви // ДЖ. 1832. Ч. 40.
Лермонтов М. Ю. Герой нашего времени. СПб., 1840. Ч. 1–2.

373

374
<Лермонтов М. Ю.> Казначейша // Совр. 1838. Т. 11, № 3.

Лернер Н. О. «Рассказ про доброго Роберта» // ПиЕС. 1930. Вып. 38–39.
Лернер Н. О. Рассказы о Пушкине. <Л.>, 1929.

Лесаж А.-Р. Жилблаз де Сантиллана / <Пер. А. А. Никольский>. СПб., 1819–
1821. Ч. 1–8.
Ли Г. Крюйцнер / <Пер.> А. // МТ. 1827. Ч. 14, № 6.

Лидин [Петров А.]. Табакерка // [Петров А.]. Весенние цветы. М., 1830.
Линдау В. А. Гелиодора … . М., 1832–1833. Ч. 1–3.
Литературные вести // ДЖ. 1830. Ч. 32.

Лихтенберг Г. К. Путь развратного: Моральная Гогартова карикатура / <Предисл. В. А.> Ж.<уковского> // ВЕ. 1808. № 5; № 15; № 21.
Лотман Ю. М. Беседы о русской культуре: Быт и традиции рус. дворянства:
XVIII — нач. XIX в. СПб., 1994.

Лотман Ю. М. Примеч. // Карамзин Н. М. Письма русского путешественника.
Л., 1984.
Лотман Ю. М. Тема карт и карточной игры в русской литературе начала XIX ве­
ка // ТЗС. 1975. <Вып.> 7.
Любовная гадательная книжка. М., 1781.

М.<ельгунов Н. А.> Кто же он? // Тел. 1831. Ч. 3.

М. [Мельгунов Н. А.? Погодин М. П.?] П. И. Выжигин и Рославлев: Несколько замечаний // Тел. 1831. Ч. 3.
М…<ихаил> Д…<есницкий, митр.> Беседы о воскресении мертвых. СПб., 1798.
М. П.<огодин> Вечера у И. И. Дмитриева // Русский. 1868, 10 июля.

Магазаник Л. Э. «Пиковая дама»: Морфология и метафизика больших тропов // Пушкин и теоретико-литературная мысль. М., 1999.

Магницкий М. Л. Дума на гробе графини Роксандры Эдлинг … // Моск. 1844.
№ 3.
Майков Л. Н. Наталья Кирилловна Загряжская // Пушкин: Биогр. материалы
и ист.-лит. очерки. СПб., 1899.

<Макаров П. И. Рец. на:> Монах, или Пагубные следствия … // Моск. Меркурий.
1803. Ч. 1, кн. 3.
Максимов С. В. Александр Николаевич Островский // Рус. мысль. 1897, янв.

<Максимович М. А.> Обозрение русской словесности 1830 года // Денница:
Альм. на 1831 г. М., 1831.

Максимович М. А. О цветке … // ЛГ. 1830, 1 янв.

Максимовский М. С. Исторический очерк развития Главного инженерного
училища. СПб., 1869.
Малов А. И. Письма к воинам. СПб., 1831. Ч. 1–2.
Манн Ю. В. Тургенев и другие. М., 2008.

Манн Ю. В. Фантастическое и реальное у Гоголя // ВЛ. 1969. № 9.

Мансветов Г. И. Обязанности домашнего общества по разуму исполнителей
Слова Божия древних христиан. СПб., 1825.
Мануйлов В. А. «Пиковая дама» А. С. Пушкина // Пиковая дама: Опера / Муз.
П. И. Чайковского. Л., 1935.
Мариво П. Жизнь Марианны … / Пер. А. М. Салтыков. <М.>, 1762.
Мария // Тел. 1832. Ч. 12.

Марков М. А. Мятежники. СПб., 1832.

Марлинский А. [Бестужев А. А.] Лейтенант Белозор // СОСА. 1831. Т. 22.

Марлинский А. [Бестужев А. А.] О романах и романтизме // МТ. 1833. Ч. 53,
№ 17.
Марлинский А. [Бестужев А. А.] <Рец. на:> Клятва при гробе Господнем … //
МТ. 1833. Ч. 52, № 15.
Марлинский А. [Бестужев А. А.] Cтрашное гаданье // МТ. 1831. Ч. 38, № 6.
Марлинский А. [Бестужев А. А.] Фрегат Надежда // СОСА. 1833. Т. 34.

Мармонтель Ж.-Ф. Новые повести / Пер. Н. М. Карамзин. М., 1815. Ч. 1–2.

Мартьянова С. А. Образ Германна в повести А. С. Пушкина «Пиковая дама»:
Национальное и общечеловеческое // Вестн. Нижегор. ун-та. 2014. № 2.
Масальский К. П. Терпи казак, атаман будешь. СПб., 1830.

Маслов С. А. Краткая биография Н. П. Николева // Памятник друзей Николаю
Петровичу Николеву. М., 1819.
Мат шулерству, или Окончательное изобличение плутней карточной игры /
Сост. А-ченко. СПб., 1861.
Менгден Е. И. Из дневника внучки // РС. 1913. Т. 153.

Мериме П. Этрусская ваза / Пер. В. <И. Любич->Романович // СОСА. 1832. Т. 27.
Мещерский А. В. Воспоминания. М., 1901.

Мильчина В. А. Записки «пиковой дамы» // ВПК. 1988. Вып. 22.

Михайлова Н. И. Москва в петербургской повести Пушкина «Пиковая дама» //
ИАН. 2011. Т. 70, № 1.

375

376
Михайлова Н. И. Повествовательная структура «Пиковой дамы»: (К изучению
типов повествования в прозе A. C. Пушкина) // ВМУ. 1974. № 3.
Модзалевский Б. Л. Пушкин и его современники. СПб., 1999.
Моды // Молва. 1831. № 1.
Моды // СП. 1830, 1 февр.; 1832, 26 апр.
Моды (парижские) // Гирлянда. 1832. № 2.
Мольер. Отрывок из Мизантропа / Пер. Ф. Ф. Кокошкин // ВЕ. 1810. № 5.
Монтолье И. де. Швейцарские замки. М., 1821. Ч. 1–6.
Морозов А. А. Примеч. // Русская стихотворная пародия. Л., 1960.
Моховицын А. [Вейдемейер А. И.] Вечерние беседы у барона К. СПб., 1840.
Муравьев А. Н. Смерть Данта // МТ. 1927. Ч. 15, № 11.
Муравьев <М. Н.> Разные пер. и соч. // Опыт тр. Вольн. Рос. собр. при имп.
Моск. ун-те. М., 1774–1783. Ч. 1–6.
Мухин А. Е. Повести. М., 1836.
Н. <А.> П.<олевой> Живописец // МТ. 1833. Ч. 51, № 9.
Н. <А.> П.<олевой> Разговор на святках // МТ. 1832. Ч. 47, № 17.
Н. <А.> П.<олевой. Рец. на:> Невский альманах на 1830 г. // МТ. 1830. Ч. 31, № 2.
Н. <А.> П.<олевой> Святочные рассказы // МТ. 1826. Ч. 12, № 23.
Н. <А.> П.<олевой> Шекспирова комедия … // МТ. 1833. Ч. 53, № 19.
Н. <А.> П.<олевой> Эмма // МТ. 1834. Ч. 55, № 2.
<Надеждин Н. И. Отзыв о постановке:> Горе от ума … // Тел. 1831. Ч. 5.
<Надеждин Н. И. Рец. на:> Лукреция Борджиа … // Тел. 1833. Ч. 13.
<Надеждин Н. И. Рец. на:> Мертвый осел и обезглавленная женщина … // Тел.
1831. Ч. 4.
Нарежный В. Т. Два Ивана, или Страсть к тяжбам. М., 1825. Ч. 1–3.
<Н. де Б.> Уже поздно! / Пер. В. Кр-в // СМ. 1830, 3 нояб.
Некоторые любопытные приключения и сны из древних и новых времен /
<Пер. и сост.> П. И. К… . М., 1829.
Некрология // ОЗ. 1825. Ч. 23.
Несчастия счастливейшего из смертных // Молва. 1831. № 33.
Новая английская азбука. СПб., 1830.
Новейшие гадательные карты … . М., 1816.
<Новиков Д. И.> Песни золотого рожка: Отыскан. рукопись неизвест. сочинителя. М., 1828.

<Новиков Н. И.> Сатирические ведомости // Живописец. 1775. Ч. 2.
Новости // Тел. 1831. Ч. 1.

Новости политические // СО. 1820. Ч. 63.
Новые книги // СП. 1834, 27 февр.
Новый гадательник. СПб., 1830.

Новый и вернейший способ отгадывать … . СПб., 1787.
Новый и полнейший гадательный оракул … . М., 1833.
Новый путеводитель по Москве … . М., 1833. Ч. 1–2.

Новый словотолкователь / Сост. Н. М. Яновский. СПб., 1803–1806. Ч. 1–3.
Нольман М. Л. Система пушкинских образов // ВЛ. 1971. № 9.
Норов А. С. Предсказания Данта // ЛЛ. 1824. № 5.

О. Театральные новости в Париже // СП. 1833, 15 марта.

О должности градского стража санкт-петербургской полиции. СПб., 1816.

О новых окладах жалованья, определяемых с 1817 года. 12.12.1816 // ПСЗ:
Собр. 1-е. СПб., 1830. Т. 43, ч. 2.

О прибавке жалованья штаб- и обер-офицерам и о производстве столовых денег генералам против табелей, у сего прилагаемых. 12.12.1816 // ПСЗ:
Собр. 1-е. СПб., 1830. Т. 33.

О строгом подтверждении, чтобы сборища для запрещенной картежной игры
местными начальствами были открываемы и все найденные игроки были
предаваемы суду для строгого по законам наказания без всякого различия званий и чинов. 12.03.1832 // ПСЗ: Собр. 2-е. СПб., 1833. Т. 7.
Обозрение новейших происшествий // СОСА. 1833. Т. 38.

Общий гербовник дворянских родов Всероссийской империи. <СПб., 1799–
1840.> Т. 1–10.
Общий церковно-славяно-российский словарь … / Сост. П. И. Соколов. СПб.,
1834. Ч. 1–2.
Оксман Ю. Г. «Пиковая дама» // Путеводитель по Пушкину. М.; Л., 1931.

Окулич-Казарин Н. Ф. Псковский ветеран наполеоновских войн // Тр. Пск. археол. о-ва. 1912. Вып. 8.

Олин В. Н. Оскар и Альтос. СПб., 1823.

Олин В. Н. Странный бал … . СПб., 1838.

Онипенко Н. К. Теория коммуникативной грамматики и проблема системного описания русского синтаксиса // РЯНО. 2001. № 2.

377

378
Описание Чжуньгарии и Восточного Туркистана / Пер. Иакинф [Н. А. Бичурин]. СПб., 1829. Ч. 1–2.
Осинкина Л. В. О сновидениях Германна // ПЧТ. 2019. Вып. 1.
Остафьевский архив кн. Вяземских. СПб., 1899–1913. Т. 1–5.

Остолопов Н. Ф. Евгения, или Нынешнее воспитание. СПб., 1803.
Острецов А. А. Пиковая дама: Опера П. И. Чайковского. М., 1938.

Отрывки из Титгеевой «Урании» / Пер. Н. И. Розенмейер // СПиБ. 1819. Ч. 7,
кн. 9.

П. А. К.<орсаков> Будочник // Энциклопедический лексикон. СПб., 1835–1841.
Т. 1–17.
П.<и>с.<а>р.<е>в <А. И.> Несколько сцен из «Лукавина» // ВЕ. 1823. № 17.
Павлищев Л. Н. Воспоминания об А. С. Пушкине. М., 1890.
Павлова К. К. Мои воспоминания // РА. 1875. № 10.
Пагубные следствия игры банка … . СПб., 1807.

Падучева Е. В. В. В. Виноградов и наука о языке художественной прозы // ИАН.
1995. Т. 54, № 3.
Падучева Е. В. Однажды как показатель слабой определенности // РЯНО.
2016. № 2.

Падучева Е. В. Эгоцентрические единицы языка и режимы интерпретации //
Компьютерная лингвистика и интеллектуальные технологии. 2013. Вып. 12
(19).
Панаев В. И. Венгерский гусар // БЧ. 1834. Т. 2.
Панаев И. И. Барышня // ОЗ. 1844. Т. 32.

Панаев И. И. Сегодня и завтра // ЛПРИ. 1837, 10 апр.

Папков А. А. Жизнь и труды принца Петра Григорьевича Ольденбургского.
СПб., 1885.
Парижские моды // ДЖ. 1830. Ч. 32; 1832. Ч. 37.

Парижские моды // МТ. 1829. Ч. 27, № 12; Ч. 43, № 3.

Пасынков [Воейков А. Ф.] <Рец. на:> Нищий, или Ужас, владычествующий в вертепе игроков … // Сла. 1830. Ч. 15.
Перцов Э. П. Андрей Бичев, или Смешны мне люди. СПб., 1833.
Петербургские обеды // СП. 1840, 15 июня.

Петровский Л. М. Правила для благородных общественных танцев. Харьков,
1825.

Петрунина Н. Н. Две «петербургские повести» Пушкина // ПИМ. 1982. Т. 10.
Петрунина Н. Н. Проза Пушкина. Л., 1987.
Петрунина Н. Н. Пушкин и традиция волшебно-сказочного повествования //
РЛ. 1980. № 3.
<Писарев А. И.> Переписка двух адских вельмож, Алгабека и Алгамека … . М.,
1792–1793. Ч. 1–3.
Пихлер К. Скрытная любовь / Пер. Ж. // СО. 1825. Ч. 102.
Плавильщиков П. А. Соч. СПб., 1816. Ч. 1–4.
Плаксин В. Т. Краткий курс словесности … . СПб., 1832.
Платон, архиеп. Поучительные слова … . М., 1779–1806. Т. 1–20.
Платон, митр. Краткая церковная российская история. М., 1805. Т. 1–2.
Погорельский А. [Перовский А. А.] Двойник, или Мои вечера в Малороссии.
СПб., 1828. Ч. 1–2.
Погорельский А. [Перовский А. А.] Монастырка. СПб., 1830. Ч. 1–2.
Поддубная Р. Н. О поэтике «Пиковой дамы» А. С. Пушкина: Законы жанровой
структуры // O poetyce Aleksandra Puszkina: Materiały z sesji naukowej. Poznań, 1975.
Поддубная Р. Н. Современность классики. Харьков, 2016.
Подолинский А. И. Нищий. СПб., 1830.
Пожарский Я. О. Наполеонов бостон // Собр. стихотворений, относящихся к не­
забвенному 1812 году. М., 1814. Ч. 2.
<Полевой Н. А.> Беседа у молодого литератора … // НЖОЛ. 1832. Ч. 4.
Полевой Н. А. Делать карьер // НЖОЛ. 1830. № 19.
<Полевой Н. А.> Клятва при гробе Господнем. М., 1832. Ч. 1–4.
<Полевой Н. А.> Некрология: К. Р. Матюрин // МТ. 1826. Ч. 5, № 19.
<Полевой Н. А.?> Снимки с того, что иногда встречается в свете // НЖОЛ.
1830. № 3.
<Полевой Н. А.> Утро жениха и утро невесты … // НЖОЛ. 1832. Ч. 1.
Полежаев А. И. Стихотворения. М., 1832.
Полные гадательные карты … . СПб., 1830.
Полный французский и российский лексикон. СПб., 1786. Т. 1–2.
Полосин М. П. Ошибки Пушкина // Sla. 1939/1940. Roč. 17.
<Полторацкий А. М.> Несколько статей из провинциальных замечаний … //
МТ. 1829. Ч. 30, № 24.

379

380
Полякова E. С. Реальность и фантастика «Пиковой дамы» // В мире Пушкина.
М., 1974.

Помни совет родителей / Пер. А. <Н.> Выродов // Полезное упражнение юношества. М., 1789.

Порфирий Байский [Сомов О. М.]. Сказки о кладах // НА на 1830 г. СПб., 1829.
Ч. 1.
Правила для приема молодых людей в Артиллерийское и Главное инженерное училища. СПб., 1833.
Правила светского обхождения о вежливости / Пер. А. Г.<ерасимов>. М.,
1829.
Председатель и советники // НЖОЛ. 1830. № 22.

Пржецлавский О. А. Воспоминания // РС. 1883. Т. 39.

Прутиков Д. В. [Полторацкий А. М.] Несколько статей … // НЖОЛ. 1829. № 24.
Путешествие англичанина по Норвегии // СО. 1814. Ч. 16.
Пушкин. Полн. собр. соч. М.; Л., 1937–1959. Т. 1–16.
Пушкин А. Соч. СПб., 1838–1841. Т. 1–11.

Пушкин А. С. Соч. / Изд. П. В. Анненкова. СПб., 1855–1857. Т. 1–7.

Пушкин А. С. Соч. / Под ред. Г. Н. Геннади. СПб., 1859–1860. Т. 1–6.

Р. М. [Строев В. М.] <Рец. на:> Повести, изданные Александром Пушкиным … //
СП. 1834, 27 авг.
<Радищев А. Н.> Беседа о том, что есть сын отечества // БГ. 1789, дек.
Радищев А. Н. Собр. оставшихся соч. М., 1806–1811. Ч. 1–6.

Разлогова Е. Э. К вопросу о передаче лексических параллелизмов в переводе // ВМУ. 2015. № 5.

Разлогова Е. Э. «Пиковая дама» в зеркале французских переводов // ВЯ. 2012.
№ 6.
Разные известия // С.-петерб. вед. 1777, 16 июня.
Разные известия // СО. 1819. Ч. 55.

Рак В. Д. Коммент. // Пушкин А. С. Собр. соч. СПб., 1994. Т. 4.

Раков Ю. А. Тройка, семерка, дама: Пушкин и карты. СПб., 1994.
Рапсодии // МТ. 1833. Ч. 52, № 15.

Регель Э. Л. Путеводитель по Императорскому с.-петербургскому ботаническому саду // Тр. Имп. с.-петерб. ботан. сада. 1873. Т. 2.

Резниченко Н. А. «О, сколько нам открытий чудных…»: Из опыта «открытий»
учителя лит. М., 2020.
Рейсер С. А. Пушкин и мемуары Казановы // ВПК ‘1976. 1979.

Рейхель И. Г. Краткая история о японском государстве … . М., 1773.
<Реньяр Ж. Ф.> Игрок. СПб., 1815.

<Рец. на:> Амалия, или Хижина среди гор … // МТ. 1828. Ч. 22, № 14.
<Рец. на:> Белый дом … // СП. 1833, 3 окт.

<Рец. на:> Брак в царствование Наполеона … // МТ. 1833. Ч. 53, № 19.
<Рец. на:> Иван Выжигин … // МТ. 1829. Ч. 26, № 7.

<Рец. на:> Мельмот Скиталец … // МТ. 1833. Ч. 52, № 14.

<Рец. на:> Мертвый осел и обезглавленная женщина … // СП. 1831, 17 июля.

<Рец. на:> Повести покойного Ивана Петровича Белкина … // СП. 1831, 10 нояб.
<Рец. на:> Поездка в Германию … // ЛГ. 1831, 25 февр.

<Рец. на:> Поездка в Германию … // ЛПРИ. 1831, 4 февр.

<Рец. на:> Последний день приговоренного к смерти … // СП. 1830, 26 апр.
<Рец. на:> Последний Новик … // Тел. 1831. Ч. 4.

<Рец. на:> Рассказы двинянина … // МТ. 1828. Ч. 19, № 3.
<Рец. на:> Рыльский … // Молва. 1833, 26 янв.
<Рец. на:> Рыльский … // СП. 1833, 3 янв.

<Рец. на:> Mémoires sur les campagnes des armées … // МТ. 1830. Ч. 34, № 13.
<Рец. на:> № XIII … // МТ. 1833. Ч. 53, № 17.

Ржевский А. А. Некстати // Свобод. часы. 1763. № 5.

Рикорд П. И. Записки флота капитана … . СПб., 1816.

<Роже Ж. Ф.> Слуга двух господ / Пер. Е. Ф. Лифанов. СПб., 1810.
Розен А. Е. Записки декабриста. СПб., 1907.

Роллень Ш. Древняя история об египтянах … / Пер. В. К. Тредьяковский. СПб.,
1749–1762. Т. 1–10.
Роллень Ш. Римская история от создания Рима до битвы Актийской … / Пер.
В. К. Тредьяковский. СПб., 1761–1767. Т. 1–16.
Романы Хогартовы // Библиотека немецких романов / Пер. В<а>с<и>­
л<ий> <А.> Л<е>в­ш<и>н. М., 1780. Ч. 2.
Ромм М. И. Беседы о кинорежиссуре. М., 1975.

381

382
Российский, с немецким и французским переводами, словарь / Сост. И. И. Нордстет. СПб., 1780–1782. Ч. 1–2.
Ростопчина Е. П. Стихотворения // Совр. 1841. Т. 22.

Руководство к церковному красноречию … / Пер. <и доп.> И.<еромонах>
И.<осиф Величковский>. М., 1826.
Русское служилое дворянство второй половины XVIII века: (1764–1795) /
Сост. В. П. Степанов. СПб., 2003.
Русско-французский словарь / Сост. Ф. И. Рейф. СПб., 1835. T. 1–2.

Руссо Ж.-Ж. Новая Элоиза … / Пер. А. А. Палицын. СПб., 1803–1804. Ч. 1–6.

Рыбко И. А. «Лафертовская маковница» А. А. Погорельского: Лит. параллели // Вестн. Моск. гос. ун-та печати. 2011. № 7.
Рылеев К. Ф. Полн. собр. соч. М; Л., 1934.
Рыльский. СПб., 1833.

<Рэссон О.-Н.> Собрание наставлений для уборного столика … / Пер. А… Г… .
М., 1829.

С. … <М. Любец>кий. Сокольники, или Поколебание владычества татар над
Россиею. М., 1832. Ч. 1–3.

С. <П.> Ш.<евырев. Рец. на:> Тридцать лет, или Жизнь игрока … // МВ. 1828.
Ч. 7, № 2.
С. Х. Борьба честности с бедствиями // ПППВ. 1797. Ч. 14.

Сакулин П. Н. Из истории русского идеализма. М., 1913. Т. 1, ч. 1, 2.

Санский [Ланге де Жержи Ж. Ж.], архиеп. Врачевание духовное … / Пер. А. Владиславлев. СПб., 1826. Ч. 1–2.
Сафонович В. И. Воспоминания // РА. 1903. № 4.
С берегов Мейна … // Сев. почта. 1816, 8 нояб.

Свербеев Д. Н. Записки: 1799–1826. М., 1899. Т. 1–2.

Свиньин П. П. Опыт живописного путешествия по Северной Америке. СПб.,
1818.
Свод военных постановлений. СПб., 1838–1839. Ч. 1–5.

Северцев (Полилов) Г. Т. С.-Петербург в начале XIX века // Ист. вестн. 1903.
Т. 92, № 5.
Сегюр Л.-Ф. де. Отрывки из записок // СО. 1827. Ч. 111.

Седова Г. М. У Казанского моста, в доме Бельгарда // Пушкинский музеум.
СПб., 2015. Вып. 7.

<Сенковский О. И.> Карманная книга для русских воинов в турецких походах.
СПб., 1828–1829. Ч. 1–2.
<Сенковский О. И. Рец. на:> Умозрительные и опытные основания словесности … // БЧ. 1834. Т. 4.
<Сенковский О. И.> Фантастические путешествия барона Брамбеуса. СПб.,
1833.
Сентин [Бонифас Ж.-К.]. Изувеченный. СПб., 1833.
Сергеев А. Русские пословицы и поговорки в лицах. СПб., 1830.

Сергей … <М. Любец>кий. Падение Великого Новгорода. М., 1833. Ч. 1–4.
Сеченов И. М. Автобиографические записки. М., 1907.
Сидяков Л. С. Время итогов // ВЛ. 1983. № 9.
Сидяков Л. С. Художественная проза А. С. Пушкина. Рига, 1973.
Сильвестр, архим. Нетленная пища, или Душеспасительные размышления … .
М., 1799.
Симоновский Г. Русский Жилблаз, похождение Александра Сибирякова … . М.,
1832. Ч. 1–2.
Синельников Ф. М. Жизнь, военные и политические деяния <…> Михаила Ларионовича Голенищева-Кутузова-Смоленского … . СПб., 1813–1814. Ч. 1–6.
Сказка о Острионе королевиче. М., 1795.
Скотт В. Вдова, жительница гор // СО. 1828. Ч. 120.
Скотт В. Выслужившийся офицер, или Война Монтроза. М., 1824. Ч. 1–4.
Скотт В. Коннетабль Честерский, или Обрученные / Пер. Н. Ш.<игаев> СПб.,
1828. Ч. 1–3.
Скотт В. Монастырь / Пер. Б. М., 1829. Ч. 1–4.
Скотт В. [Голт Дж.] Предзнаменование / Пер. Г. Пасынков // СПбВ. 1831. Т. 2,
№ 20; № 22.
Скотт В. Приключения Нигеля. М., 1829. Ч. 1–4.
Скотт В. Эдинбургская темница / Пер. А. З. М., 1825. Ч. 1–4.
Словарь Академии российской. СПб., 1789–1794. Ч. 1–6.
Словарь Академии российской. СПб., 1806–1822. Ч. 1–6.
Словарь русского языка XI–XVII вв. М., 1975 — . Т. 1 — .
Словарь церковно-славянского и русского языка. СПб., 1847. Т. 1–4.
Слово на погребение графини Александры Ивановны … // Анастасий, архиеп.
Поучительные слова … . М., 1803. Ч. 1.

383

384
Слонимский А. Л. О композиции «Пиковой дамы» // Пушкинский сб. памяти
проф. С. А. Венгерова. М.; Пг., 1922.
Слонимский А. Л. Пушкин и комедия 1815–1820 // ВПК. 1936. <Вып.> 2.
Смесь // БЧ. 1834. Т. 4.

Смесь // МТ. 1829. Ч. 29, № 19; 1831. Ч. 40, № 14.
<Смесь> // Прибавление к МТ. 1828. № 23.
Смесь // СО. 1830. Т. 9.

Смесь // СП. 1831, 22 сент.; 1832, 29 марта, 7 июля; 1833, 27 янв., 30 марта.

Смесь, или Собрание разных философических и критических сочинений … .
СПб., 1771.
Смирнова-Россет А. О. Дневник; Воспоминания. М., 1989.
Соболев А. Черный день Трещоткиной. СПб., 1834.
Соллогуб В. А. Большой свет // ОЗ. 1840. Т. 9.

Соллогуб В. А. Пережитые дни // Рус. мир. 1874, 27 апр.
Сомов О. М. Видение наяву // Гирлянда. 1831. № 4.
Сомов О. М. Вывеска // НА на 1829 г. СПб., 1828.

Сомов О. М. Обзор российской словесности за 1828 г. // СЦ на 1829 г. СПб.,
1828.

Сомов О. М. Почтовый дом в Шато-Тьерри //ЛГ. 1830, 6 апр.

Сомов О. М. Приказ с того света // Литературный музеум на 1827 г. М., 1827.
Сперанский М. М. Правила высшего красноречия. СПб., 1844.

Спивак Д. Л. Северная столица: Метафизика Петербурга. СПб., 1998.
ССС. [Сенковский О. И.] Петербургская барышня // СП. 1833, 5 янв.
Степанов А. П. Ветошник Алеша // БЧ. 1835. Т. 12.

Столетие военного министерства: 1802–1902. СПб., 1902–1912. <Т. 1–13>.

Сто-один [Галахов А. Д.]. Об окончании университетского курса до начала педагогических занятий: 1826–1832 // РВ. 1877. Т. 132.
<Страхов Н. И.> Из города Т…. // Сатир. вестн. 1795. Ч. 7.

<Суза А. М. Э.> Адель де Сенанж … / <Пер. П. А. Пельский>. М., 1803. Ч. 1–2.
Сумароков А. П. Полн. собр. всех соч. М., 1781–1782. Ч. 1–10.
Сумароков П. И. О российском театре … // ОЗ. 1822. Ч. 12.

Сумароков П. П. Белый человек, или Невольное суеверие // Денница: Альм. на
1831 г. М., 1831.

Т.-О. [Сенковский О. И.] <Рец. на:> Панорама Санкт-Петербурга … // БЧ. 1834.
Т. 2.
Таборисская Е. М. Петербургский интерьер в творчестве Пушкина // Шарафадина К. И., Таборисская Е. М. Жизнь культуры в универсуме слова. СПб.,
2011.

Таборисская Е. М. Своеобразие решения темы безумия в произведениях Пушкина 1833 года // Пушкинские чтения: Сб. ст. Таллинн, 1990.

Талепоровский И. К вопросу о траурных облачениях, употребляемых свя­
щеннослужителями «при погребении мирских человек» // Церков. вестн.
1877. № 22, ч. неофиц.
Тамарченко Н. Д. Жанровый контекст «Пиковой дамы» // Готическая традиция в русской литературе. М., 2008.

Тамарченко Н. Д. О поэтике «Пиковой дамы» А. С. Пушкина // Вопросы теории
и истории литературы. Казань, 1971.
Тамарченко Н. Д. «Пиковая дама» А. С. Пушкина и «неистовая литература» //
XXIII Герценовские чтения. Л., 1970.
Тамарченко Н. Д. «Пиковая дама» А. С. Пушкина и «Преступление и наказание»
Ф. М. Достоевского. Л., 1972.

Тамарченко Н. Д. «Пиковая Дама» A. C. Пушкина и проблема гротеска в русской
прозе конца 20-х — начала 30-х годов XIX века // Проблемы идейно-эстетического анализа художественной литературы в вузовских курсах … . М., 1972.
Тамарченко Н. Д. Пушкин и «неистовые» романтики // Из истории русской
и зарубежной литературы XI<X>–XX вв. Кемерово, 1973.

Тамарченко Н. Д. У истоков русского классического романа // ИАН. 1989. Т. 48,
№ 3.
<Тассо Т.> Смерть Дудона / Пер. А. Ф. Мерзляков // Муза новейших российских стихотворцев. М., 1814.
Татары в Силезии / Пер. В. Тило. СПб., 1828.
Театр // Лицей. 1806. Ч. 3, кн. 3.

Телешевский [Львов В. В.]. № XIII. М., 1833.

Терентий Кабаков. Предисловие к моему роману Иван Кривоногий … // ЛПРИ.
1833, 14 июня.
Тертуллиан. Защищение христиан против язычников / Пер. архиеп. Афанасий
(А. Иванов). М., 1802.
Тик Л. Картины // СО. 1827. Ч. 111.

385

386
Тит Космократов [Титов В. П.]. Уединенный домик на Васильевском // СЦ на
1829 г. СПб., 1828.

Тихон, еп. Разные проповеди <…> говоренные им во время пребывания его на
епархии. СПб., 1784.
Тихон, еп. Сокровище духовное, от мира собираемое. <СПб.>, 1784. Ч. 1–4.
Толстой Ф. М. Воспоминания // РС. 1871. Т. 3.
Томашевский Б. В. О стихе. Л., 1929.

Томашевский Б. В. Стих и ритм // Временник отд. словес. искусств. Л., 1928.
<Вып.> 4.
Томашевский Б. В. Французская литература в письмах Пушкина к Е. М. Хит­
рово // Пушкин А. С. Письма к Е. М. Хитрово: 1827–1832. Л., 1927.

Тонкачеев А. Московская скачка на императорский приз … // СП. 1833, 6 июля.
Топоров В. Н. «Бедная Лиза» Карамзина: Опыт прочтения. М., 1995.

<Траншан де Лаверн Л.-М.-Ф.> Пещера Вестбури … . М., 1811. Ч. 1–2.
Три восточные повести. М., 1790.

Трилунный [Струйский Д. Ю.]. Стихотворения. СПб., 1830. Ч. 1–2.

Троицкий В. Зимний вечер // Календарь муз на 1827 г. СПб., 1827.
Тургенев А. И. Письма Булгаковым. М., 1939.

Тургенев И. С. Затишье // Совр. 1854. Т. 47, № 9.

<Тютчев Ф. И.> Наполеон [1832] // Моск. 1850. № 7.

Уборный столик // Лекарство от скуки и забот. 1787. № 34.
Ужасная неделя в Париже // Тел. 1832. Ч. 7.

<Уоррен С.> Страшная гроза: Отрывок из «Записок медика» // Тел. 1833. Ч. 13.
Усов С. Александровская мануфактура в начале 1831 года // СП. 1831, 20 мая.
Устав благочиния, или полицейский. СПб., 1782.
Ушаков В. А. Бедная Серафима // БЧ. 1836. Т. 17.
Ушаков В. А. Густав Гацфельд // ОЗ. 1839. Т. 7.

Ушаков В. А. Досуги инвалида. М., 1832. Ч. 1–2.
Ушаков В. А. Киргиз-кайсак. М., 1830. Ч. 1–2.

<Ушаков В. А. Отзыв о постановке:> Смерть Каласа … // МТ. 1829. Ч. 30, № 21.
Ушаков В. А. Последний из князей Корсунских. М., 1837.

Ушаков В. А. <Рец. на:> Димитрий Самозванец … // МТ. 1830. Ч. 32, № 6.
Ф. [Бестужев-Рюмин М. А.] Сумбурщица жена // СМ. 1830, 26 февр.

Ф. <В.> Б.<улгарин> Журнальная всякая всячина // СП. 1851, 5 янв.
Ф. <В.> Б.<улгарин> Замечания сельского жителя … // СП. 1833, 8 мая.
Ф. <В.> Б.<улгарин> Иван Выжигин, или Русский Жильблаз // СА. 1825. № 9.
Ф. <В.> Б.<улгарин> Корнет // СП. 1833, 17 авг.
Ф. <В.> Б.<улгарин> Старый знакомец // СОСА. 1832. Т. 25.
Ф. <В.> Б.<улгарин> Толки и замечания сельского жителя … // СП. 1833, 15 мар­
та.
Файбисович В. М. Изображения пистолетов в пушкинских рукописях // ЕРО
на 2015 г. СПб., 2016.
Файбисович В. М. «Она дала ему три карты…»: Возникновение мифа о Пиковой даме // Наше наследие. 2015. № 115.
Федоров Б. М. Ротмистр Громилов. СПб., 1824.
Фельде-фан-дер К. Ф. Посольство в Китай / Пер. В. П. Лангер. СПб., 1830. Ч. 1–2.
Филарет, архиеп. Слово в день священного миропомазания … . СПб., 1840.
Фомин Н. И. Достопамятный брак царя Иоанна Васильевича Грозного. СПб.,
1834.
<Фонвизин Д. И.> Лисица-кознодей // Распускающийся цветок … . М., 1787.
<Фонвизин Д. И.> Недоросль. СПб., 1783.
<Фонвизин Д. И.> Разговор у княгини Халдиной // ЛГ. 1830, 11 янв.
Фукс А. А. А. С. Пушкин в Казани // ПВС, II, 255.
Хвостов Д. И. Избр. притчи из лучших сочинителей, стихами. СПб., 1816.
Херасков М. М. Ненавистник // РФ, X, 40.
Херасков М. М. Творения, вновь испр. и доп. <М., 1796–1803.> Ч. 1–12.
Хитрова Д. М., Цивьян Ю. Г. Иллюстрация в роли комментария: «Пиковая
дама» Александра Бенуа // Con amore: Ист.-филол. сб. в честь Л. Н. Кисе­
левой. М., 2010.
Хмельницкий Н. И. Из комедии Светский случай // Драматический альбом
для любителей театра и музыки. М., <1825>. Кн. 1.
Хмельницкий Н. И. Соч. СПб., 1849. Т. 3. C. 481.
Хмельницкий Н. И. Театр. СПб., 1829–1830. Ч. 1–2.
Хомяков А. С. Димитрий Самозванец. М., 1833.
«Хризомания, или Страсть к деньгам» А. А. Шаховского / <Предисл.>, публ.
<и примеч.> Л. Н. Киселевой // ТРСФ. 1999. <Вып.> 3.
Церемониальный камер-фурьерский журнал на 1767 г.

387

388
Церемониальный камер-фурьерский журнал на 1773 г.
Цивьян Т. В. Язык: Тема и вариации. М., 2008. Кн. 1–2.
Циммерманн И. Г. О уединении относительно к разуму и сердцу / Пер. Н. И. Ан­
ненский. СПб., 1801. Ч. 1–2.
<Цшокке Г.> Вильгельмина, или Побежденный предрассудок / Пер. <В. А.> Вл.<а­
диславлев> // СО. 1825. Ч. 100.
Цшокке Г. Миллионщик // СО. 1826. Ч. 108.
Цшокке Г. Повести. СПб., 1831. Ч. 1–3.
<Цшокке Г.> Предвестница смерти / Пер. А. // МТ. 1825. Ч. 1, № 4.
Цшокке Г. Старая девица / Пер. Екат. Зыб. // СОСА. 1830. Т. 15.
Цшокке Г. Степени возраста женщины // СО. 1827. Ч. 116.
Цшокке Г. Ясновидящая / Пер. <В. А.> Вл.<адиславлев> // СО. 1825. Ч. 103.
Чернов И. В. Записки. Оренбург, 1907.
Черняев Н. И. Критические статьи и заметки о Пушкине. Харьков, 1900.
Чистяков М. Б. Курс теории словесности. СПб., 1847. Ч. 1–2.
Чичерин А. В. Путь Пушкина к прозаическому роману // История русского романа. М.; Л., 1962. Т. 1.
Чужбинский А. С. [Афанасьев А. С.] Очерки прошлого: Самодуры // Время. 1862,
дек.
Чулков М. Д. Историческое описание российской коммерции … . М., 1781–1788.
Т. 1–7.
Чхаидзе Л. В. О реальном значении мотива трех карт в «Пиковой даме» //
ПИМ. 1960. Т. 3.
Чхаидзе Л. В. Пометки Пушкина на письме к нему А. П. Плещеева: (Еще о реальном значении мотива трех карт в «Пиковой даме») // ВПК ‘1971. 1973.
Шаликов П. И. Плод свободных чувствований. М., 1798–1801. Ч. <1>–3.
Шаплет А. де. Несчастие от французской кадрили // РЗ. 1828. Ч. 1.
Шарыпкин Д. М. Вокруг «Пиковой дамы» // ВПК ‘1972. 1974.
Шарыпкин Д. М. «Пиковая дама» и повесть Мармонтеля «Окно» // ВПК ‘1974.
1977.
Шахнович М. И. Русские пословицы и поговорки как исторический источник // Из архива: Тр. по мифологии и фольклору: 1934–1937. СПб., 2019.
Шаховской А. А. Из комедии-водевиля «Ворожея, или Танцы духов» // РТ. СПб.,
1825.
Шаховской А. А. Пустодомы. СПб., 1820.

<Шаховской А. А. при участии Грибоедова А. С., Хмельницкого Н. И.> Своя семья, или Замужняя невеста. СПб., 1818.
Шварцбанд С. М. Логика художественного поиска А. С. Пушкина от «Езерского» до «Пиковой дамы». Иерусалим, 1988.
Шишков А. С. Записки, веденные во время путеплавания из Кронштада в Константинополь. СПб., 1834.
Шкляревский П. П. Стихотворения. СПб.,1831.
Шлейснер-мл. П. Х. Лобах, щастливый отец. М., 1803.
Шмид В. Проза Пушкина в поэтическом прочтении. СПб., 2013.
<Шодерло де Лакло П. А. Ф.> Вредные знакомства … . СПб., 1804–1805. Ч. 1–4.
Шпис Г. Мои путешествия по пропастям злосчастий / Пер. А. Бринк. М., 1821.
Ч. 1–6.
Шпис К. Г. Таинства древних египтян. М., 1802–1803. Ч. 1–3.
Шрага Е. А. Литературность против литературы. СПб., 2013.
Штейн С. В. Пушкин и Гофман. Дерпт, 1927.
Шульц Р. Г. Пушкин и Книдский миф. München, 1985.
Щеглов Ю. К. Проза. Поэзия. Поэтика: Избр. работы. М., 2012.
Щербатов М. М. История российская с древнейших времен. СПб., 1770–1790.
Т. 1–7.
Ы [Карамзин Н. М.]. Бедная Лиза // МЖ. 1792. Ч. 6.
Ы. Ц. Ч. [Карамзин Н. М.] Наталья, боярская дочь // МЖ. 1792. Ч. 8.
Эйхенбаум Б. М. Статьи о Лермонтове. М.; Л., 1961.
Экин Д., Барбольд А. Л. Семейные вечера … / Пер. А. О. Ишимова. <СПб.>, 1833.
Ч. 1–4.
Эккартсгаузен К. Отрывки из сочинений / Пер. <А. Ф. Лабзин>. СПб., 1803.
Эмин Н. Ф. Роза. СПб., 1798.
Эмин Ф. А. Адская почта, или Курьер из ада с письмами. СПб., 1788.
Энгельгардт Л. Н. Записки: 1766–1836. М., 1867.
Эткинд Е. Г. «Внутренний человек» и внешняя речь. М., 1998.
Ю–ч. <Рец. на:> Странница … // СП. 1833, 9 янв.
Языков Д. И. Историко-литературные воспоминания // ИВ. 1906. Т. 106, № 1.
Языков Н. М. Письма к родным за дерптский период его жизни: 1822–1829.
СПб., 1913.
Яковлев А. С. Соч. СПб., 1827.

389

390
<Яковлев П. Л.> Записки москвича. М., 1828–1830. Кн. 1–3.
Яковлев П. Л. Удивительный человек! М., 1831. Ч. 1–5.

<Яковлев П. Л.> Чувствительное путешествие по Невскому проспекту. М.,
1828.

Якубович Д. П. Из комментариев к заметке Пушкина об «Юрии Милославском» 1830 г. // ПиЕС. 1930. Вып. 38/39.

Якубович Д. П. Литературный фон «Пиковой дамы» // Лит. современник. 1935.
№ 1.
Якубович Д. П. О «Пиковой Даме» // Пушкин: 1833 г. Л., 1933.

Якубович Д. П. «Пиковая дама» // Пушкин А. С. Пиковая дама. Л., 1936.
Якушкин В. Е. Матвей Иванович Муравьев-Апостол // РС. 1886. Т. 51.
Якушкин И. Д. Записки, статьи, письма. М., 1951.

<Янькова Е. П.> Рассказы бабушки: Из воспоминаний пяти поколений, запис.
и собр. ее внуком Д. Д. Благово. СПб., 1885.
Ѳ. Инок…в. Русский театр // Молва. 1831. № 10.

Ѳ. Ѵ. [Полевой Н. А.] Русский театр // МТ. 1833. Ч. 49, № 3.

Aizlewood R. The alter ego and the stone guest: Doubling and redoubling Hermann
in «The queen of spades» // Two hundred years of Pushkin. Amsterdam et al.,
2003. Vol. 2.

Aldini J. Essai théorique et expérimental sur le galvanisme. Paris, 1804.

Aubigné Th. Agrippa d’. Memoires de la vie … . Amsterdam, 1731. T. 1–2.

Bachaumont L. P. de. Mémoires historiques, littéraires et critiques … . Paris, 1808.
Balzac H. de. Eugénie Grandet // L’Europe littéraire. 1833, 15 août. Suppl.
Balzac H. de. La peau de chagrin. Paris, 1831. Т. 1–2.
Balzac H. de. La transaction // L’artiste. 1832. T. 3.

Balzac H. de. L’élixir de longue vie // Rev. de Paris. 1830, 24 oct.
Balzac H. de. Scènes de la vie privée. Paris, 1830. T. 1–2.

Beaumarchais P. <Lettre> aux redacteurs de la Chronique // Chronique de Paris.
1792, 27 janv.

Berlioz H. Théatre de l’Opéra-Сomique: Première représentation de la Dame de
pique … // J. des débats politiques et littéraires. 1851, 1 janv.
Bertuch Fr. J. Über das Joujou de Normandie … // J. des Luxus und der Moden. 1792,
Jan. Bd 7.

Biographie universelle, ancienne et moderne … . Paris, 1811–1862. T. 1–85.

Briggs A. D. P. «Pikovaya dama» and «Taman’»: Questions of kinship // J. of Russ.
studies. 1979. Vol. 37.

<Bulwer-Lytton E.> Pelham, or The adventures of a gentleman. New-York, 1828.
Vol. 1–2.
<Byron G. G.> The vision of judgment. Paris, 1822.

C.<hoderlos> de L.<aclos P. A. F.> Les liaisons dangereuses … . Amsterdam; Paris,
1782. T. 1–4.
Campan J.-L.-H. Mémoires sur la vie privée de Marie-Antoinette … . Paris, 1823.
T. 1–3.
Casanova G. G. Mémoires. Paris; Bruxelles, 1826–1838. T. 1–12.
Cellarius H. La danse des salons. Paris, 1847.

Charpentier J.-B.-J. Elemens de la langue russe … . SPb., 1768.

Chauveau J.-P. Français ponte, ou distinguer pour unir // ER. 2019. Vol. 41.

Chevalier de *** <la Tramblaye A. R.> Sur quelques contrées de l’Europe, ou Lettres.
Londres, 1788. T. 1–2.

Clarke E. D. Travels in various countries of Europe, Asia and Africa. London, 1810–
1823. Vol. 1–6.
Clarke É. D. Voyages en Russie, en Tartarie et en Turquie. Paris, 1812. T. 1–2.

Clayton J. D. «Spader dame», «Pique-Dame», and «Pikovaia dama»: A German source
for Pushkin? // Germano-slavica. 1974. № 4.

Clayton J. D. «The queen of spades»: A seriously intended joke // Pushkin rev. 2009–
2010. Vol. 12–13.
Comtesse du Barri. Mémoires. Paris, 1829–1830. T. 1–6.

Cornwell N. Pushkin’s «The queen of spades». Bristol, 1993.

Cousin d’Avalon Ch.-Y. Calembours sur calembours … . Paris, 1829.
Crayon G. [Irving W.] Tales of a traveller. London, 1824. Vol. 1–2.
Dancourt F. C. La désolation des joueuses. Paris, 1688.

Dante. Le paradis / Trad. <par A.-F. Artaud de Montor>. Paris; Strasbourg, 1811.

Debreczeny P. The other Pushkin: A study of Alexander Pushkin’s prose fiction.
Stanford, 1983.
Des jardins, des paysages etc. // Le spectateur du nord. 1799, sept.

Diaz J.-L. Ce que Balzac fait au fantastique // L’année balzacienne. 2012. № 13.

391

392
Ducange V., Dinaux [Beudin J.-F., Goubaux P.]. Trente ans, ou La vie d’un joueur.
Bruxelles, 1827.
Duchesse d’Orléans. Correspondance compl. Paris, 1837. Т. 1–2.
Dulaure J.-A. Nouvelle description des environs de Paris. Paris, 1787. T. 1–2.
Faletti H. Remarks on style as manifestation of narrative technique in «Pikovaia da­
ma» // CASS. 1977. Vol. 11, № 1.
Florian J.-P. Claris de. Nouvelles nouvelles. Paris, 1792.
Forsyth J. Notes // Пушкин А. С. Пиковая дама = Pushkin A. S. The queen of spades.
London, 1992.
Gautier Th. Les Jeunes-France. Paris, 1833.
Gautier Th. L’homme vexé, Onuphrius Wphly // Le cabinet de lecture. 1832, 4 oct.
Gautier Th. Onuphrius Wphly // La France littéraire. Paris, 1832. T. 3.
Gautier Th. Voyage en Russie. Paris, 1867. T. 1–2.
Gide A. Œuvres compl. Paris, 1933–1939. T. 1–15.
Ginguené P.-L. Histoire littéraire d’Italie. Milan, 1820. T. 1–5.
Goethe J. W. von. Werke. Wien, 1816–1820. Bd 1–26.
Golitsyna N. Remarques sur mes voyages // «Si tu lis jamais ce journal…»: Diaristes
russes francophones: 1780–1854. Paris, 2008.
Granville A. B. St. Petersburgh … . London, 1828. Vol. 1–2.
Graβhoff H. Eine deutsche Parallele der Лисица-кознодей: (Fonvizin und Schu­
bart) // Ztschr für Slawistik. 1962. Bd 7, Н. 2.
Gregg R. A. Balzac and the women in «The queen of spades» // SEEJ. 1966. Vol. 10,
№ 3.
Gregg R. A. Puškin, Victor Hugo, the perilous ordeal, and the true-blue hero // SEEJ.
1994, Vol. 38, № 3.
Grenier S. «Everyone knew her…» or did they?: Rereading Pushkin’s Lizaveta Iva­
nov­na («The queen of spades») // CSP. 1996. Vol. 38, № 1/2.
Grenier S. Representing the marginal woman in nineteenth-century Russian literature. Westport (CT) et al., 2001.
<Grimm J. et W.> Vieux contes, pour l’amusement des grands et des petits enfants.
Paris, <1824>.
<Heine H.> Französische Zustände // Außerordentliche Beilage zur Allg. Ztg. 1832,
31. Jan.
Helfant I. M. The high stakes of identity: Gambling in the life and literature of nine­
teenth-century Russia. Evanston (IL), 2002.

Henry-Safier H. Note sur les traductions en français de la «Dame de pique» // RÉS.
1987. T. 59, fasc. 1–2.
Hesekiel G. Eine vergessene Mode // Der Bazar. 1870, 23. Sept.

<Hoffmann E. T. A.> Die Elixiere des Teufels. Berlin, 1815. Bd 1–2.

Hogarth G. Analyse de la beauté, destinée à fixer les idées vagues qu’on a du goût /
Trad. <par H. Jansen>, précédée de <Jansen H.> La vie de ce peintre et suivie
d’une notice chronologique, historique et critique de tous ses ouvrages de peinture et de gravure. Paris, 1805. T. 1–2.

Intelligence from various parts of the kingdom // The gentleman’s mag. 1819,
march.

J. P. H.<ebel> Allemannische Gedichte. Carlsruhe, 1803.

J. Prz.<ecławski> Dama pikowa // Lwowianin. 1836. Z. 2.

J. Prz.<ecławski> Dama pikowa // TyP. 1834, 27 marca / 9 kwietnia; 3 / 15 kwietnia.
Jacob P. L. [Lacroix P.] Quand j’étais jeune. Bruxelles, 1833. T. 1–2.

Jakobson R. Socha v symbolice Puškinově // Slovo а slovesnost. 1937. № 3.
Jesse W. The life of George Brummel … . London, 1844. Vol. 1–2.

Kodjak A. «The queen of spades» in the context of the Faust legend // Alexander
Puskin: A symposium on the 175th anniversary of his birth. N. Y., 1976.

L. D*** [Cousin d’Avalon Ch.-Y.]. Académie universelle des jeux … . Paris, 1825.

Labriolle F. de. Le «secret des trois cartes» dans la «Dame de pique» de Pushkin //
CSP. 1969. Vol. 11, № 2.
Lalande J. Notice sur la vie et les ouvrage de Condorcet // MF. 1796, 20 janv.
L–<a>p–<ort>e. <H. de.> Galitzin (la princesse Natalie) // BU, LXV.

Leben U. L’art du mobilier et des objets en fer et acier polis // Connaissance des arts.
1995. № 520.
Lebrun. Manuel des jeux de calcul et de hazard … . Paris, 1827.

Legoarant B. Nouvelle orthologie française … . Paris, 1832. T. 1–2.

Leighton L. G. The esoteric tradition in Russian romantic literature: Decembrism
and freemasonry. University park (PA), 1994.
Léouzon Le Duc L.-A. La Russie contemporaine. Paris, 1853.

Leprince de Beaumont J.-M. Instructions pour les jeunes dames … . La Haye et al.,
1767–1768. T. 1–4.

Le Roy J.-D. Lettre à É. Fréron // L’année littéraire, ou Suite des lettres sur quelques
écrits de ce temps. 1757. T. 5.

393

394
Lezay-Marnésia C.-F.-A. Essai sur la nature champêtre. Paris, 1787.

<Livijn C.> Pique-Dame: Berichte aus dem Irrenhause in Briefen / Nach dem Schwed.
von La Motte Fouqué. Berlin, 1826.

<Livijn C.> Spader dame: En berättelse i bref funne på Danviken. Stockholm, 1825
[на тит. л. 1824].
Londonderry F. A. V. Russian journal, 1836–37. London, 1973.

Mercier L.-S. Tableau de Paris. Amsterdam, 1782–1783. Т. 1–8.
Merlin R. Origine des сartes à jouer. Paris, 1869.

Mirsky D. S. A history of Russian literature from its beginning to 1900. Evanston
(IL), 1999.
Mirsky D. S. Pushkin. N. Y., 1963.

Mme Jossenay. Sancerre et Adèle, ou Le mari coupable, suivi de la femme désabusée.
Paris, 1802. T. 1–2.
Modes // J. des dames et des modes. 1822, 5 août.
Modes // Le kaléidoscope. 1828, 12 juill.

Mongault H. Notes, éclaircissements et variantes // Mérimée P. Œuvres compl. Paris,
1931. T. 1.
Nabokov V. Commentary // Pushkin A. Eugen Onegin. N. Y., 1964. Vol. 2, 3.

Nabokova V., Barabtarlo G. A possible source for Pushkin’s «Queen of spades» //
RLT. 1991. № 24.
Nilsson N. Å. Brevity in Pushkin’s prose // CSP. 1987. Vol. 29, № 2/3.

Niquex M. Commentaires // Pouchkine A. La dame de pique; Le nègre de Pierre le
Grand. Bibliothèque russe et slave. Электрон. изд-е.
Nivat G. Vers la fin du mythe russe. Lausanne, 1982.

Nombre des aliénés dans le département de la Seine pendant l’année 1828 // Renseignemens statistiques sur les départemens de la France. 1830. T. 16.
Notes // Pushkin A. The compl. prose / Transl. by R. Pevear, L. Volokhonsky. N. Y.,
2016.

Ökonomische Encyklopädie … . Berlin, 1773–1858. Bd 1–242.

Outrepont G. de. Le gamin de Paris // Paris, ou Le livre des cent-et-un. Paris, 1832.
Т. 7.
P.<ouchkine> Пиковая дама // БЧ. 1834. Т. 2.

P.<ouchkine> Пиковая дама // Пушкин А. С. Повести. СПб., 1834.

<Pouchkine A.> La dame de pique / Trad. par P. Mérimée. Bruxelles, 1852.

<Pouchkine A.> La dame de pique / Trad. par P. Mérimée // RDM. 1849. T. 3.
Passage Ch. E. The Russian Hoffmannists. The Hague, 1963.

<Perrault Ch.> Histoires, ou Contes du temps passé. Paris, 1697.
<Préchac J. de.> Les désordres de la bassette. Lyon, 1682.
Pignotti L. Favole e novelle. Pisa, 1782.

Pignotti L. La toilette / Trad. par L.-P. Bérenger // MF. 1786, 1 sept.
Piron A. La métromanie, ou Le poëte. Paris, 1738.

<Pluche N. A.> Le spectacle de la nature … . Paris, 1746. Vol. 1–7.

Poederlé E. J. Ch. G. H. d’Olmen de. Manuel de l’herboriste et du forestier belgiques.
Bruxelles, 1792. T. 1–2.
Prince de Ligne. Fragments de mémoires inédits // Keepsake français, ou Souvenir
de littérature contemporaine. <1831.>
Pursglove M. Chronology in Pushkin’s «Pikovaya dama» // ISS. 1985. Vol. 6.

Puschkin A. Novellen / Für das Deutsche bearb. von Dr. <C. G.> Tröbst und D. <A.> Sa­
binin. Jena, 1840. Bd 1.

R***<egnard J. F.> Les folies amoureuses. Paris, 1704.

Raikes T. A visit to St. Petersburg in the winter of 1829–1830. London, 1838.
Raisson H.-N. Code de la toilette … . Bruxelles, 1828.

Rammelmeyer A. Aufsätze zur russischen Literatur und Geistesgeschichte. Wiesbaden, 2000.

Rammelmeyer A. «Homme sans moeurs et sans religion!»: Zu einem Epigraph aus
der «Pikovaja dama» von A. S. Pushkin // Jubiläumsschr. zum 25-jährigen Bestehen des Inst. für Slavistik der Univ. Giessen. Frankfurt / M.; N. Y., 1987.
Raskolnikoff F. Иррациональное в «Пиковой даме» // RÉS. 1987. T. 59, № 1–2.
Regnault<-Warin> J.-J. Siècle de Louis XVI. Bar-le-Duc, <1794>.
Revue industrielle // Petit courrier des dames. 1848, 31 déc.

<Richardson S.> Lettres angloises, ou Histoire de Miss Clarisse Harlove / Trad. par
l’abbé Prévost. Paris, 1777. T. 1–14.
Rosen N. The magic cards in «The queen of spades» // SEEJ. 1975. Vol. 19, № 3.

Rosen N. Up the down staircase in «The queen of spades» // SEEJ. 2002. Vol. 46,
№ 4.
Rosenshield G. Choosing the right card: Madness, gambling, and the imagination
in Pushkin’s «The queen of spades» // PMLA. 1994. Vol. 109, № 5.

395

396
Rosenshield G. Freud, Lacan, and romantic psychoanalysis: Three psychoanalytic
approaches to madness in Pushkin’s «The queen of spades» // SEEJ. 1996.
Vol. 40, № 1.
Rosenshield G. Gambling and passion: Pushkin’s «The queen of spades» and Dos­to­
evsky’s «The gambler» // SEEJ. 2011. Vol. 55, № 2.
Roucher J.-A. Les mois. Paris, 1779. T. 1–2.

Rousseau J. J. Esprit, maximes, et principes. Neuchâtel, 1764.
Rousseau J. J. La nouvelle Héloïse … . Paris, 1764. Т. 1–4.

Rozier F. Cours complet d’agriculture théorique, pratique, économique, et de médecine rurale et vétérinaire. Paris, 1783–1800. T. 1–10.
Russische Journalistik // Dorpater Jb für Lit., Statistik und Kunst, bes. Russlands.
Riga; Dorpat, 1834. Bd 2.
Say J.-B. Traité d’économie politique … . Paris, 1819. T. 1–2.

Schmid W. «Pique Dame» als poetologische Novelle // WS. 1997, H. 42.

Schmidt K. E. K. Amor der Joujouspieler // Taschenbuch und Almanach zum gesel­
ligen Vergnügen. Leipzig, 1796.

Schmitthenner F. Über den Charakter und die Aufgaben unserer Zeit … . Gießen,
1832.

Schröder S. M. Nachwort: Schwedische Wildtiere in Verkleidung und dänische Gartenblüten — Fouqués Übersetzungen aus den neuskandinavischen Sprachen //
Fouqué F. de la Motte. Ausgew. Dramen und Epen. Hildesheim; Zürich, 2015.
Bd 15, Teil 2.
Scott W. Prefatory memoir to Walpole // Ballantyne’s novelist’s library. London,
1823. Vol. 5.
Scott W. Vie de Napoléon Buonaparte. Paris, 1827. T. 1–9.

Ségur L.-Ph. Mémoires, ou Souvenirs et anecdotes. Paris, 1826. T. 1–3.
<Sękowski J. J.> Arytmetyka // Bałamut. 1832, 9, 16 stycz.

Setshkarev V. Rev.: Passage Ch. E. The Russian Hoffmannists … // SEEJ. 1964. Vol. 8,
№ 1.
Shaw J. Th. Pushkin: Poet and man of letters and his prose. L. A., 1995.

Shaw J. Th. The «Conclusion» of Puškin’s «Queen of spades» // Studies in Russ. and
Pol. lit. The Hague, 1962.

Shelley M. W. Frankenstein. London, 1831.

<Shelley M.> On ghosts // The London mag. 1824, march.

Simpson M. S. The Russian gothic novel and its British antecedents. Columbus (OH),
1986.
<Soret G.-J.> Essai sur les mœurs. Bruxelles, 1756.
Soret G.-J. Œuvres. Paris, 1784. T. 1–2.

Spindler C. [Hoffmann E. T. A.] L’élexir du diable / Trad. par J. Cohen. Paris, 1829.
T. 1–2.
Stein C. G. D. Reisen nach den vorzüglichsten Hauptstädten von Mittel-Europa.
Leipzig, 1827–1829. Bd 1–7.
Stendhal. Le rouge et le noir. Paris, 1831. T. 1–2.

<Szymkiewicz J.?> Szlachcic na łopacie: Wyjawienie secretów gabinetu króla Fa­
raona // Wiadom. brukowe. 1819. № 122.
The queen of hearts… // Europ. mag. 1782. Vol. 1, № 4.

Thomas A. A Russian Oedipus: Lacan and Puskin’s «The queen of spades» // Wiener
slawistischer Almanach. 1992. Sbd 31.

Über das Joujou de Normandie. Leipzig, 1792.
Variétés // Chronique de Paris. 1792, 22 janv.
Variétés // Mercure universel. 1791, 23 déc.

Varnhagen von Ense K. A. Tagebücher. Leipzig, 1861. Bd 1–2.

<Vernet J.> Dialogues socratiques, composés pour l’instruction de son altesse sérénissime le prince héréditaire de Saxe-Gotha. Halle, 1753.

Vie de Marie-Antoinette, reine de France. Hambourg; Brunswick, 1798.
Voltaire. Œuvres compl. Paris, 1821–1822. T. 1–60.

Wachtel M. Four notes on Pushkin’s prose // Essays in honour of A. Zholkovsky. Boston, 2018.

Walpole H. Le chateau d’Otrante / Trad. par M.<-A.> E.<idous> Amsterdam, 1767.
Pt 1–2.
Weber H. B. «Pikovaja dama»: A case for freemasonry in Russian literature // SEEJ.
1968. Vol. 12, № 4.

Weiss H. Kostümkunde: Geschichte der Tracht und des Geräthes … . Stuttgart, 1872.
Abth. 1–4.
Whitehead C. The fantastic in Russian romantic prose: Pushkin’s «The queen of
spades»// The gothic fantastic in nineteenth-century Russian literature. Amsterdam, 1999.
Willer É. Béata // RDM. 1833. T. 2.

397

398
Williams G. Отголоски отношения Пушкина к Александру I // Studia slavica
Academiae scientiarum hungaricae. 1991–1992. T. 37.
Williams G. Convention and play in «Pikovaja dama» // RL. 1989. Vol. 26.

Williams G. Pushkin and Jules Janin: A contribution to the literary background of
«The queen of spades» // Quinquereme: New studies in mod. languages. 1981.
Vol. 4, № 2.
Williams G. The obsessions and madness of Germann in «Pikovaja dama» // RL.
1983. Vol. 24.
<Willis N. P.> Letters from Paris: First impressions of Europe // The New York mirror. 1832, 12 may.
Wykaz przedmiotów // Lwowianin, czyli Zbiór potrzebnych i użytecznych wiadomości. Lwów, <1836>. T. 3 i 4.
XXX. Бал // Радуга: Лит. и муз. альм. на 1830 г. М., 1829.

Žekulin G. And in conclusion, who is Tomsky?: Rereading «The queen of spades» //
Зап. рус. академ. группы в США. 1998. Т. 20.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 4

ОПЫТ КОММЕНТАРИЯ
К «ПИКОВОЙ ДАМЕ». . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 7

Принятые в примечаниях сокращения заглавий
периодических и продолжающихся изданий . . . . . . . . . . . . 8

ПИКОВАЯ ДАМА. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .  13
I.. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .  16
II. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .  72
III. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 159
IV. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 231
V. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 261
VI. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 298
Заключение . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 343

Цитируемые издания . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 359

В оформлении использованы фрагменты работ:
Тициан. Венера перед зеркалом. Около 1555.
Национальная галерея искусства, Вашингтон (с. 11);
Бернардо Строцци. Аллегория бренности
(Старая кокетка). Около 1637. Государственный музей
изобразительных искусств им. А. С. Пушкина, Москва (c. 12)

МИХАИЛ ВЛАДИМИРОВИЧ БЕЗРОДНЫЙ

Опыт комментария
к «Пиковой даме»

Дизайн, верстка
Л. Н. Киселева, В. Г. Лошкарева
Редактор
И. Ф. Данилова

Корректор
Т. А. Румянцева

Издательство «Чистый лист»
E-mail: tabularasa_2000@mail.ru

Printing and binding by Interpress, Hungary

ISBN 978-3-910894-02-0