Текст
                    Е. В. Демичев Реформа управления промышленностью и строительством 19571965 гг.
в контексте специфики



Е. В. Демичев Реформа управления промышленностью и строительством 19571965 гг. в контексте специфики отечественной истории МОСКВА РОССПЭН 2011
УДК 94(47)084.9 ББК 63.3(2)63 ДЗО Рецензенты: А. Д. Саватеев, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института Африки РАН; В. Л. Дрындин, доктор исторических наук, профессор Московского государственного университета технологии и управления Демичев Е. В. ДЗО Реформа управления промышленностью и строительством 1957-1965 гг. в контексте специфики отечественной истории / Е. В. Демичев. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2011. — 295 с. ISBN 978-5-8243-1514-1 В монографии исследуются исторические особенности реформирования промышленной сферы в Центре и на Южном Урале (1957— 1965 гг.) в контексте специфики российской истории. Книга адресована преподавателям и студентам высших учебных заведений, а также широкому кругу читателей, интересующихся проблемами экономического развития России. УДК 94(47)084.9 ББК 63.3(2)63 ISBN 978-5-8243-1514-1 © Демичев Е. В., 2011 © Российская политическая энциклопедия, 2011
ВВЕДЕНИЕ Актуальность исследования обусловлена необходимостью решения таких проблем современной России, как совершенствование управляемости страной, достижение оптимального сочетания государственного управления со свободным рынком, выработка правильных взаимоотношений между центром и регионами. Перенимаемый западный опыт экономических преобразований нуждается в серьезной корректировке и творческой адаптации с учетом специфики российской истории. В настоящее время в России созданы условия для успешного решения вопросов совершенствования организации и технологии управления. Вместе с тем следует подчеркнуть: трудности в ходе современных экономических преобразований в значительной степени обусловлены недостаточностью научно-теоретической проработки основных проблем перехода от централизованно управляемой экономики к экономической системе, основу которой составляют автономные по отношению к государству хозяйствующие объекты. Советский опыт государственного регулирования экономики представляет известный интерес, так как и в дореволюционной России, и в СССР роль государства в экономике страны традиционно была более высокой, чем на Западе. Более того, после распада Советского Союза, а следовательно, единого народно-хозяйственного комплекса особую остроту приобретает изучение отечественного опыта перехода от отраслевой к территориальной системе управления промышленностью и строительством. На наш взгляд, актуальность изучения процессов реформирования в 1950-1960-х гг. заключается не столько в изыскании конкретных предложений для решения насущных задач, сколько в наиболее полном освещении накопленного опыта государственного регулирования экономики со всеми его достоинствами и недостатками. В современном государственном управлении играют и безусловно должны играть важнейшую роль экономические рычаги. Но государство не сможет эффективно справиться со своей ролью без административного управления1. В настоящем исследовании выявляется то ценное, что имелось в советском опыте такого управления. 1 См., напр., Фрумкин К. «Государство возвращается в экономику» // Известия. 2005.12-14 августа. 3
Демичев Е. В. Сегодня актуален вопрос и о государственной централизации. Он встает при выработке взаимоотношений центра и регионов. Реализация совнархозовской реформы показала: в начале 1960-х гг., когда централизм был несколько ослаблен, регионы смогли добиться в правительственных органах решения долгосрочных проблем развития. Но это достижение в силу природы советской системы оказалось краткосрочным. Оно сменилось дальнейшей бюрократизацией централизма. В современной России сочетание государственного управления с рынком дает возможность найти оптимальную меру государственного централизма. Также для достижения высокой устойчивости системы управления в России важно научно обосновать, в какой степени советское общество было способно к реформированию, что в нем предпринималось при осуществлении крупномасштабных преобразований, в том числе с помощью идеологического фактора. Думается, настоящая монография может внести определенный вклад в решение упомянутых выше проблем.
ГЛАВА 1 НАУЧНЫЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ РЕФОРМИРОВАНИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ЭКОНОМИКИ В качестве объекта изучения в настоящей монографии выступает система управления в единстве главных ее частей — партийно-политической и государственно-хозяйственной, а предметом — процесс реформирования (происхождение, основные этапы осуществления и итоги управленческой реформы). Исследование проведено в пределах современных Московской, Курганской, Оренбургской и Челябинской областей1. Московская область являлась крупнейшим промышленным центром СССР. В ней проживало 4,2 % всего населения РСФСР, и по численности населения она занимала первое место среди всех областей республики. При этом городское население составляло (в процентах ко всему населению области) в 1959 г. — 59,0, в 1965 г. — 64,5 %2. На предприятиях машиностроения и металлообработки области было занято 35 % всех рабочих и примерно столько же в легкой промышленности. Промышленная продукция насчитывала около двух тысяч наименований группового ассортимента и поставлялась более чем 80 странам мира. Предприятия изготавливали многие образцы и первые промышленные серии машин, приборов и материалов, отвечавших уровню лучших мировых стандартов (например, непрерывный проволочный стан для прокатки медной проволоки, производительность которого превосходила все существующие в мире образцы)3. В 1960-е гг. на территории Челябинской области был сосредоточен многогранный комплекс индустрии. Стержень этого комплекса составляли черная металлургия и машиностроение. Челябинская область давала 16-17 % общесоюзного производства черных металлов и около трети производства черных металлов Российской Федерации. Профиль черной металлургии области определяли Магнито1 В период с 1938 по 1957 г. Оренбургская область именовалась Чкаловской. 2 Московская область за 50 лет. Стат, сборник. М., 1967. С. 18. 3 Там же. С. 60-61. 5
Демичев Е. В. горский металлургический комбинат, Челябинский трубопрокатный и металлургический заводы, заводы Златоуста, Аши, Сатки, Уфалея. В эти годы строились новые и реконструировались старые предприятия цветной металлургии такие, как первенец советской никелевой промышленности Верхне-Уфалейский никелевый и Челябинский цинковый заводы. Вновь возникла химическая промышленность — коксохимия, лесохимия, осуществлялось производство серной кислоты и минеральных удобрений. Быстрыми темпами развивалась легкая и пищевая промышленность4. 1960-е гг. характеризовались высокими темпами промышленного развития Оренбургской области, которые опережали средние по РСФСР. Общий объем промышленного производства за 1959-1965 гг. вырос на 83 %. Особенно бурно развивались черная металлургия, электроэнергетика, нефтяная и строительная отрасли промышленности. По производству никеля, кобальта, медно-колчеданных руд, элементарной серы, синтетического спирта, кузнечнопрессовых машин область стояла на первом месте в Уральском экономическом районе; по нефти, хромовым и фтористым соединениям, металлургическому оборудованию, шеловым тканям, нефтепродуктам — на втором5. Важное положение в хозяйстве Уральского экономического региона занимала Курганская область, производившая до 9/10 технологического оборудования для пищевой промышленности, 3/4 машин для животноводства и кормопроизводства, !/6 часть химического оборудования, 2/5 продукции медицинской промышленности от общего объема производства на Урале. В области изготовлялись производившиеся в СССР пятая часть автобусов, 40 % стальной трубопрокатной арматуры, половина доильных установок. Треть всей промышленной продукции области составляли товары народного потребления6. В анализируемый период экономика данных регионов характеризуется более высоким удельным весом промышленного производства в областях Московской и Челябинской, менее высоким (со значительной долей аграрного сектора) - в Оренбургской и Курганской. 4 Алъбрут М. Челябинской области — 35 лет // Календарь знаменательных и памятных дат. Челябинская обл. - Челябинск, 1969. С. 26-27. 5 Воронов А. М., Цвирко О. В. Оренбуржье на подъеме. Челябинск, 1975. С. 7,105-106. 6 В боевых рядах ленинской партии: Курганская областная организация КПСС в цифрах, 1917-1983. Челябинск, 1984. С. 12. 6
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики Это позволило выявить общие закономерности и региональные особенности осуществления перестройки системы управления промышленностью и строительством в РСФСР. Нами не исследуется перестройка системы управления промышленностью и строительством в Башкирии (ныне Республика Башкортостан), так как данный регион, на наш взгляд, заслуживает отдельного глубокого исследования вследствие своего правового статуса (автономная республика, имевшая свою Конституцию наряду с Конституциями СССР и РСФСР), а также того обстоятельства, что в 1950-1960-е гг. Башкирия стала одним из центров по добыче нефти в стране, а также химической и нефтехимической промышленности. Хронологические рамки исследования определяются периодом существования совнархозов: их образования в 1957 г. и упразднения в 1965 г. Но выяснение предпосылок реформы предопределило их расширение. Фактически исследование ведется с начала 1950-х гг. Именно с завершением восстановительного периода начинают динамично складываться предпосылки реформы (заметно расширялись масштабы народного хозяйства, усиливалась потребность в повышении эффективности производства, все острее заявляли о себе накапливавшиеся противоречия в системе управления, в обществе происходили важные политические и идеологические трансформации). В целом анализируемый период отличается завершенностью исторического цикла. Он начинается со складывания предпосылок реформирования системы управления промышленностью и строительством и заканчивается окончательной неудачей проводимой реформы. Историография исследования отличается рядом особенностей. Во-первых, жанровым разнообразием. Кроме собственно исторических работ она включает труды по философии, политическим и экономическим наукам7. Несмотря на обилие литературы, посвященной специфике, своеобразию российской истории, ее ключевые моменты 7 См.: Аксютин Ю. В., Пыжиков А. В. Постсталинское общество: проблема лидерства и трансформации власти. М., 1999; Бердяев Н. А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1997; Зверев В. В. Реформаторское народничество и проблема модернизации России. От сороковых к девяностым годам XIX в. М., 1997; Кавелин К. Д. Наш умственный строй: Статьи по философии русской истории и культуры. М., 1989; Рязанов В. Т. Экономическое развитие России. Реформы и российское хозяйство в XIX-XX вв. СПб., 1998. 7
Демичев Е. В. остаются не до конца проясненными, представляют собой поле для дискуссий, начало которым положил П. Я. Чаадаев своими «Философическими письмами», написанными в 1828-1830 гг.8 Из научных работ последних лет, раскрывающих специфику отечественной истории, заслуживают внимания книги В. В. Ильина, А. С. Панарина, А. С. Ахиезера9. Этим авторам в работе «Реформы и контрреформы в России» удалось дать, на наш взгляд, правильный ответ на вопрос: почему в национальной истории реформы неизменно сопровождались контрреформами? Они вскрыли пружины российской модернизации и причины социальной конфликтности; осветили политический парадокс: существование на протяжении многих десятилетий в России автократии с демократией. Рассматривая Россию как эпицентр столкновения программ общественных преобразований, авторы сделали интересный анализ двух типов цивилизаций (европейской и евразийской), показали перспективы их взаимодействия в историософских, геополитических моделях и сопоставлениях, на основе чего определили характер и направление современного социально-политического обновления России. Историография реформы 1957 г. и в настоящее время остается относительно невеликой по числу опубликованных научных работ. Тем не менее можно выделить ряд этапов изучения реформы. На первом этапе историографии — в период хрущевской «оттепели» (1953-1964) — политическое руководство страны вырабатывало официальную трактовку современных событий. Согласно партийным оценкам, содержание советской истории в послевоенные годы определялось достижением окончательной победы социализма и переходом к строительству коммунизма. Провозглашались восстановление ленинских норм партийной и государственной жизни, повышение руководящей роли КПСС, дальнейшее развитие социалистической демократии и рост благосостояния трудящихся. Вместе с тем в противовес официальной трактовке современных событий на этом этапе стали выдвигаться научные идеи, обращенные к общечеловеческим ценностям, рыночным отношениям, личному интересу, демократизации всей системы хозяйствования и управле8 Чаадаев П. Я. Избранные сочинения и письма. М., 1991. 9 Ильин В. В., Панарин А. С., Ахиезер А. С. Реформы и контрреформы в России. М., 1996. 8
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики ния. Эти идеи нашли отражение в трудах ученых, исследовавших проблемы промышленности (А. И. Викентьев, А. В. Венедиктов, Н. Ф. Колбенков, Э. Ю. Локшин и др.)10. Одним из важнейших был вопрос о причинах возникновения совнархозовской реформы. Он нашел отражение уже в первых работах о совнархозах. А. Н. Ефимов, Н. Ф. Колбенков и Э. Ю. Локшин рассматривали реформу управления как следствие роста масштабов экономики страны и неспособности отраслевой системы управления в этих условиях эффективно решать народно-хозяйственные задачи. Хотя сама идея о причинах реформы была заложена в тезисах Н. С. Хрущева, она получила в указанных работах основательное фактическое обоснование. В то же время в этих работах недостаточно обращалось внимание на качественную сторону роста масштабов производства, требующего повышения эффективного использования производственного потенциала. Последняя идея высказывалась преимущественно экономистами, обосновавшими необходимость проведения экономической реформы. Важно учитывать и другой момент в объяснении происхождения реформы организационную эволюцию системы управления. В. А. Никулин в своей книге отмечал, что совершенствование организационной структуры отраслевой системы управления до 1957 г. не дало необходимых положительных результатов, и это обусловило проведение совнархозовской реформы11. Он проследил трансформацию реформы, связанную с созданием республиканских СНХ и организационной перестройкой Госплана СССР. В целом уже в тот историографический период обнаруживается, что возникновение реформы нельзя объяснить какой-либо одной причиной. На наш взгляд, она имела многофакторное происхождение. В конце 1950 — начале 1960-х гг. появились первые публикации о совнархозах С. Р. Гершберга, И. А. Кулева, Н. Ю. Петрова, И. П. Силантьева и других, имевших ярко выраженную пропагандистскую 10 Викентьев А. И. Развитие экономики СССР и проблемы пропорциональности. М., 1963; Венедиктов А. В. Организация государственной промышленности в СССР: В 2 т. Л., 1957-1961; Колбенков Н. Ф. Совершенствование руководства промышленностью в СССР (1956-1960 гг.). М., 1961; Локшин Э. К). Промышленность СССР. 1940-1963. М., 1964. 11 Цикулин В. А. История государственных учреждений СССР. 1936- 1965 гг. М., 1966. 9
Демичев Е. В. направленность12. В них, как правило, раскрывался смысл партийногосударственных решений и законодательных актов, определявших цели и задачи реформы. О том, что уже на первом этапе историографии реформ создавались труды аналитического характера, свидетельствуют работы А. В. Венедиктова, А. Ф. Хавина13. В них отражены процесс становления управления промышленностью, схема эволюции органов управления промышленностью с 1917 по 1960 г. Предприняли попытку систематизировать опыт совнархозов, возникших после 1957 г., А. Викентьев и А. Ведищев14. В работах Я. Чадаева, Ю. И. Колдамасова и др. основное внимание уделено вопросам улучшения показателей промышленного производства, совершенствования организационной структуры управления промышленностью15. Эти работы, как и упомянутые выше, вследствие партийного диктата во всех сферах жизни советского общества не лишены некоторой конъюнктурности. В трудах А. М. Бирмана, Е. Г. Либермана, В. С. Немчинова16 содержатся обобщения и выводы, не потерявшие своего значения и в настоящее время. Например, в статье Е. Либермана сделан правильный вывод: в советской экономике цены лишены их естественной регулятивной функции. Автор статьи «План, прибыль, премия» предложил 12 Гершберг С. Р. Демократический централизм в хозяйственном строительстве. М., 1957; Кулев И. А. О дальнейшем совершенствовании планирования и руководства народным хозяйством. М., 1957; Петров Н. Ю. Советы народного хозяйства. М., 1958; Силантьев Н. П. Совнархозы — основная организационная форма управления промышленностью и строительством. М., 1958. 13 Венедиктов А. В. Организация государственной промышленности в СССР: В 2 т. Т. 2. М., 1957; Хавин А. Ф. От ВСНХ к совнархозам наших дней // История СССР. 1960. № 5. С. 3-23. 14 Викентьев А. И. Совнархозы в действии. М., 1958; Ведищев А. Три года работы в новых условиях // Плановое хозяйство. 1960. № 7. С. 15-26. 15 Чадаев Я. Вопросы планирования народного хозяйства и проблемы пропорциональности. М., 1961; Викентьев А. И. Развитие экономики СССР и проблемы пропорциональности. М., 1963; Колдомасов Ю. Экономические связи в народном хозяйстве СССР. М., 1963. 16 Бирман А. С. Некоторые проблемы науки о социалистическом хозяйствовании. М., 1963; Немчинов В. С. О дальнейшем совершенствовании планирования и управления народным хозяйством. М., 1963; Либерман Е. План, прибыль, премия // Правда. 1962.9 сентября. 10
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики освободить предприятия от мелочной опеки со стороны центральных органов управления. Во многих публикациях первого этапа историографии реформ подчеркивалась коммунистическая направленность перемен. История совнархозов в те годы была явлением настоящего, а не прошлого времени, поэтому не могла стать вполне сложившимся предметом для изучения. На втором этапе историографии (1965-1985) история совнархозов как самостоятельная проблема не рассматривалась. Уход из политики Н. С. Хрущева и экономическая реформа 1965 г. сместили научные интересы исследователей в область изучения других проблем. Во второй половине 1970-х гг. под влиянием нараставших трудностей в хозяйственном управлении советского общества возникла необходимость обобщения всего опыта его экономического развития. В свет вышла семитомная «История социалистической экономики СССР». В ней (в шестом томе) наряду с другими освещалась и совнархозовская реформа, раскрывалось ее значение в выработке новых форм общественного разделения труда и организации производства. Но анализ реформы заканчивался, по существу, началом 1960-х гг.17 Таким образом, история совнархозов оказалась разорванной принятой периодизацией, что давало основание историкам освещать ее фрагментарно или вовсе не рассматривать. После завершения существования совнархозов изучение их деятельности длительное время не было востребовано обществом. Научную общественность интересовал не столько организационный, сколько экономический опыт управления. При этом полностью исключалось рассмотрение советской системы управления с точки зрения иных критериев и принципов, выходящих за пределы официально принятых, что предопределило возникновение малосодержательной дискуссии о преимуществах отраслевого или территориального принципов управления. Со сменой лидера, с изменением политической ситуации в стране к совнархозовской реформе угас научный интерес. На нее стали смотреть как на досадную неудачу, несколько омрачающую советские достижения. Тем не менее в 1970-е гг. в ряде изданий появились достаточно взвешенные оценки итогов совнархозовской реформы. Так, в пятом томе «Истории Коммунистической партии Советского Союза» подчеркнуто: переход на территориальный принцип управления — ре- 17 См.: История социалистической экономики СССР: В 7 т. Т. VI. М., 1980. И
Демичев Е. В. зультат поиска политического руководства в области форм управления. Данный поиск продиктован ростом народного хозяйства, усложнением его территориальной и отраслевой структуры. Реформа, несмотря на ряд положительных результатов, показала: «...односторонний территориальный подход к совершенствованию управления не может обеспечить успех»18. К изучению проблем управления из всех исторических дисциплин ближе всего стояла историко-партийная наука. Но в центре ее внимания находился партийно-политический и организаторский аспект деятельности партийных комитетов. Историко-партийная наука в силу специфики предмета исследования не могла глубоко изучить анализируемую в настоящей монографии проблему. Однако именно историко-партийные работы первыми исследовали реформу 1957 г. В 1970-е гг. появились монографии о партийном руководстве промышленностью в 50-е гг.19 В них освещалась деятельность партийных организаций в части подъема трудовой активности масс, формирования и расстановки промышленных кадров, использования достижений научно-технического прогресса. В частности, рассмотрели участие партийных организаций в процессах планирования развития промышленности, совершенствования управления промышленностью (В. Б. Токарев). В. Б. Токарев в то же время подчеркивает, что эту деятельность следует рассматривать положительно с точки зрения полученных результатов: экономических (обеспечение высоких темпов развития) и политических (повышение роли партийных организаций в управлении)20. А. Е. Погребенко, тоже не ограничиваясь констатацией негативных итогов реорганизации управления, делает, на наш взгляд, очень важный вывод: многие недостатки в управлении промышленностью были присущи не только совнархозам. Они имели место до них, не исчезли и после их ликвидации21. Из вышеизложенного следует: историография второго этапа сохраняет некоторые черты преемственности предшествующего, опи18 История Коммунистической партии Советского Союза: В 6 т. Т. 5. Кн. 2. М., 1980. С. 536-537. 19 Токарев В. Б. Партийное руководство развитием промышленности автономных республик Среднего Поволжья. 1946-1958 гг. Казань, 1976. 20 Токарев В. Б. Указ. соч. С. 109. 21 Погребенко А. Е. Деятельность КПСС по развитию лесохимии РСФСР (1950-1975). Иркутск, 1981. 12
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики рается на те же партийные оценки, хотя и несколько скоррелированные новыми политическими лидерами. Однако историографическая мысль уже в конце 1970-х гг., т. е. в доперестроечный период, вплотную подошла к пониманию того, что все достижения и недостатки коренятся не в отдельных принципах, а в самой природе советской системы управления. Для осмысления данного вывода требовались свобода в выборе концептуальных подходов и более открытый доступ к архивам. Благоприятные условия развития исторической науки сложились на третьем этапе изучения истории совнархозов (с 1986 г. по настоящее время). Автономизация отечественной истории, ее самоопределение как особого научного института создали возможности для широкой дискуссии по поводу экономических реформ 1953-1965 гг. Среди работ конца 1980-х гг., которым присущ поиск новых подходов, оценок, выводов и направлений развития общественной мысли, следует выделить публикации Л. А. Опенкина, Е. Т. Гайдара, В. И. Глотова, Н. Н. Разуваевой22. В этих публикациях проводится такая мысль: КПСС не смогла выработать политику, позволяющую органически соединять достижения научно-технической революции с преимуществами социалистической системы хозяйствования. Но, как справедливо считают авторы данных публикаций, в экономической политике второй половины 1950 — начала 1960-х гг. вектор был задан в общем верно: отказ от излишней централизации, расширение хозяйственной деятельности, переход на хоздоговорные отношения между предприятиями. В 1990 г. опубликовано исследование об организационных реформах государственного управления промышленностью в СССР в 1957-1987 гг. В ней Ю. А. Веденеев впервые развернуто и системно рассмотрел деятельность совнархозов с точки зрения их правовой истории, дал глубокую характеристику как самой реформе, так и ее этапам23. Идеи Ю. А. Веденеева стали в той или иной мере отправными 22 Опенкин Л. А. Были ли повороты в развитии советского общества в 50-60-е гг. // Вопросы истории КПСС. 1988. № 8; Гайдар Е. Т. Экономические реформы и иерархические структуры. М., 1989; Глотов В. И. О некоторых уроках исторического опыта деятельности КПСС во второй половине 50-х — первой половине 60-х гг. // Вопросы истории КПСС. 1988. № 4; Разуваева Н. Н. Экономическая политика КПСС в 60-х — первой половине 80-х гг.: противоречия и трудности развития // Вопросы истории КПСС. 1988. № 9. 23 Веденеев Ю. А. Организационные реформы государственного управления промышленностью в СССР: историко-правовое исследование (1957- 1987). М., 1990. 13
Демичев Е. В. для исторических исследований, проводимых по интересующей нас проблеме. Однако конкретно-исторический материал в его работе не освещался в силу ее историко-правовой специфики. В отечественной историографии обозначились различные трактовки значения и причин неудачи совнархозовской реформы. На наш взгляд, Б. В. Личман недооценивает значения данной реформы, утверждая, что в 1957-1964 гг. было начато, а в 1965-1985-х приостановлено формирование системы управления, планирования и организации производства, ведущее к образованию рынка, региональному хозрасчету, ликвидации административно-командных методов управления народным хозяйством24. Хотя реформа и завершилась неудачей, она была, как справедливо считает Е. Ю. Зубкова, необходимым этапом для осознания политическим руководством и обществом глубоких перемен в практике хозяйственного развития25. Можно согласиться с мнением Ю. В. Аксютина и О. В. Волобуева: главная причина неудачи реформы — неготовность советского руководства и общества «к радикальным переменам»26. Одной из недостаточно разработанных является проблема взаимоотношений между совнархозами и партийными комитетами. Одни историки считают, что в ходе реформы секретари обкомов партии поделили между собой весь промышленный и научно-технический потенциал страны27; другие, напротив, сделали вывод: хозяйственники «оказались относительно самостоятельными по отношению к обкомам»28. Мы не согласны с данными утверждениями, так как реформа, будучи сугубо административной, не вносила качественных изменений в экономические условия хозяйствования, планирования, управления производственной деятельности промышленных предприятий29. 24 Личман Б. В. Региональная индустрия в экономической политике КПСС и советского государства во второй половине 1950-середине 1980-х гг. (на материалах Урала): Автореф. дис.... д-ра ист. наук.- Свердловск, 1991. 25 Зубкова Е. Ю. От демократизации общественной жизни к демократизации экономики: рождение проблемы // Исторический опыт и перестройка: человеческий фактор в социально-экономическом развитии СССР. М., 1988. 26 Аксютин Ю. В., Волобуев О. В. XX съезд: новации и догмы. М., 1991. С. 221. 27 Лейбович О. Л. Реформа и модернизация в 1953-1964 гг. Пермь, 1993. 28 Пихоя Р. Г. Советский Союз: история власти (1945-1991). М., 1998. 29 Веденеев Ю. А. Указ. соч. С. 24. 14
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики Одним из дискуссионных вопросов является реорганизация партийных органов по производственному принципу, проведенная в соответствии с решениями ноябрьского (1962) пленума ЦК КПСС. Первым наиболее полным анализом данной перестройки стали работы А. В. Пыжикова30. В освещении этой проблемы можно выделить два подхода. Один рассматривает реорганизацию как проявление субъективизма и волюнтаризма Н. С. Хрущева, другой — как противостояние лидера-реформатора партии и страны партийному аппарату31. На наш взгляд, реорганизацию партийных органов следует рассматривать как следствие самой совнархозовской реформы и организационно-партийной перестройки, проводившейся со второй половины 1950-х гг. В 1990-е гг. изучению деятельности совнархозов посвящено несколько кандидатских диссертаций. В диссертации В. В. Ковалева реформирование форм хозяйствования и методов управления социально-экономической сферой советского общества раскрывается на материалах Ставропольского и Краснодарского краев вплоть до 1970 г.32 В исследовании О. А. Смолкина, проведенного на западносибирском материале, создание и развитие совнархозов рассматривается в пределах общей проблемы реформирования местных органов власти и управления33. Глубиной раскрытия темы выделяется диссертация В. А. Ежова. В ней анализируется поиск путей совершенствования хозяйственного механизма в 1956-1965 гг. При этом автор сконцентрировал свое внимание на вызревании реформаторских тенденций в экономической политике государства, а не на процессе реформирования системы управления. Отдельные его выводы в части предпосылок реформи30 Пыжиков А. В. О некоторых аспектах перестройки партийно-советских органов по производственному принципу (1962-1964). М., 1998; Он же. Опыт модернизации советского общества в 1953-1964 гг.: Общественно-политический аспект. М., 1998; Он же. Политические преобразования в СССР (50-60-е гг.). М., 1999. 31 Пихоя Р. Г. Указ. соч. С. 238-240. 32 Ковалев В. В. Исторический опыт реформирования форм хозяйствования и методов управления социально-экономической сферой советского общества (1953-1970) (На материалах Ставропольского и Краснодарского краев): Автореф. дис.... канд. ист. наук. Ставрополь, 1997. 33 Смолкин О. А. Реформирование местных органов власти и управления в 1953-1964 гг. (На материалах Кемеровской, Новосибирской и Томской обл.): Автореф. дис.... канд. ист. наук. Томск, 1997. 15
Демичев Е. В. рования системы управления промышленностью и строительством подтверждаются нашим исследованием34. Впервые освещена структура региональных совнархозов и раскрыта их хозяйственная деятельность в кандидатской диссертации В. Н. Горлова. В его исследовании проанализирована история функционирования совнархозов Москвы и Московской области. Анализ содержания отмеченных выше кандидатских диссертаций показывает, что их авторы нередко сбиваются на изложение директивных партийных и правительственных документов и иллюстративный метод освещения работы совнархозов вследствие отсутствия крупных работ о структуре и функционировании центральных органов управления. В диссертациях процесс бюрократизации управления получил одностороннее освещение. Исследователи в основном ограничились анализом роста численности центральных аппаратов совнархозов, мало внимания уделили рассмотрению рационализации управления в среднем звене: между СНХ и предприятиями. По нашему мнению, изучение совнархозов на региональном уровне должно охватывать весь срез управленческих отношений. Это позволяет сосредоточиться как на изучении общих тенденций процесса реформирования системы управления народным хозяйством, так и на выявлении его региональных особенностей. Тому хороший пример — диссертации на соискание ученой степени доктора исторических наук В. И. Мерцалова «Реформа управления промышленностью и строительством 1957-1965 гг. (на материалах Восточной Сибири)» и В. Л. Дрындина «Попытки реформирования аграрной и промышленной сфер Российской Федерации (1953-1964) в контексте специфики отечественной истории»35. Данные работы — первые комплексные конкретно-исторические исследования реформы 1957 г., проведенные на основе современных подходов в пределах крупных экономических районов. В. И. Мерцалову и В. Л. Дрындину удалось 34 Ежов В. А. Поиск путей совершенствования хозяйственного механизма. 1956-1965 гг. На материалах промышленности: Дис. ... канд. ист. наук. М., 1992; Горлов В. Н. Московские городской и областной совнархозы (1957- 1965): Противоречия становления и развития: Дис. ... канд. ист. наук. М., 1997. 35 Мерцалов В. И. Реформа управления промышленностью и строительством 1957-1965 гг. (на материалах Восточной Сибири): Дис.... д-ра ист. наук. Иркутск, 2001; Дрындин В. Л. Попытки реформирования аграрной и промышленной сфер Российской Федерации (1953-1964) в контексте специфики отечественной истории: Дис.... д-ра ист. наук. Оренбург, 2004. 16
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики выявить основные тенденции в организационном и функциональном развитии совнархозов, осветить главные моменты эволюции центральных органов управления, раскрыть положительную роль совнархозов в индустриальном развитии анализируемых регионов и вместе с тем показать ограниченность их деятельности. Сущность развития советской экономики на региональном уровне всесторонне раскрыта в работах южноуральского историка Л. И. Фу- торянского36. Для исследования реформы 1957 г. большое значение имеют работы по истории экономической мысли. Среди них выделяется монография В. А. Мау «В поисках планомерности: Из истории развития советской экономической мысли конца 30-х — начала 60-х гг.»37 Проанализировав историю советской экономической мысли с конца 1930-х по начало 1960-х гг., В. А. Мау пришел к выводу о невозможности найти оптимальный вариант реформирования административно-командной системы управления. В другой своей книге, «Реформы и догмы. 1914-1929»38, он показывает превращение Госплана СССР в директивный планирующий орган, что помогает нам глубже уяснить истоки становления административно-командной системы управления в СССР. Эти работы способствовали более последовательному проведению принципа историзма в настоящей работе. К историческим работам по государственному управлению тесно примыкают современные исследования по проблемам политической истории России39. В центре внимания историков стоят проблемы по36 Футорянский Л. И. Первые шаги индустриализации // История Оренбуржья. Оренбург, 1996; Он же. Стахановское движение // Там же; Он же. Итоги второй и третьей пятилеток в промышленности // Там же; Он же. Коллективизация // Там же; Он же. Дважды юбилейный // Оренбургский край в системе евразийских губерний и областей России. Всероссийская научно- практическая конференция. Оренбург, 2004. 37 Мау В. А. В поисках планомерности: Из истории развития советской экономической мысли конца 30-х — начала 60-х гг. М., 1966. 38 Мау В. А. Реформы и догмы. 1914-1929. М., 1993. 39 Аксютин Ю. В., Волобуев О. В. XX съезд: Новации и догмы; XX съезд и его исторические реальности. М., 1991; Зубкова Е. Ю. Общество и реформы. 1945-1964. М., 1993; Пихоя Р. Г. Советский Союз: История власти (1945- 1991); Жуков Ю. Н. Борьба за власть в партийно-государственных верхах СССР весной 1953 г. // Вопросы истории. 1996. № 5—6; Наумов В. П. Борьба Н. С. Хрущева за единоличную власть // Новая и новейшая история. 1996. № 2; Сукиасян М. А. Власть и управление в России: Диалектика традиций и инноваций в теории и практике государственного строительства. М., 1996; 17
Демичев Е. В. литического реформирования советского общества, вопросы борьбы в политическом руководстве страны за лидерство и власть. Эти исследования имеют большое значение для осмысления природы и хода осуществления хозяйственных реформ, так как полное осознание необходимости реформирования советской экономической системы происходило именно в политической сфере и в ходе развития политического процесса. Как известно, при осуществлении хозяйственных реформ в СССР широко использовались идеологические средства. Партийно-государственное руководство страны понимало, что успех реформирования в немалой степени зависит от нацеленности сознания трудового населения на их проведение. В связи с этим представляется актуальным изучение исторических работ, раскрывающих идеологическое обеспечение решения народно-хозяйственных задач. Вопросы организации и совершенствования идеологической работы привлекали внимание широкого круга исследователей40. Большой вклад в разработку проблем организации пропаганды внесли работы В. Я. Доброхотова, Ж. Т. Тощенко, А. И. Яковлева, коллективная монография под редакцией В. В. Журавлева «XX съезд КПСС и его исторические реальности»41. Проблематику этих исследований отличают широта и многообразие, органическое увязывание проблем теории с практикой идеологической работы. Пониманию сущности утопизма пропаганды, ее предназначения в Советском государстве способствуют издания, опубликованные в конце XX — начале XXI в.: И. Б. Чубайса «Россия в поисках себя. Пыжиков А. В. Генезис официальной позиции КПСС по вопросу о культе личности (1953-1964). М., 1998; Он же. Политические преобразования в СССР (50-60-е гг.). М., 1999; Аксютин Ю. В., Пыжиков А. В. Постсталинское общество: Проблемы лидерства и трансформация власти. М., 1999; Плимак Е. Г., Пантин И. К. Драма российских реформ и революций (сравнительно-политический анализ). М., 2000. 40 Ворожейкин И. Е. Очерки историографии рабочего класса СССР. М., 1975; Ворожейкин И. Е., Сенявский С. Р. Рабочий класс — ведущая сила советского общества (Вопросы методологии и историографии). М, 1977; Морозов Б. М., Фадеев В. Е., Шинкаренко В. В. Планирование идеологической, политико-воспитательной работы. М., 1984; Поздняков П. В., Марихин Е. Н. Научное руководство агитацией. М., 1984. 41 Доброхотов В. Я. Убеждать правдой. Вопросы теории и практики партийной пропаганды. Горький, 1988; Тощенко Ж. Т. Идеологические отношения: (Опыт социологического анализа). М., 1988; Яковлев А. И. Оптимизация идеологической работы. М., 1990. 18
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики Как мы преодолеем идейный кризис», В. Л. Дрындина «К вопросу идеологического обеспечения решения народно-хозяйственных задач в Оренбуржье», «Опыт реформирования советской экономики в 1953-1964 гг. с использованием идеологических средств» и др.42 Заметим, что обобщающих историографических трудов по идеологической работе так и не было создано. Всестороннее осмысление советских экономических реформ невозможно без учета вклада в решение данной проблемы зарубежных исследователей. Наиболее значительной работой последних лет, посвященной истории СССР 1950 — первой половины 1960-х гг., является коллективная монография «Хрущев и хрущевизм», опубликованная в 1987 г. под редакцией М. Макколи43. В ней содержится анализ развития промышленности и научно-технического прогресса в период «оттепели». Среди специальных работ по истории советской промышленности в хрущевский период можно назвать книгу американского экономиста Дж. Берлинера «Советская промышленность от Сталина до Горбачева» (1988). В ней рассматриваются проблемы планирования, управления, ценообразования и научно-технического прогресса в промышленности СССР в послевоенный период44. Работы зарубежных ученых, посвященных экономической политике Н. С. Хрущева, несмотря на наличие ряда спорных моментов, отличаются большей объективностью и широтой взглядов, чем публикации советских авторов. 42 Бордюгов Г. А., Козлов В. А. История и конъюнктура: Субъективные заметки об истории советского общества. М., 1992; История Отечества. Краткий очерк. Вып. 2. М., 1992; История России: XX век. Курс лекций по истории России. Екатеринбург, 1993; История Отечества: Люди, идеи, решения. Очерки истории Советского государства. М., 1991; Неизвестная Россия. XX век. М., 1992; Сироткин В. Г. Вехи отечественной истории. Очерки и публицистика. М., 1991; Чубайс И. Б. Россия в поисках себя. Как мы преодолеем идейный кризис. М., 1998; Дрындин В. Л. К вопросу идеологического обеспечения решения народнохозяйственных задач в Оренбуржье. Сб. трудов Международного форума по проблемам науки, техники и образования. Т. 1. М., 2000. С. 6-7; Он же. Опыт реформирования советской экономики в 1953-1964 гг. с использованием идеологических средств. Оренбург, 2002. 43 См.: Khrushchev and khrushchevism / Ed. by M. McCauley. Houndmtlls et al. Bloomington, 1987. 44 Cm.: Berliner J. S. Soviet industry from Stalin to Gorbachev. Essays on Management and Innovation. Ithaca; N.Y., 1988. 19
Демичев Е. В. Анализ отечественной и зарубежной историографии свидетельствует о том, что изучение реформы управления промышленностью и строительством 1957 г. до сих пор еще находится в начальной стадии. Глубокий научный анализ совнархозовской реформы необходим для выявления того, насколько было реформируемым советское общество, что в нем предпринималось при осуществлении крупномасштабных преобразований, в том числе с помощью идеологического фактора. Извлечение уроков из советского опыта реформирования экономики в период хрущевской «оттепели» будет способствовать выработке правильных взаимоотношений между центром и регионами современной России, достижению оптимального сочетания государственного управления со свободным рынком. Цель исследования — на материалах Московской области и Южного Урала с учетом процессов, протекавших в центре, раскрыть происхождение, основные тенденции развития, главные итоги, а также причины неудачи реформы сквозь призму специфики российской истории. Достижению поставленной цели способствует решение более частных исследовательских задач. Они заключаются в следующем: определить сущность специфики отечественной истории как парадигмы современного обществознания; выявить историческую обусловленность и мотивацию реформы управления; раскрыть предпосылки и ход осуществления реформы; дать характеристику нерыночных и рыночных аспектов преобразований промышленности и строительства; изучить процесс формирования и развития новых органов управления, выяснить противоречия в структурном и функциональном развитии совнархозов; проанализировать взаимодействие между государственнохозяйственным и партийно-политическим блоками управления; выяснить влияние противоречивого характера реформирования системы управления на переход к реорганизации территориальных партийных организаций по производственному признаку; выявить основные тенденции экономического развития, некоторые позитивные и негативные моменты в осуществлении реформы; осветить деятельность совнархозов по внедрению достижений научно-технического прогресса и на этой основе показать пределы возможностей административно-командной системы управления; 20
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики обобщить опыт управления индустриальным освоением природных богатств страны; показать назначение, содержание и сущность идеологического обеспечения решения народно-хозяйственных задач. Методологическую основу исследования составляют принципы историзма, научной объективности и ценностный подход. Анализ проблемы и выводы исследования опираются на методы: общие (анализа и синтеза, индукции и дедукции) и специально-исторические (историко-генетический и структурно-исторический, системный подходы). Принцип историзма реализовался как в освещении отдельных сторон изучаемого процесса, так и в их соотношении. В результате реконструировалась структура исторического процесса. Так, становление идеи совнархозовской реформы раскрывается после освещения детерминирующих факторов, а перестройка партийных организаций по производственному признаку — после выявления неэффективности проводимых реформ, функциональной недостаточности совнархозов. Всесторонний анализ фактов является основополагающим условием воплощения принципа объективности. Всесторонность анализа осуществлялась через ряд уровней изучения, пока отдельные факты не выстроились в развернутый ряд, отразив не только единичные явления или процесс, но и крупную их систему. В этом случае формой реализации принципа объективности явилось рассмотрение истории как многомерного процесса, обусловленного взаимодействием основных исторических потоков: экономического, социального, культурного и политического. В реальной действительности эта многомерность пронизывает любое историческое событие. Но наиболее полно она проявляется в крупных образованиях, к которым можно отнести систему государственного управления. Поэтому на завершающей стадии настоящего исследования научная проблема рассматривалась и под углом многомерности. В работе использовался и такой методологический принцип, как ценностный подход. В соответствии с ним исторический процесс нами рассматривался с точки зрения системы ценностей изучаемого времени, а не современности. В этом ключе оценивались различные позиции в политическом руководстве страны. В ходе исследования указанные методологические принципы проявляли себя двояко: непосредственно — как главные ориентиры настоящей работы и опосредованно — через использование методов исследования, в основе которых они лежали. 21
Демичев Е. В. Общие методы использовались на всех этапах изучения проблемы, но в большей степени — в начале исследования. Методы анализа и синтеза применялись при группировке собранного фактического материала по внешним признакам. Это позволяло сводить воедино факты по какому-либо узкому вопросу, а затем переходить к первому их содержательному анализу. При анализе использовался метод сопоставления фактов друг с другом. Между фактами прослеживалась историческая последовательность путем восстановления хронологического ряда и выделения стадий развития. В зависимости от характера изучаемого материала и по мере раскрывавшегося в нем исторического содержания применялись и другие методы. В итоге создавалась система фактов, отражавшая какую-либо сторону процесса. Это происходило на первом этапе индуктивного изучения. Например, такой первичной системой фактов в нашем исследовании было описание структуры Московского областного и Оренбургского СНХ. Второй этап индуктивного изучения выступал как результат сравнения с другими системами однопорядковых фактов. Так, описывалась структура не только Московского областного, но и совнархозов Южного Урала. В результате возникала система фактов более высокого уровня, выявлявшая общие и особенные свойства изучаемых объектов. На основе нескольких систем фактов второго порядка создавались более крупные системы, в которых определялись место и роль отдельных сторон, элементов изучаемого исторического процесса или явления, т. е. сторон и элементов, уже проявивших свои общие и особенные качества. На этом, третьем этапе индуктивного изучения, процесс и явление анализировались как целостность: полностью описывались происхождение и осуществление реформ. Параллельно с индуктивным нами использовался и дедуктивный метод изучения. Определяющую роль в его применении играла теоретическая составляющая: концепции модернизации, развития России как «догоняющей» страны и как мобилизационного общества, объясняющие особую кризисность и противоречивость российской истории, а также научные положения об административно-командной системе управления. Теоретическая составляющая давала возможность оттолкнуться при анализе исторических фактов от обобщенных представлений о советском обществе и его системе управления. Дедуктивный метод на начальной стадии исследования применялся при рассмотрении фактов общесоюзного или республиканско22
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики го масштабов, а также при изучении исторического процесса на региональном уровне как крупной системы фактов. Так, в первом случае изучались идеологические предпосылки и целая система факторов созревания реформы, во втором — они изучались на материалах Московской области и Южного Урала. Дедуктивный метод мы применяли, как правило, к достаточно крупной системе фактов, воссозданной индуктивным методом. Последнее означает, что в основе настоящего исследования лежит метод индукции. Индуктивный и дедуктивный методы использовались в их единстве при описании процесса или явления как целостности. Решающее значение имели специально исторические методы, с помощью которых описывались крупные системы фактов. Их применение в значительной мере зависело от содержания реконструируемой целостности. При анализе происхождения реформы использовался историкогенетический метод, хода ее осуществления — структурно-исторический метод, последствий реформы — системный подход. Историко-генетический метод применялся для выяснения общеисторической среды возникновения нового явления, факторов, непосредственно влияющих на исторический процесс, изучения изменений в системе, приобретавшей новые качества. Раскрывая историческую среду СССР первых постсталинских лет, мы учитывали происходившие в ней политические изменения, ослабление чрезвычайных условий существования советского общества, количественный и качественный рост масштабов народного хозяйства. Данные изменения выражались как в частичных реорганизациях системы управления народным хозяйством, так и в возникновении идеи осуществления совнархозовской реформы. В итоге выявлялась альтернативность исторического процесса реформирования промышленной сферы страны. Одновременно раскрывались изменения в системе управления народным хозяйством, освещалось влияние политики и идеологии на формирование характера реформы. На наш взгляд, все это позволяло достаточно объективно подойти к решению вопроса о соотношении необходимости и случайности в возникновении реформы. Большую роль в этом процессе играл региональный фактор. При его рассмотрении использовался историко-генетический метод в сочетании с рядом общих методов. Для определения роста влияния регионального фактора мы исходили из таких общих понятий, как государственный и спонтанный факторы экономического развития. Изучение их соотношения на различных этапах исторического раз23
Демичев Е. В. вития применительно к Московской области и Южному Уралу давало возможность, во-первых, более точно определить место этих регионов в экономическом развитии страны, во-вторых, выделить их особенности, а в-третьих, рассмотреть рост влияния регионального фактора как многостороннего процесса. В целом изучение регионального фактора позволило дополнить и конкретизировать общеисторическую картину происхождения реформы. Совнархозовская реформа существовала как форма проявления существенных изменений, которые накапливались в экономике, политике и системе управления страны до 1957 г. Учитывая это, мы использовали структурно-исторический метод, позволяющий рассматривать историческое явление как устойчиво структурированную и функционирующую систему. Анализ содержания реформы еще на концептуальном уровне позволяет выявить ряд структурных элементов: новые органы управления — совнархозы, их кадровое обеспечение и механизм функционирования. Перечисленный порядок структурных элементов отражает их соподчиненность в реальной действительности: совнархозы не могли функционировать без создания управленческих структур и их кадрового обеспечения. В свою очередь, создание совнархозов меняло соотношение центральных и территориальных органов в общей системе управления, что привело в конечном счете к сбоям в ее функционировании и появлению соответствующих изменений в партийно-политическом блоке. Поэтому важным структурным элементом реформы выступила реорганизация партийных органов на основе производственного принципа. Реформирование осуществлялось под влиянием субъективного и объективного факторов. Но главным было то, что создаваемая в хрущевские годы система функционировала по собственным внутренним законам независимо от воли людей, работавших в ней. В связи с этим мы попытались выявить методом абстракции определенные устойчивые связи в организационном развитии совнархозов, которые бы действовали независимо от субъективного фактора. Проведенный нами анализ деятельности совнархозов и партийных органов показал неспособность системы управления добиться оптимального сочетания отраслевого и территориального принципов управления. Эта система развивалась по линии централизации, включая и такую ее видоизмененную форму, как раздел партийных организаций по производственному признаку. Данная объективно обусловленная тенденция лежала в основе кризиса совнархозовской системы. Последствия промышленной реформы нами рассматривались сквозь призму деятельности совнархозов РСФСР и изучались с по24
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики мощью системного подхода. Последний не существует в виде строгой методологической концепции. Он ориентирует исследования на раскрытие целостности объекта. Поскольку любая деятельность является преимущественно субъективным процессом, учет этого предопределил и подходы к изучению процессов реформирования промышленной сферы. Во-первых, деятельность совнархозов как определенная системность вытекала из целеполагания и соответствующего поведения управленческих структур, во-вторых, она осуществлялась по направлениям, соответствующим различным сторонам развития промышленности. Применение охарактеризованной совокупности общих и специально-исторических методов позволило описать историю реформирования промышленной сферы РСФСР через основные виды научного объяснения: причинное, генетическое, структурное, функциональное и через закон структурного развития изучаемой системы управления народным хозяйством. Таковы основные методологические подходы, положенные в основу изучения реформирования промышленной сферы России. Данное исследование написано на основе широкого круга источников, которые можно подразделить на виды: документальные (опубликованные и неопубликованные), статистические сборники, периодическая печать и мемуары. Главный вид — документальные источники. Исходя из классифицирования по структурному признаку их можно охарактеризовать как простые и сложные. К простым мы относим единичные документы, извлеченные из комплекса документов (протоколов, стенографических отчетов), являвшихся целостным отражением функционирования какого-либо органа управления. Из простых источников в диссертации использованы документы, опубликованные в многотомных изданиях: «Директивы КПСС и Советского правительства по хозяйственным вопросам», «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК», «Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам». Они выходили в разное время, дополняют друг друга как по наличию документов, так и хронологически, охватывая в совокупности не только весь период исследования, но и смежные периоды. Из этих изданий Положение о Совете народного хозяйства экономического административного района, утвержденное постановлением Совета министров СССР 26 сентября 1957 г., содержится только в Директивах КПСС и Советского правительства по хозяйственным вопросам. Данные до25
Демичев Е. В. кументы представляют основу для выяснения преемственности исторического процесса. К этому типу источников примыкает двухтомная «Экономическая жизнь СССР. Хроника событий и фактов 1917-1965 гг.» (1967). В ней конспективно изложены партийные и государственные документы, отражены важнейшие результаты экономической деятельности на всей территории страны, содержатся основные факты изменений в системе центрального управления. К сложной по содержанию группе опубликованных источников мы относим стенографические отчеты съездов, пленумов, совещаний КПСС и сессий Верховного Совета СССР45. Эта группа источников дает разностороннюю и обобщенную информацию по стране и частично по регионам, отражает различные позиции политических руководителей при обсуждении той или иной проблемы. Особый интерес представляет стенографический отчет седьмой сессии Верховного Совета СССР четвертого созыва (7-10 мая 1957 г.), так как он проливает свет на выработку и принятие Закона «О дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строительством». С точки зрения выяснения основных направлений экономической политики партии и государства информативность этой группы источников достаточно высокая. Однако в целом весь основной фактический материал оказался сосредоточенным в архивах. Изучение неопубликованных источников позволило реконструировать процесс реформирования промышленной сферы Российской Федерации. В настоящее время значительно расширился круг документов, доступный для исследовательской работы, в том числе ЦК КПСС. Последние изучались в Российском государственном архиве новей45 Заседания Верховного Совета СССР третьего созыва. Пятая сессия 5- 8 августа 1953. Стенографический отчет. М., 1953; XX съезд КПСС. 14- 25 февраля 1956. Стенографический отчет. Т. 1,2. М., 1956; Заседания Верховного Совета СССР четвертого созыва. Седьмая сессия 7-10 мая 1957. Стенографический отчет. М., 1957; Внеочередной XXI съезд КПСС. 27 января — 5 февраля 1959. Стенографический отчет. Т. 1,2. М., 1959; Пленум ЦК КПСС. 13-16 июля 1960. Стенографический отчет. М., 1960; XXII съезд КПСС. 17-31 октября 1961. Стенографический отчет. Т. 1-3. М., 1962; Пленум ЦК КПСС. 19—23 ноября 1962. Стенографический отчет. М., 1963; Всероссийское совещание по вопросам экономики промышленности и строительства. 18-19 мая 1964. Сокращенный стенографический отчет. М., 1964; XXIII съезд КПСС. 29 марта - 8 апреля 1966. Стенографический отчет. Т. 1, 2. М., 1966. 26
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики шей истории (РГАНИ), Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ). В РГАНИ использовались фонды: 5 — документация аппарата ЦК КПСС, 13 — документация Бюро ЦК КПСС по РСФСР, 556 — отчеты, докладные записки местных парторганизаций. В РГАСПИ изучались фонды: 2 — стенографические отчеты пленумов ЦК КПСС, 17 — документы совещаний в ЦК КПСС. В Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ) использовались фонды: А-259 — Совет министров РСФСР, А-403 — Совет народного хозяйства РСФСР, А-561 — общество «Знание» РСФСР. Богатый и разнообразный материал по проблемам реформирования промышленной сферы в регионах почерпнут в следующих архивах: Государственном архиве общественно-политической документации Курганской области (ГАОПДКО) - фонды: 166 — Курганский обком КПСС, 6557 — Курганский промышленный обком КПСС; Объединенном государственном архиве Челябинской области (ОГАЧО) - фонды: 92 — Челябинский горком КПСС, 288 — Челябинский обком КПСС, 1470 — Челябинский промышленный обком КПСС; Центре документации новейшей истории Оренбургской области (ЦДНИОО) - фонды: 371 — Оренбургский обком КПСС, 7518 — Оренбургский промышленный обком КПСС; Центральном архиве общественных движений Москвы (ЦАОДМ) изучались фонды: 3 — Московский областной комитет КПСС, 1707 — партийный комитет парторганизации Мособлсовнар- хоза, 8136 — Московский промышленный областной комитет КПСС; Центральном государственном архиве Московской области (ЦГАМО) — фонд 7469 — Совет народного хозяйства Московского (областного) экономического района (Мособлсовнархоз). Автором использованы дела 19 фондов трех центральных и пяти региональных архивохранилищ. На протяжении всего исследования неотъемлемым условием работы с документами являлось критическое отношение к источникам. Учитывалась возможность сознательного искажения фактических данных. Поэтому в работе с документами широко использовался принцип их взаимопроверки и взаимодополнения. Основная масса документальных материалов была типичной, что объясняется общими принципами ведения делопроизводства. Для характеристики содержания неопубликованной документальной 27
Демичев Е. В. базы исследования выделим следующие типы источников по критериям их происхождения и предназначения. Первый тип — источники, возникшие как результат функционирования политических или хозяйственных органов управления: их постановления, распоряжения, протоколы заседаний, стенографические отчеты. Второй тип — отчетные документы нормативного порядка, подготовленные внутри аппарата органов управления: статотче- ты по кадрам, отчеты о финансово-производственной деятельности и т. д. Третий тип — документы текущего делопроизводства: переписка, справки. Важнейшую и преобладающую часть всех источников составила первая группа. Неопубликованные стенографические отчеты пленумов ЦК КПСС существенно дополняют уже опубликованные материалы. Например, если опубликованные стенографические отчеты июльского (1953), ноябрьского (1962) пленумов ЦК КПСС дают возможность выявить те или иные тенденции в узловых моментах общественного развития, то неопубликованные материалы данных форумов, дополняя опубликованные, позволяют реконструировать непрерывность процесса возникновения и осуществления реформы управления промышленностью и строительством. Во многих документах областных, городских, районных партийных организаций число нормативных документов значительно больше информационных. Отличительная черта значительной части информационных материалов — декларирование общих положений политики партии без глубокого адресного разбора их реализации на местах. По документам не всегда удавалось проследить, как реализуются те или иные решения, так как в них недостаточно раскрывались или не приводились вовсе факты организаторской работы партийных организаций. В одних случаях — это отсутствие документов, хотя результаты свидетельствуют о проделанной работе, в других — принятые решения так и оставались нереализованными мероприятиями и планами. Нами учитывалось, что многие партийные документы и публикации по вопросам решения народно-хозяйственных задач приукрашивали действительность, а коммунистическое сознание отражало ее необъективно. Поэтому в целях максимального приближения к исторической правде в монографии использованы новые архивные материалы и публикации, являвшиеся до недавнего времени предметом «закрытой» информации. 28
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики Для раскрытия темы настоящего исследования особую ценность представляют публикации документов из Российского государственного архива новейшей истории и Архива Президента Российской Федерации о деятельности высшего партийно-государственного органа в СССР — Политбюро (Президиума) ЦК КПСС в 1950-1960-х гг. Публикация основного комплекса документов в первом томе книги «Президиум ЦК КПСС. 1954-1964. Черновые протокольные записи заседаний. Стенограммы. Постановления» отражает деятельность Президиума ЦК в эпоху реформ 1954-1964 гг., раскрывает механизм власти в СССР и место в нем Президиума ЦК46. Основная работа проводилась в ГА РФ. Изучались материалы фондов Совета министров РСФСР, Совета народного хозяйства РСФСР. В отличие от местных госархивов характерной особенностью комплектования документов в ГА РФ явилось то, что каждому вопросу, решавшемуся в центральных органах управления, отводилась единица хранения. В ней, как правило, сосредоточивался весь материал, начиная с постановки проблемы и завершая ее окончательным решением. Иногда материалы составляли несколько дел хранения. Работа в ГА РФ дала богатую информацию для описания процессов реформирования промышленной сферы в Российской Федерации. Другим видом источников являются статистические сборники47. Систематически публиковались статистические данные о состоянии народного хозяйства СССР и РСФСР. Однако региональный аспект в них отражен слабо. Это преимущественно статистические данные по отдельным отраслям народного хозяйства. Поэтому больше использовалась статистика, содержащаяся в архивных отчетах о финансово-хозяйственной деятельности совнархозов. При этом с учетом того, что в советские годы осуществлялось систематическое искажение действительности в публикациях статистической информации, нами привлекались альтернативные, более реалистические оценки темпов экономического развития страны48. 46 Президиум ЦК КПСС. 1954-1964. Черновые протокольные записи заседаний. Стенограммы. Постановления. М., 2003. 47 Народное хозяйство СССР в 1956 г. Стат, ежегодник. М., 1957; Народное хозяйство СССР в 1958 г. Стат, ежегодник. М., 1959; Народное хозяйство РСФСР в 1959 г. Стат, ежегодник. М., 1960; Народное хозяйство РСФСР в 1960. Стат, ежегодник. М., 1961; Народное хозяйство СССР в 1965 г. Стат, ежегодник. М., 1966; Народное хозяйство РСФСР за 60 лет. М., 1977. 48 См.: Ханин Г. Динамика экономического развития СССР. Новосибирск, 1991; Maddison A. Monitoring the World Economy. 1820-1992. OECD. Development Centre. Paris, 1995. 29
Демичев Е. В. Самостоятельным видом источников является периодическая печать. Она отражает многообразные общественные явления, однако не всегда выступает в качестве первоисточника. Понятно, что при возросшем доступе к архивным документам использование периодической печати не могло не быть ограниченным. Между тем ее материалы оказались незаменимыми при освещении идеологического обеспечения решения народно-хозяйственных задач как в целом в РСФСР, так и в Московской области и на Южном Урале. В монографии использованы центральные и местные газеты, журналы за 1953-1965 гг. Много ценной информации почерпнуто из центральных газет «Правда», «Советская Россия» и журналов «Агитатор», «Вопросы истории КПСС», «Коммунист», «Политическое самообразование» (до № 1 1960 г. включительно назывался «В помощь политическому самообразованию»). Отличаются многообразием и оперативностью материалы печати Московской области49 и Южноуральского региона (Курганской50, Оренбургской51 и Челябинской52 областей). 49 Газеты: Московская правда, Ленинское знамя — Московской области. Журнал: Блокнот агитатора — орган отдела пропаганды и агитации Московского обкома КПСС. 50 Газеты: Автоагрегат — Шадринского агрегатного завода; Златоустовский металлург — Златоустовского металлургического завода; Машиностроитель — Курганского машиностроительного завода; Прогресс — завода Кургансельмаш; Уралсельмаш — завода Уралсельмаш; Советское Зауралье — Курганской области; Шадринская правда — города Шадринска. Журнал: Блокнот агитатора — орган отдела пропаганды и агитации Курганского обкома КПСС. 51 Газеты: Бугурусланская правда — г. Бугуруслана; Гвардеец труда — г. Новотроицка; Локомотив — Оренбургского тепловозоремонтного завода; Медногорский рабочий — г. Медногорска; Машиностроитель — Южноуральского завода тяжелого машиностроения г. Орска; Металлург — Орско-Хали- ловского металлургического комбината г. Новотроицка; Молот — Орского механического завода; Орский рабочий — г. Оренбурга; Южный Урал — Оренбургской области. Журнал: Блокнот агитатора — орган отдела пропаганды и агитации Оренбургского обкома КПСС. 52 Горняцкая правда — г. Коркино; Златоустовский рабочий — г. Златоуста; За трудовую доблесть — Челябинского тракторного завода; За Родину — Златоустовского машиностроительного завода; Карабашский рабочий — г. Карабаш; Копейский рабочий — г. Копейска; Магнитогорский рабочий — г. Магнитогорска; Магнитогорский металл — Магнитогорского металлургического комбината; Миасский рабочий — г. Миасс; Челябинский 30
Научные основы исследования реформирования отечественной экономики В монографии также использованы воспоминания активных участников изучаемых событий. В мемуарной литературе особенно ценно то, что она представлена воспоминаниями первых лиц Советского государства или деятелей, занимавших в то время высокие государственные посты53. В целом воспоминания помогают нам воссоздать более полную историческую картину возникновения и осуществления совнархозовской реформы. Основу Источниковой базы исследования составили неопубликованные материалы, что подчеркивает ее новизну. Среди них изучены основные типы источников, дополняющих друг друга и обеспечивающих взаимопроверку. Большинство материалов, вводимых в научный оборот, обладает главными внешними признаками полноценных документов. Неопубликованные материалы в сочетании с опубликованными составили достаточную источниковую базу для решения поставленных в настоящем труде научных задач. Научная новизна исследования состоит в том, что данная работа — одно из первых комплексных конкретно-исторических исследований реформы 1957 г., проведенное в пределах крупных экономических районов на основе современных подходов. В ней рассмотрена историография проблемы и выявлена степень ее изучения. В научный оборот введен новый фактический материал не только регионального, но и союзно-республиканского характера. Перестройка системы управления промышленностью и строительством в Московском и Южноуральском регионах показана в сравнении с данными по РСФСР. Выявлены причины возникновения идеи реформы в стране, основные тенденции в организационном и функциональном развитии совнархозов. Освещены главные вехи эволюции региональных и центральных органов управления. Доказана объективная обуслов- рабочий — Челябинской области. Журнал: Блокнот агитатора — орган отдела пропаганды и агитации Челябинского обкома КПСС. 53 Новиков В. Н. В годы руководства Н. С. Хрущева // Вопросы истории. 1989. № 1,2; Бурлацкий Ф. М. Вожди и советники. М., 1990; Чуев Ф. Сто сорок бесед с Молотовым. Из дневника Ф. Чуева. М., 1991; Байбаков Н. К. Сорок лет в правительстве. М., 1993; Гришин В. В. От Хрущева до Горбачева: Политический портрет пяти генсеков и А. Н. Косыгина. Мемуары. М., 1996; Бурлацкий Ф. М. Русские государи. Эпоха реформации. Никита Смелый, Михаил Блаженный, Борис Крутой. М., 1996; Каганович Л. М. Памятные записки. М., 1996; Хрущев Никита Сергеевич. Воспоминания. М., 1997; Шепилов Д. Т. Воспоминания // Вопросы истории. 1998. № 3, 5, 7, 9; Борисов С. 3. Алмазы и вожди. М., 2000. 31
Демичев Е. В. ленность и освещена неоднозначность последствий реорганизации в 1963 г. территориальных партийных организаций. Обоснованы выводы о положительной роли и ограниченности деятельности совнархозов в индустриальном развитии Московской области и Южного Урала. По-новому (в сравнении с советскими исследователями, находившимися под прессом партийного диктата), более взвешенно и объективно, дан анализ особенностей использования форм и методов устной и печатной пропаганды в перестройке системы управления промышленностью и строительством, в идеологическом обеспечении решения народно-хозяйственных задач. Теоретическая и практическая значимость работы связана с необходимостью глубокого переосмысления истории советского экономического развития с учетом достижений современной науки. Содержащиеся в исследовании материалы, оценки и выводы могут быть использованы в лекционных курсах и семинарских занятиях по отечественной истории, а также в спецкурсах по истории экономической политики СССР; при подготовке учебных пособий по названным дисциплинам; в разработке современных проблем управления.
ГЛАВА 2 СПЕЦИФИКА РОССИЙСКОЙ ИСТОРИИ И РЕФОРМЫ Своеобразие отечественной истории Историческое развитие России, стран Европы и Азии — яркое подтверждение взаимосвязанности, взаимообусловленности исторического процесса и того, что каждая страна имеет свою особую историю, отличную от других. Изучая историческое прошлое, мы можем определить объективные возможности развития исходя из нашей специфики и неимитируемого социально-психологического кода нации. Пренебрежение историей обрекает нас на повторение ошибок. В свою очередь, знание особенностей отечественной истории, выявление корней ее самобытности и влияние на нее Запада и Востока служат надежной основной для выработки правильной стратегии при решении современных социально-экономических проблем. ~ На тип развития общества, форму его государственности и хозяйствования, на специфику протекания тех или иных исторических процессов всегда оказывают большое влияние природно-климатический, географический и геополитический факторы. С. М. Соловьев, В. О. Ключевский и другие русские дореволюционные историки давно обратили внимание на уникальное геополитическое развитие России. Особенности географического положения Руси, размещенной на огромной, открытой почти со всех сторон Восточно-Европейской равнине, обусловливали постоянную необходимость защиты ее от нападения агрессивных соседей. Это требовало больших людских и материальных ресурсов для обеспечения безопасности государства. Равнинный характер местности, ее открытость и отсутствие естественных географических границ не позволяли национальной общности быть защищенной от вторжений и войн. Уже в первые века русской истории территория славянских племен подвергалась частым набегам хазар, печенегов и половцев. Монгольское нашествие и двухвековое ордынское иго стали одними из причин отставания русских земель от стран Западной Европы. Можно согласиться с историками, считающими, что монголо-татарское нашествие повлияло на тип феодальных отношений, изме33
Демичев Е. В. нение типа цивилизованного развития великорусской народности. В частности, к такому выводу пришел авторский коллектив краткого очерка по истории Отечества (руководитель авторского коллектива д. и. н. А. А. Данилов): «Под мощным давлением Востока (монголотатарское нашествие и установившееся на Руси иго) специфические черты развития страны неизмеримо приумножились, трансформировались в особый тип российского феодализма — как бы промежуточный между европейским и азиатским... С того времени борьба европейского влияния и сформировавшихся специфических российских традиций, содержащих определенную долю “азиатчины”, составляла одну из стержневых линий отечественной истории»1. По подсчетам историков, с 1380 г. (года Куликовской битвы) по 1917 г. Россия провела в войнах 334 года (почти 2/3 всего периода)2. В XX в. Россия (СССР) активно участвовала в самых кровопролитных за всю историю человечества Первой и Второй мировых войнах, около 40 лет провела в войнах и вооруженных конфликтах. В результате экономика часто оказывалась в качестве побочной сферы, на первый план выдвигалось достижение военно-политических целей. Это безусловно отрицательно сказалось на развитии всей хозяйственной деятельности. Другой особенностью российской истории было непрерывное расширение территории страны, осуществлявшееся различными путями: освоение новых пустынных территорий крестьянским населением (в ХП-ХШ вв. были освоены плодородные земли Владимиро-Суздальского и других княжеств Северо-Восточной Руси, Замос- ковского края и т. д.), добровольное присоединение к России (Украины, Грузии), «отвоевывание» у других государств захваченных ими территорий (у Швеции в результате Северной войны — Прибалтики, у Турции — ее крепостей-форпостов в Северном Причерноморье и Бессарабии и т. д.). Территория, которую исторически занимает наша страна, имеет свои достоинства и недостатки. Нахождение России на стыке важнейших мировых цивилизаций, вблизи эпицентров политико-экономического и социально-культурного развития, способно стимулировать хозяйственное взаимодействие. Вместе с тем нельзя не отметить масштабные отличия от западноевропейского региона, оказавшего существенное влияние на хозяйственное развитие России. 1 История Отечества (краткий очерк). Вып. 2. М., 1992. С. 56. 2 Никольский Б. Войны России // Русский колокол. 1928. № 3. С. 21. 34
Специфика российской истории и реформы Прежде всего — это огромность, малоосвоенность и малонаселенность пространства. Территория СССР (и Российской империи) составляла свыше 22 млн км2, современной Российской Федерации - 17 млн 75,4 тыс. км2, что в 5,5-3,5 раза превышает территорию всех европейских государств3. При своей большой общей численности населения Россия характеризовалась его небольшой плотностью: 7,5 человека накануне Первой мировой войны и 12,5 человека на 1 км2 в СССР. Причем в европейских губерниях России плотность населения составляла свыше 25, тогда как в Сибири — 0,8 человека на 1 км2 (в европейских странах сегодня — свыше 100 человек на 1 км2). Как видим, приведенные самые общие параметры территории нашей страны указывают на ее значительное своеобразие, главное из которых следующее: Россия была и остается самым крупным государством мира. Сопоставимые с ней страны — Канада, Китай и США — располагают территорией в 9-10 млн км2. В результате приращения территорий казна и государство получали новые источники финансирования, дополнительные материальные и людские ресурсы. Широкие пространства создавали условия для свободной миграции населения на новые земли, что во многом обусловливало на всех этапах существования российской государственности, в том числе и в советский период, преимущественно экстенсивные формы развития экономики, прежде всего сельского хозяйства. Данный фактор оказывал влияние и на политическое развитие Руси, России, СССР, следствием чего являлась длительная консервация прежних, уже отживших государственных (партийно-государственных) форм. Масштабы российского пространства оказали существенное сдерживающее влияние на хозяйственное устройство. Огромные расстояния мешали возникновению налаженных и регулярных рыночных обменов, затрудняли формирование единого национального рынка с унифицированной системой цен и обменных механизмов. Только по одной этой причине в России не мог возникнуть регулярный рынок западноевропейского образца, так как отсутствовала возможность налаживания рыночных обменов «на близкие расстояния». Внутренняя торговля в России с естественной неизбежностью обрекалась на «дальние расстояния». Например, в 1896 г., когда уже сложился внутренний российский рынок, средние пробеги важнейших грузов (нефть, железо, хлеб) по речным водным путям превышали 1000 км, 3 Россия: Энциклопедический справочник. М., 1998. С. 5. 35
Демичев Е. В. а по железной дороге средний пробег грузов равнялся: по хлебам — 638, соли — 556, углю — 360, керосину — 945, дровам — 162 км4. Французский историк Фернан Бродель (1902-1985), создавший фундаментальные труды по экономической истории Западной Европы, описывая трудности в деле создания единого национального рынка во Франции, считал, что эта страна — «жертва своего огромного пространства»5. А ведь Франция располагает территорией всего лишь 551 тыс. км2 (это составляет немногим более 3 % нынешней российской территории)6. С помощью мировой торговли западноевропейские страны восполняли ресурсы. Россия же в ней участвовала крайне ограниченно. Она долгое время находилась в отдалении от океанических торговых путей, не располагала незамерзающими морскими портами, поэтому не могла воспользоваться выгодами Великих географических открытий XV-XVI вв. Только во второй половине XVI в. через беломорские порты установились непосредственные торговые отношения с Англией и началось беспрепятственное развитие торговли по волжскому водному пути с восточными странами. Все это не могло не оказать воздействия на менталитет россиян и хозяйственное устройство страны. Верно считал Н. А. Бердяев, что фактор пространства стал решающим фактором, определяющим своеобразие русского характера и хозяйственного развития: «Необъятность русской земли, отсутствие границ и пределов выразились в строении русской души. Пейзаж русской души соответствует пейзажу русской земли: та же безграничность, бесформенность, устремленность в бесконечность, широта. На Западе тесно, все ограниченно, все оформлено и распределено по категориям, все благоприятствует образованию и развитию цивйлизации — и строение земли, и строение души. Можно было бы сказать, что русский народ пал жертвой необъятности своей земли»7. Необъятные просторы Родины сформировали такие специфические черты российского менталитета, как размашистость и безоглядность. 4 Россия: Ее настоящее и прошедшее. СПб., 1900. С. 351,365. 5 О своеобразии французского пути развития. См.: Бродель Ф. Что такое Франция? Кн. 1: Пространство и история. М., 1994; Кн. 2: Люди и вещи. М., 1995. 6 Большой энциклопедический словарь. М., 1997. С. 1293. 7 Бердяев Н. А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1997. С. 247, 248. 36
Специфика российской истории и реформы Неуклонное прирастание богатствами, их неисчислимое количество укрепляли в русском (советском) человеке убеждение в неистощимости ресурсов страны и в том, что Россия, СССР, если захотят, могут сделать все. Российские экономисты, в частности М. И. Туган-Барановский8 и другие, давно выявили большую роль торговли в функционировании народного хозяйства. В России по сравнению со странами Запада города как центры мелкой кустарной промышленности играли значительно меньшую роль. Промышленность размещалась в основном в селах. Ремесленник работал не на потребителя и местный рынок, а на поставщика и отдаленный рынок. Поэтому в России не получила широкого распространения такая промежуточная форма становления рыночного хозяйства, как городское хозяйство с преобладанием в нем цеховой организации производства. В связи с этим не мог действовать западноевропейский механизм формирования третьего сословия — буржуазии. Долгое время в российском производстве трудно было совершенствовать техническую базу, так как в нем преобладали дорыночные отношения. Работа на торгового посредника и его доминирующее положение в экономике лишали производителя прибавочного продукта, а порой и части необходимого, т. е. того, что он мог получить, работая прямо на потребителя. Наряду с решением важной задачи по налаживанию связи производителей с потребителями на огромном рыночном пространстве торговля выкачивала из производства денежные ресурсы. Происходило это потому, что организация торговли на «дальние расстояния» повышала риск, требовала более высокой прибыльности на вложенный капитал. Только по этой причине ее величина сохранялась на уровне 20 % годовых, тогда как, например, в Амстердаме существовала возможность денежного займа из расчета 3-4 % в год9. К тому же капитал, накопленный в торговле, не имел больших стимулов для вкладывания в производство из-за низкой доходности последнего. С момента появления ранних форм хозяйствования в России возникли асимметрия в развитии разных секторов народного хозяйства и нарушение сбалансированности в степени внедрения рыночных отношений. Поэтому был не очень велик потенциал совершенство8 Туган-Барановский М. И. Основы политической экономии. Пг., 1915. 9 См.: Кристенсен С. О. История России XVII в.: Обзор исследований и источников. М., 1989. С. 99. 37
Демичев Е. В. вания рыночных отношений в сфере производства. Такого рода трудности, возникшие при зарождении рыночных отношений, постоянно воспроизводились на протяжении всей отечественной истории. Как видим, современная острая проблема нехватки инвестиций в российском производстве имеет глубокие исторические корни, обусловленные своеобразием общих условий хозяйствования. И ныне территориальный фактор — реальный ограничитель, продолжающий оказывать свое воздействие на разные сферы экономики. И сегодня мы вынуждены считаться с ролью фактора коммуникаций в обеспечении функционирования народного хозяйства, нести огромные затраты на его поддержание и развитие, учитывать большой удельный вес транспортных расходов в стоимости товаров. В настоящее время доля транспортных издержек в совокупной стоимости товаров, проданных в России, составляет свыше 50 %. Транспортные затраты в нашей стране, связанные с вывозом продукции на мировые рынки, в шесть раз превышают аналогичные в США. В большинстве развитых стран главные промышленные зоны находятся вблизи прибрежных районов. Например, в США более половины населения живет в городах вдоль побережий двух океанов. И это не случайно. Ведь такой характер размещения промышленности позволяет обеспечивать минимизацию транспортных издержек. В России же промышленность размещена в основном в глубине страны, поэтому мы лишены возможности воспользоваться преимуществами самого выгодного способа транспортировки — морского. Отсюда вытекает постоянная и очень сложная проблема для нашего хозяйства: как при заведомо больших производственных и транспортных издержках, когда национальная стоимость продукции во многих случаях выше, чем в других странах, обеспечить высокую международную конкурентоспособность российских товаров? На наш взгляд, путь к реальному успеху во внешней торговле лежит через развитие и оживление внутреннего рынка России. В ином случае внешнеторговые результаты будут временными и неосновательными. Только в процессе развития и насыщения внутреннего рынка производители, потребители и правительство Российской Федерации могут приобрести навыки, возможности и уменье, необходимые для успешного участия на арене международного рынка. Так как бездефицитный баланс внешней торговли является кардинальным условием развития, рынок России надо обеспечивать не 38
Специфика российской истории и реформы столько за счет импорта, сколько посредством развития собственной производственной базы. Каждая единица товара, импортируемая из-за границы, лишает определенное число российских граждан возможности зарабатывать деньги, создавая реальные ценности в собственной стране, а также лишает правительство потенциального прироста налоговой базы. Следует ограничить вторжение иностранных монополий на российский рынок, проводить разумный изоляционизм, прежде всего поставить на ноги отечественного производителя. Заслуживает внимания интерпретация параметров двух противоборствующих путей развития народного хозяйства России, сделанная видным российским экономистом Т. И. Корягиной: «Работая на отечественного производителя, мы расширяем внутреннее производство товаров и услуг. За этим приходит внутренняя конвертируемость. Как только большим предприятиям удается выйти на уровень конкурентоспособности товаров, они выходят на внешний рынок. И тогда отечественная продукция приводит ко внешней конвертируемости. Такой каскадный подход работает на национальную силу, на приращение могущества страны»10. Наличие в России больших площадей неосвоенных земель, возможность постоянного переселения частично снимали остроту социального противостояния в обществе за счет эмиграции на окраины. В XVII-XVIII вв. более двух миллионов переселенцев перебрались из центральных областей на юг — в лесостепные районы. За эти два столетия около 400 тыс. человек переселились в Сибирь. В XIX — начале XX в. примерно 12-13 млн переселенцев, в основном уроженцев центральных губерний, перебрались на юг и 4,5-5 млн мигрировали в южную Сибирь и среднеазиатские степи11. На окраинах традиционно группировались оппозиционные центру элементы. Их постоянный отток на периферию, а также общая рассредоточенность населения и регионов сдерживали процесс консолидации сословий в России и, следовательно, процесс законодательного закрепления их прав и привилегий. На Руси сословная система утвердилась в результате целенаправленной политики государственной власти. В условиях гигантских размеров российской территории, слабых хозяйственных связей между отдельными регионами сословная система, существовавшая в России, в известной мере 10 См.: Литературная Россия. 1992. № 1-2. С. 3. 11 Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993. С. 29. 39
Демичев Е. В. способствовала мобилизации сил государственной властью всего общества на решение стоявших перед страной политических и экономических задач. В Западной Европе ситуация была несколько иной. Отсутствие свободных территорий, высокая плотность населения сильно обостряли социальные противоречия, что способствовало ускорению процесса складывания сословий, оформлению сословных и личных прав граждан. Сословная структура общества здесь проявилась прежде всего как естественный результат социально-экономического развития общества (возникновение и усиление городов, развитие ремесел и т. п.). Природно-климатические условия предопределили специфику сельхозпроизводства. На территории, составлявшей историческое ядро русского государства, было очень мало хороших пахотных земель. Преобладали подзолистые, глинистые, болотистые или песчаные, скудно обеспеченные естественными питательными веществами почвы. Сибирь по большей части была не пригодна для землевладения. Это можно объяснить тем, что теплый воздух, производимый Гольфстримом и согревающий Западную Европу, значительно охлаждался по мере удаления от атлантического побережья и проникновения в глубь материка. Суровые климатические условия определили и чрезвычайно короткий цикл сельхозработ. В частности, вокруг Новгорода и Петербурга он длился всего лишь четыре месяца в году (примерно с середины мая до середины сентября), а в центральных областях, близ Москвы, — около пяти с половиной месяцев (с середины апреля до конца сентября). В Западной Европе цикл сельхозработ длится восемь-девять месяцев, что позволяет западноевропейскому крестьянину на 50-100 % больше времени заниматься полевыми работами, чем русскому12. Большую часть территории России можно охарактеризовать как зону рискованного ведения хозяйства, требующую значительно больших, чем в западноевропейском регионе, трудовых и энергетических затрат. Так, чистый выход растительной биомассы в среднем по России в 2-2,5 раза ниже, чем в Западной Европе. Поэтому, чтобы получить такой же объем сельскохозяйственной продукции, русскому крестья12 Пайс Р. Россия при старом режиме. С. 17,18. 40
Специфика российской истории и реформы нину надо обрабатывать минимум вдвое большую площадь или вдвое интенсивнее трудиться13. Для достижения равного с западноевропейскими странами уровня социально-экономического развития на каждого жителя России следует затрачивать энергии в среднем в три раза больше. Советский Союз в 1990 г. потреблял около 8 т условного топлива в год на душу населения, что в три раза превышало среднемировую цифру. По имеющимся оценкам, чтобы России войти в круг высокоразвитых стран, ее уровень энергопотребления должен составлять свыше 14 т условного топлива на одного человека в год (этот показатель составляет в Японии 4,5 т, в Германии — 6,1, в США —11т). Большое отрицательное влияние на развитие аграрной сферы в России оказывают неустойчивая погода и периодические засухи. Урожай многих сельхозкультур на 50-70 % зависит от непредсказуемых условий погоды. Так, в предреволюционные годы происходили значительные колебания урожайности. В 1913 г., самом благоприятном году, урожай озимой пшеницы составил 11,2 ц с десятины при среднегодовом размере 9,1 ц в 1908-1912 гг. Такой разрыв объясняется крупными недородами в 1908 и 1911 гг.14 В 1995 неурожайном году в-Россрги было собрано 63 млн т, что на 43 % меньше, чем среднегодовой сбор зерновых в 1991-1994 гг. Как видим, российский крестьянин по сравнению с западноевропейским находился в более тяжелых производственных условиях. Природный фактор не добавил достаточного времени на сельхозработы, вследствие чего худородные почвы зачастую оставались без качественной и питательной обработки. Поэтому средняя урожайность в России была низкой, затраты крестьянского труда — исключительно высокими. Чтобы получить урожай, российский крестьянин должен был перенапрягаться, задействовать на сельхозработах всех членов семьи: женщин, детей, стариков. Европейскому же крестьянину такого напряжения сил не требовалось. Длительный сезон сельхозработ обеспечивал ему более благоприятный ритм труда и весь уклад его жизни. Природно-климатические условия предопределили и крайне слабую базу животноводства. Сжатые сроки полевых работ, в том числе 13 См.: Милов Л. Природно-климатический фактор и менталитет русского крестьянства // Общественные науки и современность. 1995. № 1. 14 См.: Россия: 1913 г.: Статистико-документальный справочник. СПб., 1995. С. 59. 41
Демичев Е. В. заготовки кормов, содержание скота в течение длинной и холодной зимы в стойле (на два месяца больше, чем в Западной Европе) в полуголодном режиме кормления приводили к тому, что скот был низкого качества, часто болел. Таким образом, Россия в силу географических, природных и климатических факторов столетиями имела относительно низкий объем совокупного прибавочного продукта. Скудность товарных излишков давала населению ограниченные возможности выбора. Именно это, как считают исследователи, предопределило многие специфические особенности российского исторического процесса15. К ним можно отнести жестокость феодальной ренты и жесткость методов изъятия у крестьян излишков для потребностей развития государства и господствующего класса; тяжелую работу на барщине у помещика; торговлю крепостными; институт холопства; длительное существование служилой системы. Развитие служилой системы в России как особого государственного механизма также в значительной степени было обусловлено скудностью прибавочного общественного продукта и низким уровнем производительных сил. При такой системе за каждым сословием закреплялись определенные обязанности, причем все служебные обязанности закреплялись наследственно. Крестьянство несло тягловую службу и было прикреплено к земле, а посадские люди — к городским повинностям. Дворяне, бояре и боярские дети несли военную и государственную службу, получая за это земли и крестьян, т. е. являлись служилыми людьми «по отечеству». Для сравнения: в ряде европейских стран (Венгрия, Польша, Чехия), где природные и геополитические условия были более.благо- приятными для развития экономики и хозяйства, служилые системы исчезли уже в XIII в. Итак, мы выявили, что географический, природно-климатический факторы определили ряд российских особенностей, сказались на типе хозяйствования, политическом и социальном строе страны, на ее культурном развитии, а также на темпах протекания общественных процессов. Природно-географические особенности превратили Россию «в своеобразное мутагенное пространство, в цивилизационный “котел”, переваривавший (в различной мере и формах) многообразное, противоречивое воздействие Запада и Востока»16. 15 Милов Л. В. Природно-климатические факторы и особенности российского исторического развития // Вопросы истории. 1992. № 4-5. 16 История Отечества (Краткий очерк). Вып. 2. М., 1992. С. 55. 42
Специфика российской истории и реформы Можно согласиться с учеными, считающими, что «формирование в стране оригинальной философской мысли не случайно было связано прежде всего с попытками сопоставления России с Европой, что, в свою очередь, тут же размежевало философские течения на два основных направления: западничество и славянофильство. Их систематизирующие идеи, заключавшиеся в признании либо принципиальной общности с Европой, либо сугубой уникальности, исключительности исторического пути России в том или ином виде, в явной или скрытой форме отразились во всех позднейших социальных доктринах, превратившись в ключевую и весьма болезненную проблему отечественного сознания»17. Нынешние столкновения позиций по вопросам перспектив общественно-экономического развития России имеют глубокие исторические корни. В историографии и публицистике XIX-XX вв. полярное решение животрепещущих вопросов: к какому типу цивилизации можно отнести Россию, как соотносятся в истории нашей страны наследие восточной и западной цивилизаций, в какой мере самобытна отечественная цивилизация, нашло свое отражение в дискуссиях западников со славянофилами, народников с социал-демократами и «легальными марксистами». Решение данных вопросов представляет большое значение для методологии исследования России. Более того, это не только историко-научные, но социально-политические и духовно-нравственные проблемы, решение которых связано с выбором пути развития современной России и определением главных ценностных ориентиров. Анализ дискуссий прошлого необходим для более глубокого понимания трансформационных процессов, происходящих в нашей стране. Рассмотрим основные, принципиальные позиции этих дискуссий. Как известно, впервые наиболее ярко и полемично центральную проблему общественной мысли XIX в. — взаимоотношение России и Запада (Европы) - поставил российский мыслитель и публицист П. Я. Чаадаев. В «Философических письмах», написанных в 1828— 1830 гг., он задавался вопросом о месте России в создании мировой цивилизации. Чаадаев пришел к неутешительному для России заключению: католическая религия, породившая европейскую цивилизацию, творческая и созидательная, а православная — мертвая и архаическая. Приняв христианство от растленной Византии, Россия 17 Там же. 43
Демичев Е. В. оказалась лишенной перспективы развития. В новом труде «Апология сумасшедшего» он несколько изменил свои взгляды, признав за Россией будущее, если она сможет творчески усвоить уроки Запада. Как бы предваряя будущие дискуссии, он утверждал: «...мы должны от начала повторить на себе все воспитание человеческого рода»18. Несмотря на спорность некоторых моментов, П. Я. Чаадаев подметил многое из особенностей русской культуры. И осознать специфику России без поставленных им вопросов было уже невозможно. Первыми попытались дать ответ на вопросы Чаадаева западники (историки, юристы, писатели и публицисты Т. Н. Грановский, К. Ю. Кавелин, С. М. Соловьев, В. П. Боткин, П. В. Анненков, И. И. Панаев, В. Ф. Корш, а также примкнувшие к ним на разных этапах А. И. Герцен, В. Г. Белинский, Н. П. Огарев, И. С. Тургенев и др.), славянофилы (писатели, философы и публицисты К. С. и И. С. Аксаковы, И. В. и П. В. Киреевские, А. С. Хомяков, Ю. Ф. Самарин и др.). При этом заметим, что взгляды западников и славянофилов порой значительно расходились и со временем трансформировались. Некоторые представители этих двух больших направлений общественной мысли России радикально меняли свои политические пристрастия. Одним из видных и наиболее последовательных представителей западнической школы являлся К. Д. Кавелин. В частности, он считал XVII в. рубежным для России: быть ли ей независимым государством или исчезнуть? Кавелин, как и другие западники, отрицал внутренний потенциал саморазвития России на основе экономического строя, сложившегося в XVI-XVII вв., и героизировал роль Петра I, чьи реформы «спасли Россию». Никто до Петра «не проникался так всецело идеалом европейского государства и быта. А те, которые прониклись им, не выдерживали сравнения идеала с действительностью, не думали с нею бороться, чтобы переделать ее, и покидали страну. Петр внес этот идеал в русскую жизнь, вступив во имя него в борьбу с тогдашней действительностью. В этом смысле он довершил старое время и начал новое»19. После Петра, считал К. Д. Кавелин, развитие России пошло по новому пути, «сильные европейские влияния на Россию стали свершившимся фактом; с тех пор в продолжение полутораста лет они не толь18 Чаадаев П. Я. Статьи и письма. М., 1989. С. 51. 19 Кавелин К. Д. Наш умственный строй: Статьи по философии русской истории и культуры. М., 1989. С. 241. 44
Специфика российской истории и реформы ко не ослабевали, но, напротив, все усиливались, более и более проникали в русскую жизнь и стали одним из ее составных элементов»20. Фундаментальные выводы, сделанные К. Д. Кавелиным, использовались последующими поколениями западников, в том числе современными учеными и общественными деятелями. Они рассматривают Россию в качестве неотъемлемого составного элемента западной цивилизации, полагают, что Россия, хотя и с некоторым отставанием, развивается в русле западной цивилизации. Многие характеристики российской истории говорят в пользу такой точки зрения: христианство исповедует большинство населения России, и, следовательно, это абсолютное большинство привержено ценностям и социально-психологическим установкам, лежащим в основе западной цивилизации; на включение России в западную цивилизацию была направлена реформаторская деятельность многих государственных деятелей: князя Владимира (980-1015), Петра I (1682-1725), Екатерины II (1762- 1796), Александра II (1855-1881). На наш взгляд, западники ошибочно фиксировали вслед за К. Д. Кавелиным отсутствие внутренних источников саморазвития страны на основе сложившегося в ней экономического строя и преувеличивали роль и значение петровских реформ. Об этом свидетельствуют оценки, содержащиеся в трудах авторитетных историков, которые изучали реальную общественную картину по документам и фактам. Например, В. О. Ключевский, придерживавшийся западнической ориентации, писал, что в XVII в. Россия «оказалась более отсталой от Запада, чем была в начале XVI в.»21 Она осталась в стороне от процессов политической централизации и зарождавшейся буржуазной индустриализации, действовавших в Европе, тратила «свои силы и средства на внешнюю оборону и кормление двора, правительства, привилегированных классов с духовенством включительно, ничего не делавших и неспособных что-либо сделать для экономического и духовного развития народа»22. Отметив отставание России от Запада, В. О. Ключевский не делает вывода о катастрофическом состоянии экономики страны. Более того, сделанный им анализ событий, произошедших в то время, опровергает данное утверждение. «Дряхлеющему» государству было бы 20 Там же. С. 349. 21 Ключевский В. О. Русская история: Полный курс лекций: В 2 кн. Кн. 2. Мн.; М., 2000. С. 156. 22 Там же. 45
Демичев Е. В. не под силу решить в XVII в. такие грандиозные задачи, как резкое расширение своей территории (с 8,5 млн км2 в 1613 г. до 15,5 млн км2 в 1680 г.) и увеличение своего населения с 4,3 млн человек в 1580 г. до 12,6 млн в 1680 г. Наряду с Грузией, раздробленной на небольшие царства и княжества, Россия после падения Византии оставалась единственным православным, набирающим силу государством. В. О. Ключевский, оценивая политику предшественников Петра I, пришел к заключению, что «...совокупность этих преобразовательных задач есть не что иное, как преобразовательная программа Петра: эта программа была вся готова еще до начала деятельности преобразователя. В том и состоит значение московских государственных людей XVII в.: они не только создали атмосферу, в которой вырос и которой дышал преобразователь, но и начертали программу его деятельности, в некоторых отношениях шедшую даже дальше того, что он сделал»23. Другой известный российский историк, С. Ф. Платонов, более определенно оценивал итоги допетровского периода развития в XVII в. «Государство, на долю которого приходилось столько труда, не падало, а росло и крепло, и в 1676 г. оно было совсем иным, чем в 1645 г.: оно стало гораздо крепче как в отношении политического строя, так и в отношении благосостояния... Это был здоровый организм, имевший исторические традиции и упорно преследовавший сотнями лет свои цели»24. В XVII в. в России зарождались и распространялись многочисленные нововведения, часто отождествляемые только с деятельностью Петра I. Среди этих нововведений — возникновение полков иноземного строя, первого театра и первой газеты; интенсивное развитие торговли, образования и культуры. Большие изменения происходили в хозяйственной сфере. Появлялись заводы и фабрики. XVII в. «был переломным, когда прежние натурально-хозяйственные отношения постепенно заменялись меновыми или денежными»25. Хозяйственная жизнь в допетровское время хотя и неспешно, но основательно «переваривала» западное влияние, перенимала зарубежные опыт и технику. Российская экономика того времени в целом соответствовала 23 Ключевский В. О. Русская история: Полный курс лекций: В 2 кн. Кн. 2. Мн.; М., 2000. С. 278. 24 Платонов С. Ф. Лекции по русской истории. Петрозаводск, 1996. С. 396. 25 Три века: Россия от Смуты до нашего времени: Исторический сборник / Под ред. В. В. Каллаша: В 6 т. Т. 2. М., 1991. С. 282, 286. 46
Специфика российской истории и реформы среднеевропейскому уровню по основным объемным и душевым показателям26. Думается, главная заслуга Петра I заключалась в том, что он, понимая всю опасность отставания от передовых стран Запада, приложил титанические усилия для ликвидации данного отставания. Оценивая подъем послепетровской экономики, западные экономисты пришли к выводу, что русское промышленное развитие было не только равным развитию отсталой Европы, но порой и превосходило его27. Нам импонируют оценки деятельности Петра I, данные идеологом славянофильства А. С. Хомяковым и выдающимся отечественным историком С. М. Соловьевым. «Много ошибок помрачает славу преобразователя России, — констатировал Хомяков, — но ему остается честь пробуждения ее к силе и сознанию силы. Средства, им употребленные, были грубые и вещественные: но не забудем, что силы духовные принадлежат народу и Церкви, а не правительству; правительству же представлено только пробуждать или убивать их деятельность каким-то насилием, более или менее суровым»28. С. М. Соловьев в своих поздних работах оценивал роль Петра I как вождя народа, осознавшего необходимость идти новым курсом: «Народ поднялся и собрался в дорогу; но кого-то ждали; ждали вождя; вождь явился»29. Заслуживает внимания и точка зрения историков, негативно оценивших петровскую «шоковую терапию» и утверждавших, что «XVIII век мог быть развитием и продолжением XVII и завершить перелом, если бы Петр ограничился теми реформами, которые являлись развитием преобразований предыдущих царствований. Россия восприняла бы новые условия жизни и использовала бы без ущерба для себя все, что было ценного и полезного на Западе»30. Тем не менее «...петровские преобразования не затронули непосредственно 26 См.: Струмилин С. Г. Очерки экономической истории России и СССР. М., 1966; Хромов П. А. Очерки экономики докапиталистической России. М., 1988; Бродель Ф. Время мира: Материальная цивилизация, экономика и капитализм. XV-XVIII вв.: В 3 т. Т. 3. М., 1992. 27 Бродель Ф. Указ. соч. С. 478. 28 Хомяков А. С. Работы по историософии. Соч.: В 2 т. Т. 1. М., 1994. С. 469. 29 Соловьев С. М. Публичные чтения о Петре Великом. М., 1984. С. 38. 30 Ковалевский П. Исторический путь России. М., 1952. С. 172. 47
Демичев Е. В. господствовавший в стране тип феодализма и подавляющую часть населения — крестьян, оставшихся (в отличие от европеизировавшихся дворян) приверженными традиционным ценностям и образу жизни. Это породило огромный и культурный раскол между “верхами” и “низами” общества»31. Многие западные ценности, которые насаждались искусственно, не сообразуясь с народными традициями, казались чуждыми народу. В созданной Петром империи было внешнее принудительное единство, но внутреннего единства не было — была внутренняя разорванность. Разорваны были власти и народ, народ и интеллигенция, а также народы, объединенные в Российскую империю. Существовал разрыв между центром и периферией, официальной идеологией правящей бюрократической верхушки и общественно-политической мыслью. Все это усугубило конфликтность развития российского общества как при Петре (астраханское восстание 1705-1706 гг., восстание на Дону под руководством Кондратия Булавина 1707-1708 гг., восстание в Башкирии 1705-1711 гг.), так и в послепетровское время, вплоть по октябрь 1917 г. Можно согласиться со славянофилами, считавшими, что проблемы современности связаны с петровскими реформами, прервавшими естественный ход развития России. Русской истории присущи особые ценности, которых не знает Европа. С их точки зрения (на наш взгляд спорной), процесс развития на Западе вызывает распад сознания на разум, чувство, волю, которые начинают действовать сами по себе и приведут Европу к кризису. России же свойственны целостные общественные и культурные формы, которые способны не разрушаясь стать основой более высоких ступеней исторического развития. В задачу нашего исследования не входит подробный анализ крупнейшего направления общественной мысли России — славянофильства. Оно много раз становилось предметом обстоятельного рассмотрения. Ограничимся несколькими выводами, обратив особое внимание на малоразработанную проблему: какое влияние оказали славянофилы на выработку стратегии реформирования в России? Славянофилы относят Россию к странам с восточным типом цивилизации. Они считают, что все попытки приобщения России к западной цивилизации закончились неудачно, не оставили глубокого следа в самосознании российского народа и его истории. Россия — разновидность восточной деспотии. Важнейший аргумент в пользу 31 История Отечества (Краткий очерк). Вып. 2. М., 1992. С. 56-57. 48
Специфика российской истории и реформы такой позиции — цикличность истории России: за периодом реформ неизбежно следовал период контрреформ, за реформацией — контрреформация. Другие аргументы в пользу данной позиции — коллективистский характер менталитета русского народа, отсутствие в российской истории демократических традиций, уважения к свободе и достоинству личности, а также вертикальный характер общественно-политических отношений, их преимущественно подданническая окраска и т. д. Важно отметить, что в связи с признанием в отечественной исторической науке цивилизационного метода и возросшим интересом к выяснению особенностей развития социумов мы наблюдаем ныне в нашей стране тенденцию к переоценке содержания и значения в российской истории славянофильской концепции. Она перестала трактоваться как «реакционная теория» и заняла достойное место в нашем духовном наследии. Сопоставление позиций западников и славянофилов позволяет сделать вывод, будто славянофильская точка зрения более прогрессивна. На основе более точного воспроизведения исходной исторической обстановки, в которой происходило развитие России, славянофилы впервые методологически четко сформулировали и обосновали потребность выработки «русской точки зрения» на происходящие процессы в собственной стране и мире. Они смогли отказаться от нетворческого восприятия западного влияния, заложили основы национального самосознания и национального мировоззрения по широкому спектру проблем. Один из наиболее самобытных русских философов, К. Н. Леонтьев, так оценил их роль: «Славянофилы всегда хотели, чтобы Россия жила своим умом, чтобы она была самобытна не только как сильное государство, но и как своеобразная государственность»32. Именно в этом, а не в тех или иных конкретных формулировках видится привлекательность и современность их позиции. «Русская точка зрения» не ограничивалась критикой Запада. Она акцентировала внимание на исторически существовавших первоосновах России, к которым славянофилы относили общинность, артель- ность, соборность. Признанные лидеры славянофильства А. С. Хомяков и И. В. Киреевский считали общину и вечевые формы правления главной формой, обеспечивающей целостность общественной жизни. Соборность — главный принцип православия — противостоит нача32 Леонтьев К. Н. Восток, Россия и Славянство. М., 1996. С. 687. 49
Демичев Е. В. лам индивидуализма и в то же время обеспечивает развитие личности. Цель славянофилов — не отрыв России от Европы, а восстановление единства русского общества и культуры на основе национальных ценностей. В противоположность западничеству с преобладанием в нем подражательства, простого ученичества славянофилы заложили основы самостоятельного научного мышления, направили общественную мысль по неизведанному пути. В связи с этим Н. А. Бердяев называл славянофилов первыми «русскими европейцами», «...которые стали мыслить самостоятельно, которые оказались на высоте европейской культуры, которые не только усвоили себе европейскую культуру, но и попытались в ней творчески участвовать»33. В воззрении славянофилов прослеживается четко выраженная ориентация искать опору в собственных основах развития, а также осуществлять синтез русских начал с ценностями европейской цивилизации. Видный славянофил И. В. Киреевский в качестве необходимой предпосылки обеспечения такого синтеза отмечал преодоление внутреннего раскола в европейски образованной части России. По его мнению, путь к осуществлению синтеза в русской жизни лежал через восприятие православия и народной культуры. Завершая краткий анализ спора между западниками и славянофилами, сущность которого можно свести к проблеме: что первично, а что вторично в процессе реформирования России — русские начала или заимствованные европейские ценности, подчеркнем: предлагаемый славянофилами вариант развития предпочтительнее, так как он предвосхитил формирование новой, без потрясений технологии преобразования общества с ярко выраженной самобытностью. Эта проблема и сегодня остается в числе ключевых, дискуссионных: каким образом участвовать в преобразовательных процессах, в какой мере перенимать опыт Запада? Для получения ответа на данные вопросы, выработки правильной стратегии реформирования российской экономики важно разобраться в существе спора и доводах противоборствующих сторон, не забывая, что они определили исходные рубежи в дальнейших спорах. Полемика, развернувшаяся в 1830-1840-е гг. между западниками и славянофилами по поводу проблем российской идентификации, способствовала формированию российского самосознания. Концепции, определяющие место России в мировой цивилизации, выдвину33 Бердяев Н. А. А. С. Хомяков. М., 1912. С. 3. 50
Специфика российской истории и реформы тые западниками, славянофилами, евразийцами и многими другими представителями так называемой патриотической идеологии, базируются на определенных исторических фактах. Но в них просматривается односторонняя идеологическая направленность, мешающая объективному анализу хода исторического развития страны. Несмотря на существенные различия во взглядах на историческое прошлое и будущее страны, западников и славянофилов объединяло желание видеть Россию процветающей и могучей. Для этого, считали они, следует изменить ее социально-политический строй, установить конституционную монархию, смягчить и даже отменить крепостное право, наделить крестьян землей, ввести свободу слова и совести. При этом, опасаясь революционных потрясений, они считали, что правительство должно провести необходимые реформы. Споры западников и славянофилов в середине XIX в. носили преимущественно общий историософский характер. В последующие десятилетия произошла дальнейшая конкретизация ранее зафиксированных различий по вопросу: каким двигаться курсом? При этом содержательная часть дискуссий и складывающиеся в ней полярные взгляды переместились в приоритетную сферу — сферу экономики. Главными участниками новой дискуссии стали экономисты-народники, «легальные марксисты» и экономисты, придерживающиеся либеральных взглядов. Уже в то время выявилась преемственность народничества со славянофильством. В частности, об этом писали П. Б. Струве и Н. А. Бердяев. П. Б. Струве считал, что в своих главных направлениях (поиск самобытного пути развития и мессианские настроения относительно роли России) славянофилы и новое народничество образовали единую «славянофильско-народническую теорию»34. «Славянофилы были основоположниками того народничества, — отмечал Н. А. Бердяев, — которое столь характерно для русской мысли XIX в. и потом приняло религиозные формы. Славянофилы верили в народ, народную правду, и народ был для них прежде всего мужики, сохранившие православную веру и национальный уклад жизни. Славянофилы были горячими защитниками общины, которую считали органическим и оригинально русским укладом хозяйственной жизни крестьянства, как думали все народники»35. Но народники развивали не только идеологию славянофильства, но и в определенной степени идеологию западничества. В народни34 Струве П. Б. Patriotica: Сборник статей за пять лет. СПб., 1911. С. 42. 35 Бердяев Н. А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1997. С. 267. 51
Демичев Е. В. чество через Герцена и Чернышевского проникали идеи западного социализма. Поэтому разрабатываемую народниками концепцию «русского социализма» можно рассматривать как попытку соединить русские начала общественной жизни с возможной линией развития европейского общества. В связи с этим Г. В. Плеханов не случайно определял народничество как «смесь» русского социализма Чернышевского со славянофильскими тенденциями36. Русские социал-демократы (Ленин, Плеханов и др.), разные группы либералов, в том числе «легальные марксисты», выступали главными оппонентами народников и других течений экономистов, близких к позиции отстаивания курса на самобытное развитие российского хозяйства и общества. В отношении перспектив экономического развития России социал-демократов и либералов сближал тезис об универсальности и всеобщности западно-капиталистического образца хозяйства. Однако в отличие от либерально настроенных экономистов и политиков для марксистов данный тезис служил не ради защиты идеи строительства капитализма, а ради свершения социалистической революции в России. По сравнению с Лениным и его единомышленниками «легальные марксисты» занимали более определенную позицию защиты капитализации России. Эту позицию хорошо выражают следующие слова П. Б. Струве: «В отличие от народнической и либеральной теорий эта теория (мой «легальный марксизм») утверждала, что тяжелое положение народа не было следствием ни крестьянского безземелья, ни ошибок правительственной политики... Мы полностью восприняли идею, когда-то примененную Марксом к Германии, а именно — что мы страдаем не от развития капитализма, а от недостаточного его развития»37. В отличие от защитников капитализма народники были более сдержанными в оценках прогрессивности капитализма в России. Так, один из лидеров партии эсеров, В. М. Чернов, в статье «К вопросу о “положительных” и “отрицательных” сторонах капитализма», опубликованной в 1902 г., писал: «Созидательные, или “положительные”, стороны капитализма, собственно говоря, принадлежат не ка36 Плеханов Г. В. Избранные философские произведения: В 5 т. Т. 1. М., 1956. С. 173. 37 Струве П. Б. Мои встречи и столкновения с Лениным // Новый мир. 1990. №3. С. 216. 52
Специфика российской истории и реформы питализму как таковому, т. е. как определенной форме общественного сочетания сил, а самому этому сочетанию сил, крупному производству, кооперации независимо от ее формы»38. Справедливости ради отметим, что в программе партии эсеров, подготовленной Черновым и принятой в 1906 г., были признаны не только отрицательные, но и положительные стороны капитализма39. Изучение разнообразного научного наследия народнической общественной мысли — самостоятельная и обширная тема, требующая нового прочтения и полезная для извлечения уроков в целях реформирования современной России40. Ограничимся конспективным изложением концепции российского пути в экономике, разрабатываемой в недрах народнической школы. Попытаемся вкратце выявить актуальность подхода и полезность этой школы, а также причины ухода ее с политической арены. Обращаясь к анализу народнической экономической школы, подчеркнем, что она оказалась наиболее известной, разработанной и авторитетной. Эта школа в трудах ее выдающихся представителей, В. П. Воронцова и Н. Ф. Даниельсона, первой сформулировала основополагающие идеи развития народного хозяйства России по самобытному пути, которые в значительной степени разделяли другие группы экономистов-«почвенников». Для анализа за основу возьмем труды экономистов-народников, которые в советской историографии назывались либеральными народниками. Сами народники такое название не использовали, потому что оно не соответствует сути их позиции. Прав В. В. Зверев, утверждавший, что название «либеральное народничество» неправомерно, так как либерализм и народничество являются полярными в своей основе доктринами. Классический либерализм ориентирован на индивидуализм и личность, а конкуренцию считает главным условием 38 Чернов В. М. К вопросу о «положительных» и «отрицательных» сторонах капитализма // Образ будущего в русской социально-экономической мысли конца XIX — начала XX в. М., 1994. С. 38. 39 См.: Программы политических партий России: Конец XIX — начало XX в. М., 1995. С. 140-143. 40 Представления об общей идейной платформе и экономических взглядах народничества можно получить по книгам: Алексеева Г. Д. Народничество в России в XX в.: Идейная эволюция. М., 1990; Балуев Б. П. Либеральное народничество на рубеже XIX-XX вв. М., 1995; Зверев В. В. Реформаторское народничество и проблема модернизации России. От сороковых к девяностым годам XIX в. М., 1997. 53
Демичев Е. В. развития социума. Народничество же ставит на первое место коллектив личностей и видит цель в обеспечении достаточных условий существования всем членам общества41. Солидаризируясь с мнением В. В. Зверева, будем определять «либеральное» народничество «реформаторским». В создании концепции русского некапиталистического пути развития велика роль известных экономистов-народников, наиболее выдающихся представителей реформаторского народничества В. П. Воронцова и Н. Ф. Даниельсона. Они публиковали свои сочинения: первый — под инициалами В. В., второй — под псевдонимом Нико- лай-онъ. С труда Воронцова «Судьбы капитализма в России» (1882) началась многолетняя научная дискуссия, ожидающая своего переосмысления. Вслед за А. И. Герценом и Н. Г. Чернышевским В. П. Воронцов, Н. Ф. Даниельсон и другие народники одни из первых в мировой экономической мысли поставили проблему эволюционного «минования» процесса первоначального накопления капитала. Вместо него они предложили некапиталистический путь к прогрессу, отличный от марксистского революционного перехода к социализму. Тем самым реформаторское народничество предвосхитило многие теории, политические платформы, возникшие в середине XX в., что позволило современному итальянскому ученому Ф. Баттистраде определить русскую народническую мысль 1880-х гг. как наивысший продукт культурного и политического развития не только России, но и всей Европы42. У народников в концепции российского пути экономического развития исходным пунктом служила оценка крестьянской реформы 1861 г. Они считали ее порождением специфических условий хозяйствования, заключавшихся в неоднородной экономической структуре. В этой структуре ими выделялось два противоборствующих типа (уклада) хозяйства. Первый тип, называемый Воронцовым и Даниельсоном «народным производством», включил формы производства, при которых орудия труда принадлежали самим производителям, с использованием, как правило, общинного (общественного) начала в распределении земли. Ко второму типу относились капиталистические формы производства, основывающиеся на отчуждении производителей от орудий производства. По мнению В. П. Воронцова, 41 Зверев В. В. Указ. соч. С. 24. 42 Баттистрада Ф. Народничество и большевизм // Свободная мысль. 1991. № 16. С. 8. 54
Специфика российской истории и реформы противостояние этих двух типов (укладов) означало «одновременное процветание обоих немыслимо, и помощь, оказываемая одному из них, выдвигает препятствия развитию другого»43. Воронцов и Даниельсон воспроизводили давнюю традицию понимания российского пути развития как самобытного своими утверждениями о том, что ставка на капитализм противоречит объективным и субъективным условиям, к которым они относили общинность и артельность в организации основной части общественного производства, неразвитость института частной собственности на землю, коллективизм в массовом сознании. Они считали развитие «народного производства» в России перспективным, дающим шанс избежать острых противоречий и конфликтов, заложенных в механизме первоначального накопления капитала. В опоре на такие исторические институты, как община и артель, — залог будущего процветания России. Эволюционность преобразований, прекращение ломки «...нашей веками сложившейся формы производства, основанной на владении орудиями производства непосредственными производителями»44. Тем самым народники предостерегали от катастрофических последствий этой ломки и для населения, и для всей страны. Предостережения представителей реформаторского народничества об опасности радикальной ломки национального хозяйства, сделанные в 1880-1890-е гг., не были должным образом оценены в российском обществе. И сегодня, несмотря на тяжелейшие испытания и потрясения, через которые прошел наш многострадальный народ, мы не испытываем недостатка в любителях проводить в России «шоковую терапию», очередную радикальную ломку хозяйственного строя страны. Реформаторское народничество, на наш взгляд, вполне правомерно увязывало «насаждение» капиталистических форм производства (вместо их естественного вызревания) в России с деятельностью государства, в том числе по организации предприятий крупной промышленности, которые «родились по воле правительства, вопреки прямому экономическому расчету и для временных потребностей»45. При этом народники в большей степени осуждали не столько создание за счет казны больших промышленных предприятий, сколько 43 В. В. (В. П. Воронцов). Судьбы капитализма в России. СПб., 1882. С. 220. 44 Николай-онъ (Н. Ф. Даниельсон). Очерки нашего пореформенного общественного хозяйства. СПб., 1893. С. 345-346. 45 В. В. (Воронцов В. П.). Указ. соч. С. 37. 55
Демичев Е. В. последующую их передачу частнику. Данная приватизация, считали они, как правило, не способствовала высокоэффективному развитию предприятий (их вывод оказался правильным и для современной российской приватизации). Заслуживает внимания оценка реформаторским народничеством хозяйственной политики царского правительства. Они верно указывали на ее двойственность. Реализуя замысел реформы 1861 г. правительство, с одной стороны, делало благо — наделяло крестьян землей, а с другой стороны, вместо содействия развитию «народного производства» «душило» крестьянские хозяйства высокими выкупными платежами за землю, а также непрерывно растущими налогами и сборами в целях подъема крупной промышленности. По образному выражению Н. Ф. Даниельсона, положение о наделении крестьян землей оказалось «лебединой песнью старого процесса производства; после него не было ни одного законодательного акта, имеющего целью развитие крестьян как производителей: вся последующая государственно-хозяйственная деятельность была направлена в совершенно противоположную сторону»46. И такая порочная практика — решать хозяйственные трудности, развивать крупную промышленность за счет крестьянства — оставалась неизменной вплоть до нынешнего времени. Формирование процесса первоначального накопления капитала вело, считали народники, к обеднению большинства населения и сужало внутренний рынок. Это тормозило развитие капиталистического производства. Капиталистическая организация, делал вывод В. П. Воронцов, «вступила в своего рода заколдованный круг: для ее процветания необходимо богатое население, но каждый ее шаг на пути развития сопровождается обеднением последнего; развитие капиталистического производства ведет к обеднению народа, а это обеднение подрывает существование указанной формы промышленности»47. По их мнению, для подъема промышленности следует развивать крестьянские хозяйства, повышать благосостояние россиян. Пессимистично оценивалась народниками перспектива ускорения роста капиталистического производства за счет проникновения на внешние рынки из-за низкой производительности труда, техни46 Николай-онъ (Даниельсон Н. Ф.). Указ. соч. С. 67. 47 В. В. (Воронцов В. П.). Указ. соч. С. 275. 56
Специфика российской истории и реформы ческого отставания, нехватки капитала, неблагоприятных климатических условий и др. На основании изложенных выше доводов, базирующихся на добротном анализе состояния экономики России, народники предлагали национально ориентированный вариант развития страны, минуя, как отмечалось ранее, процесс первоначального накопления капитала. Свою альтернативу капиталистическому хозяйствованию они определяли как вынужденную. Н. Ф. Даниельсон подчеркивал: «Волей- неволей приходится искать спасение вне капиталистической формы производства, которую мы старались в последнее тридцатилетие привить нашему хозяйственному организму»48. Нам импонирует точка зрения народников на то, что капиталистическая форма производства не должна претендовать на универсальность и всеобщность; возможно существование и других форм. Прав В. П. Воронцов, утверждавший: «Капиталистическое производство есть лишь одна из форм осуществления промышленного прогресса, между тем как мы его приняли чуть не за самую сущность...»49 Это его утверждение актуально звучит и сегодня. В современном российском обществе укореняется неправильное „подимание рода, человека в общественном развитии. В еще большей степени, чем в советский период, экономическое начало превалирует над духовным. Формирующийся российский рынок, с одной стороны, раскрепостил инициативу человека, предоставил ему свободу выбора деятельности, а с другой стороны, побуждает его к стремлению проявлять свою общественную силу главным образом в форме «золотого тельца» и нередко за счет лишения элементарных жизненных благ других людей. Реальная жизнь расходится с провозглашенными «общечеловеческими ценностями». На деле получается, что высшей ценностью в российском обществе становится не человек, а рынок. А ведь рынок — не панацея от всех бед. Это важная, но, как справедливо заметил В. П. Воронцов, не единственная социальная форма организации экономики. И если он будет оставаться главной ценностью, мы сформируем антигуманное общество. Во взглядах видных представителей реформаторского народничества В. П. Воронцова и Н. Ф. Даниельсона можно вычленить следующие глобальные направления государственной экономической политики в реализации курса некапиталистического развития России. 48 Николай-онъ (Даниельсон Н. Ф.). Указ. соч. С. 341. 49 В. В. (Воронцов В. П.). Указ. соч. С. 274. 57
Демичев Е. В. Отражая и защищая интересы крестьянства, они в качестве приоритетной отрасли выделяли сельское хозяйство. Развитие этой отрасли народного хозяйства предлагали через укрепление крестьянских хозяйств с добровольным сохранением в них общинных начал; передать земли помещиков крестьянам, для чего использовать систему государственного выкупа, что позволило бы остановить усиливающийся процесс обезземеливания крестьян; снять с крестьянства налоговое, выкупное бремя и оказывать ему государственную помощь, в том числе через выдачу кредитов. Все это, по их мнению, должно было привести к прогрессу в сельском хозяйстве, повысить платежеспособность населения и расширить внутренний рынок. Представляют не только исторический, но и практический интерес взгляды народников на развитие крупной промышленности и мелкого промышленного производства. В частности, В. П. Воронцов считал, что «центр тяжести нашего промышленного строя должен заключаться в мелком народном производстве. Крупное долго еще будет играть в нашей жизни крайне подчиненную роль»50. Данный вывод его о необходимости создания массового слоя товаропроизводителей и внедрения в него конкурентно-рыночного механизма основывался на том, что в начале XX в. в России на рынок постоянно работали 10-12 млн человек, которые выпускали продукцию почти на 2 млрд руб. (крупная промышленность в 1906 г. — немногим больше — 2,7 млрд руб.). В пользу вывода В. П. Воронцова говорит экономический бум в Китае. Начинавшийся здесь в 1978 г., он опирался на развитие мелкого промышленного производства. В результате происходило расширение рынка потребительских товаров, обеспечение занятости населения, совершенствование рыночного механизма. Н. Ф. Даниельсон предлагал превратить крупную промышленность в «народно-общественную форму», т. е. национализировать ее в целях удовлетворения потребностей всего общества. Дальнейшее укрепление государственного сектора он увязывал с необходимостью индустриальную основу «привить к общине и в то же время настолько видоизменить ее, чтобы она была в состоянии сделаться подходящим орудием для организации крупной промышленности и ее преобразования из капиталистической формы в общественную»51. Тем самым решалась задача достижения социально-экономической однороднос50 В. В. (Воронцов В. П.). Указ. соч. С. 274. 51 Николай-онъ (Даниельсон Н. Ф.). Указ. соч. С. 344. 58
Специфика российской истории и реформы ти в многоукладной российской экономике, что служило основой для последующего ее подъема. Делая главный акцент на формировании внутреннего российского рынка, народники считали, что наряду с использованием традиционной протекционистской политики защиты российских рынков от иностранных конкурентов следует «заботиться об их расширении — иначе производство погибнет под тяжестью собственных успехов, так как не станет развиваться»52. На наш взгляд, выработанная реформаторским народничеством в 1880-1890-е гг. экономическая доктрина выгодно отличалась от концепций либералов, отстаивавших приоритет частной собственности, и от социалистов, ратовавших за превращение докапиталистических и капиталистических форм производства в единую общественную (фактически государственную) форму собственности. В отличие от либералов и социал-демократов реформаторское народничество — одно из первых в стране и раньше, чем на Западе, стало разрабатывать модель смешанной, многосекторной экономики, основанной на признании возможности взаимного сосуществования и согласованного развития разных форм собственности и хозяйствования, а не на достижении однородности в экономическом устройстве путем поглощения ведущим укладом всех остальных. Экономическое развитие в XX в. подтвердило оправданность такой постановки проблемы: мировая хозяйственная система шла не к упрощению внутренней структуры, а к многообразию форм хозяйствования, смешанной экономике. И это не случайно. Многоукладное^ собственности и хозяйствования создает благоприятную среду для учета разнообразия условий экономической жизни и одновременно позволяет обеспечить адекватное организационное приспособление экономики. Народники представляли себе будущий экономический строй России как разновидность смешанной экономики, развивающейся за счет трех основных укладов: крестьянско-общинного, артельно-промышленного и государственного. Можно согласиться с М. П. Рачковым, определившим подход В. П. Воронцова к будущему экономическому устройству России с позиции перехода к «общинно-государственному социализму»53. В таком общинно-государственном строе в начальный период устранялся помещичий и крупнокапиталисти52 В. В. (Воронцов В. IL). Указ. соч. С. 184-185. 53 Рачков М. П. Политико-экономические прогнозы в истории России. Иркутск, 1993. С. 18. 59
Демичев Е. В. ческий уклады, доминировал мелкотоварный сектор ввиду его масштабности, что означало опору на экономические интересы подавляющей части населения и создание прочных основ для последующей индустриализации. К этому следует добавить, что данный экономический порядок позволял гармонично трансформировать мелкотоварное хозяйство в кооперативный уклад, имевший большие возможности для ускорения социально-экономического развития страны. «Поздние народники», А. В. Чаянов, Н. Д. Кондратьев и др., последователи В. П. Воронцова и Н. Ф. Даниельсона в числе первых нашли механизм приспособления общинно-крестьянских хозяйств к современным условиям посредством развития кооперирования. Развитие крупной промышленности должно было происходить по мере накопления ресурсов, затем она могла бы занять ключевые позиции в народном хозяйстве. Однако нельзя отождествлять народнический вариант общинногосударственного строя (аграрного социализма) с вариантом русских социал-демократов, предусматривавшим реализацию ортодоксальной марксистской идеи урбанистически-индустриального социализма. Обоснованная реформаторским народничеством модель аграрного социализма удовлетворяла потребности и города, и деревни. Последующая трансформация капитализма на Западе в разновидность смешанного хозяйства, сочетающего капиталистические и социалистические начала, является подтверждением верности народнической теории. Народники считали главной преградой в складывании внутреннего российского рынка ограниченный спрос основной массы населения, нарушавший естественное и гармоничное расширение капиталистических отношений. И в этом они опирались на учение Маркса, утверждавшего, что «конечной причиной» всех действительных кризисов «остается бедность и ограниченность потребления масс, противодействующая стремлению капиталистического производства развивать производительные силы таким образом, как если бы границей их развития была лишь абсолютная потребительная способность общества»54. Начальное формирование данного спроса ими предполагалось с создания объемного рынка потребительских товаров. Народники ошибались, отрицая возможность образования внутреннего рынка России за счет опережающего роста рынка средств производства. В дореволюционный и последующий периоды эконо54 Маркс К., Энгельс Ф. Соч.: В 50 т. Т. 25. Ч. 2. М., 1962. С. 26. 60
Специфика российской истории и реформы мическое развитие именно так и проходило. По сути дела, они противоречили своей идее многовариантности формирования рыночной экономики. В свою очередь их оппоненты допускали грубую ошибку, рассматривая такое соотношение в росте средств производства и предметов потребления действующим во все времена. Они вывели закон опережающего развития первого подразделения, трактовавшийся в советской политической экономии как общий. Реализация такого соотношения средств производства и предметов потребления в СССР в течение длительного времени привели, как известно, к недоразвитости рынка потребительских товаров. Следует подчеркнуть, что такой тип советской экономики был во многом предопределен стратегией экономического развития, реализуемой в дореволюционный период. Форсированная индустриализация, осуществленная в царской России, а затем и в СССР, привела к существенным перегрузкам и деформациям в структуре народного хозяйства (переразвитые базовые отрасли и военно-промышленный комплекс, недоразвитое сельское хозяйство и производство товаров народного потребления). Все это осложняет решение задачи формирования полноценной рыночной экономики в современной России. Заметим, что политика ускоренной индустриализации с акцентом на опережающее развитие первого подразделения отражала независимо от желаний царского или советского правительства давление извне и отвечала экономическим интересам стран Запада. С конца XIX в. Россия вполне закономерно превращалась в поставщика маловыгодной для ее экономики сельхозпродукции, а в XX в. — промышленного сырья. Социалистические преобразования в СССР мало что изменили для устранения нежелательной международной специализации. Данную негативную тенденцию не удалось изменить и постсоветской России. Этого могло не произойти в случае реализации политики преобразований, предложенной реформаторским народничеством. При всех недостатках их политики, в частности медленного промышленного подъема на начальном этапе, использование предложенных народниками источников для проведения самоиндустриали- зации позволило бы снять остроту экономического и политического противостояния, сложившегося в российском обществе во многом вследствие ускоренной капитализации России. В числе источников самоиндустриализации, предложенных реформаторским народничеством для экономического подъема, можно выделить: государственную поддержку (а не массовое разорение) 61
Демичев Е. В. крестьянства; ставку на быстрое развитие прежде всего рынка потребительских товаров; отказ от традиционных капиталистических методов первоначального накопления капитала, вместо них проведение гибкой государственной политики, учитывающей народнохозяйственные интересы (об эффективности такой политики свидетельствует опыт Японии и других новых индустриальных стран); постепенное реформирование национального хозяйства (а не революционные скачки, происходившие в дореволюционной, советской и постсоветской России). Данная народническая программа отвечала интересам широких народных масс, стала прототипом модели экономики, пришедшей на смену «варварской» политике «раннего капитализма». Реформаторское народничество, включая В. П. Воронцова и Н. Ф. Даниельсона, на наш взгляд, ошибочно считало, что Россия, значительно отставшая в своем развитии от ведущих стран Запада, не может включиться в международное разделение труда. Следуя их логике, можно было бы утверждать: никто не потеснит на внешних рынках Англию — бесспорного лидера капиталистического мира в середине XIX в. Но, как известно, США, Германия и другие страны не только смогли потеснить английских конкурентов, но и заняли по многим направлениям приоритетные, очень выгодные для них позиции в международном разделении труда. Думается, и для России внешнеэкономические условия в конце XIX — начале XX в., судя по дошедшим до нас, современников, сведений об экономическом развитии страны, в том числе ее внешней торговле, не были абсолютно бесперспективными. Несмотря на преувеличение неспособности России включиться в международное разделение труда, реформаторское народничество по сравнению с либералами и социал-демократами оказалось более точным в разработке темы возрастающей роли мирового рынка для возникновения и развития капитализма, так как выдвинуло во главу угла защиту национальных интересов. Реализация, казалось бы, благой идеи их оппонентов — осуществить быстрый переход от «отсталого» к «прогрессивному» хозяйственному строю — привела к тому, что Россия многие десятилетия и по сей день играет главным образом роль поставщика аграрного и промышленного сырья, а не готовых изделий в международном разделении труда. Выдвинутый реформаторским народничеством вариант включения России в международное разделение труда отличался как от следования в фарватере ведущих стран, так и от борьбы за лидерство на 62
Специфика российской истории и реформы мировой арене. Он делал ставку на развитие внутреннего рынка, прежде всего сельхозпродукции, потребительских товаров. На начальном этапе предполагалось «закрыться» от негативного воздействия мирового рынка. Только после накопления ресурсов, проведения начальной стадии самоиндустриализации и оздоровления экономики следовало активно включаться в мирохозяйственные связи. Именно такой вариант исключал следование России в фарватере Запада. В стратегии хозяйственного развития реформаторского народничества, как мы выяснили, есть и достоинства, и недостатки. Разрабатываемый народниками некапиталистический путь развития России был мотивирован как внутренними, так и внешними условиями. Формально их проект экономического развития был отвергнут, а политические силы, непосредственно на него ориентирующиеся, потерпели поражение. В немалой степени это произошло из-за недальновидной экономической политики царского, а впоследствии и советского правительств, негативных последствий форсированной капитализации и индустриализации страны и многих других причин, к которым еще обратимся в следующих разделах диссертации. Однако из этого не следует делать вывод о банкротстве идеи русского пути в экономике. Она заслуживает основательного изучения хотя бы потому, что направляет нашу мыслительную деятельность на отстаивание национальных интересов России. В заключение подчеркнем, что каждая конкретная страна обладает спецификой. Специфику и неповторимость России нам следует осознать и учитывать в своей повседневной деятельности. Для того чтобы не быть раздробленными на «мелкие княжества», а затем и растворенными в других культурах, для того чтобы себя сохранить и продолжить, необходимо вести активный духовный поиск своей идентификации, опираясь на труды выдающихся мыслителей прошлого и современности: Н. А. Бердяева, В. П. Воронцова, Л. Н. Гумилева, Н. Ф. Даниельсона, Н. Я. Данилевского, Ф. М. Достоевского, Н. М. Карамзина, В. О. Ключевского, Н. И. Костомарова, С. М. Соловьева, П. Сорокина, А. И. Солженицына, Л. Н. Толстого, Н. С. Трубецкого, А. Дж. Тойнби и др. Только с учетом специфики отечественной истории возможно успешное реформирование современной России. Природно-климатический, географический и геополитические факторы оказали и продолжают оказывать большое влияние на тип развития российского общества, форму его государственности, на специфику протекания исторических процессов. Равнинный характер местности, отсутствие естественных географических границ тре- 63
Демичев Е. В. бовали больших людских и материальных ресурсов для обеспечения безопасности русских земель. Территориальное расширение предопределило ряд исторических особенностей России. Россия была и остается самым крупным государством в мире. Возможность свободной миграции населения на новые земли во многом обусловливало на всех этапах существования российской государственности, в том числе и в советский период, преимущественно экстенсивные формы развития экономики. Масштабы российского пространства оказали существенное сдерживающее влияние на хозяйственное устройство. Вместе с тем они сформировали такие специфические черты российского менталитета, как размашистость и безоглядность. Неуклонное прирастание богатствами, их неисчислимое количество укрепляли в русском (советском) человеке убеждение в неистощимости ресурсов страны. И сегодня территориальный фактор является реальным ограничителем, продолжающим оказывать воздействие на разные сферы экономики. В частности, транспортные затраты в нашей стране, связанные с вывозом продукции на мировые рынки, в шесть и более раз превышают аналогичные в США и странах Западной Европы. Природно-климатические условия предопределили более тяжелые производственные условия российскому крестьянину по сравнению с западноевропейским, а также крайне слабую базу животноводства. Скудность товарных излишков привела к складыванию многих специфических особенностей российского исторического процесса: жестокость феодальной ренты и жесткость методов изъятия у крестьян излишков для потребностей развития господствующего класса и государства; тяжелую работу на барщине у помещика; институт холопства; длительное существование служилой системы. Природно-географические особенности превратили Россию в цивилизационный «котел», переваривавший противоречивое воздействие Запада и Востока. Поэтому не случайно в историографии и публицистике XIX-XX вв. прослеживается стремление определить место России в окружающем ее мире, понять характер и значение ее взаимосвязей с великими цивилизациями Запада и Востока, найти разумное соотношение между курсом сохранения своей национальной, исторической самобытности и приобщения к общечеловеческим духовным и культурным ценностям. Как показало время, путь к истине оказался и длинным, и нелегким. Продвижение по нему тормозилось комплексом разнообразных причин. Это и характер образования слоев российского общества, 64
Специфика российской истории и реформы представители которых в основном и были вовлечены в дискуссии по вопросам определения, к какому типу цивилизации можно отнести Россию, как соотносятся в истории нашей страны наследие восточной и западной цивилизаций, в какой мере самобытна отечественная цивилизация. Это и порой излишняя полемичная заостренность противоборствующих точек зрения, и особенности типа мышления участников спора (западников, славянофилов, народников, социал- демократов и др.), и влияние официальных концепций, насаждаемых сверху. В ходе дискуссий складывались довольно стойкие стереотипы мышления, наиболее общими чертами которых являлись тенденции к упрощению обсуждаемых проблем и попытки решить их в рамках той или иной заранее заданной схемы, сконструированной на базе неких априорных положений. В одних случаях это были определенные представления о прогрессе и противостоящей ему реакции, в других — оценка взаимоотношений России с Европой и Азией, в третьих — положения, вытекающие из теории классовой борьбы, учета перспектив мировой революции. До настоящего времени не изжито ошибочное мнение, будто проблемы, обсуждавшиеся в славянофильских и западнических странах, в спорах народников с социал-демократами и «легальными марксистами», носят сугубо умозрительный характер, имеют слабое отношение к реальной действительности. На самом деле в общественной мысли России лишь получили отражение объективные процессы, представляющие неотъемлемую часть истории российской государственности и становления ее общественных структур, своеобразие которых во многом определялось спецификой геополитического положения России. Поэтому анализ, выявление сущности проблем, поднимавшихся в указанных выше дискуссиях, способствует более глубокому пониманию трансформационных процессов, происходящих в современной России. Яркий и своеобразный след в истории дискуссий вокруг проблемы «Россия и Европа» оставили «Философические письма» П. Я. Чаадаева. Интерес общественности проявился прежде всего к тем сторонам его философских взглядов, за которые он подвергся царской опале: протесту против существующих в России порядков (многие считали, что мрачные выводы П. Я. Чаадаева по российскому прошлому и будущему служили лишь поводом для обоснования указанного протеста). Однако далеко не все обратили внимание на важнейшее обстоятельство: всю систему взглядов П. Я. Чаадаева пронизывает рели65
Демичев Е. В. гиозность. По его мнению, обособление России от истинного духа религии, а также отсутствие у православной церкви такой власти, какой располагало католичество, обусловили незавидную участь российского общества и государства. На наш взгляд, данное мнение, ввиду его ошибочности, не восприняло ни одно из последующих направлений западничества, как либерального, так и радикального толка. Но несмотря на ошибочность и спорность отдельных взглядов, мнений, П. Я. Чаадаев благодаря выявлению многих особенностей русской культуры сумел поставить вопросы, без которых уже невозможно было осознать специфику России. Острая полемика, развернувшаяся с конца 1830-х гг. между западниками и славянофилами об исторических путях развития России, оценке деяний Петра I и о будущем страны стала по-настоящему первой серьезной пробой сил. Центральной проблемой того времени стало взаимоотношение России и Запада (Европы). Происходил спор о том, идти ли России вслед за Европой, или искать свой самобытный путь. Такая постановка вопроса отражала опасения западников и славянофилов по поводу технического и хозяйственного отставания от европейских держав. Участвовать или нет в преобразовательных процессах, охвативших страны Запада, и если участвовать, то каким образом? Таким был, пользуясь современной терминологией, модернизационный подтекст дискуссий середины XIX в. Эта проблема и сегодня является ключевой и дискуссионной. Более поздние исторические изыскания подтвердили большую правоту славянофилов. Хотя их позиция, как и западников, страдала идеологическим налетом, при сверке с действительностью они оказались ближе к исторической реальности. При всей самобытности и разноплановости российской истории преобладающее воздействие на нее, как нам представляется, оказала западная (в основе европейская) цивилизация. Именно влияние Запада способствовало наибольшим достижениям в развитии страны. Призвание варягов ускорило процесс вызревания государственных структур у восточных славян. Радикальная попытка масштабной модернизации страны при помощи западного опыта, предпринятая Петром Великим, вывела Россию в разряд ведущих держав, хотя данная попытка имела и серьезные негативные последствия (огромный культурный раскол между «верхами» и «низами» общества и др.). Форсированная капитализация России явилась главной причиной российских революций начала XX в. Недостаточно творческое восприятие опыта Запада в сочетании с игнорированием необходи66
Специфика российской истории и реформы мости создания национально ориентированной экономики (т. е. игнорирование предложений прежде всего реформаторского народничества) привело к тому, что в 1917 г. Россия осуществила переход к иной социальной модели. Пониманию сущности и последствий данного перехода способствует анализ корней самобытности отечественной истории и особенностей российских реформ. Корни самобытности российской истории и особенности реформ Специфические географические и природно-климатические особенности, уникальное геополитическое развитие России служили объективной основой длительного проживания российского населения общиной, предопределили особую роль государства в российском обществе, конфликтность российского исторического процесса, которая в конечном счете привела к Октябрьскому перевороту, антизападному варианту развития в советский период, «горбачевской» перестройке и к постсоветским, болезненным для народа социально- экономическим преобразованиям. Тысячелетнее существование общины было характерной чертой российской действительности, связанной с особенностями землевладельческого хозяйствования и постоянной угрозой разорения. Главенствующая роль общины в жизни русского населения являлась фактором, кардинально отличающим весь уклад жизни россиян от западной традиции, единоличного земледелия. В условиях краткосрочного сельскохозяйственного сезона полевые работы было легче вести коллективно. Община стала важным средством поддержания индивидуального крестьянского хозяйства, защищала крестьян от природных и социальных невзгод. С конца XVI в. по мере усиления личной крепостной зависимости возрастали защитные функции общины, ее демократизм, уравнительные тенденции. Община не только выполняла роль коллективного землепользователя, осуществлявшего периодические переделы земли между крестьянами, и регулятора внутриобщинных экономических отношений, но и была в некоторой степени демократической организацией местного самоуправления. Нам импонирует мнение ученых, считающих, что особая устойчивость крестьянской общины в России, превратившейся в традиционную социальную организацию, объясняется чрезвычайно трудными условиями ведения российскими крестьянами в Северо-Восточной 67
Демичев Е. В. Руси сельского хозяйства, особенно в первые четыре столетия после освоения этого региона. В этих условиях общинные институты (земельные переделы, различного рода крестьянские «помочи») превратились в своего рода специальные гарантии выживаемости основной массы крестьянского населения. Традиции взаимопомощи, решения всех глобальных проблем жизни крестьянина «всем миром», т. е. общиной, создали определенный менталитет, стереотип поведения широких слоев российского крестьянства, русского человека вообще — менталитет, содержащий элементы коллективизма, готовности к взаимопомощи, вплоть до самопожертвования. Н. А. Бердяев точно подметил: «Русскому народу присущ своеобразный коллективизм, который нужно понять не социологически. У нас совсем не было индивидуализма, характерного для европейской истории и европейского гуманизма... Но коллективизм есть в русском народничестве — левом и правом, в русских религиозных и социальных течениях, в типе русского христианства»55. Община стала символом и реальным экономическим институтом, в котором ярко проявилась историческая самобытность хозяйственного устройства России. Она не была навязана крестьянам государством, как считали многие исследователи56, а выступала социальной организацией, отражавшей объективные условия существования крестьянства, соответствовавшей вековым его традициям и большому накопленному опыту борьбы за выживание в трудных, неблагоприятных условиях. Правильность данного вывода подтверждают сопротивление, оказанное основной массой крестьян столыпинской реформе, а также повсеместное распространение общин по собственной инициативе крестьян после Октябрьской революции, когда им дали возможность самостоятельно выбирать хозяйственный строй, который они желали бы сами. В 1927 г. на территории РСФСР 91,1 % крестьянских земель было охвачено общинным землепользованием57. Напротив, именно государство проводило политику насильственного разрушения общины при проведении столыпинской аграр55 Цит. по: Горбунов В. В. Идея соборности в русской религиозной философии. М., 1994. С. 167. 56 В дореволюционный период об общинном устройстве было опубликовано около трех тысяч книг и статей, тогда как в последующий период — всего около трех десятков работ, в том числе монография: Зырянов П. Н. Крестьянская община Европейской России в 1907-1914 гг. М., 1992. 57 См.: Большая советская энциклопедия: В 30 т. Т. 18. М., 1974. С. 255. 68
Специфика российской истории и реформы ной реформы, а также в 1927-1929 гг. (были приняты законы, согласно которым общины подчинялись сельсоветам) и в годы массовой коллективизации (с этого периода земельно-распределительная функция перешла к колхозам). В отечественной и зарубежной историографии давно укоренился неверный вывод, будто именно община, а не помещичье хозяйство являлась главным тормозом в переходе к современной рыночной экономике. Критики крестьянской общины недооценивали ее большого потенциала саморазвития. Так, крестьянские общины применяли разнообразные критерии при перераспределении земли: разверстка земли по наличным душам мужского пола, работникам мужского и обоего пола, едокам, по ревизским душам и т. п. Были разработаны и применялись на практике десятки показателей учета качества и местоположения земли при распределении земельных участков. Само многополосье в крестьянском хозяйстве отражало специфику природных условий, так как рассредоточение полос по разным участкам при высокой погодозависимости создавало возможность получить ежегодный гарантированный минимум. Поэтому чресполосица имела свои преимущества перед сведением земли в единый отруб или перед хуторским хозяйством. Важно отметить двойственную природу русской крестьянской общины. С одной стороны, земля разверстывалась и периодически перераспределялась на принципах уравнительного землепользования. С другой стороны, она обрабатывалась в основном самостоятельно, а орудия труда, инвентарь, скот и результаты труда находились в полной собственности крестьянина — владельца земельного участка. Не менее важно отметить и другое: как показывает анализ отечественной и зарубежной историографии, и противники, и сторонники общинной организации производства преувеличивали в ее природе античастнособственническую направленность и уравнительно-перераспределительный элемент. Они игнорировали следующее обстоятельство: принцип уравнительности распространялся не на доходы и уровень жизни, а только на землю. Его использование преследовало прежде всего цель создать равные стартовые условия хозяйствования, что не препятствовало развитию инициативы крестьянина. Община, небогатые крестьянские хозяйства были заинтересованы в сохранении процветающих хозяйств, выплачивавших большую долю налогов, имеющих другие общинные тяготы и при необходимости оказывавших односельчанам помощь. Общинный уклад нельзя отождествлять с социалистическим устройством. Заметим, согласно данным МВД Российской империи, пе69
Демичев Е. В. ред началом столыпинской аграрной реформы почти половина крестьянских общин со дня наделения землей ни разу не проводила ее переделов. Главный мотив передела земель был связан с появлением новых крестьянских семей, имевших право на получение своего земельного надела. Крестьянство воспринимало землю как естественное богатство, которое должно принадлежать тем, кто обрабатывает землю. То есть уравнительность по отношению к земле являлась отражением своеобразия массового сознания. В основе этого сознания лежала идеология выживания в суровых климатических условиях. Вместе с тем уравнительный компонент не отвергал принципы самодеятельности и неравенства. Община заботилась о создании равных условий для будущих поколений крестьянства. Именно поэтому земля выводилась из сферы купли-продажи, что следует иметь в виду нынешним российским реформаторам. Таким образом, община не являлась единственным рассадником «уравниловки» и «социальной зависимости», хотя эти негативные качества в ней, как и в других социальных организациях, имели место. Можно согласиться с признанием одного из горячих обличителей крестьянской общины, видного политического деятеля и ученого П. Б. Струве, что община «при свете научно-беспристрастного рассмотрения оказывается учреждением гораздо менее “эгалитарным” и вообще гораздо более — да будет позволено так выразиться — прозаическим, и пожалуй, по излюбленной терминологии, буржуазным, чем это думалось пылким народникам-уравнителям. И в то же время она есть учреждение гораздо менее косное, гораздо более способное к развитию, более, так сказать, пластичное, чем это представлялось ее отрицателями (включая самого П. Б. Струве. — Е.Д.) из консервативного, либерального и радикального лагерей»58. Как видим, общинная организация крестьянского хозяйства не была чисто рыночной, поскольку исключала частную собственность на землю. Но она не была и абсолютно нерыночной, так как опиралась на частную собственность, другие средства производства и результаты труда, не отвергала принцип разумной свободы хозяйствования. Такую дуалистичную форму организации производства можно определить как смешанную, которая не была неподвижной и косной системой хозяйствования. Она располагала потенциалом углубления рыночных отношений в производстве. 58 Струве П. Б. Крепостное хозяйство: Исследование по экономической истории в XVIII и XIX вв. СПб., 1913. С. 334. 70
Специфика российской истории и реформы Практика российской деревни свидетельствовала об институциональном преобразовании общины в кооперативную систему хозяйствования. На 1 апреля 1913 г. в России действовали 3952 сельскохозяйственных общества, 3129 сельскохозяйственных товариществ, 10 992 кредитных кооператива и 8877 потребительских обществ. К началу 1914 г. более 30 тыс. кооперативных объединений имели в своих рядах свыше 10 млн человек. Уже к 1917 г. всеми формами кооперативов было охвачено около 14 млн человек59. Аналогичная тенденция действовала в послереволюционный период до начала насильственной коллективизации крестьян. К 1925 г. кооперация в аграрной сфере не только превзошла дореволюционные масштабы, но и стала более сложной и разнообразной. Действовали 8,6 тыс. восстановленных кредитных товариществ, объединявших свыше 3 млн крестьянских хозяйств. В сельскохозяйственной кооперации в составе 54,8 тыс. первичных кооперативов насчитывалось 6,5 млн пайщиков. Широкое распространение получила производственная кооперация крестьян. В 1927 г. число производственных крестьянских объединений составило более 18,5 тыс. (10,4 тыс. машинных товариществ, 3,5 тыс. мелиоративных и т. п.). Всего к концу 1928 г. различными видами кооперации было охвачено около 28 млн крестьянских хозяйств60. Приведенные цифры говорят о способности общины к саморазвитию и трансформации. Они также опровергают утверждения противников общины о том, что возникновение кооперативов связано с первоначальным закреплением права личной собственности, а в общинном праве якобы такой возможности нет. Например, С. Ю. Витте писал: «Кооперативные союзы возможны только на почве твердого личного права собственности и развитой гражданственности... Община и кооперативный союз резко отличаются друг от друга по своей экономической и правовой структуре и разделены целым историческим периодом, миновать который может идеология, но не действительность»61. Быстрое распространение кооперативных форм, думается, явилось защитной реакцией общины на усиление рыночных отношений в стране. 59 См.: Россия: 1913 г.: Статистико-документальный справочник. СПб., 1995. С. 189-190. 60 См.: Истоки: Вопросы истории народного хозяйства и экономической мысли. Вып. 1. М., 1989. С. 113-114. 61 Витте С. Ю. Записки по крестьянскому делу. СПб., 1904. С. 84-85. 71
Демичев Е. В. Другой стороной способности общины к саморазвитию стало ее распространение как экономического института через артели в неаграрные сферы хозяйственной деятельности. На это расширение действия принципа общинности обращали российский экономист Н. Ф. Даниельсон, члены-корреспонденты Петербургской АН выдающийся ученый Д. И. Менделеев, один из основоположников славянофильства религиозный философ А. С. Хомяков. В частности, Д. И. Менделеев в общинном крестьянском землевладении видел потенциал, который в будущем должен был сыграть большую роль в экономике России. Он считал, что община «со временем, когда образование и накопление капитала прибудут, может тем же общинным началом воспользоваться и для устройства (особенно для зимнего периода) своих заводов и фабрик. Вообще в общинном и артельном началах, свойственных нашему народу, я вижу зародыши возможности правильного решения в будущем многих из тех задач, которые предстоят на пути при развитии промышленности и должны затруднять те страны, в которых индивидуализму отдано окончательное предпочтение...»62 Именно под влиянием традиции общинности в артельном производстве проявилось своеобразие таких черт, как коллективная организация труда и самоуправление, равноправие работников, взаимопомощь, круговая порука (ответственность всех за каждого и каждого за всех). Как кооперация стала средством приспособления мелкого крестьянского хозяйства к рыночной экономике, так и артельная организация адаптировала к рыночной среде мелкую промышленность — ремесленную, кустарную и промысловую. Еще в конце XIX в. на многих российских заводах и фабриках широко практиковались артельные формы труда, когда артельщики брали на свой подряд цех или участок производства и отчитывались перед руководством только за количество и качество работы, а все вопросы по выполнению подряда и распределению заработка решали сами внутри артели. По своей организационной структуре они близки автономным бригадам, распространенным в современных странах с рыночной экономикой. От капиталистических предприятий артель резко отличалась равноправием. Попытки эксплуатации одних членов артели другими, как правило, пресекались; любой из них мог быть назначен товарищами на выполнение распорядительной функции. Распорядительная функция в некоторых артелях выполнялась 62 См.: Экономика русской цивилизации. М., 1995. С. 228-229. 72
Специфика российской истории и реформы поочередно каждым из артельщиков. Однако равноправие не означало уравниловки - доход распределялся по труду. Артели на российских заводах выбирали из своего состава старост, старшин и других выборных, решали вопрос наказания своих членов (за леность, недобросовестность, пьянство могли наказывать розгами, а часть причитающейся члену платы удержать в пользу артели). В деятельности артели и кооперации есть немало примеров высокой эффективности и успешного соревнования с капиталистическими формами производства. В 1908 г. артель из 100 человек на 25 лет взяла в аренду Дедюхинский солеварный завод. «Завод был сдан в жалком полуразрушенном виде, так что оказался необходимым крупный ремонт. После энергичных строительных работ летом 1909 г. была пущена в ход первая варница, затем вторая и третья, и в течение первого же года своей деятельности артельный завод выпустил около полумиллиона пудов соли высокого качества»63. Другой характерный пример. Сначала маслодельное производство в Сибири развивалось на капиталистической основе. Но постепенно кооперативные предприятия стали вытеснять капиталистические, показав способность к конкурентной борьбе и более высокую организацию труда. За период с 1900 по 1910 г. количество маслодельных заводов увеличилось более чем в три раза (с 1022 до 3109), из них кооперативных — в 42 раза (с 32 до 1337)64. В наибольшей степени артельная организация труда проявила себя в строительстве. Так, Великую сибирскую железную дорогу от Урала до Тихого океана протяженностью 7,5 тыс. км за 10 лет построили 8 тыс. человек65, тогда как БАМ длиной всего 3,1 тыс. км, причем с использованием современной техники, строили 50 тыс. рабочих почти 15 лет. Из вышеизложенного можно сделать следующий вывод: как общинные, артельные, так и кооперативные формы хозяйствования играли большую роль в экономике России. Они явились порождением специфики экономического развития страны, соответствовали поведенческим характеристикам большинства россиян. Изучение опыта деятельности артелей и кооперации представляет не только теоретическую, но и практическую ценность. Этот опыт важно использовать в современных экономических преобразованиях страны. 63 Архив истории труда в России. Кн. 10. Пг., 1922. С. 23. 64 См.: Туган-Барановский М. И. Социальные основы кооперации. М., 1989. С. 317. 65 Экономика русской цивилизации. С. 19. 73
Демичев Е. В. Наряду с исключительно устойчивым существованием общины одной из главных характерных черт российской истории была гипертрофированная роль верховной власти по отношению к обществу По поводу особой роли государства в российском обществе у историков сложились различные мнения. В связи с этим попытаемся выделить ключевые обстоятельства данной роли государства. Как известно, древнерусское государство возникло под влиянием деятельности варяжских князей. Славянские племена восприняли привнесенные формы государственного устройства, сохранив и свой родовой быт, и родовую психологию. При этом формировалось особое политическое образование с большим разрывом интересов власти и народа. В Киевской Руси отсутствовал объединяющий общий интерес государства и общества. Они сосуществовали, реализуя свои особые отличия, не имея жестких обязательств друг перед другом. В Великобритании, ряде других стран государственность тоже формировалась с помощью пришлого элемента. Но если в Англии, располагавшей плодородными землями, нормандская верхушка превратилась в землевладельческую аристократию, то на Руси варяжские князья свой главный интерес видели в извлечении дани, смотрели на нашу страну как на свою вотчину. Традиция рассматривать Россию как собственность сохранилась впоследствии у русских князей, всех российских правителей, в том числе и в новейшее время. Особенности ранней русской государственности (вотчинный характер правления и значительный разрыв между властью и обществом) усилились в период двухвекового золотоордынского ига. В результате ордынского нашествия погибла основная часть знати, постепенно создавалась генерация покорных князей, русские князья впитывали дух абсолютной власти, беспрекословной покорности подданных. Уже на базе новых отношений беспрекословного подчинения князю формировалась новая знать. В Средние века в Европе также существовали отношения личной феодальной зависимости. Но произвол верховной власти монарха в некоторой степени ограничивали закрепленные юридически права и привилегии господствующего класса. На Руси же под влиянием монголо-татарского ига развивались отношения феодальной личной зависимости в подданическо-холопской форме. Государь мог без суда и следствия наказать, казнить любого бывшего сановника, князя или боярина. Такой тип взаимоотношений внутри господствующего класса приводил к жесткому подавлению любой оппозиции, развивал крайний государственный деспотизм, приучал общество к мысли, что власти все дозволено. 74
Специфика российской истории и реформы Наряду с этим к истокам развития гипертрофированной роли государства по отношению к обществу можно отнести особый характер складывания в XIV и XV столетиях русского централизованного государства. В отличие от Западной Европы, где главную роль в процессе централизации играли социально-экономические обстоятельства, в формировании единого русского государства ведущую роль играл политический фактор — необходимость борьбы с внешней опасностью (Ордой, Ливонским орденом, Великим княжеством Литовским). Испытывая постоянное «давление» с Запада и Востока, Московское государство с самого начала формировалось как военно-национальное, основной движущей силой развития которого была перманентная потребность в обороне, сопровождавшаяся усилением политики внутренней централизации и внешней экспансии. И такая политика обеспечивала территориально-государственную целостность российского общества. Проводилась она с помощью военных методов управления, насилия со стороны государственной власти, принуждавшей население терпеть любые лишения при решении задач мобилизационного развития. Одним из ключевых моментов в процессе формирования московской субцивилизации, ее политической культуры и национально-государственной идеи был социально-экономический кризис XIV в., спровоцированный демографическим ростом, неблагоприятными климатическими условиями и чрезмерной антропогенизацией ландшафта, в результате чего резко сократились технико-экономические возможности подсечно-огневого земледелия. В условиях этого кризиса общество делегировало государству право на проведение радикальных реформ, что способствовало присвоению московскими князьями неограниченных прав по отношению к обществу и предопределило перевод его в мобилизационное состояние. Основу мобилизационного российского общества составили внеэкономические факторы государственного хозяйствования, экстенсивное использование природных ресурсов, ставка на принудительный труд, внешнеполитическая экспансия и народная колонизация. С этого времени российская цивилизация перешла на иной, чем Западная Европа, генотип социального развития — от эволюционного к мобилизационному. Западноевропейская цивилизация сменила в данный период эволюционный путь развития на инновационный. В мобилизационном российском обществе происходило сознатель75
Демичев Е. В. ное и насильственное вмешательство государственной власти в механизмы функционирования общества во всей последующей истории России, включая и новейшее время. В таком обществе даже в условиях мирного времени происходило постоянное воспроизводство тех его институциональных структур, которые создавались в соответствии с потребностями мобилизационного развития (жестокая централизация и бюрократизация управления, строгая социальная иерархия и дисциплина поведения, тотальный контроль над различными сферами жизни и деятельности людей, «государственное» единомыслие). Российское правительство во все времена брало инициативу в свои руки в определении целей и решении проблем развития общества, используя при этом различные меры принуждения, опеки, контроля и прочих регламентаций. Названные особенности процесса возникновения русского национального государства наложили свой отпечаток на характер политической власти, определили следующие черты русского самодержавия в период его становления. Во-первых, возникновение русского самодержавия было неразрывно связано с объединением русских земель, поэтому в период своего формирования русское самодержавие было, по сути дела, символом единства Руси в сознании широких слоев народа. Во-вторых, характерной чертой русского самодержавия являлось обожествление монарха, представлявшегося подданным исполнителем божьей воли на земле. В-третьих, русскому самодержавию изначально была присуща тенденция к обретению неограниченных, абсолютных форм. В связи с этим обратим внимание на процессы, связанные со стремлением первых русских государей обосновать свое право на самодержавную власть ее происхождением от византийских императоров и якобы особым божественным, мессианским предназначением Русского государства и его главы в мировой истории. Данным политическим целям служило и заключение в 1472 г. Иваном III династического брака с Софьей Палеолог, племянницей последнего византийского императора Константина XI, и создание в этот период псковским иноком Филофеем так называемой концепции третьего Рима, призванной обосновать особую роль Московского государства как последней и вечной мировой державы. Юридически централизация ознаменовалась появлением в 1497 г. первого общерусского Судебника, который положил начало оформлению личной крепостной зависимости населения. Государственная самодержавная власть усилилась в XVI-XVII вв. При Иване IV 76
Специфика российской истории и реформы (Грозном) были ликвидированы остатки федеральной децентрализации; ограничены судебные права феодалов; созданы органы исполнительной власти, постоянное войско, единая денежная система; введен общегосударственный налог. При Петре I получила дальнейшее развитие тенденция к централизации и абсолютизму. Ликвидация патриаршества и создание государственного органа — Синода, управлявшего делами религии, знаменовало окончательную победу верховной светской власти над церковью. Вместо Боярской думы (сословнопредставительного выборного органа при царе) был создан Сенат, члены которого утверждались и назначались самодержавием. Россия стала империей. С этого времени государство активно вмешивалось в естественно протекающую социальные процессы. Всеобъемлющая система прикрепляла все население к государству. В XX в. на новом витке исторического развития были воспроизведены многие характерные особенности российской государственности (прежде всего деспотический характер власти и ее вмешательство во все сферы жизнедеятельности общества) в условиях Советской России. Советское государство располагало мощным военно-бюрократическим и репрессивным аппаратом. С 1930 по 1953 г. по обвинению в контрреволюционных, государственных преступлениях были вынесены приговоры и постановления в отношении 3 778 234 человек, из них 786 098 человек были расстреляны66. То, что советская верховная власть в новых условиях выбрала наиболее жесткий вариант развития, думается, обусловлено многовековыми российскими традициями государственности. Одним из истоков утверждения гипертрофированной роли Российского государства являлись особенности русского, российского менталитета. Многовековая российская история выдвинула интересы общины на первый план, поставила их над интересами конкретной личности, вследствие чего обязанность жертвовать своим личным ради общего блага стала важнейшей составляющей менталитета россиян. Именно поэтому значительную роль в духовном строе народа играла идея служения общему государственному началу. О роли государственного начала в жизни русского народа хорошо сказал Н. А. Бердяев: «Россия — самая государственная и самая бюрократическая страна в мире; все в России превращается в орудие политики... Силы народа, о котором не без основания думают, что он устремлен к внутренней духовной жизни, отдаются колоссу госу66 История Отечества. Краткий очерк. Вып. 2. М., 1992. С. 10. 77
Демичев Е. В. дарственности, превращающему все в свое орудие. Интересы созидания, поддержания и охранения огромного государства занимают совершенно исключительное и подавляющее место в русской истории. Почти не оставалось сил у русского народа для свободной творческой жизни, вся кровь шла на укрепление и защиту государства. Классы и сословия слабо были развиты и не играли той роли, какую играли в истории западных стран. Личность была придавлена огромными размерами государства, предъявляющего непосильные требования. Бюрократия развилась до размеров чудовищных. Русская государственность... превратилась в самодовлеющее отвлеченное начало; она живет собственной жизнью, по своему закону, не хочет быть подчиненной функцией народной жизни... Великие жертвы понес русский народ для создания русского государства, много крови пролил, но сам остался безвластным в своем необъятном государстве»67. В развитие мыслей Н. А. Бердяева отметим, что российская государственность играла как позитивную, так и негативную роль. С одной стороны, она выступала в качестве необходимого нормативно-регулятивного механизма управления обществом и в конечном счете превратила Россию в великую державу. А с другой — перманентно прибегала к антигуманным средствам управления, зачастую от имени народа уничтожала многие тысячи и миллионы людей. Как показывает анализ социально-экономического развития России в XVIII-XX вв., наша страна «...как правило, не перерабатывала полностью, не переваривала органически западное влияние, наполняя европейские формы своим самобытным содержанием. Это приводило к социокультурным расколам в обществе, порождало “разновременность” (в историческом плане) сосуществующих укладов, социальных групп, народов»68. Данные обстоятельства, как и указанные выше, обусловливали огромную роль государства в общественном развитии. Государство как бы компенсировало «...недостаточность экономических, социальных, культурных взаимосвязей, взаимозави- симостей огромной страны»69. Одновременно «мощное вмешательство государства во все сферы жизнедеятельности общества создавало еще один принципиальный раскол: между властью и народом. Это затрудняло переплавку противоречивых социокультурных укладов, вызывало массовые протесты и бунты»70. 67 Бердяев Н. Судьба России. Соч. М., 2000. С. 276-277. 68 История Отечества. Краткий очерк. Вып. 2. С. 58. 69 Там же. 70 Там же. 78
Специфика российской истории и реформы Можно согласиться с выводами «Краткого очерка»: «Отмеченная специфика России, нашедшая обобщенное отражение в несформи- рованности гражданского общества (что не способствовало естественной и относительно плавной социальной эволюции), породила особую болезненность, кризисность социального развития, когда общественные противоречия разрешались чаще всего в результате жесткой борьбы и каждый шаг вперед сопровождался социальной ломкой, насилием, людскими и материальными потерями. Отсюда — неравномерный, “рваный” темп российской истории, повторяемость ее циклов. Страна то длительное время пребывает как в оцепенении, когда ее социальное время замедляется, а правящая элита почти не обращает внимания на “западные часы”, то, наоборот, ускоряется в периодических судорожных попытках догнать Запад путем сверхнапряжения сил, огромной затраты всех ресурсов. Это, в свою очередь, обостряет до предела социальные противоречия, и не разрешив их до конца, общество вновь откатывается к состоянию относительного социального “застоя”»71. Переплетение российских противоречий могло существовать только при наличии сильного и жесткого государственного управления, скрепляющего неорганичное единство. При ослаблении государственной машины российское общество «ломалось». Например, в XVIII в., в годы смуты после 1917 г., во время Гражданской войны, когда от России отошла территория свыше 800 тыс. км2 с населением более 30 млн человек. Аналогичные процессы распада союза народов происходили в 1990-е гг. В числе концепций, объединяющих особую кризисность, противоречивость российской истории, на наш взгляд, наибольший интерес представляют концепции развития России как догоняющей страны и как мобилизационного общества. Рассмотрим и вкратце охарактеризуем каждую из этих концепций. В соответствии с концепцией догоняющей страны развитие России в XVIII-XX вв. характеризуется как тип запоздавшего исторического развития72. В силу ряда исторических причин Россия стремилась догнать передовые страны Запада, спешно модернизировалась, что неизбежно порождало конфликтность и противоречивость соци71 Там же. 72 См.: Пантин И., Плимак Е. Россия XVIII-XX вв. Тип «запоздавшего» исторического развития // Коммунист. 1991. № И. 79
Демичев Е. В. ально-экономического развития. Не успев выйти из одного этапа развития, разрешить специфические для него противоречия, общество начинало решать проблемы следующей эпохи. В противоречивом сосуществовании явлений разных эпох лежат корни многих российских конфликтов. «Догоняющий тип развития обусловил специфику формационного развития, особый тип феодализма и обуржуазивания России. Российский феодализм по сравнению с западноевропейским был менее расположен к общественному прогрессу. От верховной власти находились в большей зависимости, чем в Европе, и господствующий класс, и народ. Получили слабое развитие частная земельная собственность и индивидуальная хозяйственная деятельность крестьянства». Можно согласиться с исследователями, считающими, что в условиях догоняющего типа развития оказался незавершенным процесс обуржуазивания российского общества. Отличительной чертой развития России являлась перестановка фаз генезиса капитализма. Если в Европе буржуазным революциям предшествовал буржуазно-аграрный переворот, то в России аграрная сфера оставалась феодальной вплоть до 1917 г. Только после реформы 1861 г. появились зачатки аграрного рынка, а крестьянство во многом еще оставалось зависимым от крупного помещичьего землевладения. Однако окончательного завершения первоначального накопления капитала в России не произошло еще и в первой четверти XX в. Страна оставалась аграрно-индустриальной. Преобладало сельское население. Крайне медленно происходил процесс отделения промышленности от земледелия, была недостаточно развита частная собственность, оставался узким рынок свободной рабочей силы. Серьезным препятствием для утверждения капитализма стало политическое отставание буржуазного развития. Сохранялась абсолютистская монархия. Не было конституции. Отсутствовали политические права и свободы, а также полноценные представительные органы власти, развитая и сильная система политических партий и т. д. Как видим, в России не сложились основные компоненты целостной капиталистической формации. Крупная капиталистическая промышленность внедрялась в общественное устройство, принадлежавшее к иному формационному уровню. На почве этого зарождались новые противоречия, усиливалась конфликтность общественного развития, усугублялся российский общественный раскол. 80
Специфика российской истории и реформы Многие современные исследователи пытаются выявить факторы, обусловливающие предрасположенность России к крайностям73. Они, на наш взгляд, вполне обоснованно отмечают, что в новое время почти нигде не существовало такой, как в России, глубокой пропасти между бедными и богатыми слоями. Эта объективная основа, сохранявшаяся на протяжении двух столетий и возродившаяся в современной России, была и остается питательной средой для общественного раскола и крайних течений, органически не способных к синтезу. Многовековое крепостничество, бесправие и забитость российского населения вырабатывали радикальное мышление, отвергавшее умеренные решения. Реформы XIX — начала XX в. разрушили российскую патриархальную целостность, вели к социальному расслоению, вытесняли целые народные слои на социальную периферию. Именно эти слои часто становились социальной базой контрреформ и революций. Например, отмена крепостного права обернулась терроризмом народовольцев и революцией 1905-1907 гг. Столыпинские преобразования ускорили расслоение крестьянства, подтолкнули к революции 1917 г. и Гражданской войне. Реформы периода новой экономической политики резко ускорили процесс пролетаризации городов и породили ответную реакцию тоталитаризма — жестокую сталинскую диктатуру. Многие корни российской конфликтности кроются в особенностях верховной власти (ее абсолютистской природе, монополизме, мощном вмешательстве в жизнь общества), отсутствии полноправных сословий, классов и свободных граждан. Во все периоды российской истории вплоть до горбачевской эпохи положение человека определялось главным образом только его обязанностями и отсутствием реальных прав. В то же время из всех возможных вариантов преобразований, как показывает весь ход отечественной истории, россиянину более импонировали революционная логика и бунт, с помощью которых можно было разом изменить жизнь к лучшему. Такова суть концепции догоняющей страны. На наш взгляд, ее естественным дополнением, имеющим одновременно и самостоятельный характер, является концепция развития России как моби73 См.: Пастухов В. Б. Будущее России вырастает из прошлого // Полис. 1992. № 5-6; Идзинский В. П. Тайна российских катастроф // Полис. 1992. № 4; Опенкин Л. Над нами тень двуглавого орла с серпом и молотом сплеталась // Российская газета. 1993. 18 февраля; Миронов В. Россия и центризм // Свободная мысль. 1993. № 12 и др. 81
Демичев Е. В. лизационного общества. Мобилизационный тип — это когда развитие осуществляется за счет сознательного вмешательства в механизм функционирования общества. Данный тип развития — один из способов адаптации социально-экономической системы к реальностям изменяющегося мира. Он заключается в систематическом обращении в условиях стагнации или кризиса к чрезвычайным мерам для достижения чрезвычайных целей, представляющих собой выраженные в крайних формах условия выживания общества и его институтов. Можно выделить четыре характерные черты мобилизационного типа развития. Первая черта: данный тип развития используется прежде всего в ситуациях, требующих быстрой реакции системы на условия, угрожающие ее существованию. Вторая черта: строгая определенность чрезвычайных целей (ликвидация отставания, обретение лидерства в определенной области, устранение внешней угрозы и т. д.), выступающая как основной мотивирующий и ориентирующий элемент, дает возможность концентрировать на приоритетных направлениях ресурсы и сверхусилия, обеспечивающие (любой ценой) быстрое достижение этих целей. Третья черта: интенсификация сверхусилий, необходимая для достижения чрезвычайных целей, сопровождается временным отключением экономических механизмов и сверхэксплуатацией трудовых ресурсов. Четвертая черта: наличие высокоцентрализованной системы управления. Сильная сторона такой системы управления — способность его субъекта быстро решать поставленные задачи, так как конкретность целей и планов позволяет концентрировать ресурсы и усилия по их выполнению на важнейших участках, а также достаточно эффективно контролировать этот процесс. Слабость данной модели управления заключается в изначальной посылке, что будущее состояние общества как сложной системы может быть сконструировано и что цели развития можно определить без учета его социокультурной специфики. Все это порождает иллюзию «власть всесильна», если она использует модель управления, построенную по схеме «цель-средства-принуждение». Мобилизационный тип социального развития составлял основу российской (евразийской) цивилизации. Под влиянием внешних факторов Россия время от времени попадала в чрезвычайные обстоятельства, что вынуждало российское правительство прибегать к чрезвычайным средствам. Именно эта характерная черта российской истории обусловила возникновение на огромных просторах между Востоком и Западом «военно-национального государства». Преобладание внешних факторов роста над внутренними определило специ82
Специфика российской истории и реформы фику политической эволюции России, без уяснения которой трудно понять развитие других сторон российского общества. Эти факторы также обусловили и последующий рост Российского государства, опережавшего в своей эволюции потребности внутренней социально-экономической жизни. Перманентная потребность в обороне и безопасности, сопровождавшаяся политикой внутренней централизации и внешней экспансии, была доминантной и основной движущей силой развития «военно-национального государства». Такая политика позволяла обеспечивать территориально-государственную целостность и блокировать тенденции к дезинтеграции, прежде всего за счет авторитета власти и насилия, с помощью которых политический режим принуждал население сносить любые лишения при решении задач мобилизационного развития. Данный массированный потенциал насилия, которым в России обладала государственная власть, выдвигал на первое место политические факторы среди прочих источников этого развития. Итак, одной из особенностей мобилизационного развития России было доминирование политических факторов и как следствие — гипертрофированная роль государства в лице центральной власти. Это выразилось в том, что правительство, определяя цели и решая проблемы развития, всегда брало инициативу на себя, используя при этом меры принуждения, опеки, контроля и прочих регламентаций. Неэффективные, разорительные с социально-экономической точки зрения методы экстенсивного хозяйствования компенсировались в России природными ресурсами, широким использованием принудительного труда и военными приобретениями. Интенсивная эксплуатация природных богатств страны в годы острых экономических и социальных потрясений позволяла задействовать неисчерпаемые факторы стабилизации и тормозить сползание страны к кризису. Обращение в широких масштабах к принудительному труду обусловливалось тем, что государство (начиная с Петра I), насаждая фабрично-заводскую промышленность, стремилось к достижению своих целей при отсутствии соответствующих платежных средств и социально-экономических условий. Долгое время оставалась значительной роль скрытых форм принудительного труда (целый ряд государственных повинностей и общинных работ в деревне, выполнявшихся бесплатно; натуральные виды заработной платы; значительные штрафы; низкая стоимость рабочей силы). Особую роль играли внешние факторы, вынуждавшие правительство выбирать такие цели развития, которые постоянно опережали 83
Демичев Е. В. социально-экономические возможности страны. Так как эти цели не вырастали органическим образом из внутренних тенденций ее развития, то для достижения «прогрессивных» результатов государство, действуя в рамках старых общественно-экономических укладов, прибегало в институциональной сфере к политике «насаждения сверху» и методам форсированного развития экономического и военного потенциала. Внешняя опасность оказывала огромное влияние на проведение государственных реформ, прежде всего в области управления, финансов и военного дела, заставляла российское правительство постоянно сохранять высокий уровень затрат на военные нужды. Исходя из концепций «догоняющего» и мобилизационного развития как основополагающей характеристики российской цивилизации можно утверждать, что государство обязано в экстремальных условиях мобилизовать все имеющиеся ресурсы для самосохранения нации. Восстановление государственного контроля над экономикой будет не просто означать усиление государства и успех антикризисной мобилизации, но и безусловно получит поддержку всех трудящихся. Важно понимать и учитывать в своей практической деятельности специфику российской цивилизации, стержневыми принципами которой были интернациональность, общинно-соборная культура, стремление к социальной справедливости, традиция правдолюбия, мобилизационный, этатистский (государственнический) тип развития. Только вернувшись к исконным корням и традициям, Россия сможет начать новый цикл цивилизационного развития. Некоторые российские традиции — превалирование коллективного начала над личным, стремление широких масс к уравнительной справедливости, сила бунтарских, но слабость либеральных традиций, могущественная государственность и др. — стали благодатной почвой для утверждения ленинизированного марксизма в России. В нашей стране и за рубежом до настоящего времени не снижается интерес к проблемам 1917 г. Происходит более глубокое осмысление истории Октября. Обширная литература, посвященная Октябрьской революции, по своему характеру и оценкам неоднозначна. Сказанное относится и к литературе последних лет. Оценки Октября носят разнообразный характер, порой взаимоисключающие, что вполне естественно в условиях сегодняшнего времени. В дискуссиях и отдельных суждениях затрагивается большой круг проблем: была ли Октябрьская революция закономерной, совершили ли большевики насилие над историей, возможен ли был реформистский выход из кризиса российского общества в 1917 г.? В развернувшихся дискуссиях отве84
Специфика российской истории и реформы ты на эти и другие вопросы неоднозначны. Мы не ставим цель в полной мере ответить на них, это невозможно сделать в рамках параграфа. Коротко остановимся на некоторых проблемах, представляющих наибольший интерес для раскрытия темы настоящей работы. На наш взгляд, сложившиеся представления об Октябрьской революции не адекватны ее внутренней природе. Эпистемологически историографию по Октябрю можно свести к трем основным крупным блокам: во-первых, к логике мировосприятия, берущей начало с эпохи Просвещения; во-вторых, к соответственным интерпретациям опыта Великой французской революции; в-третьих, к рефлексии о недостатках и достоинствах современной (западного образца) представительной демократии. Все, что лежит за пределами этих трех крупных блоков, традиционная историография, как правило, относит к области вымыслов, а не гипотез. Мы же исходим из того, что сами эти три историографических блока являют собой всего лишь попытку восстановления психосоциальной ткани революции, скрытой ныне завесой апологетической и обличительной политической истории. Как показывает историографический опыт, первые лишенные избыточных политических пристрастий исследования Великой французской революции стали возможны не ранее смены трех поколений, т. е. когда в обществе назрела потребность в объективном осмыслении прошлого, не в угоду сиюминутной конъюнктуре. Сегодня в России наблюдается сходная ситуация. Идет болезненный процесс расставания с привычными иллюзиями и мифами. У историков, думается, появилась возможность взглянуть на Октябрьскую революцию с большей долей объективности и проницательности. Нам представляется, что Октябрьская революция, как любое другое масштабное событие, — лишь небольшая и естественная часть продолжающейся истории человека. Понять его глубинную природу — значит приблизиться к пониманию истории как неиссякаемого культурогенеза. В этом плане история Октябрьской революции представляет собой историю кардинально изменившихся отношений человека и к власти, и к себе подобным. Мы предлагаем рассматривать Октябрь в рамках понятия кризиса Российской империи, а не ограничиваться затасканными в последнее время антитезами типа «демократия-тоталитаризм», «утопия-здра- вомыслие». Империя — это наиболее действенный агент межцивилизационного культурогенеза. Россия как империя понимается нами как особая и сложноорганизованная система патерналистского типа, в которой просматривается устойчивое стремление выстраивать 85
Демичев Е. В. систему власти-принуждения на архаичных основаниях. Для такой системы характерны периодически повторяющиеся большие и малые кризисы самой системы, реформаторство «сверху» и бунтарство «снизу», что все еще имеет место в России. В советской историографии в свое время изыскивались «объективные причины» революции сначала в несоответствии «базиса» и «надстройки», а впоследствии свели их к «субъективному фактору» в лице большевистской партии. Этот подход был ошибочным, потому что после Октября не был совершен прорыв в будущее, страна продолжала жить в рамках прежней хозяйственно-управленческой структуры. Американский историк Л. Холмс выделяет своего рода врожденные пороки системы — «долговременные» предпосылки революции, а также усиливающие их действие факторы и своеобразные детонаторы социального возмущения74. Вроде бы вполне логично. Однако нам представляется спорным утверждение ученого, что рухнувшая система была в принципе порочной. У нее были свои сильные и слабые стороны, как и у многих других систем. Россия имела достаточно мощный потенциал социально-экономического развития, который не смогли до конца разрушить ни Первая мировая война, ни годы Гражданской войны и иностранной интервенции. Другой известный американский историк, Л. Хаймсон, еще в 1960-е гг. приводил данные об эскалации социального протеста к середине 1914 г.75 Но, видимо, и в этом случае нельзя утверждать, что Россия была обречена на революцию. Германский исследователь М. Хильдермайер считает, что российский революционаризм формировался под влиянием ощущения отсталости, когда две стороны одной медали составляли привилегии одних и социальную забитость других76. Но если это действительно так, то, пожалуй, следовало бы обратиться к явлениям, характеризующим процесс разрушения социальной стабильности. Вернее и проще, говоря о проблеме Октября, исходить из наличия особой формы организации российской импер74 Холмс Л. Социальная история России. 1917-1941. Ростов н/Д., 1993. С. 25. 75 См.: Haimson L. The Problem of Social Stability in Urban Russia / 1905- 1917 // Slavic Review. 1964. № 23; 1965. № 24. 76 HildermeierM. Das Privileg der Ruckstandiakeit // Historische Zeitschrift. Bd. 244. Munchen, 1988. S. 603. 86
Специфика российской истории и реформы ской системы, вынужденной реагировать совершенно по-своему на резкие изменения внешнеполитических условий. Можно предположить вслед за А. Дж. Тойнби77, что Октябрьская революция стала исторической реакцией на недостаточность проводившихся с XVIII в. реформ в целях успешного противостояния быстро индустриализирующемуся миру. Тем более что «великие реформы» XIX в. нарушили хозяйственно-культурный баланс в империи. Но нельзя не видеть того, что данные реформы создавали элементы новых социокультурных условий, рост которых, хотя и ограниченный, мог бы трансформировать многоукладную экономику в нечто качественно новое и целостное. Не вызывают сомнения выделенные А. А. Искендеровым причины, которые предопределили движение России к революции: запоздалая отмена крепостного права; кризис религиозного чувства и падение авторитета церкви; обрыв связей монархии с народом; разрушающее действие враждебных партийно-политических отношений78. Однако до сих пор остается неясным соотношение названных причин между собой, и почему они все-таки обернулись Октябрьской революцией. Процесс модернизации протекал в России на психологическом уровне весьма болезненно. Российская буржуазия дробилась на купечество и собственно предпринимателей новой формации. При этом деловые люди нерусского происхождения играли непропорционально заметную роль в модернизации России79. Протекционистские формы государственного индустриализма развращали как тех, так и других. К социокультурному напряжению, существовавшему в предпринимательской среде, добавлялась взаимная враждебность с дворянством80. Так что, пожалуй, нельзя говорить о российской буржуазии как телеологично целостном ориентированном слое, способном сплотить и повести за собой все общество, хотя некоторые авторы приводят достаточно убедительные данные о ее моделированном облике81. 77 Тойнби А. Дж. Постижение истории. М., 1991. 78 Искендеров А. А. Российская монархия, реформы и революция // Вопросы истории. 1993. № 3. С. 107-108. 79 См.: Amburger Е. Fremde und Einheimische im Wirtschaft und Kulturie- ben der neizeilichen Russland. Wiesbaden, 1982. 80 Ruckman J. A. The Moscow Business Elite: A Social and Cultural Portrait of. Two Generations, 1855-1905. DeKalb, 1984. P. 44,55-57, 210. 81 Owen T. C. Capitalism and Politics in Russia: A Social History of the Moscow Mercants, 1855-1905. N.Y., 1981. P. 66. 87
Демичев Е. В. В дореволюционной России прогресс имел анклавно-индустриа- листический характер, не подкреплявшийся соответствующей мобилизацией сознания. Внутриимперский баланс дестабилизировала его скачкообразность. К этому добавим: ремесленники (часть средних слоев города) были неспособны внести в общественную мораль необходимую долю прагматизма, так как находились в большой зависимости от покровительства власти82. Это обстоятельство делало невозможным смягчение негативных проявлений капиталистической эволюции в социальной сфере. Во второй половине XIX в. по всей Европе происходил колоссальный рост народонаселения. В этом отношении Россия заметно превосходила среднеевропейский уровень83. А ведь для патерналистской государственной системы в целом любое нарушение демографического баланса может иметь дестабилизирующие последствия. Поскольку рост народонаселения совпал с быстрым увеличением железнодорожной сети России, аграрное перенаселение повлекло за собой интенсификацию миграционных процессов, усилившихся в связи с проведением столыпинской аграрной реформы. В городах и сельской местности это создавало принципиально новую социокультурную ситуацию. Модернизация вела к быстрому накоплению внутренних стрессов. Ситуация усугублялась и тем, что в отличие от Запада верхи и низы в России никогда не понимали друг друга из-за отсутствия общего языка гражданского права, а также из-за того, что в империи отношения власти-подчинения всегда довлели над отношениями купли-продажи. В результате образованные люди и народ распространяли свое понимание здравого смысла за пределы собственной социальной среды, причем теперь уже не в диалоговой, а агрессивной форме. Соборность при определенных условиях могла обернуться гражданской войной. Особую опасность для Российской империи, не завершившей модернизации, представляла внешняя нестабильность. Не случайно революция 1905-1907 гг. была напрямую связана с поражением в Русско-японской войне. Еще большую опасность несло России масштабное столкновение в Европе. Российские верхи ясно видели 82 См.: Тарковский Н. К. Мелкая промышленность России в конце XIX — начале XX в. М., 1995. 83 См.: Казьмина О. Е., Пучков П. И. Основы этнодемографии. М., 1994. С. 103. 88
Специфика российской истории и реформы неизбежность противоборства с Германией, однако к возможным военным тяготам отнеслись, как известно, более чем легкомысленно. Первая мировая война поразила слабую, развивавшуюся в интересах одного лишь Российского государства систему хозяйственных связей — прежде всего между деревней и городом. В начале XX в. сокращавшийся хлебный экспорт обеспечивал торговый баланс в пользу России только в годы высоких урожаев. Рост урожайности не превышал темпов роста народонаселения. Неуклонно снижалось душевое потребление мяса — продукта, косвенно подтверждающего успех модернизации. Если взять только европейскую Россию, то, как показывает статистика (при всем скептическом отношении к ней), страна по показателям производства на душу населения отставала от развитых стран Европы в 4-6 раз. Сопоставление денежных доходов среднего европейца и россиянина оказывается не в пользу последнего — ниже в 3-5 раз. При этом среднегодовой доход рабочего в России превышал таковой сельского жителя почти в 2,5 раза (налицо сложившееся со времен крепостничества паразитирование города на деревне). К этому добавим: если в ведущих хлебовывозящих странах (Аргентине, США и Канаде) после экспорта оставалось на душу населения .в среднем 60 пудов, то в России — 3084. Социокультурное распадение России на «город» и «деревню» к началу XX в. болезненно проявлялось на бытовом уровне. Война резко усилила эту болезненность. В свою очередь данный фактор особенно остро проявил себя в связи с усилием маргинализации традиционных социумов. Участие России в мировой войне сформировало настоящие факторы революции 1917 г. В частности, война резко усилила миграционные процессы. Под ружье было поставлено в общей сложности 15,5 млн человек, из них 12,8 млн крестьян85. Эвакуировались промышленные предприятия из западных губерний в центр России. Из прифронтовой полосы насильственно перемещалась в глубь страны часть «инородческого» населения. Туда же двигалась масса беженцев. В народном хозяйстве широко использовался труд более 2 млн военнопленных и чернорабочих из Китая. По самым скромным подсчетам, общая численность маргинализированной части населе84 Gregory Р. Russian National Income, 1885-1913. Cambridge; L.;N.Y., 1982. P. 131, 156, 166; Россия, 1913 г. Статистико-документальный справочник. СПб., 1995. С. 308, 309, 311; Анфимов А. М. Царствование императора Николая II в цифрах и фактах (опыт подтверждения и опровержения) // Отечественная история. 1994. № 3. С. 58-76. 85 См.: Россия в мировой войне (в цифрах). М., 1925. С. 16-22. 89
Демичев Е. В. ния составила не менее 20 млн человек. Именно эти объективные факторы приобрели решающее значение для радикализации масс. Отечественными историками верно подмечено, что в 1917 г. Россия предприняла попытку поиска самобытных, во многом антизападных путей развития. Под давлением груза остатков «государственно-самодержавно-крепостнического» феодализма, небывалого обострения социальных противоречий в годы мировой воины страна в ходе революции выбрала большевистский вариант общественного развития, повторивший на новом витке многие традиционные черты российского феодализма (вплоть до «второго издания» крепостного права — паспортной системы и т. д.). При этом конструкторы нового общества руководствовались марксизмом, т. е. «западнической» идеологией86. Корни этой идеологии восходили к европейской традиции, в частности к идеям Просвещения, с их непоколебимой верой в силу человеческого разума, способного, как казалось, сконструировать не на небесах, а на земле идеальное общество — коммунизм. Однако несмотря на солидное (так представлялось) научное обоснование этой теории, «столбовая дорога к счастью» оказалась на деле специфическим и крайне расточительным вариантом индустриального общества. Он хотя и позволил решить ряд общенациональных задач России (завершение индустриализации, создание мощного военно-промышленного комплекса и т. д.), на деле подорвал силы государства, оказался не совместимым с новым витком научно-технической революции87. В том, что это явилось не «прыжком в никуда», как утверждает современная радикальная публицистика, а особой формой дальнейшего развития страны, убеждает некоторая синхронность отдельных этапов развития СССР и Запада. Происходило ослабление государственного вмешательства в экономику в 1920-е гг. и резкое возрастание этого вмешательства в конце 1920-х, в 1930-е гг. (сталинская «революция “сверху”», формирование тоталитаризма в нашей стране и окончательный закат эры «свободного капитализма» на Западе). Почти одновременно (в середине 1960-х) началась перестройка хозяйственных механизмов в социалистических странах и на Западе (у нас эти реформы не прошли). Попытка интернационализации хозяйственной деятельности (но на различной основе) была предпринята соцстранами (в 1949 г. образовался Совет экономической 86 См.: История Отечества. Краткий очерк. Вып. 2. С. 59. 87 См.: Там же. 90
Специфика российской истории и реформы взаимопомощи — СЭВ) и Западом (в 1957 г. создано Европейское экономическое сообщество — ЕЭС, «Общий рынок») и т. д.88 Отдельные современные исследователи оценивают большевистский отрезок нашей истории как какой-то вывих, неожиданность, оборвавшую почти все нити российской истории. Реальное положение вещей здесь, как представляется, много сложнее. Весь мир читал Маркса, но только мы почему-то (а в этом «почему-то» вся суть проблемы) решили переложить прочитанное на язык практики. Возникшее в середине XIX в. учение К. Маркса обладало большой притягательной силой. Оно содержало много справедливого в оценках общественного уклада своей эпохи, критиковало пороки капитализма и противоречия зарождающегося индустриального общества. Но марксизм как целостная теория общественно-исторического процесса и революционного действия на Западе подвергся существенной ревизии и вылился в XX в. в различного рода реформистские социал-демократические доктрины. Иная судьба ждала марксизм в России, где на его базе вырос русский большевизм, где он материализовался в революционных потрясениях, катаклизмах строительства социализма, в практике тоталитарного режима и перестройки, приведших теорию марксизма и идею коммунизма к кризису. В западной историографии преобладают две версии объяснения причин утверждения марксизма в нашей стране. Согласно одной из них, в России «прижился» не марксизм, а его ленинская интерпретация, сохранившая значительное идейное и духовное родство с русским народничеством, прежде всего с его радикальной субъективнореволюционной практикой. Сторонники другой версии благодатную почву для распространения марксизма видят в особом складе души русского человека, ментальности русского народа, склонной ко всякого рода мифам и утопиям. В советской историографии господствовала следующая официальная точка зрения на причины распространения марксизма в России. К началу 1880-х гг. в Российской империи утвердился капитализм. Пролетариат оформился как класс капиталистического общества, что знаменовало качественное изменение соотношения сил в российском освободительном движении. Чтобы возглавить это движение, пролетариату требовалась цельная революционная теория, которая бы адекватно объясняла ситуацию в стране и мире, обосновывала бы 88 Там же. 91
Демичев Е. В. его задачи по завоеванию власти и освобождению всех трудящихся в новых условиях. Таким образом, развитие капитализма и возникновение рабочего движения, признание пролетариата силой, способной решать задачи демократической и социалистической революции, рассматривались в качестве объективных причин и субъективных предпосылок для распространения марксизма в России. Вопросу о причинах распространения марксизма в России посвятил ряд своих работ Н. А. Бердяев, считавший, что первоначально марксизм в Российском государстве был крайней формой русского западничества, рассматривавшего социализм как результат экономической необходимости. И в этом смысле возникновение русского марксизма — серьезный кризис русской интеллигенции, прежде всего ее народнического мировоззрения. «Душа» марксизма, полагал Н. А. Бердяев, не в экономическом детерминизме, а в учении о мессианском призвании пролетариата, грядущем совершенном обществе, в котором человек не будет зависеть от экономики. В связи с этим «научный социализм», с одной стороны, стал предметом веры русских марксистов, с другой — выражал мессианские идеи, содержащиеся в православии. В работе «Истоки и смысл русского коммунизма» Н. А. Бердяев связывает распространение марксизма в России с менталитетом русского народа, русской идеей. Мессианская идея русского народа, по Н. А. Бердяеву, готова была принять форму революции. Произошло то, писал он, чего Маркс и западные марксисты не могли предвидеть: как бы отождествление двух мессианизмов — русского народа и пролетариата. Сегодня ученые пытаются осмыслить российскую историю как непрерывный социокультурный процесс. При объяснении феномена распространения марксизма на русской почве исходят и из специфики цивилизационного развития России, которая определяется государственностью как доминантной формой социальной интеграции, мобилизационным типом развития. Как отмечалось ранее, особенность исторического развития России была в значительной степени обусловлена своеобразием сложившегося в ней «вотчинного государства». И московские князья, и русские цари, и советские правители, обладавшие огромной властью, были убеждены, что страна является их «собственностью», ибо строится и создается по их повелению. Для России были характерны догоняющий и мобилизационный пути развития, осуществлявшиеся за счет сознательного и насиль- 92
Специфика российской истории и реформы ственного вмешательства государства в механизмы функционирования общества и систематического обращения к чрезвычайным мерам для достижения экстраординарных (чрезвычайных, необыкновенных, исключительных) целей, представляющих собой выраженные в крайних формах условия выживания общества и его институтов. Поэтому одной из особенностей развития страны было доминирование политических факторов и как следствие — гипертрофированная роль государства в лице центральной власти. Это нашло выражение в том, что правительство, ставя определенные цели и решая проблемы развития, постоянно брало инициативу на себя, систематически используя при этом различные меры принуждения, контроля и прочих регламентаций. Другая особенность состояла в том, что особая роль внешних факторов вынуждала правительство выбирать такие цели развития, которые постоянно опережали социально-экономические возможности страны. Так как эти цели не вырастали органическим образом из внутренних тенденций ее развития, государство, действуя в рамках старых общественно-экономических укладов, для достижения «прогрессивных» результатов прибегало в институциональной сфере к политике «насаждения “сверху”» и к методам форсированного развития экономического и военного потенциала. Все это также вполне согласовывалось с марксистской доктриной, предполагавшей возможность строительства нового общества по проектам и социальным технологиям, разработанным заранее. Марксизм также органически вписывался в «горизонт» культурных ожиданий русского человека, основу которого составляло православие. В православии очень сильно выражена эсхатологическая сторона христианства. Поэтому русский человек никогда не удовлетворяется настоящим, не перестает искать совершенное добро, желает действовать всегда во имя чего-то абсолютного. В его культуре всегда доминируют устремленность в будущее, постоянный поиск лучшего общественного устройства как способа социального прогресса, неукротимая вера в возможность его достижения. Вместе с тем вечный поиск идеального общественного устройства, постоянное конструирование идеального общественного человека являются благодатной основой возникновения разного рода социальных утопий. Наличие в православии преклонения перед книжным авторитетом сочеталось с прагматическим подходом к различным философским концепциям, особенно к социальным доктринам: обычно опре93
Демичев Е. В. деленная теория интересовала русского человека постольку, поскольку необходимым и возможным было ее практическое воплощение в жизнь. В России издавна сложилось устойчивое негативное отношение к частной собственности. Интеллигенция («почвенническая»), считавшая высшей добродетелью служение народу, использовала марксизм для тотальной критики как частной собственности вообще, так и политического режима в России, что способствовало ожиданиям безмолвствующего большинства. Общество, сложившееся в России, обусловило доминирование в нем человеческого устремления «быть как все», способом реализации которого стала самоидентификация через посредство «ведущих», общепризнанных ценностей. Например, в период «великой маргинализации» основной массы населения России (крестьянства), связанной с индустриализацией, урбанизацией и строительством социализма, базой такой самоидентификации становились передовые «пролетарские» ценности, активно культивируемые коммунистической партией. Такая форма самоидентификации в качестве способа приобщения к передовому и исторически фундаментальному, несмотря на то что была замешана на прогрессистских иллюзиях и утопиях, порождала не только чувства социальной сплоченности, солидарности и защищенности, но и приобщение к великому, к мессианской исключительности. Необъятность территорий требовала огромного государственного аппарата власти и активного контроля им всех сфер жизни общества, прежде всего в области хозяйственных отношений, при минимальной эффективности обратной связи со стороны общества. Постоянное вмешательство государства в приватную сферу социальных отношений сдерживало создание в России гражданского общества и формировало особый тип авторитарно-этатистского сознания. Авторитарное общественное начало даже в самых мягких его формах всегда подавляло личность, подчиняло себе, подрывало его способность к самостоятельности, приучало к духовному и практическому иждивенчеству. Для такого сознания более приемлемы склонность принимать на веру самые простые решения, привычка к догме, чем расчет и доказательства. Русская версия марксизма по своему содержанию оказалась близкой не только прозападно настроенному слою интеллигенции, но и авторитарно-этатистскому сознанию «безмолвствующего большинства». Россияне в начале XX столетия были готовы к встрече с мар94
Специфика российской истории и реформы ксизмом, «ожидали» получить от него такие ценности, которые, не противореча сложившейся национальной психологии и обычаям, удовлетворяли бы назревшие социальные потребности русского народа. Марксизм утвердился в России еще и потому, что в советское время он в процессе экономической модернизации функционально выполнял такую же роль, какую в свое время на Западе играла протестантская этика. В связи с этим представляет интерес наблюдение выдающегося английского историка и социолога А. Дж. Тойнби, отмечавшего, что коммунистическая Россия была первой незападной страной, признавшей возможность полного отделения сферы промышленного производства от западной культуры, заменяя ее эффективной социальной идеологией. Русский национал-большевизм, объявив себя единственной марксистской ортодоксией, предполагал, что теория и практика марксизма могут быть выражены в понятиях только русского опыта. Таким образом, марксизм обусловил приоритет России в социальной революции, вновь дал ей возможность заявить о своей уникальной судьбе, возродив идею, которая корнями уходит в русскую культурную традицию: «...западная марксистская идеология, наложившись на некоторые российские традиции (превалирование коллективного начала над личным, стремление широких масс к уравнительной справедливости, сила бунтарских, но слабость либеральных традиций, мощная государственность и т. д.), наполнилась во многом самобытным, в определенной степени славянофильским содержанием». В полной мере была унаследована и развита мессианская идея, сменившая только свои формы («Москва — третий Рим», «СССР — в авангарде социального прогресса человечества»). Наследие этого «марксистско-славянофильского» прошлого, более семи десятилетий удерживавшего страну на «пути первопроходцев», еще долго будет выделять Россию среди остальных держав89. В процессе утверждения ленинизированного марксизма в России формировалась административно-командная система управления (АКСУ)90. Возникновение АКСУ относится к началу 1920-х гг., хотя отдельные ее черты проявлялись уже в период Гражданской войны. Среди причин возникновения этой системы — экономические, 89 См.: История Отечества. Краткий очерк. Вып. 2. С. 60. 90 Интерпретацию АКСУ см.: Коржихина Т. П. Советское государство и его учреждения: ноябрь, 1917 г. - декабрь 1991 г. М., 1995. С. 7-28. 95
Демичев Е. В. политические, социальные, исторические и др. Но главная причина коренилась в крайне низком уровне общей и политической культуры подавляющего большинства населения. В целом же складывание данной системы было обусловлено неверными решениями при выборе путей развития экономики, острой внутриполитической борьбой, в ходе которой большинство приняло сторону тех, за кем была сила, а не истина. Власть узурпировалась сначала узким кругом партийных верхов, а затем — одним человеком. Можно выделить четыре основные черты АКСУ, характерные для всего периода ее существования: 1) умаление роли Советов, отстранение их от власти, подмена лозунга «Власть трудящихся»; 2) главный метод руководства — «чрезвычайщина»; 3) выдвижение на первый план государственного аппарата, его увеличение и сращивание с партийным аппаратом; 4) номенклатурный принцип управления всем обществом. Рассмотрим конспективно каждую из этих черт. Первая черта будущей АКСУ проявилась рано, хотя еще и не была главенствующей. Наряду с вовлечением трудящихся в управление государством из-за их низкого культурного уровня и малочисленности пролетариата повышалась роль исполнительных органов, большинство структурных частей которых не избиралось, а назначалось. При этом их реальные права превосходили формальные полномочия выборных органов. Ленин уже в 1919 г. писал, что Советы — органы управления «через трудящихся, на самом деле являются органами управления для трудящихся через передовой слой пролетариата, но не через трудящиеся массы»91. Он увидел в этом опасность бюрократизации аппарата советской власти, угрозу его отрыва от трудящихся. Спустя несколько лет Ленин выдвинул в «Завещании» в качестве одной из главнейших задач перестройку всего государственного аппарата. Он считал, что по мере роста политической грамотности населения Советы действительно превратятся в органы власти «через трудящихся». Но этого не произошло, так как высшие органы государственной власти (съезды Советов) из-за низкой компетентности большинства делегатов и склонности к «митинговой демократии» не могли претендовать на выработку законов, все больше склонялись к простому одобрению решений партии. 91 Ленин В. И. Поли. собр. соч.: В 55 т. Т. 38. М., 1969. С. 170. 96
Специфика российской истории и реформы Ограничению демократии и снижению активности Советов способствовала также Гражданская война. Советы все чаще подменяли чрезвычайные органы — ревкомы, комбеды, уполномоченных и т. п. К затуханию политической жизни внутри Советов и свертыванию самоуправленческих начал в их деятельности привело то обстоятельство, что к 1920-м гг. Советы перестали быть многопартийными. Все это вело к формированию АКСУ. Складывалась ситуация, при которой Советы по закону обладали всеми правами, а фактически были отстранены от власти. Принцип полновластия Советов извратили до неузнаваемости, что особенно заметно в осуществлении самой главной функции государства и его органов власти — законотворчестве. Законодательная деятельность даже съездов Советов и ЦИК СССР — высших органов власти — стала как бы вторичной. Созыву каждого съезда или сессии ЦИК, как правило, предшествовали либо пленум ЦК партии, обсуждавший вопросы повестки очередного съезда Советов, либо партийная конференция или партийный съезд, на которых обсуждались и принимались решения по кардинальным вопросам экономики, политики, культуры. Поэтому доклады, обсуждаемые на съездах Советов (выс- 1пих..и местных\ носили в основном информационный, отчетный, а не постановочный характер. Ширилась практика вмешательства в деятельность советов партийных организаций. С начала 1920-х гг. массовым явлением стали подбор и выдвижение кандидатов в Советы партийными органами92. В конечном счете демократизм Советов был сведен к формальным процедурам, а исполнительный аппарат встал над Советами. И если на самом начальном этапе Советы были властью для трудящихся через передовой слой пролетариата, то в 1940-1980-е гг. они стали властью для трудящихся через партийно-государственных функционеров. Это позволяло номенклатурной партийно-государственной администрации сохранять власть в своих руках. Участие трудящихся в управлении превратилось в формальный лозунг. Главным методом руководства при АКСУ (ее второй чертой) была «чрезвычайщина» — совокупность принципов, методов и приемов управления, основанных на массовых репрессиях, судебном и внесудебном принуждении. Объективные условия, в которых развивалась АКСУ, были сложными, но не чрезвычайными. Они не требовали максимальной концентрации власти. Чрезвычайная система 92 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 32. Д. 27. Л. 3. 97
Демичев Е. В. управления допустима и оправданна лишь в экстремальных ситуациях (например, в условиях войны) и на короткое время. В нашей стране АКСУ сделала «чрезвычайность» не только основным принципом организации и деятельности всего государственного аппарата, но и образом жизни. Стратегия ускоренного индустриального развития требовала от советских людей жертв, призывала сознательно идти на них. Там, где энтузиазма и добровольной готовности к жертвам не хватало, «репрессии, — говорил Сталин, — являются необходимым элементом наступления»93. Чрезвычайное законодательство достигло своего пика в 1930— 1932 гг. Прежде всего это партийные решения, связанные с проведением коллективизации94 и ликвидацией кулачества95; постановления ЦИК и СНК СССР о едином сельскохозяйственном налоге (23 июня 1930 г.) и налоговом обложении кулаков (23 декабря 1930 г.)96, об ответственности за порчу сельскохозяйственной техники (13 февраля 1931 г.)97, на основании которых в республиканских УК предусматривалось наказание в виде штрафов или принудительных работ сроком от 6 месяцев до 3 лет. В постановлении от 21 января 1931 г. за преступления, дезорганизующие работу транспорта (недоброкачественный ремонт подвижного состава, нарушение правил движения и т. п.) следовало применять наказание в виде лишения свободы сроком до 10 лет, а за действия явно злостного характера — высшую меру с конфискацией имущества; ЦИК союзных республик предлагалось дополнить статьей 1798 свои уголовные кодексы. В 1932 г. ЦИК и СНК СССР приняли постановления, ужесточившие меру наказания за хищение почтовых отправлений99, незаконный убой и умышленное нанесение увечий лошадям100, хищение государственного, колхозного и кооперативного имущества101; постановление 93 Сталин И. В. Соч.: В 13 т. Т. 12. М., 1949. С. 309. 94 См.: КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (далее — КПСС в резолюциях...): В 15 т. 8-е изд. Т. 5. М., 1971. С. 72. 95 Там же. С. 101. 96 См.: СЗ СССР. 1930. № 37. Ст. 399; СЗ СССР. 1931. № 1. Ст. 6. 97 СЗ СССР. 1931. № 9. Ст. 104. 98 См.: СЗ СССР. 1931. № 4. Ст. 44. 99 СЗ СССР. 1932. № 9. Ст. 49. 100 См.: СЗ СССР. 1931. № 19. Ст. 107. 101 Там же. № 62. Ст. 360. 98
Специфика российской истории и реформы об отмене п. «Е» КЗОТ (увольнение с лишением карточек за неявку на работу без уважительных причин)102. По постановлению ЦИК СССР, 1 декабря 1934 г. изменились статьи УК союзных республик о совершении террористических актов: срок следствия по таким делам не должен был превышать 10 дней, дела слушались без участия сторон, кассационное обжалование и подача ходатайств о помиловании не допускались, приговор о высшей мере наказания приводился в исполнение немедленно103. Все вышеуказанные законы не только жестоки, но и растяжимы. Их можно было применять за любой проступок и осуждать по ним на любой срок. Ужесточение уголовного законодательства за счет многочисленных «чрезвычайных» законов, направленных в первую очередь на охрану социалистической собственности, являлось основой АКСУ. АКСУ породила и органы внесудебных репрессий — «особые совещания» при наркомах внутренних дел СССР, союзных и автономных республик, при местных правоохранительных органах. С середины 1920-х гг. функции карательных органов расширялись и все больше выходили из-под контроля государства, оставались лишь под контролем вождя. Чрезвычайное законотворчество, будучи средством поддержания политической стабильности и «порядка», продолжалось вплоть до конца 1980-х гг., когда в ряде районов страны вводилось чрезвычайное положение и принимались чрезвычайные законы. В ходе репрессий 1930-1950-х гг. (первая волна репрессий (1929— 1933) была направлена на ликвидацию кулачества; вторая (1937- 1938) — на уничтожение всех потенциальных соперников Сталина в борьбе за власть; третья волна (1940-1950) — на законсервирование административно-командной системы навечно) когорта революционеров постепенно сменялась армией чиновников, создавалась тотальная бюрократия. Как уже отмечено ранее, третьей чертой АКСУ являлось выдвижение на первый план государственного аппарата, его увеличение и сращивание с партийным аппаратом. Административно-командная система управления потребовала реорганизации всего государственного аппарата, сложившегося в начале новой экономической политики. Но Сталин не провел какой-нибудь единовременной и действенной реформы. Оценив к этому времени возможности и силу госаппа102 Там же. №78. Ст. 475. 103 См.: Известия. 1934. 6 декабря.
Демичев Е. В. рата, он медленно и постепенно его реформировал. Это выразилось в следующем. Во-первых, в конце 1920 — начале 1930-х гг. стремительно увеличивался управленческий аппарат, что постепенно обескровило Советы как органы власти. Происходило дробление, разукрупнение почти всех промышленных и непромышленных наркоматов. Разукрупнение наркоматов и образование подотраслевых, узкоспециализированных ведомств осуществлялось по определенной причине: деятельность последних было легче контролировать. Одновременно с этим перетряхивался госаппарат: в 1929 г. в результате его «чистки» 10 % служащих удалили из госаппарата. Все это привело к тому, что в госаппарате на рубеже 1920-1930-х гг. сложилась кризисная ситуация, в качестве выхода из которой предлагалась очередная реорганизация, т. е. все то же администрирование. Во-вторых, с середины 1920-х гг. очень быстро разрастался исполнительный аппарат — его часть, связанная с административными мерами принуждения: органы НКВД, узкоспециализированные органы контроля (финансового, планового, санитарного и т. п.), различные «инспекции» и «уполномоченные». Все они действовали в масштабах СССР независимо от Советов. Вновь созданный в 1934 г. Наркомат внутренних дел Союза ССР осуществлял всеобщий административный надзор. В излишнем огосударствлении, концентрации политической власти в руках общефедеральных (общесоюзных) государственных и партийных органов, в централизации управления заключались истинные причины роста управленческого аппарата и бюрократизации государственной жизни. Увеличение численности государственного аппарата, главным образом в общефедеральном, общесоюзном звене и преимущественно контрольных, карательных органов, продолжалось и в 1940-1980-е гг. Контрольные и карательные органы, жестко централизованные, выводились из-под контроля Советов и надзора трудящихся. Всю систему федерации, все принципы построения и деятельности госаппарата деформировала централизация управления, передача решения всех вопросов в центр (при этом даже не в общефедеральные, а в партийные органы). В-третьих, в 1920-е гг. возникла и развивалась (пока еще не в угрожающих размерах) ведомственность. После упразднения ВСНХ отраслевые наркоматы, появившиеся в начале 1930-х гг., быстро превращались в замкнутые центры административно-хозяйственных систем, что отвечало потребностям индустриализации страны 100
Специфика российской истории и реформы и уровню огосударствления производства. Отраслевой наркомат был одновременно и центральным органом государственного управления, и органом хозяйствования: чуть ли не на голом месте создавал предприятия. Каждая отраслевая система во главе со своим наркоматом-ведомством постепенно становилась замкнутой. По мере увеличения числа предприятий, объемов производства и ресурсов, которые наркомат сосредоточивал в своих руках, все большее значение для такого центра приобретали его собственные интересы по выполнению планов. Ведомственность в сфере государственного управления проявлялась как столкновение интересов ведомственного (наркомат- ского) и общегосударственного (народно-хозяйственного). Исходя из вышеизложенного можно сделать вывод: ведомственность — это исторически сложившийся на определенном уровне обобществления производства способ управления госсобственностью. В-четвертых, административно-командная система управления породила такой феномен, как сращивание партийного и советского аппаратов. Если в первые годы после революции функции партийных и советских органов не были четко разграничены и в то время партийный и государственный аппараты еще уравновешивали друг друга, то уже к середине 1920-х гг. Советы (наряду с профсоюзами, комсомолом и т. п.) были превращены в «приводной ремень» от партии к трудящимся. Партия встала над обществом, а ее руководство, оказавшееся вне контроля, - над партией. Партийные руководители на местах получили власть, которая из-за своей неподконтрольности превышала закон. Сращивание партийного и государственного аппаратов выражалось в следующем. На ранних этапах пленумы губкомов рассматривали резолюции съездов Советов и сессий губисполкомов. Партийные органы рассматривали и решали вопросы советского и хозяйственного строительства, назначали руководителей предприятий и т. п. Данная «опека» партийных органов над непартийными приучала последних обращаться в партийные органы по самым различным, в том числе и хозяйственным, вопросам. Более всего это проявлялось в РСФСР, не имевшей своего центрального комитета партии. Не только содержание деятельности работников на местах, но и ее форма, ритуал и церемониал регламентировались в специальных циркулярах. Подобное вмешательство, возведенное в принцип, позднее не только не вызывало возражений, но стало восприниматься как должное, нечто само собой разумеющееся. Не в Советах, а на партийных съездах решались все экономические вопросы, включая разра101
Демичев Е. В. ботку и утверждение планов. Политбюро принимало все основные постановления по этим вопросам. «Чрезвычайные законы» разрабатывались и принимались в Политбюро, аппарате ЦК, хотя и издавались от имени ЦИК и СНК СССР. Сама партия из организации, коллективно вырабатывающей решения, превращалась в организацию, проводящую в жизнь решения. Коллективное руководство на всех уровнях как на высшем, так и низовом, подменялось единоличным, хотя демократические процедуры формально соблюдались. Конституции не предусматривали вмешательства партийных органов в непосредственное управление государственной жизнью, но на практике оно с каждым годом усиливалось. АКСУ (ее четвертая черта) держалась в значительной мере на номенклатурном принципе управления всем обществом. Стержнем АКСУ являлись назначение и перемещение руководящих кадров всего государственного аппарата по воле «партийных верхов». Именно этот принцип обеспечивал личную зависимость назначенных от находящихся «наверху» управленческой пирамиды. Номенклатура представляла собой перечень наиболее важных должностей в государственном аппарате (а позднее — и в общественных организациях), кандидатуры на которые предварительно рассматривались, рекомендовались, утверждались и отзывались партийным комитетом от райкома (горкома) до ЦК партии. Номенклатура — явление, присущее однопартийной системе, «гениальное изобретение» Молотова и Кагановича, введенное в конце 1923 г.104 Сила номенклатуры состояла в изначальной незаконности, бесконтрольности и безответственности. Номенклатуры ежегодно пересматривались и в разные годы включали различное число должностей. С существованием номенклатуры был тесно связан непрофессионализм управления. АКСУ тиражировала непрофессионалов — послушных исполнителей, плохо или совсем не знающих дела, но усвоивших лозунги текущего момента и «генеральную линию». Попытки сломать АКСУ, предпринятые после XX съезда КПСС, были нерешительными и непоследовательными. Несмотря на то что АКСУ лишилась главного орудия поддержания «порядка — массовых репрессий и чрезвычайных законов, — она сохранила свое господствующее положение, став носителем идеологии и практики “застоя”, превратилась в механизм торможения». АКСУ наложила отпечаток на все сферы государственной жизни — на производственные отношения, экономический базис, госу104 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 68. Д. 462. Л. 32; Оп. 69. Д. 136. Л. 167-169. 102
Специфика российской истории и реформы дарственный аппарат, быт, культуру и т. п. В аграрном секторе экономики АКСУ использовалась для внеэкономического принуждения крестьян. В индустриальном секторе экономики она проявилась в гипертрофии государственного начала — в огосударствлении основных средств производства, в создании неподконтрольной обществу привилегированной бюрократии, в искусственном подхлестывании индустриального развития. В области национальных отношений были допущены грубые деформации, связанные с нарушением социалистической законности в отношении как отдельных граждан определенной национальности, так и целых народов (принудительное переселение в 1930-1940-е гг. тысяч представителей отдельных национальностей в Сибирь, Казахстан, Среднюю Азию; ликвидация в годы Великой Отечественной войны национальной государственности ряда народов и др.). В духовной сфере АКСУ создавала атмосферу страха, подозрительности, неуверенности и насаждала «единомыслие». Подытоживая изложенное выше, отметим следующее. Октябрьская революция стала водоразделом в истории российской евразийской цивилизации. Политический выбор, осуществленный народом, означал не просто переворот — смену власти, а переход к созданию нового типа цивилизации. Но массы не осознавали значения и содержания этого процесса. Для большинства концепция марксизма, понятие «социализм» были абстрактным и не очень понятным выражением надежд на лучшее. В ходе революции произошел отказ не только от западного типа цивилизационного развития, но и от исторического российско-самодержавного. В результате был потерян ряд бесспорных достижений капиталистического общества. Более того, произошел определенный разрыв с накопленным ранее самобытным культурно-историческим опытом страны. Военно-коммунистический террор и нигилизм начала 1920-х гг. стали попыткой создать новую коммунистическую цивилизацию, однако время быстро показало ее утопичность и бессмысленность. Вместе с тем следует подчеркнуть: переход к новому строю оказался возможным благодаря определенным цивилизационным особенностям России. Российский тип цивилизации начиная с Киевской Руси был основан на коллективистских соборно-вечевых общинных началах. Как многонациональная евразийская держава, опиравшаяся на синтез западных и восточных культур, Россия в силу уникальных суровых географо-климатических условий развивала коллективист103
Демичев Е. В. ское жизнеустройство. Солидарные общинно-коллективистские отношения в труде и управлении общественными делами позволяли народам страны выжить в необычайно суровых условиях. Мораль закрепляла коллективизм, почитание старших, геройство, взаимопомощь и порицала индивидуализм и эгоизм. Принятое Русью христианство по православному обряду способствовало укреплению этих традиций. Политический выбор, сделанный революционными западниками — радикальными социал-демократами — в пользу мировой революции и коммунистической формации, состыковался определенным образом с эмпирическим коллективистским опытом русского крестьянства. Принятие трудящимися лозунгов большевизма и левых эсеров — далеко не случайное, а закономерное явление. Концепция социалистического коллективистского переустройства общества легла на исторически подготовленную почву. Народный менталитет с его ориентирами соборности, братства, духовности, жертвенности, социальной справедливости, общенациональной государственности и патриотизма стал основой для социалистического строительства, что однозначно подтвердилось в период суровых испытаний в годы Великой Отечественной войны. Уникальный сплав исторических многовековых патриотических традиций и приверженности новому коллективистскому советскому строю сыграл решающую роль в Победе. От нового строя народ получил очень многое — гарантированные работу, образование, охрану здоровья, уверенность в завтрашнем дне, наполнение жизни смыслом, помогавшим сносить тяготы и лишения. Однако в годы становления коммунистической системы правящая партийная элита применила наряду с идейно-политическими и террористические средства ускорения развития: волюнтаризм и субъективизм руководства, репрессии, ГУЛАГовские лагеря, цензуру, ограниченную советскую демократию. Отход от традиционно русских цивилизационных ценностей (в том числе в брежневский и горбачевский периоды) привел к возникновению оторвавшейся от народа партократической элиты и хозяев теневой экономики, которые стали стремиться к соединению усилий по легализации своей скрытой собственности как частной в рамках либерализации. Общая гибель системы, рожденной Октябрем, произошла как следствие кризиса идеологии, государственности и высшего управления. Расположение России между Западом и Востоком, взаимодействие и проникновение как западной, так и восточной цивилизаций, 104
Специфика российской истории и реформы необъятность территории, многоукладное™ экономики, многонациональное™, многоконфессиональность, дискретность исторического развития — все это не только проявилось в своеобразии социально- экономической сферы, общественно-политического устройства, духовной жизни народа, но и определило особенности российских реформ. В «Большом энциклопедическом словаре» термин «реформа» (франц, reforme, от лат. reform — преобразование) трактуется как «...преобразование, изменение, переустройство какой-либо стороны общественной жизни (порядков, институтов, учреждений); формально — нововведение любого содержания, однако реформой обычно называют более или менее прогрессивное преобразование»105. В более узком значении «экономические реформы» определяются как «...крупные преобразования, изменения в системе ведения хозяйства, управления экономикой, путях и способах осуществления экономической политики. Экономические реформы проводятся в условиях, когда выявляется низкая эффективность экономической системы, возникают экономические кризисы, экономика плохо, недостаточно удовлетворяет потребности людей, страны, отстает в своем развитии от других стран»106. Соглашаясь с данными определениями, отметим, что на уровне правительственной политики под экономической реформой, думается, следует понимать комплексную перестройку государственно-правового механизма регулирования экономических процессов на основе замены одной концепции социально-экономического развития другой. При этом подчеркнем, что реформа — целостное воздействие на экономическое развитие, а не просто совокупность мероприятий. Однако преобразования государственно-правового механизма регулирования экономики являются лишь внешним проявлением реформы. Содержание реформы составляет качественная перестройка экономической системы (изменение места, функций отдельных звеньев экономической системы и реорганизация связей между ними; преобразование, прежде всего государством, связи экономики с внешней средой). На наш взгляд, такое понимание точнее, чем определение Я. Корноги, отражает смысл термина «реформа». Я. Корноги использует 105 См.: Большой энциклопедический словарь. М.’, 1997. С. 1014. 106 См.: Райзберг Б. А., Лозовский Л. Ш., Стародубцева Е. Б. Современный экономический словарь. М., 1996. С. 396. 105
Демичев Е. В. понятие «реформа», характеризуя изменения в социально-экономической системе, если они повышают значение рынка и снижают роль бюрократического регулирования107. Это определение, как нам представляется, отражает лишь частный случай реформы. В отличие от революции реформа не снимает противоречий социально-экономического строя, а придает их движению новую форму, что позитивно отражается на социально-экономическом развитии общества. Другими словами, реформа есть способ снятия противоречий не между производительными силами и производственными отношениями, а противоречий между способом производства как единством производительных сил и производственных отношений надстройки. При этом один способ хозяйствования сменяется другим, в большей степени отвечающим уровню развития способа производства. Успех реформы во многом зависит от того, насколько действия государства адекватны закономерностям осуществления реформационных преобразований, в проведении которых, как мы считаем, основная роль принадлежит не государству, а субъектам хозяйственной деятельности. Российская история — во многом история социального реформизма. На протяжении многих столетий, несмотря на многочисленные войны, бунты, заговоры, революции, реальные изменения в политическом и экономическом строе России происходили прежде всего в результате реформ, проводимых верховной властью. В отличие от западноевропейских стран Российское государство чаще выступало инициатором преобразований. Подмена собственно социально-экономических факторов исторического прогресса государственным внеэкономическим принуждением предопределила противоречивость и болезненность проведения российских экономических реформ. Все российские (советские) реформы, включая 1985 г. и последующие годы, начинались со значительным опозданием, когда кризисные явления, как правило, успевали глубоко проникнуть во все общественные сферы. Это порождало открытый или скрытый протест масс, отдельных слоев населения. Но в большинстве случаев инициаторы радикальных преобразований (революционеры в XIX в., диссиденты в советский период) подавлялись. Реформы начинало государство (часть либерально настроенной бюрократии), в советское время слившееся с партийным аппаратом. К их проведению подталкивали обычно внешние факторы, отставание от Запада, принимавшее форму крупных военных поражений. 107 См.: Вопросы экономики. 1988. № 12. С. 92. 106
Специфика российской истории и реформы Преобразования получали наибольший размах, если их инициатором являлся верховный правитель (император, генсек), который налагал на реформы отпечаток своей индивидуальности. Безусловно, каждая реформа имеет своеобразные черты, не в полной мере укладывающиеся в какие-либо схемы. Более того, некоторая специфика присуща реформам, проведенным в советское время. Например, в Советской России в отличие от дореволюционной толчком к общественным преобразованиям служили не столько проигранные битвы, сколько непосредственная угроза военно-политического поражения. Большинство крупных реформ в России, за исключением 1905— 1906 гг., несмотря на некоторую запоздалость, упреждали вероятный социальный взрыв снизу. Но так как реформы в стране проводились прежде всего или всецело бюрократическим аппаратом, ни одна из реформ последних столетий, не исключая горбачевской перестройки и постперестройки, не позволила разрешить радикально общественные противоречия, вследствие чего реформы не только не ликвидировали очаги социального напряжения, но нередко и обостряли ситуацию. Пожалуй, в России ни одна из великих реформ не терпела неудачи в результате ее радикализма. Даже варварская коллективизация в целом достигла поставленной Сталиным цели: обеспечила перекачку ресурсов из деревни в город и установила надежный политико-административный контроль над крестьянством. Вместе с тем новая экономическая политика, отвергнутая Сталиным, была перечеркнута. Такая же участь постигла и экономическую реформу 1965 г. Анализ экономических преобразований в России показывает: постепенное, осторожное и длительное реформирование, несмотря на его предпочтительность, в условиях нашей страны не имело шансов на успешное завершение. Тому причиной российская специфика, но главное — несформированность гражданского общества, оказывающего существенное влияние на государственную власть. Поэтому судьба великих реформ всегда зависела и продолжает зависеть от меняющегося соотношения сил в правящей элите, а также от различных событий внутренней и внешней политики. Хотя у каждой крупной реформы были относительно стабильные факторы (необходимость осуществления индустриализации, укрепления обороноспособности и т. п.), большое значение случайностей, «переменных» факторов приводило к свертыванию реформ. Спустя многие годы и десятилетия цикл реформ возобновлялся. 107
Демичев Е. В. Российская история свидетельствует о том, что государство способно как существенно ускорить ход социально-экономического развития, так и серьезно затормозить его. Наиболее важна роль государства в странах (Россия и др.), где в силу особенностей исторического пути государство длительное время выполняло особую интегрирующую функцию, объединяя локальные центры развития общества в единую национальную общность. Для каждой страны характерны свои особенности становления и функционирования хозяйственного механизма, отражающие специфику ее исторического развития. Для России такими особенностями длительное время являлись, во-первых, сосуществование правовых норм хозяйственного поведения с обычными нормами и правилами, вплоть до XX в. господствовавшими в сельских общинах, будучи главными формами регулирования хозяйственной деятельности для основной части населения страны. И во-вторых, преобладание прямого административного вмешательства государства над правовым регулированием экономической жизни, характерное даже для конца XIX в. «Правительство, предоставляя административной власти широкое вмешательство в случаях нарушения интересов частных лиц, считало почти излишним регламентацию путем закона отношений, вытекающих из купли-продажи»108, — отмечено в одном из отчетов Министерства финансов Госсовету в 1890-х гг. Весь исторический опыт проведения экономических реформ в России показывает, что политика реформ способна дать весомые результаты, лишь когда в качестве обязательных элементов включает организационно-экономические и финансовые мероприятия государства наряду с законодательными мерами. Причем чем более однонаправленны и соразмерны они во времени и пространстве, тем значимее результаты реформационных преобразований. Реформаторская деятельность государства, думается, состоит в том, что своими мероприятиями государство обеспечивает условия для развития тех или иных экономических связей, отношений и взаимодействий. Однако заменить собой реальные экономические процессы никакая реформаторская деятельность государства не может. Содержание этих процессов, отношения, складывающиеся в процессе хозяйственной деятельности, формы этой деятельности определяются уровнем развития производительных сил общества. Создавая 108 Цит. по: Шепелев Л. Е. Царизм и буржуазия во второй половине XIX в. Л., 1981. С. 36. 108
Специфика российской истории и реформы условия для дальнейшего прогресса, реформаторская деятельность государства является лишь формой реализации «экономической необходимости, в конечном счете всегда прокладывающей себе путь»109. Этим важнейшим обстоятельством определяются и границы воздействия государства на социально-экономическое развитие в целом, и пределы реформаторских возможностей государства в частности. Так, анализ крестьянской реформы 1860-х гг. показывает, что успешное ее проведение в определенной степени связано с тем, что уже в преддверии реформы помещичье хозяйство представляло собой не чисто феодальную форму, а было фактическим соединением феодально-буржуазных отношений. Здесь принципиально важны два обстоятельства. Во-первых, реформаторская деятельность государства только тогда дает прочные результаты, когда она опирается на глубокое знание состояния, перспектив и путей развития социально-экономического строя общества, когда его мероприятия соответствуют объективным тенденциям экономического развития и интересам субъектов хозяйственной деятельности. Лишь в этих условиях можно рассчитывать на то, что действия государства вызовут положительную обратную реакцию в обществе, найдут поддержку у основных социальных слоев и групп, а также станут импульсом к их активной деятельности по перестройке форм, способов хозяйствования. В противном случае независимо от того, насколько прогрессивными были устремления реформаторов, их действия не смогут получить в обществе необходимой поддержки, что неизбежно приведет либо к приостановке реформ, либо к все большему применению государством внешнеэкономических способов воздействия на участников общественного производства. История России показывает ряд примеров такого рода, когда благодаря постоянному применению внеэкономических методов принуждения к хозяйственной деятельности удавалось достичь серьезных успехов в повышении уровня развития производительных сил общества. Но эти успехи были кратковременными и с исторической точки зрения в итоге оказывали негативное влияние на ход социально-экономического развития, так как широкое применение насилия в экономике неизбежно вело и ведет к утрате обществом способности к саморазвитию. Если же мероприятия, проводимые государством, соответствуют потребностям общества, тенденциям развития социально-экономи109 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч.: В 50 т. Т. 39. М., 1966. С. 174. 109
Демичев Е. В. ческих отношений, объективно складывающихся в ходе производственной деятельности, они вызывают в экономической системе положительное обратное действие, многократно усиливающее внешнее воздействие государства. В данных условиях внешний импульс, задаваемый государством, трансформируется в фактор внутренних изменений в системе экономических отношений, под влиянием которого происходит реальное преобразование хозяйственной жизни. Благодаря деятельности субъектов хозяйствования начинают развиваться хозяйственные связи и формы, которые ранее или игнорировались, или сознательно подавлялись. Складываются новые устойчивые взаимодействия между участниками трудовой деятельности и формы экономического поведения. В результате этих процессов зарождается и упрочивается новая социально-экономическая структура общества, являющаяся действительной гарантией необратимости происходящих процессов. Второй важный вывод, вытекающий из положения об ограниченности реформаторских возможностей государства, заключается в том, что в своей деятельности оно должно предоставить максимально широкие возможности для проявления самостоятельности и инициативы самим субъектам хозяйственной деятельности. Им должны быть предоставлена свобода выбора между несколькими вариантами перехода к новым условиям хозяйствования, потому что только в этом случае они уже в процессе данного перехода смогут проявить себя не как объекты реформаторской деятельности государства, а как активные субъекты проводимых преобразований. Характерный пример удачного решения этой проблемы — реформа 1861 г.: и помещики, и крестьяне (хотя в более ограниченной мере) имели возможность выбирать между двумя-тремя вариантами перехода к хозяйственной деятельности в условиях личной свободы крестьянина и перераспределения земельной собственности. К сожалению, этот опыт не был использован в современной России, когда процессы преобразования отношений собственности через механизмы приватизации фактически навязывались работникам и трудовым коллективам, что существенно обостряло социальную напряженность в обществе. На основе сравнительного анализа экономических преобразований в России можно сделать вывод о двойственной природе, двух уровнях развертывания реформы как общественного преобразования. На первом уровне она предстает как совокупность государственных мероприятий по изменению условий хозяйственной деятельности, на втором — ее содержанием является действительная перестройка 110
Специфика российской истории и реформы хозяйственной системы общества, для которой мероприятия государства — лишь внешний импульс, а реальными движущими силами выступает деятельность самих субъектов хозяйствования. Рассматривая реформу как качественное преобразование в социально-экономическом строе общества, следует подчеркнуть диалектически противоречивое соотношение реформационных и революционных преобразований. Реформа как таковая есть прежде всего преобразование в рамках определенного способа производства. В ее ходе не происходит насильственного перераспределения собственности в обществе и не подвергается коренной ломке социально-экономическая структура общества. Государство своими реформаторскими действиями инициирует перестройку социально-экономических связей и отношений, изменения в роли и месте различных субъектов хозяйственной деятельности, в характере взаимоотношений между ними, что вовсе не лишает перспектив развития уже сложившиеся в экономике формы хозяйствования, сформировавшиеся устойчивые взаимосвязи. Однако вопрос в том, насколько способны старые формы и методы хозяйственной деятельности к развитию в новых экономико-правовых условиях. Если их потенциал еще не исчерпан, мероприятия государства придают им новый импульс к развитию. Но если эти формы хозяйствования и соответствующие им отношения собственности уже не в состоянии обеспечить эффективное использование производственных ресурсов и не могут конкурировать с новыми формами и отношениями, получившими возможность развития в силу произведенных государством мероприятий, то старый способ производства (и соответствующие ему формы хозяйственной деятельности) под влиянием реформационных преобразований уступает место новому, исторически более прогрессивному. Реформа как качественное преобразование в рамках данного социально-экономического строя теряет в этом случае свою специфику и перерастает в революционные преобразования, сохраняя вместе с тем такие признаки, как инициирующая роль государства, сочетание реформистских действий последнего с активным участием в преобразованиях широких социальных слоев, отсутствие прямых насильственных действий по изменению социально-экономического строя общества и перераспределению собственности между классами и социальными слоями общества.
ГЛАВА 3 ПРЕДПОСЫЛКИ И ИДЕОЛОГИЧЕСКОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ РЕФОРМЫ УПРАВЛЕНИЯ Историческая обусловленность реформы управления Хозяйственная система управления в Советском Союзе сложилась под влиянием объективной необходимости догнать в экономическом развитии западные страны и при мощном воздействии Советского государства на социально-экономические процессы. Советское государство выступало в качестве решающего рычага преодоления экономической отсталости. Именно в этом коренилась главная причина возникновения административно-командной системы управления. Свертывание нэпа в конце 1920-х гг. означало, что административно-командная система охватила все народное хозяйство страны и приобрела тотальный характер. Крутая ломка многоукладной системы хозяйствования и всей сложной совокупности общественных отношений сопровождалась колоссальным насилием над значительной частью народа. В административно-командной системе доминирующее значение по своему политическому весу приобрел репрессивный блок управления с многомиллионным ГУЛАГом. Данный процесс был исторически обусловлен. В его основе лежали огромные народно-хозяйственные диспропорции, с которыми дореволюционная власть не справилась. После Октябрьской революции и Гражданской войны потенциала нэпа хватило только на восстановление народного хозяйства. И при решении проблемы капиталовложений для проведения индустриализации и устойчивого обеспечения города продовольствием нэп столкнулся с непреодолимыми препятствиями. О неэффективности нэпа убедительно писали в то время многие российские экономисты, которые не признавали советской власти1. Сталинская политика, проводимая с конца 1920-х гг., была практическим признанием этого факта, только на другой — советской и социа- 1 Быстрицкая Э. А. Хозяйственный механизм в литературе 20-30-х гг. // Из истории экономической мысли и народного хозяйства России. Вып. 1. Часть 1.М., 1993. С. 142. 112
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления диетической — идеологической основе. К этому времени произошли значительные изменения в идеологии хозяйствования и характере деятельности центральных органов управления. Были отброшены идеи о пределах планового вмешательства в естественный ход хозяйственной жизни, о централизованном воздействии на хозяйство не только административными, но и экономическими рычагами. Госплан окончательно превратился в директивный орган управления2. При всей абсурдности с точки зрения экономической науки того времени административно-командная система управления оказалась способной индустриализировать страну. С созданием индустриальной основы в 1930-е гг. СССР вступил в стадию формирования индустриально развитого общества. Предстояло догнать страны Запада по производству промышленной продукции на душу населения. Из-за войны и ее разрушительных последствий решение данной задачи развернулось в основном в 1950-е гг. В это время сохранялись претерпевшие определенную трансформацию условия, породившие административно-командную систему. Советский Союз, хотя и расширил ареал своего влияния за счет народно-демократических стран, в годы развертывания холодной войны не участвовал в международном разделении труда с западными странами. Это вынуждало опираться на собственные силы и ресурсы, что усиливало потребность в экстенсивном развитии. Экономическое противоборство между враждебными Западом и СССР обостряло проблему преодоления Советским Союзом экономического отставания. С восстановлением после войны народного хозяйства проявлялись первые признаки смягчения хозяйственной политики. Была частично отменена уголовная ответственность за грубые и многократные нарушения трудовой дисциплины. Созревали предпосылки для демонтажа репрессивного блока управления, игравшего значительную роль в хозяйственной жизни страны. Продукция промышленных предприятий НКВД в общем объеме народного хозяйства страны накануне войны составляла: по никелю — 46,5 %, олову — 76, кобальту — 40, хромовой руде — 40,5, золоту — 60, лесоматериалам — 25,3 %. К 1940 г. лагерная экономика охватывала 20 отраслей народного хозяйства, среди которых по удельному весу в товарной продукции ГУЛАГа ведущими были: цветная металлургия — 32,1 %, лесоэксплуатация — 16,3, топливная промышленность — 4,5 %3. 2 Мау В. А. Реформы и догмы. 1914-1929. М., 1993. С. 145,234. 3 Иванова Г. М. ГУЛАГ в системе тоталитарного государства. М., 1997. С. 99. ИЗ
Демичев Е. В. Среди главных производственных управлений, осуществлявших руководство лагерной экономикой, накануне войны действовали управления: горно-металлургической, лесной промышленности, железнодорожного строительства, промышленного строительства, шоссейных дорог. После войны к ним (в составе МВД СССР) добавились управления: Главгидрострой, Главслюда, Главцветмет, Главспецнеф- тестрой, Дальстрой, Желдорпроект4. Хозяйственная деятельность ГУЛАГа концентрировалась (тому подтверждение — его производственная и управленческая структура) преимущественно на трудоемких производствах, сосредоточенных, как правило, в малоосвоенных и даже труднодоступных районах страны. В исторической литературе отмечается, что лагерная экономика, будучи антигуманной стороной жизни советского общества, надолго затормозила развитие производительных сил в советской экономике5. На наш взгляд, данное утверждение является ошибочным, так как в пределах действующей системы на этапе, когда страна испытывала ограниченность в средствах, а во многих производствах и на новостройках преобладал физический труд, лагерная экономика превратилась в мощный рычаг форсированного решения ряда важных народно-хозяйственных задач. Вместе с тем заметим, что положительные результаты предвоенных пятилеток «могли бы быть более значительными», как справедливо считает Л. И. Футорянский, «если бы не развернувшиеся в стране массовые репрессии»6. Данное утверждение основывается на глубоком анализе социально-экономического развития Оренбургской области, в которой уже в первые годы ее существования произошли значительные перемены. Если к 1934 г. вырабатывалось 25,6 млн кВт/ч электроэнергии, то в 1940 г. — 293 млн кВт/ч, т. е. наблюдается увеличение более чем в 8 раз. Не производившейся в Оренбуржье в 1934 г. нефти в 1940 г. добыли 29 тыс. т, почти в два раза увеличилась добыча железной руды, в три раза больше стали получать кирпича. Наращивал свои мощности Орский индустриальный комплекс. Вырос тракторный и комбай4 Там же. С. 114. 5 Там же. С. 146. 6 Футорянский Л. И. Дважды юбилейный // Оренбургский край в системе евразийских губерний и областей России. Всероссийская научно-практическая конференция. Оренбург, 2004. С. 21. 114
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления новый парк. В 1936 г. на полях области работали 6742 трактора и 1517 комбайнов7. Однако прежде всего репрессии 1937-1938 гг. в Оренбурге привели к резкому ухудшению дел на производстве, снижению производительности труда, что подтверждают следующие данные. План выпуска продукции за 1937 г. был выполнен на 82,4 %, а план 1938 г. за 5 месяцев — только на 32 %. Был сорван срок пуска никелькомби- ната. Южуралтяжстрой январский план выполнил только на 56,4 %, февральский — на 58,3, мартовский — на 66,7 %. Не выполнялся план строительства Блявинского комбината, резко упала выработка на заводе им. Кирова в Оренбурге. В отчетном докладе Оренбургского обкома ВКП(б) третьей областной партконференции за период с 15 июня 1937 г. по 15 июня 1938 г. отмечалось: «Большинство действующих предприятий области за отчетный период не выполнило и продолжает не выполнять своих производственных планов». В 3-й пятилетке производство зерна в области резко сократилось не только потому, что эти годы были неурожайными8. «Террор, проходивший в 1928-1938 гг., — подчеркивает Л. И. Фу- торянский, — означал уничтожение лучших партийных и советских руководителей комсомола и профсоюзов, капитанов социалистической индустрии, крупных ученых, славных писателей, миллионов простых честных и даровитых тружеников страны. Академик В. И. Вернадский записал 2 ноября 1941 г. в своем дневнике: “Крупные неудачи нашей власти — результат ослабления ее культурности, уровень которой сильно понизился в последние годы — в тюрьмах, ссылках, и казнены лучшие люди партии, делавшие революцию, и лучшие люди страны. Это сказалось очень ярко уже в первых столкновениях в финляндской войне и сейчас сказывается катастрофически”. Ответственность за гибель миллионов людей несут прежде всего: Сталин, Берия, Ворошилов, Жданов, Каганович, Молотов, Маленков, и другие долго и близко работавшие со Сталиным... Установлено, что репрессиям в 1937-1938 гг. было подвергнуто 12 тыс. оренбуржцев»9. По данным прокуратуры РСФСР, только за девять месяцев 1939 г. число незаконно обвиненных в республике составило 224 тыс. человек10. 7 Там же. 8 Там же. С. 26. 9 Футорянский Л. И. Указ. соч. С. 21, 25. 10 ГА РФ. Ф. 7511. Оп. 10. Д. 127. Л. 150. 115
Демичев Е. В. По мере роста масштабов народного хозяйства страны, насыщения ее техникой репрессивная политика тоталитарного режима ГУЛАГ вступала в противоречие с общими тенденциями экономического развития. Неэффективность и бесперспективность репрессий и использования принудительного труда становилась все более очевидной. Сталинская внутренняя политика, неадекватная реалиям жизни по ряду направлений, прежде всего в аграрной сфере, подводила страну к социально-экономическому кризису. Смерть Сталина предотвратила этот процесс, создала условия для реорганизации МВД. После осуждения Берии на июльском пленуме ЦК были окончательно ликвидированы условия политического доминирования МВД в структуре власти, а демонтаж хозяйственной организации министерства начался еще при его руководстве. С 1953 по 1956 г. большинство хозяйственных структур МВД было передано промышленным министерствам. По решению Совета министров СССР только в марте 1953 г. в ведение министерств перешло 18 структурных подразделений11. После демонтажа репрессивного блока управления прекратились массовые репрессии, обеспечивавшие дешевой рабочей силой многие промышленные отрасли и игравшие роль дисциплинирующего фактора как в трудовой, так и в общественно-политической сферах. Требовалась выработка иных мотивов трудовой деятельности, определявшихся характером взаимоотношений Советского государства и общества. При Сталине подчинение общества государству облекалось в неоспоримое требование готовности всех его членов к новым жертвам ради достижения поставленных государством целей. После его смерти государство, напротив, стало ориентироваться на увеличение социальных расходов и стремиться формировать у советских людей сознание общественного долга преимущественно на добровольной основе, а также расширять действие экономической заинтересованности в сфере труда. Прежде всего в данных направлениях административно-командная система управления стала искать дополнительные резервы мобилизации сил общества. Наряду с фактором ослабления чрезвычайных условий на процессы управления большое влияние оказывал и рост масштабов промышI1 Иванова Г. М. ГУЛАГ в системе тоталитарного государства. М., 1997. С. 147. 116
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления ленного производства, сопровождавшийся увеличением количества отраслевых наркоматов (с 1946 г. — министерств). С 1932 г., когда на основе ликвидированного Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) создали первые три промышленных наркомата, их число к 1948 г. увеличилось более чем в 12 раз. Только из одного Наркомата тяжелой промышленности с 1932 по 1940 г. выделилось 14 самостоятельных наркоматов12. После войны на увеличении числа наркоматов стал сказываться и территориальный фактор. В 1946 г. наркоматы угольной, нефтяной и рыбной промышленности были разделены по территориальному признаку — на наркоматы западных и восточных районов СССР. Рост новых министерств вел к возникновению подчас узкоспециализированных структур. Например, в 1946 г. было создано Министерство вкусовой промышленности СССР. В 1947 г. насчитывалось 38 промышленных союзных министерств13. Их дальнейший рост сопровождался снижением качества управляемости, поэтому начались поиски способов оптимизации механизма управления. Так, в 1948 г. произошло укрупнение 12 министерств (на их основе организовано шесть). Затем (уже после смерти Сталина) большинство из 25 действовавших промышленных министерств было объединено в И оказавшихся очень громоздкими структур14. Только Министерство машиностроения объединило четыре бывших самостоятельных машиностроительных ведомства. Некоторые министерства, например геологии и автомобильного транспорта, были ликвидированы. На наш взгляд, одна из главных причин неудачной реорганизации после смерти Сталина лежала в политической сфере (укрупнение министерств позволяло полнее осуществлять политический контроль над общественными процессами в экономике). Именно по этой причине решение о доведении числа промышленных министерств до 11 было принято на совместном заседании пленума ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР, Совета министров СССР 7 марта 1953 г., т. е. когда решался вопрос о перераспределении властных полномочий среди высшего политического руководства15. 12 Цикулин В. А. ГУЛАГ в системе тоталитарного государства. М., 1997. С. 51,52. 13 Подсчитано автором: Экономическая жизнь СССР. Хроника событий и фактов: В 2 книгах. Книга 1. М., 1967. 14 Цикулин В. А. Указ. соч. С. 73. 15 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК: В 6 ч. Часть III. М., 1954. С. 605-606. 117
Демичев Е. В. Укрупнению министерств предполагалось придать устойчивый и длительный характер в связи с тем, что в этом руководство страны видело способ совершенствования структуры аппарата и сокращения штатов управления. Под объединение министерств И апреля 1953 г. было издано постановление союзного правительства о расширении прав министров16. Все это позволяло сохранять высокий уровень организационной централизации. В связи с тем что отраслевая специализация промышленного производства оказалась сильнее первоначальных намерений политического руководства, начался процесс разукрупнения объединенных министерств. В августе 1953 г. количество общесоюзных и союзнореспубликанских промышленных министерств увеличилось с 11 до 14, в 1954 г. их стало 25, а в 1956 г. — 28. Аналогичные процессы охватывали и функциональные центральные органы управления: Госплан и Госснаб. Образованный в январе 1948 г. Госснаб предназначался как для планирования, так и для осуществления снабжения. Однако летом того же года вернулись к прежнему порядку снабжения — через сбытовые организации министерств. За Госснабом оставили только планирование. В 1951 г. из него выделился Госпродснаб. В 1953 г. функции этих двух организаций снова вернули Госплану17. Данные маятниковые колебания сопровождались упрощением внутриведомственных структур и сокращением штатов. С 1952 по 1954 г. численность центрального аппарата министерств и ведомств сократилась на 20,6 %. С 1954 г. этому процессу пытались придать характер фронтальной борьбы с бюрократизмом, стремились вовлечь в него не только управленческие структуры в государстве, партии, но и организацию производственно-массовой работы, включая социалистическое соревнование18. Была ликвидирована почти половина главков, управлений, отделов и секторов в центральном аппарате, а общегосударственная и внутригосударственная отчетность сократилась втрое. Из вышеизложенного видно: в послевоенный период административно-командная система находилась в постоянном поиске оп16 Директивы КПСС и Советского правительства по хозяйственным вопросам: В 4 т. Т. 4. М., 1958. С. 7-16. 17 Благих И. А. Хозяйственные реформы Н. С. Хрущева: волюнтаризм или необходимость? // Из истории экономической мысли и народного хозяйства России. Вып. 1. Часть 1. М., 1993. С. 193. 18 Правда. 1954. 6 июня. 118
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления тимальных вариантов организационных комбинаций управления. Многообразием данный поиск не отличался. Однако можно проследить его этапы. Сначала стремились сохранить достигнутый уровень организационной централизации, но с середины 1950-х гг. верх взял курс на децентрализацию. Вплоть до реформы 1957 г. менялось соотношение между общесоюзными и союзно-республиканскими министерствами: в 1952 г. насчитывалось 30 общесоюзных и 21 союзнореспубликанское министерство, в 1954 г. — 24 и 22, в 1955 г. — 25 и 26, в 1956 г. — 22 и 28, в 1957 г. (по апрель) — 23 и 29 соответственно19. С 1954 по 1956 г. в ведение союзных республик было передано около 15 тыс. предприятий общесоюзного подчинения. В результате этого доля продукции, выпускаемой республиканской промышленностью в общем выпуске промышленной продукции СССР, возросла с 31 % в 1953 г. до 55 в 1956 г.20. После июльского 1955 г. пленума ЦК КПСС, рассмотревшего вопрос «О задачах по дальнейшему подъему промышленности, техническому прогрессу и улучшению организации производства», стала настойчивее проводиться работа по переводу министерских главков к местам основной дислокации их предприятий. Однако перемещение главков мало что давало, так как все необходимые ресурсы находились в Москве. В анализируемый период были опробованы различные организационные варианты по упрощению и удешевлению управления, повышению его эффективности (в частности организационное разделение единого планирующего органа на Госплан СССР с функцией перспективного планирования и Госэкономкомиссию СССР, предназначенную для текущего планирования и др.). Но они существенным образом проблемы не решили. Центральное руководство столкнулось и с еще более серьезным явлением — ведомственностью21. К этому времени она набрала большую инерционную силу, давно перестав выступать в качестве управленческого недостатка. По мере значительного роста количества министерств ведомственность сложилась в устойчивое хозяйственное отношение, которое противодействовало своей самодостаточностью как государственно-политическому центру, так и территориям. Не19 Цикулин В. А. ГУЛАГ в системе тоталитарного государства. С. 52. 20 Там же. С. 74. 21 Ведомственный — ограниченный узкими интересами только своего ведомства, учреждения, местнический. 119
Демичев Е. В. заинтересованность министерств решением новых, не включенных в план общегосударственных вопросов прикрывалась бюрократической перепиской или выдвижением чаще всего невыполнимых требований выделить для решения указанных вопросов дополнительные финансовые и материальные средства. Ведомственность неизбежно вырастала из всей суммы экономических отношений в стране, основанных на жестком централизованном распределении средств производства и, следовательно, отсутствии хозяйственной самостоятельности и развитого экономического интереса непосредственных производителей. В тисках ведомственности одновременно находились и политический центр, и министерства, и территории. Например, с министров требовали экономического подхода к решению хозяйственных вопросов, но они не имели действенных экономических рычагов влияния на промышленное производство и постоянно испытывали дефицит в необходимых средствах для выполнения плановых заданий, которые к тому же были далеки от экономически обоснованных. Рост масштабов и качественный уровень промышленного производства вынуждали руководство страны осуществлять постоянные реорганизации и совершенствовать систему управления народным хозяйством. По образному выражению председателя Совета министров СССР Н. А. Булганина, советская промышленность располагала в 1955 г. «гигантской глыбой резервов, которая... еще не поднята»22. Надежды на эффективное использование созданного промышленного потенциала были большие. Июльский (1955) пленум ЦК нацеливал на решение проблем в области специализации и кооперирования, внедрения новых достижений науки и техники, более полного использования производственных мощностей. Решающее средство достижения поставленных целей виделось в приближении управления к производству. Вместе с тем возникали идеи, направленные на повышение эффективности производства за счет использования экономических рычагов. Они в основном исходили от представителей экономической науки и руководителей предприятий. На декабрьском (1956) пленуме ЦК КПСС директор «Уралмаша» Г. Глебовский предложил «подумать над тем, чтобы показатель рентабельности был основным в оценке предприятия». «У нас, кроме партийной совести, — отмечал он, — никакого другого стимула для того, чтобы добиться большего 22 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 180. Л. 97 об. 120
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления плана, не было... Нужна и материальная заинтересованность»23. Однако данная идея только созревала в концепцию. Страна переживала переход от экстенсивного к интенсивному типу экономического развития. Но экстенсивные факторы еще не были исчерпаны. В эти годы дефицит металла и топлива сказывался на темпах роста промышленного производства. Во второй половине 1950-х гг. наблюдалось их снижение. Валовая продукция в промышленности увеличилась в 1954 г. на 13,7 %, в 1955 г. - на 12,7, в 1956 г. - на 10,7, а планом на 1957 г. рост производства был предусмотрен на 7,1 %24. Снижение темпов промышленного роста при устойчивом дефиците металла и топлива требовало преимущественного развития тяжелой индустрии. Поэтому не случайно в середине 1950-х гг. произошла смена экономического курса. До этого времени по инициативе Г. М. Маленкова осуществлялось частичное перераспределение средств в пользу, по его выражению, «форсированного» развития производства товаров народного потребления и сельского хозяйства25. Но вскоре базовые отраслевые министерства стали сопротивляться политической линии, проводимой Г. М. Маленковым. В ответ на их давление он заявил: «Я не позволю, чтобы кто-либо сорвал решение о произ- водств^довароц ширпотреба»26. Одновременно политика Г. М. Маленкова стала приобретать отличную от официальной идеологическую оснастку. Группа экономистов подготовила к публикации материалы (они так и не были опубликованы. — Е. Д.), в которых ставился под сомнение так называемый закон преимущественного роста средств производства. В условиях начавшейся политической дифференциации Н. С. Хрущев поддержал базовые министерства. Против идей группы экономистов развернулась идеологическая кампания. В результате после смещения Г. М. Маленкова с поста председателя Совета министров СССР возобладал курс, рассчитанный на ускоренное развитие тяжелой промышленности при сохранении социальной переориентации экономики. Указанная перемена дала основание некоторым историкам видеть в политике Г. М. Маленкова потенциально более глубокую и взвешен23 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 208. Л. 61. 24 Там же. Д. 221. Л. 41. 25 Заседания Верховного Совета СССР. 5-я сессия. Стенографический отчет. М., 1953. С. 264. 26 РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1.Д. 138. Л. 110. 121
Демичев Е. В. ную альтернативу преобразованиям Н. С. Хрущева27. Но, на наш взгляд, курс Г. М. Маленкова на исправление сложившейся народно-хозяйственной диспропорции простым перераспределением капиталовложений в пользу производства товаров народного потребления обрекал на отставание базовые отрасли промышленности, вел к дальнейшему снижению темпов промышленного производства, вступал в противоречие с развертывающейся научно-технической революцией. Требовалось выделение новых капиталовложений в расширение и обновление основных производственных фондов и нести затраты на развитие производительных сил в восточных районах страны. За 1956-1965 гг. на 987 промышленных объектов страны, объявленных всесоюзными стройками, выехали 1,8 млн человек, хотя планировалось направить около 1 млн28. Программа жилищного строительства как центральное звено социальной политики Н. С. Хрущева оказалась в то время предпочтительней преимущественного насыщения потребительского рынка товарами народного потребления, которое могло обернуться «проеданием» национального богатства. Таким образом, политика Г. М. Маленкова могла обернуться ранним вариантом застоя. Разоблачение культа личности Сталина на XX съезде КПСС, новые тенденции в общественно-политической жизни общества в сочетании с давлением накопившихся экономических проблем — все это предопределяло курс на ускоренное экономическое развитие, а неполная исчерпанность экстенсивных факторов в экономике задавала уровень глубины и характер направленности вызревавших перемен в управлении. Сказывалась и внешнеполитическая ситуация. Венгерские события 1956 г. обычно рассматриваются как фактор, резко усиливший консерватизм в политике Н. С. Хрущева. И это действительно так. В мае 1958 г. Н. С. Хрущев не без основания утверждал, что иначе «мы потеряли бы руководство в партии». «Я убежден, — пояснял он, — что если бы Ракоши и другие бывшие венгерские руководители проявили твердость и волю, максимум трех-пятерых зачинщиков арестовали, посадили в тюрьму и осудили, то никакой контрреволюции там не было бы»29. 27 Опенкин Л. А. На историческом перепутье // Вопросы истории КПСС. 1990. № 1; Он же. XX съезд КПСС и его исторические реальности. М., 1991. С. 138. 28 Ефимкин М. М. Рабочие Сибири. Конец 50-х — середина 80-х гг. Новосибирск, 1990. С. 73. 29 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 318. Л. 31. 122
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления Вместе с тем венгерские события показали, что управление в СССР нельзя было оставлять без достаточных радикальных изменений. Следовало не только властной силой подавить пробуждавшиеся сомнения в преимуществах советского строя, но и на деле продемонстрировать их. Во второй половине 1950-х гг. среди факторов, влиявших на характер реформирования системы управления промышленностью, большое значение имела идеология, сформировавшаяся после смерти И. В. Сталина. Осуждение на XX съезде КПСС культа личности дало возможность соотнести действующую систему управления с ленинскими принципами и практикой и увидеть существенный разрыв между ними (отсутствие былого демократизма в партии, а следовательно, и во всей системе управления). В качестве основного средства преодоления указанного разрыва рассматривался принцип демократического централизма. До XX съезда партии при толковании принципа демократического централизма приоритет отдавался централизму. ЦК КПСС воплощал идею централизма и оценивался как самый авторитетный и полновластный орган. Но после XX партийного съезда трактовка централизма изменилась. Партийные массы провозглашались хозяевами в своих организациях; признавалась недопустимость преувеличения роли как централизма, так и демократизма. В анализируемый период принципу демократического централизма был придан универсальный характер. После длительного забвения его снова стали рассматривать как фундаментальную основу хозяйственного управления. Однако трактовался он неоднозначно. Одни акцентировали внимание на организационной сущности данного принципа, другие стремились наполнить его экономическим содержанием. После разоблачения культа личности Сталина в апреле 1956 г. журнал «Коммунист» опубликовал передовую статью «Больше внимания экономике промышленного производства». В ней конспективно излагалась программа реформирования экономики на основе экономического стимулирования производства. Через некоторое время на его страницах появились статьи, раскрывавшие конкретный механизм нового хозяйствования, авторами которых являлись Е. Г. Либерман, А. И. Ноткин и другие. Однако события в Венгрии 1956 г. и дискуссии вокруг них, в том числе с политическим руководством Югославии (здесь с 1952 г. действовала иная модель хозяйствования), сказались на усилении идео123
Демичев Е. В. логического и политического консерватизма. Курс на подготовку экономической реформы в СССР лишился активной поддержки в журнале «Коммунист». А. М. Румянцев — его главный редактор и гарант превращения журнала в идеолога экономической реформы — был переведен на должность шеф-редактора журнала «Проблемы мира и социализма». Из изложенного выше видно, что возрождение ленинских идей как единственно возможной тогда теоретической основы экономической политики оказалось ограниченным. Оно не затрагивало таких несущих конструкций сталинской идеологии, как положение о переходе советского общества к коммунистическому строительству. Не без влияния программных разработок, осуществленных еще при жизни Сталина, были определены в третьей программе КПСС сроки построения коммунистического общества30. В рассматриваемый период основы старой идеологии не могли измениться. Их сохранение затрудняло полное использование ленинских идей. Подготовку экономической реформы временно приостановил кризис в ряде стран, вызванный разоблачением культа личности Сталина. Таким образом, вызревавшую реформу управления промышленностью и строительством направляли в русло организационной перестройки умеренная модификация сталинской идеологии, распространение влияния понятия культа личности преимущественно на партийно-политическую и хозяйственно-организационную сферы, а также ограниченный характер возрождения ленинских идей. В зарубежной и отечественной историографии ставится, на наш взгляд, интересная проблема исторической мотивации реформ Н. С. Хрущева. Некоторые зарубежные исследователи считают, что экономическая политика СССР после 1953 г. формировалась под влиянием реалий развивавшегося индустриального общества31. В частности, М. Берри сделал вывод о том, что «главной целью мер Хрущева был поиск эффективной системы непрерывной инновации, адекватной плановой экономике», поскольку в 1950-е гг. осущест30 Аксенов Ю. Сталинизм: послевоенные утопии и реалии // Трудные вопросы истории. Поиски. Размышления. Новый взгляд на события и факты. М., 1991. С. 193. 31 См., например: Raupach Н. Geschichte der Sowjetwirtschaft. Reinbek bei. Hamburg, 1964. S. 106. 124
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления влялся переход от индустриализации к научно-технической революции32. Большинство советологов (А. Ноув, М. Макколей, Дж. Боффа и др.) мотивацию реформ 1950 г. — начала 1960-х гг. сводят к проблеме их обусловленности «сталинским прошлым» Н. С. Хрущева. А. Ноув считает, что политические взгляды Хрущева сложились в сталинскую эпоху, именно из нее он унаследовал методы решения доставшихся ему в наследство сложных проблем. Н. С. Хрущев понимал необходимость реформ и знал лучше всех, «как бюрократический аппарат партии и государства мог искажать политику и пара- лизовывать желаемую инициативу»33. М. Макколей обращает наше внимание на то, что у Хрущева была антипатия к рынку34. Дж. Боффа отмечает, что Хрущев — деятель сталинской закалки. С учетом этого обстоятельства и следует рассматривать его реформы35. На основе анализа конкретных мероприятий, проводившихся по инициативе Н. С. Хрущева, Дж. Боффа пришел к обоснованному выводу: непоследовательность и противоречивость реформ советского лидера во многом связаны с эклектизмом его мышления, причиной которого были «наслоения заимствований из прошлого опыта развития Советского Союза»36. Открытость к зарубежному опыту Н. С. Хрущева он объясняет тем, что и в первый период индустриализации, имевший большое значение для формирования личности Н. С. Хрущева, интерес к техническому развитию Запада в СССР был значительным. По мнению американского политолога Дж. Бреслауэра, в дебюрократизации руководства страной Н. С. Хрущев видел главное средство, обеспечивающее сочетание централизма как способа консолидации общества и заинтересованности населения в решении задач, которые ставятся партийно-государственным руководством. Цель 32 Berry М. J. Science, technology and innovation // Khrushchev and khrushchevism / Ed. by M. McCauley. Houndmills et al., 1987. P. 71-72,90. 33 Nove A. An economic history of the U.S.S.R. Lnd., 1970. P. 368. 34 Макколей M. Хрущев и его политика. Какие выводы можно сделать из хрущевской эпохи (1953-1964 гг.)? // Россия в XX веке. Историки мира спорят. М., 1994. 35 Боффа Дж. История Советского Союза: В 2 т. Т. 2. От Отечественной войны до положения второй мировой державы. Сталин и Хрущев. 1941— 1964. М., 1990. С. 416,417. 36 Там же. С. 417. 125
Демичев Е. В. Хрущева — создание молчаливого союза между собой и массами против бюрократов для усиления административного контроля и ответственности37. В российской научной и публицистической литературе вопрос об идеологической обусловленности и исторической мотивации деятельности Н. С. Хрущева стал одним из ведущих в период горбачевской перестройки и в последние годы. Для одних Хрущев — лидер, действующий «в интересах страны и народа... совершил настоящий подвиг»38. Для других — «блестящий прагматик, одаренный незаурядным природным умом и богатым житейским опытом», полагавшийся больше «на свой здравый смысл и интуицию, чем на поддакивающую науку»39. Третьи считают, что он оставался «сталинцем до мозга костей», хотя и развенчивал культ вождя40. Никто из серьезных современных авторов не отрицает того, что Н. С. Хрущев — по-своему привлекательная и выдающаяся личность. Отечественные и зарубежные ученые правильно ставили вопрос о кризисе сталинской экономической системы в целом как важнейшей предпосылке переориентации экономической и социальной политики в «десятилетие Хрущева», обсуждали проблему резкого падения экономической эффективности ГУЛАГа и кризиса колхозной системы. Освещая содержательные аспекты проектов Маленкова, Хрущева и пытаясь решить проблему исторической мотивации реформ Хрущева, они не сводили ее только к волюнтаризму советского лидера. В первые послевоенные годы партийно-государственное руководство страны предпринимало попытки реформировать хозяйственную систему управления, сложившуюся в СССР под влиянием объективной необходимости ликвидировать огромные народно-хозяйственные диспропорции, допущенные в дореволюционной России, и догнать в экономическом развитии западные страны. В эти годы в экономике страны происходили глубокие изменения. Одним из факторов быстрого послевоенного восстановления эко37 Breslauer G. W. Khrushchev reconsidered // The Soviet Union since Stalin. Bloomington, 1980. P. 50,52,53,59, 60. 38 Федоров Г. Как нам оценивать Хрущева? // Московские новости. 1988. 31 июля. 39 XX съезд КПСС и его исторические реальности. М., 1991. С. 69. 40 «Собирая грибы», решали судьбу Хрущева // Аргументы и факты. 1995. №43. С. 9. 126
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления номики страны являлось широкое использование принудительного труда, ставшее неотъемлемой чертой советской действительности при Сталине. Строительство многих важных народно-хозяйственных объектов, добыча золота и радиоактивного сырья, другие тяжелые работы выполнялись руками многих сотен тысяч узников лагерей, разбросанных по всей стране. В системе государственного управления экономикой СССР имели место определенные изменения. Но они были поверхностными, а в ряде случаев просто символическими и мало способствовали повышению эффективности народного хозяйства. В рамках сложившейся экономической системы министерства действовали прежде всего в собственных интересах, состоявших в обеспечении своего выживания. Политическое руководство страны мало что могло сделать для изменения подобной ситуации. Система управления народным хозяйством, существовавшая в СССР в первые послевоенные годы, делала невозможной эффективную региональную экономическую политику. Попытки решения каких-либо серьезных задач в этой области в большинстве случаев оказывались неудачными. Главной причиной такой ситуации было то, что задания в области региональной экономической политики выполнялись лишь в той степени, в какой они соответствовали интересам отраслевых министерств. Министерства были мало заинтересованы в обеспечении соответствия региональных пропорций плану. Хотя реальные хозяйственные результаты в немалой степени зависели от позиции определенных министерств — от того, насколько плановые проектировки соответствовали их интересам, из этого не следует, что при ослаблении централизации в управлении и планировании хозяйства восстановление экономического потенциала СССР в конкретных условиях того времени шло бы быстрее и с меньшими затратами. Советская экономическая система обладала большими мобилизационными возможностями, которые были использованы для решения задач, связанных с восстановлением и дальнейшим развитием народного хозяйства. Тем не менее в рассматриваемый период назревала необходимость критического пересмотра самого стиля работы общесоюзных и республиканских министерств, ведомств и организаций, занимавшихся планированием и руководством народного хозяйства. В интересах дальнейшего подъема промышленности, а следовательно, и всего народного хозяйства требовалась существенная перестройка в управлении и планировании. 127
Демичев Е. В. Экономическая и политическая ситуация внутри страны, обстановка холодной войны на международной арене обусловили необходимость реформирования системы управления народным хозяйством, системы ГУЛАГа, либерализацию политической системы, пересмотр внешнеполитических позиций и т. д. Подготовка совнархозовской реформы Возникновение совнархозовской реформы предопределялось логикой развития экономической политики, проводившейся после Сталина. Партийно-государственное руководство в центре и на местах осознавало, что для дальнейшего подъема промышленности, а следовательно, и всего народного хозяйства необходима существенная перестройка в управлении и планировании. К этому подталкивали отмеченные ранее внутренние и внешние объективные и субъективные факторы. Постановлением ЦК партии 27 февраля 1956 г. было образовано Бюро ЦК КПСС по РСФСР «в целях более конкретного руководства работой республиканских организаций, областных, краевых, партийных, советских и хозяйственных органов и более оперативного решения вопросов хозяйственного и культурного строительства РСФСР». Председателем Бюро в 1956 г. был Н. С. Хрущев. В состав этого органа вошли промышленно-транспортный и сельскохозяйственный отделы41. Президиум ЦК КПСС 1 марта, 26 апреля и 25 мая 1956 г. решал проблему реорганизации министерств. На заседании 1 марта было внесено предложение о ликвидации ряда союзно-республиканских министерств (мясомолочной, рыбной, пищевой промышленности и др.). В соответствии с этим предложением было принято постановление ЦК КПСС «О реорганизации министерств» от 1 марта 1956 г., в котором приводился перечень реорганизуемых министерств. Этот вопрос 26 апреля вновь рассматривался Президиумом ЦК, который отметил ошибки, допущенные в мартовской реорганизации. Постановление ЦК КПСС и СМ СССР «О реорганизации министерств СССР в связи с передачей предприятий ряда отраслей народного хозяйства в ведение союзных республик» было принято Президиумом ЦК партии 30 мая 1956 и 3 июня 1956 г. опубликовано в газете «Правда». 41 Справочник партийного работника. М., 1957. С. 127. 128
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления В ведение союзных республик передавались «предприятия и организации... промышленности продовольственных товаров, мясных и молочных продуктов, рыбной промышленности, заготовок, легкой промышленности, текстильной, бумажной и деревообрабатывающей промышленности, промышленности строительных материалов, автомобильного транспорта и шоссейных дорог, речного флота, здравоохранения, а также розничная торговля и предприятия общественного питания». В связи с этим Министерство легкой промышленности СССР и Министерство текстильной промышленности СССР объединились в одно Министерство легкой промышленности СССР; Министерство заготовок преобразовалось в союзно-республиканское Министерство хлебопродуктов СССР; упразднилось Министерство автомобильного транспорта и шоссейных дорог СССР, и на базе Глав- дорстроя этого министерства создалось Главное управление по строительству автомобильных дорог при СМ СССР; упразднилось Министерство речного флота СССР, его функции возлагались в РСФСР на соответствующее республиканское министерство. Министерство юстиции СССР упразднилось особым постановлением с 31 мая 1956 г.42 Президиум ЦК КПСС 29 ноября 1956 г. обсуждал проблемы управления народным хозяйством. Наряду с другими рассматривался вопрос о Госплане СССР в связи с докладом Н. А. Булганина на декабрьском (1956) пленуме ЦК КПСС «Вопросы улучшения руководства народным хозяйством» и подготовкой комиссией Н. А. Булганина проекта резолюции пленума по этому докладу. Комиссия представила также проекты постановления СМ СССР «Об улучшении руководства народным хозяйством и перестройке работы Госэкономкомиссии СССР» и Указа Президиума Верховного Совета СССР «О Госэкономкомиссии СССР»43. Вопрос о Госплане нашел отражение в постановлении февральского (1957) пленума ЦК КПСС, положившем начало реформе управления промышленностью и строительством44. Организационные решения декабрьского (1956) пленума ЦК КПСС завершали начатую в 1955 г. перестройку центральных орга42 Президиум ЦК КПСС. 1954-1964. Черновые протокольные записи заседаний. Стенограммы. Постановления. Т. 1. Черновые протокольные записи заседаний. Стенограммы / Гл. ред. А. А. Фурсенко (серия «Архивы Кремля»). М., 2003. С. 109, 125, 135, 929, 937, 942, 943. (Далее — Президиум ЦК КПСС...) 43 Президиум ЦК КПСС... С. 211-212,985. 44 КПСС в резолюциях... Т. 9. М., 1986. С. 150-153,173-174. 129
Демичев Е. В. нов государственного управления. Для подъема статуса Госэконом- комиссии в целях ее успешного противостояния давлению министерств пленум ЦК придал ей распорядительные функции, позволявшие решать все текущие вопросы, связанные с выполнением народно-хозяйственного плана. В связи с этим были упразднены комиссии Президиума Совета министров СССР по текущим делам и вопросам производства товаров народного потребления45. Решения декабрьского (1956) пленума ЦК КПСС по всей стране были восприняты как руководство к действию, стали поводом для анализа состояния дел в промышленности регионов. Так, 11 января 1957 г. состоялось собрание партийного актива Чкаловской области с повесткой дня: «Об итогах декабрьского Пленума ЦК КПСС и задачах областной партийной организации по улучшению руководства народным хозяйством». С докладом выступил первый секретарь обкома КПСС Д. С. Полянский. Докладчик отметил, что промышленность Чкаловской области перевыполнила государственный план 1956 г. по производству валовой продукции. По сравнению с 1955 г. выпуск промышленной продукции увеличен на 6 процентов. Наибольший прирост дали предприятия тяжелой индустрии. Однако за общими неплохими показателями скрываются крупные недостатки в руководстве промышленностью. Из 502 112 предприятий не выполнили государственный план 1956 г. и недодали стране продукции на 180 млн руб. Многие предприятия систематически не выполняли месячные планы. Недостатки в планировании и материально-техническом снабжении, естественно, отражались на работе предприятий. Пленум ЦК определил пути устранения этих недостатков. Но в то же время решительному осуждению подверглись попытки отдельных руководителей прикрывать недостатками планирования и материально-технического снабжения свою неудовлетворительную работу, стремление таких руководителей добиваться заниженных планов. Областной партийной организации, подчеркнул Д. С. Полянский, предстоит провести большую и напряженную работу, чтобы устранить крупные недостатки в промышленности, поднять на новую, более высокую ступень экономику области. Главная задача, которую надо успешно решать, как того требует декабрьский пленум ЦК, — укрепить государственную дисциплину на предприятиях, повысить ответственность хозяйственных руководителей за порученное дело, 45 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 208. Л. 58-58 об. 130
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления усилить роль первичных партийных организаций в борьбе за выполнение государственных планов46. Работа декабрьского (1956) пленума ЦК отразила стремление обеспечить координацию и увязку хозяйственной деятельности внутри экономических районов и промышленных центров в противовес ведомственности. Это соответствовало курсу, направленному на приближение управления к производству. На пленуме прозвучали мнения о необходимости создания территориальных органов управления, высказанные представителями центра и регионов. Заметим, Н. С. Хрущев и ранее высказывался о создании территориальных снабженческих органов47. Но, пожалуй, ранее и ближе всего к идее реформы подошли региональные руководители. Так, первый секретарь Свердловского обкома партии А. П. Кириленко говорил: «Организация планирования и управления хозяйством должна быть, безусловно, перестроена... Но нам кажется, что необходимо создать по экономическим районам планирующие органы и органы управления, наделив их необходимыми правами и предоставив им возможность планировать все отрасли народного хозяйства того или иного района»48. Данное предложение шло дальше размышлений Н. А. Булганина и Н. С. Хрущева, которые на декабрьском пленуме высказались за создание территориальных органов управления, но при сохранении министерств. Хотя идея реформы в это время не получила полной завершенности, многими осознавалась необходимость внесения существенных изменений в управление народным хозяйством. «Вопрос настолько серьезный, — подчеркивал Н. А. Булганин, отражая основной настрой пленума, — что им придется, видимо, в ближайшее время заняться и решить его»49. Обмен мнениями на пленуме показал, что идея реформы вырабатывалась в значительной мере коллегиально, поэтому и было бы неправильно приписывать ее одному Н. С. Хрущеву. На этом этапе он как политик выступал достаточно сдержанно. Требовалось время для окончательных выводов. Он вскоре отказался от мысли создать территориальные органы в качестве дополнения к министерствам, так как это лишь усложнило бы управление. Поли46 ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 19. Д. И. Л. 1,3, 6,7,10. 47 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 221. Л. 56 об. 48 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 208. Л. 19. 49 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 208. Л. 59. 131
Демичев Е. В. тика децентрализации достигла такого предела, когда организационные меры для улучшения системы управления создавали противоречивую ситуацию. Данная ситуация требовала или выхода за пределы чисто организационных мер (для этого еще не созрели условия), или пересмотра действующей организационной структуры управления. После обмена мнениями с региональными руководителями, поездки в Узбекистан и Киргизию Н. С. Хрущев сделал вывод о целесообразности замены министерств территориальными органами управления. В конце января 1957 г. он написал развернутую записку в Президиум ЦК КПСС с изложением содержания реформы и обоснованием необходимости ее проведения. В записке обосновывалась идея создания территориальных органов управления, структура которых представлялась в виде узкой коллегии или бюро с небольшим аппаратом. Н. С. Хрущев не связывал их образование исключительно с опытом совнархозов 1920-х гг. В этом опыте его привлекали сам дух, характер их деятельности, а не конкретные организации. Н. С. Хрущев предлагал создать при будущих коллегиях или бюро два совещательных Совета по производственным и техническим вопросам50. Это предложение — его авторский вклад в разработку общей идеи создания территориальных органов управления. Оно впоследствии реализовалось в создании техникоэкономических советов при совнархозах. Н. С. Хрущев был убежден в правильности основ предлагаемой перестройки управления. Однако он видел, но недооценивал опасные тенденции, заложенные в реформе (возможность возникновения крена к автаркии и др.). Считал, что контроль со стороны центральных органов и союзных республик нейтрализует предполагаемые опасные тенденции. Думается, причины его переоценки преимущества реформы и недооценки ее опасной стороны заключались не столько в вере в эффективность организационных рычагов управления, сколько в самой идеологии реформы, уходившей корнями к ленинским идеям экономической политики весны 1918 г. Н. С. Хрущев склонялся к постепенному проведению реформы, предлагая вначале создать территориальные управления промышленностью и строительством в сложившихся районах (областях Московской, Ленинградской, Свердловской и др.)51. 50 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 221. Л. 55,56. 51 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 221. Л. 57 об. 132
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления При обсуждении упомянутой ранее записки Н. С. Хрущева в Президиуме ЦК КПСС никто открыто не выступил против реформы. Была создана комиссия в составе 49 человек для разработки конкретных предложений52. Однако, несмотря на внешне проявляемое единство, отношение к идее реформы в Президиуме ЦК было неоднозначным. Необходимость изменений в управлении чувствовалась всеми. По свидетельству Н. С. Хрущева, еще до появления его записки в политическом руководстве «в общем сходились на том, что надо найти более разумные организационные формы управления народным хозяйством сверху донизу»53. Но его предложения были радикальными и не могли не настораживать, хотя в записке и предлагалось провести реформу постепенно. В то же время новых конструктивных идей не было, что делало изначально слабой позицию тех, кто так или иначе не принимал реформы. Ситуация осложнялась тем, что за многие десятилетия в политическом руководстве страны сложились нормы и традиции, которые давно приобрели силу объективного закона. Одним из них был отказ от свободной дискуссии по принципиальным вопросам. В советской общественно-политической системе она всегда была чревата опасностью раскола ЦК с последующим ростом общественного антагонизма. Поэтому те, кто так или иначе не соглашался с реформой, использовали или индивидуальные заявления, или частные беседы с Н. С. Хрущевым. Явные противники реформы в основном группировались в самых верхних эшелонах политической и хозяйственной власти. Среди членов Президиума ЦК свое несогласие выражали В. М. Молотов, Л. М. Каганович, Г. М. Маленков. В этом противостоянии их поддерживал кандидат в члены Президиума ЦК Д. Т. Шепилов. После обсуждения 24 марта 1957 г. на заседании Президиума ЦК КПСС проекта тезисов доклада Н. С. Хрущева «О дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строительством» В. М. Молотов, не согласный с предложенным проектом реформы, подал в ЦК КПСС записку со своими замечаниями. В ней отмечалось, что «представленный проект явно недоработан... однобоко отражает решение февральского Пленума ЦК в части децентрализации управления промышленностью, доводя эту децентрализацию до недопустимой крайности». Выражалось это, по мнению В. М. Молотова, прежде всего в том, что при ликвидации почти всех общесо52 Медведев Р. Н. С. Хрущев. Политическая биография. М., 1990. С. 117. 53 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 221. Л. 54. 133
Демичев Е. В. юзных промышленных министерств не предусматривалось создания никаких центральных органов для руководства промышленностью, кроме планирующих. А в Совете министров СССР и республиканских советах министров не оставалось представителей промышленности. В. М. Молотов предложил создать, по крайней мере на ближайшее время, несколько комитетов по основным отраслям промышленности, а при СМ СССР учредить экономический совет, подобный Совету труда и обороны. Среди других недоработок проекта, по мнению В. М. Молотова, было «противоречие во взаимоотношениях между фактически назначаемым сверху ГСНХ и областным Советом трудящихся (облисполкомом), выбранным в области... Кто кому подчинен или они действуют параллельно...» Совершенно не ясен для него был вопрос организации материально-технического снабжения промышленных предприятий и строек и пр. В ответ на записку В. М. Молотова Н. С. Хрущев представил 26 марта свою записку в Президиум ЦК КПСС, в которой он возмущался самим фактом несогласия с предложенной им реформой, упорством, с каким В. М. Молотов отстаивает свою позицию даже после единодушного одобрения хрущевского проекта членами Президиума ЦК. Предложения В. М. Молотова по созданию комитетов Н. С. Хрущев расценил как попытку сохранить отраслевые министерства. А экономический совет, по его мнению, неизбежно превратился бы в промежуточное звено между Госпланом СССР, правительствами союзных республик и Советом министров СССР и ЦК КПСС. На заседании Президиума ЦК КПСС 27 марта 1957 г. был рассмотрен вопрос «Записка т. Молотова о проекте тезисов доклада т. Хрущева “О дальнейшем совершенствовании и организации управления промышленностью и строительством” и ответ т. Хрущева». Приведем стенограмму этого заседания: «...т. Булганин. По существу записка т. Молотова никуда не годится, противоречит решению Президиума ЦК. Т. Молотов по существу не согласен с тезисами. Реагировать на записку т. Молотова, кончать надо с этим. Это большая опасность для единства. т. Микоян. Согласен, что разные мнения высказываются. Молотов вроде был не согласен, но голосовал — за. То, что прислал, — возврат к старому. Записка послана со специальной целью. Проект был принят за основу, а он пишет, что однобокий проект. Это показывает, что он не согласен принципиально. Составлено с расчетом на политические разногласия, для драки, расстраивает единство... 134
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления т. Первухин. При обсуждении записки, тезисов, высказывались разные мнения. По такому крупному вопросу единодушие должно быть. Из записки видно — с реорганизацией по существу не согласен т. Молотов. Записка — неправильная. т. Суслов. Сам факт подачи записки т. Молотова вызывает партийный протест. Нет лояльности, дружелюбия. Хочет заранее отмежеваться от Президиума: будут трудности — вот. Противопоставление одному человеку, непартийное поведение. т. Молотов. В записке т. Хрущева ряд неточностей в отношении моей позиции. Записка вызвана тем, чтобы были учтены мои предложения, точно сформулированные. Докладчик сам допускал на заседании образование комитетов, а на другой день не допускает. Неправильно приписывается мне несогласие с решениями Пленума. Я и теперь считаю — тезисы содержат однобокость. Однобокость теперь меньше, но надо бы пойти дальше. т, Хрущев. Молотов достаточно зрелый, он знал, что это не только поправки. Он не верит в это дело. Молотов совершенно не связан с жизнью... Осудить и указать: неуважительно к коллективу»54. Из стенограммы видно единодушное осуждение позиции Молотова и даже обвинения в «непартийном поведении» и попытке внести «политические разногласия». Членам высшего органа страны важно было выступить единой командой реформаторов, а выступление Молотова, не без оснований опасались они, могло заронить сомнение в правильности выбранного курса реформы как в центре, так и на местах. Реформа, ломающая отраслевую структуру управления, находила естественное сопротивление в министерствах. Против нее выступал Госплан СССР, являвшийся по сути своей выражением преимущественно отраслевой технологии управления. Председатель Госплана СССР Н. К. Байбаков считал: «Не будет управления отраслями, обеспечения единой технической политики — развалим все хозяйство»55. Он предсказал возобладание местничества при территориальном управлении. Расхождения в отношении к реформе у руководителей страны было следствием их различного политического опыта. В отличие от Н. С. Хрущева В. М. Молотов и Л. М. Каганович пережили весь цикл исторического развития, начиная от ленинской идеи о Советах как 54 Президиум ЦК КПСС... С. 243-245. 55 Байбаков Н. К. Сорок лет в правительстве. М„ 1993. С. 73,74. 135
Демичев Е. В. об отмирающем государстве до сталинской диктатуры. Они понимали неизбежность изживания демократических элементов советской власти. Н. С. Хрущева и его поколение привлекал «демократизм» 1920-х гг., основывающийся на ленинских идеях, изложенных в работе «Очередные задачи Советской власти». Одной из социальных иллюзий Октябрьской революции, как показало развитие советской страны, оказалась невозможность обеспечения организационного сочетания государственного централизма с самодеятельностью масс и местным почином на длительный исторический период. Но, как нам представляется, именно эта иллюзия стала в 1950-е гг. идеологическим резервом реформы и одновременно одной из причин ее неудачи. Аргументы оппонентов Н. С. Хрущева из высшего эшелона руководства страны, кроме довода об опасности ослабления централизованного планового начала, были в основном неубедительными. Таковой оказалась попытка Д. Т. Шепилова обосновать несостоятельность реформы управления промышленностью и строительством возможным ослаблением диктатуры пролетариата в стране. Как справедливо резюмировал Хрущев, Шепилов по существу «никакой критики не дает»56. Неубедительная, слабая критика оппонентов укрепляла в Н. С. Хрущеве веру в необходимость и правильность предпринимаемой реформы. Вместе с тем он понимал, что в условиях действующей системы министерства не могли достигнуть результатов, адекватных целям политического руководства. В свою очередь и министры не могли не чувствовать управленческого дискомфорта. Однако, когда Хрущев внес в ЦК свою записку о предстоящей реформе, многие министерства встретили ее настороженно, если не враждебно. Высоко оценивая профессионализм министров, управленческих кадров, Н. С. Хрущев пытался привлечь их к практической подготовке реформы. Так, накануне февральского (1957) пленума ЦК КПСС, рассматривавшего вопрос «О дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строительством», было проведено специально расширенное заседание Совета министров СССР, на котором вопросы реформы обсуждались с участием всех министров57. Участие министров, управленческих кадров в подготовке и проведении указанного партийного форума свидетельствовало о том, что 56 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 259. Л. ИЗ об. 57 Там же. 136
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления Н. С. Хрущеву в целом удалось нейтрализовать сопротивление оппозиции преобразованиям. На пленуме ЦК одни противники реформы, проявляя вынужденную лояльность, указывали лишь на некоторые ее изъяны, другие — молчали. С самого начала реформы председатель Госплана Н. К. Байбаков предложил создавать укрупненные совнархозы. Он предвидел трудности в работе своей организации и считал, что даже при укрупнении территориальных управлений усложнится координирование в развитии отдельных отраслей и особенно кооперированных поставок между территориальными управлениями. Полагал, что с созданием территориальных управлений не сократятся острые и постоянные разногласия Госплана СССР с министерствами и республиками по объемам капиталовложений, необходимых для выполнения народнохозяйственных планов58. Его предупреждения о возможных обострениях проблем в работе Госплана не произвели должного впечатления, так как реформой предусматривалось повышение роли плановых органов в регионах, что должно было несколько разгрузить Госплан от текучки. Для Н. С. Хрущева и его сторонников предложение Н. К. Байба- ков^а созданикукрупненных территориальных управлений не было новым. Н. С. Хрущев в своей записке рассматривал возможность их организации, но в отдаленной перспективе. По его мнению, образование территориальных управлений в административно-экономических районах целесообразно в связи с тем, что в них имелся сложившийся механизм управления в виде партийных, профсоюзных и советских организаций59. Данный вариант обусловливал всемерную поддержку региональными руководителями реформы управления промышленностью и строительством. Предложение Н. К. Байбакова оттягивало начало реформы. Госплан не завершил разработку экономического районирования, хотя в принципиальном отношении оно, как признавал сам Н. К. Байбаков, мало что меняло. Высказывались и другие предложения. Например, председатель Совета министров РСФСР М. А. Яснов выступил с инициативой создать Всероссийский СНХ60. Данное предложение выходило за рамки концепции Н. С. Хрущева. Его реализация могла привести к восстановлению отраслевых вертикальных структур. В целом подобных 58 Там же. Д. 221. Л. 40 об. 59 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 221. Л. 55. 60 Тамже. Л. 38. 137
Демичев Е. В. предложений было немного, и в своей совокупности они представляли второй вариант возможного осуществления реформы, в котором ее основная идея деформировалась в пользу отраслевого принципа управления. Находясь под давлением оппонентов, Н. С. Хрущев вскоре пришел к пониманию: у реформы мало шансов на успех при постепенном ее проведении. Ведомства, занимавшие господствующее положение в системе хозяйственного управления, не упустили бы возможности воспользоваться любым промахом для свертывания реформы. При анализе процесса становления реформы видно, что ее техническая подготовка с самого начала оказалась включенной в политический процесс, была подчинена логике его развития, поэтому у современников и в исторической литературе сложилось устойчивое мнение о ее неподготовленности и поспешности проведения. К этому можно добавить, что из-за отсутствия механизма альтернативного обсуждения проблемы объективное обсуждение идеи реформы было заслонено политико-идеологическим авторитетом В. И. Ленина. Практическая подготовка реформы началась сразу после февральского (1957) пленума ЦК КПСС. По итогам его работы были проведены собрания партийных активов. Одна из первоначальных задач заключалась в разъяснении сути предстоящей реорганизации. На собраниях партийных активов разъяснялась суть реформы, делалась первая попытка соотнести ее общие положения с местными условиями. Таким образом, первый подготовительный этап носил ограниченный характер. После опубликования 30 марта 1957 г. в газете «Правда» для всенародного обсуждения тезисов доклада Н. С. Хрущева «О дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строительством» начался основной этап подготовки реформы. Обсуждение тезисов явилось крупным общественно-политическим событием, а название новых хозяйственных органов — «совнархозы», подчеркивало возврат к ленинским традициям. Конечно, до такого возврата было еще далеко, так как дискуссия не затрагивала принципиальной оценки реформы, касалась только конкретных вопросов ее проведения. Но и этот суженный характер дискуссии выводил реформу за рамки аппаратных решений, свидетельствовал о ее новизне и масштабности. Обсуждение тезисов длилось немногим более месяца, но приобрело широкий размах. За тот сравнительно небольшой период времени в стране было проведено более 514 тыс. собраний, на которых при138
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления сутствовали около 41 млн человек, выступили с замечаниями и предложениями более 2 млн 300 тыс. Такая высокая общественная активность была характерна для Московской области и Южного Урала. Только в Оренбургской области на проведенных собраниях присутствовали 60 % рабочих и служащих от их общего числа, занятых в промышленности и строительстве. На областном партийном активе, обсуждавшем 6 августа 1957 г. итоги работы промышленности и строительства за первое полугодие текущего года и задачи по досрочному выполнению плана 1957 г., отмечалось, что решения февральского пленума ЦК КПСС имеют историческое значение. Они «воплощают ленинский принцип социалистического хозяйствования, ликвидацию ведомственных барьеров... Создание Советов народного хозяйства в экономических административных районах дают еще больший простор для развития производительных сил страны... При обсуждении тезисов доклада товарища Хрущева трудящиеся внесли много ценных предложений, как лучше, как полнее можно использовать резервы в нашем народном хозяйстве. Многие предложения сейчас хозяйственники проводят в жизнь»61. Н. С. Хрущев уделял много внимания идеологической обеспеченности своих преобразований, усиленно подчеркивая их демократизм. Поэтому обсуждение тезисов несло на себе прежде всего большую разъяснительную и идеологическую нагрузку. При обсуждении, как уже отмечалось, было внесено немало конкретных деловых предложений. Большую роль в отборе данных предложений играла пресса, находившаяся, как известно, под полным партийным контролем. В центральных и местных газетах с предложениями и замечаниями выступили более 68 тыс. человек. Только газеты «Правда» и «Известия» опубликовали статьи и предложения 854 авторов62. Они касались самых разных вопросов реформы (территориальных границ будущих совнархозов, многочисленных проблем деятельности промышленных предприятий, строительных организаций и т. д.). Партийные и советские органы получили богатый материал для своей работы. Структура совнархозов в тезисах Н. С. Хрущева была обозначена в самых общих чертах. Основной акцент в них делался на непосредственном руководстве совнархозов предприятиями, которые предла61 ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 19. Д. 18. Л. 8. 62 Заседание Верховного Совета СССР четвертого созыва. Седьмая сессия (7-10 мая 1957 г.). Стенографический отчет. М., 1957. С. 12. 139
Демичев Е. В. галось объединить в крупные хозяйственные единицы. Не отвергалось и руководство предприятиями через отраслевые управления. В выработке конкретных форм организационной структуры совнархозов немаловажное значение имели разработки, осуществленные в ведущих промышленных центрах страны, прежде всего в Москве. Разработки конкретных форм организационной структуры совнархозов находили отражение в рекомендациях правительства РСФСР, а также в печати. Так, в апреле 1957 г. в «Правде» была опубликована большая статья первого секретаря Московского горкома партии Е. А. Фурцевой, в которой давалось развернутое обоснование структуры Московского городского СНХ, предусматривалось управление промышленностью предприятиями преимущественно через отраслевые управления63. Правительство РСФСР в основном приняло предложения по организационной структуре, поступившие с мест. Гораздо сложнее обстояло дело с кадровым обеспечением создаваемых совнархозов. Власть испытывала трудности в этом вопросе как по стране в целом, так и по Южному Уралу в частности. Выступая 6 августа 1957 г. на областном партактиве председатель Чкаловского совнархоза Н. С. Казаков отметил, что из 458 должностей, предусмотренных штатным расписанием совнархоза, укомплектовано 319 (70 %). «Укомплектование аппарата и создание необходимых условий для работы совнархоза проходят с большими трудностями, и мы были бы наивными людьми, если бы не видели этих трудностей»64. В реорганизации управления промышленностью и строительством одно из центральных мест принадлежало Госплану СССР. Хотя оперативное руководство и перемещалось на места, распределение материальных ресурсов находилось в его руках. Поэтому именно от него в значительной мере зависело, быть или не быть реформе успешной. На него возлагались перспективное и текущее планирование, планирование материально-технического снабжения. Он также был обязан выполнять ряд функций, которые ранее осуществляли министерства, по проведению единой централизованной политики в развитии важнейших отраслей промышленности. В ходе дискуссии о реформе управления промышленностью и строительством обращалось внимание на необходимость создания благоприятных условий для реорганизуемого Госплана. Для этого 63 Правда. 1957.5 апреля. 64 ПДНИОО. Ф. 371. Оп. 19. Д. 18. Л. 13,14. 140
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления предусматривалось включение в его состав ведущих министров, расширение прав местных планирующих органов. Однако намеченные преобразования в Госплане обрекали его на работу со значительной перегрузкой и на то, чтобы добиваться создания опорных вертикальных структур в целях обеспечения своей успешной деятельности. Реорганизация управления промышленностью и строительством пришла в столкновение с интересами министерств и крупных предприятий, которые пользовались приоритетным финансовым и материально-техническим обеспечением. Поэтому при подготовке реформы проявились ведомственные интересы, которые нашли отражение в центральной и местной печати. В частности, в публикациях предлагалось создание ВСНХ. Однако это предложение как противоречащее сути реформы было подвергнуто Н. С. Хрущевым критике. Ведомственные интересы содержались и в предложениях о поэтапном проведении реформы. На страницах газет высказывалось мнение о том, что ликвидировать министерства нужно только после создания и укрепления кадрами совнархозов, постепенной передачи в их ведение предприятий экономических районов. Так, директор Уралмашзавода Г. Глебовский выступил в «Правде» с предложением провести реформу в два этапа. На первом этапе сохранить многие полномочия министерств до завершения становления совнархозов и только на втором этапе передать все нити управления в руки совнархозов65. Особую позицию занимал директорский корпус. Его предложения не ограничивались обсуждением только организационной перестройки управления, а затрагивали и сферу экономических отношений. Директора понимали, что реформа не затрагивает самого главного — сложившегося хозяйственного механизма. Поэтому они справедливо считали, что перестройка организации управления должна сопровождаться расширением прав директоров. Анализируя структурные схемы будущих совнархозов, они, кроме выигрыша в расстоянии, не видели существенной разницы между новыми органами и министерствами. Директора высказались за расширение прав предприятий, критиковали многоступенчатость управления и считали необходимым ликвидировать отраслевые управленческие структуры. Позицию директорского корпуса поддерживали представители науки. Например, академик И. П. Бардин на сессии Верховного Со65 Правда. 1957.18 апреля. 141
Демичев Е. В. вета СССР предложил в реформе сосредоточиться на качественном улучшении работы Госплана и расширении прав предприятий66. Данное и ему подобные предложения могли дать новый вектор преобразованиям, но в условиях начавшейся реформы не носили первоочередного характера. Поэтому Н. С. Хрущев на упомянутой сессии резюмировал: «Следует серьезно подумать над этими вопросами и найти наиболее разумное решение»67. Подготовка реформы, как показало обсуждение тезисов Н. С. Хрущева, происходила в условиях давления различных сил, что не могло не сказаться на ее окончательном варианте. Особенно острой была дискуссия по поводу проекта закона «О дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строительством», готовившегося к майской сессии Верховного Совета СССР. Н. С. Хрущев вынужден был согласиться с сохранением (что шло вразрез с его тезисами) десяти общесоюзных промышленных министерств (четыре из них объединялись), но с крайне ограниченными функциями (не обладали правом оперативного управления предприятиями, должны были заниматься выработкой общей политики в своих отраслях). Ему удалось провести идею ликвидации союзно-республиканских промышленных министерств. Однако в проект Закона было включено положение об образовании республиканских министерств (в том числе 11 — в РСФСР). Некоторые представители союзных республик, прежде всего России и Украины, выступили на сессии Верховного Совета СССР против образования республиканских министерств. Н. С. Хрущев хотя и поддержал их, но учитывая наличие противоположного мнения, предложил передать этот вопрос на рассмотрение республик. По завершении дискуссии на сессии Верховного Совета СССР была образована комиссия в составе 65 человек, которую возглавил Н. С. Хрущев. В комиссию вошли и противники реформы: В. М. Молотов, Г. М. Маленков, Л. М. Каганович, Н. К. Байбаков. В рассматриваемой комиссией окончательном варианте проекта закона сохранялся ряд общесоюзных промышленных министерств и ликвидировались союзно-республиканские министерства. Вопрос о республиканских министерствах был передан на рассмотрение союзных 66 Заседание Верховного Совета СССР четвертого созыва. Седьмая сессия (7-10 мая 1957 г.). Стенографический отчет. М., 1957. С. 252-253. 67 Там же. 142
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления республик. Согласно закону, реорганизацию управления следовало провести в сжатые сроки — до 1 июля 1957 г.68 Итоги сессии Верховного Совета свидетельствовали о победе Н. С. Хрущева и поражении старых членов политического руководства, которые не смогли найти альтернативу совнархозовской реформе. В условиях поддержки февральским пленумом реформы авторитарное поведение Н. С. Хрущева усилилось. Лидирующие позиции Г. М. Маленкова, В. М. Молотова, Л. М. Кагановича к данному времени оказались сильно ослабленными69. Однако оппозиционеры не сдавались и попытались устранить Н. С. Хрущева от власти70. Но июньский (1957) пленум ЦК КПСС предотвратил стремление, тем самым окончательно расчистив путь для реформы управления промышленностью и строительством. Сложившиеся за годы советской власти методы хозяйственного управления переставали срабатывать в достаточной мере в условиях нарастающих количественных и качественных изменений в социально-экономическом развитии советского общества. Система управления не обеспечивала оперативного решения острых союзно-республиканских и региональных социально-экономических проблем. Неудовлетворенность центра и периферии неадекватностью системы управления новым условиям привела к реформе управления промышленностью и строительством. Так как экономическая реформа не созрела ни с точки зрения завершенности основных экономических тенденций, ни с точки зрения политических и идеологических условий, она приобрела организационный характер. Реформирования системы управления требовали острые социально-экономические проблемы и международное положение страны. Частичные меры по ее совершенствованию привели к возникновению ситуационного кризиса (шестой пятилетний план оказался крайне слабо сбалансированным, что ускорило созревание идеи реформы). Реформа вырабатывалась коллегиально в русле преемственности с проводимыми мероприятиями первой половины 1950-х гг. Центр еще при Сталине искал опору в регионах, противопоставлял их ми68 Заседание Верховного Совета СССР четвертого созыва. Седьмая сессия (7-10 мая 1957 г.). Стенографический отчет. М., 1957. С. 27,179, 261, 297. 69 Шапиро Л. Коммунистическая партия Советского Союза. Lnd., 1990. С. 773. 70 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 259. Л. 31 об. 143
Демичев Е. В. нистерствам. С ростом роли регионов усиливалось давление на центр со стороны их политического руководства. Региональные интересы, противостоящие министерствам, легли в основу общественной поддержки проведения реформы. Вместе с тем обнаружилась неудовлетворенность реформой директорского корпуса. Наряду с обсуждаемым вариантом как в центре, так и на местах высказывались идеи, тяготевшие к воссозданию централизованных структур. В разъяснении сущности совнархозовской реформы и противоречивых результатов, получаемых в ходе ее реализации, партийно-государственная власть важное место отводила использованию идеологических средств. Идеологическое обеспечение решения народно-хозяйственных задач В анализируемый период для мобилизации населения на решение реальных и мифических задач в целях успешного осуществления перестройки системы управления промышленностью и строительством партийно-государственная власть стремилась в максимальной степени использовать такие идеологические средства, как пропаганда и агитация, политическое и экономическое образование, культурно- просветительная работа, печать, радио и телевидение. В связи с тем что имманентно-экономические стимулы к труду были подорваны и малоэффективны, а партийно-государственный абсолютизм безраздельно господствовал в советской экономике, власть в СССР прибегала к различным идеологическим, социальнопсихологическим методам стимулирования, создала развернутую и сложную систему идеологического, социально-психологического воздействия на людей, своего рода духовно-идеологическую аффектацию труда. В этом контексте следует рассматривать призыв догнать и перегнать развитые страны Запада, социалистическое соревнование и его высшую форму — движение за коммунистическое отношение к труду, практику массового поощрения за труд, вплоть до присвоения звания Герой Социалистического Труда (с 1925 по 1986 г. 7 млн 717 тыс. трудящихся СССР награждены орденами и медалями, из них 20,2 тыс. Героев Соцтруда)71. Думается, что обращение партийно-государственной власти к массовому общественно-идеологическому стимулированию труда 71 Народное хозяйство СССР за 70 лет. М., 1987. С. 387. 144
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления было вызвано не столько стремлением поощрить добросовестных работников, сколько потребностью обеспечить высокое напряжение в трудовой деятельности. Это обращение — признание слабости индивидуально-трудовой мотивации, попытка с помощью идеологических средств успешно решать народно-хозяйственные задачи, в том числе и перестройку системы управления промышленностью и строительством. Термин «идеологически обеспечить» впервые был применен июньским (1963) пленумом ЦК КПСС, рассмотревшим вопрос «Об очередных задачах идеологической работы партии»72. «Главная задача идейно-воспитательной работы партии в современных условиях, — отмечалось в постановлении этого пленума, — идеологически обеспечить претворение в жизнь программы КПСС...»73 В последующие годы партия развила и уточнила это положение. В частности, июньский (1983) пленум ЦК КПСС нацелил все партийные и хозяйственные организации на центральную задачу в области идеологического обеспечения выполнения задач экономического развития страны — теснее связать идеологическую работу с борьбой за выполнение ключевых народно-хозяйственных и соци- альна-политшьеских задач. Лишь слияние идейно-воспитательной работы с политической, организаторской и хозяйственной дает нужный эффект, подчеркивалось на этом пленуме ЦК КПСС74. В годы горбачевской перестройки под идеологическим обеспечением экономических и социально-политических задач партийные органы и организации понимали «комплекс агитационно-пропагандистских мероприятий по активизации человеческого фактора, мобилизации творческой энергии народа на решение конкретных проблем хозяйственного и культурного строительства»75. В наши дни идеологическое обеспечение социально-экономических задач, думается, следует понимать как деятельность государственных органов, различных партий и общественных движений по использованию идеологических средств (лекционной пропаганды, устной и наглядной агитации, печати, радио и телевидения) для пропаганды среди широких слоев населения социально-экономической 72 КПСС в резолюциях... Т. 10. М., 1986. С. 352-367. 73 Там же. С. 354. 74 КПСС в резолюциях... М., 1987. Т. 14. С. 417-427. 75 Краткий словарь-справочник агитатора и политинформатора. М., 1989. С. 178-179. 145
Демичев Е. В. политики Российского государства в рамках Конституции Российская Федерация. В 1950-1960-е гг. в Московской области и на Южном Урале происходил значительный количественный и качественный рост областных партийных организаций, что давало возможность эффективнее реализовывать идеологические решения в части перестройки системы управления промышленностью и строительством на ключевых участках народного хозяйства. Так, в 1962 г. Московский обком КПСС по промышленности объединял в 3950 первичных организациях 224 тыс. коммунистов. Создано 30 горкомов партии для осуществления руководства промышленным строительством на территории городов и в сельской местности76. Как показывают архивные данные, на Южном Урале за период с 1956 по 1965 г. происходил значительный количественный и качественный рост областных партийных организаций, в том числе и в сфере промышленности, что дало возможность эффективнее реализовать идеологические решения на ключевых участках народного хозяйства. В Курганской, Оренбургской и Челябинской областях в 1,6 раза возросло число членов и кандидатов в члены партии. В два раза увеличилось количество рабочих, принятых в кандидаты. При этом удельный вес рабочих — членов и кандидатов партии в общей численности областных парторганизаций возрос с 38,1 до 48,3 %77. Данные цифры свидетельствуют о стремлении партийных организаций пополнять свои ряды прежде всего за счет представителей рабочего класса. Основная масса коммунистов этого региона трудилась в сфере материального производства, что дало возможность охватить идейным влиянием трудящихся на ключевых участках. Так, в 1965 г. в Челябинской области в этой сфере было занято 72,3 % коммунистов, в том числе на предприятиях промышленности, транспорта, строительства и связи — 57,778, в Оренбургской области — 78,1, в том числе в промышленности и строительстве — 26,9 %79. 76 Правда. 1962.5 декабря. 77 ГАОПДКО. Ф. 166. Оп. 14. Д. 130. Л. 1,2; Там же. Оп. 285. Д. 186. Л. 3,4; ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 18. Д. 1600. Л. 16,17; Там же. Оп. 33. Д. 122. Л. 14, 15; ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 20. Д. 118. Л. 2,3; Там же. Ф. 1470. Оп. 2. Д. 66. Л. 36,37. 78 ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 161. Д. 167. Л. 4,5. 79 ПДНИОО. Ф. 371. Оп. 33. Д. 119. Л. 7. 146
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления Принятые партийными организациями меры по совершенствованию структуры и в связи с этим меры по перестройке идеологической работы не принесли желаемых результатов. Жесткий централизм, отрицание свободы фракций, мнений меньшинства внутри партии, а главное — то обстоятельство, что идеологическая работа следовала за политикой КПСС, базировавшейся на недостаточно научной теории, обрекали партийную пропаганду на низкую эффективность. После XX съезда КПСС система партийного просвещения претерпела значительные структурные изменения. В соответствии с постановлением ЦК КПСС от 21 августа 1956 г. «Об итогах учебного года в системе партийного просвещения и задачах партийных организаций в новом учебном году» политическая и экономическая учеба трудящихся стала осуществляться по трем ступеням, что можно рассмотреть на примере организации партийного просвещения в Курганской, Оренбургской и Челябинской областей за 1956-1957 и 1963— 1964 учебные годы80. Первую ступень составляли политшколы, которые являлись обязательной начальной ступенью для коммунистов, не владеющих минимумом политических знаний. Обучение в них проводилось в течение двух лет в объеме пособия «В помощь слушателям политшкол». Областные партийные организации постоянно стремились вовлечь в политшколы всех коммунистов для получения ими начального минимума политических знаний. В 1963/1964 учебный год по сравнению с 1956/1957 г. произошло увеличение числа таких школ с 695 до 1198 (на 503 политшколы), а количество слушателей в них — с 9507 до 25 182, т. е. возросло в 2,6 раза. Однако за этими внешне благополучными цифрами скрывается тот факт, что во многих политшколах по мере увеличения их количества и обучающихся в них увеличивалось и число коммунистов, разочарованных содержательной частью занятий. Тому подтверждение — документы заседания бюро Челябинского горкома КПСС от 28 декабря 1961 г. «Об изучении решений и материалов XXII съезда КПСС в партийных организациях Челябинского металлургического завода»81. Они свидетельствуют о том, что изучение материалов 80 Подсчитано автором по данным архивов: ГАОПДКО. Ф. 166. Оп. 15. Д. 86. Л. 70-73; Там же. Ф. 6557. Оп. 7. Д. 16. Л. 6; ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 19. Д. 187. Л. 26, 27; Там же. Ф. 7518. On. 1. Д. 18. Л. 18; ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 21. Д. 101. Л. 61; Там же. Ф. 1470. Оп. 6. Д. 30. Л. 16,17. 81 ОГАЧО. Ф. 92. Оп. 21. Д. 52. Л. 43. 147
Демичев Е. В. и решений XXII съезда партии в целом на заводе было поставлено неудовлетворительно. В большинстве политшкол занятия по материалам съезда проводились на низком идейно-теоретическом уровне, зачастую сводились только к простой читке, далеко не все слушатели к ним готовились. Думается, то обстоятельство, что многие слушатели политшкол (кружков, семинаров и т. п.) не готовились к занятиям как в данном конкретном случае в 1961 г., так и в последующие годы, является прямым отражением расхождения утопической идеи «нынешнее поколение будет жить при коммунизме», провозглашенной на XXII партийном съезде, с реальной действительностью. Вторую ступень системы партийного просвещения представляли кружки текущей политики. В них изучались постановления ЦК КПСС и Советского правительства, решения местных партийных, советских органов по различным вопросам как хозяйственного, так и культурного строительства, а также происходило ознакомление слушателей с важнейшими событиями международной жизни. Например, в 1956/1957 учебном году в Челябинской городской партийной организации работали 526 кружков текущей политики, в которых занимались 8989 человек, в том числе 4392 коммуниста82. Так же, как и в политшколах, важнейшие события внутренней и международной жизни в кружках текущей политики трактовались во многом вразрез с реальной действительностью. В частности, антитоталитарные по своей сути выступления народа в Венгрии в 1956 г. преподносились слушателям как результат тлетворного влияния буржуазной пропаганды. По сравнению с 1957 г. количество кружков и слушателей в них в 1964 г. сократилось на 1638 и 12 147 соответственно из-за неудовлетворенности слушателей не только заидеологизированными занятиями, но и тем, что для них более привлекательной, а главное — действительно полезной представлялась учеба в третьей ступени, которая включала кружки по изучению основ марксистско-ленинской философии, истории КПСС, а также политической экономии и конкретной экономики производства. В третьей ступени слушателей более всего привлекала конкретная экономика. В частности, количество изучающих ее (в том числе сущность перестройки управления промышленностью и строительством) в Оренбургской области возросло на 27 % (промышленности — более чем в два раза)83. 82 ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 21. Д. 101. Л. 61. 83 ЦДНИОО. Ф. 7518. On. 1. Д. 18. Л. 18. 148
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления Во всех трех областях увеличилось в два раза число слушателей, изучающих историю КПСС, что явилось следствием не столько возросшего их интереса к ней, сколько следствием реализации установки партноменклатуры на увеличение числа людей, изучающих историю партии84. Аналогичные структурные изменения претерпела система партийного просвещения Московской области. В 1961/1962 учебном году в системе политического просвещения в политкружках и семинарах занималось более 740 тыс. человек, из них свыше 500 тыс. — беспартийные. Ведущее место занимало изучение вопросов политэкономии, конкретной экономики промышленности, строительства, транспорта, сельского хозяйства. В политкружках и семинарах этого профиля обучались 455 454 человек, или 61 % от общего количества занимавшихся в сети политпросвещения. Большинство из них (около 337 тыс.) изучали основы экономических знаний. Экономическая учеба стала строиться более дифференцированно применительно к отраслям производства и категориям работников. Наряду с материалами XXII съезда КПСС слушатели экономических школ, кружков и семинаров изучали вопросы перестройки системы управления промышленностью и строительством, совершенствования производства, наиболее рационального использования резервов роста производительности труда, снижения себестоимости85. В исследуемый период в системе партийного просвещения центральное место занимало экономическое образование. Деятельность партийных организаций Московской области и Южного Урала по экономическому образованию трудящихся после XX съезда КПСС осуществлялась по таким направлениям как: изучение экономических проблем, выдвинутых XX партийным съездом; повышение размаха и действенности экономической пропаганды; дифференцированный подход к осуществлению пропаганды экономических знаний (учет профессиональных интересов трудящихся и задач, связанных с перестройкой системы управления промышленностью и строительством, улучшением организации производства); 84 ГАОПДКО. Ф. 166. Оп. 15. Д. 86. Л. 70,73; Там же. Ф. 6557. Оп. 7. Д. 16. Л. 6; ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 19. Д. 187. Л. 26; Там же. Ф. 7518. On. 1. Д. 18. Л. 18; ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 21. Д. 101. Л. 61; Там же. Ф. 1470. Оп. 6. Д. 30. Л. 17. 85 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 34. Д. 101. Л. 27, 28. 149
Демичев Е. В. сочетание пропаганды экономической с профессионально- технической подготовкой рабочих, систематическим изучением передового опыта предприятий, изобретателей и рационализаторов. Стремясь улучшить пропаганду экономических знаний среди трудящихся, партийные организации Московской, Курганской, Оренбургской и Челябинской областей создали разностороннюю систему пропаганды политической экономии и конкретной экономики. В 1961/1962 учебном году общее число трудящихся, изучающих экономическую теорию, увеличилось в 5 раз. В 78 раз увеличилось количество начальных экономических кружков и школ, куда входило производственно-техническое обучение рабочих, а число слушателей в них — в 57 раз; количество семинаров по конкретной экономике — в 2,5 раза, а слушателей в них — в 2,6 раза86. Эти цифры свидетельствуют о том, что как ни старались партийные организации вовлечь в изучение политической экономии наибольшее количество человек, их число не только не увеличилось, а сократилось в 1961/1962 учебном году по сравнению с 1956/1957 г. на 41 %. Основная, определяющая причина этого все та же: люди не желали изучать марксизм-ленинизм. В то же время многие охотно изучали конкретную экономику, так как чувствовали реальную отдачу от использования полученных на занятиях знаний на производстве. К концу 1963/1964 учебного года экономической учебой в РСФСР было охвачено около 8 млн человек, или почти 50 % слушателей87, в Курганской, Оренбургской и Челябинской областях — 17 757 человек, или 43 % слушателей88. В Московской области в 1964 г. в сфере промышленности, строительства и транспорта на семинарах и в кружках политэкономию и конкретную экономику изучали 266 тыс. человек. Кроме того, 211 тыс. занимались в школах коммунистического труда и на курсах производственного обучения89. При этом в кружках, семинарах и школах они не только изучали теоретичес86 Подсчитано автором по данным архивов: ГАОПДКО. Ф. 166. Оп. 15. Д. 86. Л. 70-73; Там же. Оп. 261. Д. 91. Л. 6, 7; ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 19. Д. 187. Л. 26, 27; Там же. Оп. 20. Д. 1465. Л. 53-56. ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 2. Д. 101. Л. 61; Там же. Оп. 26. Д. 100. Л. 19, 20. 87 РГАНИ. Ф. 556. Оп. 25. Д. 158. Л. 70. 88 Подсчитано автором по данным архивов: ГАОПДКО. Ф. 6557. Оп. 7. Д. 16. Л. 109-112; ЦДНИОО. Ф. 7518. On. 1. Д. 184. Л. 16-20; ОГАЧО. Ф. 1470. Оп. 6. Д. 30. Л. 15-18. 89 Ленинское знамя. 1964. 21, 24 июня. 150
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления кие положения, но и приобретали навыки экономического анализа, учились использовать полученные знания для более успешного решения конкретных проблем производства90. Подавляющее большинство осваивало азы конкретной экономики, при этом основное внимание в течение 1963-1964 гг. уделялось проблемам осуществления совнархозовской реформы и вопросам химизации народного хозяйства. Жизнь показала: «валовой» подход, т. е. стремление охватить буквально каждого работающего экономической учебой из-за нехватки квалифицированных пропагандистских кадров, а главное — нежелания определенной части трудящихся, в том числе коммунистов, насильственно быть «обогащенными» экономическими или политическими знаниями делали эту задачу невыполнимой. В деле усиления партийного влияния на организацию лекционной пропаганды большую роль сыграло постановление ЦК КПСС от 9 января 1960 г. «О задачах партийной пропаганды в современных условиях»91. В постановлении указывалось на недопустимость недооценки марксистско-ленинской теории, на факты, когда вопросы хозяйственного строительства, конкретной экономики, текущей политики освещались поверхностно — без творческого осмысливания, глубоких теоретических обобщений и выводов. Постановление ЦК потребовало от партийных организаций усилить размах и повысить идейный уровень лекционной пропаганды, обеспечить регулярное с учетом особенностей аудитории чтение содержательных и доходчивых по форме лекций по вопросам теории, истории и политики партии во всех населенных пунктах. Учитывая эти требования, партийные организации Южного Урала рассмотрели постановку лекционной пропаганды на пленумах, провели некоторую работу по повышению ее идейно-политического уровня, увеличению числа слушателей. В практике лекционной пропаганды стали широко использоваться ее системные формы: циклы лекций и технические лектории, месячники пропаганды научно-технических знаний и др. Видную роль в коммунистическом воспитании населения играли народные университеты. В Московской области в 1961 г. прочитано 948 циклов лекций в помощь изучающим марксистско-ленинскую теорию, работали 79 университетов и школ передового опыта, 117 университе90 Ленинское знамя. 1964. 21 августа. 91 КПСС в резолюциях... Т. 8. М., 1972. С. 37-58. 151
Демичев Е. В. тов культуры, 52 родительских университета, 39 университетов здоровья92. Количество и тематика лекций, прочитанных членами общества «Знание» РСФСР в 1956 и 1965 гг. отражены в приложении 1 данной монографии. Из него видно, что в анализируемых регионах и в целом по РСФСР в 1965 г. по сравнению с 1956 г. значительно возросло количество читаемых лекций. В наибольшей степени это увеличение произошло по лекциям об опыте передовиков и новаторов сельского хозяйства: по областям — в 18,3 и РСФСР — 9,8 раза, об опыте передовиков и новаторов промышленности, транспорта и строительства — 17,6 и 27,6 раза соответственно. Однако в 1965 г. по сравнению с 1956 г. несколько снизился удельный вес лекций по научно- технической тематике и экономике сельского хозяйства в их общем количестве, в основном за счет переключения некоторых лекторов на чтение лекций о передовом опыте передовиков и новаторов производства, а также выполнения организациями общества «Знание» РСФСР партийного заказа на неуклонное увеличение чтения лекций по общественно-политической тематике (истории КПСС, марксистско-ленинской философии и т. п.). Анализ организации лекционной пропаганды в РСФСР показывает, что партийные организации совместно с обществом «Знание» немало делали для того, чтобы усилить партийное влияние на население с помощью лекций. Ежегодно увеличивалось количество лекций, улучшался партийный контроль за их качеством, развивались системные формы. Однако лекционная пропаганда, как и партийная учеба, не достигала планируемых партийными комитетами результатов, что постоянно констатировалось в постановлениях ЦК КПСС и местных партийных органов. И здесь недостаточную эффективность лекционной пропаганды партийные комитеты объясняли главным образом негативной ролью субъективного фактора, т. е. недоработками парторганизаций, отделений общества «Знание», а не тем, что являлось определяющим — лекционная пропаганда зиждилась на многих ошибочных постулатах марксистско-ленинской теории. В Московской области в 1957 г. являлись агитаторами и докладчиками более 100 тыс. человек93, в 1961 г. имелось 232 дома агита92 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 34. Д. 85. Л. 78. 93 Московская правда. 1957.15 июня. 152
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления торов94. В 1963 г. число агитаторов возросло до 150 тыс. человек95. Только на одном промышленном предприятии города Коломны — тепловозостроительном заводе им. Куйбышева — в 45 агитколлективах состояло 1200 человек96. В анализируемый период разъяснением партийных решений, смысла перестройки системы управления промышленностью и строительством, существа тех или иных теоретических положений интенсивно занимались наряду с системой политической и экономической учебы трудящихся средства массовой информации — печать, радио и телевидение. В начале 1950 — первой половине 1960-х гг. партийные организации Московской области стремились полнее использовать местные возможности газет для повышения экономической грамотности масс. Существенно изменился характер и объем материалов, публикуемых в областных газетах. Стало больше публиковаться материалов на экономические темы на страницах московской областной газеты «Ленинское знамя». В течение 1960-1964 гг. в газете опубликованы циклы бесед по важнейшим вопросам марксистско-ленинской экономической теории, наиболее актуальным проблемам развития экономики предприятий промышленности и сельского хозяйства. Публикуя такие циклы бесед, как «Экономические знания — всем трудящимся», «Учись хозяйствовать», «Экономическая школа», «Школа творцов изобилия», «Заочный университет экономических знаний», «Все хозяйства должны быть рентабельными», «Каждую стройку — на хозрасчет», «От убытков — к прибыли», «Маяки о своем опыте», «За безубыточность каждого изделия»97 и т. п., газета пыталась вооружить читателей более глубокими экономическими знаниями. Только за первое полугодие 1964 г. в «Ленинском знамени» было опубликовано 60 статей на экономические темы, из них около половины — по проблемам и противоречивым результатам совнархозовской реформы. В отдельные месяцы газета из номера в номер печатала статьи и корреспонденции по экономическим вопросам. 94 ЦАОДМ. Ф. 3. Оп. 204. Д. 17. Л. 2. 95 ЦАОДМ. Ф. 8136. On. 1. Д. 82. Л. 26. 96 Коломенская правда. 1963.18 сентября. 97 Ленинское знамя. 1960. №60,136,146,173,192, 211, 212, 219, 238; Там же. 1961. № 286,290; Там же. 1962. № 18,50, 58,76,82,106,148,150,179,278; Там же. 1963. № 30, 55, 63, 93, 193, 218, 230, 251, 266, 278, 281, 290; Там же. 1964. № 9,17,55, 63,74,178,203, 268 и другие. 153
Демичев Е. В. Материалы на экономические темы занимали большое место на страницах таких городских газет Московской области, как «Ленинская Шатура» (орган Шатурского горкома КПСС и городского Совета депутатов трудящихся), «Подольский рабочий» (орган Подольского горкома КПСС и городского Совета депутатов трудящихся), «Серп и Молот» (орган Клинского горкома КПСС и городского Совета депутатов трудящихся). Много внимания уделяли освещению экономических вопросов газеты «Куйбышевец» Коломенского тепловозостроительного завода, «Наша правда» Подольского механического завода, «Красное знамя» Раменского прядильно-ткацкого комбината, а также газеты совхозов им. Моссовета, им. Тельмана, «Большевик», «Раменское» и др.98 Редакции трех многотиражных газет города Кургана с помощью рабкоров провели на промышленных предприятиях в июне-июле 1959 г. массовые рейды по проверке выполнения планов организационно-технических мероприятий, в которых приняли участие свыше 3 тыс. человек. Итоги рейда и проверок широко обсуждались на собраниях рабочих, заседаниях партбюро, завкомов профсоюза; принимались меры по устранению выявленных недостатков99. В 1960 г. в Челябинской области было проведено 449 рабселькоровских рейдов, в которых приняло участие около 10 тыс. человек100. В Оренбургской области рабселькорами и редакцией областной газеты «Южный Урал» в 1958 г. проведено 28 рейдов по борьбе за экономию и бережливость на производстве, снижение себестоимости выпускаемой продукции, по сбору и отправлению металлолома в мартеновские печи и т. д., в которых участвовали 250 человек; за 9 месяцев 1959 г. — уже 35 рейдов с участием более 300 человек101. Используя рейды, партийные организации стремились ввести в действие факторы воспитания сознательности трудящихся с опорой на испытанный метод стимулирования труда — социалистическое соревнование, опыт передовиков и новаторов производства. В эти годы тема повышения производительности труда на основе укрепления трудовой и производственной дисциплины стала одной из ведущих. Ввиду отмены практики сталинских времен, связанной с привлечением к судебной ответственности рабочих и служащих за нарушения трудовой 98 Ленинское знамя. 1965.1 июня. 99 Советское Зауралье. 1959.1 августа. 100 ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 25. Д. 140. Л. 91. 101 ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 20. Д. 402. Л. 18. 154
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления дисциплины, с помощью печати предпринимались попытки достижения должного уровня организованности, порядка на производстве. Этим объясняется постоянное стремление партийных организаций привлечь к работе в редакциях газет максимальное количество наиболее способных, авторитетных людей из рабочих, крестьян, интеллигенции. Число рабселькоров постоянно росло. В Челябинской области в 1961 г. только с городскими и районными газетами постоянно сотрудничали около 4 тыс. рабселькоров, что в два раза больше, чем в 1959 г.102 В Оренбургской области в 1960 г. насчитывалось 14 тыс. рабочих и сельских корреспондентов103. Если в 1958 г. в работе областных, городских, районных и многотиражных газет Курганской области активно участвовали 6500 постоянных авторов104, то в 1962 г. — 65 тыс. рабселькоров105. Десятки тысяч их сотрудничали с газетами Московской области106. В исследуемый период партийные организации и редакционные коллективы проводили некоторую работу по повышению действенности выступлений печати. В 1956 г. информационные сообщения о принятых мерах помещались почти в каждом номере областной газеты «Красный Курган» под рубрикой «По следам наших выступлений». В частности, газетой была опубликована корреспонденция «Изделия должны быть красивыми», в которой писалось о пошиве трикотажной фабрикой им. Крупской жакетов и кофточек некрасивых фасонов. Главный инженер фабрики Прокудина сообщила газете, что факты, указанные в корреспонденции, имели место. Вскрытые инспекцией по качеству дефекты пошива бельевых и трикотажных изделий устранены. Сняты с производства устаревшие и не пользующиеся спросом у населения фасоны. Внедрены новые образцы107. Последовательно и настойчиво боролись за действенность печати ряд партийных комитетов и редакций газет Оренбургской области. На очередном заседании в июле 1958 г. бюро Оренбургского обкома, 102 ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 25. Д. 140. Л. 89. 103 ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 20. Д. 494. Л. 163. 104 Богатенков А. 67 тысяч писем рабселькоров // Красный Курган. 1958. 5 мая. 105 Он же. Большой праздник советской печати // Блокнот агитатора. 1962. № 6. С. 25. 106 Ленинское знамя. 1965. 5 мая. 107 Красный Курган. 1956.15 июля. 155
Демичев Е. В. отметив отдельные недостатки в деятельности областной газеты «Южный Урал», обязало ее редакцию активнее бороться за действенность выступлений газеты, в каждом номере сообщать читателям о принятых мерах по наиболее важным опубликованным и неопубликованным материалам. Отделам обкома партии было поручено следить за критическими выступлениями газеты в адрес областных организаций, а также райкомов и горкомов партии, принимать меры по устранению вскрываемых газетой недостатков108. Важную роль в разъяснении политики партии, ЦК КПСС, партийные комитеты различных уровней отводили радио и телевидению как мощному средству воздействия на сознание широких народных масс. Этим объясняется, что по их указанию в анализируемый период в СССР происходило значительное развитие материально-технической базы средств массовой информации и пропаганды. В 1966 г. по сравнению с 1960 г. возросло количество телевизионных центров и телевизионных ретрансляционных станций на 473 (с 275 в 1960 г. до 748 в 1966 г.), в том числе телевизионных центров — на 39, крупных ретрансляционных телевизионных станций — на 61, радиоприемных точек (млн) - на 32,4 (с 63,4 в 1960 г. до 95,8 в 1960 г.)109. Количество радиоточек в Челябинской области увеличилось с 415 тыс. в 1956 г. до 526 тыс. в 1960 г.110 К 1961 г. радиофикация Челябинской области была почти полностью завершена. В конце 1961 г. в Курганской области из каждых десяти семей девять слушали радио111. На территории Оренбургской области к 1961 г. насчитывалось 287 тыс. радиотрансляционных точек и более 150 тыс. радиоприемников112. В июле 1958 г. начала вести пробные передачи Челябинская телестудия, в 1960 г. заработала Курганская, в 1961 г. - Оренбургская телестудии. В 1963 г. завершилась радиофикация Московской области113. В 1965 г. в городах и селах Подмосковья насчитывалось 630 тыс. радиотрансляционных точек, 800 тыс. радиоприемников и более 600 тыс. телевизоров114. 108 ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 19. Д. 743. Л. 13. 109 Сборник статистических материалов. М., 1967. С. 184. 110 Челябинский рабочий. 1960. 20 марта. 111 ГАОПДКО. Ф. 166. Оп. 266. Д. 77. Л. 58. 112 Орденоносное Оренбуржье. Челябинск, 1968. С. 300. 113 Ленинское знамя. 1963. 6 июля. 114 Ленинское знамя. 1965. 7 мая. 156
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления Редакция радиовещания на Московскую область расширила тематику передач, увеличила объем областного вещания с одного до двух часов в сутки, организовала новые передачи: «На общественно- политические темы», «Журнал новостей промышленности и строительства», «На темы дня», «Дневник социалистического соревнования», «У разведчиков будущего», «Клуб интересных встреч». Велся цикл передач «Наши современники». По воскресным дням организовывались передачи «Для вас, труженики земли Московской» и журнал «На земле Московской». В этих передачах рассказывалось о совнархозовской реформе, передовиках соцсоревнования, героях труда, давались очерки, зарисовки и репортажи с промышленных предприятий и колхозных полей, демонстрировались достижения лучших коллективов художественной самодеятельности. Популярностью у радиослушателей пользовались передачи «Спрашивайте — отвечаем» и «Ответы на вопросы трудящихся». В этих передачах участвовали ученые, специалисты различных областей знания, партийные и советские работники. Давались ответы на вопросы: «Как стираются грани между физическим и умственным трудом?», «Как за счет фондов общественного потребления увеличивается реальная заработная плата рабочих?» и ряд других. В целях улучшения экономической и технической пропаганды был создан новый радиожурнал «Новости промышленности и строительства Подмосковья», организован цикл популярных передач в помощь изучающим минимум экономических знаний. Более настойчиво редакция стала вести пропаганду передового опыта115. Важным средством работы КПСС по коммунистическому воспитанию народных масс являлось телевидение. Все ее студии, открывшиеся во второй половине 1950-х гг., включали в программы не менее двух-трех ежемесячных журналов. Это были общественно-политические, научно-популярные, детские и молодежные телевизионные «издания», содержавшие информацию, построенную на местном материале. Главная редакция политпросвещения Центральной студии телевидения была создана в 1956 г. Образованная в ноябре 1956 г. редакция «Последних известий» первоначально занималась лишь простым повторением (в дикторском чтении) выпусков на радио116. 115 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 33. Д. 145. Л. 144,145. 116 Юровский А. Из родословной ТВ // Телерадиоэфир. 1991. № 4. С. 14; № 5. С. 28. 157
Демичев Е. В. Передачам Центрального телевидения, как и передачам Всесоюзного радио, были присущи идеологическая зашоренность, монизм, что не могло не сказаться отрицательно на их популярности у советских людей. Подтверждением тому служат данные исследования, проведенного в 1965 г., т. е. когда телевидение уже смогло встать на ноги и наработать некоторый опыт. По крупным предприятиям Москвы и других городов, где принимались передачи Центрального телевидения, было разослано 8 тыс. анкет. В задачу опроса входило выяснение, какие из цикловых передач субботней и воскресной программ наиболее популярны у зрителей и удовлетворяют ли их содержание и форма. На вопросы анкеты ответили 1179 человек, т. е. 11,8 % опрошенных. Бросается в глаза тот факт, что не пожелали ответить на вопросы анкеты 88,2 % респондентов (6821 человек), видимо, равнодушно, скорее отрицательно относившихся к абсолютному большинству передач. По степени популярности у зрителей передачи расположились следующим образом: в субботу смотрели «Голубой огонек» — 92,3 % опрошенных, спектакли — 81, художественные фильмы — 75,6, «Телевизионные новости» — 69,3, «Клуб кинопутешествий» — 66,6, передачи для детей — 43,6, «Московские новости» — 42 %; в воскресенье смотрели «Экран международной жизни» — 75,6 %, «Телевизионные новости» — 68,5, «Музыкальный киоск» — 62,4, «Проспект молодости» — 56,6, передачи для детей — 44,8, «На просторах Родины» — 39; «Хроника московской недели» — 25 %. Если сравнить данные, то легко прийти к выводу, что и в субботу, и в воскресенье новости или передачи для детей смотрело одинаковое число зрителей. Стало быть, причина меньшей популярности воскресной программы кроется не в большей «культурной занятости» зрителя по выходным дням, как это можно было предположить. Причина кроется в другом. Ее, на наш взгляд, правильно раскрывает письмо бригадира слесарей-сборщиков Московского завода малолитражных автомобилей Н. Е. Аринушкина. Это письмо содержит мысли, которые нашли отражение во многих других письмах, присланных в Госкомитет СМ СССР по радиовещанию и телевидению в 1965 г. «...В среде рабочих, — пишет Н. Е. Аринушкин, — часто говорят на разные темы, в том числе о радиотелевизионных передачах, поэтому могу сказать, что выражу не только свое личное мнение, но и мысли моих товарищей по труду. 158
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления Когда приходишь с работы, хочется отдохнуть и физически, и морально. И в этом нам помогают радио и телевидение. Но часто программа телевидения бывает неинтересной, не всегда находишь в ней то, что желал бы, — небольшой концерт, оперетту или новый художественный фильм. Часто даже субботние и особенно воскресные программы бывают перенасыщенными общественно-политическими темами»117. Такая же перенасыщенность общественно-политическими, производственными темами была характерна и для передач местного телевидения. Руководствуясь постановлениями ЦК КПСС «О дальнейшем развитии советского телевидения» от 29 января 1960 г.118 и «О мерах по дальнейшему улучшению работы радиовещания и телевидения» от 6 июня 1962 г.119, партийные организации Южного Урала провели ряд мероприятий, направленных на организацию и улучшение программ по общественно-политическим темам и вопросам работы промышленных предприятий, преследуя при этом главную задачу — пропагандировать партийные решения по строительству коммунизма, т. е. идеологически обеспечить привлекательную, но мифическую цель. Так, Челябинское телевидение в 1960 г. провело серию бесед о коммунизме: «Материально-техническая база коммунизма», «Коммунизм — это молодость мира», «Человек коммунистического общества», «Коммунистическое завтра в сегодняшнем дне», «Расцвет науки и культуры при коммунизме»120. Отличительная особенность этих бесед заключалась в том, что о коммунизме со всей серьезностью и ответственностью говорилось так, будто он реальная, завтрашняя задача. Иллюзию выполнимости мифической цели помогали создавать и утверждать в народных массах регулярные выступления на телевидении руководящих работников области, депутатов Верховного Совета СССР и РСФСР, ученых, писателей, журналистов121. Аналогичные материалы преобладали на телестудиях Курганской и Оренбургской областей. В рассматриваемый период многократно расширились возможности для проведения идеологической работы через радио и телеви- 117 Гаврилова И., Прокофьева Н. В мозаике мнений // Советское радио и телевидение. 1965. № 4. С. 16-17. 118 Справочник партийного работника. Вып. 3. М., 1961. С. 523-529. 119 Справочник партийного работника. Вып. 4. С. 423-429. 120 ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 24. Д. 113. Л. 69, 79. 121 Там же. Ф. 288. Оп. 25. Д. 140. Л. 1. 159
Демичев Е. В. дение. Приобрела законченный характер сеть радиовещания, возводились местные телевизионные станции. Несмотря на некоторую либерализацию режима, схема эфирного вещания оставалась неизменной. У союзного центра оставалась львиная доля эфирного времени. Отсутствовало республиканское вещание. В пропаганде преобладал официоз: читки партийно-правительственных документов и их комментарии, голое тереотизирование по поводу коммунистического будущего. Местные редакции осознавали этот недостаток и пытались его преодолеть. Одновременно от парткомов исходило требование: пойти в массы, наладить связь с реальной жизнью. Однако понималась эта установка в партийной среде своеобразно. Пользуясь правом цензуры, парткомы требовали освещать казенную часть жизни человека: организационно-технические и организационно-экономические проблемы, общественную деятельность. Это уже само собой делало пропаганду сухой и скучной. Редакции вводили активные формы работы: привлечение в свой состав общественности, развитие института общественных корреспондентов, работа с письмами радиослушателей и телезрителей, но вызвать живой интерес, доверие и сопереживание у аудитории не могли. Центр интересов личности уже был не только и не столько на производстве. Он быстро перемещался в сферу личного потребления, культурного досуга, учебы. Все содержание лекционной пропаганды, устной политической и наглядной агитации в исследуемый период было проникнуто идеями XX, XXI и XXII съездов КПСС, нацеливавших советский народ на осуществление задач развернутого строительства коммунизма. Рамки воздействия лекционной пропаганды и политической агитации заметно расширились, охватили все слои населения. В массово- политической работе определился конкретный поворот к вопросам технического прогресса, организации производства и социалистического соревнования. Попытки постоянно совершенствовать формы и методы массово- политической работы, правильное сочетание старых форм с выработкой и использованием новых, способствовали некоторому повышению ее эффективности. Соединение производственно-технической направленности с политическим воспитанием давало возможность теснее смыкать лекционную пропаганду и агитацию с реалиями жизни. В целом же массово-политическая работа, как и политическая учеба, в регионах добивалась обратного результата: способствовала росту аполитичности, формализации политической жизни и сниже160
Предпосылки и идеологическое обеспечение реформы управления нию уровня активности личного участия людей в политической жизни, что впоследствии особенно ярко проявилось в застойные годы. В анализируемый период разъяснением партийных решений, смысла проводимых реформ в народном хозяйстве, политической системе, существа тех или иных теоретических положений интенсивно занималась печать наряду с системой политической и экономической учебы трудящихся. Системный подход позволял парторганизациям охватывать все главные стороны деятельности газет, с их помощью расширять и углублять партийное влияние на трудящихся, все слои советского общества. Отражение в печати критики и самокритики, вскрытых недостатков и неиспользованных резервов, а также борьбы с фактами зажима критики, гонений рабселькоров и замалчивания критических выступлений — все это, хотя и дозировалось партийными комитетами, способствовало формированию в народной среде иллюзии о возможности достижения справедливости и наказуемости зла в существующем строе. Однако преобладание на страницах газет материалов, отображающих победную поступь советского общества к светлому будущему на фоне ухудшения экономической ситуации, все более увеличивающийся разрыв между тем, что проповедовали газеты, и тем, что происходило в реальной действительности, в конечном счете вело к снижению доверия широких масс к печатному слову. Важную роль в разъяснении политики партии ЦК КПСС партийные комитеты различных уровней отводили радио и телевидению как мощному средству воздействия на сознание широких народных масс. Этим объясняется, что по их указанию в анализируемый период в СССР происходило значительное развитие материально-технической базы данных средств массовой информации и пропаганды. Радио- и телепропаганде руководство КПСС отводило большую роль в деле идейной, психологической подготовки масс для перестройки системы управления промышленностью и строительством, успешного выполнения семилетней программы, начертанной XXI партийным съездом. Об этом свидетельствует тот факт, что за сравнительно короткий срок (с 1960 по 1964 г.) ЦК КПСС и Бюро ЦК КПСС по РСФСР приняли шесть специальных постановлений по радио и телевидению. Эти постановления были обсуждены на заседании партийных комитетов, партийные организации совместно с редакциями проделали значительную работу по расширению и углублению партийного влияния в народных массах с помощью радио и телевидения. 161
Демичев Е. В. Ни в одном из партийных документов рассматриваемого периода не называлась главная причина недостаточной эффективности радио- и телепропаганды: она руководствовалась политическими лозунгами, вытекавшими из ошибочных теоретических положений, и в этом заключалась глубинная суть ее отрыва от жизни. Ежедневно излагаемые средствами массовой информации догмы, иллюзии, мифы оказывали большое негативное воздействие на массовое сознание, особенно на молодое поколение. Именно в эти годы в наибольшей степени закладывались основы идеологии так называемого застойного периода: говорить одно, думать другое, делать третье. В первые послевоенные годы партийно-государственное руководство страны предпринимало попытки реформировать хозяйственную систему управления, сложившуюся в СССР под влиянием необходимости догнать в экономическом развитии западные страны. Но некоторые предпринятые изменения в государственном управлении экономикой оказались поверхностными, мало способствовали повышению эффективности народного хозяйства. Задания в области региональной экономической политики выполнялись лишь в той степени, в какой они соответствовали интересам отраслевых министерств. Как экономическая и политическая ситуация внутри страны, так и обстановка холодной войны на международной арене обусловили необходимость реформирования системы управления народным хозяйством. Совнархозовская реформа вырабатывалась коллегиально в русле преемственности с проводимыми мероприятиями первой половины 50-х гг. В основу общественной поддержки проведения реформы легли региональные интересы, противостоящие министерским. Вместе с тем как в центре, так и на местах высказывались идеи по воссозданию централизованных структур. В период хрущевской «оттепели» прилагалось немало усилий к совершенствованию форм и методов идеологического обеспечения совнархозовской реформы, решения народно-хозяйственных задач. Но перестройка идеологического обеспечения решения этих задач была ограниченной, не приносила желаемых результатов по глубинным причинам, характерным для всей партийно-государственной пропаганды тех лет. В начале 1950 — первой половине 1960-х гг. она носила противоречивый, двойственный характер, что явилось прямым отражением использования отдельных ошибочных положений марксистско-ленинского учения и непоследовательности, противоречивости самой политики партии и государства, в том числе и при осуществлении перестройки системы управления промышленностью и строительством.
ГЛАВА 4 ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ РЕФОРМЫ В МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ И НА ЮЖНОМ УРАЛЕ Деятельность совнархозов в 1957-1961 гг. Сохраняя общую логику подчинения производства управлению, мероприятия, проведенные в 1953 г. — первом полугодии 1957 г., были попыткой не реформирования системы хозяйствования, а ее усовершенствования. Но этот путь не мог принести долговременных результатов: административно-командный механизм уже достиг своего «совершенства» в эпоху сталинизма. Утратив главную составляющую — систему тотального принуждения и контроля, он не был способен к дальнейшему эффективному развитию. Все последующие события после смерти Сталина, в том числе и переход к совнархозовскому механизму, показали, что никакими организационно-экономическими мероприятиями восполнить отсутствие системы тотального принуждения и контроля не представляется возможным. Переходу к совнархозовской реформе предшествовала острая критика министерской структуры. Справедливо критиковались нерациональность специализации и кооперирования, распыление капиталовложений, нерациональность и множественность перевозок, некомплексное использование ресурсов и т. д. Но причина виделась не в диктате органов управления и не в лишении предприятий экономической самостоятельности, а в том, что министерства утратили способность «оперативно руководить предприятиями»1. Тем самым обосновывалась необходимость перехода к новой структуре управления, при которой «центр тяжести оперативного управления промышленностью и строительством должен быть перенесен на места»2. Эта идея и была реализована в мае 1957 г., когда Верховным Советом СССР был принят закон «О дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строи1 Викентьев А. И. Совнархозы в действии. М., 1958. С. 16. 2 Коммунистическая партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК: В 15 т. Т. 9. М., 1986. С. 170-171 (далее — КПСС в резолюциях...). 163
Демичев Е. В. тельством», согласно которому их управление передавалось Советам народного хозяйства экономических районов3. За считанные недели (по закону, переход должен был завершиться к 1 июля 1957 г.) прекратили существование 140 общесоюзных, союзно-республиканских и республиканских министерств и ведомств, сформировано 105 административно-экономических районов и советов народного хозяйства, в том числе 70 в РСФСР4. В сентябре того же года СМ СССР принял Положение о совете народного хозяйства экономико-административного района, по которому управление промышленностью и строительством возлагалось на эти органы и их отраслевые управления. Так и завершилась задуманная перестройка механизма управления. Оперативность преобразований свидетельствовала не об их продуманности, а о поверхностности изменений, слабо затронувших принципы механизма управления. Переход к совнархозам лишь воспроизводил этот механизм на более низком уровне, в уменьшенном масштабе: имела место «лишь формальная организационно-структурная перестройка аппарата государственного управления»5. Как известно, Н. С. Хрущев возлагал большие надежды на совершенствование управления народным хозяйством и проводил реорганизацию административно-управленческих структур. Во многих случаях результаты этих мер были противоречивыми и отрицательными, что хорошо видно на примере реорганизации управления экономикой по территориальному принципу. Одной из целей ЦК КПСС и правительства в реорганизации управления промышленностью и строительством было приближение руководства к производству. Предполагалось, что переход к совнархозам сделает управление более конкретным, оперативным и демократическим6. Они должны были обеспечить более эффективное использование местных ресурсов, устранить нерациональные перевозки, упорядочить материально-техническое снабжение, решить задачи комплексного экономического развития регионов. За соблю3 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. 1917- 1967 гг. Сб. документов за 50 лет: В 5 т. Т. 4. М., 1968. С. 343-347. 4 Экономическая жизнь. Хроника событий и фактов. Книга. 1951-1965. М., 1967. С. 526. 5 Веденеев Ю. А. Радикальная перестройка хозяйственного механизма и уроки управления промышленностью // Советское государство и право. 1988. № 7. С. 66. 6 КПСС в резолюциях...Т. 9. М., 1986. С. 171. 164
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале дением общегосударственных интересов при новой системе управления должны были следить партийные и государственные органы, Госплан, Госэкономкомиссия. При правительстве СССР намечалось создать орган, который должен был заниматься проблемами технического прогресса в масштабе всей страны. Совнархозы объединили руководство всей промышленностью союзно-республиканского подчинения, ранее осуществляемое многими отраслевыми министерствами. Так, в Российской Федерации, например, промышленные предприятия до перестройки были подчинены 84 министерствам и ведомствам, в том числе 80 министерствам и ведомствам в Москве7. Кроме того, по списку, утвержденному Советом министров СССР, совнархозам передавались предприятия и организации, находившиеся в ведении общесоюзных министерств оборонной, авиационной, радиотехнической, судостроительной, химической промышленности и электростанций. Функции этих министерств на этапе реорганизации сводились к планированию соответствующих отраслей промышленности, обеспечению необходимого технического уровня. Деятельность данных предприятий осуществлялась через советы народного хозяйства экономических административных районов. На протяжении 1957-1958 гг. первоначально сохраненные общесоюзные министерства были преобразованы в госкомитеты Совета министров СССР по соответствующим отраслям промышленности. Совнархозы стали основной, но не единственной формой управления промышленностью и строительством. Государственная промышленность и строительство местного значения остались в подчинении местных (областных, городских, районных) органов власти. Не подчинялась совнархозам и промышленная кооперация, предприятия которой остались в управлении артелей и союзов кооперации. Местным органам власти был дополнительно передан ряд предприятий из республиканского и союзного подчинения, в результате чего промышленная база местной промышленности значительно увеличилась. Создание новых организационных форм управления происходило на основе упомянутых ранее Закона «О дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строительством» от 10 мая 1957 г., Положения о совете народного хозяй7 Хрущев Н. С. О дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строительством. Доклад на VII сессии Верховного Совета СССР. М., 1957. С. 28. 165
Демичев Е. В. ства от 27 сентября 1957 г., а также постановлений Совета министров СССР «О мерах по улучшению планирования народного хозяйства» от 4 мая 1957 г., «О мероприятиях, связанных с исполнением Закона “О дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строительством”» от 22 мая 1957 г. Даты принятия законодательных актов перестройки указывают на то, что они сформулированы с большим опозданием. Положение о совете народного хозяйства вышло в свет, когда совнархозы были повсеместно созданы и уже приступили к работе. Это имело следующие негативные последствия. Во-первых, данное обстоятельство ухудшило стартовые позиции новой организационной формы управления, создало напряженную ситуацию в работе промышленности в середине года. Во-вторых, на момент создания совнархозов, да и на протяжении всего периода их деятельности, не было полной ясности в отношении правовой базы новых органов управления промышленностью и строительством. В связи с этим правоведы анализируемых лет вели оживленную дискуссию. Одни из них характеризовали совнархозы как органы центра на местах8, иные — как республиканские органы управления9. Были и другие мнения. К примеру, И. Н. Ананов предлагал отказаться от традиционного деления органов управления по территориальному масштабу их деятельности только на две группы — центральные и местные. В ходе дискуссии по правам совнархоза некоторые специалисты считали, что в перспективе не исключена возможность подчинения совнархозов местным советам депутатов трудящихся в порядке двойного подчинения. Постановлением от 1 июня 1957 г. № 439 «Об образовании совнархоза Московского областного экономического административного района» Совет министров РСФСР образовал Московский областной совнархоз, установил численность административно-управленческого аппарата Мособлсовнархоза, обязал его председателя не позднее 20 июня 1957 г. укомплектовать штат Мособлсовнархоза квалифицированными работниками. Совет народного хозяйства Московского областного экономического района состоял из 13 человек. Он имел председателя, шесть 8 Ананов И. Н. Организационно-правовые вопросы дальнейшего совершенствования управления промышленностью и строительством // Советское государство и право. 1957. № 5. С. 16. 9 Венедиктов А. В. Правовое положение совнархоза и подведомственных ему предприятий. Л., 1959. С. 26. 166
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале заместителей и столько же членов Совета. Постановлением СМ РСФСР от 1 июня 1957 г. № 440 председателем Московского областного совнархоза был назначен А. Н. Костоусов, работавший в 1954-1957 гг. министром станкостроения СССР10. Согласно утвержденному штатному расписанию, численность аппарата Мособлсовнархоза составила 2300 человек11. С учетом многоотраслевого характера промышленности, объединяемой в совнархозе, при комплектовании аппарата нужно было выдержать условие о представлении в подразделениях, особенно функциональных, специалистов всех отраслей промышленности. В основном это требование было выполнено. Аппарат Мособлсовнархоза в сравнительно короткие сроки был укомплектован квалифицированными кадрами, имеющими опыт руководящей хозяйственной, инженерной, партийной работы. Решением спорных вопросов между подведомственными совнархозу предприятиями и хозяйственными организациями в Московском областном совнархозе занимался арбитраж. В целях усиления контроля над техническим прогрессом и экономикой предприятий в нем была создана специальная инженерная инспекция, а в составе центральной бухгалтерии — контрольно-ревизионное управление. В структуре Мособлсовнархоза функциональные управления и отделы можно было подразделить следующим образом: 1) отделы, осуществляющие планирование, отчетность и финансовые операции (отдел производства и кооперации, планово-экономический отдел, централизованная бухгалтерия); 2) отделы, ведающие производственно-технологическими вопросами (техническое управление, отдел главного механика и главного энергетика, управление капстроительства и оборудования, инженерная инспекция); 3) отделы, осуществляющие руководство в области труда и зарплаты (отдел кадров и учебных заведений, отдел труда и зарплаты); 4) административные отделы (отдел внешних сношений, юридический отдел с арбитражем, управление делами, отдел вооруженной охраны). Сам перечень функциональных звеньев Мособлсовнархоза достаточно убедительно свидетельствовал о сложной структуре его аппарата. Технические управления Мосгорсовнархоза и Мособлсовнархоза значительно отличались по структуре и штатам от технического и производственно-технических отделов других совнархозов (напри10 ЦГАМО. Ф. 7469. On. 1. Д. 16. Л. 1. 11 ЦАОДМ. Ф. 1707. On. 1. Д. 2. Л. 14. 167
Демичев Е. В. мер Курганского, Оренбургского, Челябинского). Но все технические отделы и управления были одинаковыми в главном: они представляли собой новые, многоотраслевые органы технического руководства производством в масштабах экономического административного района. При создании структуры Мособлсовнархоза в первую очередь решался вопрос обеспечения условий для специализации предприятий. С первых шагов техническое управление Мособлсовнархоза занялось изучением задания по освоению новой техники. В каждом из отраслевых управлений Мособлсовнархоза имелись свои технические отделы, призванные заниматься повышением технического уровня производства на предприятиях соответствующих отраслей промышленности. Многоотраслевой характер технического управления совнархоза определял прежде всего организацию совместной работы различных отраслей промышленности в решении важнейших технических задач. Один из главных функциональных отделов Московского областного совнархоза был отдел производства и кооперации, который являлся инициатором в решении производственных вопросов. Планово-экономический отдел должен был.качественно и своевременно составлять план, так как от этого в основном зависел успех работы промышленности совнархоза. Управление капитального строительства и оборудования должно было заниматься вопросами обеспечения строек необходимыми материалами, принимать срочные меры, чтобы в кратчайшие сроки увеличить мощности предприятий строительной индустрии. Задача осложнялась тем, что необходимо было добиться увеличения производства без больших капитальных вложений, главным образом за счет интенсификации производственных процессов. Функциональный отдел внешних сношений ведал контролем исполнения заказов на экспорт и подготавливал Внешторгу заказы на приобретение оборудования для совнархоза. Все приведенные данные свидетельствуют о том, что многоотраслевое хозяйство Мособлсовнархоза было очень сложное, вырабатывающее самые разнообразные изделия, начиная от предметов домашнего обихода и кончая сложнейшими машинами. Номенклатура выпускаемых изделий составляла десятки тысяч наименований. Аппарат, обслуживавший непосредственно совнархоз, и аппарат их отраслевых управлений содержали по существу одноименные, дублирующие друг друга подразделения. Если рассматривать аппарат 168
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале совнархоза и его отраслевые управления в совокупности как единое звено управления промышленностью, то окажется, что это «единое» учреждение имело несколько плановых отделов (по числу управлений плюс плановый отдел самого совнархоза), несколько финансовых отделов, несколько отделов кадров, несколько бухгалтерий. Конечно, предпочтительнее было бы использовать двухзвенную систему управления (совнархоз-предприятие). Но обстоятельства не позволяли тогда ликвидировать промежуточное звено, которым являлось отраслевое управление. Многочисленность подчиненных отраслевому управлению Московского совнархоза предприятий, огромный объем хозяйственной деятельности не давали возможности ликвидировать звено, обладавшее определенной самостоятельностью и создавшее в тех условиях возможность для более конкретного руководства. В Московском областном совнархозе было создано 16 промышленных отраслевых управлений: топливно-энергетической промышленности, промышленности строительных материалов, машиностроения, металлургической промышленности, электротехнической промышленности и приборостроения, тяжелого и транспорт- ного^машиностроения, авиационной промышленности, оборонной промышленности, химической промышленности, деревообрабатывающей и бумажной промышленности, хлопчатобумажной промышленности, транспортное управление, управление материально-технического снабжения и сбыта, промышленности продовольственных товаров12. В состав отраслевых управлений вошли 32 НИИ и 16 специальных конструкторских бюро, расположенных в Московской области. Они осуществляли производственно-техническое руководство предприятиями, разработкой мероприятий по техническому прогрессу13. По сравнению с главными управлениями упраздненных министерств масштабы деятельности ряда отраслевых управлений были шире. Московский областной совнархоз исходил из того, что отраслевые управления являлись такими органами управления, которые руководили предприятиями по всем вопросам, несли ответственность перед совнархозом за всю деятельность управления и за выполнение подчиненными управлению предприятиями установленных показателей. 12 ЦГАМО. Ф. 7469. On. 1. Д. 16. Л. 4-5. 13 Московская правда. 1957.14 апреля. 169
Демичев Е. В. В 1957 г. в состав Мособлсовнархоза входило 536 предприятий и организаций, в том числе 382 промышленных предприятия и совхоза, 34 заготовительных и снабженческих организаций, 20 транспортных организаций, 23 строительно-монтажных и проектных организаций, 60 техникумов и других учебных заведений, 17 прочих организаций. Промышленность состояла из различных отраслей тяжелой и легкой индустрии. Объем промышленной продукции группы «А» составлял 43,6, группы «Б» — 56,4 %. Среди промышленных предприятий, входивших в состав совнархоза, имелись известные в Советском Союзе и за рубежом крупные заводы и фабрики, оснащенные современным оборудованием, со сложным технологическим процессом, в частности Подольский механический завод им. М. И. Калинина, Коломенский завод тяжелого станкостроения, Люберецкий завод сельскохозяйственного машиностроения, завод «Электросталь», Коломенский тепловозостроительный завод, Клинский комбинат № 507, Ореховский, Глуховский хлопчатобумажные комбинаты и др. В системе совнархоза работало более 720 тыс., в том числе рабочих — свыше 560 тыс. человек14. Пленум Челябинского обкома КПСС, состоявшийся 29 апреля 1957 г., учитывая наличие в области всесторонне развитой крупной промышленности, обратился к ЦК КПСС с просьбой создать в области самостоятельный экономический район15. В соответствии с решением VII сессии Верховного Совета СССР «О дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строительством» был образован Совет народного хозяйства Челябинского экономического административного района. Ему подчинялись 299 промышленных предприятий, а также 68 строительных и проектных организаций области16. Постановлением от 1 июня 1957 г. № 493 Совет министров РСФСР образовал Совет народного хозяйства Чкаловского экономического административного района, утвердил его структуру (приложение 2). Из приложения видно, что в структуре СНХ Чкаловского экономического административного района имелось 11 отделов, центральная бухгалтерия и девять отраслевых управлений. Указанным постановлением была установлена численность административно-управ14 ЦАОДМ. Ф. 1707. On. 1. Д. 2. Л. 14,15. 15 ОГАЧО. Ф. 228. Оп. 123. Д. 59. Л. 3. 16 Летопись свершений. Хроника Челябинской областной организации КПСС: В 2 кн. Кн. 2.1945-1985. Челябинск, 1989. С. 95. 170
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале ленческого персонала аппарата в количестве 450 единиц, в том числе состоящих на бюджете 110 единиц17. Другим постановлением (от 1 июня 1957 г. № 494) Совет министров РСФСР назначил Н. С. Казакова председателем Совета народного хозяйства Чкаловского экономического административного района18. По состоянию на 1 августа 1957 г. Чкаловским совнархозом было принято 112 промышленных предприятий с объемом валовой продукции по плану на 1957 г. 5 млрд 66 млн руб. и средней годовой численностью персонала 86 тыс. человек. Помимо указанных промышленных предприятий в совнархоз входило 8 строительно-монтажных организаций, 18 подсобных хозяйств, 25 заготконтор и откормочных пунктов, 10 продснабов и 8 техникумов19. Совнархоз приступил к практической работе со второй половины июня 1957 г. Основное внимание было уделено комплектованию аппарата совнархоза, ознакомлению с работой предприятий, изучению узких мест, выявлению возможностей безусловного выполнения плана в заданной номенклатуре и более рационального использования производственных мощностей. Из 458 должностей, предусмотренных штатными расписаниями совнархоза, было укомплектовано 319 должностей. Из общего количества принятых инженерно-технических работников законченное высшее и среднетехническое образование имели 98 %. В аппарате совнархоза работали 55 человек, прибывших из Москвы и городов области20. Укомплектование аппарата и создание необходимых условий для работы совнархоза проходили с большими трудностями. Отдельные упраздненные министерства недобросовестно подошли к передаче предприятий. Некоторые из них не представили в полном объеме документацию по плану производства и другим разделам деятельности предприятий, не решили финансовых вопросов в том объеме, который был определен решениями правительства. В силу этого совнархоз не мог даже в начале августа 1957 г. составить сводный финансовый план на 1957 г. по подчиненным предприятиям. Отсутствовала в нужном объеме документация по планам конструкторских работ, внедрению новой техники и другим вопросам21. 17 ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 32. Д. 7. Л. 53,54. 18 ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 32. Д. 7. Л. 55. 19 Тамже.Оп. 19.Д. 18. Л. 10. 20 Там же. Л. 14. 21 Там же. Л. 11-14. 171
Демичев Е. В. Организованный в 1957 г. Курганский совнархоз имел следующие управления: металлообрабатывающей промышленности, пищевой промышленности, промышленности строительных материалов и управление строительства. Основными отраслями, занимавшими большой удельный вес в промышленности совнархоза, являлись: пищевая промышленность (50 % всей промышленности совнархоза), машиностроение и металлообработка (45 % всей промышленности совнархоза)22. На функционировании совнархозов сказывалась их двойственная природа. С одной стороны, они выступали в качестве органов государственно-хозяйственного центра на местах, но в то же время выполняли функции проводников региональных интересов. При ликвидации министерств, воплощавших вертикальную подчиненность в системе управления, вторая сторона стала брать верх. Строгая подчиненность Центру как характерная черта государственной дисциплины ослабла. Совнархозы не торопились в своих мероприятиях заручиться поддержкой правительства и Госплана республики. Они подчас стали действовать без их разрешения и опаздывали в выполнении их требований. Председатель Госплана РСФСР В. Н. Новиков в конце мая 1958 г. сообщал в Совмин РСФСР, что решение республиканского правительства о предоставлении в двухмесячный срок в Госплан РСФСР утвержденных совнархозами планов капитального строительства на 1958 г. не выполнено23. За пять месяцев планы капитального строительства представили только 57 совнархозов из 6724. Нарушения в распределении капиталовложений были наиболее показательными для характеристики начавшихся сбоев в управлении. Совнархозы не имели права снимать капиталовложения со строек, поименно включенных в титульные списки, утвержденные правительством РСФСР. Однако нередко это положение нарушалось. Нарушения в капиталовложениях были повсеместными. Данные по 57 совнархозам РСФСР на 21 мая 1958 г. свидетельствовали, что утвержденные правительством народно-хозяйственные планы капитального строительства по отраслям тяжелой промышленности — черной и цветной металлургии, химической, нефтяной, газовой, угольной промышленности, энергетике, радиотехнической промыш22 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 49. Л. 7, 8. 23 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 527. Л. 37. 24 Там же. Л. 38. 172
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале ленности — были уменьшены с 28 246,7 млн до 26 708,3 млн, т. е. на 15 38,4 млн руб. (5,4 %)25. Небезынтересно распределение «сэкономленной» суммы. Из 1538,4 млн руб. 1021,6 млн было передано по части III сводных смет; 383,8 млн — горисполкомам и местным Советам на жилищное строительство; 34,7 млн направили на введение новых норм накладных расходов в строительстве; 66,5 млн составили перераспределения (так указано в источнике) и 29,8 млн руб. ушли на различные долевые участия26. В неменьшей степени местничество проявилось и в выполнении плана поставок продукции в другие регионы. Особенно выпукло местничество проявилось в РСФСР. Несмотря на то что республика план поставки деловой древесины за I квартал 1958 г. выполнила на 104,2 %, а для своих предприятий — даже на 108,6 %, для предприятий других республик она справилась с планом только на 92,2 %. В результате предприятия других республик недополучили около 500 тыс. кубометров деловой древесины27. Местничество как явление, связанное с обособлением территориальных, местных интересов, не ограничивалось только пределами совнархозов, а в масштабах республики не выглядело только в качестве простой арифметической суммы совнархозовских местничеств. Оно проявлялось на различных этажах управления, включая республиканский, приобретя на этом уровне национально-региональный характер. В силу этого оно было трудноразличимым. Затянувшееся организационное становление Госплана РСФСР, неустойчивое положение его председателя не могли не сказаться на проявлениях местничества. Хотя всего этого ожидали, но к широкому его проявлению оказались не готовы. Старые постановления ЦИК и СНК СССР от 18 декабря 1931 г. и от 2 сентября 1947 г. об уголовной ответственности директоров и других должностных лиц за невыполнение кооперативных поставок не работали, а нового закона не было28. Повсеместное проявление местничества оживляло воспоминания о дискуссии, предшествовавшей реформе, когда ее противники предсказывали все возникшие негативные явления. Уверенность в пра25 Тамже. Л. 47. 26 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 527. Л. 47. 27 РГАСПИ. Ф. 2. On. 1. Д. 318. Л. 30. 28 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 580. Л. 20,24. 173
Демичев Е. В. вильности проводимой реформы пошатнулась. Бюро ЦК в конце января 1958 г. под председательством А. Б. Аристова приняло предложение Совета министров РСФСР об утверждении республиканскими министрами десяти председателей крупнейших совнархозов29. Решение явно расходилось с общим курсом реформы. Обращает на себя внимание тот факт, что в постановлении отсутствовал традиционный пункт о представлении данного решения на утверждение Президиума ЦК КПСС, будто ожидали, какой будет политическая реакция руководства страны на негативные тенденции в управлении. Конец всем колебаниям положил майский (1958) пленум ЦК КПСС, на котором рассматривалась борьба с местничеством. Н. С. Хрущев не стал проводить дискуссию. Сообщение председателя Госплана СССР И. И. Кузьмина об итогах выполнения плана развития народного хозяйства за I квартал 1958 г. было заслушано без обсуждения. Но чтобы погасить зарождавшиеся сомнения и колебания, Н. С. Хрущев все-таки выступил в защиту реформы. «Некоторые люди могут сказать, они-де были правы... Я убежден, — говорил он, — что раньше, до реорганизации, растекалось гораздо больше средств, предназначенных на капитальное строительство... Мы должны продолжить работу, чтобы завершить перестройку управления промышленностью и строительством»30. В принятом постановлении пленума Президиуму ЦК КПСС поручалось расследовать факты допущенных нарушений, наказать виновных невзирая на лица и занимаемые ими посты, вплоть до предания их суду31. Отката назад не произошло. Бюро ЦК 21 мая 1958 г. упразднило вообще должности министров РСФСР, установленные для руководящих работников, не возглавлявших министерства РСФСР. Все председатели совнархозов, утвержденные до этого республиканскими министрами, остались на местах, кроме В. Н. Новикова, председателя Ленинградского СНХ. Еще в марте 1958 г. его назначили заместителем председателя, а в начале мая — председателем Госплана РСФСР вместо Н. К. Байбакова32. ЦК КПСС и правительство ужес29 РГАНИ. Ф. 13. On. 1. Д. 44. Л. 125. 30 РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1.Д.318.Л.31. 31 Там же. Л. 38. 32 РГАНИ. Ф. 13. On. 1. Д. 48. Л. 32; Там же. Ф. 13. On. 1 Д. 53. Л. 43; Там же. Ф. 13. Оп. 1.Д.54.Л.9. 174
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале точили меры против местничества. Совет министров РСФСР в начале июля 1958 г. вынес выговоры руководителям ряда совнархозов и местных управлений Росглавлесснабсбыта при Госплане РСФСР за срыв лесопоставок в другие районы. Начальник Росглавснабсбы- та К. М. Пантин был строго предупрежден об ответственности за слабый контроль работы подведомственных территориальных управлений33. Большинство бывших союзных и союзно-республиканских предприятий находилось в ведении РСФСР, но сбыт их продукции осуществляли главсбыты СССР. Возникшая двойственность в управлении предприятиями затрудняла оперативное руководство и осложняла организацию снабжения предприятий, подведомственных РСФСР34. Через полгода после завершения в основном периода становления системы совнархозов наступила и очередь реорганизации системы сбыта. В январе 1958 г. при Госплане СССР ликвидировали 20 прежних главных управлений, но создали 14 главных управлений по межреспубликанским поставкам. Основная работа в организации материально-технического снабжения предприятий переносилась в республики. При Госплане РСФСР создали 18 главснабсбытов. Удельный вес их снабженческо-сбытовой работы в общем объеме работы главснабсбытов при Госплане СССР составил в среднем 65 %, а по некоторым отраслям промышленности — 75-89 %35. На материально-техническое снабжение безусловно влияло проявление местничества. Но самая главная причина заключалась в дефиците ряда важных материально-технических ресурсов. Местничество в основном было производным явлением от этой причины. Особенно сильно на материально-техническом снабжении сказывался дефицит металлов. Дополнительные задания по его производству, как правило, не выполнялись. Во втором квартале 1959 г., несмотря на значительное перевыполнение производственного плана, дополнительное задание по выплавке стали в РСФСР было выполнено только на 82 %, производство проката — на 84, стальных труб — на 33 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 556. Л. 96. 34 Колдомасов Ю. И. Планирование материально-технического снабжения народного хозяйства СССР. М., 1961. С. 14; ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 580. Л. 16. 35 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 580. Л. 4, 9,10; Колдомасов Ю. И. Указ. соч. С. 14,15. 175
Демичев Е. В. 83 %. В результате Госплан РСФСР испытывал трудности в выделении фондов на металл и трубы, что вело к опаздыванию размещения заказов на производство оборудования. Особенно в сложном положении оказались строящиеся и реконструируемые предприятия химической промышленности. Об этом свидетельствовал анализ Бюро ЦК строительно-монтажных работ по данным предприятиям за 1958 г. в пяти совнархозах РСФСР36. Централизация управления в условиях постоянного дефицита материальных ресурсов была неизбежной. Она проявилась не только на местах, но и в центре. Совет министров СССР в январе 1959 г. в постановлении «О порядке материально-технического снабжения народного хозяйства СССР» лишил республиканские главснабсбы- ты права на размещение заказов на изготовление, а также выдачу нарядов на поставку продукции, предусмотренной планами межреспубликанских поставок, и возложил эту работу на главные управления Госплана СССР, увеличив их штаты за счет республиканских главснабсбытов37. Все это свидетельствовало о том, что процесс децентрализации управления в 1959 г. был остановлен и стал нарастать централизм. В этом же направлении эволюционировала организация составления планов развития народного хозяйства. Совнархозы оказались недостаточно функциональными для разработки перспективных планов развития народного хозяйства. Госпланы СССР и РСФСР в отсутствие вертикальных управленческих структур оказались перед лицом большого количества территориальных органов управления, деятельность которых даже организационно была слабо скоординирована. В начале апреля 1960 г. ЦК КПСС и Совет министров СССР приняли постановление «О дальнейшем совершенствовании дела планирования и руководства народным хозяйством». Оно предусматривало образование в крупных экономических районах страны Советов по координации и планированию работы совнархозов, входящих в состав этих районов38. Снова оживилась работа по экономическому районированию страны. Первоначально она осуществлялась Госэкономсоветом СССР под председательством А. Ф. Засядько. Президиум ЦК КПСС 20 июля 36 РГАНИ. Ф. 13. On. 1. Д. 88. Л. 48, 49; Там же. Д. 79. Л. 17,18. 37 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 4333. Л. 16. 38 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 6269. Л. 133. 176
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале 1960 г. одобрил предложения Госэкономсовета и направил их на апробацию местных партийных и советских органов39. Решение о создании в крупных экономических районах советов по планированию и координации скорректировало переход реформы с первоначального варианта ее развития на второй вариант, от которого отказались в начале реорганизации управления. Их создание явилось первым толчком к изменениям всей структуры хозяйственной системы управления промышленностью. Они возникли на основе отделения функции оперативного хозяйственного управления от функции планирования. Обе функции до этого осуществлялись Госпланом. С образованием советов по координации для повышения эффективности деятельности Госплана появилась возможность освободить его от контроля за выполнением совнархозами государственных планов. В этих условиях вновь возродилась идея образования ВСНХ. Внеся 25 апреля 1960 г. на рассмотрение Президиума ЦК КПСС проект постановления «О дальнейшем совершенствовании дела планирования и руководства народным хозяйством РСФСР», Бюро ЦК признало целесообразным для улучшения оперативного решения хозяйственных вопросов, более правильного использования материально-технических ресурсов и усиления координации деятельности совнархозов образование Всероссийского совета народного хозяйства (ВСНХ). В Госплане РСФСР сосредоточивалось теперь только текущее и перспективное планирование40. При формировании ВСНХ и советов по координации в крупных экономических районах проявились две тенденции. Одна тяготела в большей степени к строгой централизации, другая стремилась не выходить за пределы координации. Госплан СССР предложил дополнительно передать советам по координации функции оперативного контроля за выполнением народно-хозяйственных планов. Председатель Госэкономкомиссии А. Засядько высказался против, отметив, что это неизбежно приведет к вмешательству советов в оперативную деятельность и вызовет осложнения в текущем планировании и руководстве хозяйством. Он предложил решить вопрос о полномочиях советов по координации с учетом образования республиканских совнархозов в России, на Украине и в Казахстане, которые и должны были заниматься координацией хозяйственной деятельности совнархозов41. 39 Тамже. Л. 99. 40 РГАНИ. Ф. 13. On. 1. Д. 109. Л. 3. 41 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 6263. Л. 100,101. 177
Демичев Е. В. Особенно явно обе тенденции столкнулись при выработке структуры советов по координации. Госплан РСФСР высказался за утверждение постоянных председателей советов по координации из числа зампредов Совета министров РСФСР и Госплана РСФСР, а также — за постоянных представителей Госплана и ВСНХ в этих советах42. Предложения вошли в проект постановления правительства РСФСР, но не нашли поддержки в аппарате Бюро ЦК. Руководители промышленно-транспортного отдела, отдела административных и торгово-финансовых органов С. А. Баскаков и В. И. Тищенко предложили поочередное председательствование на заседаниях советов руководителей совнархозов и постоянное участие представителей Госплана РСФСР и ВСНХ вместо постоянных их представителей43. Эта позиция, в конечном итоге взявшая верх, обнаруживает, в какой мере политическое руководство продолжало оставаться сторонником самостоятельности совнархозов. Всего в РСФСР было создано 10 советов по координации. В их состав входили секретари обл(край)комов, председатели обл(край)- исполкомов, правительств автономных республик, совнархозов и обл(край)планов. Численность работников аппарата советов по координации в РСФСР колебалась от 6 до 10 человек в каждом и в сумме составила 81 человека. Из них 59,3 % составляли главные специалисты и 28,4 % — старшие экономисты. Вся руководящая текущая работа выполнялась десятью (12,3 %) постоянными заместителями председателей советов44. Создание аппарата советов и увеличение в связи с этим штатов Госплана РСФСР на 20 единиц было произведено за счет общей численности работников центрального аппарата совнархозов45. Их деятельность носила совещательно-рекомендательный характер. Они были в значительной мере аморфной структурой. Госплан РСФСР не имел эффективных рычагов руководства ими, да и внутри них не прослеживалось четкой системы подчиненности. Это создавало более широкий простор для столкновения региональных интересов. В конечном итоге обнаружилось, что созданные советы по координации мало кому были нужны, а организационно и функционально они оказались малоэффективными и вскоре перестали существо42 Там же. Д. 6269. Л. 129. 43 Тамже. Л. 36. 44 РГАНИ. Ф. 13. On. 1. Д. 149. Л. 9. 45 Там же. Л. 6. 178
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале вать. Но опыт их организации позволил уточнить состав некоторых крупных экономических районов. В целом Советы по координации стали только переходной мерой к укрупнению совнархозов. Все это свидетельствовало о том, что политическому центру не удалось ограничиться только координацией деятельности совнархозов. Осуществление реформы выявило функциональную недостаточность новой системы управления, что стало особенно очевидным для работников центральных хозяйственных органов. Но одновременно ее реализация предоставила руководству регионов большие возможности для комплексного решения проблем экономического и социального развития территорий на государственном уровне. Совнархозы и Совмин РСФСР оперативно принимали необходимые меры для выполнения годовых плановых показателей, но с каждым годом это давалось все труднее. Итоги выполнения государственного плана развития народного хозяйства РСФСР 1957 г. в целом оказались положительными. Многие современники связывали их с осуществленной в 1957 г. перестройкой управления промышленностью и строительством, созданием советов народного хозяйства по экономическим административным районам и расширением прав союзных республик, с приближением руководства к предприятиям. В частности, Центральное статистическое управление РСФСР, анализируя эти итоги, подчеркнуло, что данная перестройка позволила улучшить использование имеющихся ресурсов в народном хозяйстве, обеспечила дальнейшее широкое развитие инициативы трудящихся и способствовала успешному выполнению предприятиями и организациями государственных планов46. . Промышленность Российской Федерации досрочно выполнила годовой план производства валовой продукции и большинства важнейших изделий. План производства промышленной продукции в 1957 г. как в целом по республике, так и по промышленности, подведомственной Совету министров РСФСР, был выполнен на 104 %. Общий выпуск продукции увеличился по сравнению с 1956 г. на 10 %, производство средств производства возросло на 11, а предметов потребления — на 8 %47. Плановые задания во втором полугодии 1957 г., т. е. после реорганизации управления промышленностью, выполнялись лучше, чем 46 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 608. Л. 8. 47 Тамже. Л. 9. 179
Демичев Е. В. за соответствующий период предыдущего года. Во втором полугодии 1956 г. план по валовой продукции был выполнен на 102 %, а во втором полугодии 1957 г. — более чем на 104 %48. В то же время промышленностью РСФСР был недовыполнен план выплавки чугуна и стали, добычи железной руды, производства металлургического оборудования, магистральных электровозов, нефтеаппаратуры, ткацких станков, тракторных сеялок, силосоуборочных комбайнов, кирпича, сборных железобетонных конструкций и деталей, оконного стекла, швейных машин, бытовых пылесосов и стиральных машин, консервов, улова рыбы и некоторых других видов продукции49. В 1957 г. недовыполнили план производства чугуна предприятия Свердловского, Челябинского, Оренбургского совнархозов; стали — Челябинского, Пермского, Горьковского, Ростовского совнархозов; добычи железной руды — Кемеровского, Свердловского, Оренбургского, Белгородского совнархозов50. Производительность труда в промышленности РСФСР в 1957 г. возросла по сравнению с 1956 г. на 7 %, в том числе на предприятиях, подчиненных совнархозам, на 8 %51. В 1957 г. несколько улучшилась кооперация и специализация в промышленности. Большинство предприятий своевременно выполняло заказы и поставляло необходимую продукцию для других предприятий. Однако отдельные предприятия Ивановского, Ленинградского, Московского (областного), Брянского, Сталинградского, Свердловского, Владимирского, Краснодарского, Горьковского, Оренбургского, Иркутского, Калининского, Калужского и некоторых других совнархозов неудовлетворительно выполняли план кооперированных поставок по чугунному и стальному литью, поковкам, штамповкам, деталям механической обработки и готовым узлам машин52. План снижения себестоимости товарной продукции государственной промышленностью, подведомственной Совету министров РСФСР, в 1957 г. был выполнен. По всей товарной продукции получена сверхплановая экономия в сумме свыше 3,5 млрд руб., в том 48 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 608. Л. 9. 49 Там же. Л. 12. 50 Там же. Л. 13. 51 Тамже. Л. 12. 52 Там же. Л. 20. 180
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале числе промышленностью совнархозов — свыше 2,5 млрд. Значительной сверхплановой экономии добились Ленинградский, Московский (городской), Московский (областной), Свердловский и некоторые другие советы народного хозяйства. Наряду с этим Мурманский, Белгородский, Красноярский, Кировский совнархозы допустили значительный перерасход средств против плановой себестоимости. Неудовлетворительно выполнены задания по снижению себестоимости продукции в промышленности строительных материалов и сахарной промышленности53. В 1957 г. около 770 тыс. изобретателей и рационализаторов внесли более 1,3 млн предложений. Внедрено более 700 тыс. изобретений, технических усовершенствований и рационализаторских предложений. Экономия от внедрения принятых предложений по расчету на год составила около 4 млрд руб.54 55 Некоторое представление о деятельности совнархозов в 1957- 1961 гг. дают таблицы 1, 2 и приложения 3-6. Таблица 1 Выполнение плана производства валовой продукции в 1957-1961 гг. Московским областным, Курганским, Оренбургским, Челябинским совнархозами и РСФСР (в %)55 Совнархозы, РСФСР 1957 г. 1958 г. 1959 г. 1960 г. 1961 г. Московский областной 105 104,6 105,2 103,3 101,3 Курганский 102 100,9 104,7 107,8 101,4 Оренбургский 103 102,9 107,9 103,2 101,9 Челябинский 102 103,9 103,1 102,0 97,9 РСФСР 104 103,6 104,0 103,1 101,3 Из таблицы 1 видно, что в период с 1957 по 1961 г. Московский, Курганский, Оренбургский совнархозы и промышленность РСФСР в целом обеспечили перевыполнение плана по валовой продукции. Исключением явился 1961 г.: выполнение плана по данному показателю Челябинским совнархозом составило 97,9 %. 53 Там же. 54 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 608. Л. 20. 55 Там же. Л. 10, И; ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 93. Л. 21; Там же. Д. 138. Л. 19; Там же. Д. 4765. Л. 79; Там же. Д. 4841. Л. 24, 38; Там же. Д. 4852. Л. 1; Там же. Д. 6257. Л. 1; Там же. Д. 6576. Л. 16; Там же. Д. 6640. Л. 137; Там же. Д. 6643. Л. 29; Там же. Д. 8300. Л. 1; Там же. Д. 8302. Л. 1; Там же. Д. 8311. Л. 13; Там же. Д. 9776. Л. 41; ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 45. Д. 3313. Л. 1. 181
Демичев Е. В. Успешно совнархозы выполняли планы по производительности труда в промышленности: Московский областной — в 1958 г. на 103.5 %, в 1959 г. на 104, в 1960 г. на 102,2, в 1961 г. на 101,3 %; Курганский — в 1958 г. на 103,1 %, в 1959 г. на 103,1, в 1960 г. на 103,6 %; Оренбургский — а в 1958 г. на 102,3 %, в 1959 г. на 105,0, в 1961 г. на 101.5 %; Челябинский — в 1958 г. на 102,9, в 1959 г. на 102,1 %. Вместе с тем не выполнили план по данному показателю совнархозы: Курганский — в 1961 г. 99 %, Оренбургский — в 1960 г. 97 %, Челябинский - в 1960 г. 99,7, в 1961 г. 97,5 %56 57. Наиболее успешным для анализируемых совнархозов оказался 1958 г., о чем свидетельствует таблица 2. Таблица 2 Основные показатели выполнения плана 1958 г. Московским областным и южноуральскими совнархозами57 Совнархозы Процент выполнения Выпущено сверх плана валовой продукции (млн руб.) валовая продукция товарная продукция производительность труда Мособлсовнархоз 104,6 105,3 103,5 2069,3 Курганский 100,9 101,2 101,0 17,22 Оренбургский 102,9 102,5 102,3 158,9 Челябинский 103,9 103,8 102,9 992,0 Московский областной и южноуральские совнархозы перевыполнили план 1958 г. по производительности труда, валовой и товарной продукции. При этом лучших показателей добились Московский областной и Челябинский совнархозы, на третьем месте — Оренбургский и на последнем — Курганский совнархозы. Только этими совнархозами произведено сверхплановой валовой продукции на 3237,4 млн руб. Мособлсовнархоз с первых дней своей деятельности занимался упорядочением кооперированных предприятий в пределах своего административного экономического района и улучшением связей 56 Там же. 57 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 2505. Л. 5, 43; Там же. Д. 2776. Л. 29, 30; Там же. Д. 2759. Л. 1,2; Там же. Д. 2745. Л. 18,19,31. 182
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале с другими экономическими районами. В 1958 г. Московский областной совнархоз ликвидировал нерациональные перевозки торфа из Владимирской и Горьковской областей. В то же время было сокращено количество поставщиков торфа и в Московской области. В результате средняя дальность перевозок торфа по железнодорожным магистралям уменьшилась с 146 км в 1957 г. до 57 км в 1958 г. Это позволило сэкономить только на транспортных расходах 5 млн руб.58 Вместе с тем в деятельности предприятий и организаций Московского областного и южноуральских совнархозов имелись недостатки и неиспользованные резервы, о чем говорят следующие данные. В 1958 г. 12 предприятий Мособлсовнархоза из 401 не выполнили план и недодали народному хозяйству 5 паровых котлов общей мощностью 360 т пара в час, 795 металлообрабатывающих станков, 1470 ткацких станков, 14 магистральных тепловозов «ТЭ-3», 20 тыс. т порт- ландского цемента и ряд других изделий. Хотя план по себестоимости товарной продукции в целом по совнархозу был перевыполнен на 619,3 млн руб., 35 предприятий не выполнили план по себестоимости и допустили удорожание товарной продукции на 25,4 млн руб.59 В 1958 г. 9 промышленных предприятий Курганского совнархоза, или 10 % общего их количества, не выполнили план и недодали валовой продукции на 34 млн руб. Народному хозяйству недодано против плана 1214 рулонных пресс-подборщиков, 274 тыс. штук арматуры, 888 т чугунного литья, 1486 т штамповок, 519 т сортовой холоднотянутой стали и другой продукции. Допущены потери от понижения сортности и брака продукции в сумме более 4 млн руб. 13 предприятий не выполнили установленных заданий по росту производительности труда60. В 1958 г. имелось немало недостатков в деятельности Оренбургского и Челябинского совнархозов. Из 118 предприятий Оренбургского совнархоза 7 не выполнили план производства и недодали промышленной продукции на 21,3 млн руб. Предприятия совнархоза не выполнили план производства продукции в установленной номенклатуре. Народному хозяйству недодано 1154 т сталеплавильного оборудования, 1143 т прокатного оборудования, 220 т газогенераторного оборудования, 15 млн штук кирпича. На некоторых предприятиях не 58 Берков Е. А., Жедь М. С. Московский облсовнархоз в действии. М., 1958. С. 36. 59 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 2505. Л. 5,6. 60 Там же. Д. 2776. Л. 1,2. 183
Демичев Е. В. полностью использовали производственные мощности. План капитальных вложений недовыполнен на 4,4 %, в том числе по химической промышленности — на 39, машиностроению — на 19,6, промышленности строительных материалов — на 15 %61. В 1958 г. 45 предприятий Челябинского совнархоза не выполнили план производства продукции на 56,7 млн руб. Народному хозяйству недодано 6,1 тыс. т сортовой инструментальной стали, 18,6 млн штук строительного кирпича, 881 т чугунной черной и железной эмалированной посуды62. Совет министров РСФСР в постановлении от 15 мая 1962 г. № 638 «Об итогах хозяйственно-финансовой деятельности предприятий и организаций Челябинского совнархоза за 1961 год» констатировал: Челябинский совнархоз в результате неудовлетворительного руководства промышленностью и строительством не обеспечил в 1961 г. выполнения заданий народно-хозяйственного плана по производству продукции, капитальному строительству и вводу в действие производственных мощностей, а также по росту производительности труда, снижению себестоимости товарной продукции, накоплениям и платежам в бюджет63. В целом описанное положение в промышленности и строительстве мало чем отличалось от дореформенного. Неудовлетворенность эффективностью реформы вызвала ее корректировку в начале 1960-х гг. В 1962 г. произошло резкое ужесточение административно-командных требований политического центра по всем линиям системы управления. Под давлением Бюро ЦК, требовавшего принятия оперативных мер, ВСНХ, будучи по статусу координирующим органом, все чаще стал брать на себя право непосредственного руководства совнархозами. С этой целью Президиум ВСНХ подчинил созданные в его аппарате территориальные отделы заместителям председателя ВСНХ и возложил на них руководство совнархозами соответствующего крупного экономического района64. Переход от политики координации к резкому усилению административно-командного давления политического руководства на всю систему управления определился в апреле 1962 г. после постановления Президиума ЦК КПСС и указаний Н. С. Хрущева о разработке 61 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 2745. Л. 9,10. 62 Там же. Д. 2745. Л. 10. 63 Там же. Д. 8302. Л. 1. 64 Там же. Д. 2505. Л. 2. 184
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале мероприятий организационного характера по улучшению партийного и хозяйственного руководства промышленностью и городским хозяйством. Бюро ЦК 18 апреля 1962 г. определило основные направления разработки этих мероприятий. Среди них предусматривалось повышение уровня руководства ВСНХ, улучшение работы Госплана РСФСР и дальнейшее совершенствование структуры совнархозов. Совнархозы в то время высказывали соображения, тяготеющие к идее их укрупнения. В условиях существования Советов по координации в крупных экономических районах эта идея приобретала своеобразную форму. Предлагалось, например, в каждом крупном экономическом районе подчинить отдельные отрасли промышленности какому-либо одному совнархозу по признакам наибольшей целесообразности. Поступали предложения о ликвидации ВСНХ, сосредоточении планирования и управления промышленностью в руках одного органа — Госплана РСФСР. Но подобные попытки были отклонены. Центр не хотел возвращаться к положению 1957-1960 гг., когда проявилось местничество и усилились сбои в материально-техническом снабжении. Напротив, выкристаллизовывалась тенденция к усилению центральных хозяйственных органов и укрупнению совнархозов. Но главное заключалось в стремлении политического центра усилить партийное руководство промышленностью. Необходимость этого диктовалась наличием крупных недостатков как в планировании, так и в оперативной деятельности. Поэтому Бюро ЦК в мероприятиях апреля 1962 г. ставило задачу повысить роль партийных комитетов по всем направлениям деятельности совнархозов, что фактически являлось признанием их управленческой недостаточности. Резкое усиление отмеченных тенденций обусловило новый этап эволюции совнархозовской реформы. Начало ему положили решения ноябрьского (1962) пленума ЦК КПСС. Укрупненные совнархозы в 1962-1965 гг. Усиление местнических тенденций в деятельности совнархозов, отсутствие в пределах экономического административного района единого комплексного плана развития (существовали параллельно планы предприятий подведомственных совнархозу предприятий местной промышленности, оставшихся министерств) заставляли искать пути улучшения системы управления. Выступая на ноябрьском (1962) пленуме ЦК КПСС Н. С. Хрущев вспомнил ход обсуждения реорганизации в 1957 г.: «Тогда было 185
Демичев Е. В. решено вернуться к этим предложениям (создание совнархозов на базе экономических, а не административных районов) позднее, когда будет накоплен достаточный опыт»65. Н. С. Хрущев признал правоту тех, кто вносил предложения о совнархозах на базе крупных экономических районов (Урал, Западная Сибирь). На пленуме приняли решение об укрупнении совнархозов. В результате в стране было образовано 47 экономических районов и, соответственно, советов народного хозяйства, из них 24 — в РСФСР66. Для осуществления единой технической политики в ведение государственных комитетов по отраслям промышленности были переданы все ведущие научные, проектные и конструкторские институты, КБ заводов с опытными и экспериментальными базами. При этом следует иметь в виду, что госкомитеты, построенные по отраслевому принципу, не были наделены никакой административной властью. Динамика роста государственных отраслевых комитетов (до 1962 г. — 12, в 1963 г. — 20, на начало 1965 г. — 29) показывает непрерывное повышение функциональной роли отраслевых плановых органов внутри совнархозовской системы. Госкомитетов становилось все больше, почти для каждого вида производимой продукции, и таким образом, спустя какое-то время их было уже весьма трудно отличить от того, что ранее считалось министерствами. Комитеты функционировали во многих случаях в тех же зданиях, где размещались прежние министерства и даже под руководством прежних начальников. Поэтому Н. К. Байбаков вполне обоснованно считал, что «переход хозяйственных предприятий в подчинение госкомитета означал бы не что иное, как создание министерства»67. Подавляющее большинство новых совнархозов было образовано на основе общности производственной специализации. Яркой иллюстрацией данного положения являются цифры, характеризующие состояние промышленности четырех областей центра России, на территории которых был организован Московский совнархоз. Промышленность Мособлсовнархоза в 1962 г. выпустила почти в 17 раз больше продукции, чем, например, Смоленского. Если общий выпуск продукции в укрупненном экономическом районе принять за 100 %, 65 Правда. 1962. 20 ноября. 66 Советская Россия. 1962. 28 декабря. 67 Байбаков Н. К. 40 лет в правительстве. М., 1993. С. 92-93. 186
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале то удельный вес Калининского совнархоза в то время составлял 14,4, Рязанского — 8,3, Смоленского — 4,6, а Московского — 72,7 %68. В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 25 декабря 1962 г. «Об образовании экономических районов РСФСР» постановлением Совмина РСФСР от 26 декабря 1962 г. № 1690 Московский областной совнархоз упразднен и образован совет народного хозяйства Московского экономического района (Московский совнархоз) с включением в него Московского областного, Рязанского, Смоленского и Калининского совнархозов. В них проживали 9,4 млн человек. На 973 предприятиях нового совнархоза трудились 1 млн 142 тыс. рабочих и служащих69. В Московском совнархозе было 12 основных отраслей промышленности: черной и цветной металлургии, машиностроения и металлообработки, производство абразивных и графитовых изделий, строительных материалов, химической, деревообрабатывающей и бумажной, стекольной и фарфоро-фаянсовой промышленности. Каждая из этих основных отраслей имела основные подотрасли, которых всего насчитывалось 70. Продукция Московского совнархоза зачастую определяла технический уровень целых отраслей. Общий уровень специализации промышленности Московского совнархоза достиг 72 %. Для руководства промышленными предприятиями в Московском совнархозе было организовано 27 отраслевых управлений. Большинство из них находились в Москве. Вместе с тем в Рязани разместилось управление пищевой и молочной промышленности, в Калинине — лесной, кожевенно-обувной, а в Смоленской — льняной и молочной. Такое размещение отраслевых управлений было сделано для того, чтобы приблизить руководство непосредственно к предприятиям70. Новая структура управления производством все более приобретала отраслевую форму. Аппарат Московского совнархоза по сравнению с прежними четырьмя был сокращен более чем на 600 человек71. Одновременно значительно расширялись права отраслевых управлений и директоров предприятий. Они смогли самостоятельно решать многие вопросы, по которым прежде требовалось вмешательство совнархоза. 68 Ленинское знамя. 1963.1 февраля. 69 Экономическая газета. 1963.16 февраля. 70 Совнархоз. 1963.5 февраля. 71 Ленинское знамя. 1963.1 февраля. 187
Демичев Е. В. До реорганизации в управление машиностроения и радиотехнической промышленности бывшего Рязанского совнархоза входили 12 машиностроительных, два металлургических, два приборостроительных, два чугунолитейных и ряд других заводов. Руководить этим многоотраслевым хозяйством было сложно. После реорганизации в Московском совнархозе возникли управления по отраслям: тяжелого и транспортного машиностроения, черной и цветной металлургии, химической промышленности и т. д., что улучшило руководство промышленностью. Если раньше в четырех прежних совнархозах было 44 отраслевых управления и 47 функциональных служб, то в объединенном совнархозе соответственно 29 и 19, при этом 8 управлений действовали непосредственно в областных центрах — Калинине, Рязани, Смоленске72. Основными отраслями Московского совнархоза было преимущественно точное и сложное машиностроение, составляющее от 12 до 28 % от общего производства промышленной продукции. Легкая промышленность в этом регионе охватывала 21-49 % производства продукции. В регионе осуществлялось кооперирование машиностроительных заводов, текстильных фабрик и т. д. Московский совнархоз располагал крупными резервами, имел возможность оперативно маневрировать ими. Были успешно решены многие практические вопросы по оказанию помощи одних предприятий другим. Например, Рязанский завод тяжелого кузнечно-прессового оборудования не располагал возможностью выполнять задание по изготовлению поковок. Ее изыскали на Электростальском заводе тяжелого машиностроения73. В укрупненном совнархозе искали возможности для наиболее полного использования имеющихся производственных мощностей, осуществлялись меры по укрупнению предприятий, созданию объединений и фирм. На базе 123 мелких предприятий Московского совнархоза были созданы 45 укрупненных предприятий и три фирмы74. Создание укрупненных совнархозов в начале 1963 г. сняло вопрос о ликвидации отраслевых управлений. Если в условиях наличия небольшого числа предприятий одной отрасли в совнархозах была целесообразна ликвидация отраслевых управлений, то в связи с созданием производственных объединений следовало совершенство72 Ленинское знамя. 1963.17 мая. 73 Там же. 74 Ленинское знамя. 1964.1 февраля. 188
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале вать отраслевую структуру управления, определить более четкую специализацию. За основу организации укрупненного совнархоза была взята структура управления, сложившаяся в Московском областном совнархозе. Для решения оперативных вопросов и координации работы отдельных отраслевых управлений внутри областей были созданы производственно-территориальные управления, возглавляемые заместителями председателя Московского совнархоза в Калинине, Рязани, Смоленске. В Московском совнархозе предприятия ежегодно потребляли сотни тысяч тонн черных, цветных металлов, угля и сотни тысяч кубометров леса. При таком огромном объеме нужна была особая четкость в организации снабжения предприятий всем необходимым. Для этого Московский совнархоз создал в Подольске, Коломне, Мытищах и других промышленных центрах районные базы снабжения. Материалы в эти города доставлялись железнодорожным транспортом, а на предприятия — автомобильным, что позволяло уменьшить пробег автомашин, ликвидировать на предприятиях излишние запасы сырья и материалов75. Существенным условием выравнивания экономического уровня региона было разумное направление капитальных вложений. За 1959-1965 гг. темпы роста капиталовложений в развитие промышленного производства по областям региона составили (в процентах): Московской области — 126, Калининской — 124, Рязанской — 135 и Смоленской — 138. Таким образом, наиболее высокими темпами осуществлялось строительство в Рязанской и Смоленской областях. Капиталовложения направлялись по экономическому району на развитие таких отраслей машиностроения, как станкоинструментальная и электротехническая. Но в Смоленской области большая часть капиталовложений приходилась на развитие переработки пластмасс, а в Рязанской области предусматривался дальнейший рост тракторного и сельскохозяйственного машиностроения (свыше 28 %), в Калининской области около трети капитальных затрат направлялось главным образом на развитие строительного и дорожного машиностроения. В Московской области наибольший удельный вес составляло тяжелое машиностроение. Большое значение имело производство ма75 Силантьев Н. П. Совнархозы — основная организационная форма управления промышленностью и строительством. М., 1958. С. 38. 189
Демичев Е. В. гистральных тепловозов (Коломна), сельскохозяйственных машин (Люберцы), ткацких станков (Климовск), наличие крупного завода качественных сталей и сплавов (Электросталь), несколько предприятий, выпускающих металлоизделия, арматуру76. В анализируемый период стояла задача комплексного развития и размещения всех отраслей. В связи с этим большое значение приобретала районная планировка как промышленных узлов, так и отдельных городов. К такой работе после создания Московского совнархоза приступили в Смоленской и Рязанской областях. После завершения всей организационной работы, связанной с укрупнением совнархозов, Московский совнархоз стал одним из крупнейших в стране. В 1963 г. он имел объем товарной продукции на сумму около 10 млрд руб. В самом Московском совнархозе трудовые ресурсы размещались весьма неравномерно. Подавляющая часть населения совнархоза концентрировалась поблизости от Москвы и в пределах Московской области. Если по территории Московская область уступала областям экономического района, то по количеству населения она значительно (на 20 %) их превосходила. В городской местности происходило дальнейшее увеличение трудовых ресурсов, а в сельской, напротив, — снижение, что являлось результатом индустриализации района77. Промышленная продукция Московского совнархоза насчитывала около 2 тыс. наименований группового ассортимента и поставлялась 79 странам мира. В 1964 г. в Московском совнархозе имелось 25 производственных объединений (фирм), включавших 144 предприятия78. В Южноуральский совнархоз, образованный в 1962 г., входили Курганская, Оренбургская и Челябинская области, 503 промышленных предприятия, объединенных в 21 отраслевое управление79. На предприятиях трудились более 700 тыс. человек. Ведущие отрасли совнархоза: металлургическая (по удельному весу составляла около 50 % всех отраслей); соответственно, машиностроение (30 %), легкая, пищевая и мясомолочная промышленность (10 %)80. Управление предприятиями в совнархозе было организовано по отраслям. Все 76 Силантьев Н. П. Указ. соч. С. 63. 77 Совнархозовец. 1964.17 января. 78 ЦГАМО. Ф. 7482. On. 1. Д. 2000. Л. 6. 79 ГА РФ. Ф. А-403. Оп. 9. Д. 769. Л. 1. 80 ЦДНИОО. Ф. 7518. On. 1. Д. 1. Л. 95. 190
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале предприятия были распределены по отраслевым управлениям. Главные отраслевые управления обеспечивали производственно-техническое руководство предприятиями. В 1962-1964 гг. укрупненный Московский областной, вновь созданный Южноуральский совнархозы и промышленность РСФСР в целом успешно выполняли планы по производительности труда и валовой продукции (таблицы 3 и 4). Таблица 3 Выполнение плана по производительности труда в промышленности РСФСР в 1962-1964 гг. (в %)81 Наименование пунктов 1962 г. 1963 г. 1964 г. Московский областной совнархоз 102,6 101,9 102,4 Южноуральский совнархоз 101,9 100,9 101,0 РСФСР 102,2 100,9 102,2 Перевыполнение плана по производительности труда составило: в 1962 г. — Мособлсовнархозом на 2,6 %, Южноуральским совнархозом — на 1,9, РСФСР — на 2,2 %; в 1963 г. соответственно 1,9-0,9-0,9, в 1964 г.-5,4-1-2,2 %. Таблица 4 Выполнение плана по валовой продукции Московским и Южноуральским совнархозами в 1962-1964 гг. (в %)82 Совнархозы 1962 г. 1963 г. 1964 г. Московский 102,9 102,9 102,5 Южноуральский 102,2 102,1 101,2 Как видно из таблицы 4, лучших результатов в выполнении плана по валовой продукции достиг Мособлсовнархоз, перевыполнивший планы: в 1962 г. — на 2,9 %, 1963 г. — на 2,9 и в 1964 г. — на 2,5 %. Южноуральский совнархоз перевыполнил планы по валовой продукции соответственно на 2,2-2,1-1,2 %. * * 81 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 45. Д. 1854. Л. 1; Там же. Д. 3313. Л. И; Там же. Д. 1245. Л. 72; Там же. Д. 3561. Л. 136. 82 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 45. Д. 1852. Л. 1; Там же. Д. 3313. Л. 10; Там же. Д. 3561. Л. 135; ГА РФ. Ф. А-403. Оп. 9. Д. 769. Л. 1. 191
Демичев Е. В. Промышленные предприятия Южноуральского совнархоза в 1964 г. по сравнению с 1961 г. увеличили объем производства на 9 %83. Обеспечили перевыполнение задания по снижению себестоимости товарной продукции и плана накоплений. Перевыполнили план по добыче железной руды и угля, выплавке чугуна и стали, производству проката, стальных труб, меди, цинка, никеля, светлых нефтепродуктов, железобетонных изделий и ряду другой продукции. Вместе с тем совнархоз, его предприятия и организации, располагавшие большими резервами и получавшие значительную помощь от государства, не устранили крупные недостатки в работе и не обеспечили выполнение каждым предприятием производственных планов, заданий по снижению себестоимости товарной продукции и повышению производительности труда, планов накоплений и платежей в бюджет. В 1962 г. 60 предприятий, или 12 % общего их количества, не выполнили план производства и недодали продукции на 31,9 млн руб. План по производительности труда не выполнили 96 предприятий, или 19,2 %, в связи с чем недодано продукции на 16 млн руб. Плановую себестоимость товарной продукции превысили 94 предприятия, или 19 %, на общую сумму 14,7 млн руб. Недополучили накоплений против плана и допустили сверхплановые убытки в сумме 23,4 млн руб. 114 предприятий, или 24 % общего их количества84. Предприятиями совнархоза в 1962 г. не выполнен план производства продукции в заданной номенклатуре, в результате чего народному хозяйству недодано: 82 тыс. т кокса, 32,9 тыс. т серной кислоты, 178 металлорежущих станков, 23 дизеля, 37 автогрейдеров, на 1.8 млн руб. химического оборудования, на 1,4 млн руб. тракторных и на 1,3 млн автомобильных запасных частей, 14,8 тыс. т цемента, 739 т угольных электродов, 25 тыс. кубометров пиломатериалов, 38,2 тыс. пар кожаной обуви, 12,9 тыс. бытовых холодильников, 315.8 тыс. радиоприемников, 915 тыс. штук столовых приборов, И тыс. т цельномолочной продукции, 1,7 тыс. т животного масла и другой продукции. Предприятия черной металлургии недопоставили потребителям 9,4 тыс. т проката. Предприятия машиностроения не обеспечили выполнения плана поставок на экспорт дорожных, строительных, транспортных и других машин85. 83 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 45. Д. 138. Л. 19. 84 Там же. 85 Там же. Л. 20. 192
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале На предприятиях совнархоза допускались нарушения технологической дисциплины, большие простои оборудования из-за аварий и недостатков в организации производства. Особенно велики простои агрегатов на предприятиях черной металлургии. Всего металлургическими предприятиями из-за сверхплановых простоев прокатных станов в 1962 г. недодано 187 тыс. т товарного проката86. На Орско- Халиловском металлургическом комбинате из-за сверхплановых простоев резко ухудшилось использование полезного объема доменных печей и недодано против плана 38 тыс. т чугуна. На Челябинском металлургическом заводе из-за сверхплановых простоев мартеновских и электросталеплавильных печей недодано 52,5 тыс. т стали. В результате неудовлетворительного использования горного оборудования и недостатков в организации труда план горнокапитальных вскрышных работ на рудниках Бакальского рудоуправления выполнен лишь на 25,2 %, в связи с чем обеспеченность подготовленными запасами железной руды была значительно ниже плана. По этим же причинам допущено большое отставание в обеспечении открытых разрезов подготовленными к выемке запасами угля на предприятиях угольной промышленности87. Карабашский горнометаллургический комбинат из-за невыполнения плана по извлечению цветных металлов из руд и концентратов в 1962 г. допустил значительные их потери. На комбинате «Южуралникель» допущено сверхнормативное разубоживание руд и не выполнен план по извлечению никеля88. Слабо осуществлялись мероприятия по распространению всего нового и передового, в результате чего государственный план внедрения в производство новой техники в 1962 г. был выполнен только на 65,3 %. Остались невыполненными важнейшие работы по механизации и автоматизации производственных процессов, замене устаревшего оборудования новым, созданию и освоению производства новых образцов машин89. В результате серьезных недостатков в организации производства и труда на предприятиях совнархоза потери рабочего времени в 1962 г. увеличились по сравнению с 1961 г. на 49,5 % и составили 5624 тыс. человеко-дней. В 1962 г. допущено 1423 случая перерасхода 86 Там же. Л. 21. 87 Тамже. Л. 22. 88 Там же. Л. 19. 89 Тамже. 193
Демичев Е. В. фонда заработной платы на 14,5 млн руб., из которых 5,2 млн остались на 1 января 1963 г невозмещенными90. Совнархоз допустил в 1962 г. потери от брака продукции в сумме 26,6 млн руб. и от непроизводительных расходов, отнесенных на себестоимость продукции, — 16,2 млн. Кроме того, в орсах предприятий допущены потери товаров сверх норм естественной убыли и непроизводительные расходы в сумме 550 тыс. руб.91 Руководители совнархоза не уделяли достаточного внимания вопросам сокращения количества планово-убыточных предприятий и размера убытков. В 1962 г. 123 предприятия допустили убыток в сумме 90,7 млн руб. Сверхплановые внереализационные убытки составили 7,1 млн руб., в том числе от эксплуатации жилищно-коммунального хозяйства — 6,4 млн 92 Не осуществлялось должного контроля над соблюдением финансовой дисциплины предприятиями и организациями, в результате чего при перевыполнении плана накоплений в 1962 г. недодано в бюджет 2,6 млн руб. по отчислениям от прибыли. При этом свыше 30 % платежей в бюджет производилось с нарушениями установленных сроков. Неудовлетворительно проводилось капитальное строительство. Государственный план капиталовложений в 1962 г. совнархозом выполнен на 89,4 %, в том числе по строительно-монтажным работам на 85,5 %, при этом по сравнению с 1961 г. объем строительномонтажных работ уменьшился на 5 %93. В 1964 г. предприятия и организации Московского совнархоза выполнили план по выпуску товарной продукции на 102,1 %, снизили себестоимость товарной продукции против плана на 18,5 млн руб 94 Произведено сверх плана 20,9 тыс. т стали, 15,8 тыс. т проката, 12,8 тыс. т кокса, на 4,2 млн руб. сельхозмашин, 21,3 тыс. т светлых нефтепродуктов, 24,6 тыс. т серной кислоты, 13,9 тыс. т минеральных удобрений и химических средств защиты растений, 11 тыс. т синтетических смол, пластических масс и химических волокон, 42,8 тыс. т цемента, 24,6 млн м тканей, 1 млн пар чулочно-носочных изделий95. 90 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 45. Д. 138. Л. 20. 91 Там же. Л. 21. 92 Там же. Л. 22. 93 Там же. Л. 22, 23. 94 Там же. Д. 3560. Л. 68. 95 Там же. Л. 84. 194
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале Одновременно совнархоз и его управления допустили серьезные недостатки в руководстве предприятиями и не в полной мере использовали имеющиеся резервы по увеличению выпуска продукции, повышению производительности труда, снижению себестоимости продукции и повышению рентабельности работы предприятий. Допустило удорожание себестоимости продукции 91 предприятие на 25,8 млн руб.96 Многие предприятия не обеспечили выполнения плана производства изделий в установленной номенклатуре. Недодано народному хозяйству 105 т олова, на 30,2 тыс. л. с. дизелей и дизель-генераторов, около 7 млн электроламп осветительных, 3,2 тыс. т бумаги, 10,5 тыс. т картона, 210 тыс. м2 древесно-стружечных плит, 1,7 млн штук бельевого трикотажа и другой продукции. Ряд предприятий в погоне за выполнением плана по валовой продукции продолжали перевыполнять план по наименее трудоемкой и не пользующейся спросом продукции, а руководители отраслевых управлений не пресекали такой порочной практики. Завод «Электроизолит» продолжал в 1964 г. отгружать потребителям электроизоляционные материалы (гетинакс и микаленту) преимущественно толщиной 4-5 мм вместо 1-2 мм, в связи с чем заводу возвращено указанной продукции, как незаказанной, более чем на 300 тыс. руб., а за нарушение договорных обязательств уплачено 63,5 тыс. руб. штрафов. Предприятия шерстяной промышленности выработали 140 тыс. м шерстяных тканей, не предусмотренных планом, на 1056 тыс. м перевыполнили план по тканям, пользующимся ограниченным спросом, и в то же время недодали 264 тыс. м шерстяных тканей, подлежащих поставке предприятиям швейной промышленности. На складах швейных фабрик имелось неходовой продукции на сумму свыше 1 млн руб., в том числе на Торжокской швейной фабрике — пальто женские на 300 тыс. руб.97 Отдельные предприятия не выполнили задания по поставкам продукции на экспорт, в том числе Коломенский тепловозостроительный завод недопоставил 4 дизеля и запасные части к ним, Нелидовский деревообрабатывающий комбинат — 410 тыс. м2 древесно-волокнистых плит, Смоленский машиностроительный и Вяземский электротехнический заводы недопоставили автозаводу им. И. А. Лихачева запасные части для комплектования. 96 Там же. 97 Там же. Л. 84,85. 195
Демичев Е. В. Не выполнено 14 заданий по плану новой техники; в частности Коломенский тепловозостроительный завод не изготовил опытные образцы газотурбинной установки мощностью 6000 л. с., Климовский машиностроительный завод не освоил производства автоматических ткацких станков «АТП-120». Кроме того, 10 заданий выполнены не полностью. Использование основных фондов на предприятиях совнархоза ухудшилось. Выпуск продукции на 1 руб. основных фондов снизился с 3 руб. 44 коп. в 1963 г. до 3 руб. 32 коп. в 1964 г.98. Качество продукции на ряде предприятий совнархоза продолжало оставаться низким. Потери от брака увеличились по сравнению с 1963 г. на 4,1 млн руб. и составили 35,8 млн99. В 1964 г. совнархоз не выполнил план прибыли на 3,5 млн руб., в то время как в 1963 г. была получена сверхплановая прибыль в сумме 21,3 млн. Недовнесено платежей в бюджет по отчислениям от прибыли на сумму 24,2 млн руб. Количество предприятий, не выполнивших план прибыли или допустивших сверхплановые убытки, увеличилось против 1963 г. с 80 до 146100. В результате неудовлетворительной хозяйственно-финансовой деятельности многих предприятий совнархоз закончил 1964 г. с недостатком собственных оборотных средств в сумме 62 316 тыс. руб. Совнархоз не принял должных мер к выполнению плана капитального строительства и обеспечению своевременного ввода в действие основных фондов и производственных мощностей. План капитального строительства выполнен на 96 %, в том числе по строительно-монтажным работам на 98, а ввод в действие основных фондов — только на 88,3 %, Объем незавершенного строительства увеличился и составил 329,7 млн руб. Не выполнено задание по мобилизации внутренних ресурсов в капитальном строительстве101. Рассмотрев итоги хозяйственно-финансовой деятельности Южноуральского совнархоза за 1964 г., Совет министров РСФСР отметил, что тот обеспечил в 1964 г. улучшение по сравнению с 1963 г. работы промышленности по ряду показателей102. Совнархозом выработано сверх установленного плана продукции на 64,1 млн руб.; перевыпол98 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 45. Д. 3560. Л. 85,86. 99 Там же. Д. 3561. Л. 25. 100 Там же. Л. 116-117. 101 Там же. Д. 3560. Л. 55. 102 Там же. Д. 3313. Л. 1-2. 196
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале нен план по производительности труда, по снижению себестоимости продукции; обеспечено значительное сокращение количества предприятий, не выполнивших планов производства, производительности труда, накоплений, заданий по снижению себестоимости продукции, а также правильное соотношение между ростом производительности труда и средней заработной платы; получена относительная экономия фонда заработной платы103. Вместе с тем в совнархозе имели место существенные недостатки в экономической работе и нарушения плановой и финансовой дисциплины, в результате чего за последние годы и за I квартал 1965 г. совнархозом не было обеспечено выполнение планов накоплений, мобилизации внутренних ресурсов в строительстве, платежей в бюджет по отчислениям от прибыли, систематически допускались просрочки платежей в бюджет и крайне неудовлетворительное использование собственных оборотных средств, недостаток их на конец отчетного периода, отвлечение оборотных средств на непредусмотренные планом цели, а также ухудшение в 1964 г. в ряде отраслей и в целом по совнархозу показателя фондоотдачи основных средств104. Южноуральский совнархоз и Главюжуралстрой Министерства строительства РСФСР допустили в 1964 г. значительное ухудшение по сравнению с 1963 г. работ по капитальному строительству и вводу в действие основных фондов, серьезные недостатки в организации строительства, неудовлетворительное обеспечение строящихся объектов проектно-сметной документацией, оборудованием, материалами, несвоевременное обеспечение ряда строек финансированием, ввод в действие многих объектов с большими недоделками105. Как видим, итоги деятельности анализируемых совнархозов носили противоречивый характер. Наряду с достижениями имелись существенные недостатки, предопределенные как объективными, так и субъективными факторами. В 1963 г. происходило дальнейшее усложнение структуры управления народного хозяйства. В марте 1963 г. был создан Высший совет народного хозяйства СССР (ВСНХ СССР), призванный координировать деятельность Госплана, СНХ СССР, Госстроя СССР и государственных отраслевых и производственных комитетов. Указом Президиума ВС СССР от 13 марта 1963 г. Госплан СССР и СНХ 103 Тамже. Л. 4. 104 Тамже. 105 Тамже. 197
Демичев Е. В. СССР из общесоюзных были преобразованы в союзно-республиканские и подчинены ВСНХ СССР, который стал высшей координационной инстанцией для советской промышленности и строительства106. Таким образом, эволюция системы хозяйственного управления промышленностью протекала в направлении постепенной вертикальной централизации совнархозовской системы. Прогрессивно росла «лестница» управления за счет центральных органов. Между Советом министров СССР и предприятиями находилось пять промежуточных органов управления — ВСНХ СССР, СНХ СССР, Совет министров республики и совнархозы экономических районов, не считая Госпланов Союза и республики. Все это рассредоточивало внимание высших органов и рождало параллелизм в работе аппарата управления. Как видим, проводилась значительная работа по восстановлению центрального отраслевого управления. Система двигалась в направлении все большего сосредоточения контроля в центре. Центральные планирующие органы, такие как Госплан СССР, различные госкомитеты должны были, как ожидалось, постепенно расширить сферу полномочий и усилить свой контроль, что и произошло в действительности. Подобная система была малоэффективной. Пожалуй, именно ее недостатки, а не общие недостатки совнархозов привели к реставрации отраслевого принципа руководства экономикой. Многие функции по-прежнему по необходимости должны были выполняться в централизованном порядке в Москве. Процесс перемещения основных управленческих полномочий на уровень совнархозов в последующие годы блокировался более мощным обратным процессом. При образовании новых, укрупненных районов исходили из производственного принципа: расположенные по соседству районы со сходными ведущими отраслями промышленности объединились, причем это объединение происходило с таким расчетом, чтобы можно было наладить более экономичное и более крупномасштабное специализированное производство; реализация данного принципа осуществлялась также с целью достижения большей самообеспеченности каждого района путем комплексного развития его экономики. Многое из того, что зародилось в период совнархозов, не успело в полной мере проявить себя. Восемь лет действия совнархозов — небольшой период времени. Значительные масштабы автоматизации, рост техоснащенности предприятий, резко усилившееся внимание 106 Справочник партийного работника. Вып. 5. М., 1964. С. 99. 198
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале к уровню общеобразовательных и экономических знаний рабочих, инженеров и техников, реконструкция и обновление основных производственных фондов — все это, конечно же, не могло дать очень быстрый и максимальный эффект в течение восьми лет. На наш взгляд, противоречивость реформ заключалась в том, что, отражая потребность обновления экономики, они не затрагивали системы производственных отношений, основывались на экстенсивных факторах развития. Сокращение числа совнархозов постепенно выводило их из-под контроля областного партаппарата. Совнархозы стали подчиняться соответствующим секретарям обкомов только лишь как организации, расположенные на их территории, что увеличивало число противников Н. С. Хрущева. Тому подтверждение — свидетельство Н. Г. Егорычева: «Особое недовольство высказывали те региональные руководители, которые были не в состоянии оказывать прямое влияние на деятельность совнархозов, в ведении которых после ряда укрупнений находилось несколько областей»107. На октябрьском (1964) пленуме ЦК КПСС М. А. Суслов сказал: «Многочисленные записки т. Хрущева и сопровождающие их бесконечные реорганизации буквально задергали всех наших работников сверху донизу, дезорганизовали местные партийные организации и посеяли среди них чувство неуверенности»108. В отношениях Хрущева с руководящими кадрами возрастала напряженность. Любые очередные перестройки независимо от их сути вызывали внутреннее отторжение партноменклатуры. Поэтому партаппарат легко поддержал снятие Н. С. Хрущева. Сентябрьский (1965) пленум ЦК КПСС признал целесообразным упразднить совнархозы и возвратиться к отраслевой системе руководства через министерства. Обоснование необходимости реформ как в 1957 г., так и в 1965 г. мало чем различались. Следует признать тот факт, что некоторые задачи совнархозам удалось решить (внедрить более эффективные формы разделения труда в рамках экономических районов, укрупнить мелкие предприятия, сконцентрировать выполнение транспортных и ремонтных работ, улучшить использование местных ресурсов). Но вскоре стали ощущаться серьезные недостатки новой системы управления. Нетерпимыми становились местничество, тенденция к экономической 107 Вечерняя Москва. 1996. 23 июля. 108 Превратности судьбы. К конференции, посвященной 100-летию со дня рождения Н. С. Хрущева. М., 1994. С. 40-41. 199
Демичев Е. В. автаркии районов, срыв поставок в другие регионы, невозможность проведения единой технической политики в отраслях, управление которыми было раздроблено по совнархозам. Попытки усилить централизованное начало в управлении экономикой путем создания республиканских совнархозов (1960), Совета народного хозяйства СССР и Высшего совета народного хозяйства СССР (1962), государственных комитетов по отраслям промышленности были малоэффективными и привели к усложнению системы управления. Необходимость ликвидации совнархозов становилась очевидной, что и произошло в январе 1966 г. В современной отечественной историографии, как и в публикациях, выходивших до перестройки, преобладают критические оценки регионализации управления экономикой СССР. Но если в работах, опубликованных в первые два десятилетия после смещения Хрущева, критика совнархозов базировалась прежде всего на факте подрыва ими централизованного планового управления экономикой109, то в новейших работах отечественных авторов, как и в публикациях зарубежных ученых, подчеркивается: главный недостаток реформы 1957 г. заключался в сохранении основ прежней системы экономических отношений. Мы согласны с выводом о том, что при совнархозах «сохранился старый принцип разверстки сырья и готовой продукции, экономически ничего не изменивший в отношениях потребителя и поставщика. Диктат производителя по-прежнему воспроизводил ненормальную хозяйственную ситуацию, при которой предложение определяет спрос. Экономические рычаги не заработали»110. Подчеркнем: при тщательном анализе совнархозовской реформы ясно видно усиление централизма, но только в другой форме. Думается, нет оснований ни для радикального отрицания реформы 1957 г., характерного главным образом для этапа перехода к отраслевой системе управления, ни для ее идеализации. В отличие от 109 Данная позиция совпадала с официальными оценками. Например, председатель Совета министров СССР А. Н. Косыгин главный недостаток совнархозов видел в том, что при них «руководство отраслью промышленности, представляющей собой единое целое в производственно-техническом отношении, было раздроблено по многочисленным экономическим районам и оказалось совершенно нарушенным. Отрасли как бы растворились в хозяйстве экономических районов» (Косыгин А. Н. Избранные речи и статьи. М., 1974. С. 284). 110 Наше Отечество. Опыт политической истории: В 2 ч. М., 1991. Ч. 2. С. 464. 200
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале реформы 1965 г. (ее основная идея — экономическая децентрализация), перестройка управления экономикой в 1957 г. была нацелена главным образом на административную децентрализацию. По мнению Ю. А. Веденеева, «хозяйственный механизм реформы 1957 г. не только воспроизвел сложившийся и ранее отработанный административный механизм, но и усилил все его качественные параметры...»111 Можно согласиться с выводом Веденеева о том, что основная причина кризиса совнархозовской системы состояла «в непоследовательной политике проведения административной реформы», так как не был реализован принцип, согласно которому «единство народнохозяйственного комплекса должно было поддерживаться и постоянно воспроизводиться через централизованное плановое регулирование», а последнее продолжало оставаться узкоотраслевым112. В анализируемые годы проявилось стремление политического центра, усилить партийное руководство промышленностью. Необходимость этого диктовалась наличием крупных недостатков как в планировании, так и в оперативной деятельности. Поэтому Бюро ЦК в мероприятиях апреля 1962 г. поставило задачу повысить роль партийных комитетов по всем направлениям деятельности совнар- хозову.что фактически являлось признанием их управленческой недостаточности. Резкое усиление отмеченных тенденций обусловило новый этап эволюции совнархозовской реформы. Начало ему положили решения ноябрьского (1962) пленума ЦК КПСС. Общеизвестна попытка Н. С. Хрущева повысить эффективность управления экономикой за счет разделения в 1962 г. парторганизаций областного и районного уровней по производственному принципу. Смысл этой реформы, на наш взгляд, состоял в желании Хрущева еще более вовлечь партию в процесс производства. Результатом разделения партийных комитетов на промышленные и сельскохозяйственные ожидалось повышение роли самого ЦК КПСС. Неуспех этой реформы был во многом обусловлен ожесточенным сопротивлением партийных секретарей, которые не желали переводиться в провинцию и переходить с идеологической работы на экономическую. Поиск новых форм управления экономикой, проводившийся во второй половине 1950 — начале 1960-х гг., не прошел бесследно. С ликвидацией совнархозов не произошел простой возврат к жестко централизованной системе управления, существовавшей в 1930 — 111 Там же. С. 23-25. 112 Тамже. С. 37. 201
Демичев Е. В. первой половине 1950-х гг. Проблему органичного сочетания отраслевого и территориального принципов управления не удалось решить, но не учитывать, полностью игнорировать значимость территориального принципа в управлении экономикой уже было невозможно как в советский, так и в постсоветский периоды. Советская экономика оставалась экономикой, управляемой из центра. Возможность передачи компетенций низшим инстанциям была ограниченной. Централистские тенденции, приняв несколько иную форму, сохранились. Совмин имел право отменять любые распоряжения совнархозов. Центральный плановый орган решал, что и где производить. В большинстве случаев центр, передав часть полномочий соответствующим органам, принял на себя новые функции, отличные от прежних. Отраслевые отделы Госплана являлись составной частью ведомственно-отраслевого центра. Перестройка привела лишь к организационно-структурным изменениям. Концепция хозяйственного механизма оставалась неизменной, но практика функционирования новой структуры управления дала богатый фактический материал науке и стимулировала исследования по широкому фронту экономических проблем. Поиски преобразования административно-территориального управления продолжались в период всей деятельности совнархозов. Вначале это касалось изменений административных структур с сохранением директивного планирования, затем шел поиск путей экономического регулирования хозяйственного механизма. Реформа показала необходимость трансформации административной модели. Несомненно, для мелких и крупных совнархозов не могло быть однородных условий хозяйствования и планирования. Различия в их структуре, уровне специализации и кооперирования производств должны были проявляться в соотношении экономических и административных методов управления, централизации и децентрализации регулирования хозяйственных отношений. Директора и другие административные работники разных уровней продолжали использовать административные методы руководства. Адаптация людей к системе была одной из главных причин существовавших трудностей и тормозом проведения реформ. Тенденция накапливать дефицитные материалы и преследовать узкоместнические интересы за счет общенациональной координации усилий были в известной мере перенесены из общесоюзных функциональных ведомств (министерств) в территориальные органы управления. 202
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале Преодолеть возникающие в то время трудности старались чисто административными мерами, усилением контроля над деятельностью предприятий со стороны центрального аппарата. Анализ опыта существования системы министерств и совнархозов позволяет сделать вывод, что отраслевая форма управления через министерства не могла существовать без территориального управления, а территориальное управление не могло существовать без отраслевого управления. При существовавших условиях налицо было стремление к какой- то форме региональной самообеспеченности, ибо в ней были заинтересованы как совнархозы, которые рассчитывали решить таким образом проблему снабжения, так и центральные плановые органы, работа которых значительно облегчалась при самообеспеченности на местах. В такой огромной стране, как СССР (и нынешняя Россия), территориальный аспект управления не мог и не может быть второстепенным. У него свои особенности и свое место в обеспечении оптимального развития хозяйства. Давно сложившееся административно-территориальное деление, положенное в основу территориальной формы управления, было мало приспособлено к решению новых широких экономических задач. Границы многих совнархозов слабо учитывали потребности союзного хозяйства. Они зачастую расчленяли тесные производственные связи предприятий в хозяйственно-территориальных комплексах, тем самым препятствуя быстрому и пропорциональному развитию. Можно сделать вывод: плох не сам отраслевой или территориальный подход — плохими могут быть конкретные формы их реализации и сочетания. Должно быть четкое разграничение и рациональное сочетание отраслевого и территориального управления. Особый потенциал Московского и Южноуральского регионов состоял в высоких интеграционных свойствах, совпадении функционального, организационного и пространственного центров. Недостатки этих регионов — продолжение их достоинств: множество видов деятельности и множество распорядителей, динамичность развития и инерционность хозяйственной структуры (ее нагруженность отраслями и производствами). В данном случае можно увидеть явную недостаточность осознания Московского и Южноуральского регионов как сложного целого. Московский и Южноуральский совнархозы оказали существенное влияние на комплексное развитие своих регионов. Создание меж203
Демичев Е. В. отраслевых специализированных производств по ремонту оборудования, изготовлению заготовок и инструмента для различных отраслей промышленности существенно улучшило взаимодействие производств в рамках регионов. Совнархозы способствовали оперативной пропаганде технических и экономических достижений своего экономического района, быстрому выявлению ошибочных решений, создали условия для привлечения рабочих к делу технического прогресса. Деятельность Московского и Южноуральского совнархозов обогатила фонд управленческих поисков в хозяйственном механизме страны как положительном, так и отрицательном опытом. Что касается общих негативных сторон совнархозов, то можно отметить ограниченную самостоятельность и ответственность предприятий, которые были основными звеньями хозяйственного механизма, отраслевую внутреннюю структуру управления, неэффективные механизмы межотраслевого взаимодействия в небольших совнархозах. Главное, что следует отметить, совнархозы действовали на основе административных методов. Управление в Московском и Южноуральском совнархозах в целом оставалось в рамках отраслевого управления, образуя территориальные инфраструктурные комплексы, обеспечивающие необходимые условия для функционирования отраслей. Стремление к оптимальному сочетанию территориального и отраслевого начал в управлении было, пожалуй, самым сложным и в то же время важнейшим фактором перестройки 1957 г. В целом далеко не все совнархозы после реорганизации имели значительные экономические достижения. Более развитые и сумевшие наладить самообеспеченность районы — те, которые располагали многочисленными предприятиями, представляющими все главные отрасли промышленности (например, Московские областной и городской, Ленинградский совнархозы), добились больших результатов. Московский регион был важной экспериментальной площадкой инновационного процесса, заложил основы в создании региональных научно-производственных комплексов. Нельзя не учитывать сильную организационную базу Московских совнархозов и стремление создать для своего региона благоприятный инвестиционный климат, что благотворно сказалось на модернизации производственно-отраслевой структуры, технической реконструкции значительных промышленных массивов Москвы и Московской области. К сожалению, большинство совнархозов такую задачу выполнить были не в состоянии. Имеющиеся в небольших совнархозах техни204
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале ческие службы, НИИ и лаборатории в состоянии были решать лишь ограниченный круг локальных технических проблем. Это вело к распылению сил и средств. Преимущества Московского региона появлялись в интеграции производственной и социальной инфраструктур, что не могли осуществить более мелкие совнархозы. Это позволяло получать большой выигрыш в экономии материальных и трудовых ресурсов — капитальных вложений, металла, улучшении использования основных фондов. Реформа 1957 г. способствовала значительному расширению и усовершенствованию промышленной базы Московской области. Оптимального сочетания отраслевого и регионального аспектов достигнуто не было. Несмотря на объявленный примат территориального управления, организационная структура повторяла отраслевую структуру, отраслевые функции центральных плановых органов. С ликвидацией совнархозов это помогло безболезненно вернуться к отраслевому управлению. Большая часть прав, предоставленных областным совнархозом, снова перешла к центру. Структура управления экономикой страны в период хрущевской перестройки крайне осложнилась, в нее вносились бесконечные изменения и поправки. Управленческий хаос свел на нет многие преимущества совнархозов. Поэтому деятельность совнархозовского периода нельзя подавать в однозначной оценке. Многие экономические проблемы пытались решить чисто политическими приемами и методами, чтобы компенсировать очевидную слабость материальных стимулов. Успешное продвижение по пути реформирования современного российского общества невозможно без учета региональных особенностей. С разрушением системы государственного планирования наметилась тенденция к территориальной дезинтеграции российской экономики. Опыт совнархозов с выделением крупных экономических районов представляется более эффективным, чем деление экономики по национально-территориальному принципу. Он позволяет осознать необходимость усиления роли государства в экономическом механизме. Совнархозы наглядно показали: в нашей стране есть свои особенности, которые необходимо учитывать при формировании современного экономического механизма. При переходе к рынку в современной России пока еще мало учитывается специфика отечественной экономики. Регулирование рынка с учетом российских особенностей и традиций жизненно необходимо. Без этого невозможно справиться с последствиями рыночной стихии. Для перехода к рын205
Демичев Е. В. ку важно использовать опыт работы совнархозов, в том числе Московского областного и Южноуральского. Совнархозы и научно-технический прогресс Необходимость качественных изменений в научно-техническом прогрессе была осознана в СССР партийно-государственным руководством страны в первой половине 1950-х гг. В мае 1955 г. на заседания Президиума ЦК КПСС был обсужден вопрос «Об улучшении дела изучения и внедрения в народное хозяйство опыта и достижений передовой отечественной и зарубежной науки и техники в области промышленности, сельского хозяйства и здравоохранения». Решение по нему было отложено. На заседании Президиума ЦК КПСС 23 мая 1955 г. были рассмотрены переработанные проекты постановлений и 27 мая 1955 г. принято соответствующее постановление ЦК КПСС и СМ СССР, а также указ Президиума ВС СССР «Об образовании Государственного комитета Совета министров СССР по новой технике (Гостехника СССР)». В постановлении отмечены крупные недостатки в деле изучения и внедрения в промышленность, сельское хозяйство и медицину новейших достижений отечественной и зарубежной науки и техники, передовых методов организации труда, а также в технической пропаганде. Все это тормозит развитие народного хозяйства и обрекает ряд его отраслей на отсталость. В связи с этим руководство страны постановило образовать Государственный комитет Совета министров СССР по новой технике (Гостехника СССР). Всем другим ведомствам предписывалось оказывать ему всестороннее содействие, а МИД СССР — учредить должность атташе по науке и технике при посольствах СССР, а при представительстве СССР при ООН в Нью-Йорке — должность специалиста по вопросам медицины113. Весь комплекс вопросов повышения роли науки в ускорении технического прогресса впервые рассматривался на специальном пленуме ЦК КПСС (июль 1955 г.). В докладе председателя Совета министров СССР Н. А. Булганина отмечалось: «Наука и техника развиваются по пути все большего овладения высокими и сверхвысокими скоростями, давлениями и температурами. Вершиной современного этапа развития науки и техники является открытие методов получения и использования внутриатомной энергии. Мы стоим на пороге 113 Ведомости Верховного Совета СССР. 1955. № 9. 206
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале новой научно-технической и промышленной революции, далеко превосходящей по своему значению промышленные революции, связанные с появлением пара и электричества»114. То был, несомненно, важный теоретический вывод, подчеркнувший потребность в поиске новых подходов к ускорению технического прогресса в народном хозяйстве. Однако принципиально новаторских шагов со стороны партийно-государственной власти в середине 1950-х гг. в данной области не было осуществлено. Сказались силы традиции, которые основывались на устоявшемся видении путей социалистического строительства, места науки и техники в этом процессе. ЦК КПСС и Советское правительство определили экстенсивный путь развития науки. В 1950-1960-е гг. основное внимание руководства страны сосредоточилось на задачах увеличения научно-технического потенциала, а проблеме повышения эффективности его функционирования уделялось намного меньше внимания. В СССР постоянно количественно рос научный потенциал производства. В этот период образовалось Сибирское отделение АН СССР, формировались Уральский и Дальневосточный научные центры АН СССР, Северокавказский научный центр высшей школы. Увеличивалось количество научных работников, а в первой половине 1960-х гг. их численность удвоилась. Если в 1950 г. в стране насчитывалось 162,5 тыс. научных работников, то в 1960 г. — 354,2 тыс., а в 1965 г. — 664 тыс. Расширилось финансирование научных работ. Расходы на науку в СССР составили: в 1950 г. — 1 млрд руб., в 1960 г. — 3,9 млрд, в 1965 г. — 6,9 млрд115. В 1960-е гг. в стране были заложены основы системы научно-технической информации. Решения XX партийного съезда стимулировали процесс активного обсуждения путей повышения качества, уровня и эффективности исследовательской работы. В ходе обсуждения выявилась неспособность многих ученых верно оценивать процессы, протекающие в биологии, физике, химии и математике в условиях НТР. Расширение диапазона действия НТР требовало внесения значительных изменений в механизм взаимодействия науки, техники и производства. Однако принимавшиеся в анализируемый нами временной период партийно-государственные решения далеко не всег114 Правда. 1955.17 июля. 115 См.: Чемоданов М. П. Концепция роста науки и фактор интенсификации. Новосибирск, 1982. С. 190,191,193. 207
Демичев Е. В. да способствовали эффективному воздействию науки на процессы создания новой техники и технологии. Примером в данном случае может служить постановление июльского (1955) пленума ЦК КПСС «О задачах по дальнейшему подъему промышленности, техническому прогрессу и улучшению организации производства». В нем нашло отражение сложившееся в СССР состояние системы «наука-техника- производство»: решение всех вопросов по созданию новой техники было поручено отраслевым научно-исследовательским институтам и проектно-конструкторским организациям116. Академии наук СССР, министерствам и ведомствам была поставлена задача, которую можно отнести к «полумерам»: «улучшить органйзацию научной и технической информацией, а также закупку иностранной технической литературы»117. На «полумерность» этого подхода к решению проблемы НТП указал президент АН СССР А. Н. Несмеянов на XX съезде КПСС. Он подчеркнул: «Пока мы находились позади техники и науки передовых капиталистических стран, мы могли лишь использовать достижения зарубежной техники или осуществить применение открытых иностранными учеными явлений и законов природы для развития своей техники. По мере выхода нашей техники и науки на передовые позиции мы можем рассчитывать только на себя, на свой “научный задел”. Нам необходимо поэтому в шестой пятилетке начать усиленно развивать теоретическую науку и, я сказал бы, науку фундамента, в первую очередь физико-математический, химический, биологический комплексы наук. Они должны освещать дорогу в неизведанное будущее новой техники и производства в целом. В этом — основная задача науки и прежде всего Академии наук»118. Без всемерного развития науки и расширения теоретических исследований, заключил А. Н. Несмеянов, невозможно «обеспечить необходимый постоянный технический прогресс»119. Несмотря на принимаемые меры, в Советском Союзе велика была продолжительность цикла «наука-производство». Четыре-пять лет занимала лишь конструкторская и технологическая подготовка выпуска нового изделия. При этом приходилось обивать пороги многих 116 КПСС в резолюциях... Т. 8. М., 1985. С. 512-516. 117 Там же. С. 516. 118 XX съезд Коммунистической партии Советского Союза. Т. 1. С. 378. 119 Там же. С. 379. 208
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале инстанций, каждая из которых имела право вето, хотя ответственности за выпуск нового изделия не несла. Для нового станка, например, требовалось собрать вне завода 100 подписей, из них 35 — с печатями — только на это уходило два-три года. В результате новое изделие переставало быть новым120. Было подсчитано, что средняя продолжительность научно-производственного цикла в СССР составляла в 1970-е гг. 17,5 лет, в то время как в США — 6-8 лет при снижении этого срока к концу 1970-х годов до 4-5 лет. А фактические сроки освоения новой техники в производстве достигали в СССР 6-8 лет, в США — 2 года121. Усложнение содержания научно-технического поиска требовало новых форм организации науки и техники, значительного совершенствования методов руководства соответствующими организациями и учреждениями. Эта проблема усугубилась ликвидацией в 1957 г. многих промышленных министерств и переходом к территориальному управлению основными отраслями промышленности по экономическим районам. В итоге реорганизации научные учреждения были разбросаны по 170 различным ведомствам122. Ликвидация отраслевых министерств нанесла серьезный урон научно-техническому про- грессу^в отраслях промышленности, внедрению новой техники. В 1961 г. для улучшения организации исследований был создан Государственный комитет Совета министров СССР по координации научно-исследовательских работ, преобразованный в 1963 г. в Госкомитет СССР по координации научно-исследовательских работ. Этот орган занимался решением комплексных и межотраслевых научно- технических проблем, t имеющих большое народно-хозяйственное значение, а также определением основных направлений научных исследований, связанных с перспективными областями современной науки и техники. Академия наук СССР занималась руководством и организацией исследований по важнейшим фундаментальным проблемам в области естественных и гуманитарных наук в масштабах всей страны. Выдвинув в начале 1960-х гг. идею единой технической политики, ЦК КПСС и Совет министров СССР разработали и осуществили 120 Коммунист. 1983. № 6. С. 72. 121 Глазьев С. Теория долгосрочного технико-экономического развития. М., 1993. С. 209. 122 Основные принципы и общие проблемы управления наукой. М., 1973. С. 83-84. 209
Демичев Е. В. меры, направленные на совершенствование руководства развитием науки и техники, улучшение практики научных исследований, подбора и подготовки научных кадров, расширение научно-исследовательской работы в высших учебных заведениях123. В стране действовал организационный механизм планирования научно-исследовательских работ, позволявший концентрировать усилия советских ученых на актуальных проблемах науки и техники, вносить в программы научных исследований необходимые коррективы в соответствии с потребностями развития НТР. Госкомитет СССР по координации научно-исследовательских работ обладал правом проверять выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских заданий, вносить изменения в планы работы НИИ и КБ, устанавливать дополнительные задания, необходимые для успешного решения комплексных и межотраслевых научно-технических проблем, перераспределять ресурсы, лимиты между союзными республиками, государственными комитетами, министерствами и ведомствами, а также давать указания о прекращении исследований в случае их нецелесообразности. Эти меры оказались в то время достаточно эффективными. В конце 1950 — начале 1960-х гг. советская наука и техника приблизилась к мировому уровню. Постепенно происходило ослабление централизованного начала в административной системе руководства наукой, что затрудняло решение комплексных, межотраслевых проблем. Не были осуществлены необходимые меры по совершенствованию организационноэкономического механизма развития советской науки. Отдельные изменения ее организационной структуры, нацеленные на укрепление связей науки с производством, затрудняли проведение единой технической политики. В 1963 г. ЦК КПСС и Совет министров СССР одобрили предложение о ликвидации в Академии наук СССР отделения технических наук, передаче входивших в него научно-исследовательских институтов в ведение государственных комитетов по отраслям промышленности124. Данная реорганизация значительно ослабила влияние фундаментальной науки на процесс создания новой техники и особенно технологии. При этом также не произошло существенного 123 КПСС в резолюциях... Т. 10. М., 1986. С. 309-310; Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам: В 5 т. Т. 5. М., 1968. С. 79-85, 304-309. 124 См.: КПСС в резолюциях... Т. 10. М., 1986. С. 333. 210
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале повышения уровня отраслевой науки. В 1965 г. создан Государственный комитет Совета министров СССР по науке и технике, который практически не обладал возможностью влиять на организацию научно-исследовательских и проектно-конструкторских работ. Постановлением ЦК КПСС и Совета министров СССР от 4 октября 1965 г. «О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства» данному комитету поручалась лишь разработка предложений об основных направлениях развития науки и техники, использовании в народном хозяйстве научно-технических достижений, имеющих важное экономическое значение. Это стало одной из существенных причин понижения результативности научных исследований. В начале 1960-х гг. в нашей стране попытались использовать в деятельности отраслевых научно-технических организаций экономические методы хозяйствования. Совет министров СССР принял постановление от 1 апреля 1961 г. «О переводе отраслевых научно-исследовательских и конструкторских организаций на хозяйственный расчет»125. Но реализовать в полном объеме этот замысел не удалось ввиду господства во всей системе экономических отношений страны преимущественно административных методов хозяйствования. Партийные съезды, пленумы ЦК, постановления ЦК КПСС и Совета министров СССР многократно ставили задачу решительно повысить эффективность работы научных учреждений, сконцентрировать научные силы, материальные и финансовые ресурсы на ведущих направлениях научно-технического прогресса, но воплотить в жизнь данную политическую установку в полном объеме не удалось. Результаты научно-исследовательской работы оказались неадекватными количеству финансовых, материальных, трудовых ресурсов, направленных в сферу науки. С 1950 г. в течение двух последующих десятилетий расходы на науку из государственного бюджета и других источников возросли более чем в десять раз, а численность научных работников увеличилась примерно в пять раз. За этот период темпы роста количества образцов новой техники неуклонно сокращались. Если в 1956-1960 гг. по сравнению с 1951-1955 гг. число образцов новой техники возросло в три раза, то в 1961-1965 гг. — менее чем в два раза126, при этом во 125 См.: Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам: В 5 т. Т. 4. М., 1968. С. 726-730. 126 См.: Народное хозяйство СССР за 60 лет: Юбилейный статистический ежегодник. М., 1977. С. 148. 211
Демичев Е. В. второй половине 1960-х гг. произошло их абсолютное сокращение. Необходимо отметить, что не было увеличения среднего годового экономического эффекта от одного внедренного мероприятия по новой технике и значительная часть научно-технических решений была выполнена на низком уровне. В сфере научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР), как и в советской экономике в целом, быстро росли ресурсная база, затраты на данную сферу, но значительно медленнее повышалась результативность затрат на НИОКР (число научных открытий, изобретений и нововведений). В период с 1950 по 1990 г. общее число занятых в сфере советских НИОКР возросло более чем в 12 раз (со 162,5 тыс. до 2 млн человек), денежные расходы — в 35 раз (с 1,0 до 35 млрд руб.)127. Научно-технический прогресс, процесс создания новой техники в Советском Союзе всегда были весьма капиталоемкими. По данным Госкомцен СССР, рост цен на один процент прироста индивидуальной производительности или мощности новой машины по сравнению со старой составлял, например, по станочному оборудованию в среднем 14-15 %, т. е. вместо того, чтобы служить фактором сдерживания роста цен или их снижения, реально НТП в СССР был фактором скрытого инфляционного процесса. В условиях замедления темпов экономического роста и снижения эффективности производства на базе мобилизационной, команднораспределительной нерыночной экономики содержание огромного монстра в виде раздувшейся сферы НИОКР становилось делом все более и более затруднительным. В 1980-е гг. к этому добавилось начавшееся отставание СССР от Запада по качеству новейшей электронной военной техники. Так как основная часть затрат на НИОКР имела милитаристский характер, указанные изменения затронули практически всю сферу НТП. Однако советское руководство все эти слабости, неудачи и просчеты привыкло устранять не нормальным методом соизмерения затрат и результатов, ориентацией на самые эффективные направления, что было бы возможно на путях реальных рыночных реформ, а наращиванием затрат ресурсов в рамках мобилизационной, традиционной нерыночной экономической модели, т. е. обычным экстенсивным путем, который вел страну в тупик, подрывал ее ресурсную базу, не127 Народное хозяйство СССР в 1967 г. М., 1968. С. 888; Народное хозяйство СССР в 1990 г. М., 1991. С. 307; Труд в СССР М., 1968. С. 5,100,247. 212
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале гативным образом сказывался на жизненном уровне населения и социальной обстановке в стране. Как обычно, отставание в качестве пытались компенсировать количеством. Но это уже не помогало. На базе несрабатываемости и истощения ресурса самой экономической системы стал развиваться кризис и системы НТП. В середине 1950-х гг. в СССР был взят курс на техническое перевооружение народного хозяйства. Эта задача была поставлена в 1955 г. Первым секретарем ЦК КПСС Н. С. Хрущевым на Всесоюзном совещании работников промышленности. Комплекс мер по техническому перевооружению производства был определен в постановлении ЦК КПСС и Совета министров СССР от 28 мая 1955 г. «Об улучшении дела изучения и внедрения в народное хозяйств^ опыта и достижений передовой отечественной и зарубежной науки и техники»128. Постановление способствовало повышению социальной значимости работы, связанной с укреплением союза науки, техники и производства. Оно открыло дорогу к зарубежной научно-технической мысли. В постановлении подчеркнута ненормальность положения, «когда научно-исследовательские институты и организации тратят значительные суммы на исследовательские работы, которые уже опубликованы в печати за границей и находят там широкое применение»129. Использование достижений науки и техники в постановлении рассматривалось как непременная основа повышения производительности труда. Для решения этой задачи предусматривалось создание специального органа — Государственного комитета Совета министров СССР по новой технике, который должен был осуществлять «разработку планов и обеспечение использования в народном хозяйстве важнейших изобретений и открытий»130. В том же ключе эта проблема оценивалась и на июльском (1955) пленуме ЦК КПСС, решения которого касались в основном вопросов инвестиционной и структурной политики, а также организационноэкономических форм совершенствования научно-технической базы производства. Главным средством обеспечения технического прогресса, повышения производительности и облегчения условий труда пленум определил высокие темпы механизации, внедрение в широ128 КПСС в резолюциях...?. 8. М., 1985. С. 505-509. 129 Там же. С. 505. 130 Там же. С. 507. 213
Демичев Е. В. ких масштабах автоматизации производственного процесса131. Автоматизация с самого начала была определена ЦК КПСС в качестве основополагающей черты НТР. Так как наибольший экономический эффект дает комплексная автоматизация, XX съезд КПСС подчеркнул: в ходе развития промышленного производства следует «перейти от автоматизации отдельных агрегатов и операций к автоматизации цехов, технологических процессов и созданию полностью автоматизированных предприятий»132. Важные положения относительно технической политики выдвинул XXI партийный съезд. «Для того, — отмечалось в его резолюции, — чтобы наиболее рационально использовать капитальные вложения, следует направить большие средства на реконструкцию, расширение и техническое перевооружение действующих предприятий, обновление и модернизацию оборудования, что даст возможность с меньшими затратами и быстрее, чем при строительстве новых предприятий, решить задачу увеличения выпуска продукции и повышения производительности труда»133. Руководствуясь данной установкой съезда, Совет министров СССР начал регулярно выделять на цели реконструкции и расширения действующих предприятий на новой технической основе свыше половины всех капитальных вложений. Руководство совнархозов, промышленных предприятий и строительных организаций стали больше внимания уделять вопросам технического перевооружения, модернизации производства, что можно рассмотреть на примере Московского и Южноуральского регионов. На предприятиях и в отраслях промышленности Мособлсовнархоза в 1959-1961 гг. проводилась настойчивая работа по внедрению новой техники, технологии и прогрессивных форм организации производства. Осуществление планов технического перевооружения позволило промышленности совнархоза по уровню производства добиться большего опережения против контрольных цифр семилетнего плана (см. приложение 7). За три года осуществлена комплексная механизация 114 цехов и участков при задании на семилетку — 106, организовано свыше 330 механизированных, специализированных и технологически замкнутых участков вместо 310 по плану на семилетку. Выполнено также за131 Там же. С. 512-513. 132 Там же. Т. 9. М., 1986. С. 47. 133 Там же. С. 306. 214
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале дание по модернизации оборудования. За семилетку предполагалось модернизировать 54,8 тыс. единиц оборудования, фактически модернизировано свыше 55,7 тыс. За это время внедрено 178 автоматических и комплексно-механизированных линий, 591 механизированная, поточная и конвейерная линия134. Осуществление мероприятий по плану технического перевооружения дало совнархозу с начала семилетки экономию в сумме более 100 млн руб., в том-числе в 1961 г. — 54 млн. Достигнутый за счет внедрения новой техники рост производительности труда равнозначен высвобождению 60 тыс. рабочих135. В 1961 г. в основном была завершена проводившаяся в течение трех лет работа по снятию с производства и замене устаревших моделей машин, оборудования, материалов и изделий. Только в 1961 г. освоено производством более 1600 образцов новых машин, приборов, материалов и изделий. В 1961 г. на предприятиях совнархоза изготовлено более 1700 наименований новых изделий, в том числе 212 наименований новых машин, оборудования, приборов, материалов, 119 новых видов хлопчатобумажных, шерстяных и шелковых тканей, 1380 наименований новых изделий легкой промышленности. Всего в 1959-1961 гг. изготовлено 3958 образцов новых изделий, в том числе машин и оборудования, приборов и материалов по предприятиям группы «А» — 642 изделия136. Значительный объем работы по вопросам технического перевооружения и модернизации производства проводил Южноуральский совнархоз. В 1964 г. промышленными предприятиями Южноуральского совнархоза было освоено серийное производство 75 новых видов продукции. Снято с производства 15 наименований машин и изделий устаревшей конструкции. На Магнитогорском металлургическом комбинате в потоке блюминга № 3 освоена работа огнезачистной машины, что позволило повысить производительность работ по зачистке заготовок для проката более чем в два раза. На Челябинском и Златоустовском заводах освоена технология выплавки мартеновской стали и электропечной стали с последующей обработкой синтетическими шлаками, что позволило наряду с улучшением качества стали повысить производительность мартеновских печей и электро134 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 42. Д. 8197. Л. 169. 135 Там же. 136 Тамже. 215
Демичев Е. В. печей, а также выплавлять стали в мартеновских печах вместо электропечей137. На машиностроительных заводах в 1964 г. организовано 26 комплексно-механизированных участков, внедрено 23 автоматические и полуавтоматические линии, 120 поточно-конвейерных линий обработки и сборки. На групповой метод обработки переведено более 5 тыс. деталей. Внедрено 48 единиц оборудования для электроэрро- зийной, электрохимической и ультразвуковой обработки металла. Большинство предприятий совнархоза обеспечило своевременное выполнение поставок по заказам, в том числе на экспорт138. Вместе с тем в производственной деятельности промышленных предприятий совнархоза в 1964 г. имели место серьезные недостатки и упущения, в связи с чем остались неиспользованными значительные резервы производства. Недовыполнен план по внедрению новой техники. Из предусмотренных планом 1134 мероприятий выполнено 1100, или 98 %, в том числе из 231 мероприятия по государственному плану выполнено 220, или 95,2 %. Не выполнили государственный план развития и внедрения новой техники управления: цветной металлургии и химической промышленности (94 %), машиностроения (90 %), тяжелого машиностроения (86 %), автотракторного и сельхозмашиностроения (97 %), промстройматериалов (67 %)139. Троицкий станкостроительный завод в результате неудовлетворительной подготовки производства не обеспечил выпуск первых промышленных серий ультразвуковых станков модели 4772А и 4773А, Курганский арматурный завод не выпустил первую промышленную серию клапанов шланговых для пульпы и агрессивных сред, Южноуральский машзавод не изготовил оборудование установки для непрерывной разливки стали и прокатки стальных заготовок сечением 60 х 60, Копейский машзавод им. С. М. Кирова не изготовил проходческий комплекс с применением комбайна ПК-9140. Имелись случаи, когда законченные научно-исследовательские и проектно-конструкторские работы по разным причинам медленно внедрялись в производство; особенно медленно — на предприятиях Кургана работы, выполненные Курганским проектно-конструкторским бюро. 137 ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 45. Д. 3313. Л. 69. 138 Там же. Л. 70. 139 Там же. Л. 75. 140 Там же. Л. 76. 216
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале Отдельные предприятия из-за невыполнения утвержденных мероприятий по экономии металла и материалов, нарушения технологии допускали значительный их перерасход против утвержденных норм. Так, на Челябинском металлургическом заводе был допущен перерасход магнезитового порошка на производство мартеновской стали в количестве 9177 т и 3950 т термостойкого сводового кирпича. На Магнитогорском металлургическом комбинате в результате невыполнения в течение двух лет мероприятий по замене существующих лудильных ванн на ванны большей тепловой мощности расходовалось непроизводительно 60 т олова в год. Челябинский кузнечнопрессовый завод перерасходовал в производстве 985 т горячекатаного проката141. На многих предприятиях и в управлениях не уделялось необходимого внимания экономической эффективности планируемых мероприятий, особенно мероприятий, направленных на повышение производительности труда и высвобождение излишних рабочих. Невыполнение плана по новой технике отдельными предприятиями объясняется прежде всего медленным устранением недостатков, допущенных в практике составления этих планов, неудовлетвори- тельнойдэрганизацией их выполнения и слабым контролем со стороны отраслевых управлений и технического управления совнархоза. На многих предприятиях машиностроения одной из главных причин невыполнения заданий по производству новых опытных образцов и быстрейшего освоения серийного производства новых машин и изделий являлось слабое развитие инструментальных и экспериментальных цехов, конструкторских и особенно технологических служб, что приводило, как правило, к срыву сроков подготовки производства новых машин. В конце 1950 — начале 1960-х гг. в СССР ни система административного руководства, ни экономические методы хозяйствования не обеспечивали удовлетворительного решения задачи широкого использования в народном хозяйстве новой техники и технологии. В итоге произошло ослабление влияния научно-технического прогресса на качественные показатели развития советской экономики. Если в 1951-1956 гг. среднегодовые темпы роста производительности труда в промышленности составляли в среднем 8 %, то в последующем произошло их снижение: в 1957 г. — 6,6 %, в 1958 г. — 6,2, в 1959 г. — 7,4, в 1960 г. — 5,4, в 1961 г. — 4,4 %. Это сказалось на 141 Тамже. 217
Демичев Е. В. темпах роста национального дохода: с 11,3 % ежегодного прироста в 1951-1956 гг., в 1957-1961 г. он сократился до 8,3 % в год142. Социально-экономическая ситуация, возникшая в стране, требовала принятия мер по повышению эффективности производства. В ноябре 1962 г. состоялся пленум ЦК КПСС, обсудивший вопрос «О развитии экономики СССР и перестройке партийного руководства народным хозяйством», на котором было уделено большое внимание проблеме лучшего использования достижений науки и техники143. Однако решения его в области ускорения технического прогресса были сведены только к мерам организационно-административного порядка. Для проведения единой технической политики было решено передать ведущие научные, проектные и конструкторские институты, конструкторские бюро заводов с опытными и экспериментальными базами в ведение государственных комитетов по отраслям промышленности. На эти комитеты возлагалась ответственность за внедрение новой техники и технологии, за технический уровень отрасли144. Механизм претворения в жизнь данного решения был определен специальным постановлением ЦК КПСС и Совета министров СССР «О повышении роли государственных комитетов и их ответственности за развитие отраслей промышленности»145. Но выполнение намеченного не привело к улучшению качественных показателей народно-хозяйственного развития. Темпы роста производительности труда в промышленности продолжали падать. Они составили в 1962 г. — 5,5 %, в 1963 г. — 4,8, в 1964 г. — 3,7 %. В итоге если в 1950-1960 гг. доля экономического эффекта от внедрения достижений науки и техники во всем национальном доходе составляла 12,1 %, то в 1961-1965 гг. она снизилась до 7,4 %146.0 состоянии НТП в РСФСР во второй половине 1950 — первой половине 1960-х гг. некоторое представление дает приложение 8. Представляет определенный интерес анализ состояния НТП в СССР, сделанный зарубежными исследователями. В зарубежной историографии признается тот факт, что в 1950-е — первой половине 1960-х гг. в СССР происходили масштабные дости142 Народное хозяйство СССР за 60 лет. М., 1977. С. 78. 143 Там же. С. 79. 144 КПСС в резолЮЦИЯХ...Т. 10. М., 1977. С. 288-296. 145 Справочник партийного работника. Вып. 5. М., 1964. С. 70-75. 146 Юзуфович Г. К. Наука при социализме: политико-экономические проблемы. Л., 1980. С. 42. 218
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале жения в освоении космоса, атомной энергетике, ускорении научно- технического прогресса в важнейших отраслях промышленного производства. Успехи Советского Союза в указанных областях произвели в те годы большое впечатление во всем мире. Например, в докладе Комитета экономического развития США (ноябрь 1957 г.) подчеркивалось: «За спутником мы видим ракету, а за ракетой мы видим передовую науку и технику. Но за ними скрывается нечто большее, — это социалистическая система, система человеческих институтов, которая в данном случае приняла правильное решение о том, какие необходимо поставить цели, мотивировала и организовала усилия для их достижения»147. Но с течением времени оценки крупных научно-технических достижений СССР, имевшихся в хрущевский период, за рубежом стали более сдержанными. Например, по мнению Дж. Боффа, «советская наука не опережала американскую. Первые космические успехи явились результатом деятельности блестящей группы ученых, возглавляемых академиком Королевым»148. Вместе с тем он считает, что испытание в СССР баллистической ракеты и запуск первого искусственного спутника земли имели большое значение для повышения роли Советского Союза в мировой политике. «Если до этого момента, — подчеркивает Дж. Боффа, — в мире существовала одна сверхдержава, теперь появилась вторая, более слабая, но имеющая достаточный вес для определения всей мировой политики. На американцев, недооценивших возможности своего противника, это произвело шоковое впечатление. В определенном смысле они вновь открыли СССР и его действительность и должны были это осмыслить»149. Высоко оценил запуск первого искусственного спутника земли и А. Ноув. «Россия, — отмечает он, — отсталый гигант, на которого так часто свысока смотрел развитый Запад, ...ошеломила мир. Это было прекрасной рекламой советской системе»150. Анализ проблем научно-технической политики в СССР в 1950-е — первой половине 1960-х гг. содержится в работах Дж. Берлинера «Советская промышленность от Сталина до Горбачева. Очерки по управлению и инновации» (1988) и М. Берри «Наука, технология 147 Цит. по: УманскийЛ, А. Шаболдин С. С. Годы труда и побед. 1917-1987. М., 1987. С. 132. 148 Боффа Дж. Указ. соч. С. 468. 149 Там же. С. 468-469. 150 Nove A. An economic history history of the U.S.S.R. L., 1970. P. 354. 219
Демичев Е. В. и инновация» (1987). Дж. Берлинер признает рациональность ряда важных шагов в области научно-технической политики, проводившейся в СССР при Хрущеве151. М. Берри же выдвигает на первый план ее отрицательные аспекты, что, на наш взгляд, не всегда оправдано. М. Берри сделал вывод, что Хрущев не решил задачу обеспечения непрерывного научно-технического прогресса в промышленности. Одной из причин этого, как он считает, была совнархозовская реформа152. Не менее негативное влияние, считает он, оказывали и просчеты в научно-технической политике. М. Берри пришел к выводу: успешному решению задач в области НТР мешала ориентация на сложившуюся при Сталине разрозненную систему специализированных научных учреждений в отсутствие серьезных попыток ее интеграции. В Советском Союзе недооценивалось то обстоятельство, что техника и технология — не одно и то же. Не уделялось должного внимания развитию экспериментальной базы научных исследований. В итоге при Хрущеве фабрики оказались более изолированными от организаций, занимающихся НИОКР, менее заинтересованными в действиях по собственной инициативе. Отмечая эти недостатки, М. Берри в то же время подчеркивает, что «в области технического прогресса и преемники Хрущева не достигли больших успехов, чем он»153. Завершая краткий обзор анализа состояния НТП в СССР, сделанного зарубежными учеными, отметим, что принимавшиеся в советской стране меры иногда были половинчатыми, не выходили за рамки подходов, свойственных административно-командной системе управления. Но при этом следует признать: в рассматриваемый период в области научно-технического развития СССР удалось приблизиться к мировому уровню. А это свидетельствует о полезности ряда решений, принимавшихся в области НИОКР в те годы. Для промышленности Московского и Южноуральского регионов начало 1950 — первая половина 1960-х гг. было временем интенсив151 В частности, Дж. Берлинер пишет о целесообразности создания в 1960 г. центрального фонда освоения новой техники. См.: Berliner J. S. Soviet industry from Stalin to Gorbachev. Essays on management and innovation. Gower House et al., 1988. P. 235,236. 152 Cm.: Berry M.J. Science, technology and innovation // Khrushchev and khrushchevism / Ed. by M. McCauley. Houndmills et al., 1987. P. 90. 153 Cm.: Berry M.J. Science, technology and innovation // Khrushchev and khrushchevism / Ed. by M. McCauley. Houndmills et al., 1987. P. 85, 88, 89, 91, 93,94. 220
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале ного внедрения новой техники, небывалых в прошлом размеров переоборудования предприятий, организации новых производств. Московский совнархоз в числе первых стал рассматривать технические мероприятия с учетом их экономической эффективности. Однако было допущено существенное отставание экономической работы от технологической и конструкторской деятельности. Реорганизация управления не затрагивала основ преимущественно административного воздействия на субъекты научно-технической политики. Одним из главных недостатков, сдерживающих интенсивное использование изобретений, было недостаточное экономическое стимулирование работ по их внедрению. Практика плодотворной работы научных и производственных коллективов Московского и Южноуральского регионов показала, что эффективное функционирование всех звеньев системы «наука-тех- ника-производство» возможно при обеспечении соответствующих благоприятных условий: наличие квалифицированных научных кадров по важнейшим направлениям науки, территориальная близость крупных и технически оснащенных промышленных предприятий, согласованность целенаправленных действий ученых и производственников при решении задач. К середине 1950-х гг. стало очевидным, что объективные процессы возрастания роли науки, сближение исследовательской деятельности с хозяйственной практикой необходимо было учитывать в масштабе не только страны, но и отдельных регионов. Со второй половины 1950-х гг. фактически началось формирование региональной научно- технической политики как особого направления в общегосударственной стратегии управления инновационным процессом. Опыт работы промышленности Московского и Южноуральского регионов доказал, что необходимо рациональное соотношение отраслевого и территориального подходов в управлении научно-техническим прогрессом. Гармонизация централистских и самоуправленчес- ких тенденций в научно-технической сфере была достижимой лишь путем проведения, с одной стороны, широкой государственной но- вовведенческой политики и, с другой — эффективной региональной научно-технической политики как особого направления в единой стратегии научно-технического прогресса. Цель первой — стимулировать использование нововведений, развивать наукоемкие отрасли путем улучшения условий функционирования инновационного процесса. Вторая имела большое значение для обеспечения вариантных решений приоритетных научно-технических проблем и экономичес221
Демичев Е. В. кого маневра, позволяющего полнее использовать социально-экономические факторы регионального развития, что и доказала деятельность Московского и Южноуральского совнархозов. В анализируемый период развитию советской науки мешала нечеткая координация деятельности научно-исследовательских организаций. Отсутствовала достаточно продуманная система координации научно-исследовательской работы в масштабе всей страны. Это наносило большой ущерб развитию научных исследований и внедрению данных науки в производство. Особый ресурс Московского региона делал его главной лабораторией технического прогресса в стране. Эта среда, обязанная своим формированием сочетанию многих функций, в свою очередь стимулировала расширение-интеграцию блоков науки, проектирования, испытания, производства, что создавало условия для быстрого прохождения пути от замысла до его воплощения в реальную продукцию. Как лаборатория инноваций и научно-технического прогресса регион был незаменим. Руководство СССР искало ответы на вопрос о путях народно-хозяйственного развития в условиях разворачивавшейся НТР. Для упрочения союза науки, техники и производства имели определенное значение постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР «Об улучшении дела изучения и внедрения в народное хозяйство опыта и достижений передовой отечественной и зарубежной науки и техники» (1955), постановление июльского (1955) пленума ЦК КПСС «О задачах по дальнейшему подъему промышленности, техническому прогрессу и улучшению организации производства», решения XX (1956) и XXI (1959) съездов партии. В них были впервые.определены качественно новые задачи развития советской науки, намечены конкретные мероприятия по повышению научно-технического уровня производства в основных отраслях промышленности, подчеркнуто особое значение механизации и автоматизации, отмечена огромная роль повышения квалификации рабочих, колхозников, специалистов всех сфер производства как решающего фактора наиболее эффективного использования новой техники. Новая, третья Программа партии, принятая XXII съездом КПСС (1961), подтвердила вывод предшествующих партийных документов о вступлении человечества в эпоху научно-технической революции и выделила ряд направлений НТП, поставив их в центр внимания единой общегосударственной научно-технической политики. Этими направлениями стали: полная электрификация страны, комплексная 222
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале механизация основных и вспомогательных работ с дальнейшим переходом к автоматизации производственных процессов, широкое применение химии в народном хозяйстве, внедрение счетно-решающей техники и т. д. В Программе подчеркивалось, что научные учреждения должны строить и контролировать свои исследования по наиболее важным вопросам в соответствии с планами развития народного хозяйства. В целях улучшения организации исследований в 1961 г. был создан Государственный комитет Совета министров СССР по координации научно-исследовательских работ, преобразованный в 1963 г. в Госкомитет СССР по координации научно-исследовательских работ. Этот общегосударственный орган решал комплексные и межотраслевые научно-технические проблемы, имеющие большое народнохозяйственное значение, определял основные направления научных исследований. Академия наук СССР занималась руководством и организацией исследований по важнейшим фундаментальным проблемам в области естественных и гуманитарных наук в масштабах всей страны. Наука и образование, вся инфраструктура НТП в СССР являли собой выдающиеся достижения административно-командной системы управления. По масштабу созданного научно-технического потенциала Советский Союз не имел равных среди европейских стран и мог сравниться лишь с реальным конкурентом нашей страны в этой области — США. Научно-технический потенциал в нашей стране, как и в США, был ориентирован на всевозможные виды исследований по всем направлениям знаний, но прежде всего — на решение таких задач, как достижение военного превосходства (как и в США) и поддержка официальной идеологии (в отличие от США). В СССР на военные цели направлялось примерно 75 % затрат на научные исследования и опытно-конструкторские разработки. Бюджет НИОКР одной только атомной промышленности был сравним с бюджетом всей Академии наук СССР. Научно-технический прогресс в СССР был не самодвижущим, а определяемым и управляемым государством процессом. Несмотря на то что составлялся план развития науки и техники, государство не имело четкой концепции научной и технической политики страны в целом. Такая политика, как правило, существовала лишь на отраслевом уровне. Хотя СССР и занимал второе место в мире после США по научно-техническому потенциалу, НТП в нем не отличался масштабностью и производственной эффективностью. Он не выражался 223
Демичев Е. В. в массовых нововведениях, крупных изменениях в производстве на базе постоянной его подпитки конкурентоспособной техникой и технологией. Наука была оторвана от производства. Главными факторами роста производственного труда оставались такие традиционные факторы, как капитал и труд, а не НТП. В целом НТП в СССР имел в значительной мере имитационный характер, так как задавался не рыночным платежеспособным спросом в соответствии с реальными общественными потребностями, а техническим прогрессом, идущим на Западе, прежде всего в США. Решалась определенная задача: не отстать, взять у Запада все, что только можно, и сконцентрировать собственный научно-технический потенциал на приоритетных направлениях. Главным приоритетным направлением являлся военно-промышленный комплекс, что обрекало СССР на отставание. Имитационный характер НТП и нарастающие проблемы несрабатываемости мобилизационной, административно-распределительной экономики неизбежно вели к тому, что в 1970-1980-е гг. отставание СССР от Запада в области нововведений нарастало. Если в начале 1970-х гг. на Западе под влиянием нефтяных кризисов произошла революция в области создания энергосберегающей техники и технологии, которую СССР не воспринял, то в 1980-е гг. там произошла революция в военной технике, которая также обошла Советский Союз из-за отсутствия у него внутреннего мотивационного механизма к НТП. На основании проведенного анализа можно сделать вывод: положение дел в промышленности и строительстве в первые годы проведения совнархозовской реформы мало чем отличалось от дореформенного периода. Неудовлетворенность результатами реформы вызвала ее корректировку в начале 1960-х гг. В 1962 г. произошло резкое ужесточение административно-командных требований политического центра по всем линиям системы управления. Повышение роли партийных комитетов в деятельности совнархозов означало признание управленческой недостаточности последних, что обусловило новый этап эволюции совнархозовской реформы. Начало этому этапу положили решения ноябрьского (1962) пленума ЦК КПСС. В соответствии с решениями данного пленума произошло укрупнение совнархозов.
Осуществление реформы в Московской области и на Южном Урале гионального аспектов управления. Хотя было провозглашено и утверждалось верховенство территориального управления, организационная структура повторяла отраслевую структуру, отраслевые функции центральных плановых органов. Бесконечные изменения и поправки, вносимые в структуру управления экономикой страны, управленческий хаос сводили на нет многие преимущества совнархозов. Большинство экономических проблем решалось исключительно политическими приемами и методами ввиду слабости материальных стимулов. Главная причина стагнирования и деградации советской экономики коренилась в мобилизационной, ее командно-распределительной модели, которая отторгала НТП, не обеспечивала нормальных условий для функционирования его инфраструктуры.
ГЛАВА 5 ПРОБЛЕМА ОПТИМИЗАЦИИ ЦЕНТРАЛИЗМА И САМОСТОЯТЕЛЬНОСТИ В УПРАВЛЕНИИ Необходимость обращения к отечественному опыту реформирования экономики, его осмысление актуализируется в настоящее время продолжающимся мировым экономическим кризисом. История двух последних десятилетий продемонстрировала: утверждения об имманентно присущей советской экономике неэффективности, равно как и представления о ее неоспоримых преимуществах, оказались в значительной мере односторонними. Жесткая критика советского прошлого оставляет в тени очевидное: советская модель развития позволила сохранить историческую дистанцию, отделявшую Россию от мировых лидеров, которая существовала к началу XX в., а по целому ряду параметров и сократить отставание (в том числе и в период «оттепели»), чего нельзя пока сказать о постсоветской модели. К этому добавим: мы продолжаем использовать созданный в советские годы интеллектуальный, кадровый, экономический и технический потенциал. В современном российском обществе зреет понимание необходимости использования ситуации, сложившейся в результате мирового экономического кризиса, для осуществления нашей страной модернизационного рывка. И это не случайно, так как среди представленных в современной науке познавательных парадигм именно модернизационная теория позволяет наиболее адекватно историческому опыту и общественным запросам объяснить те трансформации, которые претерпели и продолжают претерпевать российское общество и его экономическая сфера. Всесторонний и глубокий анализ экономических и политических реформ в России предполагает, что они находятся в главном русле хозяйственной эволюции страны и раскрывают в ней линии преемственности. Процесс хозяйственного развития страны при всей его спонтанности, сложности и кажущейся беспорядочности подчинен определенной логике, действие которой особенно заметно в длительной исторической перспективе. Данное обстоятельство определяет ключевую исследовательскую задачу, связанную с оценкой проводимых в России реформ с точки зрения осуществления модернизационных преобразований. 226
Проблема оптимизации централизма и самостоятельности в управлении Нам представляется правомерным рассматривать советские годы как закономерный результат всей предшествующей (XIX-XX вв.) эпохи, в хозяйственной сфере которой действовал общий (единый) процесс модернизации. В данном процессе формирование рыночного типа хозяйства — доминирующая тенденция, проявляющаяся через свои критические точки и бифуркации (разрывы). Экономическая модернизация России происходила и происходит не изолированно, а с участием в общемировом модернизационном процессе. Участие нашей страны в общемировых модернизационных процессах сопровождалось тремя радикальными ломками хозяйственного и государственного строя. Первая из них (60-70-е гг. XIX в.) была направлена на перевод страны с аграрного на частнокапиталистический строй. Вторая ломка произошла в результате революционной смены капиталистического строя социалистическим. Третья радикальная ломка сложившегося хозяйственного и социально-политического устройства осуществляется в современной России. Межформационные сдвиги, изменения политического строя, происходившие в XIX-XX вв., не отменяли экономическую модернизацию, а только искажали ее траекторию. Непосредственным результатом российских реформ, проведение которых осложнялось бифуркациями и катастрофами, стала незавершенность политического, межнационального и экономического переустройства общества. Например, если ранний этап модернизации начался при капитализме, то завершился уже при социализме. Позднеиндустриальная волна модернизации, начавшаяся в СССР, также не была доведена до благополучного конца в виде создания завершенной и стабильной модели зрелого индустриального типа производства и общества. Она привела к еще одной революционной смене экономического и государственного строя. Видимо, позднеиндустриальной волне модернизации суждено завершиться в процессе становления в России нового строя. Принципиальное отличие российской модернизации от других стран состоит в том, что волнообразный характер преобразовательных процессов в значительно большей степени воздействует на экономическую сферу, приводя к периодическим возникновениям зон напряжения в точках соприкосновения современной индустриальной культуры и рыночных отношений с традиционной системой хозяйствования. В результате задерживается и прерывается развитие рыночных отношений, формируется устойчивый синдром «запаздывающего», «догоняющего» развития. 227
Демичев Е. В. В настоящее время наиболее развитая часть мирового сообщества осуществляет переход к неоиндустриальному, или информационному, обществу. Это придает дополнительную сложность российскому модернизационному процессу, так как обрекает Россию на решение сложных преобразовательных задач разных исторических эпох. Для обеспечения максимальной результативности российской модернизации и исключения катастроф важно правильно расставить приоритеты в соответствии с общим курсом экономического развития страны. Оценивая ход экономического развития в постперестроечный период, нельзя не обратить внимания на то, что при переходе от советской хозяйственной системы к рыночному хозяйству западного типа возник экономический кризис, по своим масштабам почти сопоставимый с послереволюционным периодом. Либералы этот факт объясняют тем, что административно-командная система слишком глубоко проникла на всех уровнях управления. На наш взгляд, это объяснение мало что дает для понимания сущности кризиса и постперестроечных преобразований. Можно усомниться: такой ли была случайной и «ненормальной» советская система управления страной, если почти за двадцати летний постперестроечный период реформирования не возникла более эффективно работающая система? Конечно, делать окончательные выводы по поводу эффективности применения тех или иных хозяйственных систем в России еще рано. Когда они будут делаться, важно сопоставить результаты, полученные в послекризисном периоде, с теми, которые были в период подъема в экономике СССР, и оценить реальные последствия ситуации для современного и будущего экономического положения страны в мировом хозяйстве. Пока же современные кризисные процессы в экономике по характеру и глубине протекания незначительно отличаются в лучшую сторону от аналогичного перехода от преимущественно рыночной системы к преимущественно нерыночной. Ориентирами для оценки эффективности использования рыночной системы должны служить результаты, достигнутые СССР не только в годы «застоя» и «кризиса», как это ныне принято, но и в наиболее динамичные годы — примерно до середины 1970-х гг. (таблица 1). Конечно, нельзя все дело сводить лишь к темповым характеристикам, отраженным в таблице, но они заставляют задуматься и, как уже отмечалось ранее, в результате зарождаются сомнения в «ненормальности» советской системы управления страной. 228
Проблема оптимизации централизма и самостоятельности в управлении Таблица 1 Динамика ВНП на душу населения СССР в сопоставлении с ведущими экономическими державами мира (в американских долларах и ценах 1960 г.)* Страны 1913 г. 1929 г. 1950 г. 1960 г. 1970 г. 1970 г. к 1913 г., в% 1970 г. к 1950 г., в % США 1350 1775 2415 2800 3605 267,0 149,3 Германия 775 900 995 1790 2705 349,0 271,9 Великобритания 1070 1160 1400 1780 2225 207.9 158,9 Франция 670 890 1055 1500 2535 378,4 240,3 Япония 310 425 405 855 2130 687,1 525,9 «Пятерка» в среднем 638 803 935 1411 2448 383,7 231,8 СССР 345 350 600 925 1640 475,4 273,3 СССР к «пятерке», в % 54 44 64 66 67 124,0 104,7 СССР к США, в% 25 20 25 33 46 184,0 184,0 * Источник: Disparities in Economic Development since the Industrial Revolution / Ed. by P. Bairoch, M. Levy-Leboyer. New York, 1981. P. 10. Ранее нами отмечалась правомерность рассмотрения советского периода как закономерного результата всей предшествующей эпохи. В связи с этим заметим: все преобразования, начиная от политики «военного коммунизма» и вплоть до современной экономической реформы, были направлены на поиск оптимального соотношения централизованного руководства народным хозяйством с расширением самостоятельности регионов и непосредственных производителей. Так же, как и в ходе осуществления реформы управления промышленностью и строительством 1957-1965 гг., нынешний переход к рыночным методам регулирования российской экономики — поиск нового варианта сочетания интересов государства и регионов, с одной стороны, и хозяйствующих субъектов, получивших невиданную ранее самостоятельность, — с другой. После Октябрьской 1917 г. революции в России возобладал территориальный принцип управления промышленностью и строи229
Демичев Е. В. тельством. В декабре 1917 г. — январе 1918 г. вслед за образованием Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) были образованы областные, губернские и уездные советы народного хозяйства (совнархозы). Совнархозы действовали до начала 1930-х гг. В этот период были заложены основы формирования крупных территориальнопроизводственных комплексов с вертикально и горизонтально интегрированными структурами. Совнархозы сыграли большую роль в восстановлении экономики СССР после Гражданской войны и осуществлении первого этапа индустриализации страны в условиях новой экономической политики. Однако некоторое усложнение отраслевой структуры экономики страны вследствие ускоренного создания новых отраслей промышленности стимулировало переход к созданию централизованных форм хозяйственного руководства. В 1932 г. был упразднен ВСНХ. Вместо него возникли отраслевые наркоматы, впоследствии преобразованные в министерства. Характеризуя управление народным хозяйством в послевоенный период, отметим, что его структура не претерпела кардинальных изменений. Вместе с тем, в связи с переходом на мирные рельсы, произошли существенные качественные изменения в системе управления промышленностью и строительством. Вслед за упразднением Наркомата танковой промышленности и Наркомата боеприпасов осуществились преобразования Наркомата среднего машиностроения в Наркомат автомобильной промышленности, Наркомата минометного вооружения — в Наркомат машиностроения и приборостроения. Образованы также наркоматы: строительного и дорожного машиностроения, строительства предприятий тяжелой индустрии, строительства топливных предприятий и другие (с 1946 г. наркоматы были преобразованы в министерства). Численность министерств увеличивалась не только в результате роста промышленного производства, но и вследствие необходимости более специализированного технического руководства отдельными отраслями промышленности. Такая же потребность в специализированном руководстве возникла в реформировании плановых органов. Государственную плановую комиссию реорганизовали в Государственный плановый комитет Совета министров СССР (Госплан СССР). В обязанности Госплана СССР входили планирование народного хозяйства, контроль за выполнением планов. Наряду с ним были образованы: Государственный комитет по снабжению народного хозяйства (Госснаб СССР) для разработки планов распределения материальных фондов в целом по стране и Государственный комитет 230
Проблема оптимизации централизма и самостоятельности в управлении по внедрению новой техники в народное хозяйство Совета министров СССР (Гостехника СССР) для форсированного внедрения в народное хозяйство новой техники1. В целях усиления централизации управления народным хозяйством СССР в 1948 г. вновь начался процесс слияния министерств. Два министерства рыбной промышленности соединились в одно Министерство рыбной промышленности СССР, а два министерства угольной промышленности — в Министерство угольной промышленности СССР. В одно Министерство нефтяной промышленности СССР слились Министерство нефтяной промышленности южных и западных районов, Министерство восточных районов и Главнеф- теснаб при Госснабе СССР2. В период послевоенного хозяйственного строительства в советской экономике произошли глубокие качественные изменения, ставшие важной предпосылкой грядущих реформ. Осуществился перевод промышленности на мирные рельсы, восстановлен довоенный уровень производства, увеличились номенклатура и объем выпускаемой продукции, значительно укрепилась и расширилась производственно-техническая база промышленности за счет реконструкции действующих и строительства новых предприятий. Основные производственные фонды промышленности возросли по сравнению с 1940 г. на 77 % к 1952 г. и на 150 % — к 1955 г.3 Происходили изменения главным образом в базовых структурах промышленности. В частности, в транспортных перевозках увеличилось значение автомобильного транспорта и трубопровода. Появились новые отрасли, в том числе и наукоемкие: атомная, электротехническая и газовая промышленность. Научно-технический прогресс (НТП) становится важным фактором социально-экономического развития. К середине 1950-х гг. советская система управления народным хозяйством представляла собой совокупность отраслевых организационных структур, построенных по принципу линейной централизации, с общим функциональным органом — Госпланом СССР. Данная отраслевая структура управления промышленностью включала в себя министерства общесоюзного, союзно-республиканского и республиканского значения, которые были административ1 Директивы КПСС и Советского правительства по хозяйственным вопросам. Сб. документов: В 4 т. Т. 3. М., 1958. С. 261, 262. 2 Ведомости Верховного Совета СССР. 1949. №1,2. 3 Зверев А. Г. Записки министра. М., 1973. С. 239. 231
Демичев Е. В. но-хозяйственными органами, регулирующими соответствующие отрасли народного хозяйства. Министерства осуществляли общее руководство определенной отраслью народного хозяйства и непосредственное управление подведомственными предприятиями (вели работу по составлению производственных планов, оперативному управлению производственной деятельностью, материально-техническому снабжению и сбыту продукции предприятий). Свыше 2/3 промышленных предприятий подчинялись централизованным союзным министерствам. К 1951 г. в ведении союзных министерств находилась большая часть отраслей народного хозяйства и предприятий, производивших 67 % всей валовой продукции промышленного производства4. Наиболее централизованными являлись общесоюзные органы государственного управления. Единое для всего Союза министерство руководило той или иной отраслью как непосредственно, так и через назначаемые им органы. Главные управления (главки), построенные по производственно-отраслевому принципу, были основными звеньями управленческого аппарата министерства. В свою очередь, главк, находясь на хозрасчете, руководил группой предприятий определенной отрасли промышленности. Отраслевые министерства из Москвы жестко регламентировали деятельность предприятий, большинство из которых, располагаясь на территории какой-либо республики, подчинялось союзным и союзно-республиканским министерствам. Через одноименные министерства союзных республик союзно-республиканские министерства управляли определенным числом предприятий в соответствии со списком, утвержденным Президиумом Верховного Совета СССР. Отстраненность республиканских органов управления от руководства значительным числом предприятий, действовавших на территории республики, снижало их ответственность за деятельность этих трудовых коллективов. По мере роста числа предприятий все более затруднялось оперативное руководство ими из одного центра. В 1956 г. в СССР насчитывалось более 200 тыс. промышленных предприятий и 100 тыс. строек5. Отраслевые министерства не могли обеспечить их оптимальную специализацию и производственное кооперирование, не обеспечивали условий для реализации местной инициативы. Поэтому было принято решение о возврате к территориальному принципу оперативно4 Народное хозяйство СССР. Статистический сб. М., 1956. С. 41. 5 Малая советская энциклопедия. Т. 8. М., 1960. Стб. 682. 232
Проблема оптимизации централизма и самостоятельности в управлении го управления на основе создания экономических административных районов. Предполагалось, что в результате передачи функций хозяйственного руководства совнархозам произойдет расширение прав союзных республик, руководство приблизится к производству, а к управлению удастся привлечь широкие массы трудящихся. За координирование деятельности совнархозов отвечал Государственный плановый комитет Совета министров СССР (Госплан СССР), за проведение единой технологической политики — Государственный научно-технический комитет Совета министров СССР (Госкомнауки СССР). Заметим, что в соответствии с указанным выше законом упразднялись не все отраслевые министерства. Реформа управления народным хозяйством не распространялась на Минсельхоз СССР. Сохранились министерства авиационной, оборонной, радиотехнической, судостроительной и химической промышленности, а также Министерство электростанций. Они были обязаны планировать развитие соответствующих отраслей, обеспечивать высокий технический уровень развития производства через совнархозы. Возвращение к территориальной интеграции производства сопровождалось сохранением вертикальной интеграции в сфере военно-промышленного комплекса (ВПК). Оборонные министерства, преобразованные в отраслевые комитеты, сохранили свой кадровый состав. Ведомственные интересы ВПК поддерживались новыми бюджетными инвестициями. Эти госкомитеты были построены по отраслевому принципу. Они давали свои рекомендации по научно-исследовательским работам, программе капитальных вложений, освоению новых видов продукции. Обладая широким кругом прав и полномочий, совнархоз был обязан согласовывать свою деятельность с вышестоящими органами власти и управления: с Госпланом СССР и Госпланом РСФСР, Министерством финансов СССР и Министерством финансов РСФСР, Госбанком СССР и Стройбанком СССР. Необходимость согласования вопросов с этими организациями несколько ограничивала право совнархоза на принятие самостоятельных решений. Хотя в целом не будет преувеличением утверждать, что совнархозам была предоставлена большая экономическая власть в пределах соответствующего района. Состав организационных единиц совнархоза воспроизводил ранее существующую схему ведомственно-министерского управления — отраслевые главки и функциональные отделы. Структура новых организационных форм управления конструировалась согласно старым 233
Демичев Е. В. традициям и трафаретам. Вместе с тем формальная специфика состояла в территориальных рамках их деятельности. Это и было главным. Радикализация изменений организационных форм заключалась в децентрализации управления. Отраслевые управления имели неоспоримое преимущество по сравнению с главками: они находились от предприятий в непосредственной близости, и этим достигалась оперативность руководства. Основная причина кризиса совнархозовской системы состояла в непоследовательной политике проведения административной реформы, так как не был реализован принцип, согласно которому единство народно-хозяйственного комплекса должно было поддерживаться и постоянно воспроизводиться через централизованное плановое регулирование, остававшееся узкоотраслевым. Опыт совнархозов при определенных условиях вполне может быть применим и в со