Л. И. МОЛОДЦОВА
ПРОМЫШЛЕННОСТЬ
китая:
ПРОПОРЦИИ и ДИСПРОПОРЦИИ


АКАДЕМИЯ НАУК СССР
Институт экономики мировой социалистической системы
Л. И. МОЛОДЦОВА
ПРОМЫШЛЕННОСТЬ
китая:
ПРОПОРЦИИ и
ДИСПРОПОРЦИИ
Издательство «Наука» • Москва 1980


Монография посвящена проблеме темпов и пропорций индустриального развития Китая. Рассматриваются изменения в системе организации промышленного производства и сдвиги в его отраслевой и региональной структуре за 30 лет существования КНР. Автор показывает, что в результате игнорирования закономерностей социалистического строительства и волюнтаризма в экономической политике в промышленности КНР сложились крупные диспропорции, тормозящие экономическое развитие.
Ответственный редактор
кандидат экономических наук
Г. А. ГАНШИН
М
11103-030
042 (02)-80
79-390 • 0604020200
© Издательство «Наука», 1980 г.


ВВЕДЕНИЕ
Тридцать лет отделяют нас от того знаменательного дня 1 октября 1949 г., когда перед тысячами радостных людей, собравшихся на главной площади Пекина, с красочной трибуны старинных ворот Тяньаньмынь было торжественно провозглашено создание Китайской Народной Республики. Это событие огромной исторической важности завершило 30-летний этап буржуазно-демократической революции, открыло перед китайским народом перспективу нового будущего — без помещиков и капиталистов, без нищеты и невежества, без голода и унижений. «Только социализм может спасти Китай» — этот лозунг был выстрадан многомиллионным китайским народом, прошедшим через долгие годы борьбы с феодальной монархией, компрадорами и приспешниками иностранного капитала, японским империализмом, гоминьдановскими предателями. Революция прокладывала дорогу для развития по пути социализма, и этому благоприятствовали особые внутренние и международные условия, а именно руководящая роль Коммунистической партии Китая, опиравшейся в тот период на широкий союз рабочего класса, крестьянства и интеллигенции, национальной и мелкой буржуазии, и помощь со стороны Советского Союза.
Организационные и экономические задачи, стоявшие перед Китаем, были колоссальными по масштабам и сложности, но без их решения не могло быть и речи о построении нового общества. Конституция 1954 г. и VIII съезд КПК (1956) наметили ряд конкретных мероприятий, направленных на поэтапное проведение социалистических преобразований в промышленности, сельском хозяйстве и торговле и на постепенную ликвидацию экономической отсталости. Важным шагом вперед в деле экономического строительства стала первая пятилетка, успешно выполненная в 1957 г.
!♦
3


Выбор был сделан, и работа началась. Ио историческая судьба Китая оказалась много сложнее, чем можно было предполагать. 20 лет ушло на бесплодные экономические эксперименты по «досрочному вступлению в коммунизм», на беспрерывную политическую борьбу, па насаждение маоистской идеологии. Экономическое развитие шло рывками в короткие передышки между маоистскими кампаниями, регулярно заканчивавшимися хозяйственным крахом. Целых 20 лет потребовалось на то, ,чтобы осознать необходимость «переноса центра тяжести на экономическую работу».
Последствия 20-летних «зигзагов» оказались крайне печальными. Все прошлые планы экономического и социального развития Китая были похоронены под грудами обломков «большого скачка» и «культурной революции». Правда, у Китая есть теперь атомная и водородная бомбы, но народ живет на скудном продовольственном пайке и лишен элементарных жизненных удобств. Реальная заработная плата рабочих сейчас ниже, чем в конце первой пятилетки, а китайскому крестьянину уровень жизни города кажется подлинным раем.
Два десятилетия стена маоистских канонов отделяла страну от культурных ценностей мира, безграмотность и невежество были возведены в ранг добродетели. Идеалы социализма оказались глубоко скомпрометированными. Девальвации подверглись и такие исконные качества китайского народа, как трудолюбие, пытливость и любознательность, честность и доброта. Маоисты сделали еще одно грязное дело: они разрушили братскую дружбу между Советским Союзом и Китаем, изолировали свою страну от социалистического содружества, посеяли в пароде семена гегемонизма и шовинизма. Не все эти семена дали всходы, но те сорняки, которые успели взрасти, долго будут цвести.
Современная китайская печать подвергает сейчас резкой критике «левоуклонистское» поветрие «перескакивания» через стадию социализма, называя социально-экономическую стратегию, которую насаждала «банда четырех» (читай, маоистское руководство), фальшивым, феодальным социализмом. Современный этап социального развития определяется некоторыми китайскими теоретиками как «неразвитый социализм», который уже лежит за пределами переходного периода от победы пролетарской


революции до завершения в основном СбцйалйётйЧёСЙИХ преобразований в сфере собственности на средства производства, но предшествует победе социалистических производственных отношений L
Парадокс современной ситуации в КНР состоит в том, что там сохраняется каркас социалистического базиса в виде государственной и кооперативной собственности и в настоящее время отсутствуют условия превращения этих форм собственности в собственность социалистическую. Во-первых, требуется значительное повышение уровня развития производительных сил, достижение «обобществления на деле»; во-вторых, необходимо изменение самой сути государства, и прежде всего уничтожение военнобюрократической диктатуры.
Итоги 30-летнего развития промышленности в КНР не поддаются однозначной оценке. С одной стороны, следует признать существенные сдвиги на пути индустриализации, значительный рост промышленного потенциала. По общему объему промышленного производства, по выпуску некоторых наиболее важных видов промышленной продукции (угля, химических удобрений, хлопчатобумажных тканей и др.) Китай занимает одно из первых мест в мире. Большую часть своих потребностей в оборудовании страна удовлетворяет за счет собственного производства. Заметных успехов достигли отрасли символизирующие научно-технический прогресс (химия, машиностроение). Промышленность принимает немаловажное участие в формировании экспортных ресурсов, обладает теперь возможностями более активного воздействия на сельское хозяйство. В потреблении населения увеличилась доля промышленных изделий.
1 Авторы статьи в журнале «Цзинцзи яньцзю» признают, что в Китае еще далеко не построена первая фаза коммунистического общества, о котором мечтали Маркс и Ленин, т. е. социализм: «У нас еще сохраняются пережитки капитализма и даже феодализма, мелкое производство занимает важное место, продолжают процветать привычки и настроения мелких производителей. Это свидетельствует о том, что мы находимся на стадии неразвитого социализма, еще находимся в переходном периоде к социализму. Нельзя считать, что наш экономический строй — это развитый, или полный, социализм» (Цзинцзи яньцзю, 1979, № 5, с. 18).
5


Вместе с тем по многим важным экономическим показателям: размерам душевого производства промышленной продукции, доле машиностроения и передовых производств, разнообразию ассортимента продукции, по ее качеству и техническому уровню — Китай далеко отстает от экономически развитых стран. На мировом рынке его положение как экспортера сырья и импортера готовой промышленной продукции в принципе не изменилось. Труд индустриального характера не завоевал господствующего положения в обществе. Основная масса населения занята в сельском хозяйстве, и процесс урбанизации идет замедленными темпами. В деле механизации и химизации сельского хозяйства сделаны только первые шаги.
Некоторые черты сближают индустриализацию Китая с процессом становления материально-технической базы социализма: наличие общественной собственности на средства производства, использование главным образом внутренних источников накопления, преимущественный рост производства средств производства. В то же время, в отличие от других социалистических стран, индустриальное развитие Китая характеризуется нестабильностью, наличием периодов спада производства и стагнации, отсутствием разработанных и официально утвержденных планов, пренебрежением к потребительским нуждам населения и многими другими отрицательными моментами.
Во всех социалистических странах велась и ведется большая работа по координации, увязке развития всех отраслей, по организации производства на основе специализации и кооперирования, что является одним из важнейших рычагов достижения высоких темпов роста совокупного продукта. Иное дело в Китае, где диспропорциональность стала нормой хозяйственной жизни и была канонизирована маоистской идеологией как закон «волнообразного развития». Было нарушено необходимое соотношение между фондами накопления и потребления в распределяемом национальном доходе, между расходами на простое и расширенное воспроизводство. На положении «хронически больных» китайской экономики почти постоянно находятся сельское хозяйство, транспорт, энергетические и добывающие отрасли промышленности. Сельское хозяйство не справляется со снабжением населения достаточным количеством продуктов питапия, 6


а промышленности сырьем; перебои на транспорте стали повсеместным явлением; из-за нехватки топлива и электроэнергии не используется 20—30% производственных мощностей. Длительная недооценка легкой промышленности сказывается в неспособности удовлетворить минимальные потребности населения в предметах первой необходимости. Гипертрофированное развитие мелкой промышленности привело к огромному перерасходу сырья и топлива, снижению качества продукции, углублению технологического разрыва между современным и так называемым традиционным секторами экономики. Выявился ряд внутриотраслевых диспропорций.
Главная причина «лихорадочного», диспропорционального развития промышленности Китая — проведение маоистских социальных экспериментов, волюнтаризм и произвол в экономике, длительное пренебрежение состоянием экономической науки и экономического образования, нарушение нормального функционирования хозяйственного мехапизма в условиях политической нестабильности и непрекращающейся фракционной борьбы внутри китайского руководства. Выбор приоритетных отраслей был в свое время продиктован не соображениями экономической рациональности и необходимости, а престижными, военными или конъюнктурными целями. Сама идея «главной отрасли» никогда не доводилась до логического завершения — превращения отрасли преимущественного развития в стимулятор прогресса других отраслей и формирования народнохозяйственного комплекса в целом. В угоду «решающим звеньям» приносились в жертву интересы всех других видов производства. Это наглядно демонстрирует история развития черной металлургии, которая провозглашалась «основой основ», «краеугольным камнем индустрии», а в результате оказалась в тисках нереальных показателей и смогла достичь только весьма скромных результатов.
Завалы экономической теории и практики маоистов мешали действию закона планомерного пропорционального развития. В периоды кампаний «большого скачка» и «культурной революции» система планирования вообще выходила из строя, а в те годы, когда ее пытались восстановить, этой работе не уделялось должного внимания. В условиях плохо поставленной статистической отчетности центральные органы не располагали данными о по7


ложении на местах и в отдельных отраслях, что отражалось на качестве плановой работы, на полноте и аргументированности выдвигаемых установок. Планы составлялись без соответствующих «запасов» и резервов для маневрирования, с заранее запрограммированным превышением спроса над предложением. Соотношение между отраслями устанавливалось произвольно, без правильного соблюдения нормативов расхода исходных материалов, без составления межотраслевых балансов. Все это дало основание говорить сейчас о состоянии «полуплановости» народного хозяйства страны2.
Отсутствие единой системы планирования и приоритет территориальных принципов организации промышленности обусловили действие тенденции к самообеспечению районов, что привело к разбазариванию материальных и трудовых ресурсов, неоправданному дублированию производства. В результате интеграционные хозяйственные процессы замедлились, мощный стимул получили регионалистские и местнические настроения.
Большие потери понесло все народное хозяйство, и в частности промышленность, вследствие «выпадения» Китая из системы международного социалистического разделения труда. Вступив на путь антисоветизма и нарушив союз с социалистическими странами, китайское руководство лишило свою страну преимуществ специализации и кооперирования производства в масштабах мировой системы социализма, взаимовыгодного обмена с социалистическими странами и тесного научно-технического сотрудничества.
Все пороки диспропорциональности стали особенно остро ощущаться в 1978—1979 гг., когда начали предприниматься попытки налаживания нормального хозяйственного развития. Факт серьезного нарушения пропорций в экономике теперь открыто признается китайскими руководителями и служит одним из главных аргументов выдвижения «жизненно важной па сегодняшний день» задачи «урегулирования».
Под «урегулированием» понимается в первую очередь 2 Статья президента Академии общественных наук КНР Ху Цяому «Действуя в соответствии с экономическими законами, ускорить осуществление „четырех модернизаций"» (Жэньминь жибао, 1978, 6 окт.).
8


достижение более сбалансированного развития путем упорядочения соотношения между накоплением и потреблением, между промышленностью и другими крупными секторами народного хозяйства (сельским хозяйством, транспортом п капитальным строительством), между отдельными отраслями промышленности, в первую очередь между тяжелой и легкой, между добывающей и обрабатывающей промышленностью. К приоритетным отраслям отнесены наиболее отставшие к настоящему времени отрасли легкой промышленности, добыча угля, электроэнергетика, промышленность строительных материалов.
Содержание курса урегулирования выходит за рамки текущего пересмотра планов, корректировки темпов и пропорций. Фактически это вынужденное отступление от недавно выдвигавшихся широковещательных планов под нажимом множества трудностей, без преодоления которых успешное поступательное движение просто невозможно. Утверждаемые принципы и методы экономической политики в большинстве повторяют то, что уже практиковалось в Китае в годы первой пятилетки. Вновь говорится о необходимости усиления плановых начал в экономике, учета объективных экономических законов, отказа от волевых, административных методов хозяйствования, о важности применения принципа материальной заинтересованности и многое другое, полностью перечеркнутое в свое время Мао Цзэдуном и его приспешниками.
Может показаться, что нынешние китайские руководители, извлекая горький урок из прошлого, намерены полностью отказаться от маоистского наследия и сосредоточить все силы на экономическом строительстве. Но это далеко не так. Невозможно осуществить глубокую перестройку экономики, продолжая делать главную ставку па дальнейшую милитаризацию страны, на усиление ее военной мощи. На июньской сессии ВСНП 1979 г. было сказано немало слов о «повышении жизненного уровня народа». Однако намечаемый небольшой рост доходов городского населения уйдет в основном на компенсацию происходящего роста цен. Реальные же доходы трудящихся почти не возрастут. Более того, в материалах сессии содержится немало указаний на’ то, что китайский народ ожидают новые трудности. Таким образом, не жизненные интересы народа, а задачи дальнейшего усиления гегемонистского внешнеполитического 9


курса являются мотивами осуществляемых мер по перестройке народного хозяйства.
В данной работе автор поставил своей целью детализировать произведенный ранее анализ состояния экономики и промышленности Китая3 и рассмотреть подробнее формирование отраслевой и региональной структуры промышленности Китая, характер возникших внутри нее диспропорций, повлекших за собой серьезные народнохозяйственные потери. Две первые главы посвящены более общим проблемам эволюции социально-экономической стратегии КНР и некоторым особенностям системы управления промышленностью, отраслевому и региональному аспектам ее организации4 5.
Далеко не все вопросы удалось осветить достаточно подробно из-за отсутствия первичных данных. В настоящее время появляются первые признаки «разгерметизации» статистического «вакуума», в котором долгое время находилась эта страна. Изменение общего отношения к экономическим проблемам, более трезвая оценка своих возможностей, стремление наладить систему планирования и установить широкие контакты с зарубежными странами, в том числе и по линии получения кредитов, — все это заставляет китайских руководителей уделять все больше внимания статистической работе, в том числе и ее гласности. Тем не менее пока сохраняется необходимость в составлении экспертных оценок и во всех расчетах присутствует определенный «допуск», а в общем экономическом анализе — значительный элемент упрощения. Исправить эти неизбежные недостатки можно будет только тогда, когда статистическая информация по стране станет более полной и более достоверной.
3 Экономика КНР: возможности и реальность. М., 1976, гл. II—V.
4 В современном административном делении КНР различают три таксономических уровня:
I — провинциальный — 21 провинция (без о. Тайвань),
5 национальных автономных районов (Внутренняя Монголия, Синьцзян-уйгурский, Нинся-хуэйский, Гуанси-чжуанский, Тибетский), 3 города центрального подчинения (Пекин, Тяньцзинь, Шанхай);
II — окружной — округа, городские территории (городе находящимися под его непосредственным подчинением сельскими местностями), зоны непосредственного подчинения провинции, аймаки, автономные округа, административные районы.
III — уездный — уезды, автономные уезды, хошуны, автономные хошуны, села уездного подчинения.


Глава первая
ЗАДАЧА ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ КНР И ПОДХОДЫ К ЕЕ РЕШЕНИЮ
1. Некоторые особенности социально-экономической стратегии Китая
Вступив на путь социалистического развития, Китай должен был решить на первом, переходном этапе две главные задачи: осуществить социалистические преобразования в различных сферах экономической жизни, обеспечивающие господство общественной собственности на орудия и средства производства, и построить материально-техническую базу социализма. Только использование всех преимуществ социалистического строя и широкое привлечение опыта хозяйственного развития социалистических стран могло гарантировать скорейшую ликвидацию доставшейся в наследство от прошлого глубокой экономической отсталости. Все экономические программы, выдвигавшиеся после образования КНР, были нацелены на ускорение экономического роста, но предлагали различные методы достижения поставленной цели. Представления о направлении и сроках индустриализации, о характере структурных перестроек, роли внешнего фактора несколько раз кардинально менялись. Те колебания и шараханья в экономической политике, которые имели место, определялись не столько объективной реальностью, сколько сменой политических целей, субъективными устремлениями китайских руководителей, их антинаучными представлениями о характере социалистического общества.
Решение сложных экономических проблем, которые возникают на начальном этапе индустриализации, допускает множество вариантов, выбор между которыми обусловлен очередностью намечаемых мероприятий и соответствующей расстановкой акцентов. Сам процесс активизации всех ресурсов с целью достижения максимально быстрых темпов роста сопроводжается возникновением ряда противоречий: между накоплением и потреблением, И


ускоренным ростом промышленности и поддержанием расширенного воспроизводства в сельском хозяйстве, быстрым развитием тяжелой промышленности и обеспечением населения достаточным количеством предметов потребления, возрастающим спросом на импортное оборудование и узостью собственной экспортной базы и т. д.
Одна из актуальнейших проблем — соотношение накопления и потребления. Выход из «порочного круга нищеты» требует больших материальных и финансовых средств для нового капитального строительства, реконструкции имеющихся предприятий, подготовки квалифицированной рабочей силы, сложных организационных и структурных перестроек экономики, закупок необходимого оборудования за рубежом. В условиях научно-технической революции потребности в капитальных средствах при переходе к индустриальному развитию значительно возрастают в связи с усложнением оборудования и технологии и тенденцией к росту цен на готовые изделия на капиталистическом рынке. Поэтому промышленный «рывок» неизбежно связан с увеличением фонда накопления в национальном доходе.
Общепризнанной платой за ускоренный экономический рост является «урезание» фонда потребления, что в условиях одновременного общего роста занятости сопряжено с сокращением расцепок оплаты единицы труда, нередко оборачивается замораживанием заработной платы на уровне обеспечения лишь самых необходимых средств существования работников и членов их семей. Такого рода политика создает непреодолимые барьеры па пути роста производительности общественного труда, поскольку затрудняет повышение квалификации, препятствует переливу рабочей силы из деревни в город. Столь же негативные последствия имеет экономия за счет непроизводительного потребления населения — уменьшение расходов на такие общественные нужды, как управление, наука, культура, здравоохранение, образование и др.
Ажиотаж «сверхнакопления» может привести к длительному пренебрежению потребительскими нуждами населения и изъятию не только прибавочного, но и части необходимого продукта, что нарушает условия физического воспроизводства рабочей силы. Осложняется задача повышения ее качества как из-за ограниченных возмож- ностей сферы образования, так и из-за отсутствия пер12


спектив профессионального роста. Игнорирование материальных стимулов имеет оборотную сторону в виде падения заинтересованности в результатах труда. Отставание научных исследований тормозит совершенствование производственного процесса и введение технических новшеств.
Один из видных исследователей проблем развивающихся стран, швед Гуннар Мюрдаль, пришел к выводу, что в экономически слаборазвитых странах, где «недопотребление» в широком масштабе является нормой, основное разграничение между инвестициями и потреблением теряет прямой смысл и дополнительные «вложения» в рабочего могут дать даже больший экономический эффект, чем новое капитальное строительство, в то время как чрезмерное сбережение за счет сокращения потребления оказывается своеобразным дезинвестированием
Экономический рост сопряжен не только с новыми капитальными вложениями, но и с созданием общего экономического тонуса, который определяет способность хозяйства к абсорбированию новых инвестиций. Он складывается из таких моментов, как наличие квалифицированных кадров, потребителей новой продукции, обеспеченность транспортом, складским оборудованием и т. п. Без этих необходимых условий повышение нормы накопления может не принести ожидаемых результатов.
Много сложностей возникает и при решении проблемы занятости. Ликвидация безработицы и аграрного перенаселения дает не только большой экономический выигрыш, но и мощный социальный эффект. Однако спрос на рабочую силу со стороны создаваемого крупного механизированного производства чаще всего недостаточен для полного поглощения огромного экономически «избыточного» населения. К тому же постепенное насыщение хозяйства средствами производства ведет к вытеснению ручного труда машинным и пополнению резервов рабочей силы. Реальность в экономически слаборазвитых странах определяет жизнестойкость низших укладов, которые могут взять на себя в значительной мере проблему трудоуст-
1 Мюрдаль Г. Современные проблемы «третьего мира». М., 1972, с. 608. 13


ройства и удовлетворения потребительского спроса общества.
Мелкое, так называемое простое производство — своеобразный амортизатор функционирования экономики, оно быстро откликается на изменение спроса, может довольно легко увеличивать выпуск продукции и менее болезненно его сокращать, не нуждается в больших капиталовложениях, менее требовательно к качеству сырья и ритмичности, качеству трудовых ресурсов, способно аккумулировать свободную рабочую силу. Дополнительным моментом экономической целесообразности «простого» производства является его известная конкурентоспособность по сравнению с фабричным производством, на эффективность которого длительное время оказывает негативное влияние низкий квалификационный уровень рабочих, плохая организация труда, отсталость инфраструктуры.
Однако за эти своеобразные «удобства» мелкого производства народное хозяйство платит высокую цену в виде снижения эффективности производства, перерасхода дефицитных видов сырья и топлива, ухудшения качества продукции. Сколь бы малы ни были вложения в мелкое производство, они представляют собой вычет из общей суммы средств, которые могли бы в другом случае дать более полную экономическую отдачу. Узаконивание мелкого производства если и не блокирует полностью научно- технический прогресс, все же тормозит его рост и препятствует повышению производительности труда в масштабах общества в целом. Наличие двух уровней технологии неизбежно ведет ко все большему размежеванию сектора крупного механизированного производства с относительно высокой производительностью труда и гораздо более обширного сектора с низким строением основных фондов, закрепляет «дуализм» социально-экономической структуры общества.
Еще одна сложная и важная проблема — соблюдение необходимых пропорций и правильное распределение материальных, финансовых и трудовых ресурсов с учетом интересов всех секторов экономики. Прежде всего важно установить правильное соотношение между промышленностью и сельским хозяйством. До того момента, когда промышленность становится главным источником бюджетных доходов, эту роль «экономического донора» (как через систему налогов, так и через систему цен) выпол14


няет в первую очередь сельское хозяйство, которое оказывается таким образом ограничителем процесса индустриализации. Огромное значение имеет продовольственная ситуация в стране, особенно в условиях неизбежного возрастания контингентов работников несельскохозяйственной сферы. «Настоящие основы хозяйства, — говорил В. И. Ленин, — это продовольственный фонд... Без такого фонда социалистическая политика останется только пожеланием» 2. Когда собственное сельское хозяйство не справляется с обеспечением населения продовольствием, страна вынуждена импортировать зерно, что отрицательно сказывается на возможностях ввоза промышленного оборудования.
Возрастающий спрос на сырье для легкой промышленности, на продукцию для экспорта и на продукты питания не может быть удовлетворен без социальной перестройки и технической реконструкции сельского хозяйства. Углубление процесса индустриализации предполагает перевод на промышленную основу всех отраслей экономики, и прежде всего сельского хозяйства. Все это означает, что сельское хозяйство само нуждается в существенном притоке капиталовложений и в развитии обслуживающих его отраслей. Забвение нужд сельского хозяйства может стать тормозом промышленного роста.
Крупные государства, богатые природными и трудовыми ресурсами, стоят перед необходимостью создапия полного народнохозяйственного комплекса, включающего все основные отрасли промышленности. Но поскольку средств для движения всем фронтом недостаточно, выигрыш в темпах во многом зависит от правильного выбора направления «главного удара» — отргслей преимущественного развития. Ими должны быть отрасли, для развития которых имеются наиболее благоприятные внутренние и международные условия, отрасли — стимуляторы экономического роста. Такой выбор требует трезвого учета всех потенциальных возможностей страны, правильного соотношения между отраслями, удовлетворяющими основные массовые потребности, и отраслями специализации, между отраслями — носителями технического прогресса и базовыми отраслями, между группой отраслей 2 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 42, с. 150.
15


горнодобывающего, обрабатывающего и энергетического комплекса.
Социалистический тип индустриализации предусматривает преимущественное развитие производства средств производства. Однако этот наиболее быстрый путь является в то же время и наиболее дорогостоящим. Отрасли тяжелой промышленности самые капиталоемкие, с удлиненным сроком строительства, высокой себестоимостью продукции. Они особенно взыскательны к квалификации рабочих, требуют строгого соблюдения технических норм и обеспечения потребителями. Известно, что отрасли легкой промышленности обладают более высокой эффективностью, т. е. отдачей продукции на единицу основных фондов. Кроме того, экономически слаборазвитые страны имеют кое-какую базу легкой промышленности, определенные производственные навыки в этой области и уже готовый внутренний рынок. От степени развития легкой промышленности зависят удовлетворение потребительского спроса и экспортные потенции страны. При выборе между легкой и тяжелой промышленностью интересы будущего противоречат интересам настоящего.
Постоянную актуальность сохраняет проблема соотношения между развитием гражданских и военных отраслей промышленности. С одной стороны, денежные средства, выделяемые для военных нужд, отнимаются у других важных статей государственного бюджета, сокращают приток капиталовложений в народное хозяйство и ассигнования на мероприятия социального характера, понижают жизненный уровень населения. С другой стороны, военное производство, вызывая цепную реакцию потребностей, само в какой-то мере стимулирует наращивание базы тяжелой индустрии и проведение научных исследований. Мера «целесообразности» военного производства зависит не только от международной обстановки, но и от места страны в мировом сообществе и прямо связана с внешнеполитическим курсом правительства.
Большой экономический выигрыш может быть получен в результате рационального размещения производительных сил. С точки зрения интересов сегодняшнего дня выгоднее размещать новые предприятия в старых цромышленных районах с относительно развитой инфраструктурой и наличием определенных кадров квалифицированной рабочей силы. Однако в таком случае возни-
16


кает угроза еще большего разрыва в уровнях экономического развития различных частей страны и недоиспользования богатых природных ресурсов неосвоенных районов. Строительство же в новых районах сопряжено с большими капиталовложениями и с удлинением срока ввода в строй строящихся объектов.
Достижение экономической независимости отнюдь не означает замкнутого автаркического развития. Страны, приступающие к ускоренной индустриализации, заинтересованы в получении иностранных кредитов, расширяющих возможности капиталовложений, и к тому же практически не могут обойтись без ввоза иностранного оборудования, закупки лицензий, заимствования передовых образцов зарубежной техники. Необходимость оптимизации вновь создаваемых производств обостряет проблему рынков для реализации их продукции. Сложившаяся в результате долгого колониального господства монокультурная специализация и ориентация на внешний рынок сбыта может быть использована как источник валютных доходов для субсидирования экономической программы.
В тех случаях, когда импортные потребности превышают экспортные возможности и проблема платежного баланса осложняется, поиски выхода из такого положения могут вестись в двух направлениях: либо создание производства тех видов продукции, которые прежде импортировались, либо развитие экспортных отраслей для увеличения валютных поступлений. Во многих индустриальных странах развитие антиимпортпых производств под защитой таможенных барьеров было одним из главных методов создания национальной промышленности. В известной мере вся политика индустриализации может рассматриваться как импортзаменяющая. Однако фетишизация протекционизма может повлечь за собой немалые экономические потери. Стремление к полной самообеспеченности как самоцели может привести к неоправданной диверсификации производства, росту выпуска малосерийной и дорогостоящей продукции, отставанию от мировых стандартов. Надо иметь в виду, что организация апти- импортного производства на уровне современных технических требований может на определенный отрезок времени даже повысить спрос на импортное оборудование (так называемое явление квазиавтаркии).
2 Л. И. Молодцова
17


Развитие экспортных видов производства — катализатор индустриализации и в еще большей мере ее следствие. Основную экспортную нагрузку долгое время несут на себе отрасли добывающей промышленности и переработка сельскохозяйственного сырья, в большинстве случаев не относящиеся к разряду приоритетных. К тому же это отрасли капиталоемкие или зависящие от состояния сельского хозяйства, что также «не работает» на них. Крайне необходима диверсификация экспорта за счет продукции обрабатывающей промышленности, но это возможно уже на тех этапах, когда индустриализация начинает приносить плоды.
В современных условиях развивающиеся страны имеют более широкие возможности использования каналов внешней торговли за счет включения в мировой социалистический рынок.
Все сказанное в той или иной мере относится к Китаю, который в 1949 г. представлял собой типичную экономически слаборазвитую страну со всеми чертами, присущими низкому уровню экономического развития: односторонней аграрной направленностью экономики, слабой промышленной базой (особенно тяжелой индустрии), низкими нормами производства и потребления на душу населения, дезинтеграцией хозяйственной жизни и отсутствием сложившегося единого внутреннего рынка. В стране существовал огромный товарный дефицит и колоссальная армия незанятого труда, промышленность и сельское хозяйство базировались на ручном производстве, наблюдался большой разрыв в экономическом и культурном отношении между городом и деревней.
Китай середины нашего века экономически был еще более отсталым, чем царская Россия. Если наша страна стала осуществлять переход к социализму от среднего уровня развития капитализма, то в Китае к моменту революции капитализм сделал только первые шаги. Численность рабочего класса была крайне незначительной, и почти вся промышленность была сосредоточена в приморской зоне. В сельских районах господствовало примитивное натуральное производство, огромная территория страны характеризовалась слабыми транспортными связями между районами.
Масштабы аграрного перенаселения и городской безработицы в Китае были беспрецедентными, вся экономи¬
ке


ческая система находилась в состоянии хронической перегруженности людскими ресурсами.
Промышленное становление Китая осложнялось тем, что оно началось в эпоху бурного развития научно-технической революции. «Наслаивание» научно-технической революции на промышленный переворот поставило страну перед необходимостью, с одной стороны, осуществления первичной механизации, а с другой — организации таких современных видов производства, как электронное машиностроение, радиотехника, органическая химия.
Вместе с тем надо отметить определенные «стартовые» преимущества Китая, особенно по сравнению с другими экономически слаборазвитыми странами: большую территорию, богатые природные ресурсы, значительные общие масштабы накопления, отсутствие задолженности капиталистическим странам. Первыми же законами народной власти были ликвидированы все права и привилегии иностранного капитала, переданы в собственность государства принадлежавшие компрадорам промышленные, банковские, торговые и сельскохозяйственные предприятия. Господство общественной собственности па орудия и средства производства обеспечивало организационные предпосылки мобилизации материальных и трудовых ресурсов общества.
Огромное значение имела предоставленная Китаю экономическая помощь со стороны Советского Союза и других социалистических стран и возможность использования их опыта экономического строительства. Китай мог широко заимствовать с учетом своих условий те социалистические формы руководства народным хозяйством, которые прошли проверку временем: преимущественное развитие производства средств производства, создание централизованной системы управления и сочетание централизованного руководства с самостоятельностью мест и инициативой отдельных предприятий, хозяйственный расчет, контроль над мерой труда и мерой потребления, использование стоимостных рычагов, комплексное развитие народного хозяйства в целом и отдельных регионов. Много ценных наблюдений можно было почерпнуть из советской плановой теории раннего этапа индустриализации, особенно по вопросам соотношения низших и высших укладов, экстенсивных и интенсивных факторов роста производства.
2*
19


В первые восемь лет своего существования Китайская Народная Республика успешно продвигалась вперед по пути социалистического строительства, добилась больших успехов в области экономики и повышения жизненного уровня народа, заложила основы системы планирования и централизованного управления народным хозяйством. Однако энергичное поступательное развитие страны было сорвано преступными действиями маоистов. На протяжении последующих 20 с лишним лет в КНР происходила ожесточенная борьба по вопросу о путях и методах социально-экономического развития. Характер официальных документов и практические действия дают ясное представление о том круге проблем, по которым «скрещивали шпаги» различные группировки внутри китайского руководства.
Экономическая политика «левого» крыла, возглавлявшегося .Мао Цзэдуном, наиболее полно проявилась во время «большого скачка» и хорошо прослеживается в хозяйственных мероприятиях заключительного этапа «культурной революции». Эта политика была построена на форсировании темпов экономического развития путем использования преимущественно экстенсивных факторов роста производства и внеэкономических методов принуждения к труду. Ставка делалась на всемерное увеличение фонда накопления, расширение фронта капитальных работ и максимальное использование всех имеющихся резервов рабочей силы. Рост контингента промышленных рабочих сопровождался удлинением рабочего дня, интенсификацией труда и урезыванием заработной платы. Работники, привлекавшиеся из сельского хозяйства с помощью временной контрактации, возводились в ранг «и рабочие, и крестьяне», их труд оплачивался по самым низким ставкам, они не охватывались системой социального обеспечения. Особые надежды возлагались на мелкое производство, которое не нуждается в дорогостоящем оборудовании, не требует высокой квалификации трудящихся и оплаты труда по промышленным нормам. Гипертрофия мелкого производства искажала само содержание процесса индустриализации как утверждения крупного механизированного производства во всех сферах экономической жизни.
В городе и особенно в деревне насаждалась система уравнительной оплаты и уравнительного распределения 20


продовольствия. Принцип материальной заинтересованности подвергался суровой критике и заменялся администрированием, принудительными мерами контроля, военизацией труда и быта.
Чрезмерный упор на развитие тяжелой промышленности нарушал макропропорции между промышленностью и сельским хозяйством, крайне негативно сказывался на развитии легкой промышленности, что опять-таки демонстрировало полное пренебрежение пасущными нуждами народа.
Задача повышения эффективности производства отступала на задний план; в погоне за количественными показателями роста полностью игнорировались материальные и трудовые затраты, резко снижалось качество продукции.
Все эти мероприятия получали соответствующую маоистскую идеологическую интерпретацию как необходимые элементы общей программы введения «коммунистических» принципов производства и распределения. Под ударом оказалась современная система разделения труда, в качестве альтернативы которой преподносился новый вид производственных ячеек как комплексных самообеспечивающихся организаций, новый принцип размещения производства, предусматривающий формирование в каждом регионе полного хозяйственного комплекса, новый тип работника, совмещающего занятия сельскохозяйственным и промышленным, умственным и физическим трудом. Одной из характерных черт маоистской «модели социализма» было принижение роли интеллигенции, технических специалистов и науки как особой сферы общественной деятельности.
Курс «опоры па собственные силы», объявлений универсальным средством мобилизации всех потенциальных ресурсов, на деле способствовал автономизации производственных единиц, универсализации и натурализации производства, регионализму и автаркии. Всякие формы товарных отношений свертывались и уступали место прямому продуктообмену и самоснабжению.
Идея самоснабжения распространялась и на основы взаимоотношений с внешним миром. Предохранительной мерой против утраты экономической независимости и проникновения капиталистического и «ревизионистского» влияния призвана была служить политика самообеспече21


ния всем необходимым при минимальном обращении к мировому рынку.
Такого рода политика заслуживает названия не экономической, а скорее антиэкономической, поскольку она полностью противоречила объективным экономическим закономерностям и даже относительно краткосрочные попытки ее введения заканчивались кризисом производства и обострением социальных противоречий.
В обстановке, когда страна оказывалась на грани экономической катастрофы (после «большого скачка» и после «культурной революции»), начиналась разработка серии мер по «урегулированию» народного хозяйства. Для экономической политики этих лет характерно стремление к более пропорциональному развитию народного хозяйства, некоторому расширению фонда потребления, использованию экономических методов управления. В борьбе с дезорганизацией производства предпринимались попытки большей централизации управления, налаживания системы планирования, упорядочения работы предприятий. Пересмотр экономической политики сопровождался отходом от таких маоистских догм, как аскетизм, внеэкономическое принуждение, универсализация и натурализация производства, деурбанизация, уравниловка, и возвращением к методам первой пятилетки. Это хорошо прослеживается по реабилитации принципа оплаты по труду, принципа хозрасчета и персональной ответственности и по многим другим моментам. В такие периоды несколько повышалась заработная плата, организовывались специализированные компании (типа трестов), повышалась роль министерств.
Общий акцент переносился с экстенсивных на интенсивные методы развития производства (пересмотр роли мелкого производства, большее внимание к производительности труда). Китай в такие годы стремился выйти из экономической изоляции, нигилистическое отношение к зарубежному опыту и возможностям внешней торговли уступало место расширению внешнеторговых и научно- технических контактов с другими странами.
Однако противодействие со стороны маоистов-радикалов и собственная непоследовательность деятелей так называемой прагматической линии приводили до сих пор к тому, что осуществлявшиеся ими мероприятия оказывались половинчатыми и облаченными в ту же маоистскую 22


фразеологию, что отнюдь не способствовало их популярности в народе. Деструктивную роль играли такие факторы, как гегемонистская внешняя политика и продолжающаяся милитаризация страны. Очередное наступление леваков пресекало намечавшиеся позитивные тенденции и приводило к смене экономического курса и новым попыткам внедрения «казарменного коммунизма». В итоге такие, казалось бы, чисто экономические вопросы, как приоритетность отраслей, выбор районов первоочередного строительства, функционирование основных производственных ячеек, процесс формирования разделения труда, всегда оставались на самом острие политических дебатов и фракционной борьбы, и их решение отражалось на интересах широких народных масс и определяло судьбу многих политических и научных деятелей.
После смерти Мао Цзэдуна и ареста четырех его главных сторонников в 1976 г. Китай вступил в новую очередную полосу «урегулирования», когда вопросам хозяйственной жизни стало уделяться гораздо большее внимание. Программа «четырех модернизаций», принятая первой сессией ВСНП пятого созыва в феврале— марте 1978 г., явилась по существу отходом от той социально-экономической платформы, которую пытались насаждать во время «большого скачка» и которой руководствовались наиболее рьяные маоисты во время и после «культурной революции». Провалы этих кампаний убедили в необходимости учета в экономической политике объективных экономических закономерностей, наглядно продемонстрировали важность овладения опытом экономически развитых стран, прогресса науки и техники, коренной перестройки отживших архаичных структур.
Тем не менее при всей важности курса «четырех модернизаций» его современная интерпретация весьма далека от понятия научной социально-экономической стратегии, в полной мере отвечающей интересам хозяйственного развития страны и ориентирующейся на повышение жизненного уровня народа. Многие насущные проблемы Китая эта программа полностью игнорирует, многие другие — даны в порядке постановки, их детальной разработке препятствует продолжающаяся внутриполитическая борьба, хозяйственная неосведомленность многих руководителей, «остаточный страх» перед рецидивом «культурной революции» и многие другие 23


моменты. Корректировка этой программы в 1979 г. показала как сложности ее выполнения, так и недочеты при ее составлении.
2. Эволюция политики индустриализации
Главной задачей переходного периода была провозглашена социалистическая индустриализация, призванная разрешить острое противоречие между передовой формой власти и слабой материально-технической базой. Понятие «индустриализация» отождествлялось с созданием «самостоятельной целостной промышленной системы».
В наиболее полном виде эта задача была сформулирована на VIII съезде КПК. Она включала следующие положения:
1) создание всех отраслей современного производства с соблюдением определенных пропорций в соответствии с требованиями технологии и перспективами дальнейшего роста;
2) преимущественное развитие тяжелой промышленности;
3) преимущественное строительство крупных предприятий;
4) использование в основном внутренних источников накопления.
Подчеркнув важность тяжелой индустрии, съезд в то же время указал на необходимость активно развивать легкую промышленность. Для завершения социалистической индустриализации отводился 15-летний срок начиная с 1953 г., т. е. с начала планового строительства экономики3. При выработке общего направления индустриализации был широко использован опыт Советского Союза, а «опора па собственные силы» трактовалась как преимущественная роль внутренних источников накопления и не противопоставлялась внешней помощи.
Первые восемь лет проведения преобразований в сельском хозяйстве, промышленности и торговле, активного сотрудничества с социалистическими странами и равнения на их опыт социального и хозяйственного строительства заложили фундамент социалистических производственных 3 Материалы VIII Всекитайского съезда Коммунистической пар тии Китая. М., 1956, с. 132.
24


отношений в Китае. В эти годы возникли две формы общественной собственности, была радикально перестроена система финансов и налогообложения, стали внедряться плановые начала в хозяйственную жизнь страны, были опробованы многие конкретные методы экономического строительства, предприняты первые меры по организации общегосударственной системы учета и контроля.
В процессе адаптации экономических методов управления к условиям Китая выявились определенные сложности объективного и субъективного порядка. Характерной особенностью экономических методов руководства, как известно, является то, что они опираются на полный хозяйственный расчет, на самостоятельность предприятий. Таких условий в Китае в ту пору еще не существовало. Система статистической отчетности только начинала налаживаться, принципы ценообразования не были обоснованы и широко апробированы, важность предприятий определялась зачастую не степенью их рентабельности, а спросом па их продукцию. Крупномасштабное новое капитальное строительство требовало централизации накоплений, что сужало возможность материального поощрения успешно действующих предприятий и передовиков производства; мелкие предприятия вообще не могли обеспечить действенного хозяйственного расчета и создать необходимые фонды для развития производства и выплаты премий. Для выработки экономической политики, адекватной наличному уровню производительных сил, для подтягивания этого уровня и постепенного все более широкого распространения экономических методов требовались определенное время и немалые усилия.
Между тем в китайском руководстве все более возрастало настроение нетерпения. Помимо желания расправиться «одним махом» с вековой нищетой, помимо престижных соображений, все более получавших националистическую окраску, определенную роль играла подготовка операции в целях возвращения Тайваня, нагнетавшая обстановку в стране и подталкивавшая к авантюризму во внешней и внутренней политике. В этих условиях мелкобуржуазной националистической группировке внутри китайского руководства, возглавлявшейся Мао Цзэдуном, удалось навязать стране кампанию «большого скачка», оторвав ее от выполнения намеченной программы социалистического строительства и согласованных дейст25


вий с социалистическими странами, закрепленных Декларацией московского Совещания коммунистических и рабочих партий 1957 г.
В 1958 г. после очередной политической «чистки» и соответствующей идеологической обработки населения маоистское руководство вплотную приступило к реализации плана создания «великого Китая», что означало полную ревизию всей социально-экономической стратегии строительства социализма. Отступив от наметок второй пятилетки и от основных концепций социалистического планирования, маоисты провозгласили утопическую задачу: за три года добиться коренного изменения хозяйственного положения и догнать экономически развитые страны. В целях такого сверхвысокого роста намечалось использовать следующие факторы:
— резкое увеличение капиталовложений в промышленность;
— массированное вовлечение в сферу промышленности новой рабочей силы;
— широкое привлечение мелкого, «традиционного» и даже кустарно-ремесленного производства, в том числе за счет мобилизации средств кооперативов и увеличения трудовых вложений;
— серьезные структурные перестройки в целях полной «расшивки» узких мест и еще больший упор на тяжелую промышленность;
— повышение производительности труда без серьезных технических усовершенствований, за счет «технического новаторства»;
— увеличение продолжительности рабочего дня и повышение интенсивности труда при одновременном замораживании или даже сокращении заработной платы;
— рост поставок комплектного оборудования из СССР и других социалистических стран.
Осуществление «большого скачка» вызвало в китайской экономике кризисные явления, которые стали очевидными уже в 1959 г., но реакция на них запоздала на два года. Только в январе 1961 г., когда нависла угроза полного развала народного хозяйства и тяжелейшего голода, был созван IX пленум ЦК КПК восьмого созыва, выдвинувший курс на «урегулирование, укрепление, пополнение и повышение». Как следует из этого закодированного перечисления главных установок, предполагалось 26


провести серию мероприятий сначала по ликвидации Кризисного положения («урегулирование и укрепление»), а затем по стимулированию экономического роста («пополнение и повышение»).
Теоретическим подкреплением такой политики явился провозглашенный Мао Цзэдуном тезис «сельское хозяйство-основа», который устанавливал новое ранжирование главных отраслей экономики: сельское хозяйство — легкая промышленность — тяжелая промышленность. Поскольку тогда же завершение социалистической индустриализации стало отодвигаться на далекое будущее и «создание независимой, цельной современной экономической системы» растягивалось с 15—20 лет на очень долгий исторический срок, многие исследователи стали приходить к выводу о «демонтаже» самой идеи индустриализации.
Как показали прошедшие с тех пор годы, курс «сельское хозяйство — основа» был вынужденным признанием сохранявшегося аграрного характера китайской экономики и тяжелого состояния сельского хозяйства, требовавшего принятия экстраординарных мер. Новая иерархия отраслей не означала ни коренного перераспределения капиталовложений в пользу сельского хозяйства, ни, тем более, опережающего роста сельского хозяйства. Единственное назначение этого курса — оговорить особую роль сельского хозяйства как ограничителя роста промышленного производства, поскольку существует предел изъятия накоплений и рабочей силы из сельского хозяйства и поставок его сырья. Перечисление отраслей показало также порядок, в котором должно было идти восстановление народного хозяйства.
В результате провала «большого скачка» на первый план выдвинулись хозяйственные руководители «второй линии», которые занялись ликвидацией последствий политики «левомаоистов». Пересмотру подверглась политика как «сверхиндустриализации», так и сплошной «коммунизации» китайского общества. Стратегия периода «урегулирования» намечала не столь быстрое, но более равномерное и сбалансированное развитие, усиление централизации и возвращение к системе планирования, использование возможностей внешней торговли для импорта техники и знакомства с последними достижениями научно-технической революции, постепенный подъем 27


жизненного уровня народа. Большее внимание уделялось повышению эффективности производства.
В годы «урегулирования» (1961 — 1965) наблюдалась большая пестрота экономических концепций. Верх одерживало стремление возродить те принципы хозяйствования, которые начали внедряться в период первой пятилетки. Ученые-экономисты Сунь Ефан, Ма Иньчу и другие шли в своих поисках еще дальше, пытаясь привлечь внимание общественности к методам хозяйственных реформ в социалистических странах. На страницах экономических изданий шли дискуссии по поводу показателя прибыли, рентабельности производства, преимуществ и недостатков показателей чистой и валовой продукции. Наблюдались попытки создания производственных объединений, упорядочения отношений между центром и местами.
Деятели прагматического толка порой прибегали к таким крутым мерам, как роспуск коммун с передачей хозяйственных заданий отдельным дворам и массовое закрытие нерентабельных промышленных предприятий. Эти нюансы экономической политики в период «урегулирования» дали пищу для резкой критики во время «культурной революции».
Постепенная нормализация хозяйственной обстановки в стране позволила приступить к выработке программы дальнейшей индустриализации.
В докладе Чжоу Эньлая на сессии ВСНП в конце 1964 г. констатировалось выполнение задач по урегулированию народного хозяйства и была выдвинута задача ускоренного развития тяжелой промышленности. На выбор направления дальнейшей индустриализации оказали влияние два фактора: учет опыта «большого скачка» и переход на позиции гегемонизма и антисоветизма во внешней политике. Первый фактор — это трезвая оценка экономической реальности, частичное возвращение к опыту первой пятилетки, особенно в области организации производства, большее внимание к проблеме пропорционального развития, более разумный подход к возможностям мелкого производства. Второй фактор привел к таким негативным явлениям, как разработка курса «подготовки к войне», развитие военных отраслей в ущерб гражданским, отказ от международного социалистического разделения труда. Кроме того, в силу ряда объек- 28


тйййых й Субъективных причин создатели курса «урегулирования» не отказались от некоторых чисто маоистских установок (в частности, «опоры на собственные силы»), что усугубило эклектизм их экономической платформы.
С точки зрения внутренней и международной обстановки деятели, проводившие политику «урегулирования», находились в сложных условиях. Ставка на шовинизм и гегемонизм привела к разрыву отношений с Советским Союзом и лишила Китай тесных контактов с социалистическими странами. Стало открыто высказываться негативное отношение к их хозяйственному опыту, к которому все чаще приклеивалось клеймо «ревизионизма». Нагнетавшаяся в стране обстановка военного психоза все более стимулировала наращивание военно-промышленного потенциала, что в значительной мере видоизменяло общую концепцию индустриализации. Наконец, сохранение маоистской идеологии и культа Мао Цзэдуна, противодействие со стороны все более активизировавшейся «леворадикальной» группировки порождали компромиссность принимаемых решений, игру «на себя» и «на публику». Все это привело к тому, что цельной социально- экономической программы дальнейшего развития период «урегулирования» не дал.
Краеугольным камнем маоизма в годы после «большого скачка» служил тезис Мао Цзэдуна о «продолжении классовой борьбы в период диктатуры пролетариата» как развитие его основного постулата «политика — командная сила», который провозглашал примат субъективных факторов общественного развития над объективными, производственных отношений — над производительными силами, надстройки — над базисом. Это перевертывание с ног на голову основных марксистско-ленинских положений должно было подвести теоретическую базу под дальнейшие экономические эксперименты в целях форсирования индустриализации и выполнения амбициозных планов создания «великого Китая». Отказываясь от единовременного «большого скачка» и выдвигая антитезу: «революция» («классовая борьба») — «экономическое развитие» («работа»), Мао Цзэдун намечал перспективу многократных скачков в социальной и экономической сферах, отводя социальным преобразованиям роль постоянного «допинга» роста производительных сил. «Командная роль» политики означала прежде всего закреп29


ление господства данной группировки как предварительного условия решения и социальных, и производственных задач. По маоистской терминологии, борьба «двух линий» приравнивалась к борьбе двух классов — пролетариата и буржуазии; такая борьба велась как в самом обществе, так и внутри партии.
Конкретным воплощением в жизнь концепции «продолжения классовой борьбы» стала развязанная маоистами в 1966 г. так называемая великая пролетарская культурная революция, призванная полностью разрушить надстройку народно-демократического государства, укрепить власть Мао Цзэдуна и его сторонников, устранить все помехи на пути создания «нового пролетарского порядка». Маоистская пропаганда возвела «культурную революцию» в ранг «вторичной революции» («социалистической революции в области надстройки после социалистической революции в области экономического базиса»), якобы более антикапиталистической по своей направленности, чем революция 1949 г.
«Культурная революция» была еще одной попыткой воплощения в жизнь маоистской «модели социализма», так называемого нового пролетарского порядка. В конкретной хозяйственной практике выявилось резко негативное отношение к экономическим методам управления, основанным на учете закона стоимости. К «ревизионистским установкам, рассчитанным на осуществление диктатуры буржуазии», были причислены материальное стимулирование, рентабельность производства, руководящая роль в нем технических специалистов, система единоначалия на предприятиях. Так, директору Института экономики АН КНР Сунь Ефану было поставлено в вину требование наиболее полного учета объективных экономических закономерностей, изучение потребительского спроса, пропаганда прибыли как концентрированного показателя результатов хозяйственной деятельности. Все подобные помыслы и деяния подводились под одну зловещую рубрику «экономизма».
Как и во время «большого скачка», речь шла о замене экономических рычагов и материального стимулирования внеэкономическим принуждением и идеологическим воздействием, а по сути — о замене вещных отношений личностными отношениями, которые были главной формой социальных связей в докапиталистических форма30


циях и должны стать главной формой общественных отношений только при коммунизме.
На первом этапе «культурной революции» вопросы экономического строительства были отодвинуты на второй план. Только после проведения IX съезда КПК (1969) была предпринята новая попытка возродить идеалы «большого скачка» и высокими темпами экономического роста доказать целесообразность «культурной революции» и возместить нанесенный ею ущерб. Однако эта новая авантюра очень быстро захлебнулась. По мере воссоздания государственного и партийного аппарата, реабилитации устраненных в свое время политических и хозяйственных руководителей, некоторого ослабления влияния военных в сфере экономики, маоистская схема социального развития, основанная на принципе «политика — командная сила», стала заменяться более трезвым курсом, ориентированным на стабилизацию хозяйственного положения, повышение эффективности общественного производства. Но все экономические концепции по-прежнему втискивались в прокрустово ложе маоистских «идей» и не доводились до логического завершения.
Внутриполитическая обстановка первой половины 70-х годов характеризовалась внешним компромиссом и скрытой острой борьбой двух основных группировок внутри китайского руководства — «радикалов», поднявшихся к власти на гребне «культурной революции» и не отказавшихся от мысли утвердить ее «идеалы», и «прагматиков», занятых отмежеванием от практики «культурной революции», ио вынужденных раскланиваться перед ее знаменем. Однако лимит компромиссов той и другой противоборствующей группировки постепенно исчерпывался. Каждое очередное хозяйственное мероприятие, разрабатывавшееся «прагматиками» и посягавшее на маоистскую ортодоксальность, встречало бурный протест в стане «радикалов», которые теряли свои позиции по мере роста антимаоистских настроений и отхода от активной политической деятельности самого Мао Цзэдуна. Тем не менее каждая затевавшаяся «радикалами» идеологическая кампания, как контратака на линию Чжоу Эньлая—Дэн Сяопина, служила тормозом осуществления политики «прагматиков».
Сравнение теоретических положений и практических действий «радикалов» и «прагматиков» показало как их
31


принципиальные разногласия, так и «зоны сцепления». «Радикалы» продолжали делать ставку на «человеческий фактор» и в чисто хозяйственной политике, и в политике «подготовки к войне». Путем максимального использования огромных трудовых ресурсов Китая, удлинения рабочего дня и интенсификации трудового процесса они стремились максимально увеличить вложения живого труда и, сохраняя при этом заработную плату на предельно низком уровне, добиться резкого форсирования темпов индустриализации. Неизменным оставалось предпочтение «традиционных» видов производства, позволяющих увеличивать занятость без больших капиталовложений, и административных и идеологических форм контроля экономическим и правовым. Сохранял свою роль лозунг «опоры на собственные силы», ориентировавший на автономизацию производственных единиц, универсализацию и натурализацию производства.
Линия «прагматиков» предусматривала более пропорциональное и планомерное развитие даже ценой замедления темпов на отдельных этапах, более широкое внедрение достижений научно-технического прогресса, как отечественных, так и зарубежных, использование в какой-то мере экономических рычагов в целях повышения эффективности производства. Эта политика отводила должное место крупным и современным предприятиям и предусматривала определенное повышение жизненного уровня, хотя последнее и не возводилось в ранг главной цели производства, а считалось необходимым средством повышения производительности труда.
Антагонистические противоречия между «прагматиками» и «радикалами» обнаружились и в их оценках значения внешней торговли. В период четвертой пятилетки (1971—1975) Пекин пошел на развертывание внешнеэкономических контактов с капиталистическими странами и на широкие закупки иностранной техники, превышавшие возможности ее быстрой абсорбации. Дэн Сяопин выступал с конкретными предложениями по поводу разных форм иностранного участия в освоении природных богатств Китая. Та мера участия импортной техники и технической документации в планах индустриализации Китая, которая допускалась «прагматиками», явно раздражала «радикалов» как сторонников автаркического развития.
32


Будучи одинаково рьяными националистами, «прагматики» и «радикалы» стояли по разные стороны барьера в оценках перспектив дальнейшего развития страны. Если «прагматики» делали упор на модернизацию, учитывая тенденции дальнейшего обобществления производства и особенности научно-технического прогресса, то «радикалы» ставили механизацию и модернизацию на второе место после «революционизации» и стремились прежде всего к изменению социальных структур в духе «казарменного коммунизма» и к созданию «нового человека эпохи Мао», что, по их мнению, должно было послужить главными предпосылками экономического роста.
Видимость относительного единства «радикалов» и «прагматиков» или довольно устойчивого компромисса между ними создавали два главных момента: общий объект поклонения (Мао Цзэдуп) и общий объект папа- док (Советский Союз). Но если для «радикалов» Мао был источником мудрости и главной опорой в системе власти, то для «прагматиков» он являлся необходимым действующим лицом китайской сцены, символом великого прошлого п единства нации, и они давно наловчились вытаскивать из маоистского кладезя «мудрых идей» те изречения, которые их больше всего устраивали в данный момент. Если «радикалы» отталкивались от советского опыта как от альтернативы своих социальных построений, то «прагматики» использовали антисоветизм в первую очередь как приманку для иностранных бизнесменов, как оправдание своей политики наращивания военного потенциала. Если «радикалы» понимали «подготовку к войне» как состояние всеобщей мобилизационной готовности и возлагали все надежды на численность -армии, героизм бойцов и партизанские действия, то «прагматики», убежденные в бесперспективности «народной войны», стояли за долгосрочную программу создания оборонной промышленности и оснащения китайской армии современным оружием.
Сессия ВСНП, проходившая в 1975 г. под непосредственным руководством премьера Чжоу Эньлая, который выступил на ней с основным докладом, утвердила наметки плана экономического развития на пятую пятилетку (1976—1980) и выдвинула задачу постепенного наращивания мощи Китая и использования достижений современной науки и техники в промышленности, сельском хозяйстве, вооруженных силах, научно-исследовательской
3 Л. И. Молодцова
33


работе (так называемая программа «четырех модернизаций»). В течение 1976—1980 гг. и следующего пятилетия, согласно докладу Чжоу Эньлая, следовало создать «самостоятельную, сравнительно целостную систему промышленности и всего народного хозяйства», включающую отрасли по добыче и переработке сырья, разнообразные отрасли обрабатывающей промышленности, в первую очередь машиностроение. На промышленность возлагалась обязанность полного удовлетворения нужд экономики в сырье, топливе, значительной части спроса на производственное оборудование и химические удобрения, расширения экспорта (прежде всего за счет горнодобывающей промышленности), обеспечения роста военного потенциала путем разработки и производства ракетно-ядерного и других современных видов вооружения.
Предполагалось активное использование каналов внешней торговли для получения из-за рубежа современных машин и оборудования, образцов передовой техники, некоторых дефицитных материалов в обмен на нефть, уголь, концентраты руд цветных металлов, текстильные товары. В дальнейшем намечалось расширить вывоз производственного оборудования.
Судя по некоторым косвенным данным, за годы пятой пятилетки предполагалось увеличить выпуск промышленной продукции на 75—100%, значительно расширить масштабы современной крупной индустрии. Была начата работа по согласованию плановых наметок на отраслевом и территориальном уровнях.
Выдвижение на первый план экономических задач и все больший акцент на экономические методы управления явно не устраивали лидеров «леворадикальной» группировки, усматривавших в этих действиях отступление от маоистских канонов. Новое обострение борьбы в китайском руководстве было вызвано смертью Чжоу Эньлая и событиями па площади Тяньаньмынь в 1976 г., когда толпы людей, собравшихся перед памятником жертв революции, чтобы почтить память премьера, были разогпаны вооруженными отрядами милиции и народного ополчения. Виновником этих событий представили Дэн Сяопина, который был отстранен от власти и лишен таким образом возможности стать преемником Чжоу Эньлая и продолжателем выработанного им политического курса.
34


Премьером КНР был назначен Хуа Гофэн— не столь уж примечательное лицо в китайской верхушке. Некоторое время он занимал компромиссную позицию, но под нажимом военных встал на сторону «прагматиков» и сразу же после смерти Мао Цзэдуна совместно с Е Цзянь- ином и другими китайскими лидерами организовал арест четырех главных политических деятелей «леворадикального» толка, в том числе вдовы Мао Цзэдуна — Цзян Цин. Быстрота и решительность этой операции свидетельствовали о ее длительной тайной подготовке и наличии хорошо продуманного и детально разработанного сценария.
Новое китайское руководство унаследовало все ставшие традиционными экономические проблемы Китая, порожденные отсталостью и стократно усугубленные авантюрными хозяйственными мероприятиями в недалеком прошлом. В то же время оно оказалось перед лицом новых проблем, связанных с усложнением хозяйственной жизни, ростом сепаратистских и местнических настроений, с беспорядками на производстве в результате обострения междоусобицы.
Политическая обстановка 1976 г. поставила страну на грань экономической катастрофы, и первые хозяйственные мероприятия 1976—1977 гг. имели «аварийный» характер. Речь шла о восстановлении элементарной трудовой дисциплины и нормального производственного ритма. Первостепенной стала задача «чистки» управленческого состава путем удал.ения «радикалов». При этом восстанавливалась та организационная структура предприятий, которая существовала до «культурной революции».
В качестве эталона предприятия нового типа был преподнесен Дацин (нефтепромыслы на Северо-Востоке страны), который с середины 60-х годов рекламировался китайской пропагандой как пример «нового пути» индустриализации страны, как прообраз автономных производственных ячеек, в которых преодолевается унаследованная от капитализма система разделения труда. За прошедшие с тех пор десять лет логика развития современного производства увела Дацин от маоистских идеалов, и его «опыт» потерял свою привлекательность. Вторичное обращение к нему после смерти Мао позволило одновременно «убить двух зайцев»: доказать преданность нового руководства «идеям Мао» и расширить демонстрацию современных методов организации промышленного производ35
3*


ства. Упор был сделан на такие Положительные элементы опыта Дацина, как четкое определение функций всех работников, организация их труда, постоянное внимание к строгому соблюдению дисциплины и серьезному отношению к труду.
Государственное совещание по распространению опыта Дацина в промышленности (1977) было первым из серии подобных расширенных совещаний по различным отраслям и видам экономической деятельности, которые подготовили почву для разработки общего направления экономического развития страны на ближайшую перспективу.
Состоявшийся в августе 1977 г. XI съезд КПК избрал Хуа Гофэна председателем партии, его заместителями стали Е Цзяньин, Дэн Сяопин (вновь возвращенный к власти), Ли Сяньнянь и Ван Дунсин. Съезд подтвердил решимость к концу столетия осуществить модернизацию сельского хозяйства, промышленности, обороны, науки и техники, что было внесено в текст нового устава партии. Противодействие программе «четырех модернизаций» классифицировалось как одно из главных преступлений низвергнутой «банды четырех».
Первая сессия ВСНП пятого созыва узаконила программу «четырех модернизаций» и попыталась придать ей характер нового перспективного плана развития народного хозяйства. Комплекс предусматривавшихся мероприятий включал планомерное осуществление индустриализации на основе развития тяжелой промышленности, создание промышленной инфраструктуры и обслуживающих отраслей, повышение технического уровня предприятий и производительности труда, а также подъем сельского хозяйства, развитие транспорта, внутренней и внешней торговли, постепенное улучшение жизни народа.
Было намечено три этапа выполнения поставленных целей: подготовительный этап до 1980 г., пятилетка 1981—1985 гг. в рамках общего десятилетнего плана (1975—1985) и последние 15 лет XX в. К 2000 г. Китай, согласно этим наметкам, должен войти в ряды первых стран мира по выплавке стали, добыче угля и нефти, выработке электроэнергии, иметь развитую нефтехимическую, электронную и другие современные отрасли промышленности, поднять на новый уровень легкую промышленность, выпускающую разнообразную качественную и 36


Дешевую продукцию. Одним из главных факторов экономического роста была признана научно-техническая революция, которая должна опираться как на собственную научно-экспериментальную базу, так и на широкое заимствование зарубежных достижений. Были предусмотрены развитие сети учебных и научных учреждений, общий подъем культурного и образовательного уровня народа.
Сессия утвердила «Основные положения десятилетнего плана развития народного хозяйства КНР на 1976—1985 гг.», который в области промышленности и транспорта ставил следующие задачи:
— в течение 1978—1985 гг. удвоить объем валовой продукции промышленности (среднегодовой темп роста — более 10%);
— достичь увеличения объема производства основных видов промышленной продукции, перекрывающего прирост за предыдущие 28 лет;
— осуществить строительство 120 крупных промышленных и транспортных объектов, в том числе 10 баз черной и 9 баз цветной металлургии, 8 больших угольных карьеров, 10 нефтяных и газовых промыслов, 30 мощных электростанций, 6 новых железнодорожных магистралей, 5 морских портов;
— организовать на основе «120 объектов» и уже существующих предприятий 14 размещенных по всей стране промышленных баз;
— обеспечить общий объем капиталовложений, превышающий капиталовложения за предыдущие 28 лет;
— довести выплавку стали к 1985 г. до 60 млн. т;
— перевести в основном железнодорожный транспорт на электровозную и тепловозную тягу4.
Сам по себе термин «модернизация» символизирует отход от той социальной стратегии в духе «большого скачка» и «культурной революции», которая отличалась возвеличиванием национальной исключительности и замкнутости, всемерной апелляцией к традиционным институтам и традиционному образу мышления. Провалы маоистской экономической политики убедили в необходимости учета объективных экономических закономерно4 Доклад Хуа Гофэна на первой сессии ВСНП пятого созыва. — Жэньминь жибао, 1978, 9 марта.
37


стей, наглядно продемонстрировали необходимость овладения опытом экономически развитых стран, достижениями мирового научно-технического прогресса, коренной перестройки отживших, архаичных структур. Однако термин «модернизация» несет и еще одну смысловую нагрузку, подчеркивая специфичность современного китайского курса, — его отмежевание от общих понятий политической экономии социализма, таких как «социалистическая индустриализация» и «создание материально- технической базы социализма». В такой форме китайская экономическая стратегия выступает как аналог западных теорий «модернизации» и выглядит привлекательнее для западных бизнесменов, которых китайские руководители пытаются заинтересовать перспективами обширного рынка и наличием дешевой рабочей силы. На Западе уже давно распространено представление о «модернизации» как способе предотвращения возможности социалистической перспективы развивающихся стран с помощью промышленной и научно-технической революции.
При всей важности программы «модернизации» как ориентира нового, более прогрессивного пути развития ее нельзя идентифицировать с четкой и тем более научно разработанной стратегией социально-экономического развития. Этому мешают многие обстоятельства. Экономическая наука долгие годы в Китае была на переднем крае острой идеологической борьбы и пострадала от нее в наибольшей степени. Многие ученые оказались жертвами «культурной революции», все экономические издания были закрыты, на экономическую статистику был наложен гриф секретности, редкие статьи экономического содержания отличались начетничеством и примитивизмом. Бездействовавшая статистическая система не могла обеспечить приток необходимых данных, и информированность руководителей о действительном хозяйственном положении в стране была весьма приблизительной. Крайне остро ощущалась нехватка экономически грамотных и творчески мыслящих кадров. Это произошло как из-за прямых человеческих потерь в результате «культурной революции», так и из-за разрушения системы высшего образования. Яростный антисоветизм отгородил Китай от опыта Советского Союза и других социалистических стран, а долгая политическая борьба породила атмосферу неуверенности и страха.
38


Создатели плана «четырех модернизаций» не освободились целиком от плена многих догм и пороков прошлого. Пытаясь повысить свой авторитет изъявлением верноподданнических чувств к председателю Мао, они сохранили словесную приверженность многим старым маоистским постулатам, переключив внимание на их особую интерпретацию. Постоянное обращение к «идеям Мао», сопровождаемое словесной эквилибристикой, придало новым теоретическим построениям расплывчатый и двусмысленный характер.
Поспешность выдвижения программы, по-своему объяснимая желанием поскорее «застолбить» новый курс и поднять утраченный энтузиазм в народе, наложила на нее печать поверхностности и авантюризма, того самого авантюризма, от которого новые руководители так усиленно пытались откреститься. Задача «догнать и перегнать» экономически развитые страны, перекочевавшая из плана еще 1964 г., и в 1978 г. воспринималась не как конкретное задание, а как благое пожелание. Округленные и никак не проаргументированные цифровые показатели не могли претендовать на роль директивных установок. Слабая информационная насыщенность и постоянные недомолвки лишали возможности трезво оценить ситуацию и имеющиеся ресурсы.
Не стесненная рамками твердого государственного плана, децентрализованная система экономического управления отреагировала на призыв ускорения темпов в привычном стиле погони за рекордами. После сессии ВСНП страна стала постепенно втягиваться в трясину нового «мини-скачка». Изменение курса пока еще слабо отразилось на характере методов экономического строительства. Все отрасли начали гонку за досрочное выполнение годовых заданий5, не считаясь с реальными потреб5 Задание по выплавке стали было выполнено на месяц раньше срока с приростом по сравнению с прошлым годом на 6 млн. т, а всего за год прирост составил 7 млн. т, или 33,9%. Плап по электроэнергии был выполнен на 19 дней раньше срока, причем прирост мощностей установленного энергетического оборудования достиг рекордного уровня — 4 млн. кВт. План по химическим удобрениям был выполнен на 33 дня раньше срока, годовой прирост достиг 20,1%. Сообщения о выполнении планов по главным видам строительных материалов стали поступать уже в октябре—ноябре. Государственный плап по железнодорожным перевозкам был выполнен на 33 дня раньше
39


ностями и необходимостью поддержания рациональных пропорций. Капитальное строительство росло, как снежный ком, невзирая ни на какие призывы к разумности и дисциплине6. Мелкое производство снова стало наступать на интересы крупного7.
Такой же бум наблюдался и во внешней торговле, общий объем которой составил 35,5 млрд, юаней, увеличившись на 30,3% против 1977 г.8
Хозяйственные итоги 1978 г. показали следующее:
— развитие экономики не вышло из состояния «полуплановости», и добиться эффективного государственного контроля не удалось;
— глубокие структурные диспропорции в промышленности усугубились, особенно остро стала ощущаться не-/ хватка сырья и электроэнергии;
— расчеты на скорейший подъем сельского хозяйства не оправдались, и для того чтобы добиться сдвигов в этой области, нужны значительные капитальные вложения;
— финансовые доходы государства все более отставали от возросших потребностей строительства и импорта;
— фронт капитальных работ был слишком растянут, что сильно сказывалось на эффективности строительства;
— мероприятия по улучшению методов хозяйствования осуществлялись с большим трудом, и отдача от них на первых порах была не очень ощутимой;
— нехватка квалифицированных кадров принимала все большие размеры;
и т. д. Выдержать такое напряжение оказалось невозможным, и в последние месяцы года почти во всех отраслях наступил опад.
6 В 1978 г. в стране насчитывалось несколько десятков тысяч строившихся объектов, из них более тысячи крупных и средних. Объем железнодорожного строительства возрос за год на 40%. В мае было проведено совещание в области капитального строительства, которое постановило, что «без разрешения никакой район и никакая отрасль не должны увеличивать число строящихся объектов». Между тем во второй половине года фронт капитальных работ чрезвычайно расширился.
7 С сентября 1978 по февраль 1979 г. в провинции Шаньси некоторые коммуны на территории знаменитого Датунского месторождения открыли 43 новые разработки, что нарушило безопасность крупных шахт (Жэньминь жибао, 1979, 18 апр.).
8 Юй Цюли. Доклад о проекте народнохозяйственного плана на 1979 г. (на второй сессии ВСНП пятого созыва). — Жэньминь жибао, 1979, 29 июня,
40


— увеличение фонда заработной платы в результате повышения ставок низкооплачиваемым категориям рабочих создало напряженность на рынке потребительских товаров и привело к перебоям в снабжении.
Нереальность заданий на 1985 г. становилась все яснее.
В такой обстановке в декабре 1978 г. был созван III пленум ЦК КПК одиннадцатого созыва, на котором было принято решение о корректировке программы «четырех модернизаций» и замедлении темпов ее реализации. Решения пленума были обсуждены и одобрены второй сессией ВСНП пятого созыва в конце июня—начале июля 1979 г. Сессия утвердила народнохозяйственный план и бюджет на 1979 г., приняла ряд кодексов и резолюцию о пересмотре некоторых статей Конституции. Впервые за многие годы экономической конспирации были опубликованы цифровые итоги выполнения плана в 1978 г. по сравнению с 1977 и 1976 гг., оглашены основные задания плана на 1979 г. Общий тон выступлений премьера Госсовета КНР Хуа Гофэна, председателя Госплана Юй Цюли и министра финансов Чжан Цзиньфу был весьма радужным, а приведенные ими абсолютные и относительные показатели оказались на уровне или даже выше самых оптимистических экспертных оценок. Но такая «живость и бодрость» были не естественными, а вымученными. Пришлось признать такие факты, как низкое качество продукции, огромный перерасход сырья и топлива, значительное недоиспользование производственных мощностей. Четверть всех промышленных предприятий общенародной собственности убыточны9.
Трудности, с которыми столкнулись новые китайские лидеры, заставили их притормозить намеченную всего год назад всеохватывающую модернизацию. 1979—1981гг. объявлены периодом «урегулирования» всех аспектов жизни китайского общества, прежде всего экономических. Акцент делается на следующих моментах.
1. Усиление внимания к вопросам развития сельского хозяйства в соответствии с его первым местом в иерархии главных экономических секторов народного хозяйства. 9 Хуа Гофэн. Доклад о работе правительства, сделанный на второй сессии ВСНП пятого созыва. — Жэньминь жибао, 1979,' 26 июня.
41


Планирующие органы приняли решение уменьшить налоговое обложение коммун и производственных бригад, повысить государственные закупочные цены на сельскохозяйственную продукцию, снизить цены на промышленные изделия, поставляемые сельскому хозяйству. Удельный вес капитальных вложений в сельское хозяйство в общей сумме бюджетных ассигнований на капитальное строительство намечено увеличить с 10,7% в 1978 г. до 14% в 1979 г.10 Предусматривается укрепление коллективной собственности в деревне, диверсификация сельскохозяйственного производства и повышение степени его товарности, увеличение поставок ему химических удобрений, ядохимикатов, тракторов и механизмов.
Предполагается расходовать местные финансовые средства на техническое оснащение производственных бригад и на создание промышленности по обработке сельскохозяйственной продукции, а государственные средства— преимущественно на развитие крупных сельскохозяйственных баз, ориентированных на товарное производство зерна и другой продукции.
2. Подтягивание легкой промышленности в целях расширения экспортных ресурсов и улучшения снабжения населения товарами первой необходимости. Значение, придаваемое легкой промышленности на данном этапе, выражается в некотором повышении ее доли в общих расходах на капитальное строительство, в улучшении ее снабжения сырьем, топливом и электроэнергией, в расширении масштабов технического переоснащения старых предприятий.
3. Пересмотр приоритетов в развитии тяжелой промышленности, повышение веса энергетических и горнодобывающих отраслей за счет некоторого замедления роста металлургического производства. Китайская печать признает теперь постоянное отставание энергетических отраслей и однобокое выпячивание металлургии, что регулярно приводило к возникновению глубоких диспропорций. На 1979 г. запланирован крайне незначительный рост металлургического производства.
4. Сокращение масштабов капитального строительства и концентрация внимания на наиболее важных объектах. На проходившем в марте 1979 г. Всекитайском рабочем 10 Жэньминь жибао, 1979, 30 июня.
42


совещании Государственного комитета капитального строительства указано на необходимость прекращения работ на всех (плановых и особенно внеплановых) объектах, для завершения или введения в строй которых не хватает финансовых и материальных ресурсов. Это касается также наполовину построенных предприятий, в первую очередь тех, которые по технико-экономическим характеристикам находятся на уровне 40—50-х годов. С помощью этой жесткой меры намереваются установить строгий централизованный контроль над капитальным строительством, повысить его эффективность и улучшить обеспечение объектов первостепенной важности сырьем и необходимыми кадрами. Основной акцент переводится на расширение действующих предприятий, что может дать, по оценкам, экономию средств по сравнению с новым строительством в 30—40% и.
5. Изменение соотношения между фондом потребления и фондом накопления. Пренебрежение в течение многих лет задачей повышения жизненного уровня трудящихся имело оборотную сторону в виде снижения производительности труда, и эта истина сейчас осознается все в большей мере. Вопрос ставится так, что доля фонда накопления в национальном доходе не должна превышать 30%, причем признается, что современный уровень пока остается больше 11 12. Отмечаются определенные, хотя пока и не очень значительные сдвиги в политике оплаты труда. Фонд заработной платы увеличился вследствие повышения окладов низкооплачиваемым категориям рабочих и введения премиальных надбавок; намечающееся сокращение «ножниц цен» на промышленные и сельскохозяйственные товары и облегчение налогового бремени коммун должно несколько повысить доходы крестьянства. Однако этих мероприятий явно недостаточно, чтобы существенно улучшить положение народа. Номинальная заработная плата сейчас находится на уровне конца первой пятилетки, а поскольку за это время произошло повышение цен, реальные доходы населения отстают от показателей 1957 г.
6. Сохранение курса на форсированное наращивание военного потенциала. Военные расходы «съедают» те ма11 Гуанмин жибао, 1979, 12 мая.
12 Цзинцзи гуаньли, 1979, № 3, с. 19.
43


териальные и финансовые ресурсы, в которых так нуждаются сельское хозяйство и гражданские отрасли промышленности, транспорт и строительство. Однако провозглашенная ныне политика урегулирования не ставит под сомнение целесообразность расширения военной программы. В 1978 г. прямые военные расходы в госбюджете выросли на 12,6% против 1977 г., а по плану на 1979 г. должны увеличиться еще на 20% (с 16,78 млрд, до 20,23 млрд, юаней) 13. Проведение «урегулирования» армии призвано сделать работу по «модернизации обороны» более эффективной.
7. Расширение внешнеэкономических контактов, в первую очередь с капиталистическими странами. При осуществлении программы экономического развития нынешнее китайское руководство возлагает большие надежды на получение иностранных кредитов и широкое заимствование техники и технологии из капиталистических стран. Однако внешнеторговый «бум» 1977—1978 гг. обнаружил слабость китайской экономики, что выражается в недостаточной платежеспособности страны, ее неспособности усвоить в короткие сроки значительный объем импортного оборудования. Это вынудило китайских лидеров несколько умерить свои аппетиты и подкорректировать часть своих заявок и соглашений в сторону уменьшения. Хотя в официальных заявлениях подчеркивается, что урегулирование экономики не повлияет на двустороннюю торговлю и технический обмен с зарубежными странами, очевидно, что и объем закупок, и размеры привлечения заемных средств будут значительно меньше предполагавшихся ранее. Импортная политика становится более выборочной, ориентированной на сравнительно узкий круг отраслей, попадающих в разряд приоритетных, на подтягивание экспортной базы и на дальнейшее наращивание военного потенциала. Вместо закупок больших партий оборудования отдается предпочтение приобретению отдельных экземпляров техники для последующего копирования.
С целью расширить приток иностранной валюты намечается рост экспорта, изменение его структуры, привлечение иностранных туристов, а также вкладов иностранных капиталов. На сессии ВСНП 1979 г, был принят 13 Жэньминь жибао, 1979, 30 июня,
44


закон, разрешающий иностранным компаниям, другим экономическим организациям и отдельным лицам образовывать в пределах Китая смешанные предприятия при доле иностранных инвестиций не менее 25%. Верхний предел вкладов не оговаривается, т. е. иностранный партнер может владеть контрольным пакетом акций или предприятием целиком. Это «открытие дверей» иностранному капиталу усилит зависимость Китая от развитых капиталистических стран.
Современная китайская пресса подчеркивает преемственность осуществляемых в настоящее время мероприятий с политикой «урегулирования» начала 60-х годов. Проводится определенная аналогия также с 1957 г., когда в развитии экономики наблюдался «седлообразный» спад после форсирования социальных преобразований и темпов индустриализации в 1956 г., и с «упорядочением» 1973 г. после очередной попытки «забегания вперед» в начале 70-х годов. В прошлом периоды более спокойного и более сбалансированного развития часто прерывались новыми маоистскими кампаниями, и сейчас эта возможность целиком не исключена, хотя появилась перспектива постепенного сглаживания кривой «волнообразного» развития.
Отход от многих маоистских догм в экономической политике, больший учет интересов непосредственных производителей, реабилитация партийных кадров и интеллигенции, пострадавших в годы «культурной революции»,— все это постепенно подрывает устои «леворадикализма» и расширяет ряды сторонников нового курса. Тем не менее и сегодня нельзя говорить о полном единстве взглядов в верхах и о безоговорочной поддержке новых веяний среди народа и среди кадровых работников различных ступеней. Открытую и скрытую оппозицию составляют, с одной стороны, остатки «радикальной» группировки и те слои населения, которые «усвоили» в свое время азы маоистской пропаганды, а с другой — партийные деятели, которых не устраивает паллиативность современных политических оценок и односторонняя переориентация на капиталистический рынок. Торможение процесса пересмотра истории КПК из боязни ниспровержения авторитета Мао и обострения внутриполитической борьбы ведет к компромиссности решений и плодит идеологический разброд и неуверенность в низах. Трудно ожидать энту45


зиазма от рабочих, которые после многих лет хозяйственной неразберихи и политической трескотни отвыкли от попядка и дисциплины и которые сейчас не видят большой прелести в прибавке заработной платы, не реализуемой из-за сохранения карточной системы и нехватки потребительских товаров.
Расширение рамок крупного современного производ- ствя и потребности его роста вынуждают Китай к проведению хозяйственной реформы, общие контуры которой сейчас начинают прослеживаться. На страпицах новых периодических изданий и публикаций идет «отработка» теоретических, методологических и организационных основ новой системы хозяйствования. Те «поправки», которые вносятся в основные концепции маоизма, затрагивают самую его суть: утверждение примата человеческой воли над материальными условиями жизни и пренебрежение объективными экономическими закономерностями. Лозунг «политика — командная сила» уступает место дуалистическому лозунгу «и революция, и производство» и лозунгу «перенос центра тяжести на экономику». Обвинения в ревизионизме и пристрастии к «теории производительных сил» теперь переадресованы самим «радикалам». Реабилитирован принцип оплаты по труду и показатель прибыли.
Современная корректировка программы «четырех модернизаций» — попытка воссоздать систему планирования и обеспечить для этого необходимый резерв времени. Однако трудности так велики, а «готовых рецептов» так мало, что в поисках оптимальных решений верх одерживает пресловутый метод проб и ошибок. Изучение зарубежного опыта и выработка собственных хозяйственных вариантов, применимых к специфическим условиям Китая, требуют многих лет кропотливой работы. Она в сильной степени осложняется нехваткой специалистов и порочной внешней политикой, лишающей Китай плодотворных связей с Советским Союзом и другими социалистическими странами.


Глава вторая
ПРОБЛЕМЫ СОЧЕТАНИЯ
ОТРАСЛЕВЫХ И ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ
ПРИНЦИПОВ УПРАВЛЕНИЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬЮ
В условиях такой большой и многонаселенной страны, как Китай, при необходимости быстрых темпов индустриализации, обилии мелких производственных объектов и недостатке опыта хозяйственного строительства вопросы соотношения централизации и децентрализации, роли центра и мест приобрели особо важное значение и стали объектом острой, напряженной внутриполитической борьбы.
В целом процесс становления системы планирования и управления промышленностью КНР прошел несколько стадий:
1949—1957 гг. — ликвидация многоукладное™ и формирование основ системы планирования и централизованного управления при широком использовании хозяйственного опыта социалистических стран, переход от территориальных к отраслевым принципам управления;
1958—1959 гг. — проведение хозяйственной реформы с передачей большей части предприятий в местное управление и расширением финансовых прав мест и отдельных предприятий, разрушение централизованного руководства и общегосударственной системы планирования;
1960—1965 гг. — рецентрализация финансового контроля, капиталовложений и оперативного управления основными производственными объектами, попытки восстановления системы планирования и более рационального сочетания отраслевых и территориальных принципов управления;
1966—1970 гг. — разрушение государственного и хозяйственного механизма в ходе «культурной революции» и расширение полномочий новых органов власти на местах — ревкомов, вторичная передача предприятий в управление на местах;
1971—1976 гг. — сохранение приоритета мест в оперативном руководстве промышленностью и повышение 47


роли центральных органов в функциональном управлении при ограниченной хозяйственной самостоятельности отдельных предприятий;
1977—1979 гг. — предварительные меры по укреплению централизованных и плановых начал и внедрению системы хозрасчета.
1. Становление системы планирования
и организационной структуры промышленности в начальный период существования КНР (1949-1957)
В 1949 г. было конфисковано 2858 предприятий (с 750 тыс. рабочих), принадлежавших гоминьдановскому правительству и компрадорскому капиталу. Эти предприятия, заложившие основу государственного сектора, давали 58% общей выработки электроэнергии в стране, 68 — угля, 92 — чугуна, 97 — стали, 68 — цемента и 53% хлопчатобумажной пряжи !.
В восстановительный период (1949—1952), когда территория страны была разделена на крупные административные районы, непосредственное руководство государственными промышленными предприятиями было децентрализовано. При Государственном административном совете на первых порах было учреждено пять промышленных министерств (тяжелой промышленности, топливной, текстильной, пищевой и легкой), которые ведали предприятиями Северного Китая и небольшим числом предприятий в других районах. Во всех остальных крупных административных районах хозяйственными вопросами занимались местные народные правительства, при которых были созданы свои промышленные министерства1 2 *.
1 Су Син. Поворотный момент в финансово-экономической работе в нашей стране. — Цзинцзи яньцзю, 1978, № 3, с. 58.
2 Всего существовало шесть крупных административных районов (Внутренняя Монголия и Тибет были на особом положении автономных областей). До ноября 1952 г. крупные административные районы (кроме Северо-Востока) возглавлялись военно-административными комитетами. Одновременно в крупных административных районах были созданы бюро ЦК КПК. Военно-административные комитеты и бюро ЦК КПК возглавлялись командующими войсками больших военных округов, совпадавших по территории с крупными административными
районами. Крупные административные районы включали сле-
48


В постановлений Государственного административного совета о централизации финансово-экономической работы, принятом в марте 1950 г., все государственные предприятия в зависимости от характера подчинения делились па три категории: 1) непосредственно подчиненные различным министерствам Центрального народного правительства; 2) подчиненные Центральному народному правительству, по временно управляемые местными народными правительствами или военными органами; 3) переданные в подчинение местным правительствам или военным органам3. Так было положено начало формированию двух хозяйственных систем Китая —центральной и местной. В первую входили сначала предприятия прямого подчинения и предприятия, управление которыми было «поручено» крупным административным районам. Во вторую — предприятия местного подчинения.
С самого начала были предприняты попытки увязать отраслевые и территориальные методы управления. Согласно постановлению Государственного административного совета о разделении между центральными и местными органами прав и обязанностей по руководству финансово-экономической работой от 4 мая 1951 г., народные правительства крупных административных районов должны были обеспечить контроль, руководство и оказание помощи предприятиям, расположенным на их территории, но находящимся в непосредственном подчинении центральных министерств. Обо всех предприятиях, управляемых местными органами по поручению Центра, а также о важных предприятиях, находившихся в непосредственном подчинении самих местных органов, центральные ведомства имели полную информацию.
В конце 1952 г. децентрализованная система управления промышленностью была изменена, отраслевые министерства в крупных административных районах были лик- дующие провинции: 1) Северо-Восточный Китай — Ляодун, Ляоси, Цзилинь, Сунцзян, Хэйлунцзян и Жэхэ; 2) Северный Китай — Хэбэй, Шаньси, Суйюань; 3) Северо-Западный Китай — Шэньси, Ганьсу, Нинся, Цинхай, Синьцзян; 4) Восточный Китай — Шаньдун, Цзянсу, Аньхой, Чжэцзян, Фуцзянь; 5) Центрально-Южный Китай — Хэнань, Хубэй, Хунань, Цзянси, Гуандун, Гуаней; 6) Юго-Западный Китай — Сычуань, Гуйчжоу, Юньнань, Сикан.
8 Законодательные акты Китайской Народной Республики. М., 1952, с. 204. 4
4 Л. И. Молодцова
49


Вйдированы й управление предприятиями центральной системы сосредоточилось в отраслевых министерствах Центрального народного правительства. Деление на промышленность центрального и местного подчинения стало более определенным. В первую категорию входили предприятия, находившиеся в непосредственном ведении центральных отраслевых министерств или центральных функциональных ведомств и управлений (т. е. не охваченные отраслевой системой управления). Во вторую категорию — предприятия, находившиеся в компетенции административных органов провинций, автономных районов и городов центрального подчинения. В финансовом отношении права местных властей были строго ограничены. После упразднения крупных административных районов (в 1954 г.) стала все четче обозначаться тенденция к централизации хозяйственной жизни и внедрению вертикального принципа управления. Число хозяйственных министерств постепенно возросло: сначала — до 14 (из общего числа 21), а к концу 1957 г. — до 24 (из 41). Делами промышленности в конце первой пятилетки занимались 15 министерств.
В 1952—1955 гг. в центральном подчинении находилось 21—23% всех государственных предприятий (табл. 1). Это были наиболее крупные и технически лучше оснащенные предприятия главным образом тяжелой промышленности. Однако в составе предприятий местного подчинения также было немало крупных объектов. Из общего числа так называемых сверхлимитных промышленных предприятий, строившихся или реконструировавшихся в первую пятилетку, около 15% составляли предприятия местного подчинения. Удельный вес продукции предприятий центрального подчинения в валовой промышленной продукции в 1957 г. равнялся примерно 50%. Они давали 60% средств производства и около 7з предметов потребления 4.
Налаживание координации деятельности отдельных министерств и взаимоотношений между ними, а также между различными районами возлагалось на Финансово- экономическую комиссию при Государственном админи-
* Дэн Сяопин. О движении за упорядочение стиля работы. Пекин, 1957, с. 56.
50


стративиом совете. В начале 1950 г. было создано Всекитайское учетно-статистическое управление, которое было уполномочено регистрировать число промышленных предприятий, запасы сырья, топлива, готовой продукции и ресурсы рабочей силы.
До введения хозрасчета в промышленности государственного сектора (в 1951 г.) существовала система полного государственного снабжения предприятий сырьем и
Таблица 1. Рост числа промышленных предприятий в 1952-1955 гг.
Год
Предприятия центрального подчинения
Предприятия местного подчинения
государственные
смешанные
государственные
смешанные
1952
2 409
88
8 262
909
1953
2 722
101
9 573
935
1954
3 392
130
10 274
1 614
1955
4 077
147
11 ИЗ
3 046
Источи
и к. Emerson J.
Ph. Nonagricultural Employment in Mainland
China: 1949—1958. Washington,
1965, p. 136.
бюджетного финансирования основных и оборотных фондов. К концу восстановительного периода почти все предприятия госсектора перешли па хозрасчет, что привело к определенному расширению их хозяйственной самостоятельности. Предприятие получило право на часть плановой (от 1 до 3,5%) и сверхплановой (8—20%) прибыли, из которых стал формироваться премиальный фонд, предназначавшийся для улучшения условий труда, выдачи пособий рабочим и служащим, премирования лучших работников. Остальная часть прибыли, амортизационный фонд, излишки оборотных средств должны были вноситься в государственный бюджет. Средства для расширения производства (капитальные вложения и пополнение оборотных фондов) финансировались из государственного бюджета. Китайские экономисты отдавали себе отчет в том, что этот порядок централизации доходов и расходов являлся упрощенной формой взаимоотношений предприятий с государством и был обусловлен недостаточно высоким уровнем планирования на предприятии и неполным 4*
51


соблюдением требований хозрасчета из-за слабости руководства финансовой деятельностью5.
Решением Государственного совета каждое предприятие представляло отчетность по 12 директивным показателям: валовой стоимости продукции, объему производства важнейших видов продукции, опытному производству новых видов изделий, важнейшим технико-экономическим нормам, нормам снижения себестоимости, экономии средств за счет снижения себестоимости, числу рабочих и служащих, числу рабочих на конец года, общему фонду заработной платы, среднему размеру заработной платы, производительности труда, прибыли6.
По мере становления государственного сектора складывались условия для разработки планов. Первым общегосударственным органом планирования был плановый отдел Финансово-экономической комиссии, который уже в 1951 г. опубликовал контрольные цифры по производству и капитальным вложениям в промышленность и транспорт на следующий год.
В ноябре 1952 г., после того как было провозглашено начало первой пятилетки со следующего года, была учреждена Государственная плановая комиссия. При всех министерствах, центральных и региональных органах сформировались плановые отделы. В октябре 1952 г. было организовано Государственное статистическое бюро. В 1954 г., когда была принята Конституция КНР, Государственная плановая комиссия была переименована в Государственный плановый комитет, переданный в подчинение Государственному совету. С 1956 г. было проведено разделение долгосрочного и текущего планирования.
Создание системы централизованного планирования и управления в такой экономически отсталой стране, как Китай, осложнялось массой объективных трудностей: наличием многоукладной экономики и множества мелких предприятий, недостатком статистических данных, отсутствием опыта планирования 7.
5 Гэ Чжида. Бюджет Китая в переходный период. М., 1958, с. 150.
6 Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики (1954—1958). М., 1959, с. 321.
7 Ли Фучунь. О первом пятилетием плане развития народного хозяйства Китайской Народной Республики на 1953—1957 гг. — Приложение и журналу «Народниц Китай», 1955, № 17, с. 56,
52;


Фактически в течение первых четырех лет существования КНР еще происходил процесс расширенного капиталистического производства8, существенную роль играл свободный рынок, порядок хозяйствования на частных предприятиях определялся их владельцами. Путем регистрации каждого предприятия и получения от него сведений о производстве и реализации продукции государство вело наблюдение над деятельностью частных предприятий, однако единого аппарата государственного управления ими не существовало.
В 1954 г. начались мероприятия по установлению более жесткого контроля над частнопредпринимательской деятельностью. Первым из них было введение централизованных закупок и снабжения. С 1955 г. был взят курс на ускоренную ликвидацию частного сектора. После по- отраслевого преобразования капиталистической промышленности к концу 1956 г. почти все имевшиеся частные предприятия были преобразованы в государственно-частные, одновременно была проведена их экономическая реорганизация и укрупнение. Производственный аппарат государственного сектора пополнился 70 тыс. объектов9. Большая часть их сразу перешла в местное управление.
В 1956—1957 гг. был принят ряд постановлений, направленных на «подтягивание» смешанных предприятий к уровню государственных. Постановления касались финансовой системы, заработной платы, обеспечения капитального строительства. Организационно-хозяйственное регулирование деятельности смешанных предприятий осуществлялось сначала с помощью специализированных компаний. В результате единовременного притока в государственный сектор огромного числа мелких предприятий, многие из которых не вели нормальной бухгалтерской отчетности, перед китайскими хозяйственниками возникла сложная задача проведения в отношении этих предприятий «обобществления на деле», т. е. включения их в общегосударственную систему планирования и управления.
Эта задача встала в тот момент, когда механизм государственного управления экономикой еще не был отлажен и еле успевал абсорбировать множество новостроек. По8 Точка зрения В. И. Ванина (Ванин В. И. Государственный капитализм в КНР. М., 1974, с, 220—221), которую разделяет автор.
9 Дружба, 1957, 4 июля.
53


ложение усложняла жесткая регламентация работы отдельных предприятий со стороны Центра, недостаток экономически грамотных кадров.
В условиях, когда Центр не справлялся со своими возросшими обязанностями, местные органы власти «явочным порядком» брали на себя функции оперативного управления, далеко не всегда считаясь с общегосударственными задачами. В частности, несовершенство планов и проектов, исходивших из центральных организаций, и своеволие местных властей приводили к тому, что решения даже по крупным объектам капитального строительства зачастую принимались в районах без согласования с государственным планом или вышестоящими инстанциями, причем строительные работы нередко начинались до утверждения технического проекта, который в ходе строительства неоднократно пересматривался.
В 1956 г. не раз поднимался вопрос об урегулировании взаимоотношений между центральными и местными органами власти и о соответствующем признании административно-хозяйственных полномочий мест в пределах, не нарушающих работы механизма централизованного руководства 10. По установке VIII съезда КПК все предприятия и учреждения, имевшие общегосударственное значение, должны были оставаться в управлении Центра, а все остальные подлежали со временем передаче в ведение соответствующих местных административных органов11. В выступлении Ли Фучуня, председателя Государственного планового комитета, был выдвинут тезис «единого планирования при управлении по ступеням» 12, согласно 10 В докладе «О десяти важнейших взаимоотношениях» (апрель 1956 г.) Мао Цзэдун сформулировал положение о развитии «двух активностей — в центре и на местах». Речь шла о том, чтобы «несколько расширить права местных органов, предоставить им большую самостоятельность и возможность заниматься более широким кругом дел», сохраняя сильное единое руководство Центра, единый общегосударственный план и единую дисциплину. При этом делалась оговорка о недостаточном опыте Китая в данном деле (Жэньминь жибао, 1976, 26 дек.). Полный текст выступления опубликован только в 1976 г.
11 Материалы VIII Всекитайского съезда КПК. М., 1956, с. 154.
12 Истоки этого курса прослеживаются в «Постановлении Государственного административного совета Центрального народного правительства о разделении между центральными и местными органами прав и обязанностей цо руководству финац’
54


которому все Важнейшие показатели должны были утверждаться высшими государственными плановыми органами, а все показатели, имеющие местный и ведомственный характер, — «балансироваться и регулироваться провинциями (городами центрального подчинения), автономными районами или министерствами и ведомствами в соответствии с характером каждого отдельного вопроса и местными условиями» 13.
В работе Мао Цзэдуна 1957 г. «К вопросу о правильном разрешении противоречий внутри народа» это положение было истолковано уже иначе: «Руководство по ступеням при едином планировании означает, что меньшей частью руководит непосредственно Центр... а большая часть (предприятий. — Авт.) передается в ведение местных органов».
На основе материалов последующих обсуждений этого вопроса (на III пленуме ЦК КПК восьмого созыва в сентябре—октябре 1957 г., а также на совещаниях руководящих работников промышленности, торговли и финансов) Государственный совет КНР 14 ноября 1957 г. принял постановление о реформе управления, которое вступило в силу с 1 января 1958 г. Целью реформы было предоставление большей хозяйственной самостоятельности местным органам власти и отдельным предприятиям и одновременно повышение эффективности центрального руководства ключевыми предприятиями различных отраслей экономики, более рациональное сочетание отраслевых и территориальных принципов управления. Передаче в местное управление подлежали преимущественно предприятия группы «Б». Согласно постановлению в ведение провинций, автономных районов и городов центрального подчинения была передана большая часть предприятий министерств легкой промышленности, продовольствия, лесного хозяйства, около половины текстильных предприятий, а также многие объекты министерства коммуникаций и те строительные организации, которые отвечали за земляные работы.
сово-экономической работой» (Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики. М., 1955, с. 187—191).
13 Материалы VIII Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая. М., 1956, с. 408.
55


Предприятия различных отраслей тяжелой промышленности оставались в центральном управлении. Над ними должно было осуществляться двойное руководство со стороны центральных и местных органов при ведущей роли первых. Эти предприятия получали материальные ресурсы через систему централизованного распределения (с санкции непосредственно Государственного экономического комитета, отдельных министерств), в то время как проблема материального снабжения предприятий местного подчинения решалась соответствующими административными органами. Хотя переданные в управление мест предприятия официально переходили в систему местного подчинения, в финансовом отношении они были поставлены в особое положение. Если с предприятий местной промышленности вся прибыль поступала в местный бюджет, то с предприятий, передаппых в распоряжение местных органов власти из министерств, 20% прибыли поступало в местный и 80% — в центральный бюджет14. Специально оговаривалось, что передача руководства отмеченными объектами местам должна происходить постепенно, в соответствии с конкретной обстановкой.
Постановление от 14 ноября 1957 г. еще больше уравняло положение государственных и смешанных предприятий, в том числе и в отношении их управленческого статуса. Большинство смешанных предприятий закреплялось за системой местного подчинения, крупные предприятия были переданы городским, а мелкие — районным промышленным отделам. Система специализированных отраслевых компаний, которая существовала в 1956— 1957 гг. и была первым шагом в организации централизованного контроля над смешанными предприятиями, ликвидировалась. С января 1958 г. был введен единый для всех промышленных единиц порядок снабжения сырьем. С 1959 г. китайская статистика перестала выделять смешанные предприятия в качестве самостоятельной категории учета, объединив их с государственными 15.
14 Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики (1954—1958 гг.), с. 319.
15 В Конституции КНР, принятой в январе 1975 г., было констатировано наличие только двух форм собственности — государственной и коллективной.
56


2. Реформа управления 1958 г.
и вторичная рецентрализация в период «урегулирования»
Проведение политики «большого скачка» нарушило постепенность и поэтапность намеченных хозяйственных перестроек, получивших совершенно иное преломление в контексте маоистских концепций «идти на двух ногах», «проводить линию масс» и т. п. Изменение системы управления промышленностью вошло в комплекс мероприятий, призванных в максимальной степени мобилизовать ресурсы и развязать творческую инициативу трудящихся с целью форсировать темпы индустриализации. На совещаниях руководящих работников КПК в Наньнине (январь 1958 г.) и в Чэнду (март 1958 г.) был поставлен вопрос об «углублении» реформы и ускорении сроков ее проведения. 11 апреля 1958 г. было принято совместное постановление ЦК КПК и Госсовета «О некоторых вопросах передачи местным органам промышленных предприятий», согласно которому в систему территориального подчинения переводились предприятия не только легкой, но и тяжелой промышленности16, а еще через месяц «стихия передачи» распространилась и на предприятия, подчиненные различным торговым министерствам (первому и второму министерствам торговли, министерствам зернопродуктов, внешней торговли и водного промысла) 17.
Передача осуществлялась единовременными актами по отраслям, в итоге уже в первой половине 1958 г. под началом министерств осталось только 20% подведомственных им ранее предприятий 18. К концу 1958 г. этот показатель уменьшился до 13%. Прямой контроль Центра 16 Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики (1954—1958 гг.), с. 326.
17 Постановление Государственного совета о передаче местпым органам заводов, подчиненных различным торговым министерствам, от 17 мая 1958 г. (Основные нормативные акты о местных органах государственной власти и государственного управления Китайской Народной Республики: Сборник документов. М., 1959, с. 341).
18 Проблемы мира и социализма, 1959, № 5, с. 20.
&7


распространялся только на 25% выпускавшейся продукции 19.
По всем ступеням системы управления промышленностью прокатилась волна понижения уровня подчинения, что привело к возрастанию числа хозяйственных объектов, находившихся под контролем нижестоящих административных инстанций. Например, городу провинциального подчинения Уханю в 1958 г. было передано 15 предприятий центрального подчинения. В результате число предприятий в городском подчинении увеличилось в 1,5 раза20.
К концу 1958 г. в ведении центральных органов находилось примерно 800 промышленных предприятий21, в местном подчинении (без волостного) — около 90 тыс. (в том числе в провинциальном и окружном — 30 тыс., в уездном — 60 тыс.) 22. Число предприятий, переданных из министерского в местное подчинение, достигло более 5 тыс.
В 1958—1959 гг. в Китае строилось около 1500 сверхлимитных объектов, 75 тыс. нижелимитных (подробнее об этом термине см. § 1 гл. III) 23, несколько сотен тысяч карликовых предприятий в народных коммунах. С учетом числа построенных объектов и их распределения между центральными и местными системами в годы «скачка» центральным органам подчинялось 1000— 1300 предприятий. В управлепии провинций, округов и уездов находилось 110—120 тыс.24 и, кроме того, насчитывалось более 700 тыс. заводиков традиционного или полу- традиционного типа в народных коммунах25.
Пополнившийся множеством предприятий государственного значения «местный сектор» китайской промышленности утратил первоначальный характер ипдустриаль- 19 Кэ Цзянъчжан. Система планирования и управления общенародной собственностью в нашей стране: проблемы и пути реформы. — Цзинцзи яньцзю, 1979, № 5, с. 37.
20 Гудошников Л. М. Политический механизм Китайской Народной Республики. М., 4974, с. 86.
21 Если считать, что прирост числа предприятий сектора центрального подчинения в 1956—1957 гг. осуществлялся примерно такими же темпами, как в 1952—1955 гг., на конец 1957 г. в него входило приблизительно 5500—6000 предприятий.
22 Дагунбао, 1958, 26 дек.
23 Жэньминь жибао, 1960, 23 янв.
24 Только в самом начале 1958 г. было построено 20 тыс. объектов в масштабах уезда и выше. — Хунци, 1958, № 3, с. 19.
25 Великое десятилетие. Пекин, 1959, с. 27. (На кит. яз.),
58


ной сферы, обслуживающей преимущественно местные нужды. Предприятия центральной системы оказались разбитыми на две подсистемы — отраслевого и территориального подчинения.
В отличие от постановления 1957 г. «дополнение», сделанное в 1958 г., не затрагивало вопроса о размежевании разных систем подчинения. Теоретически над предприятиями территориального подчинения сохранялся контроль со стороны министерств, а к управлению предприятиями центрального подчинения должны были привлекаться органы власти того района, на территории которого они находились. Отсюда как те, так и другие оказались формально в системе «двойного подчинения», варианты которой определялись тем, какому из двух руководящих начал отводилось первое место26.
Была взята общая линия на «выравнивание» положения этих двух типов предприятий. Прибыль тех и других (с некоторыми исключениями для особо важных объектов) делилась между местным и центральным бюджетами в пропорции 2:8. Местные органы власти были обязаны составлять планы как для предприятий, находящихся в их компетенции, так и для тех, которые остались в подчинении министерств. Планы по труду для обеих категорий предприятий тоже стали включаться в местный план. Наконец, в 1959 г. было введено еще одно правило, согласно которому предприятия центрального подчинения должны были получать сырье с санкции местных органов, а не непосредственно через систему централизованного снабжения.
Таким образом, единицей планирования стала не отрасль, а район. Если раньше все производство и все потребление объединялись в рамках единого общегосударственного плана, то теперь сначала ставилась цель достижения сбалансированности по району, а Центр, получая обобщенные данные об излишках производства и потребностях в определенных видах продукции, должен был заниматься увязкой районных балансов. Торговый оборот внутри провинций фактически вышел из-под наблюдения Центра.
26 В советской литературе термин «двойное подчинение» применительно к КНР закрепился за предприятиями, в управлении которыми главная роль отводилась местным органам власти.
59


Директивные показатели работы отдельных предприятий (число показателей уменьшилось с 12 до 4: объем производства важнейших видов продукции, общая численность рабочих и служащих, общий фонд заработной платы и прибыль) могли пересматриваться местными органами. В соответствии с новым принципом «двойных показателей» на каждой ступени планирования, начиная с провинции, существовало два разных плана: план-минимум как обязательство по отношению к вышестоящим органам и план-максимум как руководство для нижестоящих органов. В результате первоначальные плановые установки по мере движения сверху вниз росли, как снежный ком. Каждая провинция, каждое предприятие начали действовать на свой страх и риск, стремясь любой ценоц добиться рекордов «большого скачка». Подтверждавшие эти «рекорды» статистические сведения иногда представляли собой намеренную дезинформацию, а чаще — результат экономической неграмотности хозяйственников и отсутствия нормативов качества продукции. Вследствие нарушения «обратной связи» от мест к центру плановые органы оказались не в состоянии трезво оценивать хозяйственное положение в стране.
Прежние производственные связи также были в значительной мере подорваны, что было обусловлено как отказом от системы централизованного снабжения сырьем и оборудованием, осуществлявшегося ранее министерствами, так и перестройкой производственного профиля многих предприятий, которые стали приспосабливаться к местным нуждам и местным ресурсам. Все это представляло собой по существу ликвидацию единого планирования в масштабах страны и нарушение всякой согласованной деятельности между отраслями и регионами.
Поскольку распоряжение трудовыми, материальными и финансовыми ресурсами было в значительной степени передоверено местам, сфера компетенции министерств оказалась существенно урезанной. В ходе кампании по «упрощению управления» были сокращены штаты министерств, и их число уменьшилось с 41 до 31 (из них промышленных— с 15 до 11). Однако общая численность управленческого персонала возросла, так как на местах были созданы или расширены специальные органы по руководству промышленностью: управления по промышленности при народных комитетах провинций и автономных районов, 60


сектора по промышленности в уездах и отделы по промышленности в народных коммунах.
Хозяйственной самостоятельности мест способствовало расширение круга доходов и расходов местных бюджетов. Децентрализация в большей мере распространилась на источники дохода государственного бюджета. Если в 1956 г. доходы центрального бюджета составляли 77% (23,4 млрд, юаней), а местные — 23% (7,1 млрд, юаней)27, то
в 1958 г., наоборот, на централизованные поступления приходилось только 23% (7,6 млрд, юаней), а на приходные статьи местных бюджетов — 77% (25,5 млрд,
юаней) 28. Удельный вес центрального бюджета в общегосударственных расходах также снизился, хотя и в меньшей степени — с 72% в 1957 г. до 56% в 1958 г.29
Согласно установленному порядку балансирования местных бюджетов утвержденные центральными органами расходы района покрывались в первую очередь за счет постоянных доходов, а в случае необходимости дополнительно за счет неналоговых доходов и частично — налога с товарооборота, сельскохозяйственного палога и др. Если всех доходов местного бюджета оказывалось недостаточно для покрытия расходов, предоставлялась дотация из центрального бюджета. И наоборот, если местные доходы превышали установленные расходы, остаток перечислялся в центральный бюджет.
После ликвидации системы вертикального руководства капитальным строительством и передачи (летом 1958 г.) строительным организациям права изменения первоначальных проектов и проектных сумм Центр в значительной мере утратил коптроль над капитальным строительством. Его финансирование стало проводиться через финансовые отделы местных народных комитетов. Резко возросшее число новостроек не могло быть обеспечено ни материалами, ни необходимой квалифицированной рабочей силой, ни тем более оборудованием.
Распылению капиталовложений способствовало изменение принципов финансирования отдельных предприятий. С 1958 г. они получили право самостоятельно осуще27 Сборник законов и постановлений КНР. Пекин, 1957, с. 206, 213. (На кит. яз.).
28 Цайчжэн, 1958, № 10, с. 1.
29 Там же.
61


ствлять технико-организационные перестройки, осваивать новые виды продукции, закупать небольшие партии дефицитного оборудования за счет оставляемой в их распоряжении доли общей прибыли30. С 1959 г. нормативы собственных оборотных средств предприятий стали почти целиком формироваться за счет банковского кредита. Кре диты предоставлялись по заявкам предприятий без саик ции вышестоящей инстанции. Опираясь на завышенные данные об объеме производства и преувеличивая пер спективы его расширения, руководители предприятий до бивались дополнительных кредитов и после их получепш вопреки формальным ограничениям использовали значи тельное количество оборотных средств для расширение капитального строительства.
Паллиативной мерой, призванной как-то ослабит; растущий сепаратизм отдельных провинций и наладите производственное кооперирование, стало создание в июн. 1958 г. так называемых координационных районов (ил1 районов кооперирования) и образование в них экономи ческих комиссий. Однако основные народнохозяйственны! задания по-прежнему устанавливались не по координаци онным районам, а по провинциям, вследствие чего реше ния экономических комиссий имели только характер реко мендаций.
В основу выделения координационных районов быль положены следующие принципы:
1) наличие в каждом координационном районе одной или нескольких экономически развитых провинций, кото-
80 Конкретные размеры этой доли определялись министерством, исходя из: 1) общих поступлений по четырем статьям: рас ходы на технико-организационные мероприятия, расходы на опытное производство новых видов продукции, расходы на охрану труда и мелкие закупки; 2) установленного премиаль ного фонда предприятий и 3) 40% сверхплановой прибыль (Положение Государственного совета от 22 мая 1958 г. об осуществлении системы оставления предприятиям определенного процента прибыли. — Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики (1954—1958), с. 329).
Предполагалось, что в распоряжении предприятий по упомянутым выше четырем статьям в 1958 г. будет оставлено 1,1 млрд, юаней, или 10% общей суммы промышленной прибыли (см.: Гэ Чжида. Бюджет Китая в переходный период, с. 9).
62


рые могли бы служить базами индустриализации района в целом;
2) присоединение к экономически развитым провинциям менее развитых («подшефных»);
3) ориентация на создание в рамках крупного региона относительно целостной промышленной системы, способной удовлетворить его потребности в основных видах промышленной продукции и обеспечить его активное участие в территориальном разделении труда;
4) наличие в каждом районе центра экономического тяготения.
! Ниже приводится административный состав созданных семи координационных районов по принятой схеме Гос- 1 плана КНР:
Северо-Восточный Китай — Хэйлунцзян, Цзилинь, :Ляонин;
1 Северный Китай — Хэбэй, Шаньси, Внутренняя Монголия;
Восточный Китай — Шаньдун, Цзянсу, Аньхой, Чжэцзян, Цзянси, Фуцзянь;
Центральный Китай — Хэнань, Хубэй, Хунань;
Южный Китай — Гуандун, Гуаней;
Юго-Западный Китай — Сычуань, Юньнань, Гуйчжоу, ’Тибет;
Северо-Западный Китай — Шэньси, Ганьсу, Нипся, 1 Цинхай, Синьцзян-уйгурский автономный район.
После провала «большого < скачка» китайские хозяйственники были поставлены перед сложными задачами улучшения продовольственного положения в стране, ликвидации острых диспропорций в экономике, восстановления нормальной жизнедеятельности предприятий. Капитальное строительство было свернуто, примерно половина крупных объектов, уже начатых строительством (порядка 800—900 предприятий), законсервирована, многие мелкие -предприятия и почти все мельчайшие были закрыты. Юбщее число предприятий (без сельской промышленности), вероятно, вернулось к уровню конца первой пятилетки (110—120 тыс.). По некоторым подсчетам, из них только 28 тыс. отвечали представлениям о современном для того периода производстве31. Эта цифра иден-
31 Wu Juan-li. The Spational Economy of Communist China. N. Y., 1967, p. 225.
63


тична данным о числе предприятии центрального, провинциального и окружного подчинения в первой половине 1958 г. К наиболее крупным и важным относилось примерно 5500—6000 объектов32.
Тот образец децентрализации, который начал насаждаться в годы «скачка», стал подвергаться открытой критике в китайской печати. Отмечались, в частности, такие его отрицательные стороны, как нечеткость системы «двойного подчинения»33 и чрезмерное расширение прав отдельных предприятий в отношении финансовых средств.
Возникшая в связи со «скачком» угроза полной хозяйственной анархии вынудила Госсовет КНР принять уже в 1960 г. специальное решение об усилении центрального руководства в области финансов, налогообложения, распределения основных материальных и трудовых ресурсов и капиталовложений34. Были ограничены права местных органов в области капитального строительства, материально-технического снабжения наиболее важных и крупных предприятий, расширения контингента рабочих на предприятиях, ценообразования на продукцию общегосударственного значения, подготовки и распределения выпуск-
32 Исходя из наличия 4100 предприятий центрального подчинения в 1955 г. (см. табл. 1) и постройки более 1500 предприятий в 1957—1962 гг.
33 «Как известно, предприятия разных отраслей одного района в результате перестройки системы „единого подчинения" в систему „двойного подчинения" подчиняются как центральным, так и местным органам власти. Это было продиктовано стремлением органически спаять системы территориального и отраслевого управления. Но проблема на самом деле далека от своего решения. Местные органы власти пытаются вмешиваться в определение перспектив развития предприятий центрального подчинения, центральные органы не всегда соглашаются с планами местных властей в отношении переданных на места предприятий. Согласовать эти разные позиции удается не всегда.
Местные плановые органы испытывают затруднения с включением предприятий центрального подчинения в региональный план. Отношения между центром и местами ограничиваются взаимными консультациями и переговорами» (Дагунбао, 1962, 29 авг.).
34 Решение Госсовета об усилении работы в области комплексного финансового планирования от 14 января 1960 г. — В кн.: Сборник законодательных актов Китайской Народной Республики, Пекин, 1960, т, И, с. 94—96. (На кит. дз.).
64


ников высших учебных заведений. По всем направлениям был взят курс на централизацию35.
Хотя официального отказа от системы «двойного подчинения» не произошло, сам термин вышел из употребления, и общая структура подчинения к 1963 г. вернулась к тому положению, которое наблюдалось до проведения реформы. Весьма показательно отступление от установки «единое планирование и ступенчатое управление», которая была вытеснена принципом «единое планирование и централизованное руководство».
Были предприняты попытки восстановить общегосударственную систему планирования. Госсовет отвечал за планирование в отношении предприятий, подчиненных министерствам, и занимался составлением общегосударственного плана развития всех основных отраслей. Районы должны были планировать производство местных предприятий и составлять комплексные планы развития своих территорий с включением предприятий центрального подчинения (кроме отраслей военной промышленности). Без санкции Центра никакая отрасль и никакой район не могли устанавливать производственные задания. Лишь в 1963 г. в рамках провинций, а в 1964 г. в масштабах всей страны удалось составить приблизительные финансово-экономические планы. В июле 1963 г. Госсовет и Постоянный комитет ВСНП одобрили доклад о пересмотренном плане на два последних года второй пятилетки (1961—1962). В заключительном коммюнике четвертой сессии ВСНП второго созыва (ноябрь—декабрь 1963 г.) содержалась краткая информация о докладе председателя Государственного планового комитета Ли Фучуня о выполнении плана 1963 г., о проекте плана и наметках государственного бюджета на 1964 г.
В деятельности отдельных предприятий наблюдалось возвращение к принципам организации труда и управления периода первой пятилетки. Стала налаживаться работа статистических служб и упорядочиваться система хозрасчета, увеличилось число директивных показателей36, был установлен более строгий контроль над каче-
35 В 1960 г. только 15% всех инвестиций не были централизованы (см.: Perkins D. U. Market Control and Planning in Communist China. Cambridge, Mass., 1966, p. 104.
36 Деятельность отдельных предприятий стала оцениваться по девяти важнейшим показателям: 1) валовой продукции,
5 Л. И. Молодцова 65


ством продукции и выполнением заданий по ассортименту. Практика самофинансирования предприятий была прекращена, и вся прибыль стала сдаваться в госбюджет.
Критическому пересмотру подверглись такие установки «большого скачка», как универсализация отдельных предприятий и максимально полное самообеспечение отдельных районов. Одним из главных направлений всей хозяйственной работы в период «урегулирования» стала организация специализированного производства и налаживание кооперационных связей между отдельными предприятиями как в пределах района, так и в масштабах всей страны. Уже к концу 1962 г., согласно указанию об усилении экономического кооперирования, ведущие промышленные предприятия страны подписали более 26 тыс. соглашений о кооперйровапии. Китайская печать открыто признавала большие трудности в этом деле. Для улучшения работы по кооперированию в крупных промышленных центрах были созданы региональные представительства, функции которых заключались в том, чтобы закупать материалы, подписывать контракты с предприятиями, договариваться о сотрудничестве.
Определенные предпосылки улучшения кооперации между отдельными провинциями создавали учрежденные на IX пленуме ЦК КПК (январь 1961 г.) региональные бюро ЦК КПК как руководящие органы, действующие в крупных экономических районах параллельно с центральным аппаратом партии. Провинциальный состав этих регионов был почти полностью аналогичен прежним координационным районам, за исключением Центрально- Южного Китая, который был ближе к одноименному крупному административному району периода восстановления 37Существование региональных бюро свидетель-
2) объема производства основных видов изделий в натуре,
3) основных технико-экономических норм, 4) списочного состава рабочих и служащих, 5) по общему фонду заработной платы, 6) снижению себестоимости, 7) прибыли, 8) амортизационного фонда, 9) освоения новых видов продукции (Цзин- цзи яньцзю, 1964, № 7, с. 14).
37 Северо-Китайское бюро — Хэбэй, Шаньси, Внутренняя Монголия, Пекин, Тяньцзинь; Северо-Восточное — Ляонин, Цзилинь, Хэйлунцзян; Восточно-Китайское — Цзянсу, Чжэцзян, Аньхой, Шаньдун, Цзянси, Фуцзянь, Шанхай; Центрально-Южпое — Гуандун, Гуаней, Хунань, Хубэй, Хэнань; Юго-Западное — Сычуань, Юньнань, Гуйчжоу, Тибет; Северо-Западное — Шэньси, Ганьсу, Нинся, Цинхай, Синьцзян.
66


ствовало о повышении роли партии в хозяйственных вопросах и о большой «живучести» крупных территориальных образований, которые тем не менее никак не могли получить устойчивую и законную форму.
В конце периода «урегулирования» начинаются энергичные поиски методов усовершенствования организации промышленного производства с целью найти лучшее сочетание отраслевых и территориальных принципов управления, не жертвуя интересами отраслей и повышая роль экономических методов. Эти поиски совпадают с разработкой третьего пятилетпего плана (1966—1970).
В августе 1964 г. началась организация в опытном порядке «трестов» в ряде отраслей промышленности и транспорта как промежуточных звеньев между министерствами и отраслевыми бюро народных комитетов, с одной стороны, и предприятиями, с другой. В отличие от попыток создания производственных объединений в конце первой пятилетки «тресты» периода «урегулирования» были самостоятельными хозрасчетными организациями, сочетавшими функции планирования, снабжения, сбыта и расширения входящих в них предприятий. Самостоятельность объединявшихся предприятий была во многом ограничена: им оставлялось 10% суммы премиальных фондов й разрешалось самим определять 5—10% объема и ассортимента продукции38. Политику «трестирования» предполагалось в полной мере развернуть в период третьей пятилетки.
В 1965 г. на конференции Государственного экономического комитета и па Всекитайском совещании по работе промышленности и транспорта обсуждался вопрос об «осуществлении революции во всех звеньях работы по экономическому управлению». Предполагалось в ближайшие сроки упростить организационную структуру заводоуправления, сократить численность управленческого персонала. Кроме того, была намечена серия мероприятий в области реорганизации труда, заработной платы, финансов, управления промышленностью; часть мероприятий проводилась в экспериментальном порядке 39.
Было принято решение о расширении полномочий местных органов власти в сфере экономики и об увеличении
38 Вятский В., Димин Ф. Экономический авантюризм маоистов. М., 1970, с. 93.
39 Жэньминь жибао, 1965, 25 февр.
5*
67


местных бюджетов за счет прямых и косвенных поступлений от средних и мелких предприятий машиностроительной, химической и легкой промышленности, т. е. отраслей, обслуживающих нужды сельскохозяйственного производства и сельского населения. Предполагалась определенная децентрализация инвестиций и расширение прав провинций в отношении реализации их продукции40.
Одновременно было укреплено централизованное руководство крупными предприятиями, особенно металлургической, горнодобывающей и энергетической промышленности. Была проведена реорганизация ряда промышленных министерств и расширены их права, созданы специальные министерства по распределению материальных ресурсов и строительных материалов, начала функционировать Государственная комиссия по капитальному строительству. В середине 1966 г. в Китае существовало 24 хозяйственных министерства, в том числе 9 промышленных. В дальнейшем были созданы новые министерства машиностроения военного назначения (авиационной техники, приборостроения и радиотехники, электромашиностроения, судостроения). Министерства играли важную роль в области планирования, стандартизации и ценообразования, распределения ресурсов и оборудования, капитального строительства и технических усовершенствований. В системе прямого подчинения министерств находилось несколько тысяч объектов41.
В ходе «культурной революции» через хунвэйбинов- ские материалы просочились сведения о том, что летом 1964 г. Мао Цзэдун неоднократно выражал недовольство направлением работы финансово-экономических органов. На X (1964) пленуме ЦК КПК он критиковал широкое привлечение рыночных сил в экономику, призывал обратить больше внимания на нематериальные стимулы. Выдвинутые им в первой половине 1964 г. лозунги «учиться у Дачжая» и «учиться у Дацина» были продиктованы стремлением вернуть страну к стилю хозяйствования пе40 Новейшая история Китая. М., 1972, с. 356.
41 По сведениям зарубежных специалистов, посетивших Китай в 1966 г. и имевших беседы с хозяйственными деятелями Китая, центральным министерствам непосредственно подчинялось менее 10% промышленных предприятий страны (см.: Richman В, Industrial Society in Communist China. N. Y., 1968, p. 616).
68


риода «большого скачка». Основные принципы организации этих «образцовых предприятий» — «опора на собственные силы», удовлетворение всех своих потребностей без обращения к помощи государства, т. е. универсализация производства, сочетание промышленной и сельскохозяйственной деятельности, привлечение кадровых работников к производительному труду, отказ от применения материального стимулирования.
3. Изменения в системе управления
в 1966—1975 гг.
и последствия реформы 1970 г.
Уже в 1965 г. Мао Цзэдун попытался перехватить инициативу в осуществлении «революции в управлении» у деятелей прагматического направления, связать ее с кампанией «за социалистическое воспитание» и направить на организацию нового «большого скачка». В марте 1966 г. па расширенном заседании Политбюро он в резкой форме выступил против засилья Центра и предложил в кратчайшие сроки вторично передать местным органам все предприятия, управляемые из Центра42. В качестве главного аргумента приводилось требование «готовиться к войне», которое расшифровывалось маоистами как необходимость создапия иерархии автономных промышленных комплексов43.
Высказывания «великого кормчего» свидетельствуют о том, что процесс децентрализации, который развернулся в годы «культурной революции», если и не был целиком запрограммирован «радикалами», во всяком случае полностью отвечал их чаяниям 44.
42 По словам Мао, «Центр подчинил себе слишком много предприятий. Все то, что Центр взял себе, надо у пего отобрать и передать периферии, причем передать следует все полностью».
43 Мао Цзэдун утверждал: «Каждый крупный экономический район, Каждая провинция должны самостоятельно заниматься всем. Добиваясь, чтобы каждый мог воевать самостоятельно, нужно, чтобы каждая провинция сама занималась всем... Если начнется война, то все равно придется опираться на периферию, опираться только на Центр ненадежно».
44 По мнению американского синолога Чжао Гана, «организационная децентрализация была частично спланированной реформой и отчасти незапланированным результатом ослабления власти центральных государственных органов, нестабиль-
69


В годы «культурной революции» (1966—1969), когда государственный и центральный партийный аппараты были парализованы, а выборные органы власти заменены так называемыми революционными комитетами, последние сосредоточили в своих руках все нити политического, административного, военного и экономического управления. Власть министерств оказалась минимальной даже над теми промышленными предприятиями, которые всегда состояли в системе ведомственного подчинения. Попытка финансовой централизации, предпринятая в 1968 г.45, помогла приостановить развертывавшийся экономический кризис, но рассматривалась как экстраординарная мера и не могла сдержать нараставший процесс децентрализации.
Новое соотношение сил в пользу местных органов власти было закреплено реформой 1970 г., проходившей под лозунгом ниспровержения «диктатуры ведомств». В местное управление были переданы все предприятия, за исключением предприятий военной промышленности, в том числе такие крупные, как Анынапьский металлургический комбинат и Дацинские нефтяные промыслы. Объем продукции, распределявшийся Центром в 1972 г., сократился по сравнению с 1966 г. па 61% 46-
Явный приоритет территориальных принципов управления прослеживается в смещении акцентов при перечислении основных управленческих звеньев. В 1965 г. порядок был таков: отрасль — район — предприятие, в 70-х годах на первое место обычно ставился район.
После «культурной революции» предпринимались определенные усилия по налаживанию централизованного планирования. Активизировалась работа Государственного планового комитета и нижестоящих органов планирования — плановых управлений министерств, плановых комиссий провинций, автономных районов и городов цент-
ности отношений между центральной и местной властями и частых нарушений грузоперевозок со времени «культурной революции» (Chao Kang. Economic Development in China after the Cultural Revolution. — In: International Asian Forum. Miinchen, 1976, N 1—2, S. 9—10).
45 Чжу Фулинь, Сян Хуанчэн. Некоторые соображения по поводу реформы финансовой системы. — Цзинцзи гуаньли, 1979, № 5, с. 16.
46 Кэ Цзянъчжан. Указ, ст., с. 37.
70


ралыюго подчинения, плановых управлений округов и уездов. Стали проводиться общекитайские и отраслевые совещания по вопросам планирования. Были составлены задания четвертой пятилетки (1971 —1975), хотя их и не утвердила официально сессия ВСНП.
Общегосударственный план должен был охватывать, судя по всему, только наиболее важные предприятия и составляться в отраслевом и районном разрезах. Он ставил следующие главные задачи: контроль за производством основных видов промышленной продукции, определение темпов и пропорций развития отдельных отраслей, распределение капитальных вложений, обеспечение производственных связей между отдельными отраслями и регионами. По таким крупным агрегированным отраслям, как металлургия, нефтехимия, топливно-энергетическая промышленность, составляли приблизительные пятилетние планы, а также годовые планы.
Каждая административная единица высшего уровня была обязана разработать собственный план, который должен был учитывать производственную деятельность промышленных предприятий, подчиненных низшим административным подразделениям. Некоторые провинции приступили к созданию и осуществлению долгосрочных перспективных планов47. Связь региональных планов с государственным осуществлялась по линии распределения продукции и финансового обеспечения.
Местные административные власти были поставлены перед задачей стимулирования развития местной промышленности при условии выполнения государственного плана и бережного отношения к государственным природным ресурсам. Об усилении руководства сельской промышленностью в эти годы свидетельствовало создание в некоторых провинциях управлений промышленностью народных коммун, а в уездах — отделов этих управлений.
В 70-х годах па предприятиях начала постепенно воссоздаваться система технического контроля, устанавливались производственные нормы и нормы расхода сырья и электроэнергии, вводилась персональная ответственность 47 Одним из примеров долгосрочного регионального планирования может служить план превращения Хунани в индустриальную провинцию, составлению которого помогала специальная рабочая группа, паправленпая Госсоветом (см.: Жэньминь жибао, 1977, 5 мая).
71


за выполняемую работу, предъявлялись требования рационального использования имеющихся материальных и трудовых ресурсов, ускорения оборачиваемости оборотных средств, улучшения условий труда.
«Радикалы» классифицировали эти действия как «реставрацию капитализма» и усиление эксплуатации рабочего класса, как «зажим и подавление», которые губят творческую инициативу масс и превращают государственный план в диктат48.
В результате «культурной революции» региональные партийные бюро прекратили свое существование, а прежние координационные районы пе были восстановлены. На роль новых падпровипциальпых образований стали претендовать военные округа, в которых были созданы учреждения, координирующие производственную деятельность входящих в военный округ провинций 49.
Хотя маоистская военная стратегия строилась па значительной хозяйственной самостоятельности мест и перед военными округами, как в свое время перед координационными районами, ставилась цель создания самообеспечивающихся экономических комплексов, они не смогли превратиться в настоящие центры регионального планирования.
Деятели «прагматического» направления ставили вопрос об изменении сложившейся организационной структуры промышленности, расширении рамок системы ведом- 48 Жэньминь жибао, 1976, 31 июня.
49 Вся территория Китая была разделена сначала на 13, а потом на 11 военных округов: Шэньянский — Хэйлунцзян, Цзилинь, Ляонин; Пекинский — Пекин, Хэбэй, Шаньси, Внутренняя Монголия; Цзинаньский — Шаньдун; Нанкинский — Шанхай, Цзянсу, Аньхой, Чжэцзян; Фучжоуский — Фуцзянь, Цзянси; Уханьский — Хэнань, Хубэй; Гуанчжоуский — Хунань, Гуандун, Гуаней; Чэндуский — Сычуань, Тибет; Куньминский — Юньнань, Гуйчжоу; Ланьчжоуский — Шэньси, Ганьсу, Нинся, Цинхай; Синьцзянский — Сипьцзян-уйгурский автономный район.
Шэньянский и Пекинский военные округа были полностью идентичны Северо-Восточному и Северному Китаю по сетке координационных районов. Восточный координационный район оказался разбитым на три части: Цзинаньский, Папкинский и Фучжоуский военные округа. От Центрального Китая остался Уханьский округ, а провинция Хунань была объединена с двумя провинциями Южного Китая. Северо-Западный и Юго- Западный координационные районы были разделены каждый па две части.
72


ствениого подчинения и об укреплении контроля со стороны министерств над крупными предприятиями местного подчинения50.
Сам ход восстановления министерств дает возможность сделать заключение о постепенном повышении их роли. Первоначальное упрощение структуры Госсовета по сравнению с периодом до «культурной революции» объяснялось как сужением круга министерских задач, так и значительными трудностями в подборе и расстановке кадров. В 1971 г. функционировало уже восемь промышленных министерств51.
Главные задачи отраслевого министерства — контроль за выполнением заданий государственного плана и осуществлением капитального строительства, проведение единой технической политики в отрасли, обеспечение предприятий квалифицированными кадрами, а также проведение
50 В период опалы Дэн Сяопина журнал «Хунци» писал: «Дэн Сяопин хотел вернуть Центру основные предприятия, обслуживающие всю страну и требующие кооперации в пределах всей страны... Идя этим путем, пришлось бы возвращать большую часть крупных предприятий и кооперирующихся с ними средних и мелких предприятий» (Хунци, 1976, № 7, с. 26).
По словам газеты «Жэньминь жибао», «Дэн Сяопин выступал против выдвинутой председателем Мао „двойной активности центра и мест“ и под предлогом „упорядочения" вновь насаждал „диктатуру ведомств", а в своих „Правилах управления промышленностью", отрицая благоприятное воздействие передачи предприятий на места со времени „культурной революции", всемерно напирал на централизацию, хотел во что бы то ни стало убить местную инициативу, „зажать" местные предприятия, превратить государственный план в диктат» (Жэньминь жибао, 4976, 31 июня).
Дэн Сяопину приписывалась также такая установка: «На предприятиях, имеющих общегосударственное значение и находящихся в системе „двойного подчинения", но в основном подчиняющихся административным властям района, центральные органы власти должны заниматься не только общим руководством и единым планированием, но и вопросами сбыта продукции и обеспечения их сырьем через межпровинциальный обмен» (Сюэси юй пипань, 1976, № 4).
51 Подверглись слиянию министерства химической, нефтяной и топливной промышленности (в министерство топливной и химической промышленности), было создано одно министерство машиностроения, объединены первое и второе министерства легкой промышленности и министерство текстильпой промышленности. 73


конференций, организация выставок, прием иностранных делегаций, контроль над научными исследованиями.
Стремление к большей централизации наталкивалось на инерцию мест, привыкших к значительной хозяйственной независимости. В условиях политического хаоса и отсутствия четко налаженной системы кооперации планы поставок сырья и реализации продукции часто не выполнялись, поэтому многие хозяйственники явно отдавали предпочтение универсализации перед специализацией. Малосерийность, дублирование производства стали повсеместным явлением. Хотя местные власти формально были обязаны уделять основное внимание предприятиям общегосударственного значения, они были больше заинтересованы в собственной местной промышленности, выгоды от развития которой получались быстрее и были очевиднее.
4. Современная система управления китайской промышленностью и начало его реформы
Вариант системы управления, который сложился в Китае к середине 70-х годов, назывался «единое планирование и ступенчатое управление»; это название было введено в оборот в годы первой пятилетки. Под «единым планированием» понималась выработка общей экономической политики, составление общегосударственного производственного и финансового планов, наблюдение за их исполнением. «Ступенчатое управление» теоретически предполагало сочетание отраслевых и территориальных методов управления с определенным «разделением труда» между административными оргапами управления разных уровней, которым предоставлялись широкие права в области концентрации и распределения финансовых, материальных и трудовых ресурсов, контроля над подведомственными им предприятиями, корректировки установок и заданий, поступающих сверху. Однако на практике разделение функций между центральными ведомствами и местными органами власти не было отлажено, государственный контроль был малоэффективным, действенной системы планирования не существовало. Все это открыто признают теперь китайские руководители и китайская печать, критикующие 74


прошлое состояние «полуплановости» и хозяйственной анархии52.
Предприятия общегосударственного значения, за которыми закрепилось определение «базовые», «ключевые», «опорные», считались находящимися в системе «двойного подчинения» — центра и мест. «Двойное подчинение» при главенствующей роли центральных хозяйственных ведомств распространялось вплоть до последнего времени на численно очень небольшую группу промышленных предприятий, главным образом военного назначения. Производственные и финансовые планы для этих предприятий, которые иногда называются предприятиями центрального, или прямого, подчинения53, должны были составлять плановые службы различных отраслевых министерств, которые также определяли цены на их продукцию, утверждали списочный состав рабочих и фонд заработной платы. Получение сырья и реализация готовых изделий осуществлялись в основном в порядке централизации. Прибыль поступала в центральный бюджет либо целиком, либо с очень небольшой долей отчислений в местный бюджет. Мероприятия по реконструкции и расширению производства проводились за счет бюджетного финансирования. Местные власти формально обладали правами проверки и контроля и должны были оказывать содействие этим предприятиям в области снабжения сырьем и продуктами питания для рабочих; в то же время, достигнув договоренности с соответствующими инстанциями, местные власти могли рассчитывать на получение от этих предприятий некоторого количества продукции, главным образом внеплановой.
Большая часть крупных и средних предприятий была отнесена к системе «двойного подчинения» с местным управлением в качестве главного. По своим основным производственным параметрам (объему производства, численности работников, техническому уровню и т. п.) они ничем не отличались от предприятий «прямого подчинения». 52 Ху Цяому. Действуя в соответствии с экономическими законами, ускорить осуществление «четырех модернизаций». — Жэньминь жибао, 1978, 6 окт.
53 В современной печати этот термин встречается очень редко. Например, упомипалост» о том, что в провинции Шапьдуп имеется пять предприятий «прямого подчинения». — Жэньминь жибао, 1977, 15 идшя.
75


Кураторами этих предприятий были местные органы власти (парткомы и ревкомы провинций и городов центрального и провинциального подчинения), которые осуществляли оперативное руководство, отвечали за снабжение и сбыт, обеспечение рабочей силой, выполнение плановых заданий. Решения местных органов в принципе подлежали согласованию с соответствующими центральными инстанциями, к которым в случае необходимости можно было обратиться за поддержкой, однако лозунг «опоры на собственные силы» ориентировал на то, чтобы обходиться без посторонней помощи.
В финансовом отношении эти предприятия также имели особенности, обусловленные двойственным характером их подчинения. Прибыль их концентрировалась местными бюджетами, но па местные нужды оставалась только часть ее 54. Средства для расширения производства и технической модернизации выделялись из местного бюджета, хотя допускалась определенная дотация со стороны Центра.
Предприятия «двойного подчинения» с местным управлением в качестве главного и предприятия провинциального подчинения образовывали вместе верхний ярус общей системы местного подчинения, средний ярус занимали государственные предприятия, подчиненные округам и уездам, и нижний ярус — предприятия коллективной формы собственности («уличные» мастерские и промышленные объекты «народных коммун» и больших производственных бригад).
Следовательно, в так называемую систему местного подчинения входили объекты как общегосударственного, так и местного значения. Характер этой системы можно точнее определить понятием «промышленность территориального подчинения», поскольку в советской экономической литературе укоренилось иное, гораздо более узкое представление о местной промышленности, как таковой.
По форме собственности предприятия местной городской промышленности (находившиеся в подчинении окружных и уездных центров) запимали как бы промежуточное положение между государственной и коллектив54 Всроятпо, это те же 20%, что были предусмотрены реформой 1957 г. О формировании местных бюджетов см. ниже.
76


ной собственностью55. Прибыль этих предприятий распределялась между центральным (более половины) и провинциальным бюджетом, часть оставлялась в ведении окружных административных органов, иногда небольшая часть использовалась самими предприятиями для пополнения оборотных фондов. Финансирование производилось через местные бюджетные сметы, централизованных капиталовложений эти предприятия не получали, но с 1973 г. стали получать кредиты на техническую перестройку. Все вопросы с оборудованием, сырьем, реализацией продукции, обеспечением рабочей силой решали окружные и уездные административные органы при контроле со стороны провинциальных, но без вмешательства центральных властей. Работники этих предприятий не относились к категории государственных рабочих и служащих, что сказывалось негативно на размерах их заработной платы и на социальном обеспечении. Их деятельность охватывалась государственным планом, но далеко не в полной мере. Директивные показатели устанавливали власти округа при согласовании с провинциальными.
Что же касается предприятий «народных коммун», то они вовсе не включались в систему государственного планирования и имели весьма примитивную систему отчетности. Регулирование снабжения и сбыта осуществлял уезд. Эти объекты почти целиком функционировали по методу «опоры на собственные силы», создавались на средства «народных коммун» и были предназначены в основном для удовлетворения их нужд (непосредственно или как источники средств для закупки сельскохозяйственной техники). Через систему налогов и процента на кредиты государство урезало доходы коммун от их промышленных предприятий. В самих коммунах оставалась, вероятно, половина прибыли, другую половину забирал местный бюд55 По поводу характера городских кустарных и коллективных промышленных предприятий в китайской литературе существуют три точки зрения: 1) это — предприятия государственной собственности, находящиеся в местном управлении; 2) это — высшая ступень коллективной собственности, находящаяся в ведении отраслевых управлений; 3) это — особая форма сочетания государственной и коллективной собственности (Жэньминь жибао, 1979, 9 июня). Употребляются термины «крупная коллективная собственность» и «государственно-коллективная собственность». Достаточного количества материалов по этому вопросу пока нет.
77


жет (с небольшой долей отчислений в пользу уездного звена). Расходование денежных средств коммуны также определялось уездными властями, что, как теперь выясняется, зачастую оборачивалось безвозмездным изъятием больших сумм и ущемлением хозяйственных прав пизо- вых сельскохозяйственных ячеек.
На основании изложенного структура управления китайской промышленностью в середине 70-х годов может быть представлена в виде схемы (сплошные линии — главные связи, пунктирные — дополнительные).
Система центрального подчинения
Яинистерстда
Система местного Г территориального) подчинения
ГорМтипронышлен- cMteKBX
пасть . промышленность
ЕЕ [Ь /Предприятия мест нога значения

\
\
\
Система „ ддойного " подчинения'
/Предприятия госрдар - стденного значения
По данным 1978 г., общее число крупных и средних предприятий, в основном находившихся в системе «двойного подчинения», приблизительно 800056. Из 300 тыс. мелких предприятий57 подавляющее большинство приходится на звено окружного подчинения. В их числе более 10 тыс. машиностроительных и металлургических заводиков, примерно 2 тыс. мелких угольных шахт, 3 тыс. цементных заводов, более 1,5 тыс. небольших заводов химических удобрений, 87 тыс. мелких ГЭС, десятки тысяч мини-предприятий по первичной обработке сельскохозяйственной продукции и ремонту сельскохозяйственной техники.
56 Постановление о некоторых вопросах ускорения развития промышленности («30 пунктов»). — Чжунгун яньцзю, 1978, № 10, с. 12.
67 Жэньминь жибао, 1978, 9 окт. На конец 1979 г. — 350 тыс. — Beijin Review, 1979, N 40, р. 10.
78


Сельская промышленность в 1978 г. была представлена 1,5 млн. карликовых предприятий и мастерских. Число их работников превысило 28 млн. человек, а доходы составили 30% в валовом доходе трехступенчатого хозяйства «народных коммун» (коммуна, большие и малые производственные бригады) 58.
В целом в системе управления китайской промышленностью до сих пор превалировал территориальный принцип. Установки государственного плана, который не имел силы закона, не носили строго директивного характера. Однако эта децентрализация была доведена только до провинциального уровня, но не до уровня отдельных предприятий и сочеталась с преобладанием административных методов, что сильно ограничивало производственную активность в целом. Волевые решения, произвол и бюрократизм в таких условиях не могли быть преодолены. В частности, стремление провинциального руководства регламентировать промышленную деятельность в сельской местности было нередко столь сильным, что понадобились специальные разъяснения относительно того, что «провинция не должна добиваться контроля над всем и вся, не должна намертво зажимать округа и уезды, а должна предоставить им немного инициативы, чтобы они делали больше дел» 59.
В целом же, оценивая состояние системы управления, современные китайские теоретики констатируют низкую степень централизации, что сейчас уже рассматривается как препятствие выполнению программы «четырех модернизаций». Особое внимание обращается на недостаточную централизацию финансовой деятельности. В 1978— 1979 гг. в общегосударственных доходах централизованные поступления составляли только 15%, а в государственных расходах — около 45% 60. Эти показатели даже ниже тех, которые были во время «большого скачка» (соответственно 23 и 54%). Ограниченные финансовые возможности Центра сказываются на решении общегосударственных задач.
58 Агентство Синьхуа, 1979, 8 июля.
59 Из доклада Хуа Гофэна о превращении провинции Хунань в индустриальную. Цит. по выступлению секретаря Хунаньского парткома Юй Минтао на Всекитайском совещании учебы у Дацина (Жэньминь жибао, 1977, 5 мая).
60 Чжу Фулинь, Сян Хуанчэн. Указ, ст., с. 18.
79


Центральные финансовые органы в определенной степени воздействовали на условия формирования местных бюджетов, устанавливая источники их пополнения и расходы по различным статьям.
Доходы провинции складывались из сельскохозяйственного и торгового налога и определенной доли отчислений от прибыли государственных и кооперативных предприятий. Плановые расходы включали капиталовложения, расходы на управление (до уровня коммун и уличных комитетов), образование, здравоохранение и незначительное жилищное строительство (большая часть жилищного строительства до сих пор финансировалась предприятиями). Если доходы провинции превышали ее расходы, то остаток шел в центральный бюджет, если наоборот, то провинция или автономный район получали дотацию от государства. Например, расходы Шанхая составляли только 10% от его доходов, в северо-восточной провинции Ляонин эта доля была равна 18%, в Цзянсу — 30% 61.
В местном бюджете оставалась также часть сэкономленных плановых инвестиций и все превышение плановых доходов. Помимо этого провинция располагала фондами на непредвиденные расходы. Однако формально она не имела права без санкции сверху направлять эти денежные суммы на расширение контингента рабочей силы м на повышение заработной платы и не могла требовать под них дополнительные поставки фондируемых видов сырья и оборудования.
Финансовая самостоятельность отдельных предприятий была весьма ограниченна. Прибыль шла в бюджет либо вся целиком, либо за исключением небольшой части сверхплановой прибыли. Капиталовложения находились на бюджетном финансировании, как и обеспечение оборотными средствами. Оценка работы предприятия до сих пор производится по восьми основным технико-экономическим показателям (объем производства, ассортимент, качество продукции, расход сырья, топлива и электроэнергии, производительность труда, себестоимость, прибыль, использование оборотных фондов) 62.
61 Robinson J. Economic Management. China 1972. Anglo-chinese Educational Institute. March 1973, p. 21.
62 Хунци, 1977, № 3, c. 69; Жэньминь жибао, 1977, 25 окт.; 1978, 20 дек.
80


Система материального снабжения недостаточно централизована. Под контролем Госплана и Государственного управления материального снабжения в 1953 г. находилось 113 видов продукции, в 1957 г. — 231, в 1966 г.— 357, в первой половине 1978 г. — только 5363.
В докладе на конференции по распространению опыта Дацина в промышленности в мае 1977 г. председатель Государственного планового комитета Юй Цюли признал факты многочисленных нарушений на местах государственного плана, срывов заключенных контрактов, игнорирования установок плановых органов в отношении цен, обмена продукции, найма рабочей силы и ведения капитального строительства (т. е. по всем пунктам политики централизации) 64. «Банда четырех» обвиняется теперь в том, что под предлогом критики «диктатуры ведомств» она раздувала анархизм, поощряла «свободную торговлю» между районами и коммунами в ущерб единому руководству рынком, создавала «независимые вотчины» 65.
В конце 1976 и начале 1977 г. в Китае был организован ряд важных государственных совещаний экономического характера, на которых были подведены итоги развития отдельных отраслей и намечены меры по стабилизации положения и ускорению темпов роста. Проведение этих совещаний — показатель стремления к большей централизации производства и проведению единой политики в каждой отрасли и косвенное свидетельство слабости центрального хозяйственного аппарата, который был ограничен в своих возможностях доведения до мест и отдельных предприятий государственных решений по вопросам экономики.
Общий тон начатой работе по «упорядочению» предприятий был задан совещанием по Дацину, которое выдвинуло задачи «чистки» управленческого состава путем удаления «радикально» настроенных элементов и восстановления «рациональных правил и распорядков» в качестве первого необходимого шага укрепления производственной дисциплины и повышения роли плана. С 1979 г. на Дацинских промыслах были введены новые правила управления предприятием. Согласно этим правилам со-
63 Ван Шоуань. К вопросу о реформе системы материального снабжения. — Шэхуэй кэсюэ чжаньсянь, 1979, № 2, с. 118.
64 Жэньминь жибао, 1977, 8 мая.
65 Жэньмипь жибао, 1976, 31 дек.
6 Л. И. Молодцова
81


зданы специализированные бригады, определены права и обязанности как самих бригад, так и отдельных работников, устанавливаются годовой план и месячные задания для всех производственных единиц, вводится система планово-балансового распределения рабочей силы, производственного оборудования и материалов, расширяется производственная кооперация, основанная на договорных началах66. Эти правила должны внедряться и другими предприятиями.
К серии важных организационных мероприятий относится ликвидация института «ревкомов», повышение роли директора и установление персональной ответственности за определенный участок работы, восстановление должностей главного инженера, главного конструктора, главного бухгалтера и главного технолога. Постепенно усиливаются призывы к налаживанию системы хозрасчета, увеличению доходности, повышению роли синтетических финансовых показателей как критериев производственной деятельности предприятий, к полному претворению в жизнь принципа оплаты по труду.
По мере развертывания работы по «упорядочению» предприятий, которая на первом этапе была провозглашена основой хозяйственной деятельности, становилось все яснее, что без такого «ключевого момента», как налаживание общегосударственной системы планирования и руководства, дело не может сдвинуться с мертвой точки. Занявшись вплотную хозяйственной деятельностью, каждое предприятие оказалось лицом к лицу с непосильными для его единоличного решения проблемами установления производственных связей, цен на продукцию, стандартов качества67. Была поставлена задача покончить с состоянием «полуплановости», в котором долгое время находилась страна, и «централизовать все, что должно быть централизовано». К числу прав, которыми должен располагать Центр (а не район и не отрасль), были отнесены следующие: разрабатывать курс и общее направление развития народного хозяйства, основные показатели промышленной и сельскохозяйственной деятельности, определять общий объем капиталовложе- 66 Жэньминь жибао, 1979, 5 февр.
67 Одним из первых проявлений трудностей материально-технического снабжения был поток «толкачей», хлынувших в города в поисках поставщиков сырья и необходимых деталей.
82


пий и крупнейшие новостройки, решать проблемы распределения основных видов продукции и реализации основных товаров, вопросы госбюджета и денежной эмиссии, набора рабочей силы в промышленность, устанавливать общий фонд заработной платы, цены на основные виды промышленной и сельскохозяйственной продукции. Особое внимание было обращено на централизацию капитального строительства.
Задача модернизации народного хозяйства требует проведения более твердой экономической политики, более рационального распределения средств, имеющегося современного (особенно импортного) оборудования и квалифицированных кадров. Это логически должно вести к возра-, станию роли министерств и урезанию прав мест.
На сессии ВСНП 1975 г. было учреждено 29 министерств и государственных комитетов, на начало 1977 г. делами промышленности занимались 12 министерств (металлургии, угольной, нефтяной и химической промышленности, водного хозяйства и электроэнергетики, легкой промышленности и 7 министерств машиностроения). В конце 1977 г. были дополнительно созданы Государственный комитет по делам науки и техники, министерство текстильной промышленности, разделены министерства нефтяной и химической промышленности. В начале 1979 г. в Госсовет стало входить 37 структурных подразделений, в том числе 14 промышленных министерств. Затем были также организованы министерства промышленности стройматериалов и сельскохозяйственного машиностроения. Важная роль отведена вновь учрежденной Финансово-экономической комиссии, во главе которой встал один из ведущих хозяйственных руководителей Китая и составителей первого пятилетнего плана Чэнь Юнь.
Создание новых министерств сопровождается возвращением наиболее важных предприятий в центральное подчинение. Только в 1978 г. число переданных Центру объектов, включая научные организации, приблизилось к тысяче68.
Однако в условиях разросшегося числа производственных объектов, обилия мелких предприятий и медленно восстанавливаемой статистической службы одностороннее 68 Кэ Цзяньчжан. Указ, ст., с. 37.
6*
83


решение в пользу отраслевых методов управления уже фактически невозможно. Сложившаяся система хозяйственного подчинения (центральное, «двойное» и местное) не подвергается корректировке. Ставится задача постепенно внедрить принцип «сочетания вертикали с горизонталью при главной роли горизонтали» 69, что свидетельствует о сохраняющемся приоритете территориальных принципов управления.
Необходимость более четкого размежевания компетенции центральных и местных органов власти теперь осознается, но решение этой проблемы затягивается, что дает простор для различных интерпретаций общих установок и для процветания неформальных связей. Действия местных органов власти в отношении перспектив развития предприятий центрального подчинения часто идут вразрез с общегосударственными интересами, а права министерств в отношении предприятий, подчиняющихся местным органам власти, реализуются при активном и пассивном сопротивлении местных хозяйственников, «потеря отрасли» продолжает ощущаться весьма остро.
В интерпретации маоистской концепции «двух активностей — Центра и мест» заметны значительные расхождения. В докладе Хуа Гофэна на сессии ВСНП 26 февраля 1978 г. была выражена поддержка ориентации на передачу предприятий в ведение местных органов власти при возложении на центральные ведомства обязанности помогать местам в управлении этими предприятиями. Осуществление «двойного подчинения» при главенствующей роли Центра, по его словам, целесообразно только в отношении важнейших предприятий, научно-исследовательских и проектных организаций70. На второй сессии ВСНП пятого созыва в 1979 г. Хуа Гофэн опять подчеркнул, что «под руководством Центра необходимо наделить местные власти большими полномочиями в области планирования, капитального строительства, финансов и внешней торговли, с тем чтобы они могли сыграть свою роль в развитии народного хозяйства» 71.
69 Хуан Суншэн. О районном балансе. — Цзинцзи яньцзю, 1978, № И, с. 40.
70 I сессия Всекитайского собрания народных представителей Китайской Народной Республики пятого созыва: Документы. Пекин, 1978, с. 73.
71 Жэньминь жибао, 1979, 26 июня.
84


В высказываниях других руководителей акценты расставлены по-иному. В выступлении на одном из заседаний Госсовета в июле 1978 г. президент Академии общественных наук Ху Цяому осудил как «чрезмерную централизацию», так и «чрезмерную децентрализацию» и особо подчеркнул, что активность мест должна подчиняться общегосударственным интересам72.
В настоящее время снова ставится задача создания целостной промышленной системы сначала в масштабах всей страны, а затем — крупных экономических районов. Упоминание о шести координационных районах73 можно рассматривать как стремление к большей централизации производства, улучшению кооперирования и специализации, а также как попытку противостоять провинциальному местничеству и создать альтернативу военным округам, которые служили и могут служить опорными базами сепаратистских группировок военных.
В то же время маоистское положение о создании завершенных промышленных систем в пределах каждой провинции подвергается пересмотру74.
Местные власти, напуганные «угрозой» усиления власти Центра, пытаются отстоять свои права. Для этого они привлекают такие весомые аргументы, как возможность лучшего использования местных ресурсов, полной утилизации сырья, более тесной кооперации между близко расположенными предприятиями, улучшение размещения производства. Доводы сторонников большей централиза72 Жэньминь жибао, 1978, 6 окт.
73 В отличие от схемы 1958 г., где Центральный и Южный Китай существовали отдельно, сейчас они объединяются в один райоп, аналогично тому положению, которое было в пору существования крупных административных районов.
74 «Каждая провинция должпа индустриализоваться. Это пра- вильпо и рационально. Каждая провинция должна в' соответствии со своими условиями поднять свою промышленность на высокий уровень, должна быть в состоянии производить самые необходимые бытовые промышленные изделия и изделия для сельского хозяйства. Однако это не значит, что каждая провинция должпа создавать самостоятельную завершенную промышленную систему. Это сейчас невозможно и бесперспективно. Поскольку сырьевые возможности каждой провинции различны, многостороннее развитие, не учитывающее конкретных условий, приведет к большим затратам трудовых и материальных ресурсов, удлинит сроки осуществления „четырех модернизаций*4» (Ху Цяому. Указ ст.).
85


ции в основном те же, но призывы разрушить административные рамки и наладить общегосударственную систему специализации и кооперирования звучат убедительнее.
III пленум ЦК КПК одиннадцатого созыва в декабре 1978 г. объявил о переносе центра тяжести работы на экономическое строительство. Период до 1982 г. объявлен новым этапом «урегулирования», одной из основных задач которого должна стать перестройка системы хозяйственного управления на макро- и микроуровне.
Существующая в настоящее время система «двойного подчинения» вызывает немало нареканий. Специалисты завода металлических сплавов г. Цзиньчжоу писали на страницах газеты «Гуанмин жибао» о непродуманности управленческих перестроек, в результате которых завод «отфутболивался» то в центральное, то в местное подчинение. После официального закрепления в 1970 г. завода в системе «двойного подчинения» им фактически не стали заниматься ни министерство, ни провинция и город. Предприятие, с одной стороны, было обязано выполнять спускаемый министерством план, с другой — должно было выполнять задания местных органов власти, которые постоянно требовали дополнительного отчисления средств, продукции, осуществления внепланового капитального строительства75. Высказывается мнение о том, что «предприятие должно иметь только одну руководящую инстанцию, и эта руководящая инстанция должна утверждать предприятию только несколько главных показателей в соответствии с конкретными условиями отраслей, потребностями общества, государства и рынка (например, объем производства, ассортимент продукции, основные экономические характеристики, прибыль)» 76.
Главной причиной того, что ни вертикальные, ни горизонтальные методы управления до сих пор не дали положительных результатов, считается неизменно сохранявшаяся привязанность к рамкам административных районов и фактическое игнорирование экономических свя75 Гуанмин жибао, 1979, 24 окт.
76 Цзань Дианъ, Сяо Лян. К вопросу о связи закона стоимости с самостоятельностью предприятий. — Цзинцзи япьцзю, 1979, № 5, с. 75.
86


зей77. Отсюда делается вывод о том, что «в любой экономической деятельности не надо ограничиваться ни рамками вертикали («тяотяо»), ни рамками горизонтали («куайкуай»)... Если стесняют рамки района, надо их нарушать, если стесняют рамки отрасли, надо их нарушать также» 78.
Намечается широкое создание специализированных и кооперированных производственных объединений с широкими хозрасчетными правами как районного или отраслевого, так и межрайонного и межотраслевого характера. Создание таких объединений рассматривается как способ в максимальной степени учесть интересы отрасли и возможности территориального кооперирования и преодолеть местнические тенденции79.
На таких же принципах предлагается провести реорганизацию системы материального снабжения; попутно с созданием специализированных производственных объединений создавать центры материального снабжения, не считаясь с ведомственными и региональными рамками80.
Усиление централизации распространяется и на финансовую систему. С точки зрения авторов статьи по поводу реформы финансовой системы, доля централизованных поступлений государственного бюджета должна быть повышена по крайней мере до 40% 81, что сопряжено с продолжением политики передачи крупных и средних предприятий из местного в центральное подчинение. В то же время право распоряжаться средствами региональных бюджетов предлагается предоставить местным 77 Кэ Цзянчжан. Указ, ст., с. 37. Происходившие перестройки и их итоги образно описываются так: «Централизовали, так централизовали намертво, передали местам и получились беспорядки, испугались беспорядка и централизовали, централизовали и зажали намертво и т. д.» (там же).
73 Ляо Лили. Соблюдать объективные экономические закономерности, управлять экономикой экономическими методами. — Цзйпцзи гуаньли, 1979, № 2, с. 11.
79 В изложении корреспондента газеты «Жэньминь жибао», реорганизация предприятий Нанкина сломала существовавшие ранее связи по отраслевому и территориальному принципу и по характеру собственности и установила соответствующее разделение труда и сотрудничество между предприятиями на основе общности выпускаемой ими продукции (Жэньминь жибао, 1978, 13 февр.).
80 Шэхуэй кэсюэ чжаньсянь, 1979, № 2, с. 119.
81 Цзинцзи гуаньли, 1979, № 5, с. 18.
87


органам, которые могут рассчитывать па определенную долю сверхплановых поступлений.
Параллельно с задачей повышения централизации ставится вопрос о хозяйственной самостоятельности первичных производственных звеньев. Предполагается предоставить предприятиям право на составление и корректировку плана до его утверждения, права выбирать необходимое сырье и материалы и отказываться от выполнения задания, если оно не обеспечено соответствующими поставками сырья и топлива; реализовать свою продукцию через оптовую и розничную сеть и через систему контрактов; право на собственные фонды и на получение кредитов; расширить права при найме и увольнении рабочих. Внеплановая продукция и средства от ее реализации должны, по мнению ряда экономистов, оставаться целиком или в значительной мере в распоряжении предприятия 82.
В 1978 г. собственные фонды предприятий составили мизерную величину—1,7 млрд, юаней83. Намечаемые преобразования в основном возвращают к практике перт вой пятилетки, когда на предприятии оставалась часть прибыли, из которой выделяли фонд развития производства, фонд социального обеспечения и премиальный фонд. Но в отличие от периода, когда только вводился хозрасчет, сейчас предполагается дать предприятиям возможность использовать часть амортизационных отчислений, которые, по словам министра финансов Чжан Цзинфу, должны стать основой технического перевооружения84. Способ «частичной рассредоточенности, частичной концентрации» амортизационных средств начал вводиться уже в 1978 г.
В конце 1978 г. Госсовет обсудил разработанное министерством финансов «Постановление о выделении предприятиям самостоятельных фондов» и рекомендовал отраслям и районам в экспериментальном порядке приступить к его реализации. Это постановление предусматривает порядок начисления премиальных фондов в зависимости от выполнения плановых заданий. При выполнении плана по всем восьми технико-экономическим показате82 Цзинцзи яньцзю, 1979, № 5, с. 73—76.
83 Жэньминь жибао, 1979, 30 июня.
84 Там же.
88


лям и обязательств по хоздоговорам премиальный фонд будет равен 5% фонда заработной платы, при выполнении плана по четырем показателям — 3 и за каждый дополнительно выполненный показатель — по 0,5%. Кроме того, министерства получили право на 5—15% сверхплановой прибыли (в зависимости от отрасли) подчиненных им предприятий, причем согласно установленному порядку 50% этих средств должно передаваться в распоряжение предприятий, перевыполнивших план по прибыли, а 50%—на технические преобразования и социальные нужды работников отрасли в целом85.
Выполнение этого постановления встречает возражения со стороны успешно действующих предприятий, которые вынуждены «делиться» с другими своей сверхплановой прибылью. Например, по итогам 1978 г. Уханьский комбинат из 60 млн. юаней сданной государству сверхплановой прибыли должен был получить менее 1 млн., т. е. около 1% 86.
Намечаемые и уже частично осуществляемые мероприятия свидетельствуют о том, что на повестку дня поставлена «реформа и устранение недостатков существующей хозяйственной системы». Вместе с тем очевидно, что необходимые условия для всеобъемлющей и глубокой хозяйственной реформы в настоящее время отсутствуют. Пока речь идет о выработке основных принципов перестройки хозяйственного механизма и их экспериментальной проверке на определенных предприятиях и в отдельных регионах.
85 Жэньминь жибао, 1978, 20 дек.
86 Жэпьмипь жибао, 1979, 17 янв.


Глава третья
ОТРАСЛЕВАЯ СТРУКТУРА
ПРОМЫШЛЕННОСТИ
Достигнутый уровень экономического развития, динамика экономического роста, структура общественного производства в целом и промышленности в отдельности тесно взаимосвязаны. По мере индустриального развития в промышленности происходят важные структурные сдвиги, которые являются не только чисто экономическими, но и чрезвычайно сложными социальными и политическими процессами. Кардинальные структурные изменения требуют длительного времени и в условиях планового социалистического хозяйства — целеустремленных усилий хозяйственных органов, крупных капитальных вложений и перелива рабочей силы.
Экономически развитые страны отличаются высокой долей промышленности в валовой продукции народного хозяйства и произведенном национальном доходе, преобладанием крупной современной индустрии и отраслей, производящих средства производства, наличием сложного комплекса обрабатывающих отраслей. Под воздействием научно-технической революции и углубляющегося процесса экономической интеграции в развитии промышленности стран СЭВ пробивает себе дорогу тенденция к сближению отраслевой структуры промышленности, что особенно ярко проявляется в отраслях — носителях технического прогресса (черной металлургии, машиностроении, химической промышленности).
Задача совершенствования структуры промышленности состоит не в достижении каких-то «эталонных» показателей, а в том, чтобы добиться такой пропорциональности и такого сочетания видов производства, которые обеспечивают наиболее эффективное функционирование всей промышленной системы, т. е. максимальную экономию общественного труда при наиболее полном удовлетворении потребностей хозяйства и населения.
90


Ориентируясь на создание рационального народнохозяйственного комплекса и оптимальной промышленной структуры, социалистические страны подходят к этим проблемам с позиций специфических потребностей, особых природных условий, исторически сложившейся международной специализации, материальных и финансовых возможностей.
Структура промышленности каждой социалистической страны есть результат взаимодействия многих факторов. Можно выделить несколько основных групп структурообразующих факторов.
1. Потенциальные факторы — в первую очередь природно-географические и демографические, выступающие в качестве первичных элементов общественного производства. К этой же группе относятся масштабы страны и емкость внутреннего рынка.
2. Социально-экономические и социально-политические факторы—длительность и интенсивность индустриального развития в прошлом, характер общественных и личных потребностей, особенности экономической стратегии и степень ее соответствия объективным экономическим закономерностям, объем и распределение национального дохода, гибкость системы управления, сочетание централизации и децентрализации, обеспеченность квалифицированными кадрами и производственная активность населения и многие другие.
3. Технико-экономические факторы — особенности технологии и взаимосвязи различных видов производства, влияние научно-технического прогресса, в частности на нормы потребления сырья и топлива, степень специализации и концентрации производства и развитие этих процессов.
4. Внешнеэкономические факторы — положение страны на мировом рынке и состояние ее платежного баланса, изменение конъюнктуры рынка, степень участия в международном социалистическом разделении труда, интенсивность научно-технического обмена с другими странами.
В экономически развитых социалистических странах прослеживается два этапа индустриализации. На начальном этапе формирование промышленной структуры определялось необходимостью создания крупной современной промышленности и преимущественного развития тя91


желой индустрии. Главное внимание уделялось базовым отраслям тяжелой промышленности: энергетике, металлургии и машиностроению.
Примерно к началу 60-х годов почти во всех социалистических странах были созданы многоотраслевые промышленные комплексы с мощной сырьевой и топливно-энергетической базой. На первый план выдвинулась задача интенсификации промышленного производства и совершенствования его структуры с целью внедрения наиболее прогрессивных методов технологии и новейшей техники. Перестройка структуры материально-производственной базы стала определяться преимущественным ростом отраслей вторичной переработки. Ускоренными темпами развивались такие отрасли, как химия и машиностроение. Рост технической оснащенности, повышение уровня квалификации рабочей силы и улучшение технологического уровня повлекли за собой увеличение доли отраслей машиностроения на фоне более медленного роста группы отраслей материального и энергетического комплекса. Стабилизировалась доля отраслей обрабатывающей промышленности и несколько сблизились темпы развития тяжелой и легкой индустрии.
Важные сдвиги отмечены внутри отдельных отраслей. Если раньше упор делался на развитие тяжелого и общего машиностроения (судостроение, автомобилестроение, производство шарикоподшипников), то в 60-х годах в центре внимания оказались такие современные отрасли, как радиоэлектроника, приборостроение, производство энергетического и электротехнического оборудования, автоматика. Химическое производство прежде базировалось в основном на использовании минерального сырья. В настоящее время главными сырьевыми источниками производства разнообразной химической продукции стали нефть и продукты ее переработки, а также попутный и природный газ. Соотношение между органической и неорганической химией складывается в пользу первой.
На основании процессов, происходящих во всех социалистических странах, по степени динамичности отрасли промышленности можно разделить па следующие группы: 4
1) отрасли возрастающего значения (их доля в общей продукции промышленности почти непрерывно возрастает) — производство электро- и теплоэпергии, машино92


строение и металлообработка, химия, промышленность строительных материалов, группа «прочие отрасли»;
2) отрасли снижающегося значения (их доля до сих пор неуклонно снижалась) — текстильная, пищевкусовая, целлюлозно-бумажная, кожевенно-обувная, полиграфическая промышленность;
3) отрасли переменного значения (их доля меняется как на различных этапах, так и по странам) — металлургия, топливная, деревообрабатывающая, фарфоро-фаянсовая, швейная промышленность).
Индустриализация КНР началась с преимущественного развития отраслей тяжелой промышленности, как и в других социалистических странах. Вместе с тем следует отметить ряд особенностей индустриального развития Китая, в той или иной мере отразившихся на формировании промышленной структуры: 1) более низкий, по сравнению с другими странами, исходный уровень экономического развития, значительную силу инерции сложившейся нерациональной структуры народного хозяйства и промышленности и вследствие этого растянутый первоначальный этап индустриализации; 2) большие масштабы страны, разнообразие природных ресурсов (в этом отношении Китай может быть сопоставлен только с Советским Союзом); 3) огромное население и сложность решения проблемы занятости; 4) колоссальный технологический разрыв между новыми видами производства, главным образом отраслями тяжелой промышленности, и мелким «традиционным» производством; 5) анклавный характер крупных промышленных центров; 6) совмещение задач промышленной и научно-технической революции; 7) «особый» политический курс китайского руководства, отказавшегося от дружбы с социалистическими странами и перешедшего к блокированию с капиталистическими государствами.
Влияние этих факторов на выработку общей экономической стратегии было вкратце рассмотрено в первой главе. С точки зрения формирования современной промышленной структуры важно отметить следующее.
Низкий исходный уровень экономического развития и наличие огромных ресурсов рабочей силы замедляют процесс вытеснения мелкого производства крупным, ручного труда — механизированным, кустарно-ремесленных видов производства — современными. Развитие промышленности 93


на нижних и высших этажах этой дуалистической структуры происходит в значительной мере по законам разных эпох. Экстенсивные факторы промышленного роста долго не будут исчерпаны, и общему направлению интенсификации промышленного производства нужны дополнительные, искусственные стимулы.
Начав процесс форсированной индустриализации в период, когда мир вступил в эпоху научно-технического прогресса, Китай вынужден решать одновременно те задачи, которые другие страны решали поэтапно. Это означает необходимость развития как базовых отраслей тяжелой промышленности, так и сложных, ультрасовременных отраслей. Создание новых отраслей должно происходить в соответствии с современными техническими и технологическими требованиями, что бесспорно удорожает строительство.
Отход китайского руководства от сотрудничества с социалистическими странами и беспрерывная борьба между различными группировками служили препятствием научной разработке экономической стратегии и технологическому и экономическому обоснованию балансовых связей. Выбор отраслей преимущественного развития осуществлялся без системного анализа, при отсутствии комплексного подхода. Углублявшаяся диспропорциональность была возведена в ранг общеэкономического закона и регулярно приводила к огромным народнохозяйственным потерям.
Националистическая политика маоистского руководства лишила страну тех преимуществ, которые предоставила ей благоприятная международная обстановка. В условиях мирного времени и некоторого ослабления международной напряженности страна взвалила на себя тяжелое бремя гонки вооружений и усложнила задачу индустриализации форсированным развитием отраслей, производящих военное снаряжение. Волей своих руководителей Китай был поставлен вне рамок мирового социалистического рынка и международного социалистического разделения труда, что привело к чрезмерной диверсификации отраслевого и подотраслевого состава промышленности и сузило возможности развития специализированных производств, в том числе экспортного характера.
В результате процесс структурных перестроек в промышленности Китая, имеющий много общего с соответ94


ствующими процессами в других социалистических странах, отличается рядом особенностей, отнюдь не запрограммированных его объективными условиями.
1. Современные данные и оценки валовой продукции и отраслевой структуры промышленности
При анализе динамики промышленного роста КНР и изменений структуры промышленности мы сталкиваемся с различного рода трудностями, связанными в первую очередь с отсутствием официальных статистических публикаций и надлежащего инструментария исследования (неразработанность классификации отраслей приложений труда и понятийного статистического аппарата, неясность в отношении системы действующих цен и т. п.). В настоящее время отсутствуют материалы о чистой продукции и численности занятых в отдельных отраслях, и единственным отправным моментом при оценке темпов роста и структурных сдвигов может служить показатель валовой продукции.
Принципы исчисления валовой продукции в КНР были в свое время заимствованы из практики социалистических стран. Валовая продукция промышленности в целом определяется по «заводскому» методу как сумма валовой продукции отдельных промышленных предприятий. Как известно, на предприятии валовой продукцией считается стоимость всей выработанной в отчетном периоде продукции за вычетом стоимости продукции, потребленной на промышленно-производственные нужды внутри предприятия. При высокой доле мелких предприятий и низкой степени комбинированности производства такой недостаток показателя «валовая продукция», как повторный счет, очень сильно дает о себе знать !. В 50-е годы повторный счет составлял от 30 до 95%.
В Шанхае */з машиностроительных предприятий выпускают готовые изделия, а остальные изготовляют комплектующие детали или выполняют различную технологическую обработку, однако их «вал» входит в общую сумму шанхайского производства соответственно с затратами сырья и амортизационными отчислениями. Универсализация производства во время «большого скачка» до-
1 Тунцзи гунцзо тунсюнь, 1956, № 24, с. 8.
95


стигалась в значительной мере путем обрастания главного предприятия предприятиями-спутниками, самостоятельно отчитывавшимися о выполнении плана. Политика трестирования вплоть до последнего времени не получила распространения.
Можно предполагать, что правило исключения внутризаводского оборота довольно часто нарушалось (это наблюдается даже в странах с разработанной методикой статистической отчетности2).
Отсутствие строгой системы стандартизации в Китае сказывалось на качестве готовой продукции. Опыт «большого скачка» показал, что в обстановке искусственного производственного бума статья «остаток незавершенного производства» служила лазейкой для статистической реализации брака. Такая же практика была распространена в 1969—1971 гг., когда отмечались явления рецидива «большого скачка», и даже много позже. По словам председателя Госплана КНР Юй Цюли, вплоть до начала 1978 г. брак продукции сельскохозяйственного машиностроения включался в годовые отчеты о выполнении плана 3.
В современных китайских публикациях все чаще выражается критическое отношение к показателю валовой продукции, поскольку им нельзя измерять экономическую эффективность работы предприятия4.
Определенного уточнения применительно к Китаю требует и само понятие «промышленность». Когда начала формироваться система планирования и управления, промышленность, как таковая, складывалась из различного рода предприятий, подчинявшихся промышленным министерствам или промышленным отделам плановых комите-
2 Так, в угольной, сланцевой и торфяной промышленности, на лесозаготовительных предприятиях, в текстильной и некоторых отраслях пищевой промышленности СССР в валовую продукцию включается и стоимость продукции собственного производства, перерабатываемой на том же предприятии, т. е. фактически применяется показатель валового оборота (Методологические проблемы международных соизмерений экономических показателей. М., 1975, с. 72).
3 Жэньминь жибао, 1978, 27 янв.
4 «Среди восьми экономических показателей, определяющих работу отраслей промышленности, раньше не было показателя валовой продукции. Однако из-за происков Липь Бяо и „банды четырех" этот показатель стал определять все и вся» (Жэпь- минь жибао, 1979, 27 апр.).
96


тов провинций, автономных районов и городов центрального подчинения. Все эти предприятия были сосредоточены в городах или городских поселках. В сельской местности к промышленной сфере относились только кустарные мастерские, работавшие на рынок. Другие виды сельских подсобных промыслов (сбор дикорастущих растений, охота и рыболовство, добыча некоторых видов полезных ископаемых, первичная обработка сельскохозяйственного сырья, ремесленное производство для удовлетворения собственных нужд — домашняя промышленность) учитывались в рамках сельскохозяйственного производства 5.
С началом «большого скачка», когда встал вопрос об «индустриализации» вновь созданных «народных коммун», т. е. о том, чтобы стоимость их промышленной продукции обогнала стоимость продукции сельскохозяйственного производства, возникла потребность в ином дифференцировании промышленной и сельскохозяйственной деятельности. В это же время в «народных коммунах» было создано огромное число мини-предприятий, выпускавших самую разнообразную продукцию.
Статистический справочник «Великое десятилетие», изданный в 1959 г., был составлен на основе нового подхода к определению понятий «промышленность» и «сельское хозяйство». Ремесленные мастерские коммун, занятые первичной обработкой сельскохозяйственной продукции и производством изделий для собственных нуЖд, стали считаться промышленными объектами6. В первой половине 1959 г. эти карликовые предприятия давали примерно 10% общей валовой продукции промышленности 7.
В китайской научной литературе «промышленность» стала определяться как сфера материального производства, занятая добычей природного сырья, включая заготовку древесины и лесные промыслы, а также переработ-
5 Тунцзи япьцзю, 1958, № 5, с. 22.
6 До 1958 г. подсобные промыслы крестьян, составлявшие примерно V3 валовой продукции сельского хозяйства, налогами не облагались. Предприятия же народных коммун стали облагаться торгово-промышленным налогом (см.: Кашин В. А. Некоторые аспекты кредитно-финансовой политики государства в китайской деревне. 1949—1975. — В кн.: Государство и общество в Китае. М., 1976, т. 3, с. 472).
7 Великое десятилетие. Пекин, 1959, с. 27. (На кит. яз.).
7 Л. И. Молодцова
97


кой сырья и сельскохозяйственной продукции8. О степени соответствия этого понятия действительному положению судить трудно.
Переход мелких сельских предприятий в категорию «промышленность» — одна из причин резкого «взлета» общего объема промышленного производства во время «скачка». Первое время в продукцию рисоочистительных, мукомольных, маслобойных и других предприятий первичной обработки сельскохозяйственной продукции полностью зачислялась стоимость сырья, что вело к повторному репродуцированию валовой стоимости продукции сельского хозяйства в стоимости продукции промышленности. После запрещения такой практики некоторые провинции пересмотрели свои отчетные данные, другие же перенесли эти указания на последующие действия, но не сочли нужным корректировать уже переданные в Центр сводки 9.
И ныне при оценках итогов работы сельской промышленности допускается значительный произвол. В зависимости от нужд момента и представлений местных руководителей та часть продукции промышленности коммун, которая идет на удовлетворение их нужд, может либо фигурировать в отчетах, либо опускаться. Системой государственного планирования сельская промышленность пока охвачена не полностью 10.
Промежуточное положение сельской индустрии делает ее таким самостоятельным блоком, который легко «переносится» из одного сектора экономики.в другой в зависимости от целей экономической политики. Вероятнее всего, что после «скачка» продукция промышленности коммун стала опять включаться в валовую продукцию сельского 8 Статистика промышленности. Ухань, 1960, с. 11. (На кит. яз.).
9 Многие китайские экономисты писали, что из-за зачисления предприятий коммун данные по промышленности стали ненадежными (см., например: Су Дуцзу. К вопросу о методах подсчета валовой продукции местпой промышленности и сельского хозяйства. — Тунцзи яньцзю, 1958, № 8; Гао Юнъшэн. Проблемы подсчета валовой продукции местной промышленности и сельскохозяйственного производства. — Тунцзи яньцзю, 1958. № 5).
10 В уезде Уси провинции Цзянсу, считающемся показательным, в 1975 г. промышленность коммун и бригад примерно па 80% включалась в государственные или местные планы (Хунци, 1975, № 10, с. 29).
98


хозяйства, что и способствовало частично таким высоким темпам ее роста (7—10% в год), которые были отмечены в 1966—1967 гг., а также в 1970 и 1973 гг.11 Расчеты, базирующиеся на китайских данных, дают основание предполагать, что в 1970 г. подразделение «сельская промышленность» вновь было отнесено к сектору промышленности, а ’в 1976 г. еще раз возвращено сельскому хозяйству. Объем производства сельской промышленности в 1977 г. составил 39,1 млрд, юаней12. Доля сельской промышленности в общей продукции сельского хозяйства в 1976 г. равнялась 23,1% 13, а к 1977—1978 гг. увеличилась до 30%. Если бы эта продукция причислялась к общему промышленному производству, ее доля была бы равна примерно 10% (уровень 1959 г.).
Не менее сложно обстоит дело и с отграничением промышленности от строительства, транспорта и торговли. Поскольку финансово самостоятельное предприятие зачисляется в ту или иную отрасль в зависимости от преобладающего вида деятельности, все виды работ, выполняемых промышленным предприятием, включая установку оборудования, строительство новых цехов, продажу изделий и их доставку потребителям, учитываются в рамках промышленного производства14. Доля этих работ непромышленного характера по мере насаждения курса «опоры на собственные силы» должна была возрасти.
Это завышение промышленного производства частично компенсируется тем, что промышленная деятельность транспортных, строительных и других организаций также не рассматривается отдельно от их профилирующих работ. Однако «престижность» промышленности по сравнению с другими отраслями столь высока, что предприятие, имея возможность выбора, наверняка предпочитает статут промышленной единицы.
Среди зарубежных ученых-синологов широко распространена версия о том, что, по китайским понятиям, категория промышленности охватывает и транспортную 11 Экономика КНР: возможности и реальность. М., 1976, с. 72.
12 ИБАС, № 6383, 1978, 6 дек.
13 Точнее говорится о доле в валовом доходе хозяйства трех звеньев (ИБАС, № 6059, 1978, 16 янв.).
14 Статистика промышленности, с. И.
7*
99


деятельность 15. Показательно, что при редких до сих пор упоминаниях показателей валовой продукции транспорт никогда отдельно не выделялся 16. Возможность расширительного толкования понятия «промышленность» подтверждается и некоторыми современными «обмолвками» китайской прессы 17.
Оценки валовой продукции промышленности КНР требуют соответствующих оговорок относительно системы цен. Объем валовой продукции исчисляется по оптовым ценам предприятия. В годы первой пятилетки цены на новую продукцию назначались на основе себестоимости опытных образцов, что приводило к очень высоким ценам на начальном этапе производства 18.
Завышение цен происходит также из-за особенностей калькуляции себестоимости, в которую нередко включают расходы на социальные нужды (в том числе, должно быть, и на жилищное строительство), премии и все траты, связанные с дополнительными поручениями местных властей 19.
15 Еще в 1960 г. Фредерик Коун писал о том, что «современная промышленность включает заводы, шахты, строительство и современный транспорт» (Cone F. М. Chinese Industrial Growth: Overall Level ef Investment and Its Relation to General Growth Rate. Santa Monica, 1969, p. V). По мнению Сигэру Исикава, в китайскую концепцию «промышленности» входит и водный транспорт (Ishikawa Shigeru. Prospects of the Chinese Economy, Trends and Cycles. — Pacific Community, 1973, v. 4, № 2, p. 252). Роберт Филд пришел к выводу о том, что под промышленным имеется в виду все несельскохозяйственное производство (Field R. М. Some Overlooked National Product Data. — The China Quarterly, 1974, N 39, p. 584).
16 Так обстояло дело с цифрой 90 млрд, долл., приведенной в интервью Чжоу Эньлая Эдгару Сноу (New Republic, 1971, 27 March, р. 20). Точно так же (без выделения транспорта) преподнесены абсолютные показатели в материалах второй сессии ВСНП пятого созыва (Жэньминь жибао, 1979, 30 июня).
17 Газета «Гуанмин жибао» писала, например: «В тяжелой промышленности надо прежде всего развивать угольную промышленность, электроэнергетическую, нефтяную, транспорт и промышленность строительных материалов» (Гуанмин жибао, 1979, 12 мая). Есть и другие аналогичные перечни.
18 Широко известен пример с ценой на дизель мощностью 6000 кВт шанхайского производства, который вначале (в 1955 г.) стоил 1320 тыс. юаней, а уже на следующий год — только 380 тыс. (Цзинцзи яньцзю, 1957, № 3, с. 66).
19 Гуанмин жибао, 1979, 24 марта; Цзинцзи гуаньли, 1979, № 5.
100


По решению Государственного статистического управления, начиная с 1958 г. в основу исходной цены была положена себестоимость серийной продукции первого месяца или первого квартала ее изготовления. Цены на новые изделия оставались очень высокими.
По мере развития промышленности в движении оптовых цен наблюдался двоякий процесс: цены на старую продукцию снижались, вместе с тем ежегодно номенклатура продукции расширялась, выпуск новой, более дорогой продукции способствовал повышению среднего уровня цен. Только в очень немногих видах производства оптовые цены должны были снизиться по сравнению с 50-ми годами (приводились сообщения о снижении цен на химические продукты, некоторые виды изделий сельскохозяйственного машиностроения).
Официальная пресса зафиксировала только два случая изменений базы постоянных цен. Сначала они были установлены на основе цен IV квартала 1952 г., а затем — на 1 января 1957 г. Валовая продукция, исчисленная в ценах 1957 г., оказалась на 10,2% ниже итога в постоянных ценах 1952 г. Однако только на 70% номенклатурной продукции (около 7 тыс. видов) цены были установлены Государственным статистическим управлением и распространялись на всю страну20.
Разрушение системы стандартизации и строительство множества мелких предприятий в 1958—1960 гг. привело к хаосу в системе ценообразования. Некоторые косвенные данные говорят о том, что в самом начале выхода из кризисной ситуации в 1963—1964 гг. было произведено некоторое упорядочение цен21.
«Культурная революция» внесла новую неразбериху в систему ценообразования. Ревкомы получили право устанавливать цены на продукцию подчиненных им предприятий без согласования с центральными организациями. В настоящее время подвергаются критике явления произвольного установления цен на местах, а также практика тех предприятий, которые с целью уменьшения 20 Cheng Nai-Ruenn. Chinese Economic Statistics. Chicago, 1967, p. 38.
21 Весьма показательно в этом плане проведение денежной реформы, о которой газета «Жэньминь жибао» объявила 14 апреля 1964 г.
101


убытков завышали стоимость продукции 22. Вероятно, и сейчас, пока не приступили к реформе ценообразования, государственный контроль распространяется только на цены особо важных видов продукции.
Все статистические материалы по промышленности КНР можно разбить на три группы: 1) данные периода восстановления и первой пятилетки (1949—1957); 2) данные периода «большого скачка» (1958—1960); 3) данные 60-х и 70-х годов.
Наиболее полные материалы имеются в статистических изданиях до 1960 г., к которым относятся справочник «Великое десятилетие», сборник «Настоящее и прошлое металлургической, электроэнергетической, угольной, машиностроительной, текстильной, бумажной отраслей промышленности в нашей стране» (Пекин, 1958), отчеты о выполнении первой пятилетки; работы китайских экономистов 23.
Китайские данные первых лет существования КНР нельзя рассматривать как строго достоверные, учитывая трудности начального этапа формирования статистической и плановой системы, отсутствие должных знаний и навыков. В машиностроении, например, 18,5% предприятий поставляли в начале первой пятилетки статистические данные, официально признанные недоброкачественными24. Обследование 232 предприятий провинции Ляонин в 1954 г. обнаружило 14 321 случай бухгалтерских 22 Жэньминь жибао, 1978, 26 июня.
23 Небольшое число авторских монографий (Цзэн Вэнъцзин. Социалистическая индустриализация Китая. М., 1959; Ню Чжун,- хуан. Пути социалистической индустриализации Китая. Пекин, 1958. На кит. яз.; и др.), серия коллективных работ по экономической географии крупных экономических районов (часть этих монографий была переведена на русский язык), учебные пособия по экономике промышленности, статистике промышленности, планированию народного хозяйства и экономической географии КНР, подготовленные сотрудниками Пекинского и Народного (Пекин) университетов; статьи в периодических изданиях: «Тунцзи гунцзо» («Статистическая работа»), «Тунцзи яньцзю» («Статистические исследования»), «Цзинцзи яньцзю» («Экономические исследования»), «Цзихуа цзинцзи» («Плановое хозяйство»), «Цзихуа юй тунцзи» («План и статистика») и в некоторых коллективных работах советских и китайских ученых (см., например: Проблемы развития экономики Китайской Народной Республики. М., 1958).
24 Цзисе гунъе, 1955, № 1, с. 8—10.
102


ошибок, из них 708 случаев особо серьезных. В 476 случаях ошибки классифицировались как намеренная фальсификация, половина всех ошибок была допущена по небрежности 25. Государственный административный совет вынужден был принять постановление о наказании за фальшивую статистику26. Особенные сомнения вызывают показатели 1949—1952 гг., рассчитанные ретроспективно от 1953—1954 гг.
Тем не менее на фоне скудной статистической информации в целом период до 1957 г. выглядит как наиболее благополучный. Перепроверка цифрового материала тех лет с использованием различной методологии счета дала неплохие результаты.
Иначе обстоит дело с периодом «большого скачка», когда статистическая служба КНР практически была выведена из строя. Искажения были обусловлены как объективными обстоятельствами, так и субъективными намерениями (учет промышленности коммун, о чем говорилось выше, высокая себестоимость продукции на этих предприятиях, отсутствие службы контроля за качеством, учет незавершенного производства и внутризаводского оборота, прямые приписки). Огромное количество произведенной продукции не получило общественного признания из- за низкого качества и необеспеченности потребителями и фактически «выбыло» из процесса воспроизводства. Стоимостные оценки промышленного производства тех лет сохраняют значение показателей объема затраченного труда, но потеряли всякий смысл суммарного итога количества произведенных благ 27.
Несмотря на их «астрономичность», от цифр «скачка» не стоит полностью абстрагироваться, хотя надо иметь в виду, что они свидетельствуют не о действительном росте китайской промышленности в эти годы, а о ее временном искусственном «разбухании» в результате маоистских экспериментов. В связи с тем, что за тремя годами подъема последовали два года спада, с позиций 20-летней давности целесообразно анализировать динамику промышленного роста, учитывая не только три года собст- 25 Сипьхуа юэбао, 1955, № 4, с. 149.
26 Тунцзи гунцзо, 1957, № 21, с. 9 (доклад Сюэ Муцяо на VI Всекитайской статистической конференции).
27 Как сейчас говорят, такие изделия имеют не потребительную стоимость, а только «статистическую» стоимость (Жэньминь Жибао, 1979, 20 окт.).
103


веяно «скачка», но весь период сорванного им второго пятилетнего плана. Цифры «большого скачка» подспудно присутствовали и в китайских калькуляциях последующих лет как данные «рекордного уровня в прошлом»28.
С 1961 г. статистические данные сводного характера попали в разряд секретных сведений, обнародование которых было запрещено и рассматривалось как «угроза» обороноспособности страны. На первых порах эта «таинственность» объяснялась отсутствием более или менее надежной статистической информации из-за развала статистических служб, а затем превратилась в удобное средство маскировки просчетов в экономической политике. В периоды относительно благополучного хозяйственного развития (1963—1966 и 1971 — 1975 гг.) экономические темы становились более популярными, однако по-прежнему преобладали отрывочные сведения и относительные показатели, сравнение с различными датами в прошлом. В результате на экономической карте Китая образовалось множество «белых пятен», которые синологи стали заполнять по мере возможности экспертными оценками.
После 1960 г. валовая продукция промышленности оценивалась различными экспертами на основании отрывочных сообщений китайской прессы как по стране в целом, так и по отдельным отраслям и регионам. Единственный раз абсолютный показатель «вала» промышленности и транспорта был приведен в интервью Чжоу Эньлая Эдгару Сноу в начале 1971 г. — 90 млрд, долл.29 Эта цифра дает представление о величине объема промышленного производства, но малопригодна для каких-либо расчетов ввиду ее явно округленного характера и неясности в отношении принятого коэффициента перевода юаней в доллары (по курсу 1 долл. = 2,36 юаня это равно 212,4 млрд, юаней). Вполне возможно также, что она относилась не к 1970 г., а к 1969 г.
Только в 1979 г., т. е. спустя почти 20 лет после наложения «вето» на статистические публикации, в перечне статистических показателей, обнародованных на второй 28 Современная китайская печать полностью абстрагируется от «рекордов» «большого скачка». «Жэньминь жибао» отмечает (1979, 12 апр.): «... с начала создания государства в нашем экономическом строительстве было два периода развития высокими темпами: 1949—1957 и 1963—1966 гг.»
29 New Republic, 1971, 27 March, р. 20,
104


сессии ВСНП пятого созыва, были приведены абсолютные данные по валовой продукции промышленности.
В настоящее время о динамике промышленного роста можно судить по следующим данным.
1. Данные сравнительного характера за большие промежутки времени: сообщалось о 19-кратном росте в 1970 г. по сравнению с 1949 г., о росте тяжелой промышленности за те же годы в 38 раз и легкой — в 11 раз, о росте валовой продукции промышленности в 1971 г. по сравнению с 1949 г. не менее чем в 20 раз30, о среднегодовом темпе роста промышленности за 28 лет существования КНР (1949—1977) — 13,5% (общий рост почти в 36 раз) и за 25 лет (1952-1977) - 11,2% 31.
На основании этих сообщений стоимость валовой продукции в 1970 г. составила 260,5 млрд, юаней32, а в 1977 г. — 486 млрд, юаней33.
2. Указания о росте за тот или иной отрезок времени: по данным журнала «Цзинцзи гуаньли», среднегодовой темп роста в 1958—1962 гг. равнялся 3,8%, в 1963— 1965 гг. — 18,7, в 1966—1976 гг. — 8,4% 34. По данным журнала «Хунци», среднегодовой прирост в период третьей пятилетки (1966—1970) составил 11,7%, а за период
четвертой пятилетки (1971—1975) —9,1% 35. По данным доклада Чжоу Эньлая на первой сессии ВСНП четвертого созыва, промышленное производство в 1964—1974 гг. увеличилось в 2,9 раза36.
30 Основные сведения по политической экономии. Шанхай, 1974, ч. 2, с. 102. (На кит. яз.); Поговорим о росте производства и режиме экономии. Шанхай, 1974, с. 7. (На кит. яз.); Peking Review, 1972, N 39, р. И—12.
31 Сюй Дисинь. Преодолеть влияние «левоуклонистских» взглядов, уверенно созидать социалистическую модернизацию. — Цзинцзи гуаньли, 1979, Кг 4, с. 21.
32 Поскольку полной идентичности показателей на 1970 г. не получается (по 19-кратному увеличению с 1949 г. — 266,4 млрд, юаней, по росту тяжелой и легкой промышленности— 254,9 млрд, юаней), мы взяли величину, среднюю между этими двумя цифрами. В таком случае легкая промышленность возросла в 11,4 раза (117,3 млрд, юаней), тяжелая—в 38,4 раза (143,2 млрд, юаней). Общий рост составил 18,6 раза.
33 При расчетах от 1949 г.; от базового 1952 г. — 487,8 млрд, юаней.
34 Цзинцзи гуаньли, 1979, № 6, с. 8—9.
35 Хунци, 1978, № 1, с. И.
36 Жэньминь жибао, 1975, 21 янв.
105


3. Сообщения о годовых Приростах: за 1964 г. — 15%, за 1966 г. - 20, за 1975 г. - 15,1% 37.
4. Абсолютные и относительные данные за 1976— 1978 гг.: 1976 г. — 325,8 млрд, юаней, 1977 г.— 372,8 млрд, (прирост за год—14,4%), 1978 г.—
423.1 млрд, юаней (прирост за год — 13,5%) 38.
Недостатки этих сведений — их неполнота и неясность в отношении системы цен. Расчеты, основанные на сравнениях с 1949 или 1952 г., предполагают использование стабильных цен 1952 г. До изменения цен в 1963 г. логично предположить использование цен 1957 г., после — цен 1963 г. Данные на отдельные годы получаются путем следующих арифметических операций:
— От показателя 1976 г. — 325,8 млрд, юаней —через прирост за 11 лет (1966—1976) на 242,84% (в среднем за год —8,4%) можно определить данные за 1965 г.—
134.2 млрд, юаней.
— По росту за третью пятилетку (173,89%, 11,7% в год) и четвертую пятилетку (154,57%, 9,1% в год) устанавливаются данные на 1970 г. — 233,4 млрд, и на 1975 г. — 360,8 млрд, юаней.
— Через прирост 1975 г. (15,1%) выясняются данные за 1974 г. — 313,4 млрд, юаней и от них — за 1964 г. (в 2,9 раза меньше) — 108,1 млрд, юаней и 1963 г. (прирост 15%) — 94 млрд, юаней.
— Данные за 1962 г. рассчитываются двумя способами, что дает разные величины. От показателя 1957 г. при увеличении за вторую пятилетку на 20,49% (3,8% в год) —84,8 млрд, юаней (в ценах 1957 г.). От данных за 1965 г. при увеличении за 1963—1965 гг. на 67,25% (18,7% в год)—80,2 млрд, юаней (в ценах 1963 г.) Отсюда следует, что в 1963 г. цены понизились на 5,4% 39.
Данные за 1963 г. перепроверяются путем расчетов по кустарной промышленности. Сообщалось о росте стоимости валовой продукции кустарной промышленности в 1963 г. в 4 раза по сравнению с 1949 г., т. е. с 3,24 млрд.
87 ИБАС, № 1740, 1965, 1 янв.; Жэньминь жибао, 1966, 31 дек.; Агентство Синьхуа, 1977, 25 окт.
88 Жэньминь жибао, 1979, 30 июня.
89 Это понижение было рассчитано нами еще в 1976 г. (Экономика КНР: возможности и реальность, с. 68). 106


до 12,96 млрд. Цены на продукцию кустарной промышленности снизились на 20% по сравнению с 1962 г.40 Если предположить, что это было снижение по сравнению с ценами 1957 г., то продукцию кустарной промышленности можно оценить в 9,31 млрд, юаней, а ее долю (от 94 млрд, юаней)—в 9,9%, что подтверждается сообщением китайской печати о том, что доля кустарной промышленности в общей стоимости промышленной продукции равнялась примерно 10% 41. Результаты расчетов представлены в табл. 2.
Индекс роста, рассчитанный в стабильных ценах 1952 г., оказывается несколько более высоким, чем при расчетах в ценах 1963 г. (за 15 лет — 1962—1977 — в первом случае общий рост составил 573,1% при среднегодовом темпе 12,3%, во втором случае — 464,8% при темпе 10,8%). Это явление в какой-то мере закономерное. Ученые, делавшие попытки рассчитать темпы экономического роста КНР в разной системе цен, пришли к выводу, что наиболее высокие показатели дает как раз использование неизменных цен 1952 г.42
Обращает на себя внимание очень сильное падение темпов промышленного роста в 1976 г., аналогичное — в 1967 г. (—10%). На наш взгляд, это объясняется не только ситуацией сложного года, но также «переносом» сельской индустрии из сферы промышленности в сферу сельского хозяйства. Этот вывод напрашивается также при анализе показателей валовой продукции сельского хозяйства. «Блок» сельской индустрии, согласно расчетам, равен следующим величинам: 1975 г. — 22,7 млрд, юаней, 1976 г. — 27,2, 1977 г. — 39,1, 1978 г. — 49,0 млрд, юаней 43.
Два варианта оценок валовой продукции промышленности на последние годы приведены в табл. 3.
40 An Economic Profile of Mainland China, Washington, 1967, v. 1, p. 273; Великое десятилетие, с. 83; Жэньминь жибао, 1963, 27 окт.
41 Жэньминь жибао, 1963, 27 окт.
42 Subramanian Swamy. The Performance of Chinese Economy. — China Report, 1974, v. X, N 5—6, p. 103.
43 На основании сообщения ИБАС, № 6383, 1978, 6 дек.
(39,1 млрд, юаней) и прироста за 1976 г. на 20% (ИБАС, № 6059, 1978, 16 янв.), за 1977 г. — 43,7 и за 1978 г.— 25,4% (Жэньминь жибао, 1979, 14 сент.).
107


Таблица 2. Динамика промышленного роста
Год
Млрд, юаней
% к предыдущему году
% к базисному году
В ценах 1952 г.
1949
14,02
...
100,0
1950
19,12
136,4
136,4
1951
26,35
137,8
187,9
1952
34,33
130,3
244,9
1953
44,70
130,2
318,8
1954
51,97
116,3
370,7
1955
54,87
105,6
391,4
1956
70,36
128,2
501,9
1957
78,39
111,4
559,1
В
ценах
1957 г.
1957
70,39
...
100,0
1958
117,0
166,2
166,2
1959
163,0
139,3
231,5
1960
193,2
118,5
274,5
1961
110,0
56,9
156,3
1962
84,8
77,1
120,5
В
ценах
1963 г.
1962
80,2
...
1963
94,0
117,2
1964
108,1
115,0
100,0
1965
134,2
124,1
124,1
1966
161,0
120,0
148,9
1967
144,9
90,0
134,0
1968
166,6
115,0
154,1
1969
197,8
118,7
183,0
1970
233,4
118,0
215,9
1971
267,5
110,5
238,6
1972
291,5
110,4
263,4
1973
326,5
110,3
290,6
1974
313,4
96,0
289,9
1975
360,8
115,1
333,8
1976
325,8
90,3
301,4
1977
372,8
114,4
344,9
1978
423,1
113,5
391,4
Источники
и примечания:
1949-1958 гг. -
Великое десятилетие, с.
76.
1959 г. —
Информационное сообщение о развитии народного хозайства
КНР в 1959 г. /На кит. i
яз. Пекин
, 1960, с.
1.
1960 г. —
Исходя из среднего прироста за 3 года
«скачка» в 4О°/о. —
Хунци, 1961, № 3-4, с. 19—25.
Среднегодовой прирост (или падение) за 1967—
■1969 гг. -
- авторские оценки
с учетом оценок других исследователей.
Среднегодовой прирост за
1971—1973 гг. — Chinese Economy Post Мао.
A compedium of Papers Submitted to the Joint
Economic Committee Con-
gress of the United States. 1978,
v. 1, р
. 242.
Остальные данные — см. пояснения
в тексте.
1Q8


Таблица 3. Объем промышленного производства с учетом и без учета сельйсой индустрии
Год
Промышленность без учета сельской индустрии
Промышленность с учетом сельской индустрии
Доля сельского сектора, %
млрд, юаней
% роста
млрд, юаней
% роста
1975
338,2
100,0
360,8
100,0
6,3
1976
325,8
96,4
353,0
97,8
7,7
1977
372,8
110,3
411,9
114,2
9,5
1978
423,1
125,1
472,1
130,8
10,4
Рассчитано по данным табл. 2 и сн.4в
Официальные данные об изменении структуры китайской промышленности имеются только в справочнике «Великое десятилетие», где рассматривается соотношение 13 укрупненных отраслей (в металлообработке выделяется отдельно машиностроение).
По всей видимости, в период «урегулирования» была продолжена работа по отраслевому анализу китайской промышленности. Об этом можно судить по некоторым материалам, публиковавшимся в экономических журналах. В частности, в журнале «Цзинцзи яньцзю» за 1963 г. была приведена подробная классификация отраслей с выделением 21 крупной отрасли и 260 видов производств и раскладкой их по категориям «легкая» и «тяжелая» промышленность, группа «А» и группа «Б»44.
Эта интересная методологическая работа не получила никакого теоретического продолжения и конкретного приложения.
В годы первой пятилетки китайская статистика осваивала понятия «производство средств производства» и «производство предметов потребления», а также «тяжелая» и «легкая» промышленность. Как известно, каждое отдельное предприятие может производить одновременно и средства производства, и предметы потребления, даже аналогичная продукция может быть использована либо в производственных целях, либо для удовлетворения потребительских нужд. Эти отличия касаются, естественно,
44 Цзинцзи яньцзю, 1963, Xs 4, с. 23,
109


и целых отраслей. Например, в предметы потребления входит топливо, предназначенное для потребительских нужд (около 16% общей добычи угля в КНР в 1952— 1971 гг.), часть продукции машиностроения (по некоторым расчетам, 7% в 1956 г. и 3% в 1971 г.45), определенная часть продукции химии. В то же время в годы первой пятилетки примерно 12—18% продукции текстильной промышленности использовалось в качестве средств производства46.
Для показа основных структурных изменений в промышленности в справочнике «Великое десятилетие» использованы показатели «средства производства» и «предметы потребления», при анализе распределения капиталовложений применено деление на легкую и тяжелую промышленность. Хаотичное состояние статистической службы после «большого скачка» заставило вновь поднять вопрос о том, насколько соотношение группы «А» и группы «Б» отражает соотношение между тяжелой и легкой промышленностью. В одной из интересных статей, посвященных этой проблеме, Ван Хуншэп писал: «Деление на производство средств производства и предметов потребления должно касаться всей промышленности. Критерий деления — конечное пазначепие продукции. Деление на тяжелую и легкую промышленность приложимо только к современной промышленности, кустарное производство целесообразно пе включать, деление идет по предприятиям. Первая классификация производится только по стоимости продукции, вторая — и по стоимости, и по фондам, и по числу занятых» 47. В приведенной классификации Ван Хуншэн показал необходимость детального статистического разграничения основных подразделений промышленности.
Китайская статистика в годы первой пятилетки вряд ли могла квалифицированно осуществить расчленение всей продукции на два подразделения. Показательно, что
45 Rawski Т. G. The Growth of Producer Industries. 1900—4971. — In: China’s Modern Economy in Historical Perspective. Stanford, Calif., 1975, p. 222.
48 Настоящее и прошлое металлургической, электроэнергетической, угольной, машиностроительной, текстильной, бумажной отраслей промышленности в пашей стране. Пекин, 1958, с. 165. (На кит. яз.).
47 Ван Хуншэн. Вопросы размежевания тяжелой и легкой про- мыщленностц. — Цзднцзц яньцзю, 1963, N° 4, с. 25.
НО


в работе издания 1974 г. для цифровой характеристики тяжелой и легкой промышленности даются те же величины, которые в справочнике «Великое десятилетие» определяли «производство средств производства» и «производство предметов потребления» В современной китайской экономической л;
понятия промышлен¬
ности группы «А^ и группы «В» цолностьр вытеснены понятиями легкой и тяжелой промышленности. Включение или исключение кустарной промышленности никак не оговаривается. Только в самое последнее время вновь стал ставиться вопрос о более четком разграничении первого и второго подразделений, тяжелой и легкой промышленности48 49. О соотношении тяжелой и легкой промышленности можно судить по данным табл. 4.
Общепринятые категории, характеризующие современные формы промышленности (фабрично-заводское, конвейерно-поточное и автоматизированное производство), в китайской литературе до сих пор почти не употреблялись и дифференциация современного производства не производилась. Современному производству противостоит так называемое традиционное, или простое, производство («ту шэнчань»), что в переводе на русский язык обозначает также «местное», «туземное» производство. В применении к Китаю до 1949 г. это деление основано на противопоставлении капиталистических форм промышленности, в значительной мере привнесенных в ходе проникновения иностранного капитала, докапиталистическим, т. е. существовавшим в Китае испокон веков (домашняя промышленность, ремесло и мануфактура). «Леворадикалы» неизменно относились к «современному» производству с большим предубеждением, усматривая в нем элементы «заимствования» у капиталистических и социалистических стран. Сторонники модерни-
48 Краткая география Китая. Шанхай, 1974, с. 247. (На кит. яз.). Приведены следующие данные за 1957 г.: сельское хозяйство — 43,5 %, тяжелая промышленность — 27,3, легкая — 29,2 % (внутри промышленности на тяжелую приходится 51,7, на легкую — 48,3%).
49 «Надо как следует изучать марксистскую теорию расширенного воспроизводства... Обычно тяжелая промышленность относится к первому, а сельское хозяйство и легкая — ко второму подразделению, но полностью их идентифицировать нельзя» (Вэй Гуан. К вопросу об урегулировании капитального строительства. — Хунци, 1979, № 6, с. 20).
111


Таблица 4. Соотношение тяжелой и легкой промышленности (в ценах 1952 г.)
Год
Тяжелая промышленность
Легкая промышленность
млрд, юаней
индекс роста
доля в промышленном производства
млрд, юаней
индекс роста
доля в промышленном производстве
1952
12,22
100,0
35,6
22,11
100,0
182,9
64,4
1957
37,94
310,5
48,4
40,45
51,6
1965
74,3
608,0
49,6
75,4
341,5
50,4
Ь1970
143,2
1171,8
55,0
117,3
530,5
45,0
, 1975
236,3
1933,7
58,7
166,4
752,6
41,3
Источники и примечания
Легкая промышленность: 1952—1957 гг. — Великов десятилетие, с. 76; 1965 г. — на основании сообщения китайской прессы о том, что в 1974 г. продукция легкой промышленности почти удвоилась по сравнению с 1965 г. и средний прирост за эти девять лет был вдвое выше, чем за предыдущие шестнадцать, при условии роста в 1973 г. в 13 раз по сравнению с 1949 г. и прироста в 1974 г. на уровне среднего прироста за 1965—1974 гг. (см.: Field. R. М. Civilian Industrial Production in the People’s Republic of China: 1949—1974. — In: China: a Reassessment of the Economy. Wash., 1975, p. 170); 1970 г. — на основании сообщения о росте с 1949 г. в И раз (Поговорим о росте производства и режиме экономии./ На кит. яз. Шанхай, 1974, с. 7); 1975 г. — исходя из данных 1974 г. при росте за год в 7,2%.
Тяжелая промышленность: 1952—1957 гг. — Великое десятилетие, с. 76. Данные за остальные годы исчислены, исходя из разницы между валовой продукцией промышленности в целом и легкой индустрии (по данным: Краткая география Китая, с. 247). Доля тяжелой промышленности в 1970 г. выше — 56,6%. Возможны расхождения из-за округлений, принятой базы цен, степени учета мелкого и кустарного производства.
зации Китая отдавали себе отчет в преимуществах «современного» производства и выступают сейчас против его примитивизации, т. е. подгонки под архаичные методы хозяйствования. Способ управления становится главным критерием разграничения «современного» (сложного) и «традиционного» (простого) производства. По существу, к несовременным формам промышленности можно отнести все кустарное производство, всю сельскую промышленность и подавляющее большинство мелких «уличных» предприятий.
До 1958 г. «традиционное» производство можно выделить как комбинацию мануфактурного и кустарного. Китайский термин «шоу гунъе» на русский язык можно 112


перевести и как «кустарное», и как «ремесленное» производство (дословно — ручное производство). Это понятие может употребляться в двух типах классификации — по социально-экономическим и технологическим признакам, и хотя они во многом совпадают, они не целиком перекрывают друг друга. Некоторые китайские авторы для их разграничения пытались ввести термин «гунчан шоу гунъе»50 (ремесленное производство фабричного типа, т. е. ремесленные предприятия некооперативного типа), но какого-либо распространения в литературе он не получил.
В статистическом справочнике «Великое десятилетие» в одной таблице (с. 14) в общем промышленном производстве выделено кустарное производство, в другой (с. 80) — приводятся данные о стоимости валовой продукции современной промышленности и ее доле в общем промышленном производстве страны. Поскольку величина «современного» производства меньше разницы между промышленным и кустарным производством, в первом присутствует необозначенное мануфактурное производство. «Промежуточное положение» мануфактурпого производства позволяет присоединять его либо к кустарному, либо к «современному» производству. Первая комбинация дает нам «несовременное», или «традиционное», производство, вторая идентична фабрично-заводскому сектору промышленности (часть предприятий имеет по существу мануфактурный характер). Для расчетов структуры промышленного производства до 1958 г. использовался показатель стоимости валовой продукции промышленности без кустарного производства.
После 1958 г. деление китайской промышленности на современную и мануфактурную было упразднено, а масштабы кустарного производства давались весьма приблизительно. В 1964 г., как говорилось выше, на него приходилось примерно 10% общего промышленного производства, что аналогично положению в 1957 г. В 1967— 1970 гг. о кустарной промышленности в печати почти не упоминалось; возможно, органы управления ею были упразднены, как во время «большого скачка». После 1970 г. вновь заговорили о кустарном производстве, но без каких-либо конкретных данных. По сообщению на
60 Цзинцзи яньцзю, 1958, № 5, с. 25.
8 Л. И. Молодцова 113


середину 1979 г., кустарная промышленность составляет более 10% от общего объема промышленной продукции, 40% объема продукции легкой промышленности, дает 14% всего экспорта и 80% экспортных изделий легкой промышленности51.
В китайской экономической литературе общепринята градация на крупное, среднее и мелкое производство в разных комбинациях этих понятий: либо каждое отдельно, либо крупное и среднее отдельно от мелкого, либо крупное отдельно от среднего и мелкого. Принципы деления остаются весьма неопределенными.
Государственный плановый комитет в свое время относил к крупным те предприятия, которые располагали 16 рабочими при наличии механической силы или более чем 31 рабочим при ее отсутствии52. Этот критерий был заимствован из практики советской статистики. Он был установлен в первые годы Советской власти в целях обособления «цензовых» предприятий, обязанных предоставлять отчетность органам государственной статистики. В настоящее время такое условие, очевидно, утратило смысл. Наиболее вероятная граница крупного производства — 500 рабочих53.
Однако категория крупного производства имеет в Китае не столько количественные, сколько качественные характеристики, которые варьируются в зависимости от общественной значимости определенного вида производства. В машиностроительной промышленности предприятие считается крупным, если на нем занято более 1000 человек, в текстильной — только предприятия с числом рабочих более 3000 человек54.
В разное время и с разными целями применялись и другие критерии оценки размеров предприятий. В учебном пособии по экономике промышленности использован 51 Жэньминь жибао, 1979, 19 июля.
62 Государственный плановый комитет. Краткая технологическая инструкция при составлении первого пятилетнего плана. Пекин, 1955, с. 2. (На кит. яз.).
53 Исходя из этого критерия в 1959 г. классифицировались предприятия легкой промышленности (Чжунго цингунъе, 1959, № 18, с. 33).
и Из 3200 государственных предприятий в Шанхае только 90 считаются крупными, 300 — средними и 2810 — мелкими (см.: Bettelheim Ch. Cultural Revolution and Industrial Organization in China. N. Y.; London, 1974, p. 46).
114


показатель объема производства в натуре. В угольной промышленности крупной считалась шахта с годовой добычей угля 600 тыс. т, средней — 300—600 тыс., мелкой — менее 300 тыс. т (сверхкрупная шахта — 900 тыс. т). В металлургической промышленности крупным называлось предприятие с годовой выплавкой стали более 1 млн. т, средним — 300 тыс.—1 млн., мелким — менее 300 тыс. т. В текстильной промышленности крупная фабрика — более 100 тыс. веретен, средняя — 50— 100 тыс., мелкая — менее 50 тыс.55 В последнем случае деление уже не по размерам производства, а по наличию основных фондов.
С этих позиций крупное производство оказывалось идентичным «сверхлимитным» предприятиям в капитальном строительстве, для которых устанавливались следующие рамки: в черной металлургии — комбинаты по 1 млн. т стали и более и заводы спецсталей на 300 тыс. т и более; в цветной металлургии — медеплавильные заводы па 25 тыс. т и алюминиевые — на 50 тыс. т; в химической промышленности — предприятия, перерабатывающие ежегодно по 1 млн. т угля, нефти или 100 тыс. т карбида кальция; заводы синтетической нефти из сланцев — па 500 тыс. т и из угля — 200 тыс. т; угольные бассейны с добычей более 10 млн. т; в электроэнергетике — ГЭС на 100 тыс. кВт и ТЭС на 200 тыс. кВт, высоковольтные системы на 220 тыс. в; в машиностроении — объекты стоимостью строительства более 500 млн. юаней56.
Перечисленные градации были установлены в 1958 г. До этого лимиты капитального строительства исходили только из размеров капиталовложений: в черную металлургию, автомобильную, тракторную, судостроительную и паровозо-вагоностроительную промышленность — 6 млн. юаней; в строительство электростанций, линий электропередач, подстанций; в угольную, нефтедобывающую и нефтеперерабатывающую промышленность, машиностроение (за исключением производства транспортного оборудования), в авторемонтные и судоремонтные
65 Пособие по экономике китайской промышленности. Пекин, 1959, ч. 1, с. 115. (На кит. яз.).
56 Сборник законодательных актов Китайской Народной Республики. Пекин, 1958, июль—декабрь, с. 104. (На кит. яз.). 8*
115


предприятия и текстильную промышленность (включая красильную) — 5 млн. юаней; в каучуковую, бумажную, сахарную, табачную и фармацевтическую — 4 млн. юаней; в производство керамических и фарфоровых изделий, пищевую промышленность (за исключением сахарной) и другие отрасли легкой промышленности — 3 млн. юаней57.
Американский экономист У Юаньли придерживался другой классификации: мелкие предприятия с годовой продукцией 50 млн. юаней, средние — 50—700 млн., крупные — 700—1500 млн., сверхкрупные — 1500— 4500 млн. юаней58. Его классификация касалась только предприятий «современного» типа.
Не имея строго определенных и последовательно соблюдаемых количественных рамок, мелкое производство является в условиях Китая не столько статистической, сколько общеэкономической категорией. К числу основных признаков мелкого производства можно отнести следующие:
1) сравнительно небольшое число занятых (хотя граница, отделяющая мелкомасштабное производство от среднемасштабного, весьма подвижная);
2) низкую фондоемкость и использование технически и морально устаревшего оборудования;
3) преобладание ручного труда над механизированным;
4) низкий профессиональный уровень подготовки рабочих, почти полное отсутствие специалистов с техническим образованием и среднего управленческого звена (бухгалтеры, инженеры, техники);
5) низкую производительность труда;
6) ограниченное число связей с центральным руководящим аппаратом (небольшое число директивных показателей, примитивную систему бухгалтерской отчетности, почти полное отсутствие возможности получения государственных средств на расширение производства и общегосударственного контроля за качеством продукции);
57 Ли Фучунь. О первом пятилетием плане развития народного хозяйства Китайской Народной Республики на 1953— 1957 гг. — Приложение к журналу «Народный Китай», 1955, № 17, с. И.
58 Wu Juan-li. The Spational Economy of Communist China. N. Y,; Wash., 1967, p. 227.
116


7) более низкую заработную плату и дискриминацию в области социального обеспечения;
8) зачастую сезонный характер труда.
В период первой пятилетки мелкие предприятия давали 25—30% всей промышленной продукции59. В ходе «большого скачка» промышленное производство сильно «измельчало». В 1960 г. доля мелких и средних предприятий была очень высокой: в общем объеме производства чугуна — более 50%, стали — свыше 33, угля — более 40, цемента—более 60% 60. Насаждение мелкого производства в тяжелой промышленности привело к резкому ухудшению качества продукции и значительному перерасходу сырья. Поскольку большая часть продукции не нашла применения, это оживление мелкого производства оказалось фиктивным.
Волна спада в период «урегулирования» вернула долю мелкого производства к нормальному в условиях Китая уровню 25—30%, а новый подъем в первой половине 70-х годов вновь уравнял долю крупного и среднего производства с мелким. По некоторым оценкам, в 1970 г. валовая продукция промышленности по предприятиям различных масштабов распределялась следующим образом: крупные — 27,5%, средние — 24,5, мелкие — 47% 61. В 1976 г., по китайским данным, на мелкие предприятия приходилось округленно 50% валовой промышленной продукции.
По сравнению с периодом «большого скачка» отраслевой состав мелкого производства значительно изменился. Участие в выплавке металлов уменьшилось к 1976 г. до 11%, в добыче угля — до 33% 62. Наиболее высок удельный вес мелких промышленных предприятий в химической индустрии (70% производства химических удобрений) и промышленности стройматериалов (около 60% производства цемента), причем если в металлургии и угольной промышленности доля мелкого производства в 70-х годах была довольно стабильной, то 59 Мелкие предприятия в 1952 г. дали различную продукцию на 10,9 млрд, юаней, в 1953 — на 13,9 млрд., в 1954 — на 14,8 млрд., в 1955 г. — на 14 млрд, юаней (Синьхуа баньюэкань, 1957, 25 янв., с. 58).
60 Жэньминь жибао, I960, 31 янв.
61 Bettelheim Ch. Op cit., р. 46.
62 China Reconstructs, 1977, N 7, p. 1^—21,
117


в производстве удобрений и цемента наблюдался неуклонный рост (в 1971 г. мелкое производство дало 40% цемента и только 43% химических удобрений) 63. Большую роль играет мелкое производство в сельскохозяйственном машиностроении и переработке сельскохозяйственной продукции.
Технический базис мелких предприятий неоднороден. В массе они уже имеют электрические двигатели, станкв и приспособления, однако городские «уличные» предпри ятия, работающие по заказам крупных предприятий, обладают, безусловно, лучшими возможностями для технических усовершенствований, чем предприятия коммун, особенно в районах, удаленных от больших городов.
Понятие «мелкое производство» постепенно становится все более аморфным. Уже сейчас наблюдаются попытки более дифференцированного подхода к этому определению; все более самостоятельное значение получает сектор сельской промышленности. По данным газеты «Жэньминь жибао», в сельской промышленности занято 17 млн. коммунаров, в 1977 г. уголь, добытый предприятиями коммун и бригад, составил 15% его общего валового производства в стране, железной руды — 7,3, строительных материалов (извести, песка, черепицы) — свыше 80%. В 1979 г. число запятых увеличилось до 28 млн. человек64.
Соотношение между различными типами предприятий китайской промышленности схематически представлено на стр. 119 (длина по горизонтали — примерная доля в валовой продукции).
В настоящее время сложности расчета структуры промышленности настолько велики, что такого рода попытки предпринимаются крайне редко. При скудости статистической информации единственный, на наш взгляд, приемлемый путь — сравнение по представительному продукту и использование некоторых прямых данных китайской прессы, которые были положены в основу наших расчетов (см. ниже). Результаты расчетов суммированы в табл. 5 и 6.
Уголь. По данным второй сессии ВСНП пятого созыва, добыча угля в Китае выросла в 1976—1978 гг.
63 Ibid.; Peking Review, 1971, N 3.
64 Жэньминь жибао, 1978, 4 ноября: Агентство Синьхуа, 1979, 8 июля.
118


Фабрично-заводские предприятия
Кустарные
Сельские
оП«Рак™™ЯпГОС,Л"РО,“""Й Кооперативные
Предприятия «современного» типа «Традиционного» типа
Крупные и средние пред- Мелкие
приятия
Центрального подчи- Предприятия «двойного и местного
нения подчинения»
с 483 млн. до 618 млн. т при росте в 1977 г. на 13,9% и в 1978 г. — на 12,4% 65. Эти данные выше сообщавшихся ранее о росте добычи угля за 28 лет (1949— 1977) в 16 раз и о достижении в 1977 г. рекордного уровня 500 млн. т66.
Если исходить из оценок добычи угля в 1964 г. в 209 млн. т и в 1965 г. в 235 млн. т и из китайских данных о приросте добычи угля за 1965—1970 гг. на 52,7%, а за 1964—1974 гг. — на 91% 67, то добыча угля в 1970 г. равнялась 360, а в 1974 г. — 400 млн. т.
На основании поквартальных данных о росте производства в 1976 г. (первый квартал — 13,7%, первое полугодие— 7,6, три квартала в целом — лишь 4,27%) 68, общий прирост за 1976 г. нами взят 6,2%. В таком случае добыча угля в 1975 г. равнялась 455 млн. т, а увеличение за год — 13,8%.
Нефть. По официальным данным, добыча нефти в 1976 г. равнялась 87 млн. т, в 1977 г. — 93,64 млн.,
65 Жэньминь жибао, 1979, 28 июня. Далее все цифры на эти годы по этому же источнику.
66 Peking Review, 1978, N 8, р. 5; Жэньминь жибао, 1978, 29 ноября.
67 Проблемы и противоречия индустриального развития КНР. М., 1974, с. 176; Мы идем вперед. Блестящие успехи в социалистическом строительстве нашей страны. Пекин, 1973, с. 33. (На кит. яз.); Жэньминь жибао, 1975, 21 янв.
68 Китайская Народная Республика в 1976 г. Политика, экономика, идеология. М., 1978, с. 111.
119


Таблица 5. Рост производства основных Видов промышленной продукции и продовольствия
1949 г.
1952 г.
1957 г.
Вид продукции, единица измерения
абсолютное производство
абсолютное производство
рост с
1949 г.
абсолют— !рост с ное про- 11952 г. изводство
Электроэнергия, млрд. кВт«ч Топливо (условное), млн. т Сталь, млн. т
Химические удобрения, млн. т Цемент, млн. т
Лесоматериалы, млн. м3 Бумага, млн. т Хлопчатобумажные ткани, млрд, м
Продовольствие, млн. т *
4,31
7,26
1,68
19,34
2,66
32,6
67,1
2,06
132,1
1,97
0,158
1,349
18,5
5,35
3,97
0,027
0,181
6,7
0,631
3,49
0,66
2,86
4,33
6,86
2,4
5,67
11,2
1,98
27,87
2,49
0,228
0,539
2,36
1,221
1,6
1,89
3,83
2,03
5,05
1,32
134,0
155,0
1,16
175,0
1,13
* Кроме 1949 г. данные на год раньше указанного.
Таблица 6. Методика подсчета валовой продукции отраслей промышленности
Отрасль
1949 г.
1952 г.
1957 г.
А
А
Б
к
А
Б
к
Промышленность в целом
10,78
27,02


65,02

Электроэнергетика
0,26
0,43
1,94
0,22
1,11
1,15
0,96
Топливная
0,41
1,03
0,84
1,22
2,67
2,02
1,32
Черная металлургия
0,19
1,38
1,61
0,86
5,2
5,48
0,95
Цветная металлургия
0,08
0,3
...
2,4
...
Металлообработка
0,73
2,86
10,53
...
в том числе машиностроение
0,29
1,4
...
...
6,18
...
...
Химия
0,16
0,86
1,09
0,77
4,29
3,02
1,42
Производство стройматериалов
0,12
0,62
0,52
1,2
1,63
1,49
1,1
Лесная и деревообрабатывающая
0,74
1,22
1,47
0,83
1,95
3,03
0,64
Бумажная
0,14
0,65
0,33
2,0
1,69
1,47
1,15
Текстильная
3,98
8,03
8,08
1,0
12,42
10,06
1,17
Пищевая
2,54
6,11
2,94
2,1
13,26
6,9
1,9
Промышленность культтоваров и художественно-прикладных изделий
0,32
0,57
1,37
Прочие
1,11
3,0
6,5
А — принятый объем валовой продукции, млрд, юаней (1949
—1957 гг. — официаль
Б — объем валовой продукции по росту представительного продукта, К — коэффициент А : Б.
, млрд.
120


1965 г.
1970 г.
1975 г.
1978 г.
абсолютное производство
рост с
1957 г.
абсолютное производство
рост с
1965 г.
абсолютное производство
рост с \1970 г.
абсолютное производство
рост с
1975 г.
55,0
2,84
109,4
1,99
188,0
1,72
256,5
1,36
248,0
1,88
429,1
1,73
621,2
1,45
856,2
1,38
12,17
2,27
18,0
1,48
24,0
1,33
31,8
1,33
6,7
10,6
9,5
1,42
23,8
2,51
42,2
1,77
12,5
1,82
25,0
2,0
44,1
1,76
65,2
1,48
35,0
1,26
43,0
1,23
49,0
1,14
51,6
1,05
1,31
1,07
2,2
1,68
3,6
1,64
4,4
1,22
6,3
1,25
7,3
1,16
9,7
1,33
11,03
1,14
195,0
1,11
218,0
1,12
249,0
1,14
283,0
1,14
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1978 г.
А
Б
к
А
Б
к
А
Б
к
А
Б
к
149,8
260,5
402,7
551,6
2,84
3,15
0,9
5,1
5,6
0,9
7,89
8,77
0,9
9,66
10,7
0,9
6,53
5,02
; 1,3
13,56
11,3
1,2
21,63
19,66
1,1
32,8
29,85
1,1
11,08
11,8
1,0
16,4
16,4
1,0
19,62
21,8
0,9
23,5
26,1
0,9
6,0
...
7,8
...
10,1
...
13,8
...
39,4
78,8
...
...
127,4
...
•..
164,6
...
...
10,46
45,47 0,23
17,8
14,85 1,2
40,2
44,68 0,9
56,9
71,15
0,8
3,27
2,97
1,1
7,19
6,54
1,1
12,65
12,65
1,0
18,7
18,7
1,0
2,2
2,46
> 0,9
2,42
2,42
; 1,0
2,76
2,76
1,0
2,9
2,9
1,0
2,17
1,8
1,2
4,4
3,65
1,2
8,66
7,2
1,2
11,6
10,56
1,1
21,0
15,53
1 1,35
31,67
24,36
; 1,3
48,4
42,12
: 1,15
63,45
55,18
1,15
25,02
14,7
1,7
47,63
28,02
: 1,7
65,16
54,3
1,2
89,14
74,28
1,2
3,5
...
...
5,2
...
7,2
...
.. .
11,0
16,33
...
...
22,53
...
...
31,03
...
53,5
...
.. •
ные цифры, остальные исчислены (по коэффициенту К и показателю Б); юаней;
121


в 1978 г. — 104,05 млн. т. Если исходить из роста добычи в 1976 г. на 13% 69, то добыча в 1975 г. составила 77 млн. т. Ретроспективный подсчет от этой величины при среднегодовых темпах, упоминавшихся в китайской печати (1971 г.-28,6%, 1972 г. - 16, 1973 г. - 17, 1974 г. — 20 и 1975 г.— 13%), приводит к оценке 1970 г. 32,5 млн. т.
Показатель за 1965 г. рассчитывается на основании двух сообщений: о росте добычи нефти за 1949—1965 гг. в 94 раза и об увеличении в 1965—1974 гг. в 6 раз70. Итог—11,4 млн. т. В данном случае китайские данные хорошо согласуются. Однако такое согласование наблюдается далеко не всегда. Например, на 1969 г. получаются две цифры: от сообщения о приросте за 1965— 1969 гг. на 88% —21,4 млн. т, от прироста в 1970 г. на 40,9% —23,1 млн. т. Этот уровень производства 21 — 23 млн. т наводит на мысль о том, что приведенная Чжоу Эньлаем в его интервью Эдгару Сноу цифра 20 млн. т71 относилась как раз к 1969, а не 1970 г.
Электроэнергия. По официальным данным, производство электроэнергии в последние годы было следующим: в 1976 г. — 203 млрд. кВт-ч, в 1977 г. — 223,4 млрд., в 1978 г. — 256,53 млрд. кВт-ч. Эти цифры хорошо коррелируются с оценкой производства электроэнергии в 1974 г. 165 млрд. кВт-ч, полученной на основе различных данных китайской прессы72. При предполагаемом приросте производства электроэнергии в 1975 г. в 14% его можно оценить в 188 млрд. кВт-ч.
Названные показатели значительно выше тех, которые были до сих пор приняты большинством исследователей, и требуют уточнения отдельных исходных данных: либо показатели числа часов работы электростанций находятся на достаточно высоком уровне, либо мощности выше принимавшихся нами рацее. Возможно также, что китайские данные по электроэнергии составлены исходя из максимального теоретического расчета 69 Жэньминь жибао, 1977. 6 янв.
70 Жэньминь жибао, 1978, 3 мая; ИБАС, № 4868, 1974, 20 сент.; № 4957, 1975, 3 янв.
71 Мы идем вперед..., с. 46; New Republic, 1971, 27 March.
72 Подробный расчет см.: Экономика КНР: возможности и реальность, с. 100,
12?


возможной выработки всех имеющихся мощностей ?3.
Сталь. Выплавка стали составила в 1976 г. 20,46 млн. т, в 1977 г. — 23,74 млн., в 4978 г. — 31,78 млн. т.
Данные за 1965 г. определяются на основании сообщения об увеличении выплавки стали в 1949—1965 гг. в 77 раз73 74 (12,2 млн. т). На 1970 г. может быть принята цифра 18 млн. т из упоминавшегося интервью Чжоу Эньлая75, хотя по аналогии с нефтедобычей эта цифра скорее относится к 1969, чем к 1970 г. На основании сообщения об удвоении выплавки стали в 1965—
1973 гг.76, в 1973 г. было произведено 24,4 млн. т, на последующие два года приблизительная раскладка такая: в 1974 г. — 23 млн., в 1975 г. — 24 млн. т.
При среднегодовом темпе роста в 1971—1976 гг. 12% (на уровне 1971 —1972 гг., таков, вероятно, был запланированный рост черной металлургии на четвертую пятилетку) выплавка стали могла удвоиться и достичь 36 млн. т, а в общей сложности в эти годы могло быть выплавлено 95,5 млн. т, или на 28 млн. т больше, чем оказалось в действительности77.
Цемент. Есть данные на 1977 г. — 55,65 млн. т и на 1978 г. — 65,24 млн. т. Ранее сообщалось о росте производства цемента в 50 раз в 1974 г. по сравнению с 1949 г.78 Исходя из этих данных, производство в 1974 г. составило 33 млн. т. Наши примерные оценки на
1974 г. — 35 млн., на 1975 г. — 44,1 млн., на 1976 г. — 47,6 млн. т.
Объем лесозаготовок в 1977 г. равнялся 49,67 млн. м3, в 1978 г. — 51,62 млн. м3. Если придерживаться сообщения о росте этого объема в 1975 г. в 5,2 раза по сравнению с первыми годами после освобождения79, то при-
73 Ванин В., Морозов А. Новые данные о китайской экономике. — Экономическая газета, 1979, № 31, с. 21.
74 Жэньминь жибао, 1978, 3 мая.
75 New Republic, 1971, 27 March, р. 20.
76 Peking Review, 1974, N 1, p. 21.
77 О «потере» 28 млн. т. говорил на сессии ВСНП 1978 г. Хуа Гофэн (см.: I сессия Всекитайского собрания народных представителей Китайской Народной Республики пятого созыва: Документы. Пекин, 1978, с. 16. (На кит. яз.).
78 China Foreign Trade, 1976, N 1, р. 5.
п Китайская Народная Республика в 1975 г. Политика, экономика, идеология. М., 1978, с. 135.
123


Мёрно такой же объем был достигнут в конце четвертой пятилетки. На остальные годы приняты следующие оценки: 1965 г. — 35 млн. м3, 1970 г. — 43 млн.80,
1975 г. — 49 млн. м3.
В качестве представительного продукта для химической промышленности мы берем химические удобрения. В 1978 г. было произведено 42,2 млн. т, а в 1977 г. — 35,1 млн. т (при том же проценте роста, что и при исчислении в чистом веществе). Ранее опубликованные данные позволяют выйти на следующий ряд цифр81: 1965 г. — 6,7 млн. т, 1970 г. — 9,5 млн., 1975 г. — 23,8 млн. т.
До 1957 г. коэффициент опережения валовой продукции химии по сравнению с ростом производства химических удобрений равнялся 1,22 (валовая продукция выросла в 28,6 раза, а выпуск удобрений — в 23,37 раза82). В 1963 г. эта «логика» развития была сломана. По китайским данным, валовая продукция отрасли была в 40 с лишним раз больше, чем в 1949 г.83, в то время как производство химических удобрений увеличилось в 100 раз 84. Это можно объяснить, на наш взгляд, только очень серьезным пересмотром цен в сторону понижения.
В книге «Краткая география Китая» были приведены следующие индексы роста продукции машиностроения: 1952 г. - 100, 1957 г. - 470, 1965 г. - 1692, 1972 г. - 6423,685. Исходя из данных справочника «Великое десятилетие», стоимость валовой продукции машиностроения в 1952 г. равнялась 1,4 млрд, юаней, следовательно, в 1957 г. — 6,58 млрд.86, в 1965 г. — 23,69 млрд., в 1972 г. — 89,9 млрд, юаней. Две последние цифры, очевидно, включают металлообработку.
Если исходить из сообщения о том, что среднегодовой 80 Проблемы и противоречия индустриального развития КНР, с. 176; Промышленность КНР. М., 1979, с. 202.
81 Проблемы Дальнего Востока, 1978, № 2, с. 35. Главные сообщения о росте в 1970 г. в 15 раз по сравнению с 1957 г., а в 1970—1975 гг. — в 2,5 раза.
82 Великое десятилетие, с. 81, 86.
83 Жэньминь жибао, 1964, 25 сент.
84 От цифры 2,7 млн. т (1963 г.).
85 Краткая география Китая, с. 281.
86 По структуре промышленности на 1957 г. получается 6,18 млрд, юаней, по это только по современной промышленности.
124


темп роста машиностроения за 20 лет (до 1975 г.) превысил 20% 87, валовая продукция в 1975 г. достигла по крайней мере 135 млрд, юаней.
Динамика производства хлопчатобумажных тканей, на основании прямых и косвенных китайских данных, такова: 1950 г. — 2,5 млрд, м2, 1955 г. — 4,4 млрд., 1960 г. — 6 млрд., 1965 г. — 6,3 млрд., 1970 г. — 7,3 млрд.88, 1975 г. — 9,7 млрд.89 90, 1977 г. — 10,15 млрд., 1978 г. — 11,03 млрд. м2.
Кроме того, могут быть приняты в расчет следующие сообщения: валовая продукция промышленности в 1973 г. выросла в 6 раз по сравнению с 1949 г.; с 1950 по 1977 г. валовая продукция текстильной промышленности Шанхая выросла в 6 раз, и это составляет 24% объема производства всей отрасли", на текстильную промышленность приходится 7э валовой промышленной продукции страны91.
Для расчетов динамики пищевой промышленности основополагающими являются показатели производства продовольствия, причем для расчетов были взяты данные предыдущего года: 1949 г. — 134 млн. т, 1951 г. — 155 млн., 1956 г. — 175 млн., 1964 г. — 195 млн., 1969 г. — 218 млн., 1974 г. — 249 млн. т92. На 1977 г. официальная китайская цифра — 283 млн. т.
Принято во внимание также сообщение о том, что продукция легкой промышленности (без текстильной) составляет более 7s общей стоимости промышленной продукции 93.
Результаты расчетов структуры промышленности КНР и динамика роста основных отраслей представлены в табл. 7 и 8.
87 ИБАС, № 5286, 4975, 5 дек.
88 Экономика КНР: возможности и реальность, с. 114.
89 Исходя из данных 1974 г. (9,5 млрд, м2) и сообщения о росте с 1949 г. в 5 раз (China Foreign Trade, 1975, N 2, р. 5).
90 Ibid.; Peking Review, 1978, N 37, p. 9. В 1959 г. стоимость валовой продукции текстильной промышленности Шанхая равнялась 2,2 млрд, юаней (1949 г.— 2 млрд, юаней. — Цзефан жибао, 1959, 30 сент.). Прирост валовой продукции текстильной промышленности в 1978 г. составил 16% (ИБАС, № 6395, 1978, 18 дек.).
91 Чжунго циннянь бао, 1979, 10 июня.
92 Экономика КНР: возможности и реальность, с. 145.
93 Жэньминь жибао, 1978, 18 июня.
125


Таблица 7. Структура промышленности
Отрасль
1949 г.
1952 г.
1957т.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1978 г.
Электроэнергетика
2,4
1,6
1,7
1,9
2,0
2,0
1,8
Топливная промышленность
3,8
3,8
4,1
4,4
5,2
5,4
5,9
Черная металлургия
1,8
5,1
8,0
7,4
6,3
4,9
4,3
Цветная металлургия
0,7
1,1
3,7
4,0
3,0
2,5
2,5
Металлообработка
6,8
10,6
16,2
26,3
30,2
31,6
29,8
В том числе машиностроение
2,7
5,2
9,5
. . .
...
10,3
Химия
1,5
3,2
6,6
7,0
6,8
10,0
Производство строймате-
1,1
2,3
2,5
2,2
2,8
3,1
3,4
риалов
Лесная и деревообрабатывающая промышленность
6,9
4,5
3,0
1,3
0,9
0,7
0,5
Бумажная промышленность
1,3
2,4
2,6
1,5
1,7
2,1
2,1
Текстильная
36,9
29,7
19,1
14,0
12,2
12,0
11,5
Пищевая
23,6
22,6
20,4
16,7
18,3
16,2
16,2
Промышленность культ-
3,0
2,1
2,1
2,3
2,0
1,8
2,0
9,7
10,2
11,0
10,0
11,0
8,6
7,7
товаров и художественноприкладных изделий Прочие
Рассчитано по данным табл. 1,
4.
2. Сдвиги в отраслевой структуре промышленности
Наиболее существенные изменения в структуре промышленности КНР произошли до 1957 г., когда был взят курс на ускоренную индустриализацию, на создание целостной промышленной системы на основе преимущественного роста отраслей тяжелой промышленности при широком сотрудничестве с другими социалистическими странами, в первую очередь с Советским Союзом. После 1957 г. на темпы и пропорции промышленного развития Китая негативное влияние оказало свертывание экономических отношений со странами социалистического содружества, растущая милитаризация, тяжелое продовольственное положение страны, острая борьба внутри китайского руководства по вопросам экономической стратегии.
126


Таблица 8. Динамика роста основных отраслей промышленности
Рассчитано по данным табл.
137


Политику стимулирования развития промышленности в первые годы достаточно точно характеризуют данные о распределении капиталовложений. В 1949—1957 гг. капиталовложения в промышленность составили 26,7 млрд, юаней, или 45% общих капиталовложений в народное хозяйство, в сельское и лесное хозяйство было направлено 8,7%; тяжелая промышленность поглотила 84,5% всех капиталовложений в промышленное производство94.
Массированные капиталовложения в промышленность при высоком проценте их освоения (около 80%) привели к быстрому промышленному росту. За пять лет первой пятилетки объем промышленного производства вырос в 2,28 раза при среднегодовом темпе 18%. Темпы роста промышленности в 4 раза обгоняли темпы роста сельского хозяйства. Это определило значительное повышение удельного веса промышленности в общем объеме промышленной и сельскохозяйственной продукции (с30% в 1949 г. до41,5 —в1952 г. и 56,5% в 1957г.)95.
Однако по годам промышленный рост был нестабильным. Четко прослеживается воздействие социальных преобразований, состояния сельскохозяйственного производства. Например, после сбора хороших урожаев в 1952 и 1955 гг. объем валовой продукции промышленности (включая кустарное производство) увеличился по сравнению с предыдущим годом на 30,1%, а в 1956 г. — на 28,2%. Сыграли роль такие факторы, как создание государственного сектора и введение плановых начал в развитие экономики, увеличение занятости, а также некоторый рост производительности труда. В 1955 и 1957 гг. темпы роста были, напротив, очень низкими (5,6 и 4%), что объяснялось неурожаями предыдущих лет и издержками поспешно проведенных социальных и хозяйственных перестроек.
Главной тенденцией макроструктурных сдвигов в экономике КНР был опережающий рост производства средств производства. В 1957 г. индекс роста отраслей группы «А» составил 310,5%, а группы «Б» — 182,9% (коэффициент опережения—1,7). Если в 1952 г. на предметы потребления приходилось 2/з промышленного производ-
94 Велпкое десятилетие, с. 50, 52.
95 Там же, с. 15.
128


ства, а на средства производства — только !/з, то в 1957 г. эти два главных промышленных подразделения почти сравнялись друг с другом: на производство средств производства приходилось 48,4%, а предметов потребления — 51,6% (см. табл. 2).
Среди отраслей тяжелой промышленности приоритетом пользовались топливно-энергетическая (23,6% капиталовложений в промышленность), металлургическая (18,6%), металлообрабатывающая (15,4%), коксохимическая (5%). Вся легкая промышленность получила 15% вложений (в том числе текстильная — 6,4, пищевая-3,7%) 96.
В 1953—1957 гг. на первом месте по темпам роста шла химия (более 37%), на втором и третьем — металлургия и машиностроение (30%).
Рост производства в таких отраслях, как электроэнергетика, топливная, промышленность стройматериал лов, химия, превышал средний показатель по промыт-* ленности. Легкая промышленность оказалась в числе отстающих, хотя она также могла гордиться немалыми успехами. Высокими темпами, например, развивалась пищевая промышленность (16,8% без учета кустарного производства).
В итоге к концу пятилетки в структуре китайской промышленности произошли важные прогрессивные изменения: доля химии выросла в 2 раза (с 3,2 до 6,6%), машиностроения — в 1,8 (с 5,2 до 9,5%), металлургии — в 1,6 раза (с 5,1 до 8%). Снизилась доля таких отраслей, как пищевая, лесообработка, текстильная (последней особенно значительно — в 1,6 раза, см. табл. 7).
Было создано немало новых для Китая отраслей индустрии. В 1957 г. машиностроение включало комплектное производство энергосилового оборудования (24,3%), тяжелого оборудования для металлургии, горнодобывающей промышленности и подъемно-транспортных работ (17,7%), тракторостроение (6,6%), станкостроение (6,2%), автостроение (8,5%), судостроение (6%), производство сельскохозяйственных машин (6,1%) и общее машиностроение (5,2%) 97.
06 Астафьев Г. В. Проблема промышленного развития КНР в первой пятилетке. — В кн.: Современный Китай: Социально-экономические проблемы. М., 1972, с. 125.
97 Там же, с. 126.
р Л. И. Молодцова
129


Энергично шел процесс модернизации китайской промышленности. Современный сектор развивался почти в 2 раза быстрее, чем традиционный. В 1949—1957 гг. современное производство выросло в 7 раз (среднегодовой темп— 27,6%), а традиционное — в 3,7 раза (17,9%). В восстановительный период современное производство значительно опережало традиционное, хотя в первых мероприятиях по ликвидации последствий войны кустарноремесленные предприятия сыграли самую активную роль. В начале пятилетки (1953—1954) темпы роста обоих секторов сблизились. Неурожай 1954 г. в большей мере сказался на кустарном и мануфактурном видах производства, где наблюдалось даже падение темпов роста. 1956 год был годом наибольших успехов современного сектора, но здесь сказалась попытка форсирования темпов индустриализации. Относительно невысокие темпы роста традиционного производства объясняются трудностями происходивших в то время преобразований и частично расформированием предприятий кустарной промышленности.
В 1957 г. развитие шло синхронно (табл. 9).
В целом индекс роста за первую пятилетку по современной промышленности составил 253,3% (20,5%
в год), по традиционному производству— 185,3% (13,2% в год). Важным результатом первой пятилетки было значительное повышение доли современной промышленности в общем промышленном производстве (с 64,2% в 1952 г. до 71% в 1957 г.) (табл. 10). В народном хозяйстве доля современной промышленности возросла с 32,7 до 46,9%.
Хотя в годы первой пятилетки при содействии Советского Союза в Китае был построен ряд крупных предприятий, отвечавших самым высоким техническим требованиям своего времени, «осовременивание» старых видов производства в целом не выходило за рамки первичной механизации труда.
Процесс ускоренной индустриализации создал атмосферу «перенапряжения» с такими характерными для нее моментами, как дефицит исходных материалов и капиталовложений. Растущая фондоемкость оказывала мощное давление на норму производственного накопления и грозила понижением темпов роста. В промышленности сложились крупные диспропорции, приводившие к сбоям
130


Таблица 9. Динамика видов промышленного производства в 1949—1957 гг.
Традиционное
млрд. °/0 к преды-
юаней дущему году
со
+
Фабрично-заводское
°/0 к предыдущему году
+
млрд, юаней
Кустарно-ремесленное
% к предыдущему году
со
млрд, юаней
Мануфактурное
°/0 к предыдущему году
<М
млрд, юаней
Современное
% к предыдущему году
-
млрд, юаней
Год
о
СО
©о
МО
Г»
СО
!>■"
©г
co"
оо"
см"
СО"
СО
СМ
CM
©j
■чН
т—1
Т-1
т-<
T“f
т-l
т—<
т-1
Т-*
СО
3
00
СП
©э
©5
СМ
с©
СМ~
см
оо
СП
Г-
О'
оо"
о"
см"
МО
С"-"
о"
см"
т-1
т-1
т—<
т-1
см
см
СО
т-<
см
00
T-f
МО
со
см
О'
см
о
МО
МО'
СО,
о
о"
Г-"
МО
Т-Н
оо"
МО
Т-1
см
см
СО
4F
МО
со
со
МО
с© мо
Г—
СО О
с©
т-*
тН
со~
см т—<
СО
СМ т-<
О
со"
МО"
СО
©г
о"
тн
о"
т-<
т-< т-<
со
со
4 с©
5
со
о см"
ео
00 СО ©э Г>^ МО СО СО' со^
см со ф ь оо о>
т-1
МО
Т-<
оо
00
чг
со
СП
О'
00
©Э'
О'
со
со
МО
см"
оо"
со
о"
МО
т-<
см
см
со
со
МО
МО
о
см
со
МО
СО
1>-
МО
МО
МО
МО
МО
МО
МО
мо
©5
о
©5
СП
©5
о
СП
©5
т-<
т-<
тЧ
тН
Т-Н
Источник: Великое десятилетие, с. 14, 80.
9*


Таблица 10. Технологическая структура промышленности в 1949—1957 гг., °/0
Год
Соотношение современного и традиционного производства
Соотношение фабрично-заводского и кустарно-ремесленного производства
современное
традиционное
фабрично- заводское
кустарноремесленное
1949
56,4
43,6
76,9
23,1
1950
57,0
43,0
73,5
26,5
1951
60,4
39,6
76,7
23,3
1952
64,2
35,8
78,7
21,3
1953
64,5
35,5
79,6
20,4
1954
65,4
34,6
79,9
20,1
1955
67,6
32,4
81,6
18,4
1956
71,6
28,4
83,4
16,6
1957
71,0
29,0
83,0
17,0
Рассчитано по данным табл. 7.
производственного ритма. Несмотря на принимавшиеся меры, не удалось ликвидировать отставание добывающих и сырьевых отраслей. Явно не удовлетворяла растущего спроса угольная промышленность, в результате в черной металлургии ощущалась нехватка кокса, сложилось неблагополучное положение и с углем, что крайне отрицательно сказалось в первую очередь на электроэнергетике и степени удовлетворения бытовых нужд. Темпы роста электроэнергетики отставали от темпов роста металлургии, химии и машиностроения. Снабжение электроэнергией было лимитировано. Машиностроительные предприятия испытывали серьезные трудности в отношении получения проката. Недогрузка мощностей вследствие нехватки сырья составляла в 1956 г. в химической промышленности 28%, в машиностроении — 34% 98. Капитальное строительство постоянно испытывало нехватку цемента и оборудования. Эти сложности роста тщательно анализировались и разрабатывались меры по их устранению.
VIII съезд КПК, утвердивший проект второго пятилетнего плана на 1958—1962 гг., закрепил курс на строительство материально-технической базы социализма и
98 Современный Китай, с. 66, 72, 136.
132


дальнейшее тесное сотрудничество КНР с Советским Союзом и другими странами социализма. Подтвердив правильность установки на ускоренный рост тяжелой промышленности, съезд вместе с тем подчеркнул необходимость более пропорционального и сбалансированного развития и ликвидации неоправданного форсирования темпов роста одних отраслей в ущерб другим. Общий настрой на ликвидацию диспропорций рождал более осторожное отношение к темпам роста. Задания второго пятилетнего плана были относительно невысокими, валовую продукцию промышленности намечалось увеличить в 2 раза". При сохранении приоритетной роли химии, машиностроения, нефтедобычи предусматривалось повышение внимания к развитию легкой промышленности, транспорта и торговли. Намечалось некоторое опережение темпов роста электроэнергетики по сравнению с другими отраслями тяжелой промышленности.
Переход к политике «большого скачка» сорвал выполнение второй пятилетки. Составной частью маоистской экономической политики стало узаконение диспропорциональности и еще большее форсирование темпов индустриализации при повышении роли мелкого производства.
Главным звеном промышленного развития была провозглашена черная металлургия. Этот выбор был продиктован в большей мере политическими, нежели экономическими, соображениями и не подкреплялся соответствующими расчетами балансовых связей с другими отраслями. Было намечено за один год удвоить выплавку стали (с 5,35 до 10,7 млн. т) 10°, а в дальнейшем, к 1962 г., довести ее до 80—100 млн. т99 100 101. Капиталовложения в черную металлургию в 1958 г. составили 3,8 млрд, юаней, т. е. почти на 1 млрд, юаней больше, чем за весь период первой пятилетки 102.
Численность рабочих и служащих в этой отрасли за один год увеличилась почти в 12 раз, достигнув 7б общей численности занятых в промышленности. Поскольку 99 Материалы VIII Всекитайского съезда КПК. М., 1956, с. 134.
100 Планы в течение одного года пересматривались трижды.
101 Яременко Ю. В. «Большой скачок» и народные коммуны в Китае. М., 1968, с. 13.
102 Занегин Б., Миронов А., Михайлов Я. К событиям в Китае. М., 1967, с. 18.
133


крупные предприятия даже при самом интенсивном использовании оборудования и введении новых мощностей не могли дать намеченного прироста, было решено использовать кустарные методы выплавки металла, известные в Китае с давних пор. Кроме 5 млн. рабочих, служащих и учеников, обслуживающих современное производство, примерно 100 млн. человек «оказывали непосредственную помощь фронту борьбы за металл» 103. Ручной труд широко применялся при добыче угля и железной руды.
Многие отрасли перестраивали свою деятельность с учетом нужд черной металлургии. Например, почти все машиностроительные предприятия выпускали воздуходувки и другое металлургическое оборудование для мелких предприятий и, кроме того, налаживали у себя выпуск металла.
Результаты этой бессмысленной «битвы за сталь» были ужасающими. Помимо колоссальных потерь рабочего времени, изнурения рабочих, растранжиривания материальных средств, она привела к полной дезорганизации производственного процесса ца современных предприятиях. Оборудование использовалось на износ, без необходимого профилактического и капитального ремонта, технологические требования систематически не соблюдались, в результате чего увеличилось число аварий и выхода оборудования из строя. Производственные связи, ритмичность производственного процесса были нарушены. В этих условиях поддержание необходимых внутриотраслевых и межотраслевых пропорций оказалось совершенно недостижимым.
Добывающая промышленность не справлялась с непомерно возросшими потребностями металлургических предприятий. Широкое использование руды низкого качества, добытой «традиционными» методами, при недостатке обогатительного оборудования катастрофически снизило производительность доменных печей и качество продукции. При добыче угля в 1958 г. в 2 раза большей, чем в 1957 г., производство коксующегося угля увеличилось только на 54%, что было явно недостаточно для выполнения возросших планов выплавки металла. Из-за отсутствия кокса металлургические предприятия были 103 Жэньминь жибао, 1958, 4 окт.
134


вынуждены использовать рядовой уголь и различные примитивные методы обжига кокса, что повлекло за собой огромный перерасход угля. В 1960 г. потребление угля металлургической промышленностью возросло почти в 8 раз по сравнению с 1957 г. и достигло астрономической цифры — 100 млн. т104. Общий перерасход угля в металлургии по сравнению с обычными нормами составил приблизительно 50 млн. т, а вместе с другими отраслями — 76 млн. т105. Эта цифра почти в точности равна добыче угля на мелких шахтах, создание которых, таким образом, с точки зрения нормального функционирования экономики оказалось совершенно бессмысленной затеей.
Свидетельством попыток исправить сложившееся положение был план на 1959 г., который уделял первоочередное внимание развитию топливно-сырьевой и энергетической промышленности. Однако, руководствуясь оптимистическими прогнозами экономии сырья, китайские хозяйственники по-прежнему запланировали опережающий рост производства чугуна и стали по сравнению с добычей сырья. В действительности же технико-экономические показатели в металлургии не только не улучшились, но еще более ухудшились. В итоге план выпуска стали па 1960 г. (18 млн. т) обеспечивался наличными возможностями основных рудников только наполовину, мощностями по мойке угля — на Уз, а имеющимися мощностями производства кокса и огнеупоров — на Уд106.
Слабым звеном по-прежнему оставалась электроэнергетика. Дефицит электроэнергии во многих промышленных районах (особенно на Северо-Востоке, в Пекин- Тяпьцзипьском райопе и в Шанхае) заставлял прибегать к систематическому отключению тока даже на промышленных предприятиях. Недостаток электроэнергии особенно остро ощущался в цветной металлургии.
Ухудшение качества проката, срывы кооперированных поставок, нехватка оборудования, частые изменения 104 По сведениям китайской прессы, потребление угля металлургией превышало его расход на бытовые нужды (Жэньминь жибао, 1961, 16 мая). В 1957 г. соотношение было 1:5.
105 По расчетам У Юаньли (Wu Juan-li. Economic Development and Use of Energy Resources in Communist China. N. Y.; London, 1963, p. 125).
106 Муромцева 3. Л. Указ, соч., с. 53.
135


номенклатуры продукции лихорадили работу машиностроительных предприятий. Большой удельный вес составляла некомплектная продукция. По многим видам изделий брак достигал 40—50% 107.
В авантюрных планах ликвидации «одним махом» экономической отсталости Китая главная ставка делалась на наиболее престижную, тяжелую промышленность, к «подтягиванию» которой были привлечены все средства, в том числе экономически нерациональные и статистически недозволенные. «Разбухание» отчетных данных о работе предприятий машиностроения, металлургии, топливно-энергетических отраслей (см. § 1 гл. III) привело к тому, что отраслевая структура промышленности была «подогнана» под уровень индустриально развитых стран, а это не соответствовало действительности. В 1958 г. на долю производства средств производства приходилось, по официальным данным, 57,3% валовой продукции промышленности, к 1960 г. этот показатель вырос до 70% 108.
На работе промышленности сказывались и другие диспропорции народнохозяйственного масштаба: перебои в работе транспорта и торговли, трудности в обеспечении сельскохозяйственным сырьем из-за тяжелого положения в отрасли. К этому добавились . последствия разрыва по вине китайских руководителей экономических отношений с Советским Союзом. Китайская экономика оказалась в тисках тяжелейшего кризиса.
Проведение антикризисной политики «урегулирования» выразилось прежде всего в запрещении строительства в деревнях промышленных предприятий, не связанных непосредственно с нуждами сельского хозяйства, в переводе части рабочих на местожительство в деревни, в свертывании масштабов капитального строительства. Общий объем капиталовложений в промышленность уменьшился в 1961 г. по сравнению с 1959 г. в 10 раз и равнялся 3,8 млрд, юаней109, т. е. вложениям 1958 г. в одну отрасль — металлургию. Сокращение капитало- 107 Муромцева 3. А. Указ, соч., с. 48.
108 Великое десятилетие, с. 79; Дагунбао, 1961, 2 февр.
109 Идейнолюлитическая сущность маоизма. М., 1977, с. 235;
Коновалов Е. А. Китайская Народная Республика. — В кн.: Мировая социалистическая система хозяйства. М., 1967, т. 4, с. 140.
136


ЁЛожений продолжалось и в последующие два года. Ёслй в 1960 г. в Китае строилось 16 тыс. различных объектов, из которых более 1000 были очень крупными, то в 1963 г. упоминалось только о 160 крупных и средних строительных объектах в угольной, металлургической, химической, нефтяной промышленности и промышленности стройматериалов110. Армия строителей сократилась примерно в 4 раза. Капиталовложения в кризисные годы направлялись только в отрасли, обслуживающие сельское хозяйство, — производство минеральных удобрений и сельскохозяйственного инвентаря.
«Урегулирование» в черной металлургии означало почти полное прекращение нового строительства, консервацию строившихся объектов. На действовавших предприятиях большие мощности не использовались.
В целом предприятия тяжелой промышленности в 1961—1962 гг. были загружены на 60% ш, предприятия машиностроения тоже работали с большой недогрузкой— на уровне 60—65% своих мощностей, а станкостроительной промышленности — даже на уровне 50%.
В 1961 г. выплавка стали снизилась на 7з по сравнению с 1960 г., а в 1962 г. — наполовину. В спаде металлургического производства сыграли роль необеспеченность сырьем, сокращение спроса на металл, износ оборудования, почти полное прекращение кустарного производства.
Закрытие нерептабельных мелких шахт сказалось на общей добыче угля, которая упала примерно до 200 млн. т. Производство электроэнергии снизилось на 15—20% по сравнению с 1960 г. и в 1962 г. оказалось существенно ниже, чем намечалось планом второй пятилетки. Строительство многих гидроэлектростанций было приостановлено.
Падение производства произошло и в отраслях легкой промышленности, целиком зависевших от поставок сельскохозяйственного сырья. Текстильная промышленность из-за недостатка хлопка работала в 1961 —1962 гг. с недогрузкой мощностей на 20—30%. Снизилось производство сахара, растительного масла и других пищевых продуктов.
110 ИБАС, № 1284, 1963, 7 июля.
111 Некрасов Ал. От «большого скачка» к «культурной революции». — Международная жизнь, 1967, Яг 5.
137


После ликвидации наиболее острых диспропорций и кризисных явлений периода «большого скачка» сформировались следующие основные направления структурной политики:
— диверсификация производства, создапие импорт- заменяющих отраслей и максимальное самообеспечение своих потребностей, в том числе в основных видах оборудования, в духе курса «опоры па собственные силы»;
— наращивание военного потенциала и оснащение атомным оружием и другими видами современной военной техники;
— техническая помощь сельскому хозяйству и сокращение зависимости промышленности от сельскохозяйственного сырья;
— ускорение развития легкой промышленности в целях создания накоплений и некоторого повышения жизненного уровня населения.
Сущность новой структурной политики состояла в концентрации сил и средств на развитии наиболее выигрышных отраслей производства с точки зрения существования в условиях искусственно созданной Китаем изоляции от стран социалистического содружества и выдвинутого курса «подготовки к войне». Например, форсировались поиски такого стратегически важного сырья, как нефть. Открытие новых нефтяных месторождений, особенно Дацинского на Северо-Востоке Китая, позволило нарастить добычу нефти к 1965 г. до 11,4 млн. т (против 1,5 млн. т в 1957 г.), что дало основание говорить о самообеспеченности нефтью. Сдвиги в топливном балансе к этому времени были еще весьма незначительными (па уголь по-прежпему приходилось около 90% расходной части), однако расширение переработки пефти дало необходимое сырье для производства химических удобрений, искусственных волокон и пластмасс. Это позволило снизить цены на некоторые важные виды химической продукции. В 1958—1965 гг. темп роста химической промышленности несколько превышал среднегодовой по промышленности в целом, хотя оказался в 3 раза ниже показателя первой пятилетки.
В первой половине 60-х годов быстрее всего развивалось машиностроение (вместе с металлообработкой среднегодовой прирост составлял около 17%). Оно стало важной отраслью промышленности, включавшей более 20 108


крупных видов производств, в том числе тяжелое машиностроение, тракторостроение, автомобилестроение, судостроение, авиастроение, точное приборостроение, производство электронного оборудования.
В период «урегулирования» наиболее интенсивно развивалось сельскохозяйственное машиностроение, а также производство оборудования для химической, горнорудной, нефтяной, легкой промышленности. Многие новые виды производства имели четко выраженную военную ориентацию. По некоторым данным, объем производства военной продукции в 1965 г. по сравнению с 1961 г. удвоился 112.
Пережив болезненную ломку сложившейся структуры в связи с переводом значительной части производственных мощностей на выпуск сельскохозяйственных машин и орудий, китайское машиностроение не смогло, несмотря на предпринимавшиеся меры, значительно улучшить свои технико-экономические показатели. Большинство предприятий оставались слабо загруженными. Давали о себе знать и такие явления, как недостаточная степень специализации, устаревшее оборудование, отсутствие налаженной системы стандартизации, низкое качество продукции, высокая себестоимость.
Очень трудным оказался выход из кризиса для металлургической промышленности. Темпы ее роста в 1,7 раза уступали темпам роста машиностроения. Слабыми звеньями тяжелой индустрии оставались угольная и горнодобывающая промышленность. По-прежнему сохранялся дефицит электроэнергии.
«Опора на собственные силы» толкала ко все большей диверсификации производства. Ассортимент промышленной продукции за четыре года «урегулирования» расширился на 24 тыс. видов — в 3 раза больше, чем в 1950—1960 гг.113 По сообщению китайской прессы, к 1964 г. металлургия уже освоила производство почти всех 2 тыс. типоразмеров проката, необходимых для автотракторостроения, и большую часть из 100 с лишним видов, которые требовались для строительства судов во-
1,2 Cheng Chu-juan. The machine-building industry in Communist China. Chicago; N. Y., 1971, p. 207.
113 Жэньминь жибао, 1964, 31 дек.
139


доизмещением 10 тыс. т и производства оборудования для химической промышленности114.
Машиностроение было ориентировано на производство всех необходимых стране машин и оборудования. Число видов продукции машиностроения в 1964 г. увеличилось более чем вдвое по сравнению с 1957 г.115 При выпуске 30—35 тыс. металлорежущих станков в год в Китае производилось 380—400 их видов, а для полной экономической независимости это число предполагалось увеличить до 700.
Мерилом экономического прогресса стала считаться доля обеспечения внутренних потребностей за счет собственного производства. В печати сообщалось о том, что китайские металлурги более чем на 90% удовлетворяют нужды народного хозяйства в поковках и прокате вместо 75% в 1957 г., а машиностроители в 1964 г. дали стране более 90% необходимого машинного оборудования вместо 55% в 1957 г.116
Производственному аппарату легкой промышленности «большой скачок» нанес меньший урон, и по мере улучшения положения в сельском хозяйстве ситуация в этой отрасли стала стабилизироваться. В 1964 г. производство хлопчатобумажной пряжи, сахара, сигарет возросло в такой же мере, как и производство стали, нефти, химических удобрений, автомашин.
В 1965 г. по сравнению с 1957 г. очень сильно выросла доля металлообработки — с 16,2 до 26,3%, несколько повысилась доля электроэнергетики (с 1,7 до 1,9%), химии (С 6,6 до 7%). Доля металлургии снизилась с 8% в 1957г. до 7,4% в 1965 г.
На промышленность в 1965 г. приходилось 70% совокупной продукции промышленности и сельского хозяйства 117.
К 1966 г. были устранены самые острые диспропорции, порожденные волюнтаризмом «большого скачка», улучшилось снабжение сырьем металлургической промышленности, расширились поставки оборудования и удобрений сельскому хозяйству, масштабы капитального строительства были приведены в большее соответствие 114 Агентство Синьхуа, 1964, 27 сект.
115 Шиши шоуцэ, 1964, № 19, с. 23.
11G Peking Review, 1965. N 5, р. 18.
117 Жэньминь жибао, 1978, 3 мая,
14Q


с наличием материальных средств. Тем не менее добиться планомерного пропорционального развития в достаточной мере не удалось. Не были ликвидированы диспропорции между горнодобывающей и обрабатывающей отраслями промышленности, не удовлетворялся спрос на многие виды простейшего оборудования, строительные материалы, электроэнергию. Тяжелым бременем на всю экономику ложилась гонка вооружений, которая отвлекала огромные средства, лучшие кадры технических специалистов и квалифицированных рабочих. Тяжелая промышленность все в большей степени ставилась на службу военным целям.
Период 1966—1970 гг. хронологически укладывается в рамки третьей пятилетки, однако его директивные показатели пе были опубликованы, как, впрочем, и последующей, четвертой, пятилетки. Развернувшаяся в эти годы «культурная революция» была главной причиной нестабильного экономического развития и обострения отраслевых диспропорций. Разгром партийных и государственных органов, репрессии в отношении технических специалистов и интеллигенции, бесчинства хунвэйбинов, нарушение системы хозяйственных связей, игнорирование технических условий, нормативов и принципа материальной заинтересованности, общее падение трудовой дисциплины — все это крайне отрицательно сказалось на работе промышленности. Попытки понижения заработной платы и введения ненормированного рабочего дня встретили массовое недовольство рабочих, которые в знак протеста даже нередко прекращали работу. Резко снизилась производительность труда и качество продукции, было дезорганизовано капитальное строительство.
Промышленное производство в 1967 г. сократилось более чем на 10% и только в 1968 г. вернулось к уровню 1966 г. (см. табл. 2). Более других пострадали угольпая, металлургическая и текстильная отрасли. От эксцессов «культурной революции» тщательно оберегалось только военное производство, и отрасли, тесно с ним связанные, оказались в более благоприятном положении. Так, общее число предприятий электронной промышленности увеличилось в 1970 г. более чем в 20 раз по сравнению с 1965 г.118 На эту отрасль, как на символ технического прогресса, стали возлагать особые надежды,
не ИБАС, Ns 3677, 1970, 15 дек,
141


В 1970—1971 гг. явно прослеживается новая попытка форсирования индустриального роста с использованием тех форм и методов, которые были типичны для «большого скачка». Высокие темпы этих лет объясняются стимулированием мелкого производства, применением прямых форм принуждения к труду (с использованием армии), частично компенсационными явлениями после застоя, вызванного «культурной революцией», и введением в строй промышленных объектов, заложенных еще в годы «скачка» и «урегулирования». Как всегда в периоды погони за рекордами, широкое распространение получила фальсификация статистических отчетов.
Атмосфера нового «большого скачка» в эти годы хорошо прослеживается по смене отраслевых приоритетов. Снова был поднят на щит лозунг «сталь — основа основ» («игап вэйган») как альтернатива политике, делающей основной акцент на развитие электронной промышленности и приписанной «злой воле» ревизиониста Лю Шаоци. Вспоминали и его действия в 1961—1962 гг., когда он вместе с председателем Госплана Бо Ибо «устроил резню» в отношении мелких металлургических предприятий, построенных во время «большого скачка», и требовал «скинуть металлургию с трона» 119.
Выдержать высокие темпы в последующие годы четвертой пятилетки китайская промышленность, естественно, не могла. Особенно серьезное положение сложилось в 1974 г. вследствие очередного обострения внутриполитической борьбы (кампания «критики Линь Бяо и Конфуция»). В 1973—1974 гг. производство стали оставалось на одном и том же уровне, что привело к крайне низким показателям роста ее выплавки за все пятилетие. Такая же стагнация производства отмечалась в угольной промышленности, которая оказалась в состоянии «хронического больного» китайской индустрии. Снижение среднегодовых темпов за пятилетие по сравнению с предыдущим наблюдалось в электроэнергетике, металлообработке, промышленности стройматериалов.
То преимущество, которое было отдано в целом в 70-х годах тяжелой промышленности, теперь расценивалось
110 Под водительством идей Мао Цзэдуна развивать металлургическую промышленность нашей страны, — Жэньминь жибао, 1971, 12 мая. 143


как «чрезмерное». Распределение капиталовложений, например, между легкой и тяжелой промышленностью складывалось в период четвертой пятилетки как 1:11. Эффективность использования капиталовложений резко снизилась. Капиталовложения в расчете на 1 т стали в период четвертой пятилетки были на 80% выше, чем в первой пятилетке, на 1 т угля — в 2 раза выше. Прирост основных фондов составлял только 59,9% объема капиталовложений против 83,7% в годы первой пятиле1ки и 87,1% в годы «урегулирования» 120.
Самой динамичной отраслью была в эти годы химическая промышленность. Главное внимание уделялось производству минеральных удобрений, продуктов органической химии, ядохимикатов и инсектицидов, необходимых сельскому хозяйству. За 1971—1975 гг. производство химических удобрений выросло в 2,5 раза (среднегодовой прирост — 20%) 121. Было введено в эксплуатацию несколько современных предприятий, закупленных ранее за границей, значительно расширилось мелкое производство. Заметный прогресс был отмечен в новых для Китая отраслях химии: производстве синтетических волокон, синтетического каучука, пластмасс. Коэффициент опережения отрасли составил 1,5, что привело к существенному повышению доли химии в структуре промышленности и закреплению за ней четвертого места.
Рост химической промышленности был тесно связан с прогрессом нефтедобычи, годовые темпы ее прироста в четвертой пятилетке были на уровне 15%. Развитию этой отрасли способствовали возросшие потребности экономики и поиски новых экспортных ресурсов.
Доля машиностроения в 1971—1975 гг. возросла, по нашей оценке, только на 1,4 пункта. К середине 70-х годов Китай уже располагал определенной базой общего, горного, металлургического, электроэнергетического машиностроения. Возможности отрасли позволяли наращивать в среднем за год электроэнергетические мощности на 2— 3 млн. кВт, металлургические — на 2 млн т, нефтеперерабатывающие — на 10 млн. т, мощности по производству 120 Хунци, 1979, № 6, с. 20; Жэньминь жибао, 1979, 10 апр.; Жэньминь жибао, 1979, 24 марта.
121 ИБАС, № 5376, 1976, 4 марта.
143


синтетического аммиака — на 1 млн. т 122. Однако единичные мощности предприятий, оснащаемых собственным оборудованием, были невелики. Китай мог самостоятельно производить комплектное оборудование для металлургических заводов мощностью 1,5 млн. т, угольных шахт — 2,2 млн. т, нефтеперегонных заводов — 2,5 млп. т123. В электроэнергетике турбогенераторы мощностью 300 тыс. кВт производились только в опытном порядке. Крупные предприятия металлургической, химической, угольной, электроэнергетической промышленности требовали для своего оснащения импортного оборудования.
Рост машиностроения был тесным образом связан с наращиванием военно-промышленного потенциала. Его обслуживанием были непосредственно заняты такие современные отрасли, как электроника и производство счетно- вычислительной техники. Значительный рост был отмечен в автомобилестроении, транспортном машиностроении в целом, сельскохозяйственном машиностроении. Почти во всех провинциях было налажено производство автомобилей (но небольшими сериями), начался выпуск большегрузных машин и автосамосвалов. Заметных успехов достигло судостроение. В 1966—1976 гг. производство обычных тракторов росло ежегодно в среднем на 20,3%, а малогабаритных — на 46,4% 124. Были расширены некоторые предприятия станкостроения и электромашиностроения.
Развитие машиностроения сдерживал постоянный дефицит металла, особенно высококачественной стали. Сообщения китайской печати о вводе в строй различных объектов на металлургических предприятиях свидетельствовали об известном наращивании их мощностей, однако использовались они далеко не полностью, в чем сказывалось и отставание сырьевой базы. Внутри металлургии сложилась устойчивая диспропорция между мощностями по выплавке чугуна и стали, стали и проката. Наиболее слабым звеном было прокатное производство. Ввод новых прокатных станов сильно задерживался. Очень мало было оборудования для непрерывной и холодной прокатки. Технический уровень сталелитейного производства отставал от мировых стандартов. Доля наиболее производительного конвертор-
122 Экономика КНР: возможности и реальность, с. 108, 109.
123 Peking Review, 1978, N 40, р. 18, 19.
124 Peking Review, 1978, N 8, р. 13.
144


иого производства была невелика, 60—70% сталелитейных мощностей приходилось на мартены 125.
Нехватка угля, с одной стороны, и вступление в строй гидростанций, начатых строительством в конце 50-х годов, с другой — обусловили в 70-х годах преимущественное развитие гидроэнергетики. В итоге все электроэнергетические мощности с 1965 по 1973 г. выросли в 2,1 раза, а гидроэнергетические — в 3 раза126. Общая мощность электростанций в 1975 г. превысила, по расчетам, 30 млн. кВт, причем на гидростанции приходилось около 30%.
О динамизме отдельных отраслей в целом за 1965— 1974 гг. можно судить по данным, приведенным Чжоу Эньлаем на первой сессии ВСНП четвертого созыва в январе 1975 г. (в %) 127:
Общий прирост Среднегодо- за 1965—1974 гг. вой прирост
Валовая продукция промышленности 290,0 11,2
В том числе:
производство стали 220,0 8,2
добыча угля 91,0 6,7
выработка электроэнергии 300,0 11,6
добыча нефти 750,0 22,3
производство химических удобрений 430,0 15,7
выпуск тракторов 620,0 20,0
производство хлопчатобумажной 85,0 6,3
пряжи
производство химических волокон 430,0 15,7
Макроструктурные показатели свидетельствуют о значительных сдвигах в индустриальном развитии страны. В 1975 г. на долю промышленности приходилось около 80% совокупной продукции промышленности и сельского хозяйства, на долю тяжелой промышленности — 58,7% валовой продукции промышленности (см. табл. 4), на долю машиностроения и металлообработки — более 50% объема продукции группы «А» промышленности. В то же время по объему промышленного производства на душу населения Китай по-прежнему оставался страной слаборазвитой в экономическом отношении. Эта двойственность — своеоб-
125 China: a Reassessment of the Economy. Washington, 1975, p. 280.
126 Рассчитано цо: Peking Review, 1973, N 47, p. 22.
127 I сессия Всекитайского собрания народных представителей Китайской Народной Республики четвертого созыва: документы. Пекин, 1975, с. 50. (На кит. яз.).
Ю Л. И. Молодцова
145


разное отражение двухъярусного строения экономики Китая, гигантского айсберга, небольшой надводной частью которого является современная промышленность, а основной «невидимой» частью — традиционное сельское хозяйство, соединенное с мелким производством.
О характере изменений пропорций между предметами труда, орудиями труда и предметами потребления можно судить по соотношению между группой отраслей, составляющих энергетический комплекс народного хозяйства (производство электроэнергии и топливная промышленность), группой отраслей материального комплекса (черная и цветная металлургия, химия и промышленность стройматериалов) и группой отраслей металлообрабатывающей промышленности (табл. 11):
Таблица И. Соотношение между группами отраслей, %
Отрасли и группы отраслей
1949 г.
1952 г.
1957 г.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1978 г.
Отрасли энергетического
6,2
5,4
5,8
6,3
7,2
7,4
7,7
комплекса
Отрасли материального
5,1
11,7
20,8
20,6
18,9
20,5
20,5
комплекса
Отрасли металлообраба¬
6,8
10,6
16,2
26,3
30,2
31,6
29,8
тывающего комплекса Деревообработка и бу¬
8,2
6,9
5,6
2,8
2,6
2,8
2,6
мажная промышленность Текстильная
36,9
29,7
19,1
14,0
12,2
12,0
11,5
Пищевая
23,6
22,6
20,4
16,7
18,3
16,2
16,2
Рассчитано по данным табл. 7.
Если в 1949—1957 гг. отрасли материального комплекса обгоняли по росту отрасли металлообрабатывающего комплекса, то в 1958—1975 гг. положение оказалось совершенно иным: доля первых выросла в 1,3 раза, доля вторых — почти в 2 раза. В 1957—1970 гг. доля отраслей материального комплекса снизилась, по оценке, на 1,9 пункта, а металлообработки повысилась на 9,6 пунктов. В 1971—1975 гг. соотношение этих групп отраслей в целом стабилизировалось и даже наметились сдвиги в пользу отраслей материального комплекса. Одной из главных причин высокой материалоемкости ки146


тайской промышленности является большая доля мелкого производства.
После первой сессии ВСНП четвертого созыва (1975) началась активная работа по подготовке плана до 1985 г. и согласованию его установок в отраслевом разрезе. В связи с этим был проведен ряд отраслевых совещаний: по топливной, энергетической, легкой промышленности, промышленности стройматериалов, по производству удобрений, электронного оборудования и средств связи. Совещание, созванное министерством угольной промышленности в начале 1975 г., наметило наращивание темпов угледобычи, повышение эффективности производства, в том числе за счет использования резервов действующих шахт и строительства новых. В том же году было принято специальное решение ЦК КПК о стимулировании развития металлургии. Развернувшаяся в 1976 г. фракционная борьба отодвинула выполнение этих планов, к которым вернулись вновь после ликвидации «банды четырех».
На огромном числе совещаний, прошедших в 1977— 1978 гг., обсуждались задачи развития отдельных отраслей в общем аспекте модернизации промышленности и ускорения индустриализации. Обсуждение выявило тяжелое положение, связанное с недостатком сырья, топлива и электроэнергии, низкой эффективностью производства, плохой его организацией, нарушением хозяйственных связей и с другими причинами. Из-за недостатка сырья и средств многие заводы работали в последние годы 3—4 дня в педелю 128.
Из-за нехватки электроэнергии в целом по стране не использовалось 20—30% промышленных мощностей129. Остановка производственного процесса вследствие отключения электроэнергии стала постоянным явлением. Из-за ее недостатка долгое время простаивали прокатные станы на Уханьском металлургическом заводе, оборудование для которых было закуплено за границей. Многие вольфрамовые рудники в провинции Цзянси, поставляющие продукцию на экспорт, работали 3—5 месяцев в году.
128 Гуанмин жибао, 1979, 12 мая.
129 Юэ Пин. Хорошо проведенное урегулирование — залог быстрого развития, — Жэньмцнь жибао, 1979, 17 апр.
10*
147


В то же время сама электроэнергетика испытывала постоянный «топливный голод». Из-за отсутствия угля не удалось в 1978 г. ввести в строй большую часть электроэнергетического оборудования. Капитальное строительство остро нуждалось в строительных материалах, отрасли машиностроения — в металле.
Это состояние хронического дефицита сырья и топлива было вызвано не только низким уровнем производства в той или иной отрасли, но и их большими перерасходами вследствие дезорганизации производства и обилия мелких предприятий. По признаниям китайской прессы, в 1977 г. затраты сырья на выплавку 1 т стали в 1,7 раза превышали мировые стандарты. Расход кокса на 1 т стали на передовых предприятиях составлял 500 кг, на отстающих — 1100 кг. Общий годовой перерасход угля оценивался в 60 млн. т, нефти — в 6 млн. т 130. Несмотря на предпринимаемые меры, показатели использования сырья и топлива не улучшаются 131.
Постоянная угроза срыва поставок сырья вынуждает руководителей предприятий создавать сверхплановые запасы, что усугубляет трудности снабжения.
В план «четырех модернизаций» была заложена старая идея «производство стали — главный рычаг промышленности», что аргументировалось не столько потребностями народного хозяйства, сколько соображениями престижа. Задача довести выплавку стали до 60 млн. т к 1985 г. требовала непомерно больших капиталовложений и большого количества импортного оборудования, причем планы нового строительства по существу выходили и за эти рамки. Выполнение этих планов не было обеспечено соответствующими материальными и финансовыми ресурсами.
Проведенное в 1978 г. некоторое повышение общего фонда заработной платы осложнило положение на рынке потребительских товаров и выявило плачевное состояние легкой промышленности, которая долгие годы вынуждена была довольствоваться строго лимитированными 130 Жэньминь жибао, 1977, 25 сент.
131 Расходы электроэнергии на 1 т угля в январе-феврале 1979 г. увеличились по сравнению с соответствующими показателями предыдущего года па 2,4%, на 1 т цемента — на 2,1% (Жэць- минь жибао, 1979. 18 апр.),
148


поставками сырья и энергии и использованием старого оборудования. Согласно последним «откровениям» китайской печати, в общем объеме расходов госбюджета на легкую и текстильную промышленность в 1971— 1975 гг. приходилось только 4,8% против 5,7% в период первой пятилетки 132.
Новая кампания «взбадривания» китайской экономики, предпринятая в 1978 г., вызвала еще большее обострение внутриотраслевых и межотраслевых диспропорций.
При корректировке программы «четырех модернизаций», которая началась на III пленуме ЦК КПК одиннадцатого созыва (1978) и была официально санкционирована сессией ВСНП летом 1979 г., ударение делается на достижение более сбалансированного развития и «расшивку» узких мест. В соответствии с усиленно подчеркиваемой субординацией отраслей «сельское хозяйство-легкая промышленность—тяжелая промышленность» проводится некоторое перераспределение капиталовложений. Согласно плану на 1979 г. доля капиталовложений в легкую промышленность должна быть увеличена до 5,8% против 5,4% в 1978 г., в тяжелую промышленность — сокращена с 54,7 до 45,8% 133.
Более благоприятные условия для развития легкой промышленности создаются не столько в результате увеличения капиталовложений, которого, судя по приведенным цифрам, особенно не ожидается, сколько вследствие «выравнивания» ее положения по сравнению с другими отраслями в области снабжения топливом и электроэнергией, обновления изношенного оборудования, сбыта продукции, обеспечения квалифицированными кадрами. В Пекине и Шанхае пачалась реконструкция старых текстильных предприятий, обращается больше внимания па повышение качества продукции. Показательно запланированное превышение темпа роста легкой промышленно132 Жэньминь жибао, 1979, 30 мая. Имеется еще одно сообщение о том, что на легкую промышленность в течение всех 30 лет существования КНР приходилось 2,04% общих расходов на капитальное строительство (Жэньминь жибао, 1979, 17 апр.). Однако в данном случае речь, вероятно, идет о легкой промышленности отдельно от текстильной.
133 Доклад председателя Госплана Юй Цюли о проекте народнохозяйственного плана на 1979 г. (Жэньминь жибао, 1979, 29 июня),
149


сти в 1979 г. по сравнению с тяжелой (8,3% против 7,6%) 134.
В тяжелой индустрии отраслями первоочередного развития провозглашаются топливная промышленность, электроэнергетика, промышленность строительных материалов. Предусматривается техническая реконструкция старых шахт, строительство новых, расширение геологоразведки нефтяных месторождений, расширение сети электростанций и усовершенствование электроэнергетического оборудования. Конкретные данные пока не публикуются, но есть сообщения о том, что уже в 1978 г. электроэнергетика получила от государства больше капиталовложений, чем любая другая отрасль, что в 1979 г. ассигнования на промышленность стройматериалов должны удвоиться по сравнению с предыдущим годом135.
Преодолению топливного и сырьевого дефицита призваны служить мероприятия по их экономии, к которым относятся закрытие ряда предприятий, производящих низкокачественную продукцию и допускающих перерасход сырья; установление более строгого контроля за распределением и потреблением энергии; . сокращение масштабов капитального строительства и более теспая его увязка с сырьевыми и топливными ресурсами. Вводится единая государственная система распределения электроэнергии, и каждому объекту выделяются строгие лимиты ее использования.
Чтобы «облегчить давление па топливно-энергетическую промышленность и выделить часть топлива и энергии на развитие легкой и текстильной промышленности» 136, предполагается значительно снизить темпы роста металлургии.
В теоретическом плане происходит пересмотр прежней концепции «решающего звена» и традиционного закрепления этой роли за черной металлургией. Хозяйственные ошибки прошлых лет объясняются теперь в числе прочих причин тем, что «излишне напирали на тяжелую промышленность в целом и на черную металлургию в частности». В общей постановке задачи комплексного балансирования предлагается равняться па передовую и быстрее всех развивающуюся отрасль, но без из-
134 Там же.
135 Жэньминь жибао, 1979, 14, 18 апр.
138 Жэньминь жибао, 1979, 29 июня.
150


лишнего ее акцептирования, ущемляющего интересы других отраслей 137.
Уменьшение поставок металла неизбежно скажется на развитии машиностроения, которое и сейчас отличается весьма скромными масштабами производства. В 1978 г. в Китае было выпущено всего 183 тыс. металлорежущих станков, 149,1 тыс. автомобилей, 113,5 тыс. тракторов, 521 локомотив. Обеспеченность своим оборудованием сей' час оценивается на уровне 80% 138. Дисбаланс между отраслями материального комплекса и обрабатывающими возник вследствие крайне нерационального расходования исходных материалов, о чем говорилось ранее139 140.
Слабой стороной китайского машиностроения остается низкий уровень специализации и кооперирования. Неспециализированные машиностроительные предприятия в 1978 г. составляли 80% общего числа предприятий отрасли 14°. Крайне рассредоточенно и мелкосерийно сельскохозяйственное машиностроение. Широкое распространение получили небольшие предприятия по изготовлению различной сельскохозяйственной техники. Это же явление характерно для транспортного машиностроения. Обе отрасли намечены в качестве пионеров кампании по созданию специализированных объединений.
О соотношении производительности труда в различных отраслях и ее динамике можно судить по данным табл. 12. В угольной промышленности с 1952 по 1977 г. она выросла только на 12%, в 1952 г. была выше, чем в машиностроении и промышленности строительных ма137 «Если такая „самая передовая и быстрее всех развивающаяся отрасль14 действительно использует передовую технику, научное управление, идет впереди по комплексному балансированию, то ее необходимо поощрять, равняться на нее... Однако наш опыт показывает, что когда выдвигается такая отрасль, то ее показатели завышаются и перед ней расчищается дорога, в результате чего она, как ударный отряд, выбивается вперед, теряет связь с тылом, не развивается сама и тормозит развитие других» (Гуанмин жибао, 1979, 25 марта).
138 Beijing Review, 1979, N 27, р. 37; Peking Review, 1978, N 40, р. 18—19.
139 Китайские экономисты это прекрасно осознают: «За рубежом страна, достигшая уровня 30 млн. т стали, 600 млн. т угля и 100 млн. т нефти, производит больше нас автомобилей, судов, самолетов, химической продукции, изделий легкой промышленности» (Цзинцзи гуаньли, 1979, Кг 3, с. 18).
140 ИБАС, Кг 6286, 1978, 31 авг.
151


Териалов, а сейчас угольная промышленность по этому показателю уступает всем другим. В металлургической, текстильной, пищевой промышленности производительность труда выросла за 25 лет менее чем в 2 раза. Большой рост отмечен в химии и нефтяной промышленности, но это, как пишет китайская печать, произошло в значительной мере за счет нерациональных цен 141.
Таблица 12. Соотношение производительности труда в отраслях промышленности
Отрасль
1952 г.
1957 г.
1966 г.
1977 г.
Угольная
100
100
100
100
Нефтяная
344
399
853
1922
Электроэнергетика
269
273
528
929
Металлургия
210
284
460
370
Химия
107
165
474
532
Машиностроение
89
118
215
312
Производство строй-
материалов
59
64
148
174
Текстильная
338
256
430
590
Пищевая
506
475
486
800
Источник: Цзинцзи яньцзю, 1979, № 5, с. 77.
Данные табл. 12, а также сообщение о наличии в угольной промышленности 3 млн. рабочих и в машиностроении 8,5 млн. рабочих142 и произведенные нами подсчеты валовой продукции по отраслям (см. табл. 6) позволяют приблизительно определить численность рабочих и служащих в 1977—1978 гг.
Отрасль
Мли. человек
_ Млн.
Отрасль человек
Угольная
Нефтяная
3,0
Машиностроение Производство строй¬
8,5
0,4
материалов
3,6
Электроэнергетика
0,3
Текстильная
3,6
Металлургия
2,1
Пищевая
3,7
Химия
3,6
141 Цзань Жуань, Сяо
Лян. К
вопросу о связи закона
стоимости
с самостоятельностью предприятий. — Цзинцзи яньцзю, 19791,
№ 5, с. 77.
142 Жэньминь жибао, 1977, 5 июля; 1979, 21 июня.
1£2


Современную корректировку экономической политики нельзя рассматривать как отказ от преимущественного развития тяжелой промышленности. Разница между 6%, выделенными для нужд легкой промышленности, и почти половиной капиталовложений, предназначенной для тяжелой индустрии, достаточно красноречиво свидетельствует о действительной системе приоритетов. Стремление ликвидировать отставание легкой промышленности является естественным и разумным, по неизбежно столкнется с массой трудностей, в том числе со сложившимся «предвзятым» представлением о ее второстепенной роли.
Попытки представить новый курс как «китайский путь индустриализации» и противопоставить его опыту Советского Союза, якобы возводившего тяжелую промышленность в фетиш, грешат традиционными для маоистской идеологии высокомерием и научной недобросовестностью. Теория советского планирования никогда не гиперболизировала значения тяжелой промышленности и всегда признавала возможность существенного сближения темпов развития подразделений «А» и «Б» на определенных этапах развития страны. Освобождаясь от многих иллюзий и догм прошлого, китайские руководители ищут оправданий допущенных ошибок и хотят так или иначе вновь возродить ложный тезис о своей национальной исключительности.


Глава четвертая
РЕГИОНАЛЬНАЯ СТРУКТУРА
ПРОМЫШЛЕННОСТИ
Для успешного решения задачи оптимизации территориальных пропорций требуется высокий уровепь науки о развитии и размещении производительных сил. Начиная с 1918 г., когда В. И. Ленин сформулировал основные принципы размещения социалистического производства, вся региональная политика Советского государства была подчинена задаче экономии труда, затрачиваемого на преодоление пространственного разрыва между отдельными элементами производства и между производством и потреблением. В процессе большой хозяйственной деятельности и в результате борьбы с различными псевдонаучными теориями в советской экономической науке была выработана стройная теория комплексного развития страны в целом и ее отдельных региопов. Стержнем каждого экономического района являются отрасли специализации как производство, направленное вовне па удовлетворение потребностей страны в целом. На базе отраслей специализации формируются региональные народнохозяйственные комплексы, которые различаются общим экономическим потенциалом, специфическим сочетанием промышленности и сельского хозяйства, своеобразной структурой производства. Отрасли специализации «обрастают» вспомогательными и обслуживающими производствами, замыкающимися на удовлетворении внутрирайонных нужд. Развитие специализации означает существенное повышение общественной производительности труда, но усиливает взаимозависимость региопов и увеличивает транспортные издержки. Повышение степени самоснабжения ведет к более интенсивному, хотя и не всегда оправдаппому с точки зрения обществеппых интересов, использованию местных ресурсов и позволяет достичь значительной экономии транспортных расходов. Сочетание тех и других видов производств (экзогенного и 154


эндогенного характера) обеспечивает существование района как относительно самостоятельной части народнохозяйственной системы с законченным циклом воспроизводства. Между специализацией района и его самообеспеченностью, этими двумя лицами «двуликого Януса», как называл район И. Г. Александров, существует диалектическое противоречие, но отнюдь не антагонизм L
Перед каждым районом должна ставиться задача наиболее рационального сочетания взаимосвязанных производств, дающего наибольший экономический эффект, а именно задача формирования территориально-производственного комплекса. Основой такого комплекса должно быть многостороннее использование какого-либо вида природных ресурсов, законченность технологического цикла, полная утилизация отходов, эффективное производственное комбинирование и т. д.
Задача комплексного развития ставится не только перед крупными экономическими регионами, но и перед небольшими районами. В. И. Ленин подчеркивал необходимость правильной постановки небольшого „целого", т. е. не одного хозяйства, не одной отрасли хозяйства, не одного предприятия, а суммы всех хозяйственных отношений, суммы всего хозяйственного оборота хотя бы небольшой местности1 2. Иерархическая система территориально-производственных комплексов различных уровней образует сложную территориальную структуру народного хозяйства страны.
Достижение рационального территориального разделения труда диктует необходимость преимущественного развития районов, обладающих наиболее благоприят1 «Мы подразумеваем естественное разделение труда между районами. Но кроме этих, так сказать, общефедеративных задач, каждый район должен представлять крепкую организацию, способную сосредоточить и возродить местное хозяйство: он является своего рода двуликим Янусом, одно лицо которого обращено к федерации (ведение общегосударственного хозяйства), другое же непосредственно к местам (развитие местной самодеятельности и соответственно подъем хозяйственной мощи данного района)» (Александров И. Г. Экономическое районирование России. Доклад Госплана III сессии ВЦИК. — В кн.: Вопросы экономического районирования: Сборник материалов и статей (1917—1929 гг.)/ Под общей редакцией академика Г. М. Кржижановского. М., 1957, с. 121).
2 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 43, с. 234.
155


ными природными и экономическими условиями, что позволяет экономить материальные и трудовые ресурсы в масштабах страны в целом. Одна из самых важных и сложных проблем при этом — правильное распределение капиталовложений (с учетом их целевого назначения) между старыми индустриальными районами и новыми районами промышленного освоения. Если новые районы имеют зачастую преимущества в отношении природносырьевых условий, то старые районы обладают лучшими возможностями комбинирования производства и лучше обеспечены трудовыми ресурсами, что составляет один из важнейших регулирующих факторов размещения производства. На начальном этапе индустриализации в пашей стране наблюдалась значительная разница между темпами роста старых и вновь осваиваемых районов. По мере наращивания общего экономического потенциала произошло сокращение разрыва в темпах развития промышленности по регионам страны.
Всемерное развитие экономики менее развитых районов обусловлено социальными задачами социалистического государства, политика которого направлена на постепенное выравнивание уровня различных частей страны и обеспечение равных социальных благ для всех общественных слоев и всех национальностей. Полное использование промышленного потенциала старых экономических районов сочетается с мероприятиями по реконструкции их комплексов.
Установка на рациональную организацию производства обязывает к тому, чтобы принятию каждого конкретного решения о строительстве того или иного объекта предшествовало составление плапа комплексного развития страны в целом и ее отдельных регионов, т. е. планирование размещения производительных сил должно идти от общего к частному. Специализация каждого экономического района, местоположение и размеры каждого отдельного предприятия устанавливаются исходя из народнохозяйственных интересов. Масштабность и кардинальность проводимых мероприятий предопределяются достигнутым уровнем производительности общественного труда, наличием материальных ресурсов, степенью изученности территории, уровнем развития науки и техники и экономическими возможностями применения научных и технических открытий на практике.
156


В процессе развития социалистического производства и его территориального размещения могут возникнуть временные диспропорции, обусловленные действием объективных факторов: наличием противоречий между реальными возможностями и потребностями развития тех или иных отраслей, отставанием науки или, наоборот, появлением новых научных открытий, в принципе изменяющих тот или иной технологический процесс. Но нередко причины возникающих несоответствий кроются в субъективных факторах: в недостаточном знании или игнорировании механизма проявления экономических законов, несовершенстве методов планирования и управления, в низком квалификационном уровне управленческих кадров.
Победа народной власти в Китае и обобществление средств производства создали объективные предпосылки для планомерного достижения оптимальной пропорциональности в размещении производительных сил. Государство получило возможность взять под контроль территориальную организацию производства и процессы районообразовапия. Благоприятным моментом было то, что во всех своих начинаниях Китай мог целиком и полностью опираться на помощь и поддержку Советского Союза, использовать его теоретический и практический опыт. Отказ от этого опыта и маоистские эксперименты привели к ряду ошибок в размещении производства, которые имеют труднообратимый характер и будут отрицательно сказываться на производительности общественного труда в течение очень долгого времени.
1. Размещение промышленности в восстановительный период и в первую пятилетку (1949—1957)
Размещение промышленности в старом Китае было крайне неравномерным. Иностранный капитал «оседал» главным образом в приморских районах, и причины этого совершенно очевидны. Преимущества транспортного положения служили притягательной силой также и для китайских компрадоров и национальной буржуазии. Перед началом японской агрессии почти вся промышленность Китая оказалась сосредоточенной в приморских провинциях.
157


По обследованию экономического комитета гоминьдана, проведенному в 1935 г., в 44 городах страны (без Маньчжурии) 87% машиностроительных предприятий и мастерских размещалось в десяти городах: Шанхае, Пекине, Тяньцзине, Циндао, Цзинане, Ухане, Гуанчжоу, У си, Ханчжоу, Тайюане3. Из этих городов только Ухань и Тайюань находятся за пределами приморской зоны. На огромной внутренней территории страны промышленность базировалась на ремесле и мануфактуре.
Предприятия главных отраслей китайской промышленности в прошлом, текстильной и пищевой, оказались почти целиком сконцентрированными на Востоке страны. Из общего числа веретен (5,1 млн. штук) в 1936 г. на приморские районы приходилось 87,7%, в том числе на Шанхай, Тяньцзинь и Циндао — 68%. Концентрация ткацкого оборудования в приморских районах была еще большей (90% в 1936 г. и 92,1% в 1947 г.) 4.
Особенно велика была роль Шанхая. Численность рабочих, занятых только в крупной промышленности, определялась в 200 тыс. человек, примерно столько же было занято в мелкой ремесленной промышленности5. Пример Шанхая и прилегающих к нему городов дельты Янцзы лучше всего демонстрирует сложившееся в стране разобщение между промышленностью и сырьевой базой. В провинции Цзянсу (вместе с соседним Шанхаем) было сосредоточено свыше 50% всех производственных мощностей хлопчатобумажной промышленности Китая, хотя по сбору хлопка на эту провинцию приходилось менее 20% 6.
Постепенно все больше возрастала зависимость китайской легкой промышленности от поставок сырья из-за границы. Конкурентную способность местного сырья сильно снижали высокие транспортные расходы. Доставка в Шанхай хлопка из Индии и Америки обходилась 3 Настоящее и прошлое металлургической, электроэнергетической, угольной, машиностроительной, текстильной, бумажной отраслей промышленности в нашей стране. Пекин, 1958, с. 110, 148. (На кит. яз.).
4 Настоящее и прошлое ... отраслей промышленности в нашей стране, с. 150.
5 Масленников В. А. Китай. М., 1946, с. 137.
6 Капелинский Ю. А. и др. Развитие экономики и внешнеэкономических связей Китайской Народной Республики. М., 1959, с. 103.
158


в среднем па 30% дешевле, чем из Шаньдуна, Шаньси и Хунани. Транспортировка иностранной пшеницы на мукомольные предприятия Ханькоу стоила в 4 раза меньше, чем из западных районов страны7.
Ориентация на иностранное сырье отмечалась и в других отраслях легкой промышленности. Бумажные фабрики перерабатывали американскую и японскую целлюлозу. Полиграфические предприятия использовали бумагу и краски, завезенные из Европы и Америки. Табачные и сахарорафинадные фабрики также в значительной мере ориентировались па импортное сырье. Половина пшеницы для мукомольных предприятий Шанхая поставлялась из- за грапицы.
Еще большей была зависимость Китая от импорта промышленных изделий и полуфабрикатов. Даже при низком уровне потребления вследствие слабого развития промышленности страна выпуждена была ежегодно ввозить 95% требуемой стали, 76% машин и оборудования, 99% нефти и нефтепродуктов.
Японская оккупация привела к еще большей поляризации приморских и внутренних районов. Маньчжурия оказалась крепко привязанной к японскому внутреннему рынку. При содействии японцев здесь начал складываться комплекс тяжелой промышленности во главе с металлургией, предназначенный для обслуживания японской военной индустрии и базировавшийся на использовании местного сырья: железной руды и коксующегося угля, которых пе хватало Японии. Японский империализм пытался сделать Маньчжурию центром металлургической промышленности «Великой Восточной Азии». Главную роль в этих планах играл Аныпаньский комбинат. Из 3,5— 4 млп. т чугуна, выплавленных в 1939 г. чугунолитейными предприятиями Японии, на долю Маньчжурии приходился 1 млн. т, или 25—30% 8.
Японские оккупанты строили планы закрепления навечно за Маньчжурией и Внутренним Китаем роли сырьевых придатков индустриальной Японии. В октябре 1940 г. кабипет министров Японии в соответствии с проектом «экономической коалиции Японии, Маньчжурии и
7 Материалы по истории сельского хозяйства Китая в новое время. Пекин, 1957, т. III, с. 132. (На кит. яз.).
8 Раппопорт В. В. Маньчжурия. М., 1940, с. 68.
159


Китая» намечал следующую программу действий: «В сфере промышленности Япония развивает военные отрасли, машиностроение и разную тонкую переработку; Маньчжурия — электроэнергетику, горнодобывающую промышленность и в известной мере машиностроение и легкую промышленность. В северной части Китая развивается добыча соли и горнодобывающая промышленность, в центральной части допускается до определенной степени существование легкой промышленности. Что же касается сельскохозяйственной области, то во Внутренней Монголии надо расширять пастбища, чтобы увеличить производство шерсти. В северной части Китая надо прежде всего увеличить посевы хлопка, которого не хватает в Японии, в Центральном Китае избегать посевов культур, которые конкурируют с японскими» 9.
Такой «дифференцированный подход» проявился и в японских методах хозяйственного управления. Были созданы две монопольные компании — Компания по развитию Северного Китая и Компания по развитию Центрального Китая. Укрепление власти японцев привело почти к полному разрыву экономических связей между оккупированными и пеоккуппрованпыми районами. Первые почти целиком лишились подвозки сырья из западных сельскохозяйственных областей.
Проникновение империализма внесло большие изменения в хозяйственную жизнь внутренних районов, усилив во много раз власть торгового капитала над сельским хозяйством и способствуя разрушению тесного единства земледелия и промышленности. Сельскохозяйственное производство стало все больше ориентироваться на мировой рынок. В то же время расширялся импорт необходимых промышленных изделий. Это подрывало домашнее ремесленное производство, которое либо совсем прекращало существование, либо перемещалось в окрестности городов, становясь подсобной частью фабричного производства. Ввоз иностранных товаров подрывал конкурентоспособность продукции и сырья собственного производства.
Зависимость от империализма и развитие капиталистических элементов в экономике Китая вызвали, таким образом, две противоположные тенденции: к объединению 9 Пособие по истории народного хозяйства в новое время. Пекин, 1958, с. 415. (На кит. яз.).
160


замкнутых местных рынков и к замедлению этого процесса путем все большей привязанности к внешнему рынку. Не только приморские районы, но и другие окраинные провинции оказались теснее связанными в торговом отношении с иностранными государствами, чем между собой. К тому времени, когда Китай начал втягиваться в мировой рынок, процесс создания единого национального рынка был далеко не завершен.
С началом хозяйственного строительства, к которому Народный Китай приступил в тяжелых условиях разрухи и экономической отсталости, одной из самых важных стала проблема восстановления производственных связей предприятий, нормального товарообмена между городом и деревней. К 1952 г. в основном была решена задача восстановления прежнего уровня производства, вновь начали действовать все важнейшие предприятия тяжелой и легкой промышленности. Новое капитальное строительство в эти годы было небольшим по размерам. Из общей суммы капиталовложений в промышленность за весь восстановительный период 83% было ассигновано на восстановление и реконструкцию имевшихся предприятий и только 17% —па повое строительство10.
Само восстановление разрушенных предприятий оказалось более легким делом, чем координирование их действий, обеспечение их необходимым сырьем и рынками сбыта. Были предприняты некоторые попытки приблизить строившиеся предприятия к источникам сырья и рынкам потребления. Однако новое капитальное строительство не могло тогда изменить общей картины размещения китайской промышленности, которая была в основном сосредоточена в приморских районах. В 1952 г. продукция промышленности приморских провинций в общем объеме валовой продукции всей страны все еще составляла более 70%. На приморские районы приходилось около половины общей добычи угля, 70—75% производства муки, сахара и бумаги фабричной выработки, более 4/б хлопчатобумажных тканей, пряжи и стали. Машиностроительная промышленность и основная химия были почти полностью сконцентрированы в Шанхае и провинции Ляонин. Единственной базой черной металлур-
10 Проблемы развития экономики Китайской Народной Республики. М., 1958, с. 127.
И Л. И. Молодцова 161


гии был Аныпаньский комбинат. Важнейшие каменноугольные копи также находились в приморских районах провинций Ляонин и Хэбэй. В трех городах: Шанхае, Тяньцзине и Циндао — были сосредоточены почти все основные текстильные предприятия.
Первый пятилетний план в отношении районного размещения капитального строительства давал следующие установки.
1. Рационально использовать промышленную базу Северо-Востока, Шанхая и других городов, поднять их роль в деле ускорения промышленного строительства. В течение первой пятилетки в основном закончить строительство промышленной базы Северо-Востока, в частности угольной промышленности Фушуня и Хэгана, машиностроения Шэньяна, электроэнергетики Цзилиня.
2. Активно вести строительство промышленных районов в Северном, Северо-Западном и Центральном Китае, с тем чтобы в период второй пятилетки организовать в этих районах две новые промышленные базы вокруг Баотоуского и Уханьского металлургических комбинатов.
3. Начать частичное промышленное строительство па Юго-Западе, активно подготавливать там условия для создания новой промышленной базы11.
С началом больших капитальных работ встал вопрос о выборе центрального района строительства. Все преимущества в этом отношении были на стороне Северо-Восточного Китая (Дунбэй), который отличался самым высоким уровнем индустриализации в стране, имел определенную базу тяжелой промышленности, неплохую транспортную сеть, обладал значительными, по китайским масштабам, кадрами квалифицированных рабочих. Широкому промышленному строительству в этом районе благоприятствовали и другие обстоятельства. Он был освобожден раньше других, в нем первом была проведена аграрная реформа. Конфискация предприятий, принадлежавших японским оккупантам, заложила основы сильного государственного сектора промышленности, что выгодно отличало Северо-Восточный Китай от многих других районов, в частности от Шанхая. Хорошая разведанность полезных ископаемых позволяла с самого начала определить благо11 Первый пятилетний план развития народного хозяйства КНР. 1953—1957 гг. Пекин, 1955, с. 22. (На кит. яз.).
162


приятные места для новостроек и значительно сократить и удешевить подготовительный этап. Была принята во внимание также близость Северо-Востока к границам Советского Союза, возможность использования единственной в то время железнодорожной магистрали между Советским Союзом и Китаем.
Была поставлена цель превратить Северо-Восток в базу индустриализации страны, опираясь на которую можно было бы начать промышленное освоение других районов. За пять лет объем капиталовложений в три его провинции составил 9,53 млрд, юаней, или 38,3% от общих вложений в народное хозяйство. На его долю приходилась Уз всех строившихся сверхлимитных объектов12. В отраслях тяжелой промышленности процент Дунбэя в общем объеме капиталовложений был еще выше. Например, на него приходилось 80% всех капиталовложений в металлургию, почти половина всех крупных шахт.
Здесь были размещены наиболее важные предприятия из числа тех, которые строились с помощью Советского Союза: Аныпапьский прокатный завод, Апыпаньский завод бесшовных труб, Фусиньский открытый угольный разрез, Шэньянские I и II станкостроительные заводы, завод пневматических инструментов, кабельный завод, завод тяжелого машиностроения, горнорудного оборудования (все в Шэньяне), электростанции в Шэньяне и Фушуне, два нефтеперерабатывающих завода.
В результате промышленный потенциал Северо-Востока значительно вырос, стоимость его промышленной продукции возросла на 133,6%. По всем основным видам: промышленного производства Дунбэй занял первое место среди всех районов. В 1957 г. его доля в производстве чугуна в стране достигала почти 70% (4,2 млн. т), стали — более 65 (3,5 млн. т), электроэнергии — около 50
(9,3 млрд. кВт*ч), химических удобрений — 70 (527 тыс. т), серной кислоты — немногим более 50 (321 тыс. т), цемента —44% (3 млн. т), в добыче угля — Уз (43 млн. т), в лесозаготовках — 38% (10,7 млн. м3), в валовой
стоимости продукции машиностроения — почти 36%. За годы первой пятилетки Северо-Восток дал в целом свыше 2/з общего количества черных металлов, более Уз элект12 Экономическая география Северо-Восточного Китая. М., 1963. с. 37.
11*
163


роэнергии, рядового угля, металлорежущих станков, более 2/з синтетического топлива, автомобилей, гидротурбин, электрогенераторов, свинца, цинка, химических удобрений, электроприборов, лесоматериалов 13.
По степени индустриализации Дунбэй опередил все другие крупные районы Китая. В 1957 г. доля промышленности в валовой продукции промышленности и сельского хозяйства достигла 76,1%, тогда как в среднем по стране она составляла 56,5%. Промышленная структура этого региона характеризовалась высокой долей тяжелой индустрии: на металлургию приходилось 14,8%, на машиностроение — 18%.
В первые годы существования республики среди китайских ученых велись широкие дискуссии о том, как правильно использовать Шанхай в индустриализации страны. Общепризнанной считалась роль Шанхая как крупнейшей базы легкой промышленности, дававшей около V5 общего объема промышленного производства страны, на 60% покрывавшей весь спрос на промышленные товары широкого потребления14, обеспеченной кадрами квалифицированных рабочих лучше, чем любой другой город Китая. Но именно такая чрезмерная концентрация промышленности в одном городе ставила под сомнение целесообразность его дальнейшего роста, который неизбежно связан с дополнительным строительством, с увеличением потребностей в сырье, топливе, воде, электроэнергии, в новых строительных площадках. После того как Шанхай лишился импортного хлопка и пшеницы, его предприятия стали работать с большой недогрузкой мощностей. Сторонники «сдерживания» Шанхая ссылались также на его уязвимое оборонное положение. Наконец, та политика ограничения свободы деятельности частных капиталистических предприятий, которая проводилась после создания КНР, оказала большое тормозящее влияние на развитие Шанхая, в котором частнокапиталистический сектор был самым большим в стране. Определенный сдвиг произошел в 1956 г., когда основная масса частных предприятий была переведена на рельсы государственного капитализма. Проведенное в том же году обследование обнаружило огромные резервы шанхайской про- 13 Экономическая > география Северо-Восточного Китая, с. 33.
14 Жэньминь жибао, 1956, 24 ноября.
164


мышлениости: из 40 учтенных видов продукции по 10 видам коэффициент использования оборудования превышал 80%, по 20 — он был в пределах 40—80, в восьми случаях — 20—40, а в двух — даже менее 20% 15-
После 1956 г. ограничения на промышленное развитие Шанхая были сняты, тем не менее за все пятилетие темпы его промышленного роста оказались меньшими, чем в среднем по стране. В 1957 г. валовая стоимость промышленной продукции Шанхая увеличилась по сравнению с 1952 г. почти на 3Д и составила более 11 млрд, юаней—14,6% стоимости промышленной продукции в целом. Быстрее всего развивались отрасли тяжелой промышленности: выплавка стали за годы пятилетки выросла более чем в 2 раза, производство продукции машиностроения — в 3,8, химии — в 4,7 раза. Число рабочих и служащих с 1952 по 1957 г. увеличилось в общей сложности на 268 тыс. человек16. Доля Шанхая в стране к концу пятилетки составила по стали 9,5%, по продукции машиностроения — почти 27, химической продукции — 25, текстильной продукции — 30, по выработке электроэнергии — 9,7%.
Рост промышленности Шанхая сопровождался значительными структурными изменениями. В 1949 г. почти 90% его валовой продукции приходилось на легкую промышленность. Тяжелая промышленность была представлена небольшим числом машиностроительных предприятий, главным образом ремонтного типа, и несколькими химическими заводиками. В 1957 г. тяжелая промышленность сравнялась по общей стоимости с текстильной и легкой (без текстильной). Доля тяжелой промышленности повысилась до 36,5% 17.
В первую пятилетку общие накопления Шанхая составили 19 млрд, юаней. Государственные вложения в капитальное строительство в стране производились в значительной мере за счет накоплений легкой промышленности Шанхая.
Так как удельный вес промышленности приморских районов в промышленном производстве страны оставался очень высоким, оказывалось, что темпы роста индустрии в основном определялись хозяйственными успехами При-
15 Жэньминь жибао, 1956, 24 ноября.
16 Дили чжиши, 1959, № 7, с. 303.
17 Экономическая география Восточного Китая. М., 1962, с. 111. 165


морья. Причем последние, в свою очередь, зависели от состояния сельскохозяйственного производства, от своевременного обеспечения легкой промышленности сырьем.
Стремление изменить прежнее нерациональное размещение производительных сил выразилось в общем направлении капитального строительства, которое в большой мере осуществлялось во внутренних районах. Из 694 запланированных пятилеткой сверхлимитных объектов 472 объекта, или 68%, намечалось построить во внутренних районах, в действительности число новостроек в этих районах превысило намеченную цифру, но их доля, наоборот, снизилась, поскольку в целом по стране превышение объема капитального строительства над запланированным уровнем было еще большим. Началось сооружение 825 промышленных объектов, из которых в глубине страны располагалось 530, или 64% 18.
Было намечено 16 «ключевых» центров нового капитального строительства: во внутренних районах — Цзилинь, Чанчунь, Харбин, Цицикар, Чжэнчжоу, Лоян, Тайюань, Датун, Чжучжоу, Чэнду, Сиань, Ланьчжоу; в приморской зоне — Аныпань, Шэньян, Шицзячжуан, Пекин 19.
Из общей суммы капиталовложений в течение всей первой пятилетки (около 26 млрд, юаней) примерно 60% приходилось на два района первоочередного строительства — Северо-Восточный и Северный Китай, соотношение между которыми составляло 2:1. Одна провинция, Ляонин, по суммарным капиталовложениям (примерно 21% от общих) перегнала весь Северный Китай, другая провинция Северо-Востока, Хэйлунцзян, по доле в общих капиталовложениях (более 10%) шла впереди Центрального Китая в целом, а третья, Цзилинь, по этому же показателю (более 7%) превосходила Юго-Западный Китай. В Северном Китае немногим уступали Цзилиню провинции Хэбэй и Шаньси, доля каждой из которых в общих капиталовложениях за пятилетку превышала 6%. На уровне 4% от общих были капиталовложения в Пекине, а также в провинциях Хэнань, Шэньси, Ганьсу и Сычуань. Значительно меньшей была доля Шанхая —2,7%, которая тем не менее была примерно одинаковой с долей 18 Цзихуа цзинцзи, 1957, № 8, с. 13—45.
19 Цзихуа цзинцзи, 1957, № 12, с. 4.
166


провинции Хубэй (с таким важным центром нового строительства, как Ухань) и даже превышала долю всего Южного Китая, а также Шаньдуна и Синьцзяна. Примерно по 2% от общих капиталовложений приходилось на автономный район Внутреннюю Монголию и провинции Цзянсу, Аньхой, Цзянси, Хунань, Гуандун, Юньнань. Доля каждой из остальных провинций (Чжэцзян, Фуцзянь, Гуаней, Гуйчжоу, Цинхай, Тибет) не превышала 1%.
Таким образом, на приморские районы (Ляонин, Хэбэй с Пекином, Цзянсу с Шанхаем, Шаньдун, Чжэцзян, Фуцзянь, Гуандун) приходилось 40% всех капиталовложений, а если взять Северо-Восток в целом, то 60%. Именно за счет Хэйлунцзяна и Цзилиня, а также провинции Шаньси, которая непосредственно примыкает к Хэбэю, соотношение между внутренними и приморскими районами складывалось в пользу первых.
Новое строительство обеспечило более высокие темпы развития внутренних районов по сравнению с приморскими. Среднегодовой прирост продукции промышленности внутренних районов составил 23%, а приморских — 16,5% 20. Среднегодовые темпы роста промышленного производства в Ганьсу, Цинхае, Шаньси, Шэньси, Внутренней Монголии были на уровне 25—30%, в Хубэе, Фуцзяни, Сычуани — примерно 24, в Синьцзяне, Шанси, Хунани — более 20%.
Однако повое капитальное строительство за короткий срок первой пятилетки не могло дать такого результата, который коренным образом изменил бы характер размещения промышленного производства. Согласно расчетам китайских авторов, в 1957 г. удельный вес продукции вновь построенных и коренным образом реконструированных предприятий в общем объеме валовой продукции промышленности страны составил 16%. Свыше 70% продукции ранее созданных предприятий приходилось на приморские районы21.
В тяжелой промышленности какой-либо перемены в ос- новых центрах не произошло. Кроме строительства на Апьшаньском комбинате, расширялись Мааныпаньский и 20 Социалистическая индустриализация стран народной демократии. М., 1960, с. 64.
21 Там же.
167


Чунцинский комбинаты, сталелитейные центры в Дальнем и Дае. Часть оборудования Таншаня была передана Тайюаню. В целом значение Ляонина и Хубэя в металлургическом производстве не изменилось, а доля Шаньси и Хубэя даже снизилась.
В электроэнергетической промышленности новое капитальное строительство существенно понизило роль Восточного Китая (с 30,8% в 1952 г. до 20,9% в 1957 г.) за счет возрастания значения Северо-Востока (вместо 35,8% доля последнего составила 40,7%) и Северо-Запада. Остальные районы сохранили прежний уровень22.
Улучшилось размещение текстильной промышленности. Число веретен во внутренних районах в 1956 г. увеличилось по сравнению с 1949 г. в 2,8 раза, ткацких станков — в 5,4 раза, в то время как в приморских районах— соответственно в 1,2 и 1,3 раза. Доля внутренних районов в производстве пряжи повысилась с 17,8% в 1952 г. до 28,8% в 1957 г., в производстве тканей — с 12,1 до 20,5% 23.
В Северном Китае промышленное строительство осуществлялось в трех центрах: Пекине, Тайюане п Баотоу.
Промышленное развитие Пекина ставилось в прямую связь с его ролью столицы, которая не должна была оставаться на положении чисто потребительского центра, каким был старый Пекин. Многие пекинские предприятия строились на высоком техническом уровне в расчете па то, чтобы служить образцами ведения социалистического производства. Этому помогали непосредственные контакты с научно-исследовательскими центрами. Наличие в окрестностях Пекина Шицзиншаньского металлургического комбината и узловое транспортное положение города облегчали его снабжение сырьем. В течение пяти лет в Пекине было построено 25 сверхлимитных объектов. Стоимость промышленной продукции составила 2,1 млрд, юаней, превысив в 3 раза уровень 1952 г.
Был существенно реконструирован Тайюаньский металлургический комбинат. Его продукция предназначалась в основном для Тайюаньского завода тяжелого машиностроения и завода горнорудного оборудования, для 22 Цзэн Вэнъцзин. Социалистическая индустриализация Китая. М., 1959, с. 345.
23 Пособие по экономике промышленности Китая. Пекин, 1958,
ч. 1, с. 166. (На кит. яз.).
168


завода текстильного оборудования в Юйцп, недалеко от Тайюаня. В первую пятилетку в Тайюане начали развиваться химическая промышленность, промышленность строительных материалов. К крупнейшим новостройкам пятилетки относилась также Тайюаньская ТЭЦ.
В 1955 г. после подготовительного периода приступили к строительству Баотоуского металлургического комбината.
На Северо-Западе основные капитальные вложения были направлены на развитие Юймыньских нефтяных промыслов. В эти же годы началось сооружение нефтепровода Юймынь—Ланьчжоу и Ланьчжоуского нефтеперегонного завода.
Сооружение нескольких крупных текстильных фабрик и машиностроительных предприятий очень подняло промышленное значение Сианя. Вырос промышленный потенциал и многих других старых городов Китая, в частности Чэнду, Чунцина, Гуанчжоу, Лояна. Так, в Лояне строился первый в стране большой тракторный завод.
Особое внимание уделялось промышленному становлению Уханя. В 1952 г. был одобрен проект Уханьского металлургического комбината (Угапа) на 4 млн. т чугуна, 3,5 млн. т стали и 3 млн. т проката24. Возведение комбината было начато в апреле 1957 г. В годы первой пятилетки в Ухане строились и другие крупнейшие предприятия, рассчитанные на потребление уганской стали: заводы тяжелых станков, котлов, паровых турбин, транспортного машиностроения. Однако до введения в строй этих предприятий Ухань в первую пятилетку оставался преимущественно городом легкой промышленности, в котором па предприятия пищевой и текстильной отраслей приходилось более 60% стоимости всей промышленной продукции. Помощь, оказанная Советским Союзом в строительстве Уханьского металлургического комбината и других объектов, дала основание говорить об Ухане как о городе советско-китайской дружбы.
Промышленное строительство во внутренних районах почти на голом месте, естественно, оказывалось более дорогостоящим, чем в приморских районах. Китайская печать приводила конкретные примеры такого строительства. Так, для сооружения во внутренних районах новой 24 Чанцзян жибао, 1959, 24 сент.
169


бумажной фабрики ежедневной производительностью 100 т газетной бумаги требовалось 26 млн. юаней, а при расширении предприятия в Приморье такой же прирост производства обходился вдвое дешевле, сроки строительства сокращались наполовину25. Расширение завода измерительных приборов «Синьчэн» в Шанхае па 50 тыс. единиц стоило 4 млн. юаней, между тем как строительство во внутренних районах завода с годовой производительностью 100 тыс. единиц потребовало бы ассигнований 40 млн. юаней и продолжалось бы три года26.
Преимущества приморских районов проявлялись и в области производительности труда. В 1956 г. приморские районы при 64% основных фондов (по первоначальной стоимости) и 58% чпсленпости рабочих и служащих дали 68 % объема валовой промышленной продукции страны27.
Доля промышленной продукции большинства внутренних провинций повысилась, но, как правило, в пределах нескольких десятых процента. Больше всего выросла доля Сычуани — с 4,7 до 6,1%. Разрыв в уровнях развития отдельных районов оставался очень значительным. Провинция Ляонин произвела в 1957 г. в 130 раз больше промышленной продукции, чем Цинхай; Шанхай — в 30 раз больше, чем Синьцзян.
В угледобывающей промышленности примерно одинаковое значение имели провинции Шаньси (18% всей стоимости продукции отрасли) и Ляонин. Им сильно уступали две другие угледобывающие провинции: Хэбэй (около 12%) и Хэйлунцзян (10%). Далее со значительным отрывом шли провинции Сычуань (около 6%), Цзилинь, Хэнань, Шаньдун (около 5% каждая), Аньхой (примерно 4%), Хунань, Цзянсу, Пекин (2—2,5%).
Около 27% всего производства электроэнергии было сосредоточено в провинции Ляонин, а в целом на Северо- Восточный Китай приходилось 48%. Из оставшейся половины производства электроэнергии более 12% давали Хэбэй с Пекином и еще примерно 10% — Шанхай. Таким образом на всю остальную территорию страны оставалась 25 Ню Чжунхуан. Пути социалистической индустриализации Китая. Пекин, 1958, с. 37. (На кит. яз.).
26 Жэньминь жибао, 1956, 24 ноября.
27 Проблемы развития экономики Китайской Народной Республики, с. 184.
170


только 74 электроэнергии. Относительно более обеспеченными ею были только Шаньдун (доля в стране — 4%), Цзянсу, Сычуань, Шаньси (3—3,5%). Почти вся выработка электроэнергии в этих районах концентрировалась в нескольких городах.
В лесной и деревообрабатывающей промышленности выделялась по своему значению провинция Хэйлунцзян (около 30% всех заготовок леса). По 7—9% стоимости продукции отрасли давали провинции Цзилинь, Гуандун, Хунань, Фуцзянь, автономный район Внутренняя Монголия, по 4—5% —Цзянси, Гуаней, Сычуань.
30% текстильного производства было сконцентрировано в Шанхае. Далее шли Хэбэй (около 13%), Цзянсу (более 9%), Аньхой (более 8%), Шаньдун, Ляонин. Доля остальных провинций пе превышала 3,5%, а многих из них составляла менее 1%, в том числе доля такого хорошо обеспеченного хлопком района, как Синьцзян.
Производство стали в той или иной степени осуществлялось в 11 провинциях, но около 70% давала провинция Ляонин с Аньшаньским и Бэньсийским комбинатами. Из других районов в снабжении страны металлом участвовали Хэбэй (9%), Сычуань (около 7%), Шаньси (около 5% )•
Только в половине китайских провинций имелись машиностроительные предприятия, причем Шанхай и Ляонин давали почти половину всей продукции отрасли. Относительно важными машиностроительными центрами были также Хэбэй (примерно 10%, с Пекином—15%), Хэйлунцзян (7%), Цзилинь (6%) и Шаньдун (5%).
Меньше всего провинций (семь) участвовало в производстве химической продукции; 33% ее приходилось на Шанхай, еще 23 — па Ляонин и 21,5% —на Хэбэй с Пекином.
Провинция Ляонин выделялась среди всех по выпуску цемента (более 38% общекптайского производства). Хэбэй вместе с Пекином давал более 16% продукции промышленности стройматериалов, Цзянсу — более 12, Хэйлунцзян и Хубэй — по 8%, Шаньси — около 8% 28.
Доля провинции Шаньси в производстве угля, чугуна, стали, электроэнергии была выше ее доли в общей численности населения. Во Внутренней Монголии, Цзянси,
23 Расчет на основании данных китайской прессы.
171


Таблица 13. Структура промышленности некоторых провинций в 1957 г
►а
1
X
ай *
*
Отрасль
S о
§ s
5 в
’S в
л о
*
=
к
£5
X &
го
X
л
а
Топливная
9,4 **
4,5
5,3
7,0
1,9 **
1,6 **
Электроэнергетика
—
8,1
1,7
—
—
—
Черная металлургия
23,3
—
1,1
9,0
5,5
1,4
Цветная металлургия
3,6
—
—
—
—
—
Металлообработка
—
20,3
21,5
23,0
28,2
19,8
в том числе машиностроение
20,4
16,0
11,6
—
18,0
13,9
«Химическая
6,6
6,2
6,4
14,0
7,3
' 6,2
Производство стройматериалов
—
2,2
3,2
3,0
—
—
Лесная и деревообрабатывающая
—
9,8
18,4
2,0
—
—
Бумажная
2,2
14,5
2,6
—
—
—
Текстильная
7,3
2,4
5,5
24,0
32,6
32,0
Пищевая
6,3
16,9
18,5
9,0
5,8
19,6
Прочие
20,9
15,1
15,8
9,0
18,7
19,4
* 1958 г.
** Вместе с электроэнергетикой.
*** В том числе фарфоро-фаянсовая промышленность (3,8%). **** Горнодобывающая промышленность вместе с металлургией.
Хунани, Гуандуне, Гуаней такое превышение отмечалось в лесозаготовительной промышленности, в Хубэе — в производстве цемента. Во всех остальных внутренних провинциях ни по одной отрасли не было превышения по сравнению с общей численностью населения.
О степени индустриализации отдельных регионов можно судить по структуре промышленного производства (табл. 13). По доле машиностроения впереди всех шли провинции Ляонин, Цзилинь, Хэйлунцзян, Хэбэй, Шанхай, Цзянсу, Хубэй. В этих же провинциях и еще в Хунани, Гуандуне и Сычуани была относительно высокой доля химической промышленности (6% и выше). По доле черной металлургии среди всех выделялись Ляонин, Хэбэй, Шанхай, Сычуань.
К концу первой пятилетки сложились следующие основные промышленные очаги Китая: Северо-Восток, Пекин—Тяньцзинь—Таншань, Тайюаньский промышленный узел, район Лоян—Чжэнчжоу—Кайфын, Цзинань— Циндао, Шанхай и юг провинции Цзянсу, Ухань, Гуан-
172


Аньхой
Чжэцзян
Хубэй
Хунань
Цзянси
Гуандун
Гуаней
Сычуань
Гуйчжоу
4,5
1,1 **
2,8
5 ****
2,4 **
2,3
0,7
—
—
—
0,9
—
1,5
1,1
0,7
2,9
0,5
6,1
—
—
—
—
7,7
2,6
4,1
—
—
9,6
16,5
—
17,4
0,5
7,1
9,9
—
20,6
15,4
5,6
11,4
9,4
12,2
10,1
4,3
5,4
7,2
10,3
—
—
—
—
1,4
4,7
8,9
—
6,4
5,5
6,0
3,4
4,0
2,3
4,9
—
—
2,5
—
1,5
—
—
—
4,3
—
—
2,7
—
4,6
—
4,7
—
3,7
4,0
—
—
2,1
13,8
27,6
21,2
11,2
17,0
13,0
2,4
9,8
10,1
34,8
47,2
31,0
27,7
30,9
44,5
44,6
39,3
33,7
23,9
6,5
11,9
27,2
21,8 ***
10,0
19,8
19,5
23,3
Источники: Центральный Китай. М., 1961, с. 89, 201, 367; Южный Китай/На кит. яз. Пекин, 1959, с. 33, 84; Северо-Восточный Китай. М., 1963, с. 73, 182, 281; Восточный Китай. М., 1962, с. 45, 211, 312; Юго-Западный Китай. М., 1963, с. 51, 123. (На кит. яз.).
чжоу, Чэнду—Чунцин, Сиань—Ланьчжоу. Из них только Северо-Восточный Китай можно считать в определенной степени сложившимся экономическим районом. Остальные промышленные очаги только закладывали основы будущих районов, их производственные связи еще далеко не определились и оставались ограниченными, поэтому промышленные районы имели в целом анклавный характер.
К основным в той или иной степени промышленным провинциям (Хэбэй, Цзянсу, Сычуань, Гуандун) непосредственно примыкали соседние, в результате чего получались следующие группировки провинций по экономическим принципам: Хэбэй—Шаньси, Цзянсу—Шанхай, Аньхой—Чжэцзян, Гуандун—Гуаней, Сычуань—Г уй- чжоу. Можно говорить об определенном экономическом единстве Хубэя и Хунани, Шэньси и Ганьсу. Окраинные районы были промышленно обособлены от центральных. Ряд провинций, промышленно слаборазвитых и расположенных между двумя или несколькими индустриальными 173


центрами, имели неопределенную экономическую ориентацию. Это — Шаньдун (между Восточным и Северным Китаем), Хэнань (между Северным и Центральным), Цзянси (между Центральным и Восточным), Фуцзянь (между Восточпым и Южным), Внутренняя Монголия (между Северо-Восточным и Северным).
Изменения в размещении промышленности на этапе «большого скачка»
и ликвидации его последствий (1958—1965)
В «Предложениях ко второму пятилетнему плану», одобренных VIII Всекитайским съездом КПК, а также в докладах на съезде Лю Шаоци и Чжоу Эпьлая значительное место было отведено проблемам размещения производства. Как и прежде, вопрос шел о рациональном соотношении приморских и внутренних районов, о постепенном перенесении центра тяжести капитального строительства в глубь страны. Намечалось продолжить создание промышленных баз в районах Северо-Востока, Центрального Китая и Внутренней Монголии, делая при этом упор на черную металлургию; начать строительство новых промышленных баз на Юго-Западе, Северо-Западе и в районе Синьцзяна, сосредоточив главное внимание на черной металлургии и гидроэлектроэнергетике; продолжить строительство предприятий нефтяной промышленности и цветной металлургии в районе Синьцзяна; активно повышать роль имеющейся промышленной базы в районах Восточного Китая, а также Северного и Южного Китая 29.
Переход к политике «большого скачка» сопровождался выработкой новых основ территориальной организации производства, главными из которых стали принципы создания завершенных промышленных систем в районах кооперирования и в провинциях, формирование самоснаб- жающихся производственных единиц и равномерного размещения производительных сил. Эти принципы утверждались уже в новой обстановке децентрализации управления промышленностью, осуществленной в 1958 г.
Идея создания завершенных промышленных систем в масштабах сначала районов кооперирования, а потом и
29 Материалы VIII Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая. М., 1956, с. 491—492. 174


отдельных провинций была высказана Мао Цзэдуном в августе 1958 г. при осмотре города Тяньцзиня30. Согласно китайской экономической печати, интерпретировавшей это высказывание Мао, промышленные системы не только районов кооперирования, по и территориальных единиц более низших рангов намечалось создавать на основе комплексного использования местного сырья в целях удовлетворения местных потребностей путем сбалансирования производства и потребления, что должно было привести к большой независимости районов друг от друга.
Перед каждым крупным экономическим районом ставилась задача развивать буквально все отрасли производства. Журнал «Цзихуа цзинцзи» («Плановое хозяйство»), в частности, писал: «При планировании необходимо, базируясь на имеющихся промышленных центрах, с одной стороны, полностью использовать производственные ресурсы существующих предприятий путем расширения или реконструкции, а с другой стороны, создавать новые крупные предприятия с тем, чтобы район как можно скорее построил завершенную промышленную систему. Эта система должна включать энергетику, черную и цветную металлургию, химию, промышленность строительных материалов, машиностроение (производство металлургического и горнорудного оборудования, энергомашиностроение). После создания такой промышленной системы можно на месте получать сырье, тут же его обрабатывать и на месте же потреблять готовую продукцию, включающую необходимые для промышленности района сырье, материалы, топливо, оборудование, необходимые для технической революции в сельском хозяйстве машины и удобрения, механизмы, необходимые для транспорта и других областей хозяйства» 31.
Таким образом, задача комплексного развития районов была подменена требованием максимального удовлетворения потребностей за счет собственного производства, требованием самоснабжения. Специализация района отодвигалась па второй план и ставилась в зависимость только от пространственных различий в природных, условиях, т. е. от единственного фактора, который никоим образом не может быть снивелирован.
30 Жэньминь жибао, 1958, 18 авг.
31 Цзихуа цзинцзи, 1958, № 7, с. 7.
175


В качестве районообразующих стали рассматриваться не отрасли специализации, а отрасли, удовлетворяющие главные и наиболее массовые потребности, в первую очередь четыре основные отрасли тяжелой промышленности: металлургия, машиностроение, угольная и электроэнергетическая 32. Основой формирования районных промышленных комплексов провозглашалась прежде всего черпая металлургия. Из факта громадной значимости черной металлургии был сделан вывод о том, что черную металлургию с полным циклом производства можно рассматривать как отрасль местного значения (пока в масштабах крупных экономических районов).
Каждому району кооперирования предписывалось в обязательном порядке иметь хотя бы одно крупное металлургическое предприятие. В определенных пределах допускалось варьирование числа таких предприятий и их размеров. Так, в Юго-Западном, Центральном, Северном п Восточном Китае металлургических заводов, согласно этим проектам, должно было быть больше. В Северо-Западном и Южном Китае считалось более подходящим строить меньшее число объектов и менее крупных.
Развитие металлургии вменялось в обязанность всех провинций и автономных районов, при этом в каждой провинции и районе предполагалось построить по одному или нескольку металлургических заводов с годовой производительностью менее 1 млн. т стали для снабжения металлом промышленности провинциального значения.
Для развития машиностроения в первую очередь намечалось создать крупные специализированные литейнокузнечные центры, кооперирующиеся с металлургическими комбинатами. Согласно общим наметкам, в районах кооперирования литейно-кузпечпые центры должны были оборудоваться гидравлическими прессами на 6— 12 тыс. т. В Дунбэе таким цептром являлся Шэньян. В других районах кооперирования для этой цели были выбраны города Пекин, Шанхай, Гуанчжоу, Ухань, Чэнду, Ланьчжоу. В систему машиностроения района кооперирования включалось производство горнорудного оборудования, радиоаппаратуры, инструментов, станков.
32 Лю Цзайсин. Проблема создания завершенных промышленных систем в районах кооперирования. — Синь цзяныпэ, 1958, № 10, с. 45.
176


Считалось, что он должен в основном удовлетворять своп потребности в оборудовании; связи по кооперированию не должны были выходить за пределы координационных районов.
Машиностроение каждой провинции и автономного района в перспективе должно было опираться па свой литейно-кузнечный центр с гидравлическим прессом 1000—2500 т. В компетенцию провинции включалось изготовление оборудования для металлургических заводов мощностью 200 тыс. т стали в год, для шахт годовой производительностью 300 тыс. т угля, для заводов синтетического аммиака с годовым производством 10 тыс. т, энергетического оборудования для электростанций мощностью 1500 кВт, изготовление небольших тракторов и автомашин, сельскохозяйственных машин и оборудования для местных предприятий легкой промышленности.
Важное место в этих планах отводилось созданию собственных энергетических баз во всех районах. Цель максимального обеспечения нужд района в угле за счет собственного производства аргументировалась фактом широкого распространения угольных месторождений.
Какие субъективные и объективные причины побудили китайское руководство предпочесть вариант районной автаркии? Главная причина состоит в антинаучных, антимарксистских взглядах маоистов на пути строительства социалистического общества, что связано с пренебрежением к опыту социалистических стран, с пропагандой курсов «опоры на собственные силы» и «готовиться к войне, готовиться к стихийным бедствиям». Определенную роль сыграла экономическая отсталость Китая, пе- развитость транспорта, исторически сложившаяся изолированность районов. Постановку такой проблемы можно объяснить также относительным богатством природных и трудовых ресурсов, широким распространением мелкого производства, рассчитанного на узкий, локальный рынок.
В планах построения в ближайшем будущем коммунизма, которые получили значительное распространение во время «большого скачка», китайское общество мыслилось как иерархия разных по масштабам, но в принципе однотипных районных комплексов. Народнохозяйственный комплекс страны в целом должен был состоять из совокупности комплексов районов кооперирования, распадающихся на провинциальные комплексы, складываю-
12 Л. И. Молодцова
177


щиеся в свою очередь из комплексов уездов и, наконец, комплексов народных коммун как основных производственных ячеек страны. Промышленные системы районов на разных уровнях этой пирамиды должны были быть специфическими.
Максимальная самообеспеченность районов всем необходимым должна была способствовать постепенному свертыванию товарных отношений. Китайское руководство с большей или меньшей последовательностью отстаивало в те годы концепцию «буржуазной сущности» и потому неприемлемости товарных отношений. При этом делались ссылки на взгляды классиков марксизма-ленинизма о коммунистическом обществе и высказывания Сталина о постепенной замене товарного производства по мере продвижения к коммунизму продуктообменом. Кроме того, по мнению китайских теоретиков, в условиях переходного периода развитие товарных отношений порождает возможность реставрации капитализма.
Широкого развития товарно-денежные отношения в сельской местности еще не достигли. Небольшой объем промышленного производства на первых порах облегчал строго централизованное управление в государственном секторе и натурально-распределительные отношения между государственным и кооперативным секторами. По мере индустриализации страны все более широкие производственные связи между предприятиями требовали товарной формы эквивалентных отношений. Особенно серьезная «опасность» оживления товарных контактов возникла в результате мер по децентрализации управления и распространению мелкого производства. В этих условиях почти полная сбалансированность хозяйства в районном масштабе должна была послужить определенным «противоядием» против хозяйственной самостоятельности предприятий.
Концепция районной автаркии хорошо укладывалась в рамки теории «опоры на собственные силы». Она мобилизовывала на максимальное использование местных ресурсов, ориентировала на то, чтобы обходиться без помощи со стороны, и сулила видимые выгоды для местного снабжения.
Важную роль при формировании теории районной автаркии сыграла теория «народной войны». Существование хозяйственно обособленных регионов рассматрива178


лось как необходимое условие обеспечения их длительной обороны и лучшего маневрирования ресурсами.
Перспективные планы создания в каждом районе полного промышленного комплекса начали осуществляться с повсеместного развития металлургии. В Северо-Восточном Китае помимо расширения Аныпаньского металлургического комбината были проведены работы по дополнению производственного цикла на Бэньсийском металлургическом заводе. Возводились новые цеха на заводах Фушупя и Дальнего. Началось сооружение средних металлургических заводов в Аньдуне и Телине (провинция Ляонин), в Тунхуа (провинция Цзилинь) и мелких заводов в Чанчуне, Сыпиие, Харбине и многих других городах.
В Северном Китае были значительно расширены четыре старых предприятия: Шицзиншаньский и Тайюаньский металлургические комбинаты, Таншаньский и Тайюаньский металлургические заводы. Кроме начатого еще в первой пятилетке сооружения металлургического комбината в Баотоу, развернулось строительство двух новых заводов в провинции Хэбэй — в Ханьдане и Сюаньхуа.
В Восточном Китае увеличилось производство стали более чем па десяти заводах Шанхая, сталелитейное производство которых дополнялось доменным. Был составлен план реконструкции и расширения Мааныпаньского металлургического комбината. Начались работы по строительству группы небольших металлургических заводов вблизи угольных бассейнов Цзянси, вдоль Янцзы.
В Центральном Китае продолжалось сооружение Уханьского комбината, увеличилось производство стали на заводе в Дае. В северо-восточной части провинции Хэнапь, богатой углем и железной рудой, в городе Аньян, началась подготовка к строительству комбината средней мощпости. В провинции Хунань для металлургического производства был выбран город Сянтань.
В Южном Китае в 1958 г. вступила в строй первая очередь Гуанчжоуского металлургического завода, предполагалось организовать чугунолитейное производство в новом промышленном центре Гуандуна — городе Шао- гуане.
В Юго-Западном Китае были установлены новые сталелитейные мощности в Чунцине и построено несколько домен. В главном городе провинции Сычуань Чэнду стал 12*
179


строиться завод бесшовных труб. В дальнейшем самой крупной базой производства черных металлов Сычуани и всего Юго-Запада намечалось сделать Сичан, недалеко от которого, в юго-западной части Сычуани, в горах, было обнаружено богатое месторождение железо-титановых руд. В провинции Гуйчжоу, в городе Цзуньи, началось возведение металлургического комбината средней мощности.
В Северо-Западном Китае, в Сиане и Баоцзи, начали строить металлургические объекты, рассчитанные на использование чугуна мелких домен юга провинции Шэньси. Плановые органы КНР приняли решение о создании на Северо-Западе собственной крупной металлургической базы (типа Баотоу и Уханя), для которой был выбран город Цзюцюапь па линии железной дороги Урумчи — Лапьчжоу.
Создание завершенных систем в рамках районов кооперирования соответствовало принципу равномерного размещения производительных сил. Дальнейшему претворению в жизнь этого принципа должно было способствовать широкое распространение мелкого производства.
Самым действенным средством коренного изменения размещения промышленности маоисты считали мелкое производство, ссылаясь па его привязанность к местным ресурсам и приспособляемость к местному спросу. В первую очередь с помощью мелких предприятий намеревались положить конец концентрации промышленности в больших городах. Располагаясь там, где прежде не было по существу никакой промышленности, — в сельской местности, в маленьких поселках, в районах расселения национальных меньшинств, мелкие предприятия должны были способствовать распространению промышленности вширь. Министр металлургической промышленности Ван Хэшоу писал: «К концу 1957 г. во внутренних районах страны производство металла оставалось весьма незначительным, во многих провинциях с большим населением и богатыми ресурсами металл совсем не выплавлялся или выплавлялся в незначительных количествах. Раньше некоторые считали, что этот вопрос, имеющий первостепенное значение, не может быть коренным образом решен пи за 10, ни за 20 лет. После большого скачка одновременно со строительством крупных современных объектов 180


было построено множество средних и мелких, центры металлургического производства оказались разбросанными по всей стране. Так был найден путь кардинального решения проблемы размещения в соответствии с принципом «больше, быстрее, лучше, экономнее» 33.
В самый разгар «большого скачка» министр первого министерства машиностроения Чжао Эрлу рисовал такую перспективу: «С одной стороны, мы должны в условиях всестороннего планирования и централизованного управления строить основные крупные предприятия центрального и местного подчинения, улучшать размещение машиностроительной промышленности и, исходя из конкретных условий на местах, создавать во всех районах кооперирования и провинциях собственные системы машиностроения. Л с другой стороны, мы должны поднимать народные массы па борьбу за создание машиностроительных заводов в соответствии с применением традиционных методов и тем самым добиться того, чтобы каждый уезд, каждая волость и каждая народная коммуна имели свои машиностроительные мастерские и удовлетворяли свои потребности в оборудовании» 34.
В соответствии с той же целью равномерного размещения промышленности делались такие наметки развития химии: «Если построить много средпих и небольших химических заводов, а именно в 150 округах страны в течение пяти лет построить в среднем в каждом втором округе завод азотных удобрений на 40 тыс. т в год, а в каждом втором уезде — завод на 10 тыс. т, то к исходу следующей пятилетки можно будет получать 14 млн. т удобрений в год» 35.
Широкое распространение получил принцип «централизации крупного и децентрализации мелкого производства»: мелкие предприятия, численно преобладавшие, предполагалось рассредоточить по всей территории. Крупные предприятия, которых было не так много, должны были по-прежнему концентрироваться в узловых пунктах. Поскольку упор делался на строительство мелких предприятий, в преимущественном положении теоретически оказывались мелкие поселки и небольшие города.
33 Хупци, 1960, № 9, с. 2.
34 Хунци, 1958, № 13, с. 3.
35 Цзинцзи яньцзю, 1958, № 6, с. 51.
181


Промышленность «народных коммун» также должна была включать широкий набор отраслей. В сочетании с комплексным характером сельскохозяйственного производства это должно было превратить «народную коммуну» в низовой, «элементарный» экономический район, которому были бы присущи в миниатюре все основные черты производственного комплекса страны в целом.
В значительной степени за счет мелкого производства в 1958 г. изменилось соотношение между внутренними и приморскими районами в пользу первых. В машиностроении, как сообщалось, доля внутренних районов возросла с 25% в 1955 г. до 51% в 1958 г. по валовой стоимости, а по численности занятых — с 33 до 48%. Производство металлорежущих станков во внутренних районах в 1955 г. составляло 11% от общегосударственного, а в 1958 г. — 32% 36. Однако эти показатели не учитывают качества продукции и не могут быть признаны в полной мере достоверными.
Крах «большого скачка» в большей мере отразился на экономическом развитии внутренних районов, чем приморских. Причин было несколько. Поскольку внутренние районы опирались главным образом на новое строительство, они резче ощутили потери от консервации ряда промышленных новостроек. Свертывание мелкого производства также сказалось на них более болезненно. Политика «урегулирования», предусматривавшая повышение экономической эффективности производства, делала ставку на имевшиеся предприятия и старые промышленные центры, которые при наличии технологического и кадрового потенциала и при лучшем обеспечении средствами транспорта давали большую отдачу. В результате внутренние районы оказались в значительной степени отброшенными назад. Если темпы роста в 1958—1965 гг. в приморских провинциях снизились в 1,5—2,5 раза (в 1,5 раза — в Шанхае и Цзянсу, в 2 раза — в Гуандуне, в 2,5 раза — в Ляонине), то во внутренних провинциях замедление роста было многократным (в Сычу- ани — более чем в 3 раза, Юньнани — в 5, в Ганьсу — даже в 14 раз).
По мере выхода из кризиса после «большого скачка» стало проявляться стремление к большей экономической 36 Цзинцзи яньцзю, 1960, № 1, с. 8.
182


эффективности, повышалось значение старых промышленных центров, обладавших технологическим и кадровым потенциалом и развитой инфраструктурой.
Новое капитальное строительство в химической промышленности, приспособленное к курсу «сельское хозяйство— основа», осуществлялось главным образом в восточных и центральных районах. В 1965 г. были завершены работы по строительству и реконструкции ряда предприятий по производству химических удобрений, в том числе таких крупных, как цех мочевины в Уцине (возле Шанхая), первые очереди Чжучжоуского (Хунань), Кайфынского (Хэнань) и Тяньцзиньского заводов. Были расширены Чжапьцзяпский и Гуанчжоуский заводы фосфорных удобрений. Около половины мощностей азотнотуковых заводов приходилось на Северо-Восточный Китай: там были расположены самые мощные заводы в стране (в Дальнем и Цзилине). В Восточном Китае важным поставщиком азотных удобрений для страны стала провинция Цзянсу (Нанкин) и Шанхай. По одному- двум крупным заводам имели также Северный Китай (Тайюань), Северо-Западный (Ланьчжоу), Центральный (Кайфын и Ухань), Южный (Гуанчжоу) Китай. В Восточном Китае в 1965 г. начал работу второй после Нанкинского завод фосфорных удобрепий в провинции Цзянси. Нефтеочистка, коксохимия и производство серной кислоты также наиболее успешно развивались в восточных районах.
Предприятия второй приоритетной отрасли периода «урегулирования», сельскохозяйственного машиностроения, также оказались сосредоточенными в основном в восточной зоне: тракторные заводы — в Тяньцзине, Чанчуне, Аныпане, Лояне, Шэньяне, Ухане, Шанхае, Наньчане; заводы по производству комбайнов — в Кайфыне, Цзилине и Цзямусы; заводы по производству тракторного оборудования и деталей — в Шицзячжуане, Наньчане, Бапбу, Кайфыне, Уси.
Преимущества, которые получили приморские районы в период «урегулирования», позволили им быстрее выйти из состояния острого кризиса, вызванного «большим скачком». В целом в течение 1957—1965 гг. темпы роста промышленности были здесь на уровне около 10% (в Пекине — 14, в Цзилине и Хэнани — по 11, в Цзянсу, Чжэцзяне, Шанхае, Цзянси, Гуандуне — около 9%). Во внут183


ренних районах пагубные последствия «большого скачка» преодолевались с большим трудом. В Юньнани, Ганьсу, Синьцзяне за все восемь лет после периода первой пятилетки прирост промышленного производства составлял ежегодно в среднем 2—4%. В несколько лучшем положении оказалась только Внутренняя Монголия, где начал функционировать Баотоуский промышленный узел. В результате внутренние районы понизили свою долю в общем промышленном производстве.
Период «урегулирования» характеризовался более трезвым подходом к проблемам размещения производительных сил. Ошибочность прежней политики создания в каждом крупном экономическом районе и в провинциях полных промышленных комплексов стала признаваться в теоретических работах китайских экономистов уже в 1962 г.: «В некоторых районах вследствие исторических, природно-географических и экономических причин особо развиты отдельные отрасли промышленности или промышленность в целом, а в других районах преимущественно развиты некоторые отрасли сельского хозяйства или сельское хозяйство в целом. Учитывая специфику этих районов, при составлении производственных балансов нельзя прилагать к ним одни и те же мерки. Необходимо обращать внимание на то, чтобы особенности этих районов поставить на службу общегосударственным интересам. Надо исходить из принципа «вся страна — единая шахматная доска», надо в первую очередь принимать в расчет потребности развития всего народного хозяйства в целом» 37.
Автор статьи «По поводу значения подсчетов национального дохода в районах и составления районных балансов» Фан Бинчжу выдвинул в качестве первой особенности воспроизводственного процесса в границах района то, что в экономическом отношении район не может представлять собой завершенную и замкнутую систему. Он также подчеркнул две другие особенности экономического района: его несамостоятельность в финансовом отношении и отсутствие полной сбалансированности производства и потребления, доходов и расходов, ввоза и вывоза 38.
37 Цзинцзи яньцзю, 1962, № 11, с. 9.
33 Цзинцзи яньцзю, 1963, Xs 4, с. 1—15.
184


Поскольку система централизованного планирования оказалась разрушеппоп «скачком» и кооперирование в пределах страны налаживалось с большим трудом, на первый план выдвинулась задача кооперирования в пределах районов. Межрайонные связи рассматривались по инерции как вспомогательный, хотя и важный момент. В этом плане ставилась проблема соотношения государственного баланса с районным: «Надо обращать внимание па принцип кооперирования на местах для ликвидации дальних перевозок. Если условия позволяют организовать кооперацию на месте, то необходимо, разбив ведомственные рамки, создать такую кооперацию (разделение управления по отраслям не должно служить помехой кооперации между предприятиями). Таким образом можно достичь рационального размещения промышленности, расширить возможности данного района, дополнив цикл производства, уменьшить дальность транспортировки продукции, способствовать хозрасчетной деятельности предприятий. Но необходимо также придерживаться принципа «вся страна — единая шахматная доска», и если в данном районе не подготовлены условия для кооперирования, а в рамках страны такие условия есть, то необходимо, игнорируя границы районов, организовать кооперацию в масштабах страны. Так как развитие отраслей и районов происходит неравномерно, невозможно требовать от каждого района создания полного цикла производства» 39.
Таким образом, если раньше «дополнение цикла производства» имело своей конечной целью создание завершенной промышленной системы, то теперь перед отдельными районами такая глобальная цель не ставилась, но ориентировка района па максимальное самоснабжение сохранилась, как и пропаганда курса «опоры на собственные силы».
3. Особенности размещения промышленного производства в 1966—1978 гг.
«Культурная революция» возродила все основные аспекты экономической политики маоистов. Вновь получили права гражданства идеи самоспабжающихся агропромышлен39 Дагунбао, 1962, 29 авг.
185


ных производственных ячеек, районной автаркии, равномерного размещения производительных сил. Если во время «большого скачка» эти методы преподносились как ускорители экономического и социального прогресса, то теперь аргументация в их пользу стала все больше связываться с необходимостью подготовки к войне. В целях передислокации промышленных предприятий предлагалось рассредоточить стратегически важные объекты по веей стране, обеспечить возможность маневра и автономного существования регионов в случае военных действий40. Вторично был брошен клич «создать самостоятельные промышленные системы во всех районах», добиться их максимальной самообеспеченности. Начатая в период «урегулирования» работа по налаживанию системы специализации и кооперирования в промышленности была полностью приостановлена, а сама инициатива этого рода была занесена в «черный список» злодеяний Лю Шаоци.
Как и во время «большого скачка», директива о самообеспеченности касалась не только крупных, но и мелких административных единиц вплоть до первичных хозяйственных ячеек. Каждая «коммуна» обязывалась снабжать себя не только продуктами питания, но и средствами производства, удовлетворять в основном свои потребности в удобрениях, сельскохозяйственных орудиях и электроэнергии.
В связи с этим снова поднялся престиж мелкого производства. К числу прежде восхвалявшихся достоинств мелких предприятий (простота и дешевизна строительства, возможность обходиться местными ресурсами и т.п.) были отнесены также их мобильность и рассредоточенность как качества, особенно ценные в условиях военных операций. Крупные предприятия не «вписывались» в планы социального переустройства Китая и готовящейся войны, оставались «бастионами» современных методов управления, клеймившихся как ревизионистские, требовали строго налаженной системы разделения труда. Попытки их «приспособления» были очень разнообразными и включали полную перестройку внутренней структуры предприятий, дополнение производственного цикла, приобщение рабочих к сельскохозяйственному труду, переселение части их в деревни, разрушение связей по 40 Хунци, 1969, № 10, с. 31.
186


кооперированию. Дело доходило до того, что целые цеха промышленных предприятий перебазировали в сельскую местность41.
Принцип «равномерного», или «повсеместного», размещения в первую очередь насаждался в машиностроении, что приводило к созданию массы мелких и средних предприятий с универсализированным производством42.
В качестве примера «рационального» размещения промышленности печать рекламировала опыт автомобилестроения: предприятия отрасли были созданы в 24 крупных административных единицах из 29. Аналогичная картина наблюдалась в сельскохозяйственном машиностроении. Для того чтобы покончить с топливной зависимостью Юга страны от Севера, начали создавать угольные шахты в районах южнее Янцзы. В провинциях Цзянсу, Чжэцзян, Гуандун, Хунань, Хубэй, Цзянси и в Гуанси-чжуанском автономном районе десятки тысяч рабочих и крестьян были мобилизованы на изыскание и добычу угля.
В опубликованном в сентябре 1970 г. докладе Государственной комиссии по капитальному строительству указывалось, что уже 20 провинций создали собственные промышленные системы, включавшие такие отрасли, как добыча угля, электроэнергетика, металлургия, сельскохозяйственное и транспортное машиностроение43.
Политика стимулирования развития приморских районов в период «урегулирования» подверглась критике. Значительная часть нового капитального строительства была перенесена во внутренние районы. Из 57 объектов, завершенных строительством в 1967—1970 гг., только 23 приходилось па приморские районы 44. По некоторым расчетам, к 1970 г. доля приморских районов в производстве
41 Сюй Дисинъ. Необходимо позпать и сознательно использовать объективные экономические закономерности. — Гуанмин жибао, 1978, 21 июля.
42 «Мы должны иметь в виду, что Китай — большая социалистическая страна, где имеется более 2000 уездов и тысячи предприятий. Если все будут рассчитывать на получение оборудования от машиностроительных предприятий, то это очень затруднит удовлетворение потребностей. В решении вопросов обеспечения оборудованием необходимо опираться на собственные силы, идти по пути самовооружения» (Жэпьмипь жибао, 1970, 6 септ.).
43 Ху иди, 1970, № 10, с. 15.
44 China: a Reassessment of the Economy. Washington, 1975, p. 86. 187


Таблица 14. Доля приморских районов в производстве важнейших видов промышленной продукции в 1952—1970 гг.,%
Вид продукции
1952 г.
1957 г.
1965 г.
1970 г.
Электроэнергия
65,7
60,0
54,0
56,7
Уголь
34,4
35,6
35,5
40,4
Нефть
75,0
40,0
16,2
13,3
Сталь
84,6
83,3
63,6
55,5
Химические удобрения
100,0
87,5
48,9
50,0
Цемент
72,4
62,3
40,9
38,9
Бумага
50,0
44,4
40,0
38,9
Станки
90,0
...
...
79,6
Хлопчатобумажные ткани
81,6
70,0
61,1
61,3
Сахар
40,0
33,3
46,7
47,1
Источник: China: a Reassessment of the Economy, p. 89.
важнейших видов промышленной продукции песколько понизилась (табл. 14).
1972—1973 годы характеризуются приглушением левоэкстремистских тенденций, характерных для периода «культурной революции», усилением внимания к вопросам управления и планирования. Проходившее в феврале 1973 г. государственное совещание по капитальному строительству постановило сократить общий объем капитальных работ, сосредоточив усилия на важнейших объектах. Совещание утвердило пять принципов планирования капитального строительства:
1) выделить особо важные и необходимые для выполнения четвертой пятилетки объекты, добиться их скорейшего окончания и ввода в строй;
2) строго придерживаться очередности памечепных к строительству объектов, не вести работы без проектов и выяснения ресурсов;
3) временно приостановить строительство объектов, не обеспеченных в полной мере сырьем, водой и электроэнергией;
4) отказаться от нового строительства, если необходимая продукция может быть получена за счет потенциальных возможностей действующих предприятий или резервных мощностей воепных предприятий;
5) в целях скорейшего введения в строй начатых
188


строительством объектов наметить первоочередные работы и направить все усилия на их завершение45.
Это решение вновь повышало роль приморских районов, лучше геологически изученных и имеющих определенные резервы на действующих предприятиях.
Регионализму и местничеству стала противопоставляться задача «большой социалистической координации», которая трактовалась и в традиционном плане объединения усилий всех предприятий данной местности и в более широком аспекте — межпровинциальной специализации и координации производства. Для большей убедительности был привлечен старый лозунг «вся страна — единая шахматная доска», который активно использовался для усиления начал централизации в период после провала «большого скачка» 46. Однако при отсутствии общей программы индустриализации попытки организовать территориальное разделение труда оказались безуспешными. Каждая провинция разрабатывала собственный план развития, а работники центральных ведомств занимались только «стыковкой» этих планов в какое-то подобие общей схемы, чтобы согласовать их друг с другом. В итоге удалось добиться только некоторой дифференциации задач в зависимости от уровня развития каждого региона и отказа от шаблона «завершенной промышленной системы» как цели ближайшей перспективы. Критерий народнохозяйственной эффективности к этим региональным планам был неприложим.
Рассмотрим общие итоги регионального развития промышленности в 1965—1975 гг. (табл. 15).
Промышленный потенциал районов нижнего течения Хуанхэ возрос в основном за счет индустрии Пекина и Тяньцзиня, развития нефтехимии (на базе вновь открытых в этом районе месторождений нефти Даган и Шэнли), а также машиностроения.
Повысились общие промышленные возможности районов среднего течения Хуанхэ и Янцзы (Внутренняя Монголия, Шэньси, Хэнань, Хубэй, Хунань). В этих районах начали давать продукцию те промышленные объекты, которые были построены или заложены в 50—60-х годах (в Баотоу, Тайюане, Сиане, Лояне, Ухане).
45 Чжунгун яньцзю, 1973, т. 7, № 5, с. 31.
46 Жэньминь жибао, 1972, 5 февр.
189


Таблица 15. Региональная структура промышленности
Рч'
L/5
к
Is?
СТ»
млрд, юаней
§
О .о «О'
£ СТ»
млрд, юаней
Рч
доля,
%
1/5 СО
СТ5
млрд, юаней
Рч’
доля,
%
С"*
i/5
05
млрд, юаней
доля,
%
| 1952
млрд, юаней
Административная
единица
осчооосчсооою ^^г^сч>^с0>о>ч-^ч^со>
СО* lO* LO~ Ю* СО* ч-7 СЧ* Kj*" Ю* ч-Г СЧ ч-i чн СО СО СЧ Ю ч-i 4ч СМ О
ф о ом< оосо чч ooooic со сч ’ч-^г^с^о^оо^со^Г'^*^сч~^ «и*соооо о со [> о оо «ч-Гсч t> оо со ^оГсо-чнОю оо со *4< оо сч Ю ч-< СЧ СЧ СЧ чН чНЮСОСЧ чН ч-i ч-< СЧ ч-<
ОСЧСЧС^Шч-сфШОГ^ ^LO.O.CO.C^СО_О^СЧ^'Г^"Ч-^0_0 cm_cd_
С^С010Ю1г£сО^С^СОСО»Н*>ч-Гс<ГчгГ-ч-ГссГсОСЧ1Пх-1*^Ф’ч-<СМФ
0-И тИ О 00 СО тЧ чг-^Ю^СЧ^чт^чг^С^ОО СЧ^Ю^ОО 00^-ч-^кП СЧ^кО СО? O<f со" СЧ~ сч" чгГ сГ чгГ csf чгГ Ч-t чН СЧ ч-< СО О чг-t О чН о


Я
«
00
о «
§
*csf
л
о
О
ft
Я ф
>s
X
3
«
я
GJ а
<D
2 о я
о
'o'
о
р,’
О
я


Район устья Янцзы (Цзянсу, Аньхой) также развивался темпами выше средних по стране, вместе с Шанхаем он устойчиво давал около 30% промышленной продукции страны (металлообработка, химия, легкая индустрия). Такая же стабильность характерна для Южного Китая.
Медленно шло развитие Юго-Западного и Северо- Западного Китая. Темпы промышленного роста Сычуани снизились по сравнению с первой пятилеткой в 3 раза, Юньнани — в 2 раза.
В итоге произошло существенное выравнивание темпов развития старых и новых промышленных районов. Хотя государство располагало определенным механизмом перераспределения капитальных средств и более развитые районы отчисляли в госбюджет большую долю своих денежных поступлений, в абсолютных размерах объем капиталовложений в старых районах оставался выше. Эти средства в условиях более развитой инфраструктуры приморских районов, большего развития специализации и лучшего обеспечения квалифицированной рабочей силой использовались эффективнее. Ускоренному росту приморских районов способствовала, вероятно, и более благоприятная структура капиталовложений, которые направлялись в самые прогрессивные отрасли (машиностроение, химию, электроэнергетику), в то время как состав отраслей во внутренних районах включал большую долю капиталоемких отраслей (добывающая, металлургическая, лесозаготовительная), отраслей легкой промышленности, развивавшихся относительно медленнее.
По сравнению с начальным этапом индустриализации понизилась доля приморских провинций: Ляонина, Хэбэя, Шанхая, Шаньдуна, Чжэцзяна, Фуцзяни — и таких глубинных провинций, как Сычуань, Юньнань, Синьцзян- уйгурский автономный район. Сильно вырос промышленный вклад столичного района (Пекина, Тяньцзиня) и Внутренней Монголии. Прослеживается некоторое перемещение промышленности в центральные районы страны, что выразилось в незначительном повышении доли Хэнани, Хубэя, Хунани, Шэньси, Ганьсу, Цинхая, Гуанси- чжуйнского автономного района и Гуйчжоу. В положении остальных провинций существенных изменений не произошло.
Северо-Восточный Китай был основным районом про192


мышленного развития в первую пятилетку, когда он давал около !/з промышленного производства страны. С тех пор его роль медленно, но неуклонно снижалась и к 1975 г. вернулась к уровню 1952 г. Значение Северного Китая возросло, и по общему промышленному потенциалу он вплотную приблизился к Северо-Востоку. Восточный Китай играл особую роль в период ликвидации последствий «большого скачка». К 1975 г. его доля несколько снизилась по сравнению с 1965 г., но остается выше, чем в конце первой пятилетки. Вклад в общее промышленное производство остальных районов (Центрально-Южного, Юго-Западного и Северо-Западного) мало изменился по сравнению с первой пятилеткой (табл. 16).
Таблица 16. Доля крупных регионов в общем промышленном производстве, %
Регион
1952 г.
1957 г.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
Северо-Восточный Китай
22,7
29,1
23,1
21,4
21,1
Северный Китай
13,9
14,8
17,2
18,7
18,6
Восточный Китай
40,8
32,5
35,1
34,8
34,3
Центрально-Южный Китай
13,7
12,8
14,0
15,5
15,7
Юго-Западный Китай
6,8
8,1
7,8
6,0
6,7
Северо-Западный Китай
2,1
2,7
2,8
3,6
3,6
Источники те же, что и к табл. 15.
Внутри больших регионов различия между развитыми и менее развитыми провинциями остались прежними. В Северном Китае в первую пятилетку промышленный рост периферийной провинции Шаньси шел опережающими темпами, после этого ее развитие сильно замедлилось, и сейчас ее доля в промышленной продукции этого района ниже, чем была в 1952 г. (10% против 12%). В Центральном Китае соотношение потенциалов Хэнани, Хубэя и Хунани по сравнению с 1952 г. практически не изменилось (1:1, 1:0,9). В Восточном Китае понизилась доля Шанхая (вернулась к уровню 1957 г.) и Чжэцзяна, доля остальных провинций осталась по существу прежней. На протяжении всего периода после 1952 г. сохраняется одно и то же соотношение между Сычуанью, Юньнанью и Гуйчжоу (1: 0, 2 : 0,2).
13 Л. И. Молодцова
193


По размерам вклада в общий промышленный потенциал страны все административные районы Китая можно разбить на пять групп:
1. Главные индустриальные центры — Ляонин (12,9%), Пекин и Тяньцзинь (вместе 11%), Шанхай (14,6%, а вместе с Цзянсу — 22,3% ).
2. Провинции с большим, по китайским масштабам, промышленным потенциалом (доля 5—6%) — Хэйлунцзян, Шаньдун, Гуандун.
3. Провинции со средним уровнем развития промышленности (доля 3—4,5%) —Цзилинь, Хэбэй, Хэнань, Хубэй, Сычуань.
4. Районы с относительно небольшим объемом промышленного производства (доля 1,4—3%) —Шаньси, Внутренняя Монголия, Лпьхой, Чжэцзян, Хунань, Шэньси, Гуанси-чжуапский автономный район, Цзянси.
5. Районы с незначительным общим промышленным потенциалом (доля менее 1,5%)—Ганьсу, Цинхай, Нинся-хуэйский автономный район, Синьцзян-уйгурский автономный район, Юньнань, Гуйчжоу, Фуцзянь. Крайне отсталой окраиной остается Тибет.
Первая группа провинций дает около половины промышленной продукции страны, а вместе со второй группой (всего восемь провинций и городов центрального подчинения) — почти 2/3. В эту группу входят старые индустриальные районы, развитие которых в первую очередь было связано с удобством экономико-географического положения и высокой обеспеченностью трудовыми ресурсами, в том числе квалифицированной рабочей силой. Имеются также неплохие природные ресурсы (в Ляонине, Хэйлунцзяне, Шаньдуне), еще в недостаточной степени разведанные. Это — главная база обрабатывающей промышленности Китая. Район, примыкающий к Бохайскому заливу, отличается высоким уровнем развития тяжелой промышленности, устье Янцзы — легкой промышленности и машиностроения, а также химии.
В третьей группе провинций также имеется немало промышленных центров с относительно долгой историей развития. Эти районы были форпостами индустриализации в годы первой пятилетки, и сейчас наращивание их промышленного потенциала может в значительной степени идти по линии расширения действующих предприятий.
194


В четвертой группе заложена определенная промышленная и инфраструктурная база, это районы с богатыми природными ресурсами, постепенное освоение которых в недалеком будущем встанет в повестку дня.
Последняя группа — «целина» китайской индустриализации, которая требует геологического, транспортного освоения, большого нового капитального строительства.
Кроме городов Пекин, Тяньцзинь и Шанхай, только провинции Северо-Восточного Китая и Внутренняя Монголия имеют более высокую долю в промышленном производстве страны, чем в общей численности населения. Относительно индустриализированными (доля в промышленном производстве примерно аналогична доле в общей численности населения) можно считать Цзянсу и Гуандун. Шаньдун и Сычуань попадают в разряд промышленно значимых провинций в большой мере из-за численности населения: доля Шаньдуна в валовой промышленной продукции на 2/б, а Сычуани — наполовину меньше, чем в общей численности населения.
По величине валовой продукции промышленности на душу населения (табл. 17) —что можно условно принять за показатель степепи индустриального развития региона — в числе первых в пастоящее время находятся Шанхай, Пекин, Тяпьцзипь, Ляонин, Внутренняя Монголия, Хэйлунцзян, Цзилинь, Цзянсу (выше среднего уровня по страпе в целом). Примечательно присутствие в данной группе Внутреппей Мопголпи: это объясняется как вводом в строй ряда важных промышленных объектов, так и небольшой численностью паселепия.
Среднеразвитыми (валовая продукция промышленности па душу населения составляет более 60% от среднего показателя по стране) можно считать Хэбэй, Шаньси, Шапьдун, Хубэй, Гуандун, Шэньси, Цинхай (близко — Чжэцзян, Хупапь, Цзянси). Остальные районы (Аньхой, Фуцзянь, Хэнань, Гуанси-чжуапский автономный район, Сычуань, Юньнань, Гуйчжоу, Ганьсу, Нинся-хуэйский автономный район, Синьцзян-уйгурский автономный район) только вступают в стадию индустриализации.
В шкале иерархии провинций по этому показателю после 1952 г. сильно повысилось место только Внутренней Монголии и значительно — Шаньси, на 1—3 ступеньки — Хэнани, Хубэя, Хунани, Гуаней, Гуйчжоу, Цинхая. Осталось неизменным положение развитых городов
13*
195


Таблица 17. Уровень производства валовой продукции промышленности на душу населения (в % от среднего показателя по стране)
Административная единица
1952 г.
1957 г.
1965 г.
1975 г.
%
место
%
место
%
место
%
место
Ляонин
395
4
562
3
337
4
337
4
Цзилинь
164
6
157
6
144
7
123
8
Хэйлунцзян
276
5
216
5
183
6
140
6
Пекин
410
3
433
4
410
3
665
3
Тяньцзинь
1154
2
1057
2
855
2
675
2
Хэбэй
58
14
58
15
45
19—20 64
14
Шаньси
70
11
93
7
89
9
73
12
АРВМ
47
16
54
18
314
5
258
5
Шанхай
1745
1
1363
1
1163
1
1342
1
Цзянсу
107
7
75
9-10 97
8
128
7
Шаньдун
72
10
63
12
57
13—14 77
10
Аньхой
33
24
37
22
37
24
38
25
Чжэцзян
80
8
72
11
54
17-18 55
16
Цзянси
60
12-13 49
19
59
12
54
17
Фуцзянь
51
15
62
13
49
19
40
23
Хэнань
34
22-23 29
25
38
22-23 46
20
Хубэй
60
12-13 75
9-10 56
15
76
11
Хунань
40
20
27
27
45
20—21 53
18
Гуандун
76
9
76
8
88
10
89
9
ГЧАР
28
25
34
23
33
26
39
24
Сычуань
41
19
55
16—17 57
13-14 48
19
Юньнань
38
21
47
20
34
25
30
28
Гуйчжоу
34
22-23 24
25-26 54
17-18 41
21-22
Шэньси
43
17-18 55
16-17 55
16
68
13
Ганьсу
15
26
32
24
26
27
29
27
НХАР
—
—
—
—
21
28
41
21-22
Цинхай
—
—
41
21
67
11
63
15
СУАР
43
17-18 59
14
38
22—23 35
26
Рассчитано по данным
табл. 15, а также: Экономика КНР: возможности
и реальность.
Северо-Востока, Хэбэя, Цзянсу, Шаньдуна, Гуандуна, Сычуани. Сильно понизилось место Чжэцзяна, Цзянси, Фуцзяни, Юньнани, Синьцзян-уйгурского автономного района и немного — Цзилиня, Хэйлунцзяна, Шаньси, Аньхоя, Ганьсу.
После ликвидации «банды четырех», когда вповь занялись составлением текущих и перспективных планов, оживилось обсуждение регионального планирования. Так, в лекции о плановом характере социалистической эконо196


мики, составленной группой сотрудников Тяньцзиньского железнодорожного управления и Нанькайского университета, перечень требований рационального размещения промышленности включал следующие моменты.
1. В интересах обороны промышленность не должна быть чрезмерно сконцентрированной, все районы должны сами обеспечивать себя продовольствием.
2. Промышленность должна быть приближена к источникам сырья и районам потребления, нужно полностью использовать все местные ресурсы. В масштабах страны должна быть построена независимая современная промышленная система с максимально полным набором всех отраслей, а во всех координационных районах и в отдельных провинциях, где есть соответствующие условия, нужно создать собственные относительно самостоятельные промышленные комплексы, максимально добиваться самоснабжения основными сельскохозяйственными продуктами и промышленными изделиями и сырьем, сокращать дальние перевозки.
3. Необходимо ускорить промышленное строительство в пограничных районах и в районах проживания национальных меньшинств, способствовать усилению единства всей нации, постепенно уменьшить разрыв в экономическом и культурном уровне разных национальностей.
4. Нужно стремиться к сокращению различий между городом и деревней, всемерно развивать уездную и коммунальную промышленность с тем, чтобы добиться пол- пого объединения промышленности и сельского хозяйства, ускорить экономическое развитие деревни47. В теоретической трактовке принципов размещения производительных сил в 1977—1978 гг. наблюдалось значительное влияние социально-уравнительных концепций «большого скачка».
Получив значительную «свободу рук», местные хозяйственные органы стали спешно оформлять свои «заявки», которые далеко не всегда учитывали интересы страны и возможности региона. Госплан и центральные ведомства оказались захлестнутыми инициативой мест, стремившихся отстоять свою самостоятельность и оговорить себе те или иные преимущества на будущее. «Вписать» каждую отдельную провинцию в общую программу индустриализации было чрезвычайно трудно. В переработке плана 47 Нанькай дасюэ сюэбао, 1977, № 1, с. 84.
197


экономического развития Хунани, составленного первоначально в 1970 г., участвовала специальная рабочая группа, направленная Госсоветом. В новом варианте плана, составленном в 1977 г., отсутствовало положение о максимальном самообеспечении, было признано целесообразным добиваться удовлетворения внутренних потребностей за счет собственного производства только по главным видам продукции легкой промышленности, а также по стали и углю. В качестве отраслей специализации выделялись цветная металлургия, горнодобывающая промышленность (добыча фосфоритов) и легкая48.
Однако во многих других случаях такой умеренности добиться не удалось. «Индустриальными провинциями» решили стать уже к 1985 г. Цзянсу, Чжэцзян, Шаньдун. Последняя, например, планировала развивать у себя все отрасли промышленности, включая черную металлургию, добычу угля и нефти, электроэнергетику, химию49. Провинция Гуандун заявила о намерении создать к этому сроку «целостную промышленную систему». План Сычуани был нацелен на превращение ее в «крупную стратегическую тыловую базу страны» 50. Провинция Ляонин запланировала к 1985 г. добиться согласованного развития сельского хозяйства, легкой и тяжелой промышленности и построить оснащенную по последнему слову техники комплексную индустриальную базу, включающую почти все отрасли промышленности с преобладанием черной металлургии, машиностроения и химии51. Согласно плану провинции Ганьсу, в ней к 1985 г. должна быть создана комплексная база промышленности с преобладанием цветной металлургии и нефтехимии52.
Несколько скромнее сформулировали своп задачи Хэйлунцзян, Цзилинь, Шэньси, Фуцзянь, Цинхай, Внутренняя Монголия, которые наметили для себя ускоренное развитие базовых отраслей промышленности и повышение внимания к легкой индустрии. Менее подготовленными к «броску» в будущее оказались те провинции, где, как пишет китайская печать, было особенно сильным влия- 48 Жэньминь жибао, 1977, 5 мая.
49 ИБАС, № 6058, 1978, 15 янв.
50 ИБАС, № 6051, 1978, 8 янв.
51 ИБАС, № 6055, 1978, 12 янв.
52 Там же.
198


иие «банды четырех»: Аньхой, Хэнань, Цзянси, Гуйчжоу, Юньнань.
Одновременно стало разворачиваться «соревнование» провинций друг с другом, которое грозило новым столкновением общегосударственных и региональных интересов53. Особое беспокойство в верхах стала вызывать опасность распыления капиталовложений и сохранения прежней ориентации на универсализацию производства и самообеспечение, что чревато снижением производительности труда и накоплением сверхнормативных запасов сырья и материалов.
Проведенное в мае 1978 г. государственное совещание по капитальному строительству попыталось пресечь новые «скачковые» тенденции и указало на то, что без разрешения центра никакой район и никакая отрасль не должны увеличивать число строящихся объектов, расширять объем работ и повышать параметры строительства. При каждой крупной новостройке предполагается организовать «штаб строительства», который должен быть укомплектован представителями заинтересованных ведомств и местных органов власти (на уровне провинций, автономных райопов и городов центрального подчинения) 54.
В июле 1978 г. в выступлении на заседании Госсовета президент Академии общественных наук КНР Ху Цяому, выражая опасения по поводу не поддающейся контролю со стороны центра «активности мест», попытался сформулировать более четко ее ограничители. Он сказал: «При составлении планов могут возникнуть противоречия между центром и местами, между отраслями, между государством и предприятиями. Наша плановая работа должна полностью развить активность мест... Однако активность мест должна подчиняться общегосударственным интересам. Каждая провинция должна индустриализироваться. Это правильно и рационально. Каждая провинция должна в соответствии со своими условиями поднять свою промышленность на высокий уровень, должна быть 53 Соревнования объявляли провинции в пределах тех же самых крупных экономических районов (Юньнань с Гуйчжоу, Ганьсу с Цинхаем и Нинся), провинции разных районов (Сычуань с Шаньдуном, Хунань с Цзянсу, Гуанси-чжуанский автономный район с Ганьсу и Фуцзянью).
54 Жэньминь жибао, 1978, 10 мая.
199


в состоянии производить самые необходимые бытовые промышленные изделия и изделия для сельского хозяйства. Однако отсюда не вытекает, что каждая провинция должна создавать самостоятельную промышленную систему. Это сейчас невозможно, и с точки зрения перспективы в этом нет необходимости. Поскольку сырьевые возможности каждой провинции различны, многостороннее развитие, не учитывающее конкретных условий, приведет к большим тратам трудовых и материальных ресурсов, удлинит сроки осуществления «четырех модернизаций»» 55.
Подобные призывы к «сознательности» большой пользы не приносили. Во второй половине 1978 г. фронт капитальных работ еще более расширился, а эффективность продолжала падать. Потребовалось решение III пленума ЦК КПК одиннадцатого созыва (конец 1978 г.), чтобы поставить капитальное строительство под контроль Центра и сузить его масштабы. Это решение стало важной частью начавшейся корректировки плана модернизации.
На проходившем в марте 1979 г. совещании Государственного комитета капитального строительства было принято решение прекратить строительство многих плановых и особенно внеплановых объектов, в первую очередь: 1) объектов, строительство которых было начато без детального проведения поисков источников сырья и без составления рабочего проекта, 2) предприятий, не обеспеченных в нужной мере финансовыми и материальными ресурсами, 3) не отвечающих современным техническим требованиям и нормативам расхода сырья и топлива. Это решение требует коренного пересмотра составленных ранее региональных планов и их согласования с имеющимися возможностями56.
Одновременно в корне меняется политика размещения производительных сил. В целях повышения эффективности капиталовложений новое строительство теперь предполагают сосредоточить в наиболее освоенных и развитых районах. Их значение возрастает еще более в силу того, что основной акцент делается на расширение и реконст55 Жэньминь жибао, 1978, 6 окт.
56 Вскоре после этого совещания ревком и экономические ведомства Гуанси-чжуанского автономного района приняли решение прекратить или приостановить строительство 62 промышленных объектов (Жэньминь жибао, 1979, 13 апр.).
200


рукцию действующих предприятий57. Например, в начале 1979 г. в печати было одобрено решение министерства химической промышленности строить новые предприятия отрасли до 1985 г. в тех районах, где уже имеются базы химической промышленности. Такой путь, как предполагается, позволит сэкономить около !/з объема капиталовложений 58.
Политика блокирования с капиталистическими странами, в частности компромисс с Соединенными Штатами по вопросу о Тайване, обусловили сугубо прагматический подход к оценке экономико-географического положения приморских районов, отказ от концепции их «уязвимости» в оборонном отношении. При распределении импортного оборудования и строительстве закупленных за границей предприятий предпочтение явно отдается приморским промышленным центрам, что позволяет сокращать транспортные расходы и может обеспечить более эффективное освоение импортной техники. Металлургический завод Баошань, закупленный у Японии, строится в Шанхае, закупленные химические заводы сооружаются в Пекине, Шанхае, Ханчжоу, Шэньяне, Гуанчжоу. Исключением из этого правила являются предприятия Уханя, Чэнду и Чунцина.
Курс на стимулирование легкой промышленности, реконструкцию старых предприятий поднимает значение первого индустриального центра Китая — Шанхая. В 1978 г. в Шанхае было целиком построено и сдано 200 объектов, частично — 150, прирост основных фондов составил 970 млн. юаней, что является самым высоким показателем за последние 20 лет59.
Уже сейчас китайская печать констатирует, что фактическое неравенство между внутренними и окраинными приморскими районами «в некотором отношении стало по сравнению с прошлым более разительным» 60. В перспективе региональные диспропорции, очевидно, еще бо57 По мнению председателя Государственного экономического комитета КНР Кан Шиэпя, большинство старых предприятий может удвопть объем производства (ИБАС, № 6192, 1978, 29 мая).
5S Жэньминь жибао, 1979, 19 янв.
59 Жэньминь жибае, 1979, 8 аир.
60 Жэньминь жибао, 1979, 6 апр.
201


лее усугубятся в силу того, что организационные перестройки в промышленности начинаются прежде всего в старых районах и именно там можно скорее ожидать от них положительного эффекта. В плане реорганизации машиностроения в масштабах провинций, городов центрального подчинения и автономных районов предусматривается создание производственных объединений, которые должны взять па себя задачу наладить разделение труда и кооперацию между входящими в них предприятиями. На первых порах основные усилия предполагается сосредоточить в области автомобилестроения и сельскохозяйственного машиностроения, а в райопном разрезе — в таких промышленных центрах, как Пекин, Тяньцзинь, Шанхай и провинция Ляонин61.
Задача «самообеспечения» полностью не снимается, но формулируется с большей осторожностью и переносится на более далекое будущее. Касаясь создания в рамках крупных экономических районов «шести мощных взаимодействующих систем со своими особенностями и с различным уровнем развития», газета «Жэньминь жибао» в июне 1978 г. писала, что к 1985 г. приморские районы должны превратиться в «сравнительно полно развитые в отраслевом отношении, мощные, крупные промышленные районы, которые в экономическом плане стали бы мощной стратегической базой», а по истечении восьми лет шесть крупных районов «могут осуществить полное самообеспечение или самообеспечение в основном сталью, топливом, продукцией общего машиностроения, могут также добиться самообеспечения в рамках отдельных провинций или округов главными сельскохозяйственными продуктами и товарами легкой промышленности» 62.
На современной, «экспериментальной» стадии реорганизации системы управления народным хозяйством область размещения производительных сил пока явно остается в тени и в научных публикациях привлекает к себе мало внимания. Сокращение масштабов капитального строительства делает эту проблему на сегодняшний день неактуальной. Ее отодвигание в будущее обусловлено многими причинами, в частности сложной внутриполитиче-
11 ИБАС, № 6286, 1978, 31 авг.
62 Жэньминь жибао, 1978, 2 июня. 202


ской обстановкой и недостаточной властью Центра, который пока остерегается посягать на интересы мест.
Сказывается и долгий застой в области экономической науки, которая многие годы занималась только обосновы- ванием меняющихся политических установок, растеряла старые и не приобрела необходимых новых кадров. Крайне неотложной является работа по экономическому районированию, которую по существу нужно начинать с азов. В ходе этой деятельности безусловно возникнет необходимость пересмотра административного деления и уточнения границ административных районов с точки зрения сложившихся и складывающихся экономических связей. Ясно, что в таких условиях выработка обоснованной политики размещения промышленности — дело очень многих лет.
* * *
Изучение современного экономического положения КНР, в том числе такой важной проблемы, как структурные изменения в промышленности, показывает, что авантюристическая политика маоистов затормозила процесс индустриализации и территориального разделения труда, привела к большим народнохозяйственным потерям. В китайской прессе сейчас нет недостатка в сетованиях по поводу допущенных в прошлом ошибок в экономической политике, которые квалифицируются как «бахвальство», «слепое администрирование», игнорирование объективных экономических закономерностей. Плотина статистической секретности, долгое время использовавшаяся для создания видимости относительного благополучия, не выдержала напора потребностей ликвидации бесконечных экономических просчетов. Ничто из вылившегося на страницы китайской печати потока запоздалых откровений не является какой-то неожиданностью. В работах советских ученых, написанных и по горячим следам событий, и после длительных исследований, уже давно дана четкая картина пагубных последствий «большого скачка» и «культурной революции», раскрыта реакционная сущность маоистской теории и практики.
Желая избежать закономерного вывода о несостоятельности маоизма в целом, китайская пропаганда пытается списать все грубые огрехи прошлого на счет «банды четырех» и вдохновлявшегося ею «левого уклона». В про203


цессе критики всплывают факты, свидетельствующие о периодических глубоких спадах в промышленности и сельском хозяйстве, хронической нехватке продовольствия и многих важных видов топлива, сырья, оборудования и потребительских товаров, о безработице и снижении жизненного уровня населения .Закономерным результатом волюнтаристской экономической политики было возникновение серьезных народнохозяйственных диспропорций: между потреблением и накоплением, промышленностью и сельским хозяйством, тяжелой и легкой промышленностью, производством и капитальным строительством, промышленностью и транспортом, земледелием и другими отраслями сельского хозяйства.
Как теперь открыто признается, было нарушено нормальное соотношение между фондом накопления и фондом потребления. В годы «большого скачка» доля накопления в национальном доходе превышала 40%, в период с 1970 по 1978 г. она составляла в среднем 33%, причем в 1978 г. достигала 36% L Забвение нужд сельского хозяйства крайне обострило продовольственную проблему, дезорганизовало снабжение легкой промышленности сырьем. Согласно современным официальным данным, в 1952—1978 гг. темпы роста сельскохозяйственного производства были в 3,5 раза ниже темпов роста промышленности, производство продовольствия увеличивалось ежегодно только на 2,4%, что сохраняло необходимость строгого карточного режима2.
Львиную долю капитальных вложений поглощала тяжелая промышленность, значительная часть продукции которой уходила на военные цели и тем самым выбывала из процесса расширенного воспроизводства. В период с 1966 по 1979 г. доля» тяжелой промышленности в общем объеме капитальных вложений составляла свыше 55%, сельского хозяйства — более 10 и легкой промышленности — около 5 %. Престижные и военные соображения привели к гиперболизации роли черной металлургии. С 1952 по 1978 г. вложения в металлургию в 2 раза с лишним превышали вложения во все отрасли легкой промышленности3. Однако отдача от этих вложений была чрезвычайно низкой.
1 Жэньминь жибао, 1979, 20 окт.
2 Хунци, 1979, № 10, с. 45.
3 Жэньминь жибао, 1979, 20 окт.
204


Такого рода «сверхиндустриализация» обернулась снижением эффективности производства, падением производительности труда, ухудшением качества продукции. Показателями кризисного состояния экономики стали огромный перерасход материалов и топлива, перебои в поставках сырья и готовой продукции, дефицит в снабжении, массовое дублирование производства, потери в результате нерационального размещения производства и многие другие негативные явления. В условиях несбалансированности народного хозяйства индексы среднегодовых темпов роста, составленные на основе показателя валовой продукции, перестали служить индикаторами динамики экономического развития 4.
В современном хоре осуждающих допущенные ошибки особенно слышны голоса крупных китайских ученых-экономистов, стоявших у истоков создания первой пятилетки и прошедших застенки «культурной революции». Один из таких ученых, Сюэ Муцяо, подводя итоги тридцатплет- него существования КНР, пришел к таким неутешительным выводам: «Мы, — говорит оп, — допустили в своей работе немалое количество ошибок. В некоторые периоды наши народнохозяйственные планы все внимание концентрировали только на показателях роста производства и предавали забвению нужды народа; ориентировка на высокие темпы сочеталась с игнорированием пропорций. Наша доля накоплений была чрезмерно высокой, фронт капитального строительства был слишком растянут, что пагубно отражалось па интересах масс и сильно снижало эффективность капитальных вложений. В производстве бездумно гнались за количественным ростом. Это приводило к тому, что качество продукции снижалось, ее ассортимент, типоразмеры и спецификация не отвечали потребностям и нормативам, хозяйство несло огромные убытки. За последние 22 года, хотя темпы промышленного роста не были низкими, экономика в целом развивалась нерационально, сельское хозяйство росло очень 4 «Только исходя из пропорциональности можно добиться высоких темпов развития. Отход от этого принципа в период с 1958 по начало 60-х годов и во время культурной революции привел к такому парадоксальному положению, когда казалось, что экономика развивается «быстро», а в действительности дела обстояли совсем иначе» (Жэньминь жибао, 1979, 13 марта.
205


медленно, жизнь народа практически не улучшалась...»5.
В настоящее время происходят существенные изменения в экономической политике, предпринимаются усилия по ликвидации возникших диспропорций, проведению ряда организационных изменений и налаживанию управления народным хозяйством. Однако болезнь страны столь запущена, что предлагаемые средства лечения пока не дают существенных результатов. Продолжающаяся политическая борьба, нехватка квалифицированных специалистов, апатия и недоверие масс — все это препятствует принятию эффективных мер по развитию экономики страны.
По многим аспектам современного варианта «модернизации», в частности по вопросам приоритетов, темпов, масштабов п направления капиталовложений, роли внешнего фактора, в китайских верхах сохраняются глубокие расхождения во мнениях. Проведение провозглашенной политики «урегулирования» сталкивается с огромными трудностями. Никакими мерами не удается сократить фронт капитальных работ, малорезультативпы призывы к подъему легкой промышленности, продолжается процветание регионализма и местничества, сохраняется острая нехватка сырья и топлива.
Уже сейчас становится ясно, что современная экономическая политика, нацеленная на решение одного рода проблем, порождает другие, не менее важные проблемы. Так, первые же шаги по упорядочению закупочных цен на продукцию сельского хозяйства привели к значительному росту цен на продукты первой необходимости. Попытки рационализации производства и закрытие ряда нерентабельных мелких предприятий осложнили проблему занятости. Повышение промышленной роли приморских районов увеличивает разрыв в уровнях развития отдельных регионов страны, обрекает отсталые национальные окраины на хозяйственное прозябание.
Отбрасывая все то, что их не устраивает в пресловутых «идеях Мао Цзэдуна», и прежде всего экономический волюнтаризм и социальное прожектерство, китайские руководители тем не менее пытаются всеми силами сохранить обветшалое знамя маоизма, оставляют на вооруже5 Сюэ Муцяо. Тридцать лет мучительного созидания. — Хунци, 1979, № 10, с. 45.
206


нии его основные стратегические цели и в своем экспансионизме и великодержавных устремлениях пытаются даже перещеголять самого «учителя». Движимое гегемонистскими притязаниями, пекинское руководство продолжает взятый Мао Цзэдуном курс на подчинение экономического развития страны в первую очередь задачам наращивания военной мощи. Именно эта цель, подготовка к войне, а отнюдь пе благо народа в определяющей степени влияет па разработку народнохозяйственных планов, структуру бюджета, определение отраслевых пропорций и приоритетных районов. Для оправдания курса на милитаризацию, сохранения непомерных военных расходов и для прикрытия великохапьской сущности выдвигаемых внешнеполитических притязаний в Пекине изобретен миф о «советской угрозе» и раздувается истерия антисоветизма. Выход из накопившихся трудностей китайские руководители ищут на пути блокирования с капиталистическими странами и провоцирования международных конфликтов, что в корне противоречит интересам социалистического развития Китая, интересам китайских трудящихся.


ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение 3
Глава первая
Задача индустриализации КНР и подходы к ее решению И
1. Некоторые особенности социально-экономической страте¬
гии Китая 11
2. Эволюция политики индустриализации 24
Глава вторая
Проблемы сочетания отраслевых и территориальных принципов управления промышленностью 47
1. Становление системы планирования и организационной
структуры промышленности в начальный период существования КНР (1949—1957) 48
2. Реформа управления 1958 г. и вторичная рецентрализа¬
ция в период «урегулирования» 57
3. Изменения в системе управления в 1966—1975 гг. и последствия реформы 1970 г 69
4. Современная система управления китайской промышленностью п начало его реформы 74
Глава третья
Отраслевая структура промышленности 90
1. Современные данные и оценки валовой продукции и от¬
раслевой структуры промышленности 95
2. Сдвиги в отраслевой структуре промышленности ... 126
Глава четвертая
Региональная структура промышленности 154
1. Размещение промышленности в восстановительный пе¬
риод и в первую пятилетку (1949—1957) 157
2. Изменения в размещении промышленности на этапе «большого скачка» и ликвидации его последствий (1958—
1965) 174
3. Особенности размещения промышленного производства
в 1966—1978 гг 185
Людмила Ивановна Молодцова
ПРОМЫШЛЕННОСТЬ КИТАЯ: ПРОПОРЦИИ И ДИСПРОПОРЦИИ
Утверждено к печати Институтом экономики мировой социалистической системы АН СССР
Редактор С. Д. Какуэина. Художник Л. Г. Прохоров. Художественный редактор И. Ю. Нестерова. Технический редактор Ю. В. Серебрякова. Корректоры М. С. Бочарова, В. А. Шварцер
ИБ № 15178
Сдано в набор 28.09.79. Подписано к печати 16.01.80. Т-01406. Формат 84 х 1081/»». Бумага № 2. Гарнитура обыкновенная. Печать высокая. Усл. печ. л. 10,92 Уч.-изд. л. 11,6. Тираж 3550 экз. Тип. 8ак. 777. Цена 1 р. 20 к.
Издательство «Наука» 117864 ГСП-7, Москва, В-485, Профсоюзная ул., 90 Ордена Трудового Красного Знамени 1-я типография издательства «Наука» 199034, Ленинград, В-34, 9 я линия, 12