/
Текст
В.Б. Перхавко ИСТОРИЯ РУССКФГО КУПЕЧЕСТВА
ББК П26 бЗ.З(2)5 П26 Перхавко В.Б. История русского купечества/ В.Б. Перхавко. - М.: Вече, 2008. - 512 с.: ил. ІЅВЫ 978-5-9533-2205 -8 Что знаем мы о русских купцах? Увы, немного; в литературе и искусстве бытует образ бесшабашного ухаря и гуляки, чей девиз: « на- живем - проживеміэ Но кто же тогда поднимал экономику Руси - России после разорительных войн и смут? Кто сделал страну мощным экспортером мехов и хлеба, оружия и самоцветов? В книге Валерия Перхавко летопись жизни и дел торгового сословия неотделима от ис- тории государства Российского. Воины-торговцы дружинной, былин- ной Руси; великие путешественники, сходившиео в Святую землю и в чудесную Индию; столпы старообрядчества, мученики, отдавшие жизнь за свою веру; Ь- это ведь тоже были люди «купеческого чины! А что касается колоритного бытописательства, то автор отдал дань и ему: читатель найдет в книге немало сцен, которые не дадут скучать. . . ББК 63.3(2)5 ІЅВН 978-5-9533-2205-8 © В.Б. Перхавко, 2008 © ООО «Издательский дом «Вече» , 2008
По общим правилам купечество есть орудие коммерции. Оно составляет благополучие общества не потому только, что прибыль казне пошлинами приносит, но потому более, что сей класс ободряет земледельство, служит к обога- щению общественному и в политических делах бывает иногда великою подпорою государствам... МД. Чулков. Историческое описание российской коммерции ( СПб., 1 781. Т. 1. Кн. 1 ) ВВЕДЕНИЕ Лет десять с лишним назад одна из текстильных фабрик Тверской области, рекламируя свою продукцию, зазывала: «Вы еще не бывали на древней Тверской земле, родине первого русского купца Афанасия Никитина? Тогда спешите! ›› Конечно же уроженца Твери, совершившего в 1468-147 4 гг. беспример- ное путешествие за три моря, нельзя назвать первым на Руси коммерсантом. В действительности истоки российского купече- ства уходят в далекие ІХ--Х столетия и связаны главным обра- зом с международной торговлей. На протяжении последующих эпох медленно и постепенно разворачивался процесс форми- рования купеческого сословия в нашей стране, завершивший- ся лишь в Х\/'ІІІ в. Гильдейское купечество Нового времени наряду с традиционным торговым бизнесом активно подклю- чилось к промышленному предпринимательству и отчасти к банковской сфере, проявило себя и на ниве благотворительно- сти, меценатства, коллекционирования. Но звание купца пос- ле буржуазных реформ 1860-1870 -х гг. не давало его облада- телю ощутимых преимуществ, как прежде, его сыновья и вну- ки нередко не жаждали заниматься потомственным семейным делом, и к началу ХХ в. уже явственно ощущалось размывание и деформирование купеческого сословия России, растворявше- гося в классе торгово-промышленной и финансовой буржуазии. Последнюю точку в его истории поставили большевики, отме- нившие в конце 1917 г. все чины, звания и сословия. 3
<*@°%*°<*%®%*›*0®%°%®®%®% Что же вкладывает автор книги в понятия «купец» , «купе- чество» . Естественно, их нельзя распространять буквально на всех людей, причастных к рыночным операциям, в частности: на мелких товаропроизводителей - городских и сельских ре- месленников, продававших свою продукцию и закупавших сырье; на представителей белого и черного духовенства, пуш- карей, стрельцов и прочих служилых людей, участвовавших в товарном обмене; наконец, на управляющих феодальными вот- чинами и поместьями, а также крестьян, сбывавших в близле- жащем городе продукты своего хозяйства и промыслов и на часть из вырученных денег приобретавших для личного потребления ремесленные изделия, соль, пряности и т.д . Ведь перечислен- ные выше категории населения старой России относились к иным сословным группам, а участие в торговле не являлось для них основным занятием. При этом они могли, расставшись с прежним образом жизни либо выйдя из прежнего сословия, влиться в купеческую среду, отличавшуюся социально-профес- сиональной мобильностью и подвижностью границ. И хотя в период с конца ХУ по начало Х\/`ІІІ в. купцами в законодатель- ных и актовых документах обычно именовались просто любые покупатели чего-либо, под термином «купец» в данной книге подразумевается прежде всего профессиональный торговец, занимающийся закупкой, доставкой, перепродажей партий товаров и принадлежащий к купеческому сословию. Именно в таком значении употребляется слово <« купец» буквально во всех разновидностях древнерусских источников ХІ - середины Х\/` в., а также в летописях, хожениях, исторических повес- тях, агиографической и художественной литературе конца Х\/-Х\/'ІІ 'вв. Сложность заключается в том, что процесс юри- дического обособления этого сословия в России завершился лишь в ХХ/'ІІІ столетии, с оформлением гильдейского купече- ства. В более раннюю эпоху к купцам, несомненно, принадле- жали гости, сурожане, суконники, большинство членов Гости- ной и Суконной сотен, прасолы, барышники, житопродавцы, ко- рыстнь1е купчины, купецкие и торговые люди, фигурировавшие под такими названиями в письменных источниках. Итак, ку- печество - это исторически сложившаяся профессионально- социальная группа, отличавшаяся от других социумов россий- ского общества по роду занятий и общественному статусу. 4
*@®%*<>€%°%°<=ї@Ё®%®%®%® Историографический экскурс Изучение истории купечества и торговли началось в Рос- сии с ХУІІІ в. Первый, пожалуй, труд на эту тему под назва- нием «Описание о торгах сибирских» опубликовал в 17 55 г. Г.Ф . Миллер. Немало внимания уделил купечеству в своем 7-томном труде «Историческое описание российской коммер- ции» , вышедшем в Петербурге в 1 '781-17 88 гг. , М.Д . Чулков, сам, кстати, ставший купеческим зятем, а также купец, по про- исхождению, И.И . Голиков в «Истории Петра Великого» . Де- ятельность торговых людей Архангельска и Холмогор обрисо- вана в историко-краеведческих сочинениях В.В. Крестинина, напечатанных в начале 1 790-х гг. В 1827 г. вышла работа И.В. Болтина «Рассуждение о про- исхождении купеческого состояния в России: о переменах в оном со времени императора Петра І и о правах и повинностях онаго ныне»; само название, казалось бы, исчерпывающим образом характеризует ее содержание. Но автор этого магистерского сочинения даже не попытался ответить на воп- рос об истоках и источниках формирования русского купече- ства. Согласно ошибочным представлениям Л.О. Плошинско- го, обнародованным в книге «Городское или среднее состояние русского народа в его историческом развитии, от начала Руси до новейших времен» (СПб., 1852), купечество Московии до 1497 г. включало, помимо гостей, еще три разряда купцов: су- конников, сурожан и «купчих людей, занимавших последнюю степень между торговыми людьми» . Сурожане, чье наимено- вание Плошинский производил от. Сурожского моря, почему- то никак не ассоциировались им с гостями. На протяжении второй половины ХІХ - начала ХХ в. по- явилось гораздо больше работ по истории торгово-предприни- мательского дела. Укажу лишь наиболее примечательные из них: Н.Я. Аристов «Промышленность Древней Руси» (1866), Н.И. Костомаров «Очерк торговли Московского государства в ХУІ и Х\7ІІ столетиях» (2-е издание, 1889), П.П. Мельгунов «Очерки по истории русской торговли ІХ-Х\/'ІІІ вв. » (1905), М.В. Довнар-Запольский «Торговля и промышленность Моск- вы Х\їІ-Х\/'ІІ вв. ›› (1910), В.А. Бутенко «Краткий очерк исто- 5
9? @°%*°<%°%®°€%<>%@° рии русской торговли в связи с историей промышленности» (191 1), И.М . Кулишер «История русской торговли» (1923). В трудах М.Н . Бережкова («О торговле Руси с Ганзой до конца ХУ в. » . СПб., 1879), А.И. Никитского («Очерк экономическо- го быта Великого Новгорода» . М. , 1893) рассмотрена новгород- ская торговля с ганзейскими городами. И хотя в названиях пе- речисленных книг нет слова «купечество» и его всестороннее изучение не ставилось в качестве основной задачи, их авто- ры привлекли значительный круг письменных источников. Они не могли, однако, использовать археологические, нумиз- матические и сфрагистические данные. Купцами-мемуариста- ми и историками были предприняты первые попытки созда- ния купеческих родословныхї. Официально-парадный харак- тер имеет «История Московского купеческого общества» в пяти томах, изданная под редакцией В.Н . Сторожева в 1 913-19 16 гг. Лишь с историографии советского периода началось целе- направленное научное изучение привилегированного купече- ства ХІУ-Х`\ї вв. Оно получило значительный импульс после выхода обстоятельной монографии В.Е . Сыроечковского «Гос- ти-сурожане» (1935) и книг М.Н. Тихомирова о средневековой Москве. Огромное количество новых источников (в том числе неопубликованных) о торговых людях русского Средневековья обобщено в трудах крупного историка С.В . Бахрушина, пред- ставителя известной московской купеческой семьи. Н.А. Бак- ланова охарактеризовала торгово-промышленную деятель- ность Калмыковых в ХУІІ столетии. В результате многолетних исследований А.А . Введенский опубликовал в 1962 г. книгу о знаменитой предпринимательской династии Строгановых. Ра- боты А.А . Преображенского посвящены самосознанию и соци- альной психологии русского купечества Х\/`ІІ в., В.А. Варен- цова - новгородскому купечеству ХУІ-ХУІІ вв. , А.В . Демки- на - торговым иноземцам ХУІІ в., А.И. Аксенова - купе- ческой генеалогии Х\/'ІІІ столетия. Верхушка российского купечества детально охарактеризована в капитальной моно- графии Н.Б . Голиковой « Привилегированные купеческие кор- порации России Х\/'І - первой четверти ХУІІІ в. » (1998). В кни- ге Н.В . Козловой (1999) проанализирована политика российс- кого абсолютизма по отношению к купечеству с 20-х - по на- чало б0-х гг. ХУІІІ столетия. Торгово-промышленной буржу- 6
азии предреволюционной России посвящены монографии А.Н. Боханова, В.Я. Лаверычева, М.К . Шацилло. Исполь- зовав возможности компьютерной обработки материалов, Ю.М . Гончаров исследовал купеческие семьи Западной Сиби- ри второй половины ХІХ - начала ХХ в. В последние годы изданы интересные работы о купечестве Москвы, Санкт-Петер- бурга, Вятки, Курска, Нижнего Новгорода, Перми, Рязани, Саратова, Томска и других торговых центров дореволюцион- ной России. Материалы о нем активно привлекаются и в трудах по истории банковского дела (Ю.А . Петров), благотворительно- сти и меценатства (А.Н. Боханов, Г.Н. Ульянова, Н.Г. Думова и другие авторы), старообрядчества (В.В. Керов). М.В. Брянцев разрабатывает проблему духовного облика и культурного уровня русского купечества ХІХ в. Вышла в че- тырех томах «Краткая энциклопедия по истории купечества и коммерции Сибири» (Новосибирск, 1994-1999), вместившая не только многочисленные биографические очерки, но и тер- минологические статьи. Проявили интерес к купеческой про- блематике и ряд иностранных ученых (С. Бэрон, П. Бушкович, Т. Оуэн, И.А . Ракмэн, А. Рибер и другие). Проблемы Тем не менее в отечественной и зарубежной историографии до сих пор не воссоздана полная картина эволюции русского купечества с ІХ-Х вв. и до начала ХХ в. , не реконструирован его коллективный портрет. Особенно плохо исследован самый ранний период его истории. Мы еще недостаточно знаем об ис- точниках формирования средневекового купечества, купече- ском землевладении, об участии купцов в каменном строитель- стве и в начавшемся в Х\/'ІІ в. процессе «обмирщения›› русской культуры, о выполнении ими дипломатических поручений, о политике властей по отношению к торговым людям. Сделаны лишь первые шаги в изучении генеалогии купечества ХУ- ХУІ вв. , истории первых известных торгово-предприниматель- ских династий. Продолжаются споры о преемственности ку- печеских капиталов в Х\/'ІІ-Х\/`ІІІ вв. , религиозно-нравствен- 7
<Є%®%°@®%Ѕ*°%®%*<>®%®%» ных устоях и социокультурной сущности купечества. Не ста- ла еще предметом специального рассмотрения и роль женщи- ны в купеческой семье (как в эпоху Средневековья, так и в Новое время). Еще одна интересная и недостаточно изученная тема - значение ярмарок в жизни торговых людей. Купцы- старообрядцы ХУІІІ - начала ХХ в. не раз становились объек- том внимания исследователей, но до сих пор в историографии комплексно не ставилась проблема инакомыслия в купеческой среде. Для изучения купечества до сих пор почти не привлека- лись материалы русского фольклора. Будучи всегда неоднородным и распадаясь на несколько категорий, купечество начиная с эпохи Средневековья пред- ставляло одну из самых подвижных социальных групп, отли- чавшуюся мобильностью, неустойчивостью общественного и имущественного статуса, стремлением к освоению нового, склонностью к распространению чужеземных заимствований. Его активность и воздействие на жизнь средневекового русско- го общества не ограничивались лишь торгово-экономической сферой. Гости и другие представители зажиточного купечества занимали в ХУ-Х)/'ІІ вв. довольно высокое социальное поло- жение, их деятельность оказывала влияние и на формирова- ние культурной среды русских городов, особенно Москвы, Новгорода Великого, Пскова. А гильдейское купечество ХУІІІ - начала ХХ в. сыграло огромную роль не только в раз- витии отечественной промышленности, но и традиций благо- творительности и меценатства. Обзор источников Весьма ограниченный круг источников домонгольской поры, довольно фрагментарные и по большей части случайные свидетельства в них о первых русских купцах не позволяют реконструировать их биографии. Чаще всего нам неизвестны даже имена самых ранних представителей купечества на Руси. Нет в распоряжении историков и древних рисунков с их изоб- ражениями. На основе комплексного анализа древнерусских, восточных, византийских и западноевропейских письменных 8
€%®%@®»%°%®®%®%®€%®% источников , а также археологических и нумизматических дан- ных лишь в самых общих чертах воссоздается происходивший на протяжении ІХ-ХІ вв. процесс выделения и оформления купечества на Руси в отдельную социально-профессиональную группу. К середине ІХ в. восходит древнейшее известие о купцах- русах и их путешествиях в Багдад из «Книги путей и стран» персидского географа Ибн Хордадбеха2 . В сочинении византий- ского императора Константина \/'ІІ Багрянородного «Об управ- лении империей» (середина Х в.) описаны военно-торговые экспедиции древних росов (так именовали их греки-византий- ць1), добиравшихся по Днепру и Черному морю из Киева в Кон- стантинополь. Раффельштеттенский таможенный устав 904- 906 гг. зафиксировал свидетельство о поездках торговцев из Руси на Верхний Дунай, куда они, по сообщению испано-ев- рейского путешественника Ибрагима ибн Якуба (Ибрахима ибн Йа'куба) 965-966 гг., добирались через Краков и Прагу. Чтобы восстановить общий облик первых русских воинов- купцов из дружинной среды, приходится также привлекать произведения древнескандинавского эпоса - исландские саги и материалы археологических раскопок древнерусских курган- ных погребений Х-ХІ вв. с находками торгового инвентаря (гирек, весов, монет и др.). Археологи выявили остатки купе- ческих усадеб в Киеве и Новгороде. Купцам принадлежала и значительная часть денежно-вещевых кладов ІХ-ХІ вв., об- наруженных на территории Древней Руси. Они включают в себя наряду с арабскими дирхемами, западноевропейскими де- нариями более редкие византийские монеты, древнерусские сребреники, а также серебряные украшения и лом. Свинцовы- ми пломбами дрогинского типа, найденными в различных цен- трах Древней Руси (Дрогичине на Западном Буге, Новгороде Великом и Рюриковом городище, Городце, Дубне, Ладоге, Смо- ленске, Пскове, Старой Рязани, Переяславле-Рязанском, Мос- кве, Чернигове и др.), опечатывались не только связки мехо- вых денег, но и товары, которые везли купцы через погранич- ные мытницы (таможни)3. Интересные сведения о торговле и купечества содержатся в новгородских и псковских берестя- ных грамотах'*. 9
@°%@°%°%®°%°%®°%®% Из русско-византийских соглашений Х в., включенных в « Повесть временных лет» , более поздних международных тор- говых договоров Новгорода и Смоленска конца ХП-ХІІІ вв., Русской Правды, разрозненных известий Ипатьевской, Лав- рентьевской, Новгородской первой летописей, Киево-Печер- ского патерика можно получить определенные представления об общественном положении купцов в домонгольскую зпохуз . Вместе с ними читатель совершит дальние странствия по зна- менитому пути «из Варяг в Греки» , по северным и южным мо- рям: от Балтики до Средиземноморья. Реконструируя маршруты заморских поездок древнерус- ских гостей ХІ-ХІІІ вв. , нельзя обойтись без привлечения са- мых разных иностранных источников. В сочинении знамени- того арабского географа ал-Идриси «Развлечения истомленного в странствии по областям» (ок. 1 1 54 г.) упоминается о русском купеческом подворье в болгарском городе Шумене (Масиуну- се), к югу от Дуная. Еврейские источники (Вениамин Тудель- ский и др.) сообщают о пребывании торговцев из Руси в Анг- лии, Египте (в Александрии), Чехии. Немецкие латиноязьгчные хроники (Адама Бременского и других авторов) информируют о посещении русскими портов южного побережья Балтийско- го моря, в частности Волина. Французский дипломат Гильом Рубрук, побывав в крупном торговом центре Крыма - Судаке в 1253 г., рассказал о приезжавших туда с пушниной русских купцах и об их крытых повозках. Именно так из разрознен- ных свидетельств постепенно создается и уточняется общая картина международных торговых связей Древней Руси. Для изучения истории новгородского купечества ХІІІ- ХУ вв. наряду с археологическими данными, берестяными гра- мотами и летописными известиями первостепенное значение имеют княжеские уставы: «Устав князя Ярослава о мостех» , «Устав великого князя Всеволода о церковных судах, людях и мерилах торговых» , «Рукописание князя Всеволода» - устав купеческой организации церкви Св. Ивана на Опоках, догово- ры Новгорода с князьями, торговые соглашения и переписка с Ганзой, ганзейские и ливонские документы (в частности, Риж- ская долговая книга, Ревельская таможенная книга). Извест- НЫ ИМЄІ-Іа НЄСКОЛЬКИХ НОВГОРОДСКИХ КУПЄЧЄСКИХ С'І'арОС'І` И ИХ СВИНЦОВЬІЄ ВИСЛЫЄ ПЄЧВТИ. 10
%°%°%°%@>°@°%@>°%°%® Образ древнерусского купца запечатлелся и в народном эпо- се - былинах «Иван Гостиный сын» , «Про Гостя Терентиша» , «Садко богатый гость» , «Чурила Пленкович» и др. Тем не ме- нее имеющиеся в распоряжении исследователей источники, среди которых нет, например, купеческих духовных грамот (завещаний), семейных хроник и описей имущества, позволя- ют дать лишь общие представления о купечестве Великого Новгорода эпохи его независимости - до 147 8 г. Лишь со 2-й половины Х\Ґ в., периода, обеспеченного бо- лее обширной и разнообразной источниковой базой, появляет- ся возможность приступить к воссозданию не только группо- вого портрета, но и индивидуальных зарисовок кое-кого из именитых русских купцов: «гостя и болярина великого кня- зя» Владимира Григорьевича Ховрина, вступившего в состав высшей аристократии Московии; известного московского строи- теля и книжника Василия Дмитриевича Ермолина. Поездки с торговыми целями в далекие страны значитель- но расширяли кругозор средневекового русского человека, обо- гащали его знания. Многим хорошо знакомо имя тверского купца Афанасия Никитина, автора «Хожения за три моря», совершившего в 1468-1474 гг. по Волге, через Каспий, Закав- казье и Персию путешествие в далекую и сказочную Индию. Любознательный путешественник составил прекрасное описа- ние этой азиатской страны, ранее почти неведомой европейцам. Благодаря ему средневековые русские книжники смогли уз- нать о природе, климате, городах, народах, обычаях не только Индии, но и других стран Востока, через которые пролегал его долгий и трудный путь. Менее известен другой русский купец, современник Афанасия Никитина, также оставивший свои путевые записки 1465-1466 гг., известные под названием «Хожение гостя Василия». Их автор подробно описал Каир, Антиохию, Дамаск, Иерусалим, другие города Ближнего Вос- тока и Малой Азии, приведя сведения об их укреплениях, во- доснабжении, торговле, составе населенияб. И знаменитый купец-путешественник из Твери, и гость Василий, будучи пра- вославными людьми, отличались веротерпимостью, уважи- тельно относясь к католицизму, исламу и другим религиям. Роль торговых людей в развитии средневековой культуры пока изучена недостаточно и заслуживает специального рас- 11
®%°%*>°<*%<>%®0®%°%Ѕ>®%®%® смотрения. Она будет проиллюстрирована в книге на приме- рах участия купцов в каменной городской застройке и их от- ношения к книжности. Особый интерес в этой связи представ- ляют свидетельства Воскресенской, Ермолинской, Львовской, Никоновской, Новгородской ІІІ, Софийской ІІ, псковских и других летописей, Владимирского летописцаї . Ценную инфор- мацию об именитых гостях содержат и ряд произведений агио- графической литературы - Житие Дмитрия Прилуцкого, Житие Сергия Радонежского расширенной редакции Пахомия Серба (« Слово о Дмитрии Ермолине» , «Слово о Симеоне, сыне Антонове » ), «Чудо Михаила Клопского о купце Михаиле Мар- кове»11др. Сведения об условиях внутренней торговли и проезда куп- цов встречаются в льготных тарханных грамотах, выдавав- шихся с ХІУ-Х)/' вв. князьями митрополитам и монастырям, а также в уставных и таможенных грамотах. Из числа послед- них в качестве примера можно указать на Двинскую устав- ную грамоту 1397-1398 гг., Белозерскую таможенную гра- моту 1497 г. До ХУІ в., однако, нам практически ничего неизвестно о рядовых московских торговцах, их повседневных заботах. В отличие от них находившиеся в привилегированном положе- нии гости-сурожане и суконники Москвы упоминаются в до- говорных грамотах московских великих и удельных князей той поры. Льготы, закрепленные властями за московскими суро- жанами, переведенными в конце ХУ в. в Новгород Великий, окончательно отменили лишь при Иване Грозном, о чем свиде- тельствует Новгородская таможенная грамота 1571 г. В статей- ных списках русских посольств отложилось немало интерес- ных материалов о пребывании сурожан в Крыму и Турции и об их поездках туда через территорию Великого княжества Ли- товского. Нам известны имена, фамилии и прозвища многих из них. Копии статейных списков включены в посольские книги по связям с Крымом (с 1474 г.), Польшей и Литвой (с 1487 г.), Турцией и другими странами. Чаще всего в них перечисляют- ся различные претензии купцов, которых грабили и власти, и таможенники, и казаки, и татары. Данные о понесенном ими У1ЦЄрбЄ ПОЗВОЛЯЮТ СУДИТЬ О р&ЗМЄр8.Х ОбОрО'І 'НЬІХ 'ГОРГОВЫХ Ка" . питалов. 12
*%°%*°*@%®%*°®@°%2>®<®%®% Из писцовых книг Новгородской земли конца Х\/` в. можно узнать о земельных владениях богатых гостей, насильно пере- селенных властями в 148 7 -1489 гг. из Новгорода в города Се- веро-Восточной Руси. В одну из них включены материалы по Русе (Старой Руссе). От следующего столетия сохранилось го- раздо больше описаний российских городов: Казани, Каргопо- ля, Коломны, Можайска, Мурома, Новгорода Великого, Пско- ва и др. Составлявшиеся для налогообложения посадского на- селения они неравноценны в информативном отношении. Осо- бенно подробно описывались в 1 580-х гг . лавки и дворы новго- родских и псковских торговцевв. С конца ХУ в. появились первые описания Московии, сде- ланные иностранцами (Амброджо Контарини). С точки зрения освещения условий торговли и быта русского купечества наи- большей информативностью отличаются свидетельства Сигиз- мунда Герберштейна, Джерома Горсея, Олауса Магнуса, Джильса Флетчера, Ричарда Ченслера, Генриха Штадена (ХУІ в.), Павла Алеппского, Николая Витсена, Иоганна Фи- липпа Кильбургера, Адама Олеария (ХУІІ в.). Наблюдения, сделанные иностранными дипломатами, коммерсантами и пу- тешественниками, посещавшими Россию, интересны как взгляд со стороны, но порой субъективны и поверхностны, а посему относиться к ним следует критически, сопоставляя их с другими источниками°. Вместе с тем на появившихся с ХУІ столетия западноевропейских гравюрах русские купцы изображены более реалистично, чем на миниатюрах Радзиви- ловской летописи (ХУ в.), Лицевого летописного свода и Ли- цевого Жития Сергия Радонежского (ХУІ в.). По-разному сложились судьбы купечества после создания централизованного Российского государства. Его социальный статус отражен в памятниках законодательства - Судебнике 1497 г., Судебнике 1550 г., Судебнике 1589 г., Соборном Уложе- нии 1649 г. , а также в царских жалованных грамотах, выдавав- шихся гостям и торговым иноземцам с конца Х)/'І в. С 1566 г. представители купеческой верхушки привлекались к участию в работе земских соборов. Имена и подписи гостей, смолнян и других привилегированных торговых людей имеются в собор- ных приговорах ХУІ-ХХ/'ІІ вв. Причем в официальных доку- ментах чаще всего они употребляются без отчества и в сокра- 13
~Ч%0%**°®%°%*®<%<>%®<>@<>%® щенно-уничижительной форме - Ивашко, Степанка, Фомка и т.д. Значительный интерес представляет приказная докумен- тация, прежде всего материалы делопроизводства Казенного, Печатного, Посольского, Разрядного приказов. В Описи По- сольского приказа 1626 г. упоминается, в частности, «Отпис- ка из Астарахани... да о купчине о госте Томиле Тараканове, да под нею роспись государеве казне, что купили за морем го- сударевы торговые люди москвитин Иван Ипатьев да казанец Иван Моисеев Муратов казны про государев обиход и что купи- ли на себя, прислана во 134 (1626)-м году1° . Перед поездками в другие страны купцам приходилось прибегать к поручитель- ству своих собратьев по профессии и социальной принадлеж- ности. В 1613 г., например, торговые люди Харитон Самойлов с товарищами дали поручную запись члену Гостиной сотни Елисею Родионову «не изменять, в Крым и в Немцы и в Литву, и ни в которые государства, и к Маринке (Мнишек. - В.П .), и к сыну ее, и к Заруцку (казачьему предводителю И.М . Заруц- кому. - В.П .) в их воровские полки, и в изменные городы не отъехать, и с ними не знатца, и грамотками и словесно не ссы- латца, и не лазучить, и ни каким воровством не воровать» . Та- кие же поручные записи власти требовали от торговых людей, бравших на откуп сбор таможенных пошлин. Об отстаивании государством интересов отечественного купечества свидетельствуют тексты международных договоров России - с Ливонией (1481, 1509 гг.), Ганзой (1487, 1514 гг.), Данией (1517, 1562 гг.). Немало сведений о новгородских и псковских купцах, в том числе их переписку с торговыми парт- нерами, приказчиками и семьями, можно встретить, напри- мер, в опубликованных русских актах ХУІ в. Ревельского (ныне Таллинского) городского архива. В купеческих письмах наряду с деловой информацией проявляется забота глав семей о близких людях. Феодальные власти России на протяжении длительного периода - с конца ХУ по начало ХУІІІ в. - не раз осуществ- ляли насильственные «выводы» и «своды» торговых людей, не считаясь с их экономическими интересами и используя их финансовые возможности и деловую хватку. Государственная политика оказывалась на социальной психологии русских куп- 14
€%<>%'*°%°%З›°*@°%°@®%* цов-предпринимателей, среди них можно встретить немало незаурядных личностей, заслуживающих отдельных биогра- фических очерков. Безусловно, читателя интересует не толь- ко торговая деятельность, но и семейная жизнь, а также ду- ховный мир старинного российского купечества. С ХЧІ в. сохранились синодики монастырей и соборов с по- минальными записями различных родов, в том числе и купе- ческих, однако их отношение к купечеству первоначально не указывалось, посему это приходится устанавливать по другим источникам. С ХУІІ в. в поминальных книгах-синодиках ста- ли записывать сословную принадлежность человека - дворяни- на, гостя, члена Гостиной или Суконной сотни, крестьянина. Мы можем узнать из них о вкладах купцов в храмы и монасты- ри, составе их семей, монашеских постригах, довольно высо- кой детской смертности, родственных связях с аристократи- ей. Кое-кого из дочерей богатых гостей отцам удавалось выдать замуж даже за князей, и рядом с их именами в поминальных книгах указывается слово «княгиня». Впрочем, чаще всего браки заключались в родной купеческой среде, а торговля яв- лялась, как правило, семейным занятием на протяжении жиз- ни многих поколений. Особую ценность для изучения истории купечества представляют синодики ХУІ-ХУІІ вв. Троице-Сер- гиева монастыря (Отдел рукописей Российской государствен- ной библиотеки), Успенского собора Московского Кремля (От- дел рукописей Государственного Исторического музея). С середины Х)/'І в. источниковая база пополнилась приход- ными и расходными книгами монастырей. В приходных кни- гах старцами-казначеями и купчинами фиксировались все опе- рации по продаже монастырской вотчинной продукции (зер- на, соли и др.) торговцам-оптовикам, купеческие вклады, а в расходных книгах - закупки необходимых для обителей то- варов у купцов. Историки активно используют приходо-рас- ходные книги Иосифо-Волоколамского, Спасо-Прилуцкого, Соловецкого монастырей. Изданы также хозяйственные кни- ги Чудова монастыря 1585/86 г., включающие материалы о московских торговцах. Немало купеческих имен содержат вкладные монастырские книги. Особый интерес в этой связи для нас представляет Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря, дошедшая в 15
за @ООО.. ®%»<>@ %@ *Ё %®<› списках ХУІІ в., но включающая и более ранние записи. Вот, к примеру, несколько из них: «120 (1612)-го году генваря в 3 день дал вкладу москвитин торговой человек Григорий, про- звище Мороз, денег 20 рублев. И за тот вклад его постригли, во иноцех Генадей. 120 (1612) -го году генваря в день дал вкла- ду москвитин торговой человек Антон Власьев сын Романов Бараш по отце своем Власе 3 пуда ладану за 30 рублев. И за тот вклад отца ево имя написали в сенаник (синодик. - В.П .)». Вкладная книга Велико-Устюжского Михаило-Архангельско- го монастыря включает интересные известия конца ХУІ в. о вкладах богатых гостей из Великого Устюга Фалелеевых, став- ших жителями Москвь1. Сведения о купцах можно почерпнуть также из вкладных книг Иосифо-Волоколамского, Соловецко- го и других монастырей. Занимаясь изучением купеческого мира средневековой Руси, нельзя обойтись без привлечения и «Домостроя» (Х\/'І в.), связываемого с именем знаменитого священника Сильвестра, и Русской Торговой книги, составленной в каче- стве прикладного руководства кем-то из купцов на рубеже ХУІ-ХУІІ вв. Еще более широкие горизонты открываются перед иссле- дователями истории российского купечества ХУІІ столетия. С этого времени сохранились таможенные книги, зарегистри- рованные в них явки торговых людей с товарами позволяют сделать статистические выкладки” . Размеры же взимавших- ся с торговых людей пошлин фиксировались в таможенных грамотах. Самые ранние из дошедших до нас таможенных кннг составлены в Новгороде Великомв 1610/ 11 и 1613/ 14 гт. Они хра- нятся в Государственном архиве Швеции и опубликованы В.А . Варенцовым (1996). Давно уже введены в научный обо- рот таможенные книги Устюга Великого, Сольвычегодска и Тотьмы за 1633-1636, 1650-1656, 1675-1680 гг., Вологды за 1634--1635 гг., Саранска за 1692 г., а также книга Москов- ской Большой таможни за 1693-1694 гг. Недавно опублико- ваны таможенные книги Великих Лук 1669-1676 гг. Ученые из Новосибирска приступили к публикации сибирских тамо- женных книг ХХ/'ІІ в. (Сургута, Тары и др.) . А .И . Раздорский обработал материалы таможенных книг Курска ХУІІ в. В фон- дах Российского государственного архива древних актов нахо- 16
зїё(38Юг @°%а°@°%®@°%® дятся таможенные приходо-расходные книги Вязьмы и Смо- ленска. Значительную ценность представляют также Торговый устав 1653 г. и Новоторговый устав 1667 г., отражающие про- текционистскую политику властей. Сохранились многочисленные купеческие челобитные вре- мен правления первых Романовых, отражающие рост сослов- ного сознания купечества, которое требовало от властей учи- тывать его экономические интересы, защищать их от иност- ранных конкурентов” . Реконструированные списки гостей, тор- говых людей Гостиной и Суконной сотен 1601 /02, 1626-1627, 1632, 1647, 1649, 1653 гг. недавно изданы Т.Б . Соловьевой Й Д.М . Володихиным (1996). От ХУІІ в. до нас дошло гораздо больше описаний городов и податного посадского населения” . В 1626 г., например, составлена писцовая книга Твери; 1638 г. датируется древнейшая сохранившаяся переписная книга Москвы. В них зарегистрированы очень интересные сведения о дворах и лавках торговых людей. Подавляющее большинство из них относилось к числу ремесленников, собственноручно продававших производимую продукцию. Естественно, по иму- щественному и социальному положению они сильно уступали членам привилегированных купеческих корпораций - гостей, Гостиной и Суконной сотен. Об их высоком статусе в торгово- предпринимательском мире Х)/ІІ в. писал беглый подьячий Посольского приказа Григорий Котошихин - автор сочинения «О России в царствование царя Алексея Михайловича» , изве- стного также под названием «О Московском государстве в се- редине ХУІІ столетия» . От Х)/ІІ в. сохранились и семейные архивы кое-кого из куп- цов-предпринимателей - Калмыковых, Кошкиных, Панкра- тьевых, С.И . Поганкина, Строгановых и других. Они состоят из грамот, деловой переписки, завещаний, описей имущества и прочих материалов. В Государственном Историческом музее находятся две записные книжки новгородских купцов Кош- киных (конец ХУІІ - начало ХХ/'ІІІ в.), регулярно торговавших со Швецией (в основном пенькой и льном) и вывозивших из нее в Россию железо, цветной металл, котлы и прочие металличе- ские изделия. Они включают в себя различные деловые запи- СИІ О ТОРГОВЬІХ ПОЄЗДКЗХ, З&КУПК&ХНП“ Є' сылке денег и вещей и т.д. 17
%°%°%°%®°%®%°%°% Чтобы расширить представления о духовном мире и круге чтения торговых людей, желательно ознакомиться с их вклад- нь1ми и владельческими записями на рукописных книгах и старопечатнь1х изданиях, а также с документацией Московс- кого печатного двора. Проанализировав ряд документов При- каза книгопечатного дела (5 приходо-расходных книг с начала 30-х до начала 60-х гг. Х)/'ІІ в., данные книги М 65 о продаже Библии и Шестоднева), а также материалы писцового и тамо- женного делопроизводства, Л.А . Тимошина выявила 75 семей гостей и членов Гостиной сотни, приобретавших издания Мос- ковского печатного двораи . Согласно подсчетам, сделан- ным С.П. Лупповым на основе записей в приходной книге Пе- чатного двора, 7,3% всех покупателей Соборного Уложения 1649 г. составили представители торгово-ремесленного населе- нияїз. Данные документальных источников дополняют литера- турные произведения - купеческие хожения и повести ХУІ-ХУІІ вв. Из числа первых упомянем «Хожение на Вос- ток гостя Василия Познякова с товарищи» и связанное тексту- ально с ним «Хожение купца Трифона Коробейникова по свя- тым местам Востока» (Х\/'І в.), «Хожение купца Федота Котова в Персию» (1623-1624 гг.), «Житие и хожение в Иерусалим и Египет казанца Василия Яковлева Гагары» (1634-1637 гг.) . Художественный образ торгового человека предстает перед нами в «Повести о купце Дмитрии Басарге и сыне его Борзо- смысле», «Повести о купце», «Повести о Горе-Злосчастии», «Повести о купце Григории» , «Повести о некоем купце лихо- имце» , «Повести о Карпе Сутулове» , «Повести о Савве Грудцы- не», «Сказании о богатом купце», кратких нравоучительных рассказах о купцах из печатного Пролога Х)/'ІІ в. Значитель- ный интерес для реконструкции культурно-бытового портре- та купечества представляют также результаты исследований каменных купеческих палат и храмов, осуществленных исто- риками русской архитектуры” . С ХУІІІ в. круг письменных источников по истории россий- ского купечества расширился (и весьма существенно) как за счет материалов личного происхождения (дневников, семей- ныхисторий), так и ве результате появления новых разновид-. ностей официальной документации. Речь идет об император- 18
еда) ЄїёїФ? €%°%*®@°%®®%®%*<> ских и сенатских указах, церковных метрических книгах, ис- поведных ведомостях, ревизских сказках, капитальных, «дол- говых» и обывательских книгах, ведомостях о торгах и капи- талах, векселях (в том числе переводных), верющих письмах (доверенностях на ведение торгово-предпринимательских дел), протоколах городовых магистратов, книгах записей крепост- ных актов. Интересные материалы, касающиеся положения купечества, можно извлечь из фондов Сената, Коммерц-кол- легии, Камер-коллегии, Коллегии экономии, Главного магис- трата и городовых магистратов, трех Комиссий о коммерции (1727, 1760-1762, 1763-1796 гг.), многочисленных купече- ских наказов 1767 г. в Уложенную комиссию (опубликованы в «Сборнике Русского исторического общества». СПб., 1900. Т. 107; 1911. Т . 134), проектов и предложений купцов, нако- нец, из хозяйственных анкет ХУІІІ в. В научный оборот вве- дены «Сказки торговых людей о торгах и промыслах 1 704 г. » (М., 1984). На протяжении Х)/ІІІ столетия власти провели пять пере- писей-ревизий (1725, 1747, 1763, 1782 и 1795 гг.). Правда, часть их материалов (например, по Кашину) погибла во время пожара 1812 г. в Москве. Если переписные книги 1-й и 2-й ре- визий включают сведения об именах и возрасте лишь мужских членов купеческих семей, то в сказках 3-й, 4-й, 5-й ревизий отражена информация и о представительницах женской поло- вины. Вот, к примеру, ревизские материалы 1725 г. о трех чле- нах Гостиной сотни: «Борис Карпов сын Карамышев 60 лет, у него крепостные люди по купчей: калмык Иван Никитин 37 л. , турченин Михайла Федоров 30 л. »; «Иван Семенов с. Сверчков, у него крепостные люди: Иван Анисимов 48 лет, у него с. Егор 9 л. »; «гостиной сын Василий Гаврилов с. Чирьев 44 л. , у него с. Иван 24 л.»“ . Ознакомимся с отрывком из «сказки» зарай- ских купцов Иконниковых: « 17 82 года июля 25. - Иван Гри- горьев сын Иконников 50 лет; у него от 1 брака дети: Козьма 33 лет, Дмитрий 29 лет, Степан 27 лет, Иван холост 22 лет; у него 2 браку жена Варвара Яковлева 30 лет, взята в замуже- стве тульского купца Якова Федотова сына Коняева дочь; у него ж дети со второй женой прижитыя, после прежней переписи рожденные: сын Александр 1 года, дочери девки: Татьяна 1 1 лет, Настасья 5 лет... ›› 18 . 19
@°%°«%0%°«%°%«®«%®% В церковных метрических книгах регистрировались акты рождения, смерти и бракосочетания; из них можно узнать точные сведения о датах, связанных с жизнью купеческой се- мьи. Вот какие графы обычно в них заполнялись в трех час- тях: 1) «Часть первая о родившихся» _ «счет родившихся мужеска и женска пола», «месяц и день рождения и креще- ния» , «имена родившихся» , «звание, имя, отчество и фамилия родителей и какого вероисповедания» , «звание, имя, отчество и фамилия воспреемников», «кто совершал таинство креще- ния», «рукоприкладство свидетелей по желанию››; 2) «Часть вторая о бракосочетавшихся» - « счет браков» , «месяц и день» , «звание, имя, отчество, фамилия, вероисповедание жениха и которым браком», «звание, имя, отчество, фамилия, вероис- поведание невесты и каким браком» , «лета невесты» , «кто со- вершил таинство» , «кто был поручителем» , «подпись свидете- лей по желанию»; 3) «Часть третья о умерших» - «счет умер- ших мужеска пола», «счет умерших женска пола» , «месяц и день смерти и погребения» , «звание, имя, отчество и фамилия умершего» , «лета умершего» , «от чего умер» , «кто исповедал и причащал» , «кто совершал таинство» . Исповедные ведомос- ти (росписи), введенные с 1737 г. и составлявшиеся ежегодно священниками, отражали православные устои русского купе- чества. Они позволяют также реконструировать генеалогию, людность, поколенную и половозрастную структуру купече- ских семей. Документация торговых словесных судов, учреж- денных в 1754 г., представлена журналами, протоколами за- седаний, книгами записей словесных жалоб купцов. Члены купеческих гильдий с 1785 г. записывались во вто- рой части обывательских книг, формуляр которых включал семь граф: «имя и прозвание»; «холост или женат и на ком или вдов»; «много ли детей мужеска и женска пола и их имена и лета»; «есть ли в городе за ним дом»; «в городе живет или в отлучке»; «какого он промысла››; «в каких градских или иных службах был». В фондах Департамента герольдии Сената в Российском государственном историческом архиве сохрани- лись дела о возведении купцов в почетное гражданство. К массовым источникам относятся завещания, включаю- щие сведения о составе купеческих семей, размерах и структу- ре семейного капитала, датах жизни купцов, а также рядные 20
%°%°@°%®°*%°%*®@°% грамоты. Часть из них опубликована Н.Б . Козловой («Город- ская семья ХУІІІ века: Семейно-правовые акты купцов и раз- ночинцев Москвы» . М . , 2002). Судебно-следственные материа- лы отражают конфликтные ситуации - имущественные пре- тензии, неуплаченный долг, семейные разделы. Сиротские суды назначали опекунов над несовершеннолетними лицами изцкупеческого сословия, осуществляя контроль и фиксируя все документально. Нельзя обойти вниманием и финансовые документы - век- селя, договоры, расписки и т.д. Векселя (от немецк. \77ес11ве1), предоставляющие право одному лицу (векселедержателю) тре- бовать от лица, обязанного по векселю, уплаты определенной, указанной в векселе суммы денег в определенный срок и в оп- ределенном месте, появились в Западной Европе в период Сред- невековья, а в России - лишь с Х)/ІІІ в. Согласно утвержден- ному в 1729 г. первому Вексельному уставу России, у нас вы- давались векселя двух видов: казенные и частные. Последние именовались «настоящими купеческими векселями» . При учас- тии русских купцов казенные деньги переводились векселем из одного города в другой. Простой вексель приравнивался к переводному, который, однако, в нашей стране особенно не прижился. Один из самых своеобразных векселей вписан в книгу «Устав (Око церковное)», изданную в Москве в 1641 г.: «Кострома. Иуня 28 дня 1745 году вексель на 500 рублей по 52 копейки в десять месяцев, считая от сего иуня 28 дня 1745 году. По сему одинакому векселю повинен я заплатить господину Ивану Федорову сыну Лопухину, купцу нижегороц- кому, или кому он прикажет, указными монетами пять сот рублев пяддесят две копейки. Ваш покорный слуга ярославец посацкой человек Иван Петров сын Корзин подписал своеруч- но. В платеже показанных денег же галецкой купец Федор Федоров сын Карабанов руку приложил» 19. В маклерских кни- гах фиксировались векселя, заемные письма, частные подряды купцов. Далеко не все держалось лишь на честном купеческом слове. Документы о казенных подрядах гильдейского купече- ства можно отыскать в фондах губернских казенных палат и Сената. ' Немало интересных документов встречается и в архив- НЬІХ ФОНДЗХ ГОРОДОВЫХ МаГИСТр&'І 'ОВ , ГОРОДСКИХ ДУМ И УП" 21
на “Ё/,~Ґ ` ~ .;. °0°°° сеи в ку- рав - от решений о причислении к купечеству и запи " печеское сословие до ведомостей о раскладке налогов и взыс- кании долгов, контрактов на аренду торговых помещений и поставку продовольствия, окладных книг. В купеческих (ка- питальных) книгах (они официально именовались по-разному: «книга записей для сбора окладных сборов» , «книга для запи- сей объявленных капиталов» , « окладная книга» , «список куп- цов города, имеющих сословные гильдейские свидетельства» , «ведомость о выдаче торговых свидетельств купцам», «ведо- мости о лицах, возобновивших и не возобновивших докумен- ты о купеческом звании››) вносились сведения о размере капи- тала купца той или иной гильдии, его возрасте, месте житель- ства, семейном положении и непосредственных наследниках. Правда, не во всех купеческих книгах указаны возраст всех членов семьи и имена женщин, порой записывалось лишь ко- личество лиц женского пола. Чтобы платить поменьше нало- гов, торговцы нередко занижали размеры капитала, и данное обстоятельство нужно непременно учитывать, используя этот ценный вид источников. В свободной форме обычно составлялись разного рода за- явления (прошения, объявления) купцов о выдаче свиде- тельств на право торговли, паспортов и гильдейских свиде- тельств. В них также содержится информация об именах, от- чествах, степени родства и возрасте членов семьи заявителя. Предлагаем вниманию читателей паспорт купца 2-й гильдии П.К. Боткина, сохраняя орфографию оригинала: «По указу его величества, государя, императора Александра Павловича, Са- модержца Всероссийского, и прочая, и прочая, и прочая и по опубликованному в народе Плакату. Объявитель сего отпущен в разные Российские города для собственных его нужд и про- мысла от нижеписанного числа впредь на один год, то есть ты- сяча осемь сот тринадцатого года сентября по третье число, по прошествии которого нигде не жить, а явиться в свой город и сей пашпорт представить в городовой магистрат и для того на заставах господам, команду имеющим как до тех городов, так и обратно пропускать его без задержания» (из собраний Госу- дарственного Исторического музея). Верющие письма представляли собой доверенности, которые купцы выдавали своим приказчикам и сыновьям. Они фикси- 22
за %0%«°«%°%«®%°%«® ровались в специальных «книгах для записи верющих писем» , составлявшихся ежегодно и регистрировавшихся с конца ХУІІІ в. в городовых магистратах, а позже - в городских думах. Вот, например, содержание верющего письма, выданного 30 июня 1 792 г. новоторжским купцом 2-й гильдии А.Я. Моро- зовым: «Сим объявляю, что я приказчику моему, новторжско- му купеческому сыну Ефиму Иванову сыну Вавулину верю с вышеописанного числа впредь на один год отпускаемые от меня в Санкт-Петербург разные товары и юфть красную для заморс- кого отпуска по сходным ценам продавать с надлежащею запи- скою. Так же имеющиеся тамо на разных людях долги по вексе- лям взыскивать и в случае неплатежа от кого протестовать и ко взысканию куда следует в присутственные места подавать. И вы- рученные как за товар и долговые деньги доставлять ко мне в Торжок. В чем я спорить и прекословить не буду»2°. Еще одним видом источников являются списки город- ских избирателей и личные формулярные списки купцов, служивших по выбору (гласных городских дум и членов уп- рав). В служебных формулярах содержатся сведения о соци- альном происхождении, имущественном положении, вероис- поведании, возрасте, образовании, составе семьи и даже о бла- готворительных акциях. Сохранилась также документация торговых заведений, промышленных предприятий и коммерческих банков. Из спис- ков торговых товариществ и договоров регистрации предприя- тий можно узнать о составе компаньонов или пайщиков, паях каждого из них, об основном капитале предприятия. В банках велись личные дела клиентов, в том числе купеческого звания. Глубже помогают проникнуть во внутренний мир гильдей- ского купечества ХУІІІ-ХІХ вв. личная переписка, дневники и мемуары отдельных его представителей: И.А . Толченова из Дмитрова; владельца небольшой фабрики П.В . Медведева (Мос- ква); И.И . Лапина (Опочка); приказчика И.А . Нечкина (Осташ- ков); купцов Блиновых, Томиловых, М. Тюльпина из Твери; « мемории» П.Т. Баснина (Иркутск) и другихш. Не менее инте- ресен и взгляд на купечество со стороны - выходцев из дру- гих сословий (особенно литераторов)22. Правда, в русской ху- дожественной литературе ХІХ в. нередко встречаются упро- щенные, односторонние образы купцов и купчих. По мнению 23
П.А. Берлина, «богатая галерея типов буржуазного мира Рос- сии» А.Н . Островского представляет «не историю страны в лицах, а какой-то музей социальной патологии, собрание уни- кумов зверства, самодурства, невежества, дикости››23. Со 2-й половины ХУІІІ в. распространяются индивидуаль- ные портреты купцов, самая же ранняя парсуна с изображе- нием вологодского гостя Г.М . Фетиева датируется концом предыдущего столетия” . Сохранились чертежи, планы, зари- совки купеческих промысловых владений, заводов, храмов, до- мов, архивы купеческих обществ, а с середины ХІХ в. - семей- ные фотографии. Информация о купеческом промышленном предпринима- тельстве содержится в «Ведомости о мануфактурах в России за 1813 и 1814 гг. (СПб., 1816). А в «Ежегоднике Министер- ства финансов за 1866 год» (СПб., 1869) приведены поимен- ные сведения о производительности предприятий с объемом производства свыше 1000 рублей. С ХІХ в. можно использо- вать и разнообразные статистические материалы, в том чис- ле: промышленную и ярмарочную статистику, результаты Первой Всероссийской переписи 1897 г. (обнародованы в 1905 г.), по которым устанавливается распределение насе- ления по сословиям, вероисповеданиям, родному языку и за- нятиям” . С 1884 г. публиковался «Свод данных о торговых сборах в России» , с 1885 г. _ «Статистические результаты рас- кладочного сбора» , с 1889 г. - «Статистические результаты про- центного и раскладочного сборов» . Привлекаются исследовате- лями и анкеты обследования городских сословий (хранятся в Российском государственном историческом архиве в Петербур- ге), инициированного в 1896 г. Министерством внутренних дел. В 1909 г. вышли «Статистические материалы к проекту об из- менении Положения о государственном промысловом налоге» , в 1912 г. - «Список фабрик и заводов Российской империи». Издавались также региональные списки фабрик, заводов, тор- говых фирм с указанием их владельцев. В Москве, Одессе, Пе- тербурге выходили ежегодные «Справочные книги» о лицах, получивших купеческие и промысловые свидетельства, в Сиби- ри - «Сибирский торгово-промышленный календарь»26 . Немало интересных свидетельств о людях «купецкого чина» можно встретить на страницах дореволюционных газет 24
«%®%«°«%0%*°@°%®«%°% («Биржевые ведомости» , «Коммерческая газета» , «Ирбитский ярмарочный листок», «Санкт-Петербургские коммерческие ведомости» , «Сибирская торгово-промышленная газета» , «Си- бирский вестник», «Торгово-промышленная газета» и др.), исторических, литературно-художественных и специализиро- ванных журналов («Вестник финансов, промышленности и торговли» , «Журнал мануфактур и торговли» , «Промышлен- ность и торговля» , «Русское богатство» , «Торговый сборник» и др.) . Материалы о купечестве часто публиковались в губерн- ских «Ведомостях» (особенно в разделе «Неофициальные ма- териалы››), выходивших в Вологде, Калуге, Москве, Томске и других городах страны. Печатными органами российских пред- принимателей считались газеты «Утро России» (выражала интересы «кружка Рябушинских»), «Голос Москвы» , «Рос- сия» , журнал «Русское дело»2" . Журнал «Исторический вест- ник» опубликовал в 1901 г. очерки писателя и драматурга Г.Т . Полилова (Северцева) «Быт петербургского купечества в 1820-х - 1840-х годах» . История и опыт хозяйствования ста- ли главной темой публикаций в газете «Былое» , издававшей- ся в 1991-1998 гг. в качестве ежемесячного приложения к газете «Деловой мир», затем к журналу «Родина» . И все же лишь часть из упомянутых выше источников опуб- ликована в самых разных изданиях, многие же остаются пока неопубликованными и ждут своего пытливого исследователя. Хранящиеся в архивах и рукописных собраниях библиотек и музеев, они не всегда доступны историкам и тем более любите- лям истории. К настоящему времени подготовлено не так уж много специальных сборников документов по истории торго- вого люда старой России. Еще в 1826 г. П.И. Ивановым была напечатана в двух частях подборка официальных материалов «Обозрение прав и обязанностей российского купечества и во- обще всего среднего сословия» (переиздана в 2005 г.) . Иной характер имел альманах «Наше купечество и торговля с серь- езной и карикатурной стороны», выпущенный в трех выпус- ках в 1865-1867 гг. литератором А.С . Ушаковым, происхо- дившим из купеческой среды Москвы. В нем опубликованы са- мые разнообразные материалы, позволяющие проникнуть во внутренний мир купечества: художественные произведения - КОМЄДИЯ «Рёомиссионер» , роман «Тузы» , принадлежавшие 25
І) ц перу самого издателя, которыи печатался под ми «Русский купец», «А. Чаев», «А. Воронецкий»; биогра- фические очерки о купцах - В.В. Варгине, А.П. Кокушкине, М.И. Крашенникове, А.П. Шестове И других; заметки о про- цедуре объявления купеческих капиталов, о службе купече- ства, о деятельности Московского купеческого общества, о праздновании Рождества в торговой среде и т.п. Законодательные акты (в том числе касающиеся купече- ства), начиная с Соборного Уложения 1649 г. , опубликованы в «Полном собрании законов Российской империи», впервые напечатанном в 1830 г. под руководством М.М. Сперанского. И.Е . Забелин обнародовал в 1884 и 1891 гг. в двух томах объе- мистые «Материалы для истории, археологии и статистики города Москвы». По предложению и при активном участии Н.А. Найденова изданы «Материалы для истории московско- го купечества» (М., 1983-1891 . Т . 1 -9), включившие купе- ческие сказки, переписные и складные книги, сказки выбор- ных от купечества. Позже он же опубликовал еще две серии документов: «Общественные приговоры» - решения выбор- ных или уполномоченных Московского купеческого общества, касающиеся внутренней его жизни (М. , 1892-191 1 . Т. 1 -1 1); «Книги капитальные и приходные» за 17 47, 17 7 7-1 797 гг. (М., 1910-1913. Т .1 - 6). Печатались материалы по истории ряда крупных торговых заведений и промышленных предприя- тий: чайной фирмы «В. Перлов с сыновьями» , семейного биз- неса Рябушинских, Трехгорной мануфактуры и др. Тогда же вышли воспоминания Н.П . Вишнякова (1903- 1911), Н.К . Крестовникова (1903-1904); Н.А. Лейкина (1907), Н.А. Найденова (1903-1905); Н.М. Чукмалдина (1899, 1902) и других выходцев из купеческой среды.. Находясь в эмигра- ции, опубликовали свои книги сибиряк И.В. Кулаев (1938) и москвич П.А. Бурышкин (1954). Все эти материалы и сегодня активно используются исследователями. Вместе с тем к мемуа- рам, написанным спустя много лет и носящим субъективный характер, следует относиться критически, проверяя их инфор- мацию по другим источникам. Сказанное выше в особенности относится к устным воспоминаниям (к примеру, В.П. Смирно- ва - сына водочного «короля-» П.А. Смирнова), записанным со слов рассказчика и при издании литературно обработанным. ®%°%®°%°%«<>@°%«° псевдонима 26
йа из €@®%®°@°%«°@°%® В 1920-е гг. под редакцией А.Н. Заозерского и В.Н . Каши- на предпринималось издание специальной серии «Памятники социально-экономической истории России». В ее рамках вы- шли несколько сборников публикаций источников: А.А. Вве- денский «Торговый дом Х\/'І-ХУІІ вв.» (1924), Б.Д . Греков «Монастырское хозяйство Х)/І-ХУІІ вв. » (1924), В.Н . Кашин «Торговля и торговый капитал в Московском государстве» (1925). К .В . Баранов издал подборку уникальных документов по истории торгово-ремесленного населения Великого Новго- рода во 2-й половине Х)/І в. (2001), а Л.А . Тимошина присту- пила к публикации архива гостей Панкратьевых. С 2004 г. началось многотомное издание материалов «Привилегирован- ное купечество России во второй половине Х)/І - первой чет- верти ХУІІІ в.» (составители Т.Б . Соловьева, Т.А . Лаптева). Недавно изданы купеческие дневники и мемуары ХІХ - на- чала ХХ в., в том числе: записки и письма сибирского купца А.Д . Васенева, памятные книги костромских купцов Чумако- вых, воспоминания Н.А . Варенцова, В.П. Рябушинского, И.Дм. Сытина, П.И . Щукина и других представителей торго- во-предпринимательского мира дореволюционной Россиигз. Думается, для любознательного читателя представили бы не- малый интерес и собранные в одной книге тексты купеческих «хожений» Х\/'- ХІХ вв. Изучая торговый мир дореволюционной России, автор по- следовательно придерживался принципов историзма и объек- тивности, стремясь не допустить архаизации либо, наоборот, модернизации в оценке социально-экономических и культур- ных процессов. Конкретно-исторический подход сочетается в работе с компаративизмом. Историко-сравнительный метод, использованный по отношению к одновременным и асинхрон- ным элементам, помог более точно определить значение ряда явлений, связанных с ролью купечества в жизни русского об- щества, а также найти их корни и проследить в развитии на протяжении длительного времени от одного-двух до трех-че- тырех-пяти столетий. Исследование во многом носит междисциплинарный харак- тер, что не могло не сказаться~на использованных автором ме- тодических приемах. На первом этапе работы происходило выявление открытой и скрытой (структурной) информации в 27
ан) ееЗа. <@%°%*°»%°%®<Е%°%° НЬІХ , З&К0Н0' конкретных письменных источниках (нарратив дательных, актовых, агиографических и др.), затем она ана- лизировалась и сопоставлялась. Причем для раннего периода (с ІХ по ХУ в.) привлекались практически все доступные авто- ру источники, и лишь начиная с Х)/І в. пришлось ограничить- ся наиболее репрезентативными материалами. Методика тако- го комплексного источниковедения позволяет из разрозненного набора исторических фактов реконструировать более или ме- нее целостную систему с присущими ей внутренними взаимо- связями и внешними проявлениями. Социально-профессиональные различия не могли не ска- заться на психологии и культурном уровне торговых людей дореволюционной России. Представляется целесообразным определить, в какой степени профессия, социальное и имущест- венное положение купечества влияли не только на стиль дело- вого поведения, но и на бытовой уклад. Русский купец как со- циально-профессиональный типаж, живший на разных эта- пах, в определенных исторических условиях, занимавший оп- ределенное место в общественной структуре, находившийся в определенных отношениях с властями, испытывавший опре- деленное влияние других сословий феодального общества, сам оказывал определенное экономическое и культурное воздей- ствие на его жизнь. Избранный автором социокультурный под- ход при изучении купечества позволил интегрировать в иссле- довании три важнейшие составляющие этого социума (тип со- циальности, тип соотношения человека и общества, характер культуры), а также проследить взаимозависимость культур- ных и социальных компонентов. Исследование проводилось как на макро-, так и на микроуровне с использованием биогра- фических материалов о целом ряде представителей купеческо- го сословия. Работа была ориентирована на многофакторный анализ истории купеческой России, и для более позднего пе- риода ХУІІ- начала ХХ в. , обеспеченного более массовой и раз- нообразной источниковой базой, предпринята попытка 30000- здания коллективного портрета отечественного купечества в русле исторической антропологии, а также частичной рекон- струкции его повседневной жизни. Насколько удалась автору эта сложная задача, судить не мне, а читателям и критикам книги.
Муж не должен хотя бы на миг отходить от оружья, ибо как знать, когда на пути копье пригодится. «Речи Высокого» из «Старшей Эдды» от кого пошел «кв/пвчвский чин» нА Руси С весами и мечом в руках на средневековых иконах и фрес- ках можно нередко увидеть святого архангела Михаила, взве- шивающего у врат рая души грешников. С этими же атрибута- ми иногда встречаются скульптуры древнегреческой богини правосудия Фемиды, но отнюдь не покровителя торговли, рим- ского бога Меркурия, отождествлявшегося в античной мифо- логии с древнегреческим Гермесом, охранителем путешествен- ников и дорог. Оружие никогда не было характерной деталью их обличья. Юный Гермес предстает обычно в золотых крыла- тых сандалиях, дорожной шляпе и с жезлом в руке, а непре- Менная принадлежность Меркурия - увесистый кошель с деньгами. Тем более предметы вооружения никак не вяжутся С благообразным ликом Параскевы Пятницы - православной їюкровительницы торговли. И все же не только весы для взве- Шивания монет, но и меч - орудие защиты и нападения - 29
#3»/_ 9: _\44\ __ _ , @°%°@°%<>%° мы можем без преувеличения назвать символами купцов эпо- хи раннего средневековья, хотя их рисованных портретов и нет. Ведь в то далекое и суровое время купеческие караваны напо- минали скорее вооруженные экспедиции: на пути к конечной цели им приходилось преодолевать различные препятствия, на суше и на море защищаться от нападений разбойников и пира- тов. Наряду с предприимчивостью и_смелостью должен был тогда обладать купец. Отправляясь в дальнюю торговую поезд- ку, он всякий раз испытывал судьбу и не был уверен, что вер- нется домой живым, доставив в целости товары. Несмотря на обилие литературы по истории Древней Руси, до сих пор вопрос о происхождении и социально-психологиче- ском облике первых русских купцов относится к числу наиме- нее изученных. Внимание ученых уделялось прежде всего ха- рактеристике торговой деятельности купечества, а не его фор- мированиюгэ. Уже в те далекие времена купеческая среда была неодно- родна и состояла из нескольких прослоек, что отразилось и на торговой терминологии. Так, «гостями» в Древней Руси обыч- но называли иноземных купцов и русских торговых людей, занимавшихся обменом с зарубежными странами либо приез- жавших из других княжеств. Недаром это слово свыше десяти раз употреблено в «Повести временных лет » , где отражена пре- имущественно внешняя торговля молодого Древнерусского государства. В свою очередь, от него происходят следующие термины: «гостьба» - заморская торговля; «гостиный» (т.е. торговый) двор; «гостинец» - большая, проезжая дорога, по которой везут товары гости; «гостиница» - место остановки гостей на ночлег; «гостиное» - пошлина, взимавшаяся с при- возных товаров, и др. Как можно прочесть в рукописном Про- логе ХІУ в., «иные же по морю плавающи, по земли гостьбы деюще, и беруще богатьство» . Термин «гостьба» в значении «выездная торговля» известен и по Русской Правде. А самих гостей в древнерусских источниках, например в новгородском летописании, именовали иногда «гостебниками» . И позже в феодальной России они относились к самой богатой и приви- легированной группе купечества. Слово «купец» (и его вариант - «купчина») применялось ___ - на Руси в нескольких значениях. Во-первых, в отношении всех 30
1 54245* . °%«Ё Ё* ° О О `/Ё 7* 4 °*'* -“Ъ-4 лиц, профессионально занимавшихся товарообменом. Во- вторых, в более узком смысле так называли коммерсантов, специализировавшихся на внутренней торговле. Наконец, в более поздний период купцом считался человек, совершав- ший покупки, т.е . покупатель. Первоначально оно употреб- лялось реже, чем термин «гость», и в «Повести временных лет» , в отличие от более поздних летописных сводов, встре- чается лишь дважды. С ним связаны родственные слова «куп- ля» , «купить». Все эти общеславянские термины свидетель- ствуют о давнем знакомстве предков восточных славян с тор- говым обменом. ±°`:_4. Торговцы из дружинной среды Когда же появились первые купцы на Руси? И каковы при- чины возникновения купечества? На протяжении ІХ-Х вв. одновременно с началом формирования феодальных отноше- ний в древнерусском обществе происходил процесс выделения группы людей ,_ занимавшихся преимущественно внешней тор- говлей. Среди предпосылок, обусловивших появление торгов- цев-профессионалов, надо отметить прежде всегоынакопление в руках княжес-кой и племенной верхушки значительных за- пасов продукции лесных промысльов и сельского хозяйства, отделение ремесла от земледелия,«возникновение торгово-ре- месленных поселений вокруг племенных центров, ставших со временем городами. Решающую роль сыграла, прежде всего, растущая потребность в сбыте излишков богатств в обмен на не производившиеся тогда на Руси предметы роскоши, а так- же монетное серебро, в которых особенно нуждалась племен- ная и военно-дружинная знать. Из какой же среды происходили первые купцы русские? Думается, промыпїлять довольно рискованной «гостьбой» , со- пряженной с опасностью и длительными отлучками, могли преимущественно уже оторвавшиеся от своей общины люди - воины-дружинники, ремесленники, княжеские и боярские слуги. В отличие от крестьян их жизнь и благополучие не за- висели от занятий земледелием и скотоводством, которые при- 31
«%%«%<>%«%%> ковывали человека к постоянному месту жительства в течение всего сельскохозяйственного сезона. Каждый год осенью великий князь киевский со своей дру- жиной отбывал в полюдье - объезд покоренных восточносла- вянских племен для сбора дани. Полученная дань в сопровож- дении охраны доставлялась в Киев, где княжеские закрома заполнялись пушниной, кожей, воском, медом. Затем начинал- ся сбыт излишков дани, который не мог быть организован без участия членов дружины князя, отправлявшихся весной - летом в дальние военно-торговые экспедиции в Византию, Ха- зарию, Волжскую Булгарию, Германию, Персию, другие стра- ны Востока и Запада. На Руси, как и в других раннесредне- вековых государствах, существовала корпоративная форма собственности военно-служилой знати. Для дружинников, с ко- торыми князья делились частью собранных ценностей, харак- терны и личная заинтересованность в обмене, и необходимая торговцам мобильность, и умение постоять за себя и защитить от разграбления дорогие товары. Разумеется, лишь некоторые из них впоследствии стали профессиональными купцами, для других же торговля являлась временным попутным занятием, а самые знатные воины («старшая дружина») вошли в состав боярства, формирующегося класса феодалов. Таким образом, в ІХ-Х вв. многие княжеские дружинники участвовали в сбы- те излишков дани далеко за пределами Руси. Они и сами лич- но были заинтересованы в выгодной продаже как княжеских, так и своих товаров, поэтому с охотой ездили торговать. «Та 'І~'×~І' Их атрибуты - весы и меч Вот какую информацию о первых русских купцах можно извлечь из материалов археологических раскопок. В связи с появлением арабских серебряных монет нестандартного веса в Восточной Европе уже с ІХ в. начинают употреблять приспо- собления для их взвешивания. Это бронзовые миниатюрные складные весы рычажного типа с коромыслом, вилкой и дву- мя чашками. В сложенном виде они вместе с гирьками легко укладывались в небольшой бронзовый, деревянный, кожаный 32
.`Ё+ї€Г*ї ,,к :-ъҐ”›. °%@<>®@°%®*г%° ~ футляр либо мешочек и носились владельцем на поясе неред- ко рядом с вооружением. Меч, кинжал, наконечники копий и стрел, боевой топор, кольчуга или панцирь встречаются в со- четании с весами, гирьками в инвентаре богатых дружинных погребений Х в. на территории Древней Руси: в Гнездове под Смоленском, Киеве, Чернигове, Тимиреве под Ярославлем и др. Всего к настоящему времени автором книги выявлено свыше 200 таких погребальных комплексов из 48 пунктов Восточной Европы. Причем более 57% (1 19) погребений и более 70% (34) памятников приходятся на северные районы Руси. А в южной части восточнославянских земель они встречаются гораздо реже (всего лишь 16 погребальных комплексов). В Гнездов- ском могильнике (крупнейшем для того времени в Европе), например, раскопано 920 курганов. В 64 из них, что состав- ляет 6-7 % от общего числа, обнаружены бронзовые весы либо их фрагменты, а также гирьки преимущественно бочкообраз- ной и 14-гранной формы весом от 1,06 до 38,9 г. Изготовлен- пые обычно из железа, сверху они покрывались медью для за- щиты от коррозии и имели обозначения кратности в виде не- скольких глазков, что при делении веса гирьки на их сумму позволяло установить весовую единицу. Реже использовались кубические, конические и цилиндрические разновески из брон- зы и свинца. Примечательно, что инструментарий для взвеши- вания монетного серебра присутствовал в 18 наиболее богатых погребениях, отличающихся пышностью ритуала и разнооб- разием инвентаря, в том числе в самом знаменитом из гнездо- вских курганов, датированном 1-й половиной (либо даже 1 -й чет- вертью) Х в. и зарегистрированном под Мг 13. При его раскоп- ках археологической экспедиции Московского университета под руководством Д.А. Авдусина в 1949 г. удалось сделать сен- сационное открытие: обнаружить наряду с гирькой, каролинг- ским мечом, пятью восточными монетами, бусами и прочими украшениями обломки товарной тары: причерноморской гли- няной амфоры (корчаги) с процарапанной архаической кирил- лической надписью «горушна» (как первоначально предпола- гали, горчица), самой ранней пока на территории Древней Руси. Иные ученые (например, Р. Якобсон) обосновали, что на сосуде начертано имя его владельца - воина-купца - Горуна (либо по иной версии - Горунша), а также обозначение его 33 І\с|›\.1нк<\
вместимости в виде буквы «Ы» - 50 (третьи видят в ней скан- динавскую благожелательную руну). Весы и гирьки найдены также в 32 (около 7%) из исследо- ванных 464 захоронений Тимеревского некрополя Х в. на Верх- ней Волге, в 12 км к юго-западу от Ярославля. Примечатель- но, что в 1 З случаях вместе с ними под земляной насыпью было оружие, в 16 - части поясного набора, в 6 - бронзовые и де- ревянные сосуды, в 9 - различные инструменты. Такой инвен- тарь свидетельствует о высоком социальном статусе части по- гребенных. Особый интерес представляет курган под Мг 100 конца Х в., где были обнаружены железная кольчуга, меч, копье, колчан со стрелами, плеть, стремена, удила, золо- той перстень, кожаный кошелек с 7 серебряными дирхемами из Средней Азии и бронзовым замком, бусы, другие изделия из стекла и бронзы, одна гирька и весы с двумя чашками, араб- ская надпись на каждой из них переводится как «налог, по- дать, таможенные сборы» , а они на средневековом Востоке до- ходили до 10% от объема ввозимых либо вывозимых товаров. Такое же, как в Гнездове и Тимиреве, соотношение между количеством раскопанных курганов и числом погребений с торговым инвентарем налицо в еще одном дружинном некро- поле Х в. у села Шестовица под Черниговом, что свидетель- ствует об устойчивой закономерности. Итак, как выясняет- ся, 6-7 % обитателей поселений в ключевых пунктах важней- ших торговых коммуникаций в той или иной степени были причастны к операциям со взвешиванием монетного серебра. В виде арабских дирхемов или реже западноевропейских де- нариев и византийских монет оно довольно часто входит в со- став инвентаря погребений с весами и гирьками. Кому же они принадлежали? Многие археологи дают на поставленный вопрос однозначный ответ: представителям зарождавшегося тогда на Руси купечес- кого сословия. По мнению других, с таким набором вещей от- правляли сородичи в мир иной не купцов-профессионалов, а сборщиков княжеской дани-полюдья из числа древнерусской дружинной верхушки. Но ведь именно эта группа людей обыч- но, как вы уже знаете, участвовала и в полюдье, и в дальних военно-торговых экспедициях, совмещая несколько взаимо- связанных занятий, впоследствии ставших самостоятельными 34
ее %®%°°%«°%°%«® общественными функциями. Поскольку дань в те времена со- биралась преимущественно натурой, инструментами для опре- деления веса серебряных монет чаще пользовались в сфере тор- говли. Вместе с тем вряд ли правомерно буквально всех погре- бенных с весами и гирьками причислять к профессионально- му купечеству. В ІХ-Х вв. процесс его формирования, как и других классов и социальных групп древнерусского общества, еще только начинался. Ту переходную эпоху с довольно под- вижной социальной структурой и неустойчивостью обществен- ного положения и отражают материалы раскопок курганов с торговым инвентарем. Судя по наличию оружия и богатству прочего инвентаря, лишь треть из них содержит погребения знатных дружинни- ков, часть из которых занимались в той или иной мере торгов- лей. По отношению к ним вполне пригодно двойное наимено- вание «воины-торговцы›› . Позднее, в ХІ в. , представители дружинной верхушки, по- лучив земельные владения и влившись в класс феодалов, ото- шли от непосредственной торговой деятельности. Весы и гирьки из нескольких женских захоронений из Гнездова, Тимирева, Шестовиц, очевидно, принадлежали женам таких воинов-куп- цов. Из сочинения Ибн-Фадлана и «Саги о Греттире» известно об участии скандинавских женщин вместе с мужьями в даль- них торговых поездках. Наряду с ними с Х в. на Руси уже вы- деляется и прослойка людей, занимающихся только обменом. В их погребениях можно встретить инструменты для взвеши- вания серебра и монеты, но не предметы вооружения и снаря- жения дружинника. Археологические материалы позволяют проследить с самого начала имущественное и социальное рас- слоение среди лиц, причастных к торговле. Ведь гирьки и весы происходят как из богатых (около 30% ), так и бедных (свыше 60% ) погребальных комплексов. Известно несколько купеческих погребений и более поздне- го времени. В одном из курганов у деревни Дроздово Витебской области раскопано погребение купца 1-й половины ХІ в. с брон- зовой чашечкой от весов и набором из шести гирек-разновесок. Погребальный инвентарь кургана (Ме 1) 1-й четверти ХІ в. у реки Медведицы, рядом с деревней Посады Тверской области, наряду со складными бронзовыми весами включал восточные 35
%°%°®%®%«°@°%®«%°%« дирхемы, западноевропейские денарии, серебряную шейную гривну, два браслета, перстни, копье и боевой топор. В курга- не (М 114) у деревни Горки на Днепре (Беларусь) обнаруже- ны весы, наконечник копья и удила. Владельцы этих вещей при жизни наряду с торговым обменом занимались еще и сбо- ром дани, о чем свидетельствует оружие наряду с торговым ин- вентарем для взвешивания серебра. В ХІ в. эти функции порой еще совмещались, хотя процесс их разделения заметно уско- рился. Итак, воины-дружинники по внешнему облику ничем не отличались от первых русских купцов, совершавших опасные торговые путешествия в заморские страны. Древнейшее изве- стие о таких дальних поездках торговцев из Руси в Византию и государства Востока можно найти в рукописи арабского гео- графа Ибн Хордадбеха «Книга путей и государств» , написан- ной около 885 г., но отражающей, по мнению востоковедов, реалии середины ІХ в. В ней, в частности, говорится: «Русы- купцы - один из разделов славян; они возят меха белок, чер- но-бурых лисиц и мечи из крайних пределов славянства к Рум- скому (т.е . Черному. - В .П.) морю, и берет с них десятину рум- ский (т.е . византийский) властелин, а то они отправляются по Танаису (Дону) - славянской реке, проходят до Хамлиджа, хазарской столицы, и берет с них десятину ее властелин, за- тем они едут к Джурджанскому (Каспийскому) морю. . . иногда они перевозят свои товары из Джурджана на верблюдах в Баг- дад... »3°. На первое место среди товаров здесь поставлена пушнина, но почему-то прямо не говорится о вывозе на Восток невольни- ков, хотя именно славянские рабы-евнухи служили там в ка- честве переводчиков русам, помогая последним совершать тор- говые сделки на восточных базарах без знания арабского язы- ка. Что же касается оружия, то речь явно идет о реэкспорте знаменитых на всю Европу каролингских мечей из рейнских мастерских, так как собственное их производство на Руси было налажено гораздо позже. Примечателен еще один факт. Как свидетельствует далее Ибн Хордадбех, приезжая в Багдад, купцы из далекой Руси выдавали себя за христиан, что, впрочем, не освобождало их от необходимости (наряду со всеми немусульманами мужско- 36
_)Ё? «%°%°*@<>%@›°%°®@Ё><> го пола) уплачивать подушную подать -- джизью. Ее размер в Арабском халифате в те времена не превышал 1 золотого динара, эквивалентного 14-15 серебряным монетам-дирхе- мам. За такую сравнительно небольшую сумму тогда можно было приобрести 100 кг пшеницы, но ведь помимо джизьи су- ществовали рыночные торговые сборы, а также ввозные и вывозные таможенные пошлины, достигавшие 10% объема либо стоимости товаров. Вроде бы язычникам-русам не име- ло смысла притворяться крещеными, отсюда вполне вероят- но предположение о том, что данное известие Ибн Хордадбе- ха относится к концу 60-х -- началу 80-х гг. ІХ в., когда пос- ле похода князей Аскольда и Дира на Константинополь про- изошла христианизация части военно-торговой прослойки Руси, заинтересованной в упрочении своих позиций в Визан- тии. Таким образом, за счет частых поездок в Византию, со- провождавшихся транзитными остановками в черноморских гаванях Болгарии, купцы задолго до официального крещения Руси познакомились и с христианством, и со славянской аз- букой. Они были, по-видимому, среди первых русских хрис- тиан, прихожан церкви Св. Ильи, о существовании которой в Киеве известно из текста русско-византийского договора 944 г. Обращение в христианскую веру облегчало их положе- ние в столице Византийской империи, а знание кириллицы позволяло делать подписи владельческого характера, в том числе на таре. А вот что пишет о торговых маршрутах Руси живший по- зднее географ Ибн ал-Факих, уроженец персидского города Хамадан в своей (ок. 903 г.) «Книге стран»: «Что же касается славянских купцов, то они везут шкурки лисиц и бобров из славянских окраин и приходят к морю Румийскому, и взима- ет с них десятину владетель Рума (Византии. - В.П .). Затем они прибывают по морю к Самкарш иудеев (город в Хазарии. - В.П .), затем переходят к славянам; или следуют от моря сла- вян в эту реку, которая называется рекой славян, пока не дос- тигнут пролива хазар, и взимает с них десятину владетель ха- зар. Затем идут к морю Хорасанскому (Каспийскому. - В.П.) . Иногда выходят в Джурджана (Горган _ область и порт на южном побережье Каспия) и продают все, что у них есть. А идет все это в Рей (город в Персии. - В.П .)»31 . 37
®%®%:®«%°%®@°%«°%®%« Далеко не все из упомянутых здесь названий морей и рек поддаются однозначному толкованию. Например, одни уче- ные связывают «море славян ›› с Черным, другие _ с Балти- кой. И все же, соединяя на карте пункты остановок древних русов, мы можем смело утверждать, что в середине ІХ в. их суда уже бороздили воды Балтийского, Черного, Азовского и Кас- пийского морей, плавали по Днепру, Дону и Волге. В против- ном случае они никак не смогли бы оказаться ни в Крыму, ни в Хазарии, ни в Персии. Им удалось освоить и сухопутный мар- шрут в Багдад. Выгоды торговли с Византией и странами Вос- тока для русов были столь ощутимы, что их не останавливали ни необходимость уплаты весьма значительных пошлин, ни опасности на пути следования караванов. Ведь только в визан- тийских и хазарских владениях таможенные пошлины состав- ляли не менее 20% стоимости всех провозимых транзитом то- варов. К ним следует прибавить сумму денежных сборов в ко- нечных пунктах - Багдаде, Горгане, Константинополе, Рее и других центрах. Среди упоминаемых Ибн Хордадбехом торговцев-русов в те времена, скорее всего, преобладали выходцы из Скандинавии, изучившие за время пребывания в Восточной Европе славян- скую речь и внедрившиеся в местную среду. На территории Древней Руси торговали и проживали также арабские, еврей- ские, немецкие купцы. Уже в 1-й половине Х в. в Киеве суще- ствовала еврейская община, члены которой переселились в Южную Русь из Хазарии. О ней прямо свидетельствует одно письмо из архива Каирской генизы. Отрывок о русах (ар-рус) в уже упоминавшемся сочинении Ибн Хордадбеха вклинивается в описание торговой деятельно- сти еврейских купцов-рахданитов (от персидского «знатоки путей»), освоивших к середине ІХ в. трансконтинентальные маршруты от Испании на Западе до Индии и пределов Китая на Востоке. Они проходили через Южную Русь на Хазарию и так же, как военно-торговые экспедиции скандинавов, способ- ствовали вовлечению восточных славян в орбиту международ- ной транзитной торговли. Судя по Раффельштеттенскому та- моженному уставу 904-906 гг., к началу Х в. древнерусские торговцы ( «от Ругов››) наряду с чешскими («от Богемов») уже проторили сухопутные дороги на Верхний Дунай, в Баварию” . 38
%°%°@<>%*®<@°%«®%°%*~* Купцы из Руси ездили в Германию через Краков и Прагу, что засвидетельствовал в 965-966 гг. купец-путешественник Иб- рагим ибн Йакуб из Испании, посетивший западнославянские землизз. С ХІІ-ХІІІ вв. известны немецкие колонии в Новгороде, Смоленске, городах Галицко-Волынской Руси. Впрочем, для нас не столь уж важна этническая принадлежность первых представителей отечественного купечества. Важнее другое - они успешно осуществляли внешнеторговые связи молодого Древнерусского государства со странами Востока и Запада, с Византией и Скандинавией. Ежегодно в мае-июне из Киева в далекий Константино- поль по Днепру и Черному морю отправлялись в сопровожде- нии охраны крупные купеческие караваны, их путь описан императором Византии Константином \/'ІІ Багрянородным в сочинении «Об управлении империей». Условия пребывания и торговли купцов из Руси в столице империи характеризуют русско-византийские договоры 907, 91 1 , 944 гг. Если в согла- шении 91 1 г. в списке представителей Древнерусского государ- ства фигурируют одни лишь скандинавские имена, то позднее ситуация постепенно меняется. Наряду с послами купцы уча- ствовали в посольстве княгини Ольги в Константинополь и получили полагавшиеся им по рангу дары от византийских властей. По договору 944 г. послы из Руси должны были, по обычаю, предъявлять в Царьграде византийским чиновникам «печати златы, а гостие серебряны» , а также грамоту великого князя киевского. Явившиеся без такого документа подлежали задер- жанию и аресту, о чем византийские власти обязались сооб- щать в Киев, как и при бегстве заподозренных русов. В случае их сопротивления и гибели при задержании византийцы не несли никакой ответственности перед великим киевским кня- зем. Что же представляли собой «печати» древнерусских послов и гостей Х в.? То были явно не буллы, привешивавшиеся к до- кументам и изготовлявшиеся из свинца, а позднее из воска, но не из золота или серебра. Известен единственный экземпляр древнейшей русской свинцовой печати с изображением двузуб- ца - тамги великого киевского князя Святослава Игоревича, 39
«%°%°@°%°%°%«®%®%« но не его отца, от имени которого был подписан русско-визан- тийский договор 944 г. В его тексте, как пытался обосновать историк-археолог А.А . Молчанов, под «печатями» подразуме- вали биллоновые и бронзовые бляшки-подвески трапециевид- ной формы со знаками Рюриковичей, найденные в Киеве, Бел- городе под Киевом, на Рюрикове городище под Новгородом и в других местах. Более близким к истине представляется объяс- нение нумизмата А.В . Орешникова, поддержанное Н.А. Собо- левой. Согласно ему, послы носили золотые, а купцы - сереб- ряные перстни с круглыми щитками - печатями. Это мнение подтверждают находки бронзовых перстней с изображением птицы (орла? сокола'?) на щитке в Новгороде (в древнейших слоях Неревского раскопа 1-й половины Х в.), на Тимиревском поселении под Ярославлем, в Костромских курганах с монета- ми Х в., в Болгариизї В «Повести временных лет» перечислены «гостье» , участво- вавшие наряду с послами великого киевского князя Игоря в подготовке русско-византийского договора 944 г. Их 25 чело- век, и только двое из них славяне - Синко и Борич. Осталь- ные же имена - явно неславянского (в основном скандинав- ского) происхождения: купец Адун, Адулб, Иггивлад, Олеб, Фрутан, Гомол, Куци, Емиг, Турбид, Фурстен, Бруны, Роалд, Гунастр, Фрастен, Игельд, Турберн, Моны, Руалд, Свен, Стир, Алдан, Тилена, Пубьксарь, Вузлевзз. На протяжении Х в. ин- тенсивно шел процесс славянизации варяжских « находников » , осевших на Руси и постепенно растворившихся в местной сре- де. Каковы же причины их появления в Восточной Европе? Воинственные варяги В период «военной демократии» , когда совершался переход к классовому обществу и государственности, дальние походы за добычей стали занимать основное место в жизни древних скандинавов - предков датчан, исландцев, норвежцев и шве- дов. Их участники сами себя называли викингами, на Западе они больше известны как норманны («северные люди»), а на Руси их знали под собирательным именем варягов (древнескан- 40
«%<>%«°@®%«°«%°%*®%®%* динавское «уаегіпдіаг» от слова «уагат» - то есть клятва, обет), в Византии именовали «Ьагапдоі» . К ХІ в. термин «варяги» приобрел уже собирательное значение, в Русской Правде под ним подразумеваются иноземцы вообще. Храбрые воины, уме- лые мореходы, предприимчивые торговцы внесли немалый вклад в историю географических открытий, проложив пути во многие страны Европы и Азии и добравшись задолго до Колум- ба, еще в Х в., в Северную Америку. Уже в середине УІІІ в. от- ряды скандинавов, появившись на севере Восточной Европы в поисках пушнины и серебра, приступили к освоению Балтий- ско-Волжского пути, открывавшего доступ в далекие восточ- ные странызб. Их крупнейшим центром стало торгово-ремесленное посе- ление на месте современной Старой Ладоги, недалеко от впа- дения р. Волхов в Ладожское озеро. Население Альдейгьюбор- га (так называли этот протогород скандинавы) было смешан- ным по составу: там проживали и финно-угры, и восточные славяне. Воинственные пришельцы, приплыв туда по Неве с Балтики, оценили его выгодное расположение как ключевого пункта на международной торговой магистрали и основали во 2-й половине УІІІ в. свою факторию, где находились и удобная гавань, и судоверфь, и ремесленные мастерские для производ- ства и ремонта всевозможного снаряжения и оружия, и, конеч- но, оживленный рынок. Там открыты древнейшие клады се- ребряных арабских монет-дирхемов и различные иноземные вещи, привезенные из Скандинавии, других стран Балтийско- го региона и Востока. К северу от Ладоги в местности под названием Велеша рас- полагалось языческое святилище, посвященное славянскому божеству Велесу - покровителю скота, богатства и торговли. Сюда, а также в Перынь, у истоков р. Волхов, в районе Новго- рода, где находилось капище бога молнии Перуна, приходили прежде всего ильменские славяне и кривичи, вымаливая с по- мощью жертвоприношений удачу во всех жизненных делах, в том числе и на поприще торгового обмена. Собственные жерт- венные места имели проживавшие в этом районе финноязыч- ные чудь и меря, а также переселенцы из Скандинавии. Спе- цифические черты погребального обряда всех этих народов представлены в нескольких раннесредневековых могильниках, 41
исследованных на территории современной Старой Ладоги. Именно здесь, согласно «Повести временных лет», со своей дружиной обосновался в 862 г. (дата условная) легендарный варяжский предводитель Рюрик, отождествляемый частью ученых с Рериком Ютландским. Он был приглашен местной племенной знатью для защиты от набегов незваных чужезем- цев и как гарант мира и стабильности. С Х в. роль столицы Северной (Верхней) Руси от Ладоги окончательно перешла к Новгороду, возникшему на базе трех племенных поселков (ильменских словен, кривичей и финно- язычного населения) на обоих берегах Волхова, недалеко от озера Ильмень, и вскоре ставшему крупнейшим торговым цен- тром на пути «из Варяг в Греки» . Рядом с ним располагался его предшественник - более древнее Рюриково городище, где скандинавы осели еще в середине ІХ в. Город неоднократно упоминается в скандинавских сагах и географических сочине- ниях под названием Хольмгард. Помимо Ладоги и Новгорода в древнескандинавских источ- никах фигурирует ряд других городов Руси, часто посещав- шихся викингами: Муром (Морамар), Полоцк (Палтескья), Смоленск (Смаленскья), Ростов (Ростова, Радстова), Суздаль (Сурдалар, Сюдридаларики), Киев (Кенугард). Через послед- ний обычно проходил их путь в Византию (Грикланд) и ее сто- лицу Константинополь (Миклагард). На территории европейских стран к настоящему времени в составе кладов и в виде единичных находок обнаружено свы- ше 160 000 дирхемов, большинство из которых поступили по восточноевропейским маршрутам при посредничестве викин- гов. Нельзя не упомянуть, что древние фризы, проживавшие на востоке современной Голландии и прилегающей территории Западной Германии, еще раньше скандинавов, а поморские славяне одновременно с последними активно участвовали в циркумбалтийской торговле и оставили свой след в Северо-За- падной Руси. Там порой встречаются фризские и западносла- вянские ремесленные изделия (глиняные сосуды, гребни, ук- рашения и др.). Часть арабского монетного серебра, перевозив- шегося через Восточную Европу, оседала на рубеже УІІІ--ІХ вв. на южном побережье Балтийского моря. Об этнокультурных и 42
.Ё4-165 Ёгё:-її . °°°°° торговых связях ильменских словен и части кривичей с за- паднославянским миром свидетельствуют также особеннос- ти древнего новгородского диалекта, отголоски в русском фольклоре, некоторые специфические черты материальной культуры (например, решетчатая деревянная конструкция земляных валов Городца под Лугой, отдельно стоящие глиня- ные печи для выпечки хлеба на Рюриковом городище). В ислан- дских сагах отразились сведения о йомсвикингах, чьей рези- денцией служил западнославянский порт Волин (древняя Юмна, скандинавский Йомсборг) в устье Одера. Часть славян- ских жителей острова Рюген, Волина, других поморских цен- тров наряду со скандинавскими удальцами (а порой и вместе с ними) пиратствовали и торговали на Балтике, добираясь иногда и до Руси” . В написанной в 70-х гг. ХІ в. Адамом Бременским «Исто- рии гамбургских епископов» подробно рассказывается о древ- нем Волине. По словам хрониста, его «населяют славяне вмес- те с другими народами: греками и варварами. . . есть там маяк, который местные жители называют греческим огнем. . . от это- го города, двигаясь дальше, через 14 дней достигают Острогар- да Руссии (Ладоги либо Новгорода. - В.П.), столица которой Киев, соперник константинопольского скипетра, великолеп- нейшее украшение Греции» . Последняя фраза, где Киев отно- сится к Греции (т.е. к Византии), позволяет обоснованно ут- верждать, что и под «греками» , присутствовавшими в Волине, Адам Бременский подразумевал жителей Руси, приезжавших туда с торговыми целями. В правильности подобного истолко- вания можно еще раз убедиться, обратившись к четвертой кни- ге «Истории гамбургских епископов» , в которой хронист сооб- щает о том, что из порта Шлезвига (Дания) «суда обычно хо- дят в Склавинию (то есть в славянское Поморье. - В.П.), или в Швецию, или в Земландию вплоть до самой Греции» . Нахо- дившаяся рядом с Земландией в Юго-Восточной Прибалтике «Греция» - это, несомненно, Русь, причем не Южная, а Се- верная, на что указывает и маршрут плавания из Волина. И еще одно интересное место из хроники Адама Бременского о посе- щении крупного торгового центра на юге Швеции - Бирки «кораблями датчан, норманнов, а также славян и сембов, и других скифских народов с различными коммерческими це- 43
лями » . Учитывая, что скифами византийские и реже западно- европейские средневековые авторы называли порой восточных славян, а под славянами здесь именно подразумевается насе- ление славянского Поморья, это сообщение можно интерпре- тировать как косвенное свидетельство торговых контактов Руси с балтийскими славянами и скандинавами в Бирке. Каков же был облик первых купцов на Руси ІХ-Х вв.? Арабский географ и путешественник Ибн Хаукал в «Книге пу- тей и стран» (7 0-е гг. Х в.) обратил внимание на подозритель- ность и скрытность древних русов, обитавших в области Арса (очевидно , где-то в районе Ростова-Белоозера) и приезжавших в Хазарию и Византию торговать мехом черных лисиц и собо- лей, оловом (либо свинцом), а также невольниками: «Сами же они спускаются по воде для торговли и не сообщают ничего о делах своих и не позволяют никому следовать за собой и вхо- дить в страну свою» . Русами арабские и персидские авторы ІХ-Х вв. именова- ли преимущественно представителей военно-торговой прослой- ки, являвшейся полиэтнической по происхождению и отличав- шейся своим богатством. В ее составе первоначально преобла- дали наемники-варяги из Скандинавии, часть из них быстро слилась с восточнославянской племенной верхушкой, осталь- ные же вернулись с добычей на родину либо сложили свои го- ловы на чужбине. От этой сравнительно небольшой приви- легированной группы населения вскоре название «Русь» рас- пространилось на все государство, интересы которого они пред- ставляли на международной арене. Основными объектами торговых операций воинов-купцов в ІХ-Х вв. были восточ- ное монетное серебро, пушнина и рабы. Живой товар в то вре- мя высоко ценился как на Востоке, так и ве:-самой Скандина- вии, куда он поступал частично через Русь. Один раб-мужчи- на стоил на восточных рынках от 70 до 300 дирхемов. В исландской «Саге о людях из Лаксдаля» ярко и подробно описывается сцена приобретения красивой рабыни богатым скандинавом Хаскульдом, приехавшим на остров Бреннейяр, где раз в три года собирались съезды вождей и устраивался торг. « Однажды, когда Хаскульд вышел развлечься с некото- рыми людьми, он увидел великолепный шатер в стороне от других палаток. Хаскульд вошел в шатер и увидел, что перед 44
\/ Ч- "*Ґ ним сидит человек в одеянии из великолепной ткани и с рус- ской шапкой на голове. Хаскульд спросил, как его зовут. Тот назвал себя Гилли. Однако, - сказал он, _ многим больше го- ворит мое прозвище: меня зовут Гилли из Гардов (т.е . из Руси. - В.П.). Хаскульд сказал, что часто о нем слышал. Его называли самым богатым из торговых людей»38. Затем, взвесив на весах купца свой кошелек с деньгами, покупатель приобрел у него за три марки серебра самую при- влекательную из двенадцати рабынь, находившихся в закры- той пологом части шатра. Если в Скандинавии средняя цена за рабыню составляла одну марку серебра (ок. 200 г), то на рын- ках Византии и стран Востока она была в несколько раз выше. За счет этой разницы работорговцы и получали огромную при- быль, с лихвой окупавшую риск и затраты на дальние экспе- диции за таким товаром. Тяжкий удел невольниц ждал многих женщин, захвачен- ных в плен викингами во время их грабительских рейдов. В «Книге драгоценных сокровищ» персидского географа Ибн Русте (начало Х в.) рассказывается о легендарном « острове ру- сов» в районе Новгорода - Старой Ладоги. «Что же касается ар-Русийи, то она находится на острове, окруженном озером. Остров, на котором они (русы) живут, протяженностью в три дня пути, покрыт лесами и болотами, нездоров и сыр до того, что стоит только человеку ступить ногой на землю, как послед- няя трясется из-за обилия в ней влаги. У них есть царь, назы- ваемый хакан русов. Они нападают на славян, подъезжают к ним на кораблях, высаживаются, забирают их в плен, везут в Хазаран (Хазарию) и Булкар (Волжскую Булгарию. - В.П.) и там продают. Они не имеют пашен, а питаются лишь тем, что привозят из земли славян... Единственное их занятие торгов- ля соболями, белками и прочими мехами, которые они прода- ют покупателям. Получают они назначенную цену деньгами и завязывают в свои пояса. Они соблюдают чистоту своих одежд, их мужчины носят золотые браслеты. С рабами они обращают- ся хорошо и заботятся об их одежде, потому что торгуют [ими] » 39. В эпоху раннего Средневековья работорговля процветала и на Балтике, и в Средиземноморье, и на Среднем Востоке. По- скольку продажа рабов сулила огромные барыши, купцы не 45
%°%:°%®%°»%°%«®%®%« останавливались ни перед чем, стремясь заполучить как мож- но больше невольников, желательно за бесценок, а то и вовсе даром. Алчность, жестокость и коварство непременно сопут- ствовали торговле людьми как в Европе, так и в восточных стра- нах. Книга морских повествований «Чудеса Индии» (Х в.) рас- крывает весьма неприглядный моральный облик арабских ра- боторговцев. Около 922-923 гг. некий купец-судовладелец Исмаилуя отправился со спутниками торговать из Омана на остров Пемба у восточноафриканского побережья, но сильный ветер забросил его корабль еще дальше, в «страну зинджей- людоедов» . От неминуемой гибели мореплавателей спас мест- ный царь, милостиво разрешивший арабам заниматься мир- ным торговым обменом в своих землях, причем без каких-либо пошлин. Когда же африканский правитель взошел с семью слу- гами на борт судна, чтобы попрощаться с отъезжавшими до- мой арабскими купцами, Исмаилуя не упустил возможности захватить их в плен для последующей продажи в Омане, хотя в трюмах и так уже томилось около двухсот несчастных неволь- ников. Обратимся вновь к характеристике военно-торговой дея- тельности скандинавов. Герой исландских королевских саг норвежский конунг (вождь) Олав Трюггвассон после длитель- ного пребывания на Руси («в Гардарики») в конце Х в. отпра- вился со своими воинами пиратствовать на Балтику, где раз- грабил остров Борнхольм и предпринимал нападения на другие владения датчан. Через несколько лет Олав совершил поездку в Византию (по другой версии, в Рим), где представлялся всем как норвежский купец и принял христианскую веру. Спустя некоторое время его корабли приплыли к берегам Англии. Там на вопрос Сигурда, правителя одной из областей (Нортумбер- ленда), он отвечал, «что его зовут Али Богатый, что он купец, и пришли мы все из Гардарики» . После чего Олав и Сигурд всту- пили в торговое товарищество и совершили вместе ряд экспе- диций. В «Саге об Олаве Трюггвассоне» из сборника «Круг земной» помещен рассказ об одном богатом скандинаве. «Лодином зо- вется человек, родом из Вика (Норвегии. - В.П .), богатый и родовитый. Он часто бывал в торговых поездках, а иногда + в военных походах. Однажды летом Лодин отправился в тор- 46
4Ч говую поездку в Аустрвег (Восточный путь. - В.П .).Унегобыл один корабль и много товара. Он держал путь в Эйстланд и был там в торговом месте летом. И когда был рынок, туда привози- ли всякого рода товар. Там продавали много рабов» . Вот еще пример деятельности воинов-купцов в одном лице из «Саги об Олаве Святом» . Три компаньона - Карли, его брат Гуннстейн и Торир Собака поехали торговать в сказочно бога- тый, легендарный Бьярмаланд (Бьярмию) у побережья Белого моря. Закупив где-то на Северной Двине дорогостоящую пуш- нину и возвращаясь на корабле обратно, они, по-видимому, решили, что прибыли от мирной торговли недостаточно, и, вновь сойдя на берег, пробрались через дремучие леса к особо почитаемому святилищу местного божества Йомали, которому бьярмы приносилив качестве пожертвований самые ценные вещи. Недавние купцы, легко превратившись в разбойников, ограбили языческое капище и едва унесли ноги от разъяренных местных жителей. В «Саге о Ньяле» описывается столкновение исландских купцов с пиратами-удальцами из Шотландии: «Ви- кинги стали стрелять в них, и начался бой. Торговые люди храбро защищались. Снекольв бросился на Олава и проткнул его своим копьем. Грим с такой силой ударил Снекольва копь- ем, что тот упал за борт. Тут Хельги встал рядом с Гримом, и они прогнали с корабля всех викингов» . Но и для профессио- нальных воинов-дружинников торговля являлась обычным за- нятием. «Одного человека звали Торир Ездок в Англию. Он мно- го торговал и подолгу плавал в разные страны и привозил ко- нунгу сокровища. Торир был дружинником Харальда конунга и очень старым человеком» , - повествуется в исландской саге «О Халльдоре, сыне Снорри»'*°. Приведенных выше свиде- тельств достаточно, чтобы признать справедливость слов изве- стного историка-медиевиста А.Я. Гуревича о том, что в эпоху викингов «торговля и грабеж шли рука об руку» . Хитроумный трюк ДЄЙСТВИТЄЛЬН0, ' ГО Р Г ОВ Ы Є Э КСП ЄДИЦИИ СРЄДНЄВЄКОВЬІХ ВОИ' НОВ"І -СУПЦОВ НЄРЄДКО ПрЄВр&І.Ц&ЛИСЬ В ВОЄННЬІЄ Н&бЄГИ, И Н&ОбО' 47
®%°%«°<@°%°*%°%«°@°%» рот. От неожиданных нападений таких воинственных гра- бителей-торговцев с весами и мечом не могло уберечься на- селение ни Англии, ни Франции, ни Древней Руси. Порой невозможно было жителям сразу разобраться, в каком каче- стве неожиданно появлялись викинги в чужих краях. За та- кими ошибками обычно следовала неминуемая жестокая рас- права. В продолжении Англо-Саксонской хроники рассказы- вается о печальных для британцев событиях 789 г., когда в Дорсет приплыли три корабля с норвежцами на борту. Мест- ный правитель Беадухеард посчитал их мирными купцами и вышел им навстречу с небольшой свитой, собираясь пригла- сить в свою усадьбу, но был вероломно убит викингами, раз- грабившими все окрестности. Очевидно, ранее они там быва- ли как торговцы. Но в отличие от омываемых морями западноевропейских стран, у побережья которых викинги появлялись внезапно на быстроходных кораблях, на востоке Европы им приходилось пробираться в глубь материка по водно-волоковым путям, про- ходившим через лесные пространства. Здесь выставлявшиеся дозоры могли заранее предупредить своих соплеменников о приближении незваных чужеземцев. В подобных случаях скандинавы, обладая военным перевесом, обнажив мечи, все- таки нападали и грабили местных жителей, а при иных обстоя- тельствах, сняв с пояса миниатюрные складные весы, присту- пали к торговле с ними. Трюк с быстрым перевоплощением воинов в купцов и, наоборот, купцов в воинов часто использо- вался ими для обеспечения внезапности нападения. Древнерусские книжники ХІ в. имели неплохое представ- ление о военной тактике скандинавов, использовавших для неожиданных захватов хорошо укрепленных городов хитроум- ные приемы с переодеванием и обманом жителей. Согласно народному преданию, помещенному в «Повести временных лет» под 882 г., воевода Рюрика Олег вместе с юным Игорем и дружиной варягов приплыл из Новгорода к Киеву, покорив по пути ряд восточнославянских племен. Критически оценив свои силы, варяжский предводитель не стал с ходу штурмовать хо- рошо укрепленный центр полян, а решил прибегнуть к воен- ной хитрости. Незваные пришельцы остановились в урочище Угорском под Киевом, спрятали в ладьях большую часть вои- 48
ее »%°%«®@°%«0@°%° нов, а сами «притворились гостями» , направляющимися тор- говать «в Греки» (Византию). Киевские князья Аскольд и Дир (в действительности кто-то один из них), ничего не подозревая, спустились к берегу, чтобы встретиться с заезжими торговца- ми и посмотреть на привезенные товары. Так, усыпив бдитель- ность киевлян, Олег вероломно убил их правителей и сам стал княжить в Киеве. В результате произошло объединение Север- ной и Южной Руси в составе единого государства, установив- шего полный контроль за важнейшей торговой артерией - путем «из Варяг в Греки» . Без сомнения, перед нами не просто фольклорный мотив, а реальная деталь раннесредневекового быта. Но в действительности все обстояло гораздо сложнее, чем сохранила народная память. И вещий Олег явно захватил Киев не только с помощью коварства, но и опираясь на поддержку части киевлян, по-видимому недовольных попыткой христиа- низации, предпринимавшейся при Аскольда и Дире после их похода 860 г. на Константинополь. Место возникновения этой легенды - Киев. Но книжни- кам ХІ-ХІІІ вв., проживавшим в Новгороде, далеко не все в ней было достаточно ясно. Поэтому в ее северном варианте, помещенном в Новгородской первой летописи, Олег с Игорем ошибочно названы «подугорскими гостями » по причине незна- ния летописцами топографии древнего Киева, а точнее, распо- лагавшегося на его территории Угорского урочища у Днепра, где обычно останавливались купцы. Причем термин «подугор- ские» для новгородцев означал «прибывшие из области рассе- ления северо-восточных угров» , между реками Печора и Обь, откуда Новгород Великий с ХІ-ХІІ вв. получал самые ценные сорта пушнины. Эту ошибочную версию подхватили средневе- ковые русские книжники эпохи Василіия ІІІ и Ивана Грозного, участвовавшие в составлении так называемой Никоновской летописи. Исходя из представлений ХХ/'І в. о достоинстве госу- даря Руси и придворном церемониале, они не могли вообразить правителей Киева выходящими из своего дворца к пристани для встречи с какими-то купцами. Так родилась и литератур- но оформилась идея о мнимой болезни варяжского вождя Оле- га, чтобы хоть как-то оправдать выход к нему князей Асколь- да и Дира. Приплывший по Днепру с войском и княжичем Иго- рем варяжский вождь «притворился больным, лежа в ладье. 49
®@°%°@°%®%°%° И послал к Аскольду и Диру, говоря: «Гость я подугорский и иду в Греки от Олега князя и от Игоря княжича, и ныне болен, и имею много крупного и дорогого бисера (речного жемчуга) и всякого узорочья». Далее, по Никоновской летописи, ковар- ный варяг попросил киевских князей прийти к нему для тай- ной беседы с глазу на глаз. Последние вскоре явились в сопро- вождении небольшой охраны и были вероломно убиты. Но то, что не соответствовало понятиям ХУІ в., было вполне допус- тимо восемью столетиями ранее, когда правитель мог, не ро- няя своего достоинства, выйти со свитой на пристань или торг для встречи с бывалыми людьми, заморскими гостями, осмот- ра привезенных диковинных товаров. В подтверждение сказанного вниманию читателя предла- гается одно место из «Кудруны» - немецкой эпической поэмы ХІІІ в., автор которой широко использовал более древние сю- жеты героического эпоса германских народов. Король Дании Хетель послал на кораблях своих верных рыцарей во главе с Вате и Фруте к берегам Ирландии, повелев привезти для себя красавицу-невесту, дочь тамошнего правителя Хагена, рези- денция которого находилась в замке Балиан. Чтобы ввести в заблуждение ирландского короля относительно истинных це- лей своего приезда, датчане решили предстать перед ним в об- личье купцов, спрятав часть воинов на корабле: Они сошли на берег, сложили на песок Все, чем людей пленяет и Запад, и Восток. Богаты были гости: не издержав и марки, Лишь собственным товаром наполнили доверху барки. Их шестьдесят иль больше, честным купцам под стать, В раскинутых палатках осталось торговать, Начальником над ними был смелый Фруте сделан, Датчанин был всех краще, и лучшее платье надел он. Владелец Балиана, поверивши вестям, Решил к таким богатым наведаться гостям, Он выехал на берег с дружинниками вместе, А мнимые торговцы правителя встретили с честью” . Сей хитроумный трюк запечатлен и в древнеисландской « Саге об Эймунде » , где рассказывается о междоусобной борьбе 50
%°%«°%°%«°@°%*°%<>@@Ё~> Рюриковичей в начале ХІ в. после смерти Владимира Свято- славича. Ее герой во главе отряда викингов поступил на служ- бу к князю Ярицлейву (очевидно, Ярославу) и отправился с его молчаливого согласия убивать Бурицлейва (то ли Бориса, то ли Святополка). Эймунд с одиннадцатью воинами-наемника- ми выехали, «снарядившись, как купцы, и не знали люди, что значит эта поездка и какую они задумали хитрость». На сей раз из предосторожности они «взяли с собой еще одного коня и на нем везли свое боевое снаряжение» . Хотя по внешнему виду воинов и торговцев того времени нельзя было, в общем-то, от- личить, но живший позднее автор саги (записана она была не ранее ХІІІ в.) мог этого не знать. Напав ночью на лагерь Бу- рицлейва, варяги расправились с ним и отрубленную его голо- ву принесли князю Ярицлейву. Сюжет сам явно основан на реальных событиях и знании особенностей военной тактики викингов. Такой прием” применялся не раз для обмана противника на Руси и в более поздние времена. Зимой 1446 г. с целью обма- нуть дозорных Василия ІІ воины его противника, князя Ивана Можайского, на подступах к Троице-Сергиеву монастырю спрятались под рогожей в санях, будто груженных товаром (войлоком и камышом), а затем, неожиданно выскочив из них, легко обезоружили охрану московского великого князя, что помогло им затем застать врасплох его самого и пленить. Точно таким же образом поступили в 1637 г. донские каза- ки, согласно «Сказочной повести о взятии Азова», создатель которой явно использовал древнерусскую литературную тра- дицию. «И повеле атаман по четыре человека летчи с оружь- ем, и сказал им (т.е. казакам. - В .П .): “Как будет время, и вы будете готовы". И увяза телеги, а в тридцать телег товару по- веле положить, и приставил ко всякой телеге по человеку - итого сто тридцать человек. И снаряди атаман все возы и всех казаков нарядил в другое платье» . Имея на руках подложное письмо к азовскому паше, под видом купеческого каравана казаки беспрепятственно проникли в Азов, где ночью внезап- но напали на проявивших беспечность турок и захватили го- род. Впрочем, в отличие от «Повести сказочной» в «Истори- ческой повести о взятии Азова» , основанной на реальных фак- тах, этот фольклорный сюжет отсутствует. 51
®%°%®*@®%«°»%°%«°«%®%* Описания перевоплощения купцов в воинов можно встре- тить в немецких средневековых поэмах «Ортнит» (до 1250 г.) и «Об Елиге» . Ортнит (соответствует имени Гертнит из исланд- ской «Саги о Тидреке Бернском») с помощью такой хитрости добывает невесту, а Елиг захватывает город Монтабур. Анало- гичный фольклорный мотив известен в литературных памят- никах многих других народов мира - древних египтян, гре- ков, римлян, иранцев, арабов и др. Как предположил извест- ный скандинавист А. Стендер-Петерсен, он пришел на Русь из Византии при посредничестве варягов. Византийцы хорошо знали о коварстве приезжавших из Руси воинов-торговцев. По договорам с Византией 907 и 944 гг. во время пребывания в Константинополе купцам-русам дозво- лялось входить в город из предместья (квартала у монастыря Св. Мамы-Мамонта) только через одни ворота группами не бо- лее 50 человек, причем без оружия и обязательно в сопровож- дении византийского чиновника - «царева мужа» . По требо- ванию греков в текст соглашения включили пункт, гласивший, что великий киевский князь должен был запрещать воинствен- ным русам «творить пакости» на территории империи. Визан- тийские власти, опасаясь разного рода выходок со стороны та- ких торговцев из дружинной среды, принимали строгие меры предосторожности, чтобы избежать инцидентов с воинствен- ными чужеземцами на рынках, в лавках, харчевнях, банях и других общественных местах. Ведь, когда вспыхивали конф- ликты, обнажать холодное оружие для воинов-купцов было столь же естественным, сколь доставать из футляра весы с гирь- ками. Облик воинов-торговцев Но и сами участники военно-торговых экспедиций викин- гов далеко не все возвращались домой в Скандинавию. Многие из них погибли либо умерли от болезней и ран на чужбине, в том числе и на Руси, ставшей для некоторых второй родиной. В память о них близкие вытесывали каменные стелы с руни- ческими надписями. Поминальный текст одной из них, откры- 52
«%°%«®»%°%><>%°%>®«%®%« той в Эсте (Швеция) и датирующейся 1-й половиной ХІ в. , гла- сит: «Ингифаст велел высечь камень по Сигвиду, своему отцу. Он пал в Хольмгарде, кормчий со своими корабельщиками» . Сила и ловкость, стойкость и бесстрашие, наконец, презре- ние к смерти - вот те качества, превыше всего ценившиеся викингами. Особой честью для них считалось пасть на поле брани от рук врагов и вознестись после ухода из земной жизни в Вальхаллу - небесное обиталище верховного скандинавско- го бога Одина и погибших храбрецов. Собственные языческие представления о загробном мире сложились у восточных сла- вян. Как же выглядели торговцы-русы из дружинной среды и с какими атрибутами отправлялись они в мир иной? Их весьма воинственный облик красочно описал в своем сочинении арабский писатель Ахмед Ибн-Фадлан, побывав- ший в 921-922 гг. в составе посольства халифа Мухтадира в столицеВолжской Булгарии - Булгаре. Богатый разнообраз- ными товарами рынок Булгара на Волге часто посещали тор- говцы из Руси, Скандинавии, стран Востока. Своим необыч- ным внешним видом русы сразу же обратили на себя внима- ние Ибн-Фадлана. «Я видел русов, когда они прибыли по сво- им торговым делам и расположились у реки Атыл (Итиль, т.е . Волга. - В.П .). Я не видал (людей) с более совершенными те- лами, чем они. Они не носят ни курток, ни хафтанов (верхняя широкая одежда с широкими рукавами), но у них мужчина носит кису (примитивная одежда в виде куска шерстяной тка- ни. - В.П .), которой он охватывает один бок, причем одна из рук выходит из нее наружу. И при каждом из них имеется то- пор, меч и нож, (причем) со всем этим он (никогда) не расстает- ся. Мечи их плоские, бороздчатые, франкские. И от края ног- тей иного из них (русов) до его шеи (имеется) собрание деревьев, изображений (картинок) и тому подобного (т.е. татуировка. - В.П.)» . Русские купцы в Булгаре совершали обмен пушнины на серебряные арабские монеты - дирхемы, реже на золотые динары. Едва сойдя с кораблей на пристань, они сразу же на- правлялись к языческому святилищу, где жертвовали дере- вянным идолам хлеб, мясо, лук, молоко и хмельной напиток. При этом каждый из них, стоя перед изображением главного бога, приговаривал: «Я желаю, чтобы ты пожаловал мне куп- Ца, имеющего многочисленные динары и дирхемы, чтобы он 53
»%®%°»%°%»°«%°%®«%®% покупал у меня в соответствии с тем, что я пожелаю, и не пре- кословил бы мне ни в чем, что я говорю»'*2. Если же торговые дела шли неважно, русы еще раз или даже дважды прибегали к таким жертвоприношениям. Те же, кому сопутствовала на рынке удача, спешили вознаградить за помощь языческих бо- жеств мясом овец и крупного рогатого скота. В Булгаре торговцы-русы располагались в больших домах по 10-12 человек с наложницами, «и у каждого скамья, на которой он сидит, и с ним девушка, восторг для купцов» . Сво- им женам они обычно дарили ожерелья из зеленых бус и мони- сты из золотых и серебряных монет в зависимости от благосос- тояния. Как предполагают археологи, такую своеобразную купеческую казарму, пристанище артели торговцев представ- ляет самый крупный «большой дом» (постройка Мг 9), раско- панный на Староладожском поселении. При его строительстве в конце ІХ в. употребили детали разобранного морского суд- на - доски и шпангоуты. Ибн-Фадлан подробно описал пышные похороны знатного руса скандинавского происхождения. Его сожгли в собствен- ном корабле при соблюдении особого языческого ритуала вме- сте с наложницей, оружием, убитыми животными. Недаром один средневековый франкский поэт назвал корабль жилищем скандинава, с детства приобщавшегося к мореходству, ходив- шего на судне всю жизнь за добычей и « уплывавшего» на нем в свой последний земной путь. Вот почему в древнерусских кур- ганах Х в. среди остатков кремации иногда находят железные ладейные заклепки. В руках воинов-купцов, разбогатевших за счет выгодных торговых операций, постепенно накапливались значительные сокровища. Им, несомненно, принадлежала часть кладов и единичных находок арабских дирхемов конца УІІІ-Х в., за- падноевропейских денариев конца Х-ХІ в. в Восточной Евро- пе и на южном побережье Балтийского моря, в Скандинавии и особенно на острове Готланд, служившем перевалочной ба- зой в балтийской торговле серебром. Купеческим, по мнению Д.А . Авдусина, является Гнездовский клад 1868 г., датирую- щийся Х в. и включавший серебряные украшения скандинав- ского и южнобалтийского происхождения, дирхемы, меч и кусок воска. К ним можно причислить также Антопольский и 54
«%®%°»%°%«°®%®%«®%°%* Пинский клады дирхемов Х в., Дегтянский и Полоцкий кла- ды ХІ в. западноевропейских денариев и рубленого серебра (все - из Беларуси), заметно выделяющиеся по составу на фоне местного денежного обращения. Только что привезенные тор- говыми людьми из дальних стран ценности до поступления на древнерусский рынок, распыления и переплавки представля- ли целостные монетно-вещевые комплексы, сохранявшие сле- ды своего происхождения. Их прятали чаще всего в момент опасности владельцы сокровищ. Собственностью торговцев из военно-дружинной среды яв- лялись и дирхемы с процарапанными граффити, изображаю- щими скандинавские и тюркские руны, арабские, греческие, грузинские письмена, оружие (мечи, копья, стрелы), боевые стяги, ладьи, солярные знаки, кресты, молот Тора. Около сот- ни таких монет выявлено в последние годы в нумизматических материалах из Гнездова, Киева, Козьянок, Новгорода, Петер- гофа, под Полоцком и ряда других мест. На дирхеме Мг 16 из Петергофского клада небрежно начертано на арабском языке «ли-ллахи» («Хвала Аллаху!»), а на монете М 15 - знак «каф» . Известно несколько тюркских рун хазарского облика. На двух монетах вырисовывается монограмма «Иисус Христос», на одной - греческое имя библейско-христианского происхожде- ния «Захариас». Представляют значительный интерес не- сколько образцов со схематичными изображениями двузуб- цев и трезубцев - княжеских знаков Рюриковичей из Лодей- нопольского и Погорельщинского кладов, а также из Швеции и Эстонии. Многие надписи на дирхемах до сих пор точно не расшифрованы; другие имеют благожелательное значение и должны были принести удачу их владельцам, в том числе и в торговле. Схожие по характеру процессы зарождения купечества происходили в эпоху раннего Средневековья у германцев, за- падных славян, других народов. У германцев также выделя- лись воины-торговцы, купцы-авантюристы (аЬеп”сеиегп<іе Каийеиїъе), люди, умевшие за себя постоять и готовые к самым рискованным предприятиям ради получения выгоды. В «Саге об Олаве Святом» из сочинения Снорри Стурлусо- на «Круг земной» («Хеймскрингла» , ок. 1230 г.) описан состав дружины норвежского короля Олава Святого (1015-1030). 55
В нее входили 60 собственно воинов-дружинников (йігсітепп), 30 купцов (геэізіг) и 30 слуг (11из1<аг1аг). Сага подтверждает выделение к началу ХІ в. из дружинной среды прослойки про- фессиональных торговцев в Скандинавии. К середине ХІ в. купечество на Руси, наконец, оформилось в особую профессиональную и социальную группу населения. Торговые экспедиции утрачивают характер военных мероприя- тий общегосударственного масштаба. Хотя дальние поездки в заморские страны и тогда продолжали оставаться небезопас- ными и рискованными, купцы приобретают более мирный об- лик. Их состав пополняется за счет выходцев из других сло- ев - городских и сельских ремесленников, оторвавшихся от общины свободных крестьян и даже холопов, выполнявших торговые поручения князей и боярства. С этого времени глав- ным инструментом купца становятся весы, и меч уже нельзя наряду с ними назвать символом торговли.
В верховьях реки Днепр живут росы; отплы- вая по этой реке, они прибывают к ромеям... От Дичины они достигают области Месем- врии - тех мест, где завершается их мучительное и страшное, невыносимое и тяжкое плавание. Константин Багрянородный «Об управлении империей» (середина Х в.) ПО ҐІУТИ «ИЗ ВАРЯГ В ГРЕКИ» При взгляде на карту Руси времен первых великих князей киевских Олега и Игоря сразу же бросается в глаза вытяну- тость ее территории вдоль протяженной с севера на юг воен- но-торговой магистрали - знаменитого пути «из Варяг в Гре- ки» , соединявшим Балтийское море с Черным через систему восточноевропейских рек, озер и волоков. Вот как описыва- ется он в «Повести временных лет», составленной в начале ХІІ в.: « бе путь из Варяг в Грекы, и из Грек по Днепру, и Верх Днепра волок до Ловоти, и по Ловоти внити в Илмерь озе- РО великое, из него же озера потечеть Волхов и втечеть в озеро Великое Нево, и того озера устье внидет в море Варяское по тому М0рю внити доже и до Рима, а от Рима прити по тому же морю К Царюграду и от Царяград прити в Понт море, в неже втечет ДНепр река» (цитируется по Ипатьевской летописи)43 . Как ви- дИМ, здесь же древнерусский летописец упомянул и о более дЛИнном, исключительно морском маршруте, по которому М0Жно было, обогнув всю Западную Европу, также добраться из Скандинавии в Византию. Он проходил через Балтийское и северное моря, Атлантический океан, Гибралтарский пролив 57
%°%°«@°%«®%°%°@®%> и Средиземное море. Приведенное выше описание пути «из Ва- ряг в Греки» было составлено в начале ХІІ столетия в Киеве, в более раннем Начальном летописном своде конца ХІ в. оно от- сутствует. Скандинавские викинги Эта знаменитая трансъевропейская военно-торговая маги- страль в УІІІ-Х вв. начиналась у крупного раннесредневеко- вого центра Бирки на оз. Меларен (Южная Швеция), а закан- чивалась в столице Византии. Отряды скандинавских викин- гов (летописных варягов) появились в середине \/'ІІІ в. на севере Восточной Европы не только с целью захвата пленников-рабов и драгоценной пушнины, но и в поисках удобных и кратчай- щих путей в Византию и страны Востока. Уже во второй половине \/'ІІІ в. они приступили к освое- нию Балтийско-Волжской магистрали, которая вела в дале- кие восточные страны, а чуть позже - и пути «из Варяг в Гре- ки» . Их крупнейшим центром стало торгово-ремесленное по- селение на месте современной Старой Ладоги, недалеко от впа- дения р. Волхов в Ладожское озеро. Население Альдейгьюбор- га (так называли этот протогород викинги) было смешанным по составу: там проживали также и финно-угры, и восточные славяне . Среди древних скандинавов, появлявшихся в Восточ- ной Европе, по более поздним археологическим данным конца Х-ХІ в., преобладали выходцы из Восточной Швеции, и в меньшей степени были представлены норвежцы и датчане. Воинственные пришельцы, приплыв туда по Неве с Балтики, быстро оценили его выгодное расположение как ключевого пункта на международной торговой магистрали и основали в середине УІІІ в. свою факторию, где существовали и удобная гавань, и судоверфь, и ремесленные мастерские для производ- ства и ремонта всевозможного снаряжения и оружия, и, конеч- но, оживленный рынок. В Старой Ладоге открыты древнейшие клады серебряных арабских монет-дирхемов и различные им- портные вещи, привезенные из Скандинавии, других стран Балтийского региона и Востока. 58
«%°@йЁ*0«%ё°%«°«@°%«®%®%® С Х в. роль столицы Северной (Верхней) Руси от Ладоги окончательно перешла к Новгороду, возникшему на базе трех племенных поселков (ильменских словен, кривичей и финно- язычного населения) на обоих берегах Волхова, недалеко от оз. Ильмень, и вскоре превратившемуся в крупнейший торго- вый центр на пути «из Варяг в Греки» . Рядом с ним располо- жен его предшественник -- более древнее Рюриково Городи- ще, где скандинавы осели еще во второй половине ІХ в. Новгород неоднократно упоминается в скандинавских са- гах и географических сочинениях под названием «Хольмгард » . В «Саге об Олаве Святом» Снорри Стурлусона (первая треть ХІІІ в.) повествуется об одном торговце из Норвегии, который плавал в Новгород, где закупал для норвежского конунга (пра- вителя) Олава «драгоценные ткани» , «дорогие меха и раскош- ную столовую утварь» : «Он был великим мореходом и купцом, богатым человеком, и совершал торговые поездки в разные страны. Он часто плавал на восток в Гардарики (так именова- ли древние скандинавы Русь. - В.П.), и был по этой причине прозван Гудлейк Гардский (т.е. Русский)». В отличие от Гуд- лейка иные выходцы из Скандинавии надолго оседали на Руси, поступая на службу местной знати, использовавшей их в каче- стве воинов, торговцев, дипломатов. Помимо Ладоги и Новгорода в древнескандинавской лите- ратуре фигурируют ряд других городов Руси, часто посещав- шихся викингами, в том числе: Полоцк (Палтескья), Смоленск (Смаленскья), Киев (Кенугард). Через последний обычно про- ходил их путь в Византию (Грикланд) и ее столицу Константи- нополь (Миклагард - «великий город»). Реки и волоки Первое же знакомство самих восточных славян с Балтий- ским морем (его летописцы именовали также «Варяжским») относится к ІХ в. Чтобы попасть туда, купцы из Киева, двига- ясь в обратном направлении по пути из «Грек в Варяги» , вна- чале плыли по Днепру, в верховьях которого в районе Смолен- ска, на водоразделе с Западной Двиной, имелись волоки (в ча- 59
ее 1*/Эт 4. «%0%<>@®%«<›«@<>%«<› " на ле- стности, Касплянскии), где суда с помощью местного се ния (волочан) перетаскивались на деревянных катках, коле- сах, а легкие лодки, освободив от груза, перевозимого на теле- гах, просто переносили на руках. В Гнездове под Смоленском в конце ІХ--Х в. возникли не- сколько торгово-ремесленных поселений, совокупность кото- рых можно назвать древнерусским протогородом. Площадь центрального Гнездовского поселения в эпоху его расцвета (се- редина Х в.) достигала 15 га. Именно в таких временных лаге- рях-стоянках нередко оставались на зимний период воины-тор- говцы. А рядом с поселениями располагались 8 курганных групп, состоявших из 4000 насыпей. Меч, кинжал, наконеч- ники копий и стрел, боевой топор, кольчуга или панцирь в них часто встречаются в сочетании со складными весами и гирька- ми. В Гнездовском могильнике всего раскопано около 1000 курганов в основном с обрядом кремации и гораздо реже с ингумациями (трупоположениями). В 62 из них, что состав- ляет 6- 7% от общего числа, обнаружены бронзовые весы либо их фрагменты, а также гирьки. Иногда в курганах выявляют- ся захоронения женщин-рабынь, умерщвленных во время по- хорон их хозяев“ . Из Гнездова по волоку, р. Каспле, Западной Двине, еще одному волоку и р. Ловать воины и купцы попадали в Новго- род, откуда их путь шел по р. Волхов, Ладожскому озеру и Неве в Финский залив Балтийского моря. Торговцы из Южной и Западной Руси могли плавать на Балтику и по более короткой дороге, проходившей по Западной Двине через земли древних латышских племен. В меньшей степени использовался путь по Неману. С путем «из Варяг в Греки» была также связана При- пятско-Бугская магистраль, по которой можно было из Киева (по Днепру, Припяти, через волок и далее по Западному Бугу и Висле) добраться в соседнюю Польшу, а также на южное побе- режье Балтики. По этому маршруту туда поступали не только древнерусские, но и византийские товары (шелк, вина и др.). А через Северную Русь в балтийские страны в ІХ-Х вв. шел мощный поток арабского серебра. После его прекращения в ХІ в., наоборот, через Балтику к восточным славянам попада- ла основная масса западноевропейских серебряных монет-де- нариев, чеканенных главным образом в Германии, Англии. 60
@°%«°%0%*>°«%®%<>@®%« Отважные мореходы-новгородцы с древних времен смело бо- роздили неспокойные воды Балтийского моря на своих неболь- ших суденышках, добираясь туда по Волхову, Ладожскому озеру и Неве. Им требовалось затратить на дорогу в одну сторо- ну две-три недели, если, конечно, шторм не заставлял купцов укрываться в удобных гаванях и ремонтировать поврежденные морской стихией ладьи, весла и паруса. Они доставляли цен- ную пушнину, воск, мед и другие товары в Германию, Польшу, Скандинавию и даже через Северное море на далекие Британс- кие острова. Но наиболее тесные контакты Древнерусское государство поддерживало с Византией, где на рынках можно было приоб- рести для князей, воинов-дружинников и племенной знати дорогие шелковые ткани, украшения, вина, фрукты, оливко- вое масло, пряности. Ежегодно вооруженные торговые экспе- диции, организовывавшиеся княжеской властью, отправля- лись в небезопасные поездки в столицу империи по пути «из Варяг в Греки» . Протяженность его от Балтийского до Черно- го морей составляла около 2700 километров, на преодоление которых затрачивалось не менее 90-95 суточных переходов. С учетом же остановок для отдыха весь путь (от Балтики до Константинополя) занимал около трех-четырех месяцев4°. Из них не менее двух недель приходилось затрачивать на про- хождение волоков на водоразделах рек, где свободные от груза суда с помощью местного населения перетаскивались по суше на деревянных катках, брусьях или по настилу. На более длин- ных волоках выгруженный товар купцы перевозили на теле- гах. И ни один из них не был застрахован от неожиданных на- падений разбойников. Не случайно в таких местах нередко встречаются зарытые в землю воинами-торговцами клады мо- нет. Не меньшую опасность для плававших по пути «из Варяг в Греки» представляли каменистые речные пороги на Волхо- ве, Днепре, Западной Двине, а также штормы на Балтийском и Черном морях. В историко-археологической литературе выдвинуты раз- ные точки зрения относительно времени возникновения, мар- шрутов и торгово-экономического значения пути «из Варяг в Греки». Большинство ученых датируют начало его функцио- нирования ІХ в. Не получило поддержки мнение С.Б. Бернш- 61
жожожожожожожож тейн-Когана, принижавшего его роль в транзитной торговле Скандинавии с Византией в ІХ-Х вв.46 Г.С. Лебедев выделил 5 этапов в его ранней истории, которые частично совпадают: 1) 800-833 гг.; 2) 825-900 гг.; 3) 850-950 гг.; 4) 900-980 гг.; 5) 950-1050 гг.“ . Более или менее регулярное движение по всему пути «из Варяг в Греки» наладилось после захвата кня- зем Олегом Киева (882). Вдоль него сформировалась первона- чальная территория Руси, возникли несколько крупных тор- гово-ремесленных поселений - зародышей городов (Старая Ладога, Рюриково Городище под Новгородом, Гнездово под Смоленском), а также нередко встречаются погребения воинов- торговцев, клады из арабских и византийских монет, находки импортных вещей, привезенных из Византии, Скандинавии, стран Востока. На протяжении Х-ХІІІ вв. в торговых и во- енных целях использовался как весь путь, так и его отдель- ные отрезки (Западная Двина, Нева, Волхов, Припять). Юж- ная часть этой трансевропейской водной магистрали в Ипать- евской летописи при описании событий ХІІ в. именуется Гре- ческим путем. Из Византии на Русь по нему поступали вина, пряности, грецкий орех, шелк, оливковое масло, дорогая ут- варь, а в обратном направлении перевозились пушнина, кожи, моржовая кость, воск, мед, рабы. Первоначально восточные славяне имели в своем распоря- жении лишь небольшие лодки-однодеревки, выдолбленные из ствола одного дерева и пригодные главным образом для плава- ния по спокойным рекам и озерам. По мере расширения масш- табов мореплавания они научились приспосабливать к мор- ским условиям свои челны-однодеревки дополнительно обши- вая их сверху досками, ставя мачту с прямым парусом. Такие усовершенствованные лодки назывались «набойными`лодья- ми» или «насадами» . В ХІ -ХІІ вв. появились настоящие мор- ские «ладьи» на шпангоутах, сооружавшихся целиком из до- сок. Их длина достигала 10-12 м, ширина - 3 м, грузоподъ- емность - 15 т. В древнерусской летописи под 1151 г. впервые помещен рассказ об использовании в ходе речного сражения на Днепре специальных военных «лодий» с закрытой палубой для гребцов и площадкой-помостом для воинов-лучников. Но в большинстве своем древниерусы плавали на обычных торго- вых, грузовых судах, лишь во время войн приспосабливавших- 62
с?ср) ее @°%«°*@°%«°«%®%«® ся для военных целей. Остатки таких ладей (шпангоуты, вес- ла, кили, уключины, скамьи, части мачт и др.) нередко встре- чаются при раскопках Новгорода, Старой Ладоги и других древнерусских центров. В Днепре и его притоках иногда нахо- дят и целые средневековые речные челны. К Царьграду Освоение пути «из Варяг в Греки» скандинавами и восточ- ными славянами происходило постепенно и поэтапно на про- тяжении ІХ в. В «Повести временных лет» под 862 г. (дата весь- ма условная, которой не стоит доверять) в связи с признанием легендарного Рюрика помещена информация о передвижении по этой магистрали Аскольда и Дира: «И бяста у него (т.е. у Рюрика. - В.П .) 2 мужа, не племени его, но боярина, и та ис- просистася ко Царюгороду с родом свои. И поидоста по Днеп- ру, и идуче мимо и узреста на горе градок (т.е. Киев. - В.П.)». Таким образом, по свидетельству летописца, они вокняжились с помощью отряда варягов в Киеве и стали править землей по- лян, плативших в то время дань хазарам. Аскольд, очевидно, правивший в Киеве раньше Дира, в 30-е гг. ІХ в. принял подобно правителям Хазарии титул ха- кана (кагана). Во всяком случае, согласно Бертинским анна- лам, еще в 839 г. в Византии и Каролингской империи побыва- ли послы хакана русов, говорившие на шведском языке и при- ехавшие, скорее всего, из Южной Руси. Добравшись до Кон- стантинополя по Днепру и Черному морю, они возвращались на Русь более длинным путем через Западную Европу, а не крат- чайшим южным маршрутом, по-видимому, из-за опасения быть задержанными хазарами, контролировавшими степные пространства в низовьях Днепра и Дона, и крайне незаинтере- сованными в усилении восточнославянского государства и в установлении им союза или просто даже контактов с Византий- скои империей. А в 860 г. войско Аскольда и Дира, отправившись покорять Царъград, причинило немало бед грекам, но буря разрушила утлые лодки-однодеревки русов, не очень хорошо приспособ- 63
су) ее %°%«®@°%®°%°%«<> ленные для морских путешествий; уцелели и вернулись до- мой далеко не все воинственные пришельцы с берегов Днеп- ра. Этот не очень удачный поход положил начало временному сближению Южной Руси с Византией и Хазарией. В результа- те произошло дипломатическое признание Византией Руси, и чуть позднее, в 60-х гг . ІХ в. (до 867 г.), между ними был под- писан первый договор о «мире и дружбе», гарантировавший, очевидно, определенные торговые привилегии русам на терри- тории империи, манившей их богатством и разнообразием то- варов на своих рынках. Вскоре в борьбу за контроль над путем «из Варяг в Греки» вступила Северная Русь, во главе которой после смерти Рюри- ка стал Олег. Воинов-торговцев с берегов Волхова привлекали в Византии дорогие одежды из шелка, серебряные и золотые украшения, вина, пряности. Все это они могли приобрести в обмен на рабов и рабынь, а также драгоценные северные меха. Но прежде им нужно было захватить Киев. Согласно народному преданию, помещенному в «Повести временных лет» под 882 г., воевода Рюрика, носивший скан- динавское имя Олег, вместе с его сыном, юным Игорем, и дру- жиной варягов приплыл из Новгорода к Киеву, покорив по пути ряд восточнославянских племен. Критически оценив свои силы, варяжский вождь не стал с ходу штурмовать хорошо укрепленный центр полян, а решил прибегнуть к военной хит- рости. Незванные пришельцы остановились в урочище Угор- ском под Киевом, спрятали в ладьях большую часть воинов, а сами «притворились гостями», т.е . купцами, направляющи- мися торговать «в Греки» , т.е . в Византию. Как повествуется далее в легенде, киевские князья Аскольд и Дир (в действи- тельности кто-то один из них), ничего не подозревая, спусти- лись к берегу, чтобы встретиться с заезжими торговцами и по- смотреть на привезенные товары. Так, усыпив бдительность киевлян, Олег вероломно убил их правителей и сам стал кня- жить в Киеве, назвав его (по словам древнерусского книжни- ка) «матерью городов русских» . В результате произошло объ- единение Северной и Южной Руси в составе единого государ- ства, установившего полный контроль за важнейшей транскон- тинентальной военно-торговой артерией - путем «из Варяг в Греки». 64 І
'Т @0%®«ї%Ё°%®°«%°%«° В реальной жизни все обстояло гораздо сложнее, чем сохра- нила народная память. И Вещий Олег явно захватил Киев не только с помощью коварства, но и опираясь на поддержку час- ти киевлян, которые были недовольны попыткой христиани- зации, предпринимавшейся при Аскольде и Дире (скорее все- го, при последнем) после похода русов в 860 г. на Константи- нополь. Так или иначе, предшественники Рюриковичей на киев- ском престоле Аскольд и Дир (а вероятнее всего, последний из них) погибли около 882 г. , а с вокняжением Олега в Киеве про- изошло объединение Южной Руси с Северной Русью, оказав- шейся сильнее. В результате в Восточной Европе возникло крупное государство, что внесло значительные изменения в политическую и военно-стратегическую ситуацию на границе Европы и Азии. Великий князь киевский Олег внес значитель- ный вклад в становление древнерусской государственности. Велась активная борьба с хазарами, в подчинении Киева ока- зался ряд восточнославянских племенных союзов, превратив- шихся в данников Руси, наконец, в 907 г. Олегом по Днепруи Черному морю был совершен победоносный поход русов на Константинополь, а четырьмя годами позднее подписан выгод- ный договор с Византией. В сочинении византийского императора Константина УІІ Багрянородного «Об управлении империей» (середина Х в.) представлено интересное описание условий плавания древних росов (так греки называли русов) в Константинополь - лето- писный Царьград'*8. Пунктом сбора отправляющихся туда куп- цов из Новгорода, Смоленска, Чернигова, Любеча и других го- родов был Киев, откуда (а точнее, из днепровской крепости Витичев) весь караван на специально оснащенных лодках-дол- бленках (моноксилах) отплывал обычно в мае-июне вниз по Днепру к Черному морю. Передвижение по Днепровскому пути, а значит, и торговля с Византией в Х в. находились под контролем Киева. Без ведома княжеских чиновников туда не мог отправиться ни один купец из Руси. По пути им всякий раз предстояло преодолеть семь опас- ных днепровских порогов, где «вода, низвергаясь оттуда вниз, издает громкий страшный гул», где «имеются обрывистые высокие скалы, торчащие наподобие островков» . Уже сами по 65 3 - 6968 Перхавко
«Ё «@°%«°®%°%°»%®%«® себе славянские названия порогов позволяют составить о них соответствующее впечатление: Эссупи («Не спи ›› ), Островунип- рах, Неасит («Ненасытецкий››), Вулнипрах, Веручи («Кипя- щий»), Напрези («Маль1й порог» ). О распространении двуязы- чия в древнерусской дружинной и купеческой среде Х в. сви- детельствуют приведённые Константином Багрянородным на- ряду со славянскими скандинавские наименования порогов. В частности, третий порог варяги называли «Геландри» (в пе- реводе - «Шум порога»). Но самым опасным из всех был по- рог Неасит, перед которым росы выгружали из лодок все вещи и закованных в цепи рабов. Далее на протяжении шести миль им приходилось переносить груз и более легкие однодеревки на плечах, а более тяжелые и громоздкие ладьи переволаки- вать на катках до следующего участка чистой воды. Чтобы не допустить внезапного нападения кочевников - печенегов, во время прохождения порогов древние росы выставляли на бе- регу стражу, бдительно следившую за их перемещениями по степи. Несмотря на боевое охранение, далеко не всегда удава- лось без потерь пройти путь по Днепру. Именно здесь, в районе порогов, в начале 972 г. погиб в сражении с печенежской ор- дой хана Кури великий киевский князь Святослав, возвращав- шийся с дружиной в Киев из балканского похода. Миновав с крайней осторожностью пороги, росы делали остановку на острове Св. Григория (современное название - Хортица) и там, поклоняясь огромному священному дубу, со- вершали свои языческие жертвоприношения хлебом, петуха- ми и прочими продуктами. Упоминание в сочинении Констан- тина Багрянородного христианских названий днепровских ос- тровов не должно нас смущать. Среди его информаторов - вои- нов, послов, купцов середины Х в. - преобладали, конечно, язычники, но имелись уже и христиане. Во время следующей стоянки на острове Св. Эферия (Бере- зань) в устье Днепра купцы два-три дня отдыхали и дополни- тельно оснащали ладьи парусами, мачтами, кормовыми вес- лами, необходимыми для морского путешествия. И затем со- вершали каботажное плавание вдоль черноморского побере- жья, не удаляясь слишком далеко от него и останавливаясь по ночам в одной из черноморских гаваней. Вплоть до устья Ду- ная русов продолжали преследовать по берегу конные разъез- 66
ды печенегов, готовых в любую минуту напасть на купеческий караван во время отдыха. Добравшись до Дуная, торговцы и их охрана могли себе позволить немного передохнуть у входа в одно из семи устьев этой великой европейской реки, именовав- шейся греками Истром. «Я возле устьев живу семиструйного Истра в изгнанье» , - писал знаменитый римский поэт Публий Овидий Назон, высланный в 8 г. из Рима в далекие Томь1(совр. Констанца) на Черном море'*°. В ХІ-ХІІ вв. часть купеческих судов отправлялась вверх по течению Дуная, в ближние «Греки» , в Добруджу. Осталь- ные же продолжали плавание в Царьград. За Дунаем начина- лись земли Болгарии, с которой у Руси, в Х в. очевидно, су- ществовало соглашение о беспрепятственном пропуске воен- но-торговых экспедиций, направлявшихся в Византию либо возвращавшихся из нее. На стоянках в Констанции (современ- ной Констанце), где сохранились останки древнегреческого города-колонии Томы, основанного выходцами из Милета, Ко- нопе, устье рек Варна и Дичина, в других болгарских гава- нях древнерусские воины и купцы чувствовали себя в без- опасности. Там они отдыхали, пополняли запасы пресной воды, заку- пали у местных жителей продукты питания. Через много лет археологи обнаружили следы их пребывания в гаванях запад- ного побережья Черного моря (у мыса Калиакрия, в Варне и других местах), где встречаются находки изготовленных на Руси ремесленных изделий ХІ-ХІІІ вв.: бронзовых крестов- складней, овручских шиферных пряслиц - дисков для пря- дения, глиняных поливных яиц-писанок, железных трубчатых дверных замков (хранятся в Археологическом музее Варны). В Варне (античном Одессосе) они обнаружены при раскопках античных терм, использовавшихся в эпоху Средневековья, очевидно, в качестве постоялого двора. И после избавления от преследования печенегов путь по морю не становился для купцов менее опасным. Их легкие ла- дьи в прибрежье подстерегали острые подводные скалы, кото- рые трудно было издалека заметить в плохую погоду. В откры- том море корабельщиков мог неожиданно застать шторм. Пред- ставим себе на миг следующую картину: бушующпе высокие волны и шквальныи ветер готовы вот-вот опрокинуть утлые 67
суденышки или вытолкнуть их на прибрежные скалы; скри- пящие от ударов волн мачты, сломанные весла; соленая мор- ская вода, заливающая дно ладьи и товары; мокрые, продрог- шие воины-гребцы и купцы, обессилившие в борьбе со стихией. Очевидно, один из таких не раз переживших шторм и жизнен- ную драму моряков или купцов во время богослужения наца- рапал на стенке киевского храма надпись-граффити: « Святой Фока, порученный от Бога плавающим в море, правитель, на- правь меня, потопляемого и разбиваемого волнами житей- скими » . (Фока был покровителем морских путешественников.) По словам Константина Багрянородного, «мучительное и страшное, невыносимое и тяжкое плавание» росов завершалось в первом византийском порту Месемврии (современный бол- гарский г. Несебр), где, видимо, и оставались большинство ла- дей с воинами в ожидании торговцев, направлявшихся с това- рами дальше в Константинополью. В столице Византийской империи Там через месяц после отплытия из Киева их суда броса- ли наконец якорь в бухте Золотой Рог. Когда-то «Рим был царственным городом» , заявлял в середине Х в. в сочинении «Об управлении империей» Константин УІІ Багрянородный, но от него «царская власть перешла к Константинополю» . Об- лик византийской столицы, конечно, поражал воображение на- ших предков. Ведь деревянные крепости и скромные жилища росов заметно отличались от монументальных каменных по- строек Константинополя. Неизгладимое впечатление на них производил Большой императорский дворец, раскинувшийся по берегам Мраморного моря. Его роскошные сооружения были украшены мозаикой, многоцветным мрамором, скульптурами. С любопытством рассматривали купцы порт, крепостные сте- ны и башни, великолепные особняки знати на центральной улице Меса, столичный ипподром, многочисленные монасты- ри и церкви. 68
«@°%°@®%*®<%°%@>0%0%« Особенно восторгались они, как и более поздние русские паломники, храмом Св. Софии с гигантским куполом и огром- ным внутренним пространством. Этот грандиозный собор, по- строенный в \/'І в. при императоре Юстиниане, по праву счи- тается лучшим созданием византийского зодчества. У Св. Со- фии на высоком каменном столбе была установлена медная статуя Юстиниана на коне, о которой позже не раз упомина- ли русские паломники и купцы, в том числе Афанасий Ники- тин. Внутри Св. Софии сохранилось около тысячи квадратных метров мозаики, сотворенной из смальты толщиной 6-7 мм. К сожалению, древнейшие мозаики Св. Софии были уничто- жены в УІІІ в. , в период иконоборчества, и об этом виде ранне- византийского монументального искусства можно судить глав- ным образом по сохранившимся памятникам Равенны (Ита- лия), а также по незначительным фрагментам. Позже, в прав- ление императора Василия ІІ Болгаробойцы (97 6-1025), над южными дверями Софийского собора появилась мозаичная сцена: стоящие Константин Великий с моделью города Кон- стантинополя и Юстиниан І с моделью храма Св. Софии в ру- ках преподносят их сидящей на троне Богоматери с младен- цем. На еще одной мозаике середины ХІ в. изображены: сидя- щий на троне Иисус Христос, у которого стоят император Кон- стантин ІХ Мономах (слева от него) с завязанным мешочком- кошельком, полным денег, и императрица Зоя (справа), дер- жащая в руках грамоту в виде свитка. А вот как восторгался Святой Софией еврейский путешественник Вениамин Тудель- ский, посетивший в 11 71 г. Константинополь: «В этой церкви столько алтарей, сколько в году дней. Его богатства без числа, в него ежегодно приносят дань с двух больших островов и на- ходящихся там замков и городов. Ни в одном из храмов мира нельзя встретить богатства, подобного этому. Внутри храма колонны и лампады из чистого золота и серебра в таком коли- честве, что человек не может сосчитать» . Зайдя во внутрь Св. Софии и других храмов Константино- поля, пришельцы из далекой Руси могли сравнить свои язы- ческие обряды с пышным ритуалом христианских богослуже- ний. Но их ждали торговые сделки на столичных рынках, куда стекались купцы из разных стран и где можно было услышать 69
разноязыкую речь -- греческую, итальянскую, арабскую, ев- рейскую, славянскую. Об условиях торговли и пребывании купцов из Руси в сто- лице Византии можно узнать из текстов русско-византийских договоров Х столетияы. Так, по соглашению 907 г. , заключен- ному после победоносного похода киевского князя Олега, ви- зантийцы обязались в течение шести месяцев ежегодно выда- вать русским гостям довольствие («месячину») разными про- дуктами - «хлеб, вино, мясо, и рыбы и овощь» , а на обратную дорогу снабжать якорями, парусами, прочими снастями и про- довольствием. Им дозволялось без ограничений посещать об- щественные бани. Приплывших из Руси купцов сразу же пе- реписывали императорские чиновники, ведавшие их размеще- нием и выдачей месячного довольствия. Они селились обычно в предместье, у монастыря Св. Мамы, и должны были входить в сам город через одни ворота, в сопровождении византийс- кого чиновника, группой не более 50 человек и без оружия. Как видим, столичные власти опасались, и не без оснований, инцидентов с вооруженными и воинственными чужеземцами на рынках, в лавках, в харчевнях, банях и других местах. Как пред- положил известный ученый-византолог Г.Г . Литаврин, древних русов размещали на постой в казармах с нехитрой бытовой об- становкой и большой кухней". Зимой они были заняты сами- ми византийскими солдатами, уходившими весной в сельскую местность в летние лагеря. Поэтому в зимние месяцы купцы из Руси не имели возможности оставаться в Византии. Только древние русы пользовались после 907 г. привилегией беспош- линно торговать в Константинополе («не платит мыта ни в чем ЖЄ›› )53. В сентябре 911 г. после длительных переговоров был под- писан новый договор Руси с Византией. Послы великого киев- ского князя Олега и византийские дипломаты постарались рег- ламентировать в его статьях практически все конфликтные ситуации, случавшиеся нередко в отношениях между двумя государствами. Убийство русина или византийца каралось смертью на месте преступления. За удар, нанесенный мечом либо сосудом, виновный платил огромный штраф в пять фун- тов серебра. Уличенный вворовстве должен был возместить украденное имущество, а в ряде случаев даже в тройном раз- 70
«ївФ; %®%«<>»%<>%»®«%°%«®% мере. Если же сильный ветер выбрасывал разбитые ладьи на берег, византийцы и русские брали на себя обязательство со- хранить уцелевшие товары и вещи от разграбления, а затем помочь жертвам кораблекрушения добраться до конечной цели их путешествия. В договоре также гарантировался возврат украденных рабов. В договоре, заключенном в 944 г. после неудачного похода великого киевского князя Игоря на Царьград (941), привиле- гии древнерусских купцов были существенно ограничены” . В нем уже нет упоминания о праве русов на беспошлинную тор- говлю в Византии; им запрещалось закупать дорогие шелко- вые ткани («паволоки») больше, чем на 50 «золотников» - золотых византийских монет. Приобретенные партии шелка опечатывались императорским таможенным чиновником-ком- меркиарием, дававшим разрешение на их вывоз. Отныне «гос- ти» из Руси должны были иметь при себе серебряные перстни с печатью и грамоту от великого киевского князя, удостоверяв- шего торговые цели их поездки и отвечавшего за их поведение. В соглашении 944 г. подтверждались размеры наказаний за уголовные преступления, зафиксированные впервые еще в тексте русско-византийского договора 91 1 г. Византийцы по- прежнему опасались убийств, грабежей и прочих бесчинств со стороны древнерусских торговцев из дружинной среды. Не только приближенные лица и послы, но и купцы сопро- вождали вдову Игоря, княгиню Ольгу, во время ее поездки в Константинополь (согласно «Повести временных лет» , в 955 г., хотя современные историки выдвигают и другие вер- сии) и получили после императорских приемов денежные по- дарки - по 12 (знать) и по 6 (воины-торговцы) византийских монет-милиарисиев. Перед нами наглядное свидетельство до- вольно высокого статуса древнерусского купечества Х в. из дружинной среды, торговавшего с заморскими странами по пути «из Варяг в Греки» . В числе немногочисленных письменных свидетельств тор- говли с Русью Нижнего Подунавья в научной литературе чаще всего ссылаются на слова великого киевского князя Святосла- ва Игоревича о торговом значении Переяславца, находивше- гося, скорее всего, на месте румынского села Нуфэру (бывш. Прислава) на правом берегу дунайского рукава Св. Георгия, 71
%°%°@°%«®*%°%«®<Б%®%» южнее г. Тулчи. Согласно «Повести временных лет», вернув- шись из первого балканского похода для отпора печенегам, Святослав заявил в 969 г. своей матери княгине Ольге и киевс- ким боярам: «Не любо ми есть в Киеве быти, хочю жити в Пе- реяславци на Дунай, яко то есть середа земли моей, яко ту вся благая сходятся: от Грек злато, поволоки, вина и овощеве раз- ноличныя, из Чех же, из Угорь сребро и комони, из Руси же скора и воск, мед и челядь»“5 . Когда же и каким образом была составлена эта летописная речь? Явно не во времена Святосла- ва Игоревича, а гораздо позднее, в конце ХІ в., и на основе пре- даний это сделал составитель Начального летописного свода. Устная традиция донесла, по-видимому, лишь объяснение Свя- тославом переноса резиденции из Киева торгово-экономиче- ским значением Переяславца на Дунае, под которым подразу- мевался явно Преслав Великий - крупнейший торговый центр Болгарии Х столетия. Действительно, если упомянутый в речи 969 г. перечень византийских и древнерусских экспортных товаров (золото, дорогие ткани, вино, южные фрукты - из Византии; меха, воск, мед, рабы - из Руси) соответствует торговому обмену между двумя странами и в Х, и в ХІ-ХІІ вв. , то серебро вряд ли вывозилось в Х в. из Чехии и Венгрии в Нижнее Подуна- вье и на Русь. Ни по письменным, ни по археологическим, ни по нумизматическим данным нельзя проследить массовое поступление серебра в нижнедунайские центры ни в Х, ни - в ХІ-ХІІ вв. Серебро в виде венгерских и чешских монет-де- нариев ввозилось в ХІ в. (а не во времена князя Святослава) на Русь, но не на Нижний Дунай. Таким образом, летописец ХІ в. дополнил торгово-экономическую характеристику Переяслав- ца на Дунае (то есть Преслава Великого, а в более широком смысле всего Нижнего Подунавья) второй половины Х в. совре- менными ему сведениями о торговых связях Русизб. Анализ летописных известий о Переяславце и сопоставле- ние их с данными других источников убеждают нас в том, что летописец, пользуясь главным образом устными преданиями, ошибочно отнес к одному Переяславцу действия, происходив- шие.как вокруг него, так и в Преславе Великом. В эпоху Пер- вого Болгарского царства (по крайней мере, в Х в.) Переясла- вец - Малый Преслав уже существовал, но еще не имел боль- 72
зі*«е ее @%°%«°<@%®%°*%°%«<> шого политического и торгово-экономического значения, ка- кое он приобрел позднее, в ХІ-ХІІ вв., когда стал центром византийской административной единицы - катепаната или стратигии. Во время дунайских походов Святослава Переясла- вец - Малый Преслав, очевидно, являлся опорной базой для русских войск, поэтому хорошо запомнился возвратившимся на Русь дружинникам, не раз побывавшим и в Преславе Вели- ком. В возникших на основе их рассказов в Киеве устных пре- даниях название болгарской столицы из-за созвучия трансфор- мировалось и ассоциировалось с Переяславцем - Малый Пре- славом, который часто посещали тв ХІ-ХІІ вв. древнерусские купцы, являвшиеся информаторами летописцев. Устная тра- диция донесла, по-видимому, лишь объяснение Святослава переноса резиденции из Киева торгово-экономическим значе- нием Переяславца на Дунае, под которым подразумевался Преслав Великий - крупнейший торговый центр Болгарии ІХ- Х вв. Поездки «гостей» из Руси в Византию продолжались и в ХІ в. , после закончившейся провалом попытки киевского кня- зя Святослава закрепиться на Балканах в 967-971 гг. После падения Первого Болгарского царства и окончательного уста- новления господства Византии на его территории (1098) гра- ницы империи, а значит, и ее рынки, значительно приблизи- лись к землям восточных славян. Теперь их суда стали часто подниматься вверх по Дунаю, заходя в Переяславец (Малый Преслав), Новиодунум (Исакчу), Доростол (Силистру), став- ших в ХІ-ХІІ вв. крупными торгово-ремесленными центра- ми. По свидетельству знаменитого арабского географа ал-Ид- риси (1153), какая-то «контора Руси» существовала в городе Масиунусе (современном Шумене), расположенном к югу от Нижнего Дуная, вблизи древних болгарских столиц - Плис- ки и Преслава. Она представляла собой купеческое подворье, где останавливались, подолгу проживали, хранили товары и совершали сделки древнерусские «гости »5'. Это известие под- тверждают находки древнерусских ремесленных изделий, сде- ланные болгарскими археологами в Шумене. В 1042 г. в результате ссоры и драки греков с восточносла- вянскими торговцами на одном из константинопольских рын- ков был убит некий знатный «скиф» («скифами» византийцы 73
нередко называли древних росов). После этого инцидента от- ношения между Русью и Византией еще больше обострились и в следующем году привели к войне. Сын великого князя Вла- димир Ярославич в 1043 г. возглавил последний общерусский поход против империи, но потерпел сокрушительное пораже- ние. Тогда же, опасаясь заговора, византийские власти высла- ли в отдаленные провинции проживавших в столице древне- русских купцов и воинов-наемников. Лишь в конце правления Ярослава Мудрого (1019-1054) отношения Киева с Констан- тинополем вошли в нормальное русло: к середине ХІ в. между ними был заключен новый договор, урегулировавший спорные проблемы. Опять по Днепру и Черному морю поплыли купе- ческие караваны с товарами. Как повествуется в сочинении «Посмертные чудеса святителя Николая» (вторая половина ХІ в. ), чтобы приобрести раба, богатому жителю византийской столицы следовало посетить специальный рынок, «идеже русь- тии купци приходяще челядь продают» . Выходцы из восточнославянских земель, в том числе и куп- цы, составляли довольно многочисленную колонию, проживав- шую в специальном Русском квартале (эмболе), в центральной части Константинополя. Это была целая улица с жилыми до- мами, лавками, храмами, которые помимо богослужений ис- пользовались для хранения ценностей. Людей, регулярно ездивших торговать к грекам-византий- цам, древнерусские летописцы с конца ХІ в. стали именовать «гречниками» . Как и прежде, в пути их подстерегали морские пираты и кочевники-половцы, вытеснившие печенегов. Зна- чительный ущерб терпели купцы и во время феодальных меж- доусобиц, становившихся все более частыми по мере вступле- ния Руси в эпоху раздробленности. Под 1084 г. в Ипатьевской и Радзивиловской летописях помещено известие о нападении воинственного волынского князя Давыда Игоревича на «греч- ников›› в Олешье, древнерусском порту в устье Днепра, и за- хвате всего их имущества. Поскольку часть товаров принадле- жала киевским князьям, они проявляли заботу о создании бо- лее благоприятных условий поездок для торговцев уже в ХІІ в. Так, стремясь не допустить разграбления половцами возвра- щавшихся в Киев караванов «гречников», Мстислав Изясла- вич и Ростислав Мстиславич вместе с союзниками в 1 167, 74
%®<>«%®%®°%°%«°@®%* 1 168 и 1170 гг. снаряжали крупные военные экспедиции для охраны «Греческого» (Днепровского) пути. Княжеские дружи- ны обычно ждали купцов в районе порогов или у Канева, отку- да сопровождали их до Киева. А в 1170 г. вместо пассивного стояния южнорусские князья решили первыми нанести упреж- дающий удар по половецким кочевьям в степи. Но и с полов- цами Русь не только воевала, но и обменивалась товарами, по- давая пушнину, мед, рабов и получая от них лошадей и про- дукты кочевого хозяйства. В эпоху крестовых походов и политической раздробленно- сти на Руси торгово-экономическое значение пути «из Варяг в Греки» как цельной системы коммуникаций, соединявшей Северную Европу с -Византией, упало. Политические и воен- ные конфликты, набеги кочевников, конечно, мешали регуляр- ным поездкам купцов в Византию, однако не могли их надолго прервать. Русско-византийские торговые контакты продолжа- лись и после захвата в 1204 г. крестоносцами Константинопо- ля, и после опустошительного монгольского нашествия на Русь.
Край польский от путей пилигримов удален и никому, кроменемногих идущих на Русь ради торговли, не известен. Польский хронист Галл Аноним ( начало ХІ в. ) «ГОСТЬБА» С ЗАПАДНОЙ Европой Слово «гостьба» , известное еще с ХІ в. по Русской Правде, означало «дальняя, выездная торговля» , в том числе с замор- скими странами. Как можно прочесть в рукописном Прологе ХІУ в., «иные же по морю плавающи, по земли гостьбы дею- ще, и беруще богатьство»58. С какими же землями Западной, Северной и Центральной Европы чаще всего были связаны тор- говые маршруты древнерусских гостей? Через Северную Русь в балтийские страны в ІХ-Х вв. шел мощный поток арабского серебра. После его прекращения в ХІ в. , наоборот, через Балтику к восточным славянам (главным образом в Северную Русь) попадала основная масса западноев- ропейских серебряных монет-денариев, чеканенных преиму- щественно в Германии, Англии. Ими иноземные торговцы рас- плачивались в Восточной Европе преимущественно за рабов, рабынь и дорогую пушнину. Русские меховые шапки можно было увидеть на скандинав- ских викингах, совершавших военно-торговые экспедиции в Восточную Европу, где они приобретали, скажем, в Новгороде 76
%<>%«°@®%®«@®%«°»%®%« (Холмгарде), как повествуется в «Саге об Олаве Святом» по «Хеймскрингле» , наряду с драгоценными тканями и роскош- ной столовой утварью самые дорогие меха59. О чудесном собо- ле хорошо знали на острове Рюгене у южного побережья Бал- тийского моря. Даже само это восточнославянское слово, обо- значавшее редкого северного зверя темно-коричневой и черной окраски, вместе с купцами, занимавшимися его поставками на Запад, перекочевало в эпоху Средневековья в английский, не- мецкий, французский языки; скорнякам английских и ганзей- ских городов были хорошо известны другие разновидности во- сточноевропейской пушнины, привозившейся из Новгорода, Смоленска, добывавшейся в бассейне р. Клязьмы6°. По крайней мере, с рубежа ІХ-Х вв. она поступала на Верх- ний Дунай, в Баварию. В ХІ в. , например, в торговле соболями и серым мехом не брезговал участвовать и падерборнский епис- коп Майнверк (Германия) 61. Умерший около 1205 г. немецкий поэт Гартманн из Ауе, прославляя в одном из стихотворений великолепные русские меха, писал, что они «были серые, и лучших никто не мог найти ни на Руси, ни в Польше »°2. И это далеко не поэтическое преувеличение человека, видимо, хоро- шо знакомого с высоким качеством восточноевропейской пуш- нины, пользовавшейся огромным спросом в Германии и дру- гих странах Западной Европы. Меха из Руси, судя по словам Гартманна, можно было встретить и в Польше, через террито- рию которой их перевозили на Запад; а часть из них, очевид- но, оседала и в самих польских землях. В Польше в эпоху Сред- невековья добывалась и собственная пушнина (бобры, рысь, выдры, волки), служившая на ранних стадиях даже средством платежа, но некоторые виды пушных зверей (например, со- боль), обитавшие в северных районах Восточной Европы, там не были известны°3. Торговые контакты Древней Руси с Западной и Централь- ной Европой осуществлялись и через Балтику, и по сухопут- ным маршрутам. Отважные мореходы-новгородцы с древних времен смело бороздили неспокойные воды Балтийского моря на своих небольших суденышках, добираясь туда по Волхову, Ладожскому озеру и Неве. Им требовалось затратить на доро- гу в одну сторону две-тринедели, если, конечно, шторм не за- ставлял купцов укрываться в удобных гаванях и ремонтиро- 77
×.ч^› /'жа вать поврежденные морской стихией ладьи, весла и паруса. Они доставляли ценную пушнину, воск, мед и другие товары в Гер- манию, Польшу, Скандинавию и даже через Северное море на далекие Британские острова. Торговцев из.Руси иногда можно было встретить в оживленном английском порту Саутгемпто- не. Меха русского горностая, соболя хорошо знали и ценили аристократы Лондона, Парижа. Но его перевозки на Запад по Балтике не обходились без риска, связанного с опасностью ко- раблекрушений и потери товаров, нападениями пиратов. Новгородские летописцы обычно фиксировали всякого рода чрезвычайные происшествия на море. Под 1 130 г. в летописи, например, отмечено, что из Дании купеческий караван благо- получно приплыл на родину, а из плававших на шведский ост- ров Готланд семь ладей погибли в морской пучине вместе с куп- цами и товарами. Через несколько лет летописец записал со- общение о том, как пострадали купцы из Новгорода в Дании, а в 1 142 г. на возвращавшиеся домой новгородские ладьи совер- шили пиратское нападение на Балтике шведы. В немецкой хронике Саксона Грамматика помещено известие об ограбле- нии в 1 157 г. датским королем Свеном ІІІ русских купеческих судов в районе Шлезвига и раздаче захваченных товаров и про- чего имущества своим воинам. К счастью, не все правители грабили гостей. Иные, наобо- рот, старались привлечь их в собственные владения. Так, за- хватив в середине ХІІ в. Любек, саксонский герцог Генрих Лев направил послов в северные государства, включая и Русь, обе- щая обеспечить купцам свободный проезд к городу. Как отме- тил немецкий хронист Адам Бременский, в ХІ в. весь путь от крупного славянского порта в устье Одера - Волина до перво- го древнерусского города Ладоги занимал по Балтике 14 дней. Об этих поездках свидетельствуют не только средневековые авторы, но и материалы археологических раскопок в древних портах и поселениях на Готланде, в Южной Швеции, на севере Польши, где найдены различные древнерусские украшения, посуда, другая продукция ремесленников (диски для верете- на - пряслица из розового и фиолетового овручского щифера, поливные полихромные глиняные яйца-писанки). Особой по- пулярностью в Европе пользовались русские дверные трубча- тые замки - одно из самых сложных и искусных слесарных 78
»%®%®°«%°%«®«@°%«®<@°%« изделий. Они были известны и в Венгрии, и в Германии, и в Чехии, и даже в далекой Англии. В кладе у немецкого города Ростока на Балтийском побережье обнаружена серебряная мо- нета - сребреник великого киевского князя Владимира Свя- тославича начала ХІ столетия; находки древнерусских монет Владимира и его сына, Ярослава Мудрого, известны и в Шве- ции. В Бюрге на острове Готланд открыты серебряные слитки ромбовидной и эллипсовидной формы - денежные гривны се- верорусского происхождения (целые и фрагменты). Причем на некоторых из них имеются кириллические надписи и знаки - граффити, в том числе полные и сокращенные имена торгов- цев - владельцев этих ценностей: Быняты (Быляты), Дмит- рия, Ильи, Селяты, Тихоты°4. Как видим, среди них есть и хри- стианские, и языческие имена. Гривнами в безмонетный пе- риод (ХІІ-ХІУ вв.) купцы из Руси расплачивались за очень крупные покупки, каждый такой брусок серебра, отлитый в Новгороде, весил 204 г, в Киеве - около 160 г. За одну сереб- ряную гривну можно было приобрести, к примеру, 50 овчин, две свиньи, за две - корову. Русь получала через Балтику серебро, железо, медь, сви- нец, соль, сукно, вино, сельдь и другие необходимые ей това- ры. Частые поездки и длительное пребывание там заставляло русских купцов основывать свои торговые подворья, возводить храмы, служивщие убежищем в момент опасности, а также местом хранения товаров и весов . Русские кварталы существо- вали с ХІІІ в. в Риге, Ревеле (современный Таллин) и Тарту, а в городе Висби на Готланде и крупнейшем центре Швеции - Сигтуне действовали русские православные храмы. Позднее, в ХІУ-Х)/' вв., русская церковь Св. Николая упоминается и в Риге. Среди прихожан преобладали торговые люди из Руси. Воспоминания о путешествиях наших предков по Балтике от- ложились в народном эпосе, в былинах. Живший в ХІІ в. немецкий хронист Гельмольд упоминает 0 крупном центре на юге Швеции - Бирке, «куда обычно име- ют обыкновение собираться для различных торговых надобно- стей все корабли данов, норгвегов, а также славян, семов и дру- гих народов Скифии»“5. По-разному называли Балтийское море в эпоху средневековья - «Восточным» , «Варяжским» , «Скиф- 79
*Ъ ФЁ+2. СКИМ» . ГЄЛЬМОЛЬД З8.ПИС8 .Л ЄЩЄ ОДНО ЄГО НаЗВ&НИЄ -_ «РУССКОЄ море», что свидетельствует об активном развитии морепла- вания и торговли восточных славян на Балтике. Это обстоя- тельство вызывало недовольство со стороны властей и купе- чества Дании, Швеции, северогерманских городов, объеди- нившихся позже, в ХІІІ-ХІУ вв., в мощный торговый союз Ганзу. Опасаясь конкуренции русских купцов, они стреми- лись изолировать Русь от Балтики, оттеснить ее с завоеван- ных с таким трудом позиций. Начиная с ХІІ в. участились на- падения на караваны русских (преимущественно новгород- ских) купцов в Дании и Швеции. Мало того, в 1164 г. шведы предприняли поход по Неве на Ладожскую крепость - важ- нейший русский форпост на северо-западном рубеже Новго- родской земли, однако новгородцы быстро разгромили их, захватив при этом 43 шведских корабля. В ответ на такие враждебные действия последовали военные походы русских на море в Швецию. Во время одного из таких набегов в 1 187 г. новгородцы вместе со своими союзниками - карелами взяли штурмом крепость Сигтуну на юге Швеции, захватили и при- везли в Новгород почетный трофей - знаменитые Сигтунские ворота, которые и поныне украшают главный храм Новгоро- да - Софийский собор. После этого столкновения на Балтике временно прекрати- лись, а отношения Новгорода и Смоленска с Готландом и се- верогерманскими городами были урегулированы в ряде вза- имовыгодных торговых договоров, заключенных в конце ХІІ-ХІІІ в. По договору Смоленска с Ригой и Готландом 1229 г. немецкая сторона обязалась обеспечить русским куп- цам свободный путь от Готланда до города Любека. Правда, и позднее немецкие и шведские феодалы не оста- вили своих попыток покорить богатые земли Северо-Западной Руси, но все их завоевательные походы, вдохновлявщиеся рим- скими папами, наталкивались на ожесточенное сопротивление русских людей. Новгородская рать во главе с князем Алексан- дром Ярославичем наголову разбила на Неве в июле 1240 г. вторгшихся шведов, столь же плачевно закончилось для немец- ких рыцарей Ливонского ордена Ледовое побоище на Чудском озере в апреле 1242 г. Потерпев неудачу в попытках захватить и отторгнуть от Новгородской земли Ладогу и бассейн Невы, 80
Ж) «%®%ё>°«їчЁ°%°<@%°%® шведы решили закрыть для русских выход из нее в Балтий- ское море. С этой целью они построили в 1300 г. у впадения в Неву реки Охты мощную каменную крепость Ландскрона ( « Ве- нец земли»). Однако весной следующего года новгородцы раз- рушили ее, использовав для борьбы со щведскими кораблями подожженные плоты - «брандеры», пущенные вниз по тече- нию Невы навстречу неприятелю. Как видим, и на юге, и на севере свободу торгового мореплавания нашим предкам при- ходилось обеспечивать нередко мечом. И купцы русские по- прежнему брали в дорогу помимо торгового снаряжения ору- жие, хотя уже не происходили из дружинной среды. Ценой упорной борьбы Новгороду удалось отстоять свою независимость от посягательств немецких и шведских завое- вателей, но в целом позиции Руси на Балтике после ХІІІ в. были ослаблены, и в ХІ\/'-ХУ вв. русские купцы гораздо реже пла- вали по Балтийскому морю. Их сделки с иноземными гостями чаще осуществлялись теперь на рынках Новгорода, Пскова, Смоленска, Риги, Ревеля, а не в более отдаленных центрах бал- тийских стран. Через Венгрию, Польшу и Чехию Наряду с морскими торговыми маршрутами восточные славяне очень рано освоили и сухопутные, протянувшиеся в широтном направлении и связывавшие Древнюю Русь прежде всего со странами Центральной и Западной Европы. По край- ней мере со 2-й половины ІХ в. повозки и вьючные лошади русских купцов проторили дорогу из Киева к верховьям Ду- ная, в Баварию. Именно здесь о них впервые упоминается в таможенном уставе верхнедунайского города Раффельштет- тена, составленном около 904-906 гг.: «Славяне же, прихо- дящие для торговли от ругов или богемов, если расположатся торговать в любом месте на берегу Дуная или в любом месте у роталариев или реодариев, с каждого вьюка воска [платят] две меры стоимостью в один скот каждая; с груза одного посиль- 81
'9 .; .. ЩИК8. _ ОДНУ Меру ТОЙ Же СТОИМОСТИ; ЄСЛИ Же ПОЖЄЛ&ЮТ ПрО- давать рабов или лошадей, за каждую рабыню [платят] по одному тремиссу, столько же - за жеребца, за раба - одну сайгу, столько же - за кобылу. Баварам же и славянам из этой страны, покупающим и продающим здесь, платить ничего не требуется »°° . Собственно в самом Раффельштеттене оживлен- ная торговля не велась, там лишь был составлен этот доку- мент, определявший размеры пошлин, которые взимались в начале ІХ в. на Верхнем Дунае с приезжих торговцев. «Руга- ми ›› в средневековых западноевропейских источниках Х- ХІІ вв. подчас именовались древние русы. Поэтому этот тер- мин из текста документа не должен смущать, хотя и вызыва- ет скептицизм у кое-кого из австрийских и немецких ученых (Э. Целльнер, Х. Вольфрам, И. Херрманн), полагающих, что речь идет о давно исчезнувшем германском племени ругов. Раффельштеттенский таможенный устав породил многочис- ленную литературу, в которой все же преобладает наиболее аргументированное мнение об отождествлении «ругов » с древ- ними русами°". В нем явно говорится о славянах из Руси («Ру- гов››) и Чехии («Богемов» ), приходящих торговать в Баварию и обязанных уплачивать определенную пошлину с ввозимых товаров - с воска, рабов, рабынь, лошадей. Наличие транзитного торгового маршрута из Баварии че- рез Чехию, Польшу, Южную Русь в Хазарию подтверждается сведениями из так называемого Баварского географа последней трети ІХ в. о проживавших вдоль его трассы народах, Как обо- сновал А.В. Назаренко, в результате этих контактов на Верх- нем Дунае появились и топоним Вииагатагсіта, и название де- нежной единицы «скот»°8. Путь русских купцов из Киева на Верхний Дунай пролегал через Краков и Прагу, о чем свидетельствует купец-путеше- ственник Ибрагим ибн Йакуб, посетивший в 965-966 гг. запад- нославянские земли: «Город Фрага (Прага) построен из камня и извести, и он самый богатый из городов по торговле. Приходят к нему из города Крако (Кракова) русы и славяне с товарами»°°. Столица Чехии была в Х-ХІ вв. крупным европейским цент- ром работорговли, которой активно занимались и гости из Руси, не брезговавшие в духе того времени продажей пленных, в том числе и детей"°. 82
сїсд) ее %®%«®@%°%*°«%®%«® Особенно оживленные торговые контакты Русь поддержи- вала в ХІ-ХП вв. с баварским г. Регенсбургом, где даже су- ществовали «Русские» ворота, упомянутые в документе 11 70 г. Находясь на Дунае, на перекрестке важных торговых пу- тей, он одно время являлся резиденцией Каролингов, а в Х-- ХІІ вв. - столицей герцогства Бавария, став одним из богатей- ших германских городов. В восточнославянских землях встречаются находки сереб- ряных монет - денариев, чеканенных в Регенсбурге в конце Х-ХІ в. Регенсбургские денарии, найденные, в частности, в Полоцке, окрестностях Москвы и других местах, проникали в Северо-Западную Русь через Балтику, а не южным сухопутным путем". Вот еще один весьма любопытный факт. В начале ХІІ в. Маврикий, аббат регенсбургского монастыря Св. Якова, полу- чил в дар от «короля и от первых лиц богатейшего города Кие- ва» дорогие меха стоимостью в сто фунтов серебра. Загрузив пушниной несколько повозок, аббат отправился вместе с куп- цами из Киева в Регенсбург, где на вырученные от продажи даров деньги завершил строительство монастыря. Древнерус- ская знать проявляла явную заинтересованность в создании более благоприятных условий торговли с верхнедунайскими городами. Значительная часть поступавших туда товаров при- надлежала князьям и боярам. И не исключено, что в обмен за оказанную ими материальную поддержку Маврикий обещал содействие киевским торговцам в размещении и хранении цен- ных грузов в хозяйственных постройках монастыря. Согласно вкладной книге регенсбургского монастыря Св. Эммерама, не- кий связанный с ним Хартвик, находясь в Киеве, пожертво- вал монастырю в ХІІ в. 18 талантов серебра, которые были пе- реданы при посредничестве его должников Генриха, Гримоль- да и Конрада, приезжавших на Русь из Регенсбургаи. Доставка товаров на большие расстояния по суше требова- ла больших путевых издержек, связанных в основном с упла- тои многочисленных пошлин в таможенных пунктах на гра- ницах княжеств, королевств, герцогств. Таким местом взима- ния таможенных сборов для купцов, следовавших в Регенс- бург, в ХІІ в. был г. Эннс в Австрии. В грамоте 1191-1192 гг. штирииского герцога Оттокара І\/', подтвердившего сложивши- 83
%®%°@°%°«%°%°% \/` Э- еся еще при его отце Оттокаре ІІІ таможенные порядки на рын- ке г. Энса, упоминаются «возы, направляющиеся на Русь или из Руси», которые при условии уплаты пошлины в 16 дена- риев за проезд через р. Энс не могли быть задерживаемы» . Тогда как все остальные торговцы, проезжавшие через Энс пос- ле Благовещения (25 марта) должны были оставаться там для участия в местной ярмарке, проходившей в течение почти двух недель. В июле 1 192 г. новый австрийский и штирийский гер- цог Леопольд \/` установил таможенные и торговые привиле- гии на территории Австрии для регенсбургских купцов, в том числе и торговавших с Русью так называемых рузариев: «Вииагіі, когда бы ни шли, платят два таланта и по возвраще- нии из Руси _ полталанта; пусть заплатят двенадцать денари- ев, если пожелают куда-нибудь зайти (для торговли) ›› 73. В двух упомянутых выше документах 1991-1992 гг. речь, несомнен- но, идет не о древнерусских, а о местных купцах, ездивших на Русь, что нельзя однозначно утверждать на основе текста бо- лее позднего торгового устава австрийского герцога Леополь- да УІ (1198-1230), согласно которому в Маутхаузене взима- лась пошлина по три таланта серебра с возов (так называемых гіпдчпадеп), идущих из Венгрии и Руси, если их владельцы желали избежать обязанности участвовать в энской ярмарке. Сами же «круговые повозки» получили, очевидно, такое на- звание из-за того, что использовались членами купеческих караванов, объединявшихся в целях повышения безопаснос- ти проезда и ставивших их по кругу во время ночевки вне на- селенных пунктов, чтобы защитить товары от разграбления. Так, кстати, устраивали стоянки средневековые еврейские торговцы, ездившие через Среднее Подунавье в Восточную Ев- ропу74. Торговцы нередко использовали еще одну, более южную дорогу для поездок из Галицко-Волынской Руси на Верхний Дунай. Этот маршрут пролегал через горные Карпатские пере- валы (Верецкий и др.), Закарпатье и Венгрию. Одна из статей Эстергомского таможенного устава ХІІІ в., дошедшего по до- кументу 1288 г., но восходящего еще к 1198 г., гласит: «Ку- пец, пришедший из Руси с одним конем, пусть входит в Пешт или Эстергом, или в другое место, и подобно устанавливаются тем, которые везут дорогие меха, платит полмарки » 75. Далее в 84
®@°%°«%°%«°«%°%®«%®%« документе таможенные сборы с купцов, приезжавших с Эстер- гсм из балканских земель, Чехии, Италии, Вены, Регенсбур- га, рейнских городов, Саксонии, Польши. Торговцы из Руси, по-видимому, поставлены на первое место далеко не случайно, что, должно быть, отражает активность и важность венгерс- русских экономических связей. Нахсдящийся на правом бе- регу Дуная на границе со Слсвакией крупный торговый центр Эстергсм с конца Х по середину ХІІІ в. , являлся столицей Вен- грии и резиденцией венгерских королей. Он соединял Южную Русь с Венсй и Регенсбургсм и поэтому часто посещался куп- цами, ехавшими из восточнославянских земель либо направ- лявшимися туда. При раскопках в Эстергсме обнаружены древ- нерусские висячие замки трубчатой формы и кресты-складни. Через Эстергсмскую таможню проходили дорогие меха, вина, рабы, ткани, медь, свинец, соль, рыба, воск. Что же пользовалссь наибольшим спросом на Руси? Еще с Х в. древние русы оценили прекрасных венгерских скакунов, упоминающихся и в летописях, и в «Слове с полку Игореве» . Поступало из Венгрии на Русь в ХІ в. также и серебро, в том числе в виде монет местной чеканкит. Из германских горо- дов - Эрфурта (Тюрингия), Магдебурга (Саксония), Медебаха (Вестфалия), Кельна, Майнца на Рейне на Русь везли серебро, сукно, бронзовую утварь (чаши, водолеи в форме животных) и другие товары; из Лстарингии доставлялись изделия (даро- хранительницы, подсвечники, распятия), украшенные лимож- ской эмалью, из далекой Испании - шелк". В ХІІ-ХІІІ вв. ев- рейские торговцы из древнерусских земель добирались порой во Францию и Англию. Как и на море, негсцианты, путешествовавшие по суше, не были застрахованы от внезапных нападений лихих людей, от грабительских поборсв феодалов, через чьи владения они про- езжали. Торговцам приходилось нанимать охрану, а во время ночевок в открытых местах ставить повозки кругом, образуя своеобразные укрепления на колесах (об этом, в частности, упоминается в европейских источниках). Но подчас никакие ухищрения не помогали им избавиться от грабежей или побо- ров. Первый русский историк В.Н .- Татищев включил в свою «Историю российскую» любопытное сообщение об ограблении 85
«%°%«°»%°%®@°«%®%« в 1 129 г. на территории Польши возвращавшихся из Моравии домой русских гостей. «Того же года ляхи пограбили едусчих из Моравы купцов русских. Мстислав, уведав с том, послал Болеславу сказать, чтоб немедленно весь тот убыток заплатил, а сам велел войска собирать, грозя, если не заплатят и винных не казнят, с войски на них идти. Но Болеслав прислал послов и просил о мире, обеспечая убытки заплатить и впредь купцов чрез их земли провожать и охранять. Мстислав же дал им мир и послов с честию отпусти»"8. Перед нами не само летописное известие, а его вольный пересказ историком Х\/`ІП в. Источ- ник этого сообщения, не зафиксированного ни в одной из со- хранившихся летописей, В.Н . Татищев, к сожалению, не ука- зал. Но, несмотря на это, никто из исследователей не сомнева- ется в его достоверности, хотя ни в польских хрониках, ни в русских летописях нет никаких намеков на конфликт между великим киевским князем Мстиславом Владимировичем и польским князем Болеславом ІІІ Кривоустым в 1 129 г. С исто- рической точки зрения оно вполне достоверно и может быть сравнимо с летописным известием 1279 г. об ограблении в Польше русского каравана с хлебом, направленного волынским князем Владимиром Васильковичем из Берестья (Бреста) в зем- ли западнобалтийского народа ятвягов в обмен на меха, воск, серебро. Хлеб из Руси везли ятвягам на лодках по Западному Бугу. По этой реке с давних времен плавали в польские земли вос- точнославянские купцы. Из Киева до Западного Буга они мог- ли добраться двумя путями. Первый, сухопутный, занимал одну неделю и вел к городу Владимиру-Волынскому, где това- ры перегружались на пристани с повозок на речной транспорт, спускавшийся далее вниз по течению Западного Буга в Вислу. Второй, речной, проходил по Днепру, Припяти, Пине через волок к реке Мухавец - притоку Западного Буга, мимо Брес- та (летописный город Берестье), а затем на север к Дрогичину, где в ХІ-ХІІІ вв. находились таможня и крупный рынок меж- дународного значения. О пребывании в нем купцов из Руси, Польши и других стран Европы нет ни одного упоминания в письменных источниках. И все же они оставили там нагляд- ные следы своих торговых сделок. 86
%°%«°«%®%*>°®%®%«°«%°%« Воды Западного Буга в течение столетий медленно, но вер- но подмывали Замковую гору - холм, где располагался дети- нец древнего Дрогичина. У размытого обрыва холма местные жители с середины ХІХ в. стали находить в огромном коли- честве небольшие свинцовые пломбсчки неправильной фор- мы с загадочными изображениями. На них оттиснуты разно- образные геометрические знаки (круги, кресты, точки и т.д .), схематичные фигурки животных, птиц, людей, кирилличе- ские и латинские буквы, а также древнерусские княжеские знаки и виде двузубца. Впервые они были введены в научный оборот в 60-х гг. ХІХ в. белорусским археологом К.П. Тыш- кевичем. На протяжении последующих лет в литературе вы- сказывалось немало разных суждений о датировке, назначе- нии и принадлежности дрогичинских пломб. Одни относили их к культовым вещам, религиозным талисманам, знакам астрологии, астрономии, церковных праздников, другие - к знакам собственности и производства, фабричным клей- мам; третьи - к германским (ганзейским) торговым маркам ХГ\/-ХУІІ вв. Дрогичинские пломбы отождествляли также с таможенными печатями византийских чиновников, с печа- тями ятвягов, с татарскими тамгами ХУ в. Но наиболее проч- но в науке укоренилось мнение о том, что они привешивались не к документам, а к древнерусским товарам и связкам мехо- вых денег. Ведь помимо Дрогичина такие же свинцовые плом- бсчки встречаются в центрах Северо-Западной и Северо-Восточ- ной Руси (Новгород, Псков, Старая Рязань, Белоозеро, Городец, Дубна), откуда в основном и поступала пушнина на зарубежные рынки" . Значительная часть проб дрогичинского типа с изображе- ниями святых на обеих сторонах, княжеских родовых знаков прикреплялась к связкам пушнины, превращавшимся в ре- зультате этой операции в своеобразныемеховые деньги. В су- ществовании у восточных славян товаро-денег нет ничего уди- вительного. В разной форме - железные прутья, бруски соли, морские раковины (каури и др.) - они известны издавна у дру- гих народов. По мнению лингвистов, общеславянский глагол «платить» и производные от него («плата», «платный») род- ственны словам «полотно» , «платок» , «плат» вследствие того, 87
»@0%«°®%°%°°%®@°% что у древних славян, по свидетельству Ибрагима ибн Йакуба (Х в.), куски льняной ткани применялись как средство плате- жа. Некоторые ученые предполагают, что в безмонетный пе- риод ХІІ-ХІІІ вв. на рынках русских городов для уплаты за очень мелкие покупки и услуги принимались менее ценные, чем пушнина, но зато более прочные и удобные товаро-деньги: бусины из полудрагоценных камней (сердолика, горного хру- сталя и др.); раковины-каури (сургеа топеіэа), добывавшиеся в Индийском океане, в районе Мальдивских островов; малень- кие диски-грузики для прядения, так называемые пряслица из розового и фиолетового мягкого камня - щифера, добывав- шегося в районе Овруча (Житомирская область). Любопытно, что иногда их находят в древних кладах или в кошельках вме- сте с средневековыми серебряными монетами (как, например, при раскопках Новгорода). Но вернемся к меховым деньгам. Правом их «выпуска» об- ладала лишь княжеская администрация. Для платежей такие деньги использовались до их полного обветшания и превраще- ния в ветхие лоскуты кожи, после чего пломбы срывались и выбрасывались. О хождении меховых и кожаных денег на Руси имеется ряд интересных свидетельств письменных источников ХІІ-Х)/' вв. Арабский путешественник Абу Хамид ал-Гарна- ти, посетивший «страну славян» в 1150-1153 гг., рассказал о самом процессе скрепления 18 шкурок пушнины в одну связ- ку, опломбированную княжеским клеймом. О шитье меховых денег в Новгороде в ХІУ в. упоминается в берестяной грамоте под М 490. Употребление их в начале следующего столетия засвидетельствовал Гильбер де Ланнуа, побывавший в городе на берегах Волхова в 1413 г. В Х `\/'ІІ в. об использовании мехо- вых денег на Руси писал австрийский посол Сигизмунд Гер- берштейн8°. Меховые деньги имели разные счетные единицы, включав- шие определенное количество восточных монет-дирхемов и западноевропейских денариев: «векша» (от «веверица» - бел- ка), «куна» (от слова «куница» ). Первоначальная куна - это стоимость одной шкурки куницы, составлявшая около 8 г серебра. Мало того, «кунами» на Руси также именовали день- ги в целом. 88
«%°ЁйЁ*°«%®%®«%®%«°»%°%З> Деньги из связок пушнины (по 18 шкурок в каждой связ- ке), безусловно, находились во внутреннем обращении в тех рус- ских землях и княжествах, где были «выпущены» . Их нельзя было применять для расчетов с иностранными купцами на тер- ритории Руси и за ее пределами. В международной торговле своеобразной древнерусской валютой являлась только полно- ценная высококачественная пушнина, ведь связки потертых шкурок никто бы не стал принимать. К партиям ценных ме- хов куницы, соболя, лисицы, белки, зайца также прикрепля- лись в местах их закупки и отгрузки свинцовые пломбсчки, удостоверявшие принадлежность товара тому или иному соб- ственнику - князю, боярину, купцу. Таково происхождение пломб с княжескими знаками, открытых в самом Дрогичине и принадлежавших великим киевским князьям Всеволоду Ярос- лавичу (1078- 1098) и Всеволоду Ольговичу (1 139- 1 146), чер- ниговскому князю Олегу Святославичу, умершему в 1115 г. Очевидно, с помощью такого клейма обеспечивалась лучшая сохранность принадлежавших князю товаров в пути, по край- ней мере, на территории своего княжества и освобождение от уплаты проездных и таможенных пошлин на границе. Помимо знаков Рюриковичей на пломбах дрогичинского типа имеются оттиснутые специальным пломбиром изображе- ния человеческих лиц, животных, птиц, крестов, треугольни- ков, кружочков, других схематичных фигур, кириллических букв. Что же они означают? Об этом можно говорить лишь пред- положительно. Но в большинстве своем они, по-видимому, яв- лялись знаками собственности других владельцев привозив- шихся в Дрогичин товаров - бояр, самих древнерусских куп- цов. Возможно, буквы на пломбах в ряде случаев обозначали определенный объем товаров. Без них можно было легко пе- репутать чужой товар. Пломбы прикреплялись и к иным пред- метам восточнославянского экспорта: партиям полотна, льна, воска, меда, кожи. Древнерусский Дрогичин впервые упоминается в Ипатьев- ской летописи под 1142 г., когда город, принадлежавший ра- нее Киеву, окончательно перешел во владения волынских кня- зей. О международной торговле по Западному Бугу с конца ІХ в. говорят находки арабских дирхемов в Мазовии и в окрест- 89
ностях самого Дрогичина, где с \/`ІП -ІХ вв. уже существовало славянское поселение. Вскоре после заключения союзного до- говора (ок. 1039 г.) между Ярославом Мудрым и польским князем Казимиром І в Дрогичине был построен хорошо укреп- ленный детинец на Замковой горе. С этого времени он превра- тился в крупнейший торговый центр и таможенный пункт, игравший огромную роль в экономическом обмене Руси с со- седними европейскими странами в ХІ-ХІІІ вв. Массовое скоп- ление товарных пломб в Дрогичине свидетельствует о размахе пограничной торговли. Значением Дрогичина объясняется соперничество из-за него между галицко-волынскими и польскими князьями. В 30-х гг. ХПІ в. Даниилу Романовичу Галицкому пришлось силой ору- жия выбивать из города немецких рьщарей-крестоносцев. От- стояв Дрогичин, могущественный властелин Галицко-Волын- ского княжества именно в нем в 1255 г. и был увенчан золотой королевской короной, присланнсй ему папой римским. Несмотря на случавшиеся политические и военные конф- ликты, древнерусские купцы часто посещали Польшу. И не только проезжая транзитом в Чехию и в Германию. Ежегодно, например, поступали сотни телег, нагруженных галицкой со- лью из прикарпатских месторождений, в польский город Сан- домир, о чем свидетельствует один из монастырских привиле- ев (грамот с привилегиями). В обмен из Польши везли сукно местного производства, свинец и другие цветные металлы, а также транзитные товары из Западной Европы. С годами ком- мерсанты все чаще использовали проходившие через польские земли дороги на Запад и Восток. Прочные торговые связи с Русью имел город Вроцлав в Силезии. Там в эпоху средневеко- вья существовали «Русские» ворота и «Русская» улица. Поез- дки купцов из восточнославянских земель во Вроцлав, Краков и другие торговые центры Польши продолжались и после мон- гольского нашествия. Так постепенно, в процессе многократ- ных торговых экспедиций древнерусские купцы из дружинной и ремесленной среды приобретали необходимый опыт, учились предприимчивости. Их дальнейшие поездки способствовали культурному взаимообогащению народов, распространению разного рода новшеств. 90
«%°%°«%°%«°»%®%®«%®%« Древнерусские земли играли роль своеобразного моста в торговом обмене между Западом и Востоком, северными и южными странами. После удачных походов великого киевско- го князя Святослава против государства волжских булгар и Хазарскогс каганата в 965-966 гг. позиции Руси на Волжском торговом пути значительно усилились. Некоторые восточные авторы, например Ибн Хаукаль, даже называют Волгу Русской рекой, что свидетельствует об активном ее использовании рус- скими купцами и иноземными гостями, ездившими торговать на Русь. Весь путь от Балтики до Каспия занимал около двух месяцев. Древнерусских торговцев в Х в. можно было встретить не только на рынках городов Поволжья. Объединяясь в вооружен- ные караваны, они иногда доставляли на лошадях и верблю- дах северные меха, выделанную кожу, русский лен, прибал- тийский янтарь, невольников в крупнейший центр Средней Азии - Хорезм. В Киеве и близ расположенном Вышгороде найдены кости верблюдов, свидетельствующие о восточных связях Руси. В ХІ в. суда русов видели на Каспии, у персид- ского города Амоля. По пути в Персию, двигаясь от устья Вол- ги вдоль западного побережья Каспийского моря, древнерус- ские корабельщики заходили в древний Дербент и Баку. Сухо- путные дороги вели из Азербайджана в Армению и Грузию, хотя о пребывании там купцов из Руси нам ничего не извест- но. В 1245 г. папский посол Плано Карпини, ехавший через Киев и южнорусские степи в столицу Монгольской империи - Каракорум, застал русских к востоку от Каспия, в среднеази- атском городе Ургенче. География поездок древнерусских купцов выглядит впечат- ляющеы. В тяжелейших условиях с помощью простейших средств передвижения они достигали и жарких южных стран, и холодный север Европы. Путешествия древнерусских куп- цов в диковинные земли расширяли кругозор человека Древ- ней Руси. Ведь книжники не только из переводной литерату- ры, но также из рассказов бывалых гостей черпали сведения о Средиземноморье, Северной Африке, песчаной Аравии, сказоч- ных Индии и Китае. Благодаря древним коммерсантам наши предки узнали об экзотических фруктах и овощах, редких 91
€%°%«°<*%0%®«%°%<>%<>%« животных, об обычаях и традициях других народов. Женщи- ны стали носить новые уборы, украшения с эмалью и чернью, стеклянные браслеты, привозимые из Византии. Именно куп- цы в числе первых освоили шахматы, познакомившись с этой увлекательной игрой в странах Востока и Запада. Именно они открывали своим соплеменникам глаза на окружающий мир, раздвигая его далеко за пределы родной волости, города, кня- жества.
Прежде всего, мы должны иметь в виду, что всякий занимающийся торговлей имеет перед собой известную цель, для достижения которой он употребляет в действиях всевозможные усилия. Цель всякого купца состоит в том, чтобы приобрести дозволенную и постоянную выгоду для своего содержания. Лука Пачоли (1445-151 7). Трактат о счетах и записях ДРЕВНЕРУССКИЙ ТОРГ Активная и целенаправленная предпринимательская дея- тельность чаще всего ассоциируется с возникновением и утверж- дением капиталистических отношений, хотя отдельные эле- менты предпринимательства появились еще в эпоху господства феодализма. И зарождались они, прежде всего, в сфере торгов- ли. Но далеко не все операции, связанные с товарным обменом, Можно отнести к предпринимательской активности, а лишь те, которые были изначально направлены на извлечение торговой Прибыли - «прикуп». Как отметил монах Лаврентий, завер- Шая в 1377 г. составление своей летописи, «радуется купець ПРИкуп створив»82. Внутренний обмен на Руси первоначально уступал внеш- Неторговым связям, приносившим значительную выгоду зна- ти- БУдучи более прибыльной, но и более опасной, дальняя за- морская торговля быстро обогащала самых удачливых купцов И Нередко разоряла неудачников. Бывшие идолспоклонники, ставшие христианами, теперь уже не у статуй Перуна и Велеса 93
»%°%°%°%«®<їч@°%«®%°% в языческих святилищах, а в православных храмах вымали- вали удачу в торговых делах. Один из них сделал в ХП в. на стене Софийского собора в Киеве надпись: « Господи, помози рабу своему Дмитру, и святая София, гостя-странника›› . Не всем, од- нако, помсгали даже неустанные молитвы. Обанкротившийся купец становился изгоем, вьшадал из прежней социальной сре- ды, и в более поздний период (ХІІІ-ХУ вв.) в Новгороде его даже брала под покровительство церковь. Некоторые торговые люди, покончив с мирскими заботами, в конце жизни уходили на покой в монастырь. И чужеземные гости, и местные купцы везли свой товар на древнерусские торги (торговища, торжища) в племенных цен- трах, где формировались торгово-ремесленные поселения, раз- вившиеся затем в феодальные города. Рыночные площади - неотъемлемая принадлежность каждого из них - отличались лишь своими размерами и разнообразием товаров. На них не только торговали. Торг представлял собой оживленный обще- ственный центр средневекового города, где происходили важ- нейшие события. Там собиралссь вече, объявлялись решения властей, нанималась рабочая сила, нередко вспыхивали вос- стания горожан. По словам немецкого хрониста Титмара Мер- зебургского, в Киеве начала ХІ в. существовало восемь рынков, хотя в древнерусских летописях упоминаются только два - Торговище на Подоле и менее значительный Бабин торжок на Горе. Немалую территорию занимал торг на Торговой стороне Новгорода Великого, у Ярославова дворища. Со всех концов Руси и из зарубежных стран поступали туда самые различные товары, дорогие и дешевые, предметы роскоши и вещи массо- вого потребления. Как же расплачивались за покупки на торгах? Первона- чально преобладала меновая торговля по принципу «товар на товар». Кроме того, в обращении находились товаро-деньги (меховые, кожаные, унифицированные ремесленные изде- лия). Крупными средствами платежа в безмонетный период ХІІ-ХІУ вв. служили серебряные слитки - гривны и их фрагменты. В ІХ -Х вв. из стран арабского Востока ввозились серебряные монеты-дирхемы, в ХІ в. - з ападноевропейские де- нарии. Меньшую роль в денежном обращении играли визан- тийские золотые, серебряные и медные монеты. Чисто репре- 94
»%<>%«°<@°%®°@<>%«®@®%« зентативное значение имела чеканка в начале ХІ в. златников и серебрениксв великим киевским князем Владимиром Свя- тославичем, серебряных монет -Ярославом Мудрым в Новго- роде. На торг они почти не попадали, хотя с заморскими гостя- ми изредка просачивались в Германию, Польшу, Швецию. При посредничестве купцов-профессионалов изделия гс- родских ремесленников находили весьма широкий сбыт и рас- пространялись ст места их изготовления на огромные по тем временам расстояния - до тысячи километров и более, прони- кая в сельскую местность, в другие города и даже за границу. По всей Европе славились восточнославянские кольчуги, льняные ткани. Внутри Руси хорошо расходились произведен- ные в Киеве стеклянные браслеты и перстни, поливная керами- ка, украшения с эмалью. Рядовая же ремесленная продукция в основном распродавалась в пределах близлежащей к городу (50-100 км) сельской округи. В отдаленные села мелочной товар - бусы, ленты, тесьму - разносили с городских рынков коробейники. Продавали какие-то вязаные поделки и монахи Киево-Печерского монастыря. Хлеботорговпы и солеторговцы Но тон на городских торгах задавали крупные торговцы, закупавшие оптовые партии продуктов и сбывавшие их затем в розницу на выгоднейших условиях. Важнейшими статьями межобластной торговли являлись хлеб и соль, цены на них зна- чительно колебались, особенно во время неурожаев и торговых блокад на коммуникациях в период междсусобиц. Если Севе- ро-Восточная, Южная и Юго-Западная Русь обеспечивали свои потребности в зерне за счет внутренних ресурсов, то в Новго- род хлеб ввозился (особенно в неурожайные годы) из других древнерусских земель либо даже из Германии, поэтому и сто- ил там дороже. Северо-Восточная Русь лишь в редкие голод- ные времена получала зерно из соседней Волжской Булгарии. Потребности Южной Руси в соли удовлетворялись за счет ее ввоза из Крыма и Прикарпатья, а в Северо-Западную Русь она поступала из источников в Старой Руссе и у побережья Белого 95
@®%°%°%°%°%«®%®%« моря либо из балтийских стран (Германии и др.). Главным об- разом через новгородский рынок в остальные районы Руси по- падали самые ценные сорта северной пушнины, моржовый клык, речной жемчуг. Когда же ощущался острый дефицит тех или иных товаров, рыночные цены определялись не только спросом и предложе- нием, но и степенью алчности оптовиков-перекупщиков. В пе- риод феодальных междоусобиц 1097 --1099 гг. в результате установления торговой блокады прекратился подвоз соли в Киев по суше и водным путем из Галича и Перемышля. Этой бедственной для простого люда ситуацией и воспользовались оборстистые киевские торговцы, сумевшие заранее создать крупные запасы соли и взвинтившие цену на нее в пять раз, что вызвало возмущение горожан. Алчным солеторговцам по- кровительствовал великий киевский князь Святополк Изясла- вич, сам, по всей видимости, замешанный в спекуляции солью и получавший за счет нее дополнительные доходы. После его смерти долго копившийся гнев простых киевлян против куп- цов и ростовщиков вылился в мощное восстание 11 13 г. , когда многим из них не поздоровилось. Занявшему киевский престол Владимиру Мономаху (1 1 13-1 125) пришлось пойти на суще- ственные уступки городским низам, значительно уменьщив размер взимавшегося ростовщического процента. Беднота Новгорода Великого особенно страдала от резких колебаний цен на хлеб, в основном привозной. «И вздорожи- ша все по торгу» , - не раз сообщали новгородские летописцы в неурожайные годы, вызванные заморозками или проливны- ми дождями. В такие голодные времена Новгород особенно за- висел от хлебных поставок из северо-восточной и южной Руси, а иногда даже из Германии. Значительный взлет цен на пшеницу, рожь, печеный хлеб наблюдался в 1128, 1161, 1170, 1188 гг. , неоднократно отме- чался он и в следующем столетии. Трупы умерших от голода нередко валялись на улицах, дорогах и на самой рыночной площади, а иногда (например, в 1230 г.) дело доходило даже до людоедства, продажи собственных детей, которых невоз- можно было прокормить. Ни один из письменных источников не упоминает о проявлении в таких экстремальных случаях милосердия со стороны хлеботоргсвцев либо власть имущих. 96
їё:-ъ? . €%°%@°*%0%®®@®%® Напротив, в период междоусобиц князья подчас препятство- вали подвозу хлеба в Новгород, чем усугубляли и без того бед- ственное положение рядовых горожан, не имевших больших запасоввз. Такие ситуации подчас служили искрой для вспыш- ки народных волнений, которыми изобилует история Новго- родской феодальной республики. Отношение к торговым людям Отношение в древнерусском обществе к купечеству было весьма противоречиво и колебалось от поддержки князьями гостей на внешних рынках до ущемления их имущественных прав и ограбления в период конфликтов; от признания нужно- сти торговых людей до выражения открытой неприязни к ним со стороны бедноты. Непоследовательно относилась к купцам и церковь. С одной стороны, она получала с конца Х в. доходы от торговли (десятину от княжеских сборов) и была заинтере- сована в поставках ряда импортных товаров (вина, оливкового масла, ладана, красителей, серебра, цветных металлов и др.), необходимых для организации богослужений, строительства храмов и производства культовых предметов. Да и сами пред- ставители православного духовенства еще в домонгольскую эпоху для пополнения доходов стали заниматься побочными видами деятельности - торговлей и ростовщичеством. С дру- гой стороны, чтобы не допустить падения авторитета и прести- жа в глазах прихожан, церковные владыки Новгорода Нифонт и Илья-Иоанн в ХІІ в. не раз угрожали суровыми карами зар- вавшимся корыстолюбцам из числа священнослужителей. Церковь предпринимала кое-какие меры для урегулирования наиболее одиозных с точки зрения православной морали сто- рон деятельности профессиональных купцов. В «Правиле цер- ковном» Иоанна ІІ, митрополита Руси (1080-1089), осужда- лась практика продажи рабов-христиан приверженцам других религий («в поганыя»), а самим древнерусским гостям, ходя- щим «к поганым купля ради» , предписывалось очищаться от грехов с помощью неустанных молитв и причащения у духов- ника. Вряд ли, однако, эти запреты могли как-то ограничить 97 4 - 6968 Перхавко
@@®%®°%°%®°%°%®®%°% товарообмен купцов из Руси с кочевниками южных степей, мусульманским миром, торговцами иудейского вероисповеда- ния. Столь же двойственно относилась к коммерсантам и древ- нерусская феодальная верхушка, постоянно пользующаяся их услугами для сбыта излишков и приобретения предметов рос- коши, получающая значительные доходы от таможенных и торговых сборов. В эпоху феодальной раздробленности число таможен-мытниц заметно возросло. И не было для гостя более ненавистной фигуры, чем мытник (мытарь), сборщик проез- жей пошлины (мыта), нередко злоупотребляющий своим по- ложением. Помимо собственно торговли купцы в Древней Руси выпол- няли и поручения властей, например снаряжение дружины и ополчения перед началом военных действий. Иногда в лихую годину их даже использовали в качестве воинов. Так, в 1195 г. они вместе с дружинами участвовали в походе против Черни- гова, организованном князем Всеволодом Большое Гнездо, а в 1234 г. - отбивали нападение литовцев на Старую Русу. И все же чаще их опыт, знания и возможности находили примене- ние в области дипломатии и разведки. Знакомство с иностран- ными языками позволяло им выполнять функции переводчи- ков. Под видом торговцев с давних времен в стан врага прони- кали лазутчики, приносившие ценную информацию. Вот два- три летописных свидетельства, хотя в действительности их было гораздо больше. В поздней Никоновской летописи ХУІ в. под 1001 г. записано: «Того же лета посла Володимер гостей своих аки в послех в Рим, а других во Иерусалим и в Египет, и в Вавилон, соглядати земель их и обычаев их››“ . Купцы участво- вали в подготовке договоров Руси с Византией в Х в. Во время похода коалиции южнорусских князей во главе со Святосла- вом Всеволодовичем против половецкой орды хана Кончака (1184) русские воины встретили «гость идущь против себе ис Половець, и поведаша им [воинам. - В.П.], яко Половци сто- ять на Хороле»85. В следующем году возвратившиеся на Русь из степи купцы принесли печальную весть о поражении войска новгород-север- ского князя Игоря Святославича, попавшего в половецкий плен. В условиях отсутствия организованной почтовой слуЖ' 98
бы с надежными торговцами передавали письменные посла- ния, в том числе и тайные. Берестяные грамоты, открытые в Новгороде, Пскове, Витебске, Старой Руссе, отражают деловую переписку и между самими купцами, людьми в большинстве своем грамотными. Превратившись по мере накопления капиталов и расшире- ния размаха торговых операций в мощную экономическую силу, купечество начало выдвигать перед властями собствен- ные требования, на которые волей-неволей приходилось реа- гировать. В противном случае власти приобретали в его лице влиятельного противника. Взбунтовавшиеся в 1176 г. влади- мирские бояре и купцы требовали от князя Всеволода Большое Гнездо казнить или выдать толпе на расправу ненавистных им ростовцев и суздальцев, находившихся в тюрьме. В начале ХІІІ в. новгородский посадник Дмитр Мирошкинич пытался заставить купцов платить так называемую дикую виру - де- нежный штраф за человека, убитого на территории общины неизвестным преступником. Естественно, эта мера вызвала резкое недовольство торговцев, не входивших в состав общи- ны. В результате они активно участвовали в восстании 1207 г. , закончившимся низложением Дмитра Мирошкинича, выбора- ми нового посадника и отменой незаконных поборов. Позднее, уже во второй половине ХІІІ в. новгородское купечество суме- ло освободиться еще от одной обременительной обязанности - перевозить за свой счет людей и поклажу князей и бояр. Купеческая верхушка уже в ХІІ-ХІІІ вв. привлекалась к решению важных государственных дел. В 1 137 г. во время кон- фликта Новгорода с князем Всеволодом Мстиславичем у его сторонников из числа бояр было конфисковано 1500 гривен серебра, выданных затем купцам «крутитися на войну», т.е . на приобретение военного снаряжения. Через четыре года, что- бы потребовать от Всеволода Ольговича прислать в Новгород княжить своего сына, в Киев направилась представительная делегация в составе епископа, послов и лучших гостей. Четверть века спустя, придя из Киева в Великие Луки, ве- ликий князь киевский Ростислав Мстиславич созвал совет с участием видных («вячьших››) представителей новгородского купечества. А в 1215 г. сами новгородцы послали посадника, тысяцкого и десять наиболее влиятельных купцов приглашать 99
ті*ее @%°%*°-*%°%°@°%®® князя Ярослава Всеволодовича. Незадолго до своей кончины в 1212 г. властелин Владимиро-Суздальской Руси Всеволод Большое Гнездо для решения вопроса о престолонаследии при- гласил «всех бояр своих с городов и волостей, и епископа Иоана, и игумены, и попы, и купцы, и дворяне, и вси люди» . Определенное представление о положении купечества по- зволяет составить Русская Правда. Она дошла до нас в двух ре- дакциях - Краткой (ХІ в.) и Пространной (ХІІ в.). Статья 44 Про- странной Русской Правды свидетельствует о широком распро- странении торговли в кредит: купец купцу без свидетелей мог давать деньги на торговлю, если же должник отказывался их воз- вращать, кредитору достаточно было принести клятву. Без при- сутствия свидетелей торговцы по закону оставляли свой товар на временное хранение, что явствует из статьи 45. Впрочем, такие устные сделки подчас нарушались той или иной сторо- ной. В одной древней притче говорится о купце, положившем перед дальней поездкой свой железный товар у другого, зая- вившего по возвращении владельца, что железо съели мыши. Тогда обманутый гость, спрятав в своем доме сына лжеца, со- общил тому, что его унес в небо орел. И ответил на возмущение и претензии нечестного человека: «Там, где мыши едят желе- зо, там и орлы подымают человека в высоту». Пришлось по- срамленному вору вернуть припрятанный товар купцу в обмен на сына. Если же русский купец, отправившийся торговать в кредит на чужие деньги либо чужими товарами, лишался иму- щества не по своей вине, а вследствие кораблекрушения, ог- рабления или пожара, ему предоставлялась отсрочка для уплаты "долга, причем в первую очередь долг выплачивался князю, затем чужеземцам и лишь потом кредиторам из числа местных торговцев. Должнику же, пропившему или проспо- рившему взятые в кредит деньги или товары, напротив, не ока- зывалось никакого снисхождения (статьи 50, 51 Пространной Русской Правды). Так сурово, но справедливо поступали соста- вители свода законов. За убийство купца, как и княжеского дружинника, на виновного налагался довольно ощутимый штраф в сорок гривен серебра в пользу князя (статья 1 Крат- кой и Пространной Русской Правды). Торговлей в домонгольской Руси занимались не только сво- бодные люди, но и находившиеся в феодальной зависимости и 100
*@<>%>°*%°%®®<%°%*°~*ї?Ё<>%* даже на положении рабов. В статье 1 17 Пространной Русской Правды, в частности, говорится: «Аже пустит холоп в торг, а одолжает, то выкупати его господину и не лишитися его» , т.е. за долги холопа, торговавшего от имени феодала, отвечал по закону его хозяин. Подтверждение этому имеется в труде Гер- вазия Тильберийского «Императорские досуги» (1214): «На- род русский, если душа пожелает чего-нибудь иностранного, посылает за этим своих рабов, которых у них без числа, при- ближая им за труд пройденного пути срок освобождения » . Зна- чит, и для холопов существовала возможность получить волю и стать свободными торговыми людьми. Учтенные в договорах правонарушения позволяют воссо- здать атмосферу, царившую на торгах и рынках стран, с кото- рыми торговала Русь. Торговые сделки подчас не обходились без конфликтов и даже драк между купцами. Не отличалось высокой нравственностью их поведение на улицах зарубежных городов. Загулявшие торговцы совершали насилие над женщи- нами и другие преступления. В торговых соглашениях специ- ально оговаривалось, что обе стороны на взаимной основе от- казываются от применения таких мер, как конфискация това- ров, арест и содержание купцов в тюрьмах. Впрочем, на прак- тике эти запреты нередко нарушались. Стремясь не допустить лишних конфликтов, в договоре Смоленска с Ригой и Готским берегом даже регламентировали очередность перевозки това- ров на волоке между Днепром и Западной Двиной. Русские и немецкие гости должны были устанавливать ее по жребию, чтобы ни у кого не было обиды. На чужбине их запрещалось привлекать насильно к участию в военных походах, задержи- вать их выезд на родину с закупленным товаром. Обе стороны обычно гарантировали купцам свободный путь, на котором порой сами же воздвигали препятствия. Великий князь киевский Владимир Мономах призывал своих сыновей в <<Поучении»: «И боле же чтите гость, откуда же к вам придет». И далее пояснял, что купцы, странствуя, разносят по всем землям добрую или дурную главу о челове- ке, с которым им приходилось сталкиваться. В записанных на Севере русских былинах («Дунай Иванович», «Про Соло- вья Будимировича» , «Иван Гостиной сын» и других) с поче- том встречает князь в Киеве богатых заморских гостей, при- 101
%°%*°€%°%®®®%°%®€%°%@ глашенных наряду с боярами, принять участие в княжеском пире. В народной памяти сохранились отголоски уважительного отношения к купечеству в Древней Руси. Но в реальной жизни его права часто нарушались, особенно во время феодальных междоусобиц, когда практиковались и торговые блокады враж- дебных княжеств, и конфискация товаров купцов из других земель. Ремесло и торговля в ХІ - начале ХІІІ в. Наряду с купцами-профессионалами на рынках древнерус- ских городов присутствовала более многочисленная группа мелких торговцев-ремесленников, продававших собственно- ручно изготовленные глиняную посуду, деревянные бочки, полотно, кожаную обувь, железные ножи, топоры, дверные замки, изделия из стекла. Ремесло по мере усложнения и уси- ления специализации все больше отделялось от сельского хо- зяйства и переходило к производству вещей не только на за- каз, но и массовыми партиями на рынок. Становление на Руси мелкотоварного производства нача- лось еще в ХІ в., а завершилось только через шесть столетий. Заметной вехой в этом длительном и постепенном процессе стал конец -первой трети ХІІ в., когда, по наблюдениям известного археолога Б.А . Колчина, происходит «резкое расширение ас- сортимента продукции и в то же время значительная рациона- лизация производства- упрощение технологических опера- ций» . Это повлекло за собой повышение производительности труда и углубление специализации ремесла. К концу ХІІ в. в крупнейших городах насчитывалось уже свыше 100 ремеслен- ных специальностей - кожевники, косторезы, гончары, порт- ные, резчики по дереву,. замочники, слесари, кузнецы-уни- версалы, ювелиры, стеклоделы, столяры, сапожники, ткачи и др. Из них только в кузнечном деле - не менее шестнадцати. Но лишь изготовление продукции для рынка свободными го- 102
*%°%®°®@®%®°€%°%@><><%®%® родскими и сельскими ремесленниками можно отнести к од- ному из формирующихся видов предпринимательской дея- тельности, хотя в товарные отношения с ХП в. втягиваются и княжеские, и монастырские мастерские. К сожалению, ни по письменным, ни по археологическим источникам нельзя ус- тановить уровень эффективности и прибыли разных отраслей мелкотоварного производства домонгольской Руси, степень имущественной дифференциации в среде купцов и ремеслен- ников. В ХІ-ХІІІ вв. получила распространение как оптовая, так и розничная торговля продукцией ремесла, сельского хозяй- ства, промыслов. В ней использовались и натуральный обмен, и товарно-денежные операции, в том числе кредитные сделки и предоплата за товары. С ХІ в. наиболее качественные изде- лия древнерусских ремесленников (например, металлические дверные замки) стали поставляться на внешние рынки. Но ве- дущими статьями экспорта из Руси в другие страны Востока и Запада по-прежнему оставались пушнина, кожи, воск, мед, полотно, в обмен на которые ввозились драгоценные и цветные металлы, сукно, шелк, вина, южные фрукты и пряности. В пе- риод наступившей со второй трети ХІІ в. раздробленности на- ряду с Киевом и Новгородом в международной торговле стали играть заметную роль Витебск, Владимир-Волынский, Галич, Полоцк, Псков, Смоленск, чьи торги привлекали внимание как отечественных, так и зарубежных купцов. Взаимные расчеты продавца и покупателя товаров на рын- ке усложняло в ХІІ-ХІІІ вв. отсутствие на Руси собственной монетной чеканки и практически полное прекращение поступ- ления иностранных монет, в отличие от более ранней эпохи ІХ-ХІ вв., когда денежное обращение постоянно подпитыва- лось за счет ввоза сначала восточных дирхемов, а затем запад- ноевропейских денариев. Для оплаты крупных покупок в без- монетный период в русских землях использовали серебряные слитки-гривны новгородского, киевского и черниговского ти- пов, их фрагменты (полтины и др.). Кроме того, в хождении находились своеобразные меховые и кожаные деньги в виде связок шкурок пушных зверей, каждая из них по цене соот- ветствовала одной серебряной монете. Их хранение и перевоз- ка на большие расстояния представляли неудобство для про- 103
не фессиональных торговцев, предпочитавших использовать бо- лее простую, древнейшую схему обмена - «товар на товар» . Наибольшая концентрация импортных вещей конечно же наблюдается при археологических раскопках древнерусских городов (особенно Владимира-на-Клязьме, Киева, Новгорода, Полоцка, Смоленска, Старой Рязани), в которых располагались княжеские резиденции и боярские усадьбы, дворы богатых купцов и ремесленников, духовенствавб. В купеческом жили- ще древнего Киева обнаружено 1274 бус из привозного горно- го хрусталя и 65 - из сердолика, в другом доме - огромное количество янтаря8". Наряду с привозным прибалтийским ян- тарем, из которого ремесленники изготавливали бусы и крес- тики, в домонгольской Руси использовался также янтарь из собственных месторождений в Полесье и на Среднем Днепре. С Кавказа купцы привозили древесину ценной породы - сам- шит. Самшитовые гребни встречаются во многих древнерус- ских городах, на одном из них, открытом в летописном Берес- тье (у современного Бреста), вырезаны буквы кириллической азбуки. Хотя в условиях господства натуральной экономики кня- жеские и боярские вотчины, мелкие крестьянские хозяйства функционировали на основе самообеспечения, древнерусская деревня не была полностью изолирована от торгового обмена. На рынки соседних городов из нее обычно поступала продук- ция земледелия, скотоводства, лесных промыслов, а порой и сельского ремесла. Значительную ее часть составляли излиш- ки натурального оброка, взимавшегося феодалами с зависимых крестьян. Наряду с крайне необходимой солью рядовое сель- ское население приобретало у заезжих купцов и некоторые от- носительно дешевые импортные товары - шелковые ленты, тесьму, бусы из полудрагоценных камней и стекла. Но этот товарообмен не приобрел еще массового и регулярного харак- тера. Ремесленники из пригородных сел нередко сами привози- ли свои изделия (полотно, домотканное сукно и др.) на прода- жу в город. На лодке по реке доставлял посуду («горньцы››) в Новгород гончар из близ расположенного села Пидьба, по ле- тописному рассказу, наткнувшийся у берега на деревянную статую поверженного Перуна. 104
«дэ ее 'ди . ^~2%°@%Ё@®%°%®®®%°%<> ремесленни- Продавали часть своих изделий монастырские ки. Нательные крестики, кресты-реликварии (энколпионы, складни), небольшие каменные и металлические иконки ши- роко встречались не только в восточнославянских землях, но и за пределами Руси, в странах Западной, Центральной и Юго- Восточной Европы. Попадали они туда благодаря купцам, так как сами монахи ограничивались, прежде всего, сферой внут- реннего обмена. Иногда в среду монашества попадали выходцы из купече- ства. Так, инок Киево-Печерского монастыря Исакий в миру «богат бе купец родом Торопчанин» . Выдвинуто предположе- ние о купеческом происхождении Антония Римлянина, осно- вателя известного новгородского монастыря. По мере превращения мелких обителей в крупные монас- тырские общины их место в экономической жизни Древней Руси, в том числе и в сфере обмена, становилось значительнее. Во второй половине ХІ-ХІІ вв. у крупнейших монастырей Киева и Новгорода (Печерского, Пантелеймонова, Хутынско- го, Юрьева) уже появились земельные владения, однако в ис- точниках нет прямых свидетельств сбыта ими сельскохозяй- ственных продуктов. Наоборот, Патерик Киево-Печерского мо- настыря засвидетельствовал случай закупок монахами хлеба и других продуктов питания на городском рынке на деньги, вырученные от продажи ремесленных изделий: «Еще же и ру- ками своими делаху: оволи копытца плетуще и клобукы, и иная ручная дела строаща. И тако носяще в град продаати, и темь жито купяху. .. » Очевидно, дань, собиравшаяся с крестьян не- многочисленных еще тогда монастырских сел, практически полностью использовалась для внутреннего потребления сами- ми иноками. Но нельзя исключить возможность продажи ими в неурожайные годы части зерна по относительно низким це- нам страдавшему от голода бедному люду, не имевшему для его приобретения у спекулянтов-хлеботорговцев. Намек на это, по предположению историка В.Т. Пашуто, содержится в слове 31-м Киево-Печерского Патерика «О Прохоре черноризци», также косвенно свидетельствующем о возможной дешевой рас- продаже дефицитной соли из монастырских запасов в конце ХІ в. , когда в Киеве случился соляной кризис. Древнерусские монастыри, еще не имея крупных вотчин и промыслов, не мог- 105
<@°%*<>%®%@>®@°%*®%<>%г> ли быть прочно связаны с товарно-денежными отношениями. Их деятельность в ХІ-ХІІІ вв. в области торговли носила еще ограниченный и спорадический характер, поскольку монас- тырское хозяйство тогда ориентировалось лишь на самообес- печение братии. Постепенно на Руси формировались местные рынки (город и близлежащая сельская округа), областные (в границах кня- жеств) и межобластные рынки. Сбыт продукции сельских ре- месленников ограничивался небольшим районом. Но некото- рые качественные ремесленные изделия, изготовленные в Ки- еве, при посредничестве купцов-профессионалов и мелких тор- говцев-коробейников распространялись на огромные по тем временам расстояния - до тысячи и более километров, прони- кая далеко за пределы Русивв. В ХІІ-ХІІІ вв. , после перехода к этапу политической раз- дробленности, прослеживаются контуры четырех крупнейших межобластных рынков: 1) Северо-Западная Русь (Новгород, Псков, Полоцк, Витебск, Смоленск и др.); 2) Северо-Восточ- ная Русь (Ростов, Суздаль, Владимир-на-Клязьме, Тверь и др.); 3) Южная Русь (Киев, Чернигов, Переяславль-Южнорус- ский и др.); 4) Юго-Западная Русь (Владимир-Волынский, Га- лич, Перемышль и др.) . Их формирование было обусловлено различными естественно-географическими условиями, начав- шейся специализацией районов, огромной протяженностью территории Руси. Они отличались по источникам поступления и ценам на товары. Важнейшими статьями межобластной тор- говли являлись хлеб и соль, цены на них значительно колеба- лись, особенно во время неурожаев и торговых блокад на ком- муникациях в период междоусобиц. Если Северо-Восточная, Южная и Юго-Западная Русь обеспечивали свои потребности в зерне за счет внутренних ресурсов, то в Новгород хлеб вво- зился (особенно в неурожайные годы) из других древнерусских земель либо даже из Германии, поэтому и стоил там дороже. Северо-Восточная Русь лишь в редкие голодные времена полу- чала зерно из соседней Волжской Булгарии. Потребности Юж- ной Руси в соли удовлетворялись за счет ее ввоза из Крыма и Прикарпатья, а в Северо-Западную Русь она поступала из ис- точников в Старой Руссе и у побережья Белого моря либо из балтийских стран (Германии и др.) . Главным образом через 106
х%°%&<>%°°%°%<>*%°%@> новгородский рынок в остальные районы Руси попадали самые ценные сорта северной пушнины, моржовый клык, речной жемчуг. Внутренняя торговля была более тесно, чем внешняя, свя- зана с сельским хозяйством и ремеслом, стимулируя их разви- тие. Рост внутриторгового обмена способствовал налаживанию системы водных и сухопутных коммуникаций, укреплению связей между отдаленными районами Северной и Южной Руси, формированию восточнославянской народности, а позднее на ее базе трех близких народов - русского, украинского и бело- русского. Для богатых купцов уже в домонгольскую эпоху рос- товщичество превратилось в еще один важный источник полу- чения прибыли. Интересы купечества продолжали учитывать- ся князьями при формировании внешнеполитических требо- ваний и в период феодальной раздробленности. Но самые крупные капиталы, судя по свидетельствам ино- странных источников, накапливались в результате торговых операций на международных рынках, где активно участвова- ли гости из Руси, ездившие в ХІ-ХІІІ вв. от Закавказья, Сред- ней Азии, Византии - на востоке и юге до Англии, Германии, Франции, Скандинавии - на западе и севере. При этом нужно учитывать, что в эпоху средневековья торговля на большие расстояния нередко носила посреднический характер, а зна- чит, часть древнерусских товаров поступала в другие страны при помощи иноземных посредников, на чью долю приходил- ся и значительный процент прибыли. Иностранные купцы по- долгу проживали и даже оседали в самой Руси. Особенно было заметно их присутствие в крупнейших центрах - Киеве, Нов- городе, Смоленске, Владимире-Волынском. Круглые каменные постройки, остатки которых обнаружены при раскопках Кие- ва и Смоленска, скоре всего, являлись католическими храма- ми, связанными с деятельностью западноевропейского купе- чества. В Новгороде с ХІІ в. функционировали Готский и Не- мецкий торговые дворы. Там известны католические храмы Св. Олава (с ХІ либо с рубежа ХІ-ХП вв.) и Св. Петра (с конца ХІІ в.) . Центрами, вокруг которых объединялось древнерус- ское купечество (как у себя на родине, так и за рубежом), так- ЖЄ Ч8.СТО СЛУЖИЛИ Пр8 .ВОСЛ&ВНЬІЄ Хр&МЫ, ГДЄ ХРЗНИЛИСЬ КЗЗІ-Іа, ДОІ-СУМЄНТЬІ, ЦЄЕНЬІЄ Т0ВарЫ. 107
®%®%*°®%°%°*%°%®®*%®% На социальной лестнице представители купечества стояли следом за боярством, дружинниками и чиновниками князей, их жизнь оценивалась в 40 гривен серебра (Правда Ярослава) либо в 10 гривен - по договору Новгорода с немецкими горо- дами 1191-1 192 гг. Иногда купцы участвовали в княжеских советах и посольствах. Защищая интересы купечества (а значит, и свои собствен- ные), правители древнерусских княжеств и земель в ХП- ХІІІ вв. стремились заключить на равноправной основе меж- дународные торговые договоры, обеспечивавшие иноземным и своим гостям свободный путь, без уплаты проездных таможен- ных пошлин. В договорах Новгорода с немецкими городами (1191-1192, 1269 и др.), Смоленска с Ригой и Готландом (1229) также большое внимание уделялось урегулированию споров между купцами, наказаниям за уголовные преступле- ния, нередко совершавшиеся в купеческой среде. В торговых соглашениях специально оговаривалось, что обе стороны на взаимной основе отказываются от применения таких мер, как конфискация товаров, арест и содержание купцов в тюрьмах. Впрочем, на практике эти запреты нередко нарушались. Экономика домонгольской Руси носила многоукладный характер, проявлявшийся во всех ее сферах: в сельском хозяй- стве, в ремесленном производстве, в системе товарного обме- на8°. Ростки же предпринимательской деятельности могли воз- никнуть лишь в социально-экономических укладах, базирую- щихся на труде свободных людей - профессиональных торгов- цев и ремесленников-товаропроизводителей. Они охватывали и ростовщичество, распространившееся довольно широко с ХІ в. Но древнейшим и главным носителем предприниматель- ских начал на Руси, безусловно, являлся не ремесленник, не ростовщик, а купец, в наиболее тесной форме связанный с рын- ком и товарными отношениями.
купцы своя промыслы возприяша, ко- муждо как милость Божия поспешествуя. Московский летописец начала ХУІІ в. Ю- її ЦИФФЕРЕНЦИАЦИЯ КУҐІЕЧЕСКОЙ СРЕДЫ РУССКОГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ Очень важным представляется вопрос о торгово-купеческой терминологии, отражающей социально-профессиональную градацию средневекового русского купечества. Предваряя чте- ние студентам Московского университета специальных лекци- онных курсов «Методология русской истории» , «Терминоло- гия русской истории» , «История сословий в России» , В.О. Клю- чевский в конце ХІХ в. обращал их внимание на одну из са- мых важных исследовательских проблем: «Множество терми- нов, встречающихся в памятниках нашей истории, до сих пор затрудняют даже нас, специалистов, и тем более будут затруд- нять вас, начинающих. Когда мы берем в руки рукописный документ Х)/'ІІ в., какую-нибудь грамоту, то мы читаем со стра- хом, потому что не знаем, поймем ли ее; очень легко встретить термин, перед которым нам придется остановиться в недоуме- нии, а между тем этот термин либо объяснен в каком-нибудь акте, либо до сих пор живет где-либо в местном наречии с пер- воначальным своим смыслом»9°. Утверждение известного 109
российского историка тем более справедливо по отношению к старинной торговой лексике, изобилующей давно уже вышед- шими из употребления специфическими терминами. Гости ХІ-Х\/ вв. Уже в домонгольскую эпоху купеческая среда была не- однородна и состояла из нескольких прослоек, что отразилось и на торговой терминологии. Скажем, «гостями» издавна на- зывали иноземных купцов и русских торговых людей, зани- мавшихся обменом с зарубежными странами либо с другими городами и землями Руси. Недаром это слово индоевропей- ского происхождения (11оэ'сів) свыше десяти раз употреблено в «Повести временных лет» , в которой отражена преимуще- ственно внешняя торговля молодого Древнерусского государ- ства°1. В свою очередь от него происходит термин «гостьба» , известный еще по Русской Правде и означающий «выездная торговля». А самих «гостей» в древнерусских источниках, например в новгородских летописях (с начала ХІІІ в.), име- новали иногда «гостебниками»°2. В зависимости от традици- онных торговых маршрутов среди южнорусских (преимуще- ственно, киевских) гостей различались «гречники» (впервые упомянуты в Ипатьевской летописи под 1084 г.), ездившие регулярно из Киева в Византию, и «залозники» (известны только по Ипатьевской летописи с 1168 г.), совершавшие по- ездки на Кавказ°3. Слово «гость» в значении «приезжий торговец» употребля- лось в эпоху Средневековья и в болгарском языке. Согласно грамоте царя Иоанна Асеня ІІ общине Дубровника (после 1230 г.), гости могли свободно продавать и закупать товары в его владенияхм. И в более поздние времена в феодальной России гости относились к самой богатой и привилегирован- ной группе купечества. Такое же происхождение имеют ряд родственных слов: «гостиный» (торговый) двор; « гости- нец» - большая, проезжая дорога, по которой везут товары «гости››; «гостиница» - место остановки «гостей» на ночлег; «гостиное» - пошлина, взимавшаяся с привозных товаров°5. 110
%°@@°%®°@°%@®@°%« Ы/ 1- В.П. Даркевич выделяет в единой, по его мнению, общенарод- ной культуре Древней Руси конца Х-ХІІІ вв. особые менталь- ЧІ Ч Ц ные черты купеческои среды гостеи, занимавшихся междуна родной торговлей°°. Термин «купец» в ХІ - середине Х\/ в. Слово «купец» (и его вариант - «купчина») применялось в средневековой Руси ХІ - середины Х)/' в. в двояком значе- нии: во-первых, в отношении всех лиц, занимавшихся профес- сионально товарообменом; а во-вторых, в более узком смысле так называли коммерсантов, специализировавшихся в сфере внутренней торговли. Первоначально оно употреблялось реже, чем термин «гость», и в «Повести временных лет» в отличие от более поздних летописных сводов встречается лишь дваж- ды” . С ним связаны родственные слова «купля», «купить». Все эти общеславянские термины появились в глубокой древ- ности и свидетельствуют о давнем знакомстве предков восточ- ных славян с торговым обменом°° . Общий корень купъ объеди- няет их с древнерусским словом «купа» , имевшим два основ- ных значения: 1) плата; 2) куча, совокупность чего-либо. Быть может, с последним значением и связано зарождение в прас- лавянском языке термина «купец», под которым подразуме- вался участник немой меновой торговли, характерной для ран- ней стадии обмена одного набора товаров на другой. В ином значении, чем «торговец-профессионал» , слово «ку- пец» в древнерусских источниках домонгольской эпохи не употребляется. Между тем В.А . Кучкин в ряде своих научных докладов и опубликованной работе о десятских и децимальной системе в средневековой Руси отождествил «купцов» из тек- ста последней договорной грамоты великого князя Ярослава Ярославича с Новгородом Великим (ХІІІ в.), купеческого ста- росту Кузьму Тимофеевича из актовой сделки между Авксен- тием Григорьевичем и княжостровцами (50-е гг. ХУ в.) с сель- скими жителями". Обосновывая свою гипотезу, исследователь 111
ссылается, прежде всего, на статью из грамоты Ярослава Ярос- лавича, зафиксированную и в последующих соглашениях Нов- города с великими князьями: «А что закладнико за Гюргем на Торожку или за тобою, или за кн[я]гь1нею, или за мужи твои- ми: кто купець, тот в сто; а кто смерд, а тот потягнеть в свои погост; тако пошло Новегороде, отпустите их проць »1°°. Кажет- ся весьма сомнительной предлагаемая им трактовка слова « ку- пец» как одной из категорий сельского населения - должни- ков, наименование которой производится от термина «купа» (плата). Человека, попавшего в долговую зависимость, в Древ- ней Руси называли закупом. Закупы проживали главным об- разом не в городах, а в сельской местности, где ролейные за- купы обрабатывали пашню феодала. Непонятно, зачем в та- ком случае древнерусской лексике потребовался еще один термин для обозначения сельского должника? Купечество в отличие от смердов входило в сотенную структуру Новгоро- да. Зажиточные городские торговцы не только заезжали в сельскую местность по торговым делам, но также имели там земельные владения. Материалы о землевладении богатого нов- городского купечества, отложившиеся в писцовых книгах кон- ца Х\7- начала Х\/'І в., обобщены А.М . Гневушевым, В.Н. Бер- надским и Л.В . Даниловойюї. Нет ничего удивительного и в требовании новгородцев к великому князю владимирскому Ярославу Ярославичу («а дворянам твоим по селом у купцев повозов не имати, разве ратнои вести»), и в положении еще одного более позднего новгородско-великокняжеского доконча- ния начала ХІ\7 в. («и купцины в силу не судити в волости») 1°2 . И «Кузма Тимофеевич, староста купечкеи›› вполне мог стать свидетелем сделки между Авксентием Григорьевичем и кня- жостровцами, заключенной в 50-х гг . Х `\ї в.1°3 Но, вопреки ут- верждению В.А . Кучкина, он явно возглавлял не сельских жителей-должников, а профессиональных торговцев1°4. Ведь прилагательное «купечкеи (купецкий)» в древнерусском язы- ке употреблялось только по отношению к последним. Приведя часть фразы из Изборника 1076 г. (« Не съвешта- ваи съ страшивъмь о брани, съ купьцьмь о приложеньи» - перевод главы ХХХУІІ неканонической книги «Премудрость Исусова, сына Сирахова››) и опустив ее завершение («и съ ку- пуюштиими о купли» ), Г.А. Богатова в «Словаре русского язы- 112
«%°%»<>@®%°»%®%«®@°%» ка ХІ--ХХ/'ІІ вв.›› неверно трактовала в данном случае смысл слова «купец››: «тот, кто покупает, приобретает что-либо; по- купатель»)1°5. В действительности речь здесь идет, несомнен- но, о купце - профессиональном торговце, ибо только его дея- тельность (а не покупателей - «купуюштиих») связана с из- влечением прибыли («приложения›› )1°° . Вот правильный пере- вод этой фразы, сделанный В.В . Колесовым: «Не советуйся с трусливым о рати, с купцом о прибыли и с покупателем о куп- ле» 1°". Составители « Старославянского словаря (по рукописям Х-ХІ веков)» приводят лишь одно значение слова «коупьць (коупецъ)›› - «торговец» (греч. Ё -Ё;.1тсоро<;, лат. педоііаіог, тегсаіог) 1°8 . Именно в таком значении оно переведено с гре- ческого в древнейших памятниках старославянской письмен- ности (Зографской, Супрасльской рукописях и др.) . Как пове- ствуется в сочинении «Посмертные чудеса святителя Николая» (вторая половина ХІ в.), чтобы приобрести раба, богатому жи- телю византийской столицы следовало посетить специальный рынок, «идеже русьтии купци приходяще челяд продают» 1°9. В правовом отношении купечество в Древней Руси высту- пает как единая социальная группа: за убийство любого купца (купчины), согласно статье 1 Русской Правды Краткой и Про- странной редакции, преступник платил штраф в 40 гривен (от 6, 4 до 8, 16 кг серебра). Один торговец мог давать другому деньги в кредит без свидетелей: «Аже кто купець купцю дасть в куплю куны или в гостьбу, то купцю пред послухи кун не има- ти, послуси ему не надобе, но ити ему самому роте, аже ся поч- неть запирати» (Статья 48 Пространной Русской Правды)11°. По отношению к купеческой верхушке, участвовавшей по- рой в княжеском совете, в Новгороде в ХІІ-ХІІІ вв. исполь- зовалось словосочетание «вячьшие (т.е . старшие по положе- нию. - В .П .) купцы»: «В то же лето, на зиму приде Ростислав ис Кыева на Лукы, и позва новгородьце на поряд: огнищане, гридь, купьце вячьшее. . . » (Новгородская первая летопись стар- шего извода под 1166 г.)111. К сожалению, летописи умалчивают о внутренней органи- зации древнерусских купеческих корпораций, объединявших- ся вокруг патрональных храмов. Определенные представле- ния о них дает единственный сохранившийся устав церкви Св. Иоанна Предтечи на Опоках в Новгороде, построенной в 113
*У "×-:4ї<'5 дн:-ъ" €@°%*®*%°%*®*%° 1 127 -1 130 гг. князем Всеволодом Мстиславичемт. Его назы- вают также «Рукописанием князя Всеволода». Историки да- тируют устав по-разному: и ХІІ в. (например, М.Н. Тихомиров), и ХІУ в. (А.А . Зимин), так как текст дошел до нас в более по- здних спискахш. Последний его обстоятельный анализ, про- деланный В.Л . Яниным, позволяет уверенно отнести оформ- ление документа к концу ХІІІ в., хотя отдельные его положе- ния могли действовать и раньше, с ХІІ в.1“ «Дом святого ве- ликого Ивана» объединял зажиточных новгородских купцов - «вощников» , торговавших воском и другими товарами со стра- нами Западной и Северной Европы. Кто же мог стать полноправным членом Иванского купе- ческого товарищества, так называемым пошлым либо иван- ским купцом? Каждый вступающий в него должен был сделать денежный взнос в размере 50 слитков гривен серебра (общим весом свыше 10 кг) в храмовую казну, т.е. в фонд корпорации, а также преподнести новгородскому тысяцкому рулон дорого- го «ипрского» сукна, привозившегося из Фландрии (город Ипра). Звание «пошлого» купца было наследственным и дава- ло право занять почетное место купеческого старосты, о чем не могли даже мечтать другие торговцы, которые не имели воз- можности выполнить условия приема в Иванское объединение. Примечательно, что в помещении самого храма, где соверша- лось богослужение, устав запрещал хранить какие-либо това- ры за исключением запасов свечей и фимиама. Но о хранении товаров в новгородских храмах известно по другим источни- кам. В берестяной грамоте Мг 413 начала Х\/' в. некий торговец Семен просит попа Ивана позаботиться, чтобы платяная моль не испортила оставленные им в церкви ткани. Возможно, при- надлежавшие членам купеческого объединения ценные това- ры хранились в подцерковных палатах храма Ивана на Опо- ках, где позднее производилось взвешивание воска и прочих товаров. В ХІІ-ХЧ вв. в русских землях появились меры веса, дли- ны и объема, в большинстве своем местного значения, значи- тельно отличавшиеся одна от другой и от иностранных мер, которыми руководствовались приезжавшие на Русь заморские гости. Такой разнобой создавал широкие возможности для зло- употреблений и обмана покупателей, неизбежных и в услови- 114
@°%°@°%°%°%®@<>%» ях единой системы. Чтобы жуликоватые торговцы не портили весы, гири, деревянные линейки и прочие « мерила торговые » , их эталоны хранились в древнерусских городах под надзором церкви. В Синодальной редакции Устава князя Владимира о деся- тинах, судах и людях церковных, оформившейся в Южной Руси на рубеже ХІІ-ХІІІ вв., эта прерогатива Церкви зафик- сирована следующим образом: «Еже искони установлено есть и поручено святым епископьям городьскые и торговые всякая мерила и спуды, извесы, ставила, от Бога тако искони установ- лено епископу блюсти без пакости, ни умалити, ни умножи- ти» Ш. Из текста торгового договора Смоленска с Ригою и Гот- ским берегом 1229 г. известно о хранении двух идентичных гирь («вощного пуда» и «капи») в смоленском соборе Св. Бого- родицы и в Латинской церкви. По Уставу новгородского кня- зя Всеволода о церковных судах, людях и мерилах торговых, возникшему в 1-й четверти либо в самом конце ХІІІ в. , мерила «торговаа и скалвы вощаныи, пуд медовый, и гривенку рубле- выя, и локоть еваньскый» хранили под контролем епископа, но в случае искажения эталонов конфискованное имущество виновного в равных частях переходило Софийскому собору, храму Ивана на Опоках и городской казне. Согласно «Рукопи- санию князя Всеволода», монопольное право получения по- шлины с взвешивания воска (вес вощаной) было дано храму Св. Ивана на Опоках, в пользу которого также шла половина аналогичных сборов в Торжке от «вощаного пуда», а вторая половина предназначалась местному Спасскому собору. За счет этой довольно значительной денежной суммы, изы- мавшейся из оборота внешней и внутренней торговли, не толь- ко существенно пополнялась казна Иванской купеческой орга- низации, но и содержался весь причт церкви Иоанна Предте- чи на Опоках. «На двор святого Ивана» привозили взвешивать воск все купцы, но платили за взвешивание неодинаковую по- шлину: побольше - торговые люди из других русских горо- дов и княжеств, поменьше - новгородцы. Наряду с воском здесь взвешивали и другие товары. И эта старинная традиция сохранялась на протяжении многих столетий и даже после присоединения Новгорода к Московскому государству. В Нов- городской таможенной грамоте 1571 г., составленной после 115
опричного разгрома города, подтверждался прежний порядок взвешивания: «А воск, и мед, и олово, и свинец, и квасцы, и ладон, и темьян, весить по старине, на крюк, у Ивана Святого под церковью, на Петрятине дворище; а таможеником в то не вступатися ни во что» . При этом весы и гири требовалось дер- жать ровно и правильно. Раз в год все меры веса и длины све- рялись по эталонам под надзором новгородского архиеписко- па. Один из таких эталонов удалось найти при раскопках древ- него Новгорода. Это обломок деревянной мерной линейки с надписью - «святого Еванск. .. » , представляющий собой упо- мянутый в Уставе князя Всеволода «локоть еваньский» и по палеографии датирующийся временем с середины ХІІ в. по се- редину ХІІІ в. У церкви Св. Ивана определялись не только вес, но также качество и цена различных товаров. Долгие годы он был центром купеческой жизни всего Нов- города. На площади перед ним издавна проходили заседания торгового суда, разбиравшего тяжбы между купцами. В про- екте договорной грамоты Новгорода с Любеком и Готским бе- регом 1269 г. , в частности, сказано: «А будет ссора между нем- цами и новгородцами, кончать ссору на дворе святого Ивана перед посадником, тысяцким и купцами» . Как предположил В.А . Буров, этот суд первоначально находился в руках кня- зя, а затем в ХІІ в. перешел под эгиду новгородского влады- кит. Разбором конфликтов между иноземными и местными купцами ведал также посадник. Но уже в конце ХІІІ в. торго- вый суд обрел независимость и стал подчиняться, как и Иван- ская купеческая корпорация, только тысяцкому. Со време- нем в состав суда вошли наряду со старостами Иванского объ- единения представители непривилегированного купечества Новгорода. Всеми церковными и торговыми делами «Дома святого ве- ликого Ивана» занимались выборные «три старосты от жить- их людец и от черных тысяцкого; а от купцев два старосты, управливати им всякие дела иванская и торговая и гостинная и суд торговый» . Как полагает Б.Н. Флоря, возникнув в ХІІ в. , две организации «вощников» и «заморских» купцов Новгоро- да позже, в ХІУ-ХУ вв. слились в одно Иванское купеческое объединениеш. По небезспорному утверждению В.П. Дарке- вича, с конца ХІІІ в. Иванское объединение «перестало влиять 116
А <>%*°»%®%»®»%°%>®»@®%» на принятие политических решений, не входя в состав правя- щей городской администрации »118. Ни посадники, ни новгородские бояре не обладали правом вмешиваться во внутреннюю жизнь Иванской корпорации. Только старосты непосредственно контролировали деятель- ность клира храма Св. Иоанна Предтечи, состоявшего из не- скольких попов, дьякона, дьяка и сторожей, бывших по совме- стительству также звонарями. Но лишь старосты из «пошлых» купцов, полноправных членов Иванского объединения, произ- водили взвешивание товаров. Они же взимали пошлину за пользование пристанью на реке Волхов, примыкавшей к цер- ковному двору. Это был еще один источник дохода «Дома свя- того великого Ивана» . За храмом Св. Ивана Предтечи частично сохранились преж- ние функции и после ликвидации вечевого строя Новгорода. Посол Священной Римской империи германской нации Сигиз- мунд Герберштейн, впервые побывавший в России в 1517 г., привел в своих «Записках о Московии» один любопытный факт: «Когда я доехал до Новгорода в одной и той же повозке из самого Аугсбурга, то тамошние купцы усердно просили меня, чтобы я оставил на вечное воспоминание в их храме по- возку, в которой я совершил столь долгий путь». Здесь речь идет явно о «доме святого великого Ивана». В Новгородской таможенной грамоте 1571 г. отмечалось, что коров полагалось гнать «на продажу к Ивану Святому на Опоках » 119. Как видим, некоторые положения «Рукописания князя Всеволода» дей- ствовали и в ХУІ в. , когда церковь Св. Ивана по-прежнему ос- тавалась главным купеческим храмом Великого Новгорода, потерявшего независимость, но сохранившего ряд древних тра- диций. Помимо значительных привилегий члены купеческой кор- порации, прихожане храма Св. Ивана на Опоках имели и ряд обязанностей. Они отвечали за устройство деревянной мосто- вой перед храмом, за свой счет его ремонтировали, заказыва- ли иконы, отливали колокола. Ежегодно 24 июня торжествен- но отмечался храмовый праздник Рождества Иоанна Предте- чи, продолжавшийся в течение трех дней, когда в храме за осо- бую плату деньгами и натурой поочередно служили высшие Церковные иерархи Великого Новгорода - архиепископ, ар- 117
»%®%»°€%®%0®@°%»®®%<>%» химандрит Юрьевского и игумен Антониева монастырей. А для себя купцы- « вощники» устраивали в эти дни общинные пиры - братчины, воспетые в русских былинах. Еще с ХІ-ХП вв. на Руси распространилось складниче- ство, основанное на объединении капиталов и кооперации не- скольких торговцев-складников, хотя сам термин «складник» («сукладник») пока известен только по более поздним новго- родским берестяным грамотам (Ме 133, 354 и 490) второй по- ловины ХІУ в. , в которых повествуется о совместном ведении дел, дальних поездках и финансовых расчетах компаньо- нов12° . Географию традиционных поездок торговых людей Новго- рода отражают наименования «вотские›› , «залесские» , «ко- рельские» , «обонежские» купцы (посещавшие Водскую землю, побережье Онежского озера), «югорщина» (люди, промышляв- шие пушниной в Югре) 121.Суровые климатические условия, огромные трудности и необходимость привлечения значитель- ных средств для организации северных экспедиций заставля- ли их участников объединяться. Под 1365 г. в летописи поме- щено интересное сообщение: «Югорщиною заложиша церковь камену, Святую Троицю, на Рядятине улице»122 . Основываясь на нем, одни ученые полагают, что свой патрональный храм построили в Новгороде «югорцы» - сборщики дани в Югре. По мнению других, речь идет о корпорации торговавших там новгородских купцовт . Но, скорее всего, Троицкая церковь была возведена на средства всех входивших в состав «Югор- щины» лиц, занимавшихся и сбором дани, и торговлей пуш- ниной. Недаром эти лихие люди именовали себя « братией» . Но, несмотря на наличие общих интересов, отношения между «югорцами» порой были далеко не братскими. В минуту тяж- ких испытаний и неудач, когда разом вспоминались все обиды и неблаговидные поступки, члены корпорации могли поднять оружие друг против друга. Поэтому не будем приукрашивать человеческий облик добытчиков пушного товара, авантюрис- тов в душе, притеснявших нередко аборигенов. Помимо доро- гих сортов меха они привозили в Новгород с севера «рыбий зуб» (моржовый клык), «бисер» (речной жемчуг), бивни мамонта, также пользовавшиеся значительным спросом на рынке. Из- за неравноценного обмена, а то и прямого грабежа торговля 118
этими богатствами Севера приносила огромную прибыль ее участникам. Новый деревянный храм Св. Софии построили в 1352 г. куп- цы в Пскове; в 1415 г. он был разобран, и на его месте, за Дов- монтовой стеной, на следующий год появилась каменная цер- ковь, посвященная святым мученицам Вере, Надежде, Любо- ви и их матери Софииш. А в 1465 г. «побиша железом храм святых мучениць треи дев Веры и Любве и Надежи и матери их Софии, повелением раба божия старосты купецького Якова Ивановича Кротова и всех рядовичь купцов»125. Однако пря- мых сведений о псковских купеческих объединениях у нас нет. В одном из городов Новгородской земли - Торжке с торговым людом были тесно связаны два каменных храма - Спасский собор, получавший часть доходов от взвешивания воска, и Преображенская церковь. Последняя, как подчеркивается в Новгородской первой летописи, была поставлена в 1365 г. «за- мышлением богобоязнивых купець новгородчкых, а потягну- тием всех правоверных крестиян» (в Рогожском летописце: «замышлением богобоязнивых купець новогородьскых, а по- тягнутием черных людии и всех мужеи, правоверных мужеи христиан»)12°. Зимой того года ее освятил новгородский вла- дыка Алексей вместе с клиром святой Софии. Возможно, воз- ведение Преображенской церкви по инициативе купечества Новгорода, но на средства всех посадских жителей Торжка, связано со случившимся тогда в нем мором (эпидемией), хотя «обыденные» храмы для избавления от таких напастей обыч- но строили из дерева за один день. Центром корпорации новгородских солеторговцев (« прасо- лов») в ХІІІ-ХУ вв. являлась, по-видимому, церковь Бориса и Глеба в Старой Руссе, где имелись соляные источники. Изве- стие об ее строительстве помещено в Новгородской первой ле- тописи под 1403 г.: «Поставиша купце новгородскыя прасоле в Русе церковь камену святыи Борис и Глеб » Ш. В более позднее время в России прасолами стали именовать торговцев-скупщи- ков, промышлявших мясом, рыбой для соленья и скотом. Если в источниках (преимущественно новгородских, по происхождению) ХІ - первой половины ХУ в. термин «куп- чина›› являлся синонимом слова «купец» и означал «профес- 119
°0°®° * › сиональный торговец» , то позже его значение меняетсят . С се- редины Х\/` в. первоначально в Северо-Восточной Руси купчи- нами стали именовать крестьян, митрополичьих и монастыр- ских людей, слуг светских феодалов, на которых временно воз- лагались разного рода торговые поручения. Одно из самых ран- них упоминаний «монастырского купчины » содержится в жа- лованной грамоте Великого Новгорода Троице-Сергиеву мона- стырю (1448-1454)129 . Под собирательным наименованием « купечество » («купьчьство››) в переводных памятниках письменности с ХІ в. подразумевалась торговля как деятельность купца, а с конца ХІІІ в. либо с начала ХІУ в. - купеческая организация, купе- ческое сообщество (хотя текст Устава новгородского князя Все- волода Мстиславича торговой корпорации при храме Св. Иоан- на Предтечи на Опоках, в котором оно использовано в этом вто- ром значении, сохранился в самых ранних списках Х\/`- первой трети Х\/'І в.)1°° . Между тем в работах историков, занимаю- щихся более поздним периодом Х)/'ІІІ-ХІХ вв. , можно встре- тить упрощенную и не совсем адекватную источникам трак- товку терминов, использовавшихся для обозначения купече- стваш . Другие обозначения торговых людей Позже, чем слова «гость», «купец», «купчина», начинают употребляться и другие наименования: «торговец» (с ХІІІ в.) и «продавец» (с ХІІІ-ХІУ вв.). Первое происходит от древнего праславянского корня «торг» (търг), заимствованного от сла- вян другими европейскими народами (германцами, балтий- скими, финноязычными, восточными романцами) и широ- ко представленного в топонимии Центральной, Восточной, Юго-Восточной и Северной Европыт. Самое раннее упоми- нание термина «торговец» встречается в грамоте смоленского князя Федора Ростиславича (1284): «А ту был... от горожан Петр Бартолт, а в торговьцих Федор Болковник»133. Согласно «Уставу новгородского князя Всеволода о церковных судах, 120
ЁЁЁ Ё-“Й *ё@<>%»°-@%°%®>°%° людях и мерилах торговых», возникшему не позже конца ХІІІ в., «старостам и торговьцам» полагалось обустраивать храм святого Иоанна Предтечи на Опоках - центр привилеги- рованной купеческой корпорации Новгородаш. Постепенно наименование «торговец (торговцы)›› распространяется и в ле- тописании (Новгородская первая летопись под 1327 г., когда князь Александр Михайлович «татар много во Тфери и по иным городом, и торговцов гость хопыльскыи иссече» ), и в актовых документах (договорная грамота московского великого князя Дмитрия Ивановича с Тверью 1375 г.)135 . Одна из глав Судеб- ника Ивана ІІІ 1497 г. называется « О торговцех» . А вот термин «торжанин» остался достоянием преимущественно церковно- славянской лексики; так именуются торговые люди, к приме- ру, в переводе сочинения Ефрема Сирийского (ХІУ в.): «Бла- жен человек, иже купуеть милости даже ся не разидуть тор- жане» . То же самое можно сказать о слове «торжьник» («тор- женик» ), чаще применявшемся по отношению к менялам, а не к торговцамт . Термин «продавец» на Руси распространился первоначаль- но в церковно-славянской лексикеш. Он наряду с существи- тельным «продающие», встречается уже в Патерике Киево- Печерского монастыря (в «Слове о Прохоре Черноризци»)138. Слово «житопродавец» (торговец хлебом) употребляется как калька с греческого с ХІУ в. в произведениях переводной ли- тературы (например, в Прологе Юрьевском), а с начала Х\ї в. - в оригинальных памятниках древнерусской письменностит. По словам летописца, в 1408 г., после нападения ордынской рати Едигея на Русь «множество христиан изомроша от глада, а житопродавци обогатеша» 14°. Сурожане Средневековое московское купечество ХІУ-ХУ вв. отлича- лось значительной имущественной и социальной дифференциа- циеи, отразившейся в наименовании представителей различ- ных его групп. Высшую группу составляли занимавшиеся крупнои международной торговлей «гости нарочитые» , иног- 121
%°®@Ё»°®%0%»®«@®%«°»%®%» да в источниках именующиеся «купцами великими» . В их сре- де во второй половине ХІУ в. выделилось привилегированное объединение гостей-сурожан, привозивших дорогой шелк, кра- сители, ковры, пряности и прочие экзотические товары из Су- рожа (совр. Судака), Кафы (Феодосии), Константинополя, Ма- лой Азии и даже далекой Италии. Вот что писал о значении Сурожа для торговли Руси побывавший здесь в 1253 г. фран- цузский дипломат Гильом Рубрук: «Туда пристают все купцы, как едущие из Турции и желающие направиться в северные страны, так и едущие обратно из России и северных стран и желающие переправиться в Турцию. Одни привозят горноста- ев, белок и другие драгоценные меха; другие привозят ткани из хлопчатой бумаги, бумазею, шелковые материи и душис- тые коренья» . Помимо всего этого русские вывозили из Кры- ма и соль - весьма ценный продукт в эпоху средневековья. Причем добирались они сюда не только по рекам (Волге, Дону, Днепру) и морям (Азовскому и Черному), но и сухопутными дорогами через степь в специальных крытых повозках, таких, какие советовали Гильому Рубруку приобрести в Суроже кон- стантинопольские купцы. Из Сурожской гавани русские тор- говцы и путешественники могли доплыть за несколько дней до Синопа на южном побережье Черного моря, а оттуда до- браться до Константинополя и Средиземного моря. Сурожане получали большие прибыли и пользовались зна- чительными привилегиями. Некоторые из сурожских торгов- цев (в основном греков и итальянцев по происхождению), что- бы приблизиться к богатому русскому рынку, перебрались на постоянное местожительство в Москву и впоследствии обрусе- ли. Таково происхождение ряда известных московских купе- ческих династий ХІУ-Х\/` столетий: Саларевых, Ховриных, Шиховых и других. Древнейшее упоминание об их пребыва- нии в Московском княжестве Рогожский летописец приводит под 1357 г.: «А на Москву приходил посол силен из Орды Ирыньчеи на Сурожане » 141. В Никоновской летописи это собы- тие записано под 1356 г. в ином варианте: «Того же лета при- иде на Москву изо Орды Ирынчей и с ним гости-сурожане» 142. По более достоверной версии Рогожского летописца, золотоор- дынский посол приходил в Москву с жалобой на действия су- рожан. 122
»%°%«°%®%°»%°%«®»%®%*› Составитель «Толкового словаря живого великорусского языка» В.И. Даль застал употребление в сфере торговли таких ныне мало кому понятных терминов, как «суровской (сурож- ской) товар» , «суровской (сурожской) ряд ›› . Реже использова- лось слово «сурога» , обозначавшее купца, торговавшего в роз- ницу «суровским›› (т.е. шелковым) товаром. В Сурожском ряду Москвы торговал герой «Песни про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Ка- лашникова» М.Ю. Лермонтова. За прилавкою сидит молодой купец, Статный молодец Степан Парамонович, По прозванию Калашников; Речью ласковой гостей он заманивает, Шелковые товары раскладывает. Уже к концу ХІУ в. в Москве сформировалась целая корпо- рация богатых гостей-сурожан, получавших огромные прибы- ли от торговли с генуэзскими колониями Крыма, Золотой Ор- дой, Византией, другими странами Средиземноморья и Вос- тока. Они пользовались значительными привилегиями и при- ближались по своему имущественному и социальному положе- нию к боярству. Очевидно, далеко не последнюю роль в возвы- шении гостей-сурожан сыграло выполнение ими торговых по- ручений московских великих князей и родовитых бояр, желав- ших сбыть излишки своих доходов в обмен на дорогостоящие заморские товары. Гости-сурожане были весьма заинтересова- ны в сохранении хороших отношений и с золотоордынскими властями, и с итальянской администрацией Солдайи и Кафы. Московские великие князья стремились защитить эконо- мические интересы своих купцов-сурожан. Так было, напри- мер, в 1474 г. , когда последний генуэзский консул Кафы Джоф- фредо Леркари приказал конфисковать товары московских гостей Гридки Жука и Степана Васильева « с товарищи » на зна- чительную сумму в две тысячи рублей серебром, чтобы возмес- тить потери десяти кафинских торговцев, ограбленных по пути из Москвы в Крым разбойниками-казаками. В качестве ответ- ной меры правитель Московии Иван ІІІ вообще запретил гену- эзским купцам из Кафы въезд в свои владения и одновременно 123
обратился к крымскому хану Менгли-Гирею с требованием повлиять на итальянские власти и заставить их вернуть вла- дельцам незаконно конфискованные ценности. И позднее ве- ликокняжеская администрация не раз проявляла заботу о со- хранении имущества московских гостей, протестовала про- тив сбора завышенных таможенных пошлин и поборов в пользу литовских властей Киева, через который они нередко возвра- щались из Крыма в Северо-Восточную Русь. Поездки торгов- цев из Москвы, Твери, Коломны, Ярославля, Новгорода и дру- гих русских городов в Кафу продолжались и после захвата ее в 1475 г. войском турецкого султана Мехмеда ІІ, хотя тогда от рук турок погибло немало торговцев из Руси. Как повествует- ся в летописи, «туркове взяша Кафу и гостей московских мно- го" побиша, а иных поимаша, а иных пограбиша, на откуп по- даваша» (продали в рабство. - В.П.) . И это был далеко не единственный случай превращения в рабов русских купцов, их приказчиков и слуг, попавших в плен. На купеческие караваны часто нападали татарские от- ряды. Особенно «везло» на подобного рода приключения уже упоминавшемуся московскому гостю Степану Васильевичу Дмитриеву (Васильеву). В 1488 г. он добирался на родину из заморского торгового путешествия через Великое княжество Литовское. Приехав в Чернигов, он заплатил положенные про- ездные и таможенные пошлины, но алчный черниговский на- местник Янович сверх того отобрал у него немало дорогих шел- ковых тканей, восточных пряностей (перца, шафрана), две накидки и ковер. Таким же наглым поборам подвергся он со стороны местного князя Дмитрия Путятича и в другом пункте остановки на пути домой - Мценске. На следующий год купе- ческий караван, в составе которого передвигался Васильев, ограбили у впадения Оскола в Северский Донец татары. Про- шло шесть лет, и опять приключилась беда. На этот раз не с самим Степаном, а с купцом из Вязьмы по имени Артем (Ор- тем), которому он дал в долг товары для продажи. Артем не- ожиданно скончался в Царьграде, а турецкие чиновники, так называемые зауморщики, конфисковав все вещи покойного, не вернули кредитору его имущество. Но, как видим, никакие несчастья не могли приостановить активную торговую деятель- ность этого купца, по моему предположению, сына известного 124
»Ё°ООО <>%»<»%%г>%%@>® московского строителя и книжника Х`\ї в. В .Д. Ермолина (Дмитриева), на протяжении четверти века. Дабы избежать опасности нападения татар, московские го- сти-сурожане нередко присоединялись к русским посольствам, направлявшимся в Крым или к турецкому султану, но и это не всегда гарантировало надежную защиту. Весной 147 5 г. доби- равшиеся в Крым вместе с московским послом А.И. Старко- вым «люди и гости» были ограблены, «а иных и продали» в рабство. В те времена ни о какой дипломатической неприкос- новенности не могло быть и речи. И через двадцать семь лет Иван ІІІ обращался к турецкому султану с претензиями по по- воду убийства своего посла Андрея Семеновича Кутузова, воз- вращавшегося вместе с купцами из Крыма в Москву через Азов: « ...Ваши люди азовци того нашего посла Андрея убили, да и людей наших, которые с ним были, да и посла нашего людей побили многих, а иных пограбили; да и гостей наших многих побили и пограбили, а иных, поймав, перепродавали» . Не было для русских торговых людей той поры горшей уча- сти (помимо гибели, конечно), чем попасть в плен и превратить- ся из свободных в рабов. Плененных татарами купцов везли на рабовладельческие рынки Крыма и Ближнего Востока. На ру- беже ХУ-ХУІ вв. «Проню Курагу Степанова сына, москвити- на, продали в Халяпи» (город Аллепо в Сирии) за семьдесят золотых, тверского купца Гаврилку Палкина - в Азове. И та- ких случаев было множество. Лишь за огромные деньги, час- тично взятые в долг и выплаченные турецким чиновникам, удалось выкупиться из неволи в Кафе гостю Григорию Ивано- вичу Алексееву. Не только татары и турки, но иногда и сами русские торговали живым товаром, в том числе и своими со- отечественниками, христианами, хотя православная церковь и осуждала такие неблаговидные поступки. Немало зла причинили московским гостям местные влас- ти и таможенные чиновники в транзитных пунктах. Недобрым словом поминали сурожане в конце ХУ в. киевского намест- ника Юрия Пацевича. Богатейший человек Великого княже- ства Литовского, осыпанный королевскими милостями и по- жалованиями, он не брезговал никакими поборами с торгов- цев. Не раз киевские мытники реквизировывали в пользу Па- цевича дорогие шелковые ткани, красители и прочие товары, 125
®@®%®%°%*°%°%®°»@®%» помимо взимания законных проезжих пошлин с возвращаю- щихся из Крыма русских купцов. Не гнушался он и кровавы- ми разбойными грабежами. Нелучшими были условия тран- зитного проезда купцов и в других странах. Около 1500 г. из Константинополя, переименованного к тому времени турками в Стамбул, русские торговцы «Микита Харлапов» , «Мелешко Иванов» , «Гридка Афонасов» и «Алферка Иванов» добирались на родину через Венгрию, где ограбил их на тысячу золотых монет воевода одного из венгерских городов - Бараньи. Грабили в пути московских гостей не только чужеземцы, но свои же соотечественники. На плававших на юг по Волге купцов нередко нападали новгородские ушкуйники. При раз- граблении Нижнего Новгорода в 1366 г. они перебили, как сви- детельствует летописец, немало торговцев и уничтожили при- надлежащие им суда. Их действия нанесли существенный ущерб волжской торговле и вызвали протест московского ве- ликого князя Дмитрия Ивановича, разорвавшего мир с Новго- родом и возложившего на новгородское правительство ответ- ственность за нападения ушкуйников: «Почто есте ходили на Волгу, и воевали, и гостей моих ограбили много? » Лишь в сле- дующем столетии набеги новгородской вольниць1 на Поволжье прекратились, хотя о полной безопасности русским купцам приходилось лишь мечтать. Поэтому во время дальних и не- безопаснь1х поездок они, как правило, не только сами воору- жались и объединялись в торговые товарищества (складни- чества, «котлы»), но и нанимали охрану, что заметно увели- чивало путевые издержки и вынуждало повышать цены на привозимые товары. В состав купеческого складничества («котла») обычно входили от 2 до 5 человек, в складчину не- сших транспортные и прочие расходы и издержки торговли. Не было безоблачным и пребывание в торговых центрах Крыма и Турции, где русским торговым людям постоянно при- ходилось сталкиваться с притеснениями властей, злоупотреб- лениями татарских и турецких таможенников. Какие только повинности не заставляли выполнять подданных московского государя ретивые местные чиновники! В городе Азове (Азаке) в устье Дона турецкий паша велел им копать оборонительный ров и приносить камни для строительства или ремонта город- ских стен. В Кафе, где ощущался дефицит топлива, их принуж- 126
дали доставлять с кораблей дрова в резиденцию султанских властей. Обычным явлением были дополнительные поборы местных чиновников и конфискация ими товаров и прочего имущества умерших или заболевших на чужбине московских гостей, а подчас и их компаньонов. Вот как описывается ставший обыденным произвол в отно- шении купцов в одном из русских дипломатических докумен- тов 1496 г. - статейном списке посольства Ивана ІІІ к турец- кому султану Баязиду во главе с боярином М.А . Плещеевым: «А который человек умрет, и зауморщики товар его весь воз- мут. А будет человек пять или шесть в одном котле (купече- ском товариществе. - В.П .) и один человек из них разболится какою болестью да еще жив, и они от него всех его товарищов отошлют, а у тех у всех его товарищов товар запечатают; и как тот человек умрет, и они у всех у них товар возмут, а назовут товар того мертвого человека; а и не умрет, и они половину то- вару отдадут, другие не отдадут. А которой больной человек учнет товар свой давати брату своему, или племяннику, или с товарищем своим учнет посылати к жене своей да к детем, или к своему племяни, - и они ещо у живого у него товар его отой- мут, а товарищов его к нему не припустять» 143 .Именно поэто- му московские торговые люди предпочитали во время пребы- вания в Азове, Кафе и других турецких центрах Причерномо- рья селиться не в караван-сарае, а останавливаться в частных домах, где было легче избежать мелочного контроля со сторо- ны местной администрации, зарившейся на купеческие пожит- ки. Причем для постоя они старались выбирать дворы хорошо известных им крымских купцов, также нередко посещавших Москву. Но даже на×таких, казалось бы, более надежных со- братьев по профессии нельзя было полностью положиться, так как алчность и вероломство брали у них верх. Приведем лишь один, но, видимо, далеко не единственный случай, когда име- нитый московский гость Иван Весяков по приезде в Кафу уст- роился на жительство у знакомого местного торговца Данилы Селянина, да, к несчастью, тяжело заболел. Воспользовавшись этим, вероломный и жадный хозяин выслал смертельно боль- ного человека из города, заполучив его товары на сумму 430 руб- лей. По дороге еще в Крыму Весяков умер, но тщетными оказа- лись усилия матери и племянников вернуть его добро. 127
Получая регулярно сообщения о творящемся по отношению к торговым людям беззаконии, власти Московии немало дела- ли для защиты их интересов. В частности, практически ни одна инструкция русским послам, направляющимся на рубеже Х\/'-ХУІ вв. в Крым или ко двору турецкого султана, не обхо- дилась без детального перечисления всех причиненных обид. В 1492 г. московский великий князь Иван ІІІ даже запретил своим купцам выезжать в Азов и Кафу, угрожая крымскому хану Менгли-Гирею продлить свои санкции, если положение не изменится: «Буде по твоему велению твои люди над наши- ми гостми такую силу чинити, и мы и вперед своих гостей в твои земли не хотим отпустити » . Турецкий султан и крымский хан были вынуждены официально признать часть претензий справедливыми и пообещать восстановить законность. Осталь- ные же инциденты объяснялись тем, что московские гости-су- рожане не желали будто бы придерживаться установленных порядков. В каких же прегрешениях их обвиняли? Главным образом в сокрытии части товаров от местных таможенников с целью уменьшить размеры уплачиваемых пошлин. Так, через Кафу добирались в Стамбул на корабле русские купцы, сопро- вождавшие посла М.А. Плещеева. Ценные товары (пушнину и моржовые клыки), явно предназначенные для продажи, они пытались выдать за свои личные вещи. Тут мы имеем дело с попыткой контрабандного провоза товаров под дипломатичес- ким прикрытием. Еще один случай: купец Иван Страхов, пе- ребирающийся из Кафы в Азов, пытаясь избежать уплаты по- шлины, ночью тайно спускал свои товары на вожжах с городс- кой стены, да был замечен стражей. Но не будем спешить с об- винениями Ивана в нечестности, ведь пятью годами ранее в той же Кафе умер его отец Иван Страх, «и зауморщики тот Иванов живот поймали, а сыну его ни братье того живота не отдали; а всего того взяли на пятьсот рублев» (Сб. РИО. Т. 41 . С. 163, 392, 396). Так произвол одной стороны вызывал проти- водействие и нарушение порядков другой. Торговцы привози- ли на Русь итальянский шелк, бумагу, венецианский бархат. Имеются косвенные свидетельства о посещении гостями из Руси рынков Средней Азии и Афганистана, через территории которых, видимо, еще до Афанасия Никитина они пытались проникнуть в далекую Индию. В год свержения золотоордын- 128
ского ига «человек именем Григорей Русин дошел... до Иеру- салима яко купец» и на обратном пути из Палестины и Египта захватил с собой послание иерусалимского патриарха Иоаки- ма московскому митрополиту Геронтию. Торговля с Югом, цен- трами Золотой Орды, итальянскими колониями Причерномо- рья, Турцией, наиболее прибыльная в ХІУ-Х)/' вв. ,способство- вала быстрому накоплению капиталов в руках московских го- стей-сурожан, с выгодой продававших на рынках Москвы и других городов Северо-Восточной Руси привезенные заморские товары. Московские суконники Ведущую роль в торговом обмене Москвы с Новгородом и Псковом, Прибалтикой, странами Запада играли «суконники» , известные с 1382 г. и нередко упоминавшиеся в источниках ХІУ-Х)/' вв. вместе с сурожанами, но стоявшие на более низ- кой ступени в иерархии средневекового московского купече- ства. В отличие от сурожан в летописях и грамотах примени- тельно к суконникам даже не употреблялся термин «гости». Значит, они и не пользовались такими же большими льгота- ми. Как видно уже из самого названия, главным предметом их торговых операций являлось западноевропейское (чаще всего немецкое, английское, бельгийское) сукно, которое обычно закупалось на близлежащих рынках Новгорода, Пскова, горо- дов Ливонии, Литвы, Польши. Знать и зажиточные слои посадского населения предпочи- тали носить одежду из дорогого заморского сукна из Англии и Фландрии, остальным же приходилось довольствоваться более дешевыми и грубыми шерстяными тканями из Германии и Польши либо низкокачественным сермяжным сукном отече- ственного производства. В каждом городе вырабатывалось сук- но определенного образца, вот почему ткани, привозившиеся на Русь из разных западноевропейских центров, отличались по технологии производства, качеству, окраске и по упаковке. Как правило, сукно на зарубежных рынках продавали оптом целыми рулонами (штуками, поставами) длиной около 50 лок- 5 - 6968 Псрхавко 129
6%:-Ъ -Ё». . 14.1453 »%°%»®@°%0%° ° тей, т.е. 25 м, вовнутрь которых плутоватые торговцы могли подсунуть ткань более низкого качества, стремясь сбыть ее наравне с первосортной. Длительный опыт помогал москов- ским суконникам разбираться во всех тонкостях закупаемых товаров. Не раз они возвращали своим торговым партнерам отрезы сукна, оказывавшиеся при проверке короче установлен- ной длины. Импортные шерстяные ткани поступали в Северо-Восточ- ную Русь главным образом не в результате ее прямой торговли со странами - производителями сукна, а при посредничестве ганзейских, ливонских, литовских, новгородских и псковских купцов, продававших оптовые партии тканей своим москов- ским партнерам. Как ни покажется странным, но в ХІУ в., в отличие от последующих столетий пребывание русских куп- цов сравнительно редко фиксируется в Ревеле и в Юрьеве (Тар- ту). Еще с начала ХІІІ в. торговцы из Руси часто посещали Ригу, только что основанную тогда крестоносцами в устье Западной Двины (Даугавы) на месте более древнего поселения ливов и превратившуюся вскоре в ведущий центр Ливонии. В Рижской долговой книге 1286-1352 гг. наряду с 1175 немецкими име- нами записано 100 имен русских купцов (Василий, Иван, Кузь- ма, Максим, Матвей, Семен, Степан, Тимофей и др.) преиму- щественно из Новгорода, Пскова, Полоцка, Смоленска. Лишь один торговый человек был из Суздаля, но в ХУ в. купцы из Москвы, Твери, Ржева уже установили прочные контакты с рижскими коммерсантами. С 1299 г. в Риге известна русская православная церковь Св. Николая, с 1458 г. - Русский двор (поселок), возникший гораздо раньше. Археологи обнаружи- ли на его территории следы пребывания ремесленников и тор- говцев из Руси. Наряду с Немецкой Русская улица с Кузьмо- демьянской церковью существовала, по крайней мере, с Х\/' в. и в Бресте. Торговые маршруты гостей из Московии, ездивших на Запад, иногда проходили и через Львов. Московских суконников можно было также встретить на рынках Вильно (Вильнюса), Киева, Новгорода, Полоцка, Пско- ва, Тарту, Ревеля. В Вильно в те времена даже существовал особый «Русский конец», известный благодаря сообщению псковского летописца 1471 г. С начала следующего столетия специальное здание Русского двора становится там центром 130
г*~д,_\ў, -Є совершения сделок с пушниной, доставлявшейся в Литву мос- ковскими купцами, заинтересованными в приобретении сук- на, серебра и других западноевропейских товаров, которые можно было с выгодой перепродать в Москве, не только возме- стив путевые и прочие расходы, но и получив приличную при- быль. Ее размеры, конечно, значительно колебались и зависе- ли от рыночной конъюнктуры. В Вильно насчитывалось не- сколько действовавших православных храмов - Пятницкая, Успенская (Св. Николая), Ивановская, Покровская церкви, Пречистенский митрополичий собор, Свято-Троицкий монас- тырь. Их наличие наряду с повседневным употреблением близ- кого и понятного белорусского языка облегчали гостям из Мос- ковского княжества жизнь в чужом городе. Ведь за каменны- ми церковными стенами купцы нередко хранили деньги, цен- ные товары, а св. Николай и св. Параскева Пятница, как изве- стно, покровительствовали торговле. Русские купцы-суконники не раз посещали и более отда- ленные от Москвы торговые центры Западной Украины. Как, например, в конце Х)/' в. «шли наши гости через Литовскую землю к Острогу городку: Офоня Гвоздев да Демка Алиев с то- варищи» , да были захвачены в плен вместе с товарами воевав- шими в тех местах татарами. Приблизительно тогда же пско- витянин с весьма характерным для его занятия прозвищем « Микифорка Куплина заехал у Луцкое торгом, и воевода луц- кии того Микипорка всего ограбил, товару много» . И посоль- ство Пскова, отправившееся к польско-литовскому королю Казимиру І)/`, в перечне причиненных псковитянам его под- данными обид в первую очередь упомянуло об этом случае. Заезжали торговцы из Руси и в более удаленный польский город Люблин. Бывали они, очевидно (в том числе в составе посольств ко двору польского короля), и в знаменитом Крако- ве, где при реставрации старейшего здания Ягеллонского уни- верситета - юридической коллегии обнаружено хорошо сохра- нившееся сводчатое помещение - продолжение рыночных су- конных рядов («Сукеннице»), построенных между 1380 и 1400 гг. Там расчищены три арки и часть торговых прилавков, позволяющие в какой-то степени воссоздать атмосферу сред- невекового торга, где обмен товарами чередовался нередко с конфликтами. 131
<%0%°%°%®°%°%®»@®%» Немало обид причиняли московским купцам литовские власти. Все было в арсенале средств, применявшихся ими про- тив московских купцов: и взимание завышенных проезжих и торговых пошлин, и конфискация товаров под надуманным предлогом, и неприкрытый грабеж. Право беспрепятственно- го проезда торговцев обеих сторон («путь чист››) специально оговаривалось в соглашениях Москвы и Твери с Литвой: и в перемирной грамоте великого князя литовского Ольгерда Ге- диминовича с великим князем московским Дмитрием Ивано- вичем (1371), и в договоре 1427 г. великого князя литовского Витовта и великого тверского князя Бориса Александровича. В последнем документе устанавливались места взимания тамо- женных сборов с тверских торговых людей в Литве - Витебск, Вязьма, Киев, Смоленск, Дорогобуж. «А гостем нашим гости- ти без рубежа и без пакости», - говорилось в докончании 1449 г. московского великого князя Василия ІІ Темного с польским королем и великим литовским князем Казимиром и в подписанном тогда же договоре последнего с Тверью (слово «рубеж» в те давние времена имело еще одно значение - «кон- фискация товара»). И, несмотря на все договорные обязатель- ства, московским купцам на территории Великого княжества Литовского нередко приходилось сталкиваться и с «рубежом» , и с «пакостями» властей. Поездки русских торговцев в города Великого княжества Литовского осложнялись введением в местах взимания в 80-х гг. Х)/' в. чрезмерно завышенных таможенных пошлин и новых таможенных застав. Князь Михаил Вяземский, напри- мер, увеличил сборы на одну деньгу с купеческой повозки и на три гроша с одного судна. В Смоленске ранее взимали пошли- ну в одну тридцатую объема товаров, а теперь стали брать две тридцатых. Подробный перечень всех этих несправедливых, по мнению русского правительства, нововведений был изложен в наказе Михаилу Еропкину, которого Иван ІІІ направил в 1488 г. послом к польскому королю и великому князю литов- скому Казимиру. Однако претензии московского государя не были Удовлетворены. И через два года посольству М.С . Ероп- кина ко двору Казимира вновь пришлось жаловаться от имени Ивана ІІІ на то, что «нашим гостем Московские земли и Ново- городские земли и Тверские земли колко силы починилося в 132
»%®%»°%<>%°»@°%®»%®%* твоей земле, и колко наших гостей пограблено, а на мытех (таможнях) на старых много лишних пошлин на наших гостех поимано и колко новых мытов в твоей земле на наших гостех» . Под предлогом объезда мытных застав и уклонения от уп- латы пошлин литовские власти, случалось, конфисковывали в свою пользу товары московских суконников и других русских купцов. В Литве строго соблюдалось правило, гласившее: « . . .который гость где промытится, мыто проедет, не заплатив- ши, тот товар свои тратит» . Власти литовских городов задер- живали нарушавших, пытавшихся проехать объездными пу- тями в составе посольств. Они упрекали русских послов в том, что последние «гостей, купцов проводят с собою мимо... голов- ного мыта» . Впрочем, подчас конфисковывали товары и у тех, кто соблюдал порядок. Как-то тверские купцы «Ивашко Добрынин, да Федко Оф- ромеев, да Ивашко Козицин, да Ивашко Воробьев, да Карп Кошурниндда Ивашко Перфурьев, да Спир Спицин, да Иваш- ко Треста, шли в Литовскую землю торговати на Полтеск да к Вильне» . По пути смоленские мытники насильно взяли с тве- ритян новую пошлину в 20 рублей на Западной Двине, а на под- ходе к Вильно местные таможенные чиновники под надуман- ным предлогом объезда Минской (Менской) таможни «у них товар весь отписали, а их поимав всажали в колоду, а говорят то: промытися есте, проехали есте меньское мыто; а тем тферь- ским торговцем до Меньска и дела не было» . Даже после вме- шательства виленского войта (главы городской администра- ции) мытник Михаил вернул им лишь половину изъятых то- варов. Вот небезынтересное сообщение от 1492 г.: «...В Полотску пограбили лучанина Дороню Иванова купци полотцкие Луки- ан Скорина да Прокофьев; а взяли грабежу на сорок рублев на рижскую и на два рубля». В нем среди обидчиков упомянут отец восточнославянского первопечатника Скорины, занимав- шийся торговлей пушниной и кожами, от чего и происходит их фамилия («скора» - кожа, мех). Состоятельный полоцкий горожанин, поддерживавший коммерческие контакты с Ригой, Вильно, Московией, Польшей, сумел дать прекрасное образо- вание своему младшему сыну. Его старший брат Иван продол- жил отцовское дело и скончался в 1 529 г. в Познани, куда при- 133
ехал на ярмарку из Вильно. После его внезапной кончины по- мимо имущества осталось немало долгов, которые варшавский и познаньский кредиторы покойного пытались заставить уп- латить Франциска Скорину, вкладывавшего порой денежные средства (собственные и жены) в торговые операции брата. Дело довели до суда, и книгопечатника арестовали, но его вызволил из тюрьмы и спас от позора племянник Роман, явивший ко дво- ру польского короля и взявший на себя все долги своего отца. Правда, далеко не всегда конфликты на коммерческой почве в Польше и Литве заканчивались столь благополучно. И среди ездивших туда московских купцов было немало безвинно по- страдавших. Впрочем, есть и редкие примеры обратного рода. При Казимире ІУ (Х)/' в .) гость из Москвы Семен Саларев полу- чил даже от короля освобождение от уплаты мыта. Такой ис- ключительной милостью пользовались лишь самые влиятель- ные коммерсанты, обычно торговавшие королевскими товара- ми. Большинству же русских купцов мелочная регламентация и дополнительные поборы чиновников мешали торговать в Литве. И все-таки экономические интересы заставляли москов- ских, тверских, псковских, можайских гостей регулярно ез- дить туда. И даже торговать в кредит с местными купцами, хотя долг с них удавалось получить иной раз с большим тру- дом. Один из таких кредиторов, Иван Боровитинов, в начале ХУІ в. специально ездил с послами в Литву, чтобы добиться возвращения денег, данных ранее виленским торговцам. По- лучив сполна с должников, он на обратном пути домой был, к несчастью, ограблен на литовской же территории. Помимо сукна с Запада ввозилось столь необходимое Руси серебро, ис- пользовавшееся и для чеканки со времен Дмитрия Донского собственных монет, и для изготовления дорогих украшений и парадной великокняжеской утвари. Серебром приходилось платить дань Орде. В ХІУ - начале ХУ в. через Польшу и Лит- ву шел на восток поток серебряных пражских грошей. Но вв кон- це ХУ в. литовские власти ввели запрет на его вывоз в Моско- вию. Так, около 1496 г. в Смоленске, тогда еще входившем в состав Великого княжества Литовского, отобрали 20 гривен серебра у можайского купца Якуша Андреевича, ехавшего из Вильно, где и был закуплен запретный товар. 134
@°%°%°%°@°%«®%°%* В ряде городов Великого княжества Литовского в те време- на применялось так называемое складочное («стапельное››) право, согласно которому проезжавшие, скажем, через Киев и Луцк должны были обязательно останавливаться в них для полной или частичной распродажи товаров. Оно приносило громадные прибыли купцам складочных городов, стремив- шимся любой ценой сохранить это право, ущемлявшее инте- ресы иноземных торговцев, в том числе из Москвы. Польские коммерсанты также посещали далекую Моско- вию и порой сталкивались там с осложнениями и трудностя- ми. Полякам, как, впрочем, и жителям других стран Централь- ной и Западной Европы, были в диковинку порядки феодаль- ных городов Московии, где не применялось так называемое магдебургское право, дарованное в 1390 г. Бресту, в 1441 г. - Слуцку, в 1494 г. - Киеву, в 1496 г. - Гродно, в 1498 г. - Полоцку, в 1499 г. - Минску. Оно освобождало горожан от феодальной зависимости, позволяло им выбирать раду (магист- рат), куда обычно входили богатые купцы и ремесленники. Ничего подобного не было в Москве и других городах Русского государства. Представители купечества, как и прочие форми- ровавшиеся сословные группы, рассматривались московски- ми властями как государевы слуги, обязанные выполнять лю- бые поручения и беспрекословно подчиняться великокняжеским, а затем царским указам. Ведал в Москве торгово-ремесленным людом, как и в других древнерусских городах , тысяцкий , чью дол- жность в 1374 г. ликвидировал великий князь Дмитрий Ива- нович, что вызвало недовольство москвичей. Разбогатевшие на торговых операциях сурожане и сукон- ники нередко занимались ростовщичеством, давая в долг день- ги менее удачливым торговцам, а также кредитовали предста- вителей феодальной верхушки. В составленной около 1481 г. духовной грамоте удельный князь Андрей Васильевич заве- щал, например, отдать триста рублей долга купцу Гавриле Са- лареву. Во 2-й четверти ХУ в., в период феодальной войны в Московском княжестве, часть зажиточных купцов перешла на сторону удельного князя Юрия Галицкого, соперника Василия ІІ Темного в борьбе за великокняжеский престол. Захватив на время Москву, к ним, «гостям и суконникам», и обратился в 1433 г. князь Юрий Дмитриевич за финансовой помощью, ког- 135
<*%0%0@°%®°@°%®*їжЁ<>% да ему срочно понадобилось шестьсот рублей для уплаты ор- дынского долга Василия ІІ. По договорной грамоте 1439 г. удельный галицкий князь Василий Юрьевич обязался не при- нимать в своих владениях московских гостей и суконников, участвовавших в заговоре против великого князя Василия ІІ и бежавших из Москвы в Тверь. Они же помогали позднее, в 1445-1446 гг., сыну Юрия Галицкого, Дмитрию Шемяке, так- же претендовавшему на верховную власть в Московском кня- жестве и устраивавшему заговоры против Василия ІІ Темного. Представители другой московской купеческой семьи, Хов- рины, наоборот, оказывали денежную поддержку Василию ІІ в тяжелые годы после его изгнания из Москвы, ослепления и заточения в Угличе, чем способствовали его победоносному возвращению в столицу и поражению удельных князей. Оче- видно, за оказанные тогда услуги получил Владимир Григорье- вич Ховрин необычный титул, с которым он упоминается в 1450 г., - «гость да и болярин великого князя» (см. о нем бо- лее подробно гл. 7). Кстати, вернувшись в Москву, Василий Темный обязался уплатить купцам-суконникам деньги, взя- тые у них в долг Юрием Галицким. Во 2 -й половине Х\/` в. один из гостей-сурожан Андрей Шихов кредитовал другого удель- ного князя Юрия Васильевича, отдавшего в заклад за трид- цать рублей серебром рулон дорогого заморского сукна. За- нимаясь кредитованием родовитых особ, богатые московские купцы не требовали с них ростовщических процентов, рассчи- тывая, очевидно, на необходимую для них поддержку фео- дальной верхушки, в круг которой и сами нередко старались проникнуть. Достигалось это с помощью браков и с приобрете- ния крупных земельных владений; позднее служило также выгодным средством помещения капитала и прочнее стабили- зировало имущественное положение. Самые ранние сведения о купеческом землевладении в Московском княжестве относятся к эпохе Дмитрия Донско- го. Под 137 5 г. русские летописцы поместили интересное со- общение о бегстве из Москвы в Тверь не поладивших с москов- ским князем сына последнего тысяцкого Ивана Васильевича Вельяминова и богатого гостя-сурожанина Некомата (судя по имени, видимо, грека по происхождению). Вскоре Некомат от- правился в Золотую Орду за ярлыкомна великое княжение для 136
»%°°%°%°@®%®®%®%® тверского князя Михаила Александровича. Он успешно спра- вился с поручением нового благодетеля, вернувшись в Тверь в июле 137 5 г. с ханским ярлыком и ордынским послом Ачихо- жею. Но в августе Дмитрий Иванович разбил войска Михаила Александровича и силой заставил его отказаться от великого княжения, затем приказал конфисковать села Ивана Василь- евича и Некомата, а позднее казнил и самих изменников-пе- ребежчиков. Поплатившийся своей головой за политические интриги, Некомат, разумеется, был далеко не единственным землевладельцем из купеческой среды. Приблизительно тог- да же зажиточный нижегородский гость Тарас Петров приоб- рел вотчину с шестью селами, разоренными впоследствии та- тарами, что послужило причиной его переезда на жительство в Москву. С известными в ХУ в. в Московском княжестве ку- печескими фамилиями связаны названия сел - Ховрино, Са- ларево, Софрино, Тропарево. Сохранилась купчая грамота 1491-1492 гг. на приобретение Дмитрием Владимировичем Ховриным у другого купца - сурожанина Федора Данилови- ча Саларева деревни Красулинской в Подмосковье. Как пред- положил академик С.Б. Веселовский, в одной из западных ча- стей Московского уезда, называвшейся Сурожиком, или Су- рожским станом, великие князья даровали право на покупку вотчин гостям-сурожанам. Но в актовых материалах ХІУ- ХУІ вв. нет данных, подтверждающих эту гипотезу. Напротив, из них вытекает, что, по крайней мере, со времен Ивана Ка- литы Сурожская волость принадлежала женам московских великих князей. Ни одно из купеческих сел здесь не находи- лось. Но немало земельных владений сурожан имелось в под- московном Дмитровском уезде, что зафиксировано в ряде гра- мот ХУ столетия. Переведя из Москвы в Новгород в конце Х)/' в. купцов Са- ларевых, Таракановых и других, Иван ІІІ компенсировал им потерю подмосковных земельных владений путем пожалова- ния деревень в Новгородской земле. Занимаясь торговыми де- лами, часто сопряженными с длительными отлучками, они, естественно, не имели возможности постоянно проживать в собственных вотчинах и контроль за выполнением крестьян- ских повинностей возлагали обычно на своих слуг - управля- ющих или старост. 137
-2%°%°%°%°@®%®°»%%®%» Принимая во внимание факт наделения гостей-сурожан правом на земельные владения, вполне закономерно задать вопрос об их обязанностях по отношению к феодальному госу- дарству и его правителям. Итак, была ли обязательной для московских купцов ХІУ-Х)/` вв. государственная служба? На этот вопрос нельзя дать однозначного ответа. И вот почему. Представители купечества как жители городского посада вхо- дили в состав народного ополчения, но именитые гости-суро- жане и суконники привлекались к военной службе лишь при чрезвычайных обстоятельствах. Например, в 1382 г. они уча- ствовали в защите Москвы во время неожиданного нападения войск хана Тохтамыша. Один из них, суконник Адам, стоя на Фроловских (Спасских) воротах Кремля, метким выстрелом из самострела насмерть поразил сына ордынского царевича. В 1433 г., спешно готовясь к битве с конкурентом в борьбе за московский великокняжеский стол, своим дядей Юрием Дмит- риевичем Галицким, Василий ІІ, «что было тогда около его лю- дей, собра тех, да и москвичь гостей и прочих поим с собою» , но с таким небоеспособным воинством потерпел сокрушитель- ное поражение на Клязьме. Сын Василия ІІ Темного, Иван ІІІ, посылал в 1469 г. «сорожан и суконников, и купчих людей, и прочих всех людей московичь коих пригоже по их силе» в по- ход на судах против Казанского ханства (ПСРЛ. Т. 25. С. 281). Но в обычное время великие князья предпочитали исполь- зовать гостей-сурожан на дипломатическом поприще. Ведь они обычно владели, кроме русского, греческим, итальянским, татарским языками, хорошо знали политическую обстанов- ку и обычаи соседних стран, имели там определенные связи. От них можно было всегда получить ценные сведения и полез- ные советь1. Как повествуется в «Сказании о Мамаевом побои- ще» (начало ХУІ в.), якобы, отправляясь в сентябре 1380 г. на- встречу ордынской рати Мамая, великий князь московский Дмитрий Иванович захватил с собой в поход к Куликову полю десять гостей-сурожан в качестве информаторов, переводчиков и послов. В их числе были «Тимофей Весяков, Дмитрей Чер- ной, Дементей Саларев, Василий Капица, Сидор Елферьев, Константин Волк, Кузьма Коверя, Семион Онтонов, Михаил Саларев, Иван Ших» 144. Вставившие в конце ХУ - начале ХУІ в. в этот почетный перечень фамилии и прозвища предков, 138
/.,114 »%0%®%®%°«%° ° московские гости стремились возвеличить свои роды. Стоящие рангом ниже простые торговцы из русских земель участвова- ли в битве в качестве рядовых ратников пешего ополчения. Возможность выполнения московскими торговцами разве- дывательно-информационной функции учитывали и против- ники Руси. Через два года после Куликовского сражения, что- бы совершить внезапное нападение на Москву, по словам лето- писца, «царь Тахтамыш посла на Волгу татар своих и повеле избити вся гости русская, а суда их переимати на перевоз себе дабы не было вести на Русь» . Столетием позже дипломатиче- ская переписка таманского князя Захария Гвизольфи с Ива- ном ІІІ велась при посредничестве московских купцов Гаври- лы Петрова и Семена Хозникова. Дипломатические услуги это- му же московскому великому князю неоднократно оказывали и другие торговцы. Так, при внимательном чтении записок го- стя Василия (автора одного из «хожений» в Палестину и Еги- пет) возникает вопрос: не выполнял ли Василий разведыватель- но-дипломатическое поручение московского великого князя Ивана ІІІ, которому необходимо было выяснить обстановку на территории Османской империи? Давно уже историки ведут спор вокруг одного из пунктов докончания московского великого князя Дмитрия Ивановича с его двоюродным братом, серпуховским и боровским князем Владимиром Андреевичем от 25 марта 1389 г.: «А гости, и су- коньников, и городьскых люд(и) и блюсти ны с одиного, а в службу их не приимати» 145. Он практически без изменений вос- произведен в докончальной грамоте Ивана ІІІ с удельным князем угличским Андреем Васильевичем (1472): «А гостеи, и суконников, и городцких людеи блюсти нам с одног(о), а в службу их не примати» 146. Это интересное условие вызвало не- мало противоречивых толкований. Одни (например, В.Е . Сыроечковский, А.М. Сахаров) по- лагали, что здесь зафиксировано обязательство князей не при- нимать купцов и других горожан к себе на военную службу в качестве дружинников, т.е. феодальных слуг1“. Другие (М.А . Дьяконов, А.П. Пригара) под службой подразумевали обязанности гостей, близкие к их профессиональной деятель- ности (сбор таможенных пошлин по поручению властей, фи- нансовое обеспечение) 148. По мнению М.Н . Тихомирова, за тер- 139
Н? - €,~/А : * <-І°2Ё- ' О - -ЕС-І-_ ` <їйЁ°%«°«%°%»°»%®%<> о МИНОМ <<СЛУЖбЭ.›> В Д8.ННОМ СЛУЧЯЄ СКрЫВ&ЄТСЯ В&СС&ЛЬН&Я ЗЭ .ВИ ' симость, и поступление на службу какого-либо горожанина ущемляло «права остальных, так как он переходил под власть дворского того или иного князя и тем самым нарушал корпо- ративные привилегии сурожан и суконников», значит, в до- кончаниях речь шла об охране великокняжеской властью прав этих богатых и влиятельных купеческих корпорацийт. Ка- жется, ближе всех к истине все же Л.В.Черепнин, пришедший к наиболее верному выводу о том, что горожане (в их числе и купцы) «обладали определенной привилегией и в военном от- ношении», входя в состав городского ополчения под началом собственных воевод, и князья давали обещание сохранять эту московскую рать «как самостоятельную военную единицу, не смешивая ее участников со своими слугами»15°. Правда, надо отметить, что именитые гости-сурожане и су- конники привлекались к военной службе лишь при чрезвычай- ных обстоятельствах, к примеру в 1382 г., когда они участво- вали в защите Москвы во время неожиданного нападения войск хана Тохтамыша. Один из них, суконник Адам, стоя на Фро- ловских (Спасских) воротах Кремля, метким выстрелом из са- мострела (арбалета) насмерть поразил сына ордынского царе- вичаш. В 1433 г., спешно готовясь к битве с конкурентом в борьбе за московский великокняжеский стол Юрием Галиц- ким, Василий ІІ, «что было тогда около его людей, собра тех, да и москвичь гостей и прочих поим с собою» , но с таким небо- еспособным воинством потерпел сокрушительное поражение на Клязьмет . Сын Василия ІІ Темного, Иван ІІІ, посылал в 1469 г. « сорожан и суконников, и купчих людей, и прочих всех людей московичь коих пригоже по их силе» в поход на судах против Казанского ханстваш* . В обычное же время великие князья предпочитали ис- пользовать гостей-сурожан на ином, дипломатическом попри- ще. Ведь они нередко, кроме русского, владели в той или иной степени греческим, итальянским, татарским языками, хоро- шо знали политическую обстановку и обычаи в соседних стра- нах, имели там определенные связи. От них можно было все- гда получить ценную информацию и полезные советы. В ХУІ в. сурожане упоминаются уже не в Москве, а в Нов- городе Великом, куда часть их была переведена властями из 140
®%°%*®<ї@Ё°%°@°%*° столицы России. Известны там и суконники, численно преоб- ладавшие над сурожанами. В писцовых и лавочных книгах Новгорода конца Х)/'І в. зарегистрированы 42 суконника, 13 су- рожан и один сурожникш. Переселенные на берега Волхова московские гости-сурожане и их потомки, находясь на особом положении, пользовались льготами, зафиксированными в жа- лованной грамоте155 . Лишь после опричного разгрома Нов- города местные сурожане лишились прежних привилегий. «А что была у сурожан государева жалованная грамота в про- ездах и о всяких государевых пошлинах, и государь тое грамо- ты отставил, а велел у сурожан имати все свои пошлины по ста- рине» , - говорится в Новгородской таможенной грамоте 1571 г.15° . Во главе каждого торгового ряда стоял староста. «Ку- пецкие старосты всех рядов» Пскова упоминаются, в частно- сти, в «Повести о Псковском взятии» начала Х)/І столетияш . Кого же именовали «купцами» с конца Х\/ в.? Лишь с конца Х)/' столетия в официальном делопроизвод- стве наименование «купец» утвердилось в ином, чем прежде, значении. В актах и законодательных памятниках Московско- го государства (Белозерской уставной грамоте 1488 г. , Белозер- ской таможенной грамоте 1497 г., Судебнике 1550 г., Собор- ном Уложении 1649 г. и др.) термином «купец» стали также обозначать любого покупателя товаров и недвижимостиш* . Итак, в конце Х\/'- начале Х\/'ІІІ в. термин «купец» имел два значения: 1) профессиональный торговец (в летописях, исто- рических повестях и сказаниях, агиографических сочинени- ях, художественной литературе); 2) покупатель в сочетании с антонимом «продавец» , что характерно для законодательных и актовых источников. И это второе значение слова «купец» вошло с конца Х)/` в ., прежде всего, в таможенное делопроиз- водство, а затем и в законодательные документы по одной про- стой причине: в лексике русского языка до ХУІІІ в. отсутство- вало существительное «покупатель» , хотя и употреблялся ряд 141
%°%»®%°%»<>@°%»<>%<>%» других слов, образованных от корня куп при помощи пристав- ки по- (покуп в значении «купля, покупка» - с ХІІ-ХІІІ вв., покупати или покупити - с ХІІІ в., покупочный - с Х`\/'І в., покупка - с ХУІІ в.159 Гораздо раньше в древнерусском языке укоренилось слово «продавец» . В результате ко второй половине Х`\/` в . созрела почва для внедрения в язык законодательных памятников и актовых до- кументов антонимической пары «купец - продавец» . Впервые она появилась в Белозерской уставной грамоте 1488 г.: «А ко- го изымают, хто поедет за озеро или кто учнет торговати 'по волостем и по монастырем белозерьским, и они с купца возмут два рубля, а с продавца возмут два рубля, рубль наместником, а рубль таможником. А что у них будет товару, у купца и у про- давца, и тот товар у них емлют таможники на великого князя, а их дают на поруце наместник и таможник, да ставят перед великим князем»1°° . Это же положение о купце (как покупате- ле) и продавце имеется в Белозерской таможенной грамоте 1497 г.1°1 В противном случае одного из участников любой тор- говой сделки пришлось бы обозначать словосочетанием «чело- век купивший» либо «покупающий человек» , что было не очень удобно. Изредка встречающийся в переводной литера- туре церковнославянизм «купующие» («купуюштие»), в отли- чие от существительного «купец», также плохо сочетался со словом «продавец» 162 . В то же время в Судебнике 1497 г. одна из статей «О займех» касается купцов - профессиональных торговцев (а не просто покупателей): «А которой купець, иду- чи в торговлю, возмет у кого денги или товар, да на пути у него утеряется товар бесхитростно... » 163 . Сделанный выше обзор свидетельствует об использовании в средневековой России как официальной (делопроизводствен- ной), так и бытовой торгово-купеческой терминологии. И пер- вая далеко не всегда соответствовала второй, хотя между дву- мя этими группами порой происходило взаимопроникновение лексических элементов. Реже в данной сфере использовалась книжная церковно-славянская лексика, относящаяся к треть- ей группе, из которой иногда пополнялся лексический фонд первых двух групп. Фольклорная торгово-купеческая терми- нология (четвертая группа) несколько отличается от терминов, использовавшихся в письменной литературе и официальном 142
#39) 'Є ,_. д4\ делопроизводстве. Только в произведениях устного народного творчества можно встретить упоминания о «гостях-корабель- щиках», «купцах-гостях», «купцах торговых», «гостях торго- вых»16'* . В одной из былин Катерину Микуличну, жену Добры- ни Никитича, якобы погибшего на Куликовом поле, сватают «за того ли гостя торгового, за того ли Алешу Поповича» 165 . В правовом отношении, судя по законодательным памят- никам (от Русской Правды до Судебника Ивана ІІІ 1497 г.), русское купечество в ХІ-Х)/` вв . представляло собой единый социальный слой. Но внутри него уже с ХІІ в. начинают выде- ляться отдельные группы (корпорации) - «гречники» и «за- лозники» в Южной Руси, входившие в Иванское объединение «вощники» и «заморские купцы» в Новгороде. Их члены пользовались определенными преимуществами и льготами, полученными от княжеских властей. В Московии со второй половины ХІУ в. на привилегированном положении находи- лись гости-сурожане и суконники. Основная масса участников рыночного обмена в городах была представлена посадскими людьми, среди которых преобладали ремесленники-торговцы.
Деньгами стали плоть и дух людей в наш век. Тот, чья мошна пуста, - мертвец, не человек! 1 Немецкий поэт-сатирик Фридрих Логсщу (1605-1655) ВҐІАСТИ И ПРИВИҐІЕГИРОВАННЬІЕ КУПЕЧЕСКИЕ ГРУҐІПЬІ Х\/'І-Х\/ІІ ВВ. Власти Российского централизованного государства, счи- таясь с интересами купечества, защищали их с помощью дип- ломатических средств на международной арене. С одной сто- роны, окончательная ликвидация политических границ меж- ду ранее самостоятельными русскими княжествами и земля- ми способствовала упрочению и дальнейшему росту экономи- ческих связей между ними. Но, с другой стороны, далеко не всегда их соблюдали во внутренней политике: в России сохра- нялось немало пережитков эпохи раздробленности, в том чис- ле таких, которые отрицательно сказывались на торгово-пред- принимательской деятельности. Среди них - отсутствие еди- ной монетной системы (до середины 30-х гг . ХУІ в.) и унифи- цированного налогообложения (до середины ХУІ в.), длившее- ся до 1 754 г. взимание внутренних таможенных пошлин. Часть из этих следов прежней автономии постепенно исчезает уже в Х\/'І столетии. 144
»@°%®°<г%°%@°%®%«<>%°%® Торговая политика царской России После проведения правительством Елены Глинской в 1 535-1538 гг. денежной реформы в масштабах всего государ- ства стали чеканить единые по весовым нормам и однообраз- ные по внешнему виду серебряные монеты - «новгородки» (копейки) весом 0,68 г, «московки» (деньги) весом 0,34 г и по- лушки (0,1 7 г). Их массовая чеканка на денежных дворах Мос- квы, Новгорода и Пскова позволила быстро вытеснить из об- ращения старые деньги, среди которых было немало обрезан- ных неполновесныхи фальшивых монет. Хождение последних ранее создавало хаос на рынках и причиняло ущерб торговле. Окончательно же пережитки былой раздробленности в денеж- ном хозяйстве исчезли при Федоре Ивановиче и Борисе Году- нове. Меры властей существенно оздоровили ситуацию, обес- печили более благоприятные условия для торговых операций. Они заметно улучшились и с централизацией таможенной службы, хотя-таможни еще долго сохранялись внутри страны. С конца ХУ в. сбор торговых пошлин постепенно переходит от великокняжеских наместников-кормленщиков в руки самого купечества. В 1497 г. Белозерскую таможню взяли у государ- ства на откуп за 120 рублей в год купцы «Тит Окишов, да Есип Тимофеев, да Семен Бобр» . По свидетельству тверского купца Афанасия Никитина, тридцатью годами ранее его пропустил через Нижний Новгород пошлинник Иван Сараев, московский гость-сурожанин. И позднее, в Х\/І в., таможенными целоваль- никами становились, как правило, представители торгового и ремесленного люда, для которых, правда, эта государственная служба, будучи далеко не всегда выгодной, порой превраща- лась в обременительную обязанность. Поэтому, по утвержде- нию историка А.И. Копанева, в 70-80 -х гг. Х)/І в. , «выбор нов- городского купца или ремесленника в целовальники зависел не от его зажиточности, а от того, дошла ли его очередь нести повинность» . С ним можно согласиться лишь отчасти, посколь- ку некоторые купцы сумели извлечь немалую выгоду, занима- ясь организацией государственной таможенной службы и не забывая при этом о собственных интересах. 145
«Ё Ё? »%°%»®%®%»®»% Действия купцов-откупщиков и властей, пополнявших с их» помощью казну, не совпадали с интересами местного посад ского населения, нередко страдавшего от произвола сборщ - ков торговых налогов. Учитывая его требования, правитель- ство было вынуждено пойти на уступку, проведя в 50-х гг . ХУІ в. реформу, отменявшую систему откупов прежде всего на черносошном Севере и передававшую сбор торговых пошлин в руки представителей посадских и волостных общин. Продол- жалась и начавшаяся еще с конца Х\/' в. ликвидация привиле- гий церковных учреждений на сбор части торговых пошлин. С целью установления более эффективного контроля за этой весьма важной отраслью получения государственных доходов с 80-х гг . ХУІ в. в России учреждается институт таможенных голов. Ими обычно назначались представители привилегиро- ванных групп купечества - гостей, Гостиной и Суконной со- тен. При Иване ІУ (1533-1584) осуществлялась постепенная отмена сохранявшихся еще торговых льгот церковных учреж- дений. По статье 91 Судебника 1550 г. следовало «торговым людем городским в монастырей в городских дворех не жити» . Отныне проживавшие в монастырских дворах и слободах про- фессиональные торговцы приравнивались в отношении упла- ты различных сборов к остальным своим собратьям по профес- сии. В 1551 г. последовал пересмотр выданных ранее тарханных грамот, в результате чего Троице-Сергиев и другие богатейшие монастыри остались без прежних привилегий не уплачивать проезжих и торговых пошлин (мыта, тамги и др.). А некото- рых из них (Симонова, Николо-Песношского и других монас- тырей) лишили права беспошлинной торговли, сохранив лишь льготы на провоз товаров, закупленных «на обиход» , т.е . для собственного потребления. В случае же продажи или перепродажи товаров с целью извлечения прибыли («прикупа››) монастырские люди облага- лись таможенными пошлинами на общих основаниях. Нако- нец, в 1581-1584 гг. в результате отмены тарханов монасты- ри лишились податных льгот (некоторые из привилегирован- ных обителей, правда, получали их от властей и позже, в Х\/'ІІ в.). Все эти меры в комплексе наносили ущерб предпри- нимательской деятельности крупнейших обителей, но вместе 146
ҐЪ:-»Г . . Ёг-із* %°%®%<>%®®%® ~ 0%- с тем уравнивали их в правах с другими торговцами, вынуж- денными платить в полном объеме немало торговых и проез- жих сборов. Изучая уставные таможенные грамоты Х)/'І-Х)/'ІІ вв. , ис- торики насчитали свыше двадцати видов внутренних пошлин, взимавшихся с цены товаров, с товара-вещи и с самих купцов при их перевозке, хранении и купле-продаже: тамга, рублевая пошлина, весчее, пятно, явка, писчее, гостиное, анбарщина, поворотное, позамочное, дворовое, избное, померное, мыт, ко- стки, поголовное, полежалое, порядное, осмничее, головщина, судовая, побережное, причальное, носовое, приезд, отъезд, полозовое и др. Почти все пошлины местные торговцы плати- ли в меньшем размере, чем иногородние, в том числе инозем- цы. Некоторые же торговые сборы взимались только с приез- жих купцов. Такое разграничение, особенно заметное в источ- никах 1-й половины ХУІ в., позже заметно сглаживается. На протяжении ХУІ в. сохранялись местные особенности таможенного обложения, отражавшиеся в терминологии по- шлин, в их перечне, в размерах сборов. Вместе с тем просле- живается тенденция к унификации, в частности, к постепен- ной замене пошлины с единицы товара рублевой пошлиной. В 1550 г. в правительстве Ивана І)/` даже обсуждался проект таможенной реформы, но он не был претворен в жизнь. Тогда же предполагалось отменить проезжую пошлину (мыт) и од- новременно увеличить пошлину с торговых сделок (тамгу), но это было явно преждевременно. Тем не менее единой системы обложения и общего для всего государства таможенного тари- фа в России тогда не существовало, что негативно сказывалось на торгово-предпринимательской деятельности. Во 2-й поло- вине ХУІ в. , например, в Новгороде Великом явленную пошли- ну взимали с человека, а в Москве - со стоимости товара. Раз- мер тамги колебался от 3,5% стоимости товаров (Москва, Нов- город) до 5,5-9% (Астрахань). Проезжие пошлины купцам приходилось платить во всех промежуточных пунктах пути. За попытки провоза необъявленных товаров власти наказыва- ли штрафом размером в 2 рубля или даже их конфискацией в пользу казны. Такой порядок был, например, зафиксирован в Новгородской таможенной уставной грамоте 1571 г.: « ...А ко- торой товар промытил, и тот товар таможником имати у них 147
ее 'Є -_ ~ на Государя Царя и Великого Князя» . И все это применялось” на практике как в отношении русских, так и иностранных куп- цов. В 80-х гг . Х)/'І в. у турецкого купца Ромозана, ехавшего из Литвы на Чернигов и спрятавшего товар, чтобы не платить положенные по закону пошлины, власти конфисковали пере- возившиеся им ценности на сумму в 800 рублей. Дифференциацию торгового обложения и межобластные таможенные барьеры в Х\7І в. преодолеть так и не удалось. Многие таможенные уставы того времени отражают значитель- ное неравенство в уплате пошлин между местными и иногород- ними торговыми людьми, что создавало неодинаковые условия для конкуренции между ними. Местное купечество, обычно занимавшееся организацией сбора торговых пошлин, стреми- лось таким способом удержать господствующее положение на рынке, ослабив позиции конкурентов. По таможенным грамо- там 1497 и 1551 гг. на Белоозере приезжие торговцы платили рублевую пошлину в размере 1 алтына, а местные - 0,5 день- ги, да и то только в случае привоза ими товара из других мест. В Орешке (1563) и Двинском уезде (1588) она равнялась для местных жителей 1 ,5 деньги, а для иногородних - 4 деньги, в Соловецком монастыре (1591) - соответственно 2 деньги и 7 денег. Дифференцированная система обложения касалась и других видов пошлин. В Устюжне Железопольской (1543), Веси Егонской (Весьегонске) по грамоте 1563 г. тамга взима- лась с местных торговцев в размере 1 ,5 деньги с рубля, а с ря- занца, казанца и «всякого иноземца» - 7 денег с рубля. В Нов- городе (1571) пудовая пошлина с русских купцов составляла 0,5% от стоимости товара, а с восточных купцов - 1% . Для последних там же размер явленной пошлины в три раза пре- вышал размер аналогичного сбора с местных торговых людей. В 1589 г. хивинские купцы («тезики»), выезжая из Казани в Москву, вынуждены были уплачивать пропускную пошлину по 2 деньги с рубля, а русские - в два раза меньше. Сложность и запутанность системы местных торговых и проезжих сборов при отсутствии единого общегосударственно- го таможенного тарифа создавали почву для нередких злоупот- реблений со стороны сборщиков пошлин, приносивших значи- тельные доходы казне и откупщикам, но затруднявших рыноч- ные операции (особенно для приезжих купцов). Обилие нало- 148
гов наряду с большими транспортными издержками приводи- ло к повышению цен на привозные товары, что в конечном сче- те сказывалось на интересах покупателей. Пошлины на пред- меты импорта из разных стран порой отличались по размерам. По информации итальянского купца Рафаэля Берберини, по- бывавшего в 1565 г. в Московии, за товары, поступавшие из Крыма и Турции, взимали 8% с их цены (16 денег с рубля), а из Польши - 4% , т.е. в два раза меньше. В ряде же случаев власти в собственных целях шли на вве- дение беспошлинной торговли для привлечения в Россию' оп- ределенных групп иностранного купечества. По жалованной грамоте Ивана ІУ от 30 мая 1574 г. среднеазиатские купцы «те- зики» (« бухарцы и Казацкие орды и из ыных земель с лошадми и со всякими товары») получили право в зауральских вотчи- нах Строгановых «торговати всякими товары вольно, безпош- линно» . В годы борьбы русских с сибирским ханом Кучумом в конце ХУІ в. произошел временный разрыв традиционных тор- говых контактов Западной Сибири со Средней Азией, прежде всего с Бухарским ханством, отчего страдали интересы мест- ного населения. Чтобы восстановить нарушенные связи, в на- казах московского правительства, направленных в 1595- 1596 гг. сибирским воеводам, разрешалось беспошлинно тор- говать приезжим купцам «из Бухар и из Ногай» в Таре, Тоболь- ске, Тюмени. На расходы по их приему даже ассигновалась определенная сумма из средств Сибирского приказа. Правда, беспошлинная торговля в сибирских городах не распространя- лась на «заповедные» товары - панцири, сабли, ножи, топо- ры, а после налаживания торговых связей со Средней Азией она начинает ограничиваться (список заповедных товаров по- полняется лучшими сортами пушнины) и применяться более дифференцированно. В начале Ливонской войны (1558-1583) после овладения Нарвой (1 558), которой Иван ІУ стремился воспользоваться для организации широкой торговли России с западноевропейски- ми странами, нарвским купцам было предоставлено право бес- пошлинно торговать по всей стране и беспрепятственно поддер- живать торговые отношения с Германией. Но особенно значите- льные льготы Иван ІУ даровал в 1 555 г. как по экономическим, так и по политическим причинам английской Московской 149
А °%®°@®%@®@° ~ 0% компании. Позднее эти льготы еще больше расширились. В 1 567 г. англичанам разрешили беспошлинную торговлю в устье Север- ной Двины, Астрахани, Дерпте, Казани, Нарве и свободный транзит товаров через Россию в Бухару и Китай (позже и в Пер- сию). Временно отмененные Иваном І\/` в 1570 г. , после круше- ния надежд на военную помощь Англии, торговые привилегии английским купцам позднее восстановили, правда в урезанном виде: отныне им пришлось платить пошлину в половинном размере при условии ввоза столь необходимого России оружия. По грамоте Ивана Грозного от 8 августа 1570 г. известным пред- принимателям Строгановым поручался контроль за торговой деятельностью англичан (за взиманием с них пошлин, за со- блюдением запрета торговать в розницу и закупать лен, по- сконь и т.д.) . Тем не менее английская торговая экспансия в Россию про- должалась и после смерти Ивана Грозного. В 1587 г. во время приезда в Москву английского посла Джильса Флетчера пра- вительство царя Федора Ивановича (1584-1598) вновь даро- вало Московской компании право на транзит в восточные страны и на беспошлинную торговлю оптом (в том числе и во внутренних городах России), запретив, однако, привозить иностранные товары и отклонив претензии на монопольное положение на русском рынке. На него стремились в конце Х\/'І в. проникнуть и упрочить в России свои позиции и глав- ные торговые конкуренты англичан - голландцы, получив- шие право беспошлинной торговли в Новгороде. По договорам 1517 и 1562 гг. пользовалось на взаимной ос- нове в России льготами и купечество из Дании. Порой специ- альными царскими указами освобождали от уплаты тамги так- же купцов из других стран, например из Персии в 1596 г. , когда им даже разрешили закупить в Москве для шаха определен- ное количество «заповедных» товаров (панцирей, ножей, оло-~ ва, свинца). По словам немца Генриха Штадена, служившего в качестве опричника у Ивана ІУ и долго жившего в России,- любой иноземец, находившийся на русской службе, был «сво~ боден от таможенных пошлин вместе со своими слугами». Впрочем, как утверждали некоторые иностранцы (например, Сигизмунд Герберштейн и Антонио Поссевино), размеры торг говых сборов да и цены на товары в России были не столь уж 150
/\ ҐЁ3/.\ велики. Уплаты проезжих пошлин иноземные купцы порой избегали, присоединяясь к посольствам, где они даже получа- ли содержание от властей. Но в реальной жизни данные по условиям договоров и гра- мот привилегии нередко не соблюдались. Повсеместно и рус- ские, и иностранные торговые люди сталкивались со злоупот- реблениями приказных чинов и самого царя Ивана І\/'. «Оби- рая своих купцов, - писал английский путешественник, предприниматель и дипломат Джером Горсей, - он обмени- вал взятые у них товары у иностранцев на одежду, шитую зо- лотом, талеры, жемчуг, драгоценные камни и т.п . , все это он постепенно присоединял к своему богатству, не платя ничего или почти ничего...»1°° Произволом каргопольского намест- ника в отношении местных торговцев возмущался даже цар- ский опричник Генрих Штаден. Джером Горсей с негодова- нием рассказывал о деятельности высокопоставленного взя- точника, главы Посольского приказа Андрея Щелкалова, ярого противника английской привилегированной торговли в России. Щелкалов, покровительствуя голландским купцам, получал от них ежегодно помимо подарков взятки деньгами. Свои корыстные интересы в отношении торговцев преследо- вали и многие другие чины как центральной, так и местной администрации. Вот какое наставление в середине Х\/І в. давал составитель «Домостроя» , знаменитый священник Сильвестр своему сыну Анфиму, служившему в «царской казне у таможенных дел››: << ...Служи верою да правдою безо всякия хитрости и безо вся- каго лукавства во всем государьскомъ; другу не дружи, недру- гу не мсти, и волокида бы людемъ ни в чем не была, всякого отделай с любовию без брани; а не поспеется, и ты добрым сло- вом отвещай и, присрочив, не изловча отпусти; а в торговли прямую розласку чини, душевредная бы твоя служба не была государю ни в чем, а сам благословленым, государьским уро- ком сыт буди, и все бы у тебя государьское было всегда в счете и в смете, и в письме, и приход, и расход... ›› 1*" В действитель- ности же таких идеальных таможенников найти было трудно, в их среде пустили прочные корни волокита, вымогательство, З&ВЬІІІІЄНИЄ р&ЗМЄрОВ ІІОПІЛИН, На ЧТО Не р&З Ж&ЛОВ&ЛИСЬ И 0'І 'Є ' ЧЄСТВЄННЬІЄ, И ИНОС 'І'р&ННЬІЄ КУПЦЬІ. 151
®%®%*°%°%®°€%®%*®<*ї?Ё®%* При Иване ІУ в стране фактически установилась государ; ственная монополия на торговлю хлебом, пенькой, поташом, икрой и рядом других «заповедных» товаров, которыми име- ли право торговать лишь сам царь и казна. В Швецию, напри- мер, запретили поставлять воск, сало, лен и посконь, в Ливо- нию в 1555 г. - воск и соль. Категорически воспрещался вы- воз из России золота и серебра, что особенно подчеркнуто в Новгородской уставной таможенной грамоте 1571 г.: «Да та- можником же беречи накрепко, чтоб Московские гости и тор- говые люди всех городов Московского государства, с Москвы и из Новагорода и из Московской земли, всякие торговые люди и иноземцы, денег, и серебра, и золотых, в сундуках и в коро- бьях и в ящиках, из Новагорода в Литву, и в Немцы, и в иные городы, не возили однолично никуды» 168. Иван ІУ продолжил _ монетаристскую внешнеторговую политику своих предше- ственников - отца Василия ІІІ и деда Ивана ІІІ. Нередко казна скупала по установленным произвольно це- нам некоторые товары (пушнину, воск, мед, сало и др.), а за- тем с большой выгодой сбь1вала их на внутренних и междуна- родных рынках. Случалось, всем подданным запрещали про- давать определенные товары до полной распродажи аналогич- ных продуктов из царских запасов. Кроме того, царь и казна обладали монопольным правом первоочередной закупки вво- зимых в страну товаров, нередко злоупотребляя этой привиле- гией, на что обратил внимание австрийский дипломат Сигиз- мунд Герберштейн, побывавший в России в 1517 и 1526 гг., автор «Записок о московских делах» ( «Записок о Московии»).. По его свидетельству, таможенные чиновники доносили велит кому князю Василию ІІІ о ввозившихся в Московию инозем- ных товарах, продажу которых не дозволялось начинать без его разрешения. Информацию Герберштейна подтверждает Генрих Штаден, немец по происхождению, служивший цар- ским опричником и без стеснения описывавший частые слу- чаи ограбления купцов. Как повествовал чуть позже Джильс Флетчер, царские чи- новники скупали по принудительным (естественно, занижен- ным) ценам «шелковые материи, сукно, свинец, жемчуг» и прочие товары, привозившиеся в страну английскими, армян- скими, бухарскими, польскими, турецкими купцами, застав- 152
%°%*°%®%°€%°%а®%®% ляя русских торговых людей приобретать все это у казны по- дороже. Нередко казна силой навязывала купцам залежалый, подпорченный товар, не снижая цену на него. От таких зло- употреблений властей и высших чинов приказной админист- рации (к примеру, алчных братьев Щелкаловых) нередко стра- дали интересы и Английской Московской компании, которые Флетчер защищал на переговорах в Москве, требуя не отнимать у ее торговых агентов насильно товары, а в случае необходимо- сти брать их << по законной цене и на наличные деньги». Но еще больший урон такие действия причиняли русским купцам при закупках как отечественных, так и ввозимых в страну това- ров. По сообщению того же Флетчера, за год до его приезда << был забран весь воск в государстве, так что никто не имел права торговать им, кроме царя» 169. Монопольное положение казны на рынках подтверждает- ся и русскими источниками Х\/'І в., в том числе и Новгород- ской таможенной грамотой 1 571 г.: «А что государь Царь Князь Великий велел у гостей и у иноземцев у всяких, и у всех лю- дей, которые привозят бархаты, и камки, и всякое узорочье, и лошади, смотрети на себя Государя, что ему Государю приго- дится: и какой гость какой товар привезет и таможником тому выписи приносить к диаком, а доколе о том к диаком выписи принесут и доколе осмотрят, что Государю пригодится, того товару таможеником не отдавати и продавать не велети» (ААЭ. Т. 1. С. 324). Иностранцам и дипломатам в диковинку была политика русских властей по отношению к торговому предприниматель- ству. Вот что писал Флетчер: «Чрезвычайные притеснения, которым подвержены бедные простолюдины, лишают их вовсе желания заниматься своими промыслами, ибо тот, кто зажи- точнее, тот в большей находится опасности не только лишить- ся своего имущества, но и самой жизни. Этот страх доходит до того, что весьма часто можно заметить, как они пугаются, если кто из бояр или дворян узнает о товаре, который они намерены продать. Когда я спросил их, почему они это делали, то узнал, что они опасались, не было ли в числе посетителей кого-нибудь из царских дворян или какого сына боярского, которые могут прийти со своими сообщниками и взять у них насильно весь товар. Вот почему народ, хотя вообще способный ко всякому 153
тд труду, ПрЄд8.ЄТСЯ ЛЄНИ И ПЬЯНСТВУ , Не З&б0'І'ЯСЬ НИ О ЧЄМ, Кр0МЄ дневного пропитания. От того же происходит, что товаров, свойственных России (как было сказано выше - воск, сало, кожи, лен, конопля и проч.), производится и вывозится за гра- ницу гораздо меньше, чем раньше, ибо народ, стесненный и лишаемый всего, что приобретает... » 1"° Впрочем, нельзя изображать одной лишь черной краской торговую политику правительства Ивана ІУ, предпринявшего ряд серьезных мер, соответствовавших интересам разных групп торгово-ремесленного населения. В их числе и налого- вая реформа, и унификация системы мер, использовавшихся в торговле. С конца Х\/' в. на присоединенных к Москве территориях постепенно распространяется московская «соха», но оконча- тельная унификация системы налогообложения произошла позднее в результате реформы сошного письма, проведенной в 1551 г. К сохе как к единице налогообложения сначала при- равнивались при уплате государева тягла мельницы, лавки, лодки, а позже определенное число дворов торгово-ремеслен- ного посадского населения. Размер городской сохи колебал- ся в зависимости от имущественного положения тяглецов. В 50-х гг . ХУІ в. , например, «в Изборске 57 дворов положено в 5/8 сохи... на Опочке 172 двора - в 2 сохи; в Себеже 75 дво- ров - в 1/2 сохи» . В Серпухове же денежный налог, положен- ный на одну соху, распределялся на 50-52 средних двора, та- кую же сумму платили в совокупности 75-76 « молодчих» дво- ров. Для налогообложения сельских жителей, занимавшихся одновременно земледелием и предпринимательством, приме- нялась так называемая комбинированная соха. Помимо дворовой сохи торговцы и ремесленники наряду с прочими тяглецами несли другие дополнительныеЬповиннос- ти (<<данные», «пищальные» , «полоняничные» , «приметные», ямские, «ямчужные» и др.). Их число в годы Ливонской вой- ны заметно возросло. Правда, случалось, власти временно освобождали от тягла кое-кого из представителей тогдашнего предпринимательско- го мира. К примеру, в 1524 г. московский великий князь Ва- силий ІІІ дал на десять лет такую льготу крестьянам-промыш- ленникам, открывшим новые соляные источники на Северной 154
/~/Н А/ Двине. В 1550 г. Аника Строганов, чьи потомки в ХХ/'ІІ в. вы - бились в «именитых людей» , получил освобождение от нало- гов в течение шести лет на соляную варницу в Сольвычегод- ске. Строгановым, добившимся за услуги царю неподсудности местным властям, давались не раз налоговые послабления и позднее (в 1579, 1582 гг.). Законодательство Российского централизованного государ- ства защищало экономические интересы купечества. В судеб- никах 1497 г. (статья 55) и 1550 г. (статья 90) сохранилось одно из положений Русской Правды, гарантировавшее имуществен- ные права купцов, торговавших в кредит и утративших товар не по своей вине, а в результате пожара, кораблекрушения или разбойного нападения. Такие должники могли возвращать кредитору только сам долг («исто»), но без ростовщических процентов («лихвы» , «роста››). Размеры же штрафа за «бесче- стье» по статье 26 Судебника 1550 г. находились в зависимос- ти от социального положения торговца: «...торговым гостем болшим пятдесят рублев, а женам их вдвое против их бесчес- тиа; а торговым людем и посадцким людем и всем середним бесчестиа пять рублев, а женам их вдвое бесчестиа против их бесчестиа... »1'”. Как видим, закон охранял честь и купеческих жен. Рядовой горожанин получал возмещение в размере лишь одного рубля. В 1566 г. 75 представителей верхушки купечества впервые привлекли к участию в работе Земского собора, обсуждавшего вопрос о продолжении Ливонской войныт . В их числе нахо- дились 12 гостей (Юрий Глазев, Иван Котков, Булгак Саванин, Григорий Тараканов, Алексей Хозников, Прокофий Цвиленов и др.), 41 человек от «москвичей торговых людей» (Иван Друж- ко, Степан Зимин, Петр и Лука Пилюгины, Богдан Прощелы- кин и др.) и 22 смолянина (Тимофей Смывалов, Игнатий Твер- диков, Родион Тулупов, Афанасий Юдин и др.) . Кое-кто из них, например А. Юдин (уже в качестве гостя), присутствовал и на Земском соборе 1598 г., избравшем царем Бориса Годунова. Наряду с 21 гостем в этих первых в истории России выборах царя участвовали также «суконной сотни староста Третьяк Фаворов; гостиные сотни староста Третьяк Герасимов сын Ко- саткин›› 173. Некоторые из гостей Х\/І в. (в том числе переселен- ные властями из Москвы в Новгород Великий Корюковы, Сыр- 155
<@®%®°@°%®°%<>%<><@°%@ ковы, Таракановы и др.) владели поместьями, на них работа- ли как свободные люди - приказчики и ключники, так и ка- бальные холопы. «Выводы» и «своды» купцов Говоря об исторических особенностях развития купечества в России, причинах более позднего в сравнении с передовыми странами Запада оформления третьего сословия, появления на экономической и политической арене отечественной буржуа- зии, нельзя не упомянуть о так называемых выводах и сводах торговых людей, насильно осуществлявшихся в конце ХУ- ХУІІ вв. властями страныш . И в Западной Европе, где в эпоху Великих географических открытий уже укоренялись ростки новых капиталистических отношений, власти нередко нару- шали права предпринимателей. Скажем, в Англии правитель- ство для пополнения пустой государственной казны не раз кон- фисковывало имущество негоциантов и прочих зажиточных бюргеров. Из Германии, Испании, Италии, Франции неоднок- ратно изгоняли торговцев-евреев. После захвата Смоленска в 1404 г. великий князь литовский Витовт перевел туда купцов из центральных городов княжества вместо выселенных горо- жан, активно участвовавших в его обороне. Но едва ли можно назвать еще одну такую страну в тогдашнем средневековом мире, где массовые принудительные переселения купцов, как на Руси, проводились неоднократно на протяжении несколь- ких столетий. И начались они с богатейшего русского торгово- го центра, раскинувшегося на берегах Волхова. Репрессии против новгородцев Не прошло и десяти лет после ликвидации самостоятель- ности Великого Новгорода и увоза из города ее символа - ве- чевого колокола, как зимой 1487 г. по новгородскому торгово- ремесленному посаду стали распространяться тревожные слу- 156
'* @°%$`° °%*°*%° хи о грядущем массовом переселении именитых купцов, до того чувствовавших себя относительно уверенно и спокойно. Ведь в первые годы после утраты Новгородом независимости реп- рессиям со стороны Москвы подвергались главным образом представители родовитых боярских семейств, в том числе вдо- ва посадника Марфа Борецкая, боярыня Настасья Григорьев- на, Иван Кузьмич Савелков, посадник Василий Казимир, его брат Иван Короб и многие другие, явные и потенциальные про- тивники присоединения. После тюремного заключения, кон- фискации имущества и земельных владений их в лучшем слу- чае ждала высылка в Московию. Единственным, пожалуй, ис- ключением стал тогда арест 1 февраля 1479 г. купеческого ста- росты Марка Панфильева, одного из вожаков «литовской партии» , тесно связанного с Борецкими. Теперь наступила очередь и всей посадской верхушки, в чьей среде московский великий князь Иван ІІІ также стремил- ся искоренить дух вольности и непокорства, хотя в силу эко- номических интересов в основной своей массе она и тянулась к Москве. Достаточно вспомнить о пассивности городского опол- чения, состоявшего из торгово-ремесленного люда, в ходе ре- шающего сражения на реке Шелони в 1471 г., о крестоцелова- нии купцов наряду с боярами и житьими людьми на верность Ивану ІІІ 13 и 15 января 1478 г., о богатых купеческих «помин- ках» (дарах) московскому государю, который отныне стал за- щищать их интересы на внешней арене, но в то же время опа- сался новой новгородской крамолы и стремился обезопасить власть Москвы над Новгородом от наиболее влиятельных го- рожан, непокорных смутьянов. Хотя незадолго до их «выво- да» в том же 147 8 г. наряду с представителями бояр новгород- ские купеческие старосты Иван Елизарович и Никита Леонтье- вич участвовали в заключении договора с Ганзой. Действия Ивана ІІІ по отношению ко всем явным и потенциальным про- тивникам, в том числе из среды купечества, были жесткими и . решительными. По приказу великокняжеского наместника московские дья- ки без промедления описали дворы и лавки пятидесяти «луч- ших гостей» . И вскоре возы с купцами и их домочадцами в со- провождении охраны двинулись в неблизкий путь из Новгоро- да во Владимир, о чем весьма лаконично упомянуто в Нико- 157
са) та) ®@°%Ѕ>®<Ѕ@°%®°%®%®® новской и Иосафовской летописях, а также во Владимирском летописце: «Того же лета князь великий перевел из Великого Новгорода в Володимер лучших гостей новгородских пятде- сят семей» . В их числе находился и влиятельный гость Евфи- мий Медведнов., участник переговоров с Иваном ІІІ зимой 147 8/ 7 9 г., на дворе которого останавливался тогда сам мос- ковский государь. Известия о «выводах» гостей из Новгорода сравнительно быстро достигли торговых партнеров в соседней Ливонии. 25 июня 1487 г. в письме из Дерпта, адресованном бургомист- ру Ревеля Иоанну Роберту и ратману Людвигу фон Круфту, сообщалось, что великий князь уводит новгородских купцов, а его наместник не дозволяет содержать корчму на торговом дворе. Те же из торговых людей, кого на первых порах не затрону- ли репрессии, постепенно успокоились, полагая, что беда их миновала. И совершенно напрасно, ибо это было лишь началом еще более массовых переселений, к ним власти приступили в следующем году, когда вновь «князь великий Иван Василье- вич вывел из Новгорода новгородцев торговых людей много, и посажа их на житие по всем городам московским» . Еще более грандиозный по масштабам «вывод» пришелся на зиму 1489 г. Тогда выселениям подверглось, если верить подсчетам летопис- цев, семь-восемь тысяч бояр, житьих людей и гостей, обвинен- ных в заговоре против великокняжеского наместника Якова Захарьина. Изгнанников разместили на жительство во Влади- мире-на-Клязьме, Нижнем Новгороде, Костроме, Муроме, Пе- реяславле-Залесском, Ростове Великом, Юрьевеи других го- родах. На их же место в Новгород великий князь Иван ІІІ «по- слал москвич лучьших многих, гостей и детей боярских, и из иных городов из Московской отчины многих детей боярских И гостей, и жаловал их...» . В числе московских «сведенцев» в городе на Волхове оказались представители богатейшей груп- пы гостей-сурожан - Иван Боровитинов, Корюковы, Гаврила и Фома Саларевы, Иван Сырков, Владимир и Никита Тарака- новы, купцы из Владимира-на-Клязьме и другие переселенцы из Новгорода. У них наряду с городскими усадьбами велико- княжеские власти конфисковали земельные владения в Нов- городской земле, чего лишились, например, купцы Андрей Ав- 158
6%:-ъ? . . 14 -145 °0°°0° °%*“ рамов, Григорий Есипов, Роман Окинфов, Игнат Коковкин, Карп Цветной, Степан Дюков, Павел Оверкеев, а также Яков Царевищев, принимавший участие в переговорах с Иваном ІІІ в ноябре 1478 г. Трудно сказать, был ли «вывод ›› верхушки купечества из Новгорода самым первым по времени актом высылки неугод- ных Москве элементов посадского населения. Во всяком слу- чае, в источниках не сохранилось никаких прямых свиде- тельств о переселении купцов после присоединения Твери к Москве в 1485 г. Но вслед за новгородскими репрессиями та- кая мера прочно вошла в практику московских властей. Ле- том 1489 г. отряд под командованием талантливого полковод- ца князя Даниила Щени подавил сопротивление непокорной Вятки, и вскоре из Хлынова, столицы Вятского края, двинул- ся обоз с переселенцами. Находившимся в их числе вятским торговым людям было определено место жительства в подмос- ковном Дмитрове. Пересепения псковских купцов Особенно подробно современниками освещен массовый «вывод» жителей Пскова в 1510 г. В имеющихся двух версиях (московской и псковской) события, ему предшествовавшие, описываются с некоторыми разночтениями. Согласно псков- ским источникам, в конце осени 1 510 г. к приехавшему в Нов- город московскому великому князю Василию ІІІ направилась из Пскова депутация в составе посадников, бояр и «купецких старост всех рядов» с жалобой на произвол, чинимый вели- кокняжеским наместником князем Иваном Михайловичем Репней-Оболенским. Василий ІІІ вместо удовлетворения пре- тензий велел арестовать челобитчиков. Это печальное известие в Пскове без промедления узнали « от Филиппа от Поповича от купчины от псковитина, а он уехал к Новугороду и стал у Ве- ряжи, и услышав злу весть, и оставя товар, и погонил ко Пско- ву» . Ну а далее последовали вынужденный отказ псковичей на последнем вече от своих вольностей, снятие вечевого колоко- ла, выражение покорности прибывшему в Псков великому 159
князю и неизбежные переселения наиболее влиятельной час- ти горожан. В московской же по происхождению повести «Взятие Пскова» , наоборот, во всевозможнейших прегрешениях пе- ред великим князем обвинялись сами псковичи и особенно посадники. По ней задержанным в Новгороде послам из Пскова пришлось согласиться с требованиями Василия ІП о ликви- дации вечевого строя, адресовав своим землякам соответству- ющую грамоту с купцом Анисимом Манушиным, отправив- шимся в родной город в сопровождении великокняжеского дьяка Третьяка Долматова. После крестоцелования пскови- чей на верность московскому государю в Пскове ввели новый вид пошлин - тамгу, ранее здесь не взимавшуюся, перенес- ли торг из Среднего города в Окольный город, где для него нашлось гораздо больше места. Наконец, великокняжеские власти изгнали триста самых богатых семей, в том числе куп- цов; часть из них поселилась в Москве компактной группой в районе Сретенки, построив там для себя церковь Введения, освященную в 1518 г. Кроме того, псковичи жили в Зарядье, на Псковской горе, располагавшейся на склонах Варьской (Варварской) улицы. Причем, как повествует псковский летописец, аресты про- водились в спешке среди ночи, сопровождались женским и дет- ским плачем, а изгнанникам разрешили захватить в дорогу лишь немного легких вещей, оставив на разграбление все иму- щество. Вслед за этим «того же лета к Троицыну дни прехаша во Псков гости сведеные москвичи з десяти городов 300 семеи, и начаша им дворы давати в Середнем городе, а пскович всех выпровадиша из своих дворов в Окольнеи город на посад» . Ис- точники зафиксировали и ряд имен переселенных в Псков куп- цов - Ивана Познякова из Твери, Якима Переславца, Ивана Титова из Москвы и других «сведенцев», вынужденных про- должать свое занятие в новых условиях. Московские чиновни- ки, проводя такую политику, не считались с вполне обоснован- ным недовольством коренных псковичей, у них же возникала вполне естественная неприязнь к вновь прибывшим жителям, ущемлявшим их интересы. Через четыре года после падения Псковской республики в результате войны с Литвой к Московии отошел старинный рус- 160
*%°%°*@®%°®%°%@®@®% ский торговый центр Смоленск. Город на Днепре московскому воинству удалось взять лишь с третьей попытки в конце июля 1514 г.: два предыдущих похода закончились неудачно. Что- бы склонить гарнизон к капитуляции, после массированного пушечного обстрела Василий ІІІ пообещал предоставить раз- личные льготы населению, в том числе беспрепятственный выезд всем, отказавшимся служить московскому государю. Затем, правда, ситуация резко изменилась. М.Л . Глинский (один из руководителей осады Смоленска) попытался бежать в Литву, войско польского короля Сигизмунда І нанесло пора- жение русским под Оршей, а смоленскому наместнику князю В.В . Шуйскому пришлось отбивать нападение отряда литов- ского князя К. Острожского. По приказу великокняжеского наместника на крепостных стенах были повешены в дорогих одеяниях, пожалованных Василием ІІІ, те из влиятельных жителей, кто собирался перейти на сторону Сигизмунда І. Не- мало горожан подверглись высылке из Смоленска, уже «на зиме смольнян князь великии повел к Москве » , среди них были и торговые люди, составившие впоследствии одну из привиле- гированных групп столичного купечества. Какой же оценки заслуживают проведенные впервые в ис- тории Руси Иваном ІІІ и Василием ІІІ массовые принудитель- ные переселения купцов из присоединенных к Москве центров? Большинство ученых подчеркивают их положительное значе- ние как одной из неизбежных и жизненно важных мер на пути создания централизованного государства, которая привела к переориентации направлений новгородской торговли с преиму- щественно внешних на внутрирусские. По мнению, например, Н.Н. Масленниковой и А.А. Зимина, события 1510 г. не толь- ко не подорвали, но даже ускорили экономическое развитие Пскова, во многом способствовали укреплению его торговых связей с другими русскими землями. Р .Г. Скрынников без осо- бых доказательств пишет, что переселение московских гостей- сурожан в Новгород диктовалось необходимостью освоения ими торговых путей на запад и было связано с ослаблением южного направления торговли Москвы после разрыва с Ор- дой. Его утверждение, однако, далеко от действительности, ибо на первых порах после перевода в город на Волхове мос- ковские сурожане продолжали ездить торговать на юг, преж- 161 6 - 6968 Псрхавко
<'ї@Ё°%а°%°%°%°%*°%°% де всего в Крым, торговый обмен с которым не прекращался ни из-за захвата турками в 1475 г. генуэзской Кафы, ни в ре- зультате свержения ордынского ига в 1480 г., ни вследствие нередких конфликтов между русскими купцами и турецки- ми властями. Около 1489 г. новгородские торговцы Якуш Пантелеев и Алексей (Олексейко) Филиппов везли через Минск жемчуг, шелк, пряности и прочие южные товары. В статейных списках посольства Ивана ІІІ к крымскому хану Менгли-Гирею (ок- тябрь 1496 г.) упоминается новгородец Панкрат, ездивший по торговым делам через Перекоп. Лет пять спустя у купцов из Новгорода Великого «у Ивашки да и у Артемки у Онисимовых детей» татары награбили товаров и лошадей на 223 рубля. Впрочем, для Новгорода, Пскова и Смоленска преобладало все же западное направление торговли, которое пришлось осваи- вать московским «сведенцам», на что требовалось какое-то время, ведь им гораздо привычнее было путешествовать в вос- точные и южные страны, а не на Балтику. Политика « выводов » гостей не могла временно не нарушить торговые связи крупнейших центров Северо-Западной Руси с их традиционными контрагентами на Западе. Она ослабила новгородское и псковское купечество как влиятельную поли- тическую силу, лишила части привилегий, прервала преем- ственность семейных торговых капиталов. В Новгороде Вели- ком после присоединения к Москве был ликвидирован торговый суд, собиравшийся у храма Св. Иоанна Предтечи. Московские власти фактически разрушили прежние основы новгородской городской общины, первые признаки социального распада которой стали проявляться еще с начала ХУ в., а переселен- ным в Новгород гостям отводили роль проводников своего влияния в посадской среде. Несомненно, древние новгородс- кие вечевые традиции с выборностью органов власти оказались несовместимыми с московскими военно-деспотическими по- рядками. Вслед за грандиозным пожаром 1508 г. даже торго- вые ряды и те перестроили в Новгороде по московскому об- разцу, для чего туда был послан из Москвы Василий Бобр. За принудительными переселениями купцов скрывались сотни жизненных драм, конфискации имущества, насилие над лич- ностью. 162
Ё\/ €@0%®@°%®°%° Судьба переселенцев После объединения русских земель всех купцов, торговав- ших с зарубежными странами, стали именовать в документах «гостями великого князя» : и москвичей, и новгородцев, и пско- витян, и тверичей. Теперь они находились под покровитель- ством единого Российского государства, защищавшего их ин- тересы на международной арене. Все эти меры в комплексе зна- чительно облегчили экономическую деятельность торговых людей, переселившихся из Северо-Восточной Руси в западные центры. Но прежде чем характеризовать ее, остановимся на дальнейшей судьбе депортированных из Новгорода Великого, Пскова, Смоленска. Новгородским «сведенцам» так и не удалось на новом мес- те достичь прежнего имущественного и социального положе- ния, хотя некоторым из них через 15 лет после «вывода» раз- решили переехать из незначительных провинциальных горо- дов в столицу Руси. «В лето 7012 (1504 г.) князь великий Иван Васильевич перевел из Володимера новогородцев гостей на Москву жить: Ефимья Медведнова с сыном, да Григория Еси- пова, да Савву Офонасова с братом Федором, Юрья Еремеева, Ольферьа Мореву, Ивана Чюдова, Кузму Панкратьева брата, Михаила Моисеева, Игнатия Коковкина с братом Есипом. А из Переславля перевел Павла Оверкеева с сыном Федором, Васи- лья Обрамеева с сыном Григорием, Карпа Цветного на Москву жить ›› . Но они не заняли такого видного места в торговом мире Москвы Х\їІ в., как переселенцы из Смоленска, образовавшие особый разряд купечества, стоявший на втором месте после гостей. В грамоте Ивана І\ї в Дмитров (1549) особо отмечены «све- денцы смоляне, паны московские, Тиша Смывалов, да Федко Кадигробов с товарищи» , которые, ссылаясь на льготы, укло- нялись от уплаты таможенных и прочих пошлин дмитровским и кимрским таможенникам. И хотя царь отменил данные им льготные тарханные грамоты, положение выходцев из Смолен- ска продолжало оставаться весьма прочным на протяжении всего столетия. Упомянутый выше Тимофей Смывалов наряду с другими представителями «смолнян» (например, Степаном 163
за Котовым, Михаилом Носовым) являлся участником Земского собора 1566 г. , впоследствии его сын Михаил стал членом Гос- тиной сотни, доверенным лицом царя В.И. Шуйского. Участво- вали «смоляне» в Земском соборе 1598 г., избиравшем на пре- стол Бориса Годунова. Таможенным головой в Архангельске в конце Х\/'І в. был гость С. Котов, в Балахне - Н. Но'сов. Смо- ленские «сведенцы» и их потомки нередко вывозили за рубеж царские товары и занимались доставкой в столицу импортно- го сукна, поэтому в Москве даже в ХУІІ в. сохранялось назва- ние «Суконного Смоленского ряда» . С тем же Тимофеем Смы- валовым, например, в 1567 г. в далекий Антверпен Иван І\ї «послал есмя рухлядь своее казны», очевидно, драгоценную пушнину. Как видим, часть смолян даже выиграла в экономи- ческом плане от «вывода» в Москву. О жизни и торговой деятельности псковских переведенцев после 1510 г. почти ничего неизвестно в отличие от тех, кого переселили на их место в Псков. Последние постепенно адап- тировались в местной среде, освоили новые западные рынки. В 1517 г. в Риге торговали жившие в Пскове «московские све- денцы»: Иван Позняков, Алексей Душка, Елизар Елоха, Иван Голова, Федор Семенов, Нестер. На псковском торге в Х\/'І в. насчитывалось 63 амбара «приезжих гостей московских»; им также были выделены поместья в Псковской земле. В резуль- тате перевода сурожан из Москвы в городе возник свой Сурож- ский ряд. Переселенцы занимались каменным строительством. Как сообщается в летописи, в 1527 г. «поставиша церковь ка- менную святого Варлама на площади гости преведеныя» , правда, из-за небрежности строителей вскоре разрушившую- ся. Через 19 лет «Яким Переславец сведенец» построил храм Св. Стефана в монастыре над рекой Великой. Кое-кому из новых жителей Пскова не повезло из-за эпиде- мий. Во время мора 1521 г. «мряху бо мужи и жены, старыя и младая, а от гостеи и от лутчих людеи без мала все не изомро- ща, а москвичам то бысть посещение Божие моровое не обыч- но; а почало морети от Ильина дни, а гостей хто приметца у кого за живот, и тот весь вымреть; и первое почаша мерети на Путровской улицы у Юрья у Табулова у сведеного» . В числе скончавшихся тогда, очевидно, были купцы-переселенцы Оба- кум из Можайска и уже упоминавшийся Иван Позняков из 164
®%°%®%°%@`›<>€%°%®° Твери, на опустевших дворищах которых в 1532 и 1537 гг. возвели церкви Богородицы Одигитрии и св. Архангела Гав- риила. Более благополучно сложилась в Новгороде Великом судь- ба московских гостей-сурожан. Иван ІІІ сохранил для них на новом месте все привилегии, в том числе право на земельные владения. В документах этого времени можно встретить упо- минания о новгородских поместьях Гаврилы и Фомы Саларе- вых, Владимира и Никиты Таракановых, выделенных им ве- ликим князем в качестве компенсации за утраченные подмос- ковные села. Несколько уступали им по площади новые владе- ния Федора Боровитинова, Ивана Сыркова, Михаила Ямского, братьев Корюковь1х_. Большая часть розданных земель до па- дения независимости Новгорода принадлежала житьим людям (группе новгородских феодалов, стоявшей ступенью ниже бо- ярства). С ними же справедливо сравнивает В.А . Варенцов со- циальный статус переведенных из Москвы гостей. В ХУІ в. на Торговой стороне Новгорода, в Плотницком конце, существовали принадлежавшие им богатые « сурожские дворы», в том числе «палата каменна» Андрея Тараканова, остатки которой обнаружены в ходе археологических раско- пок. Многие из переселенцев либо их потомков заняли видное место в торговом мире Новгорода и в городской администра- ции. Богдан Корюков заведовал с 1535 г. денежным двором. В начале Х)/'І в. на должности новгородских купеческих ста- рост находились Иван Елизаров, Фома Саларев, Дмитрий Иванович Сырков, Владимир Тараканов, а позднее их потом- ки. Получили они известность и на поприще дипломатии. Ф. Д . Саларев и А.Г . Корюков в 1509 г. участвовали в подписа- нии новгородско-ливонского соглашения сроком на 14 лет, а Василий Никитич Тараканов ставил подпись под тремя торго- выми договорами с Ганзой и Ливонией в 1514, 1521 и 1531 гг. Их потомков продолжали привлекать к выполнению диплома- тических поручений и позже, в середине Х\/'І в. Они ведали так- же сбором налогов, контролировали продажу вина в питейных заведениях. Но, конечно, главным их занятием оставалась тор- говля. Всего в новгородских писцовых и лавочных книгах ХУІ в. упоминаются тринадцать сурожан и один сурожник, переориентировавшие постепенно свои торговые интересы на 165
Запад, где приобретали в основном сукно, а не шелк, как преж- де. В 1547 г., например, Софийский дом закупил у Петра Ва- сильевича Тараканова, внука одного из московских «сведен- цев» , семь поставов «сукон тюпинских» . Оставили переселенцы заметный след и в новгородском строительстве Х\їІ в. , возводя крепостные сооружения, мосты через Волхов, монастыри и храмы. На средства Таракановых построены церкви Климента на Иворове улице, Успения в селе Сытине на берегу Ильменя, Федора Стратилата с трапезной в монастыре Св. Николы в Воротниках, на деньги Богдана Крю- кова - Св. Иакова Заведеева (Иакова Компостельского) и За- чатья Иоанна Предтечи, приделы к церкви Воскресения на Павловой улице. А «гость московский» Дмитрий Сырков, его отец, брат и сыновья проявили себя как умелые и опытные строительные подрядчики, занимавшиеся ремонтом и возве- дением новых храмов. Вот далеко не полный перечень их по- строек - богато украшенная церковь Жен-Мироносиц на 'Ярославовом Дворище; расположенная рядом с ней церковь Прокопия «с погребом» (явно предназначенным для хранения товаров); храм Св. Николая на владычном дворе; Николо-Роз- важский, Арсениевский, Сырков, Тихвинский монастыри. Не- которые из них сохранились и до сих пор. И Сырковы, и Тара- кановы неоднократно делали богатые вклады деньгами, зем- лями, дорогими крестами, иконами, книгами, ризами, ковра- ми в Иосифо-Волоколамский, Соловецкий, Троице-Сергиев мо- настырит . Опричный террор Так продолжалось до опричнины Ивана Грозного, полити- ка которого по отношению к русскому купечеству (как, впро- чем, и к другим слоям населения) отличалась куда большей жестокостью, чем «выводы» его отца и деда. Репрессии Ива- на І'\7 начались задолго до введения опричнины. По свидетель- ству Мазуринского летописца и ряда других поздних летопи- сей ХУІІ в. , в 1 555 (7063) г. « царь Иван Васильевич казнил тор- говых людей на Пожаре (т.е. Красной площади. - В.П.) и гос- 166
*%°%®°@@®%°®%®%@°*%<>% ти многое множество казнено по рву, где ныне храмы стоят, от Фроловского мосту до Никольского. И те храмы ставлены на мертвых, на костях и на крови убиенных» . В источниках Х)/І в. этот факт совсем не отражен, что отчасти дало повод для со- мнения в его достоверности. Д.Н. Альшиц, например, счита- ет, что «ничего подобного в 1555 г. не происходило», а сооб- щение является поздней вставкой, не случайно один из нов- городских летописцев ХУІІ в. поместил его под названием «Казнь на Москве от Ивана Васильевича» в другом месте под 1581 г. Представляется все же более достоверным мнение С.О. Шмидта, усомнившегося в версии Д.Н . Альшица и ука- завшего в этой связи на «Приговор царской о кормлениях и службах» 1555-1556 гг. , где «не зря подчеркивается мысль о том, что от царя будут “суд и правда нелицемерна всем". Под- тверждает последнюю точку зрения известие 1555 г. Новгород- ской ІІ летописи, перекликающееся с информацией о казнях купцов: «Да того же лета спальных людей Псковичь свели в Казань десять семей» . В Казанской писцовой книге 1566-1568 гг. наряду с де- сятью «переведенцами» из Пскова упоминаются купцы, пе- реселенные из ряда «верховских» городов «в Казань на жи- тье»: в том числе 6 человек из Вологды, 2 - из Твери, 1 - из Переяславля Рязанского. Как следствие этого «свода» , там появились Псковская улица «сзади посадских сведенцовых дворов ›› , Псковский и Костромской торговые ряды Гостиного двора. В документах записаны имена ряда переселенцев: «Ру- дака Борисова сына Костромитина» , «Ивана Тимофеева Сту- пина Псковитина» , «новичка Тимофеева жильца Казанского» , «Ерохи да Михалки Родионовых детей Псковитина» . Причем они относились к группе наиболее зажиточных купцов Казани и в отличие от прочих посадских людей пользовались опреде- ленными привилегиями, не платя «оброков никаких» с дво- ров и лавок. Но то был, пожалуй, единственный за время прав- ления Ивана Грозного случай перевода торговцев из одних про- винциальных центров в другой, только что присоединенный к России. Естественно, московские власти нуждались там в со- здании определенной опорь1 среди посадского торгово-ремес- ленного населения. 167
\/ 1Ч @°%*°%°%»°*%°%З><> Более типичными и массовыми для эпохи Ивана Грозного стали «своды» купцов из провинции в Москву. В результате бурных и кровавых событий: царского террора, пожаров, на- бега крымских татар в 1 571 г. - столичное купечество оказа- лось в значительной степени ослабленным, потому его состав не раз приходилось пополнять за счет тех же принудитель- ных переселений из других городов России. Так, в 1569 г. в Замоскворечье разместились 500 торговых людей из Пскова и 150 семей из Новгорода, а также торговцы из Переяславля- Залесского. Было бы полбеды, если бы при Иване Грозном принужде- ние по отношению к купечеству ограничивалось лишь его « сво- дами» в Москву. В декабре 1569 г. царь объявил о «великой измене» новгородцев, и уже в начале января 1570 г. опричное войско во главе с Иваном І\ї вошло в старинный русский го- род, после чего началась кровавая расправа с его жителями, в ходе которой лишилась жизни и часть именитых гостей, по- томков переведенных в Новгород московских сурожан. После жестоких мучений опричники казнили братьев Алексея и Фе- дора Сырковых, Андрея Тараканова, Дмитрия из рода Ямских, Василия Корюкова, уже в Москве его брата Семена. И далеко не все имена казненных купцов вошли в «Синодик опальных царя Ивана Грозного» , как и безвестных псковичей, выселен- ных из родного города и убитых по дороге под 'Гверью и в Торжке. Такими крайне жестокими мерами царь стремился уничто- жить остатки старых демократических новгородских тради- ций, восходивших к вечевому строю и постепенно впитавших- ся московскими «сведенцами» и их потомками. Опричный тер- рор, носивший беспощадный и бессмысленный характер, сильно подорвал торговлю Новгорода. На.грабив самое ценное имущество богатых горожан, в том числе и гостей, опричники «подожгли их склады, хранилища товаров, воска, льна, сала, кожи, соли, вин, одежды и шелка; растопившиеся сало и воск залили сто- ки на улицах, смешиваясь с кровью убитых... мужчин, жен- щин, детей» . Надолго опустели лавки, места в торговых рядах, городские усадьбы и поместья репрессированных новгородских купцов, ведь уцелевших в ходе расправы (100 семей) насильно переселили в Москву, лишив прежних привилегий, пожало- ванных когда-то московским сурожанам, переведенным в Нов- 168
/ × *@°%*°®%°%*°@°%° город. После опричного погрома город на Волхове настолько обезлюдел, что, по словам Джерома Горсея, Иван Грозный на обратном пути «приказал своим военачальникам и другим чи- новникам выгнать из городов и деревень в округе на 50 миль людей всех сословий: дворян, крестьян, купцов, монахов, ста- рых и молодых, с их семьями, добром и скотом и отправить их очистить и населить разрушенный Новгород». Эти события совпали по времени с массовым голодом и эпидемией, унесши- ми жизни многих новгородцев. Не повезло и тем из новгородских торговых людей, кто про- живал в завоеванной на время в ходе Ливонской войны Нарве. 400 конных опричников, ограбив все русские дома, сожгли за- пасы зерна, соли илрочих товаров, а самых богатых купцов после жестоких избиений палками (при этом не пощадив и женщин) заставили внести в казну огромную сумму в 8000 руб- лей и другие ценности - сто золотых чаш и кубков, восточ- ные пряности, дорогие импортные ткани. Злоупотребления властей стали обыденным явлением и в других местах Рос- сии. По свидетельству Генриха Штадена, «некоторые торговые люди из Сибири были убиты, а их соболи удержаны в казне ве- ликого князя»; царский же наместник в Каргополе «приказы- вал ото всех товаров отбирать то, что придется ему по вкусу» . Спасаясь от притеснений и грабежей, некоторые из торгов- цев провинциальных городов и сами в поисках лучшей доли покидали насиженные родные места. Наряду с добровольны- ми переходами бежавших от ужасов опричнины продолжались и массовые принудительные переселения купечества. Как сообщает все тот же Джером Горсей, в 1571 г. Москва очень сильно пострадала от набега крымских татар и пожара, и царь «послал собрать зажиточных купцов, ремесленников и торговцев со всех городов и мест своего государства, чтобы от- строить и заселить столицу и перенести в нее оживленную тор- говлю; для этого он отменил все налоги, ввел беспошлинную торговлю». Материалы об этих массовых «сводах» в столицу провинциального посадского населения собраны и обработа- ны Б.Н . Флорей. Балахна, Белоозеро, Великие Луки, Влади- мир, Вологда, Вязьма, Каргополь, Коломна, Можайск, Нов- город, Псков, Смоленск, Суздаль, Старица, Тверь, Ярос- лавль - вот далеко не полный список тех городов России, от- 169
@°%°%°%®®*%°%*<>%°%» куда купечество в принудительном порядке переселялось в Мос- кву в последние годы царствования Ивана Грозного. С этими «выводами» в литературе обычно связывают происхождение целого ряда московских сотен и полусотен Х)/ІІ в.: Дмитров- ской, Новгородской, Ржевской, Ростовской, Устюжской. Некоторые из переселенцев сумели занять видное место в торговом мире столицы, например переехавшие из Устюга Козьма Лиханов, Иван и Михаил Фалалеевы, Тит Гиганов вели в 80-90-х гг . ХУІ в. крупную торговлю иностранными това- рами. Имеются сведения о значительных денежных вкладах таких разбогатевших новых московских жителей в монасты- ри. Иван Фалалеев принимал участие в избрании на царский престол Бориса Годунова в 1598 г.; его брат, Михаил, в 1589 г. являлся таможенным головой в Казани. Кое-кто из оказавших- ся в Москве «двинских переведенцев», как видно из текста Двинской таможенной грамоты 1588 г., продолжал поддержи- вать торговые связи с родными местами. Выходец из Твери Кузь- ма Семенович Аврамьев, упоминающийся в 1604-1608 гг. в числе членов Гостиной сотни, пожертвовал в Соловецкий мо- настырь две купленные им в Верхнем Москотильном ряду по- лулавки стоимостью 120 рублей. В актах упоминаются, в част- ности, «московские жильцы, усольские веденцы» Афанасий Мамычев и Третьяк Касаткин, новоторжец Иродион Павлов, осташковец Петр Якимов, «москвич балахонский веденец» С.И . Букин, двиняне Губанины, владельцы деревень и соля- ных варниц в Неноксе и другие переселенцы. В источниках 80-х гг. Х)/'І в. в Москве также записаны имена вяземских, ба- лахонских-, новоржевских, старицких, ярославских «сведен- цев» . Конечно, далеко не всем из них повезло после переселе- ния. Переселенческая политика в эпоху Ивана Грозного затро- нула не только отечественных, но и заграничных коммерсан- тов из занятых русскими войсками Дерпта, Нарвы и Феллина, о чем будет более подробно рассказано в главе «Судьбы торго- вых иноземцев» . Наряду с насильственными перемещениями посадского торгово-ремесленного населения при Иване Грозном и сами горожане, опасаясь от возросших тягот, оставляли родные ме- ста в поисках лучшей доли. Как поведал Генрих Штаден, « мно- 170
Ф«а (59519 @%°%°*%°%°»%°%а гие торговые люди из-за указа, который пришел от великого князя из опричнины в земщину, покидали свои дворы и мета- лись по стране туда и сюда» . Не менее интересно еще одно его наблюдение о составе купечества Москвы: «В городе живут только торговые люди, набранные из других городов; самые богатые противу их воли должны были пустить свои деньги на постройку домов и дворов» . И вряд ли власти компенсировали им значительные средства, затраченные на обустройство на новом месте. А тем из «переведенцев» , кто пожелал сохранить за собой промыслы Іи усадьбы в городах, откуда их принуди- тельно выселили, пришлось платить повышенные подати. При Федоре Иоанновиче и Борисе Годунове «выводы» куп- цов практиковались властями в гораздо меньшем масштабе. Так, например, в 1586 г. за участие в заговоре Шуйских про- тив Годунова на Москве казнили семерых (в том числе Голуба, Русина Синеуса, Федора Нагая) и выслали многих других: «царских дворян, и служилых людей, и приказных, и гостей, и воиних людей... разослаша в Поморские городы, и в Сибирь, и на Волгу, и на Терек, и в Пермь Великую, в темницы и в пус- та места» . В сибирской ссылке, в частности, очутились москов- ские купцы Березовский с сыновьями, а также Степан Марты- нов с семью товарищами по несчастью, сосланные первоначаль- но в Каргополь. О жестоких репрессиях Б.Ф. Годунова против гостей-заго- ворщиков в 1 586 г. свидетельствует целый ряд источников, в том числе более поздних: «Новый летописец» , « Повесть, како отом- сти» (1606): Пискаревский летописец; «Сказание о Гришке От- репьеве»; Хронограф редакции 1617 г.; статейные списки по- сольства Е. Ржевского и «Описание путешествия в Москву Ни- колая Воркача, посла римского императора, в 1593 году» и др. В 1 587 г. последовало предписание о заселении торговыми людьми из двинских посадов (в основном из Холмогор) и воло- стей нового порта Архангельска в устье Северной Двины. Со- гласно этому предписанию, туда перевели 26 купеческих то- вариществ (складничеств) - 6 с двинских посадов и 20 с чер- ных волостей, всего 133 переселенца. Правда, через десять дет там осталось лишь 96 переселенцев, через двадцать - менее одной трети. Кто-то из них умер, а многие просто не прижи- лись и разбрелись из города по разным местам. 171
Каковы же значение и смысл массовых переселений куп- цов правителями Московского государства на протяжении Х)/-ХУІ вв.? Как показала А.Л . Хорошкевич, слово «вывод» не раз употреблялось в договорных грамотах Новгорода Вели- кого с князьями со 2-й половины ХІІІ в. , в договорах Москвы с Рязанью и Тверью в ХІУ-Х\/' вв. , где право на выселение было существенно ограничено и распространялось первоначально лишь на зависимых людей. Расширение этого понятия наблю- дается с последней трети ХУ в. и связано с завершающимся этапом объединения русских земель вокруг Москвы, когда московские великие князья стали рассматривать всех своих подданных включительно (и крестьян, и горожан, и феодалов) как государевых «холопов» , чьими судьбами можно было без ограничений распоряжаться властям. К оценке же последовавших массовых «выводов» купцов следует подходить дифференцированно. Такую политику при Иване ІІІ и Василии ІІІ в конце ХЧ-начале ХУІ в. можно объяснить и в какой-то степени оправдать интересами центра- лизации страны, преодоления сепаратизма и замкнутости ра- нее самостоятельных земель, создания там среди посадского населения более прочной опоры. Насильственные выселения из Новгорода и Пскова именитых гостей тогда не сопровожда- лись массовыми казнями и компенсировались переводом на их место богатых торговых людей из Москвы и других центров Северо-Восточной Руси. Иное дело более жестокие «выводы» и «своды» времен Ивана Грозного, нанесшие огромный урон купечеству и торговле провинциальных городов, откуда куп- цы властями неоднократно переселялись после 1571 г. в Мос- кву. Отсутствие таможенных книг в Х)/'І в. не позволяет сделать точные статистические выкладки, характеризующие масшта- бы торгового ущерба, нанесенного опричниной, социальными бедствиями, переселениями. О нем можно судить лишь по опи- саниям заброшенных купеческих дворов и лавок Коломны, Можайска и других городов. Особенно пострадал от погрома опричников новгородский торг. И ничем нельзя оправдать каз- ни купцов, как и других жителей Новгорода. При Иване Гроз- ном в отличие от правления его деда и отца происходили одно"- сторонние перемещения с периферии в столицу, что ослабля- 172
»%®%*°«%°%°@°%»°®%°%® ло посады уездных городов, нарушало преемственность мест- ных купеческих капиталов, отрывало купцов от привычных рынков, нарушало порой сложившиеся деловые связи с парт- нерами. Единственное исключение, пожалуй, уже упоминав- шийся «свод» гостей из них в завоеванную Казань, где те за- фиксированы в писцовой книге 1555-1 556 гг. Показательно, что среди возвращенных в 80-х гг . ХУІ в. в опустевший Новго- род жителей насчитывалось только два купца. Так, забота вла- стей об укреплении торговой прослойки московского посада оборачивалась отрицательными последствиями для состояния торговли и верхушки посадского населения периферии. По наблюдениям историков Н.Е . Носова и Б.Н . Флори по- полнение столичного купечества за счет его наиболее предпри- имчивых представителей привело к концу Х\їІ в. к значитель- ным структурным изменениям. В Новгороде и Пскове исчезли купеческие старосты, в других провинциальных городах влас- ти также ликвидировали самые привилегированные и зажи- точные группы местного купечества. Переселенная в Москву верхушка зарождающегося предпринимательского сословия была поставлена на службу феодальному государству, макси- мально использовавшему в своих интересах купеческие капи- талы. «Посадское строение», предпринятое Б.Ф . Годуновым, стало еще одной важной вехой в процессе оформления купе- ческого сословия в России. Оформившиеся с конца ХУІ в. при- вилегированные группы столичных торговых людей - гости, члены Гостиной и Суконной сотен - приобрели особые права только при условии их обязательной государственной службы на финансово-экономическом поприще. Заведование денежны- ми дворами и таможнями, сбор торговых пошлин, продажа казенных товаров и другие службы, обогащая часть именитых купцов, стали в то же время тяжелой принудительной обязан- ностью, выполнение которой могло подчас привести и к разо- рению. Насильственные переселения и прочие репрессивные меры в совокупности с мелочной регламентацией торгово-экономи- ческой деятельности в конечном счете оказали отнюдь не по- ложительное влияние на первых российских предпринимате- ЛЄЙ, на формирование психологии их социальной неустойчи- вости и зависимости от государства, недоверия к нему. «Сво- 173
ды» и «выводы» весьма существенно отличаются от доброволь- ных миграций купцов. Последние связаны обычно с поисками более выгодных условий жизни и торговли, новых рынков, с расширением масштабов экономической деятельности, когда торговый человек - сам хозяин своей судьбы, и при неудаче ему некого винить. В случае принудительного перемещения он вынужден против своей воли подчиняться жестким предписа- ниям властей и все тяготы и негативные последствия относить на их счет. Ставшие обыденными экономическое принуждение, насилие феодальных государей над личностью не прошли бес- следно, наложив отпечаток на многие поколения купечества, характер и стиль поведения которого формировались в России в обстановке, далекой от духа свободного предприниматель- ства. Сильнейший голод 1601-1603 гг. и последовавшие за ним драматические события Смутного времени причинили тяже- лый ущерб посадскому торгово-ремесленному населению. Обез- людели многие города центральных и северных уездов России. В этих условиях правительство царя Михаила Федоровича вер- нулось к прежней практике насильственных перемещений куп- цов. Купеческая среда Новгорода пополнилась выходцами из Вязьмы (Воскобойниковы, Шорины), Ивангорода (Микляевы), Пскова (Иголкины, Прокофьевы). В окружной грамоте царя Михаила Федоровича и его соправителя патриарха Филарета 5 июля 1619 г. предписывалось составить новые писцовые кни- ги разоренных в годы Смуты городских посадов и возвратить туда торговцев и ремесленников, переселившихся в другие места: «А которые украинных городов посадские люди живут на Москве и по городам, и тех сыскивая отсылати в те городы, где они преж сего живали, и льготы им дать, смотря по разоре- нью»“° . Тогда из самых разных мест в Углич и его пригороды перевели сотни жителей. Позднее по мере выхода страны из кризиса переселения уже не носили столь массовый характер, как прежде, и были связаны с необходимостью пополнения привилегированных групп столичного купечества, как прави- ло, - гостей, Гостиной и Суконной сотен. Так, в 1630 г. по цар- скому указу «велено взять из Чердыни к Москве на житея, в Суконную сотню, посадских людей Ортемья Могильникова с братьями да Федора Свирепова с братьею» 1" . В писцовых кни- 174
е-33 91-23 »%®%®°®%°%®®-%®%З>® гах 1630 г. Великого Устюга перечислены несколько дворов членов Гостиной сотни и других устюжских посадских людей, назначенных к переселению в Москвут . Правда, сами купцы нередко любыми путями стремились избежать либо оттянуть ПЄРЄЄЗД, 8. ПОСЛЄ НЄГО СОХр8 .І -ІИТЬ ПРОЧНЬІЄ ЭКОІ -ІОМИЧЄСКИЄ СВЯЗИ С РОДНЫМИ МЄСТЭМИ. Жалованньпе грамоты гостям В сравнении с предыдущим периодом для торгового мира России ХУІ-ХУІІ вв. характерна еще большая дифференци- ация в имущественном, профессиональном и социальном пла- не. К концу Х)/'І в. завершилось начавшееся еще в середине столетия оформление привилегированных государственных корпораций - гостей, Гостиной и Суконной сотен, зачисле- ние в которые производилось властями, поставившими на службу феодальному государству представителей зажиточно- го купечества. Чин гостя приблизительно с середины ХУІ в. становится личным и не передается по наследству. Гостями отныне име- новали только членов самой привилегированной купеческой корпорации России, получавших от царя личную грамоту с привилегиямит . Обычно цари жаловали этим чином конкрет- ного купца за различного рода услуги, оказанные государству: сбыт за рубежом казенных товаров и закупку ремесленных изделий, сырья, продуктов для нужд казны; организацию по поручению властей монетной чеканки; таможенную и кабац- кую службы; управление казенными заводами, промыслами и т.д . Как полагает Н.Б . Голикова, к этим новым «указным» го- стям нельзя относить всех владельцев так называемых гости- ных дворов ряда провинциальных городов России (Казани, Мурома, Новгорода Великого и др.), облагавшихся налогом в размере одной золотой монеты («золотого» )18° . В правовом отношении гости были обособлены от осталь- ной части посадского населения. Судебные иски против них разбирались не на местах воеводами, а в центральных прави- тельственных учреждениях - приказах, причем решения вы- 175
€%°%»®®%°%З›®»@®%°»%°%» носились специально уполномоченными лицами либо даже самим царем. Согласно Судебнику 1550 г., штраф за «бесчес- тье» полагался «торговым гостем болшим пятдесят рублев, а женам их вдвое против их бесчестиа; а торговым людем и по- садским людем и всем середним бесчестиа пять рублев»181 . Дворы гостей освобождались от постойной и ряда других по- винностей, в том числе от посадского тягла: «А будет кому го- стем или торговым людем даны будут государевы жаловаль- ные грамоты за красными печатьми, что у них стояльщиков не ставить, и с черными сотнями им в тягле не быть, и питья у них не вымать...» (из статьи 8 главы Х)/`ІІ Соборного Уло- жения 1649 г.). Как и прочим торговцам, гостям предостав- лялись в Москве каменные лавки, но за это требовалось вне- сти деньги в государеву казну. Купцам, зачисленным в состав гостей, выдавались от имени царя персональные жалованные грамоты. По Соборному Уложению 1649 г. за «бесчестье» го- сти могли взыскивать с обидчика очень высокий штраф в 50 рублей, а не 5 рублей, как в пользу рядовых торговцевт . Но наряду с привилегиями они имели и довольно широкий круг государственных обязанностей, подчас весьма обремени- тельных: сбор и раскладка прямых налогов с посадского на- селения; внесение из личных средств чрезвычайных сборов в казну; продажа казенных товаров (например, оценка и сбыт пушнины) и др. Гости могли владеть вотчинами и поместья- ми, игравшими подсобную роль в их хозяйстве, но формаль- но не имели права приобретать крестьян. На них трудились и слуги, и холопы (люди, попавшие в зависимость из-за долго- вой кабалы). Н.Б . Голиковой, не считающей правомерным «проводить прямые параллели между гостями-сурожанами и суконника- ми и членами официально образованной новой сословной при- вилегированной корпорации гостей ›› , удалось выявить около 70 крупных русских купцов, получивших в ХУІ в. звание гос- тя, однако самые ранние жалованные грамоты до нас не до- шлит . Среди них были и потомки самых богатых московских сурожан, переселенных властями еще в конце ХУ в. в Новго- род Великий (Корюковы, Сырковы, Таракановы, Ямские), и другие видные представители купеческого мира Москвы и про- винциальных городовщ . Надо сказать, что единовременная 176
1/-:€ї`ї* 6-ёі-т-Т». »%°%*°»%°%@®»@®%»<> численность гостей была небольшой: на Земском соборе 1 598 г. их насчитывалось 21 человек. Одна из первых царских грамот о пожаловании «гостиным именем» была выдана в 1598 г. новгородским купцам И. Со- скову и Г. Минину. 15 сентября 1598 г. Иван Ананьич Сосков получил жалованную грамоту на звание гостя: «Божиею ми- лостью мы великий государь царь и великий князь Борис Фе- дорович, всеа Русии самодержец, и сын наш царевич князь Федор, пожаловали есмя нашие отчины Великого Новагорода торгового человека Ивана Онаньина сына Соскова гостиным имянем: велели ему быти в гостех, и на дворе его стоялщиком никаким не ставитися, опричь наших походов, и всякое питье велели ему держати безъявочно и безвыимочно, про себя, а не на продажу; а в которые городы Иван поедет, или его дети, или племянники, с его товары, и в тех городах наши наместники и воеводы и приказные люди их не судят ни в чем, а судим мы великий государь и великий князь Борис Федорович, всеа Ру- сии самодержец, и сын наш царевич князь Федор, или кому повелим судити. Дана грамота на Москве, лета 7107, сентября в 15 день»185 . В ней использовано характерное выражение - «велели ему быти в гостех» , прямо свидетельствующее о при- нудительной записи властями торговых людей в эту привиле- гированную группу. Ее положение отличалось двойственным характером. Заня- тие торгово-предпринимательской деятельностью сближало гостей с остальной массой людей «купецкого чина» . Их общие интересы заключались, прежде всего, в ослаблении диктата и мелочной регламентации властей. Вместе с тем гости, будучи заинтересованными в успешном выполнении возложенных на них властями обязанностей, часто злоупотребляли своим по- ложением, чем вызывали недовольство и даже ненависть ря- довых посадских жителей. Последние нередко страдали от про- извола сборщиков государевых пошлин, в числе которых были и гости, которых автор описания поездки в Россию голланд- ского посла Кунраада Ван-Кленка ( 167 5-167 6) по праву на- зывал придворными купцамит . А вот что писал об их поло- жении во времена царя Алексея Михайловича (1645-1676) бывший подьячий Посольского приказа Григорий Котошихин: «Гости, и в тех гостех бывают ис торговых людей, гостиной и 177
%°%°%°%<>®@®%*®@°%» суконной сотен, и ис посадцких людей. А бывают они гости- ным имянем пожалованы, как бывают у царских дел в верных головах и в целовалниках у соболиные казны, и в таможнях и на кружечных дворех; и торги своими торгуют и всякими про- мыслы промышляют; а волно им в домех своих, про свой рос- ход, держати питье, и варити и курити, чрез целый год, так же волно и вотчину купити, и держати, и под заклад имати»187 . Как видим, самому привилегированному купечеству довзволя- лось даже приобретать крупные земельные владения и закла- дывать их под денежные кредиты. Правда, по царским указам 1666 и 1679 гг. покупка вотчин разрешалась гостям только после подписания их челобитных думными дьякамит . Но за невыполнение обязанностей гости отвечали сполна перед властями и казной. «А будет которой гость, или иной человек, будучи у збору или у продажи, перед старыми годами прибыли соберет менши прошлого году, своим нерадением, гулянием, или пиянством: и тое прибыль, которой было быть в котором году, счотчи против иных городов прибылей, берут на них самих; да сверх того бывает наказание кнутом. А будет они, верные головы и целовалники, и истинны не соберут спол- на, за дороговью или за иным чем-нибудь, а не своим нераде- нием: и таким за такие дела не бывает ничего» , - свидетель- ствует все тот же Григорий Котошихинт. Последнее его утвер- ждение, впрочем, не совсем соответствует действительности. Гостям приходилось отвечать своими капиталами перед госу- даревой казной за несобранные в полном объеме платежи в лю- бом случае, что иногда приводило к их разорению. Взрослые сы- новья гостей, занимавшиеся торговым делом, но не числившие- ся ни в одной из трех привилегированных купеческих корпора- ций, в документах именовались «гостиными детьми» 1°°. А поз- же, с 20-х гг. ХУІІІ в., по отношению к детям «гостиных сыно- вей» стал применяться термин «гостиный внук»1°1. Гостиная и Суконная сотни В отличие от гостей членство в Гостиной и Суконной сот- нях обычно было семейным и наследственным. Как выяснила 178
%®%»®@®%®%°%°»%°%» Н.Б. Голикова, Гостиная сотня появилась в промежутке меж- ду 1568 и 1584 гг., но, скорее всего, вскоре после Земского со- бора 1566 г. либо после 1571 г., а к концу ХУІ в. в ней уже на- считывалось до 300 человек, то есть в десять раз больше, чем гостейт. 7094 (1585 /86) г. датирована купчая грамота, соглас- но которой «Дмитрей Леонтьев сын Воропаева торговой чело- век Гостиные сотни» продал Соловецкому монастырю часть своего двора в Москве и заложил всего за 5 рублей всю усадь- бУ19з_ Торговые люди Гостиной сотни, также пользовавшиеся раз- личного рода льготами, оформлявшимися как общими корпо- ративными, так и персональными жалованными грамотами, занимали второе место в социальной иерархии российского купечества. В нее наряду с выделившимися ранее «смоляна- ми» и торговыми людьми-москвичами первоначально записы- вали даже мелких торговцев и ремесленников. Подобно гостям они освобождались от уплаты мелких таможенных сборов, по- садского тягла, от подворной повинности, постоев и были под- судны только центральным властям. Правда, для торговых поездок за границу им требовалось получать от правительства специальные разрешения. В 1588 г., например, «торговым людям гостиной сотни» Андрею и Петру Степановичам Улано- вым была выдана от имени царя проезжая грамота для торгов- ли в Литвеш. Дополнительные государственные обязанности, порой отвлекавшие от собственных дел, приводили к росту за- долженности и даже разорению некоторых торговых людей Гостиной сотни. Вследствие сильной имущественной диффе- ренциации позже, в ХУІІ в., ее даже разделили на три разря- да: «лутчих», «середних» и «молодчих» людей. В отличие от гостей, членов Гостиной сотни в приказной документации мог- ли именовать тяглецами, но никогда не относили к черным посадским людям1°5. Всего через нее прошло около 2100 чело- век, причем эта цифра в разные годы колебалась. Она значи- тельно увеличилась в последней четверти ХУІІ в. , когда влас- ти зачислили в состав Гостиной сотни купцов ликвидированной Суконной сотни, которая нередко включала ремесленников. Последних же, как непосредственных товаропроизводителей, нельзя причислять к купечеству. Иногда, впрочем, ремеслен- ники входили даже в Гостиную сотню. 179
"-Ґ €%°%®»%®%»°®%®%**°%® Социальный статус и имущественное положение членов третьей корпорации - Суконной сотни были, естественно, по- хуже, чем у гостей и торговых людей Гостиной сотни. Посколь- ку более древняя жалованная грамота сгорела во время Сму- ты, староста Суконной сотни Данила Чуваев получил 3 июня 1625 г. от имени царя Михаила Федоровича новый документ, в котором, в частности, ее членам даровалось «с черными сот- нями никаких дел не делать, и питье про себя держать безвыи- мочно, и стояльщиков во дворех не ставить, и избы им топить вольно, и подвод у них по ямом и на дороге не имать; и на ре- ках перевозу и на мостех мостовщины и проезжего мыта не имать; а кто их чем обесчестит, а по суду доищутца, и лутчим людем безчестья по пятинадцати рублев, середним по десяти рублев, молотчим по пяти рублев»1°°. Как видим, в отличие от гостей и членов Гостиной сотни, торговым людям Суконной сотни, в которую вошло немало ремесленников (сапожников, шапочников и др.) не разрешалось лишь в любое время пользо- ваться домашними банями («топить мыльни ») и ездить за гра- ницу (в чем у них и не было в общем-то надобности). Штраф за их «бесчестье» был ниже, но и ответственность за выполнение обременительных государственных обязанностей поменьше. Далеко не всегда Суконная сотня являлась резервом, из кото- рого формировались две более привилегированные группы рос- сийского купечества. В царской жалованной грамоте члену Суконной сотни Петру Рязанцеву (Рязанцову) от 14 января 1682 г. упоминается о том, как царь Алексей Михайлович в 1671 г. «пожаловал суконные сотни торговых людей, гдеим лучится в отъезде быти самим, или их детям и племянником, и людем их: и бояря наши и воеводы и дьяки и всякие приказ- ные люди ни в чем их не судят; а кому будет в чем до них дело, и их судят на Москве наши бояря, или кому мы Великий Госу- дарь укажем; а где они станут на ком искать, или кому отве- чать, в котором Приказе нибудь, а по суду дойдет до крестного целования, и им самим лутчим и середним людям, и их братье и детям креста не целовати, а целовати крест людем их, а мо- лодчим людем крест целовати самим; и с черными сотнями никаких им дел не делати и не тянути ни в чем» . Было под- тверждено право «питье им про себя держать всякое безпенно и безвыимочно, и мостов, кроме Николаевского мосту, им не 180
'Т »%°%°°%®®%®%»°»@ мостить, и стоялцов у них во дворех и всяких иноземцов не ста- вить» 197 . Царь Федор Алексеевич подтвердил практически все эти привилегии. Члены всех трех привилегированных купеческих корпора- ций, во главе которых стояли старосты, обращаясь к царю, именовали себя уничижительно. Вот, например, начало кол- лективной челобитной торговых людей разных городов о при- теснениях иноземцев, живущих в русских городах по торго- вым делам (1646): «Царю Государю Великому Князю Алексею Михайловичу всея Росии бьют челом, холопи и сироты твои государевы, гостишка и гостиныя и суконныя сотни и черных сотен торговые людишка...» 198. Гости, которые при перечислении всегда стоят на первом месте, и прочие торговцы различаются не только в актовой до- кументации, но и в летописных источниках. Вот как, к приме- ру, в Пискаревском летописце повествуется о начале патрио- тических деяний нижегородского мясоторговца Кузьмы Ми- нина: «...Лета 7120-го в Нижнем Новеграде некий торговой чело [в] ек от простых людей имянем Козьма прозвище Минин смышлен и язычен. И почал советовати с своею братьею с ни- жегородцы: з гостьми, и с торговыми людьми, и со всякими, како бы им пособити Московскому государьству»1°9. Численность, а также стабильность состава привилегиро- ванного купечества зависели от внутренних и внешних факто- ров социально-экономического и политического характера. Среди них можно упомянуть события Смутного времени и вой- ну России с Польшей 1654-1667 гг. , налоговую политику вла- стей, их стремление при помощи членов привилегированных купеческих корпораций обеспечить функционирование ряда казенных служб (прежде всего - таможенной) и денежные поступления в казну. Как было зафиксировано в 1649 г., «по окладным книгам, за руками сотенных людей, ныне в гости- ной сотне гостей 13 человек, гостиные сотни торговых людей, Лутчих и середних и худых, и с теми, которые служеб не слу- жати в тяглые не положены, 158 человек» , а в Суконной сотне насчитывалось 116 человек. 13 декабря 1653 г. датированы две Челобитные, поданные на имя царя Алексея Михайловича, с Просьбой не взыскивать с челобитчиков частные долги в пользу Английской Московской компании: одна - от имени 1 7 гос- 181
° ° ° 0° тей и 1 16 членов Гостиной сотни, а вторая - от имени 163 чле- нов Суконной сотни. Таким образом, привилегированные ку- печеские корпорации состояли на тот момент из 296 человек. Двадцать два года спустя, в 1675 г., были расписаны службы 25 гостей, причем 12 из них происходили из шести потомствен- ных купеческих династий (Беневитиновых, Кирилловых, Климшиных, Сверчковых, Филатьевых, Юрьевых). Согласно царскому указу от 17 января 1687 г., уже 31 гость был пожа- лован по случаю заключения «вечного мира» с Польшей 1686 г. денежными и поместными окладами «за многия их службы и за денежныя подати» на военные нужды. За двенадцать лет, прошедших с 167 5 г., состав гостей изменился, но по-прежне- му среди них было немало родственников. Чтобы пополнить Гостиную и Суконную сотни, правитель- ство прибегало к практике групповых наборов. Так, указом царя Федора Алексеевича в 1676 г. «приговорили взять в гос- тиную и суконные сотни для своих великого государя служб и податей из городов посадцких людей з детьми и з братьями и с племянники и со внучаты и ведать их службами и всякими податьми и судом и управою в приказе Большие казны и по- слать о том великого государя послушные грамоты» . И такие грамоты разослали в московские слободы и другие городские посады. Другие категории торговцев Купчинами называли обычно в ХУІ-ХУІІ вв. иноземных и русских торговцев, выполняющих поручения властей по ка- зенным закупкам (хлеба, мехов и пр.), а также тех посланцев за рубеж, которые имели задание по продаже царских товаров. Кроме того, в писцовых книгах Великого Новгорода ХУІ в. упоминаются корыстные («корыстовные») купчины, занимав- шиеся, очевидно, скупкой и перепродажей товаров2°° . В отли- чие от других торговых людей, они отправлялись в деловые поездки с деньгами, но без товаров. В источниках ХУІ в. терминологически выделяются те го- сти и представители посадского населения (в том числе торгов- 182
цы), которых власти в принудительном порядке переселили из одного города в другой (например, из Москвы в Новгород и Псков либо, наоборот, из провинциальных центров в столицу России). Они фигурируют под названиями «веденцы» , «пере- веденцы›› , «приведенцы» , «оведенцы». «сведеные гости ›› 2°1 . Особый разряд столичного купечества, стоявший на втором месте после гостей образовали «смоляне» («смолняне»), пере- селенные из Смоленска в 1514 и 1525 гг. В грамоте Ивана ІУ в Дмитров (1 549) фигурируют «сведенцы смоляне, паны москов- ские, Тиша Смывалов, да Федко Кадигробов с товарищи» , ко- торые, ссылаясь на льготы, уклонялись от уплаты таможен- ных и прочих пошлин дмитровским и кимрским таможенни- кам2°2. И хотя царь- отменил данные им тарханные грамоты, положение выходцев из Смоленска и их потомков продолжало оставаться весьма прочным на протяжении всего столетия. «Смоляне» участвовали в земских соборах 1566, 1598 гг.2°3 Нуждается в уточнении содержания еще один термин «ку- пецкие дети» (1<ор1цс1е Ісушіег), встречающийся применитель- но к немецким купцам в новгородско-ганзейских документах ХІУ-ХУ вв., где так могли обозначать молодых коммерсан- тов (младших партнеров) из городов Ганзы, и использованный под 1398 (6906) г. в Комиссионном списке Новгородской пер- вой летописи младшего извода при перечислении социумов Новгорода: «и бояри, и дети боярьскыи и житьии люди и ку- печкыи дети, и вси их вои»2°4. Конечно же иностранцы не могли уловить дробную профес- сиональную специализацию русских торговцев. С ХУІ в. ста- ли различаться животинные, мучные, рыбные, «рукавишные» и прочие прасолы2°5 . В новгородских актовых документах на- чала ХУІІ в. наряду со «свежими рыбниками» упоминаются «прасольные рыбники ››2°° . Реже в источниках встречается тер- мин «хлебный прасол». На Калужском посаде, например, со- гласно Строельной книге 1 590-х гг . , находился единственный «двор Ефимка Филипова хлебнава прасола» 2*" . Использовался также термин «лавочный сиделец» . По за- писям приходной книги Иосифо-Волоколамского монастыря За март 1592 г., монастырскими приказчиками было продано: «лавочным сидельцом в Житном ряду Родьке Петрову да Гав- РИлку Щербине с товарищы 200 чети овса, взято 7 рублев»; «в 183
\ `/ 'Т К/Т @°%»°%®%*°<@%°%«°»%° Житной ряд лавочным сидельцом Иваньку Тимофееву да Ор- тюшке с товарищы 40 чети овса, взято 5 рублев 26 алтын 4 деньги››; «в Житном ряду лавочным сидельцом Иваньку Ти- мофееву да Родьке Петрову с товарищы 130 чети с осьминого жита, взято 18 рублев 28 алтын 2 денги»2°8 . Как видно, в ар- тель скупщиков зерна входили не менее четырех складников - Г. Щербина, Р. Петров, И. Тимофеев и некий Артемий (Ортюш- ко), которые были отнюдь не купеческими приказчиками, а самостоятельными торговцами, делившими прибыль, очевид- но, в зависимости от финансового вклада в артельную кассу. Члены этого специализированного купеческого товарищества именовались также коробовыми прасолами, о чем упоминает- ся в той же приходной книге Иосифо-Волоколамской обители, продавшей в марте 1592 г. «в Житной ряд коробовым прасо- лам Жданку да Илейке с товарищы 50 чети овса, взято 7 руб- лев» , «коробовым прасолом Гаврилку Щербине да Якову Кри- вому 10 чети солоду, взято 45 алтын, за четь по полупета алты- на»2°9 . Их прибыль составляла разница между закупочными оптовыми и розничными продажными ценами на хлеб и хле- бопродукты. Хлеботорговцев в России именовали также «хлебниками» и «житниками» . Надо сказать, что их специализация не носи- ла слишком жесткий характер, при случае они могли промыш- лять и другими товарами. Согласно записи в хозяйственной книге Чудова монастыря в Москве, 8 февраля 1586 г. было «куплено на монастырскои обиход масла коровья у углечени- на у Онкундина у хлебника тритцать четыре пуда с полупу- дом»21° . На рынках русских городов торговали не только зер- ном, но и мукой. На операциях с ней специализировались муч- ники, упомянутые в описании Казани 1565-1568 гг.2“ Там же находились «2 лавки сряду Иванка Васильева мучного прасо- ла»212 . Специализация торговцев тканями также не носила жест- кий характер. Шелковники, известные по описаниям Новго- рода Великого и Пскова, торговали в Сурожском ряду не толь- ко шелковыми изделиями, но и сукномт . С ХУІ в. в писцовых книгах Пскова и других городов регистрируются «барышни- ки» - мелкие торговцы, перекупщики, посредники в торгов- ле. Причем в роли барышника мог выступать и посадский че- 184
ловек, и крестьянин, и стрелец. Термины «барышник», «ба- рышничать» (посредничать в торговле) и «барышничество» (торговое посредничество»), происходят от одного слова тюрк- ского происхождения «барыш» - нажива, прибыль” . Эта ка- тегория перекупщиков была известна также иностранным купцам, посещавшим Россию. Барышник (барысник), в час- тности, упоминается и в Парижском словаре московитов 1586 г. , и в Разговорнике Фенне 1607 г., и в Словаре-справоч- нике Ричарда Джемса 1618-1619 гг. Причем составитель последнего дал ему следующее пояснение: «Маклак, тот, кто покупает с тем, чтобы опять продать, - лошадей и другие вещи» 215 . 60-я глава «Домостроя» называется «О торговых и лавоч- ных людех, по тому же счет с ними часто держати» (Сильвест- ровская редакция) 216. Под лавочными людьми в ней явно под- разумеваются приказчики, но в других случаях ими могли быть и торговавшие в лавках представители иных социальных групп (стрельцы, крестьяне). Мелкой торговлей в разное в Рос- сии издавна занимались коробейники, именовавшиеся также «афенями» («офенями»), «щепетильниками» позже - «варя- гами» , «кантюжниками» , «ходебщиками»2“. Остальных купцов-профессионалов в документах (жалован- ных грамотах, писцовых книгах и др.) все чаще стали имено- вать торговыми людьми, чтобы отличить их от любых покупа- телей, также именовавшихся в официальном делопроизводстве (в законодательных материалах, таможенных актах) купцами в сочетании с продавцами. В Весьегонской таможенной грамо- те 1563 г. различаются «торговые люди с товаром и без товару скупщики»218. Из грамоты царя Бориса Годунова, направлен- ной 3 ноября 1601 г. в Соль Вычегодскую и Усольский уезд, можно узнать, как «многие скупщики хотя такою же корыс- тью хлебною продажею от дорогие цены обогатети, ...ездя и розсылая по всей Вычегоцкой земле в станы, и в волости, и в села, и слободы, и в погосты, в хлебную дешевую пору роздали И иззаздачили на хлеб по дешевой цене многие деньги» земле- дельцам, а затем эти торговцы-спекулянты приобретенный Заранее по дешевке хлеб «отсылают в отвоз и цену в хлебе вздо- Р0жили, и тот свой закупной хлеб продают по той по большой Цене»219. 185
»%°%°»%°%®°%®%®°*їа“Ё®%» Представляется не вполне корректным безоговорочно при- числять к посадскому люду представителей привилегирован- ных купеческих корпораций (особенно гостей), в правовом от- ношении возвышавшихся над ним, отличавшихся и по иму- щественному положению, и по условиям жизни22°. Гостей, членов Гостиной и Суконной сотен связывало с посадскими людьми лишь происхождение и общность занятий (торговля). И в царских грамотах, и в других документах четко диффе- ренцированы эти категории городского населения. К примеру, в составлении челобитной на имя царей Ивана\/` и Петра І 6 июня 1682 г. наряду со стрельцами участвовали «гости и го- стиных разных сотен, и Кодашевцы, и дворцовой и конюшен- ной слободы, и сироты ваши посацкие люди, и холопы ваши ямщики всех слобод» . В ответ последовало обращение от име- ни юных царей к «гостям и гостиные и суконных сотен, и двор- цовых и конюшенных и иных черных слобод посацким лю- деМ»221 . * Существовало несколько источников пополнения купечес- кой среды; 'Значительная часть торговых людей наследовала семейное дело: Иные купцы-предприниматели происходили из разбогатевших ремесленников и даже крестьян, правда, пре- имущественно не находившихся в зависимости от феодалов. К миру купечества можно причислить и приказчиков. Многие из них со временем, накопив средства, стремились завести соб- ственные торговые предприятия. Другим же на протяжении всей жизни приходилось выполнять поручения хозяев. Чтобы уменьшить тяжесть возложенных на них обязанно- стей и налогов, сами московские торговые люди Гостиной и Суконной сотен не раз просили перевода в столицу «прожиточ- ных» купцов из других посадов. Свободные же переходы жи- телей торгово-ремесленных посадов без разрешения властей были запрещены по Соборному Уложению 1649 г. Впрочем, кое-кто из исследователей (например, А.В. Демкин) сомнева- ются в действенности запрета властей на свободный переход торгово-ремесленного люда из одного посада в другой, посколь- ку купцов, прижившихся на новом месте и исправно вносив- ших платежи в казну, обычно обратно не переводили. На мой взгляд, требует более аргументированного обоснования небес- спорное утверждение о том, что государство в ХУІІ в. практи- 186
'?«»Ґ`ча Єдй ЧЄСКИ раЗрУШ8.ЛО РЫНОЧЕЫЄ ОТНОШЄНИЯ , С'ГрЄМ.ЯСЬ С0ЗД&ТЬ НЄ- что вроде крепостной «служилой» экономики. Тем не менее нельзя не признать вполне очевидное: поли- тика первых Романовых по отношению к купцам оставалась противоречивой. С одной стороны, она включала принудитель- ные «своды» и обременительные государственные службы и повинности для высших групп купечества, с другой - прави- тельство пошло навстречу его требованиям при разработке Тор- гового устава 1653 г. и особенно Новоторгового устава 1667 г., носивших протекционистский характер и предоставлявших ряд преимуществ отечественным купцам, что повышало их шан- сы в конкурентной борьбе с заграничными коммерсантами. Заботясь в первую очередь о поступлении сборов в казну, власти России в Х\/'ІІ в. вводили двойное налогообложение чле- нов привилегированных сотен, желавших сохранить за собой торговые заведения в прежних местах обитания при переселе- нии в столицу страны. «А которые городовые торговые люди написаны в гостиную и в суконную сотню, и велено им жити на Москве, а те городовые торговые люди живут по городом на старых своих дворех, и торговыми всякими промыслы в тех городех торгуют, а тягла с тех своих дворов и с промыслов в городех с посадскими людьми не платят, а тяглыми своими дворы и промыслы владеют по-прежнему, и тем городовым тор- говым людем, которым велено быть в гостиной и в суконной сотне, в городех тяглые свои дворы и с промыслы продать тех же городов посадским тяглым людем, а самим жити на Москве в гостиной и в суконной сотне. А будет они тех своих город- ских тяглых дворов и промыслов продать не похотят, и им с тех своих городских тяглых дворов и с промыслов в городех з городскими с посадскими людьми платить тягло по-прежне- му» . «А у которых у приезжих у городовых тяглых людей на Москве построены дворы и лавки и тем людем быть на Москве в тягле в сотнях, а в городех им подати платити и всякие служ- бы служить с тамошних городских их торгов и промыслов» (статьи 34-35 главы ХІХ Соборного Уложения 1649 г.). По свидетельству Котошихина, члены Гостиной и Сукон- ной сотен наряду с прочими торговыми людьми и серебряных дел мастерами были подведомственны Приказу Большой каз- ны, который возглавлял тот же боярин, что руководил Стре- 187
@®%®°®@®%®®%°%°@®% лецким приказом. В число руководителей Приказа Большой казны входили также думный дворянин, два или три дьяка. Под их неусыпным контролем с городов ежегодно взимали в качестве налогов до 300 тыс. рублей. Еще больше доходов (свы- ше 500 тыс. рублей в год) собирал «с лавок, и з гостиных дво- ров, и с погребов и с меры, чем всякие товары и питья меряют, а также и таможенные пошлины, и мыто, и перевоз, и мостов- щина» Приказ Большого прихода. Не позже 1631 г. стал функционировать Приказ купецких дел, именовавшийся также Купецкой палатой и находивший- ся во 2-й половине ХУІІ в. в подчинении Сибирского приказа. По-видимому, первоначально он занимался оценкой, прием- кой, хранением и отпуском разного рода казенных товаров, а позже - в основном пушниной, поступавшей преимуществен- но из Сибири. В состав Купецкой палаты входили в качестве целовальников представители столичного купечества во главе с гостем, она имела также штат подьячих, приставов и сторо- жей. Последнее документально зафиксированное упоминание об этом учреждении относится к 1681 г. Предполагают, что в начале 90-х гг . Х\/'ІІ в. его переименовали в Скорняжную, а затем в Расценную палату, просуществовавшую до 1698 г. Поз- же, в 1-й четверти ХУІІІ в. , название «Расправная палата ку- печеских дел» применялось иногда по отношению к Москов- ской ратуше (магистрату), ведавшему зажиточным купече- ством, уплачивавшим двойную подать в казну. Дабы «купец- ких людей пристойно ведать» и «во всех городах от воеводских налог был им защитою и управою» , правительство еще в 1667 г. поставило вопрос о создании для этого « пристойного приказа» , однако до практического осуществления декларативного наме- рения дело не дошлот . За верную службу по сбору таможенных и кабацких по- шлин, выгодные для казны торговые операции и выполнение откупных обязательств царское правительство порой выдава- ло купцам в качестве поощрения наряду с денежным жалова- нием дополнительные подарки в виде дорогого заморского сук- на, атласа, куньих и соболиных мехов, а иногда и серебряную утварь с именными надписями. В Оружейной палате Москов- ского Кремля хранятся, в частности, серебряные ковши, по- жалованные гостю Ивану Гурьеву «за прибор» в Московской 188
таможне в 167 6 г. , члену Гостиной сотни Филату Хлебникову за прибыль при сборе кабацких и таможенных денег в Перми, Соликамске и Чердыни (1698). Был удостоен от имени царя серебряной чаши и богатый псковский купец Сергей Поганкин. В свою очередь, российские гости и иноземные торговцы старались задобрить царя и царский двор богатыми дарами. Кое-какие из них можно увидеть, например, в экспозиции Ору- жейной палаты. Купец Махмет Касим подарил в 161 7 г. царю Михаилу Федоровичу кинжал восточной работы, чьи рукоять и ножны украшены золотом и драгоценными камнями. А член Гостиной сотни Иван Булгаков преподнес царю Алексею Ми- хайловичу в 1656 г. саблю в ножнах, изготовленную в Стамбу- ле из булатной стали и богато декорированную при помощи инкрустации, насечки, черни, золота, нефрита. Самый доро- гой, так называемый алмазный, трон был подарен Алексею Михайловичу купцом Сарадовым от имени армянской торго- вой компании в Исфахане (столице сефевидского Ирана), очень заинтересованной в налаживании отношений с Росси- ей. Он облицован золотыми и серебряными пластинами, инк- рустированными многочисленными алмазами (их насчитыва- ется свыше 800), рубинами, бирюзой. На боковых стенках си- денья помещены иранские миниатюры, а на высокой спинке, покрытой черным бархатом, - жемчужная корона. Посоль- ский приказ оценил этот поистине царский подарок в огром- ную по тем временам сумму - в 22 598 рублей 21 алтын. Иму- щественное положение даже самых богатых русских гостей, не говоря уже о членах Гостиной сотни, не позволяло делать столь драгоценные подарки. В росписи торговых людей Гостиной сотни за 1601- 1602 гг. в числе «молотчих» посадских жителей, выбывших из нее по причине ухудшения материального благополучия, упоминаются «Ондреевская жена Панфильева» (очевидно, вдо- ва Андрея Панфильева), «Пелагея Кошелевская» (вдова Коше- лева). Поскольку членство в Гостиной сотне в отличие от кор- порации гостей было семейным и наследственным, упомянутые выше купеческие вдовы числились в ней после смерти своих мужей. Примечательно, однако, что среди зачисленных тогда же в Гостиную сотню людей из черных сотен и белых слобод Москвы нет ни одной женщины. 189
%°%°»%°%»°»%®%@>®<г%0%» Не только объемами торговых операций, но и образом жиз- ни верхушка купечества отличалась от рядового посадского населения. Гостей и прочих зажиточных торговцев пригла- шали на парадные обеды к патриарху и великому государю Филарету Никитичу. Они поддерживали тесные связи с бо- ярской средой и приказной бюрократией. Как и в Судебнике 1550 г., в Соборном Уложении 1649 г. (в статье 94) строго со- блюдалась социальная стратификация при взимании денеж- ного штрафа за «бесчестье»: именитым людям «Строгановым по сту рублев человеку; гостю по пятидесяти рублев челове- ку; гостиные сотни большой статьи по дватцати рублев чело- веку; средней статьи по пятинатцати рублев человеку; мень- шой статьи по десяти рублев человеку; суконныя сотни боль- шой статьи по пятинатцати рублев человеку; средней статьи по десяти рублев человеку; меньшой статьи по пяти рублев че- ловеку.. . » (Российское законодательство Х-ХХ вв. М . , 1985. Т. 3. С. 111). Малоимущие члены Суконной сотни по разме- рам штрафа за «бесчестье» приравнивались к рядовым тяг- лецам черных слобод и сотен, честь лучших и средних жи- телей которых оценивалась чуть выше - соответственно в 7 и 6 рублей. Согласно статье 36 Соборного Уложения 1649 г., заезжим торговцам запрещалось иметь в собственности лавки в Моск- ве: «А у которых приезжих городовых всяких торговых и тяг- лых людей на Москве дворов своих нет, а товары свои приво- зят, и в лавках торгуют в наемных и в своих, и тем людем впе- редь с товары своими приезжать на гостин двор и торговать на гостине дворе, а в рядех лавок не наймовати, и свои лавки тем людем, у кого в которых рядех покуплены, продать государе- вым тяглым людем москвичам» . В гораздо худшей ситуации находился простой торговый люд, страдавший от произвола воевод и других представите- лей властей, от непосильных порой государева тягла, других прямых и косвенных налогов. Вот какие правовые гарантии дал купцам перед восшествием на престол в 1606 г. боярский царь В.И. Шуйский: «...И у гостей, и у торговых, и у черных людей, хотя которой по суду и по сыску доидет смертные вины, и после их у жен их и у детей дворов, и лавок, и животов не отъимати, будут с ними они в той вине неповинны... » Его кре- 190
стоцеловальная грамота воспроизведена в «Ином оказании» 1-й четверти ХУІІ в. В период правления первых царей из династии Романо- вых - Михаила Федоровича и его сына Алексея Михайловича торговые люди не раз обращались к государю с жалобами на представителей местных властей, занимавшихся поборами и притеснявших посадское население. В челобитной 1623 г. царю Михаилу Федоровичу солеторговцы (соляные прасолы) города Шуи обвиняли местного воеводу Т.Л. Облезлова в притеснени- ях и взятках. Немецкий ученый-энциклопедист Адам Олеарий, несколь- ко раз посещавший Россию в период правления царя Михаила Федоровича (1633-11643), позже составил объемистый труд «Описание путешествия в Московию и через Московию в Пер- сию и обратно» . Вот какое впечатление произвели на него рус- ские купцы: «Торговцы хитры и падки на наживу. Внутри страны они торгуют всевозможными необходимыми в обыденной жизни товарами. Те же, которые с соизволения его царского величе- ства путешествуют по соседним странам, как-то: по Лифляндии, Швеции, Польше и Персии, торгуют большею частью соболями и другими мехами, льном, коноплею, юфтью. Они обыкновен- но покупают у английских купцов, ведущих большой торг в Москве, сукно по 4 талера за локоть, и перепродают тот же ло- коть за З 1/2 или 3 талера, и все-таки не остаются без барыша. Делается это таким образом: они за эту цену покупают один или несколько кусков сукна с тем, чтобы произвести расплату через полгода или год, затем идут и продают его лавочникам, вымеривающим его по локтям, за наличные деньги, которые они потом помещают в других товарах. Таким образом они могут с течением времени с барышом три раза или более совер- шить оборот своими деньгами» (Олеарий Адам. Описание пу- тешествия в Московию. М ., 1996. С . 211). Как видим, оптовые закупки сукна в кредит (даже за очень высокую цену) при по- следующей перепродаже в розницу мелким торговцам за на- личные деньги приносили крупным дельцам значительную прибыль. В ХУІІ в., как и в предшествующий период, существовало несколько источников пополнения купеческой среды. Значи- 191
тельная часть торговых людей наследовала семейное дело. Иные купцы-предприниматели происходили из разбогатевших ремесленников и даже крестьян, правда, преимущественно не находившихся в зависимости от феодалов. К миру купечества можно причислить и приказчиков. Многие из них со временем, накопив средства, стремились завести собственные торговые предприятия. Другим же на протяжении всей жизни прихо- дилось выполнять поручения хозяев. Сохранились деловые письма приказчиков крупным предпринимателям Калмыко- вым, происходившим из патриарших крестьян и занимавших- ся торговлей хлебом и рыбой на Волге (см.: Бакланова Н.А. Торгово-промышленная деятельность Калмыковых во второй половине Х)/'ІІ в. М., 1959). «Московского гостя Фторово Озе- рово (В.И. Озерова. - В.П.) прикащик Ромашко Ермолин», обращаясь в 1623 г. с челобитной к царю Михаилу Федорови- чу, просил пропустить его с товарами из Астрахани в Казань (Словарь русского языка ХІ-ХУІІ вв. М. , 1992. Вып. 18 . С . 15). Имя Федота Алексеева - уроженца Холмогор, приказчика члена Гостиной сотни А. Усова можно поставить в один ряд с землепроходцем Семеном Дежневым. Ведь именно он возглав- лял сначала (до своей гибели) торгово-промысловую экспеди- цию 1648 г. , которая впервые обогнула морем Чукотку по про- ливу, отделяющему Азию от Америкит. С конца 7 0-х гг. ХУІІ в. правительство стало переводить в состав Гостиной сотни часть служилых людей (стрельцов, пуш- карей), живших в провинциальных городах (Брянске, Ельце, Рыльске и др.) и промышлявших торговлей. Продолжали заниматься рыночным обменом и монастыр- ские купчины. Впечатления о торгово-предпринимательской деятельности Троице-Сергиева и других монастырей остались у иностранцев, посещавших Московию в ХУІІ в. Вот о чем сви- детельствует, например, в сочинении «Нынешнее состояние России» придворный царский врач, англичанин Коллинс, про- живавший в Москве в 1659-1666 гг.: «Монастырский устав для монашествующих обоего пола в России очень не строг; мо- нахи - крупные торговцы ячменем, хмелем, рожью, лошадь- ми и всем тем, что может дать им барыш» . К сожалению, в ре- зультате пожара в ХУІІІ в. погибла почти вся хозяйственная документация Троице-Сергиевой обители, в том числе приход- 192
«1-2 1 -~ <@%°%**°€%°%°@°%® ОВ І'С0'Г0' ные и расходные книги ХУІ-ХУІІ вв., без материал рых невозможно установить точный объем, направленность и структуру монастырской торговли. Купеческий мир России ХУІІ в. , как и ранее, был многооб- разен, многогранен и в немалой степени способствовал обога- щению русских людей разного рода новшествами. Судьбы гостей Переменчива судьба многих русских торговых людей Х)/ІІ столетия. Кому-то на протяжении всей жизни сопутство- вал успех, а иных постоянно преследовали неудачи. Одни, на- чав в буквальном смысле с нуля, быстро достигали высот в сво- ей деловой карьере, наживали огромные состояния и переда- вали их вместе с семейным делом наследникам. Других на вер- шине успехов ждали внезапный финансовый крах и почти пол- ное разорение. Вот лишь несколько купеческих судеб. В одном из псковских документов 1644 г. Сергей Поганкин указан впервые как простой посадский человек - «огород- ник» . В течение последующих десятилетий, не оставляя ого- родный промысел, он постоянно расширяет сферу своей дея- тельности, приобретая дворы, сады, нивы, лавки в Мясном, Сапожном, Суконном рядах, активно включаясь не только во внутреннюю, но и во внешнюю торговлю. Поднимаясь вверх по социальной лестнице, купец занимал влиятельные посты головы кружечного и денежного дворов Пскова, привлекался властями к сбору налогов, к скупке серебряных монет для каз- ны. Обвиненный в контрабандном провозе товаров и укрытии доходов от налогообложения, Поганкин одержал победу в кон- фликте с воеводой князем С.А . Хованским. Венцом его купе- ческой карьеры стало зачисление в 1679 г. в государеву Гости- ную сотню и награждение позднее за службу царским жало- ванным ковшом. Скончался Сергей Поганкин в 1694 г., оста- вив после себя богатое наследство. Но его род пресекся уже в начале ХУІІІ в. , а имущество стало выморочным. Широкую известность получили Никитниковы, один из самых богатых и знаменитых купеческих родов ХУІІ в., про- 7 - 6968 Псрхавко 193
исходивший из Ярославля. Их родоначальник, Никита, жил там в Х)/І в. Семейное торговое дело продолжили его сын - Леонтий, а затем внуки - Григорий, Павел, Третьяк, Ники- та, чей приезжий двор существовал в конце ХУІ в. в Казани. Наиболее удачливым был Григорий, избранный, еще будучи довольно молодым, земским старостой Ярославля. Он неодно- кратно вносил крупные суммы в казну Второго ополчения в 1612 г. Двор Никитниковых располагался около Углицких ворот и Спасского монастыря, вблизи торговых рядов. Рядом с домом Григорий построил в 1613 г. деревянную церковь Рож- дества Богородицы. Неподалеку на берегу реки Которосли на- ходились принадлежавшие ему рыбные и соляные амбары. Григорий Никитников, став с 1614 г. гостем, занимался круп- ной торговлей рыбой и солью по Волге и Оке, где во многих го- родах (Астрахани, Казани, Коломне, Москве, Нижнем Новго- роде и др.) у него имелись дворы, склады и лавки, в том числе в Суконном, Сурожском, Серебряном и Шапочном рядах у Красной площади в Москве, куда он переехал по царскому при- казу в 1622 г. Кроме того, он вкладывал огромные средства в добычу соли. На 1638 г. в его владении были уже 13 соляных варниц в Соли Камской, где на них трудились наряду с зависи- мыми работниками свыше 600 наемных работных людей. Гри- горий успешно конкурировал в этой сфере со знаменитыми Строгановыми, добиваясь в 1634 г. приобретения за 90 тыс. рублей соляных промыслов Ивана Строганова в Новом Усолье. Через пять лет ему удалось на время заполучить их по просро- ченной закладной владельца. В 1640-1642 гг. Никитниковы судились с Пыскорским монастырем о разделе земельных угодий в Соли Камской. На реке Зырянке Григорию к 1647 г. принадлежала также сло- бода Веретея с мельницей, пашнями, покосами, лесами и озе- рами. Здесь в 45 крестьянских и бобыльских дворах прожива- ли 2 1 7 человек мужского пола. Купец-солепромышленник воз- вел там деревянную Борисоглебскую церковь. В каменных па- латах и амбарах Григория Никитникова в Астрахани храни- лись товары для торговли с Востоком. Плывя по Волге в 1 635 г. , Адам Олеарий и его спутники встретили между Самарой и Са- ратовом «4 баржи, нагруженные солью и соленою рыбою, при- надлежавшею выдающемуся купцу в Москве Григорию Ники- 194
@°%»®»@°%®@°%®®%°% тову (Никитичу)» . Он торговал с Персией и Средней Азией, вел крупные торговые операции с сибирской пушниной. Григорий Леонтьевич отличался бережливостью и прижимистостью в денежных делах. Независимость и смелость не раз навлекали на него царский гнев. Ему приходилось нередко выполнять разные государственные обязанности: таможенного головы в нескольких городах, сборщика «пятой деньги» с торгово-ре- месленного населения, участника Земских соборов. Выделял он деньги в кредит и казне для уплаты жалованья ратным лю- дям, требуя возврата их в срок. По заказу и на средства Григо- рия Никитникова в 1631-1634 гг. в Москве, в Китай-городе, на дворе его усадьбы, возвели каменную церковь Троицы, яв- лявшуюся не только домовым, но и приходским храмом. Ря- дом с ней располагались каменные палаты Григория Никит- никова, разобранные еще в Х)/'ІІ столетии. От брака с Евфросиньей у Григория родились сын Андрей и дочери - Анна, Домника, Мария. У Андрея Никитникова и его жены Марфы Михайловны Кошелевой были сын Борис и дочь Татьяна. Мария Никитникова и ее супруг купец Василий Булгаков назвали своего сына в честь деда Григорием. Семей- ной трагедией стал уход из жизни около 1648 г. ближайшего помощника отца - Андрея, человека грамотного, обладавше- го художественным вкусом. Незадолго до смерти он вложил в церковь Троицы номинальную книгу - синодик, включаю- щую имена 164 представителей рода Никитниковых, орнамен- тированную красочными заставками и ныне хранящуюся в Отделе рукописей Государственного Исторического музея (Москва). Сам Григорий Никитников умер в 1651 г. и похоро- нен не в приделе храма Троицы, а в Спасском монастыре Ярос- лавля, где перед смертью принял постриг под именем Герасим. По завещанию он передал весь капитал, недвижимость и про- мыслы в нераздельное владение внуков Бориса Никитникова и Григория Булгакова (по отцу), скончавшихся довольно рано. Борис отличался образованностью, в 1653 г. он еще числился в составе Гостиной сотни, а умер в следующем году. Григорий Булгаков в 1649-1650 гг. находился на государевой службе в Архангельске и Холмогорах. Единственным преемником семей- ного торгово-промышленного предприятия стал в 60-70-х гг . ХУІІ в. правнук Григория Никитникова _ Иван Григорьевич 195
Булгаков. Он завершил внутреннее убранство церкви Троицы. Никитниковы имели домашнее собрание русских старопечат- ных книг - «Беседы Иоанна Златоуста» , «Уложение судных дел» , «Минея» , «Трефолой» и др. Часть из них Борис пожерт- вовал после смерти деда различным церквам и монастырям, куда также вносились деньги для поминания предков. Род Никитниковых записан, например, в синодике Введенского монастыря в Тихвине. У иных же купцов успехи чередовались с неудачами и не- счастьями. Так, состояние потомственного московского гостя Василия Григорьевича Шорина, торговые операции которого достигали огромных оборотов, к концу жизни оказалось пошат- нувшимся. Шорины известны в торговом мире Москвы с кон- ца ХУІ в. Очевидно, они происходили из Вязьмы, откуда в 1610 г. приезжал торговать в Новгород Великий Григорий с сы- ном Богданом. Как бы то ни было, в середине ХУІІ в. В.Г . Шо- рин, приумножив наследственный капитал, уже занимал проч- ные позиции в торгово-предпринимательском деле, владея не только многочисленными лавками. Учитывая огромный спрос на выделанную кожу, оборотистый купец завел собственное производство (кожевенный двор) в Нижнем Новгороде. Он сто- ял у истоков денежной реформы царя Алексея Михайловича в 50-х гг. Х)/ІІ в. Тогда предпринималась попытка введения в России мелкой медной монеты вместо серебряной. В Галицком и Коломенском уездах Шорину принадлежало свыше 50 крестьянских дворов, несколько деревень в Устюж- ском уезде, в районе Соли Вычегодской, населенных черносош- ными крестьянами, за что он должен был вносить платежи в государеву казну. Часть из них перешла к нему в 7 0-е гг. ХУІІ в. после заключения второго брака с вдовой члена Гостиной сот- ни Н. Ревякина. Местное крестьянство, недовольное концент- рацией земель в руках именитого купца, не раз судилось с пе- ременным успехом с Шориным. По иску посадского человека из Великого Устюга С.Ф. Якушева в 167 6 г. было заведено уго- ~ ловное дело об увозе людьми Шорина принадлежавшей истцу избы из деревни. Приказчики Шорина торговали в Москве, Вологде, Вели- ком Устюге, посещали города 'Поволжья и Сибири, восточные” страны. Приобретя немалое влияние в правительственных кру- 196
%°%»°@°%®°*%°%®<@%°% гах, Шория дважды занимал пост таможенного головы Архан- гельска, выступая в защиту интересов отечественного купече- ства. Участвовал он и в строительстве первого российского во- енного трехъярусного парусного корабля «Орел» . Жизнь это- го богатейшего человека не была идиллической, неприятнос- ти не раз обрушивались на его голову. Во время Соляного (1648) и Медного (1662) бунтов принадлежавшие ему дворы, лавки и склады были разгромлены и опустошены восставшим московским людом. Позже плывший по Волге торговый ка- раван Шорина разграбили казаки Степана Разина. В конце концов значительная часть его имущества (лавки, погреб, ка- менная палатка в Астрахани) была отписана в казну «за мно- гие недоимки» по уплате налогов. Среди историков одно вре- мя даже бытовало мнение, что умер Василий Григорьевич в 167 5 г. в полной нищете и безвестности. Но, как удалось выяс- нить с помощью новых архивных материалов, звание гостя перешло все-таки к его сыну, продолжившему, пусть и не в таких масштабах, отцовское дело. Стремясь укрепить свое вли- яние среди московской торговой верхушки, в январе 1687 г., по случаю заключенного чуть раньше «Вечного мира» с Польшей, царевна Софья специальным указом пожаловала ее наиболее видным представителям денежные и земельные ок- лады, в том числе 750 четвертей (210 га) земли и 85 рублей - М.В . Шорину. Вот еще одна необыкновенная купеческая судьба - Авер- кия Степановича Кириллова (1622-1682). Ему, именитому гостю (с 1659 г.), принадлежали дворы и лавки в Москве, Ниж- нем Новгороде, Вологде, поташные промыслы, земли и дерев- ни с крестьянами. Расширяя свою предпринимательскую дея- тельность, в начале 60-х гг. ХУІІ в. он получил в пользование участки для устройства соляных варниц в Соликамске и уго- дья по реке Усолке, а вскоре приобрел за 1000 рублей крупную подмосковную вотчину, закрепленную за ним в 1666 г. специ- альным именным указом Боярской думы. Кириллова хорошо знали в правительственных кругах. Сохранилось, например, его донесение об армянско-русской торговле, составленное для Посольского приказа. В 1677 г. его привлекли на государствен- ную службу с пожалованием чина думного дьяка, случай ред- чайший для представителя купечества. Дьяком и гостем стал 197
%®%<>%°%»°%®%*<>%° и его сын Яков. Управляя приказами Большой казны, Боль- шого прихода, Большого дворца, Новгородским, Кириллов за- нимался вопросами, связанными главным образом с промыш- ленностью, торговлей и финансами, выступал за отмену мона- стырских привилегий (тарханов). В ходе знаменитого бунта в мае 1682 г. он был убит разъяренными стрельцами, записав- шими на поставленном посреди Красной площади столбе на- ряду с именами прочих жертв «вины» этого незаурядного дея- теля из купеческой среды: «Великие взятки имал и налогу вся- кую и неправду чинил» . Обвинение это по отношению к А. Ки- риллову трудно признать вполне справедливым, поскольку тот обычно отказывался от приношений и был неподкупенш. Чуть позже, укрепив свою власть, царевна Софья расправилась со смутьянами и приказала срыть стрелецкий «столп» с позор- ной надписью. Но до сих пор в Москве на Берсеневской набе- режной сохранились каменные двухэтажные палаты Аверкия Кириллова, напоминающие о первом их владельце Здоупотребдения торговцев Всевозможные злоупотребления ведут свое начало со вре- мен зарождения торгового обмена, порождая противоречия между продавцом и покупателем. Еще в Библии осуждается фальсификация мер веса: «Гиря у тебя должна быть точная и правильная, и ефа (древнееврейская мера для сыпучих ве- ществ. - В .П.) у тебя должна быть точная и правильная. Что- бы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе. Ибо мерзок перед Господом, Богом твоим, всякий делающий неправду» (Второзаконие: ХХУ, 15). Но древние коммерсанты не очень-то прислушивались к заповедям библей- ским. «Купцу трудно уберечься от неправедных дел, и мелко- му торговцу - от греха. Как гвоздь входит в стену меж двух камней, так входит грех между покупателем и продавцом» , - говорил когда-то иерусалимский мудрец Иисус, сын Сирахов. Не отличалось кристальной честностью и русское купече- ство. Вот что писал в своем стихотворении из первого напеча- танного в России поэтического сборника «Вертоград многоцвет- 198
ный» (1678) известный литератор, мыслитель и педагог Симе- он Полоцкий (бывший наставником старших детей царя Алек- сея Михайловича): Чин купецкий без греха едва может быти, На многи бо я злобы враг обыче лстити; Изряднее лакомство в купцех обитает, Еже в многия грехи оны убеждает. Во-первых, всякий купец усердно желает, Малоценно да купит, драго да продает. Грех же есть велий драгость велию творити. Малый прибыток леть есть без греха строитит . Далее поэт, весьма критично относившийся к торговым людям, перечисляет еще семь «грехов» купечества, в том чис- ле -І обман и обвес покупателей («не право мерити вся вещы умеют» ), ростовщичество («лихоимство»). Одно из самых рас- пространенных злоупотреблений - спекулятивное завышение цен в условиях дефицита каких-либо товаров, особенно хлеба и соли. Здесь алчность иных торговых людей не знала преде- ла. Обмер, обвес, продажа по завышенной цене негодных това- ров постоянно сопутствовали торговле. Так, побывавший в 161 7 г, в России шведский дипломат Петрей де Ерлезунда опи- сывал действия русских коммерсантов: « Охотно жульничают, не держат ни данного слова, ни клятвы » . Такая же отрицатель- ная оценка дана и бароном, Августином фон Мейербергом, по- слом Священной Римской империи ко двору Алексея Михай- ловича (1661): «Купцы в сделках всегда прибегают к обманным клятвам и обещаниям». В перечне купеческих проделок под- крашивание пушнины для придания более товарного вида было, очевидно, одним из самых мелких прегрешений. Бога- тейшие дельцы и злоупотребляли по-крупному. В ХУІІ в. ку- пец Василий Никифоров (Микляев) и его предшественники на месте головы Новгородского денежного двора чеканили в сго- воре с мастерами часть медных копеек в свою пользу. Г.Д. Стро- ганов в конце того же столетия отнял у гостей Шустовых и Филатьевых Ленвенские соляные промыслы, путем насилия и обмана, подкупа захватил в свои руки все родовые владения Строгановых. 199
Во время народных бунтов, в дни народных бедствий (не- урожаев, эпидемий), когда от голода умирали тысячи их со- отечественников, безмерная жадность и лихоимство торговцев подвигала посадские низы, годами накапливавшие внутри не- нависть, к ожесточенным выступлениям. Вспомним хотя бы о московских бунтах 1648 и 1662 гг., восстаниях в Пскове в на- чале и середине ХУІІ столетия. В 1606 г. взбунтовавшаяся бед- нота Пскова, обвинив богачей в поджоге города, «начали хва- тать знатных дворян и гостей, мучити и казнити›› , грабить их имущество. В Псковской летописной повести о Смутном вре- мени описана казнь купца Алексея Семеновича Хозина, кото- рому после жестоких пыток и пребывания в темнице восстав- шие отрубили голову. Тогда же патриарх московский Гермо- ген в своей грамоте прямо обвинял восставших «воров» - ру- ководителей народного движения И.И. Болотникова в том, что они «велят гостей и всех торговых людей побивати и животы (т.е. имущество. - В.П .) их грабити» . А простые новгородцы, наоборот, называли «ворами» и «грабителями» богатых куп- цов, искусственно завышавших цены на товары, взимавших разорительные ростовщические проценты. От их гнева в ходе восстания 1650 г. не убереглись богатейшие предпринимате- ли Новгорода - Стояновы. От рук участников Соляного бунта 1648 г. в Москве погиб глава Посольского приказа Назарий Чистой. Да, народные бунтари Х\/'ІІ в. не отличались милосерди- ем по отношению к купцам-толстосумам и даже к их слугам. Во время казачье-крестьянской войны 1670-1671 гг. разин- цы, нападая на Волге на караваны, вешали на мачтах ни в чем не повинных приказчиков именитых гостей. Сами торговые люди вынуждены были порой откровенно признавать, что они «возненавидены ото всех чинов за тое товарную прода- жу›› .*В начале правления царя Алексея Михайловича по ини- циативе главы правительства Б.И. Морозова и дьяка из куп- цов Назария Чистого в России ввели повышенный налог на продажу соли, что являлось тогда государственной монополи- ей. Эта мера больно ударила по кошелькам низших слоев насе- ления, и в 1646 г. повышенный соляной налог отменили, но, дабы не допустить сокращения поступлений в царскую казну, стали собирать с тяглых людей недоимки по другим денежным 200
3 /'~г "є-1* *%°%*°*д%0%*®@°%*® повинностям. В ответ на действия властей московская беднота учинила 2 июля 1648 г. Соляной бунт. Сначала восставшие простолюдины ворвались во двор боя- рина Б.И. Морозова в Кремле и разграбили его, а затем обру- шили свой гнев на других инициаторов соляного налога. Не удалось от них спастись и Н.И. Чистому. Обстоятельства его убийства подробно описаны Адамом Олеарием: «Государ- ственному канцлеру думное дьяку Назаряю Ивановичу Чис- тому. . . за три дня до этого события, когда он собирался домой, в Кремль, поворочалась бешеная корова, которая испугала его лошадь, так что он упал и полумертвый был унесен домой. Вследствие этого падения он лежал в постели. Когда он, одна- ко, узнал, что народ разграбил дом Морозова, и легко мог сооб- разить, что и его как выдающегося притеснителя также посе- тят, он выбрался из кровати и полез на чердак под банные ве- ники. Он велел также, чтобы его мальчик-прислужник поло- жил поверх него несколько кусков копченого сала. Мальчик, однако, изменил своему господину, выдал его... Рассвирепев- ший народ бросился в дом, вытащил Назария из-под веников, потащил его за ноги вниз по лестнице на двор, исколотил его палками до смерти, причем голова его была так разбита, что его больше нельзя было узнать. Затем его кинули в навозную яму и набросали на него ящиков и сундуков...»22°. В Лейден- ской брошюре 1648 г. , изданной в Голландии, также повеству- ется, как восставшие расхитили в доме Чистого «неимоверную большую казну золота и серебра» . Первый ударивший его то- пором по голове сказал ему: «Изменник, то за соль» 227 . В 1654 г. по указу царя Алексея Михайловича от 8 мая в России началась денежная реформа,.-в подготовке которой дея- тельное участие принимал гость В.Г . Шорин. Власти присту- пили к чеканке наряду с серебряными рублями и полуполтин- никами медныхщполтинников, гривенников, алтынников и копеек. Неумеренный выпуск денег из меди и широкое распро- странение фальшивых монет привели вскоре к денежному кри- зису и дороговизне. За одну серебряную копейку на рынке тре- бовали 2-3, и затем 5, 10 и даже 15 медных монет аналогич- ного достоинства. Обесценивание медных денег и рост цен боль- но ударили по интересам рядовых горожан, обвинивших в сво- их бедах боярскую аристократию (Милославских, Б.М. Хит- 201
»_ее (#9 <2@°%З>®%°%°%°%®° рово, Ф.М . Ртищева), дьяка Д.М. Башмакова, а также гостей Семена Задорина и Василия Шорина, участвовавших в прове- дении денежной реформы. И в июле 1662 г. в Москве произо- шел Медный бунт, хорошо освещенный в письменных источ- никах того времени. В материалах допроса дьячка Алексеевского девичьего мо- настыря Демки Филиппова о разгроме « богатых людей» во вре- мя Медного бунта (от 26 июля 1662 г.), хранящихся в Россий- ском государственном архиве древних актов, в частности, за- фиксировано: <<...После де светлые недели вскоре слышел он того же монастыря от попов. . . чернь де збираетца и чаят от них быть погрому двору боярина Ильи Даниловича Милославско- го да гостя Василья Шорина и иных богатых людей за измену в денежном деле»228. Более подробно действия участников Медного бунта описа- ны в сочинении Григория Котошихина: «А на Москве в то вре- мя грабили дом одного гостя, Василья Шорина, которой соби- рал со всего Московского государства пятую денгу. И сын того гостя, лет в 15, пострашась убийства, скиня с себя доброе пла- тье, вздел крестьянское и побежал с Москвы в телеге. И те воры, которые грабили дворы, поймав его, повели в город и научили говорить, чтоб он сказывал, что отец его побежал в Полшу вче- рашнего дня з боярскими листами. И приведчи в город, собра- лося их, воров, болши 5000 человек, и пошли из Москвы с тем Шориновым сыном к царю в поход. А которые люди грабили отца его дом, послали бояре приказ стрельцов и велели их сечь, и ловить, и водить с поличным в город, и наловили тех грабел- шиков болши 200 человек; и от того унялся грабеж. А как те люди с Шориновым сыном из Москвы вышли, и бояре Москву велели запереть по всем воротам кругом, чтоб никого не пусти- ли в город и из города, и послали к царю все приказы стрель- цов и салдатов надворной полк, с 3000 человек, со всею служ- бою. И как те злые люди, которые от царя шли к Москве, встре- тились с теми людьми, которые шли к царю с Шориновым сы- ном, собрався вместе, пошли к царю. А пришед к царю на двор силно и привели того Шоринова сына перед царем» . И далее автор подчеркивает: «А гости и добрые торговые люди к тем вором не пристал ни один человек, еще на тех воров и помогали, и от царя им 202
553Ё*ЁЁ было похваление. А гостя, которого дом розграбили, пожало- вал царь, не велел с него имать пятые денги, а довелось бы с него взять болши 15 000 рублев, а сына ево ему отдали назад, потому что был невиновен; а сам отец в то время от убойства ухоронился в Вышегороде, на боярском Черкеского дворе››22°. Но нижегородский торговец мясом Кузьма Минин в отли- чие от многих не наживался на страданиях народных во время голода начала Х\/П в. , за что заслужил уважение горожан и был избран земским старостой. Вместе с князем Д. Пожарским он возглавил Второе ополчение в 1612 г., освободившее Москву от интервентов. Знаменитые Строгановы оказывали помощь правительству Василия Шуйского, пожертвовав только день- гами (в разной форме) сотни тысяч рублей. Среди торговых людей были и патриоты земли Русской, и предатели интересов Отечества, и честные, и хапуги, и великодушные, и скряги. “Купеческий мир допетровской России выдвинул немало не- заурядных людей, интересных личностей. Из среды купечества происходят ряд русских православных святых, канонизиро- ванных в основном местными епархиями. Среди них - жив - шие в ХУІІ в. Василий Мангазейский и Елеазар Анзерский. Московские торговые иноземцы Избранный на Земском соборе 1598 г. царем Борис Году- нов стал проводить покровительственную политику по отно- шению к иностранным купцам, проживавшим в России. 25 ян- варя 1599 г. царским указом была сформирована особая груп- па иноземного купечества в России,_получившая со временем устоявшееся наименование «московские торговые немцы (ино- земцы)» . Уже в феврале этого же года самым доверенным и за- служенным из них - Андрею Витту и Игнатию Поперзаку - были пожалованы первые царские грамоты на беспошлинную торговлю в России чужеземными товарами, на свободный про- пуск за границу и на освобождение их московских дворов от разного рода повинностей. 203
В жалованной грамоте А. Витту на гостиное имя говори- лось: «Пожаловали есмя московского жилца немчина Ондрея Иванова сына Витта гостиным именем, велели есмя ему быти в московских гостех. И торговати в наших государствах, в Ве- ликом Новегороде, и во Пскове, и в Ыване городе, велели вся- кими товарами безпошлинно; также есмя его пожаловали, по- волили ездить со всякими товары в ыные государства в Литов- ские и в Неметцкие городы, в Ругодив, в Колывань, в Юрьев Ливонскои, в Ригу, во Гданеск, в Любку и в ыные Неметцкие городы. И в которых городех в нашеи отчине гость Ондреи Витт учнет торговати какими товары нибуди, и бояром нашим и во- еводам и наместником и всяким нашим приказным людем с него и с его людеи и с товару наших никаких пошлин не има- ти... ›› Кроме того, Витту пожаловали «двор на Москве, и с того двора наших никаких податеи ему не давати, и с посадцкими с тяглыми людми ни во что не тянути, и на дворе у него наших ратных людеи всяких и иноземцов не ставити... и вперед быти Ондрею Витту в нашем государстве в московскои гостинои сот- не...››23°. Итак, новоиспеченный гость А. Витт, происходивший из ливонских немцев и проживавший ранее в Нарве, наделялся в 1599 г. царем самыми широкими привилегиями (за исключе- нием содержания корчмы на своем дворе), большими даже, чем ставшие в 1598 г. гостями новгородцы - Г . Минин и И. Сосков, но при этом числился в отличие от русских гостей в составе Гостиной сотни. А. Витт именуется «ругодивским палатни- комэ , то есть членом магистрата Нарвы. Его имя впервые фи- гурирует в отписке царского воеводы Г.И. Заболоцкого из На- рвы в Колывань, направленной 24 декабря 1566 г. колыван- ским «бурмистром и ратманом, посадником: и полатником» по челобитью Андрея Иванова Вита (Витта) о задержании в Ко- лывани товаров, принадлежавших ему лично и его компаньо- ну Тимофею Сегебодегзї . А . Витт не раз упоминается в пись- ме, посланном в мае 1585 г. из Гамбурга (Амборха) англича- нином В. Намером своему соотечественнику Антону Ивано- ву: «Да послал яз в твой корабль молодого человека, а имя ему Класустан, а едет он на карабле за прикащика место, и он и Ондрею Витту тамо в карабль пособит класти, да и напишет, что в которой карабль товар положит на том карабле, и назад 204
ему ехати, а товару у него собинного: кипа рославская да ласт селдей, и ты, пожалуй, прикажи Ондрею, чтоб ему пособил тот его товар заменить, и он на другой год и досталь с радением поедет, а тебя он се знает, а то ведает, что яз к тебе товар посы- лаю, и вперед он нам пригодитца в Ышпанскую землю» . Из со- держания этого письма неясно, где же пребывал в момент его написания Андрей Витт, поддерживавший тесные коммерче- ские контакты с английскими купцами и даже находивший- ся в 1585 г. в определенной зависимости от одного из них - В. Намера, торговавшего с Германией и Испанией. Деловые связи с англичанами Витт продолжал поддержи- вать и позже. Согласно статейному списку английского посоль- ства Джильса Флетчера (1 588-1 589), он являлся компаньоном (складником) агента Московской компании Антона Марша, вместе с которым задолжал русскому гостю Афанасию Ивано- вичу Юдину 200 рублей. Еще один русский купец С. Емельянов (Омельянов), как выяснилось, сбывал А. Витту и А. Маршу гнилые лосиные кожи и «ввезли их на тот Ондреев Витов двор» . У Витта хранилась часть денежных средств А. Марша. Вот по- чему в процессе урегулирования финансового конфликта пос- леднего с представителями русской аристократии, приказной бюрократии и купечества государев дьяк А.Я . Щелкалов _«у Ондрея у Витта взял сукон на 100 рублев» и дал указание «по- дьячему Третьяку Карпову взять кабалу у Ондрея у Витта в 500 рублев». Сам же А. Витт «заплатил Ондрею Щелкалову денгами 250 рублев». При разборе жалобы уже упоминавше- гося А.И. Юдина на английских коммерсантов Романа Рома- нова, Ульяна Фомина и Антона Фомина (все английские фа- милии даны в искаженной русской транскрипции Х\/'І в.), за- нявших у него огромную по тем временам сумму в 2500 руб- лей, выяснилось, что в роли их поручителя выступал опять же А. Витт: « ...Тот Онтон сказал, что бил челом Ондрею Витту для поруки по себе писатца››232. И тогда «дьяк Ондрей Щелкалов велел перед собою поставить того Ондрея Витта с Онтоном с очей на очи, и дияку Ондрею Щелкалову Ондрей Витт сказал, что писался он в кабалу по Онтоне, верячи Онтоновым товарыщем, а не ему одному, Онтону... » (из материалов Дж. Флетчера). Ав- тору книги пока не удалось обнаружить более ранних (до 1566) и более поздних (после 1599 г.) сведений об А.И . Витте. Ясно 205
лишь, что царскую грамоту в Москве он получил уже далек не в молодом возрасте и, вероятно, вскоре после 1599 г. ско чался. э 4 февраля 1599 г. Борис Годунов даровал жалованную гра- моту Игнатию Антонову Поперзаку, ливонскому немцу по про- исхождению, зачисленному в состав Гостиной сотни. По сви- детельству документа, «велели есмя ему быти в московских в лутчих в торговых людех» , торговать беспошлинно, свободно выезжать за границу. Его двор в Москве освобождался от раз- ного рода повинностей. Фактически привилегии Поперзака соответствовали льготам, пожалованным А. Витту, хотя пос- ледний в отличие от первого именовался в грамоте даже гос- тем. В источниках фамилия Поперзаков, происходивших из Колывани, приводится в разной транскрипции - Пеперсак, Пепресик, Петрьсах, Пепресеков, Пепресиков (ее дословный перевод с немецкого - «мешок перца»)233 . Один из близких родственников И. Поперзака (возможно, его дядя) Ян (Иван) Пеперсак являлся «колыванским ратманом» и играл очень важную роль в управлении этого крупного торгового города, о чем свидетельствуют ряд документов 1569, 1571, 1574 и 1576 гг. О дальнейшей судьбе И. Поперзака в России в Смут- ное время никаких данных пока не обнаружено, за исключе- нием свидетельства Конрада Буссова. В его «Московской хро- нике» помещен схематичный план Москвы. На этом чертеже, составленном между 1606 и 1611 гг. , в пределах Белого города, рядом с Литейным двором, на реке Неглинной, можно увидеть надпись «К\1сІ1еп Ререгваїс» - «Кухня Пеперзака». Она распо- лагалась, очевидно, прямо на дворе. Борис Годунов пожаловал в 1599 г. грамоты с привилегия- ми еще 1 1 немецким купцам из Ругодива и Юрьева Ливонско- го (Дерпта), жившим в России, а также любекским торговцам Ефиму Мейеру и Бертелю Тунеману (между 1599 и 1600 гг.) . Кроме того, им была выдана в 1603 г. общая жалованная гра- мота на практически беспошлинную торговлю в России всему купечеству северогерманского города Любека. Кстати, царская казна ссудила 18 первых привилегированных торговых ино- земцев из Ливонии 4900 рублями. Восемь из них удостоились пожалования «гостиным именем» , пять - «лучшими торговы- ми людьми». Многие из них выполняли ответственные пору- 206
651» Т», %°%°%°%*®@%° ° ения московских властей. Вместе с английским купцом и ипломатом Джоном Мерриком в 1602 г. отправилась в Анг- ю на обучение первая группа из четырех русских «робят» - так называемых «годуновских студентов» . 'д Выдача новых жалованных грамот торговым иноземцам п. оизошла уже после воцарения Михаила Федоровича в 1213 г. , когда в грамотах Андрею Буку и Ивану Буколту (Ива- ну Юрьеву) появляется термин «московский торговый нем- чин». Позднее в том же ХУІІ столетии их стали именовать в России «московскими торговыми немцами» и еще позже - «московскими торговыми иноземцами» 234 . В правовом отноше- нии они занимали промежуточное место между русскими куп- цами и коммерсантами, эпизодически приезжавшими в стра- ну из Западной Европы. Причем имена и фамилии иноземцев обычно искажались русскими переводчиками, и далеко не во всех случаях на основе приказной документации можно уста- новить их национальную принадлежность. В отличие от иностранцев, поступавших в России на воен- ную службу и подчинявшихся Иноземному приказу, Посоль- скому приказу были «ведомы московские и приезжие инозем- цы всех государств торговые и всяких чинов люди: и судят тор- говых иноземцов, и росправу им чинят с рускими людми в од- ном в том приказе» , как засвидетельствовал Г.К. Котошихин в сочинении «О России в царствование царя Алексея Михай- ловича»2з° . В присутствии пастора они давали в Посольском приказе присягу служить верой и правдой царю российскому и выполнять правительственные поручения в торгово-промыш- ленной сфере. Им продолжали выдавать жалованные грамоты «за красной печатью» с разного рода льготами, за что торго- вые иноземцы должны были выполнять ответственные пору- чения властей, в том числе как политические осведомители и дипломаты, Историк А.В . Демкин на основе просмотра отече- ственных источников насчитал до 1300 западноевропейских коммерсантов и их приказчиков, поддерживавших деловые связи с Россией при первых Романовых. На первом месте по численности (644 чел.) находятся выходцы из Нидерландов, именовавшиеся русскими «галанцами». За ними следуют анг- личане (319 чел.) - в основном члены и приказчики Англий- ской Московской компании, возникшей еще в середине 50-х гг. 207
ХУІ в. Большинство из них посещали с торговыми целями Ро сию в 1-й половине Х\/ІІ в. , а после казни английского корол Карла Стюарта и победы Английской буржуазной революц последовал указ царя Алексея Михайловича от 1 июня 1649 . , в результате которого объем прямой торговли с Англией и численность приезжавших из нее купцов резко сократили Ф . Во 2-й половине ХУІІ в. в России можно было встретить не - нее 210 купцов из Гамбурга и свыше 60 торговых людей из Л , - бека. Осевших же в нашей стране московских торговых ино- земцев насчитывается чуть больше 110 человек, то есть около 9% от числа всех западноевропейских коммерсантов, торговав- ших с Россиейт . Чтобы объективно показать их роль в торго- во-экономической и культурной жизни России, обратимся к судьбам наиболее известных из торговых иноземцев ХУІІ сто- летия. Нидерландский купец и мануфактурист Андреас Виниус (1602-1662), сын зажиточного коммерсанта Тидреааса Виниу- са, еще с 1620-х гг . поддерживал торговые контакты с Росси- ей, где его звали Андреем Денисьевичемш. 'Голько в 1631 г. он экспортировал в Западную Европу 100 тысгчетвертей русско- го хлеба, закупленного у царской казны, и тогда же получил жалованную грамоту на право свободной торговли в России. Еще раз такая же грамота была выдана ему в 1634 г. А двумя годами ранее А. Виниус вместе с братом Абрахамом и сооте- чественником Ю. Вилконсом получил монопольное право на строительство и эксплуатацию железоделательных и оружей- ных заводов под Тулой и Каширой. Как видим, собственных капиталов, приобретенных в результате торговых операций, ему явно не хватало для налаживания мануфактурного произ- водства, нуждавшегося в больших затратах. В 1639 г. Андрей Виниус учредил новую промышленную компанию с торговы- ми иноземцами П. Марселисом-старшим и Ф. Акемой, но спу- стя семь лет был отстранен компаньонами от дел. Обвинив их в нарушении условий договора с казной, Виниус при помощи всесильного тогда боярина Б.И . Морозова добился временного перевода четырех принадлежавших им на паях тульских заво- дов в государеву казну. Его собственные издержки в этом не- удачном предпринимательском предприятии составили 8000 рублей, поэтому в качестве компенсации он получил от 208
%°%*®@°%®%<>%*°®%®%® ластей монопольное право на экспорт смальчуга (густой смо- ь1) в течение шести лет. В 1652 г. Андрей Виниус вместе со всей семьей перешел в л но Русской православной церкви и вскоре был возведен в д орянство. Ему доверили в качестве комиссара официально п едставлять русское правительство за границей - в Нидер- л ндах, Италии, городах Германии. В деловом сотрудничестве с ще одним московским торговым иноземцем И. Марсовым он вывозил за рубеж различные казенные товары и закупал там вооружение, лекарства, сукна и др. Сохранился портрет этого незаурядного коммерсанта, связавшего свою жизнь с Россией. Позже его сын, Андрей Андреевич Виниус (1641-1717), торговый человек Гостиной сотни, стал одним из сподвижни- ков Петра Великого. С 1664 г. он служил переводчиком в По- сольском приказе и не раз в качестве гонца выезжал за грани- цу - в Англию, Испанию, Францию. Российские власти ис- пользовали его знания иностранных языков и обычаев, его энергию и организаторский талант, его деловую хватку на са- мых разных поприщах - на службе в Аптекарском, Артилле- рийском, Посольском, Сибирском приказах. Вот ступеньки восхождения А.А. Виниуса по административной и социаль- ной лестнице: с 1678 г. - дьяк, в 1685 г. пожалован в москов- ские дворяне и назначен главой Почтового ведомства страны, с 1695 г. - думный дьяк, в 1697-1703 гг. - начальник Си- бирского приказа, с 1 701 г. - управляющий Артиллерийским приказом. При этом его жизненный путь нельзя назвать безоб- лачным. В 1703 г. Петр І разжаловал А.А. Виниуса за медли- тельность в снабжении армии и обвинил в хищениях. Спустя три года ему пришлось бежать на родину предков - в Голлан- дию. Прощенный вскоре царем, он уже в 1708 г. вернулся в Россию. Собрав большую библиотеку из книг на иностранных язы- ках, А.А. Виниус занимался переводами на русский язык фран- цузских изданий по артиллерии, механике, фортификации, устава судебных воинских прав и другой литературы, состав- лял русско-голландский словарь. Ему удалось наладить в Мос- кве «аптекарское научение» , создав специальную школу при Аптекарском приказе, за что царь Федор Алексеевич пожало- вал Виниуса-младшего старинной иконой Нерукотворного Спа- 209
са. С его именем связано основание в 1701 г. Артиллерийско школы, а также Школы математических и навигацких нау , преобразованной позже в Морскую академию. Находясь службе в Посольском приказе, он составил и перевел «Избр - ния от святых, божественных и Царственных книг», черт л карты России, продумывал план создания галерного флота а Каспийском море. По его инициативе началось подробное оп - сание Сибирской земли, а Семен Ремезов из Тобольска сос - вил «Чертежную книгу Сибири» . 15 В результате географических занятий А.А. Виниус напи- сал в 1667 г. сочинение с очень длинным, как тогда было при- нято, названием - «О столицах нарочитых городов и славных государств, и земель, и островов, и проливов и знатных мест сухими и водными путями, колико имут разстояние россий- ского государства от первопрестольного, его царского величе- ства града Москвы по размеру книги, именуемыя возных мер и иных принадлежащих к нему по алфавиту росписано пере- водчиком Андреем Андреевым сыном Виниусом». В первой части книги указывалось расстояние от Москвы до российских городов, а во второй - до иностранных (в основном европей- ских) городов, причем с упоминанием других мест и стран, че- рез которые пролегал путь. Созданная им красочная «Таблица расстояний различных столиц от Москвы » со схематическими рисунками городов была награвирована и напечатана позже, уже в начале ХЧІІІ в., когда в России распространились араб- ские цифры, но в ней сохранилось их буквенное обозначение, использовавшееся в составленном гораздо раньше оригинале сочинения. Направления движения указаны там по важней- шим торговым путям, расходившимся от Москвы, - вологод- скому, новгородскому, поволжскому, сибирскому, смоленско- му, украинскому. Наряду с европейскими городами на «Таб- лице расстояний...» помещены среднеазиатские Бухара и Хива, а также более далекие и экзотические Багдад и Лахор. А.А. Виниуса, человека весьма разностороннего и любознатель- ного, наряду с географией очень интересовали и другие про- блемы - богословские, военные, государственные, историчес- кие, моральные, экономические. После его кончины собранные им богатейшая библиотека и коллекции (в том числе «Книга Виниуса» , состоявшая из более 300 рисунков и гравюр голлан- 210
жоааожожожожожеа ских и фламандских мастеров) со временем оказались в Пе- рбургской Академии наук. Вот еще несколько судеб торговых иноземцев ХУІІ столе- т я. В 1633 г. от царя Михаила Федоровича получил жалован- ную грамоту на свободную торговлю в России нидерландский кфммерсант и мануфактурист Филимон (Тильман) Акема (? -- 1676), уже упоминавшийся нами в связи с деловым конфлик- том с А.Д. Виниусом. В компании с Марселисом он в 1653 г. участвовал в строительстве заводов в районе Каширы, через три года стал совладельцем Поротовского железоделательного за- вода в_Малоярославском уезде. Там же им вместе с Марсели- сом был построен в 1659 г. и Угодский завод. Власти приписа- ли к предприятиям Ф. Акемы для отбывания повинностей Вышегородскую волость Верейского уезда. Когда в 1664 г. часть имущества промышленной компании перешла в царскую казну, Акема сумел сохранить за собой мануфактуры в Мало- ярославском уезде и Вышегородской волости, обязавшись еже- годно поставлять государству 15 тыс. пудов железа, в котором оно остро нуждалось. 'Семья Келдерманов (Келлерманов) происходила из Герма- нии. Первый ее представитель Андрей (Генрих) Келдерман, служивший в Посольском приказе, в том числе в качестве пе- реводчика при русских посольствах 1613, 1615 и 161 7 гг., по- явился в России в Смутное время. В 1633-1634 гг. ему была доверена продажа в Риге казенной пушнины стоимостью в 10 тыс. рублей. Связал свою судьбу с Россией и сын А. Келдер- мана - Томас, ездивший в 1647 г. с грамотой к русскому по- сольству в Нидерландах. В 1663 г. он исполнял обязанности досмотрщика импортных товаров. Спустя пять лет его отпра- вили с грамотами в Священную Римскую империю, Венецию и Голландию, а в 1670 г. вместе с русским гостем В. Ворони- нь1м послали за границу продавать казенные товары (поташ, смолу и др.). На вырученные от продажи деньги (около 49 тыс. талеров) они закупили для казны лекарства, серебряную и хру- стальную посуду и прочие товары. Т . Келдерману доводилось поставлять в казну оружие, ткани (прежде всего сукно), меди- каменты, жемчуг, ювелирные изделия и сладости для царско- Г0 двора. Не раз он брал на откуп у государства смоляной про- мысел, в 1695 г. ездил в Нидерланды для закупки вооружения. 211
®Ґ`су) 649 »%®%$Ё><><@%°%«®%°%З><> За государеву службу Т. Келдерман был отмечен властями: 1672 г. получил жалованную грамоту на звание гостя; в 1685 г), направленный в составе русского посольства во Францию, пр- жалован дворянством и особым титулом - «Московского гЬ- сударства поверенный и чести достойный» , и с тех пор имено- вался как фон Келдерман. Старший его сын, Андрей, обучав- шийся за границей, получил диплом врача, а младший, Иваън, продолжил торгово-предпринимательское дело отца. Дворян- ский род Келдерманов включен в 4-ю часть Родословной кни- ги Московской губернии. Перенесли свой бизнес в Россию и Марселисы - гамбург- ские купцы-предприниматели нидерландского происхожде- ния. Еще в начале Х\/'ІІ в. Габриэль (Гавриил) Марселис (? - 1643) открыл в Москве торговую контору в компании с Исаа- ком Аменом и помогал приезжавшим в Гамбург русским дип- ломатам. В 1631 г. он содействовал полковнику А. Лесли в при- влечении на российскую службу наемных офицеров и солдат. Сын его - дворянин Петр Гаврилович Марселис приехал в Рос- сию в 1629 г., где стал заниматься поставками в казну воору- жения и выполнять ответственные дипломатические поруче- ния, ведя переговоры в Голштинии. Через девять лет ему была пожалована грамота на право свободной торговли в Российс- ком государстве. Приобщившись к промышленному предпри- нимательству, П.Г . Марселис вместе с Ф. Акемой иА.Д . Вини- усом основал компанию по строительству и эксплуатации пред- приятий мануфактурного типа под Тулой. Еще до приезда в Россию он являлся комиссаром датского короля Кристиана и шведской королевы Кристины, казначеем датского королеви- ча Вольдемара, а в 1643-1644 гг. посредничал в сватовстве последнего к царевне Ирине Михайловне - дочери царя Ми- хаила Федоровича. Тогда же получил жалованные грамоты на строительство железоделательных заводов на реках Вата, Ко- строма, Шексна, гораздо позже - право на разработку медных руд в Олонецком уезде. С его именем связано создание перво- го розария в царском саду, для которого он привез из Запад- ной Европы розы. В 1650-е гг. при активном участии П.Г . Мар- селиса были построены несколько заводов под Каширой, так- же Угодский железоделательный завод в Малоярославском уез- де. В 1656 г. Марселис совместно с Ф..Акемой взял из оброка у 212
«%°%®<>€%°%*°~€%°%®°%°% боярина И.Д . Милославского Поротовский завод. В 1665 г. рус- ское правительство направило его к императору Священной Римской империи, датскому королю и саксонскому курфюр- сту с целью склонить их к посредничеству в заключении мира между Россией и Польшей. Приходилось ему участвовать и в подготовке Новоторгового устава 1667 г., и по поручению А.Л . Ордина-Нащокина вместе с сыном Леонтием организовы- вать временную почтовую связь между Москвой, Ригой и Виль- но. П .Г. Марселис был женат дважды. От первого брака имел трех сыновей: Леонтия (Леонарда, 1638- 1 670), Гавриила (Габ- риэля) и Петра-старшего, скончавшихся соответственно в 1674 и 1675 гг. Леонтий, живя в Риге в 1660-х гг. , являлся по- литическим осведомителем русского правительства. Вторич- но Марселис женился на дочери своего компаньона Ф. Аке- мы - Анне, родившей ему Петра-младшего. После кончины отца Гавриил, Петр-старший и Петр-младший унаследовали железоделательные и оружейные заводы под Тулой и Каши- рой, поручив по взаимной договоренности управление ими Пет- ру-старшему. От него это право перешло к его малолетнему сыну Христиану, чьим опекуном стал А. Бутенант - еще один предприниматель из Гамбурга, осевший в России. Со смертью Христиана (1690) и его дяди Петра-младшего (1696) род Мар- селисов прекратил существование, а принадлежавшие им ма- нуфактуры перешли к Л.К. Нарышкину - дяде Петра І. Как видим, кое-кто из торговых иноземцев сумел прекрас- но адаптироваться в условиях чужой страны, ставшей для них второй родиной. Естественно, они приезжали в далекую Рос- сию, прежде всего в поисках экономической выгоды и обога- щения. Обладая большим опытом и знаниями в сравнении с их русскими собратьями по профессии, московские торговые иноземцы сумели найти в России свою деловую нишу - в за- граничной торговле и мануфактурном производстве. Они вне- сли значительный вклад в ознакомление россиян с западноев- ропейскими культурными традициями, тем самым поспособ- ствовав в какой-то степени «обмирщению» и демократизации Русской культуры.
Влечение к красоте неодолимо. О ней я грежу, сердцем к ней стремлюсь. Она, как вера, непоколебима. Микеланджело Буонарроти культурный ов/шк Русского кУпцА х\/-х\/11 вв. В отличие от стран Западной Европы каменное строитель- ство в средневековой Руси не приобрело массового характера. До ХУІІ столетия в русских городах возводились из камня и кирпича преимущественно немногочисленные оборонительные сооружения и культовые здания. Последние заметно выделя- лись на фоне окружавшей их деревянной жилой застройки, которая особенно страдала от нередких губительных пожаров, но обходилась горожанам значительно дешевле. Каменное же строительство требовало гораздо больше средств, чем сборка домов и прочих сооружений из деревянных срубов, обычно продававшихся в готовом виде. Заказчиками городских камен- ных храмов наряду с феодальными аристократами порой яв- лялись представители купеческой верхушки. Московия времен Ивана ІІІ Во второй половине Х\/` в . некоторые из именитых гостей- (В.Д. Ермолин, Ховрины-Головины) даже выступали в Моск- 214
@°%*°%°%°€%®%@°*%°% ве в роли строительных подрядчиков. Получение от москов- ских великих князей, церковных иерархов, представителей знати заказов на строительные работы было и выгодным, и престижным делом, которым мог заниматься далеко не каж- дый даже при наличии достаточных средств. Для руководства строительством купцу-подрядчику требовалось не только обес- печить артель мастеров-каменщиков материалами (камнем, кирпичом, деревом, раствором), но и глубоко вникнуть в спе- цифику их труда, приобретя определенные навыки зодчего. И далеко не всем, конечно, это удавалось. Имя Василия Дмитриевича Ермолина (Дмитриева) можно по праву поставить первым в перечне торговых людей, участво- вавших в каменной застройке Москвы в ХУ в. Наиболее полно его активная строительная деятельность в 1462-147 2 гг. от- ражена в Ермолинской летописи, переписанной с дополнения- ми, очевидно, по заказу самого Ермолина, человека, весьма сведущего в книжном деле и начитанногогза. Он происходил из богатой московской купеческой семьи сурожан, несколько по- колений которой занимались торговлей с Югом. Первое известие о В.Д. Ермолине как о строителе относит- ся к 1462 г. , когда им была поставлена в Кремле каменная цер- ковь Св. Афанасия Александрийского (возможно, по инициа- тиве его дяди, купца Афанасия Ермолина) и отремонтирован участок кремлевской стены от Свибловой стрельницы (ныне Водовзводной башни) до Боровицких ворот. В 1464 и 1466 гг. под его руководством были вырезаны и установлены на Фро- ловских (Спасских) воротах белокаменные горельефы св. Ге- оргия и св. Дмитрия, что было новшеством на Руси. В 1467 г. Ермолин с мастерами, используя кирпич, умело достроил ка- менную церковь Вознесения в одноименном монастыре Мос- ковского Кремля. Им выполнялись архитектурно-строитель- ные работы (в том числе реставрационного характера) и в дру- гих центрах Северо-Восточной Руси - Троице-Сергиевом мо- настыре, Владимире, Юрьеве-Польском. В 1472 г. Ермолин вместе с И.В . Головой-Ховриным получил подряд на возведе- ние в Кремле нового Успенского собора, но из-за возникшего между ними конфликта и отсутствия поддержки заказчика, московского митрополита Филиппа, отказался от него. Неко- торые исследователи (Н.Н . Воронин, В.П . Выголов, И.Е. Забе- 215
<@%0%®°%®%®°@%®%**°<ё%<>%« лин) видят в лице В. Д. Ермолина лишь умелого строительного подрядчика, организатора работ («нарядчика››, «предстате- ля»), другие (Г.К . Вагнер, М.А. Ильин, Г.В . Попов, Н.Н . Собо- лев, М.Н. Тихомиров) утверждают, что он был также зодчим и скульпторомт . Этот незаурядный человек занимался так- же перепиской книг, о чем свидетельствуют его « Послание от друга к другу» и Ермолинская летопись. Он вместе с сыном С.В. Дмитриевым (Васильевым) оказался причастен к сохра- нению рукописи сочинения Афанасия Никитина «Хожение за три моря» . В каменной застройке Москвы в Х\ї в. активно участвовал еще один род гостей-сурожан - Ховрины-Головины, впослед- ствии ставшие боярами. В отличие от Ермолина они лишь в одном случае - при возведении Успенского собора - высту- пали в роли строительных подрядчиков, но не сумели в 14 7 2- 1474 гг. выполнить заказ. Чаще Ховрины сами являлись за- казчиками каменных храмов в Симоновом монастыре (Спаса Преображения) и Кремле (Крестовоздвижения и Введения), вкладывая в их строительство немалые деньги. Купцы, брав- шие строительные подряды, использовали наемный труд ква- лифицированных мастеров-каменщиков и подсобных строи- тельных рабочихвї. Как засвидетельствовано в Ермолинской летописи, в 1450 г. «Владимир Григорьевич Ховрин, гость, да и болярин велико- го князя, поставил пред своим двором церковь кирпичну Воз- движение честнаго креста»2'*° . В других летописных источни- ках говорится о постройке этого храма на дворе Ховриных. Территория двора Ховриных позже, видимо, расширилась, и церковь оказалась в его пределах. Согласно Софийской І лето- писи младшей редакции (Бальзеровский список), его возвели из камня и кирпича: «...заложена бысть церкви камена на Москве во имя святого Воздвижения честнаго креста Господ- ня, заложи ея гость Володимеръ Ховринъ и повеле заложити около кирпичемъ, а изнутри белымъ каменемъ»2'“ . Тем самым подтверждается информация составителя Ермолинской лето- писи о принадлежности строителя Крестовоздвиженского хра- ма к купеческой верхушке. Гость, боярин и казначей великого князя В.Г . Ховрин, как заказчик, стал фактически пионером кирпичного строительства в Москве с середины ХУ столетия. 216
Социальный престиж гостей-сурожан и суконников в сред- невековом московском обществе был весьма высок. Обычно они упоминались летописцами при перечислении сразу же за кня- зьями и боярами. Об их огромном влиянии и авторитете свиде- тельствует и возведение этими богатейшими купцами в тогдаш- ней преимущественно деревянной Москве каменных зданий и храмов. Купец Таракан, родоначальник династии Таракано- вых, в 1471 г. и в 1486 г. сын В.Г. Ховрина Иван Владими- рович Ховрин-Головин, ставший также великокняжеским казначеем, на удивление москвичам и зависть многим боярам возвели на территории Кремля для себя кирпичные жилые па- латы. До конца ХУ в. там, рядом с княжеско-боярской верхуш- кой, проживали и другие именитые купеческие семейства Мос- КВЬІ. В объединенном Российском государстве По словам Стефана Гейса (Гизена), члена свиты имперско- го посла Николая Варкоча, побывавшего в Москве в конце ХУІ в., там насчитывалось до 1500 храмов: «Даже иные бога- тые купцы и бояре строят церкви, в которых и исправляют свои обряды, как у них положено »2'*2. По поводу даты строительства купцами Бобыниными каменного храма Св. Афанасия Алек- сандрийского в Кремле на месте обветшавшей одноименной церкви, возведенной в 1462 г. В.Д. Ермолиным, в источниках есть разночтения. Согласно Никоновской летописи, в 1514 г. «во граде Москве поставил церковь кирпичную святаго Афо- насия Александрийского у Фроловских ворот Юрьи Григорь- ев сын Бобыкина» 243. Следует отметить, что переписчик Нико- новской летописи допустил небольшую погрешность в написа- нии фамильного прозвища: вместо «Бобынин» записал «Бобы- кин» . Кирилло-Белозерский летописец под тем же 1514 г. уточ- няет чин посвящения храма: « ...Афонасья и Кирила Алексан- дрьских поставил Юрьи Григорьев сын Бобынина у Флоровс- ких ворот, а всем тем церквам был мастер Алевиз Фрязин» . Как 217
%®%*>®®%®%®°@%°%®<ї?Ё®% видим, для его сооружения заказчик нанял известного италь- янского зодчего, приглашенного ранее в Москву. Во Владимир- ском же летописце под 1518 г. можно прочесть следующее: «Того же лета месяца маиа 2 день священна быть церковь ка- мена святый Афонасии митрополитом Варламом во граде Мос- кве, а ставил его Юрьи Бобынин, да брат его Алексеи, гости» . Очевидно, постройка храма, именуемого в более поздних ис- точниках как «церковь Афанасия и Кирилла на Кирилловском подворье» , по каким-то неведомым нам причинам затянулась на целых четыре года: закончили его в 1514 г., а освятили - только в 1 518 г. Причем участвовали в этом богоугодном деле, скорее всего, в качестве строительных подрядчиков, а не за- казчиков два брата -- Юрий и Алексей Григорьевичи Бобыни- ны. В первые десятилетия ХУІ в. каменные храмы в Москве возводили во имя спасения души и другие именитые купцы, порой нуждавшиеся и в замаливании грехов. Под 1514 г. в Никоновской летописи повествуется, как «Василей Бобр з бра- тьею своею с Вепрем да с Юшком» из старинного купеческого рода Онтоновых (Антоновых) построили под руководством ита- льянского архитектора Алевиза Фрязина кирпичную церковь Св. Варварыш . Недавно открыты остатки белокаменного фун- дамента и сводов подвала церкви, где, очевидно, когда-то хра- нились товары. Название от нее получила целая улица в Ки- тай-городе. Онтоновым также принадлежали близ расположен- ные каменные палаты, на месте которых при Иване Грозном был возведен Английский двор. Как предполагают, с купечеством связан еще один каменный храм на Варварке - церковь Жён- Мироносиц, возводившаяся в период с конца Х\/` по третью чет- верть Х\/'І в. В ее белокаменном подклете площадью около 8 кв. метров обнаружены обломки привозной рейнской посуды. Строительство каменных стен, башен и ворот Китай-горо- да в период регентства Елены Глинской (1534-1538) потребо- вало немалых денежных средств, которых явно не хватало в великокняжеской казне. Поэтому правительство привлекло к сбору денег наряду с боярством и церковью торгово-ремеслен- ное население. В ХХ/'І в. на Торговой стороне Великого Новгорода, в Плот- ницком конце, существовали богатые «сурожские дворы» , ко- 218
1-ІИЪ /\ °%°«%°%°@°%®%®% торые принадлежали потомкам гостей-сурожан, переведенных властями в 1487 -1489 гг. из Москвы. В этом же районе, на древней улице Рогатице, располагалась редкая для того вре- мени каменная палата Таракановых, руины которой долгое время ошибочно считались остатками дома Марфы-посадни- цыш. О ней упоминается в писцовой книге 1581-1582 гг. , со- ставленной после опричного погрома Новгорода: «Двор пуст Ондреевской Тороканова: хором на нем, одна полата камена; длина сорок сажен, поперег тритцать восмь сажен››24° . Ее тол- стые стены со сводами были сооружены из маломерного кир- пича. Торговые люди ХУІ в. принимали активное участие и в за- стройке Новгорода Великого культовыми зданиями. Возведе- ние целого ряда новгородских каменных храмов связано с име- нами переселенных в конце ХУ в. из Москвы в Новгород гос- тей сурожан и их потомков. На средства Таракановых были построены церкви Климента на Иворове улице, Успения в селе Сытине на берегу Ильменя, Федора Стратилата с трапезной в монастыре Св. Николы в Воротниках, на деньги Богдана Крю- кова - Св. Иакова Заведеева (Иакова Компостельского) и За- чатья Иоанна Предтечи, приделы к церкви Воскресения на Павловой улице. А «гость московский» Дмитрий Сырков, его отец, брат и сыновья проявили себя как умелые и опытные строи- тельные подрядчики, занимавшиеся ремонтом и возведением новых храмов. Вот далеко не полный перечень их построек - богато украшенная церковь Жён-Мироносиц на Ярославовом дворище; расположенная рядом с ней церковь Прокопия «с по- гребом» (явно предназначенным для хранения товаров); храм Св. Николая на владьгчном дворе; Николо-Розважский, Арсе- ниевский, Сырков, Тихвинский монастыри. Некоторые из них сохранились и до сих порт. В 1560 г. новгородский государев дьяк Федор Дмитриевич Сырков, происходивший из гостей, по- лучил царское дозволение устроить общежительный монас- тырь в Пречистенском погосте, на р. Тихвине, и вскоре в райо- не д. Киселево «поставил церковь древяну Преображение Спа- сово»248. И Сырковы, и Таракановы неоднократно делали богатые вклады деньгами, землями, дорогими крестами, иконами, кни- гами, ризами, коврами в Иосифо-Волоколамский, Соловецкий, 219
Троице-Сергиев монастыриш . Во многом благодаря Сырко- вым в Новгородской земле распространился культ Влади- мирской Богоматери, зародившийся в Северо-Восточной Руси. В 1552 г. Федор Сырков заказал две копии иконы Бого- матери «Владимирской»25°. «Из Новагорода гости Дмитрей Иванов сын Сырков да дети его Федор да Олексей дали книг и риз на 60 рублев» в дар Соловецкому монастырюш. Сохрани- лись несколько автографов известного новгородского гостя ХУІ в. Ф . Сыркова на принадлежавших ему рукописных кни- гах. Купцов, занимавшихся международным обменом, привле- кали к дипломатической службе. В 1 -й половине Х\/'І в. вмес- те с великокняжескими наместниками именитые новгородские гости Корюковы, Саларевы, Сырковы, Таракановы, Ямские не раз участвовали в подготовке и заключении соглашений с Ли- вонией и Швецией, скрепленных их подписями. Один из них, Федор Сырков, был послом России в Ревеле и вел переговоры, предшествовавшие Ливонской войне. В посольских книгах архива Посольского приказа встречаются имена торговых лю- дей: «смольнянина» Михайлы Гладильника, Ивана Глазова, выполнявших функции гонцов; купцов И. Борзунова и А. Мо- жаитинова, направлявшихся с дипломатическими поручени- ями соответственно в Турцию; Т.С. Вь1ходца(Выходцева), ездив- шего при Федоре Ивановиче в Священную Римскую империю. «Лучших» представителей московского купечества привлек- ли к переговорам, которые велись в 1555 г. главой Посольско- го приказа И.М . Висковатым с англичанином Ричардом Ченс- лером и двумя торговыми агентами только что основанной в Лондоне Московской компании. Именитые русские купцы пользовались доверием москов- ской великокняжеской администрации, не раз выполняли са- мые ответственные ее поручения. 15 декабря 1512 г. из Моск- вы направили «торговых людей Алексея Можаитинова с то- варищами для забрания оставшейся в Царьграде после Моро- зова рухляди». Доставку в Москву имущества умершего в Стамбуле русского посла И.С. Морозова могли поручить лишь хорошо известному и авторитетному в московских купечес- ких кругах человеку, каковым являлся Можаитинов, по-ви - димому не раз возглавлявший торговые караваны. Тремя го- 220
®%°%®°®@°%@°<Е%°%@› дами позднее купцов Ивана Варавина и Василия Копыла Спя- чего включили в состав посольства В.А . Коробова к турецкому султану для передачи великокняжеской милости православ- ным монастырям Афона. В следующем году Коробов вернулся в Москву, а Варавин с Копылом, совершив поездку на Святую Гору, на обратном пути задержались в Стамбуле, очевидно, для продажи и закупки товаров. Иван Варавин, судя по маршруту его поездки, принадлежал к числу гостей-сурожан и торговал с Турцией. Он и члены его семьи неоднократно делали вклады в Троице-Сергиев монастырь, Успенский собор Московского Кремля и в монастырь Св. Иоанна Златоуста в Москве, в сино- диках которых сохранились поминальные записи рода Вара- виных. Уже с Х\/'І в. торговый человек становится вымышленным героем русской светской беллетристики, сюжетно связанной с мировым фольклором. Одним из самых ранних произведений такого рода является «Повесть о Дмитрии Басарге и его сыне Борзосмысле» , дошедшая в нескольких десятках списков Х)/'ІІ--ХІХ вв. Впрочем, некоторые исследователи относят ее не к Х)/І, а к ХУІІ столетиют. К сказочным персонажам в ней относятся купец Дмитрий Басарга, юный Борзосмысл, царь Несмеян Гордый. Согласно «антиохийской» редакции этой повести, не по-детски мудрый семилетний сын купца из Кон- стантинополя вместе с отцом попадает в Антиохию, где, спаса- ясь от обращения в «латинство» , решает три царские загадки, отрубает Несмеяну голову и сам становится царем. В более по- здних редакциях внесены кое-какие географические и конфес- сиональные коррективы: в «киевской» редакции русский ку- пец Басарга из Киева приезжает в некий град, а в «венециан- ской» - он приплывает в Венецию; в «басурманской» - злой царь становится не «латинянином» , а мусульманиномгбз. К Х)/І столетию относятся древнейшие из дошедших до нас изображений русских купцов (более ранние миниатюры Рад- зивиловской летописи носят условный характер). Речь идет, прежде всего, о западноевропейских гравюрах, опубликован- ных в книгах Олауса Магнуса и Сигизмунда Герберштейна. На еще одной немецкой гравюре бородатые русские купцы со связками дорогой пушнины присутствуют в составе москов- ского посольства ко двору императора (1 575). 221
гіё) г 1-уздг ЧЁҐ _ 4-з. %®%®%®%°«%°%@® Начало «обмиршения» русской культуры В первой половине Х\/'ІІ в., после изгнания польских и шведских интервентов, на Руси одновременно с расцветом ремесла и торговли начался решительный подъем культуры, характеризовавшийся формированием во многих ее сферах мирских, светских, демократических элементов и ослаблени- ем связи с церковью. Важный вклад в этот процесс, по моему мнению, внесли не столько поместные дворяне (не имевшие тогда достаточных средств и времени, так как несли военную службу), сколько представители купеческой верхушки. Миро- ощущение именно этих людей, крепко стоявших на земле, от- разилось в творчестве архитекторов, художников, писателей: зарождавшийся интерес к человеку, его житейским потребно- стям и окружающей действительности определил в их творче- стве усиление реалистических мотивов. Люди, принадлежавшие к купеческому «бомонду» , и обра- зом жизни отличались от своих менее успешных собратьев: бывали на парадных обедах у патриарха, поддерживали тес- ные связи с боярской средой, приказной бюрократией. Но глав- ное, общаясь с иноземными коллегами, приезжавшими в нашу страну, и выезжая за ее пределы, они знали международную экономическую конъюнктуру, политическую обстановку, обы- чаи и хотя бы в минимальном объеме языки других народов. Поэтому, естественно, их кругозор был гораздо шире, а пред- ставления об окружающем мире - разнообразнее, чем у мел- ких торговцев-ремесленников, никогда не покидавших родно- го города. Одна из самых характерных черт отечественной культуры Х\/'ІІ в. - массовое возведение каменных особняков, в том чис- ле и по заказам состоятельных негоциантов, стремившихся не отстать в роскоши от феодальной знати. Их высокие и простор- ные хоромы, несомненно, выглядели величаво на фоне преоб- ладавшей тогда в городах деревянной застройки. Вот какие впечатления вызвал московский дом богатого гостя Г.Л. Никитникова у архидиакона Павла Алеппского, 222
<@%°%°«@°%*>°<@%®%а°@°% приезжавшего в середине ХХ/'ІІ в. в Россию из Сирии: «Мы ви- дели в Москве роскошное жилище этого купца, которое обшир- нее, чем палаты министров. Он выстроил у себя чудесную цер- ковь, подобно которой мы не видели даже у царя» 254 . Речь идет о красивейшем пятиглавом храме Троицы в Никитниках, воз- двигнутом из кирпича и со вкусом декорированном резным белым камнем (килевидными кокошниками, фигурными на- личниками, полуколонками, порталами) и полихромными по- ливными изразцами. Он хорошо сохранился в отличие от па- лат, разобранных еще в ХХ/'ІІ в. В состав храма с подчеркнутой ассиметричной композицией впервые в практике московского культового зодчества была включена шатровая колокольня. К его внешнему оформлению явно причастна артель резчиков по камню, участвовавшая в строительстве царского Теремного дворца в Кремле. Подклет церкви использовался для хранения товаров, а ее южный придел Никиты Воина стал семейной усы- пальницей купеческого рода Никитниковых. От брака с Евфросиньей у Григория родились сын Андрей и дочери - Анна, Домника, Мария. У Андрея Никитникова и его жены Марфы Михайловны Кошелевой были сын Борис и дочь Татьяна. Мария Никитникова и ее супруг купец Василий Булгаков назвали своего сына в честь деда Григорием. Семей- ной трагедией стал уход из жизни около 1648 г. ближайшего помощника отца - Андрея, человека грамотного, обладавше- го художественным вкусом. Незадолго до смерти он вложил в церковь Троицы поминальную книгу, включающую имена 1 54 представителей рода Никитниковых (82- мужского пола и 72 - женского), орнаментированную красочными заставка- ми и ныне хранящуюся в отделе рукописей Государственного Исторического музея (Москва) 255 . Сам Григорий Никитников умер в 1651 г. и похоронен не в приделе храма Троицы, а в Спас- ском монастыре Ярославля, где перед смертью принял постриг под именем Герасим. По завещанию он передал весь капитал, недвижимость и промыслы в нераздельное владение внуков Бориса Никитникова и Григория Булгакова (по отцу), скончав- шихся довольно ранот. Внутреннее оформление здания храма к середине 1650-х гг . , уже после смерти Григория Леонтьевича, заверши- ли его внуки, кое-что доделывал правнук по линии дочери Иван 223
за @®%®°*%°%®°%°%° Григорьевич Булгаков, в 60-70 -х гг . единственный наследник семейного дела. Самые известные изографы того времени, в том числе Иосиф Владимиров, Яков Казанец, Гавриил Кондрать- ев, Симон Ушаков (чей каменный особняк находился непода- леку), написали для храма иконы. Среди них - прекрасные об- разцы древнерусского барокко «Троица» , «Благовещение с ака- фистом» , где люди, растения, горные массивы, морские волны, здания, облака получили затейливые орнаментальные очерта- ния, а складки одежд, пряди волос показаны причудливыми завитками. С этими изображениями резко контрастируют лики вселенских святителей во втором ярусе иконостаса, которым Ушаков, готовый порвать с традиционной манерой письма сво- их учителей и коллег, попытался придать округлые пластичес- кие формы, живые человеческие черты. Для храма Троицы в Никитниках знаменитый художник выполнил и одно из наиболее выдающихся своих произведе- ний - « Насаждение древа государства Российского» . Запечат- ленные на иконе собиратель русских земель Иван І Калита (княжил в 1325-1340 гг.), первый московский митрополит (1308-1326) Петр поливают и оберегают пышное дерево, отя- гощенное богатыми плодами, представляющими великих кня- зей и других видных деятелей отечества. Еще одна особенность этой церкви - расписывавшие ее стены художники в своих творческих поисках впервые в нашей стране обратились к гра- вюрам из вышедшей тогда Библии Пискатора, переработав их в соответствии с собственными замыслами. А на одной из фре- сок можно увидеть групповой портрет Никитниковых. Никитниковы имели домашнее собрание русских старопе- чатных книг - «Беседы Иоанна Златоуста», «Минея», «Тре- фолой» , «Уложение судных дел» (Соборное Уложение 1649 г.) и др. Часть из них Борис пожертвовал после смерти деда раз- личным церквам и монастырям, куда также вносились деньги для поминания предков. Род Никитниковых записан также в синодике Введенского монастыря в Тихвине. В середине ХУІІ в. на набережной Москвы-реки, ныне име- нуемой Берсеневской, выстроили из большемерного кирпича дом и храм Святого Николы Чудотворца по заказу государева дьяка Аверкия Степановича Кириллова, выходца из купече- ской среды. Вот какое впечатление новое жилище и его владе- 224
»%°%°®%°%%®*%®%®®»%®%® лец произвели в 1665 г. на члена голландского посольства Ни- колааса Витсена: «...Большая и красивая каменная палата, верх из дерева. Во дворе у него собственная церковь и колоколь- ня, богато убранные, красивый двор и сад. Обстановка внутри дома не хуже, в окнах немецкие разрисованные стекла (витра- жи)... прекрасные стулья и столы, картины, ковры, шкафы, серебряные изделия и т.д. Он угостил нас различными напит- ками, а также огурцами, дынями, тыквой, орехами и прозрач- ными яблоками, и все это подали на красивом резном серебре, очень чистом. Не было недостатка в резных кубках и чарках. Все его слуги одеты в одинаковое платье, что не было принято даже у самого царя. Он угощал нас очень любезно, беседовал о недавно появившейся комете; русские об этом рассуждают не- правильно. Он показал нам книгу предсказаний будущего, пе- реведенную на русский язык, будто в ней истинные предсказа- ния, и спросил мое мнение об этом»2“ . Словом, иноземного визитера принимал не только состоятельный, но и хорошо об- разованный для своего времени, культурный человек. От столичного купечества не отставало именитое провин- циальное. Несколько примечательных особняков выросло в Пскове, и самый, пожалуй, известный из них, Сергея Ивано- вича Поганкина, стоит до сих пор. Неподалеку - также оп- ределявшие характер гражданского зодчества города хоромы негоциантов Меншиковых, Русиновых, Трубинских, Ямских: первые два этажа каменные с третьим деревянным (в одном из домов Меншиковых он тоже был каменным) и непремен- ной « веселой палатой» - парадной горницей для приема гос- тей. Нередко богатое посадское жилое здание, поделенное на мужскую и женскую половины с двумя раздельными сенями, имело Г-образную форму, т.е. глаголем (как, скажем, принад- лежавшее Пушниковым в Нижнем Новгороде), в углу его обыч- но располагалось «красное» крыльцо. К концу же ХУІІ в. рас- пространение получила менее сложная планировка: например, нарядно декорированный двухэтажный особняк негоцианта Коробова в Калуге для (ныне там размещается областной крае- ведческий музей), есть подобные в небольшом городке Горохо- вец под Владимиром и в Чебоксарах. «Знатные люди и первей- шие торговцы живут в каменных палатах, которые начали 225 8 - 6968 Псрхавко
%°%°%°%*°<®%°%°@°%* строить тридцать лет назад», - писал тогда пребывавший в нашей стране хорватский ученый и мыслитель Юрий Крижа- нич (ок. 1618-1683 гг.) . Поражает обилие зарешеченных слю- дяных окон в купеческих палатах, владельцы которых с помо- щью железных дверей и решеток стремились обезопасить от разграбления свое имущество. Но внутри таких каменных па- лат, как отмечалось в трактате чешского иезуита Иржи Дави- да «Современное состояние Великой России, или Московии» (1690), было темновато «частично из-за толстых стен, частич- но из-за непропорционально маленьких окон»-“З . В распоряжении историков почти нет данных о купеческом быте. Тем большую ценность представляют, например, пись- менные свидетельства, оставленные Гаврилой Мартыновичем Фетиевым, проводившим в Вологде и далеко за ее пределами крупные торговые операции. По завещанию этого знатного го- стя, скончавшегося в 1683 г., служившие ему 12 серебряных чарок и 4 стенных шандала достались боярину Голицыну, а « со- лонница серебряная, попугай да канарейка» - гостю Ворони- ну. В его доме можно было увидеть не только дорогие восточ- ные ковры, но и нарядные немецкие стулья с кожаной обив- кой (вместо традиционных русских лавок), стенные зеркала (наряду с иконами), западноевропейскую утварь (вилки, ножи, стеклянную посуду и прочее) и даже очки в футляре, которы- ми пользовался Гаврила Мартынович. Слух хозяина услажда- ли канарейки и попугаи. В сарае стояла комфортабельная «ко- ляска немецкая с кровлею, покрыта кожею красною до поло- винь1»25° . Удивительно, что среди домашних ценностей воло- годского купца вовсе не упоминаются книги, а в следственных материалах по делу о «чернокнижии» (декабрь 1676 г.), к ко- торому он был привлечен, значится наряду с деловыми бума- гами лишь «псалтырь ветхая»2°° . Поражает количество доро- гих украшений (из золота, серебра, жемчуга, изумрудов, яхон- та) и разнообразной одежды (особенно мужской) в гардеробе этой купеческой семьи - десятки зипунов, кафтанов, охабней, ферезей, чулок, шапок, штановш . Добавим, что перед кончи- ной Фетиев пожертвовал 2000 руб. на строительство теплого Гавриило-Архангельского храма и колокольни при церкви Владимирской Богоматери в своем родном городе. В Вологод- ском музее хранится его портрет, выполненный маслом на хол- 226
сте, - пожалуй, самое раннее живописное изображение пред- ставителя русского торгового сословия. Богатейшие коммерсанты строили каменные культовые постройки не только при своих усадьбах. Так, в Москве, в Ки- тай-городе, еще в начале ХХ/'ІІ в. по заказу Фомы Булгакова возвели храм Воскресения Христова, а в 80-х гг . на средства выходцев из Архангельска Филатьевых - церковь Николы Большой Крест, один из лучших памятников нарышкинского барокко. Это новое для своего времени архитектурное течение органично сочетало русские и украинские строительные прие- мы, черты западноевропейской ордерной системы, к тому же отличалось исключительной пышностью. Нарядные белока- менные резные наличники, порталы дверей, многочисленные гребешки красиво сочетались с красным фоном стен и золоче- ными куполами. А великолепный семиярусный иконостас хра- ма, впоследствии украсивший трапезную палату Троице-Сер- гиевой лавры в городе Сергиев Посад, демонстрирует виртуоз- ное мастерство резчиков по дереву. В Нижнем Новгороде Семен Задорин, помимо церкви Рожде- ства Богородицы «близ двора своего» , возвел в 1650-1660 -х гг . еще две - в Воскресенском монастыре у Никольских ворот и Николы Чудотворца около гостиного двора. В Костроме, Вели- ком Устюге, других городах тоже вырастали храмы на деньги богатых купцов. Интересно, что многие из этих зданий неред- ко напоминали сооружения Московского Кремля, однако луч- шие зодчие не копировали, а перелагали их основные формы и украшения на различные лады, создавая оригинальные ком- позиции, полные причудливой и живой игры. Отдельного рассказа заслуживает посадская архитектура Ярославля ХУІІ в., отличавшаяся своеобразным демократиз- мом, в чем, несомненно, сказалось влияние заказчиков - тор- говых людей. В нем развернулось широкое строительство, и одну из первых каменных церквей, Святого Николы Надеина, в 1620-1622 гг. соорудили московские мастера, приглашен- ные Надеей Светешниковым. На средства же братьев Вонифа- тия и Иоанникия Скрыпиных в 1650 г. построили храм Ильи Пророка, ставший усыпальницей этого богатого рода, а для потомков - замечательным памятником культуры. Здешняя настенная роспись (1680), в создании которой участвовали 227
15 мастеров, в том числе знаменитые Гурий Никитин и Сила Савин, свидетельствует о пробуждении в изобразительном ис- кусстве интереса к реальному миру и его красоте. Так, сцена «Житие пророка Елисея» рисует картину летних полевых ра- бот: нарядные, богатырского сложения люди в русских руба- хах жнут тучную ниву - режут колосья, вяжут снопы. Ря- дом - «Труды прародителей»: в пышно цветущих долинах и горах пасутся стада, а «Явление ангела Агари» показывает нам зеленые луга и играющих отроков. Кроме того, среди сюжетов фресок есть весьма редкие для того времени - земной глобус, меридианы и экватор, заметно и влияние гравюр из вышеупо- мянутой Библии Пискатора. Многое в развитии русской культуры в рассматриваемый период связано с «именитыми людьми» Строгановыми. По- видимому, из числа художников, укрывшихся в их поместьях в пору разорения Москвы - польско-шведской интервенции, в конце Х\/'І - начале Х\/'ІІ в. сложилась так называемая стро- гановская живописная школа, вобравшая характерные черты изобразительного искусства того времени. По мере ее разви- тия иконы этих изографов приобрели исключительную филиг- ранность. Благодаря необычайной тщательности выписанных золотом деталей родились шедевры, ныне занимающие почет- ные места_в московской Государственной Третьяковской гале- рее. Представители рода Строгановых воздвигли немало камен- ных культовых и светских построек, в том числе Введенский собор и палаты в Сольвьгчегодске, Рождественскую церковь в Нижнем Новгороде, храм Смоленской Богоматери в своем ни- жегородском имении Гордеевка. Новые веяния в культурном развитии страны не могли не отразиться и в литературе. Откликом на потребность времени стало появление произведений нравоучительного характера, формировавших образ добродетельного коммерсанта. Безы- мянные вторы осуждали нередкие в торговой среде алчность и лихоимство. А лейтмотив: «Береги честь смолоду» , обращен- ный к наследникам отцовского дела, звучит как в переводной «Повести о купце» , так и в оригинальной «Повести о Савве Грудцыне» , также не свободной от западноевропейского влия- ния. Последняя, появившаяся, очевидно, ив посадской среде, описывает похождения непутевого купеческого сына, нарушав- 228
КХЛЧ/'Т *@°%°-2@®%%®%®%®°@%® шего заветы старших и за это наказанного, причем дошла до нас в 80 списках ХУІІ-ХУІІІ вв., что говорит о ее широкой популярности. А «Повесть о Карпе Сутулове» превозносит об- раз бойкой и предприимчивой купчихи, сумевшей не только сохранить супружескую верность и честь, но и получить «при- быток›› от одураченных воздыхателей: мужниного «друга» - богатого гостя, попа и архиепископа. Надо сказать, кое-кто из торговых людей тогда имел непло- хие собственные собрания рукописных и печатных книг, в том числе весьма редких, Х\7І в. Так, в каталоге домашней библио- теки ярославского купца Егора Третьяка Лыткина указана «Малая подорожная книжка» , выпущенная в 1522 г. в Виль- но (ныне Вильнюс, Республика Литва) белорусским издателем и просветителем Франциском Скориной. Кстати, «Апостол литовский» , «Псалтырь литовская» , вышедшие из его типог- рафии, имелись и в библиотеке.Аники Строганова. Надо ска- зать, книгособирательская деятельность представителей это- го рода,`б'собенно Никиты Григорьевича, заметно выделялась на общем фоне: их каталоги еще в первой половине Х'\/'ІІ в. на- считывали до 2000 трудов богословского, исторического и по- знавательного содержания. Строгановы сформировали даже походную библиотечку из 20-25 томов - постоянную спутни- цу в бесконечных разъездах по предпринимательским делам. К тому же делали немало книжных вкладов: в соборный храм Благовещения (в их родовом гнезде Сольвычегодске), церковь Воздвижения Креста (в городе Орле) и др. Примечательно, что в 30-50 -е гг. Х\/'ІІ в., как свидетель- ствует анализ материалов Приказа книгопечатного дела, пис- цового и таможенного делопроизводства, продукцию Москов- ского печатного двора приобретали 75 семей негоциантов. При- чем немало торговых людей, имевших и передававших из по- коления в поколение книги, иконы, было среди старообрядцев. Именно ,в ХУІІ в. в России распространилась постоянная книготорговля, чему мы обязаны, несомненно, коммерсантам, среди которых, впрочем, было много полуграмотных людей. Однако встречались и заказчики манускриптов, авторы инте- ресных деловых записей, знатоки иностранных языков. На- пример, Вторко Леонтьев из города Холмогоры бойко перево- дил с голландского, а новгородец Кошкин даже составил сло- 229
@%°%@*°%®%®°%®%*›<>%®%@› варь-разговорник шведского языка. А гости, выполнявшие дипломатические поручения за рубежом, нередко описывали свои странствия. Купеческая среда выдвинула немало незаурядных людей. Как отметил позднее в «Книге о скудости и богатстве» (1724) экономист и публицист, поборник интересов предпринимате- лей, развития промышленности и торговли Иван Тихонович Посошков, «царство воинством расширяется, а купечеством украшается» . Несомненно, в ХУІІ в. связь русской культуры с религией была еще крепка. По меньшей мере, еще одно-два столетия протекало болезненное размежевание этих сфер духовной жиз- ни человека, где новые элементы тесно переплетались со ста- рыми, патриархальными, но уже бессильными остановить ход истории.
Кто выразит все чувства, волнующие грудь при внезапном появлении Св. Града? И можно ли изъяснить речами то тайное борение радости и страха, которыми попеременно движется сердце в сие торжественное мгновение, когда все дивные имена Сиона и Голгофы и Элеона, с юных лет и только во святыни храмов поражавшие слух наш, внезапно олицетворяются пред очарованными глазами; когда пылкие мечты младенца сбываются в видениях юноши и все звуки псалмов и пророчеств сливаются в одну живую картину отвергшего их Иерусалима. А.Н . Муравьев. Путешествие ко Святым местам в 1830 году КУҐІЕЧБСКИЕ <<Х()ЖЕНИЯ›› Еще с ІХ--ХІІІ вв. древнерусские гости посещали далекие Страны Европы и Азии, добираясь иногда даже до Северной Африки. Их торговые маршруты пролегали порой у православ- Ных святынь Царьграда и Афона, Палестины и Египта. И, бу- дУЧи людьми любознательными и религиозными, живя не только торговыми заботами, они, очевидно, находили время для их посещения. Но мало кто из них изложил свои впечатле- Ния об увиденном на бумаге. Жанр купеческих хожений заро- дИлся в Х\/' в. под воздействием знакомства торговых людей с 0ПИсаниями путешествий по святым местам паломников из среды духовенства. Что же было общего между ними и чем от- ЛИЧались от других аналогичных сочинений хожения купцов Х)/"Х\7ІІ столетий? 231
%0%®°%°%®%°%*° «Хожение за три моря» Попытаемся ответить на поставленные вопросы, прежде всего, на примере «Хожения за три моря» тверитянина Афа- насия Никитина - самого раннего русского описания Ин- дии и Персии. Текст «Хожения» , авторский оригинал кото- рого не сохранился, дошел в семи более поздних списках конца Х\ї-ХУП вв. , относящихся к трем редакциям: Летопис- ной, Троицкой (Ермолинской) и Сухановской. Одни исследо- ватели считают более близким к протографу Летописную ре- дакцию, особенно так называемый Эттеров список Львовской летописи середины ХУІ в. Другие ученые отдают предпочтение Троицкой редакции, представленной рукописью конца ХУ в. из сборника Троице-Сергиева монастыря, содержащего также Ермолинскую летопись. В ней хорошо заметна литературная правка редактора, заменившего ряд простонародных выраже- ний и оборотов Афанасия Никитина. В сочинении встречают- ся, арабские, персидские, тюркские слова, свидетельствующие о знакомстве Афанасия Никитина с этими языками. В отли- чие от большинства других русских паломников ХІІ-Х\7 вв., странствовавших по святым местам Царьграда (Константино- поля), Афона, Палестины, Египта и зафиксировавших свои впечатления в хожениях, он описал странствия не в христиан- ские земли, а в иноверческие страны, где господствовали дру- гие религии (ислам, буддизм). Впрочем, и на Святой земле пра- вославные паломники сталкивались и с католиками, и с му- сульманами. Но Никитин отправился не в паломничество, а в обычную торговую поездку. В этом и заключается самое суще- ственное отличие «Хожения за три моря» , которое сам автор (подобно другим авторам «хожений») называет «грешным» . Впервые это незаурядное произведение средневековой гео- графической литературы частично обнародовал Н.М . Карам- зин, высоко оценивший колоритный рассказ Афанасия Ни- китина о путешествия из Руси в Индию и обратно через Каспийское и Черное моря, Индийский океан, а первую полную публикацию его Летописной редакции осуществил в 1821 г. П.М . Строевт . С тех пор «Хожение за три моря» не раз стано- вилось предметом внимания ученых - историков, литерату- 232
за @®%®<ї%Ё0%°<*%°%а® роведов, лингвистов, географов. Но далеко не все связанные с ним загадки решены. Мы не знаем года рождения Никитина, и в состоянии лишь приблизительно установить, когда же он побывал в Индии и в каком году скончался. В его «Хожении» нет ни одной абсолютной календарной даты, поэтому при определении хронологии приходится ори- ентироваться на косвенные свидетельства, касающиеся собы- тий, происходивших на Руси и в Индии, где тверской купец провел четыре года.ҐВ-частности, начало путешествия опреде- ляется на основе упоминания о посольстве Василия Папина, погибшего в ходе одного из походов на Казань в 1467, 1468 или 1469 гг. , а примерная дата возвращения определяется с помо- щью приписки летонисца о том, что «тетради» Никитина по- пали в 1475 г. к московскому великокняжескому дьяку Васи- лию Мамыреву. Сопоставив ряд косвенных данных из «Хоже- ния» , академик И.И . Срезневский еще в середине ХІХ в. дати- ровал его 1466-1472 гг.2°3 Его высокий научный авторитет на протяжении ста с лишним лет не позволял усомниться в пред- ложенной датировке, прочно вошедшей во все научные, по- пулярные и учебные издания. Лишь в 1978 г. ленинградский профессор-востоковед Л.С. Семенов, знаток средневековой Индии, опровергнул хронологию путешествия Афанасия Ни- китина. По мнению Семенова, пребывание Никитина в Ин- дии пришлось на 1471-1474 гг., а время его отъезда из «Руси правомерно перенести на 1468 г. Пересмотр датировки позво- лил уточнить ряд страниц биографии знаменитого путеше- ственникаш. Текст «Хожения за три моря» - основной и практически единственный источник, с помощью которого можно восста- новить облик, круг интересов и мировоззрение Афанасия Ни- китина. Таящее немало загадочных мест, оно завершается за- писью о прибытии путешественника в Крым после нескольких лет странствий в чужих краях. А от Крыма оставалось совсем недалеко до родных мест, куда Афанасию Никитину, умерше- му по пути на родину под Смоленском, не довелось уже попасть. В 1468 г. он из Твери отправился по Волге и Каспию с тор- говыми целями на Кавказ, в государство Ширван, располагав- шееся в северо-восточной части современного Азербайджана. Отплывая от пристани, Афанасий последний раз взглянул на 233
«»за «%°%«<›«%®%«›®@°%а® выделявшийся на фоне городской, преимущественно деревян- ной, застройки силуэт «Спаса святого златоверхого» , главно- го собора Твери, где перед отъездом молил Бога о благополуч- ном исходе своего нового торгового предприятия. Никитин до этого уже, видимо, не раз посещал другие страны - Византию, Молдавию, Литву, Крым и благополучно возвращался домой с заморскими товарами. И последняя его торговая поездка по- началу складывалась вполне благополучно. Перед отъездом он получил грамоту от тверского великого князя Михаила Бори- совича и благословение от владыки Геннадия. Плывя вниз по Волге, Никитин остановился в Калязине и помолился в мест- ном монастыре святым мученикам - князьям Борису и Гле- бу, затем беспрепятственно проследовал через Углич, Костро- му, Плес, Нижний Новгород, Казань, Сарай, Берекезан. Дабы обеспечить себе более безопасное путешествие, Афанасий Ни- китин намеревался еще в Нижнем Новгороде присоединиться к посольству Василия Папина, но не успел, так как тот уже проехал ранее. Тогда тверской купец, поразмыслив, две неде- ли дожидался там возвращения из Москвы посла Ширвана Хасан-бека. С ним и поплыли на юг русские купцы. Они подо- шли уже к устью Волги, к Астрахани. Казалось бы, цель путе- шествия близка, и ничто не предвещало его печальный исход. Но, к несчастью, под Астраханью караван из двух судов (по- сольского и купеческого) ограбили татары, оставив Афанасия без товаров, закупленных им на Руси в кредит с надежной вы- годной перепродажи в Закавказье. Возвращаться домой с пустыми руками к семье и кредито- рам было бессмысленно. По словам самого Афанасия Никити- на, ограбленные купцы, не добившись возврата товаров, «за- плакав, да розошлися кои куда: у кого что есть на Руси, и тот пошел на Русь; а кой должен, а тот пошел куда его очи понес- ли». К числу последних относился сам Никитин. Погоня за купеческой удачей, отчаянное желание хоть немного попра- вить свои дела с помощью посреднической торговли заставля- ли его передвигаться от рынка к рынку, от одного города к дру- гому, все дальше и дальше на юг. Через Дербент и Баку, где горел неугасимый огонь от нефтяных источников (в том числе в храмах огнепоклонников-зороастрийцев), он попал в Персию, пересек всю страну от Чакапура на южном побережье Каспия 234
%°%«<>@°%®<>@°%®@®% до Ормуза на Персидском заливе. Недалеко от Баку ему дове- лось, очевидно, останавливаться в караван-сарае в Саруханах, где существовал древний храм огнепоклонников. Его персидские странствия описаны в «Хожении›› очень кратко. Проведя лишь в Чакапуре полгода, а в других городах Персии (Сари, Амоле, Кадане, Йезде, Ормузе) - по одному месяцу, Афанасий, видимо, занимался торговыми операция- ми, чтобы поправить свои дела. Именно там он услышал от мусульманских купцов рассказы о сказочно богатой Индий- ской стране, где особым спросом пользуются привозимые по морю издалека скакуны. Приобретя за сто рублей в Персии жеребца, тверитянин решился отправиться в надежде, что уда- ча все же улыбнется ему. Из Ормуза, где стояла страшная жара, за 6 недель плавания по Индийскому океану в 1471 г. он до- брался до побережья Индии. Там любознательный русский ку- пец провел целых три года, посетив ряд городов - Видар, Джуннар, Дабхол, Камбей, Пади, Умри. Это первое путешествие русского человека в Индию было сопряжено с огромными трудностями, изобиловало невероят- ными приключениями, не раз его жизнь подвергалась опасно- сти. В Джуннаре Асад-хан приказал отобрать у Никитина же- ребца, требуя стать мусульманином и угрожая огромным штра- фом в 1000 золотых монет. По мнению большинства исследо- вателей, Никитин сумел сохранить в Индии православную веру, но некоторые ученые предполагают об его вынужденном переходе в мусульманствот. Хотя тверской купец в целях бе- зопасности и представлялся там порой как Юсуф Хоросани, кажется маловероятным его отречение от православия. Он мог лишь притворяться в незнакомых местах мусульманином, опа- саясь, конечно, разоблачения и кары. Вернуть коня и избавить- ся в Джуннаре от насильственного обращения в мусульман- скую веру ему удалось лишь благодаря заступничеству прибыв- шего в тот момент в город авторитетного купца-казначея Му- хаммеда из Хоросана (так называли в эпоху Средневековья об- ласть, включавшую часть Афганистана, Персии, Таджикиста- на и Узбекистана). Мне известен лишь один случай перехода русского торговца на чужбине из православия в ислам, отно- сящийся к ХУІІ в. Ученый и путешественник из Голштинии Адам Олеарий встретил в 1638 г. в Персии царского купчину 235
Савелия, который за три года растратил казенные деньги в сум- ме 4000 талеров и не сумел приобрести заказанные казной то- вары. А.С. Романчукову - послу царя Михаила Федоровича не удалось обманом вывезти Савелия в Россию. Почувствовав подвох, тот в Испагани, укрывшись в мечети, «дал обрезать себя, принял мусульманскую веру и остался в Персии»2°°. Но вернемся к Афанасию Никитину. Надежда сказочно разбогатеть сменилась у него горьким разочарованием. Деше- во в Индии стоили только перец, сахар, шелк и краска, но до- ставка их на Русь из-за многочисленных пошлин и нападений морских пиратов обошлась бы слишком дорого. Продав в Би- даре коня, Афанасий приобрел, видимо, немного драгоценных камней (алмазов, агата, жемчуга, рубинов, сердолика, яхонта и др.), о которых не раз упомянул в своем «Хожении» . Описанная Никитиным Индия разительно отличается от идиллии «Сказания об Индийском царстве » , где она предстает как полная богатств райская страна, в которой нет «ни татя (вора. - В.П.), ни разбойника, ни завидлива человека» . Афа- насию вряд ли было знакомо это произведение переводной ли- тературы, проникшее на Русь в ХІІІ-ХІУ вв. Побывав в госу- дарстве Бахманидов, созданном мусульманскими завоевателя- ми в Центральной Индии, Никитин в своем «Хожении» показал совершенно иную картину средневекового восточного обще- ства с присущими ему социальными контрастами и неспра- ведливостью, богатством знати и бедностью низов, кастовос- тью и неоднородностью населения. Ему сразу же бросилось в глаза, как разительно отличались от мусульман поведение и обряды индусов, у которых «восемьдесят и четыре веры» . С ни- ми он сошелся гораздо ближе и даже совершил путешествие к одной из самых почитаемых индуистских святынь - к хра- му Парвати, где происходила оживленная ярмарка. Для ми- ровоззрения Никитина характерна терпимость к друг-им рели- гиям. «Что для бесермен (т.е. мусульман. - В.П.) Мекка, для русских - Иерусалим, то для индусов Парват» , -- констати- ровал православный купец, полагавший, что каждый имеет право на собственную веру, которую нельзя навязывать насиль- но другому человеку. Многое удивляло в Индии чужеземца из далекой северной земли: и боевые слоны с привязанными ме- чами, булатными доспехами, башенками, и полуголые люди в 236
€@°%®°»%°%@°«%<>%а°@°%*›: набедренных повязках, и роскошные носилки для знати, и свя- щенные коровы, и экзотические растения, и храмы индусов, и стайки обезьян на городских площадях и улицах. Вспоминая о привычной домашней пище (баранине, говя- дине, курятине, рыбе, свинине) тверской купец Афанасий Ни- китин с удивлением отмечал в «Хожении за три моря», как индийцы вместо нее употребляют преимущественно рис (бры- нец), не пользуясь ни ножами, ни ложками. Трудно было ему понять, как можно кормить коней сдобренной приправами овощной смесью (кхичри) с сахаром, который, будучи замор- ским явством, слишком дорого стоил на Руси. Какие-то из ин- дийских напитков он отождествлял с русскими брагой и сы- той. Ограбленному еще в начале путешествия тверитянину приходилось экономить на слишком дорогой, по его мнению, пище в Индии, затрачивая по два с половиной алтына в день на питание и отказываясь от вина и сыта. А во время месячно- го поста Никитин вообще ограничивал свой дневной рацион двухразовым приемом хлеба и воды, не употребляя ни мяса, ни «ничего скоромнаго, никакие ествы бесерменские» . А с ме- стными блюдами из риса, овощей, кокосового ореха, разнооб- разных пряностей (муската, гвоздики, перца и др.) он имел не раз возможность познакомиться на индийских постоялых дво- рах, где, по его словам, «ести варят на гости господарыни, и постелю стелют на гости господарыни (очевидно, рабыни. - В.П .), и спят с гостми»2°". Такие индуистские подворья для путников назывались «патхв-сала» (приют странника) и «дхар- ма-сала» (дом благочестия), а в мусульманских землях сред- невековой Индии и в Персии - «завийя»2°8. От купцов Афанасий узнал и о более удаленных странах, лежавших к востоку и югу от Индии, - Китае, где «делают там фарфор и продают его на вес, дешево» , Цейлоне, где «на горе высокой лежит праотец Адам» . Наряду с реальной информа- цией записывал он и легендарные сведения. Все новые и новые впечатления буквально переполняли его. Но на протяжении всего трехлетнего пребывания в Индии Никитин не переста- вал думать и тосковать о родине. Горячей любовью к ней про- никнуто его восклицание: «Русскую землю бог да сохранит! Боже, храни ее! Господи, храни ее! На этом свете нет страны, подобнои ей. Но почему князья земли Русской не живут друг с 237
другом как братья! Пусть устоится Русская земля, а то мало в ней справедливости. Боже, Боже, Боже, Боже!››. Лишившись после ограбления под Астраханью богослужебных книг, он не мог правильно соблюдать христианские праздники и обряды. Устав от долгих странствий и от разлуки с родными местами «окаянный Афанасий, рабище Бога вышнего, Творца неба и земли, призадумался о вере христианской, и о Христовом кре- щении, о постах, святыми отцами устроенных, о заповедях опостольских и устремился мыслию на Русь пойти» . Добравшись до порта Дабхол на западном побережье Ин- дии, в самом начале 1474 г. тверской купец отплыл в Ормуз. Но вместо Персидского залива морское течение и ветер после месячного плавания принесли корабль к берегам Восточной Африки, к «земле Эфиопской» , где путешественникам удалось откупиться от эфиопов продуктами. Затем они попали в Ара- вию (Москат), откуда через Персию (Ормуз, Исхафан, Кум, Султанию, Тебриз и другие центры) и Турцию Афанасию Ни- китину пришлось добираться до Черного моря, до Трабзона (Трапезунда). Он был основан в середине \/ІІ в. до н.э . (по другой, менее вероятной версии, в середине 1/`ІІІ в. до н.э .) греками, пересе- ленцами из Синопа. Древний город назывался Трапезундом, поскольку форма его замкового холма напоминала стол (по- гречески - «трапеза››). Во ІІ в. до н.э. он входил в Понтийское царство, позже его покорили римляне. С У в. Трапезунд нахо- дился в составе Византийской империи. В 1204 г., после за- хвата крестоносцами Константинополя, стал столицей неболь- шой Трапезундской империи, основанной византийцами, ко- торые воспользовались поддержкой соседней Грузии. Первым трапезундским правителем стал внук последнего византийско- го императора из династии Комнинов Андроника І - Алексей, принявший титул Великого Комнина. Ему пришлось вести борьбу как с никейским императором Феодором І Ласкарем, так и с турками-сельджуками. Трапезундскую империю насе- ляли греки, армяне, грузины, занимавшиеся земледелием, виноградарством и посреднической торговлей. А венецианцы и генуэзцы не сумели получить в ней торговые привилегии. Занимая выгодное географическое положение, Трапезунд тог- да играл важную роль в черноморской торговле. С 1243 г. Тра- 238
%0%°@%°%*®%°%ஈ%°% пезундской империи пришлось платить дань монголам. Сул- тан Мехмед ІІ Фетих (Завоеватель) покорил Трапезунд в 1461 г., восемь лет спустя после падения Константинополя. Переименованный турками в Трабзон, он превратился в один из провинциальных центров Османской империи. Там турец- кий паша приказал конфисковать у Никитина драгоценные камни, с таким-трудом привезенные из Индии. За одну золотую монету наш герой сговорился в Трабзоне с капитаном небольшого парусного судна о доставке в Крым, в генуэзскую Кафу; еще одну монету ему пришлось взять в долг на питание. Однако в Кафу, в которой Никитин надеялся по- лучить помощь от русских купцов, сразу попасть не удалось. В октябре 147 4 г. море штормило, и купеческий корабль, дви- жению которого препятствовал сильный северный ветер, из Трабзона добрался вначале лишь в близ расположенную Пла- тану, где простоял 15 дней. Из Платаны волны и ветер приби- ли его в бухту Сюмбулон, к тогда еще генуэзской крепости-фак- тории Чембало (совр. Балаклава), находившейся довольно да- леко от Кафы. В Балаклаве, возможно, Никитину впервые за шесть лет вновь удалось помолиться в христианском храме. Затем, двигаясь вдоль южного побережья Крыма, торговое суд- но пять дней пережидало непогоду в бухте Гурзуфа и лишь 5 но- ября, за девять дней до Филиппова поста, прибыло в порт Кафы. Едва оно бросило якорь, как на пристань спустили сходни, и началась разгрузка привезенных товаров. За ней озабоченно наблюдали иностранные негоцианты, хозяева груза, отдавав- шие короткие распоряжения своим слугам и носильщикам. Лишь одному из пассажиров можно было не заботиться о со- хранности доставленных морем ценностей, хотя он тоже при- надлежал к купеческому сословию. На берег этот бронзовый от загара, бородатый человек с усталым и даже изможденным лицом сошел налегке, с одной лишь дорожной котомкой. На нем была простая потрепанная одежда, и звали его Афанасий Ни- китин. Оказавшись в Кафе в ноябре 1474 г. , измученный морским путешествием, он не смог отправиться тотчас же дальше на РУСЬ, в родную Тверь, а стал дожидаться весеннего купеческо- го каравана. Чтобы обеспечить себе кров и пропитание в тече- ние нескольких зимних месяцев, ему, по-видимому, пришлось 239
ай 'Ё ;. 7 ПРИОЄГНУТЬ К ПОМОЩИ І-СУПЦ0В'ЗЄМЛ .ЯК0В; ВЄДЬ ПОСЛЄДНИЄ СВОИ средства он затратил на оплату проезда в корабле через Черное море. Возможно, он попытался получить у них же деньги в кредит для приобретения в Крыму южных товаров, чтобы не приезжать домой с пустыми руками. Здоровье Никитина было подорвано длительным путеше- ствием, сопровождавшимся климатическими перепадами, ис- пытаниями и лишениями. Прожив несколько лет в теплых южных странах, он, видимо, тяжело переносил крымскую зиму с неустойчивой погодой. Возможно, в Индии он подхва- тил малярию либо болезнь желудка от непривычной пищи и лишений. К счастью, ему удалось до наступления весны завер- шить свои записки. В противном случае мы вряд ли узнали бы о его приключениях по пути в Индию и обратно. Незавидная судьба ожидала бы Афанасия Никитина, если бы он задержал- ся в Кафе еще на несколько месяцев. Ведь в том же 1475 г. , пос- ле захвата города войском турецкого султана Мехмеда ІІ от рук турок погибло немало русских торговцев. Еще в Кафе Никитин мог познакомиться и близко сойтись с находившимися там в 147 4 г. богатыми московскими гостя- ми Степаном Васильевым и Гридкой (Григорием) Жуком, с интересом, по-видимому, слушавшими его рассказы об экзо- тической Индии и Персии. Может быть, у них ему пришлось занимать деньги на дорогу домой. Из своего длительного и беспримерного путешествия в да- лекую Индию, страну, практически незнакомую на Руси, Афа- насий Никитин возвратился без торговой прибыли и без каких- либо- невиданных изделий, но обогащенный яркими впечатле- ниями об увиденном, которые ему хотелось пересказать тем, кто там не был и вряд ли когда-нибудь побывает. Составление на основе путевых заметок и свежих воспоминаний «Хожения за три моря» - вот то самое главное, чем занимался тверской купец зимой 1474/ 7 5 г. в Крыму. Вряд ли «Хожение за три моря» ему удалось создать в за- вершенном и целостном виде еще до прибытия в Крым, где ему предстояло обобщить отрывочные записи, сделанные еще во время дальних странствий, вспомнить о пережитом. Правда, в Трабзоне, на Черноморском побережье Малой Азии, султан- ские власти приказали обыскать Афанасия Никитина и «что 240
»%®%°%°%®®»%®%*°«% было мелочи хорошей - все выграбили» . Поскольку в нем за- подозрили агента Узуна Хасана, воевавшего с султаном, то сре- ди вещей искали подозрительные бумаги (« грамоты ››) и могли конфисковать листы с описанием путешествия на незнакомом туркам языке. Будучи впечатлительным и любознательным человеком, тверской купец обладал неплохой памятью. Для него харак- терны широта кругозора, веротерпимость, что нашло отраже- ние в тексте «Хожения за три моря» . Русские книжники Х)/` в. узнали о природе, климате, городах, народах, обычаях не толь- ко Индии, но и других стран Востока, через которые пролегал его долгий и трудный путь. Далеко не все из пережитого на чужбине он смог изложить на купленной в долг бумаге: какие- то детали уже выпали из памяти, кое о чем Афанасий предпо- чел особенно не распространяться, некоторые высказывания пришлось передать иноязычными словами. Кроме того, нуж- но учесть, что он был подданным тверского великого князя, враждовавшего с Москвой и ориентировавшегося на Литву, а среди приезжавших в Крым русских гостей-сурожан преобла- дали москвичи. Ему, православному человеку, нельзя было подробно описывать свой вынужденный, временный и ложный переход в мусульманство в Индии, как невозможно было от- крыто выразить все свои сокровенные мысли. Поселился Афа- насий в Кафе вместе с другими находившимися в то время там русскими купцами на постоялом дворе либо в доме кого-либо из местных жителей. За постой и пищу тоже требовалось пла- тить. Но самые тяжелые испытания казались уже позади. В родной русской купеческой среде ему было гораздо свобод- нее и проще, чем на чужбине. В Кафе наряду с католическими имелись и православные храмы. Их он, наверняка, не раз по- сещал, воздавая благодарность Богу за сохранение своей веры во время длительного пребывания среди иноверцев и молясь о благополучном возвращении в Тверь, к родной семье, о судьбе которой ничего не ведал в течение нескольких лет. Правда, в тексте «Хожения за три моря» нет ни одного упоминания о близких Афанасия Никитина. Мы никогда не узнаем о его жене, детях и даже о том, был ли он вообще женатым. Когда купеческий караван тронулся в путь (скорее всего, в начале весны 147 5 г.), в Крыму уже было тепло, но по мере его 241
%°%«°%°%*°@°%З>®®@®% продвижения на север погода все больше ухудшалась: в лож- бинах и в лесу еще лежал снег, телеги нередко застревали в грязи. Переправившись через Днепр, караван с Афанасием Никитиным, скорее всего, направился по его правому берегу к Киеву, где уставших путников ждали кратковременный отдых, а затем - снова дорожные заботы. В статье В.А. Кучкина, вы- шедшей в 1969 г. , и посвященной 500-летию путешествия Афа- насия Никитина, по-иному реконструирован маршрут его по- ездки на родину из Кафы, будто бы пролегавший через Подо- лию, так как о ней мимоходом упоминается в «Хожении»: «Подольская земля обильна всем»2°9. Но там он мог бывать по торговым делам гораздо раньше, например, путешествуя по суше в Стамбул. Передвигаться же из Крыма в Тверь таким окружным путем - сначала с большим отклонением на запад и лишь затем идти прямо на север - вряд ли было удобно для русских купцов, с которыми Никитин совершил путешествие. Ведь приходилось останавливаться у таможенных застав , где у купцов наряду с обязательными проездными сборами вы- могали дополнительные подарки в пользу мытников (тамо- женников), а также местных властей Великого княжества Литовского. Дипломатические документы по связям Москвы с Крымом и Польшей полны упоминаний о притеснениях, вымогательстве, а нередко и прямом грабеже русских куп- цов местными властями. Пути по Дону и Волге из Крыма в Севе- ро-Восточную Русь были не менее опасными, поэтому приходи- лось уповать лишь на удачу и везение. Не каждый же год граби- ли одного и того же купца, да и поборы не всегда были столь вы- сокими. Вероятным спутником Афанасия Никитина был москов- ский гость Степан Васильев (Дмитриев), сын Василия Дмит- риевича Ермолина - известного московского строителя и книжника, выходца из богатой купеческой семьит. И далеко не случайно один из самых ранних списков «Хожения за три моря» оказался переплетенным в рукописном сборнике конца ХУ в. Троице-Сергиева монастыря вместе с Ермолинской ле- тописью, созданной по заказу В.Д. Ермолина. Ермолиных- Дмитриевых и Афанасия Никитина объединяла помимо общей профессии любовь к книге и книжным знаниям. Тверской ку- пец, очутившись в далеких заморских землях с иными куль- 242
ё-да Ёй? Й/. И И_;_` 1.; _ _. %®%<›«%°%<›®@° турой, бытом, языком, религией, сокрушался об утрате книг, взятых им в дорогу из Твери и пропавших во время ограбле- ния товаров татарами в устье Волги. В Афанасии Никитине некоторые пишущие о нем авторы склонны видеть дипломата или даже лазутчика великого твер- ского князя Михаила Борисовича, будто бы поручившего ему разузнать о каналах доставки жемчуга, алмазов, других дра- гоценных камней. Этот искусственно созданный образ развед- чика-дипломата далек от истины, так же как и предположе- нияо том, что Афанасий Никитин был чуть ли не пленником московских гостей, сопровождавших его из Кафы на Русь и погиб в пути, а рукопись «Хожения за три моря» досталась вначале властям Москвы, готовившимся покончить с незави- симостью Твери. Но Никитин отправился торговать на Кав- каз в 1468 г. (как и немногим позже в Индию) на свой страх и риск. Князья же, получавшие доходы от торговых сборов, выдавали проезжие грамоты практически всем купцам. Если бы Афанасий пользовался финансовой и иной поддержкой великого тверского князя, давшего доверенному купцу сек- ретнее поручение, то мог бы рассчитывать на его помощь в уплате долгов после ограбления татарами, в районе Астраха- ни. В таком случае ему не стоило, оставшись без товаров и денег, отправляться в далекое и весьма рискованное путеше- ствие в неведомые земли. Не должна вызывать удивления и каких-либо подозрений и кончина Афанасия Никитина на заключительном отрезке дороги на родину. Посольские книги по связям Руси с Турци- ей конца ХУ - начала ХУІ в. изобилуют упоминаниями о рус- ских купцах, скончавшихся на чужбине. Довольно высокий процент смертности в купеческой среде объясняется тяжелы- ми условиями путешествий и пребывания в чужих краях, раз- личными заболеваниями (холера, малярия и др.), ранами и увечьями, полученными во время разбойничьих нападений. В южных краях купцам нередко приходилось употреблять не очень качественную питьевую воду. Хождение в Индию потре- бовало от Афанасия колоссального напряжения духовных и физических сил, подточило его здоровье. Положение усугуби- лось резкой переменой климата, скудной пищей, волнениями и переживаниями. 243
По мере приближения к дому состояние тяжело больного тверского купца, очевидно, все больше ухудшалось. Скончал- ся он в пути «не дойдя Смоленска» , куда спутники могли при- везти его тело и где, вероятно, он и был погребен по православ- ному обычаю. Умирая, он, очевидно, просил Степана Василье- ва и Гридку Жука сообщить в Тверь о его судьбе и сохранить рукопись «Хожения за три моря» . И она, надо сказать, очути- лась в надежных руках. Добравшись до Москвы, свидетели последних мгновений жизни Афанасия Никитина « его руки те тетрати привезли гости к Мамыреву Василию, к дияку к вели- кого князя на Москву» . Степан Васильев (Дмитриев) не мог не рассказать своему отцу о необычном путешествии тверского купца в Индийскую страну. Именно благодаря свидетелю пос- ледних мгновений жизни тверитянина в одной лишь Ермолин- ской (Троицкой) редакции «Хожения за три моря» сохранилось имя отца Афанасия - Никита, ставшее его именным прозви- щем (фамилией) и отсутствующее в другой (так называемой Летописной) редакции сочинения. В отличие от Летописного и Сухановского изводов текст Троицкого (Ермолинского) извода «Хожения» начинается с обращения к Спасителю: « За молитву святых отец наших, гос- поди Исусе Христе сыне Божий, помилуй мя, раба своего греш- наго Афонасья Микитина сына»2". Неясно, правда, сам ли Никитин написал эту преамбулу либо ее включил в «Хожение за три моря» редактор сочинения (например, московский строи- тель и книжник В.Д . Ермолин). Ну а завершается авторский текст «Хожения» , как ни странно, мусульманской молитвой, написанной кириллицей на арабском языке (естественно, с кое- какими искажениями). Дважды и в Летописном, и в Троиц- ком (Ермолинском) изводах в нее вклиниваются христианские выражения, приведенные по-русски: «Олло перводигырь! Ми- лостию же божиею преидох же три моря. Дигырь худо доно, олло преводигирь доно. Аминь!... »2'”-'. Скончавшийся на территории Литвы, куда тогда входил Смоленск, Афанасий Никитин не вернулся на родину, но его интереснейшее произведение стало достоянием просвещенных книжников Руси. Знакомство с «Хожением за три моря» су- щественно расширило их географический кругозор. Правда, лишь через два столетия русские торговые люди вновь отпра- 244
@°%°@®%®°»%®%®®€%®%® вились вслед за своим предшественником из Твери торговать в далекую Индию, с которой впервые познакомились благодаря Афанасию Никитину еще в конце Х)/` столетия. Другие «хожения» купцов Менее известен другой русский купец, современник Афа- насия Никитина, также оставивший свои путевые записки 1465-1466 гг., известные под названием «~Хожение гостя Ва- силия» 273. Их автор подробно описал Каир, Антиохию, Дамаск, Иерусалим, другие _города Ближнего Востока и Малой Азии, приведя сведения об их укреплениях, водоснабжении, торгов- ле, составе населения. Довольно странный маршрут путешествия заставил иссле- дователей задуматься по поводу подлинной его цели. Вот ка- кое суждение о госте Василии сделал, в частности, Л.Н. Май- ков: «При всей своей набожности, при всем внимании к пред- метам священным, в нем виден мирянин, и именно человек торговый » 274. По мнению Майкова, « цель его путешествия была не единственно паломническая, но также и торговая», на что указывают описание в «Хожении гостя Василия» не только христианских святынь, но и городских укреплений, мельниц, бань, караван-сараев, торгов, а также необычный (во всяком случае, для паломника) маршрут поездкит. Согласно гипоте- зе Н.И. Прокофьева, гость Василий во время поездки выпол- нял разведывательно-дипломатическое поручение московско- го великого князя Ивана ІІІ, которому необходимо было выяс- нить обстановку на территории Османской империит. Проко- фьев предположительно отождествил его с влиятельным вели- кокняжеским чиновником, дьяком Василием Мамыревым, что весьма сомнительно, поскольку последний хотя и был связан с купеческими кругами (именно ему гости передали «тетради» Афанасия Никитина), но не имел отношения к зарождавше- муся дипломатическому ведомству Московиит . Сами купцы во время поездок в заморские страны выполняли разного рода поручения, не связанные с торговлей. В 1480 г., например, «человек именем Григорей Русин дошел. . . до Иерусалима яко 245
%°%®@0%0€%°%«®%®%® купец» и на обратном пути из Палестины и Египта захватил с собой послание иерусалимского патриарха Иоакима московс- кому митрополиту Геронтиют. До своей поездки по странам Востока гость Василий бывал на Оке и мог сравнить с ней одну из азиатских рек вблизи горо- да Османжик. Данный факт не позволяет, однако, однозначно утверждать о его московском происхождении, как это сделал Н.И . Прокофьевт . И вот почему. В «Хожении гостя Василия» , как и в «Письме от друга к другу» В.Д. Ермолина, имеется ряд диалектизмов отнюдь не московского (в широком смысле), а западнорусского происхождения. Среди них: «баркараны» , «муры» и др. Возможно, они связаны с частыми торговыми поездками Василия-Гостя в Великое княжество Литовское либо через его территорию. Он, подобно другим средневековым русским паломникам, авторам хожений, называет Каир (как и всю страну) Египтом. Чуть позже Василия-Гостя путешествие в Египет совершил великокняжеский казначей Михаил Гиреев, которого ряд ис- следователей отождествляют (на мой взгляд, ошибочно) с дья- ком Мисюрем Мунехиным из Пскова28° . В списках Х\їІ в. со - хранился лишь отрывок из его хоженияш . Василий-Гость, как и Афанасий Никитин, все даты приводит по церковному ка- лендарют . По определению митрополита Макария (Булгако- ва), описание путешествия Василия-Гостя «отзывается всею детскою простотою веры»283 . Примечательно, что «Хожение гостя Василия» подобно «Хожению за три моря» Афанасия Никитина (но в отличие от других хожений того времени) на- чинается с молитвы: «Во имя Отца, и Сына, и святаго Духа. Се аз раб Божии многогрешныи Василей, и подвизахся видети святых мест и градов, и сподоби мя Бог видети и поклонихся святым местом, за молитв святых отець наших Господи Исусе Христе Сыне Божий помилуй нас, аминь»284 . А завершается оно словами: «Богу нашему слава во веки, аминь»28“ . И молит- ва, и подобная концовка отсутствуют в купеческих хожениях Х\/'І-ХУІІ вв.: Василия Познякова, Трифона Коробейникова, Федота Котова, Василия Гагары. Нетих и в средневекбвых описаниях паломничеств лиц из среды духовенства. Происходивший из Смоленска, Василий Позняков (другие варианты написания его фамилии в источниках: Поздняков, 246
®%®%®®%0%°@°%®%®% Поздяков) в 1558 г. по поручению Ивана І\/ направился из Москвы как участник посольства с деньгами и грамотой для православного духовенства Синая. Его странствия по святым местам длились до 1 561 г. и проходили через Царьград, Алек- сандрию, Каир, монастыри Синайской горы, Иерусалим. От- личавшийся наблюдательностью купец составил интересное описание своего путешествия, воспользовавшись, по наблюде- ниям литературоведов, не только собственными впечатления- ми, но и книжными заимствованиямит. Прослеживается тек- стологическая связь его «Хожения» с греческим проскинита- рием (путеводителем для паломников по святым местам Вос- тока) «Поклоненье святого града Иерусалима» , переведенным, согласно гипотезе А.А. Решетовой, на русский язык в 1 531 г. 287 К сожалению, в сохранившихся списках «Хожения Василия Познякова» отсутствует концовка. Еще одному московскому торговому человеку Трифону Ко- робейникову приписывается «Хожение» , дошедшее в 400 списках и содержащее описания христианских реликвий Царьграда, Афона, Палестины, Сирии, Египта, заимствован- ные из «Хожения Василия Познякова». Впрочем, в литера- туре высказывались сомнения не только по поводу авторства Тр. Коробейникова, но и относительно его принадлежности к купечеству (по предположению Х.М . Лопарева, Коробейни- ков был не купцом, а подьячим)”88 . Как бы то ни было, он уча- ствовал в 1582 г. в посольстве купца И.М . Мишенина, отправ- ленного в Царьград и на Афонскую гору с милостыней на по- мин души убитого Иваном Грозным старшего сына, а в 1593-1594 гг. сопровождал дьяка М. Огаркова в поездке с «заздравной милостыней» в столицу Турецкой империи и Иерусалим по случаю рождения у царицы Ирины и царя Фе- дора Иоанновича дочери Феодосии. А вот с чего начинается Копенгагенский список этого памятника паломнической ли- тературы: « Сказание государевых послов о святем граде Иеру- салиме лета 7092 (1584) году. При цари и великом князи Ива- не Васильевиче всеа Русии и при московском митрополите Ди- онисии ходил с Москвы в Царьград и в Антиохию и во Алек- сандрию и во Иерусалим от царя с милостынею по царевичи Иване гости Трифон Коробейников да Федор Крестечник да Юрий Стрелец... ›› 247
за По нескольким спискам Х`\/'І-ХУІІІ вв. известно сказание «О человецех незнаемых в восточной стране » , автором которо- го, как предполагается, «мог быть новгородский купец, ходив- ший за Урал с торговыми целями»289 . С помощью этого «Югор- ского дорожника» , составленного на рубеже Х\/` - Х)/І вв. кем- то из русских торговых людей (скорее всего, новгородцев), ко- торые промышляли пушниной, австрийский посол Сигизмунд Герберштейн, автор «Записок о Московии» , смог подробно опи- сать маршруты их путешествий в Пермию, на Печору и в Югру через Каменный Пояс (Уральский хребет) к реке Оби. Астраханский торговый человек Анисим Грибов в 1641- 1643, 1646-1647 и 1651 гг. ездил во главе посольств в Иран и Среднюю Азию (Бухарское и Хивинское ханства). Но ему, как и купцу Никите Сыроежину в 1646 г., не удалось достичь да- лекой Индии. Впервые после Афанасия Никитина туда отпра- вился в 1695 г. член Гостиной сотни из Новгорода Семен Мар- тынович Маленький, посетивший Агру и Дели и затративший на поездку около пяти лет. В числе прочих дипломатических поручений царское правительство дало ему задание пригласить из Индии в Россию искусных ремесленников, в том числе стро- ителей2°° . В Х)/'ІІ в. установились торговые контакты и с Ки- таемш . Кое-кто из торговых людей оставил описания своих путешествий в далекие страны. Среди них можно назвать «Хо- жение купца Федота Котова в Персию» (1623-1624), «Житие и хожение в Иерусалим и Египет казанца Василия Яковлева Гагары» (1634-1637). Федот Котов впервые упоминается в документах Печатно- го приказа 6 марта 1613 г. , когда власти не велели воеводе Нижнего Новгорода высылать его вместе в братом Андреем до весны в Москвут . В 1621 г., давно уже перебравшись на жи- тельство в столицу России, он становится гостем, а спустя два года «по указу государя и великого князя всея Руси Михаила Федоровича и великого государя святейшего патриарха мос- ковского и всея Руси Филарета Никитича московский купец Федот Афанасьевич Котов с восьмью товарищами был послан с царскими товарами за море в Персию». Описав свой путь, персидские города и восточные обычаи, Котов завершает свое сочинение информацией о грузинском, персидском и турецком счете, а также об армянской азбуке, знания которых могло 248
»%°%«®«%°%°%®%«°<*%®%З> пригодиться его собратьям по торговому делут . Позже, в 1628 г., выходцы из Ярославля Котовы оказались в опале из- за бегства в Литву члена Гостиной сотни Давыда Афанасьеви- ча Котова. Братьев Родиона и Федота, их племянника Сергея после допросов с пытками и конфискации имущества выслали из Москвы в Сибирь «за Давыдка Котова измены, и за их вины и за воровство, что Давыдко своровал... государю изменил... из Костромской четверти из-за пристава сбежал в Литву, с их ве- дома»29'* . Только в 1634 г. , когда власти их простили, они смог- ли вернуться в Европейскую часть страны, но без права про- живания в столице. С 1635 г. Котовы осели в Казани, откуда им было запрещено выезжать в другие города страны. В сос- тавленной по данному поводу поручной записи за Федота Ко- това поручились два москвича, члены Гостиной сотни Перфи- лий Васильевич Климшин и Семен Сомовнин, а также семь казанских жителейт . В отличие от Ф.А . Котова, казанский торговый человек Василий Гагара совершил в 1634-1637 гг. не коммерческую поездку, а паломничество из Казани в Палестину, Египет и Синай через Грузию. Смерть жены и неудача в торговом деле подтолкнули его к решению совершить такое дальнее путеше- ствие. «Хожение Василия Гагары» носит в отличие от большин- ства других паломничеств не обезличенный, а ярко выражен- ный личностный характер. В пути вместе со своим приказчи- ком Гаранкой он занимался торговыми операциями. Привле- кают внимание его порой наивные впечатления от посещения грузинских городов Тифлиса (Тбилиси) и Мцхета, египетских пирамид. Он описал Араратские горы, крокодилов в Ниле, при- родные богатства дальних краевт . Гораздо уже был кругозор значительной массы рядовых торговцев, порой никогда не по- кидавших родные места. Паломничества русских купцов по святым местам продол- жались и в более поздние времена. После смерти единственно- го сына-студента Максимиллиана купец-благотворитель Алек- сей Леонтьевич Кекин (только на реставрацию церкви Иоанна Богослова в Ростовском Кремле он пожертвовал 18 000 рублей), завещав все свое имущество «на устройство гимназии и уни- верситета» в Ростове Великом, сам отправился весной 1885 г. поклониться Гробу Господню в Иерусалим. В 1888 г. были из- 249
даны его путевые заметки под названием «Из С.- Петербурга в Рим, Бари, Неаполь, Александрию, Каир, Иерусалим, Кон- стантинополь и Батум» , в которых ярко отразилась наблюда- тельность авторам. На 49-м году жизни совершил путешествие в Палестину на пароходах «Корнилов» , «Одесса» и «Россия» через Констан- тинополь и Александрию известный Николай Мартемьянович Чукмалдин (1836-1901), происходивший из Сибири и заре- комендовавший себя в торговом мире Тюмени и Москвы крис- тально честным человеком. «. . .Самое главное и величествен- ное из всех зданий всего мира - это храм Св. Софии, построен- ный 1480 лет назад, - описывал он посещение одной из свя- тынь христианского мира. - Великолепие этого храма, его план и купол так громадны и совершенны, что я не знаю, где можно найти равное в этом роде сооружение, несмотря на то, что храм находится в запущенном состоянии и лишен всяких внешних украшений». Огромное впечатление на него произ- вели и святые места Палестины. «Иерусалимі Как много гово- рящее внутреннему чувству слово! - воклицал Чукмалдин. - Иерусалим, о котором каждый христианский ребенок слышит от своей матери такие умилительно-трогательные рассказы, видит наглядные изображения в картинах земной жизни Иису- са Христа»298. Авторы купеческих «хожений», отличавшиеся любозна- тельностью и наблюдательностью, стремились увековечить на бумаге описания паломнических поездок, чтобы передать свои впечатления от увиденного в дальних странах тем русским людям, кто не имел возможности отправиться в такие путеше- ствия. Их сочинения, служившие своеобразными историко- географическими путеводителями, и сегодня читаются с инте- ресом.
И царство воинством разширяется, а купе- чеством украшается, и того ради и от обидников велми надлежит их охраняти, дабы ни малыя обиды им от служивых людей не чинилось. Есть многие несмысленные люди, купечество ни во что ставят и гнушаются ими и обидят их напрасно. Нет на свете такого чина, коему бы купецкой человек не потребен был. И.Т. Посошков Книга о скудости и богатстве В ЭПОХУ ПЕТРОВСКИХ РЕФОРМ К концу Х\/ІІ в., накануне петровских реформ, юридиче- ское оформление купеческого сословия в России еще не завер- шилось. Несмотря на Торговый устав 1653 г. и Новоторговый устав 1667 г., защищавшие интересы отечественного купече- ства и носившие протекционистский характер, его правовое положение к началу правления Петра І оставалось сложным и противоречивым. Это было связано как с общей экономической отсталостью России от передовых государств Западной Евро- пы, так и ёіиесовершенством законодательства и системы ор- ганов государственной власти;Н`В отличие от Запада в нашей °'1`Р&не до середины Х\/`ІІІ в. так и не возникли еще кредитные УЧРЄждения и купцы были лишены возможности пользовать- ЄЯ банковским кредитом с целью закупки больших партий то- варов. НУ нас практически не было (за исключением, пожалуй, 251
«+33за @%®%*<›<їаЁ<>%®<›<2%®%®<> внутренних, Белого и Каспийского, морей) своего морского торгового флота, удобного для транспортировки грузов в при- брежные европейские государстваг. - Шроцесс приобщения к тор- говле представителей разных социальных групп осложнялся сословными перегородками,~Внутри России сохранялись та- можни, и до 1754 г. с торговых людей продолжали взимать внутренние таможенные пошлины. Не сложились еще и усло- вия для возникновения и успешного функционирования купе- ческих компаний. Ко времени начавшихся на Западе буржуазных революций третье сословие в России не стало мощной общественной си- лой. Даже положение привилегированных богатейших гостей и членов Гостиной сотни не отличалось социальной устойчи- востью. Размах их предпринимательской деятельности огра- ничивался подчас мелочной регламентацией государства, ис- пользовавшего в своих целях экономические возможности, капитал, организаторский талант небольшого круга именитых торговых людей. Более многочисленный слой рядовых купцов и мелких торговцев не пользовался никакими привилегиями и нередко страдал от произвола властей. Для крестьян из при- городных сел, служилых людей, стрельцов торговля вообще являлась побочным занятием, а профессиональное купечество, опасаясь конкуренции, требовало от властей ввести ограниче- ния на их торговлю. Великое посольство Какова же была государственная политика по отношению к купечеству в эпоху петровских реформ? Прежде чем ответить на поставленный вопрос, проанализируем роль Великого по- сольства Петра І в Западную Европу в 169 '7 -1698 гг. в торго- вой политике государства. Кстати, в составе самого посольства не было именитых русских купцов, с ним отправились за гра- ницу лишь несколько московских скорняков и собольщиков, которые отвечали за доставку посольских даров в виде дорогой пушниньхт. В то время царю-реформатору наряду с решением внешнеполитических проблем, обучением судостроению, набо- 252
®%°%®°%0%@>°@°%><>%®% ром иностранных специалистов и другими не менее важными делами приходилось сталкиваться и с_западноевропейскими коммерсантами, знакомиться с их жизнью, обычаями, органи- зацией торговли. Это знакомство началось еще в Прибалтике, а затем продолжилось в Германии, Нидерландах и Англии. Первое впечатление от встречи с иноземными купцами за пределами России в Риге и Митаве (совр. Лиелупе) в апреле 1697 г. носило противоречивый характер. По письменному свидетельству Петра І, «торговые люди здесь ходят в манте- лях (т.е . в мантиях. - В.П .) и, кажется, зело правдивые», но, как выяснилось при продаже саней и закупке повозок для рос- сийского посольства, они оказались весьма жадными, ибо по- требовали слишкомвысокую, по мнению царя, плату3°°. Чуть позже в Нидерландах Петр І поближе познакомился с жизнью торгово-ремесленных слоев населения. Во время пре- бывания в Амстердаме в августе 1697 г. молодой царь узнал, что такое городская ратуша, чем занимаются коммерсанты на бирже, каковы функции бургомистра. С одним из них, купцом Николаем Витзеном (Витсеном), он даже был хорошо знаком. Витзен сыграл немалую роль в расширении контактов Голлан- дии с Россией. На судоверфях и в портах Петр І не раз видел большие торговые суда. Будучи в Англии весной 1698 г., царь также встречался с именитыми местными коммерсантами, в том числе с Андреем и Томасом Стейлсами (Стельсами) - руководителями «Рус- ской компании» , знакомился с деятельностью других британ- ских торговых компаний. Довелось ему посещать в Лондоне ратушу и биржу, обедать в доме Т. Стейлса. Андрей (Генри) Рыцарев Стейлс и его брат Еремей впервые побывали в России еще в 1684 г. , первый из них приезжал не раз и позднее. В Дент- форде в апреле 1698 г. представители России заключили согла- шение с адмиралом Кармартеном о поставке табака с предос- тавлением монопольного права на его продажу британским купцам, объединенным в Ост-Индскую, Истландскую и Гам- бургскую компании. В этой сделке проявлял заинтересован- ность и Лондонский банк. Позже она была утверждена царским указом от 11 июля 1698 г.3°1 . А раньше, при первых Романо- вых - деде и отце царя-реформатора, - курение табака в Рос- сии, мягко говоря, не приветствовалось. 253
@°%°@°%*°*%°%®®@°% Петровские преобразования Вскоре после возвращения Великого посольства в Москву Петр І стал использовать приобретенный в Западной Европе опыт для проведения преобразований. Одной из первых его реформ явилось создание органов городского самоуправления и суда для торгово-ремесленного населения - магистратов. 30 января 1699 г. последовали царские указы «Об учреждении в городах земских изб для ведомства всяких расправных дел между посадскими и торговыми людьми, для управления ка- зенными с них сборами и градскими повинностями и об ис- ключении посадских людей из ведомства воевод и приказов» и «Об учреждении Бурмистрской Палаты для ведомства всяких расправных дел между Гостями и посадскими людьми, для управления казенными сборами и градскими повинностями, и об исключении Гостей и посадских людей из ведомства Вое- вод и Приказов » . Первая палата появилась в Москве, а затем и в других городах России. 16 марта, 17 апреля, 20 и 27 октября того же года были приняты дополнения к названному выше указу3°2. Давая купцам право избирать из своей среды бурго- мистров (за исключением Сибири), освобождая их из-под юрис- дикции воевод и приказной администрации, царь преследовал прежде всего фискальную цель - повышение сборов налогов, которыми теперь должны были заниматься выборные бурго- мистерские (бурмистерские) палаты (ратуши). Они вводились в городах первоначально на добровольной основе, но при не- пременном условии уплаты выборщиками налогов в двойном размере. Всеми же выборными людьми ведала в Москве Глав- ная Бурмистерская палата - Ратуша. Чтобы ускорить внедре- ние реформы городского управления, позже пришлось отка- заться и от добровольного принципа создания бурмистрских палат, и от двойного налогообложения. В 1720 г. был учреж- ден Главный магистрат, которому подчинялись аналогичные местные органыуправления. В Регламенте Главного магистрата, утвержденном 16 янва- ря 1721 г., Петр І повелел «князя Трубецкого над здешним и прочими магистраты объявить обер-президентом, и чтоб он ведал всех купецких людей судом и о их делах доносил Сена- 254
@°%®®€%®%®%°%®®€%°%* ту, и сию (всего российского купечества) рассыпанную храми- ну паки собрал, в товарищи ему над здешним магистратом оп- ределить президента Илью Исаева» 3°3. Ранее «гостиный сын» Илья Иванович Исаев являлся президентом Рижского магист- рата. Позже он стал также вице-президентом Коммерц-колле- гии (1731-1733). Вот что рассказал об отношении Петра І к этому богатому коммерсанту И.И . Голиков: «Великий государь, во вторую бытность свою в городе Ар- хангельском, заметив способности в выборном у таможенных сборов московском купце Илье Исаеве, записал имя его в кар- манной своей книжке. По прошествии ж немалого времени, быв впервые в Риге по завоевании оныя, усмотрел, что надобен ему там из россиян исправный и расторопный человек к таможенным сборам; в тот же час вспомнил помянутого Исаева; он вызвал его из Моск- вы, наименовал его обер-инспектором и определил к сей долж- ности в тамошнюю таможню; и сверх того возложил на него завести там казенную торговлю, паче же пенькою. Сие особли- во нужно было великому государю для того, дабы доставить кредит сему важному продукту во всей Европе, посредством строгого брака. Дабы сей Исаев рачительнее исправлял возложенное на него, то определял ему жалованья в год по 2000 ефимков и сверх сего наименовал двух его сыновей, в молодых еще их ле- тах, ему помощниками, каждому из них пожаловал в год же по 600 ефимков , сумма по тогдашнему времени весьма знатная, каковую получали одни только первейшие государственные чиновники»3°'*. Но даже у такого крупного коммерсанта, как И.И . Исаев, вместе с московскими купцами М. Григорьевым и А. Филатовым не нашлось 1,5 млн рублей для организации компании по торговле с Китаем. После увольнения от службы (1737) Исаеву пожаловали звание действительного статского советника, дававшее в соответствии с табелью о рангах потом- ственное дворянство3°5 . Еще одним новшеством являлся указ Петра І от 27 октября 1699 г. , которым предписывалось: « .. .всяких чинов купецким людям торговать так же, как торгуют иных государств торго- вые люди, компаниями и чинить отпуски товарам в компани- 255
Ка) “4\@<*4* /є"***#' *э*"'›° ~ 'А' - е*"**#) эйэї-1” ях к городу Архангельскому, в Астрахань, также и чрез Нов- город»3°“. Во многом он был навеян впечатлениями от Велико- го посольства. Однако опять же перед членами купеческих ком- паний царь ставил прежде всего задачу максимально способ- ствовать государевой «казны пополнению». При их формиро- вании принцип добровольности не соблюдался: « . . .буде волею не похотят, хотя в неволю» . Созданные принудительно компа- нии были нужны государству для контроля за деятельностью купцов и налогообложения. Они напоминали по устройству общину с круговой порукой и общим котлом, чаще всего ока- зываясь на практике нежизнеспособными, как, например, ком- пания для торговли с Испанией, организовавшая лишь одну морскую коммерческую поездку. Царь-реформатор старался защитить российские интересы на международных рынках. Так, поводом для организации Каспийского (Персидского) по- хода 1 722-1 7 23 гг. стало ограбление русских купцов в Закав- казье (в Шемахе). Насаждаемые в России сверху при Петре І купеческие ком- пании разительно отличались от широко известных англий- ских (Ост-Индской, Вест-Индской и др.) и голландских ком- паний того времени. Не привилась первоначально на россий- ской почве и биржа, учрежденная в Санкт-Петербурге еще в 1703 г. Она стала нормально функционировать гораздо позже. Российское купечество в начале Х)/ІІ в. нуждалось в большей степени, чем в биржах, в кредитных учреждени- ях . Ему не хватало свободных капиталов, так как крупная тор- говля нередко велась в кредит. И хотя Петр Великий знал о дея- тельности банков в Нидерландах и Англии, в России при нем они так и не появились. При этом царь-реформатор немало сделал для строительства каналов (Вышневолоцкой системы и др.), облегчявших доставку грузов в новую столицу России. На одном из самых ранних купеческих портретов изображен строитель каналов, талантливый гидротехник-самоучка М.И . Сердюков (1677-1 754), приписанный к новгородскому купечеству. Его можно увидеть в экспозиции Тверского облас- тного историко-краеведческого музея. Калмык по происхож- дению, родом из Астрахани, он стал деятельным помощником Петра І в строительстве и содержании Вышневолоцких кана- лов, сумев успешно осуществить регулирование стока рек, свя- 256
4- Торг у древних славян. Акварель ХІХ в. Славяне на Днепре. Художник Н.К . Рерих. 1905 г
› л _ - . 4 › <1д<, 'Ж 24 Новгородский торг. Художник А.М. Васнецов Ярославово дворище в Новгороде Великом. ХІІ -ХУІІІ вв. Аркады бывших гостиных дворов
Клад из Гнездова, найденный в 1993 г. Арабские монеты, восточные украшения, скандинавская подвеска. Х в. , 1 _, . , ~ 1 ` _;,ч . `|,,І,М, 14 , ,І _ Ъ _ 4__7,.. _ 4, .". _. .. И х тд .- -І `~.` 1. , , ×8 _ И “_ _, _ Н `, _ _ , 7, , , . _., . Древнгрусские монеты. Златник Владимира Святославича, °ребРЄНИк Ярослава Мудрого, киевская серебряная гривна
ї Ґ. \ ь -_ » Н” О дп *Ё _. Ь- 1, .,_ І-1 , Ёаг Еш- і_ › . 1 І __. А, ___ _ _ Ива їх;-,. ;~ __ _ ___ д_;. . Ж «ц1 `_`:` .д- “_ “_ 7.0 › п_ . въ, _ї'І. ща - .- о д ~ ' І3е:шщПа_ -; ~- ~,› І: ' Т''*'11. \'Ё1'І 19е1:Іп 31 1 3%-Іяігі Юге: ї 'Ф-== ІИт› Московская торговля и денежная система. Из книги Адама Олеария «Путешествие в Московию» 1656 г. Книжные лавочки на Спасском мосту в Х\/'ІІ веке. Художник А.М . Васнецов. 1902 г.
_ 1'цъ5*! Портрет гостя Купец. Миниатюра Г.Ф. Фетиева. Синодика Х\/'ІІ в. Парсуна Х\/'ІІ в. Н.тмИ .\-мг. ть,'г ›-1;-::::;\, цїёъгїє-_^: -1 . , _ '- їёьод, -' .; .,). _;;,',; р , ` _, _.;..,';- ,.д ,, _._ . . ' -\і-су~-1`* " )~ ›-нм-1/-ч\' .› _ -ш т, ,_×~ \- ~- = ;›.111:11-.,Ёў:,д ~ї*;:*ё&Щ: , - мг:&х~у;:~; ..ыЩё1.; .;.- . -. _\ь, _ :- .Ё:і-;=*`= *ігїдгі Чё* 3$гЁ~ї5"'^1'**`-"› М-=Х»; ›ї1-.г 1 . ~ .= -И ,ъ~ка,›;«,»«;ь±~г -г; ±±± . -і -- - - - -1 *;'::±" _:/"'~ _, *, г-1 1:" 1 ,дэ ~ . ;.ї;:~*».-' »› "~ ` - :- -:=;±;1›;%ь»;.-.:дэ ~' .-5.,^.-.,.г~ Ґ"-” $423'\ 3"' " '$ -І`,'7\У1і<\$ › ' І.) І\\ `. ›. ;'__'*1 , _ 4' _:-.\_3 .1 ,;.Ё°?(}?.' - ' ' , 1_"ц ,__1ч. ч., ' ~ ., ~ _ _-›`-_.'4,! 3-'.,› ›_1›,4-' - м-" ,ж` . }Г{;д. .-"гг 'є ,~9 ' 4 ..:° *_“35 ' ` 1.: . . . . . , -, . _,да Ь"Г _ . _ . . Ч , Ж . , _ , І _ , ',. ,І _ _ . д. -~.. _г -_ - . . Ч1 ~~' и. --, . зі тдпїд. :-»:%« И 1 ~ з .,,.,,,и ,«:_, Ь? \«'»,$_,_ г- ;_ ..: ,Д,,( Солодежня-купеческий дом ХУІІ в. Псков І1
Купчиха. Купчиха с зеркалом. Художник Художник Б.М. Кустодиев. 1915 г. Б.М. Кустодиев. 1920 г Купчиха за чаем. Художник Б.М . Кустодиев. 1918 г.
ТОРГ К 1'а*'“**“ Купец-сундучник. Булочник. Художник Б.М. Кустодиев. Художник Б.М. Кустодиев 1923 г. 1920 г. "Н -› Купец в шубе. Купец (Старик с деньгами) Художник Б.М. Кустодиев. Художник Б.М . Кустодиев 1920 г. 1918 г.
\ Ъ >_` *__ `_ Ь3 ї ъ-_ Александровское коммерческое училище в Москве. Открыто в 1885 г., названо в память Александра ІІ. Готовило кадры для промышленных и торговых компаний »Ё 157 7 \Ё~ Ё1 І Ярмарка. Художник Б.М . Кустодиев. 1906 г.
^~_*`.... Купец перед фотографом. Акварель П.М . Шмелькова. 187 0-е гг. -~ ?1-Ґ ,-~ , ,гчі /' .._' Ё,, /~ -. _ , ' \ 70654.. _ `@ Нижегородская Макарьевская ярмарка Гравюра 1875 г.
,_ К4. ї 4 ам: Здание Московского купеческого собрания на ул. Большая Дмитровка (ныне Театр Ленком) Купеческие поминки. Фрагмент. Художник Ф.С. Журавлев. 1876 г. \ `~
Сватовство майора, или поправка обстоятельств женитьбой Художник П.А . Федотов. 1848 г. Приезд гувернантки в купеческий дом. Художник В.Г . Перов. 1866 г.
,..»#"“"' < , *'= _ тв» - "*: _, "'* --1 _ ›› ' ' \`г'^, _ ` ' Д! ',' д '1 '-- ,_, ` ,_'_. ' ~ ) . ._' '. , . _ «А-<-'_ ' У Гостиного двора в Санкт-Петербурге. Литография ХІХ в. Толкучий рынок на Новой площади в Москве Гравюра 1886 г.
- "“ * ;' ==І ~“2 і. 3.` ч# >*- Ґ*."““ :ї~.':г, *-~ . *__ - -,.,__›. х ї ` 1” ^ » к~г1г1'1ч:%~ дї-"д~=-Т - -'~. '~':'*`щЁ?'^' '*` -Ё--›Ё-/1З"Ёи'%`ЁЁї' '1 'їЬ*"7*.` 1: 9 ;!›~- «*:-«~2+>*- 1-;г:<~2'д:-- *РФ -э- .~'@\*5Ёї{:#,;±._ ддьд # .,.~:›ц,,,± 2 .~ `1;:~~ -~ 1-т: '1=;:;:ь4=«:=а;»<« -Ё> -~: а\:.Ч = 1. 2±- 3 1 :--гг'ё:*г '* '- . .« @є~г1«т»«:,'-ті;-;~::*../знё-_ їїг 1 * , › т . -*~ ' , 1 1: ,, кг*2'~;«;,«,;:*'г~±~ ~**г ~. ~ь~?гє:±ж-41411 --;'-“*=~- *›ї='1;ї,г-1 -;т:1 Ё . 'І ў: ›` ` :.___, 'І Р- __. .; ,___ ' Вид на Ильинский проезд и Ильинскую башню Китай-города в Москве. Слева от церкви Николы Большой Крест - здание Московского купеческого банка г Ассигнация Государственного коммерческого банка. 1840 г.
Д , *од ' - . \ вт !.пи,с 1'-К 1е«.1:т«г1ъ'1›/Ё-\7Ґ':/на/дв.. ' д (Ґ/91 71%//г/1 шт СЁМ/ул. ' , < ×Й1п'ли1:/ /Д ._ / 5%/57/2 1; Тверской купец. Калужский купец. Гравюра Ф.Г. Солнцева. Гравюра И.Г . Георги. 1830 г. 1790-е гг. 32"» ` .д~ / ' : ~/-цд ` . 1. /' ^-“ Ч А; ( тд. *І '_ Є. ,< , .їЪ Ъ ` ч .,, ., ., МР- 1 ` 1 °"'.,...- ,. .~_ '1 ~« а- итд-1 /,'/1 ,аг а КУПЄЦ И купчиха. Литография А.Г. Убигана. 1821 г.
,~ ' 'ТУ , *що _'., *_ ф Ёчдці " ' ..› 7 , ; /Д, _.› -' то "". ~- `-~ ~ ›.~ _.: """ \ \" `~' Церковь Троицы Палаты Аверкия Кириллова в Никитниках в Москве. на Берсеневке. Москва. __* *- ~._ ~- `Ь /1г- Конец Х\/'ІІ в. Конец Х'\/'ІІ в. Поганкины палаты в Пскове. 1670-е гг.
Портрет П.М . Третьякова. Художник И.Е. Репин. 1901 г /1\. А Государственная Третьяковская галерея в Москве
за Чё:-#7 . .<`Ё-4:45? , @%°%°*%°%°%° ° ванных с этой одной из первых в России рукотворной водной системой. Ярко выраженный протекционистский характер по отно- шению к отечественной промышленности и торговле носил Таможенный тариф 1724 г., вызвавший немало жалоб и про- тестов со стороны иностранных купцов. Неукротимое стрем- ление к регулярности всего и вся проявилось в петровских ука- зах, касавшихся российского купечества. Торговая жизнь, по мнению царя-реформатора, должна была стать «регулярной» , четко расписанной по всем пунктам. Но далеко не все начина- ния Петра І быстро и прочно укоренились на российской по- чве. Отечественное купечество, отличавшееся приверженнос- тью к старине, вековым традициям, дедовским приемам орга- низации торговли, не было в полной мере готово к этим новше- ствам. Поэтому нововведения Петра І, совершенные под воздей- ствием впечатлений от Великого посольства и знакомства с жизнью иностранного купечества, - бурмистрские палаты в городах, биржа в Санкт-Петербурге, попытки учреждения в России торговых компаний, создание коммерческого флота - имели разную степень эффективности. Противоречивая политика властей Действия властей по отношению к отечественному купече- ству носили весьма противоречивый и потребительский харак- тер, что отразилось на его правовом положении в эпоху Петра І3°". Купцов вывели из подчинения воеводам, от произвола которых они ранее нередко страдали. За заслуги перед государством торговые люди получали от имени царя награды. В Государ- ственном Историческом музее можно увидеть немецкий сереб- ряный кубок, изготовленный в ХУІІ в. в Нюрнберге и пожало- ванный в 1711 г. вологодскому купцу М.И . Месяцеву за при- быль казне в торговле с Китаем. С марта 1715 г. впервые в истории российского законода- тельства купеческие книги стали рассматриваться как поло- 27 9 - 6968 Перхавко 5
@°%«°%°%°°%®®@°% вина доказательства в судебном процессе: «Купецкие книги, из которых видимо, что тот и тот толикое число винен, могут токмо вместо половины доказания служить. А ежели доказа- нию быть совершенну, и купец оную свою книгу во исполне- ние присягою утвердит, то надлежит смотреть: 1) чтоб оный купец был честный человек, которого непристойным поступ- ком опорочить не мочно; 2) и книги таким образом учрежде- ны, в которых его долги и что на нем чужаго есть, взнесены б были; 3) в каждой почтовой день число записано»3°3 . Пользовавшиеся избирательным правом «регулярные граждане» - купцы и ремесленники в зависимости от благо- состояния подразделялись с 1121 г.›_на первую и вторую гиль- дии. Одновременно с этим їіроисхбдило отмирание старых при- вилегированных групп купечества _ гостей и Гостиной сотни. Вошедшие в первую гильдию купцы-мануфактуристы и учас- тники внешней торговли получили ряд льгот: освобождение от рекрутской повинности при условии уплаты в казну по 100 руб- лей с человека, право приобретать крестьян для предприятий, получать денежные ссуды, земли для промышленного строи- тельства. Указ Петра І от 18 января 1721 г. о покупке к заводам дере- вень гласил: «Понеже хотя по прежним указам купецким лю- дям деревень покупать было и запрещено и тогда то запрещение было того ради, что они, кроме купечества, к пользе государ- ственной других никаких заводов не имели; а ныне по нашим указам, как всем видно, что многие купецкие люди компания- ми, и особно многие возымели к приращению государственной пользы заводить вновь разные заводы, а именно: серебреные, медные, железные, игольные и прочие сим подобные, к тому ж и шелковые и полотняные и шерстяные фабрики, из кото- рых многие уже и в действо произошли. Того ради позволяет- ся сим нашим указом, для размножения таких заводов, как шляхетству, так и купецким людям, к тем заводам деревни покупать невозбранно, с позволения Берг- и Мануфактур-кол- легии, токмо под такою кондициею, дабы те деревни всегда были уже при тех заводах неотлучно. И для того, как шляхет- ству, так и купечеству, тех деревень особо без заводов отнюдь никому не продавать и не закладывать, и никакими вымыслы ни за кем не крепить, и на выкуп таких деревень никому не 258
<Ё4-іёї* дв:-\»Т. 'Б ` @°%° 6% отдавать, разве кто похочет для необходимых своих нужд те деревни и с теми заводы продать, то таким продавать с позво- ления Берг- и Мануфактур-коллегии. А ежели кто противо сего поступит, то оного всего того лишить безповоротно... »3°” Куп- цов-мануфактуристов освобождали от службы по выборным должностям, сбора таможенных пошлин, военных постоев и др.: подчинялись они не городским бургомистрам и магистра- там, а Мануфактур-коллегии и Коммерц-коллегии. Но правовое положение привилегированной прослойки рос- сийского купечества заметно отличалось от основной его мас- сы, вынесшей на своих плечах тяготы петровских реформ, ощутившей заметное усиление налогового гнета. Она не была освобождена ни от подушной подати, ни от ряда косвенных налогов, ни от телесных наказаний. Не избавились рядовые купцы и от произвола властей, обязывавших их выполнять дополнительные повинности (поставка подвод и лошадей, строительство флота и др.), записывавших их принудительно в форсированно создававшиеся торговые компании («кумпан- ства»). Регламентировались буквально все стороны торговой деятельности и даже быта купечества: от условий торговли монопольными товарами и цен на них до типов купеческих судов и права ношения купцами бороды за 60-100 рублей. Указом от 17 февраля 1 718 г. в великие господские праздники и воскресные дни предписывалось «в городех и в селех, и в де- ревнях, как в лавках, так и на площадях никаким товаром... не торговать; и того всего командующим смотреть накрепко, под опасением взятья немалого штрафа»31°. Созданная Петром І бюрократическая машина осуществляла за всем этим стро- гий контроль. Согласно именному указу от 17 марта 1714 г. «О фискалах и о их должности и действии» , государеву обер- фискалу должны были постоянно помогать четверо человек, в том числе купца, которые «могли купеческое состояние тайно ведать››311. В губерниях при губернаторах находились также четыре фискала, а в городах (в зависимости от их размеров) -- по одному или по два фискала. Собрав и доложив по инстан- ции информацию о различных экономических преступлениях (прежде всего, взяточничестве и казнокрадстве), фискал мог получить вознаграждение в размере половины (позже - чет- верти) от суммы штрафа. Доносительство при Петре І всяче- 259
ски поощрялось (и не только среди чиновников). От разобла- чений обер-фискала А.Я . Нестерова, впоследствии проворовав- шегося и казненного, пострадал, в частности, богатый соле- промышленник Григорий Дмитриевич Строганов. На приниженное положение русского купечества, находив- шегося в полной зависимости от государства, обращали вни- мание и автор «Книги о скудости и богатстве» И.Т . Посошков, и иностранцы, например датский посланник Георг Грунд (1710). Петровские указы не избавили торговых людей, как декларировалось в одном изних, «от многих приказных воло- кит и разорений» . В Российском государственном архиве древних актов в фон- де Монастырского приказа сохранились «сказки» о торгах и промыслах, подававшиеся верхами торгово-промышленного населения России по указу от 1 февраля 1704 г. Сам указ не сохранился, и об его содержании известно из выписей, сделан- ных в Монастырском приказе по тому или иному случаю в пе- риод подачи «сказок» . Так, в своей «сказке» от 11 июля 1704 г. члены Гостиной сотни, братья Максим и Петр Затрапезновы из Ярославля писали: «...Торгов де у них в 1701-м и 702-м и в нынешнем 1704-м году никаких де нет и не бывало и никуды ни в какие городы торговать в те вышеписанные годы не езжи- вали. А есть де у них в Ярославле на посаде четыре лавки в мос- котильном да в красильном, да две лавки в крашенинном ря- дех, и те де лавки отданы в наймы ярославцам посацким лю- дем в годы, а найму де они с тех всех четырех лавок берут на год по двенатцати рублев. А подати де они десятой денги с тех лавок платят в казну в Карабельную полату в побор по рублю, да в Приказ военных дел десятой деньги по рублю ж, да оброч- ных денег по шестидесят алтын на год. А кабального де долгу взять им, Максиму и Петру, по кабале на ярославцах посац- ких людех на Петре да на Степане Кропиных двенатцать руб- лев. А им де кабального долгу и безкабалного отдать на Моск- ве гостиной сотни, гостя Ивановской жене Авдотье Сверчкова по кабале денег семьдесят рублев, да ей же по росписке пятьде- сят рублев. Да безкабального долгу ярославцу гостиной сотни Илье Лузину денег осмнатцать рублев; да гостиной же сотни ярославцам Илье да Ивану Клементьевым детям Лузиным де- вятнатцать рублев; да по росписке Ивану Кожюхову двенат- 260
«%®%«®*%°%°@®%*°«%®% цать рублев. И золотых де и ефимок, и серебряной никакой посуды у них нет, и денег де лежачих нет же. А в прошлом же 703-м году по указу в.г . (великого государя. - В.П.) выбран он, Максим, на Москве был в салдаты, и по осмотру де боярина Тихона Никитича Стрешнева он, Максим, с Москвы отпущен, а вместо себя в салдацкую службу нанял. А ныне де они ника- кими торгами не промышляют тому ныне четвертой год и за- писок томоженных никаких нет... »312 Как явствует из докумен- та, дела братьев Затрапезновых, задолжавших значительную сумму денег, совсем пришли в упадок. Просил царские власти «за старость и дряхлость от гости- ной сотни отставить» купец Кондратий Григорьевич Чертов, переехавший по причине обеднения и «пожарного разорения» из Москвы к взрослым детям в Каширу. Его просьба была удов- летворена. Еще одно свидетельство оскудения бывших членов Гости- ной сотни Гусятниковых содержится в отписке, которую со- ставил «Устюга Великого земских дел бурмистры нынешняго 1704-го Илья Плотников с товарыщи»: « на Устюге, госу- дарь, на посаде гостиной сотни торговых людей никого нет, а в Устюжском, государь, уезде записаны были ис пашенных кре- стьян, по смерти гостя Афанасья Гусятникова, племянники Иван и Федор Гусятниковы и в прошлых годех умерли. И у Ивана детей не осталось, а Федоровы дети, Гаврило Гусятни- ков з братьями, живут во крестьянех, торгов и промыслов ни- каких нет... Из гостиной сотни за скудость велено выписать и жить во крестьянех и тягло платить Устюжского уезда со кре- стьяны... » 313 Итак, внучатые племянники гостя А. Гусятнико- ва перешли из торгового в крестьянское сословие. Конечно же далеко не все из торговых людей в силу разных причин тогда разорились, но практически каждый ощутил тяжесть возрос- ших повинностей. В их число входили: оброк с торговых заве- дений и промыслов, таможенные пошлины, проезжие сборы, плата за взвешивание и хранение товаров, подводные деньги и десятая деньга («в Военной приказ и в Карабельную полату» , «в Адмиралтейской приказ››). Чтобы платить в государеву казну поменьше, купечество стремилось утаивать от властей точные данные о доходах, торговых операциях и промыслах. Его правовое положение было весьма неустойчивым. «. .. Го- 261
рожане в городах получают самое малое, посокльку они не мо- гут вести самостоятельной торговли, являясь лишь уполномо- ченными царя и бояр, для которых ездят к границам и там зак- лючают сделки с иностранцами, потом отчитываются перед своими хозяевами и зависят от их милости, - писал несколь- ко утрируя ситуацию Г. Грунд. - Поэтому ни один русский купец, сколь бы богат он ни был, не станет крупной фигурой, а всегда будет жить только в деревянном доме с плохой мебелью, чтобы боярин не мог отнять у него его собственность, ведь у боярина для этого всегда найдется предлог и возможность до- казать сое перед судьями... »314 Как видим, преобразования Петра І не принесли суще- ственных облегчений формировавшемуся купеческому сосло- вию России. Наоборот, действия властей причиняли его ин- тересам весьма ощутимый ущерб. Вновь возобновились массо- вые принудителзьные переселения торговых людей - на 'этот раз нев Москву (как в Х\/'І-ХУІ-І вв.), а в строящийся в устье Невы Санкт-Петербург, где поначалу и условий-то не было для оживленной торговли, с чем не желал считаться царь-рефор- матор. И один за другим следовали указы о спешном_заселе- нии новой столицы России. Вот, например, один из них от 20 ноября 1717 г.: «Великий государь указал: купецких и ремесленных людей, которые из губерний в первую треть на житье в Санкт-Петербург не высланы, и о том, за чем та вы- сылка остановилась и по многим указам не ответствовано, ныне выбрав, выслать их с женами и с детьми в Санкт-Петер- бург безсрочно, а выбирать их в городах земским бурмистрам и выборным людям меж собою самим, как из первостатейных, так и средних людей добрых и пожиточных»3"'. И напрасно датский посланник Георг Грунд сомневался в реальности на- мерений переселять коммерсантов на новое место с невыгод- ными условиями торговли: «Было бы трудно побудить куп- цов переехать на постоянное жительство в Петербург еще по той причине, что в городе Москве значительно легче закупать товары»31°. С помощью жестких мер эти предписания, как правило, осуществлялись. Так поступали не только с русски- ми, но и с иностранными торговцами, переселенными в 1708 г. в числе прочих жителей Нарвы и Дерпта в глубинные центры России. 262
«@°%*°<ё%0%<>%®%®°<@°%® Путем запрета на вывоз традиционных русских экспортных товаров и введения завышенных пошлин купцов всячески вы- нуждали перенести сделки из Архангельска с его хорошо на- лаженным рынком в строившийся Петербургский порт, куда в начале Северной войны (17 00-17 21) рисковали заходить лишь немногие иностранные торговые суда. Таким образом, переселения дополнялись чрезмерной регламентацией. В ар- сенале действий петровской администрации помимо того ока- зались расширение государственной монополии на продажу ряда важнейших товаров (соли, поташа, дегтя, смолы, икры, юфти, сала, табака, хлеба и др.), установление казной фикси- рованных закупочных цен, заметное повышение налогов и уч- реждение тяжелых дополнительных повинностей, наконец, спешное создание компаний на манер западноевропейских, куда купцов записывали в принудительном порядке. Однако никакими запретительными мерами и в петровскую эпоху не- возможно было искоренить контрабанду товаров, о чем свиде- тельствуют приезжавшие в Россию иностранцы, в частности саксонский советник двора и коммерции Павел Якоб Маркер- гер, автор книги «Московский купец, или Подробное описание торговли, происходящей в Москве и других местах и владени- ях Его Царского величества, как между его подданными, так и между подданными и чужеземцами», вышедшей в 1723 г. в вольном торговом городе Любекеш. Приведу в данной связи более позднюю эпиграмму К.К. Слу- чевского (1883): Свобода торговли, опека торговли - Два разные способа травли и ловли: Всегда по закону, в угоду купцу, Стригут так иль этак все ту же овцу.3“* Спору нет, в условиях введения властями весьма обреме- нительных сборов коммерсантам тогда приходилось и сегодня приходится изворачиваться, перекладывая дополнительные торговые издержки на плечи покупателей, учитывая при этом спрос, но далеко не всегда платежеспособность населения. В стране в петровскую эпоху для рыночных операций в сво- бодном обращении не хватало наличной серебряной монеты, 263
*%°%а°*®%°%®®@%°%«°@%®%« которую русские люди на всякий случай припрятывали в до- машние тайники. В ряде провинциальных городов вместо мел- ких монет использовали даже кожаные «жеребья» (лоскутки кожи с клеймом). Порой крупным торговцам Москвы, Петер- бурга, Архангельска, других городов приходилось брать налич- ные деньги серебром взаймы под 15% годовых. Разрабатывав- шиеся в то время в России рудники не давали еще достаточного количества драгоценных металлов. В 1714 г. власти запрети- ли вывоз за границу серебра, а с 1718 г. всех русских коммер- сантов, выезжавших за рубеж, обыскивали, нередко перевора- чивая вверх дном товары и прочую купеческую поклажу. Найденные таможенниками золотые, серебряные и медные мо- неты подлежали конфискации; с 1 723 г. тем, кто пытался тай- ком их вывезти из страны, грозила смертная казнь. Большинство из русских купцов вели торговое дело по ста- ринке, боялись проявлять инициативу и вводить какие-либо новшества. Вот в чем признался однажды президент Иностран- ной коллегии А.И. Остерман голландскому посланнику, раз- драженному надуманными проволочками при рассмотрении торгового соглашения: «Между нами я скажу правду. У нас нет ни одного человека, который хоть что-то понимает в коммер- ЦИИ›› . Лишь в 1722 г. Санкт-Петербургский порт обогнал по гру- зообороту Архангельский, уступая только Риге. За год до смер- ти Петра Ригу посетили 303 иностранных торговых корабля, а Петербург - 240. Объем морской торговли России за годы пет- ровских реформ вырос в четыре раза. Однако даже Петру Ве- ликому, несмотря на предпринимавшиеся попытки, не удалось создать собственный коммерческий флот, и русским коммер- сантам приходилось плавать за границу на иностранных судах. Русская торговая экспедиция во Францию, отправившаяся морем на своих кораблях, завершилась провалом. Англичане и французы сохранили за собой монополию на морские пере- возки в порты России. Для развития внутренней торговли стра- ны огромное значение имело строительство каналов, начатое царем-реформатором. Российское купечество порой активно протестовало про- тив политики властей. Одним из руководителей восстания 1705-1 706 гг. в Астрахани поневоле стал член Гостиной сот- 264
ни Яков Иванович Носов, обладавший незаурядным организа- торским талантом и наладивший в восставшем городе строгий порядок и нормальное функционирование хозяйственной жиз- ни. Родом из Ярославля, где у него имелись «в Скорняшном ряду полторы лавки, в Солодяном ряду лавка и с рундуком, в Харчевенном ряду полтретьи лавки » , Носов занимался отъез- жим торгом, не раз посещал Москву Архангельск, а в 1701 г. был послан властями «к астраханскому и яицкому рыбному промыслу бурмистром». Будучи неграмотным человеком, он строго придерживался старообрядческих традиций, не одобрял нововведения Петра І в сфере быта и пользовался большим ува- жением среди астраханцев. «Все его боятся, и в шапке с ним говорить нихто не может» - так писал о нем фельдмаршал Б.П . Шереметевт. После поражения восстания Я.И. Носов был замучен в застенках Преображенского приказа. В состав старшины, руководившей восстанием, входил еще один член Гостиной сотни, таможенный бурмистр О. Твердышев из Сим- бирска. Типичный стяжатель, человек трусоватый, он вел себя более сдержанно, чем Носов, а впоследствии, изменив восстав- шим, перешел на сторону правительственного лагеря”-'°. Актив- ное участие в восстании принимали и торговые люди Астраха- ни, выступавшие против произвола царской администрации, особенно Г. Ганчиков, И. Монастырский и А. Ермолаев. Мануфактурное производство, как и коммерция, при Пет- ре Великом осуществлялось главнь1м образом по указу. Видя, что с помощью убеждения невозможно существенно ускорить перестройку российского предпринимательства на современ- ный лад, царь-реформатор обычно действовал методом при- нуждения. В частности, в 1712 г. было указано завести за го- сударственный счет суконные фабрики и продать их затем в рассрочку торговым людям, «а буде волею не похотят, хотя и в неволю, а за завод деньги брать погодно. С легкостью, дабы ласково им в том деле промышлять было» . Вместе с тем Берг- и Мануфактур-коллегии предоставляли купцам и ремесленни- кам, желавшим завести собственное дело, начальный капитал в виде государственных кредитов и субсидий, власти наделя- ли их налоговыми льготами. Власти всячески привлекали торговых людей к организа- ции столь нужного стране мануфактурного производства. Вот 265
°0°° * ЧТО ПРЄДПИСЬІВНЛОСЬ, В Ч&С'І `І-ІОСТИ, В РЄГЛЗМЄНТЄ ГЛВВНОГО М&І'И ' страта (1721): «Купечество и мануфактуры размножать (сии мануфактуры разумеются не те, которые большие яко всякие, например, суконные, парчевые, также железные, медные за- воды и прочие сим подобные), но наряду необходимо нужные, яко портные, сапожники, плотники, кузнецы, серебренники и им подобнь1е»321 . Правительство прилагало огромные усилия по строитель- ству мануфактур за счет казны. Первое десятилетие Х)/`ІІ_І в. можно охарактеризовать как период активного вмешательства государства в экономику и поощрения частного предпринима- тельства. Стало распространенным явлением передача казен- ных предприятий частным владельцам, иностранцам или тор- гово-промышленным компаниям - «кумпанствам»322 . Прав- да, предложение В.Н . Татищева, ставшего позже первым рус- ским историком, о передаче горных заводов в частные (прежде всего, купеческие) руки не получило в 1724 г. поддержки со стороны Берг-коллегии. Государство брало на себя затраты по подготовке рабочих, осуществляло поставки оборудования, присылало специалистов на мануфактурные предприятия. Помимо казенных и вотчинных стали появляться так называ- емые посессионные мануфактуры. По указу Петра І~с 1721 г_ . разрешалось покупать крепостных крестьян недворянам (куп- цам, горожанам изчисла ремесленников). В таком случае кре- стьяне приписывались к предприятию и составляли единое целое. Продолжали развиваться и рассеянные мануфактуры, возникавшие на основе купеческого капитала и привязывав- шие домашнее крестьянское производство к торгово-промыш- ленному капиталу. Если в конце ХУІІ столетия в стране насчитывалось около 20 мануфактур, то в середине 17 20-х гг. - уже 205 мануфак- тур и крупных предприятий ремесленного типа, среди кото- рых 90 принадлежали казне и 115 частному капиталу. Даль- нейшее развитие получило ремесло. В 1 722 г. был.издан указ о создании ремесленных цехов в русских городах. Но чаще все- го купеческая среда подпитывалась не за счет разбогатевших городских ремесленников, а за счет крестьянства. Представители купечества при Петре І привлекались к уча- стию в различных официальных парадных мероприятиях, ко- 266
торые любил царь-реформаторт. Гору Парнас с Аполлоном и музами можно было увидеть в декоративном оформлении три- умфальной арки, построенной на средства купцов в Москве в конце 17 21 г. по случаю подписания Ништадского мира со Швецией. В Москве и Петербурге в 17 21-1 7 22 гг. была изда- на брошюра с их описанием «Врата триумфальные в царству- ющем граде Москве на вход... царского священнейшего вели- чества, императора Всероссийского... Петра Великого» . Государство с максимальной выгодой для себя использова- ло кугёческие капиталы для собственных нужд, не считаясь с интересами самих предпринимателей. Мануфактуристам, вы- шедшимиз среды купечества и разбогатевших ремесленников, давались существенные льготы (вплоть до обеспечения ману- фактур принудительной рабочей силой), а вместе с тем им вме- нялось в обязанность производить необходимые государству изделия и продавать их по установленным властями ценам, в первую очередь казне. Ни о каком свободном предприниматель- стве в тех условиях не могло бытьи речи. Петр І был ярым сто- ронником «регулярного» государства -и стремился строго рег- ламентировать все стороны жизни населения, в том числе и торгово-промышленнуюш . И такая политика нанесла серьез- ный удар по благосостоянию российского купечества, замед- лила процесс его сословного оформления. Уже после смерти Петра І, в 1728 г. , прекратили существование старые привиле- гированные группы купечества - гостей, членов Гостиной и Суконной сотен. Как констатировалось в Регламенте Главного магистрата (1 7 21), «купецкие и ремесленные тяглые люди во всех городах. . . едва не все разорены»325 . Обеднели и пришли в упадок торговые предприятия ряда богатейших прежде купе- ческих династий - Малыгиных, Семенниковых, Шориных и других. Московский купец В.А. Киприанов, владелец первой в России частной типографии, не раз терпел убытки из-за не- оплаченных казной государственных заказов (например, при печатании учебных «Таблиц» для Морской академии)32“. Экономическое благополучие отечественного купечества приносилось в жертву потребностям казны в деньгах для воен- ных и прочих государственных расходов. Приобщая купцов к полезным и перспективным новшествам, власти действова- ли поспешно, принудительно, а не постепенно и добровольно. 267
а «АА < О «ЁЁ°ки Их насильно порой заставляли заниматься наряду с торговлей промышленностью. Переселения купцов и прочие приказные мероприятия в совокупности с мелочной регламентацией тор- гово-экономическои деятельности в конечном счете оказали неблагоприятное влияние на создание облика первых россий- ских предпринимателей из купеческой среды, на формирова- ние психологии их социальной неустойчивости и зависимости от государства, недоверия к нему. «Книга о скудости и богатстве» Реформы Петра І, проводившиеся за счет колоссального напряжения всех ресурсов страны и усиления налогового гне- та, наряду с положительными последствиями, нанесли опре- деленный урон податным слоям населения, в том числе купе- честву. Каково же было отношение к подобной политике самих представителей тогдашнего торгово-предпринимательского мира России? Об этом наиболее полно можно судить по сочи- нениям известного публициста и одного из первых русских экономистов Ивана Тихоновича Посошкова (1652-17 26), ав- тора «Книги о скудости и богатстве» (1 724). «Книга о скудости и богатстве» не раз переиздавалась и неоднократно анализировалась в работах по истории России Петровской эпохи, по истории русской экономической мысли и российского купечества. Особый интерес к труду Посошкова проявился с конца ХІХ в., когда вышли несколько работ, ка- сающихся экономической политики Петра І, а также посвя- щенных самому Посошкову и его знаменитой книге. Среди них прежде всего следует назвать исследование А.Г. Брикнера, до- казывавшего сходство взглядов царя-реформатора и Посошко- ва на развитие торговли и предпринимательства: «Оба созна- вали необходимость крупных реформ. Оба предлагали сильные меры для исцеления язв в общественной организации Рос- сии»”". Как отмечал Брикнер, во многих отношениях Посош- ков был «отсталым сторонником старины», чаще, однако, он выступал как «смелый прогрессист». Таким образом, книга Посошкова, по его суждению, представляет собой «смесь раз- 268
«@°%°*%°%*®*%°%*®«@®%® личных мнений», которую породила противоречивая эпоха Петра І. В другой работе историк подчеркнул, что Посошков рассуждал о торговле не столько в качестве государственного человека, сколько слточки зрения русского купечестваш. Еще один исследователь эпохи Петра Великого Н.П. Пав- лов-Сильванский в относил Посошкова к группе «московских прогрессистов» того времени и обратил внимание на непосле- довательность Посошкова: объявляя себя сторонником Петра І, тот умолчал о своем «несочувствии некоторым сторонам рефор- мы» . По мнению ученого, «эта непоследовательность служит только к его чести; ему может быть поставлено в заслугу то, что при всей своей вражде к проникавшему в Россию, вместе с реформой, западноевропейскому духу он стал в ряды сторон- ников Петра ради его преобразований, в которых увидел осу- ществление своих старых стремлений››32°. Личности и творчеству Посошкова уделено внимание и в многотомном труде известного историка С.М . Соловьева «Ис- тория России с древнейших времен» . Г.В. Плеханов посвятил рассмотрению взглядов Посошкова даже целую главу в работе по истории общественной мысли России. Исследование творчества Посошкова было продолжено и после 1917 г. Наиболее значительные труды в советской исто- риографии принадлежат Б.Б. Кафенгаузу, рассмотревшему творчество Посошкова как экономиста и публициста33°. По его мнению, проекты Посошкова были составлены в русле эконо- мической политики Петра І, с тем отличием, что первый в боль- шей мере защищал интересы торгово-промышленного класса и требовал ограничить привилегии дворянства. Из биографии И.Т. Посошкова Первое выступление Посошкова в качестве публициста со- стоялось еще до 17 01 г., когда он составил «Письма о денеж- ном деле » . Затем им был написан целый ряд публицистичеоких сочинений. Среди них - записка « О ратном поведении» , «Зер- 269
3на %°%>°@°%«°<*%®%«® цало очевидное», «Завещание отеческое к сыну» . Самое зна- менитое свое произведение - «Книгу о скудости и богат- стве» он создал уже в конце жизни. Эта книга состоит из де- вяти глав. Для нас наибольший интерес представляют три из них: «О купечестве» , «О художестве» и «О царском интересе» . В них Посошков доказывает свою мысль об огромном значении купечества в современном ему обществе. Он предлагает ряд мер для развития торговли и предпринимательства в России, для достижения активного торгового баланса, что соответствова- ло во многом политике меркантилизма, проводившейся Пет- ром І. Книга была издана впервые в 1842 г. М.П. Погодиным по списку, принадлежавшему И. Лаптеву. Автограф «Книги о скудости и богатстве » до нас не дошел, сохранились лишь семь списков 2-й половины ХУІІІ в. Наиболее полным из них счи- тается Академический список, сделанный по заказу М.В . Ло- моносова для Академии наук . Примечательна надпись, сделан- ная в конце: «Списана в 1 752 году, а для списанияполучена от господина советника Михаила Васильевича Ломоносова» . Дан- ная копия легла в основу последнего научного издания «Кни- ги о скудости и богатстве» , подготовленного Б.Б . Кафенгаузом и вышедшего в 1951 г. в академической серии «Литературные памятники» (по нему и цитируются нами сочинения И.Т . По- сошкова). В научной литературе И.Т . Посошкова по праву называют идеологом купечества, хотя он не происходил из потомствен- ной купеческой семьи и не именовал себя купцом. Мало того, торговля не являлась основной сферой его деятельности. По- сошков принадлежал к старинной семье ремесленников-юве- лиров, дед и отец его были серебряниками и входили в состав оброчных крестьян подмосковного дворцового села Покров- ского. За свою достаточно долгую жизнь он успел перепробо- вать множество занятий. Был водочным и фонтанным масте- ром, «купецким человеком» , мелким заводчиком, владельцем имения с крепостными крестьянами. Он владел винокуренным заводом и серным прииском, ,искал нефть и пытался завести фабрику игральных карт, а также текстильную. Его промыш- ленные начинания в большинстве своем малоудачны. В Нов- городском уезде Посошков устроил винокуренный завод и для 270
<@%°%°%<>%*°%°%*°«@®%« сбыта его продукции держал в Гостином дворе в Новгороде три винные лавки, получив казенные подряды на поставку водки. Правда, виноторговля не принесла ему значительных доходов. Из-за неурожаев и роста цен на зерно с 17 23 г. его винокурен- ный завод бездействовал, а промышленное оборудование при- шлось даже заложить. Еще в первые годы ХУІІІ в. Посошков пытался заняться добычей серы, столь необходимой тогда государству. Обнару- жив в Среднем Поволжье, под Казанью, богатейший серный рудник и привезя в качестве образца в Москву три бочки серы, он получил от казны лишь 50 рублей, хотя ранее ему обещали «великое учинить награждение» . Позже Посошков не раз пытался получить поддержку сво- их предпринимательских проектов у видных сановников в Санкт-Петербурге. Накануне неожиданного ареста в 1 725 г. он приехал из Новгорода в столицу с семьей хлопотать о построй- ке текстильной мануфактуры и о праве на беспошлинную тор- говлю производимыми на ней товарами в течение 10 лет. За- нимаясь средним по размаху торгово-промышленным предпри- нимательством, ему неоднократно приходилось сталкиваться с равнодушием, а то и недоброжелательностью чиновников, пренебрежением властей. Все это не могло не сказаться на фор- мировании его экономических взглядов. И.Т . Посошков по роду своей деятельности в качестве де- нежного, водочного и фонтанного мастера был тесно связан с торгово-ремесленной средой, хорошо представляя ее интересы и потребности. Занимаясь предпринимательством, он брал в кредит деньги у новгородских купцов, которым задолжал 1100 рублей, о чем упомянул в своей предсмертной записке. Около 1 710 г. последовал переезд Посошкова из Москвы в Нов- город, где ему доверили казенную службу «у дел водочного строения и у фонтанного» и «гербования бумаги» . Не имея первоначально в Новгороде собственного дома, Посошков с семьей два года жил у богатого купца Елисея Фе- дорова, ездившего по коммерческим делам за границу и предъявившего позже Ивану Тихоновичу иск за хозяйствен- ные убытки. В 17 2 1-1 724 гг. ему часто приходилось общать- ся с торговыми людьми и как откупщику таможенного сбора Устрицкой волости Новгородского уезда. 271
*%°%®*%°%®°€%°%«®®%0% Лишь в челобитной на имя императрицы Екатерины І полковника П. Роде - зятя Посошкова, претендовавшего на его имение, Иван Тихонович назван как «купецкой чело- век» . В протоколе Тайной канцелярии об его аресте 26 августа 1 725 г. записано, что «взят под караул водошного дела мастер Иван Посошков». После подачи заявления П. Роде (октябрь 1725 г.) в документах Тайной канцелярии стали именовать Ивана Тихоновича «купецким человеком» , но в протокольной записи о смерти 1 февраля 1726 г.. он опять фигурирует как «во- дошного дела мастер» . Под домашним арестом оказался даже его малолетний сын Николай (именно ему он давал наставле- ния в «Завещании отеческом»), а все бумаги (письма) Посош- кова были изъяты и доставлены в Канцелярию тайных розыск- ных дел. Арестованного как государственного преступника, Посошкова отправили в Петропавловскую крепость. Из материалов допроса в Тайной канцелярии в октябре 17 25 г. можно получить точное представление о размерах его недвижимого имущества: «А в допросе сказал: недвижимого у него, Ивана, имения в Санкт-Питербурхе на Санктпитербурском острову в Малой Николской улице двор ево в приходе церкви Успения Пресвя- тыя Богородицы з деревянным строением, которой он, Иван, на свое имя купил в прошлых 716 или в 71 7 году генерала фелт- маршала кавалера светлейшаго князя Александра Данилови- ча Меншикова у подьячих Ивана да Семена Ждановьтх, дал четыреста рублев и взял у них купчую крепостных дел и о за- писке того двора за собою бил челом и пошлины платил в Санк- тпитербурс_кой губернской канцелярии, и та подлинная куп- чая и ныне имеется у подьячего Ивана Бушуева. В Новегороде на Ильине улице в приходе у церкви всемилостивого Спаса двор ево з деревянным строением куплен лет с пять у новгородца купецкого человека дан пятдесят рублей; другой двор у той же церкви з деревянным строением куплен у подьячего Степана Сорокина года с четыре, дан полтораста рублев. А подлинные купчие на те дворы имеются в писмах ево, Ивановых, взятых в Тайную канцелярию. В Новгородском уезде в Бежецкой пяти- не в Устрицком погосте полдеревни Закарасенье, крестьян мужеска полу душ з дватцать, да к той же деревни три пусто- ши, как зовут и что четвертной пашни, не помнит, купил он, 272
за @°%°%°%®°*%°%*° Иван, на свое имя лет с восмь у дворянина Лва Обросимова сына Завалишина...» Далее перечисляются купленные еще дерев- ни - Матвеево, Марьиноззї. Каковы же причины неожиданного ареста И.Т . Посошко- ва? В чем же он был замешан? «Книга о скудости и богатстве» была закончена за год до смерти Петра І. Неизвестно, читал ли царь-реформатор эту книгу. Однако историки, изучавшие до- кументы той эпохи, в частности Б.Б . Кафенгауз, утверждают, что трагический конец жизни Посошкова связан именно с этим его трудом. По немногим имеющимся документам Тайной канцелярии невозможно судить о том, каковы были обвинения, предъяв- ленные Посошкову при его аресте. Их, вероятно, не знала и его жена. По крайней мере, три года спустя после смерти Посош- кова, в 17 28 г., она просила об уплате недоданного мужу ка- зенного жалованья и писала при этом, что он «взят в Санкт- Петербурге из дому нашего в Тайную канцелярию, а по како- му делу, о том я, нижайшая, не сведома» . Следственное дело напоминает запутанный детектив. Опи- сывая его, Кафенгауз подводит к вопросу о том, не был ли свя- зан Посошков с новгородским архиепископом Феодосием, аре- стованным Тайной канцелярией за оскорбление императрицы Екатерины І. Ведь «Книга о скудости и богатстве» находилась в личной библиотеке Феодосия. Весьма любопытна его лич- ность. Первый вице-президент Синода и архимандрит Алексан- дро-Невской лавры, Феодосий Яновский, названный истори- ком С.М . Соловьевым «Никоном ХУІІ столетия», был власто- любив и корыстолюбив, нажил много врагов и возбудил гнев Петра своими возражениями против установления штата ду- ховенства. Дело Феодосия закончилось высылкой его простым «чер- нецом» в Никольский Карельский монастырь, где он умер в монастырской земляной тюрьме в феврале 17 26 г. Посошков был знаком и с новгородским архиереем Иовом, находившим- ся в оппозиции ко двору, вел с ним беседы, и в библиотеке Иова имелись сочинения Посошкова. Впрочем, инициатива, даже продиктованная радением о государстве, в России не раз ста- новилась наказуемой. Свыше пяти месяцев Посошков провел в казематах Петропавловской крепости. Похоронили Посош- 273
кова, страстного патриота, в 1 726 г. на кладбище у приходской деревянной церкви Сампсония Странноприимца, построенной в 1 710 г. на Выборгской стороне в честь победы под Полтавой. Чуть позже, в 1 730-е гг. , ее разобрали и возвели каменный Сам- псониевский храм. Взгляды И.Т. Посошкова Сам Посошков кратко и точно говорил о себе в «Зерцале очевидном»: «...в художестве работник, в чине земледелец». По сословной принадлежности он до конца жизни продолжал числиться крестьянином и хорошо осознавал неполноправ- ность своего социального положения. И тем не менее он сумел в сжатой форме ярко выразить жизненные интересы россий- ского купечества и нарождающегося промышленного предпри- нимательства. Его жизнь и деятельность проходили в сложное и проти- воречивое время. В стране шел процесс созревания существен- ных изменений во многих сферах жизни, которые в конце Х\/'ІІ - начале ХУІІІ столетия переросли в серию реформ Пет- ра І. Наряду с реалиями торгово-экономической жизни России конца ХУІІ - 1 -й четверти ХУІІІ в. на общественную актив- ность Посошкова повлияло поощрение властями различного рода «прожектов» (проектов) и их инициаторов - «прожекте- ров» для пополнения казны и государственного блага. По твердому убеждению И.Т . Посошкова, «без купечества никаковое, не токмо великое, но ни малое царство стояти не может» . Таким образом, автор «Книги о скудости и богатстве» изначально отводит этому сословию первостепенную роль в обществе. И действительно, чтобы сократить экономическое отставание от передовых стран Западной Европы, России ну- жен был класс предпринимателей, способных обеспечить стра- ну необходимыми товарами как для внутреннего пользования, так и идущими на экспорт. Зарождавшееся российское пред- принимательство было представлено преимущественно купца- ми. И Посошков доказывает, что купечество имеет не меньшее значение, чем воинство для государства: «...не можно бо ни 274
«@®%®°<ї%Ё°%@*°*%°%*®«%®%® воинству без купечества быть, ни купечеству без воинства жить» . И если сильная армия необходима стране для ведения успешных войн за расширение границ и приобретение выхода к морям, то купечество могло представлять собой сильное вой- ско для участия в «торговой войне» против иностранных куп- цов. Б.Б . Кафенгауз и Д.Н . Платонов указывают, что, прирав- нивая значения воинства и купечества, автор «Книги о скудо- сти и богатстве» ставит, таким образом, последнее «на одну доску» с дворянством. Посошков отводит купечеству очень высокий социальный статус в государстве и подчеркивает, что «купецкий человек» потребен всем «чинам» , поэтому купече- ское сословие нельзя «обижать напрасно» . Он, будучи сам предпринимателем, предлагал запретить представителям других сословий заниматься торговлей, так как они составляли купцам конкуренцию на рынке, а положен- ных пошлин и налогов не платили. При Петре І широкие слои крестьянства, а также многие представители дворянского со- словия были вовлечены в торговлю и в промышленное пред- принимательство. Посошков же настаивал на том, что желаю- щие торговать сначала должны перейти в «купеческий чин» и «всякие торги вести купечески с платежом пошлин и иных ка- ких поборов » . Это предложение соответствует требованиям, раз- дававшимся из среды купечества как в ХУІІ, так и в ХУІІІ сто- летии. Современники Посошкова, авторы преобразовательных проектов, основываясь на Соборном Уложении 1649 г., возра- жали против торговли «беломестцев», освобожденных от не- сения городских повинностей. Так, прожектер Иван Филип- пов требовал, подобно Посошкову, устранения крестьян и дво- рян от торговли. Петровское законодательство защищало эко- номические интересы дворянства, разрешало торговлю всем чинам, а впоследствии, когда делались попытки ограничить торговлю крестьян в соответствии с просьбами купцов, то по- становления 1699-1700 гг. не выполнялись. Посошков обращает особое внимание на внешнюю торгов- лю, на отношение России к иностранцам, то есть приходит к главным началам меркантилизма. Концепция меркантилизма, господствовавшая в Европе в ХУІІ - начале ХУІІІ в., исходи- ла из того, что основой богатства государства и необходимым условием его существования является накопление денег за счет 275
%°%«°@<>%«°«@°%*<><ї%Ё®%® активного баланса торговли, вывоза товаров на чужие рынки и препятствование ввозу товаров на свой. Петр І не был равно- душен к идеям меркантилизма и протекционизма - поощре- ния промышленности, производящей товары не только для внутреннего, но и для внешнего рынка. И.Т . Посошков - сторонник строгой регламентации тор- гового обмена, что, по его мнению, должно было привести к развитию торговли и достижению активного торгового балан- са. Он предлагал упорядочить систему сбора пошлин на внут- реннем рынке и критиковал таможенную политику, призывая, в интересах развития торговли, взимать пошлину один раз - 10% от стоимости товара. В эпоху же Петра І практиковался многократный сбор пошлин на внутренних таможнях, что было невыгодно купечеству, как отмечал автор «Книги о скудости и богатстве»: «Невесьма право даятся, ибо покупаются с одного вола по две и по три кожи здирать... » Посошков был последо- вательным сторонником стабилизации товарных цен на внут- реннем рынке. Он считал, что необходимо было положить та- кую цену, «чтоб какова в первой лавке, такова была и в послед- ней». По мнению Д.Н. Платонова, здесь Посошков выступал не как сторонник интересов богатого купечества и зажиточно- го крестьянства, а как практик промышленного строительства, так как стабильные цены были важным условием развития промышленности. Стабилизация цен на внутреннем рынке должна, по мне- нию Посошкова, стать важным условием перестройки внеш- неторговой деятельности российского купечества. Он выступал за создание единой торговой компании, объединяющей всех купцов, ведущих дела с иностранцами. Компания «с воли ко- мандира» и по согласию всех купцов устанавливает цены и от- пускает товары за рубеж. Она должна создавать одинаковые условия для деятельности всех купцов, как богатых, так и «убо- гих». Вот какими морально-деловыми качествами, по его мне- нию, должен обладать человек купецкого чина: «Аще же всту- пиши в купечество, то в слове своем буди тверд, яко недвижи- мый камень. Аще сторгуеши себе какой товар и выше настоя- щие цены, уже возми его; и аще и великая тщета от него тебе будет, обаче слова своего не моги изменити, и у росплаты денег 276
5, «%®%@°®%°%®°@ - из договорные цены не отваричивай и росплатою не волочи»332. Так он наставлял своего юного сына Николая. И современным коммерсантам стоит прислушаться к наставлениям этого са- мобытного русского экономиста и идеолога купечества. Еще один принцип делового поведения коммерсанта сфор- мулирован им в «Книге о скудости и богатстве» (глава «О ху- дожестве»): «А буде лавочник купит на продажу, не разсмот- ря пороку, и будет продавать за доброе, то он заплатит штраф, надлежащий купеческаго регула, каков положен будет за про- дажу худых товаров» . Как видим, Посошков был поборником цивилизованных рыночных отношений, их четкого регулиро- вания, учитывающего интересы всех участников товарного обмена. Увы, и сегодня в России обманутому покупателю труд- но получить возмещение от продавца или обменять негодный товар. Посошков выступал против конкуренции между отдельны- ми купцами при продаже товаров иностранцам и настаивал на идеях взаимопомощи каждому купцу; по его мнению, необхо- димо «из своих товаров новерставая по количеству товаров сво- их». Таким образом, купцы должны выступать как единая, сплоченная организация против притязаний иностранцев. И если последние захотят снизить цены на русские товары, то купцы цены ронять не должны. В случае же отказа иностран- цев покупать товары по установленным ценам торговля с ними должна быть прекращена. И они, по мнению Посошкова, обя- заны были свои привезенные товары забрать назад. На следу- ющий год русские купцы по распоряжению правительства мог- ли поднять цены на свои товары на 10-12% или даже выше. В случае если торги с иноземцами не состоятся и на второй год, то цена должна быть поднята еще на столько же. Посошков был уверен, что иностранцы «видя бо надо твердое постоянство, всячески упрямство свое прежнее и гордость своею всю и нехо- тя отложат» . Объяснял он это следующим образом: «Для нас, хотя вовсе они товаров своих к нам возить не будут, мы можем прожить и без их товаров, а они без наших товаров и десяти лет прожить не могут» . Таким образом, внешняя торговля рисуется Посошкову в виде своеобразной торговой войны. При этом внутри «купече- ского войска» должна поддерживаться строжайшая дисцип- 277
«%°%«°@°%«°«%°%®*%®@%Ё« лина с помощью угрозы наложения штрафа « сторичного » и на- казания кнутом. Автор «Книги о скудости и богатстве» пола- гал, что лишь объединение всех купцов, торгующих с иност- ранцами, могло способствовать достижению активного торго- вого баланса. Регулирование внешней торговли, согласно Посошкову, должно преследовать ограничение доступа в страну определен- ных иностранных товаров. Он выступает против привоза пред- метов роскоши и вин, так как «на всякий год и в той безделице из царства тысячь десятка по два-три пропадает » . Действитель- но, в продолжение ХУІ и ХУІІ вв. русская публика привыкла к потреблению множества заграничных товаров, главным об- разом предметов роскоши. Сначала только для царского двора и высшей аристократии привозились из-за границы такого рода дорогие изделия, как, например, позолоченные алебар- ды, органы, музыкальные инструменты, посуда, шелковые платки и т.д. Затем этим стали пользоваться более широкие круги населения. В списках иностранных товаров, привезен- ных в Архангельск в 1671-1673 гг., числятся кружева, шел- ковые изделия, драгоценные камни, краски, пряности, конфе- ты, зеркала, испанские и французские вина. Посошков борет- ся против излишней роскоши и даже предлагает проект «одеж- ного расположения»: люди должны носить определенную одежду в зависимости от их материального достатка. Он сокру- шался, что «вместо материальных товаров возят к нам разные питья» , стеклянную посуду и «всякие товары, как непрочны и портятся скоро... » . Автор «Книги о скудости и богатстве» был сторонником радикального пересмотра структуры импорта. Кроме того, он предлагал запретить закупки товаров, которые уже производятся в стране: железа, соли, стеклянной посуды, зеркал, очков, шляп, скипидара, игрушек, красок. Суждения Посошкова соответствовали активной протек- ционистской политике российского абсолютизма. Так, по та- моженному тарифу 31 января 1 7 24 г. высшая ставка пошлин была определена в 37,5% с цены товара, а с учетом уплаты пошлины в иностранной валюте она достигла 75% и прихо- дилась на железо, иглы, гвозди, полотно, ленты и другие то- вары, уже производившиеся на русских мануфактурах. Диф- ференцированные ставки тарифа назначались в зависимости 278
<Ѕ%°%а®<*@0%*°®%°%<>®@°%« от соотношения объема отечественного производства и разме- ра импорта и носили, по существу, запретный характер. Рус- ский экспорт облагался 3% -ным сбором фискального значе- ния, а с целью стимулирования национального производства были наложены высокие пошлины на вывоз промышленного сырья. Посошков считал целесообразным прекратить покупку иностранного сукна, и Петр І также требовал, чтобы строитель- ство русских суконных мануфактур обеспечило потребности армии, приказывая через «5 лет не покупать мундира замор- ского» . Еще одним средством ограничения импорта иностран- ных товаров, по Посошкову, могло стать запрещение иноземцам разгружать на берег с кораблей непроданные товары. Он пред- лагает, чтобы в русских портах «в Санкт-Петербурге, и в Риге, и в Нарве, и у Архангельского города приезжие иноземцы то- вары свои продавали с кораблей, а в анбары и на дворы, не стор- говывая и пошлины не заплатя, не выгружали» . Непроданные товары иностранные купцы должны были бы увозить обратно. Эта мера, предлагаемая Посошковым, могла свести импорт иностранных товаров к оптимальному объему. Его предложения по ограничению импорта промышленных изделий с целью защиты интересов российского производите- ля порой носят курьезный характер: «Такожде и платков шел- ковых немецких и персидских не надлежит же покупать нам, потому что и в них токмо одна денежная истрата.. . А на утира- ние носа и на утирание на лице пота гораздо потребнее платки лняные, нежели шелковые, а в шелковых токмо одни хвати, да иноземцам обогащение» . Мысль об экономическом процветании России и защите ее экономической самостоятельности проявляется также в час- тых высказываниях Посошкова о необходимости удерживать деньги от утечки за границу и, напротив, о желательности при- влечения денег в страну. Он советует употреблять сукна отече- ственного производства, поощряет потребление русских напит- ков: «Кто сколько каких питей русских и табаку ни выпьет, все те деньги из царства вон не выдут». Наконец, по его мне- нию, следовало запретить вывоз серебряных денег: « тако- вые деньги надлежит в торгах русских иметь, за рубежи ж от- нюдь не отпускать» . 279
®%°%«°€%<>%«®%°%®®%®% Особое внимание уделяет И.Т. Посошков развитию про- мышленности. По его мысли, развитая отечественная промыш- ленность могла бы не только обеспечить страну всем необходи- мым, но и производить продукцию на экспорт. В своей книге он указывает на благоприятные условия для учреждения ма- нуфактур в России, принимая во внимание естественные бо- гатства страны, обилие сырья, дешевизну продовольствия: «Хлеб и харч у нас тамошнего гораздо дешевле, а лен и пенька гораздо ниже половины тамошней их даны купить мочно» . И считает нужным перерабатывать собственное сырье на рус- ских мануфактурах, а не вывозить его за границу: «Сие бо ве- лят нужно еже кои материалы где родятся, тамо бы они и в дело происходили » . По мнению Посошкова, в первую очередь нужно было стро- ить предприятия, изделия которых могли заменить иностран- ные товары. Так, он предлагал построить пять-шесть заводов по производству стеклянной посуды и «наполнить» ею другие государства. Посошков полагал, что огромную прибыль может принести строительство табачных заводов, если их продукцию «за море будем отпускать» . Он надеялся и на развитие полот- няной промышленности: «Я чаю, что мочно нам на всю Еуро- пу полотен наготовить... » В своей книге И.Т . Посошков попытался решить еще одну задачу, стоявшую перед предпринимателями эпохи Петра І, - обеспечение мануфактур рабочей силой. Для пополнения со- става работников мануфактур Посошков предлагал царю орга- низовать поимку «гулящих ребят» - беглых крепостных кре- стьян. К ним он советовал присоединить и людей «уличного скитания» - нищих, бродяг. Промышленникам необходимо лишь обучить всех их ремеслу, «и, науча, владети ими вечно» . Таким образом, Посошков был сторонником использования труда крепостных на мануфактурах, что и получило широкое распространение в Петровскую эпоху. В главном труде своей жизни - «Книге о скудости и богат- стве» И.Т . Посошков сформулировал цельную и последователь- ную программу с практическими предложениями, выходящи- ми далеко за рамки сугубо экономических проблем. Его, раз- ностороннего предпринимателя, неправомерно называть ни крестьянским писателем (как это делали дореволюционные 280
«%°%«°%°%'>°-@%°%®®«%®%® историки), хотя он и происходил из дворцовых крестьян-ре- месленников, ни купцом, хотя он и занимался коммерцией. Посошков сумел ярко отразить взгляды русского купечества на развитие торговли и промышленности в эпоху петровских реформ. Он призывал Петра І оказывать купеческому сосло- вию всемерную поддержку, защищая от произвола местных властей и феодальной аристократии. Как рефрен звучит вы- сказывание Посошкова: «Торг великое дело! Купечеством вся- кое царство богатица, а без купечества никакое и малое госуд- рство быть не может ›› . Вместе с тем его экономическая програм- ма выражала интересы не только купцов, но и других групп предпринимателей. Чтобы «промыслы купецких людей расширялись и про- мышленники б богателись» , Посошков предлагал выдавать им из ратуши ссуду от 200 до 600 рублей, а владельцам заводов по 1000 рублей и выше, причем под низкие проценты (6% годо- вых, 1% при краткосрочных займах). Чуть позже первый рус- ский историк В.Н . Татищев, который приобрел немалый опыт на государственной службе, будет также выступать за «воль- ность купечества» , за освобождение купцов от военных посто- ев, за избавление их от произвола местных властей, за поддер- жку мелких и средних торговцев в их неравноравной конку- ренции с крупными коммерсантами. Вместе с тем, по мнению Татищева, не купцы с их постоянным стремлением к собствен- ной экономической выгоде, а дворяне должны стать президен- тами городских магистратов, поскольку они могут лучше за- щищать интересы всех торговых людейззз. Автор «Книги о скудости и богатстве» завершает почти все предложения либо критические суждения по экономическим вопросам одним и тем же советом Петру І - издать соответству- ющий указ. В этом проявились в определенной степени идеа- лизм и наивность, казалось бы, умудренного жизненным опы- том человека. Наряду с предложениями в русле петровской экономической политики целый ряд высказываний Посошко- ва в «Книге о скудости и богатстве» звучат явным диссонан- сом, противореча и критикуя действия властей. По словам историка-экономиста А.И . Пашкова, «Посош- ков первый из русских людей дал развернутую и стройную си- стему экономических взглядов » . А его экономическая програм- 281
%°%«°@°%°«%°%®«%®%« ма была для того времени « безусловно, передовой, прогрессив- ной» , поскольку опиралась на «всемерное развитие произво- дительных сил» . Посошков проявил себя как принципиальный противник крайностей при обновлении экономики страны; он был не «эволюционист», а «трезвый хозяйственник». В его взглядах новизна идей переплеталась с консерватизмом, а по- рой даже и косностью, нетерпимостью по отношению к свет- ской культуреш.
А КУПЦЫ _ Народ «сурьезный» и степенный. Питирим Сорокин. Пестрое Кружево 12 миг гильдвйского купвчвствр. На протяжении Х)/ІІІ в. прежнее разделение привилегиро- ванного купечества на гостей, членов Гостиной и Суконной со- тен постепенно уходит в прошлое и заменяется купеческими гильдиями. Еще Петр І в регламенте Коммерц-коллегии (1 719) повелел «уставлять купеческие гильдии или ступени там, где оные с пользой устроиться могут»335. Однако два года спустя, согласно регламенту Главного магистрата, власти вместо ку- печеских гильдий учредили две гильдии регулярных граждан, включавшие не только купцов. Первая из них состояла из бан- киров, крупных коммерсантов, врачей, аптекарей, ремеслен- ников-ювелиров, иконников и живописцев. Во вторую гиль- дию тогда вошли остальные мелкие торговцы и ремесленни- ки, содержатели постоялых дворов. Чуть позже, в 17 24 г., Т0рГОВО"ПрОМЬІСЛ0ВОЄ ННСЄЛЄНИЄ МОСКВЫ РВЗДЄЛИЛИ ПО ИМУІЦЄ' ственному признаку на три статьи - гильдии. Это трехстатеи- ное деление было подтверждено в 1742 г. Но окончательное оформление гильдейского купечества произошло лишь при Екатерине Великой. Императрица своим манифестом от 1 7 мар- та 1775 г. разделила всех горожан на мещан с капиталом ме- нее 500 рублей и купцов, владевших капиталом более 500 руб- лей. Купечество же в зависимости от размеров капитала в ходе податной реформы того же 17 7 5 г. записывалось в три гиль- дии, дававшие ряд сословных привилегий. Самая привилеги- рованная - первая гильдия включала лиц с капиталом в 283
10 000 рублей и более; вторая -- от 1000 до 10 000 рублей; третья - от 500 до 1000 рублей. Чтобы записаться в любую из них, требовалось внести в казну однопроцентную пошлину с размера объявленного капитала. По вполне понятной причине купцы часто утаивали от властей подлинные размеры своих ка- питалов, дабы платить поменьше. По указу от 17 февраля 177 5 г. в Петербургской Бирже стали вывешивать печатные листы с информацией о купцах, уличенных в подлоге. А 25 мая того же года появился указ «О сборе с купцов, вместо подуш- ных, по одному проценту с объявленного капитала и о разде- лении их на гильдии». Ранее представители купеческого со- словия вносили в казну 40-алтынный налог и сверх того (до 17 марта 1775 г.) по 80 копеек с душиззб. Через десять лет ус- ловия вступления в гильдии были пересмотрены. Вот какие положения, в частности, включала Жалованная грамота городам 1785 г.: «О гильдиях и о гильдейских выгодах вообще. 92. Дозволяется всякому, какого бы кто ни был пола, или лет, или рода, или поколения, или семьи, состояния, или тор- га, или промысла, или рукоделия, или ремесла, кто за собою объявит капитал выше 1000 рублей до 50 000 рублей, записать- ся в гильдию. 99. Записавшимся в гильдии подтверждается дозволение при рекрутском наборе или наряде работников, вместо налич- ного рекрута или работника платить по скольку указом под- писано (есть или будет), располагая деньги по числу душ, с которого набор или наряд в тот год назначен. 100. Записавшимся в гильдии подтверждается дозволение вступать в казенные подряды и откупы. 102. В первую гильдию вписать всякого пола и лет, кто объявит капитал выше 10 000 рублей и до 50 000 рублей... 104. Первой гильдии не токмо дозволяется, но и поощряет- ся производить всякие внутри и вне империи торги, товары вы- писывать и отпускать за море, оные продавать, выменивать и покупать оптом или подробно, на основании законов. 105. Первой гильдии не запрещается иметь или заводить фабрики, заводы и морские всякие суда. 107. Первая гильдия освобождается от телесного наказа- ния... 284
<ї%Ё<>%®°%@°*%°%@<><*%®%@ 108. Во вторую гильдию вписать всякого пола и лет, кто объявит капитал выше 5000 рублей и до 10 000 рублей. 1 14. В третью гильдию вписать всякого пола и лет, кто объя- вит капитал выше 1000 рублей и до 5000 рублей... ››337 Как видим, буквально все стороны предпринимательской деятельности в Жалованной грамоте четко регламентирова- лись. Ранжировались даже условия быта гильдейцев. Если купцам первой гильдии разрешалось ездить в карете парою, то членам второй гильдии - лишь в коляске, запряженной парой лошадей. Купечеству же третьей гильдии позволялось содержать трактиры, бани и постоялые дворы. Человек, полу- чивший купеческое свидетельство первой, второй или третьей гильдии, мог и не торговать, и не заниматься промышленным предпринимательством. После проведения гильдейской реформы 17 7 5-17 85 гг. численность купечества повсеместно сократилась. По сведени- ям Сената, на 23 мая 17 7 5 г. вместо 221 57 Зкупцов в Россий- ской империи оказались записанными в купеческом сословии только 27 000 человек (12,2% прежней численности). В То- больске, к примеру, их насчитывалось, согласно данным Ко- миссии о коммерции 17 64-1767 гг., 2827 человек, а осталось на конец 17 7 5 г. 367 душ мужского пола. В Томске на 1776 г. 6 купцов объявили капиталы по 2-й гильдии, а 20 - по 3-й гиль- диит. В последующие годы число гильдейцев стало постепен- но увеличиваться. Причем большинство из купцов в конце Х\/`ІІІ в. было записано в самую нестабильную третью гильдию, откуда в случае разорения они выбывали в сословие мещан. В то время в Можайске купцов числилось гораздо меньше, чем ме- щан (соответственно, 97 и 546 человек), а вот в Верее гильдей- ское купечество (1035 человек) преобладало над мещанством (836 человек) 339. В отличие от дворянского сословия, членство в привилеги- рованных сословных группах купечества не являлось пожиз- ненным и наследственным. Банкротства не могли порой избе- жать и члены первых двух гильдий, отличавщихся большей устойчивостью. Если разорившийся помещик оставался дво- рянином, то обедневший купец выбывал из гильдии. Перво- гильдейцы обычно проживали в крупных городских центрах и ворочали немалыми капиталами, вкладывая их в промыш- 285
<@°%°*®%°%®%°%*°*@®®@Ё* ленное производство. Позднее, в 1807 г. , власти разрешат при- писываться к купеческим гильдиям и дворянам. Но лишь не- многие из господствующего сословия воспользовались этим правом (Пороховщиков). Гильдейское купечество пополнялось, прежде всего, разбо- гатевшими выходцами из крестьянской среды. Родоначальник известной московской предпринимательской династии Алек- сеевых - Алексей Петрович Алексеев (1 7 24-1 77 5) был кре- постным крестьянином П.Б. Шереметева и происходил из Ярославской губернии. Получив от помещика вольную, в воз- расте 22 лет он приехал в Москву, где приписался к купечес- кому сословию. Его сын Семен Алексеевич стал купцом вто- рой, а затем первой гильдии и коммерции-советником. Внук крепостного уже в ХІХ в. основал фирму «Алексеев Влади- мир» . Впоследствии семья Алексеевых дала России ряд деяте- лей, заслуживших благодарную память потомков: главу Мос- ковской городской управы Николая Александровича Алексе- ева и выдающегося режиссера, одного из основателей Художе- ственного театра Константина Сергеевича Станиславского. Надо сказать, что крепостное право ограничивало возможнос- ти крестьян пробиться в предпринимательскую среду, и дале- ко не всем повезло так, как Алексеевым или не менее знамени- тым Морозовым, родоначальник которых Савва Васильевич отличался деловой хваткой и начинал свое дело, будучи кре- постным. А З.Е . Третьяков - дед основателя знаменитой га- лереи, происходивший из потомственного купечества Мало- ярославца, переселился в Москву в 1 774 г. вместе с престарелым отцом и приписался к третьей гильдии. Дворцовый (а затем ча- стновладельческий) крест ьянин-старообрядец из Новола- дожского уезда Феоктист Константинович Долгой, в возрасте 52 лет выкупившийся на волю вместе со всем семейством, раз- богатев, записался в гильдейское купечество, а затем стал даже петербургским именитым гражданиномш. Имели шанс разбогатеть и пробиться в среду гильдейского купечества и коробейники (известны по письменным источни- кам с Х`\7І в.) - мелкие торговцы, разносивший товар (ленты, тесьму, иголки, недорогие женские украшения, пуговицы, де- шевые книжки, лубок и др.) 'по городским улицам, а чаще в сельской местности. Они именовались в народе также « афеня- 286
€%°%°@°%@<>@°%@% ми» (<<офенями››), «щепетильниками», позже - «варягами», «кантюжниками», «коробочниками», «ходебщиками». В Ко- стромской и Вологодской губерниях в ХІХ в. была записана поговорка: «Варяг голою рукой денежки не сочтет, варежкой возьмет, да в варежке унесет». Сами же офени называли себя «масыками» и «обзетильниками». Среди офеней-ходебщиков ХІХ в., разносивших и развозивших галантерейные товары с ярмарок по малым городам и селам Левобережной и Слобод- ской Украине, Новороссии, первоначально преобладали крес- тьяне, происходившие из Орловской губернии, а позже - из Ковровского и Вязниковского уездов Владимирской губер- нии3'“. Среди них встречались также уроженцы Костромской, Московской (в основном Серпуховского и Подольского уездов), Тверской губерний. Обычно офеня отправлялся в путь в конце лета - начале осени и возвращался домой к Масленице или Пасхе. Порой несколько десятков таких бродячих мелких тор- говцев, занимавшихся розничным сбытом (иногда даже в кре- дит), для приобретения товара получали вперед деньги у сво- их хозяев - местных зажиточных купцов или «капиталистых» крестьян. Разбогатевшие коробейники имели также приказ- чиков, выполнявших их торговые поручения за жалованье. Торговцы-офени, отличавшиеся бойким нравом, говорили на узко профессиональном (<«афенском››, «офенском», «кантюж- ном» , «аламанском» , «ламанском» , <<галивонском››) жаргоне, состоящем из переиначенных либо вновь составленных русских лексических элементов (шерсно - сукно, скрыпы - двери, юсы - деньги и др.) и ряда греческих терминов (хирга - рука, часть счета). В .И . Даль предположил, что греческие слова «ис- кони занесены ими с Сурожья, т.е . с Азовского поморья и из-за Дуная››ш. Исходя из этого, византинист М.Я. Сюзюмов позже выдвинул гипотезу о генетическом родстве слов «офеня» (<<афе- ня») и «офониопраты» (члены византийской корпорации тор- говцев шелковыми изделиями, известные по «Книге эпарха» Х в.), однако вряд ли здесь ввиду асинхронности лексических и торгово-экономических явлений прослеживается прямая связьт. О коробейниках писали Н.А. Некрасов (в известной поэме), П.И . Мельников-Печерский (роман «В лесах››). Надо сказать, что в ХУІІІ в. розничная торговля по-прежне- му велась в основном в рыночных рядах, а оптовая - на гости- 287
\,/ ч×ў~г ных дворах. Не только в Петербурге, но и в других городах строи- лись из кирпича новые здания гостиных дворов с многочислен- ными лавками. «Помимо этих лавок на всей Дворцовой сторо- не нигде ничего не продают, - удивлялся датчанин Педер фон Хавен, совершивший в 1 736-1 737 гг. путешествие в Рос- сию. - Ибо ни одному купцу в Петербурге и во всей России не дозволено держать мелочные лавки в своих домах. Лишь тор- говцы вином могут иметь винные погреба там, где они жи- ВУТ» 344. С 1 750-17 60-х гг. в обеих столицах стали появляться пер- вые магазины, устроенные на европейский манер и заводив- шиеся первоначально комерсантами иностранного происхож- дения. Численность ярмарок к концу столетия превысила 4000, причем три четверти из них находились в сельской мест- ности. По-прежнему славились Макарьевская (под Нижним Новгородом), Коренная (под Курском), Ирбитская (на Южном Урале), Свенская (у Брянска) ярмарки. Меньшую активность российское купечество проявляло в сфере внешней торговли, хотя и предпринимало попытки освоить дальние зарубежные рынки. В частности, в 1 740-х гг . крупным московским коммер- сантом Григорием Журавлевьхм были организованы три «по- сылки» товаров в Константинополь. Вместе с тем явно преуве- личенную оценку склонности русского народа к торговому об- мену дал уже упоминавшийся Педер фон Хавен: <<Пожалуй, ни один народ на свете не имеет большей склонности к торговле, чем русский. По этой части они обладают всеми теми качества- ми, что и евреи, да еще и в большей степени. Поэтому также они всегда стараются вести преимущественно сухопутную тор- говлю, о чем свидетельствуют многочисленные русские кара- ваны. Действительно, во всей Азии и Европе нет такой силь- ной торговли, как в России... В торговой изворотливости сей народ не имеет себе равных, а посему надобно быть весьма ос- мотрительным»345. Власти привлекали зажиточных русских купцов к участию вработе трех Комиссий окоммерции (1 727--17 32, 17 60-1762 и 1 763-1 796 гг.) и Уложенной комиссии 1 767-1 768 гг. , где они стремились, действуя на основе купеческих наказов, отстаи- вать свои сословные права. Они входили в состав шестиглас- ных городских дум, учрежденных в 1 785 г. императрицей Ека- 288
.. . Ё-З/ .\7 @°%®°%°%® 0% териной Великой по Жалованной грамоте городам. Москов- ским городским головой (председателем городской думы) стал купец Е. Емельянов (1 797), словесным судьей - В . Рыбников (1795) В Уставе о банкротах, утвержденном в 1 740 г. , среди тяже- лых последствий банкротств называлось «кредиту ослабление и купечеству остановка» ; согласно сенатскому проекту нового Устава о банкротах 1763 г., «вексельные долги нужнаго в ку- печестве кредита... всем другим долгам предпочтены были» (ПСЗ. Т. ХІ . Ме 8300). А в 1754 г. наконец государство учреди- ло Купеческий банк (его точное название «Банк для поправле- ния при Санкт-Петербургском порте коммерции» ), о создании которого давно уже и не раз перед властями хлопотали торго- вые люди. Десять лет спустя в Астрахани появился коммер- ческий банк с оборотным капиталом 175 тыс. рублей для фи- нансирования Армянской компании по торговле с Персией. И все же в сфере банковского кредита Россия продолжала от- ставать от развитых стран Западной Европы. Становлению все- российского экономического рынка мешали внутренние та- можни и разнообразные мелочные сборы с коммерсантов. При Елизавете Петровне вопрос об отмене внутренних та- моженных пошлин был впервые поставлен на повестку дня по инициативе тульского купца Федора Володимирова <<с то- варищи». В его решении участвовал И.И . Шувалов. Он раз- решился с подписанием 20 декабря 1753 г. императорского указа << Об уничтожении внутренних таможенных и мелочных сборов » , способствовавшего развитию всероссийского экономи- ческого рынка. А в следующем году были учреждены торговые словесные суды. При составлении Таможенного устава 17 55 г. и тарифа 1757 г. учитывались интересы отечественного купе- чества, постепенно приобщавшегося к созданию компаний для ведения внешней торговли. За право создания монопольной компании по торговле с Персией приблизительно тогда в Пе- тербурге развернулась своеобразная «война» между влиятель- ными лицами. Указом от 31 августа 1 762 г. императрица Ека- терина Великая впервые наградила медалью русских торговых людей - Илью Снегирева (из Тобольска), Ивана Буренина и Ивана Кулькова (из Вологды), Ивана Томилова и Афанасия СУХаН0В& (Из Яренска), Андрея Титова, братьев Григория и 10 - 6968 Псрхавко 289
Ивана.Пановых (из Тотьмы), Егора Сабинина (из Москвы), Се- мена Красильникова и Афанасия Орехова (из Тулы), Афана- сия Чебаевского (из Лалы), которые, будучи компаньонами предприимчивого купца Ивана Никифорова, участвовали в обследовании далеких Алеутских островов. На лицевой сторо- не медали был выбит портрет императрицы, а на обороте - слова: «За полезные обществу труды» . Спустя пять лет такую же золотую наградную медаль получили соликамский купец Иван Лапин и устюжский купец Василий Шилов, причем пос- ледний - за составление довольно точной карты Алеутских ос- тровов, части Аляски и всей Камчаткиш. Выходцы из торгово- предпринимательской среды Г.И. Шелихов (поэт Г.Р. Держа- вин называл его «Российским Колумбом») и А.А . Баранов стоя- ли у истоков Российско-Американской компании, основанной в 1 799 г. и немало сделавшей для освоения Аляски. Екатерина ІІ даровала Шелихову шпагу и золотую медаль для ношения на Владимирской ленте на шее с надписью: «За усердие к пользе государственной распространением открытия неизвест. земель и народов и заведения с ними торговли. 1788». Под его руко- водством составлено несколько новых географических картш. Кое-кто из петербургских и московских купцов вкладывал средства в новую для себя сферу бизнеса - издание книг. Ку- пец-книгоиздатель Н.Н . Кольчугин, происходивший из ста- рообрядческой семьи, примкнул к масонам и сотрудничал с известным просветителем Н.И . Новиковым. К развитию про- свещения и издательского дела приобщилось и сибирское ку- печество. К примеру, частная типография тобольских купцов Корнильевых выпустила за 17 89-1 7 96 гг. 12 тыс. книг и жур: налов по разным отраслям знаний. Иждивением петербургс- кого коммерсанта Сергея Копнина и иркутского купца Ивана Байбородина в 1774 г. в типографии Академии наук было на* печатано двухтомное сочинение Орфелия Захариейса << Житие и славные дела Петра Великого» . В самом конце ХУІІІ в. в од- ной из самых культурных купеческих семей Иркутска появил- ся на свет Н.А . Полевой (1 796-1846) - талантливый историк, журналист, литературный критик, драматург, издатель жур- налов (в том числе наиболее популярного «Московского теле- графа»), автор ряда многотомных исторических трудов. Действие пьесы Н.А. Полевого «Иголкин, купец новгород- 290
ский» происходит в 1717 г. Согласно преданию, пленный ку- пец Иголкин, став узником стокгольмской крепости и услы- шав оскорбительные речи в адрес Петра, убил двух шведских солдат. Отважного купца должны были казнить, но,_восхищен- ный его поведением по отношению к монарху, Карл ХІІ поми- ловал Иголкина и отпустил на родину. В эпилоге Иголкин воз- вращается в Петербург, Петр жалует ему золотой кафтан и приглашает на почетный пир. В пьесе Полевого представлен идеальный образ русского купца-патриота, который не мог не импонировать его собратьям по купеческому сословию, жив- шим в николаевскую эпоху (правда, именно за такие образы драматурга критиковал В.Г. Белинский). Каждый выбирал собственную жизненную стезю. Боль- шинство из купеческих детей с ранних лет приобщались к се- мейному торговому делу. Кое-кто из них выбирал военную ка- рьеру. Анекоторые, подобно сыну курского купца Прохору Мошнину, отказавшись от мирских утех и решив посвятить себя служению Богу, уходили в монастырь. Родившийся в 1 759 г. в Курске и в юности принявший монашеский постриг, Прохор приобрел широкую известность и стал почитаем как старец Серафим Саровский. Отец его Исидор Мошнин, при- надлежавший к зажиточной купеческой семье, владел кир- пичными заводами и брал строительные подряды. По проек- ту В.В. Растрелли им возводился в Курске собор во имя Сергия Радонежского, который после ранней кончины мужа пришлось завершать его вдове Агафье. Их семилетний сын однажды упал со строившейся колокольни собора, но каким-то чудом уцелел. Высокий и красивый юноша в 1 775 г. вместе с пятью сыновья- ми курских купцов отправился в паломничество к святыням древнего Киева. Все они решили стать монахами. 19 -летний Прохор добрался затем до Саровской пустыни, где и провел всю оставшуюся жизнь. Некоторые из купеческих сыновей (И.И. Савельев, Л.М. и Дужнины, Е.Е. Ширяев и др.) перешли в дворянское со- словие, поступив на военную службу и получив офицерские чины. Стал дворянином за заслуги на театральном поприще и поддержку Екатерины Великой Федор Григорьевич Волков, выходец из купеческой среды Костромы и Ярославля, основав- ший русский профессиональный театр. «Если некогда во Фран- 291
%°%«°@°%«<>®@®%<>«%°%« ции и других странах крупные торговцы становились дворя- нами только из детского тщеславия, - подчеркивал декабрист, а затем либерал Н.И . Тургенев (1847), - то о русских купцах этого нельзя сказать. Очевидное унижение, коему подвергает- ся их сословие, побуждает их переходить в тот единственный класс, члены которого хотя бы отчасти обладают правом не- прикосновенности, если только в России вообще можно обла- дать подобным правом»348. Наблюдая за этим своеобразным явлением, известный историк М.М. Щербаков даже написал специальное сочинение «Размышление о ущербе торговли, происходящем выхождении великого числа купцов в дворяне и в офицеры» , в котором обосновал тезис об огромном ущербе одворянивания купечества росту торгового дела. И действи- тельно, потомки одворянившегося купечества чаще всего от- ходили от торгово-предпринимательского дела. Как отмечал в 1834 г. адъютант при петербургском генерал-губернаторе, выпускник Пажеского корпуса А.П . Башуцкий, «в лучших семействах купеческих фамилиях поощряют сношения их с высшими сословиями»“9. Но некоторые почтенные купцы предпочитали «остаться первыми в своем сословии, а не стать последними среди дворян»35°. Окончательно оформившееся купеческое сословие всячески стремилось отгородиться от низших слоев городского населе- ния и крестьянства, хотя и постоянно «подпитывалось» из кре- стьянской среды. Так, болховское купечество, например, об- ращалось к властям с наивным требованием издать указ, за- прещающий дворянам именовать купцов « мужиками» . Но сле- ды их «мужицкого» происхождения нельзя было в одночасье вытравить никакими указами. Они долго сохранялись и в быту, и в мировоззрении, и в социальной психологии даже купече- ских верхов первой и второй гильдий, не говоря уже о рядовой массе гильдейского купечества, записанной в третью гильдию и рисковавшей в случае ухудшения имущественного положе- ния перейти в более низкий разряд городского населения -4 мещанство. В Х)/'ІІІ в. купечество провинциальных городов селилось преимущественно в деревянных домах. В подмосков- ной Верее, к примеру, в конце столетия каменные строения имелись лишь в 8 из 530 купеческих дворовш. Русские купцы вели и чисто деловые записи с перечисле- 292
«%®%0*%0%«®*%°%«°«%°%« нием разного рода торговых сделок. Правда, далеко не все представители купеческого мира сознавали важность и необ- ходимость ведения бухгалтерских книг. «Но много таковых находится, которые и понятия о ней, кроме как по слуху, не имеют, а отправляют коммерцию как внутреннюю, так и за- граничную чрез прикащиков и корреспондентов без основа- ния... Вот, скажут иные, новой вздор - мы и без бухгалтерии торговать и барыши с изъяном различать умеем», - конста- тировалось в книге с длинным и витиеватым названием «Ключ коммерции или торговли, то есть наука бухгалтерии...; Почтен- ный купец или бухгалтерия... ›› , вышедшей в 1799 г. в Москве в трех частях. Павел І после встречи в 1800 г. с представителями купече- ства реорганизовал Коммерц-коллегию, включив в нее 13 вы- борных купцов, но Александр І вскоре отменил это отцовское новведение;еС января 1807 г., согласно манифесту «О дарован- ных купечеству новых выгодах, отличиях, преимуществах и новых способах к распространению и усилению торговых пред- приятий» , в купеческих гильдиях разрешалось состоять ино- странцам, принявшим «вечное подданство Российской держа- ве›› и российским дворянам, а с 1826 г. владельцев промыш- ленных предприятий из числа иностранцев обязали записы- ваться в купечество по «принадлежности» . Важную роль в их привлечении в Россию сыграло дальнейшее совершенствова- ние правовой базы для деятельности акционерных обществт. На торжественном обеде по случаю освящения нового здания Биржи на стрелке Васильевского острова в 1812 г. Александр І провозгласил тост «за процветание торговли и петербургское купечество» . Начавшаяся вскоре война с Наполеоном привела к разорению части предпринимателей, о чем, в частности, сви- детельствуют «Записки» московского купца Н.Ф . Котова, и не- которому сокращению общей численности гильдейского купе- честват. Своим «ближайшим заступником» купцы считали О.П. Козодавлева, выступавшего на посту министра внутрен- них дел в 1810--181 9 гг. за расширение протекционистких мер по отношению к отечественной торговле и промышленности. 14 ноября 1824 г. было подписано дополнительное поста- новление «Об устройстве гильдий и о торговле прочих состоя- нии», в соответствии с которым с 1825 г. последовало «зна- 293
«%°%°<%°%«®«@°%°®%<>%« чительное понижение платимых торговыми классами повин- ностей›› (прежде всего, гильдейского налога) и более четкое определение «прав и обязанностей торгующих сословий»35'*. Не находившимся на государственной службе дворянам отны- не дозволялось записываться только в первую гильдию; ее член именовался теперь «первостатейным купцом или негоциан- том» , а также мог получить звания банкира и коммерции со- ветника (последнее при условии не менее 12-летнего пребыва- ния в гильдии). Интересы ряда гильдейцев не ограничивались лишь сиюминутными заботами о собственном бизнесе. Так, Иван Саввич Вавилов выпустил в 1845 г. в Петербурге в двух частях «Беседы русского купца о торговле» . По утвержденному 1 января 1863 г. «Положению о пошли- нах за право торговли и других промыслов» торговля разделя- лась на оптовую, розничную и мелочную, а вместо трех купе- ческих гильдий остались только две - первая и вторая. Купечес- кие, или гильдейские, свидетельства двух разрядов (1 -й гильдии для оптового торга и 2-й гильдии для розничного) предостав- ляли «лицам их взявшим, сверх прав на торговлю, звание ку- печеское и соединенные с оным личные преимущества» . Про- мысловые свидетельства пяти видов (на мелочный торг, на раз- возный торг, на разносный торг, на мещанские промыслы, ку- печеским приказчикам) не предоставляли никаких особых личных привилегий. Согласно примечанию к статье 21, жены купцов могли получать как купеческие, так и промысловые свидетельства, «не иначе, как по предъявлению ими письмен- ного удостоверения о согласии на то их мужей» 355. До 1863 г. кое-кто на последние гроши записывался в купцы самой низ- шей 3-й гильдии, чтобы спасти своих сыновей от рекрутской повинностиж. Такие «фиктивные» купцы порой даже не за- нимались торговлей Во второй половине ХІХ в. по-прежнему основным источ- ником пополнения гильдейского купечества служило кресть- янство. Купец-миллионер, благотворитель и литератор Нико- лай Мартемьянович Чукмалдин (1836-1901) происходил из сибирской крестьянской семьи старообрядцев, обрусевших татар. И старообрядческая среда оказала огромное влияние на его становление в детские годы. Переселившись после неудачи в бизнесе из Тюмени в первопрестольную, он столкнулся там -гс 294
«%°%«<>%°%°<~*@°%*®%®%« иными деловыми и личными отношениями: «Скоро я понял, что сибирская система доверия здесь, в Москве, решительно неприменима, и если я не хочу постепенно разориться, то надо чутко сторожить всякое поползновение на мой карман москов- ского промышленного человека. Ввиду этого мне пришлось в первые 3-4 года усиленно работать над приобретением кли- ентов-“доверителей” , присылавших свои товары для продажи, помимо собственной торговли сырьевыми сибирскими товара- ми. Во избежание лишних расходов, я не имел сначала ни при- казчика, ни артельщика, а должен был принимать и сдавать товары сам, в тех местах, где я их покупал и продавал. В про- винции - лавка, дом, склад всегда близко и под руками; схо- дить или съездить в склад времени требуется мало. Здесь я жил в Благовещенском переулке, а склады находились на Кокорев- ском подворье и в Северном обществе, по крайней мере, в 3-х - 5-ти верстах расстояния. Показать ли кому-нибудь товар, надо тратить времени два, а то и три часа; потолковать ли с продав- цом или покупателем, надобно идти в трактир и, хочешь - не хочешь, пить с ним чай, что также отнимало значительное вре- мя. Затем в те годы, о которых ведется мой рассказ, биржа со- биралась между 5 и 6 часами вечера; выходило так, что, уйдя с квартиры в 8-9 часов утра, я возвращался домой к 7 часам вечера. После обеда остальное время поглощалось письменны- ми и счетными занятиями. Таким образом, все 6 дней в неде- ле, с раннего утра до позднего вечера, я работал без отдыха и покоя» . Получил на втором году проживания в Москве 5000 рублей чистой прибыли, Чукмалдин решил придержи- ваться твердо принципа - проживать не более двух третей ежегодного доходаш. На 1869 г. в Петербурге насчитывалось 22 333 лиц (муж- чин - 11 851, женщин - 10 842) купеческого сословия (вклю- чая членов семей), или 3,3% общей численности населения. Из них русские составляли 7 6,5% , а среди коммерсантов-инос- транцев преобладали немцы (15,4% всех купцов)358 . Лидирую- щие позиции среди владельцев крупных столичных магазинов занимали в середине ХІХ в. англичане и французы. Магазин Вильяма Плинке и Константина Никольса, на углу Невского проспекта и Большой Морской улицы, поражал современни- ков товарным изобилием. Там продавались: « ...Русские, фран- 295
цузские, немецкие и всякие товары, бриллианты и глиняная посуда, золото, серебро, бронза, сталь, железо <. . .>, всевозмож- ные ткани для женских уборов и платья, все принадлежности дамского и женского туалета, и <...> вместе с духами, пома- дою, и кружевами, вино, ликеры, горчица и даже салат в бан- ках... Тут охотничье ружье, там хрусталь; тут кисея, ситцы, там шелковые ткани; здесь мужские шляпы, там дамские ита- лианские; здесь кожаные чемоданы, ковры, тут бриллианто- вые вещи и ордена, а там иголки_; здесь готовые платья, пла- щи, шинели...» «Непостижимое дело! Мне кажется, что этот магазин должен называться не английским, а универсаль- ным» , - восклицала одна из современницзю . Во второй поло- вине ХІХ - начале ХХ в. в Москве и Петербурге славились магазины торгового дома «Мюр и Мерилиз» , основанного под- данными Великобритании3°° . Значительную роль сыграли ино- странные предприниматели и в развитии столичной промыш- ленности в царствование Александра ІІ и Александра ІІІ. До- статочно упомянуть Всеобщую компанию электричества (учре- дитель немец Э. Ратенау), Невский судостроительный и меха- нический завод (англичанин Томсон), Российско-американскую резиновую мануфактуру «Треугольник» (немец Ф.Ф . Крауз- копф), Механический, чугуно-стале-меднолитейный и котель- ный завод «Л. Нобель» , Петербургский механический и котель- ный завод Э.И. Тильманса. После упоминавшегося выше манифеста 1807 г_. «О даро- ванных купечеству новых выгодах, отличиях, преимуществах и новых способах к распространению и усилению торговых предприятий» сформировалась правовая база для учреждения в России торговых домов двух видов: 1) товарищество полное; 2) товарищество на вере (коммандитное общество). На 1 янва- ря 1893 г. в 96 пунктах России было зарегистривано 867 пол- ных товариществ с капиталом 55 млн рублей и 388 товапри- ществ на вере с суммой капиталов в 33, 5 млн рублейш. Но тор- говые дома являлись по преимуществу небольшими и средни- ми предприятиями. Первым торговым пассажем в Москве стала «Галерея с ма- газинами» князя М.Н. Голицына, построеннаяв 1835-1839 гг. по проекту архитектора М.Д. 'Быковского и заполнившая про- езд между Петровкой и Неглинной. Она была предназначена 296
«%®%«°®%°%«°«%°%°®%®%« для торговли предметами роскоши, и чаще всего там встреча- лась изысканная публика. Крыша из оранжерейных рам со стеклами создавала обилие света в пассаже. Модные магазины располагались на Кузнецком мосту. Их богатая обстановка с витринами разительно отличалась от полутемной атмосферы старинных лавок, как правило, не отапливавшихся, а потому и холодных зимой. А в начале ХХ в. у состоятельных людей пользовались огромной популярностью Елисеевские магазины в Москве и Петербурге, привлекавшие внимание роскошно оформленными интерьерами, разнообразием отечественных и импортных товаров и оборудованные по последнему слову тех- ники (и ярким электроосвещением, и холодильными установ- ками). Многие из зажиточных поволжских купцов стали владель- цами пароходов. Иные же представители купеческого сосло- вия после 1861 г. стали вкладывать деньги в банковскую сферу. При участии золотопромышленников и купцов был учрежден в 1872 г. Сибирский банк, правление которого первоначально на- ходилось в Екатеринбурге, а затем было переведено в Петер- бург. Москва же в области развития коммерческих кредитных учреждений тогда отставала от столицы. В 1866 г. по инициа- тиве известного предпринимателя В.А . Кокорева в первопрес- тольной был учрежден Купеческий банк с первоначальным капиталом 1,27 млн рублей (к 1917 г. он достиг 27 млн руб- лей). Банк работал преимущественно с надежными клиента- ми из среды московской торгово-промышленной буржуазии. С приходом в 1903 г. на пост председателя совета Г.А . Крес- товникова у Купеческого банка появились несколько филиа- лов в Средней Азии, откуда доставлялся хлопок на текстиль- ные фабрики Центральной России. Отцом-основателем Москов- ского Торгового банка с капиталом 2 млн рублей стал в 187 2 г. Н.А. Найденовт. Со 2-й половины ХІХ в. под западноевропейским влияни- ем в нашей стране распространяется коммерческая реклама в самых разных ее формах (объявления в газетах и журналах, каталоги товаров, прейскуранты, пригласительные билеты, открытки, календари, плакаты и т.д .)3°3. Порой она не лишена Юмора. У процветающих торговых домов и промышленных 297
%0%«°@°%°@°% предприятий появился свой фирменный стиль. На торгово-про- мышленных выставках можно было увидеть павильоны в виде огромных бутылок (например, виноградного сока Н.Н . Бекето- ва), пивных бочек. Рекламные плакаты размещались повсю- ду: на железнодорожных станциях и речных пристанях, на вагонах конки и разъезжавших по городу специальных теле- гах, порой даже на театральных занавесях. В моду входили презентации с угощениями, сувенирная продукция с рекламой. Словом, чего только не делали производители и коммерсанты, чтобы завлечь покупателя своей продукции. Согласно результатам Первой всеобщей переписи населе- ния России 1897 г., гильдейского купечества (вместе с члена- ми семей) насчитывалось свыше 281 000 человек, что состав- ляло около 0,2% всего населения страны. Больше всего лиц, принадлежавших к купеческому сословию, проживало в Мос- ковской губернии (свыше 23 400 чел.), далее следовали Моск- ва (около 19 500 чел.), Санкт-Петербургская губерния (около 20 000 чел.), Петербург (более 17 400 чел.), Херсонская губер- ния (свыше 12 300 чел.), Киевская губерния (12 000 чел.), Одес- са (около 5000 чел.). Но после принятия нового Закона о госу- дарственном промысловом налоге (1898) исчезла прямая связь между правом на занятие предпринимательской деятельнос- тью и получением купеческого гильдейского свидетельства, что способствовало сокращению численности гильдейского купе- чества. Если в 1899 г. в Москве, например, насчитывалось око- ло 2500 купцов 1-й и 2-й гильдий, то в 1914 г. - уже порядка 1 7 00364. Единственным, пожалуй, исключением стал Петер- бург, где численность гильдейского купечества за этот период даже увеличилась в три раз (во многом за счет лиц иудейского вероисповедания, которым принадлежность к гильдиям позво- ляла жить вне черты оседлости). Падение значение сословной принадлежности к купечеству для занятий различными вида- ми предпринимательской деятельности признают многие ис- торикизбб. В трех крупнейших торговых центрах дореволюционной России (С. - Петербурге, Москве и Одессе) существовали специ- альные сословные учреждения - купеческие управы. Каковы- ми же были их функции. «Члены купеческих управ избира- лись купеческим обществом (его вь1борными)и имели во главе 298
«%°%«°«@°%®€%°%®®«%°% купеческого старшину, избираемого тем же собранием выбор- ных и утверждаемого градоначальниками. Купеческие упра- вы заведовали сословными делами, учреждениями, сборами и др. В Петербурге и Одессе избирались на три, в Москве - на четыре года. В других городах дела, подведомственные ку- печеским управам, находились в заведовании купеческих ста- рост » , - гласит лаконичная энциклопедическая справка. Что же скрывается за этими сухими строками? Фактически влас- ти потребительски относились к купеческим обществам, при- влекая его членов к несению различных обязанностей. Служ- ба, отвлекавшая купца от занятий бизнесом, являлась для него в большинстве случаев ненужной обузой, от которой он стре- мился всеми правдами-неправдами освободиться. До 1893 г. в ведении Министерства финансов находились только три коммерческих учебных заведения (Московская практическая академия коммерческих наук, Петровское учи- лище Петербургского купеческого общества и Александровское училище Московского биржевого общества), а с 1894 г. этот список пополнился за счет двух общественных коммерческих училищ (Одесского и Харьковского), двух частных (женского Бухтеевой и мужского Файга в Одессе), а также женских ком- мерческих курсов Ивашинцевой в Петербургеж. Они'давали не только специальное, но и общее среднее образование. Прав- да, вышедший в 1908 г. «Учебник коммерции для торговых школ и счетоводных курсов» С.И . Боголепова вызвал крити- ческие замечания в коммерческой периодикеш. Еще в 1786 г. в Москве возник Купеческий клуб, просуще- ствовавший до 1796 г. А в 1804 г. в деловом центре города, на Ильинке, было открыто Купеческое собрание, переместившее- ся с 1839 г. в дом М 1 7 на улице Большая Дмитровка. Его чле- нами до 1859 г. могли стать наряду с купцами профессора, врачи, художники. Спустя двадцать лет в Купеческое собра- ние вновь уже принимали без различия «званий и состояний» . В нем устраивались балы, маскарады, концерты, литературные вечера, чествования. 26 февраля 1856 г. московские купцы устроили там прием в честь героев обороны Севастополязбв. И на 1913 г. Купеческое собрание насчитывало 1 166 членов, но сами ГИЛЬДЄЙЦЫ, по воспоминаниям П.А . Бурышкина, относились к его деятельности весьма скетически: «одни думали, что ку- 299
%®%®*%°%°<&%®%*>®«%°%« печеское общество себя изжило и нужно его ликвидировать, другие полагали, что можно его сохранить, сделав какие-то преобразования»3°°. Купеческий быт пореформенной России причудливо совме- щал старые, патриархальные и новые черты. «Отношения ку- печества к дворянству, как к сословию правящему, привиле- гированному, замкнутому в себе и заинтересованному в пре- следовании лишь своих узко сословных целей, было естественно полно недоверия, зависти и недоброжелательства, - отмечал московский купец-мемуарист Н.П . Вишняков. - Встретить дворянина или дворянку в купеческой среде было такою же редкостью, как купца или купчиху в дворянской. Если это происходило, то возбуждало всеобщее живейшее и притом саркастическое любопытство по отношению тех, кто нарушил обычаи своих каст. Обыкновенно объясняли это корыстными расчетами. Если купец принимал дворян, это значило: доби- вается подряда, ордена или медали, норовит дочь выдать за "благородного". И если, чего не дай Бог, дворянин собирался жениться на купеческой дочери, судьба последней заранее оп- лакивалась: что иное мог иметь дворянин в виду, как не то, что- бы обобрать несчастную и затем бросить? Исключение могли составить только очень богатые купеческие семьи, обладавшие достаточными средствами, чтобы “купить” порядочного дво- рянина, но это было редкостью. Также, если купец женился на дворянке, о нем соболезновали. Дворянке никак не полага- лось выходить за купца, иначе, как не имея юбки за душой. А какое же благополучие могло ожидаться при таких услови- ях? Известное дело: обберет мужа, одарит свою семью, заведет полюбовника из "своих", да и уйдет от мужа. Да еще смеяться станет: экого дурака обошла! »37° Подготовка такого дворянско- купеческого мезальянса, брака по расчету прекрасно показа- на Г.П . Федотовым в картине «Сватовство майора». Потом- ственными дворянами стали, к примеру, курские купцы Го- ликовызп. В книге «Ушедшая Москва» В.И. Немирович-Данченко так выразил свои впечатления от российской буржуазии из купе- ческой среды: «Дворянство завидовало купечеству, купечество щеголяло своим стремлением к цивилизации и культуре, ку- печеские жены получали свои туалеты из Парижа, ездили на 300
@°%°«%®%*<>«%®%«<>€%®%* зимнюю весну на Французскую Ривьеру и в то же самое время по каким-то причинам заискивали у высшего дворянства» . Менее прочными становятся и купеческие семьи. По заве- щанию Петра Михайловича Вишнякова воспрещался раздел семейного имущества до истечения 6 лет со дня его кончины. Естественно, с разделом капитала родственные узы ослабли. И разъехавшиеся по свои домам сыновья после 1853 г. уже не собирались вместе в декабре в Симонов монастырь на заупо- койную молитву по отце, как раньшет . Родственные связи в купеческой среде (как и в дворянской) накладывали опреде- ленные обязанности: визиты в праздничные дни, письма с по- здравлениями накануне праздников и семейных событий. «У нас была в среднем купеческом кругу большая родня и боль- шое знакомство, но интимными мы не были ни с кем, - вспо- минал Н.П. Вишняков. - Ни к кому нельзя было идти запрос- то, по душе, не считаясь с визитами, не разбирая времени, в уверенности, что не осудят. Все отношения носили характер церемонный, формальный, почти официальный. Было бы со- чтено, например, крайне неуместным, навестив какого-нибудь родственника сегодня, заехать к нему опять завтра или после- завтра»3”. Сочетание купеческого размаха и мелочной скаредности подметил у купца-старообрядца А.И. Хлудова известный пред- приниматель Николай Александрович Варенцов: «Как ни странно, Алексей Иванович, обладавший объективностью взгляда на вещи, не мог избежать некоторой мелочности в сво- ем характере: швырнуть для форса в трактире сотню или даже тысячу рублей -- это ему было все равно, но, принимая от ла- кея сдачу при расчете, тщательно проверять мелочь и, если не хватало гривенника или двухгривенного, делать из-за этого целый скандал, а взятые от этого же лакея кредитки совать без счета в свой бумажник; в амбаре, желая выпить чаю, с нетер- пением ожидать своего компаньона по трактиру, чтобы не по- пасть в трактир одному, из-за чего придется в трактире пере- платить за чай несколько лишних копеек; торговаться с извоз- чиком до пота из-за какого-нибудь пятака и тому подобное»3'”. Купец 1-й гильдии Иван Васильевич Щукин любил изыс- канные кушания, дорогие вина и сигары. Отправляясь ежегод- но в деловые поездки за границу, он вез огромную дорожную 301
@°%«°@°%°@°%®%®% корзину, заполненную разнообразной провизией. И чего толь- ко в ней не было: и бычий язык, и окорок ветчины, и рябчики, и цыплята, и банки с паюсной икрой, вареньем и черносливом. Так, одни европеизированные купцы предпочитали изыск во всем (и в пище, и в одежде, и в мебели), другие патриархально настроенные купчины после дел праведных (и не очень) отво- дили душу во время многочасовых пьяных застолий. О шумных купеческих загулах в московских ресторанах красочно писали многие литераторы, в том числе В. Гиляровский. Но эти отри- цательные черты купечества не должны заслонять главного - его созидательную деятельность. Купеческие сочинения Лишь с ХУІІІ в. на русском языке стали выходить первые печатные издания, которые могли служить путеводителями в сфере коммерции. В 1747 г. в Санкт-Петербурге был напечатан переведенный с французского языка «Экстракт Савариева лек- сикона о коммерции» - труд Жїака Савари «Лексикон о ком- мерции» . Во Франции он был известен с 7 0-х гг. ХУІІ в. и полу- чил широкое распространение в Западной Европе. В России же, несмотря на усилия Главного магистрата и Коммерц-коллегии, это практическое руководство в торговых делах раскупалось очень медленно. Почему же русские купцы не проявили к нему большого интереса? Очевидно, потому, что Ж. Савари дал образ «совершенного купца» на основе западноевропейских материа- лов, отличавшихся от торговой действительности России, где процесс оформления купеческого сословия вступил наконец в завершающую стадию. Условия его предпринимательской дея- тельности, мировоззрение и духовные устои в эпоху Просвеще- ния заметно отличались от западноевропейских. Только обра- тившись к сочинениям выходцев из российского купечества, можно получить более или менее отчетливое представление об его запросах, интересах, взглядах на настоящее и прошлое страны. В ХУІІІ столетии в России появились первые историки, краеведы, литераторы из купеческой среды. Сыном купца был Петр Иванович Рычков (1712-1 777), географ, экономист, ис- 302
«%°%«°«їнЁ°%*°%°%<>«@°%« торик, естествоиспытатель. С 1730-х гг . он служил на различ- ных должностях в Оренбургском крае и параллельно занимал- ся научными изысканиями, став первым членом-корреспонден- том Петербургской Академии наук (1 759), членом Вольного эко- номического общества. Рычковым составлено « Описание осады Оренбурга отрядами Е.И . Пугачева» , широко использованное и полностью опубликованное А.С. Пушкиным в «Истории Пуга- чевского бунта» . Отстаивая ускоренное развитие промышлен- ности, расширение внешнеторговых связей и рациональное ве- дение сельского хозяйства, он тем самым отражал интересы за- рождающейся отечественной буржуазии. Не может не поражать широта его научных интересов. Правда, создавая свои труды по археологии, этнографии, истории русской колонизации, хозяй- ственному облику народов Поволжья, Урала и Прикаспия, Рыч- ков, стремившийся к энциклопедическим познаниям, чаще все- го выступал в роли компилятора и не владел методикой строгой научной критики источников, что в общем-то соответствовало тогдашнему уровню развития исторической науки в России. Купеческий сын Иван Иванович Голиков (1 734 или 1 7 35- 1801), буквально обожавший эпоху Петра І и самого царя-ре- форматора, оставил после себя солидное историко-литератур- ное наследие - «Деяния Петра Великого, мудрого преобразова- теля России» в 30-ти томах и в качестве своеобразного допол- нения к ним «Анекдоть1, касающиеся до государя императора Петра Великого» . За издание «Деяний...» император Павел І удостоил его чином надворного советника и тем самым возвел в дворянское сословие. Родился Голиков в семье обедневшего курского купца и получил в детстве весьма скромное образование: приходской дьячок обучил его письму и чтению по церковным книгам. Подростком Голиков поступил на службу к московским куп- цам Журавлевым, которые, оценив со временем расторопность молодого приказчика, стали посылать его с торговыми пору- чениями в Оренбург, Санкт-Петербург и другие города России. Успешно выполняя их и постепенно накапливая собственный капитал, Иван Голиков в то же время никогда не оставлял сво- его давнего увлечения - сбора книг, рукописей и записи уст- ных рассказов о кумире с малых лет - Петре Великом. Зародилось оно еще в Курске, где в отцовской семье каким- 303
,її % 7/95,) (`Ъ~_\ _5' то образом оказались рукописные тетради архимандрита Курт ского Знаменского монастыря Михаила, служившего при Петі- ре І полковым священником и запечатлевшего ряд памятных событий. Особенно подробно в них были описаны «Мазепина измена» и «Полтавская победа» . С годами ему удалось «собрать для себя библиотечку до полуторы тысячи русских печатных и рукописных книг, в которые рассьшано было, так сказать, премножество дел Петровых» . Скорее всего, собранные материалы Голикову вряд ли бы удалось обобщить и тем более опубликовать, если бы в его жиз- ни не приключились два события: одно - печальное, а вто- рое - радостное. Занимаясь очень выгодными казенными подрядами - винными откупами, дабы получить побольше наживы, наш герой проворовался и попал в тюрьму. Его при- говорили к лишению чести и ссылке в далекую Сибирь, но по случаю торжественного открытия в Санкт-Петербурге памят- ника Петру І работы Э. Фальконе императрица Екатерина ІІ издала в 1782 г. Высочайший манифест о прощении многих виновных. Был помилован и Голиков. Освободившись и при- неся в храме благодарение Богу, он отправился к Медному всаднику и поклялся у подножия монумента достойно отбла- годарить Петра Великого. И свое купеческое слово одержал, отказавшись от всех коммерческих дел. На выполнение дан- ной клятвы Голиков потратил два последних десятилетия сво- ей жизни. В итоге и появился его гигантский труд, объем лишь первых двенадцати томов которого составлял не менее 7000 страниц. Денег же на издание «Деяний. . . » у самого Го- ликова не было, но их пожертвовал богач-меценат И.А. Де- мидов, без чьей помощи автор вряд ли смог бы опубликовать свое многотомное сочинение. Ряд собранных Иваном Голико- вым анекдотических рассказов о Петре І и его сподвижниках касался и купечества. Он был не одинок в своем восторженном отношении к Пет- ру І. Личность царя-реформатора, писал В.В . Крестинин в со- чинении «Исторический опыт о внешней торговле Петра Ве- ликого» , вышедшем в 1794 г. в Санкт-Петербурге, «всегда при- влекала купцов и мещан российских городов и посадов вообще» . Перу этого историка и краеведа из разорившейся купеческой семьи города Архангельска принадлежат и другие труды, на- 304
<їнЁ®%°%°%*°*%®%®«%®%« пример: «Начертания истории города Холмогор» (1790), ×< Краткая история о городе Архангельском» (1792). Вместе с купеческим сыном А.И . Фоминым Василий Васильевич Крес- тинин основал в 1759 г. в Архангельске «Общество для исто- рических исследований», главной целью которого стала раз- работка «истории здешнего города и страны» и сбор старин- ных письменных свидетельств. Им были введены в научный оборот целый ряд интересных источников - Пространная Рус- ская Правда, уставы Владимира Святославича и Ярослава Муд- рого, Двинский летописец и др. Поддерживая тесные связи с Санкт-Петербургской Академией наук, Крестинин в 17 86 г. стал ее членом-корреспондентом. В 1 788 г. М.Д . Чулков напечатал в Москве свое «Наставле- ние необходимо нужное для российских купцов, а более для молодых людей» , тогда же в Санкт-Петербурге на средства куп- ца М.С . Голикова было завершено издание его 7 -томного труда «Историческое описание Российской коммерции». Выражая интересы купеческого сословия, он ратовал за его самостоя- тельность и противопоставлял дворянству, выступал против вмешательства Церкви в экономику. Рассматривая зарождающуюся буржуазию как «полити- ческую подпору государству» , Чулков всячески подчеркивал прогрессивное значение для развития страны торгово-предпри- нимательской деятельности. Внутри же купечества им четко выделялись как те, кто вел дела по старинке и разорился из-за неумения, так и деловые люди нового склада (Баженин, Голи- ковы, Крыловы, Твердышевы, Свешниковы и др.), добивавши- еся успеха не только в торговых операциях, но и в промыш- ленном предпринимательстве. Чулкову были знакомы и тру- ды западноевропейских авторов. Кое-кого из них (например, Савари де Брюлона) он критикует за незнание истории России, к выводам других относится положительно. Вот в какой связи Чулков ссылается на известного французского просветителя Шарля Луи Монтескье: «Коммерция без правды и верности, как тело без души почитается, как и господин Монтескьё, рас- суждая о торговле, говорит, коммерция истребляет пагубные предуверения и за всеобщее правило принять можно, где есть Ёлагонравие, там есть и торговля, где есть торговля, там есть лагонравие» . В этои оценке проявилась чрезмерная идеали- 305
таг-за из туїчт »%°%«°°%«°%°%® зация торгово-предпринимательского дела, характерная для одного из идеологов зарождавшейся российской буржуазии Подобно И.И . Голикову и В.В. Крестинину автор труда «Ист - рическое описание Российской коммерции» восторженно о - носился к преобразовательной деятельности Петра І, коснув- шейся и купечества. Настроения и запросы торгово-предпринимательских кру- гов отражали и другие авторы. Побывав в Восточной Прус- сии и ознакомившись с условиями торговой деятельности в Кенигсберге, секретарь Сената Ф.И . Сукин сочинил в 1760 г. записку «Рассуждение о российской коммерции»3"'. В 1798 г. П. Левашов составил для князя А.Б. Куракина рукописное « Обозрение торговли и способов, служащих к обогащению рос- сийского купечества и всего государства» . А вот какой образ «совершенного» представителя купече- ского сословия предстает в сочинении купца из Архангельска А. Фомина «Письмо к приятелю с приложением описания о ку- печеском звании вообще и о принадлежащих купцам навы- ках» , опубликованном в 1788 г.: «...Следует ему быть трудо- любиву, ласкову, обходительну, учтиву, скромну.. . умеющу говорить красно и порядочно и словом вкрадывающемуся, так сказать, в людей. Надобно, чтоб бодрость и предприимчивость были ево удел; осторожность и быстрота мыслей - ево счас- тие, а довольная опытность и осмотрительность его подпора. Весьма противоестественно купцу быть лениву и тратить вре- мя в излишних забавах. . . Но при том всем купец за самое глав- ное правило почитать должен честность и непоколебимое дер- жание своего слова» . С ХУІІІ в. появляется гораздо больше возможностей для ре- конструкции генеалогии, семейной жизни и духовного мира российского купечества, где из поколения в поколение переда- валась главным образом устная информация о предках и их за- слугах. В письменной форме она фиксировалась ранее, в ХУІ- ХУІІ вв., преимущественно в записях вкладных и номиналь- ных книг. Лишь с ХУІІІ в. распространяются семейные хро- ники, мемуары и дневники купцов. Некоторые из них можно причислить к своеобразным городским летописям, иные же представляют собой в первую очередь личные жизнеописания. Вот несколько источников такого рода по истории тверского 306
заК? @°%°%°%°@°%«° купечества. В Государственном архиве Тверской области (Ф. 1409. Оп. 1 . Д. 338) хранится рукописная «Памятная книга тверских куп- цов Томиловых » (1 7 76-1862), озаглавленная «Памятная кни- га к. В.Г. Томилова» . С 17 7 6 по 17 94 г. она велась Григорием Григорьевичем Томиловым, а затем была продолжена его сы- ном Власом Григорьевичем. Просмотрим сделанные ими запи- си за первые десять лет. « 177 6 год. 1 -го января открылась во Твери Губерня, а до сего времени была про- винция, принадлежала к Новгородской губернии, духовная же часть имела особых архиереев. 1777-й год Июня 28-го заложен монумент, то есть столб из дикого кам- ня, которой был построен на первой осьмоугольной площади противу Присудственных мест. На нем были медныя через огонь вызолоченные доски с литерами, наверьху таковое же яблоко. Которой сломан в 1811-м году при принце с теи даты построин великолепнее и огромнее. Но за смертию его осталась незделанным! 29-го июня заложены дом для обучения семинаристов на- зываемой семинарией - и дом богадельни в которой для жи- тельства приняты все бедныя престарелыя и увеченные. В день учреждения господин гражданский губернатор давал всем оп- ределенным стол за которым сам позволил всех приветствовать и угощать. 1779-й год Февраля 24 родилась дочь Ульяна. Марта 14 река Волга вскрылась и прошла водою среднею все благополучно! Августа 4-го сгорели в Кожевках 2 деревянные церкви за Тьмакой, где ныне церковь св. Иоанна Предтечи. 1 780-й год Октября 3-го дня родился сын Иосиф. 307
(дэ:-»Ё . @°®«%°%0«%®%®%°%® 1 783-й год Февраля 24-го дня. Преставилась матушка Аксинья Михай/ ловна Томилова. Погребена на старообрядческом кладбище. д' Апреля 8-го. Река Волга вскрылась благополучно, а после льду вода так возвысилась, что потопило кузницы и всем Щап- ские улицы. 1785 год Февраля 4-го. Родился сын Влас. 1 9-го. Видимо было небеси три солнца с половина дни даже до захождения. Апрель, 1-го днем. Видимо была на небеси звезда, которая была прежде ниже солнца - потом стала выше и всем была видима. 1 786 год Сентября 22-го открылось в Твери дворянское и купеческое детское училище. Сего ж года был в Тверской губернии неурожай хлеба, и потому мука аржаная продавалась в Твери 65 коп., а в Мос- кве 7 5 коп. за пуд, что считалось за самую великую дорогови- зьну. Июня 4 и 3-м часу пополудни половине Солнца померькло, и зделался герб, то есть было затмение» . (Чтобы передать ко- лорит эпохи и личности автора, записи цитируются с соблюде- нием старинной орфографии.) За первые десять лет Г.Г . Томилов сделал 14 записей в «Па- мятной книге», из них лишь три носят сугубо личный харак- тер и отражают семейные события (рождение сыновей и кон- чину матери). Только одна информация отражает торговую конъюнктуру - резкое повышение цен на ржаную муку в пе- риод неурожая. В остальных десяти случаях купец зафикси- ровал ряд событий в жизни Твери: учреждение губернии, ду- ховной семинарии, богадельни, городского училища, откры- тие монумента, пожар, природные и небесные явления (солнеч- ное затмение, зрительное изменение положения одной из звезд, ледоход на Волге, подтопление во время паводка прибрежной территории). 308
«%°%°«@°%*>°%°%<>*%®%« Аналогичный характер имеет «Дневник тверских купцов Блиновых» - небольшая записная книжка (10×16,5 см) объе- мом в 1 58 листов, заключенная в потертый кожаный переплет. Его вел с 1762 г. потомственный торговый человек Иов Кар- пович Блинов, промышлявший в основном продажей рыбы. Его дневниковые записи начинаются с описания пожаров в Твери, и на первых порах их автор не соблюдает хронологи- ческую последовательность. Вот начало его дневника: « 1768 году Торжок выгорил. 17 78 году Нижна (Нижний Нов- город. - В.П.) выгорела. 1 7 62 году месяца майя 28 дня Тверь выгорела, а загорелась у собора в ырхереиском доме и такои был страшнаи пожар чьрьз дворов 50 метала и четыре церьквь выгорела и людей человек 30 зъгорела, а в собори уцелела. 1 7 62 году марта 9 дня был пожар, ряды выгорили одне толка. 1 763 году мца 19 дня маия Тверь выгорела. . . 1 7 68 году туръка поднялъся, вравски разыдента нашива посадил пот караул с Польшаю заодно, однако Польшу смирили скора. 1770 году карантиры поставили дъля тово шъта моровое поветрие очинь- но много умирали. 1 771 году мца августа и синьтября был мор в Москве, в Коломне и в Ерыславле и в прочих. 1 770 году меся- ца декабря 27 дня была погода теплая и дош и реки разбила и Волга тронулась, снек весь сагнала, тово дня была погода тяш- кая, ветир необышнаи и кровли паламали не токмо деревян- ныя, но и железныя...»3"° Как видим, в подробную информа- цию о стихийных бедствиях вклинилось известие о начале Рус- ско-турецкой войны 1768-1 7 74 гг., а купец Блинов не отли- чался особой грамотностью. С позиции властей и господствующего класса зажиточный тверской купец охарактеризовал в своем дневнике мощное на- родное движение 1 7 73-1 7 75 гг. под предводительством Е .И . Пу- гачева: «17 73 году Пугачев разбойник нанизу разбивал гара- да, а имено: Казань, Саратов и протчие нозовые (так в рукопи- си. - В.П .) и железные заводы и людей казнил и вешал и на- зывался Петром Федоравичем бывшим государя, которава за худыя дела назат тому лет 12 долои с престола сверзили. .. А хо- тя которые в городах и селах и деревнях принимали ево за го- сударя и тех такоже уже наши ево нашли от тово места измен- щиков казнили и били протчиих, а он тем чернь прельщал, где придет с силою в горат (город. - В.П.) и говорит, хто вас оби- 309
І жаит, и оне скажут тот, тот, которые знатные купцы он тех” повесит, а тех жалует, ибо за то оне наказаны были которые принимали, а в селах хрестьяня своих гдь руками выдавали. . .» Блинов, как видим, с осуждением описывает действия вос- ставших под руководством Е.И. Пугачева. Но были и исклю- чения. В частности, одним из сподвижников Пугачева стал Иван Степанович Трофимов из купеческой семьи города Мцен- ска, служивший конторщиком у московского купца-мануфак- туриста М.П. Гусятникова. Под именем Алексея Ивановича Дубровского он примкнул в декабре 1 7 73 г. к пугачевцам и чуть позже, летом 17 74 г., в качестве секретаря Военной коллегии составлял манифесты и указы Пугачева. Захваченный властя- ми в приволжских степях после поражения повстанцев под Черным Яром, он вскоре умер от пыток. В отличие от «Дневника Блиновых» еще один документ личного происхождения «Сия История Семьи Тверъской Ку- пецький» в большей степени напоминает семейную хронику с вкраплениями городских известийз". Ее автор Михаил Мат- веевич Тюльпин вел свой род от священника, а сам занимался производством и продажей солода. Из его сочинения можно узнать немало интересных подробностей о повседневной жиз- ни и хозяйственных заботах этого тверского купца средней руки. Скорбные записи о кончине 13 детей (всего их было 15) вскоре после рождения, другие сведения о семье перемежают- ся с впечатлениями Тюльпина обо всем наиболее примечатель- ном в истории Твери с 1762 по 1824 г. - от пожаров, освяще- ния храмов, перестройки города по новому плану и назначе- ний на городские должности до приездов императрицы Екате- рины ІІ, императора Александра І, великих князей и княгинь, иностранных послов. Автор сочинения «Сия История Семьи Тверъской Купецький» зафиксировал и целый ряд событий общероссийского масштаба: подписание мира с Турцией, вой- ны со Швецией и с Наполеоном, Чумной бунт в Москве 1 771 г. , рождение и смерть царствующих особ. Русские купцы вели и чисто деловые записи с перечисле- нием разного рода торговых сделок. Купцы Овчинниковы из города Калязина заполняли с 1 772 по 1 795 г. записную тетрадь. В их частично сохранившемся архиве (ГАТО. Ф. 103. Д . 3138, 3139; Ф. 1062 . Д . 1 -10) также имеются записи молитв 310
ХУІІІ в., подорожная 1802 г., расписка в получении денег и книг М.П. Овчинниковым, письма Н.М. Овчинникова, подпис- ка Макария Онисимова о прекращении оскорблений В.М. Ов- чинникову, письма к Овчинниковым. Правда, далеко не все представители купеческого мира со- знавали важность и необходимость ведения бухгалтерских книг. « Но много таковых находится, которые и понятия о ней, кроме как по слуху, не имеют, а отправляют коммерцию как внутреннюю, так и заграничную чрез прикащиков и коррес- пондентов без основания... Вот, скажут иные, новой вздор - мы и без бухгалтерии торговать и барыши с изъяном различать умеем» , -- констатировалось в книге с длинным и витиеватым названием «Ключ коммерции или торговли, то есть наука бух- галтерии. .; Почтенный купец или бухгалтерия... ›› , вышедшей в 1 799 г. в Москве в трех частях. К интересным купеческим сочинениям относится «Жур- нал, или Записка жизни и приключений Ивана Алексеевича Толченова» , купца из Дмитрова, стремившегося всячески при- общиться к дворянским обычаям, посещавшего столичные те- атры, но в конце концов разорившегося из-за неумения вести дела, передоверенные приказчикам. Свыкнувшись с беззабот- ным образом жизни, Толченов «из почетного звания первого по городу купца дошел до звания презрительного ›› и переселил- ся в Москву, где уже не мог жить на широкую ногу. Интерес к литературе и склонность к сочинительству про- являли и представители торгового мира других городов Рос- сии. В 1787 г. в Санкт-Петербурге нижегородец В.Я. Баранщи- ков опубликовал свою книгу под названием «Нещастные при- ключения Василья Баранщикова мещанина Нижняго Новаго- рода в трех частях света: В Америке, Азии, Европе с 1780 по 1 787 год» . О дальних путешествиях повествует еще одно сочи- нение «Российского купца Григория Шелихова странствова- ния из Охотска по Восточному океану к Американским бере- ГЭ.М >) . В Ярославле проживал в ХУІІІ в. купец и писатель Егор Холщевников, один из предков которого, судя по фамилии, занимался производством и продажей холста. Его перу принад- лежат «Копии с надписей, которые означены при Нерукотвор- ном Образе Христа Спасителя нашего, имеющимся в Ярослав- 311
3*? ®%°%°*@@®%®<><8@°%@>® ии, нарица- ской Градской церкви Святыя мученицы Парагкев емыя Пятницы... » (1790). Ярославский купец второй гильдии Василий Крашенинников, взяв за основу сочинение географа И. Хюбнера, составил в середине ХУІІІ в. «Описание земновод- ного круга» - интересный историко-географический труд, охватывающий наряду с Россией другие страны и народы. Внук холмогорского крестьянина, занявшегося хлебной торговлей в бассейне Лены, сибирский купец Петр Тимофее- вич Баснин (1 7 50-1852) прожил очень долгую жизнь. Вместе с братьями Дмитрием и Николаем он поставлял пушнину в Китай в обмен на китайские шелк, чай и другие товары, много путешествовал и с 1 778 г. вел дневник ( «мемории»). Из его за- писок можно почерпнуть немало информации об условиях тор- говли в Сибири, Монголии и Китае, культурной жизни, ссыль- но-поселенцах, М.М. Сперанскомт. Племянник П.Т. Басни- на - Василий Николаевич (17 99-1876) с 12 лет участвовал в деятельности семейного «Торгового дома Басниных» . В зрелые годы переписывался со ссыльными декабристами С.Г . Волкон- ским и А.Н . Муравьевым, поддерживал тесные связи с декаб- ристом-художником Н.А. Бестужевым, написавшим портреты членов семьи Басниных, а также приобщился к собирательству гравюр, книг и материалов по истории Сибири. Его огромная коллекция гравюр и рисунков, ныне хранящаяся в Государ- ственном музее изобразительных искусств имени А.С. Пушки- на, насчитывала к 1876 г. свыше 18 000 листов (работы запад- ноевропейских и русских художников). Свое книжное собра- ние, состоявшее из более 12 000 томов, он еще при жизни пере- дал в дар Иркутской духовной семинарии (ныне находится в библиотеке Иркутского государственного университета). Яв- ляясь членом Русского географического общества, В.Н. Бас- нин в течение ряда лет занимался метеорологическими наблю- дениями в Иркутске и акклиматизацией плодовых культур. Переехав с 1858 г. в Москву, публиковал источники по исто- рии Сибири в «Чтениях Общества истории и древностей рос- сийских»379. Фамилии представителей гильдейского купечества можно встретить среди подписчиков и читателей многотомной «Ис- тории государства Российского» Н.М. Карамзина. Восторжен- ная оценка этому труду дана в рукописном варианте книги о 312
%°%*<>«%°%®<>«%°%«@%°%« филигранях вологодского, а затем петербургского купца 3-й гильдии Ивана Петровича Лаптева (1 774-1838): «История государства Российского, собранная знаменитейшим истори- ографом г-м Карамзиным, для всяких познаний и сведениев поистине есть драгоценнейшая для нас и позднейших потом- ков» . Лаптев, собиравший рукописи (в его коллекции имелись Кормчая первой половины ХУІ в., Стоглав, сборник «Златая цепь» , другие раритеты), книги, старинные монеты, приобщал дочерей Ольгу к переводам французской научной литературы, Елизавету - к переписывания древнерусских рукописных памятников38°. В Научной библиотеке Московского университета хранит- ся в старинном переплете рукописное Евангелие учительное с Житием Иоанна Богослова первойполовины ХУІ в. Эта редкая книга принадлежала в 1811 г. купцу Андрею Зевскину, оста- вившему на ней примечательную запись: «Читатель, коль при- ятно видеть потомству остатки предков своих драгоценней ру- кописной древности... О неоцененная древность! Где... тебя об- рящешь более?.. . » Родившийся в Москве в 1795 г. в небогатой купеческой се- мье, Александр Филиппович Смирдин, обучившись грамоте у дьячка, начал свою трудовую деятельность «мальчиком» в книжной лавке, где со временем дослужился до приказчика. С 1817 г. он становится гланым приказчиком у известного пе- тербургского книготорговца В.А . Плавильщикова, который завещал ему свою библиотеку и товар. Позже он наряду с книж- ным магазином приобрел типографию и учредил библиотеку для чтения. Многое связано с именем Смирдина: и основание «толстых» журналов (« Библиотека для чтения» , «Сын Отече- ства»), и обязательная выплата литературных гонораров, и превращение принадлежавшего ему книжного магазина в мод- ный литературный салон, и снижение цен на книги за счет массовых тиражей. Излишняя доверчивость и щедрость дове- ли Александра Филипповича до разорения, от которого не спас- ли ни книжная лотерея, ни задуманная им грандиозная серия «Полное собрание сочинений русских авторов» . Скончался он в 1857 г. в бедностизвї. Сибирский купец В.Н . Сабашников (отец будущих извест- ных книгоиздателей) поддерживал тесные личные связи с 313
/ЗА .; . %°%«°*%°%®<><*%°%<> ссыльным декабристом Николаем Александровичем Бестуже- вым (1791-1855), когда этот разносторонне талантливый че- ловек (и литератор, и изобретатель, и художник) проживал вместе с братом Михаилом на поселении в Селенгинскет. Благотворительность и меценатство Гильдейское купечество славилось благотворительностью и меценатствомзвз. И в ХУІІІ _ ХІХ вв. на купеческие средства во многих городах России строились храмы. Сохранявшие пра- вославные устои, торговые люди продолжали делать вклады в соборы и монастыри для поминания усопших родственников и самих себя (после кончины). Наряду со старыми традиционными формами благотвори- тельной деятельности появились и новые, присущие веку Про- свещения. В день торжественного открытия Московского университета - 26 апреля (7 мая по новому стилю) 1755 г., по информации газеты «Санкт-Петербургские ведомости», «учи- теля с учениками были собраны в университет, куда и все знат- ные персоны, которые прошены были через печатные програм- мы, во многом числе прибыли, также чужестранное и знатное купечество, по их требованию допущены были» . После молеб- на в храме ученики М.В . Ломоносова по Петербургской Акаде- мии наук А.А . Барсов и Н.Н . Поповский произнесли в зале университета речи, посвященные его открытию. А вечером «МНОЖЄСТВО Н&рОД& ПРИЄЗЖЗЛО СМОТРЄТЬ В УНИВЄРСИТЄТСКИЄ покои иллюминацию, которая изображала Парнасскую гору, где Минерва поставляет обелиск по славу Е.И.В.» . В конце, ХУІІІ в. в университете обучались около 100 студентов, а в 1820 г. их число достигло уже 500, но среди поступавших туда первоначально совсем не было купеческих отпрысков. В 17 82 г. в Твери открылась Арефьевская мужская бога- дельня, названная в честь благотворителя - купца С. Арефье- ва. Но кое-кто из гильдейцев-опекунов воспитательных до: мов (как, к примеру, В. Яшканов в Олонце в 1772-1779 гг. 314
%°%°%°%**°«%0%*0%®%@ и П.Ф . Буренин в Архангельске в 1 777 -1 787 гг.) разорились, занимаясь социальной опекой, посокльку не имели лишних денег, а средств, получаемых от государства и частных пожер- твований, не хватало для содержания сиротш. С екатеринин- ской эпохи в городах стали учреждаться школы для купечес- ких и мещанских детей. В 1 7 72 г. в Москве на средства П.А . Де- мидова было создано коммерческое училище. Представители московского купечества внесли в 1 786 г. значительные денеж- ные суммы на создание народных училищ. Купец Л.Т. Ситни- ков передал Московскому приказу общественного призрения в пользу Главного народного училища коллекцию из 300 раз- личных минералов (1793)з85. На средства одинокого купца-миллионщика Семена Васи- льева в Москве в 1803 г. была возведена высокая колокольня Спас-Андроникова монастыря. Самого благотворителя, остав- шегося в детстве сиротой и начинавшего восхождение к торго- вому успеху мальчиком в лавке, также похоронили за монас- тырскими стенами. Купеческая благотворительность порой носила принуди- тельный характер, что подметил писатель Г.И. Успенский в «Книжке чеков ››: «Купец был дойной коровой всех, кто_пред- ставлял собою какую-нибудь власть. Он давал взятки, подно- сил хлеб-соль, жертвовал, делал иллюминации “в честь”..., участвовал карманом в аллегри “в пользу” и т.д . » . Иное дело, меценатство, с распространением которого в России связаны имена многих купцов-предпринимателей, прежде всего П.М. и С.М . Третьяковых, Рябушинскихт. Про- славились на ниве меценатства также известные чаеторговцы Боткины, породнившиеся с П.М . Третьяковымш. 17 октября 1893 г. в Москве открылся для посетителей первый частный Театральный музей, основанный А.А . Бахрушиным. Наряду с Третьяковыми широкую известность как коллекционер при- обрел Петр Иванович Щукин, передавший свое ценнейшее со- брание Историческому музею. В парижской квартире его млад- шего брата Ивана Ивановича Щукина (1869-1908), увлекав- шегося коллекционированием западноевропейской живописи, можно было встретить по вторникам представителей либерально настроенной профессуры (известного ученого-социолога М.М . Ко- валевского, юриста, председателя І Государственной думы 315
«%®%«®@0%®«%°%®%®%« С.А . Муромцева и других). Расположенная на авеню Вальграм, ОН8. В 'ГЄЧЄНИЄ рЯД& ЛЄТ ЯВЛЯЛЗСЬ ОДНИМ ИЗ ЦЄНТРОВ РУССКОЙ КО" лонии Парижаш. Разорившись, И.И . Щукин покончил жизнь самоубийством, а его ценную библиотеку, состоявшую из ред- ких русских нзданий, приобрела на аукционе парижская Шко- ла восточных язь1ков38°. Картина Н.А. Касаткина «В коридоре окружного суда. 1897» , приобретенная Солдатенковым и пред- ставленная на Всемирной выставке в Париже, была удостоена там серебряной медали. Впоследствии по завещанию мецена- та она оказалось в Румянцевском музее, после расформирова- ния которого ее передали в Севастопольскую картинную гале- рею. 1гт\~= 'г «Понятие “купец” появилось в российском законодатель- стве в ХУІІІ в. и первоначально обозначало почти исключи- тельно предпринимателя-торговца, - правомерно (если толь- ко не учитывать более раннюю Русскую Правду) утверждает А.Н. Боханов. - - По мере расширения масштабов, усложнения форм хозяйственной деятельности, и с изменением российско- го законодательства, регулировавшего социальный статус ку- печества, эта сословная группа начала объединять представи- телей всех форм и видов предпринимательства»39°. Действи- тельно, с ХУІІІ и особенно с ХІХ в. сфера приложения купе- ческих капиталов значительно расширяется, охватывая не только торговые промыслы, как прежде, но и промышлен- ность, банки, транспорт.
Создание своей собственной промышлен- ности - это и есть та коренная, не только эко- номическая, но и политическая задача, которая со- ставляет краеугольное основание нашей протек- ционной системы. Из всеподданейшего доклада министра финансов С.Ю. Витте Николаю ІІ (18.99г.) МАІ-ІУФАКТУРИСТЬІ, ЗАВОЦЧИКИ, ФАБРИКА!-ІТЬІ Мануфактурой (позднелатин. тапиіасшга - ручное про- изводство, от латин. тапиз - рука и іасіо - делаю) обычно называется крупное предприятие, основанное на разделении Труда и преимущественно ручной технике. В странах Западной Европы (прежде всего Англии, Италии, Нидерландах и др.) Первые мануфактуры возникли еще в ХІУ-ХУ вв. на основе объединения ремесленников разных специальностей для про- изводства одного более сложного изделия либо работников од- НОЙ профессии, чей труд разделялся на отдельные последова- Тедъные операции. В результате уплотнения рабочего времени, совершенствования инструментов, применения простейших Механических приспособлений производительность труда воз- Рд0тала. Мануфактура существовала в трех формах: рассеян- ная» Цгнтрализованная и смешанная. Все они (за исключени- ем Королевских мануфактур в Пруссии и Франции) были тес- но Связаны с рынком. 317
за на 1«_/#4 - »@°%®@°%<›@°%«® Владелец рассеянной мануфактуры, обычно происходив- ший из торговцев-скупщиков, снабжал сырьем и орудиями труда самостоятельных ремесленников-надомников, произво- дивших полуфабрикаты либо готовую продукцию, и занимал- ся их сбытом. Надомничество, охватывавшее чаще всего на- чальную и промежуточные стадии производства, сочеталось с централизованной формой выпуска конечной продукции. На централизованной мануфактуре работники (обедневшие ре- месленники-кустари и цеховые мастера) трудились в одном по- мещении. Смешанная мануфактура объединяла черты рассе- янной и централизованной мануфактур. ` Постепенно в мануфактурной промышленности распрост- раняются различные механизмы: с ХУ в. - средне- и верхне- бойные наливные колеса на водяных мельницах, с ХХ/'І в. - прядильное колесо с ножным приводом, механизм для круче- ния ниток и другие приспособления. Именно благодаря меха- низации производства Англия добилась успехов в сукноделии. Именно в мануфактурной промышленности Западной Ев- ропы зарождались раннекапиталистические отношения. Как обосновал К. Маркс, мануфактурная стадия предшествовала фабричному производству с наемным трудом и машинной тех- никой. В России у истоков мануфактурного производства находят- ся крупные казенные предприятия - Пушечный и Монетный дворы, основанные в конце ХУ-ХУІ вв. Англичане еще в ХУІ в. устроили в Вологде канатный двор. Но сам термин «ма- нуфактура» вошел в употребление только с петровской эпохи и использовался по отношению не только к крупным, но и к мелким предприятиям легкой промышленности. В Регламен- те Главного Магистрата (1 721) ставилась задача: « ...Мануфак- туры размножать (сии мануфактуры разумеются не те, кото- рые большие яко всякие, например: суконные, парчевые, так- ЖЄ ЖЄЛЄЗНЫЄ, МЄДНЫЄ ЗВВОДЬІ И ПРОЧИИ СИМ ПОДООНЫЄ, НО НарЯ~- , ДУ НЄООХОДИМО НУЖНЫЄ, НКО ПОРТНЫЄ , С&ПОЖНИКИ, ПЛОТНИКИ ,- кузнецы, серебреники и им подобные), но и в лучшее состоя- ние производить» . Вместе с тем в указе от 18 января 1721 г. о разрешении купцам-мануфактуристам приобретать деревни с крестьянами значатся «и шелковые, и полотняные, и шерстя- ные фабрики» . Как видим, далеко не сразу слова «мануфакту- 318
®%<>%°<2%°%0%°%°@°% ра» и «фабрика» приобрели разное содержание. В ХУІІІ столе- тии нередко фабрикой именовали и мелкое ремесленное про- изводство, а ремесленников - фабрикантами. Предприятия же тяжелой промышленности однозначно назывались заводами. Первые мануфактуры в России были созданы в ХУІІ столе- тии по инициативе казны либо иностранцев, и некоторые ис- следователи относят их к концессиямш. Власти на 10 лет ос- вобождали мануфактурные предприятия от налогообложения, выдавали авансовые платежи в счет будущих поставок продук- ции. В 30-х гг . ХУІІ в. были построены Ницинский медепла- вильный завод на Урале (на средства гостя Н. Светешникова), железоделательные заводы в Тульско-Каширском районе, а всего на протяжении столетия возникли свыше 30 мануфактур (по мнению А.А . Преображенского, не менее 65 предприятий). Многие из них основали иностранные купцы-предпринимате- ли. Нидерландский купец и мануфактурист Андреас Виниус (1602-1 662), сын зажиточного коммерсанта Тидреааса Вини- уса, с 1620-х гг. поддерживал торговые контакты с Россией, где его звали Андреем Денисьевичем. Вместе с братом Абраха- мом и соотечественником Ю. Вилконсом в 1631 г. он получил монопольное право на строительство и эксплуатацию железо- делательных и оружейных заводов под Тулой и Кащирой. Соб- ственных капиталов, приобретенных в сфере торговли, ему явно не хватало для налаживания мануфактурного производ- ства, нуждавшегося в больших затратах. С 1636 г. первая в России доменная печь стала выдавать продукцию. В 1639 г. Андрей Виниус учредил новую промышленную компанию с торговыми иноземцами П. Марселисом-Старшим и Ф. Акемой, но спустя семь лет был отстранен компаньонами от дел. Обви- нив их в нарушении условий договора с казной, Виниус при помощи всесильного тогда боярина Б.И. Морозова в 1647 г. до- бился перевода четырех принадлежавших им на паях тульских заводов в государеву казну. Его собственные издержки в этом неудачном предпринимательском начинании составили 8000 рублей, поэтому в качестве компенсации он получил от властей монопольное право на экспорт смальчуга (густой смо- лы) в течение шести лет. Выходец из Нидерландов Филимон (Тильман) Акема в ком- пании с Марселисом в 1653 г. участвовал в строительстве заво- 319
/*-1 / ~л"\ %°%°%°%°€%°%® дов в районе Каширы, через три года стал совладельцем Поро- товского железоделательного завода в Малоярославском уез- де. Там же им вместе с Марселисом был построен в 1659 г. и Угодский завод. Власти приписали к предприятиям Ф. Акемы для отбывания повинностей крестьян Вышегородской волос- ти Верейского уезда. Когда в 1664 г. часть имущества промыш- ленной компании перешла в царскую казну, Акема сумел со- хранить за собой мануфактуры в Малоярославском уезде и Вышегородской волости, обязавшись ежегодно поставлять го- сударству 15 000 пудов железа, в котором оно остро нуждалось. На р. Яуза построили бумагоделательную мельницу, а в Москве с 1685 г. стала действовать шелкоткацкая мануфакту- ра, открытая при содействии дворцового ведомства иностран- ным мастером Паульсеном. На московском Хамовном дворе в середине ХУІІ в. производством полотна (хама) занимались 500 мастеров и мастериц. К предприятиям мануфактурного типа можно отнести и крупные соляные промыслы, принадле- жавшие русским купцам и монастырям, и кожевенные заво- ды, на которых производилась юфть. Некоторые предприя- тия из-за нехватки сырья, капиталов и квалифицированных работников, чей труд оплачивался очень высоко, закрыва- лись. Вот почему к концу ХУІІ в. в России насчитывалось не более 20 постоянно действующих мануфактур, не обеспечивав- щих потребности страны в железе, цветном металле, оружии, тканях и прочих промышленных изделиях. На них применя- лись простейшие механизмы типа водяной мельницы, исполь- зовавшейся для приведения в действие подъемников и моло- тов. Но производство носило порой сезонный характер, что было связано с природно-климатическими особенностями Рос- сии. По производительности труда и качеству продукции пер- вые российские мануфактуры, на которых преобладал наем- ный труд, отставали от западноевропейской мануфактурной промышленности. Поставляя выпускаемую продукцию для нужд государства, они были слабо связаны с рынком. К казен- ным мануфактурам временно приписывали дворцовых крес- тьян, отбывавших повинности и выполнявших малоквалифи- цированные работьїт. Именитые российские гости вкладывали накопленные ка- питалы в предприятия по переработке сельскохозяйственной 320
наожонеожожожааеож продукции, приобретая или арендуя мельницы, небольшие солодежные, крупяные, винокуренные, кожевенные заводы. На них использовался подчас наряду с подневольным и наем- ный труд. Так зарождалась отечественная буржуазия. Процесс ее формирования затянулся на несколько столетий, значитель- но отстав от стран Западной Европы. В результате реформ Петра І их число к 1725 г. увеличи- лось до 200 предприятий, половина из которых принадлежала казнеж. Сформированная в 1718 г. Мануфактур-коллегия про- существовала (с перерывами до 1805 г.) и ведала всей промыш- ленностью, кроме горной и металлургической, подведомствен- ной Берг-коллегии. Мануфактурное производство при Петре Великом осуществлялось главным образом по указу. Видя, что с помощью убеждения невозможно существенно ускорить пе- рестройку российского предпринимательства на современный лад, царь-реформатор часто действовал методом принуждения. В частности, в 1712 г. было указано завести за государствен- ный счет суконные фабрики и продать их затем в рассрочку торговым людям, «а буде волею не похотят, хотя и в неволю, а за завод деньги брать погодно. С легкостью, дабы ласково им в том деле промышлять было». Берг- и Мануфактур-коллегии предоставляли купцам и ремесленникам, желавшим завести собственное дело, начальный капитал в виде государственных кредитов и субсидий, власти наделяли их налоговыми льгота- ми, предоставляли им земли для промышленного строитель- ства. Мануфактуристы освобождались от рекрутской повинно- сти при условии уплаты в казну по 100 рублей с человека, от службы по выборным должностям, сбора таможенных пошлин, военных постоев; подчинялись они не городским бургомистрам и магистратам, а Мануфактур-коллегии и Коммерц-коллегии. Им было даровано право приобретать крестьян для предприя- тий. Указ Петра І от 18 января 1 721 г. о покупке к заводам де- ревень гласил: «Понеже хотя по прежним указам купецким людям деревень покупать было и запрещено и тогда то запре- щение было того ради, что они, кроме купечества, к пользе го- сударственной других никаких заводов не имели; а ныне по нашим указам, как всем видно, что многие купецкие люди ком- паниями, и особно многие возымели к приращению государ- ственной пользы заводить вновь разные заводы, а именно: се- . 321 І 1 - 6968 Псрханко
«@°%-®%®%-°»%°%<>@%®%« ребреные, медные, железные, игольные и прочие сим подоб- ные, к тому ж и шелковые и полотняные и шерстяные фабри- ки, из которых многие уже и в действо произошли. Того ради позволяется сим нашим указом, для размножения таких заво- дов, как шляхетству, так и купецким людям, к тем заводам деревни покупать невоэбранно, с позволения Берг- и Ману- фактур-коллегии, токмо под такою кондициею, дабы те дерев- ни всегда были уже при тех заводах неотлучно. И для того, как шляхетству, так и купечеству, тех деревень особо без за- водов отнюдь никому не продавать и не закладывать, и ника- кими вымыслы ни за кем не крепить, и на выкуп таких дере- вень никому не отдавать, разве кто похочет для необходимых своих нужд те деревни и с теми заводы продать, то таким про- давать с позволения Берг- и Мануфактур-коллегии. А ежели кто противо сего поступит, то оного всего того лишить безпо- воротно".» Так в России сформировалась крепостная мануфактура, получившая распространение особенно в горнодобывающей и металлургической промышленности. При Петре І к Олонецким заводам было приписано для отбывания повинностей около 11 тысяч государственных крестьян, а к заводам на Урале - 25 тысяч. Капиталистические же элементы проникали преж- де всего в легкую промышленностьш. Власти регламентиро- вали деятельность не только казенных, но и частных мануфак- тур, владельцам которых предписывалось сверху, какую про- дукцию производить и по каким ценам продавать ее в первую очередь казне, для нужд прежде всего армии и флота. Только после полного удовлетворения казенных потребностей ману- фактуристы могли отправлять оставшуюся часть изделий (ме- талла, тканей и др.) на рынок. В петровскую эпоху появились оружейные заводы в Туле, Сестрорецке, металлургические предприятия на Урале (Ека- теринбург, Невьянск) и в Олонецком крае (Карелия), текстиль- ные предприятия в Москве и в Санкт-Петербурге. В новой сто- лице России возникли также Адмиралтейство и Литейный двор. Часть казенных мануфактур (например, Суконный двор и полотняный завод в Москве) передавалось казной в частные руки - купцам с целью приобщения их к промышленному делу. 322
Владельцем крупнейшей шелковой мануфактуры в Моск- ве стал в 1 714 г. Алексей Милютин, бывший дворцовый истоп- ник Петра І. В результате деятельности Демидовых с 17 25 г. началось становление горнодобывающей промышленности на Алтае. Со 2-й четверти ХУІІІ в. Россия выходит на первое место в мире по производству чугуна и начинает поставлять его (наряду с пенькой, парусиной, льном, хлебом, салом, лесом) в Англиют. Одно время при Анне Иоанновне Берг-коллегия заключила на 5 лет контракт с коммерсантом Германом Майером на беспош- линный вывоз за границу всего объема экспортируемого метал- ла, однако, когда тот обанкротился, все было передано в руки компании английских купцов - Вольфу, Шиффнеру и прочим компаньонам. Хуже обстояли дела в производстве тканей, что отмечали заезжие иностранцы. «Иноземец неохотно входит в компанию с русским, а отечественные фабрики пока еще про- изводят не настолько хорошие ткани, чтобы они могли служить солдату на протяжении всей кампании, да их недостаточно и по количеству, - констатировал шведский ученый Карл Рей- нхольд Берк, побывавший в 1736 г. в Петербурге и критико- вавший указ 1 735 г. о преимуществах русских купцов И ману- фактуристов при поставках для Военной коллегии. - Некото- рые условия этого указа - просто кабальные. К примеру, по- ставщик должен хранить сукно на собственных складах и на собственный страх и риск, покуда на него не отпустят деньги, а ТЄМ ВРЄМЄНЄМ ОНО МОЖЄТ ИСПОРТИТЬСЯ, И ЭТО ОУДЄТ ВМЄНЄНО. поставщику вину»3°°. Указами Анны Иоанновны в 17 36 г. тысячи работников были «навечно» прикреплены к мануфактурам, которые поз- же стали именоваться посессионными. «Вечноотданных» (по- сессионных) работных людей, получавших мизерное жало- ванье, можно было продавать только вместе с мануфактурой. К середине Х\/`ІІІ в. число предприятий мануфактурного типа достигло 600, а к концу столетия -- 1200. В зависимости от -формы собственности и принадлежности владельцев выделя- лись четыре разновидности мануфактур: государственная (ка- зенная); вотчинная (помещичья); купеческая и крестьян- скаяш. На вотчинных предприятиях, получивших распрост- ранение в винокурении и текстильной промышленности, ис- 323
жожожожожожожож пользовался бесплатный труд крепостных крестьян, которые отбывали барщину. Ярославский купец второй гильдии Василий Крашенинни- ков, взяв за основу сочинение географа И. Хюбнера, составил в середине ХУІІІ в. «Описание земноводного круга» - интерес- ный историко-географический тРУд, охватывающий наряду с Россией другие страны и народы. Характеризуя в нем Ростов- скую и Ярославскую провинции, автор смог наряду с привле- чением документов опереться и на собственные наблюдения. Они явно использованы в зарисовке торгово-предприниматель- ской жизни Ярославля: «В сем городе имеется множество купецких богатых людей и многое купечество отправляется, а наипаче делается в нем множество юхотного (юфтевого, кожевенного. - В.П .) красно- го товару, так что ни в коем другом городе во всей Российской империи таковых юхотных заводов не имеется. Имеется же в нем и славная во всей Российской империи гимназия или фаб- рика ярославского жителя Затрапезного, в коей делаются раз- ные многие материалы, полотна всяких рук, скатерти и сал- фетки предорогой работы, ковры пребогатые. . . а бумаги пищие делается превеликое множество и другие многие вещи, на коей фабрике имеется мастеров и всяких работающих людей более 5000 человек»398. Сочинение Крашенинникова было завершено до 1765 г., когда упомянутую в нем Большую Ярославскую парусно-по- лотняную мануфактуру А.И. Затрапезнова приобрел за 60 тыс. рублей другой известный мануфактурист Савва Яковлев, про- исходивший из патриарших крестьян города Осташкова, но- сивший первоначально неблагозвучную фамилию Собакин и разбогатевший на винных откупах и торговле рыбой еще при императрице Елизавете Петровне. К нему же чуть позже пере- шли и многие металлургические заводы П.А . Демидова, в том числе в Невьянске на Урале. За заслуги перед казной Яковлев даже получил дворянство. На парадном портрете, хранящем- ся в Русском музее в Петербурге, откупщик-миллионер пред-' стает в облике вельможи, сидящего за столом и пишущего од самом себе на листе бумаги хвалебные строки: «Портрет кол- лежского асессора, Ярославской Большой мануфактуры и Си- бирских железных заводов содержателя Саввы Яковлева. Ро-* 324
дился в 713-м году декабря, 5 дня. Уроженец города Осташко- ва. В Санкт-Петербургское купечество вступил в 75 7-м. Исклю- чен с детьми из подушного оклада и пожалованы вольными по именному Ея Императорского Величества высочайшему ука- зу 752. Был директором над московскими и санкт-петербург- скими питейными сборами указом правительствующего Сена- та в 752 , коллежским асессором по именному же указу пожало- ван в 761-м годах. Писан в 1767 году месяца марта»399 . К концу жизни он стал владельцем 22 заводов, рабочим которых при- ходилось несладко из-за каторжных условий труда и даже ис- тязаний, практиковавшихся администрацией в отношении недовольных строптивцев'*°°. В Государственном историческом музее хранится одна рукопись 60-70 -х гг . ХУІІІ в. , в которой под заглавием «Глава девятая» помещена стихотворная сати- ра на Савву Яковлева. Ее автор использовал старинную посло- вичную рифму «Сава - слава»: Послушайте, я скажу вам Саву, какова о Саве слава: Сава купец, Сава плутец, Сава подрятчик, Сава ростовщик, Сава корчемник, Сава бездельник, Сава кожевник, Сава мошенник, Сава изветчик, Сава ответчик, Сава грабитель, Сава похититель, Сава ловитель, Сава чужого дома разоритель, Сава виночерпий, Сава друже с черти, Сава тем возгордился и с [с] нохою зжился, Своею молодою сыновнею женою Чего недостает Саве к вящей его славе? По всем по том сто ударов нему кнутом."°* Правда, вряд ли правомерен здесь упрек богача-заводчика в безделье. Подобные ему энергичные «капиталистые» крес- тьяне постепенно стали оттеснять потомственных купцов на торгово-предпринимательской стезе. Указ Екатерины ІІ 17 7 5 г. предоставлял им право заниматься промышленнос- тью. А в ХІХ в. потомки поставили Савве Яковлеву в Невьян- ске памятник: его бронзовый бюст в античном оформлении на высокой чугунной колонне. 325
Верхотурский купец Максим Михайлович Походяшин смо- лоду плотничал и промышлял извозом. Разбогатев на винных откупах и подрядах, наряду с винокурением и виноторговлей, занимался металлургией (выплавкой меди), вкладывал день- ги в производство бумаги. Будучи щедрым на подарки и взят- ки (в том числе сибирскому генерал-губернатору Д.И . Чиче- рину), приемы нужных людей. Походяшин, как и многие дру- гие патриархально настроенные богачи, отличался показной скромностью в быту: летом его можно было увидеть в китай- ском халате, зимой - в нагольном тулупе, добиравшимся на свои медеплавильные заводы в простых дровнях, с обратным извозчиком. Одна из его причуд заключалась в пристрастии назойливо сватать молодежь. Присланный из Петербурга чи- новник Осипов доносил в 1779 г. императрице о Походяшине: «...Человек отнюдь не глупый, но образ жизни ведет самый развращенный и до крайности своенравен»'*°2. В сочинениях историков и писателей из купеческой среды, в сословных требованиях гильдейского купечества, как пра- вило, речь не идет об отмене либо ограничении крепостного права с целью облегчения участи крестьянства. Наоборот, они ратуют за сохранение и даже расширение сферы применения крепостных в промышленности и готовы превратить в подне- вольных людей даже своих обедневших и разорившихся собра- тьев по торговому делу. Процесс одворянивания затронул в ХУІІІ столетии лишь отдельных представителей торгово-предпринимательских вер- хов России, в основном тех, кто, занимаясь мануфактурным производством и откупами, всеми правдами и неправдами до- бился от властей чина, дававшего по табели о рангах личное либо даже потомственное дворянство. Судьбы Демидовых и Строгановых, ставших даже титулованными аристократа- ми, - слишком хрестоматийный пример. Есть и другие, ме- нее тиражированные свидетельства подобного рода. В 1758 г. императрица Елизавета Петровна пожаловала симбирских купцов И.С. Мясникова и И.Б. Твердышева коллежскими асес- сорами «за тщательное ими оных заводов произведение и при-4 несение казенной и государственной прибыли» . А чин коллеж- СКОГО &СЄССОр& ЯВТОМНТИЧЄСКИ ВОЗВОДИЛ ИХ В ПО'І 'ОМСТВЄННЬІХ` дворян. В доме Твердышева и Мясникова - едва ли не самом 326
лучшем в Симбирске - останавливалась в 17 67 г. Екатерина ІІ во время своего путешествия по Волге. Императрица под псевдонимом сочинителя « былей и небы- лей» вместе с княгиней Екатериной Дашковой выпускала жур- нал «Собеседник любителей российского слова», в котором Д.И. Фонвизин рискнул опубликовать двадцать довольно сме- лых вопросов. Один из них касался одворянивания представи- телей низших сословий: «Если дворянством награждаются за- слуги, а к заслугам отверзто поле для всякого гражданина, от- чего же никогда не достигают дворянства купцы, а всегда или заводчики или откупщики?» И вот какой ответ получил он от издателей: «Одни, быв богатее других, имеют случай оказать какую ни на есть такую заслугу, по которой получают отли- чие'*°3. Итак, дворянство жаловалось не только за успехи на торговом поприще. 13 ноября 1783 г. купец А.Ф. Турчанинов, приобретший за 145 500 рублей Сысертские заводы на Урале, получил от Ека- терины ІІ жалованную грамоту. «Уважая нашего верноподдан- ного титулярного советника Алексея Турчанинова похвальные и благородные поступки особливо же в 1773 и 17 74 годах им учиненные» (во время борьбы с движением под руководством Е.И. Пугачева) императрица пожаловала его «с рожденными и впредь рождаемыми его детьми и потомками в Дворянское достоинство Российской империи». На гербе нового дворян- ского рода Турчаниновых в нижней части щита изображена в голубом поле серебряная цапля, «держащая в правой лапе ка- мень в знак того, что он (Турчанинов. - В.П .) бдением своим учинил многие как нам, так и государству услуги ›› 4°'*. А кое-кто, подобно тульским промышленникам Баташо- вым и Мосоловым, с помощью представления в Сенат фальси- фицированных генеалогических справок о «знатном» проис- хождении добивались своего путем «восстановления» дворян- ства. Петр ІІІ запретил в 1 7 62 г. продавать крестьян мануфакту- ристам недворянского происхождения. В результате в екате- рининскую эпоху на купеческих и крестьянских мануфакту- рах стал применяться более эффективный наемный труд, что свидетельствовало о зарождении капиталистического уклада в промышленности. На них нанимались работать оброчные 327
%°%°%°%°%®%«°-%°% крестьяне-отходники нечерноземных губерний Европейской части России. Крестьянские мануфактуры, зародившиеся на базе кустарных промыслов, существовали в легкой промь1ш- ленности. Из их владельцев, «капиталистых» крестьян вышли ряд известных предпринимательских династий - Гучковы, Морозовы и другие. По производительности труда купеческие и крестьянские предприятия превосходили вотчинные ману- фактуры. Еще в 1805 г. на Александровской бумагопрядильной ма- нуфактуре был установлен первый в России паровой двигатель. Со второй четверти ХІХ в., в ходе начавшегося в России про- мышленного переворота, мануфактуры постепенно стали ус- тупать место капиталистической фабрике с машинным трудом и наемной рабочей силой. Процесс этот завершился только в 80-х гг . ХІХ столетия. Ну а мануфактурой по старинке продол- жали именовать текстильные предприятия фабричного типа (вспомним знаменитые Трехгорную мануфактуру Прохоровых в Москве, Никольскую мануфактуру Морозовых в Орехово- Зуеве) и изделия текстильной промышленности, ткани. На капиталистической фабрике С 30-40-х гг. ХІХ в. выбившиеся «капиталистые» крестья- не и разбогатевшие на торговых операциях купцы стали заво- дить фабрики с примением паровых и прочих машин. Так в России начался промышленный переворот, достойный вклад в который внесло купечество. Вот лишь несколько примеров. Род Крестовниковых вел начало от «монастырских служебников ›› Данилова монастыря Переяславля-Залесского, и один из его представителей, Нико- лай Константинович Крестовников, составил семейную родо- словную с ХУІІ в.4°5 В начале ХІХ в. Крестовниковым принад- лежали ткацкая фабрика в Поляне и несколько заводов. Но в результате неблагоприятного воздействия новых либеральных таможенных тарифов министра финансов, графа Гурьева (1816, 1819) им пришлось свернуть производство на сахарном и белильном заводах. А в Поляне, у дедовского имения, Крес- 328
<=їнЁ®%«°%°%*›*<>%®%«®«%°%* товниковы построили в 1850 г. новую бумагопрядильную фаб- рику, выписав для нее машины из Англии4°°. Затем у них по- явился стеариновый завод, с 1859 г. развернуло деятельность «Товарищество Казанского кожевенного завода», созданное при финансовом участии других купцов-предпринимателей. Купец Козьма Васильевич Крестовников и его дети пожертво- вали во время Отечественной войны 1812 г. 50 000 рублей, что было записано на мраморной доске на стене храма Христа Спа- сителя'*°". С критикой правительственной политики в области про- мыслового налогообложения выступал в Государственном Со- вете в 1908 г. его потомок Г.А . Крестовников, заявивший, что « промысловый налог тяжел для промышленности и торговли» , особенно для мелких торговых и промышленных заведений, ведь только за 10 лет (с 1898 по 1908 г.) его денежный объем увеличился в два с лишним раза“*°8. Порой приходилось вникать в дела промышленных пред- приятий и овдовевшим купчихам. Вспомним хотя бы о москов- ской миллионерше Варваре Андреевне Морозовой, ворочавшей огромными капиталами и занимавшейся благотворительнос- тью. В Государственном центральном музее современной исто- рии России можно увидеть контракт о найме крестьян'Иркут- ской губ на фабрику и завод упчихи 1 -й гильдии Останиной от 31 января 1874 г., заключенный при посредничестве ее дове- ренного лица - почетного гражданина А.Г. Белоголового. С последней трети ХІХ в. началось проникновение россий- ского торгово-промышленного капитала на национальные ок- раины, в Закавказье, Среднюю Азию, позже на Дальний Вос- ток. Торговый дом «Т.М. Филатов» , зарегистрированный в дер. Шувои Богородского уезда Московской губернии, построил Механическо-ткацко-красильную фабрику для Средней Азии, рекламу которой издавал как на русском, так и на арабском языке. Отделение Товарищества на паях «Прохоровская Трех- горная мануфактура» появилось в Бухаре. Но условия труда на многих фабричных предприятиях, принадлежавших купцам, были весьма тяжелые, зарплата низкая, рабочий день длился долго. В очерке Н.А . Благовещен- ского описана одна такая текстильная фабрика, предпринима- теля из московской купеческой среды: 329
@°%-О-ї4Ё°%®<@@°%°%°%« « Фабрика наша большая, прядильная и ткацкая вместе, так что материал к нам привозится в виде хлопка, а вывозится в кладовые уже в виде готовых кусков миткаля, которых, при благоприятных обстоятельствах, выделывается в месяц до де- сяти штук. Идет наша фабрика днем и ночью; работающих в ней, считая тут и женщин и детей, около восьмисот человек, которые разделяются на четыре смены: две дневных и две ноч- ных, причем каждому рабочему приходится работать на фаб- рике шесть часов ночью, а всего двенадцать часов. Машины у нас все новенькие, начиная с неуклюжей тре- пальной машины до живчика-станка, - все только что выпи- сано из-за границы и со всеми новейшими усовершенствова- ниями европейской промышленной изобретательности; что же касается до управления фабрикой, помещения рабочих, зара- ботной платы и других порядков, то все это у нас самое старое, патриархальное, завещанное дедами и прадедами... Хозяин у нас купец чистейшей московской крови, и при- том еще старовер, хотя и носит немецкое платье; он, понятно, заботится о том, чтобы потуже набить карман свой, и поэтому всякую прижимку и всякий штраф на рабочих считает самым полезным делом. Ближайший от нас уездный город Б. мало чем отличается от соседних деревень и тоже тяготеет больше к ста- рой патриархальности, чем к новым порядкам. Наконец, не очень далеко от нас - сама матушка Москва, откуда, как из- вестно, прогресс тоже не слишком-то распространяется. А кру- гом фабрики такая голь-нужда неисходная, что каждый му- жик за несколько рублей всего себя запродать готов, лишь бы прикупить “хлебушка” да внести вовремя подати и налоги, а там делай с ним, что хочешь, - терпенья хватит. Ну, и делает хозяин, что хочет, и смело предписывает свои условия в пол- ной уверенности, что отказу не будет, - и не бывает»4°9,. В Смоленской губернии известные текстильные фабрикан- ты Хлудовы владели Ярцевской мануфактурой, работники которой не раз проявляли недовольство условиями труда и низкой зарплатой. В 1880 г., например, ярцевские ткачи раз- били стекла в фабричных постройках, и для их усмирения вла- стям пришлось направить в Ярцево войска. По воспоминани- ям одного из очевидцев, участники забастовки на Хлудовской мануфактуре в Рязанской губернии в 1893 г., протестуя про- 330
-%°%«°%°%®®%°%«®%°%« тив политики хозяев, завалили мотками пряжи речку Гуслян- ку, едва не вышедшую из берегов. На всю Россию прогремела стачка 1885 г. на Никольской мануфактуре Морозовых в Оре- хово-Зуеве. Все эти социальные конфликты создавали в либе- рально-демократических кругах русского общества крайне неблагоприятное впечатление о промышленниках из купече- ской среды. Но, справедливости ради, надо отметить, что сре- ди них попадались дальновидные люди, понимавшие необхо- димость уступок рабочим, выделявшие значительную рабочих долю прибыли на благоустройство фабрично-заводских посел- ков, строительство школ и больниц для рабочих. Одним из та- ких прогрессивных купцов-предпринимателей был Александр Иванович Коновалов. Но такие предприниматели, как он, все же находились в меньшинстве.
Шумит нескладная подмонастырская яр- марка, кумачами и ситцами кричат пестрые ба- лаганы. Горы белых саней и корыт светятся и в дожде, и в солнце - на черной грязи. Рядком сто- ят телеги с желтой и синей репой и алой морковью, а к стенам жмутся вываленные на солому ядреная антоновка и яркий анис. Не меняет старая ярмарка исконного вида. И.С . Шмелев. Н еупиваемая Чаша (1918) 11 НА ЯРМАРКАХ Кто не знает слово «ярмарка» 7! Произнося его, вспоминаешь и знаменитую Нижегородскую ярмарку, и «Сорочинскую яр- марку» Н.В . Гоголя. Но сегодня далеко не каждый может точно объяснить значение этого термина. Ярмарками (от немецк. да11гтаг1<'с - ежегодный рынок) в России традиционно имено- вались периодически организуемые в определенном месте тор- ги, рынкитоваров. Они играли важную роль в экономике стран Западной Европы в Средние века“°. Самое раннее упоминание самого слова «ярмарка» («ярмарок») содержится в грамоте 1498 г. великого князя литовского Александра Казимировича, пожаловавшего Полоцку Магдебургское право: «Дозволяем теж тому месту первореченному трожды до году ярмарок держати ку пожитку их подлуг иншых мест обычая: первыи ярмарок на Светого Якуба день, а другии на Крещенье, а третии по Вели- цедни у тыидзень; а кождои ярмарок мает стояти две недели». Через Польшу и Великое княжество Литовское этот термин рас- пространился на Русь, где укоренился еще в большей степени. Но ежегодные кратковременные торги проводились и раньше. 332
ее «%°%«°-%°%*0%°%<> Древнерусские купцы из Руси посещали крупный торговый центр Византии - Фессалонику (современное название - Са- лоники), где ежегодно осенью, в День Святого Дмитрия, про- ходила оживленная ярмарка. Сюда съезжались коммерсанты из разных стран и областей Европы, Азии, Африки. Сохрани- лось красочное описание местного торга (в греческом языке такой рынок обозначался словом Ґогоз, на латыни - іогит), сделанное фессалоникийским мирополитом Евстафием (ХІІ в.): «Ярмарка выглядела так: палатки купцов, выстроенные одна против другой, тянулись ровными рядами; отстоя далеко друг от друга, эти ряды создавали в середине широкий проход для густых толп народа, снующих по ярмарке... Заполняло прилав- ки, - все на свете, что создается руками ткачей и прях, все решительно товары из Беотии и Пелопонесса, все, что торго- вые корабли везут к эллинам из Италии. Немалую долю вно- сят также Финикия, Египет, Испания и Геракловы столпы, славящиеся лучшими в мире коврами. Все это купцы приво- зят прямо в древнюю Македонию и Фессалонику, а города Евк- синского Понта сначала посылают свои товары в Византию и лишь затем обогащают ими ярмарку: множество вьючных лошадей и мулов везут из Византии их дары...» Среди посту- павших на ярмарку восточноевропейских товаров Ефстафий упоминал вяленую рыбу, красную и черную икру, воск, мех белого зайца. Сравнительно недалеко от Фессалоник находит- ся знаменитый Афон. Здесь, на Святой Горе, наряду с грече- скими, армянским, грузинским, болгарским, сербским с ХІ- ХІІ вв. существовали и два русских монастыря - Ксилургу (Древодела) и Св. Пантелеймона, их издавна посещали палом- ники. Покончив с торговыми делами на ярмарке в Фессалони- ке, заезжали, видимо, сюда поклониться православным свя- тыням Афона и русские купцы. В эпоху Средневековья славились ярмарки Шампани, в Новое время значительных торговых оборотов достигли весен- няя и осенняя Лейпцигские ярмарки, на которые доставлялось из России до 30% мехов. Наряду с образцами традиционных товаров в ярмарочных павильонах можно было встретить и произведения искусства. «На ярмарку в Роттердаме было при- везеночтакое множество картин, - засвидетельствовал в 1641 г. англиискии путешественник Джон Эвлин, - что я был изум- 333
%°%З>®@°%@<>@®%®°®@<>%@> ЛЄН. . . КРЄСТЬЯНСКИЄ ДОМ& ПЄРЄПОЛНЄНЬІ ПРОИЗВЄДЄНИЯМИ ЖИВО'!А писи, которые продают на ярмарках с большим барышом››411 1 Первые свидетельства о ярмарочной торговле в самой Рос- сии относятся к ХУІ в. При Василии ІІІ из-за враждебной по- зиции новых правителей Казанского ханства русским купцам запретили посещать оживленную ярмарку в Казани, попытав- шись перенести ее в Васильсурск. Но из этой затеи ничего пут- ного не получилось. Австрийский посол Сигизмунд Герберштейн, побывавший в России дважды, в 1517 и 1525 гг., с явным преувеличением значения описал еще одну ярмарку в Холопьем городке, рас- полагавшемся недалеко от Углича, у впадения р. Мологи в Вол- гу: «В этом месте бывает самый многолюдный базар изо всех существующих во владении московита... Ибо кроме шведов, ливонцев и московитов туда стекаются татары и другие много- численные народы из восточных и северных стран, которые ведут только меновую торговлю, поскольку ни золота, ни се- ребра эти народы почти или даже вовсе не употребляют. Как правило, они обменивают на меха готовое платье, иглы, ножи, ложки, топоры и другое тому подобное» . После 1560 г. ярмар- ка переместилась из Холопьего городка в Весь-Егонску1о (совр. Весьегонск). Дважды в год собирался пушной торг в Лампожне на р. Ме- зени. С такой же периодичностью происходили ярмарки на Белоозере. На Северной Двине крупным центром торгового обмена стали Холмогоры, позже уступившие свою роль ново- му порту - Архангельску, заложенному в 1584 г. и первона- чально именовавшемуся Ново-Холмогоры. В торговле северной пушниной и солью заметную роль играла Вологда. С середины Х\/'І в. известна ярмарка у стен Макарьевского Желтоводско- го монастыря, недалеко от села Лыскова, на левом берегу Вол- ги, под Нижним Новгородом. Она проводилась обычно в июле. А Прокопьевская ярмарка в Великом Устюге открывалась 22 июня. Ярмарочная торговля сыграла большую роль в формирова- нии общероссийского рынка. Начало этого процесса одни ис- торики относят еще к ХУІІ в., другие же - к Х\/`ІІІ столетию. В челобитной московских торговых людей 1627 г. о высылке коммерсантов-иностранцев упоминается о поездках инозем- 334
6% ее %%0%°*%°%®®@°%*>® ных купцов «с ярмонки от города Архангильского по горо- дом»““2. Сами купцы или их приказчики успевали в течение года совершить выгодные сделки на нескольких важнейших ярмарках страны - Макарьевской у Нижнего Новгорода, Свенской под Брянском, Ирбитской на Урале, Тихвинской не- далеко от Ладоги. Впрочем, огромные пространства страны, традиционное российское бездорожье не могли не замедлить скорость торгового оборота, а значит, и сроки обращения ку- печеских капиталов. От имени царей ПетраІ и его брата Ивана \/` 16 июня 1691 г. нижегородскому воеводе П.Ф . Леонтьеву была направлена гра- мота с требованием: « . . .послать из Нижнего Новгорода на Ма- карьевскую ярмонку гостя Афонасья Олисова да таможенного голову Федора Бокова да с Москвы Приказу Большие Казны старого подъячего Ипата Ульфова для осмотра и переписи соли и рыбы и для пошлинного збору и взятья утаеных и неявлен- ных товаров... »413 Самое большое внимание в литературе уделяется крупнейшей в России ХІХ в. Нижегородской ярмарке с ее огромными торго- выми оборотами и колоритной атмосферойш. Она была переве- дена из Макарьева в Нижний Новгород после пожара 181 7 г. Вот как осуществлялся наем постоянных казенных поме- щений, согласно Высочайше утвержденных 14 июля 1864 г. правил для Нижегородской ярмарки (извлечения): « 1 5 . Каждый желающий участвовать в ярмарочной торгов- ле имеет право на наем свободного ярмарочного помещения. Впрочем, в одной и той же линии не дозволяется одному и тому же лицу иметь две лавки в разных местах, а если торгующий будет находить, что одной лавки недостаточно для помещения его товара, то ему может быть предоставляем наем нескольких лавок рядом (но, во вском случае, не более трех). Если торгую- щий имеет разного рода торги, то он может иметь лавки в раз- ных линиях, но не иначе, как на свое имя, и торговать в них должен своим товаром сам или через своего приказчика. Примечание. Свободные ярмарочные помещения в случае неимения желающих занимать оные для торговли могут быть отдаваемы под склад товаров, на одну ярмарку, по правилам, составленным Ярмарочным Комитетом и утвержденным Ми- нистерством Внутренних Дел. 335
@°%*®@°%°®%°%®*%®% 16. Лица, занимающие одну и ту же лавку в течение дву ярмарок сряду, сохраняют право преимущественного польз . вания ею. Причем допускается свободная передача и обме 8 лавок, с обоюдного согласия торгующих и с утверждением Я - марочного Комитета, но с следующим при том ограничение : 1) лавки могут быть передаваемы лицам, имеющим уже ярма- рочные помещения, только тогда, если нет в виду желающих, не имеющих таковых помещений; в противном же случае, они предоставляются сим последним, согласно п. 18 и 2) ни один торговец не может иметь в одной линии двух лавок в разных местах и более трех нумеров лавок сряду (п. 15). 17. Приобретший право преимущественного пользования ярмарочным помещением обязывает представить в Ярмароч- ную контору при объявлении деньги, следующие за лавки, до 1-го июня, а за трактиры, харчевни, квасные выставки и дру- гие мелочные временные помещения - до 15-го июня вклю- чительно; в противном случае он лишается права на пользова- ние в этот год ярмарочным помещением, которое затем отдает- ся другому желающему. Если же кто в течение двух ярмарок просрочит во взносе следующей за ярмарочное помещение пла- ты, или же, заплатив деньги, две ярмарки сряду не будет зани- мать оного, то теряет навсегда преимущественное право на за- нятие сего помещения, которое отдается уже другому лицу, согласно п. 18. 18. Остающиеся свободные ярмарочные помещения предо- ставляются преимущественно не имеющим еще таковых поме- щений; причем отдача оных производится по старшинству по- ступления просьб, а в случае подачи прощения в один день - по жребию; тот же порядок соблюдается и при отдаче сказан- ных помещений лицам, пользующимся уже таковыми на яр- марке, в тех случаях, когда не будет в виду желающих лиц из числа не имеющих сих помещений››“5. К « Макарию» (так в просторечье именовали Макарьевскую, а затем Нижегородскую ярмарки) в середине ХІХ в. купцы Вишняковы добирались из Москвы в июле на лошадях за 42 часа с учетом остановки для перемены лошадей, обеда и чае- пития. От холеры, нередко распространявшейся через Нижнее и Среднее Поволжье, в пути предостерегались при помощи мятных капель. Вокруг Нижегородской ярмарки обычно уст- 336
%%®%@°€%°%°€@®%®®®%®%* \ \їр8.ИВ&ЛСЯ КРЄСТНЫЙ ХОД, В Л&ВІ 'С&Х ІІРОВОДИЛИСЬ МОЛЄОНЫ С В0ДО° снятием, а иконы для них приносились из ярмарочного собора Молодой купец С.Н . Вишняков, имея недурные музыкальные способности, в свободное от торговых дел время, занимался иэгрой на скрипке и даже брал ее с собой на Нижегородскую ярмарку, где на досуге посещал иногда театр, цирк или звери- нец. Но чаще всего в 8 часов вечера «забирали» (т.е. прибира- ли и запирали) лавку, ужинали и отходили ко сну. Отец извест- ного художника Михаила Нестерова, крупный торговец, заку- пал на Нижегородской ярмарке оптовые партии игрушек для последующей розничной продажи. Сохранился на специаль- ной актовой бумаге «Билет. Дан из Нижегородской Ярмароч- ной конторы московскому купцу Егору Саввичу Судакову с женою Александрою Алексеевоюй, на занятие в ярмарку ты- сяча восемьсот семьдесят седьмого года лавки в Нижегород- ском Шляпном ряду лит. В . и Г. под М 1 1-м для торга шляпа- ми, картузами и шапками» . Как-то купчина Никита Петров в правление императрицы Анны Иоанновны направил жалобу властям: «В прошлых го- дах посылан я был на Ирбитскую ярмарку... А для клажи по- купных и продажных припасов и для постою с целовальники и солдаты во время ярмарки даваны были мне на гостине дво- ре потребованное число лавок и дворы в удобном месте близ гостина двора без платежа. А в прошлом 1730 году лавку на гостине дворе хотя и давали без платежа, однако ж с великою моею просьбою, а впредь и давать не хотели. А постоялого дво- ра верхотурский воевода давать не приказал, чего ради была квартера наемная»'“6. Ирбитская ярмарка открывалась 6 января, в день Богояв- ления, продолжалась 2 недели, но в 17 35 г. на совещании в Тобольске у губернатора А. Плещеева (бывшего президента Камерколлегии) ее сроки перенесли с 20 января до 20 февра- ля. В Ирбите «ход ярмарки связывался с поднятием флага: флаг запутался - ярмарка затяжная, развернулся сразу - крутая, в сторону Сибири - сулит для сибиряков всякие бла- гополучия» . А флаги поднимались обычно на башне Гостино- го двора и на каланче Биржевой залы. Обычный ритм жизни горожан с открытием ярмарки менялся, она становилась су- матошной крайне напряженной. Ярмарочный торг привлекал 337
из '9/_~4 -5 _ _ , не только коммерсантов и покупателей. Но и бродячих акте- ров, женщин легкого поведения, а также воришек. Дабы пре отвратить их, городничий Хворошинский в 17 92 г. лично за тупил в наряд по охране Гостиного двора, а затем в Ирбите, 1 указанию губернских властей, для этого была создана караул - ная артельш . Даже в 1870-е гг. поездка из Москвы на Ирбитскую ярма - ку, вспоминал позднее известный купец Н.М. Чукмалдин, « І - пряжена была с немалыми затруднениями и требовала больше месяца времени». «Нужно было ехать по железной дороге до Нижнего Новгорода, - описывал далее условия путешествия Н.М. Чукмалдин, а оттуда через Казань и Пермь на лошадях, безостановочно дни и ночи, одетым в полушубок, доху и вален- ки; выходить из повозки только на станциях, во время переме- ны лошадей, чтобы обогреться или напиться чаю и закусить... Морозы бывали иногда большие, особенно при северных вет- рах и вьюгах, и тогда приходилось выносить особенно тяже- лые неудобства и лишения. Иной раз ветер свищет и шумит неистовою метелью; полозья характерно скрипят по снегу; по- возка ныряет по ухабам, то поднимаясь на вершины между ними, то тупым толчком падая на дно, - а ты, лежа в ней, вто- ришь этим движениям, приноравливаясь только, как бы удоб- нее ослаблять удары саней руками и ногами. Застегнуть от вью- ги фартуком повозку считалось во многих случаях опасным, потому что где-нибудь-на косогоре, при быстрой езде, сани мог- ли опрокинуться, и тогда пассажир рисковал очутиться под тя- жестью багажа и чемоданов, могущих задушить до смерти››418. И такие случаи бывали.. . В течение двух недель проводилась Весьегонская Крещен- ская ярмарка (Тверская губерния), торговый оборот которой до- стигал 400 000 рублей. Основными предметами сделок на Ка- занской ярмарке в Вышнем Волочке были шерстяные, хлопча- тобумажнь1е и шелковые ткани, производившиеся на фабриках Москвы, Ярославля, Твери, Торжка и других городов Централь- ной части Европейской России. Кроме городских функциони-. ровали и сельские ярмарки. В начале зимы обычно проводились Введенские торги, приуроченные к празднику Введения. Под Курском на первой неделе Петрова поста начиналась известная на всю Россию Коренная ярмарка. Ее посещали не 338
€%°%®°®%®%*°%°%®® только русские купцы, но и армяне, бухарцы, грузины, персы, татары. Табуны лошадей пригоняли калмыки. Еще до откры- тия туда из Курска заезжают булочники, хлебники, трактир- щики, «и место ярмарки, в продолжение целого года бывающее пустым, вдруг превращается в многолюдный город, оживает, кипит деятельностью» . Куда меньшие масштабы имел январ- ский ярмарочный торг в университетском центре Эстонии Дер- пте (совр. Тарту). К.А . Авдеева описала также три небольшие так называемые чухонские ярмарки, проводившиеся в Дерпте 28 июня, 8 сентября и 1 октября: «Главный торг производится на них скотом, который пригоняют с мыз. Привозят также де- ревянную посуду, холст, шерсть, домашнее сукно, фланель, дво- ровую птицу, масло, яйца, а на две осенние из сих ярмарок кро- ме того капусту, клюкву, рыбу соленую, яблоки, и приплавля- ют из Пскова глиняную посуду и горшки. Каждая ярмарка про- водится не более двух дней. Тогда все оживает в городе ››41°. В России в середине ХІХ в. было уже 6,5 тыс. ярмарок (только в одной лишь Тверской губернии их насчитывалось не менее полторы сотни), а в начале ХХ в. - 18,5 тыс. Их участ- ники нуждались в оперативной коммерческой информации, для распространения которой стали публиковать « ярмарочные листки» . Именно на их основе с 1860-х гг . в российской про- винции возникло немало частных газет. Крупнейшие ярмарки в эпоху бурного развития капитализ- ма и его траспортной инфраструктуры постепенно утрачивают важнейшие торгово-распределительные функции, роль пере- валочных пунктов в торговле, уступая место более масштаб- ной и оперативной форме - биржевой торговле в крупных го- родах страны. Закат Ирбитской ярмарки начался в начале ХХ в. , еще до 1917 г. , и был связан с перегруппировкой товар- ных потоков и обмена в связи с построенной Транссибирской магистралью. На ней заметно сокращается торговля китайским чаем и текстильными изделиями русских фабрик, и даже про- дукция уральской железоделательной промышленности теперь продается по образцамт. Обыденным явлением крупных ярмарок становятся пере- движные цирки и даже театры. Знаменитое панно М. Врубеля первоначально украшало павильон Нижегородской ярмарки. В 1906 г. Б.М . Кустодиев создал гуашью рисунок «Ярмарка». 339
На Нижегородской ярмарке общедоступный балаган рас, полагался в двухэтажном деревянном доме с «галдареями» балконами, плохо приглаженными шелестящими обоям , шатающимися половицами, грязным полом, столиками, с 7 - фетками и прислугой, но с электроосвещением. Его забива а до отказа публика попроще (мелкие торговцы, матросы, груз- чики), которой хозяин демонстрировал следующие увесел;и- тельные номера: хор владимирцев-рожечников, выступление девицы-силача и гимнаста, вертевшегося на трапеции и под- нимавшего зубами железную полосу. Там крутились картеж- ники-шулера, обманывавшие опьяневших купчин, и женщи- ны легкого поведения. Купец Петров привез мерлушку, Нашел на ярмарке здесь душку, И вот как славно он гуляет, Своей супруге изменяет... А душка эта все виляет, Его деньжонки огребает... - таких любителей гульнуть было немало среди заезжих тор- говцевт . В гостиничном ресторане при ярмарке и обстановка, и по- сетители выглядели иначе: расторопные швейцары в русских костюмах и безукоризненно одетые лакеи, отдельные кабине- ты для избранных богачей, дорогая мебель. Но репертуар пред- ставлений (юморист с сальными анекдотами, хор певиц и та- нец живота) также был рассчитан на не очень взыскательную купеческую публику, склонную к загулам. Один ярмарочный завсегдатай купец Алексей Петрович говаривал: «Настоящий покупатель без угощения и товар записывать не будет. Ты сна- чала пропутайся с ним три-четыре дня, да так ублаготвори, чтобы чувствовал»422. Ярмарочные сцены Чтобы получше ощутить ярмарочную атмосферу, обратим- ся к свидетельствам современников. Побывав в 1805 г. на Ма- 340
%°%*°*ї@Ё®%®<@%<>%@><>®%®%® карьевской ярмарке, лейб-медик Г. Реман не мог не поразить- ся ее размахом: «Против Лыскова, на правом берегу Волги стоит Макарь- ев, котрый положением своим и худою наружностию представ- ляет жалкую противуположность с Лысковым, местом, ожив- ляемым трудолюбием жителей. Макарьев с недавнего време- ни сделан уездным городом; но он только носит имя города и более, нежели Лысково, походит на деревню. Расстояние между этими двумя местами, включая реку с окружающими лугами и лежащими на ней островами, прости- рается почти на три версты. Макарьев славится большой яр- монкою, которая уже двести лет ежегодно там собирается в июле месяце. Только в продолжение ярмонки место сие теряет свой скучный и однообразный вид, потому что тогда строится здесь со свойственною русским скоростию множество лавок и домиков из досок; некоторые из них имеют даже правильный фасад; они составляют прямые улицы, где видишь гостинни- цы, ресторации, кофейные домы, театр, залы для танцев: все сии здания расписаны и украшены со вкусом. Но все сии строе- ния, воздвигнутые как бы очарованием в несколько дней, сно- ва исчезают в начале августа. Тогда, за исключением- домов обывательских, ничего более не увидишь, кроме больпіого ба- зара, который строится за казенный счет, а в 1805-м году во время нашего там пребывания не был еще покрыт. Сие здание занимает исполинское пространство; оно, может быть, есть величайшее на свете в сем роде, и без сомнения единственное; ибо построено для того, чтобы служить только три недели в году. Оно находится в некотором расстоянии от города, на пес- чаной возвышенности. Огромный четвероугольник, состоящий из красивых деревянных лавок, над которыми выстроены жи- лья, и разделяемый рядами поперечных лавок на шесть мень- ших четвероугольников, окружает обширную площадь, на коей стоит биржа, большое и красивое деревянное строение, и еще другой четвероугольник с каменными лавками. Сей по- следний втрое более С. Петербургского гостинного двора, и со- стоит из улиц, пересекающих одна другую, по сторонам коих находятся лавки. Две главные улицы получают свет сверху и покрыты кровлею, что защищает их от солнечного зноя. Цепь деревянных лавок составляет главнейшую часть сего огромно- 341
%°%*°<%®%@®*%°%®%®%1 ГО ЗД&НИЯ; В ИЗВЄСТНЬІХ РЁССТОЯНИЯХ РЯДЬІ СИИ ПЄРЄСЄКЗЮТСЯ И, разделяются лавками каменными, кои в случае пожара могуі остановить действие огня. В прежние времена все лавки становились близ монасты- ря; их строили из досок и даже из лубьев и располагали длин- ными улицами. Государь император пожаловал 250 000 руб. на построение нового базара; но, оказывают, что оный будет сто- ить гораздо дороже. За исключением сего базара и монастыря, Макарьев есть самый бедный городок, какой только можно себе вообразить <...> Доходы монастыря состоят в отдаче в наем домов и погре- бов, ему принадлежащих, равно как в добровольных и значи- тельных подаяниях, приносимых купцами, особенно в день праздника Св. Макария. Впрочем, это можно почесть знаком благодарности; ибо ярмонка обязана своим существованием и постепенным распространением продаж мелочных товаров и пряников, производившейся здесь ежегодно в то время, когда сюда приходят на поклонение. Необходимость мены, положе- ние места на Волге, почти у половины ее течения, в равном рас- стоянии от севера и юга, между Европою и Азиею и в средото- чии Российской империи, время ярмонки, бывающей в поло- вине лета, что оставляет приезжающим из самых дальних мест удобность возвращаться в домы до наступления глубокой осе- ни: вот причины, привлекавшие в Макарьев купцов из краев отдаленнейших, умножавшие постепенно их число и соделав- шие оное столь чрезвычайным, что ярмонки Франфуртская и Лейпцигская едва заслуживают название ничего незначущих сборищ в сравнение с тою, которая бывает в сем скудном мес- течке. Вечером, в день нашего прибытия в Лысково, мы отправи- лись на красивой и спокойной лодке, управляемой 18-ю силь- ными гребцами и принадлежащей князю грузинскому, кото- РЬІЙ, ПО ОЛВГОСКЛОННОСТИ СВОЄЙ, С&М Нам СОПУТСТВОВВЛ И ВЬІ"` звался быть нашим путеводителем. Мы переплыли через реку. и пошли в Макарьев. Я удивился, почему там не сделано моста на плашкоутах. По сей причине должно все товары, привози- мые сухим путем, нагружать на барки, а после выгружать на другом берегу; отчего на реке и вдоль берегов ее происходит беспрестанное движение, шумная деятельность. Не доезжая до 342
жожжожожожоаатжэ Макарьева, сие место означается облаками густой пыли, под- нимающейся от движения толпы людей и лошадей на обоих берегах реки <...> . .. Нельзя в целом изобразить впечатлений, чувствуемых на Макарьевской ярмонке. Надобно видеть ее, чтобы составить себе понятие о бесчисленной толпе людей, находящихся в бес- прерывном движении, о многих тысячах лошадей, экипажей, телег, кои на пространстве нескольких верст покрывают всю поверхность земли вокруг города. Все сие вместе представля- ется глазам в виде хаоса; и однако ж это небольшой мир, хоро- шо устроенный на твердых основаниях, который движется к своим определенным целям и точкам притяжения, где всему указан свой ряд, всему назначен свой предмет, и где все стано- вится на свое место. Сия пестрая толпа, в разновидных и нима- ло между собою не сходных одеждах, сей шум, происходящий от разногласных звуков множества языков, беспрестанно шу- мящих пред ухом, - не могут быть описаны. Народы, которые теснятся, мешаются друг с другом в сем вихре, суть: русские из всех областей империи от Якутска до Вильны, множество татар, чуваши, черемиссы, калмыки, бу- харцы, греки, грузинцы, башкиры, армяне и персияне; здесь видишь также индийцев Астраханской колонии, поляков, нем- цев, французов и т.д. <. ..> Замечено, что западные европейцы и народы в коротких платьях играют здесь почти второстепен- ную роль; купцы русские и восточные занимают первое место, и половина разговоров слышится на бухарском, армянском или татарском языках. Свободный и даже гордый вид и поступки русских купцов удивляют тех, кои знают их обыкновенные привычки в обращении и в производстве дел. Составляя здесь преимущественную степень торгующих, и как бы играя глав- ную роль, они показывают более уверенности и достоинства в сношениях своих с иностранцами, более приличия в своих дей- ствиях и поступках, нежели сидя в своих лавках в Петербурге и Москве... ›› «Сибирские купцы отличаются тихостью и молчаливостью, особливо если их сравнить с большим числом купцов русских, которых тотчас заметишь по неумолкающей их говорливости. Если имеешь случай находиться в трактире или лавке при за- ключении такого значительного торга, который всегда бывает 343
(да 1%4 по цене от 25 000 до 100 000 рублей, то заметишь, что главный предмет разговора и споров бывает не о цене; в рассуждений сей последней они уже согласны или по крайней мере скоро согласятся; но долее всего они толкуют о сроке платежа и о требуемых заверениях в выполнении оного. Покупщик обык- новенно просит отсрочки на год, продавец не соглашается на такой долгий срок, а, наконец, склоняется отсрочить на 8 ме- сяцев. Покупщик предлагает ему потом векселя и поручитель- ства, которые продавец или принимает, или отвергает. Мно- гие большие торги заключаются на годовой срок, с уплатою части наличными деньгами. Замечено, что из стольких торгов, часто заключаемых на одну веру.и честность, между людьми разных народов и отдаленнейших стран, редко слышно о плу- товстве и злонамеренном обмане. 26-е июля есть день, назна- чаемый для расчетов и полной уплаты» (Перевод с фр. О. Со- мова)423. Французского поэта Теофиля Готье, посетившего Нижего- родскую ярмарку в середине ХІХ в. , особенно поразил пушной ряд: «Шкуры животных, получившие очень приблизительную выделку, всего лишь необходимую для их сохранения, в бес- порядке, мехом внутрь валяются на циновках. Ни о каком стремлении получше выставить товар не приходится. Незнаю- щий человек вполне мог принять его за обыкновенные кроли- чьи шкурки. Сами торговцы выглядят не лучше, а между тем здесь сосредоточены огромные суммы денег. Бобры, куницы, соболи, голубые сибирские лисы стоят фантастических денег <...> Здесь заключались огромные сделки: например, шел тог тысячами тюков чая, которые находились на реке, а вовсе не на ярмарке, или продавались пять-шесть барок зерна стоимо- стью в миллион рублей, или пушнина поставлялась по таким- то ценам и вовсе при этом не была выставлена на ярмарке. Та- ким образом, крупные коммерческие сделки не видимы для стороннего глаза. Местом деловых свиданий служат чайные... Самовар свистит, выбрасывая струи пара, мужики в бельйі или розовых рубахах ходят с подносами на руке, купцы с ок- ладистыми бородами, в голубых кафтанах сидят перед азиа- тами в черных астраханских каракуевых шапках, пьют чай с сахаром вприкуску, разговаривают с совершенным безразли- 344
@%°%®°€%°%°@°%®€%®% чием, как будто бы в этих, на первый взгляд, безучастных беседах не идет речь об огромных прибылях. И сквозь невнят- ное бормотание общего разговора время от времени вдруг воз- никают понятные даже иностранцу сакраментальные слова рубль серебром››'*24 . *** Более подробно Макарьевскую ярмарку описал в 1813 г. поэт и драматург князь И.М . Долгоруков: « Суета всякаго рода, общее стремление к торговле, движе- ние огромных капиталов, утонченный обман в оборотах, заго- товление всего на всю Россию, словом, центр всех купеческих расчетов. Вот что такое Макарьевская ярмонка. Если вы хотите купить кстати и выгодно, что вам по хозяй- ству необходимо, приезжайте сюда, бросайте деньги и увозите в собою разные товары. Сюда Сибирь, Астрахань, Таврида, Польша, Архангельск и Киев привозят свои приобретения. Сюда со всей России ездят купцы скупать их, и потом, развозя по своим губерниям, дорого дерут зимой с их жителей за то, что вместо их они подумали об их нуждах и для удовлетворе- ния прихоти предпринимали столь прибыточное путешествие. Но, если вы хотите забавляться, искать общества приятна- го, кружиться в разсеяниях большого света, то объезжайте ярмонку, минуйте ее лучше и не ездите сюда: здесь скучно, до крайности кучно. Не верьте в этом мне: я знаю, что старость сама по себе везде находит скуку; потому что она с ней нераз- лучна; но поверьте молодым девушкам, кои со мной ездили. Я по их лицам узнавал, весело ли в комнате или в рядах, так как по термометру узнают, хорошо ли в воздухе. Всякой день спрашивал их: “Весело ли вам здесь, барышни'?” Один и тот же ответ: "Скучно". И как иначе? В 20 лет хочется шуметь, плясать, резвиться, а здесь торг да торг. Кто скупил чай в одни руки и перепродал в полчаса с барышом другому, кто навьючил несколько возов книг на все Низовыя губернии и расчитывает на бирках, у лавки сидя, до чему продался Державин, сколько к общему грузу в придачу отпущено даром Хвостовых? Иной на несколько тысяч валит карикатур сырых, только что из-под тиска, с эстафетою от 345
®%°%®°€%°%®°*%®%®€%°% Спасскаго моста, присланных на распродажу на ярмонке. Там, увидишь пудами покраденныя неприятелем утвари церков- ныя, а скупленныя земляком, кои исправлены заново и за но- вь1я продаются ценой безбожной, хотя предметы вое относи- тельны к религии. Торг, торг и все-таки торг. Это-то и красит ярмонку. Это-то и делает ее славной в России, да и везде. Но в 20 лет колоннада широкая гораздо приятнее огромной ратуши в два этажа. Не станем спорить, что правда, то правда. Поговорим же о яр- монке, как о заведении торговом. .. Макарьевской ярмонке, как и всем прочим, равно с нею знаменитым, находим мы начало в отдаленных временах. Мена товаров между Великороссов и Татар, поток мена сибирских произведений на здешния, и, наконец, стечение набожнаго народа к мощам Чудотворца Макария, усилили время от вре- мени торговлю здешняго края и укоренили здесь первую яр- монку в нашем государстве. Нет купца, который бы сюда не ехал: нет товара, которого бы не возили, от роскоши до необхо- димого, а эта лестница велика: вы все здесь найдете: наряды церквей, домов и людей. Множество модных лавок: где их нет! Без них, как без воздуха, не могли бы жить ни жены наши, ни дети. Кареты английския и куклы троицкия; цварц-папель и ольховый стул, хрустальный люстры и кабацкия стаканы, па- рижской чепчик и оренбургский армяк; евангелие кованое и холуйская икона; соболь стотысячной и овчина; Рафаелова картина и мыши кота погребали; Ломоносов и Совестьдрал; жасминные духи и деготь. СЛОВОМ ВСЄ, ВСЄ , ЧЄГО УГОДНО2 ВСЄ ПРОТИВОПОЛОЖНОСТИ ЗДЄСЬ. соединяются и превращаются в империалы, в целковые, в бу- мажки, наконец, в огромныя векселя. От самого Лыскова до Волги начинаются шалаши, и чернь,. толпясь тысячами на широких поймах, ищет разных своих потребностей. В заливах стоят суда с железом, стеклом, чугун- ными и всякими судоходными товарами, по берегу Волги раз сь1паны лубяныя лавки со всякой всячиной, и на каждом пере- крестке росийская ресторация. Кадка с квасом, харчевня с бли- нами, самовар с сбитнем: зажиточный муж просит и достает из него пуншу. По Волге плывут безпрестанно шлюпки, кате- ры, суда, паромы, а местами на якорях ждут объедал астра* 346 \
<ё%®%®®€%°%®*%0%@>®%°% ханские осетры, саратовския белуги, между тем как из садков поминутно таскают стерлядей в трактиры и Зарядья. На город- ском берегу Волги, где расположен город Макарьев, в 120 вер- стах от Нижняго, начинаются лавки со своими принадлежно- стями. Гостиный двор На песчаном грунте выстроено недавно несколько обшир- ных корпусов деревянных, которые разбиты на номера и меж- ду собою разделены широкими проулками: в них производит- ся торг и толпятся путешественники; посреди всех зданий по- ставлен биржевой дом или так называемая биржевая зала. Строение деревянное же, но весьма красивое; ему дан такой же фасад, как имеет Санкт-Петербургская знаменитейшая биржа на Васильевском острове. Зала огромная и в два этажа. Вокруг всех корпусов прорыт канал, и по Именному указу строжайше запрещено держать для чего бы то ни было огонь; внутри Гос- тиного двора, в лавках, во всей их площади, не позволяется даже иметь самовара. Сие самое препятствовало в биржевой зале дать бал, которая хотя и очень для забав общественных пригодна, но правительство местное не уполномочено позво- лить даже свечки зажечь во внутренней стороне канала. Осто- рожность необходимая! Ибо сие деревянное строение, по про- странству своему, стало казне до нескольких сот тысяч рублей, если еще и не за миллион. В нем считалось, когда мы были, в отдаче до 1151 номера, и все были заняты красным товаром. Вне Гостиного двора, т.е. против оного по улицам, распо- ложены временные ряды, в которых отдавалось 97 7 ММ; в них продавали: меха, фарфор, зеркала, экипажи, мебели и подоб- ные тяжести, требующие широкого помещения; около них ко- чуют ремесленные разные цехи; ибо на Макарьевской ярмон- ке не только можно достать все купить, но и всякое рукоделие готово. За каналом отведены трактиры, кофейные дома и все те предметы, кои принадлежат к насыщению людей или прокор- млению скота. Тут до 214 номеров, наполненных съестными 347
Ф?% $579 ' 'Ё-І-› Ч* =.°Ё- - - :@°%@®@°%®®@° . 0 припасами разного рода и прозябении земель плодоносных. И так во всех трех разрядах считается лавок до 2343, с коих доходу отдаточного казна выручила в 1813 году 118 368 руб- лей. И сия сумма никогда не может быть подвержена недоим- ке; потому что каждый М отдается в наймы на следующий год при отъезде купца, с получением вперед за оный положенного казне оклада, без чего он и билета на занятие того М иметь не может. Всякий купец спешит удержать за собою место, дабы не перехватил его другой, и охотно платит тотчас взыскиваемую сумму, а сим самым обеспечивается доход государственный. Сверх всех сих лавок отдается из платы в казну до 37 вне- шних помещений между рядами для квасных выставок и до 70 разных посаженных мест на всей площади, занимаемой яр- монкой. Расстояние корпусов между собою представляет для свиданий одно неудобство: оно состоит в том, что публика слиш- ком развлечена и нет соединительного для нее пункта. Когда один ищет серебра, другой за сто сажен покупает книги, тре- тий еще далее, в суконном ряду; и так везде кучки, а нигде множества нет вместе. От этого случилось и со мной, что я, не встретившись нигде в лавках с некоторыми знакомыми, узна- вал по отъезде моем с ярмонки, что и они там же были. Возвра- титься надобно всегда к первому заключению, что здесь все для прибытка и торговли, а ничего для удовольствия общежи- тия»'*25. *' іг* В пушкинских « Отрывках из путешествия Онегина» герой едет из Москвы в Нижний Новгород: Тоска, тоска! Он в Нижний хочет В отчизну Минина - Пред ним Макарьев суетно хлопочет, 1 Кипит обилием своим. Сюда жемчуг привез Индеец, Поддельны вины Европеец, 1 Табун бракованных коней Пригнал заводчик из степей, Игрок привез свои колоды 348
щ *%°%°€%°%*>°<@%°%*° И горсть услужливых костей, Помещик - спелых дочерей, А дочки - прошлогодни моды. Всяк суетится, лжет за двух И всюду меркантильный дух. Сей торгашеский дух наводил тоску не только на Онегина, но и на самого поэта. В других редакциях этого незаконченно- го произведения вторая строка дана в ином варианте: «Мятеж- но Ярманка хлопочет»; «Как море ярмонка хлопочет»42°. **'Іг В июле 1826 г. на Нижегородскую ярмарку из Москвы от- правился Николай Тярин, воспитанник Московской практи- ческой академии, описавший свою поездку. «Каждый согла- сится, что Нижегородская ярмарка долженствовала быть пер- вым и главным предметом предположеннаго обозрения. Сия первостепенная ярмарка в Европе отличается обширностью, количеством товаров и стечением народов, которые по разли- чию вида, одежд и обычаев, как будто бы в малом виде.пред- ставляли зрелище целаго света» , _ начинает он свой рассказ. « Более 200 лет производилась торговля в Макарьеве; но да- леко распространившийся круг действий коммерческих не со- ответствовал величине сего города. Невыгодное местоположе- ние и особенно случившийся пожар, были главной причиной переведения оттуда ярмарки в Нижний Новгород 1817 года. Ока отделяет ярмарку сию от Нижнего Новгорода. Длин- ный мост чрез величественную реку ведет на место стечения народов. Оп построен на 2-х плашкоутах, имеет в длину 250 и в ширину 8 сажень. На содержание его в надлежащей исправ- ности собирается 15 процептов с суммы, получаемой за наем лавок и балаганов. По сторонам сего моста простираются при- стани для складки разных товаров. По правую сторону оного пристают к берегу разшивы, лодки, шитики с различными произведениями государства. Трудолюбивые татары под тяже- стью ношей испытывают силы свои, и в поте лица своего дос- тают себе хлеб. Далее к Волге находится пристань для выгруз- ки поташа, который большей частью привозится из Оренбург- 349
«гаБИ -0 _ Э- ~=ї@@°%«®®@°%®°*@°%@›®-<ї ской, Вятской и Казанской губерний, и весь почти идет для С[анкт] -Петербургского порта. Поташ бывает двух родов: соб- ственно, так называемый, поташ и шадрик. Первого было от 100до120тысячьпудов,поценеот4р.75коп.до5р.25коп. за каждый; а шадрика до 10 тыс. пудов, от 4 р. 50 коп. до 4 р. 75 коп. за пуд. За сим простирается цепь балаганов или набранных из до- сок сараев, составляющих линии винного, москательного, хру- стального, бакалейного, астраханского, кизлярского, мыльно- го, колокольного и других рядов. В напиточной или винной линии наиболее продается кизлярская водка, привозимая жи- телями Дона. Количество оной простиралось до 1500 бочек, от 55 до 51 р. за анкер. Сия водка заменяет в России ром и арак. За напиточною линией представляется глазам конная. Завод- ские лошади приводятся из Нижегородской, Симбирской, Там- бовской и Вятской губерний, но лошади киргизские и башкир- ские, вымениваемые на границах Тамбовской и Оренбурской губерний, составляют украшение конной, впрочем торговля лошадьми не имеет особенной важности в сравнении с други- ми предметами. На большом острове по сторонам моста расположены ме- лочные ряды, а в сторону находится оптовый хрустальный ряд. Здесь также размещены портные, сапожники и прочие разно- го рода мастеровые, коим балаганы служа и мастерскими. Не- далеко отсюда устроены трактиры, харчевни, питейныя лавоч- ки и проч[ее]; здесь также помещается большая часть извоз- чиков, легких для отъезжающих, и возовых для отправления сухим путем товаров в Грузию, Москву и прочие города Рос- сийской Империи. За островом рисуется Ока; на живописном берегу ее представляется длинный ряд амбаров для складки железа. Металл сей по своему количеству и пользе принадле- жит к важнейшим источникам государственнаго богатства, И потому составляет значительный предмет торговых статей здешней ярмарки: ибо отсюда снабжаются им многие области нашего отечества. Привезенное сюда железо идет из Вятской и Пермской губерний. Количество оного разных сортов прости- ралось до 1,500,000 пудов. Меди же не более, как до 2,500 пу- дов. В литье железа не было,'кроме разного рода котлов. Но бо- лее всего находилось листового, употребляемого для покрытия 350
%%°%@°-@°%«°*%°%®<*ї@Ё<>%® домов, которое лучшей доброты выделывается на заводах Г. Демидова. При вступлении в средоточие ярмарки первый предмет, обращающий на себя внимание, есть каменный гостиный двор, окруженный с трех сторон каналом. Здания среди сего кана- ла, расположенные продолговатым квадратом, состоят из 63 корпусов, кои по разнообразной своей архитектуре, направ- лениям и расстояниям весьма явственно можно разделить на 3 главные отделения. Первое отделение заключает 35 корпу- сов, из коих восемь, устроенных в два параллельные ряда, за- нимаются лавками, а три ближайшие к главному квадрату определены для нижегородских чиновников, приезжающих сюда для надзора на ярмарочное время. Среднее между ними здание называется губернаторским домом. Великолепное сие строение возвышается в два яруса, украшено фронтонами со столбами и широкими лестницами. По бокам оного выстрое- ны два флигеля, в коих помещаются ярмарочная контора, почтовое отделение, временная контора Государственного коммерческого банка, больница и аптека. Главный квадрат, состоящий из 48 корпусов, занимаем без изключения гости- ным двором; его пересекают 11 улиц, из коих средняя, лежащая против церкви и губернаторского дома, есть самая широкая. Тре- тье отделение заключает в себе вышесказанную церковь и на четыре параллельных корпуса разделенную китайскую ли- нию, отличающуюся от прочих корпусов гостиного двора ар- хитектурой, свойственной сему народу. В сей линии сибирс- кие и кяхтинские негоцианты производят оптовый торг чаем, в 12 месяцев сроком. Смотря по доброте чая и цены на оный многоразличны: ординарный торговый чай продается от 300 до 310 руб. за место; цветочный торговый от 310 до 350 руб.; фа- мильный ординарный от 450 до 475 руб.; штучной от 47 5 до 525 руб. за место. Всего чая привезено было в нынешнюю яр- марку до 33,000 мест; но кирпичного не более 3,000 мест. Сей сорт чая, получивший свое название от формы, схожей не- сколько с кирпичом, покупается татарами, калмыками и дру- гими народами, живущими в Казани и Астрахани, но кроме русских, кои никогда оного не употребляют. Цена сему чаю простиралась от 1 15 до 120 руб. за место, состоящее из 36 брус- ков, из коих каждый весит около 3 фунтов. Вообще заметить 351
- >,2,^ак) йа) ®%°%@›°%°%®<>%<>%«° должно, что цены на чай нынешним годом были гораздо ниже против прошлогодних; причиной сего полагают низшую доб- роту ныне привезенных чаев. Кроме чая кяхтинская торговля доставляет китайку, изве- стную под разными названиями, соответственными доброте сей матерш, как-то: вощанка и нелощеная составляют высшие сор- ты, употребляемые европейцами; а малая нелощеная и шан- хао, низшие, покупаемые для жителей, обитающих по ту сто- рону озера Байкала. Количество китайки в продаже находи- лось ныне около 4000 тюней, от 60 до 65 руб. за тюнь, который обыкновенно состоит из 10 кусков. Правда, что россияне и прочие европейцы преимуществен- но участвуют в сей ярмарке, однако здесь видишь также бу- харцев, персиян, хивинцев и индийцев с драгоценными про- изведениями Востока, в особенности с богатыми перлами и янтарями, также татар, армян с произведениями своего отече- ства. Казанские и астраханские татары привозят сюда более все- го мыло, отменной доброты и весьма охотно здесь покупаемое, прекрасный сафьян и всякого рода товары, делаемые из сей кожи, наконец, овчинные и мерлушечьи тулупы. Количество мыла простиралось до 1000 пудов и продавалось от 7 руб. 75 коп. до 8 руб. 25 коп. за пуд. Бухарцы доставляют большое количество хлобчатой бумаги, пряденую бумагу и, так назы- ваемую, бухарскую выбойку. Бухарской бумаги находилось в продаже до 500,000 пудов, от 1 7 до 20 руб. за пуд; пряденой до 200,000 пудов, от 40 до 70 руб. за пуд; и выбойки до 100,000 концов, от 5 до 7 руб. за конец. Армяне привозят ка- шемирские шали, разные персидские товары и сухие плоды. Персияне торгуют большей частью шелками разного рода, как- то: шемаханским, кашинским; чернильными орешками и красною бумагою. Шемаханскаго шелку находилось на лицо до 600 пудов, кашинского до 100,000 пудов, от 450 до 500 руб. за пуд; чернильных орешков до 3000 пудов от 40 до 42 руб. за пуд; а красной бумаги до 2000 пудов, от 125 до 500 руб. за пуд, греки продают сладкие вина, турецкий табак, трубки, лимо- ны, финики, винные ягоды и проч[ее]. Для меновой кяхтинской торговли сибирские негоцианты запасаются мягкою рухлядью; посему они на ярмарки поку- 352
%<>%®°®%°%-«*°%°%*<>€%°%® пают белку, мерлушку, кошку, выдру и проч[ее]. Число белок находилось в продажи до 1,300,000 [штук], от 200 до 400 руб- лей за тысячу. Черной закаменной до 200,000 [штук], от 700 до 800 руб.; мерлушки до 100,000 [штук], от 75 до 90 коп. за шту- ку; кошки до 500,000 [штук], от 75 до 90 коп., и выдры до 10,000 [штук], от 20 до 30 руб. за штуку. Сверх сего предмет торговли составляют и другие драгоценные меха, кои, кроме меховщиков московских и петербургских, покупают также турки, греки, персияне и армяне. < ... > По возвращении моем из Балахны, я никуда более не отлучался из Нижнего Новго- рода до самого окончания ярмарки. Торговля текла гораздо быстрее, многие лавки уже опустели, большая часть купече- ства, увлекаемая желанием зреть торжественный день Коро- нации, устремилась в Москву; город и ярмарка час от часу пу- стели; шумные звуки голосов постепенно умолкали в сем сте- чении различных народов. В нынешнюю ярмарку приезжающих для любопытства было весьма мало, также увеселений никаких не было: театр, комедии и прочие увеселительные балаганы стояли пусты. В про- должении ярморочного времени всюду царствовало спокой- ствие и ненарушимый порядок, приносящий честь бдит_ельно- му надзору здешней полиций. Лавок в гостином дворе находится 2521, а число занятых было 1905, с коих получено сбору 269,308 руб.; балаганов же не более 1389, доставивших доходу 107 ,7 7 5 руб.››'*2". ігігіч В 1 839 г. Нижегородскую ярмарку посетил маркиз Астольф де Кюстин, на которого она оказала неизгладимое впечатление, хотя заезжему французу многое не нравилось в России нико- лаевской эпохи. « Ярмарка происходит на противоположном берегу реки на трехугольной низменности между нею и Волгой. Оба берега соединены плашкоутным мостом и являют резкий контраст: один, как колоссальная пирамида, гордо возвышается над всей именуемой Россией равниной, другой, тот, где имеет место яр- марочный торг, стелется на уровне реки, которая ежегодно его затопляет. Этот на редкость живописный контраст бросился в 12 - 6968 Перхавко 353
®%°%°@°%®@°%®%°%® глаза Николаю. С присущей ему проницательностью он понял, что Нижний - это один из важнейших пунктов его империи, и полюбил город, ставший местом встречи купцов из отдален- нейших стран и приобретший первостепенное торговое значе- ние. Оценив коммерческую роль Нижнего, царь не щадит за- трат на всяческое его украшение и, говорят, отпустил на это дело семнадцать миллионов рублей, причем лично контроли- рует все работы. < ...> Нижегородская ярмарка, ставшая ныне самой значитель- ной на земном шаре, является местом встречи народов, наибо- лее чуждых друг другу, народов, не имеющих ничего общего между собой по виду, по одежде, по языку, религии и нравам. Жители Тибета и Бухары - стран сопредельных Китаю - сталкиваются здесь с финнами, персами, греками, англича- нами и французами. Это настоящий судный день для купцов. Во время ярмарки число приезжих, одновременно живущих на ее территории, равняется двумстам тысячам. Отдельные еди- ницы, составляющие эту массу людей, постоянно сменяют друг друга, но общая сумма остается постоянной, а в дни особенно оживленной торговли доходит даже до трехсот тысяч. По окон- чании этих коммерческих сатурналий город умирает. В Ниж- нем насчитывается не более двадцати тысяч постоянных жи- телей, теряющихся на его голых площадях, а территория яр- марки пустует в течение девяти месяцев в году. Такое огромное скопление людей происходит, однако, без особого беспорядка. Последний в России вещь неизвестная. Здесь беспорядок был бы прогрессом, потому что он - сын свободы. В одном только месте в России видел я настоящую толпу - в Нижнем, на мосту через Оку, единственном пути сообщения между городом и ярмаркой. Подъезжая к Нижнему со стороны Ярославля, вы попадаете в город по этому же мосту. При въезде на него пыль слепит глаза, шум оглушает, повозки теснятся со всех сторон, между ними пробираются пешеходы, а самой реки не видно - ее сплошь покрывает огромное множество судов и лодок. Поэтому вы невольно спрашиваете себя, для чего здесь, собственно, мост? Положительно, можно перейти с одного бе- рега на другой, перепрыгивая с джонки на джонку. Я нарочно употребляю китайское название судов, потому что они в зна- 354
@%®%<>%®%@®€%®%*><>%*> чительной степени служат для перевозки на ярмарку китай- ских товаров, главным образом чая. Все это, конечно, поража- ет воображение, но не взоры, ибо живописных картин нет на этой ярмарке, где все здания с иголочки новые. Когда мы еха- ли по мосту, мне казалось, что, прежде чем достигнуть проти- воположного берега, мы раздавим не меньше двух десятков человек. < . ..> Нижний встретил меня тропической жарой и удушливой пылью. Поэтому, а также по совету опытных людей, я не риск- нул отправиться пешком на ярмарку. Однако количество при- езжих так велико, что я ни за какие деньги не мог достать на- емного экипажа. Пришлось воспользоваться тарантасом, на котором я со столькими приключениями добрался до Нижне- го, но ограничиться только парой лошадей, чем я был раздоса- дован не меньше любого русского барина. В общем, моя колес- ница и лошади являли собой далеко не блестящее зрелище. Московский негоциант, владелец одного из наиболее зна- чительных и богатых шелковых магазинов на ярмарке, вы- звался быть моим чичероне. <.. .> Ярмарка занимает, как я уже сказал, обширнейшую тер- риторию на песчаном и совершенно плоском пространстве зем- ли между Окой и Волгой. Почва, на которую свозится огром- ное количество товаров со всех концов земли, едва-едва высту- пает из воды. Поэтому на берегах Волги и Оки видны только бесконечные склады и амбары, тогда как ярмарочный город в собственном смысле слова расположен дальше от берегов, в ос- новании треугольника, образуемого обеими реками. Этот тор- говый город-поденка состоит из большого числа широких и длинных улиц, прямых, как стрела, и пересекающихся под прямыми углами - план весьма далекий от живописности. Десяток-другой павильонов псевдокитайского стиля возвыша- ется над магазинами, но их фантастические очертания почти не оживляют печального и унылого общего вида ярмарки. Этот чинный базар кажется пустынным - так он велик. В его черте не видно толпы, тогда как окружающие эти лавочные линии предместья кишат разноплеменным и разноязычным народом. Ярмарочный город, как и все современные русские города, слишком велик для своего населения, хотя последнее и состо- ит, как я уже говорил, из двухсот тысяч душ в среднем. Прав- 355
*%°%«°%°%°@®%&°€%®%® да, в это огромное число входят все приютившиеся во времен- ных лагерях, разбитых вокруг ярмарки, а также избравшие своим жильем реки. Последние на большом расстоянии покры- ты сплошным лесом судов всех видов и размеров, где живет сорок тысяч человек. Эти населенные реки поразили меня, по- жалуй, больше всего. Они напоминают нам картину китайских городов, где реки превращены в улицы людьми, живущими, за недостатком твердой земли, на воде. Все ярмарочные здания стоят на подземном городе - ве- ликолепной сводчатой канализации, настоящем лабиринте, в котором можно заблудиться, если отважиться на его посеще- ние без опытного проводника. Каждая улица ярмарки дубли- рована подземной галереей, проложенной на всем протяжении улицы и служащей стоком для нечистот. Галереи эти, выло- женные каменными плитами, очищаются по нескольку раз в день множеством помп, накачивающих воду из окрестных рек, и соединены с поверхностью земли широкими лестницами. Товары всего мира собраны на необъятных улицах ярмар- ки, но они в них теряются. Покупатели здесь - самый редкий товар. Положительно все, что я вижу в этой стране, заставляет меня восклицать: “Здесь слишком мало людей для столь огром- ных пространств!” -- в противоположность странам древней культуры, где людям не хватает места для развития цивили- зации. Английские и французские лавки - самые шикарные и изысканные на ярмарке. Для того чтобы составить себе вер- ное представление о нижегородском торге, нужно покинуть изящные китайские затеи александровской эпохи и прежде всего побродить по окружающим ядро ярмарки базарам. Про- бираться по ним дело нелегкое, ибо каждый занимает простран- ство доброго города, в каждом царит настоящий хаос крупней- шей торговли и, по необходимости, беспорядок оживленного движения. Начнем с чайного города. Это азиатский стан, раскинутый у самого слияния обеих рек, на вершине треугольника. Чай идет в Россию из Китая через Кяхту, отсюда его везут в тюках кубической формы, Эти “цыбики” представляют собой обтя- нутые кожей рамы, каждое ребро которых длиной около двух футов. Покупатели протыкают кожу особыми щупами, чтобы узнать качество товара. Из Кяхты чай транспортируется сухим 356
€%0%°*%®%*°@%°%@Ё*®%®%@ путем до Томска. Там он перегружается на баржи и путеше- ствует дальше по разным рекам до Тюмени, откуда снова су- хим путем идет до Перми, оттуда он по Каме спускается к Вол- ге и таким образом попадает в Нижний. В Россию ежегодно ввозится от 75 до 80 тысяч ящиков чая, из которых половина остается в Сибири и зимой доставляется санным путем в Моск- ву, а другая половина попадает на нижегородскую ярмарку. Чайный этот маршрут описал мне крупнейший русский торговец чаем, и я не отвечаю ни за географию, ни за орфогра- фию этого богача. Впрочем, у миллионеров могут быть точные сведения, потому что они покупают свои знания у других. Как видите, хваленый чай, доставляемый будто бы кара- ванами и поэтому так высоко ценимый знатоками, на самом деле почти весь путь проделывает водой. Правда, вода эта не соленая и, говорят, речные туманы не так вредны ему, как мор- ские. Сорок тысяч ящиков чая! Это легко сказать, но трудно себе представить сплошные стены чайных цыбиков на ярмарке. Я только что прошелся по амбарам, где они сложены. Один только негоциант, мой просвещенный географ, купил четыр- надцать тысяч ящиков за десять миллионов рублей серебром (бумажных рублей уже нет). Цена чая определяет цены всех прочих товаров. До тех пор, пока эту цену не опубликуют, все другие сделки имеют условный характер. Другой “город” так же велик, но менее деликатен и менее благоуханен, чем города чая, - это город тряпья. К счастью, прежде нем свезти лохмотья всей России на ярмарку, их тща- тельно промывают. Из прочих ярмарочных предместий заслуживает упомина- ния город тележного леса, из которого делаются колеса русских телег и дуги, столь живописно украшающие здешнюю упряж- ку. Запасы очищенного от коры леса, заготовленного здесь для всей европейской России, нагромождены настоящими горами, о которых наши парижские лесные склады не дают даже сла- бого представления. Еще один город, самый, пожалуй, большой и интересный из всех, - это город железа. На целый километр тянутся гале- реи всевозможных железных полос, брусьев и штанг. Потом идут решетки, потом кованое железо, дальше целые пирами- 357
^-Ь ды земледельческих орудий и предметов домашнего обихода, короче говоря, перед вами целое царство металла, составля- ющего один из главнейших источников богатства империи. Это богатство пугает. Сколько каторжников нужно иметь, что- бы извлечь из недр земли такие сокровища! Если преступни- ков не хватает, их делают, во всяком случае, делают людей страдальцами. Деспотизм торжествует, и государство процве- тает. Поучительно было бы изучить жизнь уральских рудоко- пов, но для иностранцев это совершенно немыслимо. Не хватило бы целого дня даже для беглого обхода всех этих предместий, являющихся лишь, так сказать, спутниками яр- марки в тесном смысле слова. Если бы включить их в общую ограду, протяжение последней не уступало бы обводу крупной европейской столицы. В бездне собранного в них богатства нельзя всего увидеть, и приходится поневоле делать выбор. Кроме того, удушливый зной, пыль, толпы народа - все это действует угнетающе на душу и тело. Я забыл упомянуть о городе кашемирской шерсти. Глядя на неприятную на вид, связанную в огромные тюки шерсть, я думал о роскошных плечах, которые она в один прекрасный день покроет, когда чудесным образом превратится в платки и шали. Словом “город” я пользуюсь нарочно, потому что только это слово может дать понятие о колоссальных размерах этих складов, придающих ярмарке положительно грандиозный ха- рактер. Конечно, такой любопытный коммерческий феномен возможен лишь в России. Для того чтобы создать нижегород- скую ярмарку, понадобилось стечение целого ряда исключи- тельных обстоятельств, которых нет и не может быть в евро- пейских государствах: огромность расстояний, разделяющих наполовину варварские народы, испытывающие уже, однако, непреодолимую тягу к роскоши, и климатические условия, изолирующие отдельные местности в течение многих месяцев в году, отсутствие удобных и скорых средств сообщения и т. д. и т.п . Но, думается мне, можно предвидеть, что не в очень далеком будущем прогресс материальной культуры в России сильно уменьшит значение ярмарки в Нижнем Новгороде. Теперь же, повторяю, это величайшая ярмарка на земном шаре. 358
«“%°%#<>%°%*°€%°%:°:%°%@ В предместье, отделенном рукавом Оки, расположилась целая персидская деревня, лавки которой наполнены исклю- чительно персидскими товарами. С удивлением любовался я там великолепными коврами, суровым шелком и термоламой, родом шелкового кашемира, который, говорят, выделывается только в Персии. Впрочем, я бы не удивился, если бы оказа- лось, что русские выдают за персидскую мануфактуру поддел- ки своих фабрик. Должен оговориться, это лишь мое предпо- ложение, не подтвержденное фактами. Меня заставили прогуляться по городу, целиком отведен- ному под склады сушеной и соленой рыбы, привозимой из Кас- пийского моря для соблюдающих посты набожных русских. Последние поглощают эти морские мумии в огромном количе- стве: четыре месяца воздержания московитов обогащают ма- гометан Персии и Татарии. Распластанные тела морских чу- дищ расположены на земле, висят на особых стойках и частью скрываются в трюмах доставивших их сюда судов. Если бы трупы на этом рыбьем кладбище не насчитывались миллиона- ми, можно было бы вообразить, что вы попали в кабинет есте- ственной истории. Даже на открытом воздухе рыбы эти изда- ют пренеприятный запах. _ Имеется на ярмарке и кожаный город. Кожи - предмет большого значения в обороте ярмарки, удовлетворяющий спрос всей европейской России по этой части. Потом идет город ме- хов. Тут пред вами шкуры всех решительно пушных зверей - от соболя, голубой лисицы и некоторых видов медведя (шубы из названных мехов обходятся в двенадцать тысяч франков) до обыкновенной лисицы и волка, цена которым грош. При- ставленные к охране этих сокровищ люди устраивают на ночь палатки для своих товаров -- варварские юрты, имеющие очень живописный вид. Хотя эти люди и живут в холодных странах, однако они довольствуются малым. Одеты они доволь- но скудно и спят, когда стоит хорошая погода, под открытым небом. Когда же идет дождь, они скрываются под грудой сво- их товаров, заползая во все дыры. Настоящие северные лацца- рони, они далеко уступают своим неаполитанским собратьям в веселости и беспечности. Как я уже упоминал, внутренняя часть ярмарки резко от- личается от только что описанных ее предместий и менее инте- 359
ресна, чем последние. Там, во внешней части, грохочут повоз- ки, тачки, телеги, раздаются крики, песни, шум и гам - сло- вом, господствуют свобода и беспорядок. Здесь, внутри, все чинно, спокойно, тихо, здесь царит безлюдье, порядок, поли- ция - словом, здесь Россия! Бесконечные ряды лавок отделены один от другого широ- кими улицами, которых, кажется, всего двенадцать или три- надцать. Они упираются в собор и двенадцать китайских па- вильонов. Чтобы обойти все улицы и лавки, нужно сделать де- сять лье - так, по крайней мере, мне говорили. В этот-то ти- хий оазис, охраняемый казаками, похожими в часы дежурства на немых стражей сераля, мы и спаслись от сутолоки и сумя- тицы ярмарочных предместий. Несметные суммы поглотила почва, менее всего подходящая для устройства всероссийско- го торжища, и в царствование Александра, и при его преемни- ке. Благодаря неслыханным усилиям и ни с чем не сообразным затратам территория ярмарки теперь обитаема в летнее время, а большего для коммерции и не нужно. Но она по-прежнему вредна для здоровья, покрыта в сухую погоду толстым слоем пыли и от нескольких капель дождя превращается в непрохо- димое болото. Главные торговые деятели ярмарки - крепостные кресть- яне. Однако закон запрещает предоставлять кредит крепост- ному в сумме свыше пяти рублей. И вот с ними заключаются сделки на слово на огромные суммы. Эти рабь1-миллионеры, эти банкиры-крепостные не умеют ни читать, ни писать, но недостаток образования восполняется у них исключительно сметливостью. В России народ не знает арифметики. Со стародавних вре- мен он считает при помощи костяшек, движущихся по прутьям в деревянных рамах. Каждая линия другого цвета - так раз- личаются единицы, десятки, сотни и т.д. - чрезвычайно простой и быстрый способ подсчета. Не забывайте, что те, кому принадлежат рабь1-миллионеры, могут в любой день и час ото- брать у последних их состояние. Правда, такие акты произво- ла редки, но они возможны. В то же время никто не помнит, чтобы крестьянин обманул доверие имеющего с ним торговые дела купца. Так в каждом обществе прогресс народных нравов исправляет недостатки общественных учреждений. <. ..> 360
%<>%:®%°%*<>*Ѕ%°%*®%°%® Все дорого на нижегородской ярмарке. Время большой раз- ницы в ценах по отдельным районам миновало безвозвратно, и теперь повсюду знают цену деньгам. Татары, приезжающие из центральной Азии в Нижний закупать по баснословной цене предметы роскоши, привозимые из Парижа и Лондона, пре- красно знают в свою очередь, сколько стоят их собственные товары. И купцы не запрашивают, выражаясь языком лавоч- ников, но и не уступают. Они невозмутимо назначают высокую цену, и их *профессиональная честность состоит в том, чтобы ни в коем случае не отдать товара дешевле. С финансовой точ- ки зрения значение ярмарки растет из года в год, но если смот- реть на нее как на собрание редкостных товаров и странных лиц, то нельзя не сознаться, что она становится под таким уг- лом зрения все менее и менее интересной. В общем, она разо- чаровывает тех, кто ожидал увидеть живописное зрелище. Все сумрачно и натянуто в России. Даже души здесь вытянуты по ранжиру. Только редко-редко прорываются наружу страс- ти, и тогда все летит вверх ногами. <...> В сумерках равнина приобретает более живописный харак- тер. Горизонт заволакивается туманной дымкой, которая поз- же превращается в росу. Летающая в воздухе песчаная пыль окрашивается розоватым светом. Постепенно в густеющей тьме возникают фантастические отблески, многое множество фонарей зажигается на торговых бивуаках, окружающих ярмарку. Со всех сторон несется гул голосов. Они долетают даже из окрестных лесов, даже с рек, превращенных в человеческий муравейник. Какое внуши- тельное сборище людей! Какое смешение языков, какие кон- трасты нравов и обычаев! Но какое вместе с тем единство чувств и стремлений! У всех собравшихся сюда сотен тысяч людей только одна цель - нажива. В других странах жад- ность народа скрывается под покровом его природной весело- сти. Здесь надо всем господствует ничем не прикрытая алч- ность коммерсанта. Бродя ночью по ярмарке, я видел ярко освещенные трак- тиры, балаганы, маленькие театры, кофейни, чайные. Но изо всех этих горящих множеством огней мест слышался только заглушенный гул голосов. Контраст между яркостью иллюми- нации и молчаливостью людей поражает и кажется положи- 361
тельно сверхъестественным. Вас окружает народ, заворожен- ный волшебной палочкой чародея. Густой лес мачт ограничивает с двух сторон развертываю- щееся пред глазами зрелище и в некоторых местах даже за- крывает небо. С третьей стороны - равнина, искрящаяся в бес- конечном сосновом бору. Мало-помалу огни гаснут и наконец вовсе исчезают. Мрак и безмолвие сходят на землю. Все, что ЄЩЄ НЄДНВНО ОЖИВЛЯЛО ДВИЖЄНИЄМ И І-СРЕІСКЗМИ ПУСТЬІНЮ , З&бЫ ° вается и словно перестает существовать. Неясные воспомина- ния сменяют пеструю картину, и одинокий путник остается один на один с русской полицией, делающей тьму ночную еще страшнее. Чудится, что все дневные впечатления были лишь сном наяву, и вы добираетесь до ночлега с дущой, полной поэ- зией, то есть смутного страха и тягостных предчувствий»'*28 . *:':* А вот как (с известной долей преувеличения) писал И.С. Ак- саков в марте 1850 г. о ярмарке у Ростова Великого, славив- шейся конскими торгами: «На ярмарку стекается народу ты- сяч более ста, да купцов тысяч до десяти. Она продолжается почти три недели. Доход города и жителей весь от этих трех недель» (Аксаков И.С . Ярославские письма). Предлагаю вниманию читателя еще одно художественное описание рядовой ярмарки, сделанное писателем Д.В . Григо- ровичем в повести «Антон-Горемыка››: «Городишко, где происходит ярмарка, принадлежал к са- мым ничтожным уездным городам губернии. Глядя на него в обыкновенное время, нельзя даже подумать, чтоб он мог слу- жить целью какой бы то ни было поездки.. . Но в ярмарочную пору, и особенно осенью, он принимал такую оживленную, раз- нообразную наружность, что трудно даже было узнать его. И не мудрено: сколько ни находится в околотке мужичков с залеж- ными гривнами и пятаками, с припасенными про случай ржи- цею, гречею, мукою и сеном, все окрестные купцы, барышни- ки, мещане, промышленники всякого рода и сброда - все сте- кались сюда, кто для барышей и дела, а кто, как водится, по- гулять, поглазеть да мошну повытрясти. Впрочем, и то сказать надо: есть на что посмотреть, есть что и купить.. . Сколько од- 362
«%°%З-°%°%*°%°%*®*їж%®% них навесов, яток, строек, шатров понаставлено не только на площадке, но даже по всем переулкам, закоулкам, по всему скату горы, вплоть до самого берега! И чего уж нет-то под ними, какого надо еще добра и товара? Тут пестрыми группа- ми возносятся кубышки, крыночки, ложки кленовые, бура- ки берестовые, чашки липовые золоченые суздальские, жбан- чики и лагунчики березовые, горшки, и горшки-то все ка- кие - муравленые коломенские! Там целые горы жемков, стручьев, орехов, мякушек, сластей паточно-медовых, пря- ников, писанных сусальным золотцем.. . Здесь мечутся в гла- за яркою рябизною своею полосушки, набойки, холстинки, миткали всякие... А сколько платков, и сизых, и желтых, и алых, с разводами и городочками, развеваются по воздуху!.. А сколько костромского товару: запонок, серег оловянных под фольгою и тавлинок под слюдою кажись, на весь бы свет с за- лишком стало. Поглядите-ка теперь, сколько посреди всего этого народу движется, толкается и суетится! какая давка, теснота! То при- хлынут в одну сторону, то в другую, а то и опять сперлись все на одном месте - хоть растаскивай! Крик, шум, разнородные голоса и восклицания, звон железа, вой, блеянье, топот, ржа- ние, хлопанье по рукам, и все это сливается в какой-то общий нестройный гам, из которого выхватываешь одни только от- рывчатые, несвязные речи. . . Конная площадь составляет главную точку ярмарочной промышленности. Там, правда, не встретишь ни офеней, уве- шанных лубочными картинами, шелком-сырцом, с ящиками, набитыми гребенками, запонками, зеркальцами, ни мирных покупателей. . . Тут по обеим сторонам широкой луговины сбил- ся сплошною массою народ, по большей части шумливый, за- дорный, крикливый, охочий погулять или уже подгулявший. Одна сторона поля загромождена возами сена, дегтем, ободья- ми, лесом, колесами; также торгуют тут коровами и всяким скотом; другая почти вплотную заставлена, ятками, харчевня- ми, кабаками и навесами со всяким харчем и снедью. Здесь-то теснятся кружки играющих в свайку и орлянку, разгуливают шумными ватагами песельники... барышники и цыгане» 429. Негативные впечатления оставил крупнейший на Южном Урале и в Сибири ярмарочный торг у писателя Н.Дм. Телешо- 363
*%°%°®@°%°*%°%*®«%°% ва, кстати, выпускника московской Практической коммерче- ской академии, посетившего его в конце ХІХ в.: «Ирбитская ярмарка, имевшая большое коммерческое зна- чение в продолжение более сотни лет и притягивавшая к себе за тысячи верст представителей чуть не всех российских гу- берний и областей, до сих пор дает средства к существованию целому городу. Понятно, с каким нетерпением ожидают ее все обыватели. Помимо выгоды, она приносит городу оживление и много удовольствий, а сбродный ярмарочный элемент слу- жит, кроме того, звеном, соединяющим это спящее захолустье с живым цивилизованным миром. Во время ярмарки город словно перерождается. Население с 5-6000 сразу доходит до 50 000. Чуть не в каждом доме от- даются квартиры и комнаты, а многие дома обращаются в ма- газины, причем бывает так, что иной домохозяин чистит вам сапоги и одежду, ставит самовар и вообще исполняет должность лакея, не считая никакую работу унизительною, - была бы лишь доходна.<...> Во время ярмарки оживляется все: откры- ваются трактиры - с арфистками и без арфисток, с музыкой и без музыки - до кабака включительно; арфистки вообще здесь играют видную роль. Для более взыскательной публики суще- ствует ярмарочный театр, где чередуются самые раздиратель- ные драмы с самыми отчаянными оперетками, чтоб угодить на все вкусы; здесь действует цирк, устраиваются концерты, бы- вают даже гадальщицы на картах, которые, по словам публи- кации, “предсказывают будущую судьбу, рассказывают про- шедшее и настоящее". Повсюду, кажется, такие гадальщицы запрещены, но здесь они смело публикуют о себе в газете и на- ходят много поклонников. Оно и понятно, потому что съезжа- ется много инородцев, любителей всего таинственного, да и наши почтенные русаки не прочь иногда заглянуть в будущее... Если принять во внимание, что в течение одного месяца оборот ярмарочой торговли достигает средним числом 40 мил- лионов рублей, что здесь на “нейтральной” почве сходятся Си- бирь со Средней Россией, меняясь товарами, что здесь съезжа- ются представители чуть не всех народностей, населяющих Россию, и притом люди преимущественно со средствами, к тому же немногие из них образованы и воспитаны, - то стано- вится понятным тот разгул, который существует еще до сих 364
пор и который в высшей степени процветал лет 10-20 назад. Обычный ход ярмарочной жизни нарушался только двумя “ событиями”: благотворительным гуляньем и масленицей, кото- рая приходится как раз в разгар ярмарки. Справлялось, впрочем, одно только “прощеное” воскресенье, и в этот день запирались все лавки. Бывал даже местный “карнавал”: нанимались роз- вальни, в них ставилась лодка, а в лодку стол со всевозможны- ми винами и закусками; в лодке же помещались музыканты - три-четыре жида со скрипками; борта ее обставлялись шеста- ми, на которых вешались собольи хвосты; лошади убирались лентами, - в таком виде, с песнями, шумом и гиканьем, про- носились по городу тройка за тройкой с полупьяными купчи- ками и арфистками<...> Ирбитская ярмарка - это место... сотни рублей. Ирбитская ярмарка - это съезд крупнейших коммерсантов, арфисток и фокусников, мелких торгашей и помещиков, фотографов и за- водчиков, докторов и актеров, столичных шулеров и губерн- ских карманников; здесь имеется и продается все, начиная с ситца, сала, кошачьей шкурки и кончая брильянтами, начи- ная с кваса и кончая шампанским, есть даже “собственные” вина, никогда неслыханные, как например “Фаяльско_е”, пе- реименованное за вкус и впечатление в “русский мордоворот”, о вкусе которого лучше всего выражался волостной писарь, который, в рюмку водки подливши красного уксуса, попивал и похваливал: “Совсем настоящее Фаяльское винцо-те!..” Ир- битская ярмарка - это истинная “смесь одежд и лиц, племен, наречий, состояний", это то самое место, куда стремятся за ба- рышами из-за тридевяти земель, куда везут все, чем бога- ты, - товар ли это, или талант, или досужее время, или шаль- ные деньги; все здесь крутится и мешается в каком-то чаду и вихре; сюда съезжаются всевозможные увеселители, всевоз- можная беднота и нужда, которая, по словам песни, скачет, пляшет и песенки поет; сюда же привозят целыми обозами “одиноких девиц” специальные антрепренеры; здесь делают громадные миллионные обороты временные отделения банков, издается временная ярмарочная газета; здесь же торгуют пря- никами и живыми кошками, - словом, нет такого дела и пред- мета, которые не нашли бы здесь применения. Вот что такое в общих чертах Ирбитская ярмарка»43°. 365
@®%@>°@°%°@%°%®@°% Как видим, по-разному описывают ярмарки дореволюциі онной России участвовавшие в них купцы, с одной стороны, ц другие наблюдатели ярмарочных сцен (путешественники, ли- тераторы). И несоответствие их восприятия вполне объяснимо: для одних то была одна из важнейших форм товарообмена, для других - суета сует, торгашеская атмосфера.
Вера сама по себе так могущественна, что никакие добрые дела н могут с ней сравняться. Итак, достаточно христианину одной веры, не нужны ему дела, чтобы оправдаться. Раз не нужны ему дела, раз он, безусловно, освобожден от всех пред- писаний и велений, то он и, безусловно, свободен. Мартин Лютер. О свободе христианина (1520) вгвтики и вольнодумцы, стА1›оовРЯдцы_ и свктАнты из тогговой сввды Присущие отдельным представителям купечества широта Кругозора, трезвый расчет и здравый смысл порождали у не- Которых из них критическое отношение к постулатам собствен- Ной веры, деятельности духовенства, монастырей, что отрази- лось в агиографической литературе. В середине 80-х гг. Х)/` столетия в Москве возник кружок вольнодумцев-еретиков, В Него наряду с великокняжеским дьяком Федором Курицы- НЫМ, другими представителями администрации, переписчи- КОМ книг Ивашкой Черным, невесткой Ивана ІІІ Еленой Сте- Фановной Волошанкой входили и торговые люди Игнат Зубов И Семен Кленов. О них упоминается в обличительных посла- НИЯХ Иосифа Волоцкого. 367
«%°%®®«%0%®@®%®«%®%« Богатый русский купец Филипп из Иван-города в 1634 г. вообще проявлял неверие в святость и чудодейственность икон,! проведя носовым платком по одной из них и сказав голштин- скому путешественнику и ученому Адаму Олеарию и его спут- нику, немецкому врачу: «Так я могу стереть краску и потом сжечь дерево; в этом ли искать мне спасения?» В поисках ис- тины этот человек обращался только к Библии и не признавал православных постовт. “И среди старообрядцев насчитывалось немало торговых людей, хранивших старинные книги и иконы и передававших их из поколения в поколение. Правда, подавляющее большин- ство материалов о них относится к более позднему времени - к Х)/'ІІІ-ХІХ вв. Тем ценнее для нас немногочисленные сви- детельства Х\/'ІІ в. Торговые люди, участвовавшие в волнени- ях в Москве в августе 1654 г. , во время эпидемии чумы, проте- стовали в связи с отъездом патриарха Никона и выступали про- тив уничтожения по его указу новописанных икон, выполнен- ных по образцам «картин франкских и польских» . Принеся в Кремль иконные доски с выскребленными ликами, члены Го- стиной сотни Александр Баев, Дмитрий Заика, кадашевец Иван Нагаев и другие предводители восставшего московского люда заявили властям: «Оне де те цки (иконы. - В.П .) розне- сут для оказания во все сотни и слободы... »432 Старец Серапион информировал в 1666 г. Приказ тайных дел о капитонствующих «расколоучителях» Иване Лисине, посадском человеке из Шуи, и Тимофее Чернопольце из Вяз- никовской слободы433. Между 1671 и началом 1676 г. было со- ставлено обращение правительства царя Алексея Михайлови- ча к православным с предостереженьем от уклонения в раскол. В нем в качестве назидания рассказывалось об одном из очагов раскольничества в посадской среде Ярославля: «Человек не- кии именем Михаил Евдокимов сын нижегородец посадцкий человек в прешедших летех яко за десять лет отселе при шел бяше в Ярославль град с солию и прият дружество с Дементи- ем Иоанновь1м сыном пореклом Шипиловым отставленым го- родничим того же де града... » Шипилов учил Евдокимова « лстивно по книзе Апокалипсисе всякому церковному против- ству и сказываше ему уже пришедшую кончину мира и свя- щенным елеем помазывания восприимати ему возбраняше, 368
Ф?ар) йа %0%0*%°%*°:%° на патриарха именуя то антихристовою печатью быти от Нико вымысленною его же самаго антихриста быти нарицаше»434. Отправившись, очевидно, по торговым делам в Кострому и по- лучив «святое помазание» в День Св. Феодора Стратилата в со- боре Пресвятой Богородицы, нижегородец тотчас же смыл в реке елей и за это прогрешение, по словам составителя обра- щения, был частично парализован и, страдая также от язв на лице и во рту, вскоре умерт. Грандиозный правительственный сыск, учиненный в 1 682-1684 гг. в Новгородском уезде, также выявил причаст- ность к старообрядчеству ряда представителей посадского на- селения. По доносу местного священника в Тесовской волости у Абрама Федорова, приказчика гостя Семена Гаврилова, в апреле 1682 г. были изъяты раскольнические «лицевые бого- мерзкие тетрати», по которым он «развращал крестьян, чтоб ко святеи церкви не приходили и святых таин не причаща- лись››43°. Как выяснилось, эти тетради приобрел у «расколо- учителя» Якушки Калашникова (Калашника, Колачника), сын С. Гаврилова - Иван, приобщившийся к раскольничеству и привлеченный к следствию. Приказчику же А. Федорову уда- лось скрыться в «Свейской земле» . Торговал одно время-у зятя (мужа сестры) в лавке калачами и руководитель новгородских раскольников Иван Дементьев, происходивший из посадских низов Великих Лук и считавший, что «церковь божия осквер- нена и жития де всего на Земли всем людем восмь лет»43'. Со- гласно его хилиастическим воззрениям, в 1692 г. (7200 г. от сотворения мира) ожидались второе пришествие Христа, об- новление Земли и мира людского. Он учил своих последовате- лей не причащаться и отказываться от употребления просфир с изображением четырехконечного креста. Стойко державше- гося во время допросов и пыток, мелкого торговца Я. Калаш- никова, до последних дней крестившегося двумя перстами и отказавшегося от предсмертного причастия, сожгли в срубе в Дмитрове. Столь же жестоко власти расправились с Ваской Андрее- вым, Ваской Рукавишниковым, другими посадскими людь- ми Новгорода Великого. Допрошенный же с пристрастием И.С. Гаврилов, который отправился из Новгорода в Москву, выдал властям старца Варлама и прочих новгородских расколь- 369
- <-тіиз :%°%*°€@°%°@°%° ПРИЗНЗНИЯ , 4: НИКОВ. ЕГО СПЗСЛИ ОТ СМЄРТИ Не ТОЛЬКО ОТКРОВЄННЫЄ х но и заступничество влиятельного в купеческой среде отца, ко- торый имел «много власти в Новгороде»438. О денежном пору! чительстве С. Гаврилова за сына «Ивана Семенова Маленько- го» , обвиненного в раскольничестве, записал в своем дневнике шведский славист Юхан Габриель Спарвенфельд (1655- 1 727), побывавший в 1683 г. в Новгороде и проживший в России не- сколько летт. С.В . Бахрушин предположил о склонности к старообряд- ческим воззрениям еще одного богатого новгородского купца Никиты Тимофеевича Кошкина, упомянувшего в своей запис- ной книжке о «Беседах в 191 зачале (АЬза1з2) о Исусове имени» , то есть именно то место из московского печатного издания 1668 г. «Беседы и нравоучения св. Иоанна Златоуста», кото- рое являлось одним из источников старообрядцев по вопросу о написании имени Иисуса'“° . Происходивший из калужских купцов, Иоанн Лукьянов, будучи с конца Х)/ІІ в. священником в Москве (в 1699-1 701 гг. служил в Никольской церкви, что за Смоленскими воротами на Песках), тайно придерживался старообрядчества и находил- ся в контактах с другими старообрядцами (ветковцами и брын- ской общиной). Отправленный ветковцами в Иерусалим, он в 1701-17 03 гг. совершил путешествие на православный Вос- ток, а вернувшись из него, составил свое «Хожение››4'“. Однако верхушка российского купечества ХЧІІ в. лишь в единичных случаях примыкала к старообрядцам. Подавляю- щее большинство ее представителей поддерживали церковную политику властей. Дьяк Алмаз Иванов, выходец из купеческой среды, не раз участвовал в расследованиях по делам расколь- ников, в том числе в 1657 г. в Ростове, где, изобличая портного мастера Силы Богданова и его учеников, ростовский митропо- лит Иона ссылался на одного из свидетелей их вероотступни- чества - гостя Василия Григорьевича Шоринат. Богатые куп- цы хорошо сознавали, какой удар по их благосостоянию мо- жет нанести обвинение властей в приверженности к старым обрядам. Вряд ли кто-либо из них хотел подвергнуться участи иноземного коммерсанта Конрада Нордемана, сожженного в Москве 4 октября 1689 г. вместе с проповедником из Силезии Квирином Кульманом за распространение еретических взгля- 370
«%°%*°@%°%*°*%°%®°<@®% дов: пропаганду хилиастических идей близкого падения «Ва- вилонского царства» и наступления «иезуелитского цар- ства››443. Старообрядческой веры придерживались немало предста- вителей торгово-предпринимательского мира России ХУІІІ- начала ХХ в. На уральских заводах Демидовых, в частности, осели торговцы-старообрядцы Голицыны, Рябовы, Сабуровы, Харитоновы и другие, чьи деловые интересы распростирались от Москвы и Нижнего Новгорода до Тобольска и Иркутска. Один из них, Т.Б . Заверткин, наряду с торговлей занимался иконописанием и публицистикой. Купец-книгоиздатель Н.Н . Кольчугин, происходивший из старообрядческой семьи, сотрудничал с известным просвети- телем Н.И . Новиковым. Старообрядческой веры придерживал- ся и Василий Каржавин, отец известного издателя и перевод- чика Ф.В. Каржавина, находившийся первоначально в «ям- ском звании» и промышлявший мелкой розничной торговлей. Он сумел дать сыну хорошее домашнее образование, которое тот продолжил во Франции, где изучал греческий язык и ис- пытал сильное влияние идей французских просветителей. Вер- нувшись на родину, Федор Каржавин стал первым помощни- ком и доверенным лицом архитектора В.И . Баженова. Его дальнейшая судьба, как и весь жизненный путь, заслуживает приключенческого романа. Каржавину довелось еще много путешествовать, побывать на Кубе, Мартинике, изучать есте- ственную историю в Голландии (в Лейденском университете), заниматься переводческой деятельностью в Париже и Петер- бурге, участвовать в войне североамериканских колоний Ве- ликобритании за независимость. Вот перед нами краткое жизнеописание еще одного купца- старообрядца Ф.К . Долгого, происходившего из крестьянской среды. Оно включено в Выголексинский старообрядческий си- нодик рубежа ХУІІІ-ХІХ вв.: « Санктпетербургский именитый гражданин Феоктист Кон- стантиновичь Долгой бяше родом из Сяскаго Рядка (село в Новоладожском уезде Санкт-Петербургской губернии. - ВЛ.) дворцовый крестьянин, родися 1710 года декабря 28 числа. Егда же прииде в возраст, поя себе жену Матрону МатфеевнУ› зело благоразумну и к сиротам и нищим милостиву и щедру. 371
€%°%«°€%°%@>°®%®%®°€%®%З› кротостию и смирением украшену, к молитве и благоверию попремногу усердну. От нея же роди и чада себе, о них же про- страннее в другом месте сказано будет. И внегда на всероссий- ский престол взыде и скипетр царский приим в руку свою Петр Федоровичь Третий, тогда оное место Сяский Рядок по- жаловал господину Измайлову. И пребыша за ним трегодищ- ное время, и 1762 года откупися со всем своим семейством и записася в Новую Ладогу в купечество, где недолгое время пре- бысть и переписася в санктпетербурское купечество, ибо не незнаем бяше и прежде сего санктпетербурским обывателем сей нами воспоминаемый Феоктист Константиновичь по торого- вым и другим случаям, отчего и пропитание домови своему изо- бильное имяше. И понеже убо времяни текущу и к старости уже ему при- ближающуся, восхоте преблагий Бог от здешняго маловремян- ного пребывания в будущую и конца не имущую жизнь пресе- лити по речению царьствующаго пророка «кто есть человек, иже поживет и не узрит смерьти». Бысть же сице: текущу 1 790 года декабря 13 числу впаде в телесную болезнь, зело тяж- кую и лютую, и к 19 числу чистым к Богу покаянием и испове- данием предочисти вся пред отцем своим духовным, издавна имяше желание, еже пострищися в иноческий ангельский об- раз, что тогда же Божиим благоволением и получи и наречен бысть Филарет. И в 22 того же декабря месяца, в воскресный день, поутру, в исходе 2 часа преставися о Господе благочест- но, остави по себе добрую память и не мал плачь детям своим и сиротам больничным, бе бо великий пол[ь] зодатель общежи- тельству, награждаше от имения своего изобильно на пропи- тание сиротам и строением молитвенных храмов, больниц, ог- рад, мостов и протчаго, и в советах настоятельствующим не мал бяше помощник. Подвизаяся добрым подвигом и веру соблюд невредиму, от мира изшед лет к двум седмьдесять, в пустын- ном житии препроводив осмь лет, яко всех лет жития его осмьдесять кроме пяти дней ››4“. Купец-старовер Василий Анисимович Чупятов, дела кото- рого пошатнулись после пожара 1761 г., когда сгорели бир- жевые амбары, опасаясь от кредиторов, изображал из себя су- масшедшего (а, может быть, он действительно тронулся умом). Его колоритная личность привлекала внимание лите- 372
за «^»54» @°%«<>%°%<><@%°%»® раторов. «Всяк думает, что я Чупатов // В мароккских лентах и звездах» , - писал о нем в оде «Вельможа» Г.Р. Державин. В анонимной повести Х)/ІІІ в. купеческий сын Анисимыч, чьим прототипом был, по-видимому, Чупятов, вступив на неправед- ный путь, вместе с неким попом Исааком обворовывает своего отца, а затем, очутившись среди разбойников, овладевает их добычей“5. Как видим, среди старообрядцев из торговой сре- ды попадались разные люди. После собора 1779 г. купечество все больше оттесняет ду- ховенство в руководстве старообрядческими общинами. Вооб- ще на протяжении ХУІІІ в. , согласно подсчетам С.А . Зеньков- ского, 70 % руководителей поморских общин составляли ме- щане (30 человек) и купцы (21 человек)'“*°. При активном участии купечества в Москве в 1771 г. воз- никли три старообрядческих центра, представляющих три ос- новных направления в старообрядчестве: Рогожское кладби- ще (поповское согласие), Преображенское кладбище (беспопов- ское федосеевское согласие) и Покровская монинская часовня (беспоповское поморское согласие). Преображенское кладбище основал московский купец И.А. Ковылин (1 7 34-1809). Пользуясь покровительством вла- стей и имея возможность привлечь крупные купеческиекапи- талы, старообрядцы-федосеевцы уже к началу ХІХ в. возвели у села Преображенского по проекту Ф.К. Соколова своеобраз- ный архитектурный ансамбль, включавший храмы, трапез- ные, жилые корпуса. Купец Рязанов в 1817 г. вел переговоры с властями о лега- лизации уральских поповцевш. Старообрядческая среда ока- зала влияние на формирование тюменского, а затем московского купца Н.М.Чукмалдина, выходца из крестьян, оставившего воспоминания о прожитомт. А вот в Енисейской губернии, в отличие от Западной Сибири, среди купечества в последней четверти Х\/'ІІІ - первой половине ХІХ в. совсем не было ста- рообрядцев“9. Купцы-старообрядцы отличались от других лиц купеческого звания, перешедших к ХІХ в. к брадобритию, окладистыми бо- родами, более консервативной одеждой и бытом. «В купеческих фамилиях, принадлежащих к сословию старообрядцев, не только наружное, но и внутренне воспитание приемлются не 373
6-Ёё:›ъ? . .'Ёг-14-5 *%°0°°°°< столь охотно: они вообще не любят иностранных языков, по- читают ненужными некоторые знания, и с другими сословият ми мешаются как будто более по необходимости, нежели по желанию» , - подметил в 1834 г. адъютант при петербургском генерал-губернаторе, выпускник Пажеского корпуса А.П. Ба- шуцкий45°. В эпоху ожесточенной «борьбы с расколом» при Николае І власти проводили закрытие храмов и часовен с конфискацией древних памятников церковной культуры. Но многие староверы из торгово-предпринимательской среды, не взирая на репрессивную политику Николая І, не желали пе- реходить в лоно единоверческой церкви. Как подчеркивал историк русской церкви, последний обер- прокурор Синода и первый министр вероисповеданий Времен- ного правительства А.В . Карташев в статье « Смысл старообряд- чества» (1924), в старообрядчестве наиболее полно отразилась русская религиозная ментальность. Многое в развитии торгов- ли и предпринимательства, становлении отечественной тек- стильной промышленности (в значительной степени и металлур- гической) связано с предпринимателями из старообрядческой среды. Они внесли также значительный вклад в сферу благотво- рительности, меценатства и коллекционирования. Старообряд- цами были и оставались до начала ХХ в. Морозовы, Рябушин- ские, Кузнецовы, Кокоревы, Солдатенковы, Зимины и многие другие известнейшие купеческие фамилии, другие же имели старообрядческое происхождение - Щукины, Гучковы, Ща- повы, Хлудовыш . В старообрядческих кругах Москвы поль- зовались уважением и прославившийся благотворительностью К .Т . Солдатенков, и купец-фабрикант, владелец имения И.К . По- ляков (? -1923)'*52. По свидетельству дочери П.М . Третьякова, Веры Павловны, в Солдатенкове, несмотря на небольшой рост, «чувствовалась большая сила, физическая и душевная, неред- ко встречающаяся у русских старообрядцев» . Купцы-староверы Шелапутины, придерживавшиеся бело- криницкого согласия, переселились в Москву еще в конце Х)/ІІІ в. из слободы Покровской (ныне г. Энгельс) Саратовской губернии и занимались первоначально рыботорговлей. Один из них Прокопий Дмитриевич (17 7 7 -1828), одно время москов- ский городской голова, за пожертвование «минерального ка- бинета в пользу Московской медико-хирургической академии» 3 374
%<>%М%°%°%®%® был царским указом возведен во дворянство, что среди старо- обрядцев являлось довольно редким случаем. А его сын Дмит- рий перешел из старообрядческой в синодальную церковь. Точ- но так же поступил Павел Григорьевич Шелапутин (1847- 1914), председателдь совета Общества среднеторговых рядов в Москве, один из совладельцев Балашинской мануфактуры, пожалованный за благотворительность чином действительно- го статского советника и являвшийся старостой единоверче- ского храм Покрова в Филях. Его деньги пошли на создание гимназии с интернатом, трех ремесленных училищ, зала в Музее изящных искусств, гинекологического института на Девичьем поле и многие другие благие делат. Видным общественным деятелем одного из течений старо- обрядчества (беглопоповцев) стал крупнейший нижегородский хлеботорговец, владелец многочисленных мельниц Поволжья Николай Александрович Бугров (1837-1911), дед которого, описанный в очерке В.И . Даля «Дедушка Бугров» , происхо- дил из удельных крестьян и разбогател на строительных под- рядах. Миллионы рублей были потрачены его еще больше преуспевшим внуком на благотворительность и милостыню. На свои средства поддерживал Комаровский и Малиновский скиты, строил старообрядческие храмы, содержал чисто ста- рообрядческую школу, проводил всероссийские съезды бегло- поповцев, которых в просторечии тогда нередко именовали « бугровцами» , «бугровским согласием» . Придерживаясь реак- ционных взглядов, Н.А . Бугров оказывал финансовую помощь черносотенцам, в том числе при организации ими еврейских погромовт. «Среди старообрядцев это был первый человек, общепри- знанный глава, покровитель и первый начетчик. У него на мельнице служили все свои, и это была настоящая вотчина из верующих. Даже мельницу его на ст. Сейма - огромную и об- разцовую - знала вся Россия. Бугров был личным другом Вит- те, который на министерских приемах всегда принимал ниже- городского мельника первым и вне всякой очереди. Но эти свя- зи с министрами нужны были Бугрову только как громоотвод от синодских молний. В личной же жизни он придерживался старинки и простоты. Одевался незаметно, как оцевались в ста- рину провинциальные купцы: длинный черный сюртук, высо- 375
<ї%Ё°%*°%°%°*%®%®%°%« кие сапоги с голенищами, на голове картуз или шапка. Пол- ный, коренастый, выше среднего роста, пострижен по-мужиц- ки, волосы до ушей и прямой пробор посередине. Я с Бугро- вым дружил. Мы часто ездили вместе. Бугров всегда ездил во втором классе со своей неизменной ситцевой подушкой», _ вспоминал о нем И.Дм. Сьхтинт. Лишь по именному императорскому указу « Об укреплении начал веротерпимости» от 17 апреля 1905 г. впервые за два с половиной века, прошедших с церковной реформы патриарха Никона, поборникам древнего благочестия были дарованы рав- ные с другим населением Российской империи религиозные и гражданские права. Накануне этого дня, 16 апреля 1905 г. , по высочайшей телеграмме были распечатаны алтари храмов Ро- гожского кладбища, одного из крупнейших духовных центров старообрядчества. Гласными Мосгордумы в 1913-1916 гг. были несколько старообрядцев, в том числе: В.П . Рябушин- ский (единоверец), получившие домашнее образование купцы Ефим Ермилович Привалов и Петр Александрович Птицын, торговавшие стройматериаламит. Когда Савве Тимофеевичу говорили: «Ну какой вы старо- вер? Доктор философии германского университета... Образо- ванный человек, интеллигент... Ну на что вам далось ваше ста- рообрядчестве? Какой смысл за него держаться? Что вы в нем нашли? » - он с улыбочкою, себе на уме, возражал: «Как что-с? Прекрасная вера-с . Как отцы, так и мы. Очень хорошая вера- с. Купеческая-с»“". Сектантство Сектантство же в основном затронуло крестьянскую, а не купеческую среду. К однодворцам села Горелое на Тамбовщи- не принадлежал торговец шерстью Ларион Побирохин, став- ший в 80-х гг . Х\/'ІІІ в. лидером местного духоборчества. Разъезжая по торговым делам, он имел немало возможностей для пропаганды духоборческих идей. Побирохин учил своих приверженцев иносказательно понимать догмат троичности, подразумевая под Богом Отцом - память, Богом Сыном - ра- 376
3 1-1* €%0%«®»%°%®°*%°%З>® зум, Богом Святым Духом _ волю. Лишь в духоборцах и осо- бенно в нем, их руководителе, воплощается божественный ра- зум, и все должны оказывать ему, как Христу, божественные почести. Побирохин, человек строгий и даже деспотичный, разработал порядок молений, обряды бракосочетания и погре- бения духоборцев, отдавая предпочтение «внутреннему духов- ному озарению» и доказывая, что путь к спасению лежит че- рез закон, написанный в сердце. Библия же именовалась им «хлопотницей» и отодвигалась на задний план. В 1797 г. влас- ти осудили Побирохина и вместе с семьей выслали в Сибирьт. Едва ли можно в полной мере принимать на веру информа- цию французского путешественника, маркиза Астольфа де Кюстина, побывавшего в 1839 г. в России: «Иностранец, дав- но живущий в Москве и вполне достойный доверия, рассказы- вал мне, что несколько лет назад он обедал у одного петербург- ского купца, который представил ему трех своих жен - не на- ложниц, но законных жен. Купец оказался тайным адептом одной из вновь возникших сект. Думаю, что государство вряд ли признает законными его детей от этих жен, но его христи- анская совесть была спокойна»45° . В 1910 г. редакцию газеты евангельских христиан «Ут- ренняя звезда» , издававшуюся в Петербурге, посетил пред- ставитель крупнейшей благовещенской фирмы «Торговый дом В. Алексеев с сыновьями» _ И .В. Алексеев. Семья моло- кан Алексеевых владела предприятиями мукомольной и лесо- пильной промышленности, а также пароходной линией на Амуре. На основании беседы с И.В . Алексеевым сотрудников редакции газета «Утренняя звезда» резюмировала: «...Моло- кане составляют коренной элемент Благовещенска и многих других городов и сел Амурской области. Они стоят во главе всех отраслей экономической и общественной жизни края. Паро- ходные общества, лесная торговля, мукомольное, сыроварен- ное дело, учреждения денежного кредита организуются и уп- равляются ими»'“*°. «Меня, как предпринимателя, - прямо заявлял Алексеев, - не может не интересовать переселенче- ское дело... густое крестьянское население необходимо мест- ной торговле и промышленности, во-первых, тем, что оно пред- ставляет хороший рынок для размещения товаров, а, во-вто- рых, только населенная деревня даст местным коммерсантам 377
«%°%®%°%®€%°%°@°% и промышленникам в достаточном количестве свободные ра- бочие руки ›› 461. Одним из самых важных и постоянных источников обога- щения молокан в Закавказье стал коммерческий извоз. Как ин- формировал в 1897 г. В .П . Бочкарев, молокане Карсской обла- сти, «не ограничиваясь ролью перевозчиков грузов... иногда принимают на себя закупку товаров в больших торговых цент- рах и развозят их мелочным торговцам: это, так сказать, опто- вые офени. . . ›› 462. Они ездили с товарами из Владикавказа в Эри- вань (Ереван), из Баку в Тифлис (Тбилиси), добираясь даже до Эрзерума, еще до появления в крае железных дорог. Из молоканской среды происходили видные проповедники баптизма - издатель сборника духовных песен «Голос веры» , представитель крупной тифлисской буржуазии Н.И. Воронин и руководитель баптистов Владикавказа, купец С.А . Проха- нов4°3. Распространению баптизма в России способствовал при- езжавший в 1869 г. из Германии купец Иоганн Онкен, соста- вивший для баптистов из русских меннонитских колоний ве- роизложение, которое пронизывает мысль о тяготеющем над человеком первородном грехе4°4. А вот что писал в 1931 г. о сек- те скопцов Н.Н . Волков: «Скопческие ячейки, или "корабли", оправдав себя как форма экономической организации части крестьянства, вскоре перешли в город, найдя в среде купече- ства, городского мещанства, солдатчины основные кадры сво- их прозелитов. Не менее выгодной формой религиозно-эконо- мического сообщества оказалось скопчество и для купечества. Расыпавшись по всей империи, пропагандисты скопчества яв- лялись лучшими агентами и осведомителями торгового капи- тала. Раньше, чем его живущий “в мире” собрат, купец-ско- пец указывал цены на товары, делал выгодные операции, по- лучал, когда это требовали дела, материальную поддержку у единоверцев... Работавшие на скопческих предприятиях или в торговых учреждениях скопцы умеренно ели, не пили спир- тного, отличались покорностью и трудолюбием и, главное, не могли вернуться в мирскую среду вследствие своего физичес- кого уродства. В несколько десятков лет руководители скоп- чества наживали миллионные состояния. На столь быструю концентрацию капиталов в руках скопцов конца ХУІІІ и нача- ла ХІХ вв. , кроме купеческой спайки под флагом скопчества› 378
4-Ю Єдў ®%0ООО - 0%»жжаажже влияло также и отсутствие необходимости дробить капиталы по причине отсутствия наследников. Капиталы после смерти переходили от скопца к скопцу»4°5. Авантюристка и мошенни- ца матушка Митрофания выманила у фабриканта-скопца, ма- нуфактур-советника Михаила Герасимовича Солодовнико- ва, скончавшегося в тюрьме, сотни тысяч рублей4°°. В становлении еще одной секты субботников на Тамбовщи- не, наряду с помещичьими крестьянами, заметную роль сыг- рали выходцы из купечества и мещанства. 7 из 1 5 первоначаль- ных последователей Перфила Катасонова, основателя одного из толков хлыстовства - «катасоновского» («новохлысты») принадлежали к купеческой среде. В середине 1830-х гг. влас- ти завели дело против купцов, отца и сына Швецовых, пользо- вавшихся значительным влиянием среди молокан. Швецовых выслали за пределы Тамбовской губернии, а молоканам запре- тили держать работников православного вероисповедания и самим жить у православных. И эти меры дали определенный эффект: накануне крестьянской реформы 1861 г. тамбовские молокане, в том числе из купечества, стали вести себя умерен- нее, исполняя церковные обряды и не отказываясь от икон в домах. Преследования сектантов продолжались и. при Александре ІІ, в 1860-е гг. приобрело широкую известность (чуть ли не на всю Россию) дело о моршанском купце-скопце Максиме Платицыне. Немало жителей промышленного села Рассказова Тамбовской губернии и в начале ХХ в. относились к молоканам (в том числе: крупные торговцы-кожевенники Арясов и Желтовы) и субботникам (в частности, братья Каза- ковь1, владельцы мельницами в Нижне-Спасском, Платонов- ке и деревне Лупиловке, кондитерской фабрики в Москве)”““. Как видим, ростки буржуазного предпринимательства давали успешные всходы не только в старообрядческой, но и сектант- ской среде. Противоречивую политику власти проводили по отношению к торговцам нерусской национальности и иной, неправославной конфессиональной принадлежности. При Петре І братья Матвей Григорьевич и Федор Григорьевич Евреиновы, выходцы из ев- рейского населения белорусского города Мстиславля, перейдя в православную веру, стали крупнейшими купцами в России, поставляя сукно, полотно, шелк, чай и другие товары. В даль- 379
нейшем их род разделился на дворянскую и купеческую ли- нии. Сыном крещеного еврея Шаи Сапсаева являлся и один из сподвижников царя-реформатора Петр Павлович Шафиров (1669-1739), дважды возглавлявший Коммерц-коллегию. Дочь Петра І императрица Елизавета Петровна, отличавшая- ся набожностью и не применявшая смертную казнь, давшая немало льгот Малороссии, в России закрывала армянские хра- мы и мусульманские мечети. 2 декабря 1742 г. она издала указ о высылке из страны лиц иудейского вероисповедания, заяв- ляя в ответ на возражения Сената: «От врагов Христовых не желаю интересной прибыли» . Екатерина ІІ, с одной стороны, разрешила евреям, в том числе торговцам, селиться в Новорос- сии, а с другой - при ней в 1 791 г. была введена еврейская чер- та оседлости, ограничивавшая свободу передвижения.
Жена должна быть разумна, надежна, серьезна, мила, старательна, нежна, скромна, милосердна, набожна, великодушна, сдержанна, бережлива, трудолюбива, умеренна в еде и питье, трезва, остроумна и всегда занята, поскольку две вещи -- праздность и бедность являются причинами глубокого падения женщины. Дубровницкий купец Бено Котрулевич. О торговле и совершенном торговца. 1458 г. 13 ПОРТРЕТ КУПЧИХИ До ХХ столетия женскую фигуру можно было не так.уж ча- сто, как сегодня, встретить за магазинным прилавком. Италья- нец Аньоло Пандольфини в сочинении «Рассуждение об управ- лении семьей» (ХУ в.) подчеркивал: «Мужчине нужно быть вне дома, между мужчинами же, за важными занятиями: говорить, торговать, практиковать, приобретать что-то для семьи. Нич- тожные же домашние занятия должны быть возложены на жену, потому что было бы мало чести, если бы жена торговала с мужчинами вне дома, публично... » 468 Как видим, в эпоху Сред- невековья торговля считалась, в общем-то, не женским заня- тием, хотя некоторые из купеческих жен и вдов вынуждены были приобщаться к сфере товарообмена. И началось это еще в древнерусскую эпоху. Женское ли дело торговля В состав крупных торговых сообществ древних русов, по свидетельству арабского автора Ибн-Фадлана (921-922 гг.) 381
@%°%°%°%«°»@°%®°@®% входили как ближайшие родственники его главы (жены, бра- тья), так и зависимые люди, в том числе рабы и наложницы. Инструменты для взвешивания серебра (миниатюрные склад- ные весы, гирьки-разновески) и монеты из нескольких отдель- ных женских захоронений Х в. , открытых в Гнездове под Смо- ленском, Тимиреве (в районе Ярославля), Шестовицах (под Черниговом), очевидно, принадлежали женам таких богатых воинов-купцов. Впрочем, из сочинения того же Ибн-Фадлана и «Саги о Греттире» известно об участии скандинавских жен- щин вместе с мужьями в дальних торговых поездкахт. Слож- нее объяснить присутствие весов и 12 гирек в инвентаре захо- ронения 2-й четверти ХІ в. девочки-подростка в подкурганной яме под каменной насыпью на могильнике Удрай ІІ (Новгород- ская обл.), но, скорее всего, они были вложены туда как сим- вол богатства ее родителей, причастных к торговым операци- ям“°. В древнерусских источниках ХІІ-ХУ вв. пока не удалось обнаружить хотя бы косвенной информации о причастности женщин к торговле и о положении купеческих жен. Такие данные представлены лишь в более поздних матери- алах Х\/`І-ХУІІ вв. В лавочных книгах Великого Новгорода 1583 г. упоминаются торговые помещения, принадлежавшие женщинам: «Переулок к государьскому к большому двору по- перег сажень с пядью: прилавок Лучкинской жены Овдотьи- ць1 сапожниковы с Щитной улицы по затвору... оброку 7 ал. ››; «Ряд Сапожной третей к Волхову по правой стороне лавки: полок Степанка Иванова сына Шепетника да Дарьицы Воло- димерской жены Иголниковы... » . В Серебряном ряду распола- галась лавка «Степанидки Ивановы жены с Лубяницы» , пла- тившей оброк в 5 алтын. А проживавшая на Черницыне улице жена «корыстовного купчины» Евдокия Васильева предпочла в 1573 г. сбежать из Новгорода Великого в Москву'“1. Женщи- ны могли свободно распоряжаться собственным недвижимым имуществом, в том числе дворами, торговыми помещениями, ам_барами. 4 июля 1591 г. «Матрена Федорова дочь, Мосеевская жена щепетникова с Рогатицы» , жившая «у Григорья у переч- ника» , продала прилавок своего мужа в Перечном ряду Вели- кого Новгорода «Никите Семенову сыну яблочнику»“2. Соглас- но писцовой книге Пскова 1585-1587 гг., вдова Овдотья Бог- данова сдавала в наем шелковнику Омельяну два прилавка с 382
-%®%»°@°%*°%®%®°<@®%@ полками в Сурожском рядут. Из 15 лавок, принадлежавших женщинам и зарегистрированных в сотной грамоте Муром- скому посаду 1573/ 74 г. , лишь пять оказались пустыми, а в ос- тальных велась торговлят . В числе 56 членов «гостиныя сотни молотчих людей», пе- реведенных в 1601 / 02 г. из-за скромного имущественного по- ложения в состав посадского населения Москвы, имелись только две женщины: «Ондреевская жена Панфильева» и Пе- лагея Кошелевскаят. А вот среди зачисленных тогда же в Го- стиную сотню из черных сотен не было ни одной особы жен- ского пола. Вместе с тем они встречаются в реконструирован- ных исследователями списках членов привилегированных ку- печеских корпораций 1632, 1647 и 1649 гг. В деле «О взятии с населения Москвы лошадей, телег и возчиков во время Смо- ленской войны» (1632), в частности, фигурируют: «Офонась- евская жена Твердикова», «Сергей Кобылкин с матерью», «Иванова жена Кошурина с сыном» , «Федотова жена Колач- никова с детьми» , «Филина Облязова жена з детьми» (Гости- ная сотня; «Федорова жена Луковникова», «Микитина жена Ларионова» (Суконная сотня). Все эти даже не названные по именам женщины должны были выполнить за своих умерших мужей (в зависимости от окладов) государеву повинность (1649) “° . Судя по записям в расходных книгах 1613-1614 гг., для нужд царского двора у московских торговок и мастериц (иног- да в одном лице) закупались в основном различные галанте- рейные и швейные изделия: в частности, «торговке Степаниде Олексееве» было уплачено за «кружива мишурново кованого» , «плетенку мишурново» , «кружива немецкого кованого золот- ного», «кружива золото с серебром рогатово»; «торговке Па- расковье Патриной» - за «кружива рогатово, золото с сереб- ром››; «нитнице Оксюхе Иванове» - «за десятину нитей си- них»; «Золотново ряду торговке Анне Красной за 10 арш. с полуаршином кружива серебреного, орликами в 20 нитей››; «торочнице Татьянке Петровой дочери» - за изготовление «торочков миткалинных» для нагольных шуб; «Холщевого ряду Ненилке рубашечнице за 2 рубахи да за двои портки»“". Среди них были и незамужние женщины, а кое-кто имел лав- ки-мастерские в торговых рядах (Золотном, Холщевном). 383
*%°%®°*%®%°@°%*0@®%* В 1620 г. некая московская «торговка Анютка» искала в Посольском приказе управу на немецкого переводчика, не за- платившего ей за что-то «пяти рублев с полтиною›› (Опись По- сольского приказа 1626 г.) “З . В еще одном судном деле 1623 г. имеется словосочетание «торговка дворянка» , смысл которо- го не вполне ясен: << ...Искал в Посольском приказе агличанин торговой человек Ивашка Иванов жемчюжново ряду на тор- говке на дворянке за два перстня золотых тритцати дву руб- лев, не вершено››“°. Но, скорее всего, речь здесь идет не о поку- пательнице-дворянке, не расплатившейся за приобретенные украшения, а о женщине из дворянской среды (быть может, овдовевшей), торговавшей ювелирными изделиями. Чаще всего женщины наследовали лавки после смерти му- жей. Так, 6 августа 1626 г. в Москве была оформлена «жало- вальная грамота вдовы Дарьи Сырейщиковы мужа ее Якова Сырейщикова, на каменную лавку в верхнем Медовом ряду» . В Иконном ряду в 1626 г. владели лавками две вдовы и про- свирница Евлампия, жена Остафия Команихи. Несколько тор- говых помещений принадлежали женщинам также в Завязоч- ном, Котельном, Мыльном, Подошевном и Старом Москотиль- ном рядах Москвы. Немало мелких торговок (причем не толь- ко вдов), продававших молоко, сметану, квас, горох, можно было увидеть тогда на скамьях у Пирожного ряда48° . По свиде- тельству ученого из Голштинии Адама Олеария, побывавшего в Москве в 1634, 1639 и 1643 гг., у помоста на Красной площа- ди, где стояла Царь-пушка, женщины обычно торговали хол- стамиш. Согласно писцовой книге 1623-1626 гг. , лишь 1 1 из 203 лавок Великого Устюга принадлежали вдовам. В основном овдовевшие женщины занимались выпечкой и продажей хле- ба, именуясь «хлебницами» , кое-то из них производил на рынок толокно, крупу, рукавицы, а «вдова Офросиньица Семеновс- кая жена Клеунова да сын ее Баженко» торговали «отъезжи- ми товары» с Сибирью. Несколько представительниц женско- го пола, в том числе старица Софья Скамейкина, содержали харчевные избы (харчевни)482. Но не так уж много женщин сами торговали в принадлежавших им лавках. В Курске, например, лишь одна вдова, Овдотья Можайкина, платила в 1641, 1649, 1652 и 1658 гг. оброк за свое торговое помещениет. 384
Є- меновна Минина постриглась в монастыре под именем Таисии и передала причту Спасского собора «на пропитание›› для по- минания своих родителей торговую лавку «в Нижнем Новего- роде в большом в шапошном ряду», в свою очередь получен- ную ей в 1635 г. в заклад за 64 рубля от трех братьев - Кузьмы, Афанасия и Григория Чапуриных, нижегородских посадских людей. В монографии Н.Б . Голиковой содержится подборка материалов о злоключениях сестры изменника Федора Андро- нова - Анисьи Болотниковойшу. Известная купеческая династия Никитниковых выроди- лась в середине ХУІІ в. после смерти наследников Г.Л. Никит- никова по мужской линии. Их женам досталась вдовья доля, а большая часть немалого имущества семьи, признанного «вы- морочным» , отошла казне. Дабы избежать подобной ситуации, вдова члена Гостиной сотни Никифора Ревякина приблизитель- но тогда же вторично вышла замуж за одного из самых богатых и именитых гостей Василия Шорина, получившего в качестве приданого жены и капитал, и деревни ее первого мужа. Кое-кого из дочерей богатым гостям удавалось выдать за- муж даже за князей, и рядом с их именами в поминальных книгах (синодиках) указывается слово «княгиня». Но`чаще всего браки заключались в родной купеческой среде, а торгов- ля являлась, как правило, семейным занятием на протяжении жизни многих поколений. Поэтому дочери купцов с детства, задолго до замужества приобщались к традиционному хозяй- ственно-бытовому укладу. По мнению известного историка С.М. Соловьева, «Домострой совершенно прав, предписывая женщине заниматься только хозяйством и говорить только о хозяйстве, ибо другого приличного для нее занятия, другого приличного для нее разговора нет: если она не будет говорить о хозяйстве, то она будет пересмехать, переговаривать; дома она должна постоянно сидеть за работою или распоряжаться ра- ботами других, развлечения, каким она может предаться, - все это развлечения постыдные, вредные: пустые, пересмеш- ные разговоры с слугами, разговоры с торговками, женками бездельными, волхвами ›› 485. У голландца Н. Витсена, побывавшего в 1675 г. в России, остались такие впечатления от посещения одной купеческой О О О 4* С гд- Оставшись без мужа Кузьмы и сына Нефеда, Татьяна С 385 13 - 6968 Перхавко
<@<>%«®~*ї%Ё®%*0<@%°%г*®**%®%« семьи Торжка: « Любопытство привело меня в дом купца, куда я был приглашен на обед. Хозяйка приветствовала меня куб- ком пива, зачерпнув его из большого ковша, причем остатки из кубков выливались обратно в ковш, что было весьма неап- петитно. Стол накрыли грязноватой скатертью сами хозяин и его сын, хотя это важные люди, у которых в изобилии были холопы и слуги. Для каждого из нас была положена груда тол- стых ломтей хлеба всех сортов и деревянная ложка... Затем хозяин вызвал жену, которая также поклонилась каждому из нас и поднесла по кубку водки, после чего сразу, не говоря ни слова, опять ушла. При первом выходе хозяйка сказала: “При- глашаю вас на хлеб-соль". Одета она была богато: шапка вы- шита золотом и жемчугом »'*8°. Закон охранял честь купеческих жен в зависимости от со- циального положения их мужей. Согласно статье 26 Судебни- ка 1550 г. штраф за «бесчестье›› полагался « . ..торговым гостем болшим пятдесят рублев, а женам их вдвое против их бесчес- тиа; а торговым людем и посадцким людем и всем середним бесчестиа пять рублев, а женам их вдвое бесчестиа против их бесчестиа. . . »48". «Три свойства желательны для всех жен, - писал в Х\/` в. купец из Дубровника Бено Котрулевич. - Первое - это поря- дочность, состоящая в целомудрии. Второе - полезность, под которой я разумею приданое, наследство и богатство. Этого не следует домогаться, но если все это сочетается с порядочнос- тью, не беги от этого. Третье - услада, выражающаяся в кра- соте, которая сама по себе является Божьим даром, однако со временем.проходит, поскольку всякая женщина стареет, и если ты польстился на красоту, то с ее уходом проходит и любовь. То же касается и полезности. И только первое свойство - це- ломудрие остается с ней навсегда» 488. Однако далеко не все из купеческих жен во время длитель- ных отлучек мужей выдерживали дьявольское искушение впасть в грех. И такие житейские истории отразились в худо- жественных произведениях той поры. Стоило герою «Повести 0 купце Григории ›› отъехать на два года из Рима, как его «жена красна, младостию цветуще, по действу диаволю без него впа- де в блуд с некоим чародеем» , который «слия в воску образ по- добия Григориева и чарова над ним много»'*89. Узнав с помо- 386
<%°%°*ё@°%°«@®%@<>®%°%® щью некоего мудреца и от своих родственников о прогрешени- ях жены, «человек купеческий» Григорий «отдаша ея суду градскому, и тако много мучиша ея и предаша горкой смер- ти »'*9°. В «Повести о Карпе Сутулове» глава семьи, отъезжая по торговым делам в Литву, поручил своему приятелю, гостю Афанасию Бердову, присмотреть за красавицей-женой, кото- рой оставил деньги на прожитье и разрешил тратить их на «ча- стые пиры на добрых жен, на своих сестер» . Автором превоз- носится образ бойкой и предприимчивой купчихи Татьяны Су- туловой, сумевшей в течение трех лет отсутствия мужа не толь- ко сохранить супружескую верность и честь, но и получить « прибыток» от одураченных незадачливых любовников: муж- ниного «друга» - богатого гостя, попа и архиепископаш. Попадались среди торговых людей и семейные деспоты- самодуры. На почве подозрений в неверности глава купече- ской семьи мог избивать свою супругу. Выходец из Англии Самуэль Коллинс, личный врач царя Алексея Михайловича в 1659-1666 гг., в сочинении «Нынешнее состояние России» с осуждением упомянул о жестоком преступлении такого суп- руга: « .. .Один купец бил жену свою до тех пор, пока мог, пле- тью пальца в два толщины; наконец заставил ее надеть платье, напитанное водкой, три или четыре раза перегнанной, зажег его, и таким образом несчастная погибла в пламени. Без со- мнения, этого злодея скорее назвать можно чудовищем, не- жели человеком; такие изверги родятся от тигриц, а не от женщин, и он никак не заслуживает имени человека доброго и мудрого»4°2. И самое печальное, что преступник-садист не понес никакого наказания. Но можно привести и примеры за- ботливого отношения торговых людей к женщинам. В своих хроникальных записках московский купец Г.А. Кобылкин от- метил и дату смерти служанки-татарки, и тяжелую болезнь супруги Маврь1493. С конца ХУІІ в. , подражая феодальной знати, именитые купцы стали заказывать эпитафии на надгробия близких. В мае 1690 г. по заказу «гостиного сына» Максима Лабозного известный поэт Карион Истомин сочинил краткую (5 двусти- ший) стихотворную надпись на гробницу его супруги Феодо- сии: 387
%°%°€%°%°*%°%°®%°% Путниче смотрев гроб сей и мудрисяш Зде тело честны жены положися Феодосии, Лабозна Максима Гостина сына, в честности гласима. Иже из мертвых надежна востати, Изволь, и просит, душу поминати. Боже, сподоби ону вечны славы(,) Нас же ходити наставь в пути правы. Маиа в шестый день(,) в час скончалась десятыйт Седмь тысящ сто год девятьдесят осмь1й.'“” Катерина была не единственным лучом света в «темном царстве» Обращаясь к характеристике купеческих жен Нового вре- мени невольно вспоминаешь хрестоматийные образы Катери- 7 ны и Кабанихи из «Грозы» А.Н. Островского, колоритные кар- тины Б.М. Кустодиева «Купчиха» и «Купчиха за чаем» , а так- ЖЄ СТИХОТВОРНЫЄ СТРОКИ НЄИЗВЄСТНОГ0 8.В 'І`Ор8 .І Дом двухэтажный занимая, В Москве в былые дни жила Вдова, купчиха молодая, - Лицом румяна и бела...4°5 Чем же жили помимо забот о семье и домашнем хозяйстве жены купцов, были ли они все темными и забитыми, имели ли право самостоятельно заниматься бизнесом? Попытаемся отве- тить на поставленные вопросы и дать объективную оценку поло- жению женщины в купеческой среде России Нового времени. В нашей стране издавна существовало право раздельной собственности супругов. Не только незамужние, но и замуж- ние женщины из купеческой среды могли заключать имуще- ственные сделки, связанные с приобретением либо продажей торговых помещений, дворов. Хотя в тексте Вексельного уста- 388
'Г /9:) М/_ %®%®°%°*@%®%@›®-2% ва 1 729 г. и в помещенных в приложении к нему образцах век- селей женщины не фигурируют, они имели право давать день- ги в долг, выдавать и переводить вексель, что было подтверж- дено при императрице Елизавете Петровне. В своей «сказке» от 11 июля 1704 г. члены Гостиной сот- ни, братья Максим и Петр Затрапезновы из Ярославля, писа- ли: « . . .А им де кабального долгу и безкабалного отдать на Мос- кве гостиной сотни, гостя Ивановской жене Авдотье Сверчко- ва по кабале денег семьдесят рублев, да ей же по росписке пять- десят рублев››'*9° . К. сожалению, переписные книги 1-й и 2-й ревизий (1725, 1 747) включают сведения об именах и возрасте лишь мужских членов купеческих семей, но в «сказках» 3-й, 4-й, 5-й ревизий (1763, 1 782 и 1 795) уже отражена информация и о представи- тельницах женской половины. Ознакомимся, например, с от- рывком из « сказки » зарайских купцов Иконниковых: « 1 7 82 года июля 25. - Иван Григорьев сын Иконников 50 лет; у него от 1 брака дети: Козьма 33 лет, Дмитрий 29 лет, Степан 27 лет, Иван холост 22 лет; у него 2 браку жена Варвара Яков- лева 30 лет, взята в замужестве тульского купца Якова Федо- това сына Коняева дочь; у него ж дети со второй женой прижи- тыя, после прежней переписи рожденные: сын Александр 1 года, дочери девки: Татьяна 11 лет, Настасья 5 лет... ››"°". В завещаниях московских купцов можно встретить разно- образные деловые распоряжения женам. Гость Михаил Шорин, к примеру, приказал в 171 1 г. супруге продать доставшиеся ему от деда и его собственные дворы, деревни, лавки и соляные уго- дья для уплаты 1 5 000 рублей, числившихся за ним в виде «вся- кой доимки и пошлин» . ,Другие мужья беспокоились о том, как их женам распродать товар в наемных лавках и сдать собствен- ные лавки внаем до достижения совершеннолетия сыновей. Женщины могли владеть недвижимым и движимым имуще- ством и при жизни мужей. В завещании купчихи Анны Васи- льевны Евреиновой (1 798) упоминаются питейный погреб с каменными лавками и палатками, две деревянные лавки, дос- тавшиеся ей по наследству, а также «благоприобретенные » двор с каменным и деревянным строением и садом, «да в Мяс- ницкой части в Охотном ряду три каменныя же лавки с погре- бами и над ними палатками»498. Русских купчих Нового вре- 389
®%®%°®%®%«°®%°%«®@%°%« мени уже нельзя назвать затворницами, чей круг общения ог- раничивался домом и храмом. С мужьями они нередко ходят или даже ездят в другие места в гости, начинают следить за столичной модой. По уровню грамотности городские женщины все же замет- но отставали тогда от мужчин. Ни одна из вдов торговых лю- дей Москвы первой четверти ХУІІІ в. (в том числе Прасковья Михайловна, вдова гостя В.О. Филатьева, и Марфа Кузьмина, вдова члена Гостиной сотни Ф. Елизарьева) не проявила свою грамотность: в 1 4 зарегистрированных завещаниях за них под- писались священники.499 Даже в конце Х\/`ІІІ в. личной под- писью удостоверялись, «за неимением (неумением) ея (ее) грамоте» , далеко не все завещания жен московских купцов. Но постепенно ситуация все же меняется, и азы просвещения распространяются и на женской половине купеческих домов. В рукописном экземпляре сочинения П. Крекшина «История Петра Великого» помещены владельческие записи: «Сия кни- га купецкой жены Авдотьи Сериковой, 1 762 году» ; « 1 766 году декабря 1 дня родился сын Николай, мать ево Авдотья Васи- льева дочь Сирикова››5°°. Верной соратницей Григория Ивановича Шелихова, стояв- шего у истоков Российско-Американской компании, стала его жена Наталья Алексеевна. В 1 775 г. она в возрасте 13-14 лет вышла замуж за 26-летнего рыльского купца Г.И . Шелихова, перебравшегося в поисках деловой удачи из-под Курска в Вос- точную Сибирь. До сих пор исследователи гадают, какова же была ее девичья фамилия: то ли Кожевина, то ли Трапезнико- ва5°1. За 20 лет совместной жизни у супругов Шелиховых по- явились десять детей, но четверо из них скончались в младен- честве (уровень детской смертности тогда был довольно высок). О трогательной заботе Натальи Алексеевны к детям свидетель- ствуют строки из ее писем мужу: « ...О Вашинке весьма печа- люсь и не знаю, как ево беречь от воспы, потому что здесь хо- дит сердитая на детей воспа... »; « .. .просит Вас Сасинька одно сережечки маленки золотые... и Васинька всегда твердит; "Куда, маменька, тятенька уехал, меня, бедного, оставил...”»; « .. .Васинька у нас бегает и просит Вас сапогов модных петер- бургских, шляпу модную, чюлок толковых и на бекешу при- твор золотой» . Не обходилось и без вполне естественных для 390
*%®%«°<@®%®@%°%*®%®% молодой женщины личных просьб: купить в Петербурге «на голову хороших модных уборов, как там носят, и две нитки самого лучшаго и крупного жемчугу, да табакерку хорошень- кую››; «шелку итальянского, самого лучшаго, разных цветов для шитья»; «перчаток женских шелковых, большой плат бу- мажный, турецкой››; «страусиных перьев››; «шляпок модных, последней моды, бархатных, французских с золотыми кистя- ми и перьями»б°2. Но не только семейные заботы составляли круг интересов сибирской купчихи. Как отметил Шелихов в своем рапорте о путешествии к берегам Северной Америки, начавшемся в 1 783 г. из Охотска, жена «со мною следовать и все терпеть труд- ности похотела, и двумя детьми» 5°3 . Молодой женщине, да еще с малолетними детьми на руках, пришлось тогда пережить не- мало испытаний: двухдневный шторм в Охотском море в са- мом начале плавания, тяжелую зимовку на острове Беринга, где путешественники страдали от цинги. На обратном пути из Охотска в Иркутск ей приходилось перемещаться на собачьих упряжках, ночевать в снегу. Позже, когда муж на все лето уез- жал из дома в Охотск, где занимался снаряжением торгово- промь1словых экспедиций, Наталья Алексеевна ведала его пе- репиской, информировала о торговой конъюнктуре, порой сама проводила переговоры с партнерами, принимала деловые ре- шения и отчеты приказчиков. После смерти супруга в 1795 г. большинство приказчиков и прочих служащих компании Г.И . Шелихова признали Наталью Алексеевну законной на- следницей всего состояния покойного мужа и выразили жела- ние продолжить службу под ее руководством. И она, надо ска- зать, оправдала их надежды, сумев, несмотря на различные слухи, претензии других купцов и происки конкурентов, удер- жать бразды правления в руках своей семьи. Наталья Алексе- евна сумела при помощи Н.Н. Демидова передать фавориту Екатерины ІІ графу П.А . Зубову челобитную на имя императ- рицы с просьбой предоставить ей все права по управлению де- лами усопшего мужа. К прошению она приложила своего рода завещание Григория Ивановича, которое, по словам вдовы, было продиктовано им и записано дочерью Анной: «И как жена моя, сопутствующая мне в морском вояже для приобретения имения и поспешествующая в воспитании детей моих и содер- 391
за «%°%«<›@°%®®€%°%*® Ж&НИИ ДОМУ МОЄГО, ЗЗСЛУЖИВЗЄТ ВСЮ МОЮ К НЄЙ СПРЗВЄДЛИВУЮ довереность... ›› 10 ноября 1797 г. император Павел І подписал указ о возведении «вдовы и детей гражданина Шелихова за заслуги мужа и отца их в дворянское достоинство с предостав- лением им права вести торговлю» . Наталья Алексеевна умер- ла в 1810 г. в возрасте всего 48 лет и была похоронена в Москве на кладбище Донского монастыря5°4. Ее зять, великоустюж- ский купец Михаил Матвеевич Булдаков (впоследствии член- корреспондент Российской академии наук, надворный совет- ник), занимавшийся скупкой и перепродажей пушнины, стал одним из главных директоров Российско-Американской ком- пании, учрежденной в 1799 г. Романтический образ второго зятя Шелиховой - Н .П. Резанова, также связанного с компа- нией, запечатлен в литературе и музыке. В купеческой среде получили распространение семейные портреты, в том числе парные. 1840-ми гг . датируется семей- ный портрет купцов Косиных, принадлежащий кисти худож- ника Кучикова. В центре его за столом с чаем изображены куп- чиха и глава семейства средних лет, обнимающий любимого младшего сына-наследника, а вокруг - три дочери-невесты. В Севастопольском художественном музее экспонируется «Портрет жены негоцианта Киселева. 1841 » кисти В.А. Тро- пинина, написанный в «полупарадном» стиле. На нем изобра- жена Александра Александровна Киселева, происходившая из московской купеческой династии Карзинкиных, которая сла- вилась не только своими капиталами, но и благотворительнос- тью и меценатством. В их доме можно было нередко встретить поклонников искусства и живописцев, в том числе и Тропини- на. Возможно, художник немного идеализировал героиню, похожую скорее на светскую даму из аристократической, а не из торгово-предпринимательской среды. Им прекрасно выпи- сана фактура ткани ее открытого черного платья с оборками и красной драпировки. Открытое лицо, пухловатые щеки с лег- ким румянцем, мягкий взгляд серых глаз, плавность очерта- ний рук - все это подчеркивает природную доброту женщи- ны. В Ивановском музее находится более позднее авторское повторение портрета А.А . Киселевой (1843) и парный к нему портрет ее мужа, богатого шуйского купца Д.Д. Киселева. С ни- ми резко контрастирует портрет неизвестной ржевской купчи- 392
в-Ъ*8% *4-:4*? <:%®%«<>%°%®@°%«® " " женной в хи кисти (1821), пожилои суровои женщины, изобра старинной русской одежде и по характеру, очевидно, близкой Кабанихе из пьесы Островского «Гроза» . Неприятной внешностью и отвратительным характером Анна Михайловна Зевакина (урожд. Вишнякова) из Москвы, унаследовавшая от мужа ювелирное дело, также напоминала Кабаниху. « Онадержала всех в ежовых рукавицах, не исклю- чая взрослых, давно женатых сыновей, - вспоминал купец Н.П. Вишняков. - Ее внуки, которых коснулось веяние воль- номыслия, называли бабушку втихомолку “феодальной систе- мой”»5°5. Строгая и властная бабушка постоянно их в чем-то уличала: прежде всего, в редком посещении богослужений и в неуважении к старшим. Что ж были и такие купчихи, чей вдо- вий удел, ответственность за детей и торговое дело, словом, роль главы семьи не лучшим образом влияли на их и без того тяже- лый характер, способствуя формированию гипертрофирован- ной властности и даже самодурства. Все это могло проявиться как у патриархально настроенных, так и у европеизированных женщин (модниц, любителей современной литературы и теат- ралок) из купеческой среды. Но среди тех и других были и очень приятные в общении особы - радушные хозяйки, умевшие поддержать светский разговор. В ноябре 1862 г. император Александр ІІ прибыл в перво- престольную. На царский выход в Большом Кремлевском двор- це собрались виднейшие представители всех сословий. В Анд- реевском зале ожидало дворянство, в Георгиевском - военные, во Владимирском - купечество, от имени которого царя при- ветствовал московский городской голова Михаил Леонтьевич Королев с хлебом-солью на серебряном блюде работы ювелира Саликова. Александр ІІ благосклонно принял подношение, передал поднос адъютанту и, обращаясь к Королеву, спросил: -Как твоя фамилия? - Благодарение Господу, благополучно, Ваше величество, только хозяйка малость занедужила. В свите произошло некоторое замешательство, но Алек- сандр ІІ быстро сообразил, что купец понял слово «фамилия» в его старинном значении «семья». _ Ну, кланяйся ей, - улыбнулся он и вдруг добавил: - Да скажи, что я со своей хозяйкой приеду ее проведать. . . 393
Эти слова мгновенно облетели Владимирский зал, ошеломив присутствующих. Но еще более была ошеломлена Москва, ког- да 4 декабря 1862 г. на глазах сбежавшейся толпы царские сани и впрямь остановились у подъезда дома Михаила Леонтьеви- ча Королева на Лужнецкой улице в Замоскворечье. Царь долго и запросто беседовал с купцами, а царица Мария Александ- ровна в гостиной пила чай, поданный ей смущенной Татья- ной Андреевной Королевой - супругой городского головы5°°. Это примечательное для купечества событие запечатлено не- известным художником на двух картинах, выполненных по заказу М.Л . Королева, который устроил в ознаменование вы- сочайшего посещения торжественный обед для высших госу- дарственных сановников. Оно привлекло внимание российской прессы того времени. А вот московская купчиха Прасковья Ильинична Медын- цева, имевшая несколько домовладений, оценивавшихся в 283 930 рублей, а также другие ценности, сильно злоупотреб- ляла алкоголем, и в мае 1870 г. над ней по заявлению мужа и сына учредили опеку, ограничив в ежемесячных тратах 500- 600 рублями. Недееспособностью слабовольной женщины су- мела воспользоваться мошенница аристократического проис- хождения, основательница Покровской общины сестер мило- сердия, игуменья Митрофания (в миру - баронесса Прасковья Розен), пообещав ей с помощью высокопоставленных покро- вителей отменить опеку. Действительной целью действий игу- меньи стали капиталы Медынцевой, которая безропотно под- писывала чистые листы, превращавшиеся Митрофанией в дол- говые обязательства, которые были датированы задним числом временем до учреждения опеки. Оставалось теперь предъявить расписки к оплате и подсчитывать полученные обманным пу- тем барыши. К тому же Медынцева завещала Покровской об- щине всю свою недвижимость. Но дело дошло в 1 774 г. до суда, и афера матушки Митрофании вскрылась. Этот сюжет исполь- зовал А.Н . Островский при написании пьесы «Волки и овцы»5°7. Некоторые из купцов и в ХІХ в. продолжали следовать сред- невековым заветам: «Хорошую женщину следует любить, слу- жить ей и воздавать должное, однако и ей не открывать всех сво- их дел» (Пословицы и поучения заточника из Бари. ХІІІ в.)5°$. 394
%®%®°<ї9Ё®%*°@°%®%®%: Но порой коммерсанты привлекали своих жен к торговым пред- приятиям. По утвержденному 1 января 1863 г. «Положению о пошлинах за право торговли и других промыслов» (согласно примечанию к статье 21), жены купцов могли получать как купеческие, так и промысловые свидетельства, «не иначе, как по предъявлению ими письменного удостоверения о согласии на то их мужей»5°9. Костромской купец Михаил Николаевич Чумаков, который время от времени записывал наиболее примечательные собы- тия в своей «памятной книжке» , несколько раз ездил в июле на Нижегородскую ярмарку торговать табачными изделиями вместе с женой Варварой Дмитриевной, причем в 1850 г. она в тот момент была беременной (родившийся в декабре их сыно- чек вскоре умер), а в 1853 г. супруги отправились в путь через несколько дней после кончины от холеры двух малолетних до- черей51°. Сохранился на специальной актовой бумаге « Билет. Дан из Нижегородской Ярмарочной конторы московскому куп- цу Егору Саввичу Судакову с женою Александрою Алексеевс- юй, на занятие в ярмарку тысяча восемьсот семьдесят седьмо- го года лавки в Нижегородском Шляпном ряду лит. В . и Г. под Ме 11-м для торга шляпами, картузами и шапками» . Дабы обеспечить свою жизнь, коему-кому из овдовевших и обедневших купчих приходилось сдавать дома либо кормить- ся трудом своих рук (пошивом одежды и т.д.) . Столичное ку- печеское общество систематически выделяло финансовую по- мощь купеческим вдовам и дочерям: в 1899 г. ее получили 141 человек, ав 1911 г. - 1 6 4. К примеру, вдове купцаА.И. Яшу- мовой на протяжении 25 лет ежегодно выделялось 60 рублейыї. Для ХІХ - начала ХХ в. можно привести немало приме- ров, когда овдовевшие жены купцов, оставшиеся после смер- ти кормильца с малолетними детьми либо без них, сами запи- сывались в купеческие гильдии. В Списке лиц, имеющих право участвовать в городских выборах в Калуге в 1875 г. на основании 1 7 -й статьи Городово- го положения от 16 июля 187 0 г., числились особы женского пола из купеческой среды, обладавшие недвижимостью или торговым заведением, в частности: потомственные почетные гражданки, купчихи 1-й гильдии Глафира Дмитриевна и Ели- завета Андреевна Фалеевы, купчихи 2-й гильдии Анна Нико- 395
Д лаевна и Ольга Андреевна Кадмины, купеческая вдова Елиза- вета Алексеевна Астреева, наследственная почетная граждан- ка Анна Федоровна Кожевникова (всего 6 из 66 избирателей первого разряда, женщины фигурировали и среди избирателей второго разряда)512. Но это право носило сугубо формальный характер: согласно Городовому положению 187 0 г., вместо женщин в выборах могли участвовать их доверенные лица- мужчины, а в Городовом положении 1892 г. еще более четко регламентировалось, что лица женского пола пользуются из- бирательным правом не лично, но лишь при посредничестве родственников из числа мужчин, получивших от них соответ- ствующие доверенностит. И хотя император Александр І в 1871 г. разрешил принимать женщин на государственную службу, России тогда еще было далеко до подлинной женской эмансипации. Несмотря на половую дискриминацию, отнюдь не все ку- печеские жены и вдовы ограничивали свою жизнь лишь домаш- ними заботами. Продолжив после смерти мужа его предпри- нимательское дело, купчиха 2-й гильдии А.П. Павлухина в 1902 г. построила трехэтажный корпус для обойной фабрики на Большом проспекте Васильевского острова, а в 1908 г. вме- сте с сыновьями учредила торговый дом (полное товарищество) «Д.П . Павлухин» с капиталом 10 тыс. рублей. Всего ей при- надлежали в Петербурге 12 специализированных магазинов, и проживала она отдельно от сыновейш. В 1865 г. в составе 2-й гильдии санкт-петербургского купечества числились 14 женщин-предпринимателей, владевших в основном пред- приятиями легкой промышленности. На 1898 г. из 583 русских и иностранных членов 1-й гильдии столицы империи насчи- тывалась лишь 31 женщина (в том числе: 12 - православных, 5 - лютеранок, 13 - иудеек, 1 - представительница рефор- матской церкви)515. Но ни одна из них не состояла на службе по выборам купеческого общества. У модниц дореволюционной Москвы пользовался попу- лярностью « Магазин дамских мод и платья» Анны Кохнэ, рас- полагавшийсяуКрасных мостов. На одной из раскрашен- ных литографий Р.К. Жуковского (1843) изображены купчи- ха и приказчик, зазывающий покупателей в хозяйскую лав- ку Мз 20 Гостиного двора. Торговое дело московского купца 396
<ї@@°%®°<@%®%*›°<ї#Ё°%З>®®%°% В.Л . Королева, проживавшего в собственном доме в Якиман- ской части, в приходе церкви Казанской Божий Матери, и умершего в сравнительно молодом возрасте, продолжила его супруга Мария Васильевна (родилась в 1819 г.), также состо- явшая в 1-й гильдии. Пелагея Ивановна Лосева являлась со- владелицей торгового дома «Братья Л. и М. Лосевы» , занимав- шегося торговлей текстильными и колониальными товарами. Правда, в наследство от мужа ей достались не только паи Това- рищества Собинской мануфактуры на сумму 585 000 рублей, но и солидный долг в 712 000 рублей (банковский кредит по залогу). Александра Ивановна Коншина, скончавшаяся в 1914 г. , завещала около 6 млн рублей на постройку и содержа- ние разного рода филантропических заведений (дома призре- ния увечных воинов в Москве, дома матери и ребенка на своей даче в Петровском парке, больницы, богадельни, приюта для сирот в Серпухове)51“. После смерти С.И. Карзинкина, главы чаеторговой фир- мы «Ивана Карзинкина наследник и К°›› и директора товари- щества Ярославской Большой мануфактуры, его вдова Юлия Матвеевна (1850 - ок. 1915), получив в 1887 г. свидетельство первогильдейской купчихи, владела четырьмя лавками в Москве (в том числе известным кондитерским магазином на углу Армянского переулка и Покровки), торговала чаем и са- харом, занималась благотворительностью. В своем имении в с. Троицком-Лыкове Московского уезда Ю.М. Карзинкина устроила амбулаторию и богадельню, которой сама и заведо- вала. Происходившая из поморского купеческого рода Бажени- ных, Еликонида Никифоровна вышла замуж за купца В.Н. Лат- кина (1809-186 7), члена Вольного экономического и Русско- го географического обществ, страстного поборника разработ- ки природных богатства Сибири и особенно Печорского края. Правда, большинство из его деловых начинаний закончились плачевно, и перед смертью Латкин испытывал значительные финансовые трудности. Его вдове пришлось переехать из про- сторного дома в более дешевую съемную квартиру, распродать часть имущества. Проживая в Петербурге, Латкины поддер- живали дружеское общение с семьей коммерсанта Генриха Шлимана (русские именовали его Андреем Аристовичем), чьей 397
первой женой была Екатерина Петровна (урожденная Лыжи- на), также вышедшая из купеческой среды. Сохранилась часть переписки овдовевшей Е.Н. Латкиной со Шлиманом, который к тому времени покинул Россию, оста- вив супругу, и совершил сенсационные археологические от- крытия на месте легендарной Трои и в Микенах. Вот строки из нескольких писем Еликониды Никифоровны Шлиману: «Вы вспомнили обо мне, достойнейший Андрей Аристович, так высоко поставленный Вашей известностью во всей Европе и России, приобретенною Вашим великим умом и неутомимы- ми трудами деятельности, и славу, и богатство, и не забыли еще Вашу старую знакомую старушку, и память Ваша для меня драгоценна, которой я горжусь теперь» (17 декабря 1879 г.); «Помоги Вам Бог еще более приобрести все, чего Вы желаете, и если бы я могла иметь эту дорогую книгу Вашего сочинения о Трое, как была бы счастлива... » (23 апреля 1880 г.); «Милос- тивый Государь многоуважаемый Андрей Аристович, прино- шу Вам мою глубокую и искреннейшую благодарность за при- сланную Вами книгу (Илион. Лондон, 1881. - В.П.), хотя она на английском языке, не доступна для меня в настоящее вре- мя, но я постараюсь ее устроить доступною. Этот предмет дара Вашего хранить буду как святыню... » (30 января 1881 г.)51". В наивно-трогательных посланиях одной из своих дочерей Серафиме эта достойнейшая женщина, не получившая система- тического образования, интересовалась ее здоровьем, спраши- вала о соблюдении православных обрядов, делилась жизненным опытом. Еще одним адресатом Е.Н . Латкиной в 187 2-1895 гг. был- известный композитор М.А . Балакирев, человек крайне отзывчивый, сам стесненный в средствах, но нередко оказы- вавший обедневшей вдове всяческую поддержку и даже финан- совую помощь. Благодаря за проявленное внимание, она как- то назвала его «добрейшим другом человечества»518. Известный художник Александр Бенуа, кажется, не совсем объективно характеризует в мемуарах жену богатого астра- ханского купца-рыбопромышленника А.А. Сапожникова, на чьей дочери Марии был женат его брат архитектор Леонтий: «Нина Александровна Сапожникова была одной из тех сумас- бродных русских барынь, которая без толку и без смысла со- рила деньгами по всей Европе, польщенная, что ее в отелях и в 398
курортах величают “прэнсесс”. Нелепая во всем, она претен- довала на очень высокий ранг в обществе, на нестареющую молодость и на неотразимую прельстительность. Как следствие того, за ней волочился целый хвост разных авантюристов, не- престанно куривших вокруг нее фимиам лести и клянчивших у нее всякие подачки. Этот ее специфический образ жизни и был причиной того, что Сапожниковы несколько раз оказыва- лись на самом краю разорения и спасало их лишь то, что каж- дый раз на их дело накладывалась “администрация”. Держа- ла себя Нина Александровна несколько надменно, а это я уже никак не мог выносить, а тем паче со стороны “какой-то куп- чихи", хотя бы она была миллионершей и щеголяла брилли- антами и жемчугами невиданной величины (Ей между прочим принадлежали два колоссальной величины (но, увы, желтой воды) бриллианта, которые были выставлены в Париже на Все- мирной Выставке 1900 г. (уже после ее смерти) ювелиром Бу- шерон в отдельной витрине.). Нина Александровна, после смер- ти мужа (в конце восьмидесятых годов), получившая полную свободу, пошла так дурить, что ее от времени до времени при- ходилось брать под опеку. Окружив себя штатом фаворитов и приживалок, она металась-из Парижа в Астрахань, из Петер- бурга в Ниццу, слывя всюду за русскую богачку, проигрывая десятки тысяч рублей в Монте-Карло, заказывая себе, дочерям и внучкам бесчисленные платья у самых дорогих парижских портных. У своих родственников, Альбрехтов, она приобрела их имение под Ямбургом Котлы с великолепным барским до- мом и необъятным лесом, в Париже она купила на Шан Элизэ роскошно обставленный особняк одной из львиц Второй Им- перии - маркизы Паивы, в Ницце она заново отделала свою роскошную виллу и расширила сады, в Астрахани ,в почтен- ном родовом доме, она принялась все переиначивать на новый лад. Если бы она прожила еще год или два, то состояние Са- пожниковых пошло бы окончательно прахом, - но тут она и окончила свою бесшабашную и безвкусную жизнь, далеко еще не будучи дряхлой старухой. Года два ушли затем на то, чтобы снова привести дела в порядок, расплатиться с долгами и лик- видировать все ненужное -- (в том числе и особняк Паивы), после чего обе семьи ее дочерей Марии Бенуа и Ольги Мейснер зажили в довольстве и в спокойствии»519. 399
ооооо А кое-кто из купчих ревностно придерживался старооб- рядчества. Одна из таких колоритных деловых женщин ~ Анна Васильевна Мараева (1845-1 928), проживая в Серпухо- ве, собирала старинные иконы и рукописные книги (в том чис- ле «Пустозерский сборник» с рисунками и автографом «Жи- тия» протопопа Аввакума), построила на свои средства камен- ный храм с колокольней для серпуховских староверов-федосе- евцев. На основе ее собрания и в ее же доме после Октябрьской революции организовали Серпуховской историко-художе- ственный музей. Умерла же Мараева в бедности, претерпев в последние годы жизни немало лишенийт. Видный общественный деятель одного из течений старооб- рядчества (беглопоповцев), крупнейший нижегородский хле- боторговец, владелец многочисленных мельниц Поволжья Николай Александрович Бугров (1837 -1911), передал боль- шую часть своего состояния младшей сестре Зиновии. В моло- дости во время пожара сгорело ее богатое приданое, в чем де- вушка из старообрядческой семьи увидела какой-то рок судь- бы, и, будучи внешне привлекательной, любила красиво оде- ваться, но ни разу не вышла замуж. Как и брат, она активно занималась благотворительностьюш . На дочерей зажиточных купцов и рано овдовевших куп- чих заглядывались приказчики, мечтавшие о собственном деле. На Ножевой линии Гостиного двора Москвы молодые купчихи предпочитали до появления пассажей покупать мод- ные товары, галантерею. Молодцеватые московские приказчи- ки, одетые по последней моде, хорошо показаны в старой ко- медии-водевиле «Жених из Ножевой линии» . Происходивший из удельных крестьян, приказчик Алексей Лохматов, персо- наж из романа Мельникова-Печерского «В лесах ›› , сумел завое- вать сердце и капиталы купеческой вдовы, покинувшей ради молодого мужчины старообрядческий скит. До конца ХІХ в. разводы, разрешения на которые давались только с санкции Святейшего Синода, являлись довольно ред- ким явлением в купеческой среде. Конфликты между супру- гами конечно же случались, не всегда получая огласку, но, по мнению Е.А. Зуевой, «не были нормой в семейных отношени- ях сибирского купечества»522. В течение двух лет по разным инстанциям (Красноярское духовное управление, Тобольская 400
*&@®%®°*@0%®<>€%°% духовная консистория, Синод) ходило в конце ХУІІІ в. проше- ние члена 3-й гильдии из Красноярска Федора Токарева о раз- воде с неверной и пьющей женойт. В русской художественной литературе ХІХ в. купчихам явно не повезло, и почерпнуть негативные и субъективные представления о них можно не только из пьес А.Н . Островско- го. Темными красками их нередко изображают и писатели, и мемуаристы. Раскроем повесть Н. Морского (Н.К. Лебедева) «Аристок- ратия Гостиного Двора. Картины нравов» , изданную в Петер- бурге в 187 9 г. Перед нами предстает целая вереница в боль- шинстве своем не очень привлекательных (в моральном отно- шении и по характеру) женских особ из торгово-предпринима- тельской среды, обрисованных весьма критически и даже с сарказмом. Мадам Гущина - «светлое украшение петербург- ских коммерческих гостиных» . Над этой дамой, чей супруг, будучи членом музыкального общества, «дарил и осыпал зо- лотом разных певцов и певиц» , в петербургском обществе «сме- ялись, ее осуждали, но тон задаваемых ею празднеств, ее обе- ды и балы, ее экипажи, платья и весь домашний режим воз- буждали тайную во всех зависть». В салоне Гущиной можно было встретить князей, баронов, адвокатов, художников, пи- сателей, артистов. Купеческая вдова Параша Конотопова оде- валась «как невеста» и днями скучала в огромном двухэтаж- ном каменном доме, не зная, что делать и куда податься. Вот еще одна жена миллионщика Марья Гавриловна Тестова, от- личавшаяся набожностью, но вместе с тем решительно отка- завшая венским светилам медицины, которые предлагали ей поддерживать жизнеспособность пораженного тяжким ин- сультом мужа. Еще до прихода в гостиничный номер врачей она, вместо того чтобы хоть как-то облегчить страдания обре- ченного ею на немедленный уход из жизни супруга, спешно изъяла все деловые бумаги и заранее запланировала три пани- хиды по еще не скончавшемуся главе семьи. Ее племянница Палаша успешно вела семейный бизнес, зорко наблюдая за порядком в доставшемся от умершего мужа магазине. Приведенные выше материалы о жизни русских купчих Нового времени отражают разнообразие их характеров. Наря- ду с общими, типичными (забота о муже и детях, домашнем 401
\1& 1 6%? Ч:~Ґ «дн* «'1» ., . хозяйстве, набожность), в женских образах проступают и субъективные черты. Кто-то придерживался традиционных устоев быта, а кто-то вслед за дворянством испытал на себе влия- ние европеизации. На последних во многом похожи и совре- менные бизнес-чготеп. Одни женщины из купеческой среды отличались бережливостью и даже скопидомством, другие (та- ких, естественно, было гораздо меньше) «славились» мотов- ством и расточительностью. Словом, их нельзя стричь под одну гребенку, показывая лишь положительные либо только отри- цательные черты. Поверьте, жизненная палитра и в этой сфе- ре в действительности оказалась многоцветной. Образ русских купчих заслуживает объективной, взвешенной характеристи- ки. И не стоит во всем безоглядно доверяться дореволюцион- ным писателям и мемуаристам, их односторонние оценки не- редко пристрастны.
А ты, любезнейший, ступай с миром и впредь не пытайся судить о чужой жизни, пока толком не узнаешь ее. Из «Римсних деяний». ХІІІ в. Я не питала отвращения к купцам, но считала, что если уж купец - так пусть будет похож на барина, хотела ..., чтобы его ремесло не было написано у него на физиономии. Д. Дефо. Молль Флендерс купвчвство Российской импвгии гпАзАми совввмвнников По-разному относились к купечеству в обществе. Особенно не повезло ему в русской литературе ХІХ в., где чаще всего купец показан в отрицательном свете. «И положительные, и Отрицательные герои Островского вращаются исключительно В области личных вопросов, личных или, в лучшем случае, “семейных” столкновений, - писал в 1913 г. П. Берлин. - ТУт не единого признака и ни единого проблеска, не говоря уже Об общечеловеческой справедливости и солидарности, даже Своей классовой или сословной. Тут непробудным сном спят не только общечеловеческие, но и купеческие идеалы, тут нет Понятия не только о человеческой справедливости, но даже о К0Ммерческой честности» . Вот его характеристика еще одного 403
:%°%«°®%°%°%@°%«°€%®% классика русской литературы: «У Щедрина нарисованы мно- гочисленные представители буржуазии, - один другого страш- нее. Перед ними самодуры Островского сущие “мальчишки и щенки". Самодуры Островского хищничали и дурили в тесном кругу семьи и прилавка. У Щедрина буржуазия хозяйничает уже по всей России и прибирает к своим рукам все нацио- нальные богатства»524. От классиков не отставали в очернении купечества и литераторы рангом пониже. Сергей Атава в эле- гии «Оскудение» писал о кабатчиках Луповых и купцах Поду- гольниковых, вытеснивших дворян, не признававших газет, жур- налов, гравюр, роялей и чистого белья и вместо всего этого пред- почитавших вонючую солонину, водку и позеленевший самовар. Но далеко не всегда характеристика купеческого сословия отличается объективностью, нередко она выглядит односторон- не, поверхностно. Прислушавшись к голосам эпохи, попыта- емся сравнить на примере нескольких материалов внутренние и внешние оценки купечества Российской империи ХУІІІ - начала ХХ в. Внутренние оценки Переводчик и публицист Роман Максимович Цебриков (1763-1817) не был коммерсантом, но в период обучения в Лейпцигском университете в 17 79-17 85 гг. вращался в кру- гу иностранных и русских купцов, помогая им в деловых опе- рациях. Вернувшись в Петербург, он по поручению президен- та Коммерц-коллегии графа А.Р. Воронцова составил краткое «Рассуждение о производимой в саксонском городе Лейпциге русскими купцами торговле», фрагмент которой предлагает- ся вниманию читателей: «Выгода города Лейпцига в разсуждении ярмарок в том еще состоит, что первая бывает вскоре после Пасхи весною, в кото- рое время наиболее голландские, английские и колониальные товары привозимы бывают, а вторая в первых числах октяб- ря, так именуемая Михайловская, и гораздо уже против пер- вой выгоднее, ибо к сему времени несравненно большее при- возится количество товаров по причине подоспевающих из 404
@°%°%®%*°°%®°%°%« Америки и Восточной Индии свежих как первоначальных про- дуктов, так и разных изделий тамошних сторон света. Бывает еще и третия в генваре месяце ярманка вскоре после Новаго года, но она скуднее против двух первых и количеством това- ров, и числом занимающихся торговыми промыслами, и на оную не приезжают купцы из дальных мест, как-то из Фран- ции, Австрии, Венгрии, Греции, Италии, Константинополя и других иностранных государств, кроме из Польши и прочих ближних к Лейпцигу мест. Таковая выгода в разсуждении времени, для купеческих оборотов весьма нужнаго и стечение великаго числа купцов из разных отдаленных мест и государств, служат первым пред- метом и вниманием нашего купечества, которое на первые две ярмарки приезжает для продажи иногда там своих пушных товаров разнаго рода воска, чаю, юфти, рыбьяго клею. Наш сухим путем привозимый чай несравненно там лучше приво- зимаго морем из Голландии и Англии, и потому в великом на- ходится уважении, но его привозят туда не слишком в боль- шем количестве. Я только сии товары там видел. Но более для покупки чужестранных товаров следующих: ситцу, полусит- цу и разной доброты бумажных платков, от коих последних, по собственному их признанию, имеют они в России малую прибыль или почти и никакой, поелику таковыя московских фабрик изделия в наружной красоте ни в чем оным не уступа- ют, шелковых товаров. Малороссийские купцы покупают сии товары для того, что де извоз их не много стоит, и деньги за них безубыточно вручать могут. Московские же, напротив, покупают довольное количество шелковых товаров в разсуждении большаго оным в великорос- сийских городах расхода и прочности, против делаемых в Мос- кве превосходнейшей, саксонских белых как полотнянных, так и бумажных разных товаров, продаваемых у нас с нема- лою прибылью, хотя за них всегда должно платить наличныя деньги и в кредит никогда получить их не можно. Таковых же аглинских, но потоньше, продаваемых в наших местах не весь- ма уже завидным барышем, но та выгода, что можно их поку- пать на кредит. Шерстяных саксонских и других окрестных мест товаров, вывозимых оттуда в Россию с великою выгодою, 405
%°%«0<ё%<>%«°»%°%®@°% олатя, однако, за оные наличныя деньги. Сукон в самом малом количестве там покупаемых, напротив, из Бреславля очень много вывозимых. Полтавская компания, именовавшаяся прежде золотою и гонявшая в Силезию на продажу стада рога- той скотыны, выписывает теперь чрез Лейпциг из голландских фабрик много сукон и полотна, а из Лиона, славящагося мно- гочисленными фабриками французскаго города, также знат- ное количество всяких шелковых товаров и парчей, что все доставляется в Лейпциг, где она по расчету, получивши их в свои руки, отправляет в Россию. Сверх того, купечество наше закупает немало галантерей- ных вещей, как-то золотых и серебренных часов, пряжек, склаважей, браслетов, табакерок, зеркал разной величины, много различных женских уборов и всяких других для поко- ев мебелей дорогой цены, каковые товары идут более в Вели- короссию чем в Малороссию и Украину. Весьма знатная сум- ма денег употребляется на покупку известной саксонской фарфоровой посуды, и платят вдвое, втрое и более против обыкновенной цены за сделание по заказу полных сервизов и других к роскоши служащих фарфоровых вещей, как-то ваз, фигур, изображающих разные предметы и проч. Нередко слу- чается покупать тамо нашим купцам лисыцы красные швед- ские и черные американские, куницы, бобры и другие пуш- ные товары, кои они, по их словам, провозят на Кахту для обмена их на китайские товары, получая от того себя нарочи- тую прибыль. Для закупаемых в Лейпциге нашими купцами товаров, не привозят они туда из России своих продуктов, чтоб оными за- менять могли (Л ист 28) те суммы, на кои забирают они вновь товаров, почему и должны недостаток сей дополнять собствен- ными деньгами, переводимых посредством голландских и ан- глийских векселей. Таковым переводом денег, как известно, они теряют иногда очень много, смотря по курсу низкому или по обстоятельствам, крайне для них невыгодным. Случалось также видеть мне у некоторых из наших купцов по тысячи ста- рых серебренных рублей и более, на которые, однако, там про- мен не очень прибыточен. В Польше же, как от них самих слыхал, дают по пятнадца- ти копеек на рубль промену. Таким образом, не может быть 406
«%°%°-%°%«°%°%*° тамо выгоднаго баланса по торговле со стороны нашего купе- чества. Притом надобно еще заметить, что наши купцы редко с выгодою продавать там могут свои товары, а особливо пуш- ные, И часто остаются в накладе, а иногда претерпевают и ве- ликий изъян <. . .> . А как руские купцы, получая на кредит товары у немец- ких, подписываются по-руски на векселях, написанных по- немецки, той в таковых случаях по незнанию рускаго купца, что в векселе написано, а равно и по незнанию толмача, что нашим купцом подписано (наши же купцы при подписании векселя всегда и срок для памяти словами прописывают) про- исходят важныя недоразумения, великия споры и вред для нашего купечества, ибо я для перевода нередко имел в своих, руках таковыя вексели, что немец написал на шесть месяцов сроком, а русской, по словам толмача, подписал на год. Да ина- че нашим купцам и изварачиваются в деньгах не можно, как токмо в год для заплаты за кредит в Лейпциге, приняв во ува- жение время на провоз товаров в Россию нужное на продажу оных, болшею частию также на кредит. И что руские купцы всегда токмо один раз в год туда приезжать могут и действи- тельно единожды только в год приезжают. Поелику при вывозе товаров из Лейпцига надлежит пла- тить в магистрат транзитную или провозную пошлину, кото- рая, впрочем, может быть весьма умеренна, потому что всяко- му вольно показать вывозных товаров на какую угодно сумму, да и магистрат, не желая стеснять свободы коммерции, не при- казывает осмотрщикам входить в подробности при показани- ях количества таковых товаров, то и тут наши купцы, не буду- чи в состоянии по незнанию тамошняго языка исполнять сами хлопоты сии, вверяются своим толмачам, кои лишают их иног- да и тысячей, как я о сем нечаянно проведал. Просить же о ис- полнении сего дела другаго человека справедливаго не отважн- ваются наши купцы для того, чтобы сколько-нибудь не откры- лось о количестве купленных ими товаров. Вообще наши куп- цы очень друг перед другом в том таятся, чего между немцами я не приметил. Сверх того, немало они сами себе вредят, про- давая в одном городе или на одной ярмарке привезенные из чужих краев товары не по одинаковой цене <...>, а сие самое приводит немецких купцов в сомнение и заставляет их при 407
@®%°%°%З>®@%<>%«®*%<>%« продаже товаров ставить на удачу большия цены, так что, еже- ли наш купец платил им исправно пять или шесть раз данные уже седьмой раз (Лист 29 ) немцом на кредит товары, буде бы за оные и не было впредь заплачено или бы купец наш сделал- ся банкрутом, почти уже ему окупились прежними дорогими ценами. В самом деле таковыми непомерными ценами доведе- ны некоторые из наших купцов, не хочу сказать до совершен- наго разорения и банкрутства, но до такой почти крайности, что не будучи в состоянии выручить соразмерной взятым на кредит товарам суммы, не приезжают уже по невозможности удовлетворить своих кредиторов и на ярмарки в Лейпциге, например, Масляников из Добрянки, Логунов из Елисаветгра- да, Дмитревич и Белоглазое из Киева, Тихонов и Дегтярев из Путивля, Хлапонин из Курса, Татаринов из Москвы, как сам о себе сказывал и прочие из других мест, что случилось в мою там бытность. Есть ли принять в разсуждение сумму вывозимых нашими купцами оттуда товаров, гораздо за милион талеров простира- ющуюся в одну только ярмарку, ибо и на другую приезжают другие уже купцы, и сравнить с тем привозимые для продажи наши продукты, то не можно не жалеть о таковом к ущербу нашей торговли служащем баланс и не желать, чтобы купе- чество наше было поосторожнее- и между собою согласные. На таковой конец тамошнее купечество весьма часто внушало мне, чтобы я уговаривал наших туда приезжающих купцов завести порядочную кантору и определить особаго человека, могущаго производить как корреспонденцию с обеих сторон, так и оставляемые в Лейпциге ими товары продавать заблаго- временно, и который бы всегда находился лично при подписа- нии векселей и при заключении контрактов на поставляемые с обеих сторон товары или на заказываемые в срок другия ка- кия вещи, говоря что им весьма уже наскучили произходящия часто от недоразумений споры и разныя неудовольствия. Хотя притом по-видимому и стремилась их цель к тому, чтоб себя обезпечить когда российских продуктов будет там лежать в большом количестве и потому можно бы было давать безопас- нее на кредит нашим купцам свои товары. Но нельзя и того не приметить, чтобы здесь не видна была с нашей стороны польза, ибо вместо того, что купцы наши при- 408
%®%®°%°%°*%®%«®%®%: ехав туда не вовремя на ярмарку с товарами, стараются поско- рее сбыть их с рук, могут они складывать их в сохранное место и поручить надежному человеку до будущей ярмарки, которой тогда, по неприбытию еще новых товаров, мог бы их по край- ней мере продать за сходную цену, поелику французы приез- жают .в Лейпциг для покупки пушных товаров всегда почти впредь за две недели до открытия настоящей ярмарки. И так- же уезжают оттуда заранее по своим другим расчетам, как на- против наши едва поспевают приездом своим по открытии яр- марки. И хотя я им многократно представлял, каким образом произходит там наивьігоднее продажа пушных товаров и в ка- кое именно время, только всегда от них слышал, что невозмож- но им заранее высылать туда своих товаров по причине разно- временных ярмарок, на коих они скупают те товары, и что при всей поспешности их едва и в таковое время товары свои туда доставлять могут. Но изследование представленных ими на сие доказательств и причин, отчасти справедливых, требует напи- сания многих листов бумаги. В пятилетнее мое в Лейпциге пребывание, занимаясь про- должением наук и обращаясь между тем в комерческих делах, доставлявших мне довольное содержание, имел я щастие при- обресть себе как от тамошняго, так (Лист 30) и российскаго купечества доверенность, при которой стараясь сколь можно проникнуть в торговые обороты, весьма ощутительно я приме- тил, что производство оных со стороны российских купцов тре- бует великой расторопности. Усердствуя соотечественникам моим, предостерегал их во многих случаях от убытков, чем они очень довольны были. Но не могу скрыть и того, что сами они по большой части были причиною невыгодам своим от взаим- ной недоверчивости и несогласия. . . » 525 *** Мемуары известного предпринимателя В.П. Рябушинско- го впервые были опубликованы в 1951 г. эмигрантском жур- нале «День русского ребенка» в Сан-Франциско, США: «Было где-то написано, что история кавалерии - история ее генералов, и с не меньшим основанием можно сказать, что история экономики - это история ее вождей. Нередко прихо- 409
€%<>%®0*%°%«®<®%°%«°%®%« дится слышать, как две науки объявляются никчемными: ме- теорология и политическая экономия - ничего-де они не предсказывают и ничего не объясняют. Конечно, это неправ- да, вернее преувеличение: до метеорологии нам здесь дела нет, а неудовлетворительность многих работ по политической эко- номии в значительной степени зависит как раз от пренебреже- ния к человеческому материалу в экономической жизни. Прав- да, рабочими с легкой руки социалистов, занимаются, но од- носторонне, а хозяевами - очень мало, да и то, превращая их в какую-то однородную массу, из которой извлекается для на- учных операций некий средний субъект вроде пудоаршина - обыкновенно очень несимпатичный субъект. Что же касается до экономической деятельности, то в кни- гах она превращается нередко в какой-то беспроигрышный трафарет. Один молодой московский купец как-то жаловался: “Все они теорию прибыли и прибавочную стоимость разбира- ют, а хотя бы кто-нибудь из ученых мужей догадался книгу о теории убытка написать; разобрали бы “убавочную” стоимость, чай и такая есть, ведь убыток рядом с барышом лежит". < ...> Начну с общих соображений. Почти все без исключения видные московские купеческие фамилии - крестьянского про- исхождения. Основатели - дети владимирских, ярославских, калужских, костромских и иных мужиков. Для хода вверх нужнабыла наличность двух последовательных талантливых поколений (отца и сыновей) и, конечно, Божие благословение, теперь сказали бы удача, выгодная конъюнктура и другие ум- ные слова. Отцы же наши говорили: “Аще не Господь созиж- дет дом, всуе трудишася зиждущим”. Но не нужно думать, что благословение Божие только в бо- гатстве: когда в богатстве, а когда в бедности. Многих из нас когда-то Господь благословил богатством, а сейчас бедностью или даже нищетою. Это благословение, думается, еще выше. Рассматривая судьбы возвышавшихся купеческих родов, видим, что в большинстве случаев сын был еще талантливее, чем отец. Под талантом нужно подразумевать наличность и ума, и воли, и это в известном равновесии. Квадрат Наполеона. ЧТО МЄНЯ В І-І&ЦІИХ СТ&рИК8.Х, В ЧЗСТНОСТИ В ОТЦЄ, ПОраЖ&ЛО, это совершенно необыкновенный ум. Действительно, на три аршина под землей сидели (как это красочно и метко сказано). 410
Ґг. .`Ё1-165* **%°%°%@°%3*°@ ° Воля же выражалась наиболее выпукло в выдержка, убий- ственном хладнокровии при удаче и неудаче; как будто, все равно было, что наживать, что терять, а, конечно, было не все равно. С точки зрения экономической стратегии это очень цен- но. На бумаге оно кажется очень простым, но на практике осу- ществить это очень трудно. Помню, как я, волнуясь от плохих, продолжавшихся в течение нескольких лет дел, говорил об этом с отцом, и как он меня успокаивал, заявляя, что все это нор- мально, в течение его долгой жизни повторялось не раз и что период упадка всегда сменялся периодом процветания. Нуж- но переждать. <. ..> Действительно, на практике попробуйте даже только пос- ле 5 лет процветания заставить себя готовиться к плохим го- дам и после 5 лет плохих дел верить в хорошие года и готовить- ся к ним. Только очень большим людям это доступно. На сло- вах все об этом болтают, но слова -- одно, а ответственные ре- шения - другое. < .. .> Возвратимся теперь к нашим отцам. Кроме отсутствия па- никерства меня всегда поражала в них способность распозна- вать, часто вопреки видимости, каков корень учреждения, с которым им предлагали вступить в какие-либо деловые отно- шения. Вот это чутье, эта интуиция восхищали меня. Русско- го человека нередко упрекают в недостатке предприимчивос- ти, особенно в сравнении с англо-саксами. Дело не в этом, а в разнице характеров: англичанин в душе всегда игрок, даже если он серьезный деловой человек, а наши совсем не игроки, а очень осторожны и медлительны, решение принимают не сра- зу, выжидая, но раз оно принято, гнут линию упорно и тягуче, несмотря на неудачи. Московские купцы напоминают москов- ских первых князей, особенно Ивана Калиту. < ...> Когда какой-нибудь провинциальный купеческий род, обыкновенно, во втором или третьем поколении, достигал проч- ного имущественного благополучия и деловой известности, становился, так сказать, “именитым”, то его начинало тянуть в Москву и нередко он туда переселялся навсегда. Из Сибири и с Волги, с Кавказа и с Украины ехали в Москву именитые куп- цы, Конечно, не все, ибо и Иркутск, и Нижний, и Тифлис, и Киев, столица Украины, и Одесса - все они свое значение со- знавали, а все-таки Москва влекла к себе. 411
%®%°%®%«°€@°%@><>%°%« И что замечательно, не Петербург, а именно Москва, не- смотря на то, что в деловом отношении как финансовый центр Петербург с конца ХІХ века стал, выражаясь вульгарно, но показательно, явно “зашибать” Москву. Но в Москве купец чувствовал себя “первым человеком". Люди его класса строили церкви, больницы, богадельни, на- родные столовые, театры, собирали картины, книги, иконы, играли главную роль в городской думе и преобладали на пер- вых представлениях в театрах, на бегах и на скачках. Молодой человек какой-нибудь известной купеческой фа- милии приходил на балет в Большом театре или на первое пред- ставление в Малом и Художественном театрах, почти как в го- стиную своего родительского дома. Все свои: родные, знако- мые или знакомые знакомых. Во время антрактов он дела ви- зиты и не успевал обойти знакомые ложи»52°. *#11- А вот какие впечатления от работы «мальчиком» в обувном магазине остались от грустного нижегородского детства Алек- сея Пешкова (А.М. Горький «Мои университеты»): « Я в людях, служу “мальчиком” при магазине “модной обу- ви", на главной улице города. Мой хозяин - маленький круглый человечек; у него бурое, стертое лицо, зеленые зубы, водянисто-грязные глаза. Он кажет- ся мне слепым, и, желая убедиться в этом, я делаю гримасы. - Не криви рожу, - тихонько, но строго говорит он. Неприятно, что эти мутные глаза видят меня, и не верится, что они видят, - может быть, хозяин только догадывается, что я гримасничаю? - Я сказал - некриви рожу, - еще тише внушает он, по- чти не шевеля губами. - Не чеши рук, - ползет ко мне его сухой шепот. - Ты слу- жишь в первоклассном магазине на главной улице города, это надо помнить! Мальчик должен стоять при двери, как статуй... Кроме хозяина, в магазине торговал мой брат, Саша Яко- вов, и старший приказчик - ловкий, липкий и румяный че- ловек. Саша носил рыженький сюртучок, манишку, галстук, брюки навыпуск, был горд и не замечал меня. 412
%%®%«°@°%*°@0%®%°%* Когда дед привел меня к хозяину и просил Сашу помочь мне, поучить меня, - Саша важно нахмурился, предупреждая: - Нужно, чтоб он меня слушался! Положив руку на голову мою, дед согнул мне шею. - Слушай его, он тебя старше и по годам, и по должности... А Саша, выкатив глаза, внушил мне: - Помни, что дедушка сказал! И с первого дня начал усердно пользоваться своим старшин- ством. - Каширин, не вытаращивай зенки, - советовал ему хо- зяин. - Я - ничего-с, - отвечал Саша, наклоняя голову, но хо- зяин не отставал: - Не бычись, покупатели подумают, что ты козел... Приказчик почтительно смеялся, хозяин уродливо растя- гивал губы, Саша, багрово налившись кровью, скрывался за прилавком. Мне не нравились эти речи, я не понимал множества слов, иногда казалось, что эти люди говорят на чужом языке. Когда входила покупательница, хозяин вынимал из карма- на руку, касался усов и приклеивал на лицо свое сладостную улыбку; она, покрывая щеки его морщинами, не изменяла сле- пых глаз. Приказчик вытягивался, плотно приложив локти к бокам, а кисти их почтительно развешивал в воздухе, Саша пугливо мигал, стараясь спрятать выпученные глаза, я стоял у двери, незаметно почесывая руки, и следил за церемонией продажи. Стоя перед покупательницей на коленях, приказчик при- меряет башмак, удивительно растопырив пальцы. Руки у него трепещут, он дотрагивается до ноги женщины так осторожно, точно боится сломать ногу, а нога - толстая, похожа на бутыл- ку с покатыми плечиками, горлышком вниз. Однажды какая-то дама сказала, дрыгая ногой и поежива- ясь: - Ах, как вы щекочете... - Это-с - из вежливости, - быстро и горячо объяснил при- казчик. Было смешно смотреть, как он липнет к покупательнице, и, чтобы не смеяться, я отворачивался к двери. Но неодолимо 413
тянуло наблюдать за продажей, - уж очень забавляли меня приемы приказчика, и в то же время я думал, что никогда не сумею так вежливо растопыривать пальцы, так ловко насажи- вать башмаки на чужие ноги. Часто, бывало, хозяин уходил из магазина в маленькую комнату за прилавком и звал туда Сашу; приказчик оставался глаз на глаз с покупательницей» . Взгляд со стороны Обманщиков и плутов среди представителей торгово-пред- принимательских кругов хватало. На заре своей литератур- ной деятельности будущий баснописец И.А. Крылов издавал в 1789 г. журнал «Почта духов», в основе которого лежала переписка вездесущих невидимых существ - гномов (духов земли), сильфов (духов воздуха), ондинов (духов воды) с вол- шебником Маликульмульком. Вот о чем повествуется в на- чале 11-го письма «От гнома Зора к волшебнику Маликуль- мульку»: «На сих днях, любезный Маликульмульк, я был с моим сотоварищем у одного богатого купца, который праздновал свои имянины. Ты, может быть, удивишься, что столь знат- ный в своем роде человек, каков мой приятель, удостоил сво- им посещением торговца, но это удивление уменьшится, ког- да ты узнаешь, что он должен имяниннику по векселям шесть- десят тысяч рублев, и для того часто пляшет по его дудке. Здеш- ние заимодатели, имеющие знатных должников, имеют по большой части то одно утешение, что пользуются вольностью напиваться иногда с ними допьяна, и вместо платежа денег, получают от них учтивые поклоны и уверения о непременном их покровительстве» . Посмотрим, кто же присутствовал на этом званом купе- ческом обеде. «Имянинник, как видно, был великий хлебо- сол; он имел у себя за столом немало гостей, между коими за- нимали первое место один вельможа, человека три позолочен- ных придворных и несколько начальников сего города, да из 414
5гФ '1-"×Г $123? , Еиїбїйъ Ёъх . ~ @°%°«%°%®°@@° ~ ° её- арочно числа известных мне по своим именам, о которых я н наведался, чтоб мог тебе обстоятельнее пересказать о любо- пытном их разговоре. Были г. Припрыжкин, Рубакин - дра- гунский капитан, Тихокрадов - судья и художник Трудолю- бов... » « Стол был великолепен, - продолжает далее автор, -- и Плу- торез, так назывался имянинник, кормил всех очень обильно; веселье в обществе нашем умножалось с преумножением вина; разговоры были о разных предметах, и попеременно говорили о политике, о коммерции, о разных родах плутовствах и о про- чем» . И судья, ратовавший за смягчение наказаний за всякого рода махинации, советует хозяину направить четырнадцати- летнего сына не на торговую, а на чиновничью стезю, ибо « стат- ский человек может производить торг своими решениями точ- но так же, как и купец, с тою токмо разницею, что один прода- ет свои товары по известным ценам на аршины или на фунты, а другой измеряет продажное правосудие собственным своим размером и продает его, сообразуясь со стечением обстоя- тельств, смотря притом на количество приращения своего бо- гатства»52". Итак, не только в купеческом мире, но и в обще- стве в целом все продается и покупается. Посему не стоит осуж- дать одних лишь коммерсантов. ' Позднее Крылов напишет басню «Купец» , герой которой советует племяннику сбывать гнилое сукно за хорошее англий- ское, наставляя его: «Торгуй по-моему, так будешь не внакла- де››. Впрочем, в проигрыше оказался на этот раз сам плутова- тый коммерсант. Один из покупателей всучил ему фальшивую ассигнацию. Баснописец завершает свое сатирическое произ- ведение следующими словами: Обманут! Обманул купец: в том дива нет; Но если кто на свет Повыше лавок взглянет, - Увидит, что и там на ту же стать идет; Почти у всех во всем один расчет: Кого кто лучше подведет И кто кого хитрей обманет. 415
9? 1-_; -г жоеаожожїажожожо Интересная характеристика московского купечества пред- реформенной эпохи содержится в очерке П. Вистенгофа: «Три рода купцов в Москве: один носит бороду, другой ее бреет, а третий только подстригает. Высшая степень обра'зова- ния в купце подразумевается тогда, когда он бреет бороду; низ- шая - когда он ее носит, да еще занимается ею и гордится, оказывая явное негодование обритым; подстригающие состав- ляют переход от последних к первым. Само собой разумеется, что часто борода бывает так умна и знает так хорошо коммер- ческие обороты, что проведет десять обритых подбородков... . .. Московские купцы богомольны, держат строго посты и живут большею частию в своих семействах. Они очень любят хорошие барыши от торговли, чай, пиво, еды; при оказии шам- панское, а преимущественно лошадей и дородных своих жен. Жены не щадят белил и румян для того, чтобы приправить личико; они любят, уважают и боятся мужей своих, большей частию сидят дома, занимаются хозяйством, а в свободное от занятий время забавляются грызением орехов, кушаньем раз- ного рода вареньев, мармелада, моченых яблок с брусникою, употреблением разных домашних наливочек, пива и произво- дят чрезвычайно обильное распивание чаев. Они большей час- тию бывают дамы полновесные, с лицами круглыми, бело-си- ними; у них руки толстые, ноги жирные, губы пухлые, зубы черные. Жена ходит по-русскому в платке, когда муж с боро- дою, и в чепце или в шляпке, когда муж бороду бреет или даже и тогда, когда он ее только подстригает. Дочек учат русской грамоте, иных даже французскому наречию и приседать - что значит - танцеванию... Купеческие сыновья отличаются своим повиновением к ро- дителям, но заметно, что бреющие бороду и говорящие по-фран- цузски, имеют более других наклонность к мотовству, празд- ношатанию и разным шалостям. Многие из них стремятся в дворяне и для того вступают в военную службу или, поступая в университет, идут потом по гражданской части. Купеческие дети очень скромных, но зажиточных родителей иногда отли- чаются своим неистовством на московских загородных гуля- 416
ниях, где в кругу гуляк, с бокалами шампанского, они прислу- шиваются к диким песням московских цыган; к ним присо- единяются дети мелких торговцев, иногда сидельцы, и часто барыши, приобретенные в течение нескольких месяцев, унич- тожаются при одной жестокой попойке; тут обыкновенно бро- сают и тратят деньги без всякого расчета, единственно из од- ного самолюбия»528. Немало интересных заметок о жизни провинциального ку- печества Ярославской губернии сделал видный славянофил Иван Сергеевич Аксаков (1823-1886). 3 сентября 1849 г. И .С. Аксаков писал родным из Рыбин- ска: «На нынешней неделе был я на четырех купеческих обе- дах. Во вторник 30-го августа был зван на пирог к одному куп- цу первой гильдии и почетному гражданину Александру Алек- сеевичу Попову. Это старинный купеческий род, который в первой гильдии записан уже лет 70. Впрочем, Попов вовсе не из первостатейных богачей. Он очень порядочный человек, не без образования; ходит хоть и в немецком платье, но добр и благотворителен больше, чем прочие рыбинские дородные бо- родачи. Он был именинник, а потому и созвал всех на пирог, т.е. на обед же, только не совсем полный. Дать же настоящий обед он не мог, потому что другой купец, Наумов, бывший на- кануне, 29-го августа именинником, по случаю постного дня (усекновение главы Иоанна), созвал всех к себе на обед 30-го. Итак в 12-м часу был завтрак или почти что обед у Попова, а в два часа обед у купца второй гильдии Ивана Андреевича Нау- мова, богача страшного, немножко раскольника, наружности самой простой. В тот день растворились ворота, которые запер- ты почти круглый год, и отперты верхние, парадные покои, всегда пустые и запертые. Русский, т.е. настоящий купец, наи- тщеславнейшее создание, никогда не роскошествует для себя собственно, а только для показа другим. От того такое непри- ятное впечатление и производят роскошные убранства комнат. Эта чистота, эта неизмятость мебели, все это свидетельствует Вам, что комнаты не жилые. Разумеется также, что все это без- вкусно; мебель, выписанная и Петербурга, обитая штофом, без 417 14 - 6968 Псрхавко
ЬГА. 3%? @<>%«®@®%°@ пружин; задние спинки или ножки стульев, словом, где не очень видно, - все это подкрашено. Часа два сряду, не торо- пясь, собираются гости; все это чинно, скучно, холодно. Нако- нец садятся все за обед, который продолжается часа два или три. Хозяин не садится, а беспрестанно обходит гостей и пот- чует вином. Тут вы говорите, что хотите: он не отвяжется, а повторяет: пожалуйте, с легким произношением на о (как во- обще в Ярославской губернии). Вы говорите ему тысячи при- чин, почему вы отказываетесь от вина, доказываете, что после сладкого кислое не годится и пр. и пр. Он выслушивает терпе- ливо, а как скоро кончите, говорит опять: пожалуйте; нечего делать, с досадою подставляешь бокал. Разумеется, что во вре- мя обеда главную роль играет стерлядь. Каждый из дающих обеды старается превзойти друг друга в величине и достоин- стве стерляди. Шекснинские стерляди действительно, говорят, лучшие. - После обеда остаются очень недолго: для дворян и для некоторых из купцов есть особая коморка, где курят. Пе- ред самым отъездом непременно заставляют опять выпить по бокалу. Это называется здесь почему-то: посошок. У Наумова после обеда даже вышла хозяйка (лет 50-ти), с лицом, испор- ченным от употребления белил и румян в молодости; она тоже высыпала гостям весь скудный запас купеческих приветствий: “пожалуйте, покорно просим садиться, благодарствуйте, про- сим быть знакомыми", и опять “пожалуйте”, раз 15. Наконец, после поклонов, приветствий и поклонов, вырываешься вон, на чистый воздух... А отказаться нельзя, особенно важному чиновнику; почтут за величайшую обиду. Это служба в своем роде. На этом обеде замечательно было то, что подле меня си- дел седой старик, с длинною, седою бородою, также купец пер- вой гильдии и почетный гражданин, Федор Ильич Тюменцев, раскольник. Против него сидел сын его, в немецком платье, во фраке, с бритою бородою. Зато отец его на петлице своего зи- пуна или длиннополого кафтана (но вовсе не сюртука) носит крест, исходатайствованный ему графом Клейнмихелем, перед которым он подличал бесстыдно. Оба хороши, но эти горазда умнее... » Еще одно письмо его отправлено из Мышкина 12 июня 1850 г.: 418
« ...Вот Мологский голова выдал дочь свою замуж за сына Мышкинского головы, по уговору с отцом, а молодые люди друг друга и в глаза не видывали и не слыхивали друг о друге. И жи- вут счастливо, т.е . какое же это счастье, это покойное прозяба- ние, - живут хорошо, потому что нет больших требований: сала не ест, чернил не пьет, как говорится по-немецки, дети являются в срок, выторговать копейку на рынке умеет, набож- на по заведению... Ничего другого не спрашивается. . . Оно и луч- ше: мужья большею частью в отлучках и в разъездах по тор- говле, и эта разлука не тяжела, тем более, что дома жены под надзором свекровей, да и по образу их жизни не встречается искушений... Бесспорно все это очень хорошо, и нравственный домашний быт наших купцов заслуживает похвалы, но нельзя не сознаться, что эта нравственность без борьбы, вера - без сомнений, жизнь без стремлений. Борьба, стремления, сомне- ния, вопросы, старые, но живущие слова - вы ничего не раз- решаете, ни к чему не приводите, разве только к горю и разла- ду, - но да пусть будет так. - Все это так пришлось к слову, тем более, что, упомянув о русском браке, я вспомнил, что ви- дел вчера у головы эту молодую и прекрасную собой женщину, которая так бесцеремонно (по моим, а не по их понятиям) вы- дана. Вспомнил я также про другую молодую купчиху, зачах- шую от немилого брака... но этот последний случай - такая неслыханная редкость, что не образумил купцов. Нельзя себе представить, до какого страшного деспотизма доходит власть отца в купеческом быту и не только отца, но вообще старшего в семье! Им большею частию и не приходит в голову, чтоб у млад- ших могли быть свои хотения и взгляды, а младшим не при- ходит в голову и мысль о возможности сопротивления. Все это, разумеется, переходит даже границы, назначенные Церковью, которая при браке спрашивает о согласии самих венчающихся. Все это мне рассказывал очень подробно один купец в Моло- ге. - Кстати уж о купцах. Сами они, как мужчины, довольно развиты в своих понятиях торговлею, разъездами, деятельною жизнью, а некоторые пошли и дальше книжными занятия- ми, - но женское воспитание у них в большом пренебрежении. Впрочем, теперь вздумали они давать воспитание, но такое, которое ведет только к худшему. В большей части богатых до- 419
*/гг* .;- *%°%°€%°%*°*@° ких вос мов вы найдете гувернанток из столичных и губернс - питательных домов. Чему учат эти гувернантки, это Бог знает, потому что сами они преплохо выучены, но главная их обязанность - учить танцам и вообще манерам; а музыке и вообще искусствам очень немногие учат, да и охоты к чтению никакой не внушают. Я здесь, впрочем, убедил одну купчиху учить дочерей своих музыке, растолковав ей, что это занятие во сто раз чище, лучше и домосидчивее, нежели умение танце- вать. Вообще желательно было бы, чтобы купцы давали своим дочерям надлежащее образование, дабы они в свою очередь не нуждались для детей своих в гувернантках, а воспитывали их сами... » В письме родным из Любима от 1 июля 1850 г. И.С . Акса- ков отмечал: «Здесь есть обычай, что жители, т.е. купчихи и мещанки сходятся по праздничным вечерам на площадь или лучше на зеленый луг: купчихи чинно прохаживаются, а мещанки (за- мужние и девицы) и даже мещане чинно ведут хороводы. Я не раз хотел идти на это сборище, но заметив, что при появлении моем перестают петь, что купчихи вытягивают нижние губы, чтобы засвидетельствовать предо мною свое презрение к этому низкому мещанскому удовольствию, что все это начинает же- маниться, - я уже не стал ходить туда» . На двухдневной ярмарке в Любиме Аксаков «увидал свя- щенника с крестом, святой водой и причтом; он пробирался в каждую лавчонку, шалаш, палатку, подлезал под каждый на- вес, давая целовать крест пьяному торговцу и собирая таким образом деньги»529. ігіг* Вот что написано о торговом мире первопрестольной сере- дины 1880-х гг . в мемуарах известного историка А.А . Кизевет- тера, приехавшего тогда из провинциального Оренбурга в Мос- кву с целью поступления в Московский университет: «Бок о бок с старозаветным дворянством стояло в тогдаш- ней Москве и старозаветное купечество. Подобно Поварской "и Пречистенке, и Замоскворечье еще довольно твердо держалось 420
<Ѕ%®%°%°%*®%°%:®@®%« своего материка. “Титов Титычей” можно еще было наблюдать живьем и опять-таки не в положении каких-нибудь окамене- лостей, застывших словно муха в янтаре, а в положении жи- вой социальной силы, налагавшей свой отпечаток на строение текущей действительности. Это уже после, на моих глазах, вместе с телефонами и автомобилями вышел на сцену новый купец, “джентльмен”, меценат, политический фрондер, биб- лиофил, декадент. В середине 80-х годов этот общественный тип только еще выпочковывался, только еще назревал в каких- то потаенных складках жизненной ткани. А на виду стояли мо- гикане Замоскворечья в стиле комедий Островского. На дири- жирующую роль в общественной жизни они не претендовали, по-старинке вели свои торгово-промышленные предприятия, ни о какой политической фронде даже в самой глубине своего духа не помышляли и ограничивали свои отношения к носите- лям власти тем, что беспрекословно открывали неограничен- ный кредит патриархально воеводствовавшему на Москве ге- нерал-губернатору кн. Долгорукову. Это старозаветное купечество и в высших, и в низших сво- их слоях было тогда глубоко консервативно. Яркое выражение получал этот консерватизм в отношениях Охотного ряда к его территориальному соседу - университету. Охотный ряд, круп- нейший московский рынок, и университет - это были тогда Рим и Карфаген. Уже много позднее, как раз когда представи- тели крупного модернизированного купечества стали заводить у себя политические салоны и мечтать о конституции, необхо- димой для экономического прогресса, охотнорядцы начали сочувствовать студенческим демонстрациям, или, как их на- зывали тогда, “студенческим историям”, и, кажется, главным источником этих симпатий охотнорядцев к студенческим при- теснениям и вымогательствам полиции. Но в середине 80-х годов охотнорядцы еще неукоснитель- но пребывали в уверенности, что “господа” бунтуют против на- чальства за то, что царь отменил крепостное право. И как толь- ко вспыхивали студенческие волнения, охотнорядцы рвались в бой и засучивали рукава. Когда я приехал на жительство в Москву, студенческие мансарды были еще полны живых вос- поминаний о незадолго перед тем происшедшей “битве под 421
Дрезденом” . Состояла она в том, что близ гостиницы “Дрезден” охотнорядцы произвели грандиозное побоище студентов, выс- тупивших с политической демонстрацией. В этот дворянско-купеческий старозаветный жизненный уклад клином врезалась передовая интеллигентная Москва... » ”° -Ігіг* Писатель-демократ Г.И. Успенский дал характеристику мелких торговых агентов крупных предприятий: « “Мелкий агент крупных предприятий” и “чернорабочий”, появившиеся на Руси одновременно с развитием крупных тор- гово-промышленных операций, причем первых появились сот- ни тысяч, а вторых - миллионы, совершенно изменили как внешний вид, так и внутренний смысл и вообще весь строй и тон жизни наших сел, деревень и городов, и изменили их не в привлекательном смысле... В прежнее время куль хлеба, положенный на телегу или в сани в помещичьем имении и отвезенный мужиками в город к купцу, здесь же у купца в амбаре большей частью и оканчивал свою биографию и уже в крайнем случае оказывался в Москве. Помещик, мужик и купец - вот все агенты и факторы хлеб- ной торговли в старину; мужик пахал, сеял, косил, молотил, возил - словом, совершал один сотни таких дел, которые в настоящее время, при расширении хлебной операции, совер- шаются уже сотнями рук. Теперешний купец не в городе, даже не в Москве, а в Берлине и Лондоне, и прежде чем теперешний куль доберется с базара какой-нибудь станицы до загранично- го корабля, он пройдет через сотни рук, получающих средства к жизни только от прикосновения к нему и имеющих по отно- шению к этому кулю какую-нибудь мельчайшую, специальную обязанность, отнимающую все время и поглощающую всю ум- ственную деятельность. В настоящее время количество наро- да, томящегося около куля хлеба на пространстве, которое он пройдет от базара до корабля, до такой степени велико и раз- нообразно, что цена куля, оказавшегося на заграничном паро- ходе, как высчитали мне знатоки, вырастает на пять рублей, по грошу, по полкопейки, по гривеннику, разбирается массою 422
за :@°%°<ї@@°%°@°%®<> народа, который живет этими копейками и который за эти ко- пейки и гривенники должен всю жизнь торчать около какой- нибудь частички дела, посвящая ему свое внимание» 531. *** О скупщиках и атмосфере скупка хорошо написал В.Г. Ко- роленко: « Обстановка скупки придумана как бы нарочно для того, чтобы во всяком стороннем человеке вызвать жуткое чувство. Темная нора, прилавок, трепетный огонек сального огарка в фонаре, освещающий фигуру за прилавком, и напряженные лица кустарей, напирающих с улицы. Скупщик одет в теп- лой шубе, кустари дрожат от пронизывающего ветра. Он сдер- жан, холоден, спокоен, - они взволнованы. Он развертывает образцы и равнодушно отодвигает одни, назначает цену за другие. Соответственно с этим на физиономиях мастеров сме- няются выражения: надежды у тех, кто подходит, - страха у тех, чьи образцы в руках скупщика, - вражды на лицах отходящих... “Вот паук, раскинувший свою сеть у входа в пе- щеру", - невольно приходит в голову при виде этого челове- ка, сидящего у фонаря за прилавком в середине загорожен- ного входа. Но с другой стороны, - если бы скупщик не засветил се- годня своего огня, многие кустари впали бы в уныние. Если бы не вышло их трое или четверо, уныние достигло бы значитель- ных размеров. Если бы не появился ни один, все Павлово при- нуждено было бы голодать целую неделю и, пожалуй, прекра- тить работу за недостатком материала. Итак, выходя, он оказывает этой толпе благодеяние. Он ску- пит эти замки и ножи, а отсюда, из его подвалов, они разой- дутся по всему белому свету, попадут в Турцию, и в Персию, и на далекие недоступные рынки неведомых стран Средней Азии. Он здесь не один. Рядом, вдоль улицы и в переулках, горят такие же огни, идут те же разговоры. Он знает, что все его сосе- ди будут сбивать цену до той степени, до какой только масса будет поддаваться. И он должен не отставать от соседей, иначе его товар выйдет дороже, и Москва возьмет у других... 423
*%°%*>0~*%°%ё*°:%°%жЁ><>%<>%» - Рука, что ли, Иван Иваныч? - и кустарь кидает образ- цы на прилавок. Скупщик медленно разворачивает и равнодушно отодвига- ет товар. - Не рука. Может быть, он и мог бы взять этот товар, но ему нужно укрепить свое положение и расшатать положение другой сто- роны. Для него отодвинутые образцы - несколько гривенни- ков барыша, для кустаря, работавшего их целую неделю, это новая неделя сравнительной обеспеченности или голода»532.
Алтыном воюют, алтыном торгуют, а без алтына горюют. Почин купцу дороже денег. Русские народные пословицы Ш ОБРАЗ ТОРГОВОГО ЧЕЛОВЕКА В РУССКОМ ФОІІЬКІІОРЕ Тема отражения в русском эпосе торговли и образа купече- ства до сих пор находится вне поля зрения историков и фольк- лористов. В литературе можно встретить лишь отдельные част- ные наблюдения, касающиеся данной проблематикит. Наи- более привлекательным для исследователей стал былинный герой Садкош. Между тем истоки устных былин (старин), пе- Ргдававшихся из поколения в поколение народными сказите- Лями и записанных в Х)/'ІІ-ХХ вв., восходят к далеким вре- Менам Средневековья и отражают кое-какие реалии торгового быта даже древнерусской эпохи. Реконструировав социокуль- '1`Урный портрет старинного русского купечества на основе обоб- щения и анализа письменных источников, рассмотрим, в ка- К0й же степени он соответствует образу торгового человека, Сложившемуся в народном фольклоре. 425
@®%«°@<>%*>0%°%®®%®%Ѕ* В русском эпосе запечатлелась связь кое-кого из богатырей с купечеством, а гостей - с богатырским миром. Богатырь Добрыня Никитич, согласно былинам, происходил из Рязани (по иной, менее распространенной версии - из Казани), из се- мьи богатого гостят. Но жизнь его связана не с родным горо- дом. В былине «О Добрыне Микитьевиче» герой после приклю- чений просит: ' Ой вы гости, вы гости, корабельщики, Увезите меня в стольный Киев-град, Довезите к родимой матушкеш. Кстати, фольклорная торгово-купеческая терминология несколько отличается от терминов, использовавшихся в пись- менной литературе и официальном делопроизводстве. Только в произведениях устного народного творчества можно встре- тить упоминания о «гостях-корабельщиках» , «купцах-гос- тях», «купцах торговых», «гостях торговых»53". Зачем же сказителям былин понадобилось давать такие двойные определения, как «купцы-гости» и «купцы торго- вые»? Дело в том, что к ХУІ в. в официальном делопроизвод- стве наименование «купец» утвердилось в ином, чем прежде, значении. С конца ХУ в. в актах и законодательных памятни- ках Московского государства (Белозерской уставной грамоте 1488 г., Белозерской таможенной грамоте 1497 г., Судебнике 1550 г., Соборном Уложении 1649 г. и др.) термином «купец» стали также обозначать любого покупателя товаров и недви- жимости538.- В конце Х\/`- начале ХУІІІ в. термин «купец» имел два значения: 1) профессиональный торговец (в летописях, исторических повестях и сказаниях, агиографических сочине- ниях, художественной литературе); 2) покупатель в сочетании с антонимом «продавец» , что характерно для законодательных и актовых источников. И это второе значение слова «купец» вошло с конца ХУ в., прежде всего, в таможенное делопроиз- водство, а затем и в законодательные документы по одной про- стой причине: в лексике русского языка до ХУІІІ в. отсутство- вало существительное «покупатель» , хотя и употреблялся ряд других слов, образованных от корня куп при помощи пристав- ки по- (покуп в значении «купля, покупка» - с ХІІ--ХІІІ вв., 426
«%°%«°%°%@:°*@°%«®<*@°% покупати или покупити - с ХІІІ в., покупочный - с ХУІ в., покупка - с Х)/'ІІ в.53° В результате ко второй половине ХУ в. созрела почва для внедрения в язык законодательных памят- ников и актовых документов антонимической пары «купец - продавец» . Впервые она появилась в Белозерской уставной гра- моте 1488 г.: «А кого изымают, хто поедет за озеро или кто уч- нет торговати по волостем и по монастырем белозерьским, и они с купца возмут два рубля, а с продавца возмут два рубля, рубль наместником, а рубль таможником. А что у них будет товару, у купца и у продавца, и тот товар у них емлют тамож- ники на великого князя, а их дают на поруце наместник и та- можник, да ставят перед великим князем»54°. Это же положе- ние о купце (как покупателе) и продавце имеется в Белозерской таможенной грамоте 1497 г.541 В противном случае, одного из участников любой торговой сделки пришлось бы обозначать словосочетанием «человек купивший» либо «покупающий че- ловек» , что было не очень удобно. В различных актовых документах ХУІ-ХУІІ вв. за поня- тием «купец» , как правило, скрывается не профессиональный торговец, а вообще покупатель, в том числе земли, скота. В та- моженных уставных грамотах (с ХУІ в.) и книгах ХУІІ в. (Во- логды за 1634-1635 гг. и др.) «купцами» записывали покупа- телей товара, а их контрагентов - «продавцами»“2. Такая тер- минологическая практика первоначально сохранялась и в де- лопроизводстве петровской эпохиш. Еще И.Т . Посошков в «Книге о скудости и богатстве», именуя профессиональных торговцев «купецкими людьми» (либо в собирательном смыс- ле - «купечеством»), по-прежнему обозначал покупателя сло- вом «купец››°“. Лишь к середине ХУІІІ в. в делопроизводстве купцами стали обозначать, прежде всего, профессиональных торговцев, входивших в купеческое сословие. А до этого ска- зителям на протяжении ХУ1-ХУІІ вв. приходилось подчерки- вать принадлежность былинных персонажей-купцов к миру торговцев-профессионалов. Что же касается «гостей-корабельщиков» и «гостей торго- вых» , то эти былинные словообразования могли появиться как до, так и после 1728 г., когда прекратили существование ста- рые привилегированные купеческие корпорации, включавшие гостей и членов Гостиной сотни°4°. На протяжении последую- 427
<їнЁ<>%«°%°%«°«%°€%°%®- щих десятилетий ХУІІІ в. термины «гость» , «гостиный сын» , «гостиный сын» применительно к купечеству уходят из упот- ребления, под словом «гость» стали подразумевать лишь чело- века, пришедшего (приехавшего) в гости. Но и ранее требова- лось как-то различать просто гостей и гостей-купцов. В одной из былин Катерину Микуличну, жену Добрыни Никитича, якобы погибшего на Куликовом поле, сватают «за того ли гостя торгового, за того ли Алешу Поповича» 54". Киев- ский богатырь Иван Годенович просит князя Владимира, Илью Муромца, Алешу Поповича, Добрыню Никитича и Василия Казимерского: Съездите вы во Чернигов-град, Съездите вы на широкий двор Ко тому ко Митрею купцу Митреевичу, Посватайтесь Настасью Митреевишну! » И богатыри вместе с князем Владимиром, прискакав в Чернигов, Воходили во светлую светлицу, В тое палату белокаменну, Поклон- ведут по-ученому, И сами говорят таковы слова: - Здравствуй, Митрей, гость-купец! Ш. Между тем самые ранние летописные свидетельства о бе- локаменных купеческих палатах на Руси относятся к концу ХУ в. , когда в Московском Кремле их возвели гости Таракан и ставшие великокняжескими казначеями Ховрины, а более массовое строительство жилых домов из камня и кирпича бо- гатыми купцами развернулось в городах России (особенно в Москве, Пскове, Новгороде Великом) только с Х)/ІІ в. 548 В былине «Иван Гостиный сын» герой, проявляя удаль мо- лодецкую, лихо скачет на своем коне от Киева до Черниговат. По-видимому, в былинах сохранились отголоски тех далеких времен, когда древнерусский воин-дружинник порой выступал в роли торгового человека, сбытчика излишков данибы. Согласно одной из версий, новгородский гусляр Садко до того, как стал богатым купцом, гулял по Волге 12 лет подобно речным пиратам-ушкуйникамш. По мнению В.Н. Путилова, 428
в былинном образе Садко, полностью вымышленного персона- жа, не имеющего исторического прототипа, «запечатлелись характерные черты новгородского общества ХІІ-ХУ веков»; в нем также чувствуется «богатырское начало - только выра- жается оно не в воинских подвигах» , «в нем преломилась вера людей Древней Руси в наличие таинственной власти над чело- веком и в то, что человек, поступая правильно, пройдет свою жизнь достойно»552. Когда в Киев приплывают тридцать кораблей «славнова гостя богатова», «молода Соловья сына Будимеровича», он « подносит князю свое дороги подарочки: сорок сороков черных соболей, второе сорок бурнастых лисиц; княгине поднес кам- ку белохрущетую » 553. А князь Владимир предлагает ему для про- живания «дворы княженецкия, <. ..> боярския, <.. .> и дворян- ския» . Багрецовыми сукнами и другими ценными заморскими товарами полон дом былинного героя Дюка Степановичаш. Купеческое происхождение имеют еще два богатырских персонажа русского народного эпоса: « Суровец богатырь, Суз- далец, богатого гостя Заморенин сын» и Чурила Пленкович, сын старого Пленка Сароженина. Составитель «Толкового сло- варя живого великорусского языка» В.И. Даль застал употреб- ление в сфере торговли таких ныне мало кому понятных тер- минов, как «суровской (сурожской) товар» , «суровской (сурож- ской) ряд» . Реже использовалось слово « сурога» , обозначавшее купца, торговавшего в розницу «суровским» (т.е . шелковым) товаром. Слово «сурожский » давно проникло в русский язык: с ХІУ в. летописцы называют Азовское море (иногда вместе с Черным) Сурожским и упоминают о пребывании в Москве с 1357 г. гостей-сурожан. Этот специфический термин происхо- дит от русского названия «Сурож» когда-то знаменитого тор- гового центра Крыма - Судака (так называли город восточные люди), или древней Сугдеи (Солдайи). В купеческой среде Мос- квы во второй половине ХІУ в. выделилось привилегирован- ное объединение гостей-сурожан, привозивших дорогой шелк, красители, ковры, пряности и прочие экзотические товары из Сурожа (совр. Судака), Кафы (Феодосии), Константинополя, Малой Азии и даже далекой Италии. Они получали большие прибыли и пользовались значительными привилегиями. Древ- 429
%°%З>°®@°%°%°%*0«@®%« нейшее упоминание об их пребывании в Московском княже- стве Рогожский летописец приводит под 1357 г.: «А на Моск- ву приходил посол силен из Орды Ирыньчеи на Сурожане››“55. В Никоновской летописи это событие записано под 1356 г. в ином варианте: «Того же лета прииде на Москву изо Орды Ирынчей и с ним гости-сурожане » 556. По более достоверной вер- сии Рогожского летописца, золотоордынский посол приходил в Москву с жалобой на действия сурожан. Очевидно, далеко не последнюю роль в возвышении гостей-сурожан сыграло выпол- нение ими дипломатических и торговых поручений москов- ских великих князей и родовитого боярства, весьма заинте- ресованных в сбыте излишков своих натуральных доходов в обмен на дорогостоящие заморские товары. Сурожанами их называли только в летописных источниках, а в актовых до- кументах Московской Руси ХІУ-ХУ вв. они обычно именова- лись гостями. Гости-сурожане были весьма заинтересованы в сохранении хороших отношений и с золотоордынскими влас- тями, и с итальянской (а с 1475 г. - турецкой) администраци- ей Кафы. Образ удачливого и предприимчивого купца, торговавше- го с Сурожем, надолго запечатлелся в памяти народной. Бы- линный русский богатырь Чурила Пленкович, сын старого Пленка Сароженина (т.е. сурожанина), дарит князю Владими- ру из своих подвалов «золоту казну, сорок сороков черных со- болей, другую сорок печерских лисиц, камку белохрущету (од- ноцветную шелковую ткань. - В.П.)5"". Как видим, сказители былин, передавая их из поколения в поколение, исключитель- но точно описывали ассортимент товаров купцов-сурожан (пушнину, шелк). А.Н. Веселовский выводил имя былинного богатыря Суров- ца (именуемого так же как Сурог, Суровен) от летописного Су- рожаш. А уточнение его происхождения (Суровец-суздалец) объясняется им попросту географическим подновлением в свя- зи с созвучием с Суздалем, более известным в народном эпосе Северной Руси, чем Сурож. Поскольку в былинах преоблада- ют героические сюжеты, гость-сурожанин превратился в бога- тыря Суровца, разгромившего татарскую рать, в чем также можно увидеть историческое зерно. Ведь монголо-татары в ХІІІ в. не раз (в 1223, 1239, 1253 гг.) нападали на Судак. В от- 430
~@%°%°@°°%°%<><г%°%® личие от А.Н . Веселовского, В.Ф. Миллер, отождествив имя Суровец с именем богатыря Саура Сауровича или Ванидовича (ХУІІІ, 475), считал, что появление в былинах антропонима «Суровец» связано не с гостями-сурожанами, происходивши- ми из Сурожа, а с характерным для эпоса искажением назва- нийш. Ср . Веселовский А.Н . Богатыри Сурожцы («Южнорус- ские былины» , У); Васильевский В.Г. Русско-византийские от- рывки. Народная память запечатлела целый ряд дорогих товаров, привозившихся купцами на Русь из стран Западной Европы и Востока: «во Чернигове вина заморские, вина заморские да за- борчивые››; «шляпа сорочинская Греческой земли»; «хруща- тая камка» (шелковая ткань); «белый шемаханский шелк»; «скурлат-сукно»; «стамет» (разновидность сукна); «багрецо- вые сукна»; «зелен сафьян»; «слоновая кость» ; «скачной жем- чуг»; яхонты и прочие драгоценные камни. В былинах неред- ко упоминаются и традиционные предметы древнерусского экспорта: «дорог рыбий зуб» (моржовая кость); «соболиная шубаэ; «сорок сороков - сорок черных соболей»; меха куни- цы и лисицы; сибирский черный соболь. Один из эпических персонажей Чурила Пленкович носил «шубу ту купеческу». А вот перечень товаров, привезенных еще одним былинным героем Соловьем Будимировичем: Ишше разны-ти товары все заморские, Разны матерьи-ти были шелковые, Разны атласы были, бархаты Ише находился груз да красно золото, Находилось во грузу да чисто серебро, Ще ведь было в кораблях каменье драгоценное, Разны меха были - для зимы-то шить на шубы разные. В эпосе также подчеркивается близость торговых людей к правителю, на что уже обращалась внимание в литературе5°°. У короля Ячмана «було два гостя богатые, королевские два племенника»°°1. Купцы непременно присутствуют на велико- княжеских пирах, о чем повествуется, к примеру, в зачине бы- лины о Дунае: 431
В стольном городе во Киеве, У ласкова князя у Владимира Было пированьице, почестен пир На многих князей, на бояр, На могучиих на богатырей, На всех купцов на торговыих, На всех мужиков деревенскиих.5°2 Термин «торговые купцы» , очевидно, проник в фольклор в конце ХУ - начале Х)/ІІІ в., когда в официальных докумен- тах словом «купец» обозначали любого покупателя. В былине «Алеша Попович и Змей Тугарин» описывается такой же пир, на котором «гости купеческие» , выступая в роли поручителей в споре, дают в заклад свои кораблит. В одном из вариантов этой же былины Тугарин Змеевич, собирательный образ кото- рого олицетворяет кочевников-завоевателей, покорив Киев, взял в плен «всех купцов-гостей »5°4. Героиня былины «Михай- ло Казарин и сестра», вызволенная богатырем из татарского плена, заявляет о себе: Была я дочи гостиная, Из Волынца города из Галичья, Молода Марфа Петровична. Новгородский былинный герой Садко, разбогатев и женив- шись, возвел себе «палаты белокаменны» и сам приглашал на пир «всех своих купцей богатыих новгородскиих, . . .всех-то гос- под он своих новгородскиих»5°5. Гораздо позже, в Х)/'ІІ в., на званых обедах у патриарха и великого государя Филарета Ни- китича^(в том числе с участием царя Михаила Федоровича) можно было встретить именитых русских гостей5°°. А по на- блюдениям ученого и путешественника из Голштинии Адама Олеария, воеводы уездных городов устраивали два-три раза в год пиршества для богатых купцов с целью получения от них дорогих подарковы". Олеарий не раз упоминает также об учас- тии самых знатных торговых людейв приемах послов при цар- ском дворе и в прочих публичных церемониях в присутствии царя (например, во время праздника Входа Иисуса Христа в Иерусалим, в Вербное воскресенье) 568. 432
«%<>%«°€%°%*®«%0%*>°«%°%: Направления поездок былинных героев во многом совпада- ют с торговыми маршрутами средневековых русских купцов: от Киева, Чернигова, Великого Новгорода, Мурома, Галича до Царьграда, Корсуни, Литвы, Золотой Орды, Араратских гор, « Бухарского царства» , «Греческой земли ›› , «земли Ляховецкой » (Польши), «земли Поморянской», «Веденецкой земли» и Ин- дии. Они плавают по Волге, Днепру («Непру-реке»), Волхову (Волх-реке), Неве, Дунаю, Бело-озеру, Ладожскому озеру, озе- ру Ильмень, Балтийскому (Варяжскому), Каспийскому, Черно- му («Турецкому») морям. Часть указанной выше географичес- кой номенклатуры заимствована из Библии, многие топонимы и гидронимы проникли в народный эпос еще в домонгольскую эпоху, а некоторые (к примеру, Астрахань, Вологда, Казань, Кострома) - в ХІУ - Х)/І вв. «Веденецкой землей» , откуда, к примеру, приплывает как-то на трех черных кораблях в Киев, «во пристань во купеческу» Соловей Будимирович, сказители, очевидно, называли Венецию, а былинную «Индию» В.Б . Ви- линбахов гипотетически отождествлял не с Индостаном, о ко- тором на Руси до путешествия Афанасия Никитина существо- вали фантастические представления, а с землями поморских славян на южном побережье Балтийского моря (Венедией), где когда-то обитали праславянские племена венедов. Но по отно- шению к последнему региону в эпосе обычно традиционное его название - «земля Поморянская» («царство Поморское»). В былине «Глеб Володьевич» , содержащей отголоски древ- нерусской торговли с центром византийских владений в Кры- му - Херсонесом (летописной Корсунью), отражены, однако, торговые реалии более поздней эпохи ХІУ--ХУІІ вв., когда появилась масса различных сборов с купцов. Ее герой (в одном из былинных вариантов, записанным на Мезени, -- князь «Лев да сын Володович») отправился за синее море в Корсунь, где правила некая Маринка Кайдаловна, обложившая приезжих торговцев огромными пошлинами: Да под город подышли - взяла пошлину, На рейду зашли - да взяла пошлину, На якорь ведь встали - взела пошлину, В таможню взошли - да взела пошлину, В харчевню взошли - да за харчевен набрала, Да правила Маринка тридцать три пошлины.°°° 433
*Ґ-Ёфъ _ <:Ё.-_ » ®@°%®0€@°%®° ° В их числе фигурируют три пары рукавиц: Да трое рукавки - три ватюшки, Те за рукавки, за ватюшки Да было плочена по три тысеци рублей.“° Последняя деталь носит отнюдь не сказочный характер, а базируется на исторических реалиях. Из торгового договора Смоленска с Ригой и Готским берегом (1229) можно узнать об условиях передвижения с товарами по Касплянскому волоку, между верхним течением Днепра и Западной Двиной, где за- падноевропейские купцы должны были «тиоуну на вълъць дати роукавиць, аж бы товаръ пьревьзлъ»5". В народном фольклоре подмечена еще одна особенность организации торговли в средневековом русском городе. Гость Терентий идет в «холщовой (темной) ряд» , чтобы приобрести «холщевый (шелковый) мех»; Садко хранит рыбу на гостином дворе и там же закупает товары новгородскиет. Правда, тор- говые ряды былинные сказители почему-то упоминают толь- ко в Новгороде. До последней четверти ХУІІІ в. , когда при Ека- терине ІІ купцам в 1 782, 1 785 гг. разрешили держать лавки в своих домах, их профессиональная деятельность, не будучи тесно связанной с домашним бытом, протекала главным обра- зом на торгу, в специализированных рядах, либо на гостином дворе. Даже ценные товары они хранили не только на усадь- бах, но и в подклетах каменных патрональных купеческих храмов, являвшихся нередко центрами торговых товари- ществт. В народном эпосе сохранились воспоминания о богатых купеческих корпорациях Новгорода Великого. В былине «Сад- ко - богатый гость» говорится о таком товариществе при цер- кви Св. Николы Можайского: И будет во Нове-граде У того ли Николы Можайскова, Те мужики новгородские Сходилися на братшину Никольшину, Начинают пить канун, пива яшныя.. .“'” 434
%°%«°%°%«0@%°%«°*%®%« Герой заплатил за прием в «Никольшину братчину» пять- десят рублей, что соответствует вступительному взносу в Иван- ское объединение, функционировавшее с ХІІ в. на базе храма Св. Иоанна Предтечи на Опоках. Былинный Садко, построив на свои деньги в Новгороде три храма - «во имя Стефана-ар- хидьякона» , «во имя Сафеи Премудрыя» и «во имя Николая Можайскова» - Кресты, маковицы золотом золотил, Местны иконы вызукрашевал, Изукрашевал иконы, чистым жемчугом усадил, Царские двери вызолочевал.°"' Как тут не вспомнить о купеческих храмах, известных в Великом Новгороде по летописям и другим источникам: уже упоминавшейся выше церкви Св. Иоанна Предтечи; церкви Св. Параскевы Пятницы - покровительницы торговли, возве- денной на Торговище 1156 г. на средства заморских «гостей ››; церкви Св. Троицы, построенной в 1165 г. купцами, торговав- шими с крупным западнославянским поморским центром Ще- цином. Образы купцов из народного эпоса конечно же носят обоб- щающий характер. В полной мере им не соответствовал ни один из реальных торговых людей русского средневековья, хотя в литературе нередко ссылаются на летописное известие 1 167 г. о некоем новгородце Сотко Сытиниче - строителе храма. И в этой связи А.Н . Веселовский верно отметил: «Можно пред- ставить себе, что Сотко-Садок, спасенный на море предстатель- ством Св. Бориса и Глеба - построил им церковь, что после- дний факт летопись верно запомнила, забыв о местном чуде, которое, вращаясь в устах народа, заменило имена свв. князей более известным и популярным, особливо в Новгороде с его братчиной Никольщиной: именем св. Николы. Ему-то и стро- ит церковь былевой Садко. На этой стадии развития легенда осложнилась далее теми элементами сказки, которыми напол- нены, за выключением эпизода о Николе, дошедшие до нас былины››57°. Его мнение поддержал еще один известный рус- ский фольклорист В.Ф. Миллер, пояснивший, как в народном воображении в одном персонаже позже слились образы купца 435
%®%°«%°%«®@®%®€%®% и гусляра: «Итак, новгородское предание, составившее перво- начальную основу былины, рассказывало что-то об одном из бо- гатых новгородских торговцев ХІІ века, связавшего свое имя с сооружением каменной церкви и предпринимавшего обширные торговые обороты»5". Но далеко не сразу былинный Садко стал видным купчиной. В молодости он, будучи гусляром («гусельщи- ком»), потешал на пирах бояр и купцов и лишь позже, разбога- тев с помощью Водяного царя, приобщился к дальним торговым поездкам, приносившим большие барыши, и обзавелся семьей. На далекой сибирской р. Индигирке русские старожилы еще в ХХ в., чтобы укротить ветер, дождь, пургу и прочие не- настья, исполняли местный вариант былины «Садко» , содер- жащий, в частности, такиестроки: СЯДКО ГОСТЬ бОГ&ТЄІ-ІЬКИЙ, Он не мало по морю беговал, Ни разу морского царя не даривал, Врагу лукавому не веровал, Государю батюшке подати не плачивал...т Прежде чем отправиться к морскому царю, на, казалось бы, верную погибель, «Садко богат купец» заботится о близких, обращаясь к сотоварищам: Вы дайте бумажку скоропищатую, Чернилишко дайте с перышком, Опишите вы, братия, мои пожитки все. Которое он пишет к отцу, к матери, Которое он пишет к молодой жене, Которое он пишет к малым детушкам, Которое он пишет во божьи церкви...5"° Тот же Садко пил «зелено вино» в «царевом да большом кабаке» , но не промотал там свои богатства, в отличие от пер- сонажей былины «Встреча двух купцов в кабаке» , записанной на побережье Белого моря58°. В ней повествуется, как купече- ский сын «пропивал-то все именье родна батюшка» и побра- тался с такой же голью кабацкой, выходцем из купеческой сре- дыт. Здесь прослеживаются явные сюжетные параллели с 436
@®%°%®%*®@°%®€%®% произведениями русской демократической сатиры ХУІІ в. - «Повестью о Горе и Злосчастии» , «Повестью о Савве Грудцы- не›› . Но в отличие от героини «Повести о Карпе Сутулове» , мо- лодая жена Авдотья Ивановна из былины «Про гостя Теренти- ша», притворившись больной, в отсутствие мужа проявляет супружескую неверность и подвергается жестоким побоямт. В эпосе почему-то не осуждается поведение самих мужей, буд- то бы всегда сохранявших верность женам во время длитель- ных торговых поездок и будто бы не вступавших в сексуаль- ные отношения с другими женщинами. Былинный персонаж Таракашка (Торокан) с прозвищем татарского происхождения в ряде вариантов носит имя Васи- лий или Иван и еще одно прозвище Пустоволосьевич (Пусто- володьевич). В некоторых вариантах былины о Ваське-пьяни - це, зять Батыги, пришедшего с ратью под Киев, именуется Та- раканчиком Корабликовым, или Тараканником (Тороканом) Каранниковым, или Торокашкой Скурлатьевичем. Васька То- рокашко действует также в былине о князе Борисе Романови- че (сюжет Данилы Ловчанина), где дает князю Владимиру ко- варный совет овладеть женой князя Бориса В одном из вариантов былины царскую жену из Царьграда умыкнул для Василия Окуловича Поваренин, но, отвечая на расспросы вернувшегося домой царя Соломана, «маленьки ро- бятушка» , называют виновником гостя Таракашку: Приходил Торокашко, да гость заморенин, Приходил Торокашко да на трех кораблях; Он увез царицу за сине море!583 Такое же совмещение двух этих персонажей характерно для былины «Царь Соломан и Василий Окулович» , записанной на Мезениш. А.В. Марков обратил внимание В.Ф . Миллера на возможность сопоставления Васьки Торокашки с гостем Васи- лием Торокановым. Судивший вместе с наместником с 1519. , он мог вызвать недовольство у многих новгородцев, тем более что был для них чужаком-пришельцем из Москвы. Время сло- жения былины, в которой, по его предположению, в имени Васьки Тороканова отразилась народная память о новгород- ском купеческом старосте, московском госте-переселенце Ва- 437
см) $437 %®%°@°%°«@°%® силии Тараканове, В.Ф. Миллер ограничивал первой полови- ной Х\/'І в. , а место - Новгородом Великимш. Народные сказители подмечали нюансы как бытовой, так и торгово-купеческой терминологии. Архаизмы из ранних за- писей былин в «Сборнике Кирши Данилова» (ХУІІІ в.) в более поздних записях исчезают, уступая место модернизмам. В бы- лине о Соловье Будимировиче, например, « снаряден двор с тре- мя теремами» заменяется «хрустальным дворцом» , «высоки терема» - «высокими комнатами» , а «гость-купец» превраща- ется в «дорога гостя приезжево»“8°. При этом народные скази- тели нередко допускали преувеличения при характеристике героя, дабы подчеркнуть те или иные его черты (достаток, сме- калку, силу, храбрость и т.д .). Вот как описывается, напри- мер, усадьба богатого новгородского гостя Терентиша: У него двор на целой версте, А кругом двора железной тын, На тынинки по маковке, А есть и по земчужинке; Ворота были вальящетыя, Вереи хрустальныя, Подворотина рыбей зуб.“'“ Упоминание о железном тыне могло появиться в былине «Про Терентиша» не ранее ХУІІІ в. , когда железными ограда- ми стали окружать богатые усадьбы Петербурга и других го- родов России. А в доме этого же былинного купца стоят «печ- ка муравленая», «да кровать слоновых костей» с периною. Хотя былины и прочие произведения устного народного твор- чества были записаны в сельской местности, на окраинах Рос- сии, создавались они (судя по детализации и точности в пода- че бытовых реалий) и в городской торгово-ремесленной среде. Песни, анекдоты, поговорки Для англггчанина Ричарда Джемса под Архангельском была записана в 1619-162 0 гг. песня, ставшая откликом на смерть М.В . Скопина-Шуйского: 438
%°%°°%«®*ї@Ё°%®%°% А росплачютца гости Москвичи: «А тепере наши головы загибли, Что не стало у нас воеводы, Васильевича князя Михаила! » 588 Как видим, столичные торговые люди предстают здесь как патриоты своего Отечества, думающие об его спасении. Фольклорист П.В. Киреевский записал в Боровском уезде Калужской губернии песню о Минине и Пожарском, в кото- рой инициатор создания Второго ополчения предстает как «бо- гатый мещанин» из Нижнего Новгорода, собирающий войско только из удалых молодцев, только из купцов. Воевода князь Дмитрий Пожарский обращается в ней к ополченцам: «храбрые солдатушки, нижегородские купцы »589. Песня эта, преувеличи- вающая роль купечества, хотя в действительности ядро ополче- ния составляли дворяне и прочие служилые люди, возникла, очевидно, в городской торгово-предпринимательской среде59°. Как в старом-то было городе, Во славном и богатом Нижнем, Как ужь жил тут поживал богатый мещанин, Богатый мещанин Кузьма Сухорукий сын. Он собрал-то себе войско из удалых молодцов, Из удалых молодцов нижегородских купцов; Собравши их, он речи им взговорил: «Ох, вы гой еси товарищи, нижегородские купцы! Оставляйте вы свои домы, Покидайте ваших жен, детей, Вы продайте все ваше злато-серебро, Накупите себе вострыих копиев, Вострых копиев, булатных ножей, Выбирайте себе из князей и бояр удалова молодца, Удалова молодца воеводушку; Пойдем-ко мы сражатися За матушку за родну землю, За родну землю, за славный город Москву» . Вот еще одна дошедшая до нас песня «Как давным-давно на святои Руси» о нижегородском земском ополчении во главе с Мининым и Пожарским: 439
Лишь заслышали, лишь завидели Наш Пожарский князь с купцом Мининым, Что грозит беда каменной Москве, Что Литва нам, та Литва гордая, Проговариват с грозой дерзкою, С грозой дерзкою и поганскою, Что сулят нам те чародеины, Чародеины бесорманские, Безвремянную смерть позорную, Поднялися те добры молодцы, Поднялися те Руси верные, Что Пожарский князь с купцом Мининым. Вот два сокола, вот два ясные, Вот два голубя, вот два верные, Поднялися вдруг, пустилися. Пособравши рать, рать последнюю, Рать послушную с грудью медную, Во порядке всех строем ставили, Опоясавшись бронью твердою, Бронью твердою и железною, Напустилися порубить Литву. Затряслась тут Литва гордая... В былине, записанной П.Н. Рыбниковым в Карелии со слов сказителя А.Е . Чукова, отражено участие представителей ку- печества в земских соборах при царе Алексее Михайловиче, обращающимся с вопросом к ним: Ай же вы, купць1-гости богатые! Пособите государю дума думати: Надо думать крепка дума, не продумати. Мни-ка пишет нонь король земли Шведския: Он у нас просит города Смоленска, А давает ли нам Хинскую землю. Так отдать ли нам Смоленск али не отдати, Али нам за Смоленск постояти, Али нам на Смоленск нанимати'?°°1 Совсем неправдоподобным кажется герой еще одной стари- ны - «купец темныий››5°2. Разве мог незрячий человек, кото- рого легко обманывала жена с любовником, торговать?! 440
«%®%*°%®%«®:*%®%®®<ё%®%« Образ торгового человека не обойден вниманием и в русском фольклоре ХУІІІ столетия. На Смоленщине пересказывали предание о Петре І, нанявшемся инкогнито в работники к куп- цу, чтобы поехать в Ригу и научиться там пушечному литью. Царь прощает в конце купца, ругавшего его поделом, ведь «за незнания и царя бранят» 593. Фольклорист Н.А. Криничная за- писала в Архангельской области несколько народных преда- ний о разбойниках, грабивших в старину богатых купцов на дорогах, в том числе у ямы на волоке возле Черной слободь15°4. Из Тверской губернии происходит предание о мужиках из од- ной деревни, которые, открыв клад с золотыми монетами, «раз- делили их промеж себя и все разбогатели так, все сразу в куп- цы первой гильдии пошли, а деревню прозвали городом »*°°5. Горожане, в том числе торговые люди, в свободное от рабо- ты время приобщались к азартным карточным играм. В руко- писный сборник 1 7 62 г., принадлежавший купцу из Великого Устюга, включена плясовая песня со словами: В Ярославле во городе Тамо Анна. С купцами-молодцами она шуточку шутила, Она дворски, дворски, по-дворянски говорила. Костью-картами играла, Козырями козыряла, подкозыривала... Мелкой торговлей в разнос в России издавна занимались коробейники, именовавшиеся также «афенями» («офенями»), «щепетильниками» позже - «варягами», «кантюжниками», « ходебщиками » . Упоминая о них, невольно вспоминаешь стро- ки из поэмы Н.А. Некрасова «Коробейники», превратившис- ся в народную песню: Ой, полна, полна коробушка, Есть и ситец, и парча. Пожалей, моя зазнобушка, Молодецкого плеча! В Костромской и Вологодской губерниях в ХІХ в. была за- писана поговорка: «Варяг голою рукой денежки не сочтет, ва- режкой возьмет, да в варежке унесет»59“. «На прилавке булав- 441
ки, на полке иголки. Сера горюча, покромка линюча» - так в народе дразнили офеней. При уступке товара купцы нередко приговаривали: «Не у продажи дело стало» . Вот еще несколько пословиц, касающихся торговых людей и записанных В.И . Да- лем: «Покупатель дома похвалит, а купец в лавке» ; «Торговать, так по сторонам не зевать »; «У купца расчет, у покупателя дру- гой (свой)»; «У купца цена, у покупателя другая. У купца своя цена, у покупателя своя»; «Дорожиться - товар залежится; продешевить - барышей не нажить»; «Купчик купец, разу- далый молодец. Купец - плутец. Купчик голубчик -- деньго- лупчик››; «Купец божится, а про себя отрекается»5°7. Дайте мне купчину, Пьяного, в угрях, Старого, седого, В рваных сапогах! От купчины салом За версту разит, Да бумажник тертый Радугой набит! Он и обругает, Он тебя побьет, Но зато заплатит, Даром не уйдет! - распевали шансоньетки в ярмарочных балаганах. В вышедшем в 1 7 85--17 86 гг. в Петербурге сборнике Ива- на Новикова «Похождения Ивана Гостиного сына, и другие повести и сказки» помещены рассказы «О купецком сыне, употребившем имение свое на науки » , « О несчастных приклю- чениях купецкой дочери Аннушки», «О купецком сыне и о обманувшей его девушке» , «Похождение названого брата Ива- на, купецкого сына» и другие произведения, воссоздающие домостроевский купеческий быт, узость культурных запросов большей части купечества. В одной сказке купеческий сын, оставшийся без отца, по- купает кота, тело мертвого человека (которое затем по-хрис- тиански погребает) и змею, отдав за каждое приобретение по 100 рублей. В знак благодарности за спасение змея дарит ему 442
%°%«®%°%«°%°%®%®% волшебный золотой перстень, а герой отправляется вместе с еще одним купцом-складником (в него воплотилась душа по- гребенного) «в город на ярманку торговать» и с его помощью женится на царской дочке. В другом варианте этой сказки сын купца приобретает за те же 300 рублей собаку, кота и возмож- ность забраться в таинственную яму, где снимает с мертвой царевны волшебное кольцо598. Мелочный торговец-отчим, не- взлюбивший пасынка, героя сказки «Василий, купеческий сын» , отправляет его на необитаемый остров, где тот помогает лешему убить черта и получает в награду от деда лешего вол- шебное зеркальце с двенадцатью винтиками и 12 мешков зо- лота. Вопреки проискам родной матери с отчимом, он возвра- щает себе все добро, изъятое властями, раздает милостыню «нищей братии, убогим» и в финале, женившись на царевне, живет с ней припеваючи на том самом островет. В сказке «Про весь белый свет» купец, отправляясь с сы- ном торговать в дальние земли, поручает дочери торговать в магазинах с приказчиками. Но из-за дяди-архиерея, пытавше- гося ее обесчестить и оболгавшего, пришлось ей ночью уйти из родного дома и после серии приключений стать супругой им- ператора. В одном из вариантов этого сказочного сюжета герои даже поименованы: купец Василий Иванович Серогор, его сын Иван Васильевич и дочь Авдотья Васильевна, которая после отъезда отца с братом на 12 кораблях за границу «стала так торговать, что лучше отца»6°°. Незадачливый купеческий от- прыск, чтобы побыстрее разбогатеть, мог в сказках стать во- ром, а мог, подобно купеческому сыну Ивану, несмотря на про- иски завистливых дядьев, стать царем6°1. Иногда встречаются сказочные сюжеты, посвященные сердобольным и честным молодым людям из торговой среды, которые в отличие от от- цов стремятся жить по правде и вести дело без обмана°°2. Купец из сказки «Про купцову жену» бросил в море свою супругу, оболганную похотливым соседом-торговцем, с кото- рым поспорил на товар, и был посажен в острог. А купеческая жена чудесным образом спаслась и предпочла, не оставшись при царском дворе, вернуться к мужу и освободить его из за- ключения°°3. Один из самых распространенных сказочных сюжетов - супружеская измена. В сказке «Купеческая жена и приказ- 443
®%°%°*%°%*®*%°%*®@®% чик» , записанной и обработанной А.Н. Афанасьевым, «жил- был купец, старый хрыч, женился на молоденькой бабенке, а у него было много приказчиков» . Вскоре его супруга вступила в любовную связь с хозяйским приказчиком Потапом, что «ста- ли люди примечать, стали купцу сказь1вать›› . Однако хитрая женщина сумела ловко обмануть и разуверить простоватого мужа в слухах о своей неверности°°4. В Смоленской губернии была записана белорусская сказка «Як купец Гулитыў и Ваксонский каралевич ездили умести и к женским уверткам присматривались» , носящая следы влия- ния переводных западноевропейских новелл. В ней повеству- ется о состязании в красоте Ваксонского королевича и купе- ческого сына Гулитова, который узнал об измене жены, вер- нувшись домой за забытыми часами°°5. При первой посмертной публикации В.А. Жуковским пуш- кинской «Сказки о попе и работнике его Балде ›› по цензурным требованиям ее пришлось переделать в «Сказку о купце Кузь- ме Остолопе и работнике его Балде» . Начиналась она теперь со строк: «Жил-был купец Кузьма Остолоп, // По прозванью Оси- новый-Лоб››°°°. Высмеивать публично в художественном про- изведении купечество (в отличие от духовенства) властями не возбранялось. Иллюстрированная лубочными картинками и изданная на отдельном листе, «Сказка о купце Кузьме Остоло- пе и работнике его Балде» широко распространилась в народ- ной среде, приобретя фольклорный характер. То же самое мож- но сказать о стихотворении И.С. Никитина, ставшем народной песней и начинающемся со слов: Ехал из ярмарки ухарь<купец, Ухарь-купец, удалой молодец. Стал он на двор лошадей покормить, Вздумал деревню гульбой удивить. В красной рубашке, кудряв и румян, Вышел на улицу весел и пьян. Собрал он девок-красавиц в кружок, Выхватил с звонкой казной кошелек. Потчует старых и малых вином: «Пей-пропивай! Поживем - наживеміэ <...> 444
Морщатся девки, до донышка пьют, Шумят и пляшут, песни поют. Ухарь-купец подпевает-свистит, Оземь ногой молодецки стучит... **т%' Русский торговый человек нередко становился героем анек- дотов и юморесок. Предлагаю вниманию читателей несколько таких анекдотических историй. 541%* На верхней линии Петербургского Гостиного Двора в дожд- ливые и ненастные дни, осенью и зимой, можно было нередко встретить баснописца И.А. Крылова. «Он обходил Гостиный двор ежедневно пять раз. Существует анекдот про эти прогул- ки Ивана Андреевича: раз лавочные сидельцы, обыкновенно надоедавшие своими криками всем гуляющим, атаковали Кры- лова. - У нас лучшие меха, пожалуйте-сь, пожалуйте-сь! - схватили его за руки и насильно втащили в лавку. Крылов решил проучить рыночника. - Ну, покажите же, что у вас хорошего? Приказчики натаскали ему енотовых и медвежьих мехов. Он развертывал, разглядывал их. - Хороши, хороши, а есть ли еще лучше? - Есть-сь. Притащили еще. - Хороши и эти, да нет ли еще получше? - Извольте-сь, извольте-сь! Еще разослали перед ним несколько мехов. Таким образом он перерыл всю лавку. - Ну, благодарствуйте, - сказал он, наконец, - вижу у вас много прекрасных вещей. Прощайте! - Как, сударь, разве Вам не угодно купить? - Нет, мои друзья, мне ничего не надобно; я прохажива- юсь здесь для здоровья, и вы насильно затащили меня в вашу лавку. 445
\' .. ®%®%®<@%°%®°*%°%®<3 Не УСПЄЛ ОН ВЬІЙТИ ИЗ ЭТОЙ ЛаВІ-СИ, Как ПрИК&ЗЧИКИ СЛЄДУЮ' щей подхватили его. - У нас самые лучшие, пожалуйте-сь! - и втащили в свою лавку. Крылов таким же образом перерыл весь их товар, похва- лил его, поблагодарил торговцев за показ и вышел. Приказчи- ки уже следующих лавок, перешептываясь между собой и улы- баясь, дали ему свободный проход. Они уже знали о его прока- зах из первой лавки, и с тех пор он свободно проходил по Гос- тиному двору и только раскланивался на учтивые поклоны и веселые улыбки своих знакомых сидельцев››°°". ігіг* <<...Известный факт, происшедший в Англии с одним из наших крупных пеньковых торговцев, калужским купцом Андреем Макаровичем Черновым, еще во времена императора Александра І. Он отправил в Англию два больших корабля, нагруженные пенькою, и сам явился для продажи ее. Английские купцы, желая воспользоваться его незнанием местных условий, пред- ложили ему очень низкие цены за его товар и, несмотря на его уверения, что продать по этой цене нельзя без убытку, не дава- ли дороже. Тогда русский купец испросил разрешение вывез- ти часть пеньки за город и сжечь. Английское правительство было изумлено подобной просьбой, но, тем не менее, разреши- ло, и пенька была сожжена. Спустя несколько времени, когда англичане отказались покупать по назначенной цене осталь- ную пеньку, русский сжег и ее. Посмеялись англичане над са- модурством русского, но так как волокно это было для них не- обходимо, то решились купить прямо в России от других тор- говцев. Но во всех русских портах - Риге, Петербурге, Архан- гельске все количество наличного товара было кем-то заранее куплено; везти из внутренних губерний, ввиду необходимости иметь товар сейчас же, не представлялось возможным, да и там, по наведенным справкам, наличное волокно было скуплено в одни руки. Пришлось покупать по очень высокой цене, при- чем выяснилось, что все количество пеньки было скуплено тем же купцом Черновым, который сжег ее в Англии и на послед- 446
жоезожеззозжозеззжож ней продаже вернул все свои убытки, да еще с крупным бары- Шом››°°8. 1*:** С этой комичной историей отчасти перекликается рас- сказ-быль из воспоминаний вятского старожила К.И . Кле- пикова: «Некоторые из вятских купцов пробовали отправлять то- вар для продажи в Лондон. Слободской купец Анфилатов в 1 806 г. отправил лен. Два года лен лежал в Лондоне и не прода- вался; на третий - поехал Анфилатов в Лондон; товар осмот- рел, который оказался в целости. Предлагал покупателям, но они давали очень дешево. Решил товар принять. Выпросил позволение свезти за город и сжечь. Англичанин сказал: “От- правь в Архангельск”. Анфилатов отвечал: “В лес дрова не во- зят". Как сказал, так и сделал - лен сжег››°°°. *** Но чаще всего в анекдотах действуют не конкретные лица, а абстрактные представители купеческой среды. «На Страстной неделе (последней перед Пасхой) некий свя- щенник во время проповеди, оговорившись, сказал, что Иуда продал Христа не за 30, а за 40 сребреников. Стоящий в храме купец наклонился к своему приятелю, тоже купеческого зва- ния, и промолвил: - Это, стало быть, по нынешнему курсу сколько же? ›› *** «У входа в храм перед вечерней службой встретились два владельца магазинов. Один из них был явно чем-то расстроен. Второй обратился к нему с вопросом: - Ну как, твое объявление в газете уже дало результат? - Еще какой! - тяжело вздохнул собеседник. - Едва позавчера я успел поместить объявление о том, что нужда- юсь в ночном стороже, как ночью мой магазин начисто обворо- вали». 447
€%°%@>°@°®@Ё*°®%°%*><>*%°%* *'›\'* «Полуграмотный петербургский торговец мукой укрепил над своим мучным лабазом огромную вывеску с надписью “Продажа всяких мук”›› . ›\- ±- *- «Как-то молодой человек, выпускник коммерческого учи- лища зашел к богатому купцу из патриархальной среды, что- бы наняться на работу. - Вы говорите, что приказчики ваши народ недобросовест- ный, так возьмите меня. - Чтовы,чтовы,это-низачто. - Отчего же? Вы же сами говорите, что я человек честный. - Да образованный! Иной раз ругнешь порядком, вы и оби- детесь, - а в коммерции без этого нельзя» . **'Іг «Вот выбились в люди три брата из простой крестьянской семьи и решили овдовевшей мамаше сделать подарок. Один, ставший владельцем кирпичных заводов, построил ей простор- ный каменный дом, другой, разбогатевший за счет винных подрядов, прислал ей карету, а третий, получивший звание купца первой гильдии, подарил ей экзотическую птичку, при- везенную откуда-то из заморских стран и купленную за огром- ную сумму. И дальше осчастливленная мамаша-крестьянка пишет письмо сыновьям: “Благодарна тебе, Васенька, за твой большой дом, но живу пока в своей старой избе, потому как в новом доме больно много комнат. .. И за карету Петеньке тоже благодарствую, но как привыкла я на телеге ездить, так и езжу. . . А больше всего я благодарна Ванечке за птичку: до чего ж вкусная-то!”›› . *ігіс «Жуликовать1й купчина приобретает у оптового торговца партию товаров. Когда оптовик ненадолго отлучается из скла- 448
@°°°%*®°%0%® *Ий 4 да, купец тайком прячет в карман десять пар шелковых чулок. Дома, просматривая счет, видит, что уворованный товар вклю- чен в накладную. Изо рта купца вырывается возмущение: - Ой, ой! Какой прохиндей!›› *чёіс «Старушка подошла на рынке к торговцу грибами. - Почем у тебя грибы, дядя! - Семь гривен... - Это с червяками-то?! - За червяков я ничего не считаю... Получайте, мадам, как бесплатную премию» . ±*»ъ «Мировой судья объявляет приговор: - Подсудимый! За то, что вы ударили палкой мясоторгов- ца Брюхатова, запросившего за товар дороже нормальнои цены, я штрафую вас на три рубля. - Слава Богу! Наконец-то битая скотина дешевле стала! ›› ч':** « Покупательница спрашивает приказчика в парфюмерном магазине: - А эти духи как называются? - “Испанская кожа", мадам. 14 рублей флакон. Понюхав слишком дорогие, на ее взгляд, духи, покупатель- ница заключает: - Гм!. . Они пахнут не одной испанской кожей, а семью со- дранными русскими шкурами» . 1:4:1: Ц) 0 «Сильно загулявшии купец, оставшись последним посети телем в ресторане, которому давно уже пора закрываться, под зывает официанта. _ Нельзя ли еще винца?.. Красного.... 449 15 - 6968 Перхавко
@<>%®@°%°@®%®€@°%® '_ ' НЕЛ Ь З Я, П&П&Ш& , р&СІІОрЯДИ'І`ЄЛЬ ВОН ГОВОРИТ, УЖЄ ІІО ' здно. - Ну, пусть тогда белого прикажет мне подать... ›› *** «Утром пожилой купец сердито отчитывает своего отпрыс- ка, только что вернувшегося из ресторана: - Удивительно! В одну ночь триста рублей прокутить! Я в твоих летах счастлив был, если мог в трактире с приятеля- ми прокутить пятерку!. . - Да, папаша, это верно, но у вас ведь не было такого бога- ТОГ0 ОТЦ8» . 9:*К* «Охмелевший торговец в трактире подзывает полового и начинает его отчитывать: - В супе муха плавает! Разве не видел, когда подавал! - Вы, ваше степенство, сегодня пришли к нам под такой большой “мухой”, что на эту маленькую не стоит обращать внимания». ігіг* « Некий простоватый, но весьма зажиточный купец просил прославленного адвоката Ф.Н . Плевако участвовать на его сто- роне в судебном процессе. Выслушав состоятельного клиента, адвокат согласился, но сразу же попросил аванс. Купец, ни- когда не слышавший этого слова, спросил: - А что это такое! - Задаток знаешь? - в свою очередь задал ему вопрос Фе- дор Никифорович. - Так вот аванс в два раза больше» . ігіг* Диалог покупателя и хлеботорговца: «Покупатель. Как теперь стоят цены на хлеб: вероятно, рожь и пшеница стали дешевле? 450
«%°%«°@°%*®%0%®%®%® Продавец. И напротив, сударь, дороже: целковый приба- вился на четверть. Покупатель. Что за причина? Кажется, погода стоит хоро- шая. Продавец. Да, не дурна; но вот, видели, вчера шел дождь, дороги сделались грязнее, подвоз хлеба вздорожал, а потому и цена на него возвысилась. После этого разговора прошла неделя. Встретились снова тот же покупатель и тот же продавец. Покупатель. Ну, в какой цене теперь стоят хлебные при- пасы? Продавец. Цены не понизились, но, напротив, стали выше. Покупатель. Отчего? Продавец. Да для нас, торговцев, не ладно, что целую неде- лю продолжалось сильное ведро, то есть была очень хорошая и ясная погода. Покупатель. Так какой же надо вам погоды, чтобы хлеб был дешевле? Продавец. Да наш брат желает, чтобы не было никакой по- годы, а так себе, середка на половине, - тогда и мы можем за- работать лишнюю копейку›› . 121%* «Один купец обанкротился. Спустя несколько времени встретил он своего товарища, который спросил его: - Ну что, каково идут дела? - Ничего, - отвечал тот, - я снова на ногах. - Как, неужели? - воскликнул с удивлением товарищ. - А как же? Прежде я ездил в карете, а теперь хожу пеш- ком» . *'** Еще одна анекдотическая история о говевшем купце, запи- санная Е.А . Чудинским в середине ХІХ в. в Москве: «Вздумал один купец говеть вместе с архиереем на первой неделе. Приезжает к нему в чистый понедельник и говорит: “Ваше Преосвященство! Хочется мне поговеть вместе с Вами, 451
%°%*°€%°%*°€%°%«®@@ чтобы избавиться от греха какого домашнего на это время!" - Архиерей согласился. “Что ж, - говорит, - поговеем вместе!" Стали говеть. Пошли к часам. Отстояли службу Господню, при- ходят домой. Купец и видит, что послушник тащит на стол ог- ромнейший самовар ведра в два. Купец наш давай поглажи- вать свой живот, думает: “Вот душеньку-то отведу с голодухи!” Келейник принес чашки. Архиерей налил по крошечной ча- шечке, с наперсточек, себе и купцу, сейчас же оба их и выпи- ли. Архиерей и говорит: “Ну, теперича дни великие - понем- ножку надобно всякой пищи питаться!" Накрыл чашку свою. Купец видит, что и ему то же надо делать, тоже накрыл, благо- дарит преосвященного, а сам думает: “Знал бы, ведал об эда- ком говеньи, ни за что бы сюда не поехал!" Ударили к вечерне, пошли они оба к вечерне. Отстояли ее, приходят домой. Купец и видит, что послушник несет опять на стол огромнейшее блю- до, а на нем огромнейшая стерлядь жареная лежит. Купец опять потирать себе живот, думает: “Вот когда, должно быть, пришла настоящая-то пора позаправиться!” Сели за стол, ар- хиерей отрезал себе крошечный кусочек и купцу столько же. Съели, архиерей и говорит: “Дело не в том, какую пищу во вре- мя говенья есть надо, а в том, сколько ее есть!" Встал потом из- за стола и давай Богу молиться. Купец видит, что и ему то же следует делать, тоже вышел из-за стола, Богу помолился, пре- освященного поблагодарил за обед. Ужина совсем не подава- ли. Приходит другой день, то же самое. Приходит третий - то же. И так во всю неделю. Насилу уж дождался купец, когда эта неделя-то кончилась. Отговел купец, архиерей и пригла- шает его опять еще на недельку поговеть, то есть отгавливать. Куда! Купца и в оглобли не впряжешь. “И душой рад бы, гово- рит, - Преосвященный Владыко! Да дел дома по горло!" Так и не согласился ни за что. Вот какого говельника Бог дал преос- вященному! » °1° *** « Сын одной торговки служил статистом при театре, испол- няя немые роли, подавал на сцену стулья, приносил письма и т.п. Однажды его мать с своею приятельницею отправилась в театр, чтобы насладиться игрою сына-артиста. “Вот смотри, 452
Матрена Савельевна, сын мой сейчас выйдет из-за правой ку- лисы и начнет декламировать стихи. Слушай внимательно, не пророни ни словечка”, - сказала торговка своей соседке. Ста- тист явился на сцену и подал письмо действующему лицу. “ Тише, тише! Вот он начнет говорить". Но статист, не сказав ни слова, ушел за кулисы. “Да он рта не разинул", - заметила соседка. “А вот видишь ты, матушка: мой Сеня еще ребенком был очень упрям; если, бывало, закапризничает, то хоть убей его, а слова не вымолвит. Видно, ему и сегодня пришла такая же блажь"»“11.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ Огромная дистанция лежит между воинами-торговцами из дружинной среды времен первых великих князей киевских Олега и Игоря, с одной стороны, и российскими гостями эпохи царя Алексея Михайловича и тем более гильдейским купече- ством ХУІІІ - начала ХХ в. - с другой. Между ними не толь- ко восемь-девять столетий, но и весьма существенные каче- ственные различия. Первые организаторы товарообмена на Руси, вооруженные не только весами, но и мечом, занимались в ІХ-Х вв. сбором дани с подвластных Киеву племен и сбы- том ее излишков на внешних рынках, практически не участвуя во внутренней торговле, которая в те времена была развита слишком слабо. Выделение купечества в качестве отдельной социально-профессиональной группы населения произошло во второй четверти ХІ в. и отразилось еще в древнейшей части Рус- ской Правды (Правде Ярослава), установившей высокий штраф в 40 гривен серебра за убийство купца. С ХІ в. наблюдается активное подключение древнерусских купцов к внутреннему обмену. Их состав становится более многочисленным и разно- образным, пополняясь за счет выходцев из ремесленной среды и других групп населения. Уже в те времена в мир коммерсантов входили купцы, за- нимающиеся операциями на внешнем рынке, и те, кто торго- вал внутри страны, крупные городские перекупщики-оптови- ки и мелкие торговцы-коробейники, разносившие дешевый товар по селам. Для богатых торговых людей уже в домонголь- скую эпоху ростовщичество превратилось в еще один важный источник получения прибыли. Интересы купечества учитыва- лись при формировании внешнеполитических требований и первыми великими киевскими князьями, и в период полити- ческой раздробленности. Монгольские завоеватели причини- ли огромный ущерб древнерусским городам, благосостоянию их жителей, в том числе торговым людям, нарушили нормаль- ный ход экономической жизни. Лишь ведущие центры Севе- ро-Западной Руси (Новгород, Псков, Полоцк, Смоленск), не подвергшиеся опустошительным погромам, сохранили преем- 454
ст) йаФ; Ё . . °<0°° СТВЄННОСТЬ С ДОМОНГОЛЬСКОЙ ЭПОХОЙ В Н&Пр&ВЛЄНИЯХ И СОСТЗВЄ международного товарообмена. В последующие столетия купе- чество приобрело еще больший общественный вес в Новгороде Великом, Москве, Пскове, Твери, других крупных городах Руси. Нам известны имена первых купцов-землевладельцев кон- ца ХІ\ї в. из числа богатейших московских гостей-сурожан, торговавших с Югом. Некоторые из них участвовали в поли- тической борьбе, становясь на сторону либо московских вели- ких князей, либо их противников (вспомним, например, о за- говоре сурожанина Некомата против князя Дмитрия Иванови- ча в 1375 г. и позиции части гостей во время феодальной войны в Московском.княжестве при Василии ІІ Темном). Но в целом ликвидация политической раздробленности и создание едино- го Российского государства вполне соответствовали интересам этой социальной группы населения. В ХУ в. ее представители помимо торговли и ростовщичества освоили еще один род эко- номической деятельности - строительные подряды. Купцы выступали организаторами строительства храмов в Москве (В.Д. Ермолин, Ховрины, Бобынины), в Новгороде Великом (Сырковы, Таракановы и др.). _ Отношение к купечеству в средневековом русском обществе было неоднозначно. С одной стороны, в нем нуждались пред- ставители феодальной знати, сбывавшие с помощью купцов излишки своих натуральных доходов и приобретавшие приво- зимые ими предметы роскоши. Внешняя торговля обеспечи- вала потребности ремесленного производства в сырье, прежде всего цветных металлах. Без услуг торговых людей не могла обойтись и Церковь. Относительно дешевые виды импортных товаров (грубое сукно, соль, бусы из полудрагоценных камней и др.) пользовались спросом среди широких слоев посадского населения и даже в деревне. С другой стороны, феодальные власти изощрялись в учреж- дении новых пошлин за провоз и продажу товаров, а наиболее удачливым гостям завидовали даже бояре. У простолюдинов жгучую ненависть вызывали городские оптовики-перекупщи- ки, взвинчивавшие цены на продукты в тяжелые для народа голодные годы. 455
за ' *ЧФ _ .:Ё.-_ . @°%®%®%®%°%® ~ Настороженность мирных жителей к торговцам ІХ-Х вв. в более поздние времена полностью не исчезла, хотя их облик уже не был таким воинственным. В чужеземных гостях, гово- ривших на ином языке и придерживавшихся иной веры, не- редко'подозревали лазутчиков. И не без основания, так как возвращавшиеся из поездок в другие страны купцы обычно информировали власти об обстановке там, доставляли посла- ния, в том числе и тайные. Не всегда на родине с радостью встре- чали и сразу впускали в городские ворота русские купеческие караваны, ибо они привозили не только необходимые жителям товары, но подчас заносили и различные инфекционные забо- левания, становясь невольными виновниками массовых эпи- демий (чумы и др.) и смертей. Так было, например, в 1404 г., когда псковские летописцы специально отметили, что «мор пришол... из Немецькой земли, из Юриева». То же повтори- лось в 1420 и 1465 гг. Чтобы не допустить распространения эпидемии, властям соседнего Новгорода приходилось подчас принимать довольно жесткие меры. В 1552 г. во время очеред- ной эпидемии «был клич в Новегороде о псковичах, о гостех, чтобы все они ехали вон, часа того из Новгорода с товаром, а поймают гостя псковитена назавтре в Новегороде с товаром. .. ино его вышедши за город, зжежчи и с товаром» . В правовом отношении, судя по законодательным памят- никам (от Русской Правды до Судебника Ивана ІІІ 1497 г.), древнерусское купечество в ХІ-Х)/` вв . представляло собой единый социальный слой, в рамках которого началось форми- рование торгового сословия. Но внутри него уже с ХІІ в. начи- нают выделяться отдельные группы (корпорации), формиро- вавшиеся снизу, но при поддержке властей: «гречники» и «за- лозники» в Южной Руси, входившие в Иванское объединение «вощники» и «заморские купцы» в Новгороде. Члены указан- ных выше внутрисословных групп древнерусского купечества пользовались определенными преимуществами и льготами, полученными от княжеских властей. В ХІ\/-ХУ вв. в Новгог роде Великом происходил процесс объединения в одно сосло- вие городского патрициата зажиточного купечества и полупри- вилегированных феодалов небоярского происхождения - «житьих людей» , имевших земельные владения и участвовав- 456
*%%°%*°%°%*°®%°%*°%°%* ших в торговле. Вместе две эти близкие категории населения упоминаются в «Рукописании князя Всеволода» и Новгород- ской Судной грамоте, причем в статьях 1, 6, 10 и 16 последне- го законодательного документа понятие « житий» («житьи), ис- пользованное в более широком социальном контексте, кажет- ся, распространяется не только на полупривилегированных феодалов, но и на купцовт. В ряде других статей Новгород- ской Судной грамоты (17, 18, 36, 38) они и зависимые от них люди («житий человек» , «купетцкой человек») перечисляют- ся отдельно. Вплоть до падения независимости Новгорода куп- цы продолжали занимать третье место (после бояр и «житьих людей», но перед «молодчими» посадскими людьми) в соци- альной иерархии, так и не слившись окончательно с «житьи- ми людьми» в одно городское патрицианское сословие. Лексика же Псковской Судной грамоты вообще не включа- ет такие термины, как «бояре» («боярин») и «купцы» («ку- пец›› ), ограничиваясь обезличенными формулировками («пско- витин», «человек», «должник», «истец» и т.д .), которые при- менялись по отношению ко всем слоям свободного населения, хотя в одной из статей не обошлось без упоминания « купетскаго дела, и гостебного››°13. Быть может, такая терминологическая обезличенность отчасти связана с близостью купечества Пско- ва местному боярству, активно участвовашему в торговлеш. Недаром боярин и посадник Я .И. Кротов одно время занимал пост псковского купеческого старосты. Но и здесь, как и в со- седнем Новгороде, эта интересная социальная тенденция была прервана с присоединением в 1510 г. к Московскому государ- ству. В Московии со второй половины ХП/ в. на привилегирован- ном положении находились гости-сурожане и суконники, а с конца первой четверти Х\/'І в. - «смолняне» («смоляне»). Иная ситуация стала складываться после создания единого Россий- ского государства, власти которого в середине Х)/'І в. пошли по пути создания государственных привилегированных сослов- ных корпораций гостей, Гостиной и Суконной сотен, члены которых, наряду с привилегиями, выполняли в интересах каз- ны значительный круг обязанностей финансово-экономиче- ского характера. Впервые социальное деление торговцев на не- 457
. ,дю «тк сколько групп отразилось в Судебнике 1 550 г. В середине Х\їІ- Х)/ІІ вв. процесс становления купеческого сословия в России приостановился. В правовом и социальном отношении в тот период купечество, обладая разным статусом, не представля- ло даже относительно единую группу. В отличие от ХП-ХУ вв. в ХУІ-ХУІІ вв. неизвестны даже патрональные купеческие храмы, которые являлись бы религиозно-общественными цен- трами трех государственных торговых корпораций сословно- го характера, хотя нередко их члены в ХХ/'ІІ в. обращались к царю с коллективными челобитными, отражающих процесс формирования специфической купеческой психологииш. После объединения русских земель вокруг Москвы и созда- ния Российского государства все новые слои населения - ре- месленники, крестьяне, служилые люди - вовлекаются в торговые операции. Особенно активизировалась пограничная торговля русских у северо-западных рубежей страны, что вы- зывало растущее беспокойство конкурентов - купечества со- седних городов Ливонии, прежде занимавшего монопольное по- ложение на рынках Новгорода Великого и Пскова. В ХУІ в. русское купечество активизировало торговлю в других направлениях - на Северной Двине, в Холмогорах, а затем в Архангельске. Присоединение Казанского и Астрахан- ского ханств открыло новые возможности для коммерческих поездок по Волге и Каспию в восточные страны. Как и прежде, состав торговцев был сильно дифференцирован в имуществен- ном и социальном плане. Круг занятий верхушки русского купечества в то время заметно расширился и в производствен- ной сфере, и на поприще государственной службы. Именитых гостей можно было встретить среди тех, кто налаживал тамо- женное дело Российского государства, и среди организаторов освоения Сибири. Наиболее яркий образ промь1шленника-куп- ца эпохи Ивана Грозного олицетворяют знаменитые Строгано- вы, владельцы многочисленных солеварен, пушных, рыбных, рудных промыслов, происходившие из поморских крестьян. В июне 1566 г. представители российского купечества были приглашены на Земский собор, на котором царь Иван ІУ дер- жал совет «с архиепископы и епископы. .. архимандриты и игу- мены и со всем еже освященным собором, и со всеми бояры, и`с 458
€%°%*®*%°%°%®%®<@Ё°%® приказными людми, да и с князми, и з детми боярскими, и з служилыми людми, да и з гостми, и с купци, и со всеми торго- выми людми››. Они участвовали в обсуждении вопроса о про- должении Ливонской войны и «на своих речех государю крест целовали» . Торгово-ремесленная верхушка посада была пред- ставлена и на Земских соборах 1598 и 1613 гг. , избиравших на царский престол соответственно Бориса Годунова и Михаила Романова, и на последующих сословно-представительных со- вещаниях ХУІІ столетия. Российские государи не могли не учитывать рост экономического могущества и влияния имени- тых купцов-предпринимателей. Но Земские соборы в России созывались нерегулярно, от случая к случаю. Посему между ними торговые люди не раз обращались к царям с челобитны- ми, отстаивая свои сословные интересы и все настойчивее за- являя о себе как о социальной группе. Читая купеческие чело- битные, можно проследить, как постепенно формировалось самосознание торговых людей, игравших все более заметную роль в различных отраслях экономики России. Их требования учитывались правительством при подготовке торговых уста- вов Х)/ІІ в. В это время интересы зажиточного купечества еще теснее связываются с производством - ремеслом, промыслами, ма- нуфактурами. Новгородские гости Гавриловы, Стояновы, Хар- ламовы получали помимо торговой прибыли немалые доходы от принадлежавших им деревень с крестьянами, соляных вар- ниц, покосов, пастбищ, мест рыбной ловли, огородов. У таких богачей нередко имелись и зависимые люди, и крепостные кре- стьяне. Велика роль торговых людей и в формировании обще- российского рынка. Сами купцы или их приказчики успевали в течение года совершить выгодные сделки на нескольких важ- нейших ярмарках страны - Макарьевской у Нижнего Новго- рода, Свенской под Брянском, Ирбитской на Урале, Тихвинс- кой недалеко от Ладоги. Впрочем, огромные пространства стра- ны, традиционное российское бездорожье не могли не замед- лить скорость торгового оборота, а значит, и сроки обращения купеческих капиталов. Процесс формирования относительно единого купеческого сословия России, возобновившись в первой трети Х)/'ІІІ в., за- 459
«ті @^!=7 %°%*>°<@%°%°<*%°%З><> вершился в екатерининскую эпоху. Прежнее разделение при- вилегированного купечества на гостей, членов Гостиной и Су- конной сотен постепенно уходит в прошлое и заменяется купе- ческими гильдиями. Еще Петр І в регламенте Коммерц-колле- гии (1719) повелел «уставлять купеческие гильдии или ступе- ни там, где оные с пользой устроиться могут»°1°. Однако два года спустя, согласно регламенту Главного магистрата, влас- ти вместо купеческих гильдий учредили две гильдии регуляр- ных граждан, включавшие не только купцов. Первая из них состояла из банкиров, крупных коммерсантов, врачей, апте- карей, ремесленников-ювелиров, иконников и живописцев. Во вторую гильдию тогда вошли остальные мелкие торговцы и ремесленники, содержатели постоялых дворов. Чуть позже, в 1 724 г. , торгово-промысловое население Москвы разделили по имущественному признаку на три статьи - гильдии. Это трех- статейное деление было подтверждено в 1 742 г. Но окончатель- ное оформление гильдейского купечества произошло лишь при Екатерине Великой. Императрица своим манифестом от 17 марта 1775 г. разделила всех горожан на мещан с капита- лом менее 500 рублей и купцов, владевших капиталом более 500 рублей. Купечество же в зависимости от размеров капита- ла в ходе податной реформы того же 1 77 5 г. записывалось в три гильдии, дававшие ряд сословных привилегий. Буквально все стороны предпринимательской деятельности в Жалованной грамоте городам 1785 г. четко регламентировались. Ранжиро- вались даже условия быта гильдейцев. Если купцам первой гильдии разрешалось ездить в карете парою, то членам второй гильдии - лишь в коляске, запряженной парой лошадей. Ку- печеству же третьей гильдии позволялось содержать тракти- ры, бани и постоялые дворы. Человек, получивший купеческое свидетельство первой, второй или третьей гильдии, мог и не торговать, и не занимать- ся промышленным предпринимательством. После проведения гильдейской реформы 1 7 7 5-1 785 гг. численность купечества повсеместно сократилась. Причем большинство из купцов в конце Х)/ІІІ в. было записано в самую нестабильную третью гильдию, откуда в случае разорения они выбывали в сословие мещан. Впрочем, банкротства не могли порой избежать и чле- 460
€@°®@°%®<Ѕ%°%*:®®%°%® ны первых двух гильдий, отличавшихся большей устойчивос- тью. В отличие от дворянского сословия членство в привиле- гированных внутрисословных группах купечества не являлось пожизненным и наследственным. Если разорившийся поме- щик оставался дворянином, то обедневший купец выбывал из гильдии. Первогильдейцы обычно проживали в крупных го- родских центрах и ворочали немалыми капиталами, вклады- вая их в промышленное производство. Наряду с общими чер- тами купеческого сословия вплоть до начала ХХ в. ощущались отличия, характерные для его внутрисословных групп. Генеалогия третьего сословия дореволюционной России известна гораздо хуже, чем дворянства. И виной тому его « низ- кое» происхождение плюс особенности средневекового русско- го делопроизводства. Ведь на Руси в те давние времена част- ный акт не получил такого широкого распространения, как в странах Запада. Не было в Российском государстве тогда ни нотариальных контор, ни адвокатов. Самые ранние из дошед- ших до нас русских таможенных книг, в которых обычно ре- гистрировались купцы, относятся к началу ХУІІ в. Кроме того, далеко не все потомки торговых людей продолжали дело своих отцов и дедов. Некоторые именитые московские гости эпохи первых Романовых разорились, например Василий Шо- рин, Клим Калмыков, Гаврила Никитин. У других (скажем, у Поганкиных из Пскова) прекратился в Х)/ІІІ в. род по мужской линии. Третьи (например, Строгановы) слились с российской аристократией, став дворянами и даже получив графский ти- тул. Лишь в отношении четвертой части купеческих семей России можно говорить о преемственности занятий и капита- лов на протяжении 200 лет, с ХУІІ по ХУІІІ в. К ним следует отнести Олисовых из Новгорода. Но нельзя ставить знак ра- венства между преемственностью торгового дела и семейного капитала. Обратившись к истокам династии крупнейших предприни- мателей предреволюционной России, мы увидим, что они про- исходят преимущественно из крепостных крестьян (Морозо- вы, Солдатенковы, Ушаковы и др.) или торговых людей ХУІІІ в. (Бахрушины, Куманины, Щукины и др.), но не более древней эпохи. Исключение составляют, пожалуй, лишь Тре- 461
7\'1 / тучг %°%°%®%°@°%® тьяковы, чей купеческий род известен в Малоярославце с 1646 г., и Вишняковы, древнейший представитель которых упоминается в 1636 г. Представленные в книге исторические свидетельства позво- ляют наглядно убедиться, каким многоликим и неординарньім был купеческий мир старой России. Внутри его существовали противоречия между богатейшими купцами и мелкими торгов- цами, стоявшими на разных ступеньках социальной лестницы и объединенными лишь общим занятием. По-разному склады- вались их судьбы и деятельность на поприще торговли: одним приходилось брать кредиты для закупки товаров и не вылезать из долгов, дРУгим удавалось накопить огромные состояния, третьим пришлось расстаться с жизнью во время дальних и рискованных торговых поездок. Наряду с социальной неустойчивостью купечества и далеко не всегда благоприятными конъюнктурой и политикой властей, на преемственности занятий и капиталов сказывались на мик- роуровне: демографический фактор (в том числе уровень рож- даемости и смертности, продолжительность рода), семейно-род- ственные связи (ведь браки очень часто заключались внутри са- мого купеческого сословия), распыление денежных средств и недвижимости в результате разделов семейного имущества, лич- ные и деловые качества наследников крупных коммерсантов, восприимчивость к новым хозяйственным и финансовым вея- ниям. На макроуровне они превращались из субъективных в объективные обстоятельства, которые ни в коем случае нельзя игнорировать при изучении процесса первоначального накоп- ления капиталов в феодальной России. Сословие купцов-пред- принимателей Х\/'ІІІ - начала ХХ в. явно нуждалось в обнов- лении и постоянной подпитке из народной среды. Процесс фор- мирования русской буржуазии, затянувщийся и значительно отстававший от передовых стран Западной Европы, получил как бы второе дыхание и существенное ускорение с притоком в тор- гово-промышленную среду в Х)/'ІІІ -ХІХ вв. более предприим- чивых свежих сил - разбогатевщих на отходничестве, кустар- ных промыслах и казенных откупах «капиталистых» кресть- ян, из которых выбились в люди Алексеевы, Гучковы, Морозо- вы, Рябушинские, Яковлевы и другие видные династии. 462
%°%®°%°%®@°%®@°% Но чем больще мы погружаемся в глубь столетий, тем хуже восстанавливается родословное древо купечества, тем труднее прослеживаются преемственность поколений и истоки купе- ческих родов. Еще в ХІХ в. начинается процесс размывания купеческого сословия, которое в новых исторических условиях капитали- стического развития приобретает иной облик, отличающийся от старинного купечества феодальной эпохи. На передний план выходят не купцы-коммерсанты, а купцы-промышленники. Патриархальное купечество, описанное в пьесах А.Н . Остров- ского, в сфере бизнеса уступает постепенно позиции обуржуа- зившимся дельцам из крестьянской и дворянской среды - типа Лопахина из чеховского «Вищневого сада» или Палтусо- ва из романа «Китай-город» П.Д. Боборыкина. Класс российской торгово-промышленной и финансовой буржуазии в предрево- люционный период формировался не только за счет предста- вителей купеческого сословия, рамки которого были для него слишком узки. В начале ХХ в. далеко не все из выбивщихся в богачи предпринимателей новой волны (особенно банкиры) записывались в купеческое сословие, чьи прежние привилегии приобрели теперь номинальный характер. _ Наряду с объективными причинами, на этот процесс влия- ли и субъективные обстоятельства. Далеко не всех купеческих отпрысков прельщала перспектива продолжить семейное дело, корпеть над бухгалтерскими книгами, порой изворачиваться и обманывать партнеров и покупателей. До ХУПІ-ХІХ вв. у них и не было иной альтернативы, кроме как продолжить от- цовский бизнес. Но теперь изменивщаяся действительность от- крывала перед ними новые горизонты и возможности прило- жения своих способностей. И, вопреки воле родителей, неред- ко они выбирали иную жизненную стезю. Выходцы из купе- чества А.Г . Венецианов, В.В. Кандинский, К.А . Коровин, И.И . Шишкин становятся известными художниками, Н.А. По- левой, С.В . Бахрущин, Е.В . Тарле - историками. Сергей Пет- рович Боткин, сын основателя крупнейшей в России чаеторго- вой фирмы, получил широкую известность как врач, ученый и общественный деятель. А кое-кто из молодых людей (напри- мер, сын рано скончавщегося коммерсанта М.С. Урицкий, 463
%®%«®®%°%°@°%*®%°%* воспитывавшийся матерью в строго религиозном духе) ринул- ся в революционное движение. Как ни огорчался П.М. Третья- ков, но его дочери вышли замуж не за людей из предпринима- тельского круга (за исключением Боткиной). Происходивщие из большой купеческой семьи, братья Николай и Сергей Вави- ловы, окончив Московское коммерческое училище, отказались от предпринимательской карьеры, к которой не чувствовали никакой склонности. И старший Николай поступил для про- должения образования в сельскохозяйственный институт, а младший Сергей - на физико-математический факультет Мос- ковского университета. Первый стал ученым-генетиком с ми- ровым именем, второй - крупным физиком, президентом Ака- демии наук СССР. Сын муромского купца В.К. Зворыкин, эмиг- рировавший из России, стал в США известным изобретателем, одним из отцов телевидения. Родившаяся в Риге в богатой ку- печеской семье, Вера Игнатьевна Мухина увлеклась скульп- турой. И подобных примеров можно привести сколько угодно. Представители торгово-промышленного мира России нача- ла ХХ в. по-разному представляли будущее страны и оценива- ли ее настоящее. Среди них можно было встретить и закосте- невших консерваторов-'монархистов, и склонных к социально- экономическому реформированию либералов. Кому-то ближе по духу казались правые (Союз русского народа, Русское со- брание, Русский народный союз имени Михаила Архангела, Русская монархическая партия). А кто-то ориентировался на Запад и либеральные ценности. Известный московский пред- приниматель А.И . Гучков возглавлял «Союз 17 октября», а текстильный фабрикант А.И . Коновалов стал основателем партии прогрессистов, занимавщей в политическом спектре место между октябристами и более левыми конституционны- ми демократами (кадетами). Наряду с ними существовали и мелкие партии российских промышленников и предпринима- телейш. Общественные позиции российского капитала выра- жались, прежде всего, в материальной поддержке тех или иных политических сил во время выборов в І-ІУ Государственные думы и органы местного самоуправления, а также в финанси- ровании ряда периодических изданий. Купец Н.А. Шамин с восторгом встретил Февральскую революцию и свержение са- модержавият. Именно по его предложению гласные Мосгор- 464
%°%°@0%®@°%®®@°%* думы 14 марта 1917 г. переименовали Воскресенскую площадь Москвы в площадь Революции, а на постаменте памятника А.С . Пушкину постановили выгравировать известные строки: Товарищ, верь, взойдет она, Звезда пленительного счастья, Россия вспрянет ото сна, И на обломках самовластья Напишут наши имена! п Декретом ВЦИК от 11 ноября 1917 г. большевистская власть упразднила купечество, как и другие сословия, а иму- щество купеческих обществ поступило в распоряжение «соот- ветствующих городских самоуправлений»°19. Отныне в доку- ментах нельзя было именоваться купцом. Последовавшие вско- ре национализациябанков и внешней торговли, конфискация фабрик и заводов, торговых заведений, реквизиции ценностей стали экономическим крахом для торгово-предприниматель- ского класса России. Политика «военного коммунизма» , про- водившаяся большевиками в 1918- начале 1921 г. , привела к почти полному сворачиванию рыночных отношений в_стране. Так закончилась история российского купеческого сословия. Представляю, как печально было смотреть бывшим соб- ственникам-предпринимателям на закрытые властями магази- ны, на предприятия, остановившие работу в условиях Граждан- ской войны, разрухи и отсутствия у новой власти должного опы- та и стимулирования производства. Система, основанная на централизованном распределении продовольствия в городах по карточкам, а промышленных изделий - по талонам и наря- дам, не нуждалась в опытных коммерсантах. Посмотрел на лес ядреный: «Бревна ладить на острог, Уголь, клепка, дров вагоны - Знатна прибыль! Крупный торг, - с осуждением писал о частных предпринимателях Давид Бур- люк в стихотворении «Делец» , опубликованном в 1918 г. в пер- вом номере «Газеты футуристов» . Ему вторил собрат-футурист 465
Владимир Маяковский, помещавший свои четверостищия-ча- стушки на плакатах РОСТА: Купец: «Эх пойду мои отцы С горя нализаться я, Света близятся концы, Национализация» . Заводчик: «Резвясь жила синица птица За морем и за водами, И день и ночь бедняге снится, Как он владел заводами» . Вскоре последовали репрессии -властей против представи- телей буржуазии, даже против тех, кто ничем не провинился перед большевистскими властями. В апреле 1918 г. Максим Горький протестовал в газете «Новая жизнь» против ареста известного издателя и книготорговца И.Дм. Сытина. Кого-то из бывших купцов в числе прочих заложников расстреляли чекисты, кто-то умер сам от лишений, а кому-то пришлось эмигрировать. Торговая жизнь продолжалась только на тер- ритории, занятой белыми, иностранными интервентами и дру- гими противниками большевиков. С переходом в 1921 г. к новой экономической политике по- явились и акционерные общества (Экспортхлеб и др.), и фи- нансово-кредитные учреждения (к примеру, Торгово-Промыш- ленный банк СССР), и товарные биржи, и кооперативные лав- ки, и частные магазины. Вспомнили и о дореволюционных па- тентах на торговое предприятие первого и второго разрядов. В 1922 г. среди владельцев частных торговых заведений Пет- рограда насчитывалось лишь 26,2% бывших коммерсантов°2°. Какой же процент нэпманов составляли представители доре- волюционного гильдейского купечества в целом по стране, ска- зать, однако, трудно. Лишь мелким и средним коммерсантам, 466
@°%»°@°%®°*%®%<>«%®% выходцам из мелкобуржуазных слоев, удалось на время опять почувствовать рыночную свободу в годы НЭПа. Оборот «Рыб- торга Гагиатуллина, Домрачева и К°» в Ижевске составлял в 1927 г. 2 млн рублей. Вот какие зарисовки торгового облика «нэпманской» Москвы 1922 г. сделаны М.А . Булгаковым: «То тут то там стали отваливаться деревянные щиты, из- под них глянули на свет после долгого перерыва запыленные и тусклые магазинные витрины. В глубине запущенных помеще- ний загорелись лампочки, и при свете их зашевелилась жизнь: стали приколачивать, прибивать, чинить, распаковывать ящи- ки и коробки с товарами. Вымытые витрины засияли. Вспых- нули сильные круглые лампы над выставками или узкие осве- тительные трубки по бокам окон. Трудно понять, из каких таинственных недр обнищавшая Москва ухитрилась извлечь товар, но она достала его и щед- рой рукой вытряхнула зазеркальные витрины и разложила на полках. Зашевелились Кузнецкий, Петровка, Неглинная, Лубян- ка, Мясницкая, Тверская, Арбат. Магазины стали расти как грибы... Государственные, кооперативные, артельные, част- ные. . . За кондитерскими, которые первые повсюду захїорелись огнями, пошли галантерейные, гастрономические, писчебу- мажные, шляпные, парикмахерские, книжные, технические и, наконец, универсальные. На оголенные стены цветной волной полезли вывески, с каждым днем все больших размеров. Кое-где они сделаны на скорую руку, иногда просто написаны на полотне, но рядом с ними появились постоянные, по новому правописанию, с яр- кими аршинными буквами. И прибиты они огромными проч- ными костылями. Надолго, значит... »°21. Увы, то была лишь кратковременная рыночная оттепель, допущенная большевиками. Даже И.Дм. Сытину с его огром- ным опытом книгоиздательской и книготорговой деятельно- сти не удалось развернуться в годы НЭПа. Власти могли в лю- бой момент конфисковать у частных предпринимателей для собственных нужд сырье, обложить их непосильными нало- гами. Товарищество по торговле тканями с Туркестанским 467
за Єдў -Є ×. ; краем, созданное в начале НЭПа известным предпринимате- лем дореволюционной России Н.А. Варенцовым, было в 1924 г. закрыто властямит. Рабочие во время первомайских демонстраций носили лозунги «Смерть частной торговле». На одном из плакатов того времени можно было прочесть: «Бе- реги свою трудовую копейку, не покупай у частного торгов- ца, не обогащай кулака! Покупай непосредственно в лавках и складах Нефтесиндиката, а где их нет - в кооперативных лавках. У Нефтесиндиката все дешевле и лучше!» А в коопе- ративных лавках появились объявления типа «Продажа всего всем гражданам! Довоенные товары! Довоенные цены» . Порой нэпманам-торговцам мешали развернуться и пресловутые «ножницы цен» , когда за 1 фунт керосина крестьянину требо- валось отдать три пуда хлеба. Не было более ненавистной лич- ности для нэпмана, чем фининспектор. Налоги порой отнима- ли у частных предпринимателей до половины всех доходов. Реакцией на такую политику стали уход бизнесменов в подпо- лье, распространение теневого сектора экономики. Немногие из российских предпринимателей оказались в эмиграции с достойным капиталом. Только давно осевщие в русском Харбине купцы могли по-прежнему свободно зани- маться бизнесом в Китает. Степан Павлович Рябушинский завел антикварную торговлю на юге Франции. Рестораны и магазинчики с русскими вывесками можно было встретить в Париже и Праге, Белграде и Нью-Йорке. Обратившись к рас- смотрению торгово-предпринимательской деятельности эмиг- рантов, авторы книги «Россия в изгнании. Судьбы российских эмигрантов за рубежом» (М., 1999), по сути, приоткрыли но- вую страницу в истории российского зарубежья. Их интерес- ные обобщения основаны на анализе документов Всероссий- ского союза городов в Константинополе, Всероссийского зем- ского союза, Союза русской присяжной адвокатуры в Германии, а также ряда личных архивных фондов. Основное внимание они уделили проблеме восстановления правового статуса российс- кого капитала за границей, источниках и путях аккумулиро- вания стартового капитала эмигрантского бизнеса, финансо- вой деятельности зарубежных российских банков и страховых компаний, торгово-промышленных объединений и союзов. 468
«%°%®0%°%°@°%°®% Более массовые формы приобрел в эмиграции малый и средний бизнес в сфере торговли, питания и бытового обслуживания на- селения; его структуры обеспечивали работой многих изгнан- ников, облегчали процесс их адаптации в чужеродной среде. И практически никто из отдаленных потомков гильдейско- го купечества не смог занять видные позиции в бизнесе новой России после крушения коммунистического режима и распада СССР. Ибо для предпринимательского успеха, наряду с капита- лом, нужно обладать и соответствующими личными качества- ми - инициативностью, склонностью к риску, оборотливостью, а они далеко не всегда передаются по наследству от предков.
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ ААЭ - Акты, собранные в библиотеках и архивах Россий- ской империи Археографической экспедиции Академии наук, СПб. АЕ - Археографический ежегодник АИ - Акты исторические, собранные и изданные Архео- графической комиссией Академии наук, СПб. АН - Академия наук АРИ - Архив русской истории, М. АСМ _ Акты Соловецкого монастыря. АСЭИ - Акты социально-экономической истории Северо- Восточной Руси, конца ХІУ - начала Х)/'І в. М. АФЗХ - Акты феодального землевладения и хозяйства, М. БЛДР - Библиотека литературы Древней Руси, СПб. ВВ - Византийский временник. Великий Новгород - Великий Новгород во второй полови- не ХУІ в. Сборник документов / Сост. К.В . Баранов. СПб., 2001 . ВИ - Вопросы истории. ВИД - Вспомогательные исторические дисциплины. ВКТСМ -- Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря / Изд. подгот. Е.Н. Клитина, Т.Н . Манушина, Т.В. Николаева. М., 1987. ВМОИДР -- Временник Московского общества истории и древностей российских. ВХК - Вотчинные хозяйственные книги. ГВНП - Грамоты Великого Новгорода и Пскова, М.: Л., 1949. ГИМ - Государственный Исторический музей. Голикова Н.Б. Корпорации - Голикова Н.Б . Привилеги- рованные купеческие корпорации России Х\їІ - первой чет- вертиХУІІІ в. М., 1998. Т. 1. ГЭ -- Государственный Эрмитаж. ДАИ - Дополнение к Актам историческим, собранным и изданным Археографической комиссией Академии наук, СПб. ДТ - Древнейшие государства Восточной Европы (до 1994 г.: Древнейшие государства на территории СССР): Материалы и исследования, М. 470
@%°%«<><%°%*®®%*°@%<>% ДДГ - Духовные и договорные грамоты великих и удель- ных князей ХІУ-Х)/І вв. М .; Л., 1950. ДР - Древняя Русь, журнал. ЖМНП - Журнал Министерства народного просвещения. ЗОРСА - Записки Отделения русской и славянской архео- логии Археологического общества, СПб. ИА - Исторический архив. ИГАИМК - Известия Государственной академии истории материальной культуры. ' ИИ -- Институт истории. КПНВ - Майков В.В. Книга писцовая по Новгороду Вели- кому конца ХУІ в. СПб., 1911. КСИА - Краткие сообщения Института археологии. КСИИМК - Краткие сообщения Института истории мате- риальной культуры. ЛЗАК - Летопись занятий Археографической комиссии. ЛКНВ - Лавочные книги Новгорода Великого / Под ред. С.В. Бахрушина. М., 1930. ЛХ - Летописи и хроники, М. МИУТТ - Материалы по истории Узбекской, Таджикской и Туркменской ССР.Ч . 1 . Торговля с Московским государством и международное положение Средней Азии в ХУІ-Х)/ІІ вв. Л . , 1932. НГБ - Новгородские грамоты на бересте. НГМ - Новгородский государственный музей-заповедник. НИС - Новгородский исторический сборник. НПК - Новгородские писцовые книги. НПЛ - Новгородская первая летопись старшего и младше- го изводов. М .; Л., 1950. . ОАПП - Опись архива Посольского приказа 1626 года / Подгот. В .И. Гальцов, под ред. С .О . Шмидта. М ., 1977. Ч .1-2. ОИ - Отечественная история. ОПИ - Отдел письменных источников. ОР - Отдел рукописей. ОТС - Греков Б.Д . Опись Торговой стороны в писцовой книге по Новгороду Великому Х\/'І в. СПб., 1912. ОЦААПП -- Описи Царского архива и архива Посольско- го приказа 1614 года. М ., 1960. ПВЛ - Повесть временных лет. 471
ПИ - Памятники источниковедения. ПИШ - Преподавание истории в школе. ПКГК - Писцовые книги города Казани 1565-1568 гг. и 1646 г. / Материалы по истории Татарской АССР. Л., 1932. ПКМГ - Писцовые книги Московского государства, СПб. ПКНЗ - Писцовые книги Новгородской земли. ПКР - Привилегированное купечество России во второй половине Х\/'І - первой четверти ХУІІІ в.: Сборник докумен- тов. Т. 1. / Сост. Т.Б. Соловьева (отв. сост.), Т.А . Лаптева. М., 2004. ПЛДР - Памятники литературы Древней Руси, М. ППКНВ - Писцовые и переписные книги Новгорода Вели- кого ХУІІ - начала ХУІІІ вв. / Сост. И.Ю. Анкундинов. СПб., 2003. ППС - Православный палестинский сборник. ПРП - Памятники русского права. ПСЗ - Полное собрание законов Российской империи. ПСРЛ - Полное собрание русских летописей. РА - Российская археология. РАН - Российская Академия наук. РГАДА - Российский государственный архив древних ак- тов. РГБ - Российская государственная библиотека, М. РИБ - Русская историческая библиотека, издаваемая Ар- хеографической комиссией, СПб. РНБ - Российская национальная библиотека, СПб. РФА - Русский феодальный архив ХІУ - первой трети ХУІ века, М. СА - Советская археология. Сб. ГКЭ - Сборник грамот Коллегии экономии. Сб. МАМЮ - Сборник Московского архива Министерства юстиции Сб. РИО - Сборник Русского исторического обще- ства, СПб. СГГД - Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в Государственной коллегии иностранных дел, М. СДРЯ - Словарь древнерусского языка (ХІ -- ХІУ вв.), М. СККДР _ Словарь книжников и книжности Древней Руси. Сл.РЯ ХІ -Х\/'П вв. - Словарь русского язьша ХІ-Х\/'П вв. , М. СР - Средневековая Русь, периодическое издание. 472
ТОДРЛ - Труды Отдела древнерусской литературы Инс - тута русской литературы (Пушкинский Дом). Л (спб ) ти Тр. ГИМ - Труды Государственного историч.еСк . ХКЧМ - Хозяйственные книги Чудова монастїїго игўёў 86 г. / Подг. текста С.Н. Богатырева. М ., 1996 Іря / ЧИОНЛ - Чтения в Историческом обществе Нестора-лето- писца. ЧОИДР - Чтения в Обществе истории и древностей росси " И- ских при Московском университете,
ПРИМЕЧАІ-ІИЯ См., например: Беляев И.С. Купеческие родословные как исто- рический источник. Чухломцы, посадские люди Юдины. М ., 1900. 2 Новосельцев А. П. Восточные источники о славянах и Руси \/`І -- ІХ вв. // Новосельцев А.П . и др. Древнерусское государство и его меж- дународное значение. М., 1965. С . 355-419. 3 Подробнее см.: Перхавко В.В. Торговый мир средневековой Руси. М ., 2006. С . 219 -274. 4 Черепнин Л.В . Новгородские берестяные грамоты как историчес- кий источник. М., 1969. С. 82-83, 269-270, 290-292; Рыбина Е.А. Сведения о торговле в берестяных грамотах // История и культура древ- нерусского города. М ., 1989; М юле Э. Торговля и денежные операции в ранних новгородских берестяных грамотах (ХІ - первая четверть ХІІІ в.) // Берестяные грамоты: 50 лет открытия и изучения. М., 2003. 5 Наиболее полный обзор древнерусских письменных источников см.: Письменные памятники истории Древней Руси. Летописи. По- вести. Хождения. Поучения. Жития. Послания: Аннотированный каталог-справочник / Под ред. Я'.Н . Щапова. СПб., 2003. ° Прокофьев Н.И . Русские хождения ХІІ-ХУ вв. // Ученые за- писки Московского гос. пединститута им. В .И . Ленина. М., 1970. Вып. 389. 7 Хорошкевич А.Л . Псковские летописи как источник по истории внешней торговли Пскова ХІУ-начала ХУІ в. // Летописи и хрони- ки. 1973. М ., 1974. 8 Французова Е.Б . Указатель опубликованных писцовых и про- чих описаний городов и посадов конца Х\/`- Х)/'І в. // АЕ 1991 г. М., 1994; Города России ХУІ века: материалы писцовых описаний / Изд. подгот. Е.Б . Французовой. М ., 2002. 9 См.: Ключевский В.О. Сказания иностранцев о Московском го- сударстве. М ., 1916 (Репринт: М., 1989). 1° Опись архива Посольского приказа 1626 года / Подгот. В .И . Галь- цов, под ред. С.О. Шмидта. М., 1977. Ч.1. 11 См: Базилевич К.В. Таможенные книги как источник экономичес- кой истории России // Проблемы источниковедения. М .; Л., 1933. Сб. 1 . 12 Базилевич К.В. Коллективные челобитья торговых людей в пер- вой половине Х\/ІІ в. // Известия Академии наук СССР. Серия УІІ. Общественные науки. 1932 . М 2. 13 Описание городов Европейской части России ХУІ-ХУІІ веков: Указатель по материалам писцовых и переписных книг / Сост. Т .Б . Со- ловьева, Л.А. Тимошина. М ., 2005. 1 474
14 Тимошина ЛА. Книга Московского Печатного двора и высшее русское купечество ХУІІ века// Экономика, управление, демогра- фия городов Европейской России Х'\7-ХУІІІ веков. История, историо- графия, источники и методы исторического исследования: Материа- лы научной конференции. Тверь, 1999. С . 40-46; См. также: Поздее- ва И.В ., Пушков ВЛ., ДадыкинА.В. Московский печатный двор -- факт и фактор русской культуры. 1618-1652. М., 2001. 15 Читатели изданий Московской типографии в середине ХХ/'ІІ ве- ка/ Публикация документов и исследование С.П . Луппова. Л ., 1983. С. 137, 151. 1** Спегальсний Ю.А. Псковские каменные жилые здания ХУП ве- ка. М .; Л., 1963; Тиц АА. Русское каменное жилое зодчество ХУІІ ве- ка. М., 1966; Овчинникова Е.С . Церковь Троицы в Никитниках. Па- мятник живописи и зодчества ХУІІ века. М., 197 0; Выголов В.П. Ар- хитектура Московской Руси середины Х\/' века. М. , 1988. "Материалы для истории московского купечества. М ., 1883. Т.1. С . 1. 18 Материалы для истории московского купечества. М . , 1884. Т. 4. 19 Павлов-Сильванский В.В., Рогов А.И. Рукописные и старопечат- ные книги, приобретенные экспедицией Археографической комис- сии в Бурятской АССР в 1960 г. // АЕ 1961. М., 1962. С. 212. 2° Государственный архив Тверской области. Ф. 172. Оп. 2. Д . 456. Л. 14. 21 Кафенгауз Б.Б . Купеческие мемуары // Московский край в его прошлом. М ., 1928. Ч. 1 . Ч . 105-128; Преображенский А.А . «Памят- ная книга» московского купца середины ХІХ века // Российское ку- печество от средних веков к новому времени. М ., 1993. С. 140 -- 143; Он же. Московский купец середины ХІХ века о времени и о себе // Менталитет и культура предпринимателей России Х)/ІІ-ХІХ вв. М . , 1996. С . 164-180; Купри.яновА.И . Русский горожанин конца ХУІІІ - первой половины ХІХ века (по материалам дневников) // Человек в мире чувств. Очерки по истории частной жизни в Европе и в некото- рых странах Азии до начала Нового времени. М . , 2000. С . 120-145. 22 ЛевандовскаяА.А ., ЛевандовскийА.А . Русский купец-предпри- ниматель в зеркале художественной литературы // История России ХІХ-ХХ веков: Новые источники понимания. М ., 2001; Они же. «Темное царство»: Купец-предприниматель и его литературные об- разы // ОИ. 2002. М 1. С . 146-152. 23 Берлин П. Буржуазия в русской художественной литературе // Новая жизнь. 1913 . М 1. С . 171. 2* Приселков М.В . Купеческий бытовой портрет Х\/'ІІІ-ХХ вв. Л ., 1925; «Для памяти потомству своему» . Народный бытовой порт- рет в России / Авт.-с ост. Н.И. Гончарова. М ., 1993. 475
@°%°@°%°%°%®@°%* 25-См., например: Розовский Л . Переписи русской промышлен- ности 1900 и 1908 гг. // Очерки по истории статистики СССР. М., 1960; Галахов В.В . Статистические материалы промыслового обло- жения как исторический источник // Некоторые вопросы историо- графии и источниковедения истории СССР. М., 197 7 ; Он же. Ста- тистические материалы промыслового обложения // ИЗ. М., 1983. Т. 109; Воронкова С.В. Статистика промышленного производства // Массовые источники по социально-экономической истории России пе- риода империализма. М., 1979; См. также: Рабинович Г.Х . Малоизу- ченные источники по истории буржуазии в России: (Некоторые воп- росы методологии и методики исследования) // Методологические и историографические вопросы исторической науки. Томск, 1972. Вып. 7-8. 2° См.: Шацилло М.К . Справочные книги о лицах, получивших купеческие и промысловые свидетельства // Исследования по исто- рии СССР дооктябрьского периода. М ., 1984. 2” См.: БохановА.Н . Буржуазная пресса России и крупный капи- тал. Конец ХІХ в. - 1914. М., 1984. 28 См. , например: Купеческие дневники и мемуары конца ХУІІІ - первой половины ХІХ веков / Составители: А.В . Семенова, А.И. Ак- сенов, Н.В . Середа. М ., 2007. 29 См. историографические обзоры: Советская историография Киевской Руси. Л ., 1978. С . 7 2-7 7 ; Фроянов И.Я. Киевская Русь. Очерки отечественной историографии. Л ., 1990. С . 74 -87; Пузанов В.В . Княжеское и государственное хозяйство на Руси Х-ХІІ вв. в отечественной историографии ХУІІІ - начала ХХ в. Ижевск, 1995. С. 105-113; Перхавко В.В. Торговый мир средневековой Руси. М ., 2006. С . 7-17. 3° Заходер Б.Н. Каспийский свод сведений о Восточной Европе. М., 1967. Т. 2. С. 84-85. 31 Калинина Т.М. Торговые пути Восточной Европы // История СССР. 1986. М 4. С. 75. 32 Идентичность «ругов » Раффельштеттенского устава и русов не вызывает сомнений. См.: Назаренко А.В. Немецкие латиноязычные источники ІХ-ХІ веков. М., 1993. С. 64-66, 83-91; Он же. Древ- няя Русь на международных путях: Междисциплинарные очерки культурных, торговых, политических связей ІХ-ХІІ вв. М ., 2001. С. 90 -94, 104-107. 33 Кунин А.А ., Розен В.Р . Известия ал-Бекри и других авторов о Руси и славянах. СПб.,1878. Ч. 1 .С . 49. 34 Перхавко В.В. Торговый мир... С. 60-61 . 3” ПСРЛ. М., 1997. Т. 1. Стб. 46-47; М., 1998. Т. ІІ. Стб. 35-36. 476
*@°%«°@%°%*°@°%®€%°%« 3” См.: Славяне и скандинавы. М., 1986; Лебедев Г.С . Эпоха ви- кингов в Северной Европе. Л., 1985. 37 Херрман И. Полабские и ильменские славяне в раннесредневе- ковой балтийской торговле // Древняя Русь и славяне. М., 1978. С. 191 -196; Он же. Славяне и норманны в ранней истории Балтий- ского региона // Славяне и скандинавы. С. 8-128 . за Исландские саги. Эпос. М., 1956. С. 268-270. 89 Новосельцев А.П . и др. Древнерусское государство и его между- народное значение. М ., 1965. С . 412. 4° См. публикации: Исландские саги. М ., 1956; Джаксон Т.Н . Исландские королевские саги о Восточной Европе. М . , 1994. 41 Кудруна. М., 1984. С. 52-79. 42 Ковалевский А.П . Книга Ахмеда Ибн-Фадлана о его путеше- ствии на Волгу в 921-922 гг. Харьков, 1956. С. 141-146. 43ПСРЛ. М., 1997. Т. І. Стб. 7; М., 1998. Т. ІІ. Стб. 6. 44 Путь из варяг в греки и из грек... Каталог выставки. М., 1996. 45 Буров В.А. Лето в Новгороде. Из варяг в греки на байдарке. М ., 1994; Лебедев Г., Жвиташвили Ю. Дракон «Нево» на пути из варяг в греки: Археолого-навигационные исследования древних водных ком- муникаций между Балтикой и Средиземноморьем. СПб., 1999. '*° Бернштейн-Коган С.В . Путь из варяг в греки // Вопросы гео- графии. М ., 1950. Сб. 20; Ср.: Брим В.А. Путь из варяг в греки // Из- вестия АН СССР. Отделение общественных наук. 1931 . М 2; Славяне и скандинавы. М., 1986. ч “ Лебедев Г.С . Эпоха викингов в Северной Европе: Историко-ар- хеологические очерки. Л ., 1985. 4” Константин Багрянородный. Об управлении империей (Текст, перевод, комментарий). М ., 1989. С. 45 -51. 4” Публий Овидий Назон. Скорбные элегии. Письма с Понта / Из- дание подготовили М.Л . Гаспаров, С.А. Ошеров. М., 1982. С . 26. 5° Литаврин Г.Г. Византия и славяне. СПб., 2001. С. 427. 51 См.: Сахаров А.Н. Дипломатия Древней Руси: ІХ - первая по- ловина Х в. М ., 1980.С . 84 -1 79, 233-258; Хачатуров Р.Л. Мирные договоры Руси с Византией. М., 1988; М аііпгоиаі <І. І)іе гизвізсй- Ьуаапііпівсічеп \/'егізгііде сіеэ 10 . .Іа11г11ипсіегЪз аиз с1ір1оп1а'сізсЬег ЅісІ1!:. Уапіаэ, 1994. 52 См.: Литаврин Г.Г . О юридическом статусе древних русов в Византии в Х столетии (Предварительные замечания) // Византийские очерки. М ., 1991 . С . 60-82; Он же. Условия пребывания древних ру- сов в Константинополе в Х в. и их юридический статус // ВВ. 1993 . Т. 54. С. 81-92. 53ПСРЛ. Т. І. Стб. 81- 32; Т.ІІ. Стб. 22. 477
*4-165 _ .~. И псгл. т. 1. ста. 48; т. 11. ста. з*/-за. 5* ПСРЛ. Т. І. Стб. 67. '*° Перхавко В. Б. Летописный Переяславец на Дунае // ДГ. 1992- 1993 гг. М., 1995. С . 168 -182; Коновалова Н. Г., Перхавко В. Б . Древ- няя Русь и Нижнее Подунавье. М., 2000. С . 53-69 . 57 Перхавко В.В. Торговый мир... С . 126-132, 135-137. 58СДРЯ. М., 1989. Т. ІІ. С. 373. °° Исландские саги. М ., 1958. С . 268; Джаксон Т.Н. Исландские королевские саги о Восточной Европе (Первая треть ХІ в.). Тексты, перевод, комментарий. М., 1994. С . 72. °° Штида Л.Х . О различных именах сортов меха в ганзейское вре- мя // Труды ІХ Археологического съезда в Вильне. М., 1897. Т . ІІ. С. 45 -52; Матузова В.И . Английские средневековые источники ІХ- ХІІІ вв. (Тексты, перевод, комментарий). М., 1979. С . 46-49. °1НовосельцевА.П., Пашуто В.Т . Указ. Соч. С . 92 . “2 К гаиз А. Ѕіоуапе у Ііізегаіъиге з!:агопетес1-ке до го]-ки 1500 // Ѕ1оуапв1<у зЬогпі1<. Ргайа, 1886. К. У . Ѕ . 2258. “З Ѕгіеіудо 1. Рїепіасіа роиаісгиэзсоччу // Ѕ1оупіІ< з1:аго2у!:поёсі в1оучіайвІ<ус1'1. \77гос!а\н еізс., 1970. Т. І\/`. Ѕ . 90 -94. М Котляр Н.Ф . Северорусские («черниговские››) монетные гривны // ДГ. 1994 г. Новое в нумизматике. М ., 1996. С . 80 - 116; Мельнико- ва ЕА. Эпиграфика древнерусских платежных слитков (в связи с над- писями на гривнах клада из Бюрге, Готланд) // Там же. С . 143-150. °5 Латиноязычные источники по истории Древней Руси. Герма- ния. Середина ХІІ - середина ХІІІ в. / Составление М.Б. Свердлова. М.; Л., 1990. С. 334. °° Мопитепіза Сегшапіае Нізізогіса. Ьедит. Ѕесізіо ІІ. Наппоуегае, 1897 . Р . 249-252; См. переводы на русский язык: Латиноязычные источники по истории Древней Руси... С . 15-32; Назаренко А.В . Не- мецкие латиноязычные источники... С . 64-67. “Т НазаренкоА. В . Русь и Германия в ІХ-Х вв. // ДГ, 1991 г. М . , 1994. С. 21-61; Он же. Древняя Русь... С . 80 -94. “З Н азаренкоА. В . Немецкие латиноязычные источники... С . 13 - 15, 21, 46-47; Он же. Древняя Русь... С . 105-112. °° Куник А.А ., Розен В.Р. Известия ал-Бекри и других авторов о Руси и славянах. СПб., 1878. Ч . 1.С. 49. "° Ёгосйа 11еЬгаіЅ1<іе с1о сівіеіош Ѕїхошіап і піе1<'согусІ1 іппусй Ішіоиг ёгос1!<о\ч/еі і шэсічосіпіеі Еигору / \д7ус1. і Ыиш. Р . Киріег, Т. Ьеучісієі. \Угос<!а\у; Шагвиаша, 1956. Ѕ . 36-40; НовосельцевА.П ., Пашуто В.Т. Внешняя торговля Древней Руси- (до середины ХІІІ в) // История СССР. 1967. Мг 3. С. 89. 478
/Ъ:-»Ґ . Чё:-т ~?›. 11 Потин В. М. Древняя Русь и европейские государства в Х- ХІІІ вв. Л., 1968. С. 166-167. 12 Латиноязычные источники по истории Древней Руси. С. 338 - 343. 13 ІІг1шп<1епЬисІ1 гиг СтевсЬіс!1!;е дег ВаЬепЬегдег іт Оэізеггеісй. Шіеп, 1950. Всі. І. Ы . 86 Ѕ. 118; НазаренкоА. В . Древняя Русь на меж- дународных путях... С. 102 -104 . *-1 ігоага ьеьгаівкіе ао ащіеіош вг<м1ап.... Ѕ . вв, 98, 128-129. 15 Мопишепіа есс1евіае Ѕігідопепвіз / Ед. Р . Кпаии. Ѕігідопіі, 1882. Т. ІІ . Р . 238-241; НовосельцевА. П., Пашуто В.Т. Указ. соч. С . 86 . 111 Потин В. М . Древняя Русь... С. 188-195, 218-221. 11 Даркевич В. П. К истории торговых связей Древней Руси (по археологическим данным) // КСИА. М ., 1974. Вып. 138. С . 93 - -103; Он же. Международные связи // Древняя Русь. Город, замок, село / Археология СССР. М ., 1985. С . 387-399. 111 Татищев Б.Н. Собр. соч. М., 1995. Т. 2. С. 142. 111 Подробнее о них см.: Перхавко В.В. Торговый мир... С. 219 - 274; Он же. Распространение пломб дрогичинского типа // Древней- шие государства на территории Восточной Европы. Материалы и ис- следования. 1994 г. Новое в нумизматике. М., 1996. С . 211-247. 11° См.: Перхавко В.В. Торговый мир... С . 191 -196; Он же. Пуш- нина в древнерусском товарообмене (ІХ-ХІІІ века) // Отечествен- ная история. 1999 . М 5 . С . 164-174. : 81 См. сводки археологических, нумизматических и письменных источников о международной торговле домонгольской Руси: Ново- сельцевА.П ., Пашуто В.Т. Указ. соч. С. 81-108;Даркевич В.П . Меж- дународные связи. С. 387-411; Сидоренко О.Ф . Українські землі у міжнародній торгівлі (ІХ - середина Х\/'ІІ ст.). Київ, 1992. С . 5-89. 11 ПСРЛ. Т. І . Стб. 487. 13 См.: Перхавко В.В . Торговый мир... С . 152-185; Он же. Хле- боторговля в Древней Руси // Отечественная история. 1996 . М 4. С. 16-28. 8** ПСРЛ. М., 2000. Т. ІХ. С. 68. 11 ПСРЛ. Т. ІІ. Стб. 635. 11 См.: Рыбина Е.А. Археологические очерки истории новгород- ской торговли Х-ХІУ вв. М ., 1978; Толочко П. П. Торговля древнего Киева // Новое в археологии Киева. Киев, 1981. С. 355-378; Зацен- ко Б.Н . Торговля в южнорусских землях (1/ІІІ - первая половина ХІІІ в.) // Археология Украинской ССР. Киев, 1986. Т . 3. С . 47 0-485. 111 Каргер М.К . Древний Киев. М.; Л., 1958. Т.1 . С . 473-474; Но- вое в археологии Киева. Киев, 1982. 479
не (1111) 'Є __,:_ _ 111 Рыбаков Б.А. Сбыт продукции русских ремесленников в Х- ХІІІ вв. // Ученые записки МГУ. М., 1946. Вып. 93 . С. 68-112; Он же. Ремесло древней Руси. М ., 1948. С . 437 -481. 119 В наиболее четкой форме проблема многоукладности древне- русской экономики представлена в статье Я.Н . Щапова. См.: Щапов Я.Н . О социально-экономических укладах в Древней Руси ХІ - пер- вой половины ХІІ вв. // Актуальные проблемы истории России эпо- хи феодализма. М ., 1970. С . 85-113 . °° Ключевский В.О. Сочинения. В 9 т. М ., 1989. Т . УІ. Специаль- ные курсы. С . 7. 11 СДРЯ. М., 1989. Т. ІІ. С. 371-373; Львов А.С. Лексика «Пове- сти временных лет». М ., 1975. С . 253-270. 111 См.: Срезневский И.И. Материалы для словаря древне- русского языка. СПб., 1893. Т. І. Стб. 569-571; ПСРЛ. М., 2000. Т. ІІІ. С. 254. 11 ПСРЛ. М., 1998. Т. ІІ. Стб. 196, 526, 528. 111 Ильинский Г.А . Грамоты болгарских царей. М ., 191 1. С . 13. 91 СДРЯ. Т. ІІ . С . 371-373. 1" Даркевич В.П . Единство и многообразие древнерусской куль- туры (конец Х-ХІІІ вв.) // ВИ. 1997. М 4. С . 48. 91 См.: Срезневский И,И. Материалы для словаря древнерусско- го языка. Т. І . Стб. 1370,1371, 1374,1375; СлРЯ ХІ-ХУІІ вв. М., 1981. Вып. 8. С. 126, 127; СДРЯ. М., 1991. Т. ІУ. С. 338. 18 Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд / Под ред. О.Н . Трубачева. М ., 1980. Вып. 7 . С. 67, 68; Колесов В.В. Мир человека в слове Древней Руси. Л ., 1986. С. 68; Впрочем, следует упомянуть также о мнении ряда лингвистов, полагающих, что слово «купить» (производное от которого - ку- пец) заимствовано из готского «Ісаироп» или «Ісаиріап» (промышлять торговлей), в свою очередь происходящее из латинского «саиро» (ла- вочник, трактирщик). См.: Фасмер М. Этимологический словарь рус- ского языка. М ., 1986. Т. ІІ. С . 420-421; Бенвенист Э. Словарь ин- доевропейских социальных терминов: Пер. с фр. М ., 1995. С. 106; Нс1о1рІ1 Ц. «Напсіе1» ипсі «\/'егІ<е11г» іп вІауіэсЬеп Огізвпашеп // Іїпіегвисішпдеп зи Напсіеі ипсі \/'ег1<еІ1г дет уог- ипкі ±`гіі113езсІ1ісІ11:1ісІ1еп 2еі'с іп Мі!:1:еІ- ипсї Ыопіеигора. (}б1;'г.іп,<;еп, 1987. Т. ІУ . Ѕ . 576. 99 Кучкин В.А . Десятские средневековой Руси // Средневековая Русь. М ., 2004. Вып. 4; С. 239 -241, 245-246. 1°° ГВНП. Мг 3, 6, 9-10, 14- _15, 19. С. 16, 20, 22, 28, 30, 36. 1°1 См.: Гневушев А.М. Очерки экономической и социальной жиз- ни сельского населения Новгородской области после присоединения 480
@°%«°1%°%1°%®%1®% к Москве. Т. 1. Сельское население Новгородской области по писцо- вым книгам 1495-1505 гг. Киев, 1915. Ч . 1. С. 317-318; Данилова Л.В . Очерки по истории землевладения и хозяйства в Новгородской земле в ХІУ-Х\ї вв. М., 1955. С . 191 -199; Вернадский В.Н. Новгород и Новгородская земля в Х\ї в. М .; Л., 1961 . С . 161 - -166, 346-349. 1°1ГВНП.М2,7.С.11,18. 1°1 ГВНП. М 138. С . 192; Якин ВЛ. Новгородские акты ХІ-ХУ вв. Хронологический комментарий. М ., 1991. С . 329 . 1°1 Кучкин В.А. Указ. соч. С . 240. 1°5 Изборник 1076 г. / Издание подготовили В.С. Голышенко, В.Ф. Дубровина, В.Г . Демьянов, Г.Ф. Нефедов. М ., 1965. С . 405; Ср.: СлРЯ ХІ-Х\/'ІІ вв. Вып. 8. С. 126 . 1°° СлРЯ ХІ-Х)/'ІІ вв. М., 1994. Вып. 19. С. 205. 1°1 БЛДР. СПб., 1999. Т. 2. ХІ-ХІІ века. С. 466 (текст), 467 (пере- вод). 1°1 Старославянский словарь (по рукописям Х-ХІ веков) / Э. Бла- гова, Р.М . Цетлин, С. Геродес и др.: Под ред. Р .М . Цетлина, Р. Вечер- ки и Э. Благовой. М., 1994. С . 299; См. также: Словарь старославян- ского языка. В 4 т. СПб., 2006. Т. ІІ. (Репринтное издание). С . 85. 1°° Житие и чудеса св. Николая Мирликийского и похвала ему / Исследование архимандрита Леонида. СПб., 1881. С. 85. 11° Российское законодательство Х-ХХ веков. В 9 т. Т . 1 . Законо- дательство Древней Руси. М., 1984. С. 47, 64, 67 . 111ПСРЛ. Т. ІІІ. С. 32. 112 См.: ДКУ. С. 158-165. 1111 См. литературу: Перхавко В.В. Церковь и внешнеэкономиче- ские связи Руси в ХІ-ХІУ вв. // Церковь, общество и государство в феодальной России. М ., 1990. С . 56-58, 65. 111 Янин В.Л . К хронологии « Торгового устава князя Всеволода» // АЕ. 1976. М., 1977. С. 60-68. 111ДКУ. С. 24. 111 Буров В.А. Очерки истории и археологии средневекового Нов- города. М., 1994. С. 109. 111 Флоря Б.Н. О купеческих организациях в Новгороде ХІІ-ХУ ве- ков // От Древней Руси к России нового времени. М. , 2003. С. 272-27 5. 1111 Даркевич В.П . «Градские люди» Древней Руси ХІ-ХІІІ вв. // Из истории русской культуры. М ., 2000. Т. 1. Древняя Русь. С . 683 . 111 ААЭ. 1836. Т.1 . 12° Рыбина Е.А. Торговля средневекового Новгорода. Великий Новгород, 2001. С . 282 -289, 312, 317, 321; Она же. О купеческом складничестве на Руси (по материалам берестяных грамот) // Берес- тяные грамоты: 50 лет открытия и изучения. М., 2003. С . 96 -101 . 481 16 - 6968 Перхавко
× .-. 1@°%°@°%<>@°% 12 .: арообмене 1 См Перхавко В.В . Пушнина в древнерусском тов (ІХ-ХІІІ века) // ОИ. 1999. М 5. С . 164-174. 122 ПСРЛ. Т . ІУ. С . 65; Новгородские летописи. СПб., 1870. С. 34, 236. 122 См.:Аристов Н,Я. Промышленность Древней Руси. СПб., 1866. С. 181; Янин В.Л., Зализнлк А.А . Новгородские грамоты на бересте (из раскопок 1977-1983 гг.) . М ., 1986. С . 18 . 121ПСРЛ. М., 2003. Т. У. Вып. 1. С. 22, 33-34. 1211Там же. С. 71. 122 ПСРЛ. М., 2000. Т. ІІІ. С. 368-369; М., 2000. Т. ХУ. Стб. 80. 121 ПСРЛ. Т. ІІІ С. 394. 122 СДРЯ. М., 1991. Т. І\/'. С. 338-339. 122 Памятники деловой письменности Х)/ІІ века. Владимирский край. М ., 1984. С . 126, 219; Деловая письменность Вологодского края. ХУІІ-Х)/'ІІІ вв. Вологда, 1979. С . 40, 74, 80, 83; Перхавко В.В. Мо- настыри как корпоративные собственники в рыночной сфере средне- вековой Руси // Собственность в России: Средневековье и раннее но- вое время. М., 2001. С .237-238 . 12° СлРЯ ХІ-Х)/'ІІ вв. Вып. 8 . С . 127. 1111 См., например: Козлова Н.В . Российский абсолютизм и купе- чество в ХУІІІ веке (20-е - начало 60-х годов). М ., 1999. С. 6 -7; Брян- цев М.В. Культура русского купечества (воспитание и образование). Брянск, 1999. С . 5. 122 Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. М . , 1987 . Т. ІУ . С. 82; П<іо1р1а Д. Ор . сііз. Ѕ . 583--591. 122 Смоленские грамоты ХІІІ-ХІУ вв./ Подготовили к печати Т.А . Сумникова и В.В. Лопатин / Под ред. Р.И . Аванесова. М., 1963. С. 66. 121 ДКУ. С . 155. 125ПСРЛ. М., 2000. Т. ІІІ. С. 341. 1211 См.: Срезневский И.И . Материалы для словаря древнерусско- го языка. СПб., 1903. Т . ІІІ . Стб. 1055-1056. 121 Срезневский И.И . Материалы для словаря древнерусского язы- ка. СПб., 1895.Т. ІІ. Стб. 1520; Кочин Г.Е . Материалы для термино- логического словаря древней России. М .; Л., 1937. С . 284. 122 Древнерусские патерики. Киево-Печерский патерик. Волоко- ламский патерик. М ., 1999. С . 55, 371. 121 СДРЯ. М., 1990. Т. ІІІ. С.267. 1'1° ПСРЛ. М ., 2000. Т. ХУ. Стб. 185. 111 ПСРЛ. Т . ХХ/`. Стб. 65; Более подробно об этой привилегиро- ванной группе московского купечества см.: Сыроечковский В.Е. Гос- ти-сурожане. М .; Л. , 1935; Перхавко В.В . Первые купцы российские. 482
(25:-#3” . 14-145? 1@°%1°1@°%1°1%° 1 0%* г М., 2004. С. 131-144, 151-159; Он же. Торговый мир средневеко- вой Руси. М., 2006. С. 405-410. 112ПСРЛ. Т. Х. С. 228. 111 Сб. РИО. СПб., 1884. Т . 41. С . 234, 235. 111 Памятники Куликовского цикла. СПб., 1998. С. 157, 209-210, 234, 271. 1111 ДДГ. М 11. С. 32. 1111Там же. М 66. С. 216. 111 Сыроечковский В.Е. Указ. соч. С . 30-33; Сахаров А.М . Города Северо-Восточной Руси ХІУ-ХУ веков. М ., 1959. С . 165-166 . 112 Пригара А.П . Опыт истории состояния городских обывателей при Петре Великом // ЖМНП. 1867. М 9. С . 694; Дьяконов М.А. Очер- ки общественного и государственного строя Древней Руси. 4-е изд. М.; Л., 1926. С. 235-237. 111 Тихомиров М.Н . Средневековая Москва. М ., 1997 . С . 182-183. 11° Черепнин Л.В . Русские феодальные архивы ХІУ-ХУ вв. М.; Л., 1948. Ч . 1. С . 44; Он же. Образование Русского централизованно- го государства в ХІ\/'-ХУ веках. М ., 1960. С. 415-421. 1°1 ПСРЛ. М., 1994. Т. 39. С. 124-126. 112ПСРЛ. М.; Л., 1962. Т. 27. С. 104. 1112 ПСРЛ. М.; Л., 1949. Т. 25. С. 281. 111 Пронштейн А.П . Великий Новгород в ХУІ веке: Очерк соци- ально-экономической и политической истории города. Харьков, 1957. С. 143. 111” В частности, в 1547 г., побывав в Новгороде, Иван ІУ «покло- ну велел доправити на старостах три тысячи золотых болших, оприш- но сурожан». См.: ПСРЛ. М., 2000. Т. ІУ. Ч. 1. С. 619. 152ААЭ. СПб., 1836. Т. 1. С. 325. 111 ПЛДР. Конец Х)/` - первая половина ХУІ века. М ., 1984. С. 366 . 112 Судебники ХУ-ХУІ веков. М ., Л., 1952. С . 171, 173, 372, 402, 406; Соборное Уложение 1649 г. Л., 1987 (Гл. Х . Ст. 209, 244; Гл. ХУІІ. Ст. 13, 34; Гл. ХУІІІ. Ст. 15 ; Гл. ХХУ. С. 11). 112 СлРЯ ХІ-ХХ/'ІІ вв. М., 1990. Вып. 16. С. 185-186. 1°°АСЭИ. М., 1964. Т. 3. М 22. С. 39. 1°1 Там же. Не 23. С. 41-43. 122 «Во градех купующе и продающе и прикупы богатеюще», - писал в ХУІ в. о торговцах Ермолай-Еразм. См.: ПЛДР. Конец ХУ - первая половина ХУІ века. С. 654. 1°1 Российское законодательство Х-ХХ веков. М ., 1985. Т. 2 . С . 61 . 1°1 Термин «гости-корабельники» («гости-корабелщики», «гости- корабельницы») не позже начала ХУІІ в. проник и в переводную «По- весть о Бове Королевиче» , тесно связанную с русским фольклором и 483
%°%101%®%*>°1%°%®%®%1 напоминающую богатырскую сказку. См.: ПЛДР. ХУІІ век. Книга первая. М., 1988. С. 279-280, 641-642. 1°1 Добрыня Никитич и Алеша Попович / Изд. подгот. Ю .И. Смир- нов и В.Г . Смолицкий. М., 1974. С . 278, 279. 1°° ГорсейДж. Записки о России ХУІ - начала ХУІІ в. М. , 1990. С. 59. 1°1 ПЛДР: Середина ХУІ века. М ., 1985. С. 172. 1°°ААЭ. Т. 1. С. 324. 1°° Флетчер Дж. О государстве Русском. СПб., 1906. С . 51, 131. 11° Флетчер Дж. О государстве Русском. СПб. , 1906. 111 Российское законодательство Х-ХХ вв. Т . 2. С . 101 . 112СГГД. М., 1813. Ч.1. М 192. С. 553-554. 112ААЭ. СПб., 1836. Т. ІІ. М 7. С. 45-46, 54-55. 111 См. более подробно о них: Перхавко В.В . «Выводы» и «своды» купцов в феодальной России // Купечество в России. Х)/' - середина ХІХ века. М ., 1997. С. 112-147. 111 См.: Пронштейн А.П. Великий Новгород в ХУІ веке: Очерк социально-экономической и политической истории города. Харьков, 1957 . С . 143-147; Варенцов В.А . Московские гости в Новгороде // ВИ. 1982. М 8. С . 34-40; Он же. Привилегированное купечество Новгорода ХХ/'І-Х\/'ІІ вв. Вологда, 1989. С. 11 -34; Петров ДА. Строи- тельство Сырковых // Заказчик в истории русской архитектуры (Ар- хив архитектуры. Вып. 5). М ., 1994. С . 64-96; Гордиенко Э.А . Нов- город в ХУІ веке и его духовная жизнь. СПб., 2001 . 1111 Российское законодательство Х-ХХ вв. М ., 1985. Т . 3 . С . 68. 111АИ. СПб., 1841. Т. ІІІ. М 164. С. 291 112 Вологодские епархиальные ведомости. 1873. М 23. С. 771. 112 См.: Голикова Н.Б. Корпорации. Т. 1; Она же. К вопросу о со- ставе русского купечества во второй половине ХУІІ - первой чет- верти Х\/'ІІІ в. // Русский город. М., 1980. Вып. 3. С. 39-41. 12° По мнению Б.Н. Флори, «гостиные дворы» выделялись при налогообложении до 70-х гг . ХХ/'І в. См.: Флоря Б.Н . Привилегиро- ванное купечество и городская община в Русском государстве конца Х\ї - начала ХУІІ в. // История СССР. 1977. М 5 . С. 149-150, 154; Ср.: Голикова Н.Б . Образование сословий корпорации гостей и ее со- став в ХУІ в. //АРИ. М., 1994. Вып. 5. С. 20. 121 Российское законодательство Х-ХХ веков. Т . 2. Законодатель- ство периода образования и укрепления Русского централизованно- го государства. М., 1985. С . 100. 1112 ПСЗ. СПБ., 1830. Т. 1. С. 26. 122 Голикова Н.Б. Корпорации. Т .1. С. 23-58; Она же. Образова- ние сословий корпорации гостей... С . 10. 484
1%°%°1@°%1°@°%1®<їКЁ®%1 121 Впрочем, среди сурожан наряду с зажиточными коммерсанта- ми попадались также люди со средним и даже небольшим оборотным торговым капиталом, потомки которых могли быть причислены с середины - второй половины Х\/'І в. к гостям лишь в случае собствен- ного возвышения на ниве коммерции. См.: Сыроечковский В.Е. Указ. соч. С . 78-79. 122 ДАИ. СПб., 1846. Т. 1. М 147. 122 Посольство Кунраада фан-Кленка к царям Алексею Михайло- вичу и Федору Алексеевичу. СПб., 1900. С. 359. 121 Котошихин Г. О России в царствование царя Алексея Михай- ловича. М ., 2000. С. 164-165. 122 ПСЗ. СПб., 1830. Т. 2. С. 210-211, 340. 122 Котошихин Г. Указ. соч. С. 164-165. 122 Так они называются, например, в деле (июль 1632 г.) о взятии с населения Москвы лошадей, телег и возчиков во время Смоленской войны. См.: ПКР. М., 2004. Т. 1. М 23. 1. С. 113-114. 121 Голикова Н.Б. Корпорации. Т . 1 . С . 191. 122 Голикова Н.В. Корпорации. Т . 1 . С . 216 -222. 122 Забелин И.Е . Материалы для истории, археологии и статисти- ки города Москвы. М., 1891. Т. 2. Стб. 610-611. 121 Русско-белорусские связи (157О-1667 гг.). Минск, 1963. М 18- 19. С . 21-23. . 122 См., например: Описание Великого Устюга в Устюжской пис- цовой книге «Письма и меры Микиты Вышеславцова да подьячего Агея Федорова 131 и 132 и 133 и 134 году» / Публикация Ю.С. Васи- льева, Р.П. Биланчук, С.Е. Замараева // Бысть на Устюзе... Истори- ко-краеведческий сборник. Вологда, 1993. С. 163, 175. 122 Забелин И.Е. Материалы для истории, археологии и статисти- ки города Москвы. Т.2 . Стб. 1105-1106. 121 ААЭ. СПб., 1836. Т. ІУ. М 252. С. 354 - 355. 122 ААЭ. СПб., 1836. Т. ІУ. М 13. С. 14. 122 Материалы по истории СССР. Вып. ІІ. Документы по истории ХУ-Х\/'ІІ вв. М ., 1955. 0 .136. 222 Великий Новгород. С . 62 - 63; КПНВ. С . 168. 221 См. подробнее о них: Перхавко В.В. «Выводы» и «своды» куп- цов в феодальной России // Купечество в России. ХУ - середина ХІХ века. М., 1997. С . 112 -147. 222 ААЭ. СПб., 1836, Т. І. М 223. С. 213. 222 ААЭ. СПб., 1836. Т. ІІ. С. 13,45; АИ. СПб., 1841. Т. 2. М 306. С. 361; Акты, относящиеся к истории земских соборов. М ., 1920. С. 13; Кулакова И.П. «Москвичи торговые люди» конца Х)/'І - нача- 485
Ф ла ХУІІ в. // Торговля и предпринимательство в феодальной России. М., 1994. С. 88 -89; Голикова Н.Б . Образование сословной корпора- ции гостей и ее состав в Х\/'І в. //АРИ. М., 1995. Вып. 6. С. 35-38. 221 ПСРЛ. М ., 2000. Т. ІІІ . С . 391; Сквайрс Е.Р ., Фердинанд С.Н. Ганза и Новгород: языковые аспекты исторических контактов. М., 2002. С . 188, 290, 299. 222 СлРЯ ХІ-Х\/ІІ вв. М., 1992. Вып. 18. С. 138. 222 Ыогаіапсіег І. В .еа1 ее/саіе Ьгапзіег єіеесїв іп Ыоудогод, 1609- 1616: Техт апсї сопппепіз. ЅЬос1<11о1тп, 1987. Р. 81. 221 Города России ХУІ века: материалы писцовых описаний / Изд. подгот. Е.Б. Французовой. М., 2002. С. 233. 222 Вотчинные хозяйственные книги ХУІ в. Приходные и расход- ные книги Иосифо-Волоколамского монастыря 80-90-х гг . М.; Л., 1980. Вып. ІІ. С. 262 . 222 Там же. 212 ХКЧМ.1585/86 г. С.86. 211 Писцовые книги города Казани 1565-1568 гг. и 1646 г. / Ма- териалы по истории Татарской АССР. Л., 1932. С. 18, 19, 21, 23, 38. 212Там же. С. 64. 212 Писцовая книга Пскова 1585-1587 гг. // Сб. МАМЮ. М., 1913. Т. У. С. 17. 211 Словарь обиходного русского языка Московской Руси Х\/І-- ХУІІ вв. / Под ред. О .С . Мжельской. СПб., 2004. Вып. 1 . С. 84; В более поздний период барышников в России стали называть также «кантюжниками», «кулаками», «маклаками», «маяками». См.:Даль В.И . Толковый словарь живого великорусского языка. М ., 1989. Т.2.С.85. 212 Ларин БА. Три иностранных источника по разговорной речи Московской Руси ХУІ-Х `\їІІ веков. СПб., 2002. С .144, 279, 359. 212 Домострой / Изд. подгот. В .В. Колесов и В.В. Рождественская. СПб., 2001. С. 125. 211 Даль В.И . Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1989.Т. 1. С. 30; Т. 2. С. 166. 212ААЭ. СПб., 1836. Т. 1. М 263. С. 296. 212 Восстание И. Болотникова. Документы и материалы / Сост. А.И . Копанев и А.Г. Маньков. М ., 1959. С . 69-70. 222 См., например: Ключевский В.О . Указ. соч. С . 123 («Посадские люди города Москвы разделялись на такие слои: гости, гостиная сот- ня, суконная сотня, торговые люди черных сотен и слобод, или чер- ные сотни и слободы››). О 221 ААЭ. СПб., 1836. Т. І\/'. М 255. С. 358, 366. 486
И? « _ . 1%°%° %1°1%° 222 ПСЗ. Спб., 1830. Т. 1 . М 408. 222 Алексеев А.И . Береговая черта. Магадан, 1987. С . 29 -36. 221 Торговля, купечество и таможенное дело в России в Х\/'І-ХУІІ вв. СПб., 2001. С . 90-95. 222 Полоцкий С. Избранные произведения. М.; Л., 1953. С. 7-8 . 222 Олеарий Адам. Описание путешествия в Московию. М ., 1996. С. 264-265. 221 Городские восстания в Московском государстве Х\/'ІІ в. М .; Л. , 1933. С . 56, 76, 79. 222 РГАДА. Ф . 210 . Московский стол. Стб. 327. Л. 49 -50 . 222 Котошихин Г.К . Указ. соч. С. 126, 128. 222СГГД. М., 1819. Ч. ІІ. М 72. 221 РИБ. СПб., 1894. Т. 15. М 78. Стб. 141-144. 222 ВМОИДР. М ., 1850. Кн. 8. С .38-39, 69. 222 СГГД. Ч.ІІ . М 71. С.151. 221 ДемкинА.В . «Московские торговые немцы» в первой половине ХУІІ века // ВИ. 1984. М 8; Орленко С.П . Выходцы из Западной Ев- ропы в России ХХ/'ІІ века: правовой статус и реальное положение. М . , 2004. С. 213-222. 222 Котошихин Г.К. Указ.соч. С . 109. 222 См.: Демкин А.В . Западноевропейское купечество в России. М . , 1994. Вып.1 -2. 221 См. о семье Виниусов: Вильчинский Е.О . А .Д . Виниус-. СПб., 1912. 222 См. более подробно о нем: Перхавко В.В . Зодчий и книжник Василий Ермолин. М., 1997 . 222 Выголов В.П . Архитектура Московской Руси середины ХУ века. М., 1988. С. 19, 48-49, 105-108, 214-218; Педхавко В.В. Москов- ские купцы-строители ХХ/' века // ОИ. 1997 . М 4. С. 9 -11 . 212 ПСРЛ. СПб., 1910. Т. 23. С. 154. 211 ПСРЛ. СПб., 1851. Т . 5 -6. С . 270; Софийский временник. М ., 1821. Ч. ІІ. С. 338. 212 Иностранцы о древней Москве (Москва Х)/-ХУІІ веков) / Сост. М.М. Сухман. М., 1991. С. 137. 212 ПСРЛ. М., 2000. Т. ХІІІ. С. 18. 211ПСРЛ. М., 2000. Т. ХІІІ. С. 18. 212 СеменовА.И . Древняя топография средней части Торговой сторо- ны Новгорода // НИС. Новгород, 1962. Вып. 10. С. 155, 156; Янин В.Л . К истории так называемого «дома Марфы Посадницы» // СА. 1981. М 3. С. 85-96. 212 КПНВ. С. 219. 487
@®%1®1%®%®°1%°%1°1@0%® 211 Новгородская летопись Х)/'І в. из собрания Т.Ф . Большакова / Публикация Е.Л . Конявской // НИС. СПб., 2005. Вып. 10 (20). С. 372, 376 и др.: Пронштейн А.П . Великий Новгород в ХУІ веке. Харьков, 1957. С . 145-147; Варенцов В.А . Московские гости в Новгороде // ВИ. 1982 . М 8. С . 34-40; Петров Д.А. Строительство Сырковых // Заказчик в истории русской архитектуры / Архив архитектуры. М ., 1994. Вып. 5 . С . 64-96. 212 ПКНЗ. Т.2. Писцовые книги Обонежской пятины / Сост. К .В. Ба- ранов. СПб., 1999. С.109-110. 212 ВКТСМ. С. 7 6, 223; Варенцов В.А. Привилегированное купече- ство Новгорода Х\/І-Х\/'ІІ вв. Вологда. 1989 . С. 20. 222 Щенникова Л.С. Культ иконы Богоматери «Владимирской» в Великом Новгороде // НИС. СПб., 2003. Вып. 9 (19). С . 290-294. 221 См. публикацию записей вкладной книги Соловецкого монас- тыря Х\/'І-ХУІП вв.: Кукушкина М.В . Собрания книг, поступившие в Соловецкую библиотеку в виде вкладов // Русские библиотеки и частные книжные собрания Х\/І-ХІХ веков. Л ., 1979. С . 7 9-105. 222 Истоки беллетристики: Возникновение жанров сюжетного повествования в древнерусской литературе. Л ., 1970. С . 363 -365, 372-37 5, 383-386; Лурье Я.С. Повесть о Дмитрии Басарге и его сыне Борзосмысле // СККДР. Вып. 2 (вторая половина ХІУ-ХУІ в.). Ч . 2 . Л-Я. С. 236-239. 222 Повесть о Дмитрии Басарге и сыне его Борзосмысле / Исслед. и подгот. текстов М.О . Скрипиля. Л., 1969. 221 Овчинникова Е.С. Церковь Троицы в Никитниках. М ., 1970. С. 8-1 7; Попадюк С.С. Архитектура московского бесстолпного хра- ма ХУІІ в.: церковь Троицы в Никитниках // Культура Москвы ХУІІ века. М., 1993. С . 96 -137. 2-5 ов гим. муё. из 3989. 222 См.: Духовная гостя Г.Л. Никитникова 1651 г.// Чтения в Обществе любителей духовного просвещения. М ., 1873. Кн. 4. 221 Витсен Николаас. Путешествие в Московию. 1664-1665. Дневник / Пер. со староголландского В.Г. Трисман. СПб., 1996. С . 161 . 222 Давид Иржи. Современное состояние Великой России, или Московии» // ВИ. 1968. М 4 . С . 138. 222 Завещание Г.М . Фетиева, ныне хранящееся в Государствен- ном архиве Вологодской области (Ф. 1260. М 297, 298, 3729) впер- вые было введено в научный оборот П. М . Строевым в журнале «Оте- чественные записки» (1829. М 106. Февраль. С. 169-208; М 107. Март. С . 33 7 -348); См. также публикацию: Суворов Н.И . Духовное завещание Гаврилы Фетьева // Вологодские епархиальные ведомо- сти. 1873. Не 3-5 . 488
2°° Московская деловая и бытовая письменность Х\їІІ века / Изд. под- готовили: С.И. Котков, А.С. Орешников, И.С. Филиппова. М., 1968. С. 216. 2*" Там же. С . 213-214; Заозерсксш Е.И. Вологодский гость Г.М . Фе- тиев (Из быта торговых людей ХУІІ века) // Государственный Рус- ский музей. Записки историко-бытового отдела. Л., 1928. Вып. 1 . С. 195-200 . 2” Карамзин Н.М . История государства Российского. СПб., Т. ` \ їІ. С. 344-346; Софийский временник или Русская летопись с 862 по 1534 г. / Издал Павел Строев. М., 1821. Ч. ІІ. С. 145-164. 2” Срезневский И.И . Хожение за три моря Афанасия Никитина в 1466-1472 гг. // Ученые записки второго отделения Академии наук. СПб., 1856. Т. 2 . Вып. 2 . С . 225--307 (либо отдельное издание: Срез- невский И.И . Хожение за три моря Афанасия Никитина. СПб. , 1857). 2*” См.: Семенов Л. С . К датировке путешествия Афанасия Ники- тина //ИД. Л ., 1978. Вып. ІХ. С . 134-148; Он же. Путешествие Афа- насия Никитина. М ., 1980; Хожение за три моря Афанасия Никитина / Изд. подгот. Я.С . Лурье и Л.С . Семенов. Л ., 1986 (все цитаты из тек- ста приводятся мною по этому последнему критическому изданию). 265 См.: Успенский Б.А . Дуалистический характер русской сред- невековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афа- насия Никитина) // Успенский В.А. Избранные труды. М., 1996. Т. І. С. 254-297 ; Ленхофф Г.Д ., Мартин Дж. Б . Торгово-хозяйственный и культурный контекст «Хожения за три моря» Афанасия Никити- на // ТОДРЛ. СПб. 1998. Т. 47. С. 95-120. 2" Олеарий Адам. Описание путешествия в Московию. М., 1996. С. 257. 2” Хожение за три моря Афанасия Никитина. С . 10-12, 14, 20, 23-24 (все цитаты из текста приводятся мною по этому последнему критическому изданию). 2” Там же. С. 151. Прим. 83 . 2” Кучкин В.А. Судьба «Хожения за три моря» Афанасия Ники- тина в древнерусской письменности // ВИ. 1969. М 5. С . 67-77. 2"° См. более подробное обоснование данной гипотезы в публика- ции: Перхавко В.В . Ермолины-Дмитриевы и рукопись «Хожения за три моря» Афанасия Никитина // АЕ. 1997 г. М., 1997. С. 92 -95. 2" Хожение за три моря Афанасия Никитина. С . 18 . 2”Там же. С. 31. 2” Хожение гостя Василья / Под ред. [и с предисл.] архимандри- та Леонида. СПб., 1884 (ППС. Т. ІІ Вып. 6); Ранее печатались лишь краткие извлечения из него (см.: Муравьев А.Н . Путешествие по св. местам в 1830 г. 5-е изд. СПб., 1848. С . ХХХУ). См. также современ- 489
Й?Ф *Ёг-:ёт'ї , Ґ” . -'г%°%<>*€%°%°€%°%®® ой еревода: ные публикации текста «Хожения гостя Василья» и его п Книга хожений: Записки русских путешественников ХІ-ХУ вв./ Сост. текста, вступ. статья, коммент. Н.И . Прокофьева. М., 1984. 2” Майков Л.Н . Старинные русские паломники в издании Право- славного Палестинского общества. СПб., 1884. С. 12; Такого же мне- ния придерживался В.С . Иконников. См.: Иконников В.С . Опыт рус- ской историографии. Киев, 1908. Т. ІІ. Кн. 2. С . 1881 . 2" Майков Л.Н. Указ. соч. С . 13. 2” Книга хожений... С. 417, 418. 2" Прокофьев Н.И . Русские хождения ХІІ-Х\ї вв. // УЗ МГПИ. Т. 363. С. 212-217. 2" РФА. М., 1986. Вып. ІІ. С. 306-307. 2” Книга хожений... С . 418. 2°° Иконников В.С. Указ. соч. С. 1882-1883. 281 Вестник императорского Русского географического общества. СПб., 1853. Ч. ІІ Разд. УП. Смесь. С. 42. 2” Купец Василий в 1465-1466 гг., совершил путешествие в Малую Азию, Египет и Палестину. «Хожение гостя Василья» впер- вые издано в «Православном палестинском сборнике» (т. ІІ, вып. 3, кн. 6, СПб., 1884). 2” Макарий (Булгаков ), митрополит. История Русской Церк- ви. М., 1996. Кн.4. Ч.1. С. 299. 284 Хожение гостя Василья. С . 1 . 2” Тамэке.С.14. Щ Голубцова М.А . К вопросу об источниках древнерусских хож- дений в св. Землю // ЧОИДР. 1911 . Кн. 4. С. 1-78; Адрианова-Пе- ретц В.П. Путешествия ХУІ в. // История русской литературы. М .; Л., 1945. Т. 2. Ч. 1 . С . 512-514; Белоброва О.А . Позняков Василий // СККДР. Л., 1989. Вып. 2 (вторая половина ХІУ-ХУІ в.). Ч. 2. Л-Я. С. 296, 297; См. издания этого хожения: ЧОИДР. 1884. Кн. 1; ППС. 1887. Т. 6. Вып. 3; БЛДР. СПб., 2000. Т. 10. С. 48-93. 2" Решетова АА. Греческий путеводитель в древнерусской палом- нической литературе ХУ-ХУІІ в. // Древняя Русь. 2003 . Не 4(14). С . 62 288 Лопарев Хр. Ф . Описание рукописей императорского Общества любителей древней письменности. СПб., 1892. Ч. І . С . 250; Фехнер М.В. Торговля Русского государства со странами Востока в Х\/'І веке. М., 1956. С. 67, 69; Голикова Н.В. Привилегированные купеческие корпорации России ХХ/'І - первой четверти ХХ/'ІІІ в. М . , 1998. Т . 1. С. 43, 44, 50, 55. 2” Каган МД. Сказание « О человецех незнаемых в восточной стра- не» // СККДР. Л., 1989. Вып. 2 (вторая половина ХП/-ХУІ в.). Ч. 2. Л-Я. С. 392. 490
*%®%°€%®%°@@°%*°@®% 2” См.: Русско-индийские отношения в Х\/'ІІ в .: Сборник докумен- тов. М ., 1958. С . 97 -99, 360-377; ПреображенскийА.А . Из истории сношений Русского государства со Средней Азией в Х\/ІІ в. // ИЗ. 1 95 1. Т. 36. С . 269-286; Преображенский А.А., Перхавко В.Б . Купечество Руси. ІХ-Х\/'ІІ вв. Екатеринбург, 1997. С . 167-174. 291 См.: Русско-китайские отношения в Х\/'ІІ в.: Сборник доку- ментов. В 2 т. М., 1969. Т. 1. 1608-1683. 2” Документы Печатного приказа (1613-1615 гг.) / Сост. С .В. Ве- селовский. М ., 1994. С. 20; См. также о Ф.А. Котове: Голикова Н.В. Привилегированные купеческие корпорации... С . 82, 86, 87, 98, 109, 232, 234, 235, 239. 2” Хожение купца Федота Котова в Персию / Публикация Н.А . Куз- нецовой. М ., 1958. 294 Оглоблин Н.Н . Обозрение столбцов и книг Сибирского прика- за. М., 1900. Ч. З. С. 59, 237. 2” Голикова Н.Б . Привилегированные купеческие корпорации. . . С. 234-235; Она же. Численность, состав и источники пополнения гостей в конце Х\/'І - первой четверти Х\/'ІІІ в. // Русский город. М ., 1986. Вып. 8. С. 95. 2” Житие и хождение в Иерусалим и Египет казанца Василия Яковлевича Гагары. СПб., 1891. 2*" Талицкий В.А. Алексей Леонтьевич Кекин и гимназия его име- ни в г. Ростове, Ярославской губ. М., 1910. С. 25. 293 Чукмалдин Н. Путевые очерки Палестины и Египта. Екатерин- бург, 1899. С. 7-8. 299 См: Гуськов А.Г. Великое посольство Петра І: Источниковед- ческое исследование. М., 2005. С . 250. 3°° Письма и бумаги императора Петра Великого. СПб., 1887. Т.1.М149.С.145. 3°1 ПСЗ. 1830. Т. ІІІ. М 1637. 3” ПСЗ. Т. ІІІ. М 1674, 1675, 1682, 1683, 1685; Законодательство Петра І. М., 1997. С. 422-424. 3°3 ПСЗ. 1830. Т. Х/`І. М 3708. С. 291. 3°'* Петр Великий. Воспоминания. Дневниковые записи. Анекдо- ты. СПб., 1993. С. 386 -387. 3°5 См. о нем: Аксенов А.И . Генеалогия московского купечества ХУІІІ в. М., 1988. С . 40-41; Голикова Н.Б . Привилегированные ку- печеские корпорации... С . 190 -191, 202. 3°° ПСЗ. Т. ІІІ . М 1706. С. 653. 3°" См.: Спиридонова Е.Б. Экономическая политика и экономи- ческие взгляды Петра І. М. , 1952. С. 276; Перхавко В.В. Изменения в положении российского купечества в эпоху Петра І // Петр Вели- кий - реформатор России. М., 2001. С . 55-61. 491
11°” Законодательство Петра І . С. 835. *1°° ПСЗ. Т. УІ. М 3711. С . 311. 31° Законодательство Петра І. С. 539. 311 ПСЗ. 1830. Т. \ї. М 2786. 312 «Сказки» торговых людей о торгах и промыслах 1 704 г. М., 1984. Вып. 1. С. 118-119. 313 Сказки» торговых людей... Вып. 1. С. 164. 311 Беспятых Ю.Н . Иностранные источники по истории России первой четверти Х\/'ІІІ в. (Ч. Уитворт, Г. Грунд, Л.Ю. Эренмальм). СПб., 1998. С. 156. 315 ПСЗ. СПб., 1830. Т. \/`. М 3118. С. 519. 11111 Грунд Г. Доклад о России в 1705-1710 годах. М .; СПб., 1992. С. 110; Беспятых Ю.Н . Указ. соч. С . 152. 317 Маслаковец Н.Г. Немецкий торговый справочник-путеводи- тель начала ХУІІІ века в России (П.Я. Марпергер о русской торгов- ле). Киев, 1914. С. 21 -22. 1113 Русская эпиграмма. Х\/ІІІ - начало ХХ века. Л ., 1988. С . 454. 31” См. о нем: «Сказки» торговых людей... Вып. 1. С . 123 -125; Голи- кова Н.Б. Астраханское восстание 1705-1706 гг. М., 1975. С . 87-92. 111'° Голикова Н.Б . Астраханское восстание... С. 92 - 95. 321 ПСЗ. Т. УІ. М 3708. 322 Лаппо-Данилевский А.С . Русские промышленные и торговые компании в первой половине ХУІІІ в. СПб., 1893. 1 313 Агеева О.Г . Купечество и официальная праздничная культура русских столиц петровского времени // Менталитет и культура пред- принимателей России Х\/'ІІ-ХІХ вв. М ., 1996. С . 24-42. 324 Павленко Н.И. Торгово-промышленная политика правительства России в первой четверти Х\/ПІ в. // История СССР. 1978. М З. С . 59 - 65; Анисимов Е.Б . Время петровских реформ. Л ., 1989. С . 127-133 . 325ПСЗ. Т. УІ. М3708. 3211 Куприянова Т. Г . Первая династия российских издателей. М ., 2001. С . 49-55 . 3" Брикнер А.Г . Иван Посошков. Ч . 1. Посошков как экономист. СПб., 1876. 328 См.: Брикнер А.Г . Мнения Посошкова. СПб., 1879. 329 Павлов-Сильванский Н.П . Проекты реформ в записках совре- менников Петра Великого. СПб., 1897 . 33” Кафенгауз Б.Б . И.Т . Посошков. Жизнь и деятельность. М.,1951. 11111 Биографические материалы о И.Т . Посошкове помещены в_ приложении к изданию: Посошков И.Т . Книга о скудости и богатстве и другие сочинения. М ., 1952. 492
3%®%*><>%°%<>3%°%<>3%°%3 333 Посошков И.Т. Завещание отеческое. СПб., 1893. С. 155. 333 История русской экономической мысли. М., 1955. Т. 1. Ч . 1 . С. 389-395. 333 См.: Карпов Г.М. История России в лицах: Деятели Петров- ской эпохи. М., 2002. С . 139 -156. 333ПСЗ. СПб., 1830. Т. У. М3318. С. 674. 333 ПСЗ. СПб., 1830. Т. ХХ. М 14255, 14275, 14327. 333 Российское законодательство Х-ХХ веков. В 9 т. М ., 1987. Т. 5. С. 92-94. 333 Бойко В.П. Томское купечество в конце Х\/ІІІ - ХІХ вв. Из ис- тории формирования сибирской буржуазии. Томск, 1999. С . 20; Раз- гон В.Н . Сибирское купечество в Х\/ІІІ -- первой половине ХІХ в. Бар- наул, 1999. 333 См.: Источник. 1993. М 3. С . 108, 114. 3'1°Іпп1еп1огіап1. Сборник памятиЯ.С . Лурье. СПб., 1997. С . 323-324. 3'11Аксаков И.С. Украинские ярмарки. СПб., 1858.С. 145 - -147 . 343 Даль В.И . Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1989. Т. 1. С. 30. 333 Византийская книга эпарха / Пер. и коммент. М .Я . Сюзюмо- ва. М., 1962. С. 50-59, 148-155. 311 Беспятых Ю.Н. Петербург Анны Иоанновны в иностранных описаниях: Введение. Тексты. Комментарии. СПб., 1997 . С. 355. 333 Беспятых Ю.Н . Указ. соч. С . 345. ° 3“13АлексеевА.И. Береговая черта. Магадан, 198 7. С . 96, 104-105. 3" Петров Ю.А . Образование Российско-Американской компании . М., 2000. 313 Тургенев Н.И . Россия и русские / Пер. с фр. и статья С.В . Жи- томирской; комментарии А.Р . Курилкина. М ., 2001. С . 195. 3'13БашуцкийА.П. Панорама Санкт-Петербурга. СПб., 1834. Ч . 3 . Ближайшее знакомство с С. - Петербургом. С . 52. 333 Тургенев Н.И . Указ. соч. С . 195. 331 См.: Источник. 1993 . М 3. С. 108. 333 Барышников М.Н ., Вишняков-Вишневецкий К.К. Иностран- ные предприниматели в Петербурге во второй половине ХІХ - на- чале ХХ века: состав, торговые и промышленные операции, обще- ственная деятельность. СПб., 2006. С . 44 -46. 333 Купеческие дневники и мемуары конца Х\/'ІІІ - первой поло- вины ХІХ веков. С . 27-45. 333 ПСЗ. Т. ХХХІХ. М 30115. С. 588-612 . 333ПСЗ. Собр. 2-е. 1866. Т. ХХХУІІІ. М 39118. С. 3-15. 333 Дитятин И. Устройство 'и управление городов России. Ярос- лавль, 1877. Т . 2. С. 329. 493
331 Чукмалдин Н. Мои воспоминания. СПб., 1899; Он же. Запис- ки о моей жизни. М., 1902. С. 164-165. 333 Барышников М.Н ., Вишняков-Вишневецкий КК. Указ. соч. С . 1 14. 333 Гордин А., Гордин М. Пушкинский век: Панорама столичной жизни. СПб., 1995. С. 144-145. 333 Питчер Х. Мюр и Мерилиз. Шотландцы в России. М ., 1993. 331 Боханов А.Н. Торговые дома в России в конце ХІХ - начале ХХ века (Численность, структура, состав владельцев) // История СССР. 1990. М 4. С. 88-101. 333 Петров Ю.А . Москва банковская. М ., 1997 . С . 56 -58 . 333 См.: Плисский Н. Реклама. Ее значение, происхождение и ис- тория. СПб., 1894; Савельева О. Живая история российской рекла- мы. М., 2004. 333 Боханов А.Н. Крупная буржуазия России (конец ХІХ в. - 1914 г.). М., 1992. С. 43. Табл. 4. 333 Боханов А.Н . Российское купечество в конце ХІХ - начале ХХ века // История СССР. 1985. М 4. С . 117-118; Он же. Крупная буржуазия России. С . 47 -51; Миронов Б.Н. Социальная история Рос- сии периода империи (ХУІІІ - начало ХХ в.). В 2 т. 3 -е изд. СПб, 2003. Т. 1. С . 116; Иванова Н.А., Желтова В.П . Сословно-классовая структура России в конце ХІХ - начале ХХ века. М., 2004. С. 83- 91; Шацилло М.К. Социальный облик буржуазии в России в кон- це ХІХ века. М ., 2004. С. 170. 333 Вольский А. Коммерческое образование в России // Промыш- ленность и торговля.1908 . М 13. С . 7. 333 Промышленность и торговля. 1908 . М 21. С. 500. 333 См.: Московское купеческое собрание. Исторический очерк. М . , 1914; Польская Л.И . Улица Чехова, 6. М., 1991. 333 Бурышкин ПА. Москва купеческая. М., 1991. С . 240-241. 373 Вишняков Н.П . Сведения о купеческом роде Вишняковых. М . , 1911. Ч. 3. С. 91-92. 311 Курские купцы Голиковы: От монастырских бобылей до по- томственных дворян . Материалы к истории и генеалогии рода / Сост. А.В. Зорин, М.Д. Карпачев, В.А. Могильников, М.А . Филиппова, А.А . Шумков. СПб., 2003. 3'3Вишняков Н.П . Сведения о купеческом роде Вишняковых. М . , 1911. Ч . З . Там же. С .149-155. 333 Вишняков Н.П . Сведения о купеческом роде Вишняковых. М. , 1905. Ч. 2. С .153. 3" Варенцов Н.А . Виденное. Передуманное. Пережитое / Вступ. статья, сост., подг. текста и коммент. В .А. Любартовича и Е.М . Юхи- менко. М., 1999. С . 206 . 494
3@°%3°%°%3°%<>%3<>1%®%1 333 См. ее публикацию: Троицкий С.М. Россия в ХУІІІ веке. М ., 1982. С . 227-238. 333 Дневники тверскихъ купцовъ. Тверь, 2002. С . 61. 333 Дневники тверскихъ купцовъ. Тверь, 2002. С. 9-52 . 333 Впервые два отрывка из «меморий» П.'Г. Баснина опублико- вал его внук Петр Павлович. См.: Исторический вестник. 1902 . Т. 90. М 11;1903. Т. 91. М 1. 333 Полунина Н .М . Баснины // С. Отечественная история. Исто- рия России с древнейших времен до 1917 г. М ., 1994. Т . 1. С . 173. 333 Андрюшайтите Ю.В . «История государства Российского» Н.М. Карамзина и купец И.П . Лаптев // Русская книжность. Воп- росы источниковедения и палеографии (Труды ГИМ. Вып. 95). М., 1998. С. 27-33. 331 СмирновСокольский НП_ Книжная лавка А.Ф . Смирдина. М., 195 7. 333 Барановская М.Ю. Декабрист Николай Бестужев. М., 1954; Писатели-декабристы в воспоминаниях современников. М ., 1980. Т. 2; Зильберштейн И.С. Художник-декабрист Николай Бестужев. Изд. 3. М., 1988. 333 См.: Ульянова Г.Н . Благотворительность московских предпри- нимателей, 1860-1914 гг. М .,1999; Она же. Благотворительность в Российской империи, ХІХ - начало ХХ века. М ., 2005. 333 Фруменкова Т.Г . Воспитательный дом купца П.Ф . Буренина и развитие благотворительности в Архангельске (1 7 7 7 - 1 787 ггё) // По- морский летописец. Архангельск, 2002. Вып. 1. С. 54-7 7 . 333 Нилова О.Е . Московское купечество конца ХУІІІ - первой чет- верти ХІХ века. Социальные аспекты мировосприятия и самосозна- ния. М., 2002. 333 См.: Боткина А.П . П .М. Третьяков. М ., 1986; Боханов А.Н. Коллекционеры и меценаты в России. М ., 1989; Думова Н.Г . Мос- ковские меценаты. М ., 1992; Петров Ю.А. Династия Рябушинских М., 1997 ; Полунина Н., Фролов А. Коллекционеры старой Москвы. Иллюстрированный биографический словарь. М ., 1997. 333 Гавлин М..ТІ . Российские предприниматели и меценаты. М ., 2005. С. 333 -339 . 333 Горбушина Н.В. О семье Щукиных // Щукин П.И . Воспоми- нания. Из истории меценатства в России. М ., 1997 . С . 258. 333 Бурышкин П.А . Москва купеческая. С . 149. 333 Боханов А.Н. Деловая элита России 1914 г. М ., 1994. С . 19. 331 См.: Заозёрская Е.И. У истоков крупного производства в рус- ской промышленности ХУІ-ХУІІ вв. К вопросу о генезисе капита- лизма в России. М ., 1970; Милов Л.В . Великорусский пахарь и осо- бенности российского исторического процесса. М., 1998. 495
33/ _ :г.-. . %°%3®®%°%@><›®@®%@>® ура в Рос- 333 См. публикации документов: Крепостная мануфакт сии. М.; Л., 1930-1935. Т. 1-5. 333 Заозёрская Е.И . Мануфактура при Петре І. М., Л., 1947. 333 Пажитнов К.А. Очерки истории текстильной промышленнос- ти дореволюционной России. М., 1955-1958. Т. 1 -2. 333 Павленко Н .И . Развитие металлургической промышленно- сти России в первой половине ХУІІІ в. М., 1953; Он же. История металлургии в России ХУІІІ в. Заводы и заводовладельцы. М ., 1962. 333 Беспятых Ю.Н . Петербург Анны Иоанновны в иностранных описаниях: Введение. Тексты. Комментарии. СПб., 1997. С. 210 . 333 Ковальчук А.В . Мануфактурь1 // Отечественная история. Ис- тория России с древнейших времен до 1917 года. Энциклопедия. М ., 2000. Т. 3. 333 Ярославская старина. Ярославль, 1992. 333 Родина. 2001. М 11. Ноябрь. С . 59. '1°° Мукомолов А.Ф. На южноуральских заводах. М ., 2001. Кн. 1 -2 . “1°1 Русская демократическая сатира ХУІІ века / Подгот. текстов В.П . Адриановой-Перетц. Изд. 2 -е, дополн. М ., 1977. С . 206 . 333 Громыко М.М . Верхотурские купцы Походяшины // Вопросы истории Сибири досоветского периода (Бахрушинские чтения). Но- восибирск, 1973. С. 137-141. 333 Русская проза ХУІІІ века. М .; Л., 1950. Т. 1 . С . 523-526. 333 Родина. 2001. М 11. Ноябрь. С . 61. '133 Крестовников Н. Семейная хроника Крестовниковых. М ., 1903. Кн. 1-я. С. 2-22. 333 Крестовников Н. Указ. соч. С . 34-35, 39-41. 433 Крестовников Н. Указ. соч. С . 27 . 333 Промышленность и торговля. 1908 . Т. 1 . М 5. С . 270-281 . ^133Благовещенский Н.А . На ткацкой фабрике // Русские очерки. М., 1956. Т. ІІ. С . 376-377. '11° Сванидзе А.Л. Ярмарки // Город в средневековой цивилизации Западной Европы. Т. 2 . Жизнь города и деятельность горожан. М ., 1999. С . 33-35. 411 Цит. по: Белостоцкий Я., Валицкий М. Европейская живопись в польских собраниях 1300-1800 . Варшава, 1958. С . 19. 413 Смирнов П.П . Новое челобитье московских торговых людей о высылке иноземцев, 1627 года. Киев, 1912. С. 25. 413ПКР.Т.1М92.С.355. 414 Филатов Н. Три века Макарьевско-Нижегородской ярмарки. Нижний Новгород, 2003. 496
@°%3°3@°%3°@®%3°3%®%3 '113 Правила для нижегородской ярмарки, утвержденные 14 июля 1864. // Торговый сборник. 1864. М 28. С. 219-220 (5 1-17); М 29. С. 227-228 (Ё 18-23). '11° Корепанов Н.С. Ирбит и Ирбитская ярмарка в ХУІІІ веке // Ирбитская ярмарка. Екатеринбург, 2003. С. 55-56. '113 Ершов М.Ф. Ирбит и Ирбитская ярмарка в конце ХУІІІ - на- чале 60-х годов ХІХ века // Ирбитский край в истории России. Ека- теринбург, 2000. С . 76 -90 . '113 Чукмалдин Н. Записки о моей жизни. М., 1902. С. 166 . '113Авдеева К.А . Записки о старом и новом быте. СПб., 1842. С . 9, 14-1 5, 63. 333 Зубков К.И . Ирбитская ярмарка на рубеже ХІХ-ХХ веков: факторы и этапы угасания // Ирбитский край в истории России. Ека- теринбург, 2000. С . 91 -97. '131 Иванов Е.П. Меткое московское слово. 3-е изд. М., 1989. С. 144. 333 Елпатьевский С.Я . Ярмарочные картинки // Русское богат- ство. 1896.М 12.С. 9-16. 333 Реман Г. Макарьевская ярмонка. Выписка из неизданного пу- тешествия по Восточной России, Сибири и Китайской Мунгалии // Северный архив. 1822. Апрель. М 8. С. 188-140, 142-146; Март. М 9. С . 207-208, 238. 333Цит. по: Былое. 1993. М 9. С. 2. 333 Журнал путешествия из Москвы в Нижний 1813 года князя И. М . Долгорукаго. М., 1870 // Долгорукий И.М . Изборник. М ., 1919. С. 98 -102. 333 Пушкин А.С . Полное собрание сочинений. В 17 т. М., 1995. Т. 6. С.198, 479, 498. 333 Тярин Н. Записки о поездке на Нижегородскую ярмарку Мос- ковской практической академии воспитанника Николая Тярина. М . , 1827. С. 5-37. 333 КюстинА. Николаевская Россия: Пер . с фр. М. , 1990. С . 280-291 . 433 ГригоровичД.В . Избранное. М ., 1976. С . 75 -76, 78. 433 Телешов Н. За Урал. Из скитаний по Западной Сибири. Очер- ки, М., 1897 . С . 69 -74; См. также: Александров В.А. Начало Ирбит- ской ярмарки // История СССР. 1974. М 6; Ирбитская ярмарка; Ирбитская слобода и Ирбитская ярмарка в ХУІІ-ХУІІІ веках. Ека- теринбург, 2003. 431 Олеарии Адам. Описание путешествия в Московию. М ., 1996. С. 309. 433 Румянцева В.С . Народное антицерковное движение в России в ХЧІІ веке. М., 1986. С. 102. 497
.<'Ё/-:4Ё'? ° ° °%°3@° ' Ы-/` д- 133 Народное антицерковное движение в России ХУІІ века: Докумен- ты Приказа тайных дел о раскольниках 1665-1667 гг./ Сост. В .С . Ру- мянцева. М., 1986. М 102. С. 132. 131 Документы Разрядного, Посольского, Новгородского и Тайно- го приказов о раскольниках в городах России. 1654-1684 гг./ Сост. В.С. Румянцева. М., 1990. М 71. С. 99. 133 Там же. С . 100, 101; Румянцева В.С. Народное антицерковное движение в России в ХХ/'ІІ веке. С . 181, 182. 133 Румянцева В.С . Народное антицерковное движение в России в ХУІІ веке. Приложение П. М 6, 14. С . 227, 237; Она же. О новгород- ских художниках второй половины ХУІІ в. (по архивным источни- кам) // Феодализм в России. М., 1987. С . 292-293 . 133 Румянцева В.С . Народное антицерковное движение в России в ХУІІ веке. Приложение ІІ. М 6, 14. С . 188 -192, 232-234. 133 Там же. С. 228, 237; Варенцов В.А . Привилегированное купе- чество Новгорода Х\/І--ХУІІ вв. Вологда, 1989. С . 81- 82. 133 Биргегорд У. Новгородские страницы дневника Ю.Г . Спарвен- фельда // НИС. СПб., 1997. Вып. 6 (16). С . 282-283 . 113 Бахрушин С.В . Торги новгородцев Кошкиных // Бахрушин С.В. Научные труды. М., 1954. Т. 2. С. 194. 111 Лилеев М.И . К вопросу об авторе «Путешествия во Святую Зем- лю ›› (17 01-1 703 гг.) московском священнике Иоанне Лукьянове, или старце Леонтии // ЧИОНЛ. Киев. 1895. Т . 9. Отд. 2; Ольшевская Л.А., Травников С. Н . Иоанн Лукьянов / / Отечественная история. История России с древнейших времен до 1917 года. Энциклопедия. М ., 1996. Т. 2. С . 363-364. 113 Народное антицерковное движение в России ХУІІ века: Доку- менты Приказа тайных дел о раскольниках 1665-1667 гг. С . 13, 30, 33, 34, 36, 38-40, 43-46, 50, 53, 54, 56. 433 Давид Иржи. Современное состояние Великой России, или Московии // ВИ. 1968. М 1. С. 130, 132. 444 Бударагин В.П. Биография петербургского купца Ф.К. Долго- го в старообрядческом синодике конца Х\/`ІІІ - начала ХІХ века // Ід тешогіаш. Сборник памяти Я.С. Лурье. СПб., 1997. С . 323 -324. 113 Замалеев А.Ф . Лепты. Исследования по русской философии. спб., 1996. С . 278-279. 413 Зеньковский С.А. Русское старобрядчество. В 2 т. М ., 2006. т_ 2. С. 382-384. Ш Зеньковский С.А. Указ.соч. С . 382. мг Чукмалдин Н.М . Записки о моей жизни. М., 1902. 449 Комлева Е.Б . Енисейское купечество (последняя четверть ХУІП_- первая половина ХІХ века. М., 2006. С . 192. 498
3%®%3°%°%°3%<>%3<>3%®%3 133 Башуцкий А.П . Панорама Санкт-Петербурга. СПб., 1834. Ч . 3. Ближайшее знакомство с С. - Петербургом. С. 55. 131 См.: Керов В.В . Формирование старообрядческой концепции «труда благого» в конце Х\/ІІ - начале ХУІІІ в. // Старообрядчество: история, культура, современность. 1996. М 5. С. 36 -44; Он же. Ду- ховный строй старообрядческого предпринимательства: альтернатив- ная модернизация на основе национальной традиции // Экономиче- ская история. Ежегодник 1999. М ., 1999. С. 195-234; Он же. «Се че- ловек и дело его... ››: Конфессионально-этические факторы старобряд- ческого предпринимательства в России. М ., 2004; Брянцев М.В. Ре- лигиозно-этические основы предпринимательства в России (ХІХ в.) . М., 2000; Он же. Религиозное поведение русского купечества (ХІХ в.) // Трибуна русской мысли. 2002 . М 2. 133 Старообрядчество. История. Культура. Современность. В 2 т. М., 2005. Т. 2. Материалы. С . 187-223 . 133 Вургафт С.Г ., Ушаков И.А. Старообрядчество. Лица, события и символы. Опыт энциклопедического словаря. М ., 1996. С . 311 -312 . 131 Седов А.В . Кержаки. История трех поколений купцов Бугро- вых. Нижний Новгород, 2005. С . 102-160; Вургафт С.Г., Ушаков И.А . Указ. соч. С. 58-59. 133 Былое. 1993 . М 12. С .15. 133 Писарькова Л.Ф . Московская городская дума: 1863-1917 гг. М., 1998. С. 490, 493. 133 Брянцев М.В. Религиозное поведение русского купечества (ХІХ в.) // Трибуна русской мысли. 2002. М 2. С. 106. 133 Новицкий О. Духоборцы. Их история и вероучение. Изд. 2 -е . Киев, 1882. С. 23-24; Корецкий В.И. Очерк истории религиозного сек- тантства на Тамбовщине (вторая половина Х\/'ІІІ - начало ХХ вв.) // Современное сектантство и его преодоление (Вопросы истории рели- гии и атеизма. Вып. ІХ). М., 1961. С. 47-48, 51. 133 КюстинА. Николаевская Россия: Пер. с фр. М., 1990. С. 238 - 239. 133 Утренняя звезда. 22 января 1910 г. С . 3. 131 Утренняя звезда. 26 сентября 1910 г. С . 3; КлибановА.И. Исто- рия религиозного сектантства в России. М., 1965. С. 158-159. 133 Бочкарев В.П. Карсская область. Район Тифлисско-Карсско- Эриванской железной дороги в экономическом и коммерческом от- ношениях. Тифлис, 1897 . С . 369; Клибанов А.И. История религиоз- ного сектантства... С. 161 . 133 Валькевич В.А . Записка о пропаганде протестантских сект в России и особенно на Кавказе. СПб., С. 7 9; Клибанов А.И . История религиозного сектантства С. 191. 499
ооооо 131 Клибанов А.И. История религиозного сектантства... С . 204 . 133 Волков Н.Н . Секта скопцов. Л ., 1931. С. 36. 133 ШамароА.А . Действие происходит в Москве. 2-е изд. М . , 1988. С. 71-72. 133 Корецкий В.И. Очерк истории религиозного сектантства С. 57, 61--62, 57 -68 , 70-71 . 133 Домострой. Русский семейный устав. М., 2005. С. 424. 133 Ковалевский А.П. Книга Ахмеда Ибн-Фадлана о его путеше- ствии на Волгу в 921-922 гг. Харьков, 1956. С . 141-146; Сага о Грет- тире. Новосибирск, 197 6. С . 26 -29; См. также: Стальсберг А. Жен- щины-торговцы эпохи викингов // Ѕізгаізит. 1999 . М 5 . 133 См.: Перхавко В.Б. Торговый мир средневековой Руси. М., 2006. С. 86, 90. 131КПНВ. С. 168. 133 Великий Новгород во второй половине ХУІ в. Сб. документов / Сост. К.В . Баранов. СПб., 2001. С . 184, 189. 133Сб. МАМЮ. М., 1913. Т. У. С. 17. 131 Кучкин В.А . Материалы для истории русского города ХУІ в. (Выпись из писцовых книг г. Мурома 1566 г. и муромская сотная 1573/74 г. // АЕ 1967 г. М.,1969. С. 304-309. 133 Соловьева Т.Б ., Володихин Д.М. Состав привилегированного купечества России в первой половине 17 века. М., 1996. С . 87 -88. 133 Там же. 133 РИБ. 1884. Т. 9. С. 4-5, 52, 106-107, 111, 116-118, 122- 123, 132-133, 143. 133 Опись архива Посольского приказа 1626 года / Подгот. В .И . Га- льцов, подред. С.О. Шмидта. М., 1977. Ч. 1. С. 407. 133Там же. С. 411. 133 Забелин И.Е. Материалы для истории, археологии и статисти- ки города Москвы. М., 1891. Т. 2. Стб. 1101, 1104, 1111, 1116, 1118, 1127-1128, 1131-1134, 1144, 1149-1150. 131 Олеарий А. Описание путешествия в Московию. М ., 1996. С. 164-165. 133 Описание Великого Устюга в Устюжской писцовой книге «Письма и меры Микиты Вышеславцова да подьячего Агея Федорова 131 и 132 и 133 и 134 году» / Публикация Ю.С. Васильева, Р.П. Би- ланчук, С.Е . Замараева // Бысть на Устюзе... Историко-краеведчес- кий сборник. Вологда, 1993. С . 163, 176, 181-183, 213-220, 222. 133 РаздорскийА.И . Торговля Курска в ХУІІ веке (По материалам таможенных и оброчных книг города). СПб., 2001. С . 113, 310 131 Голикова Н.Б . Привилегированные купеческие корпорации России ХУІ - первой четверти ХУІІІ в. М., 1998. Т. 1. С. 80-84. 500
@°%3°1@®%3°1%°%<>3%®%1 133 Соловьев С.М . История России с древнейших времен. Т. 7 // Соловьев СМ. Сочинения. М., 1989. Кн. ІУ. С . 174 133 Витсен Николаас. Путешествие в Московию, 1664-1665: Дневник / Пер. сост. - голл. В.Г . Трисман. СПб., 1996. С . 95. 133 Российское законодательство Х-ХХ вв. М. , 1985. Т. 2 . С. 101 . 133 Средневековая Европа глазами современников и историков. Книга для чтения. Ч. ІІІ. Средневековый человек и его мир. М. , 1994. С. 365. 133 Русская бытовая повесть ХУ-ХУІІ вв. М ., 1991 . С . 367. 133 Русская бытовая повесть ХУ-ХУІІ вв. С. 369. 131 Русская демократическая сатира ХУІІ века / Подгот текста, статья и коммент. В .П. Адриановой-Перетц. 2 -е изд. М ., 1977 . С . 90 - 94, 165-166, 216-217. 133 Утверждение династии / Андрей Роде. Августин Мейерберг. Самуэль Коллинс. Яков Рейтенфельс. М ., 1997 . С. 190. 133 Орлов А. Домострой по Коншинскому списку и подобным // ЧОИДР. 1908 . Кн. 2. С. 36. 131 Богданов А.П . Стих и образ изменяющейся России: последняя четверть ХУІІ - начало ХУІІІ века. М ., 2005. С . 79-87, 351-394. 133 Иванов Е.П. Меткое московское слово. 3 -е изд. М ., 1989. С. 144. 133 «Сказки» торговых людей о торгах и промыслах 1704 г. М ., 1984. Вып. 1. С. 118-119. _; 133 Материалы для истории московского купечества. М., 1885. Т. 4. 133 Козлова Н.В . Хозяйственная активность и предприниматель- ская деятельность купеческих жен и вдов Москвы в ХУІІІ в. // Тор- говля, купечество и таможенное дело в России в ХУІ-ХУІІІ вв. СПб. , 2001. С . 139 -144. 133 Городская семья ХУІІІ века: Семейно-правовые акты купцов и разночинцев Москвы / Сост., вступ. ст. и коммент. Н .В . Козловой. М., 2002. М 302-343. С. 418-461. 333 Описание рукописей собрания Черткова. Новосибирск, 1986. С. 86. 331 Грищев В.А . Наталья Алексеевна Шелихова - достойная суп- руга Колумба российского // Краеведческие записки. Иркутск, 2002. Вып. 9. С . 113-121 . 333 Ситников ЛА. Григорий Шелихов. Иркутск, 1990. 333 Шелихов Г.И . Российского купца Григория Шелихова стран- ствования из Охотска по Восточному океану к американским бере- гам / Под ред., с предисл., послесл. и примеч. Б.П. Полевого. Ир- кутск, 1971. С . 35, 143. Прим. 6. 501
ооооо 1/"д~ 331 Ситников Л.А . Указ. соч. С . 296-301. 333 Вишняков Н.П . Сведения о купеческом роде Вишняковых. М. , 1911. Ч. 3. С. 80-81. 333 Юдин Б. Исконные москвичи Королевы // Московский жур- нал. 2006. ІМ 4. 3°3Шамаро А.А . Действие происходит в Москве. 2-е изд. М., 1988. С. 60-80 . 333 Домострой. Русский семейный устав. М., 2005. С . 421. 333ПСЗ. Собр. 2-е. 1866. Т. ХХХУІІІ. М39118. С. 7. 313 Костромские купцы Чумаковы / Составители А.В . Бялко, Н.Г. Чудова. М., 2006. С. 91, 93. 311 Османов А.И. Петербургское купечество в последней четверти ХУІІІ - начале ХХ века. СПб., 2005. С . 322. 313 Калужские губернские ведомости. 1875. М 7 . С . 29-30; М 8. С. 34-35. 313ПСЗ. Собр. 2. 1870. Т.45. Отд. І.М48498. С.825;ПСЗ. Собр.3. 1892. Т. 12. М 8708. С . 437. 311 Барышников М.Н. Деловой мир Петербурга: исторический справочник. СПб., 2000. С. 321-322. 313 ОсмановА.И. Указ. соч. С . 350-352, 356--362. 313 Петров. Ю.А . Документы о личных состояниях крупных мос- ковских капиталистов конца ХІХ - начала ХХ в. // Вопросы исто- риографии и источниковедения дооктябрьского периода. М ., 1992. С. 189 -190. 313 Богданов И.А . Петербургская фамилия: Латкины. СПб., 2002. С. 17О-177. 313Там же. С. 231. 313БенуаА. Жизнь художника. Ыеиг Уогіс, 1955. Т. 1. С. 145-146. 333 Вургафт С.Г ., Ушаков И.А. Старообрядчество. Лица, события и символы. Опыт энциклопедического словаря. М., 1996. С . 164-165. 331 Седов А.В. Кержаки. История трех поколений купцов Бугро- вь1х. Нижний Новгород, 2005. С . 160 -162 . 333 Зуева Е.А. Русская купеческая семья в Сибири конца ХУІІІ - первой половины ХІХ. Автореф. дисс. на соискание уч. степени канд. ист. наук. Новосибирск, 1992. 333 Комлева Е.Б. Енисейское купечество (последняя половина ХУІІІ - первая половина ХІХ века). М., 2006. С. 181. 331 Там же. С . 186 -187. 333 Козлов С.А. Русское купечество в дневниковых записях Рома- на Цебрикова // Торговля, купечество и таможенное дело в России в ХУІ-ХУІІІ вв. Сборник материалов международной научной конфе- ренции. СПб., 2001. С . 200- -207. 502
3/-1425* Ё:-її . ° ° ° ° ° 333 Рябушинский В.П . Купечество московское // Былое. 1991 . М 1 . Июль. С. 8-9. 333 Крылов И.А . Соч. М., 1944. Т. 1. С. 66 -74. 333 Вистенгоф П. Купцы // Русский очерк. 40 - 50-е годы ХІХ века. М., 1986. С. 105-106. 333 Иван Сергеевич Аксаков в его письмах. М., 1888. Ч. 1. Учеб- ные и служебные годы.Т.2. Письма 1848-1851 годов. С. 217-219, 325-326, 333-334. 333 Кизеветтер А.А . На рубеже столетий: Воспоминания 1881- 1914. М., 1996. С. 24-25. 331 Успенский Г.И . Мелкие агенты крупных предприятий // Ус- пенский Г.И.Собр. соч.: В 9 т. М., 1957. Т. 7. С. 440. 333 Короленко В.Г. Павловские очерки // Короленко В.Г. Собр. соч.: В6т.М., 1971.Т.5.С.20-21. 333 См., например: Марков А.В . Бытовые черты русских былин. М . , 1904; Липец Р.С . Эпос и Древняя Русь. М ., 1969; Рабинович М.Г . Сред- невековый русский город в былинах // Советская этнография. 1986 . М 1 . 331 ВеселовскийА.Н. Былинао Садке // ЖМНП. 1886. Ч . 248. М 12, Путилов Б.Н . Древняя Русь в лицах: Боги, герои, люди. СПб., 1999. 333 Добрыня Никитич и Алеша Попович / Изд. подгот. Ю .И .Смир- нов и В.Г.Смолицкий. М ., 1974. С . 28; Русская эпическая поэзия Си- бири и Дальнего Востока / Сост. Ю .И . Смирнов (Памятники фольк- лора народов Сибири и Дальнего Востока). Новосибирск, 19931. С . 62, 7 9; Скрыбыкина Л.Н . Былины русского населения северо-востока Сибири. Новосибирск, 1995. С . 20. 333 Скрыбыкина Л.Н . Указ. соч. С.13 . 333 Термин « гости-корабельники ›› (<« гости-корабелщики » , « гости- корабельницы››) не позже начала ХУІІ в. проник и в переводную «По- весть о Бове Королевиче» , тесно связанную с русским фольклором и напоминающую богатырскую сказку. См.: ПЛДР. ХУІІ век. Книга первая. М., 1988. С . 279-280, 641-642. 333 Судебники ХУ-ХУІ веков. М ., Л., 1952. С . 171, 173, 372, 402, 406; Соборное Уложение 1649 г. Л ., 1987 (Гл. Х. Ст. 209, 244; Гл. ХУІІ. Ст. 13, 34; Гл. ХУІІІ. Ст. 15 ; Гл. ХХУ. С. 11). 333 СлРЯ ХІ-ХХ/'ІІ вв. М., 1990. Вып. 16. С. 185-186. 313АСЭИ. М., 1964. Т. 3. М 22. С. 39. 311Там же. М 23. С. 41-43. 313 Таможенная книга города Вологды 1634-1635 гг. М ., 1983. Ч. І -ІІІ; Кистерев С.Н . Нормативные документы таможенных уч- реждений городов Устюжской четверти конца. ХУІ - начала ХУІІ в. М. , 2003 (Материалы для истории таможенного дела в России ХУІ- ХУІІ веков. Т. І). С. 47, 168. 503
1%°%1°3%°%1°<%°%>®1@®%3 313 См.: Законодательство Петра І. М., 1997. С. 451, 647. 311 Посошков И.Т. Книга о скудости и богатстве и другие сочине- ния. СПб., 2004. С . 119-120. 313 См. подробнее: Аксенов А.И . Положение и судьбы гостей в конце ХУІІ-ХУІІІ вв. // Проблемы отечественной истории. М. , 1973; Голикова Н.Б . Привилегированные купеческие корпорации. .. С. 186 -204. 313 Добрыня Никитич и Алеша Попович. С. 27 8, 27 9. 313 Русская эпическая поэзия Сибири и Дальнего Востока. С. 124. 313 См.: Перхавко В.В . Московские купцы-строители ХУ века // Отечественная история. 1997 . М 4 . С. 10-13; Он же. Первые купцы российские. М ., 2004. С. 161 -198 . 313 Русская эпическая поэзия Сибири и Дальнего Востока. С . 200-203. 333 Подробнее о древнерусских воинах-торговцах ІХ-Х вв. см.: Перхавко В.Б . Торговый мир... С . 44 -119. 331 Новгородские былины/ Изд. подгот. Ю .И .Смирнов и В.Г .Смо- лицкий. М., 1978. С . 175, 176. 333 Путилов Б.Н. Древняя Русь в лицах. С . 169, 170, 173. 333 Древние российские стихотворения, собранные Киршею Дани- ловым / 2-е дополн. изд. подгот. А.П. Евгеньева и Б.Н . Путилов. М ., 1977. С. 11 . 331 Русская эпическая поэзия Сибири и Дальнего Востока. С . 108. 333 ПСРЛ. Т . ХУ. Стб. 65; Более подробно об этой привилегиро- ванной группе московского купечества см.: Сыроечковский В.Е . Гос- ти-сурожане. М.; Л. , 1935; Перхавко В.В . Первые купцы российские. С. 131-144, 151-159; Он же. Торговый мир... С . 405-410. 333ПСРЛ. Т. Х. С. 228. 333Ржига В.Ф.О Чуриле Пленковиче // ИОРЯС. 1923. Т. 28. С. 75- 83. 333 Веселовский А.Н. Южнорусские былины. СПб., 1881. С . 77 . 333 Миллер В.Ф. Былины о Сауре и сродные по содержанию // ЖМНП. 1893 . М 10. 333 Марков А.В . Бытовые черты русских былин. С . 29-30. 331 Русская эпическая поэзия Сибири и Дальнего Востока. С. 1 12 . 333 См.: Добрыня Никитич и Алеша Попович. С . 114. 503 Эта деталь имеется не во всех вариантах былины. Ср.: Русская эпическая поэзия Сибири и Дальнего Востока. С . 88; Былины / Вступ. статья, составление, подготовка текста и примечания Б.Н . Путило- ва. Л., 1986. С.73-77. Ш Скрыбыкина Л,Н. Указ. соч._ С. 79. ааа Былины / Вступ. статья, составление, подготовка текста и при- мечания Б.Н. Путилова. С . 273. 504
7 1%°%3°1%°%1°3@°%3® 333 Писарев Н. Домашний быт русских патриархов. Казань, 1904. Приложения. Х\/'І. С. 87, 92, 96. 333 Олеарий Адам. Описание путешествия в Московию / Пер. с не- мецкого. М., 1996. С. 210. 333 Там же. С. 147, 182, 225. 333 Свод русского фольклора. Былины. В 25 т. СПб., 2004. Т. 4. Былины Мезени. М 195. С . 517. 333 Там же. 331 Там же. С. 24. 333 Новгородские былины. С . 151, 177, 311; Архангельские были- ны и исторические песни, собранные А.Д . Григорьевым. В 3 т. / Под ред. А.А. Горелова. СПб., 2002. Т. І. С. 190. 333 Рабинович М .Г . Очерки этнографии русского феодального города. Горожане, их общественный и домашний быт. М ., 1978. С. 41, 42. 331 Новгородские былины. С . 177 , 178. 333 Там же. С. 178, 179. 333 Веселовский А.Н . Былина о Садке. С . 279 -280. 333 Миллер В.Ф. Очерки русской народной словесности. М ., 1897 . Т. 1. С. 288. 333 Гурвич И.С. Этнографическая экспедиция в бассейн р. Инди- гирки // Краткие сообщения Института этнографии им. Н .Н . Мик- лухо-Маклая. М ., 1953. Вып. 19. С . 37. _ 333 Скрыбыкина Л.Н . Указ. соч. С . 89. 333 Архангельские былины и исторические песни, собранные А.Д . Григорьевым. В 3 т./ Под ред. А.А . Горелова. СПб., 2003. Т . 2 . С. 195. 331 Марков А.В . Беломорские былины. СПб., 1901. С . 280, 281. 333 Древние российские стихотворения, собранные Киршею Дани- ловым. С . 15-19. 333 Архангельские былины и исторические песни, собранные А.Д . Григорьевым. В 3 т. / Под ред. А .А . Горелова. СПб., 2002. Т . 1. М 92. С. 293-296. 331 Архангельские былины и исторические песни, собранные А.Д . Григорьевым. В 3 т./ Под ред. А.А . Горелова. СПб., 2003. Т . 3 . С. 67. 333 Миллер В.Ф. К былине о Соломане и Василии Окуловиче // ЖМНП. 1913 . М 3; Он же. Очерки русской народной словесности. М .; Л., 1924. С. 174-202. 333 Русское народное поэтическое творчество. М .; Л., 1953. Т. І. Очерки по истории русского народного поэтического творчества Х - начала Х\/'ІІІ веков. С . 133 . 505
1%°%3°1%°%3°3%°%1<>3%°%1 333 Древние российские стихотворения, собранные Киршею Дани- ловым. С. 15, 430; Новгородские былины. С. 307 . 333 Симони П.К. Великорусские песни, записанные в 1619-1620 гг. для Ричарда Джемса на крайнем севере Московского царства // Сбор- ник отделения русского языка и словесности АН. СПб. , 1907. Т . ЬХХП . М 7. С . 2-3; Миллер В.Ф . Исторические песни русского народа ХУІ- ХУІІ вв. Пг.,1915. С. 581. 333 Киреевский П.В . Песни, записанные П.В . Киреевским. Вып. УІІ. С. 21; Исторические песни. Изд. 2. Л ., 1951. С. 377. 333 Соколова В.К . Русские исторические песни ХУІ-Х\/'ІІ вв. М ., 1960. С. 11 1-1 12; П. Бессонов называл это произведение фольклора даже не песней, а «побывальщиной» (Киреевский П.В . Песни, запи- санные П.В. Киреевским. Вып. УП . Дополнения. С . 121). 331 Песни, собранные П.Н . Рыбниковым. Петрозаводск, 1989. Т.1.М33а.С.263. 333Там же. М35. С. 271. 333 Добровольский В.Н. Смоленский этнографический сборник. СПб., 1891. Ч. 1. М25. С. 384. 331 Криничная Н.А . Предания русского Севера. СПб., 1991 . С. 126 - 128. 333 Чудинский Е.А . Русские народные сказки, прибаутки и поба- сенки. М., 1864. М 29. С. 120 -121 . 333 Архив историко-юридических сведений, относящихся до Рос- сии /Изд. Н. Калачов. М., 1854. Кн. 2. 2-я половина. С. 83. 333Даль В.И. Пословицы русского народа. М., 1994. С . 326 - 331 . 333 Русские народные сказки / Сост. О.Б . Алексеева. М., 1987 . Т. 1 . М 68-69 . С. 381-392. 333 Там же. М 72. С . 401-408. 333 Русские народные сказки / Сост. О .Б. Алексеева. М ., 1987. Т . 2 . М 105-106. С. 16-30. 331 Русские народные сказки / Сост. О .Б. Алексеева. Т. 2 . М 130. С. 84-87; Великорусские сказки Пермской губернии. СборНИК Д.К. Зеленина / Изд. подготовила Т.Г . Иванова. СПб., 1997. М 4 - С. 70-72. 333 Народные русские сказки и загадки. Собранные сельскими учителями Тульской губ. в 1862 и 1863 годах / Редакция А.А . ЭрлеН' вейна. 2-е изд. М., 1882. С. 59-67. 333 Чудинский Е.А. Русские народные сказки, 1882. С . 47 -52. 331 Народные русские сказки А.Н . Афанасьева. М ., 1985. М 39- С. 339-340. 333 История русской литературы. М .; Л., 1948. Т . П . Часть вт0' рая. Литература 1590--1690 гг. С. 397. 506
333 Сын Отечества. 1840. Т. ІІ. Кн. 1. Март. С . 5-10; Пушкин А.С. Полн. собр. соч. в 17 т. М., 1997. Т. 3 (кн.2). С. 1303. 333 Пыляев М.И . Старый Петербург. М., 1990. С . 347-348 (Реп- ринтное воспроизведение издания А.С.Суворина. СПб., 1889). 333 Полилов Г.Т . (Северцев). Быт петербургского купечества в 1820-х - 1840-х годах // Исторический вестник. 1901. Т. 85. М 7. С.133 -134. 333 Купечество вятское. Киров-Вятка, 1999. С . 166. 313 Чудинский Е.А . Русские народные сказки, прибаутки и поба- сенки. М., 1864. М 6. С. 47-48. 311 Энциклопедия остроумия. СПб., 1904. С. 240, 264-265, 275-2 76. 313 ДКУ. С161, 164; Российское законодательство Х-ХХ веков. Т.1 .С.304-308. 313 Российское законодательство Х-ХХ веков. Т. 1 . С . 331-342. 311 Флоря Б.Н. Купеческая организация в средневековом Пскове и псковское боярство // Восточная Европа в Средневековье. М ., 2004. 313 Социально-психологическую характеристику «купецких лю- дей» допетровской России см.: Преображенский А.А . К изучению са- мосознания русского купечества ХУІІ в. // Древнейшие государства на территории СССР. 1987 г. М., 1989. С . 208 -217; Вагон Ѕ. \УІ1о шеге Ыте Єозізі? // Са1ііогпіа Ѕіауіс Ѕіъисііез. 1973. М 7 . Р .1-42; ВиэЫ<оуіс11 Р.А . Тпе Мегсйапіз оі Мовсочг. 1580-1650. Сап1Ьгіс13е, 1980. 313ПСЗ. Т. У. М 3318. С. 674 313 См. о них: Партии российских промышленников и предприни- мателей. Документы и материалы 1905-1906 гг. М ., 2004; Шелоха- ев В.В . Идеология и политическая организация российской либераль- ной буржуазии. 1907-1914 гг. М ., 1991; Вишневски Э. Капитал и власть в России. Политическая деятельность прогрессивных предпри- нимателей в начале ХІХ века. Изд. 2-е, дополн. М., 2006. 313 Писарькова Л.Ф . Московская городская дума: 1863-1917 гг. М., 1998. С. 256. 313 Декреты Советской власти. М ., 1957. Т. 1 . С. 72. 333 Хорькова Е.П. История предпринимательства и меценатства в России. М., 1998. С. 432. 331 Булгаков М. Под стеклянным небом // Булгаков М.А . Собр. соч. В 5 т. М., 1989. Т. 2. С. 286-288. 333 Варенцов Н.А . Виденное. Передуманное. Пережитое / Вступ. статья, сост., подг. текста и коммент. В .А . Любартовича и Е.М. Юхименко. М., 1999. С. 10-11. 333 См.: Крадин Н.П. Харбин - русская Атлантида. Хабаровск, 2001.
СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ ....................................... .. Историографический экскурс .................................. .. Проблемы ...................................................... . . Обзор источников ................................................... .. 1. ОТ КОГО ПОШЕЛ «КУПЕЧЕСКИЙ ЧИН» НА РУСИ ......................................................................... .. 29 Торговцы из дружинной среды ............................... .. 31 Их атрибуты - весы и меч ..................................... .. 32 Воинственные варяги ............................................ .. 40 Хитроумный трюк ................................................ .. 47 Облик воинов-торговцев ........................................ .. 52 2. ПО ПУТИ «ИЗ ВАРЯГ В ГРЕКИ» .................................... .. -5 7 Скандинавские викинги ........................................ .. 58 Реки и волоки ...................................................... . . 59 К Царьграду ........................................................ .. 63 В столице Византийской империи ......................................... .. 68 з. «гостьвА›› с зАпАдной ввгопой ........................... .. 76 Через Венгрию, Польшу и Чехию .................................................. .. 81 4. ДРЕВНЕРУССКИЙ ТОРГ ................................................. .. 93 Хлеботорговцы и солеторговцы .............................. . . 95 Отношение к торговым людям ................................ .. 97 Ремесло и торговля в ХІ - начале ХІІІ в. ............... . . 102 5. ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ КУПЕЧЕСКОЙ СРЕДЫ РУССКОГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ ................................... .. 109 Гости ХІ-ХУ вв. ................................................ .. 110 Термин «купец» в ХІ - середине ХУ в. 111 Другие обозначения торговых людей ..................... .. 120 Сурожане .......................................................... .. 121 Московские суконники ....................................... .. 129 Кого же именовали «купцами» с конца ХУ в.? 141 ооётыёэ 508
1 1/тд дн/\ 1%°%®1%°%3°1%0%3<> 6. ВЛАСТИ И ПРИВИЛЕГИРОВАННЬІЕ КУПЕЧЕСКИЕ ГРУППЫ ХУІ-ХУІІ ВВ . .. .. .. .. .. .. .. .. . .. 144 Торговая политика царской России ...................... .. 145 «Выводы» и «своды» купцов ................................ .. 156 Репрессии против новгородцев ............................. .. 156 Переселения псковских купцов ............................ .. 159 Судьба переселенцев ........................................... .. 163 Опричный террор ............................................... .. 166 Жалованные грамоты гостям ............................... .. 175 Гостиная и Суконная сотни .................................. .. 178 Другие категории торговцев ................................. .. 182 Судьбы гостей .................................................... .. 193 Злоупотребления торговцев ................................. .. 198 Московские торговые иноземцы ........................... .. 203 7. КУЛЬТУРНЬІЙ ОБЛИК РУССКОГО КУПЦА ХУ-ХУІІ ВВ . ............................................................... .. 214 Московия времен Ивана ІІІ .................................. .. 214 В объединенном Российском государстве ............... .. 217 Начало «обмирщения» русской культуры ........... 222 8. КУПЕЧЕСКИЕ «ХОЭКЕНИЯ» ........................................ .. 231 «Хожение за три моря» ....................................... .. 232 Другие «хожения» купцов ................................... .. 245 9. В ЭПОХУ ПЕТРОВСКИХ РЕФОРМ ............................... .. 251 Великое посольство ............................................. .. 252 Петровские преобразования ................................. .. 254 Противоречивая политика властей ....................... .. 257 «Книга о скудости и богатстве» ............................ .. 268 Из биографии И.Т . Посошкова ............................. .. 269 Взгляды И.Т . Посошкова ..................................... .. 274 10. МИР ГИЛЬДЕЙСКОГО КУПЕЧЕСТВА ...................... .. 283 Купеческие сочинения ........................................ .. 302 Благотворительность и меценатства ...................... .. 314 11. МАНУФАКТУРИСТЬІ, ЗАВОДЧИКИ, ФАБРИКАНТЬІ ............................................................ .. 317 На капиталистической фабрике ........................... .. 328 509
@°%°@®%®1%0%1° А «Э 12. НА ЯРМАРКАХ ............................................................ .. 332 Ярмарочные сцены ............................................. .. 340 Гостиный двор 347 13. ЕРЕТИКИ И ВОЛЬНОДУМЦЬІ, СТАРООБРЯДЦЬІ И СЕКТАНТЬІ ИЗ ТОРГОВОЙ СРЕДЫ ...................... .. 367 Сектантство ....................................................... . . 37 6 14. ПОРТРЕТ КУПЧИХИ ................................................... .. 381 Женское ли дело торговля ................................... . . 381 Катерина была не единственным лучом света в «темном царстве» ............................................. .. 388 15. купвчвство Российской импвгии глАзАми совгвмвнников .................................. .. 403 Внутренние оценки ............................................. .. 405 Взгляд со стороны ............................................... .. 414 16. ОБРАЗ ТОРГОВОГО ЧЕЛОВЕКА В РУССКОМ ФОЛЬКЛОРЕ .......................................... .. 425 Песни, анекдоты, поговорки ................................ .. 438 ЗАКЛЮЧЕНИЕ ................................................................... .. 454 СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ ................................................... .. 470 ПРИМЕЧАНИЯ ................................................................... .. 474 за$231
Научно-популярное издание Перхавко Валерий Борисович ИСТОРИЯ РУССКОГО КУПЕЧЕСТВА Генеральный директор Л.Л. Палько Ответственный за выпуск В.П. Еленский Главный редактор С.Н . Дмитриев Редактор П.И . Руднев Корректор Н.К. Киселева Дизайн обложки Е.А . Бессонова Верстка И,М. Сорокина ООО «Издательство «Вече 2000» ЗАО «Издательство «Вече» ООО «Издательский дом «Вече» 129348, Москва, ул. Красной Сосны, 24 . Санитарно-эпидемиологическое заключение М 77.99.98.953.Д .012232.12.06 от 21.12 .2006 г. Е-п1аі1: уесІ1е@уесІ1е.ги 111:1:р://уъ/у\гуч.уесІ1е.ги Подписано в печать 26.11.2007. Формат 60×90 1/Ю. Гарнитура «Школьная» . Печать офсетная. Бумага офсетная. Печ. л. 32. Тираж 3000 экз. Заказ М 6968. Отпечатано с предоставленных диапозитивов в ОАО «Тульская типография». 300600, г. Тула, пр. Ленина, 109