J. M II II
ЗАПАДНАЯ
КРАИНА
о г и л
i'ik >ди><но ныоь tuuicuo 1н<> ио штачЕ< кой ^игератжы
1 » :t я
II P .1 Г- Т Л Р И И О С Е X СТРАН, СОЕДИНЯЙ! Е С, Ь!
д. мин
ЗАПАДНАЯ
УКРАИНА
О Г И 3
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОМ ЛИТЕРАТУРЫ
19 3 9
СОДЕРЖАНИЕ
C.nfy
4
Западная Украина—исконная русская земля..........
Богатая, но отсталая страна .....................
Промышленность Западной Украины под колониальным
гнетом	.............................
Крестьянство под ярмом панов.....................
Панская Польша — тюрьма народов.................. 37
Навстречу новой жизни!........................... 44
Д. Ми н. Западная Украина.
Государственное издательсгло политической лите-
ратуры. 1939
Редактор 3. Те у и ин. Текред Н. Лебедева.
Корректора М. Ц е и и о р и М. Т е п е р.
Сдано в и,бор 28 сентября 1939 г. Подписано в пе-
чать 30 сентября 1939 г. Уполн. Главлига V» А-13001.
Ле И31-ва 323. Формат «4 X 103 /и- Объем 3 печ. л.
33 тыс. зи. в 1 печ. л. Тираж 109 тыс. Заказ Л1 1109.
Цена 36 коп.
/S-я типография треста кПолиграфкнига», Москва,
Шубииский яер., 10
17 сентября 1939 г. Советское правительство приня-
ло историческое решение — протянуть руку помощи
братьям—украинцам и белоруссам, брошенным на про-
извол судьбы незадачливыми руководителями обан-
кротившегося польского государства. Долгие годы
стонали миллионы украинцев под ярмом польских па-
нов и мечтали об освобождении. С нескрываемой на-
деждой они взирали на Восток, где нет больше вла-
сти князей и графов Радзивиллов, Потоцких, Вишне-
вецких, где тридцатимиллионный украинский народ в
братском союзе с другими народами СССР строит но-
вую, счастливую жизнь.
«Мы знали,— сказал крестьянин Западной Украины
Марчук при вступлении частей Красной Армии в его
деревню,— как радостно живет крестьянство по ту
суорону границы, в Советской стране. Когда на рас-
свете мы шли работать к помещику, мы смотрели на
восток, откуда всходило яркое солнце, и говорили:
«Вот оно, теплое солнце, которое восходит с той сто-
роны, где жить хорошо». Настали, наконец, радостные
дни и в нашей жизни, сбылись наши мечты».
Солнце новой жизни озаряет поля, села и города
Западной Украины. Миновали черные дни насилия, ни-
щеты и бесправия. Нет больше гнета польских поме-
щиков и капиталистов, как и нет польского государ-
ства, этой мачехи и тюрьмы народов, рассыпавшегося,
3
как карточный домик. Трудолюбивый и свободолюби-
вый народ Западной Украины при поддержке совет-
ского народа разгибает свою спину, обретает Родину,
которой он был лишен, а с нею вместе своботг, мир,
культуру, счастье.
ЗАПАДНАЯ УКРАИНА — ИСКОННАЯ РУССКАЯ
ЗЕМЛЯ
Западная Украина—Галицкая земля и Волынь —
была исконной русской землей, издавна населенной
русскими и украинцами. В IX—XI веках она входила в
состав Киевского государства. Как известно, именно в
этот период складывались и великорусский, и украин-
ский, и белорусский народы, выковывалась мощь ве-
ликого русского народе.
После распада Киевского государства Волынь и Га-
лицкая земля некоторое время существовали как са-
мостоятельные феодальные княжества, а затем — в
конце XII века слились в одно Галицко-Волынское кня-
жество, распростершее свои земли от Литвы до Ду-
найского понизовья и от Карпат до Киевщины. Галиц-
ко-Волынское княжество было одним из самых бога-
тых, могучих и культурных государств Центральной
Европы.
На Галичине и Волыни выросли большие торговые
и ремесленные города—Галич, Львов, Перемышль,
Звенигород, Владимир и др. Галицко-Волынское кня-
жество поддерживало торговые и культурные связи
с Византией, Римом, Венгрией и Польшей.
• К богатствам Галичины и Волыни неоднократцо
протягивали лапы сильные соседи — Польша, Литва и
Венгрия, часто нападавшие на территорию русского
княжества. На протяжении десятилетий князь Даниил
Романович (1202—1264 гг.) вел упорную борьбу с
польско-венгерско-литовскими захватчиками и при
поддержке широких масс населения изгнал их с род-
ной земли.
Около 150 лет просуществовало Галицко-Волын-
ское княжество. Но непрекращающиеся татарские на-
беги и оторванность от остальных русских земель
4
привели в конце XIII — начале XIV веков к его ослаб-
лению. В XIV веке (1387 г.) Галиция и часть Волыни
подпадают под иго Польши, а остальные земли Галиц-
ко-Волынского княжества переходят к Литве.
Западная Украина 'становится объектом польской
колонизации. Несколько позднее, в XVI веке, шляхет-
ская Польша, объединившаяся с Литвой в единсе
польско-литовское государство (Речь Посполитая), за-
хватывает новые украинские земли — почти все право-
бережье Днепра. Польские паны стали хозяевами Ог-
ромных территорий и принялись грабить и эксплоати-
ровать многомиллионное украинское население. В те-
чение XVI и XVII столетий крестьянство Украины
окончательно лишилось своих гражданских и имуще-
ственных прав и стало объектом неограниченной эко-
номической эксплоатации польских панов, особенно
усилившейся в связи с развитием денежного хозяй-
ства и превращением Польши в главного поставщика
хлеба для Франции, Англии и других стран. Стремясь
возможно больше хлеба вывезти за границу, польские
помещики насильственно захватывают крестьянские
земли, луга и леса, доводят до чудовищных размеров
барщину, вводят все новые и новые оброки.
В руках крупнейших польских вельмож сосредото-
чились несметные богатства. К 40-м годам XVII века
Иеремия Вишневецкий был владельцем Полтавы, Кре-
менчуга, Лубен, Ромен и 40 тысяч крестьянских дво-
ров. Князь Острожский имел на Волыни 40 замков,
100 городов и местечек и 1 300 деревень.
От пана зависела жизнь и смерть крестьянина. Кре-
стьяне были прикреплены к оставленным им жалким
клочкам земли. Они не имели права без соответствую-
щего разрешения покинуть имение помещика. Барщи-
на, различные повинности отнимали у крестьян все
силы.
Если в XVI веке на Волыни повинности на двор состав-
ляли 240 дней в году, то в XVII веке они уже состав-
ляют 304 дня. Во .многих местах на помещика работа-
ли шесть дней в неделю, а седьмой день должны бы-
ли работать только женщины. Кроме барщины кре-
стьяне платили оброк деньгами и продуктами. Они
страдали от различных феодальных налогов—при
рождении ребенка, при женитьбе, за право пасти скот,
за помол муки и т. п.
Французский инженер Гильом Левассер де-Боплан,
посетивший в XVII веке Украину, так описывал поло-
жение крестьян:
«Крестьяне там чрезвычайно бедны, так как они
принуждены работать в пользу владельца три дня в
неделю со своими лошадьми и давать ему, сообразно
количеству получаемой от него земли, много мер хле-
ба, множество каплунов, кур, гусей и цыплят к пасхе,
троице и рождеству. Сверх того они должны возить
дрова для владельца и отбывать множество других
видов барщины. Помимо того, помещики требуют от
них денежной повинности, а также десятины от бара-
нов, поросят, меда, всех плодов и третьего быка че-
рез каждые три года. Одним словом, они принуждены
отдавать своему господину все, что тому вздумается
требовать... но самое главное, что их владельцы поль-
зуются безграничною властью не только над имуще-
ством, но и над жизнью своих подданных. Вот как ве-
лики привилегии польского дворянства, которое жи-
вет словно в раю, между тем как крестьяне пребы-
вают как бы в чистилище».
Польский помещик был неограниченным владыкой
в украинской деревне, сам чинил суд и расправу. За
малейший проступок крестьян бросали в тюрьмы, цы-
тали. Паны превратили крестьян в рабов. Их истяза-
ли, пороли, закапывали живыми в землю, голых на
морозе обливали водой и замораживали, травили со-
баками, сажали на кол, резали на куски. Шляхтичи
безнаказанно насиловали крестьянских девушек. «Ес-
ли бы рассказать историю-правду о каком-нибудь маг-
нате, то самый ад можно испугать»,— писал великий
украинский поэт Тарас Шевченко.
Невыносимый 'гнет давил не только крестьянство,
но и городское украинское население. В украинских
городах появились польские старосты. Пользуясь сво-
ей властью, они угнетали жителей, заставляя их
платить пошлины по всевозможным поводам: за
право заниматься промыслами, за женитьбу, за раз-
вод, за наследство. Украинские купцы и ремесленни-
ки не имели права занимать выборные должности в
б
городских управлениях, вступать в цехи, иметь торго-
вые лавки. Украинцам запрещалось заниматься наибо-
лее доходными промыслами: держать аптеки и бака-
лейные лавки, продавать материи на штуки, торго-вать
вином и т. п. Заниматься свободными искусствами
украинцам было запрещено. Доступ украинским детям
в городские школы был закрыт. Во Львове, центре
Западной Украины, украинские ремесленники и торгов-
цы имели право жить и открывать предприятия лишь
на одной улице, называвшейся Русской. Вне этой ули-
цы украинцам запрещалось даже отправлять религи-
озные обряды.
К политическому и экономическому гнету присоеди-
нялся гнет национально-религиозный. Паны хотели
ополячить украинский народ, чтобы навсегда оторвать
его от Московского государства, от братского русско-
го народа. Они насильно навязывали украинскому на-
роду свой язык, свою культуру, свою веру. Украин-
ский язык, многовековую украинскую культуру коло-
низаторы рассматривали как культуру «низшей расы»,
как «хлопскую». Насильственно вводилось католиче-
ство. С целью окатоличения украинского населения
была введена церковная уния, которая рассматрива-
лась как переходная ступень к католичеству. Но по-
пытка католической церкви провалилась: население го-
рода и деревни враждебно относилось к унии, видя
в ней одну из форм усиления крепостного и нацио-
нального гнета.
Никакие ухищрения и преследования не смогли сло-
мить украинский народ. Не сломила его и волна ук-
раинских погромов, прокатившаяся по всей стране.
Вот как описывается в материалах, изданных в 1845 г.,
один из этих погромов в Луцке в 1634 г.: «И кто бы
им только ни показался, лишь бы то был русин был-
ими без всякого сожаления избит и покалечен — саб-
лями, палками и кирпичами — или точнее — камнями...
До самых сумерек, проходя то там, то сям улицей,
они били и секли всякого, кто им попадался, даже со-
всем невинного, лишь бы то был русин... Погром про-
должался несколько недель».
* Украинец.
1
Ненависть к польским панам росла. Убегая от не-
воли, сельское население усиленно отливало к
безбрежным степям Украины, спускаясь все ниже по
Днепру и Восточному Бугу, куда еще не успел про-
браться шляхтич. Тысячи украинских крестьян бежали
на юг, пополняя ряды обосновавшегося здесь воль-
ного казачества. Одновременно тысячи украинских
крестьян бежали в московские земли, видя в русском
народе единственного защитника от польских панов.
В 1630 г. количество казаков в районе так назы-
ваемой «Запорожской сечи» доходило до 80 тыс.
Запорожцы были наиболее активными, наиболее
непримиримыми борцами против польских панов. Они
не раз возглавляли восстания украинского народа, бо-
ровшегося за свою независимость.
Все чаще и чаще крестьянство подымалось на
борьбу против своих угнетателей. То здесь, то там
вспыхивали народные восстания, особенно участив-
шиеся с конца XVI века. В 1591—1596 гг. крупное
восстание под руководством Косинского охватило
Волынь, Брацлавское и Киевское воеводства. Казац-
ко-крестьянское войско заняло огромные территории
и ряд крупных городов — Киев, Луцк и др. Восстав-
шие громили помещичьи усадьбы, уничтожали пан-
ские замки. После четырех лет кровавой борьбы
восстание было разгромлено объединенными поль-
ско-венгерскими войсками. Жестокое подавление вос-
стания не могло заставить украинский народ сложить
оружие.
Весь XVII век заполнен героической борьбой ши-
роких трудовых масс за национальное освобождение
Украины. В 1630 г. происходит восстание, руководи-
мое гетманом Тарасом Федоровичем (герой повести
Гоголя «Тарас Бульба»), После трехнедельных боев
под Переяславом польское войско было разбито. Па-
ны вынуждены были пойти на ряд уступок казаками
В 1637—1638 гг. Украина вновь охвачена широким
народным движением.
Наиболее крупное восстание, принявшее характер
крестьянской революции, вспыхнуло в 1648 г. Кресть-
янство и трудовое городское население двинулись
против шляхты.
8
Несколько лет длилась упорная и кровавая борьба.
Полчища польских панов потерпели ряд крупных по-
ражений — под Желтыми Водами, Корсунем и Пиме-
вой в 1648 г., под Зборожем и Зборовом (Галиция) в
1649 г., под Винницей в 1651 г., под Батогом в 1652 г.
и т. д. Одно время казацко-крестьянское ополчение
занимало почти всю Украину. Заслуга руководителя
восстания Богдана Хмельницкого заключалась в том,
что он пошел навстречу чаяниям народных масс,
ждавших помощи от братского русского народа, и
обратился к Москве с просьбой о присоединении
Украины к Московскому государству.
8 января 1654 г. было осуществлено воссоединение
украинского народа с русским. Неудивительно, что
заключение договора с Москвой превратилось на
Украине во всенародное торжество. «По всей Украине
увесь народ з охотою тое ученил... и не малая ра-
дость межи народом стала»,— пишет летописец Са-
мовидец.
Однако последовавшая за этим война закончилась
^соглашением между Россией и Польшей, по которо-
му за первой остается левобережная Украина и Киев,
^Западная же Украина отходит к Польше.
Паны вновь стали хозяевами Волыни и Галичины.
ГЕще невыносимее стал крепостной гнет. Крестьянские
ч^ассы отвечают на него новыми восстаниями. Осо-
денно значительным было восстание 1768 г.— так на-
зываемая Колиевщина, воспетая в известном произ-
ведении великого украинского поэта Шевченко «Гай-
дамаки».
Вся Украина была объята восстанием. В вооружен-
ной борьбе с панскими отрядами принимали участие
даже женщины. Вот как описывает один из эпизо-
дов восстания Тарас Шевченко:
Встало солнце. Украина
Дымилась, пылала.
Где в живых осталась шляхта,
Запершись, дрожала.
А по виселицам в селах
Ляхн * в ряд висели
Чипом старше. На прочих
Веревок жалели.
1 Поляки.
Д. Мин
9
По улицам, по дорогам —
Груды трупов с ночи.
П<ы грызут их, а вороны
Выклевали очи...
По дворам везде остались
Дети да собаки.
Даже бабы, взяв ухваты,
Ушли в гайдамаки.
Восстание, руководимое Гонтой и Железняком, бы-
ло жестоко раздавлено. Сам Гонта был пойман поля-
ками и зверски изрублен на куски.
Непрерывные восстания ослабляли панскую Поль-
шу, которая и без того вследствие эксплоатации фео-
далов, тормозившей развитие производительных сил
страны, приходила в упадок. В результате трех раз-
делов (1772, 1793 и 1795 гг.) Польша перестала су-
ществовать как самостоятельное государство. Терри-
тория Западной Украины была поделена между Рос-
сией и Австро-Венгрией.
Положение украинского крестьянства не измени-
лось: польское землевладение сохранилось, нацио-
нальный гнет не прекратился. Трудящееся крестьян-
ство Украины, как и русский народ, продолжает и в
XIX веке борьбу против феодального и национально-
го гнета. Однако борьба эта не могла закончиться
победой, покуда руководство крестьянством не пере-
шло к пролетариату. «Только комбинированное вос-
стание во главе с рабочим классом может привести
к цели» (Сталин).
Великая Октябрьская социалистическая революция
1917 г. открыла украинскому народу пути к сво-
бодному развитию, вызволив его от ига капитали-
стов и помещиков. Под руководством великой
партии Ленина — Сталина растет и крепнет Советская
Украина."
Судьба трудящихся Западной Украины сложилась
иначе.
После мировой империалистической войны 1914—
1918 гг. Польша вновь появилась на сцене как само-
стоятельное, но отнюдь нежизнеспособное государ-
ственное образование. Новая Польша — детище Вер-
сальского договора, навязанного побежденным
странами-победительницами — Англией и Францией.
10
Без всякого учета исторических, этнографических и
экономических условий в состав Польши были вклю-
чены захваченные у разных государств области с
разнонациональным населением, тяготевшие в эко-
номическом и культурно-политическом отношении к
другим центрам. Ненависть населения составных ча-
стей польского государства — украинцев, белоруссов
и других к захватчикам мало беспокоила вершителей
судеб послевоенной Европы.
Новое государственное образование — лоскутная,
многонациональная, разбухшая за счет грабежа чу-
жих территорий Польша, возглавляемая насквозь
прогнившей и продажной кликой честолюбцев и
шпионов,— нужно было Антанте как щит против
Германии, а главное как плацдарм для нападения на
первое социалистическое государство—СССР.
«Из Польши,— писал Ленин,— Версальский мир
создал государство-буфер, который... Антанта рас-
сматривает как оружие против большевиков» ’.
Это открыто признал французский премьер-министр,
организатор антисоветского блока Клемансо, который
сказал в 1919 г. по поводу образования Польши:
«Против угрозы большевистской России мы воздвигаем
барьер, колючую проволоку».
В числе областей, насильственно включенных в со-
став польского государства, оказалась и Западная
Украина. Раздавив национально-освободительное дви-
жение украинских трудящихся, развернувшееся в
1919 г. в Галиции, польские империалисты захватили
большую часть Западной Украины — Восточную Га-
лицию, Волынь и другие районы. Остальные украин-
ские земли отошли к Румынии (Буковина). В 1923 г.
захват Польшей Западной Украины был санкциониро-
ван «Советом послов» Антанты. Это была плата за
участие Польши в походах против Советской респуб-
лики. С санкции Антанты польские захватчики превра-
тили Западную Украину в свою колонию, в объект
самой зверской эксплоатации, дикого национального
гнета и произвола.
1 Ленин, т. XXV, стр. 401.
и
БОГАТАЯ, НО ОТСТАЛАЯ СТРАНА
В освобожденной Красной Армией Западной Украине
около 10 млн. жителей, из них 8 млн. украинцев.
Западная Украина была в административном отноше-
нии распределена между следующими воеводствами
бывшей Польши: Львовское (центр г. Львов), Ста-
ниславовское (центр г. Станиславов), Тарнопольское
(центр г. Тарнополь), Волынское (центр г. Луцк) и
часть Полесья.
Западная Украина представляет обширную равнину,
пересеченную в широтном направлении отрогами Люб-
линских гор высотой до 600 метров. На юге проходят
отроги Карпат высотой до 2 тыс. метров, богатые
различными ископаемыми. На- северо-востоке тянутся
Пинские болота.
Западная Украина имеет равномерно расположен-
ную речную сеть.
На северо-западе она орошается притоками Вислы
Западным Бугом и Саном, на юго-востоке—Днестром,
Прутом и Стыром. Реки Западной Украины полновод-
ны, на протяжении года уровень воды в них резко
меняется, осенние и весенние разливы обычно причи-
няют населению большие убытки. Днестр судоходен,
и его карпатские притоки, а также Буг и Прут ис-
пользуются для сплава леса.
Почвы Западной Украины подзолистые, на юге пе-
реходящие в черноземы, в горах — каменистые и пес-
чаные. Наилучшие почвы — в Подолии и Сыноцких
долах.
Разнообразию климатических и почвенных условий
соответствует большое разнообразие растительности.
Около 30°/» площади Западной Украины занято леса-
ми экспортного значения; в низменностях — породы
лиственные и хвойные (сосна, ель, дуб, бук), в горах—
только хвойные. В отрогах Карпат имеются горные
альпийские луга — прекрасные пастбища для скота и
сенокосы. В Западной Украине разводятся разнооб-
разные сельскохозяйственные культуры — пшеница,
рожь, ячмень, овес, кукуруза, клевер, свекла, лен, ко-
нопля, табак, хмель, сахарная свекла; из фруктовых
12
деревьев — груша, яблоня, слива, абрикос, персик и ви-
ноград.
Западная Украина имеет перспективы не только для
расцвета сельского хозяйства. В ее недрах таятся
огромные природные богатства, могущие стать базой
для развития промышленности. В южных и юго-за-
падных районах страны (предгорье Карпат) имеются
нефть, каменный уголь, озокерит (горный воск), ка-
лийные соли, мрамор, цинковая руда, натуральный
газ и др. Наличие в этих районах значительного ко-
личества горных речек, притоков и озер открывает
большие перспективы для использования водных ре-
сурсов «белого угля» — электрической энергии. Во-
сточные районы, в частности Волынь, являвшаяся
почти самой отсталой провинцией в составе Поль-
ши, также богаты ископаемыми. По сообщению
волынского вице-воеводы Годлевского (1934 г.), гео-
логическая разведка натолкнулась на залежи камен-
ного угля и медной 95-процентной руды. Дальнейшие
разведки не производились, и Волынь геологически
совершенно не исследована. Запасы волынских ка-
меноломов, начиная от песчаников и кончая грани-
том,— неисчерпаемы. Наконец, во всех районах Запад-
ной Украины имеются большие возможности для раз-
вития промышленности по обработке продуктов сель-
ского и лесного хозяйства.
В экономико-географическом отношении Западную
Украину можно разбить на ряд районов, совпадающих
с основными природными особенностями страны:
Карпатский район лесов и горных степей.
Основное занятие населения — скотоводство и лесные
промыслы. Здесь развита небольшая кустарная про-
мышленность. Население живет очень бедно и тысяча-
ми эмигрирует на заработки в другие страны.
Карпатское предгорье — между Карпатами
на юге и низменностями на севере. Развито хлебопа-
шество, скотоводство, лесное хозяйство и садоводство.
Имеется незначительная промышленность, преимуще-
ственно кожевенная; слабо развита, но шеет большие
перспективы горная промышленность (.добыча нефти,
соли и др>) и обработка ее продуктов. Плотность насе-
ления —125—150 человек на 1 кв. километр.
13
Здесь имеется ряд крупных торговых и промышлен-
ных центров:
Станиславов, расположенный в нефтяном районе,
насчитывает 51,4 тыс. жителей, крупный же-
лезнодорожный узел, имеются нефтеперегонные, де-
ревообделочные заводы, бумажные фабрики и желез-
кодере жные мастерские.
Дрогобыч — центр нефтяной промышленности и
железнодорожный узел. Жителей — 26 736; добычей
нефти занято всего 7 100 рабочих (1930 г.). В Дро-
гобычеком уезде добывали большую часть польской
нефти (86%), натурального газа, озокерита и боль-
шое количество каменной соли. Близ Дрогобыча
находятся крупнейшие нефтяные промыслы Западной
Украины — г. Борислав. Нефть отсюда доставляется в
Дрогобыч нефтепроводом и перерабатывается на
8 местных заводах.
Перемышль — старинная русская крепость, существо-
вавшая еще во времена Галицко-Волынского княжества.
К значительным пунктам этого района относится
г. Стрый (30 тыс. жителей).
П о д о л и я, являющаяся продолжением Подолии
УССР; в основном — сельскохозяйственный район
(пшеница, ячмень, кукуруза, табак н др.), с развитой
табачной и винокуренной промышленностью.
Здесь находится крупнейший политический, эконо-.
мическнй я культурный центр Западной Украины —
г. Львов, насчитывающий свыше 300 тыс. населения.
Львов расположен в котловине реки Пельтев, впада-
ющей в Буг. Один из самых древнейших городов За-
падной Украины, основан в 1241 г. Находясь в центре
торговых путей, связывавших Западную Европу с Ру-
сью, Львов быстро превратился в крупный торговый
центр. До войны входил в состав Австро-Венгрии, в
1918 г. был захвачен Польшей. Польские захватчики,
тормозившие экономическое развитие Западной Укра-
ины, привели к тому, что Львов, вблизи кото-
рого имеется нефть, бурый уголь, каменная соль,
не стал индустриальным городом. Промышлен-
ность — претущественно пищевая н строительная,
есть несколько небольших машиностроительных и хи-
мических заводов. Львов—крупный культурный центр.
14
Здесь находится университет, основанный еще в
1784 г., высшее техническое учебное заведение, музеи,
большие библиотеки.
В районе Подолии имеются еще следующие значитель-
ные пункты:
Тернополь — 32 тыс. жителей, центр торговли хле-
бом и другими сельскохозяйственными продуктами;
железнодорожный узел, развита сахарная, водочная и
Л1укомольная промышленность.
Коломыя — 33,8 тыс. жителей (1931 г.); развита мел-
кая и кустарно-ремесленная промышленность (3 тыс.
рабочих, преимущественно портные, текстильщики,
строители, столяры).
Галич — старинный русский город, бывший в X—
XII веках центром Галицкого княжества.
Бучач — старинная крепость, 7 500 жителей, имеются
винокуренные заводы.
Рава Русека — уездный город Львовского воевод-
ства; был захвачен Польшей в 1918 г.; имеются лесо-
пильные и кирпичные заводы; крупный пункт по тор-
говле скотом.
Волынь, почти 30% всей поверхности занято леса-
ми, огромные неисследованные залежи ископаемых.
Развито лесное хозяйство и хлебопашество (рожь, яч-
мень и пшеница). Имеется незначительная промышлен-
ность, преимущественно перерабатывающая сельскохо-
зяйственное сырье,—сахароваренная, пивоваренная и
лесная. Транспорт развит чрезвычайно слабо — густо-
та сети железных и грунтовых дорог в 2 раза ниже,
чем в других районах Польши. Плотность населения—
47 человек на 1 кв. километр.
Наиболее крупными торгово-промышленными пунк-
тами являются:
Луцк — старинный украинский город, упоминаю-
щийся еще в летописи 1075 г., в XII—XIII веках был
центром Волынско-Галицкого княжества, сейчас —
21 тыс. жителей, центр торговли лесом и хлебом;
имеется слабо развитая промышленность — мелкие чу-
гунные, суконные и кожевенные предприятия.
Ровно — 20 тыс. жителей, крупный железнодорож-
ный узел, имеется несколько мелких металлических
предприятий.
1.'
Дубно—10 тыс. населения (до войны 1914 г., когда
город входил в состав России, количество населения
превышало 25 тыс. человек). Древний город Волыни,
был известен в XI и ХП веках. В XVIII в., когда сю-
да была перенесена ярмарка из Львова, являлся круп-
ным пунктом по торговле с Западной Европой.
Сейчас Дубно —центр торговли хмелем, почти не
имеет промышленности, если не считать мелкие ко-
жевенные, мыловаренные и лесопильные пред-
приятия.
Ковель — 20,8 тыс. жителей, железнодорожный узел,
имеются мелкие кожевенные предприятия и др.
Владимир-Волынский — расположен на реке Луге,
уездный город Волынского воеводства, 12 тыс. жи-
телей; имеются деревообделочные .фабрики; один из
древнейших русских городов, одно время был сто-
лицей Волынско-Галицкого княжества.
Острог — город Волынского воеводства, 13 тыс. жи-
телей; имеются кожевенные заводы.
На всех городах Волыни лежит печать отсталости
и вырождения — результат колониальной политики
польских захватчиков.
Западная Украина, бывшая в средние века од-
ним из самых передовых русско-украинских госу-
дарств, имеет большие перспективы экономического
развития, превращения в цветущую аграрно-промыш-
ленную страну. Исторические судьбы оторвали эту
исконную русскую территорию от России и лишили ее
этих перспектив.
ПРОМЫШЛЕННОСТЬ ЗАПАДНОЙ УКРАИНЫ
ПОД КОЛОНИАЛЬНЫМ ГНЕТОМ
В течение почти 20 лет своего господства польская
буржуазия и помещики проводили в отношении За-
падной Украины открыто грабительскую колониаль-
ную политику. Хищническая эксплоатация природных
богатств, искусственное торможение развития про-
мышленности и транспорта, полуфеодальный гнет и
грабеж украинского крестьянства польскими помещи-
г;
ками — в этом была суть «национальной политики»
Польши.
Обанкротившиеся правители Польши открыто заяв-
ляли, что Западная Украина, как и Западная Белорус-
сия, которые официально даже назывались «восточ-
ными крессами» (окраинами), являются внутренней ко-
лонией польских магнатов. «Газета Польска» — орган
финансового капитала, откровенно писала: «Восточ-
ные аграрные районы, где весьма слабо развита про-
мышленность, являются рынком сбыта промышленных
товаров, вырабатываемых в центральных и западных
воеводствах».
Несмотря на значительные природные богатства и
относительную плотность населения, Западная Украи-
на в результате хозяйничания польских панов являет-
ся отсталой аграрной страной. 80—9О°/о населения за-
нято в сельском хозяйстве и живет в деревнях, только
10% занято в горнорудной и легкой промышленности.
Польские колонизаторы сознательно задержали раз-
витие промышленности в Западной Украине. В цент-
ральных и западных воеводствах Польши, как об этом
открыто заявлял бывший вице-премьер Квятков-
ский, была сконцентрирована вся угольная и метал-
лургическая промышленность, 80% текстильной, са-
харной, цементной, электротехнической и прочих от-
раслей промышленности, 80% газовых заводов и во-
допроводов, разветвленная железнодорожная сеть,
свыше 80% типографий, культурных и других учреж-
дений. А в Западной Украине и Западной Белоруссии,
вместе взятых, находилось всего 5% промышленных
предприятий Польши. Центральные и западные вое-
водства, занимавшие немногим больше половины тер-
ритории страны, потребляли 93% всей электроэнергии,
80% искусственных удобрений и сельскохозяйственных
машин, около 85% железа и свыше 95% кофе и чая.
Наиболее разительным является следующий факт.
В 1934 г. в Польше было выработано 2,5 млрд, квт-ч
электроэнергии,— на Западную Украину и Западную
Белоруссию пришлось менее 1% этого количества. 1%
электроэнергии на 40% территории страны! Нужна ли
лучшая иллюстрация грабительской политики польских
капиталистов по отношению к «восточным окраинам»?
2 Л. Мин
17
Польские колонизаторы ликвидировали небольшие
промышленные очаги, существовавшие ранее в Запад-
ной Украине. До войны здесь была довольно сильно
развита нефтяная промышленность, росли кадры ук-
раинского пролетариата. В 1913 г. в Дрогобычском
районе добывалось 1 004 тыс. тонн нефти, в 1929, г. —
556 тыс. тонн, а в 1936 г.—только 389 тыс. тонн. Сотни
деревень не употребляют керосина, а находящиеся ря-
дом залежи нефти не разрабатываются.
Та же картина и в других областях промышленно-
сти. Продукция угля составляла 39°/о добычи 1913 г.,
озокерита — 54°/о. Почти полностью ликвидирована
металлическая промышленность. За последние годы
закрылись десятки винокуренных, крахмальных и па-
точных заводов. Хищнически уничтожались лесные
богатства Волыни для вывоза за границу, а лесная
промышленность находилась в состоянии упадка. Ты?
сячи рабочих лесопильных и деревообрабатывающих
заводов годами ходили без работы.
За последние 10 лет промышленность Западной
Украины в целом сократилась более чем на 4Ofl/o, а ко-
личество занятых в ней рабочих — наполовину.
Безотрадное положение промышленности Западной
Украины ярко иллюстрируется следующими данными
по Волыни. На 1 января 1926 г. в Волынском воевод-
стве насчитывалось всего 711 действующих предприя-
тий и 94 бездействующих со дня основания польско-
го государства. Большинство действующих предприя-
тий— легкой промышленности. В пищевой промыш-
ленности было 523 действующих предприятия, 43 бездей-
ствующих, в деревообделочной—51 и 12, в горной —
21 и 22, в строительной — 8 и 10, в металлообрабаты-
вающей— 38 и 4. Общее количество рабочих в дей-
ствующих предприятиях—5 708, из них 323 в горной
промышленности и 262 в металлообрабатывающей.
В последние годы на Волыни и в других районах
Западной Украины было запрещено открывать новые
предприятия без разрешения военного ведомства.
За 20 лет хозяйничания польских захватчиков в За-
падной Украине не строилось новых дорог, телефон-
ных линий и т. п. Коммунальное хозяйство городов и
местечек запущено.
is
Колониальная политика польских панов довела про-
мышленность богатого природными ресурсами края до
деградации, до полного захирения. В существующей
промышленности хозяйничал польский и иностранный
(особенно в нефтяной — 86%) капитал. Польское пра-
вительство не брезгало никакими средствами, чтобы
Задержать развитие местной промышленности. Одним
из важнейших орудий этой политики были, например,
высокие железнодорожные тарифы, лишавшие Запад-
ную Украину связи с рынком. Транспорт дерева на
расстояние свыше 200 километров превышал его цену,
а перевозка хлеба с востока на запад составляла свы-
ше 70% его стоимости.
Безраздельно господствуя в промышленности Запад-
ной Украины, польские капиталисты подвергали ук-
раинских и еврейских рабочих зверской эксплоатации.
Рабочий день доходил до 12—14 часов, произвол хо-
зяина был неограничен. Средняя заработная плата
рабочего Волынского и других воеводств Западной
Украины в среднем была в два раза ниже зарплаты
польского рабочего Варшавского воеводства.
Работу имела лишь незначительная часть рабочих.
Огромное большинство рабочих таких отраслей, как
швейная, кожевенная и др.,—безработные. Проведенное
в годы кризиса (1929—1934) ограничение контингента
пользующихся правом на пособие по безработице
больше всего ударило по рабочим Западной Украины.
Лишь 5—10% безработных в таких городах, как Луцк,
Ровно и др., получали жалкое пособие. Тысячи квали-
фицированных рабочих и молодежи были принуди-
тельно посланы на «общественные работы», имеющие
военное значение, например на строительство линии
военных укреплений Дубно — Ровно — Луцк, рассчи-
танных на войну с СССР. В «трудовых лагерях» безра-
ботные голодали, вымирали от болезней.
О положении рабочих, о мытарствах тысяч безра-
ботных лучше всего рассказывают сами рабочие нын£
освобожденных городов и местечек Западной Украинк<
«Рабочему в Польше было жить невыносимо тяже-
ло,— рассказывал польский военнопленный бойцам
N-ской части Красной Армии. — Я родился и жил в
городе Станиславове. Фамилия моя Зайнчковский. Мне
14
29 лет. За все мои молодые годы я не видел хорошей
человеческой жизни. Постоянная безработица, нужда,
голод, бесправие. За одно неосторожное слово—6 лет
тюрьмы, избиение и пытки. Я сам был безработным
21/» года. В поисках работы скитался с семьей из го-
рода в город, жил в большой нужде».
Работница-швея вТарнополе Еня Пильнель говорила
красноармейцам: «Я хотела учиться, но за учение надо
платить 15—20 злотых. Я зарабатываю только 12 зло-
тых в неделю. Как же я могу учиться?» После
10-часовой работы Пильнель помогает отцу-машинисту,
который работает неполную неделю. «У меня есть же-
них, но он безработный. Нам нельзя пожениться», —
рассказывала сокрушенно девушка.
А безработный в течение нескольких лет столяр од-
ного местечка Ровенского уезда сказал, закурив папи-
росу, предложенную ему красноармейцем: «Таких па-
пирос я не курил всю жизнь. У нас за осьмушку махор-
ки надо работать полдня. Да что — табак! Спичек я
круглый год не вижу, пользуюсь огнивом. Соли дома
нет! Забыли, когда мылись мылом».
Даже правительственные польские чиновники вынуж-
дены были открыто заявить, что рабочие семьи в За-
падной Украине систематически недоедают, по-
требление рабочих падает.
Вот что пишет инспектор труда Галина Крачельская,
обследовавшая положение рабочих Львовского вое-
водства, в книге «Правда об условиях труда», издан-
ной во Львове в 1934 г.:
«Расходы на питание поглощали 66% всех расходов
рабочей (со средним заработкам) семьи... При такой
структуре бюджета трудно удивляться, что расходы на
одежду, белье, обувь ие превышали 12°/о, расходы на
культурно-просветительные нужды, на общественные
организации составляли лишь 0,6°/о... Среднее годич-
ное потребление составляло в 1927—1928 гг. (еще до
кризиса) в килограммах на человека: чая — 0,07, мас-
ла— 1, жиров—8, мяса, рыбы и др. — неполных
19 килограммов. Таковы были нормы потребления в
годы наилучшей конъюнктуры. Под влиянием кризиса
потребление почти всех, продуктов сильно уменьши-
лось. Для примера укажу, что потребление сахара сии-
20
зилось на 2 килограмма на душу населения. Можно ре-
шительно утверждать, что потребление рабочего клас-
са снизилось более чем наполовину. Нередко дети в
рабочей семье не знают совсем, как выглядит и каков
на вкус сахар».
Другой исследователь положения рабочих, Крживиц-
кий еще до кризиса писал: «Если бы мы хотели найти
страну, наиболее нам близкую по структуре рабочего
бюджета, то, как бы это ни казалось парадоксаль-
ным,— это бюджет индийского рабочего в Бомбее».
Невыносимая эксплоатация, чудовищный националь-
ный гнет, преследования фашистских властей толкали
рабочих на борьбу за свое экономическое и политиче-
ское освобождение. В 1923 г. под влиянием револю-
ционных событий в Германии и вспыхнувшего в Кра-
кове восстания по всей Западной Украине возникли
массовые стачки и 'политические демонстрации рабо-
чих. Экономические стачки—местного и более широ-
кого масштаба — не прекращались до самого послед-
него времени. А в 1936 г. в центре Западной Украи-
ны — Львове произошли события, всколыхнувшие всю
страну и нашедшие отклик далеко за ее пределами.
Речь идет о голодной демонстрации львовских рабо-
чих, превратившейся в вооруженное столкновение с
большими отрядами полиции и жандармерии. Полиция
встретила демонстрантов залпом из ружей и пулеме-
тов. 20 убитых и сотни раненых — вот ответ фашист-
ского правительства на просьбу о помощи безработ-
ным. Баррикадные бои во Львове продолжались два
дня. Рабочих поддержали трудящиеся города и кре-
стьяне окрестных деревень. Львовский расстрел вско-
лыхнул всю Польшу. Во всеобщей стачке протеста,
бывшей ответом на события во Львове, принимали
участие сотни тысяч рабочих, служащих, крестьян и
трудовой интеллигенции.
КРЕСТЬЯНСТВО ПОД ЯРМОМ ПАНОВ
Колониальная политика польских империалистов са-
мым губительным образом отозвалась на основной хо-
зяйственной базе Западной Украины — сельском хо-
зяйстве. Нищета, разорение, голод, феодальный гнет,
21
вымирание и полное одичание—таков был удел много-
миллионного украинского крестьянства в панской
Польше.
Польский помещик был неограниченным владыкой в
украинской деревне. Больше половины — 52% всей зе-
мельной площади Западной Украины принадлежало па-
нам. В Станиславовском воеводстве 630 польских по-
мещиков владели около 60% всей земли,, в то время) к>ак
свыше 200 тыс. мелких крестьянских хозяйств имели
лишь немногим более Ук земельной площади. Имения
крупных магнатов-помещиков занимали иногда целые
уезды. Имение графа Замойского простиралось на
60 тыс. гектаров и занимало 5 уездов; больше 30 тыс.
гектаров находилось во владении князей Любомир-
ского, Чаторыйского, графа Потоцкого и др. А кре-
стьянство ютилось на мелких клочках земли, страдая
от безземелья и малоземелья, с ненавистью взирая на
огромные барские поместья.
Крестьянское хозяйство —1 карликовое хозяйство.
Свыше 50% всех крестьянских хозяйств Западной
Украины обрабатывают не больше 2 гектаров. В от-
дельных уездах процент карликовых хозяйств еще вы-
ше. Вот, например, официальные данные о распределе-
нии земли в Станиславовском воеводстве в 1921 г.: из
общего числа хозяйств (236 988) 76,5% занимали
0—2 гектара, 24,2% — от 2 до 5 гектаров, 5,9%—от 5
до 10 гектаров, 1,5%—от 10 до 20 гектаров, 0,5% —
от 20 до 50 гектаров, 0,1% — от 50 до 100 гектаров,
0,3%— свыше 100 гектаров (зато в руках крупных по-
мещиков находилось 56,3% всей земельной площади
воеводства). Таким образом, в Станиславовском вое-
водстве 91,7% карликовых и мелких хозяйств.
Крестьяне Западной Украины имели чрезвычайно
мало земли. Но и эта земля—самая худшая. Наиболее
удобные и плодородные участки принадлежали помещи-
ку. При помощи «землеустройства» крестьян постепен-
но вытесняли на самые плохие земли. В некоторых
районах Западной Украины (особенно Галиции) кре-
стьянская земля настолько плоха, что почти ничего не
родит.
У крестьян нет лесов и, лугов. Значительная часть
лугов и пастбищ, подавляющая часть всей лесной пло-
22
щади Западной Украины (около 95%) принадлежала
помещикам и государству. Крестьянин вынужден был
итти в кабалу к помещику, чтобы получить топливо,
строительный лес и пастбища. На этой почве постоял»
но происходили многочисленные конфликты крестьян
с помещиками.
Крестьянство Западной Украины не только мало-
земельное, но и безлошадное. Больше половины кре-
стьянских дворов не имеют лошадей, 25—30% имеют
только одну лошадь. Процент безлошадных н одно-
лошадных хозяйств в районах Волыни доходит до 86.
Здесь польские паны перещеголяли царскую Россию.
В русской деревне было 29,2% безлошадных, 30,3% —
однолошадных хозяйств. Не имея возможности
обрабатывать даже свой карликовый надел, без-
лошадный вынужден лезть в петлю, итти на поклон
к помещику н кулаку. О тяжелом положении
крестьянства говорит также наличие большого числа
бескоровных хозяйств. В Станиславовском воеводстве
около трети хозяйств не имеют коров, половина имеет
только по одной дойной корове.
Польские колонизаторы пальцем о палец не ударили
для облегчения положения крестьянства и смягчения
земельного голода. Правда, в 1919—1920 гг., боясь ре-
волюции, польское правительство приняло закон о «зе-
мельной реформе» и обещало наделить крестьян поме-
щичьей землей. На самом деле «земельная реформа»
привела к еще большему закабалению украинского
крестьянства. Крестьяне не получили ни одного гек-
тара земли без выкупа. От «реформы» выиграли толь-
ко кулаки, а помещики совершили при помощи госу-
дарства и банков выгодную сделку — продали по
высокой цене ненужные им излишки земли. Большая
часть всей проданной в результате «реформы» земли
(около 2 млн. гектаров) попала в руки кулаков и так
называемых «осадников». «Осадннки»—польские ко-
лонисты, искусственно насаждавшиеся на восточных
окраинах государства, т. е. в Западной Украине и За-
падной Белоруссии. Выслужившиеся офицеры и унтер-
офицеры — участники легионов Пилсудского и антисо-
ветского похода в 1920 г., кулацкие сынки получали
бесплатно наделы земли за счет украинских крестьян.
Таких «осаднических» хозяйств в Западной Украи-
не около 10 тыс. Насаждая «осадников» в восточ-
ных воеводствах, польские паны создавали опору для
подавления многострадального украинского крестьян-
ства. Малоземельным крестьянам досталась только не-
большая часть проданной в порядке «реформы» зем-
ли, но из-за нее они влезали в долги, которые должны
были выплачивать десятилетиями.
Цены на землю непрерывно росли. В Люблинском
воеводстве цена одного гектара земли в 1935 г. состав-
ляла 5 тыс. злотых. В Ржешовском уезде Львовского
воеводства цена гектара земли в 1927 г. составляла
51 центнер ржи, а в 1933 г. вследствие падения цен на
зерно —182 центнера ржи. Сбор ржи в этом уезде при
самом лучшем урожае составлял 10,3 центнера. Значит,
только для того, чтобы оплатить один гектар земли,
крестьянин должен отдать сбор ржи за 17 с полови-
ной лет! А платежи процентов за деньги, одолженные
на приобретение клочка земли, а расходы на новый
участок! Покупка земли означала для маломощного
крестьянина дальнейшее разорение и кабалу. «Сотни и
тысячи людей, купивших мелкие участки, потонули в
долгах, которые не смогут уплатить ни они сами, ни
их дети, ни внуки, ни даже их правнуки», — писала
газета «Вызволено.
Аграрная «реформа* не ликвидировала земельный
голод. Наоборот, он стал еще острее. «Реформа» бы-
ла очередным грабежом крестьянства.
Таковы и другие мероприятия польских властителей.
Проведенное правительством «землеустройство» фак-
тически свелось к новому грабежу бедноты и средних
крестьян в интересах кулацких хуторских хозяйств.
Проведение дорог через разбросанные в десятках мест
крестьянские наделы шло преимущественно за счет
земли крестьянской бедноты. Лучшие участки отхо-
дили к кулакам, а худшая земля оставалась у тех, кт®
не обладал средствами для выселения на хутора. При
землеустройстве у крестьян отбирались луга. Карли-
ковые крестьянские хозяйства не в состоянии покрыть
расходы по освоению новых участков, доставшихся
им в результате «землеустройства». Землеустроитель-
ные работы часто вели к истощению почвы. Задолжен
кость крестьянских хозяйств в районах, где проводи-
лось землеустройство, выросла в 4—5 раз.
Пользуясь монополией на землю, польские помещи-
ки опутывали крестьянство -сетью феодальных пере-
житков.
Крестьянин задыхался на своем крошечном наделе
и вынужден брать у помещика землю в аренду, а за
это вместе с семьей итти на отработки. В районах
Западной Украины отрабатывают по 15—20 дней в
году, причем в самую горячую пору летних работ.
Нередко крестьянская семья отрабатывает в течение
года по 50—60 дней. Крестьянин не имеет где пасти
скот—пастбища у него отняты панами, он идет к по-
мещику. А за аренду луга или право пасти корову
на помещичьем пастбище крестьянская семья плагит
отработками в пользу барина. В некоторых районах
за пастьбу одной коровы с мая по ноябрь крестьяне
отрабатывают помещику по 35 дней. Крестьянин не
имеет кормов для скота — он нх берет у помещика за
отработки. Чтобы получить немного дров из помещи-
чьего леса, крестьянин с собственной лошадью нани-
мается на лесные работы. Отрабатывали помещику за
право собирать ягоды в лесу, за воду из помещичьего
колодца, за проезд по барской земле и т. п.
В Западной Украине была сильно развита издоль-
щина. Крестьяне со своим жалким инвентарем обраба-
тывали помещичье поле и получали за это ничтожную
часть урожая. В Станиславовском и Тарнопольском
воеводствах почти весь хлеб в помещичьих имениях
убирался крестьянами. Помещики договаривались
с крестьянами об условиях уборки еще зимой,
когда последние крайне нуждаются. Бедняк вынуж-
ден соглашаться на любые условия, лишь бы
получить задаток зерном или кормами. В Вадо-
вицком уезде крестьяне убирали помещичий хлеб
за */го часть урожая.
Отработки и издольщина — излюбленный метод экс-
плоатации крестьян кулацкими хозяйствами и особен-
но церковью, являвшейся в свою очередь крупным
землевладельцем. Почти вся церковная земля, напри-
мер в Галиции, обрабатывалась крестьянами на усло-
виях оплаты натурой. Духовенство взимало с крестьян
платежи за обряды помимо денег еще натурой и
отработками. «В нашем приходе,— писал один кре-
стьянин в газете «Вызволене»,— умер один хозяин.
Чтобы оплатить похороны, его жена вынуждена
была согласиться отработать 20 дней. Да разве
она одна? У нас много таких, которым, когда
придет время жатвы, нужно отработать за свадьбы
и похороны».
Чересполосица — бич крестьянского хозяйства.
В южных районах Западной Украины на одно хозяй-
ство приходится в среднем 37 клочков земли; нередко
крестьянское хозяйство состоит из 100 крошечных
участков, разбросанных между помещичьими землями
и отстоящих друг от друга на 5—10 километров. Че-
респолосица насаждает отработки, усиливает помещи-
чий гнет и кабалу.
Десятки различных повинностей и поборов полуфео-
дального характера душили крестьянство. Особенно
страдало крестьянство от так называемых «шарварок».
Это — бесплатная трудовая повинность в пользу го-
сударства и местного самоуправления. Раньше вла-
сти применяли «шарварки» только для постройки
важных дорог, особенно стратегических. Но в 1935 г.
был издан новый закон, вводящий применение <шар-
варок» для постройки всех дорог, для строитель-
ства школ и т. д. В результате нового закона
число <шарварочных» дней доходит во многих
местах до 100—ПО в году. Помимо «шарварок»
существует гужевая повинность, сборы при переезде
дорог и т. д.
Закабаление украинского крестьянства полуфеодаль-
ными формами эксплоатации дополнялось сильным
налоговым гнетом. Налоговая система являлась важ-
нейшим рычагом колониальной политики польских па-
нов. Даже польские буржуазные экономисты вынуж-
дены были признать, что восточные воеводства несли
ббльшие налоговые тяготы, чем остальные. Для срав-
нения приведем цифры поземельного налога по двум
финансовым округам —Грудзендз и Луцк (в злотых
на один гектар):
2G
Размер хозяйств (а гектарах) Грудэендэ Луцк
До 5			. . .	0,98	1,78
От 5-15		. .	1,17	1,44
» 15-60		. . .	1,25	•1,55
» 60—150 		. . .	1,53	1,92
» 150—500 ....	. . .	2,14	1,58
>>500-2 000	. . .	2,35	2,28
Cuuuie 2 00J	. . .	1,31	0,97
Как видно из таблицы, в коренной Польше в окру-
ге Грудзендз, где уровень сельскохозяйственной куль-
туры сравнительно высок, обложение бедного и сред-
него крестьянства ниже, чем в Луцком округе.
Всей своей тяжестью налоговое бремя ложилось на
мелкое и среднее крестьянское хозяйство, слабо за-
трагивая помещиков и кулаков. Более */а поземельно-
го налога вносили бедняки и середняки. Помимо по-
земельного в Польше существовали десятки других на-
логов: поимущественный, коммунальный, инвестицион-
ный, уравнительный, подорожный, церковные и приход-
ские налоги, сбор на вывозные премии и т. п. — всего
свыше 100 различных налогов и поборов. Существо-
вали поборы за корову, свинью, лошадь, гуся и да-
же собаку, сборы на поддержание поповских домов
и т. п. Если еще прибавить обязательные взносы по
страхованию от огня, принудительные займы, пени,
штрафы и т. п., то станет ясно, что обшая сумма
взносов по налогам и недоимкам далеко превышает
валовую выручку карликовых крестьянских хозяйств.
Общая сумма налогов, взыскиваемых с крестьян
в Западной Украине, была в 8—10 раз больше, чем
в царской России.
Налоги и поборы съедали все доходы нищенского
крестьянского хозяйства. Недаром украинские кре-
стьяне в запрещенной властями песне пели:
Через кладку йду яа грядку
Тай ci так гадаю —
Чн ще с десь б>да ripina,
Him в кашоыу Kpai?
Иду до дому, сльозы роню,
Мкиаю ворота.
Ci и поаатк(в, три добора,
А грошвй — в! элота...
Весь аппарат государственной власти приводился ц
движение для взимания налогов с крестьян. Для взы-
скивания налогов и недоимок посылалась армия чи-
новников, судебных исполнителей, целые карательные
экспедиции. Они описывали и забирали весь жалкий
скарб крестьянина — зерно, коров, телят, перины,
домашнюю утварь. Имущество недоимщиков прода-
валось с торгов. В то время как у бедного кре-
стьянина отнимали последнюю корову в уплату
налогов, крупные помещики нс вносили полагав-
шихся с них сумм. «Не менее 80% крупных земле-
владельцев,— писала в прошлом году газета «Вызво-
лене>,— не платили налогов с 1927 г., и неизвестно
в силу какого права им это проходило безнаказанно.
Во многих случаях помещикам не посылались изве-
щения о платежах, о напоминаниях не было и речи.
В то же время у крестьян забирались не только ло-
шадь, корова, свинья, домашняя птица, но часто
матрацы, подушки и т. п.». Князь Пшгинский не
уплатил 13,5 млн. злотых налогов, князь Любомир-
ский — 3 млн. и т. д.— с ними правительство шло
«на мировую» и списывало им задолженность. Еди-
новременный поимущественный налог был взыскан с
крестьян и мелких ремесленников, а с помещиков и
крупных капиталистов было недополучено 700 млн.
злотых золотом.
Крестьян грабили не только помещики и государ-
ство, но и крупные капиталистические монополии.
Огромные суммы выжимались из деревни при помощи
косвенных налогов (на соль, сахар, спички, табак
и другие предметы первой необходимости) и высо-
ких цен на промышленные товары. Депутат сейма
Тершаковец привел в одном из своих выступлений
следующие данные о соотношении цен на ' промыш-
ленные н сельскохозяйственные товары:
1Т’7,2в г. 1038,30 г.
(п 'килограммах ржи)
1 плуг	стоил. . .	100	276
10 кг. сахара > ...	36	100
10 кг соли	» ...	8	32
10 кг мыла	> ...	52	135
10 кг керосина • ...	16	40
1 кг табака » ...	141	561
Наконец, крестьянство неимоверно страдало от
гнета различных монополий — мукомольной, моно-
полии по скупке зерна и др. «Куда крестьянин ни
двинется, ни взглянет, — заявил в сейме депутат Дем-
бицкий,—его осаждают такие соглашения, как со-
глашение скупщиков скота и свиней, соглашение пе-
карей и т. д.». Благодаря монополиям крестьянство,
по вычислениям польского экономиста Ивашкевича,
получает за свою продукцию только половину того,
что платит потребитель сельхозпродуктов на рынке.
Остальная половина присваивается посредниками и
перекупщиками.
Задыхаясь от малоземелья, опутанные сетью фео-
дальных пережитков, никогда не вылезавшие из
долгов карликовые крестьянские хозяйства были
ввергнуты в бездну нищеты и разорения.
Хозяйство в 1—2 гектара не в состоянии прокормить
крестьянскую семью. В обычных условиях урожай
ржи или пшеницы в таком хозяйстве составляет в
среднем 3,5 центнера. Семье в 5 человек нужно не ме-
нее 2,5 центнера ржи для пропитания. Остается
1 центнер, за который крестьянин может получить
10—12 злотых (на наши деньги 2 р. 20 к.—2 р. 40 к.).
Это все, что остается на уплату долгов и налогов, на
покупку семян и сельскохозяйственного инвентаря, на
корм для скота и другие нужды. А покупка одежды,
обуви, ремонт избы и починка колодца?
Даже хозяйство в 2—5 гектаров не в состоянии про-
кормить среднюю крестьянскую семью. Упоминавший-
ся выше депутат Тершаковец приводил в начале теку-
щего года данные, иллюстрирующие жестокую нуж-
ду мелкого крестьянства. Исходя из обычных норм
крестьянского потребления, Тершаковец высчитал,
что у крестьянской семьи в 5 едоков, обрабатываю-
щей 3-гектарный надел, остается после уплаты нало-
гов и покупки предметов первой необходимости
749 килограммов зерна в год, составляющих в денеж-
ном выражении 74 злотых. Это — 20 грошей в день на
содержание семьи. А коробка спичек стоила 10 грошей!
Корреспондент «Пти Паризьен», объезжавший в
1937 г. деревни Западной Украины, описал бюджет
крестьянина, владельца 3 гектаров земли. Всего он енм-

мает 6 среднем 2 400 килограммов ржи. Из них 1 900 ки-
лограммов уходит на оплату налогов и самые необхо-
димые расходы на хозяйство и одежду семьи. Остается
лишь 500 килограммов. И этим в течение года надо
прокормить 7 человек семьи и клячу!
В такой безысходной нужде жило огромное боль-
шинство украинского крестьянства.
Хозяйство мелкого и среднего крестьянства прихо-
дило в упадок. Низко к земле пригнулись деревенские
хаты. Почерневшие от времени, с кривыми, покосив-
шимися крышами, с полуслепыми маленькими окон-
цами, они уже много лет не ремонтировались. Нищ и
гол крестьянин Западной Украины. Жизнь с каждым
годом становилась все тяжелее и тяжелее. Приобрести
какой-нибудь инвентарь — авось удастся выжать из
земли побольше доходов — невозможно — нет денег.
Основные орудия производства — двурогая деревян-
ная соха и борона из перевязанных лыком еловых
сучьев. Плуг и борона с железными зубьями — ред-
кость. Крестьянин перестал пользоваться железным
топором, заменяя его каменным. Он не употреблял
больше железных гвоздей, заменяя их деревянными.
Он перестал ковать лошадей, экономя каждый кусок
железа. Потребление искусственных удобрений резко
сократилось. Крестьянское хозяйство переживало на-
стоящий упадок. Пожалуй, нигде в Европе, за исклю-
чением Испании до 1936 г., нет такого отсталого сель-
ского хозяйства, таких низких урожаев, такой допо-
топной техники производства, как в Западной Украине.
Урожаи становились все более и более редкими.
Неурожаи, голод приходили все чаще и чаще. Отсут-
ствие кормов привело к увеличению падежа скота.
В письме, опубликованном в украинской газете «Ди-
ло», крестьянин Прикарпатского района Западной
Украины писал:
«Почти ежегодно зимой и в весеннее время в нашем
крае раздаются вопли отчаяния—«голод», «погибаем».
Однако в этом году положение настолько тяжелое
что катастрофа неминуема. За первые две недели ап-
реля сего года у крестьян погибло с голоду 1 562 шту-
ки скота. Свыше 20 тыс. штук скота, т. е. 40____5О°/о
всего поголовья, до того заморено голодом, чго ле-
30
жит в хлевах и не в состоянии подняться. В течение
1937—1938 гг. в Турканском уезде нашего края погиб-
ло 16 250 голов скота, т. е. 28% всего крестьянского
скота. Массовая гибель скота, вызванная отсутствием
кормов, означает полную катастрофу для малоземель-
ного крестьянства».
Крестьянская семья буквально голодала, она забыла
о потреблении таких продуктов, как сахар и соль. По
данным официальной статистики, потребление сахара
в селах Волыни сократилось с 1929 г. на 93%, соли —
на 87%, керосина — на 72%.
Вот что рассказывает бойцам Красной Армии о жиз-
ни и быте деревни крестьянин села Залесцы:
«Человеческой жизни я еще не знал. Ничтожный
клочок земли, еще меньший огород, несколько кур —
вот все мое хозяйство. Налогов приходилось платить
больше, нежели стоит весь мой скарб. Из долгов ни-
когда не вылезал.
Крестьяне-бедняки давно не носили новой одежды.
Многие 18—20-летние юноши стыдятся днем выходить
на улицу — им не во что одеться. Вечером село погру-
жается почти в полную темноту. Редко в какой хате
мелькает огонек. Да и то это коптит лучина. О керо-
синовой лампе забыли давно».
В изданной в 1933 г. Варшавским институтом соци-
альной экономики книге «Письма крестьян» опублико-
ваны рассказы крестьян, рисующие кошмарную кар-
тину нищеты, голода и безысходности положения де-
ревни.
Вот что пишет крестьянин Замойского уезда:
«Живу я в одной избе с пасынком, который хотя и
отделился, но живет у меня, так как у него нет своей
избы. А что находится в нашей избе? Две кровати,
прикрытые грубыми одеялами, стол и два самодель-
ных стула. Вот и вся мебель. В этой избе нас живет
шестеро.
Еще хуже обстоит дело с питанием. Летом, когда
имеется немного молока, еще полбеды, но вот как
быть, когда в хате нет ни капли молока, ни кусочка
мяса или сала, когда каждого поросенка, даже еще не
откормленного, приходится продавать, чтобы заплатить
налоги и купить на зиму башмаки и какую-нн-
31
будь одежду? Без всяких религиозных предписаний
соблюдаешь такой пост, что к весне, пока корова нач-
нет доиться, все высыхают, как щепки».
Малоземельный крестьянин того же уезда пишет:
«Ныне мы отказываем себе решительно во всем.
Сахару мы не потребляем, разве только,чго в большие
праздники, на соли экономим,— она очень дорога.
Женщины переносят огонь из дома в дом в железных
горшках, а каждую спичку я разделяю на две, а иног-
да и на четыре части. Керосин и лампа у нас в де-
ревне— роскошь. Избы освещаются просто лучина-
ми, а я еще мечтал, что доживу до того момента, ког-
да в избе загорится электричество!»
Другой крестьянин Грубешовского уезда:
«Фабричных товаров мы сейчас совершенно не по-
купаем. Наша одежда вся в заплатах. Башмаки мы
переделываем, подбивая деревянные подошвы, как во
время мировой войны. Наша потребность в самых не-
обходимых предметах чрезвычайно велика, трудно
даже перечислить все то, что следовало бы ку-
пить...
Крестьянин принужден возвращаться к доисториче-
ским временам, носить самодельную одежду из льна и
конопли и быть портным и сапожником. Ездим мы на
лошадях по 200 и более километров, так как железная
дорога для нас недоступна».
А вот что пишет малоземельный крестьянин Жешев-
ского уезда Львовского воеводства:
«До 1932 г., несмотря на кризис, я держался изо
всех сил. Но теперь я уже дошел до полного от-
чаяния. Исчерпаны все сбережения. Мы брошены на
самое дно нищеты. Темно в хате, темно и в душе кре-
стьянина, потому что неоткуда ему ждать спасения.
Что я могу сказать о себе, о своем будущем: одна
мысль о нем причиняет мне боль, поэтому лучше не
думать. Холодно, нет обуви, нет теплой одежды ни
для себя, ни для детей. Хата валится, колодец зава-
лился, негде брать воду. Откуда взять па все
это деньги?»
Крестьянин Бучацкого уезда Тарнопольского вое-
водства так описывает свои повседневные мы-
тарства:
32
«Хозяйство—это мастерская крестьянина, ставшая
теперь бременем, ибо расходы больше, чем приходы.
А что происходит с хозяйством малоземельного кре-
стьянина? Несмотря на все усилия, на весь труд, оно
в упадке.
Рано или поздно крестьянин обязательно должен
возвести хозяйственные постройки. Из-за недостатка
денег он строит их плохими и непрочными. Не успеет
построить одно, как другое уже валится... Пол в ко-
нюшне и в хлевах часто портится, а ведь нельзя до-
пускать, чтобы скот пропадал из-за грязи. Между тем,
не на что купить не только досок, но и гвоздей. Раз-
водить скот невозможно, не разводить — еще хуже!
Изба обычно сделана из глины, без пола. Гниль и сы-
рость. Конюшни такие же, а амбары чаще всего без
стен, так как не на что купить строительный матери-
ал... У собаки нет будки, жаль пса, но делать нечего.
Жалкий сортир был нз досок, теперь он из соломы, а
из тех досок сделали стол, потом из этого стола —
дверцы для хлева, которые вконец изгрызла свинья.
И снова нужны стол и дверцы, нужно занять денег и
купить, ибо свинья вылезает из хлева. На все хозяй-
ство — одно ведро. В этом ведре носишь воду на кух-
ню, поишь коня и корову, в этом же ведре носишь
свиньям корм, этим же ведром черпаешь воду из ко-
лодца для семьи. Телега гниет и плуг ржавеет на дож-
де, поставить их некуда — нет сарая, а построить его
не на что. Надо готовить корм для свиньи, а готовить
не в чем. Приходится готовить в той же посуде и
горшках, в которых готовишь для себя.
В окне у меня разбиты стекла, в конюшне тоже.
Много холода навеет ветер, пока я достану стекла.
Из таких разных частей складывается нужда».
В заключение крестьянин заявляет:
«Это грех, вопиющий о мести к небу. Хлеба в из-
бытке, а мы, крестьяне,— полуголодные, а есть и
совсем голодные. Одежды, обуви и топлива в Польше
много, а нам холодно, и нас гложет нужда. Мы в сы-
рых избах дрожим полуголые от холода. Нам опроти-
вела работа, которую когда-то мы любили больше
жизни.
Природа, которая всегда приветствовала нас с вос-
ходом солнца, теперь нам не улыбается больше. Нет
больше жизни, угасла надежда».
Так выглядела украинская деревня в панской Поль-
ше. Крестьянское хозяйство — бедняцкое и середняц-
кое нищало, деревенское население голодало.
Постоянное недоедание, холод и голод привели к
физическому истощению и росту заболеваний. В де-
ревнях Западной Украины свирепствует туберкулез.
Эпидемии уносят тысячи человеческих жизней. Поль-
ские колонизаторы оставили деревню почти без
всякой врачебной помощи. В Западной Украине один
врач приходится на 9 тыс. жителей. Медицинская по-
мощь совершенно недоступна крестьянам.
Вот что писала газета «Роботник» в начале 1938 г.:
«В деревне, как правило, никто не лечится. Кресть-
яне из-за нужды лишены возможности обращаться к
врачу, тем более что врач живет далеко. Чтобы к нему
попасть, приходится нанимать лошадей. К тому же
нет уверенности, что врач согласится приехать так
далеко. Если даже крестьянин пригласит врача, то у
него нет денег на лекарства. Для бедных и даже сред-
них крестьян эти затруднения непреодолимы. Помощь
роженицам совершенно не оказывается, а между тем
она крайне необходима, так как большинство из них
истощенные, слабые здоровьем женщины, пережившие
в детстве рахит. Отсюда огромный рост количества
родов со смертельным исходом. Деревня совершенно
беспомощна перед этим злом, которое является ре-
зультатом нищеты».
Особенно ужасно положение детей. Дети в деревне
остаются без всякого, присмотра. С ранних лет они
вынуждены заниматься физическим трудом. Школу
посещает лишь небольшой процент детворы. Тысячи
детей вынуждены сидеть дома, так как не в чем хо-
дить в школу. Питаются дети отвратительно. Болезни и
смертность среди детей огромны. В Галиции три чет-
верти детей больны туберкулезом и рахитом.
«Дети,— пишет крестьянин Вадовицкого уезда,— хо-
дят со вздутыми животами, имеют кривые ноги и тон-
кие, как спички, руки».
34
Отчаяние, безысходная нужда заставляют крестья-
нина Пулавского уезда писать:
«Жизнь постепенно замирает, люди воздерживаются
от женитьбы, рождаемость падает, да и зачем, соб-
ственно, деревенскому человеку являться на свет, если
все равно он ничего хорошего не увидит?>
* *
♦
Чем сильнее становился гнет польских панов, тем от-
четливее начинал украинский крестьянин понимать не-
обходимость борьбы за землю и национальную сво-
боду. Он знал, что почти рядом — по ту сторону гра-
ницы — свободно и зажиточно живут его единокров-
ные братья, под руководством великих и мудрых вож-
дей народов Ленина и Сталина свергшие власть поме-
щиков и капиталистов и навсегда уничтожившие
эксплоатацию и национальный гнет.
Крестьяне различными средствами вели борьбу
против помещичьего гнета. Они оказывали сопротив-
ление сборщикам налогов, судебным исполнителям,
нападали на помещичьи усадьбы, рубили помещичьи
леса, устраивали голодные демонстрации, дрались с
полицией. В 1921—1923 гг. такого рода выступления
крестьян происходили по всей Западной Украине.
В 1924—1925 гг. волна крестьянских выступлений
прокатилась на Волыни. Вначале разрозненные вы-
ступления украинского крестьянства в годы мирового
экономического кризиса становятся все более органи-
зованными, широкими, боевыми, принимают характер
настоящих крестьянских восстаний.
Крестьянское восстание в Средней Галиции в 1932—
1933 гг. охватило целые деревни и уезды и перебро-
силось далеко за пределы Западной Украины. Толч-
ком к восстанию послужило усиление налогового
нажима на крестьянство, предпринятое правитель-
ством. Массовое движение протеста переросло в ряде
мест в серьезные столкновения крестьян с полицией
и войсками. Кровавые столкновения произошли в
районах Лиско, Лапаново, Ядово, Лнманово и Асто-
шино. В районе Лиско в боях с жандармерией прини-
мало участие 19 деревень с населением в 10 тыс. че-
ловек. Наивысшего напряжения борьба крестьян до-
3*
3d
стигла в середине 1933 г. Вся Средняя I алицця была
охвачена восстанием. В уездах Львовского и Краков-
ского воеводств бои 100 тыс. крестьян с жандар-
мерией и войсками (против восставших были пу-
щены авиация и танки) продолжались целый месяц.
Несколько десятков крестьян было убню. В I рябинах
при столкновении с жандармерией было убиго два
крестьянина и два ранено. В Яслонке 5 тыс. крестьян
отправились вырубать помещичий лес, произошло
вооруженное столкновение с полицией, во время ко-
торого было убито и ранено 25 человек, в том числе
и полицейские. В Ланцутском уезде крестьяне при-
ступили к захвату помещичьих имений. Солдаты,
прибывшие для подавления восстания, отказались
стрелять в крестьян. Против «бунтовщиков» были
двинуты части переодетых офицеров и унтер-офице-
ров. В вооруженной схватке было убито 50 человек.
Героическое выступление галицийских крестьян
было жестоко подавлено. Карательные экспедиции
прошли по всей стране. Но крестьянское движение
не прекратилось.
В течение 1934—1936 гг. в различных местах Запад-
ной Украины, особенно на Волыни, происходили кре-
стьянские забастовки и вооруженные столкновения с
полицией. Вновь участились случаи поджогов и за-
хвата помещичьих имений. Под влиянием мощных
выступлений рабочего класса (события во Львове и
Кракове) крестьянство вновь поднимается на борьбу
против жестокого произвола и гнета помещиков.
В Замойском и Грубешовском уездах происходят кро-
вавые стычки крестьян с полицией. В селе Гай, около
Львова, 1500 украинских крестьян силой помешали
властям разделить фольварк среди группы польских
колонистов. В Вулька-Мазвецка Рава-Русского уезда
толпа украинских крестьян вступила в бой с полицией,
которая хотела отобрать пастбища, где крестьяне пас-
ли свой скот.
1937 г. прошел под знаком всеобщей крестьянской
забастовки, охватившей всю Польшу. 90% украин-
ского крестьянства принимает участие в забастовке.
И на этот раз Западная Украина становится ареной
кровавых стычек крестьян с жандармерией и войска-
36
ми. Во Львовском и Краковском воеводствах каратель-
ными экспедициями был убит 41 крестьянин, сотни
ранены.
Постоянные волнения среди украинских крестьян
сильно беспокоили польское правительство. Самым
зверским террором, удвоением национального гнета
оно отвечало на попытки украинского крестьянства
вырваться из петли голода, помещичьей кабалы и
эксплоатации.
ПАНСКАЯ ПОЛЬША —ТЮРЬМА НАРОДОВ
Польское государство было настоящей тюрьмой на-
родов, палачом для миллионных масс украинцев, очу-
тившихся по ту сторону нашей западной границы.
Весь аппарат государственного насилия был направ-
лен на то, чтобы превратить украинцев в колониаль-
ных рабов польских панов, в рабов, потерявших свое
национальное лицо, забывших свой родной язык.
Насильственное ополячение, разрушение нацибналь-
ной культуры, ликвидация украинских культурных
учреждений, подавление огнем и мечом всякого прояв-
ления национального самосознания и недовольства
варварским панским режимом — такова была про-
грамма действий польских панов.
Украинцы в Польше были «низшей расой», пол-
ностью бесправной. Украинцам был запрещен доступ
во все звенья административного аппарата; они были
лишены права занимать даже должность солтыса —
деревенского старосты. Этот вершитель судеб украин-
ской деревни вербовался преимущественно из поль-
ских поселенцев и «осадников».
Украинский язык был объявлен вне закона. Во
всех правительственных учреждениях, в суде, на поч-
те, на железных дорогах, находившихся на террито-
рии Западной Украины, допускался только польский
язык. Значительные слои украинского населения, в
том числе вся молодежь до 25 лет, были, согласно
последней конституции, лишены избирательных прав.
Только незначительное меньшинство украинцев имело
право выборов в сейм и местные самоуправления.
Собрания, демонстрации, публичные выступления дея-
S7
телей украинского народа были запрещены. Вся-
кого рода махинациями, открытым террором, анну-
лированием избирательных списков, арестом выдви-
гаемых кандидатов польские власти не допускали
открытого волеизъявления украинского населения
во время выборов. В крупнейшем центре Запад-
ной Украины — Львове, городе с преобладающим
большинством украинского населения, во время
последних выборов в муниципальный совет было из-
брано 64 поляка и ни одного украинца. О том, как
обычно происходили выборы в местные самоуправ-
ления, рассказывает крестьянин Ласского уезда:
«Происходили у нас в деревне выборы в деревен-
скую раду. Но, по существу говоря, никто никого не
выбирал, а просто староста привез список, приказал
всем расписаться — и конец».
Огромная сеть шпионов и провокаторов подвиза-
лась в украинской деревне, проникая в ряды различ-
ных .национальных организаций. Демократические
национальные организации, профсоюзы, объедине-
ния интеллигенции в Западной Украине всячески
преследовались, их деятели арестовывались, подвер-
гались пыткам, расстреливались. Совсем недавно
польские власти запретили украинскую культурно-
просветительную организацию «Просвита» и спортив-
ное объединение «Сокол».
Украинским рабочим был закрыт доступ на круп-
ные промышленные предприятия, особенно военные.
Для поступления на_завод украинский рабочий дол-
жен был иметь свидетельство полиции о благона-
дежности.
В армии украинцы не имели' права занимать ко-
мандных должностей. Бездарное и чванливое офи-
церство, вербовавшееся из сынков польских помещи-
ков и кулаков, систематически издевалось над укра-
инским солдатом. Сотни «непослушных» солдат аре-
стовывались и судились военно-полевым судом.
Польские колонизаторы учинили настоящий раз-
гром украинской национальной культуры. Двадцать
дет тому назад на территории Западной Украины
было 3 600 украинских школ. В 1934—1936 гг., по
официальным данным, осталось 457 школ, причем в
38
этих школах преподавание географии и истории, а
иногда и других предметов велось только на польском
языке. В последние годы число украинских школ со-
кратилось до 200. В 1919 г. на Волыни насчитывалось
1 050 украинских школ, а сейчас только — 5. В Гали-
ции только 5°/о детей учились на родном языке, а на
Волыни — О,О2°/о. Из общего числа 770 средних школ,
существовавших в Польше, только 26 украинских. На
743 профессионально-технические школы приходилось
только 7 украинских. В Польше не было ни одного
украинского университета.
В результате такой политики украинское население
было обречено на неграмотность, дикость и отста-
лость. В Польше было 23*/о неграмотных, а в отдель-
ных воеводствах Западной Украины — до 60*/», в
южном Полесье количество неграмотных доходило
До 7О°/о.
Преследованиям подвергалась не только школа, но
и литература, театр, печать. В Польше выходило
1 860 различных периодических изданий, из них ук-
раинских всего 40, и то преимущественно религиоз-
ных. Тираж всех украинских газет составлял 7 тыс
экземпляров. Единственный украинский театр во Льво-
ве был закрыт властями в 1927 г. «впредь до особо-
го распоряжения» и больше не открывался. Книги на
украинском языке, изданные в Польше за 20 лет,
можно буквально по пальцам пересчитать.
Положение украинской интеллигенции было исклю-
чительно тяжелым. Постоянная безработица, уни-
жения и преследования — таков был удел учителей,
адвокатов, врачей, художников и музыкантов Запад-
ной Украины.
Не лучшим было положение трудящегося еврейско-
го населения городов и местечек Западной Украины.
Антисемитизм (травля евреев) был официальной по-
литикой польского правительства. Разоряемые кризи-
сом, широкие массы еврейской бедноты не имели
доступа ни на производство, ни в сельское хозяй-
ство; скученные в маленьких местечках, они были
обречены на вырожденке. Время от времени польские
насильники устраивали еврейские погромы, грабши
ло
и убивали евреев, уничтожали их имущество. На-
кануне вступления Красной Армии по городам и
местечкам Западной Украины прокатилась волна кро-
вавых погромов.
«Национальная политика» польских колонизаторов
сопровождалась разгулом самого дикого террора.
Малейшее проявление недовольства режимом поль-
ских насильников подавлялось зверским образом.
В украинские деревни время от времени направлялись
карательные отряды, проводившие так называемую
«пацификацию», т. е. «умиротворение». Разнузданные
орды усмирителей носились по украинским деревням,
наводя ужас на население. Они избивали и пороли
всех, не щадя ни детей, ни стариков. Они грабили
скудный скарб бедняков, разрушали и жгли их до-
мишки, сносили с лица земли целые деревни.
«Пацификаторы» обычно действовали так: отряд
солдат занимал деревню, подозреваемую в «сочув-
ствии коммунизму». Всех жителей сгоняли на пло-
щадь. Командир карательного отряда заявлял, что
если не будет выдан «коммунистический агитатор»,
то поплатится вся деревня. Давался час на «размыш-
ление». По истечении этого срока арестовывался
каждый пятый человек. Арестованных жестоко изби-
вали и препровождали в ближайшую тюрьму. Затем
начиналась поголовная порка всего населения дерев-
ни. Избивали прикладами, пороли розгами, кнутами,
нагайками, ломами разбивали черепа, руки, ноги,
ребра, избивали до потери сознания. Избиваемых за-
ставляли глотать землю и кричать «это святая поль-
ская земля». Принуждали целовать уланские сапоги,
отцов заставляли избивать своих сыновей, сыновей —
пороть матерей и сестер.
Один из эпизодов «пацификации» описывает изве-
стный американский публицист Джон Спивак, совер-
шивший поездку по Западной Украине.
«Жуткий факт имел место в селе Колки.
Местные власти обещали «темному народу» бес-
платную школу на родном языке. Но школы не строи-
ли и не собирались строить.
Крестьяне несколько раз отправляли ходоков в
40
главный город воеводства, требуя выполнения данно-
го обещания.
Организованная в день первого мая демонстрация
прошла под знаком борьбы за школу. 22-летняя ком-
мунистка, местная учительница, повела демонстрантов
в Колки. Крестьяне несли красное знамя с надписью:
«Дайте нашим детям школу». На демонстрацию при-
шло много жителей из соседних деревень, среди них
были женщины, подростки и дети школьного возраста
обоего пола. Настроение демонстрантов было самое
мирное. Смеялись, шутили.
Когда шествие приблизилось к Колкам, навстречу
вышла группа -стражников. Демонстрация останови-
лась.
— Куда вы направляетесь?
— В село. Хотим требовать бесплатной школы на
родном языке,— ответила за всех учительница...
Старший полицейский закричал: «Разойдись, а то
будет худо!» — и стал поперек дороги.
— Нам обещали школу, и мы ее получим! — крик-
нула учительница. Схватив знамя, она двинулась впе-
ред. Полицейский надзиратель дал ей оплеуху. Толпа
загудела. Началась свалка. Обозленные мужики по-
рядком намяли бока-стражникам, и у тех... засверкали
пятки.
Толпа продолжала свой путь. Впереди попрежнему
шла учительница, неся красное знамя. В первых ря-
дах—дети.
На дороге показался отряд солдат.
Повинуясь приказу офицера, толпа остановилась.
Учительница повернулась к крестьянам и крикнула:
— Давайте запоем нашу боевую песню!
Высоко подняв над головой знамя, она звонко за-
пела: «Вставай, проклятьем заклейменный...» Сперва
дети, а за ними и крестьяне подхватили гимн.
Треск пулемета... Песнь оборвалась. Послышались
крики и стоны. 19 человек были убиты: среди убитых
были учительница и 12 детей».
В 1930 г. после волны крестьянских волнений «па-
цификаторы» учинили кровавую баню в Западной
Украине. 800 деревень было сожжено. Бандиты гро-
мили и жгли помещения украинских общественных
41
организаций, школ, читален, кооперативов. В селах и
городах арестовывали всех мало-мальски «-подозри-
тельных;». Сотни запоротых, избитых до смерти,
замученных, изнасилованных, тысячи аресюваниых —
таков итог «пацификаторской» кампании министра
Славоя-Складовского.
Десятки тысяч украинцев — рабочих и крестьян то-
мились в тюрьмах и застенках панской По тмин Луч-
ших сынов украинского народа мучили, пытали в этих
застенках. На весь мир нашумел крупный политиче-
ский процесс в Луцке в 1930 г., раскрывший правду
о режиме польских тюрем. Вот что рассказывали
подсудимые на этом процессе:
Рабочий Ш.:
«Меня сковали, заткнули рот, стащили с меня сапо-
ги. Следователь сел ко мне на голову и бил. Одновре-
менно жандарм резиновой палкой бил меня по пят-
кам. Сколько получил я ударов и как долго меня
избивали, трудно сказать. Быть может, 80, быть мо-
жет, 100 ударов... Этой ббйни я не в состоянии
описать».
Работница П.:
«15 ноября меня арестовали во Львове и перевезли в
Луцк. Тут начали дико пытать меня и остальных обви-
няемых, при пытках которых я тоже присутствовала.
Следователь продиктовал мне показания, которых я
не могла признать, так как они не соответствовали
действительности. Тогда он мне сказал, что будет раз-
говаривать со мной по луцкой системе: если он захо-
чет, то я признаюсь даже в том, что «я убила его».
Вызвали меня вторично, сковали if очень цинично
пытали. Не буду рассказывать, потому что мне стыд-
но. Содрали с меня всю одежду. Когда я теряла
сознание, останавливались, когда я приходила в себя,
повторяли. Три раза вызывали меня для допроса,
били по пяткам резиновой дубинкой, голову кололи
булавками. Один день меня не пытали, но заставили
присутствовать при пытках других. Пытки длились
около месяца. Я стала харкать кровью. Я еще до сих
пор больна. Бойко 1 был убит. Я слышала его нечело-
* Одни NJ подсудимых.
42
веческие крики: «Убейте меня!» Чувствовался запах
обгореишего тела. К утру эти крики стихли».
Другая работница, Р.:
«Арестовали меня 18 декабря 1930 г. во Львове.
Ночью отвезли меня в Луцк. В первый день меня при-
ковали за ногу к столу. В таком положении меня дер-
жали день и половину ночи. Два дня не давали
мне кушать. Через несколько дней перевели меня в об-
щую камеру. Там я видела других истязаемых. Спустя
несколько дней меня повели на первый «допрос».
Комната была переполнена агентами полиции. Зада-
вали вопросы, на которые я ответила отрицательно.
Бросали издевательские замечания. Был дан приказ:
«Заковать и дать воду». Меня сковали и начали вли-
вать воду через нос. Первый раз влили пять литров.
Я задыхалась, но ничего не сказала. Влили еще пять
литров. Но «допрос» остался безрезультатным. В эту
же ночь, в 10 часов, меня снова позвали на «допрос».
На вопросы следователя я не отвечала. Тот грозил и
сказал, что из этой комнаты еще никто ие выходил
без того, чтобы не давать показаний. Он мне велел
снять платье. Когда я отказалась, сорвал с меня одеж-
ду и сковал. Полотенцем завязал мне глаза, позвал на
помощь жандарма. Они подняли меня и положили на
стол. Следователь насиловал меня, как зверь. После
этого он меня расковал и дал 10 часов времени для
размышления. Через несколько дней у меня началась
сильная горячка».
Так расправлялись польские насильники с украин-
скими революционерами, мужественно боровшимися
за освобождение народов Западной Укранмы и всей
Польши.
Такова была «национальная политика» польских
панов-внселыциков.
Даже видные органы английской и французской
печати в свое время выражали возмущение этой поли-
тикой. Лондонский журнал «Экономист» 4 февраля
1939 г. писал:
«Поляки сначала обещали предоставить украинским
провинциям автономию, но на самом деле оми мжогда
и не думали выполнять свое обещание.
43
организаций, школ, читален, кооперативов. В селах и
городах арестовывали всех мало-мальски ^подозри-
тельных». Сотни запоротых, избитых до смерти,
замученных, изнасилованных, тысячи арестованных —
таков итог «пацификаторской» кампании министра
Славоя-Складовского.
Десятки тысяч украинцев — рабочих и крестьян то-
мились в тюрьмах и застенках панской Польши Луч-
ших сынов украинского народа мучили, пытали в этих
застенках. На весь мир нашумел крупный политиче-
ский процесс в Луцке в 1930 г., раскрывший правду
о режиме польских тюрем. Вот что рассказывали
подсудимые на этом процессе:
Рабочий Ш.:
«Меня сковали, заткнули рот, стащили с меня сапо-
ги. Следователь сел ко мне на голову и бил. Одновре-
менно жандарм резиновой палкой бил меня по пят-
кам. Сколько получил я ударов и как долго меня
избивали, трудно сказать. Быть может, 80, быть мо-
жет, 100 ударов... Этой ббйни я не в состоянии
описать».
Работница П.:
<15 ноября меня арестовали во Львове и перевезли в
Луцк. Тут начали дико пытать меня и остальных обви-
няемых, при пытках которых я тоже присутствовала.
Следователь продиктовал мне показания, которых я
не могла признать, так как они не соответствовали
действительности. Тогда он мне сказал, что будет раз-
говаривать со мной по луцкой системе: если он захо-
чет, то я признаюсь даже в том, что «я убила его».
Вызвали меня вторично, сковали и очень цинично
пытали. Не буду рассказывать, потому что мне стыд-
но. Содрали с меня всю одежду. Когда я теряла
сознание, останавливались, когда я приходила в себя,
повторяли. Три раза вызывали меня для допроса,
били по пяткам резиновой дубинкой, голову кололи
булавками. Один день меня не пытали, но заставили
присутствовать при пытках других. Пытки длились
около месяца. Я стала харкать кровью. Я еще до сих
пор больна. Бойко 1 был убит. Я слышала его нечело-
1 Один из подсудимых.
42
веческие крики: «Убейте меня!» Чувствовался запах
обгоревшего тела. К утру эти крики стихли».
Другая работница, Р.:
«Арестовали меня 18 декабря 1930 г. во Львове.
Ночью отвезли меня в Луцк. В первый день меня при-
ковали за ногу к столу. В таком положении меня дер-
жали день и половину ночи. Два дня не давали
мне кушать. Через несколько дней перевели меня в об-
щую камеру. Там я видела других истязаемых. Спустя
несколько дней меня повели на первый «допрос».
Комната была переполнена агентами полиции. Зада-
вали вопросы, на которые я ответила отрицательно.
Бросали издевательские замечания. Был дан приказ:
«Заковать и дать воду». Меня сковали и начали вли-
вать воду через нос. Первый раз влили пять литров.
Я задыхалась, но ничего не сказала. Влили еще пять
литров. Но «допрос» остался безрезультатным. В эту
же ночь, в 10 часов, меня снова позвали на «допрос».
На вопросы следователя я не отвечала. Тот грозил и
сказал, что из этой комнаты еще никто не выходил
без того, чтобы не давать показаний. Он мне велел
снять платье. Когда я отказалась, сорвал с меня одеж-
ду и сковал. Полотенцем завязал мне глаза, позвал на
помощь жандарма. Они подняли меня и положили на
стол. Следователь насиловал меня, как зверь. После
этого он меня расковал и дал 10 часов времени для
размышления. Через несколько дней у меня началась
сильная горячка».
Так расправлялись польские насильники с украин-
скими революционерами, мужественно боровшимися
за освобождение народов Западной Украины и всей
Польши.
Такова была «национальная политика» польских
панов-виссльщиков.
Даже видные органы английской и французской
печати в свое время выражали возмущение этой поли-
тикой. Лондонский журнал «Экономист» 4 февраля
1939 г. писал:
«Поляки сначала обещали предоставить украинским
провинциям автономию, но на самом деле они никогда
и не думали выполнять свое обещание.
43
Наоборот, они всячески притесняли и притесняют
украинскую нацию. Сопротивление, которое оказыва-
ют украинцы, подавляется польскими властями со всей
жестокостью. В 1930 г. польские власти при'тупили к
«умиротворению» украинского населения. Польские
войска безжалостно расправлялись с украинскими кре-
стьянами. Сейчас, невидимому, в Европе нет народа,
который угнетался бы так жестоко, как украинцы,
проживающие в Польше».
Английская газета «Ньюс Кроникл» опубликовала
15 марта 1939 г. статью своего специального коррес-
пондента Уинтертона, в которой последний пишет:
«Поляки смотрят на Западную Украину как на свою
колонию. Польские украинцы лелеют мечту о возврате
прошлых лучших времен и с нетерпением ждут, когда
наступит день их избавления от польского владыче-
ства».
Террором, пытками, расстрелами хотели польские
колонизаторы превратить украинский народ в
безмолвных рабов, задушить его волю к освобожде-
нию. Не удалось! Сквозь 20 лет насилия, под пепели-
щем деревень, сожженных польскими жандармами,
украинцы сумели сохранить свое национальное само-
сознание, свою решимость в борьбе за освобождение
от ига польских панов.
НАВСТРЕЧУ НОВОЙ ЖИЗНИ!
Тупые и бездарные руководители польского государ-
ства ввергли страну в бездну войны. Народы, угнетае-
мые панами, не хотели защищать государство, держав-
шее их в рабстве, голоде и нищете. Польская армия
оказалась небоеспособной, правительство перестало су-
ществовать, лоскутное государство гниения и разва-
ла распалось.
Народ Западной Украины был брошен панами на
произвол судьбы. Города остались без хлеба, без све-
та. Население голодало. По всей Западной Украине
прокатилась волна украинских и еврейских погромов.
Исстрадавшееся украинское крестьянство поднялось
против своих угнетателей. В Станиславовском и Львов-
ском воеводствах вспыхнули крестьянские восстания.
44
Крестьяне захватывали помещичьи имения. Паны отве-
тили новыми репрессиями, погромами.
В такой обстановке Советское правительство приняло
благородное и мудрое решение притти на помощь
нашим единокровным братьям—украинцам и белорус-
сам, проживающим в панской Польше. «От Советского
правительства, — заявил в своей речи по радио
товарищ Молотов, — нельзя также требовать безраз-
личного отношения к судьбе единокровных украинцев
к белоруссов, проживающих в Польше и раньше нахо-
дившихся на положении бесправных наций, а теперь и
вовсе брошенных на волю случая». Советское прави-
тельство,— говорил далее товарищ Молотов,— сочло
«своей священной обязанностью подать руку помощи
своим братьям-украинцам и братьям-белоруссам, на-
селяющим Польшу».
17 сентября был отдан приказ главному командова-
нию войсками Красной Армии — «перейти границу и
взять под свою защиту жизнь и имущество населения
Западной Украины и Западной Белоруссии». В тот же
день доблестные части Рабоче-Крестьянской Красной
Армии вступили на территорию порабощенной Запад-
ной Украины и приступили к выполнению великой
освободительной задачи, воЛоженной на них партией
и правительством.
Всенародной любовью, благодарностью и горячей
признательностью окружает население наши войска.
Над многочисленными демонстрациями трудящихся За-
падной Украины реют знамена с лозунгами «Да здрав-
ствует Сталин!», «Спасибо товарищу Сталину!» Насе-
ление городов, деревень и местечек Западной Украины
осыпает бойцов цветами, их встречают хлебом и солью,
всем лучшим, что есть в убогих хижинах. Вступление
частей Красной Армии в села и города 'Западной
Украины превращается во всенародный праздник.
Освобожденная Украина зажила новой жизнью.
В городах и местечках созданы отряды Рабочей гвар-
дии, помогающие Красной Армии ликвидировать при-
таившиеся офицерские банды. Образованы временные
городские управления, уже приступившие к наведению
порядка, восстановлению замершей и разрушенном
промышленности, организации снабжения городского
45
населения. Уже дымят трубы заводов и фабрик, стояв-
ших годами. Тысячи безработных возвращаются к
станку. В деревнях созданы крестьянские комитеты.
Помещичья земля, усадьбы и инвентарь переходят в ру-
ки крестьян. В школах и других учебных заведениях
начинаются регулярные занятия. Впервые дети полу-
чают возможность учиться и впервые — на родном
языке. Открыты театры и кино. Появились десятки
газет на украинском языке. Население с жадностью
знакомится с положением трудящихся в СССР, изучае!
Сталинскую Конституцию. Во весь голос зазвучали не-
давно запретные песни украинского народа.
Корреспондент «Правды» так описывает жизнь
Львова в первые дни после прихода частей Крас-
ной Армии:
«Трудная задача — восстановить нормальную жизнь в
городе — возложена на представителя Красной Армии
т. Мищенко. Рабочие, служащие, интеллигенция Льво-
ва, убежденные в том, что наступил конец войне, вся-
чески помогают восстанавливать жизнь города.
У здания бывшего Львовского воеводства необычай-
но людно. Кого только здесь нет! Можно встретить уче-
ного, пришедшего переговорить о важных делах, ин-
женера, предлагающего свои услуги, рабочего и целую
делегацию рабочих, рассказывающих о складах иму-
щества. Здесь можно встретить и представителей сел,
приехавших решить вопросы о помещичьем хозяйстве,
и торговцев, желающих выяснить — можно ли присту-
пать к торговле.
Целый день т. Мищенко принимает людей, беседует
с ними. Одним разъясняет, у других расспрашивает,
дает поручения.
Он прежде всего озабочен тем, чтобы наладить тор-
говлю продовольственными товарами. Товарищи, ко-
торым поручено организовать хлебопечение, доклады-
вают, какими запасами муки и зерна обладает город.
Выясняется любопытная деталь. Полуосажденный го-
род имел двухмесячной запас муки. Но бездарное
командование польской армии держало население го-
рода на голодном пайке, не желая организовать хлебо-
печение. Не прошло и двух дней после занятия Львова
46
частями Красной Армии, а выпечка и продажа хлеба
уже начались.
В кабинет т. Мищенко входят представители кре-
стьянского комитета села Сороки Львовского уезда —
Крочак и Крепас. 230 крестьянских дворов этого села
владеют всего 250 гектарами земли, а один помещик
Стоевский имеет 500 гектаров. Помещик, разумеется,
сбежал. И представители комитета, избранного нака-
нуне па общем собрании крестьян, пришли к предста-
вителю Красной Армии, чтобы разрешить вопросы о
помещичьем хозяйстве.
Они получают разъяснение, что делать с землей,
как организовать обмолот хлеба. Комитет должен взять
на учет помещичье имущество, охранять и распоря-
жаться. Никаких самочинных действий.
Делегацию крестьянского комитета сменяет группа
инженеров. Инженер-электрик Маркус получает зада-
ние наладить работу электростанций. Инженер Ржев-
ский берется быстро восстановить водопровод. Инже-
нер Базилевич будет наводить порядок в обществен-
ных зданиях города.
Но этим не исчерпывается беседа. Инженеры назы-
вают фамилии других специалистов, которые могут
наладить остальные отрасли городского хозяйства.
В кабинет входит владелица хлебопекарни. Она го-
това приступить к выпечке хлеба, но не знает, где
купить муки. Ей дается адрес. Но при этом она преду-
преждается, что мука отпускается ей по существую-
щим в городе ценам, и что, следовательно, она также
должна продавать хлеб без дополнительных, спекуля-
тивных накидов...
К т. Мищенко пришел неизвестный доселе во Львове
человек. Этот человек проявил себя в критическую
минуту, когда многие растерялись, бросили свои места
и спрятались. Фамилия его Герцог. Он взял на себя
организовать трамвайных рабочих и служащих.
Придя к т. Мищенко, этот маленький, незаметный
работник предложил восстановить трамвайное и авто-
бусное движение в городе. Разговор этот состоялся
днем 24 сентября. Тогда условились, что трамвайное
движение начнется 25 сентября.
— Будет сделано по-стахановски,— заявил Герцог.
47
— А откуда вы знаете о стахановцах г—спро-
сили его.
— А как же! Я каждый день в 24 часа слушал
радиопередачи из Москвы».
А председатель временного городского управления
города Сарны рассказывает:	«
<В городе создано временное управление, в работе
которого принимают активное участие представители
рабочих железнодорожного узла и интеллигенции.
Жизнь входит в нормальную колею. Налажена тор-
говля продуктами питания и товарами. В кинотеатре
демонстрируются советские кинофильмы. Актив рабо-
чей молодежи приступил к организации городского
клуба.
Рабочие железнодорожного узла энергично ремон-
тируют паровозы и расширяют железнодорожную
линию, которая у нас здесь на 7 сантиметров уже, чем
в СССР. В городе созданы- дружины Рабочей гвардии,
которые устанавливают революционный порядок. Зав-
тра выходит первый номер городской газеты.
Ежедневно в управление города приходит больше
100 крестьян из окрестных сел, представителей кре-
стьянских комитетов. Все сельскохозяйственные рабо-
ты проходят нормально. Приступили к массовой
копке свеклы. Заканчивается озимый сев. Бедноте, у
которой отсутствует посевной материал, крестьянские
комитеты оказывают помощь семенами, взятыми Из
помещичьих амбаров. Крестьянские комитеты взяли
на учет все помещичьи земли, организуют обмолот
хлеба, убранного с этих земель. Везде готовятся к
созыву представителей сел для выборов тминных (во-
лостных) крестьянских комитетов.
Сельское население стремится помочь нам в работе.
Оно активно участвует в поимке скрывающихся офи-
церов, жандармов, осадннков — врагов украинского
народа...
Население нашей местности, как и всей Западной
Украины, переживает дни большого и радостного
перелома в своей жизни».
Как равные средн равных, хозяева своей земли
и творцы своего счастья, вступают трудящиеся За-
падной Украины на путь новой, свободной кизни.
34 во*.