Белое движение

Евгений Спицын. Краткий обзор ключевых аспектов историографии Гражданской войны

Александр Широкорад. Упущенный шанс Врангеля

Юрий Ципкин. А.В. Колчак и генералы белых сибирских армий

Юрий Ципкин. Попытка реванша Белого движения в Гражданской войне в России и роль Японии в её реализации в 1920-1922 гг.

Игорь Пыхалов. Георгиевские кресты для «белых орлов»

Андрей Куренышев. Пять эпизодов Гражданской войны в России 1917-1922 гг. По материалам документов судебного процесса партии социалистов-революционеров 1922 г.

Александр Колпакиди. Врангель как каратель

Теги: всеобщая история построение социализма в ссср (1917-1938 гг) — снг политические репрессии культ личности победа пролетарской революции 1917

ISBN: 978-5-907862-04-3

Похожие

Становление и развитие центральных органов руководства военной разведкой и военной контрразведкой Советской России

Хроника белого террора в России

Спецслужбы Белого движения. 1918-1922. Контрразведка

Кадры Генерального штаба в период Гражданской войны в России 1917–1922 гг. Том 2

Текст

Евгений Спицын, Юрий Ципкин, Илья Ратьковский, Игорь Пыхалов, Александр Колпакиди, Александр Широкорад, Андрей Куренышев
Белое движение
наше завтра
Москва
2024

УДК 94
ББК 63.3(2)61
Б43
Евгений Спицын, Юрий Ципкин, Илья Ратьковский, Игорь Пыхалов, Александр Колпакиди, Александр Широкорад, Андрей Куренышев
Б43 Белое движение — Издательство «Наше завтра», 2024 — 320с., 16+
ISBN 978-5-907862-04-3
Казалось бы, прошедшие после Гражданской войны 100 с лишним лет не должны были оставить белых пятен в ее истории. Но это не так. Именитые историки до сих пор спорят о событиях тех далеких дней. Полемику вызывают самые разные вопросы: о причинах войны, о ее сроках и периодизации, о противоборствующих сторонах, о значении и последствиях политики «военного коммунизма», о роли руководителей Белого движения в вооруженной борьбе и упущенных ими шансах на победу, о «белом терроре», об участии Японии в противостоянии большевикам. В истории Гражданской войны есть множество мифов, которые современной науке только предстоит развеять с помощью новых источников и открывающихся для изучения архивных документов.
Данная книга представляет собой сборник аналитических статей современных авторов - историков и публицистов Е. Спицына, А. Колпакиди, А. Широкорада, Ю. Ципкина, И. Ратьковского, И. Пыхалова, А. Куренышева. Благодаря их профессиональным оценкам и представленным фактам читатель сможет взглянуть на некоторые аспекты Гражданской войны под новым для себя углом зрения.
УДК 94
ББК 63.3(2)61
ISBN 978-5-907862-04-3
© Коллектив авторов, 2024
© ООО «Наше завтра», 2024

Содержание
Евгений Спицын. Краткий обзор ключевых аспектов историографии Гражданской войны 5
Александр Широкорад. Упущенный шанс Врангеля 20
Юрий Ципкин. А.В. Колчак и генералы белых сибирских армий 83
Юрий Ципкин. Попытка реванша Белого движения в Гражданской войне в России и роль Японии в её реализации в 1920-1922 гг. 117
Илья Ратьковский. Практика Белого террора в период Гражданской войны в России и первые комиссии по установлению его жертв (до 1923 г.) 140
Игорь Пыхалов. Георгиевские кресты для «белых орлов» 166
Андрей Куренышев. Пять эпизодов Гражданской войны в России 1917-1922 гг. По материалам документов судебного процесса партии социалистов-революционеров 1922 г. 182
Александр Колпакиди. Врангель как каратель 196
Александр Колпакиди. Мифы о Врангеле 272
• •♦ 3 ♦

Евгений Спицын
Краткий обзор ключевых аспектов историографии Гражданской войны
Основные проблемы Гражданской войны и иностранной интервенции
Б. Иогансон. Допрос коммунистов
В отечественной и зарубежной историографии традиционно существует ряд острых дискуссионных проблем, связанных с историей Гражданской войны и иностранной интервенции.
1. Проблема хронологических рамок и внутренней периодизации войны. В отечественной исторической науке традиционно существуют две ключевые проблемы, связанные с историей Гражданской войны: а) проблема определения её хронологических рамок и б) проблема её внутренней
... 4 ...

Евгений Спицын
периодизации. По проблеме датировки существуют три основные точки зрения.
Одни авторы (Ю. Поляков, В. Поликарпов, И. Ратьковский) датируют Гражданскую войну в России ноябрём 1917 — декабрём 1922 г. — начиная от октябрьских событий в Петрограде и кончая разгромом войск японских и американских интервентов на Дальнем Востоке и образованием СССР.
Другие авторы (В. Бровкин, С. Кара-Мурза) датируют Гражданскую войну весной 1918 — летом 1921 г., то есть от возникновения первых очевидных и масштабных очагов фронтального противостояния белых и красных, до перехода к НЭПу и подавления самых мощных крестьянских движений — «антоновского мятежа» и «махновщины». При этом профессор С.Г. Кара-Мурза абсолютно прав, когда говорит о том, что сам маховик кровавой братоубийственной Гражданской войны был запущен не большевиками, а «российскими» масонами и либералами в дни Февральского переворота, когда была свергнута тысячелетняя российская монархия.
Третья группа авторов (В. Наумов, Н. Азовцев, Ю. Кораблёв) традиционно утверждает, что хронологические рамки Гражданской войны следует ограничить маем 1918— ноябрём 1920 г. — от Чехословацкого мятежа до разгрома войск генерала П.Н. Врангеля в Крыму.
На наш взгляд, все эти подходы в оценке данной проблемы вполне правомерны, поскольку сторонники двух первых точек зрения рассматривают Гражданскую войну как открытую форму классовой борьбы, начало которой положила ещё Февральская революция. А сторонники третьей точки зрения определяют Гражданскую войну как особый этап в истории Октябрьской пролетарской революции, когда военный вопрос играл ключевую роль в развитии этой революции, и от исхода которого зависела вся её дальнейшая судьба.
Что касается внутренней периодизации, то и здесь существует несколько точек зрения.
Одни авторы (Н. Какурин) выделяют шесть основных
••♦ 5 •••

Белое движение
этапов Гражданской войны: 1) декабрь 1917 — май 1918 г., 2) май — ноябрь 1918 г., 3) ноябрь 1918 — март 1919 г., 4) март 1919 — март 1920 г., 5) апрель — ноябрь 1920 г., 6) декабрь 1920 — декабрь 1921 г.
Другие авторы (И. Ратьковский) различают два основных этапа войны: 1) «эшелонный» (ноябрь 1917 — май 1918 г.) и 2) «фронтальный» (лето 1918 — декабрь 1922 г.).
Третьи историки (В. Бровкин) утверждают, что в рамках этой войны следует выделять три крупных периода: 1) 1918 г. — период распада Российской империи и полевой Гражданской войны эфемерных правительств, созданных на её руинах; 2) 1919 г. — период решающего военного противостояния красных и белых и 3) 1920-1921 гг. — период всеобщей крестьянской войны против власти большевиков.
Наконец, четвёртая группа авторов (Н. Азовцев, В. Наумов, Ю. Кораблёв) разделяет традиционный ленинский взгляд на эту проблему, принятый ещё в советской исторической науке:
1-й этап Гражданской войны пришёлся на май — ноябрь 1918 г., когда произошёл Чехословацкий мятеж и были образованы Южный и Восточный фронты РККА против трёх белых армий генералов М.В. Алексеева, П.Н. Краснова и адмирала А.В. Колчака.
2-й этап Гражданской войны, который пришёлся на ноябрь 1918 — март 1919 г. и был связан с денонсацией Брестского мирного договора и началом полномасштабной иностранной интервенции стран Антанты и Четверного союза против Советской России.
3-й этап Гражданской войны, продолжавшийся с марта 1919 по март 1920 г., был связан с самым острым периодом противостояния между войсками РККА и белыми армиями адмирала А.В. Колчака и генералов А.И. Деникина, Н.Н. Юденича и Е.А. Миллера.
4-й этап Гражданской войны, который пришёлся на апрель — ноябрь 1920 г., был связан с советско-польской войной и бое-
... 6 •••

Евгений Спицын
выми действиями войск РККА против белогвардейской армии генерала П.Н. Врангеля в Северной Таврии и Крыму.
2. Проблема определения причин возникновения Гражданской войны. По данной проблеме существуют две диаметрально противоположные точки зрения.
В советской исторической науке (Н. Азовцев, Л. Спирин, В. Наумов, Ю. Кораблёв) вся вина и ответственность за начало Гражданской войны в стране целиком и полностью возлагалась на свергнутые эксплуататорские классы. При этом большую часть этой вины относили на эсеров и меньшевиков, которые, предав интересы рабочего класса и трудового крестьянства, отказались пойти на широкий политический союз с партией большевиков и сознательно перешли в лагерь монархической и буржуазно-помещичьей контрреволюции.
В настоящее время многие историки, главным образом либерального толка (Б. Клейн, В. Бровкин, И. Долуцкий), ударились в другую крайность и стали утверждать, что главная ответственность за начало братоубийственной Гражданской войны целиком и полностью лежит на партии большевиков, которая вполне сознательно через создание комбедов и политику продразвёрстки (продотряды) развязала новую социальную войну в деревне, ставшую питательной базой для эскалации широкомасштабной Гражданской войны в стране.
3. Проблема определения основных военно-политических лагерей в период войны. Надо сказать, что в широком общественном сознании до сих пор существует целый ряд стереотипов на этот счет.
А. Все представители Белого движения были отпетыми монархистами, которые даже во сне бредили идеями восстановления самодержавной монархии и власти помещиков и капиталистов, а все лидеры этого движения — генералы П.Н. Врангель, А.И. Деникин, А.М. Каледин, Л.Г. Корнилов, П.Н. Краснов, Н.Н. Юденич и адмирал А.В. Колчак — являлись прямыми ставленниками Антанты.
Б. Костяк всех белогвардейских армий составлял кадро-
• 7 •••

Белое движение
вый офицерский корпус Русской Императорской армии, состоящий целиком и полностью из представителей свергнутых эксплуататорских классов — помещиков и буржуазии.
В. Массовые выступления русских и украинских крестьян и казачества против политики большевиков в деревне были обычным бандитизмом, которые инспирировались платными агентами белогвардейщины и иностранных спецслужб и т.д.
Однако даже при беглом взгляде на данную проблему нетрудно заметить, что эти традиционные представления советской эпохи в постсоветский период подверглись пересмотру.
По мнению большинства современных учёных (А. Медведев, В. Цветков, С. Кара-Мурза), Белое движение по своему составу было крайне разнородным и состояло не столько из отпетых монархистов, помещиков и консерваторов, сколько из числа так называемых февралистов — представителей либеральных буржуазных (кадеты) и мелкобуржуазных (эсеры, меньшевики) партий. Более того, именно последние несут персональную ответственность за свержение тысячелетней русской монархии и развал огромной Российской империи, территория которой по крупицам, потом и кровью собиралась нашими предками на протяжении многих столетий. Кроме того, далеко не все Лидеры Белого движения являлись ставленниками Антанты, поскольку генералы П.Н. Краснов и Н.Н. Юденич всегда выступали за военный и политический союз с Германией.
По оценкам многих советских и современных историков (В. Кавтарадзе, Ю. Кораблёв, И. Лившиц), почти половина (46%) офицерского корпуса Русской Императорской армии (почти 75 тысяч офицеров, включая 639 генералов и полковников Генерального штаба), в том числе А.А. Брусилов, М.Д. Бонч-Бруевич, П.П. Лебедев, А.Е. Гутор, А.И. Верховский, Д.П. Парский, А.А. Свечин, А.Е. Снесарев, Б.М. Шапошников, А.И. Егоров, С.С. Каменев и многие другие, составляли костяк офицерского корпуса РККА. Более того, в рядах
... 8 •••

Евгений Спицын
РККА состояли два военных министра царского правительства — генералы А.А. Поливанов и Д.С. Шуваев.
Однако следует сказать, что ряд современных авторов не согласны с подобной оценкой своих коллег. Так, доктор исторических наук А.В. Ганин считает, что в составе РККА числилось порядка 108-110 тысяч офицеров царской армии, а в белых армиях чуть больше — порядка 125-127 тысяч. А кандидат исторических наук А.А. Шувалов утверждает, что в составе белых армий воевало 170 тысяч (66%) офицеров Русской Императорской армии, в то время как в составе РККА — только 55 тысяч (22%) бывших царских офицеров, причём более 30 тысяч (12%) офицеров вообще не принимали участие в Гражданской войне. Тем не менее само участие значительной части старых военспецов в этой войне на стороне большевиков говорило о серьёзном расколе внутри русского общества не только по сугубо классовым, но и по иным, куда более глубинным причинам.
Главным сторонником привлечения военспецов в ряды РККА был наркомвоенмор А.Д. Троцкий, который только в 1918 г. опубликовал десятки статей и брошюр на эту животрепещущую тему: «Офицерский вопрос», «Об офицерах, обманутых Красновым», «Унтер-офицеры, на командные посты!», «Военные специалисты и Красная Армия» и т.д.
Широкое крестьянское движение в центральных и южных районах России, Западной Сибири, Левобережной Малороссии и Новороссии («махновщина», «антоновщина») носило столь мощный и организованный характер, что объяснять его причины только через призму банального бандитизма не вполне правомерно. Более того, по мнению многих нынешних историков (О. Радков, О. Фигес, А. Медведев, В. Бровкин), движение зелёных в годы Гражданской войны было столь же существенным фактором революционного процесса, как и кровавое противостояние белых и красных, которые на разных этапах этой войны не гнушались использовать вооружённую силу и мощь крестьянских армий в борьбе друг с другом.
9 *

Белое движение
Основные проблемы «военного коммунизма» в историографии
В представлении классиков марксизма социализм как общественный строй предполагает полное уничтожение всех товарно-денежных отношений, поскольку именно они являются питательной средой для возрождения капитализма. Однако исчезнуть эти отношения могут не раньше полного исчезновения института частной собственности на все средства производства и орудия труда, но для реализации этой ключевой задачи необходима целая историческая эпоха.
Именно это основополагающее положение марксизма нашло своё зримое воплощение в той экономической политике большевиков, которую они начали проводить ещё в декабре 1917 г., практически сразу после прихода к власти в стране. Но быстро потерпев неудачу на хозяйственном фронте, в марте — апреле 1918 г. руководство большевистской партии попыталось вернуться к идеологии ленинских «Апрельских тезисов» и наладить в разорённой войной и революцией стране госкапитализм. Однако широкомасштабная Гражданская война и иностранная интервенция положили конец этим утопическим иллюзиям большевиков, вынудив высшее руководство партии вернуться к прежней экономической политике, которая затем получила очень ёмкое и точное название политики «военного коммунизма».
Надо сказать, что достаточно долгое время многие советские историки были уверены в том, что сама концепция «военного коммунизма» впервые была разработана именно В.И. Лениным в 1918 г. Однако это утверждение не вполне соответствует истине, поскольку само понятие «военный коммунизм» он впервые употребил лишь в апреле 1921 г. в своей знаменитой статье «О продовольственном налоге». Более того, как установили «поздние» советские историки (В. Булдаков, В. Кабанов, В. Бордюгов, В. Козлов), впервые этот термин был введён в научный оборот известным марксистским теоретиком Александром Богдановым (Малиновским) ещё в 1917 г.
10

Евгений Спицын
В январе 1918 г., вернувшись к изучению данной проблемы в своей известной работе «Вопросы социализма», А.А. Богданов, исследовав исторический опыт ряда буржуазных государств эпохи Первой мировой войны, поставил знак равенства между понятиями «военный коммунизм» и «государственный капитализм военного образца». Таким образом, по его убеждению, между социализмом и «военным коммунизмом» лежала целая историческая пропасть, поскольку «военный коммунизм» был следствием регресса производительных сил и гносеологически был порождением капитализма и полным отрицанием социализма, а не его начальной фазой, как это представлялось самим большевикам, прежде всего «левым коммунистам», в период Гражданской войны.
Аналогичное мнение ныне разделяет и целый ряд других учёных, в частности профессор С.Г. Кара-Мурза, которые аргументированно утверждают, что «военный коммунизм» как особый хозяйственный уклад не имеет ничего общего ни с коммунистическим учением, ни тем более с марксизмом. Само понятие «военный коммунизм» просто означает, что в период тотальной разрухи общество (социум) вынужденно преобразуется в общину или коммуну, и не более того. В современной исторической науке до сих пор существует несколько ключевых проблем, связанных с изучением истории «военного коммунизма».
1. С какого времени следует вести отсчёт политики «военного коммунизма».
Ряд российских и зарубежных историков (Н. Суханов) считают, что политика «военного коммунизма» была провозглашена практически сразу после победы Февральской революции, когда буржуазное Временное правительство с подачи первого министра земледелия кадета А.И, Шингарёва, издав закон «О передаче хлеба в распоряжение государства» (25 марта 1917 г.), ввело на всей территории страны государственную монополию на хлеб и установило твёрдые цены на зерно.
Другие историки (Р. Дэнелс, В. Булдаков, В. Кабанов) свя-
11

Белое движение
зывают утверждение «военного коммунизма» со знаменитым декретом СНК и ВЦИК РСФСР «О национализации крупной промышленности и предприятий железнодорожного транспорта», который был издан 28 июня 1918 г. Причём, по мнению В.В. Кабанова и В.П. Булдакова, сама политика «военного коммунизма» прошла в своём развитии три основные фазы: национализаторскую (июнь 1918 г.), комбедовскую (июль — декабрь 1918 г.) и милитаристскую (январь 1920 — февраль 1921 г.).
Третьи историки (Е. Гимпельсон) полагают, что началом политики «военного коммунизма» следует считать май — июнь 1918 г., когда СНК и ВЦИК РСФСР приняли два важнейших декрета, положивших начало продовольственной диктатуре в стране: «О чрезвычайных полномочиях народного комиссара по продовольствию» (13 мая 1918 г.) и «О комитетах деревенской бедноты» (И июня 1918 г.).
Четвёртая группа историков (Г. Бордюгов, В. Козлов) уверена в том, что после «годичного периода проб и ошибок» большевики, издав декрет «О продовольственной развёрстке зерновых хлебов и фуража» (И января 1919 г.), сделали свой окончательный выбор в пользу продразвёрстки, которая и стала становым хребтом всей политики «военного коммунизма» в стране.
Наконец, пятая группа историков (С. Павлюченков) предпочитают не называть конкретную дату начала политики «военного коммунизма» и, ссылаясь на известное диалектическое положение Ф. Энгельса, говорят, что «абсолютно резкие разграничительные линии несовместимы с теорией развития как таковой». Хотя сам С.А. Павлюченков склонен начинать отсчёт политики «военного коммунизма» от начала «красногвардейской атаки на капитал», то есть с декабря 1917 г.
2. Причины политики «военного коммунизма».
В советской и отчасти российской историографии (И. Берхин, Е. Гимпельсон, Г. Бордюгов, В. Козлов, И. Ратьковский) политика «военного коммунизма» традиционно сводилась
12 .

Евгений Спицын
к ряду исключительно вынужденных, сугубо экономических мероприятий, обусловленных иностранной интервенцией и Гражданской войной. При этом большинство советских историков всячески подчёркивали плавный и постепенный характер введения этой экономической политики в реальную жизнь.
В европейской историографии (Л. Самюэли) традиционно утверждалось, что «военный коммунизм» был не столько обусловлен тяготами и лишениями Гражданской войны и иностранной интервенции, сколько имел под собой мощную идеологическую базу, восходящую к идеям и трудам К. Маркса, Ф. Энгельса и К. Каутского.
По мнению ряда современных историков (В. Булдаков, В. Кабанов), субъективно «военный коммунизм» был вызван стремлением большевиков продержаться до начала мировой пролетарской революции, а объективно эта политика должна была решить важнейшую модернизационную задачу — ликвидировать гигантский разрыв между хозяйственными укладами индустриального города и патриархальной деревни. Более того, политика «военного коммунизма» была прямым продолжением «красногвардейской атаки на капитал», поскольку оба этих политических курса роднил бешеный темп основных экономических мероприятий: полная национализация банков, промышленных и торговых предприятий, вытеснение государственной кооперации и организация новой системы государственного распределения через производительно-потребительские коммуны, очевидная тенденция к натурализации всех хозяйственных отношений внутри страны и т.д.
При этом многие авторы убеждены, что все лидеры и крупнейшие теоретики большевистской партии, в том числе В.И. Ленин, Л.Д. Троцкий и Н.И. Бухарин, рассматривали политику «военного коммунизма» как столбовую дорогу, ведущую прямо в социализм. Особенно отчётливо эта концепция «большевистского утопизма» была представлена в известных теоретических работах «левых коммунистов» — они и навязали партии ту модель «военного коммунизма», которая была
13 ♦

Белое движение
реализована ею в 1919-1920 гг. В данном случае речь идёт о двух известных работах Н.И. Бухарина «Программа коммунистов-большевиков» (1918) и «Экономика переходного периода» (1920), а также о популярном опусе Н.И. Бухарина и Е.А. Преображенского «Азбука коммунизма» (1920), которые ныне справедливо называют «литературными памятниками коллективного безрассудства большевиков».
Причём, по мнению ряда современных учёных (Ю. Емельянов), именно Н.И. Бухарин в своей знаменитой работе «Экономика переходного периода» (1920) вывел из практики «военного коммунизма» целую теорию революционных преобразований, основанную на универсальном законе полного развала буржуазной экономики, производственной анархии и концентрированного насилия, которые позволят полностью изменить экономический строй буржуазного общества и построить на его руинах социализм. Более того, по твёрдому убеждению этого «любимца всей партии» и «крупнейшего партийного теоретика», как писал о нём В.И. Ленин, «пролетарское принуждение во всех своих формах, начиная от расстрелов и кончая трудовой повинностью, является, как это ни покажется странным, методом выработки коммунистического человечества из человеческого материала капиталистической эпохи».
Наконец, по мнению других современных учёных (С. Кара-Мурза), «военный коммунизм» стал неизбежным следствием катастрофического положения в народном хозяйстве страны, и в этой ситуации именно он сыграл исключительно важную роль в спасении жизни миллионов людей от неминуемой голодной смерти. Более того, все попытки доказать, что политика «военного коммунизма» имела доктринальные корни в марксизме, абсолютно беспочвенны, поскольку с идеей быстрого скачка в социализм носились только кучка большевиков-максималистов в лице Н.И. Бухарина и Ко.
3. Проблема итогов и последствий политики «военного коммунизма».
• •♦ 14 ♦••

Евгений Спицын
Практически все советские историки (И. Минц, В. Дробижев, И. Брехин, Е. Гимпельсон) не только всячески идеализировали «военный коммунизм», но фактически уходили от любых объективных оценок основных итогов и последствий экономической политики большевиков в годы Гражданской войны. По мнению большинства современных авторов (В. Булдаков, В. Кабанов), эта идеализация «военного коммунизма» во многом была связана с тем, что именно этот политический курс оказал огромное влияние на развитие всего советского общества, а также смоделировал и заложил основы той командно-административной системы в стране, которая окончательно оформилась во второй половине 1930-х годов.
В западной историографии до сих пор существуют две основные оценки итогов и последствий политики «военного коммунизма». Одна часть советологов (Г. Яней, С. Малле) традиционно говорит о безусловном крахе экономической политики «военного коммунизма», которая привела к полной анархии и тотальному развалу промышленного и аграрного хозяйства страны. Другие советологи (М. Левин), напротив, утверждают, что главными итогами политики «военного коммунизма» стали этатизация (гигантское усиление роли государства) и архаизация общественно-экономических отношений.
Что касается первого вывода профессора М. Левина и его коллег, то действительно вряд ли можно сомневаться в том, что в годы «военного коммунизма» произошло гигантское усиление всего партийно-государственного аппарата власти в центре и на местах. Но что касается экономических итогов «военного коммунизма», то здесь положение дел обстояло значительно сложнее, поскольку: 1) с одной стороны, «военный коммунизм» смёл все прежние остатки средневекового строя в аграрном хозяйстве русской деревни, однако, 2) с другой стороны, совершенно очевидным является и то, что именно в период «военного коммунизма» произошло существенное укрепление патриархальной крестьянской общины, что позволяет говорить о реальной архаизации народного хозяйства страны.
••♦ 15 •

Белое движение
По мнению ряда современных авторов (В. Булдаков, В. Кабанов, С. Павлюченков), было бы ошибкой пытаться статистически определить негативные последствия «военного коммунизма» для народного хозяйства страны. И дело не только в том, что эти последствия невозможно отделить от последствий самой Гражданской войны, а в том, что итоги «военного коммунизма» имеют не количественное, а качественное выражение, суть которых состоит в самом изменении социокультурного стереотипа страны и её граждан.
По мнению других современных авторов (С. Кара-Мурза), «военный коммунизм» стал образом жизни и образом мысли подавляющего большинства советских людей. А поскольку он пришёлся на начальный этап становления Советского государства, на его «младенческий возраст», то не мог не оказать огромного влияния на всю его историю и стал основной частью той самой матрицы, на базе которой воспроизводился советский общественный строй.
4. Проблема определения основных признаков «военного коммунизма».
На взгляд большинства авторов (В. Булдаков, В. Кабанов, С. Павлюченков), в процессе формирования основ политики «военного коммунизма» сложился абсолютный идеал социализма, главные постулаты которого были предельно просты: а) тотальное уничтожение частной собственности на средства и орудия производства и господство единой государственной формы собственности на всей территории страны; б) тотальная ликвидация товарно-денежных отношений, системы денежного обращения и создание предельно жёсткой плановой системы хозяйства в стране.
Причём, по твёрдому мнению этих учёных, основные элементы политики «военного коммунизма» большевики заимствовали из практического опыта кайзеровской Германии, где начиная с января 1915 г. реально существовали: 1) государственная монополия на важнейшие продукты питания и товары ширпотреба; 2) их нормированное распределение; 3) всеоб-
16 ♦

Евгений Спицын
щая трудовая повинность; 4) твёрдые цены на основные виды товаров, продуктов и услуг и 5) развёрсточный метод изъятия зерна и другой сельхозпродукции из аграрного сектора экономики страны. Таким образом, вожди «русского якобинства» в полной мере использовали формы и методы управления страной, которые были заимствованы ими у капитализма, находящегося в экстремальной ситуации периода войны.
Самым зримым доказательством этого вывода является знаменитый «Проект программы партии», написанный В.И. Лениным в марте 1918 г., который содержал основные черты будущей политики «военного коммунизма»: 1) уничтожение парламентаризма и соединение законодательной и исполнительной ветвей власти в Советах всех уровней; 2) социалистическая организация производства в общегосударственном масштабе; 3) управление процессом производства через профсоюзы и фабрично-заводские комитеты, находящиеся под контролем органов советской власти; 4) государственная монополия торговли, а затем её полная замена планомерно организованным распределением, которое будут осуществлять союзы торгово-промышленных служащих; 5) принудительное объединение всего населения страны в потребительско-производственные коммуны и 6) организация соревнования между этими коммунами за неуклонное повышение производительности труда, организованности, дисциплины и т.д.
О том, что руководство большевистской партии превратило организационные формы германского буржуазного хозяйства в главное орудие утверждения пролетарской диктатуры, прямо писали и сами большевики, в частности Юрий Залманович Ларин (Лурье), который ещё в 1928 г. опубликовал свою работу «Государственный капитализм военного времени в Германии (1914-1918)». Более того, ряд современных историков (С. Павлюченков) утверждают, что «военный коммунизм» представлял собой российскую модель немецкого военного социализма или госкапитализма. Поэтому в
••♦ 17 ♦

Белое движение
определённом смысле «военный коммунизм» был чистым аналогом традиционного в российской политической среде западничества, лишь с той существенной разницей, что большевикам удалось плотно окутать этот политический курс пеленой коммунистической идеологии и фразеологии.
В советской историографии (В. Виноградов, И. Брехин, Е. Гимпельсон, В. Дмитренко) всё существо политики «военного коммунизма» традиционно сводили только к основным экономическим мероприятиям, проведённым партией большевиков в 1918-1920 гг.
Ряд современных авторов (В. Булдаков, В. Кабанов, В. Бордюгов, В. Козлов, С. Павлюченков, Е. Гимпельсон) обращают особое внимание на то, что коренная ломка экономических и социальных отношений сопровождалась кардинальной политической реформой и установлением однопартийной диктатуры в стране.
Другие современные учёные (С. Кара-Мурза) считают, что главным признаком «военного коммунизма» был перенос центра тяжести экономической политики с производства товаров и услуг на их уравнительное распределение. Неслучайно Л.Д. Троцкий, говоря о политике «военного коммунизма», откровенно писал о том, что «мы национализировали дезорганизованное хозяйство буржуазии и установили в самый острый период борьбы с классовым врагом режим “потребительского коммунизма”». Все остальные признаки «военного коммунизма», как то: знаменитая продразвёрстка, монополия государства в сфере промышленного производства и банковских услуг, ликвидация товарно-денежных отношений, всеобщая трудовая повинность и милитаризация народного хозяйства страны, являлись структурными признаками военно-коммунистической системы, которая в конкретных исторических условиях была характерна и для Великой французской революции (1789-1799), и для кайзеровской Германии (1915-1918), и для России в эпоху Гражданской войны (1918-1920).
• 18 •••

Александр Широкорад
Упущенный шанс Врангеля
Крымские реформы Врангеля
Генерал Врангель. Плакат времён Гражданской войны
Свой приход к власти Врангель, как и положено, отметил грандиозным молебном и военным парадом. Утром 25 марта (5 апреля) в Севастополе прошёл крёстный ход, направлявшийся на площадь Нахимова. У памятника Нахимову установили аналой, рядом с которым стояли Врангель, несколько генералов и члены английской и французской миссий. После
••♦ 19 ♦

Белое движение
молебна состоялся парад частей Добровольческой армии.
Врангель писал:
«В Крым переброшено было, включая тыл, около двадцати пяти тысяч добровольцев и до десяти тысяч донцов. Последние прибыли без лошадей и без оружия. Даже большая часть винтовок была при посадке брошена. Казачьи полки были совершенно деморализованы».
Тут я отвлекусь и напомню читателям о современных либералах-образованцах, которые утверждают, что после эвакуации врангелевских войск в ноябре 1920 г. из Крыма красные расстреляли 50, 100 и даже 150 тысяч белых офицеров. Это после потерь за 9 месяцев боёв и минус эвакуация. Что-то не ладится с арифметикой у господ образованцев.
28 апреля Врангель «сменил вывеску»: название «Добровольческая армия» было заменено на «Русская армия». Для этого у барона должны были быть серьёзные основания. Ведь большинство белых офицеров гордилось прежним названием. О «ледовом походе» Добровольческой армии ходили легенды. Увы, Добрармия запятнала себя грабежами и разбоями. Это говорю не я, об этом многократно писал «деду» сам барон. Наконец, уже весной — летом 1919 г. армия Деникина перестала быть добровольной. Туда насильно мобилизовывали крестьян, обывателей и даже пленных красноармейцев. И Врангель идёт по традиционному пути — меняет вывеску. В России стало традицией, когда какая-то группа людей становится крайне непопулярной в народе, ей срочно подыскивают новое название. Пример: женщин, родивших без брака, в дореволюционной России называли девицами, большевики сменили вывеску на «матери-одиночки», вскоре и это название стало непопулярным, и его в 70-х годах заменили на «одинокие мамы», а затем — на «неполные семьи». Аналогично менялись названия у педерастов: сначала гомосексуалисты, потом — геи, затем — лица с нетрадиционной сексуальной ориентацией.
С заменой вывески во врангелевской армии ничего не из-
20 ♦

АлександрШирокорад
менилось. Разве что попёрли генералов типа Шиллинга. Добровольцы в армию более не шли, и барон объявил мобилизацию. Поначалу призыву подлежали все военнообязанные в возрасте от 18 до 34 лет, затем — от 16 до 48 лет. Крестьяне всячески пытались избежать армии, несмотря на суровейшие меры — конфискацию земли и имущества, репрессии вплоть до физического уничтожения дезертиров и укрывающих их. Увы, ничего не помогало. На воинские пункты прибывало не более трети призывников, из сотен мобилизованных до воинских частей доходили десятки. Многие сотни дезертиров уходили в горы к зелёным.
Врангель отчаянно пытался найти себе союзников. Дошло до того, что барон регулярно посылал к Махно своих эмиссаров. Большинство их было перехвачено красными. В августе очередного курьера доставили к самому Махно. Дневник оперативного отдела махновской армии сохранил запись: «Принимали посланного от Врангеля с письмом делегата, которого заседание командного состава приговорило к расстрелу и постановило опубликовать в печати содержание письма и наше отношение к белым».
Стремясь пополнить Русскую армию, Врангель выпустил из тюрем несколько сот уголовников во главе с атаманом Володиным. Атаман вместе со своим воинством был отправлен на фронт. Увы, толку от бандитов было мало. Сам же Володин вскоре был расстрелян белыми за разбой в Мелитопольском уезде.
Не забывал Врангель и о пленных в качестве источника пополнения армии. В приказе от 29 апреля говорилось: «Безжалостно расстреливать всех комиссаров и других активных коммунистов, захваченных во время сражения». Остальных... принимать на службу.
От реформ армейских перейдём к реформам гражданским. Уже спустя 4 дня после парада и молебна в Севастополе барон присвоил себе титул «Главнокомандующий Русской армией и Правитель Юга России».
••♦ 21 .

Белое движение
Связь Правителя с гражданскими властями осуществлялась через начальника штаба. Сначала это был П.С. Махров, которого считали слишком левым. В середине июня Врангель назначил генерала Махрова военным представителем в Польше, заменив его другом и сподвижником П.Н. Шатиловым.
Первоначально гражданское управление представлял Совет начальников управлений при Главнокомандующем (Правителе). В него вошли: Управление внутренних дел, объединявшее ведомства собственно внутренних дел, земледелия, торговли и путей сообщения (таврический губернатор Д.П. Перлик, которого сменил в двадцатых числах мая, бывший во времена командования Врангелем Добровольческой армией его помощником по гражданской части, С.Д. Тверской; пост вице-губернатора занял А.А. Лодыженский); финансов (М.В. Бернацкий); иностранных дел — внешних сношений (П.Б. Струве); юстиции (Н.Н. Таганцев), военное (генерал-лейтенант В.Е. Вязьмитинов). Струве большую часть времени пребывал за границей, и его обязанности на месте исполнял Г.Н. Трубецкой. По прошествии некоторого времени на место начальника выделенного Управления торговли и промышленности был назначен единственный «местный» в Совете — В.С. Налбандов. Кстати, левее его (октябриста) около Врангеля не было никого.
В связи с намеченной аграрной реформой возникло отдельное Управление землеустройства во главе с сенатором Г.В. Глинкой. Должность государственного контролёра получил бывший член Государственной думы Н.В. Савич. Оба отличались устойчиво правыми взглядами.
20 мая, после настойчивых уговоров Врангеля, в Севастополь прибыл 63-летний А.В. Кривошеин. В 1908-1915 гг. он служил главноуправляющим земледелием и землеустройством. Тайный советник. Близкий друг ряда русских миллионеров — Мамонтовых, Рябушинских и др. Женат на внучке миллионера Морозова. В 1919 г. служил у Деникина, но затем уехал в Париж. 20 мая 1920 г. Кривошеин прибыл в Сева-
• 22 ♦••

АлександрШирокорад
стополь на британском крейсере. Он фактически стал гражданским заместителем Врангеля. Врангель буквально преклонялся перед Кривошеиным: «Человек выдающегося ума, исключительной работоспособности», «выдающийся администратор», «человек исключительной эрудиции, культурности и широкого кругозора»... Дальше особенно важно: «Принадлежа всей своей предыдущей службой к государственным умам старой школы, он, конечно, не мог быть в числе тех, кто готов был принять революцию, но он ясно сознавал необходимость её учесть. Он умел примениться к новым условиям работы, требующей необыкновенного импульса и не терпящей шаблона».
Князь Оболенский, также служивший в гражданской администрации Врангеля, оценивал Кривошеина несколько иначе: «Человек большого ума, лучше многих понимавший всю глубину происходивших в русской жизни изменений и ясно представлявший себе, что возврата к прошлому нет. Но... он всё-таки был плоть от плоти бюрократического режима. ...Долгая бюрократическая служба создала в нём известные привычки и связи с определённым кругом людей». И если «по основным чертам психологии» Врангель «оставался ротмистром Кавалергардского его величества полка», то Кривошеин — «тайным советником и министром большой самодержавной России». И тот и другой дальше «реформ сверху» пойти не смогли при любых обстоятельствах.
Идеологией Врангеля стало... отсутствие идеологии, точнее, несколько подправленная позиция деникинской не- предречённости. Врангель писал:
«Когда опасный для всех призрак большевизма исчезнет, тогда народная мудрость найдёт ту политическую равнодействующую, которая удовлетворит все круги населения. Пока же борьба не кончена, все партии должны объединиться в одну, делая внепартийную деловую работу, значительно упрощённый аппарат управления мною строится не из людей какой-либо партии, а из людей дела. Для меня нет ни монар-
••♦ 23 ♦

Белое движение
хистов, ни республиканцев, а есть лишь люди знания и труда.
На такой же точке зрения я стою в отношении к вопросу о так называемой “ориентации”. С кем хочешь, но за Россию — вот мой лозунг.
В частности, касаясь германской ориентации, о которой так много пишут и говорят за последнее время, я не могу придавать ей серьёзного значения. Германия, истощённая войной и занятая внутренними делами, едва ли может оказать реальную помощь другим странам.
Не триумфальным шествием из Крыма к Москве можно освободить Россию, а созданием хотя бы на клочке русской земли такого порядка и таких условий жизни, которые потянули бы к себе все помыслы и силы стонущего под красным игом народа».
Техническая неосуществимость создания в Крыму фирмой «Врангель и К°» райского уголка очевидна и теперь, и тогда, в далёком 1920-м. Но даже если предположить фантастический вариант создания райского уголка, то как о нём узнал бы русский народ? В идеологической борьбе красные одержали победу над белыми уже в 1918 г. Я уже не говорю о том, что контрреволюционная пропаганда беспощадно каралась ВЧК. Ну, предположим, дошли бы до крестьян центральных губерний прокламации с рассказами о райской жизни в Крыму. Риторический вопрос — поверили бы крестьяне, что те же деникинские генералы и офицеры вместо разбоя, вакханалии и бардака вдруг построили в Крыму земной рай! А пока суть да дело, Красная Армия вышибла бы барона из Крыма.
Писать об экономических реформах Врангеля очень трудно. И дело не только в том, что они остались на бумаге. Собственно, никаких чётких законов и правил врангелевской администрацией выработано не было, а были лишь декларации о намерениях.
Квинтэссенцию внутренней политики Врангеля хорошо выражает его собственный афористический лозунг «Хлеб и порядок» (из приказа № 179). Расшифровав его, обнаружим
• •♦ 24 ♦••

Александр Широкорад
три кита, на которых зиждились надежды режима: земельная и земская (предполагалась и городская) реформы и свободная торговля.
Врангель приказал начать разработку мероприятий по аграрному вопросу 8 апреля. В апреле (с 11-го числа) — мае интенсивно работают комиссии под председательством сенатора Г.В. Глинки, бывшего товарища министра земледелия и начальника переселенческого управления. Смысл намерений Врангеля ясно выразил глава его кабинета А.В. Кривошеин:
Генерал Лавр Корнилов — основатель Белого движения
«...Если ставка на коллективный разум хозяйственного крестьянства оправдает себя, то мы сможем с гордостью и удовлетворением сказать, что заложен прочный фундамент будущей великой России».
25 мая 1920 г. (ст. с.) Врангель издаёт «приказ о земле»: «Приказ прежде всего определяет необходимые изъятия из этого положения, подсказываемые как требованиями справедливости, так и соображениями государственной пользы. За прежними владельцами часть их владений сохраняется, но размер этой части не устанавливается заранее, а составляет в отдельной местности предмет суждения волостных и уездных земельных учреждений, которым всего более знакомы местные хозяйственные условия».
Надо ли говорить, что при Врангеле «волостные и уездные земельные учреждения» целиком зависели от центрального аппарата Врангеля, а ещё больше — от произвола офицеров ближайшей войсковой части. Кроме того, уровень коррупции подобных учреждений в десятки раз превышал взяточни-
••* 25 ♦••

Белое движение
чество царских чиновников. Не подлежали разделу барские усадьбы, монастырские и церковные земли. Причём никаких объяснений о том, какие земли надо считать усадьбами, не было. За полученную землю крестьянин должен был платить компенсацию в течение 25 лет. Наконец, собственник перед отчуждением земли имел право её продать.
Фактически это была та же политика непредрешённости. Правитель выдал благие идеи, а местные власти должны их реализовывать по своему усмотрению.
Проведение в жизнь подобной реформы в России даже в относительно спокойном 1913 г. привело бы к гражданской войне. На счастье барона его земельная реформа осталась на бумаге. Как писали А.Г. Зарубин, В.Г. Зарубин: «Реформа была доведена до конца только в имении Акманай Филибера-Шатилова Мелитопольского уезда, где 22 крестьянина получили в собственность арендную землю. Впрочем, не было и серьёзных протестов. Так что суждения о вероятных результатах земельных преобразований Врангеля в случае долговременности его режима равносильны гаданию на кофейной гуще».
Интересны показания, полученные ВЧК от перебежчика Мейера 6 августа 1920 г. о положении в Крыму: «...по лавочкам, ресторанам и кафе дороговизна страшная: в день одному человеку нужно, чтобы прожить неголодно, — 100 000 р. Цены на продукты в Севастополе: сало — 3500 р., масло — 4000 р., яйца — 3000 р. 10 штук, хлеб — 200 р. в пекарнях, мясо — 15 000 р., трудно достать. Картошка — 1000 р. фунт. В этом духе на всё в городах от Севастополя к Азовскому морю во много раз дороже, а хлеб в этих городах совсем мало заметен. Мельницы почти совсем не работают за неимением угля и нефти. Дрова, что-то не помню, но колоссальные деньги стоят. Тем, которые работают, разрешено молоть только последний сорт. Первые сорта приказом Врангеля запрещено. Много вывозится ячменя исключительно в Константинополь турецкими фелюжниками, которые привозят мелочь и спиртные напитки на обмен. Крестьяне хлеб армии отдают вяло...
• 26 •••

Александр Широкорад
Топливо стоит ещё хуже. Три четверти мельниц стоит, мелкие заводы частные стоят. Военные суда стоят все. Ходят только катера, которые требуют мало отопления. Потом три подводные лодки, кажется, да два миноносца, ходят мало, но держат пары. А остальные стоят мёртвыми. Ещё ходят парохода три Российского общества, добывая уголь в Константинополе за дорогую цену. А потому за перевозку от Севастополя до Керчи 13 тысяч рублей с пассажира. Пассажирское движение по железной дороге тоже трудное, да и поезда по расписанию почти не ходят, только воинские и один в сутки в одном направлении, так называемый почтовый, состоящий исключительно из товарных вагонов. Классных в движении нет. Ещё на больших станциях стоят, отопляются поезда, кажется, дровами. Паровозы старые, ход тихий, вагоны побиты. Я ехал от Феодосии до Керчи, признаться, страшно было. Топлива заметно нет, расходуют последнее и получать неоткуда с падением Батума»1.
Тем не менее спустя 90 лет находятся у нас либералы-образованцы, восхваляющие земельные реформы барона.
Поскольку в тексте приказа о земле были упомянуты волостные учреждения, барон повелел создать их. В начале июля завершила свою работу комиссия по рассмотрению законопроекта о волостном земстве, работавшая под председательством начальника гражданского управления С.Д. Тверского. Волостная реформа явилась закономерным «довеском» к земельной.
В приказе Врангеля от 15(28) июля говорилось: «Кому земля, тому и распоряжение земским делом, на том и ответ за это дело и за порядок его ведения». Восстанавливалось упразднённое деникинским правительством волостное земство. Избирательное право получили землевладельцы, духовенство, оседлые арендаторы и служащие. Речь шла, таким образом, о формировании преимущественно крестьянского само-
1. Русская военная эмиграция 20-40-х годов. Документы и материалы. Т. I. Так начиналось изгнанье. 1920-
••.27.

Белое движение
управления, но с оговоркой: председатель волостной управы исполняет обязанности волостного старшины и в качестве такового подчиняется уездному начальнику. Что и обеспечивало сохранение бюрократического контроля над земскими учреждениями.
В сентябре положение о волостном земстве было дополнено положением о земстве уездном. Согласно последнему, уездное земское собрание имело право высказать губернатору свои соображения о дальнейшей судьбе губернского земства. «Если уезды признают необходимым, губернская организация будет сохранена, но уже как добровольный союз земств, в противном случае она может быть заменена областной земской организацией или совершенно уничтожена».
Это был курс на устранение земской оппозиции. «Вся сельская интеллигенция — учителя, врачи, фельдшера... лишались права участия в волостных земствах... В сущности, это было упразднение старого земства, земства, двигавшегося “цензовой” или “демократической” интеллигенцией, земства, имевшего свои навыки и традиции. Создавалось новое крестьянское самоуправление с преобладающим влиянием волостных старшин, подчинённых администрации». Ликвидировалось «средостение» между властью и народом в лице интеллигенции. Создавалась вертикаль: бюрократия — крестьянство, не имеющая промежуточных ступеней.
В маленьком Крыму в государственном аппарате Врангеля служило 10-12 тыс. гражданских чиновников. Кроме того, примерно 10 тысяч офицеров занимались гражданскими делами.
Выплачивать нормальное жалованье такой ораве была нечем. Так, месячное жалованье чиновников 16, 7, 4-го классов в мае 1920 г. составляло 7, 16, 27 тыс. рублей и вместе со всеми прибавками покрывало от 5 до 25% семейного прожиточного минимума. В сентябре оклады были увеличены в два раза, но в октябре инфляция съела эту прибавку, и жалованье вновь стало покрывать лишь 5-10% прожиточного минимума. Бедственное положение чиновничьих семей усугублялось ещё и
28 ♦

Александр Широкорад
тем, что за зиму-весну они продали всё, что ещё можно было продать, и теперь этот источник дохода у них иссяк. Поэтому чиновникам не оставалось ничего другого, кроме как вымогать взятки и заниматься казнокрадством2.
Князь Оболенский так описывал свою жизнь в Симферополе в 1920 г.: «Мне лично и моей семье, жившей на моё ”огромное” по сравнению с другими жалованье, приходилось отказывать себе в самых основных потребностях жизни сколько-нибудь культурного человека: занимали мы маленькую сырую квартиру на заднем дворе, о прислуге, конечно, и не мечтали, вместо чая пили настой из нами собранных в горах трав, сахара и масла мы не потребляли совсем, мясо ели не больше раза в неделю. Словом, жили так, чтобы только не голодать. Одежда и обувь изнашивались, и подновлять их не было никакой возможности, ибо стоимость пары ботинок почти равнялась месячному окладу моего содержания...
Конечно, голод не поощряет держаться на стезе добродетели, и люди, которые когда-то были честными, постепенно начинали, в лучшем случае, заниматься спекуляцией, а в худшем — воровать и брать взятки... В России, где честность никогда не являлась основной добродетелью, во время Гражданской войны в тылу белых войск бесчестность стала бытовым явлением»3.
Одной из важнейших причин, вызвавших тотальную коррупцию, был психологический фактор. До 1917 г. царский чиновник служил царю и России. Советский функционер мог жить впроголодь, мечтая о построении нового справедливого государства. А в Крыму в 1920 г. чиновник испытывал мало пиетета перед самозваным правителем, да ещё и немецким бароном. Замечу, что немецких баронов и генералов на Руси не любил не только простой народ, но и лучшие полководцы, учёные и писатели — вспомним Румянцева, Потёмкина, Су-
2. РГВА.Ф. 109. Оп. З.Д.291.
3 . Оболенский В.А. Крым при Врангеле / Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. М.: Отечество, 1991. С. 63-64.
• 29

Белое движение
ворова, Кутузова, Скобелева, Ломоносова, хирурга Пирогова, писателей Пушкина, Гончарова, Льва Толстого и т.п. Само по себе явление Правителя России барона фон Врангеля было сказочным подарком пропагандистам Красной Армии.
Крымские чиновники в отличие от 1919 г. больше не говорили о походе на «златоглавую» Москву, посмеивались над победными сводками газет, где барона сравнивали с Александром Македонским. Предметом спора на политическую тему был единственный вопрос — когда собирать чемоданы. А рядом голодная семья! Да как тут не воровать самому честному чиновнику?
Правитель периодически издавал грозные указы против взяточников и казнокрадов, «подрывающих устои разрушенной русской государственности», грозил каторгой и смертной казнью, которая была введена в октябре. Но проку от этих угроз не было никакого. Провалилась и кампания официальной прессы, взывавшей к патриотическим чувствам чиновников под лозунгом «Брать сейчас взятки — значит торговать Россией!». Бесполезны были и разглагольствования авторов некоторых статей о том, что «ничтожное жалованье, дороговизна, семьи — всё это не оправдание для мздоимства».
Историк С.В. Карпенко пишет: «В целом эффективность работы чиновников Белого юга в 1920 г. была ещё ниже, чем в 1919-м. Чувство долга, годом раньше ещё питавшееся расчётами на чины, награды и продвижение по службе “после Москвы”, быстро сходило на нет. Главным мотивом занятия должности в государственном аппарате стало использование служебного положения в корыстных целях, и с каждым новым днём этот мотив усиливали ощущение непрочности положения и катастрофический рост цен. Только для кого-то корысть сводилась к желанию спасти себя и свои семьи от голода, а для кого-то — к “благоприобретению” капитала для безбедной жизни за границей после падения Врангеля»4.
4. Карпенко С.В. Очерки истории Белого движения на Юге России (1917-1920 гг.).С.344.
••♦ 30 •

Александр Широкорад
Борьба Врангеля с коррупцией вносила ещё больший беспорядок в его администрацию. В.А. Оболенский писал, что, по мнению барона, аппарат управления можно упростить и устроить на манер полевого штаба— стоит только приказать. За апрель-май Врангель отдал приказы о расформировании более пятисот военных и гражданских учреждений, но эта кавалерийская атака на бюрократию особого успеха не имела, поскольку офицеры, откомандированные из упразднённых тыловых учреждений на фронт, не веря в победу и не желая рисковать жизнью, добивались откомандирования в другие, вновь создаваемые тыловые учреждения и в итоге всё-таки покидали фронт. Чиновники также перекочёвывали из упразднённых учреждений во вновь открывавшиеся. Сделать это было несложно, так как новые учреждения являлись продолжением старых, хоть и под новой вывеской, но под руководством тех же начальников. Главы ведомств и руководители учреждений стремились постоянно расширять подчинённые им аппараты, поскольку это расширяло бюджетное кредитование и делало службу «доходнее». Поэтому вместо упразднённых скоро возникали новые учреждения, множилось число управлений, отделов и канцелярий. И по сути, весь этот процесс свёлся к «калейдоскопической перемене фамилий и вывесок, а зачастую даже только последних»5.
Врангель попытался провести и судебную реформу. Дадим слово самому барону:
«С первых дней приезда моего в Крым я обратил внимание на необходимость установления начал нормального правопорядка, столь пошатнувшегося за годы гражданской войны.
Одной из главнейших причин развала армий генерала Деникина было отсутствие в них твёрдого правового уклада и чувства законности. Войска развратились, военно-судебное ведомство, во главе с главным военным и морским прокурором, было бессильно. Приказом Главнокомандующего право на возбуждение уголовного преследования предоставлено
5. Оболенский В.А. Крым при Врангеле. С. 11-12.
31 .

Белое движение
было непосредственным начальникам виновных. В существовавшие корпусные суды, в состав которых входили опытные юристы, дел почти не поступало, почти все дела рассматривались военно-полевыми судами, находившимися фактически в полном подчинении войсковым начальникам. Военно-полевые суды стали постоянно действующим аппаратом судебной власти и, состоя из лиц в большинстве случаев незнакомых с самыми элементарными юридическими познаниями, сплошь и рядом совершали грубые непоправимые ошибки, в корне нарушая основные понятия законности и правопорядка. Престиж суда оказался подорванным.
Моим приказом от 6-го апреля предание суду должно было производиться не по усмотрению войскового начальства, а путём непосредственного внесения прокурорским надзором обвинительного акта в суд с сообщением о том начальству обвиняемого для отдания в приказ.
Наряду с другими мерами для решительного искоренения грабежей и разбоев, приказом моим от 14-го апреля образованы были особые военно-судные комиссии при начальниках гарнизонов, комендантах крепостей, а впоследствии при штабах корпусов, дивизий и отдельных бригад».
Но в самой армии не было порядка, и эти военно-судные комиссии оправдывали или давали смешные наказания офицерам, уличённым в убийствах, насилиях и разбоях. Одновременно выносились массовые смертные приговоры всем заподозренным в симпатиях к большевикам.
Врангель писал: «Рядом приказов были изъяты из ведения военно-полевых судов дела о несовершеннолетних от десяти до семнадцатилетнего возраста и исполнение приговоров над присуждёнными к смертной казни предписывалось не производить публично».
Ай да барон! Ай да демократ! Теперь десятилетних «большевиков» судил уже не военно-полевой суд, а военно-судная комиссия.
О какой законности в Крыму могла идти речь, когда пол-
••• 32 •

Александр Широкорад
ковник Туркул, прочитав нелицеприятную статью о себе, подчёркиваю — о себе, а не о врангелевской армии, поднял роту солдат, захватил здание редакции и велел выпороть автора статьи.
Бесспорно, в Советской России не было свободы печати. Но акции против газет и журналов предпринимались высшими властями, а не пьяными комиссарами или полковниками. Допускаю, что в начале 1918 г. нечто подобное могло иметь место, но в 1920 г. любой комполка Красной Армии, посмевший совершить подобный самосуд, пошёл бы под ревтрибунал вне зависимости от «вредности газеты».
В Крыму Врангель выпускал примерно двадцать газет. Среди них — «Южные Ведомости», «Ялтинский Курьер», «Крымский Вестник», «Юг России», «Наш Путь» и др. Демократичный барон 22 марта 1920 г. отменил предварительную цензуру СМИ. Редакторы и издатели взвыли — это было ещё хуже: «С отменой цензуры мы перестаём перед собой кого-либо видеть. Но... накопляют “преступный материал” — и в один прекрасный день, как гром среди ясного неба — беспощадная репрессия».
Генерал Пётр Врангель
... 33 »••

Белое движение
Наконец, цензура была восстановлена, и вскоре газеты «заполнились» белыми пятнами. Доходило до курьёзов: однажды цензура выбросила официальную речь... Врангеля как «слишком революционную», другой раз забраковала заметку Кривошеина, поскольку она «подрывает существующий государственный порядок».
Цензура приостановила либеральный «Юг России» и черносотенный «Царь-Колокол» за обвинения правительства в демократизме, а «Русскую Правду» — за погромную агитацию.
В сентябре разыгрался скандал с заведующим отделом печати, журналистом Г.В. Немировичем-Данченко. Оказалось, что под разными псевдонимами в печатных органах стали появляться статьи, резко критикующие работу тыловых учреждений и при этом оперирующие данными, недоступными рядовым обозревателям. Автором их был не кто иной, как Немирович-Данченко. По рекомендации Струве Врангель заменил его профессором истории Г.В. Вернадским. «Приходило, конечно, много деятелей печати, — вспоминал Вернадский о своей службе. — Почти все они понимали трудность положения и, соответственно, сами себя ограничивали в своих газетных писаниях и в отношении острых политических и военных вопросов».
Дабы раз и навсегда пресечь казусы, подобные действиям Немировича-Данченко, Врангель издаёт 12 сентября приказ: учреждается комиссия высшего правительственного надзора (под председательством генерала Э.В. Экка), «куда каждый обыватель имеет право принести жалобу на любого представителя власти», вследствие чего «огульную... критику в печати, а равно тенденциозный подбор отдельных проступков того или другого агента власти объясняю не стремлением мне помочь, а желанием дискредитировать власть в глазах населения и за такие статьи буду взыскивать как с цензоров, пропустивших их, так и с редакторов газет».
Сам Врангель признавал: «Субсидируемые правитель-
34 ♦

Александр Широкорад
ством органы, а таких было большинство, льстили властям самым недостойным образом, но в проведении общих руководящих мыслей государственного значения помочь правительству не могли».
Как уже говорилось, в 1919 г. на территориях, занятых Добровольческой армией, была бешеная инфляция. А в 1920 г. в Крыму началась гиперинфляция. С.В. Карпенко пишет: «В течение апреля — первой половины октября [1920 г.] цены на иностранную валюту, опережая рост цен на товары и продовольствие, выросли в 10-12 раз. А в последние, предэвакуационные, две недели октября их курс поднялся ещё более чем на 2000%. С июля по октябрь 1920 г. стоимость английского фунта на бирже поднялась с 28 000 до 105 000 руб., франка — с 500 до 2100 руб., доллара — с 7500 до 9000 руб.
Колоссальная и постоянно растущая разница курсов рублей и иностранной валюты продолжала подстёгивать бешеную валютную спекуляцию. Как грибы росли банковские отделения и меняльные конторы, занимавшиеся торговлей и обменом валюты. Продавая валюту на 5% выше покупной цены, они наживали баснословные барыши...
Несмотря на их аннулирование, прочное место в денежном обращении занимали советские бумажные рубли, большое количество которых находилось у крестьян, рабочих и мелкой городской буржуазии. И при Врангеле Управление финансов стремилось к их полному аннулированию и изъятию из обращения, опасаясь, что их свободное обращение даёт в руки большевиков серьёзное средство экономической борьбы. Приказы об аннулировании вызвали недовольство не только населения, но и противодействие частей армии: получая денежное довольствие в недостаточном количестве и с большими опозданиями, зато располагая значительными суммами трофейных советских денег, интендантства и военнослужащие расплачивались ими с крестьянами. Те, со своей стороны, охотно их принимали. Поэтому, несмотря на приказы об аннулировании, советские деньги широко ходили в
••.35.

Белое движение
Таврии, особенно в прифронтовой полосе, где крестьяне тем охотнее принимали их, чем явственнее ощущали вероятность скорого прихода красных.
К апрелю 1920 г. курс бумажных рублей ВСЮР упал по сравнению с довоенным курсом рубля более чем в 500 раз. В течение весны-осени 1920 г. падение курса продолжалось, что обусловливалось целым комплексом как объективных экономических факторов, так и субъективным психологическим — неверием в конечный успех армии Врангеля.
С апреля по октябрь в обращение было выпущено более 150 млрд руб., не обеспеченных ни золотым запасом, ни произведённой товарной массой.
Инфляция ускорялась также скупкой и вывозом из Таврии золота и драгоценностей потерявшими веру в успех белых и покидавшими Крым предпринимателями и помещиками»6.
В конце августа 1920 г. в Севастополь из Англии были доставлены новые денежные знаки на сумму 20 млрд рублей и печатные станки для их изготовления, заказанные, кстати, ещё в 1919 г. Деникиным. Карпенко пишет: «Планировавшаяся реформа была прежде всего скрытым способом экспроприации населения, поскольку неминуемо должна была вызвать новое повышение цен. Вместе с тем она сильно задевала интересы предпринимателей, ограничивая свободу коммерческих операций, и вообще имущих слоёв, поскольку неизбежно лишила бы их значительной доли накопленных средств»7.
Главным же была необеспеченность этих денег. У Врангеля не было ни товаров, ни валюты. Однако барону не удалось пустить в оборот большую часть этих денег. Цены на продовольствие в Крыму с апреля по октябрь 1920 г. поднялись в среднем в 16-20 раз, на промышленные товары — в 15-20 раз, на топливо — в 50 раз. Таким образом, прожиточный
6. Карпенко С.В. Очерки истории Белого движения на Юге России (1917-1920 гг.). С. 347-348.
7. Там же. С. 349.
• 36

Александр Широкорад
минимум семьи из трёх человек составлял: в марте — 23 тыс. руб., в апреле — 61 тыс. руб., в мае — 150 тыс. руб., в июне — 144 тыс. руб., в июле — 152 тыс. руб.8
Зато в Крыму процветало свыше 80 частных банков, занимавшихся в основном спекуляциями на падении курса рубля.
Основными доходными статьями бюджета были прямые и косвенные налоги. Врангель боялся повышать прямые налоги в соответствии с инфляцией и не пытался выбить из населения, и прежде всего с крестьян, многочисленные недоимки, накопившиеся за годы Гражданской войны, поскольку это могло вызвать взрыв недовольства. Но врангелевское правительство установило регрессивное налогообложение: ставки прямых налогов с населения были повышены более чем в 10 раз, а налог с капитала и процентный сбор с прибыли предпринимателей — всего в два раза9.
Но повышение прямых налогов результатов не дало. Крестьяне, рабочие и обыватели уклонялись от уплаты налогов власти, в долговременности которой не были уверены. А промышленники и торговцы под разными предлогами и за счёт махинаций и раздач взяток платили значительно меньше положенного.
В такой ситуации правительство и Управление финансов основной упор сделали на повышение ставок косвенного налогообложения. Управление финансов пыталось обложить акцизом весь торгово-промышленный оборот предметов широкого потребления — спиртные напитки, табак, сахар, соль, чай, кофе, а также повышало стоимость патентов и бандеролей на производство и торговлю. По сравнению с 1917 г. ставки акцизов повысились в 300-400 раз и достигли 30% стоимости товаров10.
Каюсь, я опять привожу слишком много цифр, не интересных значительной части читателей. Но как быть, когда исто-
8. Там же. С. 350.
9. ГА РФ. Ф. 356. Оп. 1.Д. 27.
10. Там же. Д. 1.
37

Белое движение
рики-образованцы XXI века предлагают России в виде образца экономические реформы гениального барона!
А была ли свободная торговля в Крыму? Торговля была, но назвать её свободной язык не поворачивается. Врангель регулярно издавал грозные приказы против спекуляции. Он внёс изменения в деникинский закон от 4 ноября 1919 г. о борьбе со спекуляцией, а именно — повысил награду тем, кто обнаружит спекулянтов, с 5 до 50% конфискованного имущества. Но Государственная стража, получавшая от спекулянтов хорошие взятки, смотрела на их махинации сквозь пальцы, эпизодически вылавливая всякую мелочь— мальчишек на базарах, уличных торговце вразнос и т.п. Зато Государственная стража с удовольствием хватала зажиточных крестьян, привезших продукты на продажу, с целью вымогательства11.
Официальная пресса упрекала предпринимателей и торговцев за спекуляцию, нежелание помочь армии, стремление «отсидеться в партере» и «отказ от классового достоинства». На страницах черносотенных газет раздавались истеричные призывы выгнать буржуазию, окопавшуюся в глубоком тылу под предлогом «работы на оборону», на фронт. Дескать, довольно ей «работать на оборону», пускай «поработает на наступление»12.
«Офицеры действующей армии компенсировали нехватку жалованья грабежом крестьян, причём некоторые вывозили награбленное продовольствие в тыл и спекулировали им. Среди офицеров тыловых учреждений широко распространилось казнокрадство, а среди младшего комсостава тыловых частей — работа по найму, чаще всего грузчиками. Голодавшие в крымских городах семьи офицеров и чиновников, интеллигенция и беженцы несли на рынки остатки имущества и меняли его на продовольствие. Когда менять было уже нечего, жёны фронтовых офицеров шли на панель, попадая в
11. «Крестьянский путь». 2 сентября 1920 г.
12. РГВА. Ф. 109. Оп. 3. Д. 269, 279. «Вечернее слово». 1 августа 1920 г.
38 .

Александр Широкорад
разряд “мамзелей Лирских” — средней дороговизны проституток, бравших плату турецкими лирами. И это порой заканчивалось самоубийствами — жён в тылу и мужей на фронте.
Рост цен и бестоварье, разорение и безработица подтолкнули рост уголовной преступности. Вооружённые банды из люмпен-пролетариев, разорившихся мелких хозяйчиков и дезертиров терроризировали население. Наибольшей организованностью и жестокостью отличались банды из разложившихся офицеров. Крымские города стонали от убийств и вооружённых налётов с целью ограбления, которые стали обычным делом. Государственная стража, чины которой разбегались из-за низкого жалованья и страха за свою шкуру, оказалась бессильна против уголовщины, предпочитая не замечать её ”подвигов” или входить с ней в долю»13.
Врангель то вводил государственную монополию на торговлю хлебом, то отменял её. То разрешалась свободная торговля с «вольным городом» Батумом, то вводились специальные разрешения на товары, ввозимые или вывозимые оттуда.
Наконец, Врангель даже не пытался решать национальные проблемы с крымскими татарами, с кубанскими казаками, с грузинами и т.д. Национальная политика была заменена пустыми декларациями, сводящимися к анекдоту: «Тушите свет, после разберёмся».
Походы, десанты и еврейские миллионы
Врангель ни на секунду не допускал и мысли о заключении мира или, по крайней мере, перемирия с большевиками. С одной стороны, это объяснялось социал-расизмом барона, ненавистью к «восставшим хамам», а с другой — желанием пограбить территории Советской России. Возможно, термин «пограбить» покоробит кого-то из нынешних поклонников Белого движения. Но, пардон, сам Врангель и его генералы до мая 1920 г. ставили задачи своим частям по захвату хлеба,
13. Карпенко С.В. Очерки истории Белого движения на Юге России (1917-1920 гг.).
• •♦ 39 ♦••

Белое движение
лошадей и другого имущества на территории «совдепии». Об этом откровенно говорилось в отчётах генералов.
До мая 1920 г. стратегию Врангеля можно коротко выразить формулой Шамиля Басаева: набег — отход, набег — отход.
За счёт мобилизаций и поставок военной техники союзниками Врангелю удалось значительно повысить боевую мощь своей армии. Правительство стран Антанты оказало существенную помощь барону в восстановлении армии. Так, Англия предоставила ему заём на сумму 14,5 млн фунтов стерлингов, Франция — на 150 млн франков. Врангель получил значительное количество вооружения, боеприпасов и топлива. В числе прочего в Крым поставлялись вооружение и боеприпасы, захваченные немцами и турками у царской армии, а также германское вооружение.
В качестве «компенсации» за оказанную белым помощь интервенты вывезли с 1 февраля по 1 сентября 1920 г. с Юга России 3 млн пудов зерна, 830 тыс. пудов соли, 120 тыс. пудов льна, 120 тыс. пудов табака, 63 тыс. пудов шерсти и другие товары.
К маю 1920 г. Русская армия состояла из 1-го армейского корпуса генерала А.П. Кутепова (Корниловская, Марковская и Дроздовская пехотные дивизии, 1-я и 2-я кавалерийские дивизии), 2-го армейского корпуса генерала Я.А. Слащёва (13- я и 34-я пехотные дивизии, Терско-Астраханская бригада), Сводного корпуса генерала Писарева (Кубанская и 3-я конные дивизии), в июле переформированного в конный корпус генерала Н.Г. Бабиева (1-я и 2-я конные дивизии, Кубанская конная дивизия) и Донского корпуса генерала Ф.Ф. Абрамова (1-я и 2-я Донские конные и 3-я донская пешая дивизии).
К июню армия Врангеля насчитывала 25-30 тыс. штыков и сабель, а в июле-августе увеличилась до 50-53 тыс. штыков и сабель, 267-277 орудий, 1100-1300 пулемётов, 17 бронепоездов, 20 танков английского производства и двух танков французского производства «Рено» FT-17. Кроме того, имелось 25 бронеавтомобилей.
... 40 ♦••

Александр Широкорад
Военно-воздушные силы белых располагали 34 самолётами, в том числе 27 английскими бомбардировщиками «Де Хэвиллэнд», с которыми не могли бороться красные самолёты.
В конце апреля начались встречные бои за Перекоп. Несмотря на упорство обеих сторон, результат оказался ничейным — все вернулись на прежние позиции. Большое впечатление на красных произвела психическая атака батальона юнкеров на Чонгарской гати. Справа и слева воды Сиваша. Юнкера под музыку с оркестром двинулись вдоль узкой насыпи железной дороги на мост. Впереди шёл генерал-майор Слащёв. Красные бежали, а мост был отбит. В тот же день на другом участке была ранена жена Слащёва. Она числилась в его штабе как «ординарец Нечволодов». Это событие нашло отражение в пьесе Михаила Булгакова «Бег» и в одноимённом фильме.
Слащёв, без сомнения, был самым талантливым генералом Гражданской войны, и вдобавок столь неординарной и противоречивой личностью, что Михаил Булгаков в «Беге» не смог воплотить его в одном образе. Писатель сделал из него сразу двух героев — стратега генерала Хлудова и отчаянного рубаку генерала Чарноту, причём жена Слащёва, числившаяся в армии как ординарец Нечволодов, стала у Булгакова Люськой, походной женой генерала Чарноты.
Пользуясь абсолютным превосходством на море, Врангель предпринял несколько десантов на побережье, занятое частями Красной Армии.
Первый десант белые осуществили в Хорлах. Хорлы — небольшой приморский посёлок с одной пристанью в мелководном заливе Чёрного моря, в 40 км к западу от Перекопа. В высадке приняли участие 1-й и 2-й Дроздовские полки с батареей четырёх лёгких пушек, восемнадцатью верховыми лошадьми, радиостанцией, двумя автомобилями «Форд» и двумя мотоциклетами.
В Севастополе десант был погружен на транспорты «Цесаревич Георгий», «Веста», «Павел», «Россия», №412 и на тральщик «Скиф».
41 .

Белое движение
Командовать десантом было приказано генерал-майору Витковскому. 2 апреля десант успешно высадился в тылу красных войск. Пройдя с боями более 60 км по красным тылам, дроздовцы разгромили всю инфраструктуру красных, готовившихся к атаке Перекопа.
Красное командование, сняв с Перекопа лучшие части, артиллерию и конницу, бросило их на дроздовцев. Окружённые со всех сторон многочисленным противником, дроздовцы медленно, но упорно пробивались к Перекопу. Когда патроны подошли к концу, 1-й Дроздовский полк с оркестром впереди без единого выстрела пошёл в психическую атаку. Красные не выдержали и отступили. Это была последняя психическая атака в Гражданской войне.
В ходе боёв дроздовцы потеряли 575 человек убитыми и ранеными, причём ни один раненый не был брошен, некоторых выносили на руках. Из-за неразберихи в штабах белых, а может, и интриг Врангеля, части Крымского корпуса, подчинённые Слащёву, ничего не знали о десанте. Они слышали орудийную стрельбу в тылу у красных, но не пришли на помощь дроздовцам. И когда дроздовцы вышли к Перекопу у деревни Преображенки, то лишь благодаря счастливой случайности они не были встречены огнём своих же орудий и пулемётов.
Одновременно с десантом дроздовцев в Хорлах 2 апреля 1920 г. в 8 часов утра в красном тылу у деревни Кирилловки на Азовском море был высажен десант под командованием капитана 1-го ранга Н.Н. Машукова. Десантников доставили ледокол «Гайдамак», канонёрка «Стража», две баржи и три буксирных парохода. Первым высадился отряд в 450 человек при одном орудии. В отряд входили 1-й Алексеевский и Самурский полки и сотня юнкеров Керченского Корниловского военного училища. Около сотни человек оставались на одной из барж, чтобы высадиться ближе к Геническу. Десантом командовал полковник М.А. Звягин.
Красноармейцы, занимавшие Кирилловку, сдались без
... 42 ♦••

Александр Широкорад
П. Дейнеко. Наёмник интервентов
боя. Соседнее селение Горелое также было занято белыми. Дальше десантники должны были дойти до Акимовки, разрушить там железную дорогу и через Геническ вернуться в Крым. А сводно-стрелковый полк под командованием полковника Г.К. Гравицкого, защищавший Арабатскую стрелку, должен был взять Геническ.
По железной дороге срочно были переброшены красные части — два конных полка Будённого, три латышских полка, один китайский полк, два полка из Геническа, несколько бронепоездов, артиллерийских батарей и сорок пулемётов, которые не дали белым десантникам выйти из прибрежной
• •. 43 •••

Белое движение
полосы. Десант, подойдя с тяжёлыми боями к Геническу, узнал, что город в руках красных.
Десантники, поддерживаемые огнём вооружённых судов «Терец», «Страж», «Георгий», ледокола № 1, после кровопролитного боя вошли в Геническ. Два батальона сводно-стрелкового полка смогли сбить красные пулемёты, перешли мост и вошли в город с юга. Затем белые части вернулись в Крым. Из-за своей малочисленности десант не выполнил своей задачи, но зато выяснил обстановку и возможность высадки более крупного десанта.
Замечу, что с самого начала эти десанты задумывались не как стратегические наступательные операции, а как «поход за зипунами».
В мае 1920 г. Врангель меняет стратегию и переходит к полномасштабным военным действиям против большевиков. Причину этого понять нетрудно. На рассвете 25 апреля 1920 г. Пилсудский начал генеральное наступление от Припяти до Днепра.
Почему же поляки выступили именно в апреле 1920 г., а не летом-осенью 1919 г., когда Красная Армия находилась в довольно трудном положении в связи с наступлением Деникина? Сейчас ряд историков и журналистов утверждают, что польский диктатор Юзеф Пилсудский крайне опасался прихода Деникина в Москву и т.п. Дело доходит до утверждений, что польский маршал вообще спас советскую власть.
На самом же деле затишье 1919 г. было выгодно обеим сторонам. Советская Россия воевала в кольце фронтов с Деникиным, Колчаком, Юденичем и Миллером. Поляки на западе воевали с немцами, а в Галиции — с украинцами. К этому прибавился и сильный неурожай 1919 г. в Польше. В августе 1919 г. в Силезии восстали шахтёры. Регулярные польские войска подавили восстание, но напряжение там не ослабло.
Не будем забывать, что в 1919 г. польская армия ещё находилась в стадии формирования. Крупные поставки вооружения от союзников стали поступать в Польшу лишь в конце
• •.44.

Александр Широкорад
1919 г. С этого времени и до начала 1920 г. США,. Англия, а главным образом Франция поставили в Польшу 1494 орудия, 2800 пулемётов, 385,5 тысяч винтовок, 42 тысячи револьверов, около 700 самолётов, 200 бронемашин, 800 грузовиков, 576 млн патронов, 10 млн снарядов, 4,5 тысячи повозок, 3 млн комплектов обмундирования, 4 млн пар обуви, средства связи и медикаменты.
Именно эти факторы, а не боязнь Деникина, определили стратегические планы Пилсудского.
Полякам удалось нанести поражения Красной Армии на Украине. 6 мая пал Киев. Замечу, что Пилсудский и Ко не скрывали своих планов создания «федерации» из собственно Польши, Литвы, Белоруссии и Украины. Фактически речь шла о воссоздании Речи Посполитой «от можа до можа», то есть от Балтики до Чёрного моря. Поляки мечтали о Польше в границах Великого княжества Литовского середины XV века.
А как относился к ляхам великий русский патриот фон Врангель? Вот секретный документ ВЧК, датированный 2-4 января 1920 г., — доклад перебежчика поручика Зерена:
«В середине апреля во дворец Главкома были приглашены начальник французской миссии ген. Манжен и польский — Каминский.
Им было заявлено, что:
1. Врангель готов признать Петлюру.
2. Признать права Польши на Восточную Галицию.
3. Представить польскому флоту мастерские и Одесскую гавань»14.
Замечу, что нападение поляков на Россию вызвало совсем иную реакцию у тысяч русских офицеров, начиная от генерала Брусилова в Москве и кончая адмиралом великим князем Александром Михайловичем в Париже. Ненависть к наглым панам пересилила у них неприязнь и даже ненависть к большевикам.
14. Русская военная эмиграция 20-40-х годов. Документы и материалы. Т. I. Кн. 1. С. 155.
• •♦ 45 •••

Белое движение
Что же касается Врангеля, то, воспользовавшись действиями поляков, он решает начать большое наступление. Корпус генерала Слащёва был снят с Перекопа, его там заменили части генерала Писарева.
21-23 мая (2-3 июля) корпус Слащёва в порту Феодосия был погружен на транспортные суда. Всего погрузили 10 тысяч штыков и сабель, 2 тысячи лошадей, 50 полевых орудий, 2 броневика и 150 повозок обоза.
В состав отряда судов десанта вошли вооружённые ледоколы № 1, «Гайдамак», «Всадник»; разведывательное судно «Мария»; канонёрские лодки «Грозный», «Алтай», «Урал», «Страж»; транспорт «Россия»; десять пароходов; шесть буксирных катеров; девять барж и вооружённый буксир «Азовец» (бывший «Республиканец», захваченный у красных в Мариуполе 2 мая 1920 г.).
24 мая (5 июня) эскадра вышла из Феодосии и ночью прошла Керченский пролив в полутора километрах от Таманского берега. Однако красные не догадались или не сумели установить дальнобойные морские орудия на Таманском полуострове.
Высадка прошла с 25 по 28 июня (н. с.) в чрезвычайно тяжёлых условиях. На море был сильный шторм, шёл дождь, сильный прибой переворачивал шлюпки, и войска высаживались по плечи в воду. При высадке погибли один вольноопределяющийся и две лошади.
Получив радиограмму об удачной высадке войск Слащёва у Кирилловки, Врангель приказал начать наступление на перешейке. На рассвете 7 мая армия перешла на всём фронте в наступление. После короткой артиллерийской подготовки части генерала Писарева при поддержке танков и бронепоездов атаковали красных, а десант Слащёва в это время занял деревни Ефремовку и Давыдовку и подходил к железной дороге. Красные отступили, почти не оказывая сопротивления. Геническ, станция Ново-Алексеевка и деревня Ново-Михайловка были заняты частями белого Сводного корпуса. Белые бронепоезда пошли на станцию Рыково. Красные части отхо-
... 46 .

Александр Широкорад
дили на село Рождественское. Здесь белые взяли несколько сот пленных и два орудия.
В это время корпус Кутепова атаковал на перекопском участке главные силы советской 13-й армии. Танки и броневики двигались впереди белых цепей, прорывая проволочные заграждения. Красные отчаянно сопротивлялись, особой стойкостью отличались латышские части. Красные артиллеристы, установив орудия между домами в деревнях Преображенка и Первоконстантиновка, в упор расстреливали белые танки. Несколько танков было подбито, однако белая пехота овладела всей укреплённой позицией. По советским данным, только один 1-й лёгкий артиллерийский дивизион Латышской дивизии подбил два танка и четыре броневика. 7 июля наводчик 1-го орудия 2-й батареи 1-го лёгкого дивизиона 3-й стрелковой дивизии Константин Никулин прямой наводкой с расстояния 100 метров подбил четвёртой гранатой танк, носивший громкое название «Генерал Врангель».
Марковская дивизия15 выдвинулась на линию Первоконстантиновка — Спендиарово, а Корниловская дивизия — на линию Преображенка — Адамань. 2-я конная дивизия генерала Морозова начала преследование отступавших красных частей. Дроздовская и 1-я конная дивизии (пешая) оставались в резерве командира корпуса.
8 июня продолжались ожесточённые бои. Части Слащёва к вечеру с боями вышли на железную дорогу между станциями Большой Устюг и Акимовка, при этом захватив несколько тысяч пленных из состава мелитопольского гарнизона. Белые бронепоезда выдвинулись к станции Сокологорное, где подбили красный бронепоезд.
15. Марковская дивизия (Офицерская генерала Маркова дивизия) сформирована 14 октября 1919 г. на базе Марковских полков 1-й пехотной дивизии Вооружённых Сил Юга России (деникинской армии). В середине января 1920 г. насчитывала 641 офицера и 1367 солдат. Дивизия названа в честь Маркова Сергея Леонидовича. Марков к 1917 г. генерал-лейтенант, начальник штаба Юго-Западного фронта. В Добровольческой армии с ноября 1917 г. Убит 12 июня 1918 г. у станции Шаблиевка.
•••47.

Белое движение
Части сводного корпуса генерала Писарева продолжали наступать. Кубанская дивизия вышла на линию станция Юрицыно — село Рождественское, 3-я дивизия — на линию Отрада — Ново-Троицкое. В свою очередь красная конная дивизия Блинова (до 2500 шашек), только что прибывшая с Кавказа, атаковала белых, охватывая фланг Сводного корпуса. Красные захватили деревню Ново-Михайловка, но к вечеру были выбиты оттуда противником. Дроздовская дивизия прочно заняла Первоконстантиновку. А красные части под прикрытием артиллерии отходили на Владимировку. С запада их преследовали дроздовцы, а с севера — 2-я конная дивизия генерала Морозова.
Около полудня дроздовцы захватили Владимировку. На участке между Владимировкой и Строгановкой красные были прижаты к Сивашу. После короткого боя и атаки белых аэропланов красные бросились врассыпную. Кто-то пытался спастись вплавь через Сиваш, но их расстреливали шрапнелью батареи белых. Переплывших же на южный берег задерживали белые сторожевые посты. Большая часть красных сдалась. Белые захватили около полутора тысяч пленных, пять орудий и три броневика. У Спендиарово марковцы и корниловцы отбили в течение дня все атаки красных.
За два дня боёв 1-й корпус белых захватил 3500 пленных, 25 орудий и шесть броневиков, но и в корпусе были значительные потери, особенно в офицерском составе. В 1-м Дроздовском полку все батальонные и ротные командиры были убиты или ранены.
В ночь с 8 на 9 июня красная дивизия Блинова, использовав растянутое положение 3-й конной дивизии белых, лихим налётом заняла деревню Отрада и прорвалась в Ново-Михайловку, где захватила весь штаб 3-й конной дивизии во главе с начальником дивизии генералом Ревишиным.
К вечеру 9 июня части Слащёва заняли Мелитополь. А части Сводного корпуса медленно продвигались вперёд. Части 1-го армейского корпуса вышли на линию Аскания-Нова —
• •♦ 48 •••

Александр Широкорад
Чаплинка — Колончак и продолжали преследовать красных. В Чаплинке белые захватили брошенные красными баллоны с удушливыми газами, а также лабораторию для производства газов и батарею газомётов.
Конница генерала Морозова, разгромив красных под Строгановкой, 8 июня была переброшена на Чаплинку. К вечеру 9 июня генерал Морозов был уже в хуторе Бальтазаровском.
10 июля части Слащёва заняли станцию Мелитополь и продолжали удерживать город.
Как видим, наступление белых было тактически удачно, но в стратегии барон был явно не силён. Как писал Слащёв: «Таким образом, армия Врангеля, не имея достаточно ресурсов для пополнения, веерообразно расходилась по Северной Таврии в убеждении, что потери есть доказательство доблестного и заслуживающего награды боя.
Чего хотел достигнуть Врангель своим веерообразным расположением, какова была основная идея плана его операции, я понять не могу. Расположение войск веером одинаково не годилось ни для наступления, ни для обороны, ни для давления на противника с целью заключения мира.
На правом берегу Днепра происходит восстание кулаков, для подавления которого красным приходилось выделять войска. Восставшие целыми рядами занимали днепровские плавни и просили у Врангеля помощи.
Врангель её не дал — чем он руководствовался? Остаётся предположить, что он начал какие-то секретные переговоры с поляками или получил от своих хозяев-французов директиву не вступать в назначенную полякам Украину»16.
В результате белого наступления армия Врангеля ввязалась в тяжёлые и совершенно бесперспективные бои в нижнем течении Днепра.
В июле 1920 г. Врангель попытался открыть ещё один
16. Слащёв-Крымский Я.А. Белый Крым. 1920 г. Мемуары и документы. С. 100.
••♦ 49 .

Белое движение
фронт против красных, высадившись на Кубани и желая поднять восстание кубанского казачества.
В Керчи и Феодосии в конце июля 1920 г. были сосредоточены основные силы десанта — 3400 штыков, 1100 сабель, 133 пулемёта, 26 полевых пушек, несколько броневиков и восемь аэропланов. Эти силы были перевезены на тринадцати транспортах и шести десантных баржах при семи буксирах. Их прикрывали военные корабли Азовского отряда: канонёрские лодки «Алтай», «Урал», «Салгир», «Страж» и «Грозный», а также вооружённые ледоколы «Гайдамак» и «Джигит».
В ночь с 12 на 13 августа десант вышел в море. На рассвете 14 августа авангард высадился на Ясенской косе в 14 км от станицы Приморско-Ахтарской. Береговые батареи красных были уничтожены дальнобойными орудиями белых судов, и десант высадился без потерь. Станица Ахтарская была взята авангардом, и там произошла высадка основных частей белых с лошадьми, орудиями и всей материальной частью.
Белая конная дивизия генерала Бибиева быстро продвигалась вперёд, захватив станицы Тимашевскую, Поповичевскую и Брюховецкую. До Екатеринодара оставалось не более сорока вёрст. Но, несмотря на блестящие победы генералов Бабиева и Улагая, наступление белых захлебнулось. Красные спешно перебросили крупные силы и атаковали десант со всех сторон. Не оправдались надежды Врангеля и на всеобщее восстание казаков.
К 31 августа Врангель решил эвакуировать десант. В течение девяти дней производились погрузка и вывоз в Крым всех частей, складов и беженцев. Несмотря на большие потери, десант увеличился на 10 тысяч человек. Это были кубанские казаки — добровольцы.
При эвакуации десанта на минах подорвались миноносец «Звонкий», канонёрка «Алтай» и транспорт «Волга», однако все три судна удалось удержать на плаву.
4 августа генерал Слащёв, возмущённый придирками Врангеля, подал в отставку. Барон отставку принял, но пы-
• •♦ 50 •••

Александр Широкорад
тался «позолотить пилюлю», добавив в особом приказе к фамилии Слащёва приставку «Крымский», по аналогии с Румянцевым-Задунайским, Потёмкиным-Таврическим и др. Врангель предложил Слащёву поехать полечиться в Европу, и тому ничего не оставалось, как отправиться на отдых, но не в Европу, а в Ливадию.
Немецкий барон — борец «за единую и неделимую» — летом и осенью 1920 г. отчаянно пытался найти себе союзников. Как мы уже знаем, он посылал эмиссаров к батьке Махно. Более успешными стали переговоры с украинскими националистами. Так, в конце августа 1920 г. в Севастополь прибыла делегация от одного из крупнейших украинских повстанческих отрядов генерала М. Омельяновича-Павленко. А в конце сентября в Крым явилась делегация заграничного Украинского национального комитета в составе председателя С.К. Маркотуна, генерального секретаря Б.В. Цитовича и члена комитета П.М. Могилянского. Организация эта была создана в Париже в 1919 г., а её отделения действовали в США, Константинополе и в некоторых славянских странах.
Велись Врангелем переговоры и с правительством Пилсудского. В Севастополь из Варшавы прибыл князь В.С. Любомирский. Князь заявил севастопольским журналистам: «Руководящие польские круги чрезвычайно сочувственно относятся к заключению союза с генералом Врангелем. Я убеждён, что этот союз будет заключен в самом ближайшем будущем».
Однако 12 октября 1920 г. Советская Россия и Польша подписали перемирие. Теперь у Красной Армии в европейской части страны остался один враг — Врангель.
Решающее сражение в Северной Таврии произошло в августе-октябре на левом берегу Днепра в районе села Большая Каховка. Каховский плацдарм был захвачен красными 7 августа. Белые предприняли серию контратак, чтобы сбросить противника в Днепр. Подробное описание этих боёв выходит за рамки работы. Я же остановлюсь на отдельном эпизоде —
• 51 ♦••

Белое движение
борьбе с танками. В боях за каховский плацдарм обе стороны использовали по 15 бронеавтомобилей, но у врангелевцев, кроме того, имелось ещё 12 танков.
14 октября на рассвете 2-й корпус генерала В.К. Витковского перешёл в наступление по всему фронту. В первом эшелоне двигалось 12 танков, за которыми шли пехота и пулемётчики. Фланги наступавших обеспечивались бронеавтомобилями. Наступление белых поддерживалось огнём 70 орудий и 10-12 самолётами.
В связи с комбинированной атакой белых красные не могли сосредоточить весь огонь артиллерии по танкам. Поэтому борьбу с танками вели только заблаговременно выделенные для этой цели орудия и взводы, которые своим огнём подбили три танка, прорвавшиеся через первую линию обороны. Остальная артиллерия сосредоточила огонь на бронеавтомобилях и наступавшей пехоте.
Часть танков белых проникла в тыл основной оборонительной линии красных до расположения штабов полков и полковых резервов. Против этих танков командование выделило маневренные взводы и батареи, которые к И часам утра 14 октября подбили шесть танков.
Командир 10-го лёгкого артиллерийского дивизиона Орлов находился со своим штабом у хутора, когда поблизости появился танк «Ермак». Орлов приказал командиру 1-й батареи Опасову выдвинуть четыре орудия батареи ближе к танку и, когда он пройдёт хутор, открыть огонь. Батарея выполнила манёвр и дала залп. Танк развернулся и устремился на батарею. Последующими выстрелами у него была разбита гусеница, и он свалился в яму. Однако, когда пехота 1-го полка огневой бригады попыталась его захватить, экипаж танка пулемётным огнём и гранатами отразил атаку. Тогда Орлов приказал командиру батареи выдвинуть одно орудие на расстояние ста шагов от танка и открыть по нему огонь. Благодаря меткой наводке командира огневого взвода Дубровина танк был разбит.
• •♦ 52

Александр Широкорад
Командир кинжального взвода 2-й батареи 10-го лёгкого артиллерийского дивизиона Нестеров подбил танк «Скобелев». Стрельба велась с дистанции 300 метров.
Командир 3-го лёгкого артиллерийского дивизиона 51-й дивизии А.А. Говоров (впоследствии — участник Великой Отечественной войны, Маршал Советского Союза), дважды раненый, продолжал управлять огнём артиллерии Тернинского сектора до тех пор, пока артиллерия сектора не подбила прорвавшиеся танки противника — «Кутузов», «За Русь святую» и два безымянных.
В бою с этими танками отличился командир 1-й батареи 3-го дивизиона С.А. Крюков, который под сильным пулемётным огнём противника подбил танк «За Русь святую». Этот танк на другой день был исправлен, переименован в «Москвич-Пролетарский» и успешно использован в боях против белых.
15 октября красные перешли в решительное наступление. 30 октября был взят Мелитополь, белые с трудом ушли за Перекоп, потеряв в боях за Северную Таврию не менее 40 процентов своего личного состава.
Заканчивая рассказ о боевых действиях на юге Украины, стоит сказать пару слов о загадочном заговоре, связанном с великим князем Николаем Николаевичем и его пасынком. Барон в своих «Записках» попытался представить его скверным анекдотом:
«Днём 1-го июня я получил сообщение, что в Севастополе среди офицеров флота обнаружен ”монархический заговор” и что значительное число офицеров арестовано. Сведения эти показались мне весьма странными. Я только что был в Севастополе, и общее настроение там не оставляло желать лучшего. Я приказал запросить подробности.
Оказалось, что накануне два каких-то мичмана явились в расположение лейб-казачьего полка и пытались уговаривать казаков по возвращении моём в Севастополь арестовать меня, начальника штаба и некоторых других лиц, не сочувствующих будто бы возвращению на русский престол Царя.
••♦ 53

Белое движение
Вместо меня будто бы во главе армии станет Великий Князь Николай Николаевич, а временно, до его приезда, пасынок его герцог Сергей Георгиевич Лейхтенбергский. Последний состоял ординарцем при генерале Слащёве. Та атмосфера, которая царила в штабе последнего, беспрерывный разгул и интриги не могли быть полезны юноше, и я в бытность мою в Феодосии решил отправить его к Отчиму. Одновременно я написал Великому Князю Николаю Николаевичу, прося, в интересах молодого человека, оставить его при себе. Герцог Лейхтенбергский в самый день обнаружения заговора выехал в Константинополь. Наивные агитаторы были задержаны казаками и представлены по начальству. На первом же допросе они проговорились, назвав ряд соучастников.
Вся эта история представлялась мальчишеской выходкой. Мне было неприятно лишь то, что в ней замешан был герцог Лейхтенбергский, близкий Великому Князю Николаю Николаевичу, и упоминалось имя последнего. Я решил не давать делу дальнейшего хода и в тот же день вечером выехал в Севастополь.
Как я и ожидал, вся эта история оказалась глупым фарсом, однако за кулисами действовали большевистские агенты. В общих чертах дело представлялось следующим образом: ещё зимою 1919 года среди группы молодых офицеров флота возникла мысль создать особый орден, долженствующий воспитывать среди офицерства высокие понятия о чести, воинском долге, традиции старых Императорских армии и флота, забытые в разрухе смутного времени. О существовании этого ордена я знал и даже видел его устав. Он ничего предосудительного в себе не заключал.
Однако за последнее время в состав членов этого общества сумел втереться некий Логвинский, еврей, настоящая фамилия которого была Пинхус. Пинхус-Логвинский был личностью весьма тёмной, с уголовным прошлым, в последние перед революцией дни замешанный в мошеннических проделках пресловутой комиссии генерала Батюшина. Ныне,
••♦ 54 ♦

Александр Широкорад
по имеющимся сведениям, Догвинский являлся одним из агентов большевиков. Втёршись в доверие молодёжи, Аогвинский подготовил весь этот недостойный фарс; трудно было допустить мысль, чтобы он сам рассчитывал на какие-то серьёзные от него результаты, вернее, он преследовал лишь цель дискредитировать власть.
Арестованные, в общем количестве десять-двенадцать человек, были все, за исключением одного-двух офицеров, зелёная молодёжь, сама, видимо, не отдававшая себе ясного отчёта в неблаговидности своего поступка. Я приказал призвать их всех к себе, пристыдил их и сказал, что ставлю крест на всю эту глупую историю. Вместо того, чтобы бить баклуши в Севастополе и делать политику, они должны отправиться на фронт, где они могут принести пользу и загладить свою вину. Офицеры были прикомандированы к пехотным полкам и дальнейшей службой своей доказали преданность родине. Впоследствии они были постепенно возвращены во флот. Пинхус-Логвинский был расстрелян».
Врангель в очередной раз врёт. И тут дело не в заговоре двух наивных мичманов, околпаченных прохиндеем Пинхусом.
Как мы знаем, герцогу Сергею Лейхтенбергскому было уже за тридцать, он числился капитаном 2-го ранга и к июню 1920 г. успел принять участие в нескольких заговорах, причём на первых ролях. Вряд ли пасынок не проинформировал о заговоре августейшего дядю.
Не будем забывать, что барон писал «Записки» в эмиграции, где пытался договориться с великим князем Николаем Николаевичем. Если бы имел место анекдот с придурковатыми мичманами, то Врангелю не было смысла даже упоминать о нём. На самом деле имел место серьёзный заговор, а в «Записках» Врангель даёт понять великому князю, что он всё забыл, простил и считает инцидент исчерпанным.
Для нас же этот инцидент, а также интриги уволенного Слащёва в Ливадии показывают нестабильность власти крымского «Правителя».
••♦ 55 •••

Белое движение
Ряд наших историков считают, что правительство Врангеля стало единственным белым правительством, которое получило международное признание, и что Франция официально признала его в качестве законного правительства России. На самом деле лишь Франция признала врангелевское правительство, да и то не де-юре, а де-факто. Врангель писал:
«8-го июля вечером я вернулся в Джанкой. На следующий день А.В. Кривошеин вызвал меня к аппарату:
— Только что получена телеграмма от П.Б. Струве. Французское правительство изъявило готовность признать де- факто правительство юга России. Это большая политическая победа».
Мало того, французы потребовали, чтобы барон признал и обещал выплатить все царские долги. Естественно, Врангель на всё согласился.
Ну и несколько слов стоит ещё сказать о ситуации в Крыму. Как мы помним, в начале 1919 г. в Севастополе было 100 коммунистов и примерно столько же по всему полуострову. Но Врангель был столь активным пропагандистом коммунистической идеологии, что в 1920 г. его контрразведка почти ежемесячно раскрывала заговоры коммунистических рабочих в Севастополе, Симферополе, Керчи и т.д. В Коктебеле состоялась конференция большевиков Крыма. Белые попытались захватить её участников, но те ушли в горы.
В мае было объявлено о создании Крымской повстанческой армии, а к июлю её численность, даже по белогвардейским данным, достигла 800 человек. Была проведена реорганизация и созданы полки: 1-й Феодосийский, 2-й Карасубазарский, 3-й Симферопольский под командованием Макарова, базировавшийся в урочище Суат, 4-й Баксанский, 5-й Крымско-татарский под командованием Османа Деренайырлы и 1-й конный. Командующим армией стал 28-лет- ний секретарь подпольного большевистского обкома Сергей Бабахан.
Любопытно, что командир Симферопольского полка Па-
• •♦ 56 •••

Александр Широкорад
вел Макаров до января 1920 г. служил адъютантом генерала Май-Маевского, командовавшего Добровольческой армией. Макаров был из рабочей семьи, в империалистическую войну получил чин прапорщика, командовал ротой. В 1918 г. воевал у красных. В Мелитополе Павел схвачен дроздовцами, но не растерялся и заявил, что он — штабс-капитан царской армии и пробирался в Добрармию. Кто-то из дроздовцев подтвердил, что видел его в качестве комроты на фронте в 1916-1917 гг. Вскоре Макаров становится адъютантом генерала Май-Маевского.
Вместе с генералом его адъютант лихо ходит в атаки, беспробудно пьянствует, водит к его превосходительству как порядочных, так и «не совсем» девиц, ну а выдастся свободная минутка— отправит шифровку красным. Макаров общался даже с Врангелем. Со слов Макарова, сам Врангель однажды заметил прыткому адъютанту: «Я в Ваши годы был всего лишь подпоручиком». На что Макаров встал и дерзко возразил: «Но в мои годы Вы не имели Анны на темляке. А у меня кроме неё ещё три боевых креста и два ранения». Врангель якобы рассмеялся: «Сидите, капитан, я не хотел Вас обидеть. Обещаю, что Вы ещё будете генералом и комендантом нашей первопрестольной столицы Москвы».
В январе 1920 г. генерала и его адъютанта выперли из армии за пьянство.
В Севастополе Павел вместе с группой подпольщиков готовит восстание. Однако по доносу провокатора большинство подпольщиков арестованы. Макарову удаётся бежать в горы. Там он создаёт Симферопольский полк. Численность полка первоначально была невелика, около сотни бойцов.
При Врангеле в Крыму постоянно был топливный голод. Чтобы как-то исправить ситуацию, белые приступают к разработке в крымских горах Бешуйских копей и прокладывают туда со станции Сюрень узкоколейную железную дорогу. 20 августа (ст. с.) бойцы Макарова проникают на копи и взрывают шахты. Они же сожгли склад заготовленных шпал, со-
••♦ 57 ♦

Белое движение
рвав таким образом постройку железной дороги Джанкой — Перекоп, предназначенной для переброски дополнительных сил и бронепоездов на Перекопский перешеек.
Большую работу проделал Макаров и по разложению врангелевских войск. В одной из листовок-обращений он писал: «Товарищи солдаты, офицеры! Мы обращаемся к вам с призывом: покидайте ряды белых, идите в лес! Вы найдёте там нас. Не дайте уйти приспешникам буржуазии, которые за вашими спинами грузят чемоданы. Близится час расплаты!» И подпись: «Бывший адъютант командующего Добровольческой армией капитан Макаров».
К ноябрю 1920 г. полк Макарова увеличился до 279 человек при 11 пулемётах.
Врангель писал:
«В середине июля большевикам удалось морским путём, посредством моторных катеров, отправлявшихся из Новороссийска и Анапы, установить связь с “крымским областным комитетом” коммунистической организации, одно время было разгромленной, но в конце июня вновь начавшей проявлять свою деятельность.
5-го августа высадился вблизи местечка Капсхор, затопив у берега свой моторный катер, небольшой коммунистический отряд в двенадцать человек, под начальством матроса Мокроусова, снабжённый пулемётами, патронами, ручными гранатами и значительными деньгами — до 500 миллионов рублей “романовскими”, курс которых в то время в семьдесят раз превышал цену денег главного командования и 200 тысяч турецких лир. Благополучно пробравшись с помощью соучастников в леса, Мокроусов, присвоивший себе громкое наименование “командующего крымской повстанческой армией” пытался привлечь в свой отряд всякий сброд. К концу августа у Мокроусова было уже около 300 человек, которые распределялись им в три полка. Карасубазарский пешеконный полк, под командой бывшего сотника Галько, при котором находился сам Мокроусов, Симферопольский полк, под
••♦ 58 ♦

Александр Широкорад
командой уже известного капитана Макарова (при этом полку находился и областной ревком с “товарищем” Бабаханом во главе) и Феодосийский полк».
Маленький комментарий: Александр Васильевич Мокроусов родился в 1887 г. Батрак, шахтёр, большевик, с 1912 г. в эмиграции, в октябре 1917 г. брал центральный телеграф, с июня 1919 г. комбриг Красной Армии.
На маленьком моторном катере «Гаджибей», бывшем штатном плавсредстве одноимённого эсминца, Мокроусов выходит из Новороссийска и высаживается в Крыму. Замечу, что среди двенадцати человек «сброда» был Иван Папанин — будущий знаменитый полярный исследователь.
Мокроусов заменяет Бабахана на должности командующего Крымской повстанческой армией.
29 сентября (ст. с.) Мокроусов во главе отряда из 150 человек на короткое время захватывает Судак и разоружает местный гарнизон.
Перечисление успехов повстанцев займёт не одну страницу. То взлетит на воздух артиллерийский склад в Севастополе, то идёт под откос поезд. Кстати, 20 августа (ст. с.) барон чуть было сам не взлетел на воздух. Перед прохождением его поезда сапёрная команда обнаружила «фугас огромной силы». На бронепоезде, вышедшем из ремонта, офицеры обнаружили, что броня держится на болтах, сделанных из... дерева и аккуратно закрашенных. Керченские каменоломни были партизанским краем с весны 1919 по ноябрь 1920 г.
Врангель сопротивление населения Крыма объясняет «еврейскими деньгами»:
«Областной ревком работал и в городах, располагая огромными деньгами. В течение четырёх месяцев ревком получил из Москвы через курьера еврея Рафаила Кургана один миллион “романовских”, 10 тысяч фунтов стерлингов и на 40 миллионов золота в изделиях и бриллиантах.
В Симферополе, Севастополе, Ялте, Феодосии, Керчи и Евпатории образовались коммунистические комитеты, ще-
••• 59 ♦

Белое движение
дро снабжаемые деньгами. Между ними установилась живая связь курьерами.
2-го августа в Ялте была обнаружена коммунистическая ячейка, имевшая в своём распоряжении типографский шрифт и поддерживавшая связь с ”Областкомом”. В том же месяце в прифронтовой полосе были задержаны с мандатами Областкома два “курьера”, высланные с целью шпионажа. Почти одновременно на Перекопе был арестован советский “шпион-курьер” Симка Кессель, пробиравшийся из Крыма в Одессу.
Вскоре удалось добыть нити для наблюдения за лицами, стоявшими в самом центре обновлённой организации Областкома. В результате установленного наблюдения 21-го августа был задержан чинами розыска пробиравшийся из леса в Севастополь Мордух Акодис, получивший от Областкома задачу воссоздать севастопольский городской революционный комитет, на что он получил 16 тысяч рублей “романовских”, оказавшихся при нём при аресте. Одновременно были арестованы в Симферополе проживавшие там по фальшивым паспортам Рафаил Курган “Фоля” и Наум Глатман, являвшиеся местными представителями Областкома, в квартире которых было обнаружено 250 тысяч “романовских” рублей в обёртках со штампом Московского народного банка, миллион денег главного командования, золотые вещи и бриллианты по казённой оценке на сумму 28 миллионов рублей, партийная переписка, денежные отчёты и отчёты по партийной работе революционного областного комитета в Крыму. В тот же день в Севастополе были арестованы Герш Гоцман и Осман Жилер, причём у первого была обнаружена переписка и почти не бывшая в употреблении печать севастопольского революционного комитета, а у второго — переписка и три миллиона рублей партийных денег в разной валюте».
Ну, это старая песенка. В 1917 г. в Питере были германские миллионы, а теперь в Крыму — еврейские.
••♦ 60 ♦

Александр Широкорад
Штурм Перекопа
«Решительная битва в Северной Таврии закончилась. Противник овладел всей территорией, захваченной у него в течение лета. В его руки досталась большая военная добыча: 5 бронепоездов, 18 орудий, около 100 вагонов со снарядами, 10 миллионов патронов, 25 паровозов, составы с продовольствием и интендантским имуществом и около двух миллионов пудов хлеба в Мелитополе и Геническе. Наши части понесли жестокие потери убитыми, ранеными и обмороженными. Значительное число было оставлено пленными и отставшими, главным образом из числа бывших красноармейцев, поставленных разновременно в строй. Были отдельные случаи и массовых сдач в плен. Так, сдался целиком один из батальонов Дроздовской дивизии. Однако армия осталась цела и наши части в свою очередь захватили 15 орудий, около 2000 пленных, много оружия и пулемётов.
Штурм Перекопа. Фрагмент диорамы
••. 61 .

Белое движение
Армия осталась цела, однако боеспособность её не была уже прежней. Могла ли эта армия, опираясь на укреплённую позицию, устоять под ударами врага. За шесть месяцев напряжённой работы были созданы укрепления, делающие доступ врагу в Крым чрезвычайно трудным: рылись окопы, плелась проволока, устанавливались тяжёлые орудия, строились пулемётные гнёзда. Все технические средства Севастопольской крепости были использованы. Законченная железнодорожная ветка на Юшунь давала возможность обстреливать подступы бронепоездами. Не были закончены лишь блиндажи, укрытия и землянки для войск. Недостаток рабочих рук и отсутствие лесных материалов тормозили работу. Наступившие небывало рано морозы создавали особенно неблагоприятные условия, так как линия обороны лежала в местности малонаселённой и жилищный вопрос для войск становился особенно острым.
Ещё в первые дни по заключении мира с поляками, решив принять бой в Северной Таврии, я учитывал возможность его неблагоприятного для нас исхода и того, что противник, одержав победу, на плечах наших войск ворвётся в Крым. Как бы ни сильна была позиция, но она неминуемо падёт, если дух обороняющих её войск подорван.
Я тогда же приказал генералу Шатилову проверить составленный штабом, совместно с командующим флотом, план эвакуации. Последний был рассчитан на эвакуацию 60 000 человек. Я отдал распоряжение, чтобы расчёты были сделаны на 75 000; распорядился о срочной доставке из Константинополя недостающего запаса угля и масла.
Как только выяснилась неизбежность отхода нашего в Крым, я отдал распоряжение о срочной подготовке судов в портах Керчи, Феодосии и Ялты на 13 000 человек и 4000 коней. Задание объяснялось предполагаемым десантом в район Одессы для установления связи с действовавшими на Украине русскими частями. Дабы полнее скрыть мои предположения, были приняты все меры, чтобы в версию о подготовке
62 •••

Александр Широкорад
судов для будущей десантной операции поверили. Так, штабу было приказано распускать слухи, что десант намечается на Кубань. Сама численность отряда была намечена в соответствии с общей численностью войск, так что не могла возбудить в лицах даже осведомлённых о численности армии особого сомнения. На суда было приказано грузить запасы продовольствия и боевые.
Таким образом, имея в Севастопольском порту некоторое число свободного тоннажа, я мог, в случае несчастья, быстро погрузить в главнейших портах — Севастополе, Ялте, Феодосии и Керчи — 40-50 тысяч человек и, под прикрытием отходящих войск, спасти находящихся под их защитой женщин, детей, раненых и больных», — так Врангель оценивал ситуацию, сложившуюся к моменту выхода красных к Перекопу.
Ещё 21 сентября 1920 г. приказом Реввоенсовета был образован Южный фронт во главе с М.В. Фрунзе. В состав нового фронта вошли 6-я (сформированная из Правобережной группы), 13-я и 2-я конная армии. Вместе с тем 12-я и 1-я конная армии передавались в состав Юго-Западного фронта, и последняя готовилась к переброске на Южный фронт.
В октябре 1920 г. красные заключили с Нестором Махно Старобельское соглашение. Махно получил «некоторую внутреннюю автономию» и право вербовки в свою армию на территории Советской России. Все части махновского воинства находились в оперативном подчинении Южному фронту. Сейчас ряд некомпетентных авторов дошли до утверждения, что именно махновцы взяли Перекоп и освободили Крым. На самом деле к началу 1920 г. у Махно было около четырёх тысяч штыков и тысяча сабель, а также тысяча нестроевых. Они располагали 12 пушками и 250 пулемётами17.
Врангель выбрал для своей ставки Джанкой. 22 октября (4 ноября) барон отдал войскам директиву:
«Оборона Крыма возлагалась на генерала Кутепова, в руках которого объединились войска; от Азовского моря до
17. Какурин Н.Е., Вацетис И.И. Гражданская война. 1918-
•’.63.

Белое движение
Чувашского полуострова включительно располагалась 3-я донская дивизия, до смены её на этом участке 34-й пехотной дивизией, которая в свою очередь подлежала смене на правом участке Перекопского вала 1-й бригадой 2-й кубанской дивизии 24 октября;
1-я и 2-я донские дивизии должны были сосредоточиться в резерве в районе к северу от Богемки; на этот же участок должна была оттянуться после смены 3-я донская дивизия;
средний участок Сиваша оборонялся Донским офицерским полком, Атаманским юнкерским училищем и стрелковыми спешенными эскадронами конного корпуса;
конному корпусу с Кубанской дивизией приказано было сосредоточиться в резерве в районе к югу от Чирика;
Корниловская дивизия к 26 октября должна была сменить на левом участке Перекопского вала 13-ю пехотную дивизию; последняя временно, до подхода Марковской дивизии, оставалась в резерве 1-го армейского корпуса в районе Воинки; Дроздовская дивизия должна была сосредоточиться к 26 октября в Армянском Базаре;
Марковская дивизия, отходившая по Арабатской стрелке к Акманаю, подлежала перевозке по железной дороге в район Юшуни.
По завершении перегруппировки всех частей 1-й армии к 29 октября правый боевой участок от Азовского моря до Чувашского полуострова включительно должен был обороняться частями 2-го армейского корпуса генерала Витковского; левый участок, от Чувашского полуострова до Перекопского залива, передавался 1-му армейскому корпусу генерала Писарева».
И в ту же ночь барон на всякий случай отправился в Севастополь. Как съязвил Слащёв: «К воде поближе».
25 октября (7 ноября) Врангель объявил Крым на осадном положении. В «Записках» барон рисует радужную картину:
«Принятыми мерами удалось рассеять начинавшуюся тревогу. Тыл оставался спокойным, веря в неприступность перекопских твердынь. 26 октября открылся в Симферополе
• 64 ♦••

Александр Широкорад
съезд представителей городов, в резолюции своей приветствовавший политику правительства Юга России и выразивший готовность всеми силами правительству помочь. На 30 октября в Севастополе готовился съезд представителей печати. Жизнь текла своим чередом. Бойко торговали магазины. Театры и кинематографы были полны.
25 октября Корниловский союз устраивал благотворительный концерт и вечер. Заглушив в сердце мучительное беспокойство, принял я приглашение. Моё отсутствие на вечере, устроенном союзом полка, в списках которого я состоял, могло бы дать пищу тревожным объяснениям. Я пробыл на вечере до 11 часов, слушая и не слыша музыкальных номеров, напрягая все усилия, чтобы найти ласковое слово раненому офицеру, любезность даме-распорядительнице...»
В середине октября Врангель, осмотрев Перекопские укрепления, самодовольно заявил находившимся при нём иностранным представителям: «Многое сделано, многое предстоит ещё сделать, но Крым и ныне уже для врага неприступен».
Увы, барон выдавал желаемое за действительное. Постройкой укреплений на Перекоп-Сивашской позиции руководил генерал Я.Д. Юзефович. Потом его сменил генерал Макеев, который был начальником работ по укреплениям Перекопского перешейка. Ещё в июле 1920 г. Макеев в рапорте на имя помощника Врангеля генерала П.Н. Шатилова докладывал, что чуть ли не все капитальные работы по укреплению Перекопа производятся в основном на бумаге, поскольку стройматериалы поступают «в аптекарских дозах». Ни землянок, ни блиндажей, где могли бы укрываться войска в осенне-зимний период, на перешейке практически не было.
Руководитель французской военной миссии генерал А. Бруссо, с 6 по 11 ноября (н. с.) осмотревший Чонгарские укрепления, в докладе военному министру Франции писал: «...программа позволила мне посетить расположение казацкой дивизии в Таганаше и трёх батарей, расположенных у же-
••♦ 65 «

Белое движение
лезнодорожного моста через Сиваш. Это следующие батареи:
— два 10-дюймовых орудия к востоку от железной дороги;
— два полевых орудия старого образца на самом берегу Сиваша;
— орудия калибром 152 мм Кане, немного позади от предыдущих.
Эти батареи показались мне очень хорошо обустроенными, но мало соответствующими, за исключением полевых орудий, роли, которую войска должны были сыграть в предстоящих боях. Батарея 10-дюймовок располагала бетонированными укрытиями и насчитывала не менее 15 офицеров среди личного состава. Её огонь был хорошо подготовлен и мог бы достойно вписаться во всю организацию артиллерийского огня, в которой оборона позиций с близкой дистанции осуществлялась бы полевыми орудиями. Но именно этих орудий и не хватало! Так же слабо была организована огневая поддержка пехоты. На берегу Сиваша, вблизи от каменной насыпи железной дороги, находилось примерно до роты личного состава; ближайшие воинские подразделения располагались в пяти верстах оттуда, в Таганаше. На сделанное мною замечание мне ответили, что недостаток оборудованных позиций вынудил отвести войска в места, где они могут получить укрытие от холода.
Следует согласиться, что температура оставалась очень низкой в начале декабря, что солдаты были очень плохо одеты, что не хватало дров в этом районе.
Рельеф местности в остальном облегчал оборону, несмотря на плохое расположение войск. С этой точки зрения, Крым сообщается с континентом только посредством плотины и железнодорожного моста (мост взорван). Конечно, через Сиваш имеются броды, однако берег представляет собой глинистую гору с вершинами высотой от 10 до 20 метров, абсолютно непреодолимую.
В дивизии, которую я видел в Таганаше, не царила уверенность в победе. Главнокомандующий сказал мне, что казаки
••♦ 66 .

Александр Широкорад
не годились для этой позиционной войны и что их лучше отвести в тыл и реорганизовать в более серьёзные подразделения. Личный состав дивизии имел столько же бойцов в тылу, сколько и на переднем крае.
Тем временем я пересёк три линии обороны, оборудованные в тылу Сиваша; первые две из них представляли собой ничтожную сеть укреплений, третья линия была немного более серьёзной, но все они были расположены в одну линию, без фланговых позиций, на склонах, обращённых к противнику, или на самом гребне холма, слишком близко одна от другой (от 500 до 800 м) и не имели никаких окопов в глубине».
Советские военные историки значительно преувеличили мощь укреплений противника. Тем не менее, я думаю, стоит привести и их мнение. Тем более что вопрос о возможностях обороны на перешейке очень важен, и не столько для Гражданской, сколько для Великой Отечественной войны.
«Основная линия обороны Перекопских позиций была создана на искусственно насыпанном старинном турецком валу, имевшем ширину у основания свыше 15 м и высоту 8 м и пересекавшем перешеек с юго-запада на северо-восток. Протяжённость вала достигала 11 км. На валу были оборудованы прочные убежища, окопы, пулемётные гнёзда, а также огневые позиции лёгких орудий для стрельбы прямой наводкой. Перед валом находился ров шириной 20-30 м и глубиной 10 м. На всём протяжении перед укреплённой позицией было установлено проволочное заграждение в 5-6 рядов кольев. Все подступы к проволочным заграждениям и рву фланкировались пулемётным огнём.
Вторая линия укреплений на Перекопском перешейке проходила северо-западнее Ишуня, в 20-25 км юго-восточнее и южнее турецкого вала. На этой позиции было построено 4-6 линий окопов с проволочными заграждениями и долговременными оборонительными сооружениями.
За Ишуньскими позициями располагалась дальнобойная артиллерия противника, способная держать под огнём всю
•: 67 .

Белое движение
глубину обороны. Плотность артиллерии на Перекопских позициях составляла 6-7 орудий на 1 км фронта. На Ишуньских позициях имелось около 170 орудий, которые усиливались огнём артиллерии 20 судов с моря.
Укрепления Литовского полуострова не были полностью отстроены. Они состояли из окопов и на отдельных участках имели проволочные заграждения.
Чонгарские укрепления были ещё более неприступными, так как сам Чонгарский полуостров соединяется с Крымом узкой дамбой шириной в несколько метров, а Сивашский железнодорожный и Чонгарский шоссейный мосты были разрушены белыми.
На Таганашском полуострове противник создал две укреплённые полосы, а на Тюп-Джанкойском — шесть укреплённых рубежей. Все укреплённые рубежи состояли из системы окопов (на ряде участков, соединённых в сплошные траншеи), пулемётных гнёзд и блиндажей для укрытия живой силы. На всех участках были построены проволочные заграждения. На Арабатской стрелке противник подготовил шесть укреплённых рубежей, пересекавших стрелку по фронту. Чонгарский перешеек и Арабатская стрелка имели незначительную ширину, что затрудняло манёвр наступающих войск и создавало преимущества для оборонявшихся. Чонгарские позиции были усилены большим количеством артиллерии, бронепоездами и другой техникой»18.
Действительно, белые бронепоезда сыграли важную роль в обороне Крыма. К 1914 г. в Крым вела только одна железнодорожная линия Сальково — Джанкой, проходившая через Чонгарский полуостров и Сиваш. В 1916 г. была введена в строй линия Сарабуз — Евпатория. А в 1920 г. белые достроили ветку Джанкой — Армянск, чтобы иметь возмож-
18. История отечественной артиллерии. Т. III. Артиллерия Советской Армии до Великой Отечественной войны (Октябрь 1917 — июнь 1941 г.). Кн. 7. Советская артиллерия в годы иностранной военной интервенции и гражданской войны в СССР (1917-1920 гг.). М. — Л-д: Воениздат, 1963. С. 608-
• 68 ♦

Александр Широкорад
ность доставлять технику и войска к Перекопу. Понятно, что этого было мало. Следовало построить несколько рокадных железных дорог вблизи перешейка для переброски войск и действий бронепоездов.
Сколько точно имелось орудий на Перекопско-Сивашской позиции, данных нет в исторической литературе, не удалось мне найти их и в архивах. Правда, я нашёл дело о снятии тяжёлых орудий белых с Перекопских позиций в конце 1924 г. Там речь шла о трёх 203-мм английских гаубицах МК VI, восьми 152/45-мм пушках Кане, двух 152-мм крепостных пушках в 190 пудов19 и четырёх 127-мм английских пушках.
План красных по овладению Крымским перешейком я изложу по советскому официальному закрытому изданию «История отечественной артиллерии»: «Планируя операцию по разгрому Врангеля в Крыму, М.В. Фрунзе положил в основу её исторический пример. Используя его, он намечал совершить обход Чонгарских позиций противника по Арабатской стрелке с форсированием Сиваша у устья реки Салгир. “Этот манёвр в сторону, — писал М.В. Фрунзе, — в 1737 г. был проделан фельдмаршалом Ласси. Армии Ласси, обманув крымского хана, стоявшего с главными своими силами у Перекопа, двинулись по Арабатской стрелке, и, переправившись на полуостров в устье Салгира, вышли в тыл войскам хана, и быстро овладели Крымом”.
Предварительная разведка показала, что противник имел на Арабатской стрелке сравнительно слабую оборону, а восточное побережье полуострова охранялось лишь конными дозорами.
Для безопасного движения войск по Арабатской стрелке необходимо было обеспечить операцию со стороны Азовского моря, где действовала флотилия мелких судов противника. Эта задача была возложена на Азовскую флотилию, находив-
19. В русской крепостной артиллерии были 152-мм пушки образца 1877 г. весом в 190 и 120 пудов, и их так официально именовали.
69 ♦

Белое движение
шуюся в Таганроге. Однако Азовская флотилия из-за льда, сковавшего Таганрогскую бухту в начале ноября, не смогла прибыть в район Геническа. Поэтому Фрунзе отказался от первоначального плана использования Арабатской стрелки для главного удара и принял новое решение. Новое решение М.В. Фрунзе сводилось к тому, что 6-я армия должна была не позднее 8 ноября силами 15-й и 52-й стрелковых дивизий, 153-й бригады 51-й дивизии и отдельной кавалерийской бригады переправиться через Сиваш на участке Владимировка, Строгановка, мыс Кугаран и нанести удар в тыл противнику, занимавшему Перекопские укрепления. Одновременно 51-я дивизия должна была атаковать Перекопские позиции с фронта. Для развития успеха на Перекопское направление подтягивались 1-я и 2-я конные армии. Начало операции намечалось в ночь с 7 на 8 ноября.
Войска 4-й армии должны были прорвать Чонгарские укрепления.
Таким образом, войска Южного фронта наносили удар на двух направлениях с концентрацией сил на правом крыле фронта, где решалась главная задача операции...
В ударной группе 6-й армии, предназначавшейся для форсирования Сиваша и действий в обход Перекопских укреплений, было сосредоточено 36 лёгких орудий 52-й дивизии. Это давало тройное превосходство над артиллерией Кубано-Астраханской бригады генерала Фостикова, занимавшей Литовский полуостров и имевшей всего 12 орудий.
Для непосредственной артиллерийской поддержки первого эшелона войск, которые должны были форсировать Сиваш, от 1-го и 2-го дивизионов 52-й стрелковой дивизии было выделено два взвода сопровождения. Эти взводы, для оказания им помощи при движении через Сиваш, получили по полуроте стрелков каждый. Остальная артиллерия ударной группы занимала огневые позиции в районе Владимировки и Строгановки с задачей поддержать наступление пехоты огнём батарей с северного берега Сиваша. После овладения
• •♦ 70 ♦••

Александр Широкорад
ударной группой 1-й линией укреплений Литовского полуострова планировалось перемещение 1-го и 2-го дивизионов на полуостров: 3-й же дивизион должен был поддержать наступление пехоты с прежних позиций и прикрыть отход ударной группы в случае неудачи форсирования.
51-я стрелковая дивизия, действовавшая против Перекопских позиций, была усилена артиллерией 15-й дивизии и имела 55 орудий, которые были объединены в руках начальника артиллерии 51-й дивизии В.А. Будиловича и сведены в четыре группы: правую, среднюю, левую и противобатарейную.
Первая группа в составе двенадцати лёгких и трёх тяжёлых орудий под командованием командира 2-го дивизиона 51-й дивизии имела задачу обеспечить прорыв 152-й бригадой 51-й дивизии Перекопских укреплений.
Средняя группа в составе десяти лёгких и четырёх тяжёлых орудий также имела задачу обеспечить прорыв 152-й бригадой Перекопских укреплений, и потому она была подчинена командиру правой артиллерийской группы. Следовательно, правая и средняя группы фактически составляли одну группу в 29 орудий, имевшую единую задачу и общее командование.
Левая группа в составе двенадцати лёгких и семи тяжёлых орудий имела задачу обеспечить прорыв Перекопских позиций ударно-огневой бригадой 51-й дивизии.
Противобатарейная группа состояла из семи орудий (42-линейных — два и 120-мм — пять) и имела задачу вести борьбу с артиллерией и подавлять резервы противника»20.
Из этих весьма неубедительных цитат следует, что красные для штурма имели семьдесят 76-мм полевых пушек21. Кроме того, у Фрунзе было аж двадцать одно «тяжёлое орудие». Из последних самыми мощными были 107-мм пушки образца 1910 г., 120-мм французские пушки образца 1878 г. и 152-мм гаубицы образца 1909 и 1910 гг.
20. История отечественной артиллерии. Т. III. Кн. 7. С. 610-613.
21. Возможно, там было сколько-то 76-мм горных пушек образца 1909 г., но снаряды для них были одинаковые с полевыми, лишь меньше дальность стрельбы.
71 *

Белое движение
107-мм пушки и 152-мм гаубицы при царе-батюшке считались тяжёлой полевой артиллерией и предназначались для разрушения лёгких полевых (земляных) укреплений. Французские же пушки представляли скорее музейную ценность, нежели боевую.
Более мощными орудиями Южный фронт не располагал. В глубоком тылу красных хранилось на складах несколько орудий большой и особой мощности, доставшихся от царского ТАОНа (корпуса тяжёлой артиллерии особого назначения). Но к ноябрю 1920 г. они находились в плачевном техническом состоянии, к ним не было обученных расчётов и средств тяги. Лишь к 24 марта 1923 г. красным с трудом удалось ввести в состав ТАОНа восемь 280-мм гаубиц Шнейдера и три 305-мм гаубицы образца 1915 г.
С имевшейся в наличии артиллерией Фрунзе ещё мог выиграть сражение в чистом поле у врангелевцев или поляков. Но штурм хорошо укреплённых позиций был заранее обречён на неудачу. Спустя 19 лет Красная Армия штурмовала относительно хорошо защищённую линию Маннергейма и понесла огромные потери из-за пренебрежительного отношения бездарных стратегов типа Тухачевского и Павлуновского к артиллерии особой мощности.
На Карельском перешейке даже мощные 203-мм гаубицы Б-4 не могли пробить финских дотов. Через четыре года, летом 1944-го, с ними отлично справлялись 305-мм гаубицы.
Так что получается? «Красные орлы» совершили нечеловеческий подвиг, овладев Крымским перешейком? Да, действительно, с обеих сторон было совершено много геройских дел. Но в целом красные дрались с противником, запрограмированным на бегство, а главное, «линия Врангеля» оказалась «потёмкинской деревней». Однокашник и собутыльник нашего барона, барон Маннергейм оказался куда умней. Зато в «Записках» Врангель будет бессовестно врать, говоря о борьбе на Перекопе: «Красные сосредоточили колоссальную артиллерию, которая оказывала своим частям мощную под-
•••72*

Александр Широкорад
держку». К этому времени и советский «Агитпром» приступил к фабрикации легенд и мифов о штурме Перекопа.
Так как же проходил штурм Перекопа?
В ночь на 8 ноября в сложных погодных условиях — при сильном ветре и морозе в 11-12 градусов — ударная группа 6-й армии (153, 52 и 15-я стрелковые дивизии) форсировала семикилометровую водную преграду — Сиваш. Днём 8 ноября 51-я дивизия, атаковавшая в лоб Турецкий вал, была отброшена с большими потерями.
На следующий день красные возобновили штурм Турецкого вала, и одновременно ударная группа 6-й армии овладела Литовским полуостровом. Оборона белых была окончательно прорвана.
В разборе боёв за Крым я хотел особо остановиться на действиях флота и бронепоездов. В Картинитский залив был введён 3-й отряд Черноморского флота. В состав отряда входили минный заградитель «Буг», на котором держал флаг командир отряда капитан 2-го ранга В.В. Вилкен, канонёрская лодка «Альма», посыльное судно «Атаман Каледин» (бывший буксир «Горгипия») и четыре плавбатареи.
Плавбатареи (бывшие баржи), вооружённые пятью 130- 152-мм орудиями, заняли позиции у Кара-Казака для поддержки войск на Ишуньских позициях. Уже при первой попытке красных прорваться в Крым плавбатарея Б-4 своим беглым огнём способствовала отражению их атак. В ночь на 8 ноября 1920 г. красные части переправились через Сиваш и подошли к Ишуньским позициям. 9 и 10 ноября плавбатареи и канонёрка «Альма», получая по телефону целеуказания и корректировку, вели интенсивный огонь по наступавшему противнику. Передвижениям судов и отчасти стрельбе мешал северо-восточный шторм, а залив покрылся 12-сантиметровым слоем льда. Несмотря на неблагоприятные условия, огонь судов был действительным, и части Красной 6-й армии несли потери от флангового обстрела из Каркинитского залива.
В ночь на 11 ноября Ишуньские позиции были оставлены
73 ♦

Белое движение
белыми, но суда оставались на своих позициях и утром бомбардировали станцию Ишунь. Во второй половине дня 11 ноября отряд судов получил приказание идти в Евпаторию, но из-за плотного льда плавбатареи уже не могли сняться со своих позиций.
На следующее утро, 12 ноября, отряд вошёл в густой туман, и по ошибке в счислении в 9 часов 40 минут в четырёх милях от Ак-Мечети минный заградитель «Буг» сел на мель. Стащить минзаг с мели с помощью буксиров не удалось, и в ночь на 13 ноября команда с него была снята, а само судно приведено в негодность.
Важную роль в борьбе за Крым сыграли бронепоезда. К октябрю 1920 г. красные у Перекопа имели 17 бронепоездов, но использовали лишь часть их. Бронепоезда курсировали в районе станции Сальково, благо мост через Сиваш был белыми взорван, а пути разобраны. Так что бронепоездам красных так и не удалось ворваться в Крым.
Тем не менее тяжёлые бронепоезда красных оказали существенную поддержку частям, наступавшим на Чонгарском полуострове. Самым мощным бронепоездом красных был бронепоезд № 84, построенный в конце 1919 — начале 1920 г. в Сормово. В его состав входили две бронеплощадки с 203- мм корабельными пушками, созданные на базе 16-осной и 12-осной платформ. Активно действовал и бронепоезд № 4 «Коммунар», в составе которого было 4 бронеплощадки. На одной из них стояла 152-мм гаубица, а на других — по одной 107-мм пушке образца 1910 г.
Гораздо активнее действовали белые бронепоезда. Лёгкий бронепоезд «Святой Георгий Победоносец» (сформирован 27 июля 1919 г. в Екатеринодаре) с 12 по 26 октября 1920 г. находился на Ишуньской ветке (линия Джанкой — Армянск). Бронепоезд «Дмитрий Донской» прибыл 26 октября к Ишуньской позиции под командой полковника Подопригора и вёл бой против наступавших красных совместно с частями Марковской и Дроздовской дивизий.
••♦ 74 *

Александр Широкорад
На рассвете 27 октября бронепоезд «Святой Георгий Победоносец» отошёл к Армянску, севернее Ишуни, уже занятому красными. Там он оказался среди наступающих частей красной кавалерии. Кавалеристы, поддержанные артиллерийским огнём и бронеавтомобилями, атаковали бронепоезд несколькими лавами и окружили его. Бронепоезд поражал наступавших артиллерийским и пулемётным огнём в упор. Красноармейцы несли большие потери, но не прекращали атак. Конный разъезд красных попытался взорвать железнодорожное полотно на пути отхода бронепоезда, но пулемётным огнём с бронепоезда был уничтожен. В это время «Святой Георгий Победоносец» попал под обстрел трёхдюймовой советской батареи. В результате попадания снаряда был повреждён котёл паровоза и контужены офицер и механик.
С затухающим паровозом бронепоезд медленно двигался назад, не прекращая боя с батареей и конницей красных. На северных стрелках разъезда подбитый паровоз затух. До наступления темноты бронепоезд, не имея возможности маневрировать, всё-таки отбрасывал своим огнём нападавшего противника. Вечером подошёл исправный паровоз и отвёл боевой состав бронепоезда на станцию Ишунь.
Во время боя 27 октября на бронепоезде «Дмитрий Донской» было разбито головное орудие, ранен один офицер и убит один вольноопределяющийся.
28 октября бронепоезд «Святой Георгий Победоносец» вышел на позицию с небронированным паровозом. Красные наступали большими силами, заняв две линии окопов и преследуя отступавшие белые части. Бронепоезд внезапно врезался в густые цепи красных и расстреливал их пулемётным и картечным огнём с дистанции до 50 шагов. Красные осыпали белый бронепоезд пулями и с небывалым упорством бросались на него в атаку, но, понеся огромные потери, начали отходить, а «Святой Георгий Победоносец» преследовал их. Это позволило пехоте белых перейти в контратаку.
Между тем продвинувшийся вперёд бронепоезд был сно-
••♦ 75 .

Белое движение
ва атакован свежими силами пехоты. Цепь красных залегла у железнодорожного полотна. На бронепоезде были ранены 4 солдата и механик и перебит единственный исправный на паровозе инжектор, в результате чего подача воды в котёл прекратилась. Но бронепоезд всё же отбросил своим огнём цепи красных, нанеся им большие потери. После прибытия белого бронеавтомобиля «Гундоровец» «Святому Георгию Победоносцу» удалось отойти с потухающим паровозом на станцию Ишунь.
Между тем командованию белых стало известно, что красные готовят вторжение в Крым других своих войск с северо-востока, вдоль главной линии железной дороги, проложенной по дамбе близ станции Сиваш. Тяжёлый бронепоезд «Единая Россия» (новый, построенный в Крыму) находился 28 октября у Сивашского моста на участке 134-го пехотного Феодосийского полка и вёл перестрелку с частями красных.
Лёгкий бронепоезд «Офицер» прибыл утром 28 октября на узловую станцию Джанкой. По приказанию начальника штаба 1-го корпуса он пошёл оттуда на станцию Таганаш, примерно в 20 верстах от станции Джанкой, для участия в обороне Сивашских позиций.
29 октября в 9 часов утра «Офицер» вышел на Сивашскую дамбу в составе одной бронеплощадки с двумя 3-дюймовыми пушками, одной площадки с 75-мм пушкой и небронированного паровоза. Несмотря на огонь стоявших в укрытии на противоположном берегу батарей красных, «Офицер» двинулся к мосту. Когда бронепоезд был в 320 метрах от моста, под его второй предохранительной площадкой взорвался фугас. Взрывом был вырван кусок рельса длиной около 60 см. По инерции через взорванное место прошли одна бронеплощадка и тендер паровоза. Остановившийся бронепоезд картечью и пулемётным огнём частью перебил, частью разогнал красных, находившихся у взорванного моста. Затем «Офицер» открыл огонь по позициям артиллерии красных, продолжавшей его обстреливать.
76 .

Александр Широкорад
Несмотря на повреждённые пути, «Офицеру» удалось вернуться к своим окопам. Там он оставался до часу дня, маневрируя под огнём орудий противника. После этого по приказанию начальника группы бронепоездов полковника Лебедева «Офицер» отошёл на станцию Таганаш.
В это время части красных прорвались по Чонгарскому полуострову и вели наступление с востока, в обход станции Таганаш. Бронепоезд «Офицер» обстреливал их колонны, наступавшие со стороны селения Абаз-кирк. Огнём белых бронепоездов (в том числе и тяжёлого бронепоезда «Единая Россия»), а также позиционной и полевой артиллерии красные, атаковавшие большими силами, были к вечеру остановлены южнее селения Тюп-Джанкой. До темноты бронепоезд «Офицер» оставался на станции Таганаш.
Вечером 29 октября «Офицер» снова пошёл на Сивашскую дамбу, но вскоре вернулся назад и встретился с бронепоездом «Единая Россия». Затем оба бронепоезда двинулись к дамбе. «Единая Россия» шёл позади «Офицера» на расстоянии чуть более 200 метров. Не доезжая метров 500 до линии передовых окопов белых, капитан Лабович остановил бронепоезд «Офицер», так как получил предупреждение от проходившего в это время по полотну железной дороги офицера Феодосийского полка, что красные, по-видимому, готовятся подорвать путь, так как были слышны удары кирки по рельсам. «Офицер» стал медленно отходить, чтобы обнаружить место подкопа.
Внезапно сзади раздался взрыв. Взрыв произошёл под предохранительными площадками следовавшего сзади бронепоезда «Единая Россия». Две предохранительные площадки взлетели на воздух. «Единая Россия» был отброшен назад по рельсам на расстояние около полуверсты. В образовавшуюся от взрыва яму провалилась задняя площадка с 75-мм пушкой бронепоезда «Офицер», который не успел затормозить. «Офицер» остановился. Тогда, при полной темноте, красные открыли огонь из семи пулемётов, стоявших в основном с левой стороны железнодорожного полотна.
• •♦ 77 ♦••

Белое движение
Бронепоезд «Единая Россия» открыл ответный огонь. На бронепоезде «Офицер» два орудия не могли стрелять: задняя 75-мм пушка не могла стрелять из-за наклонного положения боевой площадки, провалившейся в яму, а у средней трёхдюймовой пушки не было достаточного количества номеров расчёта. Таким образом, «Офицер» открыл огонь только из одного головного трёхдюймового орудия и всех пулемётов.
Через несколько минут красные, а это были бойцы 264-го полка 30-й дивизии, пошли в атаку на бронепоезда. С криками «ура» они стали забрасывать гранатами бронеплощадки «Офицера». Однако там команда уже бежала на бронепоезд «Единая Россия», который отправился в тыл на станцию Таганаш.
В тот же день, 29 октября, с 7 часов утра находившиеся на Ишуньской ветке бронепоезда «Дмитрий Донской» и «Святой Георгий Победоносец» вступили в бой с наступающими советскими частями и сдерживали продвижение противника со стороны Карповой Балки. Около полудня бронепоезд «Дмитрий Донской» был подбит. Его бронеплощадки получили настолько серьёзные повреждения, что бронепоезд не мог продолжать боя и отошёл в сторону узловой станции Джанкой.
Бронепоезд «Святой Георгий Победоносец» остался один. Однако ему удалось сдерживать наступление частей красных до тех пор, пока отступавшие войска белых не вышли на большую Симферопольскую дорогу. Затем «Святой Георгий Победоносец» отошёл на станцию Ишунь и оттуда отражал атаки красной конницы, которая пыталась начать преследование белых частей.
При отходе бронепоезда «Святой Георгий Победоносец» сошла с рельс одна его предохранительная площадка. Поздно вечером примерно в двух верстах от узловой станции Джанкой произошло столкновение составов бронепоездов «Святой Георгий Победоносец» и «Дмитрий Донской». Бронеплощадки при этом не пострадали, а сошли с рельс лишь вагон резерва бронепоезда «Святой Георгий Победоносец» и три
78 .

Александр Широкорад
вагона-мастерских, которые были прицеплены к бронепоезду «Дмитрий Донской».
Видимо, в ту же ночь бронепоезд «Иоанн Калита»22 прошёл через станцию Джанкой на Керчь, имея задачей прикрывать отход в сторону Керчи частей Донского корпуса.
Утром 30 октября бронепоезд «Святой Георгий Победоносец», присоединив к себе одну боевую площадку бронепоезда «Единая Россия», двинулся вместе с резервом со станции Джанкой в сторону Симферополя. Примерно в 5 верстах к югу от Джанкоя состав резерва бронепоезда был брошен, так как оказалось, что его паровоз не успел получить снабжения.
Бронепоезд «Единая Россия» оставил станцию Таганаш последним. Когда «Единая Россия» подошёл к станции Джанкой, ему пришлось остановиться и ждать починки повреждённого пути. «Единая Россия» двинулся дальше, когда уже часть города Джанкой была занята красными. На разъезде к югу от станции Джанкой бронепоезда «Святой Георгий Победоносец» и «Единая Россия» соединились и пошли дальше соединённым составом.
Около 2 часов дня 30 октября бронепоезда подошли к станции Курман-Кемельчи, что в 25 верстах к югу от станции Джанкой. В это время неожиданно появилась красная конница, которая шла со стороны Ишуньских позиций в обход отступающих войск белых. Соединённые белые бронепоезда открыли огонь по наступавшей коннице, отбросили её и дали возможность частям белых в порядке отходить дальше.
При дальнейшем движении к Симферополю соединённым бронепоездам белых преградило путь препятствие из наваленных на рельсы камней и шпал. По бронепоездам открыла огонь четырёхорудийная батарея красных, а их конница находилась в тысяче шагов от железнодорожного пути.
22. Старый бронепоезд «Иоанн Калита» был брошен 12 марта 1920 г. На его базе был сформирован красный бронепоезд № 40. Новый бронепоезд «Иоанн Калита» был сформирован в начале лета 1920 г. в Крыму на базе 2-й батареи 1-го дивизиона тяжёлой артиллерии.
• 79

Белое движение
Красные кавалеристы двинулись в атаку на белые бронепоезда, но были отброшены с большими потерями. При дальнейшем отходе командам белых бронепоездов приходилось несколько раз расчищать путь от шпал и камней, которые красные успевали набрасывать, чтобы вызвать крушение. К ночи на станцию Симферополь прибыли бронепоезд «Дмитрий Донской» и состав резерва бронепоезда «Офицер». Позднее в Симферополь пришли соединённые бронепоезда «Святой Георгий Победоносец» и «Единая Россия».
В 11 часов 31 октября бронепоезд «Святой Георгий Победоносец» отошёл со станции Симферополь последним. По прибытии на станцию Бахчисарай был спущен на её северных стрелках паровоз. Затем по приказанию командующего 1-й армией генерала Кутепова был взорван железнодорожный мост через реку Альму и сожжён мост на шоссе. Ночью было получено приказание отходить в Севастополь для погрузки на суда.
На рассвете 31 октября бронепоезд «Дмитрий Донской» и состав резерва бронепоезда «Офицер» подошли к станции Севастополь и остановились близ первых пристаней. Дальше двигаться было нельзя, так как на повороте сошла с рельс боевая площадка «Дмитрия Донского» и требовалась починка пути.
Между тем были получены сведения, что у соседней пристани уже производится погрузка войск на пароход «Саратов». На этот пароход была принята команда бронепоезда «Грозный», которая перед посадкой привела в негодность только что полученные из ремонта орудия и сбросила в море замки.
Около 9 часов утра 1 ноября бронепоезда «Святой Георгий Победоносец» и «Единая Россия» дошли до Севастополя, в район Килен-бухты. По пути была испорчена материальная часть на бронеплощадках. Около 10 часов было произведено крушение, для того чтобы составы бронепоездов не достались в целом виде красным. Боевые составы бронепоездов «Святой Георгий Победоносец» и «Единая Россия» были пущены возможно быстрым ходом навстречу друг другу.
• •• 80 ♦••

Александр Широкорад
Команда бронепоезда «Святой Георгий Победоносец» с шестью пулемётами погрузилась на пароход «Бештау». Команда бронепоезда «Единая Россия», прибывшая на боевой части, была также погружена на пароход «Бештау». Часть команды, находившаяся в составе резерва, погрузили раньше на пароход «Херсон».
Тяжёлый бронепоезд «Иоанн Калита» прибыл 1 ноября в Керчь, прикрывая шедшую в арьергарде Донского корпуса бригаду под командой генерала Фицхелаурова. Так как не было разрешено взорвать боевой состав бронепоезда, то его матчасть была приведена в негодность без взрыва. В ночь на 2 ноября команда бронепоезда «Иоанн Калита» была погружена на плавсредство «Маяк номер 5-й».
Бронепоезд «Дмитрий Донской» прибыл 2 ноября в Керчь, где уже находился лёгкий бронепоезд «Волк». Команды этих двух бронепоездов сняли замки с орудий и испортили матчасть на боевых площадках, после чего погрузились на суда.
Здесь я много уделил внимания действиям бронепоездов. На мой взгляд, они очень интересны, но их активность не типична для отступающей Русской армии.
Генерал Слащёв утверждал: «11 ноября я по приказанию Врангеля был на фронте, чтобы посмотреть и донести о его состоянии. Части находились в полном отступлении, то есть, вернее, это были не части, а отдельные небольшие группы; так, например, на Перекопском направлении к Симферополю отходили 228 человек и 28 орудий, остальное уже было около портов.
Красные совершенно не наседали, и отход в этом направлении происходил в условиях мирного времени»23.
Замечу, что это было писано, когда Яков Александрович уже находился на службе красных, и участники боёв за Крым могли легко его уличить во лжи.
В эмиграции ряд офицеров рассказывал о конных колон-
23. Слащёв-Крымский Я.А. Крым, 1920 // Гражданская война в России: оборона Крыма. С. 141.
• 81 ♦••

Белое движение
нах красных и белых, которые длительное время шли по степи параллельно на расстоянии нескольких километров друг от друга и не пытались атаковать.
Лично я уверен, что французское и советское командования во второй раз в Крыму (первый раз — в апреле 1919 г.) заключили секретное соглашение: «...мы уходим, вы нас не трогаете». Естественно, что текст соглашения до сих пор невыгодно публиковать ни СССР (России), ни Франции.
Опубликован только текст ультиматума французского адмирала с угрозой подвергнуть бомбардировке советские порты, если подвергнутся опасности французские суда.
Повстанцы нанесли удар в тыл врангелевцам в районе Ишуни. Они же перерезали отступающим казачьим частям шоссе Симферополь — Феодосия. 10 ноября подпольный ревком поднимает восстание, восставшие захватывают Симферополь — за три дня до прихода Красной Армии. Кроме того, бойцы Крымской повстанческой армии захватили города Феодосию и Карасубазар (ныне Белогорск). Замечу, что по повстанцам, занимавшим Феодосию, вёл огонь французский эсминец «Сенегал».
На помощь партизанам из Новороссийска в Крым пришли несколько моторных катеров. Новым десантом командовал уже известный нам Иван Папанин. Осенью 1920 г. он с захваченной у белых секретной документацией был доставлен на «большую землю» и вот теперь снова оказался в Крымской повстанческой армии.
10 ноября 1920 г. отряд Папанина захватил Алушту.
Любопытно, что спустя 20 лет, осенью 1941 г., Мокроусов вновь возглавил партизанское движение в Крыму, а его ближайшим помощником стал «адъютант его превосходительства» Макаров. Немецкие оккупанты знали о прошлых похождениях Макарова и распространяли среди населения специально посвящённую ему листовку с красноречивым названием «Хамелеон». Папанин в Крыму в 1941-1944 гг. не партизанил, в то время он служил «начальником Арктики».
82 ♦

Юрий Ципкин
А.В. Колчак и генералы белых сибирских армий24
Как известно, поражение Белого движения имело целый ряд причин. Одной из важнейших, если не самой важной, был разгром Красной Армией белогвардейских войск Верховного правителя России адмирала А.В. Колчака, А.И. Деникина и других белых правителей. Речь в данной главе пойдёт о политике А.В. Колчака по подбору и расстановке командных кадров войск и об отношениях между ним и генералами армий белой Сибири.
Источниковой базой являются главным образом мемуары белоэмигрантов, которые усиленно искали виновников своего поражения. Авторы воспоминаний, особенно генералы, интриговали друг против друга, обвиняли друг друга в военной бесталанности, авантюризме, эгоизме, чуть ли не в предательстве Белой борьбы. Наряду с созданием ореола благородного рыцаря и мученика, многие мемуаристы отмечали отсутствие у Колчака опыта управления государством, неумение разбираться в людях, эмоциональную неустойчивость, излишнюю доверчивость и готовность поверить любому, кто обещает быструю победу. Не последнюю роль сыграло незнание адмиралом стратегии и тактики сухопутных войск.
Отдельной темой является сепаратистская политика казачьих атаманов Забайкалья и Дальнего Востока Семёнова, Гамова (Кузнецова) и Калмыкова, выступающих против создания «единой и неделимой России» с идеей формирования не то прояпонского протектората, не то буддистского «Монгольского государства».
24. В журнале «Социальные и гуманитарные науки на Дальнем Востоке» (2020. Вып. 3. Т. XVII) была опубликована статья Ю.Н. Пипкина и О.В. Авдошкиной «А.В. Колчак и командование белых сибирских армий». Данная статья в значительно расширенном варианте публикуется под авторством Ю.Н. Ципкина.
••♦ 83 .

Белое движение
А.В. Колчак стал Верховным правителем России и Верховным Главнокомандующим белыми армиями в результате военного переворота 18 ноября 1918 г., свергнувшего эсеро-кадетскую Директорию. Для колчаковской власти, как и всех предыдущих антибольшевистских режимов, главным был вопрос о создании и укреплении боеспособных вооружённых сил для борьбы с большевиками.
Что же представлял из себя командный состав колчаковской армии? За годы Гражданской войны численность офицеров в Сибири не превышала 23-25 тыс. человек. Из них 6 тыс. получили офицерские звания в 1918-1922 гг. Если в Вооружённых силах Юга России (ВСЮР) А.И. Деникина по самым скромным подсчётам к весне 1919 г. было 43-45 тыс. офицеров, 500 генералов, в том числе 184 офицера, закончивших Академию Генштаба (АГШ), то в белом лагере на Востоке России был 61 офицер-выпускник АГШ. Генералов (и адмиралов) старой службы в Сибири и на Дальнем Востоке насчитывалось около 50. Среди них — К.В. Сахаров, В.Г. Болдырев, Д.В. Филатьев, М.К. Дитерихс, М.В. Ханжин, А.И. Андогский, Г.К. Старк и др. Профессорами АГШ были генералы А.И. Андогский, В.Г. Болдырев, М.А. Иностранцев, Д.В. Филатьев, А.И. Медведев, Б.М. Колюбакин. (В 1918 г. численность генштабистов, служивших в РККА, была на 169 человек больше, чем в белых армиях Колчака и Деникина.)
Не секрет, что в белогвардейских войсках процветали интриги, борьба за власть, существовали бессистемные награждения и производства. Генерал Д.В. Филатьев писал о таких «загубивших всё дело вундеркиндах-прапорщиках», как прибывший от А.И. Деникина к Колчаку 29-летний полковник Д.А. Лебедев, ставший начальником штаба Верховного Главнокомандующего и генерал-майором: «Не знаю, каков был его настоящий чин, но по-сибирски он назывался генерал-майор». И вместе с тем необходимо отметить, что только нехватка кадровых офицеров в Сибири вынуждала А.В. Колчака к таким производствам. Дивизиями и корпу-
• •♦ 84 ♦••

Юрий Ципкин
сами не командовал ни один из генералов царской армии. Этими соединениями командовали офицеры, пришедшие в белую армию в чинах не выше полковника и произведённые в генералы приказами главкома войск Директории В.Г. Болдырева, а затем А.В. Колчака. Однако к концу Гражданской войны, когда территория, контролируемая белыми силами, ограничивалась Приморьем, офицеры стали составлять 40% личного состава войск. Рядовой и унтер-офицерский состав к этому времени не пополнялся за счёт местного населения, а его значительная часть перешла на сторону Красной и Народно-революционной армий25.
Среди офицеров и генералов были замаскированные сторонники монархии — П.П. Иванов-Ринов, В.О. Каппель, В.М. Молчанов (будучи скрытым монархистом, он хотя и командовал Ижевской дивизией, состоящей из эсеровски настроенных рабочих, но считал, что России нужен хозяин в лице царя), К.В. Сахаров, М.В. Ханжин, М.К. Дитерихс и Р.Ф. Унгерн26, приверженцы Учредительного собрания или Земского собора с областнической ориентацией (А.Н. Пепеляев), казачьи сепаратисты с весьма путаной идеологией (Г.М. Семёнов и И.П. Калмыков) и откровенно проэсеровски настроенные офицеры и генералы в лице В.Г. Болдырева и Р. Гайды. Как вспоминал омский журналист Н.В. Устрялов, Колчака упрекали за связь с реакционными кадетами, а последние в глазах ряда военных выглядели чуть ли не эсерами... «Не случаен был распад Директории. На суженной, но зато и концентрированной базе белая диктатура попыталась разрешить не разрешённую коалицией задачу»27.
25. Эйхе Г.Х. Опрокинутый тыл. С. 4; Филатьев Д.В. Катастрофа белого движения в Сибири. 1918-1922. Впечатления очевидца. Paris, 1985. С. 61, 93; Войнов В.М. Офицерский корпус белых армий на Востоке страны (1918-1922 гг.) // Отечественная история. 1994. № 6. С. 58-62.
26. Молчанов В.М. Последний белый генерал. Устные воспоминания, статьи, письма, документы. М., 2009. С. 6-18.
27. Устрялов Н.В. 1919-й год. Из прошлого // Русское прошлое (С-Птб). 1993. №4. С. 228.
••♦ 85 .

Белое движение
На подготовку боевых операций оказывали влияние не только бездарность генералов, некомпетентность Колчака в вопросах тактики сухопутных войск, но и эгоизм ряда военачальников, в частности Дутова и Гайды. Последний после мобилизации в австрийскую армию попал в плен и стал служить в армии Черногории. После переезда в Россию в 1916 г. Радола Гайда был причислен к штабу Чехословацкого корпуса. Получил чин капитана. За храбрость был награждён рядом орденов союзников и русскими Георгиевскими крестами. После мятежа Чехословацкого корпуса в мае 1918 г. принял активное участие в свержении советской власти в Сибири. 26-летний «Освободитель Сибири» в сентябре 1918 г. стал генерал-майором, крайне возгордился и на Дальнем Востоке поссорился и с японцами, и с атаманом Семёновым. Во Владивостоке Гайда познакомился с адмиралом Колчаком, а в ноябре 1918 г. приветствовал его приход к власти. Гайда носил форму генерала, но без погон — в угоду Чехословацкому национальному совету (ЧСНС). Колчак добился его перевода в белую Русскую армию, поскольку Гайда вошёл в конфликт с ЧСНС, пытаясь прибрать последний к своим рукам.
В ноябре 1918 г. войска под командованием Гайды успешно провели Пермскую наступательную операцию (в советской историографии потеря Перми и значительных запасов вооружения получила название «пермской катастрофы». Была даже назначена комиссия ЦК РКП(б) для расследования этого временного поражения частей РККА). За этот успех Гайда получил чин генерал-лейтенанта. Свой конвой он одел в какую-то немыслимую форму с собственными инициалами на погонах. В этот период Колчак поверил в его военное счастье28. Адмирал даже заявил К.В. Сахарову и начальнику своего штаба Д.А. Лебедеву, что верит Гайде, и если его (Колчака) не будет, если бы он умер, то пусть Гайда заменит его. А Гайда стал доказывать, что его Сибирская армия должна наступать на Вятку для сое-
28. Шишов А.В. Белые командиры Гражданской войны. М., 2016. С. 66-70.
86

Юрий Ципкин
динения с Архангельском и получения английского снабжения и что скоро он возьмёт Москву. Вопрос же о координации действий Сибирской и Западной армий так и не был решён29.
Понятно, что наступление по расходящимся операционным направлениям ведёт к разбросу сил и без подготовленных резервов чревато будущим поражением. Попытки опытных генералов доказать, что необходимо идти к Царицыну, где действовал Врангель, и объединить силы деникинских Вооружённых сил Юга России (ВСЮР) и Колчака, ни к чему не привели. Интересно, что Деникин, в свою очередь, обвинил своего подчинённого Врангеля в интригах и амбициях, стремлении самому занять Москву, а не помогать Добровольческой армии Май-Маевского30. Таковы были нравы белого генералитета.
Наступление Гайды провалилось. Началось отступление к Перми. И в это время Гайда ультимативно потребовал снять со поста начальника штаба Верховного Главнокомандующего генерала Д.А. Лебедева. Причём телеграмму Гайда послал не Колчаку, а председателю Совета министров Вологодскому, сделав разногласия между генералами достоянием гражданских чиновников. Для разбора этого вопиющего случая А.В. Колчак направил к Р. Гайде генерала для поручений в Ставке М.А. Иностранцева и генерала М.К. Дитерихса, тем более что последний имел репутацию талантливого военачальника и, будучи генерал-квартирмейстером штаба генерала А.А. Брусилова, подготовил план Луцкого («Брусиловского») прорыва в 1916 г. М.К. Дитерихс, кроме того, был в своё время начальником штаба Чехословацкого корпуса и хорошо знал Р. Гайду. По поручению Колчака Дитерихс руководил следствием по делу о расстреле царской семьи и написал двухтомник «Убийство царской семьи и членов дома Романовых на Урале».
29. Сахаров К.В. Белая Сибирь. Внутренняя война 1918-1920 гг. М.,2018. С. 97-99.
30. Врангель П.Н. Воспоминания. М., 2013. С. 108-110.
••• 87 .

Белое движение
Колчак ранее неоднократно вызывал Гайду, и между ними происходили бурные сцены. Однажды Колчак так разошёлся, что стучал кулаком по столу, сбросив на пол стакан чаю, и кричал, что Гайда — фармацевт австрийской армии и не годен быть даже простым офицером, поскольку не имеет необходимого военного воспитания и т.д. Гайда в ответ говорил, что именно Колчак наградил его двумя Георгиевскими крестами, что он освободил Сибирь, привёл армию к Каме, а сам Колчак — морской офицер и не имеет опыта управления такой громадной страной, как Россия. Но пока был успех, Гайде всё прощалось.
Как бы там ни было, но генералы М.А. Иностранцев и М.К. Дитерихс затребовали в Ставке все документы о фронтовой деятельности Гайды и поняли, что армия разута и раздета, несмотря на склады в тылу, что снабжение никуда не годится и т.д. М.К. Дитерихс обращался к Р. Гайде как в Чехословацком легионе (корпусе): «Братше Гайда». В ответ на обвинения в тяжёлом военном проступке Р. Гайда отвечал: «Братше генерале», а далее объяснял, что ему мешают действовать, дают вредные указания и все успехи стали возможными потому, что он (Гайда) действовал чуть ли не наоборот. А генерал Лебедев и «вся Ставка нарочно поставлена большевиками, чтобы загубить всё дело». У него Ставка забирает лучшие части и посылает их в другие армии, чтобы погубить там. Гайда, и это было известно всем, не хотел делиться ни с кем захваченным продовольствием и боеприпасами, в частности с армией Ханжина, и крайне болезненно воспринимал все указания Ставки31. Когда же начиналось отступление, оказывалось, что приготовленные запасы так и остались в тылу. М.К. Дитерихс задал «братше Гайде» самый опасный вопрос: правда ли, что он (Гайда) собрался идти с армией на белую столицу Сибири Омск? Гайда не стал этого отрицать и даже подчеркнул, что армия пошла бы за ним, но он, мол, удержался и «не пошёл далее своего сердца».
31. Иностранцев М.А. Первое поручение адмирала Колчака // Генерал Дитерихс. М., 2004. С. 245-251,254.
• 88 ♦••

Юрий Ципкин
По сути, Гайда совершил государственную измену, за которую в любой армии полагался суд военного трибунала. Несмотря на эти тяжкие воинские преступления Гайды, комиссия М.А. Иностранцева — М.К. Дитерихса приняла решение не усугублять ситуацию и оставить Д.А. Лебедева и Р. Гайду на своих местах. В то же время анализ приказов Ставки показал, что Гайда прав в своих претензиях32. Комиссия закрыла глаза на преступления Гайды, поскольку ситуация складывалась не в пользу белой армии и скандалы среди генералитета ускорили бы развал последней.
Случай с Гайдой высветил в очередной раз острую проблему армии. Это повальная коррупция, разъедавшая вооружённые силы белых и их тыл. Нехватка продовольствия, обмундирования и снаряжения стала уже общим местом в донесениях армейских командиров. Советник колчаковского МИДа В.О. Клемм свидетельствовал, что посол США в Японии Моррис в 1919 г. в беседе с директором кредитной канцелярии во Владивостоке Никольским сетовал на то, что американские медикаменты на 1 млн долл. были распроданы в попутных городах и не дошли до белой армии. «Оказывать помощь России трудно, так как никому доверять нельзя», — заявил Моррис33.
На неофициальном совещании по вопросам военного снабжения армии Колчака в Омске, которое состоялось 31 июля 1919 г., французский генерал М. Жанен — командующий союзными войсками (по сути, только чехословацкими, польскими и румынскими частями) — и глава английской военной миссии А. Нокс с грубой откровенностью говорили о дезорганизации, коррумпированности, интригах и амбициях в армейском штабе и о безрезультатности обращений к адмиралу. В связи с этим генералы потребовали установления союзного контроля не только над распределением поставок, но и над организацией самой колчаковской армии34.
32. Там же. С. 255-257.
33. Дальневосточное обозрение (Владивосток). 1920.24 февр.
34. Колчак и интервенция на Дальнем Востоке. Док. и материалы. Владивосток, 1995. С. 160.
89 ♦

Белое движение
К июню 1919 г. РККА отбросила белогвардейцев от Камы и севернее на восток на фронте от 350 до 450 км. Большие потери понёс наиболее боеспособный Волжский корпус В.О. Каппеля. В своё время снабжение корпуса из-за его успехов взял на себя английский генерал А. Нокс. Причём снабжение Волжского корпуса шло помимо органов снабжения Колчака, чтобы не «затеряться». Нокс руководил инструкторской школой во Владивостоке, распределял своих офицеров по частям корпуса и т.д. Бывший военный атташе Великобритании в России Нокс был одним из авторов переворота, приведшего Колчака к власти в Омске. Именно в вагоне Нокса Колчак, который считался на английской службе, прибыл из Владивостока в Омск. Более того, без согласия Нокса штаб Колчака не мог самостоятельно распоряжаться корпусом. Однако корпус Каппеля был разбавлен пленными красноармейцами. Части корпуса получили до 35% бывших пленных35.
Новым командующим Западной армией, в составе которой действовал каппелевский корпус, вместо М.В. Ханжина стал бывший начальник штаба армии генерал К.В. Сахаров. Обиженный Ханжин даже утверждал, что Сахаров — ставленник Нокса, а последний не мог простить Западной армии и Ханжину потерь корпуса. Ведь сдавшихся красным «добровольцев» сразу раздевали и английское обмундирование переходило бойцам РККА. Большевики иронизировали над Ноксом, прозвав его своим интендантом36.
Колчаковская Ставка страдала не просто шапкозакидательскими настроениями, а ещё и интриганством, связанным с боязнью эфемерного успеха прославленного в белой армии В.О. Каппеля. Ещё при отступлении в июне 1919 г. генерал В.О. Каппель выдвинул план набега на тылы Красной Армии. Для этого он решил собрать отряд в 2 тыс. сабель с конной батареей и произвести прорыв в тылы красных. Предпола-
35. Щепихин С.А. Воспоминания о генерале В.О. Каппеле 1918 // Каппель и каппелевцы. М., 2003. С. 187.
36. Там же. С. 185-192.
••♦ 90 ♦

Юрий Ципкин
галось, что командованию РККА придётся для ликвидации прорыва снять с фронта крупные части и ослабить наступление. Долго бродил этот план в Ставке. Много позже В.О. Каппель получил сообщение, что Ставка не располагает такими ресурсами, чтобы рисковать двумя тысячами всадников. Однако генерал В.Н. Прибылович, присутствовавший при обсуждении плана В.О. Каппеля, рассказал, что многие чины штаба в Омске осуждали не авантюризм плана как такового, но высказывали опасения, что «Каппель возьмёт Москву и организует каппелевское правительство. А о нас забудет или просто туда не пустит...»37 Генералитет не только питал несбыточные иллюзии, но и страдал неуёмным карьеризмом.
Итак, Сахаров сменил Ханжина. Сибирская армия Гайды была расформирована и разделена на две оперативные группы. Южной стал командовать Г.А. Вержбицкий, Северной — А.Н. Пепеляев, младший брат председателя Восточного отдела ЦК кадетской партии и министра внутренних дел в колчаковском правительстве В.Н. Пепеляева. М.К. Дитерихс стал осуществлять общее руководство двумя армиями.
Сам Р. Гайда в июле был уволен со службы, но чина не лишился. С частью своего конвоя он уехал во Владивосток, по пути встречаясь с видными эсерами. В ноябре 1919 г. во Владивостоке Гайда и местное эсеровское руководство подняли мятеж против колчаковской власти, но были разгромлены частями колчаковского наместника генерала Розанова, которому помогли японцы. Гайда был ранен, но чешский генерал Чечек спас его от расправы. И Гайда уехал в Европу, где был торжественно встречен властями Чехословакии. Но и там он продолжал свои авантюры и резко сдвинулся политически вправо. Но это уже другая история.
В конце июля 1919 г. А.В. Колчак провёл реорганизацию
37. Вырыпаев В.О. Каппелевцы // Каппель и каппелевцы. С. 177; Балмасов С.С. Боевой путь конных подразделений Отдельной Волжской кавалерийской бригады и Отдельного Волжского конно-егерского дивизиона корпуса генерала В.О. Каппеля // Там же. С. 500.
• 91 •••

Белое движение
действующих войск. Было создано оперативно-стратегическое объединение — Восточный фронт под командованием генерала М.К. Дитерихса. Как уже отмечалось, Сибирская армия была расформирована. Но реформирования продолжались. Из войск её Северной группы была сформирована 1-я армия под командованием А.Н. Пепеляева, из войск Южной группы создана 2-я армия под командованием Н.А. Лохвицкого. Западная армия под командованием К.В. Сахарова стала 3-й армией.
К слову сказать, если А.Н. Пепеляев был близок к эсерам, то Н.А. Лохвицкий и К.В. Сахаров были откровенными монархистами крайне правого толка. Да и главком фронта М.К. Дитерихс был монархистом, мечтающим возродить не то сословную допетровскую, не то абсолютную монархию. Он был не просто верующим человеком, а фанатично верующим. В его вагоне было полно икон и хоругвей, что приводило в недоумение многих генералов и офицеров. В Ставке его называли «тихопомешанным», иногда — «Жанной д Арк в галифе».
Будучи ранее начальником Восточной группы армий, он 28 июня 1919 г. отдал приказ о призыве мужского населения сроков службы 1902-1907 гг. и напомнил, что белые армии ведут «не политическую, а религиозную войну». М.К. Дитерихс приказывал строго соблюдать обряды и правила церкви. В приказе № 91 от 10 сентября 1919 г. он запрещал частям войск фронта пение песен и игру музыки при прохождении церквей и мечетей, а также пение песен и игру музыки с 18 часов накануне праздников и до 12 часов в праздничные дни38.
М.К. Дитерихс начал активно действовать. Он объединил разрозненные части, навёл порядок в армии Гайды и т.д. Главком сам читал все рапорты, пытался вникнуть во все дела. Делами тыла и комплектованием новых частей занималось военное министерство. Чтобы разгрузить главкома, в военное министерство был назначен управляющий (то есть временно
38. Генерал Дитерихс. М., 2004. С. 259-260, 268.
••♦ 92 .

Юрий Ципкин
исполняющий обязанности) — генерал барон Будберг. Последний крайне критично относился к попыткам создать на Дальнем Востоке корпус под командованием семёновского генерала Хрещатицкого, видел и выступал против глупостей штабов и т.д. Но у него в вопросах снабжения не сложились отношения с Дитерихсом, который «во всё вмешивался». Ди- терихс же стремился подчинить военное министерство себе. Наладить взаимоотношения не удалось, Будберг был уволен и отправился в эмиграцию. Его заменил Ханжин39.
В эмиграции Будберг написал мемуары («Дневник. Колчаковская эпопея»), в которых резко критиковал омский режим, его внутреннюю террористическую политику и недальновидную внешнюю. Так, в частности, Будберг виделся с Дитерихсом во время осеннего наступления 1919 г. и задал ему вопрос о судьбе белой армии, если наступление сорвётся. На что главком Восточного фронта ответил, что придётся разделиться на партизанские отряды и снова начать, как в 1918 г. Будберг был удивлён столь легкомысленным ответом, ибо осень 1919 г. — это не 1918 г., обстановка на фронте резко изменилась, и партизанская война для белых стала немыслимой. Население теперь против белых40. Среди ряда белоэмигрантов, в частности ижевских командиров, за его «Дневник» А.П. Будберг считался предателем. Его «Дневник», хотя и с купюрами, переиздавался в СССР и постсоветской России41.
Особой заботой колчаковской власти стало отношение армии к населению. М.К. Дитерихс прекрасно понимал, какую реакцию населения вызывают мародёрство и террор белогвардейцев. В директиве от 12 октября 1919 г. он требовал не допускать самовольных реквизиций, жестокостей, наси-
39. Рябиков П.Ф. Из воспоминаний о Тобольской операции // Генерал Дитерихс. С. 279-283.
40. Будберг А. Дневник белогвардейца: (Колчаковская эпопея). Л., 1929. С. 243.
41. Будберг А. Дневник белогвардейца: (Колчаковская эпопея) Л., 1929; Барон Будберг А. Дневник белогвардейца // Дневник белогвардейца. Сб. Новосибирск, 1991.
• 93 ♦••

Белое движение
лий и нарушения имущественных прав населения42. Проще сказать — грабежей, в том числе имущих слоёв. Такие же директивы издавал Верховный правитель А.В. Колчак. Однако угрозы предать виновных суду никого не пугали. Управляющий делами колчаковского Совмина Г.К. Гинс приводил в своих воспоминаниях такой пример. Из перлюстрированного в Ставке письма священника стало известно, что какой-то офицер, когда ему указали, что приказом адмирала порка и мордобитие запрещены, дал классический ответ: «Приказ приказом, Колчак Колчаком, а морда мордой»43. Начальник штаба Ижевской дивизии полковник А.Г. Ефимов отмечал, что на всех белых фронтах руководство государственными делами находилось или быстро переходило в руки старших военачальников. «Однородность такого возглавления создавала благоприятные условия для взаимного понимания по всем государственным и военным вопросам, по выработке планов и согласованности действий»44. Однако условия так и остались условиями, а о согласованности действий не было и речи. Г.К. Гинс отмечал, что местные военные сатрапы, своевольные атаманы, бесчисленные коменданты, цензура, бездарные администраторы, милиция из жандармов — всё это извратило природу омской власти. Оскорбительные порки, жестокие усмирения, вымогательства оттолкнули население от правительства адмирала Колчака45.
Сам А.В. Колчак в разговоре по телеграфу со своим министром внутренних дел В.Н. Пепеляевым, сетуя на низкую управляемость армии и тыла, отмечал: «Деятельность начальников уездных милиций, отрядов особого назначения, всякого рода комендантов, начальников отдельных отрядов представляет собой сплошное преступление. Всё это усугубляется деятельностью военных частей: польских и чешских,
42. Генерал Дитерихс. С. 268-270.
43. Гинс Г.К. Сибирь, союзники и Колчак. М., 2008. С. 422.
44. Ефимов А.Г. Ижевцы и Воткинцы. Борьба с большевиками 1918-1920. М.,2008. С. 133.
45. Гинс Г.К. Указ. соч. С. 619.
... 94

Юрий Ципкин
ничего не признающих и стоящих вне всякого закона. Нам приходится иметь дело с глубоко развращённым контингентом служащих, преследующих только личные интересы, игнорирующих всякие понятия о служебном долге и дисциплине. Такова среда, в которой приходится работать...»46
К концу 1919 г. борьбу против колчаковского режима вели около 140 тыс. партизан47.
Однако вернёмся к боевым действиям. К концу июня 1919 г., когда белые армии ещё отступали, обозначился прорыв фронта в районе Челябинска. Ставка решила преднамеренным отступлением втянуть красные дивизии в «мешок», уничтожить их, а затем перейти в контрнаступление. Челябинская операция, рассчитанная на отвод белых войск из Челябинска и заманивание 5-й Красной армии для будущего окружения, была авантюристической инициативой начальника штаба Колчака Д.А. Лебедева и командующего 3-й (бывшей Западной) армией К.В. Сахарова. Это делалось вопреки мнению главкома фронта М.К. Дитерихса. В это время М.К. Дитерихс решил оставить на фронте арьергарды, а большую часть армии отвести за реку Ишим, пополнить войска и в августе перейти в наступление. Сам главком выехал в район бывшей Сибирской армии для руководства организованным её отходом.
Несмотря на протесты Дитерихса, несогласного с планом Челябинской операции, Лебедев и Сахаров убедили Колчака в её необходимости, причём 3-я армия генерала Сахарова и Южная армия генерала Белова были изъяты из подчинения главкома Дитерихса48. Расчёт был сделан на немногочисленность 5-й Красной армии, но проигнорированы были антиколчаковские настроения уральских рабочих и широкое партизанское движение. Челябинская операция проходила
46. Последние дни колчаковщины. Сб. документов. М, 1926. С. 132.
47. Гражданская война в СССР. Том второй. М., 1986. С. 94.
48. Петров П.П. От Волги до Тихого океана в рядах белых. Воспоминания. Документы. М., 2011. С. 154-155.
••♦ 95 ♦

Белое движение
17 июля — 4 августа 1919 г. и закончилась поражением белых войск. Стойкость частей Красной Армии заставила отступить Волжский корпус Каппеля. Неожиданный удар с тыла белым нанесли восставшие челябинские рабочие, действовавшие под руководством подпольной большевистской организации. Рабочие-железнодорожники перерезали пути отхода белых бронепоездов. Два были сброшены под откос, а один — загнан в тупик. Сообщение 3-й белой армии с тылом было блокировано. Против восставших были брошены дополнительные силы, что ещё больше ослабило силы белых. Началось отступление по всему фронту к реке Тобол49.
После Челябинской операции омский белый режим потерял важнейший железнодорожный узел и последнюю рокадную железнодорожную магистраль. Были разгромлены резервы белой армии, а Красная Армия захватила 16 тыс. пленных. В Челябинске были оставлены несколько тысяч гружёных вагонов и 100 паровозов50. Начальник интендантства в Челябинске был расстрелян за то, что оставил войскам РККА громадные склады51.
Для Красной Армии открывалась дорога в Сибирь.
При этом белые, как и раньше, остались верны себе. Г.К. Гинс писал, что на Урале накануне оставления его колчаковскими войсками Дитерихс мобилизовал всё мужское население, что вызвало озлобление рабочих. Дитерихс говорил только о храмах, о Боге и объявил священную войну. «Это казалось диким»52. Кавалерийский офицер С.С. Балмасов вспоминал: «Урал не удержали — благодаря восстанию в
49. Каппель и каппелевцы. М„ 2003. С. 496-497; Плотников И.Ф. Александр Васильевич Колчак: исследователь, адмирал, Верховный правитель России. М., 2003. С. 655; Ганин А. «Такой примитивный подход...». Челябинское совещание и планирование весеннего выступления Восточного фронта адмирала Колчака // Родина. 2008. № 11. С. 79-85.
50. История военного искусства. Сб. материалов. Вып. IV. Том I. М., 1952. С. 357-358.
51. Гинс Г.К. Указ. соч. С. 405-406, 579.
52. Там же. С. 397.
• *. 96 ♦••

Юрий Ципкин
тылу, разложению армии и неумелому руководству ею со стороны штабов». Он свидетельствовал о полнейшем произволе над рабочими всех проходимцев, украшенных погонами... «Жизнь рабочих находилась целиком в руках озверелых, полупьяных, развращённых, самого тёмного вида личностей. Расстрелы шли массами... Политика же Сибирского правительства в эту пору приняла явный реакционный характер»53.
После провала авантюры Д.А. Лебедев был уволен, и в августе 1919 г. М.К. Дитерихс ликвидировал Ставку и стал начальником штаба Верховного Главнокомандующего и военным министром в правительстве Колчака.
После неудачи под Челябинском, когда войска ещё отступали к Тоболу, М.К. Дитерихс стал разрабатывать Тобольскую наступательную операцию. За рекой Тобол произошли перегруппировка войск и накопление сил. Но и здесь не обошлось без сложностей с подбором командующих группировками, призванными наносить удар по красным войскам. Не вдаваясь в тактические подробности, хотелось бы только отметить, что самый важный удар с левого фланга в тыл 5-й Красной армии должен был нанести Отдельный Сибирский казачий корпус. Колчаковскому командованию хотелось организовать рейд по аналогии с мамантовским рейдом по тылам Красной Армии, которая сдерживала наступление Деникина. В качестве командиров обсуждались кандидатуры Каппеля и войскового атамана Сибирского Казачьего войска Иванова-Ринова. Выбор последнего определился не столько из-за болезни Каппеля, сколько из-за позиции казачьих генералов и желания Колчака угодить казачьей верхушке. А между тем опыта командования большими конными соединениями у Иванова-Ринова не было. Он имел только полицейско-административный опыт54. Политическая целесообразность взяла верх.
Наступление белых в начале сентября 1919 г. развивалось успешно. Но из-за ошибок Иванова-Ринова рейд по тылам
53. Балмасов С.С. Указ. соч. С. 504.
54. Там же. С. 501.
••♦ 97 .

Белое движение
красных был сорван. М.К. Дитерихс решил снять казачьего генерала с должности, но позиция казачьих командиров не позволила это сделать. Правда, белым сопутствовал временный успех. Войска Красной Армии понесли большие потери и были вынуждены отойти за Тобол. Но и порыв белых иссяк из-за больших потерь. Тем не менее командующие соединениями, в том числе Иванов-Ринов, были награждены Георгиевскими крестами 3-й и 4-й степени.
Из-за неумеренного оптимизма колчаковскому командованию пришла идея собрать ударный кулак для выхода на московскую дорогу и дальнейшего похода на столицу Советской России. Приказом от 12 октября 1919 г. была создана Московская группа армий. Она включала 3-ю армию К.В. Сахарова и Степную группу. В Московскую группу армий, кроме прочего, входили Волжский корпус В.О. Каппеля и Ижевская «рабочая» дивизия В.М. Молчанова. (В качестве тактического приема В.О. Каппель и В.М. Молчанов применяли так называемые психические атаки — наступление во весь рост молча с немедленной заменой убитых и раненых в передовой цепи. Замена убитых и раненых производилась из второй цепи. Лишь в непосредственной близи от красноармейских окопов начиналась стремительная штыковая атака. Вместе с тем такая тактика приводила к большим потерям белых.) За бои на Тоболе Ижевская дивизия единственная в колчаковской армии была награждена Георгиевским знаменем. Генерал Сахаров стал подписываться «Комгрупарм Московской». Видимо, Колчаку хотелось, чтобы красную Москву обязательно брали ижевцы.
Позже белоэмигранты в своих писаниях, за редким исключением, обходили этот «неудобный» вопрос. Генерал П.П. Петров по поводу создания Московской группы армий писал: «Неужели успех, вылившийся в медленное продвижение армии на Тобол, успех, купленный очень дорогой ценой, так вскружил голову на верхах?»55
55. Петров П.П. Указ. соч. С. 161-162.
... 98 •••

Юрий Ципкин
В сентябре 1919 г. остро встал вопрос о пополнении войск. Генерал Д.В. Филатьев в своих воспоминаниях отмечал множество штабов, ртов и обозов... Армия насчитывала 12 тыс. человек, корпус — 7-8 тыс56. В.О. Каппель и раньше пополнял свой корпус пленными красноармейцами, которые в удобном случае перебегали к красным или просто дезертировали. Была надежда на кадры, подготовленные в офицерских и унтер-офицерских инструкторских школах. Но они дали ничтожно мало. Ожидалось прибытие казачьих бригад с Дальнего Востока. Но казачьи сепаратисты Семёнов и Калмыков не дали на Восточный фронт ни одного казака, опасаясь за свою власть и влияние в регионе.
Тогда с согласия М.К. Дитерихса началось создание новых добровольческих формирований — Дружин Святого Креста и Зелёного Знамени. Их членов стали называть крестоносцами, причём этих крестоносцев включали и в мусульманские части Зелёного Знамени. Общее руководство осуществляли генерал В.В. Голицын и профессор Д.В. Болдырев. Однако призывы М.К. Дитерихса и профессора Д.В. Болдырева «идти под ружьё» встречались с недоумением или иронией. В Дружины записались 6 тыс. добровольцев. Но их распылили по различным частям и тыловым службам, в конвой Колчака и т.д. Их плохо одели и вооружили. Боевой подготовки не было. Над их обрядами издевались все, даже офицеры57.
Суровая реальность была такова, что из-за больших потерь успех на Тоболе грозил перерасти в поражение. Вот почему М.К. Дитерихс 25 октября отдал директиву об отводе войск за реку Ишим и далее к Томску, Омску и даже к Новониколаевску (Новосибирску) для отдыха, переформирования и пополнения. Более того, он решил не оборонять Омск и считал, что потеря столицы белой Сибири не есть ещё поражение Белого движения на Востоке. Но в октябре 1919 г. для
56. Филатьев Д.В. Указ. соч. С. 62-63.
57. Иванов Вс.Н. Исход // Дальний Восток. 1994. № 12. С. 18-19, 25,30-31.
99 ♦••

Белое движение
белых армий Сибири складывалась катастрофическая ситуация. И Дитерихс, и Колчак говорили, что «надо продержаться до конца октября, когда Деникин возьмёт Москву»58.
В это время М.К. Дитерихс выдвинул идею создания выборного органа, на который могла бы опираться власть «национального диктатора» Колчака. Этим органом мог стать, по его мнению, Земский собор, составленный по сословному, а не по партийному принципу. Генерал мечтал о восстановлении монархии династии Романовых, но образца 1613 г.59 Свою мечту он воплотил в 1922 г. в Приморье, но это был последний белый режим в России, и просуществовал он менее 3 месяцев.
А пока, считал он, необходимо было отвести в тыл в первую очередь 1-ю армию А.Н. Пепеляева. От неё остались небольшие части и обозы, да и те готовы были взбунтоваться из-за огромных потерь и чуть ли не открытой работы эсеров, которая началась ещё при Гайде. Дитерихс отдал приказ об эвакуации Омска, но возмущённый Колчак обратил свои взоры на командующего Московской группой армий К.В. Сахарова. Последний заявил, что «старик Дитерихс выжил из ума», а эвакуация столицы белой Сибири произведёт плохое впечатление на союзников и всё население. Омск и Иртыш можно укрепить, мобилизовав всё население.
В результате К.В. Сахаров приказом от 4 ноября 1919 г. был назначен главкомом Восточного фронта, а Дитерихса отправили в тыл для формирования новых добровольческих частей. Московской группой армий стал командовать В.О. Каппель60. В рапорте британского военного представителя в Омске майора Моринса рисовалась такая картина отставки М.К. Дитерихса. Адмирал говорил с Дитерихсом на повышенных тонах, не давая ему оправдаться, припомнил ему все неудачи. Когда же Дитерихс заявил, что получил
58. Сахаров К.В. Белая Сибирь. С. 177-178.
59. Цветков В.Ж. Генерал Дитерихс, последний защитник империи // Генерал Дитерихс. М., 2004. С. 44-47.
60. Вырыпаев В.О. Указ. соч. С. 180; Генерал Дитерихс. С. 274.
100 .

Юрий Ципкин
тяжёлое наследие от Гайды, который разложил свою армию, Колчак затопал ногами и стал кричать, что Гайда был во многом прав, что его оклеветали из зависти, как и Пепеляева. А Дитерихс свои неудачи сваливает на других. Адмирал стал даже подумывать о возвращении Гайды и т.д.61 Но гайдовский мятеж во Владивостоке в ноябре 1919 г. всё расставил по своим местам.
Все распоряжения Дитерихса об эвакуации были отменены. Поезда возвращены, выехавшие в Новониколаевск служащие военного министерства должны были вернуться в Омск. Адмирал не мог спокойно говорить о Дитерихсе. Он называл его чуть ли не изменником, обвиняя, главным образом, в том, что тот увёл с фронта 1-ю (бывшую Сибирскую) армию и обнажил фланг остальных. Позже Сахаров обвинял Дитерихса, что он «бросил армию в трудную минуту» и т.д. Стали гулять даже слухи, что Дитерихс готовит переворот и хочет взять власть в свои руки62. Чувствуя настроения начальства, остальные генералы и офицеры «не хотели быть честными и признать, что они сами присоединились к плану Дитерихса и что отведённая в тыл армия состояла из штабов, обозов и потрёпанных отрядов»63.
К.В. Сахаров также обвинил М.К. Дитерихса в недооценке эсеровской пропаганды в армии А.Н. Пепеляева. Сам К.В. Сахаров крайне презрительно относился к молодому генералу, считал его достойным командовать только батальоном, в лучшем случае полком. А.Н. Пепеляев, со слов К.В. Сахарова, прибыл в Омск и при встрече с Колчаком устроил целую сцену. Он патетически воскликнул, верит ли ему адмирал, и перекрестился, глядя на образа. Два часа он убеждал Колчака в необходимости отвода его армии в тыл, иначе войска взбунтуются. Наконец Колчак махнул рукой и согласился. Тогда сам Сахаров, осознав, что оголяется правый фланг фронта,
61. Генерал Дитерихс. С. 272-273.
62. Генерал М. Иностранцев. История, Истина и Тенденция. По поводу книги ген.-лейт. Сахарова «Белая Сибирь». Прага, 1923.
63. Гинс Г.К. Указ. соч. С. 494.
••♦ 101

Белое движение
стал просить адмирала снять его с поста главкома и вернуть в 3-ю армию. Еле-еле Колчак уговорил его остаться64. Уговоры, обещания, угрозы отставки — вот стиль отношений генералов и Колчака.
Новый главком был так же, как и Дитерихс, монархистом до мозга костей. Ещё в октябре К.В. Сахаров, бывший на приёме у А.В. Колчака, спросил его, как он представляет будущее. Адмирал ответил, что в России возможны жизнь государства, порядок и законность только на таких основаниях, которых желает весь народ, его массы. «А все слои русского народа, начиная с крестьян, думают только о восстановлении монархии, призвании на престол своего народного Вождя, законного Царя». На вопрос Сахарова, почему бы не объявить теперь же, что омское правительство понимает народные желания и пойдёт этим путём, адмирал саркастически рассмеялся и сказал, что его не поймут союзники и его министры. Противореча сам себе, он утверждал, что необходимо идти путём компромиссов, найти временное соглашение с эсерами, так как их поддерживают все союзные представители. «Видно было, что адмирал устал в борьбе и уже уступал», — подчёркивал К.В. Сахаров65.
Иллюзии о монархических настроениях народа сослужили плохую службу белому режиму, но они во многом определяли его политику. Что касается самого Колчака, то он, будучи скрытым монархистом, вынужден был проводить политику так называемого непредрешения (не определять форму государственного устройства страны до победы над большевиками. Пусть это сделают «свободно избранные» Учредительное собрание или Земский собор). Такую же идею проповедывал и Деникин. Но всё дело в том, что народ на практике увидел и почувствовал такое «непредрешение». Кроме того, никто не мог дать гарантии, что не будет восстановлена монархия (но только в каком виде?). Колчак не был чужд традицион-
64. Сахаров К.В. Белая Сибирь. С. 216-217, 225.
65. Там же. С. 179.
102 ♦

Юрий Ципкин
ных черносотенных воззрений и рассматривал революцию как результат «всемирного масонского заговора». Он готов был видеть масонов повсюду: и среди окружающих, и в Директории, и среди членов иностранных миссий66. Он приказывал расстреливать коммунистов без суда и следствия (но сам удивился перед расстрелом в Иркутске, что это делается без суда), мечтал о «ручном» Учредительном собрании или Земском соборе и обещал повесить всех, кто будет требовать созыва Учредительного собрания старого состава, где эсеры имели до 40% голосов67.
Для союзников не была секретом нестабильность колчаковского режима. Для получения достоверной информации о положении дел в Сибири президент США В. Вильсон направил в Омск посла в Японии Э.Р. Морриса. Ему было поручено выяснить у колчаковского правительства, какой режим в будущем будет установлен в России и какими методами, узнать, под чьим влиянием находится Колчак, заслуживает ли его правительство признания, или, по крайней мере, материальной и моральной поддержки США. В. Вильсон хотел использовать визит Морриса для получения средств у конгресса для финансирования Колчака, восстановления сибирских железных дорог и широкого проникновения в Сибирь американских товаров68. Во время поездки Моррис убедился в отсутствии поддержки белого режима со стороны народа, в финансовом, экономическом, военном развале, интригах атаманов и т.д. Поначалу он информировал о слабой дееспособности правительства и невысоких деловых качествах самого
66. Иоффе Г.З. Крах российской монархической контрреволюции. М., 1977. С. 191.
67. Гинс Г.К. Указ. соч. С. 449; Иностранцев М.А. Первое поручение адмирала Колчака // Белое дело. Кн. I. Берлин, 1926. С. 108; Воспоминания бывшего председателя Иркутской ЧК и Чрезвычайной следственной комиссии по делу А.В. Колчака С.Г. Чудновского // Плотников И.Ф. Александр Васильевич Колчак. С. 570-573.
68. Колчак и интервенция на Дальнем Востоке. С. 167-168; Светачев М.И. Империалистическая интервенция в Сибири и на Дальнем Востоке (1918-1922 гг.). Новосибирск, 1983. С. 163.
• •. 103 .••

Белое движение
Колчака. Он сообщал «печальную историю неспособности, невежества, коррупции и жестоких репрессий»69. Моррис также понял, что бойцы РККА по уровню дисциплины превосходят белую армию, солдаты которой занимаются грабежом, стреляют в своих офицеров и т.д. Однако он подчёркивал, что цели колчаковского режима «умеренно-либеральные и прогрессивные». При этом американский дипломат игнорировал политическую ситуацию в Сибири, находясь в плену антисоветских настроений, желая угодить Белому дому и Госдепартаменту, так и не понял, что цель может стать силой в политике только во взаимодействии с определёнными средствами, необходимыми для её реализации.
Моррис от крайней осторожности по отношению к колчаковскому режиму в апреле 1919 г. в августе перешёл к необходимости его безоговорочной поддержки. Родилась надежда на взятие Москвы войсками Деникина. Моррис стал считать, что у колчаковского правительства есть ещё запас прочности и ему «нет альтернативы, вокруг которой могли бы сплотиться те, кто противостоит большевизму»70. Моррис предлагал Колчаку провести ряд реформ, сблизиться с «умеренными кругами» и т.д.71
Однако большевики, разгромив в октябре 1919 г. войска Деникина и Юденича, смогли переломить ситуацию в свою пользу. Нарастала опасность прямого военного столкновения войск интервентов в Сибири с Красной Армией. Росло революционное разложение иностранных войск, крепли антивоенные настроения в частях интервентов, которые усиливались целенаправленной агитационной работой левых сил. Эти процессы захватили даже самые дисциплинированные японские войска. Командующий американским экспедиционным корпусом на Дальнем Востоке генерал В. Гревс сообщал в Вашингтон, что его солдаты вряд ли будут воевать с Крас-
69. Maddox R. Unknown War with Russia. New York., 1978. P. 120-121.
70. Колчак и интервенция на Дальнем Востоке. С. 172-176.
71. Там же. С. 178-179; Светачев М.И. Указ. соч. С. 155-175.
••♦ 104

Юрий Ципкин
ной Армией, которая приближалась к районам дислокации американских войск72.
За рубежом крепло движение «Руки прочь от Советской России!». Всё больше и больше здравомыслящих людей на Западе из политиков и бизнесменов выступали за нормализацию отношений с РСФСР73.
Итак, Сахаров взялся за оборону Омска, но ещё раньше он обратил внимание, сколько молодых и здоровых людей слонялись без дела в крупных городах Сибири. В Омске министерства так были полны служилым народом, что из них было можно сформировать новую армию. Однако из-за бюрократии, разных неувязок половина призванных сумела избежать призыва. А значительная часть переосвидетельствованных офицеров были признаны годными лишь к нестроевой службе74.
Однако из обороны Омска ничего не вышло. Не хватало людей, оборудования, инструментов. Но главное состояло в том, что план обороны Омска был сорван из-за быстрого наступления Красной Армии. Когда Сахаров заявил Колчаку, что эшелон Верховного правителя готов и должен выйти к вечеру, чтобы не задерживать движение, адмирал удивлённо спросил, почему бросается Омск, ведь был приказ превратить город в крепость, главком ответил: «Так требует обстановка!»75. И проваленная Челябинская операция, начатая по настоянию Сахарова, и оставленный Омск дали основание многим генералам и офицерам назвать главкома «генералом с бетонной головой». Омск был оставлен 14 ноября 1919 г., т.е. чуть менее чем через год после колчаковского переворота 18 ноября 1918 г.
Но именно 14 ноября Чехословацкий национальный совет передал союзным представителям меморандум, где го-
72. ГАХК. Ф. 1736. Оп. 1. Д. 42а. Л. 92.
73. Там же. Д. 33а, л. 141; Колчак и интервенция на Дальнем Востоке. С. 164.
74. Сахаров К.В. Белая Сибирь. С.73, 103, 111, 176.
75. Вырыпаев В.О. Указ. соч. С. 180-181.
105 .

Белое движение
ворилось о произволе и беззаконии, которые творит колчаковский режим. Авторы меморандума Б. Павлу и В. Гирса сетовали на то, что белогвардейцы совершают «действия, перед которыми ужаснётся весь цивилизованный мир», под защитой чехословацких штыков. Главная мысль документа состояла в необходимости вывода чехословацких войск на Родину76. (При этом необходимо учитывать, что 28 октября 1918 г. была провозглашена независимость Чехословакии, а 11 ноября 1918 г. (т.е. год назад) на западном фронте было подписано перемирие между Германией и странами Антанты, которое означало конец Первой мировой войны.)
В обращении «Чехословацкое войско — населению Сибири» говорилось о приверженности чехословаков идеалам демократии и Учредительного собрания, о том, что они были против колчаковского переворота 18 ноября 1918 г. Авторы обращения подчёркивали, что чехи спасли от белой контрразведки многих деятелей земств, кооперации и социалистических партий. Чехословаки уверяли, что они стояли чуть ли не в первых рядах борцов с белыми режимами и что благодаря их информации о Сибири британский премьер-министр Ллойд Джордж заявил: «Адмирал Колчак окружён генералами старого режима, и чехи первые сказали нам эту правду»77. Когда белый режим разваливался, чехословаки вдруг вспомнили о демократии и спасении представителей оппозиции. Это была «расчистка пути» перед бегством из России. Правда же состояла (и состоит) в том, что Чехословацкий корпус официально считался частью французской армии для борьбы с немцами на Западном фронте, но эвакуация из России затянулась, ибо корпус стал орудием в руках интервентов. Его солдаты и офицеры способствовали свержению советской власти вдоль Транссибирской магистрали от Волги до Тихого океана, так же, как и белогвардейцы и другие интервенты, проводили террор и занимались мародёрством.
76. Последние дни колчаковщины. С. 112-113.
77. ГАХК. Ф. П-44. Оп. 2. Д. 639. Л. 1.
• •♦ 106

Юрий Ципкин
Началось отступление колчаковской армии на восток. Когда фронт приблизился к Томску, произошли выступление частей 1-й армии и переход их на сторону красных, и её командующий А.Н. Пепеляев был вынужден спасаться бегством на восток.
Горел желанием демократизировать курс правительства, подчинить себе армию и добиться выезда Колчака за границу новый глава правительства кадет В.Н. Пепеляев, сменивший П.В. Вологодского 23 ноября 1919 г. Желанием В.Н. Пепеляева был созыв Земского собора с участием представителей земств и кооперативов. Но возглавлявшие их эсеры отказались видеть в новом органе власти именно бывшего главу колчаковского МВД В.Н. Пепеляева, который ещё весной 1918 г. прямо заявлял, что нужно не бояться «запачкать руки в крови» и при необходимости «самим быть палачами»78.
На ст. Тайга (за Томском) собрались литерные поезда А.В. Колчака, главкома К.В. Сахарова и бронепоезд командующего 1-й Сибирской армией А.Н. Пепеляева, в котором находился его старший брат, премьер В.Н. Пепеляев. Здесь 8 декабря 1919 г. Сахаров долго убеждал Колчака переформировать армию Пепеляева в неотдельный корпус, поскольку именно её командующий довёл свои войска до развала. Бра- тья Пепеляевы выступили с резким протестом. В вагоне Колчака произошла бурная и тягостная сцена. Теперь премьер В.Н. Пепеляев стал грозить отставкой. Но 9 декабря произошло невиданное: братья Пепеляевы, или, как их прозвали, «братья-разбойники», арестовали Сахарова и потребовали созыва Земского собора и возвращения на пост командующего фронтом Дитерихса. Колчак, не ожидавший ничего подобного, обратился к Каппелю, но последний, боясь окончательного развала армии, поначалу посчитал всё оставить по-старому. А.В. Колчак стал просить М.К. Дитерихса вернуться.
78. 53 Гинс Г.К. Указ. соч. С. 523; Михайловский Г.Н. Записки. Из истории российского внешнеполитического ведомства. Кн. 2. М., 1993. С. 36.
••♦ 107 ♦

Белое движение
Но М.К. Дитерихс, помня историю своего отстранения, поставил условие: адмирал должен отказаться от всех своих постов и немедленно выехать за границу или к Деникину. Дитерихс даже заявил, что у Колчака «прогрессивный паралич». Фактически бывший главком белого фронта открыто признал полную неспособность Колчака осуществлять функции Верховного правителя России и Верховного Главнокомандующего. Возмущению Колчака не было предела.
Испугавшись последствий полного коллапса командования, Пепеляевы больше не настаивали на своих требованиях79. М.К. Дитерихс вместе с супругой уехал в Харбин в поезде генерала М. Жанена. По словам члена штаба Жанена французского офицера Дюбарбье, М.К. Дитерихс из-за личной обиды, а также из-за трагического по своим последствиям решения Верховного Главнокомандующего оборонять Омск, якобы сказал, что расстрел Колчака был справедлив. Это надо было сделать, если бы он смог прибыть в Верхнеу- динск80. Как известно, до Верхнеудинска (ныне — Улан-Удэ) Колчак так и не доехал. Он был расстрелян в Иркутске. Однако в гипотетическом случае прорыва адмирала за Байкал к атаману Семёнову его судьба оказалась бы в руках семёновских и каппелевских генералов. Однако история не знает сослагательного наклонения.
После политического скандала с выступлением «братьев-разбойников» новым главкомом стал В.О. Каппель, который перед назначением долго отказывался за отсутствием опыта командования фронтом81. Он пытался объединить отступающие войска. Но фронта как такового уже не было. Бывший главком фронтом К.В. Сахаров шёл вместе с отступающими войсками. В Забайкалье он некоторое время слу-
79. Жанен М. Отрывки из моего сибирского дневника // Колчаковщина. Из белых мемуаров. Л., 1930. С. 138; Сахаров К.В. Белая Сибирь. С. 231-239.
80. Мельгунов С.П. Трагедия адмирала Колчака. Кн. вторая. М., 2004. С. 440-441.
81. Вырыпаев В.О. Указ. соч. С. 181.
108 .

Юрий Ципкин
жил у атамана Семёнова, затем уехал в Харбин, а позже — в Германию. Там он выпустил свои мемуары, которые подверглись критике ряда белоэмигрантов за его военные провалы и самооправдания. К.В. Сахаров, как и многие белые генералы, ничего не понял и ничему не научился. Он утверждал, что белым надо было идти в Россию с царским знаменем, поднятым прямо и открыто82. Он договорился до того, что заявил о пользе фашизма для России и что Белое движение «погубила дряблость»83.
Белая армия продолжала отступать. В Новониколаевске (Новосибирске) полковник Ивакин поднял восстание, которое, правда, было быстро подавлено. В Красноярске командующий 1-м Сибирским корпусом генерал Зиневич, дождавшись, когда пять литерных поездов Колчака ушли на восток, поднял мятеж и не пропустил белую отступающую армию, которой пришлось обойти город. Зиневич обращался к «гражданской совести» Колчака и призывал передать власть членам Учредительного собрания и местным самоуправлениям (т.е. эсерам и меньшевикам, которые руководили в большинстве случаев земствами)84. Было ясно — в условиях быстрого наступления 5-й Красной армии часть белогвардейцев стремилась избавиться от адмирала и войти в соглашение с правыми социалистами. Для интервентов и ряда белых генералов Колчак становился не только лишней, но и опасной политической фигурой.
Дальнейшее хорошо известно. Отступать мешали бывшие союзники — чехословаки, которые захватили 25 тыс. порожних вагонов для перевозки награбленного добра85. Они стремились прорваться через охваченную восстаниями Сибирь во Владивосток для эвакуации в Европу. Чехословаки отобрали паровоз даже у командующего Восточным фронтом
82. Сахаров К.В. Белая Сибирь. С. 366-367.
83. Талл же. С. 372-373.
84. Талл же. С. 238-239, 245.
85. Сахаров К.В. Чешские легионы в Сибири. Рига, 1930. С. 47, 74-75.
••♦ 109 .

Белое движение
генерала В.О. Каппеля. Однако генерал Я. Сыровой (Сыровы) не ответил на вызов В.О. Каппеля по поводу отобранного паровоза. По вине чехов замёрзли на запасных путях множество брошенных без паровозов эшелонов — этих «кладбищ на колёсах» с ранеными, больными и беженцами.
Начался Сибирский Ледяной поход. Белая армия вынуждена была отступать по зимним дорогам и тащить с собой обозы с беженцами. При отступлении командующий Восточным фронтом генерал-лейтенант В.О. Каппель на реке Кан провалился с лошадью в прорубь и тяжело заболел крупозным воспалением лёгких. Кроме того, он отморозил пальцы на ногах, которые пришлось ампутировать без наркоза в простой крестьянской избе. В.О. Каппель умер 26 января 1920 г. в теплушке румынского эшелона на разъезде Утай. По имени В.О. Каппеля все отступающие колчаковские войска стали называть себя каппелевцами. Командование ими принял заместитель В.О. Каппеля генерал-лейтенант С.Н. Войцеховский.
Тем временем оторвавшийся от войск Колчак оказался во власти чехословаков и генерала М. Жанена. В конце декабря 1919 г. чехословаки взяли «под охрану» оставшиеся два поезда Колчака — его штабной состав и поезд с частью золотого запаса России, захваченного частями Народной армии Кому- ча под командованием В.О. Каппеля ещё в 1918 г. Колчак отказался передать поезд с золотом союзникам (более 400 млн зол. руб.) — и участь его была решена. Однако в любом случае это был жест отчаяния. Чехи, по сути, арестовали адмирала и взяли под контроль «золотой эшелон», ограбив его на 40 млн зол. руб.86 Обещав «защиту» Колчаку, они вывесили над его вагоном флаги нескольких союзных держав. Из-за партизан интервенты боялись удалиться в лес за дровами для паровозов. Тогда стали выламывать шпалы из-под поезда. Отправление естественных надобностей осуществлялось на путях. Чтобы следующий эшелон не сошёл с рельсов из-за
86. Волков С. Призрак золотого эшелона Колчака. Иркутск, 2013. С. 100-103.
110 .

Юрий Ципкин
намертво замёрзших «масс», его солдатам приходилось скалывать всё это кирками и ломами87.
21 декабря 1919 г. в Черемхово началось восстание эсеровского Политцентра, а к 27 декабря охватило и Иркутск. 22 декабря была создана небольшая Народная армия Политцентра под руководством штабс-капитана Н.С. Калашникова. Она состояла из колчаковских частей, перешедших на сторону эсеров. Однако её поддержали партизанские силы и рабочие дружины Иркутска, которые в своём большинстве подчинялись коммунистам. Именно в это время начались переговоры Политцентра с Сибирским ревкомом о создании на востоке Сибири буферного государства с целью противостоять атаману Семёнову и японцам, господствовавшим в Забайкалье.
Колчак обратился 24 декабря 1919 г. по телеграфу к атаману Семёнову с просьбой задержать эвакуацию чехов, не останавливаясь даже перед взрывом кругобайкальских тоннелей. Понятно, что при взрыве хотя бы одного тоннеля все чехословацкие эшелоны, да ещё при жестоких морозах, были бы блокированы. Оказавшись в безвыходном положении, 4 января 1920 г. А.В. Колчак сложил с себя полномочия Верховного правителя России и передал их А.И. Деникину. Г.М. Семёнову передавалась вся полнота власти на Востоке страны. Пятого января 1920 г. власть в Иркутске перешла к Политцентру.
Но эсеры и в ходе восстания пытались проводить политику «третьего пути». Как заявил товарищ (заместитель) председателя Политцентра меньшевик И.И. Ахматов, Политцентр не может допустить эвакуации армии (белой), так как это открыло бы доступ советским войскам за Байкал. Правые социалисты всеми силами стремились найти себе военную опору в лице белой армии, опасаясь партизан и рабочих дружин. Ещё в ноябре 1919 г. Политцентр искал соглашения с генералом
87. Генерал Жанен, М. Отрывки из моего сибирского дневника // Колчаковщина. Из белых мемуаров. Л., 1930. С. 133-161; Дальний Восток (Владивосток). 1920. 13янв.
111 ♦••

Белое движение
А.Н. Пепеляевым, затем — с новым командующим Восточным фронтом генералом В.О. Каппелем и его заместителем С.Н. Войцеховским. Однако болезнь А.Н. Пепеляева и резкая неуступчивость Каппеля и Войцеховского не дали этим надеждам сбыться88. Непримиримые каппелевцы, отступающие с запада на восток через Иркутск, стремились к соединению с войсками атамана Семёнова в Забайкалье. За отступающими белыми по пятам шли части 5-й Красной армии.
В качестве условия безопасного проезда во Владивосток чехословаки по решению генерала М. Жанена и при полном своём согласии 15 января 1920 г. выдали Политцентру адмирала Колчака. Когда Жанен узнал, что его ищут разъярённые колчаковские офицеры, он спешно уехал в Харбин, а оттуда — на родину.
Тем временем к Иркутску с запада подошли отступающие белые каппелевские формирования. 19 января 1920 г. Политцентр заявил, что перед лицом «злейшей реакции в лице атамана Семёнова и тех сил, которые поддерживают его и руководят им», должны сомкнуться все силы революционной демократии89. Изрядно струсивший Политцентр решил передать власть большевикам. На совместном заседании Политцентра, Иркутского комитета РКП(б) и штаба рабочих дружин Н.С. Калашников заявил о низкой боеспособности своей армии, «советских настроениях» солдат и внёс предложения о передаче власти коммунистам. Не возражали и чехословаки, поскольку не были уверены в успешном отражении наступления белых90. Был создан Иркутский Военно-революционный комитет из 5 человек во главе с А.А. Ширямовым. 21 января 1920 г. Политцентр передал власть ревкому. В городе была восстановлена советская власть.
Второго февраля 1920 г. С.Н. Войцеховский подошёл к Ир-
88. Папин Л.М. Крах колчаковщины и образование Дальневосточной республики. М„ 1957. С. 105; Dotsenko Р. The struggle for а democracy in Siberia, 1917-1920. Stanford, 1983. P. 114, 117,118.
89. Мельгунов С.П. Указ. соч. С. 448-449.
90. Парфёнов П.С. Борьба за Дальний Восток. Л., 1928. С. 57-59.
112 *

Юрий Ципкин
кутску и предъявил ультиматум: передать отступающим белым отрядам адмирала Колчака золотой запас и снабдить их боеприпасами, оружием, тёплой одеждой и продовольствием. Военно-революционный комитет города поднял против белогвардейцев революционные войска и рабочие дружины. С шестого по восьмое февраля 1920 г. в Иркутске шли бои. На помощь большевистским отрядам пришли чехословацкие части, командование которых подписало соглашение с Реввоенсоветом 5-й Красной армии о возвращении золотого запаса России и свободе их проезда во Владивосток. Чехословацкое командование и его связисты предоставили прямой провод Иркутскому ревкому для связи с РВС-5 и сами воспользовались телеграфом для переговоров с последним. Чехословацкие части не допустили в Иркутск шедшие с востока навстречу Войцеховскому семёновские части и разоружили их.
Седьмого февраля 1920 г. Иркутский ВРК в связи с опасностью белогвардейского наступления и контрреволюционного мятежа в городе (по другим данным — по секретному указанию В.И. Ленина и председателя Сибирского ревкома И.Н. Смирнова) расстрелял бывшего Верховного правителя России А.В. Колчака и его премьер-министра В.Н. Пепеляева.
Отвоевать Иркутск большевикам не удалось: чехи, у которых были бронепоезда, предъявили им ультиматум, и белогвардейцы вынуждены были двинуться на соединение с атаманом Семёновым через замёрзший Байкал. Объединение каппелевских и семёновских войск в Забайкалье произошло 11-15 февраля 1920 г.
Начинался последний период борьбы белой армии против большевиков. Но он проходил уже в условиях созданной большевиками 6 апреля 1920 г. Дальневосточной республики (ДВР). После ряда поражений остатков белой армии и эвакуации японцев с русского Дальнего Востока наступил и конец Гражданской войны не только на Дальнем Востоке, но и во всей России. 25 октября 1922 г. Народно-революционная армия ДВР, усиленная частями Красной Армии, вошла во Вла-
113 .

Белое движение
дивосток. Пятнадцатого ноября 1922 г. ДВР была ликвидирована, и Дальний Восток вошёл в состав Советской России. Было восстановлено территориальное и политическое единство РСФСР, и наша страна вновь вышла к Тихому океану. Правда, Южный Сахалин и Курильские острова наша страна вернула только в 1945 г.
О причинах поражения Белого движения и его армии написано много. Одной из них является неспособность, несмотря на профессионализм и боевой дух ряда белых частей и соединений, создать по-настоящему регулярную армию, пользующуюся поддержкой тыла. Остерегаясь открыто выдвинуть лозунг восстановления монархии, белые не смогли построить и буржуазную республику.
Генерал Д.В. Филатьев, отдавая должное личной храбрости Колчака, подчёркивал неопытность и уступчивость адмирала. Д.В. Филатьев, вспоминая колчаковский переворот 18 ноября 1918 г., в своих мечтах видел иную картину: «Вот если бы Верховным правителем избрали Деникина, а его заместителем того же Болдырева, тогда бы не было бы и вопроса о Колчаке-переворотчике»91. Сожалея об упущенных возможностях, генерал сетовал: «Если бы в своё время адмирал Колчак “знал” и “умел”, то теперь и речи не могло бы быть о каком-то новом буферном государстве. Таковое уже находилось во владении адмирала, и вопрос сводился лишь к тому, чтобы закрепить за собою прочное обладание территорией этого государства. Надо было иметь особое искусство, чтобы растерять всё»92.
Г.К. Гинс, оправдывая Колчака, который не смог справиться с ситуацией, отмечал, что царские генералы, дипломаты, чиновники приносили с собой тень прошлого величия, а в действительности большинство из них приносило с собою неисправимые привычки произвола и дух реставрации93.
91. Филатьев Д.В. Указ. соч. С. 33, 42, 55.
92. Там же. С. 6.
93. Гинс Г.К. Указ. соч. С. 611, 618.
••• 114 .

Юрий Ципкин
Строить буржуазную республику руками реакционно настроенных монархистов, которые даже о думской монархии, Милюкове и Родзянко не могли говорить спокойно, было невозможно. Такие генералы ненавидели всех, кто был левее их: от кадетов до эсеров, не говоря уже о большевиках94. Конечно, лагерь монархистов при Колчаке, как и при Деникине, не был организационно оформлен. Но монархисты типа Дитерихса и Сахарова пользовались мощной поддержкой офицерства и старого чиновничества. По мнению Г.К. Гинса, светлая национальная мечта (о буржуазной республике) «облеклась в рубище прошлого»95.
И при всём этом генералы вели себя как анархисты, а не дисциплинированные военные деятели: обвиняли друг друга в бездарности и часто были таковыми, интриговали, боролись за влияние на Колчака, угрожали своему главнокомандующему отставками и т.д. Когда же ситуация стала угрожающей, некоторые из них были готовы пожертвовать и самим Верховным правителем. На Юге России генералитет после ряда поражений добился смещения в апреле 1920 г. Деникина и замены его Врангелем. Но и это не спасло белый Крым. Колчак же, будучи талантливым исследователем Севера и флотоводцем, в годы Гражданской войны взял на себя преступления белого сибирского режима, названного его именем. Кроме того, даже с точки зрения белогвардейцев, он показал себя слабым государственным и военным деятелем.
Никогда ещё связь между «военной машиной» колчаковского и других белых режимов и их экономическим и политическим строем не была столь тесной, как в годы Гражданской войны. Белые армии стали террористическим инструментом порочной политики Белого движения.
Конечно, главными причинами поражения белых стали военные победы РККА, борьба красных партизан и подполь-
94. Петров П.П. Указ. соч. С. 279,295,303,325; Сахаров К.В. Белая Сибирь. С. 374-376,381.
95. Гинс Г.К. Указ. соч. С. 618.
••. 115 .

Белое движение
щиков, но и белогвардейцы сделали всё для своего краха.
Обычно не принято заканчивать статью цитатой, однако в данном случае она будет уместной. Защитник монархии, один из главных организаторов контрреволюции В.В. Шульгин подчёркивал, что «Белое дело» погибло. Начатое «почти святыми», оно попало в руки «почти бандитов»96. Если первая часть цитаты весьма и весьма спорна, то конечная является точной характеристикой «рыцарей Белой мечты».
96. Шульгин В.В. Дни. 1920. М., 1989. С. 292.
••* 116 ♦

Юрий Ципкин
Попытка реванша Белого движения в Гражданской войне в России и роль Японии в её реализации в 1920-1922 гг.
Японцы во Владивостоке
Белое движение в 1920-1922 гг. на Дальнем Востоке стало последним оплотом внутренней контрреволюции не только в регионе, но и в России в целом. Под давлением нарастающего в Японии внутреннего экономического и политического кризиса, политики РСФСР, ДВР и соперника Токио в бассейне Тихого океана — США Страна восходящего солнца с середины 1920 г. вынуждена была пойти на дипломатические переговоры с буферной республикой в Гонготте, Дайрене, Чанчуне, что было нехарактерно для 1918 — середины 1920 г.
Переговоры в Гонготте (ж/д станция в Забайкалье) летом 1920 г. были начаты по просьбе японского командования. В результате твёрдой позиции делегации ДВР, успехов Народ-
••♦ 117 .

Белое движение
но-революционной армии Дальневосточной республики (НРА ДВР) и красных партизан договаривающиеся стороны 17 июля 1920 г. подписали договор, согласно которому между войсками ДВР и японскими частями устанавливалась нейтральная зона. Японское «миролюбие» имело цель — спасти остатки белой армии от разгрома. Кроме того, делегации подписали ноту-меморандум. В ней говорилось, что наилучшим средством к «установлению спокойствия и порядка является образование буферного государства с единым правительством, без вмешательства в дела этого государства вооружённой силы со стороны других государств» (японцы подразумевали РСФСР). В документе подчёркивалось, что «буферное государство не примет коммунизм за форму и должно носить народный, широко демократический характер»97. Таким образом, большевики подтвердили главные принципы политики ДВР, зафиксированные в ранее принятых документах.
Но японцам не удалось спасти Белую армию и режим атамана Семёнова в Забайкалье. Территория, контролируемая интервентами, резко сокращалась. В ответ на просьбу атамана Г.М. Семёнова о помощи военное министерство Японии 11 августа 1920 г. откровенно заявило, что не считает его достаточно сильным, чтобы реализовать великую будущность японского народа. Японцы также отмечали ненависть народа к Семёнову. Фактически сами интервенты недвусмысленно заявили, что Семёнов является их ставленником, но он не справился со своей задачей.
Как только в ноябре 1920 г. японские части эвакуировались из Забайкалья, остатки белогвардейских войск были выбиты НРА в Маньчжурию. Конец ноября 1920 г. отмечен также поражением белой армии в Крыму и эвакуацией остатков войск Врангеля в Турцию. Гражданская война на Юге, в центре страны и Сибири закончилась. С помощью Китая, Японии и
97. Дальневосточная республика: Становление. Борьба с интервенцией (февраль 1920 — ноябрь 1922 г.). Док. и материалы в 2-х частях. Ч. I. Февраль — ноябрь 1920 г. Владивосток: Дальнаука, 1993.312 с. С. 199-201.
••♦ 118 ♦••

Юрий Ципкин
США белогвардейцы по КВЖД к концу 1920 г. переправились в Приморье. Формально область была частью ДВР, но власть её администрации была в значительной степени номинальной. Хозяевами в Приморье были японцы. По требованию ДВР белогвардейцы были вынуждены сдать оружие китайским властям, снять погоны; но сохранили оргструктуру и стали готовиться к захвату власти в области. Таким образом, выбитые из России в Китай остатки белых войск с помощью иностранных держав вернулись в Россию.
Продолжение Гражданской войны на российском Дальнем Востоке стало возможным только по вине Японии. Позиция же США отличалась двойственностью: Вашингтон хотел бы, чтобы Токио подавил большевизм на Дальнем Востоке России, но был против захвата Японией обширных областей региона. В марте 1921 г. белогвардейцы совершили плохо подготовленную попытку переворота в Приморской области ДВР, но она потерпела неудачу. Налицо было стремление синхронизировать действия белой контрреволюции с Кронштадтским, Тамбовским мятежами, антисоветскими восстаниями в Сибири. Кроме того, в марте 1921 г. был подписан договор между РСФСР и Польшей, серьёзно ослабивший позиции Советской страны в Европе.
26 мая 1921 г. каппелевцы и семёновцы смогли с помощью японцев свергнуть в Приморье власть ДВР и создать в области «буфер в буфере». Японцам была необходима «независимая» российская власть. Сразу же в мае 1921 г. во Владивостоке было создано Временное Приамурское правительство (ВПП), имеющее, по сути, президентские полномочия. Во главе правительства встали лидеры антикоммунистического «Национально-демократического союза» предприниматели братья С.Д. и Н.Д. Меркуловы. Новое белое правительство стремилось распространить свою власть на низовья Амура, Охотское побережье, Камчатку и Чукотку. Казалось, что на дальневосточной окраине России контрреволюция временно взяла реванш за прошлые поражения. Область стала по-
119 .

Белое движение
следним оплотом Белого движения в России. Иностранные же державы сохранили орудие борьбы против ДВР и РСФСР.
Меркуловское ВПП пресекло все попытки атамана Семёнова, прибывшего из Дайрена, вернуться к власти. Он стал отыгранной фигурой, и японцы не поддержали его.
Стремясь избежать «ошибок» Колчака, который в любом представительном органе видел опасность «совдепии», ВПП летом 1921 г. организовало выборы в местный «парламент» — Народное собрание (в них участвовало только 20% зарегистрированных избирателей).
Но вместо декларируемого «демократического правового устройства» была реализована так называемая «политическая целесообразность», отразившаяся в усилении авторитаризма. Приморский «парламент» имел крайне ограниченные полномочия, но постоянно конфликтовал с исполнительной властью из-за своих прерогатив и коррупции представителей правительства и Совета управляющих ведомствами (СУВ).
В экономической политике Временное Приамурское правительство пошло на распродажу товаров и природных богатств Приморья в обмен на политическую, моральную и военную поддержку со стороны Японии. Японские, американские, канадские фирмы, одиночные браконьеры вели хищнический лов рыбы, добычу крабов и других морепродуктов, били ценных пушных зверей в прибрежных водах и на островах Охотского и Берингового морей, пилили строевой лес на российском побережье, мыли золото98. При этом иностранные хищники обманывали и спаивали местное население. Лов рыбы и добыча морепродуктов в акваториях дальневосточных морей японцами зачастую осуществлялись под охраной военных кораблей. Но пресечь эти пиратские промыслы у нашей страны тогда не было сил.
Политическая нестабильность, зависимость Временного
98. Отчёт Дальэкосо Экономическому Совещанию РСФСР. Приложение к отчёту Дальэкосо Экономическому Совещанию РСФСР. Камчатка в 1923 году. Чита: Издание Дальэкосо, 1924.416 + 79 с.
120 .

Юрий Ципкин
Приамурского правительства от интервентов, стремление получить поддержку держав превратили тарифно-экспортную политику приморских властей в расхищение товарных запасов и грабёж природных богатств области. Выполняя волю своих и иностранных предпринимателей, белые власти не решились прибегнуть к мерам государственного регулирования экономики, не поставили заслон коррупции и сами погрязли в ней.
В Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ) автор обнаружил важный для данной темы источник. Это переведённая на русский язык «Переписка начальника японского Генерального штаба генерала Уехара и генерала Акияма из японского военного министерства с командующим экспедиционным корпусом на российском Дальнем Востоке генералом Тачибана». Добыта она, скорее всего, переводчиками в белогвардейских штабах, работающими на разведку НРА и РККА”. Ранее автор лишь частично использовал эти документы в своих статьях и монографиях. Переписка показывает, что японское командование внимательно отслеживало ситуацию и политику своего нового ставленника — меркуловского белого правительства. Так, 7 октября 1921 г. генерал Тачибана телеграфировал генералу Акияме в Токио, что интерес широких масс населения к владивостокской власти отсутствует, «считая таковую лишь временной и переходной снова к большевизму... Местное правительство не имеет финансов. Приемлемость местной власти императорскому правительству может быть решена в положительном смысле, имея в виду полную реорганизацию и одновременно заверение соблюдения наших преимущественных интересов в крае перед другими державами»100. Япония ожидала от ВПП реализации интересов Токио. Однако генерал Тачибана 20 ноября 1921 г.
99. Российский государственный архив Дальнего Востока (РГИА ДВ). Ф. Р-578. Оп. 1. Д. 2. Л. 1-84; Ф. Р-602. Оп. 1. Ед. хр. 5. Л. 25, 43, 72; Государственный архив Хабаровского края (ГАХК). Ф. 1024. Оп. 1.Д. 2. Л. 2.
100. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 942. Оп. 1. Ед. хр. 61. Л. 4.
••♦ 121 .

Белое движение
в телеграмме в Токио отмечал, что ВПП же «не отвечает элементарным требованиям для делового сношения»101.
Для военно-политического шантажа ДВР и поддержки белого режима японские интервенты инициировали белогвардейское наступление против республики. Неслучайно в японской переписке содержатся также разведывательные данные о НРА, полученные ранее от японской миссии в Хабаровске и китайской миссии в Благовещенске102. Госполитохрана ДВР ликвидировала несколько белогвардейских разведывательных групп в Хабаровске.
Генерал Тачибана докладывал в Токио 28 ноября 1921 г., что присланный план наступления меркуловской армии «систематически будет выполнен», сопротивление сил ДВР слабо или вообще отсутствует. Военное министерство Японии, опасаясь реакции консульского корпуса во Владивостоке, предписало Тачибане соблюдать строжайший нейтралитет, не поддерживать «правительственные войска»103.
Наступление белых войск (так называемых белоповстанцев) против ДВР началось 30 ноября 1921 г. Таким способом интервенты пытались оказать давление на Дальневосточную республику на Дайренской конференции. Она работала в Дайрене (порт Дальний) с 26 августа 1921 по 16 апреля 1922 г. Японская сторона на переговорах выдвинула проект «Соглашения о торговле и прочем» (так называемые «17 требований», в том числе 3 секретных), которые неизбежно превращали ДВР в полуколонию Японии. Но главное состояло в том, что японская сторона обещала вывести свои войска с российского Дальнего Востока только по своему усмотрению104. Японская делегация заявляла в Дайрене,
101. Талл же. Л. 6.
102. Талл же. Л. 10.
103. Дальневосточная республика: Становление. Борьба с интервенцией. Док. и ллатериалы в 2-х частях. Ч. II. Ноябрь 1920 — ноябрь 1922 гг. Владивосток: Дальнаука, 1993.328 с. С. 133-135.
104. Талл же. С. 159-190; Шерешевский Б.М. В битвах за Дальний Восток (1920-1922 гг.). Новосибирск: Наука, 1974.187 с. С. 123-124.
122 .

Юрий Ципкин
что Токио и Париж могут организовать переброску остатков врангелевских войск (до 40 тыс. человек) из Турции на Дальний Восток и двинуть их против столицы ДВР Читы105. Меркуловское правительство приветствовало Врангеля и его армию, а Япония в 1921 году была единственной страной, оставившей своего представителя при штабе барона. Неслучайно гостем Врангеля был японский майор Такахаси. Но японцы, запугивая делегацию ДВР, знали, что перевозка белых войск из Турции на Дальний Восток потребовала бы колоссальных расходов и транспортных средств. Франция же вообще стремилась избавиться от такой обузы, как русская белая армия в Турции106. До конца ноября 1921 г. власти Дальневосточной республики рассчитывали, что на Дайренской конференции Япония пойдёт на подписание договора о выводе своих войск с российского Дальнего Востока. Серьёзным аргументом большевиков должно было сделаться восстание в Приморье к 4-й годовщине Октябрьской революции, которое должны были поддержать партизаны. Но подготовка восстания была раскрыта японской и белогвардейской контрразведками.
Девятого декабря 1921 г. Дайренская конференция была прервана из-за наступления белогвардейцев из Приморья, а в апреле 1922 г. из-за неприемлемых требований Японии «Дайренское сидение» было вообще прекращено.
Не имея возможности в силу ряда обстоятельств (протесты РСФСР и ДВР, внутренний экономический и политический кризис, соперничество США в Азиатско-Тихоокеанском регионе) прямо использовать свои войска, японцы бросили в бой остатки белой армии. После ликвидации колчаковского
105. Документы внешней политики СССР (ДВП СССР). Т. IV. М.: Госполитиздат, 1960.836 с. С. 157,253-254,440-441; Светачев, М.И. Империалистическая интервенция в Сибири и на Дальнем Востоке (1918-1922 гг.). Новосибирск: Наука, 1983. 334 с. С. 245, 264, 328, 330.
106. Государственный архив Хабаровского края (ГАХК). Ф. 1024. Оп. 1.Д.2. Л. 5.
123 ♦

Белое движение
режима белогвардейцы в Забайкалье и на Дальнем Востоке полностью стали инструментом японской политики.
Следует, однако, подчеркнуть, что белоповстанцы были плохо вооружены и плохо одеты. Многое приходилось добывать в боях с отступающими частями НРА. Со стороны интервентов поход белогвардейцев против ДВР был паллиативом (полумерой). Японцы столкнули белых с красными, но сами в походе не участвовали. Обеспечить белогвардейцев всем необходимым со складов с огромным количеством вооружений, боеприпасов и снаряжения во Владивостоке интервенты не смогли, опасаясь реакции РСФСР, ДВР и США. Речь шла о товарных запасах, поставленных союзниками России в годы Первой мировой войны. Позже владивостокские склады пополнились оружием, боеприпасами, которые поставляли США и Канада колчаковскому режиму. Поскольку колчаковское правительство просуществовало чуть более одного года и не было признано де-юре (как и меркуловское ВПП) ни одним государством, то все склады после эвакуации союзных войск весной 1920 г. перешли под охрану японских войск. Судьбу же товарных и оружейных складов должна была решить союзная комиссия. Выступление белых против ДВР по инициативе Японии не могло не сказываться на моральном состоянии солдат И офицеров белогвардейских воинских формирований. Многие из них понимали, что попали в двойственное и «затруднительное положение»107.
Выступив под давлением Японии против ДВР, меркуловские власти подняли флаг «белоповстанчества». Наступающие войска под командованием генерала В.М. Молчанова стали называться белоповстанцами, что должно было показать «гнев народа»; требовалось «подновить знамя белой борьбы»108. В частях укреплялась дисциплина, подчёркива-
107. Smith С. Vladivostok under Red and White Rule. Revolution and Counterrevolution in the Russian Far East 1920-1922. Seattle & London: University of Washington Press. 1975. 304 p. P. 123-124, 170.
108. Филимонов Б. Белоповстанцы (Хабаровский поход зимы 1921-22 годов). Кн. 1. Шанхай: Слово, 1932. 224 с. С. 72.
124 .

Юрий Ципкин
лась верность православию и т.д. Был объявлен добровольческий набор в войска, заявлено об отказе от налога на армию, от насильственной мобилизации и реквизиций. Однако белогвардейцы выступили против ДВР в старом кадровом составе. Попытки создать армию на основе добровольческого набора, избежать эксцессов реквизиций и мародёрства столкнулись с личным политическим опытом населения, которое либо сочувствовало большевикам, либо не хотело вновь ввязываться в гражданскую междоусобицу.
В ходе белого наступления Тачибана телеграфировал в военное министерство о поддержке белогвардейцев в Приморье «русскими частями партизанского характера» в зоне КВЖД и о помощи со стороны японского командования109. Рейдовая группа белоповстанцев полковника Илькова с обозом оружия, а также белоэмигрантские группы, оснащённые японцами, нападали из Маньчжурии на тылы НРА, совершали диверсии. Они вели разведку и пропаганду среди казаков Амурского казачьего войска в станицах на берегах Амура. Однако казаки заняли нейтральную позицию и отказались поднять восстание.
22 декабря 1921 г. белогвардейцы, пользуясь ошибками правительства ДВР и командования НРА, взяли без боя Хабаровск. Однако и после этого временного успеха белые притока добровольцев не получили110. Поэтому белое командование не ставило перед собой плана «похода на Москву». Ближайшей целью оно видело продвижение на запад до отрогов Хингана, где к весне 1922 г. намеревалось организовать оборону против возможного наступления НРА ДВР. Белогвардейцам после захвата Хабаровска удалось продвинуться на запад более чем на 100 км (до ст. Ин). Но взять Ин им не удалось, и они были отброшены силами НРА до ст. Волочаевка (50 км от Хабаровска), где создали укрепрайон.
109. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 942. Оп. 1. Ед. хр. 61. А. 2.
110. Moltchanoff V.M. The Last White General. An Interview Conducted by Boris Raymond. Berkely, 1972. 132 p. P. 117-119.
125 ♦

Белое движение
Генерал Тачибана 28 декабря 1921 г. (т.е. после захвата белоповстанцами Хабаровска) с тревогой отмечал ситуацию в тылу белых войск. Он сообщал в Токио, что Приамурское правительство не отвечает интересам Японии «ввиду полного отсутствия понятия государственного строительства». Генерал Тачибана отрицательно отозвался о взаимоотношениях белого правительства с парламентом (т.е. Народным собранием). «Сохранение же областей от коммунистического влияния принадлежит императорскому правительству, его командному составу и экспедиционному корпусу», — подчёркивал он111. Речь шла о том, что в Приморье существовали значительные территории, находящиеся под контролем красных партизан. Многие партизанские отряды в 1921-1922 гг. действовали как части Народно-революционной армии112. Не всё было ладно и в японских экспедиционных войсках. Генерал Акияма из Токио выговаривал Тачибане за «ненормальное положение в экспедиционном корпусе, где распространяются большевистские идеи. Плохо работает секретный отдел Вашего штаба»113. Действительно, борьба революционных сил против японской интервенции, в том числе агитационно-пропагандистская работа большевиков, давала свои плоды. В японских войсках практиковались расстрелы солдат, выступающих против интервенции, депортация недовольных в метрополию114.
111. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 942. Оп. 1.Ед.хр. 61.Л. 4-5.
112. Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 1727. Оп. 1. Д. 54. Л. 42; Ширяев В.А., Чумаков Н.С. Японский план «умиротворения» российского Дальнего Востока // Военно-исторический журнал. 2009. № 4. С. 17-22; Флегонтов А. Партизанское движение (1918-1922 гг.) // В огне революции. Сб. статей и воспоминаний о революционных событиях на Дальнем Востоке. Хабаровск, 1927. С. 171-172.
113. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 942. Оп. 1.Ед. хр. 61.Л. 13.
114. Храмцова Н.А. Пропагандистская и агитационная работа большевиков Дальнего Востока в войсках интервентов (1920-1922 гг.) // Вопросы истории Дальнего Востока. Вып. II. Хабаровск: Хабаровский гос. пединститут. 1972. С. 20-26.
126 .

Юрий Ципкин
Инициируя поход белоповстанцев против ДВР, Япония стремилась расширить зону своего влияния, поставить США перед фактом, предотвратить их вмешательство в сибирскую политику Токио и закрепить это положение на Вашингтонской конференции. Последняя работала с 12 ноября 1921 по 6 февраля 1922 г.115 Выжидая результатов похода белогвардейцев, японцы заблаговременно предупредили западноевропейские страны, будто бы НРА ДВР напала на японские войска116.
В заявлении главы японской делегации на конференции барона Сидехары вновь прозвучало оправдание японской интервенции на российском Дальнем Востоке: содействие чехословакам, защита японских подданных, осевших в Сибири, обеспечение безопасности корейской границы, «николаевский инцидент» (ликвидация красными партизанами японского гарнизона и колонии в Николаевске-на-Амуре из-за провокации интервентов в марте 1920 г.), после чего, мол, Японии «оставалась лишь одна альтернатива, а именно занять в качестве репрессалии некоторые пункты русского Сахалина»117. Япония захватила в 1920 г. северную часть острова Сахалин, которую возвратила СССР только в 1925 г. Однако за этими оправданиями стояли агрессивные геополитические претензии Страны восходящего солнца. В записке о военно-политическом положении Дальневосточной республики к февралю 1922 г., составленной осведомительным отделом министерства иностранных дел ДВР, указывалось, что
115. Вашингтонская конференция по ограничению вооружений и тихоокеанским и дальневосточным вопросам 1921-1922 годов. Полный перевод актов и документов. М.: Литиздат НКИА 1924.141 с.; Дальневосточная республика: Становление. Борьба с интервенцией. Док. и материалы в 2-х частях. Ч. II. Ноябрь 1920 — ноябрь 1922 гг. Владивосток: Дальнаука, 1993. 328 с. С. 213-214.
116. Государственный архив Хабаровского края (ГАХК). Ф. П-44. Оп. 1. Д. 159. Л. 237-239.
117. Дальневосточная республика: Становление. Борьба с интервенцией. Док. и материалы в 2-х частях. Ч. II. Ноябрь 1920 — ноябрь 1922 гг. Владивосток: Дальнаука, 1993. 328 с. С. 202-209.
127 .

Белое движение
«Япония, занимая фактически русское тихоокеанское побережье от устья Амура до корейской границы, контролирует прибрежную полосу Охотского моря до Камчатки и закрывает нам все выходы в море и на восток, обращая дальневосточную окраину Российской Федерации в страну континентальную». Японская агрессивная геополитика подкреплялась официальной японской националистической пропагандой: «Великая Ямато (Япония), согласно древним сакральным текстам, призвана создать “Великую Азию” и собрать 8 углов под одной крышей»118.
Делегация ДВР, прибывшая в Вашингтон, но не допущенная к участию в работе конференции, опубликовала на конференции документы, свидетельствующие об антиамериканской направленности политики Японии и Франции, что имело значительный резонанс в США. Обострение противоречий между империалистическими державами для ослабления их давления на РСФСР и ДВР было одним из главных направлений советской внешней политики119.
На конференции японская делегация по согласованию с французскими политиками предложила так называемый «Предварительный протокол реформ, подлежащих введению на территории бывшей Российской империи, ныне именуемой Дальневосточной республикой». По замыслу министра иностранных дел Японии Усиды, он должен быть реализован на предстоящей Генуэзской конференции, если Советская Россия не примет условий иностранных держав по возврату долгов и реституции имущества. Протокол предполагал ввод на российский Дальний Восток международных сил, в которых главную роль должны играть японские войска. По сути, это был один из первых планов военного вмешательства в дела другого государства под флагом международных
118. Ципкин Ю.Н., Орнацкая Т.А. Внешняя политика Дальневосточной республики (1920-1922 гг.). Хабаровск: ООО «Полиграфы), 2008. 244 с. С. 31-32.
119. Ленин В.И. Полное собрание сочинений (Полн. собр. соч.). Т. 36. С. 492; Т. 42. С. 56; Т. 44. С. 374-376; Т. 45. С. 236, 245-246, 302-303.
128 .

Юрий Ципкин
сил. План предусматривал создание структур управления для новых территориальных образований — губернаторства, департаментов, округов, общин, которые должны быть образованы на основе соответствующих статей протокола. Первые пять лет руководить «умиротворением» российской территории должен был японский генерал-губернатор с широкими полномочиями, которыми обычно наделялись наместники императора120.
Но японское предложение не было принято конференцией. Это был успех дипломатии ДВР и РСФСР: Японии не удалось организовать новую объединённую интервенцию против Советской России, как это было в 1918 г. Японское предложение не было принято ни в Вашингтоне, ни в Генуе в силу тактики дипломатии РСФСР и ДВР, укрепления позиций Советской России, близости окончания Гражданской войны в России, заинтересованности держав в экономических отношениях с Советской страной и Дальневосточной республикой. Кроме того, соперники Японии явно не желали усиления Страны восходящего солнца в Азиатско-Тихоокеанском регионе.
На конференции ни одна из держав не поддержала притязания Токио на привилегированное положение в Восточной Сибири и в той или иной форме осудила присутствие японских войск в Приморье и на Северном Сахалине. Делегация США, несмотря на общий антисоветский настрой, потребовала «полного отозвания японских войск со всей русской территории» и «вернуть Сахалин русскому народу»121.
Вашингтонская конференция лишь формально завершила передел мира после Первой мировой войны, начавшийся в Версале в 1919 г. В Вашингтоне были приняты решения по Китаю, КВЖД, соотношению тоннажа линейных кораблей
120. Ширяев В.А., Чумаков Н.С. Японский план «умиротворения» российского Дальнего Востока // Военно-исторический журнал. 2009. №4. С. 17-22.
121. Дальневосточная республика: Становление. Борьба с интервенцией. Док. и материалы в 2-х частях. Ч. II. Ноябрь 1920 — ноябрь 1922 гг. Владивосток: Дальнаука, 1993. 328 с. С. 213-214.
129 •••

Белое движение
и авианосцев («авиаматок») великих держав, которые лишали Японию многих преимуществ в Азии. «Завис», но так и не был решен вопрос о соотношении тоннажа подводного флота. Державы не смогли договориться122. Политическая и финансовая элита Японии посчитала себя оскорблённой и обделённой.
Вашингтонская конференция не устранила противоречий между ведущими империалистическими державами, но создала ситуацию, чреватую будущими конфликтами.
Советская республика не признала решений конференции, которые позволили бы обращаться с ней как с безгласным объектом.
Волочаевская операция НРА ДВР 10-12 февраля 1922 г. вынудила белоповстанцев оставить 14 февраля Хабаровск и уйти в нейтральную зону в районе Спасска под защиту японских войск. Неудачи белых войск, нарастающий политический и экономический кризис в Японии заставили Токио заявить о своём миролюбии. Так, 20 февраля 1922 г. генерал Акияма сообщал генералу Тачибане во Владивосток, что «курс политики императорского правительства, продиктованный Вам для проведения в жизнь на русском Дальнем Востоке, имеет цель мирного экономического завоевания, основанного на договорах с настоящей властью в крае»123.
Провал «хабаровского похода» резко обострил социально-политическую обстановку в Приморье. В мае 1922 г. Приморское Народное собрание выступило против погрязшего в коррупции меркуловского правительства. Теперь на сторону парламента встали каппелевцы, на сторону правительства — семёновцы. Дело доходило до прямых вооружённых стычек.
Ситуация стала предметом обсуждения Токио и коман-
122. Вашингтонская конференция по ограничению вооружений и тихоокеанским и дальневосточным вопросам 1921-1922 годов. Полный перевод актов и документов. М.: Литиздат НКИД, 1924. 141 с. С. 20, 64-69.
123. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 942. Оп. 1. Ед. хр. 61. А. И.
130 ♦

Юрий Ципкин
дования японскими экспедиционными войсками на российском Дальнем Востоке. Уехара ещё 21 апреля 1922 г. наставлял Тачибану, что необходима реорганизация Приамурской власти. «Высший Военный Совет Японии не может рассматривать правительство Меркуловых как возможное к дальнейшему существованию и считает возможным совершенное удаление их от высшей власти в крае, если по Вашему усмотрению такая перемена может содействовать образованию действительно устойчивой власти»124. Японцы начали поиск новой кандидатуры, которая бы возглавила белое Приморье. Генерал Уехара рекомендовал генералу Тачибане во Владивостоке лично вмешаться в ситуацию и использовать силу «вследствие неприемлемости возможной анархии». Уехара сообщал, что Высший Военный Совет постановил выплатить генералу Дитерихсу 5 тыс. иен, «каковая сумма Вами (т.е. Тачибаной) испрошена»125. Речь шла о том, что ещё 29 мая 1922 г., т.е. в начале правительственного кризиса белого режима в Приморье, проживавший тогда в Харбине генерал Дитерихс встречался с командующим японскими войсками в Маньчжурии генералом Хамомото и обещал укрепить белую власть на Дальнем Востоке, легализовать пребывание японских войск. Скорее всего, Дитерихс был поначалу «запасной фигурой» для японских интервентов. Бывший же приамурский генерал-губернатор Н.Л. Гондатти отказался от предложенной ему роли диктатора белого Приморья.
Поскольку кризис в Приморье углублялся, генерал Акияма 13 июня 1922 г. инструктировал генерала Тачибану: «Императорское правительство готово поддержать Дитерихса в его деятельности и планах, если таковые не будут расходиться с ранее данными им заверениями генералу Хамомото 29 мая в Харбине. Высший Военный совет содействовал его приезду во Владивосток. Земский собор должен в окончательной форме сконструировать состав высшей государственной власти, со-
124. Там же. Л. 18.
125. Там же. Л. 24-25.
••♦ 131 ♦

Белое движение
гласно указаниям, данным Вам, укрепить пребывание императорских войск на русском Дальнем Востоке для цели изъятия этого вопроса из международного обсуждения»126. Такой недвусмысленный инструктаж Токио говорил о том, что японцы нашли очередную марионетку, для того чтобы любыми способами удержаться на российском Дальнем Востоке.
Однако внутриполитическая ситуация в Японии и международная обстановка складывались таким образом, что 24 июня 1922 г. официальный Токио заявил о выводе своих войск с российского Дальнего Востока в ближайшие несколько месяцев. Намерение Японии вывести интервенционистские силы с российского Дальнего Востока стало предтечей конца Белого движения не только в регионе, но и во всей России.
Военный и экономический кризис меркуловского режима привёл к сдвигу Белого движения вправо и образованию военно-монархической диктатуры Дитерихса. ВПП ушло в отставку, а искусственно созданный Земский собор в августе 1922 г. избрал генерала М.К. Дитерихса Правителем Земского Приамурского края. В 1916 г., будучи генерал-квартирмейстером штаба Юго-Западного фронта, которым командовал А.А. Брусилов, М.К. Дитерихс участвовал в разработке плана Луцкого («Брусиловского) прорыва.
Теперь же М.К. Дитерихс поставил своей целью восстановление династии Романовых в России. Восстанавливались все царские церемониальные традиции, герб и гимн, а Владивосток был объявлен «IV Римом». За идеал брали допетровскую Русь XVII в. с Земским собором, Думой и прочими институтами сословно-представительной монархии. Себя М.К. Дитерихс видел в роли спасителя России и нового «Дмитрия Пожарского». Впрочем, он рассматривал и возможность реанимации абсолютизма. На общественные мероприятия Дитерихс являлся в одеянии думского боярина того времени. Мистик и религиозный обскурант (т.е. мракобес), он, будучи в 1919 г. командующим белым Восточным фронтом, полу-
126. Там же. Л. 24-27.
132

Юрий Ципкин
чил в колчаковской Ставке прозвище «тихопомешанного» и «Жанны д’Арк в галифе».
Дитерихс был, вероятно, единственным белым генералом в России, одобрившим расстрел Колчака большевиками в Иркутске 7 февраля 1920 г. Дело было не только в поражениях белой армии в Сибири, но и в том, что Верховный правитель, искавший спасения в «генеральской чехарде», снял М.К. Дитерихса с поста командующего фронтом и заменил его «бетонноголовым» генералом К.В. Сахаровым. Последний же, по мнению М.К. Дитерихса, окончательно развалил фронт127. В августе 1922 г. Дитерихс временно опять был «на коне».
За годы Гражданской войны Белое движение в России продемонстрировало различные модели будущего политического устройства страны: эсеровско-кадетскую Директорию, военную диктатуру под лозунгом «непредрешения», казачий сепаратизм, в том числе на Дальнем Востоке. И всё это сопровождалось диким террором. Но теперь, в преддверии эвакуации японских войск, не надо было прятать свои взгляды. Белая верхушка открыто заявила о своём кредо, о котором и так знало население России. Это была имманентная черта мышления большинства генералов. На последнем заседании Земского собора генералы Г.А. Вержбицкий, В.М. Молчанов, Ф.А. Пучков, Ф.Л. Глебов, Н.И. Савельев и др. приняли решение прекратить распри и бороться за восстановление монархии в России.
Однако монархическая форма государственного устройства в тот период давно дискредитировала себя в глазах как народов России, части эмиграции, так и западных демократий. Надежды же М.К. Дитерихса задержать эвакуацию японских войск, получить помощь США были обречены на крах. Белогвардейский реванш окончательно провалился.
Вновь повторилась старая история: оружие и боеприпасы
127. Жанен М. Отрывки из моего сибирского дневника // Колчаковщина. Из белых мемуаров. Л., 1930. С. 133-161; Сахаров К.В. Белая Сибирь. Внутренняя война 1918-1920 гг. М.: Центрполиграф, 2018. 511 с. С. 231-239.
133 .

Белое движение
со складов, которые контролировались японцами, белогвардейцы не получили. В конце августа 1922 г. делегация Земского собора во главе с генералом А.И. Андогским прибыла в Японию с целью добиться отсрочки вывода её войск. Однако кабинет министров Японии отклонил просьбу Собора о займах, выдаче оружия, поскольку это, мол, усилит гражданскую войну в Приморье. В середине сентября А.И. Андогский в интервью газете «Земский край» сказал, что представители японского МИДа мотивировали это решение и тем, что Япония хочет вырвать из рук большевиков лозунг патриотизма и заставить белых объединиться для борьбы с красными. Японцы откровенно заявили, что долго помогали белым вооружённой силой, но все эти попытки кончились неудачей128.
Закончился неудачей и поход генерала А.Н. Пепеляева под бело-зелёным знаменем «автономной Сибири» в Якутию, начавшийся в сентябре 1922 г. В июне 1923 г. генерал А.Н. Пепеляев и его дружина в Аяне сложили оружие перед красноармейской экспедицией под командованием С.С. Вострецова. Сдались небольшие отряды белых на Колыме и Индигирке.
Летом 1922 г. дипломатия ДВР усилила свою активность для решения вопроса о мирном выводе контингента японских войск с территории русского Дальнего Востока.
В Чанчуне (Китай) 4 сентября 1922 г. открылась конференция, которая работала по 26 сентября 1922 г. По договорённости правительств РСФСР и ДВР в Чанчунь была направлена объединённая российская делегация, возглавляемая членом ВЦИК и полпредом РСФСР в Китае А.А. Иоффе.
Японцы требовали положить в основу переговоров Дайренский проект о взаимных гарантиях ДВР и Японии о ненападении и обязательстве не поддерживать враждебных друг другу организаций и лиц. Делегация ДВР заявила, что обстановка изменилась коренным образом и эти требования должны
128. Лальневосточная республика: Становление. Борьба с интервенцией. Док. и материалы в 2-х частях. Ч. II. Ноябрь 1920 — ноябрь 1922 гг. Владивосток: Дальнаука, 1993.328 с. С. 250-251.
134 ♦

Юрий Ципкин
быть распространены и на РСФСР. Глава японской делегации Т. Мацудайра сообщил, что если переговоры начнутся и пройдут успешно, то эвакуация произойдёт в «дружелюбном» для ДВР духе и ей будет передано имущество и оружие, находившиеся во Владивостоке. Если же переговоров не будет, то при эвакуации японцы передадут оружие белогвардейцам. При обсуждении общего договора японцы выдвинули неприемлемые требования. В ответ на это заместитель народного комиссара иностранных дел РСФСР Л. Карахан 9 сентября 1920 г. телеграфировал А.А. Иоффе, что «позиция должна быть твёрдой, никаких уступок сверх установленных прежними инструкциями... Дайте понять, что Россия вернулась на Тихий океан и что всякие иллюзии насчёт нашей слабости и возможности третировать нас как неравную державу бесплодны»129.
Когда японские дипломаты столкнулись с твёрдой позицией российской делегации в Чанчуне, они вновь прибегли к языку угроз и шантажа. А.А. Иоффе заявил, что если переговоры будут вестись в таком тоне, то они вряд ли придут к желательному результату. После этого переговоры фактически были прекращены. Но, несмотря на шантаж японской делегации, вывод интервенционистских войск продолжался.
В последние дни интервенции и «белого царства» в Приморье бесчинства японских солдат по отношению к мирному населению и террор белогвардейцев резко усилились. К тому же разгорелась вакханалия мародёрства: белые власти перед бегством продавали всё: от запасов продовольствия, топочного мазута, имущества Уссурийской железной дороги до миноносцев. Перед эвакуацией японцы взорвали часть крепостных сооружений во Владивостоке, испортили часть орудий, залили кислотой двигатели ряда кораблей, затопили часть артиллерийских порохов в бухте Золотой Рог, нагрузили оружием беженцев.
129. ДВП СССР. Т. V. М.: Госполитиздат, 1961. 807 с. С. 572; Ципкин Ю.Н., Орнацкая Т.А. Внешняя политика Дальневосточной республики (1920-1922 гг.). Хабаровск: ООО «Полиграфъ», 2008. 244 с. С. 122-127.
135 •••

Белое движение
В октябре 1922 г. Народно-революционная армия ДВР, усиленная частями РККА, разгромила остатки белых войск М.К. Дитерихса, которые спешно ушли в Китай и Корею. 25 октября 1922 г. последний японский корабль с войсками ушёл из Владивостока, и в город вступили передовые части НРА ДВР.
Перед эвакуацией японцы вручили представителям НРА ключи от складов с оружием, снаряжением и другим имуществом. Народно-революционной армии ДВР достались, в частности, 85 тыс. русских и 70 тыс. японских винтовок, 6 млн патронов, 200 орудий, более 5 млн снарядов, более 58 тыс. единиц шанцевого инструмента130. Перед уходом белых и интервентов подпольщики, а также некоторые офицеры и чиновники спасли огромные пороховые склады на Русском острове, библиотеку Генштаба Русской армии и другие ценности.
15 ноября ДВР была ликвидирована и российский Дальний Восток воссоединился со всей страной. Страна стала обретать единое политическое и экономическое пространство. В ноябре 1922 г. В.И. Ленин подчёркивал: «...Владивосток далеко, но ведь это город-то нашенский... И здесь и там — РСФСР». В то же время он отмечал длительность Гражданской войны, большое количество жертв и усилий для избавления нас «и от врагов гражданских, и от врагов внешних... Я говорю о Японии»131.
Таким образом, попытки Японии реанимировать Белое движение в 1920-1922 гг. и помочь ему взять реванш за прошлые поражения натолкнулись на реставрационные тенденции в политике белых режимов, их бездарное управление, коррупцию и внутренние распри. Сказалась и неспособность самого Токио оказать белогвардейцам всестороннюю военную помощь из-за внутреннего растущего политического и экономического кризиса и международного положения
130. Щербаков Л.Е. Последние битвы в Приморье // За советский Дальний Восток. Владивосток: Дальиздат, 1981. С. 327.
131. Ленин В.И. Полное собрание сочинений (Полн. собр. соч.). Т. 45. С. 302-303.
••♦ 136 ♦••

Юрий Ципкин
Страны восходящего солнца. Во внешней политике Япония не могла не учитывать политику Советской России и Дальневосточной республики, борющихся за мирное прекращение интервенции, а также растущее давление своего конкурента в Азиатско-Тихоокеанском регионе — США. Итогом японской интервенции стала затянувшаяся Гражданская война на дальневосточной окраине России, которая потребовала значительного количества жертв борющихся сторон.
На чужбине многие эмигранты оставались непримиримыми противниками Советской России (и СССР) и пошли в услужение спецслужбам Японии и других государств, воевали друг против друга в войсках китайских генералов и т.д. Из «колчаковского» золота, депонированного в японских банках, Токио финансировал подразделение РОВС в Париже под руководством генерала А.П. Кутепова, которое занималось засылкой агентуры в СССР для проведения террора и диверсий.
В 1931 г. Япония захватила Маньчжурию, а 9 марта 1932 г. было провозглашено марионеточное государство Маньчжоу-Го во главе с императором Пу И. Маньчжоу-Го стало плацдармом для возможного нападения Японии на советский Дальний Восток.
В 1936 г. Япония разработала план создания на советском Дальнем Востоке буферного государства во главе с атаманом Семёновым. Начальник штаба Квантунской армии генерал Окамура сообщил Семёнову, что план предусматривал присоединение Дальневосточного края к Маньчжоу-Го и создание буферного государства от Байкала на Восток132.
Япония в том же году стала участником так называемого Антикоминтерновского пакта, в 1938 и 1939 гг. спровоцировала военные конфликты с нашей страной у озера Хасан и на реке Халхин-Гол в Монголии.
В 1939-1940 гг. Германия, Италия, Япония и страны-сател-
132. Ямпольский В.П. О плане блицкрига японской военщины на Советском Дальнем Востоке в 1941 году // Военно-исторический журнал. 2000. № 3. С. 51-60.
137 .

Белое движение
литы создали открытый агрессивный военный союз — «ось Берлин — Рим — Токио», участники которого обязывались оказывать друг другу политическую, экономическую и военную помощь в борьбе против СССР и США.
Сразу же после нападения фашистской Германии на СССР штаб Квантунской армии обновил план создания буфера на территории советского Дальнего Востока. Данный проект планировалось осуществить в рамках операции «Кантокуэн» («Особые манёвры Квантунской армии») — плана нападения Японии на СССР. Прояпонский буфер предполагалось создать в границах бывшей Дальневосточной республики с центром в Чите. Временным наместником намечался атаман Семёнов. Мыслилось, что после занятия немцами Москвы белоэмигрантские части, составленные преимущественно из казаков под командованием А.П. Бакшеева, перейдут советские границы на Дальнем Востоке, поднимут восстание, провозгласят антибольшевистскую власть и создадут антисоветский буфер. Семёнов же должен обратиться за помощью к Японии.
На волне эйфории от успеха в нападении на Перл-Харбор Япония 18 января 1942 г. заключила с Германией и Италией соглашение о расчленении территории СССР на германскую и японскую зоны оккупации с прохождением линии разграничения по меридиану Омска. Несмотря на крах блицкрига, Токио не отказался от планов нападения на Советский Союз и взял на себя обязательство перед Германией сковывать войска Красной Армии в Сибири и на Дальнем Востоке самой угрозой выступления.
Япония допускала систематические и целенаправленные нарушения советско-японского пакта о нейтралитете 1941 г. Японские специалисты разрабатывали бактериологическое оружие, которое Квантунская армия собиралась применить против советских дальневосточных городов — Хабаровска, Владивостока, Комсомольска-на-Амуре и др.
Японские спецслужбы предоставляли Германии разведы-
138 .

Юрий Ципкин
вательные данные политического, экономического и военного характера о Советском Союзе. С другой стороны, немецкие подводные лодки доставляли на базу в Кобэ в Японии чертежи, оптическое оборудование, радары, торпеды, в разобранном виде снаряды «Фау» и другое оборудование. Был также доставлен самолёт типа V-1 (ракетный истребитель Ме-263). Перед капитуляцией Германии была сделана неудачная попытка поставить в Японию разобранный реактивный истребитель Ме-262 и 560 кг окиси урана, возможно, для японской программы создания атомной бомбы133. Однако остаётся неизвестным, сколько успешных рейсов было предпринято ранее.
Советские Вооружённые Силы, разгромив Квантунскую армию Японии, содействовали установлению должного мира, освобождению ряда народов Дальнего Востока и подъёму национально-освободительного движения в Китае и странах Юго-Восточной Азии, обеспечили безопасность советских рубежей. С разгромом милитаристской Японии укрепились геополитические позиции Советского Союза в Азии.
Деятельность же бывших белоэмигрантов, действовавших против СССР в годы Второй мировой войны, можно оценить как национальное предательство. Многие руководители белоэмиграции, ставшие пособниками фашистской Германии и милитаристской Японии, после войны понесли заслуженное наказание.
133. Громов А.Б. Подводный флот Гитлера. М.: Вече, 2020. 352 с. С. 147; Портер Д. Кригсмарине. 1935-1945. Пер. с англ. Ростов н/Д: Феникс, 2012. 201 с. С. 96-97.
139 .

Илья Ратьковский
Практика Белого террора в период Гражданской войны в России и первые комиссии по установлению его жертв (до 1923 г.)
Плакат времен Гражданской войны
Для Гражданской войны в России были характерны массовые случаи белого террора по отношению к представителям советской администрации, партийных органов, военнопленным Красной Армии и в целом к гражданскому населению (особенно к рабочим и крестьянам), в том числе по национальному признаку. Советские и партийные органы в период Гражданской войны фиксировали подобные случаи при помощи специальных следственных комиссий, делая их впоследствии предметом общественного обсуждения. Чаще всего подобные процедуры фиксации жертв
134. Положение о помощи жертвам контрреволюции // Собр. Узок. 1918. №73. Ст. 793.
белого террора проходили после освобождения городов Красной Армией, при проведении похоронных процедур.
Параллельно вёлся учёт жертв контрреволюции (белого террора) внутри советских территорий. Первой подобной комиссией государственного уровня стала учреждённая декретом СНК от 3 сентября 1918 г.134 Центральная комиссия
... 140 .••

Илья Ратьковский
для оказания помощи жертвам контрреволюции при наркомате социального обеспечения. Её появление в начале сентября 1918 г. не было случайным явлением, так как советскими властями красный террор, вскоре узаконенный постановлением от 5 сентября 1918 г., считался в значительной степени ответом на террор контрреволюции, в том числе индивидуальный.
Декрет предусматривал учёт указанных жертв белого террора и и материальную помощь их родственникам. В дальнейшем, в дополнение к указанному декрету 29 июля 1919 г. председатель СНК РСФСР В.И. Ленин подписал декрет «О помощи жертвам контрреволюции»135. Положение предписывало местным властям оказывать помощь «трудовым элементам города и деревни» и их семьям, пострадавшим от действий контрреволюции, и содержало конкретный перечень её реализации: временное денежное пособие, обеспечение работой, медико-санитарным обслуживанием, предоставление жилья, в том числе расселение в общежития, определение сирот в приюты и детские дома, а стариков и увечных — в так называемые убежища, а также удовлетворение нетрудоспособных и «впавших в постоянную нужду и оставшихся без средств к существованию» продуктами питания и одеждой. Оба декрета в большей степени были актом социальной поддержки выжившим жертвам контрреволюции, а также семьям погибших. В определённой степени указанной комиссией вёлся учёт не только материального ущерба с целью частичной компенсации136, но оценивались и людские потери, в том числе с учётом последующего пенсионного обеспече-
135. Декрет о помощи жертвам контрреволюции // Собр. Узак. 1919 г. №38. Ст. 382.
136. В 1920 г. помощь жертвам контрреволюции в натуральных продуктах составила: 4 800 000 аршин материала, 800 пудов ваты, 3000 гросс ниток, 270 трикотажных изделий, 10 000 пар обуви, 3500 пудов мыла. Помимо этого выплачено пособий на 9 млрд р. // Фирсов М. История социальной работы в Poccии.doc. [Электронный ресурс]. URL: Глава 6 // https://studfile.net/preview/2167379/ page:14//#23 (Дата снятия информации 5 мая 2023 г.).
••♦ 141 ♦

Белое движение
ния. К 1926 г. лица, нуждающиеся в пенсионном обеспечении, распределялись следующим образом: инвалиды войны — 345 тыс. человек, семьи погибших на войне — 130 тыс., прочие — 25 тыс. человек. На город приходилось 150 тыс. человек, на деревню — 350 тыс. При этом 225 тыс. человек пострадало во время Первой мировой войны, 250 тыс. — во время Гражданской войны137.
Особенностью 1919 г. также была уже достаточно массовая местная фиксация белого городского террора. Случаи расследования репрессий, происходивших в сельской местности, были более редкими, за исключением актов насилия в отношении еврейского населения. Чем больше был населённый пункт, тем большая была вероятность создания специальной комиссии по установлению и захоронению жертв белого террора. Особенно частыми подобные случаи создания комиссий и комитетов были в конце 1919 г. и на протяжении первой половины 1920 г., после освобождения Красной Армией ранее захваченных белыми войсками территорий.
Если приводить подобные примеры в губернских центрах, где были созданы соответствующие органы, то прежде всего следует указать на целый ряд комиссий на Юге России и Украине поздней осенью 1919 — зимой 1920 г. Деникинские войска в этот период стремительно отступали и не успевали скрыть случаи массового белого террора на контролируемых ими ранее территориях. Так, можно указать на создание в этот период подобных советских комиссий в Белгороде, Харькове, Елисаветграде (с 1939 до 2016 г. — Кировоград, позднее Кропивницкий), в Одессе и ряде других южных губернских центров.
Комиссия в Белгороде была создана вскоре после его освобождения Красной Армией 7 декабря 1919 г. Согласно воспоминаниям М.А. Попова, назначенного, по решению уездного комитета партии, председателем Комиссии по захоронению жертв произвола деникинских войск, белые при
137. Там же.
142 .

Илья Ратьковский
отступлении «расстреляли и зарубили за городом, в районе нынешнего стадиона “Энергомаш”, около четырёхсот томившихся в застенке активистов советской власти, рабочих, крестьян, пленных красноармейцев. Для опознания трупы свозили в здание на углу нынешних улиц Б. Хмельницкого и Народной (ныне горбольница № 1)». О массовых расстрелах в Белгороде накануне ухода белых войск сообщали и советские газеты. Например, в газете белгородского ревкома сообщалось опять-таки о 400 жертвах138. По воспоминаниям других большевиков, после оставления белыми войсками Белгорода в трёх братских могилах на площади перед женским монастырём было похоронено, по разным данным, от 70 до 100 местных жителей, убитых белогвардейцами. Ещё порядка трёхсот тел погибших было вытребовано родственниками и похоронено на кладбищах города139. Тем самым цифра погибших в 400 жертв подтверждается различными источниками.
Эти свидетельства массового белого террора подтверждают данные генерала Е.И. Доставалова140: «Когда мы, отходя от Орла, остановились снова в Белгороде, произошёл случай, который, кажется, подействовал и на генерала Кутепова. Во всяком случае скрыть его было нельзя. Дело в том, что озверевшие и пьяные сотрудники Шпаковского141, ведя ночью нескольких осуждённых на казнь, не выдержали и изрубили их прямо на базаре. Утром жители нашли свежую кровь и части тела одного из казнённых, забытые на базарной площа-
138. Красная победа. 1919. 14 декабря.
139. Летопись Белогорья [Электронный ресурс]. URL: http://belstory.ru/mir-belogoryya/istoriya/belaya-armiya-v-belgorode.html (Дата снятия информации 20 августа 2023 г.).
140. Достовалов Евгений Исаакович (1882-1938) — подполковник Генерального штаба, герой Первой мировой войны. Участник Белого движения на Юге России, начальник штаба 1 -го армейского корпуса, генерал-лейтенант. В 1922 г. вернулся из эмиграции в Советскую Россию.
141. Шпаковский Аркадий Альбертович (1884-1945), генерал-майор. С 8 октября 1919 г. — в резерве чинов при штабе Главнокомандующего ВСЮР. Начальник тыла Добровольческой армии.
••♦ 143 ♦

Белое движение
ди. Одну руку принесли в полицейское управление, и ночное происшествие раскрылось»142.
Про Шпаковского у Доставалова есть ещё одно указание: «Работа контрразведок не казалась армии столь ужасной. К ней привыкли. А повседневные ужасы Гражданской войны закалили нервы. В распоряжении каждого начальника были своё войсковое отделение контрразведки, которое распространяло свои действия и на население ближайшего тыла, и конвой, служащий для охраны начальника, но главным образом употреблявшийся для выведения в расход неугодных и большевиков. Я ехал принимать штаб 1-го корпуса, напутствуемый совершенно определёнными отрицательными указаниями ставки Деникина о личности генерала Кутепова, моего нового начальника. Пропуская массу других таких же потерявших человеческий облик начальников, выдвинутых на верхи Добровольческой армии, не могу не указать на безусловно ненормального человека, дегенерата и садиста генерала Шпаковского, явившегося к нам с рекомендацией Лукомского и занимавшего высокий пост начальника тыла Добровольческого корпуса. Он был вершителем судеб населения обширного тыла Добровольческого корпуса. Шпаковский приехал в штаб корпуса в Белгороде и должен был возглавлять административную власть там, где ещё не сконструировалась власть губернаторская. Бледный, с массой бриллиантов на пальцах, с расширенными зрачками больных глаз, он производил неприятное впечатление. Первый разговор его с Кутеповым произошёл при мне. Шпаковский начал прямо: ”Чтобы был порядок, надо вешать. Вы, Ваше Превосходительство, как смотрите на это? Вешать или не вешать?” Кутепов, который всегда был на стороне вешающего, а не вешаемого, ответил: ”Конечно, вешать”. И после короткого разговора бесправное население было передано в полную власть
142. Очерки Е.И. Достовалова / [Публ. и вступ. Ст.] Н. Сидорова, И. Кондаковой // Российский Архив: История Отечества в свидетельствах и документах. М.: Студия Тритэ: Рос. Архив, 1995. С. 680.
• •< 144 ♦••

Илья Ратьковский
зверя. Шпаковский привёз свою контрразведку, которая деятельно принялась за работу. Таков был начальник тылового района войск Кутепова. Можно себе представить, что делалось в этом тылу, где орудовала ещё стая таких же маленьких Шпаковских. Но когда он ушёл, все чувствовали, что все симпатии Кутепова остались всё же со Шпаковским. Этот господин и теперь является оплотом Врангеля. Недавно в “Новом Времени” была напечатана приветственная телеграмма Врангелю от Шпаковского, который оказался уже председателем Союза георгиевских кавалеров в одной из беженских колоний в Сербии».
Другим примером подобных советских комиссий, созданных в губернском городе, может служить Харьков. Город был освобождён от деникинских войск 12 декабря 1919 г. Комиссией по обследованию зверств Добровольческой армии в Харькове после предварительной оценки численности погибших было заказано 1500 гробов для похорон жертв белого террора в городе143. В дальнейшем, согласно воспоминаниям председателя Комиссии по обследованию зверств Добровольческой армии в Харькове, несмотря на неблагоприятные условия погоды, были вскрыты места захоронений расстрелянных лиц в Григорьевском бору. «Картина, представившаяся нашим глазам, когда были раскопаны могилы, — вид обезображенных трупов, привязанных друг к другу толстыми верёвками, — превзошла все наши мрачные предчувствия. Почти все трупы были раздеты до нижнего белья, без обуви. В результате подробного освидетельствования экспертно-медицинская подкомиссия констатировала мученическую смерть сотен людей, приводила в своём протоколе описания многих чудовищных способов уничтожения людей, применявшихся деникинцами. Здесь происходила настоящая сеча. Исступлённые в своём бешенстве, палачи стреляли, рубили, кололи, били прикладами, топтали сапогами, добивали безоружных, притом связанных друг с другом людей.
143. Беднота. 1919. 28 декабря.
••♦ 145 .

Белое движение
Без слёз и глубокой сердечной боли нельзя было смотреть на обнаруженные трупы наших подпольщиков. Среди них были: Петр Слинько, двадцати четырёх лет, член ЦК КП(б) У. На теле многочисленные следы от ударов тупым орудием и три огнестрельных раны... Михаил Черный, член ЦК КП(б) У, руководитель харьковской подпольной организации. Руки связаны верёвкой. Многочисленные кровоподтёки, происшедшие от ударов тупым орудием. Огнестрельное ранение с деформацией лица и черепа. Иван Минайленко, семнадцати лет, активный работник подпольного Красного Креста, один из руководителей подпольного комсомола. Смерть последовала от паралича сердца после удара в область сердца. И ещё многие и многие. Далеко не всех удалось опознать, настолько изуродованы и обезображены были их лица...»144 В ходе работы Харьковской губернской комиссией по расследованию зверств, учинённых Добрармией, было выпущено четыре номера бюллетеня. В них были помещены протоколы экспертной подкомиссии с подробным описанием патологоанатомических обследований трупов, показания людей, пострадавших от деникинского террора, списки угнанных белогвардейцами при их бегстве из Харькова и многие другие материалы.
Существует и другая, достаточно близкая, цифра жертв белого террора в городе, которая основывается на данных Бадилы Гагиева (белые расстреляли его жену), специально занимавшегося этим вопросом после освобождения Харькова: 1028 человек145. Харьковские жертвы упоминал и участвовавший в освобождении города Ян Янович Врач: ему запомнилась страшная картина трупов замученных товарищей в снегу146.
Данные указанной советской комиссии подтвердились бо-
144. Долгин П.И. Кровавый путь деникинщины // Героическое подполье. В тылу деникинской армии. Воспоминания. М., 1975. С. 344.
145. Дикань Филипп. Книга о харьковской ЧК: развенчание мифов или восстановление. [Электронный ресурс]. URL: http:// kharkov-online.com/news/n 164925.html (Дата снятия информации 5 мая 2023 г.).
146. Советская молодежь. 1981.8 июля.
••♦ 146 .

Илья Ратьковский
Казни и расправы
лее поздними архивными историческими исследованиями, что свидетельствует об адекватности подсчётов конца 1919 г. Согласно архивным материалам, найденным в местном городском архиве известным петербургским историком д. и. н. С.Н. Полтораком, за период оккупации Харькова белогвардейцами в городе было убито 1285 человек147.
При этом комиссией 1919 г. был установлен факт изъятия заключённых из харьковских тюрем и направления их по этапу на юг, в ходе которого значительная часть заключённых погибла. Один из арестованных, Яковлевич, впоследствии дал советской комиссии следующие показания: «Настала кошмарная ночь. Наши силы таяли, и не было возможности удержаться на ногах, но сесть места не было, воздуха не хватало, мучила страшная жажда. И вот люди стали умирать, стоя на ногах. Умирающие падали тут же под ноги и топтались другими... Вагон наполнился запахом трупов... и, чувствуя под собой мёртвые человеческие тела, живые сходили с
147. Полторак С. Победоносное поражение. СПб., 1994. С. 178.
• •* 147 ♦ ••

Белое движение
ума... В вагоне поднялся неимоверный шум, стучали в двери, пытаясь сломать их. Но тщетно. Наутро выбросили из вагонов трупы, их оказалось несколько десятков. Шум не прекращался и днём. Требовали воды, хлеба. На вопросы, почему нам ничего не дают, почему нас истязают постепенно, последовал ответ: “А вам не всё равно умирать, что сегодня, что немного погодя”. И кровожадные скоты издевались ещё больше». Положение было таково, продолжал он, «что чувствующие в себе достаточно силы сломали решётку... подняли люк на крыше вагона и с идущего поезда бросались вниз. Корниловцы заметили бегство. Наутро были выведены из каждого вагона по нескольку человек и расстреляны за то, что некоторые бежали. Из вагонов вывалили новую груду трупов. На остановках фельдфебель обходил вагоны, стрелял в шумную толпу. Люди падали, но никто не обращал внимания на выстрелы, на смерть товарищей. Что смерть против этой адской муки? Смерть — освобождение. И чем скорее, тем лучше...»
В последнюю ночь перед прибытием в Изюм произошло крушение: порожняк наскочил на поезд с заключёнными. В Изюме снова расстрелы. Через пять суток этап прибыл в Бахмут — всего около восьмисот человек. Почти две трети погибли в дороге. Да и среди оставшихся много тяжелобольных, часть слабых, с трудом передвигающихся. В Бахмуте комиссия из трёх офицеров учинила оставшимся допрос, после чего вынесла решение: к воинскому начальнику для отправки на фронт под строгим контролем148. Схожие свидетельства этапа Харьков — Бахмут оставил В.Н. Косенко149.
Свой подсчёт жертв этого тюремного этапа приводит современный харьковский исследователь Эдуард Зуб. Согласно его данным, количество жертв было также значительным: «Начнём с такого эпизода: под самый занавес деникинской
148. Долгин П.И. Кровавый путь деникинщины // Героическое подполье. В тылу деникинской армии. Воспоминания. М., Политиздат, 1975. С. 349-351.
149. Косенко В.Н. Этап Харьков-Бахмут // Летопись революции. 1926. Харьков. № 1 (16).
... 148 ♦••

Илья Ратьковский
власти в Харькове из города угнали этап численностью в 2146 человек. Шёл он по маршруту Харьков — Бахмут. До Бахмута, нынешнего Артёмовска, добралось 812. Разница получается больше, чем красные настреляли за полгода. Правда, элементарная арифметика здесь не подходит. Потому что из оставшихся 1300 с небольшим человек минимум три сотни забрали в Добрармию служить, были отравившиеся гнилой капустой насмерть — речь идёт о нескольких сотнях человек150. Остальных — кого-то утопили в Донце, повесили в Изюме, кому-то удалось бежать и даже откупиться. Кстати, взятки — что у деникинцев, что у ЧК — это отдельная тема. В общем, количество погибших из этого этапа можно оценить в 500-700 человек»151.
24 января 1920 г. красными войсками был освобождён Елисаветград (до 2016 г. Кировоград, сейчас г. Кропивницкий). Очевидец событий Д. Ралин свидетельствовал: «Мне пришлось присутствовать при раскопке трупов расстрелянных белогвардейцами во время господства их в Елисаветграде. Трупы кое-как зарыты в районе крепостных валов. Ужасом веяло от виденного. Казалось, это кошмарный сон, а не действительность. Ужасную картину представляли собой эти растерзанные, разлагающиеся трупы мучеников революции. В первой откопанной могиле было несколько десятков трупов. Яма узкая, неглубокая, длиной в 2,5 аршина; в ней тесно уложены трупы таким образом, что голова одного из них приходится к ногам другого; все полураздетые, замёрзшие. Раскопки производились комиссией по отысканию жертв контрреволюции во главе с председателем комиссии тов. Ралиным и врачом Любельским. Трудно описать картину ви-
150. В.Н. Косенко пишет о двух сотнях погибших в результате отравления, упоминая подмешанный мышьяк // Косенко В.Н. Этап Харьков-Бахмут // Летопись революции. 1926. Харьков. № 1 (16). С. 128.
151. Дикань Филипп. Книга о харьковской ЧК: развенчание мифов или восстановление. [Электронный ресурс]. URL: http://kharkov-online.com/news/nl64925.html (Дата снятия информации 5 мая 2023 г.).
149 ♦

Белое движение
денного. Лица, за малым исключением, представляли собой бесформенную окровавленную массу. Некоторые даже были объедены собаками; так, паховая часть и ноги одного были совсем уничтожены и представляли собой клочья мяса. Откапываемые трупы складывались на подводу и увозились в мертвецкую городской больницы, где происходила экспертиза врачей и съёмка фотографий. Внутренности вследствие огнестрельных ранений вывалились, а распухшие тела были покрыты сине-багровыми пятнами. Меня неотступно преследует образ одного из несчастных, человека средних лет высокого роста, с проседью, прекрасного телосложения. Правая часть лица его раздроблена и покрыта кровью. Пуля, войдя в правый бок, залила всё тело кровью, его последние минуты были кошмарны, это видно по гримасе, застывшей на половине уцелевшего лица, бедняга, наверно, хотел защитить лицо или это было сделано инстинктивно, но правая рука прикрывает лицо и застыла в таком положении. О звании некоторых можно судить по остаткам белья крестьянского полотна, с вышивкой ворота и манжет, и по лаптям. Ноги некоторых были окутаны мешком и завязаны. По тому несмертельному ранению, которое было ими получено, видно, что несчастные погребены живыми. Некоторые откопанные ямы были полны белой массы, испускающей страшное зловоние. Это были разложившиеся донельзя трупы расстрелянных в первый период власти белых зверей. Найдено ещё несколько могил, где, по словам обывателей, есть около 300 трупов, к раскопкам которых уже приступили»152.
6 февраля 1920 г. красными войсками была освобождена Одесса. Вскоре здесь была организована комиссия по раскопке могил жертв деникинской власти (председатель Х.С. Топоровская153, секретарь Я. Ольгин, а также 3. Марьямов). На трупах, извлечённых из могил, были обнаружены следы же-
152. Известия. 1920. 10 февраля.
153. Бляхина-Топоровская Хана Соломоновна (1899-1977), жена П.А. Бляхина, председателя одесского губернского ревкома, автора известной приключенческой повести «Красные дьяволята».
150 *

Илья Ратьковский
стоких пыток. Некоторые были изуродованы до неузнаваемости. Похороны жертв террора состоялись 15 февраля154.
Подобные комиссии создавались и в период Советско-польской войны 1920 г. после освобождения городов, ранее захваченных польскими войсками. 12 июня 1920 г. Первая конная армия под командованием С.М. Будённого освободила г. Житомир (захвачен поляками 26 апреля 1920 г.). Позднее Будённый вспоминал: «Нас с Ворошиловым обступили женщины. Со слезами на глазах поведали они о погромах, чинившихся интервентами в городе. В последние два дня перед оставлением Житомира озверевшие шляхтичи врывались в квартиры, забирали всё ценное, арестовывали жителей, и особенно евреев. На Сенной площади задержанных мучили, затем расстреливали или рубили шашками. Зверски расправились белополяки с населением трёхэтажного дома № 12 по Б. Бердичевской улице. Закрыв все выходы из дома, они облили его керосином и подожгли. Жители, за исключением выбросившихся из окон, сгорели живыми. Мы постарались как могли утешить и успокоить женщин. Тут же распорядились оказать помощь пострадавшим гражданам. Для расследования зверств белополяков решили создать комиссию»155.
Функционировали подобные комиссии и в более поздний период. 12 ноября 1920 г. так называемая Народно-Добровольческая армия С.Н. Булак-Балаховича взяла под контроль г. Мозырь в Белоруссии, провозгласив создание Белорусского народного правительства. «Освобождение» от советской власти белорусских территорий сопровождалось массовыми казнями и террором по отношению к местному еврейскому населению и советским служащим. Житель Мозыря А. Найдич так описывал события в столице БНР Мозыре после взятия города балаховцами: «В 5 часов вечера балаховцы вступили в город. Крестьянское население радостно встретило
154. Соболь Н.Л. Правда класса // Героическое подполье. В тылу деникинской армии. Воспоминания. М., 1975. С. 218.
155. Буденный С.М. Пройденный путь. Книга 2. М., 1965. С. 130.
••♦ 151 ♦

Белое движение
балаховцев, но евреи попрятались по квартирам. Сейчас же начался погром с массовыми изнасилованиями, избиениями, издевательствами и убийствами. Офицеры участвовали в погроме наравне с солдатами. Незначительная часть русского населения грабила лавки, вскрытые балаховцами. Всю ночь по городу стояли душу раздирающие крики...»156 Проведённое польским военным прокурором, полковником Лисовским расследование установило, что только в Турове балаховцами было изнасиловано 70 еврейских девочек в возрасте от 12 до 15 лет157. Схожая картина наблюдалась в других уездах. В докладе советской комиссии по регистрации жертв набега Балаховича в Мозырском уезде говорилось, что «насилию подвергались девочки от 12 лет, женщины 80 лет, женщины с 8-месячной беременностью... причём насилия совершались от 15 до 20 раз. Хотя образовавшейся местной комиссией для обследования и оказания помощи было обещано полное сохранение врачебной тайны, число обращающихся за помощью достигает всего лишь около 300 женщин, большую часть которых составляют заболевшие венерическими болезнями или забеременевшие...» Схожая ситуация была и в Речецком уезде. Еврейский погром также прошёл в Петрикове. По более поздним данным Евобщесткома, только в Мозырском уезде было ограблено 20 550 человек, убито свыше 300, изнасиловано более 500 женщин. Всего, по данным Народного комиссариата социального обеспечения Белоруссии, от действий отрядов Балаховича пострадало около 40 000 человек158.
Фиксировались и специфические издевательства. Так, польский следователь Марек Кабановский в своей книге «Генерал Станислав Булак-Балахович» (Варшава, 1993) приводит выдержки из показания X. Гданского и М. Блюменкранка следствию:
156. ГА РФ. Ф. 1339. Оп. 1. Д. 459. А. 2-3.
157. Борис Савинков на Лубянке. Документы. М., 2001. С.442- 443.
158. Хохлов А.Г. Крах антисоветского бандитизма в Белоруссии в 1918-1925 годах. Мн.., 1981. С. 61.
••♦ 152 ♦

Илья Ратьковский
«...По дороге туда встретили капитана-балаховца. Он спросил:
— Кого ведёте?
— Евреев...
— Расстрелять их.
С нами был ещё один еврей — Маршалкович. Конвоиры приказали спустить исподние штаны и лизать друг другу задницы. Потом также заставили мочиться друг другу в рот и делать другие мерзости... А мужиков собрали вокруг и приказали за всем этим наблюдать... Заставляли нас делать половой акт с тёлкой. Изнасиловали нас и напаскудили нам на лица... Блюменкранк не мог перенести издевательств и просил, чтобы его застрелили. Маршалкович ещё болеет после перенесённых издевательств»159.
Безусловно, что создавались подобные специализированные комиссии и в уездных центрах после их освобождения в 1919-1920 гг. Так, июльский протокол Комиссии по расследованию зверств колчаковцев на станции Вязовая Самаро-Златоустовской железной дороги и на Юрюзанском заводе гласит: «На станции Вязовая карательным отрядом белогвардейских банд, в количестве 250 человек, под командой подпоручика Демьяна Михайловича Мельникова были оцеплены станция и посёлок при станции, затем были произведены аресты с обысками. Вышеупомянутый отряд карателей арестовал 48 рабочих-железнодорожников. Всех арестованных карательный отряд отправил во двор жителя посёлка Вязовая Ивана Романовича Кашкарова. Оттуда принудительным порядком по одному человеку препровождали в комнату, где за общим столом заседали палачи в форме батальона смерти, в количестве 16 человек, а в углах комнаты за столами сидели в той же форме офицеры и с ними сёстры милосердия, производившие распивку спиртных напитков;
159. Станислав Никодимович Булак-Балахович. Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция». (Электронный ресурс]. URL: http://traditio.wiki/wiki (Дата снятия информации 25 августа 2022 г.).
••♦ 153

Белое движение
во главе упомянутой кампании находился Мельников, который держал в руках список, очевидно, ранее заготовленный членами сыскного отделения Саввой Петровым Шиляевым и его помощниками: Романом Андреевым Домрачевым, Дмитрием Фёдоровичем Бычковым и Дмитрием Никандровым Пимениным. При входе арестованных в комнату заседающих палачей глава заседания Мельников опрашивал фамилии входящих арестованных лиц, сын же Домрачева, Владимир Романов, удостоверял личности арестованных, после чего возвращали обратно во двор, пропуская каждого сквозь строй до места телесного наказания. Из числа арестованных товарищей подвергались телесному наказанию нижеследующие лица: Матрёна Шлемова 5 ударов, нагаечных, Мария Шлемова 5 ударов нагаечных, Данила Шлемов 5 ударов нагаечных, Иван Ефремов 30 ударов нагаечных, Александр Карабанов 20 ударов нагаечных и 20 шомпольных, Степан Козырев 10 ударов нагаечных, Степан Верин 20 ударов нагаечных и 20 шомпольных, Иван Кононович 50 ударов нагаечных, Василий Дорофеев 5 ударов нагаечных, Фома Короленко 5 ударов нагаечных, Терентий Мирков 30 ударов нагаечных, Александр Чернецов 35 ударов нагаечных, Адриан Котельников 10 ударов нагаечных, Андрей Еремин 30 ударов нагаечных, Семен Шитов 25 ударов нагаечных, Василиса Ла- заренкова 5 ударов нагаечных, Иван Филимонов 20 ударов нагаечных, Иван Ликинский 125 ударов нагаечных, Николай Земляков 40 ударов нагаечных, Афанасий Шлемов 15 ударов нагаечных. Во время телесного наказания упомянутых палачи приговаривали: “Вот тебе товарищ Ленин... А вот тебе Крыленко, а вот тебе и революционный дух... Будете помнить отряд Анненкова, и в вашей жизни останется память...”
По окончании наказания говорили: “Вставай и беги без оглядки домой” Если же который во время наказания кричал, тому увеличивали наказание, или же поднимался и во время бега падал или спотыкался, дополнительно выставленные в строй палачи производили удары прикладами, кулаками и
154 .

Илья Ратьковский
пинками. Затем часть арестованных освободили, а остальных отправили пешком в Юрюзанский завод (10 вёрст) в контрразведывательную команду, которая состояла из сербов. По прибытии в Юрюзанский завод вышеперечисленных арестованных лиц водворили в арестный дом, разместив мужчин и женщин по разным камерам, и произвели вторичное наказание нагайками. 1. Верину 10 ударов, 2. Козыреву 20 ударов, 3. Вассе Хардиной производили ежедневно по 40 ударов нагайками в течение 3 дней. Затем те товарищи, которые были освобождены от первого ареста, на следующий день были вторично арестованы и препровождены 12 июня, так же как и первые, в Юрюзанский завод и помещены совместно в общей камере; аресту подверглись нижеследующие лица: Иван Антонов, Михаил Хухарин, Семён Лазаренков, Павел Марков, Григорий Болышев, Дмитрий Ликийский, Андриан Котельников. В ночь с 12 на 13 июня были открыты двери арестного двора и под усиленным смешанным караулом сербов и русских вошёл палач и по списку начал вызывать арестованных: С.Д. Козырева, С.П. Николаева, К.С. Гладышева, И.М. Антонова, В.Ф. Дорофеева, Е.П. Савельева, Д.М. Ликинского, А.А. Котельникова, С.Н. Лазаренкова и П.Т. Маркова. Из арестного дома производили вывод на улицу по два человека, скручивая руки назад и связывая проволокой. По занятии советскими войсками станции Вязовая и Юрюзанского завода и возвращении скрывающихся от белых банд братьев Гладышевых, 16 июля было исходатайствовано разрешение от представителей советских войск на право открытия могилы погибших товарищей и перевозки трупов из района Юрюзанского завода до ст. Вязовая для похорон на кладбище на ст. Вязовая. По получении упомянутого разрешения и с горячим участием товарищей братьев Гладышевых, Василия Петровича Сазонова, Капитона Васильевича Жидкова, Терентия Павловича Маркова, П.Е. Неганова было приступлено к открытию могилы и осмотру трупов. Оказались повреждения у погибших товарищей, причинённые, очевидно, пытками палачей белогвардейских банд, нижеследующие:
155 ♦

Белое движение
1. У Андриана Алексеевича Котельникова разрублено правое плечо около шеи, переломлена ниже колена правая нога и пропорота штыком пятка, а также и туловище, двумя сквозными ударами.
2. У Степана Дмитриевича Козырева несколько штыковых сквозных ударов в туловище, снята шашкой правая сторона черепа с ухом и отрублены 4 пальца левой руки.
3. У Кузьмы Семеновича Гладышева вывернуты в коленях ноги с пальцами назад, один сквозной штыковой удар в грудную клетку и огнестрельная рана в виски навылет.
4. У Степана Петровича Николаева исколоты штыками руки выше кистей и до локтей, снята шашкой задняя часть черепа (затылок), одна сквозная штыковая рана в туловище, две огнестрельные раны в ногу и правый бок.
5. У Дмитрия Михайловича Ликинского переломлена правая рука выше кисти и штыковой удар, сквозной, в левый бок и сняты шашкой правый висок и часть черепа.
6. У Василия Федоровича Дорофеева переломлены руки выше локтей с раздроблением костей, отрублены два пальца правой руки, разрублена шашкой сверху голова с рассечением черепа и несколько сквозных штыковых ударов в туловище.
7. У Ефима Петровича Савельева снята верхняя часть черепа, разрублена голова и несколько штыковых лёгких и сквозных ударов в туловище.
8. У Ивана Моисеевича Антонова исколоты штыковыми ударами ноги ниже колен, вывернуты руки, несколько сквозных штыковых ударов в туловище.
9. У Семена Никитича Лазаренкова избито лицо, отрублено левое ухо, отрезан член с мошной, срублено шашкой темя и часть лба.
10. У Павла Терентьевича Маркова раздроблена прикладами голова, отрублено левое ухо, выколоты глаза, выбиты зубы, переломлены руки и ноги и проколото штыковыми ударами туловище.
Вышеперечисленных мучеников — товарищей, подверг-
••♦ 156 ♦

Илья Ратьковский
шихся пыткам и издевательствам палачей, — выяснить точно не представилось возможным ввиду опухоли, разложения трупов и за неимением врача. Только лишь представилось возможным выяснить поверхностно происхождение повреждений, очевидно, упомянутые палачи производили издевательства при жизни погибших товарищей»160.
Подобных комиссий было множество. После освобождения г. Гатчины Петроградской губернии осенью 1919 г. от войск генерала Н.Н. Юденича в результате работы специальной комиссии по выявлению жертв белого террора были обнаружены и перезахоронены тела погибших в результате повешения. Сохранился отчет комиссии от 12 ноября 1919 г. В нём сообщалось: «По 11-е ноября включительно найдено и выкопано из могил 16 трупов. Но могилы вскрыты ещё не все. Среди расстрелянных и повешенных коммунистов и сочувствующих есть беспартийные и есть расстрелянные за грабежи. Некоторые зверски изуродованы. Опознать всех не удалось, но по свидетельским показаниям установлено о следующих погибших товарищах: ГУЛЯЕВ, ГВОЗДЬ161, ВЛАДИМИР ПАВЛЮК, ХИНДОВАНЦ, КЕРБЕРГ, ГУСТАВ И ОЛЬМАРТИНА ПАО- ОМ, ГЛУХАРЕВ, КОКАРЕВ, ГОЛЬДЕРБЕРГ и др.»162 Также в отчёте упоминался случай повешения 4 человек на станции Суйда, в 8 вёрстах от Гатчины: красный офицер, красноармеец-еврей, мельник из окрестности, а также советский работник. Фамилии их не были установлены. Комиссия отмечала, что, несмотря на частые казни советских работников и коммунистов, ряд из арестованных сохранили жизнь в результате ходатайства местных жителей163. 16 ноября 1919 г. состоялись похороны первых обнаруженных жертв белогвардейского тер-
160. Октябрь на Южном Урале. Златоуст: Изд. Златоустовского истпарта при Окружном комитете ВКП(б), 1927. С. 155-158; Гражданская война на Южном Урале. Сборник документов и материалов. Челябинск, 1962. С. 173-176.
161. Член Гатчинской партийной организации Николай Гвоздь.
162. ЦГА ИПД СПб. Ф. Р.-4000. Оп. 7. Д. 1066. Л. 1.
163. Там же.
••♦ 157 ♦

Белое движение
рора на площади Жертв революции (бывшей Дворцовой площади)164. Впоследствии были выявлены ещё ряд жертв террора в Гатчине и её окрестностях. Таким образом, количество расстрелянных и повешенных в Гатчине, на основе имеющихся данных, можно оценить примерно в 60 человек.
В этот же день, на другом конце страны, 16 ноября 1919 г., был освобождён Красной Армией г. Льгов Курской губернии, ранее занятый Дроздовской дивизией А.В. Туркула. Расправами в городе руководил печально известный «однорукий чёрт», командир 3-го дроздовского полка В.В. Манштейн. Позднее 12 декабря в городе создаётся комиссия по похоронам жертв деникинского террора, секретарём которой стал Степан Несторович Деркач, ранее арестованный в Льгове, но переведённый позднее в Курск, что его спасло. Благодаря его сохранившимся в архивах сообщениям известны имена захороненных: Иван Григорьевич Карачевцев, Шведов, Иван Федорович Полянский, Михаил Захарович Мухин, Илларион Захарович Мухин, Иван Васильевич Жуков, Герасим Васильевич Скрылев, Петр Иванович Плигин, Иван Иванович Восков, Захар Семенович Свинарев, Михаил Васильевич Шатров, Иван (фамилия неизвестна), Алексей Жарких, Василий Тренев, два неизвестных, агроном Малиновский, Николай Григорьевич Рязанцев, Михаил Стефанович Скоробогатских, Андрей Евин. Позднее Деркач опишет похороны положенного в эту же могилу члена Износковского сельсовета, большевика Дмитрия Тимофеевича Яркина, председателя уездного комитета профсоюзов Н.В. Довженко, убитых двух молодых учительниц из Ольшанки166. Позднее состоялись похороны жертв.
После завершения военных действий в различных регионах России-СССР также проводился сбор данных о жертвах населения от белого террора. Этот процесс начался в 1920 г. Упо-
164. В 1956 г. состоялось перезахоронение останков на городское кладбище, где впоследствии был создан мемориал.
165. Курск дореволюционный [Электронный ресурс]. URL: http://old-kursk.ru/book/lagutich/hronica/hron052.html (Дата снятия ин-
формации 5 мая августа 2023 г.).
158 .

Илья Ратьковский
мянем в этом отношении Ставропольскую губернию. В период Гражданской войны в наибольшей степени был подвержен белому террору её Медвеженский уезд. По неполным данным на лето 1920 г. специальной комиссии при ставропольском губернском отделе юстиции (сведения поступили из 26 сёл из 31), в 26 сёлах уезда зарегистрировано 1112 случаев повешения и расстрела, 138 случаев тяжких истязаний и 204 случая полного ограбления. Первое место по числу жертв занимало в уезде село Белая Глина с общим числом казнённых белыми не менее 700 человек. Свыше 50 жертв в каждом насчитывается в сёлах: Горько-Балковском, Павловском, Богородицком и Ново-Михайловском. В других населённых пунктах количество казнённых было меньше, но так же, как и в Ставропольском уезде, среди населённых пунктов Медвеженского уезда нельзя было указать хотя бы на один, где бы ни значились повешенные и расстрелянные белыми властями.
Среди показаний свидетелей нередко встречались подобные заявления: «карательный отряд выпорол половину села», «карательным отрядом было ограблено всё село поголовно»166.
Создавались в 1919-1920 гг. комиссии по установлению фактов белого террора и на более низовом уровне. В ночь с 12 на 13 июня 1919 г. в одном из оврагов были казнены 10 вязовских железнодорожников и 4 отказавшихся вступить в ряды белой армии. Позднее, вскоре после состоявшегося разгрома местного партизанского отряда, 19 июня был показательно повешен партизанский связной М.А. Варганов с табличкой: «Так будет со всеми большевиками». На этом репрессии не прекратились, и в том же июне на Семеновском мосту были казнены юрюзанские и вязовские красноармейцы и партизаны (4 человек)167. Позднее населённый пункт был освобождён
166. Борьба трудящихся масс за установление и упрочение советской власти на Ставрополье. 1917-1921 гг. Ставрополь, 1968. С. 134-135.
167. Сайт Юрюзани. [Электронный ресурс]. URL: // http://yurinfo.ucoz.ru/publ/8-1-0-21 (Дата снятия информации 5 мая августа 2023 г.).
159 ♦••

Белое движение
красными частями, и здесь была сформирована опять-таки специальная комиссия по установлению жертв белого террора. Согласно протоколу комиссии по расследованию зверств колчаковцев на станции Вязовая Самаро-Златоустовской железной дороги и на Юрюзанском заводе, путём опроса и осмотра пострадавших товарищей были установлены следующие факты. На станции Вязовая белый отряд произвел аресты с обысками. Вышеупомянутый отряд карателей арестовал 48 рабочих-железнодорожников. Всех арестованных карательный отряд отправил во двор жителя посёлка Вязовая Ивана Романовича Кашкарова. Оттуда принудительным порядком по одному человеку препровождали в комнату, где за общим столом заседали палачи в форме батальона смерти, в количестве 16 человек, а в углах комнаты за столами сидели в той же форме офицеры и с ними сёстры милосердия, производившие распивку спиртных напитков; во главе упомянутой кампании находился Мельников, который держал в руках список, очевидно, ранее заготовленный членами сыскного отделения Саввой Петровым Шиляевым и его помощниками: Романом Андреевым Домрачевым, Дмитрием Федоровичем Бычковым и Дмитрием Никандровым Пимениным. При входе арестованных в комнату заседающих палачей глава заседания Мельников опрашивал фамилии входящих арестованных лиц, сын же Домрачева, Владимир Романов, удостоверял личности арестованных, после чего возвращали обратно во двор, пропуская каждого сквозь строй до места телесного наказания. Из числа арестованных товарищей подвергались телесному наказанию нижеследующие лица: Матрена Шлемова 5 ударов, нагаечных, Мария Шлемова 5 ударов нагаечных, Данила Шлемов 5 ударов нагаечных, Иван Ефремов 30 ударов нагаечных, Александр Карабанов 20 ударов нагаечных и 20 шомпольных, Степан Козырев 10 ударов нагаечных, Степан Верин 20 ударов нагаечных и 20 шомпольных, Иван Кононович 50 ударов нагаечных, Василий Дорофеев 5 ударов нагаечных, Фома Короленко 5 ударов нагаечных, Терентий Мирков
••♦ 160 •

Илья Ратьковский
30 ударов нагаечных, Александр Чернецов 35 ударов нагаечных, Адриан Котельников 10 ударов нагаечных, Андрей Еремин 30 ударов нагаечных, Семен Шитов 25 ударов нагаечных, Василиса Лазаренкова 5 ударов нагаечных, Иван Филимонов 20 ударов нагаечных, Иван Ликинский 125 ударов нагаечных, Николай Земляков 40 ударов нагаечных, Афанасий Шлемов 15 ударов нагаечных. Во время телесного наказания упомянутых палачи приговаривали: “Вот тебе товарищ Ленин... А вот тебе Крыленко, а вот тебе и революционный дух... Будете помнить отряд Анненкова, и в вашей жизни останется память...” По окончании наказания говорили: “Вставай и беги без оглядки домой” Если же который во время наказания кричал, тому увеличивали наказание, или же поднимался и во время бега падал или спотыкался, дополнительно выставленные в строй палачи производили удары прикладами, кулаками и пинками. Затем часть арестованных освободили, а остальных отправили пешком в Юрюзанский завод (10 вёрст) в контрразведывательную команду, которая состояла из сербов. По прибытии в Юрюзанский завод вышеперечисленных арестованных лиц водворили в арестный дом, разместив мужчин и женщин по разным камерам, и произвели вторичное наказание нагайками. 1. Верину 10 ударов, 2. Козыреву 20 ударов, 3. Вассе Хардиной производили ежедневно по 40 ударов нагайками в течение 3 дней. Затем те товарищи, которые были освобождены от первого ареста, на следующий день были вторично арестованы и препровождены 12 июня, так же как и первые, в Юрюзанский завод и помещены совместно в общей камере; аресту подверглись нижеследующие лица: Иван Антонов, Михаил Хухарин, Семен Лазаренков, Павел Марков, Григорий Болышев, Дмитрий Ликийский, Андриан Котельников»168.
Подобные сборы информации о погибших лицах в результате белых репрессий практиковались и на уездно-волостном уровне. В том же 1920 г. указанные сведения собирал Ямбург-
168. Там же.
••♦ 161 ♦

Белое движение
ский уездный партийный комитет Петроградской губернии, куда, в частности, 10 мая поступили сведения от Ратчинского волостного комитета. Согласно ему, белыми войсками были расстреляны следующие граждане д. Вельноты: Венедикт Васильев, Александр Михайлов, Егор Рубцов. В д. Филилиево Василий Фомичев, в селе Ратчине Яков Гаврилов. Наказаны шомполами: в Филилеево 2 случая, в Кайволово 3 случая, в селе Ратчина 1 случай. Были заключены в лагеря 3 семьи из д. Кайволово, в тюрьмы — один случай в с. Ратчино. Погромы произведены в д. Кайволово: у 4 семей были отобраны хлеб, деньги и одежда. В с. Ратчине у 4 семей отобрали хлеб, 3 лошади и одежда169. Расстрел упомянутых 5 граждан может показаться незначительным свидетельством белых репрессий, но речь шла о расстрелах гражданского населения только в четырёх поселениях. В том же году сведения в Ямбургский уезд поступили от Ильешевского волостного совета. Согласно им, были расстреляны: «взятый в плен на ст. Вруда в мае 1919 г. Андрей Ильич Петров (уроженец д. Ильеши); Михеев Никофор Никофорович (д. Княжево), имел 3 детей; Семенов Никофор Герасимович (д. Княжево), имел 3 детей; Сергеев Алексей Сергеевич (д. Княжево); Оводов Александр (завод «Голятицы»); Отсинг Иван Адамович и его жена Мария Карловна (д. Ароксюль), имели 5 детей; Инзберг Юганес (д. Ароксюль); Кельдер Юганес Юрьевич и его сын Антон (д. Горка), имели 2 детей; Парц Юганес Яковлевич (сов. Муромщик); Ахоколь Осип Семенович (д. Зимитицы) уведён белыми в октябре 1919 г., по слухам умер голодной смертью; Леонтьева Елена (д. Зимитицы), уведена белыми, по слухам повешена в Ямбурге; Карванен Елена Васильевна, 70 лет (д. Зама... — неразборчиво — И.Р.) уведена белыми, впоследствии осталась жить»170.
Отдельно следует отметить деятельность чрезвычайных комиссий (ЧК) и реввоентрибуналов по выявлению ви-
169. ЦГА ИПД СПб. Ф. Р. 2415. Оп. 1. Д. 6. Л. 14.
170. ЦГА ИПД СПб. Ф. Р. 2395. Оп. 1. Д. 1. Л. 31-31 (об).
162 ♦

Илья Ратьковский
новных лиц в проведении белого террора на захваченных территориях, а также самих обстоятельств белого террора. В Екатеринбургской губернии, по неполным данным, собранным чекистами к процессу 1920 г. над колчаковскими министрами171, в 1918-1919 гг. белыми властями было расстреляно двадцать пять тысяч человек. Особым репрессиям, по этим же данным, подвергались Екатеринбургский и Верхотурский уезды. «Одни Кизеловские копи — расстреляно, заживо погребено около 8 тысяч, Тагильский и Надеждинский районы — расстреляно около десяти тысяч. Екатеринбургский и другие уезды — не менее восьми тысяч человек. Перепорото около 10% двухмиллионного населения. Пороли мужчин, женщин, детей. Разорены — вся беднота, все сочувствующие советской власти»172. Впоследствии эти чекистские данные вошли во многие издания173. Безусловно, указанные чекистские цифры надо воспринимать критически, особенно по Кизеловским копям174, но сам факт массовых репрессий в регионе имел место. Имел место и сбор информации о белом терроре. Поэтому хотя цифры и носили завышенный характер, но всё-таки не были преувеличены в десятки и сотни раз, как часто заявляется в современных изданиях.
Важным моментом в установлении жертв интервенции и белых режимов были различные партийные комиссии и издаваемые ими памятные книги-мартирологи. Эти издания начались появляться уже на заключительном этапе Граж-
171. Процесс над колчаковскими министрами состоялся в мае 1920 г.
172. Процесс над колчаковскими министрами. Май 1920 / под ред. акад. А.Н. Яковлева; отв. ред. В.И. Шишкин. М., 2003. С. 23.
173. Гойхбарг А.Г. Преступления Колчака. Заключение по делу членов самозванного правительства зав. отд. юстиции Сибревкома // Колчаковщина. Екатеринбург, 1927. С. 150.
174. Вебер И.М., Ситников М.Г. «В военном деле, если что когда-либо и знал, то давным-давно перезабыл»: доклад поручика А.М. Смирнова о генерал-майоре А.В. Бордзиловском // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции. 2016. №1. С. 187-188.
• •♦ 163 ♦••

Белое движение
данской войны в России. Среди них можно отметить одно из первых подобных изданий — книгу «Красная Голгофа», вышедшую в Благовещенске уже в 1920 г. Издание «Красной Голгофы» было началом большого проекта, имевшего целью увековечивание памяти погибших в годы Гражданской войны на Дальнем Востоке революционеров. Инициатором его, вероятнее всего, был историк революционного движения, поэт и журналист И. Жуковский. Помимо ряда биографий жертв белого террора, в ней был приведён персонализированный список жертв японского и белого террора в известной деревне Семеновка175. Предполагалось несколько выпусков, но вышел только один.
Из других подобных работ отметим московское издание 1922-1923 гг. «Братская могила» в двух выпусках176. Из более поздних изданий можно упомянуть «Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг.»177. Характерно, что второе издание вышло как раз в год формирования Общества содействия жертвам интервенции, а на следующий год выпустили уже третье издание. Издание подготовили Людмила Степановна Лежава (1864-1943), сестра известного большевика Михаила Степановича Ольминского и жена Андрея Матвеевича Лежава, в указанный период являвшегося заместителем председателя Совнаркома РСФСР — председателем Госплана РСФСР, и Г. Русаков.
Данные издания также в определённой степени ставили вопрос о жертвах белого террора и интервентов в период Гражданской войны в России. В них имелся перечень жертв белого террора. Однако в работе Общества содействия жертвам интервенции они практически не были задействованы.
175. Красная Голгофа. Благовещенск, 1920. С. 14-18.
176. Братская могила: Биогр. словарь умерших и погибших членов Моск. орг. РКП(б) / Моск. ком. РКП (б). Губ. бюро комис. по истории Окт. рев. и РКП (Истпарт). М„ 1923. 2 т.
177. Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг. / Комис. по истории Октябр. революции и РКП большевиков; сост.: Л. Лежава и Г. Русаков. 2-е изд., испр. и доп. М.; Пг.: Гос. изд-во, 1924.
164 ♦

Илья Ратьковский
Н. Сверчков. Белые расправляются
Тем не менее все указанные комиссии и издания создали определённую основу для сбора источниковой базы по истории белого террора. Новая разработка проблематики белого террора начнётся с началом деятельности Общества содействия жертвам интервенции (ОСЖИ) в 1923-1924 гг.178
178. Разина М.В., Ратьковский И.С. Создание и организация работы Всесоюзного общества содействия жертвам интервенции // История. Научное обозрение OSTKRAFT. №19 / Под ред. М. А. Колерова. М.: Модест Колеров, 2023. С. 38-75.
••« 165 »

Игорь Пыхалов
Георгиевские кресты для «белых орлов»
Генерал Пётр Краснов и его воинство
Как это ни парадоксально, несмотря на огромное количество публикаций, в истории Гражданской войны в России остаётся целый ряд малоисследованных сюжетов. В частности, недостаточно изучен вопрос об использовании в белых армиях дореволюционных наград. Опубликованные научные работы либо вскользь касаются этой темы (например [1; 6]), либо рассматривают отдельные частные моменты [10; 12; 15]. Исключением является изданная в 2007 г. монография А.И. Рудиченко [17], однако небольшой тираж и высокая цена делают её малодоступной для широкого круга читателей. Кроме того, основное внимание в этой работе уделено изучению и описанию образцов наград, хранящихся в музейных и частных коллекциях.
Вместе с тем в средствах массовой информации Российской Федерации активно пропагандируется не соответствующий действительности тезис, будто лидеры белых отличались крайней щепетильностью, считая недопустимым
••♦ 166.

Игорь Пыхалов
выдавать прежние российские награды за участие в братоубийственной войне:
«Дело в том, что вожди Белого движения не награждали своих воинов Императорскими Орденами, считая, что не может быть награждён солдат или офицер царскими наградами, так как та война была гражданской и братоубийственной» [14, с. 10].
«В армии Деникина и Колчака наград за войну со своим народом не давали» [3, с. 27].
Прежде всего, следует заметить, что военнослужащим российской армии было совсем не впервой получать награды за усмирение бунтующей черни. Так, в 1775 г. И.И. Михельсон был награждён орденом Св. Георгия 3-й степени за заслуги в подавлении восстания Пугачёва [18, с. 190].
«14 мая 1798 г. был дарован Рижскому мушкетёрскому полку, что ныне 70-й 33-й пехотный Ряжский полк, гренадёрский “бой” т.е. особый барабанный бой, обыкновенно даваемый за боевые отличия. Причиною боевой награды послужило успешное усмирение полком в феврале 1797 г. неповиновавшихся крестьян села Барсова, Орловской губернии» [5, с. 286].
Щедро отмечено царскими наградами участие офицеров Семёновского полка в подавлении декабрьского восстания 1905 г. в Москве:
«За подавление революции 1905 года все офицеры получили награды. Мне дали Анну 3-й степени» [9, с. 50].
В Февральскую революцию 1917 г. случилось прямо противоположное. Как известно, переход воинских частей петроградского гарнизона на сторону восставшего народа начался с выстрела унтер-офицера запасного батальона лейб-гвардии Волынского полка Тимофея Кирпичникова, убившего начальника учебной команды батальона капитана Дашкевича. За этот «подвиг» Кирпичников был награждён Георгиевским крестом 4-й степени за №423492. Примечательно, что приказ о награждении подписал командующий войсками Петроградского военного округа генерал-лейте-
• •♦ 167 ♦••

Белое движение
нант Л.Г. Корнилов, один из будущих вождей Белого движения [6, с. 157].
Как же обстояли дела во время Гражданской войны? Фактическое отсутствие единого командования и территориальная разобщённость белых армий привели к тому, что общей наградной системы так и не было создано. Не было выработано и единого подхода к вопросу о допустимости награждения офицеров дореволюционными орденами. Насчёт нижних чинов таких сомнений не возникало, их награждение практиковалось во всех белых армиях:
«Что касается солдатских Георгиевских крестов и медалей, то награждение ими рядовых солдат и казаков, вольноопределяющихся, унтер-офицеров, юнкеров, добровольцев и сестёр милосердия происходило на всех территориях, занятых Белыми армиями» [10, с. 18].
Впрочем, в большинстве белых армий не гнушались награждать и офицеров. Ещё в июле 1918 г. командование созданной Временным Сибирским правительством Сибирской армии приняло решение: «К наградам — представлять, но утвердить награждения должна верховная российская власть (когда образуется)» [7, с. 15].
Вскоре объявилась и «верховная власть» в лице адмирала А.В. Колчака, совершившего переворот 18 ноября 1918 г. Уже со следующего месяца новоявленный Верховный правитель и Верховный главнокомандующий начал утверждать представления Георгиевских дум.
Так, приказом № 65 от 3 декабря 1918 г. было утверждено награждение орденом Георгия 4-й степени командира 7-го чехословацкого стрелкового полка полковника Э. Кедлеца (Кадлеца), начальника штаба Байкальского фронта подполковника Б.Ф. Ушакова (посмертно) и офицера оперативного отдела Средне-Сибирского отдельного корпуса поручика Макарова [1, с. 866-867]; приказом № 83 от 9 декабря 1918 г. — награждение «Георгием» 3-й степени командующего Восточным фронтом белых Р. Гайды и командира Средне-Си-
• 168

Игорь Пыхалов
бирского корпуса А.Н. Пепеляева [1, с. 865, 867; 7, с. 13, 15]. Все перечисленные новоиспечённые георгиевские кавалеры были представлены к своим наградам Георгиевской думой Восточного фронта белых ещё в конце августа 1918 г. за разгром красных войск Прибайкальского фронта [7, с. 13].
Солдатскими же «Георгиями» Колчак начал награждать ещё с ноября 1918 г. [7, с. 15].
Пару месяцев спустя наградной процесс был упорядочен. 9 февраля 1919 г. вышел приказ № 30 Военного министра правительства А.В. Колчака генерал-майора Н.А. Степанова с объявлением правил «восстановленного» награждения офицеров, военных врачей, военных чиновников, военных священников и солдат орденами и другими знаками отличия [1, с. 110-112]. Приказом, текст которого «восстанавливал» военные награды царской России в белой армии, командование последней декларативно представляло себя правопреемником сметённого революцией «законного» государства.
Одно из массовых награждений, состоявшихся в том же месяце, описывает П.Н. Зырянов в биографии Колчака, вышедшей в серии «Жизнь замечательных людей»:
«На затерянной среди Уральских гор маленькой станции, близ Уфимского фронта, Колчак вручал георгиевские кресты. Высший знак воинской доблести после Февраля демократизировался — теперь его могли получить не только офицеры, но и солдаты. Длинный их ряд, молодых, безусых, вытянулся вдоль перрона. В прозрачном горном воздухе как-то особенно проникновенно прозвучала возвышенная и печальная мелодия гимна “Коль славен наш Господь в Сионе...”.
Главнокомандующий негромким, но чётким голосом поздоровался с войсками, и началась церемония награждения. Было заметно, что многие волнуются — особенно, как показалось Ауслендеру, один широкоплечий и краснощёкий парень из ижевских рабочих. Когда Адмирал повторил перед ним формулу награждения — ”От имени Русской армии в воздаяние подвигов, совершённых Вами на пользу родины,
169 .

Белое движение
награждаю Вас Георгиевским крестом”, — в его глазах блеснули слёзы. Когда же к его шинели были уже приколоты крест и ленточка, стоявший рядом офицер доложил о чём-то верховному правителю. Ни слова не говоря, Колчак взял у адъютанта ещё один крест, более высокой степени, и приколол рядом с первым. И потом, переходя с левого фланга на правый, мимо строя, который расцвёл оранжево-чёрными георгиевскими лентами, верховный правитель ещё раз остановился у того парня и поправил на его груди ордена и ленточки» [8, с. 455].
Впрочем, комментируя эту трогательную сцену, П.Н. Зырянов допускает ошибку. Действительно, 24 июня (7 июля) 1917 г. Временное правительство постановило разрешить награждать офицеров солдатскими Георгиевскими крестами, а солдат — орденом Св. Георгия [1, с. 106-107]. 28 июня (11 июля) это постановление было объявлено приказом № 534 Верховного главнокомандующего генерала от кавалерии А.А. Брусилова [1, с. 106-107]. 3 (16) июля 1917 г. вышел аналогичный приказ армии и флоту № 26 военного министра А.Ф. Керенского [1, с. 111].
Однако приказ № 30 от 9 февраля 1919 г., помимо прочего, предписывал:
«- Награждение офицеров георгиевскими крестами с лавровыми ветками на основании приказа армии и флоту от 3 июля 1917 г. за № 26 — впредь отменяется.
- Ношение крестов, полученных ранее, — на основании вышеуказанного приказа отменяется.
- Награждение солдат орденом Св. Георгия на основании приказа армии и флоту от 3 июля 1917 года за № 26 — отменяется.
- Ношение орденов Св. Георгия, полученных солдатами ранее на основании вышеуказанного приказа, — отменяется» [1,с. 111-112].
Вслед за руководящей директивой колчаковского военного министра последовали приказы командующих более низкого уровня. Так, в приказе № 45 от 13 февраля 1919 г. ко-
• •♦ 170 •••

Игорь Пыхалов
мандира 2-го отдельного Степного Сибирского корпуса генерал-майора В.В. Бржезовского говорилось:
«§2. Объявляю, что Верховный Главнокомандующий разрешил представлять офицеров к ордену Св. Георгия и Георгиевскому Оружию, а солдат к Георгиевским крестам и медалям. Впредь награждение офицеров солдатским Георгиевским крестом, а солдат орденом Св. Георгия отменено. Начальникам дивизий предоставляется право награждения солдат Георгиевскими медалями. При Главном Штабе учреждается Георгиевская Дума для рассмотрения статутных представлений в случае невозможности рассмотрения таковых в армии или штабе фронта» [15, с. 11].
Командующий 1-м Волжским армейским корпусом в приказании № 21 от 17 апреля 1919 г. предписывал своим подчинённым:
«§2. При представлениях к наградам и на должности — обязательно указывать срок активной борьбы с большевиками каждого из представляемых, причём обозначать, принимал ли участие в боях с большевиками или принимал участие в работе по организации борьбы с большевиками. Основание: Приказ Наштаверха от 25 марта за № 260» [15, с. 11-12].
Не был при этом забыт и сам Верховный правитель. 15 апреля 1919 г. собранная при штабе Сибирской армии Георгиевская дума под председательством командующего армией генерал-лейтенанта Р. Гайды постановила: «За разгром армий противника Русскими Армиями под управлением Верховного Правителя, и Верховного Главнокомандующего Адмирала Колчака на основании параграфа 1 статьи 8-й Георгиевского статута, просить Верховного Правителя и Верховного Главнокомандующего Адмирала Колчака принять Орден Святого Георгия 3-й степени». Разумеется, Верховный правитель и Верховный главнокомандующий приказом № 121 от 20 апреля 1919 г. это постановление утвердил: «Принимая эту высокую воинскую награду, я уверен, что доблестная возрождённая Русская Армия не ослабнет в своём порыве и до конца
171 .

Белое движение
доведёт дело освобождения России от врагов и поможет ей стать снова могучей и сильной в среде великих держав мира» [16, с. 10].
Месяц спустя последовала ответная любезность. 22 мая 1919 г. Верховный правитель и Верховный главнокомандующий «по удостоению Постоянной Думы ордена Св. Георгия в г. Омске» наградил орденом Св. Георгия 3-й степени командующего 3-м Степным корпусом Сибирской армии генерал-лейтенанта Г.А. Вержбицкого (за Кунгурскую операцию 22 января — 7 марта 1919 года) и начальника 1-й Сибирской стрелковой дивизии генерал-майора Б.М. Зиневича (за взятие Перми в декабре 1918 г.). Одновременно с ними 4-й степени ордена были удостоены командир 1-го Волжского армейского корпуса генерал-майор В.О. Каппель и командующий 2-м Уфимским армейским корпусом генерал-майор С.Н. Войцеховский [15, с. 12-14]. Вдобавок 2 мая 1919 года Вержбицкий получил орден Св. Владимира 3-й степени [2, с. 73].
В изданном в 2004 г. справочнике «Военный орден Святого Великомученика и Победоносца Георгия» приводится список из 74 персоналий, получивших офицерские георгиевские награды в рядах колчаковской армии [1, с. 865-868].
В монографии А.И. Рудиченко приведён более полный список: 26 награждённых Георгиевским оружием, 88 — орденом Св. Георгия 4-й степени, 10 — орденом Св. Георгия 3-й степени. При этом трое персонажей были награждены дважды: Войцеховский и Каппель получили ордена 4-й и 3-й степеней, а штабс-капитан К.А. Бокин — орден 4-й степени и Георгиевское оружие [17, с. 105-108, 111-112].
4 января 1920 г. Колчак передал «всю полноту военной и гражданской власти на всей территории Российской Восточной Окраины, объединённой российской верховной властью» атаману Г.М. Семёнову. Приказами последнего 15 человек были награждены Георгиевским оружием и 14 — орденом Св. Георгия 4-й степени [17, с. 106-108, 111-112].
Не менее щедро награждали господ офицеров и в белых
172 .

Игорь Пыхалов
войсках на Севере России. Летом 1918 г. Верховным управлением Северной области были восстановлены старые ордена, в том числе орден Святого Георгия и Георгиевское оружие. Все представления попадали в Георгиевскую думу и утверждались приказами генерал-губернатора Северной области [1, с. 862]. В упомянутом справочнике «Военный орден Святого Великомученика и Победоносца Георгия» приведён список из 38 персоналий, удостоенных в 1919 г. георгиевских наград [1, с. 862-865]. В монографии А.И. Рудиченко приведён более полный список: 35 награждённых Георгиевским оружием, 29 — орденом Св. Георгия 4-й степени. В том числе пять наград были пожалованы английским офицерам из числа интервентов [17, с. 105, 110-111].
Следует отметить, что если в колчаковской армии кое-кто из награждённых получил награды за подвиги в 1-й мировой войне, то здесь все были награждены исключительно за участие в Гражданской войне. Интересно, что по количеству розданных Георгиевских наград генерал-губернатор Северной области Е.К. Миллер лишь вдвое уступает Верховному правителю. При этом если колчаковское воинство достигало весной 1919 г. 400 тыс. человек [4, с. 269], то общая численность белых войск Северной области составляла всего лишь около 20 тыс. [4, с. 122].
Вручались и другие дореволюционные ордена. Например, полковник Н.П. Барбович и капитан 1-го ранга Г.Е. Чаплин были удостоены ордена Св. Владимира 3-й степени, полковник В.З. Ахаткин — Св. Владимира 4-й степени, лейтенант Ю.Н. Витте — Св. Анны 3-й степени, генерал-майор Б.Н. Вуличевич — ордена Св. Станислава 1-й степени [2, с. 28, 35, 78, 117,609].
Щедро награждались интервенты. Так, генерал-майор британской армии Эдмунд Айронсайд получил орден Св. Владимира 2-й степени, контр-адмирал британского флота Вильям Кемп и генерал британской армии Мейнард — орден Св. Анны 1-й степени, генерал британской армии Прайс, бригад-
173 .

Белое движение
ный генерал американской армии Ричардсон, контр-адмирал американского флота Ньютон А. Мак-Колли, генерал-квартирмейстер Главного штаба Союзных сил бригадный генерал Г. Нидэм и начальник Главного штаба Союзных сил бригадный генерал британской армии Э. Уэлш — орден Св. Станислава 1-й степени [17, с. 90-91].
Широко практиковалось награждение Георгиевскими крестами нижних чинов. При этом в Миллеровской армии была введена собственная нумерация Георгиевских наград. Всего же, если судить по спискам награждённых, опубликованным в «Вестнике Временного правительства Северной области», до конца 1919 г. было пожаловано 17 крестов первой степени, 106 — второй, 422 — третьей и 2270 — четвёртой [13, с. 64].
Подобное количество наград довольно забавно: Георгиевский крест получил каждый десятый боец Миллеровской армии, хотя никаких чудес массового героизма со стороны белых на этом фронте не наблюдалось. Для сравнения: в Красной Армии, насчитывавшей к 1 ноября 1920 г. 5,5 млн человек [4, с. 301], за подвиги в Гражданской войне было выдано около 15,5 тыс. орденов Красного Знамени [4, с. 301, 419]. Таким образом, орденом Красного Знамени — фактически единственной правительственной воинской наградой той поры — был награждён всего лишь один из 354 красноармейцев. Хотя такое сравнение не вполне корректно, но показательно: бойцов Красной Армии награждали за выдающиеся боевые заслуги, белогвардейцев — большей частью для поддержания боевого духа.
По сравнению с армией Миллера, личный состав Северо-Западной армии, возглавляемой с июня 1919 г. генералом от инфантерии Н.Н. Юденичем, награждался скромнее. Так, известны лишь два награждения орденом Св. Георгия 4-й степени и одно награждение Георгиевским оружием [17, с. 84]. 22 января 1920 г., одновременно с приказом о расформировании армии, было издано несколько последних приказов о награждениях, включивших несколько сот фамилий офицеров.
••♦ 174.

Игорь Пыхалов
При этом некоторые из них получили по несколько орденов. Так, приказом № 69 поручик Печёрского стрелкового полка В. Руссиновский-Путята награждён сразу четырьмя орденами: Св. Владимира 4-й ст. с мечами и бантом, Св. Анны 2-й ст. с мечами, Св. Анны 3-й ст. с мечами и бантом и Св. Анны 4-й ст. с надписью «За храбрость» [17, с. 84]. В тот же день приказом № 71 436 нижних чинов были награждены Георгиевскими крестами и медалями [17, с. 122].
Не остались без заслуженных наград и «рыцари белой идеи», сражавшиеся против большевиков на Юге России. 28 апреля (11 мая) 1918 г. собравшиеся в Новочеркасске представители казачьей верхушки объявили себя «Кругом спасения Дона» [4, с. 311]. 1 (14) мая на заседании Круга было постановлено: «...Восстановить действие законов Российской империи на территории Всевеликого войска Донского». В числе прочего восстанавливалась и прежняя наградная система [12, с. 128]. 4 (17) мая 1918 г. Круг рассмотрел и принял так называемые «основные законы Войска Донского», в VIII пункте которых было записано: «...Атаман производит военных за отличие в делах против неприятеля в чины, назначает им награды» [12, с. 128]. Уже с конца мая 1918 г. в газете «Донской край» стали публиковать приказы о награждении казаков знаками всех степеней. При этом использовались Георгиевские кресты и медали собственного образца, изготовлявшиеся в 1918-1919 гг. в военно-ремесленной школе в Новочеркасске. С учётом местной специфики Георгий Победоносец изображался на них в виде казака: в шапке с башлыком, казачьем мундире и сапогах, из-под шапки виден чуб, лицо обрамлено бородой [12, с. 128].
Поначалу награждение было прерогативой атамана. Впоследствии это право получили также командиры частей и соединений. Награждением чиновников и гражданских лиц ведало Донское правительство. О количестве награждённых можно судить по наибольшей нумерации выданных крестов и медалей.
175 ♦••

Белое движение
Георгиевские кресты: 2-я степень — № 470,
3-я степень — № 9080,
4-я степень — № 20158.
Георгиевские медали «За храбрость»:
3-я степень — № 803,
4-я степень — № 7043 [12, с. 128,131].
Медали 1-й и 2-й степеней не выдавались [12, с. 131]. А вот «красновский крест» 1-й степени имел хождение. Например, в ноябре 1919 г. эту награду получил член Большого войскового круга Донского войска подхорунжий Борисотов [13, с. 63]. Что же касается офицерских наград, то, как утверждают Г. Мазяркин и М. Селиванов, случаев награждения орденом Св. Георгия и Георгиевским оружием в Донской армии им выявить не удалось [12, с. 131]. Зато другие дореволюционные ордена были в ходу. Как справедливо отмечает А.С. Кручинин, «награждение старыми орденами, как за военные, так и за гражданские заслуги, широко практиковалось на Дону» [10, с. 18].
О масштабе награждений можно судить по отчёту Управляющего Военным и Морским отделом и Командующего Донской армией генерал-лейтенанта С.В. Денисова, представленному Большому войсковому кругу, который проходил с 15 (28) августа до 20 сентября (3 октября) 1918 г. в Новочеркасске: только за три месяца за боевые отличия были награждены офицерскими орденами 324 человека, Георгиевскими крестами и медалями — 4511 человек [17, с. 74].
Многочисленные примеры таких награждений мы видим в биографиях деятелей Белого движения, приведённых в книге С.В. Волкова [2]. Кроме того, как и во времена Керенского, офицеры Донской армии могли получить солдатский «Георгий». Так, И. Можейко сообщает о награждении Георгиевским крестом генерал-лейтенанта А.К. Гусельщикова [13, с. 63]. 25 мая 1918 г. Георгиевский крест 4-й степени получил войсковой старшина Г.И. Долгопятов [2, с. 169].
Особняком стоит Добровольческая армия. В ней награж-
••.176.

Игорь Пыхалов
дение офицеров дореволюционными наградами действительно не практиковалось. Если верить нынешним поклонникам Белого движения, причины для этого были самые возвышенные. Дескать, не мог щепетильный Деникин допустить, чтобы прославленные награды императорской армии вручались за участие в братоубийственной войне.
На самом деле это не совсем так. Вот что было сказано в циркулярном письме начальника Штаба Главнокомандующего генерал-лейтенанта И.П. Романовского № 7734 от 17 марта 1919 г., направленном командующим армиями Вооружённых Сил Юга России (ВСЮР):
«Главнокомандующий, со своей стороны, полагает, что награждение орденом Св. Георгия и Георгиевским Оружием вызовет большие сомнения.
До сего времени этими двумя высокими наградами награждались только за подвиги, оказанные в войне с внешним врагом, и награждение ими за подвиги в гражданской войне армиями может быть встречено различно.
Исследование подвига, долженствующее предшествовать награждению, и во время предыдущих войн вызывало чрезвычайно много неудовольствий, осложнений и выявляло некоторые отрицательные стороны войсковой жизни; несомненно, теперь, при общем развале, падении дисциплины и нравов, надо ожидать, что каждое награждение будет сопровождаться потоками всякой грязи и дрязг.
Кроме того, большим затруднением явится несоответствие во многих случаях Георгиевского статута условиям настоящей борьбы, что вызовет необходимость, в случае восстановления указанных наград, в учреждении особой комиссии для изменения и дополнения статута» [10, с. 17].
Действительно, в качестве первого довода названа неуместность подобных награждений на гражданской войне. Зато вторая причина куда менее романтична — опасение, что благородные поручики Голицыны и корнеты оболенские, не поделив награды, затеют банальную склоку.
177 .

Белое движение
Интересно отметить, что, отказавшись от награждения русских офицеров, деникинское командование щедро жаловало дореволюционными орденами «союзников»-интервентов. Высшими степенями российских орденов были награждены в частности: орденом Белого Орла с мечами — начальник Британской военной миссии при Главнокомандующем ВСЮР генерал-лейтенант Бриггс; орденами Св. Анны 1-й степени с мечами — генерал британской армии Т.Х. Киз и американской миссии контр-адмирал М.А. Мак-Колли; орденами Св. Станислава 1-й степени с мечами — начальник Британской военной миссии при особе румынского короля генерал-майор Гринслей, начальник Британской военной миссии бригадный генерал Дж.С. Перси и начальник Французской военной миссии дивизионный генерал Манжин [17, с. 68]. Среди награждённых известный английский разведчик лейтенант Сидней Рейли, получивший орден Св. Анны 3-й степени [17, с. 69].
Что касается нижних чинов, то их награждение никаких сомнений у деникинского командования не вызывало: «Солдаты и добровольцы представляются [к] Георгиевским крестам и медалям за подвиги, указанные [в] Георгиевском Статуте, тем же порядком, как и во время войны [на] внешнем фронте, награждаются крестами властью комкора, а медалями властью начдива» [10, с. 18].
Вот что вспоминает, например, полковник М.Н. Левитов:
«На рассвете [7 сентября 1919 г. — И.П.] наши три бронепоезда благополучно вернулись в расположение наших войск. За ночное дело на станции Курск последовало награждение чинов команд Георгиевскими крестами и медалями (чего в Корниловских ударных полках не было до перехода их в Русскую Армию генерала Врангеля)» [11, с. 69].
В это же время состоялось массовое награждение личного состава Симферопольского офицерского полка за отличия в боях с махновцами.
Подведём итоги. Солдатский «Георгий» использовался
••• 178 •

Игорь Пыхалов
практически на всех белых фронтах, орден Св. Георгия — в армиях Колчака, Миллера и Юденича. Кроме того, у Колчака офицеров награждали орденами Св. Владимира и Св. Анны, у Миллера, Юденича и в Донской армии — Св. Владимира, Св. Анны и Св. Станислава.
Помимо командного состава основных белых фронтов имелись всяческие полевые командиры, щедро раздававшие награды своим подчинённым. Так, когда весной 1919 г. после расформирования отряда полковника А.Ф. Бичерахова его личный состав влился в ряды ВСЮР, обнаружилось, что офицеры-бичераховцы увешаны орденами. В результате 7 сентября 1919 г. Деникин издал приказ № 2070, согласно которому «награждение орденами, совершённое в бывшем отряде Бичерахова, считается несостоявшимся» [13, с. 64].
Таким образом, вопреки нынешним мифотворцам, в белых армиях широко практиковалось награждение дореволюционными наградами. Здесь можно заметить очевидные параллели с сегодняшним днём. Несмотря на смену государственного строя, наградная система Российской Федерации частично унаследована от СССР. При этом нередки и награждения за участие во внутренних конфликтах.
Так, высшая государственная награда России — звание «Герой Российской Федерации» — было присвоено ряду офицеров, участвовавших в расстреле Дома Советов во время событий 3-4 октября 1993 г. Широко практиковалось награждение военнослужащих федеральных сил российскими орденами и во время боевых действий в Чечне. Это заставляет вспомнить морально-нравственные коллизии, с которыми сталкивалось руководство Белого движения.
••♦ 179 .

Белое движение
ЛИТЕРАТУРА
1. Военный орден Святого Великомученика и Победоносца Георгия. Именные списки 1769-1920. Биобиблиографический справочник / Отв. сост. В.М. Шабанов. - М., 2004. - 922 с.
2. Волков С.В. Белое движение. Энциклопедия Гражданской войны. - СПб.: Нева; М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2002. - 671 с.
3. Городницкий А. От Германской до Гражданской // Новая газета. - 2005, 25-27 апреля, № 30(1055).
4. Гражданская война и военная интервенция в СССР: Энциклопедия / Гл. ред. С.С. Хромов. - 2-е изд. - М.: Сов. энциклопедия, 1987. - 720 с.
5. Гренадёрский «бой» за подавление крестьянских беспорядков // Былое. - СПб., 1907. -№6.
6. Дуров В.А. Русские награды XVIII - начала XX в. - М.: Просвещение, 1997. - 159 с.
7. Езеев А. К вопросу о «допустимости», «легитимности» и «правомочности»... // Военная быль. - Октябрь-Декабрь 1993, №4(133).
8. Зырянов П.Н. Адмирал Колчак, верховный правитель России. - М.: Молодая гвардия, 2006. - 635 с.
9. Иванов И.Б. «За жестокую расправу с восставшими офицерство получило разные награды». Московская экспедиция лейб-гвардии Семёновского полка в 1905 году // Военно-исторический журнал. - 2001, № 3.
180 ♦

Игорь Пыхалов
10. Кручинин А. Георгиевские награды в Вооружённых Силах Юга России (1919-1920) // Военная быль. -1993, № 4(133).
11. Левитов М.Н. Корниловцы в боях летом-осенью 1919 года // Поход на Москву: [Сб. / сост., науч. ред., предисл. и коммент. д.и.н. С.В. Волкова]. - М.: Центрполиграф, 2004. - 733 с.
12. Мазяркин Г., Селиванов М. Георгиевские награды Всевеликого войска Донского // Антиквариат, предметы искусства и коллекционирования. - 2005, № 3(25).
13. Можейко И. «Поручик Голицын, надеть ордена!» // Родина. -1996. - № 10.
14. Ордена империи от «Марии I» // Спецназ России. - 2003. - № 9.
15. Петерс Д.И. Материал к истории наград периода гражданской войны. - Филадельфия, 1996.
16. РГВА. Ф.39499. Оп.1. Д.13. Л.51. Цит. по: Езеев А. К вопросу о «допустимости», «легитимности» и «правомочности»... // Военная быль. - 1993. - № 4(133). - С. 10.
17. Рудиченко А.И. Награды императорской России в период Гражданской войны: законодательство, практика награждения, типы и разновидности. - М.: Любимая книга. 2007. - 422 с.
18. Энциклопедия военных и морских наук / Под главной редакцией генерал-лейтенанта Леера. Т. V. - СПб., 1891.
••• 181 »

Андрей Куренышев
Пять эпизодов Гражданской войны в России 1917-1922 гг. По материалам документов судебного процесса партии социалистов-революционеров 1922 г.
Споры о хронологии, времени начала и окончания Гражданской войны в России ведутся историками давно. Одни считают началом Гражданской войны Февральский переворот, ликвидировавший тысячелетнюю монархию в России. Другие историки полагают, что началом Гражданской войны следует считать переворот Октябрьский. Третьи думают, что Гражданская война была начата выступлением войск под командованием генерала Л.Г. Корнилова. Общепринятой в советской историографии датой начала Гражданской войны и тесно связанной с ней иностранной интервенции считалось выступление Чехословацкого корпуса, фактически подразделения французской армии на территории Советской России, страны, вышедшей из войны в результате сепаратного Брестского мира. В нашем случае спор решается предельно просто, поскольку в основу событий Гражданской войны берётся деятельность крупнейшей российской партии, ведшей борьбу с властью большевиков начиная с 1917 г. и привлечённой к суду Революционного трибунала за это в 1922 г.
Эпизоды Гражданской войны представлены в соответствии с оглавлением томов стенографического отчёта процесса над партией социалистов-революционеров179.
Первый эпизод — борьба с советской властью сразу после Октябрьского переворота. Восстание Михайловского юнкерского училища 29 октября 1917 г. Обращает на себя внимание факт, то обстоятельство, что эсеры не собирались
179. Стенограмма судебного процесса о деле ЦК П.С.-Р (правых) 1922 г. // Центральный архив Федеральной службы безопасности Российской Федерации (ФСБ). Дело Н-1789 Т. 1-5.
182 .

Андрей Куренышев
защищать Временное правительство, хотя в нём было немало представителей партии, а главой был А.Ф. Керенский, также формально член партии социалистов-революционеров. Зададим вопрос: в чём тут дело? Ответов может быть множество. Тут и раскол партии на непримиримо враждующие фракции, и антипатия большинства эсеровских вождей лично к Керенскому, и неспособность мобилизовать необходимые для обороны Зимнего дворца вооружённые силы... На наш взгляд, причины абсентеизма эсеров в этот важнейший момент заключаются, во-первых, в том, что они понимали нелегитимность Временного правительства, отсутствие какой бы то ни было реальной политической и военной базы, основы его жизнедеятельности. Эсеры ждали результатов выборов в Учредительное собрание, формирования нового легитимного органа государственной власти в стране. В нём они вполне обоснованно предполагали получить большинство и тогда сформировать новое уже не временное, а законное и постоянное правительство. Сформировать по своему усмотрению. Нетрудно, однако, предположить, исходя из политической линии эсеров в предшествующие месяцы, что они опять пришли бы к мысли о необходимости объединения всех «здоровых», «живых» сил общества, т.е. создания коалиционного правительства, а не однородного социалистического... Второй основополагающий политический тезис эсеров, на котором строилась их практическая деятельность, заключался в том, что они считали, что начать борьбу должны массы трудящихся, а партия обязана поддержать и как-то организовать стихийное движение масс. Этот, как бы выразился В.И. Ленин, «политический хвостизм» был свойственен партийной работе эсеров и в дальнейшем.
Эпизод второй. Учредительное собрание. Эсеры явно готовились дать бой большевикам в Учредительном собрании и по поводу и вокруг его созыва, и явно ожидавшегося ими насильственного роспуска. После этого самого роспуска эсеры пытались найти военные ресурсы для борьбы с большевиками.
••♦ 183 •

Белое движение
Это были несколько воинских частей, в которых, как казалось руководству эсеровской партии, у них имелись прочные позиции. Какие же это были части? Во-первых, продолжавшие усиленно разлагаться гвардейские части Петроградского гарнизона, Преображенский и Семеновский полки. Первый, однако, был очень легко и просто разоружён в ночное время. Второй, Семёновский, как показала недавно защищённая молодым учёным из Орловской области в Брянске диссертация, отнюдь не горел желанием поддерживать эсеров и Учредительное собрание. Гвардейские офицеры даже военного призыва считали эсеров наследниками цареубийц-народовольцев. Но, главное, солдаты не желали проливать кровь непонятно за что, в условиях фактически законченной для России мировой войны. На Балтийском море эсеры рассчитывали на корабли минного дивизиона, которые большевики, а точнее их агенты, сумели обезоружить, вынув затворы орудий, а затем, как и преображенцев, разоружить. Самым надёжным и мощным был броневой отряд. В нём активно действовал его вольноопределяющийся, будущий советский писатель и критик Виктор Шкловский. Но и с дивизионом бронемашин ничего не вышло. Пришлось искать союзников среди других антибольшевистских организаций. Как показывал на процессе ПСР Г.И. Семенов: «...организации Филоненко, имевшей средства от духовенства. Она собиралась финансировать эсеровскую военку. Филоненко расценивали как политического авантюриста, имел отношение к ПСР, но в тот момент эсером себя не считал...»180
«Донской за эту организацию мгновенно ухватился, причём поручил нам в эту организацию вступить с ней в переговоры и сказал, что после этих переговоров вопрос будет поставлен в ЦК. У нас произошло свидание с Филоненко на одной из конспиративных его квартир, на котором мы точно установили, во-первых, что это за организация и какие планы она намечает конкретно. Повторяю, что точно установили,
180. Государственный архив Федеральной службы безопасности Российской федерации. Д. Н-1789. Т. 3. Л. 526.
• 184 ♦ ••

Андрей Куренышев
что это организация буржуазная, что она исключительно питается деньгами высшего духовенства и тёмных источников. Во-вторых, мы установили, что эта организация имеет колоссальное значение Филоненко, которого мы расценивали как политического авантюриста. Филоненко ставил вопрос ясно, что это организация военная, что она ставила себе задачей свержение советской власти. Мы спросили: “А что они рассчитывали поставить вместо советской власти?” Он говорил, что мыслит состав правительства из следующих лиц: Карташева, Пальчинского, обер-прокурора священного Синода и Пешехонова. В частности, себя он прочил на пост министра-председателя. Причём в этом разговоре мы убедились, что Филоненко считает возможной коалицию с ПСР, что он считает для себя это выгодным делом и ставит вопрос определённо, что вот, мол... дело в том, что на этом совещании Донской нам дал мандат говорить от имени партии, что нет, мол, политического соглашения; при этом ясно и понятно, что должно было быть военное соглашение, что нашу работу мы должны координировать, потому что наша работа велась совместно с ними в их полках и что мы будем работать совместно, то нам удастся провести работу влияние в полковых комитетах было всецело в руках организации Филоненко»181.
М.М. Филоненко был и эсером, и соратником Б.В. Савинкова по налаживанию контактов между А.Ф. Керенским и Л.Г. Корниловым в судьбоносные августовские дни 1917 г. Он, помимо всего прочего, был двоюродным братом Л.И. Канегиссера, убившего председателя Петроградской ЧК М.С. Урицкого. Канегиссера в последнее время принято изображать эдаким романтиком, поэтом, другом Сергея Есенина, тоже эсера, как и его жена, Зинаида Райх, между прочим. Лев Канегисер, происходивший из семьи видных петербургских промышленников и культурно-общественных деятелей, был-таки связан и с ПСР, и другими антибольшевистскими организациями.
181. Там же. Л. 527.
••♦ 185 .

Белое движение
Эсеры согласились сотрудничать с Филоненко. «Ответ Петроградского бюро ЦК гласил: на политическое соглашение мы не идём, а на военный контакт, соглашение идём мы деньги берем у них политическое соглашение — авантюра. Филоненко согласился, и тут после этого разговора мы получили 30 тыс. Потом был второй случай, который, если я не ошибаюсь, был на квартире Шкловского, как раз об этом свидании говорил Келлер, где Филоненко присутствовал и где мы говорили о плане выступления. Как раз на этой квартире я получил вторую сумму денег, но не помню, был ли при этом Келлер или нет... После разоружения Преображенского полка и пассивности Семеновского, когда стало ясно, что сил предотвратить это у организации Филоненко нет, связь порвалась. Потом Ф. скрылся»182.
Эпизод третий. Война на Волге. Как известно, при явной поддержке чехословаков эсерам удалось захватить ряд крупных волжских городов: Самару, Симбирск, Казань. В Самаре было образовано правительство Комитета членов Учредительного собрания (КОМУЧ) во главе с эсером Вольским. В Самаре появились и такие видные эсеры, как В.М. Чернов, председатель Учредительного собрания, Авксентьев, бывший эсер, но чрезвычайно деятельный борец с большевиками Б.В. Савинков. Правительство было чрезвычайно левым. Оно отменило погоны и знаки различия в Народной армии, имело символом и Красное знамя. Однако особенности политической практики эсеров прежних лет сказались и при нахождении их у власти. Помимо левого Вольского большое влияние имел в делах правительства очень правый эсер Авксентьев. Он был сторонником сильной военной власти или власти узкого круга лиц, называвшегося, по примеру Французской революции, Директорией. Собственно говоря, создания её Авксентьев и добился на уфимском совещании, правда, уже после сдачи красным Казани. Савинков вообще предлагал арестовать КОМУЧ и передать власть военным. Только вот были ли
182. Там же. Л. 528-529.
186 .

Андрей Куренышев
тогда на Волге и в Сибири офицеры, которые могли на себя взять ношу политического и военного руководства? Командовал Народной армией КОМУЧа полковник Н.А. Галкин. Одним из командиров был полковник, кончивший ускоренный курс академии генерального штаба, Ф.Е. Махин. Нельзя, однако, не обратить внимание на то обстоятельство, что в Самаре, а затем и в Сибири находились гораздо более опытные и маститые генералы, готовые воевать с большевиками. Мы имеем в виду генерала В.Г. Болдырева и генерал-лейтенанта с 1916 г. С.Н. Аюпова. Последнего на пост командующего после ареста КОМУЧа предлагал Б.В. Савинков183. Ничего из этого не случилось! Пост Верховного правителя России занял адмирал-топограф А.В. Колчак. А армиями, воевавшими с большевиками, командовал кто угодно, но только не боевые опытные генералы! Каппель, прославляемый сторонниками белых и поныне, был всего лишь подполковником. Его войска испытали жестокую трёпку от красных под Казанью, а сам он был, согласно мемуарам Галкина, деморализован и лишился своего апломба (который видимо, имел до начала серьёзных боевых действий). Болдыреву Вольский предлагал занять пост военного министра. Но он отказался, явно считая эсеровскую власть слабой и колеблющейся. «В Самаре я пробыл всего несколько дней, но за это короткое время из местной прессы и из случайных бесед вынес убеждение, как резко расходились устремления Самарского правительства и местной общественности, возглавляемой кадетами. Здесь, между прочим, я получил и первое предостережение о гибельности коалиционных начинаний от бывшего обер-прокурора Священного синода во Временном правительстве первого состава В.Н. Львова...»184 Вот такова была власть «Третьей силы», как любят сейчас выражаться противники большевиков слева..
Как показал допрос известного экономиста и по совме-
183. Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф. №71. Оп. 15а. Ед. хр. 185.
184. Болдырев В.Г. Директория. Колчак. Интервенты. М.: Центрполиграф, 2017. 735 с. С. 35.
••♦ 187 •••

Белое движение
стительству видного эсера Н.Д. Кондратьева, ведшего себя на процессе эсеров более чем странно, Уфимская директория по идеологии и даже частично по персональному составу была порождением Московского Союза Возрождения России. Кондратьева допрашивали как свидетеля, а не как обвиняемого. Он проходил ранее в качестве фигуранта процесса Союза Возрождения и был осуждён, но амнистирован.
На процессе 1922 г. выявилось, что эсеровская партия предприняла ряд мер по внедрению своих людей в аппарат и многие структуры строившейся тогда Красной Армии. На первых порах, в начальный период Гражданской войны, это обстоятельство способствовало ряду неудач и поражений РККА. Так, подполковник Ф.Е. Махин, выпускник Николаевской академии и член ПСР, командовавший войсками, оборонявшими Уфу, сдал город без боя чехословацким войскам. «При подходе чехословацких войск к Уфе Махин выехал из города со своим адъютантом навстречу командиру Поволжской группы чехословацких войск полковнику С. Чечеку и заявил ему: “Я — начальник штаба красных войск в Уфе. Зная о вашем приближении, я разослал все части так, что вы можете войти в город беспрепятственно”»185. Махин и некоторые другие офицеры-эсеры пытались организовать переворот в Оренбурге, убрать одиозного Дутова и некоторых других казаков-атаманов, отнюдь не разделявших эсеровские идеи розовой демократии этой партии.
Эпизод четвёртый. Борьба с Колчаком.
В планы правой части партии социалистов-революционеров и кругов, близких к ним, входило создание Всероссийского правительства диктаторского типа (Директории) из 5-7 или 5-8 человек. Переговоры о формировании такого правительства велись в начале осени 1918 г. в Уфе, Челябинске и Омске. В результате переговоров с представителями Сибирского правительства, казачеством, представителями
185. Ганин А.В. Семь почему Российской гражданской войны. 1917-1922 гг. М., Пятый Рим, 2018. 864 с. С. 226.
••♦ 188 .

Андрей Куренышев
национальностей была создана Директория из пяти человек, эсеров и более правых кругов. Иными словами, была вновь реализована излюбленная правой частью эсеров идея коалиции с буржуазно-либеральными кругами.
В современных антикоммунистических и антисоветских книгах и статьях, посвящённых процессу 1922 г. и вообще партии социалистов, старательно обходится вопрос, который был ключевым в 1917, да и, пожалуй, и в 1918 г. И самое интересное, на наш взгляд, заключается в том, что сами эсеры вполне определённо понимали проблему. Мы имеем в виду вопрос о коалиции с буржуазными партиями и организациями. Хрестоматийным для советской историографии сделалось утверждение о том, что эсеры и меньшевики, дескать, считая революцию в России буржуазной, а страну ни к какому социализму неготовой, считали необходимым и неизбежным представлять в органах революционной власти место буржуазии. При этом руководство этих партий совершенно верно делило политические силы того времени на «революционную демократию», куда входили все партии левее кадетов, и так называемые «цензовые элементы», т.е. буржуазия, и партии, заявлявшие себя защитниками интересов капиталистов. В отличие от Ленина и других большевиков, включая Троцкого и его единомышленников, они, эсеры и меньшевики, не увязывали проблемы социальной, социалистической революции с империалистической войной. Точнее говоря, они иначе, чем Ленин, оценивали «качество» и сущность держав, схватившихся в смертельной битве на полях Первой мировой войны. Они как бы добавляли к общесоциалистическим оценкам войны как зла, приносящего неисчислимые страдания и мучения народам, втянутым в бойню, элемент противостояния более и менее реакционных стран со странами «демократическими».
Соответственно, по их шкале война шла между демократиями и монархиями. А уж когда и в России было свергнуто самодержавие, схема приобрела почти классическую цельность и завершённость. После Февральского переворота во-
••♦ 189 .

Белое движение
Плакат времён Гражданской войны
йна разом превратилась для России в революционную, освободительную est cet ira, est cet ira... Поэтому главным злом в послеоктябрьский период для эсеров стал Брестский мир, который ослабил силы демократии и усилил монархические державы в Европе. Ну а поскольку все или почти все буржуазные элементы в стране придерживались проантантовских позиций, а большевики оказались пособниками кайзеровской Германии и её союзников, вопрос о правомерности коалиции отпадал сам собой. Большевики же, считая вой-
ну империалистической, несправедливой для всех её участников, а для России и её рабочих, крестьян — невыносимо тяжёлой, полагали, что война — это и средство наживы для буржуазии, и прямая дорога к цивилизационной катастрофе всего человечества, что всему виной капитализм, общество, основанное на получении прибыли из всего чего угодно, а во время войны преимущественно и из крови и смерти простых людей, напрямую увязывали окончание войны с социалистической революцией, понимаемой как захват власти теми, кто считал себя выразителями интересов рабочих и крестьян, пусть и делая это с разной степенью осознанности и последовательности. Эсеров, исходя из такой посылки, большевики считали непоследовательными социалистами, склонными, пусть иногда и неумышленно, к социал-предательству.
Эпизод пятый. Покушения на руководителей большевиков и не только.
Общие положения. Боевая группа ПСР всегда действовала
••♦ 190 »

Андрей Куренышев
автономно, законспирированно, получая лишь самые общие указания, а порой даже намеки на цели и объекты терактов. Очень часто эсеровское руководство отказывалось от признания того или иного теракта делом своих рук. Делалось это по разным причинам. Иногда ситуация была настолько сложной, а последствия политического убийства столь непредсказуемыми, что брать на себя ответственность означало признание в глупости, неорганизованности, отсутствии дисциплины, непонимании политической ситуации и т.п. Часто убивали не того, кто реально нёс ответственность за то или иное деяние, направленное против трудового народа или его части. Вторым мотивом отказа от причастности к терактам было стремление представить политическое убийство как спонтанное недовольство народа действиями властей, политикой большевиков в частности. Как можно заметить, изучение этого вопроса влечёт за собой постановку и рассмотрение более общей проблемы развития революционного движения где бы то ни было, а не только в России. Мы имеем в виду соотношение стихийности и организованности в массовых и индивидуальных актах и акциях, направленных против власти и её политики. Как известно, существует и развивается такое направление в исторической науке и политологии, как конспирология. Это направление, явно преувеличивая роль субъективного фактора в социальной жизни, объясняет все революции и прочие крупные социальные явления исключительно заговорщицкой деятельностью небольших по численности, но крепко спаянных и законспирированных групп типа «Народной воли». Есть и другая, явно противостоящая демократическому, если можно так выразиться, принципу организации и деятельности противников власти, — заговор части элиты против основной части правящего класса. Яркий пример — так называемые масонский или жидо-масонский заговоры. В деятельности эсеров до и после Революции и, конечно, во время неё можно найти механически перемешанные элементы и той и другой конспирологической концепции истории.
••♦ 191 •••

Белое движение
Одним из самых пикантных, если можно так выразиться, эпизодов Гражданской войны в целом и процесса над эсерами в частности были явные с любой точки зрения террористические действия в отношении вождей Революции и руководителей большевистской партии. На скамье подсудимых, напомним, сидели Г.И. Семенов, руководитель в 1917-1918 гг. Боевой организации ПСР, и Л.В. Коноплева, участница покушения на В.И. Ленина 30 августа 1918 г. Рассмотрение этого эпизода на процессе наглядно демонстрирует непреложный факт, что в России, что Советской, что в дореволюционной, что послесоветской, политика, политический интерес превалируют над Правом и Законностью, даже и «революционной». Как когда-то была не только оправдана судом присяжных, но и спасена от внесудебной расправы «прогрессивной общественностью» явная террористка, схваченная на месте преступления в момент попытки убийства должностного лица (sic) В.И. Засулич, так и признавшиеся в подготовке покушения на В.И. Ленина (удалось почти настолько же, как и у Засулич) и Л.Д. Троцкого (не удалось) Семенов и Коноплева не только не были растерзаны толпой революционных фанатиков или приговорены к ВМН, но и были амнистированы и работали в спецслужбах Советского государства вплоть до массовых чисток 1930-х годов. Как пишет не без иронии один из современных авторов: «Вечно живой В.И. Ленин и вечно молодой Володарский уже не нуждались в том, чтобы подлинные или мнимые организаторы покушения на них понесли наказание»186. В ходе процесса 1922 г., который можно рассматривать как одну из попыток юридически закончить Гражданскую войну, Семенов признал, что «пули, которыми стрелял Сергеев в Володарского, я отравлял ядом кураре на квартире Федорова-Козлова»187. На эту реплику руководитель военной организации ПСР Лихач заметил: «Убийство
186. Курбатов В.И. Покушения на вождей. Тайны Российской истории. М:. Эксмо; Ростов н/Д: Наука-Пресс, 2006. 384 с. С. 23.
187. Там же. С. 24.
192 .

Андрей Куренышев
Володарского — случайность. Оно произошло без ведома ЦК ПСР. Боевая группа Семенова действовала стихийно, на свой страх и риск»188. Семенов на это замечание ответил, что все указания о покушении на Володарского получил от А.Р. Гоца, члена ЦК. Партия эсеров, как и во многих других подобных случаях, отказалась от ответственности за содеянное её членом, дезавуировала последнего.
В этом пассаже опять же обращает на себя внимание крайний юридический нигилизм обеих противоборствующих сторон. Ни большевики, ни эсеры не были заинтересованы в установлении правовой истины, выявлении и наказании явного преступника, убившего и покушавшегося на убийство человека, независимо от того, к какой он партии, классу, социальной группе принадлежал и какой пост в государственной иерархии занимал.
На фоне подобного рода коллизий скорее политического, нежели юридически-правового свойства, очень странно выглядят ссылки на якобы морально-этические нормы поведения, сложившиеся в революционной субкультуре, а точнее контркультуре, у людей, участвовавших в освободительном движении конца XIX — начала XX века. Этих норм будто бы продолжали придерживаться эсеры, но отказались от них большевики. В принципе можно согласиться с тезисом К.Н. Морозова и его сподвижников о том, что эсеры выступали защитниками пролонгации действия этих самых морально-этических норм, а большевики, находившиеся у власти, от них отказались. Это означало, что в условиях Гражданской войны эсеры оставляли за собой право убивать тех, кого они считали врагами трудового народа, тех представителей власти, которые наносили народу и стране наибольший ущерб.
«Без всяких сомнений, самым уязвимым местом для организаторов процесса стала проблема правовой обоснованности. Попытки решения этой проблемы породили массу юридических коллизий даже в рамках следствия, не говоря
188. Там же.
••♦ 193 <

Белое движение
уже о самом судебном слушании, и придавали всему процессу (достаточно абсурдному с юридической точки зрения) характер политической расправы»189. Абсурдно, на наш взгляд, это заявление Морозова. Сравнение с деятельностью Чрезвычайной следственной комиссии, учреждённой Временным правительством, совершенно некорректно, а точнее, доказывает как раз обратное тому, что тщится доказать «славный эсеровед» Морозов. В революционное время, а оно начинается в России, как всем, надеюсь, известно, с февраля 1917 г., не было и не могло быть правовых основ, на основании которых можно было судить преступления деятелей царской власти. Надо подчеркнуть — формально-юридических. Нравственно-духовные были, конечно, но юридических — отнюдь. Поэтому, как гласит древняя мудрость: гора родила мышь. Никого, даже самого Николая II, осудить по закону было нельзя, ибо не было такого Закона. Законом в условиях революции, как известно, становится воля революционеров, воля масс и т.п., что часто бывает близко к правовому беспределу, насилию прямому и опосредованному (вспомним достаточно революционный билль «О правах» США. Его, кстати говоря, вспоминали некоторые из подсудимых в ходе процесса). Морозов сколько угодно может писать о разрушении большевиками «правового поля», о лоскутности правовых актов. Этим он только доказывает, что не дорос даже до эсеров того времени в качестве человека, осознающего законы революционной борьбы. В 1922 г. большевики, заканчивая революционный натиск и переходя к мирной передышке, приняли ряд процессуальных документов УК и т.п. Морозов, полный обличительного пафоса, дополняя себя, а не эсеров, отмечает: «Конечно, законы времен гражданской войны были в высшей степени приспособлены для эффективной расправы с политическими врагами (а к чему они должны были ещё быть
189. Морозов К.Н. Судебный процесс социалистов-революционеров и тюремное противостояние (1922-1926): этика и тактика противоборства. М.: РОСПЭН, 2005. 736 с. С. 162.
••• 194 ♦

Андрей Куренышев
приспособлены? — А.К.), но устраивать на их основе процесс, находившийся в центре мирового общественного внимания (ой ли — А.К.), а следовательно, расписываться в вопиющем правовом нигилизме и потерять лицо — значило не достичь целей, поставленных перед процессом над эсерами»190. Мы, как отмечалось, понимаем цели этого процесса несколько иначе, нежели историк из «Мемориала» К.Н. Морозов.
В период гражданской войны говорить о каких-либо правовых основах действий власти бессмысленно. Это понимали отцы-основатели «самой демократической страны в мире» — США. В это время, как это открыто не говорили большевики, действует революционный закон, опирающийся на прямое насилие над противниками власти, а не на какие-либо правовые акты. Соответственно Ленину, подавляется контрреволюционное меньшинство народа в интересах большинства. Эсеры считали иначе и боролись с узурпаторами власти и воли народа — большевиками. Но спор этот, повторим, был далёк от юридически-правового, а носил сугубо политический и идеологический характер. А судебный процесс по обвинению политической верхушки ПСР в борьбе за власть вёлся с юридически-процессуальной точки зрения почти безупречно. И как нам представляется, был одной из попыток не продолжать, а закончить гражданскую войну, если не в социально-классовом, то в партийном плане. Большевики явно стремились показать всему миру политическую, идеологическую и организационную несостоятельность своих главных противников «слева».
190. Там же.
••« 195 ♦••

Александр Колпакиди
Врангель как каратель
Пётр Николаевич Врангель родился 15 августа 1878 г. в Новоалександровске, Ковенской губернии в семье барона Николая Егоровича Врангеля (1847-1923). Их род принадлежал к старому дворянству, семья имела немецкое происхождение, появившись в Аифляндии вместе с Тевтонским орденом.
Плакат времён Гражданской войны
После окончания Ростовского технического училища в 1896 г. и Горного института в Санкт-Петербурге в 1901 г. Врангель поступил в престижный лейб-гвардии конный полк. Был произведён в офицеры в 1902 г. после окончания Николаевского кавалерийского училища. Вскоре неожиданно подал в отставку и отправился в Иркутск, где генерал-губернатор поручал ему выполнение специальных заданий.
••♦ 196 ♦

Александр Колпакиди
В начале Русско-японской войны в феврале 1904 г. Врангель вновь поступил на службу и был приписан ко 2-му полку Забайкальского казачьего войска. В декабре 1904 г. был произведён в чин лейтенанта.
После окончания войны, в январе 1906 г., был переведён в 55-й Финляндский драгунский полк, который под командованием генерала А.Н. Орлова принимал участие в усмирении повстанцев в Сибири. То есть «чёрный барон» стал карателем ещё в 1906 г. Только подробности его тогдашней деятельности скрываются. В 1907 г. Врангель вернулся в лейб-гвардии кавалергардский полк. В 1908 г. женился в Санкт-Петербурге на Ольге Михайловне Иваненко, и у них родились двое сыновей и две дочери. Врангель окончил Николаевскую академию Генерального штаба в 1910 г. и кавалерийскую офицерскую школу в 1911 г.
С началом Первой мировой войны Врангель был произведён в капитаны и назначен командовать кавалерийским эскадроном. 13 октября 1914 г. он стал одним из первых русских офицеров, награждённых за войну орденом Святого Георгия 4-й степени, высшей военной наградой Российской империи. В декабре 1914 г. ему было присвоено звание полковник ка. В октябре 1915 г. Врангель был переведён на Юго-Западный фронт и назначен командиром 1-го Нерчинского полка Забайкальского казачьего войска. В январе 1917 г. ему было присвоено звание генерал-майора, и он принял командование 2-й бригадой Уссурийской кавалерийской дивизии, которая в июле того же года была объединена с другими кавалерийскими частями в Сводный кавалерийский корпус.
С конца 1917 г. жил на даче в Ялте, где вскоре был арестован. После непродолжительного заключения скрывался в Крыму вплоть до вступления туда германской армии, после чего уехал в Киев, где решил сотрудничать с гетманским правительством Скоропадского. Убедившись в слабости правительства Украинской державы, державшегося исключительно на германских штыках, покинул Киев и прибыл в Екатеринодар, где принял командование 1-й конной дивизией.
197 ♦••

Белое движение
В августе 1918 г. поступил в Добровольческую армию, имея к этому времени чин генерал-майора. Во время 2-го Кубанского похода командовал 1-й конной дивизией, а затем — 1-м конным корпусом. 28 ноября 1918 г. за успешные боевые действия в районе села Петровского произведён в чин генерал-лейтенанта.
В январе 1919 г. некоторое время командовал Добровольческой армией, с января 1919-го — Кавказской Добровольческой армией. Крупной военной победой П.Н. Врангеля стало взятие Царицына 30 июня 1919 г., до этого трижды безуспешно штурмовавшегося войсками атамана П.Н. Краснова в течение 1918 г.
Царицын Врангель смог взять с помощью английских интервентов. В атаке на город участвовали британские танки с английскими и русскими экипажами. А с воздуха наступление Врангеля на Царицын поддерживал 47-й дивизион ВВС Великобритании. Именно в Царицыне прибывший туда вскоре Деникин подписал свою знаменитую «Московскую директиву», которая, по мнению Врангеля, «являлась смертным приговором войскам Юга России».
Генерал Врангель с соратниками
••♦ 198 .

Александр Колпакиди
В ноябре 1919 года назначен командующим Добровольческой армией, действовавшей на московском направлении. 20 декабря 1919 г. из-за разногласий с Главнокомандующим ВСЮР был отстранён от командования войсками.
2 апреля 1920 г. Главнокомандующий ВСЮР генерал Деникин принял решение уйти со своего поста. На следующий день в Севастополе был созван военный совет под председательством генерала А.М. Драгомирова, на котором главнокомандующим выбрали Врангеля. 4 апреля он прибыл в Севастополь на английском линейном корабле «Император Индии» и вступил в командование.
4 апреля А.И. Деникин передал пост Главнокомандующего ВСЮР П.Н. Врангелю и в тот же день отбыл в Англию. Врангель принял назначение и издал приказ о вступлении в должность. 6 апреля заседавший в Ялте Правительствующий Сенат издал указ, в котором заявил, что «новому народному вождю» отныне «принадлежит вся полнота власти, военной и гражданской, без всяких ограничений». 11 апреля он принял титул «Правителя и Главнокомандующего Вооружёнными силами на Юге России».
Режим Врангеля получил от Великобритании оставшиеся неиспользованными кредиты, предоставленные ранее Деникину, на сумму более 11 миллионов фунтов стерлингов. Приняв эту помощь, Врангель отклонил предложение Великобритании ограничить военные действия обороной Крыма. Франция поддержала Врангеля, предоставив ему заём в 150 миллионов франков. «Антанта предоставила Врангелю большое количество оружия, боеприпасов, обмундирования, тяжёлую артиллерию, танки и самолёты, передала ему почти всё германское вооружение и снаряды, оставшиеся в Болгарии, а также боеприпасы и снаряжение, захваченные Германией и Турцией у русской армии в 1-ю мировую войну. В качестве “компенсации” за оказанную белогвардейцам помощь интервенты вывезли с 1 февраля по 1 сентября 1920 года с Юга России 3 миллиона пудов зерна, 830 тысяч пудов соли,
••♦ 199 .

Белое движение
Плакат времён Гражданской войны
120 тысяч пудов льна, 120 тысяч пудов табака, 63 тысячи пудов шерсти и др.»191.
Получив власть, Врангель немедленно выказал всю свою антинародную, карательную сущность. Постараемся показать её на документальных примерах.
«29 апреля 1920 года генерал Врангель издал приказ № 3052. В нём говорилось: ”приказываю безжалостно расстреливать всех комиссаров и других активных коммунистов, захваченных во время сражения”. На основании данного приказа в Крыму с апреля по ноябрь 1920 года было казнено более 10 тысяч коммунистов, партизан, пленных командиров и бойцов Красной армии»192.
Об обстановке в Крыму в этот период подробно написал белогвардейский генерал Достовалов в своих воспоминаниях. Вот выдержки из них: «Конечно, голодное население полуострова, обязанное отдавать последние, ничтожные запасы хлеба за бумажки, на которые ничего купить было нельзя, не могло быть довольно таким положением. Но в гораз-
191. Энциклопедия «Гражданская война и военная интервенция в СССР». М., СЭ. 1983. С. 234.
192. forum.mozohin.ru/index.php?topic=591.0
••♦ 200 .

Александр Колпакиди
до большей степени вызывала недовольство самая система реквизиций или, правильнее говоря, отсутствие в этом деле всякой системы и справедливости, причём главная тяжесть реквизиций падала на беднейшее и без того уже обобранное население. У одного брали по несколько раз, и брали всё, у другого не брали ничего. Всякий протест считался проявлением большевизма, каравшимся здесь же смертной казнью по усмотрению любого реквизирующего или попросту грабящего добровольца...
Из моего штаба я послал два пространных рапорта в ставку, рисуя тяжёлое положение населения, но эти рапорты потонули в общем море бумаг и угодливо ликующих криков. Объявленная после долгих колебаний реквизиция лошадей была организована также плохо. Это решение было принято после того, как попытка купить лошадей ничего не дала. В это же время части, пришедшие из Новороссийска без обозов и лошадей и вынужденные маневрировать и сражаться, возить за собой кухни, пулемёты, патроны, пушки, не имея возможности покупать за назначенную цену лошадей, просто забирали их у населения и давали квитанции, за которые никто ничего не платил. В этот долгий период колебаний население было основательно ограблено, а когда была объявлена мобилизация, то цена на наши бумажные деньги настолько пала, что эта реквизиция представляла собой уже чистейший грабёж.
И этот грабёж производился пристрастно — и у хозяина, имеющего 10 лошадей, и у хозяина, имеющего две лошади, фактически забиралось по одной. Так же реквизировались и другие нужные армии предметы и продукты. Отнимали корм, резали молочный скот, вырубали на топливо сады и разбирали строения. Проезжая однажды во второй раз по одной Татарской деревне, я увидел большую площадь, где раньше стояли дома. Остались только трубы.
Предполагая, что был пожар, я спросил начальника войсковой части, стоявшей там, отчего произошёл пожар и не
201 ♦

Белое движение
Генерал Врангель. Листовка времён Гражданской войны
виновата ли небрежность войск. Бравый полковник ответил мне, что это были “большевистские” дома, то есть дома, среди хозяев которых были люди, подозреваемые в большевизме, и полковник — комендант местечка — приказал разобрать их на топливо. “Большевики здесь ещё есть, и дров хватит”, — успокоил меня перед отъездом полковник. Такой же тяжёлой и неприятной, и также по нашей нераспорядительности, была квартирная повинность. Но и это было ещё не всё и не главное. Если на огромных пространствах тыла генерала Деникина борьба с повстанцами была затруднительна, то на крошечной территории Крыма это казалось более Достижимо. Тем не менее с ними ничего сделать не могли. Врангель назначал и сменял генералов, с фронта отрывались крупные войсковые части, а зелёное движение разрасталось и было неуловимо.
Это происходило не только потому, что население было терроризировано зелёными и боялось открыть карательным
• •. 202 .••

Александр Колпакиди
отрядам места их убежищ. Нет, оно сочувствовало им, и в борьбе их не было на нашей стороне.
Недовольная и ограбленная войсками и начальством всякого рода, терроризированная и расстреливаемая контрразведкой часть населения уходила в Днепровские плавни и в болота Сиваша, и можно с уверенностью сказать, что, перешагнув за Днепр, наша армия имела бы за спиной ту же картину, что и с армией Деникина, и наши сообщения с Крымом, подвергаясь постоянным угрозам, потребовали бы много войск для охраны.
Таково было отношение спасаемого от большевиков населения “образцовой фермы”, единодушно в конце концов возненавидевшего спасителей. Политика Врангеля в отношении населения шла всё время ощупью. Никакого плана государственного строительства не было. Были старые люди, ещё более старые в смысле духа и реформаторства, чем при Деникине, которые, будучи извлечены из архива, стали припоминать то, что считали лучшим для народа в своё время. Не понимаемые этим народом и сами неспособные понять его, они
М. Греков. Тачанка
••♦ 203 .

Белое движение
докатились до террора и залили маленький клочок русской земли, ещё находящийся в их власти, кровью его несчастного населения. Войска проходили вперёд, волна грабежей подавалась к северу, и разорённые деревни, как растоптанные сапогом муравейники, начинали заколачивать дыры и залечивать раны, нанесённые крестьянскому хозяйству. Ненадолго и непрочно. Вскоре другое, ещё более страшное зло заставляло жителей деревень и городов бросать дома, семьи и хозяйство и убегать в горы и плавни, увеличивая кадры зелёных. Этим злом, отравившим населению жизнь, злом, как злокачественная язва разъедавшим силу и дух Добровольческой армии и особенно широко развернувшимся в Крыму, злом всё увеличивающимся, требующим для оправдания своего существования всё новых крови и жертв, злом, находившимся под особым покровительством Врангеля, бороться с которым не решались даже люди, занимавшие большие и ответственные посты, была повсюду раскинувшая свои сети, безответственная и всесильная контрразведка, вдохновляемая бывшим шефом жандармов Климовичем, поставленным Врангелем во главе её. На неё опиралось и её указаниям следовало, отделяя друзей от врагов, правительство ”образцовой фермы”. Армия шла на север, а в разорённых деревнях садилась и прочно свивала себе гнёзда контрразведка.
Раскинувшаяся на всём пространстве Крыма и Северной Таврии, она творила своё страшное дело, превращая население в бесправных рабов, ибо малейшее недовольство её деятельностью, малейший протест приводил человека к мучительным истязаниям и петле. Невозможно описать злодеяния, совершённые за три года её агентами там, где проходили победоносные белые войска. Так же, как и бездарные военные распоряжения, она подготовила падение создавшей её власти. Состав контрразведывательных отделений был самый пёстрый. В одном он был однороден: на 90% это были патентованные мерзавцы, садисты, люди лёгкой наживы с тёмным прошлым...
• •♦ 204

Александр Колпакиди
К. Петров-Водкин. Смерть комиссара
Пышно расцветшей деятельности контрразведки в Крыму способствовало то обстоятельство, что многие из начальников Добровольческой армии за три года Гражданской войны потеряли всякое уважение к человеческой жизни и людским страданиям. Зверство, насилие и грабёж вошли в обиход жизни и никого не трогали. Слёзы и мольбы расстреливаемых вызывали смех. В некоторых частях все рядовые офицеры пр очереди назначались для приведения в исполнение приговора над большевиками. Повесить, расстрелять, вывести в расход — всё это считалось обычным, будничным делом. Это не осуждалось, это считалось признаком воли, твёрдости характера, преданности идее. Не расстреливавшие, или не вешавшие, или мало вешавшие считались тряпками, слабыми людьми, не способными к управлению частью в этой обстановке.
Проснулись дремавшие инстинкты и многим отуманили
••. 205 ♦

Белое движение
сознание навсегда. Полная безнаказанность позволяла проявлять этот инстинкт в чудовищной форме. Много писалось уже о гнусностях и зверствах контрразведки, и то, что скажу я, будет не ново. Есть люди, которые, обманывая себя и других, оправдывают это ужасное учреждение заботами о счастье “горячо любимой” родины, но я не могу не сказать и не повторить здесь ещё раз того, что считаю сказать своим долгом, именно потому, что имею право быть услышанным как бывший начальник штаба цвета войск Добровольческой армии, и потому, что в борьбе с этим злом слово моё даже для врагов должно быть авторитетным. И я не могу молчать об этом, даже если бы врангелевская контрразведка наметила своей жертвой меня.
Полная обесцененность жизни, всегдашняя и лёгкая возможность найти жертву, полная безнаказанность за пытки, издевательства и убийства давали в этой кошмарной обстановке широкую возможность для всевозможных садистов без боязни наслаждаться острыми ощущениями.
Стоило раз, два убить, и страсть к убийству росла. Особенно много было загублено молодых девушек и женщин. Это было так легко сделать. Нравится женщина — её ничто не стоит обвинить в симпатиях к большевизму, в особенности если она одинока, если у неё нет сильных и влиятельных защитников. Подослать к ней агента — и достаточно одного неосторожного слова, чтобы схватить её и посадить в особую камеру, всегда имевшуюся при контрразведках, и тогда она вся во власти зверя. Ежедневными угрозами смерти, угрозами смерти родных, обещаниями свободы её, обезумевшую и трепещущую, сбиваемую ловкими вопросами, легко заставить сказать всё то, что требуется, наговорить на себя то, чего не было, а затем, запротоколировав её показания, насладившись, повесить или, если есть уверенность в том, что она будет молчать, опозоренную, искалеченную и уже надоевшую, великодушно выпустить на свободу.
Впрочем, контрразведчики могли это делать спокойно по-
206 ♦

Александр Колпакиди
тому, что той, которая посмела бы поднять шум, было бы ещё хуже» Спокойно, потому что все были запуганы, все боялись, потому что женщин вешали публично на городских площадях, даже в одежде сестёр милосердия. Когда я просматривал списки лиц, значившихся за контрразведками, мне казалось, что всю революцию сделали женщины, главным образом девушки и подростки, и главная масса большевиков состоит из них.
Сколько погибло и навсегда душевно искалечено их в застенках контрразведок, страшно сказать. Все презирали контрразведку, и все боялись её. Даже Кутепов в минуты искренности высказывал своё презрение к ним. Но он был ушиблен желанием во что бы то ни стало поддержать славу железного генерала и потому подписывал все смертные приговоры, которые ему представлялись, считая, что здесь надо вешать всех, а там Бог разберёт, кто большевик и кто правый.
Ясно, конечно, что при всём этом повсюду, и в России, и за границей, кричали о зверствах красной чека и считали это одним из главных козырей своей пропаганды. Население смотрело, сравнивало и делало выводы.
Выводы эти, подкреплённые нашими безумными грабежами, были таковы, что наши отступавшие войска нередко обстреливались жителями покидаемых нами деревень. Работа контрразведок не казалась армии столь ужасной. К ней привыкли. А повседневные ужасы Гражданской войны закалили нервы.
В распоряжении каждого начальника были своё войсковое отделение контрразведки, которое распространяло свои действия и на население ближайшего тыла, и конвой, служащий для охраны начальника, но главным образом употреблявшийся для выведения в расход неугодных и большевиков. Контрразведка особенно пышно расцвела в Крыму... Прибыв в Крым и расположившись со штабом в Симферополе, Кутепов решил сразу произвести соответствующее впечатление и затмить Слащева. Последний был уже достаточно знаком Крыму. Надо было найти большевистскую организацию, а
••♦ 207 •••

Белое движение
П. Робике. Генерал Кутепов
если нет, то придумать её и виновных (возможно больше) повесить. Для усиления впечатления надо было публично демонстрировать крымскому населению прибытие железного генерала. Так началась карьера нового начальника кутеповской контрразведки подпоручика Муравьева. Бывший, по его словам, товарищем прокурора, уже пожилой человек и карьерист, он сразу понял, чего хотел Кутепов, и работа началась. Муравьев прославился тем, что по требованию начальства мог кого угодно и в чём угодно обви-
нить и предоставить какие угодно доказательства. Впрочем, времена и люди были такие, что сделать это было нетрудно.
Впоследствии в Галлиполи Муравьев, уже произведённый Врангелем за отличную контрразведывательную работу в поручики, сам раскрыл мне секрет своих успехов. “Лучшее средство для получения необходимых данных, Ваше Превосходительство, — это порка. Я, сознаюсь, грешен и упорствующих в признании своей вины порю. Держу и порю, пока не сознается и не скажет, что нужно, и не выдаст сообщников”.
Легко себе представить, каково это было вечно фигурировавшее в кутеповском полевом суде “искреннее сознание” подсудимых. Они ошибались. Ни одного из них “искреннее сознание” не спасло от расстрела. Нужно заметить, что для поставки большевиков существовали специалисты, поставлявшие в нужный момент большевиков, когда они иссякали и не находились. В Салоникском русском беженском лагере проживал некий бывший полицейский чиновник Тилинин.
••. 208 .

Александр Колпакиди
Он также специализировался в Крыму по части сыска и поставлял большевиков в наши полевые суды и в контрразведки в Крыму. Он попал в Салониках в мою партию топографических рабочих и сразу же начал доносить на своих товарищей всякие гадости.
Этот полуинтеллигентный тип, вспоминая однажды первые шаги своей карьеры, рассказывал, что у него долго не было ”фарту” и он не находил преступников, но нужда заставила, и он нашёл способ. Он завёл себе собаку, которую приучил бросаться на человека и лаять, когда он делал рукой один малозаметный, но знакомый собаке жест. “После этого мои дела пошли в гору, а в Крыму я даже сделал карьеру. Когда донесут о каком-либо происшествии в участке, я приезжаю и спрашиваю старосту: ну, кто тут у вас есть такой, от которого надо отделаться?
Подозрительные и нежелательные были всегда. Я приходил на место происшествия, куда вели и мою собаку-сыщика, а затем вместе с понятым шёл и арестовывал “подозрительных”. Когда собака подходила к наиболее подозрительным или нежелательным, я делал ей знак, она лаяла, и все видели, что преступник найден, часто даже удавалось уговорить обвиняемого сознаться для облегчения участи, потому что указаниям собаки все верили безусловно. Если свидетелей не было, то после собаки находились и свидетели. Таким образом, найти в деревне большевика ничего не стоило в любой момент. Начальство меня очень ценило”.
Через месяц после начала работы Муравьева на улицах Симферополя закачались на столбах первые повешенные. Среди них было несколько несовершеннолетних мальчиков-евреев и одна женщина в костюме сестры милосердия. Напрасно обращались к Кутепову различные делегации от города и земства с просьбой о помиловании несовершеннолетних, Кутепов был неумолим и искренне возмущался просьбой членов Городской думы не производить публичной казни в городе, так как это зрелище тяжело отражается на психике
209 ♦

Белое движение
Листовка времён Гражданской войны
детей и подрастающей молодёжи. Конечно, просьбу эту Кутепов отклонил, и вскоре за первой партией последовали вторая, третья и так далее. Чтобы судить о приёмах действий агентов контрразведки, укажу следующие факты.
Однажды, будучи уже начальником штаба 1-й армии, я услышал из окна своего кабинета (штаб помещался в Мелитополе) крики и плач. Взглянув в окно, я увидел молодую женщину, хорошо одетую, которую тащили какие-то два субъекта. Она плакала и просила отвести её в штаб армии. Увидев её, я узнал в ней жену одного гвардейского офицера, бывшего на фронте со своей частью, старого добровольца. Когда по моему приказанию всех их привели в штаб, выяснилось, что дама эта была на вокзале и имела несчастье понравиться двум дежурившим там агентам контрразведки.
Один из них пытался ухаживать за ней, но она его резко оборвала, тогда они стали её преследовать. Проходя мимо штаба, дама остановилась, чтобы завязать распустившийся шнурок на ботинке. Этого было достаточно, чтобы схватить
• •. 210 »••

Александр Колпакиди
её и потащить в контрразведывательное отделение, откуда она бы уже не вышла. На мой вопрос, какие основания были у агентов для ареста дамы, они ответили, что завязывание шнурка на ботинке есть обычный условный знак большевистских шпионов, а значит, и эта дама кому-то подавала знак.
Дело разъяснили. Установили её личность и служебное положение мужа, и несчастную женщину отпустили. Сколько, думал я, женщин ежедневно на улицах крымских городов поправляют развязавшийся ботинок и сколько случаев, чтобы обвинить в шпионаже и большевизме тех из них, которые понравятся агенту.
Мне известны несколько случаев сумасшествия в застенках крымской контрразведки. Вспоминаю одну такую жертву: мать, сидевшая вместе с дочерью, не могла перенести ужасных издевательств, которым подвергалась там дочь, и когда последнюю повесили, то мать была выпущена на свободу уже сумасшедшей. Потом ещё долго она ходила в мой штаб и по секрету рассказывала всем, что ведь дочь-то была невинна. Вид её производил жуткое впечатление. Но то, что известно мне, не составляет и тысячной доли тех ужасов, которые творили в Крыму над беззащитным населением хорошо оплачиваемые и откармливаемые палачи врангелевской контрразведки.
В Симферополе во время нашего пребывания повесилась некая Зверева, молодая красивая женщина. Расследование этого самоубийства выяснило, что она была арестована контрразведкой и систематически подвергалась пыткам. Угрозами смерти её заставили наговорить на мужа то, чего он никогда не делал, после чего мужа судили и повесили. Несчастная не выдержала угрызений совести и покончила с собой. Спустя год после эвакуации один офицер, служивший в Феодосии, рассказывал мне, что дочь его домохозяина, гимназистка Лисовская, жившая с родителями и братом в Феодосии, по какому-то глупому подозрению была схвачена контрразведкой.
Главная причина была та, что она понравилась агенту. В
••♦ 211 .

Белое движение
течение двух недель ежедневно начальник контрразведки совершал над несчастной девушкой насилие, а затем она была передана агентам. Через месяц её, заражённую венерической болезнью, выпустили на свободу. Она тоже стала ненормальной, а брат её после этой истории исчез. Он ушёл к зелёным. Преступление контрразведки, как всегда, осталось безнаказанным. Бороться с контрразведкой, покровительствуемой правительством и Врангелем, никому не было под силу. Впрочем, бороться было можно, но для этого нужны были большие деньги. Однако чаще всего деньги тоже служили обстоятельством причастности к большевизму или спекуляции.
Обыкновенно тех, у кого находили большие суммы денег, обвиняли в спекуляции, а лица, у которых были драгоценные вещи или бриллианты, не оправдывались никогда. Стоило агенту контрразведки увидеть бриллиантовый перстень на руке подозреваемого — и судьба его была бесповоротно решена. Такие живыми никогда не уходили. Многие контрразведчики составляли себе таким образом большие состояния и теперь хорошо живут за границей. Так был собран богатейший золотой фонд, переданный Врангелю в Константинополе. После того как ящик с драгоценностями взял на хранение в свою каюту генерал Шатилов, большая часть их пропала. Но дело было замято Врангелем.
Когда, наконец, за вопиющие преступления, несмотря на упорную защиту его Слащевым, предали суду за вымогательство и расстреляли начальника слащевской контрразведки, у него в чемодане нашли около двадцати золотых портсигаров и много других драгоценностей, отобранных им у расстрелянных и повешенных жертв. Помощник начальника Ялтинского контрразведывательного отделения капитан Калюжный в Салониках рассказывал мне в присутствии ещё двух офицеров, как однажды контрразведка в Ялте арестовала одного видного большевика. От этого арестованного ждали важных разъяснений, и Калюжный приказал его усиленно сторожить.
Но утром его разбудил офицер, бывший в карауле, и ска-
••♦ 212 ♦••

Александр Колпакиди
Плакат времён Гражданской войны
зал, что при обыске у арестованного нашли 500 000 рублей и потому они его на рассвете вывели в расход. Офицер этот принёс деньги, приходившиеся на долю Калюжного. Пришлось донести, что при попытке к бегству преступник убит. Такие донесения были обычны. Расследований почти никогда не производилось...
Такие случаи были обычным явлением. То же наглое издевательство и грабёж продолжались и в Крыму. Грабёж этот шёл под флагом борьбы со спекуляцией. Спекулянты действительно кишели кругом как черви, но крупных спекулянтов не трогали. Они платили определённую дань, или имели удостоверения, участвуя в продовольственных поставках, или состояли в администрации. Над торговцами и купцами поэтому всегда висел дамоклов меч контрразведки.
Часто, выводя в расход, просто сводили старые счёты. “Однажды мне донесли, — рассказывал капитан Калюжный, — что в Ялту приехал некий Нератов. Он был, по моим сведениям, большевик, но, кроме того, я знал, что он ругал меня, моего брата и нашу семью. Я немедленно арестовал его.
••. 213 ♦••

Белое движение
К несчастью, был получен приказ о препровождении его в тюрьму для предания суду. Это могло затянуться надолго и неизвестно чем кончиться.
Ночью, отправляя его в тюрьму, я назначил надёжных людей и пошёл сам с ними. Нератов, должно быть чувствуя что- то, всё время жался ко мне. Но когда мы зашли в глухой переулок, я отпустил его на один шаг вперёд и в упор выстрелил ему в затылок. Донёс, конечно, о попытке к бегству”.
Калюжный с удовольствием вспоминал этот случай, рассказывая все детали, как предчувствовал свою смерть Нератов, как он хрипел, умирая, как его били уже мёртвого он сам и чины его конвоя. Тот же Калюжный в присутствии ещё двух русских инженеров Осипова и Голушкина рассказывал мне, что в Ялте была группа интеллигентных светских молодых людей — палачей-добровольцев. Они убивали каждую ночь из любви к искусству.
Обыкновенно днём кто-нибудь из них заходил в отделение и спрашивал, будет ли ночью работа. Почти всегда среди арестованных были люди, которых спокойно и без последствий можно было вывести в расход. Если работа была, в полночь к определённому месту берега подходила шлюпка, в которую молодые люди принимали одного или нескольких арестованных с их узелками и чемоданами. Им объясняли, что их везут на пароход для отправки в Севастополь.
Затем лодка отчаливала, выходя на глубину и стараясь не попадать в луч прожектора английского миноносца. Затем один из тех, кто сидел ближе к арестованному, бил его железным болтом по голове, а иногда и просто тяжёлым камнем. Слышалось только хрипение или лёгкий стон добиваемых людей на дне лодки. Тотчас привязывали убитому камни на шею и на ноги и вместе с вещами спускали в море. Иногда до утра отмывали кровяные пятна на лодке, но часто, несмотря на все старания, это не удавалось...
Единодушная ненависть, которую возбуждало к себе правительство, опиравшееся на контрразведку, тёмный ужас, ко-
214 ♦

Александр Колпакиди
торый вносили кровавые действия в среду обезличенного и бесправного населения, не могли не отражаться на успехах и силе армии Врангеля. В Гражданскую войну, которая велась преимущественно за счёт “благодарного населения” — в особенности. Ни одна власть, конечно, не может обойтись без мер самосохранения, но в Крыму контрразведка из орудия охранения власти от тайного натиска врагов её превратилась в орудие сведения личных счетов, мести, грабежей и угнетения, и она была возведена Врангелем в культ. И это несмотря на то, что он неоднократно получал предостережения о гнусной работе контрразведки...
Кровавая работа контрразведки находила полный отклик в действиях войсковых начальников. Я приведу здесь некоторые характеризующие эпоху и людей факты; многие мнили, что спасают Россию, они и теперь ещё продолжают претендовать на эту роль, и за границей, ощущая привычную потребность крови, продолжают свою гнусную работу, стараясь террором приковать эмигрантов к своей идеологии. Путь таких генералов, как Врангель, Кутепов, Покровский, Шкуро, Постовский, Слащев, Дроздовский, Туркул, Манштейн, и множества других был усеян повешенными и расстрелянными без всякого основания и суда.
За ними следовало множество других, чинами поменьше, но не менее кровожадных. Один полковник генерального штаба рассказывал мне, что ещё во время так называемого 2-го Кубанского похода командир конного полка той дивизии, где он был начальником штаба, показывал ему в своей записной книжке цифру 172. Цифра указывала число собственноручно им расстрелянных большевиков к этому моменту. Он надеялся, что скоро дойдёт до 200. А сколько было расстреляно не собственноручно, а по приказанию? А сколько каждый из его подчинённых расстрелял невинных людей без приказания? Я пробовал как-то заняться приблизительным подсчётом расстрелянных и повешенных одними белыми армиями Юга и бросил — можно сойти с ума. Однажды генерал
215 ♦

Белое движение
Витковский в Харькове докладывал Кутепову, что он сделал замечание генералу Туркулу, который после хорошего обеда вместе с приближёнными офицерами уж слишком поусердствовал над только что взятой партией пленных. Так и сказал: “поусердствовал”. Усердием называлась излишняя трата патронов для стрельбы в цель по пленным красноармейцам.
Генерал Егоров (бывший после меня начальником штаба 1-го корпуса) рассказывал мне в Салониках, что ему известен факт, когда генерал Туркул приказал повесить одного пойманного комиссара за ногу к потолку. Комиссар висел так очень долго, потом его убили. Подвешивание как вид наказания вообще было у нас очень распространено. Полковник Падчин рассказывал мне, что однажды, когда он был у генерала Туркула, последнему доложили, что пойман комиссар. Туркул приказал его ввести.
Мягким голосом, очень любезно Туркул пригласил комиссара сесть, предложил ему чаю с вареньем и велел позвать свою собаку. “Я почувствовал, — говорил Падчин, — что сейчас произойдёт что-то скверное, и вышел”. Действительно, через некоторое время из комнаты послышались отчаянные вопли, а затем вывели всего окровавленного комиссара и расстреляли. Оказывается, Туркул затравил его своей собакой, которая была приучена бросаться на людей при слове “комиссар”. Собака эта впоследствии была убита случайным осколком бомбы с красного аэроплана.
Офицеры-дроздовцы говорили мне, что ещё более жесток генерал Манштейн. Ветеринарный врач Бердичевский рассказывал, что он был свидетелем, как однажды в Крыму около колонии Гейдельберг среди взятых в плен красноармейцев оказался мальчик, бывший кадет Симбирского кадетского корпуса. Когда мальчик заявил, что он кадет, генерал Манштейн лично зарубил его и ещё долго рубил шашкой мёртвого до неузнаваемости.
Бывший офицер штаба генерала Дроздовского рассказывал, что однажды в бою под Кореновской к наблюдательному
• 216 •••

Александр Колпакиди
пункту, где находился генерал Дроздовский, привели взятых в плен 200 большевиков и спрашивали, куда их отправить. Были ли это большевики или мобилизованные, как они заявляли, вчера большевиками крестьяне, проверено не было, но генерал Дроздовский, не отрываясь от бинокля, коротко бросил: “В расход!” — и тогда их принял под своё покровительство начальник конвоя генерала Дроздовского.
Тут же у подножья холма началась расправа над пленными. Начальник конвоя приказал им выстроиться в одну шеренгу и скомандовал: ”Ложись!” Затем долго ровнял их, чтобы головы всех расстреливаемых были на одной линии, и по очереди выстрелом в затылок из винтовки убивал лежащего. На соседа ещё живого брызгали кровь и мозги, но начальник конвоя штыком заставлял его подползать к убитому, выравнивал его голову, убивал и переходил к следующему. Забава эта продолжалась два часа. Расстрелянные лежали ровно, как на последнем параде. Этот господин мог сразу вписать в свою книжку цифру 200...
Однако по общему признанию в армии наибольшей кровожадностью и жестокостью отличался убитый в Болгарии генерал Покровский. Кутепов... Трудно говорить о своём начальнике, с которым провёл вместе два года, но справедливость требует сказать, что и он не отличался в отношении жестокости от других...
Вспоминаю в Крыму его обходы проходящих мимо корпуса партий пленных. Медленно обходил он выстроенные ряды красноармейцев и вглядывался в их лица, выражение глаз, одежду. Иногда он задавал вопросы. Малейший неудачный ответ, особый штрих в костюме определял судьбу пленного. ”В сторону” — коротко говорил Кутепов, и тотчас же конвой отводил обречённого в сторону, а вечером всех обречённых расстреливали. Эти люди погибали буквально за покрой костюма, фасон фуражки (”вся власть Советам”), выражение лица, в которых Кутепову казались признаки комиссарства или большевизма.
••♦ 217 •

Белое движение
Просьбы о помиловании приводили его в ярость. Много таких фильтров проходили пленные по пути, и неудивительно, что эти люди попадали наконец в запасные батальоны нашими врагами. Плоть от плоти Добровольческой армии, “старейший доброволец”, он в подчинённых ценил выше всего твёрдость воли и характер, другими словами — жестокость и беспощадность. Это он считал выражением преданности идее. Он ненавидел людей с мягким характером, поэтому при нём так вольготно жилось всем профессиональным убийцам.
Проездом через Салоники Кутепов вспомнил в Союзе георгиевских кавалеров свои действия в Крыму. Я присутствовал при этом разговоре.
“Вот, — говорил Кутепов, — меня обвиняют в том, что я расстрелял массу людей в Галлиполи, а я ведь всего-то расстрелял девять человек. И из-за этих пустяков подняли такой шум”. В одном был прав Кутепов. Девять человек было каплей в море расстрелянных им.
Отличительной чертой Кутепова были карьеризм и способность всё принести в жертву ради карьеры. Отсюда склонность к двуличию и предательству. Помню, на меня произвёл особое впечатление случай с атаманом Володиным. Один из крымских союзников Врангеля, он был разбойник чистейшей воды, но имел соответствующий мандат на партизанские действия от Врангеля, и ему оставили право иметь свой отряд. Конечно, от этого друга Врангеля хуже всего пришлось населению, и решено было в конце концов его ликвидировать.
Володина заманили в засаду и обезоружили со всем отрядом, привезли в Мелитополь и тут решили повесить. Для виду был устроен полевой суд. Когда суд уже состоялся и приговор Кутеповым был подписан, Володин, не знавший ещё об утверждении приговора, хотел увидеться с Кутеповым.
Кутепов принял его очень ласково, внимательно выслушал, обещал всё сделать, конечно, освободить и ...вечером повесил. Когда Володина вели на казнь, он всё повторял: “Это
218 .

Александр Колпакиди
же недоразумение, пошлите спросить Кутепова, он же обещал мне, что смертной казни не будет”...
Два самых авторитетных и крупных старших войсковых начальника, с которыми считался и которых побаивался Врангель, генералы Слащёв и Кутепов, соперничали между собой в проявлении твёрдости воли и характера. “От расстрелов идёт дым, то Слащёв спасает Крым” — песня эта не давала покоя Кутепову. Оба они избрали публичную смертную казнь основой управления, оба презирали общественное мнение, видели во всём только крамолу, которую призваны искоренить. Один был крайне неуравновешенный кокаинист, неврастеник, другой — полуобразованный, беспощадный и жестокий, ушибленный болезненным желанием во что бы то ни стало поддержать славу железного генерала. Оба — продукты Гражданской войны, оба на ней сделали карьеру, оба отуманены безнаказанностью и властью и оба одинаково ожесточённо боролись против малейшего проявления независимости того жалкого учреждения, которое именовалось судом Добровольческой армии.
Независимого суда вообще в белых армиях не было: был суд кутеповский, слащевский, Шкуро и т.п. Суд в белых армиях был насмешкой над правосудием. Во главе судебного ведомства стоял генерал Ронжин, человек с таким гибким взглядом на закон, что он как нельзя более подходил к настроению и обстановке. Выше всего он считал волю начальника. Сам по себе безгласный, бесцветный и беспринципный, он отличался исполнительностью. Он мог инсценировать какой угодно процесс, вроде циничного процесса генералов Сидорина и Келчевского. При Деникине он преследовал врангелевцев и казаков, при Врангеле — деникинцев и врагов Врангеля. Он слепо исполнял волю того, кто был в настоящий момент сильнее, и жевал свой кусок хлеба...
Ввиду того что Крым представлял собой “осаждённую крепость” главная масса дел решалась в военно-полевых судах. Для искоренения крамолы и устрашения населения началь-
••• 219 ♦

Белое движение
ники и, в частности, Кутепов требовали от этих судов беспощадности. В Симферополе — местопребывании штаба Кутепова — был сформирован отборный полевой суд. Во главе его был поставлен полковник Литвиненко, впоследствии за свою особо ревностную службу в должности председателя военного полевого суда произведённый Врангелем в генералы.
Прошлое его было таково: незадолго до революции, во время русско-германской войны он на занятии в резервном полку убил ударом кулака солдата-еврея, не исполнившего по слабости здоровья какого-то ружейного приёма. Преданный за это суду, он бежал на фронт, где его выручил командир полка, ответивший на запрос, где поручик Литвиненко, донесением, что последний убит в одном из боёв. Тем дело и кончилось.
Дальше помогли революция и общая неразбериха. Человек с такими понятиями о правосудии был для Кутепова находкой, и он назначил его председателем военно-полевого суда в Симферополе. Членами суда назначались по выбору Кутепова офицеры наиболее твёрдого характера, но иногда Литвиненко ходатайствовал о замене, когда кандидат всё же проявлял относительную мягкость. Уже после эвакуации из Крыма Литвиненко рассказывал мне, что приговоры по делу составлялись обычно до суда, а самый суд являлся простой формальностью. Вопрос о том, кого вешать, решался заранее.
В Салониках в присутствии ещё одного генерала генерал Литвиненко рассказывал мне об одном таком процессе. “Я поселился, — говорил он, — в Симферополе в доме, где жила моя теперешняя жена. Я сразу в неё влюбился, но целый месяц ухаживал безуспешно. Мешал мне один штатский, который также ухаживал за ней и который, видимо, ей нравился. Однажды, сидя в театре, я увидел, что в соседнюю ложу вошла моя жена с этим господином. Это так взволновало меня, что чаша моего терпения переполнилась.
Я едва досидел до конца акта, а затем, выйдя в фойе, позвал всегда дежуривших в театре агентов и приказал этого
220 ♦

Александр Колпакиди
господина взять. Разговор с ним был короткий. Он был обвинён в большевизме и через четыре дня повешен. Приговор суда, конечно, Кутепов утвердил. Устранив это препятствие, я скоро после этого женился. Жена, поражённая произошедшим, уже более не сопротивлялась”. Так совершалось правосудие в Крыму.
Симферопольский военно-полевой суд, составленный из лиц, подобных Литвиненко, осудил на смертную казнь, повесил и расстрелял множество людей, иногда зелёную молодёжь, почти детей, из которых, я глубоко уверен, три четверти были совершенно невинны. Никакие заявления, никакие просьбы и мольбы отдельных лиц и общественных организаций в расчёт не принимались. Все смертные приговоры утверждались немедленно, а Врангель благодарил Кутепова за твёрдость...
Убитый в Болгарии генерал Покровский награбил громадное количество камней и золотых вещей и хранил их в номере гостиницы «Киста» в Севастополе, где он жил во времена Врангеля. Однажды к нему явился генерал Постовский, переночевал, и чемодан с бриллиантами исчез. Контрразведка рапортом начальнику штаба Донской армии генералу Кельчевскому донесла, что все следы указывают на то, что чемодан унёс Постовский. Дело, однако, было прекращено по просьбе Покровского, который не мог вспомнить всех вещей, лежавших в чемодане, а главное, не мог и не хотел объяснить, откуда и как у него появились эти вещи»193.
Приведём ещё одно свидетельство о работе врангелевской контрразведки: «В первой половине 1920 года большевистская организация понесла очень тяжёлые потери...
Значительный процент большевистской организации
193. Очерки Е.И. Достовалова / Публ. [и вступ. ст.] Н. Сидорова, И. Кондаковой // Российский Архив: История Отечества в свидетельствах и документах XVIII-XX вв.: Достовалов Е.И. О белых и белом терроре. С. 637- 697 [Т.] VI.). в книге Сергиенко А. М. «Ещё одно проявление антисоветизма на Белгородчине (о белом терроре)». 2016. С. 67-88.
221 ♦

Белое движение
Крыма составляла молодёжь, работавшая впервые в подполье. Пользуясь неопытностью молодёжи, провокаторы делали всё возможное, чтобы уничтожить самых благородных и смелых, самых передовых сынов крымского пролетариата.
Империалисты Англии и Франции помогали Врангелю не только оружием и деньгами. Они предоставили в распоряжение своего наймита кадровых шпионов и провокаторов, завербованных ещё в царской России. Оказавшиеся на территории Крыма агенты империалистических разведок, находившиеся главным образом среди офицерства царской армии, перешли в полное распоряжение Врангеля. Из всей банды провокаторов и предателей, которыми кишел тогда Крым, особо выделялись... Аким Ахтырский (он же Аким Мартьямов), проникшие в областной штаб крымского подполья.
До революции Аким Мартьямов околачивался в тюремных и судебных учреждениях и долгое время работал в царской охранке, выполняя обычные функции предателя, проникшего в партийную среду...
Крымская подпольная организация имела крепко сколоченный актив во всех городах и уездах Крыма. Большинство подпольщиков состояло из рабочих, тесно связанных с местным населением Крыма. Медленно, кропотливо с величайшей любовью и осторожностью создавались законспирированные подпольные революционные очаги. Так, в Севастополе работала группа коммунистов во главе с т. В. Макаровым. Эта группа была теснейшим образом связана с рабочими порта и мастерских. Подпольная организация оказывала большое влияние на всех рабочих города, она имела своих представителей на всех заводах, фабриках, в профсоюзах и т.д. В январе 1920 г. с приближением Красной Армии к Перекопу севастопольские коммунисты работали над организацией вооружённого восстания в городе с целью помочь Красной Армии овладеть Крымом.
В Симферополе работала группа подпольщиков во главе с И. Просмушкиным (Спером). Он руководил также подполь-
... 222

Александр Колпакиди
ной деятельностью группы комсомольцев, которая принесла неоценимую пользу революционному движению в Крыму. Тов. Просмушкин привлёк к подпольной работе и двух своих младших братьев: Михаила, работавшего наборщиком в Ялтинской типографии, и Абрама, комсомольца, наборщика Евпаторийской типографии.
Симферопольская партийная организация была теснейшим образом связана с рабочими, ремесленниками и интеллигенцией. Прибывший с фронта империалистической войны т. Спер, по профессии печатник, сумел быстро наладить работу подпольной типографии и с помощью комсомольцев М. Москалева, Славного и других выпустил много прокламаций и воззваний крымской коммунистической организации к рабочим и крестьянам.
Симферопольскими подпольщиками был организован “Красный Крест”, который занимался сбором оружия, средств. Была установлена связь через сочувствующего коммунистам надзирателя Ливоненко с тюрьмой. Кроме этого, в распоряжении подпольщиков была мастерская для изготовления фальшивых паспортов и документов, которыми снабжались призывники. Симферопольские большевики сумели вырастить замечательных подпольщиков. Такими товарищами были Петр Шкурин, Лука Гой, М. Лозинский, М. Москалев, Екатерина Григорович и многие другие.
В Феодосии работала крепко сплочённая подпольная организация во главе с т. Назукиным.
Феодосийские большевики пользовались огромным влиянием среди портовых рабочих, железнодорожников и рабочих других предприятий города. В декабре 1919 года т. Назукин разработал смелый план восстания рабочих Феодосии против белогвардейцев. По этому плану к восставшим должны были примкнуть рабочие и крестьяне других уездов. Восставшие должны были уничтожить гарнизоны белогвардейцев и присоединиться через Арабатскую стрелку к находившимся у Геническа и Перекопа частям Красной Армии.
223 ♦

Белое движение
Плакат времён Гражданской войны
В городской организации выделялись своей активной деятельностью подпольщики-революционеры Хмилько-Хмельницкий, Гейман, Разумова, Грановский, братья Беляевы и многие другие.
В Керчи работала группа подпольщиков во главе с товарищами Корниловым, Громоздой, Шмидтом и другими. Они были связаны с рабочими металлургического завода и солдатами местного гарнизона. Благодаря этому Керченская организация сумела получить большое количество винтовок, револьверов, патронов, взрывчатых веществ и т.д. Керченские подпольщики организовали небольшую подпольную типографию, они размножали большевистские прокламации и распространяли их среди трудящихся города и деревни.
Героическим участникам крымского подполья не хватало более острой политической бдительности...
В апреле комсомолец Москалев высказал сомнение в честности Акима Ахтырского, но этому выступлению не было придано должного внимания.
••♦ 224 .

Александр Колпакиди
В начале 1920 года т. Просмушкин был арестован контрразведкой на улице. Он отстреливался до последнего патрона, но всё же был схвачен контрразведчиками. На следующий день вместо т. Просмушкина Бабахан... ввёл в бюро Обкома провокатора Ахтырского. Затем начались массовые провалы по всем организациям Крыма...
6 февраля в Севастополе была расстреляна группа отважных большевиков в составе: В. Макарова, А. Бунакова, И. Севастьянова, А. Шулькиной, М. Кияченко, И. Ашевского (он же Дражинский), И. Вейсблат, М. Иоффе и С. Крючковой. 17 апреля (т.е. через 13 дней после вступления Врангеля на пост главкома) контрразведкой в Симферопольском городском саду были арестованы почти все члены городской подпольной организации. Через 3 дня контрразведка арестовала на конспиративной квартире по Госпитальной улице в доме № 7 ещё семь коммунистов. Только в тюрьме руководители Симферопольской организации, очутившиеся с глазу на глаз с провокатором Ахтырским, узнали его истинное лицо. Весть о предстоящей казни подпольщики приняли чрезвычайно мужественно и стойко. Подлежавший помилованию 16-лет- ний комсомолец Лозинский демонстративно отказался принять эту милость от белых и решил разделить участь своих старших товарищей. Накануне казни подпольщики с удовлетворением узнали, что записка, переданная осуждённой комсомолкой Шполянской друзьям, предупреждавшая товарищей о предательстве Ахтырского, попала по назначению...
В ночь с 5-го на 6-е мая врангелевской контрразведкой были повешены члены комсомольской подпольной организации: Волович, Ананьев, Горелик, Шполянская, Ципенюк, Александров, Азорский, Старосельский, Тышлер. Подпольщиков вешали на столбах. На шею им прицепляли ярлыки с надписью “за коммунизм”.
Один из участников крымского подполья, т. М. Москалев, очевидец суда над комсомольцами, рассказывает следующее:
“В 10 часов утра под усиленным конвоем привели аресто-
••♦ 225 ♦••

Белое движение
ванных. В прилегающей к Петроградской гостинице улице к 12 часам дня стеклась такая масса народа, что юнкера еле сдерживали напор толпы. Поздно вечером суд вынес приговор. Девять товарищей были приговорены к смертной казни через повешение, в том числе 3 комсомольца — Зиновьев, Старосельский и Фаня Шполянская.
Никто из осуждённых не дрогнул при чтении приговора. Они просили, чтобы их не разлучали в эту последнюю ночь.
К моменту вывода арестованных из зала суда толпа народа так сильно разрослась, что пришлось стянуть к Петроградской гостинице все воинские части, расположенные в Симферополе.
Рано утром на фонарных столбах у тюрьмы были повешены 9 коммунистов и комсомольцев.
Перед казнью сидевшие в тюрьме слышали громкое пение «Интернационала» — это прощались с жизнью осуждённые на смерть товарищи”...
5 мая на даче писателя Вересаева в Коктебеле открылся съезд, на котором присутствовали делегаты: от Симферопольской организации — Катя Григорович, от Севастопольской — т. Илья Серов (Зильбершмидт), от Феодосийской — тт. Хмилько-Хмельницкий, Матус Левковский, И. Петров и другие. От обкома комсомола и от Керченской организации делегаты не приехали ввиду провалов. Всего присутствовало 14 делегатов, из них 13 с решающим голосом, 1 с совещательным. В президиум съезда Бабахан избран не был. С длинным и скучным отчётом, проверить который никто не мог, выступил Бабахан. В своём отчёте он сумел обойти молчанием самые острые и злободневные вопросы, мучившие все подпольные организации Крыма. Он отвлёк внимание съезда от обсуждения причин массовых провалов подпольных организаций и уклонился от выработки новой системы конспирации паролей и явок. С резкой критикой Бабахана выступил секретарь Феодосийской подпольной организации делегат т. Хмилько-Хмельницкий. Он обратил внимание делегатов на
••♦ 226 .

Александр Колпакиди
массовые провалы и сказал, что они могли произойти только вследствие предательства. Тов. Хмельницкий высказал уверенность в наличии провокаторов в руководстве Областного комитета, а затем заявил, что вся деятельность Бабахана носит авантюристический характер.
После выступления Хмельницкого был объявлен перерыв до следующего дня. Той же ночью в Коктебеле на даче писателя Максимилиана Волошина т. Хмельницкий был арестован контрразведкой. Кроме Бабахана никто не знал о местопребывании т. Хмельницкого.
7 мая делегаты приступили к обсуждению кандидатур, намеченных в члены подпольного областного комитета. Секретарь съезда т. Серов огласил список кандидатов в члены Областного комитета. В этот список Ахтырский не был включён, так как делегаты ему не доверяли. Но Бабахан стал горячо настаивать на включении Ахтырского в список. Делегаты не соглашались. Во время возникшего спора показалась группа белогвардейцев, открывшая стрельбу по делегатам съезда. В перестрелке был убит секретарь съезда т. Серов — делегат Севастополя и ранена Катя Григорович. Остальным делегатам удалось скрыться. На этом и закончилась работа так называемого Коктебельского съезда.
Что касается т. Хмельницкого и всей группы феодосийских подпольщиков, то они были потом переведены в Симферопольскую тюрьму, где их пытал Ахтырский. Вместе с группой симферопольских подпольщиков были приговорены к расстрелу следующие товарищи: И. Хмельницкий, X. Грановский, И. Гейман, Ц. и X. Беляевы, И. Просмушкин, С. Разумова, М. Лозинский, Т. Зусманович, Крылов-Соболевский, С. Тимофеев, Л. Шейкин, И. Никитин, А. Богданов, П. Ливоненко. Накануне казни т. Хмельницкий сделал всё возможное, чтобы разоблачить провокаторов и очистить крымскую подпольную организацию от предателей. В ночь на 28 мая от имени всех осуждённых товарищей т. Хмельницкий написал письмо в ЦК РКП(б) следующего содержания:
••♦ 227 ♦

Белое движение
“ЦК РКП
Товарищи, завтра я и ещё некоторые товарищи будем повешены контрразведкой Добркорпуса по причине провокации члена РВС Крымской Федеративной Республики Акима Ахтырского, который, будучи членом Крымского Областного комитета РКП, служит в контрразведке и предал всю организацию Крыма. Многие повешены, и многим грозит эта участь. Способствовал ему в этом предатель, секретарь Областного комитета, член б. правительства Крыма, нарком Сергей Бабаханьянц... Он как секретарь ОК выдал ему все сведения о наличности всех организаций Крыма, все явки и место третьего съезда партии Крыма. Всё это передаю в полном сознании. До свидания, с коммунистическим приветом И. Хмельницкий-Хмилько. Член Оскома при ЦИК Украины 1920 года. Прощайте. 15/5 ст. ст. 1920 года”.
Это письмо т. Хмельницкий передал Зиновию Беляеву, брату осуждённых Беляевых, который спрятал его в ботинке. Когда за отсутствием улик Зиновий был освобождён, то он передал письмо т. Хмельницкого уцелевшим феодосийским подпольщикам. К сожалению, этот ярчайший обвинительный документ против Бабахана не стал достоянием большинства крымских подпольщиков и не привлёк должного внимания. Бабахан продолжал предавать революционные организации Крыма, и лишь впоследствии враг был разоблачён и уничтожен.
После провала Феодосийской организации последовал провал Ялтинской группы подпольщиков. К смерти были приговорены товарищи: О. Череватенко, И. Киселев, Ф. Тимофеев. Вслед за ними погиб во время раздачи коммунистических листовок в Ялте комсомолец рабочий-наборщик Михаил Просмушкин. 8 июня белые расстреляли И. Дроздова, у которого они обнаружили типографию, печатный набор прокламации от имени комитета коммунистов и коробку с капсулями для ручных гранат.
8 июля в Севастополе врангелевской контрразведкой была расстреляна новая группа подпольщиков в составе: Н.
228 .

Александр Колпакиди
Никитина, А. Румянцева, В. Анфилова, В. Цыганкова, Е. Айзенштейн, Улитина-Вилонова, П. Мезина, Левченко, Мирошниченко, Леви...
К чести крымских подпольщиков, предательства и кровавый разгул врангелевской контрразведки так и не могли сломить революционный дух пролетариата и боевую деятельность его лучших сынов. Уцелевшие подпольщики, мало известные предателям и своевременно успевшие переменить местожительство, мужественно продолжали свою революционную деятельность»194.
«Просмушкин (“Исаак Спер”, “Берновский”) — уроженец Псковской губернии, родился в 1887 г. в семье бедного учителя. В 1903 г. поступил в типографию в качестве наборщика; принимал деятельное участие в подпольной организации Союза графических искусств...
Февральская революция застала его в Крыму, куда он приехал поправить своё здоровье. Здесь он организовал Союз рабочих печатного дела в Евпатории, председателем которого состоял до Октябрьского переворота... В 1919 г., при втором приходе советской власти, Исаак Спер был секретарём Ялтинского исполкома Сов. Раб. и Кр. Деп. После эвакуации из Крыма советской власти был оставлен для подпольной работы...
Увлекшись своей революционной работой, он попал, как и многие другие подпольщики, в сети знаменитого “Акима” и в августе был арестован под фамилией Берновского. В контрразведке подвергся ужасным пыткам. Несмотря на глумления и ужасные страдания, держался стойко, не выдавал своей фамилии и никого из товарищей. Вследствие истязаний он не мог предстать перед военно-полевым судом по делу 13-ти, и дело о нём было выделено. (Суд мотивировал это его болезнью.) Через две недели после казни его товарищей он был приговорён к повешению, но палачам не удалось привести в
194. Вольфсон Б.М. Конец авантюры барона Врангеля, http://www.krimoved-library.ru/books/konec-avantyuri-barona-vrangelya4.html
229 .

Белое движение
исполнение приговор, так как накануне казни он, приняв доставленный ему яд, покончил с собой. Палачи выкололи ему глаза и повесили его мёртвым.
Просмушкин Михаил (брат И. Спера) родился в 1892 г. в Псковской губернии. В феврале 1917 г., после революции, он вступил в социально-демократическую организацию в Евпатории и был избран в Комитет; баллотировался в члены Крымского сейма от с.-д. группы и состоял членом Сов. Р. и К. Д. Много сил и энергии им было положено на организацию союза печатников в г. Евпатории, где он был сначала тов. председателя, затем казначеем до второго прихода советской власти. В 1919 г. вступил в РКП, организовал ячейку Союза печатников и выполнял различные поручения партии. После ухода советской власти он был оставлен для подпольной работы, которую выполнял до октября, когда на него была возложена задача срочно отпечатать прокламации. Он отправился в Ялту, где вследствие неосторожности был задержан во время набора прокламаций вместе с владельцем типографии Зельгером. В контрразведке его страшно пытали, стараясь узнать у него адреса товарищей. Ничего не добившись, над ним учинили ”суд”, приговоривший его и Зельгера к смертной казни через повешение»195.
В апреле 1920 г. военно-полевой суд при штабе Добровольческого корпуса в Симферополе приговорил к расстрелу 6 подпольщиков: «Амета Мамета Оглу, он же Рефатов, Мурата Решида Асанова, Асана Изета Оглу, Асана Усеина Сакаева, Евгению Лазаревну Жигалину, юнкера Абдула Мустафа Бо- лиджиева»196.
«Рифатов — секретарь Татсекции Крымского Областного комитета РКП (подпольного), молодой литератор. В апреле
195. Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг. Государственное издательство. М., 1924. Т. 2. С. 185-186.
196. Революция в Крыму / Сборник материалов к десятой годовщине советизации Крыма. № 9. Крымское государственное издательство, 1930. С. 170.
... 230

Александр Колпакиди
1920 г. при провале татсекции при подпольном Крымобласткоме РКП по доносу провокатора-татарина судились военно-полевым судом и были расстреляны в Симферополе 6 человек»197.
«Баличев Абдулла. Член татсекции Крымского ОК. Расстрелян вместе с Рефатовым в апреле 1920 г.»198
«Проездом через Вознесенск Слащёв расстрелял 18 человек. (Слащёв оставался в Вознесенске всего лишь несколько часов.) ... В день приезда в Николаев Слащёв расстрелял 61 чел.»199
«Был провокационно убит городской голова гор. Балаклавы — меньшевик Гринберг. В то же время белое командование пыталось добиться непосредственного влияния на рабочих»200.
«Врангелевцы и кулаки Симеиза убили трёх красногвардейцев и начальника отряда Некрасова»201.
«Тяжёлый провал постиг в апреле Керченскую организацию. Ему предшествовало появление на подпольной явке солдата с мандатом за подписью Ахтырского. Солдат сообщил, что он служит в переброшенной из Симферополя в Керчь воинской части и что при переброске удалось утаить 20 ружей, которые он хочет передать большевистскому комитету. Поздним вечером ружья были доставлены на квартиру И. Громозды, где собирался комитет. На следующее утро во время заседания комитета на квартиру нагрянули контрразведчики. Все участники совещания, отстреливаясь, вырвались из окружения, но вскоре контрразведчики сумели установить местопребывание руководителей организации и арестовали их. Следствие, тянувшееся почти два месяца, сопровождалось изощрёнными пытками: арестованных избивали шомполами, загоняли им иглы под ногти, жгли ноги.
197. Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг. Государственное издательство. М„ 1924. Т. 2. С. 200.
198. Революция в Крыму / Сборник. № 1 (3). Крымиздат, 1924. С. 170.
199. Антанта и Врангель / Сборник статей. Выпуск 1. М.— Пг., 1923. С. 155, 156.
200. Там же. С. 162.
201. Пальчикова А.П. Алупка. Симферополь: Таврия, 1979. С. 31.
231 .

Белое движение
В июне военно-полевой суд приговорил Шмидта, Громозду и Корнилова к повешению...
В апреле же севастопольская контрразведка напала на след боевой дружины большевиков. Последовали многочисленные аресты и военно-полевой суд, результатом которого было ещё пять смертных приговоров»202.
«Ф. Шполянская, Женя Жигалина, Зиновьев, Ананьев, Горелик, Старосельский, Зульманович, Черняк, Шейкин, Кельнер. В мае 1920 года во время провала подпольной организации привели в тюрьму арестованных Шполянскую, Иодлович, Орлову, Зиновьева, Старосельского и др. Вскоре после ареста товарищей утром увели под усиленным конвоем на суд. Суд закончился в 12 часов ночи. Тамару Иодлович (гимназистка 15 лет), присуждённую к 6 годам каторги, привели обратно в женский корпус; Тамара, по возрасту ещё ребёнок, не выдержала страшного нервного напряжения, и в камере с ней произошёл страшный истерический припадок. 9 человек из судившихся в этот день было приговорено к смерти. Наутро мы увидели их повешенными на столбах перед тюрьмой. Зиновьев был повешен совершенно нагим, с надписью на груди: “коммунист”.
Фани Шполянскую вместе с Женей Жигалиной в тюрьму не привели: их оставили в контрразведке и продержали там после суда ещё два дня, издеваясь над ними как физически, так и морально. В конце концов, совершенно изуродовав, их зарубили шашками. А. М. Долгова»203.
«Зиновьев — 22-х лет, член Симферопольской организации РКП, член комсомола, начальник боевой дружины подпольной организации комсомола... Повешен в Симферополе в апреле 1920 года. По одному с ним делу судились и казнены: Ананьев (Ваня), Горелик Моисей, Старосельский, Зульманович, Черняк, Шейкин, Кольнер»204.
202. Чирва И.С. Крым революционный. Киев: Госполитиздат УССР, 1963. С. 140.
203. Революция в Крыму / Сборник. № 1 (3). Крымиздат, 1924. С. 162.
204. Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг. Государственное издательство. М., 1924. Т. 1. С. 208.
232

Александр Колпакиди
Источники путаются между апрелем и маем из-за разницы в календарях или из-за спешки, но в общем дополняют друг друга.
«Никотов, Богданов, Аивоненко, Соня Разумова, Крылов-Соболевский, Грановский (Ибрагим), Лозинский, Хмельницкий, Тимофеев. Они были арестованы вслед за Шполянской и другими и приговорены к повешению. Как всегда, суд закончился поздно ночью; вся тюрьма была окружена конницей, в контору тюрьмы был введён усиленный караул — словом, вся белая свора была на ногах.
Ночь была лунная. Мы не спали, наблюдали за камерами смертников. Приговорённых к смерти разместили в трёх камерах: в двух — мужчин и в третьей — Соню Разумову. У неё было темно.
Тов. Богданов (он служил раньше при тюрьме делопроизводителем) влез на окно, ухватился за решётку и, обращаясь к часовым, находившимся во дворе, сказал: “Вот... мы приговорены к смерти. Но насколько глупы вы, что так поступаете с нами. Ведь мы шли работать не в ущерб вам, а для лучшей жизни. Ведь рано или поздно придут большевики и вам несдобровать; если бы мы остались живы, то все от часового до начальника тюрьмы были бы спасены”. Вслед затем всё смолкло; только в камере Разумовой раздавался тихий плач: ей, видимо, было горько, что последние минуты она проводит одна, а не с товарищами, приговорёнными к смерти, как и она.
Часов около трёх ночи послышался скрип подвод и усиленное движение конницы: это подводы с эшафотом подъехали к тюремным воротам. Затем мы услыхали бряцанье шпор, звон ключей, топот ног — наших товарищей выводили на казнь. Мы стояли у окна, переживая тяжёлые минуты. Подводы проехали мимо тюрьмы.
Надзирательница сказала: “Направились к еврейскому кладбищу”. Там белогвардейцы издевались над мучениками, сколько хотели... Аивоненко, в присутствии остальных то-
••♦ 233 ♦

Белое движение
варищей-смертников, повесился в камере. А.М. Долгова»205.
«Никотов, “Ваня” — 26 лет, поручик Врангелевской армии, сочувствующий советской власти, принимал активное участие в подпольном информационном бюро оперативного штаба. Давал военные сведения по армии Врангеля. Казнён за участие в подпольной организации»206.
4-6 мая 1920 г. «Симферополь. Военно-полевой суд при штабе Добровольческого корпуса приговорил к смертной казни пятнадцать коммунистов и комсомольцев за большевистскую агитацию против деникинского режима»207.
5 мая 1920 г. в Симферополе контрразведкой при 2-м армейском корпусе генерала Я.А. Слащёва был арестован штабс-капитан Дубинин, бывший начальник штаба у капитана Орлова. Он был доставлен в Джанкой и по приговору военно-полевого суда был повешен 6 мая 1920 года.
18 мая 1920 г. «Севастополь. Военно-полевой суд при коменданте главной квартиры приговорил членов севастопольской боевой подпольной дружины П. Саянчука, Ф. Кряжева, Р. Торговца, К. Локоту и И. Рябова к смертной казни»208.
Об одном эпизоде белого террора, самом незначительном, упомянул в своих воспоминаниях генерал П.Н. Врангель: «Днём 1 июня я получил сообщение, что в Севастополе среди офицеров флота обнаружен “монархический заговор” и что значительное число офицеров арестовано. Сведения эти показались мне весьма странными. Я только что был в Севастополе, и общее настроение там не оставляло желать лучшего. Я приказал запросить подробности.
Оказалось, что накануне два каких-то мичмана явились в расположение Лейб-Казачьего полка и пытались уговари-
205. Революция в Крыму / Сборник. № 1 (3). Крымиздат, 1924. С. 162-163.
206. Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг. Государственное издательство. М., 1924. Т. 2. С. 144.
207. Хроника революционных событий в Крыму. Симферополь. Крым, 1969. С. 156.
208. Там же. С. 156.
• •♦ 234

Александр Колпакиди
вать казаков по возвращении моём в Севастополь арестовать меня, начальника штаба и некоторых других лиц, не сочувствующих будто бы возвращению на русский престол царя. Вместо меня будто бы во главе армии станет Великий Князь Николай Николаевич, а временно, до его приезда, пасынок его герцог Сергей Георгиевич Лейхтенбергский. Последний состоял ординарцем при генерале Слащеве. Та атмосфера, которая царила в штабе последнего, беспрерывный разгул и интриги не могли быть полезны юноше, и я, в бытность мою в Феодосии, решил отправить его к отчиму. Одновременно я написал Великому Князю Николаю Николаевичу, прося, в интересах молодого человека, оставить его при себе. Герцог Лейхтенбергский в самый день обнаружения заговора выехал в Константинополь. Наивные агитаторы были задержаны казаками и представлены по начальству. На первом же допросе они проговорились, назвав ряд соучастников.
Вся эта история представлялась мальчишеской выходкой. Мне было неприятно лишь то, что в ней замешан был герцог Лейхтенбергский, близкий Великому Князю Николаю Николаевичу, и упоминалось имя последнего. Я решил не давать делу дальнейшего хода и в тот же день вечером выехал в Севастополь.
Как я и ожидал, вся эта история оказалась глупым фарсом, однако за кулисами действовали большевистские агенты. В общих чертах дело представлялось следующим образом: ещё зимою 1919 года среди группы молодых офицеров флота возникла мысль создать особый орден, долженствующий воспитывать среди офицерства высокие понятия о чести, воинском долге, традиции старых Императорских армии и флота, забытые в разрухе смутного времени. О существовании этого ордена я знал и даже видел его устав. Он ничего предосудительного в себе не заключал. Однако за последнее время в состав членов этого общества сумел втереться некий Логвинский, еврей, настоящая фамилия которого была Пинхус. Пинхус-Логвинский был личностью весьма тёмной, с уголовным
••• 235 ♦

Белое движение
прошлым, в последние перед революцией дни замешанный в мошеннических проделках пресловутой комиссии генерала Батюшина. Ныне, по имеющимся сведениям, Логвинский являлся одним из агентов большевиков. Втёршись в доверие молодёжи, Логвинский подготовил весь этот недостойный фарс; трудно было допустить мысль, чтобы он сам рассчитывал на какие-то серьёзные от него результаты, вернее, он преследовал лишь цель дискредитировать власть.
Арестованные, в общем количестве десять-двенадцать человек, были все, за исключением одного-двух офицеров, зелёная молодёжь, сама, видимо, не отдававшая себе ясного отчёта в неблаговидности своего поступка. Я приказал призвать их всех к себе, пристыдил их и сказал, что ставлю крест на всю эту глупую историю. Вместо того, чтобы бить баклуши в Севастополе и делать политику, они должны отправиться на фронт, где они могут принести пользу и загладить свою вину. Офицеры были прикомандированы к пехотным полкам и дальнейшей службой своей доказали преданность родине. Впоследствии они были постепенно возвращены во флот. Пинхус-Логвинский был расстрелян»209.
Насчёт Логвинского как «агента большевиков» Врангель врёт. Вот что об этом Логвинском писал в воспоминаниях М.Д. Бонч-Бруевич: «Во второй половине июля в моём вагоне появился бывший прапорщик Логвинский, известный мне по службе в штабе Северного фронта. Начав со мной доверительный разговор, Логвинский признался, что давно уже, ещё до революции, вступил в партию эсеров, но принадлежность эту по вполне понятным причинам скрывал от меня при старом режиме.
— Ваше превосходительство, я прибыл к вам по поручению тех ваших товарищей и сослуживцев, которые нашли в себе мужество не подчиниться “комиссародержавию”, — сказал он мне, убедившись, что мы одни и нас не подслушивают.
209. Врангель П.Н. Оборона Крыма, militera.lib.ru/memo/russian/vrangel_pn/05.html)
••♦ 236 ♦

Александр Колпакиди
— В лагере белых у меня есть бывшие сослуживцы и нет товарищей, — сердито обрезал я.
— Неужели, ваше превосходительство, вам непонятно, какое преступление совершаете вы, помогая большевикам удерживать незаконно захваченную власть, — настойчиво титулуя меня, продолжал Логвинский. — Большевики держатся на вооружённых силах, которые вы же для них формируете... Если бы не ваш военный опыт и знания, они не имели бы армии и отдали Петроград ещё весной...
Он долго ещё продолжал ’’вербовать” меня, цинично соединяя сомнительные комплименты по моему адресу с явными угрозами.
Я слушал Логвинского, размышляя над тем, имею ли я моральное право арестовать его и отправить в ВЧК. Для нынешнего моего читателя, особенно молодого, этот вопрос даже не встал бы — явился тайный посланец врагов, пытается склонить тебя к измене, так чего же с ним церемониться!
Но людям моего поколения было совсем непросто решить, как следует поступить в таком непредвиденном случае. Офицер доверился мне, как бывшему своему начальнику и русскому генералу. Я мог ещё заставить себя сражаться с моими однокашниками в “честном” бою. Но использовать свою власть и прибегнуть к мерам, которые по старинке всё ещё считал “полицейскими” — о нет, на это я был не способен.
Рассуждения мои теперь кажутся смешными. Но моё поколение воспитывалось иначе, и гимназическое “не фискаль”, запрещающее жаловаться классному начальнику на обидевшего тебя товарища, жило в каждом из нас до глубокой старости.
Поэтому всячески подчеркнув враждебное моё отношение к той тайной миссии, с которой Логвинский явился ко мне, я начал ему выговаривать за неверные его убеждения.
— Вам известно, что я не принадлежу ни к одной из политических партий? — сказал я. — Да, не принадлежу, — но не вижу никаких оснований к тому, чтобы не продолжать служ-
237 .

Белое движение
бы при нынешнем правительстве Народных Комиссаров. Россия, как никогда, нуждается теперь в мощной армии. Аппетиты иностранцев, которым всегда претила сильная Россия, разыгрались донельзя, и потому тот, кому дорога родина, не может не поддерживать большевиков.
Доказывая Логвинскому все эти давно известные ему истины, я наивно уподоблялся крыловскому повару, уговаривавшему напроказившего кота. Но таково было простодушие моего поколения, невыносимо либерального там, где этот либерализм вовсе не требовался...
— Ну, смотрите, ваше превосходительство, как бы ваша работа не кончилась для вас трагедией... — пригрозил мне Логвинский и начал прощаться.
— Поживём — увидим, — сказал я и оказался для бывшей го прапорщика плохим пророком. Расставшись со мной, Логвинский пробрался в Крым и там был расстрелян белыми, которым почему-то показался “красным”»210.
Но продолжим рассказ о карательных операциях барона и его соратников — на многочисленных примерах. 4 июня 1920 г. «Симферополь. Военно-полевой суд при штабе 1-го корпуса приговорил к смертной казни коммунистов Ш.И. Разумову, И.И. Грановского, Ц.И. Беляева, Х.И. Беляева, И.И. Геймана, П.М. Крылова-Соболевского, С.К. Тимофеева, Л.И. Шейкина, И.П. Никитова, А.П. Богданова, В.А. Ливоненко, Ш.М. Лозинского и Т.В. Зусмановича»211.
«Геймон — 36 лет, старый революционный работник с 1905 г. в Польше в Бунде. Лишился голоса вследствие избиения его в николаевской охранке. Член партии РКП, активный работник Феодосийской организации. Казнён в Симферополе в мае 1920 г.»212
210. Бонч-Бруевич М.Д. Вся власть Советам! М.: Воениздат, 1958. militera.lib.ru/memo/russian/bonch-bruevich_md/24.htrnl
211. Хроника революционных событий в Крыму. Симферополь. Крым, 1969. С. 158.
212. Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг. Государственное издательство. М., 1924. Т. 1.С. 133.
238 .

Александр Колпакиди
9 июня 1920 г. «Симферополь. Военно-полевой суд, рассмотрев дело 16 коммунистов, обвинявшихся в подготовке вооружённого восстания в тылу белых, во взрыве железнодорожного полотна и в подготовке взрыва поезда с Врангелем, Слащёвым и Кутеповым, приговорил 13 человек к смертной казни через повешение. Приговор приведён в исполнение»213.
«Бернштейн Григорий. Член РКП, бывший анархист. Состоял членом подпольного ревкома в Севастополе в 1920 г. Арестован и казнён в Евпатории в июне 1920 г.»214
В конце мая 1920 г. армия Врангеля прорвалась из Крыма в Северную Таврию.
«Село Перво-Константиновка было занято частями 1-й красной латышской дивизии, превосходящей числом нашу Дроздовскую дивизию...
Перед рассветом дивизия тронулась вперёд. 5-й и 6-й полки отделились для выполнения поставленной им задачи. Полковник Ковалинский вёл полк скрытно, укрываясь лощинами и балками, пересекающими степь во многих местах ... Ещё совсем не рассвело, когда вышли на ровное место. Вдали была видна Перво-Константиновка с ещё не потушенными редкими огнями... Сделав небольшую остановку, полковник Ковалинский разомкнул полк лавой для атаки на пехоту.
Петроградские уланы шли на правом фланге полка, левее лубенцы и новороссийцы.
Рассвело... Подана команда, и полк, переходя в галоп, бросился вперёд... Беспорядочный ружейный и пулемётный огонь с тыловых позиций красных ... Пули свистят над головами атакующих... Трудно взять верный прицел по несущейся в атаку коннице!.. Потери небольшие — несколько лошадей скачут без всадников...
Справа из села выбегают латыши-пехотинцы, торопливо строясь для встречи конной атаки... Ещё несколько секунд, и
213. Хроника революционных событий в Крыму. Симферополь. Крым, 1969. С. 159.
214. Революция в Крыму / Сборник. № 1 (3). Крымиздат, 1924. С. 170.
239

Белое движение
Плакат времён Гражданской войны
с криком “Ура” полк врезался в линии красных. Вот лубенец вынесся вперёд и скачет к пулемёту. Короткая очередь пулемётной ленты, лошадь шарахается в сторону, гусар взмахивает шашкой... Уланы скачут, окружая пулемёт... Пулемёт взят ими... Красные пехотинцы, втыкая винтовки штыками в землю, кричат скачущему впереди командиру дивизиона: ”Ваше высокоблагородие! Прикажите не рубить! Мы мобилизованные — прикажите не рубить!” — “Не рубить сдающихся», — приказывает ротмистр Рубцов. Уланы окружают толпы пленных... Из села что есть сил уже бегут дроздовцы... Уланы сдают им пленных для отвода в тыл.
В это время левее казачий полк, смяв красных, рубил бегущих, загоняя их в Сиваш. Путь спасения для красных был отрезан. Правофланговый полк донцов ворвался в село, не давая пощады латышам»215.
Вот этот эпизод белого террора сохранился в мемуарах белого бандита Туркула: «Это было в Таврии после нашего отхода на Васильевку. Мы заняли большое имение Попова, с
215. Возрождённые полки русской армии в белой борьбе на юге России. М., 2002. С. 181-182.
••♦ 240 .

Александр Колпакиди
обширным, слегка обветшалым домом, вернее дворцом. Имение это уже раз двенадцать переходило из рук в руки. Когда наш 1-й батальон встал на позицию под Васильевкой, было замечено несколько случаев перехода к красным наших солдат из недавних пленных.
Перебежчики были из 4-й роты, из славной бывшей роты картавого капитана Иванова. В 4-й никогда раньше не было перебежчиков. Я вызвал командира 1-го батальона Петерса и командира 4-й роты капитана Барабаша. Барабаш принял роту после капитана Иванова, у которого был старшим офицером. В боях Дроздовского полка Барабаш был ранен четыре раза. Это был блестящий, отчётливый офицер, скупой на слова, горячий до бешенства. Он был страстный и сильный человек, храбрец. Капитан Иванов очень любил Барабаша и ценил его как офицера.
Школа Иванова сказывалась у Барабаша во всём: он был превосходен в огне, заботлив в ротном хозяйстве. Барабаш был из татар. В его поджаром теле, в мягкой походке было что-то кошачье, или, если хотите, в этом невысоком, гибком человеке была красивая сила тигра. И его лицо, скуластое, загорелое, с широкими ноздрями, тоже, если хотите, напоминало голову тигра.
— Евгений Борисович, — сказал я Петерсу, когда он и Бае рабаш пришли ко мне, — с перебежчиками надо покончить немедленно. Вы сами знаете, господа, что первый батальон — самая грудь полка, его основа, и перебежчиков из первого батальона не было никогда. Я прошу вас, Евгений Борисович, сделать всё. А вам, капитан Барабаш, никогда не следовало бы забывать, что вы приняли роту от капитана Иванова. Вы в четвёртой роте более года и знаете сами, она всегда была образцовой. Прошу вас принять все меры и в первую очередь немедленно отослать всех подозрительных солдат в запасной батальон.
Капитан Барабаш слегка привстал и спокойно сказал:
— Слушаюсь, будет исполнено.
••♦ 241 .

Белое движение
Он снова замолчал, стиснув зубы, и по тому, как двигалась кожа на его скулах, я видел, как ему неприятен весь разговор о перебежчиках из его славной роты. А в ту же ночь, к рассвету, Петерс разбудил меня телефонным звонком: капитан Барабаш бесследно исчез; допускают, что перешёл к красным.
Не скрою, моё сердце от огорчения упало до боли. Для меня было тяжёлым ударом одно сомнение в Барабаше, одно предположение, что наш дроздовец, храбрец, великолепный офицер, любимец Иванова, подлинный белый солдат, верный всегда и во всём, мог перекинуться к большевикам.
Но Барабаш исчез; любопытно, что его вестовой остался, уходить не пожелал. Он подтвердил, что капитан Барабаш ушёл к красным. Я немедленно приказал сменить 4-ю роту с позиции и привести её в помещичий дом Попова.
Открыли огромное двусветное зало с обветшалой позолотой на стенах, с потускневшим паркетом. Туда я вызвал пулемётную роту и команду пеших разведчиков. Они вошли с чётким грохотом. А когда ввели 4-ю роту, то были открыты все белые, с орнаментами двери, и в каждой стояли направленные на неё серые пулемёты.
Приведённые ничего не понимали, глухо волновались, все побледнели. Я вышел к роте и приказал старым солдатам и добровольцам выйти из рядов. В зале осталось одно пополнение, человек сорок стрелков. Переходили к красным только из пополнения, из пленных красноармейцев.
— Кто из вас в заговоре? — сказал я в глухой тишине, медленно проходя вдоль выстроенных стрелков.
Всё замерло. Молчание.
— Среди вас есть коммунисты, отвечайте?
Мой голос как-то заглох в тугой тишине. Я остановился, медленно оглядел солдатские лица — все глаза смотрят на меня с ужасом. Молчание.
— Лучше выходи сам, кто из вас хочет перебежать.
Ни звука, не шелохнутся. У одного стрелка слегка блеснули желтоватые белки, глаза как будто воровски убегают.
242 *

Александр Колпакиди
— Выходи сюда, вперёд! — скомандовал я стрелку.
Бледный, он выступил из строя. Замер передо мной.
— Знаешь, кто ещё хочет перебежать?
— Не могу знать.
— Пороть!
Стрелка увели.
— А вас, если не выдадите заговорщиков, расстреляю сейчас же, каждого второго из пулемётов.
Они знали, что мои слова не пустая угроза, что, как я сказал, так и сделаю. Но все стояли замертво, смирно, с
Генерал Антон Туркул
иссера-бледными лицами, и я никогда не забуду почти непри¬
метного глухого волнения, не в движениях — никто не пошевелился, — а какой-то внутренней дрожи тёмных, округлившихся глаз, обсохших ртов.
Должен сказать, что внутренне я страдал, исполняя железный долг начальника. Внезапно в тяжкой тишине, когда я уже думал подать знак пулемётчикам, из строя послышался быстрый, как в лихорадке, голос:
— Выдавайте, чего тут, выдавайте, всем, что ли, из-за сволочей погибать.
Подойдя к заговорившему стрелку, я сильно ударил его рукой по плечу.
— Ты! Говори!
Стрелок содрогнулся, покачнулся.
— Говори! — крикнул я.
Солдат назвал двоих. Те выдали ещё пятерых. Так была выдана вся коммунистическая семёрка во главе с бывшим красным офицером. Все они под видом простых красноар-
••. 243 ♦

Белое движение
мейцев переходили к нам с заданием разложить дроздовцев изнутри. Они были из того пополнения, которое капитан Барабаш оставил у себя без проверки и чистки. Все семеро были арестованы, преданы военно-полевому суду и повешены»216.
О расправе этого же Туркула с пленными в боях за Крым в 1920 г. писал служивший в Дроздовском полку белогвардеец Г.Д. Венус: «Солнце уже взошло... Во рву раздевали первых пленных. Около полудня мы перешли ров, обошли Перекоп и двинулись на северо-восток...
— Сюда! Веди сюда! — Какой-то солдат отводил в тыл двух ободранных пленных. — Эй! Да живо!
Пленных подвели к тачанке генерала Туркула. Наклонив головы и плечи и опустив руки, они стояли неподвижно и казались низко подвешенными над землёй.
— Коммунисты? — спросил генерал Туркул, свесив над колесом тачанки одну ногу.
Не подымая головы, пленные что-то ответили. Туркул зевнул.
— Веди! — Потом развернул на коленях карту и зевнул снова. — ...Сюда! Сюда! — минут через пять вновь закричал он.
И опять подвели пленного, уже босого, в рваной ватной кацавейке и без фуражки.
— Коммунист?
— Чёрт ма, коммунист!.. Мобилизованный.
Около тачанки собрались солдаты. Туркул вновь что-то спросил. Что — я не разобрал. Солдаты вкруг тачанки гудели.
— Меня это? — переспросил пленный.
— Ну, а конечно! Не меня же!..
— Могилиным меня звать. — И вдруг, встряхнув кудрями, пленный чему-то улыбнулся.
И точно в ответ на улыбку пленного Туркул засмеялся тоже.
216. Туркул А.В. Дроздовцы в огне. Картины Гражданской войны 1918-1920 гг. militera.lib.ru/memo/russian/turkul_av/02.html
••♦ 244 .

Александр Колпакиди
— Могилин?.. В могилу Могилина! — закричал он, уже захлёбываясь хохотом. — Эй, вы там!..
Пленного повели за тачанку»217.
В книге Туркула есть и другие эпизоды с описанием рас- прав с пленными: «Раненые встретили нас возмущёнными рассказами: их не перевязывали, они были брошены. Зато они обнаружили палату, где лежало человек тридцать курсантов в больничных халатах. Курсантов, не успевших пробиться к своим, собирал в больницу врач, молодой еврей. Он же выдал им халаты и уложил на койки. Курсанты сговаривались ночью переколоть наших и бежать из больницы. Врач, коммунист, скрылся.
Курсантов начали приводить ко мне. Среди них ни одного раненого.
— Коммунисты?
— Так точно, — отвечали они один за другим с подчёркнутым равнодушием.
Все были коммунистами.
— Белых приходилось расстреливать?
— Приходилось.
Мои стрелки настаивали, чтобы их всех расстреляли. Курсантов вывели на двор, их было человек тридцать. Они поняли, что это конец. Побледнели, прижались друг к другу.
Один выступил вперёд, взял под козырёк, рука слегка дрожит:
— Нас вывели на расстрел, ваше превосходительство?
— Да.
— Разрешите нам спеть “Интернационал”?..
Я пристально посмотрел в эти серые русские глаза. Курсанту лет двадцать, смелое, худое лицо. Кто он? Кто был его отец? Как успели так растравить его молодую душу, что Бога, Россию — всё заменил для него этот “Интернационал”? Он смотрит на меня. Свой, русский, московская курноса, Ванька
217. Венус Г.Д. Война и люди. Семнадцать месяцев с дроздовцами. www.dk!868.ru/history/venus.htm.
••♦ 245 ♦

Белое движение
или Федька, но какой зияющий провал — крови, интернационала, пролетариата, советской власти — между нами.
— Пойте, — сказал я. — В последний раз. Отпевайте себя “Интернационалом”.
Выступил другой, лицо в веснушках, удалой парнишка, оскалены ровные белые зубы, щека исцарапана в кровь. Отдал мне честь:
— Ваше превосходительство, разрешите перед смертью покурить, хотя бы затяжку.
— Курите. Нам бы не дали, попадись мы вам в руки...
Они затягивались торопливыми, глубокими затяжками. Быстро побросали окурки, как-то подтянулись, откуда-то из их глубины поднялся точно один глухой голос, воющий “Интернационал”. От их предсмертного пения, в один голос, тусклого, у меня мурашки прошли по корням волос.
— С интернационалом воспрянет...
“Род людской” потонул в мгновенно грянувшем залпе...
Конница гнала большевиков, не останавливаясь, и вдруг затопталась в беспорядке на месте. Она наткнулась на батальон китайцев. Китайцы встретили нашу кавалерию залпами с колена. Отчаянные потери. Едва ли не четверть всадников переранена и перебита. Смертельно ранен в живот ротмистр Михайловский.
Быстрая атака пеших разведчиков и 1-го батальона опрокинула китайцев. Человек триста захватили в плен. У многих были на пальцах золотые обручальные кольца с расстрелянных, в карманах портсигары и часы, тоже с расстрелянных. Азиатские палачи Чека, с их крысиной вонью, со сбитыми в чёрный войлок волосами, с плоскими тёмными лицами, ожесточили наших. Все триста китайцев были расстреляны»218.
Насчёт заговора курсантов и «палачей Чека» это, разумеется, наглая ложь Туркула. Ему надо было как-то оправдывать свои военные преступления, выражавшиеся в расстрелах
218. Туркул А.В. Дроздовцы в огне. Картины Гражданской войны 1918-1920 гг. militera.lib.ru/memo/russian/turkul_av/02.html
••♦ 246 ♦

Александр Колпакиди
пленных. Вот он или его литобработчик и выдумал жуткий заговор с убийством раненых (предполагаемым). Ссылаясь на этот мифический заговор, Туркул считает, что он нашёл оправдание своим преступлениям. Насчёт китайцев вообще абсурд. С какой стати на фронте сражается целый «батальон палачей»? Что ему там делать? Палачи должны быть где-то в больших городах при тюрьмах, где есть места заключения и осуждённые. Да и утверждения про кольца, портсигары и часы не проверить. Скорее это белогвардейская контрразведка и генералы типа Покровского, которых защищал Туркул и вся банда дроздовцев, занималась грабежами и мародёрством. Как раз в РККА мародёрство пресекалось жестоко, вплоть до расстрелов. А вот у белогвардейцев, даже по свидетельству командующего ими генерала Деникина, грабёж процветал.
В боях 1920 г. за Крым в Северной Таврии белогвардейские войска продолжали расстрелы пленных. В книге М.Н. Левитова о бое 1 июля 1920 года написано: «Корниловцы в конце концов прорвались через огневую завесу, овладели окопами
В царстве Деникина. Плакат
••. 247 .

Белое движение
и, преследуя красных, захватили западную окраину Куркулака. Красноармейцы стали сдаваться. Корниловцы уже сгоняли пленных и собирали вражеские пулемёты, как вдруг с северной окраины хутора выскочили три броневика, а за ними свежие резервы красных. Броневики открыли пулемётный огонь и начали косить корниловцев. Пленные схватили брошенное оружие и присоединились к своим. Корниловские роты сразу потеряли почти всех своих офицеров и были окружены.
Напрягая последние силы, они всё-таки прорвались и в полном беспорядке стали отступать. Неудача постигла и 2-й батальон, атаковавший Куркулак с юга. Здесь под защитой жестокого артиллерийского огня красные сами перешли в наступление и контратаку и отбросили корниловцев. Положение создалось угрожающее. Тогда не потерявший присутствия духа подполковник Дашкевич бросил свой последний резерв — 1-й батальон. Три роты этого батальона под начальством подполковника Ширковского пошли в атаку на южную окраину Куркулака, а одна рота с пешими разведчиками устремилась к западной окраине. На карту была поставлена честь полка, и разведчики с 1-м батальоном ворвались в селение. Но борьба не кончилась. Каждый дом, подвал, забор пришлось брать с боем. Повсюду были сделаны бойницы, и красные стреляли с боков и с тыла. Защищалась с таким упорством 1-я стрелковая Уральская дивизия, пришедшая с Мурмана, с Северного фронта, и также бригада красных курсантов. 1-й Корниловский Ударный полк потерял 61 офицера и 130 ударников, четверть своего состава. Все раненые 3-го и 4-го батальонов, поневоле брошенные при отступлении, лежали с размозжёнными черепами — их добили красные. Двести уральцев и курсантов, взятых в плен, были тут же расстреляны, остальных триста пленных отправили в тыл»219.
О фактах белого террора в боях в июле и августе 1920 г. пишет и В.М. Кравченко в книге «Дроздовцы от Ясс до Галли-
219. Левитов М.Н. Материалы по истории Корниловского Ударного полка, volunteerarmy.ru/boi-v-rajone-kurkulaka.html
248 ♦

Александр Колпакиди
поли»: «На участке Корниловской ударной дивизии на нашу сторону перешло 350 красноармейцев, перебив своих комиссаров, но за время стоянки 2-го Дроздовского полка в Гоффентале в полку было расстреляно 27 стрелков из бывших красноармейцев, оказавшихся агентами-политкомиссарами красных, засланных для пропаганды и разложения полка»220.
«В течение всего дня 16 июля, из погребов и разных закоулков, дворов и укромных мест вылавливали застрявших в городе курсантов. У многих из них были найдены письма, которые они написали своим родным и знакомым накануне боя. В них описывалось, как курсантов провожали из Петрограда, как их напутствовал при проезде через Москву сам Троцкий, выражалась уверенность в том, что им удастся разбить дроздовцев, и что после этого им обещали командные должности и звания. Действительность же для них была весьма печальная. Из общего числа в 1500 штыков бывших в бригаде курсантов только около 400 смогли отойти на М. Токмачку. По дороге их встретила конница генерала Барбовича, ведущая бой с 46-й дивизией, и также их потрепала. В тот день было взято генералом Барбовичем в плен около 800 человек из частей 46-й советской дивизии. Всех взятых в плен курсантов расстреляли»221.
«В 18 часов 25 июля Дроздовская дивизия выступила в Нижний Куркулак, куда и прибыла в тот же день, а в 3 часа 26 июля двинулась на Гохгейм. Впереди шёл 1-й Дроздовский полк, который без особого труда выбил красных из Тифенбруна и продолжал движение дальше. За полком двигались остальные части. Шли, минуя все селения, прямо по полям, и на рассвете подошли к колонии Гохгейм, занятой красными. 1-й полк подошёл вплотную, 2-й вышел несколько левее, а 3-й — почти в затылок Первому полку. В колонии находились советские пехотные части, кавалерийский полк, батарея
220. Кравченко В.М. Дроздовцы от Ясс до Галлиполи. Том II. volunteerarmy.ru/otzyvy-bolshevikov-o-russkoj-armri-gen-vrangelya.html
221. Там же.
••• 249 ♦

Белое движение
и обозы. Все беспечно спали, а кавалеристы даже не выставили охранения, так как, после взятия вечером Гейдельберга, не ожидали появления противника. Паника у красных поднялась страшная: кавалеристы, бросив всех своих коней, обоз, винтовки, шашки, платье и даже, многие, белье, почти голыми разбежались пешком, кто куда успел. Кроме обозов, лошадей, оружия здесь было захвачено 3 орудия и грузовой автомобиль. В панике красные так бежали из колонии, что наша пехота не смогла их догнать. Кроме того, им помогла бежать и кукуруза на полях. Пленных было мало, но среди них были курсанты и комиссары, которых тут же в Гохгейме на улице и расстреляли...
Операция была закончена занятием Барбараштадта. Положение было восстановлено, и дивизия стала сворачиваться и собираться у Гейдельберга. У хутора Коробочка полил такой сильный ливень, что буквально нельзя было стоять против ветра и дождя. К хутору подошли и марковцы. Противника разбить не удалось, его только слегка потрепали, захватив около 250 пленных и из них 50 курсантов, которых и расстреляли на месте»222.
«Перед рассветом на 31 июля 1-й Дроздовский полк двинулся на колонию Гейдельберг...
День стал жаркий, влажный, со столбами пыли и мглою над выжженной степью. Гейдельберг заняли с налёта, причём озверение дошло до того, что расстреливали и докалывали раненых. В полку было около 150 раненых, до 30 убитых и 26 попало в плен из третьего батальона. Полк расстрелял всех захваченных красных в Гейдельберге (до 200 человек)»223.
«В колонии Розенталь попало в плен около 100 красных, которых почти всех по приказанию генерала Манштейна расстреляли... Продолжая наступление, в колонии Ново-Монталь было захвачено 2 орудия, прислуга которых отстреливалась — до последнего момента. Всех 14 захваченных артил-
222. Там же.
223. Там же.
250 ♦

Александр Колпакиди
леристов на месте же расстреляли. Попало в плен довольно много коммунистов, которых постигла та же участь»224.
«В этот же день, наступая, марковцы заняли Бурчак, а корниловцы — колонию Тифенбрун и Сладкую Балку. Наша конница побывала в колониях Гохгейме и Гейдельберге и заскакивала в город Орехов. За время всей операции взято в плен около 2000 красных стрелков, свыше 200 коммунистов расстреляно на месте боя и захвачено 6 орудий, 2 зарядных ящика и много пулемётов...
Среди цепей, верхом на хорошем коне, выблескивавшим буланой шерстью, скакал всадник. Он вырвался вперёд и поднял залёгших, которые побежали за ним с криком “ура”. Разрывом гаубичного снаряда его сбило с коня. В это самое время, с фланга и тыла, от кирпичного завода стремительно бросился в атаку на красных батальон дроздовцев, а в лоб красных ударили танки и остальные батальоны 1-го Дроздовского полка. Красных разметали. После боя выяснилось, что на дроздовцев в этот день наступали курсанты, остатки бригады разбитой 1-м полком под Ореховым, и 2 полка 7-й бригады 3-й советской стрелковой дивизии. Этот бой был последней “лебединой песней” курсантов. Всадник, сбитый разрывом снаряда, оказался командиром бригады курсантов — бывшим гвардейским офицером по имени Около-Кулак; это был крупный человек с холёными руками, прекрасно одетый, в тонком шёлковом белье. Разведчик 7-й гаубичной батареи нашёл его визитную карточку: “Отставной штабс-капитан Около-Кулак”.
С его гимнастёрки сняли орден Красного Знамени, а в его полевой сумке нашли приказ, согласно которому на нашем участке красные не смели сильно нажимать до тех пор, пока Каховская советская группа войск полностью отрежет пути отступления частям Русской армии в Крым, и только после этого красные должны были стремительно нас атаковать, чтобы полностью уничтожить. Красные понесли весьма
224. Там же.
251 ♦

Белое движение
большие потери, и очень многие из уцелевших попали в плен. Особенно не повезло курсантам. Их не только разбили, но и многих захватили в плен, а участь их в плену довольно печальная — расстрел»225.
А вот врангелевец Мамонтов вспоминает о событиях августа 1920 г.: «Рядом со мной разговаривала группа казачьих офицеров. Молодой удивлялся:
— Почему среди убитых нет обезглавленных? Можно ли одним ударом отсечь голову? Видишь иногда прекрасные удары: череп рассечён наискось, а вот отрубленных голов я не видел.
Старший офицер объяснил:
— Чтобы отрубить голову, вовсе не надо слишком сильного удара. Это вопрос положения, а не силы. Нужно находиться на том же уровне и рубить горизонтальным ударом. Если конный противник нагнётся, а он всегда нагибается, то горизонтальный удар невозможен. Пехоту же мы рубим сверху вниз... Эх, жаль, если бы подвернулся случай, я бы показал, как рубят голову.
В одном из предыдущих боёв мы захватили комиссара. Впопыхах его посадили в пролётку генерала Бабиева, которая случайно проезжала мимо. Посадили и про него забыли. Пролётка служила Бабиеву рабочим кабинетом. На этой остановке Бабиев слез с коня и направился к своей пролётке. Он с удивлением увидел комиссара.
— Кто этот тип и что он делает в моей пролётке?
— Комиссар, ваше превосходительство, — сказал адъютант. — Мы подумали, что вы захотите его допросить.
— Вовсе нет. У меня масса работы. Освободите от него пролётку.
Комиссара любезно попросили слезть и подойти к разговаривавшим офицерам.
— Вот случай, который сам собой напрашивается, — сказал пожилой.
С комиссаром были вежливы, предложили папиросу, ста-
225. Там же.
252 ♦

Александр Колпакиди
ли разговаривать. Я всё ещё не верил в исполнение замысла. Но пожилой зашёл за спину комиссара и сухим горизонтальным ударом отсёк ему голову, которая покатилась на траву. Тело стояло долю секунды, потом рухнуло»226.
27 июня 1920 г. «Керчь. Военно-полевой суд приговорил к смертной казни большевиков И.Д. Громозду, Р.В. Шмидта, Ф.В. Корнилова, а также молодых подпольщиков И.С. Смирнова и Рок де Спурго»227.
8 июля 1920 г. «Севастополь. Военно-полевой суд приговорил к смертной казни членов Севастопольской подпольной большевистской организации Е.И. Айзенштейна, Н.Г. Никитина, А.И. Румянцева, П.А. Мезина, Д.Я. Юртаева, В.В. Анфилова, Х.З. Левченко и М.А. Улитина-Вилонова»228.
Продолжим документальный рассказ о расправах. «Гита — старая партийка, каторжанка. В 1917 г. была амнистирована и направлена на излечение в Ливадию. В январе 1918 г. принимала активное участие в захвате власти большевиками в гор. Ялте. В 1919 г., во время 2-й Советской Республики, работала в Ялтинском парткоме РКП. В 1920 г. была послана в Крым с транспортом оружия и деньгами для подпольной организации. Исполнив поручение, по неосторожности товарища, была арестована в Евпатории и расстреляна летом 1920 г.»229
«Для характеристики той роли, которую играли зелёные Феодосийские отряды в разложении белогвардейского тыла, можно привести следующий характерный эпизод, разыгравшийся в районе Старый Крым — Салы, Феодосийского района, в середине 1920 года.
В это время там действовал отряд красно-зелёных, человек 60, под руководством Надолинского.
226. Мамонтов С.И. Походы и кони, militera.lib.ru/memo/russian/mamontov_si/index.html
227. Хроника революционных событий в Крыму. Симферополь. Крым, 1969. С. 160.
228. Там же.
229. Революция в Крыму / Сборник. № 1(3). Крымиздат, 1924. С. 171.
••♦ 253 •••

Белое движение
Штабом по борьбе с “зелёными” систематически устраивались облавы в лесу, которые имели своей целью ликвидировать повстанцев. По всем крымским деревням, прилегающим к лесам, были разбросаны белые карательные отряды.
Один из таких отрядов находился также и в деревушке в районе Старый Крым — Салы. Начальнику этого отряда не раз, по распоряжению штаба, приходилось совершать облавы на “зелёных”. Облавы эти неизменно кончались неудачей, благодаря тому, что хорошо налаженная связь между лесом и деревней давала “зелёным” возможность следить за всеми движениями белого отряда. Обозлённый начальник ясно сознавал, что является причиной его неудач, и из этих соображений начал пытать крестьян деревушек, стараясь узнать у них местонахождение красно-зелёных.
В отряде “зелёных” было решено “ликвидировать” начальника карательного отряда.
Вызвавшиеся 7-8 ребят начальника дома не нашли. Перебив у него всё в комнате, захватив, что было полегче, бросились обратно в лес.
Вызов был брошен смело и метко.
Озлобленный начальник на другой день без разрешения штаба двинул свой отряд в лес на облаву “зелёных”. Параллельно этому, по чисто случайному совпадению, штабом белых был двинут в тот же лес на облаву другой отряд.
Разыгралась следующая трагикомедия. Оба отряда, заметив друг друга и оба предполагая, что другой отряд направляется в лес на присоединение к красно-зелёным, завязали отчаянную перестрелку. Красно-зелёные, признав в обоих своих врагов, открыли из леса огонь сразу по обоим.
Отряд, направленный в лес штабом, разбил вдребезги другой отряд, захватив в плен человек 20.
По постановлению военно-полевого суда белых, пленные разбитого отряда (тоже белые) были приговорены к расстрелу “за измену”»230.
230. Там же. С. 109-110.
••• 254 .

Александр Колпакиди
«Из числа известных дел, которые не тушились в застенках контрразведки “домашними средствами”, а свершались под покровом ночи при обеспечении “гарантий” военно-полевого суда, перечислим некоторые.
Дело 18-ти, арестованных в посёлке Бартеньевке по обвинению в покушении на взрыв моста (из них расстреляны: Лакотта, Рябов, Торговицкий, Кряжев и Саенчук).
Дело 28-ми по обвинению в принадлежности к большевизму (из них расстреляны: Юртаев, Афалов, Мезин, Левченко, Айзенштейн, Мишка, Улитов, Никотин, Свентицкий, Румянцев, Старосельский, Цыганков)»231.
Об обстановке в Ялте в летний сезон 1920 г. рассказано в воспоминаниях Ясинского «Из истории ялтинского подполья»: «Как только в Симферополе произошёл провал, мы переменили конспиративную квартиру, а часть товарищей отправили в горы.
В эти тяжёлые дни начальником гарнизона был назначен генерал Колотинский, который набросился на большевиков как хищный зверь.
Местом для казни он избрал “Крестовую гору” что на 9-й версте по дороге в Алупку. Вся она была залита кровью рабочих.
В это время разложение белогвардейской армии достигло своей высшей точки. Рыцари “единой и неделимой”, забыв о позициях, занялись массовыми налётами. В городе стало тревожно. В числе налётчиков оказывались сыновья генералов и офицеров высших рангов. Однажды был задержан налётчик, оказавшийся сыном петроградского губернатора...
В мае 1920 года наш комитет нарвался на провокаторшу Левину, благодаря которой некоторые члены комитета были арестованы, некоторым пришлось скрыться в горы. Однако все следы удалось замести, и ни один из более ответственных руководителей, несмотря на ретивость контрразведки, не был схвачен.
231. Антанта и Врангель / Сборник статей. Выпуск 1. М. — Пг., 1923. С. 157.
••♦ 255 ♦

Белое движение
Среди арестованных были слабые товарищи, которые во время пыток могли сдрейфить и выдать организацию. Поэтому совещание наших боевых пятёрок вынесло постановление об освобождении арестованных. Мы сговорились с надзирателями и узнали, у кого хранятся ключи от камеры политических. Само освобождение должно было произойти примерно так: боевики должны были поздно вечером с фиктивной бумагой, под видом конвоя, проникнуть в тюрьму, связать стражу и, взяв ключи, освободить арестованных.
Сначала всё шло хорошо. Я, как начальник операции, поставил один отряд против тюрьмы, в кустах на горе, выслал разведку, а сам со вторым отрядом пошёл к тюрьме.
На наш звонок вышел привратник и, взяв поданную ему фиктивную бумагу, пошёл в контору. Нас уже хотели было впустить, как один из надзирателей, не доверяя своим сослуживцам, подозревая неладное, поднял тревогу. Он начал стрелять и поднял на ноги бывший неподалёку белогвардейский отряд, который явился на помощь.
Видя невозможность ворваться в тюрьму обманом (силой взять её мы были не в состоянии по нашей малочисленности), я скомандовал отступление и рассеял отряд, отобрав предварительно оружие, чтобы в случае попадания в засаду товарищам удалось бы отделаться как случайным прохожим. Товарищи успешно ускользнули от лап контрразведчиков, а мне пришлось до утра просидеть с оружием в одной из конспиративных квартир близ тюрьмы.
Дело наше не выгорело. Из арестованных в этот провал товарищей один был казнён, двое приговорены к бессрочной каторге, а остальные — кто на 6 лет, кто на 4 года.
Для работы в подполье нас осталось немного: я, Долгов, Ирышков — мы работали в городе; Ословский, Ольга Череватенко и Максим Любич принуждены были скрыться в горах. Они помогали нам, но им нелегко было ходить на заседания в город. Я тоже не в состоянии был принимать участие в руководстве работой подполья, так как стал слишком хорошо
••< 256 •

Александр Колпакиди
известен контрразведке: шпики ходили за мною по пятам.
Ежедневно мне приходилось менять квартиру — ночевать в одном и том же месте нельзя было. Я ждал неизбежного ареста, но всё же выехать, бросить работу не решался...
Спустя месяц после майского провала размах деятельности контрразведки несколько сократился. Мы воспрянули духом. Я уцелел и по-прежнему руководил работой подполья.
“Совет князей” совместно с англичанами устраивал балы и кутежи. Начался невероятный разгул. Такого кошмарного разврата средь бела дня, а также ночью, наверное, ни один город не видел... Так проработали до июня 1920 г. С гор начали частенько приходить провалившиеся в мае товарищи, с которыми мы устраивали заседания. Однако внезапно на нашем горизонте снова появились тучи. Мне сообщили, что контрразведке стала известна одна из наших конспиративных квартир, именно та, куда приходили “лесные” товарищи. 3-го июля я предупредил последних об опасности и категорически запретил им продолжать посещение города до тех пор, пока не будет намечена новая явка.
К великому несчастью, товарищи сочли, что я преувеличиваю, и на следующий день 4-го июля к вечеру снова спустились с гор и спокойно пошли на запрещённую квартиру. Но они были арестованы контрразведкой, а утром начались аресты и в городе.
Из подпольной организации осталось человек 5, а из активных работников только Ословский и я. Однако Ословский должен был скрыться и уехал в Симферополь; в Ялте же, таким образом, остался только я и трое молодых подпольщиков: Ирышков, Титов и Туваев. За мной опять началась усиленная слежка.
Арестованных подпольщиков подвергали на допросе пытке и морили голодом. Нам, оставшимся, предстояла трудная задача — облегчить участь товарищей: добыть средства на подкуп и облегчить участь жертв на суде.
Из 15 арестованных только один тов. Болотов бежал из
257 ♦

Белое движение
контрразведки, а 14 остались, испытывая невероятные мучения в тюрьме, вплоть до дня суда.
“Процесс 14” — его знает весь Крым; он продолжался 3 дня. Вокруг здания суда был весь город.
6 человек было приговорено к смертной казни, остальные — от 6 до 15 лет каторги.
28-го августа в балке между Чукурларом и Ливадией казнили лучших работников Ялты: Ольгу Череватенко, Максима Любич, Бронштейна, Киселёва, Трофимова и Задорожкина. Так трагически кончился второй провал нашего подполья в Ялте»232.
«В ночь на 18 июля 1920 г. в гор. Ялте по Крестовой улице были схвачены подпольщики: Яков Бронштейн (Красный), дочь местного мирового судьи 2-го участка Надежда Максимова и молодая девушка Ольга Череватенко, связная между большевистской организацией и партизанами. При обыске у них были найдены нелегальная литература, ручная типография и оттиск штемпеля “Ялтинский комитет коммунистической партии (большевиков)”. В ту же ночь было задержано ещё 18 членов Ялтинской большевистской организации. Среди задержанных оказался и участковый надзиратель ялтинской городской стражи Валуш, который снабжал подпольщиков оружием.
Военно-полевой суд приговорил к смертной казни семь человек, в том числе 16-летнего Бронштейна, 17-летнюю Максимову и 19-летнюю Череватенко. Максимовой смертная казнь была заменена 15-летней каторгой. Перед казнью врангелевские изверги подвергли свои жертвы невероятным мучениям, ломали им руки и ноги, отрезали у Череватенко груди, изуродовали нос»233.
«Смоляницкий — арестован и казнён в мае 1920 г. в Ялте по доносу провокатора Левиной»234.
232. Революция в Крыму / Сборник. № 2(4). Крымиздат, 1924. С. 76-78.
233. Чирва И.С. Крым революционный. Госполитиздат УССР. Киев, 1963. С. 143-144.
234. Революция в Крыму / Сборник. № 2(4). Крымиздат, 1924. С. 94.
258 ♦

Александр Колпакиди
«4-го июля в Ялте были арестованы 15 человек, из них 6 человек казнены: Череватенко Ольга, Аюбич Максим, Бронштейн Г., Киселёв, Трофимов, Задорожкин. Кроме указанных товарищей казнены: т.т. Новиков Фёдор, Головин, Гапон»235.
5 августа 1920 г. «Севастополь. Военно-полевой суд вынес приговор по делу группы коммунистов, обвинявшихся в подготовке вооружённого переворота с целью установления Советской власти. Трое (Мишко, Свинтицкий, Старосельский) приговорены к расстрелу»236.
«7 августа команда врангелевского дредноута “Воля” отказалась выполнить приказ о форсировании Днепровско-Бугского лимана. По возвращении дредноута в Севастополь флотское командование зверски расправилось с непокорными матросами. После подавления бунта было расстреляно более 100 человек»237.
«9 августа (1920 года) матросы врангелевского тральщика “Чурубаш”, стоявшего в Севастополе, т.т. А. Яценко и Г. Гулиев, решили по выходе в открытое море связать офицеров, поднять красный флаг и сдать тральщик советским властям. Почти вся команда с нетерпением ждала намеченный день восстания. Но затесавшийся провокатор выдал моряков, и т.т. Яценко и Гулиев были расстреляны»238.
«В августе в Евпаторию якобы из Вилкова (город в устье Дуная, принадлежавший в то время Румынии) прибыли на парусном судне под видом супругов-владельцев его груза, ценных товаров севастопольский подпольщик Г. Столяров и старая большевичка-политкаторжанка Г. Хромчен-
235. Революция в Крыму / Сборник материалов к десятой годовщине советизации Крыма. № 9. Крымское государственное издательство, 1930. С. 169.
236. Хроника революционных событий в Крыму. Симферополь, Крым, 1969. С. 162.
237. Чирва И.С. Крым революционный. Киев: Госполитиздат УССР, 1963. С. 157. Ссылка на «Известия ВЦИК», 14 августа 1920 г.
238. Вольфсон Б.М. Конец авантюры барона Врангеля. http://www.krimoved-library.ru/books/konec-avantyuri-barona-vrangelya5.html
••♦ 259 •••

Белое движение
ко, работавшая в 1918-1919 гг. в Ялте. В действительности груз был послан Закордотом, выручка от продажи товаров предназначалась для Крымской партийной организации. По-видимому, шкипер судна, рассорившись со Столяровым, выдал его и Хромченко контрразведке. Все усилия Евпаторийской подпольной организации вырвать их из лап контрразведки были безуспешны. Столяров и Хромченко были расстреляны»239.
«Бендовальд — активный коммунист, работал в подполье, был арестован и расстрелян в Крыму в августе 1920 г.»240
«В ночь с 6 на 7 августа 1920 года Латышская дивизия форсировала Днепр и захватила на левом берегу реки знаменитый Каховский плацдарм, которому суждено было сыграть очень важную роль в разгроме врангелевских войск.
Каховский плацдарм стоил Красной Армии огромных усилий и жертв. Крупные потери понесла и Латышская дивизия. 12 августа у дороги Черненька — Терны крупный отряд белой кавалерии окружил 4-й латышский полк в составе 436 человек. После ожесточённого боя остатки полка (120-150 стрелков) сложили оружие. Врангелевцы произвели “сортировку” пленных и всех “истинных латышей” (84 человека) загнали на скотный двор и расстреляли из пулемётов»241.
А вот что писал находившийся в ставке Врангеля А.А. Валентинов: «24 августа (1920) ...после обеда узнал любопытные подробности из биографии кн. М. — адъютанта ген. Д. Знаменит тем, что в прошлом году ухитрился повесить в течение двух часов 168 евреев. Мстит за своих родных, которые все были вырезаны или расстреляны по приказанию какого-то еврея-комиссара»242.
239. Чирва И.С. Крым революционный. Киев: Госполитиздат УССР, 1963. С. 156.
240. Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг. Государственное издательство, М., 1924. Т. 1. С. 54.
241. Казаков М.И. Любые фланги. Рига, Лиесма, 1977. С. 130.
242. Архив русской революции. Т. 5. Берлин, 1922. С. 50 «Крымская эпопея».
• •♦ 260 •••

Александр Колпакиди
«Бронштейн Яков, Череватенко Ольга, Аюбич Максим, Трофимов и Киселёв — казнены 27 августа 1920 г. в г. Ялте после второго провала подпольной организации»243.
На фронте в Северной Таврии белогвардейцы и в сентябре 1920 года также продолжали белый террор. «Когда 2-й Дроздовский стрелковый полк подошёл к Ново-Гуполовке, а это было около 18 часов, перед взорами всех предстала картина: перед селом была выстроена и окружена пулемётами вся масса захваченных в плен красных, из которых выбирали коммунистов, лиц командного состава и разного рода политруков и военкомов. Судьба коммунистов и большинства отобранных была незавидная — расстрел»244.
В книге В.Е. Павлова «Марковцы в боях и походах за Россию...» написано: «В запасных батальонах полков было значительно хуже. В них была большая текучесть состава из-за отправки пополнений в полки. Кадровый состав был ничтожный; если ещё можно было кое-как обучать солдат, то совершенно невозможно было их воспитать и даже вести за ними наблюдение. Батальоны стояли у Днепровских плавней, что облегчало дезертирство и, с другой стороны, облегчало и связь с красными. Знали об этом, но нужны были чрезвычайные меры предосторожности.
Однажды узнали о готовящемся в одном из батальонов восстании, первый акт которого — убийство всех офицеров. Были известны заговорщики, будущие командиры во время восстания. Вечером, в канун восстания, после поверки и отдачи распоряжений, арестовано было 23 человека и тотчас же расстреляны...
Толковый, разбитной, хорошо знающий своё дело и внушавший доверие, писарь не раз предлагал капитану Махнушка “дезертировать” к партизанам и там узнать об их намере-
243. Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг. Государственное издательство, М., 1924. Т. 1. С. 84.
244. Кравченко В.М. Дроздовцы от Ясс до Галлиполи. Т. II. volunteerarmy.ru/pribytie-na-front-ikony-kurskoj-korennoj-bozhiej-materi.html
• 261 ♦••

Белое движение
ниях. Не соглашаясь ранее, теперь он за предложение ухватился. Ночью писарь “дезертировал”.
Через трое суток писарь вернулся и рассказал: его встретили с полным доверием; он выдал удовлетворившие партизан “секреты” и, как знающего канцелярское дело, его назначили в штаб отряда. Там он наводил порядок, писал под диктовку распоряжения, слушал, что говорят. Он принёс ценные сведения: во-первых, партизанский отряд Володина теперь именуется — “имени батька Махно”; во-вторых, он имеет задание ударить в тыл частям Русской армии, когда красные и Махно будут наступать; в-третьих, в отряде около 1000 человек пехоты и конницы. Эти сведения были немедленно сообщены в штаб дивизии, откуда последовало приказание обезоружить партизан.
Как раз в это время от “дезертировавших” из 1-го полка к Володину поручика Полтавского и двух братьев Минаевых стало известно, что Володин находится в колонии Шепвиз близ Александровска. В назначенный день конной сотней 1-го полка, во главе с капитаном Касьяновым, были захвачены Володин, его помощники, двести партизан, пулемёты. Жизнью поплатилась вся головка отряда»245.
1 октября 1920 года. «Симферополь. Военно-полевым судом Врангеля приговорены к смертной казни через повешение симферопольские коммунисты-подпольщики Н. Карпов, Т. Мигачёв и И. Михалютин»246.
«В октябре 1920 г. белогвардейская контрразведка раскрыла в Евпатории подпольную группу. За причастность к Коммунистической партии и подготовку захвата власти с помощью “зелёных” военно-полевой суд приговорил трёх подпольщиков к повешению, остальных к каторжным работам»247.
245. Павлов В.Е. Марковцы в боях и походах за Россию в освободительной войне 1917-1920 годов. Книга вторая. Париж, 1964. С. 309,310-311.
246. Хроника революционных событий в Крыму. Симферополь. Крым, 1969. С. 165.
247. Чирва И.С. Крым революционный. Киев: Госполитиздат УССР, 1963. С. 156.
••♦ 262

Александр Колпакиди
«Боровой — 20 лет, член РКП, судился полевым судом по делу евпаторийской организации, казнён в Евпатории в 1920 г.»248
Орион Христофорович Алексакис родился в 1899 г. в Балаклаве. В 1917 г. окончил с золотой медалью Севастопольскую мужскую гимназию. В 16 лет состоял на учёте полиции за чтение и распространение антиправительственной литературы. В 17 лет был одним из инициаторов и организаторов Социалистического союза молодёжи в Севастополе.
В июне 1917 г. избран председателем Социалистического союза молодёжи Севастополя. Осенью 1917-го поступил на юридический факультет Киевского университета. Почти сразу затем, в ноябре 1917 г., участвовал в боях с гайдамаками, был ранен. В январе 1918 г. вернулся в Севастополь. Здесь был избран членом исполнительного комитета городского Совета, членом городского комитета РСДРП(б), секретарём Севастопольского ревкома. В апреле того же года стал одним из организаторов союза молодёжи «III Интернационал» в Севастополе. Впоследствии Алексакис был представителем ЦК РКП(б) в Вятке, работал в партийных организациях Владимира, Харькова.
В апреле 1919 г. Алексакис стал комиссаром 1-й Заднепровской дивизии Красной Армии, в составе которой участвовал в освобождении Севастополя от войск Антанты. В освобождённом Севастополе был назначен председателем военно-революционного комитета, избран членом президиума городского комитета РСДРП(б), являлся одним из организаторов городской комсомольской организации. Являлся также членом бюро Крымского обкома РКП(б). Алексакис принял участие в работе II конгресса Коминтерна.
Здесь он познакомился с прибывшим из Греции членом ЦК КПГ Демосфеном Лигдопулосом. В октябре 1920 г., по заданию Коминтерна, вместе с Лигдопулосом, Алексакис выехал на подпольную работу в Грецию.
248. Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг. Государственное издательство. М., 1924. Т. 1. С. 79.
••♦ 263 ♦

Белое движение
Согласно данным журнала «Коммунистический Интернационал» (№ 17 за июнь 1921 г.), органа исполкома Коминтерна, товарищи Лигдопулос и Алексакис покинули Одессу на маленьком турецком судне и должны были прибыть в Болгарию 1 ноября 1920 г. Не дойдя до Болгарии, оба были убиты экипажем. Существуют две версии об их убийстве. По одной из них, инициатором убийства стал белогвардеец, опознавший Алексакиса. Более распространена версия об убийстве при попытке грабежа. Орион ехал под видом купца и вёз матрицы изданий, свёрнутые в узкие трубочки. Турки решили, что в трубках золотые монеты, и убили Алексакиса и Лигдопулоса, а также двух русских и болгарина249.
«29-го поздно вечером состоялось под председательством А.В. Кривошеина последнее заседание правительства. С утра 30-го должна была начаться погрузка многочисленных отделов военного и гражданского управлений. Отдав последние распоряжения, А.В. Кривошеин выехал в Константинополь на отходящем английском крейсере “Центавр”...
Поздно ночью, закончив работу, я лёг отдохнуть, однако вскоре был разбужен. От командующего флотом прибыл начальник его штаба капитан 1-го ранга Машуков. Наша радиостанция приняла советское радио. Красное командование предлагало мне сдачу, гарантируя жизнь и неприкосновенность всему высшему составу армии и всем положившим оружие. Я приказал закрыть все радиостанции за исключением одной, обслуживаемой офицерами. Отпечатанный в течение ночи мой приказ и сообщение правительства утром 30-го были расклеены на улицах Севастополя. Охватившее население в первые часы волнение вскоре улеглось. Население почувствовало, что власть остаётся в твёрдых руках, что представители её не растерялись, что распоряжения их планомерны и сознательны, что каждый сможет рассчитывать
249. Википедия и «Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг.». Государственное издательство. М., 1924. Т. 1. С. 13-14.
264 .

Александр Колпакиди
на помощь, что всякий произвол будет в корне пресечён. Несколько лиц, пытавшихся самоуправными действиями внести беспорядок, были тут же схвачены, и один из них, солдат автомобильной команды, по приговору военно-полевого суда через два часа расстрелян»250.
В Крыму жертвой белого террора едва не стал С.М. Будённый. Вот как он написал об этом в своих воспоминаниях: «В авангарде нашей армии шла 4-я кавдивизия. Её полки, преодолев около 100 километров, вместе с передовыми частями 51-й дивизии подошли к Симферополю.
Мы с Климентом Ефремовичем на рассвете поехали в Симферополь... Недалеко от станции Зеленский облюбовал для Реввоенсовета двухэтажный особнячок. В час ночи, усталые, мы перебрались сюда.
Я и Ворошилов заняли одну комнату на втором этаже, в проходной расположился Зеленский. Климент Ефремович лёг и сразу же уснул. Не раздеваясь, лёг на деревянный топчан и Зеленский. Мне тоже хотелось спать, но я решил подождать, пока подойдёт 62-й полк: он ожидался около двух часов ночи. Я стоял у окна и смотрел в глухую темноту. Где-то время от времени раздавались выстрелы.
Сняв бекешу, хотел было прилечь на кровать, как вдруг услышал конский топот. Думаю, прибыл полк. Хотел послать Зеленского проверить, но тот уже крепко спал. Тогда решил сделать это сам. В своём чёрном френче вышел из комнаты, прихватив парабеллум. На ходу переложил его в карман. Метрах в пятнадцати вижу колонну конников. Позади — тачанка с пулемётом. Подошёл ближе, хотел спросить, какой полк. Но конники вдруг окружили меня, и один из них, видимо главный, крикнул:
— Сдавай оружие!
“Кто им сказал, что у меня есть оружие? — подумал я. — И что это за люди?”
250. Врангель П.Н. Оборона Крыма, militera.lib.ru/memo/russian/vrangeLpn/11.html
265 ♦

Белое движение
Семён Будённый
Но тут я понял, в чём дело: на мне был пояс с кобурой.
— Ну, что глаза пялишь? — вновь крикнул главный. — Сымай, говорю!
Только теперь понял, что попал в руки белых. Обидно. Неподалёку от домика стоит мой броневик, а крикнуть не могу. Узнают бандиты, что перед ними Будённый, — пощады не жди.
Решил проявить выдержку. Молча снял пояс с кобурой. Парабеллум остался в кармане.
Один из бандитов увидел на моих сапогах шпоры.
— Господин капитан, глядите, шпоры, стало быть, это кавалерист! — закричал он.
— Я писарем при штабе 19-го кавалерийского полка. А вообще-то раньше был кавалеристом, — торопливо доложил я.
Полк назвал умышленно: такой, 19-й, был и у нас и у белых. И спросил капитана уже строго:
— Почему вы хватаете людей на улице? Вот тут рядом комендатура. Пойдёмте туда.
Подвыпивший капитан важно сидел в седле. В ответ на моё заявление он рявкнул:
— Что? Я тебе покажу! Иди, иди! — и толкнул меня ногой в плечо.
Идём по улице. Решаю узнать, кто эти люди и куда меня ведут. Начал исподволь спрашивать, но так, чтобы не слышал главарь отряда:
— Кто у вас командиром?
... 266 *••

Александр Колпакиди
— Капитан Орлов.
— Зачем я вам нужен?
— А ты кто такой будешь?
— Я же сказал, писарь.
— Расстреляем тебя. Вот за город выйдем.
Этот тоже был пьяный.
— Что я вам сделал плохого?
— Ничего. А только командир приказал, потому, дескать, красный, ну и всё.
Вижу, дело плохо. Стал обдумывать положение. А оно не из важных: в отряде до 60 человек, хорошо вооружённых. У меня всего лишь девятизарядный парабеллум. Как быть?
Было темновато, хотя горели фонари. Тачанка, сопровождавшая отряд, свернула на другую улицу, и вскоре там началась стрельба. Вижу, впереди — овражек, через него — мостик. Берег сажени полторы вышиной. Решение принял мгновенно. Как выйдем на мостик — брошусь в сторону и прыгну в овраг. А дальше уже не страшно. Пока бандиты спешатся да кинутся в погоню — успею далеко уйти или спрятаться. Доли го искать меня белые не станут: в город вот-вот войдут наши конники.
Орлов — впереди. Оглядываясь, время от времени нее громко покрикивает:
— Давай, давай, поспешай ножками.
Слышу шум колёс. Несколько бандитов по приказанию Орлова отделились от нас и поскакали в переулок. В это же время один из конвоиров, подозрительно долго поглядывавший на меня, подскочил к Орлову и стал ему что-то шептать. Слышу, произносит мою фамилию. Ну, думаю, конец. Рука инстинктивно потянулась к правому карману.
Орлов, видимо, усомнился в докладе своего сподручного. Остановив лошадь, он приставил к моему виску наган и спросил:
— Послушай, а ты не Будённый?
— А что?
267 .

Белое движение
— Я бы его отпустил, — усмехнулся капитан. — Храбрых не бью. Скажи, ты — Будённый?
“Врёшь, если бы ты знал, что я Будённый, мне бы и минуты не жить”. И не теряясь, говорю:
— Эх, капитан. Да зачем Будённый один пойдёт в Симферополь. Что он — рядовой разведчик? Писарь я.
Не убирая нагана от моей головы, Орлов крикнул:
— Обыщите его!
Трое бандитов спрыгнули с лошадей — и ко мне. Боясь, что обнаружат револьвер, мигом выхватываю золотые часы, которые мне подарил от имени ВЦИК Михаил Иванович Калинин, и протягиваю Орлову:
— Возьмите! Больше ничего у меня нет.
Отдавая часы, я был уверен, что в темноте Орлов не сразу заметит, что они золотые, а я воспользуюсь паузой и попробую вырваться из рук бандитов. Расчёт оправдался. Едва я левой рукой выдернул из кармана за цепочку часы и поднял их вверх, Орлов свободной рукой схватил их. А я правой рукой выхватил револьвер и выстрелил в Орлова в упор. Но, видимо, капитан был опытным воякой. Он успел заметить опасность, мгновенно прижался к седлу... и выстрелил сам. Я тоже увернулся. Пуля угодила в одного из конвоиров, и тот замертво свалился. В одно мгновение я скользнул под голову лошади капитана, прыгнул в темноту, скатился под откос и очутился у невысокого забора. Вижу, с шашками наголо ко мне бегут четверо бандитов. Занимая выгодную позицию, невидимый в темноте, я поочерёдно уложил их. Отчётливо помню, как целился в каждого. Вся эта сцена разыгралась быстрее, чем можно о ней рассказать. Потом я побежал вдоль забора. Это было небезопасно: спешившиеся всадники могли легко достать меня. Хотел перемахнуть через забор, но он оказался высоким, с колючей проволокой. Пробежал метров сто. Оглянулся. Бандиты гнались за мной. Раздавались выстрелы. Пули решетили забор. К счастью, стрелявшие целились плохо: все были пьяны. Неожиданно послышались крики:
• 268 •••

Александр Колпакиди
— Скачи наперерез!
— Уйдёт в калитку!
— Гляди, он у забора!
— Я же говорил, это Будённый!
Узнав о калитке, побежал ещё быстрее. Думаю, только бы опередить их. Вот и калитка. Добежал до неё, а бандиты уже рядом, метрах в пяти. Проскочить в неё не успел. Прижался к косяку и стреляю почти в упор. Двоих сшиб с коней. Выстрелил в третьего, промахнулся, задел лошадь. Она заржала, рванулась на забор. Всадник не растерялся и сильно рубанул меня шашкой. Удар пришёлся по револьверу. Он вылетел из моих рук. Но пока всадник разворачивал лошадь, чтобы снова замахнуться шашкой, я успел проскользнуть в калитку и запер её на щеколду.
На соседней улице раздались выстрелы. Как позже выяснилось, это вошли в город разведчики из 51-й дивизии.
Бегство
••♦ 269 ♦

Белое движение
Бандиты, опасаясь их, не стали больше преследовать меня и скрылись в темноте»251.
Размах расправ над красными и всеми потенциальными противниками белых впечатляет. Как писал Врангель в своих мемуарах: «На 126 судах вывезено было 145 693 человека, не считая судовых команд»252. То есть практически вся армия Врангеля была эвакуирована в Турцию.
После эвакуации армии Врангеля из Крыма террор продолжался. В основном красный, но — и об этом не принято вспоминать — и белый тоже.
«Нидов — 22-х лет. Дельный, стойкий коммунист. Подпольный крымский работник. В 1921 г. — секретарь Керченской организации РКП. Убит пулей бандитов в Крымских горах во время поездки на областную партконференцию»253.
«Попандопуло — член РКП. Член Симферопольского горсовета и Симферопольского окружисполкома. Отважный, бесстрашный боевик, необыкновенно популярный среди татар. Участник крымского подполья. Погиб в 1921 году в горах в битве с бело-зелёными»254.
Литкенс Евграф Александрович (1888-1922). Член РСДРП(б) с 1904 г. С октября 1920 г. заместитель заведующего Главполитпросветом Наркомпроса Н.К. Крупской. С января 1921 г. Литкенс — заместитель наркома просвещения РСФСР А.В. Луначарского. Весной 1922 г. Е.А. Литкенс отправился на отдых в Крым после заболевания тифом. 11 апреля 1922 г. он отправился на прогулку в горы и был убит бандитами под Ялтой.
Таковы некоторые факты врангелевского террора в Таврической губернии. Зная это, можно ли утверждать, что белого
251. Будённый С.М. Пройденный путь. Книга третья, militera.lib.ru/memo/russian/budenny_sm/3_05.html
252. Врангель П.Н. Оборона Крыма, militera.lib.ru/memo/russian/vrangel_pn/l l.html
253. Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг. Государственное издательство. М., 1924. Т. 2. С. 144.
254. Там же. С. 182.
270 ♦

Александр Колпакиди
террора фактически не было и число его жертв исчисляется несколькими сотнями человек? Очевидно, нет. Тем не менее подобные ложные утверждения были, есть и будут тиражироваться, потому что эта ложь нужна сторонникам возврата России в состояние архаической дикости, где господа будут предаваться безделью в роскоши, а народ будет работать на износ, прозябая в нищете. Именно так было при «Православии, Самодержавии, Народности». И именно этот ужас стремятся восстановить поклонники белогвардейщины, культа Николая II и Российской империи. Именно для этого устанавливаются и памятник Врангелю, и доска Маннергейму, и статуя Колчака. Власть белых могла держаться только на жёстком терроре — и потому во всех случаях держалась недолго.
После разгрома белогвардейской армии в Крыму Врангель сбежал с войсками за границу, заодно вывезя запасы продовольствия. А что не мог вывезти, уничтожил. За границей Врангель возглавил террористическую организацию РОВС, которой и руководил до 1928 г.
271 .

Александр Колпакиди
Мифы о Врангеле
Плакат времён Гражданской войны
Сегодня авторитет барона Врангеля, вокруг которого в XXI веке историки ломают копья, строится на мифах, которые создаются самими же историками.
Миф 1. Монархист и правый радикал
Достаточно посмотреть на состав правительства Врангеля, чтобы разглядеть в нем таких личностей, как легальный марксист, масон П.Б. Струве — фактически министр иностранных дел, бывший министр земледелия, крупный масон А.В. Кривошеин — глава правительства. Министр финансов Врангеля — бывший министр финансов Временного правительства масон М.В. Бернацкий. Доверенным лицом Врангеля в Париже был Н.А. Базили, один из главных исполнителей заговора против Николая II. Вот такое было так называемое «правое» правительство барона Врангеля, с именем которого почему-то свя-
••♦ 272 .

Александр Колпакиди
зывают монархизм и правый радикализм. Активный сторонник Белого движения, член Русского политического совещания В.А. Маклаков писал 21.10.1920 в письме к Б.А. Бахметьеву, что у Врангеля нет вообще никакой идеологии «и если скептики, подкапываясь под Врангеля, упрекают его в реставрационных замыслах, то они глубоко ошиблись по существу». Струве и Кривошеин были подлинными руководителями белого Крыма, а вовсе не Врангель, который служил всего лишь главнокомандующим. Роль Врангеля состояла в координации общих сил, в руководстве войсками и в придании режиму популярности в народе. Но подлинную экономическую и социальную политику определяли совсем другие люди и силы. Кривошеин и Струве выражали, прежде всего, интересы олигархов Франции, от которых врангелевский режим очень сильно зависел, а не интересы России. И это хорошо видно из тех обязательств перед Францией, которые взял на себя режим Врангеля.
Струве — Кривошеину
Париж. 15 октября 1920 года.
№ 1578.
СТРУВЕ просит передать КРИВОШЕИНУ, копию БЕРНАЦКОМУ.
(шифр А.) Французское Правительство согласно продолжать отпуск военного снабжения на сумму до 100 млн. франков по примерному списку, передаваемому в номере втором, обусловливая свое согласие подписанием нами контракта на следующих основаниях:
Правительство Юга обязуется продавать во Франции по цене мирового рынка в момент продажи половину всего количества вывозимых хлебных злаков, угля, шерсти, табаку, кож и жмыхов.
Согласитесь [на] все условия, лишь бы получить возможность немедленно распоряжения кредитом до 100 млн. франков. Без такого кредита положение становится безвыходным.
То есть они гарантировали «зерновую и сырьевую сделку» на кабальных для России условиях в обмен на оружие.
273 *

Белое движение
Миф 2. Патриот России
Сам Врангель был готов идти на любые шаги, которые смогли бы упрочить его власть. Он даже был готов на отторжение от России отдельных территорий и на сотрудничество с любыми одиозными личностями, лишь бы они были против большевиков. Маклаков в том же письме к Бахметьеву писал: «Меня невольно поражает та лёгкость, с которой Врангель был бы готов, если нужно, признать сейчас независимость любой национальности, войти в соглашение с Петлюрой и Махно, прислать своим представителем в Варшаву Савинкова и, как я сам был свидетелем, предложить на место управляющего прессой (министра по делам печати, — Прим. моё) еврея Д.С. Пасманика»255.
Сама идея взять в союзники врагов России побудила Врангеля начать крупное наступление в Северной Таврии одновременно с польским наступлением против советских войск. Получалось, что русские войска оказывали помощь вековым польским недругам, которые уже больше столетия жили в ненависти к России. И говорить о православии, за которое якобы стояли русские офицеры, не совсем корректно, ведь в самой белой армейской среде православная вера была расшатана. Бывший протопресвитер Императорской армии о. Григорий Шавельский, находившийся в стане белых, вспоминал: «Авторитет духовенства в армии был невысок. Так, когда на собрании Союза офицеров армии и тыла во время выступления митрополита Антония офицеры слушали его небрежно: некоторые, повернувшись к нему спиной, закурили папиросы256».
После вероломства Великобритании, что неудивительно, ведь выручка от торговли с Россией «Британскому льву» нуж-
255. Д. Пасманик помещал в своей газете громовые статьи и утверждал, что славная Добровольческая армия сумеет защитить Крым от «большевистских банд». Сам он, однако, сказав нам, что едет на несколько дней в Ялту, сел там на пароход и исчез (Оболенский В.А. Моя жизнь. Мои современники. Париж).
256. Шавельский Г.И. Воспоминания последнего протопресвитера Русской армии и флота. В 2 т. Нью-Йорк. С. 399.
... 274

Александр Колпакиди
Интервенты в Баку
на была сиюминутно, а не как-нибудь потом, барон кинулся к Франции в надежде на то, что Французская республика поможет одолеть Советскую Россию. Тем более что англичане быстро раскусили его как авантюриста. Париж выдвинул условия, которые Врангель безоговорочно принял257.
ДОГОВОР МЕЖДУ ВРАНГЕЛЕМ И ФРАНЦУЗСКИМ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ258
30 августа 1920 г.259
Врангель обязуется:
1. Признать все обязательства России и её городов по отношению к Франции с приоритетом и уплатой процентов на проценты.
2. По сведениям советского правительства, Франция конвентирует все русские долги и новый 6,5% заём, с частичным годовым погашением, на протяжении 35 лет.
257. Договор между Врангелем и французским правительством. 30 августа 1920 г. // Антанта и Врангель. М.-П., 1923. Сб. статей, вып. 1-й. С. 25-26.
258. Текст договора был опубликован в английской газете «Дейли геральд» от 30.08.1920.
259. Дата опубликования текста.
• •♦ 275 •••

Белое движение
3. Уплата процентов и ежегодного погашения гарантируется:
а) передачей Франции права эксплуатации всех железных дорог Европейской России на известный срок;
б) передачей Франции права взимания таможенных и портовых пошлин во всех портах Чёрного и Азовского морей;
в) предоставлением в распоряжение Франции излишка хлеба на Украине и в Кубанской обл. в течение известного количества лет, причём за исходную точку берётся довоенный экспорт (1913 г. — прим. моё);
г) предоставлением в распоряжение Франции 75% добычи нефти и бензина на известный срок, причём в основание кладётся добыча довоенного времени;
д) передачей 25% добытого угля в Донецком районе в течение известного количества лет. Указанный срок будет установлен специальным соглашением, ещё не выработанным.
Пункты «б», «в» и «д» вступают в силу немедленно по занятии войсками ген. Врангеля соответствующих территорий.
Суммы, вырученные благодаря экспорту сырья, имеют быть использованы для уплаты процентов по старым долгам.
4. При русских министерствах финансов, торговли и промышленности в будущем учреждаются официальные французские финансовые и коммерческие канцелярии, права которых должны быть установлены специальным договором.
5. Франция берёт на себя задачу восстановления русских оружейных и снарядных заводов, причём в первую очередь вооружается новая армия. Франция и Россия заключают наступательный и оборонительный союз сроком на 20 лет.
Как понимать сделку между патриотом, продающим своё Отечество, и страной, которая трижды только в XIX веке вела войну против России? Ничего личного, только бизнес.
Что же должно было пойти в счёт оплаты французам по согласию с «правительством восстановленной России»? Прежде всего:
••♦ 276 .

Александр Колпакиди
- все железные дороги Европейской России (Азиатская Россия — Англии, США и Японии...);
- прибыль от таможенных сборов Азово-Черноморского бассейна. Тут и Англии будут уплачивать таможни Балтики и Белого моря, пароходства и хлопковые плантации Средней Азии. И Япония не забыта — перед ней Тихоокеанские земли России, перед США — Сибирь и Север;
- вспомнили французы экспорт довоенного зерна («сами недоедим, а вывезем»). Смогли же в один выдавшийся урожайный 1913 г. «недоесть-вывезти» — почему бы не повторить? Взяли за точку отсчёта высокий урожай 1913 г. и установили относительно его дань, сообразно рекорду. Хотя известно, что страна была зоной рискованного земледелия задолго до образования СССР. Неурожаи были периодическим явлением. И неурожай начала 1930-х из истории бы не исчез. Умирали бы от голода — и никого остановить это не могло бы. Банкиру в Париже что до умирающих крестьян, нежели московскому или петербургскому чиновнику. В крайнем случае господа «хранцузы» искренне выразят сожаление о массовой смертности. Может, даже пожертвуют, вначале гуманитарку, а затем на похороны, чуть-чуть...
- 3/4 от добычи нефти и бензина и 1/4 и плюс доход от переработки. Вот и живи на 1/4, слава богу, что не на осьмушку.
Суммы, вырученные благодаря экспорту сырья, имеют быть использованы для уплаты процентов по старым долгам. Как в том анекдоте: «...ни денег, ни топора, ещё и должен остался. И самое главное, что всё правильно». А для контроля назначаются иностранные чиновники в три самых ключевых министерства — «учреждаются официальные французские финансовые и коммерческие канцелярии, права которых должны быть установлены специальным договором».
А чтобы, не дай бог, Россия не создала сильную армию и не заключила с её противником какой-либо союз, Франции необходимо было взять под контроль русский ВПК, путём «восстановления русских оружейных и снарядных заводов,
••♦ 277 ♦••

Белое движение
причём в первую очередь вооружается новая армия. Франция и Россия заключают наступательный и оборонительный союз сроком на 20 лет».
Экономику страны сдали, что называется, «под ключ» европейским бизнесменам, теперь нужны были гарантии «контрнаступа». Не зря же «Верховный» запугивал Европу и США в случае победы РККА «проникновением большевизма в Европу и за Атлантику». И ровно через неделю появляется «Новый план ведения военных действий против Советской страны». Здесь Врангель уже не брезгует идти на союз ни с кем, «хоть с чёртом, но против большевиков»260.
Перед нами ещё один документ, подтверждающий данный тезис. «Записка военного комитета Антанты с изложением нового плана ведения военных действий против Советской страны»261.
№ 702 бис/26 сентября 1920 г. Вот некоторые выдержки из него.
«Повстанческое движение против большевиков, которое зарождается на Украине в казачьих районах и на Кавказе и которое ориентируется на военное сотрудничество с Врангелем, — всё это создаёт благоприятную обстановку, которой следует воспользоваться, чтобы попытаться окончательно свергнуть режим Советов. Врангель, действующий в согласии с русским посольством в Париже, предлагает разработать с этой целью общий план, согласно которому его военные действия комбинировались бы с действиями польской армии, причём осуществление этого плана было бы поручено единому французскому командованию».
Все эти и другие действия явно свидетельствуют лишь о личной выгоде барона и его жажде власти любой ценой.
260. Росс Н.Г. Врангель в Крыму. С. 45«Possev-Verlag, V. Gorachek KG., 1982. Frankfurt/Main Printed in Germany».
261. Антанта и Врангель. M.—П„ 1923. Сб. статей, вып. 1-й. С. 25- 26. № 116.
278

Александр Колпакиди
Александр Кривошеин
Миф 3. Врангель не использовал отсрочку от прохождения военной службы ради карьерных соображений
Выбор высшего учебного заведения сыном-Врангелем был далеко не случаен: его отец, барон Николай Врангель, активно занимался предпринимательской деятельностью в области добычи нефти и золота, используя свой баронский титул для председательства и членства в правлениях акционерных обществ, и рассчитывал на то, что сын продолжит и приумножит его дело в бизнесе. По версии одного из биографов генерала Врангеля, юный Петр «воле отца перечить не стал», ибо... «особой тяги ни к чему не испытывал»262. То есть ему
262. Карпенко С.В. Последний главком. М., 2006. С. 23.
••. 279 .

Белое движение
было всё равно где учиться, и он не стремился к «профессии Родину защищать». А куда можно стремиться сыну олигарха?
В то время Горный университет был специализированным высшим учебным заведением по подготовке специалистов горного дела, металлургии, а также технологий золотодобычи и нефтедобычи. К тому же на рубеже XIX-XX вв. по объемам добычи нефти в России западные корпорации вышли в мировые лидеры. Пионерами новой отрасли экономики стали воспитанники Горного института. Нефть сделалась стратегическим товаром. Тогда и была произнесена сакральная фраза английского адмирала Фишера: «Кто владеет нефтью, тот правит миром». Выпускникам института, получившим высокое звание «горный инженер», предоставлялось право возведения рудничных и заводских зданий, жилых помещений, а также выполнения строительных работ на транспорте под надзором Министерства путей сообщения263.
Политэкономию в университете не преподавали, и потому Врангель, став в будущем «верховным», передоверил регулирование денежного обращения и торговли в Крыму и Северной Таврии бывшему статс-секретарю А.В. Кривошеину, главе его правительства, и профессору М.В. Бернацкому, начальнику Управления финансов264.
В 1896 г., в год поступления Врангеля, сословный состав студентов был следующим: из 409 человек — только 31 дети
263. В то время крупнейшим нефтедобытчиком в России была компания «Товарищество братьев Нобель», которому пришла идея о прокладке нефтепроводов для перекачки нефти, которые позволили бы переправлять «чёрное золото» во все регионы страны. А после строительства первого в мире нефтеналивного судна «Зороастр» нефть стала международным достоянием и попала на внешний рынок, где пользовалась высоким спросом у иностранных покупателей. Основным соперником Нобелей выступали транснациональный гигант «Royal Dutch/Shell» и французская компания Ротшильдов, которая в поиске конкурентных преимуществ перед Рокфеллером и Нобелем стала строить нефтяные танкеры для транспортировки нефти по Суэцкому каналу в целях сокращения пути из Атлантики в Индокитай.
264. Карпенко С.В. Белые генералы и красная смута. М., 2009. С. 334-346.
• •♦ 280 ♦ ••

Александр Колпакиди
крестьян и солдат, то есть менее 10% от общего количества265.
В то непростое время в России начались политические волнения среди студентов, где учащиеся различных вузов высказывали недовольство качеством преподавания, а также социальной необустроенностью. Мало приходится сомневаться в том, что Петр Врангель старался держаться подальше от какой-либо общественной деятельности и тем более каких-либо студенческих выступлений. Намереваясь по окончании института посвятить себя отнюдь не работе горным инженером и не научному поприщу, а, используя связи отца-олигарха, начать карьеру в каком-то гражданском ведомстве (а начал он службу именно в ведомстве МВД), он не мог вести себя иначе: в противном случае о чиновничьей карьере можно было забыть. Сохранение своей «благонадёжной» репутации, использование отсрочки от прохождения военной службы ради получения престижного высшего образования и высоких оценок, исходя из карьерных соображений, — именно это владело его помыслами, диктовало линию поведения в стенах института266.
Так, 26 января 1899 г. он написал обычное для тех времен заявление на имя директора института В.И. Меллера: «Покорнейше прошу выдать свидетельство о том, что я состою студентом Горного института императрицы Екатерины II для получения мною отсрочки по образованию при отбывании воинской повинности. Студент третьего курса барон Петр Врангель». На заявлении имеются отметка канцелярии института о том, что свидетельство № 928 выдано 26 апреля 1899 г. и расписка самого студента в его получении267.
Для прохождения обязательной воинской службы Врангель 1 сентября 1901 г. поступил вольноопределяющимся 1-го разряда в лейб-гвардии Конный полк, где традицион-
265. Горный журнал. 1897. № 5. С. 1-37.
266. д.и.н. В.Г. Афанасьев, к.ин.н. И.В. Волошинова. Горный институт и его студент Пётр Врангель // Новый исторический вестник. 2017. № 2. С. 140-166.
267. ЦГИА СПб. Ф. 963. Оп. 1. Д. 10685. Л. 5.
281 .

Белое движение
но служили представители его рода. Десятого марта 1902 г. по окончании полковой учебной команды Врангель был произведён в унтер-офицеры, а 2 июля — в эстандарт-юнкера. В 1902 г. Врангель выдержал испытание на чин корнета гвардии при Николаевской академии Генерального штаба по 1-му разряду и успешно прошёл дополнительный курс. Приказом от 12 октября он был произведён в корнеты с зачислением в запас.
Перспектива «тянуть лямку младшего офицера» в условиях мирного времени его не привлекала, и он убыл на Восток империи. В Иркутск Врангель отправился потому, что у отца в Восточной Сибири имелся крупный бизнес и его нужно было осваивать. Ведь именно там находились основные предприятия «Российского золотопромышленного общества»268.
Случайностей не бывает. Существует закон причинно-следственной связи. Чтобы понять что-либо, необходимо выяснение полной картины происходящего, что помогает сформулировать окончательный вывод и выявить закономерность события.
Итак, согласно собственным мемуарам, отец Врангеля, Николай Егорович, был одним из крупнейших олигархов Российской империи, тесно связанных с европейским бизнесом. Имел «Русское общество пароходства и торговли». Но и это ещё не всё. Он был председателем и членом советов правлений крупнейших АО, занимавшихся золотодобычей, нефтедобычей и прочей деятельностью, завязанной на международный капитал, выкачивающий из России ресурсы. В Петербурге он сблизился с банкиром Адольфом Ротштей- ном269 и министром финансов Сергеем Витте, поддерживавшими (курировавшими) его предприятия. Он также состоял
268. Соколов Б.В. М.: Молодая гвардия, 2009. 502 [10] с.: ил. (ЖЗЛ, выпуск № 1201).
269. Крупный банкир, предприниматель прусско-еврейского происхождения, возглавлявший Санкт-Петербургский международный коммерческий банк.
• •♦ 282

Александр Колпакиди
в совете правления шведской компании Siemens & Halske270 и был председателем правления «Российского золотопромышленного общества». Обе революции 1917 г. отец-Врангель встретил в Петрограде.
Понимая, что вскоре он может лишиться всего, продал большую часть своего собрания. Однако, полагая, что по-прежнему несёт ответственность за надлежащее содержание рабочих на золотых приисках своего общества и, получив от нового правительства предупреждение жестокого наказания за подобное, в конце 1918 г. решил бежать из страны, завещая сыну Петру отвоевать «всё нажитое непосильным трудом». Заплатив «антрепренёру», он смог сесть на поезд на границе с немецкими ранеными и доехать до Германии, по дороге изображая умственно отсталого271. В итоге отец и сын Врангели, «проиграв бои» в России, вернулись в Европу, где, имея ценные бумаги от своих предприятий, продолжили бизнес в соответствии со своими целями и возможностями.
Миф 4. Врангель не совершал военных преступлений
«Плохо, когда армия воюет против собственного народа в своей стране, даже если какая-то его часть считается террористами. Это путь к военным преступлениям». В.Н. Шнякин. Член СФ Федерального собрания РФ.
Е.В. Семёнова, один из инициаторов постановки бюста барону, патетически пишет: «По окончании Русско-японской войны Врангель окончательно посвятил себя военному делу». А как было на самом деле? И какому делу он себя посвятил по окончании войны?
270. Помимо кабельного завода и фабрики по изготовлению телеграфного и телефонного оборудования Карл Сименс начал строить в Петербурге завод динамо-машин, который производил электромоторы большой мощности, а также турбогенераторы и трансформаторы. В 1912 г. огромный завод «Электросила» был сооружён.
271. Врангель Н.Е. Воспоминания. От крепостного права до большевиков.
283 .

Белое движение
Перед нами документ из Государственной думы, датированный началом XX века272.
СРОЧНОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ СОЦ.ДЕМ. ФРАКЦИИ ГОСУД. ДУМЫ
13 апреля 1907 г.
«О карательных экспедициях в Прибалтийском крае в 1905 году».
О действиях карательных экспедиций социал-демократической фракцией было подано заявление, в котором изложены факты, собранные со всех уездов Курляндской и Лифляндской губерний, некоторых уездов Эстляндской губернии и Латгальской части Витебской губернии. 13 апреля 1907 года заявление было подано председателю Государственной думы с 42-мя подписями.
От социал-демократической фракции подписали: Озоль, Алексинский, Аникин, Измайлов, И. Юдин, М. Муртен, Вахрушев, И. Романов, И. Петров, И. Карпенко, Богошев, Белановский, А. Калинин, Кациашвили, Е. Петров, Мандель- берг, П. Кумелис, А. Купстас, Прихрдько, Лопаткин, Баташев, Марев, Митров, Белановский, Зубаров.
От трудовиков подписали: Булат, Кимряков, Е. Сорокин, П. Щапин, А. Лоски, Алаказов, М. Попов, Немальцев, Нечитайло, Снигирь, Толмачевский, Тимошин.
От социалистов-революционеров — Архангельский и Мушенко.
От кадетов — Юргенс, А. Юргеншенк, К. Парет и Трейман.
Заявление заключало в себе 64 страницы. Приводим ниже несколько страниц из вышеуказанного документа о действиях карательных экспедиций в Рижском уезде. Аналогичные факты были и в других уездах.
Вот текст этого заявления:
272. Карательные экспедиции в Прибалтийском крае в 1905-1907 гг. Часть III.
284 .

Александр Колпакиди
СРОЧНОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ О ЗАПРОСЕ № 22
В г. Вольмаре, без суда и следствия и без всякого к тому повода, карательным отрядом расстреляны: 28 декабря 1905 г. 3 человека, а 8 января 1906 г. несовершеннолетние: Рудольф Анфельд и Петр Дийка. Перед расстрелом оба были подвергнуты истязаниям; 12 того же января — кр. Ян Менц.
В Зельбургской волости, без суда и следствия и без всякого к тому повода, карательным отрядом под руководством полковника Енгалычева и фон Врангеля расстреляны: 22 декабря 1905 г. восемь человек и повешено двое, а 9 января 1906 г. расстреляны ученики В. Вирсис, Бар, Бурит, Витоль и Вильде — все местные крестьяне. Сожжено 22 декабря 1905 г.: все имущество приходского учителя Цукура, купца Лельбарда и трех крестьян; в Старо-Салацкой волости 5 января 1906 г. — одна мельница, жилой дом, лютеранское училище; 9 того же января усадьба Лодкина; в Старо-Салаце 5 января — две лавки — Иеремея и Пруса, усадьбы: «Марка», «Яунзем» и «Пунце». В усадьбе «Пунце» была при этом разграблена часть имущества. 14 марта отряд явился вторично в усадьбу в сопровождении комиссара273 Ильинского и экспроприировал 18 коров, 2 лошадей, 3 свиней, 7 овец, 38 мер хлеба и 6 пудов льняного семени.
В г. Лемзале, без суда и следствия и без всякого к тому повода. Под руководством полковника Енгалычева (начальник отряда ротмистра Врангеля, — прим, автора) и по его, расстрелян в январе 1906 г. учитель Бахман. Бахман впоследствии приговорён к 3-месячному аресту. Сожжены 24 декабря 1905 г. две кр. усадьбы и, кроме того, имущество Кирхенштейна и других лиц. Имущество Кирхенштейна было вынесено на рыночную площадь и под звуки гимна «Боже, царя храни», торжественно сожжено.
В Катварской волости (Лимбажский край) без всякого к тому повода карательным отрядом, под руководством
273. Комиссарский суд — временный суд в Великом княжестве Литовском для рассмотрения г.о. земельных претензий.
285 .

Белое движение
ротмистра фон Врангеля, 31 декабря 1905 г. сожжено имущество учителя Сетинсона и его служанки Анны Розенталь. Сетинсон в это время находился в г. Вендене, и, когда он вернулся и явился к начальнику карательной экспедиции, князю Енгалычеву, последний ему объявил, что он ни в чём не обвиняется, и вернул ему экспроприированные отрядом при сожжении имущества две коровы.
В Гайнажской волости, под начальством князя Енгалычева (здесь упоминается начальник карателей как руководитель Врангеля — прим. автора), 4 января 1906 г. явилась карательная экспедиция и остановилась в морском училище. Было немедленно созвано общее волостное собрание всех членов волости. Явившиеся поодиночке пропускались через ворота, у которых стоял сам Енгалычев с одним офицером(?). У начальника был в руках проскрипционный список; всех занесённых в него он задержал. В числе арестованных находился и сын местного учителя Раудзепа. На указание учителя Раудзепа, что это его сын Макс, Енгалычев ответил, что ему нужен не Макс, а Юрий Раудзеп, и освободил арестованного. Затем был вызван местный православный священник, и у него осведомились о некоторых арестованных. Фамилии арестованных псаломщика Ларедея и жены местного аптекаря Пелекзирна были вычеркнуты из списка после того, как священник сообщил, что население хотело Аарадея на одном собрании посадить в мешок, а г-жа Палекзирн попала в распорядительную комиссию по недоразумению и давно уже от этой должности отказалась. Относительно арестованного Преде Раудзеп и священник удостоверил, что его заставили принять на одну ночь на хранение оружие, Енгалычев на это заметил: «Это достаточно». Когда священник попытался защищать аптекаря Пелекзирна, Енгалычев рассердился: «Я знаю лучше вас, Пелекзирн оказал врачебную помощь социалисту», и немедленно дал приказ разгромить аптеку. Относительно 4 крестьян, арендаторов местного барона, ничего не было спрашиваемо. По распоряжению князя 9 человек были при-
... 286

Александр Колпакиди
вязаны к деревьям и без суда и следствия расстреляны. В том числе вместо одного Юргенса расстрелян другой, его однофамилец, а вместо отца расстрелян его сын. Имена расстрелянных: Циммерман (17 лет), Преде, Аунин, Гравис, Пулик, М. Лайвин, Ф. Абол, М. Юргенс и аптекарь Пелекзирн; тогда же подвергнуто истязанию 8 человек. Сожжены: лютеранское и православное училища, усадьба «Кайши» и мельница. Жена мельника Гравелсон с 9 детьми оставлена без приюта, причем населению было запрещено оказывать ей какую-либо помощь. Усадьба «Кайши» сожжена только лишь потому, что владелец усадьбы крестьянин Таубе не мог указать местонахождения своего брата, будто бы принимавшего участие в революционном движении.
В Пюркельнской волости, без суда и следствия и без всякого к тому повода, карательным отрядом расстрелян 6 января 1906 г. усадьбовладелец фермер Тенис Смилга; истязаниям подвергнуто 13 человек местных крестьян274.
В результате уже 3 июня 1907 года Николай II подписывает указ о роспуске Государственной Думы и о реформировании ранее принятого закона об избирательных правах.
Как видно из документов, путь к военным преступлениям Врангель начал уже в 1905 г. И получил за них от императора Николая II орден Святого Станислава 3-й степени с мечами и бантом (06.01.1906). В связи с этим вспоминается советский генерал Лев Рохлин, воевавший против реальных террористов. Во время представления его к высшей награде он произнёс фразу, ставшую крылатой: «Я не имею морального права получать эту награду за боевые действия на территории своей страны». Врангель же шёл к славе по трупам мирных граждан, не гнушаясь ничем.
274. Как уточняет д. и. н. Д.П. Ненароков, «каратели, после зверств и пыток, расстреляли его на глазах близких, долгое время не разрешая хоронить».
• •♦ 287 •••

Белое движение
Миф 5. Первый Георгиевский кавалер среди офицеров Первой мировой
16.07.1914 была проведена мобилизация на территории 4-х военных округов. Через 2 дня гвардейские части были отправлены на фронт. Гвардейская кавалерия направлялась в г. Волковышки. В этот район стягивались силы конного отряда (в составе 3 дивизий) ген.-лейтенанта Хана Гусейна Нахичеванского. Высадка гвардейцев продолжалась до 02.08.1914. Под Каушеном эскадроны Кавалергардского полка получили большие потери.
Исследователи считают, что было несколько причин разыгравшейся трагедии и одна из них нежелание «элитной кавалерии» соответствовать реалиям времени. В почёте по-прежнему оставалась «дудергофская тактика» («в лоб» и с «большой кровью»), являвшаяся очевидным анахронизмом. Таким образом, в основании каушенской трагедии лежит элементарное столкновение с тем, чего раньше на войне не было. Определённую роль также сыграла некомпетентность «отцов-командиров». Примечательно, что в разгар боя при очевидном численном превосходстве «русских» начал разрабатываться план «отхода».
06.08.1914 в двенадцатом часу, не доходя до Краупишкена на левом берегу реки Эйменис, лейб-гвардии Конногренадёрский полк натолкнулся на противника и открыл по нему огонь, однако враг сам перешёл в атаку и начал артобстрел. Под него попал авангард 2-й гвардейской дивизии под командованием полковника А.Е. Арсеньева (за это столкновение награжден орденом Св. Георгия 4-й ст.)275.
Вскоре к месту событий подошли основные силы дивизии, но вместо конной атаки и использования маневренного превосходства кавалеристы спешились. В это время прибыла 2-я гвардейская конноартиллерийская батарея п-ка Кирпичёва. П-к Кирпичев, подавив батарею противника, обеспечил возможность кавалерийской атаки в бою, которую осуществил
275. За этот бой награжден орденом Св. Георгия 4-й ст.
288 .

Александр Колпакиди
3-й эскадрон Л.-ГВ. Конного полка под командой барона П.Н. Врангеля276.
«[...] в бою 6 августа под Каушеном-Краупишкеном, оставаясь до конца боя совершенно открыто на избранном им наблюдательном пункте на крыше дома под сильнейшим артиллерийским и ружейным огнём противника, заставил замолчать обе батареи немцев и тем дал возможность двинуть в атаку все спешенные эскадроны дивизии и взять с боя позиции немцев, нанеся им полное поражение»277.
На самом деле произошла своеобразная «кровавая» дуэль русских и германских артиллеристов, в которой российская гвардия в конечном итоге немцев «переиграла».
Весомую роль в разгроме противника сыграла артиллерия князя Эристова, который, быстро пристрелявшись, открыл огонь по немецким позициям впереди Каушена. Удачный частый огонь на низких разрывах не позволял пруссакам переходить в контратаку и вместе с тем отвлёк огонь неприятельской батареи от наших цепей, бывших в это время в тяжёлом положении, особенно Кавалергардский полк. Огонь окончательно привёл немецкую батарею к молчанию. Обнаружив подход передков, он перенёс огонь и на них и заметил, что пушки оставлены и больше не стреляют.
Затем Эристов приказал находившемуся при нём поручику Юрию Гершельману проехать к целям и в случае, если он найдет вблизи конную часть, указать на возможную необходимость взять и вывезти оставленные немецкие орудия. Гершельман278 галопом пошёл по дороге. Пройдя с версту, он встретил Врангеля и передал ему приказание Эристова279, и
276. Пр. по 1-й Армии Северо-Западного фронта №281 от 30.11.1914; Высочайший приказ от 13.01.1915.
277. Высочайший приказ о награждении полковника Кирпичёва орденом св. Георгия IV ст.
278. Поручик Гершельман Георгий Сергеевич в этом бою был убит в упор орудием. Награждён орденом св. Георгия IV ст., посмертно.
279. Георгій Гоштовтъ. «Каушень». Изд. «Павлин». Librairie «LE PAON» 59. rue de la Republique, 59. MEUDON.
••♦ 289 •••

Белое движение
вместе они двинулись к обозначенной цели. В результате атаки в эскадроне П.Н. Врангеля были убиты и ранены все офицеры (2 убито, 2 ранено) и 20 нижних чинов.
Описываемое событие можно считать одним из наиболее трагических кавалерийских столкновений 1914 г. (общее количество наиболее значимых конных атак этого периода равнялось 56). Русские потери составили 45 офицеров и 3200 нижних чинов280.
Ряд авторитетных российских военачальников уже в 1914 г. считал, что такая «победа под Каутеном» стоила русской армии потери стратегической инициативы в Восточной Пруссии. Если бы кавалерия Хана Нахичеванского продолжала бы преследовать немцев, последующей катастрофы могло бы не произойти, так как во время отступления при постоянном натиске противника практически невозможно восстановить пошатнувшийся «моральный дух». Эта точка зрения достаточно активно поддерживается и рядом современных исследователей. Историки задают резонный вопрос: стоила ли победа гвардейской кавалерии под Каушеном поражения русской армии в Восточной Пруссии281?
Не зря в мемуарах Т.А. Аксаковой-Сиверс282 упоминается, что Великий Князь Михаил Александрович, присутствующий при подписании приказа 13.10.1914, вспоминал: «Подписывая награждение Врангеля Георгиевским крестом по статуту, государь сказал: „Никогда я не подписывал приказа с такой неохотой. Не погорячись Врангель, те же результаты могли быть достигнуты стоящей за ним артиллерией, которая уже начала действовать. И люди были бы целы!”»
280. Рубец И. Конные атаки российской императорской кавалерии в Первую мировую войну / Гроза 1914.
281. Д.И.Н. Чувардин Г.С., д.и.н. Гончарова И.В. «Здесь смерть нас ждёт, и мы несёмся к ней...» кавалерия Российской Императорской Гвардии в сражении под Каушеном.
282. Т.А. Аксакова-Сиверс — русская мемуаристка дворянского происхождения. Дочь историка и генеалога Александра Сиверса.
290 .

Александр Колпакиди
Ну а что касаемо «первого награждённого офицера», то судите сами, согласно хронологии документов, первый или всё же 51-й?
Сборник Высочайших Приказов по военному ведомству
Утверждается пожалованiе Командующимъ 1-ю армiею за отличия в делах против неприятеля по удостоенiю местной Георгiевской Кавалерской Думы:
Орден Св. Великомученика и Победоносца Георгия
4-й степени:
23.08.1914
1. Рузский Николай Владимирович
2. Брусилов Алексей Алексеевич
30.08.1914
3. Радко-Дмитриев Радко Дмитриевич 05.09.1914
4. Альберт I король Бельгии
5. Александр принц Сербский 06.09.1914
6. Алексеев Михаил Васильевич
7. Драгомиров Владимир Михайлович 18.09.1914
8. Эверт Алексей Ермолаевич
9. Плеве Павел Адамович
22.09.1914
10. Радкевич Евгений Александрович
11. Сухачевский Георгий Иванович
23.09.1914
12. Янушкевич Николай Николаевич
13. Данилов Георгий Никифорович
14. Шульман Карл-Август Александрович
15. Сиверс Фаддей Васильевич
16. Экк Эдуард Владимирович
291 ♦

Белое движение
17. Щербачев Дмитрий Григорьевич
18. Сахаров Владимир Викторович
19. Ставрович Николай Григорьевич
20. Келлер Федор Артурович
21. Ломновский Петр Николаевич
24.09.1914
22. Новиков Александр Васильевич
23. Ванновский Сергей Петрович (посмертно)
24. Мартынов Вячеслав Андреевич
25.09.1914
25. Литвинов Александр Иванович
26. Протопопов Николай Иванович
27. Роде Готлиб-Павел-Вильгельм Павлович
28. Долгов Дмитрий Александрович
29. Драгомиров Абрам Михайлович
30. Ванновский Глеб Максимилианович
31. Лошунов Иосиф Семенович
32. Дельвиг Сергей Николаевич
28.09.1914
33. Олег Константинович Князь Крови Императорской 07.10.1914
34. Каледин Алексей Максимович
35. Павлов Александр Александрович
36. Баташев Никита Михайлович
37. Веневитинов Григорий Иванович
38. Одынец Викентий Иванович
39. Файдыш Николай Афанасьевич
40. Рутковский Мечислав Никодимович
41. Сименов Георгий Иорданович
42. Панаев Борис Аркадьевич (посмертно)
43. Тихоцкий Евгений Сергеевич
44. Данейко Антон Антонович
13.10.14
45. Князь Александр Николаевич Долгоруков
46. ген.-л-т Павел Петрович Скоропадский
••♦ 292 ♦••

Александр Колпакиди
47. ген. м-р Николай Дмитриевич Зарин
48. п-к Гартман Борис Егорович
49. капитан Владимир Павлович Воронов (посмертно)
50. капитан Николай Яковлевич Гашкевич
51. ротмистр барон Пётр Николаевич Врангель
52. есаул Иван Андреевич Платонов (скончался)
53. поручик Гершельман Георгий Сергеевич (убит в упор орудием)
54. Е.И.В. Великий князь Романов Дмитрий Павлович.
Миф 6. Врангель великодушный
«Были предложения взорвать хотя бы военные объекты, а также и мосты, тоннели, севастопольские доки и казармы. Но Врангель запретил. Даже Качинскую авиашколу велел оставить в неприкосновенности». Говорят, что где-то даже сохранился приказ, хотя кто его знает — бумага всё вытерпит.
Приказ Главнокомандующего Русской Армией от 29 октября № 0010230: «В случае оставления Крыма запрещаю какую бы то ни было порчу или уничтожение казённого или общественного имущества, т.к. таковое принадлежит русскому народу». Ген. Врангель283.
Этот же миф подкрепляет и предводитель Керченского союза монархистов, некто Г.Б. Григорьев, который лил слёзы о «гуманисте», оставившем всё советской власти, и даже лживо сравнивал его действия с решением Сталина, который приказывал не оставлять немцам фабрики и заводы, — вот какой был изверг вождь по сравнению с белым бароном. В пылу патриотизма вдруг «Остапа понесло...», он так разошёлся, что заявил: «По приказу Врангеля во время “исхода” было передано оружие рабочим севастопольских заводов, что бы они смогли защитить заводы от мародёров после эвакуации армии». Как было на самом деле? Попытаемся понять это на ос-
283. Врангель П.Н. Белый Крым. Мемуары Правителя и Главнокомандующего Вооруженными силами Юга России.
293 .

Белое движение
нове исследования журналиста, побывавшего на полуострове в первые дни вступления туда РККА284.
В Гражданской войне белые и их европейские спонсоры всё время как бы соревновались в погромном мастерстве, дошли до совершенства, но пальму первенства у них всё же оспаривают погромщики из стана Врангеля. Врангель, судя по подготовке сил и средств, и не собирался драться за Крым, а всё внимание сосредоточил на подготовке к эвакуации и уничтожении как можно большего количества материальных средств и инфраструктуры полуострова285.
И нужно признаться, что врангелевцы достигли многого, хотя ненадолго. Если они путём своих варварских изощрений не добились победы — то во всяком случае оставили тяжёлый, долго неизгладимый след на жизни всей Республики.
Теперь попытаемся познакомиться с некоторыми фактами из тех ужасов, кои учинены врангелевцами на последнем этапе борьбы на Юге. Здесь необходимо оговориться, что данные ограничиваются лишь частичным приведением фактов последних месяцев борьбы с Врангелем. Но и приводимого будет вполне достаточно, для того чтобы представить себе ужасающие размеры белого вандализма. Для большей ясности все перечисляемые факты мы разграничим на 3 категории.
1. К первой отнесём разрушения и уничтожения, вызванные так называемыми военными необходимостями, произведённые по стратегическим и тактическим соображениям. Начнём с разрушения коммуникаций. Здесь уничтожено всё, что лежало по пути отступления белых войск. Буквально все, без исключения мосты, не только через реки и ручьи, но и через канавы. А там, где нет канав и ручьев, — сворочены рельсы, свернуты шпалы, опрокинуты составы, сожжены вагоны, уничтожены ж/д здания, станции, даже в будочках стрелочников выбиты окна и разорваны крыши...
284. Полярный Л. Следы разгрома. Антанта и Врангель / Сборник статей. Выпуск 1. М.-Пг.: Государственное издательство, 1923.
285. Широкорад А.Б. Упущенный шанс Врангеля. Крым-Бизерта-Галлиполи. Гл. 16. Великий исход.
• 294 ♦••

Александр Колпакиди
2. Во второй группе мы приведём разрушения, которые с большой натяжкой, хоть косвенно, можно отнести к военным соображениям.
3. Наконец, третью категорию составим из опустошений, учинённых обезумевшими людьми, в состоянии «патриотического» буйства, озлобленными бесконечной яростью мести, — людьми, чувствовавшими свой близкий конец. Эту группу разрушений очень трудно подвести даже под растяжимые и крайне суровые военные правоположения. Эти чёрные следы разгрома начинаются от ст. Синельниково, где погромщики не продвинулись и начали откатываться назад. Но чем ближе к своему концу, тем больше врангелевцы сознавали своё бессилие, и соразмерно с этим бессилием в них росло чувство мести. Они срывали свою бессильную злобу на окружающих предметах. Об этом говорят развалины, взрытые поля и нивы, испорченная железная дорога и, прежде всего, мосты.
Количество взорванных мостов поразительно. Изуродовано в общем количестве около 200 мостов. Для наглядности возьмём центральную коммуникационную линию, полосу южных и екатерининских железных дорог, вошедших в район действия врангелевских войск. Здесь на расстоянии 800 вёрст взорвано и уничтожено 29 железнодорожных мостов. Из этого числа по линии В. Токмак — Бердянск на расстоянии 190 вёрст уничтожено 6 мостов, а по линии Джанкой — Владиславовка на расстоянии 77 вёрст — 7 мостов. Даже взрыв Сивашского железнодорожного моста на 3-вёрстной дамбе, среди гнилых болот Мёртвого моря, отсрочил гибель всей белой армии лишь на неделю.
Но если часть уничтожений всё же имеет кое-какое военное значение, то совершенно непонятен разгром по линии Джанкой — Владиславовка, где на расстоянии 77 вёрст взорвано 7 мостов, т.е. на каждые 11 вёрст по мосту.
Во-первых, по этой линии никаких боёв не происходило. Во-вторых, белые войска от Юшуня и Таганаша бежали в па-
295 .

Белое движение
нике на Джанкой, оттуда дальше на Симферополь и Керчь, и никто о сопротивлении уже не думал.
В-третьих, РККА не имела в Крыму бронепоездов, на этой линии подвигалась исключительно кавалерия, так что взрывы мостов её не должны были задержать — о чём прекрасно знал Врангель.
В-четвёртых, гарнизон Керченской крепости не думал ни о сопротивлении, ни об эвакуации и капитулировал в полном составе.
Отсюда вывод, что последние разрушения необходимо отнести не к военным соображениям, а к безрассудству бегущих и их ненависти к трудовому народу.
Теперь бегло присмотримся, что же происходило вдоль главной магистрали. Начиная от гор. Александровска вся дорога на юг носит тяжёлые следы буйного разгрома. Отходя с боем и оставляя город, врангелевцы взорвали все мосты. На 529-й версте они также взорвали мост на реке Мокрая Московка. Мост сразу же нашими частями был починен, но не выдержал пробы.
Около ст. Кашгун мост через реку Мокрая тоже взорван; далее около ст. Плавни уничтожен мост через реку Конская. Станция разгромлена и снесена. На следующей станции Поповка тоже остались следы разрушения. А на 617-й версте около ст. Федоровка отходившими белыми взорван очередной мост.
На подступах к Мелитополю, отходя, белые взорвали и здесь мост. Около ст. Акимовки мост через реку М. Утлюк взорван, также взорван мост и через реку Б. Утлюк.
1 ноября части бесстрашной Первой конной армии с Каховского плацдарма ворвались в тыл к белым. Генерал Кутепов бегством спасся из Ново-Алексеевки. Этот прорыв первой конной армии послужил сигналом к панике у врангелевцев. Они поспешно начали ориентироваться на тыл и в бешенстве разрушали и громили всё, что попадало под руку286.
286. Антанта и Врангель / Сборник статей. Выпуск 1. М.-Пг.: Государственное издательство, 1923. С. 246.
• 296 •••

Александр Колпакиди
Убедившись, что из Сокологорного и др. пунктов ничего не удаётся вывезти, белые решили всё уничтожать. На ст. Сокологорное были подожжены десятки поездов не только с боеприпасами и вооружением, между ними подожжён и состав с живым скотом. Картина разрушений и опустошений на ст. Сокологорное ужасна: всё снесено и разрушено, остались лишь развалины. Целые сутки здесь рвались горевшие снаряды и патроны, засыпая осколками далеко кругом всю местность. Мирное население в ужасе и панике бежало от страшных пожарищ. Сила взрывов и пламени была настолько разрушительна, что наши части в течение суток не могли подойти к станции, а когда улеглась огненная стихия — они застали там только груды развалин, ужасающие пепелища, остовы сожжённых, опрокинутых и разбитых составов, уничтоженный путь и обуглившиеся скелеты животных.
На следующей станции Юрцино белые снова жгли поезда. Здесь был уничтожен состав с аэропланами, порохом и аэропланными бомбами. Взрывами также сровнены с землею все окружающие строения и здания.
На ст. Ново-Алексеевка взорвана мощная водокачка, но здесь врангелевцы, застигнутые врасплох, бросили всю свою артиллерию.
Около ст. Сальково начинается полоса Чонгарского укреплённого узла, и расположена первая линия мощных укреплений Крымского Вердена — здесь всё кругом снесено и сметено. По всему Чонгарскому полуострову война прошла огнём и мечом. В этом районе не осталось ни одной живой души. Даже звери бежали. Отсюда белые отходили с боем и в буквальном смысле слова уничтожали всё. Они взрывали немногочисленные водокачки и водохранилища, отравили колодцы, чтобы лишить Красную Армию не только пристанища, но и воды. От хутора Лютц осталась груда камней, и он значится теперь только на карте. Хутор Ярсшин представляет тоже только руины287.
287. Полярный Л. Следы разгрома // Антанта и Врангель. Сборник статей. Выпуск 1. М.-Пг.: Государственное издательство, 1923. С. 246-250.
••• 297 ♦

Белое движение
В развалины превращены и все остальные станции и населённые пункты, вплоть до Сивашской дамбы. Станция Сиваш также разрушена. Уничтожен солеваренный завод, снесены все фабричные строения и здания, разрушены промыслы. Всюду, где ещё недавно ютилась жизнь, кипела работа — теперь мёртво и пустынно...
Крымский полуостров связан с материком трёхвёрстной каменной дамбой, которая проложена по топким болотам Гнилого моря. В середине дамбы железный мост. Белые взорвали, отступая, четыре пролёта этого моста.
По шоссейной дороге Крымский полуостров соединяется посредством Чонгарского моста. Мост этот уже в 1919 г. был уничтожен и заменён временным деревянным мостом, который белые, отходя, сожгли.
Уничтожением мостов Крымский полуостров был отрезан от материка. Спустя немногим более чем через столетие, утром 8 октября 2022 г., на другом, уже современном Крымском мосту, произошёл взрыв. В результате было разрушено около 250 метров дорожного покрытия, семь цистерн грузового поезда сгорели. Погибло пять человек: водитель грузовика, а также водитель и три пассажира легковой машины, ехавшей рядом. Как мы видим, методы террора у нацистской хунты остались те же, что и у Врангеля.
После прорыва Перекопских укреплений, взятия твердынь Юшуня, форсирования Сиваша и Чонгара остатки разгромленной врангелевской армии в панике бросились к побережью и в животном страхе громили и разрушали всё, что им попадало под руки. Такова общая картина разрушенных путей сообщения. Как видно из представленного, многое из разрушенного не имеет военного значения и уничтожено просто из ненависти и мести.
Рассматривая дальнейшие разрушения на юге, безошибочно можно констатировать, что житница юга — северная Таврия — наполовину уничтожена, разгромлена и покрыта пепелищами. Причём не только деревни, но и целые города пре-
298 .

Александр Колпакиди
вращены в развалины. Плодоносные поля и нивы обеспложены, заброшены, опустошены, изрыты, всклочены снарядами и проволокой. Кругом всё занесено обломками, заброшенной и разбитой хозяйственной утварью, испорченными земледельческими орудиями, вооружением и пр.
Многочисленные мёртвые деревни и сёла, покинутые не только жителями, но и животными, свидетельствуют о пережитых ужасах. Здесь поражают большое количество разрушенных хат, громадные пожарища, изрытые поля, обведённые вокруг деревень окопы и угрюмо торчащая, наполовину разрушенная проволока, большинство хат, конечно, без стёкол, и их заменяют забитые доски.
Белые крайне пренебрежительно относились к населённым пунктам, особенно к сёлам, и без всякой военной надобности подвергали их разгрому. Систематический разгром сёл карательными отрядами стал для них обыденным явлением. Налёты производились по-всякому и часто без всякого повода. Карали за неподчинение властям, за проявление недовольства и пр. Так, например, за отказ дать рекрутов весною 1920 г. был разгромлен ряд деревень около Федоровки, в Мелитопольском и Перекопском уездах.
Помимо этого, и военные разрушения производились сплошь и рядом без всякой надобности. Флотилия аэропланов сбросила, например, на село Перво-Константиновку около ста бомб, в то время как село никакого военного значения не имело, и там даже не было более или менее крупной воинской части.
Нечего, конечно, говорить о том, что сёла и деревни, где непосредственно происходила борьба, уничтожались совершенно и дотла. Для примера можно указать на район Каховского плацдарма, где разрушены все населённые пункты и сильно пострадал даже Корсунский монастырь.
Ещё хуже обстоял вопрос с городами на нашем юге. В разгроме городов врангелевцы ни на шаг не отставали от самых диких громил из петлюровских и польских полчищ. Особен-
••♦ 299 ♦

Белое движение
но до основания было разгромлены три города: Перекоп, Армянск и Геническ.
Перекоп. Только огромная груда камней свидетельствует о том, что здесь когда-то кипела жизнь. Перекоп был довольно бойким провинциальным городком, расположенным на тракте Бреславль — Симферополь и Херсон — Николаев — Симферополь. Там проживало около 20.000 населения и развивалась довольно крупная соляная промышленность, благодаря тому, что город окружают 6 соляных озер: Красное, Старое, Круглое, Кичатское и Карасутское.
В Перекопском уезде засеивали озимые хлеба и яровые. Таким образом, городок не только сам кормил себя, но и приносил большую пользу соседям. После Врангеля Перекоп — мёртвый город. В нём всё разрушено, жизнь замерла. На протяжении десятков вёрст ничего не уцелело. Причина в том, что, когда строились Перекопские укрепления, не хватило строительных материалов, и, чтобы выйти из затруднения, разобрали город, а из разрушенных домов извлекали нужные материалы. Части населения было предложено покинуть свои дома, и их белые начали разламывать, извлекая оттуда нужные для возведения укреплений строительные материалы.
Хочется отметить, что врангелевцы — якобы ярые защитники неприкосновенности РПЦ и веры — даже не пощадили перекопской церкви и подвергли её разгрому. Всё церковное имущество было снято и перенесено в окопы. Там, в подземелье, организовалась походная церковь, а перекопский собор громился белыми на общих основаниях. И даже когда город был полуразрушен и из зданий извлечены все деревянные части, врангелевцы снесли остатки развалин артиллерийским огнём, чтобы освободить от нагромождения и лишних препятствий всю впереди лежащую местность.
Целую неделю французские суда из Каркинитского залива, пробуя местность и разрушительную силу своих пушек, обстреливали развалины Перекопа, причём с особым упорством метили по колокольне собора. После этого перекопские раз-
300 .

Александр Колпакиди
валины являлись разграничительной линией между обеими армиями, пока первого ноября остатками города не овладели Красные войска...
Дальше, вглубь Крыма, всё по пути уничтожено, предано огню и разрушению. Показательным примером является хутор Трактир. Также пострадал Армянский Базар, лежавший в тылу в шести верстах от Перекопа. Уходя из города в последний раз, белые его подожгли. Большинство жилых помещений уничтожено артогнём и пожарами.
Отступая отсюда, врангелевцам пришлось бросить всю свою великолепную технику: тракторы, пушки, бронесредства, танки, обозы. Но всё, что можно, белыми было испорчено: тракторы уничтожены, на автомобилях взорваны цилиндры и произведены другие порчи.
Не менее трагична и судьба гор. Геническа. Отступая, белые сожгли мост через Генический пролив, соединяющий город с Арабатской стрелкой. А когда Красные части вошли в Геническ, белый флот, совместно с артиллерией французских судов, подверг город жесточайшему обстрелу, выпустив по нему около 3000 снарядов. Огонь был настолько ужасен, что Красная Армия отступила из города288.
Большинство зданий превращено в развалины, во всём городе не было уцелевших оконных стёкол — вместо них мрачно чернеют забитые досками дыры. Жизнь в городе замерла, население разбежалось, всё заброшено. Такова общая картина потрясающих разрушений в Северной Таврии. А ведь при желании оградить интересы мирных граждан многих разрушений можно было бы избегнуть, без всякого ущерба для хода военных действий.
Но белые властелины не считались с интересами России. Их кредо — если Россия не наша (не белая), то и не надо никакой России! Белая армия в ужасе хлынула назад, и здесь Врангель, поняв, что его дело кончено, отдал приказ уничтожить всё, ничего не оставлять неприятелю. Начинался последний
288. Указ. соч. С. 254.
301 .

Белое движение
акт белой трагедии. Остатки баронской армии бежали с паническим ужасом в тыл, разрушая и сметая всё на своем пути. Бегущая армия бросала вооружение, обозы, склады, запасы и в безумии стремилась в тыл. А там происходила форменная вакханалия. Фронт уже не думал о разрушении, каждый мечтал о том, как бы унести свою голову. Но тыл буйствовал. Здесь белые властелины в бешеной ярости не знали, как досадить остающимся.
Симферополь был подвергнут самому дикому и вандальскому разгрому. За день до оставления города начались грабежи и погромы. Грабили главным образом магазины, громили базары. И здесь прошлась разгульная рука белогвардейского погромщика. В городе не осталось ни одного целого магазина. На главной, Пушкинской улице были в щепки разнесены все витрины магазинов, причём последние очищены до ниточки.
На Симферопольском аэродроме и на авиационном заводе «Анатра» белые пытались было подвергнуть разгрому многочисленное авиационное имущество, аэропланы и пр. Но этому помешали рабочие. Однако белым всё же удалось уничтожить и испортить часть аэропланов.
Окружённые враждебно настроенным населением, ожидая восстания рабочих, белые при отходе из города подожгли его сразу с нескольких сторон. Неожиданно в разных местах начались пожары. Красные войска вступили уже в пылающий город, и пожары дружными усилиями населения и войск вовремя удалось ликвидировать.
Попытки поджогов целого населённого города даже в войнах национальных случаи редкостные. Здесь врангелевские погромщики без зазрения совести пытались повторить в миниатюре Москву 1812 г. Но что было допустимо перед лицом Наполеоновского нашествия, то не поддаётся объяснению в ноябре 1920 г., тем более что и уничтожение Симферополя отнюдь не спасло бы Врангеля от разгрома.
Однако это ещё не являлось последним словом белого вандализма. Наиболее стойкие части белой армии, преи-
302 .

Александр Колпакиди
мущественно добровольческие, были первыми отозваны с фронта. Они дошли до побережья с вооружением и со всей своей технической частью. Но здесь врангелевцы натолкнулись на картину величайшей паники — узнали, что не только техническая часть и вооружение не могут быть спасены, но даже и не для всех людей хватит места при эвакуации. Тогда был отдан варварский приказ: топить в море всю технику, артиллерию, обозы. И белые вандалы с изумительной ожесточённостью принялись выполнять этот дикий приказ. Топили не только автомобили, бронесредства, артиллерию, но и живых лошадей.
Около берегов Ялты, Евпатории и Феодосии обезумевшие полчища погребли под волнами свои автомобили, пушки. Сбрасывали с обрывов обозы вместе с лошадьми, топили артиллерию с упряжью и конским составом, казаки пристреливали своих лошадей и пр. Подобные трагические моменты трудно отыскать в истории бывших войн, если не считать деникинского бегства из Новороссийска.
Севастополь явился финалом врангелевского мракобесия. Здесь современные гунны замышляли новые, воистину сатанинские преступления, которых, к счастью, не сумели привести в исполнение.
Когда наметился общий крах, белым командованием был отдан приказ об эвакуации, причём эвакуировать из Севастополя предполагалось всех. В припадке безумия врангелевские администраторы не разбирались в обстановке, они не сумели рассчитать ни своих средств, ни сил, ни времени. Это видно хотя бы из того, что к эвакуации намечались заводы, в то время когда тоннажа суден не хватало для погрузки и вывоза даже той части живой силы, которая желала эвакуироваться. Можно ли было рассчитывать на вывоз вооружения и техники... Но к эвакуации и поднятию заводов белые всё-таки приступили. Там, где рабочие этому активно не препятствовали, врангелевцы начинали спешно снимать и складывать машины, материалы и пр.
••• 303 ♦

Белое движение
Характерный результат подобной «эвакуации» мы видим на севастопольском артзаводе. Там были сняты и перевезены во двор или свалены в соседние здания все машины и станки. Внутренний вид многих мастерских напоминал землетрясение или хаос после пожара. Всё разбросано, разгромлено, уничтожено. Двор завода — это настоящий Содом. Здесь учинён повальный разгром. В кучи свалены машинные части, станки, домкраты, мосты, телеги, автомобили с испорченными цилиндрами, уничтоженные тракторы, взорванные шестидюймовые английские гаубицы — всё это рассеяно и разбросано среди опустошённого завода289.
Только в бешенстве отчаяния можно было цепляться за безумную попытку эвакуации заводского имущества в то время, когда все пристани Севастополя были завалены сотнями пушек и сотнями тысяч ящиков с огнеприпасами, ждавших отправления. Каким образом белые могли эвакуировать заводы, если людей не на чем было вывезти?
Ужасный вид имели в эти жуткие дни севастопольские пристани. Они были буквально загромождены и завалены, со всех сторон подвозилось имущество к эвакуации. На одной инженерной пристани было свалено свыше 300 пушек, из них около сотни — совершенно новых французских 3-дюймовых и английских гаубиц, только что привезённых из Франции. Здесь же было потоплено много автомобилей, орудий и прочего имущества.
Не пощадили и гуманитарную помощь от «Красного Креста», по принципу — не съем, так надкушу. Во время севастопольской трагедии были подожжены склады гуманитарной помощи, когда стало ясно, что эвакуировать их невозможно. Склады помещались около Южной бухты, в громадных зданиях мельницы Родсконаки. Сделали это с обманом населения. Вначале белые подъехали на машинах к складам и охранявшей толпе объявили, что сейчас товары из складов будут раздаваться населению. Их пропустили, не подозревая под-
289. Указ. соч. С. 257.
••• 304 .

Александр Колпакиди
воха. Потом вошли в склады, подожгли их изнутри, после чего сели опять в свои машины и спокойно уехали. Толпа терпеливо ждала раздачи товара, но вместо него вдруг увидела, как из всех окон многоэтажного здания вырвалось пламя и быстро охватило громадные склады, набитые сахаром, мукой, маслом, мануфактурой, детской одеждой, обувью, бельём и медикаментами. Всё было предано огню и уничтожению, лишь бы это не стало достоянием русского
Михаил Фрунзе
народа. Одновременно были подожжены и базисные тыловые склады армии, и другие армейские запасы.
Но такого варварства белым казалось мало. Видя своё полное крушение, врангелевское командование решилось на отчаянное безумие. По сведениям, сообщённым севастопольскими портовыми рабочими, отряд юнкеров получил приказ поджечь склады огнеприпасов в Килен-Бухте, где хранилось вооружение и огнеприпасы, полученные через Антанту.
Факт этот настолько чудовищен, что с трудом верится, чтобы даже врангелевские вандалы решились на такое безрассудство. Взрыв уничтожил бы, по крайней мере, половину Севастополя, порт и гавань. Помимо неисчислимых материальных бедствий, погибли бы десятки тысяч ни в чём неповинного гражданского населения.
Рабочие-очевидцы передают, что 14 ноября, когда нагруженные суда белых уже стояли на рейде и последняя погрузка заканчивалась, отряд юнкеров подошёл к Килен-Бухте, занятой вооружёнными рабочими, и предложил им покинуть
• ъ 305 »••

Белое движение
склады, которые по приказу свыше сейчас же должны быть взорваны. Рабочие отказались допустить дикарей к складам и приготовились их отстаивать с оружием в руках. Начались переговоры между рабочими и юнкерами, вдруг на северной стороне раздалась пулемётная стрельба — это уже подходили передовые отряды Красной Армии. Тогда юнкера отхлынули от складов и поспешно ретировались, не выполнив бесчеловечного приказа.
Веским мотивом к оправданию предполагавшегося варварства являлось бы то обстоятельство, что в Килен-Бухте было сконцентрировано много вещественных доказательств, разоблачающих деятельность Антанты в деле помощи Врангелю. Возможно, что какой-нибудь пьяный генерал в состоянии исступления отдал такой зверский, нероновский приказ. Кстати, почти таким же способом в мае 1944 г. фашисты уничтожали паровозы и вагоны на том же самом месте!
В последний момент Врангель приказал расстрелять свыше 500 политических, находившихся в севастопольской тюрьме. Однако местные большевики сумели передать заключённым несколько револьверов, те устроили бунт, охрана разбежалась. Заключённые рассеялись по городу, и искать их у белых уже не оставалось времени, они спасали себя290.
Подводя итоги всем этим ужасам, ещё раз заметим, что в кратком очерке мы привели лишь частицу потрясающих опустошений, учинённых врангелевцами на нашем Юге. Эти ужасы лягут вечным позором на тех, кто смел себя называть «носителями русской культуры» и «спасателями России».
Где эта культура? В застенках контрразведок? Или в буйных разгромах, в потоках крови, достойных сравнения с кошмарами средневекового вандализма? Чем объяснить разгульные погромы мирных городов? Чем объясняются попытки поджога Симферополя, потопление лошадей, сжигание живого скота, разрушение и уничтожение русских заводов и фабрик, поджог складов с медикаментами, пищевыми про-
290. Широкорад А.Б. Указ. соч.
306 ♦

Александр Коллакиди
дуктами и одеждой. По какому праву вандалы покушались на чудовищные взрывы, могущие повлечь за собой гибель десятков тысяч ни в чём неповинных русских граждан?
По какому праву французский флот громил русские города? Во имя какой культуры творились все эти ужасы? Английские танки, тракторы и гаубицы, французские пушки и даже американские медикаменты, и милосердный Красный Крест — всё это предназначалось для белогвардейской России. А для России рабоче-крестьянской — только жертвы этих стальных чудовищ — пушек, гаубиц, танков, дредноутов — только трупы, развалины и пепелища...
В 9 часов 11 ноября командарм М.В. Фрунзе уже подписывал приказ на преследование. А 15 ноября весь Крым был очищен от противника, и наши части вышли к побережью Черного моря291.
Миф 7. Врангель спасал от разграбления золото и церковные ценности
Кто на самом деле грабил Россию и вывозил из неё драгоценности и церковные ценности?
Подробности того, что «чёрный барон» вывез из России серьёзное количество золота в ходе эвакуации из Крыма, знают разве что профессиональные историки. Хотя есть упоминания о том, что вплоть до сороковых годов Русский общевоинский союз (РОВС), организованный Врангелем, действовал на его деньги. Что произошло с этим золотом и куда его реализовал Врангель? Попробуем разобраться с помощью документов Белого движения, хранившихся в Белграде, и историка русской эмиграции Йована Качаки, собравшего за свою жизнь сотни документов о разного рода эмигрантах.
Во время Гражданской войны на Юге России, на станции Ейск в руки Добровольческой армии попал один особенный железнодорожный состав. Прежде он находился в руках
291. Триандафилов В.К. К пятилетней годовщине ликвидации Врангеля.
307 ♦

Белое движение
Красной Армии. Большевики, очевидно, не представляли, что в этом составе находится значительная часть драгоценных залогов и депозитов Петроградской ссудной казны (ПСК)292.
С той поры началась одиссея этого клада; она его унесла в Королевство СХС — Югославию: первоначально в бухту Катарро (Котор), а пару лет спустя, через порт Бакар, — по железной дороге в Белград. В Белграде этот клад, уже значительно уменьшенный из-за распродаж и краж в Катарро, находился под контролем и повременными секвестрами Министерства финансов Королевства вплоть до 1941 г.293
Несмотря на то, что прошло много лет, в архиве Гуверовского института294 в США, в фондах, относящихся к жизни и судьбе российских беженцев, и в Югославии (архив Гирса, архив ген. Базаревича, архив ген. Врангеля, архив Палеолога) можно найти много данных (документов и статей из печати того времени), позволяющих приблизительно реконструировать перечень драгоценностей ПСК, прибывших в Югославию в 1920 г.
Первые сведения о намерении правительства генерала Врангеля эвакуировать ПСК в Королевство СХС сохранились в письме российского посла в Царьграде А.А. Нератова от 27 мая 1920 г. российскому послу в Белграде В.Н. Штран- дману295. В этом документе впервые было отмечено количество драгоценностей: «приблизительно 25 вагонов». Две недели спустя Штрандман известил Нератова секретной телеграммой о том, что министр иностранных дел Королевства
292. Ген.-л-т Ахрангельский. Сремски Карловци. 15.9.1922. No01738 (Hoover Institution of War, Revolution and Peace, Stanford University, Stanford California, USA (далее — Hoover), Wrangel collection 94/5).
293. Јовановић M. Досељавање руских избеглица у Краљевину СХС 1919-1924. Београд, 1996. 259.
294. Hoover Institution of War, Revolution and Peace, Stanford University, Stanford California, USA.
295. Штрандман был шефом «Бюро по защите интересов русской эмиграции» в здании бывшей Российской миссии в Белграде вплоть до германской оккупации Югославии в 1941 г.
••♦ 308 ♦

Александр Колпакиди
СХС сообщил о согласии своего правительства и что пароход «Самара» с содержанием драгоценностей ПСК может направиться в сербский порт. С этой целью было необходимо предоставить аванс в размере 1000 ф. с.296 Штрандман об этом одновременно известил и своего шефа, российского посла в Париже М.Н. Гирса297.
Транспорт с драгоценностями ПСК прибыл в Котор в июне 1920 г.
Таблица 1
Количество ящиков (всего 1265) и их содержимое по прибытии
Год
Банк / коллекция
Количество ящиков
Содержимое
1920
Все
Приблизительно 25 вагонов
Разные драгоценности
1920
ПСК
580 ящиков
Депозиты (в том числе и Русского музея)
ПСК
700 ящиков
Залоги (22 300 штук)
Русский государственный банк
283 ящика
Государственные средства, частные депозиты, залоги, судебные депозиты
Киевский комитет
55 ящиков
Старинные иконы, золото, серебро XVI- XVII в.
Кроме драгоценностей, залогов и депозитов ПСК, в транспорте находилась и часть художественных предметов, собранных «Всеукраинским комитетом сохранения предметов искусства» в течение большевистского периода владения Киевом с целью сохранения от грабежа. Была там и часть драгоценностей из Русского музея императора Александра III. Эта
296. В.Н. Штрандман — А.А. Нератову. 12.6.1920. No 235 (Hoover, Girs coll., 47/1).
297. М.Н. Гирс был «старшим послом» в Совете российских послов — неофициальном органе «остатка» российской дипломатии на Западе.
... 309 •••

Белое движение
часть состояла из нескольких ящиков и была оценена на сумму не менее 1 млн фунтов стерлингов. Была нумизматическая коллекция великого князя Георгия Михайловича, являвшаяся частью экспозиции упомянутого музея. В транспорте находилось и 4045,81 руб. золотых монет298. В Белграде, как раз накануне прибытия драгоценностей ПСК в Королевство СХС, в июне 1920 г. было создано предприятие «Руссосерб». Один из руководителей того предприятия, В.П. Гайдуков, охарактеризован был так: «выполняет все свои обязательства покупок серебра без малейшей остановки... и умеет молчать, а это в делах такого рода необходимо»299. Представляется, окружение генерала Врангеля имело особое доверие людей, заинтересованных в продаже драгоценностей, особенно серебра300. Владельцы предприятия в течение последующих лет занимались фиктивными покупками драгоценностей от ПСК и их дальнейшей перепродажей, главным образом английским покупателям.
Англичане иногда обставляли покупку так, чтобы серебряные предметы им продавали не как произведения ювелирного искусства, а как «серебряный лом». По этой причине на улицах Белграда нанимали безработных русских офицеров-беженцев и посылали их в Котор, где они вынимали камни из окладов икон, а все золотые вещи превращали в лом, разбивая молотками серебряные чайники, подносы, настольные часы и вазы, выбрасывая при этом в отходы стекло, эбеновое дерево, слоновую кость и часовые механизмы301. В августе 1922 г. загребская газета «Večernja Pošta» писала о грузе от 40 тыс. кг золота и серебра, выкупленном английским су-
298. Серебряныя операции Врангеля // Дни. No 195. Берлин. 23.6.1923.
299. Г. Начальнику Финансовой части. Белград, 19 июля 1921 г. No745 (Hoover, Wrangel coll. 154/57).
300. Архив Српске акаделлије наука и уметности, Историјска збирка, заоставштина Јакова М. Хлитчијева, бр. 14.620 (несређена грађа).
301. Серебряныя операции Врангеля // Дни. No 195. Берлин, 23.6.1923.
310 .

Александр Колпакиди
довдадельцем Томасом Вильсоном из Hulla, погруженном на пароход «Поло» в Которе302. Эти данные подтверждаются и документами штаба генерала Врангеля303.
Сколько таких сделок было до 1923 г.? Судя по всему, по крайней мере четыре. В одной из первых речь шла о продаже 7000 кг серебряных монет Русского государственного банка304, а было выручено немного более 10 тыс. фунтов стерлингов305. Следующая операция касалась экспорта в Австрию 1120 предметов при посредничестве «Руссосерб» (713 серебряных, 311 золотых с драгоценными камнями и 96 из недрагоценных металлов), оцененных в 32 174 500 австрийских крон (6435 фунтов стерлингов)306. Третья трансакция состоялась в октябре 1921 г. Тогда «Руссосерб» известил ПСК, что к предметам, предложенным к продаже и осмотренным в Которе, нет особого интереса покупателей, за исключением четырёх крупных бриллиантов (два в 17,5 каратов каждый, один в 3,5 и один в 3 карата). Самая крупная, четвёртая продажа прошла в 1922 г. Тогда было продано 40 тыс. кг серебра и золота307. На основании известных данных невозможно точно определить исходную сумму продажи. Во всяком случае, известно, что «Руссосерб» продавал англичанам так называемый «серебряный лом на сплав» за цену на 33% ниже, чем были цены на мировом рынке308.
На протест советского правительства о распродаже петроградской казны Королевство СХС заявило, что «драго-
302.40 hiljada kg. zlata i srebrq. Blago ruskih izbjeglica — Odvezli ga Englezi — Delegat Ministarstva Financija pozuruje izvoz // Vecernja posta, No 341.
303. Договор о продаже партии серебра. 28.6.1922 (Hoover, Wrangelcoll. 154/58).
304. Серебряныя операции Врангеля // Дни. No 195. Берлин, 23.6.1923.
305. Ссудная казна — Руссосерб — Русско-Славянский Банк. 21.3.1921 и 19.5.1921 (Hoover, Wrangel coll. 154/57).
306. Ссудная казна—Руссосерб .2.10-5.10.1921 (Hoover, Wrangelcoll. 157/57).
307.Справка Ссудной казны.11.8.1921 (Hoover, Wrangelcoll. 154/57).
308. Там же.
311 .

Белое движение
И. Бродский. Расстрел бакинских комиссаров
ценности ПСК являются частным имуществом, а не имуществом, национализированным советским правительством, поэтому СССР не принадлежит» (курсив — мой).
Интересно отметить, что эти данные по количеству драгоценностей не противоречат в значительной степени закрытым данным сподвижников генерала Врангеля. В одном из документов309 сообщается, что в Которе, в транспорте ПСК, в депозите Русского музея императора Александра III находилась «уникальная, очень редкая коллекция русских медалей, представляющая огромную научную и художественную ценность». При выборочном вскрытии тех ящиков в ноябре 1921 г. было обнаружено, что в них находилась коллекция русских исторических медалей и монет послепетровского периода, большинство из которых были в нескольких экземплярах310.
Известно, что было продано 40 тыс. кг серебра, т.е. 455
309. В.Х. Даватц — П.Б. Струве. Париж, письмо 3.9.1938 (Hoover, Struve coll.).
310. Ссудная казна. Справка о случайной находке. 21.6.1921 (Hoover, Wrangel coll. 154/57).
312 .

Александр Колпакиди
ящиков (455 по 88 кг). Кроме того, продали и 7000 кг серебряных монет, т.е. 80 ящиков, а возвратили залогодателям, по крайней мере, 10 ящиков непросроченных залогов. Вместе это составляет примерно 545 ящиков. Но в Белград прибыло только 657 из 1618 ящиков с драгоценностями. Из недостающего 961 ящика подсчитано, что продано 545. Но как объяснить пропажу недостающих 416 ящиков (36 608 кг) драгоценностей?
Вопрос о том, сколько точно ящиков драгоценностей исчезло из ПСК в течение «белградского» периода (декабрь 1923 — апрель 1941 г.) до германской оккупации Югославии в апреле 1941 г. остаётся без ответа. Известно только, что немцы в первой половине 1942 г. (точная дата неизвестна) на грузовиках привезли и отдали русским коллаборационистам, воевавшим на стороне Гитлера, 122 больших ящика, как было сказано: «остатка» драгоценностей ПСК 311.
Таким образом, в течение 18 лет «белградского периода» число ящиков с драгоценностями снизилось с первоначально привезенных 657 до 122 ящиков (в среднем каждые две недели исчезал один ящик драгоценностей). Из этого видно, что «Сербско-русская комиссия» в составе Уварова, Гензеля, Миткевича и остальных не бездельничала.
В мае 1942 г. по приказу «Русского бюро» был оформлен «особый отдел бюро русской эмиграции в Сербии». Он занимался «ликвидацией» драгоценностей. Снова объявили правила выдачи залогов/депозитов, но те правила были так сформулированы, что их невозможно было исполнить. Началась и продажа менее ценных предметов в комиссионной лавке, открытой специально для этой цели. Выручка шла «на нужды русской эмиграции», а ценные предметы продавались из-под полы, главным образом сотрудникам гестапо и офицерам СС312.
311. Маевский Вл.А. Русские в Югославии. Т. 2. N. Y., 1966. С. 349.
312. Там же. Т. 2. N. Y., 1966. С. 350.
313 .

Белое движение
Таблица 2
Динамика уменьшения ценностей ПСК в 1920-1948 гг.
Год
Город
Число ящиков
1920
Котор
1618
1924
Белград
657
1942
Белград
112
1944
Вена
20
1948
Мюнхен
18 — 0
20 ящиков было отослано из Вены в Мюнхен с целью передачи их в кассу «Русской освободительной армии» (РОА) генерала Власова. Но война закончилась и американская армия заняла Мюнхен, взяв драгоценности в плен. Лишь 18 ящиков (2 ящика «исчезло при транспортировке») и то, что в них осталось, американцы вручили 7 октября 1948 г. главе русской эмиграции в Мюнхене, генералу Глазенапу313. В ящиках были главным образом серебряный лом и множество старинных икон (вероятно, остатки коллекции из Киева). Так как в ящиках находилось много икон, генерал Глазенап их сперва предложил иерарху Заграничной РПЦ митрополиту Анастасию (Грибановскому). Митрополит по непонятным причинам отказался от этого предложения. В конце концов генерал Глазенап продал те 18 ящиков какому-то швейцарцу и вырученные деньги (32 тыс. немецких марок) передал председателю русской диаспоры в Мюнхе- не314(см. табл. 2).
Таким образом, через 28 лет после прибытия драгоценностей Петроградской ссудной казны с Юга России в Котор был ликвидирован и последний их ящик.
Темп «ликвидации» своеобразно замечателен: в течение 1456 недель «ликвидировали» 1618 ящиков, или в среднем более одного ящика средним весом 88 кг в неделю, или более 14 кг драгоценностей в день («работая» во все выходные дни и в праздники!)315.
313. Там же.
314. Там же. С. 352.
315. Качаки И.Н. Судьба драгоценностей Петроградской ссудной казны в Югославии (1920-1948 гг.).
314 .

Александр Колпакиди
Бегство. Из Крыма в Галлиполи
Вот так «патриот России» нанёс колоссальный ущерб своему народу, пустив на заграничные нужды, как и другой «патриот» Колчак, золото своей Державы.
Сегодня многие «монархические составляющие исторического направления» проклинают красного графа Алексея Игнатьева — русского дипломата, спасшего от разграбления золотой запас Российской империи на сумму 225 миллионов золотых франков. Доктор исторических наук Владимир Винокуров посчитал, что эта сумма эквивалентна 174 тоннам золота. По приблизительным пересчётам, этот «увесистый чек» сегодня был бы равен 8 миллиардам долларов! Гигантские
Алексей Игнатьев
••. 315 .

Белое движение
деньги даже для нынешнего мира, что уж говорить про Россию столетней давности.
И эти деньги пошли на индустриализацию Советской России, а не как у Врангеля — на создание подразделений СС и помощь предателю Власову во Второй мировой войне. Вот где истинный патриот своего Отечества, продолживший славные традиции своего деда, графа Николая Павловича Игнатьева, присоединившего в XIX веке к России Амурскую область и Уссурийский край. Именно такими государственниками, радеющими за Державу, а не растаскивающую её по частям и распродающими её, богатеет Русская земля! ТАКИМ ПАТРИОТАМ НАДО СТАВИТЬ ПАМЯТНИКИ!
316 .

Евгений Спицын, Юрий Ципкин, Илья Ратьковский, Игорь Пыхалов, Александр Колпакиди, Александр Широкорад, Андрей Куренышев
Белое движение
Вёрстка: Анна Демешева
Дизайнер: Владимир Петров
Корректор: Алёна Щекотихина
Издательство «Наше завтра»
Формат: 60x90/16
Отпечатано в типографии Филиал «Чеховский Печатный Двор» 142300, Московская обл., г. Чехов, ул. Полиграфистов, д. 1
Сайт: www.chpd.ru,
E-mail: sales@chpd.ru
Тел.: 8(495)107-02-68
Печать: офсетная
Бумага: офсетная
Тираж: 1000
Заказ 868
В соответствии с Федеральным законом РФ от 29 декабря 2010 года № 436-ФЗ
16+

Октябрь 1993-го. Казалось бы, так недавно это было. Всего 30 лет назад. Или целых 30 лет назад? За прошедшие годы выпущены тома воспоминаний, записаны сотни интервью, миллионы слов хранит история для будущих поколений. Но зачастую об одном и том же дне или конкретном событии очевидцы говорят разные (иногда даже противоположные) вещи. Как не заблудиться в лабиринтах чужих воспоминаний? Как отличить объективное изображение событий от искаженного — случайно или намеренно?
В этой книге — хроника тех напряженных дней 1993 года, когда решалась судьба страны. Их всего 14. Страшных, отчаянных, драматичных. Но этого хватило, чтобы разрушить то, что создавали десятилетиями. Многие свидетели той трагедии до сих пор не могут поверить в реальность произошедшего и ответить на вопрос: можно ли было избежать кровопролития? Эта книга будет интересна тем читателям, которые хотели бы проследить цепочку событий и сделать собственные выводы об их причинах и последствиях.
+7 499 350-17-79
pochta@den-magazin.ru
www.дeнь-мaгaзин.pф

В 1949 году вышел в свет роман Дж. Оруэлла «1984», который казался современникам далеким от реальности, почти фантастическим. Но по прошествии 75-лет можно с уверенностью утверждать, что писатель каким-то мистическим образом предугадал развитие событий в мире и антиутопия стала прозой жизни XXI-века. Данная книга представляет собой сборник статей В. Ю. Катасонова, публициста и экономиста, посвященных пророческому роману «1984». Здесь можно встретить предсказания, которые уже сбылись или начинают сбываться в наше время, познакомиться с основными догматами и антропологией тоталитарного государства, вспомнить о кризисе современной науки и уничтожении классической литературы, поразмышлять об изменении человеческого сознания и поведения с помощью предельного упрощения языка, узнать о современных технологиях слежения за человеком (даже за его мыслями). Актуальность вопросов, волновавших людей в середине ХХ-века, подтверждают события последних десятилетий в России и мире.
+7 499 350-17-79
pochta@den-magazin.ru
^^ц^.день-магазин.рф

О вождях и их соратниках не утихают споры и через 30 лет после крушения СССР. Сталин, Хрущёв, Косыгин, Андропов, Черненко... А в этой книге авторы - историк спецслужб, писатель, редактор Александр Колпакиди и писатель, публицист, редактор Арсений Замостьянов - вспоминают Л. И. Брежнева. Как он вёл себя в критические моменты истории? Каким образом разрешал спорные ситуации? Его правление - период застоя или время восстановления? Каким помнят Леонида Ильича люди, которые рядом с ним жили и работали: В. Гришин, Ю. Чурбанов, А. Александров-Агентов, Н. Леонов и др.? За что ценил Брежнева известный антисоветчик Генри Киссинджер? Кто имел больше наград: Хрущёв или Брежнев? В книге собраны тексты выступлений генерального секретаря в разные годы, воспоминания руководителей западных стран, с которыми ему довелось работать (В. Брандта, Р. Никсона, В. Жискар д’Эстена), размышления журналистов и публицистов (М. Антонова, А. Майсуряна). На основании этих материалов читатели смогут составить собственное мнение о «противоречивом генсеке», чертах его личности, организаторских способностях, чувстве юмора и деловых качествах.
+7 499 350-17-79
pochta@den-magazin.ru
www.дeнь-мaraзин.pф

Казалось бы, прошедшие после Гражданской войны 100 с лишним лет не должны были оставить белых пятен в ее истории. Но это не так. Именитые историки до сих пор спорят о событиях тех далеких дней. Полемику вызывают самые разные вопросы: о причинах войны, о ее сроках и периодизации, о противоборствующих сторонах, о значении и последствиях политики «военного коммунизма», о роли руководителей Белого движения в вооруженной борьбе и упущенных ими шансах на победу, о «белом терроре», об участии Японии в противостоянии большевикам. В истории Гражданской войны есть множество мифов, которые современной науке только предстоит развеять с помощью новых источников и открывающихся для изучения архивных документов.
Данная книга представляет собой сборник аналитических статей современных авторов - историков и публицистов Е. Спицына, А. Колпакиди, А. Широкорада, Ю. Ципкина, И. Ратьковского, И. Пыхалова, А. Куренышева. Благодаря их профессиональным оценкам и представленным фактам читатель сможет взглянуть на некоторые аспекты Гражданской войны под новым для себя углом зрения.
тион