Текст
                    KjE5*


РЕТРО БИБЛИОТЕКА ПРИКЛЮЧЕНИЙ И НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКИ ——^-
РЕТРО БИБЛИОТЕКА ПРИКЛЮЧЕНИЙ И НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКИ |—■——— Коллекция
Жан Рэй ГАРРИ ДИКСОН Остров ужаса Повести Издательство Престиж Бук Москва
УДК 821.161.1 ББК 84(4Фр) Р 96 Р 96 Рэй Ж. Гарри Диксон. Остров ужаса: Повести / Пер. с франц. А. М. Григорьева. — М.: «Издательство Престиж Бук», 2021. - 448 с.: ил. — (Ретро библиотека приключений и научной фанта¬ стики. Серия «Коллекция»). ISBN 978-5-4459-0169-3 Среди многочисленных произведений бельгийского пи¬ сателя Жана Рэя (он же Раймон Жан Мари де Кремер) осо¬ бое место занимают сочинения, посвященные персонажу по имени Гарри Диксон. В 1930-е годы появилась многотомная эпопея о его приключениях. Рэй - по просьбе издателя, ко¬ торому требовался «новый Шерлок Холмс», - создал образ сыщика-американца. За 9 лет вышло в свет 178 выпусков, с интервалом то дважды в месяц, то раз в два месяца. Цикл, посвященный Гарри Диксону, насчитывает 99 коротких ро¬ манов, в том числе 44 фантастических, 7 — научно-фанта¬ стических и 48 — с детективным или шпионским сюжетом, а также около четырех десятков рассказов и повестей. Издательство продолжает публикацию серии о «великом сыщике». В новый том включены еще восемь повестей. Из¬ дание цикла будет продолжено. Произведения этого цикла публикуются на русском язы¬ ке впервые. УДК 821.161.1 ББК 84(4Фр) ISBN 978-5-4459-0169-3 © ООО «Издательство Престиж Бук», 2021 © Григорьев А. М., перевод, 2021 © Медведев А., иллюстрации, 2021
БАНДА ПАУКА
БАНДА ПАУКА LA BANDE DE LARAIGNEE
СТРАННАЯ ДЕВУШКА ондон и даже весь мир жил в каком-то необычном спокойствии. Не надо думать, что преступный мир дремал, но на первых страницах ежедневных газет не появлялось никаких сенсационных новостей. Как всегда, были преступления, убийства и кражи, но полиция чаще всего быстро находила их авторов. Эти строки служат преамбулой одной ужасной истории. Затишье обычно предшествует буре. И эта буря уже раз¬ разилась для великого сыщика Гарри Диксона. — Однако, — могли бы сказать инспекторы Скотленд- Ярда, — однако наш славный полицейский не занимается в настоящее время никаким делом. Если так пойдет дальше, ему впору отправляться в Сассекс сажать капусту. Можно по¬ думать, что он поймал всех самых известных бандитов мира! Увы, трижды увы! Гарри Диксон действительно не преследовал сейчас ни одного преступника, но лицо его было мрачным, а в глазах горел огонек беспокойства! По десяти раз на дню Том Уиллс, его верный ученик, ловил устремленный вдаль взгляд, видел скривившийся рот, отчаяние в каждом жесте. 7
— Невероятно, — шептал он, — я становлюсь игрушкой, паяцем... какой-то глупой вещью, несущественной, на кото¬ рую всем наплевать. В который раз Том Уиллс слышал эти слова разочарова¬ ния, тем более непонятные, потому что их произносил Дик¬ сон. Молодой человек бросил газету на стол. Его учитель усмехнулся. — Конечно, прикройте его, чтобы я больше не видел его! Это уже десятый, Том! — Десятый? — печально произнес Том, ощущая какой-то страх. И стал пристально разглядывать маленький предмет, поблескивающий в лучах солнца. Это была очень странная безделушка, которая явно не заслуживала подобного не¬ одобрения: паучок в натуральную величину, изготовленный настоящим художником из черненого серебра. Крохотный ужасный амулет, который можно было прицепить булавкой к одежде, если кто-то питал вкус к подобным украшениям. И таких паучков у Диксона накопилось уже десять! Стран¬ ное дело! Каждое утро такая безделушка появлялась на столе учителя, но он не мог объяснить, как она туда попадала. До того дня, когда на том же месте был обнаружен четвертый паучок, сыщик мог подумать, что кто-то разыгрывает с ним небольшую шутку. На пятый день он собственноручно закрыл дверь на ключ и положил его себе под подушку. Утром паучок сидел на привычном месте. На шестой день, вернее на шестую ночь он устроился перед своим столом в рабочем кабинете. Позже Диксон признался себе, что в первые утренние часы вздремнул, сраженный усталостью. А на заре паучок сидел на столе! Сыщик был раздражен. Он решил отдохнуть, ничего не делая днем, а вечером, приняв таблетку цитрата кофеина, чтобы его не сморил сон, расположился в кресле и не спускал взгляда со стола. На заре паучок сидел, где всегда! А ведь бедный великий Диксон ни разу не сомкнул глаз. Дверь была заперта на ключ, и были опущены все засовы! Он никого не принимал, а окна были тщательно закрыты. Но так же точно появился восьмой паучок... А потом де¬ вятый! Гарри Диксону казалось, что он сходит с ума. Кто-то 8
старался доказать ему собственное превосходство, кто-то, кто пока держался в тени, но должен был вскоре появиться, чтобы совершить бог знает какое преступление... Сыщик хорошо чув¬ ствовал это. И был бессилен перед тайной и коварной волей. На десятую ночь, которую Диксон так же провел без сна, произошло небольшое изменение. В четыре часа утра сыщи¬ ку показалось, что он увидел слабую и быструю вспышку на столе. Он прыгнул к столу — паучок словно издевался над ним! Этого было вполне достаточно, чтобы объяснить злое и отчаянное выражение лица сыщика, который даже не при¬ тронулся к завтраку. Тук! Тук! Кто-то стучался в дверь. — Что такое! — выкрикнул вышедший из себя Гарри Диксон. — Я ведь отдал категоричное распоряжение миссис Кроун... Я хочу, чтобы меня оставили в покое. — Но это не миссис Кроун, — тихо произнес Том Уиллс. — Я очень хорошо знаю ее манеру стучать! — Значит, это пришлая персона. Тем более! А мы слы¬ шали звонок? — Зачем звонить! — раздался тоненький голосок. Оба сыщика вздрогнули. На пороге приоткрытой двери стояла девушка. — Вы... не... позвонили... — пролепетал Том Уиллс. — Нет смысла... Я вхожу, когда хочу и куда хочу! — ре¬ шительным голосом ответила девушка. Гарри Диксон не спускал с нее внимательных глаз. Его чутье предупреждало: что-то таинственное, быть может, ужасающее наполняло атмосферу вокруг него. И это что-то проникло в комнату следом за девушкой, которая без слов уселась в кресло. — С кем имею честь? — сухо осведомился он. — Фу! Если я вам скажу, что меня зовут мадмуазель Жор- жетта Кювелье, вам что-нибудь даст это знание? Во всяком случае, можете меня так называть сегодня и в будущем, гос¬ подин Гарри Диксон. — В будущем? Нас ждет более тесное знакомство, и мы продолжим наши отношения? — с издевкой спросил сыщик. 9
— А как же, мой дорогой господин! Диксон снова ощутил недомогание. И понял, что это странное чувство вызвано воздействием девушки. Однако в ней не было ничего необычного. Высокая, стройная, не¬ большая головка, серо-голубые глаза, нельзя сказать, что особо красивые. Небольшой рот с припухлыми губами, за которыми угадывались отличные зубы. Гибкое тело, но без утонченности знатного происхождения. Немного сутулая, словно на плечи ее давила какая-то тяжесть. Два прыщика на выпуклом волевом лбу, лицо, обрамленное волосами неопре¬ деленного цвета. И одета девушка была без особого изыска. Костюм бутылочно-зеленого цвета, купленный в не очень модном магазине, бежевый и немного потрепанный плащ. Ножки, обтянутые шелковыми чулками среднего качества. Диксон заметил истрепанные печатки, старенькую сумочку с блестящей и поцарапанной застежкой. Но атмосфера... неощутимая! От нее словно исходил смут¬ ный ядовитый дух. — Думаю, что достаточно познакомилась с вами, чтобы поговорить о делах, — заговорила она довольно неприятным голоском. Лицо Диксона осталось невозмутимым, хотя сердце его было готово выпрыгнуть из груди. Сыщик, видя эту девчонку, угадывал, что грядут серьезные, даже ужасные вещи. И не удивился, услышав собственные слова: — Десяти паучков достаточно! Кстати, вчера он не по¬ явился так, как я ожидал! — Да пошла ты к дьяволу! — завопил Том Уиллс, с угро¬ жающим видом направляясь к девушке. Она, похоже, даже не заметила его. Диксон призвал Тома к порядку, чтобы он не мешал беседе. — Могу ли я попросить вас, мадмуазель Кювелье, объ¬ яснить, каким образом вам удалось подарить мне, довольно таинственным путем, этих странных зверушек? — вежливо спросил сыщик. — Боже, однажды я вам скажу. Это вообще-то просто игра. Любой хороший фокусник, в конце концов, раскры¬ вает, как он прячет кролика. Я поступлю так же, когда мне захочется это сделать. ю
«Когда мне захочется это сделать». Сыщик заработал очко... — Быть может, вам интереснее узнать, почему я вам их посылала, разве не так? — продолжила мадмуазель Кювелье. — Безусловно, мадмуазель. — Вы не догадываетесь? — Догадываюсь! — Ах! — лицо девушки выразило настоящую заинтересо¬ ванность, а Диксон заметил желтый огонек в ее глазах, огонек удивительно неприятный и жгучий. — Вы собирались доказать мне всеми этими ловкими про¬ делками, что вы лицо, располагающее неким могуществом, которое можете использовать против тех, кто не делает «то, что вам нравится». Она быстро закивала головой. — Очень справедливо, господин Диксон. Я довольна, что вы поняли это. В глубине души я не удивлена. Было бы плохо, если бы такой известный сыщик не догадался бы об этом с первого раза. Если только он не пустышка с раздутой репутацией. В таком случае я бы посчитала, что зря потратила на вас время. — Короче, мадмуазель. Скажите, что с моей стороны «вам не понравится». Девушка достала из сумочки маленькую пудреницу, бы¬ стро навела красоту. Потом ровным голосом начала: — Я желаю, чтобы вы не совали свой нос в мои дела и в дела моих друзей. Я говорю так, немного предваряя со¬ бытия, потому что мы еще не начали своих дел. Я со своими друзьями создала «Банду Паука». Цель нашей ассоциации состоит в желании разбогатеть. И разбогатеть быстро за счет людей, у которых слишком много денег. Вы назовете это, не¬ сомненно, «воровством», но мне все равно. Добавлю, что мы готовы устранить людей, которые будут противиться дележке их богатств. Вы называете это «убийством», если я не ошиба¬ юсь, не так ли? У нас есть преимущество перед остальными подобными ассоциациями. Мы абсолютно неуязвимы перед лицом всех мировых полиций и судебных органов. Именно эту нашу способность мы станем использовать для достиже¬ ния нашей общей цели. 11
— Хорошо, я понял, — спокойно ответил сыщик. — Но почему, если вы так неуязвимы, хотите добиться моего не¬ вмешательства в ваши мелкие делишки? — Боже, мы обойдемся без вашего «невмешательства», как вы говорите, но мы признаем некоторую силу, которая может замедлить наши операции, противодействовать неко¬ торым из них, что заставит нас потерять деньги. — Почему просто не устранить меня? — спросил Дик¬ сон. — Мы это сделаем, если вы станете поперек нашей дороги! Но это также потребует от нас траты определенной энергии, которую мы намереваемся использовать только для добычи денег. Я ясно выразилась? — Учитель, что вы ждете, а не арестовываете ее? — заво¬ пил Том, теряя контроль над собой. — Доказательств пока еще не совершенных преступлений, маленький невежда, — с милой улыбкой ответила Жоржетта Кювелье. — Преступления можно предупредить, — продолжал Том, распаляясь с каждым мгновением. — Трудно, очень трудно, — возразила странная девушка с самым серьезным видом. — Но вам лучше почитывать жур¬ нальчики, малыш, вместо того чтобы вмешиваться в разговор взрослых людей. Вам понятно? Том Уиллс рассвирепел. — Послушай! Девица, я тебя поимею, если продолжишь играть в свои игры! Жоржетта мило улыбнулась. — Невоспитанный мальчишка. Я буду полюбезнее. По¬ лучите свою сахарную вату. Кое-что пососать Томми, моему сердечному дружку! Гарри Диксон прервал все шутки. — Вам удалось невероятным манером мистифицировать меня целых десять дней. Очень долго, слишком долго! Бывали и более трудные тайны, которые я быстро разгадывал. — А мои паучки остаются загадкой. Глупо, не так ли, для сыщика вашего закала? Кстати, однажды вы разгадаете. Вечная история с Колумбовым яйцом. Но то, что вы не 12
разгадали за десять дней, Скотленд-Ярд не разгадает и за десять лет. Поэтому официальная полиция меня не бес¬ покоит. Итак, мой дорогой друг, «Банда Паука» начинает свои подвиги. Диксон не спускал с девушки глаз. — Я вам верю, мадмуазель Кювелье, и думаю, через ка¬ кое-то время вы станете одной из самых опасных персон, с которыми мне приходилось сражаться всю свою карьеру, в том числе и с недоброй памяти пресловутым Красноглазым Вампиром. — Фу! Пустышка! — с нескрываемым презрением про¬ изнесла визитерша. — А что вам еще надо? — вскричал Том Уиллс. — Однако я еще не начинала, — весело объявила Жор- жетта Кювелье. — Действительно... — мрачно подхватил Диксон. — Но чувствую, что окружающая вас атмосфера зловредна, от вас прямо исходят злые токи. Хотел бы сделать кое-что для вас! — Нет, правда? — удивленно воскликнула Жоржетта. — А что именно? — Наставить вас на праведный путь! Ваши силы могли бы быть полезными человечеству. Она серьезно глянула на сыщика. И опять в ее глазах блес¬ нул желтый огонек. — Это невозможно, — ответила она глухим голосом. В ней ощущалось неясное волнение. — Невозможно, поймите, гос¬ подин Диксон! Позже я скажу вам почему. Да-да, позже, ведь нам еще предстоит увидеться. Когда? Вероятно, за несколько минут до вашей смерти. Вы ведь не примете мое предложение. Значит, я должна буду убить вас. Гарри Диксон вздохнул. — Если я только однажды не отправлю вас на виселицу. Девушка кивнула. — Таков, действительно, смысл вашего шанса — отпра¬ вить меня на виселицу. Но самые смелые расчеты вероятно¬ сти оставляют вам минимальный шанс на победу. — Это как посмотреть, — скривился Том Уиллс. На этот раз Гарри Диксон разозлился. 13
— Хватит, Том! Скажу вам, что только что состоявшаяся беседа относится к самым удивительным беседам в моей жиз¬ ни, несмотря на внешнее веселье. Отправляйтесь за газетами для меня! — Может, заодно купите конфетки и ментоловые пастил¬ ки? — лукаво добавила девушка. Том в ярости нахлобучил шляпу и вышел, хлопнув дверью. — Я убью вас без всякой жалости, господин Диксон, — сообщила Жоржетта Кювелье, неожиданно став серьезной. Сыщик словно не услышал ее. — Я мог бы сей же час отправить вас в сумасшедший дом, — сказал он. — Но вы отнюдь не сумасшедшая, и не мне начинать с преступления. Ваша подача, мадмуазель! Кроме того, уверен, стены этого заведения не очень надолго задержат вас. — Верное замечание, господин Диксон. Я думаю, мы высказали друг другу все, что хотели. О! Дорогой друг, вы читаете Диккенса? Я тоже его читаю, хотя должна признаться, что кое-что в его книгах, к сожалению, ускользает от меня, несмотря на кажущуюся простоту. — Несомненно, доброта, — печально вымолвил Диксон. — Скорее всего. Если бы я могла охарактеризовать саму себя, скажу, что чувствую себя психологическим инвалидом: мое сердце нездорово. Смысл слова «хороший» ускользает от меня. Дальтоники лишены возможности различать неко¬ торые цвета из-за врожденных недостатков зрения. У меня тот тайный уголок души, где прячется доброта, отсутствует. Вместо него есть большая дыра, бездна! Том Уиллс вернулся. Он бросил пачку свежих газет на стол. Жоржетта Кювелье встала. — Прощайте, господин Диксон!.. — До свидания, мадмуазель!.. — Действительно, так вернее... И почти неслышными шагами удалилась. Но она не знала, что недовольное распоряжение учителя, который послал Тома Уиллса за утренними газетами, было распоряжением о слежке за ней. Туча маленьких шустрых 14
продавцов газет следовала за ней по лондонским улицам, не отпуская ни на шаг. Их ответ пришел через два часа. Он был неутешителен. Девушка села на автобус до Борроу-род, на мгновение зашла в кондитерскую, купила там несколько шо¬ коладок и бисквитов, потом прогулочным шагом добралась до Тринити-стрит, где вошла в пансионат дам Миджетт. Гарри Диксон схватил телефон и попросил к телефону мисс Катарину Миджетт, директрису заведения. Когда после долгого разговора он положил наушник, его лицо выражало неописуемое удивление. Мисс Жоржетта была превосходной ученицей, умной, серьезной и прилежной. Ее передала на попечение сестер Миджетт пять лет назад дама, назвавшей¬ ся ее теткой, которая регулярно посылала деньги на оплату пансиона, добавляя некую сумму на карманные расходы, но больше не приезжала встретиться с ней. Жоржетта Кювелье была по происхождению француженкой, хотя еще до поступ¬ ления в Миджетт-Хауз бегло говорила по-английски. Нет, о ее прошлом ничего не было известно. Сама Жоржетта о нем никогда не говорила. А в привычках сестер Миджетт не было желания задавать нескромные вопросы. Письма? Она никогда их не получала! Покидала ли она пансионат? Боже, крайне редко, чтобы сделать кое-какие покупки. Отсутствовала все¬ гда очень недолго. — Я же говорил вам, что она сошла с ума! — воскликнул Том Уиллс, который слушал разговор с помощью второго наушника. Гарри Диксон бросил на ученика странный взгляд. — Ни в коем случае! Говорю вам, мы столкнулись с ужас¬ ной человеческой загадкой. Бывают люди, которые с юности сразу показывают свои таланты. Эта девушка — воплощенный гений преступности. Мы у порога событий, которые, подо¬ зреваю, посеют немало ужаса! Гарри Диксон не ошибся. Будущее в который раз показало его правоту, и с невероятной скоростью. Такой была первая встреча великого сыщика с одной из самых ужасных преступниц, посланной адом на землю, с Жоржеттой Кювелье, той, кого Диксон позже называл не иначе, как «ужасающая Жоржетта Кювелье». 15
Лакей с расстроенным лицом открыл Гарри Диксону дверь. — Сэр Мередит? — осведомился сыщик. Слуга поклонился. — Пожалуйста, следуйте за мной, сэр... Гарри Диксона поразила атмосфера в прекрасном гос¬ подском доме. Входная дверь была открыта после долгих отпираний засовов и снятия цепочек. Слуги перемещались с серьезным видом хранителей трона. Лакей, который вел его, поднялся на второй этаж и впустил в просторную го¬ стиную, где огонь в камине, несмотря на хорошую погоду, жадно пожирал поленья. Когда сыщик появился на пороге гостиной, джентльмен с суровым лицом встал с кресла и приветствовал его. — Полагаю, мистер Гарри Диксон? — спросил он густым голосом. — К вашим услугам, сэр Остин... — Я счастлив, что вы так быстро откликнулись на призыв о помощи, — сказал Мередит. На его искаженном страданием лице появилась бледная улыбка. Гарри Диксон с симпатией глянул на хозяина дома. Сэр Остин Мередит был одним из лучших хирургов настоящего времени. Его противники, а вернее завистники, иронич¬ но называли его «конюхом, режущим короля», поскольку в свое время сэр Мередит спас жизнь Его Величеству, про¬ ведя хирургическую операцию, которую не осмеливались даже рассматривать другие врачи. С тех пор его клиентами стали самые знатные люди Англии и континента. Но если Гарри Диксон склонял голову перед истинными заслугами и знаниями, его симпатия распространялась больше на людей сердечных. А сэр Мередит был воплощенное сострадание. Если он лечил тех, кому помогла судьба, за сказочные гоно¬ рары, он не отказывался лечить беднейших мира сего с той же страстью. Он посещал лачуги Лаймхауза и Поплара с той легкостью, как роскошные жилища Вест-Энда. Он основал две больницы, где бедняки получали самое лучшее лечение 16
совершенно бесплатно, а по выходе из больницы им даже оказывали помощь деньгами и натурой. — Ваш призыв был пронизан таким отчаянием, сэр Остин, что я счел себя обязанным незамедлительно поспе¬ шить к вам, — заявил сыщик. — Могу сказать, что в настоя¬ щий момент негодяи дали мне некоторую передышку. — Вы верите, что эти люди иногда бросают свои грязные дела? — печально воскликнул хирург. — Вы сейчас же по¬ лучите доказательство обратного, мистер Диксон. Я сейчас расскажу вам весьма странную историю, героем, более того, жертвой которой стал. Это случилось несколько дней назад. Однажды вечером в мой клуб явились люди с мольбой: «Бы¬ стрее, сэр Остин! Вас призывают к изголовью мистера Сай¬ мона Эджеуэлла, крупного промышленника. Вас умоляет его личный врач Рекс Хантер, один из ваших друзей». Доктор Хантер никогда бы срочно не вызвал меня, не будь в этом крайняя необходимость. Я велел подогнать мой авто¬ мобиль и несколькими минутами позже звонил в дверь особ¬ няка мистера Саймона Эджеуэлла. Все люди, находящиеся в доме, как и мой друг, доктор Хантер, были в замешатель¬ стве. Он привел меня к больному. Тот мучился от боли, его снедала лихорадка. — Приступ острого аппендицита, — сказал Хантер. — Я наложил ледяной компресс, но он не помог. Его может спасти только срочная хирургическая операция. — Операция в момент обострения болезни, — пробормо¬ тал я. — Дьявол... большой риск. — Только вы можете успешно провести ее! — воскликнул мой друг. — Ладно, — кивнул я. — Велите вскипятить воду, пошлите моего шофера за набором инструментов, позвоните в отдел медсестер, чтобы мне немедленно прислали двух ассистен¬ ток. Даю вам четверть часа, чтобы преобразовать эту спальню в операционную. Хантер ушел раздавать приказы, а я остался рядом с боль¬ ным. Прошло едва несколько минут, как я услышал легкие шаги за спиной. Обернувшись, я оказался лицом к лицу с мед¬ сестрой в белой одежде. 17
— Вы очень быстры, мисс, — с удовлетворением сказал я. — Очень хорошо. Поздравляю вас... — Я не медсестра, — тихим голосом ответила она. — Я на¬ дела этот костюм, чтобы добраться до вас... Я был готов резко ответить ей, когда она жестом попро¬ сила меня позволить ей договорить, потом указала пальцем на больного. — Думаю, этот случай неизлечим. Действительно. Кроме искаженных от страданий черт лица и затрудненного гулкого дыхания, вид мистера Эджеуэл- ла, похоже, свидетельствовал, что он уже покинул мир живых. Но я, задетый за живое, вскинулся. — Для меня этот случай не столь безнадежный! Спальня была плохо освещена, и я с трудом различал черты лица странной визитерши, но заметил, что в ее глазах блеснул огонек холодной ярости. — Именно такого ответа я ожидала от вас, сэр Мередит, — в ее низком голосе слышались свистящие нотки. — Но если вы желаете еще некоторое время наслаждаться прелестями жизни, не делайте ничего для спасения этого больного. — Если я правильно понимаю вас, мисс, вы хотите, чтобы операция не удалась? — Вы сразу схватываете, сэр. — Вам нужно, чтобы мистер Эджеуэлл «выскользнул» из моих рук? — Ба! Он выскользнет и из рук остальных врачей коро¬ левства! — А мои руки позволят спасти его! Лже-медсестра мгновение помолчала, потом проговорила отвратительным визгливым голосом: — Тогда, сэр, поберегите ваши руки! Она исчезла так быстро, что я не успел ни ее задержать, ни поднять тревогу. Тем временем вернулся мой коллега Хантер, а с ним пришла настоящая медсестра. Я немедленно провел операцию, и, хотя она была одной из самых трудных в моей карьере, мне сопутствовал успех. Прошла неделя. Сегодня утром газеты сообщили, что ми¬ стер Саймон Эджеуэлл вне опасности, а вот записка, которую 18
я получил. Она и есть причина, по которой я обратился к вам, мистер Диксон. Сыщик взял отпечатанный на машинке листок, передан¬ ный ему хирургом. Дорогой Сэр! Вы этого хотели! Желая сдержать обещание, дан¬ ное на прошлой неделе, я с сожалением вынуждена вам сообщить, что займусь вашими руками. Их потеря бу¬ дет для вас тем более чувствительной, что вы без них сделаетесь таким же хирургом, как орел без крыльев, как рыба без плавников. Я приговариваю ваши руки из-за глупого отказа подчиниться. Они погибнут в ближайшую полночь. Чтобы доказать вам, что мои угрозы не напрасны, вы найдете на своем рабочем столе серебряного паука до наступления десяти часов вечера. А чтобы подчеркнуть эту угрозу, советую связаться со знаменитым Гарри Дик¬ соном, который подтвердит, что это не миф. Паук Сэр Мередит поднял глаза на гостя. Если до сих пор у него еще оставались смутные надежды и сомнения в подлинности угроз, он их немедленно потерял, только глянув на лицо Дик¬ сона. А лицо сыщика мертвецки побледнело. Еще немного и можно было подумать, что этот исключительно энергичный человек охвачен первобытным страхом. — Вы в это верите, мистер Диксон? — прошептал хи- рург. Гарри Диксон опустил голову, словно придавленный сты¬ дом. — Я верю в это, сэр, — глухо ответил он. — Таким образом, я буду покинут в центре цивилизован¬ ного мира, в окружении представителей власти на потребу ужасным и безжалостным бандитам? Сыщик яростно махнул рукой. — Покинут? Нет! Я останусь с вами. И я знаю, что, посту¬ пая так, я рискую столь же сильно, если не больше... 19
Вместо ответа сэр Мередит протянул сыщику свои обе приговоренные руки. — Простите мне, мистер Диксон, эти слова, сказан¬ ные в горячке, и позвольте добавить, даже мысль о вашем присутствии рядом со мной дает мне уверенность в огра¬ ждении от любой опасности, какой бы таинственной она ни была. Гарри Диксон выдавил слабую улыбку, опечаленный та¬ ким доверием, которое опасался не заслужить. — У вас есть какая-нибудь мысль? — спросил сэр Ме¬ редит. Сыщик глянул на свой хронометр. — У нас есть немного времени. Сейчас девять часов. Зна¬ чит, предупредительный знак паука появится через час. По¬ том будут еще два часа ожидания перед исполнением угрозы. Вы позволите мне закурить трубку? Сэр Мередит, наслышанный об этих маленьких пристра¬ стиях сыщика, улыбнулся в ответ на столь невинную просьбу. — Между десятью часами и полночью, — прошептал Дик¬ сон, погрузившись в свои мысли. — Значит, промежуток в два часа. Это много... Почему? Послышался звонок в дверь дома, и через несколько минут вошедший лакей с недоуменным видом спросил сэра Мере¬ дита, примет ли он всего на несколько минут профессора Мертона, который ожидает в гостевой комнате. Сэр Мередит улыбнулся. — Конечно, Джеймс. Скажите профессору, что я сейчас приду к нему. — Кто такой профессор Мертон? — спросил Диксон. — Сейчас не время для визитов... Улыбка великого хирурга стала шире. — Мертон никогда не выбирает часа, чтобы явиться... с просьбой. Это — бедняга ученый, который почти всегда умирает с голода и приходит, чтобы занять один или два фун¬ та. Однако сегодня он проявил поспешность, поскольку всего неделю назад я ему вручил пятифунтовую банкноту. Неважно! Для людей, находящихся в отчаянном положении, я всегда нахожу время, мистер Диксон! 20
Когда Мередит выходил из комнаты, сыщик с искренней симпатией посмотрел ему вслед и вновь затянулся трубкой. Спирали дыма поднимались к потолку, а голова сыщика ра¬ ботала, работала... — Без десяти десять... Без десяти десять! — Сыщик бук¬ вально подпрыгнул и проворчал: — Что-то слишком долго сэр Мередит тратит на выдачу одного фунта своему бедному собрату. Особенно, если ему уже оказали благожелательный прием неделю назад... Дьявол!.. Он громко воскликнул, словно его посетило и даже удари¬ ло по глазам внезапное озарение. Однако свет действительно вспыхнул, но в глубине его мозга. — Еще пять минут! Гарри Диксон подскочил к роскошному рабочему столу и в несколько секунд освободил его от всех бумаг и предметов, лежащих на нем. Перед ним блестела чистая дубовая столеш¬ ница. В это время в коридоре послышались поспешные шаги, и появился сэр Мередит. — Я едва не пропустил десятичасовой бой и явление паука, — чуть задыхаясь, сказал он. — Простите... Мертон такой приставучий. Я бежал по лестнице, чтобы увидеть спектакль. Динг. — Первый удар часов! — воскликнул сэр Мередит. — Один, два, три... И вдруг отшатнулся с криком ужаса. — Осторожно, мистер Диксон... Там, позади вас! — Что именно? — с невероятным спокойствием спросил сыщик. — Там! Рука... Паук... Да, рука, из которой свешивается паук. — Десять ударов, — отсчитал Диксон, — а я не вижу паука. Милая дама не сдержала своего слова. — Но я ее видел! — упорствовал сэр Мередит. — Возможно, но паук не на столе. Я готов поставить фунт, что он и не появится, —- рявкнул Диксон. Хирург рухнул в кресло. Гарри Диксон подошел к нему и по-дружески потрепал по плечу. 21
— Послушайте, вас удручает, что не увидели этого зверь¬ ка?.. Буду добрым принцем: вот он! Сыщик протянул хирургу маленького паучка из черненого серебра. И тут произошла странная вещь. Сэр Мередит вско¬ чил, словно его подбросила пружина, и рванулся к двери... Но не так быстро, чтобы увернуться от сыщика, который схватил его за ворот и изо всей силы бросил на пол. — Не шевелиться! — прорычал Диксон, сунув под нос лежащему человеку револьвер — Клянусь, что выстрелю, чтобы убить, а не ранить. Пока не знаю, как вам удалось подложить десять пауков в мой дом, и пока меня это мало заботит, но сегодня вечером вы переборщили с вашим трю¬ ком. Заставить меня оглянуться!.. Небеса, самый жалкий фо¬ кусник не посмел бы использовать такую хитрость. Стоило мне отвернуться, как паучок оказался бы на столе. Он снова был адресован мне. Но хлопая вас по плечу, я имел смелость разрезать ваш редингот с помощью очень удобного ножичка и вытащить висящее на резинке серебряное насекомое, ко¬ торое вы прятали в рукаве. Школьный трюк, мой дорогой! Кстати, а где сэр Мередит? — Вы с ума сошли! — выкрикнул пленник. — Я и есть сэр Мередит, и вам это хорошо известно. — Вы самый последний идиот из «Банды Паука»! Хотя, несомненно, ее лучший актер и самый лучший в искусстве быстро менять облик на нужную личину. Вы очень умело «изобразили» сэра Мередита. Я сам чуть-чуть не попался. Я ждал вас, мой милый, а не сэра Мередита. — Вы блефуете! — проворчал человек. — Нет, ваше появление было логично. Вы позвонили в дверь в качестве «профессора Мертона», единственного, кто имел доступ к хозяину дома в любой час. Сэр Мередит принимает вас в курительной комнате. Одним мановением руки вы плените его и тут же превращаетесь в него, чтобы прийти и поразить меня. Я почуял вас издалека, дорогой мой человек. Было невозможно, чтобы какой-то Мертон не явился в этот час, чтобы разыграть передо мной фокус с пауком. Пора посмотреть на ваше лицо! — Оно вам не принадлежит! 22
Диксон сорвал несколько накладных деталей с лица че¬ ловека и должен был признать: он увидел совершенно не¬ знакомое ему лицо. - Где сэр Мередит? — внезапно рявкнул Диксон. - А! Это уже совсем иная история! — осклабился незнако¬ мец. — Быть может, я бы и сказал вам, но сначала с большим удовольствием расскажу вам ту или иную историю после того, как мы договоримся по поводу моей свободы. У вас еще два часа перед тем, как с сэром Мередитом произойдет несчастье. Два часа! Эти два слова поразили сыщика. Два часа! По¬ чему человек так настаивал на этом факте? Гарри Диксон внимательно посмотрел на него. Лицо человека излучало хитрость и наглость, но на нем не читалось ни ума, ни изо¬ щренности. Два часа! Это была ложь! Кто-то хотел выиграть время! Кто-то хотел усыпить бдительность сыщика именно на этот срок. Он мгновенно надел наручники на запястья человека и связал ему ноги тонкой веревкой. - Послушайте! — закричал пленник, внезапно охвачен¬ ный беспокойством, видя, что Диксон собирается уйти. Но сыщик его уже не слушал. Он в бешеном темпе скатил¬ ся по лестнице, пересек холл, толкнул дверь небольшой ку¬ рительной комнаты, где горела лампа. Связанный сэр Мере¬ дит полулежал в кресле. На его сведенном конвульсией лице жили только глаза, наполненные ужасом. Диксон проследил за взглядом хирурга — он смотрел на свои связанные руки. На конце тонкого кожаного ремешка, стягивающего запястья великого хирурга, висел небольшой медный цилиндр. Еще несколько секунд и, быть может, взрыв, не настолько силь¬ ный, чтобы убить жертву, оторвет или раздробит несущие помощь руки. Сколько времени пройдет, пока взорвется эта адская бомба? Два часа? Нет! Это указание было ложным, а целью его было запутать сыщика. Диксон не стал терять времени на раздумья. Одним ударом ножика он разрезал ко¬ жаные путы и гневным жестом отбросил медный цилиндр подальше от себя в сторону холла. Адская машина даже не коснулась пола! Она грохнула с пронзительным шорохом, словно рвалась ткань, и сорвала несколько гипсовых лепнин со стен коридора. 23
— Еще минута, — задыхаясь, выговорил Диксон, — и про¬ изошло бы одно из самых трусливых и подлых преступлений. Он поспешил освободить сэра Мередита от веревок. — Мистер Диксон, я не знаю, чем вам обязан... — начал хирург. — Вы, мой дорогой мистер Мередит? Вы? Напротив, я — ваш должник! — весело рассмеявшись, сказал сыщик. — Вам смешно? — Вовсе нет, — серьезным тоном ответил Диксон. — Сегодняшнее дело вернуло мне уверенность в собственных силах. Какое-то мгновение я думал, что силы, грозные и враждебные, ополчатся на меня, что преступники будут ставить непроходимые ловушки, возводить непреодолимые препятствия для моего обычного человеческого ума. И опять я ошибся! Я признаю это с невероятной радостью! Конечно, я предвижу яростную и безжалостную борьбу с обеих сторон. Не знаю даже, выйду ли из нее победителем. Но мы, по край¬ ней мере, будем сражаться на равных. Провал этой ночи тем более тяжел для противника, что это пробный шар. Обычно такие истории тщательно подготавливаются. Теперь пойдем посмотрим, как поживает наш пленник. Тот спокойно лежал в углу рабочего кабинета сэра Мере¬ дита. Однако Гарри Диксон, выругавшись, бросился к нему. — Они не любят шутить в этой «Банде Паука», — про¬ ворчал сыщик, — поскольку в случае пленения прибегают к крайним средствам! Пленник отравился. Миджетт-Хауз на Тринити-стрит выглядит столь респек¬ табельно по причине относительной древности фасада, вы¬ полненного с претензией на барочный стиль, решетки из ко¬ ваного железа, небольшого сада с калинами и карликовыми лиственницами перед узким крыльцом из голубого камня. Вывеска извещает прохожего, что Миджетт-Хауз является пансионатом, готовящим девушек из зажиточных семей 24
к высшему образованию. Таким Гарри Диксон увидел это заведение, когда впервые дернул за ручку звонка. Приврат¬ ник с равнодушным лицом открыл ему и провел в дом для встречи с пожилой дамой. У нее было какое-то мечтательное лицо, и она с недовольным видом осведомилась, «какой чести удостоилась, если ее навестил с визитом господин Артур Ма¬ нен»... Именно это имя фигурировало на визитной карточке, которую Гарри Диксон вручил директрисе заведения, мисс Катарине Миджетт. — Вы понимаете французский, не так ли, мадам? — ос¬ ведомился он на ужасном английском языке. — Мы в Миджетт-Хаузе изучаем шесть живых языков, в том числе и французский, а также два мертвых языка, — гор¬ до ответила директриса. — И окажите мне честь обращаться ко мне мадмуазель, я вовсе не «мадам», сэр! Диксон угодливо поклонился. — Я — господин Манен, поверенный в делах тетки мад¬ муазель Кювелье, — сказал он. — Поскольку я проездом в Лондоне, то зашел узнать, все ли идет согласно ее пожела¬ ниям и не хочет ли она, чтобы было увеличено ее месячное содержание. Я получил распоряжение спросить ее об этом. Лицо Катарины Миджетт осветилось. — Я полагаю, что она этого пожелает, поскольку мы со¬ бираемся ввести курсы археологии, египтологии и санскрита. Естественно, это требует от нас некоторых серьезных жертв, а ученицы, которые собираются изучать эти новые науки, должны, само собой разумеется, вносить дополнительную оплату. Мадмуазель Кювелье обожает учиться. Она превос¬ ходная ученица. Да-да, ее месячное содержание надо увели¬ чить. Даже говорить об этом не стоит. — Я думаю совершенно так же, — убежденно подтвердил Диксон. Мисс Катарина оказала ему честь, присев в глубоком ре¬ верансе. — Поскольку вы человек закона знакомой нам страны, я могу позволить вам посетить мадмуазель Кювелье в ее апар¬ таментах, — сказала она. — Особенно ради разговора о столь важных делах. 25
Тот же привратник двинулся впереди сыщика по длинно¬ му коридору, где плавал острый запах дешевой кухни, псарни и хозяйственного мыла. Потом они поднялись по спиральной лестнице с грязными перилами. Привратник несколько раз ударил в дверь и проорал: — Мамзель Кювелье, это тип, имя которого на карточке, что я только что сунул вам под дверь. Это вы или тип даст мне чаевые? Гарри Диксон протянул ему шиллинг, и привратник заур¬ чал от удовольствия. Потом провел сыщика в «апартаменты» мадмуазель Жоржетты Кювелье, ученицы первого класса в за¬ ведении Миджетт-Хауз. Эти апартаменты состояли из кро¬ хотной гостиной-рабочего кабинета, унылой и запыленной комнаты. За ней следовал альков, где стояла узкая девичья кровать. За круглым столом, заваленным учебниками, спиной к двери сидела мадмуазель Кювелье и рассеянно вертела в руках визитную карточку господина Манена. — Здравствуйте, мадмуазель, вы, естественно, догадались, что это я. — Да... Никто другой не мог прийти ко мне, вооружив¬ шись поддельной визитной карточкой. И вы в настоящее время почти единственный, кто знает мой адрес. — Его было нетрудно узнать, — ответил Диксон. — А как же! Мне доставило неизъяснимое удовольствие видеть идущую за мной по пятам кучу грязных мальчишек- продавцов газет. Мне нравится, что вы многое обо мне знаете, хотя могли без всяких затруднений допросить эту беднягу Миджетт. — А пресловутая банда? — спросил Диксон. — Хм! Без вас она бы выполнила великолепную работу. Кстати, я предвидела это. — Вы подружка Джимми Вудкока, возможного наслед¬ ника его дядюшки Саймона Эджеуэлла? — внезапно перевел разговор сыщик. Жоржетта Кювелье с гневом развернулась. — За кого вы меня принимаете, месье? Я ничья не «по¬ дружка». Я в полном смысле этого слова приличная девушка 26
и ненавижу нелюбезное обращение. Хотите больше узнать об Эджеуэлле-Мередите? Почему бы и нет? Дело оказалось провальным от начала до конца. Честь вам за это. Хотелось бы поболтать с вами на эту тему. — Вы не боитесь... — Традиционной фразы «все, что вы скажете, может быть использовано против вас...»? Ни в коем случае, месье сыщик. У вас нет ни единой улики против меня. И можно ли выдви¬ нуть против меня какое-либо обвинение? «Банда Паука» пока не признана официально... У Джимми Вудкока в качестве «подружки» была молодая очаровательная дама, скажем... из моих хороших знакомых. Джимми, получающий миллионы от своего дядюшки, был бы настоящим сокровищем для моей юной подруги. А этот идиот Мередит встает у нас на пути и спасает Эджеуэлла! — А потом этот идиот Диксон, в свою очередь, встает на вашем пути и спасает мистера Мередита, — с иронией про¬ должил Диксон. Мадмуазель Жоржетта Кювелье с упреком глянула на сы¬ щика. — Абсолютно верно. Вы нарушили наш дисциплинарный кодекс, месье Диксон, а это тем более важно, что мы находим¬ ся только в начале наших дел. Таким образом, мы потеряли од¬ ного человека, безусловно, дурака, но весьма хорошего мима, который мог бы стать нам очень полезным впоследствии. — Мне кажется странным, — уставившись на девушку своими холодными глазами, сказал Диксон, — что этот че¬ ловек, пытавшийся сойти за хирурга Мередита, покончил с собой, а не сдался. Заметьте, этому человеку грозило только тюремное заключение. — По вашим законам, не так ли, господин Диксон? Но что вы знаете о моих законах? Этот человек знал — успех или смерть. Он предпочел покончить с собой, а не ждать той смерти, которую уготовила ему я. В серых глазах Жоржетты Кювелье мелькнул желтый ого¬ нек, и Гарри Диксон ощутил ее холодную жестокость. — Вы сыграли роль лже-медсестры? — небрежно спросил сыщик. 27
— Я? Ну уж нет! До сих пор я не играла никакой роли. Это была Салли, бывшая невеста этого неуча Джимми. Кстати, она очень плохо сыграла. Видите ли, вскоре мне придется самой участвовать в деле, если я хочу, чтобы оно было выполнено на отлично. Кстати о Салли — вы не мо¬ жете ничего предпринять против нее. Она уже в далеком путешествии! — Билетик, пропитанный мышьяком? — прошипел Гарри Диксон. Жоржетта глянула на него с очаровательным невинным видом. — Да нет, что вы еще надумали? Если бы я устраивала бойню из своих друзей и знакомых, когда не удается какое- либо дело, мне пришлось бы менять их как перчатки. Неуже¬ ли вы думаете, что преступников обучают, как адвокатов? Послушайте, это крайне трудно! Нет, Салли отправилась в качестве... посланца. — Вы сказали «в далеком». Значит, ваше поле деятельно¬ сти не ограничивается Британским Королевством? — Не ограничилось бы и планетой Марс, если бы мы сумели туда добраться! Теперь, господин Диксон, думаю, нам больше не о чем говорить... У меня куча уроков, кото¬ рые надо выучить. Скажите, вы верите, что эта ведьма Ка¬ тарина Миджетт заставляет меня читать Цицерона два часа в день? Меня уже тошнит от энного повторения De Amicitia и Pro Milone. Однажды я устрою этой сучке такую же весе¬ лую жизнь! Гудбай, старина Гарри. Поцелуемся? Если это абсолютно шокирующий обычай в Англии, в моей стране это принято, а вам, естественно, известно, что я птичка-приле- тевшая-из-Франции! Гарри Диксон вдруг почувствовал, что его шею обняли две нервные руки, а щеки получили два звучных поцелуя. — ...день, малыш Гарри! Так меня целовала моя тетушка. Сыщик спустился по лестнице, печальный, уязвленный, недоумевающий от поведения этой необъяснимой девчонки. Он даже не защищал себя от какой-то братской нежности к этому хрупкому созданию, которое постепенно превраща¬ лось в чудовище. 28
Привратник, помня о шиллинге, почтительно скривился, провожая его. Со второго этажа доносился пронзительный голосок Жоржетты, который пел французскую песенку, эхом летевшую по дому. Если случаем увидишь тетушку мою, Поздравь от меня поцелуем... В тот же вечер Диксон получил экспресс-почтой письмо, написанное на розовой бумаге, усыпанной цветочками. Мой дорогой старина Гарри, Я больше не могу, мои нервы на пределе. Цицерон на¬ столько мне опротивел, и я отомстила за него. Скот¬ ленд-Ярд или газеты с Флит-стрит расскажут вам остальное. На всю жизнь, Жоржетта Кювелье. — Проклятье! — проворчал сыщик. — Эта девчонка из¬ девается надо мной как хочет! Не будь этой тяжелой крими¬ нальной атмосферы, сгустившейся вокруг нее, атмосферы таинственной и едва ощутимой, духа зла, исходящего от это¬ го существа, я бы сказал, что девушка любит весьма особые забавы. Не буду звонить в Скотленд-Ярд и не побегу тут же покупать вечерние газеты. Ему позвонили из Скотленд-Ярда и сообщили, что мисс Катарина Миджетг, директриса Миджетт-Хауза была только что убита весьма необычным способом в своем доме на Три- нити-стрит. Старую деву нашли повешенной над ее рабочим столом. В ее руках, скованных наручниками, была зажата книга Цицерона. Погибшая, которая вела жизнь, отказывая себе во всем, была чрезвычайно мелочной и скупой дамой, но в тот день забрала из банка свое небольшое состояние, равное двенадцати тысячам фунтов, и спрятала его в своем сейфе. В сейфе теперь не было никаких денег. Он был доверху набит книгами, тетрадями и табелями одной из школьниц, мадмуазель Жоржетты Кювелье, которая исчезла после об¬ наружения преступления. 29
— Боже! — воскликнул Гарри Диксон. — Она вступила на свой путь! Зверь отведал крови. Ей ничего не стоит пре¬ вратиться в чудовище, которое «спало» в ней. Теперь мне придется вступить на тропу войны. Таким был финал второй встречи сыщика с одной из ко¬ ролев преступного мира. Удручающее настроение владело собравшимися людьми, и тоской, казалось, веяло от окружающей обстановки. Все происходило в кабинете начальника аэродрома Кройдон, расположенного недалеко от Лондона. Начальник нервно покусывал погасшую сигарилью, телеграфист с наушниками на голове неподвижно застыл перед аппаратом, устало крутил рычажки и кнопки. С его бледного лба стекали крупные капли пота. Чуть в стороне стоял премьер-министр, лорд Дембридж, беседующий со своим коллегой сэром Резерфордом из Авиа¬ ционного Департамента, а суровый Дашер из Адмиралтейства сыпал ругательства в свою короткую седую бородку. Какие серьезные события оправдывали присутствие этой государственной элиты в небольшом и неуютном кабинете на аэродроме Кройдон? Несомненно, серьезные, поскольку у окна стояли еще три мрачных джентльмена: Гудфельд, су¬ перинтендант Скотленд-Ярда, Гарри Диксон и Том Уиллс, за которыми срочно прислали на Бейкер-стрит министерский автомобиль. Лорд Дембридж, наконец, решился заговорить. — Подведем итог, чтобы мистер Гарри Диксон мог вместе с нами следить за разворачивающимися событиями. Я высоко ценю сотрудничество этого великого человека. Он уже не впервые вытаскивает Англию из омерзительных ситуаций. И сегодня я рассчитываю на него. Гарри Диксон молча поклонился. Сэр Дембридж повер¬ нулся к нему. — Сегодня утром в Женеве полномочный представитель одной дружественной державы вручил некий пакет предста¬ зо
вителю нашего правительства. Этот пакет должен был попасть в наши руки со срочным курьером и в абсолютной тайне. Мы знали, что одна держава, совсем не дружественная и очень беспокойная, готова была многое отдать, чтобы ознакомиться с его содержанием. В это время в Женеве находился некто мистер Харретон, простой человек, увлеченный спортом. Ми¬ стер Харретон владеет небольшим туристическим самолетом, настоящей игрушкой, но мощной и скоростной. Именно ми¬ стеру Харретону, к которому мы питаем полное доверие, был вручен пакет, а через полчаса посланец уже взлетел в направ¬ лении Англии. Передаю вам слово, майор Уайльд. Майор, пожилой человек с меланхоличным лицом, встал и по-военному отдал приветствие. — Харретон был джентльменом, достойным вашего дове¬ рия, господа... — майор поперхнулся, — он был моим другом. — Почему вы используете прошлое время, говоря о нем, майор? — спросил сэр Резерфорд. — Потому что только смерть могла помешать Харретону исполнить свой долг перед родиной, — ответил майор. Все с уважением склонили головы, а мрачный Дашер даже яростно махнул рукой. Майор продолжил: — Итак, Харретон взлетел и выбрал обычный туристиче¬ ский маршрут: Дижон, Реймс, Булонь-сюр-Мер, Фолькстоун, Кройдон. Маршрут, проложенный над сушей и морем. Как было оговорено, он послал первое сообщение, пролетая над Дижоном. У него на борту установлен передатчик ультрако¬ ротких волн, позволяющий поддерживать постоянный кон¬ такт с нами. Мы получили четкий сигнал, когда он был над французским городом. С этого момента он должен был посы¬ лать сигнал через равные оговоренные промежутки времени. Что он исправно и делал. Вскоре он пролетел над Реймсом. От¬ туда поступил единственный сигнал. Потом полная тишина... — Быть может, его самолет потерпел аварию, — заметил Гудфельд. — Такая вероятность предусмотрена, инспектор, — от¬ ветил майор Уайльд. — Если сигнал задерживается на две- три минуты, двое наших друзей, один в Бургундии, второй в окрестностях Лилля, должны были вылететь для проверки. 31
Что они и сделали. Оба самолета взлетели уже через три ми¬ нуты. Ни в воздухе, ни на земле они не обнаружили следов аппарата Харретона. Гарри Диксон, черный и худой силуэт, отошел от окна. Знаменитый сыщик медленно вышел в центр помещения. — Реймс... — прошептал он. — Он расположен вблизи границы. Кстати, Ваше Превосходительство, документы, ко¬ торые вез Харретон, имели значение для Германии? — Для Германии? Не прямое... нет. — Тогда Реймс играет второстепенное значение. — Я тоже так думаю, мистер Диксон. Сыщик приблизился к лорду Дембриджу и сказал ему на ухо два слова, всего два слова. Премьер-министр кивнул. — Большего мне не надо, — сказал Диксон, — но мне хотелось бы знать, кому преступление принесет выгоду, нации или частному лицу. Я думаю, что и той, и другому. Главное — отыскать Харретона, поскольку найти Харретона, значит, найти пакет или выяснить, каким путем он отпра¬ вился в дальнейшем. — Мистер Диксон, отдайте все нужные распоряжения! - сказал лорд Дембридж. — Да, именно так надо говорить. Мне такой подход нра¬ вится, — с нажимом заявил суровый адмирал Дашер. — Прекрасно, господа, — кивнул сыщик. — Если я пра¬ вильно понял, Франция тоже не будет довольна, если эти документы отправятся не в Форейн-Офис, не так ли? — Совершенно верно. — Мне хотелось бы, чтобы путь на юг, как воздушный, так и по суше был взят под строжайшее наблюдение. Вообще, я требую этого для очистки совести. Это только предосто¬ рожность. Быть может, слишком элементарная. Но неважно! Это — первая необходимая мера. Затем... Диксон не успел продолжить, потому что Том Уиллс, который смотрел в окно, быть может, в последней надежде увидеть появление исчезнувшего самолета, внезапно издал крик удивления и ужаса. — Вот это да! Учитель, гляньте! — он дрожащим пальцем указывал на небо. 32
На огромной высоте, едва видимый и похожий на большо¬ го комара, крутился самолет. Он выпускал светлые завитки дыма, которые ясно различались в лазурном небе. — Опять какая-то реклама, — с раздражением воскликнул майор. — Нет, — тихо возразил Диксон. Его лицо исказила гри¬ маса гнева. — Посмотрите, что он рисует! — Всего-навсего слова! — Я бы сказал знаки! — Это — паук, — вскричал Том Уиллс. — Совершенно верно, господа, — заявил Гарри Диксон, — и появление этого аппарата со столь вызывающим поведени¬ ем напрямую связано с исчезновением Харретона. — Парашют! Действительно, в небе раскрылся огромный белый цветок. Он рос на глазах, опускаясь к земле. — На какой высоте кружится этот самолет? — спросил сыщик у майора. — На очень большой. Примерно на высоте восьми тысяч метров... В это мгновение затрещал телефон, и включилась громкая связь. — Самолет, который выпускает дымы над летным полем, не имеет никаких международных опознавательных знаков. Только под нижними крыльями самолета появился знак паука. — Есть ли зенитная батарея, готовая к открытию огня? — спросил Гарри Диксон. — У нас, конечно, есть пушки, поставленные на авто¬ мобили, но в данный момент они отправлены на маневры в Олдершот, — ответил сэр Резерфорд. Гарри Диксон с горечью рассмеялся. — Те, кто летают над нами, осведомлены об этом, иначе они бы не издевались над нами столь нагло. — Кто они? — хором воскликнули присутствующие. — А вот и ответ! — сказал Гарри Диксон. С поля, куда приземлился парашют, донеслись крики ужаса. — Труп! К парашюту был привязан убитый человек! — крикнул сержант, прибежавший с места приземления. 33
— Проклятье! — взревел майор и ринулся на улицу. За ним выбежали министры и сыщики. Майор Уайльд наклонился над неподвижным телом, рас¬ простертым на газоне, потом в отчаянии вскинул руки. — Боже правый, это Харретон! Несчастный авиатор был убит четырьмя выстрелами: три пули в грудь, одна в голову. Гарри Диксон наклонился и снял с кожаного пальто жертвы маленькую брошку из черненого серебра, искусно выполненного паука. Таинственный само¬ лет уже исчез, направившись к югу, а дымовой паук медленно рассеялся в безоблачном небе. — Мистер Диксон, что делать, что делать? — простонал лорд Дембридж. Гарри Диксон молча созерцал лазурный небосвод. — Французские посты предупреждать не стоит, — сказал он. — Пора пожертвовать собственной персоной. Велите под¬ готовить самый быстрый самолет из имеющихся на аэродро¬ ме. И дайте мне возможность воспользоваться телеграфом. Аппараты Морзе трещали беспрерывно целый час. Нако¬ нец, сыщик с довольным видом скомкал голубую бумажную ленту. Точки и тире на тонкой ленте сообщали: Молодая дама лежит больной в отеле «Зеленое Озеро» в Шамбери. Похоже, страдает от горной болезни. Двадцать лет, высокая, худая, одета в черное кожаное пальто с лисьей подкладкой. Ничего не¬ обычного. Серые глаза. Путешествует одна. В чемодане: белье, две книги Диккенса на английском языке: «Пиквикский Клуб» и «Легенда о двух городах». Б. — Браво! — проворчал Диксон. — Воздушная болезнь ока¬ залась сильнее ее наглого мужества. «Она» не была в самолете, воздушном катафалке, производителе дымов... Напрашива¬ ется третья наша встреча! Лучший ночной пилот Англии сидел за штурвалом само¬ лета, уносившего Гарри Диксона и его ученика Тома Уиллса на юг, во Францию. Самолет рассекал воздух, как стрела, на 34
пределе мощности двигателей. Приказ звучал однозначно: доставить как можно быстрее. И земля еще была покрыта сумраком уходящей ночи, когда пилот выбрал удобную по¬ садочную площадку в районе Шамбери-ла-Жоли и высадил двух пассажиров так, чтобы никто не увидел их появления. Гарри Диксон с учеником бодрым шагом пересекли спя¬ щий город и вскоре оказались перед заросшим плющим фаса¬ дом гостиницы «Зеленое Озеро». Хотя наступающая заря едва золотила верхушки горных вершин, перед древним отелем стояла небольшая группа людей. Шофер автомобиля в куртке из козьей шкуры жаловался, перемежая стоны ругательствами и проклятиями: — Как истинная англичанка, она смылась по-английски! Сучка! Выходит, я заплатил за бензин и шины, а сам утерся ее милыми словами! Такая гонка среди ночи! И ни гроша! — Но говорю же вам, Рено, дружище, она сыграла со мной туже шутку! — возмущался хозяин гостиницы. — Удрала, не заплатив по счету, а еще я одолжил ей денег на лекарства, которые она потребовала. Боже, что за напасть! — Эй! — крикнул Гарри Диксон, приближаясь к толпе. — Можно ли рассчитывать на чашку хорошего кофе и бутылоч¬ ку старого коньяка на террасе гостиницы «Зеленое Озеро», несмотря на ранний час. — Для клиентов любой час по делу. Особенно, если они платят, — кивнул хозяин гостиницы то ли с кислым, то ли с угрюмым видом. — А вот автомобиль и шофер! То, что мне надо, — обра¬ довался сыщик. — Чтобы заплатить мне, как предыдущий клиент, — огрызнулся шофер, — можете поискать... — Расскажите-ка нам все, а заодно выпейте стаканчик вместе с нами! — Отказываться не стану! Подумайте только, эта девчон¬ ка — с ней только ходить на исповедь к Боженьке — даже не предложила мне выпить! Вскоре Гарри Диксон, Том Уиллс и шофер сидели за сто¬ ликом, на котором дымились чашки с кофе, стояли поспеш¬ но нарезанные сэндвичи и целый литр отличного местного 35
коньяка. Хозяин гостиницы, которому было нечего делать, а отправляться спать не хотелось, присоединился к ним. Он и начал разговор. — Вчера эта английская дамочка заявилась в гостиницу, вся из себя больная, если позволите. Улеглась в постель, по¬ требовала горячего молока, аспирин и Кармскую воду. Я по¬ спешил обслужить ее на самый лучший манер, ведь сейчас с клиентами худо. Она сказала, что ожидает одного из своих слуг и огорчена, потому что он никак не появляется, а ей все хуже и хуже. — Я знаю это, — сказал я, — горная болезнь. Вроде мор¬ ской болезни! — Да, именно так, — ответила она. А позже, днем, сказала, что хочет отправиться на поиски слуги, и попросила взять в аренду автомобиль. Я тут же по¬ думал о Рено... — В свою очередь, господин протоиерей, — вступил в разговор Рено. — Вы мне позвонили и сказали: «У меня для тебя клиентка, которая собирается совершить увесели¬ тельную прогулку в твоем автомобиле». «Подойдет», — отве¬ тил я. Тогда мне представили девчонку. Она показалась мне добропорядочной. Она мне назвала местечко неподалеку от Мон-Женис. — Послушайте, — сказал я ей, — мы туда доберемся толь¬ ко в разгар ночи! — Неважно, — ответила она. И повела себя, как знатная дама, все время повторяя, что это не имеет значения, совсем не имеет значения. «В таком случае, — сказал я себе, — для меня это хороший “бизнес”». И девчонка залезает в мой автомобиль. Мы едем и едем. Иногда я останавливаюсь, чтобы спросить, может, дама жела¬ ет чего-нибудь, поскольку меня мучила адская жажда. Но она жалобным голосом повторяла, что я еду недостаточно быстро. Наконец мы подъехали к этому местечку, прямо к постоялому двору «Бордье». Уровень бензина был почти на нуле. — Если я не напьюсь воды, то не вижу причины, чтобы не напоить пустой резервуар! — сказал я. И выскочил из ав¬ 36
томобиля, чтобы подойти к заправочной колонке, на верху которой сияла яркая, как луна, лампа. Я залил тридцать ли¬ тров, а поскольку в кафе заправочной станции еще горел свет, я взял литр, но не бензина, а красного, поскольку умирал от жажды... А потом, простите меня, выпил пастис, а потом и вермут с черной смородиной. Настроение у меня поднялось, и я вернулся к автомобилю, готовый сказать маленькой даме несколько любезных слов. — Вот, — сказал я, — теперь я нагоню потерянное время! Проклятье! Я обращался к кожаным подушкам и воздуху! А маленькая дама — фюить! Смылась, растаяла, как сигарет¬ ный дым. Люди со станции помогли мне искать ее. Маленькая дама ускользнула из моих рук! Разве так можно поступать с мужчиной, который трудится в поте лица, чтобы заработать на кусок хлеба? Рено огорченно вздохнул и принялся искать утешения в бутылке, которую Диксон подтолкнул к нему. — Не волнуйтесь, — сказал сыщик. — Все может устро¬ иться. У меня громадное желание повторить эту прогулку! Рено подозрительно глянул на Диксона. — Полагаю, вы не сыграете со мной ту же шутку? — Ни в коей мере, — с улыбкой заявил Диксон. — Мне всегда жаль бедных тружеников. Более того, я оплачу за даму, если у вас хватит храбрости тут же отправиться в путь. — Неужели! Вместо ответа сыщик выложил на мраморный столик не¬ сколько банкнот. — Боже правый! Вы, несомненно, тот, кого называют «эссентричный» человек, американский миллиардер-ориги¬ нал? Но мне все равно, поскольку вы платите по-настоящему, шеф! Когда выезжаем? — Я уже сказал. Немедленно! Рено не стал переспрашивать. Через пять минут авто¬ мобиль катил по асфальтированной дороге, золотившейся в первых лучах зари. У Рено была неплохая машина. Шофер, подогретый щедрыми чаевыми, творил чудеса. — Вот постоялый двор «Бордье», где девчонка подло сбе¬ жала! — наконец воскликнул шофер. 37
— Выпьем по стаканчику и продолжим! — велел Диксон. — Продолжать? Куда? — удивился Рено. — КМон-Женис! — За ту же цену? — Никак нет! Мы заплатим все, что нужно. Должен вам сказать: у меня огромное желание увидеть эту «девчонку» вблизи. — Ну, раз вы американский «эссентрик», это понять можно, — с удовлетворением сказал Рено, засунув в карман солидное пополнение к прежней оплате. Солнце поднималось в небе, в котором друг за другом гонялись бледные облака. Вершина Мон-Женис пряталась в оранжевом тумане. — Погода портится, — пробормотал Рено, ведя автомо¬ биль вверх по крутой дороге. — Знаете, господа, непогода на Мон-Женис крайне поганая вещь. Может, вернемся к «Бор- дье», а не будем гоняться за этой потаскушкой? — Нет, мой дорогой, вверх! — коротко ответил Гарри Диксон. Рено оказался прав. Погода резко ухудшалась. С вершины словно спрыгивали коричневые полосы тумана и неслись вниз к долине, наполняя ее предгрозовым сумраком. Со сто¬ роны итальянской границы надвигались тучи медного оттен¬ ка, вспыхивающие, как огни костра. Том Уиллс заметил, что сыщик обеспокоен, — Грозы на Мон-Женис бывают ужасными, — сказал сы¬ щик. — Видите, на каждом следующем километре построены каменные укрытия. Боюсь, нам придется искать убежище. А ведь от нашего своевременного прибытия к итальянской границе так много зависит. — Значит, документы отправились в эту сторону? — спро¬ сил Том Уиллс. Гарри Диксон кивнул. — В любом случае, не хотелось бы пересекать эту границу. И не хочу просить помощи от любых властей. Жоржетта Кю- велье должна была принимать участие в захвате самолета Хар- ретона. Каким образом? При каких обстоятельствах? Не хочу заниматься пустыми предположениями. В делах и поступках 38
этой чудовищной девчонки остается еще столько тайн. Но воздушная болезнь подорвала ее энергию. Она послала свой собственный аппарат, которым управлял ее сообщник, что¬ бы бросить вызов сотрудникам Кройдона. Быть может, она хотела отвести внимание от себя на несколько необходимых ей часов и пересечь границу без фанфар и барабанного боя. — А почему не пересекла границу на своем самолете? — удивился Том Уиллс. — Тю, тю! Эта маленькая женщина умеет мыслить рацио¬ нально. Она знает, что аэродромы могут быть предупрежде¬ ны. И тогда прощай замки, автомобили! Она хочет избежать любого намека на опасность. Она осталась в одиночестве в Шамбери. И здесь она столкнулась с удивительной стран¬ ностью — она осталась без денег! — Как так? — Как? Вы можете себе представить, что главарь банды, вроде нее, рискнет привлечь к себе внимание, покинув го¬ стиницу, не заплатив по счету, а потом проделав тот же трюк с беднягой шофером? Нет, если она действовала таким обра¬ зом, значит, осталась без денег! Деньги у нее украли! — Дьявол! — воскликнул Том Уиллс. — И кто же? Гарри Диксон уклончиво махнул рукой. — Это мы можем узнать в ближайшем будущем. Когда он заканчивал говорить, на гору обрушился настоя¬ щий торнадо, буквально прижав автомобиль к склону горы. — Если поедем дальше, свалимся в пропасть! — завопил Рено, изо всех сил нажимая на тормоз. Гарри Диксон видел, что шофер не преувеличивает опас¬ ность. — Подождите нас у стены этого убежища, старина, — посоветовал сыщик. — Мы с другом совершим небольшую пешую прогулку. — Но никто не посмеет выбраться наружу в такую бурю! — обеспокоенно сказал шофер. — Мы сделаем это! До свидания, друг! — Что вы хотите, американский «эссентрик»! — вздох¬ нул Рено, поудобнее устраиваясь в автомобиле и принимаясь скручивать сигарету из светлого табака. 39
Сгибаясь под порывами ревущего ветра, сыщики с трудом продвигались вперед, ослепленные тучами пыли и ощущая кожей острые уколы мелких камешков. Добравшись до сле¬ дующей хижины-укрытия, они решили немного передох¬ нуть и огляделись вокруг. Вершины горы не было видно. Ее окружали туманные вихри. Долина, затопленная туманом, походила на странное безмолвное море с приливами и отли¬ вами туманов и дымов. Горизонт со всех сторон был закрыт громадными облаками. Два человека оказались в центре не¬ реального и кошмарного мира. — Учитель! Гляньте... Кто-то движется впереди нас! Че¬ ловек борется с бурей! Гарри Диксон приложил руку ко лбу, словно козырек, и действительно различил силуэт человека, который неловко и с трудом удалялся от них. —■ Мужчина, — пробормотал сыщик. — Что это может значить? Идем за ним? — спросил Том Уиллс — Конечно... Человек шел, сгибаясь под порывами ветра и снежными зарядами, и не обращал внимания на бушевавшую грозу. Гарри Диксон и Том Уиллс следовали за ним на расстоя¬ нии. Вскоре сквозь туман они различили еще одну хижину- убежище. Человек подходил к ней, приняв чрезвычайные предосторожности. — Том, будем красться под прикрытием скал, — приказал сыщик. — Передайте мне цейсовский бинокль. Том Уиллс передал сыщику бинокль, и тот стал внима¬ тельно следить за поведением незнакомца. — Странно... Этот силуэт не совсем мне незнаком, — про¬ бормотал Гарри Диксон. — Интересно, что ему надо в этой далекой хижине? А, понятно! Все совершенно логично! — Что именно, учитель? — Он опасается кого-то, кто прячется в этой хижине. — В такой лачуге? — рассмеялся Том Уиллс. — Конечно, сынок. И кто может там находиться? Не кто иной, как наша непоседливая подруга Жоржетта Кювелье? — Больная, без денег и, быть может, без оружия! Бедняга! 40
— Том? Что вы такое говорите?.. Мальчик, вы правы. Больная и без денег. Бежим! Ноги в руки и стреляйте на по¬ ражение в любого, кто выйдет из хижины и не остановится по нашему приказу. Дорога шла круто вверх, внезапные порывы ветра били в бок, иногда камни болезненно ударяли по телу. Неважно, Они шли вперед, потея, задыхаясь, ощущая острые уколы в сердце и почках. Том резко дернулся: послышался про¬ нзительный, раздирающий душу вопль, хотя его частично заглушали стены хижины. — Внутри убивают! — рявкнул сыщик. — Огонь! По лю¬ бому, кто покажется! Едва он произнес эти слова, как из хижины выскочил мужчина и с невероятной скоростью помчался к итальян¬ ской границе. — Огонь! Раздались четыре выстрела. Мужчина взвыл, рухнул на дорогу и застыл в неподвиж¬ ности. Через пару минут сыщики добежали до него. — Две пули в голову, — прошептал Том Уиллс. — Тип получил свое. Паршивая голова. — Я видел ее в Лондоне на плечах некоего привратника пансионата, — сказал Диксон, узнав слугу с пустым лицом из Миджетт-Хауза. — Не будем печалиться по поводу этой смерти. Не будет печалиться и лорд Дембридж. Обыщем его! Молодой человек сорвал с мертвеца пиджак. Они увидели большой пакет с черной печатью. — Сегодня вечером в Форейн-Офисе будет веселье, - усмехнулся Диксон, беря пакет в руки. — Учитель, надо заглянуть в хижину, — предложил Том Уиллс. Внутри было темно, но они слышали чье-то хриплое ды¬ хание. Том Уиллс включил электрический фонарик. — Кровь! Боже, похоже на ребенка, — прошептал Дик¬ сон, как всегда проявляя жалость, и наклонился над тощей фигуркой, свернувшейся в клубок в углу хижины и стонущей от боли. 42
Жоржетта Кювелье, бледная и окровавленная, открыла пустые глаза. — Джеймс!.. Предатель! — пронзительно закричала она и потеряла сознание. Буквально с материнской заботой Гарри Диксон припод¬ нял одежду, обнажив грудь с большой сочащейся кровью ра¬ ной. — Ранение не очень серьезное, — сказал он после внима¬ тельного осмотра. — Нож скользнул по ребру, разрезав кожу и мышцу. Она потеряла много крови. Он быстро соорудил повязку, а Том, разжав зубы девуш¬ ки, влил ей в рот несколько капель виски. Ее щеки слегка порозовели. Она снова открыла глаза. Гарри Диксон понял, что она узнала его. — Получше? — спросил он с грубоватой жалостью, по¬ скольку не мог быть суровым к этому почти ребенку, хотя на девушке уже висело немало преступлений. — Должна ли я понимать, что арестована? — спросила она. — Быть может. Но пока об этом говорить бессмысленно. Хотите пить? Она уронила голову. Ее била лихорадка. — Да, да, господин Диксон. Том протянул ей фляжку. Она жадно втянула в себя хо¬ лодный чай. — Спасибо, Том Уиллс. Вы весьма любезны. А Джеймс?.. — Мертв. Две пули в голову! — быстро ответил Том. Она удовлетворенно улыбнулась. — Отлично. Хорошо, что документы достались вам! Джеймс наказан. Он украл у меня деньги, когда мы прибыли в Шамбери. Он решил завладеть секретными документами и получить за них деньги в Италии. — Вы слишком много говорите, — прервал ее Диксон. — Но ранение у вас не очень серьезное. Когда буря утихнет, мы подгоним автомобиль сюда. Жоржетта Кювелье отрицательно покачала головой. — Вы были добры ко мне, и я хочу заплатить долг не¬ медленно. Вы получили документы. Вполне достаточно. 43
Вам надо отказаться от моего ареста. Сейчас через италь-| янский склон горы переходят люди. Если они обнаружат вас здесь, то без жалости убьют и завладеют документами. Уходите! Гарри Диксон с колебанием глянул на нее. Стоило ли ей верить? В глубине души он понимал, что она права. Том Уиллс, который посматривал в крохотное окошечко, выходящее на юг, воскликнул: — Учитель, люди! Идут с итальянской стороны. — Быстрее, прошу вас! — воскликнула Жоржетта. Гарри Диксон молча поглядел на нее. — Спасибо, мадмуазель. Да сжалится над вами Бог! Он открыл дверь, но она позвала его. Когда он подошел к ней, она внезапно охватила руками его шею и поцеловала в лоб. — Да защитит вас Бог, Диксон! Группа людей довольно быстро приближалась. Сыщики, забыв об усталости, бросились бежать, а вслед за ними несся взбесившийся ад. Повернув за скалу, они увидели автомо¬ биль. Рено радостно замахал руками, заметив их. — Во весь дух! — приказал Диксон. Автомобиль понесся вниз со скоростью лавины. Оставшаяся в одиночестве, Жоржетта Кювелье, закрыв лицо руками, отчаянно рыдала. И в Англии, и на континенте зловещая слава «Банды Паука» росла день ото дня. Вначале полиция в различных странах Европы отказывалась верить в ее существование. Но теперь стражи порядка соревновались в рвении, чтобы настичь и уничтожить ее. Напрасный труд! Члены банды по¬ являлись, совершали свое преступление и исчезали, как дым. Унизительное дело для полиции — она только регистрировала правонарушения! Банда навестила «Сток Эксшанж». Это стоило заведению миллиона фунтов! Банде понравились витрины знаменитого 44
ювелира Фельдта в Берлине, она их полностью опустошила, оставив после себя кинжал, вонзенный в сердце самого герра Фельдта. Криминальные анналы внезапно пополнились серией ограблений, выполненных мастерской рукой все тех же неуловимых преступников. Все это время Диксон оста¬ вался на ножах со Скотленд-Ярдом, который втайне за¬ видовал успехам сыщика. Властные структуры полиции Великобритании находились в руках нового комиссара, сэра Бэнкрофта, человека тщеславного и несговорчиво¬ го. Он решил покончить с бандой, не прибегая к помощи частных сыщиков. Гарри Диксон стерпел оскорбление и укрылся в своей башне слоновой кости. Но возмутилось общественное мнение. Обозлилась пресса. Лорд Дембридж, который в это время находился с визитом в Океании, по¬ лучил личную просьбу Его Величества короля немедленно вернуться в Лондон. Мы не собираемся становиться летописцами провалов Скотленд-Ярда, а еще меньше скандалов, разразившихся вокруг него. Возвращение премьер-министра охарактери¬ зовалось беспрецедентной бурей в официальных кабинетах, звучной отставкой сэра Бэнкрофта и требованием отправить его в свое поместье. Газеты объявили об этой немилости, как о самой настоящей победе. Под заголовками с публикациями об этой отставке газеты пестрели не менее крупными заго¬ ловками с отчаянным призывом: ГАРРИ ДИКСОН, НА ПОМОЩЬ! Накануне «Банда Паука» убила в гримерной знамени¬ того актера Танкреда Клера за отказ выплатить бандитам 25 000 фунтов! ГАРРИ ДИКСОН, НА ПОМОЩЬ! Этот мрачный вопль разносился над всем Лондоном. Великий сыщик услышал этот призыв улицы, сидя в рабо¬ чем кабинете лорда Дембриджа. Это не был крик маленьких продавцов газет, который доносился до него, а вопль всего народа, который он неоднократно защищал от преступного 45
мира. Он вздрогнул. У него отпали последние сомнения. Лорд Дембридж прочел это решение на его лице и протянул ему обе руки жестом истинной признательности. — Сэр, — голос сыщика был удивительно серьезным, - гидра из греческой легенды имела три головы. Банда совре¬ менного Паука имеет тысячу голов! Могу обещать вам, что отрублю несколько голов. Быть может, однажды мне удастся отрубить главную голову. Быть может, с плеч слетит сначала моя голова... Лаймхауз. Квартал кривых улочек. Китайский квартал без каких-либо экзотических красот. В нем царят нищета и пре¬ ступление. Четыре часа пополудни. Сыплет дождь, ледяной октябрьский дождь, ужасный и колючий. На Темзе ждут си¬ рен об отправлении крупных грузовых судов. Дэвид Красмуссен, ростовщик, давняя знаменитость квартала, ворчит, потому что тьма заливает грязные улочки, а тьма стоит дорого, ведь надо зажигать лампы. Разве керосин в Лаймхаузе продается за гроши? Конечно, не за гроши для Дэвида Красмуссена, который, недовольно ворча, зажига¬ ет маленькую лампу с плоским фитилем и ставит ее на угол прилавка, заваленного старыми лохмотьями. — Адов мальчишка! — кричит он с порога дома. — Он уже больше часа тащит маленький пакет за пятнадцать пенсов от клиента. Он меня разорит! Он берет в свидетели нескольких бледных соседей, кото¬ рые смотрят на него с уважительным страхом и заранее счи¬ тают его правым, поскольку Дэвид человек богатый и с ним всегда надо быть в ладах, ибо у него можно перехватить шил¬ линг до конца недели. — Он сын моего двоюродного брата Аарона, чтобы чума его задушила, который женился на девке гоя, да, на сучьей христианке со светлыми волосами. А потому его сынок счита¬ ет, что может есть мой хлеб и не работать. Бедные мы! О, бог Авраама и Исаака! Худосочный юноша, облаченный в ужасный шотланд¬ ский костюм, вышел из-за угла, нагло насвистывая какую-то мелодию. 46
- Вот он! Вор! Гадина! Ничтожество! Почему не начище¬ на моя медь? Почему не выбиты ковры? Неужели моль сожрет мое жалкое имущество? — завопил старый еврей, грозя ку¬ лаком худому парню, который скорчил ему оскорбительную гримасу. - Меня задержали в Букингэме, — заявил парнишка на ужасающем кокни. — Меня пытались заставить выпить шам¬ панского, а герцог Вестминстерский не отпускал меня, пока я не дам ему адрес моего портного! Соседи прыснули от смеха, и Дэвид Красмуссен поспе¬ шил скрыться в своей темной лавочке в сопровождении нагло хохочущего племянника. Некоторое время соседи слышали отголоски яростного спора, потом воцарилась тишина: все вошло в норму. Дождь и ветер, дующий с Темзы, покончи¬ ли с любопытством соседей, но на темной улице еще долго слышались взрывы хохота. Дэвид в конце концов удалился в заднее помещение ла¬ вочки вместе со своим племянником, опустив толстые што¬ ры перед застекленной входной дверью. Маленькая комната погрузилась в полутьму, которую нарушал колеблющийся огонек единственной свечи. И вдруг все внезапно измени¬ лось. Дэвид с почтением снял свою ермолку с круглой головы и поклонился парню в шотландском костюме. - Клянусь Богом и своими предками, мистер Уиллс, вы напугали меня своим столь долгим отсутствием! Что скажет учитель, если с вами что-нибудь случится? Дэвид Красмуссен был одним из лучших осведомите¬ лей Скотленд-Ярда, а Гарри Диксоном безгранично восхи¬ щался. Много лет назад еврея обвинял в убийстве и краже один наглый преступник, собравший против него якобы неопровержимые улики. Над ним уже маячила тень висе¬ лицы. Но вмешался Гарри Диксон. Он быстро разобрался в гнусных интригах, послал истинных преступников на эшафот и вернул на свободу невиновного человека. С тех пор Красмуссен буквально боготворил сыщика, был беско¬ нечно предан ему и стал прекрасным сотрудником, когда Диксон вступил на тропу войны с преступниками, кишев¬ шими в Лаймхаузе. 47
— Перед маленькой дверцей лежит посылка, — ответил Том Уиллс. Старик двинулся перед ним по узкому коридору, похожему больше на щель и ведущему в маленький грязный дворик, настоящую вонючую свалку под открытым небом. Потом они прошли меж двух низких и покрытых лишайником стен, чтобы подойти к маленькой дверце. Они открыли ее с величайши¬ ми предосторожностями. За ней находился большой темный и влажный портик, где Том взял нечто непонятное и до¬ вольно объемное. Это походило на пакет с мокрой одеждой. — Боже! Это живое! — воскликнул еврей. — Это собака? Это был маленький китаец с испуганным лицом, который улыбнулся, увидев Тома Уиллса, когда тот схватил его за ши¬ ворот и втащил внутрь. — Китаец? — простонал еврей. — Что вы хотите с ним делать? — Прежде всего, накормить и напоить, забинтовать не¬ сколько царапин и позволить ему согреться и поспать в теп¬ лой постели, — ответил Том. Красмуссен склонил голову. — Вы делаете доброе дело! Но осторожно ли это? — Он знает очень важные вещи, — с серьезным видом сказал Том. — Послушайте, что он говорит... — Черный человек с бородой сильно побить Ли Пин, по¬ том хотеть его утопить, как пес, с камнем на шее! — Бог Рахили! — пробормотал Лэвид. — Китаец тоже че¬ ловек, а этот, к тому же, ребенок! — И кто этот черный человек с бородой? — спросил Том Уиллс. — Вы хороший. Я вам все сказать, — ответил крохотный уроженец Поднебесной. — Ли Пин сирота. Никого в свете, кроме старый учитель Чан, который бить и щипать. Чан по¬ лучить новенькие шиллинги от черный человек, чтобы Ли Пин работать. — И какая была работа, малыш? — Приколоть маленький злой паук из железа на красивое платье дамы с Трафальгар Сквер. Тогда паук упасть, дама увидеть его и начать кричать! Полиция бежать за Ли Пин, но 48
он бежать очень быстро. Ли Пин рассказать все Чан, а чер¬ ный человек слушать. Потом плохой человек отвести Ли Пин к реке, где нет никого, и кинуть его в воду. - Это было рядом с Лаймхауз-Пирс, — перебил мальчу¬ гана Том. — Я услышал сильный всплеск и увидел плывущий ком одежды. Он то уходил под воду, то выныривал... Я вы¬ ловил его. Внутри был этот малыш без сознания с камнем на шее. К счастью, камень был не очень тяжелый. Когда он пришел в себя, я велел ему рассказать, что с ним случилось. Думаю, что он нам здорово поможет. Ли Пин получил большую кружку горячего молока, ко¬ торую жадно выпил. Потом Дэвид уложил его на походную койку и с любовью накрыл его. — Пусть поспит пару часов, — сказал Том Уиллс. — И надо предупредить штаб. Уже наступил вечер. Дэвид закрыл ставни. Солидные, обшитые железом ставни, через которые не просачивался ни один лучик света. Том отправился в крохотный закуток, который не обнаружил бы самый внимательный глаз, разгреб в нем тряпье и вытащил телефонный аппарат. Подземный провод соединял этот тайный телефон с городской сетью. Можно сказать, что этот аппарат сослужил хорошую службу лондонской полиции. - Учитель давно чуял, что в Лаймхаузе есть точка связи с бандой, — прошептал Том, крутя телефонный диск. На другом конце провода оказался сам Гарри Диксон. Том в нескольких словах пересказал ему случившееся. Читателю полезно узнать, что сыщик располагал несколькими телефон¬ ными линиями. Некоторые из них были секретными, и к ним никто посторонний не мог подключиться. — Прекрасно, — ответил сыщик. — Сегодня вечером Шэмрок. Шэмрок, иными словами, трефа. Так обозначалась скрыт¬ ная маленькая дверца, которая служила Дэвиду тайным вы¬ ходом. Два часа спустя некая тень толкнула эту дверцу, потом еще одна и еще одна. И в заднем помещении еврея-ростовщи- ка расселись три матроса с внушающими страх лицами: Гарри Диксон, суперинтендант Гудфельд и инспектор Моррис. 49
— Чан? — спросил Том Уиллс. — Прости, Питер Блесс, поскольку эта каналья крести¬ лась и взяла английское имя, — вмешался Гудфельд. — В на¬ стоящий момент его лавочка окружена. Вы надеетесь что-то найти там? Я сомневаюсь! Из-под одеяла послышался тихий смешок. — Три плохих человека открывать дверь большой коро¬ левство, — произнес малыш Ли Пин. — Когда часы звонить двенадцать динг, динг! Чан делать много черный дым и де¬ латься, как мертвый. Тогда черный человек с бородой ухо¬ дить, чтобы спать в большой дом, очень красивый дом, очень далеко в Сити. — Как выглядит черный человек? — внезапно спросил Диксон, и в его глазах сверкнул огонек интереса. Малыш задумался. — Имеет один ухо, который умеет класть в карман! - с ужасом ответил он. — Только дьявол уметь такое делать, Может еще класть глаз в карман. Ужасный глаз, который никогда не двигаться. Ужасный желтый пятна на руках. Он урод и злой! — Боже! Гудфельд, узнаете его? Я всегда считал, что он замешан в деле. Это Монтегю Пратт! — Дьявольщина! Анархист Пратт, кровожадное чудови¬ ще, всегда уходившее от нас. На его совести семь или восемь грязных убийств. — Превосходно. Ему оторвало ухо во время одного из преступных химических опытов, а один глаз выбит. Пятна на руках от кислот. Хорошая добыча, если мы его возьмем. — Пора! — объявил Моррис, сверившись с часами. Всех поглотила ночная улица. К счастью, свирепствова¬ ли дождь и ветер. Квартал был пуст, как кладбище. Только издали слышались пьяная песня и шум от свары матросов и бродяг. Том Уиллс прятал под просторным плащом ма¬ ленького Ли Пина. Через десять минут, когда пробило пол¬ ночь, они заметили скользнувшие мимо них и исчезнувшие тени. Гудфельд удовлетворенно заворчал: его люди были на месте. Том Уиллс почувствовал, что малыш дергает его за руку. 50
- Люди выходить сквозь эти дырки, — сказал он, указы¬ вая на отдушины на уровне земли. - Хорошие сведения, — одобрительно сказал поставлен¬ ный в известность Гарри Диксон. — Отдайте приказ стрелять по любому, кто высунет голову из этих отверстий и не сразу сдастся. Лачуга Чана, иными словами Питера Блесса, отличалась от других домов еще большей запущенностью и мрачностью. Скрипящая на ветру вывеска на английском и китайском извещала, что здесь живет цирюльник, искусный в возвра¬ щении молодости. - Не стучать, — сказал Ли Пин. — Чан сделать черный дым и теперь, как мертвый. Отмычки Диксона вступили в дело и вскоре справились с нехитрым замком. Засов заставил повозиться, но уступил складному крючку, вставленному через отверстие, проде¬ ланное в деревянной панели с помощью дрели. Маленькая лавочка, заполненная запахом мыла и рисовой пудры, от¬ крылась глазам людей, включивших электрические фонари¬ ки. В заднем закутке, позади тонкой занавески, служившей кухней, столовой, курильней и спальней хозяина, на грязной подстилке лежал сам хозяин. Его желтое лицо блестело от пота. Он даже не шевельнулся, когда три световых луча уда¬ рили ему в лицо. - Под воздействием опиума, — сказал Диксон. — Однако надо заковать его в наручники и связать ноги. Займитесь, инспектор Моррис. Полицейский исполнил приказ, но ему казалось, что он связывает мертвеца. - Это ничего нам не дает, — пробормотал Гудфельд. - Три плохой человек на камине, — шепотом напомнил малыш Ли Пин. Сыщики заметили три отвратительные китайские куколки с отвратительными ухмылками на зеленых лицах, стоящие на камине. - Они хранители большое королевство, — сказал Ли Пин. — Я слышал так говорить Чан. 51
Гудфельд пожал плечами и собирался что-то сказать, когда увидел, как Гарри Диксон хлопнул себя по лбу. — Три безумца Токко Дхжава! — воскликнул он. — Хен¬ дерсон упоминает о них в своей книге о тайнах Борнео. Пер¬ вый говорит «да», второй говорит «нет», а третий не говорш ни «да», ни «нет». Воплощение человеческой мудрости. — И что? — агрессивно спросил Гудфельд. — Какое это имеет отношение к нашему делу? — Огромное отношение, дружок. Это ключ, а вернее ком¬ бинация для открывания сейфа. Он щелчком привел в действие голову первого идола, и таг начал серьезно кивать. Гарри Диксон толкнул сбоку второго идола, и тот принялся раскачивать головой справа налево и обратно. Третий сделал «нет», когда его голову повернули на стержне. — Да, я не знаю! — Но ничего не происходит... — Возможно, — со смехом ответил Диксон. — Это — ком¬ бинация из трех букв, не так уж много! На этот раз мертвый сказал «да», второй — «нет», а тре¬ тий заколебался. И... Вдруг все три идола замерли, словно их головы заклинило. Гарри Диксон тщетно пытался сдви¬ нуть их с места. Шарнир в шее оставался непоколебимым и твердым. — Вообще, слишком просто! — прошептал Гарри Дик¬ сон. — Подождем немного... — Его удивительная память зара¬ ботала. — «... когда они откажутся что-либо говорить, прихо¬ дит жрец и бьет их по голове», — медленно процитировал он. — Все в порядке, друзья! Три удара кулаком обрушились на каменные черепа идо¬ лов, и камин разом ушел под пол. Если сказки «Тысячи и одной ночи» переделать на со¬ временный лад, одно из первых изменений коснулось бы пещеры с сокровищами Али-Бабы. Вместо подземелья 52
с мешками, набитыми золотыми монетами, и полом, усе¬ янным украшениями и драгоценными камнями, вы увидели бы хорошо зацементированный чистенький подвал, вдоль стен которого рядами тянутся сейфы с замками Липе и Йель. Именно таким предстал глазам полицейских подвал, осве¬ щенный лучами четырех электрических фонарей. Посре¬ ди подвала стоял зеленый стол, вокруг которого в удобных креслах заседал административный совет. Можно было по¬ думать, что полицейские попали в кабинет солидного бан¬ ка. Восемь джентльменов с интересом слушали подробный отчет секретаря, который только что оттолкнул от себя пи¬ шущую машинку. - Дело Венсворс — 10 000 фунтов, из которых 6000 пока нельзя пустить в оборот. - Их можно отмыть в Токио, — заявил человек с выправ¬ кой кавалериста. - Но тогда мы потеряем 65% в ходе операции. Мадам Паук отвергает этот вариант. Вокруг зеленого стола послышался одобрительный ропот. - Дело Сандерсон энд Мэттьюс — 30 000 фунтов. Эти гос¬ пода заплатили вчера без малейшего возражения. Чеки были обналичены. Отмечу, Рихлер должен был заплатить, в свою очередь, 15 000 фунтов. Он предпочел стать жертвой кара¬ тельной экспедиции, которую взял на себя товарищ Пратт. Пратту была выплачена премия в 1000 фунтов. - Дисциплина прежде всего, — подтвердил кавалерий¬ ский офицер. - Дело Сандерса — 80 000 фунтов по первой оценке. Мы считаем, что драгоценности требуют повторной экспертизы. Господа желают перейти к инвентаризации? - Олл-райт! Секретарь встал и, переходя от одного сейфа к другому, набирал комбинации, а два других джентльмена открывали сложные замки. И тогда пещера Али-Бабы открыла все свои сокровища. Футляры разных размеров и форм содержали жемчужные ожерелья, сверкающие тысячами огней диаде¬ мы, кольца, броши... Извлеченные из оправ камни сияли 53
разноцветными всполохами. Потом наступил черед толсты и жухлых толстенных пачек банкнот. — Эта проверка займет не менее трех дней! — со вздохом заявил секретарь. — Но мадам требует ее неукоснительного выполнения. — Мы также, господа! — послышался громогласный го¬ лос. Джентльмены вокруг стола не шелохнулись, но их лица покрылись мертвенно-бледной желтизной. — Мистер Гарри Диксон, несомненно? — наконец произ¬ нес кавалерийский офицер, глядя на самого высокого мужчи¬ ну, который вошел в комнату и держал в руке угрожающей) вида револьвер... — Действительно, сэр Бэнкрофт!!! Сдавайтесь! | ...Диксон ждал этого: свет внезапно погас. Но темноты в комнате не случилось: зажегся мощный электрический фо¬ нарь, прикрепленный к груди Тома Уиллса. Одновременно загрохотали выстрелы по убегающим людям. Пораженный в лоб бывший начальник лондонской полиции был убит и рухнул, а два других его смертельно раненных сообщника катались по полу. А на улице люди из Скотленд-Ярда прини¬ мали тех, кто пытался скрыться через отдушины. Вся операция длилась не более десяти минут. * * * Имя сэра Бэнкрофта постарались не произносить, а Скот¬ ленд-Ярд, который не мог отвечать за его преступления, хо¬ тел, чтобы публика никогда не узнала о проделках ее прежнего начальника. Но репортеры газет люди хитрые и пронырливые. Через два дня заголовки донесли скандальную новость до веек уголков мира. Как ни странно, но среди остальных пленников не было ни одного известного человека, и никто никогда не смог выяснить их подлинные имена. Всех судили под вы¬ мышленными именами. Они едва не избежали виселицы, но в их «делах» было упомянуто убийство банкира Рихлера. что автоматически требовало смерти. Но палачу работать не пришлось. Они все умерли в своих камерах на следующий день после вынесения приговора, несмотря на неусыпное на¬ 54
блюдение за каждым из них. Как? Отравлены? Несомненно, но вскрытие не обнаружило никакого известного яда. Все они умерли с минутным интервалом от внезапного прекращения циркуляции крови. — Легкие сердечные повреждения, — сообщил профессор Мервилль, который руководил вскрытием. Но нашлись врачи, которые оспорили его выводы. Чан избежал рокового приговора и получил двенадцать лет каторжных работ. Но повесился в своей камере через две недели после смерти остальных членов банды. Обследование подвала выявило огромные сокровища, но там не было ни единого документа с чьими-либо именами. И ничто не позволяло Гарри Диксону отыскать след Жор- жетты Кювелье. Но многие ограбленные лица и компании вернули свои деньги. Гарри Диксона овеяла новая слава. — Вы вырвали жало у противника, и это уже много, — сказал лорд Дембридж сыщику. Но Гарри Диксон печально покачал головой. — Я отрубил всего лишь одну голову гидры, — сказал он. — И вся слава, скорее, падает на голову моего ученика Тома Уиллса, которого вознаградит за доброе дело Прови¬ дение. Когда все пойманные члены банды умерли и были похоро¬ нены, Гарри Диксон получил письмо, посланное из Лондона. Мой дорогой Харри Диксон, Вы нанесли мне серьезный удар. Но денежная рана не смертельна. Я быстро оправлюсь. Однако второй удар может оказаться более чувствительным, и я постара¬ юсь его избежать. Поэтому я приму против вас персональные меры, которые рвут мое сердце. Мне очень жаль, что придет¬ ся действовать решительным образом. Но даже тогда, когда с моей помощью вы успокоитесь в могиле, я всегда с признательностью буду помнить о мужчине, который нежно лечил раненую девушку однажды в бурный день на Мон-Женис. Если только вас не защитит сам Господь. Ваша Жоржетта Кювелье. 55
Гарри Диксон сложил листок с письмом и задумался. | Что-то далекое шевельнулось в его сердце. Он увидел кро¬ хотную окровавленную фигурку, которую била лихорадка и которую он, несмотря на все ее преступления, вырвал из лап смерти. Весь день он печально расхаживал по кабинету, и никто не узнал его мрачных мыслей. Прошло несколько месяцев. Все перестали упоминать об ужасной преступной банде. Скотленд-Ярд праздновал победу вместе с полицией других стран. Те, кто будет просматривать газеты той эпохи, несомненно удивятся полному отсутствию в них имени Жоржетты Кювелье. Почему Диксон упрямо не упоминал ее имени? Конечно, будущее скажет нам это. Прав¬ да, надо сказать, что очень мало людей знало подлинное имя «Мадам Паук». Для многих ее личность оставалась скрытой, поскольку Диксону так и не удалось отыскать следов пре¬ словутой тетки или иностранного корреспондента девушки. Зима прошла в полном спокойствии. К началу весны Гар¬ ри Диксон после короткого пребывания в Зеландии, куда его позвало одно незначительное дело, находился в Флессинге, откуда собирался вскоре вернуться в Англию. Поскольку се¬ зон морских перевозок никак не начинался, лайнеры Флес- синг-Фолкстоун даже не навели на себя летнюю красоту. Поэтому сыщик сел на одно из самых старых судов линии ДжакобХимскерк, крайне медленный пароход, уже сделавший себе почетную морскую карьеру. Пассажиров на борту было мало, а потому Гарри Диксон запасся дюжиной газет, чтобы справиться с монотонностью путешествия. Погода стояла относительно хорошая. Хотя Северное море еще не решилось окраситься в свежий лазурный цвет, оно было спокойным, а ветер больше походил на легкий бриз, гнавший по молочно-белого цвета небу ленивые облака. Вда¬ ли тянулся фламандский берег. Желтые пески под редким солнцем вспыхивали золотом, а потом их накрывала тень от наплывающих бесформенных тучек. Длинные цепочки вилл 56
и гостиниц с мрачными, закрытыми окнами ждали летнего сезона, чтобы расцвести приветливыми улыбками. Этот тысячи раз наблюдаемый спектакль не интересовал сыщика. Он бросил рассеянный взгляд на людей, склонив¬ шихся над ограждением левого борта, не отрывая взглядов от земли. Зрелище ничего не сказало сыщику, однако... Однако он внезапно ощутил вокруг себя странную атмо¬ сферу враждебности и опасности. Мы неоднократно расска¬ зывали об этом пробуждении подсознания, помогавшего ему в предыдущих расследованиях. Но сегодня он отбросил его. Почему? Добрый старый пароход, спокойное море, малое количество пассажиров, из которых ни один ничем не выде¬ лялся. Все это, несомненно, усыпило бдительность сыщика. Правда, был среди пассажиров один мужчина в пелерине, державший ярко-желтую квадратную коробку. Гарри Диксон скользнул по нему взглядом, но человек перешел на правый борт, и надстройки корабля скрыли его. Диксон выбрал себе шезлонг, уселся рядом с воздуховодом, из которого доносился неясный и монотонный шум машин, развернул Стандард, потом Таймс, Вестминстер Газетт, Дейли Телеграф. Он листал газеты, отбрасывал, и они скапливались на палубе вокруг него. Их подхватывал ветер, трепал, и они большими белыми птицами взлетали над морем в своем эфемерном полете. Среди скучающих пассажиров особо выделялся некий мистер Симпсон. После деловой поездки в Миддльборо на острове Валшерен, мистер Симпсон — оптовая торговля шнурками и прочей галантереей — возвращался в Англию. Затянутый в древний синий редингот, мистер Симпсон во¬ площал собой типичного английского коммерсанта, который не собирался поддаваться современному миру. Скорее всего, поэтому он и решил с радостью совершить проездку на ста¬ реньком Джакобе Химскерке, на котором чувствовал себя как дома в обстановке, отставшей от современности более чем на тридцать лет. При всем при этом мистер Симпсон любил поболтать и с печалью видел, что все его попытки завязать разговор наталкивались на отказ других пассажиров. — Это фотографический аппарат? — спросил он у муж¬ чины в пелерине, указывая на небольшую желтую коробку. 57
— Нет, — прошипел мужчина и отвернулся. — Иначе вы могли бы сделать снимки пассажиров, чтобы сохранить воспоминания о поездке. — Нет, — повторил мужчина с густой черной бородой. «Ни на грош не общительный и дурно воспитанный», - подумал мистер Симпсон глядя, как пассажир медленно взби¬ рается по трапу на верхнюю палубу. Рядом с Гарри Диксоном стоял свободный шезлонг, и ми¬ стер Симпсон немедленно занял его. — В газетах ничего нет, не так ли? — начал он, пытаясь завязать разговор. — Нет, то же, что вчера и позавчера. — Действительно, вчера в газетах не было никаких но¬ востей, как и позавчера. Вы тысячу раз правы, — живо под¬ хватил мистер Симпсон, счастливый, что, наконец, нашел собеседника и надеялся завести интересный разговор. Гарри Диксон любезно улыбнулся. — Я никогда не присутствовал при странных и любопыт¬ ных событиях, о которых печатают эти листки, — продолжал надоедливый собеседник. — Наверное, как и вы? Диксон только покачал головой, что мистер Симпсон принял за полное и окончательное согласие с его словами. — Скажу вам кое-что, — сказал он, наклонившись к собе¬ седнику с таинственным видом. — Все это? Это все выдумки! — Действительно, сэр? Диксона начала развлекать наивность негоцианта. — Мне шестьдесят шесть лет, — заявил мистер Симпсон с триумфальным видом, — так вот, я утверждаю, что нико¬ гда, вы слышите, никогда я не присутствовал ни при одном необычном событии, например, при преступлении! Я даже не видел ни одного дорожного происшествия с автомобилем, и даже не был свидетелем, как человек ломает ногу. А потому повторяю: все это выдумки! Все это не существует! Тогда... И в то же мгновение мистер Симпсон вскочил, оттолкнул шезлонг и завопил. — Сэр! Сэр! У вас на голове змея! Да! Если мистер Симпсон за всю свою жизнь не видел ничего необычного и никогда не был свидетелем преступле¬ 58
ния, то теперь ему на блюдечке поднесли невиданный спек¬ такль! Небольшое чешуйчатое животное с отвратительной плоской головкой извивалось на голове Диксона, высунув раздвоенный язычок. Если мистер Симпсон никогда ничего не наблюдал собственными глазами, он умел смотреть и мно¬ гое вычитал в книгах, которые усердно штудировал в часы безделья. А потому выкрикнул. — Это — гадюка. И одна из самых опасных! Это произошло так быстро и внезапно, что сыщик еще глядел в газету в момент, когда в его судьбу вмешалось Про¬ видение. Именно Провидение, ибо секундой позже змея укусила бы Диксона, убив его. Из-за трубы воздуховода послышался пронзительный голосок. — Не двигайтесь, мистер Диксон. И в то же мгновение получил сильный удар по голове тростью. — Боги праведные, она сдохла! Разорвана пополам! — рыдая, выговорил мистер Симпсон. К его рыданиям присоединился вопль ужаса, донесшийся с верхней палубы. — Ли Пин! Неужели ад возвращает мертвецов? Да! Рядом с Диксоном внезапно вырос китайчонок, спас¬ ший его от мучительной смерти. Диксон вскочил. Его глаза горели. Рука сжимала револьвер. Он оглядывался, переведя взгляд со стоящего рядом Ли Пина, который улыбался мисте¬ ру Симпсону, и увидел опирающуюся спиной на ограждение и с иронической издевкой смотрящую на него... Жоржетту Кювелье. * * * Мистер Симпсон, с которым никогда ничего не случа¬ лось, невольно сыграл важнейшую роль в истории преступ¬ лений. Не будь его, Гарри Диксон схватил бы «Мадам Пау¬ ка». Но... мистер Симпсон стоял рядом с ним. Он вцепился в сыщика, поздравлял его, кричал от радости, что спас его, и дрожащим пальцем указывал на пустую верхнюю палубу, повторяя: 59
— Это человек с черной бородой, который не хотел сфо¬ тографировать меня. Он открыл желтую коробку, и оттуда выпала змея. Гарри Диксон осторожно высвободился, но Жоржета Юовелье исчезла. — Обыщите корабль вплоть до самых отдаленных угол¬ ков, — приказал он капитану и прибежавшим офицерам. - Я — Гарри Диксон. Он с ужасом оттолкнул еще подрагивающие половинки едва не убившего его чудовища. — Серая гадюка! Никто не может похвастаться, что выжил после ее укуса! Был слышен топот матросов, которые тщательно обыски¬ вали весь корабль. — Как ты попал сюда? —■ спросил Диксон, нежно погла¬ живая лысую голову Ли Пина. — Ли Пин всегда следовать за хозяин! — признался мальчуган. — Всегда, везде, потому что он думать, что один или другой день черный человек с бородой причинить зло ему! — Итак, за мной следили, а я и не подозревал этого! - с улыбкой сказал Диксон. — Да, моя проскользнуть на корабль, который идти в Ан¬ глию. И вдруг увидеть черный человек над головой хозяин, но слишком поздно кричать. К счастью, схватить трость стюард. К ним приблизился капитан. — Мы нигде не нашли мужчину с желтой коробкой... Но коробка у нас. Она валялась на верхней палубе. — А женщина? — Какая женщина, сэр? — удивленно спросил моряк. - Среди пассажиров нет ни одной дамы. — Бежевый плащ, широкая каскетка, — коротко описал Гарри Диксон. Капитан покачал головой. — Вы, наверное, ошиблись, мистер Диксон. «Еще один фокус мадмуазель Жоржетты Кювелье, — ска¬ зал себе Диксон. — Проклятье, я начинаю верить, что она где-то завладела шапкой-невидимкой». 6о
Он тщетно обошел весь корабль. Он не нашел ни человека, принесшего гадюку, ни молодой женщины. Уже появился английский берег. Серо-белые известняко¬ вые скалы выросли из зеленых вод, увенчанных пеной. Гарри Диксон ощущал бессильную ярость. - Невозможно спрятать женщину, как складную куклу! — ворчал он. — Тем более мужчину! Вдруг он ощутил легкий удар по щеке — чья-то ловкая рука бросила в него крупный бумажный шарик. Угадав, что это послание, он подобрал шарик, развернул его и прочел. Дорогой мой Гарри Диксон, Я задолжала вам «из принципа». Я — рабыня своих собственных законов, железной дисциплины, которая должна царить среди моих людей. Но в сердце ощущаю радость, что вы целы и невредимы. Не думайте, что я сложила оружие. Это будет в другой день, как говорят французы. Но я делаю вам подарок, который будет вам приятен. Я дарю вам Пратта. Да, анархиста Пратта, чья голова оценена в полиции многих европейских стран. Он дважды не справился с заданием. В первый раз, не по¬ кончив с малышом Аи Пином, от которого должен был избавиться. Во второй раз, не убив вас. Такие вещи я не прогцаю. Вы найдете Пратта в якорном отсеке. Конечно, мертвого. Всегда сердечно ваша Жоржетта Кювелье — Якорный отсек! — вскричал сыщик. — О нем мы не подумали Действительно, в похожем на трубу отсеке, куда уходила якорная цепь, был найден Пратт, мужчина в пелерине, в спи¬ не которого торчал кинжал. * * * Жоржетту Кювелье так и не нашли, а капитан продолжал клясться всеми богами, что на борт парохода не поднималась 61
ни одна женщина. Гарри Диксон вернулся в Лондон с то¬ ской в душе. Он предчувствовал, что борьба не на жизнь, а на смерть с «Бандой Паука» входит в новую фазу. Гидра собралась с силами. Враждебные действия вновь начались. Диксону и его сотрудникам предстояли новые схватки, опас¬ ности и невероятные ужасы.
ПРИЗРАЧНЫЕ ПАЛАЧИ LES SPECTRES BOURREAUX
акстер Льюисхэм никак не походил на героя. Посмотрите на него: среднего роста, полнота че¬ ловека, заканчивающего четвертый десяток, из¬ лишне толстый нос, на котором сидят круглые роговые очки. Его было легко принять за бухгалтера Сити с застарелыми привычками. Маленькая квартирка, которую он занимал на Уорнер-стрит в спокойном квартале Клеркенуэлл, свиде¬ тельствовала о его лишенном славы социальном положении, хотя и не лишала респектабельности. Соседи здоровались с ним любезно, но без особых восторгов, а он приветствовал их с довольной улыбкой. Время от времени он выпивал стакан эля, а в холодную погоду — можжевеловое тодди в таверне «Добрый Тамплиер». Иногда он позволял втянуть себя в пар¬ тию виста, если ставки не были слишком высоки, что, кстати, случалось не очень часто. И все это помогало согражданам ценить его по достоинству. — Порядочный толстяк, не любитель поговорить, хорошо воспитан, со смутными политическими воззрениями и, ко¬ нечно, образцовый служащий, — так говорили о нем. Супруги Майе, у которых он снимал квартиру, придержи¬ вались того же мнения и утверждали следующее: 65
— Человек, который регулярно платит за жилье, ко¬ торый оплачивает свои завтраки, не особо обращая вни¬ мание на качество сливочного масла и чая, самый настоя¬ щий джентльмен. И пусть кто-либо попробует сказать обратное! Бабилас Майе питал настоящее восхищение своим жиль¬ цом. Тот был настолько пунктуален, что домовладелец под¬ водил громадные фламандские часы, гордость его кухни, по уходу и приходу жильца. — Семь часов. Я слышу, как мистер Льюисхэм возится в своей комнате. — Семь часов двадцать минут: берет поднос с завтраком, который жена поставила перед его дверью. — Восемь часов: мистер Льюисхэм отправляется на работу в Сити. Но в это утро супруги Майе переглядывались с некоторым опасением. В семь часов в комнате мистера Льюисхэма царила мерт¬ вая тишина. В семь тридцать поднос с нетронутым завтраком стоял перед дверью на лестничной площадке. В восемь часов мистер Льюисхэм не ушел, как обычно, на работу в Сити! Мистер Майе потерял терпение. Он постучал в дверь жильца, сначала осторожно, потом удары его становились все сильнее. В конце концов, бедняга набрал в легкие воздуха и закричал изо всех сил: — Мистер Льюисхэм! Вы не заболели? Скажите что-ни¬ будь! Моя жена буквально умирает от беспокойства. Но и в девять часов ничего не изменилось: ничто не двига¬ лось в комнате за запертой дверью, к которой мистер и миссис Майе приложили уши. — Неужели он ушел? — спросила жена. Мистер Майе энергично потряс головой. — Нет, моя милая. Смотри: ключ вставлен в замочную скважину изнутри, другая дверь, которая ведет в спальню, перекрыта зеркальным шкафом и не открывалась уже долгие годы. 66
Они некоторое время переглядывались, не осмеливаясь сформулировать страшное предположение и ощущая его зло¬ вещее значение. — Надо выломать дверь, — после долгих раздумий сказал мистер Майе. Но супруга помешала ему, приведя разумный довод: — Разве это не дело полиции? — Справедливо, — согласился мистер Майе. — Полицей¬ ский участок рядом. Сержант и полицейский агент сразу последовали за ми¬ стером Майсом, который пользовался уважением в квар¬ тале, поскольку был человеком, занимавшим хорошее место под солнцем. О Майсе поговаривали, что у него дальние родственные связи с одним влиятельным поли¬ тиком. Они пригласили соседа-слесаря, мистера Грейда, который присоединился к ним, захватив с собой большую сумку с инструментом. Слесарь внутренне ликовал, что оказался вовлечен в дело, которое заранее считал таин¬ ственным и криминальным. Оказавшись перед запертой дверью, мистер Грейд столкнулся с некоторыми трудно¬ стями: засовы крепко сидели в своих гнездах. После этого он увидел цепочку. — Ну и ну! Крепко запирается! — тихим голосом сооб¬ щил он. После долгих усилий замок сдался. Сержант, полицей¬ ский, супруги Майе и мистер Грейд проникли в комнату. Она была пуста. Постель не была разобрана. На первый взгляд все было в полном порядке. — Клянусь, что вчера вечером он вернулся, как всегда, в положенное время! — воскликнула миссис Майе. — Точно в девять тридцать. Он пожелал нам доброго вечера через дверь в кухню и добавил, что идет дождь. — Он вышел! — уверенно сказал сержант. — Он? Вышел? — возмущенно вскричала миссис Майе. — Не лучше ли сказать, что луна свалилась в Темзу? — А засовы, а ключ в скважине и цепочка? — добавил мистер Майе. Мистер Грейд поддержал супругов. 6 7
Сержант почесал подбородок. — Это необъяснимо, — сказал он, проверив, что все окна закрыты. Ужасную находку сделал полицейский. Он прошел за большой круглый стол, накрытый таким большим ковром, что его края касались пола, и споткнулся о две длинных ноги, торчащие из-под ковра. — Он мертвый! — воскликнул он. С миссис Майе тут же случился нервный припадок, но ее муж бросился вперед и вытащил из-под стола уже окоче¬ невшее тело. — Но это не мистер Льюисхэм! — внезапно завопил он. Его жена тут же пришла в себя, подбежала к супругу. — Нет! Это не он! Все четверо застыли, взирая на труп неизвестного челове¬ ка. Это был пожилой человек, явно южного происхождения и одетый без особого шика. — Каким образом этот незнакомец пришел к нам? — уди¬ вился мистер Майе. Хороший вопрос, на который естественно никто не мог ответить. Сержант осмотрел тело и покачал головой в знак полного непонимания. — Я задаю себе вопрос, как он умер. Я не вижу ни крови, ни раны. Замечание было справедливым, и все принялись огляды¬ ваться. Но в комнате все выглядело нормальным. Миссис Майе заявила, что ни одна безделушка не поменяла место. — А куда же делся мистер Льюисхэм? — почти одновре¬ менно спросили супруги Майе. Сержант в полном недоумении пожал плечами. — Никаких следов борьбы в комнате, -— сказал он, чтобы сказать что-нибудь. — Мое мнение, что это тайна, — с серьезным видом кив¬ нул мистер Грейд. Все согласились, и слесарь с невероятной гордостью уве¬ ровал в свои полицейские способности. — Я должен доложить своему начальству, — наконец, вы¬ шел из положения сержант. — Пусть в этой комнате остается 68
все, как было. Констебль останется здесь для охраны, пока сам начальник не придет, чтобы разобраться во всем этом. Он вернулся в отделение и предупредил Скотленд-Ярд. Но едва он произнес по телефону имя Бакстер Льюисхэм, как его перебил испуганный вопль на том конце провода: — Бакстер Льюисхэм? Вы сказали Бакстер Льюисхэм с Уорнер-стрит? Сержант, вы не ошибаетесь? — Конечно нет, шеф! — ответил сержант. — Мы срочно едем! Сержант крайне удивился, когда из вскоре приехавшего полицейского автомобиля вышли три человека, которых он считал «тремя главными шишками» Скотленд-Ярда. Их со¬ провождал высокий худой джентльмен, чье суровое и сухое лицо было ему хорошо знакомо. — Гарри Диксон! Ничего себе! Похоже, дело совсем не¬ обычное, — прошептал он, исподтишка бросив восхищенный взгляд на крупнейшего сыщика века. Его уверенность подтвердилась, когда он услышал корот¬ кий разговор одной из «больших шишек» с Гарри Диксоном почти сразу, как они вышли из автомобиля. — Форейн-Офис будет метать громы и молнии, мистер Диксон! Бакстер Льюисхэм — один из лучших агентов Ин- теллидженс Сервис. — Льюисхэм! — ответил в раздумье сыщик. — Если не ошибаюсь, он самый крупный эксперт в криптографии, спе¬ циалист по всем возможным и невозможным шифрам. — Он самый! Военный Департамент тоже поднимет воп¬ ли. Они ничего не могут без него. Да, шум поднимется пре¬ великий! — Если было преступление, что кажется мне вероят¬ ным, бандиты, приложившие к этому руку, не случайные люди. Это совершенно понятно, — сказал Диксон, нахму¬ рившись. Через несколько минут они подошли к дому, где уже со¬ бралась толпа зевак, посреди которой с речами выступал ми¬ стер Грейд, внезапно осознавший свою значимость. Гарри Диксон оставил полицейским возможность допро¬ сить супругов Майе, а сам с задумчивым видом расхаживал по 69
комнате. Он потратил несколько мгновений, чтобы глянуть на мертвеца. И скривился, увидев его лицо. — Англии повезло! — пробормотал он. — Но это не успо¬ каивает меня по поводу участи Бакстера Льюисхэма. — Вы знаете жертву, мистер Диксон? — удивился доктор Хантер, один из помощников главы Скотленд-Ярда. — Как и вы, доктор. Это Аарон Штейнбергер, он же Ронски, он же Моррис Уайт. Не буду перечислять дальше. Известный шпион неизвестной национальности, частенько работающий на Германию и, говорят, на СССР. — Проклятье! — вскричал пораженный Хантер. — Теперь я припоминаю все эти имена... Гарри Диксон повернулся к мистеру Майсу. — Не будете ли вы так любезны отключить электричество? Мистер Майе выпучил глаза, но поспешил спуститься на первый этаж. Вскоре послышался щелчок выключателя. Сыщик подошел к камину и крепкой рукой сдвинул в сто¬ рону уголок мраморной накладки. Появилась небольшая по¬ лость, и послышался звук, похожий на щелчок пружины. — Вот как умер этот человек, — сказал он. Доктор Хантер тряхнул головой. — Объясните, мистер Диксон. — Гляньте на эту нишу. Она вся устлана медью, а тайная кнопка позволяет включать и выключать электрический ток. Непосвященный человек будет насмерть поражен током, пытаясь обследовать полость. Посмотрите на правую руку трупа: на ней несколько ожогов. Бакстер Льюисхэм соблю¬ дал предосторожности. Но тайник пуст! — Гарри Диксон погрузился в размышления. — Кстати, доктор Хантер, Бак¬ стер Льюисхэм изучал в настоящее время какой-то важный документ? Хантер понизил голос, чтобы ответить: — Действительно, мистер Диксон. Зашифрованное пись¬ мо, найденное у неизвестного, погибшего в крайне странной воздушной катастрофе. Пять дней назад летательный аппа¬ рат без каких-либо опознавательных знаков упал и сгорел на окраине леса Эппинг. Среди обломков никаких погибших не нашли, но в миле от места падения мы наткнулись на пило¬ 70
та, который выпрыгнул из самолета на парашюте. Парашют не раскрылся, и авиатор разбился. Никаких документов при нем не было. Обнаружили только туго набитый бумажник и зашифрованное письмо. — Была ли у Бакстера Льюисхэма привычка уносить по¬ добные документы домой? — Все заставляет думать, что это так. Ему в работе предо¬ ставлялась полная свобода. Более того, публика совершен¬ но ничего не знала о его подлинной профессии. Как только я узнал о его исчезновении, я позвонил в компетентные служ¬ бы. Письмо в его сейфе в рабочем кабинете отсутствовало. — Значит, заказчики преступления тоже его не имеют! — заключил Гарри Диксон. — Откуда вы знаете? Вы говорите так утвердительно. — Прекрасное дело, доктор Хантер. Могу вам точно ска¬ зать, что здесь произошло. Бакстер Льюисхэм вчера вечером не вернулся домой. — Но супруги Майе слышали, как он вернулся! — Они слышали не его, а Аарона Штейнбергера! Они его слышали, но не видели! Штейнбергер ловко подделал голос жильца супругов Майе. Это вообще был один из его люби¬ мых трюков. В этот момент мистер Бакстер Льюисхэм уже был в руках X, неизвестной величины, как в алгебраическом уравнении. Пленник? Несомненно! Мертвый Льюисхэм им не нужен, а живым даже очень. Документа на нем не нашли. Известно также, что нет документа и в рабочем кабинете, иначе злоумышленник поостерегся бы напасть на известного специалиста. И он также знает, что Льюисхэм еще не подо¬ брал ключа, чтобы прочесть письмо. Поэтому они отправляют Штейнбергера обыскать жилище пленника. Отыскать тайник плевое дело для шпиона, но он не был осторожен, а потому вместо документа нашел смерть. В это мгновение подъехал мотоциклист и вручил доктору Хантеру послание. — Мистер Диксон, — сказал помощник главы Скотленд- Ярда, — сверху мне приказали использовать все средства, чтобы отыскать Бакстера Льюисхэма. Могу ли я рассчитывать на ваше сотрудничество? 71
ДЖИГА ПРИЗРАКОВ «Случай — лучший сотрудник полиции!» — гласит старый афоризм, и эти слова очень часто оправдываются. В темной истории Бакстера Льюисхэма и покойника Аарона Штейн- бергера случай тоже сыграл свою роль. И первые успехи от этого случая выпали на долю молодого ученика Гарри Диксона, как, впрочем, и первые злоключения. В тот вечер он вел слежку за жалким типом, которого подозревали в сбы¬ те фальшивых денег в ночных заведениях Ковент-Гардена. Бесславная задача для Тома Уиллса, который всеми силами уклонялся от мелких дел. Но учитель утверждал, что невзрач¬ ный распространитель фальшивок обязательно приведет к банде, которая наводнила Лондон и его окрестности не имеющими никакой ценности ценными бумагами и банк¬ нотами, и Том выполнял задание с надлежащим рвением. Слежка за неким Малкинсом в этот вечер не была особо удачной для молодого сыщика. Малкине скромно пообе¬ дал в ресторанчике пятого разряда, заплатил добрыми день¬ гами Английского Банка, а потом столь же честно выпил несколько стаканов эля в соседнем питейном заведении. Потом с видом выполнившего свой долг человека напра¬ вился к себе домой. Это было высокое и весьма печальное здание с меблированными квартирами, расположенное на углу одной из древних улочек Ковент-Гардена, вечно за¬ полненной тележками мелких коммерсантов и торговцев овощами из Дептфорда. — Вскоре вернусь домой, — ворчал Том, — и смогу от¬ дохнуть от столь легких трудов. Но ведомый необъяснимым чувством, он остался на не¬ которое время наблюдать за фасадом здания-казармы. Вечер был мрачным и дождливым. Низкое небо, казалось, опусти¬ лось прямо на крыши домов. Внезапно на этой низкой туче нарисовался яркий квадрат света. Этот рассеянный свет оставался видимым несколько минут, потом погас. Но в то же мгновение на последнем этаже дома зажглись два окна. В этом не было ничего удивительного, и Том Уиллс был готов повернуться спиной к этим желтым прямоугольникам, если 72
бы на них на несколько мгновений не возникли странные китайские тени. - Похоже на маскарад, — пробормотал Том Уиллс. Потом его поразили необычные тени: это были какие-то смутные фигуры с высокими капюшонами на голове... Капю¬ шоны! В его мозгу возникла мысль о враждебных и преступ¬ ных масках. Окна погасли, а на низком облаке вновь появился светящийся квадрат. - Застекленное и хорошо освещенное отверстие в кры¬ ше, — решил Том. — Интересно бы узнать, что там проис¬ ходит. Он обогнул темное здание и заметил пожарную лестницу. Она начиналась на уровне второго этажа. Для Тома было детской игрой добраться до нижних перекладин из ржаво¬ го железа и залезть на крышу. Узкие водостоки позволяли ловкому человеку, не страдающему головокружениями, пе¬ редвигаться без особых трудностей. Том Уиллс совершил прогулку почти по поднебесью, пройдя около тридцати ярдов, и оказался перед пристройкой, которая была чуть ниже самого здания. Ее застекленная плоская крыша горела красноватым огнем. Кошачьим прыжком он спрыгнул на крышу пристройки. «Быть может, всей моей выгодой только и будет эта опас¬ ная гимнастика, когда я загляну внутрь и увижу несколько пар стариков, играющих в безиг». Однако с любопытством наклонился над застекленной поверхностью. - Смотри-ка, Малкине. И за каким странным занятием! Действительно, человек, за которым Том следил весь вечер, сидел в центре помещения, напоминающего ателье художника. Он сидел неподвижно, свесив голову на грудь. Кресло, в котором он сидел, заинтересовало Тома своей странной формой. Оно было черным и блестящим. Медные детали ярко блестели в свете мощной электрической лампы, подвешенной на черном проводе. Никакой абажур не смягчал резкого, раздражающего глаза света. Внезапно по телу сыщика молнией прокатилась дрожь ужаса. Это был электрический стул! Действительно, это был 73
отвратительный инструмент казни, стольдорогой американ¬ скому правосудию. — Малкинса казнили на электрическом стуле! — едва сумел прошептать Том Уиллс. Когда первое отвращение прошло, он стал внимательно разглядывать помещение с высоты своего наблюдательно¬ го поста. Комната была совершенно белой и практически пустой. Вдоль стен тянулись деревянные скамьи, ждущие тех, кто их займет. В голову ученика Диксона пришла мысль о тайном судилище и незамедлительной казни. — Надо бы узнать побольше! — вполголоса произнес он. У него в кармане лежал браунинг и четыре полных обой¬ мы. Оружие придало ему храбрости. В центре застекленного квадрата виднелся люк. Тому не составило труда открыть его. В нос ударил отвратительный запах горелого мяса, но отсту¬ пать было некуда. Он увидел кучу тряпья и ковров, могущих смягчить падение и заглушить шум приземления. — Один, два... Три! Он упал в комнату недалеко от скорчившегося от смер¬ тельного удара Натаниеля Малкинса, мелкого преступника, который явно не заслуживал подобной участи. Том не стал терять времени на его осмотр, поскольку мертвец уже оты¬ грал свое и не нуждался ни в какой человеческой помощи. Он принялся внимательно исследовать комнату. Но ничего толкового не узнал. Смертоносное кресло было привин¬ чено к полу. Установили его, похоже, недавно, поскольку головки болтов и винтов были покрыты свежим машинным маслом. Электроды выглядели тонкими медными ободка¬ ми, образуя один браслет на левом запястье, а второй — на правой щиколотке ноги. Металлическая полусфера, кото¬ рую используют при казнях в Америке и которую надевают на голову приговоренного к смерти, отсутствовала. Прово¬ да от электрического эшафота тянулись в угол к подобию большого трансформатора. Вся установка свидетельствовала о спешке. Том сообразил, что комната недолго будет пусто¬ вать и что ему надо спешить. Он обвел глазами зловещую комнату, оглядел черные деревянные скамьи. На одной из 74
них светлело какое-то пятно. Это был дамский носовой платочек, вышитый со вкусом, хотя рука вышивальщицы было по-детски невинной. Том взял его. В нос ему ударил странный и знакомый запах. — Где я его мог ощущать? — спросил себя Том. Ответ не приходил, и Том направился к единственной двери в комнату. Она была плотно закрыта и вела в длин¬ ный коридор, освещенный двумя слабыми лампочками. Том тенью скользнул вдоль грязной и облупленной стены, на¬ правляясь в самую темную точку коридора. Там он нащупал дверь, скрытую слоем грубых обоев. — Шкаф! — сообразил молодой сыщик. — Посмотрим, что в нем хранится. Он осторожно приоткрыл дверцу. В темноте колыхнулось что-то белое. Он присмотрелся. И тут же отпрянул назад: це¬ лый ряд высоких белых форм с пустыми круглыми глазница¬ ми застыл перед ним. — Капюшоны! Том Уиллс ощутил, как холодный пот проступил у него на шее, но холодное прикосновение револьвера придало ему мужества. Он сообразил, что тени и отблески далекого света сыграли с ним злую шутку. Это был простой шкаф, где висе¬ ли одеяния, которым место и время придали зловещий вид. — Костюмы призраков!.. Хорошо, но для чего они могут служить? Однако страх отступил не совсем, поскольку Том Уиллс внезапно услышал голоса. Они доносились из глубины шка¬ фа. Словно странные одеяния переговаривались между собой о чем-то странном. Том Уиллс наклонился и понял, что шкаф довольно просторен, а голоса доносились из-за перегородки в глубине шкафа. Они были достаточно отчетливы, чтобы понять, о чем говорили люди. Поэтому Том прислушался. — ...Гарри Диксон! Он слушал всего несколько секунд, как было названо имя его учителя. — Да, — продолжил голос. — Это был Том Уиллс, ученик этого дьявола Гарри Диксона, посланный следить за Мал- кинсом. Он знал, что за ним следят и собирался выложить 75
все, что знает в случае ареста. Поэтому мы с ним не цере¬ монились, а поскольку сегодня вечером он изрядно мешал нам, мы решили ускорить события. Суд и казнь заняли всего десять минут. Кто-то за перегородкой едва сдержал зевок. — Мелкая сошка и невелика потеря. Кстати, шеф отдал категорический приказ. Меняем квартал, поскольку Гарри Диксон у нас на пятках. — Кстати, о шефе. Настроение у него не ахти. Человечек с секретным письмом катается, как сыр в масле, даже не со¬ бираясь говорить. Мы решили завтра напоить его капелькой. — Капелька! Дьявол, легче устоять перед капельками вис¬ ки, чем перед простой капелькой дождевой воды! — Брр! Мне это не очень нравится, но распоряжаемся не мы! Разговор прекратился, словно обрезанный ножом. Мо¬ лодой человек услышал, как хлопнула дверь, потом далекий разъяренный голос начал раздавать приказы. Как только раз¬ говор оборвался, Том Уиллс принялся размышлять. Стоило ли продолжать расследование на ощупь? Разве он не находил¬ ся в гнезде бандитов, готовых сменить место расположения? Новый голос, раздавшийся за перегородкой шкафа, решил его дальнейшее поведение. — Послушайте! Этот маленький проходимец Том Уиллс исчез с улицы! Такое не в его привычках! Только бы он не просочился в дом. — В этом случае, тем хуже для него, — ответил другой голос, — поскольку отсюда выйти нелегко! — Думайте так! — прошипел Том Уиллс. — Я выйду от¬ сюда, как из таверны, и так же легко вернусь, но хотелось бы вернуться в компании... Дом полностью затих. Том смело пустился в обратный путь. Он вошел в роковую комнату, бросил последний жа¬ лостливый взгляд на труп Малкинса, смог после некоторых попыток зацепиться за край остекленного квадрата и, вы¬ бравшись на крышу, закрыть люк.. Внизу, у двери темного дома стояли два огромных грузовика, а их шоферы нервно расхаживали взад и вперед. 76
«Напрашивается срочный переезд! Если я вернусь на Бей- кер-стрит или предупрежу полицию, то потеряю драгоценное время. Что делать?» Однако ему улыбнулась удача. Под плоской крышей пристройки он увидел светлое открытое окно, обрамленное ступенчатой кирпичной кладкой, которая опускалась до подоконника. В ней под зеленым абажуром горела лампа, а на столе, заваленном книгами, стоял телефонный аппа¬ рат. В комнате никого не было. Том с жадностью глядел на телефон. «А если попытаться? Причина у меня веская!» Он был от природы гибким и ловким человеком, без осо¬ бого труда спустился вниз и поставил ногу на подоконник. Одним быстрым взглядом окинул комнату. Она была скром¬ ных размеров и походила на рабочий кабинет какого-нибудь профессора или человека, занимающегося литературным трудом и погруженного в книги и научные трактаты. Моло¬ дой сыщик увидел длинные ряды полок с книгами. Хозяин, по-видимому, на время покинул свое ученое убежище. «Тем хуже! Рискну! Если вернется хозяин...» Кстати, если хозяин вернется? Будет ли у Тома время объ¬ яснить ситуацию? Человек, особенно, если он раздражителен, может применить оружие: в Лондоне было полно злоумыш¬ ленников! Каким будет запоздалое объяснение? Или крики поднимут на ноги всех соседей, а главное поднимут тревогу в соседнем здании. Эти мысли, которые требуют некоторого времени, чтобы быть изложенными на бумаге, с быстротой молнии промелькнули в голове молодого человека. На двери он заметил медную задвижку. «Тем хуже!» — повторял про себя Том, выбравшись в ком¬ нату и опуская засов. Через мгновение он лихорадочно накручивал диск, наби¬ рая номер учителя. — Алло! Гарри Диксон... Том облегченно вздохнул, услышав голос своего учителя. — Том Уиллс, учитель... Серьезная тревога! В конце Кастл-стрит, рядом с баром Хатчинсон... Малкине... — Проклятие! Предательство! 77
Том даже подпрыгнул от неожиданности, словно его при¬ жгли раскаленным железом. Эти яростные слова произнес в трубке другой голос, и связь немедленно прервалась. «Небеса! В какое осиное гнездо я забрался?» — спросил себя молодой человек. Ответ последовал немедленно в виде поспешных шагов на лестнице, ударов в дверь, яростных и испуганных воплей одновременно. Кто-то бросился на дверь, створка затреща¬ ла, но засов оказался достаточно крепок. Том не стал ждать продолжения и одним прыжком вскочил на подоконник. Под ним темнел глубокий черный двор. Прыжок означал верти¬ кальное падение вниз и неминуемую смерть. Но чуть дальше виднелась еще одна пристройка с цинковой крышей. Если повезет, до нее можно было допрыгнуть. В дверь вновь ударили, послышалась ругань, потом су¬ хой звук выстрела сквозь створку. Этот выстрел покончил с сомнениями Тома. Сжав зубы, прикидывая силу толчка, Том выглянул наружу. Пинг! Рявкнул второй выстрел, за ним послышался звон разбитого стекла и за спиной Тома сгусти¬ лась тьма. Разбилась настольная лампа. Том Уиллс прыгнул. Он мгновение раскачивался, зацепившись за край плоской крыши, потом отчаянным усилием перебросил тело через водосток и упал, сильно ударившись коленями. Ступни его висели над бездной. Куб каменной кладки с торчащими трубами посреди платформы показался беглецу наилучшим убежищем, что¬ бы спрятаться и подумать. Когда он укрылся за кубом, дверь сорвалась с петель, и в комнате, которую он успел покинуть в последнее мгновение, послышались крики ярости и разоча¬ рования. Том сразу сообразил, насколько небезопасным было его укрытие. Пройдя по узенькому водостоку, он сумел бы найти более надежное укрытие за самой отдаленной трубой. Том ни секунды не колебался и, презирая головокружение, двинулся по цинковой грязной и хрупкой тропке. Секунд через тридцать он с удобством устроился между двух труб. Это был превосходный наблюдательный пост. Отсюда он мог спо¬ койно наблюдать за всем, что происходило вокруг. И вскоре стал свидетелем невероятной суматохи, творящейся вокруг. 78
Квадрат погас, потом снова зажегся и погас, словно люди в комнате казни испытывали чудовищную нерешительность. Комнату, где стоял телефон, пересекали лучи электрических фонариков. С улицы донесся рев мотора. — Грузовики! — пробормотал Том. — Бандиты раство¬ рятся в воздухе! И в то же мгновение увидел незабываемый спектакль. Почти все окна группы домов, в которой дом Малкинса был угловым, осветились, и появилось огромное количество ки¬ тайских теней — силуэты странных существ в высоких ка¬ пюшонах. Послышался шум передвигаемой мебели, битого стекла, опрокинутых предметов. Весь этот шум окружал Тома: настоящий прилив звуков голосов, взволнованных и грозных. «Переезд по всему фронту!» — решил Том. Внезапно раздался требовательный голос. — Вы собираетесь бежать отсюда, как крысы, не пустив кровь проклятому филеру, который воспользовался моим телефоном, пытаясь предупредить Гарри Диксона? — Время не терпит! — послышалось жалобное возраже¬ ние. — Нас всех выловят, как крыс в ловушке, если мы не сделаем ноги! — Он мне нужен живым или мертвым! — Но куда он мог деться? Через окно? Надо быть кошкой или клоуном, чтобы выпрыгнуть отсюда! — Именно. Том Уиллс на такое и способен. Когда он за¬ хочет, то бывает более ловким, чем обезьяна. «Ну и комплимент!» — подумал Том Уиллс, но растерял добрую долю уверенности. В комнате с телефоном спор разгорелся с новой силой. — Если он сумел выбраться на крышу, мы будем искать его до завтра, а до этого нас всех запрут в Ньюгейте. — Говори за себя, мокрая курица! Пусть приведут Ти- гриса! — А! Это мысль!.. Тигрис отличный пес!.. Том побледнел и почувствовал болезненный укол в сердце. Собака быстро отыщет его. В этом сомнения не было. Он с отчаянием осмотрелся. Шагах двадцати от него лежал глу¬ бокий колодец темного двора. Если его обогнуть, то можно 79
на несколько минут удалиться от своих врагов, но с огром¬ ной опасностью падения. А если опасная попытка увенчается успехом, собака все равно найдет его через несколько секунд. — Ставка — жизнь! — пробормотал Том. Дальний лай подстегнул его. Он соскользнул по наклон¬ ной плоскости крыши, ощутил под ногами хлипкость нового водостока, но двинулся по нему. Двор был под ним: развер¬ стая пасть темной бездны. Отбросив колебания, он прыгнул на новую крышу. Быстро пересек темное пространство и углу¬ бился в лабиринт небольших крыш и карликовых платформ. Он потерял из виду мрачный дом и соседнее здание, но не был уверен, что это могло обмануть нюх хорошо выдресси¬ рованного пса. И вскоре по спине его пробежала холодная дрожь. Он услышал мягкие прыжки слева от себя, потом пре¬ рывистое дыхание и свирепое рычание. — Ищи, Тигрис! — послышался далекий голос. Рычание усилилось, приблизилось, потом раздался глухой удар после прыжка собаки. — Теперь я спекся! — пробормотал Том. — Придется пустить пулю в череп мистера Тигриса, но потом на меня обрушится свинцовый дождь. И тут же с ужасом вскрикнул. Он тщетно шарил по кар¬ манам. Во время бегства он потерял револьвер. «Остаются только руки. Правда, интересно, как смогут они послужить мне, если псина таких размеров! Он с тоской вгляделся в ночь, ожидая в любую секун¬ ду появления на наклонных крышах чудовищного силуэта Тигриса. Но вокруг не было никакого движения. Вдруг он услышал жалобный стон. Болезненный тихий лай, в котором слышалось почти человеческое отчаяние. С тысячами пред¬ осторожностей Том выбрался из укрытия, подполз к краю пропасти черного бездонного двора. И увидел... Громадная черная собака передними лапами цеплялась за водосток. С улицы доносился неясный шум. Том увидел, как предательская дрожь сотрясла животное. Ее лапы медленно скользили. Пропасть ждала свою добычу. И в этот момент собака глянула в глаза преследуемого человека... и Том увидел в ее взгляде немой призыв, тоскливый и отчаянный. 8о
— Тигрис! — тихо позвал Том. Собака не сводила с него умоляющих глаз и постаныва¬ ла... Одна из ее лап сорвалась. Через несколько секунд пес разобьется на каменных плитах двора... У Тома было жалостливое сердце. Он не мог вынести вида подобной агонии. Он соскользнул на край водостока. — Я рискую! Еще секунду, и драма станет неотвратимой. Голова живот¬ ного уже опускалась, когда Том ухватил собаку за загривок и сильным рывком подтащил к себе. Шерсть животного была влажной. — Ну, что, Тигрис? — спросил Том. Собака заворчала и прижалась к нему. — Тигрис! Ищи! Тигрис, сюда! — слышались разъяренные голоса. Том ощутил, как по загривку пронеслась сильнейшая дрожь. — Тигрис, сюда, — повторяли голоса. — Ну, что, милая собачка? — тихо шепнул Том на ухо псу. Огромное животное облизало руку спасителю. И в то же мгновение ночную тьму разорвал рев сирен полицейских ав¬ томобилей. — Слава Небесам! — воскликнул Том. — Учитель услышал мой призыв. Отовсюду неслись свистки, потом раздались выстрелы, послышались проклятия. Невероятный шум разбудил все соседние улицы. Через два часа в Скотленд-Ярде Тома Уиллса чествовали как героя. Суперинтендант Гудфельд произнес импрови¬ зированную проникновенную речь, которая, несомненно, останется в анналах ведомства в качестве шедевра красноре¬ чия. Гарри Диксон по своему обычаю сохранял королевское спокойствие, но в его глазах поблескивали огоньки радости и гордости. 82
- Вы сумели отыскать самое настоящее логово злоумыш¬ ленников, мистер Уиллс! — повторял Гудфельд. — Все эти проклятые дома сообщались между собой. Весь этот квартал походил на швейцарский сыр, а внутри кишела вся эта гниль. - И каков итог облавы? — спросил Том Уиллс. - Три миллиона фальшивых банкнот, два склада с ору¬ жием, вполне хватившего на вооружение целой южно-амери¬ канской республики, склад наркотиков и шесть трупов бан¬ дитов, которых разыскивала полиция и каждый из которых заслуживал трех смертных казней! Кроме того, мы захватили документацию, из которой узнаем многое о том, как органи¬ зована торговля женщинами на территории Англии. Это по¬ зволит нам взять за шкирку многих уважаемых джентльменов, причастных к занятию этой гнусной профессией. - Не стоит забывать и о некоем подвале, — вставил Гарри Диксон. - Ваша правда... Вы считаете, что речь может идти о ка¬ ком-то филиале Британского Музея, мистер Диксон? - В современном применении, во всяком случае, — кив¬ нул сыщик. — Мы обнаружили настоящую камеру пыток! Дыбы, ошейники с остриями, шейные колодки, испанские сапоги, тиски для сжимания пальцев... - А также устройство для пытки каплями воды! Капли воды! Том вздрогнул, вспомнив о разговоре, кото¬ рый подслушал, находясь в потайном шкафу. - Ее хотят применить к Бакстеру Льюисхэму, — восклик¬ нул он. Под градом обрушившихся вопросов ему пришлось в по¬ дробностях пересказать разговор бандитов. Гарри Диксон, снедаемый внезапной лихорадкой, не мог устоять на месте. - Жаль, что ни один из этих бандитов не попал нам в руки живым! — вскричал он. — Два грузовика сумели уехать, увозя основную часть банды. Они оставили шесть человек прикры¬ вать отход. Они героически погибли, спасая своих сообщников. Несомненно, Бакстер Льюисхэм находился в одном из этих зданий, а теперь его увезли в неизвестном направлении. По¬ слушайте, Гудфельд, все дороги находятся под наблюдением? 8з
— Конечно, мистер Диксон! Мы перекрыли все линии связи, привели в боевую готовность все полицейские участ¬ ки окрестностей. Все мобильные бригады ведут неустанный поиск. — Ладно, — проворчал Гарри Диксон. — Посмотрим, что это даст. Думаю, почти ничего. Мы имеем дело с канальями, которые превосходно знают свое дело. Поймать их будет ой как нелегко... Его взгляд остановился на Тигрисе, который спокойно устроился у ног Тома Уиллса, и в его взгляде мелькнула хит¬ ринка. — Мне кажется, Том, что вы привели нам гостя, который оценит кухню миссис Кроун, — с улыбкой произнес он, - и даже будет требовать двойную порцию. И, скажу больше, с лихвой окупит свое питание. — Как это, учитель? — Это единственный член банды, попавший в наши руки живым. Думаю, мы сделаем его своим союзником. — Так! Так! — хмыкнул Гудфельд. — Неплохая мысль! И что мы теперь будем делать? — Ляжем спать, дорогой друг! — весело подвел итог бе¬ седе сыщик. Гарри Диксон не ошибся. Поиски полиции ни к чему не привели. Да, брошенные грузовики нашли в Сток-Ньюинг- тоне, но дальше этого дело не сдвинулось с мертвой точки. Гудфельд расстроился, и Диксону пришлось вмешаться, что¬ бы на полицейских, отправленных на поимку бандитов, не обрушились упреки в бездействии. На следующий вечер, когда Том Уиллс собирался отпра¬ виться в свою спальню и снял свой привычный костюм, что¬ бы облачиться в теплую пижаму из оранжевого шелка, его учитель поднял голову. — Какие новые духи вы выбрали, мой юный Адонис? - с иронией спросил он. — Я? — удивился Том. — Я по-прежнему пользуюсь своим одеколоном... Может, вы имеете в виду тряпку, выпавшую у меня из кармана. Кстати, учитель, я подобрал ее в комнате, где умер Малкине. 84
Он протянул Гарри Диксону небольшой шелковый пла¬ точек, найденный на одной из скамей, стоявшей напротив смертоносного кресла. Гарри Диксон поднес его к носу и вос¬ кликнул: — Ну и ну! Вот так штука! — Что именно, учитель? Это какая-нибудь находка? — Еще какая, мой мальчик... Его перебило рычание Тигриса. Собака спрыгнула с дива¬ на, где лежала, и с беспокойством повернула голову в сторону двери, выходящей на лестницу. — Кто-то осторожно взбирается по ступеням! — сказал Том. — Хотя миссис Кроун легла спать час назад. Глаза сыщика вспыхнули яростным огнем, но он совладал с собой. — Отведите собаку в соседнюю комнату, Том, и сделайте все возможное, чтобы она не выдала свое присутствие. — Но кто мог проникнуть к нам? — Хм, думаю, кто-то, кто хочет предъявить свои права на маленький носовой платочек. Идите быстрее! Том Уиллс увлек за собой упирающуюся и рычащую со¬ баку. Они скрылись в соседней комнате. Гарри Диксон выпустил в потолок длинную струю дыма и с удобством расположился в своем кресле. — Входите, мадмуазель Кювелье, — любезно произ¬ нес он. Она вошла, словно долгожданная гостья, и мило кивнула сыщику в знак приветствия. — Я полагал, что сам опустил засовы на входной двери, — сказал Гарри Диксон, — но, быть может, я ошибаюсь... — Не упрекайте себя, господин Диксон. Засовы на месте, поэтому пришлось войти через подвал. Глядите, пострадали мои замшевые туфельки. Она уселась в низкое кресло и обвела взглядом комнату. — Можжевеловые конфетки! — воскликнула девушка, указывая на одноногий столик, на котором лежали сладо¬ сти. — Вы позволите? Я их очень люблю. — Извольте! Не хотите ли капельку черри, мадмуазель Кювелье? 85
Бандитка с наслаждением сгрызла несколько конфеток, налила себе вина и, как ценитель, отпила глоток. — Вы настоящий джентльмен, господин Диксон, и умеете принять даму даже в полночь! Гарри Диксон печально улыбнулся. — Полагаю, что не только ради глотка черри и конфеток вы появились в моем скромном доме в столь поздний час. — Вы правы... Но мой визит легко объясним. Он вызван чисто женской причиной. Я пришла пожаловаться! — Господи! Кто же вам причинил столько зла, очарова¬ тельная дама? — Кто иной, как не злюка Гарри Диксон? — она состроила капризную гримаску. — Он лишил меня нескольких миллио¬ нов и полдюжины самых близких друзей. Гарри Диксон тряхнул головой. — Все заслуги принадлежат Тому Уиллсу! — скромно сказал он. — Я ничуть не сомневалась в этом с момента, как он вос¬ пользовался моим личным телефоном, чтобы вызвать по¬ лицию в мои владения. Поверьте, я начинаю ценить этого молодого мальчика. Будь у меня нежное сердце, я влюбилась бы в него и попросила бы у вас его руки. — Осторожно, у него в кармане могут оказаться револьвер и наручники! — рассмеялся сыщик. Жоржетта Кювелье скривилась. — Фу! Вы говорите противные вещи. Вы считаете, что у вас есть право меня арестовать? — Думаю, да! — Однако ничего не делаете. — Ага! — Потому что это будет стоить жизни увальню Бакстеру Льюисхэму и чести трех очаровательных девушек. — Мод Деррингтон, Беатрис Хейверсхэм и Маргарет Ков- ли, которые исчезли из своих домов две недели назад, — холод¬ но сказал Гарри Диксон. —- Я обнаружил это в ваших бумагах. — Все трое являются дочерями членов Парламента и од¬ ной ногой стоят на палубе судна, которое отвезет их в Буэ¬ нос-Айрес! 86
Гарри Диксон нахмурился и посмотрел на гостью. — Я хотел бы обратиться к остаткам женской нежности, которые, быть может, еще прячутся в вашем сердце, Жор¬ жет, — печально произнес он. Но она отрицательно покачала своей странной голов¬ кой. — Не могу позволить себе роскоши на подобные чув¬ ства, господин Диксон, и сожалею об этом. В ваших устах некоторые слова звучат ужасным упреком, и мне тяжело их слышать. Но я впряглась в огромное дело, которому грозит лишь один враг. Вы! — На каких условиях вы вернете свободу Льюисхэму и трем девушкам? — Просто за бумаженцию, которую этот пилот-идиот по¬ терял в момент смерти! Диксон не шевельнулся. — Если я правильно понимаю, ваш ответ — нет? — Вы, действительно, хорошо понимаете. Жоржетта взяла еще одну можжевеловую конфетку. — Я хорошая девочка, господин Диксон, и даю вам две недели на размышления. Это громадный срок для такого человека, как вы. Но предупреждаю, что предложу своему другу Эфраиму Луксору Бею охрану всех четырех плен¬ ников. Сыщик вздрогнул. — Албанскому палачу? — Ему самому. Мне будет трудно заставить его отказаться от некоторых его личных слабостей. Этот превосходный чело¬ век настоящий виртуоз причинения физических страданий. Диксон встал. — Жоржетта, — голос его был чрезвычайно серьезен, — однажды я повешу вас и буду стоять рядом, чтобы убедиться, что палач справился с задачей! Жоржетта тоже встала, и голос ее был столь же серьезен. — Возможно, Гарри Диксон, поскольку вы единственный человек, имеющий шансы победить меня. Но если это слу¬ чится, то в момент моей смертной муки я протяну вам руки и попрошу меня поцеловать. 87
— Идите, — сказал Диксон, — и пусть Бог рассудит нас!.. — До свидания, Гарри, — тихо ответила она. Гарри Диксон встретил зарю, сидя в кресле, с погасшей трубкой в зубах. Глаза его видели мрачный и ужасный сон. Сохо, нищий квартал, во власти дождя и ветра. Уже позд¬ ний час, и мелкие рыгаловки закрывают свои двери, выго¬ няя на улицу засидевшихся клиентов. Но одно из заведений манит розовыми окнами всю ночь. Изнутри доносится звон посуды и стаканов, а также потрескивание огня, на котором жарится картошка. Дверь распахивается от сильного толчка, и на пороге воз¬ никает покачивающийся широкоплечий мужчина. — Ничего сегодня не продал, — жалуется он, — но завтра будет получше. Дай мне что-нибудь поесть, Кастикидес. Не дай соотечественнику умереть с голода на улице. — Не могу кормить всю Албанию с Турцией в придачу, - голос был злым. — Пошел прочь, Камилопулос. Да хранит тебя Господь, если захочет!.. Пошел вон!.. — Чтоб тебе дьявол поджарил кишки, паршивый пес! - заорал голодный посетитель, вываливаясь на улицу. Дверь захлопнулась, а несчастный продолжил стонать, когда от стены отделился худой и высокий человек и при¬ близился к бедолаге. — Камило! Что я слышу! Соотечественник в нужде! Камило поднимает голову и видит бедно одетого человека с дубленым лицом, склонившегося над ним. Человек гово¬ рит на греко-турецком жаргоне, который лежащий хорошо понимает. — Я вас не знаю. Но если угостите меня коркой черствого хлеба, конечно, станете моим другом. — Корка черствого хлеба! За кого вы меня принимаете? Нет, добрый кусок баранины с луком и стакан самосского вина, слово Кари-Харинки. Камило тряхнул головой. 88
- К сожалению, не знаю этого имени, — печально про¬ бормотал он. - Как? Разве мы вместе не ели плов в Смирне и разве в Пера не просили милостыню у паршивых англичан? - Возможно! Ладно, Кари-Харинки, если накормите меня, как обещали, считайте меня своим братом. - Так-то лучше, — удовлетворенно ответил худой верзи¬ ла. - Сейчас пойдем к Кастикидесу. - У вас хоть есть деньги? — со страхом спросил Ка- мило. Кари позвенел серебряными монетами в кармане и пока¬ зал пачку засаленных банкнот. - Да я могу купить всю эту рыгаловку на корню! — по¬ хвастался он. Камило загорелся от радости. - Да, да, я узнаю вас, — затараторил он. — Мы кузены. У меня никогда не было лучшего друга! Пошли быстрее, я объявлю это перед всеми! Поскольку меня глубоко унизил этот проклятый мерзавец. Они толкнули дверь подозрительной таверны. На пороге их встретили тяжелый дым плохого восточного табака, запахи горячего жира и спиртного. Лохматый гигант с обнаженными по локоть руками с подозрением глянул на них. - Что это значит, Камилопулос! Я только что вышвырнул тебя за дверь, пес проклятый! Хочешь, чтобы я тебе переломал все конечности? - Поберегись, проклятый торговец горячей водой! — в свою очередь, закричал Камило. — Это мой брат Кари, са¬ мый богатый торговец в Сити. Он нашлет на тебя судебных приставов, если не заплатишь налоги в конце месяца. - Ага! Хотел бы посмотреть на цвет шиллингов твоего братца, — поубавив тон, ответил владелец заведения, оша¬ рашенный такой наглостью. Вместо ответа Кари швырнул на столик банкноту в один фунт и заказал обещанный ужин. Из грубияна хозяин мгно¬ венно превратился в угодливого и медоточивого слугу. Бы¬ стрым движением он смахнул со стола грязь столь же грязной салфеткой и пригласил гостей занять места. 89
— Простите меня, эфенди, — обратился он к Кари. - Я чуть импульсивен, а ваш брат Камило, кстати, мой хороший друг, пусть простит меня. Чтобы скрепить наше примирение, угощаю стаканом греческого вина, которое держу только для себя лично. — Ладно! — кивнул незлопамятный Камило. — Я хочу французского вина и, к тому же, запечатанную бутылку! — заявил Кари. Кастикидес побагровел от удовольствия, услышав, что клиент готов на такие расходы. — Сам президент Французской Республики не пьет луч¬ шего! — воскликнул он, устремляясь в подвал. Два «брата» вскоре сидели у стола, на котором стояло гро¬ мадное блюдо баранины с луком и две бутылки вина. — Вот это я называю жизнью! — то и дело вскри¬ кивал Камило, макая в соус громадный кусок хлебного мякиша. Кари выложил второй фунт, и тут же на столе появились новые бутылки. Остальные клиенты зала были приглашены принять участие в совместной выпивке. Вскоре в таверне ца¬ рило доброе согласие. Камило постоянно поднимал тосты в честь всех членов их семьи, которые, увы, были далеко. За дядю Попудопулоса, за тетю Фену и за каждую из их двена¬ дцати дочерей, а также за многих других. Праздник достиг апогея, когда отворилась дверь и вошла молодая женщина удивительной красоты. Немедленно во¬ царилась мертвая тишина. Все взгляды устремились на нее, когда она подошла к столику. Все видели, что она идет с тру¬ дом, потому что одна ее нога была деревянной. Она уселась с видом невероятной усталости. Кастикидис бросился к ней, но она знаком отказалась от его услуг. Кари, который внимательно смотрел на нее, по¬ казалось, что владелец таверны совершенно не обиделся на ее отказ. — Мне знакомо ее лицо, — шепнул он на ухо Камило, - но не могу вспомнить, где ее видел. — Дурацкая заячья память у вас, дорогой братец, — отве¬ тил Камило. — Это Баджи-Персиянка. 90
- Вот как! — равнодушно процедил Кари. — Следова¬ ло вспомнить. Хорошая бабенка. Жаль, что у нее нет одной держалки. - Зря говорите о ней с таким пренебрежением, братец. Эту ногу ей отрезал хозяин. Но она остается ему верной, как собака. У нее жестокий хозяин. Его зовут Эфраим Луксор Бей. Кари бросил на соседа быстрый взгляд. - Албанский палач человек не из приятных. - Хм, Кари, не говорите так громко! У Эфраима в Лон¬ доне глаза повсюду, а главное уши. Он не любит, чтобы его громогласно называли палачом. Он считает этот титул отри¬ цательным и унизительным. - Мне все равно, брат, — угрюмо буркнул Кари. — Дело в том, что я знаю Эфраима лучше, чем кто-либо. И он должен мне некоторую сумму денег за дельце, которое я выполнил по его заказу. - Ну, если речь идет о деньгах, тогда другое дело, — ска¬ зал Камило. - И готов заплатить тому, кто подскажет, где найти Эфру, поскольку он не откажется заплатить долг, когда увидит меня. Вот, что я говорю! - Вы слишком уверены в себе, брат, — сказал Камило после некоторого размышления. — Я считаю, что, когда речь идет о заработке, я подойду лучше, чем кто-то другой. - Хорошее рассуждение, Камило, — весело ответил Кари. — Скажите этому псу хозяину, чтобы он принес еще вина. Камило проорал заказ, и хозяин заулыбался во весь рот, услышав о новой щедрой трате клиента. - Послушай, братец, — заговорил Камило, выпив целый стакан вина, — Эфра-палач, как вы его называете, находит¬ ся в Лондоне. Это точно. Иначе почему Баджи-Персиянка здесь? - Ты так думаешь, братец? — с сомнением спросил Кари. - Баджи — тень Эфраима Бея. Невозможно, чтобы она проболталась про своего хозяина, ведь она нема, как могила. - Почему она заявилась сюда? — небрежно спросил Кари. 91
— Она время от времени нанимает кого-нибудь из зде¬ шних. Но не знаю, ради какой работы. Думаю, ради чего-то отвратительного, и мне это не нравится. Кари внимательно посмотрел на своего компаньона. И об¬ ратил внимание, что его лицо не было столь же порочным, как лица окружающих. — Думаешь, сегодня вечером она кого-нибудь наймет? — Иначе зачем ей здесь появляться? — с горечью ответил его собеседник. Баджи с деревянной ногой встала. Ее взгляд обежал зал, всматриваясь в лица и поведение клиентов. Кари глянул на своего компаньона. Потом наклонился к нему. — Камило, хочешь заработать пару сотен фунтов? Его сосед выпучил глаза. — Боже небесный, вы правду говорите? — Правду, правду, — тихим голосом ответил Кари. Глаза Камило наполнились слезами. — Я смогу вернуться домой, вновь увидеть мать и сестер. Кари еще ниже склонился над столом и быстро произнес несколько слов. По мере того, как он говорил, Камило все больше бледнел. — Итак, Камило? — Согласен, — буквально выдохнул он. В этот момент Баджи подошла к их столику. — Камило, мокрая курица, трусливая баба, тебя даже просить не буду. А твой приятель выглядит настоящим муж¬ чиной. Бродячий торговец поздоровался. — Это мой кузен Кари-Харинки, человек благородного происхождения. Он знает твою страну, Баджи. Черные глаза женщины заблестели. — Да, он какое-то время жил и был грузчиком в Астаре, но брал с иностранных судов слишком большой налог, и у него возникли сложности. Баджи хмыкнула, улыбнулась и заговорила на языке, ко¬ торый Камило совсем не понимал. Кари отвечал ей на том же странном наречии. 92
- Мне нужен мужчина! — вдруг заявила она, положив руку на плечо Кари. Тот глянул ей прямо в глаза. - Деньги или почести? — спросил он. - И то, и другое, — ответила женщина. - Готов следовать за вами. - Лучше не скажешь, — одобрительно кивнула Баджи. Потом повернулась к владельцу таверны и с высокомерным презрением сказала: — Еще выпивки для всех этих свиней. Пусть пьют, сколько влезет, за твое здоровье или за здоровье дьявола. Все равно. Я плачу. Несмотря на оскорбление, послышался благодарный ше¬ пот. Все посетители мрачной таверны выглядели, как голод¬ ные собаки, которым бросили мозговую кость. - Пошли, Кари-Харинки, — сказала Баджи, схватив его за руку. Кари вышел вместе с ней на улицу, не попрощавшись с Камило, своим кузеном на один вечер. Они молча пере¬ секли Сохо. Баджи с трудом шла рядом с мужчиной, которого наняла на работу. - Ты даже не спросил, что я хочу и куда направляюсь, — внезапно сказала она. - А зачем мне это, — с беспечностью ответил ее спутник. Баджи кивнула. - Так должен поступать любой, кто лояльно исполняет свою службу! - Мне достаточно твоих красивых глаз, Баджи, чтобы захотеть следовать за тобой. Комплимент, похоже, не оставил хромую женщину рав¬ нодушной, но она не ответила. Они вышли на небольшую площадь, где несколько тощих каштанов окружали пре¬ вращающийся в руины павильон. У тротуара стоял про¬ сторный автомобиль с погашенными огнями. За рулем спал шофер. - Залезай! — приказала Баджи, открывая дверцу. Кари восхищенно присвистнул, но не произнес ни слова. - Ты не очень-то удивлен, — с одобрением заметила Ба¬ джи. 93
— А что удивляться? Что записано, то записано, Баджи! — Мне нравится твоя речь. Думаю, не станешь жалеть, что пошел со мной... Автомобиль тронулся с места, хотя шоферу не отдали ни¬ какого приказа. Кари заметил, что стекла автомобиля были слегка затемнены, чтобы пассажиры не могли видеть, где они едут. Но, как и прежде, не выразил удивления. Поездка дли¬ лась около получаса. Скорость была высокой, но автомобиль двигался совершенно бесшумно. Наконец, автомобиль при¬ тормозил, потом совершенно замедлил движение. Он въехал под портик и теперь катился по наклонной плоскости вниз. — Приехали! — лаконично сообщила Баджи, когда авто¬ мобиль остановился. Кари огляделся и вновь присвистнул от восхищения. Он попал в чудесный сад. Пальмы, темно-зеленые кактусы вокруг лавровых деревьев, на газонах вспыхивали яркие ги¬ бискусы и орхидеи. Цветущие ирисы подчеркивали яркую свежесть зелени. Электрические лампы с разноцветными колпаками мягко освещали парк, достойный любой вол¬ шебной сказки. — Наш акклиматизационный сад, — сказала Баджи-Пер- сиянка. — Не хватает только хищников! — Так думаешь? Я тебе их покажу, — ответила женщина со злым смешком и дала знак своему спутнику следовать за ней. Она прошла вдоль зарослей ирисов и протянула руку в сто¬ рону высокого застекленного павильона. Кари не нужно было показывать жестом то, что он увидел. Вдоль кирпичной сте¬ ны, покрытой известкой, тянулись ряды клеток, какие можно увидеть в любом ярмарочном зверинце. А в них... В одной из них сидел мужчина с исхудавшим лицом. На его шее была цепь. Его руки и ноги были скованы такими же цепями. Чтобы добраться до пищи, ему приходилось ползти на четвереньках. Еду подавали на грубом фаянсовом блюде. Человек с отвращением нюхал ее. Он даже не поднял глаза на подошедшую парочку, а продолжал критически разгляды¬ вать пищу. Несмотря на лохмотья, он сохранял некую осанку. 94
От его персоны исходила какая-то презрительная насмешка, но внимательный наблюдатель понял бы, что это поведение было попыткой подбодрить самого себя и других пленников, сидящих в соседней клетке. Жалкий спектакль! Три почти обнаженных девушки, также закованные в цепи, лежали на плитах пола зарешеченной тюрьмы. Их глаза были устрем¬ лены в одну точку. Было видно, что их слезы давно иссякли. Они почти не двигались. Казалось, они проживают в ужасном сне, где им приходится вести скотскую жизнь. Кари заметил на их телах множество кровавых рубцов. Позади зарослей ирисов послышались шаги. Баджи обер¬ нулась и тут же превратилась в испуганную и подобостраст¬ ную служанку. Показался низенький мужчина с раздутым торсом. Его странная крохотная головка походила на морду огромной крысы. Редкие усики, похожие на стальную щетку, топорщились под малюсеньким носом. И это отвратитель¬ ное лицо дополняли красные жестокие глаза. Несмотря на небольшой рост и видимую слабость, от карлика исходило ощущение свирепой силы. — Эфраим Луксор Бей! — прошептала Баджи, склоняясь в низком поклоне. — Кого ты мне привела, сучья дочь? — спросил палач визгливым фальцетом. — Кари-Харинки, сеньор! Он почти мой соотечественник. Эфраим внимательно вгляделся в лицо нового рекрута. Изучение, похоже, оказалось благожелательным для Кари, потому что карлик удовлетворенно осклабился, открыв рот с гнилыми зубами, и проворчал: — Думаю, он умеет обращаться с плетью. Кари безмолвно поклонился. — Ты немногословен, Кари, — продолжил Эфраим. — Мне это нравится. К тому же, я доверяю выбору моей сул¬ танши Баджи. Ха-ха-ха! Кари кивнул. — Представляю тебе твоих будущих подопечных. Это Бак¬ стер Льюисхэм, тип из государственной полиции. Ты любишь полицию? — Нет! — с наигранным рвением ответил Кари. 95
— Ха-ха! Кто бы сомневался. Стоит на тебя лишь глянуть, приятель. Эти три мамзели происходят из благородных ан¬ глийских семей. Тебе нравятся знатные английские семьи? В глазах Кари зажегся огонек, который Эфра принял за подтверждение своих слов. — Сейчас слишком поздно, чтобы знакомить тебя с новы¬ ми обязанностями. Но покажу тебе одно из моих последних изобретений — перчатку из абразивной бумаги! Обеспечивает отличное трение. С этими словами чудовище натянуло на руку нечто вроде черной муфты, подошло к клетке с пленницами, схватило одну из них, протянув руку сквозь решетку, и кошачьим дви¬ жением провело перчаткой по спине несчастной. Та завопи¬ ла от боли. Кари увидел обширную кровавую рану на спине пленницы. — Это только ласка, — с наслаждением сказал карлик. Кари стоял спиной к ирисам и не видел двух громадных негров, которые бесшумно выскользнули из-за зарослей. Он вдруг почувствовал, что ему с силой заломили руки за спину. — А вот и вы нанесли мне визит, дорогой друг! — раздался мелодичный голос. Перед Кари возникла молодая женщина в очаровательном вечернем туалете. — Что вам от меня надо? — проворчал он. — Добро пожаловать ко мне, мой старый приятель Гарри Диксон! — Гарри Диксон! Гарри Диксон! — донеслось со всех сторон. Его имя выкрикивал и Эфраим-палач. И в его визгливом голосе звучал звериный ужас, а из клеток доносились стоны надежды. Кари, а вернее Гарри Диксон, поднял голову. — Отлично, мадмуазель Кювелье, это, действительно, я... Ваш... друг... — Чем обязана столь высокой чести?.. — О! Я явился за вашими пленниками. Ни больше, ни меньше. 96
— Прекрасно. И вы, конечно, принесли ту самую бума¬ женцию? — Ни в коем случае, дорогая дама. Что касается бума¬ женции, то у меня только ордер на арест, касающийся всех этих милых людей, присутствующих здесь, в том числе и вас... — Вы слишком добры! Могу ли я попросить вас подо¬ ждать в прихожей? Открылась третья клетка, и Гарри Диксона без особых предосторожностей втолкнули внутрь после того, как негры забрали у него все оружие. — Поганцы! — крикнул сыщик. — Я едва не вывихнул ногу. С этими словами он нагнулся и стал растирать правую щиколотку с лицом, искаженным гримасой боли. Эфра издал свирепый вопль. — Подожди, Диксон, я тебя сейчас полечу, сейчас займусь твоей больной ногой. Подожди! Только я умею ампутировать ноги, которые ведут себя неподобающим образом. Спроси у Баджи, что случилось с ее ногой, когда она хотела сбежать от меня! Злая маленькая ножка! Как я ее подлечил! Он достал из кафтана блеснувший широкий нож, искрив¬ ленный в виде серпа. Гарри Диксон снял свой ботинок. И в то же мгновение Эфра покатился по земле с раздробленным запястьем правой руки. — Раз, два, три! — сказал сыщик. Что означало внезапную смерть двух гигантов-негров. Тя¬ желые пули в стальной оболочке разнесли в куски их черепа. — Не двигайтесь, Жоржетта и вы, Баджи, или я вас пре¬ вращу в мясные туши! — взревел Диксон, беря их на прицел. Баджи с рыданиями повалилась на землю. Жоржетта Кю- велье стала белее мела. — Ко мне! — крикнула она. — Все ко мне! — А вот и мы! Гарри Диксон зло рассмеялся. Несколько десятков полицейских во главе с Гудфельдом и Томом Уиллсом с револьверами в руках выскочили из-за экзотических зарослей. Жоржетта впервые в жизни ощутила холод стальных наручников на своих запястьях и снова — 97
необъяснимая вещь — странная печаль прокралась в сердце сыщика. — Не причинять ей боли! — приказал он людям, которые уводили ее. Перед ним вдруг возникло испуганное детское личико, залитое слезами, а в поднятых на него глазах пронеслось ка¬ кое-то неясное чувство благодарности... Когда полицейский автомобиль увез со всеми возможны¬ ми предосторожностями трех бывших пленниц в ближайшую клинику, Гарри Диксон повернулся к Бакстеру Льюисхэму, который, не обращая ни на что и ни на кого внимания, пытал¬ ся привести свою одежду в порядок. И жадно курил сигарету, которую дал ему Гудфельд. Вдруг Льюисхэм нагнулся и поднял с земли темный пред¬ мет, перчатку палача. — Хотелось бы пожать руку моему другу Эфраиму прежде, чем расстаться с ним. Эфраим, которого подняли с земли сильным пинком, на¬ чал кричать: — Я — старый человек! Пожалейте! — Хороший массаж вернет тебе молодость, Эфра, — тихо пробормотал Льюисхэм, — вернее, обзавестись новой кожей, поскольку я сдеру старую, она слишком противная и смор¬ щенная! — Она не восстановится до того, как его повесят! — по¬ шутил Том Уиллс. Гудфельд и полицейские еле сдержали смех. — Давайте, Бакстер! — сказал Гарри Диксон. — Закон глаз за глаз, око за око всегда мне нравился. — Снимите с него кафтан, — приказал Бакстер полицей¬ ским. — Спасибо, так будет удобно. Я немножко ослабел, но думаю... у меня получится. Да, у него хорошо получилось! Адская перчатка букваль¬ но сняла желтую кожу со спины Эфра, который выл, слов¬ но смертельно раненный волк. Когда и грудь превратилась в кровавую рану, по краям которой свисали лоскутья кожи, Бакстер быстрым движением провел перчаткой по лицу па¬ лача. Тот рухнул без сознания. 98
— В тюремный медпункт! — сказал Диксон. — Надо, что¬ бы он продержался три недели и смог, в свою очередь, взойти на эшафот... Теплое и гибкое существо потерлось о его ноги. — Старина Тигрис! — радостно произнес сыщик, по¬ трепав собаку по холке. — А что вы делаете у прежних хо¬ зяев? — Вся честь нашего быстрого прибытия принадлежит ему, учитель, — засмеялся Том Уиллс. — Когда этот дохляк Ками- ло предупредил нас, а сделал он это достаточно быстро, взяв такси, мы пустили Тигриса по вашему следу. Он ни секунды не колебался, этот песик! — В путь! — приказал сыщик, оставив бригаду полицей¬ ских для охраны нового убежища бандитов, очищенного от всех его постояльцев. — Секундочку, — взмолился Бакстер Льюисхэм, обер¬ нувшись к своей клетке. — Я не могу забыть здесь свои цел¬ лулоидные манжеты. — Да, хорошая шутка! — расхохотался Гудфельд. — Очень хорошая, — со всей серьезностью подтвердил Льюисхэм, — поскольку между двумя слоями целлулоида хранится некая бумаженция, которая доставила бы радость всем тем, кого вы здесь взяли. — Дьявол! — воскликнул Гарри Диксон. — Это правда? — Суровые условия моего содержания здесь помогли мне ее расшифровать, — сказал Бакстер. — Нет ничего лучше полной изоляции и тюремной камеры, чтобы открыть врата сообразительности и ума. — Вечная история, —- заявил Бакстер Льюисхэм в ка¬ бинете премьер-министра Дембриджа. — Подготовка под¬ водной базы в отдаленном уголке нашей страны. От какой дружественной страны поступил проект? Сказать точно не могу. Германия? СССР? Нет. Я скорее думаю об обширной частной организации, которая в последний момент начнет 99
переговоры с той державой, которая будет готова заплатить наивысшую цену. — А где должна располагаться база? — спросил Гарри Диксон. Бакстер пожал плечами. — Эта часть проекта пока неизвестна. — Документ упоминает о нем? — задал вопрос министр. — Более или менее. Мне надо еще кое-какое время для уточ¬ нения. Но мы выиграли время, захватив эту банду бандитов. Вот почему суд над Жоржеттой Кювелье был отложен на неопределенный срок. Только процесс Эфраима Луксор Бея был проведен с надлежащей помпой. На нем и на его сообщ¬ нице Баджи висело такое количество преступлений, что прак¬ тически незамедлительно был вынесен смертный приговор. Заодно было арестовано двенадцать сообщников мад¬ муазель Кювелье, но отдать их под суд в Англии было за¬ труднительно. Об их судьбе позаботились другие страны. Выяснилось, что все они находятся в розыске за кровавые преступления во Франции и, в основном, в Америке. Гильо¬ тина и электрический стул недолго оставались в бездействии. Надо отметить, что во время суда над палачом имя Жор- жетты Кювелье ни разу не прозвучало по высоким государ¬ ственным соображениям. Эфра и Баджи умерли в Ньюгейте, взойдя на эшафот с ча¬ совым интервалом. Персиянка попросила в качестве послед¬ ней милости пойти на смерть последней, чтобы увидеть труп своего хозяина. Эфра шел на смерть, как последний трус, умоляя присутствующих его помиловать. Его буквально под¬ тащили к виселице. Когда Баджи оказалась перед жалкими останками бывшего хозяина, она ударила в лицо трупа своей деревянной ногой и разразилась диким смехом. — Почему ему сначала не выкололи глаза! — крикнула она. — Повесили! Нет, его следовало посадить на кол! Гарри Диксону разрешили посетить Жоржетту Кювелье в ее камере. Она встретила его, как старого приятеля, болта¬ ла о книгах и тряпках, но упрямо отказывалась сказать хоть слово о своем прошлом. юо
— Час еще не настал! — заявила она. — Для меня еще не все потеряно. — У вас еще есть сомнения по поводу своей участи, бед¬ няжка? — спросил Гарри Диксон. — Вовсе нет. Но меня не повесят, вот так! Он принес ей книги и сладости, добился для нее не очень сурового режима содержания. Она с какой-то наивностью поблагодарила его. У него возникла мысль показать ее са¬ мым лучшим психиатрам, надеясь избавить от казни, навеч¬ но заперев в психиатрической лечебнице. Но наука вынесла категоричное суждение: — Ни намека на сумасшествие! Умна! Полностью отвечает за свои поступки! Все это длилось до ужасной ночи в тюрьме Ньюгейт, собы¬ тия которой занесены в анналы пенитенциарного заведения. * * * Главный надзиратель завершил последний обход, когда окончательно запираются все камеры. Ночной надзиратель занял свое место в центре тюрьмы, начиная свою вахту. Про¬ звучал звонок выключения света. Длинные мрачные коридо¬ ры теперь освещались только редкими лампами. Трое надзи¬ рателей сменяли друг друга во время обхода в каждом крыле здания. Через каждые два часа они открывали окошечки камер и освещали ее мощными электрическими фонарями. Около полуночи надзиратель Гордон из крыла В нашел своего коллегу и попросил у него огонька, чтобы раскурить трубку. Надзирателям разрешалось ночью курить. Оба удиви¬ лись, что на посту отсутствует их третий коллега Слайкс. Но будучи хорошими приятелями, решили ничего не сообщать главному надзирателю. Они немного поговорили и разошлись по своим постам. Час спустя главный надзиратель удивился, что не видит света их фонарей в крыле В. Регламент запре¬ щает покидать свой пост. В случае тревоги он может только позвать на помощь надзирателей из другого крыла. Он позво¬ нил надзирателям крыла А. И не получил никакого ответа. «Быть может, звонок не работает», — подумал он. И по¬ звонил в крыло С, но на этот раз воспользовался телефоном. 101
На его призыв никто не ответил. Охваченный паникой, он позвонил в два остальных крыла. Никакого ответа. Полная тишина! «Я схожу с ума!» — решил он. Звонок директору тюрьмы вещь достаточно серьезная, и Белле, главный надзиратель, не сразу решился это сделать. Но поскольку и теперь все его звонки остались без ответа, он воспользовался телефоном прямой связи с апартаментами ди¬ ректора. Услышал, что на другом конце провода сняли трубку. — Господин директор... — начал Белле. В ответ он услышал сатанический хохот, и связь внезапно оборвалась. Один! Белле ощущал, что близок к безумию. Но собравшись с си¬ лами, мужественно отправился в крыло А. То, что он увидел, окончательно лишило его разума. Он начал кричать, смеять¬ ся, петь, потом потерял сознание. Когда утром появилась смена дневных надзирателей, что¬ бы сменить своих коллег, они обнаружили на центральном посту полуобнаженного человека, который пугливо жался к стенам. Они с трудом узнали в этом существе, утерявшем разум, крепкого и спокойного главного надзирателя Беллса. В крыле В трое надзирателей были повешены на железной балюстраде верхней галереи. В крыле А надзиратели были оглушены ударами дубинок. Они скончались в течение дня, так и не придя в сознание. К счастью, надзиратели других крыльев избежали таинственной смерти. Их обнаружили спящими в пустых камерах. Проснувшись, они заявили, что ничего не помнят. Правда, двое припомнили, что их сзади схватили высокие люди в огромных белых капюшонах и при¬ жали им к лицу влажные тряпки. Их рассказ был подтвержден заместителем директора. Ближе к полуночи он был разбужен необычным шумом и с ужасом увидел двух громадных белых призраков, стоящих у его кровати. Больше он ничего не по¬ мнил, кроме долгого падения в темную бездну. Так подтвердилась легенда о призрачных палачах тюрьмы Ньюгейт. Расследование показало, что накануне в тюрьму был посажен взбунтовавшийся экипаж греческого парохода, 102
стоящего на якоре в Лоуэр Пул. Все заключенные исчезли из своих камер. Все камеры были открыты. Исчезли без всяко¬ го следа и пятнадцать заключенных, обвиняемых в тяжких преступлениях. Пустой оказалась и камера Жоржетты Кювелье. ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО БАКСТЕРА ЛЬЮИСХЭМА Бакстер Льюисхэм не вернулся в свое спокойное жилище на Уорнер-стрит. Он расстался с бравыми супругами Майе и исчез в неизвестном направлении. Неизвестном? Да, но не для всех. Он нашел прибежище в чердачных помещениях Скотленд-Ярда, где переоборудовали одну из мансард, сде¬ лав ее по возможности уютной. Он поклялся не покидать ее и вновь обрести теплую атмосферу таверн Клеркенуэлла только после раскрытия тайны шифрованного документа. — Мое мнение, что тогда мы узнаем о последнем убежище зверя, — говорил он Диксону, рисуя диаграммы, которые немедленно стирал небрежным движением руки. Великий сыщик помогал ему в меру своих сил, но без ви¬ димых результатов. Увы! Хотя он был занят лихорадочной деятельностью, ему казалось, что он погряз в полном безделье из-за отсутствия успехов в расшифровке. Движимый смутным ощущением, сыщик иногда возвращался в камеру Жоржет¬ ты Кювелье, откуда она таинственным образом исчезла. Он добился от дирекции тюрьмы, чтобы туда не сажали других заключенных. Он целые часы просиживал в узком закутке, истинной белой могиле, где Жоржетта Кювелье провела пер¬ вые часы заключения. Покрытые известью стены, жесткая железная койка с матрасом, набитым водорослями, Библия на полке и окошечко со стальными решетками и матовыми стек¬ лами могли открыть ему секреты сбежавшей преступницы. Однажды, когда угрюмые сумерки начали сгущать тени в камере, он принялся листать книги, оставленные беглянкой. Большинство из них принес ей он сам. — Смотри-ка, — сказал он, — это пошлое чтиво принес ей не я! юз
Это был один из дешевых шестипенсовых романов, ко- торые массово распространялись среди широкой публики. Том, который попал сюда новым и даже с неразрезанными тюремными надзирателями страницами, выглядел так, словно его постоянно читали и перечитывали, так его страницы были измяты и замызганы. «Любопытно, как молодая женщина, вроде нее, могла заинтересоваться такой глупой историей, написанной от¬ вратительным языком?» — спросил себя сыщик. Он унес книгу с собой и внимательно прочел ее. Это была история любви и приключений, построенная на схожих сюжетах тысяч романов подобного толка. Он набрался терпения и прочел книжонку до последней страницы, признавшись себе, что зря потерял время. Бакстер Льюисхэм, живя в Ярде, бился над криптограм¬ мой, бодрствовал долгими ночами, но ничего не мог най¬ ти. Диксон случайно проговорился ему о найденной книге. Бакстер Льюисхэм поднял на него усталые глаза, но в них вспыхнул огонек неподдельного интереса. — Не одолжите ли мне сие произведение, мистер Диксон? — Охотно. Я колебался, стоит ли упоминать о ней, вы ведь давно переутомились. Но, если чутье, которым меня наделя¬ ют, действительно есть, мне кажется, книга что-то скрывает. Бакстер Льюисхэм получил роман. Две недели прошло без каких-либо новостей. А пока полиция получала донесения изо всех уголков. И все они походили одно на другое, как капли воды: ниче¬ го не обнаружено по поводу беглецов из тюрьмы Ньюгейт и странных призрачных палачей. Но в конце второй недели романа, чтение которого, похо¬ же, не на шутку увлекло Жоржетту Кювелье, Гарри Диксон получил весточку от Бакстера Льюисхэма. Вы были правы! Сегодня жду вас вечером вместе с лор¬ дом Кембриджем. Часы, которые предшествовали этой встрече, самой па¬ мятной из всех, были наполнены эмоциями для Гарри Дик¬ сона. Он получил записку в девять часов утра. Пока часы не 104
отбили полдень, сыщик обратил внимание, что к нему лю¬ быми способами пытались пробраться в дом. Сначала это был разносчик, пойманный на лестнице, который уверял, что ошибся адресом. Потом лже-почтальон, который успел смыться до того, как миссис Кроун попыталась вышвыр¬ нуть его за дверь. Около двух часов пополудни был аресто¬ ван укладчик черепицы, когда он пробрался в мансарду дома сыщика. Его допросили, но, встретив упрямый отказ что-либо говорить, отвезли в полицейский участок. Однако он сумел усыпить бдительность охранников, выпрыгнув в открытое окно. Квартал обыскали, но его следов не нашли. Уже наступал вечер, как вдруг в комнате Диксона погас свет, но не настолько быстро, чтобы он не успел заметить тень, мелькнувшую перед окном. Сыщик был начеку и вы¬ стрелил в направлении тени. Послышался глухой удар о мо¬ стовую, потом раздались крики ужаса от прибежавших людей. На мостовой, скрестив руки, лежал негр. Он был слегка ранен пулей Диксона, но при падении разбился насмерть. Том Уиллс не знал, что делать, и удивлялся невероятному спокойствию и хладнокровию своего учителя. — Что с нами происходит? — спросил он. — Похоже на настоящее наступление по всем правилам военного искус¬ ства. — Лучше не скажешь, мой дорогой, — ответил сыщик. — И все это из-за записки, которую утром прислал Бакстер Льюисхэм. Гарри Диксон проверил тяжелые шторы на окнах, ка¬ кое-то время подслушивал у двери на лестницу, потом достал из ящика стола синий пакет. Но перед тем как открыть ящик, застыл в недоумении. — Том, вы открывали этот ящик? — Я? Нет, учитель! Гарри Диксон потер лоб. — Хм, кто-то пробрался сюда, обыскал ящик и прочел письмо Бакстера. — Откуда вы знаете, учитель? Все лежит на своих местах. — А метки, Том? Вы прекрасно знаете — ворсинки перь¬ ев, волоски, ниточки, которые я в определенном порядке Ю5
раскладываю в некоторых ящиках. Исчезновение их имеет огромное значение. — Значит, метки в ящике исчезли. Когда? — С момента смерти негра, это само собой разумеется, потому что он хотел похитить или, по крайней мере, прочесть записку. — Но с этого момента прошло всего полчаса! — Из этих тридцати минут мы провели на улице четверть часа, Том. Это позволило таинственному незнакомцу про¬ никнуть в комнату и найти то, что он хотел. — Кто же это? — в отчаянии вскричал разъяренный Том. — Дьявольски ловкая персона, у которой лишь один по¬ рок: невероятная любовь к неким духам на основе янтаря, который долго висит в воздухе после ее ухода. — Как! Жоржетта Кювелье побывала здесь, пока мы от¬ сутствовали? — Никто, кроме нее, мой мальчик! Когда она увидела, что ее посланцы провалились, она рискнула собой и, конечно, ей сопутствовал успех. — Проклятая сучка! И что все это значит? — Думаю, надо организовать строгую охрану Бакстера Льюисхэма, если не хотим, чтобы с ним случилось несча¬ стье, — голос сыщика был необычайно серьезен. Было пора отправляться в Скотленд-Ярд. Диксон выгля¬ дел озабоченным. Такое случалось в редкие моменты непо¬ нимания происходящего. Прибыв в Ярд, он узнал, что лорд Дембридж не может приехать, но послал вместо себя одного из своих секретарей. Недовольный Гарри Диксон позвонил на квартиру лор¬ да Дембриджа. К аппарату подошел сам премьер-министр и сразу извинился. — Дорогой Диксон. Не могу. Я принимаю очень важных гостей. У меня переговоры сегодня вечером, а потому я не приеду. Не могу уделить вам даже полчаса, чтобы просто при¬ ехать в Ярд. Но я пошлю вам Макферсона. Гарри Диксон нехотя согласился. Беспокойное чувство не покидало его. юб
Бакстер Льюисхэм жил в чердачных помещениях Скот¬ ленд-Ярда. Он жил как бы в сердце крепости. На каждой десятой ступени стоял заслуживающий доверия вооружен¬ ный полицейский. Ночью, каждые четверть часа проходил наряд офицеров, дававший строжайшие указания часовым. На крыше дежурили элитные снайперы, вооруженные ав¬ томатами. Жизнь Бакстера Льюисхэма была очень ценна для страны! Когда Гарри Диксон и Том Уиллс собирались подняться по лестнице, ведущей в апартаменты Льюисхэма, к ним об¬ ратился сержант. — Прибыл мистер Макферсон, секретарь Дембриджа, — сообщил он. Посланец премьер-министра поклонился. Это был тощий парень с желтоватой и болезненной кожей лица. За стеклами мигали близорукие глаза. Гарри Диксон узнал его и пожал ему руку. В глубине души он не испытывал особого удовлетво¬ рения от замены, присланной лордом Дембриджем. Парень происходил из превосходной семьи, имел хорошее образова¬ ние, но славился ограниченным умом и мелочным юмором. — Боже, сколько сил мобилизовано, мистер Диксон! — угрюмо начал Макферсон, увидев стоящих в охране полицей¬ ских. — Надеюсь, опасности нет! Я не очень воинственный человек! Гарри Диксон с неприкрытым презрением окинул взгля¬ дом хилого секретаря. — Его Превосходительство лорд Дембридж не очень рас¬ положен посылать трусов, которые его представляют, — с едва заметной горечью сказал он. Макферсон сделал вид, что не заметил желчи в его словах, и пожал плечами. Через несколько минут Бакстер Льюисхэм сам впустил визитеров в свое импровизированное подпольное жилище. Он был бледен, но глаза его радостно блестели. — Ах, мистер Диксон, — сказал он, когда все четверо усе¬ лись вокруг круглого стола, заваленного бумагами и эпюра¬ ми, — как я вам признателен, не говоря уж о признательности страны! Благодаря вам можно взять некую банду, вернее тех, кто еще в ней остался в их последнем убежище. 107
— Значит, книга в чем-то помогла вам? — спросил Гарри Диксон. — В чем-то, сказали вы? — воскликнул Бакстер Льюис- хэм. — Во всем! Она открыла передо мной новые горизон¬ ты, именно так следует сказать. После получения книги мне оставалось сделать один последний шаг. — Можно узнать? — Повторю то, что вы уже знаете. То, что я уже нашел в этой странной криптограмме: «Банда Паука» во главе с мад¬ муазель Кювелье оборудовала великолепную базу для подводных лодок на одном из безлюдных побережий Англии. Вам это уже известно. Воздушный посланец извещал о прибытии в это убе¬ жище... Бакстер подмигнул, смакуя свою победу. Гарри Диксон не сдержал нетерпения. — Хватит нас мариновать! — ...Господ Моншмейер и К0! Ни больше, ни меньше! Сыщик вскочил со своего места. — Глава огромной международной банды шпионов, кото¬ рые на равных ведут переговоры с крупнейшими державами. Неужели, Бакстер, это правда? Льюисхэм рассмеялся. — Я не привык фантазировать в своей работе, и вам это известно, мистер Диксон. Если представители некой банды прибывают, значит, она готова или почти готова заключить соглашение. Теперь вы понимаете, почему «Банда Паука» так стремилась заполучить таинственное послание! Тем бо¬ лее... — Тем более? — Это послание указывает практически точно местонахо¬ ждение этого убежища! Прекрасная возможность для облавы, мистер Диксон. — Покажите! — вскричал крайне взволнованный Диксон. — Не спешите! Признаюсь вам, что не изложил своих вы¬ водов письменно. Слишком велик риск. Нет, я храню свой великий секрет, который вскоре станет вашим, мой доро¬ гой Диксон, вот здесь! — Бакстер Льюисхэм хлопнул себя по лбу. — Разве есть лучший сейф? ю8
Гарри Диксон с восхищением глянул на него. — И все это вам помогла найти книга? Бакстер кивнул в знак согласия. — Да, мой дорогой Диксон. Теперь то, что касается вас лично. Теперь для вас не составит труда отыскать в Весто- морленде призрачного палача, который... — О, Боже! Бакстер издал неожиданный вопль боли. Он схватился за горло, словно задыхался. В его взгляде был непередаваемый ужас. — Он убил... меня... — пробормотал он. Гарри Диксон бросился вперед и поймал несчастного криптографа в момент, когда тот падал на пол. Сыщик сразу понял, что никакая помощь Бакстеру Льюисхэму не нужна. Он умер. Том Уиллс кружил по комнате, словно загнанное живот¬ ное. Макферсон дрожал, как осиновый лист. — Я... Я... не понимаю... — заикался он. Гарри Диксон склонился над трупом и осторожно отодви¬ нул руку, сжимавшую горло. Но ничего не увидел и покачал головой. — Призрачные... палачи! — простонал секретарь, пытаясь уйти. Но Диксон остановил его. — Мистер Макферсон, никто не покинет этой комнаты без моего разрешения! — сухо сказал он. — Но надо предупредить полицию! — Время для этого еще будет, — возразил сыщик. — Сей¬ час все мы, вы, мистер Макферсон, Том Уиллс и я, займем те места, которые занимали в момент убийства! — Что? — вскричал Макферсон. — Что вы такое говорите? Убийство? Это безумие! Разрыв аневризмы, инфаркт... да, но убийство? — Вы только что сказали о призрачных палачах? — сар¬ кастически напомнил ему Гарри Диксон. — Боже, кто не потеряет голову? Я не из полиции. Я ни¬ когда не был свидетелем преступления и никогда не проявлял любопытства к подобным делам. Ю9
— Значит, Судьба распорядилась иначе, мистер секретарь. А теперь будем искать! Том! — Да, учитель? — Кто из охранников на лестнице ближе всего? — ДэнЛорелл. — Сержант Лорелл. Этому человеку можно полностью доверять! Хорошо... Приоткройте дверь и спросите, было ли на лестнице какое-нибудь движение с того момента, как мы вошли в комнату. Ответ последовал через несколько секунд. — Нет! — Том, окно? — продолжил сыщик, не сходя с места. — Закрыто внутренней бронированной створкой, — со¬ общил Том, осмотрев окно. — Есть ли другие выходы? — продолжал спрашивать Дик¬ сон. Том обошел комнату, потом покачал головой. — Нет. Гарри Диксон замолчал и уставился в одну точку. — Нас трое в этой комнате, — услышал его бормотание Том. Внезапно с ужасом отступил. Сыщик грозным голосом выкрикнул: — Макферсон, не открывайте рот! Секретарь спокойно сидел на своем месте, но его губы сильно дрожали. Бах! Бах! Том Уиллс завопил и схватил учителя за руку, думая, что учитель сошел с ума. Слишком поздно! Макферсон, сидев¬ ший на противоположном конце стола, рухнул с двумя дыр¬ ками во лбу. — Что вы наделали? — всхлипнул Том. Дверь распахнулась, и в комнату ворвались полицейские, услышавшие два выстрела. — Убийца бедняги Льюисхэма убит, — холодно сообщил Гарри Диксон. Потом повернулся к застывшему сержанту Лореллу. — Возьмите мокрую тряпку и протрите лицо этой канальи! по
— Но это не Макферсон! — воскликнул полицейский, который выполнил мрачный обряд омывания мертвеца. — Настоящий Макферсон плавает теперь где-то в Тем¬ зе, — мрачно сообщил сыщик. — А теперь, Том, откройте рот этого негодяя. Тому с трудом удалось разжать зубы мертвеца. Когда это ему удалось, он извлек изо рта крохотную трубочку и протя¬ нул ее учителю. — Осторожнее, Том, — сказал Диксон, — вы передаете мне смерть!.. — Смерть... — непонимающе протянул Том. — Несомненно, это самая маленькая сарбакана в мире. Из нее послали шип, смазанный кураре, прямо в горло бедняге Бакстеру. И убийца, без всяких сомнений, собирался и нас отослать в мир иной. Я заметил, что в момент, когда Бак¬ стер произносил последние слова, лже-Макферсон кашлянул. Этот кашель позволил ему послать миниатюрную стрелу, си¬ девшую в сарбакане. Смотрите, как ловко она устроена! Она может выпускать подрад несколько стрел. Подлинный кро¬ хотный пневматический револьвер, который подонок прятал во рту. По-видимому, он долго тренировался, чтобы добиться подобных результатов! Думаю, таким способом он отправил немало жертв на тот свет. — Почему он убил Бакстера? — спросил Том Уиллс. — Придется вкратце обрисовать драму, — заявил Гарри Диксон. — Кювелье знала, что Бакстер Льюисхэм переехал жить в Скотленд-Ярд. Но проникнуть в гнездо полиции, осо¬ бенно в столь охраняемое, было, похоже, и для нее крайне трудной задачей. Она узнала, что ко мне поступило послание с сообщением об удачной расшифровке текста. Ей надо было любой ценой узнать, что было в записке. Она сообразила, что я нашел некую книгу, которую она постоянно читала и, ско¬ рее всего, забыла в камере в момент бегства. Но она еще со¬ мневалась в успехе Бакстера. Решил ли он загадку воздушного письма? Вопрос, от которого зависела ее непосредственная безопасность. Дембридж не мог ответить на послание Лью- исхэма и послал вместо себя своего секретаря Макферсона. Макферсон, близорукий человек с невыразительным лицом, in
окрашенным избытком желчи, был идеальным типом для хорошего актера. Секретаря завлекли в ловушку, а его место занял эмиссар ужасающей Кювелье. Он должен был быть до¬ веренным лицом этой ведьмы и человеком настолько ловким, что мог сразу без всяких репетиций сыграть нужную роль. Кстати, он отлично справился с задачей и обманул нас своим идеальным сходством. Как только бандит понял, что Бакстер нашел разгадку и откроет тайну через несколько секунд, он перестал колебаться. Он убил Льюисхэма, уверенный, что у него будет время безнаказанно уйти и скрыться. — Но его можно было арестовать, а не убивать, — сказал Том. — Нет! Прежде всего, в опасности были наши жизни! Сар- бакана была готова вступить в действие. Негодяй готовился кашлянуть. К тому же, я не хотел, чтобы Кювелье узнала о последних словах, произнесенных Бакстером. Эти слова, надеюсь, помогут мне победить раз и навсегда эту коварную скотину. Останься бандит жив, он даже из заключения мог передать послание нашим врагам. — Как вы поступите, мистер Диксон? — спросил сержант Лорелл. — Лже-Макферсон позволит мне разыграть небольшую комедию, хотя довольно зловещую. Пошли! С помощью своей коробки с гримом Диксон восстановил лицо Макферсона, потом загримировал себя, став похожим на мертвеца, прошептал на ухо Тома какое-то распоряжение. Труп Макферсона вынесли. Вслед за полицейскими с трупом шел Том Уиллс. А еще через полчаса автомобиль, который привез секретаря премьер-министра, выехал из Скотленд-Яр¬ да и двинулся вверх по течению Темзы. Окрестности затянул небольшой туман. Видимость стала хуже. Через несколько минут из тени появился автомобиль, собираясь начать слежку за министерским автомобилем. Ему это удалось, хотя не без трудностей. Он двигался, сохраняя определенную дистанцию. Когда оба автомобиля оказались на пустынном берегу, пас¬ сажиры второго автомобиля увидели издали тощую фигуру Макферсона, бредущего по берегу. Автомобиль Дембриджа тронулся с места и исчез в тумане. Внезапно раздалось два вы¬ 112
стрела, и человек покатился вниз по откосу на дорожку бече¬ вой тяги. Из автомобиля выскочили двое мужчин и бросились к упавшему человеку. Увидев труп с двумя огнестрельными ранениями во лбу, они вскричали от ярости. — Не повезло! Они его прикончили! Бродяги с набереж¬ ной. Что ему здесь было надо? — Скорее всего, он дожидался нас. Нам отдали приказ только следить за ним. — А хозяйка! Что она скажет? ...Ночные речи, а кто знает их содержание, кроме Жоржет- ты Кювелье, которая едва сдержит ярость от новой неудачи. Так считал Гарри Диксон. Выбравшись из укрытия, он избавился от грубого грима, делавшего его похожим на Макферсона, и спокойно вернулся на Бейкер-стрит. На следующий день они с Томом Уиллсом отправились в Дувр и с удовлетворением отметили, что их сопровождали два индивида, одетые, как филеры. В Дувре сыщики облачились в форму береговой охраны и вновь с удо¬ влетворением отметили, что слежка продолжается. Их узнали, несмотря на переодевание и грим. Правда, к вечеру следящие за ними люди потеряли сыщиков из виду и целую ночь искали их. Утром они заметили двух охранников, одного высокого и худого, а второго помоложе и порезвее. Оба внимательно следили за морем. Они решили, что нашли тех, кого потеря¬ ли накануне, и удовлетворились этим. Они не подозревали, что это были сержанты Пинч и Берд из Скотленд-Ярда, но филеры теперь не упускали их из виду, считая, что следят за Гарри Диксоном и Томом Уиллсом. Что касается обоих сыщиков, то они вместе с Тигрисом уже с вечера направлялись в Вестморленд, северную и без¬ людную местность Англии. Вестморленд самый пустынный регион на севере Англии. Нескончаемая цепь невозделанных земель и пустошей, пе¬ ресеченных оврагами, небольшими болотами и скалистыми
холмами. По пустынным долинам несутся ревущие потоки. Сюда изредка добираются рыбаки из отдаленных городов, чтобы половить семгу и форель. Два спортсмена арендовали лачугу, принадлежащую вла¬ дельцу постоялого двора в поселке, затерянном у подножия гор. Вооружившись длинными удочками, они целыми днями бродили от речки к речке, которые кишели рыбой. С ними была собака, но никто не подозревал о ее существовании, поскольку животное никогда не покидало уединенного до¬ мика. По вечерам два джентльмена отправлялись в поселок, ели на постоялом дворе и беседовали с хозяином, который радовался неожиданной удаче. В один из таких памятных вечеров джентльмены заговорили о местных сказках и ле¬ гендах. Хозяин заведения сел на своего конька! Он рассказал исто¬ рию о семге-колдунье, которая хватала наживку, чтобы увлечь рыбака в бездонную пропасть. Потом поведал о человеке без головы, который запрыгивал на спину запоздалого путника, заставляя его нести до отдаленного перекрестка, где пут¬ ник умирал от истощения и ужаса. Наконец, он оговорился о призраке палача. Посетители упросили его рассказать им эту ужасающую историю, и хозяин поспешил удовлетворить их просьбу. — Она не такая длинная, — извинился он, — но очень страшная. Говорят, в прошлом веке один местный дворянин разорился и отправился в Лондон, чтобы сделать состояние. Но вел там нищенское существование и, чтобы не умереть с голоду, согласился на презренную работу палача. Он за¬ рабатывал кое-какие деньги, но деньги не приносили ему достатка, поскольку он тут же проигрывал их. Однажды он получил приказ повесить одного преступника индусского происхождения, известного на родине, как опасный колдун. Когда осужденного вели к виселице, тот сделал палачу стран¬ ное предложение. — Когда накинешь мне на шею веревку, расположи ее вот таким способом. Тогда я не умру, и мои друзья заберут мое тело, которое будет похоже на мертвеца. В обмен дам тебе возможность всегда выигрывать, когда сядешь играть. П4
— Согласен! — ответил палач. Индус укусил себя за большой палец и кровью нарисовал на руке палача некий знак. — Теперь будешь всегда выигрывать, — сказал он. Но на эшафоте палач надел петлю, как положено, и индус умер. Но заклинание продолжало действовать. С этого дня палач ни разу не проигрывал. Он выиграл огромные суммы денег. Он разорил многие казино. Бега и пари стали для него неистощимым источником дохода. Он разбогател, как Крез, и вернулся домой. Восстановил замок предков, с невероят¬ ной роскошью обставил его и начал закатывать немыслимые празднества в компании друзей по разгулу. Но однажды, ко¬ гда он дышал свежим воздухом на террасе своего богатого жилища, к нему подошел странный человек. Бывший палач с ужасом увидел, что он состоит из дыма или стекла. Сквозь его тело просвечивала луна. Хозяин замка узнал того индуса, которого обманул и повесил. — Палач, — сказал призрак, — час мести пришел. И поднял руку, сотканную из ледяного тумана. И тут же замок с громовым грохотом провалился под землю со всеми гостями, которые кутили в нем. Что касается палача-обман- щика, то он превратился в высокую каменную скалу, сохра¬ нившую форму человека в палаческом капюшоне. Иногда вечерами раздается шум адского празднества. Это проклятые гости продолжают кутить в трижды проклятом замке, прова¬ лившемся в недра земли. — Прекрасная легенда, — обмолвился один из рыбаков. Но хозяин постоялого двора недовольно покачал головой. — Это не легенда, а самая настоящая реальность. Если вы люди смелые, спуститесь по Гринстон-ривер до устья. У самого моря вы увидите скалу окаменевшего палача, «при¬ зрак палача», как ее называют, а, может, и услышите адские музыку и песни, несущиеся из-под земли! — Я хорошо бы заплатил за возможность проникнуть в этот замок дьявола! — воскликнул молодой рыбак. Хозяин постоялого двора с ужасом глянул на него. — Поговаривают, что такая возможность есть. Похоже, в самый сильный отлив в подножии каменного призрака 115
открывается большая дыра. Но я никогда не осмеливал¬ ся сходить туда! Ну уж нет! И готов дать вам совет. Будьте мудры, как я, и только слушайте эту историю, не пытаясь проверить ее! — Вы правы, — ответил второй джентльмен. — Мы при¬ ехали сюда ловить рыбу, а не дьявола. Послушайте, дружище, что я вам скажу. Мы решили основать клуб рыбаков. Я хочу пригласить из Лондона дюжину друзей, которые с удоволь¬ ствием проведут здесь свой отпуск. Как ваше мнение? — Великолепно! — радостно воскликнул хозяин постоя¬ лого двора, предвкушая солидную прибыль. Через несколько дней из Лондона приехала дюжина весе¬ лых джентльменов, вооруженных сачками, удочками и кор¬ зинами для сбора улова. Постоялый двор едва вместил всю ораву гостей. Двое первых рыбаков часто встречались с прибывшими в своей лачуге у подножия гор, и веселье там не стихало. Однажды вечером, когда все собрались, самый старший по возрасту среди рыбаков взял слово. — Сегодня исключительно сильный отлив. Том считает, что к десяти часам проход к проклятому замку откроется. — Вы верите в легенду, мистер Диксон? — Безусловно, Гудфельд. Любая легенда основывается на истинном факте. Не забывайте, что горы Вестморленда пронизаны ходами, как гигантский швейцарский сыр, если вспомнить дорогое вам выражение. С незапамятных времен эти пещеры служили укрытием для береговых пиратов и отъ¬ явленных преступников. Жоржетта Кювелье завладела этим массивом. Такой поступок как раз в ее вкусе! А мысль пре¬ вратить пещеры в убежище современных пиратов достойна ее зловещей головки! — Согласен на сегодняшний вечер! — подтвердил супер¬ интендант Скотленд-Ярда. — Думаю, мои люди после отлич¬ ного отдыха, проведенного за ловлей семги и форели, нахо¬ дятся в отличной форме для экспедиции подобного толка. Хор одобрения ответил ему. Гарри Диксон подошел к порогу и внимательно вгляделся в ночной сумрак. Вдали трижды зажегся и погас огонек. иб
— А вот и сигнал Тома, — весело произнес он. — Вход свободен! Вперед, друзья! Думаю, что пойманное нами зверье стоит всех уловов семги и форели на земле. Полицейским понадобилось около часа ходьбы по пересе¬ ченной местности и пустоши с оврагами, пока они добрались до места, где их ожидал Том Уиллс. Верный Тигрис лежал у ног своего нового хозяина. — Собака очень нервничает, — сказал он. — Думаю, пес ощущает присутствие своих прежних хозяев, а они далеко не всегда были нежны с ним. Они выбрались на небольшой пляж красного песка и по¬ дошли к группе скал, одна из которых выглядела особенно мрачно. — Призрак палача, — разъяснил Гарри Диксон. — Брр. При свете луны этот каменюка не радует. Полагаю, что имен¬ но его форма побудила Жоржетту Кювелье наряжать своих сообщников в зловещую форму палачей. Том Уиллс остановился и указал на узкую и высокую щель на одной из скал. — Вперед! — приказал сыщик и двинулся вперед, изредка включая электрический фонарь. Коридор шел с небольшим уклоном и был относительно сухим. — Наверное, здесь естественная система стока воды, — сказал Гудфельд. — Верно, — подтвердил Диксон. — В паре миль отсюда есть небольшое соленое озеро, воды которого слегка подни¬ маются с каждым приливом. Дальнейший путь по довольно просторному коридору они проделали в полной тишине. — Дьявол, — вдруг сказал Диксон, — мы попали в на¬ стоящий лабиринт! — Что делать? — всполошился Гудфельд. — Что де¬ лать? — Идти вслед за собакой, — ответил Том Уиллс. Гарри Диксон радостно кивнул. — Том прав! Чутье Тигриса — лучший проводник в любом лабиринте. и8
Тигрис колебался недолго. Он с презрением отвернулся от больших коридоров и устремился в узкую боковую щель, которую люди даже не заметили. — Слушайте! — Там гуляют! — пробурчал Гудфельд. Действительно, слышались смех и обрывки оживленных разговоров. — Сейчас я буду действовать в одиночку! — заявил Дик¬ сон. И двинулся по тщательно уложенным гладким плитам. Коридор перестал быть скальным. Он походил на при¬ вычный коридор дома. «Возвращаемся к цивилизации», — подумал он, касаясь кончиками пальцев бархатной обшивки стен. Коридор заканчивался вестибюлем, погруженным в голу¬ боватый сумрак. Но в двадцати шагах далее из-за нового зана¬ веса вырывался лучик света. Голоса стали ясно различимыми. — Ну, как, Моншмейер, вы довольны этой базой? — Поздравляю вас, — ответил низкий и чуть шепелявый голос. — Мне очень нравится ваш подземный док. Здесь с легкостью разместятся двадцать подлодок. Вы женщина гениальная! — Ну, что вы! Я только немного улучшила природу, а так¬ же то, что сделали корсары двести лет назад. Я привнесла сюда современный комфорт. — Если возникнет конфликт, то не менее трети Англии попадет под наш контроль, — усмехнулся Моншмейер. — Ваша цена вовсе не завышена. Гарри Диксон подошел к занавесу и рискнул выглянуть в комнату. Роскошь поразила его. На стенах висели полотна мастеров, пол устилали ковры с высоким ворсом, стильная мебель и множество цветов. Все было залито ярким светом. Люди в костюмах беседовали, лакеи в пунцовых ливреях с золотым шитьем разносили шербеты и освежающие на¬ питки. Гарри Диксон узнал Грегориуса Моншмейера по его ха¬ рактерным восточным чертам, а среди других гостей заметил лица, знакомые многим полициям мира: Тора-фальшивомо¬ нетчика, Холлера, убийцу нянек, которого разыскивали все П9
европейские полиции, Лоржана, главу французского пре¬ ступного мира, Манцотти, главного торговца женщинами, и многих других. Все они чувствовали себя беззаботно в замке «палача» и выглядели истинными джентльменами. Среди присут¬ ствующих были и дамы, столь же хорошо известные сыщи¬ ку. В основном, они были шпионками и работали в банде Моншмейера. — Надо выпить за наш союз! — воскликнул Моншмейер, поднимая бокал с шампанским. Гарри Диксон едва слышал его слова. Он смотрел прямо перед собой. И видел только Жоржетту Кювелье. На ней было воздушное длинное вечернее платье ослепительно белого цвета. Девушка выглядела очаровательно. Ничто не выдавало в ее гордой осанке дамы благородного про¬ исхождения ужасающую авантюристку. Но Диксон и это едва различал. Конечно, он находился в тени, защищенный тяжелым и толстым занавесом, и бросил лишь короткий взгляд в щель ткани, но ощутил, что Жоржетта Кювелье наблюдает за ним! В ее глазах вспыхнул странный желтый огонек, который Гарри Диксон хорошо знал, и ощутил ка¬ кое-то недомогание. Она медленно подняла руку каким-то равнодушным жестом, словно хотела стереть пылинку в уголке глаза, и спокойным, слегка печальным голосом, произнесла три слова: — Прощай Гарри Диксон! Раздался выстрел. Попала ли пуля в сыщика? Ведь выстрел был произведен отнюдь не дрогнувшей рукой. Нет! В мо¬ мент, когда Жоржетта поднимала руку, мимо ног сыщика скользнула тень и ворвалась в салон. Черная тень бросилась на авантюристку и сбила прицел. Гарри Диксона спас Тигрис. Моншмейер яростно замахнулся на пса, но тут же его кисть была разодрана мощными зубами. Через несколько секунд Том Уиллс, Гудфельд и агенты Скотленд-Ярда захватили помещение. Члены двух банд не успели организовать сопротивление. Все они были закованы в наручники. — Попались! — сказала Жоржетта Кювелье. 120
Диксон не осмеливался глянуть на нее и вовсе не ощущал радости триумфа. — Какая добыча! — ликовал Гудфельд — Такого велико¬ лепного финала не увидишь на Друри-лейн! Но сыщик не ответил. — Снимите с нее наручники и оставьте нас наедине. Гарри Диксон отдал приказ полицейскому, стоящему ря¬ дом с Жоржеттой Кювелье. Агент повиновался и удалился. Молодая женщина подняла глаза на Диксона. — Вы оказались сильнее, — тихо сказала она. В ее голосе не ощущалось никакой злобы. — Не хотите мне что-нибудь сказать, Жоржетта? Она заметила почти привычную нежность, с которой он задал вопрос, и слегка покраснела. — Быть может, — тихо сказала она. Потом уставилась на Гарри Диксона. — Посмотрите на меня внимательно... Я вам никого не напоминаю? Однако мне говорили, что мои глаза... — Ваши глаза! Гарри Диксон выкрикнул эти слова с дикой яростью. Да, из глубины прошлого что-то поднялось на поверхность па¬ мяти... ужасный призрак. Теперь ему казалось, что он узнал этот взгляд. — Возможно ли... — пробормотал он тихим затухающим голосом. — Я его дочь! — Дочь профессора Флакса! — с дрожью произнес Дик¬ сон. Он вспомнил кровавую эпопею своей беспощадной борь¬ бы против бесчеловечного чудовища, каким был Том Флакс, преступный гений. Он вспомнил отчаянное преследование преступника по пустыням и океанам, когда долгие годы назад шел по следу ужасного убийцы. Он вспомнил его смерть — преступник был убит в заброшенной шахте одного угольного района Англии. Все это он вновь пережил в несколько ми¬ нут и увидел Жоржетту, как призрак, восставший из могилы. Флакс вернулся, чтобы вновь умереть. 121
— Я была совсем маленькой, когда погиб мой отец, — сказала Жоржетта. — Хотя он никогда не был нежен со мною, он позаботился о моем будущем. И поручил мне важную мис¬ сию — победить вас! — Вы были близки к этому, — признался Диксон. — Будь я мужчиной, я бы победила, — тихо сказала она. — Почему? Она глянула прямо ему в глаза. — Вы не догадались, Гарри? — Догадался! Диксон произнес это слово глухим голосом и смертельно побледнел. — Я признательна Тигрису, что он помешал мне убить мужчину, который был моим смертельным врагом и... кото¬ рого я любила. — Прощай, Жоржетта! — Поцелуйте меня, Гарри, — тихо попросила она. Он нежно поцеловал ее в лоб. Она заметила, что он оставил на столе револьвер, из кото¬ рого стреляла в него. И улыбнулась. Ее не повесят. Дойдя до двери, Диксон обернулся. Он за несколько минут постарел. — Жоржетта, если... ты захочешь помолиться... Она заметила, что он обратился к ней на «ты», и ощутила счастье. — Я постараюсь, дорогой друг, — очень тихим голосом ответила она. — Я вам обещаю. * * * Около одной из речушек Вестморленда есть маленькая загородка, сложенная из камней. За ней ухаживает специ¬ ально нанятый сторож, поскольку за загородкой находится небольшой сад. Посреди сада высится надгробие из белых камней. На нем нет имени. Дважды или трижды в год высокий джентльмен с суровым лицом приезжает сюда. Он возлагает цветы, опускается на колени и долго молится. Когда он, не оборачиваясь, уходит, плечи его сутулятся, словно на них лежит тяжкий невидимый груз.
УЧЕНЫЙ-НЕВИДИМКА LE SAVANT INVISIBLE
НОЧНОЙ СЮРПРИЗ ерхние окна Лендбтон-Кастла неярко светились в осенней ночи красноватым цветом. Остальные окна и крохотные окошечки кухонь почти не све¬ тились, за стеклами виднелись только всполохи от очагов, где пылали сухие дрова и охапки можжевельника, над которыми на вертелах жарилась разнообразная пернатая и прочая дичь. Так в радостном возбуждении заканчивался день охоты, на которую сэр Херберт Лендбтон пригласил лондонских друзей. Картина была воистину королевской: кролики, бекасы, фазаны, перепела, несколько упитанных серых гусей, четы¬ ре косули и даже один кабан, старый толстокожий холостяк с крепким черепом и опасными клыками. Охотники — их было пятеро — почти не пользовались за¬ гонщиками. Охота для них была, скорее, спортом. Ожидая ужина, который обещал быть столь же вкусным, сколь и обильным, сэр Херберт Лендбтон угощал коктейлями гостей, разместившихся в приятном обеденном зале, отделан¬ ном дубовыми панелями и освещенном многочисленными высокими розовыми свечами. Наконец, дверь распахнулась, и на пороге появился по¬ чтенного вида мажордом. Он поклонился и сказал: 125
— Ваше Сиятельство, стол накрыт! Все перешли в соседнюю гостиную, где стоял великолеп¬ но сервированный стол, сверкавший хрусталем и серебром в свете трех люстр. Гости полакомились французскими закусками, потом перешли к крохотным устричным паштетам, тарталетками с икрой и нежнейшей семгой. Затем пришел черед пиршества. — Да здравствует жаркое при свечах наших предков! — весело воскликнул сэр Херберт Лендбтон, бонвиван со здо¬ ровым цветом и радостным выражением лица. Появилось жаркое: на громадном серебряном блюде, ко¬ торое с трудом несли два слуги, тройной ряд рябчиков окру¬ жал стену из разрубленных пополам перепелов, полностью зажаренных фазанов. Позади этой стены высился коричне¬ вый донжон из бедер косуль. И все это сооружение истекало ароматным золотистым соком. — Лендбтон, вы пригласили целый эскадрон конногвар¬ дейцев? — пошутил один из гостей. — Кроме вас четверых, друзья мои, я пригласил всего одного человека, но он не явился, — ответил сэр Херберт. — Этому человеку придется кусать пальцы, поскольку он не сможет их облизывать! — И кто этот бедняга? — Мой сосед. — У него несварение желудка или он вегетарианец? — К сожалению, не могу ничего рассказать о нем ничего путного, — со смехом ответил сэр Херберт, — по той причине, что я его никогда не видел. Гости глянули на него с удивлением, полагая, что он шу¬ тит. Было известно, что сэр Лендбтон никогда не приглашал к столу незнакомых людей. Хозяин дома заметил их удивление и удовлетворенно усмехнулся. — Этот сосед, — наконец объяснил он, — живет в замке- крепости, который виден вдалеке с высоты бельведера. Если я говорю замок-крепость, то вовсе не преувеличиваю. Чистер- Манор окружен стенами с донжонами и башнями, достойны¬ 126
ми самых мощных замков Средневековья. Мой сосед живет в своем замке в мире и спокойствии и много работает. Даже мое приглашение не смогло оторвать его от трудов. У него очень мало слуг, всего трое, что, по моему мнению, явно недостаточно для столь устрашающего жилища. Несо¬ мненно, он обходится без садовника, поскольку огромный парк при замке полностью заброшен и превратился в на¬ стоящие джунгли. Я получил через посредство одного из слуг разрешение охотиться в парке. Сегодня мы даже проходили по части его земель. Конечно, немного для близкого знаком¬ ства, но я послал ему приглашение, зная заранее, что он не откликнется на него. Слова, что я никогда не видел его, немного преувеличены, поскольку, сидя в засаде во время охоты на бекаса, я замечал в верхнем окне восточной башни, где он работает, свет и его силуэт. Не очень-то красивая тень... тень дьявольского козла и та приятнее: сухой профиль, крючковатый нос и подбородок, заканчивающийся острой бородкой. Я всегда ношу с собой цейсовский бинокль и смог его рассмотреть. Что касается трех его слуг, то они выезжают в деревню за провизией на древней коляске, запряженной двумя лошадьми. Вот и все, что я могу вам сообщить. — Его имя? Вы, похоже, делаете из него тайну? — Вовсе нет, но я оставил его на закуску, поскольку у него удивительное имя. — Хватит! Не мучайте нас... имя, имя! — хором восклик¬ нули гости. — Уступаю вашему растущему любопытству. Его зовут Перси Краксли! Четверо гостей воскликнули: — Перси Краксли, великий изобретатель! Перси Краксли, всемирная знаменитость. Все его изобретения запатентованы во всех странах и приносят ему ежегодно громадные деньги. Сидящий в конце стола высокий худой джентльмен с тща¬ тельно выбритым лицом, который искусно разделывал кры¬ лышко рябчика, отложил вилку. 127
— Вы правы, сэр Херберт, — спокойно сказал он, — ни¬ кто в мире не может похвастаться, что хоть однажды видел Перси Краксли. — Даже Гарри Диксон? — с хитринкой спросил хозяин дома. — Даже я, сэр, — с улыбкой ответил сыщик. — Однако у меня есть причины увидеть его. — Расскажите нам! — умоляюще произнес хозяин. — Вы должны нам поведать полицейскую историю. Несомненно, великий изобретатель прожженный преступник? Гарри Диксон расхохотался. — Ну что вы! Если я хочу его увидеть, то только потому, что получил приказ от секретных служб обеспечить охрану этому великому человеку. — И чего же вы ждете, а не отправляетесь к нему с ви¬ зитом? — Не спешите, не спешите! Перси Краксли имеет очень сильных покровителей на Даунинг-стрит. Правительство заинтересовано в его работах, которые имеют отношение к национальной обороне. Поэтому его капризы суть закон, и я не имею никакого права и даже приказания вламываться в его дверь. Сэр Херберт Лендбтон бросил на сыщика проницательный взгляд. — Дьявол вас побери, Диксон, будь мои мозги не столь ограниченными, я бы счел, что вы здесь только потому, что Перси Краксли мой сосед. Сыщик вновь рассмеялся. — Не буду скрывать, сэр Херберт, но это именно так. — Приглашать таких людей по рекомендации Парламен¬ та, чтобы они прибывали к вам ради «работы»? — с комиче¬ ским ужасом воскликнул он. Все, в том числе и Гарри Диксон, согласно кивнули. — Чтобы заслужить прощение, господин полицейский, — сказал сэр Херберт, — вам придется покаяться и сообщить нам то, что знаете об этом Перси Краксли, столь опасном соседе с таинственным лицом. Сыщик согласился рассказать. 128
— По правде говоря, господа, много я вам не сообщу. Перси Краксли, похоже, американец. Он выполнил важ¬ ные работы по баллистике, удушающим газам, смертель¬ ным излучениям, действующим на большом расстоянии, и массу других вещей, которые могут защитить людей во время войны. Это еще не все, у него много практических изобретений, которые используются во всем мире, откуда у него столь боль¬ шое состояние. Краксли приехал в Англию по приглашению правитель¬ ства, чтобы заняться работами, результаты которых будут принадлежать Англии. Что касается моей миссии, она ограничивается лишь од¬ ним: наши руководители считают жизнь этого человека чрез¬ вычайно ценной и желают, чтобы его охраняли, но самым скрытным способом. — Значит, я получаю право пригласить вас в Лендбтон- Кастл на неограниченное время, — заявил хозяин дома. — Я хотел как раз попросить об этом, сэр. — Принято! Отныне за этим столом для вас всегда будет ставиться прибор даже тогда, когда эти господа убудут в свои пенаты, а вы останетесь единственным гостем. — Благодарю вас от всего сердца. — Но позвольте задать вам один вопрос, мой дорогой Диксон. От кого наше правительство собирается защищать великого изобретателя? Гарри Диксон покачал головой. — Не знаю, и те, кто послал меня, знают не больше. Ото всех или ни от кого. Я выступаю в качестве «посланца, блу¬ ждающего в темноте». Жаркое убрали и подали королевский десерт: мороженое, салаты из редких фруктов, изысканные сладости. На стол поставили лучшие напитки Франции и Голландии. Вдруг снаружи донеслись ржание лошадей, потом скрип колес. Сэр Херберт Лендбтон, стоявший ближе всех к окну, вы¬ глянул на улицу и удивленно воскликнул: 129
— Ну и дела! Я никак этого не ожидал! Это три слуги из Чистер-Манор. Они приехали на своей древней коляске. На¬ верное, что-то не так. Они остановились у крыльца. Раздались голоса, потом восклицания. Через несколько минут появился ошарашенный мажордом. — Ваше Сиятельство! — воскликнул он. — На наших со¬ седей напали у поворота Эрроу-Хилл. Целая банда людей в масках. — Что! — вскричал сэр Херберт. — Бандиты в масках? Невероятная история! Впустите их, Джелкинс. Старый слуга поклонился и вскоре вернулся в сопрово¬ ждении трех человек, которые неловко поздоровались с при¬ сутствующими. — Мы — слуги мистера Краксли, — заявил один из них. — Я вас узнал, друзья мои, — любезно сказал сэр Херберт, — садитесь, выпейте и расскажите, что с вами про¬ изошло. Какая-то абсурдная история. Правда ли то, что со¬ общил нам Джелкинс? — Никакая не абракадабра, — заговорил самый пожи¬ лой, — истинная правда. — Рассказывайте, друзья мои, — повторил сэр Херберт. — Так вот, — заговорил тот, кто был как бы глашатаем остальных, — мы возвращались из деревни с обычными про¬ дуктами на своей повозке, запряженной Франклином и Ир¬ вингом, так зовут наших лошадей, сэр. Мы проехали Эрроу-Хилл в момент, когда показалась луна, как вдруг Франклин попятился. Ирвинг тоже. Я хотел огреть их кнутом, чтобы успокоить, как вдруг нас окружило полдюжины хулиганов с черными маска¬ ми на лицах. Они размахивали тяжелыми палками. Они хотели остановить коляску. У нас не было никакого ору¬ жия, кроме кнута и трости у Брента, моего компаньона. У Ларка, третьего из нас, только кулаки, но не слишком тяжелые. Мы начали напропалую отбиваться, и бандиты разбежались, но сломалась одна из скамеек, а при резком повороте было повреждено колесо. Вы можете одолжить инструменты, чтобы привести повозку в порядок? Меня зовут Алдон Миллер... 130
— Вы получите все, Алдон Миллер, — ответил сэр Херберт, — но ваш рассказ удивителен. Здесь не водятся злоумышленники. — Во всяком случае, эти ваши злоумышленники были странными, не такими, как в Америке, — сказал Миллер. — У них не было ни ружей, ни револьверов. Полагаю, они были голодны и хотели завладеть нашими окороками и сырами. — Вообще-то в крае нет бедных людей, — недоверчиво возразил сэр Херберт. Гарри Диксон внимательно разглядывал троих слуг. Алдон Миллер был человеком среднего роста с немного опухшим лицом и темными глазами, в нем ощущалась сила человека лет пятидесяти. Брент был намного моложе, не бо¬ лее тридцати лет. Типичный американец, высокий, сильный и элегантный, тщательно выбритый — такими изображают американцев в прессе. Похоже, во время схватки его рани¬ ли, поскольку правая кисть у него была замотана носовым платком. Ларк, самый молодой, был невысоким стройным парнем и не выглядел крепышом. Говорил только Алдон Миллер, а остальные слушали так, как слушают начальника. Гарри Диксон обратил внимание на его сильный акцент янки. Они вели себя сдержанно и вежливо и едва пригубили напитки, которые им предложил сэр Херберт. Вскоре появился Джелкинс и сказал, что коляска приве¬ дена в порядок. Миллер извинился, сказал, что мог бы сам заняться починкой. Он явно смущался. — Как себя чувствует мистер Краксли? — спросил сэр Херберт, когда они встали и собрались уйти. — Он, как всегда, работает, — ответил Алдон Миллер. — Он должен был получить мое приглашение, — с едва заметным недовольством сказал хозяин дома. — Он его получил. Я сам передал его ему. — И что он сказал? — Ничего, сэр, сожалею, но он ничего не сказал. — Сможет ли он принять меня в один из ближайших дней? Я хотел бы нанести ему визит вежливости, как поло¬ жено между соседями. 131
Лицо Алдона Миллера приняло удивленное, даже отча¬ янное выражение. — Он даже слушать меня не станет, когда я сообщу ему о вашем приходе, — сказал он, — он продолжит писать или рассматривать пробирки, а если вдруг заметит мое присут¬ ствие, и оно ему не понравится, он бросит в меня первым попавшимся под руку предметом. Двое остальных слуг согласно кивнули. — Ну, ладно! — сказал сэр Херберт, делая хорошую мину при плохой игре. — Все же передайте ему привет от меня. — Конечно, сэр. Разрешите еще раз поблагодарить вас. Когда они ушли, хозяин дома не сумел скрыть своего раз¬ дражения. — Какой медведь... кабан... гиппопотам! — воскликнул он. Его недовольство проявилось в зоологических оскорб¬ лениях. — Да... все это интересно, но что вы думаете о ночном нападении? — спросил один из гостей. — Вы думаете, при¬ ятно узнать, что в окрестностях шастают бандиты в масках? Сэр Херберт Лендбтон выпил стакан спиртного и уста¬ вился на пламя в очаге. — Я, быть может, немного преувеличивал, когда го¬ ворил, что край безопасен, — наконец, признался он. — Я арендовал этот замок только в начале осени, чтобы с удо¬ вольствием пробыть здесь весь сезон охоты. Надеюсь, здесь не занимаются охотой на человека. Нотариус Драйерс из Кингсвея порекомендовал мне это место по двум сообра¬ жениям. Прежде всего, этот замок называется Лендбтон- Кастл по имени прежнего владельца, который, нося то же имя, к нашему семейству отношения не имеет. Вторая причина: полное отсутствие здесь браконьеров. Я думал, что раз нет воров дичи, то нет и других представителей преступного мира. Я ошибся, и это случается со мной не в первый раз. Надо организовать охрану! Вы, Диксон, обеспечите охрану Краксли, поскольку вам это поручили, а свою охрану я обеспечу сам. Но, ей-богу, хватит! Дьявол побери, праздник продолжается! Принесли шампанское. 132
На больших напольных часах давно пробило полночь, когда лакеи, соблюдая древние традиции, развели гостей по спальням. Каждый лакей нес в руке пылающий серебряный факел. Гарри Диксон покинул гостиную последним, пожелав всем спокойной ночи, как вдруг ощутил, как его придержа¬ ли за полу пиджака. Он оглянулся. Сэр Херберт Лендбтон подал ему знак за¬ держаться. Когда они остались одни, лицо хозяина дома потеряло веселое выражение и стало озабоченным и опечаленным. — Господин Диксон, — сказал он, — я хотел бы попросить прощения у вас. — Полагаю, причина должна быть очень серьезной, — с улыбкой ответил сыщик, — и ваше обращение относится не к полицейскому, как я понял. — Эээ!.. Не знаю... Я пригласил вас по настоянию одного из друзей в Парламенте. Вы это знаете. А теперь я должен вам сообщить следующее... Я не знаю по-настоящему ни одного из остальных гостей. Гарри Диксон удивленно посмотрел на него. — Да, да! — подтвердил хозяин дома. — Буду откровенен и перехожу ко второй части признаний, которые касаются лично меня. Вы знаете, а, может, не знаете, что состояние появилось у меня недавно. Пять лет назад я был буквально нищим. Потом я спекулировал, занимался коммерцией... и разбогател. Деньги открыли мне двери клуба, которые были закрыты передо мной, пока я страдал от бедности. Я говорю об Олд Кент Клубе. Там я познакомился с одним из сего¬ дняшних гостей, с баронетом Иллинворсом, членом знат¬ ной семьи, но сидевшем буквально без гроша. Благодаря ему, у меня появились связи. Среди них трое сегодняшних гостей. Я знаю только их имена: Франк Берертон, Харальд Дармонд, Лейчестер Бандеруэлл. Гарри Диксон покачал головой. — Три человека хорошего воспитания, но весьма огра¬ ниченные в средствах. Но не вижу, почему их присутствие так вас шокирует. 133
— Меня не шокирует, — поспешил сказать хозяин дома, — но мне показалось, что я ощущаю непреодолимое желание ознакомить вас с этими незначительными фактами. — Я благодарю вас, сэр Херберт, за вашу лояльность! — сыщик с силой пожал протянутую руку. Гарри Диксон уселся рядом с камином, в котором умирали последние огоньки. Он, как мы знаем, сердечно расстался с сэром Хербертом Лендбтоном и, оказавшись в своей спальне, совсем лишился сна. Он раскурил трубку с помощью уголька и уселся в кресло, уставившись в пустоту. Вдали над полями всходила луна. Слышался лай лисы. В небе кричала стая пеганок, летевших к ближайшему бо¬ лоту. Сыщик раздумывал над своей миссией. По правде сказать, ему поручили странную миссию. Некий высокопоставленный чиновник срочно вызвал его и повел с ним странные речи. — Вам знаком Перси Краксли, господин Диксон? — По имени и по его известности, как и всем остальным, Ваше Превосходительство. — В настоящий момент он находится в Англии. — Большая честь для страны. — Увы! Страна с удовольствием обошлась бы без него, по¬ скольку Краксли, будучи великим ученым, существо крайне жадное до денег. Все его интересы направлены на получение максимальных барышей. Но мы в нем нуждаемся. — Понятно. — Вам станет еще ясней, господин Диксон, если вы узнае¬ те, что Перси Краксли вот-вот доведет до конца работу над пресловутой формулой 61. — Эта пресловутая формула 61, как вы говорите, Ваше Превосходительство, не является привлекательной и ужа¬ сающей выдумкой журналистов? 134
— Вовсе нет. Были проведены эксперименты, они очень убедительны. Просто потрясающи. — Отвратительно! Бубонная чума, проказа, холера и про¬ чие жуткие эпидемии, заключенные в пробирки и могущие в мгновение ока обрушиться на целые города, регионы, стра¬ ны! — Не совсем так, господин Диксон, хотя результат будет именно такой. Мои научные познания невелики, хорошо бы знать больше, но формула 61 известна в некоторых секрет¬ ных департаментах под названием «эпидемиологический луч». Речь не идет ни о микробах, ни о бациллах, а о неко¬ ем таинственном излучении, которое в рекордно короткий срок пробуждает некогда страшные болезни средневековья, о которых вы упомянули. Мы, англичане, хотим заполучить любой ценой это дьявольское изобретения не для того, что¬ бы им воспользоваться, а для того, чтобы помешать не столь лояльным нациям, как мы, завладеть им. Краксли приехал в Англию и обосновался в окрестностях Чистера. К сожале¬ нию, нам не удалось сохранить это в тайне. — Полагаю, вы хотите обеспечить его охрану? Высокопоставленный чиновник рассмеялся. — Думаю, Краксли сам лучше может защитить себя с помощью своих помощников, стоящих целой армии. Этот человек располагает фантастическими средствами защиты, можете быть уверены в этом. Поэтому защиты ему не требу¬ ется. Вообще, он не требует ничего, кроме денег, когда его изобретение будет доведено до ума. — Я спрашиваю себя, что вы хотите от меня, Ваше Пре¬ восходительство, — осведомился сыщик. — Очень немногое, Диксон... или очень много. Пред¬ ставьте себе, что никто не видел Перси Краксли воочию. Конечно, у нас есть несколько плохих его портретов, на которых можно различить черты какого-то взъерошенного дьяволенка, но это ничего не значит. — А как же он общается с промышленниками, деловыми людьми, а главное, с государственными деятелями? — Через посредство одного нью-йоркского агентства, ко¬ торое имеет свои отделения по всему миру. Это — агентство 135
Уостон. Нам пришлось действовать через него. Кстати, эта всемирно известная фирма вне всяких подозрений. Когда переговоры подходили к концу, к нам явился пред¬ ставитель агентства и сообщил: «Перси Краксли находится в Англии, в Чистере. Он желает работать там в полном спо¬ койствии и предупреждает, что при малейшей попытке вме¬ шаться в его дела немедленно последует наказание от него самого». Лицо Его Превосходительства стало суровым. Такое требование было бы достаточным, чтобы по¬ садить его на первое отходящее судно на континент, либо вообще послать к дьяволу, но Военный Департамент принял его условия. Но мы, Министерство Внутренних Дел, хотим что-то сделать... — Значит, мне предстоит влезть в дела этого ужасного Краксли, не так ли? Чиновник смутился. — В общем, да. Кто такой Краксли, ученый-невидимка? Можем ли мы ему доверять? Вы единственный, к кому мы можем обратиться, господин Диксон, потому что вы един¬ ственный человек, могущий справиться с этой трудной мис¬ сией... единственный! Гарри Диксон кисло улыбнулся. Он знал, что Департамент, который таким образом обра¬ щался к нему за услугами, был известен своим поведением на манер Понтия Пилата: «Никаких историй, я умываю руки... разбирайтесь сами. Мы вам платим и очень хорошо платим в случае успеха! Но если вы погорите, тем хуже для вас, наше дело сторона!» Все это представитель Департамента не произнес, но сы¬ щик понимал его мысли. Его Превосходительство решил, что молчание сыщика равноценно колебаниям, и поспешил добавить: — Думаю, мы можем немного облегчить вашу задачу. Некий сэр Херберт Лендбтон, нувориш, арендовал в окрест¬ ностях Чистера имение для охоты и рыбной ловли. Один из моих друзей добудет для вас приглашение на сезон охоты, и вы проведете некоторое время в Лендбтон-Кастле. 136
Лендбтон не принадлежит к лондонской «элите». Он зани¬ мается самыми разными делами. Он преуспел в жизни, но это человек достойный. Думаю, вы можете себе позволить с ним некоторую откровенность, но не открывать ему истинную цель вашей миссии. ...Об этом Диксон и размышлял этой ночью. Его трубка погасла, и он собирался отойти ко сну, когда застыл, внимательно прислушиваясь Странный приглушенный шум доносился издалека, раз¬ рывая ночное безмолвие. Это походило на рычание хищника, на вспышку ярости зверя. Он ощутил неприятное чувство, вызванное этим отда¬ ленным неизвестно откуда доносившимся рокотом. Он еще стоял посреди спальни, когда в ночное безмолвие ворвались новые шумы. Это были легкие шаги. Кто-то с осто¬ рожностью и подозрительностью передвигался в заснувшем доме. Сон сыщика разом прошел. Он осторожно приоткрыл дверь и прислушался. Шаги еще слышались, но затихали. А через мгновение скрипнула дверь. Затем все стихло. Перед Гарри Диксоном лежал громадный темный холл, который завершался длинной галереей, нависавшей над про¬ сторным вестибюлем первого этажа. Он подошел к перилам и заглянул вниз. Нижнее помещение выглядело огромным темным озером. Но глаза сыщика различили крохотный по¬ движный огонек. Он походил на искру, путешествующую среди теней. Гарри Диксон понял, что видит лучик света из замочной скважины. За дверью кто-то передвигался с зажженной лам¬ пой в руке. Сдерживая дыхание, Диксон спустился по лестнице, но, когда оказался на первом этаже, искорка света исчезла. В вестибюль выходило несколько дверей. Гарри Диксон прошел мимо них, прикладывая глаз к каждой замочной сква¬ жине, но тщетно. Вдруг отсвет вновь появился, пробежав по ламбрекену, то погасая, то зажигаясь. В вестибюле царила мертвая тишина. 137
Но сыщик уже понял, в каком направлении идти. Он при¬ близился к небольшому помещению, где слуги размещали простых людей. Кто в столь поздний час решил забраться в этот закуток, захватив с собой зажженную лампу? Вскоре он должен был узнать, кто это. Он подкрался к двери и заглянул в замочную скважину. Комната была скудно освещена потайным фонарем, стояв¬ шим на плетеном столике. Время от времени чья-то рука под¬ нимала его и подносила к стене, освещая тусклые гравюры, украшавшие закуток. Внезапно рука застыла. Фонарь поставили на столик так, чтобы свет падал на стену, где висела очень маленькая гра¬ вюра, которую сыщик разглядеть не мог. За закрытой дверью послышалось легкое восклицание. Диксон увидел, как рука сняла гравюру со стены. Потом послышался радостный приглушенный смех. Фонарь задули, и сыщик едва успел отскочить назад и спрятаться в нише. Дверь тихо открылась. В проеме появилась тень. Она скользнула по плитам пола в направлении лестницы. Сыщик внутренне ликовал: человек, который двигался в полной темноте, должен был на пятой или шестой ступеньке оказаться на уровне высокого сводчатого окна, в котором виднелся яркий полумесяц. Диксон затаился, сдерживая дыхание. Тень поднималась и на короткое время появилась на фоне яркого лунного света. Это был Франк Берертон. * * * Грохот ударов по двери разбудил сыщика. После короткой ночной вылазки он тут же скользнул под одеяло, отложив на утро попытку разобраться в странном поведении одного из гостей сэра Херберта Лендбтона. Открыв глаза, он понял, что спал, и спал долго, поскольку из окон лился беловатый свет зари. Удары продолжались, настойчивые и поспешные. 138
— Что случилось? — воскликнул сыщик. — Пожар что ли начался? В ответ послышался перепуганный голос мажордома Джелкинса: — Хуже, сэр... Идите быстрее. Вас умоляет сэр Херберт. Ночью в замке произошло преступление. — Преступление? — сыщик буквально выпрыгнул из по¬ стели. — Да, отправляйтесь немедленно в спальню мистера Берертона. Четвертая дверь на площадке. Сэр Херберт уже там. Гарри Диксон поспешно оделся. Свет раннего утра и факелов, горящих в холле, падал на ошарашенные лица прислуги. Предупрежденные Дармонд и Бандеруэлл выбежали из своих спален. — Господин Диксон, пожалуйста! Это был умоляющий голос сэра Херберта Лендбтона. Он доносился из спальни Франка Берертона. Через несколько секунд сыщик вошел в спальню. — Он просил меня разбудить его пораньше, чтобы совер¬ шить прогулку по парку, — простонал Джелкинс. — Я посту¬ чал в дверь и, не получив ответа, повернул дверную ручку. Дверь не была заперта, ключ торчал в скважине. Я его так и нашел. — Это ужасно, — задыхаясь, выговорил сэр Херберт. Франк Берертон в голубой пижаме лежал на кровати. Одеяло был отброшено в сторону. На белой подушке, под обескровленной головой молодого человека, багровым цвет¬ ком расплывалось огромное пятно. — Перерезано горло, — прошептал Гарри Диксон. — Джелкинс тут же начал кричать о преступлении, — с дрожью в голосе сказал сэр Херберт. — Я надеялся, что это самоубийство. Поглядите на его руку, господин Диксон. Сыщик увидел зажатую в кулаке правой руки эбеновую рукоятку. Он попытался вытащить ужасное оружие с испачкан¬ ным кровью лезвием, но рука мертвеца буквально вцепилась в оружие. 139
— Это действительно сделано так, чтобы мы поверили в самоубийство, — заявил Гарри Диксон. — В момент смерти рука накрепко зажала оружие. — Зачем ему надо было кончать с собой? — мрачно спро¬ сил Бандеруэлл. — Компаньона веселее я не встречал. — Он был не только весельчак, — пробормотал Дар- монд. — Еще вчера он строил проекты на будущее. Гарри Диксон подметил взгляд сэра Херберта Лендбтона, который настойчиво искал его взгляд: хозяин дома давал ему понять, что у него есть, чем поделиться, но не хотел делать этого перед остальными. Сыщик понял и тихо кивнул. — Безусловно, надо предупредить местную полицию, — сказал он, — но вчера я проявил к вам некоторое доверие, господа, и вы знаете, что я здесь с миссией. Я не хотел бы привлекать к себе внимание, и вы понимаете почему. Будет расследование, но я прошу вас по возможности избежать лишних упоминаний обо мне. — Если это самоубийство, а не убийство, — заявил сэр Херберт, — так будет лучше... даже особенно в память о на¬ шем бедном друге. Гарри Диксон сумел извлечь бритву из кулака трупа и бе¬ режно отложил в сторону. — Быть может, это оружие поможет нам. На нем могли остаться отпечатки пальцев, — сказал он. — Пока я склоняюсь к самоубийству. Господа, прошу вас покинуть эту комнату. Ключ я остав¬ лю у себя до приезда властей, которых следует уведомить по телефону. Когда он остался наедине с хозяином дома, он сделал ему знак не повышать голоса. — Мне кажется, вы хотите мне что-то сообщить, сэр Херберт? — Действительно, господин Диксон. Я, быть может, един¬ ственный, кто знал, что он не был таким беззаботным суще¬ ством, как считают его компаньоны. Вчера, во время охоты, он внезапно заговорил со мной. Он сказал мне, что у него крупные затруднения с деньгами. Не буду скрывать, что он попросил у меня крупную сумму. 140
— Сколько? — Три тысячи фунтов. — Большие деньги и... вы ему их дали? Сэр Херберт опустил голову. — Увы... все мои деньги вложены в различные дела. У меня никогда нет при себе большой суммы наличных. С другой стороны, господин Диксон, я довольно плохо знал мистера Бреретона. Я уже вчера вечером говорил вам об этом. Я ответил, что сожалею. И должен признаться, ответ мой был достаточно холоден. — Боже, — пробормотал Гарри Диксон, — это в случае нужды может объяснить самоубийство. Насколько я знаю членов Олд Кент Клуба, думаю, что пользуясь уважением, они не купались в деньгах, хотя сильно в них нуждались. Приехав сюда, мистер Бреретон, преследо¬ вал только одну цель, а именно, одолжить у вас денег. Какое-то мгновение сыщик хотел рассказать хозяину дома о странном ночном происшествии, но промолчал. Он сам хотел расследовать это дело. После завтрака, прошедшего в общем молчании, на ко¬ тором два других гостя не появились, Диксон расстался с хо¬ зяином дома и вернулся в комнату, где произошла трагедия. Он долго рассматривал спокойные черты лица покойника. Смерть наступила мгновенно или почти мгновенно. Смерто¬ носная сталь перерезала сонные артерии и горло. Разрез был громадный и четкий. Кровь вытекла очень бы¬ стро, вызвав быструю смерть. Сыщик тщательно обыскал комнату, но не нашел того, что искал. Не было маленькой гравюры, изъятой покойным из закутка. — Странно, — пробормотал он, — а ведь убитый был на вершине счастья, обнаружив ее и забрав себе. Он вернулся к мертвецу и заметил нечто, что заставило его задумчиво покачать головой: на пальцах левой руки вид¬ нелись следы чернил. Это были чернила из ручки. Следы были свежие, потому что убрать их проще простого. Сыщик достал лупу. 141
Это не были круглые кляксочки, свидетельство небреж¬ ности, а следы удлиненные, как бывает, когда пользуешься протекающим стилографом. Сыщик возобновил поиски, проверил одежду убитого и нашел ручку, наполненную чернилами. Ручка, действи¬ тельно, немного протекала. Гарри Диксон воспользовался ею, чтобы написать не¬ сколько слов в блокноте. На его пальцах появились такие же продолговатые пятна. Тогда он напряг память. Он пытался вспомнить, как вел себя Франк Бреретон за столом... Да, молодой человек под¬ нимал свой бокал левой рукой, ею же орудовал вилкой и но¬ жом и протягивал ее же для рукопожатия. Несомненно, ею он и писал. Франк Бреретон был левшой, а правой держал оружие самоубийства! Диксон изучил правую руку трупа. И увидел небольшой дефект, который не позволял Франку Бреретону пользоваться правой рукой, если требовались уси¬ лия. Потом он вспомнил, что покойник показал себя очень посредственным стрелком на охоте. Гипотеза самоубийства рассеялась, как дым. Однако, когда в замок явились полицейские, сыщик не стал опровергать мнение, высказанное ими. Тело «самоубий¬ цы» увезли как можно незаметнее. — Господа, — сказал сэр Херберт, когда все сидели за обеденным столом, — у нас не столь веселый ужин, как нака¬ нуне, потому что мы решили по настоянию господина Дик¬ сона хранить молчание по поводу ужасного происшествия, и я прошу вас продолжать пользоваться гостеприимством Лендбтон-Кастла. Каждый найдет себе развлечение по сво¬ ему вкусу. Библиотека здесь весьма богатая, пруды полны рыбы, равнина и лес изобилуют дичью. Сомелье получил приказ распахнуть перед вами двери погреба, где хранится множество напитков. — Пойду, заброшу сеть в большой южный пруд, — сказал Дармонд. — А я половлю форелей в реке, — объявил Бандеруэлл. 142
— А я возьму ружье и отправлюсь в парк искать приклю¬ чений, — сказал Диксон. — А я отправлюсь в библиотеку, почитаю Вальтер Скот¬ та, — сообщил сэр Херберт Лендбтон. Каждый выразил желание побыть наедине со своими мыс¬ лями, нежелание разговаривать с другими, поискать уедине¬ ния и забыть о печальном начале увлекательного времяпро¬ вождения. За столом воцарилась тишина. Все старались не заговари¬ вать о Франке Берертоне. Все набросились на вина и крепкие напитки, которые скупо выдавал сомелье по жесту сэра Лендбтона, который не мог предложить гостям иного развлечения, как выпивку. — Сегодня вечером останусь в засаде, чтобы подстрелить бекаса, — сообщил Гарри Диксон. Он покинул Лендбтон-Кастл после чаепития в пять часов. Утром он ходил в южном направлении, где в густых за¬ рослях кустов водилось множество фазанов. Издали он заметил, как Дармонд и Бандеруэлл возились на голом берегу пруда. Дармонд ловил рыбу огромным сачком. Было видно, как деревянная конструкция, похожая на паука, погружалась в воду и поднималась, полная живого серебра, бившегося в сети. Бандеруэлл наблюдал за первым уловом, потом расстал¬ ся с другом и направился к небольшой речушке с форелью, находившейся дальше к востоку. Гарри Диксон шел по песочной дороге, сильно размытой осенними дождями. После получаса ходьбы он увидел вдали округлую вершину Эрроу-Хилла. Это был песчаный холм с порослью сосен и осин. Сыщик вскарабкался по одному из склонов и уселся на большой ка¬ мень на обочине дороги. Песок еще хранил глубокие колеи от колес повозки слуг Краксли. 143
— Интересно, — спросил себя Гарри Диксон, — где могли прятаться бандиты в масках перед нападением. Там и сям виднелись разные следы, и сыщик попытался разобраться в них. Это были отпечатки от сапог, подбитых гвоздями. Они явно не принадлежали слугам, на которых были простые туфли, как заметил Диксон во время их вечер¬ него появления. Он заметил следы туфель рядом с колеей от колес коляски. Следы сапог виднелись повсюду и тянулись вверх по склону к сосновой роще. Сыщик заметил разницу в следах. Он долго пробыл в сосновой роще, где следы вне¬ запно кончались. — Странные бандиты, — пробормотал он себе под нос, — они не продолжили путь и словно исчезли под землей или улетели по воздуху. Только на противоположном склоне, у самого подножия, он увидел следы велосипедных шин. — Хоть это что-то объясняет. Но на его лице не было никакого удовлетворения. Он вернулся к колее, оставленной колесами, и принялся изучать круглые ямки в песке от копыт лошадей. — Лошади особо не рвались вперед, — бубнил он. — Бан¬ диты оказались не очень храбрыми. Похоже, тут же поспе¬ шили смыться, когда нападение не удалось... И длилось это совсем немного времени. — Пустой час, — ворчал он на обратном пути, — все это ничего мне не дало и однако... Он не мог найти аргументов, чтобы сформулировать чет¬ кую мысль. Он был недоволен собой. Последуем за ним. Сыщик шел на север под прикрытием леса в серых сумерках. Перед ним с отчаянным кудахтаньем взлетел фазан, но сыщик не обратил на него внимания. И только услышав шур¬ шание крыльев бекаса в кустарнике, замер на месте. Это была пара птиц: самец, двигавшийся вслед за самкой. Прекрасная двойная мишень. Обе птицы рухнули на землю в облаке окровавленных перьев. 144
«Достаточно», — решил сыщик, сунув мертвых птиц в ягд¬ таш и повесив ружье на плечо. Он вышел из леса, сделал несколько шагов по равнине, с подозрительностью огляделся и снова спрятался под по¬ логом леса. Это не был бессмысленный поступок, скорее, наоборот. Сыщик услышал треск веток. Шум приближался к тому месту, где он находился. Рядом была густая поросль колючих кустарников и пожелтевших папоротников. Он, не раздумы¬ вая, нырнул в них, как пловец в холодную воду. Треск веток, сначала близкий, теперь удалялся в глубь леса. Разочарованный Диксон выбрался из укрытия. Он теперь слышал лишь обычное шуршание леса. Он не строил особых планов на вечер и полагался на случай. Он подумал о своей миссии с горькой иронией: увидеть Перси Краксли и попытаться поговорить с ним было, ско¬ рее, работой мелкого репортера, а не работой, которую ему поручили большие шишки из Правительства. Но вчера случилось преступление... Не могло ли оно быть связано с Краксли? Почему? Какая связь? Бессмысленные вопросы, сомнения мучили человека, в одиночестве бродившего по лесу в угрюмых осенних су¬ мерках. Диксон стряхнул с себя какое-то непривычное для него без¬ различие. Он заметил поврежденный, обросший лишайником столбик, рядом валялась оторвавшаяся табличка. Выцветшие слова предупреждали редких прохожих или заблудившихся в этом небольшом лесу, что он находится в частном владении Чистер-Манор. Диксон ощутил прилив сил. Раз он оказал¬ ся на запретной земле, стоило продолжить расследование. Замок располагался к северо-востоку. Тропка терялась в зарослях плевела и дикого овса и тонула в синеве окру¬ жающего леса. Судя по направлению, она должна была вести к замку невидимого ученого, как его назвал Его Превосхо¬ дительство. Сыщик двинулся по тропинке, но через несколько мгно¬ вений вынужден был нырнуть в соседний кустарник. 145
Рядом хрустнула ветка. Кто-то осторожно шел по лесу. Справа от сыщика заколыхалась листва рощицы орешника: похоже, там двигался человек. Диксон много раз сидел в засадах и знал, как себя вести. Он умел, как индеец на тропе войны, бесшумно скользить в самых густых зарослях. Он бесшумно двинулся вперед параллельно довольно шумным шагам человека. Впереди показалась небольшая лужайка: ухоженный газон в тени красных вязов и многовековых дубов. Сыщик замер на краю лужайки, спрятавшись за холмиком песка и перегноя. Справа человек тоже остановился: Диксон увидел, как бросились наутек два кролика, выдав чужое при¬ сутствие. Затем такое же бегство случилось по другую сторо¬ ну лужайки: огромный перепел с недовольным квохтаньем взлетел из кустов. Сыщик хорошо знал поведение этих птиц: они не взле¬ тали со своего лежбища, если за ними не охотились или не вспугнули. Здесь в близости от него оказалось два человека. Но кто? Он задавал себе вопросы, когда последующие события дали ему ответ. Быстрая тень выскочила из кустов. Сыщик различил лишь силуэт — черное манто, две длинных худых ноги. Си¬ луэт мгновенно исчез в расположенных напротив зарослях, поспешно пробежав по краю лужайки. В другое время он без колебаний проследил бы за ним, но его остановил неожиданный взлет перепела. Ему повезло: шагах в двадцати от него из тени деревьев вышла неясная фигура. Похоже, она не торопилась. Выйдя в центр лужайки, она в упор стала разглядывать место, где исчезла первая тень. Последний луч солнца осветил стоящую фигуру, и сыщик не без удивления смог рассмотреть ее. Это была молодая женщина, невысокая, но пропорцио¬ нально сложенная. Охотничий костюм из серого драпа обле¬ гал ее ладную фигуру. На ней были красноватые кожаные са¬ поги, а локоть прижимал к телу короткий охотничий карабин. 146
Сыщика поразило, что это было оружие для охоты на крупного зверя, а не на мелкую дичь, которой изобиловала округа. Он знал, что в этой части леса не водились кабаны, не было даже косуль. Ему показалось, что оружие служило не для охоты, а для обороны. Он с трудом мог разглядеть черты лица. Незнакомка стояла боком к нему. Но профиль ее был очень чистым. Черные волосы частично выбивались из-под элегантной шляпки. На матовом лице выделялось темное пятно глаза. Он должен был быть таким же черным, как и волосы. Тон¬ кая и извилистая линия губ все же выдавала определенную жесткость. Незнакомка несколько минут разглядывала место, где исчез человек в манто, потом неторопливо двинулась в том же направлении. Гарри Диксон заметил, что она шла бесшумно и исчезла в зарослях кустов, не потревожив ни одной ветки. «Она умеет передвигаться в лесу», — отметил он с некото¬ рым восхищением перед прекрасным существом, возникшим в сумеречном лесу. Он выждал некоторое время, а потом двинулся следом за незнакомкой. Вечер настал, где-то в лесу иногда виднелись легкие вспышки, отражения в каплях и лужах. Вершины деревьев пока еще были вызолочены заходящим солнцем. Углубившись в заросли, сыщик почти сразу наткнулся на тонкую тропинку, змеившуюся среди темных зарослей. На ней еще виднелись неясные следы: отпечатки мужской обуви, отпечатки плоской подошвы женских сапожек. Он шел в верном направлении. Он еще не вышел из-под сени деревьев, как услышал шо¬ рох колес удаляющейся коляски. «Слуги Чистер-Манора отправились за провизией, — подумал он, — надеюсь, Провидение избавит их от встреч с бандитами!» — В любом случае, — пробормотал он, — в доме никого нет, кроме хозяина. Рискнем, другой шанс вряд ли предста¬ вится. 147
Дорога вела на север, к замку Краксли. Шум повозки под¬ сказал сыщику, что он находится недалеко от дороги и в не¬ посредственной близости от замка. Замок возник перед ним раньше, чем он предполагал. Вне¬ запно кустарник расступился, лес остался позади, словно сре¬ занный ножом. Перед ним стелилась громадная неухоженная поляна, окруженная порослью маленьких сосенок. А дальше высился замок. Диксон удивился, что здание такое черное и мрачное. За¬ мок топорщился башенками и фальшивыми донжонами со¬ гласно сомнительному вкусу архитекторов начала XVIII века. Большую часть шероховатых стен покрывала постенница, иногда расходясь, чтобы открыть узкие окна. Это не был главный фасад, а фасад западный, изъеденный влажными западными ветрами. Кроме окон, фасад имел лишь одно отверстие: невысо¬ кий портик, за которым виднелось высокое и с виду хрупкое крыльцо из серого гранита. Ворота были открыты. Ветер со скрипом раскачивал их в ржавых петлях. Похоже, их приот¬ крыли, но сильный ветер распахнул их полностью. «Кто-то вошел внутрь?» — подумал сыщик. Но поостерегся в открытую пересекать поляну. Он двинул¬ ся вперед под прикрытием сосенок, окружавших поляну. Ко¬ гда поросль сосенок закончилась, сыщик оказался в несколь¬ ких шагах от крыльца. Гарри Диксон преодолел это расстояние парой кошачьих прыжков и менее чем в секунду оказался по ту сторону двери. Кости были брошены... он был на месте. Внутренность замка не впечатляла. Он находился в низком коридоре, который выходил в за¬ брошенную прачечную. Гарри Диксон увидел два влажных корыта, покрытых гу¬ стым мхом, часть обрушившейся трубы, дверь, висящую на расшатанных петлях. Дальше начинался настоящий лабиринт извилистых коридорчиков, кривобоких холлов. Ничто не го¬ ворило о каком-либо архитектурном величии. Сыщику были хорошо знакомы подобные древние интерь¬ еры, задуманные узколобыми людьми прошлых веков, не до¬ бывших особой славы и не удививших нынешнее поколение. 148
Ориентироваться здесь было трудно. Он был в лабиринте, где пахло крысами и плесенью. Дубовые ламбрекены рассы¬ пались в пыль, часть стен обрушилась, образовав кучи гравия и почерневшей извести. Над его головой жалобно кричала сова. Здесь еще было немного света, что облегчало путь в этом лабиринте развалин. Грохот падающего камня, сорвавшегося со стены и прыгающего по ступеням, требовал осторожности. Кто-то шел этажом выше. Спиральная лестница, приютившаяся между двумя сте¬ нами, привела в заброшенный вестибюль. Сверху падало не¬ много света. Это не был свет ушедшего дня, а жалкие отсветы от факела или от фонаря. Диксон осмелел. Теперь он слышал четкие шаги, эхо не¬ много усиливало звук. Тонкий слух сыщика предупредил его, что шаги звучали в каком-то большом зале, выложенном пли¬ тами. Эхо внезапно усилило их. Поднявшись вверх по лестнице, он нашел точную ко¬ пию холла первого этажа с теми же рушащимися стенами и темными нишами. Лампа светилась в далеком зале, дверь в который была распахнута: на ромбовидных плитах пола стелился желтый свет. Шаги стихли, но колеблющаяся тень появилась на осве¬ щенном квадрате пола. Сыщик внезапно ощутил чье-то присутствие. Где пряталось новое лицо? Где-то впереди, но сыщик не мог определить точного его местонахождения. У него возник¬ ло ощущение быстрого движения прыгающей тени и корот¬ кого лихорадочного дыхания. Это ощущение дополнилось другим ощущением: бросив¬ шаяся вперед тень, появившаяся неизвестно откуда, пресле¬ довала того, кто шел в освещенном зале. Вдруг послышался гром, крик и шум тяжелого падения. Кто-то выстрелил во мраке, и кто-то рухнул на пол, сражен¬ ный пулей таинственного стрелка. Забыв об осторожности, сыщик вбежал в зал. Он оказался в громадной комнате с низким сводчатым потолком, маленькими зарешеченными окнами, затянутыми 149
ночным мраком, и полом, выложенным черными и серыми плитами. Никакой мебели. Только на одной стене торчала большая железная опора, в которой горел факел, бросая не¬ ровные отсветы на пол. И тут же заметил, что эта мрачная комната стала сценой молниеносной трагедии, о которой он догадывался. На полу лицом вниз лежал мужчина с раскинутыми руками. Из его пробитого черепа хлестала кровь. Увидев эту ужасную рану, сыщик понял, что жизнь уже покинула это распростертое тело. Свет падал прямо на него. Диксон увидел хорошо знакомый охотничий костюм. Ему не надо было переворачивать тело, чтобы опознать убитого. Это был Лейчестер Бандеруэлл. Диксон тщетно осматривался, пытаясь определить место, откуда произвели выстрел. Вокруг были только немые стены, кусочек темного вестибюля с черными окнами, а в самом конце зала рядом с горящим факелом маленькая застеклен¬ ная дверца: круглые стекла, заделанные в железные рамки и похожие на иллюминаторы. Потом он перевел взгляд на труп. Он видел закругленную спину, застывшую в мгновенной агонии, раскинутые руки, сжатые кулаки. — Эге!.. В одном из кулаков был зажат клочок серой ткани... нет, обрывок бумаги. Гарри Диксон с трудом разжал пальцы трупа и едва не закричал от удивления. Это был кусок маленькой гравюры, которую, как он видел, ночью украл Франк Берертон в за¬ кутке первого этажа Лендбтон-Кастла. Сыщик медленно расправил смятую бумагу, едва подра¬ гивая от неприятного контакта с кровью, пропитавшей его. Он увидел пейзаж, и пейзаж весьма престранный. Словно лубочная картинка с маленькими древними домами с конь¬ ками, заштрихованными далями, хрупкими и крохотными колоколенками. Все это дышало миром и спокойствием. Ребенок мог бы долго рассматривать кусочек этого городка, 150
в котором прятались приятные и неприятные тайны. Этот пейзаж мог быть иллюстрацией к сказке Матери Гусыни, таким детским очарованием веяло от серых штрихов рисун¬ ка. И этот рисунок находился в руках убитого, в мрачном зале средневекового замка, где никто не прибежал на звук смертельного выстрела и где ровным желтым светом горел факел. Диксон выглянул наружу. Увидел лес, который ночь спла¬ вила в единую черную массу. Из-за далекого холма поднима¬ лась луна, окутывая вершину дрожащим нимбом. Он увидел свою собственную тень, словно приклеившуюся к темным окнам. Она походила на китайскую тень. Вдруг он вспомнил: тень козлиной головы доктора Кракс- ли должна была быть точно такой же. Он был перед тем ок¬ ном, где ее заметили в плотной тьме ночи. Глухой гнев рождался в глубине его души. Он был готов обыскать этот таинственный дом сверху донизу, заставить его обитателей ему дать полный отчет в своих действиях... Но вспомнил об исключительном характере своей мис¬ сии и остался на месте, опустив руки. Голова его горела, он испытывал нерешительность и печаль. Он заранее слышал ответ Лондона: — Никаких историй! Полная тишина! Государственная тайна, мой дорогой Диксон! Он устало отошел от окна, еще раз обвел взглядом злове¬ щий низкий зал, залитый неверным светом факела. Его глаза вновь остановились на небольшой стеклянной двери. В круглом стекле виднелось лицо, лицо, которое не спу¬ скало с него упорного взгляда черных и глубоких глаз, в ко¬ торых не было ни ужаса, ни любопытства. Он узнал даму в сером, которую видел на лужайке. Они несколько мгновений молча глядели друг на друга. Диксон напрасно пытался уловить мысль в этом взгляде. Он ничего не выражал, даже враждебности. Когда Диксон сделал шаг в сторону двери, женщина медленно исчезла, не спуская с него огромных черных глаз. 151
Все произошло так, как предполагал Гарри Диксон! Лондон не хотел никаких историй. Ему только сообщи¬ ли, что специальный автомобиль-фургон приехал в Чистер- Манор забрать тело Лейчестера Бандеруэлла. Старший слуга Алдон Миллер не задал полицейским ни одного вопроса и не сообщил ему ничего нового. Разве Перси Краксли не имел права работать в Англии в полном спокойствии и безопасности? На следующее утро Харальд Дармонд распрощался с сэром Хербертом Лендбтоном без особых церемоний и отбыл в Лон¬ дон. Сыщик никому ничего не сказал о том, что видел в зале с низким потолком старого замка. Он не знал, осведомлен ли сэр Херберт Лендбтон о новом преступлении. Однако сам решил не останавливаться на этом и в бли¬ жайшую ночь отправиться к таинственному замку, чтобы продолжить наблюдения. Он начал с разведки выходов из замка, где гостил, и об¬ наружил, что без всяких трудностей покинет его ночью так, что его никто не заметит. Он поужинал наедине с сэром Хербертом, который вовсе не выглядел опечаленным вынужденным уединением. Он ни разу не назвал имен Берертона, Бандеруэлла и Дар- монда. Они беседовали об охоте, рыбной ловле и даже о кни¬ гах. Сэр Херберт Лендбтон не был особым эрудитом. Его ли¬ тературные познания ограничивались романами Вальтера Скотта и древними трактатами по соколиной охоте. Он немного и без энтузиазма поговорил о путешествиях, как человек, совершающий поездки только по делам, а пото¬ му запомнивший лишь адреса ресторанов и гостиниц. Когда Гарри Диксон затронул вопросы науки, то заметил, что его собеседник полный невежда, и предпочел прервать разговор на эти темы. Они расстались в десять часов. Дом вскоре погрузился в сон. Джелкинс, который ежедневно совершал обход, чтобы удостовериться, что все очаги погашены, вскоре удалился на 152
этаж, где располагались слуги. К половине одиннадцатого в замке все затихло. Диксон выждал еще час, а потом покинул свою спальню. Во время дневной разведки он нашел служебный вход, позволявший выйти в сад-огород, откуда можно было легко выбраться, а потом вернуться незамеченным в замок. Дорога через лес требовала времени, и он мог заблудиться. Диксон вначале двинулся по проезжей дороге, а в лес углу¬ бился, только заметив на фоне лунного неба хрупкие башенки Чистер-Манора. Погода резко ухудшилась, и в ветвях деревьев свистел про¬ нзительный осенний ветер. Гарри Диксон был этим доволен: шум капель, стекающих с листьев, скрип хвойных деревьев, треск веток, раскачиваемых ветром, скрадывали шум его ша¬ гов. Ориентироваться сыщику было несложно: в просветах между деревьями он время от времени замечал на фоне неба темную массу замка. Он без всяких трудностей добрался до большой лужайки перед замком и поднял глаза к черному фасаду. Его сердце радостно екнуло: слабо освещенное окно вы¬ ступало из мрака красноватым квадратом. Он несколько минут вглядывался в окно, раздумывая, каким образом подойти к зданию, как свет в окне зако¬ лебался. Какая-то бесформенная тень то и дело перекрывала свет, но контуры ее оставались нечеткими. Наконец, она застыла перед окном и обрела четкие очертания. Пресловутая ки¬ тайская тень. Гарри Диксон смог ее подробно рассмотреть, поскольку фигура почти не двигалась. Он увидел продол¬ говатую худую голову и жесткую козлиную бороду на под¬ бородке. Профиль был какой-то дьявольский, как ему это уже описывали. Голова иногда покачивалась с какой-то хищ¬ нической грацией, словно она созерцала нечто невидимое наблюдателю. «Ну что ж, — решил сыщик, — сейчас или никогда... Вчера я был неправ, находясь на месте в одиночестве, что не про¬ должил разведки места. Надо исправить эту оплошность». 153
В одиночестве?.. А женщина в сером?.. Внутренний голос не без иронии шепнул ему о ней. Он без колебаний пересек укрытую ночью поляну, на¬ правляясь к портику. И удивился. Он считал, что дверь будет закрыта, и гото¬ вился использовать свои инструменты ночного взломщика, а дверь открылась, как только он приподнял крючок. Это ему не очень понравилось. — Бросим вызов излишней легкости, — пробурчал он себе под нос. Он предпочел бы найти дверь закрытой на все запоры и даже на засовы. Он был готов потратить лишний час, что¬ бы справиться с ней. Поэтому он с удвоенными предосторожностями дви¬ нулся по темным коридорам, продуваемым ледяным сквоз¬ няками. С некоторым затруднением и после блуждания по лаби¬ ринту коридоров он нашел спиральную лестницу и поднялся в верхний холл. И вновь ощутил странную атмосферу зала. Он опять уви¬ дел перед собой плиты, на которых отражалось красноватое пламя факела. Загадочное существо, чью тень он только что наблюдал, должно было находиться в этом отвратительном зале с низким сводчатым потолком. Сыщик тенью скользил, прижимаясь к мокрым стенам. Светлый квадрат приближался... еще несколько шагов, и он сумеет заглянуть в зал. Вдруг ощущение невыразимого ужаса овладело им. Вче¬ рашнее существо было здесь! Что-то невидимое тенью про¬ неслось мимо него: это что-то было ночным убийцей. Его коснулось крыло Смерти... как и вчера вот-вот про¬ звучит роковой выстрел. Он чувствовал, что все это вот-вот произойдет. И выстрел прозвучал. В момент, когда он добрался до от¬ крытой двери. Он увидел факел и высокое красноватое пламя. Увидел ледяную шахматную доску черных и серых плит. Но сегодня на них не лежал труп. 154
Он увидел, как из тьмы появился громадный силуэт и по¬ вернул свое ужасающее лицо к двери, откуда раздался вы¬ стрел. Безымянное живое существо жило страшной жизнью... Сыщик видел это — громадные когтистые руки с чудовищным весельем раздирали воздух, но однако... Гарри Диксон ясно видел всю сцену. Существо было по¬ ражено пулей: в центре лба виднелось черное пятно. Но это не мешало существу клацать челюстями. Оно походило на громадное пресмыкающееся, двигалось к двери и тянуло руки к нему... Внезапно факел погас, и воцарилась непроницаемая тьма, тяжелая и удушающая. Диксон попытался защититься. Его руки натолкнулись на что-то неясное и подвижное. Он рухнул на колени. Он понял, что попал в западню, как дичь. На него накину¬ ли громадное манто. Он яростно боролся, но тщетно. Он не смог выпутаться из складок ткани, скорее, напротив: с каждой минутой ткань все теснее облегала его. Воздух стал плотным, ему казалось, что он вдыхает расплавленный свинец, разум ускользал от него. Он медленно скользил по склону неве¬ роятной черной бездны. Внезапно воздух совсем перестал поступать в его легкие. Странное пробуждение. Он сидел в довольно комфортабельном кресле, но руки и ноги его были крепко стянуты кожаными ремнями, но так, чтобы не причинять ему боли. Дышать было легко, а сладковатый противный запах го¬ ворил, что он вдыхал эфир. Комната, где он находился, была погружена во мрак, но за его спиной находился источник рассеянного света. Он почувствовал, как кресло медленно развернули, что¬ бы он оказался лицом к свету. Появился большой световой четырехугольник, и Диксон с трудом сдержал крик удивле¬ ния. Перед ним была чудесная проекция, диорама, какие по¬ казывали зрителям прошлого века. На экране был пейзаж, купающийся в мягком свете. Он увидел древнюю площадь, 156
выложенную круглым булыжником. Между булыжниками выбивались острые травинки. Фонтан с искусно выкован¬ ной оградой находился в центре площади. Застывший поток воды изливался из пасти гаргульи и утекал в ручей на земле. Площадь окружали низкие кокетливые домики древней по¬ стройки. В глубине пейзажа на фоне облачного неба торчали две хрупкие колокольни. Картинка была бесцветной, серой. Гарри Диксон с удивлением рассматривал ее — пейзаж не был ему незнаком! Он его уже видел... но когда? И вдруг он вспомнил: ему была знакома левая часть кар¬ тинки, сильно увеличенная и снабженная большим количе¬ ством деталей репродукция гравюры, обрывок которой он извлек из сжатых пальцев убитого Лейчестера Бандеруэлла. Он продолжал удивленно созерцать проекцию, когда ря¬ дом с ним раздался голос: — Это вам что-нибудь говорит, Гарри Диксон? Сыщик повернул голову в сторону голоса. Спинка крес¬ ла мешала полностью повернуть голову. Она была слишком высокой и закрывала обзор. Кроме того, единственным ис¬ точником света в комнате был светящийся экран. — Это вам что-нибудь говорит? — повторил голос. Голос был глуховатым, но приятным. В нем ощущался иностранный акцент, который сыщик не мог определить. Он не увидел, а угадал тень, которая стояла рядом недалеко от него. Это была женщина в сером. — Кто вы? — спросил он. — Я первая задала вопрос, — послышался чуть надмен¬ ный голос. — По правде говоря, этот вид мне ничего не говорит. — Но вы же Гарри Диксон! Голос прозвучал мягко, но иронично. — Я никогда не разгадываю шарад и загадок. — Даже если в них содержится решение раскрытия пре¬ ступления, вернее, многих преступлений? — Почему я ваш пленник? — Вы не мой пленник. — Действительно? — саркастически воскликнул он. 157
— Действительно. — Тогда освободите меня! — Освобожу. Но тень даже не двинулась с места. — Я жду, — с нетерпением произнес сыщик. — Подождите еще немного. — Чего ждать? — Пока вам перестанет грозить опасность. — Как, я в опасности? — Совершенно верно! — От кого исходит опасность? — Я не знаю. — Опять загадки! — воскликнул сыщик, выйдя из себя. — Их очень много в деле, которым вы, Гарри Диксон, занимаетесь. Сыщика немного отрезвила правота замечания. — Итак, этот вид вам ничего не говорит? — переспросила дама. — Очень жаль. Гарри Диксон еще раз вгляделся в старинный пейзаж. — Вы знаете, где я его видел? — спросил он. — Да, на клочке бумаги, который нашли на трупе Бан- деруэлла. — Кто убил Бандеруэлла? Краксли? — На данный момент, да. — Как это на данный момент? Странное утверждение. — Очень трудно изъясниться иначе. — Кто такой Краксли? — внезапно спросил Гарри Дик¬ сон. — Я пытаюсь узнать. — Как... — На данный момент, это так. — Опять эта странная фраза. — Вы поняли бы лучше, если бы знали, что означает этот пейзаж. — А теперь вы скажете, в опасности ли я или нет? — с нот¬ кой сарказма в голосе спросил сыщик. — Я не могу сказать, думаю... момент! Голос вдруг потерял свое очарование, стал лихорадочным. 158
Сыщику показалось, что издалека до него доносится странный звук, модулированный и неоднократно повторив¬ шийся. Затем рядом с ним послышался глубокий вздох. — Опасность миновала, — произнес голос. — Спасибо за доброту, а теперь вы освободите меня? — Нет. — Ну, вот еще! Что за комедию вы играете? Зачем ждать еще? — Я жду, когда вы заснете. — Как, опять спать? — Так уж получается. По диараме пронеслось какое-то белесое облако. Странное ощущение довольства, потом неимоверной усталости нава¬ лилось на сыщика. Он на мгновение удивился, что совсем не сопротивляется. — Кто вы? — спросил он, едва ворочая языком. Голос что-то ответил, но он уже его не слышал... Светлый пейзаж поплыл, закачался и... Он увидел квадрат тусклого света, краешек неба, по кото¬ рому бежали разрозненные облака, скелеты деревьев, которые гнулись под порывами сильного ветра. Он был погружен в море приятных запахов. Увидел пля¬ шущий огонь и услышал треск горящих сухих поленьев. — Вы хорошо выспались, сэр? Надеюсь, я вас не разбу¬ дил? Я постарался не шуметь. Гарри Диксон не верил своим глазам. С ним говорил Джелкинс, раздувавший огонь в камине с помощью меха. — Значит, я спал, когда вы вошли, Джелкинс? — Совершенно верно, сэр. И спали очень глубоко. Было слишком холодно. Боюсь, что сегодня может выпасть снег. Я вначале опасался, что вы закрылись на защелку. В этом случае я не смог бы развести огонь в вашей спальне. Сыщик уронил голову на подушку. Неужели он просто-напросто заснул и видел сон? Покидал ли он ночью гостеприимное жилище? Было ли его ночное приключение обычным кошмаром? 159
Он выждал, пока Джелкинс удалится, чтобы выбраться из постели и внимательно изучить свою одежду. Отправляясь в ночной поход, он надел туфли на каучу¬ ковой подошве. Их не было под кроватью. Они лежали в че¬ модане, где обычно находились. Он достал их и осмотрел. Они были совершенно чистыми, без малейших следов грязи и пыли, однако он хорошо помнил, что шел по мокрым тро¬ пинкам и даже несколько раз топал по грязи. Даже лупа не помогла ему. Тогда он осмотрел запястья. На них не было следов рем¬ ней. Он понюхал одежду. Леденящего запаха эфира не было. Ничто не свидетельствовало, что он покидал Лендбтон-Кастл, чтобы отправиться в ближайший лес! Его охватила глухая ярость. Или над ним ловко посмея¬ лись, или он стал игрушкой обычного кошмара. Он вдруг ощутил себя смешным и стал проклинать всю эту историю. Он нашел сэра Херберта в обеденном зале, где тот ожидал его к завтраку. У хозяина дома был веселый и довольный вид. — Прекрасная новость, Диксон, если вы действительно страстный охотник. Ночной ветер пригнал большую стаю птиц. На пруду уселись пеганки. Среди них есть даже дрофа. Какая охота в перспективе и какое жаркое, если попасть в цель! Гарри Диксон насторожился. Дрофа! Когда он входил под полог ночного леса, ему по¬ казалось, что он слышит звук рожка, доносившийся издалека с южной стороны. Это действительно был ночной крик дро¬ фы, кружащей над водой в момент посадки. Ему ответили другие призывы, продолжительные стоны и крики грей, грей, грей! Крик издавали пеганки. Гипотеза сна становилась маловероятной. Он быстро съел завтрак, взял ружье и направился к озер¬ ной части владения. Но, оказавшись вне зоны видимости из замка, свернул и решительно пошел на север. Он отыскал песчаную проезжую дорогу и то, что искал: отпечаток го¬ фрированной подошвы, подошвы его туфель. Другие такие же следы должны были находиться рядом, но их не было. Их не было слишком нарочито. 160
— Превосходно, — пробормотал сыщик. Его взгляд по¬ веселел. Они довели спектакль до совершенства, даже стерли его следы, но один отпечаток ускользнул от их внимания. «Превосходно... теперь я знаю, кто их уничтожил. Ах!.. Как только действия начинают повторяться, значит, я близок к тому, чтобы добраться до тех, кто их оставлял. Он развернулся и быстро добрался до пруда. Пеганки плавали в треугольном строю, занимаясь утренним поиском пищи. Недалеко от них, на грязевом холмике одинокая дрофа чистила перья своим мощным клювом. Выстрел свалил ее на песок у уреза воды. Диксон вернулся в замок, радуясь своему охотничьему подвигу. Его встретил Джелкинс, который протянул ему телеграмму из Лондона. Гарри Диксон сорвал голубую ленточку и прочел: Формула 61 выведена сегодня утром. Немедленно возвращайтесь. Н. Он не смог попрощаться с сэром Хербертом Лендбтоном, который отправился на реку ловить форель. Он попросил передать ему записку с извинениями, в кото¬ рой предупреждал о своем возвращении в ближайшее время. Через полчаса он уехал в Лондон. Гарри Диксон явился в специальную лабораторию в Вул- виче. Не всякий имеет доступ в самое закрытое хранилище мира. Нет ни одного места на земле, где бы так опасались чужаков, и причина тому есть. Самые известные и опасные шпионы всей планеты мечтают однажды пройтись по таин¬ ственным помещениям, как и грабители, которые лелеют надежду оказаться ночью в подвалах Банка Англии. Но Диксон есть Диксон, и его ждали с понятным нетер¬ пением. Зал, в который его провели, был особый. Войдя в него, можно было подумать, что находишься в центре фантасти¬ i6i
ческого сейфа уникальной конструкции. Это был обширный купол без единого угла, куда свет поступал не из окон, а для входа служила одна единственная узкая дверь. Мощные лам¬ пы заливали все пространство искусственным солнечным светом. Когда сыщик вошел в зал, полдюжины человек покло¬ нились ему. Он оказался перед сильными мира сего Англии. Один человек был ему незнаком. Это был убеленный се¬ динами чистенький старец с невзрачным лицом и ухоженной седой бородой. Он держался в стороне от других, словно его почти не интересовало, что будет происходить дальше. Высокопоставленный чиновник, который уже беседовал с сыщиком, пошел ему навстречу, и Диксон заметил, что черты его лица напряжены и отражают сильное беспокой¬ ство. Он пальцем указал на длинный стол из черного мрамора, на котором стоял неопределенного вида аппарат. Трое ас¬ систентов возились с ним, передвигая рычажки и нажимая кнопки. На дальнем конце стола громоздились клетки с мор¬ скими свинками и кошками. Где-то урчал мотор, разбрасывая с глухим рокотом фиолетовые искры. Из аппарата торчала тонкая антенна. Стоял стойкий запах озона. Один из ассистентов, наконец, взял слово. — Как всегда, господа, новая формула Перси Краксли удивительно проста, что буквально поражает с самого нача¬ ла его стремительной карьеры все компетентные круги. Вот уже час, а если быть точнее, шестьдесят пять минут аппарат воздействует на подопытных животных. Конечно, у них на¬ блюдаются кое-какие расстройства, но они носят временный характер. Здесь животные, на которых прямо направлен кон¬ центрированный пучок излучения: они полностью оправи¬ лись после первого шока. И расстройства не наблюдаются при продолжении облучения. — Каково ваше заключение, господин профессор? — спросил резкий голос. — Простите Ваше Сиятельство, но я обязан подтвердить свое мнение, высказанное во время испытаний двух первых 162
изобретений доктора Краксли. Они являются незавершен¬ ными. — А формула 61? — Нуль, господа, — словно отрубил профессор. Все лица повернулись в сторону седобородого старика, который печально пожал плечами. — Я солгу, господа, утверждая, что не ожидал этого, — ответил он с сожалением. — В этом случае... Старик поднял почти прозрачную руку. — Знаю... Могу добавить лишь следующее: надо быстрее раскрыть тайну Краксли! — Для этого здесь находится Гарри Диксон, — снова про¬ звучал резкий голос. Высокопоставленный чиновник отвел сыщика в сторону. Его голос дрожал. Он был готов расплакаться. — Вы слышали, Диксон? Формула 61 ничего не стоит... пустота! Я снова спрашиваю: кто такой Краксли? Ответ сыщика так поразил чиновника, что тот разинул рот. — Мне хотелось бы потратить некоторое время на изуче¬ ние лубочных картинок. — Вы хотите сказать, что проиграли? — Я? Никогда в жизни, Ваше Превосходительство! — Прошу вас, перестаньте играть в ваши привычные ша¬ рады. — Любопытно. Уже два раза за сутки я слышу одно и то же пожелание. Успокойтесь, Ваше Превосходительство, разгадка тайны кроется в прелестной маленькой площади с древним фонтаном, милыми игрушечными домиками, как на нюрн¬ бергских шкатулках, и с драгоценной церквушкой в глубине пейзажа. Все это изображено на некоем подобии лубка, ко¬ торые так нравятся детям. — Я надеюсь на вас, — вздохнул чиновник. — Спасибо. Надеюсь, не обману ваши ожидания, — ска¬ зал сыщик, поклонившись. Собравшиеся люди уходили: экспериментаторы накрыли аппарат кожаным колпаком. У них был расстроенный и опе¬ чаленный вид. 163
Когда Гарри Диксон покидал лабораторию, он увидел пе¬ ред собой белобородого старика. Он сильно горбился, словно придавленный неимоверным грузом. Диксон подошел к нему и тронул за плечо. — Плохая новость для агентства Уостон! — сказал он. Старик вздрогнул, но тут же совладал с собой. — Действительно, неприятная новость, господин Диксон. — Формула поступила от Краксли? — Нет сомнений, поскольку она была доставлена тем же способом, что и всегда, с указанием всех предосторожностей и описанием способа использования. — Агентство Уостон вне подозрений, — продолжил сы¬ щик. — Не думайте, что я хочу просить вас нарушить его профессиональную тайну. Но мне кажется, что уже некото¬ рое время у вас возникла неуверенность в отношении Перси Краксли. — Это правда, господин Диксон. — Вы заметили, — вдруг внезапно спросил сыщик, — что самые засекреченные люди забывают о главном? Например, я знал одного господина, у которого была привычка рисовать левой ногой на полу букву Z. Он прекрасно гримировался, представал в самых разных обличьях, но я всегда его узнавал. Как вы себя чувствуете, господин Дармонд? Старик горько усмехнулся. — Вы правы, господин Диксон. — Полагаю, что, как и вы, господа Берертон и Бандеруэлл были сотрудниками агентства Уостон. С момента, как кли¬ ент агентства стал передавать ложные изобретения, возникла необходимость узнать правду о Краксли? — Вы тоже стремитесь узнать ее, господин сыщик. — Два ваших товарища умерли... — Увы... Это были славные и мужественные парни. — Готов в это поверить, несмотря на оплошность Франка Берертона. — Как? Вы знаете... — Что Берертон хотел решить все самолично, что он ра¬ ботал на себя? Да, я это знал, хотя, на мой взгляд, кража ри¬ 164
сунка не кажется мне достаточной для вынесения смертного приговора! — Бедняга Франк, — прошептал Дармонд, — он слишком нуждался в деньгах. — А незадачливый Бандеруэлл погиб, в свою очередь, пы¬ таясь воспользоваться открытием своего несчастного друга. Он тоже умер, потому что держал в руках лубок! Дармонд кивнул. — Увы... Из духа соперничества, который я ему прощаю, он не полностью посвятил меня в свои планы. И я не знаю, какая тайна скрывается за этой странной и ужасной гравюрой. — Полагаю, не вы общаетесь с эмиссарами Краксли? Лже-старик отрицательно покачал головой. — Нет, это был Бандеруэлл. Но он тоже многого не знал... Всегда в разных местах он встречался с человеком в маске, чтобы передать ему деньги. Иногда очень крупные суммы. — Что вы собираетесь делать, господин Дармонд? — Я собирался немедленно отправиться на Бейкер-стрит к одному знаменитому сыщику, но вы помогли мне избежать этого. В свою очередь, удивился Гарри Диксон. — Чего вы ждете от меня? — Защиты. Когда формула попала в наши руки, там была приписка, обращенная ко мне. В ней было следующее: Ха¬ рольд Дармонд имеет лишь один шанс выжить после проявле¬ ния своего глупого любопытства. А именно быть свидетелем принятия формулы 61 и доставки в тот же день денег в Чи- стер-Манор. Если сделка заключена, вы должны на выходе из лаборатории в Вулвиче уронить свою шляпу. — Но, — воскликнул Гарри Диксон, — вот уже пять ми¬ нут, как мы покинули лабораторию и отошли на приличное расстояние, а ваша шляпа по-прежнему сидит на голове! В глазах человека, опасающегося за свою жизнь, мельк¬ нула искорка гордости. — Я никогда не подам предательского сигнала! — под¬ черкивая каждое слово, сказал Дармонд. — Это мне нравится, — голос сыщика был взволнован¬ ным. 165
Они сделали рядом несколько шагов, не сказав ни слова. — Я не понимаю, почему вас пока не убила какая-нибудь таинственная пуля, — пробормотал Диксон. — Враги, похоже, очень опасны. — Поглядите на эспланаду, господин Диксон. Сыщик увидел множество инспекторов в штатском, которые ходили по площади, подозрительно оглядываясь по сторонам. Эспланада была просторной и не позволяла кому-либо появиться на ней, чтобы незнакомого человека не заметили. Но на краю эспланады стоял автомобиль. Он направился к нему, пока не заметил силуэт, выгля¬ нувший из открытого окна дверцы. В то же мгновение он увидел огненный след выстрела, и автомобиль резко сорвался с места. — Боже правый! — вскричал сыщик, поворачиваясь к сво¬ ему спутнику. Тот стоял невредимый и пораженно следил за уносящимся прочь автомобилем. Автомобиль, из которого раздался вы¬ стрел? Нет... был другой автомобиль, стоявший с противо¬ положной стороны, который тоже уносился вдаль на полной скорости. — Надо же... кто это? Гарри Диксон указал на первый автомобиль, преследовать который инспекторы отказались. — Да... — прошептал он. Он не добавил, что узнал силуэт человека из первого ав¬ томобиля: это была дама в сером. * * * Часом позже Гарри Диксон звонил в дверь одного биб¬ лиомана, которого хорошо знал. Старик Хиггинс большую часть своей жизни провел среди старых книг. Сыщик насколько возможно точно описал ему небольшой лубок, который уже несколько дней стоял у него перед гла¬ зами. Хиггинс покачал головой. Лубок был ему неизвестен. — Таких сюжетов великое множество, Диксон, я боюсь, что его поиск равноценен поиску иголки в стогу сена. Прошу 166
вас, опишите его еще раз и попытайтесь найти характерные детали. Сыщик охотно повторил свое описание. Библиофил внимательно слушал его, наморщив лоб. — А были ли на рисунке люди? — Ни одного. Даже не было других живых существ. Это меня удивило. Обычно на подобных гравюрах вокруг цер¬ ковной колокольни маленькими черточками изображаются летающие птицы. Здесь ничего. — Берите лист бумаги и карандаш и постарайтесь сделать набросок, — сказал старик. Сыщик повиновался. Рисование не было одной из его сильных сторон. — Мда, не очень впечатляет, Диксон. Я попробую рисо¬ вать сам, а вы руководите. Идея была хорошей, и они тут же приступили к ее реа¬ лизации. Гарри Диксон давал указания, а Хиггинс рисовал линии, стирал их ластиком, терпеливо исправлял. Наконец, к великому удовлетворению сыщика, изображение стало по¬ ходить на оригинал. — Здесь дом с деревянным балконом... а там портик со скульптурами... не забудьте фонтан. Он вспоминал световую проекцию, которую долго со¬ зерцал, пока таинственная женщина в сером стояла позади него. Вдруг Хиггинс отложил карандаш и стал вглядываться в полученный рисунок, выказывая страстное удивление. — Так это деревня Хоггарта! — вдруг вскричал он. — Что это за деревня? — тут же спросил Гарри Диксон. — А, это — фантастическая история. Ее извиняет то, что она принадлежит к прошлым векам, полным магией и тайны. Я перескажу вам эту историю по памяти. Однажды рисовальщика Хоггарта пригласил к себе один богатый владелец поместья под Лондоном. Он просил на¬ рисовать таинственный пейзаж, о котором знал бы только заказчик рисунка. Он привез его в замок, завязал ему глаза, долго водил по жилищу, заставляя карабкаться по многочисленным лест¬ 167
ницам и спускаться по другим. Он это делал с явной целью запутать художника. В конце пути он снял с его глаз повязку. Рисовальщик оказался в каком-то высоком круглом гроте, ярко освещен¬ ном с помощью восковых факелов. К своему величайшему удивлению, он стоял посреди площади с домами, церковью и фонтаном. Площадь была совершенно пуста, что объясняет полное отсутствие каких-либо живых существ на репродук¬ ции. Хаггарт сделал тщательный рисунок. Его странный меценат рассказал ему, что личный астролог предсказал ему скорую ужасную эпидемию, которая опусто¬ шит Лондон и большую часть страны. У него был единствен¬ ный способ избежать болезни и спасти своих близких. Для этого он должен был построить неведомую никому деревню, куда никто не имел бы доступа. Так родилась деревня в пещере, которую и нарисовал художник. Однако, похоже, этот рисунок, благодаря про¬ ницательности Хоггарта, бывшего столь же суеверным, как и владелец замка, имеет ключ, позволяющий войти в эту за¬ претную деревню в случае крайней необходимости. История умалчивает, прибегнул ли он к подобной возможности. — А этот ключ... — спросил сыщик. — На этот раз ваш вопрос совершенно излишний, мой друг. Если я не ошибаюсь, он должен находиться в фон¬ тане. Гарри Диксон выложил фрагмент гравюры, которую выта¬ щил из рук мертвого Бандеруэлла. Хиггинс использовал его, чтобы дорисовать пейзаж. К сожалению, фонтана на этом фрагменте не было. — Все, что я знаю, — продолжил Хиггинс, — это то, что этот странный фонтан держался в небе, а не на земле, если использовать слова старой сказки. — Что может означать иными словами — фонтан соеди¬ нялся с внешним миром через верх, то есть гравюра выпол¬ нена в подземном мире. — Сыщик, — засмеялся Хиггинс, — суть человек много¬ численных дедукций. 168
— Скажите, — спросил Диксон, — есть ли репродукции столь знаменитого рисунка? Есть ли он в полном собрании рисунков этого художника. Библиофил покачал головой. — Нет. По той причине, что подлинность этой истории ставится под сомнение. Но если мне не изменяет память, в Школе Чартер есть небольшой кабинет эстампов, который игнорируют посвященные, потому что в нем хранятся произ¬ ведения, подлинность которых оспаривается. Его непочти¬ тельно называют Хранилищем Репы, хотя это совершенно несправедливо, поскольку там находятся вещи, имеющие подлинную художественную ценность. Отправляйтесь туда, друг мой, попросите альбом Н. Если рисунок, приписываемый Хоггарту, должен где-то находить¬ ся, то именно там. Совет был хорошим, и автомобиль быстро доставил сы¬ щика до старой и печальной Школы древних документов. По дороге Диксона обуревали весьма противоречивые мысли. Он повторял себе, что было бы интересно отыскать даму в сером, потом вместе с ней еще раз рассмотреть увеличенный рисунок, который видел в одну странную ночь, показавшуюся ему на некоторое время сновидением. Она тоже искала тайну, заключенную в рисунке. Но что за фантастический секрет это был и какое отноше¬ ние он имел к Перси Краксли, невидимому ученому? Его автомобиль подъезжал к ограде сада Чартер-Хауза, как ему дорогу преградил другой автомобиль. В нем опустили стекло. Ему подал знак какой-то джентль¬ мен. Это был высокопоставленный чиновник Министерства. Рядом с ним находился Генеральный инспектор Скотленд- Ярда. — Мы искали вас по всему Лондону, господин Диксон, — воскликнул полицейский, — мне кажется, мы должны сооб¬ щить вам интересную новость. — Слушаю, — сказал Гарри Диксон, предчувствуя, что полицейские опять напартачили. 169
— Так вот, — сказал представитель Министерства, — мы отдали приказ немедленно арестовать всех, кто находится в Чистер-Манор. Бригада специальных агентов отправилась туда на сверхскоростном автомобиле. Начальник бригады позвонил нам оттуда... — Они нашли гнездышко пустым, не так ли? — презри¬ тельно спросил сыщик. — Откуда вы знаете? — наивно удивилось Его Превос¬ ходительство. — Дьявол вас побери... Скажу, что сожалею о вашей ини¬ циативе, но то, что случилось, то случилось. Прощайте, гос¬ пода, я не могу терять ни секунды! И добавил про себя: «Слава Богу, что ее там не было!» Он думал о даме в сером. Он вошел в здание Школы Чартер и попросил ему указать «Хранилище Репы». Дежурный по залу рассмеялся. — Эта галерея пользуется успехом, сэр. Час назад здесь появился один джентльмен, который потребовал то же самое. — Как он выглядел? Я должен его знать... — Эээ... Болыипя черная борода и синие очки, огромные, как корабельные иллюминаторы. — Конечно, — сыщик повернулся к служащему спиной. — Кто это? — спросил служащий. — Думаю, его зовут Немо, и живет он где-то в Нигде-Сити. — Правда? — равнодушно сказал служащий, так ничего не поняв. Кабинет неоцененных эстампов был невелик. Альбомы, указанные Хиггинсом, стояли на полках в алфавитном по¬ рядке. Диксон быстро нашел нужный альбом, помеченный бук¬ вой Н, и лихорадочно листал его. Он видел знаменитые име¬ на, менее известные имена и даже те имена, которые были никому не известны. — Хоггарт! Имя присутствовало. Была также сопроводительная леген¬ да ЗАПРЕТНАЯ ДЕРЕВНЯ, набранная прописными буквами. 170
Больше ничего не было. Страница с гравюрой была вырвана. Но на соседних страницах виднелись иные следы, следы свежей крови. Два больших пятна. Гарри Диксон долго рассматривал их, сжав зубы. — Да, — пробормотал он, — пуля дамы в сером достиг¬ ла цели. Человек, который хотел убить Дармонда и который выкрал гравюру, ранен. Мне только остается самому обследовать внезапно опу¬ стевший Чистер-Манор! В одно осеннее утро, самое серое, самое тусклое, самое мрачное, какие бывают только в Англии, Гарри Диксон вер¬ нулся в Лендбтон-Кастл. Его встретил Джелкинс. — Сэр Херберт отсутствует, — сообщил мажордом, — мне кажется, он уехал в Лондон. После вашего отъезда одиноче¬ ство ему стало невыносимым. Но вам, господин Диксон, могу только сказать: «Добро пожаловать». Вы будете охотиться? — Быть может, Джелкинс. Но меня, скорее, привела сюда усталость. У меня вчера был исключительно трудный день. — Тогда, сэр, — сказал Джелкинс, у которого были свои мысли по поводу отдыха и лечения, — я вас угощу отменной свежей форелью и косулей в маринаде. Для меня честь вас обслужить. Вы знаете, что Чистер-Манор теперь пуст? — Более или менее, но откуда вы знаете? — Как не знать соседям? Полицейские из Скотленд-Ярда очень расстроились, когда остановились в деревне! Но у меня свои мысли по этому поводу. — И какие же, Джелкинс? Мажордом принял таинственный вид. — Я считаю, что три типа, которые разъезжали в коляске, на которую не позарится даже батрак, не уехали, а прячутся в самом замке. В этих старых жилищах столько тайных мест! Уж я-то знаю толк в этом! — К счастью, Лендбтон-Кастл обходится без них! — от души рассмеялся Гарри Диксон. 171
— Эээ... Эээ...Вполне возможно, но не дам голову на от¬ сечение! — Это очень увлекательно, Джелкинс! Вы знаете, я люблю слушать о всяких таинственный вещах, особо в них не веря. Но если вы докажете мне, что тайны существуют, то гаран¬ тирую вам солидные чаевые. Джелкинс покачал головой. — Тайна?.. — пробормотал он. — Быть может, я неверно выразился, говоря о нашем доме, но будет для вас тайной, если я скажу, что здесь обитает призрак? — О, Джелкинс, какой уважающий себя замок в Англии не имеет своего призрака? — Это правда, но призрак Лендбтон-Кастла совсем не похож на обычных призраков. — Ну, ладно, расскажите мне, Джелкинс. На улице серо, ветрено, сыпет мелкий дождь. Лучше погоды не сыщешь, что¬ бы послушать историю из потустороннего мира, покуривая трубку и попивая добрый грог! — улыбнулся сыщик. — Я сейчас же приготовлю грог, — сказал Джелкинс, про¬ явив расторопность, достал из буфета ром и подогрел воду в чайнике. Где вы желаете, сэр, разместиться? — Здесь, в вашей кухне, мой друг Джелкинс, рядом с оча¬ гом, где пылает огонь. Это место мне кажется идеальным. Джелкинс гордо улыбнулся и кивнул. Он приготовил две большие кружки ромового грога с сахаром и лимоном и по¬ просил разрешения закурить трубку, на что сыщик дал не¬ медленное согласие. Усевшись друг напротив друга, они отведали грог, и ма¬ жордом спросил, можно ли приступать к рассказу о своей «немыслимой истории». — Это очень странный призрак, — начал он, — и совсем не алкоголик... — Разве призрак может быть столь невоздержанным? — хитро спросил Диксон. — Я знаю, что в некоторых домах призраки опустошают винный погреб. Но этот пьет только воду — и какую воду? Грязную дождевую воду! Гарри Диксон внезапно насторожился. 172
— Продолжайте, Джелкинс, ваша история может взвол¬ новать самое лучшее общество. Джелкинс, польщенный похвалой его таланта рассказчи¬ ка, продолжил: — Это начинается со странного крика, словно кто-то вы¬ нужден насильно полоскать горло, потом начинается икота, а все заканчивается какой-то дикой мелодией, как будто иг¬ рают басы большого органа. — И когда это происходит? — Конечно, только ночью. Призраки не могут появляться днем. Вам это известно, сэр. — Вы правы, и потом... — Потом? Вот, что самое удивительное: утром наш ре¬ зервуар дождевой воды совершенно пуст. Призрак выпивает всю воду. — Это нечестно с его стороны! — Это было бы нечестно, если бы он не возвращал всю воду. Через несколько часов резервуар столь же полон, как и накануне. — Где он находится? — В своего рода закутке рядом с прачечной. Старые свин¬ цовые трубы питают его водой с крыши, но мы больше не пользуемся этой водой после строительства трубопровода, соединяющего нас с деревенскими резервуарами. — А призрак? Неужели вы его ни разу не заметили? — Эээ... один раз, но все было как-то смутно. Хотя совсем недавно. Однажды ночью я спустился в кухню из-за сильной зубной боли. Я хотел выпить капельку рома, который стоит в буфете. Судите о моем удивлении, когда я обнаружил, что шкаф закрыт изнутри. Шкаф, ключ от которого хранится только у меня! Когда я хотел его открыть, дверь сильно дернули изнутри, а когда мне удалось приоткрыть ее, приложив все силы, я за¬ метил черную руку, которая держала засов. Я на мгновение опешил, потом схватил кочергу и бросился к двери. К моему величайшему удивлению, она без труда от¬ крылась. Внутри шкафа не было ничего необычного. Значит, эту дурную шутку сыграл со мной призрак! 173
— Вы рассказали об этом хозяину? — Боже упаси! Он счел бы, что я слишком много выпил, а я держусь за свою отличную репутацию. — Можно увидеть этот шкаф? — Да, он перед вами, сэр. Гарри Диксон открыл шкаф. Это был шкаф, встроенный в стену, и выглядел он так, как все шкафы подобного типа: глубокий, темный и с несколькими полками в верхней части. Сыщик внимательно его осмотрел, но, как и Джелкинс, не нашел ничего необычного. Он собирался захлопнуть дверцу, когда его внимание привлекла одна деталь. Нижняя полка была изготовлена из черного мрамора и держалась на крохотных кариатидах. Одна из фигурок не была ему незнакома. Она точно воспроизводила фигуру Водо¬ лея. Такая же находилась в нижней части фонтана на гравюре Хоггарта. Гарри Диксону блеснул лучик света, но он и не подал вида, что взволнован. Она захлопнул дверцу, пожав плечами. Они допили свой грог, обсуждая разные ужасные истории, кото¬ рые, как видно, обожал Джелкинс. Вечер наступил стремительно и после отменного ужина, который мажордом подал в пустой обеденный зал, Гарри Диксон отправился в свою спальню. Он дождался, когда напольные часы в холле пробили одиннадцать ударов, и выбрался из спальни. Он бесшумно прошел по спящему дому. Он не стал зажигать свет, на ощупь отыскал кухню, где в очаге умирали последние угольки. Дро¬ жащей рукой он открыл шкаф и коснулся знакомой фигурки. Но она оставалась мертвым камнем. Сыщик быстро понял это. Она нажимал на нее изо всех сил, но фигурка даже не шелохнулась. Он уселся на стул и погрузился в размышления. Внезапно еще один образ возник перед его глазами: на рисунке Хоггарта гаргулья извергала струю воды. Он вскочил и зажег электрический фонарик, чтобы вни¬ мательнее изучить кариатиду. Ему повезло. Фигурка была полностью погружена в стену и имела утол¬ щение в точке слияния с каменой стенкой, а в верхней части 174
утолщения имелось отверстие в виде воронки. Сыщик не за¬ метил его в первый раз. Он подумал о прекрасных гидравлических приспособле¬ ниях прошлых веков, которые своим хитрым устройством поражают даже современных инженеров. — Сифон... — пробормотал он, — потом ряд сообщаю¬ щихся сосудов... И приведение в действие мощного гидрав¬ лического механизма! Он подошел к ближайшей раковине, схватил огромный бак и бесшумно наполнил его. Затем начал лить воду в верх¬ нее отверстие Водолея. Водолей проглотил все содержимое бака, потом второго бака, третьего... и только после шестого бака гаргуля легонько заурчала и выпустила струйку воды. Гарри Диксон перестал лить воду и принялся ждать... Ему показалось, что он слышит далекий и смутный шум, словно в глубинах дома началось таинственное действо, и вдруг послышался тот странный шум, который слышал Джел- кинс. Это была череда горловых звуков, как при полоскании глотки, потом громкая икота. Затем низкое и дикое гуде¬ ние далекого органа нарушило тишину ночи. Гарри Диксон вздрогнул от радости. — Ничего иного, как шум воздуха, врывающегося в пустеющий колодец, — прошептал он. — Уровень воды в резервуаре должен опускаться. Пора увидеть это своими глазами. Он быстро отыскал прачечную и увидел посреди неболь¬ шой заброшенный люк. Направив внутрь луч фонарика, он увидел, как уходит вода. Когда ее уровень опустился на боль¬ шую глубину, что-то внизу начало быстро подниматься вверх. Это была стальная лестница. Гарри Диксон схватился за верх¬ нюю перекладину и почувствовал, что она обильно смазана. — Прекрасная предосторожность от ржавчины и действия воды, — улыбнулся он, начиная спуск. Спуск занял куда больше времени, чем он предполагал вначале. Ему казалось, что он спускается в длинный и узкий ко¬ лодец. Наконец, его нога ступила на дно. Он ожидал, что вляпается в грязь, и ошибся. Его ноги вступили на широкую 175
железную плиту, под которой была пустота, судя по гулкому звуку. Он стоял на четырехугольной площадке, окруженной черными поблескивающими стенами, но лишь одна из них была металлической. Система отпирания должна была на¬ ходиться рядом. Сыщик быстро нашел железное кольцо. Он потянул на себя. Дверь бесшумно скользнула в сторону на хорошо смазан¬ ных полозках и исчезла в узкой нише. Перед ним открылся пологий спуск. Он двинулся по нему. Во мраке светился огонек, который становился все ярче с каждым шагом сыщика. И вдруг он увидел громадную круглую пещеру с высоким куполом. Ее освещали многочисленные факелы. Перед ним была запретная деревня Хоггарта! «Перед ним» было неточным выражением. Он находился в самом центре площади. Он преодолел небольшой крутой подъем и вышел наружу из фонтана со скульптурами. Все было настолько нереальным, что он долгое время стоял, со¬ зерцая очаровательные домики, тонкую колокольню на фоне искусственного прекрасного неба, освещенного скрытыми источниками света. Внезапно он вздрогнул от удивления: на втором этаже одного из ближайших домиков светилось окно. Квадратное окошко сияло прекрасным желтым светом, его источник на¬ ходился внутри. Гарри Диксон переступил через бортик фонтана и шаг¬ нул к домику, но тут же остановился и замер, как статуя. За освещенным окном мелькнула тень, черный и бесформенный силуэт, знакомый сыщику. Однажды он заметил его наверху башни Чистер-Манора! И в то же мгновение послышался дикий шум, также из¬ вестный сыщику: он слышал его в ту трагическую ночь, когда погиб Франк Берертон! Настал час действия! Сыщик проверил револьвер, взвел его и двинулся к дому, откуда доносился рев, но он посте¬ пенно стихал, превращаясь в жалобный стон. Дверь домика не была заперта. Она открылась, как только сыщик толкнул створку. Гарри Диксон оказался в прелестном 176
старом интерьере, освещенном свечой, торчавшей в настен¬ ном держателе. Лестница из вощеного дуба вела на второй этаж. Стон раздавался все глуше из-за двери, перед которой с оружием наготове остановился сыщик. Он резким движе¬ нием распахнул дверь, и в первый момент яркий свет свечей в двурогом подсвечнике ослепил его. Дверь скрывала от его взгляда большую часть комнаты. Он видел только стулья, обитые коричневой кожей, и широкие кресла. Ему пришлось сделать два шага, чтобы оказаться перед существом. Оно было столь уродливым, что он направил на него ре¬ вольвер. Да, это был отвратительный старик с козлиной бородой и огромными глазами, блеск которых он заметил в сводчатом зале Чистер-Манора в момент, когда тому в лоб попала пуля. Но сейчас это не были разъяренные глаза спрута. Они были наполнены неизъяснимой печалью. Диксон увидел, что су¬ щество едва могло передвигаться по комнате. Две огромных гири каторжанина висели на его ногах, позволяя медленное и затрудненное передвижение. Руки были скованы цепями. — Гарри Диксон... — произнесло существо басовитым голосом. — Кто вы? — дрожащим голосом спросил сыщик. — Я был, —* произнес старик, делая ударение на прошлом времени глагола, — я был Перси Краксли! Сыщик хотел задать новый вопрос, но старик нетерпеливо прервал его: — Отправляйтесь в дом рядом с церковью, это — тюрьма... вы еще успеете спасти! — Кого? — Мужчин... и женщину, которая этого заслуживает! — А вы? — Пока за меня не беспокойтесь. Гарри Диксон кивнул и покинул старца. Выйдя из домика, он ринулся в указанном направлении. Кто мог поверить, что в этом домике за очаровательным фасадом скрывается ужасный серый холл, выложенный се¬ рыми и влажными камнями? 177
Он застыл в нерешительности перед рядом дверей, когда его внимание привлекли голоса. Они доносились из послед¬ ней двери. Она была приоткрыта, и из щели вырывался пучок света. Через мгновение он через щель наблюдал странную сцену: двое мужчин были прикованы цепями к стене. Диксон узнал в них Аддона Миллера и Брента. Третья, также скован¬ ная цепями фигура лежала на полу. Это был самый юный слуга Парк, но женщины он нигде не увидел. — Вы признаете во мне Перси Краксли? — жестким го¬ лосом рычала маска. — Никогда! — хором ответили пленники. — Вы — чудо¬ вищный узурпатор! — Прекрасно. Задаю вопрос в последний раз. Я вас при¬ кончу, а начну с этого юного идиота, который даже не может стоять на ногах. Он извлек длинный кинжал из складок длинного манто. — Спрашиваю в последний раз! Я Перси Краксли, да или нет? — закричала маска. — Нет, — раздался позади него спокойный голос. — Вы - просто Херберт Лендбтон. Я вас арестую именем Его Вели¬ чества! Человек отпрыгнул в сторону и поднял оружие. Пуля сыщика бросила его на пол. Человек был серьезно ранен. * * * Они сидели все вчетвером в комнате старца, которого Гарри Диксон освободил от пут и который тут же задремал. — Наша история такова, господин Диксон, — начал Ал- дон Миллер. — Мы внуки великого ученого Перси Краксли, который сидит здесь. Он совершил немало открытий, как вы знаете, но несколько лет назад его способности стали угасать. Тогда один из нас, юный Ларк, впрягся в работу и продол¬ жил завершать прекрасные изобретения, которые удивляли мир, оставляя нашему деду иллюзию, что он был истинным изобретателем. Именно тогда он познакомился с Лендбтоном, отврати¬ тельным мошенником, которому мало было присваивать 178
большую часть денег, получаемых за изобретения. Он хотел их использовать для развязывания войны. Но без помощи Ларка наш бедный дед мог только на¬ брасывать смутные идеи и выдавать неполные формулы, не имеющие никакой ценности. Лендбтон ничего этого не знал, захватил его и спрятал в за¬ претной деревне, о существовании которой был осведомлен. Но неполные формулы насторожили агентство Уостон, которое решило выяснить, в чем дело. Берертон, потом Бан- деруэлл были готовы раскрыть местонахождение этого тай¬ ника. К сожалению, они просчитались, ища разгадку в Чи- стер-Маноре, а не в Лендбтон-Кастле. Лендбтон безжалостно расправился с ними, убив Бандеруэлла в нашем замке, чтобы запутать полицию и нас в том числе. У нас были только сомнения по поводу Лендбтона, чье инкогнито дед строго соблюдал. Мы разыграли комедию ночного нападения, чтобы по¬ пасть в его дом и посмотреть на его гостей. Мы знали, что эти гости интересуются нашим замком. — Знаю, — сказал сыщик, — вы — специалисты по со¬ зданию и уничтожению следов, но почему вы поступили так же с моими следами? — Вы были посланы Правительством, которое требовало от нас создания смертоносного оружия. Мы не знали, считать вас врагом или другом. Для нас все были подозрительны! — вставил Брент. — Затем Лендбтон пленил нас. Ему удалось схватить Лар¬ ка, а потом и нас, когда мы бросились на его выручку. — Он пришел в невероятную ярость, потому что был ра¬ нен неведомым врагом, когда отправился в Лондон, чтобы выкрасть последнюю гравюру, которая могла, как он считал, привести Гарри Диксона в это пещерное убежище. В момент пленения Перси Краксли он заметил, что старик утерял часть своих способностей, и предположил, что один из нас или все трое помогали ему. Он предложил нам заменить Перси Краксли... поскольку решил предстать пред миром в его об¬ лике. Не забывайте, Перси Краксли недаром называли уче- ным-невидимкой. 179
— Почему? — спросил сыщик. — По двум причинам, сэр. Прежде всего, из-за его ужа¬ сающего уродства, которое пугало его самого, хотя у него добрейшее сердце. Вторая причина — предосторожность. Сколько международных шпионов пытались приблизиться к нему, а намерения у них были самые недобрые. — Итак, — сказал сыщик, обращаясь к Миллеру, — вы сыграли в китайскую тень с искусственной головой на плечах, чтобы те, кто за вами наблюдал, не узнали, что истинный Краксли попал в плен? — Совершенно верно, господин Диксон. — Теперь я понимаю, — пробормотал сыщик, — поче¬ му незнакомка в сером утверждала, что на данный момент Бандеруэлла убил Краксли. Она думала о том, кто пытался узурпировать имя и изобретения вашего деда. — Дама в сером, — громко сказал он, — но, кстати... Сэр Краксли говорил о плененной женщине. — Он сказал так? — воскликнул Парк, впервые взяв сло¬ во. — Он говорил о женщине? Слава Богу! Значит, дед все узнал! И Диксон удивленно открыл глаза. Он увидел, как старец проснулся и обнял исхудалой рукой плечи юного Парка. — Да, я знал, малыш, кто, кроме женщины, мог сочетать столько ума и столько нежности! — Боже правый... — прошептал сыщик, глядя на юного Парка удивленными глазами, поскольку только сейчас раз¬ глядел прекрасные и проницательные черные глаза. — Парк, вы и есть женщина в сером. — Это требует объяснения, — сказал Аддон Миллер. — Наш дед не любил женщин. Он никогда не был нежен со своей дочерью, нашей матерью. Он повторял, что, если у нее родится дочь, он откажется от нее. Но Лидия родилась, а дед не узнал, что родилась девочка. Позже нам пришлось хранить тайну, ведь Лидия стала основным помощником деда. Он бы испытывал страдания, зная, что она женщина. Но он все же узнал... — Голос сердца, — прошептал ученый-невидимка, — он проснулся во мне, когда мой разум стал постепенно угасать...
Х-4 Х-4
УЧЕНИК ЧАРОДЕЯ еплохо, совсем неплохо, молодой человек! Это было сказано благожелательным тоном, но в голосе проскальзывали едва заметные нотки раздражения, если не ревности. Так Гудфельд, суперинтендант Скотленд-Ярда, гигантско¬ го лондонского полицейского улья, обращался к молодому человеку с простодушными глазами и темной вьющейся ше¬ велюрой, больше похожему на поэта, а не на действующего сыщика. Джордж Кастере был, на самом деле, бакалавром поли¬ цейских и криминальных наук. У него были солидные ре¬ комендации, и он делал первые шаги в нелегкой и яростной борьбе с преступниками. Он только что закончил удачное расследование в одном деликатном деле: он разоблачил одного нечестного и очень ловкого банковского служащего, который долгие годы умуд¬ рялся избегать справедливого наказания. Гудфельд взял тонкую тетрадочку и принялся перелисты¬ вать ее своими толстыми пальцами, изредка бормоча под нос какие-то слова. — Я вижу, вы получили блестящее образование. Сирота с прекрасным состоянием. Ваши опекуны послали вас снача- 183
л а в Итон, потом в Оксфорд, вы получили несколько научных степеней... Смотри-ка, вы даже доктор юридических наук!.. Затем вы вбили себе в голову, что хотите работать в поли¬ ции. Странная мысль, сынок, поскольку наша профессия не просто тяжелая. В ней больше шипов, чем роз. Затем вы добились успеха, расследуя это дело, что весьма похвально. У вас в руках уже чин сержанта! Прекрасно для дебютанта, и даже я... Гудфельд собирался пуститься в долгие рассуждения по поводу своей трудной и долгой карьеры, но вдруг сменил тему. — Кстати, Кастере, всем тонкостям в университете не научишься, однако вы продемонстрировали потрясающие способности. Мне интересно, в какой школе вы их отто¬ чили. Молодой человек рассмеялся звонким и бесхитростным смехом. — В школе Гарри Диксона, господин суперинтендант! Гудфельд насторожился. — Как? Вы знаете Гарри Диксона? — Увы, совсем не знаю. Я видел только его портреты, но я знаю назубок все его расследования от А до Я, по крайней мере, те, которые он отдал на суд публики. Я думаю, что ис¬ пользовал некоторые его методы: никогда не отбрасывать ни малейших деталей, верить в могущество психологии, не жалеть себя. — Да, — проворчал полицейский. И снова в его голо¬ се и пространной речи прозвучала скрытая зависть. — Да, следствие, которое вы провели, похоже, доказывает это. Но не считаете ли вы себя самим Гарри Диксоном, юный царь иудейский? Гудфельд вычитал это ученое сравнение в какой-то га¬ зетной статье и не терял ни единой возможности ввернуть его в разговор. Юный иудейский царь покраснел и вежливо покачал го¬ ловой. — Это кто здесь за моей спиной поминает всуе мое свя¬ щенное имя? — раздался громкий голос. 184
Гудфельд разъяренно повернулся к приоткрытой двери. — Кто еще себе позволяет... — начал он, но тут же лицо его радостно осветилось. — Господин Диксон! — вскричал он. — Как приятно, что вы не забываете старых друзей. Можно вам представить кое-кого, кто уже жаждет заменить вас, когда вы на радость преступному миру покинете эту юдоль слез и отправитесь в мир, который считают самым лучшим! Гарри Диксон улыбнулся и поглядел на элегантного мо¬ лодого человека, сидевшего напротив Гудфельда. Кастере поклонился, еще больше покраснел, став вдруг неловким, словно его смутило присутствие великого сыщика. — Итак, — продолжил Гудфельд, — представляю вам Джорджа Кастерса, доктора права, лицензиата... всяких не¬ нужных вещей в нашей профессии. Он носит множество разных титулов, от которых у честного народа обязательно начнет трещать голова. Вот уже четверть часа, как он стал сержантом, и вот по какому поводу. Он вкратце рассказал о расследовании, которое только что с честью завершил Джордж Кастере. Гарри Диксон внимательно слушал. Лицо его оставалось бесстрастным, но в серо-стальных глазах иногда вспыхивали искорки. Когда Гудфельд закончил свою речь звонким: «Вот так!», сыщик протянул руку молодому человеку. — Очень хорошо, мистер Кастере, вы проделали заме¬ чательную работу, завершив ее за кратчайшее время с наи¬ лучшим результатом и приложив свой ум. Не ждите от меня преждевременных похвал. Но когда вернетесь домой, советую перечитать «Ученика чародея» Гете. Кастере рассмеялся тем смехом, который заражал симпа¬ тией окружающих людей по отношению к молодому человеку. — Я знаю эту нетленную поэму, сэр, — ответил он, — и понимаю вас. Вы хотите сказать, что человек, начинаю¬ щий борьбу с преступлениями, вынужден манипулировать опасными силами, которые могут обернуться против него. — Прекрасно, сержант, — сказал Гудфельд, ничего не понявший в обмене репликами. Для него ученик чародея означало что-то вроде фокусника или карточной гадалки. 185
— Действительно, прекрасно, — кивнул Гарри Диксон с улыбкой. — Мой дорогой Диксон, — продолжил Гудфельд, — сер¬ жант Кастере был мне рекомендован пер-со-наль-но важной политической персоной... — Он кашлянул и снова загово¬ рил: — «...важной». Если вы сможете изредка помогать его карьере, вы окажете мне пер-со-наль-ну-ю услугу. Гарри Диксон весело кивал. — Не стоит меня заранее благодарить, мой дорогой Гуд¬ фельд! Джордж Кастере буквально купался в волнах сладостра¬ стия. — Я даже надеяться на это не смел, — наконец, пробор¬ мотал он. Гарри Диксон стал серьезным и задумался. — Во мне нет ничего профессорского, — заявил он по¬ сле нескольких минут задумчивости, — но считаю преступ¬ ным душить такие способности, как у вас, молодой человек. У меня на службе есть ученик, Том Уиллс, имя которого на¬ верняка вам известно. Он идет вместе со мной по колдобинам жизни и учится тому, чему хочет научиться, а вернее — чему научиться может. Он часто совершает мелкие шажки, но медленно в нем вырастает сыщик, и у него на счету немало отличных достижений. — Я подтверждаю это, — с нажимом произнес Гудфельд. — У меня нет намерений брать второго помощника, гос¬ подин Кастере, но я и не собираюсь отказывать вам. Если мой друг Гудфельд не будет возражать, вы будете работать со мной в следующем деле... — Если я не буду возражать! — воскликнул Гудфельд. — Я буду умолять вас на коленях, мой дорогой Диксон. Кастере был рекомендован мне пер-со-наль-но влиятельной полити¬ ческой персоной. — Кем именно, если не секрет? — осведомился сыщик. — Сэром Хаттерберном лично! — с гордостью сообщил Гудфельд. Гарри Диксон присвистнул. 186
Сэр Роджер Хаттерберн, известный историк, крупный уче¬ ный, личный советник Его Величества, человек с именем, чьей дружбой не стоило пренебрегать! — Можно ли вас спросить, мистер Кастере, каким об¬ разом сэр Роджер Хаттерберн, человек строгий и живущий затворником, заинтересовался вами настолько, чтобы помочь вам поступить в столичную полицию? — Все довольно просто, господин Диксон, — ответил новоиспеченный сержант, — по матери я прихожусь ему ку¬ зеном, впрочем, я очень далекий родственник сэра Роджера, но родственные связи здесь ни при чем. Сэр Роджер читает в Оксфорде лекции по истории. Они бывают редко, но каж¬ дая стоит десяти, двадцати других, оставляя незабываемые впечатления у тех, кто их слушает. Однажды из комнаты лек¬ тора пропала уникальная книга, инкунабула, когда он при¬ ехал с лекцией в Оксфорд. Он был опечален, даже неутешен. Я отыскал эту книгу, но не того, кто ее украл. Я не хотел обви¬ нять одного из сокурсников, но инкунабулу я вернул хозяину. Должен сказать вам, господин Диксон, что мне пришлось прибегнуть к методам дедукции, чтобы добиться своей цели. Сэр Роджер поблагодарил меня и пообещал помощь во всем. Вы знаете, как я действовал... — Догадываюсь, — сказал Гарри Диксон, — несомненно, мы с вами встретимся в ближайшем будущем, господин Ка¬ стере, поскольку на этой несчастной земле преступники не страдают от безработицы. Через некоторое время произошло убийство на постоялом дворе Поллока в Буштри в окрестностях Чиппинг-Барнет. * * * Буштри даже не тянет на название хутора и находится в стороне от крупной дороги между Чиппинг-Барнет и Тотте- риджем. Этот так называемый хутор состоит всего из несколь¬ ких домов, рассыпанных по долине Хертфорд. Главный дом этого поселения — постоялый двор «Ноев Ковчег», который держит Сэм Поллок. Сэм Поллок состоял одновременно и начальником почто¬ вой службы хутора, а поскольку его убийство сопровождалось 187
кражей корреспонденции, оно привлекло внимание публики, журналистов и властей. Если использовать выражение, дорогое рассказчикам прежних времен, постоялый двор «Ноев Ковчег» стоял рядом с дорогой и выглядел сумрачным и задумчивым животным, что объяснялось плохим состоянием дел. Во времена Диккенса и почтовых карет он был в центре внимания, но железные дороги покончили с его ролью, а ав¬ томобиль окончательно добил постоялый двор по той простой причине, что дорога, которая ведет от Чиппинг-Барнет, почти непроезжая и тянется по скучной равнине, заросшей густым кустарником. Длинное двухэтажное здание с высокой крышей. Оно было построено еще во времена Кромвеля, считалось исто¬ рическим памятником и, возможно, фигурировало в этом качестве в официальном перечне древностей Англии. Хотя громадная столица протянула свои щупальца до Мидцлсек- са в сторону Хертфорда, она оставила Буштри заброшенной сельской местностью. В этом декоре пустошей, рощ, зарослей молодых сосен постоялый двор выглядел приютом из старой сказки с ее де¬ ревянными корытами перед дверью и вязами, воспоминанием о прежней почтовой службе. Жалкие клиенты в нем появля¬ лись нечасто. В основном, это были жители окрестных домов и проезжие рантье. Сэм Поллок обслуживал их с вежливым прилежанием. Ему помогала старая служанка, почти глухая и слепая, но великолепная кухарка. Из-за фантазии местных властей Буштри присвоили зва¬ ние деревни, и там пришлось открыть почтовое отделение. Почтовым служащим сделали Сэма Поллока, владельца по¬ стоялого двора «Ноев Ковчег», что отчасти позолотило его герб. Четыре письма в неделю (к тому же, за ними надо было являться на постоялый двор, а это всегда способствовало про¬ дажам выпивки), три или четыре повестки в месяц, сборник проспектов, который обязательно присваивала себе старая Мэдж. Работа для начальника почты вовсе не была обреме¬ нительной. 188
Жизнь могла спокойно протекать в этом забытом уголке земли, если бы преступление не обратило на него свой кро¬ вавый взгляд. Сэма Поллока нашли убитым в пустой и холодной комна¬ те, где стены увешаны административными распоряжениями. Эта комната служила почтовым отделением. Ему нанесли удар топором сзади, раскроив череп, в мо¬ мент, когда он разбирал почту. Почта была незначительной: одно письмо для соседа-фер- мера Льюиса Белла, четыре проспекта, бесплатные журналы в упаковке, присланные двум другим обитателям хутора, об¬ разец семян для культиватора Симена и небольшая картонная коробочка с образцами без объявленной ценности, посланная некоему Баруху Уилльямсу, на наклейке которой Сэм Поллок успел написать жирными буквами: Неизвестен. Шериф Чиппинг-Барнета, прибывший сразу, как только ему сообщили о прискорбном случае, отдал приказ ничего не трогать и поставил перед дверью кабинета констебля для охраны помещения. А сам позвонил в Лондон. Скотленд-Ярд немедленно отрядил на место своих людей, но даже не подумал бы обращаться к Гарри Диксону, если бы почтовая администрация, тщательно следившая за службой своих подчиненных, не потребовала усиления бригады. Она желала полной ясности о происшедшем событии. Вот почему мы видим, что через несколько часов после обнаружения преступления, на место убийства прибыли Гуд- фельд, Гарри Диксон, два инспектора и Джордж Кастере, который мечтал отличиться в новом деле. Инспекторы только что перенесли труп в прачечную в ожи¬ дании прибытия судебного медэксперта. Гудфельд опросил старую Мэдж и жителей хутора, но ничего не узнал. Гарри Дик¬ сон с рассеянным видом бродил по пустой и холодной комна¬ те, а молодой Кастере, как верный пудель, следовал за ним. Вдруг сыщик остановился и повернулся к молодому по¬ лицейскому. — Итак, Кастере, что вы видите интересного во всем этом. Я хочу спросить, есть ли здесь что-нибудь, привлекшее ваше внимание? 189
— Орудие преступления, — ответил сержант, — принадле¬ жит владельцу постоялого двора, топор для рубки дров, ручка его тщательно протерта влажной тряпкой, поэтому мы вряд ли можем рассчитывать на получение отпечатков пальцев. — Хорошо, — кивнул сыщик, — а это означает, что убийца не просто бандит с большой дороги, а человек думающий и разбирающийся в полицейских методах расследования. Это все? — Нет, сэр, легко установить час преступления, даже не прибегая к вскрытию жертвы. Я считаю, что это произошло между девятью и десятью часами вечера. — Вы правы, — подтвердил Гарри Диксон, и его лицо оживилось. — Теперь скажите мне, на чем основывается ваше утверждение. Джордж Кастере быстро заговорил монотонным голосом, словно читал наизусть заученный урок: — Почта прибыла в семь часов. На постоялом дворе на¬ ходился всего один клиент, мы это знаем, мистер Уопп, ко¬ торому Сэм поручил сообщить его соседу, мистеру Льюису Беллу, что на его имя пришло письмо. Мы также знаем, что мистер Уопп исполнил поручение примерно в девять часов, но Белл не пришел, поскольку постоялый двор закрывается ровно в девять часов. В этот же час старая Мэдж отправляется спать. В это время ее хозяин сел на свое место у стола. Убийца должен был проникнуть в дом между девятью и де¬ сятью часами, не возбудив беспокойства хозяина, и убить его. Дело в том, что лампа, которую Мэдж наполнила керосином, как это делает ежедневно, была зажжена Поллоком ровно в девять и горела не больше часа, о чем свидетельствует не¬ большой расход керосина. Совершив убийство, преступник задул ее. — Продолжайте, сержант, — поощрительно сказал Гарри Диксон. Джордж Кастере недоуменно почесал за ухом. — Вы не обвините меня в излишнем воображении, гос¬ подин Диксон? — пробормотал он. — Идите вперед, молодой человек, уверяю вас, вы на вер¬ ном пути. Давайте... я вас слушаю. 190
— Так вот! Если он задул лампу, то ради того, чтобы за¬ поздавший прохожий не поступил, как и он: не стал бы за¬ глядывать в окно. — Браво! — воскликнул сыщик. — Значит, преступник заглянул в окно и что-то увидел? Кастере смутился. — Вы слишком многого от меня требуете. — Однако я вам скажу, господин ученик чародея. Он увидел, что Сэм Поллок открыл коробочку с образцом без объявленной ценности. Убийца увидел, что она содержала, и решил, что ее содержимое стоит того, чтобы возложить на себя грех убийства и пойти на риск быть повешенным. Гарри Диксон взял коробочку в руку и прикинул ее вес. — Пустая... а вот и веревочка, разрезанная слишком лю¬ бопытным почтовым служащим. Она валяется на полу. Джордж Кастере смотрел на сыщика горящими глазами. — Осталось узнать, что находилось в этой коробочке! — Но это бросается в глаза, — небрежно ответил сыщик. Он перевернул пустую коробочку на бювар стола, постучал по донышку и убрал коробочку: в воздухе плавало несколько мелких хлопьев. — Здесь была вата, — сообщил он, — скажите мне, Ка¬ стере, какие предметы обычно укладывают на вату, чтобы отослать их по почте? — Драгоценные камни! — в просветлении воскликнул Кастере. — Совершенно верно! Странная мысль посылать драго¬ ценные камни в виде образца без объявленной ценности! — Действительно... — пробормотал молодой человек. — Однако вещь самая обычная. — Неужели? — удивился сержант. — Именно так, мой дорогой, и поступают преступники. Такая посылка без объявленной ценности не привлекает ни¬ чьего внимания, а это господа воры прекрасно знают и не в первый раз используют этот способ. — Но неизвестный адресат... — начал Кастере. Вошел Гудфельд. Пришло время писать отчет. 191
Когда они закончили работу, наступал вечер. Пришлось возвращаться в Лондон, так ничего важного и не узнав. В автомобиле, который вез полицейских, Джордж Кастере сидел рядом с Гарри Диксоном и о чем-то размышлял. — Ну, что, мой юный друг, — внезапно спросил сыщик, - виден свет в конце туннеля? Ученик чародея застонал от бессилия. — Увы, нет, господин Диксон, боюсь, я никогда не стану никем иным, как никчемным сыщиком! Через два дня в кабинете Гарри Диксона зазвонил теле¬ фон. Еще не было девяти часов утра. Как раз в это время он заканчивал завтрак в компании своего ученика Тома Уиллса. Гудфельд срочно призывал сыщика на помощь. — Для нас, господин Диксон, была проделана большая работа в Буштри, — чуть не кричал суперинтендант. — Мест¬ ная полиция арестовала убийцу сегодня утром в Чиппинг- Барнет, но он уже отяготил свою совесть вторым убийством, а именно, прикончил фермера Льюиса Белла! Готовьтесь от¬ правиться со мной. Автомобиль Ярда будет у вашей двери через четверть часа. — Бедняга Кастере, — с жалостью улыбнувшись, пробор¬ мотал Гарри Диксон, — это дело не принесет ему новой славы. Он заканчивал давать инструкции Тому Уиллсу по поводу текущих дел, когда автомобиль Гудфельда прогудел у дверей дома. Суперинтенданта сопровождал «ученик чародея», на лице которого не ощущалось никакого энтузиазма. — То, что называется накормить хлебом без сыра, не так ли, господин Диксон? — воскликнул со смехом Гудфельд, дру¬ жески потрепав по плечу своего пер-со-наль-но-го протеже. — У господина Кастерса все впереди, — добродушно отве¬ тил Гарри Диксон. — Расскажите, что произошло, Гудфельд. Автомобиль доехал до Хемпстэда и свернул на дорогу к Хендону, проходившую через Хайгейт. 192
— На труп наткнулись слуги Льюиса Белла, когда отпра¬ вились на поиски, встревоженные тем, что он не появился ранним утром, как обычно. Он лежал у подножия кровати. Его убили ударом ножа прямо в сердце. Один из слуг на мо¬ тоцикле отправился предупредить шерифа Чиппинг-Барнета, и тот вместе со слугой отправились в дом фермера. Когда они подъезжали к ферме, то заметили в утреннем полумраке человека с подозрительным лицом, который пытался спря¬ таться за стогом сена. Им не составило труда поймать его. Потом с легкостью раскололи его. Если говорить о его признании, то надо ска¬ зать, что признанием это можно назвать с натяжкой, посколь¬ ку человек напрочь отрицает свое участие в преступлении и даже сообщничество в нем. Он только что-то видел слу¬ чайно. Странно все это, не так ли? — Продолжайте, Гуд... — Я повторил то, что мне сообщили по телефону. Человек по имени Уолл Брадек, старый знакомый Ярда, никогда не являлся закоренелым преступником. Он просто обычный воришка, который живет мелкими кражами и попрошайниче¬ ством, хотя не останавливается и перед грабежом со взломом. Специализируется в основном на краже белья на фермах, окружающих Лондон. Он утверждает, что забрался в дом Белла ради кражи, по¬ скольку, как ему казалось, что он знает, где тот прячет свои деньги. Но он не убивал. Он только видел труп. Когда кон¬ стебль надавил на него, он напыжился и заявил, что пусть его допрашивают лондонские специалисты, знающие толк в таких преступлениях, а не какие-то паршивые сельские полицейские. У него свои понятия о чести... — Вся честь достанется нам! — усмехнулся Гарри Диксон. Они проехали мимо постоялого двора «Ноев Ковчег». Ставни были закрыты, и здание выглядело более мрачным и зловещим, чем обычно, и свернули на проселочную дорогу, ведущую туда, где произошло второе преступление. Ферма Льюиса Белла выглядела такой же унылой древно¬ стью, как и постоялый двор. Дом, сложенный из неотесанных серых камней, сливался с такой же безрадостной местностью. 194
Высокая глинобитная крыша, почерневшая от времени, по¬ ходила на грязную шапку, а зеленая краска дверей и ставень давно облупилась. Тощие куры клевали что-то вокруг утиного болотца. В стойле шумно отряхивалась единственная лошадь. Стоящий на часах констебль, завидев автомобиль, ука¬ зал господам из Лондона на застывшую форму, лежащую на грязной земле. Это было тело большой лохматой собаки. Ее выпускали на ночь, чтобы охранять дом. — Животное отравили, — сообщил полицейский, — Бра- дек утверждает, что это сделал он, скормив псу печеночный паштет с мышьяком. Гарри Диксон глянул на мертвую собаку и приказал шо- феру: — Пусть ее уложат в мешок. Мы увезем ее в Лондон. Шериф Чиппинг-Барнета вышел на крыльцо. — Преступник на кухне. Его охраняют слуги фермы, — сказал он. — Соблаговолите последовать за мной, джентль¬ мены, я проведу вас к трупу. Льюис Белл, высокий тощий мужчина, лежал у подножия кровати. Постельное белье было измято. Рана почти не кро¬ воточила. Скорее всего, кровоизлияние было внутренним. — Мда, — проворчал Джордж Кастере, чуть побледнев, — Не очень приятное зрелище. — А вы ждали, что в нашей профессии любуются только голубыми и розовыми акварелями? — пошутил Гудфельд. — Что-нибудь украли? — спросил Гарри Диксон у ше¬ рифа. Сельский полицейский покачал головой. — Кражи не было, ни один шкаф не был открыт. Полагаю, убийца испугался того, что натворил, и поспешил удрать, ничего не прихватив. Они обошли комнату. — А вы, Кастере, — внезапно спросил Гарри Диксон, — видите ли вы что-нибудь, что может привлечь внимание сер¬ жанта уголовной бригады Скотленд-Ярда? — Да, господин Диксон, — просто ответил молодой че¬ ловек. 195
— Мы с мистером Гудфельдом с удовольствием выслу¬ шаем вас. — Крест, нанесенный древесным углем, на известковой стене в изголовье кровати. — Действительно, я готов признать вашу правоту. По¬ зовите старшего слугу, шериф, — приказал Гарри Диксон. На зов полицейского пришел крепкий старик. — Меня зовут Меркант, — сказал он. — Боб Меркант, джентльмены. Готов сообщить все, что знаю, под присягой, но, по правде говоря, я ничего не знаю. — Ну, это мы посмотрим, господин Меркант, — вежливо сказал сыщик, — вы часто бываете в этой комнате? — Но... да и нет. В принципе мне здесь нечего делать, но приходится проходить через нее, чтобы попасть в соседнюю комнату, где находится печка. — Поглядите на этот крест на стене. Вы его видели вчера? Меркант удивленно повернулся к стене и покачал головой. — Уверен, что нет! — Это все, что я желал узнать от вас на данный момент. Спасибо, Меркант, — сказал Диксон, отсылая слугу. — Ваша очередь, господин Кастере, исследуйте этот знак. Сержант повиновался. — Поставлен совсем недавно, — присмотревшись к кре¬ сту, сказал он. — Пыль от угля отлетает от малейшего прикос¬ новения. А, это не крест, а буква, прописная X. Посмотрите на крохотные черточки, которыми заканчиваются ее хвостики. — Прекрасное наблюдение, дальше? Джордж Кастере слегка вскрикнул. — Рядом нанесли еще один значок, но уголь почти не оставил следа, потому что был твердым. Однако известка по¬ царапана от давления. За X следует цифра... четыре. Значит, написано Х-4. Гарри Диксон заворчал от удовлетворения. — Отлично, Кастере. С вами приятно работать. Молодой человек покраснел, услышав похвалу. — Это меньше, чем ничего, — прошептал он. Они вышли из злосчастной комнаты в кухню, где рядом с очагом, в котором горели хилые веточки сушняка, на табу¬ 196
ретке сидел Уолл Брадек. Его руки были скованы стальными наручниками. — А, вот и господа из Лондона! —* произнес он. И злобно усмехнувшись кривым ртом, продолжил: — Теперь можно исповедоваться. Это был тощий мужчина с острыми чертами лица и бегаю¬ щими глазками. Усы, пожелтевшие от табака и спиртного, сви¬ сали по краям беззубого рта. Красные скулы, впалая грудь, ко¬ торую то и дело сотрясал хриплый кашель, свидетельствовали о чахотке. На нем был старый непромокаемый плащ, плоская морская бескозырка и толстые туфли на резиновой подошве. — Я предупреждаю вас, все, что вы скажете... — начал Гудфельд. — Может быть использовано против вас, — закончил задержанный. — Знаем эти песенки, не впервые слышу их. В Ярде известно об этом, ведь я не раз был там клиентом. Внезапно его взгляд остановился на Гарри Диксоне. Его лицо осветилось. — Ну и честь мне оказали! — И воскликнул: — Прислать самого Гарри Диксона ради Уолла Брабека! Я живым войду в легенду. Теперь я спокоен. — Это еще почему? — прошипел Гудфельд. — Мне ка¬ жется, вы уже на ступеньках эшафота! — Вы так думаете, папаша, — презрительно возразил Бра¬ дек. — Я сказал, что теперь я спокоен. Получу не больше двух лет тюряги за попытку ночного ограбления. Меня отправят в тюремную больничку по состоянию здоровья... А там хо¬ рошо отбывать срок! Он повернулся к Джорджу Кастерсу. — Пацан, я вас не знаю. Вы, явно, новичок в профессии, но запомните следующее: никогда Гарри Диксон не отправля¬ ет на виселицу невиновного, даже типа, вроде Уолла Брадека, у которого в активе тридцать две судимости, но ни одного за серьезное преступление. Я, видите ли, смертельно боюсь крови. У меня чуть ли не религиозный принцип: я соблюдаю заповедь «Не убий!». — А пока расскажите нам, что вы делали в ночь преступ¬ ления, — нетерпеливо прервал его Гудфельд. 197
— Я это и собирался сделать. Полагаю, суд учтет мои от¬ кровенные признания. У меня жаркое желание помочь пра¬ восудию моей родины. Пусть адвокат защищает мои права перед Олд-Бейли, а я ему помогу советами. — Хватит трепаться, — резко прервал его суперинтендант. — Подождите, я начинаю. Итак, я следил за Льюисом Беллом, фермером, который так нелепо окончил свои дни, уже некоторое время. Он продал немало птицы на утрен¬ нем рынке в Ковент-Гарден и заработал кучу денег. После продажи товара он отправился выпить — скажу даже нема¬ ло — в таверну «Бартоломесс», куда я частенько захаживаю. Он пересчитал деньги, сунул их в старое кожаное портмоне, приговаривая: «Есть, чем набить подушку!» Я сказал себе, что неплохо бы заглянуть к нему домой и пощупать эту подушку. А потому отправился вслед за ним в Буштри. — Несомненно, вы бывали здесь и раньше? — перебил его Гарри Диксон. — От вас ничего не скроешь, король сыщиков, — криво усмехнулся злоумышленник. Действительно, с неделю назад я проводил, как говорят, разведку на местности. Это не составило трудности: я явился с предложением продать писчую бумагу и шведские спички. Меня выставили вон. Но я увидел спальню хозяина и ставень, который плохо закрывался. Я также увидел целый ряд бутылок с джином рядом с кроватью. Одни были пустые, другие пол¬ ные. Это подсказало мне, что хозяин спал именно здесь. Каж¬ дый вечер он, похоже, надирался до беспамятства. Бутылок хватало. Моя работа представлялась мне легкой. Уходя, я за¬ метил сторожевого пса, злого, но тощего. Вряд ли он досыта ел каждый день, в том числе и по воскресеньям. У меня неж¬ ное сердце, я люблю животных, и я поклялся, что хоть один раз в жизни он наестся печеночного паштета. Правда, я на¬ шпиговал его крысиным ядом, но вкус-то отрава не меняет. Вчера вечером я сдержал слово, как подобает джентль¬ мену, каким себя считаю. Я бросил псу пол фунта паштета, и тот разом проглотил его. Ням! Ням! Как это было вкусно. Готов поклясться, что он бы проглотил еще одну порцию, но я отдал ему все сразу. По опыту знаю, что нашпигован¬ 198
ный таким образом паштет действует не сразу. Животные, которые проглотили его, стонут минут десять. И начинается все не сразу. Я не могу слышать их стоны, поскольку люблю животных. Я сделал круг по соседству и вернулся примерно через полчаса. Пес уже не шевелился, лежал, как бревно. Я стал красться к ставню, и замер, словно прибитый молнией: ставень и окно были открыты. Я опасаюсь слишком легкой работы и продолжал красться с еще большими предосторожностями. Судите, как я удивил¬ ся, когда услышал хриплый голос в темной комнате: «Я знаю, что это у тебя, Белл, — рычал голос, — поспеши, иначе при¬ кончу!» Брр! Я уже слышал такие слова в театре, и каждый раз от них у меня по холке бежали мурашки. «Нет, у меня ничего нет, — стонал фермер. — Еще минуту... минуту!» Потом фермер что-то прошептал так тихо, что я ничего не расслышал. Потом я услышал шум короткой борьбы. А потом ничего. Я испугался и убежал. Но когда уже шел по дороге, решив вернуться в Лондон, подумал, что зазря проделал такой путь, ничего не добыл, а потратился на паштет и крысиный яд. Я не мог смириться с такой потерей. «Какой-то человек поработал вместо меня, — сказал я себе, — он наверняка наложил лапу на денежки фермера. А с собакой справился я. И было бы несправедливо не поучаствовать в ночных доходах. Я подо¬ жду неизвестного собрата и потребую от него свою часть, но не буду слишком требовательным». Я спрятался за кустом на обочине и стал ждать. Вскоре я увидел черную фигуру на дороге. Мужчина, закутанный в черный плащ. А шляпу он на¬ двинул на глаза, как в кино. Когда он проходил мимо, я встал. — Привет, — сказал я, — вы, джентльмен, слишком оди¬ ноки! Я больше ничего не успел сказать. Он врезал мне по баш¬ ке, и я свалился на землю. Правда, я не знал, что откос за кустом был крутой и уходил на дно бывшего карьера. Я упал с большой высоты и думал, что качусь прямо в ад. Но ничего не стал предпринимать до самого дна и приземлился на кучу грязи и сухой травы. 199
Я почувствовал сильную боль в левой ноге, но одновре¬ менно услышал, что человек занимается поисками над моей головой, выкрикивая ужасные проклятия. «Вылезай, — орал он ужасным голосом, который пытался приглушить, — и по¬ лучишь свои деньги. Лезь сюда. Я твой друг!» Ну, да! Знаю я этих друзей! Он собирался пришить меня, чтобы отбить охоту болтать. Поэтому я притих. Он долгое время крутился наверху, прежде чем уйти. Я опасался ловушки и выждал до рассвета. Мне понадобилось немало времени, чтобы выбрать¬ ся из карьера. Двигаться быстро я не мог. Сильно болела нога. В это время на мотоцикле проезжали полицейские, увидели меня и прихватили. Я все сказал. — Можете ли подробнее описать вашего странного кон¬ курента? — недоверчиво спросил Гудфельд. — Нет, не очень. Но мне кажется, он из хорошей семьи. — Почему же? — Он ругался, как проклятый, но речь у него была изы¬ сканная. Мне так кажется. Этот тип не из Уиоппинга или Хаундстича! Гудфельд, который записывал его слова, прервал допрос. У него устала рука, и он отложил ручку. — Шериф, реквизируйте автомобиль и отвезите задер¬ жанного в Лондон. Вот ордер на арест. — На два дня только, — вставил неисправимый Брадек, - если только не найдутся смягчающие обстоятельства, чего исключать нельзя. Я знаю законы, джентльмены! У дома послышался скрежет тормозов автомобиля. Вошел почтовый рассыльный и приветствовал всех, при¬ ложив руку к кепи. — Почтовое бюро закрыто, — сказал он, — временный служащий, который назначен вместо Поллока, безуспешно стучал в дверь и в ставни постоялого двора. Меркант, услышав его слова, подошел блгще. — Старая Мэдж глуха, как пень, но она утренняя пташка, настоящий жаворонок. Удивительно, что она еще не про¬ снулась. Полицейские тревожно переглянулись. 200
- Надо посмотреть, господин Диксон! — предложил Гуд- фельд. Сыщик кивнул. Когда они подъезжали к постоялому двору, то увидели, как новый служащий безуспешно сражается с дверью. Гарри Диксон подозвал его. - Вы получили вчерашнюю почту? — спросил он. - Да, сэр. Но ничего особенного. Поскольку дверь за¬ крыта, я не мог раздать почту. - Что в ней было? - Проспекты сельскохозяйственных инструментов для местных фермеров и образцы без объявленной ценности. - А! И на чье имя они были присланы? - На имя некоего Эллии Смитерсона. Меркант издали следил за полицейскими. Гарри Диксон знаком подозвал его и спросил. - Вы знаете здесь кого-нибудь по имени Эллия Сми- терсон? Старик отрицательно покачал головой. - Я живу здесь без малого пятьдесят лет и не знаю никого с таким именем, сэр. - Неизвестный адресат, — заметил Джордж Кастере, в упор глядя на Диксона. - Действительно, — глухо ответил сыщик, — этого-то я и боялся больше всего. - Неужели новое преступление... — начал Гудфельд. - Ничего невозможного. Выламывайте дверь! Меркант с силой ударил по двери, и через некоторое время она открылась. Сначала они вошли в мрачную комнату, которая служила почтовым бюро. Жалкая корреспонденция лежала на столе, прижатая пресс-папье. Гарри Диксон схватил маленькую картонную коробочку. - Пустая, конечно... И с яростью отбросил ее. - Это уж слишком! Смотрите, что на ней написано, — голос у Диксона заходился от гнева. 201
Джордж Кастере подобрал коробочку и не смог сдержать восклицания. — Х-4. Дьявол, что означает эта комедия? Гудфельд, ушедший в дом, позвал их. — Дьявольщина! Бандит убил бедную старуху! Какая жуть! Мэдж Эванс наспех одетая, лежала у стойки. Горло ее было перерезано. Умирая, она протянула руку, словно защищаясь от кого-то. Джордж Кастере обратил на это внимание, и сыщик под¬ держал его. — Стойку обыскали сверху донизу, а старуха знала, что там лежит что-то ценное. А! Вот потайной ящик. Он так и остался открытым! Гарри Диксон извлек ящик из ниши. В воздухе закружи¬ лись белые хлопья. — Естественно, — мрачно сказал он. Он вернулся к компаньонам, но те не смотрели на него. Их глаза были устремлены на стену. Кастере пальцем указывал на надпись Х-4! Гарри Диксон прочел отчет, который ему только что до¬ ставил служащий лаборатории анализов Скотленд-Ярда. — Уолл Брадек отделается двумя годами, а может, и вовсе полутора годами, — сказал он Тому Уиллсу. — И откуда для него такой неожиданный шанс? — Мы действительно нашли мышьяк в карманах этого негодяя, но из анализов следует, что собака Белла погибла в результате отравления стрихнином. — И как же это объяснить, учитель? — Двойное отравление, Том. Великие идеи даже в пре¬ ступлении часто пересекаются, как утверждает пословица. Через несколько минут после того, как Брадек накормил пса отравленным паштетом, а воздействие крысиного яда еще не ощущалось, кто-то другой угостил пса лакомством, нашпиго¬ 202
ванным стрихнином. Второй яд, более активный, и умертвил пса. Значит, Брадек не солгал. Он сунул отчет в ящик стола и задумался. — Том, вы жаловались, что не принимаете участия в рас¬ следовании этого таинственного дела. Перестаньте хныкать. Я поручаю вам расследование, которое может показаться вам нудным, но должно дать весомые результаты. В жизни вла¬ дельца постоялого двора «Ноев Ковчег» есть тайна. Найдите ее. — Хм, — промычал молодой человек, — Мэдж Эванс мог¬ ла бы нам помочь, но теперь... неважно, буду искать. — И, быть может, найдете. Экспедитор посылок без объ¬ явленной ценности живет в Лондоне и газет не читает. — Почему? — Потому что, если бы он их читал, то не отправил бы образцы даже «без объявленной ценности» человеку, которого только что убили. — Неужели они были посланы Поллоку? Мне что-то не верится. Гарри Диксон расхохотался. — Ему и посылались, Том. Выдуманные адреса на коро¬ бочках что-то означали для Поллока. Посылки отправлялись ему лично. — А почему он написал «неизвестен» на той, которая предназначалась Баруху Уилльямсу? Гарри Диксон дружески похлопал его по плечу. — Браво, Том, если бы вы знали, как важно ваше заме¬ чание. И чтобы вознаградить вас за заданный вопрос, отвечу вам: он написал это, потому что кто-то, кого он знал, нахо¬ дился в комнате рядом с ним и прочел адрес неизвестного вместе с ним. * * * Сержант Кастере, наделенный всеми полномочиями, явился к письмоводителю тюрьмы Ньюгейт, куда заключи¬ ли Уолла Брадека. После положенных формальностей его отвели в специ¬ альную камеру, куда через несколько мгновений доставили обвиняемого. 203
Сержант отослал охранника и сел напротив Брадека за стол. Кастере впервые ощутил атмосферу пенитенциарного заведения, и ощущение это было не из приятных. Стены не¬ определенного цвета, изъеденные временем. Администра¬ тивные объявления в черных рамках, украшавшие стены без всякого порядка. Окна, нижний обрез которых находился на уровне головы человека, и толстые решетки на них. Вы¬ цветшие портреты королевы Виктории и короля Эдуарда. Вся эта обстановка буквально кричала об общем тоскливом настроении. Хотя ясный день был в разгаре, камера была темной. | Пришлось зажечь электрическую лампу, покрытую таким j толстым слоем грязи и пыли, что в ее центре едва проема-! тривалась темно-красная спираль. Уолл Брадек с комфортом разместился на стуле и потре-' бовал сигарету, которую тут же получил от полицейского. — Курить разрешают лишь один раз за весь день, — со¬ общил заключенный, — один из недостатков пребывания здесь, иначе я бы не стал жаловаться. Врач сразу понял, с кем имеет дело, и послал меня в больничку. Хорошая кровать, два приличных завтрака в день, не считая молока и кро¬ шек сахара. Кстати, молодой человек, вы, я вижу, новичок в профессии. Джордж Кастере кивнул. — Это сразу видно, — с жалостью сообщил Брадек. — Ве¬ теран Ярда тайно принес бы мне фляжечку бренди в надежде, что я начну выкладывать все, что знаю. Если придете ко мне в следующий раз, не забудьте выпивку. Таков обычай. Любой сотрудник Скотленд-Ярда подтвердит мои слова. Молодой полицейский не знал, с чего начать. Он про себя завидовал опытным сотрудникам, которые давно привыкли к служебной рутине. Он с какой-то тоской глянул на Браде¬ ка, надеясь, что тот протянет ему спасительную соломинку. Заключенный понял его и рассмеялся. — Не надейтесь услышать от меня что-либо, мой юный друг, — добродушным тоном поведал он. — У меня впереди полтора года. Местные знатоки подтвердили мне это. 204
— Как я понимаю, вы придерживаетесь своей системы защиты, — начал Джордж Кастере. — Защиты? — удивился Брадек. — Термин неверен. Я не защищаюсь. Напротив, я признаюсь, но не сообщу ничего, что не касается моего проступка. Будет лишним пересказывать состоявшуюся беседу, мы лучше перейдем к фактам, невероятно обескуражившим на¬ чинающего профессиональную карьеру сыщика. Охранник, который привел Брадека, не участвовал в раз¬ говоре заключенного с представителем Свотленд-Ярда. Он расхаживал взад вперед по коридору, давно привыкнув к та¬ кой монотонной прогулке. Это был человек, достигший воз¬ растного лимита и думающий о своей скорой отставке. Он давно расстался с любопытством, и закрытая дверь камеры не интересовала его. Он расхаживал перед ней, мысленно споря с воображаемым продавцом о цене маленького котте¬ джа в графстве Кент. — Мне нужна прихожая, — бормотал он, — я всегда меч¬ тал о собственном доме с прихожей, где поставлю плетеные кресла и повешу гравюры со сценами охоты. Он уже набросал в уме примерный план столовой, кух¬ ни, спальни на втором этаже и маленького закутка, где будет хранить рыболовные принадлежности, как вдруг сообразил, что беседа следователя и заключенного сильно затягивается. Однако ничего в регламенте не ограничивало подобных бесед, а чтобы мечтать о коттедже в Кенте и даже о замках в Испании, лучше было ходить вдоль камер допросов, чем стоять на каком-то другом посту. Но настал час раздачи буль¬ она в больничке, а охранник привык получать чашку этого приятного напитка. Он еще раз прошел мимо двери камеры и несколько раз хмыкнул, сначала тихо, потом громко. — Слишком тихо внутри, — сказал он себе. Он продолжил свою прогулку, но успокоительные сель¬ ские виды на будущее покинули его и сменились образами, которые в данный момент встревожили его. — Быть может, это не очень вежливо и не думаю, что ре¬ гламент позволяет это делать, — пробормотал бравый охран¬ ник, — но я все же постучу. 205
Он осторожно постучал в дверь камеры. Его призыв остал¬ ся без ответа. Он всполошился и постучал в дверь кулаком, но ответа не получил. В дальнем конце коридора проходил старший надзиратель. Охранник позвал его. — Шеф, идите, посмотрите. Мне кажется, в камере не все в порядке. Я постучал, потом колотил кулаком... Разговор длится уже больше двух часов, а голосов не слышно. — Кого допрашивают? — К-27 из больнички. С ним следователь из Ярда. — К-27, Уолл Брадек... карманник, хвастун, но не в силах свернуть шею даже кролику. Не позавтракал ли он печенью сыщика, как думаешь, Родни? — Неважно, но я беспокоюсь, ничего там не движется. Они должны слышать наш разговор, мы же говорим громко. Но у меня нет права открывать дверь камеры. — Я имею право, — сказал старший надзиратель и, отбро¬ сив формальности, повернул ручку двери... Оба одновременно начали кричать, а потом, снова превратившись в охранников тюремного заведения, вытащили из карманов посеребренные свистки и подняли тревогу. Ибо заключенный и следователь неподвижно лежали на полу. — Этот еще дышит, — сказал старший надзиратель, ука¬ зав пальцем на Джорджа Кастерса. — Что касается бедняги Уолла Брадека, то он отбросил копыта! Дьявол побери, что произошло в камере? Этого не смогли объяснить, несмотря на тщательный обыск в камере, ни Гудфельд, ни Гарри Диксон, которых немедленно вызвали на место происшествия. Брадек был убит точным ударом кинжала в сердце. Ка- стерсу повезло больше: идентичный кинжал только нанес ему незначительную рану, застряв в мышцах плеча. Но, по-види¬ мому, последовал нервный шок, ибо сердце у Кастерса было, похоже, слабое, и его глаза уже начали стекленеть. — Войди охранники часом позже, у нас было бы два трупа вместо одного, — заявил тюремный врач. — Как вы можете объяснить эту двойную драму, господин Диксон? — спросил Гудфельд. — Надеюсь, наш протеже бы¬ 206
стро оправится и сообщит, что произошло. Подведем итоги: дверь камеры была закрыта. Охранник ходит по коридору и не теряет двери из виду. Это — образцовый служащий, не имеющий никаких нареканий по службе. Он вне подозрений. Есть еще окно, но оно закрыто. — Нет, — возразил Гарри Диксон. — Согласен, но решетки... — Ячейки довольно большие, чтобы позволить точно метнуть два кинжала снаружи. Посмотрите на оружие. Они имеют мексиканское происхождение, их используют для подобных упражнений. Кроме того, бандит подписал свое преступление. Поглядите на стену слева от окна. В этом месте рука просунулась через решетку извне, чтобы легко написать то, что она хотела. — Х-4! — завопил Гудфельд, увидев два значка, поспешно начертанные угольным грифелем. — Давайте посмотрим, что у нас во дворе, — сказал Гарри Диксон. Директор тюрьмы отвел их на место. Окно камеры выходило на маленький дворик, заросший травой и окруженный высокими стенами, в которых видне¬ лось несколько узких бойниц. — Заключенные не имеют доступа в этот двор, — объяс¬ нил директор. — Одно время он служил для сушки картонных пластин, но вот уже три года, как цех картонных работ закрыт. Этот двор практически заброшен. — Однако недавно здесь проводились работы, — заметил сыщик, — на траве валяются куски гипса, а вот и лестница. Директор нахмурился. — Это приспособление не разрешено для нахождения в этом месте, — недовольно сказал он и повернулся к со¬ провождавшим их охранникам. Один из них почтительно попросил слова. — У нас сейчас разгар ремонтов, сэр, а поскольку в этот двор тюрьмы заключенным вход запрещен, мы наняли ра¬ бочих извне. — Я должен немедленно увидеть их и допросить, — вос¬ кликнул Гудфельд. — Как вы считаете, господин Диксон? 207
— С этой работой вы с честью справитесь, мой дорогой суперинтендант, — ответил сыщик. — Нет нужды, чтобы я присутствовал на них. Я хочу еще раз осмотреть камеру. — Прекрасно, — кивнул Гудфельд, — отличное распреде¬ ление работы, чтобы выиграть время. До скорого, господин Диксон. Директор тоже решил заняться расследованием и, нацепив на нос очки, осмотрел стену из темных кирпичей. — Окно расположено высоко, — сказал он, — можно най¬ ти следы подъема. — А что делать с лестницей, господин директор? — Действительно, я забыл, но, быть может, остались сле¬ ды от лестницы на каменном карнизе окна? — Господин директор, — сказал сыщик, — есть две воз¬ можности: либо тот, кто совершил преступление, плевать хотел на оставленные следы, и оставил их в избытке, или это человек достаточно хитроумный, чтобы их уничтожить. В любом случае, это не так важно... но следует допустить, что человек весьма ловок, а поэтому не стоит терять время на поиски следов здесь. Он широкими шагами направился назад, к камере, где фо¬ тограф уже сделал необходимые снимки и откуда уже унесли труп Брадека и тело неудачника-полицейского. Его перевезли в ближайшую клинику. — Итак, — прошептал сыщик, — перед нами новый по¬ двиг Х-4... Почему Х-4? Кровь Кастерса, кровь Брадека из¬ лилась вовнутрь, как и у фермера Льюиса Белла. Пора рас¬ суждать... Уолл Брадек должен был сидеть на этом месте, повернув¬ шись на три четверти к окну. Да... именно так. Значит, хоть на мгновение он должен был заметить человека, который появился за решеткой. Убийца должен был действовать почти с молниеносной скоростью. Хорошо, мы пришли к этому заключению... Он взял два кинжала, лежащих на столе и завернутых в но¬ совой платок Гудфельда. — Великий Гуд только и думает об отпечатках пальцев! Словно они избавят нас от такого рода бандитов! 208
Он рассмотрел деревянные рукоятки под лупой. — Рука в перчатке, — усмехнулся он, — кто бы сомневал¬ ся. Кстати, по поводу перчаток... Он вдруг вспомнил о паре перчаток из лакированной кожи, которые аккуратно лежали на деревянной полочке, укрепленной на стене. Он их узнал. — Бедняга Кастере, — сказал он себе, — он так трогатель¬ но относится к своим вещам. Он рассмотрел трещинки кожи. — Даже такие перчатки должны оставлять следы на ручках кинжалов. Их линии столь же индивидуальны, как и линии руки. Я таких не вижу. Значит, убийца был в перчатках из мягкой кожи. Он раскурил трубку и сквозь облако дыма принялся рас¬ сматривать роковые знаки, начертанные угольком на извест¬ ковой стене. — Х-4, — тихо сказал он, — вы крайне ловкий тип, но я думаю, вы заблуждаетесь. Ничего хорошего нельзя пред¬ сказать преступнику, который подписывает свои дела. Слиш¬ ком много гордыни, слишком много доверия к самому себе, слишком много романтики... плохая вещь в вашей поганой профессии, монсеньор, плохая вещь... Размышления прервал Гудфельд, расстроенный, как все¬ гда в те дни, когда он не мог разобраться в деле в первые же часы. — В этом дворе работали два каменщика вот уже шесть дней, — сказал он. — Приличные люди, но они допускают, что какой-нибудь тип мог пробраться на стройку. Они не принимали особых предосторожностей, поскольку заклю¬ ченных сюда не пускали. — Логично, — кивнул Гарри Диксон и больше ничего не добавил. Вечером были получены успокоительные новости о здо¬ ровье Джорджа Кастерса, который на короткое время про¬ снулся, потом снова заснул. Лечащий врач полагал, что на следующий день его можно будет допросить. Но наутро Гарри Диксон получил послание от «ученика чародея». 209
Господин Диксон! Я расстроен,., обескуражен, несчастен выше всяческого воображения. Мне кажется, я потерял лицо и не осмелюсь предстать перед начальниками в виде полного неудачника. Я ухожу, да... Я послал рапорт об отставке в Скот¬ ленд-Ярд, но не бросаю расследование. Напротив: я хочу работать в одиночку, свободный в своих поступках и мыслях. Несчастье в том, что я не могу ничего вам сообщить по поводу странных событий, происшедших накануне: я внезапно почувствовал уд ар, ужасную боль в груди в рай¬ оне шеи. Я сразу подумал, что на меня напал Брадек.. это ; было не так, он удивленно смотрел на меня. А потом... я больше ничего не знаю. Санитар рассказал мне, что беднягу убили после на¬ падения на меня. Опять таинственный Х-4! Я отправля¬ юсь на его поиски. Я хочу отыскать Х-4! Позвольте мне использовать свой шанс. Прощайте, господин Диксон, а если я найду Х-4... до свиданья! Джордж Кастере. Гарри Диксоне задумчиво покачал головой. — Эх! Молодость, тщеславная молодость! — пробормотал он. — Я узнаю тебя по твоим безрассудным поступкам. Ему пришлось выслушать в тот же день от Гудфельда мно¬ жество жалоб на судьбу. — Этот мальчишка Кастере! Расстроиться из-за пустяка! Он на заре смылся из клиники, где его лечили. Надо же! Мне его рекомендовали пер-со-наль-но, господин Диксон, пер- со-наль-но! Прошло несколько дней, а Тому Уиллсу пока не удалось отыскать следов таинственного экспедитора образцов без объявленной ценности. 210
Но молодой человек не терял надежды и по собственной инициативе решил изменить программу поисков. — Коли нельзя найти экспедитора, — сказал он себе, — я могу отыскать вора. Тогда мы тоже окажемся близки к на¬ шей цели. Он повторял эти слова, шагая под дождем по печальным и грязным улицам Сохо вдали от широких артерий, где раз¬ мещались французские рестораны. Улочка, по которой он шел, привлекла его внимание обилием старьевщиков-евреев, самыми честными из которых были, по крайней мере, скуп¬ щики краденого. В двадцатый раз он перечитывал немецкие, русские и польские имена, написанные на жалких витринах. — Надо бы посетить Абрамовича, — повторял он, — лов¬ кий и прожженный жулик. Вор, которому надо сбыть добычу, неизбежно приходит в один прекрасный день к бывшему жителю Варшавы и встре¬ чает радушный прием, хотя старик никогда не платил больше десятой части стоимости краденого добра. Но этого перекупщика-еврея посещали только тот или иной из его собратьев по цеху и несчастные, чтобы заложить свои лохмотья. Молодой сыщик выбрал в качестве поста наблюдения столик у окошка постоялого двора, хозяин которого был ос¬ ведомителем Скотленд-Ярда. Банни Крук, именовавший себя честным коммерсантом, принял его, сообщнически подмигнув. — Садитесь перед этим окошком, господин Том, и вы не пропустите даже кошки, которая войдет или выйдет от этого проклятого жида. Было четыре часа пополудни. Темнело, предвещая скорый приход ночи. Через грязные стекла лавочки Абрамовича едва пробивался бледный свет газового рожка. Том видел лысую голову перекупщика, который склонился над прилавком. Вдруг его внимание привлек силуэт, чья походка не по¬ казалась ему незнакомой. Он сопровождал учителя во вре¬ мя последних расследований в Буштри, результаты которых оказались нулевыми и которые нет смысла пересказывать. 211
Человек, который шел под дождем, не показался ему совер¬ шенно незнакомым. Но опознать его пока не представлялось возможным. Человек был одет в толстое дорожное пальто. Его шея была обернута синим шарфом, прикрывая низ лица. Голов¬ ной убор, широкополая черная шляпа, был надвинут на глаза, Тому показалось, что он различает стекла очков, когда чело¬ век проходил мимо освещенных витрин. Но именно походка и жесты незнакомца привлекли его внимание: он уже где-то видел этого человека. Человек останавливался перед жалкими витринами. Ви¬ трина еврея буквально притянула его к себе. Он проходил мимо нее и возвращался, явно испытывая колебания. На¬ конец, он схватился за ручку двери и, внезапно решившись, вошел внутрь Том Уиллс увидел, что еврей покачал головой в знак при¬ ветствия, а потом в окне стали мелькать тени. Он видел два силуэта на фоне неяркого света газового рож¬ ка. Они спорили, наклонялись над невидимым предметом, лежавшим на прилавке. В конце концов, человек вышел на улицу, явно расстро¬ енный и, опустив голову и о чем-то задумавшись, двинулся прочь. Том колебался. Что делать? Проследить за человеком? Зайти к старьевщику? Он принял решение посетить скупщика краденого. Мысленно он отметил, что клиент свернул направо и дви¬ гался очень медленно, что могло позволить Тому с легкостью проследить за ним. —■ Добрый вечер, Абрамович, — сказал Том, толкнув дверь. Еврей поморщился, поскольку узнал Тома. — Господин Уиллс? Что за честь мне выпала, если вы решили посетить мое скромное заведение? Вы знаете, что я всегда готов оказать вам услугу, вам и вашему знаменитому учителю. — Хватит, старый Гарпагон, скажите лучше, что хотел продать только что ушедший клиент. Я сказал, хотел, по¬ 212
скольку, судя по расстроенному выражению лица, вы не до¬ стигли согласия в этом деле. Еврей тихо засмеялся. — Где это видано, чтобы Абрамович покупал бутылочные осколки? — сказал он. — Не буду делать тайны, господин Уиллс, этот бедняга пытался всучить мне осколок стекла, который он называл алмазом! — Алмазом, который почти ничего не стоит. Вы это хо¬ тели сказать? — Нет, подделка, вульгарный обломок страза, который стоит всего шиллинг в любой лавочке дешевых украшений. — Он его унес? — Еще как! Что мне с ним делать? Я покупаю и продаю только настоящий товар. У меня есть своя честь коммерсанта, господин Уиллс. Том уже не слушал и несся в конец улицы. Но достигнув угла, увидел только туманную пустоту и редких прохожих, стремившихся добраться до укрытия, поскольку посыпал мелкий ледяной дождь. — Я выбрал не лучший вариант, — проворчал Том Уиллс. — Хотел бы я знать, кто прячется под толстым шер¬ стяным пальто. Он прошел Тоттенхэм-Корт-род, потом Хай-стрит, посто¬ ял в раздумье перед Кингсвей, решив бросить поиски иголки в стоге сена и вернуться на Бейкер-стрит. Около Олдвича его внимание привлекла автомобильная пробка. Сломался большой автобус, и шофер тщетно пытался завести мотор. — Божье провидение! — воскликнул Том. Он заметил человека, которого искал. Тот спокойно сидел в автобусе, спиной к улице. Молодой человек вспрыгнул на площадку автобуса в тот миг, когда усилия шофера увенчались успехом, и мотор взревел. Это был один из автобусов, которые ходят вдоль Темзы от Ембанкмента по набережным и направляются к морским кварталам. Стекла автобуса запотели и, несмотря на все усилия, Том видел лишь силуэт человека, замеченного в Сохо. Человек 213
по-прежнему прятал голову и лицо, явно стараясь остаться неузнанным. Вдруг на подъезде к Шедуэлл он вскочил, протиснулся сквозь толпу пассажиров и выскочил на улицу. Через мгновение Том последовал за ним. Теперь человек шел быстро, спеша дойти до цели своего путешествия. Он постоял у Рыбного Рынка, потом решительно углубился в ла¬ биринт улочек между Хай-стрит и Кейбл-стрит. Том горел желанием подойти к нему, но понимал, что место не располагает к встрече. В тени мелькали подозри¬ тельные силуэты, опасным светом вспыхивали окна пабов и салунов для моряков и бродяг. Человек, которого выслеживал Том, остановился перед одной таверной, чья репутация не была слишком плохой. «Серебряное Яблоко» было местом встречи рыбаков, тор¬ говцев рыбой и овощами. Эти люди не могли похвастаться большими заработками, но были честными. Единственное окошко бара еще не было закрыто занавес¬ кой, и Том, встав на цыпочки, увидел, как человек вошел, дру¬ жески помахал рукой хозяину и направился вглубь заведения. Том Уиллс тут же принял решение. Он вошел в таверну, развернулся на каблуках с удивленным видом, словно искал кого-то, и воскликнул: — Мне ромовый грог, но... что это... он уже ушел? Хозяин таверны сообразил, что он искал только что во¬ шедшего клиента. — Он сразу поднялся в свой номер, шеф, — сказал он, - номер 5. — Прекрасно, мы спустимся вместе, а пока приготовьте мне грог. Хозяин таверны согласно кивнул головой. Том пересек пустую заднюю часть заведения, потом про¬ шел по коридору, загроможденному всяким товаром и тюка¬ ми, увидел в углу лестницу и поднялся наверх. Лестничную площадку освещал единственный светильник, порывы сквоз¬ няка колебали пламя, населяя лестницу толпой мятущихся теней. На втором этаже Том без труда отыскал дверь с нане¬ сенным мелом номером 5. Он в нерешительности остано¬ 214
вился. В комнате слышались тяжелые шаги. Кто-то яростно расхаживал по комнате взад и вперед. С тысячами предосторожностей Том приподнял защелку. Дверь не открылась. Она была заперта изнутри. Пришлось стучать. — Кто там? — спросил приглушенный голос. — Грог, — наудачу сказал Том. — Я ничего не заказывал, — ответил голос. — Ладно, да¬ вайте. Замок открылся, и дверь распахнулась. Том увидел жалкий гостиничный номер, освещенный све¬ чой, торчащей в горлышке бутылки. Хозяин номера стоял спиной к свету, вырисовываясь китайской тенью на осве¬ щенной стене, и Том не смог его узнать. Сам Том был хорошо освещен. — Проклятье! — прорычала тень и тут же задула свечу. Кромешная тьма окружила Тома, растерявшегося от не¬ ожиданного маневра противника. Однако он тут же оправил¬ ся и сунул руку в карман за электрическим фонариком. Но ему не хватило времени. Железная рука схватила его за горло и без особых усилий прижала к стене. Молодой сыщик едва успел сделать оборонительный жест. Его кулак ударил в лицо невидимого противника. Хотя удар был точным и сильным, противник не шелохнулся. Напротив, Том внезапно ощу¬ тил, как его схватили за пояс, подняли и бросили на кровать. После этого железная рука опять схватила за горло и начала с яростью его сдавливать. Все произошло так внезапно и так молниеносно, что Том был повергнут, даже не успев издать ни звука. Все движения противника были точными и безжалостными... В глазах Тома заплясали огоньки, в ушах загремели колокола, в голове воз¬ ник вихрь шумов и криков. Его душила безжалостная рука. Том начал задыхаться. Мысли Тома путались, но внезапно раздался выстрел. Рука отпустила горло, воздух с болью ворвался в померт¬ вевшие легкие. Таинственный противник, в свою очередь, оказался за¬ стигнутым врасплох и теперь сражался с новым неизвестным 215
существом. Оба катались по полу. Тому понадобилось не¬ сколько мгновений, чтобы отдышаться и собраться с силами. Однако мысль его уже работала. Он сунул руку в карман и достал фонарик. Желтый луч обежал комнату. Том увидел двух мужчин, которые яростно хрипели и би¬ лись не на жизнь, а на смерть. — Стоп! — рявкнул молодой сыщик. — Встаньте, иначе я стреляю! Он поднял револьвер. Борьба прекратилась. — Не стреляйте в меня, господин Уиллс, — крикнул зна¬ комый голос. — Господин Кастере! — удивленно вскричал Том. Экс-сержант встал и поправил одежду. — Я думаю, что могу теперь предстать перед господином Диксоном и мистером Гудфельдом, — с триумфом произнес он, — хотя часть успеха выпала на вашу долю, господин Уиллс! — А именно? — пробормотал ученик Гарри Диксона. — Познакомьтесь с типом, а то он хрюкает, как свинья, валяясь на грязном полу, дорогой друг. Боюсь, что был не слишком нежен с ним. Дьявол подери... хоть я лицензиат всяческих наук, но был и чемпионом университета по разным видам спорта. Джордж Кастере, несмотря на распухшее лицо, смеялся приятным и открытым смехом. Человек на полу зашевелился. — Поганое дело, — прохрипел он, поднимаясь с пола. Том Уиллс зажег свечу. Красноватый свет упал на лицо его противника. — Боже правый, — вскричал он, — один из наших зна¬ комцев из Баштри. Мне казалось, что я узнаю вашу походку, Боб Меркант. — Да, — пробурчал Боб Меркант, не скрывая ярости и оглядывая двух молодых людей злым взглядом. — Аресто¬ вывайте меня, ведь это ваша профессия. — К счастью, я сохранил на память о Скотленд-Ярде на¬ ручники, — радостно провозгласил Джордж Кастере, надевая на руки задержанного злоумышленника стальные наручники. 216
Том Уиллс, забыв о боли в горле и кровоточащих губах, потер руки и радостно воскликнул: — Прекрасный день, господин Кастере, теперь у нас в ру¬ ках человек, который нам нужен. Он думал, что тайна Буштри будет теперь раскрыта. На самом деле тайна только сгустилась. * * * В тот же вечер Боб Меркант был допрошен в кабинете Гудфельда. Триумфатор Джордж Кастере, заслуживший похвалу, вос¬ седал в кресле, словно король на троне. — Вы знаете, сержант, — сказал ему Гудфельд, — у меня не хватило мужества передать ваше прошение об отставке наверх. Я считал, что вы временно ощутили неуверенность. Я тут же отправлю ваш рапорт в корзину. Кастере с улыбкой кивнул головой. После этого он вы¬ слушал поздравления Тома Уиллса, а, пожимая руку Гарри Диксона, покраснел, как рак. — Хорошая работа, Кастере, — просто сказал сыщик. Это был верх похвалы. Затем Гудфельд, вооружившись пером, чернилами и пач¬ кой чистых листов, решил выслушать Боба Мерканта. — Я вас предупреждаю, Боб Мерксант, все, что вы ска¬ жете, может быть использовано против вас. После традиционного предупреждения он приступил к до¬ просу. — Надеюсь, Меркант, что вы немедленно начнете при¬ знаваться. Это — единственное средство добиться снисходи¬ тельности членов суда. — Признания, — пробурчал крестьянин, бросая разъярен¬ ные взгляды на Тома и Кастерса. — Что вы хотите, чтобы я признал? На меня напали в моем номере, и я защищался. Вот и все. — Речь идет не об этом, — возразил Гудфельд, — начните с рассказа, откуда у вас алмаз, который вы собирались продать Абрамовичу? Задержанный расхохотался. 217
— Алмаз! Он действительно красивый... это гнусный ка¬ мень, кусок стекла, как оказалось. Жид едва не запустил им мне в голову. А я потратил целый фунт, чтобы приехать в го¬ род и снять номер. А сколько дней работы я потерял в Буш- три. Я готов вам показать этот алмаз. Он принялся шарить в карманах, потом вывернул их. Но по мере тщетных поисков начал явно нервничать. — Проклятый булыжник, а теперь он и вовсе исчез! — Если только вы не избавились от него, — резким голо¬ сом сказал Гудфельд, — именно так поступают преступники, когда чувствуют погоню. — Преступник? Прежде всего, я не преступник! Я нашел этот алмаз, готов поклясться на Библии! — Хорошо, теперь богохульствуете. Это — тяжелый грех для человека, которого ждет веревка, — издевательски хо¬ хотнул Гудфельд. Крестьянин побледнел, услышав угрозу. — Веревка... За что? Я никого не убивал! Я даже не украл! А насчет обмена ударами с этими двумя типами... Я уже го¬ ворил, что начали они! — Почему вы прятали лицо, будучи в Сити? — вдруг спро¬ сил Том Уиллс. — Очень хороший вопрос, — покровительственно сказал Гудфельд. — Потому что история с найденным алмазом немного пугала меня. Я знал, что меня накажут за то, что я не отдал его полиции. Демон меня искусил... алмаз мог стоить целую тысячу, а я человек бедный. — Итак! Поскольку вы его нашли, — с иронией произнес суперинтендант, — расскажите нам, как это случилось. Ко¬ нечно, приходится тратить бумагу и время, не считая трудов. Но закон требует, чтобы мы все записывали, даже ложь господ бандитов. Начинайте, друг мой. — Я нашел его в спальне, где убили Льюиса Белла, — ти¬ хим голосом сказал Меркант. — Я увидел что-то блестящее под кроватью... Это был алмаз. Я подобрал его... Он был кра¬ сивый. На следующее утро я отправился в Лондон и узнал у хозяина постоялого двора, где могу продать за хорошую 218
цену безделушку, унаследованную от родителей. Он указал мне какую-то улицу в Сохо. Гарри Диксон, который до этого не вмешивался в разго¬ вор, внезапно спросил: — Вы подобрали этот алмаз на следующий день после преступления? Не так ли, Меркант? Человек бросил на сыщика удивленный взгляд. — Нет, только два дня назад, — ответил он. — Конечно, этот человек лжет, — заявил Гудфельд, за¬ писывая показания. — Конечно, — подтвердил Гарри Диксон, но Том Уиллс уловил в его голосе странную интонацию. ВМЕШИВАЕТСЯ СЕРЖАНТ КАСТЕРС — Будет ли мне позволено взять слово на несколько ми¬ нут? — спросил Джордж Кастере, вставая. Гудфельд с симпатией глянул на него. — Мы давно этого ждем, мой юный друг, ваша помощь была нам полезной и как нельзя кстати. Убежден, что так будет и впоследствии. — Спасибо, шеф, но я хочу, чтобы задержанного на не¬ которое время удалили, — сказал сержант. — Проще простого. Гудфельд позвонил и отдал приказ часовому отвести Мер- канта в соседнюю комнату и не спускать с него глаз, пока того не потребуют вернуть обратно. Когда они остались вчетвером: Диксон, Уиллс, Гудфельд и Джордж Кастере, последний вновь заговорил. — Само собой разумеется, — начал он спокойно, — Мер¬ кант виновен, но всегда оставался только сообщником. — Как? — вскричал Гудфельд. — Разве нам одного Мер- канта недостаточно? Он мне представляется крепким и ре¬ шительным человеком. — Сержант Кастере прав, — вмешался Гарри Диксон, — но хотелось бы услышать более подробные объяснения. Кастере согласно кивнул. 219
— Не стоит терять из виду редкое проявление хитрости и изворотливости, которые имеют место в череде событий последних дней. На все это Меркант попросту не способен Можно ли допустить, что этот необразованный крестьянин станет рисовать такие странные значки, как Х-4? И даже если он этот сделал в Буштри, как он мог нарисовать их в тюрьме Ньюгейт, где я стал первой жертвой таинственного бандита? Недоумевающий Гудфельд почесал подбородок, а Гарри Диксон поощрительно улыбнулся. — Вам будет легко, господин Гудфельд, — продолжал молодой полицейский, — проверить пребывание Мерканта в Буштри в день необъяснимого покушения внутри тюрьмы Ньюгейт, а она считается самой надежной во всем королев¬ стве. Но нет необходимости заниматься проверкой его алиби. — Почему? — спросил Гудфельд. — Потому что я это знаю! — ответил Кастере. — Потому что я следил за Меркантом целыми днями. Потому что я знаю все его перемещения. — Значит, у Мерканта есть шанс избежать петли, — с раз¬ очарованием проворчал Гудфельд. — Ни в коем случае! — Почему? — вскричал суперинтендант. — Потому что он убил! — лакончино заявил Джордж Ка¬ стере. — Кого? Поллока? Льюиса Белла? Старуху Мэдж Эванс? Уолла Брадека? Кого же? — завопил Гудфельд. — Х-4. — Что? — воскликнули все вместе. — Можно ли ввести Мерканта сюда? — спросил Кастере, усаживаясь на свое место. Звонок, и Мерканта вновь ввели в кабинет Гудфельда. — Шеф, позвольте мне вести допрос этого человека. Всего несколько минут. — Продолжайте, сержант, — согласился окончательно сломленный Гудфельд. — Меркант, — начал Кастере, — вы солгали, утверждая, что нашли алмаз! Вы его получили! 220
Крестьянин вздрогнул и смертельно побледнел. — Кто... кто... мог сказать такую чушь? — с трудом вы¬ говорил он. — И получили от дамы! —* ровным голосом продолжил Кастере. — От дамы в черном. И если я не ошибаюсь, блон¬ динки! — А... Проклятое отродье... — простонал Меркант. — Она продала меня! — Хватит, Меркант, — сказал Гудфельд, — пора призна¬ ваться. — Да, да... она дала мне это проклятый булыжник, потому что я потребовал от нее денег за... за... — За то, чтобы получить возможность обыскать дом Льюиса Белла. И чтобы никто не узнал об этом. Не так ли? — Да, это так. Дьявол проклятый! Все разузнал. Да, у нее не было денег, как она говорила, но собиралась мне кое-что дать, что стоило кучи фунтов. А я, дурак, позарился на этот кусок стекла. — Если только вы его не вырвали из ее рук, — тихо про¬ изнес Кастере, — а потом ее убили! Меркант глухо застонал. — Она... мертва! О, Боже, я не хотел этого! Но она мне показала этот камень и сказала: «Меркант, вот ваше состоя¬ ние, это стоит тысячу фунтов и ни шиллинга меньше, а есть и другие такие камни!» Я хотел его взять, но она ударила меня кулаком прямо в лицо, а потом я увидел, что она достала из-под пальто кинжал, чтобы прикончить меня, и я ее ударил! Но я не хотел ее убивать! — Плохое место наносить удары кому-то на краю карьера, Меркант! — продолжал Кастере. — Поскольку, упав с высоты в эту искусственную пропасть, неизбежно погибают. Меркант окончательно сдался. — Делайте со мной, что хотите, но я не хотел этого. Боже, пожалей мою бедную душу! Он отказался говорить. Его отвезли в тюрьму и поместили в карцер. Когда обвиняемого увели, Кастере, несмотря на поздний час, пересказал свои приключения за последние дни. 221
— Не знаю почему, но меня прямо-таки тянуло в Буштри. Мне казалось, что там еще не все кончено. Однажды поздно вечером я был удивлен, что Меркант свернул с дороги и по¬ шел в сторону от дома. По нему было видно, что он затева¬ ет что-то подозрительное. Он остановился у заброшенного карьера. Мне удалось спрятаться за огромным камнем, не теряя его из виду. Чуть позже я услышал шум шагов и увидел женщину, одетую в черный дождевик. Лицо ее было скрыто вуалью. Она шла по тропинке со стороны полей. Она была стройной и гибкой, казалась молодой и крепкой. Они быстро поговорили с Меркантом и расстались. В этот вечер больше ничего не случилось. На следующий вечер я провел в засаде впустую, но на второй вечер женщина вернулась. К сожале¬ нию, я не мог расслышать, о чем они говорили, но в свете восходящей луны видел, что Меркант отчаянно жестикули¬ ровал, а женщина вроде защищалась. Драма произошла. Все случилось мгновенно. Я мог арестовать убийцу на месте, но решил, что стоит проследить за ним. Он, как безумный, по¬ бежал через поля, а я спустился в карьер и нашел труп жен¬ щины. Она упала лицом на камень на дне карьера. Ее лицо было совершенно раздроблено. Ни одной черты различить было невозможно. В ту же ночь я вернулся к карьеру вместе с шерифом Чиппен-Барнета, убедив его присоединиться ко мне. Мы договорились, что тело перевезут в Барнет и оставят в морге, но Ярд предупреждать не будут. Джордж Кастере замолчал, явно колеблясь. — Поймите, я хотел настоящего реванша и надеялся, что, достигнув цели, буду прощен за не совсем обычные методы расследования. Утром я стал следить за Меркантом, который отправился из Буштри в Лондон. К моей величайшей радости я заметил, что во второй половине дня слежку за ним начал Том Уиллс. Это немного изменило мои планы, но позволило оказать ему небольшую услугу. — Ничего себе небольшую! — воскликнул Том Уиллс. - Он называет это небольшой услугой! Да без него я лежал бы сейчас хладным трупом! Все рассмеялись и поздравили Кастерса с успехом. 222
— Скажите, Кастере, — наконец спросил Гарри Дик¬ сон, — почему вы думаете, что таинственная женщина и была неведомым Х-4? Молодой сыщик порылся к карманах и вытащил большой кусок угольного карандаша в никелевом держателе. — Вот ее ручка! — сказал он. — А личность этой дьяволицы? — спросил Гудфельд. Кастер печально пожал плечами. — Ни клочка бумаги, даже ни камешка, ничего... ничего... Надо продолжать поиски. — В любом случае, — сказал в заключение Гудфельд, — думаю, завтра в Ярде один сержант станет инспектором! * * * Расследование провели быстро, но личность Х-4 так и не установили. Меркант отрицал свою вину по поводу других убийств, но признавал кражу фальшивого алмаза и удар, на¬ несенный неизвестной женщине. Публика жаждала увидеть преступника, а вернее, козла отпущения. Никто не удивился, когда после долгих дебатов, несмо¬ тря на ловкость адвоката-защитника Мерканта, пал ужасный приговор. — Виновен!.. Председатель суда возложил на голову черную шапочку и произнес мрачные слова. — ...Вы приговариваетесь к повешению за шею, пока не последует смерть. Зал вздрогнул. А подсудимый, который, похоже, ничего не понял, застыл в недоумении. — Да сжалится Бог над вашей душой! — дрожащим голо¬ сом завершил заседание суда председатель. Как положено, три последующих недели человек, приго¬ воренный к смерти, проведет в камере смертников в кандалах, будет спать на жестком топчане и читать Библию. Слава осенила, прежде всего, Кастерса. Он заработал не только первые галуны, но и признание. Но он не гордился этим, скорее, наоборот. 223
— Это — лишь половина победы, — пожаловался он Гарри Диксону, — а потом... я не осмеливаюсь признаться самому себе, что мои действия привели преступника на виселицу. Я сам себе противен. Я никогда не стану полноценным по¬ лицейским, как это понимаете вы. Я очень нервный и у меня слишком много воображения. Он попросил и получил трехнедельный отпуск, который решил провести в деревне подальше от Ярда, а главное по¬ дальше от Ньюгейта и виселицы. Три недели прошли. Восемь часов. Толпа собирается на Патерностер Роу. Перед вратами тюрьмы останавливается большой авто¬ мобиль. Из него выходят представители закона, облаченные в черные костюмы. Толпа надеется хоть одним глазком увидеть самого Дже¬ ка Кетча (палача), не зная, что он уже давным-давно вошел в тюрьму через служебный вход и уйдет тем же путем. Подъезжает еще один автомобиль, и из него выходят два джентльмена. Толпа начинает кричать. — Это он! Гарри Диксон... и его ученик Том Уиллс!. Они входят в тюрьму, двери за ними закрываются. Во вну¬ треннем дворе мрачная трагедия должна быстро завершиться. Восемь пятнадцать. Собравшиеся представители закона знают, что мрачная камера смертников уже открыта, и пастор читает последнюю молитву. Боб Меркант стоит, опустив руки, и слушает монотонный голос. У него столь же недоуменное лицо, как и в день суда, и он, похоже, не понимает, что с ним происходит. — Но я же вам говорю, что ничего не знаю, — бормочет он, — я ударил женщину, но я не хотел ее убивать. Бог тому свидетель! Мрачная процессия идет к эшафоту. Охранники стоят навытяжку, когда мимо них проходит безмолвная процессия. Вдруг перед ними быстро проходит какой-то охранник, открывает дверь и исчезает за ней. Перед глазами вошедших людей предстает пустая комната, серая и холодная. Свет в нее проникает через тусклое стекло, 224
до потолка тянутся две деревянных панели. Перед ними стоит человек в сером костюме. Служители закона вышли, и человек остался в одиноче¬ стве посреди комнаты. Человек в сером тихо подтолкнул его и накинул ему на голову черный капюшон. Веревка, болтающаяся под потолком, упала на плечи че¬ ловека. Вдруг раздался чей-то голос: — Меркант! Человек, уже принадлежащий смерти, даже не шелохнул¬ ся. Человек, выкликнувший его имя, приблизился к приго¬ воренному к смерти и что-то прошептал ему на ухо. Мерканта сотрясла дрожь с головы до ног. И он без чувств упал на руки Гарри Диксона. На верху башни в туманном небе взвился черный флаг с большой белой буквой N. Толпа на Патерностер Роу упала на колени, потом люди встали и, молча, без криков и ропота, удалились. Восемь тридцать. Куранты ньюгейтской тюрьмы отбили мрачные удары. Боб Меркант казнен. Как мы уже описывали, ферма Льюиса Белла была длин¬ ным зданием, черным и печальным. Оно давно обветшало и грозило кое-где превратиться в руины. Ферма была спла¬ нирована и построена во вкусе прошлых веков. Внутри она представляла собой длинную анфиладу темных комнат, куда свет проникал через узкие окна и даже бойницы. Теперь фер¬ ма опустела, ставни ее были закрыты, двери заперты и опе¬ чатаны по распоряжению властей. Жители Буштри обходили ее за версту: она навлекала беду. Подобное место неизбежно должно было привлекать в ноч¬ 225
ные часы призраков, как убитых людей, так и расставшихся с жизнью по приговору суда. Легенда родилась, и вскоре жизнь ее подтвердила. Однажды вечером старик Триггс, который продавал свои услуги местным фермерам то в качестве дровосека, то пастуха, возвращался из Чиппен-Барнета, основательно нагрузившись бренди и элем. В любое другое время Триггс сделал бы большой крюк, чтобы не проходить мимо зловещего брошенного здания, но спиртное придало ему храбрости. Кроме того, стояла холод¬ ная ночь, а ему еще надо было добраться до своей постели в теплом стойле, куда не проникал колючий ветер. Он богохульствовал и во весь голос заявлял, что не боится призраков. Поэтому он пошел по прямой дороге, которая проходила мимо фермы Белла. Когда он приблизился к ней, храбрости у него поубави¬ лось, но ему уже не хотелось возвращаться, да и ноги отка¬ зывали ему из-за выпитого, но он все же попытался ускорить шаг. Он оказался на уровне фермы, и вдруг ужас сковал его: за изгородью двигалась темная фигура. Триггс не имел силы ни закричать, ни сдвинуться с места. Он застыл, как он позже рассказывал, будто каменная статуя. Фигура передвигалась медленно и мало-помалу вышла из тени. Старик захрипел, поскольку восходящая луна осветила видение, и он узнал смертельно бледное лицо, лицо Боба Мерканта. Призрак заметил его и скорчил ужасающую гримасу. К пастуху внезапно вернулись силы, пары спиртного ис¬ парились из-за нахлынувшего страха. Он бросился бежать. Правда, убежать далеко ему не удалось. Он споткнулся и рух¬ нул на землю. И в то же мгновение что-то мягкое и темное упало на него. Его завернули, как начинку в блин, сильно встряхнули и куда-то понесли. Триггс потерял сознание, как маленькая крестьянка, хотя он был крепким и жилистым ста¬ риком. Судите о его удивлении, когда он пришел в себя. 226
Он ожидал, что окажется в пламенных владениях Сатаны или, по крайней мере, на дне глубокой канавы, а он лежал на широком и мягком диване в комнате, где, по его собственной оценке, сияли сотни ламп. Короче говоря, место было таким чудесным, что ему показалось, что он видит сон, и такой кра¬ соты еще никогда не видел. «Ну, все, — подумал Триггс, — я умер, призрак убил меня... но не смог утащить в ад вместе с собой. Бог простил мне все мои грехи и взял в рай. Но почему-то хочется есть...» Словно какой-то ангел-хранитель услышал его мысли. Дверь отворилась, вошла приятная дама и спросила: — Что вы хотите на завтрак, мистер Триггс? — Курицу, — выдавил из себя Триггс, который ел курицу всего два раза в жизни. Приятная дама улыбнулась ему и вернулась через полча¬ са с подносом, на котором дымилась жареная курица с зо¬ лотистой корочкой, шкварки, розовый окорок и блюдечко с вишневым джемом. Кроме того, она поставила перед ним бутылку красного вина и маленькую фляжку с виски. — Добрая миссис ангел, — собравшись с силами, произ¬ нес мистер Триггс, — могу ли я курить в этом раю? Дама улыбнулась и тут же подала ему пакет с чудесными сигарами из светлого табака. — Просто счастье, что это будет длиться целую веч¬ ность, — обрадовался мистер Триггс, разрывая грубыми ру¬ ками нежное и сочное мясо курицы. Избранный не замедлил обнаружить, что рай был необык¬ новенно уютным. Он нашел книжки с картинками, которые обожал, а потом трубки, которые предпочитал курить вме¬ сто сигар, а потом и фонограф. Он его тут же завел, чтобы услышать прекрасную музыку. На пластинках были записаны только вальсы и военные марши. Именно эту музыку мистер Триггс ценил больше всего. — Да, в раю знают толк в музыке! Ужин был столь хорош, как и обед, а ложась в постель, он обнаружил прекрасную фланелевую пижаму. Вначале он был обескуражен, а потом загордился от счастья . 227
На следующий день он поменял меню, потребовал жаркое, телятину, бифштексы с кровью и получил все, словно из рук волшебника. — А можно ли прогуляться по саду? — спросил он у мис¬ сис ангела. Но прогулку ему не разрешили, что его не особенно огор¬ чило. — Надо думать, — сказал он себе, — что это лишь чисти¬ лище, а чтобы гулять по саду, надо очутиться в раю. Пора признать, на совести у меня есть грешки. Он был доволен своей участью и попросил свою райскую хозяйку принести ему сельскохозяйственный альманах. Он едва сумел выговорить название, но книгу ему принесли в тот же день. Книга эта была пределом его мечты. Давайте оставим его в счастливом состоянии духа, а вер¬ немся в места не столь светлые и благословенные. * * * В одну из следующих ночей по безлюдной дороге, ведущей на ферму Белла, шел человек. Похоже, он не испытывал, как старый Триггс, страха перед полночными призраками, ибо направился прямо к ферме. Подойдя к двери, он ощупал восковые печати, наложен¬ ные законом, и покачал головой. — Не тронуты... следовало этого ожидать! Хотя царила кромешная тьма, как в погасшей печи, он умелыми пальцами сдвинул одну из печатей, вставил ключ в замочную скважину и через мгновение очутился в темном коридоре дома, где случилась трагедия. Человек постоял несколько мгновений, прислушиваясь к мраку. Ничто не двигалось, испуганная крыса с писком бросилась прочь. Из-за окна доносился свист ночного ветра. Человек на цыпочках двинулся вперед, словно находил¬ ся в доме с массой обитателей и не хотел по той или иной причине тревожить их сон. Вскоре он забрался на чердак. Чердак был темным и пыльным. На чердаке ему было хо¬ рошо и удобно. Он глубоко вздохнул, на ощупь подобрался 228
к груде ящиков, схватил один из них и бесшумно уселся на него. — Не заменяет клубное кресло, — прошептал он, — но пока этого достаточно. Он застыл и был так спокоен, что из нор повылезали мыши и начали шумно кружить вокруг него. Это продолжалось дол¬ го. Человек изредка бросал взгляд на наручные часы на левом запястье. Стрелки и циферблат неярко светились, показывая поздний час. — Три часа ночи, — пробормотал он и снова застыл в не¬ подвижности. — Четыре часа, — сказал он, когда прошел еще один не¬ скончаемый час. В его голосе послышалось нервное напряжение. — Некто никак не может решиться, — тихим голосом промолвил он. Внезапно он насторожился. С первого этажа донесся лег¬ кий шум, такой тихий и равномерный, что его можно было принять за бег крысы по полу. Но крысы не передвигают мебель. Послышался грохот опрокинутого шкафа, словно взорвался снаряд. Человек вскочил с ящика и, соблюдая те же предосто¬ рожности, что и раньше, и не производя больше шума, чем гонимый ветром лист, начал спускаться по лестнице. Он буквально терся о стены, чтобы ненароком не заскрипели ступеньки. Из одной из комнат доносился резкий шум. Кто-то стучал, ударял молотком, бросал предметы. Вдруг в конце коридора вспыхнул бледный свет. Это была всего лишь вспышка, но человек увидел ее. Он бросился вперед, пробежал через кухню, достиг ком¬ наты, по-прежнему погруженной в темноту. Он услышал легкий удар, потом все стихло. Очень слабый колеблющийся свет сочился через высокое зарешеченное окно. Его было достаточно, чтобы оценить об¬ становку. Он увидел открытый шкаф, выломанный замок и усмех¬ нулся. 230
— Опоздал на секунду, старина Диксон. Боюсь, что при¬ дется снова ждать! Поднимемся наверх, ничего лучшего не остается. Гарри Диксон — это был он — снова забрался на пустой чердак. Он хмурился, уголки его губ опустились, как бывало в неудачные дни. Он нервно и недовольно потирал руки. — Вскоре рассветет. День будет потерян... а терять его нельзя! Над его головой чердачное окошко начало светлеть. На востоке зачиналась заря-победительница, разгоняя туман, золотя вершины далеких деревьев. — Нет и нет, — пробормотал сыщик, — эту партию я не должен проиграть. Он осмотрелся, и внезапно его лицо просветлело. — Почему бы и нет, в конце концов? Разгром не будет слишком сильным! Он заметил в углу чердака охапки соломы. Он взвалил на плечи несколько охапок и спустился по верхним ступеням лестницы. «Надо же, неужели великий сыщик становится обычным поджигателем?» Он поджег одну охапку соломы за другой. Солома была влажной, разгорелась не сразу, а вначале стала сильно ды¬ мить. Лестничная клетка наполнилась удушливым дымом. Гарри Диксон распахнул окно на лестничной площадке. Ветер раздул огонь. Вскоре первый этаж заволокло дымом, и ему самому пришлось отступить. Он вернулся на чердак, держа горящую охапку соломы. — Неужели это ничего не даст? — прошептал он. Его охва¬ тили сомнения. Снизу доносился глухой ропот, клубы дыма проникли на чердак, просачиваясь под дверь и в малейшие щели. Гарри Диксон с яростью отбросил пук горящей соло¬ мы. Стихия, которую он вызвал к жизни, грозила обернуться против него. Он подпрыгнул, схватился за нижний край окна, подтянулся и выбрался на крышу. Дом был окутан клубами дыма, но оставался безлюдным. Вдруг сыщик радостно вскрикнул. Вдали на равнине раздались один за другим три выстрела. 231
Они доносились из карьера, где нашел смерть Х-4. Гарри Диксон спрыгнул на землю с невысокой крыши и бросился бежать. Заря уже разгорелась. В глубине заброшенного карьера еще таились тени. Он быстро приближался к нему. Когда он уже был почти на краю бездны, оттуда донесся отчаянный голос: — Пощады! Пощады... это невозможно! Изыди, демон! Назад, Сатана! Сжалься! Гарри Диксон склонился над краем провала, заметил крутую тропинку, позволявшую спуститься вниз, и сбежал по ней вниз. Когда он оказался на дне, глазам его предстал странный спектакль. Высокая фигура с горящими глазами держала под дулом огромного револьвера человека, лежавшего у его ног и в ужасе закрывавшего руками глаза. — Отлично, дорогой Боб Меркант, — произнес Гарри Диксон, — опустите револьвер. Пришла моя очередь. Он резким движением поднял человека, схватившись за ворот пальто, поставил его на ноги и оторвал его руки от глаз. Боб Меркант закричал: — Вот это штука! — Комедия закончена, Джордж Кастере, — сурово сказал Гарри Диксон, надевая наручники на дрожащие руки аре¬ стованного им человека. — Вы очень ловкий парень. Скот¬ ленд-Ярд потеряет умелого сыщика, когда отдаст вас в руки лондонского палача. * * * — Да, будет, Гудфельд, не расстраивайтесь. Даже я по¬ верил во все, когда Джордж Кастере устроил нам ловуппсу. Давайте подведем итоги. Джордж Кастере беден, но жаждет быстро разбогатеть. Он привлекает внимание сэра Роджера Хаттерберна, возвратив ему драгоценную книгу, украденную инкунабулу. Но он не находит вора, потому что вором был сам. Это открывает перед ним возможность сделать карьеру полицейского, ведь у него потрясающие рекомендации. Но профессия не дает больших 232
денег, вы сами это знаете, мой дорогой Гудфельд, а Кастерсу было в высшей степени наплевать на галуны и славу. Он на¬ деется совершить хорошее преступление, которое принесет большие деньги. Ему легко безнаказанно совершить его, ведь он сам полицейский. На его стороне оказывается случай. Возникает тайна Буштри. А тайна вот в чем. Начальник почты Поллок вхо¬ дит в банду похитителей драгоценных камней. Более того, он главарь и казначей. Кто посылает ему камни и куда уходят они? Это, как я надеюсь, вскоре выяснит следствие, но на данный момент нас это не интересует. Посылка камней без объявленной ценности хитрый прием. Это напоминает одну из новелл Эдгара По. На мой взгляд, лучшая когда-либо на¬ писанная полицейская новелла. Однажды вечером — в тот вечер его и убили — Поллок открыл одну из таких посылок в момент, когда Льюис Белл, знавший, что ему пришло письмо, смотрел в окно. Фермер увидел камни, но не показал и виду. Он постучал в окно, и Поллок открыл ему. Войдя, он вместе с хозяином постоя¬ лого двора рассматривает почту. Несомненно, в эту минуту глаза Белла останавливаются на имени адресата на посылке. Он говорит об этом Поллоку, и тот тут же пишет Неизвестен. Но Белл хочет завладеть увиденными камнями. Он убивает Поллока, забирает камни и возвращается домой. Отдадим должное Джорджу Кастерсу. Он догадывается или дедуктивным методом делает правильный вывод. Его воображение уже рисует ему состояние, которое он может добыть без особого риска. Он проникает ночью к Беллу и под угрозой смерти требует отдать ему камни. Тот отказывается, но роковой случай приводит бродягу Брадека, который хочет ограбить дом. Кастере пугается, убивает Белла и убегает без камней. Но он не обычный преступник, он весь проникнут романтизмом, как все начинающие нарушители закона. Он создает Х-4. Ему в голову приходит мысль, что Поллок мог хранить драгоценные камни у себя дома. Он ночью проникает в здание, находит тайник, но его обнаруживает Мэдж. Он уби¬ вает ее. И снова появляется Х-4. Но он опасается Брадека... И решает рискнуть. Он отправляется на допрос в тюрьму. Пе¬ 233
ред этим он узнает, что во дворе, куда выходит окно камеры, производят ремонтные работы. Он добывает мексиканские кинжалы, которые обычно используются для метания, убива¬ ет Брадека, наносит себе незначительную рану, потом глотает снадобье, придающее ему вид серьезно раненного человека. Увы, такие снадобья встречаются часто. Превосходное решение. Кастере воспользовался своим наглым мужеством. И как? Он на некоторое время исчезает под предлогом, что потерпел поражение, растерян и подает в отставку. На самом деле он кружит вокруг фермы Белла, где, как он знает, спрятаны драгоценные камни. Ибо зна¬ ет огромную ценность камней, украденных у Поллока. Он пытается вовлечь в свою игру Боба Мерканта. Тот вначале колеблется, видя перед собой странную женщину в вуали, ибо Кастере переоделся в женщину, что ему легко сделать из-за его сложения и гибкости. Здесь начинается самая сумасшедшая часть комбинации. Она превосходна сама по себе. Нужна жертва и нужен козел отпущения для публики, но надо также, чтобы исчез Х-4, ибо мы никогда не поверим в то, что ловкий и таинственный бан¬ дит есть Меркант. В каком-то морге или в медицинском учреждении он до¬ бывает труп молодой женщины, немного напоминающий ту, которую он играет. Он одевает ее в такие же одежды, уклады¬ вает в карьере, разбив ей лицо. Затем разыгрывает последний акт комедии перед Меркантом, которого заманивает к карь¬ еру. Он показывает ему камень, кстати, фальшивый, потому что он не хочет терять ни единого. То, что он предвидел, слу¬ чается. Меркант в искусе. Он хватает камень. Таинственная женщина делает вид, что собирается ударить его кинжалом. Меркант защищается, и Кастере скатывается вниз. Но он падает там, где склон не является слишком отвесным, что заранее предусмотрел. Остальное мы знаем. Он разоблачает Мерканта. Тот на¬ столько потрясен происшедшим, что не может защищаться. Мерканта повесят. Х-4, таинственный бандит мертв, убит. Кастере считает, что добился свободы в поиске драгоценных камней в брошенном доме Белла. 234
Я заставил Кастерса поверить, что Мерканта казнили. Тот в последнюю минуту потерял сознание, когда я сообщил ему, что он избежит позорной смерти. Я рассчитывал, что появление Мерканта испугает и со¬ бьет с толку Кастерса. Поэтому я посадил его в карьер, куда, как я подозревал, выходит тайный ход из дома Белла. Но он был так тщательно замаскирован, что ни я, ни Меркант не обнаружили его. Только этот дьявол Кастере — у этого парня действительно удивительные способности, — нашел этот ход. Когда я понял, что он ускользает от меня, я устроил неболь¬ шой пожар в доме Белла, в котором Кастере знал малейшие уголки, но где тщетно искал украденные камни. Дым и огонь заставили инспектора Кастерса пуститься в бегство по только одному ему известному ходу. Меркант встретил его. Я едва не проиграл все сражение из-за неожиданного по¬ явления старика Триггса. Представьте себе, что он начал бы кричать повсюду, что Меркант вернулся! Кастере стал бы по¬ дозрительным, начал бы расследование и все бы обнаружил. Я не колебался. Пленил Триггса, разместив его у себя дома, где им занялась миссис Кроун. Полагаю, он не оби¬ дится на меня за это заключение. — Но как вам удалось увидеть хоть какой-то свет в столь сложной комбинации? — спросил Гудфельд. — Все из-за мелочей, Гуд, но, в основном, из-за серьез¬ ной ошибки, допущенной Кастерсом. Вы знаете, что трупы, которые оставляют для вскрытия в лечебных заведениях, пропитывают гипосульфитом натрия. Тело псевдо-Х-4 было им насыщено... Вот тогда истина во всей полноте открылась передо мной, но требовались улики, много улик, поскольку Кастере существо очень ловкое. — А камни, спрятанные в доме Белла, так и не будут най¬ дены? — разочарованно спросил Том Уиллс. Гарри Диксон расхохотался. — Они давно в безопасности в сейфе Скотленд-Ярда, мой мальчик. Было существо еще более ловкое, чем Кастере. Это был Уолл Брадек. Когда Кастере грубо обошелся с ним на дороге, он нашел смелость вернуться в дом, где произошло преступление, и легко нашел камни в старом сапоге ферме¬ 235
ра. Когда я ему сказал, что он отделается всего несколькими месяцами тюрьмы, он поспешил сообщить мне, где спрятал камни. Он их положил под стог сена во дворе фермы. — Ради чести Скотленд-Ярда я желаю, чтобы этого демо¬ на Кастерса не повесили, — вдруг произнес Гудфельд. — Его не повесят, Гуд, — с расстановкой произнес сы¬ щик, — я знаю, что в полом зубе у него спрятан сильнодей¬ ствующий яд. Я не стал его извлекать. — Вы облегчаете мне сердце, господин Диксон! Но нет, ведь этот тип был рекомендован мне персонально, пер-со- наль-но! Истина требует сказать, что Кастере не умер: ни покончил самоубийством, ни был повешен. Ему удалось бежать. Обстоятельства этого бегства заслуживают особого вни¬ мания. Через четыре дня после его ареста и заключения в тюрьму Ньюгейт, директор пенитенциарного заведения получил из министерства приказ с требованием перевести заключенного в тюрьму Пентонвилль. Эта перевозка должна была произой¬ ти с помощью большого тюремного автомобиля, принадлежа¬ щего тюрьме Пентонвилль. За час до назначенного времени перевозки прибыл автомобиль из Пентонвилля. Директор усмотрел нарушение регламента и тут же позвонил коллеге из пентонвилльской тюрьмы. Тот отсутствовал, но служащий ответил ему, что таков был приказ Министерства. Директор остался недовольным ответом и позвонил в Министерство. Ему ответили, что приказ должен быть исполнен именно так. Кроме того, слишком подозрительный чиновник получил выговор за то, что без причины обеспокоил секретаря Ми¬ нистерства. Джорджа Кастерса посадили в тюремный автомобиль, который... так и не прибыл в Пентонвилль. Только несколько часов спустя стало известно, что этот автомобиль находится на ремонте в одном из гаражей Сити, 236
а за заключенным пришли какие-то неизвестные люди. Что касается телефонных звонков, выяснилось, что секретная линия вела в один из пустых домов на Кеннон-стрит, откуда исходили приказы и где перехватывались все телефонные звонки из тюрьмы Ньюгейт. Больше никто и никогда не слы¬ шал о Джордже Кастерсе. Странное дело, но Гарри Диксона не привлекли к поискам беглеца, а когда близкие друзья спрашивали его об этом, он принимал загадочный вид и говорил: — В Англии есть весьма курьезный институт под названи¬ ем тайная дипломатия. Легче попасть в Лхассу, таинственную столицу Тибета, чем в эти кабинеты. Кроме того, я живу на Бейкер-стрит, а не на Даунинг-стрит. Что позволяет предположить, что качества Джорджа Ка- стерса были замечены некоторыми загадочными лицами, ко¬ торые управляют тайными судьбами Великобритании и ко¬ торые считают, что лучше не вешать, а заставить служить... но это выходит за рамки данного расследования.
ОСТРОВ УЖА
ОСТРОВ УЖА L'lLE DETERREUR
СТРАННАЯ СПАСИТЕЛЬНАЯ арви Доррингтон выронил только что полученное письмо. Даже не вскрыв конверт, он не сомневал¬ ся в содержании послания: он получал подобные письма уже четыре или пять раз. Вначале они его не интересо¬ вали. Что значил для него «Кэт-Рок», островок размером в не¬ сколько квадратных миль со своими скалами и провалами, затерянный на самом краю Гебридских островов? Ну, и что: он владел им, потому что его мать происходила из Дунканов, а «Кэт-Рок» всегда принадлежал Дунканам. Милое дело! Он видел его только издали с палубы своей роскошной яхты Белая Куропатка, когда ходил по северным морям. Едва остров возник из-за завесы тумана, низкий, словно притаив¬ шийся хищный зверь, он сказал себе, что никогда не ступит на эту затерянную в море сушу. «Кэт-Рок» ничего не при¬ носил, а наоборот, требовал денег: надо было платить трем сторожам древнего замка, который высился в центре острова и постепенно превращался в руины, почти сливаясь с окру¬ жающими скалами. К счастью, королевский декрет освободил его от оплаты налогов в Казначейство, ибо владение это было убыточным. 241
Когда в прошлом году Салки, главный сторож, живщм в замке Дунканов, написал ему, что «на острове творятся гщо хие дела», Доррингтон даже не стал отвечать на послание Через два месяца пришло новое письмо. Его ждала та участь. Потом третье... Харви разозлился и через своего секретаря ответил, чт0 Салки сам должен разбираться с демонами и призраками, что ему за это платят. Но сегодня все было наоборот. Еще накануне баснословно богатый Харви Доррингтон проснулся утром совершенно разоренным, остался буквально без гроша. Едва он успел встать с постели, как его навестили госпо¬ да Смайле и Корминг, его поверенные в делах, которые со слезами на глазах поведали ему, что бешеные спекуляции с золотыми шахтами в Венесуэле, а также с нефтяными сква¬ жинами на Юкатане значительно уменьшили его состояние. — Клянусь адом! — пробурчал Доррингтон. — Остается надеяться, что рост принадлежащих мне акций заводов Хел¬ лере по переработке радия сможет закрыть эти бреши. — Мы опасаемся, что это не так! — простонали оба ад¬ воката. — Вы оба сошли с ума? — Если бы так было! Но в данный момент эта фирма... — Говорите же! Перестаньте хныкать и вертеться юлой на креслах! Оба поверенных в делах с упреком и жалостью бросили взгляд на своего раздражительного клиента, потом, понизив голоса, хором сообщили: — Эта фирма разорилась. Их активы равны нулю. Зале¬ жи радия в Месопотамии были чистой выдумкой, а Хелперс в бегах вместе с остатками наличности. — Если я вас правильно понимаю, у меня больше нет ни фартинга? — спросил Харви. — Хм... почти ничего нет, если не считать острова Кэт-Ро1С' Харви Доррингтон злобно расхохотался. — Я могу хотя бы получить за него три фунта. Как Ра^ хватит на покупку хорошего револьвера, чтобы расстать с этой жизнью? 242
Оба адвоката воскликнули: — За Кэт-Рок трех фунтов вам не дадут. Но это ваше вла¬ дение. Это ваше убежище, где вы будете абсолютным хозяи¬ ном. Харви Дорринггон нахмурился. — Если я вас понял с полуслова, — медленно процедил он, — здесь я уже не хозяин, здесь, в собственном доме в Хол- борне, ни в моей вилле в Брайтоне, ни в ментонской вилле на Лазурном берегу, ни на борту своей яхты. Господа Смайле и Корминг утвердительно кивнули. — Сумма ваших долгов... скажем, значительна, сэр. Банки уже сегодня наложат лапу на все ваше имущество. — Но оставляют мне Кэт-Рок? Пусть забирают и его вме¬ сте со всеми его демонами! Адвокаты отрицательно закачали головами. — Невозможно, сэр, по королевской привилегии этот ост¬ ров нельзя забрать. Вы будете бедны, как церковная крыса, но останетесь хозяином Кэт-Рока. Харви Дорринггон расхохотался. — В таком случае мне придется жить там, как Робинзон Крузо, поскольку до сегодняшнего дня я платил слугам за охрану острова, а теперь... Господа Смайле и Корминг хором прервали его. — Вовсе не так, сэр, — поспешно заявили они. — Мы уполномочены сообщить вам, что, если вы поселитесь на острове, вам будет гарантирован ежегодный доход в четыре тысячи фунтов. Это позволит вести вам жизнь щедрого сень¬ ора в том месте, где негде потратить эти деньги. Харви Дорринггон уставился на своих поверенных в делах с неприкрытым изумлением. — Это что еще за безумие? — спросил он. — Вовсе не безумие. Вчера около полуночи мы получили эти предложения от адвокатской конторы в Сити «Банкер энд Лоу», ходатаев в судебных делах. Нам был передан аванс в четыре тысячи фунтов для вручения вам, если вы примете это предложение. — Что за дьявол хочет сослать меня в эту пустыню? Адвокаты дружно пожали печами. 243
— Мы ничего не знаем. «Банкер энд Лоу» хранят профес¬ сиональный секрет. — Как? Вы разве не можете договориться, как волки с волками? Адвокаты улыбнулись. — Это было так. «Банкер энд Лоу» хотели бы приоткрыть завесу тайны, само собой в конфиденциальном порядке, но они сами ничего не понимали. Они получили распоряжение по телефону от неизвестного лица, а деньги, а также их гоно¬ рар за посредничество были переданы им незамедлительно. Пока они разговаривали по телефону, в их почтовый ящик положили толстый желтый конверт, набитый банкнотами. Харви Доррингтон хранил молчание. Он был молод и лю¬ бил жизнь. Мысль о бедности или самоубийстве ужасала его. Какой бы ломкой ему ни показалась спасительная соломинка, он внутренне обрадовался, что не осталось незамеченным его поверенными в делах. — Мы договоримся с вашими кредиторами, чтобы ваша яхта Белая Куропатка перевезла вас на Кэт-Рок. — Действительно, — с горечью произнес разоренный мо¬ лодой человек, — я забыл, что яхта мне уже не принадлежит, и на нее в ближайшем будущем явится судебный пристав. Его взгляд упал на серебряное блюдо, на котором гро¬ моздилась утренняя почта: проспекты, приглашения, письма друзей, просьбы дать денег, обещания шарлатанов и грубый конверт, испещренный чернильными кляксами, который он сразу узнал. — А вот и письмо от Салки. Хорошо, что вы здесь и мо¬ жете ознакомиться с его содержанием. Господа, я уже прочел его. Мистер Смайле достал письмо из конверта, а мистер Кор- минг прочел его, заглядывая через плечо свое компаньона. Когда они закончили чтение, их обычно невозмутимые лица выражали настоящее недоумение, хотя оно окрашивалось каким-то неверием. — Я перечитаю его вслух, мистер Доррингтон, — пред¬ ложил мистер Смайле, — таким образом, нам будет легче обсудить его. 244
Господин и уважаемый хозяин, Хочу напомнить, что пишу вам в пятый раз за этот год. Эта безымянная вещь вернулась, чтобы посеять ужас в замке и на острове. Все огни в жилище гаснут, все очаги затухают, в коридорах кричат ужасающие голоса. На самом верху башни появляется гигантское чудовище. Оно такое громадное, что достает до облаков. Мы все очень боимся. Но самое ужасное в том, что три рыбака из се¬ верного поселка были найдены мертвыми на берегу. На их лица страшно смотреть. Их убила эта безымянная вещь. Из сорока семи обитателей в живых осталось только двадцать. Бедняги поговаривают о том, что надо пере¬ браться на другой остров Гебрид или даже уплыть на Оркадские острова. Мы думаем, что эта ужасная вещь озлоблена на жен¬ щину, которая попала к нам с моря, и мы спрашиваем, что нам с ней делать. Мы не знаем, что думать о ней. Она нежная и спо¬ койная, но остается безумной. Она почти не говорит, но поет. И поет так красиво, что на глаза навертыва¬ ются слезы. Корабль, который каждый месяц привозит из Глазго по вашему приказу продукты, снова пришел, власти провели все возможные поиски, но не знают, кем она может быть. Один из офицеров судна подал хоро¬ шую мысль. Он ее сфотографировал, и я посылаю вам ее портрет. Мы просим вас, Сэр и Уважаемый Хозяин, сказать, давать ли ей по-прежнему приют в замке. Мы считаем, что морской демон требует вернуть ему его добычу, но мы не хотим ничего делать без вашего приказа. Ваши преданные служители Мэпл Салки, МакАогган и крест вместо Поллока, который не умеет писать. Адвокаты с ужасом глянули на своего клиента. — Что они рассказывают о женщине, пришедшей с моря? — спросили они. — Должен вам сказать, что ничего не знаю об этом, — от¬ ветил молодой человек. — Примерно год назад после ужасной 245
бури, которая утопила немало судов в Атлантике, на берегу Кэт-Рока была найдена спасательная шлюпка без каких-либо названий. Ее нашли рыбаки у северной оконечности остро¬ ва. В шлюпке была молодая женщина в последней степени истощения, которую сначала сочли мертвой. Но ее удалось вернуть к жизни и приютили в замке. От нее так и не удалось добиться ни одного слова с объяснениями. Она сошла с ума. Я по королевскому декрету являюсь хозяином острова. От меня требуется содержание острова в порядке. Я поручил это дело сторожам. Но с тех пор, как она попала на остров, весь остров, похоже, оказался под властью каких-то бесчисленных адских сущностей... — А не может быть, чтобы она творила... эти безобра¬ зия? — спросил мистер Смайле. Харви Доррингтон энергично отверг эту мысль. — Я вплотную этим не занимался, но все же знаю, что она здесь ни при чем. Я велел следить за ней. В момент, когда призраки или демоны, не знаю, что именно появляется, она. как ежедневно, сидит у очага, смотрит на пламя, и вся в своих мыслях, если они у нее есть. Мистер Корминг взял письмо, повертел его в руках. Оттуда выпал небольшой картонный листок. Он поднял его и рас¬ смотрел. И издал крик удивления. — Боже! — вскричал он. — Только посмотрите на это лицо. Это было «женщина, пришедшая с моря», а ве