195 лет со дни poAict ня
Михаил Юрьевич
ЛЕРМОНТОВ
1814-1841
ОСЕНЬ
Листья в поле пожелтели,
И кружатся, и летят;
Лишь в бору поникши ели
Зелень мрачную хранят.
Зверь отважный поневоле
Скрыться где-нибудь спешит.
Ночью месяц тускл и поле
Сквозь туман лишь серебрит.
* * *
Блистая, пробегают облака
По голубому небу. Холм крутой
Осенним солнцем озарён. Река
Бежит внизу по камням с быстротой.
...Тут лес пестреет, там
Поля и степи, там встречает взгляд
Опять дубраву или по кустам
Рассеянные сосны. Мир, как сад,
Цветёт — надев могильный свой наряд:
Поблекнувшие листья; жалок мир!

ПОЭТИЧЕСКИЙ МЕСЯЦЕСЛОВ
ТУЧИ
Тучки небесные, вечные странники!
Степью лазурною, цепью жемчужною
Мчитесь вы, будто как я же,
изгнанники,
С милого севера в сторону южную.
Кто же вас гонит: судьбы ли решение?
Зависть ли тайная?
злоба ль открытая?
Или на вас тяготит преступление?
Или друзей клевета ядовитая?
Нет, вам наскучили нивы
бесплодные...
Чужды вам страсти и чужды
страдания;
Вечно холодные, вечно свободные,
Нет у вас родины, нет вам изгнания.
Фото Ивана НАЗАРОВА,
Георгия СМИРНОВА
№70
В поговорке, взятой в заголовок, отноше-
ние к опёнку явно снисходительное. А
лично по мне этот гриб - грустный. Почему?
Понимаю, возражений можно привести мас-
су, начиная с того, как весело резать опячьи
шляпки, густо усеявшие пень, какой он вооб-
ще в хозяйстве деловой и удобный - хоть ку-
да!
Всё это верно, достоинств у опёнка, с точ-
ки зрения грибника, не перечесть. Искать их
несложно — были бы пни, лесины-повалины,
порубочные остатки на нестарой деляне. По-
чему-то в разных книжках в помощь грибни-
кам пишут, что они больше всего любят бе-
рёзы. Но утверждение это сомнительной до-
стоверности, опята не стараются выбирать
себе породу дерева, - лишь бы оно было по-
вреждено, чтобы споры могли проникнуть и
пустить длинные нити гифов. Ведь опёнок -
типичный «нахлебник», питается за счёт дру-
гого организма и в этом смысле - губитель
деревьев. Нехорошо? Да нет, нормально. В
природе все кого-нибудь или чего-нибудь
едят, жить-то нужно.
Итак, главное условие роста опят - по-
вреждённые деревья. А где их больше все-
го? Конечно, после вырубки. Вот сосну, на-
до признать, опёнок «не уважает», а всё дру-
гое гоже! Если не люди топориками поигра-
ли. то ветровал создаёт опёнку условия.
Особенно много поверженных деревьев в
захламлённых ельниках-болотниках, эти
«г
3WT
Nt 10
ый
угодья тоже часто бывают
богаты опятами.
Один год, помню, вида-
пехом хоть мариновать, хоть
варить-жарить, хоть сушить,
хоть пускать в икру. При
лась сухая осень — нет никакого гриба, хоть
плачь! Ну, думаю, опята всё равно появятся.
Пришли сроки — нет опёнков. И вот как-то ме-
ня занесло в заросшую травой-дурниной руче-
ину в старом осиннике. Там по самому руслу,
которое по осени, конечно, пересохло, прята-
лись в тени кусты смородины, травища скры-
вала упавшие вперехлёст стволы осин - толь-
ко ноги ломать. Гляжу, дерево переломилось
выше моего роста, торчит столб-обломыш, а
на нём - опята! Молодые, крепкие. Стал хо-
дить, зыркая глазами не понизу, как положено
грибнику, а поверху, издали высматривая эти
стволы-обломыши. Не на каждом, разумеет-
ся, но часто находил. Что правда, это что оси-
новые опята отличаются от невзрачных цве-
том берёзовых и еловых, в них больше яркой
желтизны, и чешуйки на шляпках выделяются
контрастнее. Ну и что? Подберёзовики и мас-
лята тоже ведь бывают разных пород.
А однажды был случай: опята торчали
прямо на лугу по речке Подъёмной, по земле
в зелёной травке. Но сидели-то они на тало-
вых корнях, выбитых из земли и повреждён-
ных коровьими копытами. Короче говоря,
настоящие специалисты-микологи, в отличие
от всяких любителей, пишущих газетные за-
метки, утверждают, что опёнок — «космопо-
литический вид», он поселяется на древесных
растениях двухсот названий!
Подобный способ жизни гриба приводит
к тому, что не может одно опячье место на-
дёжно обеспечивать грибника много лет.
Древесина стареет и умирает, грибы вырож-
даются, настаёт необходимость искать новые
площади. Вот тут-то и бывает полезен авто-
мобиль - поездить, поискать другие урожай-
ные районы. В этом смысле опёнок — один из
самых «автомобильных грибов». Нарезал па-
кет, погрузил в багажник, иди снова. Кстати,
и в этом хозяйственный рационализм опёнка:
не мнётся, мало крошится - вози мешками! И
черви на него не очень-то набрасываются.
Поэтому дома, по возвращении из леса, опята
не требуют срочной и многотрудной обра-
ботки. Ну просто о-очень удобный гриб!
В кулинарном смысле опёнок - удиви-
тельное лесное явление. В отличие от многих
других грибов, опята можно с одинаковым ус-
этом следует иметь в виду одно условие:
класть в корзину стоит лишь шляпки. Ножки
тоже съедобны, однако жёстки и портят ка-
чество продукта. В нашей семье опята боль-
ше всего принято жарить. С картошкой. Ну
очень вкусно’ Причём, грибы сперва жарятся
отдельно. Затем нужное количество кладём
на сковородку с картофелем, а остальные — в
жареном, а то и просто в варёном виде можно
заморозить и держать так всю зиму. Пред-
ставляете, где-нибудь в рождественский пост
- картошечка с духом жареной леснины! Ко-
роче, в хозяйственном смысле опёнок — са-
мый покладистый, самый рациональный
гриб. Однако согласитесь, нет у него славы
первейшего! Вот и в поговорке, взятой для
заголовка, тоже лёгкая ирония, даже с оттен-
ком пренебрежения. Почему бы?
Я думаю, потому, что сбор их не очень ин-
тересен: азарта нет. Помню, раз мы угодили
на деревья, обросшие такими густыми шуба-
ми опят в несколько слоев - сроков развития,
что нас, как писали в прежние времена, охва-
тил «нервический смех». Ну и что? И вся охо-
та закончилась — остался один кропотливый
труд. Резиноватые ножки под лезвиями попи-
скивают, шляпки сыпятся в ведро... Для раз-
влечения мы с нашей девочкой Леночкой да-
же затеяли игру:
— А почему такое название — опята? — лу-
каво спросила она меня.
Я затею поддержал, ответил в глубоком
раздумье:
- Опята?.. Наверное, от слова «опять».
Опять, дескать, попались.
- Не-ет, не поэтому! Ты подумай!
— Ну. тогда от цифры пять: о-пять.
— Да нет же! Ну как ты не можешь отга-
дать?!
— А! Понял: о-пятки!
— Фу, я даже не знала, что ты такой бес-
толковый! Причём тут пятки? - смеётся она.
— Очень же просто: около пёнки выросли
опёнки!
Тем временем я свой пень наголо ост-
риг, мешочек наполнил, понёс сбор в маши-
ну. Можно за другой пень-город принимать-
ся. Никакой романтики в охоте, «гольная
польза».
№10
Несколько слов о сроках опячьего уро-
жая. Принято считать, что опёнок - гриб
осенний, пошли опята — кончилось лето.
Практически первые урожаи появляются у
нас в двадцатых числах августа. Во всех мос-
ковских изданиях, между прочим, пишут про
один слой опят — осенний, последний грибной
урожай. Вот с этим у нас на Енисее дело об-
стоит иначе. Первый их урожай, двадцатые
числа августа, — ещё не настоящая осень. Но
они могут снова высыпать массово в середи-
не сентября.
Тут есть одна фенологическая деталь.
По моим наблюдениям, явление их миру
как-то связано с первыми осенними замо-
розками на почве. В тёплые осени вылазят
позже, а после ранних инеев появляются
раньше. При всех условиях, время опят -
это пора явных признаков наступления осе-
ни. Лес начинает раскрашиваться пегой
желтизной в берёзовых ветвях, малиновы-
ми купами молодых осин, палевыми перья-
ми папороти. Нередко в эти дни приходят и
первые осенние ненастья. Как говорится, в
тайге «засентябрило». Прощальное подсту-
пает время, и опёнок мне кажется грустным
грибом.
Ходишь-бродишь в таком лесу, и хочется
присесть на пенёк, спокойно посмотреть во-
круг, подумать, вспомнить об отлетающих
летних радостях, полистать, забегая вперед,
осенние страницы. Сидишь, смотришь, вды-
хаешь лирические осенние запахи — глядишь,
вдруг сама собой родится в голове осенняя
фраза, какое-нибудь там сравнение. Доста-
ёшь записную книжку, заносишь в неё най-
денную строчку... Я поэтому и свои лесные
заметки называю про себя «опёнками»: мно-
гие из них именно на пнях, как грибы, и за-
рождались.
А случаются осени, когда опята у нас по-
падаются даже в первых числах октября. Од-
нажды было — уже ложились, сходили первые
недолговечные пороши, с утра опять тонкий
снежок-нележок устлал землю. Находившись
с ружьём по зарастающим лесосекам, я при-
строился на опушке под соснами, кипятил
чай, потом неторопливо прихлёбывал из го-
рячей кружки и поглядывал вокруг. А снег
тем временем начал киснуть и таять. Назад я
отправился по той же просечке, которой при-
шёл. Шагал себе неторопливо. И вдруг оста-
новился поражённый: прямо перед глазами
возник мощный пень, весь обросший опячьи-
ми шляпками. Так плотно они его обсели, та-
кие были молодые, рослые и ядрёные - кра-
сота, прямо тебе сказочный городок на хол-
ме, на острове Буяне! Как же я не заметил це-
лого города, когда шёл тут несколько часов
тому назад?
Понятное дело, сразу скинул рюкзак и
принялся резать упруго скрипящие грибы,
бросать насыпью в мешок. Стоило разогнуть
спину и оглянуться вокруг, как неподалёку
увидел ещё такой же облепленный грибами
пень. Сколько их там было! Опята высыпали
дружно, изобильно. Просто на рассвете я ни
одного грибка не увидел потому, что они бы-
ли присыпаны порошей. Большинство шля-
пок так и оставались замёрзшими - твёрдыми
и холодными в руках.
Борис ПЕТРОВ
Красноярский край
Фото Владимира ГРЕЧУХИНА
Ns 10
Рассвет у хутора ГРОМКИ
Средний Дон бережно хранит места,
связанные с героями рассказов, повестей
и романов Шолохова. И что бы я ни снимал,
о чём ни писал, бывая в Вешках, всё думается —
это видел, знал и чувствовал писатель.
Батюшка Тихий Дон после богатырского сна
нежится под туманным одеялом...
Наши каменские художники часто устраива-
ют в станице Вёшенской импровизирован-
ные выставки живописи и прикладного рукоде-
лия. Обычно выезжаем на родину Шолохова
свистом зимородок, названный казаками «Ва-
ней-рыбачком». Обдуваемое ветерком пока-
залось в алом мареве дрём ное солнышко, вы-
светившее на стремнине реки дюжину рыбац-
ких лодок-плоскодонок. Послышались голоса
днем раньше с ночёвкой в курене знакомого каза-
ка в хуторе Громки, расположенного у самого До-
на. После весёлой вечери подлизываюсь к хозяй-
ке, чтобы она разбудила меня с криком первых
петухов... И вот — один по утренней заре, бреду
к родной реке Михаила Александровича.
На тропе, ведущей к Дону, охватывает
предчувствие: вот-вот появится на резвом ска-
куне Гришка Мелехов и Аксинья с коромыслом
и вёдрами... Батюшка Тихий Дон после бога-
тырского сна нежится под туманным одеялом,
выдыхая тёплый утренний пар. И он клубится в
ветвистых вербах, серебристых тополях, вихрас-
тых вязах, оседая на росные травы в поймах лес-
ных озёр.
Вдоль дальнего берега потянулись оди-
ночками цапли. У самой воды пролетел со
№10
людей: «Митяня! Лещ пошёл, стерлядка в ме-
режках попадается!» После паузы последовал
ответ: «Я рыбца тягаю на красного, и на рачка
проскакивает...»
А могучая река тем временем уже вовсю си-
яла в лучах солнца, неся свои воды в степные ка-
зачьи просторы.
Шолоховский платан
На подворье писателя очень красиво. Ес-
ли повернуть с тропы, ведущей к Дону, и вой-
ти через калитку в сад, то вас встретят три
берёзы, у которых любил посидеть хозяин.
Слева я однажды застал дежурного усадеб-
ного милиционера, который собирал в фуражку
соцветья с пышной липы — гостям для полуден-
ного чаепития. Чуть дальше — ели, вишни, яб-
лони, сливы.
А вот справа как-то осенью меня поразило
роскошное дерево — платан, сбросивший на тра-
ву массу резных листьев, похожих на ладони че-
ловеческих рук. И я подумал: Господи, как буд-
то люди обращаются к Шолохову, сказавшему
миру правду.
Дело в том, что местами прибрежные деревья
растут так плотно, смыкаясь кронами, что не да-
ют проникать лучам солнца на воду. Падающие
тени и отражения создают довольно мрачный вид
пейзажу. Но ещё реку можно было назвать Про-
Воскресшая речка
В северной стороне Вёшек есть небольшая
степная речушка — Чёрная. Так люди назвали её.
хладной. Здесь так хорошо по-
сидеть летом с удочкой.
Привлекло и другое обсто-
ятельство. Почему вербы, клё-
ны, вязы, тополя растут кое-
где и в русле реки? Обычно от
избытка влаги они умирают и
сохнут. В хуторе Гороховом
мне объяснили, что в 1950-х
годах речка Чёрная высохла
из-за полной вырубки вековых
деревьев, большей частью ду-
бов, которые росли вдоль её
берегов целыми рощами. Как
говорят, свято место пусто не
Nt ю
бывает: лес стал расти по быв-
шему водоёму. И вот спустя
полвека здесь поселились боб-
ры! Запрудили почти мёртвую речку, и прежний
уровень воды воскресил её древние прелести.
Старушки - богатыри
На песках у станицы Вёшенской, по
сведениям многих авторов, в 1890 году
высадили первые сосны на среднем До-
ну. Сейчас это — настоящий строевой
лес! Деревья со стволами в обхват рук
хорошего мужика выглядят, я вам скажу,
очень внушительно. В их кронах предпо-
читают гнездиться змееяды, ястребы-те-
теревятники, орлы-могильники.
А в дуплах — чёрный дятел-жел-
на, белки и куницы. Кстати, больше
ста лет назад саженцы крымской со-
сны были привезены кем-то из Вешек
в Каменский район и высажены между
Уляшкиным и Верхними Грачиками.
Но почему-то в сведениях учёных этот
исторический факт умалчивается.
Картинка из Еланской
Известный в нашей области фотомастер
Михаил Дзябенко фанатически любнт дон-
скую тему. Он исколесил весь
регион и сделал много хоро-
ших видов как с «живота»,
так и с вертолёта. Три года тому назад звонит:
«Я в трёх километрах от тебя. Собирайся,
едем в Вёшки». Двигаясь на средний Дон,
привычно зыркаем по сторонам, высматривая
свои картинки. Погода была совсем не «фото-
геничная», и мы ни разу не остановились ради
привлекательного кадра. Коллега рвался в ста-
ницу Еланскую — поснимать казачьи курени н
старый церковный собор. В
этот раз мне хотелось найти
вид, ради которого, на мой
взгляд, казаки сделали оконча-
тельный выбор поселиться
именно здесь. И я угадал его,
увидев великолепный в своей
перспективе Дон с крутыми бе-
регами и камышовыми коса-
ми. Мы не пожалели двух
часов ожидания предзакатного
солнца...
Пётр КОРЕНЕВ
пос. Лесной
Каменского района
Ростовской области
Фото автора
№ 10
«Муравейник» едет на Дон!
Редакция нашего журнала в середине
октября едет на Дон, в шолоховские
места, в Вёшенскую, в окрестные
станицы и хутора для встреч с
читателями - в связи с 15-летием
журнала «Муравейник». С радостью
приняли мы приглашение внука
великого писателя, директора музея
заповедника Александра Михайловича
Шолохова вместе отметить круглую
дату первого в России журнала о
природе для семейного чтения - для
детей и взрослых.
Фото Александра БРОВ АШОВА,
Петра КОРЕНЕВА
А вот так нас будут встречать.... Любо!
Ns 10
Кого только в тайге не увидишь! И каж-
дая встреча может стать событием - боль-
шим или малым, весёлым или грустным,
мимолётным или крепко западающим в па-
мяти.
...Возвращались на табор к вечеру тро-
пой вверх вдоль сихотэ-алинской речки. И
в том месте, где вода трудно и шумно про-
рывалась к ещё далёкому Бикину сквозь
каменный хаос, я со своим спутником с де-
сятиметровой высоты скалистого мыса за-
метил семейство бурой оляпки - родитель-
скую пару с четырьмя уже летающими
птенцами. Не были эти птицы для нас неви-
далью, но их ловкость, смелость и совер-
шеннейшая приспособленность к жизни в
горных кипучих ключах и речках неодоли-
мо тянули. И мы, не сговариваясь, дружно
сбросили рюкзаки, уселись у обрыва и уце-
пились глазами в «водяных воробьёв», как
их прозвали русские охотники за чисто
внешнее, весьма приблизительное сходст-
во. Скорее всего, оляпка обличьем близка
к дрозду, которому изрядно укоротили
хвост.
Один из этих «воробьёв» взлетел почти к
нашим неподвижным ногам, нацелясь в нас
тонким и прямым, как шильце, на конце
слегка согнутым клювом и замер в потоке
яркого света, давая нам возможность ещё
раз полюбоваться скромной прелестью: игра
чёрно-серого и чало-бурого цветов по верху
тела, бурый, с красноватым отливом впере-
ди низ, белизна на грудке и шее... Всё про-
сто, однако красиво. И вид удалой и незави-
симый. Попикал немного и, не найдя в нас
чего-либо стоящего внимания, стремительно
упорхнул.
Птицы в ловле насекомых бегали по
камням, забрызгиваемым и омываемым не-
спокойной водою, подёргивали на манер
трясогузки хвостиками-коротышками и об-
менивались между собою негромкими, но
хорошо слышимыми голосами: «фьюи-ци-
ци, фьюи-ци-ци...» Земноводные пташки
бесстрашно и свободно ныряли в стреми-
тельный поток реки, легко осиливая его на-
пор, сильно и красиво гребли крыльями в
NsW

ЖИВОТНЫЕ У СЕБЯ ДОМА
оригинальном «полёте» в во-
де. И были при этом в таком
густом бисере воздушных
пузырьков, что казались серебристо-белым
чудом.
А то забегали по дну меж каменьев в по-
исках своего «фамильного» корма, клюви-
ком щели деловито обшаривают, камешки
сдвигают и переворачивают... А вынырнула
какая, отряхнулась - и уже сухая, и доклады-
вает родичам о делах своих голоском, похо-
жим на переливы тонких и звонких струек.
Такая неболыпенькая птичка, а столь
много в ней оригинального: густое, жиром
пропитанное оперение непромокаемо, к не-
му — копчиковая железа для смазки. И пото-
му это существо точно так же заныривает в
полыньи и зимою, не намокая и, стало быть,
не охлаждаясь. А ноздри и уши при этом
плотно прикрываются надёжными клапана-
ми. И без воздуха она способна обходиться
до полуминуты. И ещё из совершенств: ви-
дит хорошо и в воде, и над нею. Воистину
удивительное рядом, да редко кто его удос-
таивает внимания. Другими интересами
нынче переполнен наш люд.
...С противоположного скалистого яра в
речку падал прозрачный широкий водопа-
дик, отсекающий тенистый «балкончик» над
каменной нависью. Оляпки играючи прони-
зывали этот водопадик и словно куда-то
дальше улетали по невидимым нам коридо-
рам. Но мы догадались: там гнездо. Недо-
ступное ни наземному хищнику, ни пернато-
му. В какой-нибудь каменной нише или пе-
щерке. И птенцы, едва раскрыв глаза и про-
резав уши, первым делом видят и слышат
стихию воды, в которой им жить от первого
мгновения до последнего.
Оляпка к человеку недоверчива и близко
не подпускает. Даже если и увидит его впер-
вые. Эта её счастливая осторожность навеч-
но закреплена в генах. В той же мере, как
безбоязненность у поползня или дикуши и
вечная подозрительность у воробья. Каждо-
му своё. И потому мы следили за семьёй
оляпки, затаив дыхание. Всё-таки очень не-
часто доводится её увидеть.
Мы следили, как на бреющем полёте,
следуя изгибам реки, неугомонные птички
осматривали берега, как отчаянно прыгали
по захлёстываемым бело-
ТТТТТГГТТ™ пенной водою камням шум-
ного переката, как купались
в сравнительно тихом омуточке под скалою.
А потом, устав, они собрались между прока-
лённых солнцем каменных глыб и стали об-
мениваться впечатлениями на своём языке,
недоступном нашему пониманию.
Незнакомый с укладом жизни оляпки
путник, увидев, как привычно уходят они в
стремительную холодную воду, сказал бы
или подумал: «Брр... Такие крохи, и как не
замёрзнут?» Но самое поразительное в том,
что осенью они в тёплые края не улетают и
зимуют около незамерзающих полыней. Так
же, как и летом, привычно заныривают и в
эту чугунно-тяжёлую чёрную воду, выиски-
вая милых желудку рачков, улиток, мелкую
рыбку, ручейников и прочую живность. И не
претендуют на любую иную жизнь. А ведь
не каждому дано довольствоваться малым.
Бывало, плетёшься устало вдоль горной
речки, широкой белой лентой застывшей
среди угрюмых затаёженных гор. Мечтаешь
об избушке с железной печуркой, кружке
обжигающе-горячего чая и нарах. И вдруг
насквозь промороженную тишину зашеве-
лили мелодичные переливы не от мира сего:
«фьюи-ци-ци, фьюи-ци-ци...» Они доносят-
ся из-за пройденного речного кривуна... И
вот вырвались на речную белизну три не-
большенькие бурые птички, низко и стреми-
тельно куда-то спешащие... Да куда же ещё,
если не на чёрную полынью, которая ды-
мится, упорно не сдаваясь холодам, рядом с
твоей избушкой.
И так радостно видеть их нестомчивыми
оптимистами, в завтрашнем дне уверенны-
ми, что совестно становится за собственную
усталость. И вот откуда-то берутся силы,
твёрже становится шаг... И стеснительная
улыбка заблуждала по лицу...
Спасибо вам. милые птички оляпки, про-
сто за то, что вы есть в этом суровом ожес-
точившемся мире. У вас ведь есть чему по-
учиться даже властелину планеты всей.
А вот вам у него учиться нечему.
Сергей КУЧЕРЕНКО
кандидат биологических наук
Хабаровский край
ВСЯКАЯ _______
МУРАВЬИ
ШЕЛАМОВСКОГО
ЛЕСА
В нашем Шеламовском
лесу небывалое нынче изо-
билие лесного ореха-лещи-
ны.
Переходя от куста к кус-
ту, мы прошли немало при-
мечательных мест, где нам
открылись и картинки из
жизни муравьёв. Нашли му-
равьиную кучу на светлой
поляне в окружении берёз,
после - два муравейника,
стоящие рядом друг с дру-
гом. А вот муравьи сооруди-
ли жилище не на поляне, а
возле лесной дороги. С од-
ной её стороны росли лист-
венные деревья, с другой -
хвойные. Хвоинки - отлич-
ный и самый подходящий
строительный материал.
Удивительная находка -
муравьиная куча, из крыши
которой выступал орешник.
С какой целью муравьи по-
строили «квартиру» с про-
ходящим внутри орешни-
ком? Для крепости? Для ук-
рытия от непогоды?
Не раз видел, как начи-
нали они строить себе дом.
Фундаментом для него му-
равьи выбирали берёзовый
пень малой высоты. Значит,
прочность муравейника -
важное для них качество. И
орешник, по разумению му-
равьёв, может этому послу-
ВСЯЧИ ПУХ
жить? Узнать бы поточнее...
Вот и вспоминаю сейчас ук-
ромные и редкие уголки
Шеламовского леса, где те-
перь нас нет и где всё так же
хмурятся тёмные дубы, се-
реют орешники и лопочут на
своём языке почти голые
осины, где в рабочем поры-
ве трудятся муравьи нака-
нуне суровой зимы.
Николай ЛУКОВКИН
д. Ба иди но
Арсеньевского района
Тульской области
Фото автора
ИЗМЕНЯТЬ
СТРОЕНИЕ МОЗГА?
Учёные из Бразилии и
Кубы пришли к выводу, что
медоносные пчёлы при
смене основной деятельно-
сти внутри улья могут ме-
нять строение своего моз-
га. В возрасте двух-трёх не-
дель (по пчелиным меркам
это уже зрелые годы) жен-
ские особи перестают нян-
чить молодое потомство и
начинают собирать нектар и
пыльцу.
Некоторые исследова-
тели считают, что пчёлы
умеют считать и способны
узнавать человека в лицо.
НЕОЖИДАННЫЙ
ПОДАРОК
Национальный парк
Данхэм в английском граф-
стве Чешир - наиболее
изученный из парковых зон
Туманного Альбиона. По-
этому сделать открытие
здесь - редкое и трудное
дело. Но недавно на его
территории обнаружено
семь видов жуков, послед-
ВСЯКАЯ
нее письменное упомина-
ние о которых было более
ста лет назад. Главными на-
ходками стали редкий жук-
плоскотелка и редчайшая в
Великобритании ложная
чернотелка.
УВЁЛ ИЗ-ПОД НОСА
Неизвестную науке рыбу
весом более десяти тонн
поймал у берегов восточно-
китайской провинции Чжэц-
зян рыболовецкий траулер.
В длину она достигала 12
метров, а толщина тулови-
ща превышала один метр. К
сожалению, учёным так и не
удалось определить, к како-
му виду она относится, так
как уникальную находку не-
медленно купил и увёз неиз-
вестный покупатель.
КВАКАНЬЕМ
ПРЕДВЕЩАЕТ
МУССОНЫ
Странную на первый
взгляд свадьбу устроили
непальские крестьяне. На
ней в качестве жениха и не-
весты выступили две лягуш-
ки. Местные жители надея-
лись, что божественные си-
лы оценят их поступок и
ниспошлют на землю дол-
гожданные ливни. Ведь по
местным поверьям, эти
земноводные знают о при-
ходе дождей и кваканьем
предвещают муссоны.
Лягушек выловили в
разных ручьях и принесли в
местный храм. Церемония
прошла под молитвы в при-
сутствии сотен зевак. А
проводить обряд бракосо-
четания пригласили сразу
семерых жрецов
«УШЁЛ НА ОХОТУ»
Жертвой необычного ог-
рабления стала жительница
Тироля. Когда пожилая да-
ма пошла за покупками в
мясную лавку, на неё нале-
тел и выхватил из рук сумку
белоголовый орлан. Оказы-
вается, трёхлетняя приру-
ченная птица улетела от
своего хозяина и стала
«охотиться» самостоятель-
но Похищенную сумку орёл
«обыскал» метрах в десяти
от шокированной пенсио-
нерки и, не найдя ничего
«стоящего», бросил.
Позднее полиция с по-
мощью орнитолога отлови-
ла птицу и вернула хозяину.
ЧУДО-МАШИНА
ДЛЯ СОБАК
Мыть собаку в домашних
условиях - занятие не из
лёгких! Борьба с грязнулей
под струями воды, испач-
канная ванна, затоптанный
пол и покрытые брызгами
стены... Именно так прохо-
дит простейшая гигиеничес-
кая процедура в условиях
небольшой городской квар-
тиры.
Оказывается, мучений
можно избежать! Десяти
минут достаточно, чтобы
сделать шерсть питомца
идеально чистой - считают
американские разработчи-
ки системы автоматических
моек для собак. Новая чудо-
машина стала на удивление
востребованной. Её уста-
навливают на территории
бензоколонок, автомоек, а
также в некоторых зоосало-
нах.
ВСЯЧИНА
Пользоваться новинкой
предельно просто. Заводи-
те питомца в высокую ван-
ну, бросаете монетку в ав-
томат, берёте шланг с тёп-
лой водой и приступаете к
водным процедурам. Робот
при нажатии кнопки подаёт
шампунь, бальзам-конди-
ционер или средство от
блох. Хозяин может даже
воспользоваться феном для
укладки волос своего пи-
томца.
ПЛАВАЮТ,
НО НЕ НЫРЯЮТ
Пунчана (зелёная акуша)
относится к отряду грызу-
нов. Распространена в Юж-
ной Америке, в бассейне
Амазонки; населяет влаж-
ные тропические леса. Вид
немногочислен, но не охра-
няется. При этом местные
жители охотятся на пунчан
ради мяса, а освоение чело-
веком лесов способствует
исчезновению зверьков.
Зелёные акуши подвиж-
ны, хорошо умеют плавать,
ВСЯКАЯ
но не ныряют. Ночь прово
дят в норах, вырытых у бе
рега реки. Питаются плода-
ми, орехами, сочными рас-
тениями. Как все грызуны,
делают запасы, закапывая
в подстилку кусочки пищи.
«Вокальные« данные раз-
нообразны: от нежного
воркования до громких вы-
криков.
В год самка приносит
два помёта с одним-тремя,
полностью сформирован-
ными, детёнышами О вы-
водке заботится мать: кор-
мит, играет, защищает. Ме-
сячные пунчанята уже впол-
не самостоятельные. В
неволе могут жить до пят-
надцати лет.
ЛОШАДИНЫЙ
«ПРОФСОЮЗ»
По мере потепления ко-
личество конных повозок,
популярных в германской
столице у иностранных ту-
ристов, увеличилось на-
столько существенно, что
местные власти задумались
об «условиях труда» много-
численных сивок-бурок. В
стране уже вступил в силу
свод основных правил, ко-
торыми должны руководст-
воваться владельцы конно-
го транспорта.
В числе требований -
условия содержания лоша-
дей и их рабочее время,
ВСЯЧИНА
включая «перерывы на
обед>-; комплекс професси-
ональных знаний, которыми
должен обладать каждый
кучер; номерные знаки для
повозки и лошадей; необхо-
димые документы по экс-
плуатации (по типу води-
тельских прав).
ЛЮБИТЕЛЬ ОВОЩЕЙ
И ФРУКТОВ
Молодая британка по-
добрала на улице брошен-
ного кота и принесла его
домой. Однако даже будучи
голодным, животное отка-
зывалось от мяса и рыбы. И
только увидев рядом с ку-
хонной корзиной остатки
овощей, кот набросился на
них.
Помимо нового жильца
девушка держит трёх цып-
лят, кролика, двух морских
свинок, крысу, хомяка и
рыбку. Но кот не обращает
никакого внимания на них.
Он предпочитает брюссель-
скую капусту, ревень, арбуз,
спаржу и бананы. Наверное,
не только людям свойствен-
но следить за весом и здо-
ровьем.
ЧЕТВЕРОНОГИЕ
ГАЗОНОКОСИЛЫЦИКИ
Новые рабочие по уходу
за газонами появятся в
американском штате Нью-
Йорк. Ими станут нигерий-
ские карликовые козы. Сей-
час они проходят «обуче-
ние» в специальном загоне,
где щиплют траву. Когда не-
много повзрослеют, им до-
верят подрезать кусты и
стричь газоны.
Ns 10
мы шли к Командорским
иШ островам, расположен-
ным в двухстах километрах
от Камчатки в Тихом океане. Рыболовный
траулер «Сескар» должен был высадить экс-
педицию ученых-биологов на остров Мед-
ный для изучения морских зверей — котиков
и каланов. Но прежде необходимо было с со-
седнего острова Беринга взять шлюпку, ме-
таллические сетки для сооружения вольера,
пополнить снаряжение.
После ужина в кают-компании между
учёными и моряками завязалась беседа. О
чём только не говорили в тот вечер. О загадоч-
приглашают за собой. В би-
нокль видно: в стороне от по-
сёлка на песчаном берегу ре-
бятишки гоняют футбольный мяч, море бро-
сается к ним чуть ли не под ноги. Но волны
молчаливы. Они не могут донести нашу
просьбу. НЕ МОГУТ?
И тут вспомнилась бутылочная почта, к
которой прибегали моряки во время корабле-
крушений или в других экстремальных ситу-
ациях, когда не оставалось иных способов по-
дать весть о себе.
Мы побежали по каютам в поисках буты-
лок. Увы, их нигде не было.
ЗДРМОИД В Е УТЫ Л НЕ
них морских зверях и рыбах,
о летающих тарелках, о ко-
раблях разных типов и ро-
мантике морской профессии.
— Какая теперь романти-
ка? - скептически улыбнул-
ся капитан. - Стой да смотри
на приборы. Теперь нет того
риска, что тренирует волю,
учит быть готовым к любым
неожиданностям, побуждает
к действию...
Мы разошлись по каютам
поздно вечером, а когда про-
снулись, траулер уже бросил
якорь на рейде острова Бе-
ринга.
Но с высадкой получи-
лась осечка: капитан отка-
зался высаживать на берег,
мотивируя отсутствием плав-
средств на корабле.
- Вот те на!.. А шлюпки, принайтованные
на борту?
— Уставом не положено. Это спасательные
шлюпки. Запрашивайте берег, пусть звероза-
вод высылает свой катер.
Легко сказать: запрашивайте. А как это
сделать? Прямой связи у траулеров с берегом
нет. Отправить радиограмму через радио-
центр рыбных организаций в Петропавлов-
ске? Но впереди три дня праздников. Пока
радиограмму переправят на телеграф, оттуда
на остров, а затем на зверозавод — сколько же
драгоценного времени пройдёт?
До острова же рукой подать. Чайки парят
над кораблём, летят в сторону берега, словно
- Не отчаивайтесь!.. Вспомните, в каком
веке мы живём. Не догадываетесь? В век хи-
мии. Разве нельзя в качестве конверта ис-
пользовать полиэтиленовый пакет? - вос-
кликнул кто-то.
Ну, конечно же, как мы раньше об этом не
додумались!
Через несколько минут записка была го-
това. Мы вложили её в прозрачный полиэти-
леновый «конверт», надули его воздухом, за-
вязали красной лентой, чтобы лучше был ви-
ден, и бросили за борт.
Море подхватило наше письмо и понесло
к берегу. Смотрим в бинокль. Минут через
двадцать видим: волны выбросили «письмо»

на берег. Ветерок развевает красную ленту,
словно просит обратить на него внимание. И
ребятишки увидели. Подбежали к находке.
Читают записку. Потом бросились бежать в
село.
А через полчаса, разрезая волны, к нам
шла самоходная баржа! (Замечу: радиограм-
ма, отправленная всё же через радиоцентр
рыбаков в Петропавловске, поступила на ост-
ров на третьи сутки).
Бутылочная почта... Сколько необычных
историй, разгадок тайн морских катастроф и
просто любопытных приключений связано с
бутылочной почтой! К ней прибегали писате-
ли приключенческих произведений. Вспом-
ним роман Жюля Верна «Дети капитана
Гранта».
« — Ну-ка, Том, вытащите бутылку, да ос-
торожнее, - приказал лорд Гленарван. - В бу-
тылках, найденных в море, нередко бывают
важные документы...»
В бутылке, вынутой из желудка акулы,
действительно оказались записки, которым
вверили свою судьбу люди при кораблекру-
шении. Они вдохновили героев романа на по-
иски капитана.
Архивы «почты Нептуна» хранят сотни
писем. Наиболее интересные из них попадают
на страницы морских журналов и массовых
изданий. В папке у меня собраны сотни таких
«посланий». Любопытная картина получает-
ся, если рассортировать письма по темам.
Одни содержат вести от терпящих бедст-
вие на море, другие повествуют о романтичес-
ких, шутливых, а порой и парадоксальных
историях, третьи были брошены с научными
целями. Учёные использовали бутылочную
почту для изучения морских течений, знания
о которых необходимы мореплавателям и
океанографам, биологам и рыбакам, гидро-
метеорологам и судостроителям.
Летом 1967 года на острове Беринга в бух-
те Командора туристами была найдена бутыл-
ка с запиской. Когда её извлекли, оказалось,
что бутылка путешествовала... 58 лет. В пись-
ме на русском и английском языках говори-
лось: «Записка эта брошена с целью изучения
течения с канонерской лодки «Манджур» 29
июля 1909 года. Широта 57 градусов 32 мину-
ты, долгота 164 градуса...» В письме содержа-
лась просьба к нашедшему проставить широту
и долготу, на которых найдено морское пись-
Жаль, морские котики, а случае чего,
не смогут прочитать
записку и помочь терпящему
бедствие мореплавателю...
Ns 10
мо, а также место и время находки и переслать
его во Владивосток в гидрографическую экспе-
дицию Восточного океана.
Неизвестно, какой маршрут проделало по
сложным течениям северной части Тихого
океана и Берингова моря послание. Бутылка
оказалась, однако, не так далеко от места, где
была брошена. Можно лишь предположить,
что попала она на берег незадолго до обнару-
жения. Иначе сильные штормы разбили бы
ее о камни или замыли песком.
Конечно, найденная бутылка с запиской
из-за большого опоздания не представляет
ценности для науки, однако является важной
исторической реликвией. Она возвратила ко
времени, когда русские исследователи интен-
сивно использовали бутылочную почту для
изучения течений в дальневосточных морях.
Связано это с именем начальника Гидрогра-
фической экспедиции Восточного (Тихого)
океана Михаила Ефимовича Жданко.
В конце XIX века освоение дальневосточ-
ных районов, нужды мореплавания потребо-
вали расширения исследований в Тихом океа-
не и описи его берегов. 15 декабря 1897 года
последовало «Высочайшее повеление» о созда-
нии Гидрографической экспедиции Восточно-
го океана. Начальником экспедиции был на-
значен 43-летний подполковник корпуса
флотских штурманов М. Е. Жданко, хорошо
зарекомендовавший себя на Балтике и в Се-
верном Ледовитом океане. Он энергично взял-
ся за изучение течений и предложил широко
использовать бутылочную почту — наиболее
дешёвый и доступный способ исследований.
Русско-японская война 1904-1905 годов
прервала гидрографические работы. Но в 1907
году они возобновились. В книге «К вопросу об
исследовании морских течений» (1913 г.) М.
Е. Жданко писал: «Я обратился ко всем моря-
кам, плавающим в водах Дальнего Востока с
коротеньким воззванием, приглашая их при-
ложить немного труда для изучения морских
течений с помощью бросания бутылок с запис-
ками. Многие откликнулись...»
В архиве океанографического института в
Санкт-Петербурге хранится папка «Тихий
океан. Записки из бутылок», в которой собра-
но более 500 записок, доставленных морски-
ми волнами с 1907 по 1920 годы.
В рапорте 7 августа 1910 года М. Е. Ждан-
ко, теперь уже генерал-майор, сообщал в Глав-
ное управление: «С 1907 года с судов экспеди-
ции, а также транспортов «Аргунь», «Колы-
ма» и «Шипка» и с крейсеров «Командор Бе-
ринг» и «Лейтенант Дыдымов» бросаются в
море бутылки для изучения течений.
За истекшие четыре года всех бутылок
брошено более пяти тысяч. Больше всего, ко-
нечно, с «Охотска».
Из всех этих бутылок найдены уже 107, и
записки из них доставлены во Владивосток.
Вопрос о течениях в морях Японском, Бе-
ринговом, Охотском понемногу выясняется.
Особенно интересны пути бутылок в море
Охотском, вопрос о течениях в котором до се-
го времени не разрабатывался...»
Одна из бутылок совершила особенно ин-
тересный путь: брошенная с «Охотска» в ав-
густе 1908 года недалеко от мыса Лопатка,
южной конечности Камчатки, она через год и
9 месяцев найдена на западном берегу Север-
ной Америки в устье реки Колумбия, то есть
сделала за это время более пяти тысяч миль.
В другом рапорте, датированном 4 января
1912 года, Михаил Ефимович сообщал: «При
сем представляю... 46 записок из бутылок,
брошенных с транспорта «Охотск» и найден-
ных на берегах Приморской и Камчатской об-
ластей». К одной из таких записок было под-
колото письмо: «Бутылка сея найдена не до-
ходя реки Косогоцкой в верстах пяти от селе-
ния Явина. Найдена 25 октября 1908 года.
Ходил на охоту. Нашёл казак Уссурийский
Инакентий Меновщиков, проживающий на
реке в устье Озёрной...» Это юго-западное по-
бережье Камчатки.
С 1907 по 1912 год в дальневосточные мо-
ря было брошено около 10 тысяч бутылок. Из
них найдены 219, то есть два процента. На
первый взгляд, это очень мало. Но вот что от-
мечается в рапорте: «Такой большой процент
найденных бутылок совершенно неожидан.
Ведь берега Приморской и Камчатской облас-
тей населены весьма слабо...»
Зная места выброса бутылок и их «прича-
ливания», гидрографы составили схемы веро-
ятных путей дрейфа. Стали очевидными маги-
стральные пути течений. В Охотском море
прояснилось течение вдоль западного берега
Камчатки с севера на юг. «Стеклянные курье-
ры» подсказали о круговом движении против
часовой стрелки вод Охотского и Японского
морей. Были составлены карты течений мало-
изученных тогда морей, рассчитаны средние
скорости основных струй.
(Продолжение следует)
Михаил ЖИЛИН
Камчатский край
Фото автора
«г <
№ 10
Удивительное место
Посещение Турции в
сознании большинства на
ших соотечественников —
это «пляжный» отдых. И
мало кто знает, что по
числу сохранившихся па-
мятников древности Тур-
ция занимает одно из пер-
вых мест среди посещаемых стран. Со-
хранность древних греческих городов и
неаполисов времён Римской империи
удивляет. Несмотря на абсолютно свобод-
ный режим посещения многих из них. му-
зеи под открытым небом продолжают
жить и поражать воображение современ-
ного человека.
В стандартный список предлагаемых
турфирмами маршрутов, несомненно, вхо-
дят Ликийские гробницы Миры, город
Эфес, колизей в Аспендосе, грандиозный
ландшафтный заповедник Памуккале и
многое другое. Помимо этого, в каждом
районе можно найти отмеченные в путе-
водителе акведуки, руины античности, те-
атры, средневековые крепости и природ-
ные объекты. В первую поездку по стране
мы наткнулись на проспект с описанием и
видами Каппадокии, составленный для не-
мецких туристов, но незнание языка не
позволило разобраться до конца в тонко-
стях вопроса. Зато знакомство с литерату-
рой на русском языке, а главное, фотогра
фии - зажгли в наших сердцах неукроти-
мое желание побывать в этом удивитель-
ном месте.
Оказалось, что уникальный ландшафт
Каппадокии появился миллионы лет назад
в результате активной деятельности вул-
канов Эрджиес и Хасандаг, а люди исполь-
зовали неповторимый рельеф для своей
жизнедеятельности. Сочетание слоёв мяг

№10

№10
ких и твёрдых пород, процессы выветри-
вания и эрозии придали горам и холмам
всей области весьма причудливый вид.
Описать его словами невозможно, нужно
увидеть этот фантастический мир, застыв-
ший в камне. Большинство образований
местности напоминает огромные термит-
ники, а люди, живущие в них - мелких му-
равьёв, век которых несоразмерим с веч-
ностью, пронёсшейся над этими горами.
Рельефные образования Каппадокии
лежат в окружении абсолютно плоских
равнин, через которые пролегал когда-то
Великий шёлковый путь. Разрушенные
стены бывших караван-сараев, встречаю-
щиеся через каждые 20 километров, напо-
минают об ушедших связях древних циви-
лизаций.
Удалённость и недоступность местнос-
ти сделали её надёжным прибежищем для
общин ранних христиан, древние скаль-
ные храмы которых (XI-XH века в запо-
веднике Тереме) до сих пор хранят невы-
цветшие за столетия фрески. Люди рыли в
мягких породах убежища для себя, держа-
ли в норах скот, хранили продукты. В на-
стоящее время многие вырытые жилища
превращены в гостиницы и привлекают
туристов своим «климат-контролем» - в
нишах-номерах температура постоянно
держится +16"С. Эта особенность исполь-
зуется и местными жителями, занятыми
гончарным производством, так как вы-
лепленная посуда досушивается именно
при таких условиях в течение двух недель.
Идеальные погреба нужны при производ-
стве сыра и вина, для хранения многих
продуктов в условиях резко континен-
тального климата, когда летом стоит ужа-
сающая жара, а зимой температура может
опускаться до минус тридцати. Жизнь ки-
пит в древних поселениях, и деятельность
человека продолжает изменять существу-
ющий пейзаж.
Объехать всю территорию природно-
го нарка на машине и осмотреть основные
отмеченные в путеводителе объекты
можно за пять-шесть часов, но гораздо ин-
тереснее посвятить этому несколько дней,
совершая пешеходные экскурсии. Вгля
дываясь в фотографии, трудно поверить,
что всё это - природные образования, а не
дело рук человека.
В 20-30 километрах от центров туриз-
ма Каппадокии, города Невшехир и Юр-
гуп, находятся весьма интересные подзем-
ные города христиан VII века Каймаклы и
Деринкуй. Владычество ислама на этих
территориях загнало христианские общи-
ны под землю, где они чувствовали себя в
большей безопасности. Прорыв ходы на
глубину более 50 метров (!) и создав раз-
ветвлённые катакомбы на огромной тер-
ритории с подземными жилищами, школа-
ми, мастерскими, скотными дворами, лю-
ди выжили и сохранили свою веру.
Поражают размер подземного лаби-
ринта и система вентиляции, пронизыва
ющая все девять этажей и позволявшая
одновременно существовать огромной
общине в 10-30 тысяч человек. Ходы к
жилищам и переходы с уровня на уровень
иногда настолько узки, что Вини-Пух на-
верняка бы застрял, но подземные шко-
лы и церкви представляют собой боль-
шие залы для размещения множества лю-
дей. Трудно поверить, что можно долго
жить в таких стеснённых и непривычных
для человека условиях, но подземные го-
рода просуществовали несколько веков
и, по-видимому, выполнили свою функ-
цию.
Каппадокия лежит в самом центре
Турции, до неё ходят автобусы из Анкары,
а также с побережья Антальи, но одно-
дневное путешествие даёт лишь поверхно-
стное впечатление. Для более детального
ознакомления с достопримечательностя-
ми желательно взять напрокат машину.
Незабываемые впечатления от увиденно-
го вознаградят за временное расставание с
морем и обогатят вашу память остающи-
мися на всю жизнь воспоминаниями.
Татьяна ИЛЬИНА,
кандидат биологических наук
Фото авторе
Не знаю, чем руководствуются орнито-
логи Союза охраны птиц России, называя то
или иное пернатое Птицей года, но их вы-
бор на 2009 год, надеюсь, одобрит каждый.
Лебедь! Белый лебедь - краса и гордость
пернатого мира! И у нас, и в большинстве
других стран отношение к лебедям самое ду-
шевное и почтительное. Лебеди занесены в
международную и российскую Красные
книги.
Однако столь безоблачными отношения
человека и лебедя были не всегда. «Издавна
на лебедей активно охотились», — свиде-
тельствует известный российский орнито-
лог Вадим Рябицев. О способе охоты на ле-
бедей в Финском заливе - в «старые време-
на» — с ностальгическими нотками писал в
своей «Лесной газете» Виталий Бианки. Пе-
чальная участь объекта «царской охоты»,
представляющей, кроме кулинарного, ещё и
побочный интерес для любителей пуховых
перин и изящных шляпок, была бы предре-
шена, но постепенно эти прекрасные птицы
были всюду взяты под строгую охрану. Не
последнюю роль сыграла здесь красота и
образ жизни одного из самых совершенных
творений природы. «Лебёдушка», — говори-
ли на Руси о статной девушке. В белую Ле-
бедь обращена у Пушкина царевна в «Сказ-
ке о царе Салтане...». О лебединой супру-
жеской верности до сих пор бытует роман-
тическая легенда, согласно которой лебедь
или лебёдка, потеряв друга, складывают в
полёте крылья и разбиваются оземь.
Да, это легенда. Однако действительно
лебединую пару разлучает только гибель
одного из супругов, чаще всего - от рук бра-
коньеров. Можно лишь догадываться, что
переживает уцелевший, если целыми днями
не находит покоя, кружась и посылая горе-
стные клики над местом, где прогремел пре-
дательский выстрел.
Мой знакомый охотник-ловец из быв-
шего Западно-Сибирского зоокомбината
рассказал о лебединой драме, случившейся
по весне на васюганском озере Иткуль. За-
нимаясь отловом змей для серпентария,
охотник набрёл на это озеро, когда на нём
плескались широкие забереги, а от ледяного
поля оставался лишь небольшой островок.
№10


Неподалёку от его кромки
лежал распластанный ле-
бедь, за которым тянулся
кровавый след. Чуть поодаль от трупа ока-
менело стоял второй лебедь - то ли самец,
то ли самка, ведь издали половые признаки
у этих птиц практически неразличимы. Вос-
становить картину случившегося было не-
трудно. Смертельно раненый лебедь из по-
следних сил выполз на лёд и погиб, а брако-
ньер, очевидно, не имел лодки...
Три дня промышлял змеелов у этого
озера, и все три дня картина практически не
менялась. Живая птица часами стояла возле
погибшей и лишь изредка взлетала, чтобы
отогнать наглеющее вороньё, слетевшееся
со всей округи...
Но довольно о грустном. Ведь несмотря
ни на что, белое племя лебедей выжило, а
кое-где даже приросло. Вот и в Новосибир-
ской области я могу назвать такой адрес:
Кирзинский охотничий заказник федераль-
ного значения. Здесь стараниями егерей, ру-
ководимых охотоведами-подвижниками
Павлом Давыдовым (прежде) и Владими-
ром Мазохой (ныне), сохранено оптималь-
ное стадо косуль, лосей и диких свиней, а в
птичьих гаванях - особенно по весне и осени
— косяками ходят утки, гуси, журавли.
Обычны и лебеди. Добрый путник или гость
вволюшку налюбуется ими и в небе, и на
зеркальной глади озёр. Часами доводилось
слушать и мне - в ночи или на зорях - не-
умолчный гомон лебедей на Барабинских
озёрах Гогол и Бергуль, куда собираются,
очевидно, на линьку десятки, а то и сотни
лебедей.
Предвижу от знающих людей вопрос,
мол, о каких лебедях идёт речь: кликунах,
шипунах или малых (тундряных)? Действи-
тельно, у нас в Западной Сибири наблюда-
ются все эти виды лебедей: первые два - на
гнездовьях, а один - малый - на пролёте. Но
все они издалека фактически неотличимы
друг от друга и в обиходе вряд ли нуждают ся
в классификации. При надобности, мы, ко-
нечно, можем различить виды этих лебедей,
но лишь на достаточно близком расстоянии.
Так, основной признак лебедя-шипуна - са-
мого красивого и грациозного из трёх -
красный клюв с чёрным на-
ростом на лбу. Кроме того,
шипуна отличает от других
более утолщённая шея с изящным изгибом.
У кликуна и малого клювы жёлто-чёрные.
Размеры этих птиц существенно разнятся,
но отчётливо заметны лишь тогда, когда на-
ходятся рядом. На воде крылья этих лебедей
укладываются на спине плотно, а вот у ши-
пуна они словно взбиты, как подушка.
В Новосибирской области преобладают
лебеди-кликуны. Это их трубные клики ог-
лашают степные просторы и озёрные зай-
мища с самой ранней весны, когда повсюду
лежат снега, а реки и озёра ещё скованы
льдами. Готовя этот материал, я ещё раз с
удовольствием посмотрел видеофильм о
Кирзинском заказнике, снятый Владимиром
Владимировичем Мазохой. Один из его сю-
жетов — ранний прилёт лебедей на озеро Бе-
лое. Шесть кликунов - три пары - безбояз-
ненно (до оператора метров 30-40) сидят на
льду, в углу экрана чёткая дата: 19 марта
2003 года. «Так рано. - комментирует охо-
товед, - лебеди прилетают на родину для то-
го, чтобы успеть поставить на крыло потом-
ство и подготовить его к длительному пере-
лёту на зимовку - на Каспий, Чёрное, Азов-
ское и Средиземное моря».
А закончить свой рассказ о птице года я
хотел бы одним эпизодом, запавшем в памя-
ти негаснущим угольком. Было это по весне
близ того же озера Белое. Сюда, на косогор,
щетинившийся прошлогодней стернёй, при-
летела на кормёжку пара лебедей. Если
один пасся, другой стоял настороже. И вот,
когда над косогором показалась ещё одна
пара кликунов, кормившиеся здесь вдруг ра-
зом вскинули головы и часто замахали кры-
лами - так что, казалось, вспыхнуло яркое
белое пламя. «Приветствуют своих!» — поду-
малось радостно мне. И даже потом, когда
услышал возражение, мол, махали те птицы
не зазывно, а, напротив, упреждающе, что-
бы никто более не посягал на их зимовку, я
остался верен своему впечатлению. Я и по
сегодня так думаю, вновь и вновь оживляя в
памяти увиденное.
Юрий ЧЕРНОВ
Новосибирская область
Фото Александра БРОВАШОВА
’ч..
Ж
NS10
ВЕЛИКИЕ СЛЕДОПЫТЫ
Барри КРАМП
1935-1996
Барри Крамп — популярный писатель-юморист
Новой Зеландии — родился в Окленде.
С детских лет вместе с родителями исколесил
весь Северный остров Новой Зеландии.
Б. Крамп сменил много профессий: был
возчиком, выкорчёвывал лес, работал
на овцеводческой станции, потом стал
профессиональным охотником (приходилось
отстреливать кроликов, выбраковывать оленей
в заповеднике).
Первая книга вышла в 1960 году и принесла
автору молниеносный и феноменальный успех.
Популярность повестей и рассказов Крампа
не только в том, что они написаны интересно
и весело, а, главное, что «киви пишет о киви».
Киви — это не просто и не только шутливое
прозвище новозеландца, а человек, всеми
корнями связанный с землёй, на которой задолго
до появления здесь людей уже жила маленькая
бескрылая птичка киви, человек, освоивший эту
землю в тяжёлом труде. Ещё одна неотъемлемая
черта психологического облика киви — глубокая
и деятельная любовь к природе. Даже не просто
любовь, а некое ощущение слитности с природной
средой, с её горами и долинами, озёрами
и гейзерами, деревьями и травами, зверьём
и птицами.
В книге «Залив», отрывок из которой мы вам
предлагаем, действие происходит в Австралии,
где сам Крамп охотился сначала на кенгуру,
а потом и на крокодилов. Эта приключенческая
повесть о единоборстве человека с крокодилами,
когда малейший промах, секунда промедления
стоит жизни.
Э А. Л !Я В
(отрывок из книги)
W арси в ту ночь не спалось. Он подошёл, при-
бил) сел на корточки у нашей противомоскитной
сетки, и мы разговаривали несколько часов
подряд. Фиф спала, а я сел и спросил его, правда
ли, что большие крокодилы затаскивают лоша-
дей и прочую скотину в воду, топят их, а потом
жрут.
- Некоторые большие крокодилы утаски-
вают коров и лошадей в воду, - сказал он. -
Иногда столько, что даже сожрать не могут.
Они оставляют недоеденное другим крокоди-
лам. а сами ждут, когда скот снова придёт на во-
допой.
- Но разве коровы не знают, что в реке во-
дятся крокодилы?
- Знают. Но в этих краях от водоёма до во-
доёма часто бывает миль до пятидесяти, и скоту
приходится пить солоноватую речную воду.
Вот тут-то крокодил и ждёт. Не так уж много
мест, где пологий берег позволяет животным
легко заходить в воду. На водопое они топчутся
в иле и взбаламучивают воду. Скотина тянется
к чистой воде и заходит в неё по самое брюхо.
Она любит побарахтаться... так что у старого
крокодила большие возможности.
-	Дарси, а как крокодилы хватают коров?
-	Они просто медленно подплывают к вы-
бранной жертве и внезапно вцепляются в неё
сбоку. Потом они уходят под воду, зажав голову
животного в пасти. Вес крокодила больше, чем
корова может вытянуть, и она тонет.
- До какой длины вырастает крокодил,
прежде чем стать людоедом?
— Не все большие крокодилы людоеды. И
не все они убийцы скота. Скот и лошади появи-
лись в этих краях уже при жизни нынешних
больших крокодилов. И ни один крокодил не
живёт только человечьим мясом, хотя некото-
рые очень старые крокодилы иногда опроки-
дывают каиоэ и хватают людей, потому что
оии ие могут добыть себе пищу другим спосо-
бом. Некоторые из убитых мной самых боль-
ших крокодилов были медлительны и глупы и
питались лишь крабами и рыбой, плавающей
вдоль берега в устьях рек. Но если крокодилу
приходится туго, ои готов и способен на всё, в
противном случае он довольствуется тихой
жизнью.
- Нужна ли им солёная вода, Дарси?
- Нет. крокодил очеиь легко приспосабли-
вается. В этом, вероятно, причина того, что они
выжили. Когда водоёмы начинают пересыхать,
крокодилы проходят много миль до другого ме-
ста, где воды больше, по такой местности, в ко-
торой человек не выжил бы, умер бы от жаж-
ды. Их иногда видят далеко в открытом море.
Они живут на островах, на по-
бережьях, в болотах, в ручьях
и реках - всюду, где находят
пищу, воду и тепло.
Дарси был ходячей энциклопедией. Когда
мы его просили что-нибудь объяснить, он даже
говорил языком справочников.
- Есть ли у них какие-нибудь враги, кроме
человека?
— У больших крокодилов их нет, — ответил
Дарси. — Самый большой и единственный враг
крокодила - охотник, да и то с недавних пор. И
при этом крокодилу страшны не ружьё, не сеть,
не ловушка, не яд, не старость, а маленькая фа-
ра. Можно убить несколько крокодилов, под-
кравшись с винтовкой к воде, но только фара
достойно противостоит коварству опытного
крокодила. В реках и озёрах было много голод-
ных крокодилов, пока не появился охотник с
фарой. Так как свет, сделав то, что не смогло
сделать время, снизил численность крокодилов,
у оставшихся в живых стало больше пищи.
Крокодил, следовательно, стал не так опасен
для скота и пловцов, как был лет пятьдесят на-
зад.
Он рассказывал о крокодилах часами. О не-
постижимой тайне их появлений и исчезнове-
ний. О том, как однажды ночью большой кро-
кодил, на которого он охотился несколько ме-
сяцев, вдруг всплыл на свет, как будто пришёл
его черёд попасть под гарпун. И о том необъяс-
нимом чувстве, которое подсказывает явно спя-
щему крокодилу, что к нему подкрадываются.
- Крокодил - трус, если на него нападают,
и бесстрашен, если нападает он. Я никогда не
видел крокодила, который бы напал, не за-
мыслив нападение заранее, но я знаю много
случаев, когда крокодил наблюдал за добычей
по несколько дней или недель, прежде чем на-
пасть.
— Может быть, они просто ещё не голод-
ны? - предположил я.
- Я убил много крокоди-
лов с полными брюхами, когда
они подбирались в воде к соба-
кам или валлаби. Собака для них - особое ла-
комство. Крокодил может отпустить кенгуру,
но собаку съест всегда. Мой пёс загнал на мел-
ководье свинью, и тут его Схватил крокодил. Он
перетащил собаку через реку, выбрался на или-
стый берег, перекусил её зубами и сожрал. Это
случилось на одном из притоков реки, над кото-
рыми, по-моему, не раздавалось ещё не единого
выстрела. Крокодилы там были такие нахаль-
ные. что после того, как они утащили мою со-
баку, я перенёс свой лагерь на полмили от бере-
га.
- Дарси, а днём они надолго выползают на
берег?
— Когда вода тёплая, крокодилы остаются в
ней большую часть времени, а зимой, когда во-
да становится холодной, они выходят на бе-
рег...
- Какого самого большого крокодила вы
убили, Дарси?
- Я убил много тысяч крокодилов, - сказал
Дарси, — но ни одного больше восемнадцати
футов длиной. Я верю, что они вырастают до
двадцати футов и больше, но я убил пятьдесят
или шестьдесят крокодилов длиной восемнад-
цать футов - вот всё, чем я могу похвалиться. —
Он сказал это каким-то даже виноватым тоном.
— Однако не оставляю мечты убить в один пре-
красный день двадцатифунтового.
— Сколько лет они живут? - спросил я.
- Не знаю, но думаю, что некоторым очень
старым больше ста лет. Об этом много спорят.
- А они хорошо приручаются?
- Никак не приручаются - ни хороню, ни
даже плохо. Никто не способен по-настоящему
изучить крокодила, потому что мы можем
только попытаться сравнить его поведение с
поведением людей, и окажется, что это невоз-
можно. Собака агрессивна или труслива, птица
Дорогие читатели! Продолжается подписка
на 2010 год. Не забудьте, пожалуйста,
про «Муравейник». Ведь многое о чудесном мире
природы вы узнаёте только на его страницах!
(Каталог Агентства «Роспечать», индексы 73233,
48558 - годовой).
New
боязлива, рыба беспокойна, кабан храбр и за-
щищается, когда на него нападают, крыса под-
лая. Всё это можно понять. Даже об акуле мож-
но сказать, что это движущийся аппетит, и она
больше всех похожа на крокодила, если судить
по поведению. Но ещё ни один человек не по-
дружился с крокодилом. Можно вырастить его
из яйца, кормить его, заботиться о нём всю
свою жизнь. А потом он убьёт тебя, потому что
он крокодил, а крокодилы и люди отличаются
друг от друга больше, чем жара от холода. Это
разница в миллионы лет. Время проглядело
крокодилов.
За деревьями уже брезжил рассвет, Дарси
встал и, неуклюже ступая одеревеневшими но-
гами, пошёл сквозь нарождающиеся тени.
* * *
На следующий день мы свернули на едва за-
метную колею и ехали десять миль к лагуне, на
которой Дарси когда-то бывал. Эта лагуна име-
ла в длину более мили, по всей окружности её
были песчаные пляжи, а на них тысячи птиц.
Группки пеликанов были так неподвижны, что
казалось, приросли к песчаным отмелям.
Изящные фламинго прохаживались по мелко-
водью медленно и важно. Колпицы, спящие в
илистых котловинках, были похожи на обро-
ненные клочки белой бумаги. В воздухе парил
бронзовый орёл. Со свистом летали строем ма-
ленькие чёрно-белые утки. На засохшем дереве
в своём гнезде, похожем на кучу хвороста, сиде-
ли два журавля. Прилетали и улетали кроншне-
пы. Прилетела и села сова, у которой была ля-
гушачья морда и глупый вид. Мы никогда не
видели подобной коллекции птиц. Там были и
такие, названий которых не знал сам Дарси. Ла-
гуна находится в пятнадцати милях от моря, но
вода в ней солёная.
Мы расположились у лагуны в ночью вы-
ехали в ялике на охоту. Без особого труда заст-
релили четырёх Пресняков и осветили соляника
средних размеров, справиться с которым оказа-
лось не так-то просто. Видимо, его потревожи-
ла стрельба. Он был на отмели, когда мы впер-
вые его заметили. Подпустив нас ярдов на пять-
десят, он скользнул в воду и поднялся на по-
верхность в небольшом заливчике ярдах в
десяти от берега. На этот раз крокодил подпус-
тил нас на тридцать ярдов. Мы ждали его минут
двадцать с погашенной фарой и ещё двадцать
минут с зажжённой. Когда мы уже возвраща-
лись и проплыли ярдов двести к тому месту, где
упустили небольшого пресняка, Дарси обернул-
ся. и наш крокодил опять оказался в луче фары.
И точно на том же месте. Он снова подпустил
New
нас до тридцатиярдовой отметки и ушёл под во-
ду, как в первый раз. Мы ждали, потом поплы-
ли, оглянулись, и он снова оказался на том же
месте. Дарси усмехнулся.
- Нам не нужна шкура этого крокодила. Но
я бы с удовольствием застрелил его. Вот такие,
становясь постарше, начинают охотиться на лю-
дей и скотину. Он думает, что взял над нами верх.
Но он ошибается. Я поймаю его и, возможно,
спасу чью-нибудь скотину. Лучше убивать людо-
едов, чем крокодилов, питающихся крабами.
Мы вернулись в лагерь, взяли сеть, уложи-
ли её на корме ялика - поплавки с одной сторо-
ны, а грузила с другой — и поплыли в дальний
конец лагуны. По пути Дарси давал мне указа-
ния. Наш крокодил был всё ещё на месте, и,
когда мы оказались на том же расстоянии от
него, что и прежде, он ушёл под воду. Только на
этот раз мы не стали ждать.
Как только глаза крокодила исчезли, мы
быстро подгребли к берегу заливчика. Увидев,
что привязать конец сети совершенно не к че-
му, я растерялся. Но Дарси прошептал:
- Эго неважно, сбрасывайте сеть.
Я начал сбрасывать сеть с кормы лодки, ко-
торая объезжала по дуге то место, где скрылся
крокодил, направляясь к другому берегу залив-
чика. На середине заливчика мы очень осто-
рожно измерили глубину древком гарпуна. Там
было немного больше десяти футов: ширина
сети равнялась десяти футам.
Сесть оказалась короче, чем нужно, но
Дарси грёб, пока лодка не пристала к берегу.
Мы втащили лодку на берег, чтобы закрепить
конец сети. Затем Дарси осветил фарой по-
плавки и взял винтовку, а я, на свою беду, побе-
жал закреплять другой конец сети.
Сперва я не мог найти сети, потому что бы-
ло темно, а конец её плавал где-то ярдах в деся-
ти от берега. Ситуация была мне явно не по
вкусу. Предполагалось, что потенциальный
людоед находится где-то в обмёте. Я даже те-
шил себя надеждой, что он удрал, и в этом чёр-
ном полукруге воды, освещённом фарой Дарси,
нет ничего смертельней толстой баррамунды.
Дарси теперь сосредоточил своё внимание на
середине сети и не видел, с какой проблемой
столкнулся я и... сколько драгоценных секунд
уже потерял. Дарси бросился бы в воду, не заду-
мываясь, и вытащил бы сеть на берег.
Десять ярдов - чертовски длинный путь. Я
поплыл, потому что не рисковал коснуться дна
ногой. Схватив поплавок, я рванулся испуган-
ный к берегу, но не тут-то было. Надо иметь
побольше сил, чем было у меня, чтобы вплавь
тащить в воде шестьдесят ярдов мокрой сети.
Плывя к берегу, я отчаянно барахтался.
Дарси вошёл в воду, вытащил сеть на песок, на-
ступил на нее ногой и... рассмеялся. Я встал.
Воды было по пояс. На моё счастье, Дарси не
осветил меня фарой.
Я взял себя в руки, но было уже поздно.
Дарси сказал, что когда я вошёл в воду, шум по-
лучился такой, как будто семиметровый кроко-
дил, на встречу с которым он надеялся долгие
годы, тащит под воду ломовую лошадь. Он был
уверен, что я пытаюсь остановить крокодила,
решившего прорваться на участке, ещё не заго-
роженном сетью.
— Но когда вы поплыли обратно, я понял,
что тут нет никакого крокодила, - сказал Дар-
си. - Такого шума не наделала бы и футбольная
команда семиметровых крокодилов.
При этих словах он улыбнулся, но я всё рав-
но чувствовал себя паршиво. К тому же я на-
глотался солёной воды. Дарси похлопал меня
по плечу рукой, твёрдой, как крокодильи рого-
вые щитки и добавил:
— Однажды я проснулся в своём каноэ и вы-
стрелил трижды в бревно, прибившееся к нему.
И ни разу не попал. Теперь вы будете держать
этот конец сети, а я пойду и посвечу, чтобы
крокодил не проскочил поверх сети, если он
ещё не ушёл.
Я остался у конца сети, а Дарси пошёл к
ялику. Минуту спустя он уже плыл вдоль изо-
гнутого ряда поплавков.
- Начните, пожалуйста, очень медленно
вытягивать сеть из воды, — крикнул Дарси. -
Не отрывайте грузил от дна, чтобы он не про-
полз под сетью.
Я потащил сеть. Вряд ли в ней был кроко-
дил. Скорее всего, он уже вырвался на волю.
Не было даже... ого! Что это такое? Сеть дёр-
галась у меня в руке. Тащу, удвоив усилия. Что-
то тяжёлое. Это не рыба. Должно быть, это он!
Свет блестит на водовороте ярдах в двадцати от
конца Дарси. Над водой мелькает изогнутый
хвост. Мы поймали крокодила.
-Пусть он запутается получше! — спокойно
кричит Дарси откуда-то из-за света. — Вытяги-
вайте его.
Я пошёл по берегу, выбирая сеть, пока не
добрался до Дарси. Мы вместе вытащили вось-
мифутового чёрного, с жёлтым брюхом кроко-
дила, который даже не сопротивлялся.
Рисунок Бориса ИГНАТЬЕВА
2WX
Ns 10

По горизонтали:
1 - мелкая лесная птица семейства
питтовых (обитает в густых кустар-
никах и лесах Австралии, кормится
насекомыми); 3 - сравнительно не-
большая птица рода орлов (обитает
в лесной зоне Евразии, гнездо рас-
положено на дереве, питается гры-
зунами); 7 - насаждения, сформи-
рованные древовидными ивами
(ивовые леса); 10 - альбиносная
форма чёрного африканского хорь-
ка (одомашнен); 12 - млекопитаю-
щее семейства куньих, свирепый
хищник (обитатель глухой тайги),
15 - насекомое отряда прямокры-
лых; 16 - глазчатая курица семейст-
ва большеногов или сорных кур;
17 - один из музыкальных звуков (VII
ступень основного диатоничес-кого
до-мажорного звукоряда); 19 - хищ-
ная птица (ведёт ночной образ жиз-
ни); 20 - птица отряда голубеобраз-
ных семейства рябковых (обитает в
широколиственных и смешанных ле-
сах, гнездо - в дупле дерева);
21 - откорм на пастбище крупного
рогатого скота, овец и лошадей;
23 - рыба, щуковидный жерех (оби-
тает в равнинном течении Сырда-
рьи); 25 - мастер своего дела;
29 - лекарственное, пищевое, деко-
ративное растение семейства жи-
молостных (плод - красная костянка
горьковатого вкуса); 31 - насекомо-
ядная мелкая птица рода славковых;
32 - название нутрии на родине (в
умеренном и субтропическом по-
ясах Южной Америки); 33 - одомаш-
ненная, декоративная форма язя
(пресноводная рыба рода ельцов);
34 - кулик средних размеров (верх
тела золотисто-бурый, передняя
часть - чёрная, по боку вдоль тела
идёт яркая белая полоса); 35 - бес-
позвоночное отряда десятиножек,
ползающее, передняя пара ног
снабжена клешнями; 36 - птица се-
мейства вьюрковых с ярко-красной
грудкой.
По вертикали:
1 - крупная окунеобразная копье-
рылая рыба с высоким и длинным
спинным плавником (достигает 3,5
метров длины и веса 100 килограм-
мов), самая быстрая в мире рыба;
2 - дерево с красновато-бурой
прочной древесиной (растёт мед-
ленно, живёт 3-4 тысячи лет);
3 - древесная птица отряда дятло-
вых (обитает в Центральной и Юж-
ной Америке, питается насекомы-
ми, которых ловит на лету); 4 - ва-
ран острова Комодо; 5 - один из му-
зыкальных звуков (I ступень основ-
ного диатонического до-мажорного
звукоряда); 6 - птица отряда гусео-
бразных с длинной тонкой шеей и
широкими длинными крыльями
(оперение белое, лапы чёрные);
8 - птица семейства врановых (го-
лова, крылья и хвост чёрные, ос-
тальное оперение тёмно-серое);
9 - ядовитая ящерица; 11 - красно-
клювый ткачик; 13 - ценный съедоб-
ный гриб семейства болетовых
(шляпка клейкая жёлто-бурая);
14 - ярко окрашенный жук, парази-
тирует на саранчовых; 18 - имя осла
из мультфильма о Вини-Пухе;
22 - птица семейства врановых
(глаза белые, оперение чёрного и
серого цветов); 24 - очень мелкая
перелётная птица (у самца голова,
горло и спина чёрные, грудь рыжая,
бока шеи и надхвостье белые);
26 - рыба с высоким телом, округ-
лой головой и высоко посаженными
глазами; 27 - рыба семейства кар-
повых, не требовательна к чистоте
воды (тело толстое, окраска сине-
зелёная с бронзовым отливом на
боках); 28 - крупная винторогая ан-
тилопа; 30 - один из самых крупных
попугаев; 32 - декоративная порода
карпов (выведана в Японии).
Полыхает осень в лесу...
Рисунок Екатерины ШАТИЛОВОЙ
с. Хорошилово Урицкого района
Орловской области
...И на берегах реки
Рисунок Натальи ФИЛИМОНОВОЙ,
ученицы 7 класса
лицея № 36 г. Калуги
Ответы на кроссворд «Осенняя корзина» в № 9-2009 г.
Ответы: 1 (синий) - синица; 1 (красный) - стог; 1 (жёлтый) - сыроежка; 2 (красный) - рябина; 2 (жёлтый) - буб-
лик; 2 (синий) - астра; 3 (красный) - жёлудь; 3 (жёлтый) - гнездо; 4 (красный) - арка.
Чем враг выше, тем он
сильнее. В этом, оче-
видно, убеждены все жи-
вотные. Поэтому хозяин территории стол-
бит свои границы, оставляя метки как
можно выше. Тем самым он предупрежда-
ет соперника, претендующего на угодья:
смотри, мол, какой я дюжий — не стоит со
мною связываться, убирайся подобру-поз-
дорову восвояси.
Меченье своего добра, в том числе и
границ земельных владений, относится к
тавить свой дух, от которо-
го лошади, например, пост-
ромки рвут, а некоторые со-
баки стараются идти между ног хозяина.
Лесоинженеру В. Скопцову с товари-
щами довелось наблюдать в вятских лесах,
как небольшой медведь подтащил к ги-
гантской пихте вывороченный пенёк и,
встав на него, вытянутыми лапами поста-
вил свою метку выше всех меток, имею-
щихся на дереве. После этого он с предо-
вольным видом, солидно пыхтя подобно
ИЗОБРЕТАТЕЛЬСТВО ЗВЕРЕЙ
инстинктивному поведению, к врождённо-
му умению, ума здесь не надо. Но и тут на-
ходятся хитрецы, норовящие оставить са-
мую высокую метку не в соответствии со
своим истинным ростом, а с помощью не-
честно придуманного ухищрения.
Самцы лисиц, волков и собак энергично
задирают у столба ногу. Чем крупнее зверь
или пёс, тем выше остаются пахучие ка-
пельки мочи. Конечно, маленьким кобе-
лишкам обидно. У одной моей знакомой
«мужчина» из племени болонок исхитрил-
ся оставлять метку мочой, не поднимая но-
гу, а... пускать струю, вставая, как акробат,
на передние лапы. Выигрыш несомненный,
пёсик меньше кошки, а отметка — как у ов-
чарки. Этому фокусу его никто не учил —
сам дошёл.
Среди диких зверей тоже находятся
изобретатели по этой части. Не раз наблю-
дали, как свежую метку лесоустроителей в
виде деревянного столбика, закопанного
на углу лесного квартала, обитающий
здесь медведь «уничтожал», выкапывая
или выдергивая его. И ведь не лень косола-
пому заниматься этим трудоёмким делом.
У медведей вместо мочевых отметок су-
ществуют «задиры». Облюбовав крупное,
приметное дерево, чаще хвойной породы,
медведи оставляют на нём свои отметины с
помощью когтей и зубов. Встают при этом
на задние лапы, чтобы устрашающий знак
оказался как можно выше. И стоит эта ве-
ковая пихта или сосна, истекая смолой, со-
чащейся от повреждений. В смоле можно
увидеть прилипшие волосы посетителей.
Иногда медведю задиров покажется ма-
ло, так он ещё и спиной потрётся, чтобы ос-
огромному старому зверю, опустился на
землю. Талантливый выдумщик на этом не
остановился: он отволок принесённый
пень, с явной целью не дать воспользовать-
ся своим изобретением ненавистным со-
перникам.
Вижу улыбки на лицах скептиков: при-
нято считать, что подобный приём исполь-
зует только обезьяна, чтобы достать подве-
шенный под потолок апельсин. Однако
способность медведей использовать дан-
ный приём иногда наблюдается и при со-
держании их в неволе.
Во время гастролей в Лондоне, медведь
известного дрессировщика В. Филатова по
кличке Аркашка ночью сумел выбраться
из клетки и отправился гулять по простор-
ному цирку в поисках выхода из помеще-
ния. Подоконник окна был высоко, и до-
браться до него четвероногому артисту не
удавалось. Тогда он в качестве подставки
подтащил большую банку с краской.
Залез на неё, но крышка не выдержала,
и он провалился по пояс, разлив белила по
полу. После этой операции бурый медведь,
превратившись в «белого» медведя, рас-
сердился и отвёл душу, принявшись всё
крушить вокруг себя.
Глазам прибывших утром служителей
представилась ужасная картина. Мало то-
го, что Аркашка изгваздал всё краской, но
и переломал уйму дорогостоящего рекви-
зита. В этих трудах артист так утомился,
что его нашли крепко спящим.
Сергей КОРЫТИН,
доктор биологических наук
г. Киров
№10
«РУСЬ! РУСЫ
ВИЖУ ТЕБЯ...*
№10
200 лет со дня рождения
великого русского писателя
И опять по обеим сторонам столбового
пути пошли вновь писать вёрсты,
станционные смотрители, колодцы, обо-
зы, серые деревни с самоварами, бабами и
бойким бородатым хозяином, бегущим из
постоялого двора с овсом в руке, пешеход
в протёртых лаптях, плетущийся за во-
семьсот вёрст, городишки, выстроенные
живьём, с деревянными лавчонками, муч-
ными бочками, лаптями, калачами и про-
чей мелюзгой, рябые шлагбаумы, чини-
мые мосты, поля неоглядные и по ту сто-
рону и по другую, помещичьи рыдваны,
солдат верхом на лошади, везущий зелё-
ный ящик с свинцовым горохом и подпи-
сью: такой-то артиллерийской батареи,
зелёные, жёлтые и свежеразрытые чёр-
ные полосы, мелькающие по степям, за-
тянутая вдали песня, сосновые верхушки в
тумане, пропадающий далече колоколь-
ный звон, вороны как мухи и горизонт без
конца... Русь! Русь! вижу тебя, из моего
чудного, прекрасного далека тебя вижу:
бедно, разбросанно и неприютно в тебе;
не развеселят, не испугают взоров дерз-
кие дива природы, венчанные дерзкими
дивами искусства, города с многооконны-
ми высокими дворцами, вросшими в утё-
сы, картинные дерева и плющи, вросшие
в домы, в шуме и в вечной пыли водопа-
дов; не опрокинется назад голова посмот-
реть на громоздящиеся без конца над нею
и в вышине каменные глыбы; не блеснут
сквозь наброшенные одна на другую тём-
ные арки, опутанные виноградными сучь-
ями. плющами и несметными миллионами
диких роз, не блеснут сквозь них вдали
вечные линии сияющих гор, несущихся в
серебряные ясные небеса. Открыто-пус-
тынно и ровно всё в тебе; как точки, как
значки, неприметно торчат среди равнин
невысокие твои города; ничто не оболь-
стит и не очарует взора. Но какая же не-
постижимая, тайная сила влечёт к тебе?
Почему слышится и раздаётся немолчно в
ушах твоя тоскливая, несущаяся по всей
Николай Васильевич
ГОГОЛЬ
1809-1852
длине и ширине твоей, от моря до моря,
песня? Что в ней, в этой песне? Что зовёт,
и рыдает, и хватает за сердце? Какие зву-
ки болезненно лобзают, и стремятся в ду-
шу, и вьются около моего сердца? Русь!
чего же ты хочешь от меня? какая непо-
стижимая связь таится между нами? Что
глядишь ты так. и зачем всё, что ни есть в
тебе, обратило на меня полные ожидания
очи?.. И ещё, полный недоумения, непо-
движно стою я, а уже главу осенило гроз-
ное облако, тяжёлое грядущими дождями,
и онемела мысль пред твоим пространст-
вом. Что пророчит сей необъятный про-
стор? Здесь ли, в тебе ли не родиться бес-
предельной мысли, когда ты сама без кон-
ца? Здесь ли не быть богатырю, когда
есть место, где развернуться и пройтись
ему? И грозно объемлет меня могучее
пространство, страшною силою отразясь
во глубине моей; неестественной властью
осветились мои очи: у! какая сверкающая,
чудная, незнакомая земле даль! Русь!..
«Мёртвые души»
Фото Александра БРОВАШОВА
мураеайьик
№10
а Среднем Дону в Пет-
ропавловке, во дворе
приютившего нас друга я
увидел гуся со странным
«украшением» клюва - в
ноздри важного вида птицы
вставлено было перо. На
вопрос - что это значит? -
хозяйка дома пояснила, что
гусь, ревниво охранявший
своё потомство, клевал гу-
сяток другого выводка. И
этим пёрышком его укроти-
ли. Пёрышко явно мешало
например, легко пикируют
на бегущую мышь, а бычок с
одним глазом чувствовал де-
фект зрения и старался кон-
фликтов не создавать. Турк-
менские пастухи, возможно,
не знают законы бинокуляр-
ного зрения, но практика
жизни, скорее всего, случай-
но подсказала им волшебное
свойство дощечки.
ного человека, на острия
рогов привинчивают шары.
За ужином в Петропав-
ловке мы, соревнуясь, стали
вспоминать приёмы, помо-
гающие людям властвовать
над животными или облег-
чающие участь их на служ-
бе у человека. Быкам встав-
ляют в ноздри металличес-
кое кольцо. Нос у быка -
место чувствительное, и,
стоит схватить за кольцо,
забияка становится «шёлко-
/Засл
fiacacaeuSaeiii...

УКРОЩЕНЬЕ ГУСЯ И ДРУГИЕ ИСТОРИИ
генеральского вида птице -
гусак потряхивал головой,
пытаясь избавиться от пе-
ра, - и воинственный пыл
его поутих. «У нас всегда
так делают», - сказала хо-
зяйка.
Я тут же вспомнил быч-
ка с дощечкой, прикрывав-
шей ему один глаз. Было
это в Туркмении. Поломав
голову - что бы всё это зна
чило? - я получил короткий
ответ пастуха: «А чтоб не
бодался». Суть этого укро-
щенья была в том, что до-
щечка лишала бычка бино-
кулярного (двумя глазами)
зренья, помогающего и жи-
вотным, и человеку доволь-
но точно определять рас-
стоянье до чего-либо. Совы,
Бодливым коровам рога
в деревнях спиливали. А в
Венгрии в степном заповед-
нике Хартобадь я увидел
нечто похожее на марсиан,
изображаемых художника-
ми. На концах огромных ро-
гов у коров красовались ша-
ры величиною почти, что с
теннисный мяч. Это было
стадо знаменитого серого
украинского скота. На та-
ких волах чумаки когда-то
возили на юг Украины соль,
а обратно с Азова - сушё-
ную рыбу. Эта порода скота
повсюду исчезла. В Харто-
бади сохраняют последнее
реликтовое стадо. Волов не
уродуют спиливанием жи-
вописных рогов. Но, чтобы
уберечь от них неосторож-
ным». А свинье, если не хо-
тят, чтобы рылом она паха
ла во дворе землю, в ноздри
вставляют и скручивают ку-
сок проволоки, а на шею,
чтобы не лезла в щели за-
бора, укрепляют за головой
деревянный треугольный
«хомут».
И ещё раз вспомним гу-
сей. Раньше, прогоняя их на
ярмарки своим ходом, на ла-
пы, чтобы не повредили но-
ги, укрепляли птицам ле-
пёшки смолы. А чтобы пле-
нённые дикие гуси не улета-
ли, маховые перья одного
из крыльев им подрезали.
Бойцовым петухам в
Индонезии на задний отрос-
ток ноги укрепляют ост-
рую, как бритва, шпору. В
Ne 10
Джакарте я видел бой пету-
хов. Вооружённая голенас-
тая птица валила противни-
ка одним сильным ударом.
Лошадь не часто теперь
в городе попадается на гла-
за. А раньше города были
заполнены конными экипа-
жами. На старых снимках
можно увидеть тёмные ко-
зырьки возле глаз лошадей.
Название им «шоры». Уп-
ряжь оснащается ими, что-
бы лишить лошадь боково-
го зрения, при котором всё
необычное её пугает, и она.
не слушаясь управленья,
могла понестись, круша всё,
что встретится.
Деревенские лошади
шор не знают. Но и в горо-
де, и в деревне - всюду ло-
шадей непременно ковали.
Эго делалось для того, что-
бы не снашивались роговые
копыта. Дикие лошади жи-
ли в степях, а на службе у
человека им приходилось
ходить и бегать по мощё-
ным дорогам - копыта быс-
тро изнашивались. При-
шлось придумывать для жи-
вотных «обувку» - подко-
вы. Когда-то их к ногам
лошадей хитроумно пристё-
гивали, а потом догадались
прикреплять к копытам
гвоздями. Процесс этот не
очень прост, от кузнеца он
требует аккуратности и
сноровки. Надо было изго-
товить подковы и «вязки-
ми» гвоздями (ухнылями)
укрепить на копытах. Не-
простая процедура молодых
лошадей пугает, но умные
животные постепенно к ней
привыкают. И всё же про-
цесс требует специального,
Этому гусю не до скандалов
ограничивающего движе-
ние лошади станка при куз-
нице, а в дорожных услови-
ях использовали так назы-
ваемую «отвлекающую
боль». В ноздри лошади
вставляли палочку-закрут-
ку - острая боль заставляла
лошадь не обращать внима-
нье на процесс укрепления
на копыто подковы.
Ноги могут страдать не
только у лошадей. Дома у
меня хранятся собачьи са-
пожки из мягкой фланели,
привезённые на память с
Аляски. Во время гонок на
собачьих упряжках при
сильном морозе у собак
между пальцами на лапах
образуется лёд. Это выво-
дит их из игры. Вот и приду-
мали для них обувку, кото-
рую меняют на отдыхе че-
рез каждые четыре часа не-
прерывного бега.
Много всего интересно-
го для управления стадом
животных придумали пасту-
хи. Чтобы лошадей и коров
легче было находить в за-
рослях, на шею им вешают
колокольца, а из Африки на
память привёз я ботало -
деревянную погремушку,
снятую с шеи верблюда А
недавно для скотины приду-
ман пастух электрический -
проволока на низких стол-
биках даёт коровам почув-
ствовать «уколы» тока, и к
ограде они даже не прибли-
жаются. Более смышлёные
бабуины в Африке, разбе-
жавшись, одним прыжком
перелетают «кусучий» про-
вод, чтобы найти что-ни-
будь около ресторана.
И совсем уж экзотика.
Для ценных курдючных
овец, хвост которых пред-
ставляет собою «склад» жи-
лен»
ра. чтобы овцам легче было
свой хвост носить, придума-
ли лёгкий двухколёсный
прицеп. Применялся он ещё
до изобретения фотогра-
фии - «прицепы» я видел
лишь на рисунках.
Кое-что интересное
можно увидеть на деревен-
Боднуть? Нет, боюсь...
ском дворе. Для кур, напри-
мер, обязательно устраива-
ют насест - специальную
лесенку из жердей. Потом-
ки лесных обитателей Ин-
дии. ночующих на деревьях,
сохранили врождённое
стремленье обезопасить се-
бя и взлетают спать на насе-
сты. Эту наследственную
привычку поддерживают
хорьки и лисы, навещаю-
щие курятники. Кое-где ку-
ры предпочитают даже зи-
мой ночевать не под кры-
шей, а на деревьях. Такую
картину наблюдал я в де-
ревне Зелёный Гай в Кур-
ской области.
Переселяясь в города,
люди стали увлекаться со-
баками. кошками, хомячка-
ми и попугаями, но это
лишь малая компенсация за
потерянный мир животных
в деревне и рядом с ней - в
дикой природе. Но и в горо-
де много любопытного
можно заметить. Собаке,
например, дают для забавы
кость из пластика, кошка с
горящими глазами наблю-
дает за птицами в телевизо-
ре. Выведены породы жи-
вотных. которые уже не мо-
гут выжить в дикой приро-
де. Даже на маленькую
прогулку около дома прихо-
дится их утеплять - мы ви-
дим собак в жилетках и
кофтах, а котов я несколько
раз видел в мягких сапож-
ках. Собаке же, обликом
недалеко ушедшей от пред-
ка своего волка, умный хо-
зяин непременно наденет
намордник - даже прове-
ренный пёс при особых ка-
ких-нибудь обстоятельствах
может показать зубы и ес-
ли даже и не укусит, может
проходящего напугать. Че-
ловек с собакой в наморд-
нике всегда вызывает ува-
жение.
Зная характер живот-
ных. человек даже диких
приспособил для службы. В
Венгрии на одном из озёр я
видел старика, ловившего
рыбу с помощью карморана
(так в Венгрии зовут бакла-
нов). Карморан - непре-
взойдённый умелец-рыбак.
Старик своего карморана в
лодке держал на верёвочке.
Поймав рыбу, птица не мог-
ла её проглотить из-за того,
что на шее было кожаное
кольцо. Старик брал улов, и
карморан снова нырял.
Птица знала: за работу она
тут же, в лодке, получит за-
конное и обильное угоще-
нье.
Ловчим птицам - охот-
никам за лисами и зайцами
на голову одевают клобук,
чтобы до времени они не
срывались с руки. Только в
нужный момент кожаный
колпачок с головы орла бы-
стро снимают, и птица в
считанные секунды насти-
гает добычу.
И нечто совсем необыч-
ное наблюдал я лет сорок
назад в Ленинградской об-
ласти. Лесник, к которому
приехал по делам службы
решил угостить меня све-
жей рыбой. «Готовь сково-
родку, - сказал он жене, - а
мы пойдём к пруду». Такая
уверенность в успехе ры-
балки меня несколько уди-
вила. Но из сеней лесник
вынес клетку с каким-то
зверем. Была это выращен-
ная в неволе выдра. Как ни
какие другие животные, вы-
дра хорошо приручается и
привязывается к человеку.
За двором у небольшого
пруда, служившего рыбным
садком, выдру мы выпусти
ли, и минут за десять-пят-
надцать зверь натаскал из
воды нам целую кучу кара-
сей и щурят. Получив свою
долю, уже удовольствия ра-
ди, зверь порезвился в воде,
потом послушно поскрёбся
в дом, где получил ещё пару
кусочков сахара, и пошёл
дремать в свою клетку.
Вот такие воспоминанья
пробудил гусь с пером в
клюве.
Василий ПЕСКОВ
Фото автора
Ns 10
3 октября исполнилось 195 лет со дня рождения М. Ю. Лермонтова
Золотая осень в Тарханах
Zj ва года назад ехали мы на машине с Ва-
о-и силием Михайловичем Песковым по
среднерусской равнине и нет-нет да и повто-
ряли с наслаждением лермонтовскую строку:
«Прекрасны вы, поля земли родной...»
Наш путь лежал в Тарханы.
Директор музея-заповедни-
ка Тамара Михайловна
Мельникова была рада
встрече: «Не так часто гово-
рят и пишут о том, какое
важное значение имела при-
рода в жизни и творчестве
Михаила Юрьевича Лер-
монтова. Он находился под
сильным обаянием природы
именно потому, что она с
детства была частью его
жизни».
Да, в Тарханах с первых
же минут остро чувствуешь,
что здесь — край детства и
Портрет М. Ю. Лермонтова работы
Ф. О. Будкина
колыбель творческих вдохновений поэта.
Здесь он прожил половину своей короткой
жизни, сюда стремился и в счастливый, и в
трудный час, вспоминал «и отца, и дом род-
ной, и высокие качели, и пруд, обсаженный
вётлами... всё, всё». И чем
больше ходишь с трепетом в
душе по этой земле, смот-
ришь на любимые места по-
эта, тем больше соглашаешь-
ся с П. Висковатовым, пер-
вым биографом Лермонтова,
в своё время заметившим:
«Детская душа — как душа
младенствующих народов,
тесно примыкает к природе
и, сама уходя в неё, в то же
время привлекает её к себе,
олицетворяет, индивидуали-
зирует. Поэтому-то в памя-
ти особенно даровитых лю-
дей на всю жизнь сохраня-
№70
Комната М. Ю- Лермонтова.
Личные вещи поэта:
печатка, дорожная шкатулка
про купца Калашникова», и
«Родина»... На тарханском
материале создавались драмы
«Люди и страсти», «Стран-
ный человек», автобиографи-
ческая повесть «Я хочу рас-
сказать вам...», роман «Ва-
дим». Здесь летом 1828 года
написана поэма «Черкесы», а
зимой 1836 года создавалась
драма «Два брата», поэма
«Сашка», стихотворение
«Умирающий гладиатор».
Ещё раз отмечаешь яро себя, что как же
это мало — просто «проходить» творчество
гениального поэта в школе или даже в уни-
верситете! Надо сказать, сегодня в Тарханах
ведётся активная издательская деятель-
ются поразившие их фантазию картины при-
роды. Только позднее ум начинает интересо-
ваться человеком, и мы увидим, как Лер-
монтов... долго сохраняет интерес к звёз-
дам, тучам, в особенности ко всем величест-
венным, мрачным или приветным явлениям
природы и через них знакомит нас с состоя-
нием души своей».
И недаром, наверное, на экскурсии
здесь видишь так много детей...
Как отмечают научные сотрудники му-
зея, в Тарханах истоки многих лермонтов-
ских шедевров: это и «Бородино», и «Песня
ность, умело раскрывающая неисчерпаемое
богатство лермонтовского творческого на-
следия. Хорошо, что мы были на машине —
иначе всей подаренной печатной продукции
нам было бы не унести. И теперь, в редкую
свободную минуту, так отрадно душе прочи-
тать из статьи той же Т. М. Мельниковой
как раз по теме, близкой журналу «Мура-
№10
вейник»: «Лермонтовские
герои, во многом автобио-
графичные, находятся в род-
стве с природой, ищут от-
дохновения в общении с ней.
Положительный герой у
Лермонтова — это человек,
выросший на лоне природы:
Блажен, кто вырос в сумраке лесов,
Как тополь дик и свеж в тени зелёной
Играющих и шепчущих листов...
Лермонтов одушевляет
природу, воспринимает её как
нечто живое, способное к со-
чувствию, успокоению изму-
«Аллея тёмная» в парке усадьбы
ченного человека. В зрелой поэзии Лермон-
това пейзажные описания конкретны, точны
и философичны одновременно. В них заложе-
ны удивительно глубокие наблюдения».
Эти наблюдения начинались и вот тут, у
барского пруда. Однажды весной, ещё при
Мишеньке Лермонтове, на
берегу пророс ивовый пле-
тень — и теперь здесь растут
красивые вербы. Или, ска-
жем, траншея — место дет-
ских игр. Чадолюбивой ба-
бушкой Е. А. Арсеньевой
внуку специально была сши-
та военная форма. Дворовые
мальчишки в потешном бою
неизменно терпели пораже-
ние от смелого и напористого
барчука, он захватывал и
траншею, и саму земляную
крепость. А бабушке было
удобно наблюдать из окна господского дома
за подвигами Мишеньки...
Надо сказать, что первоначальные рат-
ные навыки со временем переросли в отмен-
ную храбрость и воинское мастерство уже в
подлинных сражениях на Кавказе. Он все-
Место потешных боёв Миши Лермонтова
№10
гда был первым в бою! Офи-
цера Лермонтова очень лю-
били его подчинённые. Он
формировал из самых смелых, стойких и на-
ходчивых солдат особое подразделение — и
вылазки отряда Лермонтова отличались бес-
примерной отвагой и дерзостью. Выражаясь
своих рисунках Михаилу
Лермонтову. И, конечно,
подолгу стоишь у старых
лип в парке и у клёнов перед домом, которые
помнят нашего самого молодого гения-поэта.
Успеть столько сделать в свои неполные
двадцать семь!..
Сегодня к Лермонтову приходит много детей
современным языком, гениальный поэт был
ещё и нашим первым спецназовцем...
С особым чувством смотришь на под-
линные вещи поэта, на его прижизненные
портреты, на его собственные рисунки. Осо-
бенно рисунки лошадей, которых Лермонтов
очень любил. И тогда, и сейчас признанные
специалисты отмечают, что редко кому уда-
ётся так точно и выразительно изобразить
движение лошади, как это удалось сделать в
Михаилу Лермонтову исполнилось нын-
че 195 лет со дня рождения. Журналу «Му-
равейник» — 15 лет. Пусть же нам вместе с
нашими верными читателями-подписчиками
посчастливится «округлить» эти даты и че-
рез пять лет радостно встретить 200-летний
лермонтовский юбилей и 20-летие любимого
журнала!
Николай СТАРЧЕНКО
Пензенская область - Москва
С-
Ns 10
Незабываемые годы ра-
боты старателем, нема-
ло намыл я золота для
страны на реке Адыче, что на севере
Якутии, случались со мной всякие инте
ресные случаи в тайге... Однажды в сере-
дине августа ко мне в избу забежал зве-
рёк, чем-то похожий на белку по цвету
шкурки, но это явно была не белка.
Красно-бурый цвет шкурки на первый
крыв ротик. Вот это да -
настоящая змеиная пасть!
На несколько секунд он за-
мер и вдруг стремглав бросился в угол и
исчез, но опять так же, как стрела, по-
явился на блестящей половице, понюхал
щель и кинулся в сторону двери. Прыг-
нул на стену, пробежал по притолоке и
спрыгнул на пол, видимо, он искал вы-
ход. Я встал и открыл дверь в сени. Зве-
НЕЗВАНЫЙ ГОСТЬ
взгляд был сродни белке,
но всем остальным гость
мой никак не походил на
неё. Выло забавно смот-
реть на маленького бесён-
ка с глазками, как два
крохотных рубина. Он ме-
тался по комнате, как уго-
релый, не особенно стре-
мясь куда-то спрятаться.
Вдруг останавливался, ог-
лядывался и опять начи-
нал новый забег, будто
старался быстрее ознако-
миться с необычной обста-
новкой. И никуда не убе-
гал.
Я прекратил читать и,
не двигаясь, стал наблю-
дать за зверьком, боясь по-
шевелиться, чтобы не
спугнуть его. Мне было
интересно, что он будет де-
лать дальше? Вот он за-
брался на подоконник и
ловко бегал вдоль и попе-
рёк рамы окна. Прыгал и
прятался по разным уг-
лам, возвращался на сере-
дину комнаты, где полови-
цы пола блестели, озарён-
ные утренними лучами
солнца. Набегавшись с
полчаса, он остановился в
лучах солнца, присев на
задние ножки. Потом, за-
жмурившись, зевнул, от-
№10
рёк моментально скользнул в открытую
дверь и исчез.
В начале сентября серое полотно неба
ещё больше потемнело и казалось, что
совсем накрыло своим грязным покрыва-
лом долину Адычи. Ленивые капли дож-
дя сменились лохмотьями безветренного
снегопада. Снег падал не спеша, будто не-
хотя, но через два часа земля посветлела
от белизны снежного ковра. Снег и рань-
ше выпадал, но он тут же таял, оставляя
слякоть и бриллиантовую россыпь на по-
жухлой траве. Сейчас же всё было белым-
бело, а с неба всё так же весь день опуска-
лись крупные, пушистые хлопья снега
парашютиком, покачиваясь в разные сто-
№70
роны. Но надо подумать и о еде. Из остав-
ленного мне сухого молока я стал гото-
вить лепёшки прямо на чугунном полот-
не печки-буржуйки. Лепёшки быстро
пригорали, покрываясь ржавой короч-
кой, не успев пропечься. Совком я их пе-
реворачивал, и тут же снимал с жара. Я
их готовил для приманки на куропаток.
На следующий день снегопад прекра-
тился, с запада на горизонте появилась
полоса небесной голубизны. Это давало
надежду, что день распогодится, будет
ясно, тем более, что немного похолодало.
На уличном термометре было десять гра-
дусов мороза. Обычно в это время бывает
и похолоднее. Часть готовых лепёшек я
раскрошил и рассыпал перед избой на чи-
стом снегу. Не прошло и полчаса, как я
услышал крик куропача. Он кричал,
взмахивал чёрными кончиками крыльев,
и налитые красные пятнышки на голове
горели, как лампочки. Тут же послыша-
лись клохтанья куропаток. С десяток бе-
лых птиц принялись клевать ржавые
крошки лепёшек, глотая, вытягивая
шейки, закрывая глаза. Я открыл фор-
точку и выстрелил.
Потом вышел из дома, чтобы собрать
убитую птицу. И что я увидел? К куропат-
ке, что ещё шевелилась, готовая встать,
подкрадывался серый зверёк, похожий на
того самого, с которым я встречался в ав-
густе. Он опередил меня, подхватив трепе-
щущую птицу за шею, поволок, не обра-
щая на меня внимания. Вот чертёнок! Я не
стал его преследовать. Даже при отсутст-
вии какого бы то ни было питания, добы-
тых куропаток мне хватит дня на три. Вся
беда в том, что у меня не было ничего, кро-
ме четверти банки сухого молока. Стара-
тели, уходя, все остатки продуктов забра-
ли с собой, в надежде, что за мной всё же
прилетит вертолёт, как наладится погода.
А пока перевал Черского закрыт облака-
ми, вертолёта не будет.
Где-то в конце октября, когда уже зима
вступила в свои права (морозы стукнули за
тридцать градусов и снегом завалило зава-
линку избы), я, чтобы размяться и для по-
рядка пошёл чистить в солнечный день
площадку перед избой, тропинки до кухни
и вокруг лабаза. Когда пробивался к лаба-
зу, вдруг что-то белое мелькнуло перед
глазами и стремглав метнулось вверх по
козлам лабаза. Поднявшись по лестнице,
сняв засов, я открыл дверцу нашего продо-
вольственного тайника. И что я увидел?
Это тот же мой знакомый зверёк, только
белый. О, Господи, да это же горностай!
№10
Он смотрел на меня и
тихо пофыркивал, подобно
сердитому котёнку. На ме-
ня смотрел красавец. Я любовался им.
Только теперь я понял, что и в августе, и в
сентябре ко мне прибегал этот зверёк в лет-
нем своём наряде, в той красно-бурой
одёжке. Он юркнул куда-то и исчез, как
привидение. Где он нашёл щель? Как он
проник в наше хранилище? Лабаз был сде-
лан на совесть, добротно. Это был отлич-
ный короб из пищевой оцинкованной жес-
ти размером с кубический метр. Мы обло-
жили его рубероидом, обмазали соляркой
и обшили досками (запах солярки и рубе-
роида дикое зверьё не переносит). Лабаз
поставили на двухметровые козлы, обере-
гая от росомахи и медведя, но вот от такого
«друга», значит, не смогли уберечь...
По прошествии нескольких дней при-
летел вертолёт МИ-4. Наконец-то! При-
был сам директор прииска Подколзин.
Он приветствовал меня, как потерявше-
гося, но вот нашедшегося родного сына,
поставил на стол корзину, заполненную
снедью. Окончив весёлую трапезу, стали
собираться. Мы с директором в спецмеш-
ках уложили золото в кассеты, опечатали
их и перетащили в вертолёт. Собрали
книги, постельное бельё, оружие, бое-
припасы... Вертолёт, набрав высоту, по-
шёл прямым курсом на прииск «Развед-
чик». Моё одиночество кончилось, в ка-
кой-то степени его скрасил горностай...
Но следующая встреча с этим зверь-
ком не только разочаровала, но повергла
просто в шок. На следующий год, в нача-
ле июля, когда появились зелёные луго-
вины и тайга радовалась новой жизни, а
синий снег лежал только белыми остров-
ками на укосинах, куда не дотягивались
тёплые лучи солнца, мы с товарищами
спустились в долину Адычи. Подходя
уже к реке, вдруг услышали сдавленный
странный звук и увидели, как по галеч-
ной отмели противоположного берега не-
сётся обезумевший лось, издавая необыч-
но страшный трубный рёв, с каким-то
ему не характерным визгом в голосе. Ка-
кой ужас его обуял? Преодолев на наших
глазах стометровку, сохатый в бешенстве
взвился на дыбы и тут же,
грохнувшись с высоты,
встал, как вкопанный,
упершись передними копытами, бычась
и упираясь огромными рогами в землю, а
всем телом подаваясь назад. Было непо-
нятно, в чём дело? Вдруг он затрясся мел-
кой дрожью и рухнул на землю, продол-
жая в конвульсиях брыкать ногами в воз-
духе. Агония продолжалась недолго,
лось затих. Мы настолько были потрясе-
ны увиденным, что, не соображая и не ду-
мая ни о чём, бросились к сохатому. По
пояс в воде, преодолевая холодный поток
Адычи, выбрались на противоположный
берег и подбежали к зверю. И что же?
Приблизившись к мёртвому великану,
мы увидели, что из уха этого подкошен-
ного красавца тайги выползал гусеницей
весь в сгустках крови... горностай! Было
одно желание - прибить мерзавца! Что
мы и сделали. А потом стояли обескура-
женные, очевидцы такой страшной смер-
ти, и боль давила комом в горле. Сохатый
погиб не в равном бою с однородцем или
медведем, а повержен этим внешне обая-
тельным крохотулькой-убийцей.
- Он сонному лосю заползает в ухо и
начинает грызть череп, добираясь до моз-
гов. Этот зверюга любит мозги жрать. Вот
и погибает сохатый такой дикой смер-
тью. Ужас и пакость! - пояснил товарищ,
лучше меня знающий тайгу и повадки
зверей.
Пришлось звать старателей, чтобы
разделать тушу лося - не пропадать же
добру. Когда мы вернулись через некото-
рое время, то вздрогнули от омерзения и
брезгливости. Тут уже вовсю хозяйнича-
ла целая стая маленьких проворных гор-
ностаев, перепачканных кровью...
Долго потом на душе было нехорошо.
Этим рассказом я не хочу, конечно, ут-
верждать, что горностаям сплошь и ря-
дом удаётся заваливать лосей. Я просто
решил поведать читателям о конкретном
случае, которому был свидетелем.
Михаил КАЛИНИН
пос. Усть-Нера
Республика Саха (Якутия)
Фото Сергея ТИШКЕВИЧА
№10
СЛУЧАЙ на РЕКЕ
В последние годы Михалыч пристрас-
тился к рыбалке, а до этого был заядлым
грибником. «Худо с ногами стало, — пожало-
вался он как-то раз мне при встрече. - Когда
дорога была плохая и ходил по колено в гря-
зи - ноги были здоровыми, теперь дорогу
сделали, зато ноги перестали слушаться».
Действительно, дорога в деревню, с ха-
рактерным названием Сеглино, когда-то бы-
ла прямо-таки ужасающей. Проехать до неё
от железнодорожного полустанка, располо-
женного в 12 верстах, можно было только на
тракторе. Для этого нужно было заплатить
трактористу ровно один рубль и провести в
прицепной тележке с риторической надпи-
сью на бортах «Не пей, Иванушка! - Не буду,
Алёнушка!» около часа времени нелёгкого
пути, сидя в неудобной позе на пуке сена.
Из-под больших колёс «Беларуси» на пасса-
жиров, среди которых добрую половину все-
гда составляли приезжие рыбаки или охот-
ники, летели комья грязи, но недовольных
среди них никогда не бывало. Да это и было
понятно: какое там недовольство, когда мно-
гие из них из года в год месили эту дорож-
ную хлябь с тяжёлыми рюкзаками за спи-
ной, пробираясь к заветным угодьям. (По
иронии, недовольные стали появляться поз-
же, когда до деревни проло-
жили добротную, отсыпан-
ную гравием шоссейку, и по
ней стал ходить небольшой
рейсовый автобус. Вот тогда
среди местного люда то и де-
ло стали возникать склоки
из-за того, где кому лучше
сидеть.)
О том, какой Михалыч
был заядлый грибник, в де-
ревне ходили легенды. В лет-
нюю пору полевой работы в
деревне всегда было невпро-
ворот и вся она приходилась
как раз на утренние, самые
любимые грибниками часы,
когда, кажется, сам запах по-
могает отыскивать скольз-
ких от росы боровиков среди
проплешин вереска. Миха-
лыч дожидался ночной поры,
когда спадёт дневной зной, и
на небосклоне взойдёт по-
летнему громадная луна.
Поначалу, когда она только-только выхо-
дит из-за горизонта, светит тусклым красным
светом, но по мере того, как всё выше и выше
поднимается на небесном своде, она как будто
сжимается в размере и всё больше и больше
наливается белым светом. Тогда он вешал за
плечи плетёный из лыка кузовок и торопли-
во, стараясь не попадаться на глаза любопыт-
ным сельчанам, направлялся в знакомый ему
с детских лет соседний бор. Он, не останавли-
ваясь, проходил по еле приметной в лунном
свете тропинке через перелески, где среди вы-
сокой осоки прятали от летнего зноя свои уп-
ругие шляпки толстоногие красноголовики,
нырял в затянутые ночной туманной пеленой
низины, где скрывались сыроежки и гладуш-
ки, и заходил в тёмный бор, ещё хранящий
тепло августовского дня. Разглядеть в пятнах
лунного света среди молодой поросли тёмно-
коричневую шляпку столь желанного для
каждого грибника белого гриба было практи-
чески невозможно, но Михалыч уверенно
шёл к заветной, известной только одному ему
вересковой поляне. Там он снимал кузов,
опускался на колени, и, стоя на коленях, на-
чинал шарить руками среди пересохшего за
лето мха, отыскивая на ощупь затвердевшие
от ночной прохлады шляпки боровиков. Это
был его «грибной огород». Молочный лунный
свет, разливавшийся по поляне, помогал ему
ориентироваться среди вересковой поросли.
Ns 10
К рассвету он набирал почти
целый кузов одних белых и
торопливо возвращался до-
мой — нужно было успеть подоить корову и
выгнать её в стадо.
Но времена изменились, вместе с новой
дорогой в деревню пришли лесозаготовители
и в течение одного года снесли вековые сосны
и растоптали его грибной огород. После этого
Михалыч и переключился целиком на рыб-
ный лов. Однако он всё также не изменял сво-
ей давней привычке выходить на промысел в
любимое для него ночное время. Но здесь он
не был одиноким в своих пристрастиях: ни
для кого не секрет, что деревенские мужики,
по крайней мере те, у кого были лодки, добы-
вали по осени рыбу хорошо известным им с
древних времён способом - лучением. Холод-
ными осенними ночами, когда вода в реке
очистится от летней мути и станет совершен-
но прозрачной, они снаряжали на носах сво-
их челноков примитивные фонари: кто из
просмоленных еловых чурок, уложенных в
металлические корзины, кто более современ-
ные - карбидные фонари, вооружались остро-
гами и выплывали на лучение рыбы. Несмот-
ря на существующие запреты, во все времена,
сколько я себя помню, на реке можно было
увидеть осенними чёрными ночами яркие та-
инственные огни лучильщиков.
В ту ночь погода стояла тихая, и поэтому
старый рыбак быстро снарядился, заправил
карбидом фонарь и выплыл на лёгком челне,
вооружившись одним веслом и острогой. Ост-
рога была широкой, зубцы с остро заточенны-
ми жалами были надёжно приварены к попе-
речной металлической планке, которая наса-
живалась на длинное отполированное от дол-
гого употребления рыбацкими ладонями
древко. Сидя на перекладине в узкой корме
челнока, он уверенно вывел лодку на быстри-
ну и спустился вниз по течению к тому месту,
где была у него давно примечена широкая пе-
счаная отмель - излюбленное место для луче-
ния рыбы. Поставив лодку навстречу тече-
нию, он перебрался в её нос, и, слегка под-
правляя веслом, заставил её плавно двигать-
ся недалеко от берега реки, над отмелью.
Фонарь светил ярко. Перевесившись через
борт, он всматривался сквозь прозрачные
струи воды в освещаемое фонарём жёлтое пят-
но песчаного дна, стараясь разглядеть среди
шевелящихся прядей водорослей задремав-
шую рыбу. Несмотря на прозрачность воды,
сделать это было совсем не просто, и, как все-
гда поначалу, вообще нельзя
было ничего толком разли-
чить. Но вот постепенно глаза
привыкали, и в поле его зрения стали вырисо-
вываться силуэты рыб. Судя по всему, свет фо-
наря они воспринимали как внезапную смену
дня и ночи и от этого впадали в оцепенение.
Одна из них показалась ему довольно круп-
ной. По размерам и толщине хребта это был го-
лавль. Он слегка шевелил красными плавни-
ками, поддерживая своё брусковатое тело в не-
изменном положении, развернувшись головой
навстречу течению. Михалыч опустил весло и
слегка притормозил лодку. Это тоже опреде-
лённое искусство — поддерживать лёгкий ос-
троносый чёлн на плаву - нужно очень хорошо
чувствовать лодку и уметь управлять единст-
венным веслом. Он погрузил острогу в воду и
тихо подвел её к насторожившейся рыбе. Сде-
лав резкое движение древком, он почувство-
вал, как острога прошла сквозь тело рыбы, и
прижал её к песчаному, сразу же замутивше-
муся дну реки. Вытащив острогу вместе с бью-
щейся рыбой из воды, он как всегда поразился
тому, насколько она была больше в размерах
по сравнению с тем, когда он разглядывал её в
воде. От волнения он ощущал сильную дрожь
в руках. «Как будто кур воровал!» — посмеялся
над собой довольный добычей старый рыбак.
Осторожно, чтобы не пораниться самому об ос-
трогу, он снял с неё рыбу и кинул на днище
лодки. Она тут же запрыгала на досках, норо-
вя выпрыгнуть в реку.
Немного успокоившись, он вновь дви-
нулся вверх по течению. Нельзя сказать, что
добыча давалась
ему без особого труда, надо было хорошо
знать места на реке, где её можно было взять
острогой, поэтому этот рыбный промысел
всегда был уделом местных жителей, с дет-
ства знавших все изгибы реки и особенности
дна. Иногда рыба успевала ускользнуть из-
под разящих жал остроги, иногда она прон-
зала вместо рыбы похожую на неё корягу,
которую потом стоило немалых трудов вы-
свободить из зубцов. Хуже всего было, когда
по неосторожности он ударял острогой вмес-
те с рыбой в камень, лежащий на дне реки,
при этом зубцы сильно гнулись или даже об-
ламывались.
(Продолжение следует)
Вячеслав КРЫЛОВ
Тверская область
Фото Рудольфа РЯЗАНОВА
«г «С-
№ 10
Индексы: 73233, 48558 (годовой)