САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ
А. В. Сиренов
СТЕПЕННАЯ КНИГА
И РУССКАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ
МЫСЛЬ XVI—XVIII вв.
Альянс-Архео
Москва—Санкт-Петербург
2010
Сиренов А. В. Степенная книга и русская историческая мысль XVI—
XVIII вв. — М.; СПб.: Альянс-Архео, 2010. — 552 с.
ISBN 978-5-98874-051-3
Монография посвящена выдающемуся памятнику русской исторической
мысли середины XVI в. — Книге Степенной царского родословия. Рассмот-
рены историко-культурный контекст и обстоятельства ее создания, а также
ее восприятие в разные эпохи — от царствования Ивана Грозного до Века
Просвещения. Особое внимание уделено случаям использования Степенной
книги в идеологических концепциях XVII—XVIII вв.
Книга адресована историкам, филологам, а также всем интересующимся
историей русской культуры.
Рецензенты:
В. К. Заборов, А. А. Романова
Печатается по решению
редакционно-издательского совета исторического факультета
Санкт-Петербургского государственного университета
ACLS
Работа подготовлена и опубликована при финансовой поддержке
Американского совета научных сообществ
(American Council of Learned Societies)
ISBN 978-5-98874-051-3
©А. В. Сиренов, 2010
© Альянс-Архео, 2010
ВВЕДЕНИЕ
Степенная книга — выдающийся памятник русской исто-
риографии XVI в., повествующий об истории России начиная
с крещения до правления Ивана Грозного. Появление столь
обширного историографического произведения в середине
XVI в. было обусловлено мероприятиями более раннего вре-
мени. Эпоха Василия III и Ивана Грозного ознаменовалась
появлением так называемых «обобщающих» историко-лите-
ратурных произведений. В 20-е и 40-е гг. XVI столетия со-
ставлены две крупнейших летописи — Никоновская и Воскре-
сенская. В них собраны известия многих древнерусских лето-
писей, как предшествующих эпох, так и современных. Новго-
родский архиепископ Макарий в 30-е гг. организовал работу
по созданию крупнейшего свода житийной и нравоучитель-
ной литературы. Эта работа продолжилась и в Москве после
того, как Макарий стал митрополитом всея Руси. Так появи-
лись Великие Минеи Четьи. Степенная книга является сле-
дующим шагом в истории создания обобщающих трудов. Она
представляет собой адаптированный для широкого читателя
текст, повествующий о русской истории. Основными источни-
ками для составления Степенной послужили Никоновская и
Воскресенская летописи, а также целый ряд других произве-
дений древнерусской письменности, среди которых выделя-
ются жития и житийные повести. Таким образом, Степенная
книга соединяет основные достоинства произведений предше-
ствующих: подробность и обстоятельность летописного текста
с занимательностью и стилистическими особенностями жи-
тийной литературы.
Своеобразие Степенной книги, прежде всего, в необычности
общей композиции текста. Произведение состоит из 17-ти час-
3
Введение
тей, которые названы в соответствии с традицией гранями.
Однако есть у этих частей еще одно название — «степени»,
что в переводе с церковнославянского значит «ступени». Ка-
ждая грань символизирует очередную ступень, а вся Степен-
ная книга имеет символическое значение лестницы. Как ска-
зано в предисловии к Степенной, перед нами лестница с золо-
тыми ступенями, «по ней же невозбранен к Богу восход». Эти
черты роднят Степенную книгу с написанной в VI—VII вв.
Лествицей Иоанна Синайского, повествующей о нравствен-
ном восхождении человека через преодоление грехов к добро-
детелям.1 Каждая «степень»-ступень Лествицы посвящена
какому-либо греху или добродетели: от грехов к добродете-
лям. Согласно воззрениям византийских богословов, по этой
мистической лестнице душа человека может приближаться
к Богу. Образ лестницы пришел в христианское богословие
из Ветхого Завета (Книга Бытия, XXVIII, 10—22). По Свя-
щенному Писанию, сын Исаака Иаков во сне узрел лестницу,
ведущую от земли на небо, по которой поднимаются и спуска-
ются ангелы. Образ «Лестницы Иакова» со временем приоб-
рел популярность и многочисленные толкования. Известен он
и в католической культуре, но наибольшее распространение
получил в Византии и на Руси.
Итак, Степенная книга оказывается близка к Лествице,
однако эта близость ограничивается разделением текста на
степени. Византийская Лествица повествует о нравственном
восхождении, самоусовершенствовании человека, а Степен-
ная книга рассказывает об истории русского народа. Каждая
ступень Степенной книги посвящена очередному правителю
Руси, князю из рода Рюриковичей, от Владимира Святого до
его потомка в семнадцатом колене Ивана Грозного. Таким
образом, в основе повествования лежит другой принцип — ге-
неалогический. Не случайно полное название памятника —
Произведения под названием «Лествица» хорошо известны в византий-
ской святоотеческой литературе, но в славянской письменности получила
распространение Лествица Иоанна Синайского (Прохоров Г. М. «Лествица»
Иоанна Синайского // Словарь книжников и книжности Древней Руси.
Л., 1989. Вып. 2 (вторая половина XIV—XVI вв.). Ч. 2 (Л—Я). С. 10). Она
пользовалась большим авторитетом. Это отразилось, в частности, в том, что
автора называли Иоанном Лествичником, вменяя ему в особую заслугу со-
чинение Лествицы.
4
Введение
«Книга Степенная царского родословия». Термин «степень»
приобретает здесь значение поколения и переносит читателя
в область генеалогии. Действительно, в тексте мы не встретим
указаний на то, что последующие князья были в чем-то бла-
гочестивее или удачливее предыдущих, как этого требовал
жанр Лествицы (сначала грехи, а потом добродетели). Такой
взгляд на историю рода Рюриковичей показался бы человеку
XVI в. крамольным, ведь у истоков родословного древа Рюри-
ковичей стоят княгиня Ольга и князь Владимир, причислен-
ные к лику святых и даже возведенные в ранг равноапостоль-
ных. Следовательно, главный принцип Степенной книги —
генеалогический. И все же не случайно Степенная начинает
счет поколений не с родоначальника династии Рюрика или
его сына Игоря, а с первого христианина на престоле — Вла-
димира. Именно Владимир положил начало новой, христиан-
ской истории Руси, при нем началось восхождение русского
народа к Богу. Надо сказать, что, характеризуя очередного
«самодержца», Степенная книга неизменно указывает его по-
рядковый номер по поколениям от Владимира и от Рюрика.
Этот двойной счет свидетельствует о том, что генеалогиче-
ский принцип не был единственным при создании Степенной
книги. Идеологам Ивана Грозного было особенно важно, что-
бы царское родословие начиналось с равноапостольного свя-
того Владимира, а не с язычников Рюрика и Игоря. Эту идею,
особенно популярную в XVI в., высказывал и сам Иван Гроз-
ный в Послании Андрею Курбскому: «Сего убо православия
истиннаго Росийскаго царствия самодержавство Божиим
изволением почен от великаго князя Владимира, просветив-
шаго Рускую землю святым крещением...».2 Таким образом,
с фактом крещения Руси при князе Владимире Иван Грозный
связывал и начало самодержавия на Руси. Князь Владимир
выступает здесь как основоположник и религиозного, и госу-
дарственного устройства Руси. Видимо, поэтому в Степенной
книге именно он представлен как родоначальник царского
рода, а его правление символизирует первую ступень лестни-
цы русской истории. Следующая, вторая степень-ступень по-
2 Первое послание Ивана Грозного Курбскому // Переписка Ивана Гроз-
ного с Андреем Курбским / Подгот. текста Я. С. Лурье и Ю. Д. Рыкова.
М., 1981. С. 12.
Введение
священа сыну Владимира Святославича Ярославу Мудрому,
третья степень — сыну Ярослава Всеволоду, четвертая — его
сыну Владимиру Мономаху. Далее следуют потомки Влади-
мира Мономаха: Юрий Долгорукий (V степень), Всеволод
Большое Гнездо (VI степень), Ярослав Всеволодович (VII сте-
пень), Александр Невский (VIII степень), Даниил Москов-
ский (IX степень), Иван Калита (X степень), Иван Красный
(XI степень), Дмитрий Донской (XII степень), Василий I
(XIII степень), Василий Темный (XIV степень), Иван III
(XV степень), Василий III (XVI степень) и, наконец, Иван
Грозный (XVII степень). Эти персонажи русской истории зна-
комы каждому еще со школьной скамьи. Они стали главными
героями отечественной историографии начиная со Степенной
книги и вплоть до трудов Татищева и Карамзина. Выбор их
в Степенной книге не случаен — перед нами линия прямых
предков Ивана Грозного. Задача составителя Степенной со-
стояла в том, чтобы из летописного и житийного материала
выбрать известия о прямых предках царя и представить этих
князей главными героями отечественной истории. О том,
насколько успешно выполнена поставленная задача, можно
судить, сопоставив повествование Степенной с текстом любой
из древнерусских летописей. На страницах летописей дейст-
вуют десятки князей, называемые в большинстве случаев
по именам и отчествам. Разобраться в их взаимоотношениях
весьма непросто. В повествовании Степенной книги всегда
есть главный герой, вокруг которого разворачивается дейст-
вие. «Самодержателем» неизменно объявляется предок Ивана
Грозного, а все остальные упоминаемые князья фигурируют
как его современники и «сродники».
Степенная книга излагает исторический материал не хро-
нологически, как летописи, а тематически. В этом принци-
пиальное новшество Степенной, прием, не известный до той
поры на Руси. Перед нами уже не средневековая хроника,
а почти трактат, характерный для Нового времени (недостает,
правда, систематических ссылок на источники). Идеологиче-
ская заостренность и стилистическая обработка текста неред-
ко приводили к тому, что в изложении фактов появлялась не-
последовательность и даже небрежность, переходящая порой
в искажение и фальсификацию. Последнее, правда, скорее
исключение, чем правило.
6
Введение
Правилом можно назвать другую особенность Степенной
книги в изображении истории. Стиль, которым написана Сте-
пенная, исследователи характеризуют как «плетение словес».
Этот стиль предполагает, что описываемое событие будет
украшено различными эпитетами и толкованиями и таким
образом исчерпывающе охарактеризовано. Когда автор Сте-
пенной книги брался толковать события далекого прошлого,
он делал это с позиций своего времени, в результате чего пе-
реносил реалии XVI в. в более ранние эпохи. Для нашего вре-
мени это, конечно, непростительная вольность. Но в XVI в. на
изложение истории смотрели иначе. Составителю Степенной
было важно рассказать своим читателям о выдающихся собы-
тиях прошлого и охарактеризовать эти события как можно
более торжественно и подробно. Важно было создать в вообра-
жении читателя зримый образ, и лучшими средствами для
этого были современные реалии. В таком комментированном
изложении большая ценность Степенной книги как источни-
ка по истории XVI в. Если мы отделим комментарии от опи-
сания самих событий, то сможем проследить по ним вос-
приятие отечественной истории человеком XVI в. Еще одна
особенность текста Степенной книги — особое внимание к ре-
ликвиям Московского государства. В некоторых случаях
именно комментарии автора Степенной книги помогают со-
временным исследователям отождествить легендарные рели-
квии с дошедшими до нас памятниками средневековой куль-
туры.
Идеологическая концепция Степенной книги устарела уже
к концу XVI в. Основным залогом благополучия Российского
государства Степенная провозглашает правление династии
Рюриковичей, а именно той ее ветви, к которой принадлежал
Иван Грозный. Последний же представитель этой династии,
царь Федор Иванович, скончался в 1598 г. Несмотря на это,
Степенная книга была востребована и в XVII, и в XVIII вв.
До нас дошло более полутора сотен списков памятника, соз-
данных в XVI—XVIII вв. Замечательному творению русской
исторической мысли XVI в. была уготована долгая жизнь.
Многие сочинения о древнерусской истории, начиная с Лице-
вого летописного свода XVI в. и вплоть до трудов русских
историков XVIII—начала XIX в., в той или иной мере нахо-
дились под влиянием Степенной книги. Какой была роль Сте-
7
Введение
пенной книги в формировании русской исторической мысли
XVII—XVIII вв. — основная тема настоящего исследования.
В литературе встречаются два противоположных взгляда на
сей счет. Степенную книгу либо включают в число памятни-
ков XVI в. и никак не оговаривают ее влияние на последую-
щую традицию,3 либо утверждают, что «большинство истори-
ческих сочинений XVI—XVIII вв. повторяло мысли Степен-
ной книги».4
Последовательное изучение Степенной книги началось
в XIX в. Обратившись к историографической традиции XVIII в.,
встретим многочисленные случаи использования Степенной
книги, но весьма скромные успехи в ее изучении. Практиче-
ски все историки XVIII—начала XIX в. повторяли безоснова-
тельное мнение В. Н. Татищева, что Степенная книга была
написана в конце XIV—начале XV в. митрополитом Киприа-
ном, а продолжена в середине XVI в. митрополитом Мака-
рием.5 Следует отметить издание текста Степенной книги,
предпринятое в 1775 г. Г. Ф. Миллером, который, впрочем,
полностью разделял точку зрения Татищева на происхожде-
ние Степенной книги.6
Подлинное изучение Степенной книги началось только
в XIX в. Характерно, что его объектом стала история текста,
а методом — анализ рукописной традиции. Отмеченные осо-
бенности определили направление дальнейших исследований
Степенной книги на многие десятилетия. Первая попытка та-
кого подхода связана с именем К. Ф. Калайдовича. В 1813 г.
в издаваемом М. Т. Каченовским «Вестнике Европы» начи-
нающий исследователь опубликовал свою статью об авторстве
3 Наиболее ярко эта позиция представлена в обзоре источников
А. С. Архангельского (Образование и литература в Московском государстве
конца XV—XVII вв. Казань, 1898. Вып. 1. С. 80—81).
4Тихомиров М. Н. Источниковедение истории СССР. М., 1962. Вып. 1.
С древнейших времен до конца XVIII века. С. 268.
ьТатищев В. Н. История Российская. М.; Л., 1965. Т. 5. С. 204—205.
6 Книга Степенная царского родословия, содержащая Историю Россий-
скую с начала оныя до времен Государя царя и великого князя Иоанна Ва-
сильевича, сочиненная трудами преосвященных митрополитов Киприана и
Макария, а напечатана под смотрением коллежского советника и Импера-
торской Академии наук, тако ж и разных иностранных Академий и Вольного
экономического и Российского вольного же собраний члена Герарда Фриде-
рика Миллера. В 2 частях. М., 1775.
8
Введение
Степенной книги, где показал неаргументированность мнения
Татищева о причастности к составлению Степенной книги не
только Киприана, но и Макария.7 По мнению Калайдовича,
автором Степенной книги был кто-то другой. Этот вывод для
нашей темы чрезвычайно важен, поскольку он направил
исследование по пути поиска не мнимого, а действительного
автора Степенной книги, современника и сотрудника митро-
полита Макария, человека из ближайшего окружения Ивана
Грозного. В том же 1813 г. Калайдович был представлен
Н. П. Румянцеву, бывшему тогда канцлером и только начи-
навшему свою меценатскую деятельность в исторической нау-
ке.8 По всей видимости, интерес Румянцева к Степенной книге
был инициирован Калайдовичем. Прочитав изданный в 1805 г.
труд митрополита Платона (Левшина) о русской церковной
истории, Румянцев встретил в нем татищевское известие о со-
ставлении Степенной книги при митрополите Киприане,
изложенное в несколько измененном виде: «и книги Степен-
ные о князях российских он же собрал... А из помянутых
книг едва ли, к нашему сожалению, дошло что до нас кроме
помянутых Степенных книг: хотя все те книги собрать пору-
чил он Игнатию архимандриту Спасскому, но неизвестно о сем
архимандрите: хотя об нем архимандрите в одном летописце
написано, аки бы от лица его: „яже и соблюдох“: то есть не
только все книги оные сохранил, но и по поручению митропо-
лита оные докончал».9 Румянцев усомнился в том, что митро-
7 Калайдович К. Ф. Об ученых трудах митрополита Киприана и о том,
справедливо ли приписывается ему и митрополиту Макарию сочинение
книги Степенной // Вестник Европы. 1813. Ч. 72. № 23. С. 207—224. Ха-
рактерно, что эту статью Калайдович посвятил Н. Н. Бантыш-Каменскому.
8 Изложенная ниже история изучения Степенной книги в 1813—1814 гг.
стала известной благодаря записке А. Ф. Малиновского, в которую он
включил выдержки из писем своих, Н. П. Румянцева и архим. Евгения
(Казанцева), относящихся к рассматриваемому мероприятию (РГАДА,
ф. 395 (М. А. Оболенский) 410, л. 1—25). За указание на это архивное дело
благодарю А. В. Мельникова. Об этой работе см. также: Козлов В. П. Ко-
лумбы российских древностей. М., 1981. С. 63.
9Платон (Левшин), митр. Краткая церковная российская история.
М., 1805. Т. 1. С. 256—257. У Татищева этот текст изложен так: «Кип-
риан... книги своею рукою писаше, яко в наставление душевное преписа со-
боры, бывшие в Руси, многи жития святых руских и степени великих кня-
зей руских; ини же в наставление плотское, яко правды, и суды, и летопись
9
Введение
полит Платон заимствовал это известие у Татищева, и в 1813 г.
обратился к директору Московского главного архива МИД
Н. Н. Бантыш-Каменскому с просьбой найти в московских
архивах Степенную книгу Киприана. Из письма Бантыш-Ка-
менского Румянцеву от 20 декабря 1813 г. узнаем, что тот
приступил к сверке списков Степенной книги из Синодальной
библиотеки и Московского архива МИД. Однако Румянцев не
был удовлетворен этой работой, поскольку Бантыш-Камен-
ский сличал только начальные и конечные фрагменты текста
выявленных им списков. После смерти Бантыш-Каменского
в письме от 6 марта 1814 г. Румянцев с такой же просьбой
обратился к его преемнику А. Ф. Малиновскому и предложил
методику текстологического сопоставления списков Степен-
ной книги. Для этой работы предполагалось привлечь моло-
дых сотрудников архива. Предложенная Румянцевым мето-
дика состояла в следующем. Один чиновник должен читать
вслух издание Степенной книги, а другие — сверять его текст
с рукописями. Встретив разночтение, чтение следовало пре-
рвать и зафиксировать разночтение.10 В письме Румянцеву
от 13 апреля 1814 г. Малиновский пишет, что выбрал четыре
рукописи, и работа началась, причем он сам, заинтересовав-
шись, лично принял участие в сверке текста. На первом же
этапе этой работы Малиновский разуверился в возможности
выявить таким образом текст Степенной книги времени Кип-
риана, поскольку все привлеченные списки Степенной книги
содержат стабильный текст с минимальным количеством раз-
ночтений. По его мнению, нужно действовать другим спосо-
бом, а именно отыскать рукопись, послужившую источником
для митрополита Платона.11 К поискам привлекли ректора
Московской духовной академии архимандрита Евгения (Ка-
занцева), который лично просмотрел летописи из библиотек
двух духовных академий — возглавляемой им Троицкой и
рускую от начала земли Руския вся поряду. И многи книги к тому собрав,
повелел архимандриту Игнатию Спаскому докончити, яже и соблюдох»
(Татищев В. Н. История Российская. Т. 5. С. 204—205). Как пишет митр.
Платон, его книга есть ответ на историческое сочинение И. П. Елагина,
изданное в 1803 г. (см. о нем в гл. 12), в котором роль церкви в русской
истории якобы несправедливо умаляется.
10РГАДА, ф. 395 (М. А. Оболенский) 410, л. 1—2.
пТам же, л. 2—3.
10
Введение
Вифанской, поскольку этими книгохранилищами мог пользо-
ваться митрополит Платон. Кроме того, в собрание последней
поступили рукописи из личной библиотеки Платона (письма
архимандрита Евгения Малиновскому от 16 апреля и 13 мая
1814 г.12). В письме от 28 мая 1814 г. Евгений сообщил Мали-
новскому свое предположение, что митрополит Платон исполь-
зовал все же издание Истории Татищева, которое «по старос-
ти... назвал летописцем». Это тем более вероятно, продолжал
Евгений, что в экземпляре Истории Татищева, принадлежав-
шем митрополиту Платону, против соответствующего извес-
тия его рукой написано «отселе писать».13 И все же, несмотря
на неудачу с поиском источников, имевшихся в распоряже-
нии митрополита Платона, работа по сверке списков Степен-
ной книги была выполнена. Ее результаты сохранились в двух
вариантах — черновом (РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД) 416)
и беловом (РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румянцева) 417, 418;14
РГАДА, ф. 395 (М. А. Оболенский) 410, л. 5—25). На титуль-
ном листе чернового тома читается следующее заглавие: «Свод
печатной Степенной книги с тремя рукописными в библиоте-
ках Архивской под № 8, № 9 и Синодальной под № 174 хра-
нящимся, со внесением при поверке всех пропусков, означае-
мых здесь подчеркнутыми линиями, учиненный по приказа-
нию его сиятельства государственного канцлера в Комиссии
печатания государственных грамот и договоров 18[1]4 года».
Такой же заголовок имеет беловой экземпляр РГАДА, ф. 395
(М. А. Оболенский) 410, л. 5—25. В письме А. Ф. Малинов-
скому от 16 июля 1815 г. Н. П. Румянцев написал: «Прият-
нейшее для меня Вашего превосходительства от 2-го числа
текущего месяца письмо, при посылке... нового опыта свода
Степенных книг».15 В 1815 г. Калайдович опубликовал окон-
чание текста Степенной книги, не изданное Миллером.16 В это
12РГАДА, ф. 395 (М. А. Оболенский) 410, л. 3—4.
13Там же, л. 4—4 об.
™ Востоков А. Описание рукописей Румянцевского музеума. СПб., 1842.
№ 417, 418.
15Переписка Румянцева с московскими учеными // Чтения ОИДР. 1882.
Т. 1. С. 17.
^Калайдович К. Ф. Окончание книги Степенной, содержащей Россий-
скую историю // Русские достопамятности. М., 1815. Ч. 1. С. 166—169.
Исследователь почему-то пишет, что Миллер не мог найти окончание Сте-
11
Введение
время у Калайдовича была еще одна археографическая наход-
ка, связанная с рассматриваемой темой. В 1814 г. он способ-
ствовал передаче в Московский архив МИД собрания рукопи-
сей А. А. Волкова, в составе которого в архив поступил черно-
вик Степенной книги (ныне РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
185). Древность этой рукописи и необычность ее текста (ко-
декс XVI в. с утратами, восполненными в середине XVII в.)
отметил Калайдович в археографическом описании: «Книга
Степенная царскаго родословия, содержащая российскую исто-
рию; прерывается княжением Александра Невскаго. Из оглав-
ления видно, что вся книга доведена была до кончины царя
Василия Иоанновича. — Писана в 4[-ку] полууставом и ско-
рописью в XVI и XVII веках».17 Обратим внимание на верное
определение хронологической границы текста. В рукописи
читается гранесование (оглавление), которое оканчивается
XVI гранью и, соответственно, кончиной Василия III. Сле-
дующая, XVII грань вписана в текст гранесования почерком
XVII в. на вставном листе. При том, что почерки обеих частей
похожи, следует отдать должное профессионализму Калайдо-
вича, верно определившего окончание первоначального тек-
ста. Остается неясным, почему Калайдович не продолжил
свои столь успешные занятия Степенной книгой и обратился
к другим сюжетам. По его инициативе было начато текстоло-
гическое изучение Степенной книги, им был установлен ее
первоначальный текст, обнаружен черновик и сделаны пер-
вые шаги по его атрибуции. Если бы Калайдович сравнил
текст описанного им Волковского списка с другими рукопи-
сями Степенной книги и выявил его первичность и черновой
характер, то изучение Степенной книги существенно продви-
нулось бы уже в начале XIX в. Но Калайдович этого не сде-
лал, и исследование Степенной книги приостановилось до сле-
дующей археографической находки, которой мы обязаны зна-
току московских древностей И. М. Снегиреву, обнаруживше-
му в кремлевском Чудове монастыре список Степенной книги
XVI в. с записью «Книга Чудова монастыря собрана смирен-
пенной книги, в чем признавался в предисловии к изданию 1775 г., но это
не так. Как показано выше, на вопрос об установлении текста Степенной
книги у Миллера и Калайдовича взгляды были принципиально разные.
17РНБ, ф. 328 (К. Ф. Калайдович) 22, л. 2 об.
12
Введение
ным Афанасием митрополитом всеа Русии» (ныне ГИМ, Чу-
дов. 358). «Такая отметка, — писал Снегирев, — противоре-
чит принятому мнению, будто Степенная книга собрана мит-
рополитом Макарием».18 От Снегирева о записи на Чудовском
списке узнал его давний друг и коллега церковный историк
М. Я. Диев. В Дополнениях к Словарю митрополита Евгения
(Болховитинова) Диев поместил статью о митрополите Афа-
насии. Обратившись к тексту записи, он отметил, что упот-
ребленное в ней по отношению к Афанасию слово «смирен-
ный» указывает на то, что запись, видимо, сделана самим
Афанасием. Далее, Диев выявил в тексте Степенной книги
черты, свидетельствующие о том, что ее автор — переяславец
и царский духовник, а царским духовником в 50-е—начале
60-х гг. XVI в. был уроженец Переяславля-Залесского Андрей
(в иночестве Афанасий), возглавивший после смерти митро-
полита Макария русскую церковь. Диев впервые указал и на
хронологические рубежи, которыми следует ограничивать за-
вершение работ над составлением Степенной книги. Это упо-
мянутое в 10-й главе XVII грани взятие Полоцка, которое
произошло 15 февраля 1563 г., и кончина митрополита Мака-
рия 31 декабря 1563 г. (в Степенной книге о нем пишется как
о живущем). При этом Диев осознавал, что XVII грань состав-
лена несколько позже предшествующего ей текста, и, соот-
ветственно, работы по составлению Степенной книги могли
начаться значительно раньше 1563 г. — например, в середине
50-х гг. Словарь Диева остался неопубликованным, но дока-
занное им авторство митрополита Афанасия получило некото-
рую известность благодаря краеведческим трудам А. И. Сви-
релина, который использовал Словарь Диева как источник.19
Подчеркнем, что качественному прорыву в изучении Степен-
ной книги способствовало введение в научный оборот еще
одного древнего списка — Чудовского.
Не будучи знаком с результатами исследований Диева и
Свирелина, к тем же выводам относительно авторства Степен-
ной книги пришел П. Г. Басенко, отыскав еще один аргумент
в пользу авторства митрополита Афанасия. Обратившись
™ Снегирев И. М. Памятники московской древности. М., 1845. С. 147.
19 Свирелин А. О начале и устроении Переяславского Данилова монасты-
ря (при жизни преподобного Даниила). М.» 1863. С. 84—85.
13
Введение
к тексту Шумиловского тома Лицевого летописного свода,
Васенко отметил, что читающийся там рассказ о чуде от мо-
щей Александра Невского заимствован из Степенной книги,
где повествование ведется от первого лица. При этом в Лице-
вом своде названо имя исцеленного: «сиггел благовещенский
Афанасий».20 Особенно ценна в исследованиях Васенко по-
пытка собрать данные о всех списках Степенной книги и на
их основе изучить историю текста.21 В основу текстологиче-
ских наблюдений Васенко положена археографическая на-
ходка предшествующего времени. При описании рукописей,
поступивших от Д. В. Пискарева в Румянцевский музей,
А. Е. Викторов обратил внимание на список Степенной книги
(ныне — РГБ, ф. 228 (собр. Д. В. Пискарева) 177) и отметил
его древность и исправность текста.22 Пискаревский список
отличается от Чудовского наличием нескольких статей, а так-
же множеством мелких разночтений, в ряде случаев — пер-
вичных. Васенко по существу оказался первым исследовате-
лем, имевшим возможность сравнить тексты двух древних
списков Степенной книги. Он отдал предпочтение Пискарев-
скому, полагая, что тот сохранил первоначальный текст Сте-
пенной книги, а Чудовский список доносит следующий этап
редактирования. В 1908—1913 гг. Васенко подготовил крити-
ческое издание Степенной книги в серии Полного собрания
русских летописей.23 Обратясь к рукописям, по которым осу-
ществлено издание, следует отметить, что Васенко весьма
точно издал текст основного списка — Пискаревского. Разно-
чтения же приведены менее исправно (в том числе и по Чу-
довскому списку), имеются многочисленные пропуски и не-
точности. При этом издание охватило рукописную традицию
20Васенко П. Г. Кто был автором «Книги Степенной царского родосло-
вия»? // ЖМНП. 1902. Декабрь. С. 289—306.
21 Васенко П. Г. Печатное издание «Книги Степенной царского родосло-
вия» и типы ее списков // Известия ОРЯС. СПб., 1903. Т. 8. Кн. 3. С. 99—
126; см. также: Васенко П. Г. «Книга Степенная царского родословия» и ее
значение в древнерусской исторической письменности. СПб., 1904. Ч. 1.
22Каталог славяно-русских рукописей, приобретенных Московским Пуб-
личным и Румянцевским музеями, в 1868, после Д. В. Пискарева / Состав-
лен А. Е. Викторовым. М., 1871. С. 47.
23Книга Степенная царского родословия // ПСРЛ. СПб., 1908—1913.
Ч. 1—2.
14
Введение
Степенной книги от 60-х гг. XVI в. до середины XVII в., т. е.
период и формирования текста, и бытования его в рукопис-
ной традиции; в основу издания был положен наиболее про-
странный вариант текста памятника. Таким образом, подго-
товленное Васенко издание можно оценить как новый этап
изучения Степенной книги, который ознаменовался введени-
ем в научный оборот Пискаревского списка.
Следующий шаг в текстологическом исследовании Степен-
ной книги связан с обнаружением сибирскими археографами
в Томском музее еще одного древнего списка Степенной кни-
ги — Томского (ТОКМ, 7903/2); его исследованию посвящено
несколько статей Н. Н. Покровского.24 Томский список весь-
ма близок и по тексту, и по художественному оформлению
Чудовскому списку. Покровский отметил кодикологическую
и текстологическую близость обоих списков (в том числе на-
личие общего редакторского почерка), датировал их создание
первой половиной 60-х гг. XVI в., т. е. временем составления
Степенной книги. Это опровергло тезис Васенко о первично-
сти текста Пискаревского списка относительно Чудовского,
а также вывело изучение Степенной книги на новый уровень
кодикологического исследования.
Исследования П. Г. Васенко и Н. Н. Покровского продол-
жил автор этих строк, пересмотрев вслед за Васенко все
известные списки Степенной книги.25 Самой большой удачей
на этом пути стало обращение к незаслуженно забытому Вол-
ковскому списку. Удалось доказать, что он является чернови-
ком Степенной книги, и что непосредственно к нему восходят
и Томский, и Чудовский, и Пискаревский списки, отражая
разные этапы редакторской обработки черновика. Таким обра-
зом, были сняты противоречия в наблюдениях и умозаклю-
чениях Калайдовича, Васенко и Покровского. В Волковском
24См. Отчет о докладе Н. Н. Покровского (АЕ за 1979 год. М., 1981.
С. 388—389); Покровский Н. Н. 1) Томский список Степенной книги царско-
го родословия и некоторые проблемы ранней истории памятника // Общест-
венное сознание и литература XVI—XX вв.: Сб. науч. тр. Новосибирск,
2001. С. 3—43; 2) Неоконченный манускрипт: Степенная книга царского
родословия // Вестник истории, литературы и искусства. М., 2005. Т. 1.
С. 280—293.
25Результаты исследований изложены в монографии: Сиренов А, В. Сте-
пенная книга: история текста. М., 2007.
15
Введение
списке присутствует тот же редакторский почерк, что в Чу-
довском и Томском, т. е. все три списка редактировались
вместе. Учитывая то обстоятельство, что в них отразился наи-
более ранний этап истории Степенной книги, их изучение
приобретает исключительную важность. Как выяснилось,
Пискаревский список является копией черновика Степенной
книги, сделанной в то время, когда его текст был полным. Та-
ким образом, две основные редакции Степенной книги, пред-
ставленные списками Томским, Чудовским (Краткая редак-
ция) и Пискаревским (Пространная редакция), восходят не-
посредственно к черновику Степенной книги. На первых эта-
пах редакторской работы черновик содержал Краткую редак-
цию, а в результате последующих дополнений стал архетипом
Пространной редакции. Соответственно, списанные с черно-
вика в начале 60-х гг. XVI в. Томский и Чудовский списки,
а также все списки, восходящие к ним, содержат текст Крат-
кой редакции. Пискаревский список отразил более поздний
этап редактирования черновика. В середине 40-х гг. XVII в.
появилась переработка текста Пискаревского списка. Таким
образом, Пространная редакция бытовала в двух изводах —
точно передающем текст Пискаревского списка старшем и со-
держащем незначительные стилистические изменения млад-
шем. Кроме того, к Чудовскому списку оказалось возможным
возвести редакцию, составленную предположительно к учреж-
дению патриаршества архимандритом владимирского Рожде-
ственского монастыря Ионой Думиным. В этой редакции
можно выделить три извода: извод старейшего списка редак-
ции — Думинского (РГАДА, ф. 381 (собр. Синодальной тип.)
346), старший и младший. Последний получил наибольшее
распространение и был положен в основу так называемой Ла-
тухинской Степенной книги — памятника исторической мыс-
ли, составленного в 70-е гг. XVII в. архимандритом Макарь-
евского Желтоводского монастыря Тихоном. В истории текста
этого произведения вслед за П. Г. Васенко можно выделить
три редакции: изначальную Пространную, Краткую и Особую
краткую. Архетипом Латухинской Степенной следует при-
знать введенный в научный оборот Л. Л. Муравьевой Ниже-
городский список (Нижегородская государственная област-
ная универсальная научная библиотека, Ц-2658/2). Краткая
и Особая краткая редакции были составлены на основании
16
Введение
Нижегородского списка в 10—20-е гг. XVIII в. и не являются
авторскими. Удалось выделить еще одну редакцию Латухин-
ской Степенной — Хронографическую. Она была составлена
на основании Нижегородского списка в начале XVIII в., при-
чем к ее составлению имел отношение автор Пространной ре-
дакции Тихон Макарьевский. Таким образом, была исследо-
вана история текста Степенной книги начиная с этапа состав-
ления черновика и заканчивая переработками XVIII в.
Наиболее значительным событием последних лет стало но-
вое критическое издание текста Степенной книги по древней-
шим спискам памятника (далее СКДС).26 Эта идея появилась
в 2000 г. у Н. Н. Покровского и Г. Д. Ленхофф, в 2001 г. в кол-
лектив участников проекта вошли сотрудники Отдела руко-
писей ГИМ и автор этих строк, чуть позже — О. Д. Жура-
вель. Новое издание подготовлено по иным принципам, чем
издание начала XX в., осуществленное П. Г. Васенко в рамках
серии ПСРЛ, в котором издатель сделал попытку отразить ру-
кописную традицию Степенной книги как можно более пол-
но, положив в основу наиболее пространный вариант текста
(Пискаревский список), а для подведения разночтений при-
влекая списки XVI—середины XVII в. В СКДС ставилась за-
дача отразить по возможности исчерпывающе ранние этапы
истории текста, для чего Чудовский список избран в качестве
основного, как самый пространный из трех древнейших спи-
сков. Остальные два древнейших списка, Томский и Волков-
ский, привлечены при подведении разночтений. В разночте-
ниях к основному тексту использован и положенный в основу
предыдущего издания Пискаревский список, как наиболее
поздняя копия черновика Степенной книги, отразившая его
текст, в то время еще не имевший утрат.
Таким образом, текстологическое и кодикологическое
исследование Степенной книги, начавшееся еще в первой по-
ловине XIX в. и продолжающееся до настоящего времени,
черпало материал в археографических находках. Можно на-
26Степенная книга по древнейшим спискам / Отв. ред. Н. Н. Покров-
ский и Г. Д. Ленхофф. М., 2007. Т. 1. М., 2008. Т. 2. В дальнейшем при
ссылках на это издание указываем его сокращенное наименование, номер
листа основного Чудовского списка и при необходимости — номер примеча-
ния, например: СКДС 35/16 или СКДС 526/9—9, и т. п.
17
Введение
деяться, что их потенциал не исчерпан и отмеченная линия
исследования Степенной книги будет продолжена. Однако
нельзя не осознавать ее ограниченность. Наблюдения над
рукописной традицией не в состоянии предоставить материал
для ответа на главный вопрос: какова роль Степенной книги
в наших представлениях о древнерусской истории?
Другое направление в изучении Степенной книги намети-
лось с выходом из печати в 1903 г. монографии Н. С. Держа-
вина об источниках Степенной книги.27 Посвященная чрез-
вычайно важной теме, определению источников и методов
работы с ними составителя Степенной книги, книга Держави-
на, как и труды его последователей, имеет целью выявить
уникальные известия Степенной книги и отыскать их древ-
ние источники. Такая постановка вопроса обречена на неуда-
чу, поскольку своеобразие и ценность Степенной книги не
в редких уникальных известиях, а в оформлении идей госу-
дарственной идеологии. Впрочем, выявление источников и
методов составления важно для любого памятника древнерус-
ской письменности. Степенная книга не составляет здесь
исключения. Поэтому начинание Державина следует оценить
высоко, при том, что это была лишь первая попытка такого
исследования.28 Подобная же работа без учета сделанного
Державиным была начата студентом Московской духовной
академии Н. Ф. Околовичем. Можно думать, что на выбор
темы повлиял проф. С. И. Смирнов, который написал отзыв-
рецензию на представленное в 1909 г. к защите исследование
27Державин Н. С. «Степенная книга» как литературный памятник. Опыт
исследования литературного состава «Степенной книги» Миллера. Ба-
тум, 1902. Критический разбор монографии Державина см.: Васенко П. Г,
«Книга Степенная»... С. 47—51.
28По-видимому, мысль заняться источниковедческим изучением Степен-
ной книги молодому Державину подал его научный руководитель по Не-
жинскому институту М. Н. Сперанский, поскольку впервые будущий исто-
рик-славист Н. С. Державин обратился к изучению Степенной книги в сту-
денческие годы, когда наряду с другими студентами под руководством
М. Н. Сперанского описывал рукописное собрание Нежинского института.
В частности, Н. С. Державиным был описан список Степенной книги (Опи-
сание рукописей библиотеки историко-филологического института князя
Безбородко в г. Нежине / Сост. под ред. М. Сперанского. М., 1900. С. 94.
№ 50).
18
Введение
Околовича, т. е. был его научным руководителем. Незадолго
до этого, в 1908 г., Смирнов подготовил к изданию написан-
ное Андреем-Афанасием Житие Даниила Переяславского и
сопоставил его текст со Сказанием о Данииле Переяславском
в составе Степенной книги.29 Соображения Смирнова относи-
тельно датировки Жития Даниила имеют большое значение и
для определения времени, когда начались работы над текстом
Степенной книги. Вполне закономерно, что Смирнов реко-
мендовал своему ученику заняться источниковедением Сте-
пенной книги. Правда, Околович ограничился изучением
двух открывающих Степенную книгу житий — княгини Оль-
ги и князя Владимира, — выявление источников которых и
составило его кандидатское сочинение.30 В этой работе ценно
обращение к рукописному материалу. Околович определил,
что в Житии Владимира было использовано Поучение на па-
мять Владимира, известное в единственном списке, происхо-
дящем из Иосифо-Волоколамского монастыря (ныне РГБ,
ф. 113 (собр. Иосифо-Волоколамского монастыря) 659).31 Так
наметился выход на непосредственные источники Степенной
книги. Фактически, Околович обнаружил первый из них.
Остается только пожалеть, что после защиты Околович не
продолжил своих изысканий.
Революция и последовавшее за ней распространение интер-
национальных воззрений на русскую историю отодвинули
изучение Степенной книги в разряд непопулярных тем. Впер-
вые за многие годы на необходимость изучения Степенной
книги указал в 1945 г. в своей «Истории древней русской ли-
тературы» Н. К. Гудзий.32 Через несколько лет, в 1952 г., под
его руководством была написана и защищена диссертация
В. В. Кускова, посвященная источникам Степенной книги.33
29Житие преподобного Даниила, переяславского чудотворца, Повесть
о обретении мощей и Чудеса его / Издание проф. С. И. Смирнова. М., 1908.
^Околович Н. Ф. Жития святых, помещенные в Степенной книге /
Вступ. статья, публ. и коммент. А. С. Усачева. М.; СПб., 2007. Сочинение
Околовича обнаружено в фонде Московской духовной академии и издано
А. С. Усачевым.
31Там же. С. 82, 90—95.
32Гудзий Н. К. История древней русской литературы. М.; Л., 1945. С. 327.
33Кусков В. В. Степенная книга как литературный памятник XVI в.:
Дис. ... канд. филол. наук. М., 1952.
19
Введение
Автор продолжил начатую Н. С. Державиным (и Околовичем,
о котором он не знал) традицию по выявлению источников
Степенной книги. Подобно Державину, Кусков ограничился
рассмотрением только опубликованных источников, к тому
же не касался истории текста Степенной книги.34 Он не пы-
тался определить, какие рукописи были привлечены при ее
составлении. Поэтому зачастую он был не в состоянии вы-
брать летопись, которой следовал автор Степенной книги
в том или другом случае. Творческая лаборатория составите-
ля Степенной, причины предпочтения чтений одного источ-
ника чтениям другого остались нераскрытыми. И все же
по сравнению с трудами Державина и Околовича в диссерта-
ции Кускова наиболее полно выявлен корпус источников Сте-
пенной книги. Данная тема, однако, им далеко не исчерпана,
на что указывают статьи А. А. Зимина, Д. Н. Алыпица,
Н. Н. Розова, И. В. Курукина, Г. Д. Ленхофф и А. С. Уса-
чева.35 Здесь особенно выделяются статьи А. А. Зимина,
Н. Н. Розова и А. С. Усачева. Их объединяют попытки вы-
явить такие источники Степенной книги, которые появились
незадолго до ее создания, а также рассмотреть методы состав-
ления и таким образом дать представление об историко-лите-
ратурном контексте создания Степенной книги.
34Кусков В. В. 1) Из наблюдений над стилем Степенной книги // Уч. зап.
Уральского государственного университета им. А. М. Горького. Вып. 28:
филологический (кафедра русской литературы). Свердловск, 1959. С. 259—
292; 2) О некоторых особенностях стиля Степенной книги // Кусков В. В.
Эстетика идеальной жизни. Избранные труды. М., 2000. С. 185—217.
35 Зимин А. А. 1) Повести XVI века в сборнике Рогожского собрания //
Записки Отдела рукописей ГБЛ. М., 1958. Вып. 20. С. 186—204; 2) К изуче-
нию источников Степенной книги // ТОДРЛ. М.; Л., 1957. Т. 13. С. 228,
230; Алъшиц Д. Н. Легенда о Всеволоде — полемический отклик XVI в.
на «Слово о полку Игореве» // ТОДРЛ. М.; Л., 1958. Т. 14. С. 64—70;
Розов Н. Н. Похвальное слово великому князю Василию III // АЕ за 1964 год.
М., 1965. С. 280—285; Курукин И. В. Сильвестр и составление Жития Ольги
Степенной книги // Теория и практика источниковедения и археографии
отечественной истории. М., 1978. С. 51—60; Lenhoff G. How the Bones
of Plato and Two Kievan Princes were baptised: Notes on the Political Theolo-
gy of the «Stepennaja kniga» // Die Welt der Slaven. XLVI. 2001. S. 313—
330; Усачев А. С. Житие митрополита Ионы третьей редакции // Вестник
церковной истории. 2007. № 2. С. 5—60.
20
Введение
Рассматриваемую линию в исследовании Степенной книги
продолжил А. С. Усачев.36 Особенно ценны наблюдения и на-
ходки исследователя, касающиеся ее источников, в резуль-
тате чего количество текстов Степенной книги, считающихся
уникальными, существенно сократилось. И все же эта линия
исследования, начатая трудами Н. С. Державина, Н. Ф. Око-
ловича и В. В. Кускова, Усачевым не завершена, так как ему
не удалось выйти на уровень конкретных рукописей, послу-
живших источниками Степенной книги. Между тем подходы
к данной теме были намечены еще Б. М. Клоссом, который
предположил, что составитель Степенной книги пользовался
Патриаршим списком Никоновской летописи.37 И все же во-
прос о непосредственных источниках Степенной книги, а так-
же подготовительных материалах к ее составлению остается
нерешенным. Он мог бы стать и, хочется надеяться, станет
нитью, связующей оба направления в изучении Степенной
книги.
Многие исследователи, занимавшиеся изучением Степен-
ной книги, пытались ответить на тот главный вопрос, о кото-
ром шла речь выше. Каково значение Степенной книги для
русского исторического и общественного сознания? Так,
П. Г. Васенко свою монографию назвал «„Книга Степенная
36Усачев А. С. 1) Об одном источнике Степенной книги // Неисчерпае-
мость источника: К 70-летию В. А. Кучкина. М., 2005. С. 298—306; 2) О да-
тировке Степенной книги // Восточная Европа в древности и средневековье.
Проблемы источниковедения: XVII Чтения памяти В. Т. Пашуто. IV Чте-
ния памяти А. А. Зимина. Ч. 2. М., 2005. С. 271—274; 3) Степенная книга
и памятники русской средневековой лексикографии // Лествица: Материа-
лы научной конференции по проблемам источниковедения и историографии
памяти профессора В. П. Макарихина. Нижегородский государственный
университет им. Н. И. Лобачевского (22 мая 2003 г.). Н. Новгород, 2005.
С. 248—258; 4) О датировке Томского списка Степенной книги // ВИД:
классическое наследие и новые направления: материалы XVIII науч. конф.
Москва, 26—28 янв. 2006 г. М., 2006. С. 402—404; 5) Из истории русской
средневековой агиографии: два произведения о равноапостольном князе
Владимире Святославиче (исследование и тексты) // Вестник церковной
истории. 2006. № 2. С. 8—16; 6) Источники Степенной книги по истории
домонгольской Руси // Средневековая Русь. М., 2006. Вып. 6. С. 210—222;
7) Степенная книга и древнерусская книжность времени митрополита Ма-
кария. М.; СПб., 2009, и др.
37Клосс Б. М. Никоновский свод и русские летописи XVI—XVII веков.
С. 192—193.
21
Введение
царского родословия" и ее значение в древнерусской истори-
ческой письменности», но рассмотрел в ней только вопрос
о происхождении Степенной книги. Во второй части своего
труда он намеревался изучить ее влияние на историческую
традицию XVI—XVIII вв., но намерения своего не выполнил.
Вторая часть так и осталась ненаписанной. Современные
исследователи ставят акцент на проблеме появления Степен-
ной книги, на ее жанровом и композиционном своеобразии.
Цикл статей Г. Д. Ленхофф посвящен литературному и куль-
турологическому контексту, который важен для понима-
ния Степенной книги: методам редактирования источников,
скрытым и явным цитатам из Священного Писания и свято-
отеческой литературы и др.38 Н. Н. Покровский замысел Сте-
пенной книги и его реализацию рассматривает в контексте
идей грозненского времени, направленных на укрепление
централизованного самодержавного государства. Этой же
теме посвящена более ранняя статья Д. Миллера.39 А. С. Уса-
чев рассматривает Степенную книгу как напутствие митропо-
лита Афанасия Ивану Грозному, сделанное в канун опричных
реформ.40 Как представляется, ни одно из перечисленных
исследований не объясняет в достаточной степени феномен
^Lenhoff G. 1) The Tail of Tamerlane in the Royal Book of Degrees //
The place of Russia in Eurasia. Budapest, 2001. P. 122—129; 2) How the Bo-
nes of Plato and Two Kievan Princes were baptised... S. 313—330; 3) Novgo-
rod’s Znamenie Legend in Moscow’s Stepennaia kniga // Московская Русь:
специфика развития. Budapest, 2003. Р. 175—182; 4) The «Stepennaja kni-
ga» and the Idea of the Book in Medieval Russia // Germano-Slavistische Beit-
rage. Festschrift fur Peter Rehder zum 65. Geburtstag. Munchen, 2004. S. 455
(Die Welt der Slaven. Sammelbande 21); 5) «Степенная книга»: замысел, идео-
логия, адресация // Степенная книга по древнейшим спискам. М., 2007.
Т. 1. С. 120—144.
39Miller D. The Velikie Minei Chetii and the Stepennaja kniga of Metropoli-
tan Makarii and the Origins of Russian National Consciousness // Forschung
der Osteuropaische Geschichte. 1979. Bd. 26. S. 263—382. Пер. на рус. яз.:
Миллер Д. Великие Минеи Четьи и Степенная книга митрополита Макария
и истоки русского национального самосознания / Пер. Н. Н. Бобринского //
Макарьевские чтения. Можайск. Вып. 9 (2002). С. 83—96; Вып. 10 (2003).
С. 626—646; Вып. 11 (2004). С. 304—327; Вып. 12 (2005). С. 356—391;
Вып. 13 (2006). С. 393—424. Перевод выполнен небрежно и с ошибками
(см. об этом: Усачев А. С. Степенная книга и древнерусская книжность вре-
мени митрополита Макария. М.; СПб., 2009. С. 78).
40Там же. С. 665—684.
22
Введение
Степенной книги. Своеобразие этого произведения, раскры-
ваемое через обстоятельства, обусловившие его появление,
а также его последующую судьбу и влияние на историческую
мысль России — тема настоящей книги. Насколько правоме-
рен такой подход — судить читателям.
Оговоримся, что в настоящей работе исследуются преиму-
щественно текстовые заимствования из Степенной книги в па-
мятниках отечественной исторической мысли позднего Сред-
невековья и раннего Нового времени. Мы намеренно отказы-
ваемся от рассмотрения тех случаев, когда влияние Степен-
ной книги проявляется на уровне «духа» или «общих идей»,
поскольку такие влияния нельзя доказать. Напротив, как по-
казано ниже, наряду со Степенной книгой в XVII—XVIII вв.
бытовали тексты, чрезвычайно близкие ей по общей направ-
ленности, но созданные независимо от нее.
Композиция книги не отличается стройностью, чему неко-
торым оправданием служит обилие материала, неисследован-
ного и по сути своей незначительного, но имеющего отноше-
ние к выбранной теме. В первых двух главах идет речь о той
обстановке середины XVI в., которая породила Степенную
книгу. Необычность и даже уникальность изучаемого произ-
ведения представляется возможным объяснить, рассмотрев
процесс его составления через призму эпохи. В следующих
главах описан процесс использования Степенной книги авто-
рами разных эпох. Если для XVI и первой половины XVII в.
таких случаев известно немного, и материал удается распре-
делить по хронологическому принципу, то начиная с середи-
ны XVII в. ситуация меняется, поскольку Степенная книга
обретает все более широкую популярность. Здесь пришлось
рассматривать в отдельных главах агиографию и историогра-
фическую традицию, но это разделение условно, поскольку
ему не следовали сами авторы — книжники XVII в. Заклю-
чительное, XVIII столетие, представленное в книге тремя гла-
вами, изучено далеко не исчерпывающе. Задачей было наме-
тить основные особенности восприятия Степенной книги в Век
Просвещения. Однако присутствие этого компонента пред-
ставляется принципиально важным. Сравнивая отношение
к Степенной книге в XVII и XVIII вв., можно убедиться в том,
что в России Нового времени не наблюдается решительного
разрыва с историографической традицией Средневековья. Эта
23
Введение
идея, быть может, очевидная для специалистов, до настояще-
го времени не утвердилась в исторической литературе.
* * *
Считаю приятным долгом выразить благодарность исследо-
вателям, своими советами оказавшим помощь при подготовке
этой книги — Т. В. Анисимовой, О. А. Белобровой, О. Г. Гу-
севой, В. К. Зиборову, Т. Б. Карбасовой, С. Н. Кистереву,
А. В. Мельникову, В. Д. Назарову, О. Н. Новиковой, О. В. Пан-
ченко, Н. Н. Покровскому, А. А. Романовой, Н. В. Савелье-
вой, А. А. Турилову, А. С. Усачеву, М. А. Федотовой,
С. О. Шмидту и другим, а также сотрудникам рукописных
отделов, музеев и архивов, где привелось работать над этой
темой. Особая признательность — историческому факультету
Санкт-Петербургского университета, поскольку основные по-
ложения книги были сформулированы на лекционных и се-
минарских занятиях со студентами университета.
Глава 1
ПАМЯТНИКИ ИДЕОЛОГИИ ЦАРСТВА
СЕРЕДИНЫ XVI в.
В XVI в. завершилось объединение русских земель вокруг
Москвы, оформилось Русское централизованное государство,
были заложены основы управления — сложилась система при-
казов как центральных государственных учреждений. Нако-
нец, было положено начало освоению восточных земель: в это
столетие в состав России вошли ханства Казанское, Астрахан-
ское и Сибирское. Указанные черты государственного строи-
тельства определили развитие России на несколько столетий
вперед, обусловили тот тип государственного и общественного
устройства, характер которого до настоящего времени окон-
чательно не прояснен.1 В течение одного столетия Россия стала
1 Савва В. Московские цари и византийские василевсы. К вопросу о влия-
нии Византии на образование идеи царской власти московских государей.
Харьков, 1901. С. 94—109, 285—345 и др.; Вальденберг В. Е, Древнерус-
ские учения о пределах царской власти: Очерки русской политической ли-
тературы от Владимира Святого до конца XVII века. М., 2006. С. 224—289;
Кобрин В, Б. Власть и собственность в средневековой России (XV—XVI вв.).
М., 1985; Сухов А. Д. Проблема единовластия в русском философском созна-
нии средневековья // Специфика философского знания и проблема человека
в истории философии. М., 1988. С. 147—152; Плюханова М. Б. Сюжеты и
символы Московского царства. СПб., 1995. С. 233—236 и др.; Синицына Н, В.
Третий Рим: Истоки и эволюция русской средневековой концепции (XV—
XVI вв.). М., 1998. С. 193—200; Коллман Н. Соединенные честью: Государ-
ство и общество в России раннего Нового времени. М., 2001; Рамазанова Н. В.
Московское царство в церковно-певческом искусстве XVI—XVII веков.
СПб., 2004 и др.
25
Глава 1
крупнейшим государством тогдашнего мира. Великий князь
Московский по количеству подданных для своего времени не
был сопоставим ни с одним владыкой Востока и Запада. Рас-
ширение Русского государства, включение в его состав все
большего количества земель, государственных и догосударст-
венных образований получило отражение в титуле московско-
го самодержца, который к концу правления Ивана Грозного
имел следующий вид: «Великий государь царь и великий
князь Иван Васильевич всея Русии, Владимирский, Москов-
ский, Новгородский, царь Казанский, царь Астраханский, го-
сударь Псковский, великий князь Смоленский, Тверской,
Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных, государь
и великий князь Новагорода Низовской земли, Чернигов-
ский, Рязанский, Полоцкий, Ростовский, Ярославский, Бело-
озерский, Лифляндский, Удорский, Обдорский, Кондинский
и всей Сибирской земли и Северной страны повелитель».2
Здесь перечислены исконно русские земли, татарские ханст-
ва, земли народов Урала и Сибири, а также территории, при-
соединенные на первом этапе Ливонской войны.3 Важнейшая
задача для правителей России XVI в. — превратить этот пе-
стрый в социальном и культурном отношении мир в единое
государство, иными словами, унифицировать. Здесь выдающую-
ся роль сыграли церковные соборы времени митрополита Ма-
кария, среди которых выделяются два собора, 1547 и 1549 гг.,
посвященные канонизации местночтимых русских святых, и
Стоглавый собор 1550 г., на котором решались проблемы уни-
фикации церковной жизни страны с позиций канонического
права. Наконец, регламентации социальной структуры свет-
ского общества посвящены другие два документа середины
XVI в. — Судебник 1551 г. и Государев родословец 1555 г. Они
продолжают традицию предшествующего времени, но с тем
отличием, что они активно использовались в юридической
практике своего времени. Кодекс уголовного права Судебник
1551 г. дошел до нас в десятках списков, тогда как его пред-
шественник, Судебник 1497 г., — всего в одном, и то позднего
времени. Государев родословец во многом повторяет более
раннюю летописную редакцию родословных книг, но именно
2Филюшкин А. И. Титулы русских государей. М.; СПб., 2006. С. 207.
3Там же. С. 194—207.
26
Памятники идеологии царства середины XVI в.
к его тексту обращались при разрешении местнических спо-
ров. Таким образом, в середине XVI в. шла активная работа
по упорядочиванию всех сторон общественной жизни стреми-
тельно растущего государства. Требовалось выстроить такую
структуру, включающую в себя и административные, и рели-
гиозные, и культурные составляющие, которая позволила бы
управлять огромной территорией, населенной десятками этни-
ческих групп, находящихся на разной стадии развития. Все
нити управления сходились в Москву, во главе иерархиче-
ской лестницы стоял московский самодержец. Столь значи-
тельный объем власти, сосредоточенный в руках одного чело-
века, разумеется, представлял опасность для государственной
стабильности. Важнейшим условием сохранения этой власти
была ее легитимность в восприятии подданных и соседних го-
сударств. Следовало доказать прежде всего жителям многона-
циональной, поликонфессиональной и многоукладной стра-
ны, что их единственным законным правителем является мо-
сковский великий князь. Сделать это было непросто. К тому
же управлять столь пестрой по уровню цивилизованности и
столь обширной страной в то время умели только авторитар-
но. Следовательно, требовалось доказать, что московский ве-
ликий князь является не просто правителем огромной стра-
ны, но и ее полным и неограниченным властелином. Важней-
шей вехой легитимизации власти московского князя стало
венчание Ивана IV на царство в 1547 г. Как свидетельствует
первоначальная редакция Чина венчания на царство (лето-
писная), в 1547 г. Иван не был помазан на царство, упомина-
ние о помазании появляется лишь в Формулярной редакции,
которую исследователи датируют временем не ранее середи-
ны 50-х гг. XVI в.4 С большим трудом московские дипломаты
добивались признания царского титула на международной
арене.5 Во второй половине 50-х гг. XVI в. все их усилия и не-
малые финансовые средства были направлены на получение
подтвердительной грамоты от иерархов греческого Востока.
И все же, как показывают исследования, большинство подпи-
* Успенский Б. А. Царь и патриарх. Харизма власти в России (Византий-
ская модель и ее русское переосмысление). М., 1998. С. 109—113.
ь Хорошкевич А. Л. Россия в системе международных отношений середи-
ны XVI века. М., 2003. С. 66—132.
27
Глава 1
сей на этой присланной из Константинополя грамоте поддель-
ные.6 В такой обстановке большое значение приобретали на-
глядные доказательства царственного статуса московского
князя, которые хотя и не имели строго юридического статуса,
но производили сильное впечатление своим внешним видом,
оригинальностью исполнения и богатым украшением.
По сути, единственной приемлемой моделью крупного госу-
дарственного устройства для православной России оставалась
Византийская империя. Ориентация на эту модель побужда-
ла московских правителей искать связи и преемственность
с Византией. Таким стремлением, как известно, обусловлена
женитьба Ивана III на племяннице последнего византийского
императора Софье Палеолог. В первой половине XVI в. тема
византийской государственности и византийского наследия
была центральной при создании памятников государственной
идеологии в России. Это и легенда о передаче византийским
императором Константином Мономахом царских регалий сво-
ему внуку киевскому князю Владимиру Мономаху, и идея
о перемещении церковного и государственного центра из Ви-
зантии в Россию. В наиболее законченной форме данная идея
выражена в Послании псковского инока Филофея государеву
дьяку Г. Г. Мисюрю Мунехину, которое датируется вторым
десятилетием XVI в. Однако она проводилась и в других па-
мятниках литературы и искусства того времени, пусть и не
в столь открытой форме. Например, почитание иконы Тих-
винской Богоматери при Василии III и Иване Грозном совер-
шенно справедливо соотносится исследователями с культом
Лиддской Богоматери в Византии. В обоих случаях идет речь
о путешествующей по воде чудотворной иконе, с той, однако
же, разницей, что из Лидды икона уплыла, а в Тихвин при-
плыла.7 Не случаен факт изготовления в период юности Ива-
на Грозного рамы для списка Тихвинской иконы в кремлев-
6Фонкич Б. Л. К истории учреждения царского титула Ивана IV. Собор-
ная грамота 1560 г. // Фонкич Б, Л. Греческие рукописи и документы в Рос-
сии в XIV—начале XVIII в. М., 2003. С. 374—375.
7 Квливидзе Н, В. Сказание о Лиддской-Римской иконе Богоматери в мо-
нументальной живописи Москвы второй половины XVI в. // Чудотворная
икона Тихвинской Богоматери: Иконография — История — Почитание: Те-
зисы докл. науч. конф. СПб., 2001. С. 76—77; Кириллин В. М. Сказание
о Тихвинской иконе Богоматери «Одигитрия». М., 2007. С. 95—97.
28
Памятники идеологии царства середины XVI в.
ском Благовещенском соборе.8 На этой раме изображены чу-
деса, происшедшие от иконы, а также группа молящихся,
и на первом плане узнаваемы фигуры уже покойного к тому
времени Василия III в монашеском облачении и юноши Ива-
на Грозного. Помещая себя рядом с покойным отцом в моле-
нии Тихвинской Богоматери (едва ли стоит сомневаться в при-
частности царя к созданию подобных концепций), юный Иван
Грозный утверждал свою преемственность по отношению
к правлению и идеологии своего отца. Подобные цели пресле-
довала и ставшая особенно популярной в XVI в. легенда о бе-
лом клобуке, повествующая о чудесном перемещении по морю
белого клобука как почетного головного убора православного
иерарха — из католического Рима в Византию, а оттуда в Нов-
город.9 Вообще, формирование государственной идеологии цар-
ства в России производилось разными способами.10 В качестве
примеров рассмотрим некоторые наиболее характерные слу-
чаи создания памятников идеологии царства в России XVI в.
Во-первых, это фабрикация царских регалий, для которой ис-
пользовались уже имеющиеся реликвии. И это, по-видимому,
неслучайно. Самый ранний текст, повествующий об их проис-
хождении, — Послание бывшего литовского митрополита Спи-
ридона-Саввы о Мономаховом венце (10-е гг. XVI в.) — связы-
вает их происхождение с римским императором Октавианом
Августом.11 Упоминаются три регалии: венец, цепь «аравит-
ского» золота и сердоликовая «крабийца». Венец впоследст-
вии получил известность как шапка Мономаха. Его происхож-
дение как памятника византийской культуры XIII или начала
XIV в. можно считать доказанным.12 Идентификация золотой
цепи в настоящее время вызывает трудности, так как неясно,
8 На раме помещены клейма, рассказывающие историю появления и про-
славления в России Тихвинской иконы.
9 Розов Н. Н. Повесть о белом клобуке как памятник общерусской пуб-
лицистики // ТОДРЛ. М.; Л., 1953. Т. 9. С. 183—184.
™Kdmpfer F. Rupland in der Schwelle zur Neuzeit: Kunst, Ideologic und
historisches Bewuptsein unter Ivan Groznij // Jahrbucher fur Geschichte Osteu-
ropas. 1975. Bd. 23. Hft. 4. S. 504—514.
11 Дмитриева P. П. Сказание о князьях владимирских. М.; Л., 1955.
С. 73—151.
12 Жилина Н. В. «Шапка Мономаха»: Историко-культурное и технологи-
ческое исследование. М., 2001. С. 16—162.
29
Глава 1
какая именно цепь (в XVI в., и теперь их несколько) имеется
в виду. Сердоликовую «крабийцу» традиционно восприни-
мают как чашу,13 однако скорее всего это шкатулка. Именно
так ее описывает духовная московского князя Ивана Ивано-
вича около 1358 г.: «А се даю сыну своему ... коропка сердо-
нична золотом кована».14 Видимо, эта же шкатулка упомина-
ется и в духовной грамоте Ивана Калиты (около 1329 г.),
причем здесь указано, что она приобретена именно им: «А что
есмь придобыл золота, что ми дал Бог, и коробочку золотую,
а то есмь дал княгини своей с меншими детми».15 В духовной
грамоте Ивана Калиты впервые упомянута и «золотая шап-
ка», и золотые цепи там также числятся.16 Итак, относитель-
но всех трех регалий есть данные, что они находились в казне
московских князей еще в первой половине XIV в. Разумеется,
тогда они никак не связывались с именем Августа. Но именно
исконность их бытования в казне московских князей, кото-
рая подтверждалась самыми ранними документами, видимо,
и стала решающим аргументом в вопросе об отнесении их
к царским инсигниям. Характерно, что на рельефах Царско-
го места из них изображены только шапка и цепь. Сердоли-
ковой «крабийцы» там нет.17 Относительно функциональной
принадлежности шапки-«венца» и цепи сомнений не могло
быть: и древние цари, и современные шапку должны носить
на голове, а цепь на шее. Труднее было истолковать предна-
значение шкатулки и приспособить ее для царского обихода.
Эта трудность, можно думать, породила непонятную форму-
лировку относительно шкатулки: «из нея же Август веселя-
шеся» .18
13Словарь русского языка XI—XVII вв. М., 1980. Т. 7. С. 401 («небольшая
сердоликовая чаша для мира»); Успенский Б. А. Царь и патриарх: Харизма
власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление). С. 256.
14 Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV—
XVI вв. / Подгот. к печати Л. В. Черепнин. М.; Л., 1950. С. 16.
15Там же. С. 8.
16Там же. С. 8, 10.
17Соколова И. М. Мономахов трон. Царское место Успенского собора Мо-
сковского Кремля. М., 2001. Ил. 24—27, 29, 30, 32.
18Ни современные нам комментаторы приведенного текста, ни словари
не могут удовлетворительно объяснить значение этого пассажа — каким
образом «из» шкатулки или посредством нее можно «веселиться». Видимо,
поэтому впоследствии и стали воспринимать «крабийцу» как чашу, из кото-
30
Памятники идеологии царства середины XVI в.
Следует отметить, что в Молдавии — правда, в более позд-
нее время, в первой половине XVIII в., — зафиксирована ана-
логичная легенда. В Сказании о Нямецкой иконе Богоматери
повествуется о том, что царские регалии, корона и порфира,
были присланы византийским императором Иоанном Палео-
логом молдавскому господарю Александру Доброму в начале
XV в., а в 1551 г. их увез бежавший в Турцию господарь
Илья II.19 Об этом событии сообщает и молдавская летопись
XVI в., не уточняя, правда, какие именно «скровшца... от иско-
них царий молдавскых» увез в Турцию Илья II.20 Представ-
ляется вполне вероятным, хоть и требующим доказательств,
что молдавская легенда о присылке из Византии царских ре-
галий относится к более раннему времени, чем XVIII в.
Кроме самого простого способа фабрикации царских рега-
лий посредством использования имеющихся в наличии при-
годных для этой цели предметов, можно указать и другие
приемы, применяемые при создании памятников идеологии
царства. Остановимся на методе, который можно обозначить
как «изготовление по образцу». Этот метод является важней-
шим для западного и восточного Средневековья. В России се-
редины XVI в. при формировании памятников царской идео-
логии он, на наш взгляд, приобрел особое значение и ряд спе-
цифических черт.
Наиболее наглядно этот метод прослеживается в централь-
ном памятнике царской идеологии, являвшемся одновремен-
но важнейшей царской регалией — в Царском месте Успен-
ского собора Кремля. Возведенное в 1551 г. Царское место
представляет собой четырехгранный шатер на столбах. Эта
форма известна в западноевропейском искусстве, применя-
рой Август мог пить (скажем, вино) и вследствие этого «веселиться». Изве-
стны также более поздние сосуды для мира под названием «крабийца»,
которые использовались в придворном обиходе. Однако интерпретировать
«крабийцу» как чашу, на наш взгляд, неверно. В духовной грамоте Ивана
Калиты прямо указано — «коробочка золотая» (Духовные и договорные
грамоты... С. 8), а в духовной его сына Ивана Ивановича — «коропка сердо-
нична, золотом кована» (Там же. С. 16).
19Яцимирский А. И. Славянские и русские рукописи румынских библио-
тек И Сборник ОРЯС. СПб., 1905. Т. 79. С. 224—225.
20Славяно-молдавская летопись Евфимия 1541—1554 гг. // Славяно-
молдавские летописи XV—XVI вв. М., 1976. С. 98.
31
Глава 1
лась она для оформления епископских кафедр, т. е. особого
места в храме, которое было предназначено для главы епар-
хии. Аналогичное сооружение было установлено в Успенском
соборе Аристотелем Фиораванти. На католический характер
другого митрополичьего места, в алтаре Успенского собора,
с осуждением указывал летописец того времени, упоминая,
что изображенный над ним «крыж лятский» («польский»,
т. е. католический крест) митрополит Геронтий повелел сте-
сать.21 Царское место, расположенное в параллель со святи-
тельским, у другого столба в нартексе собора, повторяло его
архитектуру. Правда, здесь был использован иной материал —
дерево. Это позволило богато украсить Царское место резь-
бой, в технике которой исследователи обнаруживают как мо-
сковские, так и новгородские черты.22 В отличие от образца,
весьма строгого в своих формах, Царское место роскошно и
необычно украшено. Так, основания четырех столбов, состав-
ляющих каркас сооружения, стилизованы под фигуры экзо-
тических и мифологических животных. Это опять же заимст-
вование, на сей раз идущее от костяного трона, которым
связь трона с Царским местом не ограничивается.23 Довольно
неудачно помещенные на острые вершины кокошников шат-
ра шишкообразные кубки (именно так их трактуют исследо-
ватели) ближе всего оказываются к шишкам, венчающим
костяной трон,24 который к тому же послужил источником и
для сюжетных рельефов Царского места. Эти рельефы пред-
ставляют собой наиболее существенную составляющую убран-
ства Царского места. Их 12, они расположены по четыре на
трех стенках шатра (на двух боковых и задней). Разграничен-
ные орнаментальными полосами, рельефы изображают мно-
гофигурные сцены. В основе их сюжета лежит легенда о Мо-
номаховом венце, получившая наибольшую известность в со-
21 Софийская вторая летопись // ПСРЛ. М., 2001. Т. 6. Вып. 2. Стб. 286.
22Бочаров Г. Н. Царское место Ивана Грозного в московском Успенском
соборе // Памятники русской архитектуры и монументального искусства:
Города, ансамбли, зодчие / Отв. ред. В. П. Выголов. М., 1985. С. 54—57.
23О троне как источнике Царского места см.: Там же. С. 48.
24Эти шишки, возможно, в XVI в. выглядели не совсем так, как ныне.
В 1632 г., когда трон подвергался поновлению, их описали следующим
образом: «прорезные через грань золоченые яблоки» (Цит. по: Государ-
ственная Оружейная палата. М., 1988. С. 364).
32
Памятники идеологии царства середины, XVI в.
ставе Сказания о князьях владимирских. На рельефах изо-
бражается совещание Владимира Мономаха с боярами, пред-
принятый в результате этого военный поход в византийские
провинции, посылка царских регалий византийским импера-
тором Константином Мономахом в Киев, принятие регалий
Владимиром Мономахом. На дверцах Царского места вырезан
текст легенды, обнаруживающий наибольшую близость к Ска-
занию о князьях владимирских. Исследователи не раз отме-
чали нетрадиционность композиции рельефов Царского места,
исполненных, впрочем, в обычной для России того времени
технике резьбы по дереву. Обратимся к возможному источни-
ку Царского места — костяному трону. Впервые он упомина-
ется в описях царской казны XVII в.25 Это искусно выполнен-
ный трон, облицованный резными пластинками из кости.
Исследователи затрудняются с атрибуцией и датировкой тро-
на, который подвергался починкам вплоть до середины XIX в.26
Несомненно только его западноевропейское происхождение.
Для его датировки важное значение имеет свидетельство Си-
гизмунда Герберштейна, который, описывая свой второй ви-
зит в Россию в 1526 г., упоминает, что Василий III в своем
охотничьем шатре принимал послов, сидя на седалище/крес-
25Государственная Оружейная палата. С. 364.
26В последнее время И. А. Бобровницкой указан ближайший аналог рель-
ефов трона — гравюры издания «David hoc est virtutis exercitatissimae pro-
batum Deo spectaculum» (Antverpen, 1575), иллюстрирующие разные эпизоды
биографии библейского Давида. На этом основании исследовательница да-
тирует трон временем после 1575 г. (Бобровницкая И. А. Изобразительный
цикл «История царя Давида» в оформлении трона слоновой кости из кол-
лекции Оружейной палаты // Верховная власть, элита и общество в России
XIV—первой половины XIX века. Российская монархия в контексте евро-
пейских и азиатских монархий и империй. Вторая международная конфе-
ренция 23—25 июня 2009 года: Тезисы докладов. М., 2009. С. 28—29).
С этом трудно согласиться, поскольку в таком случае придется предполо-
жить, что С. Герберштейн описывает другой костяной трон. Датировка Боб-
ровницкой основывается на сходстве композиции и рисунка батальных сцен
на троне и в издании 1575 г. Отметим, что сходство здесь не безусловное,
что требует дополнительных изысканий. Вполне возможно и более позднее
происхождение отдельных пластин трона, замена которых на новые проис-
ходила вплоть до XIX в. (о неоднозначности датировки трона см.: Герб и
флаг России. X—XX века. М., 1997. С. 156—157 (раздел написан А. Л. Хо-
рошкевич)).
33
Глава 1
ле из слоновой кости.27 Учитывая дороговизну этого материа-
ла и уникальность дошедшего до нас трона, наиболее вероят-
ным представляется предположение, что нынешний трон и
«кресло из слоновной кости» Василия III — одно и то же. Сле-
довательно, трон появился в России не позднее первой трети
XVI в. Здесь встречаем прямоугольные горизонтально распо-
ложенные композиции, в два ряда, обрамленные орнаменталь-
ными полосами. Они обнаруживают сходство с рельефами
Царского места. Есть и сюжетные переклички. Так, на боль-
шинстве рельефов костяного трона изображены многофигур-
ные композиции, среди которых представлены и батальные
сцены. Сюжет их, конечно же, иной, нежели на рельефах
Царского места. На костяном троне проиллюстрированы
отдельные сцены из жизни библейского Давида, что вполне
соответствовало традициям ренессансной Европы, но не мог-
ло быть в полной мере воспринято в России XVI в. Поэтому
неудивительно, что от рельефов костяного трона мастера Цар-
ского места переняли композиционную организацию украше-
ний, но не их содержание. Однако даже отмеченная особен-
ность характерна. Получается, что при создании важнейшего
произведения символики царства источником послужил цар-
ский же трон иностранного происхождения.
Другой памятник, возможно, не менее важный для идеоло-
гии царства, чем Царское место, — икона «Благословенно во-
инство небесного царя» (ГТГ, инв. № 1641). Описи Успенско-
го собора XVII в. свидетельствуют, что тогда эта икона распо-
лагалась на северной стене храма рядом с царским местом.28
Можно думать, учитывая размеры иконы (144x396 см), что
это ее изначальное место. Доску такой величины невозможно
поставить в иконостас, она не соответствует ни одному поме-
щению средневекового Кремля (например, Мироваренной па-
лате, где она находилась в начале XX в.) кроме двух главных
кремлевских соборов, из которых только в Успенском было
27В латинском издании Записок Герберштейна 1556 г. читается «он си-
дел на седалище из слоновой кости» («sedebat in sede eburnea»), а в немец-
ком издании 1557 г.: «он сидел на кресле из слоновой кости» («ег sap in
ainem Helfenbainen Sassl») {Сигизмунд Герберштейн. Записки о Московии.
М., 2008. Т. 1. С. 576—577).
28РИБ. СПб., 1876. Т. 3. С. 311.
34
Памятники идеологии царства середины XVI в.
для нее место, поскольку стены нижнего яруса Архангельско-
го собора заняты изображениями погребенных в нем князей.
Итак, есть основания полагать, что икона «Благословенно во-
инство» согласно своему предназначению была размещена ря-
дом с царским местом.29
Иконе «Благословенно воинство небесного царя» посвяще-
на обширная историография.30 Введенная в научный оборот
в начале XX в., эта икона сразу привлекла внимание специа-
листов благодаря большому размеру и редкому для древне-
русской иконографии сюжету. На ней изображено святое воин-
ство под предводительством архангела Михаила и царя с кре-
стом в руках, идущее по гористой местности от некоего града
(он изображен в верхнем правом углу в круге) к символу гра-
да небесного, в центре которого изображена сидящая на пре-
столе Богоматерь с младенцем. Расстояние от Богоматери
до стремящегося к небесному граду воинства заполняют анге-
лы, которые несут воинам венцы в виде корон. Уже А. Е. Пре-
сняков сделал попытку соотнести изображенное на иконе дей-
ство с историческими реалиями XVI в. и предположил, что
покинутый воинством град — это завоеванная в 1552 г. Ка-
зань, а среди воинов присутствует Иван Грозный.31 Действи-
тельно, архитектура города имеет явно выраженный мусуль-
манский характер. А. Е. Пресняков не знал, что город приоб-
29О художественных работах в Московском Кремле в середине XVI в.
см.: Подобедова О. И. Московская школа живописи при Иване IV: Работы
в Московском Кремле 40—70-х гг. XVI в. М., 1972. С. 59—68 и др.
30Библиографию см.: Сорокатый В. М. Икона «Благословенно воинство
небесного царя». Некоторые аспекты содержания // Древнерусское искус-
ство. Византия и Древняя Русь. СПб., 1999. С. 399—416; Кочетков И. А.
К полемике об иконе «Благословенно воинство небесного царя» // Иконо-
графические новации и традиция в русском искусстве XVI века: Сборник
статей памяти В. М. Сорокатого. М., 2008. С. 329—338; Евсеева Л. М. Еще
раз к полемике об иконе «Благословенно воинство небесного царя» // Там
же. С. 339—346; Сиренов А. В. К вопросу об изображении реальных лиц на
иконе «Благословенно воинство небесного царя» // Верховная власть, элита
и общество в России XIV—первой половины XIX века. Российская монар-
хия в контексте европейских и азиатских монархий и империй. Вторая
международная конференция 23—25 июня 2009 года: Тезисы докладов.
М., 2009. С. 160—163.
^Пресняков А. Е. Эпоха Грозного в общем историческом освещении //
Анналы. Журнал всеобщей истории, издаваемый Российскою Академиею
наук. Пг., 1923. № 2. С. 197.
35
Глава 1
рел такие очертания в поновлении XVIII в., первоначальный
же его облик не сохранился. Видимо, еще иконописцы XVIII в.
воспринимали поновленную ими икону как иллюстрацию
взятия Казани; было ли это свойственно ее первоначальному
замыслу — неизвестно.32 М. К. Каргер внес важное уточнение
в атрибуцию Преснякова. Последний полагал, что Иван Гроз-
ный изображен в числе трех всадников, скачущих вслед за
царем. Каргер вполне резонно предположил, что юного Ивана
Грозного скорее следует видеть в знаменосце, изображенном
впереди войска.33 Дальнейшие отождествления, которых
в исследовательской литературе было немало, отличались
явным недостатком аргументации.34 Следует выделить статью
А. Н. Грабара, в которой указан аналог иконографии москов-
ской иконы — фреска румынской церкви св. Креста в Пэт-
рэуц, датируемая концом XV в.35 На фреске изображен поход
императора Константина против Максенция: тот его момент,
когда Константин узрел на небе крест, ставший предвестием
его победы и пророчеством грядущего утверждения христиан-
ства. Композиция имеет горизонтальный формат, в центре —
конная фигура Константина, окруженная конными же святы-
ми воинами. Возглавляет процессию крылатый всадник —
320тметим, что в Послании митрополита Макария Ивану Грозному под
Казань 1552 г. присутствует тот образный ряд, который встречаем и на ико-
не: «...молим соборне, ... чтобы Господь Бог совершил царьское твое жела-
ние и хотение сердца твоего помощию и поспешением великаго архистрати-
га Михаила и прочих сил бесплотных..., и поспешением святых Христовых
страстотерпец и пособников наших Георгия, и Дмитрия, и Андрея, и Феодо-
ра Стратилатов, и благочестивых по Бозе сродников ваших великаго и рав-
на апостолом великаго князя Владимера и святых страстотерпец Бориса и
Глеба... и святаго великаго князя Александра Невскаго, и всех благочести-
вых сродник ваших...» (АИ. СПб., 1841. Т. 1. С. 292).
33Каргер М. К. К вопросу об изображении Грозного на иконе «Церковь
воинствующая» // Статьи по славянской и русской словесности: Сб. ст.
в честь акад. А. И. Соболевского. Л., 1928. С. 467—468.
34См., напр.: Антонова В. И., Мнева Н. Е. Государственная Третьяков-
ская галерея. Каталог древнерусской живописи. Опыт историко-художест-
венной классификации. М., 1963. Т. 2. С. 128, 129, 132, 133; Кочет-
ков И. А. К истолкованию иконы «Церковь воинствующая» («Благословен-
но воинство небесного царя») // ТОДРЛ. Л., 1985. Т. 38. Взаимодействие
литературы и изобразительного искусства. С. 187—198 и др.
Grabar A. Les croisades de ГЕигоре orientale dans 1’art // Melanges Char-
les Diehl. Paris, 1930. V. 2. P. 19—27.
36
Памятники идеологии царства середины XVI в.
архангел Михаил. Императора окружают Георгий Победоно-
сец, Димитрий Солунский и еще несколько святых на конях.
Подобный же сюжет запечатлен в росписях рубежа XIV—
XV вв. болгарской церкви Константина и Елены в Охриде.36
Здесь замечательно то обстоятельство, что имя надписано толь-
ко над изображением Константина, сопровождающие его вои-
ны имеют следующую надпись: «ст воины». На русской иконе
остатки надписи сохранились только над изображением цен-
трального персонажа — всадника в царской одежде. Из всей
надписи сохранилась и читается только буква «а»; можно ду-
мать, что изначально было написано «святый Константинъ».37
В целом же структура образца в иконе «Благословенно воин-
ство» сохранена: святое воинство, в центре которого находит-
ся император Константин, ведет архангел Михаил. Однако
святые воины направляются совсем не на битву с Максен-
цием. Сюжет видения креста также отсутствует. Отметим,
что данный сюжет был известен в России в то время. Он при-
сутствует в росписях кремлевского Архангельского собора.
Сохранившаяся живопись этой композиции относится к сере-
дине XVII в., однако есть все основания предполагать, что
в первоначальном варианте росписей середины XVI в. рас-
сматриваемый сюжет присутствовал, и в XVII в. был просто
повторен.38 Итак, несмотря на известность сюжета о видении
Константину креста, в иконе «Благословенно воинство» он не
ZQrIiopoeuh-Jby6uHKoeuh М. Црква Константина и ^лене у Охриду // Ста-
ринар. Орган Археолошког института. Нова cepnja. Београд, 1951. Кн>ига 2.
С. 175—184.
37В. И. Антонова полагала, что имя этого императора в памятниках
древнерусской письменности писалось исключительно через «я» — «Кон-
стянтин», и на этом основании утверждала, что центральный персонаж ико-
ны — святой князь Владимир. Однако это не так. В тексте Степенной книги
имя Константина неоднократно встречается написанным через «а» (СКДС
117, 118, 162, 163 и др.).
38 Об актуальности в грозненское время темы победы Константина над
Максенцием см.: Филюшкин А. И. Андрей Михайлович Курбский. Просопо-
графическое исследование и герменевтический комментарий к посланиям
Андрея Курбского Ивану Грозному. СПб., 2007. С. 439—441. Фигура царя
Константина была востребована и в публицистике предшествующего време-
ни. Об образе Константина в творчестве Ивана Пересветова см.: Караваш-
кин А. В. Русская средневековая публицистика: Иван Пересветов, Иван
Грозный, Андрей Курбский. М., 2000. С. 31—32.
37
Глава 1
отражен. Святое воинство на иконе направляется походом
к небесному граду.
В недавних исследованиях Н. В. Квливидзе и В. М. Соро-
катого указан и подробно рассмотрен еще один иконографи-
ческий источник иконы «Благословенно воинство». Таковым
можно считать икону рубежа XV—XVI вв. «Аллегория небес-
ного Иерусалима», происходящую из монастыря Богородицы
Платитеры с о. Корфу, на которой изображено шествие от гра-
да земного к граду небесному.39 На этой иконе, также внуши-
тельного размера (105,5x82,5 см), град небесный представлен
в виде четырехугольной крепости наверху горы с подписью
«Сион». Шествие к небесному граду движется, соответствен-
но, по гористой местности, причем серого цвета гора разделе-
на на три части расположенным в ее центре охристым отро-
гом. Эту же деталь встречаем и в русской иконе — войско
движется к небесному Иерусалиму по трем отрогам. Правда,
гористый характер позема здесь не имеет объяснения, по-
скольку собственно гора с небесным градом расположена в ле-
вой части иконы, а войско — в правой и центральной частях,
где никаких гор нет. По-видимому, три горных отрога на рус-
ской иконе были заимствованы из ее греческого образца.
В греческой иконе в центре небесного града помещена «да-
вильня» с исходящими из нее потоками, на которой стоит
Христос. Это несколько переиначенная иллюстрация извест-
ного апокалиптического образа — кони тонут в потоках кро-
ви, которые исходят из «давильни» — приспособления для
отжима виноградного сока (в лицевых Апокалипсисах, как и
в рассматриваемых произведениях, она изображается в виде
39Квливидзе Н. В. Икона «Благословенно воинство небесного царя» и ее
литературные параллели // Искусство христианского мира: Сб. ст. М., 1998.
Вып. 2. С. 49—56; Сорокатый В. М. 1) О содержании иконы «Благословенно
воинство небесного царя» // Искусство Византии и Древней Руси. К 100-ле-
тию А. Н. Грабара: Тезисы докладов конференции. Москва, 24—26 сентяб-
ря 1996 г. СПб., 1996. С. 38—40; 2) Икона «Благословенно воинство небес-
ного царя»... С. 399—416. Публикацию и описание иконы см.: Icons Itine-
rant: Corfu, 14-th—18-th century. [S. 1.], 1994. P. 150—155. Правда,
И. А. Кочетков отрицает возможность влияния данной иконы на икону
«Благословенно воинство...», отказываясь видеть сюжетную близость этих
произведений (Кочетков И. А. К полемике об иконе... С. 330—331). Такую по-
зицию можно рассматривать только как следствие недоразумения (см. об этом:
Евсеева Л. М. Еще раз к полемике об иконе... С. 345, примеч. 15).
38
Памятники идеологии царства середины XVI в.
небольшого четырехугольного бассейна). В иконе «Благосло-
венно воинство» этот образ переосмыслен так же, как и в гре-
ческой иконе, а именно: «давильня» изображена у подножия
горы Сион. Из нее навстречу святому воинству течет поток
синего цвета. Это явно не кровь, а вода. Следовательно, исхо-
дящий из давильни поток, как и на греческой иконе (там на
«давильне» стоит Христос), несет не гибель и наказание,
а, напротив, имеет значение Божьего благословения. В иконе
«Благословенно воинство» поток проходит сквозь бассейн
меньшего размера, рядом с которым стоит такой же, но совер-
шенно пустой. Таким образом, из двух стоящих рядом малых
«давилен» поток прошел только сквозь один, оставляя второй
в стороне. В чем смысл данного символа? Два малых бассей-
на, можно думать, символизируют либо православие и като-
личество, либо, что менее вероятно, Константинополь и Мо-
скву. Первая атрибуция предпочтительнее, поскольку основа
сюжета иконы — шествие святого и, соответственно, православ-
ного воинства. Как видим, совмещение двух сюжетов — похо-
да императора Константина и шествия к граду небесному —
и стало иконографической основой для иконы «Благословен-
но воинство». Подчеркнем, что ни тот, ни другой источник
иконы «Благословенно воинство» не бытовал в России. Если
относительно сюжета «Поход Константина против Максен-
ция» в изводе, представленном в росписях церкви св. Креста
в Пэтрэуц, можно предположить существование аналогичной
традиции в России XVI в., то уникальность греческой иконы
«Аллегория небесного Иерусалима», на наш взгляд, не требует
доказательств. Эта икона написана под явным и значитель-
ным воздействием итальянского кватроченто, ее отдельные
сцены (например, шествие грешников) приближаются к ма-
нере светской живописи Италии XV в.40 Перед нами результат
смелого эксперимента, и предполагать тут какую-либо тради-
цию, включающую копии, подражания и варианты, едва ли
возможно. Таким образом, получается, что автор написанной
в Москве иконы «Благословенно воинство небесного царя»
в качестве источников пользовался фреской из Молдавии и
иконой с о. Корфу. Однако на русской иконе присутствуют до-
полнительные по сравнению с образцами персонажи, и в этом
40Ср.: Icons Itinerant: Corfu, 14th—18th century. P. 155.
39
Глава 1
важное отличие данного памятника, встроенного в систему
идеологии царства.
Еще И. А. Кочетковым отвергнута идентификация знаме-
носца перед войском в среднем ряду как Ивана Грозного.
Основанием для такого скепсиса послужила отмеченная в рус-
ской военной практике XVI—XVII вв. особенность — знаме-
носцами назначали исключительно незнатных лиц. Вполне
вероятно, что царь в реальности никогда не нес знамя впере-
ди войска, но на иконе два важнейших символа, фигура царя
и воинское знамя, вполне могли быть совмещены без всякого
урона для царской чести. Однако главный аргумент в пользу
отождествления знаменосца в среднем ряду с Иваном Гроз-
ным другой. Каргер обратил внимание, что над знаменосцем
три ангела держат корону, причем значительно большую, не-
жели те венцы, которые несут воинам другие ангелы. Благо-
даря короне фигура юного знаменосца существенно выделяет-
ся, поэтому вполне естественно отождествить коронованного
знаменосца с царем, т. е. Иваном Грозным. Кочетков предпо-
ложил, что корону ангелы несут следующему всаднику — фи-
гуре в царском облачении с крестом в руках, а над юным зна-
меносцем они лишь случайно задержались. Предложенное
объяснение при всей его неаргументированности было приня-
то большинством исследователей, которые либо видят царя
в центральном персонаже с крестом в руках,41 либо утвер-
ждают, что царя на иконе нет и не может быть (В. М. Сорока-
тый). Представляется, что прав был Каргер, отождествивший
с Иваном Грозным увенчанного царским венцом знаменосца
в среднем ряду.42
На иконе изображен и другой знаменосец, который ведет
отряд в нижней части иконы. Следом за ним скачет всадник,
41 Богатырев С. Н. Царская власть в 1550-е годы. Преемственность или
новации? // Репрезентация власти в посольском церемониале и дипломати-
ческий диалог в XV—первой трети XVIII века: Тезисы докл. междунар.
науч. конф. М.» 2006. С. 17—20.
42 Этому предположению не противоречит единственная сохранившаяся
до наших дней часть «доспеха» Ивана Грозного — его шлем, изготовленный
в 1547 г. (ныне хранится в Королевской оружейной палате в Стокгольме,
см.: Бобринский А. А. Шлем Ивана Грозного // Записки Русского археоло-
гического общества. Новая серия. СПб., 1898. Т. 10. Вып. 1—2. С. 316—
325; Вера и власть: Эпоха Ивана Грозного. М., 2007. С. 62) — того же типа,
что и у знаменосца на иконе, стрельчатый, с высоким шпилем.
40
Памятники идеологии царства середины XVI в.
которого все исследователи определяют как Георгия Победо-
носца. Знаменосца перед ним Д. В. Айналов без аргумента-
ции отождествлял с Дмитрием Донским, В. И. Антонова —
с Александром Невским. Совершенно очевидно, что оба ото-
ждествления неверны. Всадник юн и безбород — следовательно,
он не может быть Дмитрием Донским, к тому же, изображен-
ный без нимба, он не может быть и Александром Невским.
Второй знаменосец очень похож на первого, но в других ла-
тах. Видимо, это все же не один человек, изображенный два-
жды. Обратим внимание на фигуры Богоматери с младенцем.
Сидящие на троне в горнем Иерусалиме, они раздают ангелам
венцы, которые те несут воинам. Характерно, что на иконе
Богоматерь и младенец протягивают ангелу два венца, а ангел
принимает их прикровенными руками. Остальные ангелы не-
сут венцы обыкновенно, не прикрыв рук. Подчеркнем, что на
иконе святое воинство возглавляют два юных знаменосца,
один из которых Иван Грозный. Богоматерь и младенец Хри-
стос вручают ангелу два венца. Логично предположить, что
они предназначаются для знаменосцев.
Для ответа на вопрос, кем может быть второй знаменосец,
обратимся к событиям середины XVI в. В 1552 г. была взята
Казань. Кроме самого царя, в походе участвовал его двоюрод-
ный брат Владимир Андреевич Старицкий. Другой ближай-
ший родственник, брат царя Юрий Васильевич, оставался
в Москве. Митрополит Макарий в своем послании царю под
Казань от 13 июля 1552 г. писал: «...молим... о многолетнем
ти телесном здравии и о душевном спасении великаго твоего
благородства и о твоей благородной и христолюбивой царицы
великой княгини Анастасии, такоже и о твоей братии князе
Георгии Васильевиче и княгине его и князе Владимере Онд-
реевиче, чтобы, государь, Бог умножил лета живота вашего и
даровал бы вам сыны наследники царьствия вашего».43 Отме-
тим, что в своем послании в качестве потенциальных наслед-
ников престола митрополит рассматривает царя, его брата и
кузена, а также их детей. Возможно, сам Иван Грозный так
и не считал. Нам важно определить мнение, бытовавшее в той
среде, где была создана икона «Благословенно воинство»,
а это скорее окружение митрополита (ведь икона предназна-
43АИ. Т. 1. С. 291.
41
Глава 1
чалась для кафедрального Успенского собора), чем царя. При
встрече в Москве возвращающегося после взятия Казани вой-
ска митрополит Макарий обратился к царю с приветственной
речью, которая в Летописце начала царства приведена так:
«Здравьствуй, государь нашь благочестивый царю, и с своею
царицею великою княгинею Анастасиею, и с своим Богом да-
рованным сыном царевичем Димитрием, и с своею братиею
князем Юрием Васильевичем и князем Володимером Андрее-
вичем, и с своими боляры...».44 В 1553 г., во время болезни
Ивана Грозного, как известно, некоторые его приближенные
в качестве наследника рассматривали не царского сына Дмит-
рия, а Владимира Старицкого, что положило начало проти-
воречиям между двоюродными братьями. В том же 1553 г.
умер царевич Дмитрий, и государство осталось без наследни-
ка. В этой ситуации упрочилось положение Юрия Василье-
вича, родного брата царя, который, по свидетельству Курбско-
го, был умственно неполноценен и не мог рассматриваться
в качестве реального наследника. Это подтверждается тем
обстоятельством, что удел Юрия Васильевича, которому отец
завещал в качестве такового Углич, по наблюдению В. Д. На-
зарова, существовал всего около года — с лета-осени 1547 г.
до весны-осени 1548 г.45 Ликвидация удела царского брата,
при том, что существовал удел старицкого князя, демонстри-
рует политическую незначительность фигуры Юрия Василье-
вича. Однако номинальным наследником он вполне мог счи-
таться. После рождения у царя наследника в 1554 г. с Влади-
мира Старицкого была взята крестоцеловальная запись (в мае
1554 г.), по которой он в случае смерти царя назначался опе-
куном царевича, а если умрет последний, то должен был под-
чиниться царице Анастасии Романовне и Юрию Васильеви-
чу.46 В крупной церковно-политической акции того времени,
принесении в Москву чудотворной иконы Николы Велико-
рецкого, принимали участие и царь, и его брат. В 1555 г. свя-
44ПСРЛ. Т. 13. С. 227.
45Так, указная грамота в Углич от 11 октября 1548 г. написана уже
от царского имени (Назаров В. Д. Из истории центральных государственных
учреждений России середины XVI века (К методике изучения вопроса) //
История СССР. 1976. № 3. С. 89—90).
46СГГД. М.» 1813. Ч. 1. С. 467.
42
Памятники идеологии царства середины XVI в.
щенники и «лутчие люди земские» из Вятки поведали царю,
что чудотворный местночтимый образ Николы Великорецко-
го нуждается в реставрации: «от многа лет не поделывай».47
Жители Вятки били челом Ивану Грозному, чтобы государь
велел чудотворную икону обновить. Перенесение иконы Ни-
колы Великорецкого в Москву было обставлено торжествен-
но. Икону доставляли по воде «в судех». Юрий Васильевич
встречал чудотворный образ у Николо-Угрешского монасты-
ря, сам Иван Грозный — у Симонова монастыря, а митропо-
лит Макарий — в Китай-городе.48 В процессе перенесения
иконы в Москву случались от нее чудеса исцеления, то же
продолжилось и в столице.49 В память об этом один из приде-
лов заложенного вскоре собора Покрова на Рву был посвящен
Николе Великорецкому. Когда строительство деревянного
придельного храма было завершено, на его освящении при-
сутствовали Иван Грозный и Юрий Васильевич.50 В грамоте
митрополита Макария в Новгород от 27 февраля 1557 г., по-
священной организации молебнов по случаю голода, провоз-
глашается многолетие Ивану Грозному и Георгию Василье-
вичу с семьями. Митрополит Макарий призывал новгородцев
молить «о многолетном здравии благочестиваго царя госу-
даря и великаго князя Ивана Васильевича всея Руси само-
держьца и о его благочестивой и христолюбивой царице вели-
кой княине Анастасеи и о богодарованных чадех, благоверном
царевиче Иванне и о благоверной царевне Евдокеи, и о его
брате Георгии Васильевиче и княине его, чтоб Господь Бог
умножил лет живота их и впред бы им послал чадородие,
сыны и наследники царствию их, здравы и многолетны».51
47ПСРЛ. Т. 13. С. 254.
48Там же.
49 С иконы снимались копии, наиболее ранняя датированная из которых
написана сольвычегодским иконописцем Андреем Васильевым и относится
к 1558 г. (Белов С. П. Икона «Никола Великорецкий» 1558 г. из Сольвыче-
годска // Памятники культуры. Новые открытия. 1987. М., 1988. С. 202—
206. См. также: Нечаева Т. Н. Иконография Великорецкого образа святите-
ля Николая чудотворца в русской иконописи XVI в. // «Правило веры и
образ кротости...»: Образ святителя Николая, архиепископа Мирликийско-
го, в византийской и славянской агиографии, гимнографии, иконографии.
М., 2004. С. 439—455).
50ПСРЛ. Т. 13. С. 255.
51ДАИ. СПб., 1846. Т. 1. № 221. С. 369—370.
43
Глава 1
Как видим, в середине—второй половине 50-х гг. XVI в.
Юрий Васильевич особенно активно участвовал в обществен-
ной жизни наряду со своим царственным братом. Полагаем,
что в это время и могла быть написана икона «Благословенно
воинство», на которой вторым предводителем воинства пред-
ставлен Юрий Васильевич, изображенный перед своим свя-
тым покровителем Георгием Победоносцем. Правда, нельзя
исключать и вероятности того, что второй всадник является
Владимиром Старицким. На это косвенно указывают сюжет-
ные переклички иконы и послания под Казань митрополита
Макария, адресатами которого были Иван Грозный и Влади-
мир Старицкий. В связи с восприятием образа юного царя и
его брата (или кузена) как предводителей христианского во-
инства обратим внимание на пророчество Кирилла Новоезер-
ского, изложенное в первой редакции его Жития. Сам святой
скончался в 1532 г, но его Житие было составлено только
полвека спустя — вскоре после 1581 г. В нем повествуется
о необычном видении святому перед смертью, о котором он
поведал монастырской братии: «Абие видех на престоле вы-
соце седящу Господу царю и с ним предстоящы два отрока
смирение, храбра зело, имуще на главах своих венца царска.
И вда им Господь в руку их оружия своя на сопротивныя
враги, и побеждени будут злии варвари, и поклонятся Ему
вси языцы, и будет царство наше устроено Богом».52 Вполне
возможно, что здесь подразумевается икона «Благословенно
воинство». Правда, Кирилл Новоезерский ее не мог иметь
в виду, так как к моменту смерти святого икона не была на-
писана. Кирилл мог рассказать о пророчестве, суть которого
была в том, что русскому царству покорятся все его враги.
При составлении Жития пророчество, возможно, литературно
обработали, связав его с несомненно широко известной ико-
ной «Благословенно воинство».53 Для нас в данном случае
52Карбасова Т. Б. О пророчестве преподобного Кирилла Новоезерского //
Опыты по источниковедению. Древнерусская книжность: редактор и текст.
СПб., 2000. Вып. 3. С. 93—94. За указание на эту параллель иконе «Благо-
словенно воинство» благодарю Т. Б. Карбасову.
53В конце XVII в. архимандрит Новоспасского монастыря Игнатий Рим-
ский-Корсаков видел в двух юных царях из пророчества Кирилла Новоезер-
ского указание на Ивана и Петра Алексеевичей (Слово благочестивому и
христолюбивому российскому воинству..., собранное смиренным Игнатием
44
Памятники идеологии царства середины XVI в.
важно, что основная идея иконы воспринималась современ-
никами следующим образом: войско, ведомое двумя юноша-
ми в царских венцах. В целом же, по нашему мнению, икона
«Благословенно воинство» отражает реалии первой полови-
ны—середины 50-х гг. XVI в. и представляет зрителю кон-
цепцию своеобразного династического дуумвирата — Иван
Грозный и его брат Юрий (или кузен — Владимир Стариц-
кий) во главе святого воинства. Этим же временем датируется
фреска дьяконника кремлевского Архангельского собора, на
которой, согласно атрибуции Е. С. Сизова, изображено проща-
ние умирающего Василия III с женой и обоими сыновьями.54
Для понимания смысла иконы «Благословенно воинство»
важна происходящая из Чудова монастыря икона «Церковь
воинствующая» (ныне — в Музеях Московского Кремля,
инв. Ж-106555), чрезвычайно близкая к ней по сюжету, но
значительно меньшая по размеру. Ее датируют как серединой
XVI в.,56 так и концом этого столетия,57 допуская, что она
является копией иконы «Благословенно воинство» или ей по-
добной. Рассматривать эту икону как копию более ранней, на
наш взгляд, неверно. В ней сочетается примитивизм в изобра-
иеромонахом Спаса Новаго монастыря архимандритом от божественных пи-
саний и от царственных летописцев // Памятники общественно-политиче-
ской мысли в России конца XVII века. Литературные панегирики / Подгот.
текста, предисл. и коммент. А. П. Богданова. М., 1983. С. 167). Впрочем,
в то время исторические аналогии дуумвирату Ивана и Петра встречаются и
в произведениях других авторов. Так, на гравюре «Конклюзия Обидовско-
го» (1691 г.) украинский гравер И. Щирский поместил изображения царей
Ивана и Петра, а над ними в картушах — Бориса и Глеба, византийских
императоров братьев Василия и Константина, Аркадия и Георгия (Алексее-
ва М. А. Гравер Тарасевич в Москве в 1689 году // Панорама искусств.
М., 1990. Вып. 13 (Сб. статей и публикаций). С. 254).
54 Сизов Е. С. Датировка росписи Архангельского собора Московского Крем-
ля и историческая основа некоторых ее сюжетов // Древнерусское искусст-
во. XVII век. М., 1964. С. 170.
55Иногда ее называют «Благословенно воинство небесного царя». Оба на-
звания применительно к данной иконе условны, поэтому для того, чтобы
отличать ее от рассмотренной выше иконы, представляется разумным вер-
нуться к ее первоначальному наименованию в исследовательской литера-
туре — «Церковь воинствующая».
56Вера и власть... С. 158.
57Антонова В. И., Мнева Н. Е. Государственная Третьяковская галерея.
Каталог древнерусской живописи... С. 130.
45
Глава 1
жении и расположении фигур с уверенным владением техни-
кой иконного дела. Такое сочетание не характерно для копий,
оно свидетельствует о воплощении оригинального замысла.
Полагаем, что датировать эту икону следует примерно тем же
временем, что и «Благословенно воинство», т. е. 50-ми гг.
XVI в. Основания для этого следующие. Фигура центрального
всадника с нимбом, над которым ангел держит корону, повто-
ряет увенчанного короной знаменосца на иконе «Благословен-
но воинство». По нашему мнению, это также Иван Грозный.
Существенно, что в обоих случаях царь изображен без боро-
ды. Если мы обратимся к иконографии Ивана Грозного, то уви-
дим, что безбородым он изображался только в 40—50-х гг.
Так, на нижнем клейме иконы Тихвинской Богоматери из Бла-
говещенского собора, которая упоминается в деяниях Стогла-
вого собора 1550 г., царь безбородый. На миниатюрах Лице-
вого свода борода у Ивана Грозного появляется лишь с 1558 г.58
На фреске Успенского собора в Свияжске (1561 г.) Иван Гроз-
ный изображен уже с бородой.59 На иконах же «Благословен-
но воинство» и «Церковь воинствующая» царь без бороды,
что позволяет датировать их 50-ми гг. XVI в. Важно, что на
иконе «Церковь воинствующая» второго предводителя воин-
ства нет. Еще одно существенное отличие этой иконы состоит
в том, что верхний ряд святых воинов составляют исключи-
58Правда, над одной из миниатюр 1551 г. есть редакторская помета:
«Царя писат тут надобет стара» (ПСРЛ. Т. 13. С. 463, примеч. 1), но Иван
Грозный на ней и последующих изображен безбородым.
59Сарабъянов В. Д. Символико-аллегорические иконы Благовещенского
собора и их влияние на искусство XVI века // Благовещенский собор Мос-
ковского Кремля: Материалы и исследования. М., 1999. С. 198. По предпо-
ложению А. С. Преображенского, в записи на стене собора, повествующей
о времени появления в нем росписей, первоначально читалось имя патриар-
ха Игнатия, что позволяет отнести росписи к рубежу XVI—XVII в. (Преоб-
раженский А. С. К вопросу о датировке росписей собора Успенского мона-
стыря в Свияжске // Свияжские чтения. Свияжск, 2009. Вып. 1. С. 30—
42). Однако в изображенном без белого клобука митрополите следует при-
знать Макария, а это значит, что либо росписи датируются временем его
святительства, либо они скопированы с соответствующего образца. Отметим,
что аналогичное изображение присутствует на сольвычегодской иконе «Да
молчит всяка плоть» (Кондаков Н. П. Лицевой иконописный подлинник.
Иконография Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. СПб., 1905. Т. 1.
Ил. 33), что по справедливому мнению В. Д. Сарабьянова указывает на суще-
ствование такой же кремлевской иконы грозненского времени (см. ниже).
46
Памятники идеологии царства середины XVI в.
тельно цари и князья — они либо в коронах, либо в княже-
ских шапках (по сохранившимся надписям атрибутируются
Давид и Соломон, а исходя из данных иконографии — князья
Владимир, Борис и Глеб). Замыкает эту процессию император
Константин. Соответствующая надпись над ним признается
поздней, но иконография с несомненностью указывает на
Константина — в царском облачении с крестом в руке. Осо-
бенности исполнения иконы «Церковь воинствующая» позво-
ляют предположить, что здесь мы имеем своеобразный эскиз
другого варианта иконы «Благословенно воинство», возмож-
но, отразивший изменившуюся во второй половине 50-х гг.
династическую концепцию. Иван Грозный выступает как еди-
нодержец, благословляемый святыми правителями библей-
ской древности и русской истории. Была ли исполнена пред-
полагавшаяся икона — неизвестно, но исключать этого нель-
зя. В нашем распоряжении есть сведения об аналогичной
иконе, которая не сохранилась — «Соединение церкви земной
с церковью небесной» из собрания московского единоверче-
ского монастыря.60 Кроме того, элементы иконографии иконы
«Благословенно воинство небесного царя» обнаружены иссле-
дователями в двух иконах «Страшный суд» — из Стокгольм-
ского национального музея и из Воскресенского собора в Ту-
таеве.61 В иконе «Церковь воинствующая» особенно явно
представлена апокалиптическая тематика. Представляется
важным, что возглавляющий воинство юный царь вместо
шлема увенчан монашеским клобуком.62 Обратим внимание и
на то обстоятельство, что икона «Церковь воинствующая»
происходит из Чудова монастыря. Как будет показано ниже,
удалившийся в Чудов монастырь на покой митрополит Афа-
60В этот монастырь, по сообщению старожилов, были перенесены иконы
из церкви св. Анастасии, построенной Грозным в 50-е гг. XVI в. в честь свя-
той покровительницы своей жены (Синицын П. В. Никольский единовер-
ческий мужской монастырь в Москве, что в Преображенском. М., 1896.
С. 11).
61 Наиболее подробно об этих иконах написал В. М. Сорокатый (Икона
«Благословенно воинство небесного царя»... С. 407—411). Стокгольмской
иконе отдельное исследование посвятил А. Б. Конотоп (Композиция «Шест-
вие к небесному Иерусалиму» на иконе «Страшный суд» из Национального
музея Швеции (источниковедческие проблемы): Автореф. дис. ... канд. ист.
наук. М., 2007).
62Вера и власть... С. 158.
47
Глава 1
насий взял с собой черновик Степенной книги. Афанасий
известен и как иконописец — он участвовал в поновлении
образов Николы Великорецкого и Владимирской Богоматери.
В. В. Морозов предполагал, что Афанасий является автором
иконы «Благословенно воинство небесного царя».63 Это едва
ли так. Названную икону писал опытный, высококвалифи-
цированный иконописец, для которого работа в области изо-
бразительного искусства является основной. Можно выска-
зать другое предположение: не Афанасию ли принадлежит
эскиз программной иконы, который мы называем «Церковь
воинствующая» и который, уходя на покой в Чудов мона-
стырь, Афанасий мог взять с собой? Отметим, что в верхнем
регистре иконы изображены святые правители, что сближает
ее с главным детищем Афанасия — Степенной книгой.
К иконам «Благословенно воинство» и «Церковь воинст-
вующая» оказываются близки три знамени, из которых опуб-
ликовано в настоящее время только одно — так называемый
Великий стяг 1560 г. В основу изображенной на нем компо-
зиции положен текст Апокалипсиса, приведенный тут же:
«Видение Иоана Богослова. И видех небо отверсто, и се конь
серен, и седя на нем нарицаем верен и истинен и вправду су-
дит и брани сотворит, очи же ему еста яко пла[...] и оболчен
в ризы белы очервлены кровию, нарицается имя Его Слово
Божие, имает на ризе и на стегне Своем имя написано „Царь
царем и Господь господем“. И воинство небесное идяху вслед
Его на конех сереных, и оболчены в висон бел и чист. Из уст
Его изыде оружие остро, да тем иже оружием избиени седя-
щаго на кони, и изшедшим изо уст Его видех ангела, стояща
на солнце, и возопи гласом великим ко всем птицам, парящим
посреди небеси: „Приидете вси на вечерю Божию да снесте
плоти...“».64 В центре композиции золотом написан Христос
в короне на серебряном коне, окруженный серафимами и хе-
рувимами. Подобное изображение присутствует в традиции
лицевых Апокалипсисов.65 Отметим, что в лицевых Апока-
63Морозов В. В, Икона «Благословенно воинство небесного царя» как па-
мятник публицистики XVI века // Государственные музеи Московского
Кремля: Материалы и исследования. М., 1984. Вып. 4. С. 17—31.
64Вера и власть... С. 160, 161.
65См., напр., один из ранних списков лицевого Апокалипсиса: РГБ, ф. 98
(собр. Е. Е. Егорова) 27, л. 95, 97.
48
Памятники идеологии царства середины XVI в.
липсисах, влияние западноевропейской гравюры на миниа-
тюры которых отмечал еще Ф. И. Буслаев,66 встречается так-
же упомянутое выше изображение «давильни» с истекающим
из нее потоком крови.67 Эта давильня по рисунку чрезвычай-
но близка к изображению источника на иконах «Аллегория
небесного Иерусалима», «Благословенно воинство» и «Цер-
ковь воинствующая». На Великом стяге за Христом следуют
святые в белых одеждах, на серебряных же конях. Всю эту
кавалькаду возглавляет архангел Михаил на крылатом коне.
Как видим, иконографических перекличек с рассмотренными
выше иконами довольно много. Кроме того, как отметила
Н. В. Квливидзе, на иконе «Церковь воинствующая» архан-
гел Михаил изображен в виде огненного ангела из Апокалип-
сиса.68 Два других знамени также обнаруживают близость
к рассматриваемым памятникам. В описи царской оружей-
ной казны 1687 г. встречаем следующее описание: «знамя, на
нем писано по миткалям видение Костянтина. Во облацы на-
писан Спасов образ, да в том же облацы крест Господень.
Царь Костянтин на коне с воинством».69 Другое знамя, также
хранившееся во второй половине XVII в. в царской оружей-
ной казне70 и относимое исследователями к XVI в., было вы-
везено из Польши в Россию в XIX в. На нем на обеих сторонах
изображен князь Владимир Киевский в сопровождении свя-
тых воинов, подъезжающий к крепостным воротам, над кото-
рыми изображен крест.71 Обратим внимание, что и в иконах,
66 Свод изображений из лицевых Апокалипсисов по русским рукописям
с XVI-ro века по XIX-ый / Сост. Ф. Буслаев. М., 1884. С. 54—56.
67РГБ, ф. 98 (собр. Е. Е. Егорова) 27, л. 72.
ьъКвливидзе Н. В. Икона «Благословенно воинство небесного царя» и ее
литературные параллели. С. 53. Апокалиптическая тематика присутствует
во многих памятниках середины XVI в. См., напр.: Флайер М. К семиотиче-
скому анализу Золотой палаты Московского Кремля // Древнерусское искус-
ство. Русское искусство позднего Средневековья. XVI век. СПб., 2003.
С. 185.
69Древности Российского государства, изданные по высочайшему повеле-
нию. М., 1853. Отделение 3. Броня, оружие, кареты и конская сбруя. С. 2.
70В описи 1687 г. написано: «Знамя, на нем шито: великий князь Влади-
мер да благоверный князь Борис и Глеб на конях» (Цит. по: Древности Рос-
сийского государства... Отделение 3. С. 2).
71 Древности Российского государства. Б. м., б. г. Отделение 3. № 1—2;
Петров Н. И. Древние изображения св. Владимира // Владимирский сбор-
49
Глава 1
и на знаменах встречаются варианты сюжета с видением царя
Константина, в которых фигурируют деятели древнерусской
истории.72 Отмеченная особенность представляется принци-
пиальной для понимания того, каким образом происходило
формирование идеологии царства в середине XVI в. Заимст-
вуемые образцы и схемы наполнялись новым содержанием,
материал для которого черпался из отечественной истории.
Еще один памятник середины XVI в., имеющий явное
отношение к идеологии царства, — это собор Покрова на Рву,
который позднее стали называть собором Василия Блаженно-
го (по одному из приделов). Описанием его освящения факти-
чески завершается текст Степенной книги, далее помещены
два малозначительных рассказа о военных конфликтах с крым-
скими татарами.73 Начальная точка строительства собора —
1555 г., окончательно завершен он был в 1561 г. Как отмечают
исследователи, новый собор олицетворял собой Иерусалим,
именно здесь был конечный пункт крестного хода в Неделю
Ваий — возрожденного при Иване Грозном древнего обычая
императорской Византии.74 В Вербное воскресение крестный
ник: В память девятисотлетия крещения России. Киев, 1888. С. 17—18.
Традиция изображать на знаменах поход Константина против Максенция
повлияла на искусство украшения русских знамен XVII—XVIII вв. (Вилин-
бахов Г, В. Легенда о «знамении Константину» в символике русских знамен
XVII—XVIII веков // Труды Государственного Эрмитажа. Л., 1983. Т. 23.
Из истории русской культуры. С. 29—41). Вполне возможно, что рассмат-
риваемое знамя также относится к XVII в., но в любом случае оно отражает
традицию, идущую из грозненской эпохи.
72Вообще, тема похода императора Константина на Максенция была
весьма популярна в России середины XVI в. Это понимали исследователи
еще в XIX в. Так, А. Б. Лакиер подобным образом истолковывал тогдашний
государственный герб — государя на коне, поражающего копьем дракона
(змея) (Лакиер А. Б. Русская геральдика. М., 1990. С. 144).
73М. Б. Плюханова назвала собор Василия Блаженного архитектурным
аналогом Степенной книги (Плюханова М. Б. Сюжеты и символы Москов-
ского царства. СПб., 1995. С. 47).
™Флайер М. С. Церковь Покрова на Рву и архитектоника московских
средневековых ритуалов // Сакральная топография средневекового города.
Известия Института христианской культуры Средневековья. М., 1998. Т. 1.
С. 42. О происхождении этого ритуала см.: Кореневский A. Officium stra-
toris и «шествие на осляти»: к вопросу о сопоставимости религиозно-поли-
тических доктрин западноевропейского и русского Средневековья // Ab Impe-
rio. Теория и история национальностей и национализма в постсоветском
пространстве. 2002. № 1. С. 191—203.
50
Памятники идеологии царства середины XVI в.
ход направлялся из Кремля во Входоиерусалимский придел
собора Покрова на Рву, во главе процессии шествовал митро-
полит на коне, ведомом царем. Конь заменял здесь осла, а мит-
рополит символизировал вступающего в Иерусалим Христа.
Этот важнейший в глазах подданных акт сакрализации цар-
ской власти выносился за пределы Кремля, вследствие чего
строительство собора Покрова на Рву рассматривается как
расширение сакрального пространства Кремля.75 Необычен и
внешний вид храма. Впоследствии собор был обнесен крытой
галереей и стал восприниматься как единое здание. Исследо-
вания реставраторов показывают, что его первоначальный
вид был другим. На Красной площади на едином основании
было построено девять столпообразных отдельно стоящих
храмов. Таким образом, это был уже не столько единый храм,
сколько архитектурный ансамбль, символическое изображе-
ние Иерусалима. По предположению И. Л. Бусевой-Давыдо-
вой, собор, представляющий в плане квадрат, внутри которого
пять центральных храмов образуют крест, должен был вызы-
вать ассоциации с Иерусалимом, поскольку он в Средневе-
ковье изображался также квадратным, с перекрестьем глав-
ных улиц.76 Именно так (квадрат с крестом внутри) изобра-
жен небесный Иерусалим на вышеупомянутой греческой ико-
не «Аллегория небесного Иерусалима». Кроме того, группы
святых, стоящие в стенах Иерусалима, на греческой иконе
точно соответствуют расположению приделов собора Василия
Блаженного. Это совпадение едва ли случайно. Скорее сле-
дует рассматривать оба памятника, икону «Благословенно во-
инство» и собор Покрова на Рву, как близкие по своему про-
исхождению попытки выразить идею Иерусалима в идеоло-
гии царства в России середины XVI в.
Каковы источники столь необычной архитектурной идеи
собора Покрова на Рву? Традиционно исследователи ставят
вопрос о происхождении мастеров. После того, как была аргу-
75Баталов А. Л., Вятчанина Т. Н. Об идейном значении и интерпрета-
ции иерусалимского образца в русской архитектуре XVI—XVII вв. // Архи-
тектурное наследство. Т. 36. Русская архитектура. М., 1988. С. 83;
Флайер М. С. Церковь Покрова на Рву и архитектоника московских средне-
вековых ритуалов. С. 40.
76Бусева-Давыдова И, Л. Об изменении облика и названия собора Покро-
ва на Рву // Архитектурное наследие Москвы. М., 1988. С. 42.
51
Глава 1
ментированно отведена недостоверная легенда XVII в. о псков-
ских зодчих Барме и Постнике, поиски сосредоточились на
иностранных, в частности западноевропейских, источниках,
отразившихся в архитектуре собора. Так, отмечены влияния
итальянского ренессанса и немецкой готики, из чего делается
вывод о западноевропейском происхождении зодчих.77 При
этом конструктивные особенности уникального произведения
архитектуры оказываются не возводимы ни к какому образцу.
В связи с данным положением ценна отмеченная А. И. Не-
красовым связь Покровского собора и памятников румын-
ской архитектуры. Исследователь указал на румынское про-
исхождение звездчатого шатра центрального Покровского хра-
ма — архитектурной доминанты всего ансамбля.78 Эта черта
подчеркивает значение русско-молдавских культурных связей
середины XVI в. Именно молдавско-румынская традиция до-
несла до нас наиболее близкий по иконографии сюжет, поло-
женный в основу иконы «Благословенно воинство». В одной
из рукописей молдавского происхождения читается запись,
из которой следует, что Иван Грозный в 50-х гг. заказал
в Молдавии список Синтагмы Матфея Властаря.79 Это дока-
зывает знакомство царя с книжной культурой молдо-влахий-
ских земель. Более поздняя традиция донесла предание о строи-
тельстве Грозным в Молдавии монастыря.80 Если мы обра-
тимся к молдавской архитектуре того времени, то увидим
сходство ее форм с памятниками русского зодчества середины
11 Брунов Н. И, Храм Василия Блаженного в Москве. Покровский собор.
М., 1988. С. 120—131; Баталов А. Л. Судьбы ренессансной традиции в сред-
невековой культуре. Итальянские формы в русской архитектуре XVI века //
Искусство христианского мира: Сб. статей. М., 2001. Вып. 5. С. 138—139.
78Развивая эту идею, Н. И. Брунов писал, что «связи Москвы с Молда-
вией делают исторически возможным заимствование мастерами Покровско-
го собора звездообразной части центральной башни в архитектуре Молда-
вии. Такую форму имеют многие древние церкви Молдавии, очень напоми-
нающие в этом отношении Покровский собор» (Брунов Н. И. Храм Василия
Блаженного в Москве... С. 133). См. также: Ильин М.А. Русское шатровое
зодчество. Памятники середины XVI века. М., 1980. С. 73.
79Калужняцкий Е. Обзор славяно-русских памятников языка и письма,
находящихся в библиотеках и архивах львовских // Труды III археологиче-
ского съезда в Киеве. Киев, 1877. С. 258—259.
&0Яцимирский А. И. Благотворительность русских государей в Румынии
в XVI—XIX вв. // Русский вестник. Т. 261. 1899. Июнь. С. 606.
52
Памятники идеологии царства середины XVI в,
XVI в. Например, Успенский собор монастыря в Каприянах
имеет некоторые черты сходства с церковью Усекновения
главы Иоанна Предтечи в Дьякове — одним из важнейших
архитектурных сооружений середины XVI в. Молдавия была
страной православной культуры, и обращение к ее культур-
ным традициям неслучайно. В них приближенные Ивана Гроз-
ного могли искать источники для своего творчества по созда-
нию идеологии православного царства, но могли и восприни-
мать категории этой культуры с целью подчинить ее русскому
влиянию, что вполне согласуется с тенденцией представлять
русского царя как главу всего православного мира, которая,
как известно, родилась именно в середине XVI в.81
Следующий памятник середины XVI в., к которому нужно
обратиться, — это комплекс настенных росписей кремлевско-
го Архангельского собора. Формирование царского некрополя
имело большое значение для идеологии царства. Добиваясь
признания царского титула со стороны греческих иерархов,
Иван Грозный рассылал по кафедрам и монастырям право-
славного Востока так называемый Царский синодик — пере-
чень имен князей и княгинь из числа своих прямых предков
и ближайших родственников.82 Составлению этого документа
предшествовало оформление древнекняжеских некрополей
в старейших центрах Руси, особенности которого рассмотре-
ны ниже. При наличии провинциальных княжеских некро-
полей главным, разумеется, являлся некрополь кремлевского
Архангельского собора, где находятся захоронения москов-
ских князей и их ближайших родственников (так называе-
мых «удельных» князей). После пожара 1547 г., уничтожив-
шего прежние фрески, Архангельский собор был вновь распи-
сан. Т. Е. Самойлова предполагает, что автором концепции
81 Эта традиция обращения к молдавской иконографии сохранилась и
позднее. Н. В. Квливидзе в качестве ближайших аналогов для композиции
«Осада Константинополя» в росписях Новодевичьего монастыря 1598 г.
указывает памятники монументальной живописи XVI в. именно молдавско-
румынского происхождения (Квливидзе Н. В. Символические образы Мос-
ковского государства и иконографическая программа росписи собора Ново-
девичьего монастыря // Древнерусское искусство. Русское искусство позд-
него Средневековья. XVI век. СПб., 2003. С. 223—225).
32Каштанов С. М. Царский синодик // Россия и греческий мир в XVI ве-
ке. М., 2004. Т. 1. С. 388—398.
53
Глава 1
росписи Архангельского собора (или одним из авторов) был
сведущий в иконописи митрополит Афанасий — автор Сте-
пенной книги.83 Для нашей темы особенно важное значение
имеют изображения князей на столпах и по нижнему ярусу
стен. Дошедшие до нас росписи в большинстве своем относят-
ся к середине XVII в., хотя принято считать, что они повто-
ряют сюжеты предыдущих росписей, середины XVI в. В двух
случаях это можно утверждать совершенно определенно. В со-
боре ярославского Спасо-Преображенского монастыря сохра-
нились росписи 1563—1564 гг., содержащие портреты яро-
славских святых князей Василия и Константина. По своей
композиции эти портреты совпадают с изображениями Васи-
лия и Константина Ярославских на столпах Архангельского
собора. Кроме того, в тех немногих случаях, когда в Архан-
гельском соборе сохранились фрагменты живописи XVI в.,
контур фигур полностью соответствует композициям XVII в.
Однако настаивать на полной идентичности сохранившейся
живописи и росписей XVI в. не следует. Т. Е. Самойлова
справедливо полагает, что появление на столпе изображения
византийского императора Михаила Палеолога — черта
XVII в., когда соименный русскому царю Михаилу Федорови-
чу византийский император был вполне уместной фигурой
в царской усыпальнице. В источниках же XVI в. деятель-
ность Михаила Палеолога никак не выделяется. Весьма убе-
дительным представляется предположение Самойловой, что
изначально здесь был изображен Мануил Палеолог. Обратим
внимание на несколько странное дублирование фигуры Алек-
сандра Невского: один раз в монашеском облачении (как и
полагалось), а второй раз — в княжеских одеждах. Сомни-
тельно, чтобы в XVI в. появилось изображение князя Глеба
Андреевича Владимирского. Как показывают описания вла-
димирского княжеского некрополя, почитание Глеба Андрее-
вича сложилось к середине XVII в., до этого времени он по-
минался в ряду других владимирских князей.84 Таким обра-
33 Самойлова Т, Е. Княжеские портреты в росписи Архангельского собо-
ра Московского Кремля. Иконографическая программа XVI века. М., 2004.
С. 223—224. Отметим, что каких-либо доказательств в пользу этого предпо-
ложения исследовательница не привела.
84Впрочем, вопрос о церковном почитании Глеба Андреевича Владимир-
ского требует отдельного исследования.
Памятники идеологии царства середины XVI в.
зом, программа росписей Архангельского собора XVII в. не
идентична росписям XVI в., поэтому обращаться к этому
источнику нужно с известной осторожностью.
На столпах собора среди правителей в основном изображе-
ны древнерусские князья, исключение составляют св. Елена,
вышеупомянутый Михаил Палеолог, время появления которо-
го здесь неясно, и сербские князья из династии Неманичей —
Лазарь, Савва и Симеон. Как представляется, их включение
в программу росписей княжеской усыпальницы неслучайно.85
В сербской монументальной живописи XIV—XV вв. бытовала
композиция, изображающая сербский правящий дом — так
называемая «Лоза Неманичей». В ряде случаев (в росписях
храмов в Грачаницах, Дечанах, Матейче) эту композицию до-
полняет изображенная процессия князей из рода Неманичей
во главе с Симеоном и Саввой.86 Эта деталь является важной
и для понимания взглядов на генеалогию Рюриковичей в се-
редине XVI в. Обоснованием легитимности сербской династии
выступает святость ее отдельных представителей. Та же идея
относительно московских Рюриковичей — основной пункт
Степенной книги. Знаменательно, что в царской усыпальнице
присутствуют портреты святых из рода Неманичей. Это дока-
зывает, что московские идеологи середины XVI в. в своем
творчестве ориентировались на сербскую модель. Впрочем,
иначе и быть не могло. Русский царь был связан с сербским
правящим домом отдаленным свойством.87 В 50-е гг. контак-
ты правительства Ивана Грозного с сербским Хиландарским
монастырем на Афоне были особенно активны (эта тема более
подробно рассмотрена в гл. 3). Г. В. Попов отметил харак-
терную особенность: именно серединой XVI в. датируется ряд
русских копий с древних икон сербского письма.88 Таким
85Е. С. Сизов отметил, что с династией Неманичей родственными узами
были связаны Глинские и, соответственно, мать Ивана Грозного (Сизов Е. С.
Русские исторические деятели в росписи Архангельского собора и памятни-
ки письменности XVI в. // ТОДРЛ. М.; Л., 1966. Т. 22. С. 271).
86Самойлова Т. Е. Княжеские портреты... С. 130.
87 Тихомиров М. Н. Иван Грозный и Сербия // Тихомиров М. Н. Истори-
ческие связи России со славянскими странами и Византией. М., 1969.
С. 83—93.
88Попов Г. В. Три памятника южнославянской живописи XIV века и их
русские копии середины XVI века // Византия. Южные славяне и Древняя
Русь. Западная Европа. Искусство и культура: Сб. статей в честь В. Н. Ла-
зарева. М., 1973. С. 352—364.
55
Глава 1
образом, сербское влияние имело большое значение для рус-
ской культуры середины XVI в.
В связи с помещением княжеских портретов в систему рос-
писей кремлевских соборов (кроме Архангельского, изобра-
жения русских князей в середине XVI в. появились на стенах
придворного Благовещенского собора) уместно обратить вни-
мание на композицию «Великий вход» в Успенском соборе
Свияжского монастыря, которая датируется 1561 г. На ней
изображены Иван Грозный и митрополит Макарий, присутст-
вующие на богослужении и, соответственно, участвующие
в процессии святых и ангелов. Известна икона конца XVI в.
аналогичного сюжета, происходящая из Сольвычегодского
собора. По обоснованному предположению В. Д. Сарабьяно-
ва, иконы для своего собора Строгановы заказывали в Моск-
ве, и по преимуществу они представляют собой копии соот-
ветствующих икон или росписей кремлевских соборов.89 Сле-
довательно, велика вероятность, что изображение Ивана
Грозного как участника процессии «Великого входа» имело
место в одном из кремлевских соборов. Если это так, то сле-
дует признать первоначальность помещения этой композиции
именно в Кремле, а роспись в Свияжске рассматривать как
вторичную реплику. Участие в богослужении — прерогатива
византийских императоров, которой были лишены русские
князья.90 Изображение самого Ивана Грозного и его предков
в храмовых росписях утверждает иной взгляд на статус рус-
ского царя. Кроме того, как известно, чин Великого входа ге-
нетически связан с идеей Входа Господня в Иерусалим. Это
позволяет связать циклы княжеских портретов, а также изо-
бражение самого Ивана Грозного в храмовом монументаль-
ном искусстве 50-х гг. XVI в., с ритуальной процессией Верб-
ного воскресения, в которой царь принимал самое непосред-
ственное участие, и, соответственно, с сооружением собора
Покрова на Рву — конечного пункта этой процессии. Обратим
внимание и на святых, которые изображены наряду с древ-
нерусскими князьями на столпах Архангельского собора. Это
89 Сарабьянов В. Д. Символико-аллегорические иконы Благовещенского
собора и их влияние на искусство XVI века // Благовещенский собор Мос-
ковского Кремля: Материалы и исследования. М.» 1999. С. 164—217.
Самойлова Т. Е. Княжеские портреты... С. 84.
56
Памятники идеологии царства середины XVI в.
в большинстве своем святые воины: Георгий Победоносец,
Димитрий Солу некий, Феодор Тирон, Феодор и Андрей Стра-
тилаты, Артемий, Меркурий, Орест, Мардарий, Евстратий,
Евгений, Авксентий (последние пять святых поминаются
в один день — 26 (13) декабря) и др. Словом, перед нами свя-
тое воинство — возможно, те самые святые воины, которые
следуют за императором Константином на иконе «Благосло-
венно воинство».91 Характерно, что Константина среди изо-
браженных на столпах нет, хотя присутствует Елена (случай,
не типичный для древнерусской иконографии). Константин
представлен в композиции «Видение Константину креста» на
третьем ярусе северной стены. Этот сюжет, но в иной иконо-
графии, как указано выше, был одним из источников иконы
«Благословенно воинство». И все же странно, что император
Константин не обнаруживается среди изображенных на стол-
пах. Можно высказать осторожное предположение, что его
отсутствие — черта, появившаяся уже в XVII в. Пара крести-
телей Руси — Владимир и Ольга — расположены во втором
ярусе один против другого. Такого же расположения логично
ожидать и относительно пары крестителей Византии — Кон-
стантина и Елены, которые трактовались в качестве прообра-
за Владимира и Ольги. Напротив Елены, которая изображена
в четвертом ряду западной грани юго-восточного столпа,
во втором ряду на южной грани юго-восточного столпа сейчас
помещен портрет св. Трифона, и это его второе изображение,
91 На молдавской фреске святых, окружающих императора Константина,
А. Н. Грабар определил как Георгия Победоносца, Димитрия Солунского,
«двух Феодоров» (видимо, Феодора Стратилата и Феодора Тирона), Проко-
пия, Меркурия, Нестора, Артемия и Евстратия (Grabar A. Les croisades...
Р. 19). Знаменательно, что из перечисленного ряда в росписях Архангель-
ского собора представлены почти все святые, за исключением одного (Про-
копия). В русских памятниках эта кавалькада святых воинов встречается
на рельефах владимирского Дмитриевского собора (конец XII в.) (их атрибу-
цию см.: Гладкая М. С. Рельефы Дмитриевского собора во Владимире. Опыт
комплексного исследования. М., 2009. С. 144—161). Возможно, неслучаен
факт основания в Дмитриевском соборе в 50-е гг. XVI в. двух приделов
в честь покорения Казани (на это обстоятельство мое внимание обратила
М. С. Гладкая). Известно, что, отправляясь в казанский поход, Иван Гроз-
ный останавливался во Владимире. Он не мог не посетить придворный храм
своего знаменитого предка Всеволода III, известного победами над Волж-
ской Булгарией — предшественницей Казанского ханства.
57
Глава 1
так как есть еще одно — в четвертом ряду восточной грани
юго-западного столпа. Были ли подобные «дублеты» (о дваж-
ды изображенном Александре Невском сказано выше) прису-
щи первоначальной росписи? Есть основания в этом усом-
ниться. Возможно, портрет Константина, обветшавший к се-
редине XVII в., не был распознан иконописцами и заменен на
портрет Трифона. Подобное предположение, без сомнения,
нуждается в серьезной аргументации. Так или иначе, пола-
гаем, что портрет Константина в первоначальном варианте
росписей присутствовал.
В росписях Архангельского собора, таким образом, выяв-
ляется целый ряд параллелей с иконой «Благословенно воин-
ство». Едва ли следует истолковывать их как сознательное
включение в систему росписей сюжета этой иконы. Просле-
женные связи показывают идейное единство памятников
царской идеологии середины XVI в. Родство рассмотренных
памятников и культурной традиции других стран православ-
ного мира позволяет утверждать, что идеологи грозненского
времени в своем творчестве ориентировались на культуру гре-
ческую, молдо-влахийскую, сербскую. Можно думать, что та-
кая направленность не была изначальной или, по крайней
мере, единственной. Как известно, в росписях и иконном
письме конца 40-х гг. XVI в., производившихся под общим
руководством благовещенского священника Сильвестра, как
можно судить по сохранившейся четырехчастной иконе, при-
сутствовали черты западного влияния.92 Это повлекло ярост-
ные обвинения со стороны дьяка Ивана Висковатого и созыв
собора, на котором Сильвестру удалось оправдаться не без
труда. Обращение к культуре стран православного мира было
безопаснее, канонически безупречнее и к тому же преследо-
вало еще одну цель. В своем обращении к Ивану Грозному
в 1550 г. сербские монахи называли его «единым правым го-
сударем, белым царем восточным и северным странам и всем
православным христианам».93 Весьма вероятно, таким обра-
92См., напр.: Пуцко В. Г. «Четырехчастная» икона Благовещенского со-
бора и «латинские мудрования» в русской живописи XVI века // Благове-
щенский собор Московского Кремля. Материалы и исследования. М., 1999.
С. 218—235.
93Грамота проигумена Хиландарского монастыря Геннадия Ивану Гроз-
ному 1549/50 г. (Россия и греческий мир в XVI веке. Т. 1. С. 182). Ср. фор-
58
Памятники идеологии царства середины XVI в.
зом, существование в это время у Ивана Грозного стремления
представить себя светским главой всей православной ойкуме-
ны. В Сказании о Петре воеводе волоском, под которым име-
ется в виду молдавский воевода середины XVI в. Петр Рареш,
автор этого полемически заостренного трактата Иван Пере-
светов вкладывает в уста своего героя следующие знамена-
тельные слова: «Дай, Господи, умноженье веры крестьянской,
якоже преже сево была во умножение вера греческая, и мы
ею хвалились, а ныне за руское царство Бога молим и хва-
лимся...».94 Воспринимая греческие, сербские и молдавские
культурные традиции, московские идеологи создавали новую
модель государственной идеологии, по своей сути универсаль-
ную и пригодную для всего православного мира. В этой кон-
струкции не последнее место занимала Степенная книга.
Еще одно мероприятие середины XVI в., к которому, как
представляется, имела отношение Степенная книга, — это
кампания правительства Ивана Грозного по утверждению вос-
точными патриархами царского титула. Как известно, между
венчанием на царство и утвержденной грамотой прошло более
десяти лет (1547—1561 гг.), которые были заполнены дея-
тельным общением с восточнохристианскими кафедрами и
монастырями. В обмен на щедрые пожертвования вселенские
патриархи и афонские монастыри должны были возносить
поминальные молитвы за предков русского царя, для чего
был составлен Царский синодик, который включил в себя
имена предков Ивана Грозного — представителей рода Рюри-
ковичей и их жен начиная с Владимира Святого и заканчивая
Василием III и Еленой Глинской. Перед нами наиболее под-
робный свод имен Рюриковичей из всех существовавших
к этому времени, он насчитывает около 200 персоналий. Без
сомнения, составлению столь подробного перечня должна
была предшествовать серьезная работа.
мулировки в грамотах Ивану Грозному александрийского патриарха Иоаки-
ма 1559/60 г.: «...богохранимому господину, господину Иоанну, державно-
му и самодержавному православным повсюду...» (Там же. С. 259), Грамоте
константинопольского патриарха Иоасафа II 1560 г.: «...всея вселенныя пра-
вославным крестьяном царь» (Там же. С. 273).
94Сказание о Петре волоском воеводе, како писал похвалу благоверному
и великому князю Ивану Васильевичю всеа Русии // Сочинения И. Пересве-
това / Подгот. текст А. А. Зимин; под ред. Д. С. Лихачева. М.; Л., 1956.
С. 341—342.
59
Глава 1
В рукописных сборниках XVII—XVIII вв. дошли до нас
описания древних гробниц московского Архангельского со-
бора, Новгорода, Владимира, Твери, Пскова, Нижнего Новго-
рода и Рязани. В них подробно и обстоятельно описывается
расположение гробниц княжеского и епископского некропо-
ля этих городов. В. Л. Янин, впервые обратившийся к опи-
сям древних гробниц как источнику по истории древнерус-
ского некрополя, предположил, что начало традиции описей
следует относить к первой половине XVII в. и связывать
с инициативой патриарха Филарета. На такое предположение
исследователя натолкнула датировка обеих привлеченных им
описей новгородских гробниц этим временем. К тому же вто-
рая из них была составлена лицом, близким к Филарету, —
бывшим протопопом московского Успенского собора Макси-
мом по поручению царицы Евдокии Лукьяновны.95
Обратившись к материалу владимирских описей, можно
отодвинуть начало традиции составления описей по крайней
мере к середине XVI в. Пожалуй, наиболее многочисленными
являются владимирские описи, из чего можно заключить,
что княжеский и епископский некрополь Владимира описы-
вался наиболее часто. Это неудивительно, потому что по сво-
им размерам он превосходит все другие некрополи, кроме мо-
сковского. Княжеские захоронения во Владимире распола-
гаются в четырех храмах. Гробницы князей и епископов
находятся в кафедральном Успенском соборе, гробницы кня-
гинь — в женском Княгинином монастыре. В мужском Рож-
дественском монастыре кроме погребения Александра Нев-
ского числились и другие гробницы. Два захоронения, якобы
принадлежащие матери и брату Александра Невского, нахо-
дятся в Георгиевской церкви (в XVI—XVIII вв. — монастыр-
ской). Архимандрит Леонид (Кавелин) опубликовал опись
владимирских гробниц по рукописи Троице-Сергиева мона-
стыря середины XVII в., принадлежавшей (до 1663 г.) извест-
ному троицкому книжнику Симону Азарьину96 (ныне — РГБ,
9ЬЯнин В. Л. Некрополь Новгородского Софийского собора. Церковная
традиция и историческая критика. М., 1988. С. 217.
96 Из сборника Троице-Сергиевой Лавры XVII века за № 810 // Влади-
мирские епархиальные ведомости. 1885. № 4. Часть неофициальная. С. 106—
110.
60
Памятники идеологии царства середины XVI в.
ф. 304 (собр. Троице-Сергиева монастыря) 810). А. А. Шилов
в архивохранилищах Петербурга обнаружил несколько вла-
димирских описей, которые в рукописях содержатся в ком-
плексе с краткими выписками из Воскресенской летописи
о владимирской истории XII—XIII вв. и перечнем панихид
владимирским князьям и епископам. Шилов издал весь этот
комплекс, назвав его Летописцем владимирского Успенского
собора.97 Исследователь обратил внимание, что изданные им
описи гробниц отражают разные этапы в формировании вла-
димирского княжеского некрополя. Так, одна опись числит
гробницу князя Георгия Всеволодовича в Георгиевском при-
деле Успенского собора, а другая уже описывает мощи князя
в позолоченной раке в центре храма. Перенесение мощей
Георгия Всеволодовича состоялось 22 января 1645 г., следо-
вательно, одна опись отражает состояние некрополя до этой
даты, а другая — после. Нам удалось обнаружить еще не-
сколько описей владимирских гробниц, в том числе две опи-
си, составленные явно ранее обнаруженных архимандритом
Леонидом и А. А. Шиловым. Опись РНБ, ОЛДП 0.5, находя-
щаяся в сборнике 40-х гг. XVII в., во владимирском Рожде-
ственском монастыре кроме гробницы Александра Невского,
фиксируемой всеми описями без исключения, описывает
«в стене 3 гробницы, а памятухов им нет и писма, хто в них
опочивает» (л. 194 об.). Известно, что в 1930 г., когда уничто-
жали монастырский Рождественский собор, при разборке фун-
даментов на глубине трех метров были обнаружены четыре
каменных саркофага с останками.98 Вероятно, три из них и
описаны в описи ОЛДП 0.5. Поскольку гробницы были ано-
нимными, а по письменным источникам их атрибутировать
затруднительно, можно думать, что они были закопаны в зем-
лю и вновь обнаружены лишь при разрушении собора в совет-
ское время. Опись ОЛДП О.5 не упоминает о гробнице жены
Александра Невского Александры в Успенском соборе Княги-
97Шилов А. А, Описание рукописей, содержащих летописные тексты.
Вып. 1 Ц ЛЗАК. СПб., 1910. Вып. 22. С. 25, 35—68.
98Город Владимир конца XIX—первой половины XX в. в фотографиях
из собрания музея. Церковные интерьеры: Каталог / Сост. Т. П. Тимофеева,
Т. Е. Маркова (Владимиро-Суздальский историко-архитектурный и художе-
ственный музей-заповедник). Владимир, 2009. С. 36.
61
Глава 1
нина монастыря. Троицкая опись, опубликованная архиманд-
ритом Леонидом, сообщает об этой гробнице следующее: «в дру-
гом каменном же гробе подле ее лежат мощи неведомо чьи»
(л. 5). К тому же Троицкая опись не называет среди погребен-
ных в Княгинином монастыре имени Анны, второй жены Все-
волода III. Большинство описей числит ее в одном гробу
с останками первой жены князя Всеволода Юрьевича — кня-
гини Марии Шварновны. В Троицкой описи читаем: «да с нею
же, великою княгинею Марьею, лежат другие мощи невели-
ки, великой княгини Марии по плече» (л. 5 об.), однако
по имени княгиня не названа. В описи РГБ, ф. 98 (собр.
Е. Е. Егорова) 702, которая содержится в рукописи первой
трети XVII в., встречаем другое чтение: «А с великою княги-
нею Мариею Шварловною лежали в одном гробе другая мощи
невелики, великой княгине Марье Шварловне по плеча, а не-
ведомо чьи» (л. 225 об.). Следовательно, эти останки какое-то
время были ^атрибутированными. Итак, на разных этапах
существования древнерусского княжеского некрополя г. Вла-
димира отдельные ^атрибутированные гробницы либо полу-
чили атрибуцию (две гробницы Княгинина монастыря), либо
были убраны со всеобщего обозрения (три гробницы Рождест-
венского монастыря). Когда же созданы наиболее ранние
из владимирских описей? Обратим внимание на перечень па-
нихид владимирским князьям и епископам, который встреча-
ется в рукописях в комплексе с описями гробниц. Этот текст
начинается следующими словами: «По государеву указу царе-
ву и великаго князя Иоанна Васильевича всея Русии указу...».99
В перечне панихид указана княгиня Анна и не указана кня-
гиня Александра. Следовательно, он был составлен между
двумя этими атрибуциями. Ссылка на указ царя Ивана Ва-
сильевича позволяет датировать перечень панихид временем
1547—1584 гг. В пользу датировки ранних владимирских
гробниц XVI в. свидетельствует еще одна деталь. При описа-
нии гробниц Княгинина монастыря указывается, что гробни-
цы княгинь были в ветхом состоянии, и мощи княгинь при-
шлось перекладывать в новые гробы: «в приделе Рожества
"Доброхотов В. Памятники древности во Владимире Клязменском. Со-
боры кафедральный Успенский и бывший придворным великого князя Все-
волода Дмитриевский. М., 1849. С. 60.
62
Памятники идеологии царства середины XVI в.
Христова вшедши на правой стране вделан гроб в стене ка-
менной, а в нем лежит великая княгини Евдокия в теле, а в ко-
тором гробу лежала, тот гроб разсыпался, и ис того гроба под-
няли ея 4 старьцы и положили в новом гробе в древяном
совсем целу, а покров на ней во гробу камка рудожелта, а кру-
живо на ней шито золотом, а ожерелье у нея у сорочки три-
стяжное жемчюжное с камением да з дробницами, а дробницы
сребряны золочены» (Егор. 702, л. 224 об.), «августа в 23 день
обрели в другом пределе у Благовещения Пресвятыя Богоро-
дицы на правой стране вделан в стене гроб каменей, а в нем
лежит великая княгини Мария Ш[в]ар[н]овна. А выняли ея
из гроба три старьцы и положили ея в новом гробе древяном
совсем целу, а лежит в схиме. А тот старой гроб разсыпался»
(Егор. 702, л. 225—225 об.). Княгинин монастырь, основан-
ный в 1199 г.,100 в XVI в. назывался новым, из чего можно за-
ключить, что он долгое время был в запустении, и в XVI в.
его восстановили. Ныне существующий собор датируется на-
чалом XVI в., к этому времени и следует относить возобнов-
ление монастыря. По-видимому, ветхие каменные гробницы
были заменены новыми деревянными также в XVI в.
В нашем распоряжении есть и более надежный признак
для датировки ранних владимирских описей. В Степенной
книге помещен текст описи гробниц Княгинина монастыря.
Опись гробниц была включена уже в состав черновика Сте-
пенной книги, но в нем ее текст по ошибке поместили не
в нужном месте, затем вычеркнули и переписали вторично на
нижнем поле. В таком виде, припиской на нижнем поле,
опись гробниц была включена в оба беловых списка Степен-
ной книги — Томский и Чудовский, создание которых было
завершено между 15 февраля и 31 декабря 1563 г. Таким
образом, опись в составе Степенной книги твердо датируется
временем не позднее 1563 г. В этой описи встречаем упомина-
ние и княгини Анны, и княгини Александры: «в приделе
Христова Рожества от юга на правой стране положены быша
великая княгини Александра да великаа княжна Евдокиа.
100Материал для историко-топографического исследования о православ-
ных монастырях в Российской империи, с библиографическим указателем /
Сост. В. В. Зверинский. СПб., 1892. Ч. 2. Монастыри по штатам 1764, 1786
и 1795 годов. № 1317. С. 388.
63
Глава 1
А на левой стране великаа княгини Василиса. А в приделе
Благовещениа от севера на правой стране великаа княгини
инока Марфа Щварновна да великаа княгини Анна».101 Сле-
довательно, к 60-м гг. XVI в. оба указанные отождествления
были уже сделаны. Таким образом, начало традиции описей
древних гробниц нужно относить к более раннему времени.
Сравнивая между собой тексты разных описей, находим
некоторую близость формуляра начала текста владимирской
описи, положенной в основу Летописца Успенского собора,
и новгородской описи 1626—1634 гг. Новгородская опись на-
чинается следующими словами: «В Велицем Новеграде, в ка-
менном граде, соборная церковь каменная София Премудрость
Божия о 6-ти версех, болшая глава золочена; а празднуют
Успения Пресвятей Богородицы; величество же ея, кроме па-
пертей, от входных западных дверей до царских врат — 9 са-
жен, а от южных до северных дверей — 12 сажен».102 Начало
владимирской описи такое: «В лета седмыя тысящи 666-го году
во граде Владимире созда церковь каменну во имя Пречистыя
Богородицы честнаго и славнаго Ея Успения об едином верее
благоверный великий князь Андрей Георгиевичь Боголюб-
ский; последи же приделано четыре главы, и бысть о пяти
главах. По приделем та церковь от западных дверей до горня-
го места — семнадесять сажень с полусаженью, а поперег
церкви — четыренадесять сажень без локти, сажень госуда-
рева».103 Как видим, обе описи начинаются с наименования
главного храма некрополя: во владимирской описи — это
Успенский собор, в новгородской описи — Софийский. Далее
следует описание количества глав на соборе. При составлении
владимирской описи в этом месте пришлось сделать неболь-
шой экскурс в историю, так как изначально Успенский собор
имел одну главу, а впоследствии было пристроено еще четы-
ре. Завершается вступительная часть указанием размера со-
борного храма: с запада на восток и с юга на север. В рукопис-
ном сборнике XVII в. из собрания СПбДА (РНБ, СПбДА 289)
на л. 121—122 помещены выписки из описи владимирских
гробниц. Эти выписки сделаны, по всей видимости, уже после
101СКДС. Т. 1. С. 458—459.
102Янин В. Л. Некрополь Новгородского Софийского собора... С. 218.
103См.: РГБ, ф. 304 (собр. Троице-Сергиевой лавры) 810, л. 1—1 об.
64
Памятники идеологии царства середины XVI в.
создания рукописи и являются скорее приписками на полях,
поэтому точно установить время их появления не представля-
ется возможным. Датировать их можно только по данным по-
черка, скорописи XVII в., второй половиной этого столетия.
По тексту выписки близки к начальной части описи новго-
родских гробниц: «Ведение о святей соборней апостольстей
Божиа церкви Пречистыя славныя владычице нашея Богоро-
дицы и приснодевы Марии владимирския, еже есть создана
в славном и великом граде Владимире каменная, внутри града,
величеством в долготу от предних дверей 17 сажен с полуса-
женью, а поперег — 14 сажен без локти, а столпов в ней ка-
менных, на чем своды, а во церкви приделов. В той же со-
борней апостольстей церкви 18 гробниц, а во гробницах опо-
чивают благоверные и великие князи, княгини с чады своими
и митрополиты. В Володимере же в монастыре у Рожества
пресвятыя Богородицы в большей церкви опочивает благо-
верный и великий князь Александр Ерославичь, во иноцех —
Алексей». Здесь с текстом новгородской описи совпадает ука-
зание на то, что соборная церковь каменная и что она по-
строена внутри городских укреплений. Отмеченную явную
близость в формуляре владимирских и новгородской описей
нельзя объяснить влиянием одного текста на другой, что пред-
ставляется маловероятным. Скорее всего, перед нами указа-
ние на общий формуляр описи древних гробниц.
Известна грамота Ивана Грозного клиру новгородского Со-
фийского собора от 1556 г., где в числе прочего идет речь о па-
нихидах по князьям, похороненным в Софийском соборе, —
строителе Софийского собора Владимире Ярославиче, его ма-
тери Анне и Мстиславе Ростиславиче Храбром.104 Можно ду-
мать, что подобный документ был направлен и в Успенский
собор г. Владимира — на него встречаем ссылку в перечне па-
нихид.105 В 1556—1557 гг. была составлена последняя редак-
104Подлинник грамоты не сохранился, ее текст частично приведен архи-
мандритом Макарием (Миролюбовым) по копии начала XIX в. (Макарий
(Миролюбов), архим. Археологическое описание церковных древностей
в Новгороде и его окрестностях. М., 1860. Ч. 1. С. 81—82).
105Единственная грамота Ивана Грозного владимирскому Успенскому со-
бору (РНБ, ф. 532 (Основное собрание актов и грамот), on. 1, ед. хр. 134,
1550 г.) ни словом не упоминает о панихидах, но содержит позднейшую
приписку, из которой следует, что поминовение Андрея Боголюбского дол-
65
Глава 1
ция Царского синодика, дошедшая до нас.106 Синодик содер-
жит несколько перечней княжеских имен. В первом перечне
благоверными великими князьями названы только прямые
предки Ивана Грозного. В связи с этим обратим внимание на
владимирскую выписку из панихидных книг, где панихиды
с ужинами предписывается служить только Всеволоду III и
Ярославу Всеволодовичу107 — только они из всех погребенных
во Владимире князей были прямыми предками Ивана Гроз-
ного.108 Третий перечень имен в Царском синодике озаглав-
лен «Благоверные великие княгини». Он начинается с княги-
ни Ольги, далее следуют жена Владимира Киевского царица
«грекиня» Анна, благоверная великая княгиня Феодосия и
благоверная великая княгиня «инока» Василиса. Первую
С. М. Каштанов правильно определил как жену Ярослава
Всеволодовича, а вторую почему-то назвал предположительно
женой Андрея Александровича, сына Александра Невско-
го.109 Этому противоречит наименование ее благоверной вели-
кой княгиней — так называли, как упоминалось выше, толь-
ко прямых предков Грозного. Владимирские описи инокиней
Василисой называют жену Александра Невского. Полагаем,
что так она названа и в Царском синодике. Это в свою очередь
позволяет предположить, что традиция описей была связана
с составлением Царского синодика. Вернее, оба мероприятия
можно рассматривать как звенья одной цепи, кампании
по подтверждению царского титула Ивана Грозного, которая
была развернута в 50-е гг. XVI в.
Итак, интерес к погребениям древнерусских князей Рюри-
ковичей в 50-е гг. напрямую связан с составлением Царского
жен оплачивать Боголюбовский монастырь. Убедительно объяснить проис-
хождение этой приписки пока не представляется возможным (см.: Сире-
нов А. В. О грамоте Ивана Грозного Успенскому собору г. Владимира // Исто-
риография и источниковедение отечественной истории: Сб. науч, статей и
сообщений. Вып. 2. СПб., 2002. С. 27—34), однако можно предположить,
что она сделана по аналогии с другим хранившимся в Успенском соборе до-
кументом, где шла речь именно о поминании владимирских князей.
^Каштанов С. М. Царский синодик. С. 394.
107Доброхотов В. Памятники древности во Владимире Клязменском...
С. 60.
108Здесь мы не учитываем Александра Невского, который к тому времени
был канонизирован, и панихиды ему не служились.
109 Каштанов С. М. Царский синодик. С. 404—405.
66
Памятники идеологии царства середины XVI в.
синодика, который имел целью доказать восточным патриар-
хам царское происхождение Ивана Грозного. Грамота констан-
тинопольского патриарха Иоасафа 1561 г., подтвердившая
царский титул русского самодержца, начинается следующи-
ми словами: «Наше смирение узнало и уверилось не только
от предания многих достойных доверия мужей, но также и
из письменных показаний летописцев, что нынешний царь
Московский, Новгородский, Астраханский, Казанский, Но-
гайский и всей земли великой России господин Иоанн проис-
ходит от рода и крови поистинне царской, а именно от при-
снопамятной царицы и владычицы госпожи Анны, сестры
самодержца господина Василия. Сей же Василий и благочес-
тивейший василевс Константин, вместе с тогдашним патриар-
хом и священным собором архиереев, послали преосвященно-
го митрополита эфесского и антиохийского эпарха, и они вен-
чали на царство благочестивейшего великого князя Владимира
и даровали ему царский венец на главу, диадиму с жемчугом
и иные царские знаки и облачение».110 Замечательно, что
в грамоте упоминаются «письменные показания летописцев»
(«еуурафшу ало5е(^ешу тшу xpovoypacpcov»), да и из дальнейшего ее
текста очевидно, что помимо синодика в распоряжении пат-
риарха были иные тексты, повествующие о генеалогии предков
Ивана Грозного. Свод таких произведений был недавно обна-
ружен в римской библиотеке «Валличельяна» (Vallig. R 100).
Это рукописный сборник середины XVI в., содержащий, как
следует из заглавий, перевод на греческий язык нескольких
посланий Василия III своему сыну Ивану Грозному. В резуль-
тате исследования рукописи выяснилось, что указания на
автора и адресата не соответствуют действительности. На са-
мом деле в рукопись включены послания разных лиц различ-
ным же адресатам, среди которых нет ни Василия III, ни его
сына. Да и странно было бы предполагать, что Василий III пи-
сал послания своему младенцу-сыну — ведь ко времени смер-
ти отца Ивану Грозному было чуть более трех лет. Судя
по владельческой записи, сборник принадлежал Федору Ма-
малаху.111 Это Федор-Обрюта Михайлович Мамалахов-Греков,
110Россия и греческий мир в XVI веке. Т. 1. С. 386.
111 Де Микелес Ч. Неизвестные источники на греческом языке об Иване IV //
Римско-константинопольское наследие на Руси: идея власти и политическая
практика: IX международный семинар исторических исследований «От Рима
к Третьему Риму», Москва, 29—31 мая 1989 г. М., 1995. С. 231—235.
67
Глава 1
посланный в 1551 г. Иваном Грозным к константинопольско-
му патриарху для обучения греческому языку.112 О присылке
«своего паробка» (т. е. подростка или юноши) Обрюты Греко-
ва Иван Грозный писал в грамоте константинопольскому пат-
риарху Дионисию в январе 1551 г. При этом царь оговорил
возможность того, что патриарх не захочет или не сможет
оставить Обрюту при себе. В таком случае Обрюту следовало
отправить в русский Пантелеймонов монастырь на Афоне.
Следующее упоминание Обрюты в переписке Ивана Грозного
с константинопольским патриархом, уже с преемником Дио-
нисия Иоасафом II, датируется январем 1557 г.113 С этой гра-
мотой патриарху отсылался Царский синодик и предписыва-
лось поминать перечисленных в нем князей и княгинь, запра-
шивалась грамота с подтверждением царского титула. Третьим
пунктом царь требовал прислать ему Обрюту.114 На это пат-
риарх отвечал согласием и обещал выслать Обрюту с ближай-
шей оказией.115 В сентябре 1558 г. царь повторил свое требо-
вание прислать Обрюту Мамалахова в Москву, причем немед-
ленно («часа того»), и к тому же написать царю «о всех своих
112С. М. Каштанов предположил, что Мамлахом Федора назвали в Кон-
стантинополе, переведя таким образом на греческий язык его прозвище
«Обрюта», т. е. увалень. Настоящая же фамилия Обрюты-Мамлаха была Лас-
кирев (в роде натурализованных греков Ласкиревых в середине XVI в. чис-
лится Федор Михайлович) или Греков, как его называют русские докумен-
ты. Дальнейшая жизнь Обрюты, по предположению Каштанова, сложилась
трагически, поскольку в 1561 г. он ходатайствовал перед митрополитом Ма-
карием за впавшего в царскую немилость евгрипского митрополита Иоаса-
фа, что должно было повлечь за собой гнев и репрессии со стороны Ивана
Грозного. Косвенное подтверждение гибели Обрюты исследователь видит
в том, что его имя в более поздних документах не упоминается (Кашта-
нов С. М. Русский ученик в Константинополе в середине XVI века // Вест-
ник истории, литературы и искусства. М., 2006. Т. 3. С. 203—211). Предло-
женной Каштановым реконструкции, как представляется, противоречит то
обстоятельство, что Обрюту называет Мамалаховым сам Грозный в письме
к константинопольскому патриарху. Представители рода Мамалаховых изве-
стны в XVII в., в том числе в среде государева двора. Это свидетельствует
либо о принадлежности Обрюты к роду Мамалаховых, либо о его благопо-
лучной жизни, позволившей оставить после себя жизнеспособное потомст-
во. Вполне возможно, что верны оба предположения. Молчание же источни-
ков о службе Обрюты после возвращения в Россию и о его ближайших род-
ственниках Мамалаховых не доказывает, что всего этого не было.
113Россия и греческий мир в XVI веке. Т. 1. С. 191—192.
114Там же. С. 211—214.
115Там же. С. 232—233.
68
Памятники идеологии царства середины XVI в.
делех», а письмо передать с Обрютой.116 Пробыв в Константи-
нополе десять лет, тот вернулся в Россию в должности перевод-
чика («толмача») вместе с евгрипским митрополитом Иоаса-
фом, который привез Ивану Грозному грамоту константино-
польского патриарха и освященного собора, подтверждавшую
царский титул.117 Таким образом, Федор Мамалахов имел не-
посредственное отношение к политике Ивана Грозного по под-
тверждению царского титула. Оставляя в стороне вопрос о воз-
можном участии Мамалахова в составлении сборника посла-
ний Псевдо-Василия III и переводе их на греческий язык,
отметим, что в рассматриваемой рукописи Мамалахова нет
текстов, которые можно назвать «летописцами». По-видимо-
му, константинопольского патриарха в 50-е гг. XVI в. ознако-
мили также с летописными произведениями или их отрывка-
ми в переводе на греческий язык. Вполне возможно, что для
таких целей и проживал в Константинополе в течение десяти
лет посланный из Москвы для обучения «паробок». Обратим
внимание, что по прочтении «летописцев» у патриарха сло-
жилось впечатление, что первым русским царем был Влади-
мир. Именно с Владимира начинается «лествица» российской
истории в Степенной книге, в то время как другие памятники
летописания XVI в. при описании древнерусской истории на-
чинают свое изложение со времен Рюрика. Здесь мы подошли
к принципиально важному для нашей темы вопросу: с какой
целью создавалась Степенная книга? Было бы очень соблаз-
нительно предположить, что под «письменными показаниями
летописцев» патриаршей грамоты 1561 г. имеется в виду пер-
воначальный вариант Степенной книги или подготовительные
материалы к ней. Однако, как будет показано в следующей
главе, процесс создания Степенной книги был многоэтапным,
и выделить в нем какой-либо один доминирующий мотив не
представляется возможным. Впрочем, нельзя исключать и та-
кой возможности, что Степенную книгу составляли в том чис-
ле для представления восточным иерархам с целью подтвер-
дить царское происхождение Ивана Грозного.
Итак, процесс формирования идеологии царства в середи-
не XVI в. протекал в нескольких направлениях. Без сомне-
ния, нами рассмотрены далеко не все его проявления. Однако
116Россия и греческий мир в XVI веке. С. 247.
117Там же. С. 279.
69
Глава 1
представляется важным, во-первых, отметить, что самые раз-
ные по технике исполнения памятники середины XVI в., свя-
занные общей идеологией, оказываются близки и в отноше-
нии принципов составления, а также привлекаемых источни-
ков. Во-вторых, одним из наиболее деятельно применявшихся
способов составления памятников царской идеологии в России
указанного времени является принцип заимствования из дру-
гих православных культур — греческой, сербской, молдав-
ской.118 Эта черта видится нам принципиально важной, ха-
рактерной для формирования идеологии царства в России се-
редины XVI в.
118Не исключена возможность влияния и грузинской культуры, о кото-
ром может свидетельствовать появление в 40-е гг. XVI в. и популярность
в последующее время Повести о царице Динаре, но этот вопрос нуждается
в исследовании.
Глава 2
СОСТАВЛЕНИЕ СТЕПЕННОЙ КНИГИ
Текст Степенной книги открывает Житие княгини Ольги.
У этого Жития так много сходства со Степенной книгой и
в стиле, и в круге привлеченных источников, что возникает
вопрос — не связано ли Житие Ольги со Степенной книгой
общим происхождением?1 В настоящее время известно шесть
списков Жития Ольги, в которых текст имеет одно важное
разночтение с тем вариантом Жития, который помещен в Сте-
пенной книге.2 В завершающем Житие Похвальном слове Ольге
ХО Житии княгини Ольги см.: Серебрянский А. И. Древнерусские кня-
жеские жития (Обзор редакций и тексты). М., 1915. С. 2—43; Гриценко 3. А.
Литературные памятники о княгине Ольге XII—XVII вв. (история текста,
становление жанров, стиль): Дис. ... канд. филол. наук. М., 1979. С. 99
и др. И. В. Курукин считал, что автор Жития Ольги Сильвестр участвовал
и в составлении Степенной книги (Курукин И. В. Сильвестр и составление Жи-
тия Ольги Степенной книги // Теория и практика источниковедения и архео-
графии отечественной истории: Сб. ст. М., 1978. С. 51—60). Полагаем, что
оснований для такой гипотезы недостаточно, о чем подробнее ниже.
2 До недавнего времени был известен только один список первоначаль-
ной редакции жития: РНБ, собр. М. П. Погодина 744 (Коншин Н. Взгляд
на рукопись «Житие св. Ольги» // Чтения ОИДР. 1874. Кн. 1. С. 109—110).
Б. М. Клосс обнаружил список середины XVI в.: РГБ, ф. 98 (собр. Е. Е. Его-
рова) 124 (Клосс Б. М. Никоновский свод и русские летописи XVI—XVII вв.
М., 1980. С. 262), И. В. Курукин — два списка середины XVI в.: ГИМ, собр.
Е. В. Барсова 758; РНБ, Софийское собр. 1424, и один список конца XVI в.:
РГБ, ф. 173.1. (собр. МДА) № 198 (Курукин И. В. Сильвестр. Политическая
и культурная деятельность (источники и историография): Дис. ... канд. ист.
наук. М., 1981. С. 116). Можно указать еще один список третьей четверти
XVI в.: РНБ, собр М. П. Погодина 652 (Сиренов А. В. Степенная книга:
История текста. М., 2007. С. 110—111).
71
Глава 2
читается обличение охотничьих забав, исключенное в вариан-
те Степенной книги, что и неудивительно. Оно было бы не-
уместно даже в основном тексте Жития, посвященного равно-
апостольной святой, а в Похвальном слове представляет собой
явное отклонение от темы. Так, об Ольге сказано, что она
«преже просвещениа безбожных дел поганьскых ненавидяще
и укланяшеся их; по просвещении же благими делы сугубо
подвизашеся и к Богу приближашеся», после чего следует рез-
кий переход к обличительной речи: «и не во глумлении, ни
во играх, ни во утешных ловитвах, от них же ни едино благих
приобретение не бывает, но токмо грехом приобщение и тще-
та имению и многим неповинным кровем пролиание, начен-
ше кровию животных и окончивающе многообразным челове-
когубительством в различных играниих и в ловитвах живот-
ным, идеже неволею собираемо бе людское множество не Бога
ради».3 Далее автор перечисляет напасти, которые постигают
любителей охоты: холод, голод, раны и увечья от диких зве-
рей, гибель в воде и в лесу и др. Чуть ниже встречается та же
мысль, несколько иначе выраженная: «вместо веселиа и ма-
лосладостныя утехи восприимаху с плачем горким многораз-
личное уязвление и нелепотною смертию незапное животу
пременение». Далее приведены примеры из истории визан-
тийских василевсов, показывающие губительность охоты и
прочих неблагочестивых забав. Так, византийский император
Михаил в пьяном виде был убит своим воспитанником Васи-
лием (будущим императором Василием Македонянином), ко-
торый нашел смерть от полученной на охоте раны, нанесен-
ной оленьим рогом. Его сын Александр, будучи пьян, взял
щенка от суки, каким-то образом поранился («невидимо уяз-
вен бысть») и через два дня умер от потери крови. Тут автор
не упускает случая для довольно-таки глумливого резонерст-
ва: «Не Бога ради, ни любви ради Божиа, ни человеческиа
ради любви, но любя псы, отъ них же и умре». Следующий
сюжет — гибель на охоте двух сыновей персидского правите-
ля, которые стреляли из луков в вырвавшуюся из сети лань,
а попали друг другу в сердце, отчего тут же оба и скончались.
Заканчивает этот ряд византийский император Роман, кото-
3 Здесь и далее текст Жития Ольги цитируется по списку: РНБ, Соф. 1424,
л. 149—205 об.
72
Составление Степенной книги
рый «всю свою крепость худоумным евнухом предав, сам бе-
совьски печашеся и внимаше на песиа течениа, и в сих упраж-
няя, живот премени». Автор заканчивает свой обличительный
пассаж недоумением, ради чего люди поддаются подобным
страстям, которые приводят их к разнообразным несчастиям:
«токмо грех и бедам предложение, и незапная смерть, и своим
ужикам рыдание и плачь, и сугубая печаль». Дальнейший
текст соответствует своей теме — прославлению княгини
Ольги. Однако наличие столь неожиданного отклонения пред-
ставляется знаменательным фактом. Оно ярко характеризует
автора Жития. В одном из списков конца XVI в. (РНБ, собр.
М. П. Погодина 744), читается запись на нижнем поле перво-
го листа: «Списано любомудрецем Селивестром, прозвитером
царствующаго града Москвы».4 Другие списки этого указа-
ния не содержат. Еще приобретший у букинистов рукопись
М. П. Погодин резонно предположил, что речь идет о знаме-
нитом воспитателе Ивана Грозного, благовещенском священ-
нике Сильвестре, выходце из Новгорода, руководившем в кон-
це 40-х гг. XVI в. работами по росписи кремлевских соборов.5
Впоследствии в послании Курбскому Грозный вспоминал, что
Сильвестр с единомышленниками пугали его «детскими
страшилы».6 Есть основания полагать, что в Похвальном сло-
ве Ольге мы встречаем одну из таких «страшил».7 Автор Жи-
тия предостерегает своего читателя от гибели, которая может
быть следствием раны, полученной на охоте. Это предостере-
жение напрямую адресовано Ивану Грозному, поскольку тот
был прекрасно осведомлен о причине смерти своего отца Ва-
силия III, который на охоте напоролся на сук, получил зара-
4 Рукопись подробно описана в заметке Н. Коншина: Взгляд на руко-
пись «Житие св. Ольги». С. 108—110.
5 Письмо М. П. Погодина И. П. Сахарову. 25 октября 1845 г. // РНБ,
ф. 678 (И. П. Сахаров) 42, л. 150.
6 Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским / Подгот. текста
Я. С. Лурье и Ю. Д. Рыков. М., 1981. С. 94. См. об этом: Шмидт С. О.
К изучению «Истории» князя Курбского (о поучении попа Сильвестра) //
Шмидт С. О. Памятники письменности в культуре познания истории Рос-
сии. М., 2007. Т. 1. Допетровская Русь. Кн. 1. С. 370—372.
7 Это предположил еще А. И. Соболевский (Соболевский А. И. Поп Силь-
вестр и Домострой // Известия ОРЯС АН СССР. Т. 2. Кн. 1. Л., 1929.
С. 196—197).
73
Глава 2
жение крови и умер.8 Юный царь наверняка увлекался охо-
той — традиционной забавой средневековой знати. Сильвестр
же не просто запрещает ему охотиться, а приводит примеры
из всеобщей истории, которые должны были ассоциироваться
с гибелью его отца.9 Примечательно, что свой памфлет Силь-
вестр вставил в Похвальное слово княгине Ольге, нарушив
тем самым канонический строй этого произведения. Видимо,
он расчитывал, что царь обязательно прочтет новосозданное
Житие и не сможет уклониться от нравоучения. Такая уве-
ренность могла быть вызвана, на наш взгляд, тем обстоятель-
ством, что Грозный непосредственным образом был причастен
к идее создания Жития.
Почитание княгини Ольги имело в середине XVI в. особый
оттенок, поскольку Ольга воспринималась как одна из пер-
вых христианок на Руси и к тому же являлась непосредствен-
ным предком Ивана Грозного. Не случайно помещение ее
портрета, единственной из древнерусских княгинь, на столпе
Архангельского собора. Составленное Сильвестром Житие
должно было подчеркнуть значение Ольги как первой христи-
анской правительницы на Руси. Основным агиографическим
источником редакции Сильвестра послужило пространное
Житие Ольги, составленное, по заключению 3. А. Гриценко,
в псковских землях.10 Отсюда в текст проникли и псковские
реалии, и особенное прославление «града Пскова». Однако
для нас существеннее то новое, что внес Сильвестр в отредак-
тированный им текст Жития. Он широко применял Воскре-
сенскую и Никоновскую летописи, Память и похвалу Влади-
миру Иакова мниха, Слово о законе и благодати митрополита
8На эту параллель мне указал С. Н. Кистерев, за что приношу ему бла-
годарность.
9И. В. Курукин указал на известие в «Приговоре царском о кормлении
и службах», помещенном в летопись под 1556 г., что царь «потехи же
царские, ловы и иные учрежения, еже подобает обычаям царским, все оста-
виша» (ПСРЛ. СПб., 1904. Т. 13. С. 267; Курукин И. В. Сильвестр. Поли-
тическая и культурная деятельность... С. 120).
10Гриценко 3. А. Литературные памятники о княгине Ольге XII—XVII вв.
(История текста, становление жанров, стиль): Дис. ... канд. филол. наук.
М., 1979. С. 99, 112—118 и др. Первым об этом писал А. X. Востоков (Опи-
сание русских и словенских рукописей Румянцевского музеума. СПб., 1842.
С. 601).
74
Составление Степенной книги
Илариона. Здесь важно отметить использование летописей.
Сильвестр широко вводит в житие историографический эле-
мент, превращая его в историческое повествование, что явля-
ется новшеством для русской агиографии XVI в.
Введение исторического материала начинается с легенды
о крещении Руси Андреем Первозванным, которая изложена
согласно летописной версии. Правда, в нее оказалось вставле-
но одно частное уточнение. Когда Андрей Первозванный при-
шел в местность, где впоследствии возник Новгород, то «тамо
жезл свой водрузи в веси, нарицаемей Грузино, идеже ныне
есть церковь во имя святаго апостола Андрея Первозванна-
го».11 Перед нами, по всей видимости, отражение устного нов-
городского предания, появление которого в Житии Ольги сле-
дует объяснить влиянием Жития Михаила Клопского, так
как данное предание впервые зафиксировано именно там.12
От этого сообщения, частного и малодостоверного по своей су-
ти, автор при помощи изощренной историософской метафоры
переходит к фундаментальному вопросу о происхождении
древнерусской государственности: «Прообразоваше же боже-
ственым крестом в Русьстей земли священное чиноначалие,
жезлом же прообрази в Руси самодръжавное царское скипет-
роправление...».13 Таким образом, Киев выступает в качестве
центра церковной иерархии, а Новгород — как колыбель
царской власти. Эта мысль была чрезвычайно важна для
идеологов царства в середине XVI в., когда Киев еще не вхо-
дил в состав русского государства. Дальнейшее изложение по-
строено на рассказе Воскресенской летописи о призвании Рю-
рика с братьями, их смерти и правлении Олега с малолетним
Игорем. Далее в Житии помещен рассказ, не возводимый ни
к какому письменному источнику — о встрече Игоря и Ольги.
Перед нами, по всей видимости, устное предание об Ольге-пе-
ревозчице, которую увидел князь Игорь, переправляясь через
реку. Резкая отповедь, которой Ольга ответила на недостой-
ПСКДС 4.
12См.: Усачев А. С. Источники Степенной книги по истории домонголь-
ской Руси // Средневековая Русь. М., 2006. Вып. 6. С. 318; Околович Н. Ф.
Жития святых, помещенные в Степенной книге / Вступ. статья, публ. и
коммент. А. С. Усачева. М.; СПб., 2007. С. 104.
13СКДС 4.
75
Глава 2
ные намерения князя, имеет аналог в другом памятнике агио-
графии XVI в., также наполненном фольклорными мотива-
ми — Сказании о Петре и Февронии Муромских.14 И все же
можно предположить, что нравоучительные слова, вложен-
ные в уста Ольги, адресованы также юному Ивану Грозному:
«Дондеже юн еси — блюди себе, да не одолеет ти неразумие
и да не постражеши зло некое. Останися и всякого безакониа
и неправды: аще сам уязвен будеши всякими студодеянии,
то како можеши инем неправду возбранити и праведно суди-
ти державе твоей?».15 Такая проповедь государственнической
морали совсем не проистекает из описываемого сюжета, когда
героиня предпочитает смерть бесчестию, о чем и заявляет сво-
ему обидчику. Однако Сильвестр, видимо, не желал упускать
любой возможности для нравоучений в адрес Грозного. Даль-
нейшее изложение построено исключительно на летописном
материале. Рассказ о походах Игоря на Византию совместил
известия Никоновской и Воскресенской летописей.16 Следую-
щее известие Жития повествует об убийстве Игоря древляна-
ми. Здесь текст ближе к известию Воскресенской летописи,
поскольку в Никоновской об убийстве Игоря сообщено одной
фразой.17 В Житии по сравнению с летописным рассказом
смягчается характеристика Игоря, который, согласно летопи-
си, вторично пришел за данью к древлянам. В Житии же ука-
зано, что Игорь, взяв увеличенную по сравнению с обычной
дань (это соответствует летописному рассказу), отправил свою
дружину в Киев, а сам остался «не со множьством людий».18
Воспользовавшись этим, древляне «злое умысливше». Житие
не сообщает о размышлении древлян относительно непомерно
возрастающих притязаний Игоря, не приводит сравнение его
с волком, повадившимся в овечье стадо. Без этих объяснений
14На это обратил внимание В. В. Кусков (см.: Кусков В. В. Степенная
книга как литературный памятник XVI века: Дис. ... канд. филол. наук.
М., 1951. С. 88).
15СКДС 5—6.
16В Никоновской летописи это известие кратко, оттуда взяты только сло-
ва «дасть ему дань выше первыя Олговы» (ПСРЛ. СПб., 1862. Т. 9. С. 29).
Околович отметил, что эти же слова присутствуют и в Хронографе (Около-
вич Н. Ф. Жития святых, помещенные в Степенной книге. С. 26).
17«Убиша Игоря древляне у Коростеня града» (ПСРЛ. Т. 9. С. 28)
18 СКДС 7.
76
Составление Степенной книги
древляне предстают коварными изменниками, убившими сво-
его князя, воспользовавшись его беззащитностью.19 Такой
взляд автору Жития был нужен для дальнейшего повествова-
ния о мести древлянам со стороны Ольги, которая оказывает-
ся хоть и жестокой, но справедливой мстительницей за веро-
ломное убийство своего мужа. В повествование вставлены два
плача Ольги по мужу (при получении известия о его смерти
и над его могилой), составленные на основе анонимного Ска-
зания о Борисе и Глебе и помещенного в Воскресенской лето-
писи плача жены Дмитрия Донского Евдокии.20 По сравнению
со своими источниками во втором плаче Ольги по Игорю по-
является тезис о правомерности жестоких действий по отно-
шению к взбунтовавшимся древлянам: «И что ныне успеем,
косняще господоубийцам врагом, ненавидящим над ними
царскиа власти? И того ради да приимут месть и да престанет
дерзость в Русьстей земли помышляющих злое на самодеръ-
жавных. Да и прочий не навыкнуть убивати государьствую-
щих ими в Руси, но со страхом да повинуются величию царст-
вия Рускиа деръжавы началником».21 Таким образом, дейст-
вия Ольги трактуются не только как личная месть за убийство
мужа, но и как необходимые действия правителя, направлен-
ные на сохранение государства. Эта же мысль повторена ни-
же, после слов о возвращении Ольги в Киев: «Убийцам же
супруга своего месть возда, яко же властодеръжателие обы-
чай имеяху; печаше бо ся исправити и доброприбытно устрои-
ти скипетродеръжание Рускиа земли, отеческое наследие сы-
нови своему».22
Далее в Житии Ольги рассказывается о принятии ею хри-
стианства: поездке в Константинополь, крещении, беседах
с патриархом и императором, возвращении в Киев. Здесь
основным источником явилась Никоновская летопись. Жи-
тие стилистически перерабатывает летописное повествование.
Особенно существенному изменению подвергся рассказ лето-
писи о сватовстве императора Цимисхия. Здесь и Ольге,
19Ср.: Околович Н. Ф. Жития святых, помещенные в Степенной книге.
С. 26.
20Там же. С. 27.
21СКДС 10.
22СКДС 11.
77
Глава 2
и императору приписаны пространные речи, что, впрочем,
обычно для произведений агиографического жанра. Харак-
терна заключительная речь Цимисхия, источником которой
стала одна фраза летописи: «Упремудри мя Олга словесы
своими».23 В Житии в пространной речи Цимисхий не просто
признает свое поражение, но и подчеркивает, что Ольга дей-
ствовала по указанию свыше: «Истинно глаголати, яко Свя-
тый Дух все лися в душу ея и научи ю тако мудръствовати, не
точию земное царство управляти, но и Небеснаго Царства же-
лати вразуми ея».24 Так летописный текст приспосабливался
автором к житийному повествованию. Подобные черты ха-
рактерны и для дальнейшего изложения биографии княгини
Ольги в Житии, на них нет нужды останавливаться подробно.
Отметим, что автор Жития эпизодически привлекал и другие
источники.25 Из них для нас имеет особенное значение один.
Возвращение Ольги в Киев в летописи прокомментировано
так: «Се же таково же бысть, якоже при Соломоне царе; при-
иде царица Ефиопскаа к Соломону, слышати хотяща премуд-
рость Соломоню многую и знамениа видети; тако и си блажен-
наа Олга искаше добра, и мудрости Божиа, и славы нетлею-
щиа, она бо человеческиа, а си Божиа».26 В Житии царица
Эфиопская заменена на Сивиллу, «царицу Южскую». Эта
в общем-то синонимическая замена, как представляется, имеет
весьма необычный источник. На золоченых дверях Благове-
щенского собора, датируемых началом XVI в., представлена
композиция, на которой изображен Иерусалим с фигурой
Христа над городскими стенами, перед Иерусалимом стоит
женская фигура в царских одеждах с надписью «Сивилла»,
а над ней помещен следующий текст: «Царица Южская при-
иде видети мудрость Соломонову, и се боле Соломона зде».27
Аналогичная композиция имеется и в росписях самого Бла-
говещенского собора, исполнением которых, как известно,
23ПСРЛ. Т. 9. С. 30.
24СКДС 19; см.: Околович Н. Ф. Жития святых, помещенные в Степен-
ной книге. С. 31.
25Так, Околович отметил заимствование из Палеи и Жития св. Феклы
(Там же. С. 32).
26ПСРЛ. Т. 9. С. 30.
27Чернецов А. В. Золоченые двери XVI в.: Соборы Московского Кремля и
Троицкий собор Ипатьевского монастыря в Костроме. М., 1992. С. 58, 173.
78
Составление Степенной книги
руководил Сильвестр.28 По-видимому, помещенный в росписи
сюжет с Сивиллой Южской был заимствован из композиции
на золоченых дверях.29 То обстоятельство, что в Житии Ольги
именование царицы было изменено, причем предпочли ва-
риант, известный по золоченым дверям Благовещенского со-
бора и повлиявший на его росписи (а Сильвестр был священ-
ником этого храма и осуществлял руководство живописными
работами), вполне согласуется с предположением о написа-
нии Жития именно Сильвестром.
К Житию примыкают Слово о перенесении мощей Ольги и
Похвальное слово. В Слове о перенесении мощей повествуется
о выборе веры князем Владимиром, о крещении Руси, о стра-
дании Бориса и Глеба. После этого помещена похвала Ольге,
написанная в стиле литургических текстов («Радуйся всебла-
женая Олго, богоизбранный сосуде целомудриа...»30 и т. д.).
Здесь же приведен знаменательный пассаж, объединяющий
прославление Ольги, Владимира и Бориса с Глебом на том
основании, что все эти святые почитаются в одном месяце —
июле. Переход от одного праздника к другому автор уподобил
лестнице, ведущей молящегося к Богу: «Едино празднество
ко единому когождо празнеству близ привнесе Господь и да-
рова нам, яко лествицу от земля до небеси утвержену, ей же
глава Христос, к Нему же восход имеем, яко златыми сте-
пеньми преславными и честными памяти вашея деньми».31
Именно этот образ лестницы, ступенями которой являются
правления русских «самодержцев», был положен в основу
композиции Степенной книги. Но в Житии Ольги данный
образ первичен. Здесь речь идет о календарном следовании
дней памяти первых святых князей: «...преже память блаже-
ныя Олги в 11 день. Потом же того же месяца приснопамят-
наго Владимера в 15 день. По сих же того же месяца правед-
28 Вообще следует отметить влияние иконографии золоченых дверей на
росписи Благовещенского собора.
29Отметим, что на дверях Иерусалим представлен в плане многоуголь-
ным, а на росписи — квадратным, как и на иконе «Аллегория небесного
Иерусалима». Правда, иконографической близости здесь нет, поэтому отме-
ченное совпадение вполне может оказаться и случайным.
30РНБ, Соф. 1424, л. 186 об.
31Там же, л. 188—188 об.
79
Глава 2
ных страстотерьпець Бориса и Глеба в 24 день».32 Переходя
от одной памяти к другой, молящийся духовно совершенству-
ется — в этом проявляется родство рассматриваемого образа
со средневековыми Лествицами (например, Иоанна Синай-
ского), которые, без сомнения, являются архетипом.
Слово похвальное тематически перекликается со Словом
на перенесение мощей, поскольку там помещена похвала Оль-
ге. Можно предположить, что первоначально его составлять
не предполагалось, поэтому похвала Ольге была вставлена
в Слово на перенесение мощей. Однако потом Слово похваль-
ное все-таки было написано. При его создании был привлечен
Хронограф — источник, использование которого в предше-
ствующих текстах не прослеживается.33 Здесь же приведены
рассмотренные выше обличения охотничьих забав, сделан
экскурс в историю изобретения Кириллом и Мефодием сла-
вянской азбуки, и др. Отметим, что в своем большинстве исто-
рические сюжеты, представленные в Житии Ольги, но непо-
средственно не связанные с ее биографией, так или иначе
отражены в монументальной живописи Кремля середины
XVI в. — в росписях Золотой палаты и галерей Архангель-
ского собора. Это сюжет с выбором веры князем Владимиром,
его крещением и др.34 В целом, Похвальное слово представля-
ется наименее продуманной частью составленного Сильве-
стром житийного цикла. Так или иначе, оно завершило агио-
графическое повествование об Ольге.
Почитание Ольги в русской позднесредневековой культуре
неотделимо от почитания Владимира, поскольку Ольга вос-
принималась как русская Елена, а ее внук Владимир — как
русский Константин. Таким образом, в древнерусской куль-
туре крестителям Византии соответствовали крестители Руси.
32РНБ, Соф. 1424, л. 188 об.
33Околович Н. Ф. Жития святых, помещенные в Степенной книге. С. 38.
34Опись стенописных изображений (притчей) в Золотой палате Государе-
ва дворца, составленная в 1672 году // Материалы для истории, археологии
и статистики города Москвы / Собр. и изд. И. Забелиным. М., 1884. Ч. 1.
Стб. 1238—1255; Сизов Е. С. Русские исторические деятели в росписях
Архангельского собора и памятники письменности XVI в. // ТОДРЛ.
М.; Л., 1966. Т. 22. С. 266; Флайер М. К семиотическому анализу Золотой
палаты Московского Кремля // Древнерусское искусство. Русское средневе-
ковое искусство позднего Средневековья. XVI век. СПб., 2003. С. 185.
80
Составление Степенной книги
Эти параллели к XVI в. были закреплены во множестве ли-
тургических и житийных текстов. Учитывая приведенные
соображения, решимся предположить, что, помимо написан-
ного в 50-е гг. XVI в. Жития Ольги, требовалось создать еще
и Житие Владимира. У нас есть основания утверждать, что
работа над составлением этого Жития в 50-е гг. была начата.
Прежде чем перейти к его рассмотрению, обратимся к лично-
сти его автора, которым, на нашему мнению, является прото-
поп Благовещенского собора Андрей — будущий митрополит
Афанасий.
Об Андрее-Афанасии нам известно, что он был жителем
Переславля-Залесского. Андрей был духовным сыном архи-
мандрита переславского Троицкого монастыря Даниила — са-
мой яркой и известной личности в Переславле XVI в. Можно
думать, что, еще живя в Переславле, Андрей проявил себя на
литературном поприще: исследователи полагают, что ему
принадлежит вторая редакция Жития Никиты Переяславско-
го.35 В созданном им Житии Даниила Переяславского Андрей
называет себя священником переславского соборного храма.36
Речь идет, по всей видимости, о Спасо-Преображенском со-
боре, одном из древнейших белокаменных храмов Северо-Вос-
точной Руси. Построенный в середине XII в., Спасо-Преобра-
женский собор до настоящего времени сохранил первоначаль-
ные архитектурные формы. В соборе сохранились и княже-
ские погребения XIII—XIV вв. Таким образом, уже в XVI в.
этот храм мог рассматриваться как своего рода достопримеча-
тельность, особенно учитывая интерес новопоставленного царя
к своим владетельным предкам.
35Понырко Н. В. Житие Никиты Столпника Переяславского // Словарь
книжников и книжности Древней Руси. Л., 1988. Вып. 2. Ч. 1. С. 307—308.
36В пространной редакции Жития в рассказе о том, как он подвергся на-
падению разбойников, автор пишет о себе (в третьем лице) следующее:
«Некто же от церковник того ж града Переаславля, и сей знаем бе препо-
добному Данилу, грядущу же ему некогда от царствующаго града Москвы
в Переаславль, с ним же бяху прозвитера два, единослужебни ему...» (Житие
преподобного Даниила... С. 51). В краткой редакции, которая была написа-
на для Степенной книги, Андрей-Афанасий приводит это известие в не-
сколько иной формулировке: «Иногда же трие презвитери великиа церкви
того же града Переяславля грядуще на конех с Москвы в Переяславль...»
(СКДС 730). «Великая» церковь Переславля-Залесского — это, несомненно,
Спасо-Преображенский собор.
81
Глава 2
Судя по сообщениям Никоновской летописи, первый раз
Иван Грозный посетил Переяславль весной 7053 (1545) г.:
«от Троицы поехал по чюдотворцем молитися в Переславль».37
Внимание царя к Переяславлю объясняется тем, что его вос-
приемником при крещении был Даниил Переяславский. По
прибытии в Переславль Иван Грозный неизбежно должен был
посетить Спасо-Преображенский собор, главный храм города,
и встретиться с его клиром. Следовательно, в факте знаком-
ства будущего митрополита с царем нет ничего необычного.
К тому же Андрей был из числа учеников покойного Дании-
ла, и это обстоятельство могло обратить на него внимание
Грозного. Так или иначе, переславский священник юному
царю пришелся по душе. Именно этим можно объяснить рез-
кий взлет в карьере Андрея: он становится протопопом при-
дворного Благовещенского собора и, соответственно, царским
духовником. Нам неизвестна точная дата этого назначения.
Предыдущий благовещенский протопоп Федор Бармин при-
нял монашеский постриг в 1548 г. Нельзя исключить, что по-
сле него и до Андрея в Благовещенском соборе был еще прото-
поп, о котором не сохранилось известий. Возможно, эта долж-
ность, как крайне важная в царском обиходе, исключающая
случайные назначения, некоторое время оставалась вакант-
ной.38 Во всяком случае, в 1552 г. во время взятия Казани
Андрей в качестве царского духовника присутствовал в окру-
жении Грозного под стенами осажденного города. Тогда же
ему явилось видение, описанное им впоследствии в Степенной
книге. Андрей увидел своего учителя Даниила Переяславско-
го, который предсказал победу русского оружия, а персональ-
но Андрею — монашеский клобук. Здесь знаменательно удив-
ление Андрея по поводу второго предсказания, поскольку на
момент видения он был женатым человеком и имел детей. Это
единственное упоминание о семье благовещенского протопо-
па. Какова последующая судьба его близких — неизвестно.
Вскоре после казанского взятия в семье Грозного умирает
единственный наследник, царевич Дмитрий. Знаменательно,
37ПСРЛ. Т. 13. С. 446.
38Сведения о царских духовниках XVI в. собраны С. И. Смирновым
(Смирнов С. И. Древнерусский духовник: Исследование по истории церков-
ного быта. М.» 1913. С. 251).
82
Составление Степенной книги
что царская чета обращается за молитвенной помощью к пе-
реславским чудотворцам. Здесь нужно видеть непосредствен-
ное влияние духовника. Известна царская жалованная грамо-
та в переславский Данилов монастырь на два села Загорья и
деревню Оникиеву, которая датируется 15 апреля 1554 г.
В тексте грамоты есть одно важное уточнение: «да и отец наш
духовный протопоп Ондрей нам о том бил же челом».39 Рож-
дение царевича Ивана, а через некоторое время и Федора, со-
временниками трактуется как помощь Никиты и Даниила
Переяславских. Значение этих событий для политической
жизни страны того времени переоценить трудно. Отсутствие
прямого наследника престола обрекало страну на династиче-
ский кризис, каковой и разразился по этой же причине пол-
века спустя, и ввергнул Россию в пучину Смуты. Этим време-
нем, т. е. 50-ми гг. XVI в., датируется вторая редакция Жи-
тия Никиты Переяславского. Первая редакция оканчивается
событиями, случившимися непосредственно после смерти свя-
того. Во второй редакции к этому тексту присоединены чудеса
святого, происшедшие в более позднее время. По предположе-
нию Н. В. Понырко, их автором был царский духовник Анд-
рей.40 Если это так, то перед нами еще один текст, непосред-
ственно предшествовавший составлению Степенной книги.
Рассмотрим подробнее добавления к тексту первоначальной
редакции Жития Никиты Переяславского. Первое чудо было
явлено святым при попытке митрополита Фотия обрести его
мощи. Повествование о нем начинается так: «Некогда слыша-
хом повесть дивну и памяти достойну от старца честнаго Да-
нила, составлыпаго честный монастырь...».41 Далее обстоя-
тельно указывается, что Даниил слышал о чуде во время
пребывания в Никитском монастыре от игумена Ионы, кото-
рому когда-то о нем рассказали очевидцы. Следовательно,
автор рассматриваемой редакции лично знал Даниила. Одно
из чудес, появившихся в новой редакции, рассказывает об исце-
лении сына Ивана Грозного царевича Ивана. В этом эпизоде
идет речь о чуде во время молитвы об исцелении заболевшего
39Цит. по: Житие Даниила Переяславского... С. X.
Понырко Н. В. Житие Никиты Столпника Переяславского. С. 307—
308.
41 БАН, П.1.А.37, л. 10.
83
Глава 2
годовалого царевича. Обращает на себя внимание обстоятель-
ность, с которой описано моление царской четы и приближен-
ных, поисходившее в спальне царевича: «столом в ложницы
его поставленым, на них же поставлены блюда сребряные
со честными мощми святых многое множество и воды освя-
щенный в честных сосудех, и Никиты Переяславского чюдо-
творца вериги42 и кресты честныя, и вода освященная в сосу-
де мраморяне, сиречь во фляге. Царь же и царица в велице
печали зряще отрочати своего стражюща зелно. Иоан же
царевичь некоею болярынею носим бе на руках».43 Отмечена
характерная черта, что вокруг царя и царицы «стояше блаже-
ни приятели государевы мужи и жены...»,44 причем они не на-
званы боярами, поскольку, видимо, их социальный состав
был пестрым. Это были, можно думать, люди, составлявшие
ближайшее окружение молодого Грозного в 50-е гг. Далее
рассказывается о том, что, пока пели молебен Никите Переяс-
лавскому, боярыня носила царевича рядом со столом, на ко-
тором стояли мощи и другие реликвии святого. «Отроча же
от зелныя болезни внезапу руку на освященную чюдотворце-
ву воду простре, и в том часе воскипе вода освященная чюдо-
творцова в сосуде, яко от огненаго в[а]рения».45 После этого,
по свидетельству Жития, царевич стал выздоравливать. Обра-
тим внимание на подробность описания сцены, имевшей ме-
сто в спальне царевича, куда посторонние не могли попасть,
да еще в столь ответственный момент. Наиболее вероятным
автором рассматриваемого текста следует признать, согла-
шаясь с Н. В. Понырко, царского духовника Андрея, кото-
рый знал лично Даниила Переяславского и наверняка при-
сутствовал во время молебна в спальне царевича. Как видим,
он активно вводил почитание Никиты Переяславского в цар-
ский обиход.
При участии протопопа Андрея складывалось почитание и
Даниила Переяславского, который был восприемником Ива-
на Грозного и являлся учеником Пафнутия Боровского, как
и митрополит Макарий. Поэтому нет ничего удивительного
42 В рукописи ошибочно «веригиги».
43БАН, П.1.А.37, л. 25—25 об.
44Там же, л. 25 об.
45Там же, л. 25 об.—26.
84
Составление Степенной книги
в том, что у царя и митрополита возникла мысль о необходи-
мости составить Житие Даниила Переяславского. Понятна и
кандидатура на роль автора — благовещенский протопоп
Андрей. В предисловии к Житию Андрей писал: «у самого са-
модержца благочестиваго и великаго князя Иваня Василье-
вича, внука же великаго князя Ивана Васильевичи стараго,
такоже и у пресвященнейшаго митрополита Макария воспо-
минаемо бяше житие его, и писати намо повелеваху».46 Анд-
рей вспоминал, что три года не мог решиться и приступить
к написанию Жития, но наконец Житие было написано.47
В нем Андрей проявил себя талантливым рассказчиком, кото-
рый, не злоупотребляя средствами агиографического жанра,
сумел написать обстоятельную биографию своего героя.
Видимо, после завершения работ над Житием Даниила
Переяславского или одновременно с ними Андрей принялся
за создание Жития князя Владимира, которое впоследствии
составило ядро I грани Степенной книги. В отдельном виде
(независимом от Степенной книги) Житие неизвестно, поэтому
можно думать, что оно не было завершено. Как показывает
изучение черновика Степенной книги, его основу изначально
составляло Житие Владимира. Его заголовок («Месяца иулиа
в 15 день повесть известна вмале явленна о велицей Рустей
земли и о начале царствующих в ней. И житие и похвала бла-
женнаго и достохвалнаго и равноапостолнаго царя и великаго
князя, святаго и праведнаго Владимира, нареченнаго в свя-
том крещении Василия, всея Рускиа земли самодръжца: како
взыска православный веры и како взем Корсунь град, в нем
же и святое крещение получи, им же и всю Рускую землю
просвети, и како правоверно поживе и всю дръжаву свою бла-
46Житие Даниила Переяславского... С. 5.
47Хронологические выкладки Жития страдают неконкретностью. Так,
автор пишет, что «летом треманадесять минувшим, отнеле же старець
к Богу отъиде, и нигде же ни от кого же ниже видех, ниже слышах, идеже
бы было написано о житии его» (Житие... С. 4). Далее следует указание на
три года, в течение которых Андрей колебался перед тем, как взяться за
перо. До конца не ясно, входят ли эти три года в число тринадцати,
т. е. в 1553 г. (через 13 лет после кончины святого) или в 1556 г. (через
13 лет и 3 года) было написано его Житие. По-видимому, все же следует
предпочесть вторую дату, так как создание Жития более вероятно было бы
ожидать после рождения наследника, которое имело место в 1555 г.
85
Глава 2
гочестно упасе и веру православную непоколеблему утверди,
и о прочых праведницех святаго сродствиа его»)48 оказывается
близок к заголовку Жития Ольги: «Месяца иуля 11 день жи-
тие святыя блаженныя и равноапостольный и в премудрости
пресловущиа великиа княгини Ольги, нареченныя во святом
крещении Елены, иже бысть предитеча русьскаго рода во бла-
гочестие к Богу, и о мужественном ея подвизе, и како в Царь-
ствующем граде получи святое крещение, и о преставлении
ея, и о пренесении многочюдесных и нетленных мощей ея,
и отчасти похвала».49 Таким образом, первоначальный вариант
текста Степенной книги назывался Житием князя Владими-
ра. Можно предположить, что он таковым и являлся. Это
Житие начинается с изложения обстоятельств его написания.
И здесь близость с Житием Даниила несомненна. В обоих тек-
стах рассказ начинается упоминанием уже существующих
произведений на эту тему. В Житии Даниила читаем: «Мно-
гажды же в повестех глаголанно бе о сем старце...», в Житии
Владимира: «О нем же преже сего обретаеми суть многыя по-
вести глаголемы и пишемы и похвалами довльно украшены,
но обаче не в едином месте, но на многы части особь каяж-
до...». Далее указывается побудительный мотив написать жи-
тие, который исходит от верховной власти: в Житии Дании-
ла — от царя и митрополита, в Житии Владимира — от мит-
рополита. В обоих случаях при упоминании царя сделан
генеалогический экскурс. Следующий сюжет — сомнения
автора в своем праве написать житийный текст, причем в обо-
их случаях автор пишет о своем «недостоинстве». В Житии
Даниила указываются еще нехватка времени и запрещение
самого Даниила, которое он дал своим ученикам относитель-
но написания его жития «самохотением», т. е. по своему про-
изволу. В Житии Владимира «недостоинство» оказывается
практически единственной причиной сомнений автора в своем
праве браться за перо. Правда, в обоих случаях автор ссыла-
ется еще на свое неумение («недоумение» в Житии Даниила
и «не имый учения» в Житии Владимира). Впрочем, это обыч-
ные агиографические топосы, их присутствие само по себе
ничего не доказывает. Заключительная часть рассматривае-
48 СКДС 70.
49 СКДС 3.
86
Составление Степенной книги
мого фрагмента посвящена следующему сюжету: автор прини-
мается за текст, будучи убежден известной евангельской прит-
чей о рабе, который неправильно распорядился данными ему
деньгами, а также боясь гибели от непослушания. В Житии
Даниила этот пассаж выглядит следующим образом: «И тогда
воспомянух осужение онаго лениваго раба, скрывшаго талант
и прикупа им не сотворша; и сего вины убояхся, паче же и
от преслушания смерти ужасохся и помышлением, яко бурею
пореваем». В Житии Владимира текст несколько иной: «Но
обаче убояхся лениваго раба осуждениа и смрьти от преслу-
шаниа, и не собою уповающе, но ради богоподражателнаго
послушаниа повеленное нам без разсужениа писати дръзну-
хом, уповающи на молитвы сего Божиа избраннаго съсуда,
святаго и равноапостолнаго царя и великаго князя Владимира,
наре-ченнаго в святом крещении Василия, яко да испросит
у Бога ос лабу многим моим съгрешением». Здесь характерны
совпадения формулировок: «осужение онаго лениваго раба» —
«лениваго раба осуждениа», «от преслушания смерти» —
«смрьти от преслушаниа». Конечно, в этих текстах мы не
найдем свидетельств непосредственного родства, так как при
составлении Жития Владимира автор не пользовался текстом
Жития Даниила. Но отмеченная близость встречается в раз-
ных текстах одного автора, которые составлены независимо
друг от друга. Мы сопоставили единственный текст, в кото-
ром повествуется об одной теме — в остальном оба жития те-
матически далеки друг от друга, так как слишком непохожи
биографии их героев: князя X—XI вв. и монаха XV—XVI вв.
Замечательно, что в единственном близком по теме месте на-
блюдается единая логика повествования и даже, можно ска-
зать, совпадает формуляр в изложении обстоятельств созда-
ния текста.
Дальнейший текст Жития Владимира во многом ориенти-
рован на Житие Ольги и использует его в качестве своего
образца. Следованием Житию Ольги объясняется и логика
повествования, и выбор основных сюжетов биографии Влади-
мира. После прославления Ольги в начале ее Жития расска-
зывается о ее происхождении: «Юже произведе Плесковьская
страна, иже от области царствиа великия Русьскиа земля,
от веси, именуемыя Выбутьцкая, близ предел немеческиа
власти жителей, от языка варяжска, от рода же не княжьска,
87
Глава 2
ни вельможески, но от простых людей».50 В Житии Влади-
мира автор задается соответствующим вопросом: «Кто же и
откуду, и от коего сродьствиа бысть сий Божий избранный
съсуд, сугубо царскоимянитый самодръжець, владычьское и
царско звание имея, сий преименитый самодръжавный царь
и великий князь Владимир».51 Для ответа на этот вопрос
излагается августианская легенда, причем первые слова этого
текста напоминают приведенный выше рассказ о происхож-
дении Ольги: «Не худа же рода бяху и не незнаема, но паче
преименита и славна».52 Источником текста августианской
легенды послужила та же Воскресенская летопись, которая
была использована и в аналогичном месте Жития Ольги,
однако в Житии Владимира изложение более подробное. Сле-
дующая, третья глава, повествующая о призвании Рюрика,
основана на Никоновской летописи.53 Составитель от себя
прибавил к чтению источника весьма характерные слова:
«Аще тогда и нечестиви бяху новогородци, но обаче по про-
речению их, паче же благоволением Божиим и доныне царст-
вуют ими от Рюрикова семени благородное изращение, яко
же преже в нечестии повиновахуся им и до сего блаженнаго
Владимира. Наипаче же егда от святаго сего Владимира спо-
добишяся познати сущаго Бога и просвещени быша святым
крещением, и сиаху благочестием, и неподвижно и неотступ-
но веру Христову дръжаще и непременно обладаеми Влади-
мировыми благородными чяды и внучаты и в роды и роды».54
Дальнейший текст составлен на основании Никоновской ле-
тописи и других источников: Окружного послания патриарха
Фотия, Слова о законе и благодати митрополита Илариона,
Чудес Димитрия Солунского, Поучения на память Владими-
ру и др.55 При этом оказываются включенными в текст и по-
лучают развитие исторические экскурсы Жития Ольги. Так,
в главе 11 подробно рассказывается о чуде с Евангелием,
50 СК Д С 4.
51СКДС 72.
52СКДС 73.
53Околович Н. Ф. Жития святых, помещенные в Степенной книге. С. 52.
54СКДС 74. См.: Околович Н. Ф. Жития святых, помещенные в Степен-
ной книге. С. 52.
55См.: Околович Н. Ф. Жития святых, помещенные в Степенной книге.
С. 52—82; Кусков В. В, Степенная книга как литературный памятник XVI ве-
ка. С. 92—111.
88
Составление Степенной книги
которое по требованию русов положил в огонь присланный
к ним архиерей. Источником этого известия явился Хроно-
граф редакции 1512 г. (со слов «Роди же, нарицаемии руси...»
до слов «...и вси крестишася») Характерно, что в Житие Влади-
мира оно попало не из Хронографа, а из Жития Ольги:
Хронограф	Житие Ольги	Житие Владимира
Роди же, нарицаемии руси, иже и кумани, живяху во Екь- синопонте и начата пленовати стра- ну Римляньскую и хотя- ху поити и в Конъстян- тин град. Но возбрани сим вышний Промысл, паче же приключися им гнев Божий, и тогда воз- вратишася тщи князя их Оскалд и Дир.56	По нем же Киевьстии князи Асколд и Дир, и сии пленяху Римлянь- скую страну, с ними же бяху роди, нарицаемии руси, иже и кумани живяху во Ески- нопонте...57	Яко же выше явленно о Асколде и Дире, Рюри- ковых мужех, иже вое- васта Римляньскую стра- ну и хотяху воевати на Царьград, и възбрани им вышний Промысл. А иже бяху с ними тогда русы, иже и кумани, живущии в Ек- синопонте...58
Как видим, основным источником Жития Владимира по-
служило Житие Ольги, однако в Житии Владимира есть и
одно первичное чтение (оно выделено в таблице курсивом),
восходящее к общему источнику — Хронографу. Едва ли сле-
дует допускать, что при составлении Жития Владимира автор
пользовался некими подготовительными материалами Жи-
тия Ольги. Скорее, он ориентировался на Житие Ольги, но
привлекал к своей работе и его источники. Это свидетельст-
вует о единой интеллектуальной среде, одном круге книжни-
ков, в котором были составлены оба Жития. Для нас важно
подчеркнуть и то обстоятельство, что Житие Ольги служило
для Жития Владимира литературным образцом.
56Русский хронограф // ПСРЛ. СПб., 1911. Т. 22. Ч. 1. Хронограф ре-
дакции 1512 г. С. 353.
57СКДС 49.
58 СКДС 78.
89
Глава 2
Следующий текст, заимствованный из Жития Ольги, по-
священ обличению охотничьих забав. В отличие от своего
источника Житие Владимира помещает обличительный пам-
флет в исторический контекст. Здесь идет речь об убийстве
братом князя Владимира Олегом Люта, сына воеводы Све-
нельда, который служил у третьего брата — Ярополка. Убий-
ство, как известно, произошло на охоте и положило начало
усобице между братьями. Автор Жития Владимира заклю-
чает: «в ловитвах животным начася братоубийственная злоба
в руских самодръжателех».59 Здесь важно отметить, каким
образом в Житии Владимира используется соответствующий
фрагмент Жития Ольги. Он занимает довольно много места и
призван пояснить, в чем причины ссоры, разгоревшейся ме-
жду сыновьями умершего Святослава: «По смрьти же Свето-
славли въздвижеся братоубийственая крамола в Руси по обра-
зу древниа злобы прьваго Каинова братоубийства. Како же и
откуду начася братоубийство в руских самодръжателех? На-
чало же бяше таковыя брат[о]ненавистныя вражды от ловит-
вы животных».60 Помещенный далее текст развивает тезис
о губительности охоты с приведением примеров из всеобщей
истории. Первый пример о легендарном создателе Вавилона
гиганте Невроте как основоположнике звериных «ловов» мог
быть заимствован из Толковой Палеи или, что менее вероят-
но, из Хроники Георгия Амартола.61 Затем помещен дословно
заимствованный текст из Жития Ольги с обличением забав и
ссылкой на святоотеческие правила.62 Далее после краткой
нравоучительной сентенции продолжено дословное заимство-
вание из Жития Ольги. Кратко перечислив все примеры гибе-
ли на охоте, автор Жития Владимира добавил три своих при-
мера, один из которых продолжает ряд из всеобщей истории:
«И нечестиваго царя Диоклитиана безаконный игемон, иже
мучивый святую Парасковгию, изыде на лов и спаде с коня в
дебрь, и съкрушишяся вся кости его, и ту испусти окаанную
59СКДС 83—84.
60СКДС 81.
61 См.: Околович Н. Ф. Жития святых, помещенные в Степенной книге.
С. 55.
62Ср.: Соф. 1424, л. 193 об.—195 об. и СКДС 81—82.
90
Составление Степенной книги
свою душю».63 Второй пример касается истории русской и
рассказывает о гибели Мстислава, сына князя Владимира:
«аще велми боголюбив бе, но обаче и тъй некогда изыде на
позорныя ловы, и тамо разболеся и преставися».64 Третий
пример, рассказывающий о «спадении змия с небеси», кото-
рое произошло во время охоты князя Всеволода Ярославича,
выписан, вероятно, из Воскресенской летописи.65 Составитель
Жития Владимира прибавил, что «оттоле нача удалятися ве-
ликий князь Всеволод от таковых потешениих».66 Он, таким
образом, наметил положительную тенденцию в отношении
русских князей к охоте. Итак, в Житии Владимира использо-
вано обличение охотничьих забав из Жития Ольги, но ряд
примеров продолжен, а нравоучения получили развитие. Сю-
жет с осуждением княжеской охоты в Степенной книге появ-
ляется еще раз, в 5-й главе VIII грани, при характеристике
князя Андрея Ярославича, брата Александра Невского. Эта
отрицательная характеристика князя, которому в вину вме-
няется в числе прочего и то, что он «на ловитвы животных
упражнялся»,67 считается уникальным известием Степенной
книги, поскольку не встречается в других источниках. Не ка-
саясь вопроса о причинах ее появления в Степенной книге,
отметим, что здесь сказывается отрицательное отношение
автора к охотничьим «потехам», превращаясь в своего рода
сквозную тему для Жития Ольги и Степенной книги.68 Это
обстоятельство, однако, не доказывает, что оба произведения
написал один автор. Пристрастие юного Грозного к охоте мог-
ли осуждать и его наставник Сильвестр, и духовник Андрей.
К Житию Ольги как источнику автор Жития Владимира
обратился и при рассказе о посещении русских земель Анд-
63СКДС 83.
64Там же.
65Летопись по Воскресенскому списку // ПСРЛ. СПб., 1856. Т. 7. С. 4;
в Никоновской летописи не указано, что охота была на зайцев (ПСРЛ. Т. 9.
С. 118). Ср.: Околович Н. Ф, Жития святых, помещенные в Степенной кни-
ге. С. 56—57.
66СКДС 83.
67СКДС 334.
68Это обстоятельство отметил А. С. Усачев (Степенная книга и древне-
русская книжность времени митрополита Макария. С. 340).
91
Глава 2
реем Первозванным,69 а также дальнейшего текста — проро-
чества княгини Ольги о крещении Руси:
Житие Ольги	Житие Владимира
Бог милосердый по Своей Ему мило- сти, яко же весть, Сам един своим благоволением и щедротами мощен есть помиловати рода моего и вся люди сиа рускиа. И яко же хощет Бог, и обратит сердца их к разумению бла- гочестив и во время благопотребно сподобить их и просвещенным быти и совершеным в вере, яко же и о моем недостоиньстве бож^ственый Его про- мысл благосодействова.70	Бог милосрьдый, яко же мене недос- тойную не отрину, но помилова и святаго крещениа сподоби, тако мо- щен есть Бог помиловати и рода мое- го и вся люди сиа рускиа. И яко же хощет благостию Своею, тако да обратит сердца их к разуме- нию благочестив и всех просветит святым крещением.71
К Житию Ольги в Житии Владимира восходит также рас-
сказ об обретении ее мощей.72
Кроме того, явно родственным Житию Ольги в Житии
Владимира оказывается повествование «О праведном сродст-
вии святаго Владимира». В этом рассказе одна его часть
посвящена перечислению добродетелей, которыми были отме-
чены потомки Владимира. Подобный же текст встречаем и
в Предисловии к Степенной книге, и в рассмотренных выше
обличениях охотничьих забав. Это знаменательно, поскольку
демонстрирует, насколько удачным показался автору Жития
Владимира и составителю Степенной книги этот литератур-
ный прием Жития Ольги. Причем в Житии Ольги и во фраг-
менте Жития Владимира, обличающем охотничьи забавы,
выражается негативная оценка описываемых явлений (охо-
ты), а в рассказе о «праведном сродствии» и в Предисловии
к Степенной книге перед нами панегирик, восхваляющий по-
томков Владимира. Так, в Житии Ольги (и в соответствую-
69А. С. Усачев допускает возможность использования здесь не Жития
Ольги, а Жития Михаила Клопского (Усачев А. С. Источники Степенной
книги по истории домонгольской Руси. С. 318, 336). Представляется, что
здесь следует отдать предпочтение все же Житию Ольги, поскольку даль-
нейший текст, о пророчестве Ольги, извлечен из него.
70РНБ, Соф. 1424, л. 174.
71 СКДС 89—90.
72СКДС 147—148.
92
Составление Степенной книги
щем месте Жития Владимира, где осуждаются охотничьи за-
бавы) читается: «и сих ради многыя беды мнозем случахуся,
опальством и продажами и всякими проторы и лишением
имениа и узами и темницами и зелным на стражбах истомле-
нием, от нестерпимаго мраза на полянах на ясне и в лесех,
и в блатах, всячески озлобляеми, снегом и студению и гладом
и ранами, и мнози многими виды живота лишаеми, от зверей
уязвляеми, овии же умершвяеми и в воде скончеваеми и дре-
весы убиваеми и ины многи напасти соделовахуся таковыми
злыми стремленьми в ловитвах, их же и в грех непщеваху и
о сем вины на ся не полагаху».73 Осуждая охотничьи забавы
в Житии Владимира, его автор прибавляет: «...место таковых
худых прибытков от ловитвы мнози отщетишася не токмо
многаго своего имениа, но вкупе и живота своего, с ним же и
душевнаго прибытка, и вместо веселиа и малосладостныя уте-
хы въсприимаху с плачем грьким и многоразличное уязвле-
ние и нелепотною смрьтию незапное животу пременение, а по
смрьти вечное мучение».74 В разделе «О праведном сродствии
святаго Владимира» встречаем следующий текст:75 «Инии же
в пленении в многобразных злостраданиих веру Христову
съблюдше и течение съврыпивше... Овии же от межюусобныя
крамолы узами обложени... Инии ж в темницах дръжими...
Прочий же и очию лишаеми... И в иных различных нужах
многиа беды претрьпевше, конець житию приашя, и вместо
земныя славы Небесное Царство получишя».76 Данный текст
получил развитие в Предисловии к Степенной книге: «[и] на
бранех храбростию, и благодарным те[рпе]нием во пленениих,
и в нужах, и в[о] узах, и в темницях, и в межеусобн[ых] кра-
молах озлоблением, и лишениемъ очию, и заточением; инии
же сам[ово]лною нищетою, и странствиемъ, и [бого]мудрост-
ным притворения уродством».77 Итак, образ бедствий, заим-
ствованный из Жития Ольги («узы», темницы, лишения),
был в Житии Владимира переосмыслен, развит и в дальней-
73РНБ, Соф. 1424, л. 194 об.—195.
74СКДС 81.
75В цитате не приводим заголовков, поскольку они появились позднее
основного текста.
76СКДС 165.
77СКДС 2.
93
Глава 2
шем использован в столь концептуальном для понимания идеи
Степенной книги тексте, как Предисловие.
Последнее заимствование из Жития Ольги в Житии Влади-
мира также знаменательно. В нем речь идет о крещении остан-
ков Ярополка и Олега — братьев Владимира. В Житии Ольги
об этом сказано вскользь, при повествовании о том, как Ольга
воспитывала своих внуков: «Братия же его, Ярополк и Олег,
преже крещениа братоубииственою кровию скончашяся. По
многих же летех при великом князи Ярославе Владимеричи
выгребоша кости их и, крестивше, положиша их в церкви
Святыя Богородицы, в Володимери».78 В Житии Владимира
этот сюжет получил развитие. Там согласно Житию Ольги
изложена история о ее крещении, возвращении в Киев и без-
успешных попытках обратить в христианство своего сына.
Упомянуто и о воспитании Ольгой внуков. Затем, после
известия о гибели Ярополка и Олега язычниками и крещении
Владимира, сказано о эксгумации останков братьев Владими-
ра и их крещении. Далее в Житии оговорена неоднозначность
с канонических позиций подобного крещения: «Сие же не-
обычное действо неции дивящеся в зазор полагаху, инии же
разсуждающе глаголаху, яко не без Божия промысла сице
съдеяся, ни без воли новопросвещеннаго самодеръжьця Яро-
слава, ни кроме совета и благословенна и действа святителска
ради усерьднаго желания и прилежнаго к Богу моления и
с дерзновением прошения и благонадежного в збытие проро-
чения святыя и великия княгини Ольги и уверения ради
людьска новопознавших истиннаго Бога».79 Вслед за этим при-
веден пример с крещением костей философа Платона: «...в лета
греческаго царя Костянтина и матере его Ирины обретены
бышя кости во гробе Платона Еллина. О нем же глаголют не-
ции, яко и крестишя кости ты словеси ради, еже написа он
в своей философии сице: „Аполон несть Бог, но жрець: есть
убо Бог на небеси, Ему же снити на землю и воплотитися
от Девы Чистыя, в него же и аз верую“».80 Этот факт, разуме-
ется, не имеет подтверждения в истории древнегреческой фи-
78РНБ, Соф. 1424, л. 176 об.
79СКДС 199.
80СКДС 199—200.
94
Составление Степенной книги
лософии. Откуда могла прийти в голову составителю Степен-
ной такая фантазия? Г. Ленхофф удалось найти источники
этого текста.81 Основным источником оказалось произведение
XV или начала XVI в. «Пророчества еллинских мудрецов»,
в котором, однако, пророчество о воплощении истинного Бога
приписано Аристотелю, а крещение костей — другому лицу,
имя которого якобы осталось неизвестным.82 Платон упомя-
нут в этом произведении совсем в другой связи. Образ Плато-
на и посмертное крещение за пророчество соединились в клей-
ме золоченых врат придворного Благовещенского собора Мо-
сковского Кремля. Уже здесь была допущена путаница при
заимствовании из текста «Пророчеств еллинских мудрецов».
На клейме изображен Платон, сидящий у своего гроба, отвер-
гающий языческих богов и предсказывающий крещение своих
останков. Столь сложный путь прошел сюжет о древнегрече-
ском философе, пока не попал в Степенную книгу. Прибавим,
что пресловутое клеймо с изображением Платона помещено
на вратах как раз на уровне замка. Запирая и отпирая собор,
современники Степенной книги невольно натыкались взгля-
дом на это клеймо, которое и сейчас вызывает недоумение.
Видимо, поэтому данный сюжет предварен в Степенной книге
нехарактерной для этого памятника оговоркой: «глаголют не-
цыи...». Подобный же случай использования сюжета с золоче-
ных врат Благовещенского собора отмечен выше примени-
тельно к составлению Жития Ольги.
Основная часть Жития Владимира — это составленный
с привлечением разных источников рассказ о выборе веры и
крещении Руси. Этот сюжет в редакции, близкой к Житию,
изложен в росписях галерей Архангельского собора и Золотой
палаты. По-видимому, именно он является композиционно и,
соответственно, идеологически главным в Житии Владимира.
Однако была ли работа над Житием завершена — неизвестно.
В настоящее время в Житии Владимира присутствует Житие
Бориса и Глеба. В таком сочетании данные тексты составляют
%lLenhoff G. How the Bones of Plato and Two Kievan Princes were bap-
tised... S. 313—330.
82Казакова H.A. «Пророчества еллинских мудрецов» и их изображения
в русской живописи XVI—XVII вв. // ТОДРЛ. М.; Л., 1961. Т. 17. С. 358—
368; Чернецов А. В. Золоченые двери XVI в. С. 91—92.
95
Глава 2
первую грань Степенной книги. Можно думать, что присоеди-
нение Жития Бориса и Глеба произошло в то время, когда
автор, благовещенский протопоп Андрей, отказался от мысли
завершить Житие Владимира и решил превратить его в более
масштабное литературное произведение. Чем вызвана такая
идея?
Исследователи неоднократно пытались найти аналоги Сте-
пенной книги в историографии других народов. К. Н. Бесту-
жев-Рюмин в качестве образца для составления Степенной
книги указал памятник сербской историографии XIV в. «Жи-
воти кральева и архиепископа српских» или Цароставник,
составленный сербским архиепископом Даниилом.83 Царо-
ставник является важнейшим произведением сербской исто-
рической письменности XIV в., он оказал большое влияние на
сербскую историографию.84 В 1553 г. список Цароставника
был вложен в Хиландарский монастырь, с которым именно
в 50-е гг. XVI в. у окружения Ивана Грозного завязалось обще-
ние, вызванное заинтересованностью Москвы в официальном
признании вселенскими патриархами правомерности венчания
на царство и законности царского титула на Руси.85 Интерес
же братии Хиландарского монастыря к Цароставнику был не
случаен, поскольку его автор архиепископ Даниил в 1305—
1311 гг. был настоятелем Хиландарского монастыря, а в бо-
лее позднее время, в 1314—1316 гг., жил там и занимался
83Бестужев-Рюмин К. Н. Русская история. СПб., 1872. Т. 1. С. 34.
К. Н. Бестужев-Рюмин писал о «Родослове» Даниила, под которым, без со-
мнения, имел в виду вышеназванное произведение (Басенко П. Г. «Книга
Степенная царского родословия» и ее значение в древнерусской историче-
ской письменности. СПб., 1904. Ч. 1. С. 30—31). См. об этом: Гаврюши-
на Л. К. К проблеме исторического развития жанра жития в средневековых
литературах Сербии и Руси (сравнительный аспект) // Славянские литера-
туры. XI международный съезд славистов. Братислава, сентябрь 1993. Док-
лады российской делегации. М., 1993. С. 49; Турилов А. А. Древнейшая
история славян и Руси в «Книге Степенной царского родословия» (хроноло-
гия, круг источников, их отбор и использование) // Славяне и их соседи.
Миф и история. Происхождение и ранняя история славян в общественном
сознании позднего Средневековья и раннего Нового времени: Тезисы 15 кон-
ференции. М., 1996. С. 51—52.
Гаврюшина Л. К. К проблеме исторического развития... С. 49.
85Хорошкевич А. Л. Россия в системе международных отношений сере-
дины XVI века. М., 2003. С. 187—189, 200, 224—227 и др.
96
Составление Степенной книги
литературными трудами. В 1549—1550 гг. хиландарский
проигумен Геннадий обратился к Ивану Грозному с грамотой,
в которой описывалось бедственное положение монастыря,
а также содержалась просьба о милостыне и заступничестве
перед турецким султаном.86 28 августа 1550 г. игумен Паисий
и три монастырских старца приехали к царю с дарами: ико-
ной Саввы и Симеона Сербских и крестом-энколпионом свя-
того Симеона.87 Дары были благосклонно приняты,88 турецко-
му султану отправлена соответствующая грамота с просьбой
об облегчении дани и защите Хиландарского монастыря.89
В 1556 г. монастырю была выдана жалованная грамота на
двор в Китай-городе, которая сопровождалась требованием
заупокойных молитв по членам царского рода.90 В начале
1557 г. Иван Грозный сделал в Хиландарский монастырь сле-
дующие вклады: расшитую золотом, серебром и драгоценны-
ми камнями катапетазму (завесу) и 300 рублей милостыни.91
Царевич Иван Иванович тогда же пожертвовал позолоченную
панагию из серебра. Брат царя князь Юрий Васильевич дал
вкладом 50 рублей.92 Самый значительный вклад, катапетаз-
ма, представляет собой замечательное произведение лицевого
шитья. На ней изображен Христос в иконографическом изво-
де «Великий архиерей», благословляющий преп. Анастасию
и Иоанна Предтечу — тезоименитых святых Ивана Грозного
и его жены. На полях помещены изображения святых, среди
которых для нашей темы особенно значимы император Кон-
стантин и расположенный параллельно ему Владимир Киев-
ский, а также святые князья Борис и Глеб, митрополиты
Петр, Алексий, Иона.93 Отметим это сочетание — русские свя-
тые князья и митрополиты, — которое стало организующим
для текста Степенной книги. В мае 1559 г. царь пожаловал
86Россия и греческий мир в XVI веке. М., 2004. Т. 1. С. 182—186.
87Там же. С. 181.
88Там же.
89Там же. С. 187.
90Там же. С. 199—203.
91 Там же. С. 210, 225.
92Там же. С. 226
93Кондаков Н. П. Лицевой иконописный подлинник. СПб., 1905. Т. 1.
Иконография Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. С. 88. Ил. 30.
Вложенная Иваном Грозным завеса и ныне хранится в Хиландарском мона-
стыре (ПетковиК С. Хиландар, 1989. С. 47).
97
Глава 2
еще 300 рублей.94 Все эти вклады сопровождались требовани-
ем молиться о царской семье и поминать отца, мать, деда и
«всех родителей» Ивана Грозного. Это требование, обычное
в практике общения Москвы и восточных церквей для того
времени, надо думать, предполагало какой-либо историко-ге-
неалогический экскурс, по крайней мере, должно было про-
буждать интерес к этой теме. В начале 1557 г. архимандрит
Феодорит, развозивший по кафедрам и монастырям восточ-
ных патриархов милостыню Ивана Грозного, получил в сек-
ретной памяти такое поручение: «... заехати во Святую гору и
посмотрити Хилондаря монастыря чину церковного и всего
строенья монастырского, и которым обычаем анхимарит и
старцы живут, и все ли у них идет по чину церковному. Да
что розсмотрит, и Феодориту то себе записати памяти для, да
сказати царю и великому князю».95 Таким образом, о Хилан-
дарском монастыре у царского окружения была подробная и
достоверная информация. В библиотеке Хиландарского мона-
стыря оказалась рукопись из собрания автора Жития Ольги
попа Сильвестра — Толковая Псалтирь в двух переплетах.96
Полагаем, что общение окружения царя и митрополита с мо-
нахами Хиландарского монастыря в 50-е гг. XVI в. привело
к тому, что в Москве стало известно и о существовании Царо-
ставника. Перед царскими идеологами стояла задача обосно-
вать исконность, наследственность на Руси царского титула.
В Цароставнике проводится идея симфонии светской и духов-
ной властей, причем сделано это весьма своеобразно. В первой
половине Цароставника помещены жития сербских королей
из династии Неманичей, а во второй — жития глав сербской
церкви. Своей композицией Цароставник оказывается близок
к первоначальному варианту Степенной книги, которая пред-
ставляла собой сборник княжеских житий. Однако таковых
в арсенале русской книжности на середину XVI в. было не-
много. Из княжеских житий, кроме Житий княгини Ольги,
князя Владимира, двух сказаний о Борисе и Глебе (из кото-
рых автор Степенной книги составил одно Житие), можно
94Россия и греческий мир в XVI веке. Т. 1. С. 253.
95Там же. С. 222.
Богдановой Д. Каталог Кирилских рукописа манастира Хиландара. Бео-
град, 1978. Т. 1. С. 86—87. № 116, 117.
98
Составление Степенной книги
указать Жития псковского князя Всеволода-Гавриила, полоц-
кой княжны Евфросинии, Михаила Черниговского, ярослав-
ского князя Федора Черного и Александра Невского. В Кие-
во-Печерском патерике читается Житие князя Николы-Свя-
тоши. Митрополичьих житий известно еще меньше: Жития
Петра, Алексия и Ионы. Кроме этого, были известны еще
обширные Сказания о чудотворных иконах — новгородской
иконе Богоматери Знамение и Владимирской иконе Богома-
тери. Отдельные памятники агиографического жанра были
посвящены князьям Даниилу Московскому (позднее эта По-
весть вошла в состав Пискаревского летописца97), Дмитрию
Донскому («Слово о житии и преставлении Димитрия Ивано-
вича, царя русского») и Василию III (Слово похвальное) и др.
Материал, как видим, не охватывал всего периода древнерус-
ской истории, к тому же перечисленные произведения по сво-
ему объему и даже стилю существенно разнятся. Для того,
чтобы создать ряд однотипных агиографических текстов, тре-
бовалось провести редакторскую обработку имевшегося в на-
личии материала. Возможно, в связи с такими работами была
создана новая редакция Жития митрополита Ионы. А. С. Уса-
чев установил, что так называемая третья редакция Жития
митрополита Ионы была составлена после 1556 г. и послужи-
ла источником Жития Ионы в составе Степенной книги. Она
имеет заголовок «Месяца марта в 31 день. Повесть имат ска-
зание собрано отчасти и чюдотворения иже во святых отца
нашего Ионы митрополита всея Русии, в нем же нечто имат
о уложении празднества руских чюдотворцов, о прочих зна-
меносных митрополитех, о великих князех, и яко въскоре
Божий суд постиже отступников истиннаго православна,
греческаго царя и патриарха, иже латынскому собору приоб-
щишася, и како благоразумный великий князь Василей
Васильевич от ереси латынские деръжаву свою свободи,
и о подвизе его, иже показа о православии».98 В Степенной
книге это заглавие было подвергнуто изменению: «Сказание
отчасти иже в святых отца нашего Ионы митрополита всея
97 Усачев А. С, Степенная книга и древнерусская книжность времени мит-
рополита Макария. С. 316—325.
98 Повесть имат сказание, собрано отчасти житиа и чудотворения иже
во святых отца нашего Ионы митрополита всея Русии // Вестник церков-
ной истории. 2 (6)/2007. С. 17.
99
Глава 2
Русии».99 В первоначальном варианте оно напоминает загла-
вия Житий Ольги и Владимира, где также подробно расписа-
но основное содержание Жития. В начальных строках Жития
Ионы, также сокращенных при включении в Степенную кни-
гу, есть переклички с началом Жития Владимира, в котором
автор о себе говорит: «зазрех своему недостоиньству»,100
В Житии Ионы фигура авторской скромности выражена та-
кими же словами: «выше силы нашея понудисте недостоинь-
ство наше..., да никто же вас зазрит нам без ухищренна сла-
ву...»101 (совпадающие слова выделены курсивом. — А. С.).
Следующий пассаж Жития Ионы содержит уникальную
информацию о святых, канонизированных на соборах 1547 и
1549 гг. Далее следует «Зачало». Оно начинается так же, как
и соответствующий раздел в Житии Даниила Переяславско-
го. В Житии Ионы читаем: «В лета благочестиваго и христо-
любиваго самодръжца великого князя Василья Дмитриевича
бысть сий святый великий во святителех Иона».102 В Житии
Даниила Переяславского — сходный текст: «В лета благочес-
тиваго и христолюбиваго и человеколюбиваго государя царя
и самодръжца великого князя Ивана Васильевича... В сего
благоденственное царствие бысть сей преподобный Данил».103
Рассматриваемая редакция Жития Ионы содержит подробно-
сти, к его герою прямого отношения не имеющие (например,
обстоятельный рассказ о канонизационных соборах в 40-е гг.
XVI в. с перечнем канонизированных святых), и в этом оно
также сближается с Житиями Ольги и Владимира. Насколь-
ко вероятно авторство протопопа Андрея относительно рас-
сматриваемой редакции Жития Ионы — этот вопрос требует
отдельного исследования. Однако можно предположить, что
Житие Ионы было создано во второй половине XVI в. наряду
с Житиями Ольги и Владимира для составления сборника
княжеских и митрополичьих житий. Возможно, со временем
будут выявлены и другие памятники этого круга. Тематиче-
ски к Степенной книге близки еще два текста, послужившие
"СКДС 587.
100СКДС 70.
101 Повесть имат сказание, собрано отчасти житиа и чудотворения иже
во святых отца нашего Ионы митрополита всея Русии. С. 18.
102Там же. С. 22.
103Житие Даниила Переяславского... С. 6.
100
Составление Степенной книги
ее источниками — Похвальное слово Василию III и Повесть
о новых чудесах Владимирской Богоматери. Последнее из этих
произведений обнаружил и опубликовал А. А. Зимин, при-
чем он воспринял Повесть как два независимые произведе-
ния: Повесть о нашествии на Москву Магмет-Гирея в 1521 г.
и Повесть о московском пожаре 1547 г. Однако в рукописи
эти тексты составляют единое целое. В тексте Повести есть
указание на митрополита Макария как инициатора ее созда-
ния.104 Вполне возможно поэтому, что Повесть создавалась не
специально для Степенной книги, но несомненно относится
к тем произведениям, которые составляют историко-культур-
ный контекст Степенной книги. Похвальное слово Василию III,
известное в двух дефектных списках XVI—начала XVII в., не
имеет заглавия, от которого сохранились только последние
слова «похвальное великому князю Василию».105 В тексте
Слова можно отметить близость к Житию Владимира. О Ва-
силии III в Слове сказано: «Не в худей бо и не в неведомей
Зимин А. А. Повести XVI века в сборнике Рогожского собрания // За-
писки Отдела рукописей [ГБЛ]. М., 1958. Вып. 20. С. 189.
105Впервые связь Слова со Степенной книгой отметил М. А. Дьяконов
(Власть московских государей: Очерки из истории политических идей Древ-
ней Руси до конца XVI в. СПб., 1889. С. 105). Н. Н. Розов полагал, что в ру-
кописи конца XVI в. РНБ, F.XVII. 13 осталась ненаписанной первая строка
заглавия, которую предполагалось исполнить вязью (Розов Н. Н. Похваль-
ное слово великому князю Василию III // АЕ за 1964 год. М., 1965. С. 280—
281). В таком случае заголовок не должен быть пространным. Однако с этим
наблюдением нельзя согласиться. Дошедшая строка заглавия является пер-
вой строкой на первой странице рукописи (F.XVII. 13, л. 1). Предшествую-
щая же часть заглавия была написана на предыдущей странице. Номер тет-
ради на нижнем поле нынешнего первого листа рукописи, 60, указывает на то,
что изначально в кодексе было еще около 472 листов (59 тетрадей по 8 лис-
тов каждая). Таким образом, предшествующая страница существовала. На
ней и было написано начало заглавия. Каким оно было, кратким или про-
странным, — неизвестно. Второй список, РНБ, собр. Кирилло-Белозерского
монастыря 131/1208, датируется серединой XVI в. (филигрань Тиара —
вид: Piccard G. Die Kronen-Wasserzeichen. Stuttgart, 1961. V. 1. № 85—91
(1532—1554 гг.), 105 (1543—1556 гг.)). Это несколько тетрадей в конволю-
те, они исписаны аккуратным полууставом середины XVI в., причем первая
и последняя страницы, а также некоторые страницы в середине массива
(л. 230 об.—231 и др.) загрязнены. Видимо, данный список долгое время
бытовал без переплета, что позволяет поставить вопрос, не использовался
ли он в качестве подготовительного материала для какого-либо литератур-
ного произведения.
101
Глава 2
земли царствовавши, но в сей Русской, яже всеми слышима
и видима концы земля».106 Этот же прием применен в началь-
ной части Жития Владимира: «Не худа же рода бяху и не не-
знаема, но паче преименита и славна».107 О происхождении
Владимира в Слове читаем: «Обаче же рода реку велика и
преименита, от благородных и благочестивых родителей
чядо...».108 В Слове с особенным почтением охарактеризован
Даниил Переяславский: «в многых летех предстоя олтарю
Господню и от основаниа въздвиже великую обитель всех свя-
тых, еже есть в Переславли, всех святых прилежай доброде-
телем, всех странных и беспомощных погребаше и упокоива-
ше достойно. И многыя его ради добродетели избран быв в та-
ковое служение. Бяше же по всему тих и кроток, яко же
речеся: „Душа проста благословенна от Бога“».109 Как видим,
Похвальное слово Василию III также оказывается близко
идеям и стилю Степенной книги. Однако настаивать на том,
что оно было написано специально для сборника княжеских
и митрополичьих житий, который впоследствии превратился
в Степенную книгу, нет оснований. Согласно аргументирован-
ному предположению Д. М. Буланина, Слово похвальное Ва-
силию III создано Ф. И. Карповым, который был близок
к книжникам Иосифо-Волоколамского монастыря и умер
до 1545 г.110 Обращает на себя внимание то обстоятельство,
что и другие непосредственные источники Степенной книги —
Похвала князю Владимиру и Повесть о чудесах Владимир-
ской иконы Богоматери, возможно, происходят из Иосифо-
Волоколамского монастыря.111 На одной из волоцких рукопи-
106Розов Н. Н. Похвальное слово... С. 282.
107СКДС 73.
108 Розов Н. Н. Похвальное слово... С. 283.
109Там же. С. 284—285.
поБуланин Д. М. Античные традиции в древнерусской литературе XI—
XVI вв. Munchen, 1991. С. 201—202.
111 Сказание о Владимирской иконе Богоматери в редакции, близкой к Сте-
пенной книге, также известно только в двух волоцких списках, которые
имеют филиграни, тождественные филиграням Патриаршего списка Нико-
новской летописи (Клосс Б. М, Избранные труды. М., 2001. Т. 2. Очерки
по истории русской агиографии XIV—XVI веков. С. 133—134). Наконец,
Поучение на память князю Владимиру дошло в единственном списке также
волоколамского происхождения (См. об этом: Усачев А. С. Степенная книга
и древнерусская книжность времени митрополита Макария. С. 370—373).
102
Составление Степенной книги
сей, Апостоле РГБ, ф. 113 (собр. Иосифо-Волоколамского мо-
настыря) 426, читается библиотечная запись «...дан на список
благовещенскому протопопу Ондрею» (л. I).112 Как отмечает
А. С. Усачев, говорить о составлении Степенной книги в Иоси-
фо-Волоколамском монастыре не приходится. Вероятнее пред-
положение, что рукописи из ее библиотеки привозились в Мо-
скву и привлекались для составления Степенной книги.113
И все же с сожалением отметим недостаточную исследован-
ность нашей темы в этом отношении. Идейная же и стилисти-
ческая близость Похвального слова Василию III и Степенной
книги свидетельствует о традиционности Степенной книги
в этом отношении. Соответственно, не стиль и не идеи выдви-
гают Степенную книгу из ряда подобных ей произведений се-
редины XVI в. Уникальность Степенной книги в другом.
Итак, можно предположить, что составляемый протопопом
Андреем свод житий включал в себя агиографические тексты,
расположенные по хронологии. Первоначальный слой черно-
вика Степенной книги и представляет собой подобный текст.
Информация о том, какие княжеские жития должны соста-
вить сборник, могла быть почерпнута, например, из росписей
Золотой палаты Московского Кремля, которые относятся так-
же к середине XVI в. Согласно дошедшей до нас их описи,
предпринятой во второй половине XVII в. Симоном Ушако-
вым, на парусах сводов были изображены следующие русские
князья: Михаил Ярославич Тверской, Борис, Владимир Киев-
ский, Глеб, Андрей Боголюбский, Александр Невский, Иван III
(или Иван Грозный) и Василий III. Среди сонма канонизиро-
ванных князей древнерусского периода несколько неожидан-
ным выглядит присутствие Андрея Боголюбского, который
был канонизирован как местночтимый святой только в 1701 г.
Однако в середине XVI в. уже существовало Житие Андрея
Боголюбского.114 Кроме того, в оконных проемах были напи-
саны поясные портреты Всеволода Ярославича, Владимира
112Клосс Б. М. Никоновский свод и русские летописи XVI—XVII вв.
М., 1980. С. 263.
П2Усачев А. С. Степенная книга и древнерусская книжность времени мит-
рополита Макария. С. 372—373.
114Оно известно нам в одном списке, созданном в новгородском Николо-
Дворищенском соборе в 1560 г., РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД) 694/1204,
л. 454—457 об.
103
Глава 2
Мономаха, Василия Темного, Дмитрия Донского, Ивана
Красного, Даниила Московского, Феодора Черного с сыновь-
ями.115 Получается, что в росписях Золотой палаты представ-
лены почти все герои граней Степенной книги. Отсутствуют
Ярослав Мудрый, Юрий Долгорукий, Всеволод Большое Гнез-
до (есть, правда, его брат Андрей Боголюбский), Ярослав Все-
володович (но есть его современник Феодор Черный), Иван
Калита (но есть его современник Михаил Тверской), Василий
Дмитриевич и Иван III (по описанию непонятно, кто изобра-
жен: он или его внук Иван Грозный). Таким образом, пред-
ставлены почти все поколения Рюриковичей. То обстоятель-
ство, что не полностью выдержан генеалогический принцип,
т. е. изображены не только прямые предки Ивана Грозного,
а также есть пропуски в поколениях, может указывать на не-
разработанность схемы царской генеалогии в момент работы
над росписями Золотой палаты, либо на отсутствие в то время
необходимости этот аспект подчеркивать.116
Организация исторического материала — важная задача,
которая была решена на этапе переделки Жития Владимира
в житийный сборник. В основу был положен генеалогический
принцип. Как известно, 1555 г. датируется создание первой
официальной редакции родословной книги — так называемо-
го Государева родословца.117 Обратим внимание на то обстоя-
тельство, что один из вариантов родословной книги носит на-
звание: «Книга Степенная». Ее первоначальный текст читается
в рукописи XVII в. РГАДА, ф. 196 (собр. Ф. Ф. Мазурина) 240
(далее — Мазур. 240) и шести списках, которые содержат
компиляцию первой половины XVIII в. — «Подробную лето-
пись от начала России до Полтавской баталии». Эта редакция
родословной книги начинается следующим заглавием: «Кни-
га Степенная, в ней же писаны роды великих князей киев-
ских и владимерских и московских от перваго князя Рюрика
и до нынешняго царя и великаго князя Ивана Васильевича
115Опись стенописных изображений (притчей) в Золотой полате Государе-
ва дворца, составленная в 1672 году // Материалы для истории, археологии
и статистики города Москвы, собр. и изд. И. Забелиным. М., 1884. Ч. 1.
Стб. 1245, 1249.
П6Подобедова О. И. Московская школа живописи при Иване IV: Работы
в Московском Кремле 40—70-х гг. XVI в. М., 1972. С. 59—68.
П7 Лихачев Н. П. «Государев родословец» и род Адашевых. СПб., 1897.
104
Составление Степенной книги
всеа Русии. Выписано ис подлиннаго летописца царьствую-
щаго града Москвы».118 Именование Ивана Грозного «нынеш-
ним» и «царем» датирует этот текст временем после 1547 г. и
до 1584 г. Списки, правда, более поздние.119 После заглавия
в тексте помещено оглавление, типичное для списков Патри-
аршей редакции. Далее следуют несколько росписей велико-
княжеского родословия от Рюрика до Ивана Грозного, восхо-
дящих и нисходящих. Их данные, таким образом, повторяются.
После этого помещен текст, близкий к Патриаршей редакции
родословной книги. Характерно, что самый ранний список Пат-
риаршей редакции, РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румянцева) 349
(далее — Румянц. 349), 80—90-х гг. XVI в.,120 содержит все
эти тексты, кроме заглавия, так как в нем текст родословной
книги начинается с оглавления. В остальном в своей началь-
ной части Румянц. 349 идентичен Мазур. 240.
Несмотря на явную близость Румянц. 349 и Мазур. 240,
тексты этих списков не идентичны. Исследователи склонны
даже не относить Мазур. 240 к Патриаршей редакции, а рас-
сматривать его отдельно. Есть в Румянц. 349 и Мазур. 240
разночтения и в первой, интересующей нас части. Во-первых,
в Румянц. 349 отсутствует заглавие. Во-вторых, в Румянц. 349
помещено шесть росписей, а в Мазур. 240 — только пять, там
отсутствует третья роспись Румянц. 349, перечисляющая по-
коления от Рюрика до Ивана Грозного. В Румянц. 349 есть
еще два текста, отсутствующие в Мазур. 240. В конце под-
борки великокняжеских родословий в Румянц. 349 помеще-
ны хронологическая выкладка от Адама до Владимира Киев-
ского и рассказ о призвании варягов: «приидоша к варягам
Русь, чудь, словене, кривичи. Реша им варяги: „Земля наша
добра и обильна". И собрашася с родми своими и старый Рю-
118Цит. по: Мазур. 240. Об этом тексте см.: Веселовский С. Б. Исследова-
ния по истории класса служилых землевладельцев. М., 1969. С. 14; Быч-
кова М. Е. Родословные книги как исторический источник. М., 1975.
С. 114.
119Мазур. 240 датируется 40-ми гг. XVII в., а списки «Подробной летопи-
си» относятся к середине XVIII в.
12°Рукопись указана нам А. В. Кузьминым. Как отмечено М. Е. Бычко-
вой, в родословных росписях всюду после Ивана Грозного вписан царь Фе-
дор Иванович — основным почерком, но явно после написания основного
текста. Это указывает на создание рукописи в 80-е гг. XVI в.
105
Глава 2
рик, и сиде Рюрик пруский, прадед Володимеров Киевской
в Новегороде Великом».121 Далее в обоих текстах следует упо-
минание о братьях Рюрика, его сыне Игоре и племяннике
Олеге. Вслед за этим читается текст о первых князьях, общий
для всех списков Патриаршей редакции (там он помещен не-
посредственно после оглавления). Этот текст, содержащий и
легенду о происхождении Рюрика от Августа, оказывается
близок к вступительным статьям Воскресенской летописи,
к первым статьям Летописной редакции родословной книги и
Государева родословца.122 Можно утверждать, что все эти тек-
сты имеют своим источником основной текст Воскресенской
летописи. В данном случае важно, что текст Патриаршей ре-
дакции восходит не к Летописной редакции и не к Государеву
родословцу, т. е. не к более ранним редакциям родословной
книги, а к их общему источнику — основному тексту Вос-
кресенской летописи. Как указано выше, оригинальный текст
рассматриваемого предисловия к родословной книге состоит
из пяти (в Мазур. 240) или шести (в Румянц. 349) родослов-
ных росписей. В них расписан по поколениям род Рюрикови-
чей от Рюрика до Ивана Грозного. Иван Грозный назван «ны-
нешним» царем, что датирует текст временем между 1547 и
1584 гг. Упоминание Астрахани в титуле Ивана Грозного
(«государь Казанской и Астраханской») позволяет сузить да-
тировку рассматриваемого текста до 1556—1584 гг. Важно,
что эти росписи никак не связаны с последующим текстом
родословной книги. Об этом свидетельствует следующее ука-
зание, которое читается в одной из них: «А великие князи
дяди и братия отставлены, и бездетные и удельные князи,
и тем имена писаны в родословце в столпе. А туто написано,
которой от которого пошел и которой которого сын, от Рю-
рика и до нынешняго царя и великого князя Ивана Василье-
вича всеа Русии». Ниже это указание сформулировано по-
другому: «уделные князи отставлены и иные многие князи и
бездетные и уделные и бездетные князи и детные князи, а пи-
саны в столпе и в [л]ествицех оприче». Словом, в данном тек-
121Румянц. 349, л. 14 об.
122О проникновении данного сюжета в родословные книги писала
Р. П. Дмитриева (Дмитриева Р. П. Сказание о князьях владимирских.
М.; Л., 1955. С. 66).
106
Составление Степенной книги
сте речь идет только об одной линии Рюриковичей — о пред-
ках Ивана Грозного. Как известно, во всех редакциях родо-
словной книги помещены родословия и других ветвей Рюри-
ковичей, и удельных князей, которые здесь фигурируют как
«дяди и братия» московских князей. Следовательно, этот
текст изначально рассматривался как самостоятельный, не
относящийся к родословной книге. Примечательно упомина-
ние некоего «родословца» «в столпе», который может быть
черновиком родословной книги, так как он представляет со-
бой еще не кодекс, а свиток. Учитывая делопроизводственное
происхождение первой официальной редакции родословной
книги, Государева родословца 1555 г., логично предположить,
что его первоначальный текст был записан в столбце, как и
все делопроизводственные материалы тех лет. Это соображе-
ние также указывает на раннюю датировку рассматриваемых
родословий.
Обратим внимание на явно черновой, вспомогательный ха-
рактер родословных росписей. Все они перечисляют предков
Ивана Грозного, но способ подачи материала в каждой роспи-
си свой. Сначала помещен текст под названием «Лествица
от Августа кесаря Римского великих князей руских от роду
сущаго царя Августа кесаря», в котором установлено родство
Августа и Рюрика через брата Августа Пруса, якобы являю-
щегося предком Рюрика в четвертом колене. Далее следует
нисходящее родословие от Рюрика (здесь опять указано, что
он потомок Августа) до Ивана Грозного. В Мазур. 240 здесь
поколения пронумерованы, а в Румянц. 349 — нет. Далее
в Румянц. 349 помещено такое же родословие, но с более
краткими характеристиками князей и с нумерацией поколе-
ний. Возможно, уже на этапе включения в Мазур. 240 оно
было объединено с предыдущим. Следующий раздел — извес-
тие о рождении Ивана Грозного, причем показанное здесь
точное время рождения («в 5 часу дни») противоречит данным
как Воскресенской, так и Никоновской летописей, которые
указывают другое время: седьмой час ночи.123 В Степенной
книге точное время рождения Ивана Грозного вообще не ука-
зано. После известия о рождении приводятся расчеты, сколь-
ко поколений отделяет Ивана Грозного от каждого предка
123ПСРЛ. Т. 8. С. 273; Т. 13. С. 48—49; Т. 21. Ч. 2. С. 629.
107
Глава 2
начиная с Августа и даже с «Августова отца». Далее помещен
текст о приходе на Русь Рюрика с упоминанием его братьев и
сына Игоря, от которого «повелися... государи великие князи
и иные многие князи и уделные князи». Далее опять следует
роспись восходящего родословия от Августа до Ивана Грозно-
го, отличающаяся от предыдущей лишь отдельными форму-
лировками. Далее — роспись нисходящего родословия от Ива-
на Грозного до Рюрика. Кроме повторения одних и тех же
имен и фактов, которые переходят из одной росписи в дру-
гую, имеют место и текстовые повторы:
Первый князь пришел в Русь з двемы браты да с племянникомь. И бра- тия его и племянник без- детны.	Сей первый руской князь пришел от Немець ис Пруской земли, а у него два брата Синеус да Тру- вор бездетны. А у Рюри- ка сын Игорь да племян- ник у Игоря Олг безде- тен.		Первый князь Рюрик пришел от Пруские зем- ли из Немец, да с ним два брата Труфор да Си- неус да племянник их Олг.
от Рюрика пошли дети — великие князи Киевские и Владимерские и Московские и уделные и до сего дни ведутся иные многие князи от него пошли.		И повелися от него государи великие князи и иные многие князи и удел- ные князи.	
А великие князи дяди и братия отставлены, и бездетные и удельные князи, и тем имена писаны в родо- словце в столпе. А туто написано, ко- торой от которого пошел и которой которого сын, от Рюрика и до нынеш- няго царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии.		...уделные князи отставлены и иные многие князи и бездетные и уделные и бездетные князи и детные князи, а писаны в столпе и в [л]ествицех оприче. Туто писаны великие князи и детные, которой от которого пошел и которой от которого сын, от Рюри- ка и до нынешняго государя царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии самодержца лествица.	
Текст повторяется не полностью, присутствуют существен-
ные разночтения, что больше похоже не на повторное исполь-
зование одного письменного источника, а на повторение
одних и тех же мыслей, которое часто встречается именно
в черновом варианте текста.
Итак, перед нами черновые записи, точнее, выписки из ле-
тописи. Можно попытаться уточнить их источник. В них при-
водятся прозвища князей: Большой (о Ярославе Мудром —
в Румянц. 349), Долгорукий, Невский, Калита, Донской,
108
Составление Степенной книги
Темный, которые характерны для родословных книг. Поэто-
му можно предположить, что источником для составления ве-
ликокняжеских росписей послужил некий источник истори-
ко-родословного характера. Видимо, это была все же летопись
(на что прямо указывает автор росписей), но сближенная
с материалами родословных книг. Более всего такой харак-
теристике соответствует вступительная часть Воскресенской
летописи, родственная по тексту родословным книгам. Исто-
рико-родословные главы, о которых идет речь, были присое-
динены к основному тексту Воскресенской летописи уже по-
сле ее написания. Как показано выше, они обнаруживают
родство с аналогичными материалами родословных книг и
наряду с ними восходят к некоему общему источнику. Из это-
го источника черпали материалы при создании новых редак-
ций родословной книги. Видимо, он хранился в официальном
учреждении. Представляется логичным наименование такой
летописи «подлинной летописью царствующего града Моск-
вы» — именно так назвал свой источник автор росписей.
Можно предположить, что для их создания он обратился
к официальному фонду историко-родословных материалов.
Какую цель он преследовал?
Автора росписей, безусловно, интересует последовательность
поколений Рюриковичей — предков Ивана Грозного, подсче-
ты количества поколений между Иваном Грозным и каждым
из его предков вплоть до Рюрика и его мифического предка
Августа. Называется это произведение Степенной книгой. Ви-
димо, перед нами либо материалы для составления Степенной
книги, либо составленные на основе Степенной книги мате-
риалы для написания какого-то другого произведения, ко-
торое нам неизвестно. Первому предположению противоречит
то обстоятельство, что в Степенной книге счет поколений на-
чинается не с Рюрика и тем более не с Августа, а с Владимира
Киевского, которому и посвящена первая степень-грань. Но
Степенная книга не могла быть и источником рассматривае-
мого произведения (по крайней мере — единственным источ-
ником), так как в ней не указано точное время рождения Ива-
на Грозного, а Олег не определен как племянник Рюрика (эта
подробность встречается только в описанном выше комплексе
родословных материалов). Можно сказать, что в рассматри-
109
Глава 2
ваемых родословиях влияние текста Степенной книги вообще
не прослеживается. Отмеченное же противоречие между Сте-
пенной книгой и родословными росписями в принципе генеа-
логического счета могло появиться в ходе работы над текстом
Степенной. Вполне возможно, что изначально историю рода
Рюриковичей в ней планировали начать с Рюрика, так как
почти во всех степенях (кроме III, IV и VII) наряду с обяза-
тельным указанием на количество поколений от очередного
«самодержца» до Владимира Киевского присутствует и рас-
чет поколений до Рюрика. Этот принцип расчета по поколе-
ниям применен и в великокняжеских росписях относительно
Ивана Грозного: «государь наш царь и великий князь Иван
Васильевичь всеа Русии, от первого князя Рюрика 20, а от Вла-
димера от великого князя Киевского, которой крестил всю
Рускую землю 17, а от другаго Владимера Всеволодича Мана-
маха 14, а от великого князя Александра Невскаго 10, а от ве-
ликого князя Дмитрея Донскаго 6, а от великаго князя Васи-
лия Васильевича Темного четвертой, и всего от перваго князя
Рюрика двадесятой, а от Римского царя Августа 24, а от Авгу-
стова отца 25 человек. Рюрик 4-го колена от Пруса, а от Пру-
са был брат Римскому царю Августу кесарю, а от Августова
отца пятой человек». Характерно, что генеалогический рас-
чет относительно Ивана Грозного в обоих произведениях,
в росписях и в Степенной книге, помещен непосредственно
после известия о его рождении. В Степенной книге анало-
гичные расчеты относительно других князей никак не связа-
ны с известием об их рождении. В этом также наблюдается
близость между росписями и Степенной книгой.
Итак, есть основания предполагать, что бытующий в спи-
сках родословной книги Патриаршей редакции с конца XVI в.
текст под названием «Степенная книга» представляет собой
черновые материалы к составлению Степенной книги. На-
верняка это не единственные черновики. Их, конечно же, было
больше. Но подобные тексты, как правило, не сохраняются,
их уничтожают. Эти же росписи уцелели, можно думать,
только потому, что оказались в комплексе историко-родо-
словных материалов, который в XVI в. использовали для
составления родословных книг. Отметим, что одновременно
с созданием Степенной книги в кругах, близких к царю,
составлялся Государев родословец — как полагают исследова-
но
Составление Степенной книги
тели, первая официальная редакция родословной книги.124
Поэтому обращение составителя Степенной книги к комплек-
су родословных материалов закономерно. В нем проявилась
связь Степенной книги с традицией родословных росписей и
вообще — с генеалогией средневековой России. Именно отсю-
да в Степенную книгу проникли черты генеалогического
сочинения, что отразилось даже в наименовании: «Книга Сте-
пенная царского родословия». Благодаря обращению к родо-
словным книгам составителю Книги Степенной удалось опре-
делить линию потомков Рюрика — прямых предков Ивана
Грозного. Изложение их биографий, по мысли составителя,
должно было составить магистральную линию изложения
исторического материала. Так, после Жития Бориса и Глеба
появилось повествование о Ярославе Мудром, далее — о Все-
володе Ярославиче, о Владимире Мономахе. Это краткие рас-
сказы, не отличающиеся к тому же особенными литературны-
ми достоинствами. Их источником послужила в основном
Никоновская летопись. В дальнейшем княжеские биографии
становятся более пространными. В случае с Даниилом Мос-
ковским, как блестяще показал А. С. Усачев, удалось оты-
скать краткое Сказание о Данииле Московском, отразившее-
ся впоследствии в Пискаревском летописце.125
По нашему мнению, пример сербского Цароставника вдох-
новил благовещенского протопопа Андрея на составление
сборника не только княжеских, но и митрополичьих житий.
Для этой цели была создана новая редакция Жития митропо-
лита Ионы, выполненная по той же схеме, что и написанные
ранее Жития Ольги и Владимира. Жития других святых мит-
рополитов, Петра и Алексия, решено было взять в том виде,
в каком они существовали в рукописной традиции (в редак-
циях митрополита Киприана и Пахомия Логофета). Исполь-
зовались и другие памятники древнерусской книжности, по-
вествующие о событиях отечественной истории. Так, Сказа-
ние о чудесах иконы Владимирской Богоматери задействовано
в Степенной книге дважды — в VI грани при описании дея-
124Это предположение высказал Н. П. Лихачев («Государев родословец»
и род Адашевых. СПб., 1897).
125Усачев А. С. Степенная книга и древнерусская книжность времени
митрополита Макария. С. 316—325.
111
Глава 2
ний Андрея Боголюбского и в XIII грани при описании наше-
ствия Темир-Аксака. При этом отдельные фрагменты Сказа-
ния оказались повторенными дословно. Сюжетные повторы,
нарушение хронологической последовательности в изложении
событий не единожды встречаются в Степенной книге. И это
неудивительно. Как выяснено трудами Н. С. Державина,
В. В. Кускова и А. С. Усачева, при составлении Степенной
книги привлекался широчайший круг источников.126 Это ле-
тописи (Никоновская, Воскресенская, Софийская I, Новго-
родская IV, Летописец начала царства), Хронограф редакции
1512 г., Патерики (Киево-Печерский и Иерусалимский), пере-
водные и оригинальные жития (Климента папы Римского,
Стефана Сурожского, Владимира, Ольги, Леонтия Ростовско-
го, Евфросинии Полоцкой, Всеволода-Гавриила, Александра
Невского, Сергия Радонежского, Кирилла Белозерского, Паф-
нутия Боровского, Даниила Переяславского, митрополитов
Петра, Алексия и Ионы) и многие другие тексты, бытовавшие
в XVI в. в рукописной традиции. Большинство известий Сте-
пенной книги возводимо к тому или иному источнику, при
этом в Степенную книгу вошли как стилистически перерабо-
танные тексты, совместившие чтения разных источников,
так и крупные и мелкие фрагменты текста источников без
всякого изменения.127 Немногочисленные уникальные извес-
тия, как показало исследование А. С. Усачева, в большей час-
ти следует считать результатом домысла.128 Некоторые извес-
тия Степенной книги представляют собой сопровожденное
комментарием чтение источника, причем комментарий соста-
вителя Степенной книги зачастую придает иной смысловой
оттенок всему известию. Например, в рассказе о приходе
в Киев при Ярославе Мудром трех мастеров церковного пения
из Византии Степенная книга использовала известие Нико-
новской летописи: «Приидоша в Киев трие певцы от грек
с роды своими».129 Составитель Степенной книги прибавил,
что от переселившихся из Византии в Киев трех певцов рас-
пространилось на Руси «ангелоподобное пение», «изрядное
126Их наиболее полный обзор см.: Усачев А. С. Степенная книга и древ-
нерусская книжность времени митрополита Макария. С. 357—360, 484.
127См. об этом: Там же. С. 374—415.
128Там же. С. 340—357.
129ПСРЛ. Т. 9. С. 85.
112
Составление Степенной книги
осьмогласие», «трисоставное сладкогласование» и демествен-
ное пение. Исследователи древнерусской церковной музыки
еще в XIX в. обратили внимание на «уникальность» этого со-
общения Степенной книги. Дело в том, что демественное пе-
ние появилось на Руси не ранее XV в.130 Таким образом, Сте-
пенная книга перенесла реалии XV в. в XI в. Составителю
Степенной было важно рассказать своим читателям о выдаю-
щихся событиях прошлого и охарактеризовать эти события
как можно более торжественно и подробно. Важно было соз-
дать в воображении читателя зримый образ, и лучшими сред-
ствами для этого были современные реалии. Другой пример
комментирования летописного известия в Степенной книге
связан с почитаемой иконой Димитрия Солунского из Успен-
ского собора московского Кремля. Обратившись к летописно-
му тексту о принесении из Со луня во Владимир «гробной дос-
ки» св. Димитрия Солунского, составитель Степенной книги
добавляет: «Его же бяше и образ на той дъске написан, иже
и доныне видим есть и покланяем в богохранимом граде Мо-
скве в велицей съборней церкви Пречистыя Богородици».131
Таким образом, реликвия домонгольского времени была ото-
ждествлена с чтимой в Москве иконой. Эта атрибуция тогда
же или в несколько более позднее время была зафиксирована
на специальной табличке, укрепленной на стене собора рядом
с иконой.132
Процесс составления текста Степенной книги может быть
прослежен довольно-таки полно. Такую возможность предо-
ставляет черновик — Волковский список. В его написании
деятельное участие принимал редактор, который своим ха-
рактерным почерком расставлял и переделывал заголовки,
переставлял фрагменты текста,133 сокращал и распространял
включаемые в Степенную книгу произведения.134 Этот про-
130Протопопов В. В. Русская мысль о музыке в XVII в. М., 1989. С. 5.
131СКДС 265.
132 Смирнова Э. С. Храмовая икона Дмитриевского собора. Святость со-
лунской базилики во владимирском храме // Дмитриевский собор во Влади-
мире: К 800-летию создания. М., 1997. С. 227—231.
133См. напр., перестановку фрагмента, сопровожденную характерной ре-
дакторской пометой «Писано» для устранения появившегося текстового по-
втора (л. 310 об.).
134См. дополнения, вставленные в текст Жития князя Всеволода Псков-
ского (изначально редактором, а затем перебеленные писцом) (Охотникова В. И.
113
Глава 2
цесс творческой работы составителя показывает, что компо-
зиционные особенности Степенной книги были выработаны и
усвоены по мере редактирования текста. Так, на позднем эта-
пе работы над текстом появилось его разделение на грани,
главы и титла. При этом поначалу глава разделялась еще на
несколько глав (например, 72-я глава I грани, 7-я глава
III грани). Отдельные тексты (например, Сказание о чудесах
Всеволода Псковского) планировалось поместить «кроме глав»,
т. е., видимо, в конце текста, после окончания XVI грани,
которой первоначально завершался текст Степенной книги.
От этих дополнений в окончательном варианте осталось толь-
ко Сказание о Данииле Переяславском, учителе Андрея-Афа-
насия — единственное не княжеское и не митрополичье жи-
тие в составе Степенной книги.
Уже в то время, когда текст памятника был почти пол-
ностью отредактирован, редактор сделал несколько попыток
разделить его на обособленные сказания, состоящие из не-
скольких глав, а также поместить некоторые материалы по-
сле окончания основного текста. И только на более позднем
этапе появилась идея композиции Степенной книги. Здесь
представляется наиболее вероятным влияние традиции Корм-
чих книг, а именно Кормчей Вассиана Патрикеева.* 133 * 135 Она
обнаруживает близость с черновиком Степенной книги в час-
ти оформления заголовков и колонтитулов. По всей вероятно-
сти, был привлечен список РГБ, ф. 224 (собр. Д. В. Пискаре-
ва) 39. Эта рукопись написана известным сподвижником
Максима Грека Исаком Собакой и была передана Вассианом
Патрикеевым великому князю, после чего хранилась в вели-
кокняжеской казне.136 Весьма вероятно, что разделение тек-
ста Степенной книги на грани и главы — следствие знаком-
Псковская агиография XIV—XVII вв. Исследования и тексты. СПб., 2007.
Т. 1. С. 123—124). Распространен был и первоначальный рассказ об убие-
нии князя Глеба (л. 232 об.—234).
133Казакова Н. А. К изучению Кормчей Вассиана Патрикеева // ТОДРЛ.
Л., 1974. Т. 28. С. 345—349; Белякова Е. В. Особые редакции Сборника
XIV титулов в византийско-славянской традиции // Церковь в истории Рос-
сии. М., 1999. Сб. 3. С. 36—40.
136Судные списки Максима Грека и Исака Собаки / Изд. подгот. Н. Н. По-
кровский, под ред. С. О. Шмидта. М., 1970. С. 101, 183; Клосс Б. М. Нико-
новский свод... С. 69.
114
Составление Степенной книги
ства Андрея-Афанасия с этой рукописью. Совмещение двух
терминов («степень» и «грань») для обозначения основных
разделов Степенной книги представляется явной накладкой,
которая вызвана одновременным влиянием двух традиций —
родословных и Кормчих книг. На позднем этапе работы над
черновиком Степенной книги редактор расставил даты (в пер-
воначальном тексте даты встречались чрезвычайно редко).
Следующий этап — составление Гранесования. Отметим, что
XVII грань к этому времени еще не была написана. Возмож-
но, во время работы над ее текстом осуществлялась переписка
Томского и Чудовского списков, в которых текст этой грани
и ее Гранесования выполнен другими почерками. Вопрос
о времени создания XVII грани напрямую связан с проблемой
адресации Степенной книги. А. С. Усачев показал, что перво-
начально текст Степенной книги не имел указаний на собы-
тия позднее 1560 г.137 В 1561 г. в Москву доставили грамоту
восточных патриархов, подтверждающую царский титул рус-
ских самодержцев. Возможно, Степенная книга должна была
явиться одним из аргументов, подтверждающих право мос-
ковских Рюриковичей на царский титул. Однако в тексте
Томского и Чудовского списков есть рассказ о взятии Полоц-
ка, которое произошло 15 февраля 1563 г. А. С. Усачев обра-
тил внимание на то обстоятельство, что в тексте Томского
списка в соответствующем месте присутствует кодикологиче-
ский шов.138 Такой же шов, но менее заметный, есть и в Чудов-
ском списке. Оба списка, видимо, передали здесь структуру
своего протографа, черновика Степенной книги, в котором
известие о взятии Полоцка было вставлено позже написания
основного текста XVII грани. Из этого следует, что работа над
текстом XVII грани продолжалась по меньшей мере до второй
половины февраля 1563 г. Списки Томский и Чудовский были
созданы не позднее 31 декабря 1563 г., когда умер митропо-
лит Макарий, упоминающийся в тексте обоих списков как
здравствующий глава русской церкви. В заголовке XVII гра-
ни (как в основном тексте, так и в Гранесовании) в списках
Томском и Чудовском после имени Макария оставлено пустое
место для написания имени следующего митрополита, однако
131Усачев А. С. К вопросу о датировке Степенной книги // Древняя Русь.
Вопросы медиевистики. № 4 (22). Декабрь 2005 г. С. 33—40.
138Там же. С. 38—39.
115
Глава 2
оно осталось незаполненным. Из этого можно заключить, что
окончательное формирование рассматриваемых списков про-
исходило с середины февраля до конца декабря 1563 г. Работа
над текстом черновика продолжалась, поэтому можно предпо-
ложить, что завершение беловых было приурочено к некоему
мероприятию. Таковым в 1563 г., скорее всего, было триум-
фальное возвращение Ивана Грозного из Полоцка в Москву,
которое произошло 21 марта.139 Возможно, именно тогда Том-
ский список был поднесен царю, а Чудовский список — мит-
рополиту. На это указывает поспешность, с которой работали
над завершением Томского списка. В то время, когда списки
Томский и Чудовский были уже полностью написаны, в текст
Степенной книги единовременно (поскольку одним почерком)
вставили два заимствования: рассказ о посмертном крещении
из Печерского патерика в 75-й главе I грани140 и справку
о происхождении мироточивого образа Николы чудотворца
в 16-й главе XIII грани.141 Обе вставки были сделаны в текст
черновика и его беловых копий.
Как указывалось, редактирование Степенной книги после
торжественного акта представления Томского и Чудовского
списков не было прекращено. В черновик внесли похвалу
роду Владимира (в 72-ю главу I грани). Этот текст вписан и
в Чудовский список. Томский список, видимо, был в это вре-
мя недоступен редактору, и данную вставку в его текст не
внесли. Однако несколько позднее сюда были внесены тексты
с расчетами сроков святительства митрополитов, причем сде-
лано это было одним из почерков Чудовского списка,142
т. е. писец, принимавший участие в создании Чудовского
списка, в более позднее время имел доступ и к Томскому спи-
ску. Приписки с расчетом сроков святительства митрополи-
тов помещены в начале каждой грани. В большинстве случаев
приписка лаконично указывает количество лет святительства
того или иного митрополита. Иногда от составителя припис-
ки требовались более пространные комментарии. Так, по по-
воду святительства митрополита Киприана он написал сле-
139См. его описание: ПСРЛ. Т. 13. СПб., 1904. С. 365.
140СКДС 200/в—в.
141СКДС 481/в—в.
142Покровский Н. Н., Журавель О. Д., Сиренов А, В. Археографическое пре-
дисловие // СКДС. Т. 1. С. 14. Данное наблюдение сделано О. Д. Журавель.
116
Составление Степенной книги
дующее: «Сии два митрополита: Киприан, еще при Алексее
чюдотворце четыре лета в Киеве святительствова, и по Алек-
сею чюдотворце прииде Киприан на Москву, и пребысть 3 ле-
та, отъиде в Киев, и тамо бысть 6 лет. Тогда же бысть на Мо-
скве Пимин митрополит, и поиде Пимин третее в Царьград и
преставися в Халкидоне. В та же лета и Дионисий митропо-
лит из Царяграда иды на Москву, его же пойма в Киеве князь
Владимир Олгердович, и седел в нятстве 2 лета, и преставися,
и положен бысть в пещере киевьской. Тогда Киприану митро-
политу бывшу в Киеве, и потом Киприан паки бысть на Мо-
скве во святительстве 17 лет. И всего бысть на митрополии
Киприан в Киеве и на Москве лет 30 без полутретья месяца».143
Подобные же, хотя и не столь пространные объяснения авто-
ру приписок пришлось давать по поводу митрополитов Исидо-
ра, смещенного с митрополичьего престола, и Спиридона-Сав-
вы, который был литовским митрополитом, однако окончил
свои дни в Ферапонтове монастыре.144 Следует отметить, что
для составления рассматриваемых приписок недостаточно
было пользоваться только текстом Степенной книги, нужно
было обратиться к летописям. Таким образом, эту работу
вполне можно расценить как редакторскую, которая оконча-
тельно оформила Томский извод Краткой редакции. Можно
довольно точно датировать составление приписок. В Томском
списке не сохранился первый лист заключительной, XVII гра-
ни и, соответственно, утрачена последняя приписка с расче-
том сроков святительства митрополитов — современников
Ивана Грозного. Однако текст этой приписки донесли две ко-
пии Томского списка, сделанные во второй половине XVII в. —
списки БАН, П.1.В1 и РГБ, ф. 205 (собр. ОИДР) 252. Там она
читается следующим образом: «Сии митрополиты быша на
Москве: Иоасаф 3 лет и остави, Макарей 22 лет без полу-
третья месяца, Афанасей 2 лет и 3 месяца и остави, Фи-
липп».145 Не указан срок святительства митрополита Филип-
па Колычева, что свидетельствует о составлении приписок
143СКДС 446/5.
144СКДС 527/1, 614/6.
Сиренов А. В. Краткая редакция Степенной книги // Рукописная книга
Древней Руси и славянских стран: от кодикологии к текстологии. СПб., 2004.
С. 132.
117
Глава 2
во время пребывания Филиппа на митрополии, т. е. в 1566—
1568 гг.
Формирование текста Степенной книги на создании двух
беловых списков не завершилось. Как свидетельствует восхо-
дящий к черновику Пискаревский список, черновик оставался
объектом редактирования и после завершения работ над Том-
ским и Чудовским списками. Отметим, что приемы редакти-
рования остались прежними. Так, редактор сделал несколько
вставок. Во-первых, вставлены две вводные статьи, первая из
которых, представляющая собой перечень епархий русской
митрополии, является заимствованием из Патриаршего спи-
ска Никоновской летописи — того самого, который привле-
кался при составлении основного текста Степенной.146 Во-вто-
рых, вставлено дополнительное оглавление «Новые чюдотвор-
цы», помещенное перед главным — Гранесованием, которое
в свое время также было вставлено в уже написанный основ-
ной текст памятника. В-третьих, вставлено Сказание о чуде-
сах митрополита Алексия: оно помещено после его Жития
в XI грани. Это Житие, как показано выше, также было
вставлено на одном из поздних этапов редактирования тек-
ста. Таким образом, редактор к одной вставке прибавил дру-
гую. Подобное добавление он сделал и в тексте 9-й главы
XII грани. В списках Томском и Чудовском к концу этой гла-
вы редакторским почерком приписано известие о чудесах
от иконы Тихвинской Богоматери. В Пискаревском списке
вслед за этим известием (оно помещено уже в основном тек-
сте) читается другое — о чудесном образом раздавшемся коло-
кольном звоне в Нижнем Новгороде.147 Обе вставки касаются
чудесных явлений, и появились они в одном месте текста. На-
конец, в числе позднейших редакторских изменений черно-
вика — унификация заголовков. В значительной их части
именительный падеж был изменен на предложный. Харак-
терно, что некоторые заголовки в Волковском списке перво-
начально написаны в именительном падеже и в процессе редак-
1460б использовании Патриаршего списка Никоновской летописи при со-
ставлении основного текста Степенной книги см.: Клосс Б. М. Никоновский
свод... С. 193.
147СКДС 456/в—в, 53.
118
Составление Степенной книги
торской работы в них появляется предложный падеж.148 Нечто
подобное встречаем и в Житии Даниила Переяславского —
другом произведении Андрея-Афанасия. Здесь текст также
разделен множеством заголовков, большинство которых напи-
сано на полях. Почти все заголовки сформулированы в пред-
ложном падеже, например: «О путном шествии»,149 «О посла-
нии к митрополиту»150 и др. В некоторых случаях предложный
падеж введен искусственно: «О еже не быти баням в манасты-
ри»151 и др. В некоторых случаях (в 12-ти из 62-х) подзаголов-
ки сформулированы в именительном падеже: «Зачало»,152
«Изшествие»153 и др. В Волковском списке большинство под-
заголовков изначально были сформулированы в именитель-
ном падеже. Часть их исправлена на предложный падеж на
раннем этапе и в таком виде отразилась в Томском и Чудов-
ском списках, а часть была исправлена позже и отразилась
в Пискаревском списке.
Общие черты в приемах редактирования черновика Сте-
пенной книги до написания Томского и Чудовского списков,
а также после создания этих списков свидетельствуют, на наш
взгляд, о том, что в обоих случаях работал один редактор.
Характерно, что позднейшая правка черновика не была учте-
на не только в царском Томском списке, но и в митропо-
личьем Чудовском списке. Видимо, редактор к тому времени
утратил доступ к митрополичьей библиотеке. Поскольку,
по нашему мнению, редактором был митрополит Афанасий,
то это могло произойти после его удаления в 1566 г. на покой.
Некоторые черты его позднейшей редакторской работы (упо-
минание Марии Темрюковны и митрополита Антония) позво-
ляют предположить, что он работал над черновиком Степен-
ной книги на протяжении 60-х—начала 70-х гг. XVI в. —
видимо, до самой своей смерти, поскольку в 1575 г. имя
148Например, на л. 171 об. заглавие 37-й главы I грани «О крещении сы-
новей Владимерих» исправлено из «Крестишася сынове Владимири», и т. п.
149Житие преподобного Даниила, переяславского чудотворца, Повесть
о обретении мощей и Чудеса его / Издание С. И. Смирнова. М., 1908. С. 22.
150Там же. С. 23.
151Там же. С. 39.
152Там же. С. 6.
153Там же. С. 11.
119
Глава 2
митрополита Афанасия было включено в составленный в этом
году синодик Троице-Сергиева монастыря,154 т. е. к этому
времени он был уже мертв. Если предложенная здесь рекон-
струкция составления Степенной книги верна, то Андрея-
Афанасия можно назвать одним из наиболее выдающихся
отечественных историков, а созданный им историографиче-
ский труд — главным делом его жизни.
154Клосс Б. М. Никоновский свод... С. 263.
Глава 3
СТЕПЕННАЯ КНИГА
И ЛИЦЕВОЙ ЛЕТОПИСНЫЙ СВОД
Лицевой летописный свод — крупнейший иллюстрирован-
ный кодекс русского Средневековья — в числе своих источни-
ков имел и Степенную книгу. До настоящего времени иссле-
дователи не имеют точного представления об объемах этого
масштабного мероприятия. Уже в XVII в. Лицевой свод быто-
вал в виде разрозненных томов, а то и кип отдельных листов.
Почти на каждом листе присутствует миниатюра, но не все
они в XVII в. были расцвечены, некоторые содержали только
прорись композиции. В 1677 г. по специальному царскому
указу иконописцы Оружейной палаты раскрашивали такие
незавершенные миниатюры.1 Однако и эта работа не была до-
ведена до конца, так как до настоящего времени некоторые
миниатюры остались нераскрашенными. Видимо, так случи-
лось потому, что к моменту работы иконописцев Оружейной
палаты им была доступна только часть листов некогда едино-
го комплекса. Во второй половине XVIII в., когда началось
деятельное собирание русских летописей с целью изучения на
их основе русской истории, тома и листы Лицевого свода бы-
ли распылены в еще большей степени. Поэтому долгое время
исследователи не воспринимали отдельные тома Лицевого
свода как части одного произведения. Из комплекса текстов
свода, как правило, выделяли повествование о русской исто-
1 Богданов А. П., Пентковский А. М. Сведения о бытовании Книги Цар-
ственной («Лицевого свода») в XVII в. // Исследования по источниковеде-
нию истории СССР дооктябрьского периода: Сб. ст. М., 1983. С. 69.
121
Глава 3
рии и, поскольку основным источником здесь была Никонов-
ская летопись, эту часть Лицевого свода называли лицевым
списком Никоновской летописи. Разновременность работы
над миниатюрами (т. е. отмеченный выше факт раскраски
отдельных миниатюр в XVII в.) породила разноречивые мне-
ния относительно времени создания Лицевого свода. Так, мно-
гие исследователи XIX—начала XX в. считали его памятни-
ком исключительно XVII в. Только изучение филиграней Ли-
цевого свода, проведенное Н. П. Лихачевым, показало со всей
очевидностью, что данный памятник древнерусской историо-
графии был создан в 70-е гг. XVI в.2 Среди более поздних иссле-
дований Лицевого свода следует выделить работы Б. М. Клос-
са, А. А. Амосова и В. В. Морозова. Для решения вопроса
о происхождении свода существенным представляется наблю-
дение Б. М. Клосса, который зафиксировал использование
в рукописях Лицевого свода той же бумаги, что и в печатной
Псалтири, изданной в 1577 г. в Александровой слободе.3 Раз-
витое впоследствии А. А. Амосовым, это наблюдение легло
в основу не только датировки Лицевого свода, но и наших
представлений об авторстве этого уникального памятника
отечественной историографии.4 Несомненна близость автора
Лицевого свода к царскому окружению. Об этом свидетельст-
вуют и приписки на полях одного из томов — так называемой
Царственной книги. Как показал Д. Н. Алыпиц, их автор про-
водил идеи Ивана Грозного.5 Теперь появились и кодикологи-
ческие доказательства в пользу того, что Лицевой свод вышел
из ближайшего окружения Ивана Грозного. Весьма возмож-
но, что создавался он в опричной Александровой слободе.
Первым выделил заимствования в Лицевом своде из Сте-
пенной книги А. Е. Пресняков;6 этот перечень был дополнен
2Подробный историографический обзор см.: Амосов А. А. Лицевой лето-
писный свод Ивана Грозного. Комплексное кодикологическое исследование.
М., 1998. С. 32—119.
3 Клосс Б. М. Никоновский свод и русские летописи XVI—XVII веков.
М., 1980. С. 246—249.
* Амосов А. А. Лицевой летописный свод Ивана Грозного. С. 206—222.
^Альшиц Д. Н. 1) Иван Грозный и приписки к лицевым сводам его вре-
мени // Исторические записки. М., 1947. Т. 23. С. 251—289; 2) Источники
и характер редакционной работы Ивана Грозного над историей своего цар-
ствия // Труды Государственной Публичной библиотеки им. М. Е. Салтыкова-
Щедрина. Л., 1957. Т. 1 (4). С. 119—146.
6 Пресняков А. Е. Московская историческая энциклопедия XVI в. //
Известия ОРЯС. СПб., 1900. Т. 5. Кн. 3. С. 858, 861, 863—866.
122
Степенная книга и Лицевой летописный свод
В. В. Морозовым.7 Таким образом, в настоящее время извес-
тен 21 случай привлечения Степенной книги в качестве источ-
ника при создании текста Лицевого свода. Это рассказ о чуде
от новгородской иконы Знамение и походе на Новгород Анд-
рея Боголюбского, вставки в биографию Александра Невско-
го, известие о смерти Варлаама Хутынского, Повесть о Ми-
хаиле Черниговском и его боярине Федоре, Повесть о Темир-
Аксаке, Сказание о великой княгине Евдокии, жене Дмитрия
Донского, фрагменты 4-й главы XV грани, повествующей
о присоединении Новгорода при Иване III, Повесть о чудес-
ном рождении Василия III, фрагменты Повести о пришествии
Ахмата на Угру в 1480 г. с посланием Вассиана Рыло, извес-
тие о посылке воевод на вогуличей под 1483 г., фрагмент рас-
сказа о соборе на новгородских еретиков в 1491 г., чудеса
Александра Невского (явление в 1380 г., пожар во Владимире
в 1491 г. и исцеление духовника Ивана Грозного), известие
о поимке Андрея Ивановича Углицкого, Повесть о нашествии
на Москву Магмет-Гирея в 1521 г., Повесть о чудесном рож-
дении Ивана Грозного, Похвала Василию III (известна по тек-
сту Александро-Невской летописи), Повесть о болезни и смер-
ти Василия III, прорицание казанской царевны Ковгоршад,
пять рассказов о знамениях перед Повестью о поставлении
Свияжска, рассказ о чудесном прокормлении русского войска
на пути к Казани, четыре рассказа о чудесах, предзнамено-
вавших падение Казани.
Прежде чем перейти к подробному рассмотрению перечис-
ленных заимствований, остановимся на вопросе, какой имен-
но список Степенной книги был привлечен при создании
Лицевого свода. В. В. Морозов полагает, что это был Чудов-
ский список,8 и с этим нельзя согласиться.9 Гораздо ближе и
7 Морозов В. В. Лицевой свод в контексте отечественного летописания
XVI века. М., 2005. С. 121—122.
8 Морозов В. В. 1) Царственная книга и книга Степенная царского родо-
словия // Конференция по истории средневековой письменности и книги
25—27 октября 1977 г.: Тезисы докладов. Ереван, 1977. С. 58—59; 2) Лице-
вой свод в контексте отечественного летописания XVI века. С. 102.
9 Есть несколько чтений Лицевого свода, сближающих его с Чудовским
списком Степенной книги. Так, в Житии Михаила Черниговского в чтении
«Батыеви же разумна бысть вся доблесть святаго», также заимствованном
из Степенной книги, в Лицевом своде читается не «доблесть», а «добле»
123
Глава 3
текстуально, и кодикологически к Лицевому своду оказыва-
ется Томский список Степенной книги. Приведем случаи сов-
падающих чтений Лицевого свода и Томского списка относи-
тельно Чудовского (совпадения орфографических особенностей
и явные, легко исправимые описки Томского списка во вни-
мание не принимаются). В рассказе о чуде от новгородской
иконы Знамение в 1170 г. новгородский архиепископ Иоанн
в Томском списке и Лицевом своде ошибочно назван еписко-
пом;10 в Томском списке в результате гаплографического про-
пуска отсутствуют слова «свой. И бысть им тяжек путь» —
их нет и в Лицевом своде.11 В Житии Михаила Черниговского
при передаче слов Степенной книги «Да не погибнеши, —
рече, — зле» в Лицевом своде повторена ошибка Томского
списка — вместо слова «зле» написано «зде».12 В чтении Сте-
пенной книги «скверными своими руками» в Томском списке
и Лицевом своде отсутствует слово «своими».13
Наибольшее число свидетельств использования в Лицевом
своде именно Томского списка Степенной книги приходится
на текст Сказания о чудесах иконы Владимирской Богома-
тери, поскольку это одно из самых пространных заимствова-
ний из Степенной книги, к тому же не претерпевшее в Лице-
вом своде существенных редакторских изменений. В первую
группу выделим орфографические разночтения. Двух заго-
ловков, отсутствующих в Томском списке, нет и в Лицевом
своде: «Молитва»14 и «О человеце, како спасен бысть от ре-
ки».15 Некоторые заголовки в Томском списке и Лицевом сво-
де находятся не в тех местах, что в Чудовском списке. Заго-
ловок «О видении на воздусе Владимирьскиа церкви Богома-
(ПСРЛ. СПб., 1885. Т. 10. С. 243) — это, возможно, отражение чтения
Чудовского списка, где буквы «добле» расположены в конце л. 319, а бук-
вы «сть» — в начале л. 319 об. В Томском списке это слово находится в
середине строки (л. 307 об.).
10ПСРЛ. СПб., 1862. Т. 9. С. 242; СКДС 274/47.
ППСРЛ. Т. 9. С. 243; СКДС 275/12—12.
12ПСРЛ. Т. 10. С. 241; СКДС 317/17.
13ПСРЛ. Т. 10. С. 244; СКДС 320.
14ПСРЛ. СПб., 1897. Т. 11. С. 244; СКДС 487/32.
15ПСРЛ. Т. 11. С. 245; СКДС 488/24—25. Это заголовок 7-го титла. Его
отсутствие в Томском списке можно объяснить только пропуском, так как
там есть заголовки и 6-го и 8-го титл.
124
Степенная книга и Лицевой летописный свод
тери» в Чудовском списке написан после слов «месяца авгу-
ста 1 день», а в Томском и Лицевом своде — после слов «дань
имати на них»,16 заголовок «О прилежном молении Киприана
митрополита» в Чудовском написан после слов «внука Ивано-
ва Калиты Даниловичя», а в Томском и Лицевом своде —
после слов «у реки Оки»,17 заголовок «О всенародном благо-
надежном молении пред образом Богоматери» в Чудовском
написан после слов «образ Иисус Христов», а в Томском и Ли-
цевом своде — после слов «не плачющася».18 Из всех списков
Степенной книги только в Томском списке и его копиях есть
заголовок «О иконе Владимерьскоде» — есть он и в Лицевом
своде.19 Заголовок «О Темире Аксаке» в Томском списке на-
писан как «О Темире» (его продолжение «же Аксаке» припи-
сано скорописью XVIII в.) — такое же чтение и в Лицевом
своде.20 Можно указать несколько случаев, когда пропущен-
ные в Томском списке слова отсутствуют и в Лицевом своде:
в заголовке «О послании по чюдотворную икону Богоматери
во град Владимирь» пропущены слова «во град Владимирь»;21
в чтении «Он же от страха ничто же можаше проглаголати,
точию трясашеся и стеняше, и много время яко безгласен
пребысть» пропущены слова «и много время яко безгласен
пребысть».22 В нескольких случаях замена синонимов Том-
ского списка отразилась в тексте Лицевого свода: в обраще-
нии к Богородице «О, Пречистаа Госпоже» вместо «Госпоже»
читается «Госпоже Дево»;23 в чтении «егда от иконы Богоро-
дичины огненыя луча сиаху» вместо «Богородичины» чита-
ется «Владычны»;24 в чтении «с Святым Благим и Животво-
рящим Духом» вместо «Святым» читается «Пресвятым и».25
Можно указать и случаи зависимости чтений Лицевого свода
16ПСРЛ. Т. 11. С. 245; СКДС 490/22—22.
17ПСРЛ. Т. 11. С. 249; СКДС 496/20—20.
18ПСРЛ. Т. 11. С. 250; СКДС 499/8—9.
19ПСРЛ. Т. 11. С. 253; СКДС 503/21.
20ПСРЛ. Т. 11. С. 246; СКДС 491/г—г.
21ПСРЛ. Т. 11. С. 249; СКДС 497/7—8 (в Томском списке слова «во Вла-
димер» приписаны скорописью XVIII в.).
22ПСРЛ. Т. 11. С. 252; СКДС 502/31—31.
23ПСРЛ. Т. 11. С. 244; СКДС 487/33.
24ПСРЛ. Т. 11. С. 245; СКДС 490/14.
25ПСРЛ. Т. 11. С. 251; СКДС 501/10.
125
Глава 3
от расположения текста Томского списка. Вместо заголовка
«Чюдо во Златых вратех» в Томском списке (л. 471) в строке
сначала было написано «Чюдо о победе на болгары», затем
в строке и над строкой исправлено редакторским почерком на
«Чюдо во вратех Златых»,26 получилось: «Чюдо о вратех зла-
тых еде на болгары». Именно такое чтение встречаем в Лице-
вом своде.27 В чтении «Благодать моя с тою» в Томском спи-
ске последнее слово первоначально было написано как «то-
бою», что впоследствии исправлено — слог «бо» зачеркнут.
В Лицевом своде это исправление не заметили или проиг-
норировали — там читается «Благодать моя с тобою».28 Нако-
нец, в Лицевом своде отражено произведенное в Томском спи-
ске исправление: при описании мора в войске Темир-Аксака
первоначальное количество опустевших шатров «100 и де-
сять» в Томском списке исправлено на «120», 120 шатров
указано и в Лицевом своде.29 В Послании архиепископа Фео-
фила новгородцам во фразе «преслушаниа ради святых про-
рок» в Томском списке и Лицевом своде пропущено слово
«святых»;30 в словосочетании «закона отець своих» вместо
«своих» в Лицевом своде и Томском списке читаем «ваших».31
При описании военного похода Ивана III на Новгород во фра-
зе Степенной книги «Тако же и зде показа Господь» в Том-
ском списке и Лицевом своде последнее слово читается как
«Бог».32 В разделе «О брани на Двине» во фразе «с ними же
быша устьюжане» в Лицевом своде и Томском списке после
слова «быша» читается слово «тогда».33 В рассказе о возвра-
щении Ивана III из новгородского похода в Москву в Лицевом
своде и Томском списке к его титулу «великий князь Иван
Васильевичь, Владимиръский» прибавлено «и Московский».34
В Повести о чудесном рождении Василия III в Лицевом своде
26СКДС 489/в—в.
27ПСРЛ. Т. 11. С. 245; см. в рукописи: БАН, 31.7.30, л. 487 об.
28В издании эта ошибка исправлена без какой-либо оговорки (ПСРЛ.
Т. 12. С. 246), см. рукопись: БАН, 31.7.30, л. 485; СКДС 491/6.
29ПСРЛ. Т. 11. С. 254; СКДС 505/15—15.
30СКДС 621/1; ПСРЛ. СПб., 1901. Т. 12. С. 128.
31СКДС 621/18; ПСРЛ. Т. 12. С. 128.
32СКДС 627/15; ПСРЛ. Т. 12. С. 134.
33СКДС 630/50; ПСРЛ. Т. 12. С. 138.
34СКДС 632/6; ПСРЛ. Т. 12. С. 140.
126
Степенная книга и Лицевой летописный свод
неоднократно повторяется довольно редкая форма слова —
«княиня», причем в этих же местах подобная особенность
имеет место только в Томском списке.35 В Послании Вассиана
Рыло на Угру в Лицевом своде и Томском списке Угра назы-
вается «Югрой».36 В Томском списке и Лицевом своде пропу-
щены слова «и всем призывающим И».37 После слов «страда-
ти за веру» в Лицевом своде и Томском списке прибавлено
«Христову».38 В словосочетании «иже до смерти» Лицевой
свод и Томский список дают чтение «даже и до смерти».39
В чтении «Аще ли же еже пришися любо» вместо «еже»
в Томском списке и Лицевом своде стоит «еще».40 В чтении
«Все убо тогда и ныне» вместо слова «все» в Томском списке
и Лицевом своде читается «и се».41 В обеих рукописях пропуще-
ны слова «Той же»;42 во фразе «Се твердое, и честное, и креп-
кое царство» вместо «се» читается «и»;43 в словосочетании
«молитвою Богу» пропущено слово «Богу»;44 в чтении «Сим
бо образом, владыко» пропущено слово «владыко»;45 в чтении
«Леонтия, и Исаия, и Игнатия, Ростовьскых чюдотворец» про-
пущено слово «чюдотворец».46 В заимствовании из 21-й главы
XV грани, посвященной чудесному спасению мощей Алек-
сандра Невского в пожаре в 1491 г., заголовок «О явлении на
воздусе святаго и великаго князя Александра Невскаго и о по-
жаре» продолжен словом «володимерском».47 Это следствие
использования Томского списка, где против заголовка на пра-
вом поле скорописью написано «во Владимере» (л. 639).48
В основном тексте этой главы в Лицевом своде повторено
35ПСРЛ. Т. 12. С. 190—191; СКДС 644/53, 57, 65, 67, 89.
36ПСРЛ. Т. 12. С. 203; СКДС 647/43, 48.
37ПСРЛ. Т. 12. С. 206; СКДС 651/4—4.
38ПСРЛ. Т. 12. С. 207; СКДС 651/57.
39ПСРЛ. Т. 12. С. 207; СКДС 652/19.
40ПСРЛ. Т. 12. С. 208; СКДС 653/16.
41ПСРЛ. Т. 12. С. 209; СКДС 653/52.
42ПСРЛ. Т. 12. С. 209; СКДС 653/58—58.
43ПСРЛ. Т. 12. С. 211; СКДС 655/49.
44ПСРЛ. Т. 12. С. 211; СКДС 655/54.
45ПСРЛ. Т. 12. С. 211; СКДС 656/20.
46ПСРЛ, Т, 12. С. 211; СКДС 656/27.
47ПСРЛ. Т. 12. С. 229.
48СКДС 663. Возможно, эта помета принадлежит составителю Лицевого
свода.
127
Глава 3
индивидуальное чтение Томского списка: «яко к небеси взи-
мался» (вместо «яко к небеси изимаяся, яжздаща» остальных
списков).49 В рассказе о нашествии Магмед-Гирея вместо слов
Степенной книги «женут по нас», относящихся к врагам на
поле боя, в Лицевом своде приведено ошибочное чтение Том-
ского списка «женут на нас», которое в окончательном ва-
рианте было исправлено на «женут нас».50 В рассказе о кре-
щении Ивана Грозного в Лицевом своде повторена описка
Томского списка: «благоговейно» вместо «благоговейно».51
В Повести о болезни и смерти Василия III в нескольких мес-
тах, где составителем Лицевого свода сделаны вставки, в Том-
ском списке поставлены отметки (о них см. ниже). В Томском
списке в чтении «свыше от Вседръжительныа руки милосер-
даго Господа» слово «руки» исправлено на «десница»52 —
в Лицевом своде читается «свыше от вседержителныя десни-
ца милосердаго Господа».53 Можно предположить, что данное
исправление Томского списка, сделанное почерком, похожим
на редакторский почерк Лицевого свода, сделано составите-
лем Лицевого свода. В той же Повести о смерти Василия III
в чтении «ведяше еа» в Томском списке после слова «ведяше»
редакторским почерком вписано слово «бо» — в Лицевом сво-
де читается «ведяше бо ея».54 В тексте 8-го титла 10-й главы
XVII грани «Диво о рыбной ловитве» в Томском списке в чте-
нии «извлекошя мрежу, в ней же видешя человека жива»
вместо слов «ней же» читается «неже» — та же ошибка
присутствует и в Лицевом своде.55 В заголовке 22-го титла
10-й главы XVII грани в Томском списке читается «О видении
святых апостол и прочих святых» (в остальных списках слово
«святых» отсутствует) — такое же чтение видим и в Лицевом
своде.56 В тексте 24-го титла 10-й главы XVII грани в Томском
списке вместо «святый» написано «святы» — эта же ошибка
49ПСРЛ. Т. 12. С. 229; СКДС 663/49—50.
50ПСРЛ. СПб., 1904. Т. 13. Ч. 1. С. 43, примеч. 1; СКДС 705/46.
51ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 50; СКДС 710/19.
52СКДС 718/32; Томский список, л. 687. В издании отмечено, что
исправление сделано более поздней скорописью.
53ПСРЛ. М., 1965. Т. 29. С. 124; Т. 13. Ч. 1. С. 415.
54СКДС 719/2; ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 416.
55ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 463; СКДС 750/4.
56ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 502; СКДС 754/13.
128
Степенная книга и Лицевой летописный свод
присутствует и в Лицевом своде.57 Итак, приведенные данные
сопоставления текста Лицевого свода и древнейших списков
Степенной книги позволяют утверждать, что при составлении
свода использовался Томский список.
Теперь обратимся к текстуальным заимствованиям из Сте-
пенной книги в Лицевом своде и попытаемся определить их
характер. В первую группу можно выделить уникальные
известия Степенной книги, информацию о которых состави-
тель Лицевого свода не мог извлечь из какого-либо другого
источника. Их немного. Во-первых, это известие о посылке
воевод на вогуличей, под 1484 г. Оно заимствовано из 17-й гла-
вы XV грани (со слов «Воевод же своих великий князь по-
слал...» до слов «устрой его дань даяти себе»58). Этого текста
нет в других источниках Лицевого свода, поэтому мотивы
привлечения Степенной книги в данном случае ясны — Сте-
пенная содержала уникальное для составителя Лицевого сво-
да известие. Второе заимствование из Степенной книги —
рассказ о ликвидации Иваном III удела, принадлежавшего
его брату Андрею Угличскому: «А на Углечь и в Можаеск по-
сла великий князь своих наместников, тогда бо бысть Мо-
жаеск за князем Андреем. Брата же своего князя Бориса Ва-
си л иевичя Волотцкаго и детей его, неухыщреннаго их ради
нрава, не вреди ничим же».59 Этого известия нет в основном
источнике Лицевого свода, используемом в рассматриваемой
части свода — Никоновской летописи; нет его и в других
источниках Лицевого свода. Поэтому, видимо, рассматривае-
мое известие точно соответствует тексту Степенной книги,
в него не было сделано никаких вставок. Следующее заимст-
вование — Похвала Василию III. Этот текст дошел в составе
Александро-Невской летописи, которая, как известно, отра-
зила некоторые, в том числе не дошедшие до нас, части Ли-
57ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 503; СКДС 755/25.
58ПСРЛ. Т. 12. С. 215; СКДС 658. В Лицевом своде в этот текст вставле-
но два заголовка: «О посылке воевод на Ясыку и Юзшана» и «О челобитьи
Юзшанове и как пожаловал его князь великий». В. В. Кусков полагал, что
данное известие было заимствовано из Никоновской летописи (Кусков В. В.
Степенная книга как литературный памятник XVI века: Дис. ... канд. филол.
наук. М., 1951. С. 256, примеч. 5), но это не так. Исследователь ошибочно
принял за чтение Никоновской летописи чтение Лицевого свода.
59СКДС 665; ПСРЛ. Т. 12. С. 231—232.
129
Глава 3
цевого свода. Похвала Василию III читается там не с начала,
а со слов «архиереом же и всему священному собору благо-
разумный согласник».60 Начало этого текста утрачено, поэто-
му можно только установить, что в данном случае использо-
вана 24-я глава XVI грани Степенной книги, однако остается
неизвестным, с начала главы заимствован текст в Лицевой
свод или нет. Заимствование оканчивается словами «всяче-
ски тщашеся вместо земнаго царьствия Небесное получити»61
и представляет собой агиографическую похвалу Василию III,
которая оканчивается известием о его скорой кончине. В текст
Степенной книги сделана только одна незначительная встав-
ка: после слов «многим тщанием подражая богомудрому жи-
тию святаго и праведнаго своего прародителя достохвалнаго
великаго князя Дмитрея Ивановича» в Лицевом своде чита-
ется «во всем тому подобяся житием»,62 которая является
распространением предшествующего текста. По расположе-
нию рассматриваемого отрывка в Александро-Невской лето-
писи нельзя понять, где он находился в Лицевом своде.
Уникальными известиями Степенной книги, полностью
использованными в Лицевом своде, являются описания чу-
дес, которые предшествовали взятию Казани — титла 5, 6—
9, 11, 12, 19, 22—25 из 10-й главы XVII грани. Они имеют
источником, по-видимому, устные предания.63 Первое из них,
прорицание казанской царевны Ковгоршад о скором падении
Казанского ханства от русского оружия (5-е титло), в состав
Лицевого свода вошло полностью (со слов «Сия же Ковгоршад
царевна, сестра Маагмед-Аминя царя, иже грамоте татарстей
научена бысть...» до слов «...еще живу сущу царю их Сафа-
Кирею»).64 Наряду с рассказом о прорицании царевны Ков-
горшад в Степенной книге описаны еще четыре пророчества
о взятии Казани: о юродивом татарине, о рожденном от коро-
вы человеке, о выловленном в Волге старике и о появлении
в Казани православных монахов, обладающих чудесной непри-
60ПСРЛ. Т. 29. С. 217.
61 Там же; СКДС 716.
62ПСРЛ. Т. 29. С. 217, примеч. е, ж; СКДС 716.
63Кусков В. В. Степенная книга как литературный памятник XVI века.
С. 285—286.
64ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 440; СКДС 749.
130
Степенная книга и Лицевой летописный свод
косновенностью и неуловляемостью (титла 6—9, 11 10-й гла-
вы XVII грани). Все они полностью помещены в текст Лице-
вого свода несколько ниже (под заглавием «О знамениях
во граде Казани», со слов «Некто татарин в Казани уродив...»
до слов «...но обаче глумляхуся»65). Отсутствует только указа-
ние на номера титл, и в тексте 11-го титла опущены слова
«По умертвии же поганаго царя Сафа-Гирея», поскольку
в текст Лицевого свода не вошло 10-е титло, в котором пове-
ствуется о смерти Сафа-Гирея. Текст 11-го титла в Лицевом
своде поэтому начат словами «Многажды же видаху татаро-
ве...». В Степенной книге частицы «же» нет. Однако в Том-
ском списке она вписана неосновным почерком над строкой.66
Вполне возможно, перед нами еще одно свидетельство работы
составителя Лицевого свода над текстом Степенной книги.
Текст 12-го титла «Знамение на Свияге» полностью помещен
в Лицевом своде под 7059 (1551) г., перед известием о строи-
тельстве Свияжска.67 Здесь идет речь о видении татарами
инока и слышании церковных песнопений на месте будущего
Свияжска. Неудачная формулировка Степенной книги «Ино-
гда же видешя яко стреляюща инока того» в Лицевом своде
заменена на более понятный текст: «и начаша стреляти его,
он же невидим бысть от них».68 Вывод, сделанный татарами
после созерцания видений, выраженный в Степенной книге
как «быти на том месте православию и церквам христиань-
ским, и жительствовати ту руским людем», в Лицевом своде
несколько скорректирован. Так, вместо слова «православию»
читается «Руси».69 Таким образом, акцент смещен из области
конфессиональной в область государственно-этническую. Рас-
сказ о чудесном прокормлении русского войска на пути к Ка-
зани представляет собой текст 19-го титла без начальных
строк, в которых повествуется о сборах Ивана Грозного в ка-
занский поход. В Лицевом своде заимствован текст со слов
«А от града Мурома государь шел частым лесом и чистым по-
лем...» до слов «...и все бесчисленое воиньство всякими потре-
65ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 463; СКДС 749—750.
66СКДС 750/56.
67ПСРЛ, Т. 13. Ч. 1. С. 465—466; СКДС 750—751.
68ПСРЛ, Т. 13. Ч. 1. С. 465; СКДС 750.
69ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 466; СКДС 750—751.
131
Глава 3
бами изообиловаху»,70 в нем говорится об изобилии пропита-
ния для русского войска на пути от Мурома до Казани. В Ли-
цевом своде этот рассказ помещен после подробного летописно-
го известия о дороге от Мурома и, таким образом, эмоциональ-
но и образно дополняет сухое, фактографичное летописное
повествование. Текст титл 22—25 («О видении святых апо-
стол и прочих святых», «О видении святаго Николы», «О ви-
дении преподобнаго Даниила», «О слышании звону во граде
Казани») также приведен в Лицевом своде полностью, кроме
25-го титла. Здесь заимствованы только начальные строки,
в которых говорится о колокольном звоне в Казани, и, соот-
ветственно, не приведены завершающие слова заголовка титла:
«и о приступе къ граду и взятие града».71 Текст 22—25-го титл,
содержащий известия явно легендарного характера, в Лице-
вом своде помещен непосредственно перед описанием штурма
Казани.
Ко второй группе заимствований можно отнести такие слу-
чаи, когда пространный текст Степенной книги заменяет крат-
кое известие основного источника Лицевого свода — летописи
Никоновской или Воскресенской. Представляется важным
выяснить, что именно заставило составителей Лицевого свода
предпочесть рассказ Степенной книги, отказавшись в данном
месте следовать своему основному источнику. Первая по хро-
нологии повествования вставка из Степенной книги — рас-
сказ о походе войск Андрея Боголюбского на Новгород и чуде
от иконы Знамение. Это фрагмент 13-го титла 12-й главы
VI грани Степенной книги со слов «И оттоле великий князь
Андрей разгневася на Новъград...» до слов «...наведе на них
Бог казнь сию и смири их до зела рукою великаго князя
Андрея».72 Это подробное описание неудачного новгородского
похода, который в 1170 г. предпринял владимирский князь,
заменило собой краткий рассказ о нем, содержащийся в Ни-
коновской летописи.73 Степенная книга в данном случае, как
определил Л. А. Дмитриев, использовала Слово о знамении
Богородицы в Новгороде, дополнив его рядом известий, извле-
70ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 496; СКДС 752—753.
71ПСРЛ, Т. 13. Ч. 1. С. 503; СКДС 755.
72СКДС 274—276.
73ПСРЛ. Т. 9. С. 241—242.
132
Степенная книга и Лицевой летописный свод
ченных из разных летописей.74 В Лицевом своде оказалась за-
имствована та часть повествования Степенной книги, источ-
ником которой было Слово о знамении.75 В заимствованный
текст сделаны две вставки из Никоновской летописи: «а в Но-
вегороде бяше тогда князь Роман, сын Мстиславль, внук Изя-
славль, правнук Мстиславль, праправнук Владимера Манома-
ха»76 и «посадник же бяху тогда Андрей Якуновичь»,77 содер-
жащие, как видим, фактические дополнения. Таким образом,
в данном случае краткий летописный рассказ о новгородском
походе был механически заменен на пространный агиографи-
ческий.
Подобное заимствование из Степенной книги, а точнее, не-
сколько таковых встречаем в биографии Александра Невско-
го. Повествование об Александре Невском в Лицевом своде
начинается с похвалы князю и рассказа о Невской битве. Это
первое заимствование из Степенной книги, представляющее
собой полный текст 1-й главы и начало 2-й главы VIII грани:
со слов «Сей благоверный и благородный, Богом преудобрен-
ный и хвалам достойный великий князь Александр Яросла-
вичь...»78 до слов «...Преже бо их пришествиа прииде весть,
яко свей идут к Ладозе».79 Здесь в Лицевой свод, помимо под-
заголовка «Краль» и отметки «Глава 2»,80 не попали еще даты
татаро-монгольского нашествия («в лето 67[45]») и прихода
к Александру Невскому Андреаса Вельвена («Андрияша»)
(«в лето 6749»). Первая из них, правда, в Томском списке на-
писана на поле.81 Однако это едва ли случайный пропуск со-
ставителя Лицевого свода. Скорее, дату не включили созна-
тельно, как и в случае с посольством Андреаса, поскольку
™ Дмитриев Л. А. Житийные повести... С. 139.
75 При всех почти заимствованиях из Степенной книги в Лицевом своде
отсутствуют заголовки Степенной книги. Исключения из этого правила бу-
дут отмечены особо.
76ПСРЛ. Т. 9. С. 241.
77Там же. С. 242. Здесь допущена ошибка, так как в Никоновской лето-
писи имя посадника — Андрей Якунович (ПСРЛ. Т. 9. С. 241).
78ПСРЛ. Т. 10. С. 118; СКДС 323.
79ПСРЛ. Т. 10. С. 120; СКДС 326.
80Само заглавие 2-й главы в Лицевом своде приведено полностью,
за исключением слов «и прочая победы» (СКДС 325; ПСРЛ. Т. 10. С. 119).
81СКДС 325/а—а; ПСРЛ. Т. 10. С. 119.
133
Глава 3
в Лицевом своде, согласно с летописной традицией, дата, как
правило, указана в начале годовой статьи. Данный же текст
помещен в состав статьи 6749 г. По этой же причине в текст
Лицевого свода оказалось не включено известие о венчании
Александра Невского в Торопце, поскольку оно датировано
6747 (1239) г.82 В целом, текст Степенной книги перенесен
в Лицевой свод без изменений,83 однако в одном случае, при
описании посольства Андреаса, чтение Степенной книги до-
полнено чтениями основного источника — Никоновской лето-
писи:
Никоновская летопись	Степенная книга	Лицевой свод
Приидоша неции от за- падных стран, иже нари- цаються слуги Божии, видети великого князя Александра Ярославичя, внука Всеволожа, пра- внука Юрья Долгорука- го, праправнука Влади- мера Мономаха, препра- правнука Всеволожа, пращура	Ярославля, прапращура великого Владимера»84	...быша неции живущей в западных странах, иже по писанию Мефодиа Патаромъскаго нарица- ются слуги Божиа, от них же прииде муж сла- вен именем Андриашь85	...приидоша нецыи от за- падных стран, иже по писанию Мефодиа Пата- ромскаго нарицаются слуги Божиа, от них же прииде муж славен име- нем Андриашь, хотя ви- дети мудрость, и муже- ство, и дивный возрастъ блаженнаго Александра Ярославичя, внука Все- воложа, правнука Юрья Долгорукаго, праправну- ка Владимера Манома- ха, препраправнука Все- воложа, пращура Яро- славля, прапращура ве- ликаго Владимера86
В результате соединения чтений Никоновской летописи и
Степенной книги в Лицевом своде появилась путаница: в Ни-
коновской летописи сказано, что на Русь пришли люди, на-
82СКДС 325; ПСРЛ. Т. 10. С. 119.
83 Следует отметить вставку, сделанную в Лицевом своде неосновным по-
черком. При изложении планов немецких завоеваний слова «хотя вос-
приати Ладогу, и Великий Новъград и всю область Новоградскую» дополне-
ны глоссой «до Валама» (ПСРЛ. Т. 10. С. 120. Стб. 2, примеч. 1). В издании
указано, что эти слова приписаны другим почерком позднее, однако скорее
всего они принадлежат редактору Лицевого свода.
84ПСРЛ. Т. 10. С. 119.
85СКДС 325.
86ПСРЛ. Т. 10. С. 119.
134
Степенная книга и Лицевой летописный свод
зывающие себя Божиими слугами, а в Степенной книге идет
речь о том, что на Русь пришел Андреас послом от этих лю-
дей. В Лицевом же своде в результате механического соеди-
нения текстов получилось, что на Русь пришли Божии слуги,
от которых к Александру Невскому пришел Андреас.
Следующее заимствование из Степенной книги касается
известия о преставлении Варлаама Хутынского. В предыду-
щей части текста Лицевой свод следует не Никоновской,
а Воскресенской летописи и, соответственно, краткое извес-
тие своего источника «В лето 6751. Преставися Варлам Ху-
тыньский»87 заменяет на пространный рассказ об этом собы-
тии, извлеченный из Степенной книги.88 Однако в Воскресен-
ской летописи известие о преставлении Варлаама Хутынского
помещено до описания чуда мироточения в Пскове, а в Лице-
вом своде — после него. В Степенной книге последователь-
ность сюжетов совпадает с Лицевым сводом. Здесь также пре-
ставление Варлаама Хутынского описано после мироточения
в Пскове, что, по-видимому, и повлияло на составителя Лице-
вого свода. При передаче известия Степенной книги в Лицевом
своде опущена одна деталь: мирское нехристианское имя Вар-
лаама Хутынского (христианское имя «Алекса Михайловичь»
указано) — «по реклу же Вячеслав Прокшиничь».89 В осталь-
ном известие передано полностью, включая название главы.
Следующее заимствование — рассказ о хождении Алек-
сандра Невского в Орду — представляет собой полный текст
3-й главы VIII грани Степенной книги, начиная с названия
главы («Хожение Александрово... честь велию воздаде») до ее
окончания («...еже стыдетися и почитати их»).90 Единствен-
ное добавление в Лицевом своде, имя Батыя во фразе Степен-
ной книги «прииде к цареви, и везде благодать Божиа осиа-
ваше его»,91 можно объяснить стилистическими соображе-
ниями. Труднее объяснить пропуск в Лицевом своде фразы
«и с великою честию отпусти его»,92 тем более, что в Чудов-
87ПСРЛ. СПб., 1856. Т. 7. С. 152.
88СКДС 322. Этот рассказ представляет собой 16-ю главу VII грани.
89СКДС 322; ПСРЛ. Т. 10. С. 128.
90СКДС 332—334; ПСРЛ. Т. 10. С. 134—135.
91СКДС 333; ПСРЛ. Т. 10. С. 135.
92СКДС 333; ПСРЛ. Т. 10. С. 135.
135
Глава 3
ском списке эти слова написаны на нижнем поле и знаком
вставлены в основной текст,93 в Томском же списке они чита-
ются в основном тексте, причем расположены они таким обра-
зом, что гаплографический пропуск маловероятен (л. 332).
Это единственное место в Лицевом своде, несомненно близкое
к Чудовскому списку; при этом текст рассматриваемого заим-
ствования из Степенной книги ближе к Томскому списку, чем
к Чудовскому. Поэтому полагаем, что пропуск данной фразы
в Чудовском списке и Лицевом своде — случайное совпаде-
ние.
Последнее заимствование из Степенной книги в биографии
Александра Невского — рассказ о Неврюевой рати — начало
5-й главы VIII грани с заглавия «Пленение Неврюево» до слов
«его же ради Богу попустившю».94 Данный текст заменил со-
бой повествование Никоновской летописи — основного источ-
ника Лицевого свода в этой части. Причина замены — рас-
сказ Степенной книги о неспособности Андрея Ярославича
к управлению княжеством, послужившей причиной Неврюе-
вой рати. Этот рассказ входит в число уникальных известий
Степенной книги: «Он же, аще и преудобрен бе благородием
и храбростию, но обаче правление дръжавы яко поделие вме-
няя, и на ловитвы животных упражняйся, и съветником мла-
доумным внимая».95 Повествование о Неврюевой рати пред-
ставляет собой соединение двух источников — Никоновской
летописи и Степенной книги, в результате чего был создан
наиболее пространный текст:
Никоновская летопись	Степенная книга	Лицевой свод
Того же лета прииде изо Орды Невруй царевичь, и князь Катиак и князь Алыбуга храбрый ратью	...царь Сартак посла воево- ду своего Неврюя и с про- чими татары.96	Того же лета царь Сар- так посла воеводу сво- его Невруя и князя Ка- тиака и князя Алыбугу
93СКДС 333/а—а.
94СКДС 334; ПСРЛ, Т. 10. С. 138.
95СКДС 334. См.: Усачев А. С. Степенная книга и древнерусская книж-
ность времени митрополита Макария. М.; СПб., 2009. С. 340—342. Единст-
венное изменение, которое было сделано составителем Лицевого свода —
замена первых слов этого фрагмента «При нем же» на «Того же лета»
(СКДС 334; ПСРЛ. Т. 10. С. 138), которая позволила более органично вклю-
чить рассматриваемое известие в летописный текст свода.
96СКДС 334.
136
Степенная книга и Лицевой летописный свод
на великого князя Анд- рея Ярославичя Суздал- скаго, внука Всеволожа, правнука Юрья Долго- рукаго, и на всю землю Суздалскую.97		храбраго и с прочими татары ратью на вели- кого князя Андрея Яро- славичя Суздальскаго, внука Всеволожа, пра- внука Юрья Долгору- каго.98 *
Следующее по хронологии заимствование из Степенной
книги — Житие Михаила Черниговского. Здесь, положив
в основу повествование Степенной книги," составитель Лице-
вого свода дополнил его вставками из других источников.
Так, первые слова представляют собой заимствование из Вос-
кресенской летописи: «В то же лето убиен бысть князь Михай-
ло Всеволодичь Черниговъский, внук Святославль Олговича,
от оканнаго царя Батыя в Орде, и с ним боярин его Феодор».100
Далее следует фраза, открывающая в Степенной книге Житие
Михаила Черниговского («Богу сице попустившю»101), а за-
тем — эмоциональное описание Батыева нашествия, которое
заимствовано из Воскресенской летописи (со слов «бысть на-
хожение безбожных татар на Русскую землю...» до слов «ови
убо затворяхуся в градех...»102). Далее Лицевой свод исправно
следует Степенной книге (со слов «яко егда злочестивый царь
Батый...»103). Правда, отдельные вставки из других источни-
ков в этот массив все же были сделаны. Так, чтение Степен-
ной книги «Сего же хвалам достойнаго великаго князя Ми-
хаила кто может многиа его добродетели изглаголати преж-
няа и настоящая, мужество же и доблести, и еже от самого
того възраста чистоту телесную, и душевное незлобие, и кро-
тость нрава, и милостивное к нищим, и любовь к Богу»104 за-
97ПСРЛ. Т. 10. С. 138.
98Там же.
"Текст Степенной книги передан точно, сделаны лишь единичные лек-
сические замены: «досяже» (СКДС 312) на «доиде» (ПСРЛ. Т. 10. С. 239),
«повредиша» (СКДС 313) на «погубиша» (ПСРЛ. Т. 10. С. 239), «рече»
(СКДС 318) на «глагола» (ПСРЛ. Т. 10. С. 242). В нескольких случаях имеет
место незначительная стилистическая правка.
100ПСРЛ. Т. 10. С. 237; Т. 7. С. 152.
101ПСРЛ. Т. 10. С. 237; СКДС 309.
102ПСРЛ. Т. 7. С. 153; Т. 10. С. 237.
103ПСРЛ. Т. 10. С. 237; СКДС 309—310.
104СКДС 310.
137
Глава 3
менено на сходный текст Воскресенской летописи «Сей бла-
женный великий князь Михаил от уныя версты Бога възлюби
и Пречистую Его Матерь, и ум свой к Нему вперив кротостию
и милостынею ко убогым, и вся пустошная мира сего отвръг,
богатество и славу суетную, иже есть хуждыпе паучины».105
Причина подобной замены непонятна, так как оба текста
идентичны по содержанию. Следующая замена чтения Сте-
пенной книги чтением Воскресенской или Никоновской лето-
писи вполне объяснима: в Степенной книге сказано, что герой
Жития бежал от Батыя в Угры, послав вперед своего сына
(«Сына же своего посла в Угры. По нем же и сам тамо же
бежа з домашними своими»106), в указанных же летописях
о сыне князя речи нет, и это известие составитель Лицевого
свода предпочел версии Степенной книги («Сам же князь ве-
ликый Михаил побеже в Угры и со домочадными своими»107).
Далее, в Лицевой свод оказались включены буквально вкрап-
ленные в текст Степенной книги отсутствующие в ней подроб-
ности рассказа о походе Батыя на Киев, навеянные изложе-
нием Воскресенской летописи (в Лицевом своде: «иныя же
крыяхуся в пещерах земных, а инии затворишася во граде:
то те со слезами и покаанием Богу молящеся», «и затворив-
шихся в граде немилостивно изби», «а иже крыяхуся в пеще-
рах, и в горах и в лесех, мало тех остася»;108 в Воскресенской
летописи: «иныя же крыяхуся в пещерах земных, а инии за-
творишася во градех: то те со слезами и покаанием Богу мо-
лящуся, ти тако отъ поганыхъ немилостивно избиени быша,
а иже крыяхуся в пещерах, и в горах и в лесех, мало тех оста-
ся»109). При описании наиболее драматического события, когда
князь Михаил и его боярин отказались исполнить языческие
обряды, в текст Лицевого свода вставлена фраза из Воскре-
сенской летописи: «потом глагола боярину своему Феодору:
„Луче ны есть не кланятися, ему же си скверни кляняют-
ся“».110 Это решение русского князя «волхвы» передали Ба-
105ПСРЛ. Т. 10. С. 237; Т. 7. С. 152—153.
106СКДС 310.
107ПСРЛ. Т. 10. С. 130; Т. 7. С. 153; СКДС 310.
108ПСРЛ. Т. 10. С. 237—238.
109ПСРЛ. Т. 7. С. 153.
110ПСРЛ. Т. 10. С. 240. Т. 7. С. 154.
138
Степенная книга и Лицевой летописный свод
тыю, согласно Степенной книге, таким образом: «[поведаша
ему] вся реченная от князя Михаила, яко „сквозе огнь не
идем, — реша, — и богом вашим не покланяемся, имамы
бо на небесех Творца всяческим, Ему же мы кланяемся"».111
В Лицевом своде вместо этого текста помещен соответствую-
щий фрагмент из Воскресенской летописи: «великий князь
Михаил русскый повелениа твоего не слушает, сквозе огнь не
идет, а богом твоим не кланяется, а глаголет тако: не достоит
христианом ходити сквозе огнь, ни кланятися твари, ни солн-
цу, ни идолом, но кланятися створшему вся Отцу и Сыну и
Святому Духу».112 В чем причина такой замены — непонятно.
В обращении к Михаилу Батыя после слов «Аще повеление
мое сотвориши, и проидеши сквозе огнь, и поклонишися бо-
гом моим, кусту, солнцю же и идолом, то живъ будеши и ве-
ликому княжению своему господин будеши» в Лицевом своде
вставлена фраза «и во всей Русской земли славна тя сотво-
рю»,113 которой в Степенной книге нет. В отповедь Михаила
Елдеге в Лицевом своде вставлена цитата из Послания апосто-
ла Павла: «учить бо мя апостол Павел, глаголя сице: „Не бы-
вайте обещницы неверным; кое бо причастие правде к безако-
нию, кое же общение свету со тмою, и кое согласие Христови
с диаволом, и кая часть верному с неверным, и кое сложение
церкви Божии со идолы, и како имам оставити Бога жива и
поклонитися твари?».114 Далее в Лицевой свод включено уточ-
нение, что князя Михаила принять требования Батыя проси-
ли не только его внук ростовский князь Борис Василькович,
но и бояре последнего («бояре же Бориса Василковича глаго-
лаше великому князю Михаилу»115), чего в Степенной книге
нет.116 Из Воскресенской летописи восстановлена сокращен-
ная в Степенной книге библейская цитата в устах боярина
Феодора (в Степенной книге «И что дасть человек измену на
души своей?»,117 в Воскресенской летописи «...что дасть чело-
век измену на души своей? Иже бо постыдится Мене и словес
1НСКДС 315.
112ПСРЛ. Т. 10. С. 240; Т. 7. С. 154.
113ПСРЛ. Т. 10. С. 240.
114Там же. С. 241.
115Там же.
116СКДС 317.
117Там же.
139
Глава 3
Моих в роде сем...»118). Окончательный ответ Михаила Еледе-
ге и последующие события изложены также с обращением
к Воскресенской летописи, поскольку в Степенной книге со-
ответствующие подробности отсутствуют: «Князь же Борис
Василковичь моляше блаженнаго великаго князя Михаила,
да послушает их и сотворит волю цареву. Великый же князь
Михаил глаголаше к ним: „Не слушаю вас, ни душю свою по-
гублю"; тогда соймя с себе кочь свой и връже к ним, глаголя:
„Приимете славу света сего, а аз не хощю“»;119 «тогда еха
Елдега ко царю поведати, еже глагола ему великый князь
Михаил. Стоящима же има на месте том множество христиан
и поганых слышахом словеса сиа, яже отвеща великий князь
Михаил царю. Тогда блаженный сий князь Михаил и боярин
его Феодор начаста пети себе; по отпетии же взяста себе при-
частие, еже бе дал им отец их духовный и благословив я на
тя, иже пострадати за Христа».120 К Никоновской летописи
восходит беседа Михаила со своим внуком Борисом Ростов-
ским: «...та же рече: „Чядо мое Борисе! Христианом подобает
верою и делы почитати Господа Бога, вера бо без дел мертва
есть по апостолу, и инде пророческыми усты о таковых рече
Господь: „Сии людие усты чтут Мя, сердце же далече отстоит
от Мене, всуе же чтут Мя". Глагола же ему внук его Борис:
„Тебе убо имамы на земли сей наказателя и утешителя вси".
Рече Михаил: „Земная убо ничто же есть, но и мимо течет,
и скоро погыбает и яко сон и яко дым; небесная же благая,
и присносущная и бесконечная"».121 Далее вставлен фрагмент
из Воскресенской летописи с известиями, также отсутствую-
щими в Степенной книге: «И глаголаху ему предстоящий:
„Княже Михаиле! идут от царя убити ваю, поклонитася и
сътворита волю цареву, и жива будета". Великий же князь
Михаил и боярин его Феодор, яко единеми усты, отвещаста:
„Не кланяемся, ни слушаем вас, а славы света сего не хо-
щем"».122 Из Воскресенской летописи заимствована и после-
118ПСРЛ. Т. 7. С. 155; ср.: ПСРЛ. Т. 10. С. 242.
119Этот текст в Степенной книге помещен ниже; в Лицевом своде он изъят
(СКДС 318; ПСРЛ. Т. 10. С. 242).
120ПСРЛ. Т. 10. С. 242; ср.: Т. 7. С. 155.
121ПСРЛ. Т. 10. С. 242; ср. с. 132.
122ПСРЛ. Т. 10. С. 242; ср.: Т. 7. С. 155.
140
Степенная книга и Лицевой летописный свод
дующая молитва святых, которая заменила собой чуть более
краткую, содержащуюся в Степенной книге:
Воскресенская летопись
Степенная книга
«Мученицы Твои, Господи, не отвръгошася «Мученицы Твои, Господи, мно-
Тебе, ни отступиша от заповедей Твоих»;
и пакы: «Страдавше Тебе ради, Христе, мно-
гиа муки претерпеша»; и прочаа мученич-
ны.123
гиа муки претрьпеша и любо-
вию Твоею душа съединивше
святии» и прочая.124
В рассказе о прославлении мощей святых Михаила и Фео-
дора встречаем весьма редкое для Лицевого свода немеха-
ническое соединение чтений Степенной книги и Никоновской
летописи:
Никоновская летопись	Степенная книга	Лицевой свод
И повръжены быша свя- таа телеса их псом на снедь, и на многи дни лежаще ничим же не- врежени. И явися столпъ огнен над телесы их, сиая пресветлыми заря- ми, и многи свещи го- рящи, и гласы аггель- скиа поюща...125	Священная же телеса святых и добропобедных мученик суровии варва- ри в пустая места поврь- гоша, яко да зверие и птици снедят их, мучи- телю тако повелевшю. На многи же дни лежа- щим, и ничто же их не прикоснуся, но тако бла- годатию Христовою не- врежена пребыста. На многи же нощи всем явишяся столпове огне- ный над святыми телесы их сиающе пресветлыми зарями, и свеща многи горящи. Тако Бог славя- щих Его прославляет.126	Святая же телеса их по- вержена бысть псом на снедение; на многы дни лежащими има, Божиею благодатию сохранени быста неврежени телеси ею, но человеколюбец Бог милосердый Господь нашь прославляй Своя угодникы, пострадавше Его ради за правоверную веру	христианскую, столп огнен явися надъ телесех ею сиающь пре- светлыми зарями, свеща горяща, и пениа аггель- ская слышаху на утвер- жение христианом и на обличение тем, еже остав- ите Бога истиннаго и по- кланяхуся твари, и на устрашение поганым.127
Авторской вставкой составителя Лицевого свода, видимо,
следует считать последние слова, обличающие язычников.
123ПСРЛ. Т. 7. С. 155; ср.: Т. 10. С. 242.
124СКДС 318.
125ПСРЛ. Т. 10. С. 133.
126СКДС 321.
127ПСРЛ. Т. 10. С. 244.
141
Глава 3
Следующее заимствование из Степенной книги, Повесть
о Темир-Аксаке, полностью соответствует тексту Томского
списка и заменяет собой краткий вариант Повести, читаю-
щийся в Никоновской летописи.128 Ниже в Лицевом своде
следует Сказание о Евдокии, жене Дмитрия Донского, ко-
торое представляет собой сокращенный текст 14—15-й и 18—
19-й глав XII грани. В Лицевом своде сохранен заголовок
14-й главы «Вмале сказание о блаженной великой княгини
Евдокии, во инокинях Евфросинии, супружницы достохвал-
наго великаго князя Димитриа Ивановичя Донскаго».129
Единственное разночтение с текстом 14-й главы — непра-
вильно указанный срок пребывания княгини в супружестве:
23 года вместо 22-х в Степенной книге.130 От 15-й главы, по-
священной основанию княгиней Вознесенского монастыря,
в Лицевом своде не осталось почти ничего, кроме моральной
характеристики героини (со слов «по Бозе трудолюбезно пре-
бываше...» до слов «...житие исправляя кроме всякого тще-
славна»131). Далее после авторской вставки составителя Лице-
вого свода «ими же възможно есть Богу угодити» повествова-
ние переходит к 18-й главе XII грани, пропуская таким обра-
зом рассказы о перенесении в Москву иконы Владимирской
Богоматери (это можно объяснить тем, что подробная Повесть
о Темир-Аксаке помещена выше) и о заповеди княгини сы-
новьям. Здесь трудно объяснить, почему составитель Лицево-
го свода не включил в свое повествование сюжеты с церков-
ным строительством Евдокии и заповедью сыновьям. Они
в равной степени пригодны для иллюстрирования. Можно
предположить, что на такое решение повлиял гендерный
аспект: возведением храмов и монастырей, а также наставле-
нием наследников престола на страницах Лицевого свода за-
нимаются исключительно сами правители, а не их жены или
вдовы. Далее текст 18-й и 19-й глав XII грани, где речь идет
о явлении ангела Евдокии и ее посмертных чудесах, приведен
без изменений.132 Все это довольно обширное повествование
128ПСРЛ. Т. 11. С. 243—254; СКДС 485—506.
129ПСРЛ. Т. 11. С. 198; СКДС 465.
130ПСРЛ. Т. 11. С. 199; СКДС 465.
131ПСРЛ. Т. 11. С. 199; СКДС 466.
132ПСРЛ. Т. 11. С. 199—201. Единственно, допущена ошибка в дате смер-
ти Евдокии — 6908 г. вместо 6915 г. (ПСРЛ. Т. 11. С. 201; СКДС 469). Эта
142
Степенная книга и Лицевой летописный свод
заменило краткое известие Никоновской летописи о престав-
лении княгини Евдокии и погребении ее в основанном ею
Вознесенском монастыре.133
Широко использована Степенная книга в повествовании
Лицевого свода о присоединении Новгорода Иваном III — все-
го насчитывается 11 случаев заимствования. Источником здесь
стала 4-я глава XV грани Степенной книги. Первое известие
этой серии — рассказ о преставлении новгородского архиепи-
скопа Ионы. Он заменил краткое известие Никоновской лето-
писи и представляет собой начало 1-го титла 4-й главы (с за-
головка «О преставлении блаженаго Ионы...» до слов «...По
преставлении же сего прозорливаго и святейшаго архиепи-
скопа Ионы людие новоградстии»134). В повествовании Сте-
пенной книги, в отличие от Никоновской летописи, об Ионе
сказано, что он «пророчествова с митрополитом Ионою чюдо-
творцем великому князю Василию Василиевичю, яко сий бла-
городный сын его великий князь Иван разорит вся самовол-
ная обычая людий новоградских и во всю свою волю приведет
их, еже и збысться». Видимо, это привлекло внимание соста-
вителя Лицевого свода и послужило причиной, по которой
чтение Степенной книги предпочли чтению Никоновской ле-
тописи. Правда, в Никоновской летописи указано место по-
гребения Ионы: «И положиша тело его в его монастыри
в Отни пустыни», чего нет в Степенной. Это чтение в Лицевом
своде оказалось вставлено в текст, заимствованный из Сте-
пенной книги.
Чуть ниже в Лицевом своде встречаем заимствованный
из Степенной книги рассказ о послании в Новгород митропо-
лита Филиппа и поучении новгородцам претендента на нов-
городскую кафедру Феофила — это помещенный полностью
текст 4-го титла 4-й главы XV грани. Рассматриваемый весь-
ма пространный текст двух святительских поучений непо-
корным новгородцам с призывом подчиниться московскому
князю в Лицевом своде помещен после аналогичного обраще-
ошибка могла произойти от неправильного прочтения даты 8ЦЕ1. При свое-
образном написании предпоследней цифры, которое встречаем в Чудовском
и Томском списках, дату можно прочесть как 8ЦИ, т. е. 6908.
133ПСРЛ. Т. 11. С. 198.
134ПСРЛ. Т. 12. С. 125; СКДС 617.
143
Глава 3
ния к новгородцам Ивана III, источником которого была Ни-
коновская летопись. В ней далее читается концовка этого
сюжета: «То же слышавше новогородстии людие, бояря их и
посадници и тысяцкие и жытии люди, котории не хотяше
перваго своего обычаа и крестнаго целованиа преступати,
ради быша вси сему и правитися хотяще к великому кня-
зю».135 Вместо этого текста в Лицевом своде и помещено ука-
занное заимствование из Степенной книги, которое оканчива-
ется сходными словами: «Боляре же новоградстии, и посад -
ници, и тысяцкие, и прочий гражане, иже не хотяху перваго
обычая изменити и крестнаго целованиа преступити, слы-
шавше словеса послов великаго князя и митрополиче благо-
словение и поучение и своего нареченнаго на владычество Фео-
фила поучение и възбранение, мнози възрадовашяся радо-
стию великою и по древнему исправитися хотяху к великому
князю».136 Таким образом, целью включения рассматривае-
мого пассажа в Лицевой свод представляются два святитель-
ских поучения новгородцам покориться великокняжеской
власти. Видимо, эта тема была весьма актуальна во время со-
ставления Лицевого свода, когда еще были живы воспомина-
ния об опричном походе на Новгород 1570 г. и, можно ду-
мать, существовала необходимость актуализировать тему нов-
городского непокорства и его усмирения.
Следующее заимствование из 4-й главы XV грани — пове-
ствование о походе Ивана III на Новгород. Это конец 6-го тит-
ла и начало титла 7-го (со слов «Бяше же земля Новоград-
ская...» до слов «...на брезе у езера Илменя»137), где повеству-
ется о трудных подступах к новгородской земле, о получении
новгородцами известия, что на них движется с ратью сам ве-
ликий князь, и о посылке ему навстречу их рати. Этот фраг-
мент вставлен между известиями Никоновской летописи о при-
бытии войск Ивана III в новгородскую землю и появлении
новгородского войска в расположении войск великого князя.
Таким образом, текст Степенной книги в данном случае не
распространяет текст основного источника Лицевого свода,
а дополняет его. Следующее заимствование — фрагмент
135ПСРЛ. Т. 12. С. 127.
136СКДС 621.
137ПСРЛ. Т. 12. С. 133—134; СКДС 626—627.
144
Степенная книга и Лицевой летописный свод
со слов «И поидоша скоро со многыми силами на тех же вое-
вод великого князя...» до слов «а сии ускориша приити».138
Эти слова представляют собой переработку соответствующего
места Никоновской летописи, предпринятую в Степенной
книге, целью которой было риторическое распространение
текста Никоновской летописи. Лишь в одном месте Степен-
ная книга несколько сократила текст своего источника. Так,
вместо слов Никоновской летописи «аще и вмале беста, —
глаголют бо бывшей тамо, яко с пять тысущь их то л ко бе»
в Степенной книге читаем «их же вмале бяше яко тысящь
пять». Характерно, что в Лицевом своде читается вариант
Никоновской летописи. Это единственная вставка в рассмот-
ренное заимствование из Степенной книги.139 Следующий
фрагмент — со слов «возвещающе такову преславну, свыше
от Бога дарованную ему победу» до слов «и бысть радость ве-
лиа во всех».140 Здесь помимо риторического распространения
своего источника, известия Никоновской летописи, которое и
заменил рассматриваемым текстом составитель Лицевого сво-
да, автор Степенной книги вставил изречение св. Афанасия
о праведности воинов, сражающихся за благочестие, и о том,
что их победы следует чествовать. Видимо, поэтому данное за-
имствование из Степенной книги и попало в Лицевой свод.
В его текст была только вставлена дата, отсутствующая в Сте-
пенной книге и имеющаяся в Никоновской летописи: «Того
же месяца июля в 18 день».141 Далее Степенная книга и Нико-
новская летопись содержат практически один текст, т. е. в Сте-
пенной книге текст Никоновской летописи помещен без изме-
нений — и составитель Лицевого свода следует Никоновской
летописи. Однако при первом же существенном разночтении,
когда после наименования великокняжеского воеводы Ми-
хаила Андреевича относительно Никоновской летописи в Сте-
пенной книге имеется дополнительная информация (его фа-
милия — Верейский), составитель Лицевого свода обратился
138ПСРЛ. Т. 12. С. 135; СКДС 628.
139В Лицевом своде пропущены слова «своего поидоша скороустремител-
но противу»; этот пропуск можно объяснить гаплографической ошибкой
при переписке с Томского списка, поскольку там пропущенные в Лицевом
своде слова составляют ровно строку (л. 605 об.).
140ПСРЛ. Т. 12. С. 136—137; СКДС 629.
141ПСРЛ. Т. 12. С. 137.
145
Глава 3
к тексту Степенной книги. Правда, оказалось, что Степенная
в данном известии сокращает текст Никоновской летописи.
В результате в Лицевом своде оказались совмещены чтения
обоих источников, основным из которых все же оставалась
Степенная книга (заимствования из Никоновской летописи
выделены курсивом):
Никоновская летопись	Степенная книга	Лицевой свод
А князю Михаилу Анд- реевичу и сыну его кня- зю Василию воеводы но- вогородские, кои седели в городке в Демону, доби- ли челом и предашася на том, что их голова- ми выпустили, а о ином ни о чем не стоят; а с го- рода окупа дали 100 Руб- лев новогородскую.142	Князю же Михаилу Анд- реевичю Верейскому и сыну его князю Васи- лию, стоящю тогда у Ве- ликаго Новаграда, им же воеводы новогороцкие, иже в Новегради во оса- де седящии, сами с вели- ким молением и покло- нением предашася, не радяще ни о чем, но ток- мо единаго живота себе просяще, всего своего имениа уступающеся, гражане же даша ему с града окупу 100 рублев новогородъскую.143	Князю же Михаилу Анд- реевичю Верейскому и сыну его князю Васи- лию, стоящу тогда у Ве- ликаго Новаграда, им же воеводы новоград- ские, иже в Новеграде в осаде седящии в город- ке в Демону, добили че- лом, сами с великим мо- лением и покланянием и предашася на том, что их головами выпусти- ти, а они ни о чем не стоят, но токмо едина- го живота себе просяще, всего своего имениа усту- пающеся, гражане же дашя ему со града окупу 100 рублев новоград- скую.144
Из Степенной книги заимствовано также известие о казни
лидеров новгородского противостояния: Д. И. Борецкого,
В. Губы Селезнева, Е. Сухощока и К. Арзубьева. В Степенной
книге здесь помещено изложение пророчества Зосимы Соло-
вецкого, извлеченное из его Жития, так как святой еще при
жизни мятежников увидел их обезглавленными. По-видимо-
му, наличие этого пророчества и стало причиной того, что
в основу рассматриваемого известия был положен текст Сте-
пенной книги (с заголовка «Збытие пророчества преподобнаго
Зосимы Соловецкого» до слов «еже и сбысться»145). Правда,
142ПСРЛ. Т. 12. С. 137.
143СКДС 629—630.
144ПСРЛ. Т. 12. С. 137.
145Там же. С. 137—138; СКДС 630.
146
Степенная книга и Лицевой летописный свод
в отдельных случаях предпочтение отдано варианту Никонов-
ской летописи. Так, один из казненных назван не Василием
Селезневым, как в Степенной книге, а Василием Губой Селез-
невым — это чтение Никоновской летописи. Другой мятеж-
ник назван Еремеем Сухощоком, как в Никоновской летописи,
хотя в Степенной книге он — Еремей Сухощеков. Следующее
известие, о расправе с другими новгородцами, заимствовано
из Никоновской летописи. Однако имя одного из новгород-
цев, по-разному указанное в Никоновской летописи (Федор
Табазин) и в Степенной книге (Федот Базин), приведено в ре-
дакции Степенной книги, дальнейший текст опирается на
Степенную книгу, дополненную некоторыми подробностями
из Никоновской летописи,146 включая изложение битвы на
Двине, причем в последнем случае Степенная книга (а следо-
вательно, и Лицевой свод) содержит текст, идентичный по со-
держанию, но меньший по объему, чем Никоновская лето-
пись. Здесь налицо противоречие, так как Степенную книгу
составитель Лицевого свода привлекал именно для распро-
странения текста. Видимо, переходя от одного источника
к другому, от Никоновской летописи к Степенной книге и на-
оборот, составитель Лицевого свода не всегда мог вовремя пе-
реключиться и иногда помещал в своей компиляции краткое
известие вместо пространного.
Дальнейшее повествование об исходе битвы на Двине, поч-
ти одинаковое в обоих источниках, в Лицевом своде изложено
по Никоновской летописи. Далее рассказ о приходе новгород-
цев к Ивану III с челобитьем заимствован из Степенной книги
(с заголовка «О нареченном владыце...» до слов «много пред
ним согрешшим»147), соответствующий текст которой являет-
ся всего лишь незначительным риторическим распростране-
нием известия Никоновской летописи. Слова Никоновской
летописи «их деля пожаловал велел тому нареченному чернь-
цу Феофилу и посадником и тысяцкым и прочим и», отсутст-
вующие в Степенной книге, в Лицевом своде вставлены в за-
имствование из Степенной книги. В последующем тексте Сте-
пенной книги о сборе войск в Усть-Шелони сказано кратко:
146Таковы чтения «на Усть-Шелоны» и «в суботу» (ПСРЛ. Т. 12. С. 138;
СКДС 630).
147ПСРЛ. Т. 12. С. 139; СКДС 631.
147
Глава 3
«И посла великий князь по всех воевод своих, и по все воинь-
ство свое, и по псковичь, идеже кто послан пленити земли но-
вогородъскиа, всем повеле к себе возвратитися».148 Никонов-
ская же летопись рассказывает об этом более пространно. Не-
удивительно поэтому, что в Лицевом своде предпочтен вариант
Никоновской летописи. Мирный договор Ивана III с новго-
родцами изложен также по Никоновской летописи, посколь-
ку там повествование чуть более подробное.149 Однако описа-
ние возвращения великого князя в Москву дано по Степенной
книге, поскольку там оно описано с особенной пышностью:
«Богомудрый же благочестиа ревнитель, достохвалный супо-
статом победитель и собратель Богом дарованнаго ему начал-
нейшаго отечества, великий князь Иван Васильевичь, Влади-
миръский, и Новогородъский, и всея Русии самодержець воз-
вратися оттуду к Москве с великою победою...» и так далее.150
Наконец последнее заимствование из Степенной книги
в повествовании о покорении Новгорода в Лицевом своде сде-
лано при описании торжественного въезда Ивана III в Москву
(со слов «повиноватися ему жестоковыйных отступников но-
воградцев...» до заголовка «О новогородцех, како истопоша
на озере на Илмени»151). Причина того, что составитель Лице-
вого свода предпочел Степенную книгу Никоновской летопи-
си, все в той же витиеватости и пышности повествования, ко-
торая, надо думать, по его мнению, больше соответствовала
обстоятельствам победного возвращения великого князя.
Правда, и здесь в заимствование вставлены отдельные чтения
Никоновской летописи, отсутствующие в тексте Степенной
книги. Так, в Лицевом своде сказано, что митрополит встре-
тил великого князя «толко с мосту болшего сшед каменого до
кладязя площаднаго»;152 после слов «и бысть радость велиа
всем людем дръжавы его» прибавлено «во граде Москве».153
Следующее заимствование из Степенной книги — Повесть
«О чюдесном зачатии и рождении великого князя Василия
Ивановича всея Русии самодержца», которая заменила крат-
148СКДС 631.
149ПСРЛ, Т. 12. С. 140; СКДС 631.
150СКДС 632.
151ПСРЛ. Т. 12. С. 141—142; СКДС 632.
152ПСРЛ. Т. 12. С. 141.
153Там же. С. 142.
148
Степенная книга и Лицевой летописный свод
кое известие Никоновской летописи о рождении и крещении
Василия III. Этот текст, представляющий собой часть 15-й гла-
вы XV грани Степенной книги, имеет ссылку на устный источ-
ник — рассказ митрополита Иоасафа, который слышал его
от самого Василия III. Здесь повествуется о явлении матери
Василия III Софье Сергия Радонежского, который предсказал
ей рождение наследника престола. При передаче этой леген-
ды в Лицевом своде154 вставлено извлеченное из Никоновской
летописи известие об обстоятельствах крещения Василия III,
отсутствующих в Степенной книге: «Крещен же бысть у Трои-
цы в Сергиеве монастыри, а крестил его архиепископ Ростов-
ский Васиан да игумен Паисей Троецьский, априля в 4, в не-
делю».155 Это известие вставлено вместо аналогичного, но ме-
нее информативного, которое читалось в Степенной книге:
«Месяца же априля в неделю цветоносную и святым креще-
нием просвещен бысть в церкви во обители Святыя Трои-
ца».156 После упоминания мощей Сергия Радонежского, у ко-
торых был совершен обряд крещения, в Степенной книге
читается ссылка «о нем же довлеет быти особному сказанию».
Перед нами обычная практика для составителя Степенной
книги. Благодаря таким ссылкам восстанавливалась последо-
вательность событий, тематическое единство, зачастую нару-
шенные своеобразной манерой повествования, свойственной
Степенной книге как произведению особого жанра.157 В рас-
сматриваемом же случае эта типичная для Степенной книги
ссылка была повторена в Лицевом своде, где она не имеет ана-
логов и выглядит чужеродно. По-видимому, она попала сюда
по недосмотру составителя.
Следующее заимствование из Степенной книги — Посла-
ние на Угру Вассиана Рыло. Оно передано в Лицевом своде
почти без изменений (со слов, предшествующих Посланию:
«Тогда же быша многа размышлениа...»,158 до слов «...но воз-
154Текст Степенной книги передан здесь довольно-таки точно, единствен-
ное существенное отклонение — ошибочно указано время рождения младен-
ца: «в 8 час нощи» вместо «в 1 час нощи» (СКДС 645; ПСРЛ. Т. 12. С. 191).
155ПСРЛ. Т. 12. С. 190, 191.
156СКДС 645.
157См.: Усачев А. С. Степенная книга и древнерусская книжность времени
митрополита Макария. С. 415—424.
158ПСРЛ. Т. 12. С. 203; СКДС 647.
149
Глава 3
брани им Божий промысл»,159 т. е. захватывает фрагмент тек-
ста Степенной книги, помещенный после Послания). Предше-
ствующий и последующий текст Лицевого свода следует Вос-
кресенской летописи, где в данном месте также помещено
Послание Вассиана Рыло, причем в той же редакции, что и
в Степенной книге, поскольку Воскресенская летопись здесь
послужила для Степенной книги источником. В чем же при-
чина того, что рассказ Степенной книги был предпочтен пове-
ствованию Воскресенской летописи? Видимо, дело в кратком
предисловии к Посланию, с которого в Лицевом своде и нача-
то заимствование из Степенной книги. В нем сказано, что
в стане Ивана III мнения относительно дальнейших действий
разделились: одни «тщахуся и до крови и до смерти с пога-
ными братися», а другие «на бегъство умышляху, своего жи-
вота щадяще». При заимствовании этого текста в Лицевом
своде сторонники отступления охарактеризованы словами,
взятыми из текста Никоновской летописи: «безсерменом ко-
ровники».160 Видимо, заодно с разбираемым фрагментом
из Степенной было переписано и Послание Вассиана Рыло,161
несмотря на то, что в Воскресенской летописи содержится
точно такой же текст.
Далее, Степенная книга привлечена при описании церков-
ного собора на жидовствующих (использован текст 20-й гла-
вы XV грани с заголовка «Собор на Москве на Новгородския
еретики» до слов «иже есть особна книга его на утвержение
православных»162). В Никоновской летописи этому мероприя-
тию отведено немного места, зато в Воскресенской летописи
собор описан более подробно. Однако в основу повествования
о соборе положен все-таки текст Степенной книги. Причина
этого, видимо, в обстоятельном рассказе Степенной книги
о ереси жидовствующих, которым начинается глава о соборе.
Правда, в рассказ Степенной книги вставлены отдельные под-
159ПСРЛ. Т. 12. С. 212; СКДС 656.
160ПСРЛ. Т. 12. С. 203; ср.: Там же. С. 203 (чтение Никоновской летопи-
си «коровников бесерменских»).
1610 Степенной книге как источнике Послания в составе Лицевого свода
свидетельствует заголовок, завершающий рассматриваемое заимствование
фрагмент и целый ряд индивидуальных чтений Томского списка (о них см.
выше).
162ПСРЛ. Т. 12. С. 224—227; СКДС 661—663.
150
Степенная книга и Лицевой летописный свод
робности из Никоновской и Воскресенской летописей. Таким
образом, получился сводный текст. Его начало, как указано
выше, полностью соответствует тексту Степенной книги, сло-
ва «октября в 17 день повелением благочестиваго и христо лю-
биваго великаго князя Ивана Василиевича всея Русии госу-
даря и иных многых самодержца и истиннаго православию
поборника соборовали на митрополиче дворе» представляют
собой переработку соответствующих мест Никоновской и Вос-
кресенской летописей.163 Чуть ниже в текст Степенной книги
сделано еще несколько добавлений на основе Воскресенской
летописи: еретики названы «развратниками веры христиан-
ской»;164 указано, что еретики хотели развратить христиан-
скую «чистую и непорочную православную» веру, «еже
во Христа Бога нашего во Троицы славимаго и погубити Хри-
стово стадо православное христианьство», но «и не возмого-
ша» ,165 «и вся мудрость их поглощена бысть».166 Далее, бого-
словская программа еретиков изложена по Воскресенской ле-
тописи (со слов «глаголющим же им про Господа нашего...»
до слов «...святых апостол и святых отец»167) и словами,
источник которых пока обнаружить не удается: «но и болшии
Ветхаго Закона держахуся, по-июдейски Пасху праздноваху,
и в среду и в пяток мяса и млеко ядяху, и иные многи непо-
добные еретические дела глаголаху и творяху».168 Следом за
этими словами помещена фраза Воскресенской летописи
«их же не мощно и писанию предати, и многих простых лю-
дей прелстиша своими скверными ересьми», далее — слова
Степенной книги «И абие яко во изступлении ума сташа и бы-
ша, яко безгласни», а потом опять текст Воскресенской лето-
писи (со слов «и на соборе пред великим князем...» до слов
«и усты исповедающе во веки. Аминь»), повествующий о на-
казании еретиков. Заключается рассказ ссылкой на Просве-
титель Иосифа Волоцкого, которая выписана из Степенной
книги. Здесь налицо опять попытка создать наиболее полный
163ПСРЛ. Т. 12. С. 224; Т. 8. С. 220.
164ПСРЛ. Т. 12. С. 224; Т. 8. С. 220.
165ПСРЛ. Т. 12. С. 225.
166Там же. С. 226.
167Там же; Т. 8. С. 220.
168ПСРЛ. Т. 12. С. 226.
151
Глава 3
рассказ, причем текст Степенной книги используется как для
пополнения фактических подробностей, так и для придания
повествованию эмоциональной окраски.
Из Степенной книги заимствован и рассказ о пожаре
во Владимире в 1491 г. Согласно летописной версии, при по-
жаре выгорел древний собор Рождественского монастыря и
погибли покоившиеся в нем мощи Александра Невского. Сте-
пенная книга излагает другую версию происшедшего, чему
посвящена 21-я глава XV грани. Перед пожаром люди виде-
ли, как над куполом древнего монастырского собора «яко
облак легкий протязашеся или яко дым тонок изъвиваяся» —
это видение имело очертание всадника, устремляющегося
к небесам, и было истолковано как явление Александра Нев-
ского. После этого начался пожар, однако гробница святого
князя осталась неповрежденной. Далее в Степенной книге
приводится, видимо, в качестве доказательства, случай, быв-
ший при посещении Владимира Иваном Грозным. Это случи-
лось в 1550 г. Отправляясь в казанский поход, царь посетил
Владимир и молился у мощей своего святого сродника Алек-
сандра Невского. Далее автор Степенной книги рассказывает
от своего имени о чуде, в результате которого у него излечился
на руке некий «струп». Свою руку автор опустил в «скваж-
ню», т. е. расщелину в каменной гробнице Александра Нев-
ского, ощутил «яко в масть некую омочих руку мою», после
чего язва, бывшая на руке, исчезла. В Лицевой свод текст
21-й главы вошел целиком.169 В него вставлены точная дата
пожара — «майя в 23 день в понедельник» — и описание по-
несенного владимирцами ущерба: «во граде же 9 церквей,
а на посаде 13 церквей згореша; и многа беда тогда бысть
градским людем христианом», которое заменило собой некон-
кретное указание Степенной книги, что сгорели «такоже и
посады». Первая вставка могла быть сделана и из Никонов-
ской летописи, и из Воскресенской.170 Источник второй встав-
ки можно установить более определенно — такое чтение со-
держится только в Воскресенской летописи.171 Сверх указан-
ных двух вставок, сделанных в текст Степенной книги, в
169ПСРЛ. Т. 12. С. 229—230.
170Там же. С. 229; Т. 8. С. 221.
171ПСРЛ. Т. 8. С. 221.
152
Степенная книга и Лицевой летописный свод
Лицевом своде есть еще одна, отмеченная еще П. Г. Васенко.
После слов «случися быти ту у целбоноснаго гроба блаженаго
и великаго князя Алексанъдра и мне, грешнейшему» в Лице-
вом своде читается «Афонасию сиггелу Благовещенскому»,
т. е. назван автор заимствованного из Степенной книги тек-
ста. Здесь едва ли имеет смысл подозревать влияние какого-
либо письменного источника. Логичнее предположить, что
составителю Лицевого свода было известно об авторстве мит-
рополита Афанасия, поскольку с момента написания Степен-
ной прошло немногим более десяти лет. Важнее другое. Со-
ставитель Лицевого свода сохранил форму повествования
от первого лица, да еще и указал, кем это лицо является. Еще
в третьей четверти XVIII в. появилось предположение, что
Афанасий принимал непосредственное участие в составлении
Лицевого свода. Шумиловский том, содержащий рассматри-
ваемый текст, бытовал тогда в районе Холмогор. С него был
сделан список (без миниатюр) — РНБ, F.IV.575. На л. II пис-
цовым почерком написан заголовок рукописи: «Деяния кня-
зей великих Василия Василиевича, Иоанна Василиевича и
Василия Иоанновича Владимирских, Московъских и Новго-
родских, яже в Москве, Афанасий сиггел Благовещенский
списа».172 В дальнейшем это предположение (не в столь кате-
горичной форме, но неизменно без аргументации) неодно-
кратно встречалось в исторической литературе.173 На наш
взгляд, сохранение первого лица в рассказе об исцелении
автора Степенной книги и вставка имени исцеленного не сви-
детельствуют об участии митрополита Афанасия в составле-
1720тметим, что таким же образом М. В. Ломоносов (по случайному сов-
падению также имевший, как известно, непосредственное отношение к Хол-
могорам) датировал создание другого тома Лицевого свода — второго Остер-
мановского. Ломоносов обратил внимание на чтение, попавшее в Лицевой
свод из «Хождения» в Царьград, автором которого был Игнатий Смолянин:
«отпусти Пимин митрополит черньца Михаила к Царюграду, а Михаил епи-
скоп Смоленский — мене, Игнатиа» (см.: ПСРЛ. Т. 11. С. 98—99). В резуль-
тате знакомства Ломоносова с приведенным чтением на обороте последнего
листа рукописи появилась его помета: «NB. Сия книга писана Игнатием
чернцом Михаила архиерея Смоленского. Смотри стран. 556». В дальней-
шем это предположение утвердилось в историографии на долгие годы (Амо-
сов А. А. Лицевой летописный свод Ивана Грозного. Комплексное кодиколо-
гическое исследование. М., 1998. С. 33—34, 36—37).
173См., напр.: Клосс Б. М. Никоновский свод... С. 263.
153
Глава 3
нии Лицевого свода. Автор Степенной книги крайне редко
пользовался своими источниками, оставляя их текст без
изменений. Составитель же Лицевого свода, как видим, зани-
мался почти исключительно компилированием, заимствуя
из Степенной книги тексты так же механически, как и из имею-
щихся в его распоряжении летописей. Таким образом, это
едва ли митрополит Афанасий, талантливый писатель, отли-
чавшийся творческим подходом к литературной работе.
Следующее заимствование из Степенной книги — рассказ
о нашествии в 7029 (1521) г. на Москву Магмет-Гирея —
представляет собой извлечение из 16-й главы XVI грани
(с подзаголовка «О лукавном соединении кралеве с Крым-
ским» до слов «...всех погнаша в осаду, боящеся русские ра-
ти»174). Это обширное повествование заменило собой два крат-
ких известия Никоновской летописи, которой Лицевой свод
следовал до и после рассматриваемого рассказа. В тексте Сте-
пенной книги, помещенном в Лицевом своде, сделаны следую-
щие изменения. Во-первых, изъяты некоторые подзаголовки:
«О незапном пришествии Цареве за реку Оку», «Угреша»,175
«Чюдотворный образ Богоматери и прочаа святыни».176 Во-вто-
рых, сокращена типичная для Степенной книги внутренняя
ссылка при упоминании побед Магмед-Гирея над литвой,
черкасами и ногаями: «от них же последи и сам з детьми и
с прочими его потреблени быша, о них же последи речется».
Данное сокращение объясняется тем, что в Лицевом своде
отсутствует указанный в ссылке текст.177 В-третьих, в Лице-
вом своде соединены тексты Никоновской летописи и Степен-
ной книги в тех случаях, когда в них идет речь об одном со-
бытии. Таких случаев два. Первый касается сборов Магмет-
Гирея в поход на Москву:178
Никоновская летопись	Степенная книга	Лицевой свод
Того же лета иулия	лукавнейший той царь	Лукавнейший
174СКДС 700—705; ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 37—43.
175СКДС 701; ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 38.
176СКДС 702; ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 40.
177СКДС 700; ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 37.
178Курсивом отмечены родственные фрагменты текста Никоновской лето-
писи и Лицевого свода, которые не удается привести параллельно.
154
Степенная книга и Лицевой летописный свод
безбожный гордый крым- ский царь Магмед-Ки- рей, забыв своея клятвы правду, на ны воиньст- вует: ни дружбы пер- вые, ниже клятв вспо- мянул, собрася з братьею своею и з своими детми, и с крымскими людми, и Болшия Орды Заволж- ския, и с ногаи вскоре прииде безвестно на великого князя отчи- ну, иже при брезе Оки- реки: с воинъством пришед, удобъ преиде сию, и коломенская мес- та повоевав,., В лето 7030. Прииде весть великому князю, что безбожный царь Магмет- Кирей Крымски, възгор- девся, хочет идти на землю его.179	Маагмед-Гирей со всеми своими безбож- ными воиньствы без- вестно и скороустреми- тельно достиже в преде- лы Русьскиа. Суровейшим же напра- ством и великую Оку ре- ку преидоша, Богу сице попустившу им грех ради наших, и множество христиань- ства победиша и попле- ниша...180	безбожный гордый крым- ский царь Магмед-Ки- рей, забыв своея клятвы правду, на ны воиньст- вует: ни дружбы пер- вые, ниже клятв вспо- мянул, собрася з братьею своею и з своими детми, и с крымскими людми, и Болшия Орды Запол- ския, и с ногаи со всеми своими безбож- ными воиньствы безве- стно и скороустремител- но достиже в пределы Русскыя на великого князя отчи- ну. И прииде весть к великому князю, что безбожный царь Магмет- Гирей Крымский, възгор- девся и прииде к рус- скым пределом, суровейшим же напрас- ством и великую Оку реку удобъ преиде, и коло- менъская места повое- вав, Богу сице попустившу им грех ради наших, и множество христиан- ства победиша и попле- ниша...181
179ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 38.
180СКДС 701.
181ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 38.
155
Глава 3
Во втором случае при описании выдвижения Василия III
с войском против татар вместо чтения Степенной книги «сам
же поиде на Волок на Ламъский» в Лицевом своде изначаль-
но было написано «сам же князь великий Василей поиде
ко граду Коломне и с своею братиею». Такое разночтение обу-
словлено влиянием Никоновской летописи, где читается:
«князь же великий Василий поиде сам ко граду Коломне и
с своею братьею».182 Однако затем в рукописи Лицевого свода
слова «Коломне» исправили на «Волоку»,183 т. е. в оконча-
тельном варианте склонились к версии Степенной книги.
Следующее заимствование — рассказ о чудесном рождении
Ивана Грозного — представляет собой 22-ю и начало 23-й гла-
вы XVI грани Степенной книги (в Лицевом своде отсутствует
только известие о рождении младшего брата Грозного, князя
Юрия Васильевича,184 и окончание заглавия 23-й главы185).
23-я глава посвящена военным действиям с казанскими тата-
рами, но начинается упоминанием недавно родившегося на-
следника престола. Можно думать, что это и обусловило вклю-
чение в Лицевой свод не только 22-й главы, но и первых
строк 23-й главы XVI грани. Рождение Ивана Грозного в Сте-
пенной книге описано с исключительной пышностью и мно-
горечивостью. В Никоновской летописи, напротив, этому со-
бытию отведено всего несколько строк. В Лицевом своде,
однако, слова Никоновской летописи о рождении Ивана Гроз-
ного «И в лето 7038 августа в 25 день на память святых апо-
стол Варфоломея и Тита в седмый час нощи родися великому
князю Василию Ивановичю сын от великиа княгини Елены
Глинскиа» вставлены в рассказ Степенной книги (после слов
«подобна ему премудростию, и мужеством, и исправлением
благочестиа»186). Далее после слов Степенной книги «ему же
нареченно бысть благодатное имя Иван» вставлены слова Ни-
182ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 38.
183Там же. С. 39, примеч. 1.
184Там же. С. 53. Правда, это известие в древнейших списках Степенной
книги, Чудовском и Томском, написано на нижнем поле со знаком вставки
(СКДС 713/6—б). Составитель Лицевого свода мог его не вписать по невни-
мательности.
185«и о лукавьстве Исламове, и о рязаньской брани» (ср.: ПСРЛ. Т. 13.
Ч. 1. С. 53; СКДС 713).
186ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 49; СКДС 709.
156
Степенная книга и Лицевой летописный свод
коновской летописи «Усекновение честныя главы. И бысть
же во граде Москве^ радость велиа о государьской радости и
о государьском сыну рождении; такоже и по всей земли воз-
радовашася людие радостию неизреченною».187 После слов
«просвящен бысть святым крещением» сделана последняя
вставка из Никоновской летописи: «сентября в 4 день, в неде-
лю, на память святаго священномученика Вавилы архиепи-
скопа Великиа Антиохии».188 В рассказе Степенной книги
о крещении Ивана Грозного есть противоречие с Никонов-
ской летописью. В последней сказано, что крестили младенца
Кассиан Босой, Даниил Переяславский и Иов Курцев. В Сте-
пенной книге Иов Курцев не упоминается. В Лицевом своде
в текст о крещении Ивана Грозного, заимствованный из Сте-
пенной книги, при перечислении старцев, участвовавших
в крещении, сделано добавление: «Третий же старец Троецкой
Иев Курцов», которое впоследствии зачеркнуто.189 Ниже при
перечислении крестителей Ивана Грозного названы согласно
с текстом Степенной книги только двое, Даниил и Кассиан,
однако слова «и Касиан» написаны по стертому, изначально
там было написано «и Иев, и Касиан».190 Таким образом, по-
началу составитель Лицевого свода предпочел версию Нико-
новской летописи, однако потом исправил свой текст в соот-
ветствии с версией Степенной книги. Здесь едва ли стоит
предполагать, что фигура Иова Курцева ко времени составле-
ния Лицевого свода стала неугодной. Скорее, она выглядела
менее значительной рядом с такими авторитетными лицами
как Кассиан Босой и Даниил Переяславский. Возможно, по-
этому Иов и был исключен из крестителей Ивана Грозного.
Для нас здесь важно другое: составитель Лицевого свода явно
колебался, какую из версий крещения Ивана Грозного пред-
почесть — ту, что читается в Никоновской летописи, или вер-
сию Степенной книги. Знаменательно, что в результате вос-
торжествовала версия Степенной книги.
Пожалуй, единственный случай, когда обращение состави-
теля Лицевого свода к Степенной книге объясняется не со-
187ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 49.
188Там же. С. 50.
189Там же. С. 50—51, примеч. 1.
190Там же. С. 51, примеч. 2.
157
Глава 3
обряжениями увеличения «листажа», — это Повесть о смерти
Василия III. Этот текст, следующий в Степенной книге не-
посредственно после похвалы Василию III, дословно перепи-
санной в Лицевом своде (см. выше), и являющийся продолже-
нием той же 24-й главы XVI грани, использован в Лицевом
своде выборочно. Здесь основным источником стала первона-
чальная редакция Повести о смерти Василия III, которая чи-
тается в летописном сборнике ГИМ, Воскресенское собр. 154 б,
Новгородской летописи Дубровского, Успенском и Царском
списках Великих Миней четьих и некоторых других сборни-
ках XVI—XVII вв. Как доказано С. А. Морозовым, в Лицевом
своде использовался Новгородский свод 1539 г., текст кото-
рого содержит и Новгородская летопись Дубровского.191 При
этом первоначальная обработка Повести составителем Лице-
вого свода сохранилась в составе Александро-Невской летопи-
си, в Царственной книге мы имеем дело с окончательным ва-
риантом Повести.192 Сравнив оба текста, приходим к выводу,
что заимствования из Степенной книги были включены в текст
Повести уже на первом этапе, так как они отразились в тексте
Александро-Невской летописи.193 Итак, при создании редак-
ции Повести о смерти Василия III для Лицевого свода Степен-
ная книга привлекалась лишь для отдельных вставок, посколь-
ку текст первоначальной редакции Повести гораздо более
подробен, чем редакция этого произведения, помещенная
в Степенной книге. И все же фрагменты Степенной книги
расставлены по всему тексту Повести в Лицевом своде. Редак-
торская работа составителя Лицевого свода над Повестью
о смерти Василия III в целом отличается большей тщательно-
стью, чем редакторская работа над другими текстами, создан-
ными с привлечением Степенной книги. Начинается Повесть
словами первоначальной редакции «И от Троицы князь вели-
кий поеде и с великою княгинею и з детми в свою отчину на
Волок Ламский тешитися, поеде же князь великий на Волок
на свое село Озерецкое», далее вставлен фрагмент из Степен-
191 Морозов С. А. Повесть о смерти Василия III и русские летописи // Тео-
рия и практика источниковедения и археографии отечественной истории:
Сб. ст. М., 1978. С. 61, 63.
192Там же. С. 61—62.
193ПСРЛ. Т. 29. С. 117—127.
158
Степенная книга и Лицевой летописный свод
ной книги: «и доиде села своего Озерецкого. И тамо, яко не-
коим от Бога посещением», далее — из первой редакции:
«нача немощи», затем — из Степенной книги: «и явися на
нозе его знамя болезнено», потом — из первой редакции: «ма-
ла болячка на левой стране на стегне на изгибе близ нужнаго
места з булавочную голову: верху у нее нет, ни гною в ней нет
же, и сама багрова», далее — из Степенной книги: «И тогда
наипаче внимаше себе, яко приближается ему пременение
от маловременнаго сего жития в вечный живот и во блажен-
ный покой, и от того времени усерднейше простирашеся
умными молитвами к Богу», затем — из первой редакции:
«И оттоле поиде князь великий Василей Ивановичь в Нахаб-
ное село. Из Нахабного же поиде нужно, обдержим болезнию,
в Покровское в Фуниково, и ту празнова Покрову святей Бо-
городицы. И оттуду поеде в свое село в Покровское и пре-
бысть ту два дни. В третий же день прииде на Волок нужно
в болезни велицей в неделю после Покрова», потом — из Сте-
пенной книги «Врачеве же велми прилежаху ему и ничтоже
успеша».194 После этого следует обширный фрагмент из пер-
воначальной редакции со слов «И того же дни бысть пир на
великого князя у Иоанна Юрьевича у Шигоны...», где гово-
рится о попытках лечить болезнь великого князя, ухудшении
его самочувствия и поездке в Иосифо-Волоколамский мона-
стырь, а оттуда — о возвращении в Москву. После слов
«И внесоша его в постелные хоромы» следует заимствование
из Степенной книги «и тако изволением Божиим, аще и креп-
це болезнуя, но обаче адамантьская его царева душа, креп-
чяйшее благодарение и прилежныя молитвы иже к Богу не-
престанно бяху во устех его».195 После слов «явствено свящал-
ся маслом. И» вставлены слова Степенной книги «повеле отцу
своему духовному благовещенскому протопопу Алексею», да-
лее — из первой редакции «да благовещенскому попу Гри-
горью в неделю», затем — из Степенной книги «служити бо-
жественную литургию», далее — из первоначальной редакции
«у Рожества святыя Богородица». Завершается сюжет слова-
ми Степенной книги «и принести к себе святое причястие.
Бысть же тогда дивно чюдо, еже сотвори Господь по истинно-
194ПСРЛ. Т. 29. С. 117.
195Там же. С. 120; Т. 13. Ч. 1. С. 412; СКДС 717.
159
Глава 3
му его благоверию».196 Такое же соединение чтений первона-
чальной редакции и редакции Степенной книги встречаем ни-
же, при описании благословения Василием III Ивана Грозно-
го (заимствования из Степенной книги отмечены курсивом):
«И принесоша к великому князю Богом дарованнаго ему ста-
рейшая сына его царя и великого князя Иванна на руках шу-
рин его князь Михайло Глинской, а за ним прииде боярына
его Огрофена Васильева жена Андреевичи, еще бо ему тогда
велми детъску сушу, яко триех лет и триех месяц от роже-
ния его».197 Далее встречаем столь же краткие заимствования
из Степенной книги: «И великий государь Василей воскло-
нився мало на одре своем и слезы от очию ако струю испуща-
ше, и снем с себе крест Петра чюдотворца и приложил ко кре-
сту сына своего и начя благословляти крестом сына своего и
благословив его и возложил на него той крест и рече ему: „Бу-
ди на тебе милость Божия и Пречистыя Богородицы и благо-
словение Петра чюдотворца, как благословил Петр чюдотво-
рец сим святым и животворящим крестом прародителя на-
шего великого князя Ивана Даниловича и весь род наш и всех
иже от чресл его великих князей Володимирских и всеа Ру-
сии даже и доныне до нас, тем же благословением благослов-
ляю и яз тебя, сына своего старейшая, сим святым крестом,
да будет тебе сий святый крест на прогнание врагом и борите-
лей наших; мнози бо иновернии покушахуся на православие,
на нашу державу, Богом порученную нам, и разорити хотя-
ще, но не возмогоша одолети крестныя силы, есть бо нам,
верным, забрало крест честный и святых молитвы. И буди на
тебе благословение Петра чюдотворца и на твоих детех и на
внучятех от рода и в род, и буди на тебе мое благословение и
на твоих детех и на внучатех от рода в род. Еще же благослов-
ляю тя благословением нашего прародителя великого князя
Владимера Маномашим честным крестом от самого живо-
творящего древа, на нем же нашего ради спасения волное рас-
пятие претерпе Христос Бог наш**».198 Далее в Лицевом сво-
де читается текст, отсутствующий как в первоначальной
редакции, так и в Степенной книге: «той бо крест прислан
196ПСРЛ. Т. 29.	С. 121;	Т.	13.	Ч.	1.	С.	413; СКДС 717.
197ПСРЛ. Т. 29.	С. 123;	Т.	13.	Ч.	1.	С.	415; СКДС 717.
198ПСРЛ. Т. 29.	С. 123;	Т.	13.	Ч.	1.	С.	415; СКДС 717—718.
160
Степенная книга и Лицевой летописный свод
из Царяграда от царя Костянтина Манамаха к великому кня-
зю Владимеру Маномаху». В Томском списке Степенной кни-
ги в этом месте в строке поставлен знак вставки.199 Едва ли
это случайное совпадение, поскольку именно Томский список
был использован при составлении Лицевого свода. Далее за-
имствование из Степенной книги продолжено: «сего же чест-
наго и животворящего креста непобедимая сила да будет ти
твердое оружие и всюду светлая и преславная победа на вся
враги видимыа и невидимыя. К сим же приимеши и венец
царьский Маномаш и диадимы царьские и жезл и прочюю
утварь царьскую Манамашу», после чего следуют слова «ими
же венчан царь Маномах», которых нет ни в Степенной кни-
ге, ни в первоначальной редакции, а в Томском списке на
этом месте в строке поставлен знак вставки.200 Дальнейший
текст следует Степенной книге (со слов «им же мы, великие
князи, венчяеми на великое самодержавство Рускаго царьст-
вия...» до слов «И тако благослови его, целуя со слезами,
и отпусти его во своя ему полаты»201), в текст которой внесено
одно исправление (слово «рука» исправлено на «десница», это
исправление сделано в Томском списке и отразилось в Лице-
вом своде, о чем сказано выше). После слов «родителское бла-
гословение и молитва да поспешествует ти везде во всяко дело
благо на многа лета и семени твоему в роды и роды отныне и
до века» в Лицевом своде читается оригинальный текст «Такъ-
же вручяю тебе сей скипетр Великия Русия державу великое
княжение Володимерское и Московское и Новогородцкое и
всеа Русии великое государьство, да буди благословен на ве-
ликом государьстве нашея державы отныне и до века»;202 вме-
сто этих слов в Томском списке в строку вписан крест (л. 687).
Итак, в трех случаях вставки Лицевого свода в текст Степен-
ной книги в Томском списке отмечены особыми знаками.
Обратим внимание на тематику этих вставок. В них идет речь
о царских инсигниях. По-видимому, инсигнии занимали столь
199СКДС 718/7; Томский список, л. 686 об. В издании (СКДС) здесь и да-
лее указано, что знаки вставки поставлены редакторским почерком. При
ближайшем рассмотрении оказывается, что это не так. Почерк явно не
основной, но и не почерк редактора.
200СКДС 718//14; ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 415.
201ПСРЛ. Т. 29. С. 123—124; Т. 13. Ч. 1. С. 415; СКДС 718.
202ПСРЛ. Т. 29. С. 124.
161
Глава 3
важное место в идеологических представлениях составителя
Лицевого свода, что он собственноручно отметил в источнике
соответствующего текста, Томском списке Степенной книги,
места, куда следует вставить упоминания об инсигниях. Под-
черкнем, что это единственный случай редакторской разметки
составителя Лицевого свода в Степенной книге. После рас-
смотренных заимствований из Степенной книги рассказ Ли-
цевого свода следует тексту первоначальной редакции Повести.
К Степенной книге обратились при описании визита к уми-
рающему Елены Глинской: «Потом же и сама великая княги-
ни прииде к самодержавному си супругу, плачющи горко,
огненыя слезы испущая, и умилныя глаголы жалостно веща-
ше».203 Слова утешения Василия III к жене, отсутствующие
в Степенной книге, переданы по первоначальной редакции.
Далее — вставка на основе Степенной книги: «И мало утешив
ея краткими словесы и на мал чяс унял, повеле престати ей
от плачя».204 После этого помещен текст первоначальной ре-
дакции, содержащий просьбу Елены к мужу благословить
также и младшего сына. Дальнейший текст — соединение
чтений первоначальной редакции с чтениями Степенной кни-
ги: «и ту благослови сына своего Георгия крестом, еще бо то-
гда князь Юрьи мал бе, единолетен, и возлажи на него крест
злат Паисеинъской и приказа отнести тот крест по престав-
лении своем боярину своему Михаилу Юрьевичю; да и вотчи-
ною его пожаловал, и завеща ему в наследие град Углече поле
и прочие городы и власти и о вотчине такоже отвечял прика-
зал есми в духовной грамоте написал по достоянию. Вся же
правления всего Рускаго царъствия завещавает державство-
вати и по Бозе устраяти и разсужати скипетра Великия
Русия с сыном своим со царем и великим князем Иваном, дон-
деже от младенства устрабися, до взмужания сына своего,
матере его, а своей великой княгине Елене; ведяше бо ея ве-
ликий государь боголюбиву и милостиву, тиху и правдиву,
мудру и мужествену, и сердце ея всякого царьскаго разума ис-
полнено, но от Бога дарованное ей таковое дарование, яко
во всем уподобися великой и благочестивой царице Елене и
прародителнице руской великой княгине Олге, нареченной
203ПСРЛ. Т. 29. С. 124; Т. 13. Ч. 1. С. 415; СКДС 718.
204ПСРЛ. Т. 29. С. 124; Т. 13. Ч. 1. С. 416; СКДС 718.
162
Степенная книга и Лицевой летописный свод
во святом крещении Елене. И князь великий полагает на ней
все правление великаго государьства многаго ея ради разума
по подобию и по достоинству Богом избранному царьскаго
правления. Тогда же великая княгини не хотяше огпъитпи
от него. Он же сотвори с нею прощение и отдаст ей послед-
нее целование и абие повеле ю отвести к царским своим чя-
дом. И возлег великий государь Василей болезнуа при смер-
ти. Жалостно же бе тогда видети предстоящим ему, и слез и
рыдания исполнено в то время, сам же самодержавный видя
себе последне изнемогающа. И тогда князь великий посла
по владыку по Васияна и по старца по Мисаила Сукина и по-
веле ему принести платье чернеческое по прежнему его заве-
щанию. Вопрошаше же великий государь, аще есть на Моск-
ве Кирилова монастыря игумен, понеже тщание его бяше
от многа времени, еже бы ему пострищися в Кирилове мона-
стыри. И сказаша ему, что игумена кириловского тогда не
бяше на Москве».205 Дальнейшие заимствования из Степен-
ной книги единичны, они вставлены в ткань повествования
первоначальной редакции: «И потом к митрополиту рече:
„Что, отче, косниши, время уже настоит, постригите мя, дав-
но бо того желаю“», «И повеле принести святое причастие и
близ себе держати, и начя же рукою креститися и глаголати:
„Аллилуия, аллилуия, слава Тебе, Боже!". Таже глагола
от икосов акафиста избирающе словеса», «И паки, прекре-
стився рукою, глаголаше: „Радуйся, утробо божественаго во-
площения!"; к сим же прирече: „Ублажаем тя, преподобие
отче Сергие, и чтем святую память твою, наставниче иноком
и собеседниче аггелом!" Велми же изнемогаше, и потом при-
ближашеся конец живота его», «и во иноческая одеяти ся ве-
ляше», «и повеле начяти службу постригания троецкому игу-
мену Иасафу. Сам же митрополит постриже его и претвори
имя ему Варлаам», «бяху же ту инии иноцы, с ними же
преже того мудръствова самодержец о души своей. И абие
причястиша великаго государя Василия Ивановичя Святых
Тайн Животворящего Тела и Крове Христа Бога нашего.
И тогда просветися лице его яко свет, вкупе же и душа его
с миромъ к Богу отъиде».206 Согласно первоначальной редак-
205ПСРЛ. Т. 29. С. 124—125; Т. 13. Ч. 1. С. 416; СКДС 718—719.
206ПСРЛ. Т. 29. С. 125—126; Т. 13. Ч. 1. С. 418; СКДС 719—720.
163
Глава 3
ции, пострижение Василия III в монахи произошло 3 декаб-
ря, а согласно Степенной книге — 4 декабря. Характерно, что
составитель Лицевого свода выбрал версию Степенной кни-
ги.207
Столь скрупулезная работа по составлению новой редакции
Повести о болезни и смерти Василия III, сотканной из фраг-
ментов двух предшествовавших редакций, по-видимому, сви-
детельствует об особом месте, которое в умах царских идеоло-
гов времени Ивана Грозного занимал Василий III и его кончи-
на. Такое же напряженное внимание к этому событию можно
отметить и для времени создания Степенной книги (см. гл. 2);
не ослабло оно и к 70-м гг. XVI в., времени написания Лице-
вого свода. Возможно, кончина Василия III воспринималась
в эпоху Ивана Грозного как конец исторического прошлого и
начало современного этапа в истории государства, своего рода
переломный момент.
В исследованиях А. Е. Преснякова, А. А. Амосова, В. В. Мо-
розова и других ученых неоднократно встречается исключи-
тельно высокая оценка Лицевого свода как памятника исто-
риографии. Появившийся вслед за Степенной книгой, Лице-
вой свод представлен следующим крупным этапом в развитии
отечественной историографии.208 Так ли это? До последнего
времени из всего комплекса текстов Лицевого свода была
издана только та часть, в которой повествуется о русской исто-
рии. Тома же, посвященные библейской, античной и визан-
тийской истории, оставались неизданными. Полное издание
всего текста появилось только несколько лет назад, и теперь
есть возможность рассмотреть весь дошедший до нас текст
Лицевого свода. Обращает на себя внимание компилятив-
ность как основной прием построения текста. В Лицевом сво-
де чередуются обширные фрагменты разных произведений,
от библейских книг до Александрии и Хронографа, причем
зачастую их повествование никак не приспособлено для Ли-
207ПСРЛ. Т. 29. С. 126; Т. 13. Ч. 1. С. 418; СКДС 720. Правда, в Степен-
ной книге неверно указан год — 7046 вместо 7042. Эта явная ошибка в Ли-
цевом своде не повторена.
™ Пресняков А. Е. Московская историческая энциклопедия XVI в. //
Известия ОРЯС. СПб., 1900. Т. 5. Кн. 3. С. 824; Амосов А. А, Лицевой лето-
писный свод... С. 18—19; Морозов В. В. Лицевой свод в контексте отечест-
венного летописания XVI века. С. 133—136 и др.
164
Степенная книга и Лицевой летописный свод
цевого свода, переход от одного источника к другому не сгла-
жен авторскими вставками. Иными словами, многочислен-
ные заимствования никак не «вживлены» в ткань Лицевого
свода, причем до такой степени, что об оригинальном тексте
Лицевого свода едва ли можно говорить. Перед нами располо-
женные в хронологической последовательности тексты, пове-
ствующие о всемирной истории начиная с сотворения мира
до 50-х гг. XVI в.209 Оговоримся, что при изложении событий
русской истории рассказ Лицевого свода переходит иногда
от одного источника к другому, но все же и здесь приемы со-
единения заимствованных текстов за редким исключением
отличаются схематичностью и примитивизмом. Особенная
небрежность у создателей Лицевого свода заметна при переда-
че текста источников. Исписанные каллиграфическим стиль-
ным полууставом, страницы Лицевого свода содержат изряд-
ное количество ошибок, причем далеко не все из них были
впоследствии исправлены. Например, в заимствовании из Сте-
пенной книги рассказа о крещении Ивана Грозного сохрани-
лась внутренняя ссылка Степенной книги «О нем же последи
речется во степени сей».210 В Лицевом своде, в отличие от Сте-
пенной книги, степени отсутствуют, и в данном случае перед
нами явный пример небрежности в работе над текстом Лице-
вого свода. В этом отношении Лицевой свод разительно отли-
чается от Степенной книги, текст которой представляет собой
искусную переработку источников (за исключением тех про-
изведений, которые в состав Степенной книги вошли цели-
ком); древнейшие беловые списки памятника содержат и ми-
нимальное количество неисправленных писцовых ошибок,
что свидетельствует о тщательной вычитке корректорами все-
го текста Степенной книги.
Итак, было бы неверным представлять Лицевой свод в ка-
честве произведения, более совершенного стилистически и бо-
лее прогрессивного концептуально, нежели Степенная книга.
209М. М. Щербатов писал о якобы виденных им листах, на которых шла
речь о венчании на царство Федора Ивановича (Царственная книга, то есть
летописец царствования царя Иоанна Васильевича, от 7042 году до 7061,
напечатан с писменного, которой сыскан в Москве в Патриаршей библиоте-
ке. СПб., 1769. С. 4). Даже если это миф, все же мы не знаем, до каких со-
бытий было доведено повествование Лицевого свода.
210ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 50; СКДС 710.
165
Глава 3
Скорее, создание Лицевого свода вскоре после Степенной кни-
ги — это шаг назад от ренессансного трактата к средневеко-
вой хронике. При этом необходимо оговориться, что речь идет
исключительно о текстах Лицевого свода. В части миниатюр
Лицевой свод — безусловно незаурядное явление своего вре-
мени, представляющее собой значительное новшество по срав-
нению с иллюминированными историческими кодексами
византийской и древнерусской традиции предшествующего
периода. Здесь неоднократно отмечавшееся исследователями
влияние западноевропейской культурной традиции сказалось
особенно благотворно. Тексты же Лицевого свода — явление
иного рода. Привлекая Степенную книгу как источник, соста-
витель Лицевого свода редко вмешивался в заимствуемый
текст. Если же это случалось, то целью такого вмешательства
было пополнение рассказа Степенной книги отсутствовавши-
ми в нем подробностями, которые имелись в другом источни-
ке, которому Составитель Лицевого свода следовал ранее —
Никоновской или Воскресенской летописи. При этом, очевид-
но, к Степенной книге относились с уважением. Выше рас-
смотрено несколько случаев, когда факты, излагаемые Сте-
пенной книгой, противоречили рассказу основного источни-
ка. По исправлениям в рукописях Лицевого свода видно, что
его составитель колебался, какую версию выбрать, но неиз-
менно склонялся к версии Степенной книги. Возможно, это
происходило потому, что составитель Лицевого свода, как это
видно по чтению в Шумиловском томе, содержащему указа-
ние на митрополита Афанасия, знал, кто был автором Степен-
ной книги. Можно предположить, что высокое положение
автора Степенной книги в церковной иерархии и его автори-
тет повлияли на авторитет Степенной книги в глазах состави-
теля Лицевого свода. И все же использование Степенной кни-
ги в Лицевом своде, за исключением Повести о смерти Васи-
лия III, было нетворческим, за счет Степенной книги зачастую
увеличивался объем отдельных статей Лицевого свода, вноси-
лись новые фактические дополнения, и только. Подлинно но-
ваторское в Степенной книге — ее структура, биографизм как
основа исторического повествования, персонификация исто-
рии — остались неоцененными и невостребованными в оприч-
ный период грозненского правления.
166
Глава 4
В ОКРУЖЕНИИ ПЕРВОГО ПАТРИАРХА
По-настоящему заинтересованное отношение к Степенной
книге впервые фиксируется в конце 80-х—90-е гг. XVI в.
В декабре 1586 г. митрополитом Московским и всея Руси стал
Иов, в свое время замеченный еще Иваном Грозным, который
выдвинул его из среды духовенства Старицы. Став в 1586 г.
митрополитом, Иов при содействии царя Федора Ивановича и
Бориса Годунова подготовил акт учреждения патриаршества
и в 1589 г. стал первым русским патриархом.1 Учреждение
патриархии в России напоминало процедуру утверждения
русского самодержца в царском титуле, поскольку для этого
требовалось благословение вселенских патриархов. В грамоте
1592 г. царя Федора Ивановича константинопольскому пат-
риарху Иеремии процветание православия в России напря-
мую связывалось с традициями русской государственности:
«А в нашем великом Российском государстве, в царствующем
граде Москве и во всех наших великих государствах нашего
Российского царствия Христовою благодатию святая наша
крестьянская вера яко солнце под небесем сияет, и благочес-
тивый луча во всю Вселенную испущает, и неверующих души
просвещает, и от тмы на свет обращает, и во всем согласует
со всеми четырьми святейшими вселенскими патриархи, иже
держим от наших благочестивых прародителей, святопочив-
ших великих государей, от святого и равноапостолного вели-
1 Макарий (Булгаков), митр. История русской церкви. М.» 1996. Кн. 6.
С. 27—48; Карташев А. В. Очерки по истории русской церкви. М.» 1992.
Т. 2. С. 10—53.
167
Глава 4
кого государя царя и великого князя Владимера, просвятив-
шего Русскую землю святым крещением, даже и доднесь».2
Не случайно, что именно в такую минуту вспомнили о Сте-
пенной книге, составленной тремя десятилетиями ранее при
похожих обстоятельствах.
Около 1589 г. для патриарха Иова был создан новый спи-
сок Степенной книги.3 В основу положили Чудовский список,
однако в новом кодексе появились некоторые добавления
относительно протографа. По всему тексту Степенной книги
рассыпаны мелкие вставки, большая часть которых указы-
вает на интерес редактора к истории владимиро-суздальского
края и фигуре Александра Невского. Так, в 6-й главе VI гра-
ни при описании видения владимирского соборного храма
князю Всеволоду после слов «Егда же бысть за Суждалем»
вставлено уточнение, что событие происходило «на реце
Кзе».4 Реки с таким названием в окрестностях Суздаля нет.
Только две летописи упоминают реку Кзу в сюжете, описан-
ном в 6-й главе VI грани — Лаврентьевская и Воскресенская.5
Всеволод, согласно их тексту, узрев видение под Суздалем,
отправился воевать с племянниками под Юрьев, где и встал
лагерем на реке Кзе. Как видим, редактор Степенной книги
тут ошибся, и уточнение «на реце Кзе» поставил не в нужное
место текста. В 9-й главе VI грани владимирский собор Бого-
родицы назван полным именем — после слов «в имя Пресвя-
тыя Богородици» написано «честнаго Ея Успения».6 В 10-й гла-
ве VI грани при описании погребения жены владимирского
князя Всеволода III Марии Шварновны в предложении «У нея
же последи положена бысть и вторая супружница Всеволожа,
дщи витебьскаго князя» после слова «Всеволожа» написано
«Анна».7 Имя Анны, второй жены Всеволода III, читается
в описях древних гробниц г. Владимира и перечне панихид
2 Посольская книга по связям России с Грецией (православными иерар-
хами и монастырями) 1588—1594 гг. М., 1988. С. 108.
3 Сиренов А, В. Степенная книга редакции Ионы Думина // Опыты
по источниковедению. СПб., 2000. Вып. 3. Редактор и текст в древнерус-
ской книжности. С. 256—304.
4 СКДС 261/29.
5См.: ПСРЛ. Т. 1. С. 381; Т. 8. СПб., 1859. С. 161.
6СКДС 265/33. -
7 СКДС 267/28.
168
В окружении первого патриарха
владимирским князьям, составление которых относится к гроз-
ненскому времени (см. гл. 1). В 11-й главе VI грани в рассказе
о погребении Всеволода III соборный храм города Владимира
опять назван полным именем: после слов «и положиша его
в соборней церкви Пресвятыа Богородица» написано «честна-
го Ея Успениа».8 Во 2-й главе VIII грани при упоминании
Александра Невского и его старшего брата Андрея приводят-
ся их титулы или более подробные обозначения.9 Редактор
явно относился к этим князьям с особым вниманием. В той
же 2-й главе VIII грани при описании погребения жены нов-
городского князя Ярослава Феодосии в предложении «И пре-
творено бысть имя ей Еуфросиниа, и положена бысть в пре-
словущей обители святаго Георгиа» после слова «бысть» на-
писано «в граде Владимири».10 Известно, что жена Ярослава
Всеволодовича Феодосия была погребена в Георгиевском со-
боре новгородского Юрьева монастыря. Однако в Георгиев-
ском монастыре города Владимира в XVI—XIX вв. также
имелось погребение княгини Феодосии,11 при вскрытии ко-
торого в начале XX в. оказалось, что оно ложное.12 В выписке
8 СКДС 268/55. Это чтение одного списка рассматриваемой редакции —
Думинского (РГАДА, ф. 381, № 346), в Эрмитажном списке (РНБ, Эрм.
собр. 385) несколько иное чтение: «честнаго Ея Успение».
9Вместо слов «послал к ним сына Александра» в новой редакции читаем
«послал к ним сына своего святаго Александра» (СКДС 329/51), вместо
«посла к ним сына Андрея» — «посла к ним сына своего князя Андрея»
(СКДС 329/52), вместо «просяще блаженнаго Александра» — «просяще бла-
женнаго князя Александра» (СКДС 329/56), вместо «Дасть им сына святаго
и непобедимаго Александра» — «Дасть им сына своего святаго и непобеди-
маго великаго князя Александра» (СКДС 330/1, 2), вместо «Сиа же слышав
великий князь Александр» — «Сиа же слышав святый великий князь Алек-
сандр» (СКДС 330/9), вместо «поим с собою брата Андрея» — «поим с собою
брата своего князя Андрея» (СКДС 330/14).
10СКДС 332/10. Это чтение Думинского списка, в Эрмитажном списке
несколько иначе: «во граде Владимире».
пСм.: Сиренов А. В. 1) О начале традиции описей древних гробниц //
«Сих же память пребывает во веки» (Мемориальный аспект в культуре рус-
ского православия): Материалы науч. конф. СПб., 1997. С. 86—91; 2) Описи
древних гробниц в рукописных сборниках XVII века // История в рукопи-
сях и рукописи в истории: Сб. науч. тр. к 200-летию Отдела рукописей Рос-
сийской национальной библиотеки. СПб., 2006. С. 399—414.
12Сперанский М. А. Древние гробницы Георгиевской церкви // Труды
Владимирской ученой архивной комиссии. Владимир, 1902. Т. 4. Сообще-
ния. С. 1—28.
169
Глава 4
из указа Ивана IV о панихидах князьям и епископам, погре-
бенным во владимирских соборах, идет речь и о панихиде
княгине Феодосии.12 13 В 24-й главе XIII грани при перечисле-
нии русских чудотворцев: митрополитов Петра и Алексия,
и Сергия Радонежского, которым возносил молитвы о победе
над татарами московский князь Василий Дмитриевич, в новой
редакции перечень святых продолжен следующими словами:
«и прародителей своих благовернаго князя и царя Владими-
ра, крестившаго Русьскую землю, и сынов и святых страсто-
терьпец Бориса и Глеба, и святаго достохвальнаго в победах
великаго князя Александра Невьскаго чюдотворца».14 Ниже
в той же главе, где описывается аналогичная молитва митро-
полита Киприана, в которой он молит о заступничестве
за Русскую землю митрополитов Петра и Алексия, а также
Сергия Радонежского, в патриаршей редакции читается про-
должение: «и русьских предстателей святаго князя Влади-
мира и семени его праведнаго».15 В 28-й главе XIII грани —
подобная же вставка после упоминания в молитве митрополи-
тов Петра и Алексия: «и благовернаго великаго князя Влади-
мира, просветившаго святым крещением всю Русьскую зем-
лю, и сынов его святых страстотерпец Христовых Бориса и
Глеба, и праведнаго их семени святаго достохвалнаго в побе-
дах великаго князя Александра Ярославича Невьскаго чюдо-
творца».16 В 21-й главе XV грани при описании пожара
во Владимире и чудесного спасения мощей Александра Нев-
ского указана точная дата этого события: «майя в 23 день
в понеделник».17 Наконец, внесены некоторые дополнения
12Шилов А. А. Описание рукописей, содержащих летописные тексты.
Материалы для полного собрания русских летописей. Вып. 1 // ЛЗАК
за 1909 год. СПб., 1910. Вып. 22. С. 66, 68; Сире нов А. В. О начале тради-
ции... С. 86—91.
14СКДС 495/31. Это чтение Думинского списка, в Эрмитажном нет слов
♦ и сынов».
15СКДС 497/6.
16СКДС 521/19. Это чтение Думинского списка, в Эрмитажном написа-
но: «и благовернаго великаго князя Владимера, просветившаго святым кре-
щением всю Русьскую землю, и сынов его святых страстотерпецъ Христо-
вых Бориса и Глеба, и праведнаго их семени святаго достохвалнаго в побе-
дах великаго князя Александра Ярославича Невьскаго чюдотворца».
17СКДС 663/28. Это чтение Думинского списка, в Эрмитажном написано
♦ маиа 23 в понеделник».
170
В окружении первого патриарха
в заголовок XVII грани: указано количество митрополитов —
семь; перечень митрополитов грозненского царствования на-
чат не с Иоасафа, как в первоначальной редакции, а с Дании-
ла; после Макария, которым оканчивался данный перечень
в первоначальной редакции, прибавлены имена Афанасия,
Филиппа, Кирилла и Антония.18 Итак, в результате перечис-
ленных добавлений увеличено количество митрополитов, чье
святительство приходится на царствование Ивана Грозного.
При этом первым указан Даниил, который был поставлен еще
при жизни Василия III и указан в заголовке предыдущей,
XVI грани. Таким образом, включение в список митрополи-
тов XVII грани Даниила является ошибкой. Ошибочно и за-
вершение этого списка Антонием, поскольку последним по-
ставленным при Иване Грозном митрополитом был преемник
Антония Дионисий. Не знать об этом в 90-е гг. XVI в. не мог-
ли. Вполне возможно, что на продолжение этого списка мит-
рополитов оказал влияние текст черновика Степенной книги,
в котором, судя по его копии — Пискаревскому списку, — пе-
речень заканчивался на Антонии.
Новую редакцию можно датировать временем не позднее
1590 г. Заимствование из ее текста читается в Синодальном
списке Воскресенской летописи, который в 1590 г. вологод-
ский архиепископ Иона Думин вложил в Рождественский мо-
настырь города Владимира (ГИМ, Синод. 144). Эта рукопись,
содержащая вторую половину летописи, имеет одно сущест-
венное отличие от остальных списков этого произведения.
В статье 1491 г., в которой идет речь о пожаре во Владимире,
текст Воскресенской летописи заменен текстом Степенной кни-
ги. Таким образом, вместо рассказа об уничтожении пожаром
мощей Александра Невского, который читался в Воскресен-
ской летописи, в Синодальном списке появился рассказ о чу-
десном спасении мощей от пожара — именно так повествует
о событиях 1491 г. Степенная книга. Разница между двумя
рассказами существенная. Воскресенская летопись излагает
события 1491 г. так: «... згоре град Володимерь весь и с поса-
ды, и церковь Пречистые Рожество в монастыре внутри града
выгоре, и тело великого князя Александра Невского згоре».19
18СКДС 738/4, 5, 7.
19ПСРЛ. Т. 8. С. 221.
171
Глава 4
Степенная книга посвящает владимирскому пожару 1491 г.
более пространный текст, в котором читаем: «...внутрь церк-
ви тоа все выгоре и с людми. Чюдотворъныя же мощи святаго
и праведнаго великаго князя Александра Ярославичя, на них
же аще и бысть видети нечто огненаго знамения, но обаче Бо-
гом тако съхранени быша, яко и пелена, иже бяше в гробе
его, обретеся неврежена от непостоянаго того огня».20 Обра-
щение к самой рукописи, Синодальному списку Воскресен-
ской летописи, показывает, что соответствующие листы,
на которых излагается описание пожара 1491 г., вставные.
По всей видимости, они заменили собой традиционный текст
Воскресенской летописи, в котором шла речь об уничтожении
мощей Александра Невского. Отметим: вставной текст содер-
жит уточненную дату, что указывает на его заимствование
из Степенной книги новой редакции. Как указано выше, сре-
ди чтений новой редакции есть два, источником которых мог-
ла быть Воскресенская летопись. Первое из них уточняет, что
под Суздалем Всеволоду было видение, когда он стоял «на ре-
це Кзе» — здесь источником могла быть либо Воскресенская
летопись, либо Лаврентьевская. Второе чтение содержит
точную дату пожара 1491 г., которая имеется только в Вос-
кресенской летописи.21 Следовательно, именно ее использова-
ли при редактировании Степенной книги. Получается, что
сначала из Воскресенской летописи в Степенную книгу была
выписана точная дата пожара 1491 г., а потом рассказ об этом
событии, читающийся в Воскресенской летописи, заменил со-
ответствующий текст Степенной книги.
Обратим внимание на личность вкладчика Синодального
списка. Это Иона Думин, бывший архимандрит владимирско-
го Рождественского монастыря. О его биографии известно не-
много. Он принял постриг в Рождественском монастыре г. Вла-
димира в 80-е гг. XVI в. — об этом свидетельствует он сам,
называя в записи на рукописном кодексе имя постригшего
его архимандрита Захарии, ставшего потом тверским еписко-
пом. Известно, что Захария был архимандритом Рождествен-
ского монастыря в 1576—1579 гг.22 Видимо, Иона принял по-
20СКДС 664.
21ПСРЛ. Т. 8. С. 221.
22 Строев П. М. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской
церкви. СПб., 1877. Стб. 662.
172
В окружении первого патриарха
стриг, будучи уже не юным человеком, поскольку в 1584—
1585 гг. он сам стал настоятелем монастыря.23 Спустя четыре
года, в 1589 г., Иона принимал участие в сложной процедуре
выборов патриарха: на место патриарха претендовали москов-
ский митрополит Иов, новгородский архиепископ Александр
и вологодский епископ Варлаам — последние два, разумеет-
ся, формально. Если бы Александр все же стал патриархом,
то на новгородскую кафедру был бы выбран новый архиепи-
скоп. Среди возможных претендентов источники называют
владимирского архимандрита Иону. Но Александр, как и пред-
полагалось, не был избран в патриархи, а Иона не получил
новгородской кафедры; он занял вакантную кафедру в Воло-
где, став архиепископом Вологодским и Великопермским.24
В 1602 г. Иона стал митрополитом Ростовским и Ярославским,
а через два года, в 1604 г., удалился на покой в Рождествен-
ский монастырь г. Владимира. Дату смерти Ионы Думина опре-
деляют по выходной записи на рукописном Евангелии 1616 г.:
там сказано, что рукопись была начата в 1607 г. по заказу
Ионы, а окончена тщанием другого лица.25 С предположением,
что к моменту окончания работы над рукописью Ионы уже не
было в живых, можно всецело согласиться.26 Иона Думин
известен прежде всего как книжник и составитель собрания
рукописей. В настоящее время известно 25 рукописных кодек-
сов из собрания Ионы Думина, и все они не просто ему при-
23Там же; см. также упоминание архимандрита владимирского Рождест-
венского монастыря Ионы в грамоте 7089 г. (Шумаков С. А. Обзор «Грамот
коллегии экономии». Вып. 5: Материалы по Владимиру, Гороховцу, Муро-
му, Суздалю, Юрьев-Польскому и Вологде / Сост. Л. И. Шохин. М., 2002.
№ 30. С. 20).
24 Макарий (Булгаков), митр. История русской церкви. Кн. 6. С. 38, 53.
25 «Лета 7115 году месяца марта в 16 день почато делать се Евангелие
при державе государя царя и великого князя Василия Ивановича всея Руси
и по приказу преосвященного архиепископа Ионы Вологоцкаго и Велико-
пермского, а потом был в Ростове митрополит, сделано же бысть сие святое
Евангелие в лето 7214 месяца апреля в 20 день при державе государя царя
и великого князя Михаила Федоровича всея Руси и 3 лето царства его тща-
нием старца Серапиона Мартова» (Альбом-каталог декоративно-прикладно-
го искусства Владимиро-Суздальского государственного историко-архитек-
турного и художественного музея-заповедника. М., 1982. С. 173. № 63).
2(>Буланин Д. М. Иона Думин // Словарь книжников и книжности Древ-
ней Руси. Л., 1986. Вып. 2. Ч. 1. С. 430.
173
Глава 4
надлежали, но и были вложены им в Рождественский мона-
стырь г. Владимира.27 На некоторых из них имеются выход-
ные записи об обстоятельствах написания. На основе этих за-
писей можно судить о том, фондами каких библиотек пользо-
вался Иона Думин, где он заказывал рукописи для своего со-
брания. Рукопись РНБ, ф. 166 (собр. П. П. Вяземского) Q.225,
содержащая Апокалипсис и Житие Иоанна Богослова, имеет
запись о написании в Павлове Обнорском монастыре, а Еван-
гелие (РГБ, ф. 178 (Музейное собр.) № 8288) было писано
с рукописи Прилуцкого монастыря, а правлено по рукописям
Каменского и Павло-Обнорского монастырей.28 Следователь-
но, часть рукописей написана на Вологодчине в период архи-
епископства Ионы. Эти кодексы написаны, как правило, не
особенно тщательно. Однако есть и другая группа Думинских
рукописей, отличающаяся тщательностью исполнения и стиль-
ностью почерков. Это Степенная книга (РГАДА, ф. 381 (собр.
Синод, типографии) № 346), Круг миротворный (РНБ, ф. 550
(ОСРК) F.I.866), Устав (РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погодина)
285) и некоторые другие. Эти рукописи выделяются особенно-
стями текста, а также похожи по своему оформлению и напи-
саны однотипными почерками, что позволяет предположить
одно место их создания. Особенно интересен для нас в этом
контексте Круг миротворный. Рукопись содержит записи на
полях, комментирующие отдельные годы хронологических
таблиц. Записи посвящены различным событиям русской исто-
рии, особенно истории Владимирского края:29 под 6699 (1191) г.
27См.: Буланин Д. М. 1) Вологодский архиепископ Иона Думин и руко-
писная традиция сочинений Максима Грека // Источниковедение литерату-
ры Древней Руси. Л., 1980. С. 174—180; 2) Владимирский Рождественский
монастырь как культурный центр Древней Руси // ТОДРЛ. Т. 36. С. 73—
74; 3) Иона Думин. С. 431; Романова А. А. Древнерусские календарно-хро-
нологические источники XV—XVII вв. СПб., 2002. С. 179; Сиренов А. В.
Степенная книга: история текста. М., 2007. С. 301—304.
28См.: Флоря Б. Н. О реконструкции состава древнерусских библиотек //
Древнерусское искусство: Рукописная книга. М., 1972. С. 57—59.
29Маргиналии о событиях всемирной и русской истории на страницах
Миротворного круга известны и в более ранней традиции, которую рассмат-
риваемые записи продолжают и творчески развивают (Романова А. А. К про-
блеме уточнения датировки рукописей XIV—XVI вв. по таблицам и текстам
пасхалий // Опыты по источниковедению. Древнерусская книжность: Архео-
графия, палеография, кодикология. СПб., 1999. С. 196). Эти записи в спи-
174
В окружении первого патриарха
«Начало Рожественаго монастыря, иже во граде Владимери,
от благовернаго великаго князя Всеволода» (л. 20 об.), под
6683 (1175) г. «Убиение благовернаго великаго князя Андреа
Боголюбскаго от Кучковичь» (л. 21 об.), под 6771 (1263) г.
«Преставися благоверный великый князь Александр Яросла-
вичь во иноцех Алексей Невскый чюдотворец и положен бысть
во граде Владимере в честной обители Рожества Пресвятыа
Богородица» (л. 24 об.). Отметим, что маргиналии на рукопи-
си Миротворного круга тематически близки к вставкам, сде-
ланным при создании новой редакции Степенной книги. По-
лагаем, что автором этих вставок, как и записей на полях
Миротворного круга, был Иона Думин, проявлявший интерес
к истории владимирского края и особенно — к фигуре Алек-
сандра Невского.
В 1591 г. Иона составил самую пространную редакцию
Жития Александра Невского, мощи которого почивали во вла-
димирском Рождественском монастыре. В качестве основного
источника Ио,на использовал Житие Александра Невского
в составе Степенной книги, но привлек еще владимирскую
редакцию Жития, а также материал Хронографа редакции
1512 г. и Воскресенской летописи.30 По сравнению с редак-
цией Степенной книги в тексте Ионы Думина значительно
расширена повествовательно-историческая часть. Этого уда-
лось достичь благодаря обращению к VII грани Степенной
книги и Хронографу редакции 1512 г., а также посредством
искусного соединения чтений разных источников в единую
ткань повествования. Так, отчасти по тексту Хронографа изло-
ске РНБ, F.1.866 сделаны основным почерком рукописи. Известны еще два
списка Миротворного круга — РНБ, ф. 351 (собр. Кирилло-Белозерского
монастыря) 516/773 и ГМИР, кол. Ill, on. 1 № 43, относящиеся к 1-й пол.
XVII века, богато украшенные и содержащие тот же корпус приписок на по-
лях (Романова А. А. Древнерусские календарно-хронологические источни-
ки... С. 179. Ил. 17). Можно думать, что перед нами копии не думинской
рукописи РНБ, F.1.866, а ее протографа, так как комплекс маргиналий
во всех трех списках не совпадает. Эти рукописи, оформленные по-разному,
но одинаково роскошно, по-видимому, происходят из крупного скриптория.
Очевидно, что это не один из вологодских монастырей, откуда вышли наи-
более скромно оформленные думинские рукописи. Можно думать, что спи-
ски Миротворного круга происходят из столичного скриптория.
30Мансикка В. П, Житие Александра Невского (Разбор редакций и текст).
СПб., 1913. С. 177—200.
175
Глава 4
жено нашествие Батыя на русские земли: оно начинается сло-
вами Хронографа «Хощю рещи, о друзи, повесть, иже и самех
безсловесных может подвигнути на плачь...»,31 далее описано,
на каких княжеских столах сидели Георгий и Ярослав Всево-
лодовичи и Александр Невский. Затем следует фрагмент, со-
единивший несколько чтений Степенной книги:
Степенная книга	Житие Александра Невского
Матери обезчядствовашяся...32 И паки Бог по мере гнев свой и с без- мерною милостию по малу наводя на ны многообразными наказанми, ово- гда убо гладом, овогда же смрьтоно- сием, овогда же пожаром, иногда же пленением от поганых...33 ...тогда же мучителнейшаго варвара кровояднаго царя Батыя от въсточныя страны наведе на Русьскую землю...34	наста время люто за грехи наша Богу наказующу нас, таковое время при- иде на ны, пщую бо толикое время серп Божиа гнева имяновати, его же Захариа провиде пророк, пожиная ис корениа вся нещадно, или мечь, иже не точию обезчадьствовати могый, но и с чады и родивших потинаа неми- лостивно, или чаша в руце Господни вина милости Божиа, нерастворена гневом ярости, исполнь растворениа, милость свою, глаголю, со гневом на- казании смеси Господь за премногиа грехи наша, хотящю Богу упоити нас вином ярости, уклонити от сея в сию, сииречь преложити от милости в на- казание и от наказании в милость. Тако бо есть время оно имяновати, яко бо по премногом милосердом наказании Божии не хощем престати от скверных дел наших, и Бог нака- зует ны овогда гладом, ово мором, ово же иноплеменных нашествием, сим всем пресечение творя нам от злых наших. Но кто может убо испо- ведати то время, нашедшее за грехы наша мучительнейшаго варвара, кро- вояднаго пса, злочестиваго ратника, безбожнаго царя Батыя от восточный страны...35
31СКДС ЖАН 276, ср.: ПСРЛ. СПб., 1911. Т. 22. Ч. 1. С. 396—397.
32 СКДС 304.
33СКДС 300.
34СКДС 303—304.
35 СКДС ЖАН 276.
176
В окружении первого патриарха
Далее редактор возвращается к прерванному выше заимст-
вованию из Хронографа (со слов «на сущих тогда християн
излиянную на них чашу пелыни Божиа суда...» до слов
«а воевода Петр Ослядюкович»).36 Здесь описано нашествие
Батыя. При общем следовании Хронографу в текст Жития
вставлено уточнение: указано, что татары пришли ко Влади-
миру «преже мясопустныа недели за неделю» — подробность,
отсутствующая в Хронографе и заимствованная из Воскресен-
ской летописи.37 Следующее чтение почти целиком заимство-
вано из Воскресенской летописи:
Хронограф	Воскресенская летопись	Житие Александра Невского
Князи же, видевше сво- его брата Владимира в руках татарских исху- девша и уныла,	Татарове же приидоша к Золотым воротом, водяще с собою княжича Володимера Юрьевича, и начата вопрошати: «Великий князь Юрьи есть ли в городе?» Воло- димерци же пустиша по стреле на татар, и тата- рове противу пустиша такоже по стреле на го- род и на Златая врата; и по сем рекоша володи- мерцем татарове: «Не стреляйте», они же пе- ресташа стрел яти. И при- идоша близко вратомь, и показаша им Володи- мера, и ркоша татарове володимерцем: «Знаете ли княжича вашего?» — бе бо уныл лицем и из- немогл бедою от нужа. Всеволод же и Мстислав стояста на Золотых во- ротех и познаста брата своего Володимера. О уми- леное брата видение и слез достойно! Всеволод же и Мстислав с бояры	Татарове же приидоша к Золотым воротом и по- казаша им князя Влади- мира Юрьевича. Всеволод же и Мьстислав з боляры своими стояше на Златых вратех и по- знаста брата своего Вла- димира; бе бо уныл ли- цем и изнемогл бедою от нужа. И
36ПСРЛ. Т. 22. Ч. 1. С. 396—397.
37СКДС ЖАН 277; ПСРЛ. Т. 22. Ч. 1. С. 397; Т. 7. С. 140.
177
Глава 4
плакаху с материю с ве- ликою княгинею и с срод- ники и со всеми людми и глаголаху к боляром: «О братие, умрем за веру христианьскую и за святыя церкви и не дадимся в рукы их!». Петр же воевода рече: «Несть противу Божиа гнева еже попусти на нас грех ради наших, ни мудрости, ни мужесть- ва!»38	своими и все гражане плакахуся, зряще Влади- мера. Татаром же отсту- пившим от Золотых во- рот, и обьехаша вьсь град и станы, сташа пред Зла- тыми враты, яко зреи- мо, и бе множество вой около всего города. Все- волод же и Мстислав сжалистася брата деля Володимера, и ркоста всей дружине и Петру воеводе: «Брате! Лучше есть умрети пред Златы- ми враты за святую Бо- городицю и за правую веру, нежели воли их быти». Воевода же Петр рече: «Сия вся наведе Бог на ны грех ради наших, яко же про- рок глаголет: „Несть че- ловеку мудрости и несть мужества, ни думы противу Господеви“».39	плакахуся, зряще Владимира, и глаголаху к бояром: «О братие, лутчи ны есть умрети пред Златыми вра- ты за святую Богороди- цу и за православную ве- ру, нежели воли их бы- ти». Петр же воевода рече: «Сия вся наведе Бог грех ради наших, якоже пророк глаголет: „Несть человеку мудро- сти и несть мужества, ни думы противу Госпо- деви“».40
Влияние Хронографа сказалось тут в чтении «и глаголаху
к бояром: „О братие...“» (в Воскресенской летописи «и ркоста
всей дружине и Петру воеводе: „Брате!... “»). Далее изложение
ведется по Хронографу (со слов «Безбожнии же станы своя
урядивше...»41). Последующее изложение событий — взятие
татарами Суздаля и возвращение к Владимиру, захват Влади-
мира и гибель княжеского семейства под сводами Успенского
собора — опять оказывается заимствованным из Воскресен-
ской летописи с отдельными чтениями хронографического
текста (в Хронографе: «Князи же Всеволод и Мъстислав разу-
меша, яко наутрие взяту быти граду», в Житии Александра
Невского: «Князи же Всеволод и Мьстислав, и владыка Мит-
рофан разумеша, яко наутрее взяту быти граду», в Воскресен-
38ПСРЛ. Т. 22. Ч. 1. С. 397.
39ПСРЛ. Т. 7. С. 140.
40СКДС 277.
41Там же; ПСРЛ. Т. 22. Ч. 1. С. 397.
178
В окружении первого патриарха
ской летописи: «Наутрии же уведе князь Всеволод и владыка
Митрофан, яко уже взяту быти граду»; в Хронографе и Жи-
тии «разсекоша двери», в Воскресенской летописи «выломи-
ша двери», в Хронографе и Житии есть чтение «И тако вси
предаша душа своя Господеви и мученическому лику причте-
ни быша», отсутствующее в Воскресенской летописи42). Далее
автор вставил фразу «Сиа вся попускает Бог за грехи наша»,43
а следом за ней обращается к тексту 9-й главы VII грани Сте-
пенной книги — со слов «на иныя многиа грады, с многою
злобою вся испровращая» (перед этим заимствованием в Жи-
тии читаются вводные слова «И отътоле поидоша») до слов
«Тогда же мнози и мученическими венцы от Бога увязоша-
ся». Перед нами крайне эмоциональное описание нашествия
Батыя на Русь, попавшее в Степенную книгу из Слова по-
хвального Михаилу Черниговскому Льва Филолога,44 где чи-
таем, как «матери обезчядствовашяся, и сосци их млечнии
источники уставишя, вместо же тех слезныя струя от очию
низвожахуся, видяще младенца своя на земли поврьжены и
мягкая их удеса коньскими ногами стираеми..., священный
девы нудими и обругаеми, мужие жен разлучаеми, чяда роди-
телю лишаеми, юноша в плен ведоми, юныя же и старцы
мечи пронизаеми, храбрыя же и князи оружием падающе,
священници же в жрътвеницех закалаеми...».45 Далее следует
фраза составителя рассматриваемой редакции Жития «Вся
же сия наведе нам Бог за грехи наша»,46 а затем продолжено
заимствование из той же 9-й главы VII грани, но здесь приве-
дено самое начало главы (со слов «понеже не исправихомся и
непотребни быхом...» до слов «...преблагый Бог хотя конечна-
го запустения свободити нас»47), где нашествие Батыя пред-
ставлено как возмездие за усобицы князей, которые «друг
пред другом начальство получити желаше и един единаго
от отеческаго достояниа изгоняше, и кождо самочинне тща-
шеся самодрьжавьство восхитити, и сам старейшиньствовати
42ПСРЛ. Т. 22. Ч. 1. С. 397; ПСРЛ. Т. 7. С. 140—141; СКДС 277—278.
43 СКДС ЖАН 278.
44 Усачев А. С. Степенная книга и древнерусская книжность времени мит-
рополита Макария. М.; СПб., 2009. С. 231—234.
45СКДС 304.
46 СКДС ЖАН 279.
47Там же, ср.: СКДС 304—305.
179
Глава 4
хотяше Руским царствием, и брат на брата иноплеменный язы-
ки поганых варвар наводя».48 Далее приведен конец 9-й гла-
вы VII грани с подзаголовка «Тогда же великий князь Яро-
слав и с прочими в Новеграде Богом сохранен бысть».49 Заим-
ствование продолжено, и в Житие Александра Невского
вошли целиком 10-я глава VII грани «Плачь и страдание ве-
ликаго князя Георгия Всеволодича и прочих с ним»,50 11-я гла-
ва VII грани «О обретении те леей великаго князя Георгия,
последи же и главу его обретоша»51 и 12-я глава VII грани
«О пренесении честных мощей великаго князя Георгия из Рос-
това во Владимирь».52 После этого Иона Думин вставил свой
текст с объяснением того, почему Батый не дошел до Новго-
рода. Здесь заимствования из Степенной книги приведены не
дословно, а в значительно переработанном виде. Источником
рассматриваемого пассажа послужили фрагменты 13-й главы
VII грани и 1-й главы VIII грани, где идет речь о попытках
Батыя завоевать новгородскую землю. В первом из этих тек-
стов читаем: «Окаянный же Батый и все его воиньство устре-
мишася к граду Тръжку, и пятьнадесять дней ратоваху его,
и взяша месяца марта в 5 день на крестопоклонной недели».53
Во втором случае о намерениях Батыя сказано более опреде-
ленно, равно как и о причине неудачи его новгородского по-
хода: «И еще же тогда в лето 6745 слышаху всюду, иже без-
божный царь Батый Божиим попущением много зла сътвори
велицей земли Русьстей, а идеже тогда сий Александр блаже-
ный с отцем своим Ярославом пребываху, дръжавьствующе
в Великом Новеграде, и тамо доити поганым възбрани некая
сила божественая, и не попусти им нимало приближитися не
токмо к пределом Великаго Новаграда, но идеже и инде при-
лунится им тогда пребывати и въиньствовати сопротивных и
враждующих литву и немець, и везде Божиим заступлением
нимало не ратоваху на них суровии они татари».54 Составлен-
ный Ионой Думиным рассказ о причинах неудачи новгород-
48СКДС ЖАН 279, ср.: СКДС 303.
49Там же, ср.: СКДС 305.
50СКДС ЖАН 280—281, ср.: СКДС 305—306.
51 СКДС ЖАН 281, ср.: СКДС 306—307.
52СКДС ЖАН 281—282, ср.: СКДС 307.
53СКДС 309.
54СКДС 325.
180
В окружении первого патриарха
ского похода Батыя является распространением второго из при-
веденных текстов Степенной книги: «Окаянный же Батый,
зверь лют и безстуден, получив лов хотения своего, недоволен
бывает чревонеистовства, но паки желает ин получити лов,
горыпи перваго, сице и сей проклятый и богомерьзьский вар-
вар не сыт бывает, напився святыя христианьския крови, но
восхоте и оставшаа от христиан погубити. Но якоже всезлый
помысли, сице и сотвори, богоненавистною гордостию превоз-
несъся, поиде к Великому Новуграду на великаго князя Яро-
слава и на чад его. Но Бог беяше милостию си неотступно
с ними, храня и соблюдая их от всякого зла. Егда же бого-
мерьский иде к Великому Новуграду, не дошедшю ему, мано-
вением Божиим возбраним, ста за десять десятиц поприщ
до Новаграда, якоже древле Валам возбранен бысть аггелом
Господним, егда идяше прокляти Израиля. Сице и зде сему
окаянному возбрани сила Божиа некая невидимая, возбра-
няюще всезлому шествию его в Великий Новъград. Аггел
бо Господень ста оруженосец пред ним, скипетром въпреки
претя ему, глаголя: „Царю злочестиве, не довляше ли ти мно-
гых градов христианьския крове, но хощеши и оставших хри-
стиан, блюдомых Богом, погубити? А и сие твое пленение не
твоею силою бысть, но попущено гневом Божиим за грехи,
бываемыя от человек. Тем же скоро возвратися отсюду и иди,
отнюду же прииде, да не поразить тя пришед воиньство не-
бесное. Аз бо есмъ силы Господня архаггел Михаил, воевода
небесных сил, послан от Бога возбранити шествию твоему
отсюду“. Злочестивый же и богомерьский он царь, страхом
обьят быв, скоро возвратися вспять и изчезе, гоним страхом
Божим восвояси».55 Здесь сказалось и влияние Хронографа,
в котором читаем: «Окаянный же Батый поиде к Торжку и
бив град пороки две недели, и взят его и люди вся изсече и
поиде к Новугороду и за сто верст воротися, заступи бо его
Бог и святая Богородица. Глаголют же, яко виде Михаила
арханила, стояща с оружием и возбраняюща ему».56 Как ви-
дим, упоминание в Степенной книге о «некоей божественной
силе», а в Хронографе — об архангеле Михаиле, в Житии
оказалось распространено гневным монологом архангела Ми-
55СКДС ЖАН 282.
56ПСРЛ. Т. 22. Ч. 1. С. 399.
181
Глава 4
хайла, который отсылает читателя к предыдущему заимство-
ванию из Степенной книги, где речь шла о княжеских усоби-
цах как причине Божьего гнева, следствием которого было
нашествие Батыя. Рассматриваемый сюжет с явлением Ба-
тыю архангела Михаила закрывает тему Божьего гнева и воз-
мездия за грехи князей, что позволяет перейти к биографии
Александра Невского, отделив его от князей, навлекших на
Русь Божий гнев. Дальнейшее изложение Жития опирается
на текст первой главы VIII грани. Так, в разделе «О посаже-
нии святаго Александра в Великий Новъград на великое кня-
жение» рассказывается о достоинствах Александра, который
был «видом благородия, телеснаго благолепна вельми укра-
шен паче всех, не точию сродник своих, но и всех иноплемян-
ных стран земных царей благородием и благолепием лица
превзыде, яко солнце всех светил, храбростию же, и силою
в воиньстве, и смыслом благоразумна, и премудростию... Вид
же святаго его подобна и телесный возраст таков бяше зело
благообразен и благолеп, якоже древле Иосиф Прекрасный,
сын Ияковль, возраста же видением высок веема, силы же его
указание храбрость воиньственаа его показует, силен бо бяше
и храбр, якоже часть бе отъ силы Самсоновы; глас же его
бяше слышати, яко труба в народе».57 Следующий раздел
«О поучении святаго князем и боляром и всяким судиям»
распространяет соответствующий текст 1-й главы VIII грани:
«боляр своих часто наказуя притчами от божествъных писа-
ний, яко да преже всего въспросят от Бога премудрости и
от пианьства удръжатся, и сами пред Богом да смирятся, да
не забудут праведно судити, и не познают лица силнаго, и не
приемлют мзды неправедный, и никого же обидят, но да изба-
вят обидима от руки обидящих и паче повеленнаго им ничто
же вземлют, но довльни будуть оброки своими» и далее.58
Сюжет о приходе к Александру Невскому Андреаса Вельвена
(«муж славен именем Андрияш»), намерении шведского ко-
роля идти походом на новгородские земли, молитва Алек-
сандра и весь ход Невской битвы изложены по тексту второй
главы VIII грани. Здесь Иона Думин существенно распростра-
57СКДС ЖАН 282—283.
58СКДС 324; ср.: СКДС ЖАН 283—284.
182
В окружении первого патриарха
няет текст своего источника. Приведем пример такого распро-
странения:
Степенная книга	Житие Александра Невского
И скончав молитву, въста, и покло- нися архиепископу Спиридону, и бла- гословен быв от него и от всего свя- щеннаго събора.59	И скончав молитву, въстав, прииде ко архиепископу и ко всему освящен- ному събору, поклоняние творя им, глаголя: «Благослови мя, священно- начальниче великий, со всеосвящен- ным ти събором, и молите Бога и Пречистую Богородицу, и святых Их угодников в помощь призвавша, да молитвами вашими святыми негли поможет ми Бог на сопротивныя». Сия же ему глаголющу, реками от очию слезы испущаше, толико, яко и начальнику церкве с всем освящен- ным събором и со всеми предстоящи- ми ту людьми пролияти слезы мно- гы. И ничтоже от всех вопиющих со слезами слышати, точию: «Господи, услыши и помилуй!», — сия во- пиющих на мног час. По сем же пове- ле всем умолкнути, благословляет его великий предстатель церкви Бо- жиа...60
К подобному приему распространения текста Степенной
книги в Житии Александра Невского Иона Думин прибегал
постоянно. В приведенном примере Степенная книга лако-
нично сообщает о принятии Александром Невским перед бит-
вой благословения от новгородского архиепископа. В Житии
редакции Ионы Думина появилась речь князя к архиеписко-
пу, описано состояние молящихся в ожидании благословения
и, наконец, сообщено о факте благословения. Отметим, что
Иона распространяет сообщения Степенной книги, придер-
живаясь ее стиля и даже методов работы с источниками. Так
в Житии появились дополнительные сцены, диалоги и про-
чее.
После описания того, как Александр Невский получил бла-
гословение от архиепископа, в Житии приведены 69-й псалом
59СКДС 326—327.
60СКДС ЖАН 286—287.
183
Глава 4
Давида, который якобы вспомнил Александр Невский, идя
к войску, и молитва князя к Богоматери, а также упомянуто,
что в своих молитвах он обращался к своим святым предкам
князьям Владимиру, Борису и Глебу: «По сродству же веру
имея, яко сродник им есть, в молитвах си к Богу подвизаше
и на помощь призываше поборников християнских, сродни-
ков си по роду, благовернаго великаго князя Владимира Ки-
евскаго, крестившаго Русьскую землю, и чад его, благовер-
ных великих князей и страстотерьпец Бориса и Глеба».61 Про-
цитированный пассаж согласуется с вставками Ионы Думина
в текст Степенной книги. Напомним, что в 24-й главе XIII гра-
ни при перечислении митрополитов Петра и Алексия и преп.
Сергия Радонежского, которым молился московский князь
Василий Дмитриевич, приписка Ионы Думина перечень свя-
тых продолжает: «и прародителей своих благовернаго князя
и царя Владимира, крестившаго Русьскую землю, и сынов и
святых страстотерьпец Бориса и Глеба, и святаго достохваль-
наго в победах великаго князя Александра Невьскаго чюдо-
творца».62 В 28-й главе XIII грани — подобная же вставка по-
сле упоминания в молитве митрополитов Петра и Алексия:
«и благовернаго великаго князя Владимира, просветившаго
святым крещением всю Русьскую землю, и сынов его святых
страстотерпец Христовых Бориса и Глеба, и праведнаго их се-
мени святаго достохвалнаго в победах великаго князя Алек-
сандра Ярославича Невьскаго чюдотворца».63 Впрочем, в Жи-
тии подобное обращение князя Александра к святым сродни-
кам представляет собой развитие тенденции Степенной книги,
где о почитании их памяти Александром Невским сказано:
«святаго великаго князя Владимира, крестившаго Русьскую
землю, к сему бо имеяше велию веру, тако же и к святым
страстотрьпцем Борису и Глебу, и всегда память их честно
творяше».64
Дальнейшее изложение выдержано в том же ключе. Иона
кладет в основу повествования Степенную книгу, порой при-
водит детали из Хронографа, Воскресенской летописи, Влади-
61 СКДС ЖАН 287.
62СКДС 495/31.
63СКДС 521/19.
64СКДС 327. Этот текст вошел и в Житие (СКДС ЖАН 287).
184
В окружении первого патриарха
мирской редакции Жития или же редакции Василия-Варлаа-
ма.65 Нередко лаконичное изложение источника редактора не
устраивает — и под его пером появляется подробное описание
тех же обстоятельств, но с целым рядом вымышленных дета-
лей. Справедливости ради необходимо отметить, что Иона не
придумывал фактов биографии Александра Невского. Он толь-
ко дополнял вымышленными подробностями известия своих
источников. В этом отношении он действовал методами соста-
вителя Степенной книги. Можно сказать даже, что редакция
Жития Александра Невского, составленная Ионой Думиным,
является идейным и стилистическим продолжением тради-
ции Степенной книги в конце XVI в.
От предыдущих редакций произведение Ионы Думина
отличает и наличие трех «новейших чудес» — о слепой жене,
о «бесном человецы» и о явлении владимирских князей под
предводительством Александра Невского монаху Антонию
перед битвой с крымскими татарами на Молодех. Первое и
третье чудо датируются в тексте 1572 г.; Иона называет себя
их очевидцем, что может быть принято для первых двух чу-
дес. Явление же князей было описано Ионе визионером этого
чуда Антонием. В результате получилась впечатляющая кар-
тина обильных чудотворений от мощей Александра Невского.
Разумеется, создание такого произведения не обязательно
предполагает отдельный повод и особые обстоятельства. К то-
му же тема чудотворения от мощей Александра Невского воз-
никала в творчестве Ионы и до написания Жития. Как упо-
миналось выше, в 1590 г. он вложил в Рождественский мона-
стырь список Воскресенской летописи, где известие о гибели
мощей в пожаре 1491 г. заменил рассказом Степенной книги
о том, что мощи чудесно спаслись. Полагаю, что эту вставку
сделал сам Иона, поскольку почерк вставки схож с почерком
большинства вкладных записей на рукописях, вложенных им
во владимирский Рождественский монастырь. Иона «испра-
вил» текст Воскресенской летописи, заменив рассказ об унич-
тожении мощей в пожаре другим повествованием, которое,
очевидно, считал более «правильным» и соответствующим
действительности. Итак, мы видим, что объектом особенного
интереса для Ионы было почитание Александра Невского.
6ЬМансикка В. П. Житие Александра Невского... С. 186.
185
Глава 4
В связи с этим представляют интерес обстоятельства редак-
тирования им Жития святого князя, о которых сам Иона рас-
сказывает в послесловии к своей редакции. Он пишет, что
Житие было им написано «в достоприятное святительство ве-
ликаго пресвятейшаго патриарха Иова Московскаго и всея
Русии, его же благословением и руковозложением и теплою
верою к святому и духовным проразсуждением». Характерно
указание на благословение и даже как будто непосредствен-
ное участие самого патриарха в замысле редактирования Жи-
тия. Видимо, этот труд воспринимался Ионой отнюдь не как
частная инициатива. Он видел в своем труде дело общецер-
ковное, акт государственной важности. Обратим внимание на
отличие этой редакции от предыдущих, которые послужили
ее источниками: владимирской середины XVI в. и редакции
Степенной книги. Главное отличие — описание чудес, проис-
шедших после пожара 1491 г., когда мощи чудесно спаслись.
Редакция 1591 г. как будто утверждает и доказывает, что
мощи не сгорели. Обратим внимание на дату создания редак-
ции — 1591 год, т. е. ровно через сто лет после пожара. Пола-
гаем, что таким образом Иона Думин отметил столетие спасе-
ния мощей.66 В 90-е гг. XVI в. наблюдается активизация
культа Александра Невского в общерусском масштабе. Так,
21 апреля 1594 г. по повелению царя в Казанском девичьем
Богородицком монастыре строится новый каменный храм —
реликварий чудотворной иконы Казанской Богоматери. Один
из приделов новопостроенного храма был посвящен Алек-
сандру Невскому.67 Еще два храма, посвященные этому свя-
тому, в первой половине XVII в. располагались в московском
66М. Исоа, посвятившая монографию изучению образа Александра Нев-
ского в русской средневековой культуре, высказала предположение, что ре-
дакция 1591 г. была написана Ионой как отклик на успехи русских войск
в сражениях со шведами в 1590 г. (Isoaho М. The Image of Aleksandr Nev-
skiy in Medieval Russia. Warrior and Saint. Leiden; Boston, 2006. P. 356—
357). Антишведскую тему, конечно, нельзя полностью игнорировать, коль
скоро имели место военные конфликты, завершившиеся победой русского
оружия. Однако существенно другое. В Житии 1591 г., как и в прочих ре-
дакциях, созданных до XVIII в., Александр Невский предстает прежде все-
го как святой преподобный, а не благоверный, т. е. как монах, а не воин.
67Рыбушкин М. С, Краткая история города Казани. Казань, 1834. Ч. 1.
С. 76.
186
В окружении первого патриарха
Кремле и в Рождественском монастыре Владимира. Сохрани-
лась выполненная на высоком художественном уровне икона
Александра Невского в житии, написанная, как определил
Ю. К. Бегунов, на основе редакции Ионы Думина (совпадает
состав чудес).68 Исследователи полагают, что изначально она
находилась в кремлевской церкви Александра Невского и
только потом попала в храм Василия Блаженного, где хра-
нится и ныне. Датируют ее началом XVII в. исходя из коли-
чества клейм и стилистики. В. В. Филатов определил наибо-
лее близкий аналог этой иконы — икону ярославских чудо-
творцев князей Феодора, Давида и Константина, написанную
к Ярославле.69 В качестве еще одного аналога можно назвать
ярославскую же по происхождению икону Варлаама Хутын-
ского в житии. Эти три иконы, близкие и по размеру, и по ком-
позиции, и по колориту, несомненно общего происхождения.
Поскольку в Ярославле сохранилась небольшого формата
предварительная икона, предшествовавшая написанию боль-
шой иконы князей Феодора, Давида и Константина, логично
предположить, что эти иконы написаны в Ярославле. Иона
Думин был ростовским митрополитом в 1602—1604 гг. В это
время, следовательно, Ярославль был ему подведомственен
в части церковного управления. По-видимому, тогда и была
написана икона Александра Невского, как можно думать,
для храма Александра Невского, расположенного в москов-
ском Кремле. Дата создания кремлевского храма неизвестна.
Правда, на планах Кремля в виде отдельного здания он появ-
ляется лишь к 20-м гг. XVII в.,70 но и это не может служить
безусловным датирующим признаком, так как до этого време-
ни он вполне мог быть придельным. Относительно владимир-
ского храма есть мнение, что он был построен Ионой Думи-
ным на свои средства в 1607 г., но и это мнение не аргумен-
тировано. Оно опирается на сообщение вкладной книги Рож-
дественского монастыря о вкладе Ионой в 1607 г. «и в иные
годы» различной утвари для этой церкви. Вкладная книга со-
ставлялась в 80-е гг. XVII в., поэтому хронология вкладов там
6&Бегунов Ю. К. Житие Александра Невского в станковой живописи на-
чала XVII в. Ц ТОДРЛ. М.; Л., 1966. Т. 22. С. 314—317.
69Там же. С. 323.
70Там же. С. 321.
187
Глава 4
в некоторых местах нарушена.71 В любом случае, во вкладной
книге не говорится о строительстве храма Ионой в начале
XVII в. Церковь Александра Невского в Рождественском мо-
настыре могла быть построена и ранее.
Отметим, что первые храмы, посвященные Александру Нев-
скому, появляются в московском Кремле, Владимире и Каза-
ни. Здесь можно видеть инициативу патриарха Иова, Ионы
Думина и бывшего тогда казанским митрополитом будущего
патриарха Гермогена. Участие патриарха и бывшего архи-
мандрита владимирского Рождественского монастыря в про-
славлении Александра Невского закономерно. Несколько не-
ожиданным представляется наличие в этом ряду имени Гер-
могена, однако и оно здесь неслучайно. Гермоген в 90-е гг.
XVI в. деятельно занимался прославлением казанских свя-
тынь — первосвятителей Гурия и Варсонофия и чудотворной
иконы Казанской Богоматери.72 Описывая процесс собирания
материала о казанских чудотворцах, Гермоген писал в грамо-
те патриарху Иову от 9 января 1592 г.: «Да мне ж, государь,
богомольцу твоему, в Чудове монастыре случилось повесть
видети в книзе Степенной и царственной киевских и влади-
мирских и московских царей и государей, а зовется та книга
зеленая...».73 Столь необычно, «зеленой», Степенная книга
названа, видимо, по цвету обреза. Из трех древнейших спи-
сков Степенной книги в первоначальном виде, без позднейше-
го переплетения, остался только Томский список. На его
обрезе у корешка различимы остатки зеленой краски.74 Учи-
тывая одновременность и однотипность оформления Томского
и Чудовского списков, можно предполагать зеленый обрез и
у первоначального переплета Чудовского списка. Полагаем,
что Гермоген имел в виду именно Чудовский список, посколь-
ку, во-первых, на Чудовском списке читается запись скоро-
писью XVI в. о принадлежности Чудову монастырю, а во-вто-
71 См. об этом: Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. М.» 2007.
С. 306—307.
72Макарий (Булгаков), митр. История русской церкви. М.» 1996. Кн. 6.
С. 56, 88.
73Творения святейшего Гермогена патриарха Московского и всея России.
М., 1912. С. 60. На это упоминание Степенной книги мое внимание обрати-
ли Ю. Д. Рыков и А. С. Усачев.
743а это наблюдение благодарю В. А. Муравскую.
188
В окружении первого патриарха
рых, в тексте Чудовского списка есть пометы, касающиеся
первого казанского архиепископа Гурия. В 55-й главе I грани
после упоминания Гурия на правом поле к строке и парал-
лельно обрезу приписано: «иже ныне Божиею благодатию чю-
дотворец и нетлением от Бога почтен».75 В 13-й главе XVII гра-
ни к известию о поставлении архиепископом в Казань Гурия
на нижнем поле со знаком вставки написано «ныне же от мо-
щей его изцеления подает Бог».76 Эти приписки сделаны
одним почерком — делопроизводственной скорописью XVI в.
Она оказывается близка к почерку Гермогена.77 Тем же по-
черком сделана еще одна помета. В 10-й главе XVII грани при
упоминании освобождения татарами русских пленников на
нижнем поле написано «60 000 руськаго плену тогда свобо-
дил Бог».78 Перу Гермогена принадлежит Житие Гурия и
Варсонофия Казанских, о чем сказано в самом Житии. Пря-
мых текстовых параллелей между Житием и Степенной кни-
гой нет, но тематическая близость, конечно же, присутствует.
Так, две главы Жития, шестая и седьмая, отражают содержа-
ние 13-й главы XVII грани Степенной книги, в которой го-
ворится, как Гурий «поставлен бысть в архиепископы градо-
вом Казани и Свиаге» и как «отпущен бысть честно с многим
благовонным наказанием от царя и от первосвятителя».79
Шестая глава Жития называется «О поставлении во архиепи-
скопы святейшаго отца нашего Гуриа», а седьмая глава —
«О отпущении из царствующаго града Москвы в Казань свя-
тейшаго Гуриа архиепископа».80 В Житии много говорится
об обретении нетленных мощей Гурия, в чем непосредствен-
ное участие принимал сам Гермоген. Это соотносится, в свою
очередь, с приписками Чудовского списка о нетлении мощей
Гурия и чудесах от них. Как видим, Степенную книгу нельзя
75СКДС 142/в.
76СКДС 760/6.
77Публикацию автографа Гермогена см.: Макарий (Булгаков), митр.
История русской церкви. М.» 1996. Кн. 6. С. 88.
78ГИМ, Чюд. 358, л. 751. В издании — ошибка (СКДС 751/а).
79СКДС 760.
80Житие и жизнь иже во святых отец наших Гуриа, перваго архиеписко-
па новопросвященнаго града Казани, и Варсонофия, епископа тферскаго,
Казанских чудотворцев. Списано Ермогеном митрополитом Казанским //
Творения святейшего Гермогена патриарха Московского и всея России.
С приложением поставления в патриарха. М., 1912. С. 39, 41.
189
Глава 4
назвать непосредственным источником Жития Гурия и Вар-
сонофия, но можно утверждать, что с Чудовским списком
работал будущий патриарх Гермоген и оставил на нем пометы
о почитании Гурия Казанского. В этом приемы Гермогена как
читателя Степенной книги напоминают работу со Степенной
книгой Ионы Думина, который также оставил в тексте Степен-
ной свои маргиналии, касающиеся реалий, близких сердцу
владимирского архимандрита. Отметим, что началом XVII в.
датируются ранние списки второй редакции Казанской исто-
рии, которая, начиная с 85-й главы, следует тексту Степен-
ной книги редакции Ионы Думина.81 Вполне возможно, что
появление второй редакции также связано с деятельностью
Гермогена. Впрочем, этот вопрос нуждается в особом исследо-
вании.
Знаменательно, что источником сведений о казанских свя-
тителях для Гермогена стал именно Чудовский список. На
нижнем поле листов 3—8 в нем читается запись-скрепа «Кни-
га Чюдова манастыря, собрана смиренным Афонасием митро-
политом всеа Русии». Здесь мы встречаемся с указанием на
авторство, подобным тому, какое имеется в Шумиловском
томе Лицевого свода, т. е. со свидетельством современника.82
Этому не противоречит и тип письма записи: его с уверенно-
стью можно определить как скоропись XVI в. Здесь важно
отметить, что, судя по записи, Чудовский список уже в конце
XVI в. хранился в Чудовом монастыре. Копий Чудовского
списка известно довольно мало. Для конца XVI в. можно ука-
зать рукописи РНБ, ф. 775 (собр. А. А. Титова) 3441 и РГБ,
ф. 310 (собр. В. М. Ундольского) 807. В первом случае изна-
чально предполагалось создать полный список Степенной кни-
ги. И хотя сейчас текст в рукописи начинается с гранесова-
ния, однако помещающееся в тексте Степенной книги перед
81 Казанская история / Подгот. текста, вступ. статья и примеч. Г. Н. Мои-
сеевой. М.; Л., 1954. С. 22.
82Исследователей смущало, что Афанасий в записи назван смиренным,
что якобы предполагает повествование от первого лица. Попытки сопоста-
вить почерк Афанасия на двух его рукоприкладствах с начертаниями рас-
сматриваемой записи положительного результата не дали, так как почерка
настолько разные, что их почти невозможно приписать одному лицу. Оста-
ется предположить, что определение «смиренный» могло быть употреблено
и в отношении третьего лица.
190
В окружении первого патриарха
Гранесованием житие Ольги, по-видимому, изначально здесь
присутствовало, так как кириллическая фолиация на л. 1 на-
чинается с № 46. Окончание же текста Степенной в рукописи
отсутствовало изначально. Текст прерывается на словах
XIV грани «от Святаго Духа назнаменованный» на середине
страницы (л. 384 об.). Восхождение Титов. 3441 к Чудовско-
му списку несомненно.83 Список Унд. 807, ныне представляю-
щий собой фрагмент текста I грани (с начала до заголовка
Жития Бориса и Глеба), изначально также был более объем-
ным и содержал текст Степенной книги с начала (сейчас его
фолиация начинается с № 61). Обе копии Чудовского списка,
таким образом, остались недописанными, из чего можно за-
ключить, что их протограф отнюдь не предназначался для ко-
пирования. Эту функцию, по всей видимости, выполняла ру-
копись новой редакции, созданной в 1589 г. Ионой Думиным.
Именно Думинская редакция надолго, вплоть до середины
XVII в., стала самой популярной разновидностью текста Сте-
пенной книги. Ее первые списки начали появляться уже
в 90-е гг. XVI в. Самым первым по времени является список
РГАДА, ф. 381 (собр. Синодальной типографии), 346. Эта
рукопись была написана, как следует из выходной записи,
в 1594 г. по заказу самого Ионы Думина и вложена им в Рож-
дественский монастырь города Владимира. В выходной записи
также указано, что этот список писался не с одного прото-
графа, а «с различных добрых переводов». Такая формули-
ровка характерна для выходной записи в рукописях, создан-
ных по заказу Ионы Думина. И все же в Думинском списке
Степенной книги заметно влияние второго протографа (поми-
83 В этом нас убеждают пропуски слов, появившиеся впервые именно
в Чудовском списке. Например: в I грани пропущены слова «ив воде утопа-
ху, и древесы убиваеми» (л. 26), «молебныя песни приносим ему» (л. 104 об.);
в III грани «грань третий кончавше и четвертаго степени боговенчанаго цар-
ствия достигше, глаголем, елико разума подаст Бог» (л. 146) и др. Видимо,
Титовский список является непосредственной копией с Чудовского списка.
Пока нам удалось обнаружить лишь одно свидетельство в пользу этого пред-
положения. Во второй главе IV грани подзаголовок «Чюдо животворящего
креста» написан в Чудовском списке на нижнем поле, видимо, будучи про-
пущен переписчиком. В Титовском списке этот подзаголовок также поме-
щен на нижнем поле (л. 147 об.). По-видимому, здесь передано расположе-
ние текста в протографе, т. е. в Чудовском списке (см. также: Сиренов А. В.
Степенная книга: история текста. С. 97).
191
Глава 4
мо основного — архетипа редакции 1589 г.). Текст в рукописи
начинается с вводной статьи «Царские сановники», копиро-
вание которой в середине текста было прервано, и переписан-
ный текст зачеркнут. Эта статья присутствует в Чудовском
списке, и ее не было в архетипе редакции 1589 г. Таким
образом, писец Думинского списка сначала взялся переписы-
вать первую статью Чудовского списка, но переписку не за-
вершил и далее источником имел архетип редакции 1589 г.
Судя по Думинскому списку, в тексте данной редакции
к 1594 г. еще не было Слов на перенесение мощей москов-
ских митрополитов, однако в конце VIII грани, между послед-
ними словами основного текста и концовкой, было вставлено
отредактированное Ионой Думиным в 1591 г. Житие Алек-
сандра Невского. Следующий список Думинской редакции
до нас не дошел, но сохранились его копии — ГИМ, Музей-
ское собр. 841; ИР ЛИ, колл. В. Н. Перетца 128 (начальные
листы этой рукописи — РНБ, ф. 905 (НСРК) F.566); РНБ,
ф. 885 (Эрмитажное собр.) 511; РНБ, ф. 588 (собр. М. П. По-
година) 1425; РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погодина) 1426.84 Их
протограф имел одну характерную особенность текста —
отсутствие предисловия. Кроме того, он отразил редакцию
Ионы Ду мина на третьем этапе ее переработки. Именно тогда,
вскоре после 1594 г., в текст X грани после Жития митропо-
лита Петра, написанного митрополитом Киприаном, поме-
щены два Слова на перенесение мощей митрополита Петра
в Успенский собор в 70-е гг. XV века. Как известно, в 1472 г.
был возведен новый Успенский собор на месте старого, по-
строенного еще тщанием митрополита Петра. Строители но-
вого собора, русские зодчие Кривцов и Мышкин, взяли за
образец Успенский собор г. Владимира, увеличив размеры.85
В недостроенный еще собор были перенесены мощи москов-
ских митрополитов, чему и посвящено первое из Слов, кото-
рое, как и служба на перенесение мощей митрополита Петра,
было написано по заказу известным книжником Пахомием
84Рукописи Новгородского государственного музея-заповедника, 30055-14
и ГИМ, собр. А. С. Уварова 211, совпадающие по тексту с Погод. 1426,
являются его копиями.
85См. об этом: Выголов В. П. Архитектура Московской Руси середины
XV века. М., 1988. С. 177—210.
192
В окружении первого патриарха
Логофетом и получило широкое распространение в древнерус-
ской книжности.86 Последнее представляется странным, так
как после перенесения мощей в 1474 г. собор рухнул. Во вновь
построенный Успенский собор мощи митрополитов перенесе-
ны в 1479 г., и не 1 июля, как в предыдущий раз, а 24 авгу-
ста. Слово же Пахомия Логофета, описывающее перенесение
1472 г., обрело популярность. Иногда, правда, дату 1 июля
исправляли в нем на 24 августа и вносили правку в текст, тем
самым относя его к перенесению мощей 1479 г.87 В нашем слу-
чае подобная путаница отсутствует. Первое Слово, принадле-
жащее перу Пахомия Логофета, отнесено в Степенной книге,
как должно, к 1 июля 1472 г., а второе Слово посвящено
событию 24 августа 1479 г., о чем подробно рассказывается
в заголовке: «Другое слово о пренесении чюдотворца Петра
мощей... и о том, како почто ниже празднуют празднество
принесение мощей его месяца августа 24, а принесение его
первое мощей месяца июля 1 день при.Филиппе митрополите
всеа Русии и творение слово Пахомиа иереа священноинока
Сербина бывша инока Святыя горы. Его же творения каноны
и в сий день воспевают в соборной церкви».88 Как видим,
автор второго Слова вносит ясность в запутанную ситуацию.
Действительно, Слово и службу на первое перенесение мощей
(1472 г.) написал Пахомий Логофет. Однако празднуют не пер-
вое, а второе перенесение. Новой службы ему не составлено,
и поэтому используют службу Пахомия, переадресуя ее собы-
тиям 1479 г. Предлагаемое Слово описывает историю с раз-
рушением собора 1474 г. и объясняет причины перестановки
праздника. Текст Слова содержит имя автора — им был свя-
щенник кремлевской церкви Иоанна Лествичника Петр, на-
писавший также Сказание о чудесах митрополита Петра и,
возможно, летописец 80-х гг. XV в.89 Если Слово, написанное
Яблонский В. Пахомий Серб и его агиографические писания: Биогра-
фический и библиографически-литературный очерк. СПб., 1908. С. 138—
143, СП—СХИ.
87Там же. С. 141—142.
883десь и далее Слово цитируется по списку ИРЛИ, собр. В. Н. Перет-
ца 128, л. 154—156 об.
89Подробнее об этом произведении см.: Сиренов А. В. Московский книж-
ник конца XV в. Петр и его произведения // ТОДРЛ. СПб., 2001. Т. 52.
С. 582—595.
193
Глава 4
Пахомием Логофетом, получило довольно широкую популяр-
ность, то Слово Петра известно только по рассматриваемой
редакции Степенной книги.
Для того, чтобы вставить в рукопись архетипа Думинской
редакции новые тексты, причем довольно объемные, пришлось
изъять соответствующие листы первоначального текста и на
их место вставить тетради, в которых текст Слов был уже
интерполирован в ткань Степенной книги. Отметим, что та-
кую перестановку отразил единственный список, к тому же
не дошедший до нашего времени. Существенно, правда, что
в позднейшее время с него было снято пять копий. Это свиде-
тельствует о его нахождении при каком-либо скриптории.
Вероятнее всего, местом хранения утраченной рукописи была
монашеская обитель. Нам известно о списке, который был
вложен в Соловецкий монастырь монахом этой обители Вене-
диктом в 1593 г.,90 т. е. на год раньше написания Думинского
списка. Эта рукопись долго оставалась единственным спи-
ском Степенной книги в Соловецком монастыре, и по выпис-
кам из нее в монастырских сборниках XVII в. мы знаем, что
она относилась к Думинской редакции. Вполне возможно, что
она и была тем списком Думинской редакции, который отра-
зил вставку в текст Степенной книги двух Слов на перенесе-
ние мощей митрополита Петра.
Следующий этап в истории текста Думинской редакции
ознаменовался исключением только что вставленных Слов.
Причем изъятыми оказались тетради, содержащие текст Слов
с прилегающими к ним (до и после Слов соответственно)
фрагментами текста Степенной книги, — так в архетипе ре-
дакции Ионы Думина появилась лакуна в конце 4-й и начале
5-й глав X грани, которая впоследствии была растиражирова-
на в десятках рукописей. Данный этап формирования редак-
ции отразил список РНБ, ф. 885 (Эрмитажн. собр.) 385. В нем
Житие Александра Невского редакции Ионы Думина хотя и
^Единственная запись о книжном вкладе старца Венедикта во вкладной
книге Соловецкого монастыря датирует этот вклад 1593 г. (Архив СПбИИ
РАН, колл. 2, № 152, л. 265 об.) Эту информацию мне любезно предоставил
О. В. Панченко. Степенная книга вклада старца Венедикта числится в опис-
ной книге Соловецкого монастыря 1597 г. (Описи Соловецкого монастыря
XVI века: Комментированное издание / Сост. 3. В. Дмитриева, Е. В. Кру-
шельницкая, М. И. Мильчик. СПб., 2003. С. 163).
194
В окружении первого патриарха
находится по-прежнему в конце VIII грани, но уже не содер-
жит авторского послесловия Ионы Думина, в котором он ука-
зывает обстоятельства создания редакции и свое имя как ее
автора. После текста Степенной книги этот список содержал
одно добавление — соборное определение о четвертом браке
Ивана Грозного, составленное в 1572 г. Едва ли после смерти
царевича Димитрия в 1591 г. названный документ имел ка-
кое-либо политическое значение, поскольку оставшийся к то-
му времени в живых единственный отпрыск Ивана Грозного,
царь Федор Иванович, происходил от его первой жены, закон-
ность брака с которой ни у кого не вызывала сомнения. Сле-
довательно, помещение Соборного определения после текста
Степенной книги имело не политическое, а историографиче-
ское значение: так в 90-е гг. XVI в. пытались продолжить не-
завершенный текст Степенной книги. Однако это устремле-
ние не получило развития, так как в следующей копии архе-
типа редакции Ионы Думина, списке БАН, Арханг. С. 130,
как и в позднейших списках, текст Соборного определения
отсутствует. Список Арханг. С. 130 зафиксировал еще одно,
последнее, изменение текста изучаемой редакции. Житие
Александра Невского в редакции Ионы Думина было переме-
щено из конца VIII грани за пределы текста Степенной кни-
ги — туда, где в списке Эрм. 385 читается Соборное опреде-
ление. Возможно, что такое перемещение и привело к изъятию
Соборного определения, поскольку вследствие перестановки
Жития Александра Невского из середины в конец рукописи
хронологический порядок изложения событий был безнадеж-
но нарушен. Список Арханг. С. 130 ценен не только как са-
мый ранний список, отразивший последнее изменение текста
редакции в XVI в.; он еще позволяет датировать окончание
рассматриваемого процесса. Список Арханг. С. 130 в 1601 г.
поступил в Антониев Сийский монастырь, о чем во вкладной
книге имеется соответствующая запись: «Дал вкладом диякон
старец Макарей хорюгофь — вышит на камке Троица, на дру-
гой стороне Благовещение, около кайма; шито золотом и се-
ребром и шелки все. Да он же дал две Треоди печатные, пост-
ную и цветную, да книгу Степенную, да книгу Андреятис».91
Макарий Осокин, вложивший в Сийский монастырь кроме
91СП6ИИ РАН, ф. 5, оп. 2, № 1, л. 337 об.
195
Глава 4
Степенной книги и Андриатиса две печатные Триоди (пост-
ную и цветную), был ризничим суздальского архиепископа
Варлаама, а позже (видимо, после смерти Варлаама в 1586 г.)
стал ризничим Ионы Думина.92 Таким образом, Макарий Осо-
кин, прослужив ризничим у одного иерарха-книжника, после
его смерти перешел к другому иерарху-книжнику. Итак, риз-
ничий вологодского архиепископа вложил в Сийский мона-
стырь рукопись отредактированной своим епископом Степен-
ной книги. За шесть лет до этого сам Иона вложил специаль-
но заказанный им рассмотренный выше список в свой родной
Рождественский монастырь. Списки Думинский и Архангель-
ский являются копиями одного протографа. Кроме того, пер-
вый почерк Архангельского списка похож на почерк Думин-
ского списка. Вторая вложенная Макарием рукопись — спи-
сок Андриатиса (ныне БАН, Арханг. Д. 207). Она написана
одним почерком в двух вариантах — полууставном (л. 1—
31 об.) и скорописном (л. 32—183 об.). Можно утверждать,
что полууставный вариант тождественен почерку Думинского
списка. Таким образом, вложенные Макарием рукописи ока-
зываются связанными с Думинским списком и текстологиче-
ски, и кодикологически. Среди рукописей, связанных с име-
нем Ионы Думина, есть и список Андриатиса — это рукопись
БАН, Собр. текущих поступлений, 341, написанная по заказу
Ионы в 1594 г., т. е. в том же году, что и список Степенной
книги. Замечательно, что Андриатис Ионы Думина написан
на той же бумаге (с филигранью Герб Базеля) и тем же почер-
ком, что и Думинский список, а по тексту близок списку
Арханг. Д. 207. По всей видимости, думинские Степенная
книга и Андриатис и вложены были вместе. Вероятно, Мака-
рий Осокин, вкладывая в 1601 г. в Сийский монастырь Архан-
гельский список Степенной книги и Андриатис, точно повто-
рил вклад своего патрона, который тот сделал в Рождествен-
ский монастырь в 1594 г. В случае с Андриатисом Макарий
даже воспользовался услугами того же писца, который вы-
полнял заказ Ионы. В целом, рукописи Макария написаны на
менее качественной бумаге и с меньшей степенью каллигра-
фичности.
92Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 299.
196
В окружении первого патриарха
К рассмотренной традиции можно отнести еще один спи-
сок Степенной книги. Он был вложен в Троице-Сергиев мона-
стырь Дионисием Зобниновским. В самой ранней описи мона-
стырской библиотеки 1641 г. среди книг, вложенных архи-
мандритом Дионисием, числятся и Степенная книга («книга
летописец степенной в десть»), и Андриатис («книга Иванна
Златаустаго Андриотис, заставицы, в десть»).93 Причем Анд-
риатис сохранился, он оказывается чрезвычайно близок к ду-
минскому и осокинскому спискам как по тексту, так и по ко-
дикологическим особенностям. Можно думать, что столь же
близка к спискам Ионы Думина и Макария Осокина была и
Степенная книга, вложенная в Троице-Сергиев монастырь его
архимандритом Дионисием Зобниновским. Современное ме-
стонахождение этой рукописи неизвестно, однако по заимст-
вованиям из нее в троицких рукописях можно заключить,
что она содержала Степенную книгу редакции Ионы Думина.
Такими путями распространялась-Степенная книга в XVI в.
Только после создания специального списка, предназначенно-
го, видимо, для копирования, списки-копии стали расходить-
ся по монастырям. Начало этого процесса относится к 1594 г.
В предшествующий период Степенная книга была известна
только узким кругам московских книжников, близких либо
к царскому двору, либо к окружению первосвятителя русской
церкви. Можно предположить, что инициатива распростране-
ния Степенной книги принадлежит патриарху Иову, во вся-
ком случае, несомненно то, что рукописное тиражирование
Степенной проходило с его ведома и одобрения.
Редакция Ионы Думина в 90-е гг. XVI в. претерпела не-
сколько изменений. В ее состав было включено отредакти-
рованное Ионой же Думиным Житие Александра Невского,
два Слова на перенесение мощей митрополита Петра, затем
оба Слова были исключены, а из Жития Александра Невского
изъято авторское послесловие Ионы Думина. Далее в завер-
шение текста добавлено Соборное определение на четвертый
брак Ивана Грозного. Наконец, это определение было изъято,
а на его место перемещено из VIII грани Житие Александра
93Сергиев-Посадский государственный музей-заповедник, 289, л. 336 об.
Информация об этой описи и наличии в ней списка Степенной книги любез-
но предоставлена мне Т. В. Анисимовой.
197
Глава 4
Невского редакции Ионы Думина. Таким образом, от идеи
продолжить Степенную книгу и довести ее до современности
пришлось отказаться. В это же время (если верить хроноло-
гическим выкладкам, то в 1599 г.) была составлена новая
редакция русского Хронографа, которая получила название
редакции 1599 г. По наблюдениям исследователей, названная
редакция оказывается близка к редакции 1601 г., с тем,
однако, отличием, что редакция 1601 г. доводит изложение
до 1453 г., следуя традиции первоначального текста русского
Хронографа, а редакция 1599 г. продолжает повествование
до 60-х гг. XVI в. Известно два списка редакции 1599 г., при-
чем один из них, БАН, 31.6.27, датирующийся по филигра-
ням рубежом XVI—XVII вв., имеет явно черновой характер,
а другой, ГИМ, собр. А. С. Уварова 23/1362, является его
копией.94 Поэтому мы можем сосредоточить внимание исклю-
чительно на рукописи БАН, 31.6.27. По филиграням эта ру-
копись оказывается близка к комплексу рукописных книг,
созданных в 90-е гг. XVI в. в Чудовом монастыре или в окру-
жении патриарха.95 К ним относятся и упомянутые выше
списки Степенной книги редакции Ионы Думина. Сама руко-
пись Хронографа имеет вид черновых материалов, сгруппиро-
ванных таким образом, что среди исторического материала
оказываются статьи нравоучительного характера («О пресви-
тере, впадшем в прелюбодеяние», «Слово душеполезно от Па-
терика», «Слово отца нашего Памъвы о поучении к ученику
своему» и др.) и даже одна статья («Указ краскам»), имею-
щая отношение к традиции «ремесленных книг», т. е. рецеп-
турных сборников.96 Едва ли перед нами рукопись, рассчи-
танная на дальнейшую переписку. Скорее, это именно мате-
риалы, долженствующие послужить для составления новой
редакции Хронографа, или же это выписки из таких материа-
лов. По сравнению с более ранними редакциями Хронографа
в редакции 1599 г. мы впервые встречаем попытку довести
94Творогов О. В. Древнерусские хронографы. Л., 1975. С. 208.
95Филиграни: кувшин одноручный с литерами «Ш», «1В», «F/DL», да-
той «1596», ср.: Новикова О. Л., Сиренов А. В, Сделано в Чудове // ТОДРЛ.
СПб., 2004. Т. 55. С. 441—450.
96Описание рукописного отдела Библиотеки Академии наук СССР. 2-е изд.,
доп. М.; Л., 1959. Т. 3. Вып. 1 (Хронографы, летописи, родословные, раз-
рядные книги). С. 130—131.
198
В окружении первого патриарха
изложение до современности. Здесь существенно увеличена
часть повествования, посвященная русской истории, за счет
включения как летописных статей, так и произведений древ-
нерусской литературы (например, двух Повестей о Николе За-
разском). После рассказа о падении Царьграда, которым за-
вершается редакция 1512 г., в рассматриваемом тексте поме-
щен фрагмент Летописца начала царства (с начала до 1551 г.),
Повесть о Псково-Печерском монастыре, завершающаяся рас-
сказом об осаде Пскова в 1581 г., нравоучительные тексты
и др., а также несколько фрагментов, извлеченных из Сте-
пенной книги. Первый из них представляет собой 16-ю главу
XVI грани «Чюдо новейшее, како избави Бог преславный
град Москву от лукаваго нашествия безбожных татар моле-
нием Пречистыя Его Матери и великих руских чюдотворцов,
знаменми и виденми страшными и ужасными, и како сами
безбожнии вскоре погибоша» (л. 582—587). Далее помещен
текст 9-й главы XVII грани «О страшных и сугубейших по-
жарех, и о блаженом Василеи Уродивом, и о явлении Пречис-
тыя Богородица и о образе Ея чюдо, и о покаянии людстем»
(л. 587—590). Затем следует выписка из 23-й главы XVII грани
«Приход к царю и государю от александрейского патриарха
Иоакима о милостыне»,97 а далее — из 28-й главы XIII грани:
«Сказание вкратце о многоразличных знамениих, и о гневе
Божии, и о уязвлении земли Рустей за грехи наша, в нем же
4 титлы». В последнем случае речь идет о четырех знамени-
ях, которые датированы XV в. Можно предположить, что это
повествование намеревались включить в соответствующую
часть хронографического текста. Ближе к концу рукописи
помещено еще одно заимствование из Степенной книги —
Сказание о Данииле Переяславском. Оно следует после
обстоятельного рассказа о жизни и последних днях митропо-
лита Макария и краткого известия о землетрясении в Италии
в 1542 г.
Хронограф редакции 1599 г., как отмечали еще А. А. Шах-
матов и С. П. Розанов, обнаруживает близость к Хронографу
редакции 1601 г., изложение которого доведено до 1453 г.
97При описании рукописи ошибочно указано, что это выписка из 27-й гла-
вы XIII грани (Описание рукописного отдела Библиотеки Академии наук
СССР. Т. 3. Вып. 1. С. 131).
199
Глава 4
Оба текста восходят к какому-то общему предшествующему
этапу, который, по определению О. В. Творогова, характери-
зуется добавлением в текст Хронографа 1512 г. русских извес-
тий.98 * С этими предположениями можно согласиться. Однако
не представляется возможным принять те выводы и предпо-
ложения, которые на основе изложенных данных делает со-
временный церковный историк архимандрит Макарий (Вере-
тенников). Исследователь обратил внимание на соседство под-
робного рассказа о последних днях митрополита Макария
со Сказанием о Данииле Переяславском. Отсюда исследова-
тель вывел предположение, что эти тексты в Хронограф вста-
вил митрополит Афанасий, преемник митрополита Макария
и автор Сказания о Данииле Переяславском. Поскольку Афа-
насий не мог быть автором редакции 1599 г. (в 1575 г. его
уже не было в живых), то осталось предположить, что он со-
ставил общий протограф редакций 1599 и 1601 гг., т. е. гипо-
тетическую редакцию середины XVI в." Данное предположе-
ние неприемлемо по следующим причинам. Во-первых, все
заимствования из Степенной книги, включенные в редакцию
1599 г., своим источником имеют Степенную книгу редакции
Ионы Думина, которая, напомним, появилась около 1589 г.
Во-вторых, повествование о кончине митрополита Макария
читается в редакции 1599 г. в числе дополнений, располо-
женных отнюдь не в хронологической последовательности,
т. е. не в основном тексте, а среди дополнительных статей.
Наконец, его нет в редакции 1601 г. — таким образом, мы не
знаем, присутствовало ли оно в общем протографе редакций
1599 и 1601 гг. Как представляется, более вероятно предполо-
жение, что заимствования из Степенной книги попали в текст
Хронографа непосредственно при составлении редакции 1599 г.
Соединением Степенной книги с Хронографом отмечена ре-
дакция Жития Александра Невского, составленная в 1591 г.
Ионой Думиным. При этом была использована та же редак-
ция Ионы Думина, что и в Хронографе редакции 1599 г.
98Розанов С, П. Заметки по вопросу о русских хронографах // ЖМНП.
1904. Январь. Отд. 2. С. 124—125; Шахматов А. А. Обозрение русских ле-
тописных сводов XIV—XVII вв. М.; Л., 1938. С. 139; Творогов О. В. Древ-
нерусские хронографы. С. 208—231.
"Макарий (Веретенников), архим. Из истории русской иерархии XVI ве-
ка. М., 2006. С. 122—123.
200
В окружении первого патриарха
Рукопись БАН, 31.6.27, являющаяся архетипом для спи-
сков Хронографа редакции 1599 г., донесла до нас попытку
(правда, незавершенную) продолжить текст Хронографа,
использовав при этом Степенную книгу. Эта рукопись имеет
еще одну черту, важную для истории бытования Степенной
книги в конце XVI в. После рассказа о кончине митрополита
Макария здесь помещен рассказ о землетрясении в Италии
в 1542 г. Как известно, до последних лет жизни Макария был
доведен основной текст Степенной книги. Характерно, что
в верхнем колонтитуле л. 623, на котором читается рассказ
о землетрясении, чернилами написано «рань 17», т. е.
«Грань 17», где киноварная буква «Г» осталась не вписанной.
Подчеркнем, что известие о землетрясении не имеет отноше-
ния к Степенной книге,100 и все же здесь оно воспринято как
относящееся к XVII грани. Следом за этим известием в Хро-
нографе 1599 г. помещено Сказание о Данииле Переяслав-
ском (он также имел некоторое отношение к царствованию
Ивана Грозного, поскольку крестил его), а далее — Послание
Ивана Грозного 1578 г. о перенесении мощей Михаила Чер-
ниговского и его боярина Феодора. Итак, в материалах к со-
ставлению новой редакции русского хронографа, которые
известны как Хронограф редакции 1599 г., присутствуют за-
имствования из Степенной книги, а также налицо попытка
продолжить повествование до второй половины XVI в., при-
чем события, происшедшие в царствование Ивана Грозного,
воспринимались как «грань XVII», т. е. в соответствии с ком-
позиционным членением Степенной книги.
Интерес к Степенной книге, вспыхнувший, полагаем, в свя-
зи с учреждением патриаршества, продержался около десяти
лет, после чего Степенная книга перешла в разряд малоис-
100Это известие о землетрясении в Шимбории и Салоникии 13 июня 7050
(1542) г. (нач.: «Приехали немцы любчане из замория на корабле из Римъ-
ския земли...»). Оно впервые появляется в сборниках волоколамских книж-
ников середины XVI в. Вассиана Косого и Нифонта Кормилицына (Дмит-
риева Р. П. Волоколамские четьи сборники XVI в. // ТОДРЛ. Л., 1974. Т. 28.
С. 220). Поскольку там данное известие находится в ряду аналогичных рас-
сказов о стихийных бедствиях в Италии, полагают, что оно и появилось
в Волоколамском монастыре (Седельников А. Д. Досифей Топорков и Хро-
нограф // Известия АН СССР. VII серия, отд. гуманитарных наук. № 9.
Л., 1929. С. 772—773).
201
Глава 4
пользуемых и малоизвестных сочинений по русской истории.
Причины этому, как видится, в том, что в 1598 г. со смертью
царя Федора Ивановича пресеклась династия Ивана Грозного,
прославлению которой и была посвящена Степенная книга.
Более того, с благополучием царствующей династии в Степен-
ной книге связывалось процветание всего Российского госу-
дарства. В условиях династического кризиса подобный пафос
был, конечно же, неуместен. Другую причину потери инте-
реса к Степенной книге можно видеть в наступившей Смуте.
События начала XVII в. повлекли за собой разорение и раз-
грабление кремлевских библиотек и прекращение прежней
интенсивной интеллектуальной деятельности московских
книжников.
Глава 5
ПОСЛЕ СМУТЫ
В начале XVII в. Степенную книгу будто забыли. Во вся-
ком случае, в первой половине столетия при составлении круп-
ных историко-литературных произведений примеров обраще-
ния к ней немного. Это можно объяснить коллизиями Смут-
ного времени. После Смуты прослеживается интерес именно
к Смутному времени. Видимо, поколение, на долю которого
пришлись эти испытания, пыталось осмыслить происшедшие
перемены, подобно тому как в настоящее время в обществе
наблюдается повышенный интерес к истории советской эпохи.
В этой историографической ситуации Степенная книга оказа-
лась практически невостребованной. В литературе встреча-
ются попытки связать со Степенной книгой памятники исто-
риографии первой половины XVII в., повествующие о Смут-
ном времени, однако далеко не все они со Степенной книгой
действительно связаны. Так, нет никаких оснований рассмат-
ривать в качестве продолжения Степенной книги Временник
Ивана Тимофеева.1 Текст Временника начинается с послед-
них лет царствования Ивана Грозного вовсе не потому, что
здесь оканчивает свое изложение Степенная книга. Дьяк
Иван Тимофеев стремился рассказать ближайшую предысто-
рию Смуты, которую видел в последних годах правления
Грозного.
тСм. об этом: Васенко П. Г. Дьяк Иван Тимофеев, автор «Временника».
СПб., 1908. С. 13, 19, 35.
203
Глава 5
И все же отдельные случаи обращения к Степенной книге
фиксируются.2 Так, в 10-е гг. XVII в. был создан Пискарев-
ский список Степенной книги (РГБ, ф. 228 (собр. Д. В. Пис-
карева) 177), который представляет собой копию черновика,
Волковского списка. Как будет показано ниже, в послесмут-
ное время Волковский список, судя по всему, оказался в Трои-
це-Сергиевом монастыре. Пискаревский же список был соз-
дан, можно думать, еще в то время, когда Волковский список
был в Москве. На это указывает то обстоятельство, что писец
Пискаревского списка через несколько лет написал так назы-
ваемый Миллеровский VI список Разрядной книги 1557—
1601 гг. (РГАДА, ф. 199 (Портфели Миллера) 168. Ч. 1, 3),
который впоследствии использовался для создания двух дру-
гих списков этой редакции.3 Пискаревский список — не со-
вершенно точная копия черновика Степенной книги. Есть
основания считать, что при его создании эпизодически привле-
кался еще и Чудовский список,4 что говорит об основательно-
сти работы по созданию этой рукописи. Однако до 40-х гг.
XVII в. не известно ни одного случая копирования или друго-
го обращения к Пискаревскому списку, за исключением до-
вольно небрежно составленного сборника выписок из него
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румянцева) 415, который был изго-
товлен вскоре после написания самого Пискаревского списка.
Большей популярностью пользовался патриарший список,
представлявший собой архетип редакции Ионы Думина. В на-
2 По предположению С. Ф. Платонова, Степенной книгой пользовался
И. М. Катырев-Ростовский при написании в первой четверти XVII в. «По-
вести книги сея от прежних лет», которую неоднократно использовали для
составления произведений о Смутном времени. Из Степенной книги в По-
весть Катырева-Ростовского заимствована дата кончины князя Даниила Мо-
сковского — 4 декабря вместо 3 декабря, под которым это событие упоми-
нается в летописях (Платонов С. Ф. Повести и сказания о Смутном времени
как исторический источник. СПб., 1913. С. 345). Следует отметить, что
в данном случае могла быть использована не Степенная книга, а Повесть
о Данииле Московском, послужившая, как доказал А. С. Усачев, источни-
ком соответствующего рассказа Степенной книги и включенная в Пискарев-
ский летописец (Усачев А. С. Степенная книга и древнерусская книжность
времени митрополита Макария. М.; СПб., 2009. С. 316—325).
3Анхимюк Ю. В. Частные разрядные книги с записями за последнюю чет-
верть XV—начало XVII веков. М., 2005. С. 275—276 (фото почерка см. на
вклейке между с. 264 и с. 265).
4Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 240—241.
204
После Смуты
шем распоряжении есть несколько копий с него первой чет-
верти — 30-х гг. XVII в.5 В одной из них, РГАДА, ф. 181
(собр. МГАМИД) 27, после Гранесования Степенной книги по-
мещено оглавление 76-ти глав Сказания Авраамия Палицына
(л. 75 об.—80). Таким образом текст Степенной книги наме-
ревались продолжить до современности. Есть основания счи-
тать, что список МГАМИД 27 отражает последний этап редак-
тирования архетипного списка. В рассматриваемой рукописи
Житие Александра Невского редакции Ионы Думина поме-
щено после текста VIII грани. По-видимому, в архетипе
редакции, патриаршем списке, Житие Александра Невского
переставили на то место, куда оно было вставлено в начале
90-х гг. XVI в.6 Это позволило продолжить текст Степенной
книги за счет Сказания Авраамия Палицына. Кроме рукопи-
си МГАМИД 27 (кстати, происходящей из собрания москов-
ского митрополита Амвросия Зертис-Каменского), другие спи-
ски подобного состава неизвестны. Можно предположить, что
патриарший список к 30-м гг. XVII в. стал настолько ветхим,
что не выдержал последнего редактирования, сопровождав-
шегося очередной перестановкой частей кодекса.
Степенная книга в патриаршем собрании впервые упоми-
нается в описи келейной библиотеки патриарха Филарета, со-
ставленной в 1631 г., где читаем: «Книга Степенная царского
родословия Русския земли, в десть на бумаге, жуки и застеж-
ки медные, в начале заставица прописана золотом. — У госу-
даря патриарха в келье».7 Числится Степенная книга и в биб-
лиотеке патриарха Никона.8 По-видимому, это две разные
рукописи. Последнюю можно уверенно отождествить с руко-
5 Сиренов А. В. Научное описание выявленных списков Степенной кни-
ги // СКДС. Т. 1. С. 42—51.
6 Правда, изначально оно находилось между окончанием основного тек-
ста VIII грани и концовкой грани и к тому же содержало авторское после-
словие Ионы Думина. Послесловие было изъято в конце XVI в. при переме-
щении Жития в конец кодекса. Теперь Житие без послесловия вставлено
опять в VIII грань, но после концовки грани.
7 Каталог печатным книгам и рукописям, находившимся в библиотеке
патриарха Филарета Никитича // Сборник Муханова. СПб., 1866. С. 381.
8См.: Переписная книга домовой казны патриарха Никона: (О составе
библиотеки патриарха Никона по описи 1658 г.) // Временник ОИДР. 1852.
Кн. 15. С. 8—15.
205
Глава 5
писью БАН, 32.8.1, в которой нет писанной золотом застав-
ки, но имеется запись скорописью XVII в. «Святейшаго пат-
риарха Никона келейная» (л. 1—2). Кроме того, по нижнему
полю л. 4—30 написана вкладная патриарха Никона в Вос-
кресенский Новоиерусалимский монастырь. Патриарх Никон
не только владел списком 32.8.1, но и читал его. Так, к извес-
тию о новгородском обычае биться деревянным ослопием на
поле скорописью XVII в. сделана приписка о сожжении этих
палиц Никоном в 1652 г.: «Последи же, во 7160 году, послед-
ний палицы у святых Бориса и Глеба взем Никон митрополит
Новгородцкий, пред собою огнем сожже, и тако преста бесов-
ское то тризнище оттоле со оловянными наконечники тяжки-
ми».9 Сама рукопись датируется более ранним временем —
второй четвертью XVII в.10 Ее протографом, вне всякого со-
мнения, был Чудовский список. Его текст передан без изме-
нений, но после окончания помещено Соборное определение
на четвертый брак Ивана Грозного (л. 1123 об.—1129), кото-
рым пытались продолжить текст редакции Ионы Думина
в конце XVI в. Далее читается фрагмент текста Хронографа
1617 г. со слов «В лето 7050...» до слов «и смерть в лето 7089
ноября в 19 день» (л. 1129), озаглавленный «Хощу же воспо-
мянути о первом браце царя и великаго князя Иванна Ва-
сильевича всеа Росии»;11 далее — текст Хронографа 1617 г.
со слов «В лето 7092...» до конца12 (л. ИЗО—1165). Вместо раз-
дела «О Гермогене патриарсе и о кончине его»13 на л. 1155 об.—
1159 об. помещен другой текст, озаглавленный «О Ермогене
патриархе се списание малое, некто от мятежник написа,
хулу и лож сказуя во истории сеи о нем, и мы писание низ-
вергохом, зане во многых се неправое писание распростреся,
но несть истина сице сказуемое».14
Итак, список 32.8.1 отразил первую попытку систематиче-
ски продолжить текст Степенной книги и довести его повест-
9БАН, 32.8.1, л. 184 об.
10Сиренов А. В. Научное описание выявленных списков Степенной кни-
ги. С. 32.
11 Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных в хроно-
графы русской редакции / Собрал и издал Андрей Попов. М., 1869. С. 182—
183.
12Там же. С. 186—204.
13Там же. С. 200—201.
206
После Смуты
вование до конца Смуты. По всей видимости, эта попытка
имела место в патриаршем списке Степенной книги, который
заменил собой архетип редакции Ионы Думина, обветшав-
ший от многократного снятия копий и периодической пере-
становки тетрадей. Видимо, новым патриаршим списком была
все же не рукопись 32.8.1, а ее протограф, поскольку извест-
но еще несколько указанных выше списков такого же соста-
ва, но статья Хронографа 1617 г. о патриархе Гермогене не за-
менена в них «Списанием малым», как в 32.8.1.
Обратим внимание на то, что повествование о царствова-
нии царя Федора Ивановича в 32.8.1 следует тексту Хроно-
графа 1617 г. и имеет заимствованный оттуда же заголовок
«Царство государя царя и великаго князя Феодора Ивановича
всеа Русии», который продолжен словами «Степень осмыйна-
десят, грань 18» (л. ИЗО об.). По-видимому, прибавленные
слова — это творчество переписчика рукописи, поскольку
другие списки, восходящие к общему с ней протографу,14 15 их
не содержат. Весьма характерно, что подобным образом оза-
главлен составленный в окружении патриарха Филарета око-
ло 1630 г. Новый летописец: «Книга, глаголемая Новой лето-
писец. Степень царя и великого князя Федора Ивановича всеа
Русии, в ней же исперва степени немногие главы царя и ве-
ликого князя Ивана Васильевича всеа Русии...».16 Как видим,
для составителя Нового летописца царствование Ивана Гроз-
ного относилось к одной «степени», а царствование Федора
Ивановича — к другой. В. Г. Вовина допускает, что наимено-
вание летописца «новым» могло и не указывать на его вто-
ричный характер по отношению к какому-либо более раннему
произведению, а значило, что в нем пойдет речь о событиях
нового, т. е. последнего времени.17 На наш взгляд, наличие
в заглавии Нового летописца слова «степень», отнесенного
к царствованию Федора Ивановича и появившегося в это вре-
мя в списке 32.8.1, который был составлен в окружении пат-
14Васенко П. Г. Заметки к Никоновскому (Академическому) списку Сте-
пенной книги // Сб. ст., посвященных С. Ф. Платонову. СПб., 1911. С. 62—
69.
Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 95—96.
16ПСРЛ. СПб., 1910. Т. 14. С. 33.
17Вовина-Лебедева В, Г, Новый летописец: история текста. СПб., 2004.
С. 378—379.
207
Глава 5
риарха, свидетельствует о родстве Нового летописца со Сте-
пенной книгой. Следует отметить, что Новый летописец, как
и Степенная книга, не является произведением летописного
жанра. Это скорее историко-литературный трактат, стилисти-
ческие особенности которого не были восприняты последую-
щей историографической традицией. Важно подчеркнуть сти-
листическое родство Нового летописца со Степенной книгой.
По нашему мнению, первые представители династии Романо-
вых, патриарх Филарет и царь Михаил Федорович, иниции-
ровали написание истории русского царства с ориентацией на
опыт предшествующего времени — Степенную книгу.18 Пола-
гаем, что столь небольшой хронологический охват Нового ле-
тописца вызван в том числе тем обстоятельством, что у дина-
стии Романовых не могло быть уходящей в глубокую древ-
ность генеалогической предыстории, а именно взаимосвязь
истории правящего дома и истории страны послужила осно-
вополагающим компонентом Степенной книги — образца для
создателей Нового летописца. В целом, появление в 30-е гг.
XVII в. Нового летописца доказывает, что Степенная книга не
была забыта, ее читали и на нее ориентировались при созда-
нии новых памятников идеологии царства.
Для рубежа XVI—XVII вв. характерно распространение
списков-копий с существовавшего тогда архетипа редакции
Ионы Думина. Такие списки вкладывались, как правило, в мо-
настыри, где вовлекались в литературный процесс в рамках
монастырской традиции. Так, началом XVII в. датируется
вклад списка Думинской редакции в Кирилло-Белозерский
монастырь. Это рукопись РГАДА, ф. 381 (собр. Синодальной
типографии) 347, в монастыре с нее вскоре был сделан список
РГАДА, ф. 381 (собр. Синодальной типографии) 348. Кроме
того, можно думать, что в Кирилло-Белозерском монастыре
в первой половине XVII в. была создана Повесть об Усть-Ше-
хонском Троицком монастыре. Повесть начинается с изложе-
ния предыстории основания монастыря, с рассказа о нашест-
вии Батыя. Здесь при описании нашествия Батыя весьма ве-
роятно влияние текста Степенной книги (10-й и 13-й глав
18Следует иметь в виду выявленные В. Г. Вовиной черты, позволившие
исследовательнице допустить, что составление Нового летописца имело не-
официальный характер (Там же. С. 374—375).
208
После Смуты
VII грани): «...иже пройде многия грады, пожигая неповин-
ныя люди, владеющих и владомыя, овых убивая, овых же
в работу сущим с ним предавая. Тогда убо от благороднаго
корени израстъшаго и во благочестии воспитаннаго само-
держца всея Рузския земли, благовернаго великаго князя
Георгия Всеволодича убил — неповинную кровь пролиял на
реце на Сите за Волгою. И иных многих побил благоверных
князей, а иных в плен сводил. Тогда же взял и сродника его,
благовернаго князя Василька Констянтиновича Ростовскаго.
Он же, став пред ним, нечестие его обличил и суетную и бо-
гомерзкую веру поплевал и безчеловечна и пса того именовал.
И того ради от него мучением конец прият и исповеданием
венцем от Христа венчася».19 Дальнейший текст Повести по-
священ реалиям более позднего времени и местного значения.
Характерно, что для экскурса в древнерусскую историю, пусть
даже самого схематичного, была привлечена именно Степен-
ная книга, несмотря на множество летописцев, имевшихся
в библиотеке Кирилло-Белозерского монастыря в то время.
Предпочтение Степенной книге было отдано, вероятно, пото-
му, что в ней повествование о древнерусской истории изложе-
но в агиографическом жанре, и для включения его в текст
Повести можно было заимствовать не только фрагменты тек-
ста, но и общую схему повествования, как то: последователь-
ность событий, смысловые акценты и др.
Еще один список Думинской редакции, местонахождение
которого ныне неизвестно, как упоминалось в гл. 4, был вло-
жен в Троице-Сергиев монастырь его настоятелем архимандри-
том Дионисием Зобниновским. Уже в первой половине XVII в.
к его тексту стали обращаться троицкие книжники. Напри-
мер, с привлечением Степенной книги в 30-х гг. XVII в. были
составлены Четьи-Минеи Германа Тулупова.20 Характерно, что
^Прохоров Г. М. Повесть об Устьшехонском Троицком монастыре и рас-
сказы о городе Белозерске // Книжные центры Древней Руси. XVII век:
Разные аспекты исследований. СПб., 1994. С. 165.
20См., напр.: РГБ, ф. 304 (собр. Троице-Сергиевой лавры) 679, л. 216—
282 об. (Житие княгини Ольги из Степенной книги); л. 326—467 об. (Жи-
тие князя Владимира из Степенной книги). О составлении Тулуповских ми-
ней см.: Понырко Н. В. Герман (в миру Георгий Тулупов) // Словарь книж-
ников и книжности Древней Руси. Вып. 3 (XVII в.). Ч. 1. СПб., 1992.
С. 196—198.
209
Глава 5
жития Тулуповских миней, источником которых стала Сте-
пенная книга, представляют собой дословные выписки из ее
текста. Возможно, в Троице-Сергиевом монастыре была пред-
принята одна из немногочисленных для первой половины
XVII в. попыток отредактировать текст Степенной книги. Это
произведение в рукописях называется «Временником по сте-
пеням от Рюрика Варяжского», а в научной литературе — За-
белинским летописным сводом или Временником русским.21
Представляется более удачным назвать его Временником
по степеням, чтобы отличать от летописно-хронографической
компиляции, получившей название «Временник русский»
еще в XVIII в.22 В основе этого произведения лежит текст Сте-
пенной книги. Предисловие к Временнику составлено на
основе предисловия к Степенной книге, однако в самом нача-
ле здесь присутствует существенная оговорка. В Степенной
книге сказано, что речь пойдет о самодержцах Русской зем-
ли, «просиявших» «в благочестии»,23 т. е. в православии,
а во Временнике — «прежде благочестия и во благочестии».24
Правда, счет правителей Временник начинает от Владимира,
21 На два его списка указал еще П. Г. Васенко (Васенко П. Г. «Книга Сте-
пенная царского родословия» и ее значение в древнерусской исторической
письменности. СПб., 1904. Ч. 1. С. 139—140). А. Н. Насонов, характеризуя
список из собрания И. Е. Забелина, назвал памятник Забелинским летопис-
ным сводом, отметил его значение для изучения позднего летописания и
предложил датировать его окончательную редакцию временем патриарше-
ства Иова. Основанием для такой датировки явилось то обстоятельство, что
в перечне великих князей последним назван Федор Иванович, а в перечне
митрополитов — патриарх Иов (Насонов А. Н. Летописные памятники хра-
нилищ Москвы (новые материалы) // Проблемы источниковедения. М., 1955.
Вып. 4. С. 258—259). Временником русским рассматриваемое сочинение на-
звал М. Н. Тихомиров, который ввел в научный оборот три его списка,
а также предположил, что составлен Временник в Москве (Тихомиров М. Н.
Краткие заметки о летописных произведениях в рукописных собраниях Мо-
сквы. М., 1962. С. 25—29). Отметим, что ни Насонов, ни Тихомиров не
обратили внимания на то обстоятельство, что текст Временника составлен
на основе Степенной книги (Краткой редакции или редакции Ионы Думина)
с прибавлением летописных и хронографических известий, состав которых
в разных списках не стабилен. О списках Временника по степеням см.: Си-
ренов А. В. Степенная книга: история текста. М., 2007. С. 417—418.
22Насонов А. Н. История русского летописания XI—начала XVIII века:
Очерки и исследования. М., 1969. С. 418.
23 СКДС 2.
24Цит. по: ГИМ, Вахрамеев 239, л. 187.
210
После Смуты
как в Степенной книге, а не от Рюрика, доводит же его до по-
следнего представителя династии — Федора Ивановича (в спи-
ске Щукин. 171—172 этот перечень доведен до Федора Алек-
сеевича). В основном тексте мы вообще не встречаем указаний
на степени. Складывается впечатление, что первоначальный
замысел составить новый вариант Степенной книги был реа-
лизован только в предисловии. В помещенных после него
двух перечнях князей и митрополитов разногласий со Степен-
ной книгой нет. Первый перечень начинается от Владимира
(1-я степень) и окачивается Федором Ивановичем (18-я сте-
пень), а второй доведен до Иова. Поскольку текст Временника
в большинстве списков заканчивается 1598 г., кончиной Фе-
дора Ивановича, то проблема перехода власти от династии
Рюриковичей к ее преемникам решена не была. В начале Вре-
менника вместо пространных житий княгини Ольги и князя
Владимира, которыми открывается канонический текст Сте-
пенной книги, читаем рассказ о призвании варягов и проис-
хождении Рюрика от Августа. Этим автор снял повторения
фактов и хронологические несоответствия, которые присут-
ствуют в каноническом тексте. Влияние Степенной книги как
источника ощущается на протяжении всего текста. Окон-
чание в разных списках существенно варьируется. Последнее
заимствование из Степенной книги, которое присутствует
во всех просмотренных нами de visu списках, рассказывает
о крещении митрополитом Макарием сыновей Ивана Грозно-
го царевичей Ивана и Федора: «Им же всем един приемник
бысть от святыя купели преосвященный Макарий митропо-
лит всеа Русии».25 В списках БАН 16.8.14; РНБ, F.IV.253;
ГИМ, собр. П. И. Щукина 171—172 дальнейший текст выдер-
жан в летописном жанре: «В лето 7065 преставися на Москве
Василей Блаженный, а в 69-м году преставися царица Ана-
стасия Романовна. Того же лета царь и великий князь Иван
Васильевичь понял черкаску ис Пятигор, и крести ее митро-
полит Макарей и нарече имя ей Мария. В лето 7071 февраля
в 15 день взял град Полтеск, а 74 году была опришнина. Того
же году в Новъгороде на люди было поветрия. В лето 7078
царь и великий князь Иван Васильевичь всеа Русии ходил
в Великий Новград и громил Великий Новград и Псков. Того
же году на Москве была меженина: четь ржи купили по 2 руб-
25БАН, 16.8.14, л. 263 об.; ср.: СКДС 761.
211
Глава 5
ли. Того же году было Божие посещение на Москве с Успень-
ева дни. В лета 7079-го году на Вознесеньев день приходил
царь Крымский и пожег Москву майя в 24 день. И выгорело
40 000 дворов — вся Москва. Лета 7080 приходил крымский
царь и перешов Оку и пошел к Москве, и государевы воеводы
около своего войска поставили гуляй-городок, и на Молодях
был бой, и взяли лутчево Дивея-мурзу, а крымский царь по-
бег назад. 81-го году царь и великий князь Иван Васильевичь
всеа Русии Пайду взял. 88-го году побил литовской король го-
сударевых воевод в Соколе. Лето 7090-го году ноября в 1 день
преставися царевичь Иван в Слободе Александрове. Лета
7092 марта в 18 день преставися царь и великий князь Иван
Васильевичь всеа Русии во иноцех Иона. Того же году июня
в 1 день сел на Московском государстве царь и великий князь
Феодор Ивановичь всеа Русии. Лета 7094 июля в 1 день поче-
ли имать кабалы служивые и в книги записывати. Лета 7097
году царь и великий князь Федор Ивановичь всеа Русии хо-
дил под Ругодив. Лето 7099 майя в 15 день убиен царевичь
Дмитрий Ивановичь на Углече от Никитки Качалова да
от Данилка Битяговского с товарыщи. Того же году приходил
царь Крымский под Москву на Петров день, и дело было
с воеводы в лето 7088».26 Последняя дата, 7088 (1580) г.,
является следствием описки: должно быть написано 7099
(1591) г. Как видим, повествование не доведено до кончины
Федора Ивановича. Это, видимо, и позволило А. Н. Насонову
предположить, что текст Временника был написан в конце
XVI в. Однако рассмотренный вариант текста нельзя признать
первичным. В списках РНБ, Q.XVII.72 и Q.IV.144, ГИМ,
Увар. 928 и Вахрамеев 239 окончание иное. Можно утвер-
ждать, что списки Q.XVII.72, Увар. 928 и Вахрамеев 239 вос-
ходят к Q.IV. 144. В последнем списке после известия о кре-
щении митрополитом Макарием царских сыновей заимство-
вание из Степенной книги не обрывается, а, напротив, про-
должено: «Второму же лету наставшу от Рожества царевичю
Ивану, о нем же сугубо хотя...».27 Далее рукопись обрывается
(л. 250). В списке Вахрамеев 239 текст Временника закан-
26Цит. по: БАН, 16.8.14, л. 263 об.—264 об.
27Ср. чтение Степенной книги: «Второму же лету наставшу от рожениа
царевичю Ивану, о нем же сугубо хотя Господь прославити угодника Сво-
его, святаго Никиту» (СКДС 761—762).
212
После Смуты
чивается также на словах «сугубо хотя» (л. 424 об.). В списке
Q.XVII.72 после слов «сугубо хотя» помещена серия летопис-
ных статей, которая начинается с известия о страдании 27 янва-
ря 7037 (1529) г. мученика Ивана Нового, а заканчивается
известиями о воцарении и кончине царя Федора Ивановича
(л. 229—231 об.). Та же особенность имеется и в Увар. 928
(л. 314 об.—317). Очевидно, таким образом, что архетипной
для рассмотренной группы списков является рукопись Q.IV. 144,
которая обрывается на середине фразы, заимствованной из
Степенной книги. Обратим внимание, что в списке Q.IV. 144
последнее заимствование из Степенной книги не завершается
известием о крещении царевичей, как в списках первой груп-
пы, а продолжено. Однако, поскольку окончание текста перво-
начального варианта Временника нам неизвестно, мы не мо-
жем судить о его хронологическом охвате. Как бы то ни было,
преемственность Временника о Степенной книгой ощущается
только в заглавии и предисловии, поэтому можно сказать, что
Временник относится скорее к летописному жанру, чем к тра-
диции переработок Степенной книги. Самый ранний извест-
ный нам список Временника, Q.IV. 144, датируется 30-ми гг.
XVII в.28 География распространения списков — подмосков-
ные города Зарайск (РНБ, Q.XVII.72), Звенигород (РНБ,
F.IV.253), возможно, Москва.29 В ряде списков после текста
Временника следует Сказание о Каменном монастыре Паисия
Ярославова.30 В списке 16.8.14 кроме Временника читаем
Краткую редакцию «Сказания, яже содеяся в царствующем
граде Москве, и о расстриге Гришке Отрепьеве, и о похожде-
нии его», в списке Q.IV. 144 — «Повесть, како восхити
неправдою на Москве царский престол Борис Годунов и како
на него попусти Господь Бог врага и поругателя еретика
ростригу Гришку Отрепьева», в списке РГАДА, ф. 357 (собр.
Саровской пустыни) 53 (275) — житие Дионисия Зобнинов-
ского Симона Азарьина, в списке Q.XVII. 72 — летописец с ле-
гендарными известиями о древнерусских князьях,31 в списке
23 Сире нов А. В. Степенная книга: история текста. С. 418.
29В списке Q.XVII.72 на л. 147 об. помещена владельческая запись
1677 г. подьячего «Барашские слободы».
30Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 418.
31 Опубликовавший это произведение М. Г. Халанский предположил, что
оно, вероятно, написано в Москве, но ничем это предположение не аргумен-
213
Глава 5
Музейск. 1473 — фрагмент тверской летописи32 и др. Итак,
в конвое Временника присутствуют Сказание о Каменном мо-
настыре Паисия Ярославова (в четырех списках) и Житие Дио-
нисия Зобниновского. Деятельность обоих авторов тесно свя-
зана с Троице-Сергиевым монастырем, а это позволяет пред-
положить, что в Троице-Сергиевом монастыре переписывался
и был создан Временник русский.
Возможно, с Временником связана своим происхождением
русская часть так называемого Троицкого сборника, истори-
ческой компиляции, созданной в конце 30-х—40-е гг. XVII в.
в Троице-Сергиевом монастыре. Она известна в двух списках —
РГБ, ф. 310 (собр. В. М. Ундольского) 754 и Хронограф Арсе-
ния Суханова (РНБ, F.XVII.17), который датируется 50-ми гг.
XVII в. — видимо 1655—1660 гг., когда Арсений Суханов
был келарем Троице-Сергиева монастыря.33 Источники рус-
ской части хронографической компиляции Троицкого сбор-
ника определены Б. М. Клоссом. Это хранившаяся в XVII в.
в троицкой библиотеке Московско-академическая летопись,
Степенная книга, Киево-Печерский патерик, Космография,
Хронографическая палея, Хронограф редакции 1617 г., Хро-
ника Матвея Стрыйковского, Казанская история и др.34 На
Степенную книгу имеются неоднократные ссылки, например:
«Преосвященнаго же митрополита Петра чюдотворца подви-
ги и добродетельное житие его писано особь в книге, и в лето-
писце полном, и в Степенной книге...».35 Использовали Сте-
пенную книгу и в качестве источника. Так, при описании
владимирского пожара 1491 г. упомянуто, что «тело великаго
князя Александра Невскаго згоре», далее указано «в Степен-
ной же книге написано сице» и приведен несколько сокра-
щенный и переработанный текст 21-й главы XV грани Сте-
тировал (Халанский М. Г. Экскурсы в область древних рукописей и старо-
печатных изданий. XXI—XXIII. Харьков, 1902. С. 8). Более подробную ха-
рактеристику этого произведения см.: Ромодановская Е. К. Русская литера-
тура на пороге Нового времени: Пути формирования русской беллетристики
переходного периода. Новосибирск, 1994. С. 71—78, 210—215.
32Насонов А, Н, О тверском летописном материале... С. 30—31.
™ Каган М. Д. Арсений (в миру Антон Суханов) // Словарь книжников и
книжности Древней Руси. СПб., 1992. Вып. 3 (XVII в.). Ч. 1. А—3. С. 100.
34Клосс Б. М. Никоновский свод и русские летописи XVI—XVII веков.
М., 1980. С. 276.
35F.XVII.17, л. 354 об.
214
После Смуты
пенной книги (со слов «По божественней литоргии...» до слов
«...мирских людех, в той церкве собравшихся, много згоре-
ло»36), некогда так полюбившийся Ионе Думину. Троицкий
сборник содержит еще одно следствие влияния Степенной кни-
ги, которое роднит его с Временником по степеням. В начале
повествования о русской истории на поле поставлена отметка
«Степень I»,37 причем эта отметка относится явно не к Вла-
димиру Киевскому, а к Рюрику. Владимиру же соответствует
отметка «Степень 4». Так, счет степеней продолжается до
царя Федора Ивановича, на царствование которого приходит-
ся отметка «Степень 21». На этом счет степеням завершен,
и описанное далее царствование Бориса Годунова не сопрово-
ждено соответствующим указанием на степень. Таким обра-
зом, в Троицком сборнике все поколения Рюриковичей про-
нумерованы подобно тому, как это сделано в Степенной кни-
ге. Поскольку Степенная книга была одним из источников
рассматриваемой компиляции, здесь следует признать ее
влияние. Однако в Степенной книге счет поколений династии
Рюриковичей начат с Владимира Святого, и царь Федор Ива-
нович получил бы в ней номер 18, а не 21. Напомним, что вес-
ти счет от Рюрика и закончить его на Федоре Ивановиче на-
меревался составитель Временника по степеням. Полагаем,
что Троицкий сборник и Временник по степеням, связанные
своим происхождением с Троице-Сергиевым монастырем и
созданные в одно время, отражают историософские взгляды
на русскую историю троицких монахов второй четверти
XVII в. Характерно, что русская история эпохи Рюриковичей
воспринималась ими как единый завершенный этап, без прин-
ципиального для Степенной книги деления на две части —
дохристианскую и христианскую. При этом сам принцип
структурирования, деление истории на поколения правите-
лей, был заимствован из Степенной книги. Так в Троице-Сер-
гиевом монастыре послесмутной эпохи пытались использо-
вать Степенную книгу для оформления своих представлений
о русской истории.38
36F.XVII.17, л. 430 об., ср.: СКДС 663—664.
37F.XVIL17, л. 284 об.
38Оговоримся, что при изложении древнерусской истории счет степеням
от Рюрика вполне могли применять не только в Троице-Сергиевом мона-
стыре, однако нам другие случаи для традиции XVII в. неизвестны.
215
Глава 5
Явный интерес к Степенной книге проявлял известный
книжник Троице-Сергиева монастыря Симон Азарьин. В одном
из его сборников (РГБ, ф. 304 (собр. Троице-Сергиевой лавры)
811 (1910)), содержание которого — выписки из различных
источников о русской истории, около двух третей (л. 6—190)
составляют тексты, извлеченные из Степенной книги. Сюда
попали Сказание о чудесах иконы Владимирской Богоматери
(из 24-й главы XIII грани), Жития митрополитов Петра
(из 4-й главы X грани), Алексия (из 7-й главы XI грани),
Ионы (из 19-й главы XIV грани).39 Свод выписок из Степен-
ной книги под заглавием «Сказание российских началодер-
жец Степенныа книги царскаго родословия, иже в Рустей
земли, вкратце нужныа строки» включен в другой сборник
Симона Азарьина — «Лампада».40 Степенная книга была при-
влечена Симоном Азарьиным при редактировании Жития
Сергия Радонежского. Созданная им редакция издана на мо-
сковском Печатном дворе в 1646 г. и по этой причине получи-
ла большое распространение и популярность. Суть редак-
торской работы Симона Азарьина заключалась в дополнении
редакции, составленной в XV в. Пахомием Логофетом. До-
полнения коснулись чудес, произошедших с начала XVI в.
до первой половины XVII в. Этот перечень начинают два чуда,
при описании которых источником стала Степенная книга.41
Первое из них, описанное соответственно в 54-й главе редак-
ции Симона Азарьина «Чудо о чудесном зачатии и о рожде-
нии великого князя Василия Ивановича всея Руси самодерж-
ца», передает легенду о пророчестве Сергия Радонежского
относительно рождения Василия III. В 55-й главе «Чюдо
преподобнаго Сергия чюдотворца о преславней победе на лит-
ву У града Опочки» приводится текст 11-й главы XVI грани,
как отмечает В. В. Филатов, с существенными сокращениями
(так, сокращению подверглись тексты, повествующие о чуде-
сах Сергия), которые исследователь относит на счет редак-
39[Арсений, иером., Иларий, иером.] Описание славянских рукописей биб-
лиотеки Свято-Троицкой Сергиевой лавры. М., 1878. С. 262.
40Там же. С. 263—264.
41 Филатов В. В. Икона с изображением сюжетов из истории Русского го-
сударства // ТОДРЛ. М.; Л., 1966. Т. 22. Взаимодействие литературы и изо-
бразительного искусства в Древней Руси. С. 279—282.
216
После Смуты
туры при подготовке текста к изданию.42 Отметим исследо-
ванную В. В. Филатовым икону Сергия Радонежского в жи-
тии, написанную в XVII в. на материале рассмотренной ре-
дакции Жития.
По-видимому, в 30—40-е гг. XVII в. распространение по-
лучает уже другой вариант текста Степенной книги — не ре-
дакция Ионы Думина, а Чудовский извод Краткой редакции.
Полагаем, что это связано с заменой патриаршего экземпляра
Степенной книги. Как упоминалось выше, обветшавший спи-
сок редакции Ионы Думина был заменен списком Чудовского
извода Краткой редакции с продолжением по тексту Хроно-
графа редакции 1617 г. Количество изготавливаемых спи-
сков-копий при этом значительно уменьшилось. Но таковые
все же были. Так, список Степенной книги, по-видимому,
Чудовского извода Краткой редакции, хранился в первой по-
ловине XVII в. в библиотеке сибирских митрополитов. Опись
Тобольского архиерейского дома 1651 г. числит там руко-
пись Степенной книги «александрейские большие бумаги»,
т. е. форматом в развернутый лист.43 Ни одного списка такого
формата нам не известно. Как предполагает Е. К. Ромоданов-
ская, существенная часть библиотеки тобольских архиереев
сгорела в 1700 г.44 При этом можно указать на переработку
Степенной книги, которая, по всей видимости, восходит к то-
больскому списку и относится к первой половине XVII в. Она
сохраняет название Степенной книги, но, подобно Временни-
ку по степеням, существенно сокращает канонический текст
своего основного источника,45 поэтому мы назвали ее Сокра-
42Филатов В. В. Икона с изображением сюжетов... С. 281.
43См.: Ромодановская Е. К. Русская литература в Сибири первой полови-
ны XVII в. (Истоки русской сибирской литературы). Новосибирск, 1973.
С. 13.
44Там же.
45Нам известно пять ее списков: РНБ, собр. А. А. Титова 2099, 2853
(л. 9—486); ГИМ: собр. А. С. Уварова 690, 864, собр. Е. В. Барсова 1850.
Текст Сокращенной редакции в списке Титов 2853 является копией списка
Увар. 690, так как в обеих рукописях текст памятника оборван на словах
Сказания о Данииле Переяславском: «наутрия же бури преставши инои».
В списке Увар. 690, который датируется 30—40-ми гг. XVII в., на этих сло-
вах обрывается рукопись и они оказываются последними на странице,
а в списке 60-х гг. XVII в. Титов 2853 эти последние слова оказываются
в середине страницы. Списки 30—40-х гг. XVII в. Увар. 864 и Титов 2099
217
Глава 5
щенной редакцией.46 Один из списков, ГИМ, собр. Е. В. Бар-
сова 1850, содержащий фрагменты Сокращенной редакции,
имеет выходную запись, в которой сообщается, что рукопись
была написана в 1644 г. в Тобольске.47 Это позволяет предпо-
ложить, что и редакция была составлена там же, что весьма
вероятно, поскольку мы знаем о существовании в Тобольске
Степенной книги. Сокращенная редакция составлена на осно-
ве Чудовского извода Краткой редакции.48 Значительно пере-
работано здесь только начало Степенной книги. Вместо Жи-
тий Ольги и Владимира читается рассказ Хронографа о со-
творении мира и библейской истории. Далее изложена канва
русских событий, извлеченная из Житий Владимира и Ольги.
Отметим, что подобным образом изменил начало канониче-
ского текста Степенной и автор Временника по степеням.
Предполагать родство этих произведений нет оснований. Ско-
рее, перед нами две независимые одна от другой попытки со-
кратить и отредактировать канонический текст Степенной
книги. Характерно, что оба редактора решили сократить пер-
вые разделы Степенной книги, Жития Ольги и Владимира,
которые представляют собой остаток первоначального замыс-
ла Степенной книги и, как было показано в гл. 2, содержат
повторы текста и отдельных известий. Сокращение этих раз-
делов Степенной книги представляется весьма объяснимым
для любого книжника, вознамерившегося отредактировать ее
текст.
В 30-е гг. XVII в. к Степенной книге обратился думный
дьяк (на пике своей карьеры — печатник) Иван Тарасьевич
идентичны по составу. Они содержат текст Сокращенной редакции с начала
до Жития митрополита Алексия включительно и несомненно восходят либо
один к другому, либо — к общему протографу.
46Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 418—420.
47По нижнему полю л. 1—9 скорописью XVII в.: «Сия книга Степенная
царьскаго родословия попа Афонасия Иванова Сальманова родом воложни-
на, писана в Тобольске 152 году».
48 Сокращенная редакция не имеет черт влияния редакций Пространной
и Ионы Думина. Следует исключить и Томский извод, так как в Сокращен-
ной редакции отсутствует расчет количества лет святительства митрополита
Феопемпта (РНБ, Титов 2853, л. 74 об.), который был приписан редак-
торским почерком по заклейке в Томском списке (в 4-й главе II грани «сий
Феопент пас церковь Божию лет 12» (СКДС 204/63)) и читается во всех ко-
пиях Томского списка.
218
После Смуты
Грамотны. Он активно участвовал в политических перипетиях
Смутного времени, переходя от Бориса Годунова к Лжедмит-
рию, от Лжедмитрия к Шуйскому, далее — к Тушинскому
вору, а затем к Сигизмунду, пока в 1618 г. не вернулся в Рос-
сию вместе с Филаретом, отношения с которым у Грамотина
к 1626 г. также испортились. В 1634 г. со смертью патриарха
Филарета окончилась его восьмилетняя опала, после возвра-
щения ко двору Грамотны получил право писаться с «вичем»,
т. е. именоваться не Иваном Тарасиевым сыном, а Иваном
Тарасьевичем, как он и назвал себя в составленной им редак-
ции Сказания о битве новгородцев с суздальцами. Это обстоя-
тельство позволило Л. А. Дмитриеву датировать его сочине-
ние временем не ранее 1634 г. и не позднее 1638 г., когда
Грамотны умер.49 Он окончил свои дни монахом Троице-
Сергиева монастыря, где постригся с именем Иоиль в 1637 г.,
поэтому вероятнее всего, что Сказание о битве новгородцев
с суздальцами Грамотны редактировал не позднее 1637 г. —
в Сказании он называет себя мирским именем.50 В рукописях
его редакция помещена вместе с редакцией Степенной книги,
с которой она полемизирует. В Степенной книге читаем, что
после того, как Ярослав Мудрый дал новгородцам право вы-
бирать себе князя, они «самовластие на ся взяша и гордынею
победишася», выбирали князя по своему усмотрению и при
этом неоднократно нарушали договоренности с князьями,
ссорились между собой, тем самым за самоуправство навле-
кая на себя Божий гнев.51 Поход Андрея Боголюбского на Нов-
город в Степенной книге представлен как Божья кара нов-
городцам за их «самовластие» и «беззаконие». Сама победа
новгородцев над войском Андрея вызвала у автора Степенной
49Дмитриев Л. А. Житийные повести русского Севера как памятники
литературы XIII—XVII вв. Эволюция жанра легендарно-биографических
сказаний. Л., 1973. С. 141. Отметим, что в списке РНБ, F.1.730 он назван
«Иоанном Тарасьевым Грамотиным», что побуждает отнестись к датировке,
предложенной Л. А. Дмитриевым, с осторожностью.
50О биографии И. Т. Грамотина см.: Пуцилло М. Думный дьяк Иван Та-
расович Грамотин (1606—1638) // Древняя и новая Россия. 1878. № 6.
С. 123—126; Зиборов В. К. Грамотин Иван сын Курбатов Тарасьевич (во ино-
честве Иоиль) // Словарь книжников и книжности Древней Руси. СПб., 1992.
Вып. 3. Ч. 1. С. 224—226.
51 СКДС 273.
219
Глава 5
книги соответствующий комментарий: «Неправи бо суть но-
воградци, яко забыша великую милость прежних великих
князей, иже поволиша им князя к себе взимати от сынов и
внучат у великих князей, его же прашаху, да господьствует
ими».52 Сказание в редакции Степенной книги завершено
известием о подчинении Новгорода Москве при Иване III. За-
мечательно, что Грамотина такая трактовка известной исто-
рии не устроила. О Новгороде он пишет: «Во странах велика-
го Российскаго царьствия бе некий град, зовомый Великий
Новъград, преславен во всех градех Руския державы»;53 нов-
городцы, по словам Грамотина, «имеяху христианьское жи-
тельство и благочестием украшающеся». О начале новгород-
ской вольницы сказано в согласии со Степенной книгой:
«Начальствующаго же князя имеяху тогда у себе сына его
(Владимира Киевского. — А. С.) Ярослава Владимировича,
ему же верно служаху, и за премногую их добродетель и
помощь, яже показаша противу врагов его, почтени быша
от него самовластием, еже и по нем имети им у себе началь-
ствующаго князя от колена и племене сего Ярослава. И по
избранию сих, его же они восхотят, и данем послушанию по-
ложиша урок, еже не преходити предел, преже оставленых».
Однако Степенная книга в нарушении этого договора обвиня-
ет исключительно новгородцев: «и помалу самовластие на ся
взяша и гордынею победишася и ко князем их многажды,
аще и мир съдевающе и честным крестом утвержахуся, и и
нимало правды удръжеваху, но многажды мирное завещание
преступаху, не токмо ко княземъ их, но и межы собою, и мно-
га убийства съдеваху и многи крови пролияша».54 Грамотин
же с этим не согласен, полагая, что равновесие было наруше-
но с обеих сторон: «ото обоих преступлению бывшу от устав-
леннаго урока; овогда новоградцем преслушание показую-
щим и супротивление к державным, овогда же и князем пре-
ступающим у ставленый урок, ноипаче граждане многажды без-
лепотно волнующеся и крамоляху князей и от себе изгоняху
52 СКДС 276.
533десь и далее цит по: РНБ, F.1.730, л. 6—6 об. См. также: Дмит-
риев Л. А. Житийные повести русского Севера как памятники литературы
XIII—XVII вв. ... С. 142.
54 СКДС 273.
220
После Смуты
з бесчестием. И сих ради от обоих многа крамола и неисправ-
ление растяше и множашеся». К походу Андрея Боголюбско-
го Грамотны относится резко отрицательно, полагая его глав-
ным мотивом алчность и зависть к цветущему состоянию
Новгорода. Симпатии автора целиком на стороне новгород-
цев. Процветание Новгорода Грамотны объясняет его полити-
ческой независимостью, «понеже самовластием управляюще-
ся и ни единому от преже бывших князей попущающе обла-
дати собою, но уставленная и умеренная дающе сим». Сочи-
нение Грамотина — редкое проявление «духа времени». Для
людей, прошедших через ужасы и соблазны Смутного време-
ни, концепция абсолютной монархии, проводимая в Степен-
ной книге, не казалась самой лучшей для их современности.
Характерно, что государственный деятель эпохи Михаила
Федоровича сознательно противопоставляет концепции Сте-
пенной книги республиканскую идею. Во взглядах Грамотина
на Степенную книгу и в его несогласии с ее постулатами кро-
ется ответ на вопрос, почему в послесмутную эпоху Степенная
книга не пользовалась популярностью.
Глава 6
СТЕПЕННАЯ КНИГА
И РУССКАЯ АГИОГРАФИЯ XVII в.
Пожалуй, наиболее широко Степенную книгу использовали
в агиографическом творчестве. Для первой половины XVII в.
можно назвать Тулуповские минеи. Однако в гораздо боль-
шей мере Степенная книга привлекалась при создании житий
начиная с середины XVII в. Ряд житийных произведений, со-
ставленных с привлечением Степенной книги, встречаем в так
называемых Милютинских Минеях Четьих, которые в исто-
рии русской агиографии XVII в. занимают исключительно
важное место. Известны так называемые «Милютинские» ре-
дакции целого ряда Житий и Сказаний о чудотворных ико-
нах. Это значит, что наиболее ранний список такой редакции
содержится в минеях, составленных в 40-е—начале 50-х гг.
XVII в. священником Иоанном Милютиным. Милютинские
минеи хранятся ныне в Синодальном собрании (ГИМ), но ко-
гда они поступили в патриаршее книгохранилище — неиз-
вестно. Минеи представляют собой объемные тома (сохрани-
лись все двенадцать — ГИМ, Синодальное собр. 797—808)
форматом в четвертую долю листа, написанные скорописью
нескольких почерков.1 Переплеты изготовлены из кожи без
досок, на некоторых томах сохранились кожаные же завязки
или их остатки. Количество листов в каждом томе столь зна-
гИх описание см.: Савва, архим. Указатель для обозрения московской
патриаршей (ныне Синодальной) ризницы и библиотеки. М.» 1858. С. 211;
Протасъева Т. Н, Описание рукописей Синодального собрания. М.» 1970.
4. 1. С. 208—211.
222
Степенная книга и русская агиография XVII в.
чительно, что толщина книги превосходит высоту. Следует
отметить, что подобное соотношение размеров в древнерус-
ской книжности встречается чрезвычайно редко. Такими кни-
гами неудобно пользоваться, по причине многочисленности
листов их переплеты крайне ненадежны. Совершенно очевид-
но, что составление Милютинских миней не было рядовым
явлением: они представляют собой не просто четьи книги и
предназначены отнюдь не для келейного или домашнего чте-
ния. Этот компендиум, скорее всего, составлялся с определен-
ной целью. Что же нам известно об обстоятельствах создания
Милютинских Миней Четьих?
В каждом томе миней читается послесловие, в котором назы-
ваются авторы и время составления тома.2 Отсюда мы узнаем,
что создатель миней, «...священнического чина Иоанн, порек-
лом Милютин», служил в Христорождественской церкви
Служней слободы посада Троице-Сергиева монастыря. Иоанн
Милютин поручил составление миней своим трем сыновьям
(как он пишет: «тремя чадом моим отроческаго возраста»),
сам же осуществлял общее руководство и принимал участие
в переписке текстов: «с ними же иногда и самому моему ху-
долюдству, Богу помогающу, отчасти потружатися поспеше-
ния ради скорым писанием и первоучным их». В послесло-
виях также указан основной источник Милютинских Миней:
«писах же с монастырских миней четьих», в котором иссле-
дователи обоснованно видят Минеи Германа Тулупова, со-
ставленные в Троице-Сергиевом монастыре в 30-е гг. XVII в.
и хранившиеся в монастырской библиотеке. Содержится в по-
слесловиях и точное время работы над минеями: «почах же
писати в лета 7154 года генваря в 18 день и кончах 162»,
т. е. Минеи составлялись в 1646—1654 гг.
Даже беглое знакомство с Милютинскими Минеями пока-
зывает, что они значительно превзошли свой источник, Тулу-
повские Минеи, в отношении количества привлекаемых тек-
стов.3 Особенно много в Милютинских Минеях житий и ска-
2Текст послесловия опубликован: Понырко Н. В. Иоанн Иванов Милю-
тин // Словарь книжников и книжности Древней Руси. СПб., 1992. Вып. 3.
Ч. 1. С. 67—69.
3 Подробное оглавление Милютинских миней опубликовано: Иосиф, архим.
Оглавление Четьих миней священника Иоанна Милютина. М., 1867.
223
Глава 6
заний о русских святых и святынях. Обратим внимание на
особенности составления минейных томов. Произведения, вхо-
дящие в каждый том, написаны на отдельных тетрадках или
отдельных листах. Причем на нижнем поле первого листа не-
изменно ставилась помета, обозначающая количество тетра-
дей или листов, которое занимает данный текст (например:
«3 листа» — Синод. 798, л. 729; «4 тетради» — Синод. 804,
л. 299). Складывается впечатление, что сначала изготавлива-
лись отдельные списки житийных текстов, а затем они объе-
динялись в конволюты по хронологическому принципу; тек-
сты на один месяц составляли отдельный том.
Милютинские минеи имеют важное значение для изучения
отечественной исторической мысли, поскольку здесь мы впер-
вые для традиции XVII в. встречаем жития неканонизирован-
ных древнерусских князей. В этом Милютинские минеи пере-
кликаются со Степенной книгой — памятником предшест-
вующей эпохи. По-видимому, обращение Милютина к исто-
рической традиции середины XVI в. не случайно. В 1654 г.
были обновлены росписи кремлевского Архангельского собо-
ра, основную часть которых составляют портреты древнерус-
ских князей. К 1652 г. на средства патриарха Иосифа арте-
лью патриаршего иконописца Марка Матвеева был расписан
Успенский собор владимирского Княгинина монастыря —
усыпальницы владимирских княгинь XIII в.4 В этой росписи
появились изображения владимирских князей XII—XIII вв.,
в том числе и неканонизированных. Отметим, что здесь речь
идет не об обновлении ранее существовавшей росписи, как
в Архангельском соборе, а о создании новой композиции. Та-
ким образом, можно сказать, что Милютинские Минеи поя-
вились на волне возвращения к историческим традициям се-
редины XVI в., и что они эти традиции также отразили.
Нет ничего удивительного в том, что источником княже-
ских житий для Милютинских Миней послужила Степенная
книга.5 Как упоминалось выше, в первой половине XVII в.
4 Тихонравов К. Н. Княгинин Успенский девичий монастырь во Влади-
мире Клязменском // Владимирский историко-статистический сборник.
Владимир, 1869. Отд. 2. С. 37, 44, 46.
5Васенко П. Г. «Книга Степенная царского родословия» и ее значение
в древнерусской исторической письменности. СПб., 1904. Ч. 1. С. 231.
224
Степенная книга и русская агиография XVII в.
список Степенной книги находился в библиотеке Троице-Сер-
гиева монастыря.6 В июльском томе Милютинских Миней
читается прямая ссылка на Степенную книгу как источник.
В заголовке повествования о княгине Ольге и крещении кос-
тей Ярополка и Олега Святославичей указано: «Сие списано
и[с] Степенныя книги, грань 1, глава 75» (Синод. 807, л. 608).
Вообще же к тексту Степенной книги можно возвести целый
ряд текстов Милютинских Миней. Прежде всего это княжеские
жизнеописания: Житие Михаила Черниговского (под 20 сен-
тября — Синод. 797, л. 642—657 об.), Повесть о преставлении
князя Дмитрия Юрьевича Красного (под 22 сентября — Си-
нод. 797, л. 679—683), «О убиении великаго князя Изяслава
Ярославича» (под 3 октября — Синод. 798, л. 343—344 об.),
Повесть о князе Давиде Святославиче (под 14 октября — Си-
нод. 798, л. 729—731 об.), Повесть о князе Николе Святоше
Давидовиче (под 14 октября — Синод. 798, л. 733—740 об.),
«О убиении князя Ярополка Изяславича» (под 22 ноября —
Синод. 799, л. 1180—1182 об.), Слово об обретении мощей
Всеволода-Гавриила Псковского (под 27 ноября — Синод. 799,
л. 1605—1610 об.), Плач и страдание князя Георгия Всеволо-
довича (под 4 февраля — Синод. 802, л. 96—99 об.), Житие
Всеволода-Гавриила Псковского (под 11 февраля — Синод. 802,
л. 274—288 об.), Сказание о князе Ярославе Мудром (под
24 февраля — Синод. 802, л. 688—695 об.), Повесть о князе
Данииле Александровиче Московском (под 4 марта — Си-
нод. 803, л. 110—117 об.), «Страдание блаженнаго князя Ва-
силька Ростовскаго» (под 4 марта — Синод. 803, л. 118—
121 об.), Житие Феодора Черного (под 5 марта — Синод. 803,
л. 180—184 об.), «О благодарном терпении великия княгини
Марии Всеволожи и о монастыри ея» (под 19 марта — Си-
нод. 803, л. 588—591 об.), Житие княгини Вассы Нижегород-
ской (под 28 марта — Синод. 803, л. 1062—1063 об.), Повесть
о великом князе Иване Даниловиче (под 31 марта, Синод. 803,
л. 1222—1231 об.), Повесть о великом князе Димитрии Алек-
сандровиче Переяславском (под 20 мая — Синод. 805, л. 1088—
1094), Сказание о великой княгине Евдокии, жене Дмитрия
6Он хранился там и в середине XVII в. (см.: Опись книгам, в степенных
монастырях находившимся, составленная в XVII веке // Чтения ОИДР.
1848. Кн. 5. Смесь. С. 12).
225
Глава 6
Донского (под 7 июня — Синод. 806, л. 350—359), «Страда-
ние великаго князя Романа Ольговича Рязанскаго во Орде за
веру Христову» (под 20 июня — Синод. 806, л. 914—915), По-
весть об убиении Андрея Боголюбского (под 29 июня — Си-
нод. 806, л. 1244—1247 об.), Житие княгини Ольги (под
11 июля — Синод. 807, л. 548—607). Повесть о княгине
Ольге и крещении костей Ярополка и Олега Святославичей
(под 11 июля — Синод. 807, л. 608—614).7
Степенная книга стала источником и нескольких текстов
о русских митрополитах: Сказание о митрополите Киприане
(под 16 сентября — Синод. 797, л. 554—561 об.), «Страдание
преосвященнаго Феогноста митрополита о дани церковней»
(под 14 марта — Синод. 803, л. 362—363 об.), Чудо о престав-
лении митрополита Константина (под 14 марта — Синод. 803,
л. 364—365 об.), Житие митрополита Ионы (под 30 марта —
Синод. 803, л. 1146—1197 об.), Сказание о митрополите Фо-
тии (под 2 июня — Синод. 806, 206—237 об.).
Наконец, из Степенной в Милютинские минеи попали два
сказания о чудотворных иконах: Сказание об иконе Влади-
мирской Богоматери (под 23 июня — Синод. 806, л. 952—
1013), «О явлении чюдотворнаго образа Пречистыя Богороди-
цы и о начале монастыря Ея Колоческаго» (под 11 июля —
Синод. 807, л. 616—621) и Житие Даниила Переяславского
(под 7 апреля — Синод. 804, л. 299—326 об.).
Обратим внимание, что все тексты, источником которых
являлась Степенная книга, написаны двумя скорописными
почерками:8 один можно охарактеризовать как крупный сред-
ней выработанности, с округлыми начертаниями, а другой —
более мелкий, с элементами делопроизводственной скорописи
7 Возможно, к Степенной книге восходит и Житие Александра Невского
в редакции Ионы Думина (под 23 ноября, помещено под 29 февраля — Си-
нод. 802, л. 1055—1167). Житие Евфросинии Полоцкой (под 23 мая — Си-
нод. 805, л. 1249—1270) представлено в редакции, близкой к помещенной
в Степенной книге, но все же другой. Житие Михаила Тверского («Убиение
князя Михаила Ярославина Тверскаго» (под 22 ноября — Синод. 799,
л. 1152—1179)) представлено в другой редакции, но ее текст сверен со Сте-
пенной книгой, однако особенности текста последней по результатам сверки
не прослеживаются (Кучкин В. А. Повести о Михаиле Тверском: Историко-
текстологическое исследование. М., 1974. С. 44—45).
8 Исключение составляет Житие Александра Невского редакции Ионы
Думина, написанное книжным полууставом.
226
Степенная книга и русская агиография XVII в.
первой половины XVII в. Можно предположить, что эти по-
черка принадлежат двоим сыновьям Иоанна Милютина, по-
скольку редакторские пометы, принадлежащие, по-видимо-
му, самому Иоанну Милютину, исполнены, как представляет-
ся, другим почерком.9 Замечательно, что основной массив
текстов, написанных вторым почерком, имеет своим источни-
ком Степенную книгу редакции Ионы Думина (рукопись
с именно этой разновидностью текста хранилась в библиотеке
Троице-Сергиева монастыря). Тексты же, написанные пер-
вым почерком, были выписаны из другой рукописи Степен-
ной книги.10 Список этот столь необычен, что на нем необхо-
димо остановиться особо. В отношении текстов, написанных
первым почерком, источником которых является начальная
часть Степенной книги (до 11-й главы VI грани), можно
утверждать, что они были списаны непосредственно с черно-
вика Степенной книги Волковского списка. В этом убеждают
многочисленные индивидуальные чтения Волковского спи-
ска, отразившиеся в текстах Милютинских Миней. Приведем
наиболее явные из них. Так, в Повести о Николе Святоше на
боковом поле читаются подзаголовки «Постриже[ние]», «Мо-
литва», «Милостыня», «О лечце», «Преставление» — их на-
ходим только в Волковском списке.11 В тексте «О убиении
князя Ярополка Изяславича» на боковом поле читается под-
заголовок «Молитва», который является индивидуальным
чтением Волковского списка.12 В Житии Всеволода-Гавриила
отражен подзаголовок в индивидуальном чтении Волковского
9 Рассматриваемые два почерка можно сопоставить с изученными
Э. В. Шульгиной почерками двух сыновей Иоанна Милютина следующим
образом. Выделенный нами почерк 1, по-видимому, тождественен первому
почерку по исследованию Э. В. Шульгиной, а наш почерк 2 — третьему
почерку (Шульгина Э. В. Скорописное письмо XVII в. по Милютинским Ми-
неям-Четьим // Вопросы славяно-русской палеографии, кодикологии, эпи-
графики. М., 1987. С. 21—30).
10Исключение здесь составляет Житие княгини Ольги, написанное пер-
вым почерком и содержащее текст Степенной книги редакции Ионы Думи-
на, а также следующее за ним повествование о княгине Ольге и крещении
костей Ярополка и Олега Святославичей, написанное вторым почерком и
имеющее своим источником текст Степенной книги другой разновидности,
о котором ниже.
пСинод. 798, л. 733, 734, 739; СКДС 215/53, 58, 216/2, 3, 218/39.
12Синод. 799, л. 1180 об.; СКДС 212/23.
227
Глава 6
списка: «[Ч]юдо о явлении святаго полономарю», во всех дру-
гих разновидностях текста Степенной книги этот подзаголо-
вок читается иначе: «Явление святаго понамарю и чюдо, како
отразися часть мощей его».13 Далее в этом же тексте в минеях
вместо «пономарь» написано «слолономарь»14 — это отраже-
ние ошибки Волковского списка («столомонар»15); во фразе
«весь причет церковный» в минеях, как и в Волковском спи-
ске, отсутствует слово «весь».16 В Сказании о Ярославе Муд-
ром в словосочетании «благоверный князь самодержец» в ми-
неях и Волковском списке отсутствует слово «князь».17 В по-
вествовании о княгине Марии Шварновне во фразе «идеже и
доныне есть новый монастырь» вместо слова «идеже» в Вол-
ковском списке и минеях читается «иже»;18 из всех списков
Степенной книги только в Волковском отсутствуют слова
«в приделе Благовещениа на правой стране. У нея же последи
положена бысть и вторая супружница Всеволожа, дщи ви-
тебьскаго князя» — их нет и в тексте миней.19 Несомненно,
с Волковского списка был скопирован один текст, исполнен-
ный вторым почерком — повествование о княгине Ольге и
крещении костей братьев князя Владимира. В этом убеждает
как совпадение текста, так и одно индивидуальное чтение
Волковского списка, имеющееся в тексте миней — «ново-
прощеннаго» вместо «новопросвещеннаго».20 Обратим внима-
ние, что именно этот текст содержит единственную в Милю-
тинских Минеях отсылку к тексту Степенной книги «сие спи-
сано и[с] Степенныя книги, грань 1, глава 75». Не характерна
для творческого метода составителей миней и композиция
этого повествования. Обычно каждое произведение Милютин-
ских Миней посвящено одному сюжету, в центре которого на-
ходится некий святой, здесь же повествуется о княгине Ольге,
ее кончине, последовавших далее событиях, крещении остан-
ков князей-язычников Ярополка и Олега. Можно предполо-
13Синод. 799, л. 1609; СКДС 241/25—25.
14Синод. 799, л. 1609 об.
15СКДС 241/39.
16Синод. 799, л. 1610; СКДС 241/53.
17Синод. 802, л. 690 об.; СКДС 204/13.
18Синод. 803, л. 588 об.; СКДС 265/87.
19Синод. 803, л. 591 об.; СКДС 267/26—26.
20Синод. 807, л. 611; СКДС 199/51.
228
Степенная книга и русская агиография XVII в.
жить, что перед нами первый для составителей миней опыт
обращения к тексту Степенной книги. В дальнейшем была
скорректирована методика выписок. Владелец второго почер-
ка уже больше не обращался к черновику Степенной книги,
он работал с более поздним списком. Черновик стал объектом
выписок для владельца первого почерка. Характерно, что
в текстах, написанных первым почерком и заимствованных
из Степенной книги — той ее части, которая не дошла в со-
ставе Волковского списка (он содержит текст только до конца
11-й главы VI грани), текст оказывается близким к Пискарев-
скому списку — непосредственной копии черновика Степен-
ной книги. Причем тексты миней не содержат ошибок Пис-
каревского списка. Речь идет о Житиях митрополита Ионы,
Даниила Переяславского (без последнего сюжета, о котором
ниже), Сказаниях о митрополите Фотии, жене Дмитрия Дон-
ского Евдокии, иконе Владимирской Богоматери, повествова-
нии «О явлении чюдотворнаго образа Пречистыя Богородицы
и о начале монастыря Ея Колоческаго». Отсюда можно пред-
положить, что источником этих выписок явился черновик
Степенной книги. Если это так, то, значит, в середине XVII в.
текст черновика содержал меньше лакун, чем в настоящее
время. Характерно при этом, что тексты, выписанные вторым
почерком из другого списка Степенной книги, отсутствуют
ныне в Волковском списке: Жития Михаила Черниговского,
Георгия Всеволодовича, «Страдание митрополита Феогноста»,
Чудо о преставлении митрополита Константина, Повесть
о князе Иване Даниловиче, «О взятии града Казани и креще-
нии дву царей» (это, в сущности, последний сюжет Жития
Даниила Переяславского), Повесть о Димитрии Александро-
виче Переяславском, «Страдание великаго князя Романа
Ольговича Рязанского во Орде за веру Христову», Повесть
об убиении Андрея Боголюбского. Возможно, они отсутство-
вали там уже в 40-х гг. XVII в., и необходимость обращения
к другому списку Степенной книги, не столь древнему, но бо-
лее полному, продиктована тем обстоятельством, что черно-
вик имел существенные лакуны и не все нужные составите-
лям миней тексты сохранились в его составе. Исключение
составляет Житие Феодора Черного, написанное почерком 2,
но имевшее источником, судя по всему, черновик Степенной
книги. Это житие нетипично для выписок из Степенной кни-
ги в Милютинских Минеях, поскольку его текст сильно со-
229
Глава 6
кращен (в его заглавии после написания основного текста
приписано «Слово вкратце» — Синод. 803, л. 18021). Однако,
несмотря на сокращение, в Житии осталась одна черта, свой-
ственная тексту древнейших списков Степенной книги — Чу-
довского и Томского (в Волковском списке соответствующий
текст не сохранился). Рассказ о женитьбе князя Феодора на
ярославской княжне в древнейших списках Степенной книги
первоначально был изложен кратко: «Во граде Ярославли бе
княгиня Василиева Всеволодича Ксениа, у нея же бяше дщи
единочада. Он же оженися ею и град Ярославль притяжа
в одръжание» (СКДС 356/а—а). В результате редакторской
правки этот текст приобрел более пространный вид (СКДС 356).
В Житии Феодора Черного в составе Милютинских Миней чи-
тается именно краткий первоначальный вариант (Синод. 803,
л. 180 об.). Можно предположить, что переписка Жития Фео-
дора Черного была первым опытом обращения составителей
Милютинских миней к черновику Степенной книги. Они еще
не выработали своих методов работы со Степенной (в форме
простых выписок) и произвели трудоемкую редакторскую
работу, составив, по существу, еще одну редакцию Жития
Феодора Черного.22
По всей видимости, Милютинские Минеи были привлечены
к созданию Летописного свода 1652 г., который был состав-
лен в окружении патриарха Никона.23 В Своде 1652 г. поме-
щены те же житийно-биографические очерки, которые встре-
чаем и в Милютинских минеях, за одним исключением —
в Своде читается составленное на основе Степенной книги
краткое Житие митрополита Петра, которого нет в Милютин-
ских минеях.24 Правда, в Своде оно сопровождено ссылкой на
Степенную книгу. Видимо, в данном случае составители Сво-
21 На правом поле киноварью сделана помета «с печати», т. е. переписано
с печатного текста, но это очевидная ошибка.
22В исследовании Г. Ленхофф этот текст не учтен (Lenhoff G. Early Rus-
sian Hagiography: The Lives of Prince Fedor the Black. Wiesbaden, 1997).
23Лаврентъев А. В. 1) Свод 1652 г. — памятник русского летописания
XVII в.: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 1984; 2) Летописный свод
патриарший 1652 г. // Словарь книжников и книжности Древней Руси.
СПб., 1993. Вып. 3. Ч. 2. С. 282—284.
^Лаврентьев А. В. Летописный свод 1652 г. как источник по истории
изучения русской средневековой повести XV—XVII вв. // Русская книж-
ность XV—XIX вв. М., 1989. С. 164—182.
230
Степенная книга и русская агиография XVII в.
да обратились к Степенной книге непосредственно. Отсутст-
вие ссылок на Степенную книгу в тексте других восходящих
к ней биографий указывает на попадание их в Свод не прямо
из Степенной книги, а через промежуточный этап. Полагаем,
что таковым явились Милютинские Минеи.
На основании заимствований из Степенной книги в составе
Милютинских Миней можно реконструировать текст чернови-
ка Степенной книги в части, не дошедшей до нашего времени,
но еще существовавшей в 40-х гг. XVII в. Можно утверждать,
что при составлении Милютинских Миней их составителями
было привлечено по меньшей мере два списка Степенной кни-
ги. Если один можно предположительно отождествить со Сте-
пенной книгой Троице-Сергиева монастыря, то второй опреде-
ляется предельно точно: это черновик Степенной книги, так на-
зываемый Волковский список. Известно, что в середине XVII в.
эту рукопись реставрировали, утраты текста восполнили
по другому списку Степенной книги (относящемуся к Про-
странной редакции), а также привлекли к созданию музыко-
ведческого трактата «Предисловие откуду и от коего времени
начася быти в нашей Рустей земли осмогласное пение».25 По-
скольку работа над Милютинскими Минеями, согласно ука-
занию самого составителя, проходила в Троице-Сергиевом мо-
настыре, можно предположить, что там же в середине XVII в.
хранился и черновик Степенной книги.26 Возможно, он суще-
ствовал тогда в виде непереплетенных тетрадей, и сотрудни-
кам Иоанна Милютина было удобнее делать выписки из та-
кой рукописи, нежели из переплетенного кодекса.27 К кодек-
су, Степенной книге Троице-Сергиева монастыря, обратились
для копирования текстов, которые приходились на лакуны
черновика. Иначе объяснить использование черновика Степен-
ной книги в Милютинских Минеях не представляется воз-
25Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 421—424.
260тметим, что в Троице-Сергиевом монастыре в первой половине XVII в.
хранился и черновик Никоновской летописи — список Оболенского, кото-
рый в XVI в. бытовал в Москве (Клосс Б. М. Никоновский свод и русские
летописи XVI—XVII веков. С. 266—267).
27В связи с этим существенно наблюдение Э. В. Шульгиной над метода-
ми работы по составлению Милютинских Миней: «По-видимому, в библио-
теке и в книгописной мастерской были неполные книги или россыпь — жи-
тий, слов, поучений, которыми и воспользовался Милютин, вставив их
в свои сборники» (Шульгина Э. В. Скорописное письмо XVII в. ... С. 14).
231
Глава 6
можным. Едва ли при наличии Степенной книги в монастыр-
ской библиотеке создатели миней стали бы обращаться к спи-
ску этого произведения, хранящемуся в другом месте.
С традицией Милютинских Миней, как представляется,
связано создание Жития нижегородской княгини Вассы-Фео-
доры, жены нижегородского князя Андрея Константиновича,
основательницы нижегородского Зачатьевского монастыря,
деятельность которой приходится на вторую половину XIV в.28
В Милютинских Минеях, как упоминалось выше, помещен
текст посвященной Вассе 11-й главы XI грани Степенной кни-
ги. Исследовавшая Житие А. А. Романова предлагает назы-
вать эту выписку из Степенной книги кратким вариантом
Жития Вассы. Подчеркнем, что такие выписки могли делать-
ся в разное время, независимо одна от другой и на основании
разных списков Степенной книги.29 Например, подобная вы-
писка в середине XVII в. была включена в состав Нижегород-
ского летописца.30 Гораздо важнее для истории почитания
Вассы пространная редакция ее жития. Основным источни-
ком здесь опять же является Степенная книга. По определе-
нию А. А. Романовой, здесь использованы текст 11-й главы
XI грани и Житие Евфросинии Полоцкой, также извлеченное
из Степенной книги. Можно указать и на заимствования
из входящего в Степенную книгу Жития князя Владимира:
Житие Владимира	Житие Вассы
Всяко дело благо начинается и съвръ- шается о имени Трисвятыя едино- сущьныя вседръжителныя и нераз- делныа Троици, Отца и Сына и Свя-	Всяко дело благо начинается и совер- шается от имени Пресвятыя едино- сущныя вседержительныя и неразде- лимыя Троицы Отца и Сына и Свята-
28В историографии фамилия отца Вассы, тверского боярина Ивана Киа-
совского, объясняется его происхождением — Киасовский, т е. выходец
из Киева (см.: Романова А. А. Житие Вассы (Феодоры) Нижегородской: Про-
странная (компилятивная) редакция // Русская агиография: Исследования,
публикации, полемика. СПб., 2005. С. 602). Отметим искусственность
такой этимологии. Верным представляется мнение составителя указателей
к изданию Никоновской летописи П. В. Акимова, что Иван Киасовский
имел отношение к селу Киасово, принадлежавшему позднее Троице-Сергие-
ву монастырю (ПСРЛ. Пг., 1918. Т. 14. Ч. 2. С. 205).
29 А. А. Романова указывает один из таких списков (Романова А. А. Жи-
тие Вассы (Феодоры) Нижегородской... С. 602).
^Шайдакова М, Я. Нижегородские летописные памятники XVII в. Ниж-
ний Новгород, 2006. С. 121, 138, 152—153, 172, 200 и др.
232
Степенная книга и русская агиография XVII в.
таго Духа, иже есть Бог нашь, о нем же живемъ и движемся и есмы. Его же благоволением и сиа повесть хощетъ предложитися, яже о блаженнем и приснопамятнем всея Рускиа земли самодръжци, о ве- ликом князе Владимире Светослави- че, иже всю землю превеликиа своея дръжавы просвети святым креще- нием.31	го Духа, иже есть Бог наш, о нем же живем и движемся есмы. Его же благоволением и сия повесть о житии преподобный хощет предло- житися еже о блаженной и приснопа- мятной великой княгине Вассе, во инокинях Феодоре бывшия суп- ружнице кроткаго и тихаго и смирен- наго, и многодобродетелнаго велика- го князя Андрея Констянтиновича Суждальскаго и Новаграда Нижнего и Городецкаго.32
Егда же повелено есть намъ сиа сни- скати, и тогда зазрех своему недостоиньству, съвестию обличаем безмерных моих прегрешений, паче же не имый учениа нраву и обычаю и удобну слову, еже касатися сему ве- ликому делу. Но обаче убояхся лени- ваго раба осуждениа и смрьти от пре- слушаниа, и не собою уповающе, но ради богоподражателнаго послуша- ниа повеленное нам без разсужениа писати дръзну- хом, уповающи на молитвы сего Бо- жиа избраннаго съсуда, святаго и рав- ноапостолнаго царя и великаго князя Владимира, нареченнаго в святом кре- щении Василиа, яко да испросит у Бога ослабу многимъ моимъ съгреше- нием. И тако надежю имуще неотъ- емлемую благодать человеколюбиа Божиа, поминающе речение богоотца Давида: «Правду Твою и милость и истину не скрых в сердци моем от сонма многа». Тако же и цер- ковный учитель и светило всего мира Павел апостол к Тимофею писаше глаголя: «Еже слыша от мене многы- ми послухы, сиа предай верным чело- веком».33	Егда же повелено есть нам сие сни- скати и тогда аз окаянный зазрех сво- ему недостоиньству совестию обли- чаем от безмерных моих прегрешений, паче же не имый учения нраву и обычая и удобну слову еже касатися сему великому делу, но обаче убояхся лениваго раба осуждения, и смерти от преслушания; и не собою уповаю- ще, но ради Богоподражателнаго по- слушания за молением повелевающа- го ми без рассужения писати дерзну- хом, уповающе на молитвы сея бла- женъныя и добле мужественъныя и избраннаго сосуда блаженный вели- кыя княгини Вассы, нареченный во инокинях Феодоры, яко да испросит у Бога ослабу многим моим согрешением и тако надежду имуще неотъемлемую благо- дать человеколюбия Божия, поми- нающе речение богоотца Давыда: «Правду Твою и милость и истинну не скрых в серд- цы моем от соньма многа». Тако же и церковный учитель и светило всего мира, великий апостол Павел к Ти- мофею писаше, глаголя: «Еже слыша от мене многими свидетели, сия пре- дай верным человеком, и иже доволни будут и иных научити».34
31 СКДС 70.
22Романова А. А. Житие Вассы (Феодоры) Нижегородской... С. 609.
33 СКДС 70—71.
34Романова А. А. Житие Вассы (Феодоры) Нижегородской... С. 609.
233
Глава 6
Характерно, что текст, посвященный Евфросинии Полоц-
кой, в Житии приспособлен для Вассы. Этот, впрочем, типич-
ный для житийного повествования прием, как отмечалось
выше, применялся и при составлении рассмотренного ниже
Жития князя Георгия Всеволодовича.
Житие Вассы Нижегородской, как полагает А. А. Романо-
ва, было создано в первой половине XVII в. Можно попытать-
ся уточнить дату создания жития. Его ранний список (РНБ,
собр. М. П. Погодина 811) датируется серединой XVII в.35
Обратим внимание на одну особенность его текста. Текст,
заимствованный из Жития Евфросинии: «И питомая беяше
доилицею матере своея», изначально в Погод. 811 читался
так: «питаема беяше от сосцу матери своея», а затем на поле
приписали слово «доилицею», т. е. вернулись к варианту Сте-
пенной книги, в результате чего в позднем списке получилось
чтение, лишенное смысла: «питаема беяше доилицею от сос-
цу матери своея».36 Таким образом, список Погод. 811 сохра-
нил следы редакторской работы по созданию Жития Вассы.
Логично предположить, что в это время, в середине XVII в.,
житие и было составлено.
Рассматривая заимствования из Степенной книги в Житии
Вассы, можно утверждать, что использовался черновик Сте-
пенной книги — Волковский список. На материале заимство-
ваний из Жития Владимира отметим, что в Волковском спи-
ске и Житии Вассы царь Давид назван Давыдом,37 что встре-
чается в текстах XVI—XVII вв. нечасто. В заимствованиях
из Жития Евфросинии два чтения Жития Вассы повторяют
индивидуальные особенности Волковского списка: «ум укреп-
ляющим на подвиги добрых дел» (в других списках Степенной
книги читается: «подвиг»);38 «послушайте жены сея препо-
добный святыя подвиги и труд» (в других списках Степенной
книги читается: «труды»).39 Отсюда можно сделать вывод, что
при составлении Жития Вассы использовался черновик Сте-
35Романова А. А. Житие Вассы (Феодоры) Нижегородской... С. 603.
36СКДС 246; Романова А. А. Житие Вассы (Феодоры) Нижегородской...
С. 611.
37СКДС 71/16; Романова А. А. Житие Вассы (Феодоры) Нижегородской...
С. 609.
38СКДС 246/21; Романова А. А. Житие Вассы (Феодоры) Нижегородской...
С. 610.
234
Степенная книга и русская агиография XVII в.
пенной книги. Есть основания считать, что в середине XVII в.
он находился в Москве (см. об этом в гл. 7). Там, видимо,
и была составлена пространная редакция Жития княгини
Вассы.
Степенная книга стала источником для печатного Пролога
издания 1661—1662 гг. Отличие этого издания от предыду-
щего заключается в добавлении большого числа русских ста-
тей.39 40 Эта особенность привнесла в Пролог историографиче-
скую, а также идеологическую составляющую. По тексту
Пролога стало возможным знакомиться с отечественной исто-
рией.41 Значительная часть русских статей, включенных в изда-
ние 1661—1662 гг. (они сохранились и в последующих изда-
ниях), была составлена на основе Степенной книги. Это Жи-
тия князя Михаила Тверского (22 ноября), князя Даниила
Александровича Московского (4 марта), князя Василька Рос-
товского (4 марта), «Страдание митрополита Феогноста»
(14 марта), Житие Даниила Переяславского (7 апреля), Ска-
зание о перенесении мощей митрополита Алексия (20 мая),
Жития княжны Евфросинии Полоцкой (23 мая), князя Игоря
Ольговича (5 июня), жены Дмитрия Донского княгини Евдо-
кии (7 июля).42
Житие Михаила Тверского помещено в Прологе под 22 но-
ября; источником для него стала 6-я глава X грани Степенной
книги. В начале Жития приведены начальные слова 6-й гла-
39СКДС 246/35; Романова А. А. Житие Вассы (Феодоры) Нижегородской...
С. 610.
4()Круминг А. А. Редакции славянского печатного Пролога (предвари-
тельные заметки) // Славяноведение. 1998. № 2. С. 54—55. Последующие
редакции печатного Пролога не исследованы, однако есть основания пред-
полагать, что Степенная книга привлекалась при редактировании Пролога
и в дальнейшем. Так, в издании 1696 г. под 15 июня присутствует Житие
митрополита Ионы, составленное на основе Степенной книги (Пролог.
М., 1696. Л. 466 об.—469).
41 Державина О. А. Социальные и исторические темы в пятом издании Про-
лога // Литературный сборник XVII века. Пролог. М., 1978. С. 107—122.
Русские статьи, которые исследовательница рассматривает на материале пя-
того издания 1675—1677 гг., присутствуют уже в третьем издании 1661 —
1662 гг.
*2Кучкин В. А. Первые издания русских Прологов и рукописные источ-
ники издания 1661 —1662 гг. // Рукописная и печатная книга. М., 1975.
С. 142—143.
235
Глава 6
вы в несколько переработанном виде: «Сей приснопамятный
великий князь Михаил Ярославичь, внук великаго князя
Ярослава, правнук же Всеволода Георгиевича Долгорукого,
матере же великая княгини премудрыя Ксении». Следующий
за этим текст Степенной книги «Его же святая та и премуд-
рая мати въспита в страсе Господни и научи святым книгам
и всякой премудрости и страху Божию»,43 несмотря на свой
явно агиографический характер, не включен в Житие. Даль-
нейшее изложение Жития следует тексту Степенной книги,
но существенно его сокращает. Приведем пример такого со-
кращения:
Степенная книга	Житие Михаила Тверского
И паки диавол не престаяше желая кровопролитна, еже и сътворися за грехи наша. Прииде бо великий князь Юрьи ратию к Тфери, съвокупи всю землю Низовьскую с кровопивцем Кавгадыем, и множество татар, и бе- сермен, и мръдвы. И начата град жещи и села многие, и бысть туга не- мала — имающе мужи и мучаще раз- личными муками, и смрьти предая- ху, а жены их оскверниша погании, и пожгоша всю власть Тферьскую и до Волги, и поидоша на другую стра- ну Волги, и на той стране тако же хо- тяху сътворити. Блаженный же князь Михаил призва епископа своего, и князей, и боляр, и рече к ним: «Видите, братие, яко великаго княжениа отступился есмь сроднику своему и выход дал есмь, и надо всем сим колико зла сътвориша отеческиа ми дръжавы! Аз же пре- трьпевах им, чая, уже престанет зло- ба сиа. Наипаче вижю, яко главы моея ловят. Вы же скажите ми, аще буду в чем виновен, и аз исправлю- ся».44	Князь же Георгий с татары собра множество рати и прииде ко Твери, и повоева весь град, и об ону страну Волги реки тако же сотвори. Великий же князь Михаил призва епископа и боляр своих и печалуяся слезне о благочестивых погибели.45
43СКДС 388.
44СКДС 389—390.
45Пролог. М., 1661. Сентябрь—ноябрь (БАН, сп. 309). Л. 449.
236
Степенная книга и русская агиография XVII в.
Таким образом, Житие Михаила Тверского в Прологе пред-
ставляет собой сильно сокращенный текст Жития этого князя
в составе Степенной книги. Единственное чтение Про ложного
жития, которого нет в Степенной книге, — дата убиения Ми-
хаила Тверского («в лето 6827»), по-видимому, извлеченная
из летописи.
Проложное Житие князя Даниила Александровича, имею-
щее заглавие «Повесть о великом князе Данииле Александ-
ровиче Московском», основано на тексте IX грани Степенной
книги.46 В начале помещено заимствование из 1-й главы:
со слов «Сей блаженный великий князь Даниил...» до слов
«...чюжиа части похищением наследити не желаше».47 В Жи-
тии текст Степенной книги передан с некоторой стилистиче-
ской правкой, но, в общем, довольно исправно. При этом
отдельные характеристики источника в Проложном житии
оказались сокращены или вовсе изъяты. Так, опущено срав-
нение Даниила с его прадедом Всеволодом Большое Гнездо и
пророком Давидом, которые, подобно Даниилу, были млад-
шими в своей семье. Вместо этого в Житии читается лако-
ничное: «Бысть же последний в братии своей». Слова Степен-
ной книги «Тако и сего блаженнаго великаго князя Даниила
храняй Господь от пелен матерних: двою бо лет от рожениа
его оставшю ему святаго си родителя» заменены более ней-
тральным текстом «Оставшу же ся ему от рождения родителю
своею двою лету». Из следующей фразы Степенной книги
«Сего блаженнаго Даниила избра Бог и възрасти и снабде не
ратуема ни от кого же» в Житие не включены слова «избра
Бог». Далее в Степенной книге читается: «ему же и поручено
бысть в наследие богоснабдимое дръжавьство преименитаго
града Москвы, его же и праведное его семя възлюби Бог и
прослави, наипаче им же благоволи царствовати в роды и
роды» — в Житие не включили слова «его же и праведное его
семя възлюби Бог и прослави, наипаче им же благоволи цар-
ствовати». Следующая фраза Степенной книги, рассказываю-
щая о мирном правлении князя Даниила («Аще же тогда цар-
ство Московьское не толико бысть многовластно, яко же ныне
Божиею благодатию всюду обладая, но обаче и тогда сий бла-
46Пролог. М.» 1662. Март—август (БАН, сп. 342). Л. 20—20 об.
47СКДС 343.
237
Глава 6
женный великий князь Даниил ни от кого же ратуем не бы-
вайте»), исключена вовсе, видимо, по той причине, что пред-
ставляет собой повторение сказанного выше. Далее в Степен-
ной книге говорится о случаях, когда междоусобные распри
случались поблизости от удела князя Даниила, и о миротвор-
ческой миссии московского князя. Здесь в Житии текст Сте-
пенной книги передан полностью, за исключением пассажа
о воинской храбрости Даниила: «възрастом и храбростию пре-
успевая и мужьством смысла преудобрен бысть». Характе-
ристика Даниила в Степенной книге завершается описанием
его миролюбия. Знаменательно, что из этого текста в Житие
не попала фраза «от всякиа брани и крамолы, хотящая на нь
быти, всегда десница Господня бяше защищая его». Как ви-
дим, при создании Проложного жития Даниила исключалось
все относящееся к образу князя-воина и к теме Божьего бла-
гословения Даниила и его потомков. Завершается Житие поч-
ти дословным заимствованием из 3-й главы IX грани (со слов
«Сам же великий князь Даниил...» до слов «...идеже и прочую
братию погребаху»48), где повествуется об основании Дании-
лом монастыря, о его кончине и погребении. В Житие оказа-
лись не включены слова Степенной книги «в том монастыри
и архимарита прьваго устрой», видимо, как содержащие под-
робности, не нужные для Проложного жития.
Под тем же числом, что и Житие Даниила Александро-
вича, в Прологе помещено Житие князя Василька Ростовско-
го.49 Оно представляет собой сокращенный текст 13-й главы
VII грани Степенной книги, которая называется «Страдание
блаженаго князя Василка Ростовьскаго»50 — такое же назва-
ние имеет и Проложное житие. Отличия от текста Степенной
книги следующие. После указания полного имени князя, Ва-
силий Константинович, в Степенной книге читается: «иже
именуем есть Василко». В Житии этот пункт получил неожи-
данное развитие: «иже именуемь есть ради мужества и красо-
ты возраста своего Василко». Из предложений татаро-монгол,
высказанных ими Васильку: покориться их языческой вере и
воевать вместе с ними («с ними купно воевати»), в Житие не
48 СКДС 345.
49Пролог. М.» 1662. Март—август (БАН, сп. 342). Л. 21—21 об.
50СКДС 307—309.
238
Степенная книга и русская агиография XVII в.
вошло последнее. В ответной речи Василька сокращен доволь-
но обширный текст Степенной книги: «Или мните, окаяннии,
любими быти от Бога, яко предаде нас в скверныя ваши руки,
но убо нас, верующих Ему, всегда любя и милуя, ныне же
праведными Его судбами и в настоящее сие скръбное время
таковым наказанием изволи очистити нас от прегрешений на-
ших, и в будущем веце даруя нам бесконечный живот, его же
ради никако же не можете мене отлучити от веры христиань-
скиа». Вместо него в Житии читается: «Или мните, окаян-
нии, прелстити мя в прескверную вашу веру и от Владыки
Христа моего разлучити?». Здесь изъято рассуждение об исто-
риософском значении нашествия Батыя для русской истории,
важное для концепции Степенной книги и лишнее для Про-
ложного жития. По этой же причине в Житие не попал ана-
логичный пассаж из речи Василька: «вы же, окаяннии, кий
ответ имате дати Богу, иже многи души погубили есте бес
правды, их же Господь истяжет от вас, их же ради мучитися
имате в негасимом огни в веки бесконечный». Вместо изъя-
тых слов в Житии читается: «но прелести вашей и богомерз-
скому закону не повинюся», т. е. составитель Жития завершил
отповедь Василька татаро-монголам эффектной концовкой.
Далее в Житии помещены слова Степенной книги «Безбож-
нии же проклятии татарове скрежетаху на нь зубы своими»,
затем пропущено описание молитвы Василька перед смертью
и приведены (с незначительной стилистической обработкой)
слова Степенной книги: «много мучивше его, и смрьти преда-
шя за исповедание Христово месяца марта в 4 день в четвер-
ток четвертый недели Великаго Поста, и причтен бысть в лице
мученик, кровию мученическою омыв своя съгрешениа». Да-
лее, следуя тексту Степенной книги, составитель Жития опи-
сал обретение тела князя Василька. Правда, согласно Степен-
ной книге тело убиенного князя нашли некие благочестивые
люди, муж и жена, и спрятали его в укромном месте, откуда
по указанию вдовы и епископа тело было принесено в Ростов.
В Житии сюжет с благочестивыми простолюдинами изъят,
и получилось, что тело князя было принесено в Ростов с мес-
та его убиения по приказу его вдовы и ростовского епископа.
Не включено в Житие и описание принесения мощей в Рос-
тов: «И яко принесошя его близ града Ростова, и изыдоша
противу множество народа, жалостныя слезы испущающе,
239
Глава 6
оставше таковаго утешениа». В Житии в соответствии с тек-
стом Степенной книги кратко указано, что князь был погре-
бен «в церкви Святыя Богородица, идеже мати его положена
бе»; на этом Проложное житие Василька Ростовского завер-
шается.
Следующее Житие помещено под 14 марта, его источником
стала 6-я глава XI грани Степенной книги «Страдание пресвя-
щеннаго Феогноста митрополита о дани церковней»;51 загла-
вие Жития почти полностью копирует название 6-й главы, за
исключением слов «о дани церковней».52 Текст Степенной кни-
ги начинается с изложения особенностей посольства в Орду,
в составе которого оказался митрополит Феогност: «В лето 6850
бысть еще великому князю Ивану Ивановичю юну сущю,
и тогда старейший брат его Симион Ивановичь поиде в Орду
к царю Зянибеку, с ним же шествова и преосвященный Фео-
гност митрополит всея Русии. Великий же князь нимало не
закосне во Орде, но вборзе прииде на Москву». Для житийно-
го текста, посвященного митрополиту Феогносту, эти обстоя-
тельства явно излишни, поэтому в Житие они не вошли,
в нем текст начинается так: «В лето 6850 сей святый Фео-
гнаст митрополит во Орду ко царю Зянибеку ради умирения
поиде...». Далее в соответствии со Степенной книгой Житие
рассказывает о том, как Феогноста оклеветали перед ханом,
рассказав ему о том, что митрополит не дает в Орду дани
с церковного причта, а сам таковую себе собирает. Приведен
и категорический отказ Феогноста платить дань. Помимо не-
значительных сокращений, в Житие не включены последние
слова речи Феогноста «И свободен есть причет церковный и
не работни суть никому же, токмо единому Богу. Мене же
о них почто истязаете?», поскольку смысл ответа Феогноста
понятен и без них. Далее в Степенной книге помещен диалог
митрополита с татарами, посвященный той же теме и не вклю-
ченный в Житие. Дальнейший текст Степенной книги (со слов
«Погании же много истязаху его...» до слов «...дань на всем
церковном причте») в Житии существенно сокращен: «Пога-
нии же много истязаху его и много мучивше его, яко дабы им
дань имати на освященном чину». Причина сокращения, ви-
51 СКДС 404—405.
52Пролог. М., 1662. Март—август (БАН, сп. 342). Л. 74 об.—75.
240
Степенная книга и русская агиография XVII в.
димо, в том, что для Проложного жития нет необходимости
в экскурсах в историю взаимоотношений православной церк-
ви и Орды, а также в объяснении, почему татары не могли
взимать дань с церковного клира сами. Дальнейший текст
Жития, повествующий о возвращении Феогноста в Москву,
благополучном пребывании на митрополичьем престоле в те-
чение десяти лет, преставлении и погребении, опять следует
Степенной книге, в Житие не включен только фрагмент тек-
ста Степенной «А еже повелети ему дань имати им на церков-
ных людех, на то никако же не преклонися и не токмо не по-
пусти тому быти, но и клятвами страшными закля их и
запрети», а также уточнения, что Феогност возвратился в Мо-
скву «в самое же средокрестие святаго и великаго четыреде-
сятнаго поста» и был погребен «в пределе верховнаго апосто-
ла Петра».
Под 7 апреля в Прологе помещено Житие Даниила Переяс-
лавского,53 которое представляет собой обработку Сказания
о Данииле Переяславском редакции Степенной книги. Сказа-
ние составляет 25-ю главу XVI грани.54 Текст Проложного
жития достаточно исправно следует Степенной книге (со слов
«В лето благовернаго и христолюбиваго великаго князя...»55
до слов «у самыя стены святаго жертвеника»56), при этом
сильно сокращая довольно пространный текст своего источ-
ника. Приведем пример такого сокращения:
Степенная книга	Житие Даниила Переяславского
И слыша о равноаггельном житии преподобнаго Пахнотиа, иже в Бо- ровьске, и всегда мышляше ученик ему быти, и не получи. Не по мнозе же по отшествии иже к Богу препо- добнаго Пахнотиа тайно уклонися отъ родителю си с присным си братом Герасимом, достиже Пахнотиева ма- настыря, и бысть мних. Претворено же бысть имя ему Данил.57	И по сем отлучися родителю своею с присным братом своим Герасимом и постриже- ся в Пафнутиеве монастыре, иже в Боровске. И наречено бысть имя ему Даниил.58
53Там же. Л. 225 об.—226 об.
54СКДС 720—735.
55СКДС 720.
56 СКДС 734.
57 СКДС 721.
58Пролог. М., 1662. Март—август (БАН, сп. 342). Л. 225 об.
241
Глава 6
Перед составителем Проложного Жития стояла задача пе-
ределать пространное Сказание в краткое житие, поэтому
текст Степенной книги в Житии не просто сокращен, но и за-
частую пересказан другими словами. Большинство эпизодов
Сказания не вошло в Житие, в котором оказалась изложена
только основная канва биографии Даниила Переяславского:
его рождение, воспитание, пострижение в Пафнутьевом мона-
стыре, возвращение после смерти отца в Переяславль, в Го-
рицкий монастырь, назначение архимандритом, благотвори-
тельность, основание Данилова монастыря, спасение монахов
и мирян от голодной смерти, крещение царских сыновей и
преставление. Никакой тенденциозности, вызванной идеоло-
гическими задачами, в работе составителя Проложного жи-
тия Даниила по сокращению Степенной книги выявить не
удается.
Под 20 мая в Прологе помещено «Сказание об обретении и
пренесении честных мощей великаго архиереа Алексиа мит-
рополита Киевскаго и всеа России чюдотворца»,59 основным
источником которого является соответствующий раздел Жи-
тия митрополита Алексия, составляющего 7-ю главу XI грани
в Степенной книге.60 Проложное сказание начинается со слов
«В лета благочестиваго и христолюбиваго самодержца Мос-
ковскаго и всея Российския земли великаго князя Василиа
Василиевича...», далее исправно следует Степенной книге
с незначительными отклонениями. Например, в Степенной
книге обвалившийся храм Чудова монастыря никак не оха-
рактеризован (сказано только, что он ветхий), в Сказании же
читаем, что храм был деревянным. В нем также опущены рас-
суждения автора Степенной книги по поводу нетления обна-
руженных при строительстве нового храма останков митропо-
лита Алексия: «О превеликое чюдо! Толиким летом минув-
шим, святому во гробе лежащу, тело же его святое не истле,
не токмо же се, но и ризы его яко вчера облечены, яко да збу-
дется реченное Богом в святом Еуангелии: „Не может град
укрытися, верху горы стоя, и никто же, вжег светилник, по-
ставляет его под спудом или подо одром“. Тако и сему светил-
нику не мощно толико лет сокровену быти под землею. Се же
59Пролог. М., 1662. Март—август. Л. 458—460 об.
60СКДС 430—433.
242
Степенная книга и русская агиография XVII в.
все бысть Всемудраго Бога промышлением».61 Не включена
в Сказание и благодарственная молитва Василия Темного.
Приведенное далее описание новопостроенного храма допол-
нено указанием, что старый храм был деревянным — в Сте-
пенной книге такого указания нет. Перенесение мощей мит-
рополита Алексия в Сказании составлено на основе следую-
щего раздела Жития митрополита Алексия редакции Степенной
книги — «О пренесении святых мощей святаго и великаго
архиерея Алексия, иже в имя его създанную церковь».62
Главный герой этого раздела Жития митрополита Алексия —
архимандрит Чудова монастыря, затем архиепископ Новго-
родский Геннадий Гонзов. Сказание существенно сокращает
рассказ Жития о новгородском периоде жизни Геннадия, в том
числе об искоренении ереси жидовствующих. При этом опи-
сание строительства храма во имя митрополита Алексия в Пу-
довом монастыре и перенесения в него мощей святого дослов-
но выписано из Степенной книги (см. текст Степенной книги
со слов «И велие тщание имея...» до слов «...приходящих
к нему с верою»63).
Под 23 мая в Прологе помещено Житие Евфросинии По-
лоцкой,64 источник которого — 11-я глава V грани.65 В Сте-
пенную книгу это Житие попало в так называемой «редакции
сборников», будучи дополнено небольшим генеалогическим
экскурсом относительно происхождения главной героини Жи-
тия.66 В Прологе Житие подверглось существенному сокраще-
нию, не попала в проложную редакцию и та генеалогическая
вставка, которая отличает редакцию Степенной книги от пред-
шествовавшей ей редакции сборников. Таким образом, в Про-
логе мы имеем дело с сокращением редакции сборников Жи-
тия Евфросинии Полоцкой. Это сокращение произведено рав-
61 СКДС 431.
62СКДС 433—437.
63СКДС 435—436.
64Пролог. М., 1662. Март—август (БАН, сп. 342). Л. 481 об.—484 об.
65СКДС 246—258.
™ Мельников А. А. Литературная история агиографической повести о Евфро-
синии Полоцкой (на материале рукописей XVI—XVIII вв.): Автореф.
дис. ... канд. филол. наук. Минск, 1989. С. 10; Усачев А. С. Степенная книга
и древнерусская книжность времени митрополита Макария. М.; СПб., 2009.
С. 242.
243
Глава 6
номерно по всему тексту, выделить в нем какую-либо тенден-
цию возможным не представляется.
Под 5 июня в Прологе читается «Страдание великаго кня-
зя инока Игоря Ольговича Киевскаго чюдотворца».67 Источ-
ником этого Проложного жития явилась 10-я глава V грани.68
При передаче текста Степенной книги в Житии допущены не-
которые сокращения. Так, после изложения генеалогии Иго-
ря Ольговича опущена фраза Степенной книги «И сей Игорь
мало дръжавьствуя в Киеве по брате своем, яко же в летопи-
саниих явленно есть сице о нем».69 Далее, после слов Степен-
ной книги о захвате Киева братом Игоря Ольговича и насле-
довании киевского княжения Игорем после смерти брата
в Житии сказано: «Людие же киевстии завистию распалив-
шеся на нь и призвавше из Переяславля Изяслава Мстисла-
вича...». Этот пассаж является переделкой слов Степенной
книги «...киевьстии людие самовластием шатахуся и призва-
шя в Киев княжити ис Переяславля Русьскаго Изяслава Мсти-
славича...».70 Таким образом, обвинение киевлян в самовла-
стии заменено в Прологе на обвинение в зависти. Далее Жи-
тие следует Степенной книге, несколько сокращая ее текст,
и повествует о поражении князя Игоря, заточении его в тем-
ницу, пострижении и возвращении в Киев. Здесь Проложное
житие опять искажает текст своего источника. В Степенной
книге сказано, что киевский князь определил новопострижен-
ного инока в монастырь святого Феодора, а в Прологе — свя-
того Феодосия, т. е. в Киево-Печерский монастырь. В осталь-
ном Житие адекватно передает текст своего источника. Со-
кращению подверглась речь киевлян, собиравшихся убить
князя-инока. Вместо нее в Житии читаем об устремлении ки-
евских людей «на убиение святаго». Нет в Житии и речей
митрополита Климента, князя Владимира Мстиславовича,
бояр и тысяцких, которые пытались помешать толпе, а также
игумена Анании, плачущего над телом князя. Совершенно
очевидно, что прямая речь была изъята в целях сокращения
текста. И действительно, смысл соответствующих мест в Жи-
тии не пострадал.
67Пролог. М., 1662. Март—август (БАН, сп. 342). Л. 23—24.
68СКДС 242—245.
69СКДС 242.
70Там же.
244
Степенная книга и русская агиография XVII в.
Последнее произведение в составе Пролога, составленное
на основе Степенной книги, — это «Повесть о великой княги-
не Евдокии, во инокинях Евфросинии, супружнице великаго
князя Димитрия Иоанновича, зовомаго Донскаго».71 Оно на-
писано на материале 14—19-й глав XII грани.72 В начале По-
вести указывается, что княгиня Евдокия «бяше дщи велика-
го князя Димитриа Константиновича Суждалскаго, поживе
же с супругом своим великим князем Димитрием Иоаннови-
чем богоугодно Господеви». Обе эти фразы заимствованы
из Степенной книги (из 14-й главы XII грани), но там текст
гораздо пространнее: «...христолюбивая великая княгиня Евдо-
кия, иже бысть благосъчетанная супружница блаженаго и
достохвалнаго великаго князя Димитриа Ивановичи, рекома-
го Доньскаго, дщи же бяше великаго князя Димитриа Конъ-
стянтиновича Суждальскаго. И во всем усердно подобьствова
богоугодному исправлению державнаго и благонравнаго си свя-
таго супруга, с ним же единомудрено в заповедех Господних
благозаконно живущи, породи ему сынове и дщери и воспита
их благочестно, пребысть же в супружьстве 22 лета».73 Подоб-
ным образом сокращая текст Степенной книги, Повесть рас-
сказывает о строительстве княгиней Евдокией храмов и мона-
стырей: на царском дворе церковь Рождества Богородицы
с приделом св. Лазаря (сохранено указание Степенной книги,
что эту церковь расписали Феофан Грек и Симеон Черный),
монастыри Иоанна Предтечи в Переяславле и Вознесенский
в Москве. Далее довольно близко к тексту приводится рассказ
Степенной книги о попытке оклеветать непорочное вдовство
Евдокии, смущении ее сына по этому поводу (в Степенной
книги приведено его имя, Георгий, в Повести же оно опуще-
но); рассказывается, как Евдокия призвала своих сыновей и
показала им свою иссохшую от воздержания плоть. Далее при-
веден рассказ Степенной книги о явлении Евдокии ангела,
ее молчальничестве, трех попытках иконописцев изобразить
явившегося к ней ангела, обретении Евдокией дара речи, уда-
лении в монастырь, исцелении слепого, кончине и погребении
в Вознесенском монастыре. Таким образом, в Повести присут-
71Пролог. М., 1662. Март—август (БАН, сп. 342). Л. 168—170.
72СКДС 465—469.
73СКДС 465.
245
Глава 6
ствуют все сюжеты, составляющие повествование о Евдокии
в Степенной книге.
Итак, основное направление редактирования текстов Сте-
пенной книги при включении их в печатный Пролог — это
сокращение. Только в Житии Даниила Александровича уда-
лось проследить правку идеологического характера: из него
были последовательно исключены принципиально важные
для Степенной книги идеи Божьего благословения по отноше-
нию как к самому князю, так и к его потомкам. Во второй по-
ловине XVII в. было хорошо известно, чем закончилось прав-
ление династии Даниила Александровича. Он сам, как и его
предки и потомки, представлял уже в определенной степени
«археологический» интерес для идеологов XVII в.
Как отмечено в литературе, подбор русских Житий в печат-
ном Прологе во многом повторяет Милютинские Четьи Ми-
неи. К произведениям, источником которых явилась Степен-
ная книга, это относится в полной мере. Возникает вопрос —
что стало источником для соответствующих Житий Пролога,
Степенная книга или составленные на ее основе Жития Ми-
лютинских Миней? Существенно, что в Минеи были включе-
ны тексты из Степенной книги о Данииле Московском, Ва-
сильке Ростовском, митрополите Феогносте, Данииле Переяс-
лавском, Игоре Ольговиче и княгине Евдокии, на основании
которых оказались составлены агиографические произведе-
ния об этих героях для Пролога. Это едва ли случайное сов-
падение, тем более что исследователи и на материале других
произведений предполагали привлечение Милютинских ми-
ней в процессе редактирования старопечатного Пролога.74
В нашем случае, однако, Минеи не могли быть единственным
источником заимствований из Степенной книги в Прологе.
Жития Михаила Тверского и Евфросинии Полоцкой пред-
ставлены в Минеях в редакции, отличной от Степенной книги
(Житие Михаила Тверского в составе Миней, по замечанию
В. А. Кучкина, только правлено по Степенной книге, но со-
™ Кучкин В. А. Первые издания русских Прологов и рукописные источ-
ники издания 1661—1662 гг. // Рукописная и печатная книга. М., 1975.
С. 144; Демин А. С. Современные тенденции в источниковедении древнерус-
ской литературы и задачи изучения печатного Пролога // Литературный
сборник XVII в. Пролог. М., 1978. С. 24.
246
Степенная книга и русская агиография XVII в,
держит текст иной редакции75). Сказания о перенесении мо-
щей митрополита Алексия в Милютинских Минеях нет вовсе.
Следовательно, заимствования из Степенной книги попали
в старопечатный Пролог не только через Милютинские Ми-
неи. Можно предположить, что при этом привлекалась еще и
Степенная книга непосредственно.76
Идеи Степенной книги соответствовали идеям, проводив-
шимся в изданиях московского Печатного двора уже в 40-е гг.
XVII в. Особенно показательно в этом отношении послесловие
к Соборнику, изданному в 1647 г. Здесь предпринят краткий
экскурс в русскую историю с целью показать связь между
«благочестивыми самодержцами» и распространением духов-
ной литературы.77 Так, первым персонажем отечественной ис-
тории избран Владимир Святой: «Сей бо великий князь Вла-
димир, егда познав истину сущаго Бога, Творца небу и земли,
и крестися первее сам, та же и все начальствуемии от него, и
устрой по градом епископы и попы. И елико книг подобаю-
щих тогда с елинска диалекта на русский преложи и исписа,
и предаде церкви, и скончався, отъиде к Богу в вечная жили-
ща». Следующий пассаж представляется особенно созвучным
Степенной книге: «По нем же и инии благовернии князи рус-
тии господствующе друг по друзе, ревностию Божиею распа-
лаеми, приложиша к тому, потрудившеся удобством времене
превести и написати и иных книг немало, и сице на долзе вре-
мени благочестием цветуще...». Отметим, что при всей близо-
сти приведенного фрагмента к тексту Степенной книги, он
вполне мог быть составлен и без непосредственного обраще-
ния к ней. Следующий сюжет Послесловия — учреждение ти-
пографии при Иване Грозном. Отметим, что переход от дина-
стии Рюриковичей к Романовым оформлен здесь довольно
неискусно: «...видев Бог рода нашего зело уклоняющася на
15 Кучкин В. А. Повести о Михаиле Тверском: Историко-текстологиче-
ское исследование. М., 1974. С. 44.
76Похожую ситуацию Т. В. Марелло отмечает для Сказания об иконе
Федоровской Богоматери. Редакция Сказания, составленная для старопе-
чатного Пролога, была создана на основе Милютинской редакции с привле-
чением иного варианта текста (Марелло Т. В. К вопросу о первоначальной
редакции «Сказания о Федоровской иконе» // Герменевтика древнерусской
литературы. М., 2008. Сб. 13. С. 655—656).
77Соборник из 71 слова. М., 1647. Л. 879—879 об.
247
Глава 6
злое..., воздвиже нам рог спасения в дому новаго и кроткаго
Давида, благовернаго и христолюбиваго государя царя и ве-
ликаго князя Михаила Феодоровича всея Русии...». Таким
образом, если подобные тексты составлялись без привлечения
Степенной книги, в этой среде Степенная книга должна была
найти благодарных и подготовленных читателей. Более того,
у нас есть основания утверждать, что Степенную книгу на
Печатном дворе уже в середине XVII в. знали достаточно хо-
рошо. Так, с привлечением Степенной книги было составлено
Житие князя Георгия Всеволодовича, надписи на клеймах
для его раки и надгробные «листы», помещенные над сарко-
фагами князей и епископов во владимирском Успенском со-
боре. Главным героем всего этого цикла агиографических
произведений является владимирский князь Георгий (Юрий)
Всеволодович. Первые известия о церковном почитании князя
Георгия Всеволодовича появляются в 30-е гг. XVII в. Служба
святому, наиболее ранний список которой датируется време-
нем около 1630 г.,78 напечатана в Трефологионе, сборнике
служб святым, который увидел свет на московском Печатном
дворе в 1637—1638 гг.79 Характерно при этом, что ошибочная
дата гибели Георгия Всеволодовича, 4 февраля (вместо 4 мар-
та), заимствована из Степенной книги, так как она читается
только там. Во всех же летописных текстах помещена другая
дата — 4 марта. И ее следует признать правильной, так как
3—7 февраля войска Батыя осаждали Владимир, а это пред-
шествовало битве на реке Сить. Захваченный в плен после
битвы князь Василько был убит 5 марта, что также указывает
на датировку битвы 4 марта, а не 4 февраля. Несмотря на по-
читание Георгия Всеволодовича уже в 30-е гг. XVII в., датой
официальной канонизации князя Георгия следует считать
1645 г., когда произошло перенесение его мощей из каменной
гробницы в позолоченную раку. В 1646 г. тропарь и кондак
78РГБ, ф. 304 (собр. Троице-Сергиевой Лавры) 628; см.: Барсуков Н. П.
Источники русской агиографии. Стб. 123.
79См., напр., экземпляр Трефологиона за декабрь-февраль: РНБ, II.3
№ 4. Наиболее ранний список йотированной службы Георгию Всеволодо-
вичу — рукописный Стихирарь середины XVII века: РГБ, ф. 379 (собр.
Д. В. Разумовского), № 64 (Серегина Н. С. Песнопения русским святым.
По материалам рукописной певческой книги XI—XIX вв. «Стихирарь ме-
сячный». СПб., 1994. С. 167).
248
Степенная книга и русская агиография XVII в.
Георгию Всеволодовичу были помещены в печатных свят-
цах.80 Рака, единственный свидетель перенесения мощей, не
сохранилась до нашего времени. К счастью, в краеведческой
80О перенесении мощей князя сообщает несколько источников. В руко-
писи конца XVII в. РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румянцева) 364 помещен ком-
плекс произведений, посвященных владимирским князьям и святителям.
Начинается он с жития князя Георгия Всеволодовича (л. 215—228), причем
начало жития в рукописи утрачено, а заканчивается текст жития следую-
щими словами: «Ныне же в лето 7153 генваря в 22 день пренесены честныя
его мощи ис предела в собор у столпа посреди церкви, и положен в сребряне
раце по упрошению святейшаго патриарха Иоасафа Московскаго и всея Рос-
сии» (л. 228). Упоминание патриарха Иоасафа вместо Иосифа — явная опи-
ска. В этом убеждает и краткое известие в сборнике выписок из Степенной
книги РГБ, ф. 238 (собр. А. Н. Попова) 126, составленном в середине XVII в.
на основе текста хранившегося в библиотеке владимирского Рождественско-
го монастыря Думинского списка Степенной книги. На него как на источ-
ник выписок указывает помещенное в сборнике Житие Александра Невского
редакции Ионы Думина с послесловием автора (л. 10—94). После сообще-
ния о захоронении князя Георгия Всеволодовича в Успенском соборе в сбор-
нике читается следующее известие: «Ныне же благоволением Божиим и
Пречистыя Владычица нашея Богородицы Приснодевы Марии, по обещанию
и по упрошению великого господина святейшаго Иосифа патриарха Москов-
скаго и всеа Русии перенесены быша мощи его честныя ис предела в собор-
ную церковь на десной стране и у святительского места лета 7153 году ме-
сяца генваря в 22 день при державе благовернаго и благород наго государя
царя и великого князя Михаила Феодоровича всеа Русии самодержца и при
его благоверной царице и великой княгине Евдокее Лукияновне и при бла-
говерном царевиче и великом князе Алексее Михайловиче всеа Русии»
(л. 166—166 об.). Нам известно и более подробное описание церемонии пе-
ренесения мощей князя Георгия Всеволодовича. Оно содержится в сборнике
из собрания Соловецкого монастыря (РНБ, собр. Соловецкого монастыря
888/998), датируемом 80-ми гг. XVII в. На л. 225 об.—227 помещено описа-
ние гробниц владимирского Успенского собора, которое переходит в описа-
ние перенесения мощей Георгия Всеволодовича: «А пред царскими дверьми
в том же гроб благоверного великого князя Георгия Всеволодича Владимер-
ского чюдотворца, идеже первие опочивал. А переносил его тело святейший
Иосиф, патриарх Московский и всеа Росии. А ныне гроб благоверного вели-
кого князя Георгия Всеволодича меж столпом у правого столпа в серебреной
раце опочивает. А по другую сторону того же столпа место святейшаго пат-
риарха. Подле его у столпа от южные страны подале от стены сажен места
царское, а прежде сего благоверный князь владимерския стояли, и ныне
то же не пределано. Тогда же блаженные памяти благочестивому государю
царю и великому князю Михаилу Федоровичю было шествие во град Влади-
мер, и на том месте стоял предел священномученика Антипы на полатех».
Из этого сбивчивого рассказа становятся известными некоторые подробно-
сти перенесения мощей.
249
Глава 6
литературе XIX века надписи на раке неоднократно публико-
вались, а несколько лет назад клейма раки 1645 г. были обна-
ружены в фондах Владимиро-Суздальского музея-заповедни-
ка.81 Из текста на клеймах следует, что рака была изготовле-
на в 1645 г. в Москве на средства патриарха Иосифа.82 Поми-
мо самой раки, тщанием патриарха была написана икона
Георгия Всеволодовича, а также вышита пелена с изображе-
нием святого князя. Икона, написанная, как предполагает
В. Г. Брюсова, устюжским иконописцем Анисимом Артемье-
вым, изначально служила крышкой раки.83 Архимандрит Ле-
онид (Кавелин) объясняет внимание Иосифа к культу влади-
мирского князя тем обстоятельством, что протоиерей влади-
мирского Успенского собора был родным братом патриарха.84
Это обстоятельство установил митрополит Макарий (Булга-
ков), и сомневаться в его достоверности не приходится.85 Пат-
81 Тимофеева Т. П. Три клейма с гробницы владимирского князя Георгия
Всеволодовича // Памятники культуры. Новые открытия. (В печати).
82Однако дата перенесения мощей там читается иная — 5 января 1645 го-
да: «В то же лето 153 в пять число января по обещанию великаго господина
святейшаго Кир Иосифа патриарха Московскаго и всея России в третие лето
патриаршества его принесены быша мощи благовернаго великаго князя
Георгия из придела в соборную церковь Пресвятыя Богородицы и переложе-
ны в серебряную раку позлащенну». По-видимому, церемонию перенесения
мощей изначально планировали провести 5 января, но потом по каким-то
причинам отложили и провели только 22 января. В литературе упоминает-
ся еще одна дата перенесения мощей Георгия Всеволодовича — 1651 год
(см.: Барсуков Н. П. Источники русской агиографии. СПб., 1882. Стб. 122;
Серегина Н. С. Песнопения русским святым. С. 167). Она появилась вслед-
ствие неправильного прочтения иеромонахом Иоасафом (Гапоновым) надпи-
си на раке (Иоасаф, иеромон. Церковно-историческое описание владимир-
ских достопамятностей. Владимир, 1857. С. 79).
83Брюсова В. Г. Федор Зубов. М., 1985. С. 21. Однако уже в XIX веке она
существовала отдельно и была установлена в соборный иконостас. После ре-
волюции икона попала в Третьяковскую галерею, где и хранится до настоя-
щего времени (См.: Антонова В. И., Мнева Н. М. Каталог древнерусской
живописи. Опыт историко-художественной классификации. Государствен-
ная Третьяковская галерея. М., 1963. Т. 2. С. 367—368. Ил. 129).
84См.: Виноградов А. И. История кафедрального Успенского собора в губ.
гор. Владимире. 3-е изд. Владимир, 1905. Приложения. С. 67, примеч. 1.
85Макарий (Булгаков), митр. История русской церкви. М., 1996. Кн. 6.
Т. 11. С. 610, примеч. 65. См. также: Булычев А. А., Понырко Н. В. Иосиф //
Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 3. Ч. 2. СПб., 1993.
С. 99.
250
Степенная книга и русская агиография XVII в.
риарх Иосиф охарактеризован «владимерогородцем» в тексте
Хронографа XVII в., принадлежавшего митрополиту Макарию
(Булгакову).86 Кроме того, в послании царя Алексея Михай-
ловича будущему патриарху Никону, которое датируется
1652 г. и посвящено кончине патриарха Иосифа, при описа-
нии «келейной казны» покойного патриарха есть такие слова:
«...все смешано вместе, и его святительское и князь Юрьев-
ское, и брата его родного животы, володимерского протопопа,
тут же...».87 В связи с этим следует обратить внимание на по-
смертные вклады по Иосифу во Владимир «на сорокоусты и
на милостыню»,88 что также указывает на связь патриарха
Иосифа с этим городом. В таком случае становится понятным
внимание патриарха к культу владимирского князя. Однако
канонизацию Георгия Всеволодовича нельзя объяснить толь-
ко особым отношением Иосифа к городу Владимиру. Георгий
Всеволодович представлен в росписях кремлевского Архан-
гельского собора, иконографическая программа которых была
разработана в середине XVI в.89 Служба Георгию Всеволодо-
вичу была опубликована в 1638 г., т. е. еще до поставления
Иосифа на патриаршество, при его предшественнике патри-
архе Иоасафе. Видимо, перенесение мощей 1645 г. только
оформило длительный процесс канонизации владимирского
князя. Внимание патриарха к владимирским реликвиям
не закончилось участием в канонизации Георгия Всеволодо-
вича. Как упоминалось выше, на средства патриаршей казны
в 1642—1652 гг. был расписан другой владимирский храм,
Успенский собор Княгинина монастыря.90 Этот собор также
имеет отношение к культу Георгия Всеволодовича, так как
86В настоящее время эта рукопись хранится в собрании митр. Макария
(Булгакова) Национальной библиотеки Украины. См.: Макарий (Булгаков),
митр. История русской церкви. Кн. 6. Т. 11. С. 610, 697.
87ААЭ. СПб., 1836. Т. 4. № 57. С. 84. См.: Макарий (Булгаков), митр.
История русской церкви. Кн. 6. Т. 11. С. 610.
88ААЭ. Т. 4. С. 84.
89См.: Самойлова Т. В. Святой князь Георгий Владимирский. История
почитания // Макарьевские чтения. Вып. 6. Канонизация святых на Руси.
Материалы VI Российской научной конференции, посвященной Памяти Свя-
тителя Макария (10—12 июля 1998 года). Можайск, 1998. С. 149.
90Тихонравов К. Н. Княгинин Успенский девичий монастырь во Влади-
мире Клязменском // Владимирский историко-статистический сборник. Вла-
димир, 1869. Отд. 2. С. 37, 44, 46 и др.
251
Глава 6
именно сюда в 1230 г. при участии Георгия Всеволодовича
были перенесены мощи святого Авраамия Болгарского.
В рукописной традиции Житие Георгия Всеволодовича
известно в десяти списках конца XVII—XIX вв.91 Самый
ранний из них, список Владимиро-Суздальского музея,
В-5636/109, датируется 1695 г. По стилю сходными с Житием
оказываются так называемые надгробные листы владимир-
ского Успенского собора. Эти краткие биографии владимир-
ских князей и епископов дошли до нас в двух списках, Ру-
мянцевском (РГБ, ф. 256, № 364) и списке Степенной книги
1670 года, принадлежавшем владимирскому Успенскому со-
бору (РГБ, ф. 178, № 4288).92 В Степенной книге «листы»
приписаны после текста памятника почерком, отличным
от основного. Видимо, они были написаны позже создания
списка; возможно, в эту рукопись они попали непосредствен-
но со стен собора. Изначально «листы» располагались или
были написаны на стенах собора над гробницами владимир-
ских князей и епископов. В этом нас убеждает содержание
краткого летописца, сохранившегося в сборниках первой по-
ловины XVIII в.93 Текст летописца состоит из известий о рож-
дении и кончине погребенных в Успенском соборе владимир-
ских князей. При этом записи расположены не по хронологии,
а в том порядке, в каком расположены гробницы в соборе.
Следовательно, списаны они были непосредственно со стен со-
бора, а источником для них, очевидно, служили надгробные
листы.94 Непосредственно со стен надгробные листы могли по-
пасть и в список Степенной книги. В Румянцевский список
они, видимо, попали другим путем. Там текст листов назван
«Изъявление отчасти жития и чюдес святых владимирских
чюдотворцов. Избранно из летописцев вкратце, который бла-
говерный и великия князи, княгини и их чада и преосвящен-
91 Сиренов А. В. Житие Георгия Всеволодовича // Словарь книжников и
книжности Древней Руси. Вып. 3. Ч. 4. СПб., 2004. С. 377.
92 Сиренов А. В. Научное описание выявленных списков Степенной кни-
ги И СКДС. Т. 1. С. 78—79.
93Наиболее ранний список — РНБ, собр. Александро-Невской лавры А—
79, л. 135 об.—142.
94Сиренов А. В. «Надгробные листы» — памятник историографии XVII ве-
ка // Прошлое Новгорода и новгородской земли: материалы научной конфе-
ренции. Новгород, 1996. С. 89.
252
Степенная книга и русская агиография XVII в.
ныя митрополиты и епископы лежат во гробех во святей церк-
ви соборней в преименитом граде Владимире» (л. 228 об.).
Фраза «избранно из летописцев» свидетельствует о том, что
перед нами тексты, созданные на основе летописи. Эта фраза
также указывает на то, что «листы» попали в Румянцевский
список не со стен. По-видимому, здесь мы имеем дело с перво-
начальным видом надгробных листов, который предшество-
вал помещению их на стены. Правда, в Румянцевском списке
отсутствует текст листа над гробом митрополита Максима.
После соответствующего заглавия сделана ссылка на имею-
щуюся в том же сборнике Повесть о митрополите Максиме.
Нетрудно заметить, что в основу Повести положен текст над-
гробного листа Максима, который дошел до нас в списке Сте-
пенной книги. Наряду с Повестью о митрополите Максиме
в этой рукописи содержатся и другие повести, посвященные
другим русским митрополитам. Таким образом, в рассматри-
ваемой комплексе текст листа над гробом митрополита Мак-
сима изначально присутствовал. Однако потом, возможно,
при составлении Румянцевского сборника, на его основе была
составлена Повесть о митрополите Максиме, а текст самого
листа оказался не включенным в состав рукописи. Поэтому
для рассмотрения надгробных листов мы вынуждены пользо-
ваться их текстами, дошедшими в списке Степенной книги.
Надгробные листы, помимо текстов, заимствованных из ле-
тописей и Степенной книги, доносят до нас и бытовавшие
в то время предания. Весьма интересным является известие
«листа» над гробом сына Андрея Боголюбского князя Мсти-
слава Андреевича о том, что для строительства соборов к его
отцу пришли мастера из других земель в количестве 28 чело-
век. Факт участия иноземных мастеров в возведении влади-
мирских соборов упоминают и другие источники, но конкрет-
ную цифру называет только надгробный лист. Тот же лист
над гробом Изяслава Андреевича повествует об изготовлении
князем Изяславом «самострельных оружий» «стрел желез-
ных великих». Полутораметровые железные стрелы упоми-
наются при описании Успенского собора в XVII в.95 В XIX в.
они описываются уже как принадлежность гробницы князя
^Виноградов А. И. История кафедрального Успенского собора... Прило-
жения. С. 67.
253
Глава 6
Изяслава Андреевича.96 По всей видимости, известие надгроб-
ного листа превратило диковинные стрелы в одну из релик-
вий владимирских чудотворцев. Хронографический сборник,
составленный в Ярославле в начале XVIII в. (о нем подробнее
в гл. 11), доносит до нас необычный документ (РНБ, F.IV.679,
л. 646). Это запись, из которой следует, что 3 октября 7206
(1697) г. архимандрит Спасо-Преображенского монастыря го-
рода Ярославля Иосиф по своей челобитной получил из вла-
димирского Успенского собора одну из железных стрел «ве-
ликаго князя Андрея с чады». Стрела была нужна архиманд-
риту как реликвия при мощах погребенных в монастырском
соборе ярославских святых князей Федора, Василия и Кон-
стантина, которые приходятся родственниками Андрею Бого-
любскому и «...девятый степению от великаго князя Влади-
мира Киевскаго и всея России».97 Таким образом, железные
стрелы, зафиксированные в качестве реликвии в надгробном
листе, таковой считались и в дальнейшем. Запись в надгроб-
ном листе превратила легенду в исторический факт. Еще одна
легенда, зафиксированная в надгробном листе, — рассказ
о чудесном омофоре, который Богоматерь вручила переехав-
шему из Киева во Владимир митрополиту Максиму. Источни-
ком легенды, видимо, послужила находившаяся над погребе-
нием митрополита Максима икона Максимовской Богоматери,
датируемая XIII—XIV вв. и изображающая сцену вручения
Богоматерью крещатого омофора митрополиту Максиму. Обра-
щает на себя внимание отсутствие надгробного листа Георгия
Всеволодовича. Нет его ни в Румянцевском сборнике, ни в спи-
ске Степенной книги. Это наводит на мысль, что надгробные
листы были составлены после или одновременно с перенесе-
нием мощей Георгия Всеволодовича, что роднит их с Житием
Георгия Всеволодовича. Обратясь к тексту Жития Георгия Все-
володовича и надгробных листов, увидим, что они составлены
на основе одинаковых источников — Симеоновской летописи,
летописи, близкой к Московскому великокняжескому своду
конца XV в., и Степенной книги. Отметим, что заимствова-
96Иоасаф, иеромон. Церковно-историческое описание владимирских дос-
топамятностей. С. 96—97.
97Белоброва О. А. Иосиф // Словарь книжников и книжности Древней
Руси. Вып. 3. Ч. 2. С. 104.
254
Степенная книга и русская агиография XVII в.
ния из Симеоновской летописи в Житии и надгробных листах
совпадают не всегда, так что приходится признать непосред-
ственное обращение к тексту летописи при создании и Жи-
тия, и надгробных листов. Полагаем, что оба памятника были
написаны одновременно и, вероятно, с участием одного ав-
тора. Именно так можно объяснить одинаковое сокращение
текста летописи и в житии, и в надгробных листах.
Еще один памятник, который можно отнести к этому же
комплексу, — надпись на раке Георгия Всеволодовича, изго-
товленной, как упоминалось выше, на средства патриарха
в 1645 г. Часть надписей на раке касается биографии Геор-
гия Всеволодовича. Источником тут, как и в соответствую-
щем месте Жития, является текст Степенной книги. В надпи-
си и в Житии мы опять встречаем одинаковую переработку
текста источника:
Степенная книга	Надпись на раке	Владимирское житие Георгия Всеволодовича
Егда же брат его бого- хранимый великий князь Ярослав Всеволодичь при- иде из Новаграда в град Владимирь и очисти свя- тыя церкви от трупиа мрътвых, оставшая же люди събрав, утеши. Потом же посла в Ростов и повеле принести в Вла-	И в лето 6747 прииде из Новаграда во Владимирь брат его великий князь Ярослав Всеволодичь и посла в Ростов и повеле принести во Вла-	И потом в лето 6746-го брат его великий князь Ярослав Всеволодичь с своими благородными чады прииде из Киева и седе на великом княже- нии в славном граде Вла- димире. И обнови землю Российскую и церкви очисти от трупия мерт- вых и кости их сохрани и пришелцы утеши и люди многи распужен- ныя собрав. И паки свя- тыя церкви боголепное украшение приемлют. И бысть о сем великая радость христианом, их же избави рукою креп- кою от безбожных. И потом 6747-го великий князь Ярослав Всеволодичь посла в Ростов
255
Глава 6
димирь честное и стра- стотрьпческое тело свя- того брата своего вели- каго князя Георгиа...98	димирь честное и святое тело брата своего вели- каго князя Георгия.99	по страстотерпческое чест- ное тело брата своего святаго великаго князя Георгиа Всеволодича и повеле принести во Вла- димирь.100
Как видим, заимствования из Степенной книги в Житии и
надписи на раке имеют первичные чтения. Таким образом,
мы можем утверждать, что ни Житие не послужило источни-
ком для надписи на раке и надгробных листов, ни надпись на
раке и надгробные листы нельзя признать источником Жи-
тия. Следовательно, весь комплекс текстов был составлен на
основе одних источников и с применением общих приемов
обработки текстов этих источников. Представляется очевид-
ным, что подобная работа должна была быть одновременной.
Когда же был создан рассматриваемый комплекс текстов?
Для надписи на раке у нас есть точная дата — 1645 г. Следо-
вательно, Житие и надгробные листы были созданы также
в это время, т. е. их написали к перенесению мощей 22 января
1645 г. Относительно места создания Жития, раки и надгроб-
ных листов можно предположить, что весь комплекс памят-
ников создан не во Владимире. Надпись на раке свидетельст-
вует, что рака была изготовлена «в великий град Владимир»,
т. е. ее изготовили в другом городе. Роскошное украшение
раки, участие в росписи крышки одного из известных иконо-
писцев того времени, а также то обстоятельство, что рака
была сделана на средства патриарха Иосифа, указывает на
Москву как место изготовления раки. Следовательно, там же
были составлены также Житие и надгробные листы. Более
точное определение места создания текстов будет возможно,
если удастся выявить конкретные рукописи, использованные
при составлении текстов. Одну из них можно попытаться ус-
тановить. Речь идет о Симеоновской летописи. Эта летопись
известна нам в одном списке XVI в.: БАН, 16.8.25. Конечно,
вполне возможно существование в середине XVII в. и других
98СКДС 307.
"Владимиро-Суздальский музей-заповедник, В-4367/1, 2.
1°°Путь к граду Китежу. Князь Георгий Владимирский, в истории, житиях,
легендах / Подгот. текстов и исслед. А. В. Сиренова. СПб., 2003. С. 69—70.
256
Степенная книга и русская агиография XVII в.
списков этой летописи, до настоящего времени не дошедших
или не известных науке. Однако использование именно из-
вестного нам списка Симеоновской летописи представляется
весьма вероятным. По владельческой записи на нижнем поле
первых листов рукописи узнаем, что в XVII в. она принадле-
жала справщику Печатного двора Никифору Симеонову. По-
скольку деятельность патриарха Иосифа по изданию книг
была активной и масштабной, весьма вероятно привлечение
книжников Печатного двора к созданию комплекса агиогра-
фических текстов, посвященных канонизации нового свято-
го. Есть и еще одно доказательство использования при созда-
нии надгробных листов известного в настоящее время списка
Симеоновской летописи. В тексте надгробного листа епископа
Луки дата его кончины указана неверно — 12 ноября вместо
10 ноября 6697 (1189) г. Такая ошибка могла возникнуть при
обращении к Симеоновской летописи. Дело в том, что там при
описании кончины епископа Луки на л. 34 чтение «в 10 день»
можно прочитать как «12 день», так как предлог «в» написан
слишком близко к цифре 10, обозначенной буквой «i». Поэтому
вместо «в i день» можно прочитать «Bi день», т. е. «12 день»,
что мы и встречаем в тексте надгробного листа епископа Лу-
ки. Итак, по нашему предположению, Житие и надпись на
раке Георгия Всеволодовича, а также листы над гробницами
владимирских князей и епископов были составлены в Москве
в окружении патриарха Иосифа, возможно, книжниками
Печатного двора, к церемонии перенесения мощей, состояв-
шейся 22 января 1645 г.
В основу Жития Георгия Всеволодовича положен текст не
Степенной книги, а Симеоновской летописи,101 откуда выбра-
ны практически все места, где повествуется о Георгии Всево-
лодовиче. В Житие они вошли в стилистически измененном
виде. Однако и этого составителю Жития показалось недоста-
точным. По-видимому, из летописных рассказов складыва-
лась биография, не всегда соответствующая канонам житий-
ного жанра. Два ключевых момента в жизни князя, участие
в Липецкой битве и противостояние татаро-монгольскому на-
101Симеоновская летопись // ПСРЛ. СПб., 1913. Т. 18. Использованы ле-
тописные статьи 6697—6699, 6704, 6705, 6707, 6713, 6720, 6721, 6723,
6724, 6726, 6727, 6729, 6730, 6734—6736, 6738, 6745—6747 гг.
257
Глава 6
шествию, в изложении летописи характеризуют его не с луч-
шей стороны. В первом случае Георгий Всеволодович бежит
с поля битвы, а во втором, подготавливая отпор надвигающим-
ся татарским полчищам, бросает на произвол судьбы столь-
ный город Владимир и свою семью. К тому же летописец
с большим сочувствием и более пространно, чем о герое жи-
тия, пишет о его современниках — старшем брате Константи-
не и племяннике Васильке. О самом же Георгии в летописи,
как правило, сообщается мало сведений. В Житии отдельные
тексты, извлеченные из летописи, переадресованы другим ли-
цам — как правило, главному герою Жития. Например, плач
по матери Константина в житии разделен на две части, одна
из которых приписана его младшему брату Георгию. При
описании смерти Константина (в летописи под 6729 (1221) г.)
его некролог переделан в похвалу занявшему престол Геор-
гию. Наконец, при описании осады татарами города Влади-
мира (в летописи под 6745 (1237) г.) слова о том, что лучше
смерть за веру, чем плен, произнесенные, по летописи, защи-
щавшими город старшими сыновьями князя Георгия, вложены
в уста их брата князя Владимира, попавшего в плен к татарам.
Дальнейшая речь Владимира и описание его страстотерпче-
ской кончины заимствованы из летописного рассказа об убие-
нии Василька Ростовского (в летописи под 6745 (1237) г.), на
что указал еще Н. И. Серебрянский.102 Оригинальных, автор-
ских мест в Житии мало. Они либо касаются владимирских
реалий (например, имена жены и дочери святого князя, извле-
ченные из росписи панихид владимирским князьям),103 либо
представляют собой похвалу святому. Несколько раз описыва-
ется молитва Георгия Всеволодовича в Успенском соборе, по-
сле которой князь принимает какое-либо важное решение.
Вот одно из таких описаний: «Слышавше то святый великий
князь Георгий Всеволодич и с епископом Симоном вниде в со-
борную церковь Успения Пресвятыя Богородице и со слезами
моление Господу Богу и Пресвятой Богородице соверши о уми-
рении и паде на землю и по молитве восстав и поиде...». Мож-
102Серебрянский Н. И. Древне-русские княжеские жития. М., 1915.
С. 149—151.
103См.: Летопись занятий Археографической комиссии. СПб., 1910.
Вып. 22. С. 67.
258
Степенная книга и русская агиография XVII в.
но думать, что идея ввести молитвенные обращения Георгия
Всеволодовича в соборном храме появилась у автора Жития
на основе летописного рассказа о молитве князя над гробом
отца при отъезде из Владимира в Радилов Городец после по-
ражения в Липецкой битве. В целом, Житие представляет со-
бой стилистически измененный и приспособленный для агио-
графического повествования текст летописи. Замечательно,
что обретение мощей Георгия Всеволодовича изложено по тек-
сту Степенной книги. В надгробных листах Успенского со-
бора встречаем такое же сочетание материала летописей и
Степенной книги, как и в Житии. В соответствии с жанром
надгробной надписи надгробные листы более информативны
и лаконичны, чем Житие Георгия Всеволодовича. Несмотря
на это, они составляют с Житием единый комплекс текстов,
созданный, как мы полагаем, к канонизации князя Георгия
Всеволодовича.
Канонизация владимирского князя Георгия Всеволодови-
ча, составление его Жития, а также надгробных листов над
захоронениями владимирских князей, роспись некрополя
владимирских великих княгинь, Успенского собора Княгини-
на монастыря, — это мероприятия в рамках одной програм-
мы, направленной на прославление правителей России. Отме-
тим, что в росписях Княгинина монастыря появляются изо-
бражения владимирских князей. В 1652 г. была обновлена
роспись кремлевского Архангельского собора, в ходе иконо-
писных работ были внесены изменения в иконографическую
программу цикла княжеских портретов, изображенных на сте-
нах собора. Наконец, серединой XVII в. датируется роспись
Троицкого собора костромского Ипатьевского монастыря, в ко-
торой присутствуют изображения русских царей — послед-
них Рюриковичей и первых Романовых. Разумеется, не во всех
случаях была задействована Степенная книга. Например, при
создании в 1668 г. знаменитым иконописцем Оружейной па-
латы Симоном Ушаковым иконы «Древо Московского госу-
дарства», на которой изображено подобие родословного древа
с представителями династии Рюриковичей, династии Романо-
вых, отдельными митрополитами и русскими святыми, Сте-
пенная книга совершенно определенно не привлекалась, и это
несмотря на чрезвычайное родство идей обоих произведений.
Здесь скорее можно предположить влияние гравюры «Род пра-
259
Глава 6
вых благословится» из книги Лазаря Барановича «Меч духов-
ный», изданной в Киеве в 1666 г.
И все же популярность Степенной книги в церковной среде
второй половины XVII в. была широка. В 1677—1678 гг. пат-
риархом Иоакимом была назначена комиссия по рассмотрению
материалов, свидетельствующих о святости княгини Анны
Кашинской. Ее мощи были обретены в 1649 г. в Твери, тогда
же перенесены в Воскресенский собор г. Кашина, а в 1650 г.
состоялась официальная канонизация. К этому мероприятию
Епифаний Славинецкий написал службу Анне Кашинской.
Тогда же или несколько позднее было составлено и Житие.104
В 70-е гг. «неудобным» в почитании Анны Кашинской оказа-
лось двоеперстие — именно так были сложены пальцы благо-
словляющей руки святой княгини. В 1677 г. собранная пат-
риархом Иоакимом комиссия рассмотрела Житие и допросила
единственного оставшегося к тому времени в живых участни-
ка его составления — кашинского дьячка Никифора. В ре-
зультате был составлен документ из 13-ти пунктов («несогла-
сий»), в каждом из которых опровергались данные Жития и
других свидетельств святости тверской княгини. Таким обра-
зом, Житие было признано неисторичным. Указывалось, что
Анну, дочь кашинского боярина и жену ярославского князя
Михаила Ярославича, другие источники не знают. В реально-
сти жена Михаила Тверского Анна была дочерью ростовского
князя Дмитрия Борисовича и никакого отношения к Кашину
не имела. Идентификация обнаруженных в 1649 г. в тверской
Успенской церкви мощей была произведена на основании
явления святой пономарю Герасиму, т. е. с его слов.105 Как
установлено В. А. Кучкиным, основным источником Жития
Анны Кашинской явилась вторая редакция Жития Михаила
Тверского, составленная в 1657—1658 гг.106 Замечательно,
что при допросе дьячок Никифор заявил следующее: «Житие
же благоверные княгини Анны писано в Соловецком мона-
стыре из Степенныя книги и по его, Никифоровых, словах,
104Ключевский В. О. Древнерусские жития святых как исторический
источник. М., 1871. С. 340—341.
105Костомаров Н. И. Церковно-историческая критика в XVII-м веке //
Вестник Европы. 1870. Кн. 4. С. 479—506.
106Кучкин В, А. Повести о Михаиле Тверском. М., 1974. С. 188—192.
260
Степенная книга и русская агиография XVII в.
в то время как бывший Никон патриарх ходил в Соловецкий
монастырь по мощи Филиппа митрополита».107 Затем, если
верить составленному комиссией документу, согласно кото-
рому в 1679 г. Анна Кашинская была деканонизирована, Ни-
кифор «пред великим освященным собором сказал, что Сте-
пенной книги в Соловецком монастыре сам он, Никифор, не
видел, а писано де с его, Никифоровых, слов, что он в перего-
воре от людей слышал, сказывал, и в том просит прощенье,
что тем ево прежним словам мимо летописных верить не по-
добает».108 Вердикт комиссии, изложенный в документе,
правда, перед признанием Никифора, гласил: «А в Степенной
книге и в летописях про житие благоверной княгини не обре-
тается, а его Никифоровым басням верить нечему».109 Дейст-
вительно, никаких следов влияния Степенной книги в Жи-
тии Анны Кашинской обнаружить не удается.110 Следователь-
но, перед нами первая по времени ложная ссылка на текст
Степенной книги, которых немало будет в практике XVIII в.
Никифор пытался обосновать достоверность Жития, сослав-
шись на авторитетный источник. Характерно, что таковым
для него была Степенная книга.
В середине—второй половине XVII в. на основе Степенной
книги были созданы редакции Житий князей Михаила Твер-
ского и Федора Ярославского. Так, редакция Жития Федора
Ярославского, составленная в середине XVII в. с привлече-
нием Степенной книги, получила название Панегирической.111
Ее автор, предположительно житель Ярославля, существенно
распространил свой источник, введя описания жизни сыно-
вей князя Федора, а также украсив текст многочисленными
житийными топосами (поэтому редакция и была названа Па-
107Цит. по: Костомаров Н. И. Церковно-историческая критика в XVII-м ве-
ке. С. 496.
108Там же. С. 498.
109Там же. С. 496.
110Текст Жития Анны Кашинской см.: Житие благоверной княгини Анны
Кашинской по Синодальной рукописи XVII века / С предисловием А. А. Ти-
това. Б. м., б. г.; Жития святых в древнерусской письменности: Тексты.
Исследования. Материалы / Отв. ред. и сост. М. С. Крутова. М., 2002.
С. 47—74.
^Lenhoff G. Early Russian Hagiography: The Lives of Prince Fedor the Black.
Wiesbaden, 1997. P. 172—187.
261
Глава 6
негирической). В одном случае, по определению Г. Ленхофф,
автор Панегирической редакции заимствовал текст из I грани
Степенной книги:112
Степенная книга	Панегирическая редакция Жития Федора Черного
Кто же и откуду, и от коего сродствия бысть сий Божий избранный съсуд... Не худа же рода бяху и не незнаема, но паче преименита и славна римьска- го кесаря Августа, обладающаго всею вселенною и единоначальствующаго на земли в время прьваго пришествиа на землю Господа Бога и Спаса наше- го Иисуса Христа, Иже егда нашего ради спасениа изволи родитися от без- невестныя и Пречистыа Приснодевы Мариа. Сии кесарь Август рязряди вселен- ную братии своей и сродником. Прус. Ему же бяше присный брат именем Прус. И сему Прусу тогда поручено бысть властодръжьство в березех Вислы рекы, град Мадборок и Турун и Хвойница и пресловый Гданеск и ины многы гра- ды по реку, глаголемую Немон, впад- шую в море, иже и доныне зовется Пруская земля. От сего же Пруса се- мени бяше вышереченный Рюрик и братиа его.113	Кто же и от коего сродствия израсте благоцветущая сия отрасль? Поистинне от славнаго корене произыде, от пле- мене преименитаго и славнаго римъ- скаго кесаря Августа, обладающаго тогда ему всею вселенною, едино- начальствующа на земли во время перваго пришествия на землю Господа Бога и Спаса наше- го Исуса Христа, егда нашего ради спасения благоизволи родитися от без- невестныя и Пречистыя присно бла- гословенный Девы Марии. Сему же славному кесарю Августу бяше присный брат Прус, сему же Прусу властодержавъствующу в брезех Вис- лы реки, яже и доныне нарицается Пруская земля. От семени же сего Пруса бяше пресловущий в храбрости великий князь Рюрик...114
При обращении к Житию Федора Черного в редакции Сте-
пенной книги автор Панегирической редакции заимствовал
обширные фрагменты, на материале которых можно утвер-
ждать, что использовалась Степенная книга Краткой ре-
дакции или редакции Ионы Думина. Формулировки «гос-
подьствова в Ярославле»,115 «якоже иногда египтяныни Иоси-
n2Lenhoff G. Early Russian Hagiography... P. 175—176.
113СКДС 72—73.
n*Lenhoff G. Early Russian Hagiography... P. 298, 300.
115Ibid. P. 302.
262
Степенная книга и русская агиография XVII в.
фа»116 и др. свидетельствуют о том, что используемая Степен-
ная книга не относилась к Пространной редакции, где в пер-
вом случае читается «наследствова град Ярославль»,117 а вто-
рого чтения и вовсе нет.118
Итак, в середине—второй половине XVII в. на основании
Степенной книги было создано несколько житий представите-
лей древнерусского княжеского дома. Здесь важно отметить
не столько привлечение Степенной книги к переработкам кня-
жеских житий, сколько почитание древних правителей Рос-
сии. Подчеркнуто почтительным было отношение к древним
княжеским погребениям. В 1640 г. по указу царя Михаила
Федоровича были изготовлены покровы на гробницы матери
и брата Александра Невского в Георгиевский монастырь
г. Владимира.119 В 1669 г. на помин души царицы Марии
Ильиничны Милославской (ум. 3 марта 1669 г.) указом царя
Алексея Михайловича были изготовлены покровы на древние
гробницы тверского Спасо-Преображенского собора.120 В 1671 г.
из Городца в нижегородский Спасо-Преображенский собор
были перенесены останки князя Бориса Константиновича.121
В 1677 г. местные власти освидетельствовали княжеские по-
гребения в с. Кидекше под Суздалем. Об этом рассказывает
в своем «Собрании о богоспасаемом граде Суждале» суздаль-
ский историк XVIII в. Анания Федоров (см. гл. 11). Камен-
ную гробницу осматривали суздальский воевода с представи-
телями духовенства. Осмотр был подробно описан воеводой
в письме к суздальскому архиепископу Стефану: «...на гроб-
нице проламано, и я дерзнул со свещею в гробницу посмот-
реть, и в той гробнице лежат мощи, кости целы, а на мощах
^Lenhoff G. Early Russian Hagiography... P. 304.
117СКДС 356/22—22.
118СКДС 356/66—66.
^Миловский Н. М. Древние гробницы Георгиевской церкви губ. г. Вла-
димира (к статье М. А. Сперанского) // Тр. Владимирской ученой архив,
комиссии. Владимир, 1904. Кн. 6. С. 157—160.
}20Топычканов А. В. Некрополь Тверского Спасо-Преображенского собора
по описанию 1669 г. // Тверь, Тверская земля и сопредельные территории
в эпоху Средневековья. Тверь, 2003. Вып. 5. С. 349—363.
121 См. опись нижегородских гробниц XVII в.: Сиренов А. В. Описи древ-
них гробниц в рукописных сборниках XVII века // История в рукописях и
рукописи в истории: Сб. науч. тр. к 200-летию Отдела рукописей Россий-
ской национальной библиотеки. СПб., 2006. С. 414.
263
Глава 6
одежды с аршин, белою тафтою покрыто, а поверх лежит не-
ведомо какая одежда, шитая золотом будто по банбереку, на
ней же вышит золотом орел пластаной одноглавной, а от того,
государь, орла пошло надвое шито золотом и сребром узора-
ми... А по сказске тоя церкви... та де гробница проламана
от разорения в древних годех... без свидетельства святыми
отцами таким мощам быть нельзя».122 Причина такого внима-
ния к княжескому погребению становится понятной из чело-
битной архиепископа царю: «... пожалуй меня, богомольца
твоего, вели, государь, в Суждальском уезде пустой Кидекоц-
кий монастырь с вотчинами отдать в Суждальскую архиепи-
скопию и построить общежительство игумена, чтоб Ваше го-
сударское богомолие в пустоте и в нестроении не было, и гро-
бы благоверных великих князей в забвении без украшения и
памяти их без воспоминания не были».123 Очевидно, что архи-
епископ хотел завладеть Борисоглебским монастырем, а древ-
ним погребением интересовался только как оправданием
своих притязаний. Характерно, что невнимание и небреже-
ние к древним княжеским погребениям суздальский епископ
рассматривал в качестве самого весомого аргумента при реше-
нии вопроса о включении Кидекоцкого монастыря в состав
Суздальской епархии.124
В качестве примера того внимания, которым во второй по-
ловине XVII в. была окружена память древнерусских князей,
приведем сборник из библиотеки Саратовского государствен-
ного университета № 2706. Он датируется 70-ми гг. и содержит
подборку произведений, посвященных древнерусским князьям:
Жития Евфросинии Суздальской (л. 319—364), Соломонии Са-
буровой (Софии-Соломонии Суздальской) (л. 364 об.—367 об.),
выписанное из Киево-Печерского патерика Сказание об обре-
122Историческое собрание о богоспасаемом граде Суждале, о построении и
о именовании его, и о бывшем прежде в нем великом княжении, и о прот-
чем тому потребном ради любопытных собранное из различных показаний
вкратце // Временник ОИДР. М., 1855. Кн. 22. Материалы. С. 91.
123Там же. С. 94.
124Следует отметить, что интерес к древнерусскому некрополю, хотя и не
в столь масштабном виде, но был характерен для первой половины XVII в.
Так, одна из описей новгородских гробниц была составлена в 1634 г. быв-
шим протопопом московского Успенского собора Максимом по поручению
царицы Евдокии Лукьяновны (Янин В. Л. Некрополь Новгородского Софий-
ского собора. Церковная традиция и историческая критика. М., 1988. С. 217).
Степенная книга и русская агиография XVII в.
тении мощей княжны Улианы (л. 379 об.—382 об.), выписку
из Степенной книги об убиении Михаила Тверского (л. 406 об.—
419), извлеченные из того же источника Сказание о убиении
Андрея Боголюбского (л. 502—504 об.), Житие нижегород-
ской княгини Вассы (л. 504 об.—505 об.), Повесть о престав-
лении Дмитрия Красного (л. 505—509), Сказание о жене
Дмитрия Донского княгине Евдокии (л. 548—554). Отдель-
ные жития этого сборника сопровождены миниатюрами.
Из княжеских житий миниатюра открывает текст об Андрее
Боголюбском, на миниатюре изображены соименные князья
Андрей Смоленский и Андрей Боголюбский. По своему про-
исхождению сборник явно московский. В его состав вошли
статьи, близкие к конвою разных видов Степенной книги
середины XVII в.: «Летописец вкратце судей израильтеских»
(л. 31 об.) и трактат о скорописи (л. 1—5 об.). Отметим еще,
что владелец сборника монах псковской Елизаровой пустыни
Ферапонт (он вложил рукопись в Крыпецкий монастырь
в 7183 (1675) г. — из вкладной записи на л. 45 об. мы знаем
его имя и его почерк) работал над редактированием помещен-
ных в сборник житий. Отметим, что для составителя не явля-
лась важной принадлежность героев к предкам московских
царей. Возможно, даже наоборот: эту генеалогическую линию
в XVII в. было предпочтительнее размыть, представить всех
древнерусских князей как образ Древней Руси.
В настоящей главе не удалось рассмотреть все агиографи-
ческие произведения середины—второй половины XVII в., со-
ставленные с привлечением Степенной книги. Причина этой
неполноты в том, что фонды рукописной книги XVII в. в на-
стоящее время описаны лишь частично. И все же приведен-
ный материал свидетельствует о востребованности Степенной
книги в эпоху царя Алексея Михайловича и его наследников.
Привлечение Степенной книги, без сомнения, вызвано более
широким интересом к правителям прошлого. При этом у книж-
ников XVII в., выполнявших свой социальный заказ, не было
столь жестких тематических рамок, как у их предшественни-
ков грозненской эпохи. Для идеологов романовской России
одинаковый интерес представляли и прямые предки москов-
ских царей XVI в., и их дальние родственники. Важно было
представить сонм «благоверных» правителей, и Степенная
книга здесь явилась ценным источником.
265
Глава 7
ИСТОРИОГРАФИЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ
СЕРЕДИНЫ—ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XVII в.
Активное обращение книжников к тексту Степенной кни-
ги начинается примерно с 40-х гг. XVII в. Этим временем да-
тируется целый ряд мероприятий, видимо, не связанных ме-
жду собой непосредственно, объединенных лишь общей тен-
денцией и тем, что в них использовалась Степенная книга. На
середину XVII в. приходится начало царствования Алексея
Михайловича, второго царя из династии Романовых. Его отец
Михаил Федорович, сидя на престоле русских царей, не был
«самодержцем» в собственном смысле этого слова. Объясне-
ние этого нужно искать как в особенностях его характера, со-
всем не похожего на характер отца — властного патриарха
Филарета, так и в обстоятельствах, при которых Михаил Фе-
дорович «сел на царство». Он был выборным царем, т. е. по-
лучил трон не по наследству, не являлся «природным госу-
дарем».1 Другое дело — Алексей Михайлович, занявший трон
своего отца. Проблема легитимности власти не стояла перед
ним так остро, как перед его отцом. Поэтому неслучайно, что
именно при Алексее Михайловиче были воскрешены, а точ-
нее, получили развитие важнейшие геополитические и идео-
1В качестве характерного примера такого отношения к царю в 20-е гг.
XVII в. можно привести изданный на Московском печатном дворе исповед-
ный вопросник для царя, в формуляре которого присутствует допущение,
что династия на русском престоле в очередной раз сменится (Korogodina М.
Penitential Texts and the Changing Political Culture of Moscovy // The Rus-
sian Review. 2007. July. P. 387—389).
266
Историографическая традиция середины.—второй половины XVII в.
логические идеи грозненского времени. Прежде всего, это
стремление объединить под русской державой или протекто-
ратом все православные народы. Присоединение украинских
земель в 1654 г. имело именно такое идеологическое объясне-
ние. В рамках обозначенного направления развивались кон-
такты с греческим миром, а также с молдавскими, сербскими
землями.2 Так, «имперские» амбиции русского царя были
обозначены в сочинении бывшего константинопольского пат-
риарха Афанасия Пател ара «Слово понуждаемое», которое
Пателар составил во время своего кратковременного пребыва-
ния в России в 1653 г. Здесь греческий автор писал, что мис-
сия Алексея Михайловича состоит в том, чтобы освободить
от турок Константинополь и сесть на престоле византийских
василевсов, Никону же предстоит стать вселенским патриар-
хом.3 Целый ряд широко известных русских памятников эпо-
хи Алексея Михайловича создан в том же ключе. Мысль
о преемственности Алексея Михайловича и Ивана Грозного
не покидала русских книжников и в конце XVII в. Так, в рас-
сматриваемом ниже Слове благочестивому и христолюбивому
воинству 1687 г. Новоспасский архимандрит Игнатий Рим-
ский-Корсаков прямо написал: «...яко же преславнейший
Август, и самодержавный государь царь и великий князь Иоан
Василиевич всея России самодержец приобрете с Божиею по-
мощию к Российскому царствию царства татарския Казан-
ское, Астраханское и Сибирское, и такожде и в наши лета
с Божиею помощию наипаче распространи царство свое Рос-
сийское и расточенные отчины царствия Российскаго храбр-
ством и подвигом своим собра воедино благочестивый и само-
державный великий государь наш пресветлый царь и вели-
кий князь Алексий Михайлович всея Великия и Малыя и
Белыя России самодержец».4 Подобные идеи, без сомнения,
2 Об отражении политических и социально-экономических реалий Рос-
сии второй половины XVII в. в общественной мысли см.: Пушкарев Л. Н.
Общественно-политическая мысль России. Вторая половина XVII века.
Очерки истории. М., 1982. С. 12—24 и др.
3Фонкич Б. Л. Греческое книгописание в России в XVII в. // Книжные
центры Древней Руси. XVII век. Разные аспекты исследования. СПб., 1994.
С. 28—29.
4 Памятники общественно-политической мысли в России конца XVII века.
Литературные панегирики / Подгот. текста, предисл. и коммент. А. П. Бо-
гданова. М., 1983. С. 155.
267
Глава 7
появились уже в царствование Алексея Михайловича как
отражение его политики, тогда же возникла настоятельная
необходимость в атрибутах царской идеологии. Россию следо-
вало представить как «царство» с соответствующими царски-
ми, даже можно сказать, имперскими традициями. В этих
условиях обращение к полузабытой Степенной книге выгля-
дит вполне закономерным.
В 1644—1645 гг. состоялось сватовство датского королеви-
ча Вольдемара к царевне Ирине Михайловне, которое сопро-
вождалось диспутом православных и лютеранских богосло-
вов. Характерно, что выдать русскую царевну за протестанта
так и не удалось — сказалось бытовавшее в русском общест-
венном сознании твердое убеждение, что царская власть в Рос-
сии должна быть православной. Откликом на полемику с дат-
скими богословами является сочинение справщика москов-
ского Печатного двора Савватия «Повесть и писание известно
о еже случится быти в нашей Рустёй земли, в нынешних на-
стоящих летех осмыя тысящи во втором сте в пятой десято-
рице во втором и третьем лете, есть убо и слезам достойно».5
Помимо прочего автор призывает издавать сочинения русско-
го происхождения, а не иноземные. В числе таковых он обра-
щает внимание на Степенную книгу: «Еще же у нас в Рустей
нашей земли есть руская наша книга, изрядна же зело, гла-
големая Степенная, от благоразумнаго некоего и мудра мужа
сложена и написана, в ней же дивес и чудес, и повестей,
и стропотнаго много же зело, и великих государей наших
руских князей жителства и колена, и како которой князь ве-
ликий жил, и что при нем содевалося, который знамения и
чюдеса или иныя стропотныя вещи были, и како ко Господу
отходили, все написано же и предано на уведение всем».6
Обратим внимание, что в 40-е гг. XVII в. уже изгладилась па-
ь Демин А. С. Писатель и общество в России XVI—XVII веков (Общест-
венные настроения). М., 1985. С. 87; Савельева Н. В. Стихотворная антоло-
гия «Предисловия многоразлична...» (вопросы атрибуции и истории текстов
в связи в деятельностью московского Печатного двора 30-х—начала 50-х го-
дов XVII века) // Книжная старина: Сб. науч. тр. СПб., 2008. Вып. 1.
С. 156—158.
6 Голубцов А. Памятники прений о вере, возникших по делу королевича
Вольдемара и царевны Ирины Михайловны // Чтения ОИДР. 1892. Кн. 2.
Отд. 2. С. 17.
268
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
мять об авторстве Степенной книги, она воспринимается как
анонимное сочинение. Вместе с тем перед нами призыв обра-
титься к Степенной книге и привлечь ее к литературно-исто-
рическому и идеологическому творчеству. Конечно, не следует
массовое обращение к Степенной книге в середине XVII в. пря-
мо связывать с призывом Савватия. Однако именно 40-ми гг.
XVII в. датируются первые случаи привлечения Степенной
книги для создания памятников идеологии царства.
Ссылка на Степенную книгу, подобная имеющейся в сочи-
нении Савватия, присутствует в музыкально-теоретическом
трактате — «Предисловии откуду и от коего времени начася
быти в нашей Рустей земли осмогласное пение», которое ха-
рактеризуется в литературе как «первое русское музыкально-
историческое исследование».7 Автор этого произведения до-
казывает, что знаменное, троестрочное и демественное пение
является русским изобретением. Приводятся также имена
русских роспевщиков XVI в., что делает данный текст цен-
ным источником для изучения музыкальной культуры Древ-
ней Руси.8 Текст дошел в двух редакциях — Краткой и
7Протопопов В. Русская мысль о музыке в XVII веке. М., 1989. С. 29.
8 «Предисловие» было введено в научный оборот М. П. Погодиным ([По-
годин М. П.] Вновь найденные данные для истории церковного пения в Рос-
сии // Москвитянин. 1846. № 6. С. 173—174), а опубликовано В. М. Ундоль-
ским (Уидольский В. М. Замечания для истории церковного пения в России //
ЧОИДР. 1846. № 3. С. 19—23). Последний считал, что публикует текст по
тому же списку, который был известен Погодину, но уже в наше время
Б. Г. Смоляков доказал, что это не так (Смоляков Б. Г. Две редакции
«Предисловия, откуду и от коего времени начася быти в нашей Рустей зем-
ли осмогласное пение...» // Памятники Отечества: Альманах Всероссийско-
го общества охраны памятников истории и культуры. 1980. № 1. С. 53—
54). Правда, это указание Смолякова проигнорировал В. В. Протопопов,
отождествляя списки Погодина и У идольского (Протопопов В. Русская мысль
о музыке в XVII веке. С. 22). Список, бывший в распоряжении Ундольско-
го, долгое время считался утраченным, но Б. Г. Смоляков аргументирован-
но отождествил его с рукописью РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД) 600 (Смо-
ляков Б. Г. Две редакции... С. 54). Местонахождение списка Погодина (эту
рукопись доставил историку московский купец-антиквар Д. В. Пискарев)
до сих пор неизвестно. Н. Ф. Финдейзен указал на существование списка
ГИМ, собр. А. С. Уварова 152 (Финдейзен Н. Ф. Очерки по истории музыки
в России. М.; Л., 1928. Т. 1, вып. 3. С. 248. Рукопись описана: Леонид (Ка-
велин), архим. Систематическое описание славяно-российских рукописей
собрания графа А. С. Уварова. М. 1894. Ч. 4. С. 241. № 1885), а Б. Г. Смо-
269
Глава 7
Пространной. Последняя, по аргументированному мнению
Б. Г. Смолякова, содержит черты вторичности относительно
краткой. Ее составление относится ко времени не ранее
1648 г., так как в ее тексте помещена цитата из «Книги
о вере», изданной в 1648 г. Когда же была составлена крат-
кая редакция? В. В. Протопопов обратил внимание на тожде-
ство текста «Предисловия» о русских распевщиках XVI в.
с текстом, озаглавленным «Выписано из грамотки», в руко-
писи 30-х гг. XVII в. РГБ, ф. 726 (собр. Андронова) 2 (далее —
Андрон. 2). Здесь содержится перечень русских роспевщиков
XVI в. (л. 423—424).9 Для датировки «Предисловия» боль-
ляков привлек список РНБ, Q.I.1101 (из собр. П. Д. Богданова) (Смоля-
ков Б. Г. Две редакции... С. 54. Рукопись описана: Бычков И. А. Каталог
собрания славяно-русских рукописей П. Д. Богданова. СПб., 1893. С. 279).
Все три списка датируются XVII в. По упоминанию в списке МГАМИД 600
родившегося в 1666 г. царевича Ивана Алексеевича и патриарха Никона,
который был лишен сана в том же 1666 г., Б. Г. Смоляков датирует напи-
сание рукописи этим годом (Смоляков Б. Г. Две редакции... С. 54—55). По
датировке исследователя, списки Увар. 152 и Q.I.1101 относятся к 80-м гг.
XVII в. В. В. Протопопов обнаружил еще один список «Предисловия» — Го-
сударственный архив Ярославской области, 704 (1043) (Протопопов В. Рус-
ская мысль о музыке в XVII веке. С. 22. Рукопись описана: Лукьянов В. В.
Описание коллекции рукописей Государственного архива Ярославской об-
ласти. Ярославль, 1957. № 704 (1043)). Он датируется второй половиной
XIX в., текст «Предисловия» предваряет собой нотную (крюковую) азбуку.
Исследователь полагает, что такова была первоначальная функция «Преди-
словия». По мнению В. В. Протопопова, в заключительных строках «Пре-
дисловия» есть косвенное указание на следующую далее нотную азбуку.
Можно назвать один список второй половины XIX в., в котором «Предисло-
вие», так же как и в Ярославском списке, располагается перед текстом нот-
ной азбуки. Рукопись, о которой идет речь, в 2000 г. привезена нами из
Владимира и ныне хранится во Владимирском собрании ОР РНБ (Влад. Q.22).
Таким образом, сейчас известно пять списков «Предисловия», три из кото-
рых датируются второй половиной XVII в., а два — второй половиной XIX в.
Б. Г. Смоляков установил, что список МГАМИД 600 содержит краткую
редакцию «Предисловия», а списки Увар. 152 и Q.I.1101 — пространную.
К пространной редакции относятся и списки XIX в. — Ярославский и Вла-
димирский.
9Протопопов В. Русская мысль о музыке в XVII веке. С. 22—23. Иссле-
дователь предлагал датировать краткую редакцию Предисловия 20-ми гг.
XVII в., поскольку там есть заимствование из печатного Апостола 1621 г.,
а пространную редакцию — серединой XVII в. Перечень же распевщиков
из рукописи Андрон. 2. В. В. Протопопов считал выпиской из Предисловия.
Согласиться с его выводами не представляется возможным. Текст о распев-
270
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
шое значение имеет цитата из Степенной книги (из 6-й главы
I грани), с которой начинается текст памятника в обеих ре-
дакциях. Она приведена в «Предисловии» неточно: текст Сте-
пенной книги сокращен, и к тому же добавлена дата —
«в лето 6559». Почти во всех летописях приход греческих
певцов датирован следующим, 6560 г., дата 6559 г. присутст-
вует только в Никоновской летописи. Это известие там изло-
жено более кратко: «В лето 6559... Того же лета приидоша
в Киев трие певцы от Грек с роды своими».* 10 Таким образом,
в «Предисловии» цитируется текст Степенной книги, в кото-
рый вставлена дата из Никоновской летописи. Только в одном
списке Степенной книги мы встречаем такое соединение —
это черновик Степенной книги, Волковский список. Там на
л. 266 об. против известия о приходе в Киев греческих пев-
цов на боковом поле почерком XVII в. читается маргиналия
«6559-го лета». Таким образом, выписка из Степенной книги
в «Предисловии», скорее всего, имеет своим источником не-
посредственно Волковский список. Это позволяет датировать
«Предисловие» временем не ранее 1646 г. (времени появле-
ния приписок в Волковском списке, о чем см. ниже), а кроме
того, высказать некоторые предположения о бытовании Вол-
ковского списка в середине XVII в. Благодаря исследованию
Н. В. Савельевой существенно расширились наши представ-
ления о творчестве справщика московского Печатного двора
Савватия. Его можно считать наиболее вероятным автором
стихотворных предисловий к целому ряду московских изда-
ний 30—40-х гг. XVII в., как увидевших свет, так и остав-
шихся нереализованными.11 Среди его произведений — сти-
хотворное предисловие к Кирилловой книге 1648 г., ставшей
источником пространной редакции рассматриваемого Преди-
словия. По определению А. С. Демина, перу Савватия при-
щиках в Андрон. 2 имеет характерное указание «Выписано из грамотки»,
а «Предисловие» — трактат книжного происхождения, его едва ли можно
назвать грамоткой. По всей видимости, в рукописи Андрон. 2 мы имеем
дело не с фрагментом «Предисловия», а с его источником.
10ПСРЛ. СПб., 1882. Т. 9. С. 83—85.
^Савельева Н. В. Стихотворная антология «Предисловия многоразлич-
на...» (вопросы атрибуции и истории текстов в связи с деятельностью мос-
ковского Печатного двора 30-х—начала 50-х годов XVII века) // Книжная
старина: Сб. науч. тр. СПб., 2008. Вып. 1. С. 94—158.
271
Глава 7
надлежит и рассмотренное выше сочинение «Повесть и писа-
ние известно о еже случится быти в нашей Рустей земли,
в нынешних настоящих летех осмыя тысящи во втором сте
в пятой десяторице во втором и третьем лете, есть убо и сле-
зам достойно».12 С текстом этого сочинения обнаруживает
близость музыковедческий трактат — в обоих текстах читает-
ся ссылка на Степенную книгу. Слова, предваряющие цитату
из Степенной книги в музыковедческом трактате «Еже напи-
сано в нашей руской Степенной книге» по стилю близки
к ссылке на Степенную книгу в полемическом сочинении:
«Еще же у нас в Рустей нашей земли есть руская наша книга,
изрядна же зело, глаголемая Степенная...».13 В обоих случаях
Степенная книга названа «нашей русской» — таких слов в за-
главии Степенной книги нет, так ее не называли ни до этого
времени, ни после. Один из ранних списков сборника состав-
ленных Савватием предисловий содержится в рукописи Анд-
рон. 2, где присутствует и предполагаемый источник музыко-
ведческого трактата — выписка из грамотки о распевщиках.
Обратим внимание, что музыковедческий трактат, так же как
и большинство произведений Савватия, называется предисло-
вием. Из этого можно предположить, что он был составлен
лицом из окружения Савватия или им самим. Возможно, его
составление связано с работами по упорядочению церковного
пения, которые проходили в Москве в 40-х—начале 50-х гг.
XVII в. Во-первых, это комиссия по церковному пению, чью
деятельность датируют концом 30-х—первой половиной 40-х гг.
(до кончины Михаила Федоровича). Ее участники были со-
браны из крупнейших центров церковного пения со всей стра-
ны. Кроме того, в 1649 г. на церковном соборе активно обсу-
ждался вопрос об исправлении нотных книг. Наконец, еще
одну комиссию, состоявшую из 14 «дидаскалов», относят
к 1652—1655 гг.14 Однако, учитывая жанр и название сочи-
Демин А. С. Писатель и общество в России XVI—XVII веков (Общест-
венные настроения). М., 1985. С. 87; Савельева Н. В. Стихотворная антоло-
гия «Предисловия многоразлична....... С. 156—158.
13Голубцов А. Памятники прений о вере, возникших по делу королевича
Вольдемара и царевны Ирины Михайловны // ЧОИДР. 1892. Кн. 2. Отд. 2.
С. 21.
^Протопопов В. В, Русская мысль о музыке... С. 32—38. Связывать со-
ставление «Предисловия» с комиссией по церковному пению Александра
272
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
нения («предисловие»), а также общие черты с другими пре-
дисловиями, которые Савватий готовил для московских изда-
ний, можно предположить, что рассматриваемое сочинение
предназначалось для какого-либо издания, которое так и не
вышло в свет. Подчеркнем, что приведенные наблюдения и
предположения указывают на бытование черновика Степен-
ной книги в середине XVII в. в среде справщиков московского
Печатного двора.
Видимо, уже в Москве черновик Степенной книги был
отреставрирован. В этом была необходимость. К тому времени
в рукописи уже присутствовали лакуны — некоторые листы
были утрачены. На бумаге 40—50-х гг. XVII в. двумя почер-
ками лакуны были восполнены. Листы, исписанные почерка-
ми XVII в., восполняют утраты рукописи XVI в., продолжают
текст после обрыва на окончании 11-й главы XVI грани до на-
чала VIII грани, а также этими почерками сделаны две зна-
чительные вставки и многочисленные приписки на полях, ко-
торые представляют собой летописные известия, по-видимо-
му, извлеченные из разных летописей.15 Тогда же, в середине
XVII в., на отдельных листах сделано еще две вставки, кото-
рые не восполняют лакун текста Степенной книги, а имеют
своим источником один из списков Хронографа. Так, вставка
на л. 81—81 об., озаглавленная «О царе Феодосии Велицем и
о детех его и о преподобием Арсении Велицем, учителе их»,
представляет собой несколько переделанный текст 126-й гла-
вы Хронографа редакции 1512 г.16 Вставка на л. 7—7 об.
по содержанию является родословной росписью потомков Ива-
на Калиты и называется «Уделные князи московстии». Спи-
сок Хронографа редакции 1512 г. ГИМ, Синод. 154 содержит
эту же статью на л. 585 в числе прибавлений к тексту Хроно-
графа.17 Можно думать, что источником этих двух вставок по-
служил список Хронографа редакции 1512 г., подобный спи-
ску Синод. 154, или, что вероятнее, этот список. Приписки на
Мезенца 1668/69 г. нельзя, так как наиболее ранний список «Предисло-
вия» датируется 1666 г.
15Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 240.
16Русский Хронограф: Хронограф редакции 1512 года // ПСРЛ. СПб., 1911.
Т. 22. Ч. 1. С. 279—280.
17Там же. С. II.
273
Глава 7
полях делались на том этапе работы над рукописью, когда
утраты основного текста были уже восполнены. Можно опре-
делить дату, раньше которой приписки не могли быть сде-
ланы. При датировке гибели князя Георгия Всеволодовича
6746 г. владелец почерка 2 на л. 392 сделал помету «а в печа-
ти в лето 6746-го», имея в виду память Георгию Всеволодо-
вичу, помещенную в печатной книге. Память Георгия Всево-
лодовича впервые появилась в Святцах 1646 г.,18 следователь-
но, приписки были сделаны не ранее этого года. Таким обра-
зом, датировать их следует второй половиной 40-х—началом
50-х гг. XVII в. Бытование черновика Степенной книги в окру-
жении справщика московского Печатного двора Савватия,
который призывал издать Степенную книгу, наводят на
мысль — не подготовкой ли к изданию объясняется редак-
торская работа над черновиком Степенной книги в середине
XVII в.? Этот вопрос, впрочем, нуждается в отдельном иссле-
довании.
По-видимому, также в Москве в 40-е гг. XVII в. работал
над текстом Степенной книги известный соловецкий книж-
ник Сергий Шелонин. В это время он входил в ближайшее
окружение патриарха Иосифа.19 Одно из важных произведе-
ний Сергия московского периода — Алфавитный патерик, на
полях которого среди прочих ссылок имеются и ссылки на
Степенную книгу.20 Как установлено О. С. Сапожниковой,
работа над составлением первой редакции Алфавитного па-
терика была завершена Сергием в Москве в 40-х гг. XVII в.
предположительно в расчете на издание текста на Печатном
дворе. Исследовательница полагает, что по возвращении Сер-
гия в Соловецкий монастырь с черновой рукописи РНБ, собр.
Соловецкого монастыря 652/710 был сделан список РНБ,
собр. Соловецкого монастыря 651/709, который после редак-
торской работы Сергия составил вторую редакцию Алфавит-
™Барсуков Н. П. Источники русской агиографии. СПб., 1882. Стб. 122—
124.
19Дмитриев Л. А., Сапожникова О. С., Чумичева О. В. Сергий // Словарь
книжников и книжности Древней Руси. СПб., 1998. Вып. 3 (XVII в.). Ч. 3.
С. 344—346; Сапожникова О. С. Сергий Шелонин — писатель и книжник
XVII века: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. СПб., 1999. С. 6.
^Сапожникова О. С. Русский книжник XVII века Сергий Шелонин. Ре-
дакторская деятельность. М.; СПб., 2010. С. 158.
274
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
ного патерика.21 Обратим внимание, что ссылки на Степен-
ную книгу (в количестве четырех) имеются только в списке
Солов. 651/709. Первая ссылка «Книг[а] Сте[пе]н[ная] москов-
ская], сте[пе]нь 1, глава» (л. 36) помещена на поле против
текста, в котором авва Арсений завещает своим ученикам по-
сле смерти привязать его веревкой за ногу и проволочь на
гору. По-видимому, имеется в виду рассказ Степенной книги
(36-я глава I грани) о низвержении идола Перуна в Киеве
по приказу князя Владимира: «Перуна же повеле коневи
к опаши привязати и влещи с горы по Боричеву мосту на
ручей».22 Вторая ссылка на Степенную книгу «Книг[а]
Сте[пе]н[ная] мос[ковская], грань и степень 13, глава 26»
(л. 315) помещена против рассказа об одном монахе, кото-
рый пытался изнасиловать жену сына, убил ее, а сам ослеп.
В 26-й главе XIII грани Степенной книги действительно идет
речь о сходной ситуации, которая имела место в жизни свя-
той Улиании Вяземской. Смоленский князь Юрий Святосла-
вович, у которого служил муж Улиании, «уязвен бысть на ню
блудною бранию», но Улиания предпочла мученическую
смерть бесчестию.23 Третья и четвертая ссылки (л. 544, 545)
относятся к Житию Николы Святоши, которое и в Степенную
книгу, и в Алфавитный патерик попало из одного источника —
из Киево-Печерского патерика. Все четыре ссылки Степен-
ную книгу называют «московской», что свидетельствует, на
наш взгляд, о написании их в Москве, а не на Соловках, как
полагает О. С. Сапожникова.24 По-видимому, обе редакции
Алфавитного патерика были составлены в Москве.
По возвращении в Соловецкий монастырь Сергий не оста-
вил своего интереса к Степенной книге. Об этом свидетельст-
21 Сапожникова О. С. 1) Соловецкий книжник Сергий Шелонин // ТОДРЛ.
СПб., 1999. Т. 51. С. 381; 2) Русский книжник XVII века Сергий Шелонин.
Редакторская деятельность. С. 154.
22СКДС 127.
23СКДС 512.
24Можно, правда, предположить, что в распоряжении у Сергия был
сборник выписок из «Московской Степенной», которым он пользовался по
возвращении на Соловки при редактировании Алфавитного патерика, но
это представляется маловероятным, поскольку ссылки указывают на раз-
личные не связанные между собой фрагменты текста Степенной книги,
т. е. такая выборка сделана специально для Алфавитного патерика.
275
Глава 7
вует так называемый Хронограф, помещенный в конвое к со-
ставленному Сергием Азбуковнику РНБ, собр. Соловецкого
монастыря, 18/18 на л. 566—623.25 Введенный в научный обо-
рот О. В. Панченко, Хронограф Сергия Шелонина, в сущно-
сти, представляет собой выстроенные в хронологической по-
следовательности выписки из Хронографа и Степенной книги
с добавлением уникальных известий, касающихся истории
Смутного времени.26 Текст здесь разделен на степени так же,
как и в каноническом тексте Степенной книги. Новшество
Сергия заключается в том, что он попытался продолжить
текст Степенной до середины XVII в. После XVII степени
в Хронографе помещена посвященная царю Федору Ивано-
вичу XVIII степень. В состав этой степени включено и повест-
вование о Борисе Годунове и Лжедмитрии I. Не считать Лже-
дмитрия законным царем было обычной практикой историо-
графии XVII в., а в отношении Бориса Годунова Сергию
пришлось идти вразрез с общепринятой точкой зрения, со-
гласно которой Бориса считали законным царем, которого
избрал на царство Земский собор. Но иначе никак не объяс-
нить, почему Борису Годунову не посвящено самостоятельно-
го раздела. Поэтому Сергий заявил, что Борис стал царем
обманным путем: «хитростройными пронырствы престол цар-
ства великия державы руския восхити и самодержец нарече-
ся» (л. 624). Далее следует посвященная Василию Шуйскому
25Азбуковник Сергия Шелонина представляет собой ценный источник,
см. о нем: Левичкин А. Н. 1) Азбуковник — вклад Сергия Шелонина в Соло-
вецкую библиотеку // Духовная культура: История и тенденция развития.
1—5 июня 1992 г. Тезисы докладов. Сыктывкар, 1992. Ч. 2. С. 111—112;
2) Лексикографические труды Сергия Шелонина // Русский язык. Сб. ст.
СПб., 1999. С. 52—53; Сапожникова О. С. 1) Азбуковник Сергия Шелонина
и идеология Соловецкого восстания // Международная научная конференция
«Книжное наследие Соловецкого монастыря XV—XVII вв.» 5—10 сентября
2005 года: Тезисы докладов. Соловки, 2005. С. 38—42; 2) Русский книжник
XVII века Сергий Шелонин. Редакторская деятельность. С. 379—432.
™ Панченко О. В. Сергий Шелонин как историограф // Международная
научная конференция «Книжное наследие Соловецкого монастыря XV—
XVII вв.» 5—10 сентября 2005 года: Тезисы докладов. Соловки, 2005.
С. 42—48. Характерно, что свой источник Сергий называет «Московской
Степенной», что свидетельствует о его работе над текстом Хронографа во вре-
мя пребывания в Москве, где он выполнял литературные и редакторские ра-
боты по поручению патриарха.
276
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
XIX степень. Василий Шуйский объявляется продолжателем
династии: «иже бысть от сродства великого князя Ярослава
Всеволодича, внука великого князя Георгия Долгоруково,
правнука Владимира Манамаха» (л. 626 об.). Следующая,
XX степень посвящена Михаилу Федоровичу Романову. Со-
гласно конструкции Сергия Шелонина, последний относится
к династии Рюриковичей, а это уже явная натяжка. Михаил
Федорович был всего лишь двоюродным племянником по жен-
ской линии царя Федора Ивановича. По мнению автора Хро-
нографа, этого достаточно для преемственности династии.
Михаил Федорович, по его словам, «седе на престоле Россий-
ского государства прародителей своих и дяди своего царя и
великого князя Феодора Ивановича всеа Руси» (л. 634 об.).
Насчет наследования дяде с рассуждениями Сергия согла-
ситься можно, так как Федор Иванович приходился Михаилу
Федоровичу хотя и двоюродным, но дядей. Зато совершенно
очевидно, что «прародители» Михаила Романова на царском
престоле никогда не сидели. XXI степень определена для
Алексея Михайловича, который «седее на престоле Россий-
ского государства прародителей своих и деда своего царя и ве-
ликого князя Феодора Ивановича всеа Руси и отца своего
царя и великого князя Михаила Феодоровича всеа Русии»
(л. 635). Таким образом, Сергий Шелонин попытался преодо-
леть кризис идеи Степенной книги, связав всех правителей
России конца XVI—середины XVII в. в одну династию. Сле-
дует отметить, что такая конструкция была придумана не са-
мим Сергием. Она широко использовалась идеологами време-
ни Михаила Федоровича.27 Неубедительность такого построе-
ния очевидна и, судя по неиспользованию этой конструкции
во время Алексея Михайловича, от нее своевременно отказа-
лись. Как выяснил О. В. Панченко, Сергий использовал чте-
ния Хронографа редакции 1617 г. в том объеме, который
отсутствует в составе дополнений к спискам Степенной кни-
ги. Так, среди дополнений к Степенной книге ни в одном
известном ее списке нет статьи о кончине Ивана Грозного,
а в сочинении Сергия она есть. Поэтому следует согласиться
с О. В. Панченко, который предполагает, что Сергий исполь-
21 Платонов С. Ф. Московские земские соборы XVI и XVII вв. // Плато-
нов С. Ф. Собр. соч. М., 2010. Т. 1. С. 93.
277
Глава 7
зовал список Хронографа из библиотеки Соловецкого мона-
стыря РНБ, Соловецкое собр. 52/1511. В этой рукописи со-
единены тексты Хронографа редакций 1512 и 1617 гг. Иссле-
дователь датирует создание Хронографа Сергия Шелонина
концом 1654 г. или первой половиной 1655 г., так как по-
следнее известие (о возвращении царя Алексея Михайловича
из смоленского похода) датируется 21 октября 1654 г., а ти-
тул Алексея Михайловича написан еще без включения в него
слов «Малыя и Белыя России», что произошло в сентябре
1655 г. В это время Сергий жил в Соловецком монастыре, где,
по всей видимости, и был составлен его Хронограф.28 В таком
случае главным источником для Сергия был список Степен-
ной книги, вложенный в Соловецкий монастырь в конце
XVI в. старцем Венедиктом и содержавший текст старшего
извода редакции Ионы Думина.
В творчестве Сергия Шелонина обращает на себя внимание
также интерес к фигуре князя Георгия Всеволодовича, как
упоминалось в гл. 6, канонизированного в 1645 г. В собрании
псковской Никандровой пустыни хранится сборник середины
XVII в., составленный и отредактированный Сергием Шело-
ниным (ныне — Псковский музей-заповедник, собр. Никанд-
ровой пустыни 92).29 Как показала О. С. Сапожникова, в этом
сборнике помещены в основном произведения, принадлежа-
щие перу самого Сергия, что делает данную рукопись особен-
но ценной для изучения творчества соловецкого книжника.
Помимо прочего, в сборнике Никандровой пустыни помещена
служба Георгию Всеволодовичу (л. 335—346 об.), а после нее
следуют выписки из Степенной книги о Георгии Всеволодо-
виче (л. 348—369). Эти выписки особенно интересны для изу-
чения церковного почитания Георгия Всеволодовича. Они
имеют вид цельного повествования о святом князе и даже
предварены общим заглавием «Месяца февраля в 4 день по-
весть о страдании святаго благовернаго великаго князя Геор-
29,11анченко О. В. Хронограф Сергия Шелонина // Книжные центры Древ-
ней Руси. Соловецкий монастырь. СПб., [в печати].
29Рукопись изучена О. С. Сапожниковой (Сапожникова О. С. Неизвест-
ные сочинения соловецкого книжника Сергия Шелонина // Русь и южные
славяне: Сб. статей к 100-летию В. А. Мошина (1894—1987). СПб., 1998.
С. 340—355).
278
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
гия Всеволодича Владимерского». В подборке выписок из Сте-
пенной книги текст подвергся некоторому редактированию.
Так, имя князя, которое в тексте Степенной в некоторых мес-
тах читается как Юрий, везде заменено на «Георгий». В тек-
сте выписок отсутствуют некоторые подзаголовки Степенной
книги: «О великой княгине Агафии» (л. 352 об.),30 «Глава 4.
О гневе Божии» (л. 353),31 «Глава 5. О знамениих на небеси
и о брани, иже на Калке реце» (л. 354 об.),32 «Знамение»
(л. 354 об.),33 «Глава 8. О знамении солнечном и о сшествии
огня с небеси, и о мору, и о гладе, и о прочиих знамениих и
казнех»,34 «Мор в Смоленьске», «Глад в Новеграде» (л. 357 об.),
«Глава 9. О гневе Божии и о нахожении безбожнаго Батыя на
Русьскую землю» (л. 358), «Великое пленение» (л. 358 об.),35
«Великий князь Ярослав с прочими в Новеграде Богом сохра-
нен бысть» (л. 360), «Глава 10. Плачь и страдание великаго
князя Георгия Всеволодича и прочих с ним» (л. 361),36 «Мо-
литва» (л. 361 об.), «Глава 11» (л. 362 об.),37 «Молитва»,
«Благодарение» (л. 365 об.), «Молитва» (л. 366),38 «Глава 4»
(л. 367 об.).39 В выписки оказались не включенными также
внутренние ссылки Степенной книги: «о нем же прежде до-
вольно бысть в начале книги сея»,40 «о них же бяше вкратце
речено бысть» (л. 353 об.).41 При указании места битвы на
реке Сить автор выписок вставил уточнение, которого нет
в тексте Степенной книги: «за Мологою рекою в Углецком
уезде» (л. 361).42 Можно утверждать, что источником выпи-
сок стал текст редакции Ионы Думина. При описании знаме-
ний, предшествовавших нападению татаро-монгол на русские
земли, в Выписках Сергия Шелонина читаем: «Потом же
30СКДС 298.
31 СКДС 299.
32СКДС 300.
33 СКДС 301.
34 СКДС 302.
35 СКДС 303.
36СКДС 305.
37 СКДС 306.
38СКДС 308.
39СКДС 333.
40СКДС 299—300.
41 СКДС 300.
42СКДС 305.
279
Глава 7
в пятое лето солнце погибе по всей земли» (л. 358). Простран-
ная редакция Степенной книги здесь содержит несколько
иной текст: «По том же лето 6744 великий князь Ярослав
Всеволодичь седе в Киеве, сын его Александр — в Новеграде.
Тогда солнце погибе по всей земли».43 В том, что была исполь-
зована редакция Ионы Думина, убеждает ряд чтений, в том
числе полное название храма, в котором был похоронен Все-
волод Большое Гнездо: «Пресвятыя Богородица честнаго ея
Успения» (л. 349). Уточнение, что храм посвящен Успению,
содержится только в редакции Ионы Думина.44 Составителем
рассматриваемых выписок из Степенной книги следует при-
знать Сергия Шелонина. К тому же интерес к фигуре Георгия
Всеволодовича в творчестве Сергия проследить можно. На-
пример, в атрибутированном О. В. Панченко Сергию Шело-
нину «Каноне всем святым, иже в Велицей Росии в посте про-
сиявшим» упоминаются в числе других князей-мучеников
Георгий Всеволодович и его племянник Константин Ростов-
ский: «Ангеломудреныма хвала великим князем и исповедни-
ком тезоименитым Михаилом, з доблим болярином Феодором,
и з Георгием, и Василием Ростовским, пение и слава непре-
станно, усердно по вере за Христа пострадавших».45 В выпис-
ках часть текста посвящена подвигу Василька Ростовского,
что свидетельствует о внимании их автора к обоим князьям-
мученикам — Георгию и Васильку.
Степенная книга для насельников Соловецкого монастыря
оставалась авторитетным источником и в более позднее вре-
мя. В 1663 г. в монастырской библиотеке появился еще один
список Степенной книги (старшего извода Пространной ре-
дакции), данный вкладом от соловецкого монаха Ильи, слу-
жившего казначеем вологодского архиепископа Маркела (ны-
не НБУВ, ф. 160 (Киевская Дух. ак.) 853). На переплетном
листе в конце рукописи (л. 950), видимо, кем-то из соловец-
ких читателей Степенной книги скорописью XVII в. написана
43СКДС 303/15—15.
44СКДС 268/55.
*ьПанченко О. В. Из археографических разысканий в области соловец-
кой книжности. II. «Канон всем святым, иже в Велицеи Росии в посте про-
сиявшим» — сочинение Сергия Шелонина // ТОДРЛ. СПб., 2004. Т. 56.
С. 478.
280
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
генеалогическая схема родства московских князей и визан-
тийских императоров из династии Палеологов. В 60—70-е гг.
XVII в. Степенная книга оказалась задействована в литератур-
но-идеологической работе соловецких книжников, направ-
ленной против реформ Никона. Так, ссылки на Степенную
книгу присутствуют в сочинении казначея Геронтия «Собра-
ние против новых книг», которое послужило источником
важного для идеологии старообрядчества сочинения — Пятой
соловецкой челобитной, поданной мятежными соловецкими
монахами царю в октябре 1667 г.46 В «Собрании против но-
вых книг» на Степенную книгу Геронтий ссылается четыре
раза. В первом и четвертом случаях допущена ошибка — име-
ется в виду Житие митрополита Ионы, составляющее 19-ю гла-
ву XIV грани (в первой ссылке оно прямо названо), а в ссыл-
ках указывается 2-я глава XV грани.47 Вторая ссылка указы-
вает на 24-ю главу XIII грани, в которой действительно идет
речь об иконе Владимирской Богоматери.48 Третья ссылка по-
мещена после непосредственного заимствования из Степенной
книги: «Царю же Ивану, з богоненавистного того сонмища на
корабли идущу, живота лишися, его же и земля, погребоша,
3-жды изверже, и тело его от пес снедено бысть»,49 и правиль-
но указывает на 7-ю главу XIV грани. Вполне возможно, что
уважительное отношение старообрядцев к Степенной книге,
которое можно проследить вплоть до XIX—XX вв., ухо-
дит своими истоками в творчество соловецких книжников
XVII в.
С середины XVII в. обращение к Степенной книге стано-
вится еще более частым. Так, при составлении патриаршего
летописного свода 1652 г., рассказывая о митрополите Петре,
составители Свода привлекли в качестве источника Степен-
ную книгу.50 Несколько более ранним временем датируется
^Бубнов Н. Ю. Памятники старообрядческой письменности: Сочинения
Геронтия Соловецкого. История о патриархе Никоне. СПб., 2006. С. 11—81.
Благодарю Н. Ю. Бубнова, указавшего мне на использование Степенной
книги Геронтием Соловецким.
47Там же. С. 131, 266.
48Там же. С. 236—237.
49Там же. С. 244—245. Ср.: СКДС 533.
50Насонов А. Н. История русского летописания XI—начала XVIII в.:
Очерки и исследования. М., 1969. С. 484. Отметим, что Степенная книга
281
Глава 7
начало распространения Пространной редакции Степенной кни-
ги. Еще в 40-е гг. XVII в. обратились к не использованному
долгое время Пискаревскому списку. С него было сделано два
списка, причем один точно повторил свой протограф (он, соб-
ственно, и стал протографом всех последующих списков стар-
шего извода Пространной редакции, самый ранний известный
список — РНБ, F.IV.117), а второй передал текст Пискарев-
ского списка с некоторыми изменениями. Рассматриваемый
вариант текста Степенной книги известен в списке 40-х гг.
XVII в. (ГИМ, собр. А. Д. Черткова 238) и ряде более поздних
рукописей.51 Стилистическая переработка, которая коснулась
текста этой группы списков, распределяется по всему тексту
неравномерно. Особенно много разночтений наблюдается в Ска-
зании о чудесах Бориса и Глеба и житии Евфросинии Полоц-
кой, а к концу текста их количество почти сводится на нет.
Данная разновидность текста Пространной редакции была
определена нами как младший извод. Почти все списки млад-
шего извода содержат перед текстом Степенной книги крат-
кое предисловие, в котором говорится о трудности и важно-
сти книгописного дела. Его источником послужил своеобраз-
ный трактат о скорописи, бытовавший в рукописной тради-
ции XVII в. Списки младшего извода можно разделить на три
группы в зависимости от особенностей конвоя, во всех трех
разновидностях которого прослеживается стремление довести
изложение до послесмутного времени. Первая группа пред-
ставлена списками ГИМ, Чертков. 238; СПбИИ РАН, ф. 36
(собр. Воронцовых) 648; РГБ, ф. 310 (собр. В. М. Ундольско-
го) 805, причем два последних списка восходят к первому.52
Непосредственно перед текстом Степенной книги здесь поме-
щен перечень русских митрополитов и патриархов. Он дове-
ден до патриарха Иосифа, что позволяет датировать составле-
ние всего сборника временем не позже 1652 г. Учитывая, что
Чертковский список датируется 40-ми гг. XVII в., можно пред-
положить, что тогда и был составлен рассматриваемый кон-
привлекалась при составлении Свода 1652 г. неоднократно. Так, в тексте
Свода читается заголовок: «Степень 1-я великаго князя Владимира» (РНБ,
собр. М. П. Погодина 1406, л. 19 об.).
Сиренов А, В. Степенная книга: история текста. С. 77—81.
52В списке Унд. 805 большая часть конвоя отсутствует.
282
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
вой Степенной книги. Он включает в себя, помимо перечня
митрополитов и патриархов, также помещенные после текста
Степенной книги Житие царевича Димитрия редакции Ми-
лютинских миней, Повесть Симеона суздальца о Ферраро-
Флорентийском соборе и перечень русских митрополий, епар-
хий, архимандритий и игуменств. Вторая группа списков млад-
шего извода имеет другой конвой. В списке БАН, Арханг.
С. 131, который датируется третьей четвертью XVII в., после
окончания Степенной книги помещены Повесть о разорении
Иваном Грозным Новгорода, текст Хронографа редакции
1620 г. с продолжением до 1647 г. (последняя статья — о за-
прете уличной торговли). Другие списки этой группы восхо-
дят к рукописи-конволюту РНБ, Софийской собр. 1378, кото-
рая в свою очередь восходит к общему протографу с Арханг.
С. 131, но имеет другой состав дополнительных статей после
текста Степенной книги: фрагмент Строгановской летописи и
Новый летописец (оглавление помещено после основного тек-
ста). Все три текста — Степенная книга, Строгановская лето-
пись и Новый летописец— существовали сначала отдельно и
лишь потом, во второй половине XVII в., были объединены
в один кодекс Соф. 1378, который, надо полагать, хранился
в крупном скриптории, поскольку с него квалифицированны-
ми писцами были сделаны копии — БАН, 16.12.1; РГАДА,
ф. 187 (собр. ЦГАЛИ), оп. 2, № 96а; ГИМ, собр. Е. В. Барсо-
ва 1852 и ГИМ, собр. Покровского собора 6—301. Наконец,
третья группа списков младшего извода Пространной редакции,
представленная списками НБУВ, ф. 302 (собр. митр. Мака-
рия) П.49; БАН, I.A.13 и РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД) 352,
также содержит свой набор дополнительных статей — после
Степенной книги следует текст Хронографа редакции 1620 г.
начиная с известия о взятии Иваном Грозным Полоцка, про-
должающийся текстом Истории Авраамия Палицына до слов
«декамвриа месяца в 16 день»53 (после известия о взятии По-
лоцка — Первое послание Курбского Ивану Грозному, Первое
послание Ивана Грозного Курбскому краткой редакции; по-
сле известия о посольстве на Святую Гору — выписки из жи-
тия митрополита Филиппа Тулуповской редакции с присое-
динением трех чудес: «о мужи Василии», «о иноце Исаии»,
53Сказание Авраамия Палицына. М.; Л., 1955. С. 248.
283
Глава 7
«о Иване Сребренице»). Возможно, архетипом этой группы
является рукопись Макарий П. 49, которая датируется треть-
ей четвертью XVII в. Итак, начиная с 40-х гг. XVII в., време-
ни появления младшего извода Пространной редакции, в те-
чение двух-трех десятилетий появилось несколько вариантов
продолжения Степенной книги и доведения ее текста до по-
слесмутного времени.
Вторая копия Пискаревского списка точно передавала его
текст и способствовала, таким образом, распространению стар-
шего извода Пространной редакции. Этот список Простран-
ной редакции, судя по многочисленным сделанным с него ко-
пиям, также имел продолжение текста в виде дополнитель-
ных статей — выписок из Хронографа и Родословной книги.
Перед текстом Степенной помещены выписки из Хронографа
с перечислением израильских судей, римских и царьградских
царей «Летописец вкратце» (нач.: «Судии израильские...»).
Далее читается фрагмент Родословной книги «Книга глаголе-
мая родословец великих князей Великия Русии от перваго ве-
ликаго князя Рюрика по перваго и великаго князя Феодора
Ивановича всеа Русии самодержца» — вводная часть родо-
словной книги, так называемый родословный летописец
(со слов «От истории Ханаановы...» до слов «по царя и вели-
кого князя Феодора царьский корень кончася»). После Сте-
пенной книги помещен текст Хронографа редакции 1617 г.
от заголовка «О святем граде Иерусалиме» до слов «расти и
мужествовати»,54 далее — статьи летописного характера за
7121 (1613)—7138 (1630) гг. (первая — венчание на царство
Михаила Федоровича, последняя — рождение царевны Анны
Михайловны) с заимствованиями из Нового летописца. За-
канчивается конвой выписками из Родословной книги редак-
ции начала XVII в. «Родословие великих князей руских на-
писано вкратце» (нач.: «Первый князь великий Рюрик...»).
Выписки из Хронографа, более подробные и обстоятельные,
и родословная книга, текст которой использован в конвое
к Степенной книге, читаются в сборнике 60—80-х гг. XVII в.
РНБ, F.IV.578. Подобный сборник, только более раннего вре-
мени, видимо, и был привлечен при составлении конвоя для
списка старшего извода Пространной редакции.
54Изборник... С. 195—204.
284
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
Первоначальный состав конвоя списка старшего извода
Пространной редакции 40-х гг. XVII в. передают списки РНБ,
F.IV.117; БАН, Арханг. Д. 423; ГИМ, Музейское собр. 3233;
Институт истории Сибирского отделения РАН 188/86; РГАДА,
ф. 188 (собр. ЦГАДА), on. 1, № 470; РНБ, Эрмитажное
собр. 386/1—2 и Женевская публичная универсальная биб-
лиотека 241—242 (копия Эрм. 386/1—2). В списках НБУВ,
ф. 160 (собр. Киевской духовной академии) 853; РГБ, ф. 375
(Рязанское собр.) 6; РНБ, F.IV.207; Гимназия г. Вестерос
Ad. 11 (Швеция); РГБ, ф. 218 (собр. Отдела рукописей) 7;
РГБ, ф. 247 (собр. Рогожского кладбища) 580.1; РГБ, ф. 98
(собр. Е. Е. Егорова) 880, 1649; РНБ, собр. ОЛДП F.53 и
ГИМ, собр. А. С. Уварова 156—198 в выписках из Хроногра-
фа перед текстом о царьградских царях помещена «Повесть
вкратце полезна о латынех». Видимо, такая вставка была сде-
лана в архетипный список еще в середине XVII в., и сделан-
ные после этого списки-копии отразили новый состав допол-
нений.55 Среди перечисленных списков нужно выделить руко-
пись Арханг. Д. 423. Как будет показано ниже, в ней можно
предполагать список, хранившийся в конце 50-х гг. XVII в.
среди «домовых» книг патриарха. Однако в основу греческого
перевода Степенной книги, над которым в 1668 г. трудился
близкий к патриаршему окружению архимандрит Афонского
Иверского монастыря Дионисий (известный в литературе как
Дионисий Ивирит),56 был положен текст иного вида — редак-
ции Ионы Думина. На это указывает упоминание митрополи-
та Даниила в заглавии XVII грани.57 Отметим, что перечень
55Отметим, что списки Егор. 1649 и ОЛДП F.53 имеют еще одно общее
дополнение — статьи из Синопсиса о предыстории Руси, помещенные не-
посредственно перед текстом Степенной книги. В списке ОЛДП F.53, кроме
того, есть еще одно дополнение — текст конвоя, встречающийся в списках
младшего извода Пространной редакции Степенной книги, от известия о кон-
чине патриарха Филарета до статьи 7155 (1647) г. о запрете уличной тор-
говли. Близость данных списков отмечена, но не раскрыта в нашей система-
тизации рукописной традиции Степенной книги (Сиренов А. В. Степенная
книга: история текста. С. 498).
56Фонкич Б. Л. 1) «История» Дионисия Ивирита // Проблемы изучения
культурного наследия. М., 1985. С. 184—200; 2) Иоанн Сакулис. Страничка
из истории участия греков в «Деле патриарха Никона» // Фонкич Б. Л. Гре-
ческие рукописи и документы в России в XIV—начале XVIII в. М., 2003.
С. 329.
57Там же. С. 196; ср.: СКДС 738/5.
285
Глава 7
митрополитов доведен до Кирилла — это индивидуальное чте-
ние Дружининского списка РНБ, НСРК F.451.58 Не исключе-
но, правда, что Дионисий пользовался не непосредственно
Дружининским списком, а родственным ему. Привлекал он и
другие источники. По определению О. Александропулос, текст
Степенной книги в «Истории» Дионисия продолжен статьями
Хронографа редакции 1620 г.59 В Дружининском списке по-
сле текста Степенной книги встречаем только Житие Алек-
сандра Невского редакции Ионы Думина. Вообще, неизвестна
рукопись, которая соединяла бы Степенную книгу редакции
Ионы Думина и Хронограф редакции 1620 г. Дионисий же пи-
шет, что свою задачу он видел в компиляции разных источни-
ков. По-этому можно предположить, что соединение этих двух
источников произведено самим Дионисием. Произведение Дио-
нисия Ивирита попало в Грецию и получило там популярность,
поскольку в настоящее время известно несколько его списков,
датирующихся как второй половиной XVII в., так и началом
XVIII в. Текст «Истории» разделен на 17 титулов, соответст-
вующих 17-ти граням Степенной книги. Правда, Дионисий
допускает одно изменение. Первый титул в его сочинении по-
священ не Владимиру Святому, а Рюрику. Поэтому счет ти-
тулов не совпадает со Степенной книгой: Владимиру Святому
посвящен второй титул, Ярославу Мудрому — третий, а Все-
володу Большое Гнездо — соответственно, седьмой, а не шес-
той как в Степенной книге. Правда, далее следует Александр
Невский, которому посвящен восьмой титул, правление же
его отца Ярослава Всеволодовича в особый титул не выделено.
Правда, относительно Александра Невского сказано, что он
сын Ярослава Всеволодовича и внук Всеволода Георгиевича.
Таким образом, на правлении Александра Невского утрачен-
ный в начале текста параллелизм со Степенной книгой вос-
становлен. Причину столь вольного обращения Дионисия
Ивирита со структурой Степенной книги можно усмотреть
в непонимании греческим автором основной концепции Сте-
пенной книги либо, что вероятнее, в сознательном нежелании
ее воспроизводить. Дионисий располагает в соседних титулах
58ПСРЛ. СПб., 1913. Т. 21. Ч. 2. С. 628, примеч. 1.
59Александропулос О. «История России» Дионисия Ивирита: Ее источни-
ки и место среди греческих произведений о России XVII века // Славянове-
дение. 1994. № 3. С. 101—107.
286
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
прадеда и правнука — Рюрика и Владимира, деда и внука —
Всеволода Большое Гнездо и Александра Невского. В Степен-
ной же книге грани строго соответствуют родословным степе-
ням. Следует отметить, что в своем отступлении от концепции
Степенной книги Дионисий Ивирит примыкает к традиции
редактирования Степенной книги в XVII в. Выше рассматри-
валась попытка троицких книжников во «Временнике» на-
чать счет поколений Рюриковичей от Рюрика. Сергий Шело-
нин встраивал в генеалогическое древо московских Рюрико-
вичей не только Романовых, но и Василия Шуйского.
Одновременно с Дионисием Ивиритом редактированием
текста Степенной занимался дьяк Разрядного приказа Федор
Акимович Грибоедов. 27 декабря 1668 г. по царскому указу
Грибоедов был награжден за то, «что он, по имянному ево ве-
ликого государя указу, зделал Степенную книгу благоверного
и благочестивого рода Романовых», и получил «великого госу-
даря жалованье с Казенного Двора отласу да камки куфтерю
добрых по десяти аршин».60 12 февраля 1669 г. по ходатайст-
ву Приказа Большого дворца Грибоедов был награжден, полу-
чив «придачи 70 чети, денег 10 рублев, да за помесную ж
за перехожие за тридцать чети денег полторы рубли».61 По-
скольку есть указание, что История Грибоедова была «взята
™ Лукиче в М. П., Морозов Б. Н. К истории организации официального
летописания XVII в. // АЕ за 1992 год. М., 1994. С. 138—140; Сиренов А, В.
Документы по истории книжного дела в Оружейной палате XVII в. (из не-
опубликованных материалов А. И. Успенского) // Историография, источни-
коведение, история России X—XX вв.: Сб. ст. в честь С. Н. Кистерева /
Сост. Л. А. Тимошина. М., 2008. С. 141. После текста Истории некоторые
списки содержат запись о ее написании, авторстве («состав и слог во 177-м го-
ду розрядного диака Феодора Иоакимова сына Грибоедова») и более подроб-
но — о награждении царем автора: «и за ту книгу дано ему государева ца-
рева и великого князя Алексея Михайловича всеа Великия и Малыя и Бе-
лыя России самодержца жалованья 40 соболей да в приказ 50 рублев денег,
отлас, камка, да придачи к помесному окладу 50 четьи денег 10 рублев»
(Федора Грибоедова История о царях и великих князьях земли Русской.
По списку С.-Петербургской Духовной академии № 306 / Сообщение
С. Ф. Платонова и В. В. Майкова. СПб., 1896. [ПДП. Т. 121]).
61Цит. по: Лукичев М. П., Морозов Б. Н. К истории организации офици-
ального летописания XVII в. М., 1994. С. 142. Авторы полагают, что, по-
скольку о награждении ходатайствовал Приказ Большого дворца, то это
учреждение ведало историографическими работами и, таким образом, вы-
ступало преемником Записного приказа.
287
Глава 7
к великому государю в Верх», С. Ф. Платонов высказал пред-
положение, что свой труд Грибоедов писал для обучения рус-
ской истории царских детей.62 Авторский текст Грибоедова
содержал 34 главы, позднее появились еще две, а уже после
смерти автора (он умер в 1673 г.) текст был доведен до воца-
рения Федора Алексеевича, т. е. до 1676 г., и составил 41 гла-
ву.63 На заключительном этапе появились выписанные из ро-
дословной книги родословия удельных князей.64 Большая
часть труда Грибоедова — это краткий пересказ Степенной
книги. Для изложения событий второй половины XVI—
XVII вв. привлекались тексты Хронографа редакции 1617 г.
(характеристика Грозного и его жены Анастасии), Истории
Авраамия Палицына, Утвержденной грамоты об избрании на
российский престол царя Михаила Федоровича, издания
Кормчей 1653 г. (поставление Филарета в патриархи) и, воз-
можно, других источников.65 В своей основной части История
Грибоедова представляет собой краткий пересказ Степенной
книги, причем особый акцент делается на родственных свя-
зях князей, количестве сыновей у каждого из них и пр., что
согласуется с предположением Платонова о намерении исполь-
зовать это сочинение в качестве учебника. Можно утвер-
ждать, что источником для Грибоедова послужила Степенная
книга Пространной редакции. На это указывает заглавие
произведения: «История, сииречь повесть...», которое повто-
ряет заглавие первой вводной статьи Пространной редакции
Степенной книги: «История сиречь повестник...».66 Никакой
самостоятельности в переработке текста Степенной книги
у Грибоедова не заметно. Обратим внимание на формулиров-
ку царского указа о его награждении за труды по написанию
Истории: «великий государь царь и великий князь Алексей
^Платонов С. Ф. Предисловие // Федора Грибоедова История... С. XI—XII.
63Там же. С. VII; Ромодановская Е. К. 1) История о царях и великих
князьях земли Русской Ф. А. Грибоедова в собрании М. Н. Тихомирова //
Научные библиотеки Сибири и Дальнего Востока: Вопросы книжной куль-
туры Сибири и Дальнего Востока. Новосибирск, 1973. Вып. 14. С. 69—83;
2) Грибоедов Федор Акимович // Словарь книжников и книжности Древней
Руси. СПб., 1992. Вып. 3 (XVII в.). Ч. 1. С. 230—233.
64Там же. С. 232. См.: Федора Грибоедова История... С. 14.
6ЬПлатонов С, Ф. Предисловие // Там же. С. XIII—XIV.
66СКДС. Т. 2. С. 456.
288
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
Михайлович всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодер-
жец пожаловал розрядного дьяка Федора Грибоедова за ево
работу, что он, по имянному ево великого государя указу,
зделал Степенную книгу благоверного и благочестивого рода
Романовых».67 Как представляется, главным достижением
Грибоедова в глазах царя было соединение династий Рюрико-
вичей и Романовых в единую линию. Отметим, что в труде
Грибоедова нет никаких династических «связок», подобных
той, что имела место в Хронографе Сергия Шелонина. Пола-
гаем, что в светской среде, в частности, в царском окруже-
нии, в 60-е гг. XVII в. Степенная книга была известна мало,
но вызывала интерес, поэтому обращение к ней Грибоедова,
явившееся следствием царского указа, было воспринято столь
положительно.
Можно сказать, что Степенная книга в середине—третьей
четверти XVII в. оказалась востребована для составления идео-
логических историко-литературных произведений, прослав-
ляющих самодержавную царскую власть в истории России.
Однако нельзя утверждать, что при создании каждого из та-
ких произведений Степенную книгу привлекали. Например,
по-видимому, Степенная книга долгое время была известна
по преимуществу в церковных кругах. Известные нам круп-
нейшие историографические произведения середины—второй
половины XVII в. Степенную книгу не используют.
В 1657 г. по указу Алексея Михайловича был учрежден
специальный Записной приказ, задачей которого стало про-
должение Степенной книги до современности, т. е. до середи-
ны XVII в. Поначалу во главе приказа был поставлен случай-
ный человек — дьяк Тимофей Кудрявцев, в течение полутора
лет устраивалось помещение. Однако штат был определен уже
в 1657 г. — дьяк, два старых и шесть молодых подьячих, —
а также выделено 50 стоп бумаги. В марте 1659 г. Кудрявцева
сменил Григорий Кунаков, за несколько лет перед этим,
в 1646 г., привезший из Речи Посполитой в Москву текст
польской хроники Павла Пясецкого, т. е. занимавшийся спе-
циально вопросами историографии.68 Исследователи пола-
67Сиренов А. В. Документы по истории книжного дела... С. 141.
68Чистякова Е. В., Богданов А. П. «Да будет потомкам явлено...» Очерки
о русских историках второй половины XVII века и их трудах. М., 1988.
289
Глава 7
гают, что Кунаков пытался собрать материалы о внешнеполи-
тических сношениях России в XVII в., но не успел завершить
работу, поскольку в 1659 г. Записной приказ был упразд-
нен.69 Дошедшие до нас документы Записного приказа свиде-
тельствуют о том, что за два года его существования были
предприняты лишь малоэффективные попытки собрать мате-
риал для историографической работы. Была ли в результате
создана новая редакция Степенной книги, неизвестно.70 По-
казательно, во-первых, осознание властью необходимости
создать концептуальное изложение отечественной истории
от древности до современности, и во-вторых, неспособность
решить эту задачу на основе Степенной книги. Отметим, что,
судя по отпискам чиновников Записного приказа, им не уда-
лось получить в пользование список Степенной книги, и это
несмотря на то, что по крайней мере об одном списке Степен-
ной книги им было известно. Так, в отписке от 21 декабря
7167 (1659) г. читаем, что в приказе Большого прихода пат-
риаршим домовым книгам чтена роспись, и в этой росписи
числятся книги: «писменый гранограф в десть, Степенная
письменая в лицех в тетратех».71 Вероятно, здесь упоминает-
ся список Степенной книги БАН, Арханг. Д. 423, вложенный
в Антониев Сийский монастырь патриаршим казначеем Паи-
сием Сийским в 1692 г. Основания для этого предположения
следующие. В рукописи изначально присутствовали две ми-
ниатюры (на л. 42 об. сохранился отпечаток от бывшей на
следующем листе, который вырезан, миниатюры с изображе-
нием княгини Ольги, на л. 98 об. и сейчас находится миниа-
тюра — князь Владимир), и, следовательно, данный список
можно было назвать лицевым. Это обстоятельство не харак-
терно для списков Степенной книги. Можно назвать еще
лишь один список, написанный в 1670 г., имеющий две ми-
ниатюры (РГБ, ф. 178 (Музейное собр.) 4288), и два списка,
где помещено по одной миниатюре (РНБ, собр. Волковского
молитвенного дома 14, Институт истории Сибирского отделе-
c. 34—37; Лукичев М. П., Морозов Б. Н, К истории организации официаль-
ного летописания XVII в. С. 138—140.
69Там же. С. 140—141.
70Белокуров С. А. О Записном приказе // Из духовной жизни московско-
го общества XVII в. М., 1903. С. 53—84.
71 РГАДА, ф. 27 (Приказ тайных дел) 121, л. 38.
290
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
ния РАН 188/86). Из них только одна рукопись, Волк. 14, на-
писана до 1658 г. — того времени, когда упоминалось о лице-
вом списке Степенной книги. Кроме того, рукопись Арханг.
Д. 423, написанная в середине XVII в., переплетена в первый
раз и имеет переплетные листы конца XVII в.,72 а некоторые
первые и последние листы тетрадей загрязнены, т. е. руко-
пись долгое время существовала без переплета — «в тетра-
тех», как сказано в материалах Записного приказа. Наконец,
в 1692 г. она оказалась в собственности патриаршего казначея.
Все это указывает на возможное тождество Арханг. Д. 423
и рукописи из домовых книг патриарха, которая упомянута
в материалах Записного приказа и которую чиновники Запис-
ного приказа, по всей видимости, так и не смогли заполучить.
В 70-е гг. XVII в. крупнейшим светским центром создания
историко-литературных сочинений в Москве был Посольский
приказ. Инициативу «строения» книг светского содержания
исследователи приписывают тогдашнему главе Посольского
приказа боярину А. С. Матвееву.73 Основным исполнителем
большинства сочинений, созданных в Посольском приказе,
был Николай Спафарий (Милеску). Выходец из среды мол-
давской аристократии, он получил образование в Константи-
нополе, служил при дворе молдавского господаря (за участие
в неудачной придворной интриге поплатился «урезанным»
носом и был вынужден эмигрировать), посещал страны За-
падной и Восточной Европы, где получил некоторую извест-
ность как богослов. Наконец, в 1671 г. Николай Спафарий
прибыл в Москву и был зачислен переводчиком Посольского
приказа, в каковой должности и состоял до смерти в 1708 г.,
с перерывом на четыре года, в продолжение которых (1676—
1679 гг.) возглавлял русское посольство в Китай.74 Вскоре по
12Сиренов А. В. Научное описание выявленных списков Степенной кни-
ги И СКДС. Т. 1. С. 59.
73 Об этом спустя годы Матвеев упоминал в челобитной царю Федору Алек-
сеевичу, написанной ссыльным боярином в Пустозерске (Михайловский И. М.
Важнейшие труды Николая Спафария (1672—1677) (Читано в собрании
Историко-филологического общества при Институте кн. Безбородко в Не-
жине). Киев, 1897. С. 30).
74 О международном значении политической деятельности и литератур-
ного творчества Н. Спафария см.: Mihail Z. Nicolae le Spathaire Milescu
a travers ses manuscrits. Bucure§ti, 2009.
291
Глава 7
приезде в Россию Спафарием были созданы три исторические
компиляции, обнаруживающие тематическую близость со Сте-
пенной книгой. Самая ранняя из них — Титулярник. Это про-
изведение создавалось с января по май 1672 г. В работе над
ним соединились усилия Николая Спафария, подьячего По-
сольского приказа Петра Долгово и иконописцев Ивана Мак-
симова (Посольский приказ) и Дмитрия Львова (патриаршие
мастерские).75 В результате получился трактат, посвященный
истории дипломатических сношений России с другими стра-
нами. Повествование сопровождается портретами русских ве-
ликих князей, царей, патриархов, а также правителей круп-
нейших государств Запада и Востока. Присутствуют и изобра-
жения гербов.76 Знаменательно, что Титулярник был создан
в трех списках: один «большой» (в развернутый лист) — для
Посольского приказа, и два «малых» (in folio) — для царской
семьи.77 Последние два списка еще в XIX в. хранились в лич-
ной библиотеке российских императоров. К чертам, свойст-
венным средневековой компиляции, можно отнести название
Титулярника, которое не отражает точно его содержание:
«Корень великих государей царей и великих князей россий-
ских». Такое название объясняется тем, что источником на-
чальной части созданного Спафарием трактата была родо-
словная книга, название первой главы которой стало загла-
вием Титулярника. В начале Титулярника излагаются собы-
75Чистякова Е. В., Богданов А, П. «Да будет потомкам явлено...». С. 30—
34; Лукичев М. П. «Титулярник» — Большая государственная книга
1672 г. // Лукичев М. П. Боярские книги XVII века: Труды по истории и
источниковедению. М., 2004. С. 399—418; Эскин Ю. М. Новые данные
о портретах в Титулярнике из собрания РГАДА // Русский исторический
портрет. Эпоха парсуны: Материалы конференции. [Труды ГИМ. Вып. 155].
М., 2006. С. 100. К работе над «малыми» списками Титулярника были при-
влечены еще иконописцы Макар Потапов и Федор Юрьев (Овчиннико-
ва Е. С, Портрет в русском искусстве XVII века. М., 1955. С. 66).
76 Соболева Н.А. Российская городская и областная геральдика XVIII—
XIX вв. М., 1981. С. 171—178.
77Существуют и другие, более поздние списки Титулярника, как лице-
вые, так и без миниатюр. У исследователей есть основания полагать, что это
произведение было отредактировано в 1677—1678 гг. (Грибов Ю. А. Лице-
вой Титулярник конца XVII в. из собрания ГИМ // Русский исторический
портрет. Эпоха парсуны: Материалы конференции. С. 116).
292
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
тия первых веков русской истории, в том числе легенда о при-
звании Рюрика, краткие летописного типа известия о княже-
нии его потомков и важнейших событиях древнерусской
истории. М. Д. Каган полагала, что источником отдельных
известий послужила Степенная книга.78 При решении вопро-
са, была ли Степенная книга источником Титулярника, не
представляется возможным рассматривать в качестве аргу-
мента присутствующие в Титулярнике стиль или «манеру»
Степенной книги, а также текстологическую близость Титу-
лярника с произведениями, включенными в Степенную книгу,
но бытовавшими и отдельно от нее. Повествование Титуляр-
ника действительно весьма близко по своим идеям и стили-
стическим особенностям к Степенной книге, но парадоксаль-
ность ситуации заключается в том, что Николаю Спафарию
текст Степенной книги, по-видимому, был неизвестен. Порт-
ретный ряд представителей династии Рюриковичей также су-
щественно отличается от Степенной книги. Сначала оба ряда
совпадают. В Титулярнике после Рюрика, Игоря и Святосла-
ва, как и в Степенной книге, приведены Владимир Святой,
Ярослав Мудрый, Всеволод Ярославич и Владимир Мономах.
Далее в Степенной книге следует Юрий Долгорукий, а в Титу-
лярнике — сыновья Мономаха Мстислав и Ярополк, Всеволод
и Игорь Ольговичи, и только затем помещен Юрий Долгору-
кий. Дальнейшее следование имен великих князей и царей
в Степенной книге и Титулярнике совпадает. Правда, в Титу-
лярнике после Ивана Грозного помещены портреты Федора
Ивановича, царевича Димитрия, Бориса Годунова, Василия
Шуйского и двух первых царей из династии Романовых.79 Та-
ким образом, в Титулярнике не прослежена линия прямых
предков московских царей, как это сделано в Степенной кни-
ге, а представлены наиболее известные герои древнерусской
истории. Генеалогический принцип здесь не выдержан после-
довательно. Можно думать, что если бы Николай Спафарий и
78Каган-Тарковская М. Д. Титулярник как переходная форма от истори-
ческого сочинения XVII в. к историографии XVIII в. // ТОДРЛ. Л., 1971.
Т. 26. С. 59—60.
79См.: Портреты, гербы и печати Большой государственной книги 1672 г. /
Издание Санкт-Петербургского Археологического института. СПб., 1903.
С. II.
293
Глава 7
его сотрудники-иконописцы ориентировались на Степенную
книгу, то в портретный ряд Титулярника не попали бы Мсти-
слав и Ярополк Владимировичи, Всеволод и Игорь Ольго-
вичи.
Рассмотрим указанные М. Д. Каган текстуальные заимст-
вования Титулярника из Степенной книги. Из их числа сле-
дует исключить краткую характеристику Александра Нев-
ского: «...храбрый князь великий Александр Ярославичь зо-
вомый Невский, иже над германы преславную победу показа
на реке на Неве, и на християнскую веру безбожнаго Беркая
царя львояростный гнев в Орде укроти, и по смерти даром
чюдесы от Бога прославлен. Преставися же в лето 6771-е,
во мнишеском образе имя бе ему Алексей». По мнению
М. Д. Каган, в нем «видна обработка редакции Жития Алек-
сандра Невского, помещенного в Степенную книгу».80 Как
представляется, здесь видно лишь знакомство Николая Спа-
фария с содержанием Жития Александра Невского, которое
бытовало и помимо Степенной книги.
Следующий фрагмент текста Титулярника, сходный со Сте-
пенной книгой, по М. Д. Каган, — повествование о Темир-
Аксаке. Оно помещено в двух местах: при описании правле-
ния московского князя Василия Дмитриевича и ниже, где
идет речь о восточных соседях России. В первом случае упо-
мянуто, что Бог «Российскую землю и все православие Шуми-
лова от нахождения безбожнаго Темир-Аксака пришествием
чюдотворнаго образа Пречистые Богоматери, его же богоглас-
ный Лука написа».81 Столь краткое упоминание возвести
к Степенной книге не представляется возможным. Во втором
случае в Титулярнике рассказывается о происхождении Те-
мир-Аксака, и сходный текст действительно читается в Сте-
пенной книге. Однако в Степенную книгу он попал в составе
Повести о Темир-Аксаке — популярного сочинения, текст
которого присутствует во многих летописях. Отметим, что,
например, рассматриваемый пассаж Титулярника оказывает-
ся ближе к версии Никоновской летописи, чем Степенной
книги:
80Каган-Тарковская М. Д. Титулярник как переходная форма... С. 60.
81 РНБ, Эрмитажное собр. 440, л. 4 об.
294
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
Никоновская летопись	Степенная книга	Титулярник
...прииде некий царь Те- мирь-Аксак с восточный страны, от Синиа Орды, от Самархийскиа земли, и много смущенна и мя- теж воздвиже во Орде и на Руси своим пришест- вием. О сем убо Темирь- Аксаце поведаша неции, яко исперва не царь бе, ни сын царев, ни пле- мяни царска, ни княжь- ска, ни боарска, но та- ко от простых нищих людей, от заяцких та- тар от Самархийския земли, от Синиа Орды, иже бе за Железными враты, ремеством же бе кузнец железный; нра- вом же и обычаем неми- лостив и злодействен, и хищник, и ябедник, и тать. Прежде же был раб у некоего ему госпо- дина, его же злонравна его ради отверже от себе господин его; он же не имея чем питатися и оде- ватися, крадяше и разби- ваше. Еще бо ему тогда мл аду сущу, и украде у некоего овцу; он же с своими ему сущими ят его и би много, и прело- ми ему ногу и бедру на- полы, и повръже его аки мертва, псом на снеде- ние. Он же по времени мнозе едва исцеле, и пре- кова себе ногу свою пре- битую железом, и тако- вою нужею храмаше, и того ради прозван бысть Темирь-Аксак; Темирь	Но в летописаниих являет о нем, яко страна некая, именем Арарь, иже на- рицается Междоречие, за- неже двоим источником окружающим ю, яко бы- ти ей межу же Индеи к северным странам и вос- точным, и от тоя страны бяше сей Темирь, сын ста- рейшины некоего от зая- икъских татар, иже бе за Железными враты. Ре- меством же бе кузнец же- лезный, нравом же и обы- чаем немилостив, и зло- действен, и хищник, и ябедник, и тать, иже преже бысть он раб у не- коего господина. Злонра- вна же его ради отверже его от себе господин его. Он же, не имея, чем пи- татися и одеватися, и пре- бывая крадый и разби- вая, и сим питаяся, еще бо ему тогда младу су- щу. И некогда украде у некоего человека овцю, иже и постижен бысть и много бьен, и преломи- ша ему ногу и бедру на полы. И повергоша его, мняще мерътваа, псом на снедь. Он же по вре- мени мнозе едва исцеле и ногу свою пребитую железом прекова. И того ради прозван бысть Те- мирь-Аксак. Темирь бо зовется татарьским язы- ком железо, Аксак же — хромець, и тако толку- ется железный хромець, яко от вещи и от дел	О вышереченном Темирь- Аксаке поведают гисто- рии: в лето 6910 при ве- ликом князе Василии Дмитреевиче и при бого- любивом архиепископе Киприяне, иже бе и мит- рополит, приходил с вос- точный страны от Синия Орды от Шемахинские земли от заецких татар войною некоторой царь Темирь-Аксак, и много мятеж во Арде воздвиже и в Росии велику брань сотвори. Той Темирь- Аксак не царь бе родом, ни князь, ни болярска рода, но от худых за- еицких татар, иже за Железными враты, ко- вач был желез и злым делам начальник. И у не- коего господина работав недобре, отослан и укра- де овцу, биен же неми- лостивно, ногу и бедру надвое пребиша. Он же от того биения уздрави- ся, издела себе ногу же- лезную, посему назван Темирь-Аксак. И прибра к себе злых людей 100 че- ловек — и бысть им раз- бойник, а после прибра до 1000 человек — бысть им князь, а егда их учи- ло быть больший — имяновася царем. Той же окоянный Темирь- Аксак многи земли по- плени и многи грады и страны и царства поймал под себя и многи дани и оброки с них имаша.82
82РНБ, Эрм. 440, л. 198.
295
Глава 7
бо зовется татарским язы-
ком железо, а Аксак —
хромець, и тако позван
бысть Темирь-Аксак, иже
толкуется железный хро-
мець, яко от вещи и от
дел имя приат. И сице
по исцелении от ран не
токмо не лишися злаго
обычая, но и на горшее
наипаче возтече, бысть
разбойник лют и неми-
лостив; и совокупишася
к нему мужи и юноши
жестоцы и немилостиви,
всегда разбивающе
и кровь проливающе.
И егда их бысть числом
яко сто, и нарекоша его
над собою старейшину
разбойником; и егда же
бысть их числом и до
тысящи, тогда уже на-
зывааху его князем; егда
же наипаче умножиша-
ся, и многи земли по-
плени и многы грады и
страны и царства по-
ймал, тогда уже царя
его у себе именоваху.
И нача многи рати тво-
рити и многи брани воз-
движе, и много крово-
пролитна показа, и мно-
гы победы и одолениа
супротивным сотвори,
и многи грады и страны
и земли повоева, и люди
поплени, а иных смерти
пред аде. И многи облас-
ти и языки и княжениа
и царствиа покори под
себе...83
имя приат. И паки по
исцелении от ран не ток-
мо не лишися злаго сво-
его обычая, но паче гор-
шее неистовьствуя, бысть
лют разбойник; и сово-
купишася к нему юно-
ши жестоци и немило-
стиви, всегда разбиваю-
ще и крови проливаю-
ще. И шед, порази некиа
пастыря и взят овца их,
идеже и устрелен бысть
в ногу, и храмляше.
И от сего приобрете име-
ние. И егда бысть их чис-
лом яко сто, и нарекоша
его старейшину разбой-
ником; егда же стяжа
тысящу мужей, и тогда
уже князем зваху его.
И с теми тысящею му-
жей устремися изгоном
на некоего началника мес-
ту, ему же имя Карама-
дин, иже имяше под со-
бою десять тысящь му-
жей. Темирь же и того
победи, и страну ту приат.
И с теми десятию тыся-
щами изгоном пришед в
Перейду и самого начал-
ника персом ят, и всеми
персы облада. И бысть
воиньства его сто и пять-
десят тысящь. По сих же
и окрестный страны вся
к себе покори, и стяжа
множество богатьства,
и вся восточная погуб-
ляя, мало не всю Елладу
обтече и о западе хваля-
шеся. И тогда уже царем
его зваху.83 84
83ПСРЛ. Т. 11. С. 158.
84СКДС 491—492.
296
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
Версия Титулярника в отдельных чтениях оказывается
ближе к тексту Никоновской летописи, более ранней версии
Повести о Темир-Аксаке, чем помещенная в Степенной книге
(наиболее существенные общие чтения Никоновской летопи-
си и Титулярника в таблице выделены курсивом). С особен-
ной ясностью это положение подтверждает чтение, где идет
речь о происхождении Темир-Аксака: в Никоновской летопи-
си «не царь бе, ни сын царев, ни племяни царска, ни княжь-
ска, ни боарска, но тако от простых нищих людей, от заяцких
татар», в Титулярнике сходно с этим — «не царь бе родом, ни
князь, ни болярска рода, но от худых заеицких татар»,
а в Степенной книге совсем другое чтение — «сын старейши-
ны некоего от заяикъских татар». Очевидно, что рассматри-
ваемый текст Титулярника не может восходить к Степенной
книге.
Еще один текст Титулярника, который М. Д. Каган счита-
ла заимствованным из Степенной книги — рассказ о знаме-
нии в Константинополе, предвещающем гибель города.85 Этот
рассказ происходит из Повести о взятии Царьграда Нестора-
Искандера, которая вошла в состав Степенной книги, однако
известна также в составе целого ряда летописей и хроногра-
фов.86 В Хронографе редакции 1512 г. читается один из ран-
них вариантов Повести, и именно к нему, а не к Степенной
книге, оказывается ближе текст знамения из Титулярника,
в котором читается имя константинопольского патриарха —
Анастасий.87 Оно отсутствует в Степенной книге88 и имеется
в хронографической редакции Повести.89 Следовательно,
источником для Титулярника в заимствовании фрагмента
Повести о взятии Царьграда послужила не Степенная книга.
Не встречается в русских летописях сообщение Титуляр-
ника о браке дочери московского князя Василия Дмитрие-
вича с византийским императором Мануилом: «...дщерь его,
великого князя Василия, княжна Анна была замужем за гре-
85Каган-Тарковская М. Д. Титулярник как переходная форма... С. 60.
86Творогов О. В, Повести о взятии Константинополя турками в 1453 г. //
Словарь книжников и книжности Древней Руси. Л., 1989. Вып. 2. Ч. 2.
С. 195—197.
87Эрм. 440, л. 192.
88СКДС 579.
89ПСРЛ. Т. 22. Ч. 1. С. 453.
297
Глава 7
ческим царем за Мануилом Ивановичем Палеологом...».90 Со-
гласно летописной версии и данным аутентичных византий-
ских источников, Анну выдали замуж за Ивана, сына Мануи-
ла.91 В 19-й главе XIII грани Степенной книги, которая назы-
вается «Царь Мануил женился у великого князя Василия
Димитриевичя», рассказывается о женитьбе на Анне именно
Мануила.92 В. В. Кусков считал, что данное чтение появились
в Степенной книге.93 Присутствие его в Титулярнике, по мне-
нию М. Д. Каган, следует объяснять влиянием Степенной
книги.94 Однако А. С. Усачев доказал, что Степенная книга
здесь следует Хронографу, где такое чтение также присутст-
вует.95 Таким образом, отмеченное М. Д. Каган совпадение
Титулярника и Степенной книги в вопросе о браке дочери
Василия Дмитриевича можно объяснить общим восхожде-
нием к Хронографу. Предложенное объяснение не будет ма-
ловероятным, поскольку известие о браке дочери московского
князя и византийского императора как нельзя лучше вписы-
валось в концепцию и Степенной книги, и Титулярника и
отвечало амбициям царских идеологов того времени.
О незнакомстве с текстом Степенной книги свидетельст-
вуют и два других историко-литературных трактата, вышед-
ших из-под пера Николая Спафария в 70-е гг. XVII в. Это Ва-
силилогион и Книга об избрании Михаила Федоровича. Второе
из этих произведений роднит с Титулярником богатое худо-
жественное оформление, а также пресловутый «дух» Степен-
ной книги. Книга об избрании Михаила Федоровича начинает
свое изложение с восшествия на престол царя Федора Ивано-
вича: «По великом государе царе и великом князе Иоанне Ва-
сильевиче всея России самодержце от его царьскаго прекрас-
ноцветущаго корене пресветлая и преславная ветвь от Бога
данныя и благочестивый супруги от великия государыни ца-
90Эрм. 440, л. 5.
9Х Медведев И. П. Внучка Дмитрия Донского на византийском престоле? //
ТОДРЛ. Л., 1976. Т. 30. С. 255—262.
92СКДС 483—484.
93Кусков В, В. Степенная книга как литературный памятник XVI века:
Дис. ... канд. филол. наук. М., 1951. С. 201.
94Каган-Тарковская М.Д. Титулярник как переходная форма... С. 60.
95 Усачев А. С. Степенная книга и древнерусская книжность времени мит-
рополита Макария. М.; СПб., 2009. С. 280—281.
298
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
рицы и великия княгини Анастасии Романовны Юрьева про-
цвете сын его великий государь благоверный и христолюби-
вый великий государь царь и великий князь Феодор Иоанно-
вичь всея России самодержец...».96 Далее изложение переходит
от смерти Федора Ивановича к событиям Смутного времени.
Как видим, зависимости от Степенной книги здесь нет и не
может быть, однако стилистическое сходство присутствует.
Оно вызвано, скорее всего, тем обстоятельством, что оба произ-
ведения относятся к разряду официозных сочинений, утвер-
ждающих и прославляющих власть московских самодерж-
цев. При таких посылках даже независимые один от другого
тексты будут иметь много общего. В этом же ключе выдержа-
но еще одно историческое произведение Николая Спафария —
Василилогион. А. С. Матвеев в упомянутой выше челобитной
царю Федору Алексеевичу охарактеризовал Василилогион сле-
дующим образом: «Третия книга всех предков твоих благо-
честивых великих государей князей и благочестивых великих
государей царей и самодержцев, славных в разных победах,
в лицах с историями».97 * Этот сборник состоит из биографий
наиболее прославленных правителей из античной, библейской,
византийской и русской истории, среди которых Навуходоно-
сор, Давид, Соломон, Александр Македонский, Юлий Цезарь,
Октавиан Август, Константин Великий, Феодосий, Владимир
Мономах, Александр Невский, Дмитрий Донской, Иван Гроз-
ный, Федор Иванович, Михаил Федорович и Алексей Михай-
лович. Из представленных в Василилогионе четыре персона-
жа присутствуют и в Степенной книге — это Владимир Моно-
мах, Александр Невский, Дмитрий Донской и Иван Грозный.
Их биографии на страницах Василилогиона не имеют тексту-
альной близости со Степенной книгой, да и биографиями эти
краткие характеристики назвать трудно. Например, о Влади-
мире Мономахе сказано: «Сей от великого князя Владимира
Святославича, крестившаго всю Российскую землю святым
крещением, четвертое колено приим во обдержании Россий-
96 Книга об избрании на царство великаго государя царя и великого князя
Михаила Федоровича / Издана Комиссиею печатания государственных гра-
мот и договоров, состоящею при Московском главном архиве МИД. М., 1856.
С. 1—2 (по кириллической пагинации).
97Цит. по: Михайловский И. Н. Важнейшие труды Николая Спафария
(1672—1677)... С. 30—31.
299
Глава 7
скаго государьства по великом князе Святополке Святосла-
виче [sic!]». Далее излагается легенда о получении царских ре-
галий из Византии, толкуется прозвище «Мономах» («се есть
единоборбственный [sic!] царь Великия России»); завершает-
ся характеристика Владимира Мономаха известием о его кон-
чине (с неверной датой): «Великий князь Владимир, пожив
благополучно, преставися в лето 6045».98 В Степенной книге
Владимир Мономах охарактеризован сходным образом, но дру-
гими словами: «Сей убо боговенчанный царь и великий князь
Владимир, сын Всеволожь Ярославича, правнук блаженнаго
самодръжца Владимира, от него же бысть четвертый степень,
пресловущий в Руси царским именованием, иже по матери
дедним званием имянуем есть Манамах».99 Далее в Василило-
гионе следует описание Александра Невского: «Сей великий
князь родися от великого князя Владимира Мономаха, бысть
же во ополчениях ратных прехрабрый воин. Невский же на-
речеся от сего, егда борбствова [sic!] противо Немцов на реце
Неве и победи их преславно, та же безбожнаго Беркая царя
лвояростный его гнев на христианскую веру во Орде укроти
и иная многая преславная дела сотвори, яже множества ради
оставим. Поживе же на великом Российском княжении бла-
гополучна лета и восприя себе монашеский чин и наречеся
Алексий. И тако пожив во благочестии, преставися во мона-
шеском образе в лето 6470. Не токмо же сей великий князь,
жив сый, великия дела сотвори, но и по смерти дар от Бога
чюдесем прия и святый наречеся».100 Здесь встречаем пере-
фразированный текст Титулярника об Александре Невском
(см. выше), опять ошибку в дате и еще одну несообразность.
Приведенный текст можно понять так, что Александр Нев-
ский после пострига еще некоторое время жил «во благочес-
тии» и затем умер. В реальности же Александр Невский, как
известно, принял монашество на смертном одре. Несмотря на
знакомство с биографией Александра Невского, у Николая
Спафария не удается обнаружить параллели с изложением
Степенной книги, где, в общем, приведены те же факты.
В характеристике Дмитрия Донского указана его генеалоги-
"БАН, Арханг. С. 129, л. 283 об.—284.
"СКДС 220.
100БАН, Арханг. С. 129, л. 284—284 об.
300
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
ческая связь с Александром Невским: «Сего великаго князя
отец бяше великий князь Иоанн Иоаннович, правнук вы-
шереченнаго великаго князя Александра Невскаго».101 Отме-
тим, что в Степенной книге также рассказывается о степени
родства Дмитрия Донского с ближайшими предками, причем
этот ряд заканчивается именно Александром Невским. Далее
следует указание на общего родоначальника Владимира без
указания степени родства: «Сий Богом препрославленый и
достохвалный великий князь Димитрий, иже родися от бла-
городну и от пречестну родителю, великаго князя Ивана Ива-
новичи и от матери великиа княгини Александры, внук же
бысть великаго князя Ивана Даниловичя, събрателя Руской
земли, правнук великого князя Данила Александровичи Мос-
ковьскаго, праправнук великаго князя и чюдотворьца Алек-
сандра Ярославичя Невьскаго, от корени святаго и Богом на-
сажденнаго саду отрасль благоплодна и цвет прекрасный
царя Владимера».102 Таким образом, здесь изложение Нико-
лая Спафария опять совпадает со Степенной книгой. Но сви-
детельствует ли такое совпадение об использовании Степен-
ной книги? Николай Спафарий описывает биографию Дмит-
рия Донского непосредственно после биографии Александра
Невского. При переходе от одной биографии к другой вполне
логичным представляется указание на родство их героев. По-
мещенная далее биография Ивана Грозного начинается с со-
ответствующего указания: «Отец бяше сего великаго государя
царя и великаго князя Иоанна Васильевича всея России ве-
ликий князь Василий Иоанновичь, правнук вышеимянован-
наго великаго княза Димитрия Иоанновича Донскаго».103
В Степенной книге при описании царствования Ивана Грозно-
го подобного указания не содержится. После генеалогическо-
го вступления о Дмитрии Донском в Василилогионе сказано:
«Егда же сей великий князь Димитрий Иоанновичь восприя
скипетр Российскаго княжения, тогда бысть достохвалный
во храбрости и прекрепкий по победе победитель», а далее
излагается история Куликовской битвы.104 Соответствия этому
101БАН, Арханг. С. 129, л. 284 об.
102СКДС 446.
103БАН, Арханг. С. 129, л. 285 об.
104Там же, л. 284 об.—285.
301
Глава 7
тексту в Степенной книге нет. Повествование Титулярника
об Иване Грозном также не имеет никаких параллелей со Сте-
пенной книгой.
Итак, в 70-е гг. XVII в. в Посольском приказе создавались
произведения, родственные Степенной книге по тематике,
но появившиеся совершенно независимо от нее. По-видимо-
му, книжники Посольского приказа не имели в своем распо-
ряжении текста Степенной книги. Это положение подтвер-
ждает запрос от 18 марта 1679 г. из Книгопечатного приказа
в Посольский приказ с требованием «прислать книгу Степен-
ную з бытии великия княгини Ольги подлинную на время
для списку». На этот запрос подьячие Посольского приказа
ответили отказом, поскольку списка Степенной книги в их
ведомстве не было.105 Отметим, что не был знаком с текстом
Степенной книги и другой писатель того времени иностранно-
го происхождения — Юрий Крижанич.106
Близкое Степенной книге по тематике сочинение было соз-
дано в Киево-Печерском монастыре в начале 70-х гг. XVII в.,
в то время, когда обострились отношения России и Речи По-
сполитой и решалась судьба находившегося под временным рус-
ским протекторатом Киева.107 Первое издание вышло в 1674 г.,
с традиционным для киевской книжности названием «Синоп-
сис» (полное название: «Киевский синопсис или краткое собра-
ние от различных летописцев о начале славенороссийского
народа и о первоначальных князех богоспасаемого града Кие-
ва») и под именем архимандрита Киево-Печерского монасты-
ря Иннокентия Гизеля,108 что было принято для изданий, осу-
ществляемых монастырской типографией. С этих пор за рас-
105Процитированный документ, РГАДА, ф. 159, № 1977, л. 1—2, указан
в статье М. П. Лукичева и Б. Н. Морозова (К истории организации офици-
ального летописания XVII в. С. 144).
106Из произведений русской историографии Крижанич пользовался Сво-
дом 1652 г. (Пушкарев Л. Н. Юрий Крижанич. Очерк жизни и творчества.
М., 1984. С. 126—127), который, как указано выше, содержал прямые и
косвенные (через Милютинские минеи) заимствования из Степенной книги.
107Еремин И. П. К истории общественной мысли на Украине второй поло-
вины XVII века Ц ТОДРЛ. М.; Л., 1954. Т. 10. С. 212—213.
108См.: Украхнсью письменники: Б1об1бл1ограф1чний словник. 2-е изд.,
перераб. Харк1в, 2005. Т. 1. Давня укра!ньска л!тература (XI—XVII ст.) /
Уклав Л. Е. Махновець. С. 293—296.
302
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
сматриваемым трактатом закрепилось его почти случайное
название «Синопсис»,109 а также имя Гизеля как автора. Со-
ставленный на основе летописной и историографической тра-
диции, а также бытовавших в то время в Киеве древнерус-
ских источников, Синопсис повествует о древней, преимуще-
ственно домонгольской, истории русских земель. В центре
интересов Синопсиса древняя история Киева, поскольку этой
теме была посвящена Хроника Феодосия Сафоновича — один
из основных источников Синопсиса.110 Начиная со второго
(1678 г.) и третьего (1680 г.) изданий к тексту Синопсиса при-
соединяли рассказы о современных событиях, а также обшир-
ные фрагменты Сказания о Мамаевом побоище. Таким обра-
зом, Синопсис начиная с третьего издания излагал русскую
историю хоть и пунктирно, но с наибольшим хронологиче-
ским охватом.111 Есть данные, что второе издание Синопсиса
в России использовали уже в год его выхода (например, при
составлении Латухинской Степенной книги — см. ниже).
Со временем Синопсис стал самым популярным сочинением
по русской истории, известны его многочисленные издания
XVIII и XIX вв. Выдержанное в духе прославления Русского
государства повествование Синопсиса тематически и идеоло-
гически оказывается весьма близким к Степенной книге.
В литературе высказывалось предположение, что Степенная
книга была среди источников Синопсиса.112 Однако это не
так. В вопросе взаимоотношения Степенной книги и Синоп-
сиса мы наблюдаем ту же картину, что и при рассмотрении
109Данное название было традиционным для киевских исторических трак-
татов XVII в. (Сычева М. Б. О предполагаемом Синопсисе 1671 г. // Вестник
СПбГУ. 2006. Сер. 2. История. Вып. 2. С. 15—21).
110Феодос1й Софонович. Хрошка з лиописщв стародавшх. Ки!в, 1992;
Милюков Н. П. Главные течения русской исторической мысли. 3-е изд.
СПб., 1913. С. 10; Переписка митрополита киевского Евгения с государст-
венным канцлером графом Н. П. Румянцевым и некоторыми другими со-
временниками: с 1813 по 1825 год включительно. Воронеж, 1868. Вып. 1.
С. 34, 35, 37; Дмитриев М. Киево-Могилянская академия и этницизация
исторической памяти восточных славян (Иннокентий Гизель и Феодосий
Софонович) // Кшвська Академ1я. Ки!в, 2006. Вып. 2—3. С. 14—31.
1ПЧистякова Е. В., Богданов А. П. «Да будет потомкам явлено...».
С. 50—59.
112Усачев А. С. «Долгий XVI век» российской историографии // Общест-
венные науки и современность. 2008. № 2. С. 111.
303
Глава 7
исторических произведений Николая Спафария. А именно:
Степенная и Синопсис зачастую повествуют об одних собы-
тиях, оценивают их почти одинаково, применяют даже сход-
ную лексику.113 И все же при всей близости текстов они,
по нашему мнению, не являются родственными. Сопоставим
в качестве примера два наиболее близких места Степенной
книги (из 37-й главы I грани и из 11-й главы), ее источника
Никоновской летописи и Синопсиса:
Никоновская летопись	Степенная книга	Синопсис
И обещавшеся крестити- ся и просиша архиерея, и посла к ним царь. И внегда хотяху крести- тися, и пакы уныша, и реша ко архиерею: «Аще не видим знамение чюдно от тебе, не хочем быти хрестиане». Архиерей же рече: «Просите еже хощете». Они же реша: «Хощем, да ввержеши святое Евангелие во огнь, иже учит Христова словеса; да аще не згорит, будем христиане, и елика на- учиши нас, сохраним сиа и не преступим». И рече архиерей: «Елика про-	А иже бяху с ними тогда русы, иже и кумани, живущии въ Ексинопон- те, с ними же тогда гре- ческий царь Василий Ма- кедонии сътвори мирное устроение, их же и на христианьство преложи; и обещавшеся крестити- ся и просишя архиерея. Преже помянутый же греческий царь Михаил, сын святыя Феодоры, даде им архиерея. И вне- гда хотяху креститися русы, и пакы уныша и решя к архиерею: «Аще не видим знамение чюд- но от тебе, не хощем быти христиане». Архие- рей же рече: «Просите, еже хощете». Они же ре- ша: «Хощем, да вврьже- ши святое Иеуангелие в огнь, иже суть Христова словеса, да аще не зго- рит — будем христиане, и елико научиши нас, вся сии съхраним непре- ложно». И рече архие- рей: «Елика просите, бу-	О сем, колькраты россы прежде Владимира да- же до царства его кре- стишася. Третие крестишася Рос- сы лета от Рождества Христова 886, в царство Греческаго Царя Василия Македона, тому ж Пат- риарху Фотию еще живу сущу, от них же при- слан бысть крещения ради Россов, обладающу князю Олегу, Михаил митрополит, иже пришед к россом, понуждаем бя- ше от них, да прежде чудо кое сотворит; а он вопрошаше их: «Коего бы чуда требовали?» они же рекоша: «Книга Еван- гелие, яже учит Вере Христовой, да будет в огнь ввержена, и аще не сгорит, познаем оттуду, яко велик есть Бог, егоже ты пропове- дуеши». Тогда митропо- лит повеле огнь велий посреде града возгнети-
113Отметим, что в Хронике Феодосия Сафоновича подобного сходства со Сте-
пенной книгой не наблюдается (Феодосш Софонович. Хрон1ка з л!тописщв
стародавн!х. Ки!в, 1992. Л. 31 и др.).
304
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
сите, будет вам». Повеле и сотвориша огнь велий, и воздев руце свои на небо архиерей и рече: «Христе Боже, прослави имя Свое!» И по- стави святое Евангелие во огнь, и пребысть много время в нем, и не прикоснуся его огнь. Сие видевше руси удивишася, чюдящеся силе Христо- ве, и вси крестишася (ПСРЛ. Т. 9. С. 13).	деть вам». И повеле им сътворити огнь велий и, въздев руцы на небо архиерей и рече: «Хри- сте Боже нашь, просла- ви имя Твое!» И постави святое Иеуангелие в огнь, и пребысть в нем много время, и не прикоснуся его огнь. Сие же пре- славное чюдо видевше руси и удивишяся, чюдящеся силе Христо- ве, и вси крестишяся (СКДС 78).	ти, и воздвигши руце на Небо, помолися Господу Богу, глаголя: «Просла- ви имя твое, Христе Бо- же! и сие рек, Святое Евангелие на бремя дров положи; и егда дрова все погореша и огнь погасе, обретеся Евангелие все цело и отнюд огнем не бысть врежденно. Толи кое чудо видяще, мнози вероваша во Христа и крестишася (Синопсис. Киев, 1678. Л. 67—68).
Крести же Михаил мит- рополит 12 сынов Вла- димеровых, их же имена суть сиа... (ПСРЛ. Т. 9. С. 57)	О крещении сынов Вла- димирих. Михаил же митрополит крести тогда дванадесять сынов, их же роди Вла- димир преже святаго кре- щениа от различных жен (СКДС 127).	О крещении сынов Вла- димировых. Тогожде времени сам Ми- хаил митрополит всех дванадесяти сынов Вла- димировых, их же име от различных жен на- едине в кринице или на источнику	окрести... (Синопсис. Киев, 1678. Л. 64 об.—65)
Во втором случае наблюдается даже совпадение формули-
ровки «от различных жен» и заголовка. Есть основания утвер-
ждать, что Степенную книгу в Киеве в XVII в. знали. Изве-
стна украинская обработка Жития княгини Ольги, извлечен-
ного из Степенной книги. Вторично к Степенной для редакти-
рования Жития Ольги обратился уже Димитрий Ростовский,
живя в центральной России (см. гл. 9). Киевские же совре-
менники Димитрия Ростовского к Степенной книге почти не
обращались. В Синопсисе мы встречаем близость по преиму-
ществу тематическую. Текстологические совпадения хоть и
присутствуют, но настолько незначительны, что не свидетель-
ствуют об использовании Степенной книги. Как отмечают
исследователи, интерес украинских книжников к древнерус-
ской истории усилился после присоединения Украины в 1654 г.
Во второй половине XVII в. украинские и московские книж-
ники решали сходные задачи, оперируя подчас одинаковыми
305
Глава 7
примерами.114 Таким образом, в ряде историко-идеологиче-
ских сочинений XVII в. решались те же задачи, что и в Сте-
пенной книге, которая при создании этих произведений,
вероятно, не использовалась. Объяснить такой парадокс мож-
но тем обстоятельством, что вплоть до последней четверти
XVII в., до царствования Федора Алексеевича, Степенная
книга обладала известностью, да и то не особенно широкой,
в основном в церковной среде.
Пожалуй, лишь в 80-е гг. XVII в. текст Степенной книги
становится общеизвестным. К этому или несколько более ран-
нему времени относится ряд мероприятий по привлечению
Степенной книги к государственному историко-идеологическо-
му творчеству. Прежде всего следует обратиться к так назы-
ваемой Латухинской Степенной книге.115 Ее автором является
Тихон Макарьевский. Имя Тихона Макарьевского в историю
русской культуры вписали музыковеды. Еще В. М. Ундоль-
ский указал, что Тихон является автором музыкально-теоре-
тического сочинения «Ключ разумения»,116 которое посвяще-
но проблеме перевода музыкальных текстов со знаменной но-
тации в пятилинейную.117 В 80-е гг. XIX в. С. Ф. Платонов,
изучая Латухинскую Степенную книгу, выявил в виршах,
предваряющих в ней собственно историческое изложение,
акростих, из которого следует, что автором Латухинской Сте-
1}ЛКогут 3. Истоки парадигмы единства: Украина и создание русской на-
циональной истории (1620—1860-е гг.) // Ab Imperio. Теория и история на-
циональностей и национализма в постсоветском пространстве. 2001. № 1—2.
С. 73—78; Владимир (Василий) Святославович // Православная энциклопе-
дия. М., 2004. Т. 8. С. 711, 713—714 (Раздел написан А. С. Преображен-
ским).
115Ее наименование, как и многие названия древнерусских исторических
сочинений, случайно. Его присвоил тексту Н. М. Карамзин, получивший
список этого произведения от любителя истории балахнинского купца Лату-
хина.
116Название заимствовано из популярной во второй половине XVII в. кни-
ги — так назывался сборник проповедей ректора Киево-Могилянской кол-
легии Иоанникия Галятовского, выдержавший в 1659—1665 гг. четыре
издания. Подчеркнем, что совпадением названия сходство этих произведе-
ний исчерпывается. Также не следует связывать с трудом Тихона Макарьев-
ского иконографический извод богородичной иконы «Ключ разумения».
117 У идольский В. М. Замечания для истории церковного пения в России //
Чтения ОИДР. 1846. Отд. 1. С. 15—16.
306
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
пенной книги также был Тихон Макарьевский.116 * 118 Немало-
важное наблюдение сделал и В. С. Иконников. Он обратил
внимание на рукопись исторического содержания, завещан-
ную Тихоном Макарьевским родному Макарьевскому Желто-
водскому монастырю, описание которой опубликовал нижего-
родский краевед архимандрит Макарий (Миролюбов). Текст
обнаруженной архимандритом Макарием рукописи представ-
ляет собой трактат об истории всеобщей и российской, его
изложение доведено до 1705 г. Иконников поставил вопрос,
мог ли Тихон Макарьевский быть автором и этого историче-
ского сочинения.119 Таким образом, в научной литературе уже
к началу XX в. появились данные для характеристики исто-
рических писаний Тихона Макарьевского.
О биографии Тихона нам известно немного.120 По-видимо-
му, он был уроженцем Нижнего Новгорода, поскольку свои
сбережения завещал на постройку в нижегородском посаде
каменной Вознесенской церкви (вместо прежней деревянной),
прихожанином которой был до пострижения в монахи. Мож-
но думать, что в этом приходе он жил продолжительное
время, поскольку хотел оставить там о себе память и после
смерти.121 Следующий известный нам эпизод из биографии
Тихона относится ко времени, когда он был монахом Макарь-
евского Желтоводского монастыря. Почитание Макария Жел-
товодского, деятельность которого относится к XV в., особен-
но активизировалось в Смутное время. Известно, что участни-
ки второго ополчения носили с собой икону Макария. Когда
же царь Михаил Федорович в 1619 г. отправился в паломни-
ческую поездку в Кострому, патриарх Филарет предписал ему
в обязательном порядке посетить Макарьев Унженский мона-
стырь. Правда, почитание Филаретом Макария может объяс-
няться и сходством их биографий — они оба долгое время
116Платонов С. Ф. Древнерусские сказания и повести о Смутном времени
как исторический источник. СПб., 1888. С. 320—324.
119Иконников В. С. Опыт русской историографии. Киев, 1908. Т. 2, кн. 2.
С. 1347—1348.
120См.: Буланин Д. М., Ромодановская Е. К. Тихон Макарьевский //
Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 3 (XVII в.). Ч. 4.
СПб., 2004. С. 40—42.
121Храмцовский Н. Краткий очерк и описание Нижнего Новгорода. Ниж-
ний Новгород, 1859. Ч. 2. С. 77.
307
Глава 7
провели в плену: Макарий у татар, а Филарет у поляков.122
Михаил Федорович положил начало традиции царских вкла-
дов и других милостей по отношению к Макарьеву Унженско-
му монастырю. Желтоводского монастыря тогда не существо-
вало, поскольку его разорили татары еще в XV в. В 1629 г.,
однако, восстановили и Желтоводский монастырь. С начала
своего существования эта обитель заняла особое место в цер-
ковной и общественной жизни. Сам по себе красноречив тот
факт, что и патриарх Никон, и протопоп Аввакум (равно как
и ряд других лидеров старообрядчества) в начале своей дея-
тельности были связаны с Желтоводским монастырем.123 Хо-
зяйственная деятельность монастыря была также впечатляю-
щей.124 Достаточно упомянуть, что возникшая у монастыр-
ских стен ярмарка со временем приняла общероссийский мас-
штаб, стала самой крупной в стране. Переведенная в начале
XIX в. в Нижний Новгород, она получила известность под на-
званием Нижегородской.
Итак, Желтоводский монастырь, монахом которого стал
Тихон, во второй половине XVII в. был весьма процветающей
и влиятельной обителью. Согласно наблюдениям П. М. Строе-
ва, в 1675—1678 гг. в Желтоводском монастыре числился на-
стоятель по имени Тихон.125 С. Ф. Платонов предположил,
что речь идет об интересующем нас лице, однако никаких
указаний на это (кроме совпадения имени, правда, довольно
редкого) не имеется. При этом мы располагаем другой инфор-
мацией о Тихоне в бытность его монахом Желтоводского мо-
настыря. А. А. Титов привел легенду о похищении частицы
мощей преподобного Макария из Унженского монастыря дву-
мя монахами Желтоводского монастыря, одним из которых
был живший на покое в Желтоводском монастыре бывший
архиепископ Сибирский Симеон, а другим — наш Тихон.
Причиной преступления, совершенного желтоводскими мона-
122Это соображение высказала мне в устной беседе С. Г. Виноградова.
123 Лоньфко Н. В. Обновление Макариева Желтоводского монастыря и но-
вые люди XVII в. — ревнители благочестия // ТОДРЛ. СПб., 1990. Т. 43.
С. 58—69.
124 Обширный архив Желтоводского монастыря хранится в Государственном
архиве Нижегородской области, но исследований на эту тему мне не известно.
12ЬСтроев П. М. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской
церкви. СПб., 1877. Стб. 613.
308
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
хами, явилось то обстоятельство, что мощи Макария Желто-
водского оставались в древнем Унженском монастыре, Жел-
товодский же монастырь был лишен главной святыни — мо-
щей своего святого основателя. Через некоторое время после
похищения, как повествует легенда, оба заговорщика почув-
ствовали различные недомогания, которые прекратились лишь
после возвращения украденной частицы мощей в Унженский
монастырь. Для этого Тихону пришлось приехать из новго-
родских пределов, где он пребывал в одном монастыре.126
П. Г. Васенко с сомнением относился к приведенной леген-
де,127 однако, поскольку мы ничего не знаем о жизни Тихона
в Желтоводском монастыре, у нас нет оснований отвергать ее,
поскольку она содержится в Сказании об обретении мощей
Макария Желтоводского, составленном в XVII в. (ИРЛИ, Лукь-
янов 51), как, впрочем, и безоговорочно ей доверять. В леген-
де есть одна характерная деталь, которая проливает свет на
ранний период творчества Тихона. Чтобы вернуть частицу
мощей в Унженский монастырь, Тихон должен был приехать
из Новгородчины. Следовательно, он надолго отлучался из Жел-
товодского монастыря. Это обстоятельство имеет важное зна-
чение для нашей темы. Самое раннее его сочинение, так на-
зываемая Латухинская Степенная книга, судя по предислов-
ным виршам, была написана в 1678 г., т. е. в бытность автора
желтоводским монахом. Л. Л. Муравьева ввела в научный обо-
рот древнейший список Латухинской Степенной — Нижего-
родский (НГОУНБ, Ц-2658/2).128 На полях рукописи читают-
ся маргиналии, исполненные основным почерком и представ-
ляющие собой окончательную редакторскую правку текста,
учтенную в последующей рукописной традиции. Это обстоя-
тельство позволяет считать Нижегородский список авторской
рукописью, архетипом Латухинской Степенной книги.129 Со-
гласно вкладной записи Нижегородского списка, Тихон вло-
жил его в Желтоводский монастырь в 1679 г. Тогда же он по-
126 Титов А. А. Троицкий Желтоводский монастырь у старого Макарья
(1435—1887). М.» 1887. С. 6—7.
127 Васенко П. Г. Заметки к Латухинской Степенной книге. СПб., 1902.
С. 86.
126 Муравьева Л. Л. О Списках Латухинской Степенной книги // АЕ за
1964 год. М., 1965. С. 85—91.
Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 330—337.
309
Глава 7
лучил назначение в Новоиерусалимский монастырь. Не сле-
дует думать, что Тихон перед переездом таким образом избав-
лялся от своей библиотеки. В предисловных виршах к Лату-
хинской Степенной (они присутствуют и в Нижегородском
списке) говорится, что свой исторический труд автор «в лавру
Желтоводскую отд ах» — это свидетельствует о неслучайности
передачи архетипного (а в 1679 г. — единственного) списка
Латухинской Степенной в Желтоводский монастырь.
Обращаясь к тексту Латухинской Степенной, основного
исторического труда Тихона, следует отметить его общерус-
ский, отнюдь не провинциальный характер. В Латухинской
Степенной наиболее удачно решена важнейшая проблема рус-
ской историографии XVII в. Канонический текст Степенной
книги, составленный в 60-е гг. XVI в., благополучие страны
связывал с правящей династией Рюриковичей. Как говори-
лось выше, после пресечения этой династии в 1598 г. Степен-
ную книгу неоднократно пытались продолжить, доведя ее
изложение до современности. В 1657—1659 гг. над подобной
задачей работал специально созданный Записной приказ. Ха-
рактерно, что результаты его деятельности нам неизвестны.
Все имевшие место попытки продолжения Степенной книги
неизменно сталкивались с проблемой невозможности пока-
зать прямую преемственность Романовых от Рюриковичей.
А для композиционных особенностей Степенной книги, как
уже указывалось, это имеет принципиальное значение, так
как ее текст разделен на степени — поколения Рюриковичей,
от Владимира Святого (I степень) до Ивана Грозного (XVII сте-
пень). Продолжателям Степенной книги удавалось описать
в виде XVIII степени правление Федора Ивановича, но прав-
ления Годуновых, Шуйского и Романовых приходилось оформ-
лять в качестве «царств», подражая Хронографу. Разрыв
исторической традиции был, таким образом, налицо. Такая
ситуация не могла вызывать положительную реакцию со сто-
роны творцов государственной идеологии. Следовало предста-
вить всю русскую историю в единстве, без разделения на две
эпохи — Рюриковичей и других правителей. Ту попытку под-
верстать Романовых к династии Рюриковичей, сделав акцент
на их отдаленном родстве (как было принято в первой полови-
не XVII в.), которую предпринял в своем Хронографе Сергий
Шелонин, удачной назвать нельзя, и это не могли не пони-
мать современники.
310
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
Тихон Макарьевский в своем труде пошел по другому пути.
Деление текста на степени он сохранил для истории до эпохи
первого царя, Ивана Грозного. Начиная с Грозного, правление
каждого самодержца Тихон обозначил как «царство». Таким
образом, в равном положении оказываются и последние Рю-
риковичи, Грозный и Федор Иванович, и не связанные между
собой династическими узами Годуновы, Шуйский и Романо-
вы. Удачным стало и выдвижение на первый план венчания
Ивана Грозного на царство, которое в каноническом тексте
Степенной представлено как рядовое событие русской исто-
рии. В связи с темой венчания на царство в Латухинской Сте-
пенной большое значение получили царские регалии. В кано-
ническом тексте Степенной книги изложена легенда о при-
сылке этих регалий на Русь и венчании ими Владимира
Мономаха. Дальнейшая же история регалий не прослежена.
Остается непонятным, почему после Владимира Мономаха ни
один из князей не венчался на царство. Латухинская Степен-
ная вносит в эту тему большую определенность. Согласно ее
изложению, Владимир Мономах «призывает к себе сынов сво-
их и сродников уделных князей и митрополита с освященным
собором, боляры же своя и всяких чинов началных людей,
и заповеда всем, да не дерзнут венчати на царство вместо его
ни от сынов или от сродников, ни от иных кого того ради, по-
неже в Российской земли князей умножилося, и вся Россий-
ская земля разделена в особные уделы, и во многих зависть
о первоначалстве будет: князь на князя возставит рать, и кро-
вопролития будет много, и нареченнаго вами царя убийством
погубят, и междусобная брань велия будет, и от того Россий-
ская земля запустеет».130 Венчаться на царство должен был
лишь единственный правитель Русской земли, а поскольку
после кончины Владимира Мономаха правителей было не-
сколько, т. е. началась, говоря языком современных истори-
ков, раздробленность, то и регалии было предписано хранить
до объединения страны. Последние удельные княжества были
ликвидированы, как известно, только в XVI в., поэтому во-
зобновление древней традиции венчания на царство именно
в XVI в. выглядит вполне оправданным и логичным. Пункти-
ром прослежена и история бытования царских регалий после
130НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 156 об.—157.
311
Глава 7
кончины Владимира Мономаха: «великий князь Владимир
взят венец царский с прочими знаменми и утварию, и вручает
вернейшему и любезнейшему сыну своему князю Георьгию,
седмому в братии своей, и повелевает ему хранити вся цар-
ския те утвари яко зеницу своего ока, такожде завещавает
ему, дабы по нем и сынове, наследники княжения его, тако-
жде бы хранили в роды родов до времени того, егда от рода
их воздвигнет Бог в велицей России царя единодержателя над
всеми».131 Юрий Долгорукий, в свою очередь, передает рега-
лии своему младшему сыну: «Егда же приспе время престав-
лению благовернаго великаго князя Георгия Владимировича,
тогда исполняет завет отца своего великаго князя Владимира
Всеволодича — предаде сыну своему меншему князю Всево-
лоду на сохранение венец царьский и с прочими знамении и
дарами».132 Всеволод же передает их Ярославу, причем эта
вставка в Латухинской Степенной сделана после заимствован-
ного из канонической Степенной книги текста о конфликте
Всеволода со старшим сыном Константином относительно на-
следования владимирского княжения: «Всеволод же, видя
преслушание Константиново, тогда предает четвертому сыну
своему князю Ярославу на сохранение венец царский с прочи-
ми знамении».133 В канонической Степенной на этом месте
читается совсем другое известие, завершающее рассказ о кон-
фликте Всеволода со старшим сыном: «Всеволод же Георгию,
сыну своему, поручи не токмо дръжаву Владимирьскую, но и
прочая чяда своя».134 Таким образом, последовательное изло-
жение истории усобиц между сыновьями Всеволода было при-
несено в жертву другой теме — рассказу о бытовании царскйх
регалий. И эта сюжетная линия крайне важна, поскольку
по мысли составителя Латухинской Степенной превращение
России в царство вывело ее историю на качественно более вы-
сокий уровень, и предпосылки этого процесса следовало
отмечать четко и недвусмысленно на протяжении всей исто-
рии страны. Наконец, в рассказе о правлении Ивана Грозного
сюжет венчания на царство занял центральное место — ему
131НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 157.
132Там же, л. 175 об.
133Там же, л. 219 об.
134СКДС 268.
312
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
посвящена 10-я глава 1-го царства. «Егда убо великий госу-
дарь царь и великий князь Иоанн Василиевичь всея России
в совершенный возраст и в мужественный смысл прииде, то-
гда совершенно над Российскою землею по отце своем воца-
рися и на Московское царство и всея России державство по-
ставися, святым миром помазан бысть и венчан на царство
святыми бырмами и венцем царским Мономаховым по древ-
нему закону царскому, якоже римстии и гречестии царие по-
ставляхуся, в православной вере просиявший и Богу угодив-
ший. И тако сего великаго государя Бог предуведе и предъ-
избра и предпостави царя и самодержца всей Великой России,
страх бо его нача обдержати вся языческия страны, и бысть
вельми премудр и храбр победитель, силен телом и крепко-
рук, подобен по всему деду своему великому князю Иоанну
Василиевичю всея России, прежде бо сего государя царя ни-
ктоже от прадед его в России царем именовася. Сему же уди-
вишася, слышаще вси врази Российской земли, невернии по-
гании царие и нечестивии крали, похваляюще бо и прослав-
ляюще его и послы своя с великими дарами к нему присы-
лаху, самодержцем вси нарицаху».135 С этого момента Тихон
перешел на новую периодизацию российской истории —
по царствам.
При замечательной композиционной стройности в Латухин-
ской Степенной порой заметно механическое, нетворческое
обращение с текстом источников. Так, например, при изло-
жении ранней истории предпочтение отдано киевскому Си-
нопсису (использовано издание 1678 г.). В тех случаях, когда
Синопсис и каноническая Степенная повествуют об одном со-
бытии, в Латухинской Степенной почти всегда помещен рас-
сказ Синопсиса. То же можно сказать относительно Киево-
Печерского патерика, текст которого также привлечен почти
полностью. Выписывая рассказы из Синопсиса, Киево-Пе-
черского патерика и других источников (например, печатного
Пролога или Казанской истории), автор Латухинской Степен-
ной почти ничего не изменял в них. Отсюда получились су-
щественные расхождения с канонической Степенной, при со-
ставлении которой текст источников подвергался тщательно-
му стилистическому и идеологическому редактированию. При-
135НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 732—732 об.
313
Глава 7
ведем в качестве примера рассказ обеих редакций Степенной
книги (первоначальной — канонической — и Латухинской)
о митрополите Клименте Смолятиче. В канонической Степен-
ной книге в 4-й главе V грани читаем, что киевский князь
Изяслав Мстиславич собрал русских епископов, которые вы-
брали в митрополиты Климента, так как тот «бысть велми до-
волен книжной премудрости изряден философ, яко преже
сего не бысть таков в Руси».136 В ответ на обвинения новгород-
ского епископа Нифонта, объявившего акт избрания некано-
ничным, черниговский епископ Онуфрий сослался на автори-
тет апостолов и святых отцов, а также указал, что на Руси
есть священная реликвия — привезенная князем Владими-
ром из Корсу ни глава Климента папы Римскаго, которая мо-
жет быть использована для поставления митрополита, подоб-
но тому как в Царьграде патриарха ставят епископы при по-
мощи руки Иоанна Крестителя.137 В Латухинской Степенной
рассказ о поставлении Климента Смолятича (11-я глава V гра-
ни) выдержан совсем в другом тоне.138 Главным героем здесь
является новгородский епископ Нифонт, который «никакоже
на се изволяше, да сами епископи российстии дерзнут освя-
щати себе митрополита». Но князь «не послуша блаженнаго,
но еже восхоте, то и сотвори». Так и был поставлен Климент
на митрополию «от епископов человекоугодников главою свя-
таго Климента папы Римскаго вместо благословения живаго
патриарха Константинопольскаго», т. е. он «седе не по прави-
лом на престоле архиерейском Киевския митрополии». Как
видим, в двух рассматриваемых текстах Степенной книги,
каноническом и Латухинском, две противоречащие друг дру-
гу и даже диаметрально противоположные оценки поставле-
ния в митрополиты Климента Смолятича. Однако отмеченное
противоречие относительно канонического текста появилось
в Латухинской Степенной непреднамеренно. Дело в том, что
в данном месте источником послужил рассказ Киево-Печер-
ского патерика, воспроизведенный без изменений. Состави-
тель Латухинской Степенной, во-первых, предпочел повество-
вание Патерика тексту канонической Степенной книги,
а во-вторых, никак не обработал текст своего источника.
136СКДС 228.
137Там же.
138НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 173—173 об.
314
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
В отличие от второстепенных источников, текст которых
использовался в Латухинской Степенной почти без измене-
ний, текст канонической Степенной книги перерабатывался
весьма обстоятельно.139 Это положение можно проиллюстри-
ровать следующим примером:
Каноническая Степенная книга	Латухинская Степенная книга
Боголюбивый же великий князь Геор- гий Владимиричь любовию Божиею разгарашеся и от многаго усрьдиа мно- гы святыя церкви постави в славу Бо- гу. Церкви переяславьская. В лето же 6660 в граде Переяславле церковь камену постави в имя Господа Бога Спаса нашего Иисуса Христа боголеп- наго Преображениа и украси ю дивно чюдною подписию и святыми икона- ми и книгами и прочими священны- ми драгими утварми и всяким благо- лепием. Церковь и град Юриев. И град Юрьев Польский заложи, в нем же церковь камену постави в имя ве- ликомученика Георгиа. Церковь в Ки- д[е]кши. И на реце на Нерли в Кидек- ши близ града Суждаля постави цер- ковь каменну же в имя святых муче- ник Бориса и Глеба, идеже бысть съвокупное святых мученик станови- ще, егда в Киев хожаху Борис от Рос- това, Глеб же от Мурома.140	И тако нача великий князь Георгий церкви святыя и грады созидати: во граде Переяславле церковь камен- ну воздвиже во имя Господне, честна- го Его Преображения; и град Юриев Польский заложи, в нем же церковь каменну постави во имя великомученика святаго Георгия; близ же града Суждаля, в Кидекши на реце Нерли, постави церковь ка- менну же во имя святых мучеников Бориса и Глеба, идеже их бысть схо- ждение и стан, егда они в Киев ходи- ша — Борис от Ростова, Глеб же от Мурома.141
Как видим, в Латухинской Степенной текст основного
источника подвергся прежде всего тщательной стилистиче-
ской правке. Следует отметить многочисленные синонимиче-
ские замены. В приведенном примере это «постави — воздви-
же», «боголепное Преображение — честное Преображение»,
«съвокупное становище — схождение и стан». Имеют место
также перестановки слов, изменение грамматических кон-
струкций. При этом фактическая информация зачастую опус-
139 Круг заимствований из канонического текста Степенной подробно рас-
смотрен в исследовании П. Г. Васенко (Заметки к Латухинской Степенной
книге).
140СКДС 229.
141НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 174 об.—175.
315
Глава 7
кается. Так, в приведенном отрывке текст Латухинской Сте-
пенной опускает дату строительства Преображенского собора
в Переславле-Залесском и описание его убранства. Едва ли
эти пропуски имеют принципиальное значение, так как в дру-
гих случаях оказываются сохраненными подобные факты,
а опущенными — другие. Скорее, главную цель редактирова-
ния следует видеть в стилистической переработке изначаль-
ного текста Степенной книги. Получается, что при составле-
нии Латухинской Степенной основной источник существенно
редактировался, а тексты второстепенных источников заим-
ствовались без изменений. О чем это свидетельствует? Воз-
можно, перед нами два этапа составления Латухинской Сте-
пенной книги. Не исключено, что здесь следует говорить и
о разных авторах. Первый этап состоял в редактировании
собственно текста Степенной книги, а второй — в соединении
его с известиями других источников. Отметим, что среди по-
следних видное место занимает Синопсис в издании 1678 г.
Следовательно, этот этап нужно относить непосредственно
ко времени составления Латухинской Степенной книги. На-
помним, что ее оригинал, Нижегородский список, был вло-
жен в Желтоводский монастырь в 1679 г. Несомненно, что
к последнему этапу, составлению окончательного текста с при-
влечением Синопсиса и других источников, имел отношение
Тихон Макарьевский. Но ему ли принадлежит стилистиче-
ская обработка канонического текста Степенной книги? Для
ответа на этот вопрос у нас не хватает данных. Можно только
с осторожностью предположить, что, поскольку по своим
приемам эта обработка существенно отличается от примитив-
ного компилирования составителя Латухинской Степенной,
ее автор — другой человек.142 Возможно, Тихон воспользовал-
142Не совсем ясен вопрос и о разновидности текста канонической Степен-
ной книги, положенной в основу Латухинской. Так, в Нижегородском спи-
ске (и во всех других списках Пространной, Особой и Краткой редакций Ла-
тухинской Степенной) на л. 197 есть чтение, которое присутствует только
в редакции Ионы Думина канонической Степенной книги: в рассказе о по-
ходе Всеволода III против своих племянников Мстиславичей указано, что
войско Всеволода остановилось «на реке Кзе», но в Житии Даниила Переяс-
лавского указано имя его матери — Фекла (л. 722), это встречается только
в тексте Пространной редакции (СКДС 721/8). Можно думать, что при состав-
лении Латухинской Степенной книги использовали либо контаминированный
316
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
ся материалами какой-либо более ранней работы по редакти-
рованию Степенной книги, либо, что вероятнее, для создания
Латухинской Степенной обработку канонического текста Сте-
пенной книги производил не Тихон, а его анонимный соав-
тор. Тихон же конструировал из имеющихся у него под рукой
источников окончательный текст. На заключительном этапе,
когда Нижегородский список был уже создан, Тихон допол-
нил его выписками из Повести о начале Москвы, вводных
статей к Воскресенской летописи и других источников. Ха-
рактерно, что выписки полностью воспроизводят текст источ-
ников, а одна из них, известие Воскресенской летописи о по-
ходе Всеволода III на волжских болгар, согласуется с основ-
ным текстом лишь тематически (на л. 203 об., где помещена
рассматриваемая глосса, упоминается о победоносном походе
Всеволода на волжских болгар), но не стилистически: в какое
бы место основного текста мы ни вставили глоссу с выпиской
(она не имеет знака вставки), ее текст равным образом нару-
шит изначальное повествование. В этом приеме — поместить
в своем труде как можно больше различных известий по рус-
ской истории — прослеживается основная задача, которую
ставил перед собой Тихон. Он создал своеобразную антологию
русской истории, собрав все доступные ему известия и распо-
ложив их в хронологическом порядке. Кроме того, Тихон
придал своему труду сложную историософскую композицию,
будучи в курсе актуальных задач современной ему русской
историографии и показав себя незаурядным историком.
Латухинская Степенная книга обычно привлекается в исто-
рических исследованиях Смутного времени. Действительно,
ее текст содержит ряд уникальных известий об истории Рос-
сии конца XVI—начала XVII вв. Эти известия были выявле-
ны еще Н. М. Карамзиным и получили всестороннюю харак-
теристику в трудах С. Ф. Платонова и П. Г. Васенко.143 Обра-
тим внимание на изрядное количество известий о нижегород-
текст Степенной книги, соединяющий чтения Пространной редакции и ре-
дакции Ионы Думина, либо, что менее вероятно, обращались к двум раз-
ным спискам.
143См.: Платонов С. Ф. Повести и сказания о Смутном времени как исто-
рический источник. 2-е изд. СПб., 1913. С. 340; Васенко П. Г. Заметки о Ла-
тухинской Степенной книге. С. 10, 34, 77—79.
317
Глава 7
ской истории XVII в., а также довольно полно представленный
сибирский материал. Последнее, видимо, следует соотнести
с проживанием на покое в Желтоводском монастыре бывшего
сибирского архиепископа Симеона. Напомним, что, согласно
преданию, именно с ним Тихон осуществил кражу частицы
мощей Макария Желтоводского. Видимо, они были единомыш-
ленниками, отсюда интерес Тихона к сибирской тематике.
Непонятно только, почему столь выдающееся произведе-
ние, каким явилась Латухинская Степенная, так и осталось
в Желтоводском монастыре, когда ее составитель отправился
в обласканный царским вниманием Новоиерусалимский мо-
настырь. Впрочем, в этой обители Тихон по неизвестным при-
чинам не остался (мы не знаем даже — доехал ли он до нее),
а стал казначеем другого любимого царем монастыря — Сав-
вина-Сторожевского.144 На этом посту он пробыл до 1695 г.,
когда умер патриарший казначей Паисий Сийский, и Тихон
занял его место.
Окружение последнего московского патриарха допетров-
ской Руси — явление для русской культуры яркое и до на-
стоящего времени малоизученное. Став в 1692 г. патриархом,
Адриан окружает себя людьми книжными и склонными к бла-
готворительной деятельности. Первый казначей патриарха
постриженик Антониева Сийского монастыря Паисий остался
в исторической памяти прежде всего благодаря своим книж-
ным вкладам в родной Антониев Сийский монастырь. Самая
известная из вложенных им рукописей — роскошно украшен-
ное лицевое Сийское Евангелие конца XVII в. Патриарший
ризохранитель Боголеп Яковлев в 1697 г. изготовил «сребро-
позлащенную» раку для мощей Александра Невского — свя-
того, особо почитаемого во владимирском Рождественском
144До сих пор неясно, об одном ли монахе Тихоне идет речь, когда мы го-
ворим о человеке, который был архимандритом Желтоводского монастыря,
составил Латухинскую Степенную книгу, получил назначение в Новоиеру-
салимский монастырь, служил казначеем в Саввине-Сторожевском монасты-
ре, а потом стал патриаршим казначеем. Не исключено, что в Желтовод-
ском монастыре было два Тихона, а мы их соединяем в одно лицо. Возмож-
но, здесь имеет место путаница с еще одним нижегородцем, также пат-
риаршим казначеем (но более раннего времени — середины XVII в.), Тихо-
ном Обаниным, который окончил свои дни в Новоиерусалимском мона-
стыре.
318
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
монастыре, пострижеником, а впоследствии и настоятелем
которого был Боголеп. При посредстве Боголепа патриарх
стал вкладчиком Рождественского монастыря и даже адресо-
вал его архимандриту учительное послание.145 Третий при-
ближенный Адриана, иеродиакон Стефан Сахаров делал мно-
гочисленные книжные вклады в тихвинский Успенский (Боль-
шой) монастырь, сопровождая каждую вложенную книгу
литографированным экслибрисом. Известно, что мать Саха-
рова Еурония была в это время игуменьей тихвинского Вве-
денского монастыря, из чего можно предположить, что сам
вкладчик был уроженцем Тихвина и, быть может, постриже-
ником Успенского монастыря.146 Таким образом, видно, что
для людей из ближайшего окружения патриарха Адриана
была характерна активная культурная деятельность по отно-
шению к родным монастырям. В такой среде оказался Тихон
Макарьевский. То обстоятельство, что именно он сменил
умершего Паисия Сийского, свидетельствует о близости Ти-
хона к патриарху и его окружению. Отметим, что, уже бу-
дучи патриаршим казначеем, Тихон описывал утварь крем-
левских храмов совместно с Игнатием Римским-Корсаковым,
также не чуждым музыкальной культуры и исторических
штудий.
Видное место Степенная книга занимала и в творчестве
Игнатия Римского-Корсакова. В бытность его настоятелем мос-
ковского Новоспасского монастыря в 1689 г. монастырский
собор был украшен росписями, одним из литературных
источников которых была Степенная книга. Новоспасский
монастырь занимал особое место среди московских обителей.
Здесь покоились останки Романовых: бояр XVI в., царевичей,
царевен и царских родственников XVII в. Должность Ново-
спасского архимандрита была особенно почетной в церковной
иерархии XVII в. Целый ряд занимавших ее лиц оставили
след в истории, начиная с патриарха Никона и кончая самим
145Сиренов А. В. Патриарший ризохранитель Боголеп и два памятника мо-
настырской книжности конца XVII в. // Очерки феодальной России. М., 2003.
Вып. 7. С. 238—255.
i46 Белова Л. Б. Гравированный «экслибрис» иеродиакона Стефана Саха-
рова 1691 г. на старопечатных служебных минеях // Книга в России. Сб. 1.
М.» 2006. С. 60—71.
319
Глава 7
Игнатием Римским-Корсаковым. Росписи, украсившие мона-
стырский собор, были во многом ориентированы на династи-
ческую тематику. В самом храме были помещены изображе-
ния Михаила Федоровича, Алексея Михайловича и патриар-
ха Филарета, а живопись галерей посвящена в основном роду
Рюриковичей на русском престоле. Свод галереи занимает
изображение родословного древа. Есть все основания предпо-
лагать, что традиция родословных древ была заимствована
из киевских изданий XVII в., в частности из книги архиеп.
Лазаря Барановича «Меч духовный» 1666 г.147 Одно ответвле-
ние этой традиции связано со Степенной книгой. Широко
известно родословное древо Рюриковичей и Романовых из Си-
нодика царевны Татьяны Михайловны. Там на ветвях некое-
го растения, представляющего собой нечто среднее между де-
ревом и цветком, изображены как главные герои Степенной
книги, так и цари из династии Романовых. Поскольку по-
следним в этом ряду помещен царь Федор Алексеевич, дан-
ную композицию исследователи датируют временем не ранее
1676 г. Аналогичная миниатюра помещена в списке Степен-
ной книги РГБ, ф. 178 (Музейн. собр.), 4288, заказанном
в 1670 г. подьячим Разрядного приказа Ф. Ф. Постниковым-
Парфеньевым для вклада в Успенский собор г. Владимира.
Здесь последним изображен царь Алексей Михайлович. Пола-
гать, что миниатюра Синодика восходит к указанному списку
Степенной книги, едва ли возможно. По-видимому, обе ми-
ниатюры восходят к третьей, до настоящего времени неиз-
вестной.148 Родословное древо Новоспасского монастыря су-
щественно отличается и от киевской гравюры, и от рассмот-
ренных выше миниатюр, объединяющих в одной композиции
князя Владимира и царей из династии Романовых. В древе
Новоспасского монастыря присутствуют только Рюриковичи.
У основания древа изображены князь Владимир и княгиня
Ольга, они написаны поливающими древо из особых сосудов.
147См. об этом: Владимир (Василий) Святославович // Православная энцик-
лопедия. М., 2004. Т. 8. С. 711 (Раздел об иконографии кн. Владимира на-
писан А. С. Преображенским).
^Грибов Ю. А. Новое в исследовании лицевого Синодика царевны Тать-
яны Михайловны из Воскресенского Новоиерусалимского монастыря //
Труды ГИМ. М., 1999. Вып. 110. С. 68—77.
320
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
В этом видится первая параллель со Степенной книгой, кото-
рая открывается Житиями Ольги и Владимира. Рядом с рав-
ноапостольными родоначальниками династии изображены
святые Борис и Глеб. Остальные князья помещены в картуши
на ветвях древа. Это Ярослав Мудрый, его сыновья Изяслав и
Всеволод, сын Изяслава Святополк, сын Всеволода Владимир
Мономах, его сын Мстислав Великий и другие. Отличие
от Степенной книги здесь состоит в том, что линия предков
московских князей не выделена никак, скорее налицо стрем-
ление поместить по возможности всех представителей рода
Рюриковичей, особенно домонгольского периода. При этом
древо завершается на сыновьях Ивана Грозного, последним
из которых изображен царевич Димитрий. Федор Ярослав-
ский с сыновьями и Михаил Черниговский с боярином Фео-
дором изображены отдельно, не в составе древа. На основании
Степенной книги написаны сцены из древнерусской истории,
связанные с принятием христианства. В этом убеждают над-
писи, имеющие родство с текстом Степенной книги. Первая
из них, о пророчестве Андрея Первозванного, имеет отдален-
ные текстологические параллели со Степенной книгой:
Степенная книга	Надписи в росписях Новоспасского монастыря
От Херсона же святый Андрей шест- вуя морем Понтьским и прииде в устие Днепръское и по смотрению Божию доиде по Днепру вверх под горы, иде- же ныне есть славный град Киев; и ста святый Андрей на брезе и пре- почи ту нощь едину. Пророчество. И заутра въстав и молитвы и благо- дарениа обычная к Богу съвръшая и от исполнения иже в нем всегда пре- бывающая благодати Святаго Духа про- рочествуя, и глаголаше к сущим с ним учеником: «О братие, зрите горы сиа и разумейте хотящая быти благая зде, яко на сих горах въсиает великая благодать Божиа и град велик имать	«С[вятый] апостол Андрей гор Киев- ских достиг, и благослови их, и крест на высоком холме водрузив, прорече о создании града, и возсияти благо- дати Божией».149
149Родословное древо государей российских, изображенное на своде папер-
ти соборной церкви Новоспасского ставропигиального монастыря / Издано
архим. Аполлосом. М., 1837. С. VI.
321
Глава 7
быти зде, и церкви многы хощет Бог въздвигнути и всю землю сию просве- тити святым крещением»; еже и бысть. И возшед на гору и благослови я, и помолися Богу, и крест постави.150	
О родстве текстов свидетельствует чтение «въсиает великая
благодать Божиа» / «возсияти благодати Божией». Остальные
надписи, повествующие о чуде с несгоранием в огне Еванге-
лия, о увещании византийскими императорами своей сестры
на замужество за князем Владимиром, о крещении Владими-
ра, о прибытии царевны в Херсон и венчании с Владимиром,
о крещении Владимиром своих сыновей и киевлян, об обуче-
нии боярских сыновей, в силу краткости формулировок воз-
вести к Степенной книге текстологически едва ли возможно.
Однако все они по содержанию и отдельным чтениям соответ-
ствуют Степенной книге. Исключение составляет третья над-
пись: «От царей греческих прииде посол ко Владимиру с дары,
муж словесен и богодухновенен Кирилл философ, беседова на
мнозе ко Владимиру о христианстей вере, даде ему от послав-
ших его в дар запону велику златоткану, на ней же изобра-
жен Страшный суд Божий». В данном случае Степенная книга
содержит совсем другую версию рассказа о приходе к Влади-
миру греческого философа.151 При создании росписей галереи
Спасо-Преображенского собора Новоспасского монастыря, по-
видимому, была использована Степенная книга. При этом
вполне вероятно также влияние росписи галерей Архангель-
ского собора, выполненной в середине XVI в. и содержащей
сюжеты выбора веры князем Владимиром и крещения Руси.
Использование Степенной книги можно проследить не только
в живописных работах, проводимых под общим руководством
Игнатия Римского-Корсакова, но и в его авторском литера-
турном труде. Речь идет о «Слове благочестивому и христолю-
бивому российскому воинству», которым зимой 1687 г. архи-
мандрит Игнатий напутствовал русское войско, отправляв-
шееся в первый Крымский поход.152 Свои источники Игнатий
150СКДС 89.
151СКДС 93—107.
1Ь2Богданов А. П. 1) «Слово воинству» Игнатия Римского-Корсакова —
памятник политической публицистики конца XVII в. // Исследования
322
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
обозначил следующим образом: «от божественных историй и
от царственных летописцев». При этом основным источником
Слова, по определению А. П. Богданова, стала Степенная
книга, выписки из которой (со ссылками на номер степени и
главы) сопровождались библейскими примерами. В Слове
перечисляются небесные покровители русского воинства,
а также приводятся примеры мужественного поведения дея-
телей русской истории. Первая выписка из Степенной книги
в Слове передает слова митрополита Петра Ивану Калите, со-
держащие пророчество о возвышении Москвы (это пророче-
ство в Слове приведено дважды).153 Игнатий также указывает,
что митрополит Алексий «не убоялся» ордынских ханов,
митрополит Иона «испросивый у Господа Бога, яко ордин-
ские царие не имут одолети Российской державе», Сергий
Радонежский «молитвою своею вооружил великаго князя Ди-
митриа Иоанновича всея России татар победити».154 Из Сте-
пенной книги заимствованы тексты и о воинских подвигах
князей: Мстислава Владимировича, победившего касожского
князя;155 Всеволода Большое Гнездо, побеждавшего полов-
цев;156 Василия Дмитриевича, одержавшего победу над Темир-
Аксаком,157 и др. Обширная выписка повествует о венчании
Владимира Мономаха царскими регалиями.158 Цитата из Сте-
пенной книги неизменно сопровождается нравоучительным
выводом. Так, после описания победы Мстислава Владими-
ровича над касожским князем, происшедшей после молитвы
князя Богоматери, Игнатий обращается к своим слушателям
со словами «Видите, мужественнии российстии ратоборцы,
Христово и царское воинство, каковая скорая помощь в умном
призывании Пресвятою Богородицею бывает...».159 Описание
по источниковедению истории СССР дооктябрьского периода. М.» 1984.
С. 131—158; 2) Московская публицистика последней четверти XVII века.
М., 2001. С. 151—158. Текст Слова опубликован: Памятники общественно-
политической мысли в России конца XVII в.: Литературные панегирики /
Подгот. текста, предисл. и коммент. А. П. Богданова. М., 1983. № 15.
153Там же. С. 141, 157.
154Там же. С. 142.
155Там же. С. 147—148.
156Там же. С. 152—153.
157Там же. С. 159—160.
158Там же. С. 165—166.
159Там же. С. 149.
323
Глава 7
победы войска владимирского князя Всеволода Большое Гнез-
до над половцами явилось поводом для следующего напутст-
вия: «Таковому храбрственному делу, ревнующи прародите-
лем своим российскому воинству, иже хождаху с великими
князи на поганых половцев, и ваше мужественное и небояз-
ненное сердце, увещаюся в помощи Божии, яко подражати
тщится, и такожде помощь Божию получит и сопротивных
поганцов без остатка да победит!»160 Упоминание русских чу-
дотворцев как помощников в победе над Темир-Аксаком вы-
звало у Игнатия следующее восклицание: «Да воздадут вам
сия скорые криле к сопротивлению неприятелскому и пре-
сечению мучителных умыслов его крепким ратоборством и
храбростию вашею!»161 В одном случае ссылка на Степенную
книгу приведена при упоминании митрополита Филиппа Ко-
лычева, причем в ссылке указана «грань 17».162 Канониче-
ский текст Степенной книги в XVII грани митрополита Фи-
липпа не упоминает.163 Выдержки из его Жития помещены
в числе дополнений к тексту XVII грани в списке НБУВ,
ф. 302 (собр. митр. Макария) П. 49. Эта рукопись, содержа-
щая текст младшего извода Пространной редакции Степен-
ной книги с дополнениями, в XVII в. находилась в одном
из крупных московских скрипториев, поскольку неоднократно
привлекалась для изготовления новых списков,164 а в XVIII в.
хранилась в библиотеке Александро-Невской лавры (см. гл. 11).
Можно было бы предположить, что источником Игнатия слу-
жила названная рукопись, однако это не так. В пространной
^Богданов А. П. «Слово воинству» Игнатия Римского-Корсакова... С. 154.
161Там же. С. 162.
162«Святый митрополит и ревнивый исповедник Филипп, положивый
душу за московския народы и не попустивый разделитися Российскому цар-
ствию» (Там же. С. 142).
163Исключение составляют некоторые списки Томского извода Краткой
редакции, в которых митрополит Филипп упомянут в маргиналии, относя-
щейся к началу XVII грани. Однако, как показано ниже, текст Томского
извода не мог быть источником Слова.
164У данного списка есть одна особенность — в тексте Похвального слова
княгине Ольге в формулу молитвы за царя вместо первоначального «имя-
рек» поставлено имя Алексея Михайловича — оно отразилось в списках,
восходящих к данной рукописи (РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД) 352, спи-
ски Летописца славянороссийского и др.). В списке БАН П I А.13 скопи-
рован конвой рукописи Макарий П. 49.
324
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
цитате из Степенной книги о единоборстве тмутараканского
князя Мстислава с касожским правителем Редедей во фразе
«Князь же касожский именем Редедя устремися противу ему
такожде с воинством своим» присутствие слова «такожде»
свидетельствует о том, что использовался текст Степенной
книги Краткой редакции или производной от нее редакции
Ионы Думина. Пространная редакция, текст которой содер-
жит рукопись собр. Макария П. 49, этого слова не имеет.165
В рассказе о победе над Темир-Аксаком чтение Слова «И се
паки внезапу виде» соответствует тексту редакции Краткой
или Ионы Думина, Пространная редакция содержит другое
чтение: «Се паки видяще внезапу»,166 и др. С другой стороны,
в списке Степенной книги — источнике Слова — возможно,
присутствовали и черты Пространной редакции. Так, в рас-
сказе о венчании Владимира Мономаха царскими регалиями
в Слове читается «Божиим неизреченным судьбам», и это чте-
ние Пространной редакции, тогда как в редакциях Краткой и
Думинской читаем «Божиим судьбам неизреченным».167 Учи-
тывая тщательность ссылок Игнатия на Степенную книгу, ве-
роятнее предположить, что он имел в руках список, содержа-
щий черты редакции Краткой или Ионы Думина и конвой
списка из собр. Макария П. 49. В целом, обращение Игнатия
Римского-Корсакова к тексту Степенной книги для написа-
ния Слова свидетельствует об актуальности идей Степенной
в 80-е гг. XVII в., особенно в части обоснования военных дей-
ствий против иноверцев.
Есть основания для предположения, что отредактировать
Степенную книгу пытались в 1682 г. В опубликованном
в 1805 г. описании Кирилло-Белозерского монастыря со ссыл-
кой на материалы монастырского архива указано, что «из Ки-
165СКДС 196/55—55.
166Памятники общественно-политической мысли... С. 160. Ср.: СКДС 502/5,
6—6. Можно утверждать, что источником Слова был не Томский извод
Краткой редакции, поскольку его текст в рассматриваемом повествовании
не содержит слов «и много время яко безгласен пребысть» (СКДС 502/31—
31), а в Слове они есть (Памятники общественно-политической мысли...
С. 161).
167Памятники общественно-политической мысли... С. 166; ср.:
СКДС 225/26—26. Оговоримся, что единичную инверсию слов нельзя рас-
сматривать в качестве веского доказательства. Это может быть и случайное
совпадение.
325
Глава 7
риллова монастыря девять летописцов взято на грамоте 7190
(1682) года в Палату строения Степенной книги».168 Этот до-
кумент в настоящее время неизвестен, однако в правдивости
приводимых данных нет оснований сомневаться.169 В. С. Икон-
ников предположил, что с деятельностью Палаты строения
Степенной книги связан список 70—80-х гг. XVII в. РНБ,
F.IV.159, принадлежавший известному политическому деятелю
времени Федора Алексеевича окольничему А. Т. Лихачеву.170
Эта рукопись содержит текст младшего извода редакции
Ионы Думина, но имеет отдельные дополнения и незначи-
тельные перестановки текста, свидетельствующие о попыт-
ках редакторской работы.171 В начале рукописи помещено
Предисловие, представляющее собой оригинальное сочинение
о пользе исторического знания.172 Здесь приводятся изрече-
ния знаменитых мыслителей античности — Аристотеля, Ци-
церона, Фукидида, Платона и др., описываются добродетели
царя Федора Алексеевича. В Предисловии впервые в отечест-
венной традиции указывается на необходимость в историче-
ских штудиях следовать истине — в этом проявляется начало
научного подхода к историческому знанию. Связывать руко-
пись Степенной книги, включающую Предисловие, с деятель-
ностью Палаты строения Степенной книги 1682 г. побуждает
исследователей пассаж Предисловия, в котором рассказыва-
ется, как царь Федор Алексеевич повелел собрать достовер-
ные сведения из различных источников о происхождении
168Историческое описание монастыря преподобного Кирилла, находяще-
гося в Новгородской губернии на Беле-озере. М., 1805. С. 21—22.
169С. А. Белокуров предполагал, что допущена ошибка в дате и имеется
в виду Записной приказ (Белокуров С. А. О Записном приказе. С. 81). Это
едва ли так, поскольку наименование «Палата строения Степенной книги»
соответствует наименованию государственных учреждений именно в 80-е гг.
XVII в. (ср. «Палата родословных дел»).
170 Иконников В. С. Опыт русской историографии. Т. 2. Кн. 2. С. 1334.
171 Подробнее о них см.: Серов Д. О. Новые материалы по истории государ-
ственных учреждений России XVII в.: Палата строения Степенной книги //
Российская государственность: традиции, преемственность, перспективы.
Материалы II чтений памяти проф. Т. П. Коржихиной 26—27 мая 1999 г.
М., 1999. С. 35—40; Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 428—
429.
1720публ.: Замысловский Е. Е. Царствование Федора Алексеевича.
СПб., 1871. Ч. 1. Приложения. С. XXXV—XLII. О Предисловии см.: Чис-
тякова Е. В., Богданов А. П. «Да будет потомкам явлено...». С. 3—7.
326
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
русского народа и его истории вплоть до современности,
а также изложить все это в «исторической книге». Следует
подчеркнуть, что дальше составления Предисловия это благое
намерение не продвинулось, поскольку последующий текст
рукописи представляет собой список Степенной книги, допол-
ненный отдельными выписками из других источников. Мож-
но думать, что историографическая работа не была заверше-
на. Возможно, этому помешала кончина царя Федора Алек-
сеевича в том же 1682 г.
С этого времени встречаются многочисленные свидетельст-
ва знакомства со Степенной книгой самых разных представи-
телей русского общества. Например, при подаче родословной
росписи в Палату Родословных дел князья Хотетовские писа-
ли: «В лето 6916 князь Михайло Хотетовской выехал из Лит-
вы к Москве к великому князю Василью Дмитреевичю всеа
Росии с великим князем Свитригайлом Олгердовичем, да с ним
же выехали князь Патрекей Звенигородцкой и князь Алек-
сандр Звенигородцкой, князь Федор Александровичь, князь
Семен Перемышлский и иные княжские роды и бояря черни-
говские, брянские и стародубские и любуцкие и ярославские.
И о том выезде явено свидетелство написано в Степенной кни-
ге во главе 28-й, лист третей на десять, степень третия на де-
сять, грань третия на десять».173 Действительно, в Степенной
книге в 28-й главе XIII грани единственный раз упоминается
представитель рода Хотетовских174 (указание на 13-й лист ру-
173Родословная роспись князей Мосальских и Хотетовских: РГАДА, ф. 210
(Разрядный приказ), оп. 18 (Родословные росписи), № 68, л. 5. На эту ссыл-
ку обратила внимание М. Е. Бычкова (Бычкова М. Е., Смирнов М. И. Генеа-
логия в России: история и перспективы. М., 2004. С. 80).
174Хотетовские процитировали Степенную книгу весьма исправно, в под-
линном тексте Степенной читается следующее: «В лето 6916 прииде из Лит-
вы служити к великому князю Василию Димитриевичю на Москву великий
князь Швитригаило Олгердовичь, лях верою, к брани же устроен, мужь
храбор и крепок на ополчение. С ним же приидоша и владыка Исакий
Дьбряньский, и князь Патрекий Звенигородский, и князь Александр Звени-
городский, ис Путивля князь Феодор Александровичь, князь Семен Пере-
мышльский, князь Михаил Хотетовъский, князь Ураста Именьский и боя-
ре черниговьские, и дьбряньские, и стародубьские, и любутьские, и яро-
славьские. Великий же князь приат его с честию и вда ему град Владимир
со всем, такоже и Переяславль, и Юрьев, и Волок, и Ржеву, и половину Ко-
ломны» (СКДС 519—520).
327
Глава 7
копией, видимо, описка — ассимиляция по аналогии с пра-
вильно указанными 13-й степенью и 13-й гранью). Чтобы вы-
явить приведенное чтение, следовало внимательно ознакомить-
ся со всем текстом Степенной книги. Как видно, в 80-е гг.
XVII в. у князей Хотетовских (или у лиц, выполнявших их
заказ) такая возможность была.
В конце XVII в. заимствования из текста Степенной книги
проникают в широкий круг памятников исторической мыс-
ли, полное выявление которых — дело будущего.175 Укажем
лишь на несколько случаев. Так, Степенная книга стала
одним из основных источников так называемого Мазуринско-
го летописца, — произведения, составленного Исидором Сна-
зиным, близким к патриарху Иоакиму.176 В Мазуринском ле-
тописце текст Степенной книги, переданный довольно исправ-
но, подчас даже с заголовками, приспособлен для летописно-
го повествования, для чего большинство известий снабжено
датами, заимствованными из летописей.177 Этот случай весь-
ма характерен для историографии конца XVII в. Отметим,
что список Степенной книги, использованный Исидором Сна-
зиным, по всей видимости, представлял собой контаминацию
Чудовского извода Краткой редакции (к его тексту близко,
например, описание видения Всеволоду III Успенского собо-
ра,178 а также известие об освящении собора Василия Блажен-
ного179) и редакции Ионы Думина (см. известия о строитель-
стве владимирского Успенского собора и чудо о спасении мо-
175Например, известен интерес к Степенной книге выдающегося деятеля
конца XVII в. архиепископа Холмогорского Афанасия, который в 1694 г.
выписывал древний список Степенной книги из Антониева Сийского мона-
стыря (ныне БАН, Арханг. С. 130) для правки по нему списка из своей биб-
лиотеки (Верюжский М. В. Афанасий архиепископ Холмогорский, его жизнь
и труды в связи с историей Холмогорской епархии за первые 20 лет ее су-
ществования и вообще русской церкви в конце XVII века. СПб., 1908.
С. 602). Вполне возможно, что в дальнейшем будет обнаружено воздействие
Степенной книги на литературную деятельность Афанасия Холмогорского.
176Корецкий В. И. Мазуринский летописец конца XVII в. и летописание
Смутного времени // Славяне и Русь. М., 1968. С. 282; Чистякова Е. В.,
Богданов А. П. «Да будет потомкам явлено...» С. 72.
177Мазуринский летописец // ПСРЛ. М., 1968. Т. 31. Летописцы послед-
ней четверти XVII в. С. 37—137.
178Там же. С. 65.
179Там же. С. 137.
328
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
щей Александра Невского от пожара 1491 г. — с характерны-
ми для этого редактора дополнениями180). Список, содержа-
щий такой вид текста, в настоящее время неизвестен, поэто-
му нельзя исключать использование двух списков Степенной
книги, один из которых относился к Краткой редакции,
а другой — к редакции Ионы Думина.
Среди прочего выделяется и историографическая деятель-
ность А. И. Лызлова, который в своей Скифской истории, на-
писанной в 1692 г., неоднократно ссылается на Степенную
книгу.181 Эти ссылки расположены как в основном тексте, так
и на полях. Лызлов неизменно ссылается на номер грани и
главы, а если глава разделена на титла, то на номер титла.
К Степенной книге Лызлов обращался почти каждый раз, ко-
гда речь заходила о событиях русской истории. Имея доступ
к летописным источникам, он неизменно предпочитал им
Степенную книгу. Перечисляя свои источники, Лызлов по-
ставил Степенную на первое место: «Книги историй, от них
же сия История сочинися и написася: Степенная, Хронограф,
Синопсис, Летописец, Историа, Жития святых, Вороний,
Плиниус, Курций Квинт, Длугош, Меховский, Кромер,
Стрийковский, Бельской, Гвагнин, Ботер».182 В основном тек-
сте Лызлов назвал свой источник «Степенной Российской
книгой».183 На концепцию Скифской истории, в задачи ко-
торой входило проследить преемственность между жившими
в разное время кочевыми и оседлыми восточными народами,
Степенная книга не повлияла. Здесь знаменательно другое.
Автор, искушенный в исторических изысканиях, привлекав-
ший как русскоязычные, так и иностранные источники, важ-
нейшим среди них считает отнюдь не самую информативную
Степенную книгу.
Рубежом XVII—XVIII вв. датируются списки Хронографа
особого состава, текст которого разделен на 410 глав,184 при-
180Мазуринский летописец. С. 61, 119.
181 Андрей Лызлов. Скифская история / Отв. ред. Е. В. Чистякова. Под-
гот. текста А. П. Богданова. М., 1990. С. 19, 28, 32, 35, 37 и др; см. об этом:
Богданов А. П. Работа А. И. Лызлова над русскими и иностранными источ-
никами // Там же. С. 391, 396—398, 407—410.
182Там же. С. 7.
183Там же. С. 19.
184А. Н. Попов указал на два списка, РНБ, F.IV.165 и F.IV.598. Первый
из них происходит из собрания Ф. А. Толстого, а второй — Н. М. Карамзи-
329
Глава 7
чем повествование о русской истории не только испытало воз-
действие Степенной книги (это встречается в целом ряде хро-
нографических компиляций середины—второй половины
XVII в.185), но и разделено на степени — точно так же, как и
в Степенной книге. Начинается этот раздел с заголовка «На-
чало степени государей и великий князей руских», далее сле-
дует сокращенный текст старшего извода Пространной редак-
ции Степенной книги, после его окончания в виде продолже-
ния XVII степени помещены: Первое послание Курбского
Ивану Грозному, письмо Тетерина и Сарызохина боярину
М. Я. Морозову, Первое послание Ивана Грозного Курбскому
хронографического вида 2-й пространной редакции,186 статья
«О Сибирском царстве и о царех его великаго царства» и др.
Дальнейший текст основан на Хронографе редакции 1617 г.,
с добавлением оригинальных известий. Повествование о цар-
ствовании Федора Ивановича оформлено в виде XVIII степе-
ни.187 В целом, Хронограф в 410 глав представляет собой зна-
чительное историографическое произведение, о месте и обстоя-
тельствах создания которого пока ничего не известно. Можно
лишь предположить, что он был создан в крупном культур-
ном центре на рубеже XVII—XVIII вв.
на {Попов А, Н. Обзор хронографов русской редакции. М., 1869. Вып. 2.
С. 258—262). Назовем еще списки начала XVIII в.: РГБ, ф. 173.III (собр.
по временному каталогу библиотеки Московской духовной академии) 73
(в 1730 г. рукопись куплена на патриаршем подворье) и ГАЯО, 1292 (содер-
жит текст до XIII степени включительно). Издатели переписки Ивана Гроз-
ного с Курбским отметили, что рукописи F.IV.165 и F.IV.598 написаны на
бумаге с общей филигранью и вообще сходны «по индивидуальным особен-
ностям начертания букв» {Лурье Я. С., Рыков Ю. Д. Археографический
обзор // Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским. М., 1981. С. 261).
Уточним это наблюдение. Рукописи F.IV. 165 и F.IV.598 написаны двумя
типами письма, полууставом и скорописью (начало каждой рукописи напи-
сано полууставом, а дальнейший текст — скорописью), которые принадле-
жат одной руке. С предположением же исследователей, что оба списка вос-
ходят к общему протографу, можно всецело согласиться.
185В качестве примера можно привести Столяровский хронограф или
Хронограф астраханского архиепископа Пахомия, в текст которых включе-
ны пространные выписки из Степенной книги.
186Лурье Я. С., Рыков Ю. Д. Археографический обзор. С. 261.
1870тметим, что помещенное в рассматриваемой компиляции продолже-
ние Степенной книги начиная с Послания Курбского, в некотором сокраще-
нии, приведено в списке Томского извода Краткой редакции РНБ, собр.
Санкт-Петербургской духовной академии A-I/91 и его копии (см. гл. 10).
330
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
Следует остановиться также на одном историческом своде
конца XVII в., центральную часть которого занял полный
текст Степенной книги. Этот свод дошел в подлиннике и двух
восходящих к нему списках. Подлинник хранится ныне в со-
брании Н. П. Румянцева (РГБ, ф. 236, № 413), куда был
прислан из Вольфенбюттельской библиотеки по заказу
Н. П. Румянцева.188 В Вольфенбюттель, надо полагать, руко-
пись привез в начале XVIII в. царевич Алексей Петрович, не-
задолго до этого купивший ее, видимо, в Москве. Предшест-
вующая история бытования рукописи восстанавливается по за-
писям на ней. В конце 80-х гг. XVII в. рукопись принадлежа-
ла дьякону московского Чудова монастыря Роману Поспело-
ву.189 Он известен как книгописец — в 1691 г. переписал
Хронику Дорофея Монемвасийского (ныне — РГАДА, ф. 181
(собр. МГАМИД) 2). В 1689 г. Роман Поспелов продал интере-
сующий нас список исторического свода иконописцу Макси-
му Космынину, а тот в 1696 г. — жителю Таганной слободы
Василию Яковлеву, от которого спустя год рукопись перешла
к дьякону Андрею Иванову. Уже в XVIII в. появилось два
списка, восходящие к Румянц. 413. Один из них, РНБ,
F.XVII. 16, в первой половине XIX в. принадлежал поручику
Николаю Поспелову. Обратим внимание на совпадение его фа-
милии с первым известным владельцем рукописи Румянц. 413.
Если это не случайность и оба Поспеловы являются родствен-
никами, то вполне вероятно, что перед тем как продать
Румянц. 413, Роман Поспелов или кто-то из его окружения
сделал с нее копию F.XVII. 16. Отметим, что перед нами не
просто копия, а список с продолжениями и дополнениями,
повествующими, в частности, о событиях в столице конца
80—90-х гг. XVII в.: «О втором смятении, бывшем на Москве
7198 году сентября в 4 день», «О третьем смятении, на Моск-
ве бывшем 7205 года», «О смятении стрелецком на Москве и
в Торопце 7207 года», «Сказание о возстании трех бояр
188См. описание этой рукописи, присланное Н. П. Румянцеву из Вольфен-
бюттеля Ю. фон Врангелем (РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румянцева) 603).
189Упомянутого в записи чудовского дьякова Романа с Романом Поспело-
вым предположительно отождествил А. П. Богданов (Богданов А. П. Лето-
писец 1696 г. и патриарший летописный скрипторий // Книжные центры
Древней Руси. XVII век. Разные аспекты исследования. СПб., 1994. С. 69).
331
Глава 7
со стрельцами на государево убийство» и др. Основной ком-
плекс дополнений вошел в третий список свода — РГБ, ф. 178
(Музейное собр.) 735 (1—2). Эта рукопись была написана
в 1760—1761 гг., о ее протографе (предположительно, F.XVII.16)
в выходной записи сказано: «взята для списывания у свя-
щеньника Сергия от приходу церкви Гавриила Архангела,
что на Чистом пруде» (т. 2, л. 356).
Вернемся к оригиналу свода, Румянц. 413. Это конволют,
состоящий из трех частей. Самая древняя из них — рукопись
середины XVII в., представляющая собой список Степенной
книги младшего извода редакции Ионы Думина. В начале
конволюта к списку Степенной книги в 80-е гг. XVII в. при-
соединено несколько текстов. Первый из них представляет со-
бой начальную часть Василилогиона Николая Спафария, до-
веденную до характеристик русских князей, перед которыми
текст Василилогиона в данной рукописи оборван. Далее поме-
щено сочинение Спафария «Описание вин, ими же к погибели
и к разорению всякия царства приходят», а затем — два ва-
рианта легендарной Повести о начале Москвы с записями ле-
тописного характера. После текста Степенной книги, который
в рукописях младшего извода Думинской редакции не содер-
жит окончания Степенной книги, это окончание дописано,
причем далее следуют характерные статьи конвоя группы спи-
сков Краткой редакции Степенной книги — статья Никонов-
ской летописи 6986 г. (в рукописи ошибочно — 7986) о брани
между митрополитом Геронтием и архиепископом Ростовским
Вассианом, Соборное определение о четвертом браке Ивана
Грозного, известие о разгроме Новгорода Иваном Грозным.
Такой конвой имеет группа списков конца XVII—XVIII вв.190
Далее в рукописи Румянц. 413 помещен текст Нового лето-
писца, продолженный Летописцем 1686 г., который доведен
до 1671 г. А. П. Богданов убедительно доказал московское
происхождение рукописи и даже ее близость к патриаршим
книжникам.191 Обращает на себя внимание надпись по ниж-
нему обрезу списка Степенной книги в составе Румянц. 413:
«Новгородская». Это свидетельствует, во первых, о присылке
190Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 486—487.
Богданов А. П. Летописец 1696 г. и патриарший летописный скрип-
торий. С. 69—84.
332
Историографическая традиция середины—второй половины XVII в.
списка Степенной книги из Новгорода в Москву, а во-вторых,
о том, что подобных рукописей было несколько, поэтому и
пришлось делать соответствующие надписи. Вероятно, перед
нами результат масштабной историографической работы и во-
площение замысла по составлению обширного свода по рус-
ской истории. Впрочем, вполне вероятно, что для того време-
ни, конца XVII в., подобная работа была не единственной и
не являлась чем-то исключительным. Историографическая
деятельность в Москве XVII в. была разнообразной, и Степен-
ная книга занимала в ней видное место.
Глава 8
ОФИЦИАЛЬНЫЕ «ИСТОРИИ»
ПЕТРОВСКОГО ВРЕМЕНИ
Эпоха Петра I многое изменила в политике, экономике,
культурной и общественной жизни России, которая из Сред-
невековья шагнула в Новое время. Разумеется, отдельные
черты цивилизации Нового времени были присущи России и
в XVI—XVII вв., но в число европейских стран она вошла
только в начале XVIII в. Этот процесс сопровождался основа-
тельной ломкой старых устоев.1 По существу, заново были
созданы армия и флот, административная и экономическая
система; кардинально была изменена и церковная организа-
ция.2 Россия превратилась в могущественную европейскую
империю с жесткой крепостнической системой, которая обес-
печивала успехи во внешней политике и экономике за счет
рабского труда окончательно закрепощенных крестьян.3 Евро-
пейская культура, усвоенная в течение XVIII в. социальными
верхами и оставшаяся чуждой и недоступной низам, раздели-
ла общество на два сословия-касты — «благородных» и «под-
лых». Пропасть между ними со временем только разраста-
лась. В такой ситуации о едином культурном пространстве го-
1 Панченко А. М. Начало Петровской реформы: идейная подоплека //
Из истории русской культуры. М., 1996. Т. 3 (XVII—начало XVIII века).
С. 503—518.
2 Рункевич С. Г. История Русской церкви под управлением Святейшего
Синода. СПб., 1900. Т. 1. С. 1—66.
3См.: Медушевский А. Н. Утверждение абсолютизма в России: Сравнит,
ист. исследование. М., 1994.
334
Официальные «Истории» петровского времени
ворить как будто не приходится. В невозвратное прошлое
ушло время царя Алексея Михайловича, когда, например, пе-
реписка царского окружения и крестьянской семьи мало чем
различалась и по стилю, и по кругозору корреспондентов.
В начале XVIII в. складываются традиции новой литературы,
зарождается научное знание. И все же можно утверждать, что
в петровское время общая для разных слоев общества куль-
турная традиция еще существовала,4 и яркий пример тому —
отношение современников Петра I к Степенной книге.
Об особенной популярности Степенной книги в петровское
время прежде всего свидетельствует ее использование автора-
ми различных взглядов и убеждений. Так, на Степенную кни-
гу имеются ссылки в важнейшем документе той эпохи —
Уставе о престолонаследии, который был составлен при непо-
средственном участии Петра I в 1722 г.5 Его текст начинается
с изложения обстоятельств, помешавших Петру передать пре-
стол старшему сыну царевичу Алексею. Обычай майората, при-
нятый у русских правителей, подвергнут осуждению, в кото-
ром просматриваются разговорные интонации самого Петра:
«сей недобрый обычай не знаю чего для так был затвер-
жден».6 Далее приводится два примера из истории, когда на-
следником становился не старший сын: сначала рассмотрен
пример из Библии, а затем — из Степенной книги, что свиде-
тельствует о высоком статусе Степенной книги. Из ее текста
заимствован сюжет с выбором наследника при Иване III, ко-
гда вместо Дмитрия-внука наследником стал младший сын
Василий III: «...в лето 7006 февраля в 4 день князь великий
Иван Васильевич учинил по себе наследника внука своего
князя Димитрия Ивановича, и венчан бысть на Москве на ве-
ликом княжении княжеским венцем митрополитом Симоном;
4Живов В. М. Из церковной истории времен Петра Великого: Исследо-
вания и материалы. М., 2004. С. 34—68.
5ПСЗ. Т. 6. № 3893. Этот случай использования Степенной книги
обстоятельно рассмотрен П. Гонно, который указал на связь привлечения
Степенной книги с попытками обосновать историческими примерами лише-
ние царевича Алексея права наследовать престол (Gonneau Р. Pierre le Grand,
lecteur de la Stepennaja kniga: A la recherche de precedents historiques a la
decheance du tsarevitch Alexis // Revue des etudes slaves. 2005. T. 76. Fas. 1.
P. 51—59).
6ПСЗ. T. 6. № 3893. Стб. 496.
335
Глава 8
а в лето 7010 апреля в 11 день великий князь Иван Василье-
вич разгневался на внука своего князя Дмитрия и не велел
его поминать в церквах великим князем и посадил его за ка-
раул, и того жь апреля в 14 день учинил наследником сына
своего Василия Ивановича, и венчан был оным же митропо-
литом Симоном».7 Отметим, что в Степенной книге эта исто-
рия изложена несколько иначе.8 Прежде всего, в ней вместо
двух дат, 4 февраля 7006 г. и 11 апреля 7010 г., читается дата
21 марта 7007 г., которой отмечено назначение наследником
Василия III. Во-вторых, в Степенной книге (как в ее канони-
ческом тексте, так и в Латухинской переделке) предпочтение,
оказанное Иваном III Дмитрию-внуку перед Василием III,
объясняется придворной интригой, следствием которой стал
гнев великого князя на младшего сына. После разоблачения
этой интриги Василий III вернул расположение отца, а Дмит-
рий-внук с матерью были заключены под стражу (разумеется,
не «за караул» как в Уставе, а «за приставы»). Таким обра-
зом, в Уставе о престолонаследии Степенная книга процити-
рована неверно, причем искажения коснулись не только лек-
сики (что несущественно), но и фактов, и что особенно важно,
их интерпретации. Источником для Петра I служила не толь-
ко Степенная книга, так как даты и некоторые подробности
(например, факт запрещения именовать Дмитрия в церквях
великим князем) он заимствовал из летописи. Однако в Уста-
ве о престолонаследии, важнейшем государственном докумен-
те, было решено сослаться на Степенную книгу.
Степенная книга пользовалась авторитетом и в среде старо-
обрядцев, идеологических противников официальной власти.
На Степенную книгу ссылались и выговские старцы в своих
знаменитых Поморских ответах. Как известно, этот выдаю-
щийся памятник идеологии старообрядчества был составлен
основателем старообрядческой Выго-Лексинской пустыни Анд-
реем Денисовым и его сподвижниками в 1722—1723 гг. в ответ
на вопросы нижегородского митрополита Питирима и иеро-
монаха Неофита, которые свои обличения старообрядческих
догматов подкрепляли ссылкой на якобы древние рукопи-
си — Соборное определение на еретика Мартина мниха XII в.
7ПСЗ. Т. 6. № 3893. Стб. 496.
8См.: СКДС 667 (24-я глава XV грани).
336
Официальные «Истории» петровского времени
и Требник митрополита Феогноста XIV в.9 В Поморских отве-
тах блестяще доказан фальсифицированный характер обоих
источников, что позволяет исследователям расценивать шту-
дии выговских старцев в качестве первых шагов палеографи-
ческого изучения рукописей в России.10 Одним из аргументов
неподлинности Соборного деяния, помимо палеографических
наблюдений над рукописью, стало обращение к источникам,
повествующим о событиях на Руси в XII в., поскольку ни
один из них не упоминает о киевском соборе 1157 г., осудив-
шем некоего армянского монаха Мартина за двуперстное зна-
мение и другие проповедовавшиеся им обрядовые особенно-
сти, на древности и правильности которых настаивают старо-
обрядцы. Первое несоответствие, присутствующее в Соборном
деянии еретика Мартина, по мнению составителей Помор-
ских ответов, состоит в следующем: «...яко собор бысть в Кие-
ве при великом князе Ростиславе Мстиславиче и при Кон-
стантине митрополите, в лето 6665».11 Далее они приводят
свидетельства Степенной книги, Синопсиса (по киевскому и
петербургскому изданиям) и Летописца Димитрия Ростовско-
го, свидетельстующие о том, что в 6665 (1157) г. в Киеве кня-
жил не Ростислав Мстиславич. При этом цитата из Степенной
книги стоит на первом месте и является самой пространной:
«В Степенной же книзе, в главе осмой грани пятыя пишет,
яко великий князь Георгий Долгорукий преставися в лето 6665
майя в 15 день. По нем же сяде на великое княжение Изяслав
Давидовичь и близ года живяше. Собор же на Мартина
(по деянию) того же 65-го лета июния в 7 бяше. И елико
по Степенней являет не Ростислава, но Изяслава тогда кня-
живша в Киеве, толико деяние соборное не согласует Степен-
ней».12 В дальнейшем тексте Поморских ответов при рассмот-
9Библиографию см.: Понырко Н. В. Андрей Денисов Вторушин // Сло-
варь книжников и книжности Древней Руси. СПб., 1992. Вып. 3. Ч. 1.
С. 80—81.
10Дружинин В. Г, 1) Поморские палеографы начала XVIII столетия // Ле-
топись занятий Археографической комиссии за 1918 год. Пг., 1923. Вып. 31.
С. 1—66; 2) Дополнение к исследованию о поморских палеографах начала
XVIII века // Летопись занятий Археографической комиссии за 1923—
1925 годы. Л., 1926. Вып. 33. С. 100—102.
пПоморские ответы. М., 1911. Л. 50.
12Там же.
337
Глава 8
рении исторических свидетельств на первом месте неизменно
приводится ссылка на Степенную книгу — на 13-ю, 14-ю и
16-ю главы VI грани, где повествуется о событиях середины
XII в. и отсутствует упоминание о соборе 1157 г.13 Замеча-
тельно, что в ряду источников, повествующих о древнерус-
ской истории, для идеологов старообрядчества, как и для
Петра I, Степенная книга занимала первое место.
Эпоха Петра I ознаменовалась созданием целого ряда памят-
ников официальной историографии.14 Известно, что Петр I
постоянно интересовался русской историей и неоднократно
побуждал лиц из своего окружения или тех, кого считал спе-
циалистами в этом деле, приняться за написание обозрения
отечественной истории. Разумеется, здесь нужно видеть не
только и не столько научный интерес, но в первую очередь
идеологическое творчество. Историю России следовало напи-
сать так, чтобы свершения петровской эпохи логично вытека-
ли из предшествующих событий. Большая часть сочинений
была посвящена современным событиям и их трактовке в ду-
хе прославления деяний Петра, но создавались и сочинения,
охватывающие всю историю России от древности до начала
XVIII в. При их составлении Степенная книга привлекалась
особенно широко.
Как правило, первой петровской «Историей» официально-
го характера считается произведение, над которым трудились
по царскому указу на Печатном дворе в 1703 г. и которое
до недавнего времени оставалось неизвестным. Однако есть
основания к памятникам официальной историографии петров-
ского времени относить и так называемый Летописец славя-
нороссийский, составленный в 1698 г. Такое впечатление
можно вынести из знакомства с текстом Окладной книги Си-
бири 1697 г. — своеобразного свода исторических, географи-
ческих и статистических данных обо всех сибирских городах,
в официальном характере которого сомневаться нет основа-
ний, поскольку он составлялся по указу Петра I в Сибирском
приказе, возглавляемом в то время А. А. Виниусом. Источни-
13Поморские ответы. Л. 50 об., 51 об.
14См.: Пештич С. Л. О новом периоде в русской историографии и о так
называемых официальных петровских летописцах // ТОДРЛ. М.; Л., 1960.
Т. 16. С. 314—322.
338
Официальные «Истории» петровского времени
ками этого сочинения среди прочих были и окладные книги
сибирских городов.15 Видимо, поэтому составленный в Сибир-
ском приказе труд получил название Окладной книги Сибири.
Начинается он с выписки из Степенной книги о завоевании
Сибири Ермаком: «В Степенной книге в 17 степени во царст-
вовании благочестиваго государя и великаго князя Иоанна
Васильевича всея России самодержца о Сибирской земле на-
писано...». Как отмечено исследователями, на деле это выпис-
ка не из Степенной книги, а из Нового летописца.16 Однако
едва ли перед нами ложная ссылка, поскольку указан номер
степени, в которой действительно читаются известия о собы-
тиях времени Ивана Грозного. Можно предположить, что про-
цитированный текст был помещен в числе продолжений основ-
ного текста Степенной книги в том списке Степенной, кото-
рым пользовались для составления Окладной книги Сибири.
Близкий, но не тождественный текст читается в составе Лето-
писца славянороссийского, исторической компиляции, в осно-
ву которой положен текст Степенной книги. Здесь в выписке
из Нового летописца, которая помещена в XVII степени Сте-
пенной книги и совпадает с цитатой Окладной книги, отсут-
ствует последняя фраза: «Во царство же царя Бориса в лето
7107 году зимою послал царь воевод своих и повеле поставить
град Мангазею. Поставил град князь Василей Мосальской-Ру-
бец».17 Эта фраза представляет собой заимствование из того же
Нового летописца, но из другого места его текста.18 В нашем
распоряжении есть две рукописи Летописца славянороссий-
ского (РНБ, собр. Александро-Невской лавры, А-6/2 и РГБ,
1ЬНеврот М. И. Окладная книга Сибири 1697 г. // Проблемы источни-
коведения. М., 1956. Т. 5. С. 184—209.
16Ромодановская Е. К. О летописной части Окладной книги Сибири 1696—
1697 гг. // Рукописная традиция XVI—XIX вв. на востоке России. Новоси-
бирск, 1983. С. 39—45. Отметим, что список Окладной книги Сибири (РНБ,
F.IV.76) в XVIII в. принадлежал В. Н. Татищеву. На л. II рукописи чита-
ются две полустертые записи, выполненные скорописью XVIII в.: «Ху 23» и
«Татищевъ». Почерк этих записей оказывается тождествен с почерком ака-
демического помощника библиотекаря XVIII в. А. И. Богданова. На экзем-
пляре составленного им Камерного каталога с его же пометами против опи-
сания Окладной книги Сибири этим почерком записано «От Татищева»
(БАН, 45.13.22, л. 49).
17РНБ, F.IV.226, л. 968 об.—970 об.
18ПСРЛ. СПб., 1910. Т. 14. Ч. 1. С. 51.
339
Глава 8
ф. 98 (собр. Е. Е. Егорова) 1289), в составе которых читается
полный текст Нового летописца, где есть и процитированное
выше известие о строительстве Мангазеи. Следовательно,
Окладная книга вполне может восходить к Летописцу Славя-
нороссийскому. Правда, она датирована 1697 г, а Летописец —
1698 г. И все же близость времени составления обоих произве-
дений и почти полное совпадение цитаты из Нового летописца,
включенной в состав XVII степени, позволяют предположить
здесь какое-то взаимовлияние. Например, при составлении
Окладной книги могли быть привлечены материалы, впослед-
ствии использованные при создании Летописца славянорос-
сийского. Возможно, служащие Сибирского приказа получи-
ли доступ к первоначальному варианту Летописца. Использо-
вание таких материалов в Сибирском приказе, возможно,
свидетельствует о составлении Летописца славянороссийско-
го в приказной среде. Это едва ли была частная инициатива
или мероприятие церковных кругов. В таком случае его
материалы не были бы доступны служащим Сибирского при-
каза.
Итак, среди официальных «историй» петровского времени
наиболее ранней следует считать Летописец славянороссий-
ский. Нам известно шесть списков этого произведения. К пер-
вой группе нужно отнести списки РНБ, собр. Александро-
Невской лавры А-6/1—2, НСРК F.473 (эти две рукописи со-
ставляют один список памятника, в собр. Лавры части 1 и 3,
а в НСРК — часть 2) и РГБ, ф. 98 (собр. Е. Е. Егорова) 1289.
Ко второй группе относятся остальные четыре списка: РНБ,
F.IV.226; БАН, 33.10.5; Тверской государственный областной
музей, 185519 и НБУВ, ф. 310 (собр. Нежинского института)
123 + ХГУ, 167 (рукописи Неж. 123 и ХГУ 167 представляют
собой два тома одной рукописи). Первоначальный этап исто-
рии текста Летописца славянороссийского отражают списки
первой группы. Список А-6/1—2 + НСРК F.473, содержащий
полный текст Летописца, датируется 70—80-ми гг. XVIII в.,
однако список Егор. 1289 хоть и содержит только выписки
из Летописца, но датируется концом XVII в. Следовательно,
тот вид текста, который содержится в А-6/1—2 + НСРК F.473
19 Здесь текст Степенной книги в составе Летописца Славянороссийского
соединен с текстом другого списка Степенной книги.
340
Официальные «Истории» петровского времени
и Егор. 1289, появился не позднее конца XVII в., времени со-
ставления Летописца. Начинается рассматриваемый вид тек-
ста Повестью о начале Словенска, а затем следует полный
текст Степенной книги, который исправно следует то млад-
шему изводу Пространной редакции, то младшему изводу ре-
дакции Ионы Думина:
Пространная редакция	Думинская редакция
с начала Степенной до 5 главы III гра- ни	
	с 5 главы III грани до 10 главы V гра- ни
с 11 главы V грани до 9 главы VI гра- ни	
	с 9 главы VI грани до 12 главы IX гра- ни
с 12 главы IX грани до конца X грани	
	с начала XI грани до 19 главы XII гра- ни
с 19 главы XII грани до конца Сте- пенной книги	
Таким образом, текст Степенной книги состоит из фраг-
ментов двух редакций, то есть переписка велась последова-
тельно с двух списков Степенной книги. Для текста младшего
извода Пространной редакции можно указать источник.
Им был список НБУВ, ф. 302 (собр. митр. Макария) П. 49
третьей четверти XVII в. В его тексте упомянут не просто
царь «имярек», а Алексей Михайлович. То же чтение присут-
ствует и в Летописце славянороссийском.
В первой редакции Летописец называется «Летописец сла-
венороссийский о правнуцех Иафетовых, иже от стран своих
в полуденныя страны приидоша и нарицахуся Скифия Вели-
кая, и паки оттуду в северных странах грады поставиша и на-
рицахуся словене и руси, и о призвании на российское кня-
жество великого князя Рюрика и прочая от великия княгини
Олги даже и до нынешних государей царей самодержцев рос-
сийских» (А-6/1, л. 1). Открывает Летописец Сказание о Сло-
вене и Русе — легендарных князьях русов, современниках
Александра Македонского. Далее помещен полный текст Сте-
пенной книги, затем — известия о смерти царицы Анастасии
Романовны, женитьбе царя на Марии Темрюковне, присылке
341
Глава 8
от новгородского архиепископа Пимена к царю крестов и икон,
бегстве в Литву Андрея Курбского (7070 г.), взятии Полоцка
(7071 г.), посылке в Сибирь атаманов И. Петрова и Б. Алыче-
ва (7075 г.). Далее читается фрагмент Хронографа редакции
1617 г. с описанием путешествия в Иерусалим Трифона Коро-
бейникова, после чего, согласно атрибуции В. Г. Вовиной, по-
мещен текст Свода 1652 г. со статьи «О митрополите Филиппе
и о опришнины...» до выписки из Родословной книги о сы-
новьях Ивана Грозного.20 Вариант описанного типа текста ле-
тописца содержится в рукописи Тверского музея 1855, также
датируемой концом XVII в.
Вторая редакция Летописца, представленная списками
F.IV.226, 33.10.5 и Неж. 123 + ХГУ 167, имеет более слож-
ный состав. В заглавии добавлена дата составления свода:
«написася в лето от сотворения мира 7206 месяца декемвриа
в 8 день», т. е. конец 1697 г. Список F.IV.226 представляет
собой рукопись со вторичными вставками, к которой восхо-
дят списки 33.10.5 и Неж. 123 + ХГУ 167, датирующиеся
одним временем (рубеж XVII—XVIII вв.) и имеющие общую
довольно редкую филигрань — три круга, увенчанные кре-
стом с контрамаркой АВ.21 Таким образом, можно утверж-
дать, что списки 33.10.5 и Неж. 123 + ХГУ 167 представляют
собой копии F.IV.226, снятые вскоре после завершения работ
над этим кодексом, что произошло в конце 1697 г.22 Сам ко-
декс F.IV.226 в конечной своей части содержит многочислен-
ные вставки, выполненные в конце XVII в., т. е. практически
одновременно с основным кодексом. Однако они написаны
разными почерками на отдельных листах и вставных тетра-
дях. Ниже отмечены границы таких вставок — то, что назы-
вается «кодикологическими швами».
Итак, в чем же отличия второй редакции Летописца сла-
вянороссийского от первой? Во-первых, после Сказания о Сло-
20Вовина-Лебедева В. Г. Новый летописец: история текста. СПб., 2004.
С. 121.
21 Тип: Водяные знаки рукописей России XVII в. / Сост. Т. В. Дианова,
Л. М. Костюхина. М., 1980. № 602—609 (1659—1697 гг.); вид: Heaivood Е.
Watermarks, mainly of the 17th and 18th centuries. Hilversum, 1950. № 317
(1675 r.).
22B одном из списков, 33.10.5, заметна еще одна особенность. Текст Сте-
пенной книги в данном списке правлен по тексту Думинской редакции.
342
Официальные «Истории» петровского времени
вене и Русе вписана переработка Повести о начале Москвы,
в которой основание Москвы связывается с деятельностью
Олега Вещего.23 После завершения Степенной книги текст
продолжен выпиской из Хронографа редакции 1617 г. с заго-
ловка «О святем граде Иерусалиме» до слов «...управити рус-
каго деръжавства. Аминь»24 (л. 959—962 об.). Далее на встав-
ных листах (л. 963—965 об.) помещена выписка из Нового ле-
тописца (с заголовка «О взятии царства Сибирского» до слов
«...не можаху их обратити»25), сделанная неосновным почер-
ком. Затем продолжается текст Хронографа редакции 1617 г.
с заголовка «Царство государя... Феодора Иоанновича...»
до слов «...что же убо повем сице» (л. 966—970 об.).26 Далее
на л. 971—982 об. — написанная светлыми чернилами и, по-
хоже, другим почерком вставка из Хронографа редакции
1620 г. с заголовка «О Гришке Отрепьеве и како снем с себя
монашеское одеяние...» до слов «...приводити к крестному це-
лованию за».27 Следующий фрагмент (л. 983—985 об.) — текст
Нового летописца со слов «за царевича Феодора Борисови-
ча...» до слов «...Он же, окаянный, рад бысть»28 — также
начинается с нового листа. В конце этого фрагмента, на ниж-
нем поле л. 985 об., основным почерком убористо приписано:
«И иде к Москве, и прият с честию, и седе окаянный на рос-
сийский престол. Егда же прииде, мнози его познаша, что он
не природный царевич, страха же ради никто не можаше
о нем рещи». Следующий фрагмент (л. 986—1010 об.) также
начинается с нового листа — это выписка из Хронографа ре-
дакции 1617 г. с заголовка «Царство Розстригино, иже лжею
от лукаваго взят...» до конца хронографического текста29
с продолжением в виде погодных известий, первое из кото-
рых — о венчании царя Михаила Федоровича «диадимою»,
23F.IV.226, л. 10—10 об. См. об этом: Повести о начале Москвы / Исслед.
и подгот. текста М. А. Салминой. М.; Л., 1964. С. 253—258.
24См.: Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных
в хронографы русской редакции / Собрал и издал А. Попов. М., 1869.
С. 185—186.
25ПСРЛ. Т. 14. Ч. 1. С. 33—34.
26Изборник славянских и русских сочинений... С. 186—190.
27Там же. С. 220—228.
28ПСРЛ. Т. 14. Ч. 1. С. 64—66.
29Изборник славянских и русских сочинений... С. 192—204.
343
Глава 8
а последнее — о рождении царевны Анны Михайловны
в 1630 г. Отметим, что последняя строка — «дщи царевна Анна
Михайловна» — приписана другим почерком на нижнем поле
л. 1010 об. Видимо, изначально она начинала собой следую-
щий лист, но затем была перенесена на предыдущий, по-
скольку далее помещена очередная вставка. Она занимает
л. 1011—1031 об., содержит известия летописного типа весь-
ма широкого хронологического охвата — от возвращения Фи-
ларета из Литвы в 1618 г. до приема грузинского царя Тейму-
раза в 1658 г. Текст заканчивается колофоном (л. 1031 об.).
На л. 1032—1039 об. помещен текст, написанный другим
почерком, нежели предыдущий, и повествующий о диплома-
тических переговорах с поляками в царствование Алексея
Михайловича. Завершается рассматриваемый компендиум
кратким текстом «Царство царя Феодора Алексеевича», кото-
рый занимает один лист (л. 1040—1040 об.). Итак, рукопись
F.IV.226 представляет собой архетип второй редакции Лето-
писца славянороссийского, обстоятельное изучение которой —
дело будущих исследований. Сейчас же можно утверждать,
что Летописец славянороссийский был составлен во второй
половине 90-х гг. XVII в. в Москве, видимо, в одном из при-
казов. Можно предположить, что его составление носило офи-
циальный характер. Таким образом, его вполне можно рас-
сматривать как начальный этап составления исторических
трактатов петровской эпохи. От первой редакции ко второй
Летописец славянороссийский в части, повествующей о собы-
тиях XVII в., приобретал все более сложный компилятивный
характер. Этот процесс можно проследить благодаря тому, что
в нашем распоряжении имеется архетип второй редакции —
список F.IV.226. Характерно, что редакторские изменения
коснулись в основном повествования о событиях последнего
столетия. Изложение же древнерусской истории, представ-
ленное текстом Степенной книги, было оставлено без измене-
ний. Однако такая позиция отвечала запросам эпохи Федора
Алексеевича, но не петровскому времени. Уже следующее со-
чинение по русской истории подвергнет текст Степенной кни-
ги некоторым переделкам.
Среди собранных П. И. Щукиным документов по русской
истории (ныне в Отделе письменных источников ГИМ) нахо-
дится царская грамота от 23 мая 1703 г., адресованная столь-
344
Официальные «Истории» петровского времени
нику Ивану Мироновичу Кологривову, которая предписывала
собирать древние рукописи по монастырям и присылать их
в Монастырский приказ.30 Рукописи следовало затребовать
из новгородской и ростовской епархий, а также из крупней-
ших монастырей: Троице-Сергиева, владимирского Рождест-
венского, Иосифова-Волоцкого, Кирилло-Белозерского и Со-
ловецкого. Это должны быть «книги летописные, Степенные
и дарственные старинные писменные на хартиях и на бумаге».
Они предназначались для «исправления на Печатном дворе
нового летописца», после чего рукописи предполагалось вер-
нуть обратно. На списках Новгородской IV летописи ГИМ,
Синодальное собр. 152,31 Уваровской летописи ГИМ, Сино-
дальное собр. 645,32 на списке Оболенского Никоновской ле-
тописи РГАДА, ф. 201 (собр. М. А. Оболенского) 16333 чита-
ется следующая запись: «Сия книга летописец (далее указан
формат — «в среднюю десть» или «в малую десть») Троицко-
го Сергиева монастыря принята из Монастырского приказу
июня в 20 день 1703 году для исправления печатного лето-
писца». Все три рукописи, содержащие данную запись, посту-
пили из Троице-Сергиева монастыря. Привезенная из влади-
мирского Рождественского монастыря Степенная книга имеет
следующую запись: «Из Володимира Рожествена монастыря
принята на Печатной двор в книгохранительную палату июня
в 19 день 1703 году».34 Один из списков Степенной книги
(РГБ, ф. 310 (собр. В. М. Ундольского) 803), датирующийся
концом XVII или началом XVIII в., принадлежал, судя
по владельческой записи на л. 8 об.—8а, стольнику И. М. Ко-
логривову, а впоследствии его сыну поручику П. И. Кологри-
вову.35 Возможно, эта рукопись оказалась в собственности
30 Грамота 1703 года царя Петра Алексеевича о присылке в Москву
из архиерейских домов и монастырей книг для исправления Нового лето-
писца // Сборник старинных бумаг, хранящихся в музее П. И. Щукина /
Изд. П. И. Щукина. Ч. 2. М., 1897.
31 Описание рукописей Синодального собрания (не вошедших в описание
А. В. Горского и К. И. Невоструева) / Сост. Т. Н. Протасьева. М., 1970.
Ч. 1. С. 133.
32Там же. С. 138.
33ПСРЛ. СПб., 1862. Т. 9. С. XV.
34 Сиренов А. В. Научное описание выявленных списков Степенной кни-
ги // СКДС. Т. 1. С. 39.
35Там же. С. 82—83.
345
Глава 8
И. М. Кологривова в процессе собирания материалов для
«исправления нового летописца». Д. О. Серов выявил несколь-
ко документов, связанных с рассматриваемым мероприятием
и свидетельствующих о том, что историографические работы
в 1703 г. не были завершены. 15 сентября 1705 г. из Мона-
стырского приказа, в ведении которого в то время состоял Пе-
чатный двор, в Посольский приказ была прислана память,36
в которой содержится просьба «для издания Летописца печат-
ного... выписать..., из которых государств и земель по нынеш-
ней сентябрь месяц на Москве хто и о каких делах были по-
слы и посланники, также и с Москвы посланы...».37 Чиновни-
ки Монастырского приказа свой запрос повторяли 27 янва-
ря,38 7 декабря 1707 г.39 и 14 августа 1709 г.40 В последнем
случае отмечалось, что никаких материалов из Посольского
приказа прислано не было. Д. О. Серов приводит и письмо
дьяка Посольского приказа М. И. Родостамова главе Посоль-
ской канцелярии Г. И. Головкину от 19 августа 1709 г., в ко-
тором Родостамов просит проинструктировать его, насколько
подробно отвечать на запрос из Монастырского приказа:
«А с тех посолских и посланничьих ж и гонецких дел отпусков
о делех подлинно отписывать или кратким объявлением?».41
Других материалов об историографических работах на Москов-
ском печатном дворе в начале 1703 г. обнаружить не удалось.
Отметим одну подробность, которая отсутствует в царской
грамоте И. М. Кологривову и появляется в записи на троиц-
ких рукописях: летописец, который предполагалось «исправ-
лять», назван печатным.42 Так могли назвать, например, Си-
36РГАДА, ф. 158 (Приказные дела новых лет), он. 1. 1705 г. № 132,
л. 1—1 об.
37Цит. по: Серов Д. О. Степенная книга редакции Ивана Юрьева (1716—
1718 гг.). Дис. ... канд. ист. наук. Л., 1991. С. 84.
38РГАДА, ф. 138 (Дела Посольского приказа), 1707 г. № 22, л. 1—1 об.
См.: Серов Д. О. Степенная книга редакции Ивана Юрьева... С. 85.
39РГАДА, ф. 158, on. 1. 1707 г. № 242, л. 1—1 об. См.: Серов Д. О. Сте-
пенная книга редакции Ивана Юрьева... С. 85.
40РГАДА, ф. 138, 1709 г. № 105, л. 1—1 об. См.: Серов Д. О. Степенная
книга редакции Ивана Юрьева... С. 85.
41РГАДА, ф. 160, 1709 г., № 4, л. 153 об.—154 об. Цит. по: Серов Д. О.
Степенная книга редакции Ивана Юрьева... С. 85.
42И. А. Жарков предположил, что результаты работ по исправлению
«нового летописца» в 1703 г. содержит рукопись РНБ, Q.IV. 142, которая
346
Официальные «Истории» петровского времени
нопсис, первое издание которого вышло в 1674 г. Однако Си-
нопсис был хорошо известен в центральной России уже в кон-
це 70-х гг. XVII в. (см. гл. 7), и спустя четверть века его едва
ли стали бы называть «новым». Существовал к началу XVIII в.
еще один текст, который можно назвать печатным летопис-
цем. Это «Введение краткое во всякую историю», изданное
И. Ф. Копиевским в Амстердаме в 1699 г.43 Как и большин-
ство других изданий Копиевского, «Введение» представляет
собой компилятивный свод кратких сведений весьма скром-
ного объема. Есть свидетельства того, что издание Копиев-
ского использовалось в историографической практике начала
XVIII в. В истории текста Латухинской Степенной книги вы-
деляется редакция, текст которой в первоначальном виде до-
веден до 1702 г., а в окончательном — до 1705 г. Поскольку
здесь изложение истории простирается с сотворения мира
до начала XVIII в., причем для изображения античной и ви-
зантийской истории использован хронографический источ-
ник, представляется возможным назвать эту редакцию Хро-
нографической редакцией Латухинской Степенной книги.
Рукописная традиция этого текста невелика.44 Самый ран-
ний список, БАН, Арханг. К. 52, датируется первыми годами
представляет собой список Нового летописца со значительными стилистиче-
скими поновлениями, текст которого доведен до 1703 г. (Жарков И. А. Три
продолжения «Нового летописца» // Летописи и хроники. 1980 г. В. Н. Та-
тищев и изучение русского летописания. М., 1981. С. 194—196). Однако
Жарков не учел, что в 1703 г. на Печатном дворе собирались исправлять ле-
тописец, который называли не только «новым», но и «печатным», поэтому
отождествлять его с памятником летописания первой половины XVII в. Но-
вым летописцем, впервые изданным только в конце XVIII в., оснований
нет. При этом нельзя совершенно исключать возможность того, что описан-
ная Жарковым рукопись имела какое-то отношение к работам на Печатном
дворе в 1703 г. Правда, ее текст никак не соотносится с рассматриваемым
в настоящей статье материалом. Возможно, в будущем, с привлечением но-
вых данных, эту связь удастся установить.
43Описание изданий, напечатанных кириллицей. 1689—январь 1725 г. /
Сост. Т. А. Быкова и М. М. Гуревич. Ред. и вступ. ст. проф. П. Н. Беркова.
М.; Л., 1958. С. 278—279.
44 Здесь не рассматриваются две подборки выписок из Хронографической
редакции: РНБ, собр. М. П. Погодина 1559 (л. 35—45 об.) и Новгородского
музея-заповедника, НГМ 30056-147. Подробнее о взаимоотношении списков
Хронографической редакции см.: Сиренов А. В. Степенная книга: история
текста. С. 346—358.
347
Глава 8
XVIII в. и доводит изложение до 1702 г. Заключительная его
статья представляет собой выписку из первого номера газеты
«Ведомости» от 17 декабря 1702 г. Этот номер, первый по сче-
ту, в печатном виде не сохранился. Исследователи имеют дело
с его черновиком и списком с печатного экземпляра. Именно
с последним обнаруживает близость текст Арханг. К. 52.
Остальные списки Хронографической редакции (БАН, 34.4.15;
ГИМ, Синодальное собр. 151 и ГАЯО 20 (53)) содержат здесь
идентичный текст.45 Поскольку в газете и в выписке 1702 год
назван «нынешним», и вообще описаны военные действия на
тот момент, данные указания не могут быть датирующими
для создания первоначального текста Арханг. К. 52. Можно
только утверждать, что рассматриваемый текст был создан не
ранее конца 1702 г. или вскоре после этого времени. На по-
лях Арханг. К. 52 помещены глоссы, которые интерполиро-
ваны в основной текст почти всех других списков. Исключе-
ние здесь составляет непосредственная копия Арханг. К. 51,
РНБ, F.IV.912, повторяющая расположение глосс на полях.
Остальные списки, датирующиеся первым и вторым десяти-
летиями XVIII в., содержат идентичный текст, который дове-
ден до 1705 г. Под этим годом сообщается о визите в Москву
турецкого посла. В списке 34.4.15 данное известие приписано
неосновным почерком (л. 654). Отметим, что с сентября 1705 г.
начались запросы в Посольский приказ относительно мате-
риалов о дипломатических сношениях России с другими стра-
нами. Видимо, недостаточность такого материала была осоз-
нана составителями Летописца в 1705 г., и последнее известие
Хронографической редакции вполне соотносится с обозначен-
ной проблематикой.
Можно утверждать, что все списки Хронографической ре-
дакции восходят к общему протографу. Это был, по всей веро-
ятности, оригинал Хронографической редакции. Им не может
считаться список Арханг К. 52, поскольку он содержит суще-
ственно сокращенный текст, но несомненно, что Арханг. К. 52 —
самая ранняя копия общего протографа, сделанная в то вре-
мя, когда в протографе еще отсутствовали глоссы, а концовка
обрывалась на еще не отредактированной выписке из «Ведо-
мостей».
45См.: Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 348.
348
Официальные «Истории» петровского времени
Сравнивая Арханг. К. 52 с остальными списками, можно
проследить, что все они восходят к общему протографу, струк-
туру которого наиболее точно отразил список Арханг. К. 52.
Текст протографа содержал многочисленные глоссы на полях,
сделанные уже после написания основного текста. Арханг. К. 52
отразил эту структуру, поскольку, возможно, появился в тот
момент, когда глосс в протографе еще не было. По мере их по-
явления они вносились и на страницы Арханг. К. 52, правда,
в сокращении. Возможно, они вписывались и в протограф,
и в Арханг. К. 52 параллельно. В пользу этого свидетельству-
ет и почерк, отличный от основного, которым написано боль-
шинство глосс Арханг. К. 52. По-видимому, в Арханг. К. 52
глоссы вносились не только в сокращенном виде, но и не
в полном составе. Это вполне объяснимо, так как данная ру-
копись сокращает текст своего протографа на всем его протя-
жении. Значит, глоссы рассматриваемых списков Хроногра-
фической редакции, а также соответствующие им известия
основного текста списков 34.4.15, Синод. 151 и ГАЯО 20 (53),
отсутствующие в Арханг. К. 52, представляют собой ком-
плекс глосс их протографа — архетипа Хронографической ре-
дакции. Это подтверждает и характер известий, помещенных
в основном тексте 34.4.15, Синод. 151 и ГАЯО 20 (53), отсут-
ствующих в Арханг. К. 52 — они стилистически и тематиче-
ски близки к глоссам списков Арханг. К. 52 и 34.4.15, кото-
рый является ближайшим к Арханг. К. 52 по времени, в нем
к тому же прослеживаются признаки редакторской работы
над текстом Хронографической редакции. Например, на л. 267
первые четыре строки текста написаны по заклеенному. Этот
прием редакторских исправлений мы наблюдали и в Ниже-
городском списке. Для реконструкции архетипа обратимся
к глоссам Арханг. К. 52, которые в основном тексте списков
34.4.15, Синод. 151 и ГАЯО 20 (53) отсутствуют: «Великий
князь Ярослав Владимирович в Ливонской земли созда град
и нарече его во имя свое Юриев» (далее другим почерком на-
писано «в лето 6538») (л. 263), «В лето 7022 великий князь
Василий Иоанновичь взя град Смоленеск»46 (л. 334), «В лето
7080 царь и государь побил немец под Пайдою» (л. 347). Не-
46В ГАЯО 20 (53) в этом месте помещен пространный рассказ о взятии
Смоленска (л. 503—504).
349
Глава 8
которые глоссы Арханг. К. 52 отсутствуют в 34.4.15, но чи-
таются в основном тексте Синод. 151, иногда с разночтения-
ми относительно Архангельского (чтения ГАЯО 20 (53), за
исключением незначительных разночтений, идентичны Си-
нод. 151). Встречаются, однако, и обратные случаи, т. е. глос-
сы 34.4.15, отсутствующие в Арханг. К. 52.47 Есть в основном
тексте списков 34.4.15, Синод. 151 и ГАЯО 20 (53) и такие
известия, которые отсутствуют в Арханг. К. 52: «В лето 7064-е
приходили послы аглинского короля Филиппа о корабелной
пристали для торгу на Двине реке. В лето 7064-е ходили пол-
ки российския до немецкаго города Выбора и многих немец
побили и в полон поймали, а продавали немчина по 10 алтын,
а немку по 5 алтын, а Орешек и Корела от немец нашествия
свободни быша»,48 «В лето 7064-е великий государь посылал
в Свийскую землю воевать за королевскую неправду царевича
Кайбулу с воеводами, и многия свийския городы Ругодев, Ко-
лывань и Юриев Ливонский повоевали»,49 «В лето 7066-е
от турскаго султана Сулеймана приходил купец его именем
Мустофа и подал грамоты, царское и султаново имя златом
написано»,50 «В лето 7068-е Макарий митрополит освятил
церковь Покров Пресвятыя Богородицы с приделы, что на
рву, да поставил во архиепископы Нифонта на Ростов, да
во епископы Нифонта на Крутицы, Гуриа на Рязань, по сем
митрополит Макарий в старости глубоце преставися. В лето
7068-е к великому государю приезжал свийского короля по-
сланник, чтобы государь изволил торговым своим людем гра-
да Ругодева и Юриева Ливонскаго и Орешка и Корелы ездить
в его королевский град Выбор безпенно. И великий князь
изволил своим торговым людем ездить во град Выбор для
торговли»,51 «В лето 7074-е свийский король Ирик прислал
47См. глоссу в 34.4.15 на поле: «В лето 6061 [sic!] преставися великий
князь Симеон Гордый» (л. 516 об.); в Арханг. К. 52 ее нет.
4834.4.15, л. 584 об.—585, близкий текст: Синод. 151, л. 881; ГАЯО
20 (53), л. 513 об.—514.
4934.4.15, л. 585, близкий текст: Синод. 151, л. 881 об.; ГАЯО 20 (53),
л. 514.
5034.4.15, л. 585, близкий текст: Синод. 151, л. 882; ГАЯО 20 (53),
л. 514—514 об.
5134.4.15, л. 585 об., близкий текст: Синод. 151, л. 882—882 об.; ГАЯО
20 (53), л. 514 об.
350
Официальные «Истории» петровского времени
к великому государю своих послов для всякаго мирнаго сове-
ту. И великий государь послал к нему, королю Ирику, своих
послов о том, чтобы он полскаго короля сестру, что за Яганом
королевичем, Екатерину, прислал бы к нему, государю, к Мо-
скве, и за то ему уступить государь городов Колываня, Перно-
ва, Пайды, Карикуса, Елмала, Руинабуртника, Ермиса со все-
ми уезды»,52 «В лето 7083-е великаго государя послы и свий-
скаго короля Ягана послы же съезжалися на рубеж и по мно-
гом съезде учинили перемирие на 2 года, что в те годы на обе
стороны войне не бысть»,53 «В лето 7085 свийский король
Яган в перемирныя лета взял обманом государевы городы Ру-
годев, Тонщебор, Ракобор, Пайду, Коловер, Лигавер, Павцу,
Апсель, Выгон, Иваньгород, Копорье, Яму, Корелу. А поймал
он те городы в то время, как государь воинство свое из ново-
городския земли вывел противу полскаго Стефана короля».54
Однако большинство глосс Арханг. К. 52 оказывается внесено
в основной текст 34.4.15, Синод. 151 и ГАЯО 20 (53).
Большая часть глосс Архангельского списка, текст кото-
рых оказался включен в основной текст других списков,55 по-
священа внешнеполитическим событиям, касающимся север-
ных границ России: «В лета 6749 приходили свийскиа немцы
в новгородския пределы и град Копорью поставиша»,56
«В лета 6789 князь Димитрий Александровичь Невскаго
из Ростова прииде во град Копорья со всем своим домом»,57
«В лето 6808 свийския немцы на реке Неве на усть Охты по-
ставиша град венец земли, а ставил ево князь Москалка,
князь же Андрей Александровичь град той разори»,58 «В ле-
та 6832 князь Георгий Даниловичь на устии Невы на острове
Орехове постави град Ореховец»,59 «В лета 6856 свейский
5234.4.15, л. 585 об., близкий текст: Синод. 151, л. 882 об.—883; ГАЯО
20 (53), л. 514 об.—515.
5334.4.15, л. 592 об.—593, близкий текст: Синод. 151, л. 893; ГАЯО
20 (53), л. 520—520 об.
5434.4.15, л. 593, близкий текст: Синод. 151, л. 893—893 об.; ГАЯО
20 (53), л. 520 об.
ььСиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 352—355.
56Арханг. К. 52, л. 292 об.
57Там же, л. 296 об.
58Там же, л. 297.
59Там же, л. 298 об.
351
Глава 8
король Магнуш взя град Ореховец и владел 3 лета. Новогод-
цы [sic!] паки взяша его. Той же король Магнуш со князем
Георгием Даниловичем мир учини на 40 лет, земли же и воды
разделили и грани учинили»,60 «В лето 6892 литовскому
князю Патрикию Наримонтовичу новогодцы [sic!] во владе-
ние даша ему град Ореховец»,61 «В лето 6909 князь Георгий
Светославичь смоленский взя град Смоленеск, а литовских
наместников побил. В лето 6911 смоляне князю Георгию
изменили, а Витовту град здали. Князь же Георгий поиде в Нов-
град. Новогородцы же даша ему во владение 13 градов: Ладо-
гу, Орешек, Ям, Копорья и прочия грады»,62 «В лето 6998 ве-
ликий князь Иоанн Василиевичь созда град на немецком
рубеже на реке Нерове Иваньград»,63 «В лето 7043 свийским
королем перемирие учинено на 60 лет с королем Густавом»,64
«В лето 7063 раздор учинился корелским и ореховским жи-
телем с немцы, и приступили немцы к Орешку 3 недели»,65
«В лето 7065 по государеву указу поставлен город на устье Не-
ровы реки для пристали торговых кораблей»,66 «В лето 7066
взят град Ругодев немецкий и Вышгород, Сыренск и градок
Адеж, Новой городок и Керепеть, Юриев Ливонской, Лаюс и
Ракобор»,67 «В лето 7085 царь государь по Двине грады немец-
кия взял: Кукинос, Икес и Владимирец»,68 «В лето 712[1]69
немцы Яков Пунтус с товарыщи Великий Новгород разоряли
и государ[е]вы городы Старую Русу и Ладогу, Иваньгород и
Ям, Копорью и Порхов, Гдов и Орешек и Тихфино завладе-
ли».70
Итак, большинство приведенных выше известий 34.4.15,
Синод. 151 и ГАЯО 20 (53), которых нет в Арханг. К. 52, по-
священо теме северо-западных границ. Исключение среди них
60Арханг. К. 52, л. 301.
61 Там же, л. 310.
62Там же, л. 313.
63Там же, л. 332 об.
64Там же, л. 337.
65Там же, л. 343 об.
66Там же.
67Там же.
68Там же, л. 347 об.
69Здесь и далее в этой глоссе некоторые буквы срезаны при переплете.
70Арханг. К. 52, л. 366.
352
Официальные «Истории» петровского времени
составляют только известие 7066 (1558) г. о приходе турецко-
го посла и следующие за ним известия о митрополите Мака-
рии (строительство Покровского собора в 7068 (1560) г., по-
ставление епископов в Ростов и на Крутицы, преставление са-
мого Макария). Последние объединены с известием о приходе
шведского посла. Обратимся к последним погодным известиям
рассматриваемого сочинения. В конце Арханг. К.52 перед
географическими справочниками читается приведенная выше
выписка из Петербургских Ведомостей за 1702 г. о наступле-
нии русских войск на театре Северной войны. В 34.4.15 и
остальных списках (Синод. 151 и ГАЯО 20 (53)) этот текст
переделан в известие о захвате Шлиссельбурга (Нотебурга),
а далее помещены известия о взятии городов Яма, Копорья,
Канцев, Юрьева Ливонского (Дерпта), Ругодива (Нарвы) и
Ивангорода, а также об основании Петербурга: «В лето 7211
грады Ям, Копорие и Канцы взяты. В то же лето Ксанкт-Пи-
тербурх построен. В лето 7212 град Юриев Ливонский взят
иулиа в 13 день. В то же лето взяты град Ру го див августа
в 8 день, а Иванград в 16 день».71 Кроме того, в самом конце
текста (после географических справочников) в 34.4.15 и Си-
нод. 151 (в ГАЯО 20 (53) эта часть текста утрачена) читается
известие о посещении Москвы в 7213 (1705) г. турецким по-
слом. В 34.4.15 последнее известие приписано почерком,
отличным от основного. Видимо, оно попало в текст Хроно-
графической редакции не одновременно с известиями о взя-
тии городов. Эти известия весьма показательны, поскольку
созвучны рассмотренному выше комплексу глосс архетипа.
Текст своего произведения автор окончил изложением собы-
тий Северной войны. Одновременно он расставил по всему
тексту известия о русско-шведских контактах с древности
до последнего времени. Это напоминает историографический
метод Тихона Макарьевского, который мы имели возможность
рассмотреть на материале Нижегородского списка Простран-
ной редакции. Там он закончил изложение на событиях рус-
ско-турецкой войны и дополнил основной текст глоссами,
содержащими известия о турецких завоеваниях. В Хроногра-
фической редакции встречаем такую же ситуацию, но объек-
71Синод. 151, л. 989 об.
353
Глава 8
tqm интереса становится другая война — русско-шведская.72
Автор заканчивает основной текст повествованием о событиях
Северной войны и вставляет в текст известия о русско-швед-
ских контактах.
Одним из источников Хронографической редакции Лату-
хинской Степенной была рукопись Пространной редакции
Латухинской Степенной из библиотеки Макариева Желтовод-
ского монастыря. Это — Нижегородский список Латухинской
Степенной книги (НГОУНБ, Ц-2658/2) — самый ранний в ру-
кописной традиции памятника, он содержит редакторские
глоссы и собственноручную вкладную запись автора Латухин-
ской Степенной Тихона Макарьевского, который передал руко-
пись в Желтоводский монастырь (см. гл. 7). На полях спи-
сков Хронографической редакции проставлены многочислен-
ные ссылки на Степенную книгу. В пяти случаях указывается
номер листа, на котором в Степенной книге находится приве-
денный в Хронографической редакции текст. Так, в первом
случае против известия Хронографической редакции об осно-
вании суздальским епископом Дионисием нижегородского
Печерского монастыря («В та же лета преподобный Дионисий
прииде в Нижний Новъград и тамо ископа пещеру...») на поле
поставлена ссылка «Степен[ная], лист 367»73 — именно на
этом листе (по авторской кириллической фолиации) читается
соответствующий текст в Нижегородском списке.74 Против
рассказа о женитьбе московского князя Василия Дмитриеви-
ча на поле написано «Книга Степен[ная], лист 372 на оборо-
те]».75 На этом листе в Нижегородском списке помещено соот-
ветствующее известие.76 Против описания захвата Смоленска
Витовтом поставлена ссылка «Степенная, лист 393»77 — это
соответствует размещению аналогичного известия в Нижего-
72Возможно, интерес к русско-турецким отношениям у автора также при-
сутствует. Его можно видеть в известии 34.4.15, Синод. 151 и ГАЯО 20 (53)
о приходе в Москву турецкого посла Сулеймана в 1558 г. и в конечном из-
вестии 34.4.15 и Синод. 151 о посещении Москвы турецким послом в 1705 г.
73Арханг. К. 52, л. 308 об.
74НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 393.
75Арханг. К. 52, л. 310 об.
76НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 399 об.
77Арханг. К. 52, л. 312 об.
354
Официальные «Истории» петровского времени
родском списке.78 Несколько выпадает из этого ряда известие
Хронографической редакции о приходе в Москву новопостав-
ленного митрополита Фотия: «В то же время прииде к Москве
преосвященнейший Фотий митрополит Российский, постав-
лен в Цареграде Матфеем патриархом...». На поле читается
ссылка «Степенная, лист 408».79 В Нижегородском списке это
известие помещено на л. 420—420 об. Судя по всему, перед
нами просто ошибка в ссылке, а не указание на другую руко-
пись, поскольку кириллическую цифру 20, обозначаемую бу-
квой «К», легко спутать с цифрой 8, которая обозначается бу-
квой «И». Случаи подобной путаницы нередки в древнерус-
ской письменности. В последней, пятой, ссылке с указанием
листа, без всякого сомнения, имеется в виду именно Ниже-
городский список. Здесь в Хронографической редакции при-
ведено соображение о времени жизни Макария Желтоводско-
го: «В житии преподобнаго Макариа о преставлении его лет
не написано, точию в печатных летописных святъцах сия
лета 6912 писаны. Но несходно сие бысть посему, яко впреди
написано в степени великаго князя Василия Василиевича на-
шествие казанскаго царя Улу-Ахметя на Россию, и в то время
сей преподобный Макарий еще жив бысть и в плен сведен,
а обитель его Желтоводская от татар разорена. И в коя лета
он, преподобный, преставися, в том Бог един весть, точию
везде пишет, яко житие его бысть при великом князе Васи-
лии Василиевиче». На поле против приведенного текста стоит
ссылка «Степ[енная], лист 399».80 И действительно, на этом
листе в Нижегородском списке данный текст и помещен.81
Обращает на себя внимание то обстоятельство, что переписан-
ный в Хронографической редакции текст является редактор-
ской вставкой Нижегородского списка и помещен не в основ-
ном тексте, а на боковом поле. Получается, что редакторское
уточнение Пространной редакции показалось важным и со-
ставителю Хронографической редакции. Характерно, что оно
касается биографии основателя Желтоводского монастыря,
выходцем из которого и его горячим патриотом был Тихон
78НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 420.
79Арханг. К. 52, л. 314 об.
80Там же, л. 325.
81НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 426.
355
Глава 8
Макарьевский. Следует отметить, что в тексте Хронографиче-
ской редакции событиям нижегородской истории и собствен-
но Желтоводскому монастырю уделяется немалое внимание.
Приведем в качестве примера несколько таких известий:
«В лета 7017 повелением великаго князя Василия Иоаннови-
ча послан Петр Фрязин строити каменный Нижний Новъ-
градъ, и в то лето начата рвы копати. В лето же 7018 месяца
сентевриа в 1 день заложиша град той — стрелницу Димит-
риевскую»,82 «В лето 7128 Макариев монастырь Желтовод-
скаго начал строити монах Авраамий, а пустела та обитель
после разорения от казанских царей 175 лет»,83 «Того же году
в Нижнем Новеграде совершена и освящена соборная церковь
каменная Преображения Господня»84 и др. Следовательно,
кроме использования в качестве основного источника для
русской части повествования Нижегородского списка Лату-
хинской Степенной, составитель Хронографической редакции
подобно автору Нижегородского списка проявлял интерес
к нижегородской истории и, в частности, к Желтоводскому
монастырю.
Составленная на основе первоначальной Пространной ре-
дакции Латухинской Степенной Хронографическая редакция
имеет, однако, важные отличия от своего источника. Прежде
всего, это наличие ссылок на труды, из которых заимствова-
ны тексты. Для библейской части это Хроника Дорофея Мо-
немвасийского (в ссылках названа греческим летописцем),
стихи Библии Пискатора в переводе Мардария Хоникова
(в ссылках — Библия), а также произведения Афанасия Ве-
ликого, Иоанна Дамаскина, Василия Великого (Шестоднев),
Григория Богослова и др. Для русской части двумя главными
источниками являются Синопсис и Латухинская Степенная
книга, а также Кормчая, Казанская история, Скифская исто-
рия, Печерский патерик, «Сибирская история», «летописец
малый Астраханский», «Летопись», «Минея четья», «Про-
лог», «Книга новая», «Книга чиновник», «Требник старый»
и др. В трех местах текста читаются ссылки на «летописец
82Арханг. К. 52, л. 333.
83Там же, л. 371 об.
84Там же, л. 376 об.
356
Официальные «Истории» петровского времени
Амстердамский».85 Как указано выше, имеется в виду «Вве-
дение краткое во всякую историю». Это можно утверждать
несмотря на читающийся в Хронографической редакции те-
матически близкий, но структурно иной текст. Ссылка на
«летописец Амстердамский» могла указывать на то, что по-
добный текст читается во «Введении кратком во всякую
историю». Видимо, среди источников Хронографической ре-
дакции издание И. Ф. Копиевского все же было. Например,
хронологические таблицы Хронографической редакции ока-
зываются по своей структуре близки к таблицам издания
1699 г., хоть и не повторяют их. Так, в издании 1699 г. столб-
цы в таблицах древних правителей имеют следующие назва-
ния: «Числа», «Имена», «От создания мира», «До Рождества
Христова», «Царства».86 В Хронографической редакции таб-
лица ветхозаветных первосвятителей состоит из столбцов
со схожими названиями: «Месяцы», «Имена», «До воплоще-
ния», «От Адама», «Листы».87 Кроме того, текст Хронографи-
ческой редакции, подобно изданию 1699 г., завершается под-
боркой сведений по географии (географический справочник
А. А. Виниуса, Поверстная книга и сочинение Афанасия
Холмогорского «Путь к Стеколне») — они помещены непо-
средственно перед заключительными известиями.
Обратившись к вопросу об авторстве рассматриваемого про-
изведения, следует иметь в виду, что один из ранних его спи-
сков (ГАЯО 20 (53)), судя по владельческой записи, принад-
лежал Тихону Макарьевскому и был завещан им Макарьеву
Желтоводскому монастырю. Тихон же был автором Про-
странной редакции Латухинской Степенной книги — основ-
ного источника Хронографической редакции. В тексте послед-
ней есть одна характерная черта, свидетельствующая в пользу
авторства Тихона. Существенная часть библейской истории
в Хронографической редакции изложена виршами Мардария
Хоникова, которые изначально представляли собой подписи
к иллюстрациям знаменитой Библии Пискатора. В одном слу-
чае, впрочем, встречаются вирши совсем иного происхожде-
ния и иной тематики. Они открывают рассказ о царствовании
85Арханг. К. 52, л. 52, 55 об., 62.
86Введение краткое во всякую историю. Амстердам, 1699. Л. 16 об.
87Арханг. К. 52, л. 2.
357
Глава 8
Ивана Грозного и посвящены прославлению этого монарха,
причем он изображен в них как здравствующий самодержец:
«Российский роде, коль ти благородный! / Ное праотец, Афет
отец родный / твой по естеству, а Владимир в дусе / отродил
есть тя о Христе Иисусе. / Свобожден еси от ига поганска, /
стяжавши себе царя христианска. / Иоанн, Божий Дар, ныне
царствует. / Святым Даром российский род наш ликовствует. /
Под кровом орлих крил знамена царска / не повредит нас лу-
на босурманска. / Летописец сей россов описует, / корень и
царский род извествует. / О Иоанне, яко ся дан от Бога / за
царя россом, радость наша многа. / Даждь тебе, Боже, долго
царствовати, / а врагов всяких всегда побеждати».88 Непонят-
но, почему Афет назван отцом «по естеству», т. е. кровным
предком Ивана Грозного, а князь Владимир Киевский —
отцом «в дусе», иными словами — духовным предком. Это
представляется странным, так как кровное родство Влади-
мира Киевского и Ивана Грозного ни у кого сомнения не вы-
зывало. Довольно трудно объяснить и последние строки, в ко-
торых выражено пожелание Ивану Грозному долгих лет жизни
и благоденствия. Обративший внимание на это стихотворение
А. Н. Насонов предположил, что оно представляет собой под-
делку, созданную в начале XVIII в. от имени современника
Ивана Грозного.89 Так ли это? Поиск аналогов среди памятни-
ков виршевой поэзии XVII—XVIII вв. приводит к вполне опре-
деленным результатам. Рассматриваемый текст был напеча-
тан в третьем издании Синопсиса в 1680 г. Там стихотворение
посвящено не Ивану Грозному, а Федору Алексеевичу. В та-
ком случае понятны и оговорка относительно духовного род-
ства с Владимиром Киевским, и наименование главного героя
«Божий дар», что является переводом на русский язык имени
Феодор, и пожелание долгой жизни и благоденствия. Относи-
тельно подлинника при переделке сделаны незначительные
изменения: имя «Феодор» заменено на «Иоанн», а также опу-
щены последние две строки: «Ты еси роду российскому глава, /
от россов буди и от всех ти слава».
Подобные поэтические опыты характерны как раз для сти-
ля Тихона Макарьевского. В двух известных его произведе-
88Цит по: ГАЯО 20 (53), л. 419.
^Насонов А. Н. Летописные памятники хранилищ Москвы (Новые ма-
териалы) // Проблемы источниковедения. М., 1955. IV. С. 279.
358
Официальные «Истории» петровского времени
ниях, Латухинской Степенной и музыкально-теоретическом
трактате «Ключ разумения», перед текстом помещены преди-
словные вирши. Кроме того, как отмечал еще П. Г. Васенко,
в прозаический текст Пространной редакции Латухинской
Степенной книги Тихон вставлял рифмованные строки. Так,
в разделе, повествующем о царствовании Бориса Годунова,
в 10-й главе (она называется «О самохотении царя Бориса
укрепити свою державу») в окружении прозаического читает-
ся стихотворный текст, начинающийся следующими строка-
ми: «И таковое царево хотение тем пресечеся, /ив дело же-
лание его отнюд не приведеся. / Дщерь же свою хотя дати
за иноземнаго господарича / за датскаго королевича, / но и
то его хотение / отлучило злое сомнение...».90 В 5-й главе цар-
ства Михаила Федоровича при описании зверств разбойни-
чающих казаков в послесмутное время зарифмован следующий
текст: «Велию беду, ругательство и убийство людем творяху: /
мужеска полу христиан на древо положа и наполы преломля-
ху, / в гортань зелия насыпав и огнем то зажигаху, / и всяки-
ми ругателными делы смерти их предаваху, / женскому же
полу сосцы прорезав и верви сквозе их провлачаху, / в тай-
ныя же их уды зелии насыпав и огнем зажигаху».91 Встреча-
ются и другие попытки версификации, вплетенные в ткань
прозаического текста Пространной редакции Латухинской
Степенной. Как видим, включение виршей в историческое по-
вествование было свойственно Тихону Макарьевскому еще
в 70-е гг. XVII в. Появились они и в тексте Хронографиче-
ской редакции. В обоих случаях налицо попытка написать
исторический трактат в стихах, что свидетельствует о творче-
ских исканиях автора и довольно оригинальном взгляде на
историографическое произведение. Последний документ, свя-
занный с именем Тихона, — Храмозданная грамота на по-
строение Никольской церкви в городе Черкасске от 7 января
1707 г., на которой наряду с подписью Стефана Яворского
имеется автограф Тихона.92 Еще один источник — надпись на
воздвизальном кресте Воскресенской церкви в Нижнем Нов-
городе, построенной по завещанию Тихона в 1715 г. Надпись
"НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 937.
91Там же, л. 1105—1105 об.
92Донская церковная старина. Новочеркасск, 1906. Вып. 1. С. 153—154.
359
Глава 8
свидетельствует, что Тихон последние годы провел в Желто-
водском монастыре.93 Следовательно, в 1715 г. его уже не
было в живых.94 Можно предположить, что он отошел от дел
в 1707—1709 гг., чем и объясняется незавершенность работ
по подготовке к изданию «Летописца».
Видимо, неслучайно именно в 1708—1709 гг. на Печатном
дворе начались работы над другим историографическим про-
изведением. Глава Монастырского приказа И. А. Мусин-Пуш-
кин обратился к начальнику Московской типографии (так
стал называться Печатный двор) Ф. П. Поликарпову-Орлову
с поручением составить изложение российской истории. Его
первое письмо на эту тему датируется 10 октября 1708 г.:
«Историю указал государь писать, почав от царства великого
князя Василья Ивановича даже и доднесь российских дел.
И естьли ты можешь делать, и ты делай с прилежанием; а бу-
дет тебе невозможно, и ты ко мне отпиши».95 По правдоподоб-
ному предположению Г. Н. Моисеевой, Поликарпов в ответ-
ном письме (не дошедшем до нас) спрашивал о характере пред-
полагаемого произведения,96 на что Мусин-Пушкин написал
в своем письме от 26 октября: «О летописании, каковым
образом писать, аще повелит Бог быть мене на Москве, общим
советом учиним; но твоя милость ныне напиши лет пять про-
странно или сокращенно, и будет мы замешкаемся, пришли
к нам».97 Здесь заметны опасения как Поликарпова, так и его
начальника, что труд, написанный начальником типографии
самостоятельно, может не понравиться царю. Во избежание
этого и предполагалось представить Петру для одобрения обра-
зец исторического повествования в двух вариантах — крат-
ком и пространном. Вполне возможно, что такие опасения
были небеспочвенны. Рассмотренный выше исторический
трактат, составлявшийся для последующей публикации, так
93Храмцовский Н. И. Краткий очерк и описание Нижнего Новгорода.
Нижний Новгород, 1859. Ч. 2. С. 77.
94В литературе указана и точная дата смерти Тихона: 30 апреля 1707 г.,
однако ее источник не указан (Никишов Г. А. Тихон Макарьевский // Музы-
кальная энциклопедия. М., 1981. Т. 5. Стб. 537.).
95Письма и бумаги имп. Петра Великого. М., 1951. Т. 8. Вып. 2. С. 938.
96Моисеева Г. Н. Древнерусская литература в художественном сознании
и исторической мысли России XVIII века. Л., 1980. С. 20.
97Письма и бумаги имп. Петра Великого. Т. 8. Вып. 2. С. 938.
360
Официальные «Истории» петровского времени
и не был издан. Вероятно, он Петру не понравился. Неизвест-
но, прислал ли Поликарпов образцы своего историографиче-
ского творчества. Скорее, предполагавшееся сочинение обсу-
ждали в Москве лично, поскольку в письме от 31 мая 1709 г.
Мусин-Пушкин пишет: «Великий государь указал немедлен-
но писать историческую книгу Росийскаго государства, о ко-
торой я тебе приказывал, будучи на Москве. А зачни писать
от лет великаго князя Ивана Васильевича, деда царя Ивана
Васильевича, и пиши пространнее». Далее в письме указыва-
ется на преемственность предполагаемого сочинения с лето-
писцем 1703 г.: «А летописи старые, которые собраны из мо-
настырей, давно уже у тебя. Не обленися в сем деле, но при-
лежно трудися, воистинно обрящешь многую милость».98 Сле-
дующее письмо Мусина-Пушкина Поликарпову датируется
13-м июня 1709 г. В нем поручение написать «историю» по-
вторено, причем прямо говорится о самой живой заинтересо-
ванности в этом мероприятии Петра: «Писал я к тебе, чтоб ты
писал Московскую историю, почав от лет деда царя Ивана Ва-
сильевича, даже и доднесь, и обещал доброе учинити тебе воз-
даяние, и ныне паки поттвержаю и прошу, прилежи о сем де-
ле, вельми убо желает царское величество сие дело видети
в совершенстве. Истинну пишу, естли совершишь, многое по-
лучишь добро».99 Обратим внимание, что изначально предпо-
лагалось начать повествование со времени Василия III, но
вскоре в качестве начального пункта стало фигурировать
правление Ивана III. В результате труд Ф. П. Поликарпова
начинается с раздела «О начале и произведении народа и язы-
ка словенска», т. е. с древнейших времен. Столь зауженные
изначально хронологические рамки, которые впоследствии
пришлось расширять, видимо, также были следствием поже-
лания Петра, который хотел иметь сочинение по форме не
древнерусское, а вполне современное. Ф. П. Поликарпов со-
ставил свою «Историю» к 1715 г. Она известна в двух спи-
сках: РГБ, ф. 178 (Музейное собр.) 4698 и БАН 32.6.30.
Г. Н. Моисеева полагала, что список Музейн. 4698 является
98«Управляй, не мешкав, о печати книг...» (Переписка И. А. Мусина-
Пушкина с Ф. П. Поликарповым) / Публикация Г. В. Брюхановой // Кни-
га: Исследования и материалы. М., 1996. Сб. 73. С. 228.
"Там же. С. 229.
361
Глава 8
черновиком, а список 32.6.30 — беловой копией с него, по-
скольку отдельные редакторские глоссы первого списка интер-
полированы в текст второго, а также в списке Музейн. 4698
остались невписанными тексты отдельных документов, изо-
бражения гербов и прочего.100 Кроме того, Г. Н. Моисеевой
обнаружены черновые материалы к труду Поликарпова в сбор-
нике РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД) 849. Характерно, что
сборник подготовительных материалов имеет заглавие «Кни-
га Степенная», хотя выписок из Степенной книги в нем не
отмечено.101 Степенная книга была одним из источников пер-
вой, самой краткой, части «Истории» Поликарпова, в кото-
рой речь идет о древнерусской истории. Столь незначительное
место, которое отведено в сочинении Поликарпова истории
России до середины XVI в., не является выражением автор-
ской воли. В «Предисловии любезному читателю» Поликар-
пов пишет: «А яко древняя сократив, токмо тридесятолетную
историю плодовитее написах, а имянно от лета его царского
коронования до лета 1710-го. Сего да не припишеши к моей
лености, молю твое любомудрие, ибо о знатных издавна
изданных несть мое тождесловити многим и прежде мене
описавшим изволяя, да чтет Синопсис киевский, Степенную
российскую, руския Хронографы, Стриковского, Бельского и
прочих».102 Можно думать, что предельная краткость в изло-
жении древнерусской истории была продиктована требова-
ниями, которые предъявлял к заказанной им «Истории»
Петр I, который, как упоминалось выше, сначала вообще
предписывал начать изложение с событий XVI в. И все же
Поликарпову не удалось избавиться от влияния стиля средне-
вековых источников. Рассказывая о древнерусских временах,
Поликарпов цитирует Степенную. Так, повествуя о Рюрике,
он пишет: «Сей Рурик произыди от кесаря Августа в 14-й сте-
пени по нем быти — свидетельствуется Степенною книгою си-
це» (далее приведена пространная выписка из Степенной кни-
ги).103 Кроме стиля, влияние Степенной книги простирается и
100 Моисеева Г. Н. Древнерусская литература в художественном сознании...
С. 23.
101Там же. С. 21—23.
102БАН, 32.6.30, л. 4 об.
103Там же, л. 25 об.
362
Официальные «Истории» петровского времени
на логику повествования Поликарпова. Несмотря на то, что
правление Владимира Киевского не получило в «Истории»
обстоятельного освещения (в этом ее отличие от Степенной
книги), следующим после Владимира героем повествования
стал Ярослав Мудрый. При его характеристике влияние Сте-
пенной книги очевидно. В Степенной книге читаем: «Иже Бо-
жиим благоволением просвещеннаго благочестием святаго
корени многорасленная ветвь и доброплодная, и Богу благо-
потребная, сий благоверный и богохранимый великий князь
Ярослав, нареченный в святом крещении Георгий, яко же
толкуется сие имя — Божие дело. Въ истинну бо Божие дело
бысть, сий богоподражателный сын же и наследник равноапо-
столнаго царя и великаго князя Владимира, от него же вся
Русьская земля прият святое крещение. От него же бысть сий
Георгий вторый степень благочестию, четвертый же в братии
своей, иже от Рогнеды родися, от Рюрика же 5».104 В «Исто-
рии» текст явно зависим от Степенной книги: «По сем слав-
ном и равноапосталном великом князе Владимире преемник
бысть Руския державы четвертый сын его благоверный вели-
кий князь Ярослав, нареченный во святом крещении Геор-
гий. Сей Георгий по благочестию бяше вторый степень,
от Рюрика же пятый».105 Раздел о Ярославе Мудром в «Исто-
рии» завершается описанием его кончины, буквально заимст-
вованным из Степенной книги:
Степенная книга	«История» Ф. П. Поликарпова
Благочестивый же самодръжець Яро- слав поживе всех лет 76; егда же при- спе конець житиа его, и с многим бла- годарением святую свою и боголюби- вую душю предасть Господеви в лето 6562 месяца февраля 24 день...106	Поживе всех лет 76 и со многим благодарением святую свою душу предаде в руце Богови в лето 6562 ме- сяца февруалия в 22 день...107
После правления Ярослава Мудрого описано правление его
сына Всеволода, далее — Владимира Мономаха, затем — Все-
волода III, что представляет собой следование схеме Степен-
104СКДС 202.
105БАН, 32.6.30, л. 30 об.
106 СКДС 206.
107БАН, 32.6.30, л. 31 об.
363
Глава 8
ной книги. Кроме того, Степенная книга здесь также явля-
лась непосредственным источником повествования. Напри-
мер, Всеволод III назван «владения руского наследник истин-
ный кореню плодитель первоначальствующим руским само-
держцем»,108 что представляет собой заимствование из Сте-
пенной книги: «царствиа Русьскаго наследник, истинный
кореноплодитель прьвоначальствующим русьским самодръж-
цем».109 После описания смерти Всеволода следует раздел
«Костянтин во Владимире», где словами Степенной книги
рассказано об усобице между сыновьями Всеволода, изгнании
из Владимира Георгия, кончине Константина и вторичном во-
княжении Георгия во Владимире:110 111
Степенная книга	«История» Ф. П. Поликарпова
...Ярославу, тогда царствующю в гра- де Переяславля, иже на езере, бра- тиам же его Коньстянтину в Ростове владущю, а Георгию дръжавьствую- щу в Владимири, а Владимиру в гра- де Москве господствующих.. И тогда Константин изгна брата своего Геор- гиа из Владимиря и самъ седе в Вла- димири. Оттуду же подвижеся и на Ярослава и много кровопролитие сътвориша. Преблагий же Бог не по- пусти прочему кровопролитию быти, но вси умиришяся, и межюусобная брань тогда упразднися. Констинтин же два лета пребысть в Владимири, к Богу отиде. И паки в Владимири Геор- гий, брат его, Всеволодичь дръжавь- ствова.110	Ярослав тогда господствующ в Переславле, иже на заре, братиям же его, Ярославлим, Констянтину в Рос- тове, Георгию во Владимире, а Владимиру в Москве господствующу. И тогда Констянтин изгна брата своего Георгия из Влади- мира и сам седе во Владимире. И пребыв Констянтин во Владимире два лета и к Богу отъиде. И паки во Владимире бысть брат его Георгий Всеволодичь деръжавствова- ху...111
Об участии в усобице Ярослава и в Степенной книге сказа-
но вскользь, Ф. П. Поликарпов же и вовсе опустил эту
подробность. Далее о Ярославе Всеволодовиче в «Истории»
сказано «...а большой их брат Ярослав Всеволодичь в то время
бысть в Великой Орде и со многим благодарением предаде
душу свою в руце Богови во иноплеменных землях. Сей бысть
108БАН, 32.6.30, л. 34 об.
109СКДС 259.
110СКДС 291.
ШБАН, 32.6.30, л. 35.
364
Официальные «Истории» петровского времени
от святаго Владимира 7 степень, от Рюрика же 10».112 Перед
нами опять зависимый от Степенной книги текст. К тому же
здесь допущена ошибка — Ярослав по отношению к своим
братьям Константину и Георгию назван «большим», т. е. стар-
шим. Даже в Степенной книге, где Ярославу как предку мос-
ковских царей уделено больше внимания, чем его братьям,
все же он не назван старшим. Поликарпов, по-видимому, на-
столько оказался под влиянием концепции Степенной книги,
что допустил явное искажение исторической действительно-
сти. Дальнейшее повествование состоит из кратких характери-
стик князей Александра Невского, Даниила Александровича,
Ивана Калиты, Ивана Красного, Дмитрия Донского, Василия
Дмитриевича, Василия Темного, Ивана III (он в нескольких
случаях ошибочно назван Иваном Ивановичем) и Василия III.
Помимо краткой характеристики в стиле Степенной книги
(подчас с прямыми текстуальными заимствованиями), пере-
числены сыновья каждого из описываемых князей. На этом
первая часть завершена.
Как представляется, композиционное членение «Истории»
испытало воздействие Латухинской Степенной книги. Рас-
смотренная выше первая (из трех) часть «Истории» включает
доцарский период истории России, а вторая часть начинается
с царствования Ивана Грозного.113 Деление русской истории
на два основных раздела (предшествующий царству и царст-
во) было впервые предпринято Тихоном Макарьевским в Про-
странной редакции Латухинской Степенной. В Хронографи-
ческой редакции это композиционное членение вновь было
использовано. Вторая часть, начинающаяся с Ивана Грозного,
даже была отмечена виршами в честь первого русского царя.
Такой подход позволил Тихону приспособить композицию
Степенной книги, построенную на генеалогическом счете по-
колений рода Рюриковичей, к изложению истории России
Смутного времени и царствования Романовых. Применение
такого же приема в трактате Поликарпова, где оно не продик-
товано необходимостью, позволяет предположить влияние
Латухинской Степенной.
112БАН, 32.6.30, л. 35—35 об.
113Моисеева Г. Н. Древнерусская литература в художественном сознании...
С. 24.
365
Глава 8
В целом, повествование «Истории» Ф. П. Поликарпова
о древнерусской истории не самостоятельно ни в отношении
композиции и структуры текста, ни в отношении стиля.
Здесь явно доминирует влияние Степенной книги. Учитывая
то обстоятельство, что, приступая к работе над своей «Исто-
рией», Поликарпов намеревался привлечь собранные в 1703 г.
источники, можно предположить, что он пользовался Думин-
ским списком Степенной книги (РГАДА, ф. 381, № 346). Свой
труд Поликарпов завершил в марте 1715 г., а 2 января 1716 г.
Петр I (по сообщению И. И. Голикова) рассмотрел сочинение
Поликарпова как «сочиненную для обрасца часть российской
истории» и остался им недоволен, хотя и распорядился награ-
дить автора.114
Одновременно с Поликарповым над описанием отечествен-
ной истории трудился Алексей Иванович Манкиев, секретарь
русского резидента в Швеции А. Я. Хилкова. В 1714 г. им
было составлено «Ядро российской истории». В адресованном
Петру I предисловии к своему сочинению Манкиев указывает,
что он «имел на сей труд повеление»,115 из чего можно пред-
положить, что Манкиев работал над описанием российской
истории по заказу Петра I. После объявления войны предста-
вители России в Швеции попали под арест и на протяжении
нескольких лет находились в Вестеросе. Вблизи этого города
в своем имении проживал И. Спарвенфельд. В 1684—1687 гг.
он посетил Россию в составе шведского посольства и сблизился
с А. А. Матвеевым, сыном всесильного временщика А. С. Мат-
веева. Матвеев-младший подарил Спарвенфельдту несколько
рукописей с сочинениями по истории России, среди которых
были Парижский список Воскресенской летописи, Степенная
книга, Новый летописец, Хроника Феодосия Сафоновича и
др. Это тщательно подобранное рукописное собрание Спарвен-
фельдт привез в Швецию, где оно до настоящего времени и
^Голиков И. И. Дополнения к деяниям Петра Великого. М., 1794. Т. 9.
С. 7.
Миллер Г. Ф. Предисловие // Ядро российской истории, сочиненное
ближним стольником и бывшим в Швеции резидентом князь Андреем Яков-
левичем Хилковым в пользу российскаго юношества и для всех о россий-
ской истории краткое понятие иметь желающих, в печать изданное с преди-
словием о сочинителе сей книги и о фамилии князей Хилковых. 3-е изд.
М., 1791. Л. 3 об.
366
Официальные «Истории» петровского времени
находится (за исключением Парижского списка Воскресен-
ской летописи, хранящегося ныне в РНБ).116 А. И. Манкиев
во время своего пребывания в Вестеросе имел неограничен-
ную возможность пользоваться библиотекой Спарвенфельда.
Как он пишет в Предисловии к «Ядру российской истории»,
поначалу им двигали интерес к российской истории и выну-
жденное бездействие, на которое во время войны были обре-
чены в Швеции русские дипломаты, пребывавшие фактиче-
ски на положении заключенных. Со временем Манкиев понял,
сколь ценные источники оказались в его руках, и принялся
за составление краткого обзора русской истории, который за-
вершил в июне 1714 г. Через год его труд от имени самого
резидента Хилкова был отправлен Петру I, сопровожденный
соответствующим посвящением, которое подписано буквами
«А. М.». Отсутствие прямого указания на авторство Манкиева
позволило издателю «Ядра российской истории» Г. Ф. Мил-
леру считать автором труда Я. А. Хилкова, поскольку местом
составления рассматриваемого сочинения в его тексте назван
Вестерос — место многолетнего пребывания русского резиден-
та в Швеции, т. е. Хилкова.117 Но уже в описании собрания
Ф. А. Толстого, составленном К. Ф. Калайдовичем и П. М. Строе-
вым, автором «Ядра российской истории» назван А. И. Ман-
киев.118 М. А. Оболенский доказал авторство Манкиева, обна-
ружив в архиве Министерства иностранных дел прошение
Манкиева от 8 мая 1723 г. об увеличении жалованья. В нем
Манкиев перечисляет свои заслуги перед Отечеством, в числе
которых — составление «Ядра российской истории».119 Для
биографии Манкиева важна еще одна подробность, сообщен-
ная им в прошении. В 1717 г., после смерти А. Я. Хилкова,
116 Черепнин Л. В. Материалы по истории русской культуры и русско-швед-
ских культурных связей XVII в. в архивах Швеции // ТОДРЛ. М.; Л., 1961.
Т. 17. С. 470—481.
117Миллер Г. Ф. Предисловие // Ядро российской истории... Л. 2
118Обстоятельное описание славяно-российских рукописей, хранящихся
в Москве в библиотеке... графа Ф. А. Толстова / Издали К. Калайдович и
П. Строев. М., 1825. С. 629. Впервые усомнился в авторстве Хилкова
митрополит Евгений (Болховитинов) (Словарь русских светских писателей.
М., 1845. Ч. 2. С. 238—239).
119Оболенский М. А, Сведения об авторе «Ядра российской истории»
А. И. Манкееве // Библиографические записки. 1858. № 2. Стб. 33—36.
367
Глава 8
непосредственного начальника Манкиева, к последнему обра-
тился русский посол в Голландии Ф. А. Куракин с предложе-
нием поступить к нему на службу. С одной стороны, Куракин
называет Манкиева польским дворянином Манкеевичем,
а с другой — вспоминает о посещении его дома в Ярослав-
ле.120 М. А. Оболенский проследил дальнейшую службу Ман-
киева по ведомству Коллегии иностранных дел — поездку
с А. И. Румянцевым в Стокгольм в 1720 г., на Нейштадский
конгресс в 1721 г., для установления границы между Шве-
цией и Россией в 1722 и 1723 гг. Удалось узнать и дату кон-
чины Манкиева — 16 мая 1723 г. Оболенский отыскал и одну
из книг, оставшихся после смерти историка — Записки Пет-
рея (Стокгольм, 1615) с характерным экслибрисом: «Ех libris
Alexij Mankewitz».121 При составлении своего сочинения Ман-
киев пользовался Вестеросским списком Степенной книги,
который принадлежит к старшему изводу Пространной ре-
дакции (Швеция. Собр. гимназии г. Вестероса, Ad. II).122 В со-
ставе конвоя находится текст родословной книги, который
вполне мог быть источником или одним из источников генеа-
логических выкладок Манкиева. Степенная книга в «Ядре
российской истории» использовалась в качестве источника
отдельных известий, а также повлияла на общую компози-
цию произведения. В качестве примера единичного заимство-
вания приведем описание того, как при Юрии Долгоруком
из Константинополя в Киев была перенесена икона Влади-
мирской Богоматери. Именно в Степенной книге термин «Пи-
рогоща», присутствующий уже в древнейших версиях текста
о Владимирской Богоматери, был осмыслен как имя купца,
120Возможно, что знакомство Куракина с Манкиевым в известной степе-
ни определялось общим интересом к отечественной истории. Так, Куракин
известен в качестве автора исторического произведения о событиях петров-
ского времени. Сохранился и план его неосуществленного труда (1723 г.)
по истории России с древнейших времен. Судя по плану, древнерусской
истории автор намеревался посвятить краткий популярного характера очерк
с акцентом на аристократически-республиканские черты (Архив кн. Ф. А. Ку-
ракина / Изд. под ред. М. И. Семевского. СПб., 1890. Кн. 1. С. 79—94).
121 Оболенский М. Сведения об авторе «Ядра российской истории»
А. И. Манкиеве. Стб. 33—36.
122Его описание см.: Черепнин Л. В. Материалы по истории русской куль-
туры и русско-шведских культурных связей XVII в. в архивах Швеции.
С. 477—479.
368
Официальные «Истории» петровского времени
привезшего икону в Киев. В сочинении Манкиева читаем:
«...принесен торговым человеком Пирогощею образ Пресвя-
тыя Богородицы...».123 Более важным, чем заимствование
отдельных фактов и подробностей, представляется то обстоя-
тельство, что «Ядро российской истории», как и Степенная
книга, в основу исторического повествования кладет генеало-
гический принцип. В первой главе II книги, рассказав о кон-
чине Рюрика, Манкиев приводит следующую генеалогиче-
скую справку: «От сего великаго князя Рурика пошли князи
и владетельные государи русские, которые безпрерывным по-
рядком крови наследственной на престоле всероссийском и
главном самодержавственном наследовали даже до смерти
царя Феодора Иоанновича, последняго из сей крови русскаго
самодержца, который в году от Рождества Христова 1598 умре
бездетен, как ниже в его житии будет сказано, а непрестанное
пробавление сего державцев главнейших русских Семене на-
следия шло лет 736 сим поведением...».124 Далее перечислены
русские «самодержцы» от Рюрика до Федора Ивановича с но-
мерами от № 1 до № 21. Этот перечень в части до Ивана Гроз-
ного полностью совпадает со Степенной книгой, т. е. в нем
учтены только прямые предки московских царей. Харак-
терно, что Манкиев приводит не только имена князей, но и
их прозвища. В этрм проявляется еще одна черта близости
«Ядра российской истории» и Степенной книги, в тексте ко-
торой княжеские прозвища были заимствованы из традиции
родословных книг. Некоторые прозвища, по всей видимости,
Манкиев придумывал сам. Наименование Ярослава Влади-
мировича Хромым не закрепилось в историографической тра-
диции — впоследствии его стали называть Мудрым. В основу
как одного, так и другого прозвища, как представляется, по-
ложена антитеза Степенной книги: «Аще же и хромоног бя-
ше, но благоразумным велемудрием преудобрен».125 Более
удачным следует признать придуманное Манкиевым прозви-
ще для Всеволода III, которого он назвал «великое гнездо на
престоле владимирском».126 Остальные прозвища им воспро-
123Ядро российской истории... С. 105.
124Там же. С. 31.
125СКДС 202.
126Ядро российской истории... С. 32.
369
Глава 8
изведены по тексту Степенной книги. При этом наименование
московского князя Ивана Даниловича Калитой Манкиев по-
пытался со свойственным ему верноподданическим идеализ-
мом объяснить в соответствующем месте своего труда: «...сие
прозвание принял оттого, что всегда при себе носил сумку
с денгами, из которой убогим милостыню раздавал».127 После
перечисления русских «самодержцев» поколенно Манкиев
отмечает: «Сих всех бытие показуют на полях книги сея став-
ленный церковный римския числа».128 И действительно,
представитель каждого поколения пронумерован римской циф-
рой. Этот счет поколений — также следствие влияния Степен-
ной книги. Он оканчивается на царе Федоре Ивановиче. Цар-
ствование Бориса Годунова представлено как начало Смуты,
которой посвящены пятая и шестая книги «Ядра российской
истории». Седьмая книга начинается с описания царства Ми-
хаила Федоровича, далее следует царствование Алексея Михай-
ловича, который отмечен номером XXVII.129 Федор Алексее-
вич отмечен номером XXVIII,130 а Петр I — номером XXIX.131
Следовательно, Манкиев отмечал номерами всех правителей
и после пресечения династии Ивана Грозного, включая Лже-
дмитрия I, т. е. всех, кто царствовал в Москве. Отметим, что
такой универсальности не позволял себе ни один историк
XVII в. Схема Манкиева не отличается стройностью и после-
довательностью. Если генеалогический порядок повествова-
ния, заимствованный из Степенной книги, был обоснован
в начале текста, то последующая нумерация правителей, про-
должающая генеалогический счет московской линии Рюри-
ковичей и нарушающая генеалогический принцип, никак не
оговорена. Получается, что правители начиная с Бориса Году-
нова были искусственно подверстаны к схеме Степенной кни-
ги. Итак, поскольку в последовательности изложения истории
«Ядро российской истории» воспроизводит схему Степенной
книги, то Манкиев был вынужден решать те же проблемы,
что и автор Степенной книги. Так, следовало объяснить, по-
127Ядро российской истории... С. 148.
128Там же. С. 32.
129Там же. С. 398.
130Там же. С. 409.
131Там же. С. 415.
370
Официальные «Истории» петровского времени
чему наследником Владимира Мономаха нужно считать его
младшего сына Юрия Долгорукого, а не одного из старших
сыновей. Степенная книга в этом месте рассказывает о том,
как «По преставлении убо великаго князя Владимира Мана-
маха Русьское царство нача разделятися на многыя нача-
ла»,132 т. е. началась раздробленность. Манкиев вторит Сте-
пенной книге: «По смерти Владимира Мономаха русское са-
моначальство, которое он было во едино тело собрал, в части
разделилося».133 Далее в «Ядре российской истории» почти
дословно приведен рассказ Степенной книги о последователь-
ном княжении старших сыновей Владимира Мономаха и дру-
гих князей в Киеве. «Наконец Георгий, Гурий или Юрьи Вла-
димирович, зовомый Долгорукой, — пишет далее Манкиев, —
по степени наследник главнейшаго престола русскаго... на
киевский престол садился».134
А. И. Манкиев создал выразительное, краткое и емкое по-
вествование о русской истории. Наряду с описанием событий,
происходивших в России, он регулярно делал экскурсы во все-
общую историю и рассказывал своим читателям об изобрете-
нии печатного станка Гутенбергом, об открытии Америки и пр.
Живой язык, занимательность повествования, высокая инфор-
мативность обеспечили «Ядру российской истории» большую
популярность у русской читающей публики XVIII в. Неиз-
вестно, как на него отреагировал Петр I. Скорее всего, он им
остался неудовлетворен так же, как и другими исторически-
ми опусами — иначе оно было бы издано, а автор награжден.
Однако сочинение Манкиева разошлось в большом количест-
ве списков и выдержало три издания, пока, наконец, его место
не заняли труды М. М. Щербатова, Ф. А. Эмина и Н. М. Ка-
рамзина.135
Видимо, в том же 1716 г. Петр поручил составление труда
по истории России начальнику Посольской канцелярии Г. И. Го-
ловкину, который доверил это своему сотруднику, подьячему
132СКДС 227.
133Ядро российской истории... С. 103.
134Там же. С. 104—105.
135Высокую оценку труду Манкиева, отмечая его фактические ошибки и
неточности, дал С. М. Соловьев (Писатели русской истории XVIII века //
Архив историко-юридических сведений, относящихся до России / Изд.
Н. Калачов. М., 1855. Кн. 2. Ч. 2. Отд. 3. С. 8—15).
371
Глава 8
Посольского приказа Ивану Юрьевичу Юрьеву.136 Свой труд
Юрьев завершил в 1718 г., а 29 января 1719 г. Головкин
отправил сочинение для представления царю. Еще со времен
С. М. Соловьева известно сопроводительное письмо Головки-
на секретарю Петра I А. В. Макарову, что по «его царского
величества повелению посылаю при сем Краткой летописец
или выписку о житии великих князей росийских до госу-
дарствования его величества царя Ивана Васильевича, кото-
рая делана по указу его царского у нас в канцелярии ис книги
болшой зовомой Степенной, и обретающиеся в той книге мно-
гие излишества, которые в сей гистории неприличны, выпу-
щены, но что надлежит к житию великих князей, то все, что
во оной нашлось, в ту выписку внесено».137 Д. О. Серов ото-
ждествил этот труд с сочинением «Известие о житии и дейст-
вах державствующих великих князей российских...», которое
дошло до нас в нескольких списках XVIII в. Серов обнаружил
черновые материалы к составлению сочинения Юрьева: пер-
воначальный черновик РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД) 29 и
восходящий к нему текст также чернового характера РГАДА,
ф. 181 (собр. МГАМИД) 19. Исследовав историю текста рас-
сматриваемого сочинения, а также биографию его автора,
Серов выяснил, что в 1716—1717 гг. Юрьев работал в Москве
со списком Степенной книги, который в конце VIII грани со-
держал Житие Александра Невского редакции Ионы Думина.
Эта характеристика соответствует Думинскому списку, кото-
рый привезли в Москву для историографических работ в 1703 г.
и с которым, по всей видимости, работал Ф. П. Поликарпов.
Следовательно, Головкин допустил неточность в формулиров-
ке, когда писал о том, что выписка была сделана из Степен-
ной книги в Посольской канцелярии, находившейся, как
известно, постоянно при особе царя. Однако важнее отметить
l3GCepoe Д. О. Степенная книга редакции Ивана Юрьева (1716—1718 гг.).
Дис. ... канд. ист. наук. Л., 1991. С. 134—139. Об И. Ю. Юрьеве см. также:
Серов Д. О. Подьячий И. Ю. Юрьев, забытый историк XVIII столетия // Stu-
dia humanistica 1996: Исследования по истории и философии. СПб., 1996.
С. 122—136.
137РГАДА, ф. 9 (Кабинет Петра I), отд. 2, кн. 34, л. 127—127 об. Цит. по:
Серов Д. О. Юрьевская Степенная книга и ее автор // Литература и классо-
вая борьба эпохи позднего феодализма в России / Отв. ред. Е. К. Ромоданов-
ская. Новосибирск, 1987. С. 126.
372
Официальные «Истории» петровского времени
другое. Видимо, перед Юрьевым стояла задача повторить ра-
боту Поликарпова по составлению обзора древнерусской исто-
рии на основе Степенной книги. В таком случае едва ли стоит
рассматривать сочинение Юрьева в качестве самостоятельно-
го историографического произведения. Отметим, что он сам
называл свой труд «выпиской из гистории российской».138
Опираясь на предпринятое Д. О. Серовым подробное изуче-
ние авторского стиля работы Юрьева со своим источником,
можно вслед за исследователем выделить две составляющие
историографической работы над обработкой Степенной книги.
Во-первых, Юрьев излагал материал Степенной книги язы-
ком XVIII в. Например, слова Степенной книги «...о них же
печашеся и промысляше баба их святая Ольга» приобрели
следующий вид: «...которая о них всякое попечение и при-
смотр в воспитании имела». Кроме того, в повествование вве-
дены лексические новшества — «воспринял резолюцию» и
подобные. Юрьев последовательно заменял прямую речь кос-
венной. Другое направление усилий Юрьева сводилось к упо-
рядочению известий Степенной книги в хронологической по-
следовательности. Так, повторение известий, характерное для
Степенной книги, в «Выписке» Юрьева устраняется.139 Нако-
нец, главная задача Юрьева — секуляризация повествования.
Многочисленные факты участия епископата в событиях рус-
ской истории, которыми пестрит текст Степенной книги,
в «Выписке» Юрьева последовательно сводятся на нет. В этом
отношении исключительно важным представляется наблюде-
ние Серова, что текст «Выписки» был наиболее радикально
очищен от известий церковного характера на последнем этапе
редактирования, в 1717—1718 гг., когда Юрьев работал в Пе-
тербурге, как обоснованно предполагает Серов, под непосред-
ственным руководством Головкина. Отметим также еще одно
наблюдение исследователя. Юрьев не ставил целью сведение
данных разных источников. Так, обнаружив в Синопсисе не-
сколько иное, чем в Степенной книге, описание процесса вен-
чания Владимира Мономаха на царство, он помещает выпис-
ку из Синопсиса на полях. В редких случаях он позволяет
138Серов Д. О. Степенная книга редакции Ивана Юрьева (1716—1718 гг.).
С. 34.
139См. об этом: Серов Д. О. Юрьевская Степенная книга и ее автор. С. 123.
373
Глава 8
себе отнестись с сомнением к достоверности своих источни-
ков. В этом отношении показательна его черновая запись:
«Помнить, что в Житии Александра Невского написано в ба-
талии на Неве и Ижоре с римляны, иже сперва в бою со обоих
сторон множество пало, а напоследок объявлено, что римлян
побито множество, а россиян токмо 20 убито. И сие неимо-
верно есть», которую Серов соотносит с исправлением в чер-
новике «Выписки»: первоначально сделанная вставка «из нов-
городцов токмо 20 человек убито» была впоследствии зачерк-
нута и не вошла в окончательный текст.140
В целом, работу Юрьева над текстом Степенной книги пред-
ставляется более правильным оценить не как создание само-
стоятельной редакции, а как составление подготовительных
материалов для последующей фундаментальной историогра-
фической деятельности.141 Юрьев выступает здесь как чинов-
ник, выполняющий поручение своего начальства. Харак-
терно, что впоследствии, будучи прямо или косвенно привле-
чен к работам по составлению «Гистории Свейской войны»
в 20-е гг., проекта А. П. Волынского «О поправлении госу-
дарственных дел» в конце 30-х гг., Юрьев вспомнил о своей
«Выписке» только в 1746 г.142 Едва ли он воспринимал свой
пересказ Степенной книги как общественно значимое явле-
ние. Появление этого труда, по-видимому, следует связывать
с недовольством Петра I произведением Ф. П. Поликарпова.
Вероятно, царь окончательно разочаровался в возможности
получить удовлетворяющее его изложение российской исто-
рии от служащих Монастырского приказа, книжников ста-
рой школы.
Однако есть основания предполагать, что историографиче-
ская деятельность в стенах Монастырского приказа (или под-
ведомственной ему Московской типографии) во втором деся-
тилетии XVIII в. не исчерпывалась сочинением Ф. П. Поли-
140Серов Д. О. Степенная книга редакции Ивана Юрьева (1716—1718 гг.).
С. 120.
141В этом мы не согласны с Д. О. Серовым, который назвал рассматривае-
мое произведение «Степенной книгой редакции Ивана Юрьева».
142Серов Д. О. Судьба списка Юрьевской Степенной книги из библиотеки
Петра I во второй четверти XVIII в. // Материалы и сообщения по фондам
рукописной и редкой книги Библиотеки Российской академии наук. 1990.
СПб., 1994. С. 183—186.
374
Официальные «Истории» петровского времени
Карпова. Вскоре после 1715 г. на основании Пространной ре-
дакции Латухинской Степенной книги была составлена так
называемая Особая краткая редакция, которая представлена
единственным списком: ГИМ, Синодальное собр. 293. П. Г. Ва-
сенко предположил, что Синод. 293 составлен самим Тихоном
Макарьевским, который с 1695 по 1705 гг. был патриаршим
казначеем. Поскольку последнее известие рукописи, взятие
Азова, относится к 1696 г., исследователь считал возможным
датировать Особую краткую редакцию этим временем. Такой
датировке противоречит последняя статья, помещенная в ру-
кописи. Со следующего листа после упоминания о взятии
Азова в Синод. 293 читается описание пожара в Нижнем Нов-
городе в 1715 г. (л. 587—588 об.), которое написано тем же
почерком и на той же бумаге, что и основной текст. Следова-
тельно, Синод. 293 не мог быть создан ранее 1715 г. Васенко
признавал, что рассказ о пожаре 1715 г. написан тем же по-
черком, что и основной текст, но считал его поздней припис-
кой.143 Главным аргументом более ранней, чем 1715 г., дати-
ровки рукописи исследователь считал запись на л. I: «Сей ле-
тописец ис патриаршей спальни из сундука под №». Васенко
полагал, что Особая краткая редакция составлена Тихоном
специально для патриарха Адриана, который умер в 1701 г.
Однако судя по статье о нижегородском пожаре и данным фи-
лиграней, Синод. 293 был составлен не раньше, но и не на-
много позже 1715 г.144 Отметим, что эта единственная руко-
пись Особой краткой редакции Латухинской Степенной кни-
ги имеет однотипный переплет со списком Хронографической
редакции ГИМ, Синодальное собр. 151, происхождение кото-
рого из московского Печатного двора сомнений не вызывает.
По-видимому, там же был составлен и текст Синод. 293. Обра-
тим внимание: в начале 1716 г. царем был отвергнут труд
Ф. П. Поликарпова. Тем же временем можно датировать еще
одну попытку переработки Латухинской Степенной книги.
В списке первой четверти XVIII в.145 РГАДА, ф. 357 (собр.
Саровской пустыни) 152 (далее — Саров. 152) читается исто-
143Васенко П. Г. Синодальный список Латухинской Степенной книги //
Известия ОРЯС. СПб., 1904. Т. 10. Кн. 2. С. 295.
144 Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 326.
145Филиграни: 1) Герб Амстердама со сдвоенным вензелем AI — вид: Диа-
нова Т. В. Филиграни XVII—XVIII вв. «Герб города Амстердама»: Каталог.
375
Глава 8
рический трактат, который представляет собой соединение
текста канонической Степенной книги и Латухинской Сте-
пенной. Его название составлено под влиянием Хроники До-
рофея Монемвасийского, поэтому можно предположительно
отнести его к рассмотренным выше попыткам составить труд
по истории России в стенах Монастырского приказа, в веде-
нии которого находился Печатный двор, где названная хро-
ника несколькими десятилетиями ранее была переведена и
готовилась к изданию. Рассматриваемый трактат имеет мно-
гословное название: «Книга глаголемая гранограф, сииречь
российский летописец, имеет в себе различный истории. На-
чало прият от праведнаго Ноя, како при потопе во всей Все-
ленней трех сынов своих разделил, и каки [sic!] от племени
сына его Афета произведеся росский род, и колико россы пре-
славных родов создаша, и откуду российстии велицыи князи
и цари и владетели произведошася; еще же и о степенех цар-
ских, и како храбрство и войну россы показаша противу су-
постат своих; и како россы приаша святое крещение; еще же
и о житии святых чюдотворцов и преподобных отец пустын-
ножителей и великих святителей, иже во всей Велицей Рос-
сии проспавших; и прочаа собранное от различных древних
свидетелствованных и достоверных греческих, киевских, рос-
сийских, новгородских летописцов и от искусных и мудрых
риторов нуждншая [sic!] и слаждшая».146 Назовем это сочине-
ние сокращенно — «Собранием от летописцев и риторов». Оно
в согласии с традицией Степенной книги в каждом разделе
повествует о правлении очередного «самодержца», начиная
от Владимира Святого. Завершается этот ряд Василием III,
с правления которого изначально поручалось начать изложе-
ние русской истории Ф. П. Поликарпову. После отрицатель-
ного отзыва Петра о его сочинении И. Ю. Юрьев получил
М., 1999. № 432 (1739 г.); 2) То же с контрамаркой TVI — не отожд.;
3) Герб семи провинций с контрамаркой CDG и литерами AI — вид: Водя-
ные знаки рукописей России XVII в. По материалам Отдела рукописей ГИМ /
Сост. Т. В. Дианова, Л. М. Костюхина. М.» 1980. № 881 (до 1696 г., 1697 г.);
4) Голова шута с литерами AI и контрамаркой CDG — вид: Дианова Т. В.
Филиграни XVII—XVIII вв. «Голова шута»: Каталог. М., 1997. № 362
(1698—1700 гг.) и др.
146Саров. 152, л. 4
376
Официальные «Истории» петровского времени
задание составить изложение русской истории до времени
Ивана Грозного. Возможно, Собрание от летописцев и рито-
ров — попытка исправить недостатки в изложении Поликар-
повым древнерусской истории, которая была предпринята со-
трудниками Мусина-Пушкина одновременно с работой Юрьева.
Высказанное предположение носит сугубо предварительный
характер. Собрание от летописцев и риторов следует изучать,
оно представляет собой яркий пример ранней петровской
историографии. Отметим, что работа над составлением Собра-
ния завершена не была. Перед каждым разделом оставлены
листы без текста (л. 34, 78, 88—90, 105, 106, 115, 116, 136,
229, 266, 362, 421) — видимо, для оглавления, как это сдела-
но в Латухинской Степенной. Нумерация глав также осталась
непроставленной. Кроме того, в большинстве случаев оказа-
лись не вписаны заглавия разделов, для них только оставлено
место (л. 230, 267, 315, 363). Возможно, в рукописи изна-
чально присутствовал какой-либо общий заголовок, но он не
сохранился, поскольку первый лист кодекса утрачен (первая
тетрадь имеет семь листов). Как видим, текст Собрания в спи-
ске Саров. 152 исправным назвать нельзя. Однако важнее
другое. Характер дефектов позволяет утверждать, что перед
на-ми архетип произведения, а не неисправная копия. Ины-
ми словами, в составе рукописи Саров. 152 происходило фор-
мирование текста Собрания, к сожалению, не доведенное
до конца. Едва ли есть надежда отыскать другой список этого
произведения. Скорее всего, исследователям придется доволь-
ствоваться рассматриваемой рукописью со всеми ее неисправ-
ностями. Характеризуя текст Собрания, следует отметить,
что он представляет собой довольно последовательное соеди-
нение текста Пространной редакции Латухинской Степенной
и канонической Степенной книги редакции Ионы Думина.147
В существующих заголовках разделов отсутствует указание
на степени, хотя преемственность с канонической Степенной
книгой выражена даже в большей мере, чем с Латухинской
Степенной. Сопоставим для примера заглавия первых трех
разделов:
147См. характерные чтения этой редакции в тексте Собрания: «честнаго
Ея Успения» (л. 139 об.), «на реце Кзе» (л. 150).
377
Глава 8
Степенная книга	Латухинская Степенная	Собрание от летописцев и риторов
Степень прьвый и три митрополиты: Михаил, Леонт, Иван; и грань прьвая в нем же глав 75. Месяца иулиа в 15 день повесть известна вмале явленна о велицей Рус- тей земли и о начале цар- ствующих в ней. И жи- тие и похвала блаженна- го и достохвалнаго и рав- ноапостолнаго царя и ве- ликаго князя, святаго и праведнаго Владимира, нареченнаго в святом кре- щении Василиа, всея Рус- киа земли самодръжца: како взыска православ- ный веры и како взем Корсунь град, в нем же и святое крещение полу- чи, им же и всю Рускую землю просвети, и како правоверно поживе и всю дръжаву свою благоче- стно упасе и веру право- славную непоколеблему утверди и о прочых пра- ведницех святаго срод- ствиа его.148	Княжение великаго кня- зя Владимира Светосла- вича в Киеве и во всей России. Степень пер- вая.149	Повесть известна о великом кня- жении, в ней же житие и похвала святаго бла- женнаго и равноапостоль- наго великаго князя Вла- димира Светославича, на- реченнаго во святом кре- щении Василий, всея Рос- сийский земли самодерж- ца вмале явленна.150
Вторый степень и грань вторая, и два митропо- литы, Феопент и Ла- рион.151	Княжение великаго кня- зя Ярослава Владимиро- вича в Киеве и во всей России. Степень вторая.152	Великое княжение благо- вернаго и богохранимаго великаго князя Георгиа Ярослава Владимирови- ча, иже бе от прадеда сво- его Рюрика пятый сте- пень, в его же княжение быша два митрополита — Феопент, Иларион.153
148СКДС 70.
149НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 52.
150Саров. 152, л. 35.
151СКДС 202.
152НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 94.
153Саров. 152, л. 79.
378
Официальные «Истории» петровского времени
Третий степень и грань третиая и пять митропо- литов: Георгий, Иван, Иван, Ефрем, Нико- лае...154	Княжение великаго кня- зя Изяслава Ярославича в Киеве и во всей Рос- сии. Степень третия.155	Великое княжение бла- говернаго и богохрани- маго великаго князя Все- волода Ярославича, иже бе от Рюрика шестый сте- пень, а от деда своего ве- ликаго князя Владими- ра Светославича третий степень, в его же княже- ние быша пять митропо- литов: Георгий, Иоанн, Иоанн, Ефрем, Нико- лай.156
В 1716 г. поручение подготовить труд по русской истории
было дано Феофану Прокоповичу. Прибывший по царскому
приказу в октябре 1716 г. в Петербург Феофан не застал Пет-
ра, отправившегося к тому времени заграницу. А. Д. Менши-
ков передал Феофану поручение царя, и через год с неболь-
шим, когда Петр вернулся, историко-генеалогический труд
Феофана Прокоповича был уже издан в виде гравюры на двух
листах. В этом произведении видного гравера петровской эпо-
хи П. Пикарта изображена лестница со ступенями, каждая
из которых представляет собой ту или иную победу русского
оружия в царствование Петра I. На верхней ступени стоит
сам Петр. Справа и слева от лестницы возвышаются две пи-
рамиды, сплошь состоящие из медальонов с портретами пра-
вителей России от Рюрика до Романовых (в количестве 33-х
с соответствующими номерами от № 1 до № 33), причем каж-
дый ряд портретов оказывается на одном уровне с очередной
ступенью лестницы. Под портретом каждого «самодержца»
помещена его краткая характеристика. Влияние Степенной
книги здесь можно усмотреть в композиции гравюры, в осно-
ве которой — лестница, причем наиболее древние правители
соответствуют ее нижним ступеням, а правители позднего
времени — верхним. В основании лестницы помещен портрет
Рюрика (№ 1). Ему соответствует нижний ярус пирамид с изо-
154СКДС 207.
155НГОУНБ, Ц-2658/2, л. 110.
156Саров. 152, л. 91.
379
Глава 8
бражениями Игоря (№ 2), Святослава (№ 3), Владимира (№ 4),
Ярослава (№ 5), Святослава (№ 6), Всеволода (№ 7), Святопол-
ка (№ 8), Владимира Мономаха (№ 9). Выше Рюрика распо-
ложена нижняя ступень лестницы, которая представляет
«Баталию турецкую». На этом уровне расположены портреты
Мстислава Великого (№ 10), Ярополка (№ 11), Всеволода (№ 12),
Игоря (№ 13), Юрия Долгорукого (№ 14), Всеволода III (№ 15).
Следующие две ступени — «Баталия с генералом Крониортом
в Финландии» и «Баталия при деревне Лаполе». На этом
уровне помещены портреты Ярослава Всеволодовича (№ 16),
Александра Невского (№ 17), Даниила Московского (№ 18),
Ивана Калиты (№ 19), Ивана Красного (№ 20) и Дмитрия
Донского (№ 21). Расположенная выше ступень посвящена
«акции при реке Пелкине». Ей соответствует четыре портре-
та — Василия Дмитриевича (№ 22), Василия Темного (№ 23),
Ивана III (№ 24) и Василия III (№ 25). На одном уровне со сле-
дующей ступенью, на которой изображена «Полтавская бата-
лия», помещены портреты Ивана Грозного (№ 26), Федора
Ивановича (№ 27), Бориса Годунова (№ 28) и Василия Шуй-
ского (№ 29). Уровнем выше — ступень «Баталия с генералом
Левенгоуптом» и портреты царей Михаила Федоровича (№ 30)
и Алексея Михайловича (№ 31), далее — ступень «Акция под
Добрым» и портреты царей Федора (№ 32) и Ивана (№ 33)
Алексеевичей. Выше изображены еще две ступени — «Калиш-
ская победа» и «Виктория, бывшая на Чюцком озере», — ко-
торые возвышаются над пирамидами и образуют постамент.
На нем стоит Петр I на фоне батальной сцены, изображающей,
надо думать, ту самую «викторию на Чюцком озере», которой
посвящена верхняя ступень постамента. Вполне возможно,
здесь имела место ассоциация с Александром Невским, раз-
громившим на Чудском озере немецких рыцарей в 1242 г.
Как известно, Петр I стремился представить себя последова-
телем Александра Невского. Обратим внимание, что ряд кня-
жеских персон на гравюре не полностью соответствует Сте-
пенной книге. Особенно это касается домонгольского периода.
Так, из сыновей Ярослава Мудрого указан не только Всево-
лод, но и Святослав. Среди представителей следующего поко-
ления, кроме Владимира Мономаха, встречаем его двоюрод-
ного брата Святополка. Затем помещены сыновья Владимира
380
Официальные «Истории» петровского времени
Мономаха Мстислав Великий, Ярополк, далее — внук Свято-
слава Ярославича Всеволод Олегович, его брат Игорь и Юрий
Долгорукий — в Степенной книге следующее за Владимиром
Мономахом поколение представлено только Юрием. Далее по-
рядок княжеских изображений совпадает со Степенной кни-
гой. Ряд правителей России, помещенный на рассматривае-
мой гравюре, точно соответствует портретам в тексте Титу-
лярника, который и был непосредственным источником для
Феофана Прокоповича. Подписи, которыми сопровождается
изображение каждого правителя, отличаются краткостью.
Поэтому их текстологической близости со Степенной книгой,
Титулярником или другим источником проследить не удает-
ся. Так, о Владимире Святом написано: «Владимер, сын Свя-
тославов, великий князь Росийский, к славе многих побед
придав свое и всей России ко Христу обращение в лето 988,
наречен во святом крещении Василий. Преставися в лето 1015,
от россиян достойне равноапостолный и самодержавный име-
новав». О Владимире Мономахе рассказывает следующая над-
пись: «Владимер Мономах, сын Всеволодов, великий князь
Росийский, великою войною потрясе, от греков всю Фракий-
скую область завоевал и от царя Констянтина Мономаха про-
шением и дарами утолен и в дружбу призван, меж до которы-
ми дары и царстий венец получил, и с того времени наречеся
Мономах, царь Великия России, преставися в лето 1127».
Однако, несмотря на отсутствие текстологической зависимо-
сти от Степенной книги в произведении Феофана Прокопо-
вича, можно утверждать, что на концепцию гравюры Степен-
ная книга повлияла. Перед нами своеобразная попытка вос-
произвести концепцию Степенной книги средствами графики.
Следует отметить, что в соответствии с требованиями времени
генеалогический принцип здесь не соблюден, основной
акцент сделан на традиции преемственности правителей.
В письме от 19 мая 1720 г. Феофан сообщал своему приятелю
Я. А. Марковичу, что закончил работу над сочинением по исто-
рии России, которое характеризует следующим образом: «Ка-
талог великих князей и императоров русских начиная с пер-
вого монарха Рюрика до ныне царствующего государя с крат-
ким указанием наиболее замечательных их дел и с точным
обозначением года смерти. Сочинение по объему невелико, но
381
Глава 8
наделало мне много труда и скуки, заставляя сличать поль-
ских и русских летописцев и обсуживать, кто из них говорит
справедливее».157 Г. Н. Моисеева отождествила этот труд Фео-
фана Прокоповича с написанным им «Собранием от летописа-
телей краткого ведения от начальства великих монархов рос-
сийских на престолах государственных бывших, по степеням
и летам описуемым» и предположила, что данная работа пред-
назначалась для текстового сопровождения гравюры, изобра-
жающей Екатерину I в окружении медальонов с портретами
русских «самодержцев».158 Однако гравюра была выполнена
А. Зубовым в 1725 г. без подписей.159 Важно сделанное Мои-
сеевой наблюдение, что «Собрание» представляет собой не-
сколько расширенные характеристики князей и царей, напи-
санные Феофаном для гравированного Родословия. Указание
на степени роднит это произведение со Степенной книгой.
Отметим, что в «Собрании» обособлен раздел «Цари россий-
ские», который начинается с Ивана Грозного. Здесь вполне
возможно влияние Латухинской Степенной, список Хроно-
графической редакции которой (БАН, 34.4.15) был в собра-
нии Феофана Прокоповича. Более поздние историографиче-
ские штудии Феофана были связаны с описанием петровской
эпохи. Вообще же идея представить русскую историю в виде
родословного древа правителей России была характерна не
157Письма Ф. Прокоповича, писанные в царствование Петра I // Ученые
записки Киевской духовной академии. 1865. Февраль. С. 289.
158Моисеева Г. Н. Древнерусская литература в художественном сознании...
С. 35.
1590тсутствие на гравюре составленных Феофаном Прокоповичем кратких
биографических сведений о правителях Моисеева предположительно связа-
ла с пошатнувшимся после смерти Петра I положением близких к нему
лиц, в число которых входил и Феофан (Моисеева Г. Н. Древнерусская ли-
тература в художественном сознании... С. 35). По всей видимости, нехватка
текстового сопровождения изображенных на гравюре лиц ощущалась. Так,
в старообрядческом сборнике XIX в. БАН, 25.7.7 наклеены вырезанные
из гравированного листа портреты великих князей и царей с соответствую-
щими подписями, сделанными составителем сборника. Характерно, что счет
поколений по степеням заимствован из Степенной книги. За указание на
эту рукопись благодарю Е. К. Братчикову. Портреты русских самодержцев,
исполненные пером и близкие к изображенным на гравюре 1725 г., помеще-
ны в рукописи середины XVIII в. БАН, Собр. тек. пост., 328, л. 117—120 об.
Здесь ряд правителей продолжен до Анны Иоанновны.
382
Официальные «Истории» петровского времени
только для Феофана Прокоповича, но и для других деятелей
культуры петровской эпохи. Так, в росписи галерей церкви
Ильи Пророка в Ярославле, исполненной в 1716 г., изображе-
но родословное древо русских царей, композиционно не имею-
щее ничего общего ни с иконой Симона Ушакова, ни с рос-
писью Новоспасского монастыря и, следовательно, созданное
совершенно независимо от них. Оно повторяет гравюру
из издания Лазаря Барановича, но среди изображенных встре-
чаем и тех членов царского семейства, которые еще не суще-
ствовали во времена Барановича (см. гл. 7).
Следующий этап официальной историографии при Петре I
приходится на начало 20-х гг. XVIII в. В это время состав-
ляются произведения, прославляющие политику Петра I. На-
звать их историографическими можно только с известной до-
лей условности. Однако мысль заполучить обзор русской исто-
рии не покидала Петра и в это время. Известен именной указ
Петра от 16 февраля 1722 гг., предписывающий присылать
из епархий в Синод для копирования древние летописцы,
Степенные и хронографы.160 В 1722 г. Петр дал поручение
Г. Г. Скорнякову-Писареву приняться за составление сочине-
ния по российской истории.161 Примерно в это время (1719—
1724 гг.) аналогичное поручение заняться географическими и
историческими штудиями получил В. Н. Татищев.162
Итак, в основу официальных историографических пред-
приятий петровского времени, посвященных древнерусской
истории, была положена Степенная книга. На рубеж XVII—
160Полное собрание законов Российской империи. СПб., 1830. Т. 6.
№ 3908. Этот указ развивает идеи предшествующего, 1720 г. (Там же.
№ 3693), в котором, правда, были названы «исторические книги» без указа-
ния их наименований. В результате реализации указа 1722 г. было собрано
около 40 рукописей, которые, однако, так и остались без употребления.
См. об этом: Пекарский П. П. Наука и литература в России при Петре
Великом. СПб., 1862. С. 318—319; Пештич С. Л. Русская историография
XVIII века. Л., 1961. Ч. 1. С. 76—77.
161 Результаты данного мероприятия неизвестны. А. Н. Насонов полагал,
что Г. Г. Скорняков-Писарев является автором Подробной летописи от на-
чала России до Полтавской баталии (Насонов А. Н, История русского лето-
писания XI—начала XVIII века. М., 1969. С. 483—486). Как будет показано
ниже, это не так.
Андреев А, И. Труды В. Н. Татищева по истории России // Тати-
щев В. Н. История российская. М.; Л., 1962. Ч. 1. С. 6—8.
383
Глава 8
XVIII вв. приходится время наибольшей известности этого
произведения. Списки Степенной книги хранились в круп-
нейших церковных собраниях (Синодальном, Печатного дво-
ра, Чудова и Александро-Невского монастырей), в библиотеках
деятелей петровского времени: холмогорского архиепископа
Афанасия, новгородского митрополита Иова, дьяка Посоль-
ского приказа М. И. Родостамова, Феофана Прокоповича,
А. И. Остермана, Д. М. Голицына, царевича Алексея, самого
Петра I. На Степенную книгу имеется ссылка в Уставе о пре-
столонаследии 1722 г. В заключение подчеркнем, что ее вос-
требованность объясняется в первую очередь имперскими чер-
тами внешней и внутренней политики Петра I, а также идеоло-
гическими амбициями, столь похожими на попытки Грозного
утвердить за собой царский титул. Отсюда проистекал инте-
рес к фигуре первого русского царя и, соответственно, к идео-
логии его времени. Иван Грозный совершенно осознанно в то вре-
мя воспринимался как предшественник Петра I. Камер-юнкер
Ф. В. Берхгольц описывает триумфальную арку, сооружен-
ную в Петербурге к торжествам в честь дня рождения царевны
Анны Петровны, которые проходили 27 января 1722 г. Та-
ким образом, это случилось вскоре после принятия Петром I
императорского титула. По обеим сторонам арки были уста-
новлены изображения Ивана Грозного и Петра I. Первый был
изображен в царской короне в сопровождении надписи «Inci-
pit» («начал»). Петра I изобразили в императорской короне и
сопроводили надписью «Perfecit» («усовершенствовал»).163 Ха-
рактерно, что ни одна из попыток описать русскую историю
не была опубликована в петровское время (за исключением
родословной композиции Феофана Прокоповича, в которой
текст играл далеко не главную роль). Известна негативная
оценка Петром историографических опусов, представлявших-
ся ему на суд. Петр, видимо, желал иметь напечатанным
историческое сочинение, свободное от средневековой тради-
ции как в отношении стиля, так и в отношении содержания.
163Дневник камер-юнкера Ф. В. Берхгольца. 1721—1725 гг. М., 1902.
Ч. 2. С. 41. См. также: Панченко А. М., Успенский Б. А. Иван Грозный и
Петр Великий: концепция первого монарха (статья первая) // ТОДРЛ.
Л., 1983. Т. 37. С. 54—55; Серов Д. О. Юрьевская Степенная книга и ее
автор. С. 124.
384
Официальные «Истории» петровского времени
Об этом свидетельствует, например, план так и не реализо-
ванного проекта «Для генеральной истории и описания Рос-
сийского государства»,164 близкий по тематике к сочинению
И. К. Кириллова «Цветущее состояние Российского государ-
ства» (1726 г.), а также историко-географическим штудиям
раннего Татищева. Обращение же к Степенной книге застав-
ляло авторов следовать авторскому стилю книжника XVI в.
Отмеченное обстоятельство замыкало тот заколдованный круг,
из которого так и не смогла выйти историография петровско-
го времени. В качестве наследства последующим эпохам она
оставила почтительное отношение к Степенной книге, кото-
рое привело, с одной стороны, к ложным ссылкам и фальси-
фикатам, а с другой — к постепенно формируемому отрица-
нию ценности Степенной книги как исторического источ-
ника.
164200-летие Кабинета его императорского величества. 1704—1904.
СПб., 1911. С. 165—167. Рассмотрение плана см.: Пештич С. Л. Русская
историография XVIII века. Ч. 1. С. 98—99.
Глава 9
СТЕПЕННАЯ КНИГА
В РУССКОЙ АГИОГРАФИИ XVIII в.
Привлечение Степенной книги в процессе создания житий
продолжалось и в XVIII в. В целом, для XVIII в. агиографиче-
ская традиция была не характерна. Объясняется это тем, что
после смерти последнего патриарха Адриана была приоста-
новлена канонизация святых. В течение XVIII в. официально
канонизированы были только Димитрий Ростовский и Иоа-
саф Белгородский. Местное почитание, безусловно, продол-
жалось, и жития создавались и редактировались. Однако
в XVIII в. мы имеем дело по преимуществу с местными агио-
графическими традициями, большая часть которых до на-
стоящего времени исследована недостаточно. При популярно-
сти в петровское время Степенной книги вполне естественным
выглядит привлечение ее текста при составлении и редакти-
ровании княжеских житий. Рассмотрим случаи составления
агиографических текстов XVIII в. на основе Степенной книги,
которые удалось выявить.
Крупнейший памятник агиографии конца XVII в., Четьи
Минеи Димитрия Ростовского, начатые 6 мая 1684 г., были
завершены уже в XVIII столетии — 9 февраля 1705 г. В это
время Димитрий был ростовским митрополитом и с 1702 г.
жил в Ростове,1 где в митрополичьей библиотеке имелся спи-
1 Круминг А. А. Четьи Минеи Димитрия Ростовского: очерк истории изда-
ния // Филевские чтения. М.» 1999. Вып. 9. Святой Димитрий Ростовский:
Исследования и материалы. С. 29.
386
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
сок Степенной книги Чудовского извода Краткой редакции.2
Его текст привлек внимание украинского книжника. Так,
в сборнике, составленном Димитрием (ГИМ, Синодальное
собр. 858), приведена выписка из Степенной книги о постав-
лении епикопов при Владимире Святом со ссылкой на источ-
ник: «Из летописной Степенной книги степень 1 глава 51 ».3
В последнем томе Четьих Миней Димитрий использовал Сте-
пенную книгу при составлении Жития княгини Ольги и крат-
кого Слова о сретении иконы Владимирской Богоматери.4
Житие княгини Ольги представляет собой переработку соот-
ветствующего текста в составе Степенной книги. Правда, ука-
зание на это отсутствует. В Житии Ольги единственная ссыл-
ка на источник называет не Степенную книгу, а летопись Не-
стора.5 Житие начинается словами «Ольга блаженная аки
денница в земли Российстей, темною идолобесия нощию пом-
раченной бывшей, возсия пред настатием пресветлаго веры
святыя дне солнцем, Христом просвещаемаго».6 Далее сооб-
щается о происхождении Ольги от Гостомысла; источником
этого известия, скорее всего, был Синопсис, причем начина-
ется этот пассаж словами: «Бяше же та от рода нарочита...».7
Здесь Житие расходится и, возможно, даже полемизирует
со Степенной книгой, в которой об Ольге сказано: «от рода же
не княжьска, ни вельможеска, но от простых людей».8 В даль-
нейшем тексте Жития известия, заимствованные из Степен-
2 Эту рукопись в 1792 г. отослали в Синод (Дмитриев Л. А. История
открытия рукописи «Слова о полку Игореве» // «Слово о полку Игореве» —
памятник XII века. М.; Л., 1962. С. 427). Подробное описание ее состава,
сделанное в 1792 г., позволяет точно определить разновидность ее текста
(Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 60, 96). Степенная книга
упомянута в описи Ростовского архиерейского дома 1691 г. (Синицына Е. В.
Исторические судьбы Хронографов из Ростовского архиерейского дома и
Спасо-Ярославского монастыря в свете поисков рукописи со «Словом о пол-
ку Игореве» // Сообщения Ростовского музея. Ростов, 2006. Вып. 16.
С. 48—49).
3ГИМ, Синод. 858, л. 111.
4 На это обстоятельство мне указала М. А. Федотова, за что приношу ей
искреннюю благодарность.
5Четьи Минеи Димитрия Ростовского. Т. 4. Киев, 1705. Л. 314.
6Там же. Л. 312.
7 Там же.
8 СКДС 4.
387
Глава 9
ной книги, дополняются материалом Синопсиса и, возможно,
других источников, однако существенных разногласий со Сте-
пенной книгой выявить не удается. Можно сказать, что Ди-
митрий Ростовский создал свою редакцию сильвестровского
Жития княгини Ольги, познакомившись с ним через посред-
ство Степенной книги. Агиограф не обращается к тексту соб-
ственно Степенной книги, используя только входящее в ее со-
став Житие Ольги, поэтому рассматриваемое произведение
к нашей теме можно отнести лишь условно.
Слово о сретении иконы Владимирской Богоматери имеет
заголовок «Празднество Пречистей Деве Богородици пренесе-
ния ради честныя чудотворныя Ея иконы из града Владимера
великороссийскаго в царствующий град Москву и чудеси ради,
им же от земли Руской прогнашася агаряне».9 Слово пред-
ставляет собой пересказ 10 и 11-го титл 24-й главы XIII грани
Степенной книги.10 При этом оказалось выпущено повество-
вание Степенной книги о происхождении и биографии Темир-
Аксака. Правда, после текста Слова приведена следующая
ссылка: «О Темир-Аксаке и о именовании его, откуду он бе и
чесо ради тако наречен, зри в Прологу».11 Опущены в слове
подробности, касающиеся перенесения иконы, молитвы и пр.
В целом, текст источника в Слове передан довольно точно, но
в пересказе. В качестве примера переработки текста Степен-
ной книги приведем фрагмент, в котором рассказывается о ви-
дении Темир-Аксаку Богоматери и святых воинов:
Степенная книга	Слово о сретении иконы Владимирской Богоматери
Бысть бо тогда возлежащу ему на одре своем и спящу, и виде сон страшен зело: зря, яко гору высоку вельми, и сверху горы идяху к нему святите- лие, имуще жезлы златы в руках сво- их, и претяху ему зело. И се паки внезапу виде над святительми на воз- дусе свет необычен и неизреченно сияющь, посреди же света оного ве- ликаго явися жена некая, в багряны	Видение же то бысть сице: зряще пред собою гору превысоку, с ея же верха идяху святители противу его, жезлы златыи в руках имущии и пре- тящий ему. Над святителми же виде на воздусе светлость необычну и ца- рицу просреде стоящую в славе не- изреченной, багряными одеянную ри- зами и молниезрачными лучами паче солнца осияваемую. Окрест же ея бяше
9Четьи Минеи Димитрия Ростовского. Т. 4. Л. 661 об.
10СКДС 491—504.
11 Четьи Минеи Димитрия Ростовского. Т. 4. Л. 663.
388
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
безчисленное множество вооружен-
ных воев, служащих и яко на брань
уготовлшихся. Царица же имеяше
руце свои простертый горе, яко моля-
щаяся. Та же виде ю грозно претя-
щую ему, да отъидет от предел земли
Руския, и аки бы повелевающую во-
инству своему, да устремятся на нь.
И от того страшнаго видения воздрог-
нуся Темир-Аксак и от одра воско-
чив, ужасен, воскрича: «Ох мне, что
се видение страшное!»13
ризы одеяна, славою неизреченною и
благолепием преукрашена и светом
сияющи паче солнечных лучь; окрест
же Ея бесчисленое множество страш-
ных и великих воин пресветлых, и слу-
жаху Ей, яко царице. Жена же она
стояше, руце свои к высоте простер-
ши, и моляшеся о неких, Темирю-
Аксаку же люте претяше. Он же
от таковаго грознаго видения внеза-
пу воздрогнув и ужасно въскочи, яко
от грома тресновен бысть, велми убоя-
ся и зело устрашися, смятеся душею
и помрачися умом, и трепет велий
объят его. И нелепо въскрича стран-
ным гласом, трясыйся и стеняше, гла-
голющи: «Ох, ох мне, что сие страш-
ное видение тако показа ми ся с пре-
щением?»12
Следует отметить, что помимо Степенной книги здесь мог-
ли привлекаться и другие источники, но это предположение
не удается ни подтвердить, ни опровергнуть, поскольку все
заимствования в Слове стилистически обработаны.
Степенная книга была привлечена при создании Четьих
Миней братьев Денисовых, памятника старообрядческой
книжности, созданного около 1720 г. в Выговской пустыни.14
Роспись содержания Миней опубликовал Е. В. Барсов. В ней
под 4 февраля находим Житие Георгия Всеволодовича,15 ко-
торое начинается со слов: «По великом князе Константине,
сыне Всеволоже Георьевичи Долгорукого, паки Владимирскую
державу приим брат его сий великий князь Георгий...»,16 что
позволяет предполагать при его составлении привлечение
Степенной книги.
На 10—40-е гг. XVIII в. приходится литературная деятель-
ность игумена Макарьевского Унженского монастыря Леон-
12СКДС 502.
13Четьи Минеи Димитрия Ростовского. Т. 4. Л. 662 об.
14Юхименко Е. М. Выговская старообрядческая пустынь: Духовная жизнь
и литература. М., 2002. Т. 1. С. 208; Т. 2. С. 206—207.
15Современное местонахождение февральского тома неизвестно.
™Барсов Е. В. Четии Минеи братьев Денисовых // Сборник статей в честь
М. К. Любавского. Пг., 1917. С. 678, 691.
389
Глава 9
тия (в миру Луки Павлова).17 Исследования Л. Тарасенко и
Т. В. Марелло открыли для науки этого весьма своеобразного
книжника-агиографа петровской эпохи.18 Уроженец Юрьевца
Поволжского, по преданию, основанного владимирским кня-
зем Георгием Всеволодовичем, Леонтий был патриотом своей
малой родины. В 1728 г. из Юрьевца Поволжского в Унжен-
ский монастырь перенесли икону Федоровской Богоматери.
Вскоре было составлено Сказание о перенесении иконы. Ини-
циатором всего этого действа в Сказании назван игумен Леон-
тий.19 Исследователи полагают, что он являлся и автором Ска-
зания. В двух списках 30-х гг. XVIII в. известно так назы-
ваемое Костромское житие князя Георгия Всеволодовича.20
В самом тексте Жития встречаем указание на Кострому: автор
перечисляет всех братьев Георгия Всеволодовича, среди кото-
рых называет Василия, княжившего и погребенного в Костро-
ме. После этого упоминания помещен рассказ о погребенных
в Костроме князьях: «Подобает же и сие ведати, яко на Ко-
строме два Василия погребены суть...».21 В 2003 г. нами было
высказано предположение, что это Житие написал в середине
XVII в. Сергий Шелонин,22 но, по всей видимости, это не так.
Костромское Житие создано на основе Жития Александра
Невского редакции Ионы Думина. Выдержка из этого текста
в списке середины XVII в. бытовала в Костроме под назва-
нием «Слово о пришествии на Русь безбожнаго царя Батыя и
убиении великаго князя Георгия Всеволодича Владимерска-
го, новаго чюдотворца, и о поставлении на великое княжение
17Время игуменства — 1714—1727 гг. и 1728—1741 гг. (Строев П. М.
Списки иерархов и настоятелей российский церкви. СПб., 1877. Стб. 857).
18Тарасенко Л. «Повесть об иконе Пресвятой Богородицы во обители пре-
подобного Макария, унженского чудотворца» — неизвестное сочинение на-
чала XVIII в. // Филевские чтения: Сб. ст. М., 1993. Ч. 4. С. 8—16; Марел-
ло Т. В. Макариево-Унженский монастырь в первой половине XVIII века:
к вопросу о литературной деятельности игумена Леонтия // Герменевтика
древнерусской литературы. М., 2004. Вып. 11. С. 438—470.
19Там же. С. 454—455.
20РГБ, ф. 218 (собр. Отдела рукописей) 768, л. 10 об.—43 — пространная
редакция; Саратовский государственный университет, 1413, л. 201 об.—
203 — сокращенная редакция.
21 Путь к граду Китежу. Князь Георгий Владимирский в истории, житиях,
легендах / Подгот. текста и исслед. А. В. Сиренова. СПб., 2003. С. 154.
22Там же. С. 96—98.
390
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
в великии Новъград святаго Александра Невскаго чюдотвор-
ца в лето 6745 году»).23 Текст Жития Александра Невского
включен в состав Слова с незначительными переработками.24
При составлении Костромского Жития все же было использо-
вано не Слово, а само Житие Александра Невского, так как
в Костромском Житии присутствуют слова источника, сокра-
щенные в Слове: «бяше бо уныл лицем и зело блед и изнемог
веема бедою от нужди великия. И плакахуся горце, рыдающе
зрящем на него и».25 Возможно, правда, что использовано
было Слово, но выверенное по тексту своего источника, что
маловероятно. Итак, при составлении Костромского Жития
текст Жития Александра Невского был дополнен многочис-
ленными известиями Степенной книги, летописными статья-
ми, а также легендой об основании Юрьевца Поволжского
князем Георгием Всеволодовичем. Т. В. Марелло обратила вни-
мание на тематические параллели Костромского Жития и на-
писанного Леонтием Павловым Сказания о перенесении Фе-
23ГИМ, собр. Е. В. Барсова 1475 (Сиренов А. В. Житие Георгия Всеволо-
довича и Китежский летописец // Исследования по истории средневековой
Руси: К 80-летию Ю. Г. Алексеева. М.; СПб., 2006. С. 459—467). Слово
передает текст Жития Александра Невского с заголовка «О пришествии на
Русь безбожнаго царя Батыя» (СКДС ЖАН 276) до слов «...гоним страхом
Бежим восвояси» (СКДС ЖАН 282).
24Во-первых, были распространены заголовки. В заголовке Жития, с ко-
торого начинается Слово, нет чтений «Слово» и «в лето 6745 году» (СКДС
ЖАН 276, Барс. 1475, л. 1); в Житии: «О взятии Москвы» (СКДС
ЖАН 277) — в Слове: «Слово о взятии града Москвы, како взяша безбож-
нии татаровя град Москву и пожже» (Барс. 1475, л. 4); в Житии: «О взятии
Владимиря» (СКДС ЖАН 277) — в Слове: «О взятии славнаго града Влади-
меря» (Барс. 1475, л. 4 об.); в Житии: «Тогда же великий князь Ярослав и
с прочими в Новеграде Богом сохранен бысть» (СКДС ЖАН 279) — в Слове:
«Тогда же великий князь Ярослав Всеволодичь и с прочими в Новеграде Бо-
гом сохранен бысть от поганых» (Барс. 1475, л. 9 об.). Фиксируются и два
сокращения основного текста: чтение Жития «Но кто может убо исповедати
то время, нашедшее за грехы наша мучительнейшаго варвара, кровояднаго
пса, злочестиваго ратника, безбожнаго царя Батыя от восточныа страны, на
сущих тогда християн излиянную на них чашу пелыни Божиа суда? И кто
может представити словом...» (СКДС ЖАН 276) в Слове сокращено: «Но кто
может представити словом...» (Барс. 1475, л. 2 об.); в Слове изъято чтение
Жития, характеризующее упадническое настроение плененного татарами
княжича Владимира: «бе бо уныл лицем и изнемогл бедою от нужа. И пла-
кахуся, зряще Владимира...» (СКДС ЖАН 277; Барс. 1475, л. 5).
25Путь к граду Китежу. С. 140; ср.: СКДС ЖАН 277.
391
Глава 9
доровской иконы.26 Полагаем, что автором Костромского Жи-
тия является также Леонтий Павлов, который таким образом
намеревался прославить основателя своего родного города.
Текст Костромского Жития оказывается буквально сотканным
из небольших цитат Степенной. Умелое взаиморасположение
этих цитат создает оригинальный текст, весьма далекий
по своему стилю от Степенной книги. Высокий профессио-
нальный уровень, который отличает автора Жития, позволяет
охарактеризовать его как опытного книжника-агиографа.
Костромское Житие начинается с предисловия: «Хотящу
ми во имя Христово и пречистыя его Богоматере поведати
житие угодника их сего святааго и благочестиваго князя
Георгия Всеволодовича. Прежде подобает сказание сотворити
о блаженных родителех его и о достоинстве их, к тому же
мало воспомянути о богоспасаемом граде Въладимире, когда
и како господоначалство киевское в он прииде. Начало же со-
творим». Далее в Житии помещено летописное известие о кон-
чине в Киеве 19 мая 6633 (1125) г. Владимира Мономаха:
«Сице в лето 6633 месяца маиа в 19 день преставися в Киеве
благоверный и великий князь Владимир Манамах всея Рос-
сии самодержец». Затем следует заимствование из Степенной
книги, из 1—3 глав V грани:
Степенная книга	Житие
По преставлении убо великаго князя Владимира Манамаха Русьское царст- во нача разделятися на многыя нача- ла. Прьвоначальство же киевьское и с честию преходити начинашеся ина- мо... в Суждале господствуя и в Росто- ве... И в оно время в лето 6655... Сий великий князь Георгий Владимеричь в богоспасаемом граде Москве господ- ствуя, обновляя в нем прьвоначальст- веное скиптродръжание благочести- ваго царьствия.27	По смерти же его Российское царство нача разделятися на многия начала, первоначальство же киевское и с чес- тию преходити начинаше. И камо сего великаго князя Владимира бяше сын великий князь Георгий Долгору- кий. Той исьперва господъствуя в Суз- дале и в Ростове, потом в лето 6655 преселися во град Москву, обновляя в нем первоначальственное господъ- ствование.28
Далее в Житии читается известие об основании Юрьева Поль-
ского, восходящее также к Степенной книге (грань V, глава 5):
2*Марелло Т. В. Макариево-Унженский монастырь... С. 465, примем. 46.
27СКДС 227—228.
28Путь к граду Китежу. С. 121.
392
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
Степенная книга	Житие
И град Юрьев Польский заложи, в нем же церковь камену постави в имя ве- ликомученика Георгиа.29	Тамо убо живя и град Юрьев Поль- ской заложи во свое имя, в нем же и церковь каменну постави во имя свя- таго великомученика Георгия.30
Следующий сюжет — принесение чудотворной иконы Бо-
гоматери из Царьграда, произошедшее уже в княжение Юрия
Долгорукого в Киеве. Поэтому процесс его вокняжения в Кие-
ве, которому в Степенной книге посвящена 6-я глава V грани,
в Житии обозначен одной фразой: «Потом преселися во град
Киев, идеже ему господьствующу». Далее следует сюжет при-
несения иконы, целиком заимствованный из Степенной кни-
ги (7-я глава V грани):
Степенная книга	Житие
Сему же убо великому князю Георгию от Царяграда принесен бысть в Киев Пирогощею гостем чюдотворный образ Пречистыя Богоматери, иже зватися обыче икона Владимирьская, его же написа богогласный Лука, списатель Христова Иеуагелиа. И тогда паки той чюдотворный образ Богоматери постав- лен бысть в монастыри девическом в Вышеграде, идеже многая и пре- славная чюдеса съдеяшяся тем боже- ственым образом. В том же Вышегра- де тогда господствуя боголюбивый князь Андрей, сын сего Юриа Долго- рукого. Отнуду же сий князь Андрей преселися господствовати тогда в град Владимирь. С ним же принесен бысть и той целбоносный Богородичин образ...31	...принесен бысть к нему из Царягра- да в Киев Пирогощею купцем чудо- творный пречистый образ Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и При- снодевы Марии, иже последи наре- чен бысть икона Владымирская, его же написа богогласный апостол и бла- говестник Лука. И поставлен бысть той божественный образ в Вышегра- де в монастыре девическом, идеже многая и преславная чудеса тем пре- честным образом содеяшася. В том же Вышеграде тогда господствуя бла- говерный и христолубивый [sic!] князь Андрей, сын сего Георгия Долгору- каго. Он дуже [sic!] сей Андрей пре- селися господствовати в богоспасаемый град Владимир. С ним же принесен бысть и той многочудесный пречистыя Богородицы образ во Владимир.32
После этого в Житии помещен пассаж о том, что киевские
князья стали подручными владимирских и что значение Вла-
29СКДС 229.
30Путь к граду Китежу. С. 121.
31 СКДС 230.
32Путь к граду Китежу. С. 121—122.
393
Глава 9
димира подтвердил Андрей Боголюбский, перенеся туда икону
Богоматери из Вышгорода. Этот текст практически без изме-
нений заимствован из 3-й главы VI грани Степенной книги:
Степенная книга	Житие
И уже тогда киевьстии велиции кня- зи подручни бяху владимирьским са- модръжцем. В граде бо Владимире то- гда начальство утвержашеся прише- ствием чюдотворнаго образа Богома- тери, с ним же прииде из Вышеграда великий князь Аньдрей Георгиевичь и дръжавьствова.33	И от того времене киевьстии вели- цыи князи начата подручни быти владимирским самодержцем. Во граде бо Владимире тогда всея России на- чальство утверьжашеся пришествием чудотворнаго образа Богоматере. С ним же великий князь Андрей Боголюб- ский прииде и державство начальное во Владимере восприят.34
Далее следует текст о вокняжении Всеволода III, его жене
Марии Шварновне и рождении у них сыновей Константина и
Георгия: «По смерти же великаго князя Андрея Боголюбска-
го нача во Владимере господствовати брат его великий князь
Всеволод, во святом крещении нареченны Дмитрий Георгие-
вич, с боголюбивою своею княгинею Мариею, яже бяше дщи
Щварнова князя чешскаго. От сея блаженныя и богосочетан-
ныя двоицы и родися сей благочестивый князь святый Геор-
гий, о нем же нам слову вина предлежит, обаче не первый, но
вторый сын их сей святый Георгий. Бяше первый бо сын
родися им князь Костянътин».35 Этот текст представляет со-
бой свободный пересказ Степенной книги и обнаруживает
с ней текстологическую близость лишь в отдельных форму-
лировках: «...великий князь Всеволод, нареченный в святом
крещении Димитрий...»36 (1-я глава VI грани), «...боголюби-
вая великая княгиня Мариа, иже бысть благоплодная суп-
ружница сего богохранимаго самодръжца Всеволода Димит-
риа Юрьевича, Щварнова дщи князя Чешьскаго...»37 (10-я гла-
ва VI грани). Следующие слова Жития — агиографический
топос: «Иже и воспитани быша родите л ьми своими во всяком
благочестии и наказании и священному писанию наказани
33СКДС 260.
34Путь к граду Китежу. С. 122.
35Там же.
36СКДС 259.
37СКДС 265.
394
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
быша прилежно».38 Далее — известие о женитьбе на сестре
Михаила Черниговского, отсутствующее в Степенной книге:
«Егда же блаженный сей Георгий в возраст прииде, сочетай
бысть законному браку, поят убо в жену сестру великаго кня-
зя Михаила Черниговскаго».39 Затем в Житии помещено за-
имствование из 2-й главы VII грани Степенной книги — па-
негирик Константину Всеволодовичу. Однако в Житии он
адресован Георгию Всеволодовичу:
Степенная книга	Житие
Сий великий князь Константин, прьвий сын великаго князя Всеволода Геор- гиевича Длъгорукаго, иже бяше все- ми обычаи украшен добрыми, паче же всего любяше прочитание божестве- ных писаний с вниманием и с вели- ким прилежанием. И от сего зачатся в нем страх Божий и породи, по про- року, дух спасениа, им же стяжа добрыя детели: тихость, и кротость, и смиреномудрие, и любовь, и ми- лость, и непамятозлобие. И не въздая зла за зло никому же, всех же съгре- шающих к нему пращаше и не оскръ- бляше никого же, но всех умудряа ду- ховными беседами и всех упокоивая душевне и телесне. И вся, яже глаго- лаше и творяше — по Святому Писа- нию. К божественым же церквам зело строен бе, к ним же и велико приле- жание имея, их же всеми потребами издоволяше. Нищих же и клосных сам своима рукама омываше, и сих довльно насыщая, и напаяа, и мило- стыню нескудно подаваше, поминая блаженнаго Давида, глаголюща: «Бла- жен разумеваяй на нища и убога, в день лют избавит и Господь. Господь съхранит и, и живит и, и ублажит и на земли, и не предасть его в руце врагом его». Яко же и Соломон глаго- лаше: «Милостынями и верою очища- ются греси». И Даниил пророк На-	И бяше всеми обычаи благими укра- шен, паче же всего любяше прочита- ние божественных писаний со вни- манием и с великим прилежанием. И от всего зачатся в нем страх божий и породи по пророку дух спасения, им же стяжа добрыя детели: умиле- ние, смертную память, тихость, кро- тость, благоутробие, сострадание, сми- реномудрие, милость ко всем, непо- мятозлобие, лубовь [sic!], милосты- ню, к тому же беззлобие крайнее. Не воздая бо зла за зло никому же, но всех согрешающих к нему прощаше и никого же оскорбляше, но всех умуд- ряше духовными беседами и всех упокоеваше душевне и телесне Вся, еже глаголаша и деяше, по божест- венным законом творяше. Ко святым же божиим церквам зело бяше рачи- телен и велие прилежание имяше и потребами всякими удовляше. Ни- щия же и клосныя и разслабленныя сам своими руками омываше и стран- ный и безпокровныя непрестанно при- имая и всех доволно навещаше и на- пояше и милостыню всем неоскудно подаваше, поминая пророческое ре- чение сие: «Блажен разумеваяй на нища и убога, в ден лут [sic!] избавил его Господь. Господь сохранит его и живит его и ублажит его на земли и не предаст его в руце врагов его».
38Путь к граду Китежу. С. 122.
39Там же.
395
Глава 9
входносору глаголя: «Греси твои ми- лостынями очисти, и прегрешениа твоя щедротами нищих». Яко огнь сено пожигает, тако и милостыня грехи потребляет.40	И премудраго Соломона словеса: «Ми- лостынею и верою очищаются гре- си». И пророка Даниила к Навуходо- носору глаголание: «Хрехи твоя ми- лостынею очисти и неправды твоя щедротами ко убогим. Яко же бо огнь хврастие и сено пожигает, тако ми- лостиня грехи потребляет».41
Далее читается оригинальный текст Жития: «И таковым
благочестием и добрыми делы цветый, бяше во граде Влади-
мире живыи, приснаго благословения отца своего благоверна-
го князя Всеволода насыщался». Следом за ним — опять за-
имствование из 2-й главы VII грани Степенной книги о разде-
ле Всеволодом княжения между Константином и Георгием:
Степенная книга	Житие
Егда бо отець его великий князь Все- волод уразуме к Богу свое отшествие, и тогда посла по сего многодоброде- телнаго сына своего Коньстантина, в Ростове ему тогда господствующю, ему же хотя вручити по старейшинь- ству Владимирьскую дръжаву, Рос- тов же Георгию. И тогда всепагубный враг, иже искони ненавидяй добра роду человеческому, многиа сети про- стирая добродетелным самодръжцем, вложи в мысль сему христолюбивому Констянтину не ити к отцю, аще не обе области поручит ему, с Владими- ром и Ростовьскую. Благосрьдый же Всеволод зжалиси о сем и Георгию, сыну своему второму, дръжаву Влади- мирьскую поручив, и к Богу отиде.42	Егда же отец его благоверный вели- кий князь Всеволод, господствуя в пре- именитом граде Владимире, уразуме свое к Богу отшествие и восхоте вла- димирское скипетродержание вручи- ти, яко в России первоначалное, пер- вому сыну своему Костянтину, в Рос- тов ему тогда по новогородском само- державии господствующу. Ростов же хотяше предати сему блаженному Ге- оргию. И тогда двократы посылаше в Ростов по сына своего Костянтина, яко да пришед отчее его благослове- ние вкупе и начальство владимир- ское приимет. Всепагубный же враг, иже искони ненавидяй добра роду человеческому, вложи христолюби- вому Костянтину в мысль, еже не ити во Владимир ко отцу своему Все- володу, аще не обещаетъся обе облас- ти ему поручити с Ростовом и влади- мирскую. Благосердый же и христо- любивый Всеволод, видя ожесточе- ние сына своего Костянтина, яко не
40СКДС 296.
41 Путь к граду Китежу. С. 122—123.
42СКДС 296—297.
396
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
	восхоте приити к нему и прияти от него благословение и державу слав- наго града Владимира, сжалился о сем и призвав втораго сына своего сего блаженнаго и христолюбиваго князя Георгия, благослови его и наследни- ка его сотвори и власьтеля всей дер- жаве своей.43
Далее — заимствование из 11-й главы VI грани Степенной
книги:
Степенная книга	Житие
Всеволод же Георгию, сыну своему, поручи не токмо дръжаву Владимирь- скую, но и прочая чяда своя. 8 сынов. Бяху бо ему всех сынов 8: Константин, Борис, Юрий, Ярослав, Владимир, Светослав, Иван, Василий. Божий же промысл паче всех сих бла- говоли быти четвертому его сыну Яро- славу в роды и роды непременну и доброплодну наследнику дръжавы Русьскиа. О пожаре и о чюдеси иконы и о во- щаници. В граде же Ростове, яко за таковое преслушание к родителю си дръжавнаго Коньстантина, тогда бысть казнь от Бога и чюдо предивно. Град и церкви погоревше, мала часть града избысть от огня.44	И славный и преименитый град Вла- димир поручи ему, и не токмо дер- жаву владимирскую, но и прочая чада своя. Бяше бо ему всех сынов осмъ, их же имена: Костянтин, Юрий, Бо- рис, Ярославль, Владимир, Свето- слав, Иоанн, Василий. Тогда во граде Ростове за таковое преслушание к родителю от держав- наго Костянтина бысть казнь от Бога не мала: град бо и церкъви святыя погореша, толика яко мала часть града избысть от огня.45
Читающееся далее в Житии известие о преставлении Все-
волода Большое Гнездо извлечено из той же 11-й главы VI
грани Степенной книги. В текст Степенной книги при этом
вставлены некоторые добавления:
Степенная книга	Житие
Самодръжавный же великий князь Всеволод Юрьевичь, нареченный в свя- том крещении Димитрий, всех лет по-	И тако самодержавный великий князь Всеволод Георгиевич, нареченный во святом крещении Дмитрий, сына
43Путь к граду Китежу. С. 123—124.
44СКДС 268.
45Путь к граду Китежу. С. 124.
397
Глава 9
живе 58 и тако дръжаву свою и сынов своего великаго князя Георгия лубез-
своих предасть на волю Божию и, не благословив и всю державу свою и
о всем благодарьствуя Бога, к Нему же прочыя сыны своя предав на волю
с миром преставися в вечьный покой божию, и о всем благодарствуя Бога
в лето 6720 месяца априля в 15 день и Пречистую Богородицу, преставися
в неделю в начало литоргии. Наутриа в вечный покой в лето 6720 месяца
же епископ Иванн и с всем священ- апрелия в 15 денъ в неделю в начало
ным събором певше над ним обычныя святыя литургии. Всех лет жития его
песни надгробныя, и положиша его бысть 58, а по смерти супружницы
в соборней церкви Пресвятыа Богоро- своея многодобродетельныя великия
дица в граде Владимире...46	къягини Марии, во ыноческом чине
нареченная Марфы, поживе шесть лет
и единнадесять месяц. И положен
бысть во граде Владимире в соборней
апостолстей церкви Успения Пресвя-
тыя Владычицы нашея Богородицы
и Приснодевы Марии.47
Дальнейший текст Жития весьма далек от Степенной кни-
ги: «Приимшу же хоругви богоспасаемаго владимиръскаго
самодержавия великому князю Георгию по отце своем Всево-
лоде. И егда нача господствовати, тогда вражда возрасте на
него от брата его предреченнаго Костянтина Всеволодича. Той
бо Костянтин аще и попремногу бяше благочестив и христо-
любив, обаче в страсть завидения впаде, зане владимирское
господоначалие не ему первому сущу в братех, но второму
по нем сему Георгию от родителя их предадеся. И в первое
лето по преставлении отца своего благочестиваго Всеволода,
собрав воинство немалое, поиде из Ростова на брата своего
Георгия Владимирскаго. Тако же и Георгий противу его
с своима ратных людей полкам [sic!] изыде. И снидошася обо-
их воинства с князи своими на реце Чехде, и бысть брань ме-
жду ими немала, обаче великий князь Георьгий смиренная
мудростъвуя и неходя [sic!] видети хрестиянския крове вла-
столюбия ради проливаемыя, пресече брань тую лубовию и
кровопролития устави покорением. Видя бе брата своего Кос-
тянтина единаче брани хощет, а не мира, абие сам святый сей
князь Георгий вражду разрушает и примиряется брату своему
князю Костянтиню, яко менший большему, и предает держа-
ву владимирскую Костянтину со многою лубовию, яко да гос-
46СКДС 268.
47Путь к граду Китежу. С. 124—125.
398
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
подствует по изволению своему обще с ростовскою».48 Здесь
существенно искажены исторические реалии, исход битвы
приписан миролюбию Георгия, а не военному успеху Констан-
тина, как было в реальности. Здесь явно использовался лето-
писный источник, так как Степенная книга (соответствую-
щий текст читается во 2-й главе VII грани) описывает данный
эпизод очень лаконично, без деталей: «Сий же Констянтин
Всеволодичь подвижеся ратовати на братию свою, паче же на
Георгиа, тому бо тогда дръжавьствующу в Владимири. И быв-
ши брани обоямо, и едва умиришяся. Ему же тогда уступися
Георгий дръжавы Владимирскиа...».49 При этом именно в трак-
товке Степенной книги коренится то искажение исхода битвы
(не военное поражение, а уступка со стороны Георгия), ко-
торое видим в повествовании Жития. В дальнейшем тексте
Жития автор возвращается к той же 2-й главе VII грани Сте-
пенной книги, распространяя ее текст:
Степенная книга	Житие
сам же господствуя на Городце и в Су- ждали. И оттоле в велицей любве пре- быша.50	Сам же благоверный великий князь Георгий нача господствовати во иных великих градех на Городце и в Суж- дали, и оттоле благодатию Христа Бога и милостию пресвятыя Богоро- дицы в велицей любви пребыша оба брата Костянтин же и Георгий.51
Далее — оригинальный текст Жития: «Державъствующу
же великому князу Костянтину в богохранимом граде Влади-
мире и многая блага сотворшу монастырем же и церквам и
всем людем духовнаго чина и мирскаго. К брату же своему
великому князю Георгию велию любовь и согласие во всем
стяжа и мирно и богоугодно поживе, милосердие всякому че-
ловеку показуя и милостину нищим непрестанной [sic!] тво-
ря».52 Предсмертные слова князя Василька изложены по Сте-
пенной книге:
48Путь к граду Китежу. С. 125—126.
49СКДС 297.
50Там же.
51 Путь к граду Китежу. С. 126.
52Там же.
399
Глава 9
Степенная книга	Житие
Пребысть же в Владимири мнее двою лет, и видев себе изнемогающа, и при- зва сыны своя Василка и Всеволода и вся велможи и боляре своя и прочая чиновники, и глагола к ним сице: «Внимайте себе, о чада и друзи! Се бо вся суетная мира сего мимо текут. Всяк родися з болезнию, и възрасте с печалию, и помале седина, та же и старость, наипаче же и смерть, и по смрьти Страшный Суд Христов и въздаяние комуждо по делом его: греш- ником мука вечная, а праведником рай и жизнь бесконечная. И се убо в на- стоящем сем суетном житии вси чело- веци от юности и до старости даждь и до самыя смрьти, яко трудный путь шествуют и яко в сне начинаютъся и скончеваются. Таково убо человече- ское житие, яко сонное видение, ово- гда человек видить во сне, яко добро, овогда же видить, яко зло, и въстав, мало помнит и разсужает, и вся ни во что же бывают. Тако и все челове- ческое житие ни в что же есть, яко сон и яко дым. Днесь жив человек, а заутро умирает. Се убо мене видите изнемогающа, и конець житиа моего приближается, и чяда моя млада остав- ляются, их же поручаю Господу Богу и Пречистыя Его Матери и брату мо- ему и господину князю Юрию Всево- лодичю, и той будеть им вместо мене. Вы же, князи мои, и боляре, и велмо- жи, о господие мои, не забудите сих детец моих. Вы же, чада моя, имейте страх Божий в себе, и святыя Его за- поведи храните, и святых церквей не отлучайтеся. Святителей же и весь священный чин и иноческий чтите и любите, и поучение святых писаний внимайте и творите, и старейших слу- шайте и чтите, и межю собою в мире и в любви живите, и с всеми мир и любовь имейте, и ничто же чюжих не желайте, и чюжаго предела похитити	Пребысть же во Владимире на кня- жении мнее двую лету и нача болез- новати. И виде себе изнемогающа и призва сыны своя Василка и Всево- лода и вся велможи своя и бояры и прочия чиновники. И много поучив их от божественных писаний о хри- стианском житии и милостынни [src!] и о правосудии и о смерти и о суде и о воздаянии от Бога праведным и грешным, комуждо по делом его. И конечное слово рече к боляром своим: «Се убо мене видите изнемо- гающа и к концу жития моего при- ближающаяся, чада же мои млади оставляются. Их же поручаю Господу Богу нашему Иисусу Христу и пребла- гословенней и пречистей его матери владычице нашей Богородице и При- снодеве Марии и потом брату моему и господину великому князю Георгию Всеволодовичу, той да будет им вме- сто мене отец. Вы же, о господне и мои князи и боляре и велможи, не забудите сих чад моих!» И обращен благочестивый князь Костянтин к ча- дам своим, рече: «О вы же, возлюб- ленная чада мои, имейте веру и лю- бовь ко Христу Богу нашему и ко пре- чистей его Богоматери. И страхом божиим непрестанно ограждайтеся и святыя его заповеди храните и свя-
400
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
не мыслите, но довльни будите дан-
ным вам наследием, и от своих пра-
ведных и чистых стяжаний приносите
Богу. Убогых милуйте, и нищих удо-
воляйте, и странных не презирайте,
нагих одевайте, бедным помагайте,
и вся в славу Божию творите».
И абие въстав, и молитву сътвори пред
образом Божиим. И оба сына своя
объем, и целова их, и благослови их,
даруя им в наследие Василку Ростов,
Всеволоду же Ярославль, и отпусти их
когождо в участие свое. По сих же не-
много время пребысть, и с миром пре-
ставися к Богу месяца февраля в 2 день
в пяток в шестый час дни, и положен
бысть в соборней церкви Пречистыя
Богородици в гради Владимири, иде-
же отець его Всеволод.
О великой княгине Агафии. Дивно же
дело сътвори тогда и великая его кня-
гини Агафия. По погребении сопруга
своего, сего великаго князя Констан-
тина, не изыде из церкви, дондеже
тогда ту над гробом его и пострижеся
в иноческий чин, и абие отиде в Рос-
тов, и тамо о Бозе подвиг съврыпи.
В третие же лето по сопрузе своем
преставися к Богу месяца генваря
в 24 день.53
тых церквей не отлучайтеся. Брата
же моего, вашего же стрыя, великаго
князя Георгия во всем слушайте и на-
казаю [sic!] его повинуйтеся. Святите-
ли же Христовы и весъ священниче-
ский чин и иночески чтите и лубите.
И поучению святых писаний внимай-
те, и повеленная ими творите. Меж-
ду же собою в мире и любви живите
и со всеми мир и любовь имейте и
ничто же чужих желайте, ниже чуж-
даго предела похитити похощете, но
доволны будите данным вам насле-
дием. И от своих праведных и чистых
стяжаний приносите дары Богу. Убо-
гия милуйте, нищия милостинею удов-
ляйте, странныя призирайте, нагия
одевайте, бедным помогайте и вся во
славу Божию творите. И сия благо-
честивый великий князь Костянтин
изрек, абие восстав, молитву сотвори
пред образом божим и пречистыя Бо-
городицы и оба сына своя объем и це-
лова и благослови их, даровав им в на-
следие Василку Ростов, Всеволоду же
Ярославль. И отпусти их коегождо
во участие свое.
По сих же не многое время в житии
сем пребысть и с миром преставися
к Богу в вечную жизнъ в лето 6722
месяца февруария во 2 денъ в пяток
в 6 час днем и положен бысть в собор-
ной церквии пречистыя Богородицы
честнаго и славнаго ея Успения во гра-
де Владимире, идеже отец его Всево-
лод положен бяше. Дивно же дело
сотвори тогда и супружница его ве-
ликая княгиня Агафия. По погребе-
нии его не изыде из церкве, дондеже
ту над гробом его и пострижеся во ино-
ческий чин, и абие по пострижении
отыде в Ростов и тамо добродетельно
поживе. В третие же лето по супрузе
своем преставися к Богу месяца иан-
нуария в 24 день.54
53СКДС 297—298.
54Путь к граду Китежу. С. 126—128.
401
Глава 9
По Степенной книге, по тексту 4-й главы VII грани, изло-
жено и вторичное вокняжение Георгия Всеволодовича во Вла-
димире:
Степенная книга	Житие
По великом князе Костянтине, сыне Всеволожи Георгиевичи Длъгорукаго, паки Владимирьскую дръжаву приат брат его, сий великий князь Георгий, юже преже вручи ему отець его Все- волод.55	По преставлении же великаго князя Костянтина Всеволодича паки приял владимирскую державу брат его сей святый великий князя [sic!] Георгий, иже и прежде отец его вручи ему.56
Далее в Житии следует авторский текст с использованием
летописных известий: «И нача господствовати праведно и бо-
гоугодно, благочестием и верою и милосердием и милостынею
попремногу сияя. Любяше же велми священнический и ино-
ческий чин и нищих непрестанно милуя, и боляром же своим
и ко всему народу аки отец чадолубивый бяше и много благо-
деяния повсуду [sic!] в державе своей творяше. Во граде же
Суждали соборную церковь Пресвятыя Владычицы нашея
Богородицы и Приснодевы Марии созда каменную изрядне и
прекрасне в лето 6729. Потом обрете на реце Волге при юстии
реки Оки место прекрасно и высотою гор удобренно и ту созда
град и нарече его Нижний Новъград и в нем воздвиже мона-
стырь изрядныя [sic!] во имя Успения Пресвятыя Богородицы
и иныя божественный храмы созда».57 Затем в Житии чита-
ется изложение легенды об основании Юрьевца Поволжского,
из которой узнаем, что Юрьевец заложил князь Георгий Все-
володович на месте явленной ему иконы Георгия Победоносца
(со слов «Некогда же посещающу ему племянники своя...»
до слов «новосозданный той град наречен быстъ его же име-
нем Юрьев с приложенным названием Поволский»58). Далее —
авторское рассуждение о трех городах с именем Юрьев: «того
ради, яко в велицей России кроме сего новаго Юрьева еще два
града именем сим суть, с прозваниями же различия ради: пер-
вый Юрьев прозванием Ливонской, созданный великим кня-
55СКДС 299.
56Путь к граду Китежу. С. 128.
57Там же.
58Там же. С. 128—131.
402
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
зем Ярославом, во святом крещении нареченным Георгием,
сыном святаго и равноапостальнаго князя Владимира, хре-
стившаго Российскую землю, вторый же Юрьев Полской, соз-
данный великим князем Георгием Долгоруким, сыном вели-
каго князя Владимира Манамаха. Сей же третий Юрьев По-
волский, зане при самой велицей реце Волге. Юрьем же вси
тии трие велицыи князи нарицахуся просторечием, вместо
имене Георгия».59 Ценность этого рассуждения в том, что
перед нами свободный от заимствований и топосов авторский
текст Жития. Следом за приведенным рассуждением в Жи-
тии помещено повествование об устроении Юрьева Поволж-
ского, также ниоткуда не заимствованное: «И тако благода-
тию Божиею и предстателством Пречистыя Богородицы и
призрением преславнаго мученика Георгия, повелением же
великаго князя Георгия Всеволодича град той новый Юрьев
Повольский не во многа лета церквами святыми и монастыри
и жителми, такожде и окрестными селами и волостами [sic!]
доволно умножися и распространися. Церков же по прежную
[sic!] на горе на чудотворном месте во имя святаго великому-
ченика Георгия граде Юрьеву и пределом его первою нареко-
ша, сиречь соборную, в ней же протопресвитера и прочий
причет устроиша. И сия убо о создании градов Нижнаго Но-
ваграда и Юрьева повествовахом, по сем же паки о житии
святаго и благочестиваго князя Георгия глаголати возвратим-
ся».60 Последняя фраза («И сия убо о создании... глаголати
возвратимся») является связкой и переходом к предисловию
о татаро-монгольском нашествии. Отсюда начинается заимст-
вование из Слова о Георгии Всеволодовиче, т. е. фактически
из составленного на основе Степенной книги Жития Алек-
сандра Невского редакции Ионы Думина. Первые строки Сло-
ва приведены с минимальными изменениями — со слов «Хо-
щу же рещи и повестъ плачевную...» до слов «...житием пра-
вым присноцветущу». Правда, из этого фрагмента оказался
изъят текст об Александре Невском и его отце Ярославе Все-
володовиче. Похвала, адресованная в Слове Александру Нев-
скому, в Житии адресуется Георгию Всеволодовичу:
59Путь к граду Китежу. С. 131.
60Там же. С. 131—132.
403
Глава 9
Житие Александра Невского	Житие Георгия Всеволодовича
Отцу же благовернаго великаго князя Александра Невскаго великому князю Ярославу Всеволодичю, брату Георгие- ву, в Киеве. Святый же великий Алек- сандр яко утрения зари светозарное солн- це на небесную высоту деяний божест- веных пресветло превзошед, яко крин цветяше в добропребывании день и нощь, преспевая в законех Господних. Тогда бяше в великом Новеграде пребываю- щим же им тако благочестием и верою в Богу и житием правым присноцвету- щим.61	... иже яко крин цветяше в доброде- телех християнских день и нощь, преспевая в законах Господних и житием правым присноцветущу...
Дальнейший текст Жития Александра Невского (со слов
«Наста бо время люто...» до слов «от злых наших»62) включен
в Костромское Житие почти без изменений. Далее вместо чи-
тающейся в Житии Александра Невского фразы «Но кто мо-
жет представити словом Христе милостивый постигшяя тогда
християньский род за умножение грех наших» в Костром-
ском Житии помещен пространный текст о Батыевом наше-
ствии. По существу, здесь продолжена оборванная в Житии
Александра Невского цитата из Степенной книги (со слов
«Прежде же прояви Господь Бог хотящий гнев свой быти на
Росийскую землу...»63). В расширенном виде заимствование
включило текст 5—8-й глав VII грани Степенной книги, пове-
ствующий о знамениях перед нашествием Батыя и перенесе-
нии мощей Авраамия Болгарского (до слов «и бысть по обы-
чаю»64). На материале данного заимствования можно уточнить,
что при составлении Костромского Жития использовалась
Степенная книга редакции Ионы Думина. Так, в Житии чи-
тается «сини и червлены»65 — это чтение редакций Краткой
и Ионы Думина (в Пространной редакции — «черьвлени и си-
ни»66); в Житии: «Потом в пятое лето солнце погибе по всей
61 СКДС ЖАН 276.
62Там же.
63Ср.: СКДС 300.
64Ср.: СКДС 303.
65Путь к граду Китежу. С. 133.
66СКДС 303/1—2.
404
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
земли» — это чтение редакций Краткой и Ионы Думина,
в Пространной — «В лето же 6744 великий князь Ярослав
Всеволодичь седе в Киеве, сын его Александр — в Новегра-
де»67); в Житии: «в Лукоморие» — это чтение редакции Ионы
Думина (в Краткой редакции — «луку моря», в Простран-
ной — «луку»68). Кроме того, в состав большинства списков
Степенной книги редакции Ионы Думина входит Житие
Александра Невского, использованное при составлении Ко-
стромского Жития в качестве основного источника.
Далее в Костромском Житии помещен авторский текст
о добродетелях главного героя повествования: «Вся же сия
страшная знамения быша при деръжаве благочестиваго сего
самодержца великаго князя Георгия Всеволодича, яже вся
сия и видя и слыша, умиляшеся душею и страхом колебаше-
ся и сего ради присно в посте и молитвах и во всяких доброде-
телях и в сетовании плачевном пребываше и многи милосты-
ни нищим и милосердие ко всем человеком наипаче творя-
ше».69 Затем помещен текст Жития Александра Невского
редакции Ионы Думина (там он расположен ниже по тексту)
со слов «Тако премилостивый Бог таковыми многосугубыми
знаменьми устрашая нас...» до слов «...в запустение предаде
тогда многие грады и места Российскаго царствия». В нем
идет речь о грехах, за которые Бог послал Русской земле тата-
ро-монгольское нашествие. Источником данного пассажа в Жи-
тии Александра Невского была Степенная книга (см. гл. 4).
В Житии же Георгия Всеволодовича заимствование из Сте-
пенной книги распознано и продолжено, правда, с некоторой
переделкой:
Степенная книга	Житие
...тогда же мучителнейшаго варвара кровояднаго царя Батыя от въсточ- ныя страны наведе на Русьскую зем- лю прьвие на Рязань, потом же на Коломну, и на Москву, и на Влади- мирь, и на иныя многиа грады, с мно- гою злобою вся испровращая, яко же	Наведе бо во время оно на Российскую землю мучителнейшаго варъвара, кро- вояднаго пса, злочестиваго ратника, безбожнаго царя Батыя, от восточ- ныя страны изшедшаго первее на Ря- зань, потом же на Коломну и на Мо- скву. Та же и на преславный той самый
67СКДС 303/15—15.
68СКДС 301/22—23.
69Путь к граду Китежу. С. 137.
405
Глава 9
лютый некий зверь вся поядая, остан-
ки же ноготми растерзан. Его же лю-
тостию храбрейших русьских сынов
многих мечь пояде, овии же плещи
вдаша сопротивным. Скипетродръжа-
тели же, овы оружием падоша, овы
же в чюжих кралевъствах укланяху-
ся гостяще, всякиа помощи отпадше.
Ратник же грады разаряа и гражаны,
овы в плен поплени, овы же оружию
ядь полагая, и корысть многу стяжа,
княжьска имениа изообрет. Велико
зло от него сътворися множеству русь-
скаго языка. Матери обезчядствова-
шяся, и сосци их млечнии источники
уставишя, вместо же тех слезныя
струя от очию низвожахуся, видяще
младенца своя на земли поврьжены и
и мягкая ихъ удеса коньскими ногами
стираеми. И кто может словом сказа-
ти болезни их утробныя и ины не-
исчетныя напасти?70
град Владимир, в нем же благочести-
вы самодержец господствуя святый
великий князь Георгий Всеволодич,
и на иныя многия грады и на живу-
щия в них християны, иже со мно-
гою злобою той нечестивый варьвар
вся испровращая, якоже лютый и не-
кий и злый и немилостивый зверь
вся поядая, останки же ноготми раз-
терзая и ногами попирая. Но кто мо-
жет убо исповедати то время, нашед-
шее за грехи наша на российский
народ, и излиянную на них чашу пе-
лыни суда Божия? И кто может пред-
ставити словом постигшая тогда хре-
стиянъский род сей?71
Далее Житие Георгия Всеволодовича следует Житию Алек-
сандра Невского и повествует о взятии Батыем Рязани, Ко-
ломны, Москвы, Суздаля и Владимира (со слов «Убо нечести-
вый и безбожний царь Батый яко молнийна стрела...» до слов
«шесть благоверных сынов его: Александр, Андрей, Костан-
тин, Афанаси, Данил, Михаил»72). В заимствование из Жи-
тия Александра Невского в Костромском Житии сделано
несколько незначительных авторских вставок. Приведем в ка-
честве примера комментарий относительно гибели плененно-
го татарами князя Владимира, сына Георгия Всеволодовича:
«и ту горцей смерти предаша благовернаго князя Владимира
Георгиевича, плененнаго на Москве. Всем из града зрящим и
горко рыдающим. И тако той первый от царственнаго дому
святаго великаго князя Георгия Всеволодича поиде ко Госпо-
ду Богу и мученическим венцем увязеся». Дальнейшее пере-
числение спасшихся от Батыева нашествия русских князей,
помещенное в Житии Александра Невского, в Костромском
70СКДС 303—304.
71 Путь к граду Китежу. С. 137—138.
72Там же. С. 138—145; ср.: СКДС ЖАН 276—280.
406
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
Житии изъято, вместо чего помещена фраза «Возвратимъся
же паки о блаженном князе Георгие повествовати». Затем за-
имствование из Жития Александра Невского продолжено.
Описав по Житию Александра Невского возвращение князя
Ярослава Всеволодовича в разоренный татарами Владимир,
автор Жития поместил редкий по эмоциональности автор-
ский пассаж: «Егда же ему из Новаграда пришедшу, виде сто-
лъния и славный свой град Владимир погаными весъ разорен
и огнем попалон [sic!], и хитрая его здания и церквии [sic!]
святыя разрушены, и вся красота его погублена, брата же сво-
его, великаго князя Георгия Всеволодича, убиена, и архиереа
и весь освященный собор и множество князей и боляр и про-
чих благородных людей российских горцей смерти предан-
ных. И восплакася великий князъ Ярослав в горести сердца
своего и воздев руце свои на небо и рече: „Господи Вседержи-
телю и творче всея твари видимыя же и невидимыя! Сице ли
угодно твоему человеколюбию, да сие стадо твое, Христе, еже
искупил еси ценою крове своея божественный, предал еси
кровопияцем и сыроядцем, поганым человеком, звериный
нрав имущим, паче же рещи врагом твоим, не знаущим тебе,
истиннаго Бога нашего Иисуса Христа, и страха твоего нико-
гда не имущим? И ныне поработихомъся раби твои богомер-
скому цару, неправедну и лукавнейшу, паче всей земли и
град сей предан бысть, якоже древе [sic!] и Иерусалим Наву-
ходоносору царю Вавилонскому, и есмы смирени ныне паче
всех языков грех ради наших. Увы мне, Господи! Священни-
ки твоя заклаша, имъ же не бе достоин весь мир, и олтари
твоя раскопаша и святыя твоя вся в попрание бысть сквер-
ным ногам их, и вси люди твоя острием меча поразиша, и ра-
ба твоего благочестиваго князя Георгия за имя твое святое
убиша, и остах аз един. И ищут и мене поглотити. Но избави
мя, Господи, от рук их ради Пречистыя Твоея Матере и непо-
стыдныя к тебе ходатайцы о нас грешних! И упокой души
рабов Твоих, избиенных от безбожних агарян имене Твое
[sic!] ради святаго, со всеми святыми в царствии Твоем и спа-
си мя, раба Твоего, ими же веси и судбами, яко благии и чело-
веколюбец! Аминь“».73 Дословное заимствование из Жития
Александра Невского в Костромском Житии оканчивается на
73Путь к граду Китежу. С. 149—150.
407
Глава 9
описании погребения Георгия Всеволодовича в Успенском со-
боре города Владимира. Дальнейшее повествование Жития
Георгия Всеволодовича представляет собой краткое изложе-
ние отдельных сюжетов Жития Александра Невского, касаю-
щихся княжения Ярослава Всеволодовича и других событий,
произошедших после гибели главного героя Жития.
Заканчивая характеристику Костромского Жития Георгия
Всеволодовича, следует еще раз остановиться на вопросе автор-
ства. В пользу Леонтия Павлова, опытного книжника-агио-
графа, свидетельствует, прежде всего, отразившееся в Житии
почитание Георгия Всеволодовича как основателя города
Юрьевца Поволжского, откуда был родом Леонтий, а также
влияние на Житие Сказания о Федоровской иконе Богома-
тери. Именно тщанием Леонтия список этой иконы был при-
несен из Юрьевца в Унженский монастырь.74 Кроме того, обра-
щает на себя внимание одна подробность описанного в Житии
основания Юрьевца: князь Георгий Всеволодович сходит с ко-
рабля в месте впадения в Волгу реки Унжи, т. е. там, где
через несколько столетий будет основан Макарьев Унженский
монастырь. Переправа Георгия Всеволодовича, по Житию, со-
стоялась после явления ему чудесного «луча», когда он нахо-
дился у заводи, «яже ныне зовется его бытия ради Юрьева».
Как отмечает костромской краевед XIX в., заводь с таким на-
званием находится в двух верстах от Юрьевца.75
Характеризуя использование Леонтием Степенной книги
при составлении Жития Георгия Всеволодовича, следует отме-
тить, что он не только распознал в своем основном источнике,
Житии Александра Невского, заимствования из Степенной
книги, но и смог их продолжить, обратившись к тексту Сте-
пенной непосредственно. Характерны и немногочисленные
авторские вставки в текст Жития Георгия Всеволодовича.
Они выполнены вполне в стиле Степенной книги, заимствова-
ния из которой стилистически также не изменены. На мате-
риале Костромского Жития князя Георгия Всеволодовича
можно убедиться в том, что Степенная книга и в XVIII в. ока-
залась вполне пригодной для составления новых агиографи-
ческих текстов.
74Марелло Т. В. Макариево-Унженский монастырь... С. 454—455.
75Исторические сведения о некоторых городах Костромской губернии //
ЖМНП. 1848. Ч. 22. С. 22.
408
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
Во второй половине XVIII в. в Поволжье был составлен так
называемый Китежский летописец, который, несмотря на
свое название, относится скорее к агиографическому, нежели
к летописному жанру. Наиболее обстоятельное исследование
Китежского летописца произведено В. Л. Комаровичем,76 ко-
торый изучил рукописную традицию Китежского летописца,
осуществил научное издание памятника. Исследователь так-
же выявил две редакции летописца — дошедшую в единст-
венном списке XIX в. краткую и представленную более ран-
ними списками пространную. По мнению В. Л. Комаровича,
в краткой редакции до нас дошел более ранний этап истории
текста памятника, чем в пространной. Л. М. Воронцова обна-
ружила еще одну редакцию, которая представляет собой со-
кращение пространной редакции, а также ввела в научный
оборот несколько списков.77 Весьма важно, что В. Л. Комаро-
вичем установлен источник исторических сведений Китеж-
ского летописца — этим источником стали печатные Святцы
издания 1646 г. или более поздних изданий, где помещены
краткие памяти и Всеволоду-Гавриилу, и Георгию Всеволодо-
вичу, и Михаилу Черниговскому.78 Отмеченное обстоятель-
ство, а также то, что летописец дошел в поздних списках, ни
один из которых не датируется временем ранее второй поло-
вины XVIII в., позволяет с уверенностью говорить о его позд-
нем происхождении. Богословские рассуждения, которыми
изобилует текст летописца, позволили ученому предположить,
что памятник был создан в среде старообрядцев, принадле-
жавших к толку бегунов, для которых было характерно «взы-
скание вышнего града» и которые в конце XVIII столетия
в большом количестве скрывались от властей в окрестностях
озера Светлояр.79
Центральный сюжет Китежского летописца таков: князь
Георгий Всеволодович основывает Китеж, гибнет в сражении
76Комарович В. Л. Китежская легенда. Опыт изучения местных легенд.
Л., 1936.
77Воронцова Л. М. Мотивы социальной борьбы в легенде о граде Китеже //
Стили мышления и поведения в истории мировой культуры. М., 1990.
С. 160—161.
78Комарович В. Л. Китежская легенда... С. 23—36.
79Там же. С. 38—40; Чистов К. В. Русские народные социально-утопи-
ческие легенды XVII—XIX вв. М., 1967. С. 249.
409
Глава 9
с татарами, а основанный им город исчезает. Какими могли
быть его источники? Комарович полагал, что здесь мы имеем
дело с отголосками действительно происшедших событий.
Китеж, по мнению исследователя, является более древним
названием Городца и указывает на его связь с Кидекшей, за-
городной резиденцией деда Георгия Всеволодовича, суздаль-
ского князя Юрия (Георгия) Долгорукого, которая в дохристи-
анские времена была крупным административным центром.
Первоначально главным действующим лицом повествования,
или, как предполагает Комарович, летописного отрывка, был
Андрей Боголюбский, который подчинил Китеж и построил
неподалеку от него монастырь. В более позднее время имя
Андрея Боголюбского было заменено именем Георгия Всево-
лодовича, появление которого в легенде следует связывать
как с пребыванием исторического Георгия Всеволодовича на
уделе в Городце, так и с деятельностью в этих местах в позд-
несредневековое время князей Шуйских, которые считали
Георгия Всеволодовича своим родоначальником. Легенда о ра-
зорении Китежа появилась в удельный период в связи с убие-
нием удельного князя Юрия Кирдяпина в XV в. и разорением
его «ветлужского городка».80 Предположения В. Л. Комаро-
вича так и остались недоказанными. Без сомнения, в основе
Китежского летописца, как и вообще Китежской легенды, ле-
жит историческое предание. Вопрос в том, насколько это пре-
дание уходит в древность. Китежский летописец в своей сю-
жетной линии перекликается с Костромским житием Георгия
Всеволодовича. Кроме имени и некоторых черт биографии
главного героя, можно усмотреть еще одну деталь, сближаю-
щую оба произведения, — легендарный сюжет об основании
города: Юрьевца-Поволжского в Костромском житии и Боль-
шого Китежа в Китежском летописце. В житии Георгий Все-
володович отправляется водным путем из Ярославля вниз
по Волге и останавливается при устье реки Унжи. Во сне ему
является видение, что на Другой стороне Волги на высокой горе
среди леса стоит икона Георгия Победоносца, а перед ней —
неугасимая свеча. Пробудившись от сна, Георгий Всеволодо-
вич видит на противоположной стороне Волги «огненный
луч», похожий на «сияющую звезду». Он показывает этот
Комарович В. Л. Китежская легенда... С. 152—153 и др.
410
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
знак своему боярину Федору Скороумному и отправляется
с ним и другими приближенными на поиски иконы. Замеча-
тельно, что на месте, откуда светил луч, ничего не оказыва-
ется, «пусто бо бяше место то». Икона отыскивается только
после преодоления трудностей, когда «не пощаде великий
князь лица своего ветими древес ударяемаго, ниже светлых и
драгих риз своих, раздираемых от сгущения леснаго». Нако-
нец, поднявшись на высокую гору, Георгий Всеволодович и
его приближенные выходят к месту, которое князь видел
во сне. У «многолиственного» вяза там стоит икона Георгия
Победоносца, а перед ней горит неугасимая свеча. Помолясь
перед иконой, Георгий Всеволодович устраивает на этом месте
храм Георгия Победоносца и основывает город Юрьевец-По-
волжский. В Китежском летописце встречаем сходный сюжет.
Георгий Всеволодович плывет из Ярославля вниз по Волге и
останавливается в расположенном на берегу Волги Малом Ки-
теже. По прошению жителей Малого Китежа, князь пытается
внести в город чудотворный образ Федоровской Богородицы.
Икона не желает двигаться с места, и тогда Георгий Всеволо-
дович, понимая, что икона сама избрала себе место, строит
здесь монастырь во имя Федоровской иконы Богоматери. По-
сле этого князь отправляется «сухим путем», и, миновав реч-
ки Узолу, Санду, Саногту и Керженец, выходит к озеру Свет-
лояру. На этом красивом месте Георгий Всеволодович основы-
вает город Большой Китеж. Конечно, текстуальной близости
при сравнении двух рассказов мы не найдем, однако близость
сюжетов налицо. В обоих случаях Георгий Всеволодович
отправляется водным путем из Ярославля вниз по Волге, при-
стает к берегу. Здесь он становится свидетелем знамения.
В Костромском житии это явление иконы Георгия Победонос-
ца во сне, а в Летописце о граде Китеже — избрание иконой
Федоровской Богоматери места для монастыря. Далее в обоих
рассказах Георгий Всеволодович отправляется в путь посуху
и приходит к некоему знаменательному месту: к вязу с ико-
ной Георгия — в Костромском житии, к озеру Светлояр —
в Китежском летописце. Там он и основывает город. Неваж-
но, что явившиеся князю знамения не похожи одно на дру-
гое. Более существенно, что в обоих случаях Георгий Всево-
лодович продолжает свой путь посуху, удаляется от Волги и
обретает некое знаменательное место для основания города.
Знамением служат вяз с иконой в Житии, озеро Светлояр
411
Глава 9
в Летописце. Как видим, житийные тексты переплетаются
с фольклорными, и со временем влияние Степенной книги
в них становится едва различимым. Но все же важно под-
черкнуть, что в этом процессе Степенная книга также прини-
мала участие.
В Костромском житии и Китежском летописце, помимо
Георгия Всеволодовича и Батыя, встречаем и одинаковые реа-
лии — это князья Андрей Боголюбский и Михаил Чернигов-
ский, город Ярославль и Федоровская икона Богоматери. Все
они не имеют непосредственного отношения к основному сю-
жету обоих произведений — трагической гибели князя Геор-
гия Всеволодовича в битве с Батыем. Кроме того, как отметил
Комарович, в тексте Китежского летописца есть следы влия-
ния текста Степенной книги.81 Костромское же житие состав-
лено на основе текста Степенной. Полагаем, что перед нами
не случайные совпадения. Костромское житие, видимо, было
известно создателям Китежского сказания и повлияло таким
образом на составление Китежского летописца. Главным ге-
роем Китежского летописца является князь Георгий Всеволо-
дович, причем в тексте памятника несколько раз подчеркива-
ется его святость. Только ли местное предание о княжении
Георгия Всеволодовича в Городце определило этот выбор? По
нашему мнению, одной из причин могло стать и почитание
Георгия Всеволодовича Владимирского в старообрядческой
среде, где был создан Китежский летописец. Канонизация
Георгия Всеволодовича оказалась одним из последних круп-
ных мероприятий церкви дониконовской эпохи. Поэтому,
возможно, при создании в старообрядческой среде Китежско-
го летописца главный герой был отождествлен с почитаемым
святым — князем Георгием Всеволодовичем Владимирским.
Кроме того, в тексте Китежского летописца прослеживает-
ся знакомство его автора со Сказанием о Федоровской иконе
Богоматери: герой Летописца, князь Георгий Всеволодович,
по просьбе жителей Малого Китежа тщетно пытается перене-
сти икону Богоматери в город, а потом основывает на месте
пребывания иконы Федоровский монастырь.82 В Сказании
81 Отметим, что эти следы весьма незначительны (Комарович В. Л. Ки-
тежская легенда... С. 63).
82Там же. С. 64
412
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
о Федоровской иконе столь же неудачными оказываются по-
пытки князя Василия Квашни перенести икону из леса в Ко-
строму. Впоследствии же становится очевидным происхожде-
ние иконы из Городца.83 На этой связи двух текстов, в част-
ности, основывается отождествление Малого Китежа с Город-
цом. Предполагают даже, что автор Сказания о Федоровской
иконе использовал Китежский летописец, что, по причине
позднего происхождения летописца, крайне маловероятно.84
По-видимому, здесь следует говорить скорее о бродячих сю-
жетах в фольклоре, нежели о текстологической связи двух
памятников письменности.
Использование Жития Александра Невского при составле-
нии Сказания объясняет и появление в последнем известия
о гибели Георгия Всеволодовича: «...еже попусти Бог окаян-
наго и свирепаго и прегордаго и мерзкаго отступника и люта-
го мучителя царя Батыя, и всю Русскую землю и мнози рос-
сийстии грады плениша и град Владимир плени и в нем бла-
говернаго и великаго князя Георгия уби...».85 Дальнейший
текст Сказания повествует о Городце и находившейся там
иконе Богоматери: «...и тогда плениша град, глаголемый Го-
родец, и понеже и вся сущия люди в нем посече и весь пуст
его сотвори, яко же обычай есть пленующим, и от того плену
и раззорения град той запусте и охуде, в нем же бе и сия чудо-
творная икона, о ней же нам повесть сия предлежит».86 Этот
переход от гибели Георгия Всеволодовича к разорению Город-
ца, возможно, и натолкнул составителя Китежского летопис-
ца на идею совместить оба сюжета.
Костромское Житие Георгия Всеволодовича и Сказание
об иконе Федоровской Богоматери объединяет также сюжет
обретения иконы — Георгия Победоносца в Житии и Богома-
тери в Сказании. Этот сюжет присутствует в обеих редакциях
Сказания и в Житии. Текстуальной близости мы тут не обна-
83 Сказание о Федоровской иконе Богоматери // Вестник археологии и
истории, издаваемый имп. Археологическим институтом. СПб., 1909.
Вып. 19. С. 211, 215.
ыНечаева Т. В. «Сказание о Федоровской иконе» первой трети XVII в.:
местная легенда и литературный текст // Герменевтика древнерусской ли-
тературы. М., 1993. Сб. 6, ч. 1. С. 149—151, 158.
85Сказание о Феодоровской иконе... С. 209—210.
86Там же. С. 210.
413
Глава 9
ружим, но сюжетное сходство налицо. В обоих случаях князь
(Василий Квашня в Сказании и Георгий Всеволодович в Жи-
тии) обретает в лесу икону, висящую на дереве (на сосне
в Сказании, на вязе в Житии). У Жития Георгия Всеволодо-
вича имеется и непосредственная связь со Сказанием, глав-
ный герой которого назван Василием Георгиевичем Квашней.
О его происхождении сказано, что он «сын благовернаго и ве-
ликаго князя Георгия Ярослава Владимирскаго, внук же бе
преподобнаго и благовернаго и великаго князя Александра
Невскаго».87 Тут явная путаница: братья Георгий и Ярослав
соединены в одно лицо, которое названо отцом Василия Кваш-
ни, а сын Ярослава Александр Невский, который должен бы
быть братом Василия, представлен его дедом. Автор Жития
Георгия Всеволодовича пытался разобраться в этой путанице:
«Подобает же и сие ведати, яко на Костроме два Василия
погребены суть. Первый Василий Всеволодичь, о нем же выше
речеся, яко на Костроме господствуя. Мню же сему быти и
прозванием сим, иже наречеся бяше Квашня. При нем же
явися икона Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и
Приснодевы Марии, рекомая Феодоровская. Другий же пле-
мянник его Василий Ярославич, о нем же в российских лето-
писцах пишет сице: „По великом князе блаженном Алек-
сандре Ярославиче Невском державствова во граде Влади-
мире брат его великий князь Ярослав Ярославич седмь лет.
По Ярославе же Ярославиче господствова пять лет во Влади-
мире брат же его великий князь Василий Ярославич и с ми-
ром ко Господу отыде и положен бысть на Костроме у святаго
Феодора". Последи же их бяше и ин великий князь Василий,
сын великаго кънязя Александра Невскаго, но той, по свиде-
тельству летописцов, при отце своем господствоваше в Вели-
ком Новеграде, а не на Костроме. О протчем же житии его и
о скончании в летописаних не обретеся. И о сих убо дозде».88
Вопрос о происхождении Василия Квашни волновал не толь-
ко составителя Жития Георгия Всеволодовича. В некоторых
списках краткой редакции Сказания помещена выписка
из Хронографа о костромских князьях по имени Василий.
В одном списке эта выписка сопровождается следующим ком-
87Сказание о Феодоровской иконе... С. 210.
88Путь к граду Китежу... С. 154.
414
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
ментарием: «Выписано сие из Хронографа в Богоявленском
монастыре лета от сотворения мира 7227, от воплощения же
Божия Слова 1719 году маиа в 13 день».89 Таким образом,
приведенный пассаж пространной редакции Жития совер-
шенно определенно относится к Сказанию и даже полемизи-
рует с ним.
Еще один памятник агиографии XVIII в., при составлении
которого была использована Степенная книга — это Житие
князя Андрея Боголюбского. Еще в XIX в. в краеведческой
литературе, посвященной владимирским древностям, стали
появляться ссылки на Житие Андрея Боголюбского. Неиз-
менно характеризуя его как источник поздний, это Житие
привлекают для реконструкции событий XII в. и современ-
ные исследователи. Наиболее яркий пример тому — обще-
принятая ныне датировка церкви Покрова на Нерли 1165 г.,
источником которой является Житие Андрея Боголюбского.90
Андрей Боголюбский канонизирован поздно, в начале XVIII в.,
и всего лишь на епархиальном уровне. Однако житийные тек-
сты, посвященные Андрею Боголюбскому, известны начиная
с XVI в. Извлеченная из Степенной книги «Повесть об Андрее
Боголюбском» стала особенно популярной на Владимирщине,
она зачастую использовалась в качестве жития Андрея Бого-
любского в XVIII—XIX вв.91 В упоминавшейся в гл. 1 жало-
ванной грамоте Ивана Грозного владимирскому Успенскому
собору 1550 г. читается приписка, из которой следует, что Бо-
голюбский монастырь должен платить Успенскому собору за
панихиды над гробом Андрея Боголюбского: «А велел есми
давати по князе Андрее из Боголюбова монастыря протопопу
Мартыну з братиею по два рубли денег, хлеба ржи и овса
по двенацети четь».92 К сожалению, датировать эту приписку
с точностью невозможно. Очевидно только, что она не могла
89Островский П. Ф. Историческое описание Костромского кафедрально-
го собора. М., 1855. С. V.
^Воронин Н. Н. Зодчество Северо-Восточной Руси. М.» 1961. Т. 1.
С. 262.
91РГБ, ф. 310 (собр. В. М. Ундольского) 618, л. 23—30; РГБ, ф. 299
(собр. Н. И. Тихонравова) 361, л. 139—142 об.; РНБ, собр. Н. Я. Колобо-
ва 517; ГИМ, собр. Е. В. Барсова 1579, л. 174—174 об., и др. См. об этом
также: Серебрянский Н, И. Древне-русские княжеские жития (Обзор редак-
ций и тексты). М., 1915. С. 146.
92РНБ, ф. 532 (Основное собрание актов и грамот), on. 1, ед. хр. 134.
415
Глава 9
быть сделана в XVI—XVII вв., когда грамота имела значение
как юридический документ. Из содержания приписки можно
предположить, что почитание Андрея Боголюбского возникло
сразу в двух центрах — в Успенском соборе и в Боголюбском
монастыре.93 В Успенском соборе Андрей был похоронен,
и останки его бережно сохранялись. В 40-е гг. XVII в., к ка-
нонизации владимирского князя Георгия Всеволодовича, ко-
гда над каждым древним захоронением были написаны на
стенах «надгробные листы», соответствующий «лист» появил-
ся и над гробом Андрея Боголюбского (см. гл. 6).94 В 1701 г.
мощи Андрея Боголюбского и его сына Глеба были перенесе-
ны из каменных гробниц в специально сделанные раки-рели-
кварии. Об этом сообщает запись в историческом сборнике
Успенского собора: «В лето 7210 октября в пятый день бысть
перенесение мощей святаго благовернаго великаго князя Анд-
рея Георгиевича Боголюбского и Владимирскаго чюдотворца
из старого гроба в новую раку, и положен в пределе Знамения
Пресвятыя Богородицы на северной стране». Далее следует
такое же сообщение о перенесении мощей Глеба Андрее-
вича.95 Этим временем, видимо, следует датировать и службы
Андрею и Глебу, составленные по одному образцу. В службе
Андрею Боголюбскому (в песнях 1, 3—9 канона) читается
«вместо краегранесия стихословное перворечие» — род акро-
стиха, в котором следует читать первое слово (или первые два
слова) каждого стиха: «Славнейшего богоспасаемого града
Владимира святыя соборныя апостольския великия церкви
перваго иерея светом тезоименитаго тщанием написася сие
все святому благоверному великому князю Андрею Боголю-
бовскому, славному чудотворцу владимирскому, трудолюбием
93Подробнее об этом см.: Сиренов А. В. О грамоте Ивана Грозного Успен-
скому собору г. Владимира // Историография и источниковедение отечествен-
ной истории: Сб. науч, статей и сообщений. Вып. 2. СПб., 2002. С. 27—34.
94Сиренов А. В. «Надгробные листы» — памятник историографии XVII в. //
Прошлое Новгорода и Новгородской земли: Материалы науч. конф. Нов-
город, 1996. С. 88—92; Путь к граду Китежу. С. 40—47, 71—87.
95РНБ, собр. Александро-Невской лавры А-79. Л. 152—152 об. В проци-
тированной записи перенесение мощей датировано 7210 г., т. е. 1702 г. Эта
дата нередко встречается в литературе (см., напр.: Голубинский Е. Е. Исто-
рия канонизации святых в Русской церкви. 2-е изд., испр. и доп. М., 1903.
С. 134). Однако данное событие нужно относить к 1701 г., поскольку в за-
писи имеется в виду год сентябрьский, а не январский.
416
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
многогрешнаго Иоанна, Владимира града жителя, нища и
убога». В первом издании службы, осуществленном Сино-
дальной типографией в 1914 г., соединены два канона свято-
му. Один — с приведенным выше акростихом, а второй под
названием «Другий канон святому».96 В этом «другом» кано-
не усматриваются черты, свидетельствующие о его происхож-
дении из Боголюбского монастыря: в 4-й песне «изшел еси,
великий княже, от Вышеграда на место, идеже пустыню на-
селил еси и Пречистую Владычицу, в неизреченном свете
сияющую, узрети сподобился еси»,97 в 5-й песне «Благоиме-
ниту Божия матере обитель создал еси и монашествующих
в ней собрал еси, из нея же и в горнее Отечество мученически
преселился еси».98 В первом каноне упоминаний Боголюбско-
го монастыря не имеется, поэтому кажется возможным пред-
положить, что первый канон создан в Успенском соборе,
а второй в Боголюбском монастыре. Оба канона появились,
вероятно, не ранее 1701 г., поскольку Андрей Боголюбский
в них прославляется вместе с Глебом Андреевичем. Однако
основа службы, тропарь и кондак, были составлены еще
в XVII в. Они известны в составе сборника середины XVII в.
(РНБ, собр. М. П. Погодина, 650). Этот сборник составлен
жителем города Любима Алексеем Ивановичем Жадовским,
по-видимому, ревностным почитателем русских святых и к то-
му же любознательным человеком. Жадовской собирал мало-
известные агиографические тексты по всей России.99 Андрею
Боголюбскому в его сборнике посвящена небольшая историче-
ская справка (наподобие записи в святцах), а также переписан-
ные тропарь и кондак.100 Следовательно, уже в середине XVII в.
церковное почитание Андрея Боголюбского существовало.101
96 Служба святому благоверному великому князю Андрею Боголюбскому
владимирскому чудотворцу. М., 1914. С. 9 и др.
97Там же. С. 12.
98Там же. С. 13.
99См. о рукописи: Рукописные книги собрания М. П. Погодина: Ката-
лог. СПб., 2004. Вып. 3. С. 33—37.
100РНБ, Погод. 650, л. 372.
101 В. И. Доброхотов в своем описании Боголюбского монастыря привел
вкладную запись с печатной Лествицы Иоанна Синайского, вложенной в Бого-
любский монастырь ризничим патриарха Иосифа Никоном Холщевниковым
в 1649 г. В этой записи Боголюбский монастырь называется «Пречистыя че-
стнаго и славнаго Ея Рождества и святаго великаго страстотерпца Леон-
417
Глава 9
Можно думать, что оно было не исключительно местным, так
как в некоторых месяцесловах XVII в. присутствует память
Андрею Боголюбскому.102 Вероятно, служба Андрею Боголюб-
скому, созданная по заказу протоиерея Успенского собора и
параллельно со службой Глебу Андреевичу, была написана
соборным клириком. Таким образом, в ней мы имеем свиде-
тельство почитания святого князя в Успенском соборе — мес-
те его погребения. В Боголюбском монастыре память Андрея
Боголюбского также чтилась. До настоящего времени дошли
выразительные росписи находящейся на территории монасты-
ря лестничной башни XII в., созданные в 1764 г. (впоследст-
вии неоднократно переписанные) и иллюстрирующие историю
трагической гибели князя.103 В 1809 г. при монастырском
Рождественском соборе был устроен придел Андрея Боголюб-
ского (на месте западной паперти, ныне разобран).104
В. И. Доброхотов в своем труде о боголюбовских древно-
стях поместил несколько пространных цитат из Жития Анд-
рея Боголюбского, список которого хранился в Боголюбском
монастыре. Пространных цитат три: 1) о пути Андрея Бого-
любского из Вышгорода во Владимир, чуде с остановкой ико-
ны, явлении князю Богородицы, строительстве Рождествен-
ской церкви и основании Боголюбова,105 2) об изготовлении
кровли на Рождественской церкви, росписи последней, строи-
тельстве церкви Леонтия Ростовского, основании Боголюбско-
го монастыря, строительстве ворот с церковью Андрея Перво-
званного,106 3) о кончине сына Андрея Боголюбского Изясла-
ва и строительстве церкви Покрова на Нерли.107 Еще две ци-
тия и святаго благовернаго и великаго князя Андрея Георгиевича Боголюб-
скаго», т. е. Андрей Боголюбский назван святым (Доброхотов В. И. Древний
Боголюбов город и монастырь с его окрестностями. М., 1852. С. 50—51).
102См. напр.: РГБ, ф. 37 (собр. Т. Ф. Большакова), № 249 (под 30 июня);
БАН, 13.2.13 (Яц. 47), л. 227.
103 Воронин Н. Н, Зодчество Северо-Восточной Руси. Т. 1. С. 214. Собст-
венно, они являются иллюстрацией к рассматриваемому здесь Житию Анд-
рея Боголюбского.
104Доброхотов В. И. Древний Боголюбов город... С. 38—39. По-видимо-
му, в придел была обращена существовавшая с 1765 г. церковь Андрея Бо-
голюбского.
105Там же. С. 6—7.
106Там же. С. 16.
107Там же. С. 70.
418
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
таты из Жития, приведенные Доброхотовым, о строительстве
церкви Леонтия Ростовского108 и ворот с церковью Андрея
Первозванного,109 содержат тексты, приведенные во второй
обширной цитате. На примере дублирования цитат можно убе-
диться в исправной передаче текста Жития Доброхотовым —
одинаковые тексты цитат совпадают. Единственная ошибка —
наименование обители в одном случае «Боголюбимой» (извес-
тие о церкви Леонтия Ростовского в составе второй обширной
цитаты), а в другом случае «Боголюбивой» (краткая цитата
о церкви Леонтия Ростовского). В виде приложения к основ-
ному тексту своей книги Доброхотов опубликовал и «Выпис-
ку из Жития Андрея Боголюбского». Первая часть этой вы-
писки, озаглавленная «О рождении святого», представляет
собой оригинальный агиографический текст, посвященный
выдающимся душевным качествам князя Андрея. Далее сле-
дует текст другой тематики: «По повелению святаго епископа
Симона владимирстии клирицы великия Успения Пресвятыя
Богородицы церкве положиша над гробом святаго благовер-
наго великаго князя Андрея Георгиевича Боголюбскаго для
незабвеннаго ведения пред будущим родом лист со описанием
блаженной и страдальческой кончины его сицевый».110 После
этого приведен полностью текст надгробного листа, помещен-
ного в середине XVII в. над погребением Андрея Боголюбско-
го. Автор рассматриваемого текста, следовательно, не знал
о позднем происхождении надгробного листа, что позволяет
датировать данное произведение временем не ранее XVIII в.
Надгробный лист скопирован исправно, однако в его тексте
присутствуют незначительные по объему, но весьма красноре-
чивые вставки:
Надгробный лист	Выписка из Жития Андрея Боголюбского
И ту сотвори град и нарече имя Бого- любимое, и оттоле прозвася и сам Бо- голюбский. И вел ми сие место люб- ляше и живяше ту.111	И ту сотвори оград обителий и наре- че имя ея Боголюбимое, и оттоле про- звася и сам Боголюбский. И велми место сие обители любляше и живя- ше ту.112
108Там же. С. 43.
109Там же. С. 52.
110Там же. С. 87—89.
111 Путь к граду Китежу... С. 71.
^Доброхотов В. И. Древний Боголюбов город... С. 89.
419
Глава 9
В надгробном листе речь идет об основании города Боголю-
бова, а в выписке из Жития — об основании Боголюбского
монастыря. Эта переделка изначального текста надгробной
надписи позволяет предположить, что Житие Андрея Бого-
любского, из которого Доброхотовым сделана выписка, со-
ставлено в Боголюбском монастыре.
На «рукописное житие» Андрея Боголюбского ссылается
в своей книге о церковных древностях Владимира церковный
краевед иеромонах Иоасаф (Гапонов), приводя из него цитату
о постройке церкви Покрова на Нерли.113 Цитата Иоасафа поч-
ти полностью совпадает с соответствующей цитатой Доброхо-
това (единственное разночтение — «возомых» вместо «выво-
зимых»). Полный текст Жития Андрея Боголюбского иеромо-
нах Иоасаф приводит в своем не полностью опубликованном
исследовании «Церковно-историческое и статистическое опи-
сание Владимирской епархии». Неизданными остались тек-
сты источников — малоизвестные памятники агиографии
XVII—XVIII вв.; некоторые из них до настоящего времени не
введены в научный оборот. Они сохранились в рукописи книги
Иоасафа, присланной в Синод (РГИА, ф. 834, оп. 2, № 1788,
л. 61 об.—81).114 Помещенное среди собранных Иоасафом тек-
стов Житие Андрея Боголюбского существенно отличается
от того варианта, который был знаком Доброхотову. Его «Вы-
писка из Жития» в своей первой части (со слов «Бяше сей
благоверный и благородный...» до слов «...ведящему когождо
утаенная») тождественна с началом Жития. Далее в Выписке
следует рассмотренное выше известие о погребении Андрея
Боголюбского, а в Житии тема добродетелей святого князя
органично продолжена, т. е. в нем сохранилось первоначаль-
ное расположение текста.115 В Выписке же Доброхотова дан-
ный фрагмент оказался изъятым из своего контекста. Следую-
щие за ним известие о погребении Андрея и текст надгробного
листа в Житии отсутствуют. Кроме того, текст первой про-
П2Иоасаф, иером. Церковно-историческое описание владимирских досто-
памятностей. Владимир, 1857. С. 65.
114 Наличие в рукописи книги Иоасафа неопубликованных текстов указа-
но мне А. И. Раздорским.
115Текст Жития опубликован: Сиренов А. В. Житие Андрея Боголюбского //
Памяти Андрея Боголюбского: Сб. ст. М.; Владимир, 2009. С. 220—236.
420
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
странной цитаты Доброхотова в целом соответствует тексту
Жития (со слов «Идый же великий князь Андрей предприя-
тым своим путем...» до слов «...вельми место оно любляше,
и живяше ту»). Имеются, правда, и разночтения. Опуская са-
мые мелкие и незначительные, приведем существенные:
Цитата В. И. Доброхотова	Житие
И поиде из Владимира к Ростову, и достиже вниз по реце по Клязьме от Владимира яко седмь поприщ (на сие место, идеже Пресвятыя Богоро- дицы монастырь стоит, нарицае- мый Боголюбский)..."6	И поиде из Владимира к Ростову, и достиже вниз по реце по Клязьме того места, идеже ныне стоит Бо- голюбов монастырь..."1
По молебном же пении и наставшей нощи великий князь Андрей вниде в намет свой и пад на землю...116 * 118	По молебном же пении великий князь Андрей вниде в намет свой и пад на землю...119
на сем месте во имя Моего Рожества церковь каменную воздвигни и обита- лище иноком состави...120	на сем месте во имя Моего Рожества храм созижди и обиталище иноком сотвори...121
в ней же чудотворный Пресвятыя Богородицы образ, иже из Вышеграда принесе с собою и новописанный в по- добие явльшияся ему Богоматерию образ, нареченный Боголюбивым, по- стави...122	в ней же новописанный в подобие явльшияся ему Богоматерию образ, на- реченный Боголюбивым, постави...123
Во втором и четвертом разночтениях скопированный иеро-
монахом Иоасафом текст содержит явные пропуски, которых
нет в цитате Доброхотова. К сожалению, нельзя определить,
на каком этапе эти пропуски появились: следствие ли это нев-
нимательности Иоасафа при копировании текста, или они
были уже в оригинале.
Вторая цитата Доброхотова также соответствует тексту
Жития (со слов «Во второе по пришествии своем лето вели-
кий князь Андрей» до слов «и села своя лучшая с даньми»).
116Доброхотов В. И. Древний Боголюбов город... С. 6.
П1Сиренов А. В, Житие Андрея Боголюбского. С. 225.
^Доброхотов В. И. Древний Боголюбов город... С. 7.
П9Сиренов А. В. Житие Андрея Боголюбского. С. 226.
Доброхотов В. И. Древний Боголюбов город... С. 7.
121 Сиренов А. В. Житие Андрея Боголюбского. С. 226.
122Доброхотов В. И. Древний Боголюбов город... С. 7.
123Сиренов А. В. Житие Андрея Боголюбского. С. 227—228.
421
Глава 9
Здесь есть два чтения, отсутствующие в Житии: перед слова-
ми «об едином верее соделана бяше» написано «на сем Бого-
любимом месте», после слов «главу по дугам и крест окрыв-
ши жестию, позлати, верх же ея весь немецким железом
покры» следует «трубы для стечения воды каменныя содела».
Во втором случае имеем дело с явным пропуском, так как
в Летописи Боголюбова монастыря, использующей Житие
Андрея Боголюбского в качестве источника (об этом ниже),
эти слова присутствуют.124 Третья цитата Доброхотова наибо-
лее значительно отличается от текста Жития. Начинается она
с известия о смерти сына Андрея Боголюбского Изяслава:
«Сего же лета сын его первый Изяслав Андреевичь ко Господу
отъиде и положен бысть в соборной Успения Пресвятыя Бо-
городицы церкве».125 В Житии это событие описано сходно:
«В лето шесть тысячь шестьсот семдесят второе сын великаго
князя Андрея Изяслав ко Господу отъиде, и положен бысть
в соборной Успения Пресвятыя Богородицы церкве». Однако
далее в цитате описана скорбь Андрея по сыне (чего нет в Жи-
тии): «Сей же великий князь Андрей аще печалию о скончав-
шемся сыне яко человек объят быв и скорбяше, обаче оную
на Господа Бога полагаше и, благодаря Его всемогущество,
более в богоугодный дела поощряшеся».126 Оно стилистически
близко к имеющемуся в Житии описанию скорби Андрея
по другом сыне, Мстиславе: «Великий же князь для утоления
печали о сыновней кончине, поиде в любимый свой град и
обитель Боголюбскую, и тамо около своего великокняжеского
двора во делании того места упражнявшеся».127 Затем в цита-
те следует известие о построении церкви Покрова на Нерли.
Это сообщение совпадает с соответствующим чтением Жития
(со слов «близ Боголюбовския обители яко поприще едино»
до слов «обитель монашествующим при ней содела»), однако
в Житии оно помещено выше и датировано 6670 (1162) г.,
124Летопись Боголюбова монастыря с 1158 по 1770 год, составленная
по монастырским актам и записям настоятелем оной обители игуменом Ари-
стархом в 1760—1769 годах / Сообщ. архим. Леонид (Кавелин) // Чтения
ОИДР. М., 1878. Кн. 1. С. 3.
Доброхотов В. И. Древний Боголюбов город... С. 70.
126Там же.
121 Сиренов А. В. Житие Андрея Боголюбского. С. 231—232.
422
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
а не годом смерти Изяслава, т. е. 6673 (1165) г.128 Отметим,
что в Летописи Боголюбова монастыря это известие, так же
как и в цитате Доброхотова, датируется 6673 (1165) г.129 В ре-
дакции, которой пользовался Доброхотов, Житие завершала
надпись над гробом Андрея Боголюбского в Успенском со-
боре. В редакции иеромонаха Иоасафа ее нет. Она могла быть
исключена при позднейшем редактировании первоначального
текста, поскольку содержит повторение тех фактов, о кото-
рых идет речь в Житии. Выскажем осторожное предположе-
ние, что первоначальной редакцией Жития является вариант
текста, известный Доброхотову и бытовавший в Боголюбском
монастыре. Впоследствии он был подвергнут редактуре, в ре-
зультате чего устранены повторы тематические (сходные опи-
сания скорби Андрея по смерти сыновей) и фактические
(текст надгробной надписи), а также передатировано строи-
тельство церкви Покрова на Нерли. Так появилась редакция,
известная иеромонаху Иоасафу.
Житие, как уже отмечалось, обнаруживает близость и с так
называемой Летописью Боголюбова монастыря, составленной
в 60-е гг. XVIII в. игуменом этой обители Аристархом. Сопос-
тавив оба текста, можно прийти к заключению, что первая
часть летописи (до заголовка «Первое разорение Боголюбской
обители») является выписками из Жития, причем Аристар-
хом заимствованы только известия, касающиеся Боголюбова,
большинство общерусских известий Жития (даже тех, кото-
рые повествуют о событиях во Владимире) в летопись не во-
шли. В отличие от Жития, в летописи почти все известия да-
тированы. Отсюда можно предположить, что не Житие было
источником первой части летописи, а наоборот. Но это не так.
В летописи отсутствует рассказ о строительстве Золотых во-
рот во Владимире «среди осыпей» (т. е. в системе земляных
укреплений — валов), а также следующие два известия —
о киевском походе сына Андрея Боголюбского князя Мсти-
Х22,Сиренов А, В. Житие Андрея Боголюбского. С. 229.
129Летопись Боголюбова монастыря... С. 4. Доброхотов ознакомился с тек-
стом Жития в Боголюбском монастыре. Там же написана и Летопись. Не
исключено, что в обоих случаях использован один список Жития. Во вся-
ком случае, нет ничего странного в том, что в Боголюбском монастыре в XVIII
и XIX вв. бытовала одна редакция Жития.
423
Глава 9
слава и о его кончине. Далее в Житии повествуется о том, как
Андрей Боголюбский «для утоления печали о сыновней кон-
чине, поиде в любимый свой град и обитель Боголюбскую,
и тамо около своего великокняжеского двора во делании того
места упражнявшеся». В летописи эти сообщения Жития со-
единены в одно: «В лето 6682 (1174)-е великий князь Андрей
Георгиевичь Боголюбский в любимом своем граде Боголюбове
около своего великокняжеского двора в делании земляных
осыпей и в протчем украшении того места сие лето упражня-
шеся, и живяше тамо».130 Совершенно неуместным здесь вы-
глядит сообщение о сооружении валов («осыпей»), поскольку
выше, под 6669 (1161) г., помещен рассказ о строительстве
каменных ворот с церковью Андрея Первозванного, которые
явно не могли быть построены ранее земляных укреплений.131
Упоминание «осыпей» заимствовано из Жития, где оно фи-
гурирует в рассказе о строительстве Золотых ворот во Влади-
мире, который не попал в летопись по причине своей «небо-
голюбовской» тематики.
Если принять предположение, что в первой части летописи
в качестве источника использовано Житие, становятся понят-
ными те приемы, которыми пользовался Аристарх при напи-
сании своего труда. В данном случае к тексту Жития (точнее,
выписок из Жития) Аристарх приписывал летописные даты.
Можно предположить, что в тех случаях, когда в доступных
ему летописях то или иное событие Жития отсутствовало,
дата могла быть вымышлена.
Есть еще один аргумент в пользу первичности Жития отно-
сительно летописи — отсутствие дат (которые есть в летописи
и которых нет в Житии) в основном источнике текста, общем
для летописи и Жития. Этим источником является Степенная
книга. На Степенную книгу в связи с составлением Жития
указал еще Доброхотов. Правда, он назвал источник Жития
«записками составителей Степенной книги».132 В рассматри-
130Летопись Боголюбова монастыря... С. 5.
131Н. Н. Воронин, в целом с доверием относящийся к сообщаемым в Жи-
тии фактам, считал, что 1174 г. как дата строительства укреплений не со-
ответствует действительности, поскольку «едва ли дворец и храм остава-
лись без защиты до этого времени» и «в этом году князь Андрей был убит»
(Воронин Н. Н. Зодчество Северо-Восточной Руси. Т. 1. С. 202, 204).
^Доброхотов В. И. Древний Боголюбов город... С. 6.
424
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
ваемом случае из текста Степенной книги использовано Ска-
зание об иконе Владимирской Богоматери, которое составляет
24-ю главу XIII грани, а также рассказ об убиении Андрея Бо-
голюбского из 14-го титла 12-й главы VI грани. Привлечение
Сказания о владимирской иконе начинается в Житии со слов
«Сия вся слышав святый и великий князь Андрей; мысль же
в себе имея, еже господствовати во граде Ростове» до слов
«их же камение засыпа, живых обретоша и ничимже врож-
денных»; здесь Житие следует Сказанию, пересказывая с не-
большими изменениями текст 3—8-го титл.133 В качестве при-
мера изменений, которым подвергал текст своего источника
автор Жития, приведем параллельно фрагменты обоих текстов:
Сказание о владимирской иконе	Житие Андрея Боголюбского
Великий же князь Георгий того же лета к Богу отъиде месяца маиа 15 день и положен бысть у Спаса на Берестовем.134	По изшествии великаго князя Анд- рея из Вышеграда родитель его бла- говерный князь Георгий Владимиро- вичу в сие же лето преставися ко Гос- поду и положен в Киеве, остави же все самодержавие Российское сыну своему сему великому князю Анд- рею.135
При описании обстоятельств создания иконы Владимир-
ской Богоматери (со слов «по Воснесении Господа Бога и Спа-
са нашего...» до слов «...благодать Моя и сила да будет») автор
Жития обратился к другому источнику, относительно кото-
рого иеромонах Иоасаф в своем комментарии к тексту Жития
указал на близость с фрагментом из Четьих Миней под 18 октяб-
ря, вероятно, имея в виду Житие евангелиста Луки из Четьих
Миней Димитрия Ростовского.136 В Боголюбском монастыре
хранилось первое издание этих Миней,137 однако текстологи-
чески данный фрагмент не обнаруживает близости с Житием
евангелиста Луки.138 В целом же Житие следует Сказанию
133СКДС 486—490.
134 СКДС 488.
135Сиренов А. В. Житие Андрея Боголюбского. С. 225.
136Там же. С. 239, примеч. 41.
137Доброхотов В. И. Древний Боголюбов город... С. 50.
138Димитрий Ростовский. Четьи Минеи. Киев, 1705. Сентябрь—ноябрь.
Л. 300.
425
Глава 9
о владимирской иконе исправно. Правда, некоторые сюжеты
Сказания оказались переставлены местами. Так, относитель-
но Сказания не на своем месте оказались сообщения о перене-
сении иконы в Киев, о кончине Юрия Долгорукого, о строи-
тельстве владимирского Успенского собора и установлении
в нем иконы Богородицы, чуде при строительстве Золотых
ворот.
Гораздо более важными для нашей темы представляются
добавления в текст Жития, которые сделаны его автором,
т. е. те сообщения, которых нет в Сказании о владимирской
иконе. Они следующие. При описании остановки коней с ико-
ной под Владимиром в Житии уточнено, что произошло это
на пути князя из Владимира в Ростов, на том месте, «идеже
ныне стоит Боголюбов монастырь». Далее описывается моле-
ние Андрея в его «намете» (походном шатре), где находились
еще иконы Христа Вседержителя, Богородицы, Иоанна Кре-
стителя и двух архангелов, т. е. Деисус. Следующий сюжет —
явление князю Андрею Богоматери, которая изъявляет же-
лание остаться во Владимире. Вместо скупого упоминания
в Сказании о построении князем двух богородичных церквей
(«на том месте постави две церкви камены во имя святыя Бо-
городица»139) в Житии помещен пространный рассказ о по-
строении в Боголюбове Рождественского собора, его украше-
нии росписями, установлении церковного праздника в честь
явления Богоматери и спустя два года построении церкви Ле-
онтия Ростовского. Далее сообщается об учреждении Боголю-
бова монастыря с игуменом Сергием во главе и о построении
в обители каменных ворот с церковью Андрея Первозванного.
На этом комплекс оригинальных известий не кончается. Он
продолжен описанием похода Андрея Боголюбского на волж-
ских болгар, обретением мощей Леонтия Ростовского и сооб-
щением о строительстве в 6670 (1162) г. церкви Покрова на
Нерли. Краткое сообщение Сказания о строительстве Анд-
реем Боголюбским владимирского Успенского собора в Жи-
тии дополнено характерными подробностями, такими как
размеры собора, количество дверей («пятеры») и особенности
прокладки фундаментов. Отсутствуют в Сказании и несколь-
ко известий Жития явно летописного происхождения, касаю-
139СКДС 489.
426
Степенная книга в русской агиографии XVIII в.
щиеся сыновей Андрея Боголюбского: кончина и погребение
сына Изяслава в 6672 (1164) г., поход на Киев Мстислава
в 6677 (1169) г. и его кончина в 6681 (1173) г. Далее в Житии
сообщается о поездке Андрея Боголюбского в Суздаль для во-
зобновления церквей, получении им известия о кончине млад-
шего сына Глеба, погребении Глеба во Владимире. Источни-
ком этих сообщений Жития является написанное около 1701 г.
Житие Глеба Андреевича. В Житии Глеба, правда, не указы-
ваются мотивы поездки Андрея в Суздаль. По-видимому, они
вымышлены уже автором рассматриваемого Жития. Вымыш-
лена им и причина, по которой Андрей после похорон сына
удалился в Боголюбове: «одержимый печалию о кончине лю-
бимейшая им сына, для утоления оной поиде в любимый
свой град и обитель Боголюбскую». Следующий сюжет, убие-
ние Андрея, полностью следует 14-му титлу 12-й главы VI гра-
ни (со слов «Бяху у сего великаго князя Андрея ближнии его
и любимии бояре...» до слов «бяше месяца июлиа в пятый
день»140).
Место написания Жития может быть установлено весьма
определенно. Автор неизменно уделяет внимание Боголюб-
скому монастырю. При описании убийства князя Андрея при-
ведено указание на сохранившуюся среди монастырских по-
строек лестничную башню XII в. как место гибели князя.
Отметим, что древние источники столь однозначной локали-
зации не знают, однако и сейчас в Боголюбском монастыре
именно лестничную башню (а конкретно — пространство за
лестничным столбом башни) считают местом, где святой князь
испустил последний вздох. Есть в Житии и другие, более мел-
кие реалии, указывающие на Боголюбский монастырь. Это
отметил еще иеромонах Иоасаф в своем примечании к тексту
Жития: «Из последних слов жития, что великий угодник Бо-
жий, т. е. Андрей Боголюбский, ходатайствует о благосостоя-
нии святой Боголюбской обители, можно заключить, что и со-
ставитель сего жития был из числа братии оной обители».141
Датировать Житие следует временем не ранее начала XVIII в.,
так как в нем отразилось Житие Глеба Андреевича, созданное
Сире нов А. В. Житие Андрея Боголюбского. С. 232—235; СКДС 277—
280.
141РГИА, ф. 834, оп. 2, № 1788, л. 81.
427
Глава 9
к канонизации этого святого в 1701 г.142 С другой стороны,
Житие Андрея Боголюбского было создано не позднее 60-х гг.
XVIII в., когда на его основе игумен Аристарх написал пер-
вую часть летописи Боголюбского монастыря.143 Согласно
этой летописи, в 1765 г. в Боголюбском монастыре была уст-
роена церковь Андрея Боголюбского: «Сего же лета устроена
церковь во имя святаго благовернаго великаго князя Андрея
Юрьевича Боголюбскаго и освящена ноября 7 дня».144 Воз-
можно, устройство церкви во имя святого князя послужило
поводом для написания его Жития.
Итак, после активного привлечения Степенной книги
к историко-литературному процессу в середине XVII в. ее по-
зиции в русской агиографии были сильны еще и в XVIII в.
Принципы же использования Степенной книги в этот период
остались теми же, что и в предшествующий, а именно: Сте-
пенная книга привлекалась для составления княжеских
житий, стиль Степенной книги почти не подвергался измене-
ниям. Таким образом, как агиографический сборник Степен-
ная книга и в XVIII в. вполне соответствовала вкусам читате-
лей. Оговоримся: мы располагаем лишь отдельными примера-
ми. Имеющийся материал свидетельствует о том, что в русской
провинции XVIII в. Степенная книга оставалась вполне акту-
альным и востребованным произведением. Редкость привле-
чения ее к составлению житийных текстов объясняется не
отношением к ней читателей, а угасанием агиографической
традиции в русской духовной литературе XVIII в.
142См.: Сиренов А. В. Житие Глеба Андреевича // Словарь книжников и
книжности Древней Руси. Вып. 3 (XVII в.). Ч. 4. Т—Я. Дополнения.
СПб., 2004. С. 381—384.
143По поводу времени создания Жития иеромонах Иоасаф писал: «Судя
по слогу, должно думать, что это житие написано, неизвестно, впрочем,
кем, уже в позднейшие времена» (РГИА, ф. 834, оп. 2, № 1788, л. 81).
144Летопись Боголюбова монастыря... С. 21.
Глава 10
ЛОЖНЫЕ ССЫЛКИ1
В русской средневековой традиции ссылки на используе-
мые источники и литературу — большая редкость. Более или
менее систематически они стали появляться лишь во второй
половине XVII в. под воздействием западно-европейской и
украинской традиций.2 Даже относительно трудов XVIII в.
у нас не всегда есть уверенность, что имеющиеся в них ссыл-
ки правдивы и корректны. Например, В. Н. Татищев зачас-
тую ссылался на несуществующие источники либо путал на-
звания источников реально существующих, и пр.3 В историче-
ской традиции конца XVII—XVIII вв., времени наибольшей
популярности Степенной книги, встречается множество ссы-
лок на нее в других произведениях. Однако в ряде случаев эти
ссылки оказываются ложными, сближаясь с фальсификата-
ми. Отмеченная оборотная сторона авторитетности и популяр-
ности Степенной книги нуждается в подробном рассмотре-
нии.
При определении ложных ссылок следует учитывать, что
в некоторых случаях ссылка является не ложной, а ошибоч-
ной, т. е. перед нами не сознательное стремление автора вве-
сти читателя в заблуждение, а недоразумение. Так, к ложным
1 Данная глава развивает тему и дополняет материал, отчасти изложен-
ный ранее (Сиренов А, В. Степенная книга: история текста. С. 431—439).
2 Бакун Д. Н. Развитие библиографии исторических источников в Рос-
сии (XVIII—начало XX в.). М., 2006. С. 21—27, 31, 37—38.
3Толочко А. П. «История российская» Василия Татищева: источники и
известия. М.; Киев, 2005. С. 80, 143—145 и др.
429
Глава 10
ссылкам нельзя причислить рассмотренную в гл. 9 ссылку на
Степенную книгу в Окладной книге Сибири 1697 г. В дейст-
вительности ссылка указывает на Новый летописец, но есть
основания предполагать, что во время составления в Сибир-
ском приказе Окладной книги в приказной среде писали Ле-
тописец Славянороссийский, который представляет собой Сте-
пенную книгу с присоединением Нового летописца и других
источников. Автор Окладной книги мог обратиться к материа-
лам Летописца и, поскольку тот именовался Степенной кни-
гой, пребывать в уверенности, что пользуется текстом Степен-
ной. Еще один случай ошибочной ссылки на Степенную кни-
гу встречаем в старообрядческих сборниках первой половины
XVIII в.: РНБ, 0.1.351 и БАН, собр. В. Г. Дружинина 462 (491),
где помещена Повесть о двух посольствах с заголовком «Ис кни-
ги Степенныя в лето 7084» (Дружинин. 462 (491), л. 357 об.).4
Протографом этих рукописей является так называемый Ни-
каноровский сборник БАН, 16.7.21, написанный, по мнению
Н. Ю. Бубнова, одним из лидеров Соловецкого восстания
бывшим архимандритом Саввина-Сторожевского монастыря
Никанором.5 В этом сборнике сначала помещены выписки
из Степенной книги, одна из которых, касающаяся биогра-
фии Александра Невского, имеет прямую отсылку в заглавии
«Выписано ис книги Степенныя грани осмыя от жития вели-
каго князя Александра Невскаго изложение ответа папе Рим-
скому» (л. 197 об.). Ниже помещены выписки из 8-й и
10-й глав XI грани, а далее — Повесть о двух посольствах.
Писец рукописи 0.1.351 полагал, что переписанная им Повесть
выписана из Степенной книги, так же как и предшествующие
ей статьи сборника 16.7.21. К таким же ошибочным ссылкам,
возможно, относится и выписка, помещенная в рукописи
середины XVIII в. НБУВ, ф. 160 (собр. Киевской духовной
4 РНБ, 0.1.351, л. 357 об.—359 об. (за указание на эту рукопись благо-
дарю А. А. Романову); БАН, Дружин. 462, л. 15—16 об. (Описание руко-
писного отдела БАН. СПб., 2001. Т. 7. Вып. 2. Сочинения писателей-старо-
обрядцев первой половины XVIII века / Сост. Н. Ю. Бубнов. С. 272—276).
5 Бубнов Н. Ю. Старообрядческая книга в России во второй половине
XVII в.: Источники, типы и эволюция. СПб., 1995. С. 55, 182—219, 304—
320. См. также: Буланин Д. М., Панченко О. В. Никанор // Словарь книж-
ников и книжности Древней Руси. СПб., 2004. Вып. 3 (XVII в.). Ч. 4. Т—Я.
Дополнения. С. 501—506.
430
Ложные ссылки
академии) П. 186. Она содержит текст Плача о пленении и
конечном разорении Московского государства — сочинения
о Смутном времени, написанного, как полагают исследовате-
ли, в 1612 г.6 Заглавие предваряют слова «Из Степенной пи-
сано. Царство государя царя и великаго князя Василия Иоан-
новича Шуйскаго» (л. 1). Вполне вероятно происхождение
этого текста из сборника, содержащего фрагменты Степенной
книги, или из неизвестного ныне списка Степенной книги
с дополнениями, повествующими о Смутном времени. Дело
в том, что заголовок «Царство государя царя и великаго кня-
зя Василия Иоанновича Шуйскаго», заимствованный из Хро-
нографа редакции 1617 г., довольно часто присутствует в до-
полнительных статьях, присоединенных к тексту Степенной
книги, в которых идет речь о событиях Смутного времени.
У составителя же сборника К ДА П. 186 не было причин соз-
нательно вводить читателя в заблуждение.
Самая ранняя действительно ложная ссылка на Степенную
книгу читается в материалах 1677—1679 гг., посвященных
деканонизации Анны Кашинской (об этом см. в гл. 6). При-
частный к написанию Жития кашинский дьячок Никифор
показал, что Житие писалось в Соловецком монастыре на
основании Степенной книги. Правда, впоследствии он при-
знал, что сам Степенной книги не видел. Да и в тексте Жития
Анны Кашинской нет никаких черт близости со Степенной
книгой. Таким образом, Никифор пытался придать достовер-
ность Житию ссылкой на авторитетный источник. Знамена-
тельно, что первая попытка столь своеобразно использовать
авторитет Степенной книги приходится на начало широкого
распространения списков памятника. Однако большая часть
ложных ссылок на Степенную книгу датируется XVIII в.,
причем можно выделить несколько тематических блоков, где
встречаются подобные ссылки.
Прежде всего, это генеалогические материалы, в которых,
как известно, к фальсификации прибегали особенно часто.
Ложная ссылка была сделана в так называемой Трегубовской
6 Енин Г. П. Плач о пленении и конечном разорении Московского госу-
дарства // Словарь книжников и книжности Древней Руси. СПб., 1998.
Вып. 3. Ч. 3. С. 40—42. Текст издан: Русская историческая библиотека.
СПб., 1891. Т. 13. Стб. 220—234.
431
Глава 10
Степенной. Этот историко-генеалогический сборник был со-
ставлен в Макарьевом Желтоводском монастыре в 30-е гг.
XVIII в. по заказу стольника М. Е. Трегубова на основе Хроно-
графической редакции Латухинской Степенной книги (НБУВ,
собр. КДА, П. 187). Вторую часть сборника занимает генеало-
гия Трегубовых, начало которой лишено всяких признаков
правдоподобия. Род Трегубовых в этом родословии выводится
из «Наручацкие орды» начала XIII в. Далее следует такая ре-
марка: «А свидетельство на выезд прародителя их Рожествен-
ного монастыря, что в Володимере, Степенная книга». Пассаж
о происхождении Тре-губовых дословно приводится и в нача-
ле рукописи, где он вставлен в текст Хронографической ре-
дакции Латухинской Степенной. Особенность последней в том,
что на полях в ней проставлены ссылки на источники поме-
щенных в основном тексте известий. Поэтому ссылка на Сте-
пенную книгу Рождественского монастыря помещена здесь
на поле. Приведем весь фрагмент полностью. На боковом поле
написано: «О сем свидетельствует в Степенной книге во Вла-
димере, которая содержитца в Рождественском монастыре».
Далее в основном тексте читается: «И во дни ево княжения
благовернаго великаго князя Константина Всеволодича Суз-
далскаго и Нижегородцкаго в лето 7736 году выехали в Ниж-
ний Новъград от Кабарды из Наручацкие орды два брата Сал-
таневичи Трегуб да Яндуган, а с ними двора их диусланов и
аслаг 1900 человек, которые и приняты в послужение велико-
му князю Констянтину Всеволодичю. И великий князь пожа-
ловал всех их крестить. И во святом крещении имя Трегубу —
Феодор, а Яндугану — Василий. И даде им вотчины доволны
по Суре реке, городок Морквашу з Закудемскими волостми,
да Курмыш с уездом» (л. 25 об.—26). Еще П. Г. Васенко отме-
чал, что хранившаяся во владимирском Рождественском мо-
настыре Степенная книга (так называемый Думинский спи-
сок — см. о нем в гл. 4) не содержит приведенного текста.7
Нет его ни в одном из известных списков Степенной. Очевид-
но, что перед нами ложная ссылка. Указание в ней на библио-
теку владимирского Рождественского монастыря объяснимо.
7Васенко П. Г. Трегубовская «Степенная» // Известия ОРЯС. СПб., 1907.
Т. 12, кн. 2. С. 366.
432
Ложные ссылки
Как следует из документов, приложенных к Трегубовской Сте-
пенной, ее заказчик М. Е. Трегубов некоторое время служил
во Владимире: «И при государе царе Петре Алексиевиче Ми-
хайло в Юрьеве Полском и в Епифании был комендантом и
от Юстиц колегии в Цывильску и в Свияжску был судиею и
в Володимере у набору рекрут[с]ком и в 710-м году был в Во-
лодимере ж у дворового числа перепищиком» (л. 182 об.).
Из владимирских краев, из Суздаля, происходит и род Трегу-
бовых. Не исключено, что в этой местности заказчик родосло-
вия родился и провел детство. Заказывая в Желтоводском мо-
настыре генеалогию своего рода, М. Е. Трегубов, вероятно,
сообщил составителям и легенду о его происхождении. Чтобы
легенда выглядела убедительной, он счел нужным подкре-
пить ее ссылкой на авторитетный источник. Замечательно,
что таковым в его глазах была Степенная книга.
Случай с Трегубовской Степенной типологически близок
к другой фальсификации генеалогического характера, ко-
торая также связана со Степенной книгой. В рукописи сере-
дины XVII в. РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД) 26, так назы-
ваемой Хрущовской Степенной книге, одним почерком сдела-
ны три вставки: первая (л. 464—466 об.) и третья (л. 518—
519 об.) содержат принципиально новые тексты, а вторая
(л. 469—470 об.) представляет собой перестановку фрагмента
изначального текста. Наиболее известна из этих вставок третья,
в которой рассказывается о Земском соборе 1550 г. и о покаян-
ной речи, произнесенной на нем Иваном Грозным.8 Ее текст
ввел в научный оборот Н. М. Карамзин, не распознав в нем
позднейшую вставку,9 на что впоследствии указал С. Ф. Пла-
тонов.10 П. Г. Васенко обратил внимание на другую вставку,
на л. 464—466 об., содержание которой проливает свет на
обстоятельства появления вставных текстов. Здесь оригиналь-
ный текст сводится к нескольким строкам, интерполирован-
ным в рассказ 23-й главы XV грани, повествующей о браке
дочери Ивана III Елены и литовского князя Александра.
8 Опубликовано: Собрание государственных грамот и договоров. М., 1819.
Ч. 2. С. 2. № 37.
9Карамзин Н. М. История государства Российского. СПб., 1842. Т. 8,
примеч. 182.
10Платонов С. Ф. Статьи по русской истории. СПб., 1912. С. 204—205.
433
Глава 10
Основной целью вставки была интерполяция в текст Степен-
ной книги данных об Иване Андреевиче Чевкине-Дурново и
его героической службе при дворе дочери Ивана III. П. Г. Ва-
сенко обратил внимание на принадлежность рукописи околь-
ничему С. С. Колтовскому и связал это с тем обстоятельством,
что Колтовские возводили свой род к сыну Ивана Андреевича
Чевкина Михаилу. Отсюда исследователь предположил, что
вставки в Хрущовскую Степенную сделаны по инициативе
С. С. Колтовского в конце XVII в.11 В более позднее время эту
точку зрения отстаивал В. Н. Автократов, который обратил
внимание на филиграни бумаги вставок, относящиеся к концу
XVII в. По мнению Автократова, С. С. Колтовской сфабрико-
вал вставные тексты во время своей недолгой опалы в 1691—
1692 гг.12 При этом, по мнению историка, в рассказе о Зем-
ском соборе 1550 г. следует видеть политический памфлет,
в котором, описывая события середины XVI в., автор обличает
реалии современной ему эпохи.13 * Однако, как отметил Авто-
кратов, в своем родословии, поданном в Палату родословных
дел в 1686 г., Колтовские не упоминают Ивана Андреевича
Чевкина-Дурново — главного героя генеалогических вставок
Хрущовской Степенной. Если бы предание о нем в то время
бытовало в семействе Колтовских и даже было вписано в Сте-
пенную книгу, то его едва ли обошли бы молчанием при подаче
родословия в Палату родословных дел, где подобные экскур-
сы были вполне уместны. Отсутствие Чевкина в родословии
Колтовских позволяет предположить более позднее происхо-
ждение легенды о нем. С. О. Шмидт полагал, что вставки сде-
ланы последним владельцем рукописи, мужем внучки С. С. Кол-
товского А. Ф. Хрущовым, который известен как любитель
истории и сотрудник В. Н. Татищева. А. Ф. Хрущов входил
в ближайшее окружение кабинет-министра А. П. Волынского
(и даже был казнен вместе с ним в 1740 г. как его «конфи-
11 Васенко П. Г. Хрущевский список Степенной книги и известие о Зем-
ском соборе 1550 года // ЖМНП. 1903. Апрель. С. 386—400.
12Основанием для такой датировки служит и еще одно обстоятельство:
в рассказе о Земском соборе возраст Ивана Грозного указан ошибочно —
20 лет вместо 17-ти. В 1691 г. Петру I было как раз 20 лет.
13Автократов В. Н. «Речь Ивана Грозного 1550 года» как политический
памфлет конца XVII века // ТОДРЛ. М.; Л., 1955. С. 255—279.
434
Ложные ссылки
дент»), где поощрялись исторические штудии, подчас с эле-
ментами вымысла и даже фальсификации.14 С. Б. Веселов-
ский также считал, что вставки в Хрущовскую Степенную
связаны с деятельностью Хрущовых.15 Так, вставка о Чевки-
не отражает генеалогические интересы Колтовских, с которы-
ми у Хрущовых были связи по службе.16 Вставка же об Ада-
шеве, возможно, указывает на генеалогию самих Хрущовых,
которые среди своих предков числили упомянутого в Тысячной
книге Евстафия Степановича Адаша.17 По мнению В. Н. Авто-
кратова, то обстоятельство, что бумага вставных листов дати-
руется концом XVII в., указывает на время С. С. Колтовско-
го, поскольку к Хрущовым, а именно к А. Ф. Хрущову, руко-
пись попала уже в XVIII в. с приданым его жены. Кроме того,
у Автократова вызвала сомнение актуальность генеалогиче-
ских фальсификаций после царских указов начала XVIII в.,
направленных на искоренение местничества.18 Однако один
из вставных листов (л. 465) имеет филигрань середины
XVII в. — изображение головы шута.19 Если принять предпо-
ложение о фабрикации вставок в конце XVII в., то трудно
объяснить, почему помимо новой бумаги использовали один
лист бумаги старой. Если же вставки датировать 20—30-ми гг.
XVIII в., то использование разновременной бумаги вполне
объяснимо: для изготовления фальсификата «под старину» и
бумагу подбирали старую, хотя и относящуюся к разному
времени. Как было показано выше, ближайший аналог встав-
кам в Хрущовскую Степенную, Трегубовская Степенная, да-
Шмидт С. О. Челобитенный приказ в середине XVI столетия // Извес-
тия АН СССР. Серия истории и философии. 1950. Т. 7. № 5. С. 446, при-
меч. 10. С. О. Шмидт отметил также, что в семейных преданиях Хрущовых
упоминается один из представителей их рода, записавший в 1547 г. речь
Грозного о назначении Адашева окольничим. В. Н. Автократов совершенно
резонно указал на «Историю» Карамзина как источник этой информации
(Автократов В. Н. «Речь Ивана Грозного 1550 года» как политический
памфлет конца XVII века. С. 263).
^Веселовский С, Б. Исследования по истории опричнины. М., 1963.
С. 246—247.
1вТам же. С. 247.
17Там же. С. 251.
18Автократов В. Н. «Речь Ивана Грозного 1550 года» как политический
памфлет конца XVII века. С. 266.
19Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 434.
435
Глава 10
тируется не концом XVII в., а 30-ми гг. XVIII в. Правда, в на-
стоящее время не удается объяснить появление рассказа о Зем-
ском соборе 1550 г. Здесь важно подчеркнуть, что в XVIII в.
Степенная книга становится объектом генеалогических фаль-
сификаций . Фальсификаторов привлекала исключительно
высокая авторитетность Степенной книги.
Одна ложная ссылка обнаружена в материалах полемики
со старообрядцами, которая получила известность из-за фаб-
рикации двух поддельных рукописей — Соборного деяния на
еретика Мартина мниха (якобы XII в.) и Потребника мит-
рополита Феогноста (якобы XIV в.). Разоблачая эти поддел-
ки, старообрядцы-поморы составили ставшие знаменитыми
не только в старообрядческой среде Поморские ответы, в ко-
торых ссылались на Степенную книгу, доказывая, что цер-
ковный собор XII в. на еретика Мартина в реальности не су-
ществовал (см. гл. 8). В Поморских ответах акцент ставился
на авторитетности Степенной книги. К тому же апеллировали
и противники старообрядцев. Продолжая полемику после со-
ставления второй редакции Поморских ответов, текст кото-
рой старообрядцы вручили приехавшему на Выг для дискус-
сии иеромонаху Неофиту, со своим обличением старообрядче-
ства выступил известный богослов петровской эпохи тверской
архиепископ Феофилакт Лопатинский. Его труд «Обличение
неправды расколническия», который был написан в 20-е гг.
XVIII в., увидел свет лишь в 1745 г. Полемизируя со старооб-
рядцами относительно древности и каноничности формы кре-
ста, количества просфор на литургии и пр., Феофилакт под-
креплял свои утверждения ссылками на источники. В прило-
жении он поместил выписку из Степенной книги с весьма
характерным заглавием: «Выписано стариннаго писма из кни-
ги Степенной лицовой благоверных князей от лет 6887-го».20
Остается непонятной указанная здесь дата, поскольку в основ-
ном тексте выписки фигурируют события, совершившиеся
в другие годы. 6887 (1379) г. не может быть и датой написа-
ния списка Степенной книги, так как тогда этого памятника
2Q Феофилакт Лопатинский. Обличение неправды расколническия, по-
казанный во ответах выгорецких пустосвятов на вопросы честнаго иеромо-
наха Неофита. М., 1745. Вторая фолиация, л. 58—59. Этот случай ложной
ссылки на Степенную книгу указан нам О. А. Белобровой.
436
Ложные ссылки
еще не существовало. Впрочем, почти все указанные в выпис-
ке даты ошибочны. Выписка повествует о следующих четы-
рех событиях древнерусской истории: приход к Сергию Радо-
нежскому посольства с дарами от константинопольского пат-
риарха Филофея, перенесение из Константинополя в Киев
иконы Владимирской Богоматери, перенесение из Суздаля
в Москву Страстей Господних и встреча Михаилом Александ-
ровичем Тверским митрополита Киприана. Как видно из ком-
ментариев, все эти сюжеты в источнике выписки, лицевом
списке Степенной книги, сопровождены миниатюрами. На
каждой из них якобы фигурирует четырехконечный крест.
Изображения крестов приводятся на поле выписки и сопрово-
ждаются следующими комментариями: «А оный иже прине-
сен на благословение крест имуще вид сицев», «А на оном при-
несении святаго образа был крест сицевым видом», «А на оном
сретении имуще крест вид сицев», «А на оном сретении иму-
ще крест вид таков». В последнем случае при описании ли-
тургии, отслуженной митрополитом Киприаном, на миниа-
тюре оказались изображенными и пять просфор, их изобра-
жение также помещено на поле, а в основном тексте читается
следующий комментарий: «А на проскомисании святаго Кип-
риана митрополита было пять просфор в божественной литур-
гии, которыя в лицах изображены самовидно имущим смысл
без всякаго прилога, а не седмь просфор». Форма изображен-
ных на полях крестов напоминает таковые на миниатюрах
Лицевого свода. Но возможность того, что под лицевой Сте-
пенной книгой здесь имеется в виду один из томов Лицевого
свода, принять нельзя. В случае с перенесением иконы Вла-
димирской Богоматери в нашем распоряжении есть парал-
лельный текст Лицевого свода, который в этом месте следует
как раз Степенной книге. Есть там и две миниатюры: на одной
показан вынос иконы из Константинополя и перевозка ее че-
рез море на корабле, а на другой — встреча иконы в Киеве.
Ни на одной из них нет изображения креста (БАН, 31.7.30,
т. 2, л. 468 об.—469). При этом, как указывалось выше, крест
на миниатюрах Лицевого свода встречается. Будь в распоря-
жении Феофилакта Лицевой свод, он сослался бы на те ми-
ниатюры, где крест изображен, а не на те, где креста нет.
Имелся ли у Феофилакта лицевой список Степенной кни-
ги, который в настоящее время неизвестен? Или же приве-
437
Глава 10
денный в выписке текст составлен для книги Феофилакта,
и ссылка на лицевую Степенную ложна? Для ответа на эти
вопросы обратимся к тексту выписки непосредственно.Пер-
вый сюжет — посольство византийского патриарха к Сергию
Радонежскому. В его описании совмещены два рассказа Сте-
пенной книги: о присылке патриархом Филофеем креста и
поминального вклада по душе умершего Сергия с повелением
написать его житие и благословении митрополитом Алексием
Сергия крестом и парамандом. Во втором сюжете Сергий по-
началу отказывается от даров, но затем из послушания их
принимает. В выписке патриарх присылает дары живому
Сергию, который сначала от них отказывается, а потом при-
нимает. От первого сюжета осталось только непонятное в дан-
ном контексте упоминание «о составлении общаго жития»,
а от второго — указание на то, что Сергий после отъезда гре-
ческого посольства отправился пешком к митрополиту Алек-
сию: «Ив той час сам взем поминки и грамоту патриаршу и
пеш поиде ко блаженному Алексию митрополиту во град Мо-
скву. Бяше же блаженный Сергий и до великия старости
труды любляше и николи же на коне ездяше, но пеш хожда-
ше». При сопоставлении текстов становится понятным, что
выписка здесь содержит не подлинный текст Степенной,
а вольную компиляцию из фрагментов 5-й главы XII грани и
7-й главы XI грани:
Выписка	Степенная книга
В лето 6890 о составлении общаго жития. По сих же приидоша греки от Константиня града ко святому Сер- гию в монастырь, от Филофеа патри- арха цареградскаго и даша ему благо- словение от патриарха крест и пара- манд и схиму и грамоту.21	и како Филофей, патриарх Цареград- ский, приела к нему драгий крест и прочая поминки и повеле ему общее житие составити.22 По сих же он истинный Божий чело- век Алексий митрополит виде себе от старости изнемогшя и к концю уже приближающася, и призва к себе пре- подобнаго игумена Сергиа, иже тогда ему свой монастырь с Богом устраяю- щю. Оному же вскоре пришедшю и беседующим им, и повеле святый Алексий митрополит изнести крест
21 Там же. Вторая фолиация. Л. 58.
22СКДС 473.
438
Ложные ссылки
	с парамандом, златом же и бисером украшен, и дарует святому Сергию. Он же с смирением поклонися, глаго- ля: «Прости мя, великий Христов архиерею, яко от юности моея не бых златоносець, в старости же хощю наи- паче в нищете пребывати». Архиерей же рече ему: «Вем, чадо, яко сиа исправил еси. И ныне сътвори послу- шание и приими от мене данное тебе благословение!» И тако възложи на святаго Сергиа своима рукама зла- тый той крест с парамандом, яко же некое обручение.23
Второй сюжет — перенесение иконы Владимирской Бого-
матери из Константинополя в Киев. В данном случае это дей-
ствительно выписка из вошедшего в Степенную книгу Сказа-
ния о чудесах иконы Владимирской Богоматери, там оно со-
ставляет 24-ю главу XIII грани. Вызывает недоумение дата:
6903 (1395) г., но и ей можно найти объяснение. Выше,
в 23-й главе, идет речь о преставлении великого князя Васи-
лия Дмитриевича в 6933 (1425) г. — эта дата могла быть
неправильно записана, в результате чего получилась дата
6903 г. В остальном текст выписки в пределах рассматривае-
мого сюжета точно соответствует тексту Степенной книги:
«В лето 6903 августа в 26 день сице и сий целбоносный образ
Владычицы Богородицы некогда от Палестины в Царствую-
щем граде пребываше и от царствующаго града в едином ко-
рабли с Пирогощею купцем в нашу Русскую землю в град Киев
принесен бысть ко благочестивому великому князю Георгию
Владимировичу Долгорукому Манамашу, внуку Всеволожу,
правнуку Ярославлю, праправнуку равноапостолнаго Влади-
мира, просветившаго всю землю Русскую святым креще-
нием».24 Следующий сюжет, рассказ о перенесении в Москву
из Суздаля Страстей Господних, представляет собой передел-
ку текста Степенной книги: «В лето 6907 изобретени быша
Страсти Господа нашего Иисуса Христа, их же некогда при-
23СКДС 425.
Феофилакт Лопатинский. Обличение неправды расколническия...
Л. 58—58 об. Ср.: СКДС 485, 486.
439
Глава 10
несе боголюбивый епископ Дионисий Суздалский из Царягра-
да, премногою ценою искупив, а и многою верою и любовию
приобрете я и великим трудом оттуду принесе я. Потом же
неколико время во граде Суздале сокровены быша в каменной
стене церковней заздани быша, сея же весны обретени быша,
и несоша их на Москву. Сретоша же их честно со кресты весь
чин священнический и весь град».25 Характерно, что здесь,
так же как и в остальных случаях, неправильно указана дата:
6907 (1399) г. вместо 6909 (1401) г. В остальном этот рассказ
отличается от источника лишь перестановкой фраз и незначи-
тельным распространением текста. Наконец, четвертый сю-
жет, о встрече Михаилом Ярославичем Тверским митрополита
Киприана, вообще не имеет соответствия в Степенной книге.
Здесь автор Выписки явно обратился к другому источнику:
«Срете сам князь великий Михаил Александровичь Тферский
Киприана митрополита с детми своими и с братаничи своими
и с бояры на Перемире, и оттуду поидоша ко граду, и усрето-
ша их со кресты пред враты володимерскими у церкви свята-
го мученика Георгиа, и целоваста святыя кресты и честную
икону Пречистыя Богородицы. И одеяся Киприан митропо-
лит во святительскую одежду и нача пети молебен великому
Спасу и Пречистей Его Матери Богородице, и вниде в церковь
великаго Спаса и повеле заклати агнец и нача служити свя-
тую литургию».26 В целом, можно утверждать, что рассмот-
ренное произведение не является собственно выписками
из какого-либо списка Степенной книги: в нем скорее можно
видеть текст, составленный на основе Степенной книги. Оче-
видна и цель создания этого текста — подтвердить мнение
Феофилакта о древности и исконности четырехконечного
креста и пяти просфор. Для этого недостаточно было ссылки
на Степенную книгу, следовало поместить изображения «пра-
вильных» крестов. Отсюда, видимо, и возникла идея сослать-
ся на лицевой список Степенной книги, где якобы такие изо-
бражения имеются. Здесь замечателен выбор в качестве авто-
ритетного текста именно Степенной книги. Это неслучайно.
Произведение Феофилакта было направлено против Помор-
25Феофилакт Лопатинский. Обличение неправды расколническия...
Л. 58 об. Ср.: СКДС 480.
26Там же. Л. 59.
440
Ложные ссылки
ских ответов, в которых старообрядцы также ссылались на
Степенную книгу. Степенная, таким образом, стала априори
авторитетным текстом, ссылка на который воспринималась
обеими спорящими сторонами как весомый аргумент.
Не следует думать, что ложные ссылки на Степенную книгу
использовали только новообрядцы. Две таковые удалось обна-
ружить и в старообрядческой литературе. В сборнике 20-х гг.
XIX в. БАН, собр. В. Г. Дружинина 61327 в начале кодекса
помещено Сказание о чудотворных иконах Богоматери, в за-
главии которого указано: «Выписано из Степенныя книги»
(л. 1). Списков Степенной книги, имеющих в составе допол-
нений названное Сказание, не известно. И все же в этом слу-
чае можно предполагать не сознательную ложь, а ошибку со-
ставителя. Относительно рукописи РНБ, НСРК Q.283 таких
сомнений быть не может. Эта старообрядческая рукопись вто-
рой половины XIX в. содержит одно произведение историо-
графического характера, повествующее об истории старооб-
рядчества (оно начинается даже с предыстории — с кончины
патриарха Иосифа) до 1850 г. Оно имеет следующее самона-
звание: «Хронограф литовский сиречь летописец степенный
древлеправославнаго христианства от сотворения мира лето
7160, а от Рожества Христова 1660 года, по европейски же
1652 года» (л. 1). Совершенно очевидно, что данный текст ни-
какого отношения к Степенной книге не имеет. При этом пе-
ред нами не совсем ложная ссылка. Здесь скорее стремление
включить в название произведения формулировку, которая
повысила бы авторитетность созданного текста.
Два случая ложной ссылки на Степенную книгу обнаруже-
ны в материалах, относящихся к местной истории. В гл. 9
описано составление Костромского жития князя Георгия Все-
володовича. Кроме Пространной редакции этого текста, суще-
ствует еще его краткий вариант. Он известен в двух списках.
Первый хранился в Государственном архиве Костромской
области и сгорел в 80-е гг. XX в.28 Второй список обнаружен
27Филигрань: буква М с белой датой «1821» — вид: A History of russian
handpapermills and their watermarks by Z. V. Uchastkina. Hilversum, 1962.
№ 307 (1821 r.).
28Коллекция рукописей Государственного архива Костромской области.
Кострома, 1964. С. 29. № 151 (156).
441
Глава 10
нами в собрании Саратовского университета в рукописи вто-
рой четверти XVIII в.: СГУ 1413 (л. 201 об.—203). В нем пове-
ствование доведено до битвы на Калке. В заглавии обоих спи-
сков читается: «Выписано из Степенной книги». Текст Жития
представляет собой сокращение Пространной редакции, кото-
рая, как показано в гл. 9, составлена на основании Жития
Александра Невского редакции Ионы Думина с привлече-
нием Степенной книги и летописного источника. Сокращения
касаются всего текста Пространной редакции, их характер
удобнее всего показать на примере заимствования из Степен-
ной книги. Начинаются оба текста с летописного известия
о смерти Владимира Мономаха (в Пространной редакции перед
ним краткое агиографическое вступление, которого в Крат-
кой редакции нет). Далее следует заимствование из Степен-
ной книги, которое в Пространной редакции приведено в бо-
лее полном виде, а в Краткой — в усеченном:
Степенная книга	Пространная редакция	Краткая редакция
По преставлении убо ве- ликаго князя Владимира Манамаха Русьское цар- ство нача разделятися на многыя начала. Прьвона- чальство же киевьское и с честию преходити на- чинашеся инамо...29	По смерти же его Российское царство нача разделятися на мно- гия начала, первоначаль- ство же киевское ис чес- тию преходити начина- йте.	По смерти же его Российское царство нача разделятися на мно- гия начала.30
Подобных примеров можно привести довольно много. Здесь
важно подчеркнуть, что Краткая редакция Костромского жи-
тия Георгия Всеволодовича является не выпиской из Степен-
ной книги, а сокращением Пространной редакции Жития.
По-видимому, это сокращение было сделано в том же Макарь-
евом Унженском монастыре, где написали и Пространную
редакцию, на что указывает следующая деталь. При описа-
нии путешествия Георгия Всеволодовича по Волге, а далее
берегом вглубь леса, в результате чего была обретена икона и
основан Юрьев Поволжский, в Пространной редакции отме-
чено, что князь переправился через Волгу в том месте, где на-
29СКДС 227.
30СГУ 1413, л. 201 об.
442
Ложные ссылки
ходится заводь, «яже ныне зовется его бытия ради Юрьева».31
В Краткой редакции здесь вставлено уточнение (что для этого
текста редкость, поскольку он по преимуществу сокращает
Пространную редакцию): «и от того времени заводь сия нача
зватися Юриева заводь».32 Как отмечено в гл. 9, Юрьева за-
водь — один из топонимов в окрестностях Юрьевца. С какой
же целью в Макарьевом Унженском монастыре, сократив
Житие Георгия Всеволодовича, приписали к его тексту лож-
ную ссылку на Степенную книгу? Обратим внимание, что
центральное место в сокращенном тексте занимает легенда
об основании Георгием Всеволодовичем Юрьевца Поволжско-
го, причем она сокращению почти не подверглась. Остальной
же текст Жития представляет собой краткие выписки из Про-
странной редакции. Даже описание трагической гибели князя
на поле брани в Краткой редакции отсутствует. Можно пред-
положить, что этот текст составлялся для отправки в Юрье-
вец, где, кстати, подобный и бытовал по крайней мере до се-
редины XIX в. В бумагах костромского краеведа М. Я. Диева
дошла до нас записка, составленная в 1819 г. юрьевецким
протоиереем А. Медиокритским и посвященная истории го-
рода. В ней приведена подробная выписка из Жития Георгия
Всеволодовича, касающаяся основания Юрьевца.33 По-види-
мому, Леонтию Павлову требовалось придать достоверности
им же литературно обработанной легенде, поэтому в заглавии
и была проставлена ложная ссылка на Степенную книгу.
Другой случай ложной ссылки на Степенную книгу встре-
чаем в местной традиции Торопца. Эта ссылка также аутен-
тизирует легенду, которая связана с происхождением дейст-
вительно древней Торопецкой иконы Богоматери.34 Историки
русской церкви и искусствоведы неоднократно упоминали и
описывали этот замечательный памятник церковного искус-
ства. До 1921 г. икона находилась в соборной церкви г. То-
ропца, потом до 1936 г. — в Торопецком краеведческом му-
31 Путь к граду Китежу. С. 129.
32СГУ 1413, л. 202 об.
33РНБ, собр. А. А. Титова, 4008, л. 281 об.—282.
34Сиренов А. В. Легенда о Торопецкой иконе Богоматери // Вестник
Санкт-Петербургского университета. Серия 2. История. 2009. Вып. 1.
С. 3—11.
443
Глава 10
зее, а затем поступила в Русский музей.35 Внушительный
по размерам (82,5x60,3 см) образ Торопецкой Богоматери Оди-
гитрии, по оценке искусствоведов, наиболее близок к иконам
псковской школы XIV в.36 Однако дошедшая до нас легенда
о его происхождении существенно противоречит такой дати-
ровке.
Впервые историю торопецкой иконы изложил священник
торопецкой Покровской церкви П. Иродионов в изданном им
в 1778 г. очерке истории Торопца. Там читаем: «1239 года он
же, Ярослав, в городе Торопце сына своего князя Александра
Ярославича (который после назван Невским) свадьбу торже-
ственно отправил, взяв ему в жену дочь князя полоцкого Бря-
числаву, которая, как сказывают, принесла с собою образ
Пресвятыя Богородицы Ефесския и оставила оный в Торопце,
где и ныне находится в Богородичном соборе, почитаем чудо-
творным и проименован Корсунским».37 Здесь встречаем,
во-первых, ссылку на устный источник — «как сказывают»,
а во-вторых, два взаимоисключающих наименования иконы —
Эфесская (т. е. происходящая из малоазийского города Эфе-
са) и Корсунская (т. е. происходящая из Херсонеса Тавриче-
ского). Некоторую ясность внес М. И. Семевский, известный
историк и уроженец Торопца, посвятивший его истории свою
первую книгу: «В Степенной книге любопытные могут найти
историю этой иконы. Ею благословил греческий император
Мануил полоцкую княжну Ефросинию в 1170 году. Икона
находилась в Ефесе и Корсуне (и Херсоне), по преданию, она
писана евангелистом Лукою. Княжна Прасковья, жена Алек-
сандра Невского, была внукою Ефросиньи Полоцкой».38 По-
лучается, что Торопецкая икона в 1170 г. из Эфеса была при-
351Палина И. А. Богоматерь Эфесская—Полоцкая—Корсунская—Торопец-
кая: исторические имена и архетип чудотворной иконы // Чудотворная ико-
на в Византии и Древней Руси / Ред.-сост. А. М. Лидов. М., 1996. С. 214.
36«Пречистому образу Твоему поклоняемся...» Образ Богоматери в про-
изведениях из собрания Русского музея. СПб., 1995. С. 181.
37Исторические, географические и политические известия, до города То-
ропца и его округи касающиеся / Собраны из российских летописей и дос-
товерных свидетельств того же города Покровской церкви священником
Петром Иродионовым. СПб., 1778. С. 16.
38Торопец, уездный город Псковской губернии. 1016—1864 гг. / Очерк
М. И. Семевского. СПб., 1864. С. 6, примеч.
444
Ложные ссылки
везена в Полоцк, а оттуда в 1239 г. — в Торопец. Неясным
представляется только указание Семевского на пребывание
иконы в Херсонесе (Херсон здесь указан либо ошибочно, либо
как другой вариант названия Херсонеса в Средневековье). Ви-
димо, оно проистекает из попытки объяснить второе название
иконы — Корсунская. Упомянул Семевский и рукописный
сборник из библиотеки Торопецкого собора, посвященный чудо-
творной иконе. Подробнее об этой рукописи написал в своем
труде настоятель собора В. Д. Щукин. Самым замечательным
произведением Торопецкого сборника следует считать Чудо
Торопецкой иконы об избавлении Торопца от поляков в Смут-
ное время. Это повествование Щукин опубликовал почти пол-
ностью. Кроме того, он привел заимствованное из полоцкой
краеведческой литературы второй половины XIX в. предпо-
ложение, что перед захватом Полоцка войсками Стефана Ба-
тория в 1579 г. монахини основанного Евфросинией Полоц-
кой монастыря перенесли Эфесскую икону в Торопец.39 Отме-
тим, что это предположение, которое Щукин неоправданно
называет «преданием, сохранившимся в Полоцке», могло
появиться под влиянием трудов П. Иродионова и М. И. Се-
мевского, поскольку фигурирует в книге, изданной в 1888 г.
Более обстоятельно легенду о Торопецкой иконе рассмотрел
другой торопецкий краевед, И. Побойнин. Он обратился к хра-
нившемуся в торопецком соборе рукописному сборнику и отме-
тил, что «составитель сборника вздумал разрешить интересо-
вавший всех вопрос о времени перенесения иконы из Полоц-
ка и, делая касающиеся истории Торопца выписки из Степен-
ной книги, совершенно произвольно позволил себе в одном
месте этого сборника (л. 67) сделать вставку».40 Исследова-
тель сопоставил текст Степенной книги с выписками из нее
в составе Торопецкого сборника. Оказалось, что при описании
женитьбы Александра Невского в сборнике следует отсут-
ствующее в Степенной книге известие о принесении невестой
39Корсунско-Богородицкий собор в городе Торопце Псковской епархии /
Заметки настоятеля собора свящ. Владимира Дмитриевича Щукина.
СПб., 1894. С. 97.
40 Торопецкая старина. Исторические очерки города Торопца с древней-
ших времен до конца XVII века / Исследование Ивана Побойнина / Издание
ОИДР. М., 1902. С. 122.
445
Глава 10
Александра из Полоцка Эфесской иконы.41 Побойнин указал
и на отсутствие каких-либо упоминаний об иконе или посвя-
щенной ей церкви в Писцовой книге 1540 г. Источники
XVII в. икону знают, но называют ее не Эфесской, а Корсун-
ской. Вывод, сделанный исследователем из приведенных дан-
ных, обескураживает. По мнению Побойнина, легенду о при-
несении иконы из Полоцка следует признать достоверной.
Неправильно лишь относить это событие к 1239 г. Побойнин
отдает предпочтение «полоцкому преданию» о перенесении
иконы в 1579 г.42 Такой итог в изучении легенды о Торопец-
кой иконе вполне согласуется с историографической ситуа-
цией дореволюционного периода: данные легенды некритиче-
ски приводили в своих трудах митрополит Макарий (Булга-
ков) и авторы многочисленных церковных изданий.43
Новая волна исследовательского интереса к Торопецкой
иконе связана с ее реставрацией в мастерских Русского музея.
К 60-м гг. XX в. древняя живопись иконы была, наконец,
раскрыта из-под позднейших записей. Проведенное исследо-
вание в рентгеновских и инфракрасных лучах позволило со-
ставить представление о технических особенностях живопи-
си. Г. И. Вздорнов указал ближайшие аналоги Торопецкой
иконы — памятники псковской иконописи XIV в., вследст-
вие чего исследователь включил рассматриваемый памятник
в число псковских икон XIV в.44 Эти наблюдения были по-
вторены и развиты в статье В. К. Лауриной.45 Таким образом,
41Торопецкая старина. С. 123—124. Побойнин привел еще одно добавле-
ние к тексту Степенной книги, касающееся помощи Эфесской иконы при
победе Александра Невского над литвой, а также отметил, что есть и другие
добавления (Там же. С. 124).
42То обстоятельство, что икону в XVII в. называли исключительно Кор-
сунской, получает следующее объяснение, которое трудно счесть удовлетво-
рительным: «в старину Корсунскими назывались привезенные греческие ико-
ны, в домонгольское время „корсунская“ значило „хорошая"» (Там же. С. 122).
43Макарий (Булгаков), митпр. История русской церкви. М., 1995. Кн. 2.
С. 329; Словарь исторический о святых, прославленных в российской церк-
ви, и о некоторых подвижниках благочестия, местно чтимых. СПб., 1862.
С. 89 и др.
44Вздорнов Г. И. Живопись // Очерки русской культуры XIII—XV вв.
М., 1970. Ч. 2. Духовная культура. С. 261.
45Лаурина В. К. Новые атрибуции произведений псковской иконописи //
Памятники культуры. Новые открытия. Ежегодник. 1989. М., 1990.
С. 187—188.
446
Ложные ссылки
в настоящее время можно утверждать, что Торопецкая икона
по стилю и техническим особенностям ближе всего стоит
к псковской иконописи XIV в., и датировать ее другим време-
нем оснований не имеется.46
В 90-е гг. XX в. к исследованию Торопецкой иконы обра-
тилась И. А. Шалина. Ее статья представляет собой попытку
примирить все существующие противоречия относительно
атрибуции и истории бытования иконы. Шалина признает,
что икона датируется XIV в. и была написана псковским мас-
тером. В то же время исследовательница склонна доверять ле-
генде о Торопецкой иконе, т. е. она отождествляет Торопец-
кую икону с Полоцкой Эфесской. Вслед за И. Побойниным
Шалина отвергает историю о принесении иконы невестой
Александра Невского из Полоцка в Торопец и полагает, что
икона была принесена в Торопец позже, перед завоеванием
Полоцка войсками Стефана Батория в 1579 г. В Полоцке же,
по мнению Шал иной, и была написана эта икона как копия
древней Эфесской, а произошло это в 40-е гг. XIV в., когда
Полоцк и Псков были в подчинении литовского князя Андрея
Ольгердовича и вследствие этого фактически входили в со-
став одного государственного образования.47 И даже для явно
недостоверного с ее точки зрения известия легенды, о прине-
сении иконы в Торопец невестой Александра Невского, Ша-
лина находит историческую основу. По ее мнению, здесь
источник легенды — история Федоровской иконы Богоматери,
заказанной, согласно предположению С. И. Масленицына,
князем Ярославом Всеволодовичем в 1239 г. к свадьбе Алек-
сандра Невского.48 Несмотря на то, что статья Шалиной со-
46Особняком стоит мнение Н. А. Никифораки, которая на основании
обследования иконы в инфракрасных лучах предложила датировать ее XII в.
(Никифораки Н. А. ЭОП и атрибуция произведений искусства // Искусство.
1966. № 10. С. 49—51). Это предположение было аргументированно опро-
вергнуто О. В. Голубевой (Голубева О. В. Исследование икон XIII—XIV ве-
ков из собраний Русского музея // Технологические исследования в Рус-
ском музее за 20 лет: Сб. науч. ст. СПб., 1994. С. 17—19).
47Шалина И. А. Богоматерь Эфесская—Полоцкая—Корсунская—Торопец-
кая... С. 223.
48Там же. С. 212. С предположением С. И. Масленицына (см.: Маслени-
цын С. И. Икона «Богоматери Федоровской» 1239 г. // Памятники куль-
туры. Новые открытия. Ежегодник. 1976. М., 1977. С. 155—166.) согла-
447
Глава 10
держит ряд ценных наблюдений,49 ее основной тезис пред-
ставляется малоубедительным. Торопец — город, издревле
тяготевший к Пскову, здесь в Средневековье вполне могла по-
явиться икона псковского письма. Это менее объяснимо для
Полоцка, находящегося в другом культурном регионе. Чтобы
предпочесть иную ситуацию (псковская икона из Полоцка
случайно попадает на Псковщину), нужны веские аргументы.
В данном случае единственным источником оказывается ле-
генда, известная по рукописи XVIII в. из собрания Торопец-
кого собора. Шалина считала эту рукопись утраченной. И дей-
ствительно, в послереволюционное время о ней нет никаких
упоминаний. Пропавшую рукопись обнаружила А. А. Рома-
нова в собрании петербургского коллекционера Н. Я. Колобо-
ва в РНБ и ввела ее вторично в научный оборот.50 Таким обра-
зом, сейчас мы имеем счастливую возможность обратиться
к источнику рассматриваемой легенды непосредственно.
Этот сборник (РНБ, собр. Н. Я. Колобова 143), датируе-
мый серединой XVIII в.,51 включает тексты о почитании Торо-
пецкой иконы Богоматери: службу Богородицы Одигитрии
(л. 1—30), Сказание о чуде иконы Торопецкой Богоматери
в Смутное время (л. 31—56 об.), выписку из Жития Нила
Столбенского о чудесном исцелении от Торопецкой иконы и
мощей св. Нила (л. 57—58 об.), выписки из Степенной книги
об истории Торопца (л. 58 об.—70) и запись о жалованных
грамотах Торопецкому собору (л. 71—71 об.). Рукопись дош-
ла до нашего времени в плохой сохранности. Видимо, при из-
готовлении чернил была превышена доля железа, и чернила
к настоящему времени во многих местах «прожгли» бумагу
ситься не представляется возможным ввиду его неаргументированности
(Сиренов А. В. Легенда о Торопецкой иконе Богоматери. С. 8—10).
49Например, важным представляется замечание, что находившаяся
в XVII в. в Полоцке богородичная икона, принимаемая за Эфесскую, в част-
ности, Симеоном Полоцким, в реальности была принесена в Полоцк при
Иване III (Там же. С. 210—211).
50Романова А. А. Чудо о иконе Богоматери Корсунской Торопецкой //
Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 3 (XVII в.). Ч. 4. Т—Я.
Дополнения. СПб., 2004. С. 264—265.
51 Филигрань Pro Patria с контрамаркой «АЕ» — вид: A History of russian
handpapermills and their watermarks by Z. V. Uchastkina. № 792 (1756 r.),
№ 793 (1757 r.)
448
Ложные ссылки
насквозь — так, что отдельные слова не читаются.52 Обратим
внимание на приписки к основному тексту рукописи, сделан-
ные почерком XIX в. На свободных от основного текста лис-
тах в конце рукописи разными почерками сделаны записи
об исцелении от Торопецкой иконы в 1826 г. (л. 72—72 об.),
молитва Пресвятой Богородице (л. 74—74 об.), запись об эпи-
демии холеры в 1831 г. (л. 75—76). По-видимому, эти припис-
ки не одновременны. Кроме того, можно думать, что основной
текст рукописи был написан не в один прием. Так, завер-
шающий повествование о чуде Торопецкой иконы в Смутное
время сюжет с пожалованием напрестольного креста написан
более убористо, чем предыдущий текст и занимает как раз
часть страницы до следующего текста, написанного также бо-
лее размашисто. Видимо, это известие писец рукописи впи-
сал, когда основной текст был уже готов. Отсюда видно, что
рассматриваемая рукопись представляет собой не копию бо-
лее раннего протографа, а оригинальный, составленный авто-
ром рукописи сборник. В Чуде Торопецкой иконы в Смутное
время читается ссылка на «графову историю», в которой идет
речь о захвате турками Константинополя. Идентифицировать
эту «историю» пока не удалось, но несомненно, что она отно-
сится к XVIII в.,53 а это, в свою очередь, указывает на созда-
ние данного текста в XVIII в.
Для нас в этом сборнике наибольший интерес представляет
повествование о появлении чудотворной иконы в Торопце.
Оно имеет следующее название: «История от древних лето-
писцев о граде Кривите, иже Старая городища, и обывателех
того кривичех и до преселен [sic!] на острова реки Торопы,
и по той проименован град Торопец, где ныне имеется образ
Пресвятыя Одигитрии Ефейский третей, писан святым апосто-
лом Лукою евангелистом и проименован ныне Корсунский, вы-
писано из радословной [sic!] Степенной книге» (л. 59 об.—60).
Здесь прямо указан источник — Степенная книга. В соответ-
52Впрочем, эта проблема существовала уже в XIX в., поскольку над не-
которыми из таких слов почерком того времени написано их предполагае-
мое значение.
53В первой половине XVIII в. неоднократно издавалась «История Царь-
градская», повествующая о захвате турками Константинополя, но там нет
соответствий цитате из «Графовой истории».
449
Глава 10
ствии с этим указанием в дальнейшем тексте встречаются
ссылки на отдельные разделы Степенной книги. Сам текст
действительно представляет собой выписки из соответст-
вующих глав Степенной книги: из 2-й, 3-й, 41-й глав I грани
(в рукописи эта грань ошибочно названа 10-й), 11-й главы
V грани, 1-й главы VII грани, 2-й главы VIII грани и 6-й гла-
вы XVII грани.
В XVIII в. Степенную книгу нередко привлекали для соз-
дания местных историй (см. гл. 11). В Торопце и его округе
бытовали списки (таковых известно три) довольно редкой раз-
новидности текста Степенной книги.54 Самый ранний из них,
РНБ, собр. СПбДА А—1/91, содержит запись о написании
в 1720 г. Другая запись, более позднего происхождения, сви-
детельствует о том, что в середине XIX в. рукопись принадле-
жала Торопецкому мещанину. После Степенной книги здесь
в некотором сокращении помещена заимствованная из Хро-
нографа в 410 глав компиляция: Первое послание Курбского
Ивану Грозному, письмо Тетерина и Сарызохина боярину
М. Я. Морозову, Первое послание Ивана Грозного Курбскому
и текст Хронографа редакции 1617 г. Это продолжение текста
Степенной книги выписано из созданного на рубеже XVII—
XVIII вв. Хронографа в 410 глав (см. гл. 7). Такой же состав
имеет другой список, первый том которого происходит из со-
брания И. П. Сахарова и ныне хранится в собрании Н. М. Ми-
хайловского (РНБ, Михайловск. Q. 241), а второй том, храня-
щийся в Государственном архиве Тверской области (ГАТО,
ф. 1409, on. 1, № 11), содержит запись скорописью XVIII в.
о принадлежности помещице Елизавете Михайловне Татище-
вой. Как известно, одна ветвь рода Татищевых, к которой отно-
сится и знаменитый историк, в XVIII в. проживала в Псков-
ской губернии — к ней в то время относился и Торопец.
Третий список (РНБ, НСРК F.321) был подарен в Торопце
М. И. Семевскому в 1863 г. Он не содержит никаких допол-
нений к основному тексту Степенной книги, но в остальном
идентичен первым двум спискам.
По-видимому, все три списка связаны между собой, так
как содержат малораспространенный в рукописной традиции
54Сиренов А. В. Степенная книга: История текста. С. 94—95, 484—485.
450
Ложные ссылки
Степенной книги текст Томского извода Краткой редакции,
т. е. они восходят к Томскому списку (ТОКМ, 7903/2). Во вре-
мя митрополита Филиппа Колычева, т. е. в 1566—1568 гг.,
в тексте Томского списка были сделаны приписки о сроках
святительства митрополитов. Торопецкие списки этих припи-
сок не содержат. Это может свидетельствовать либо о восхож-
дении торопецких списков к копии Томского списка, сделан-
ной до появления в нем приписок, либо о сознательном исклю-
чении писцом списка-архетипа торопецкой группы (скорее
всего, им является рукопись СПбДА A-I/91) приписок прото-
графа — Томского списка. Второй вариант представляется
нам более вероятным. Копия Томского списка появилась
в каком-то значительном книжном собрании, где находился и
Томский список, и созданный незадолго до этого Хронограф
в 410 глав.
Итак, в сборнике о Торопецкой иконе использован текст
Степенной книги. Однако, несмотря на заявленное в заглавии
компиляции точное следование своему источнику («...выпи-
сано из радословной Степенной книге»), здесь мы встречаем
ряд отклонений от Степенной книги, причем некоторые
из них весьма значительны.55 В первой выписке (из 2-й и
3-й глав I грани) идет речь о призвании Рюрика и о народах,
плативших дань варягам. Автор нашей компиляции попы-
тался сопоставить древние народы с современными ему груп-
пами населения. Так, чудь он отождествил с немцами, словен
с новгородцами, а кривичей — с торопчанами. По-видимому,
только для последнего отождествления ему и понадобилось
выписывать довольно пространный рассказ о призвании варя-
гов. Здесь следует иметь в виду мнение автора, что в древно-
сти Торопец назывался «град Кривита», о чем он упомянул
в заглавии своей компиляции. Следующая выписка, источни-
ком которой стал текст 41-й главы I грани, повествует о по-
ходе князя Владимира Киевского против печенег, она никак
не связана с историей Торопца. Далее следует обширная вы-
писка из Жития Евфросинии Полоцкой, которая составляет
11-ю главу V грани Степенной книги. Порой выписывая до-
55Эта особенность отмечена И. Побойниным (Торопецкая старина. С. 123—
124) и А. А. Романовой (Романова А. А. Чудо о иконе... С. 265).
451
Глава 10
словно, порой пересказывая своими словами, автор компиля-
ции повествует о рождении, воспитании и пострижении в мо-
нахини св. Евфросинии, о строительстве второго каменного
храма в ее монастыре, причем сам монастырь назван Свято-
Михайловским — этой подробности в тексте Степенной книги
нет.56 Наконец, описано посольство от Евфросинии к визан-
тийскому императору с просьбой прислать в Полоцк одну
из трех написанных евангелистом Лукой богородичных икон
и выполнение императором этой просьбы. В Полоцк была
прислана чудотворная икона из Эфеса. Повествование о Евфро-
синии Полоцкой завершается выпиской о ее предсмертном
паломничестве в Святую землю. Следующая выписка сделана
из 1-й главы VII грани, в ней повествуется о женитьбе Алек-
сандра Невского на дочери полоцкого князя Брячислава, ко-
торая состоялась в Торопце. К тексту Степенной книги автор
компиляции сделал одно существенное дополнение: «Тогда
же княжна Брячиславля дочь ис Полоцька взяв с собою на
брак вышеписанный образ Ефеский Пресвятыя Богородицы,
прои[...]я третий, писанный святым евангелистом Лукою,
и постави его в торопецкой соборной церкви, еже и доныне
тамо с верою приходящим неоскудно исцеление подает»
(л. 68 об.). Этого текста в Степенной книге нет, он был искус-
но интерполирован в цитату из Степенной. Следующие две
выписки (из 2-й главы VIII грани и 6-й главы XVII грани)
касаются военных действий разного времени в районе То-
ропца — Александра Невского и войск Ивана Грозного во вре-
мя Ливонской войны. В обоих случаях к тексту выписок
из Степенной книги было присоединено указание, что победы
совершились благодаря Торопецкой чудотворной иконе:57
«молитвы ради Пресвятыя Богородицы честнаго радя Ея
образа Корсунския» (л. 70 об.), «молитвами святыя Богороди-
56Возможно, перед нами попытка автора компиляции отождествить вто-
рой основанный Евфросинией Полоцкой монастырь с существовавшим не-
когда в Полоцке Михайловским-Городецким монастырем (см.: Материал для
историко-топографического исследования о православных монастырях в Рос-
сийской империи, с библиографическим указателем / Сост. В. В. Зверин-
ский. СПб., 1897. Ч. 3. С. 94. № 1744).
57При описании военных действий XVI в. к тому же указана дата «в лето
же 7070», отсутствующая в тексте Степенной книги.
452
Ложные ссылки
цы Одигитрия, нарицаемыя честнаго образа Корсунския»
(л. 71).
В рассматриваемом тексте искажение цитат имеет принци-
пиальное значение. Если бы все цитаты были приведены
в своем первоначальном виде, в результате не получилось бы
цельного повествования. С другой стороны, изложенная без
ссылок на авторитетный источник легенда о происхождении
Торопецкой иконы не имела бы должной убедительной силы.
Здесь же мы видим подборку цитат из Степенной книги, и со-
мневаться в достоверности приводимых сведений у читателя
как будто нет оснований. Изложенная при помощи цитат
из Степенной книги версия происхождения торопецкой бого-
родичной иконы не лишена противоречий. И главное из них
в том, что торопецкая икона исторически называется Корсун-
ской, т. е. она должна восходить к образу Богоматери, якобы
привезенному крестителем Руси князем Владимиром из Кор-
суни (Херсонеса Таврического). Этот образ, согласно поздне-
средневековой традиции, находился в кремлевском Успенском
соборе, списки с него или одноименные иконы в XVII в. были
распространены в России в целом, а в псковской земле в осо-
бенности. Так, кроме торопецкой известны еще псковская и
изборская иконы Корсунской Богоматери, а также нежин-
ская, написанная в Пскове в первой половине XVIII в.58 При-
везенная из Византии для Евфросинии Полоцкой икона
в Житии святой названа Эфесской, так как происходила
из Эфеса. К Херсонесу она никакого отношения не имела.59
Как показано выше, в прибавлениях к извлеченным из Сте-
пенной книги чтениям автор нашей компиляции называет
икону то Эфесской, то Корсунской. Очевидно, что речь идет
о разных иконах — Эфесской полоцкой и Корсунской торо-
пецкой. Отождествить их вознамерился автор рассматривае-
мой компиляции, и на такую мысль его навело чтение Сте-
58Богоматерь. Полное иллюстрированное описание Ее земной жизни
и посвященных Ее имени чудотворных икон / Под ред. Е. Поселянина.
СПб., 1909. С. 633—637, 640, 643.
59В. Д. Щукин пытался устранить это противоречие, произвольно пред-
положив, что к Евфросинии Полоцкой икону везли из Византии через Хер-
сонес, где она могла краткое время находиться и получить наименование
Корсунской.
453
Глава 10
пенной книги. Действительно, на основании известий Степен-
ной книги подобное отождествление представляется если не
очевидным, то по крайней мере вероятным. Для Евфросинии
Полоцкой из Византии на Русь привозят чудотворную икону
Богоматери, которую та устанавливает в монастырском храме
в Полоцке. Через несколько десятилетий полоцкая княжна
(родственница Евфросинии, так как последняя сама была по-
лоцкой княжной) приезжает в Торопец и выходит там замуж
за Александра Невского, святого князя. Спустя столетия
в Торопце единственной древней реликвией оказывается чу-
дотворная икона Богоматери. Естественно предположить, что
в Торопце оказалась Эфесская икона. Подчеркнем, что такой
ход мысли возможен только на основании известий Степен-
ной книги, так как летописи не содержат Жития Евфросинии
Полоцкой. И здесь ключевой становится фигура Александра
Невского. Полоцкая княжна приехала в Торопец, чтобы вый-
ти замуж за него, будущего святого покровителя Русского го-
сударства. Этот акт в глазах человека XVIII столетия, по-ви-
димому, мог и даже должен был сопровождаться неким зна-
чительным поступком со стороны невесты, которая тем самым
становилась достойной своего жениха. С другой стороны, столь
важное событие в жизни человека как женитьба, в биографии
Александра Невского следовало отметить особенно. Нельзя
упускать из виду и местный патриотизм торопецких жите-
лей, которые в первой половине XVIII в. весьма преуспевали
на торговом поприще. Не так уж богата история Торопца за-
мечательными событиями, чтобы ее любитель равнодушно и
беспристрастно отнесся к факту женитьбы в Торопце Алек-
сандра Невского. Скорее напротив, именно это событие могло
рассматриваться торопчанами в качестве центрального в исто-
рии их города.
Обратим внимание, что в торопецкой исторической тради-
ции XVIII в. ложная ссылка на Степенную книгу была
использована для того же, что и в Костромском житии Геор-
гия Всеволодовича — для придания достоверности местной
легенде, повествующей о далеком прошлом. Возможно, по-
добные случаи ложных ссылок на Степенную книгу будут
обнаружены и в других местных традициях XVIII в. Рассмат-
риваемое явление ложной ссылки в XVIII в. встречалось даже
в научной среде и в традиции официальной историографии.
454
Ложные ссылки
В двух случаях мы имеем дело с наименованием Степенной
книгой произведения, которое ею не является. В гл. 11 наст,
изд. рассмотрен процесс составления и редактирования так
называемой Подробной летописи от начала России до Полтав-
ской баталии. Составленная изначально в 1744 г., эта лето-
пись на протяжении двух десятков лет претерпела существен-
ные изменения. В первоначальном варианте она называлась
Степенной книгой, потому что таково было самоназвание
родословной книги, открывавшей текст Подробной летописи.
При последующем редактировании родословная книга из со-
става летописи была изъята, но заглавие «Книга Степенная»
осталось, и есть все основания думать, что это не случайность,
а осознанное сообщение памятнику официальной историогра-
фии наименования авторитетного исторического трактата.
Другой случай наименования Степенной книгой текста, ко-
торый ею не является, связан с деятельностью астронома
Ж. Делиля. А. Л. Шлецер в своем труде о летописи Нестора
написал, что Делиль привез Степенную книгу во Францию,
и «Дегиней думал, что достал настоящие русские летопи-
си».60 В архиве Ж. Делиля действительно хранится латин-
ский перевод повествования о древнерусской истории под на-
именованием «Степенная книга».61 По-видимому, Шлецер
имел в виду именно этот текст, который в действительности
является не Степенной книгой, а компиляцией из различных
летописных текстов.62
К ложным ссылкам на Степенную книгу можно предполо-
жительно отнести и «выписку» из Степенной книги кабинет-
секретаря барона И. А. Черкасова. Эта выписка была сдела-
на, видимо, по заказу Г. Ф. Миллера, который в своей при-
писке и указал ее источник. Оригинал этого труда (РГАДА,
ф. 199 (Портфели Миллера) № 23) выявил С. О. Шмидт,63
60Нестор. Русские летописи на древле-славенском языке, сличенные,
переведенные и объясненные Августом Лудовиком Шлецером / Пер. с нем.
Д. Языков. СПб., 1809. Ч. 1. Введение. С. 93.
61 France. Archives nationales. 2 J J 71.
62 За указание на эту рукопись и атрибуцию ее текста искренне благода-
рю А. С. Лаврова.
^3Шмидт С. О. У истоков российского абсолютизма: Исследование соци-
ально-политической истории времени Ивана Грозного. М., 1996. С. 73—74.
455
Глава 10
а копию, сделанную для Екатерины II (РНБ, Эрм. 522/1—2) —
Д. Н. Алыпиц.64 Речь идет о довольно пространном сочине-
нии, которое повествует о правлении Ивана Грозного и имеет
со Степенной книгой весьма отдаленное сходство — тематиче-
ское (в обоих памятниках описываются события правления
Грозного), а не текстуальное. В настоящее время известен
список Степенной книги, принадлежавший сыну И. А. Чер-
касова — А. И. Черкасову: РНБ, собр. ОЛДП F. 53. Он тради-
ционен по своему содержанию и не мог быть источником упо-
мянутой выписки.65 Исследователи отмечали, что в выписке
ясно различима рука автора XVIII в., который подверг текст
своего источника значительной переработке.66 По существу,
был составлен вполне самостоятельный текст, но указание на
то, что он является выпиской из Степенной книги, все же
было поставлено — вероятно, для придания этому тексту
большей авторитетности.
Итак, традиция ложных ссылок на текст Степенной книги,
первые проявления которой относятся к последней четверти
XVII в., особенное распространение приобрела в XVIII в. Сле-
дует подчеркнуть, что случаи ложных ссылок встречаются
как в провинциальной, так и столичной историографии, про-
никая даже в академическую среду. Наиболее часто мы стал-
киваемся с желанием придать какому-либо известию досто-
верность путем указания, что это известие заимствовано
из Степенной книги. Такой подход характерен для генеалоги-
ческих материалов, полемических произведений и работ про-
винциальных книжников. Те, кого применительно к реалиям
XVIII в. можно назвать профессиональными историками, чаще
поступали иным образом. Они присваивали название «Сте-
пенная книга» текстам, повествующим о русской истории,
включая древнерусский период. По-видимому, термин «Сте-
пенная книга» представлялся им скорее обозначением жанра
6*Алыииц Д, Н. Источники и характер редакционной работы Ивана Гроз-
ного над историей своего царствования // Труды Отдела рукописей Государ-
ственной публичной библиотеки им. М. Е. Салтыкова-Щедрина. Л., 1957.
Т. 1. С. 139—140.
65 Сиренов А. В. Научное описание выявленных списков Степенной кни-
ги И СКДС. М., 2007. Т. 1. С. 65—66.
66Шмидт С. О. У истоков российского абсолютизма... С. 73—74.
456
Ложные ссылки
исторического повествования, чем названием конкретного
произведения. В любом случае, использование этого названия
или ложная ссылка на него, сделанная в целях аутентизации
недостоверных известий, свидетельствуют об авторитетности
Степенной книги в разных слоях русского общества XVIII в.,
а также отражают становление научно-справочного аппарата
в русской исторической науке.
Глава 11
СТЕПЕННАЯ КНИГА
В ТВОРЧЕСТВЕ ИСТОРИКОВ XVIII в.
В XVIII в. продолжался процесс распространения списков
Степенной книги. Как отмечено в гл. 9, в петровскую эпоху
популярность Степенной существенно возросла, поэтому не
приходится удивляться, встречая в провинциальной историо-
графической традиции факты использования Степенной кни-
ги и даже подражания ее структуре или концепции. Русская
провинциальная историография XVIII в. до настоящего вре-
мени остается малоизученной.1 Вследствие этого не удается
соотнести созданные в провинции летописи и другие сочине-
ния по русской истории с современными им трудами истори-
ков-ученых. Поэтому прежде чем переходить к рассмотрению
роли Степенной книги в творчестве известных историков, при-
ведем в хронологической последовательности отдельные извест-
ные нам случаи использования Степенной книги в историче-
ских трудах, созданных в русской провинции. Активно редак-
тировалась Степенная книга только в Желтоводском монасты-
ре, где в 20-е гг. XVIII в. была составлена Краткая редакция
Латухинской Степенной.
В начале XVIII в. был составлен «Вятский временник»,
автор которого — посадский человек города Хлынова (Вятки)
Семен Федорович Попов. Рукопись Вятского временника в на-
стоящее время утрачена, но текст памятника был опублико-
хСм.: Севастьянова А. А. Русская провинциальная историография вто-
рой половины XVIII в.: Автореф. дис. ... д-ра ист. наук. СПб., 1993.
458
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
ван. Кроме того, в недавно обнаруженном Д. У о рукописном
сборнике вятского происхождения начала XVIII в., как и в ряде
рукописей московских и петербургских хранилищ, имеются
материалы, связанные с составлением Временника и историо-
графической деятельностью С. Ф. Попова.2 Итак, в тексте Вре-
менника присутствуют извлечения из Степенной книги. При-
сутствует и одна ссылка на Степенную книгу: «Тако в Степен-
ных пишет».3 По наблюдению издателя Вятского временника
А. С. Верещагина, заимствования из Степенной книги и Про-
лога были вписаны в рукопись на позднем этапе работы над
ее текстом. Изначально соответствующие строки были остав-
лены без текста. К сожалению, по причине того, что местона-
хождение рукописи неизвестно, это важное наблюдение
невозможно проверить. Большинство заимствований из Сте-
пенной книги невелики по объему. Приведем несколько в ка-
честве примера: «Новогородцы ж, видевше Рюриково добро-
родство и остроумие, и яко пророчествовавше сим, глаголаху
к себе, яко ему подобает державствовати нами и роду его,
и раби ему будем»; «Великий же князь Рюрик в Новеграде
скончася в лето 6387, сына ж своего Игоря, оставша двою
лет, поручи Олгу князю и племяннику своему». Влияние Сте-
пенной книги сказывается в расчете поколений от Рюрика и
Владимира даже для суздальско-нижегородского князя
Дмитрия Константиновича, для которого в Степенной книге
такого расчета не приведено.4 По столь незначительным фраг-
ментам определить особенности текста Степенной книги, по-
служившей источником Вятского временника, едва ли воз-
можно. Известно, что список Степенной книги был в библио-
теке вятского епископа Александра, который вложил его
в Николо-Коряжемский монастырь, судя по вкладной книге,
11 января 7182 (1674) г.5 В это же время, в 70-е гг. XVII в.,
в районе Тотьмы появились два списка Степенной книги, пред-
2Уо Д. История одной книги. Вятка и «не-современность» в русской куль-
туре петровского времени. СПб., 2003.
3 Вятский временник // Труды Вятской ученой архивной комиссии. 1905.
1 мая. Отд. 2. С. 4.
4 Вятский временник. С. 27.
5 Срезневский В. И, Сведения о рукописях, печатных изданиях и других
предметах, поступивших в рукописное отделение Библиотеки имп. Акаде-
мии наук в 1900 и 1901 годах. СПб., 1902. С. 188.
459
Глава 11
ставляющие собой контаминацию старшего извода Пространной
редакции и Краткой редакции: РГБ, ф. 209 (собр. П. А. Овчин-
никова) 490 и РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румянцева) 414. Впол-
не возможно, что они восходят к списку вятского епископа
Александра. Такой же список могли снять и в пребывание его
епископом в Вятке. Однако в Вятском временнике, судя
по всему, использован другой вид текста Степенной книги —
редакции Ионы Думина. На такое предположение наводит са-
мое обширное заимствование из Степенной книги в Вятском
временнике. В нем идет речь о нашествии Батыя, причем
источником здесь была не Степенная книга, а Житие Алек-
сандра Невского редакции Ионы Думина, которое, как прави-
ло, является составной частью редакции Ионы Думина. По-
этому следует предположить, что при составлении Вятского
временника его автор пользовался списком Степенной книги
редакции Ионы Думина. Был ли это список со Степенной
книги епископа Александра или какой-либо другой рукописи
Степенной книги — вопрос открытый. По оценке Д. Уо, бы-
тование в начале XVIII в. свойственных для XVII в. приемов
историографии есть проявление категории «не-современно-
сти», характерное для русской провинции того времени.6
В ярославской традиции использование Степенной книги
фиксируется по Хронографу особого состава РНБ, F.IV.679,
составленному в 1720 г. ярославским священником Федором
Петровичем Раком. В основе этой компиляции — текст Хроно-
графа редакции 1617 г. с включением заимствований из дру-
гих источников, как печатных, так и рукописных: «Генераль-
ной географии» Варения (СПб., 1718) (л. 20), «Географии или
краткого описания земного круга» (СПб., 1715) (л. 615 об.),
«Деяний церковных и гражданских» Ц. Барония (СПб., 1719)
(л. 220 об., 445 об., 446, 454 и др.), «Феатрона» В. Стратемана
(СПб., 1720) (л. 120, 290, 498, 507), Истории о разорении
города Трои (СПб., 1712) (л. 632), Синопсиса И. Гизеля (Киев,
1680) (л. 17, 615 об.), Хроники Дорофея Монемвасийского
(л. 34 об.), Степенной книги (л. 516 об., 615 об., 646 об.),
«Владимирской летописной книги», Келейного летописца
6 Waugh D. С. We have never been modern: Approaches to the Study of Rus-
sia in the Age of Peter the Great // Jahrbiicher fiir Geschichte Osteuropas. 49
(2001). S. 344—345; Уо Д. История одной книги... С. 18, 260, 261 и др.
460
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
Димитрия Ростовского и др. Часть этих выписок совпадает
с текстом другого сочинения — «Описания земноводного кру-
га», составленного рыбинским купцом Василием Крашенинни-
ковым в середине XVIII в. Г. Н. Моисеева предполагала само-
стоятельную составительскую работу Крашенинникова.7 По со-
поставлении его текста с Хронографом Ф. П. Рака видно, что
это не так. Однако едва ли можно утверждать, что Крашенин-
ников имел своим источником сборник Рака, так как в его
труде есть заимствования, подобные указанным выше, но
отсутствующие в сборнике Рака. Поэтому не исключено, что
и Рак не сам составлял данную компиляцию. Отметим, что
этот вопрос требует отдельного исследования. Обратим внима-
ние, что в сборниках Рака и Крашенинникова два рукопис-
ных источника упомянуты с указанием на место хранения —
«большой рукописный Гранограф Спасова Ярославского мо-
настыря» и «Гранограф полудестевой рукописный древняго
Толгского монастыря». По всей видимости, из ярославского
Спасского монастыря происходит и «Владимирская летопис-
ная книга», поскольку его настоятелем до 1700 г. был быв-
ший игумен владимирского Константино-Еленинского мона-
стыря Иосиф, который известен как любитель книжности.8
Скорее всего, он и привез из Владимира в Ярославль летопис-
ный сборник, получивший название «Владимирской летопис-
ной книги». Итак, составитель интересующей нас историче-
ской компиляции, Ф. П. Рак или его предшественник, поль-
зовался двумя ярославскими собраниями — библиотеками
Спасского и Толгского монастырей. Известен список Степен-
ной книги, хранившийся в начале XVIII в. в Толгском мона-
стыре — РГБ, ф. 178 (Музейное собр.) 4651. Эта рукопись
второй четверти XVII в. содержит текст Степенной книги
младшего извода редакции Ионы Думина. В середине—вто-
рой половине XVII в. она бытовала в Холмогорах, о чем сви-
детельствует запись на обороте нижней крышки переплета:
«Сия книга Василия Яковлева, Колмогорские сьезжия избы
7Моисеева Г. Н. Спасо-Ярославский хронограф и «Слово о полку Игоре-
ве»: К истории сборника А. И. Мусина-Пушкина со «Словом». Л., 1976.
С. 19—50.
8 Белоброва О. А. Иосиф // Словарь книжников и книжности Древней
Руси. СПб., 1993. Вып. 3 (XVII в.). Ч. 2. И—О. С. 105—107.
461
Глава 11
подьячего». Эта запись продолжена чернилами другого оттен-
ка: «а продал ярославьцу гостини сотьни торьговому человеку
Григорью Макарьеву сыну Назарьеву», откуда мы узнаем
о перемещении рукописи в Ярославль. Наконец, еще одна за-
пись указывает на попадание рукописи в Толгский мона-
стырь: «Сия книга, глаголемая Степенная, инока Корнилия
Гурьева, отдана в Толской монастырь в церковь Всемилости-
ваго Спаса Нерукотворнаго образа, что у болниц» (по нижне-
му полю л. I, 1—16). После Степенной книги в данной руко-
писи следует текст Космографии Козьмы Индикоплова
(л. 761—802).9 В сборнике же Рака на л. 646 соседствуют те-
матически не совпадающие выписки из Степенной книги и
Космографии. Объяснить это соседство можно тем, что оба
произведения находились в одной рукописи. Таким образом,
одним из источников исторической компиляции, составлен-
ной в первой четверти XVIII в. в Ярославле, был список Сте-
пенной книги из Толгского монастыря Музейн. 4651. Степен-
ная книга использована здесь незначительно. Из нее выписа-
но Сказание о избавлении Москвы от нашествия татар
(из 16-й главы XVI грани) (л. 18—19). Кроме того, на основе
Степенной книги написаны заметки о родословии русских
князей (л. 610) и некоторые другие статьи. Таким образом,
Степенная книга использована здесь как неосновной источ-
ник, из которого извлекались сведения фактического харак-
тера.10
В исторических сборниках, составленных во Владимире
в первой трети XVIII в., основное содержание составляют вы-
писки из Степенной книги, к которым присоединены агиогра-
фические тексты (например, самый ранний из известных спи-
сков Жития князя Глеба Андреевича и др.), выписки из над-
9Сиренов А. В. Научное описание выявленных списков Степенной кни-
ги И СКДС. М., 2007. Т. 1. С. 46—47.
10 Подобное использование Степенной книги фиксируется в памятнике
провинциальной историографии 2-й половины XVIII в., так называемом Ле-
тописце князей Черкасских, где извлеченные из Степенной книги известия
вставлены в общую ткань повествования, основным источником которого
был хронографический текст {Самарин А. Ю. «Летописец князей Черкас-
ских» как рукописный исторический сборник XVIII века (состав, датиров-
ка, атрибуция) // Герменевтика древнерусской литературы. М., 1995. Сб. 8.
С. 247).
462
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
гробных надписей владимирских князей и епископов и другие
статьи.11 Эти сборники составлялись во владимирском Успен-
ском соборе на основании списка Степенной книги (ныне —
РГБ, ф. 178 (Музейное собр.) 4288), который заказал в 1670 г.
и вложил в Успенский собор г. Владимира подьячий Разряд-
ного приказа Ф. Ф. Постников-Парфеньев (см. гл. 7). Данная
рукопись содержит две миниатюры, изображающие княгиню
Ольгу (л. 10 об.) и «степени русского царства» (л. 61 об.). По-
видимому, наличие в собрании Успенского собора столь вы-
дающейся в художественном отношении рукописи определи-
ло использование ее в качестве основного источника для
исторической компиляции.
Степенная книга активно использовалась при составлении
памятника суздальской историографии XVIII в. — «Истори-
ческого собрания о богоспасаемом граде Суждале».12 Его
автор, ключарь суздальского Рождественского собора Анания
Федоров, работал над своим произведением в 60-е гг. XVIII в.
Вторая глава посвящена средневековой истории Суздаля. Здесь
можно отметить использование двух списков Степенной.
Один — упомянутый выше, принадлежавший владимирскому
Успенскому собору. Так, о ростовском епикопе Луке Федоров
пишет: «О нем свидетельство первое в Степенной владимир-
ской, свидетельство второе в надгробных тамо листах...»,13 а о
епископе Симоне: «В Степенной владимирской и в надгроб-
ных тамо листах...»,14 и др. Действительно, в Степенной книге
Музейн. 4288 в конце кодекса приписаны надгробные листы
над захоронениями владимирских князей и епископов (л. 614—
621). Другой список Степенной книги, бывший в распоряже-
11 РНБ, собр. Александро-Невской Лавры А-79, собр. П. Н. Тиханова 789;
БАН, 4.3.19; РГБ, ф. 178 (Музейное собр.) 10959. Еще одна подобная руко-
пись, местонахождение которой ныне неизвестно, хранилась в Ростовском
музее церковных древностей (Титов А. А. Описание рукописей Ростовского
музея церковных древностей. Ярославль, 1886. Вып. 2. С. 83—87).
12См.: Огурцов В. Д. «Историческое собрание о богоспасаемом граде Суж-
дале» // Исслед. по источниковедению истории России (до 1917 г.): Сб. ст.
М., 1996. С. 98—115.
13Историческое собрание о богоспасаемом граде Суждале, о построении и
о именовании его, и о бывшем прежде в нем великом княжении, и о прот-
чем тому потребном ради любопытных собранное из различных показаний
вкратце // Временник ОИДР. М., 1855. Кн. 22. Материалы. С. 23.
14Там же. С. 24.
463
Глава 11
нии А. Федорова, он называет просто «Степенной российской
письменной».15 В Суздале в XVIII в. бытовал список старшего
извода редакции Ионы Думина РНБ, ф. 588 (собр. М. П. По-
година) 1426, датируемый концом XVII в. В этом убеждает
запись на л. I: «Сия книга города Суздаля церкви Бориса и
Глеба священника Петра Афанасьева, после ево сына Алексия
Петрова его собственная, а не казенная. 1798-го года. Верно».
Кроме того, известны две копии, снятые с этой рукописи
в XVIII в. — Новгородский гос. музей-заповедник, 30055-14
и ГИМ, собр. А. С. Уварова, 1353-4°. На первой из них на
корешке вытиснено: «Степенная Суздальская. Часть II». Ви-
димо, один из этих списков или им подобный имел в своем
распоряжении Анания Федоров. Следует отметить, что при
составлении Исторического собрания привлекались и другие
источники. Так, автор упоминает «летописцы»,16 «ростов-
ский летописец»,17 Хронограф,18 Хронику Дорофея Монемва-
сийского,19 Житие Леонтия Ростовского (хранившееся «в Вос-
кресенской церкви, яже во граде Суждале»),20 Четьи Минеи
Димитрия Ростовского,21 Киево-Печерский патерик,22 печат-
ную Кормчую (М., 1653)23 и др. И все же автор отдавал пред-
почтение Степенной книге. Это особенно заметно при пере-
числении источников, среди которых числится Степенная
книга. Она неизменно указывается на первом месте. Отме-
тим, что на концепцию Исторического собрания Степенная
книга заметного влияния не оказала.
Во второй половине XVIII в. был составлен Угличский ле-
тописец, известный в ряде списков конца XVIII—XIX вв.24
15Историческое собрание о богоспасаемом граде Суждале... С. 20.
16Там же. С. 15.
17Там же. С. 23.
18Там же. С. 24.
19Там же. С. 21.
20Там же. С. 23
21Там же. С. 21.
22Там же. С. 7.
23Там же. С. 6.
24В его тексте есть ссылка на издание «Истории» В. Н. Татищева и на
Географический лексикон, следовательно, это сочинение появилось не ранее
80-х гг. XVIII в. (Угличский летописец // Труды Ярославской губернской
ученой архивной комиссии. М., 1890. Вып. 1. С. 88—89; Угличский летопи-
сец. Ярославль, 1996).
464
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
Прямых заимствований из Степенной книги в нем обнару-
жить не удается, однако представляется очевидным подража-
ние Угличского летописца композиции Степенной книги.
Так, повествование об истории Углича разделено на главы,
каждая из которых представляет законченный этап истории.
Первые главы посвящены правлению в Угличе различных
князей и называются соответственно: «О княжении Всеволо-
да Константиновича», «О княжении Константина Всеволодо-
вича», «О княжении Владимира Константиновича» и пр.25
Стиль этого трактата также близок к Степенной книге. Вот
его образец: «И егда умолен бысть великий князь Московский
Иоанн Васильевич, в лето 1489-е принял Угличское княже-
ние Димитрий Иоаннович и нача в Угличе княжить богоугод-
но». Как представляется, влияние Степенной книги здесь
весьма вероятно, причем составитель Угличского летописца
вполне мог обратиться к изданию 1775 г.
Переходя к историческим сочинениям, принадлежащим
к магистральной линии русской историографии XVIII в., сле-
дует начать с сочинений петровского времени. Научный инте-
рес к русской истории возник, как известно, в начале XVIII в.,
а историческая наука зародилась в стенах основанной в 1724 г.
Академии наук. В распоряжение академиков-историков была
предоставлена библиотека Академии (ныне БАН), где в то
время хранился по меньшей мере один исправный список
Степенной книги — БАН, 32.8.1, принадлежавший некогда
патриарху Никону и называемый исследователями XVIII в.
«Степенной книгой Никона». К этому списку обратился при-
глашенный в 1725 г. в Петербургскую академию наук немец-
кий филолог И. П. Коль. Спустя два года при неясных
обстоятельствах Коль был вынужден вернуться в Германию26 *
25Угличский летописец. С. 89, 90.
26А. Л. Шлецер в свойственной ему иронической манере изложил эту
известную ему с чужих слов историю так: «Ныне усопшая Елисавета, по мне-
нию знатоков, видевших ее принцессою, была одна из совершеннейших кра-
савиц своего времени. Один немецкий профессор, Коль, при виде ее сошел
с ума и был отправлен в Гамбург, где он опять пришел в себя» (Обществен-
ная и частная жизнь Августа Людвига Шлецера, им самим описанная.
СПб., 1875. С. 33). О деятельности Коля в Петербурге см.: Летопись Россий-
ской академии наук. СПб., 2000. Т. 1. 1724—1802. С. 36, 40, 41, 43, 44, 49,
50, 53, 58; Пекарский П. П. История Академии наук в Петербурге.
СПб., 1870. Т. 1. С. 77—80.
465
Глава 11
и в 1729 г. опубликовал труд, посвященный древней кирил-
лической письменности. В нем он подробно остановился на
деятельности Кирилла и Мефодия, причем одним из источни-
ков их биографии для него послужила Степенная книга «из биб-
лиотеки Петербургской академии», т. е. рукопись 32.8.1.
Из нее Коль приводит обширную цитату о деятельности Ки-
рилла и Мефодия.27 Отметим, что Коль только описал особен-
ности композиции Степенной книги, но не задался вопросом
о времени составления ее текста и степени достоверности со-
держащейся в ней информации.
В научной литературе первым характеристику Степенной
книге дал Г. 3. Байер. При рассмотрении известий русских
источников о происхождении пруссов ученый отметил боль-
шое значение Степенной книги, назвав ее написанной по при-
казу патриарха в царствование Ивана Грозного «главной рус-
ской летописью», пользующейся в России большим автори-
тетом.28 Последнее отражает отношение к Степенной книге
в петровское время и для нашей темы имеет самостоятельное
значение. Байер, как известно, не владел русским языком.
Тексты русскоязычных источников ему переводили на немец-
кий и латинский языки. В частности, этим занимался акаде-
мический переводчик И. В. Паузе.29 Именно в его творчестве
можно проследить интерес к Степенной книге. В своем отчете
1732 г. Паузе сообщал о занятиях редактированием и ком-
ментированием Степенной книги.30 Примерно в это же время
к нему с вопросами о Степенной книге обратился Г. Ф. Мил-
лер, тогда только начинавший интересоваться русской исто-
рией. На вопросы Миллера Паузе дал ответы письменно. Этот
документ сохранился в архивном фонде Миллера, к его содер-
жанию обратимся ниже. Известен и перевод Степенной книги
на латынь, автором которого с большой степенью вероятности
21 Kohl J. Р. Introductio in historiam et rem literariam slavorum, imprimis
sacram, sive historia. Alto Naviae, 1729. P. 124—125.
2*Bayer T, S, Paradoxa Russica de originibus Prussicis. Viro Cl. Michaeli
Lilienthali // Acta Borussica ecclesiastica, civilia, litteraria oder sorgfaeltige
Sammlung allerhand zur Geschichte des Landes Preussen... Koenigsberg und
Leipzig. 1730. S. 882.
29Винтер Э. И. В. Паус о своей деятельности в качестве филолога и исто-
рика (1732) // XVIII век. М.; Л., 1959. Вып. 4. С. 315.
30Там же. С. 321.
466
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
можно считать Паузе.31 Правда, этот перевод скорее можно
назвать кратким пересказом текста Степенной книги.32 Отме-
тим, что попытка Паузе перевести Степенную книгу на ла-
тинский язык едва ли была его инициативой. В 1735 г., т. е.
сразу после смерти Паузе, Академия наук поручила перевод
Степенной книги на латынь другому академическому пере-
водчику, И. С. Горлицкому.33 Оригинал, список Степенной
книги, доводящий изложение до царствования Алексея Ми-
хайловича, был прислан из собрания Феофана Прокоповича.
Скорее всего, имеется в виду список БАН, П I В 1, представ-
ляющий собой копию Томского списка, исполненную в конце
XVII в. В начале XVIII в. рукопись принадлежала новгород-
скому митрополиту Иову, а после его смерти по завещанию
перешла к царевичу Алексею Петровичу и хранилась в соста-
ве его библиотеки.34 В собрании Феофана Прокоповича был
еще один список Степенной книги, БАН, I.A.13 (старый
шифр — 32.8.5),35 но он представляет собой скорее сборник
разнородных материалов, чем список Степенной книги. По-
этому скорее всего для перевода И. С. Горлицкому был пре-
доставлен список П I В 1. В документах Академии отмечено,
что перевод предназначался для последующего издания.36
Однако какие-либо результаты работ в этом направлении не-
известны. Г. Ф. Миллер в своей программе издания источни-
ков по русской истории, опубликованной им в 1734 г., среди
31 Сиренов А. В. Поздние редакции Степенной книги // АЕ за 2004 год.
М., 2005. С. 76.
32РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД) 1306, л. 1—133. На принадлежность
помещенного в этой рукописи перевода русской летописи перу Паузе указы-
вает запись на л. I, 134. По всей видимости, и перевод Степенной книги сде-
лан также Паузе. Об этом косвенно свидетельствует запись на л. 134 об.
о покупке автором перевода русской летописи в Москве в 1706 г. оригинала,
который, по его оценке, древнее Степенной книги. Известно, что в 1706 г.
Паузе был учителем и директором гимназии в Москве (Винтер Э. Паус
о своей деятельности... С. 314—315).
33Материалы для истории имп. Академии наук / Сост. М. И. Сухомли-
нов. СПб., 1886. Т. 2. С. 799; Там же. СПб., 1889. Т. 5. С. 544.
мМурзанова М. Н. К истории собрания книг царевича Алексея Петрови-
ча // Исторический очерк и обзор фондов рукописного отдела БАН. М.; Л.,
1956. Вып. 1. С. 137—138
^Моисеева Г. Н. Древнерусская литература в художественном сознании
и исторической мысли России XVIII века. Л., 1980. С. 30—31.
36Материалы для истории имп. Академии наук. СПб., 1892. Т. 6. С. 374.
467
Глава 11
прочих назвал и Степенную книгу. Таким образом, академи-
ческие историки петровского и послепетровского времени
считали Степенную книгу одним из важнейших источников
по русской истории.
Другим переводчиком Байера был Адам Селлий,37 который
также был хорошо знаком с текстом Степенной книги и
использовал его в своих исторических штудиях.38 Биография
Адама Бурхарда Селлия известна со слов его душеприказчика
митрополита Амвросия (Зертис-Каменского). Уроженец Дании,
Селлий прибыл в Россию после обучения в Йенском универ-
ситете. Это случилось около 1722 г.39 Через три года, на про-
тяжении которых он служил учителем латинского языка в шко-
ле при подворье новгородского митрополита в Петербурге, Сел-
лий переезжает в Москву и становится учителем гимназии.
Учреждение в 1724 г. Петербургской Академии наук и при-
глашение для работы в ней немецких ученых побудило адми-
нистрацию Академии искать людей, способных переводить на
немецкий и латинский языки русскоязычные источники.
Одним из таковых оказался И. В. Паузе, другим — А. Б. Сел-
лий. Они оба были определены в помощь не знавшему рус-
ского языка академику Г. 3. Байеру. В 1736 г., когда откры-
лась духовная семинария при Александро-Невском монастыре,
Селлий стал там учительствовать. Некоторое время пробыв на
частной службе секретарем лейб-медика И. Г. Лестока, Сел-
37Евгений (Болховитинов), митр. Словарь исторический о бывших в Рос-
сии писателях духовного чина греко-российской церкви. М., 1995. С. 235—
236.
38И. А. Шляпкин полагал, что Селлий охарактеризовал Степенную кни-
гу в своем справочнике Schediasma Literarium Scriptoribus, qui Historiam
Politico-Ecclesiasticam Rossiae Scriptis illustrarunt (Revaliae, 1736) (Шляп-
кин И. А. Рец.: Васенко П. Г. Книга Степенная... // ЖМНП. Ч. 361. 1905.
Сентябрь—октябрь. С. 152), но это не так. Статья о митрополите Макарии
как авторе Степенной книги появляется лишь в русском издании книги
Селлия (Каталог писателей, сочинениями своими объяснявших граждан-
скую и церковную российскую историю, сочиненный Адамом Селлием / Пе-
реведен в Вологодской семинарии. М., 1815. С. 44. № 90). См. также: Бер-
ков П. Н. Бурхард-Адам (Никодим) Селлий и его «Каталог писателей о Рос-
сии» (1736 г.) // Вестник ЛГУ. 1966. № 20. Серия истории, языка и лите-
ратуры. Вып. 4. С. 98—109; Сиренов А. В. Степенная книга: история текста.
С. 7—9.
39Древняя российская вивлиофика. 1773. Май. С. 370.
468
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
лий вернулся в Александро-Невский монастырь, в 1744 г.
принял православие, постригся с именем Никодим и в 1746 г.
скончался. Митрополит Московский Амвросий (Зертис-Камен-
ский) сообщает, что Селлий, увлекшись чтением древнерус-
ских летописей, «просил при крещении о наречении его Не-
стором, но сие неизвестно по какой причине не исполнилось» .40
Разрешение принять православие дал Селлию петербургский
епископ Никодим, что и обусловило выбор его монашеского
имени. Митрополит Амвросий (Зертис-Каменский), бывший
в то время префектом Александро-Невской семинарии и ду-
ховником Селлия, немало сделал для сохранения и популя-
ризации его научного наследия, которое, однако, до настоя-
щего времени остается неизученным. Свой основной истори-
ческий труд Селлий написал на латинском языке в стихах,
предназначая его для семинаристов, обучавшихся русской
истории. Оригинал этого сочинения неизвестен. Н. И. Нови-
ковым опубликован перевод на русский язык, сделанный так-
же в стихотворной форме Амвросием (Зертис-Каменским) и
будущим киевским митрополитом Гавриилом (Кременец-
ким).41 Селлий разделил свое сочинение на девять глав. В пер-
вой главе идет речь о русской истории до крещения, включая
правление князя Владимира-язычника. Вторая глава — киев-
ский период русской истории с крещения князя Владимира
до середины XII в. Третья глава называется «О великих рос-
сийских князех Владимирских» и повествует об истории на-
чиная с княжения Андрея Боголюбского до княжения Алек-
сандра Михайловича Тверского. Следующая глава включает
правление московских князей от Ивана Калиты до Василия
Темного. Здесь очевидно влияние Степенной книги, в которой
встречаем четкое разделение древнерусской истории на три
этапа — киевский, владимирский и московский. В пятую гла-
ву Селлий выделил «всероссийских самодержцев» — Ивана III,
Василия III и Ивана Грозного до принятия им царского титу-
ла. Такой период российской истории впервые выделен имен-
но Селлием, который рассматривал Ивана III как первого
(из московских князей) независимого правителя России: «Сей
щастливо Отечеству вновь вид пременяет. / Прежде князь,
40Древняя российская вивлиофика. 1773. Май. С. 371.
41 Там же. 1773. Январь. С. 66—72; Март. С. 197—222; Май. С. 355—369.
469
Глава 11
потом монарх россов управляет. / Внутр[ен]них князей поко-
рил, а татар мятежных / Выгнал прочь и податей не стал
давать прежних».42 Шестая глава («Всероссийские цари») по-
священа Ивану Грозному и Федору Ивановичу, седьмая гла-
ва — Смуте, восьмая — правлению Романовых до принятия
Петром I императорского титула, а последняя, девятая,43 —
императорам на российском престоле. Изложение доведено
до Елизаветы Петровны, которой переводчики и преподнесли
труд Селлия, правда, уже после его смерти. Каждый период
русской истории представлен в сочинении Селлия в виде
кратких биографий правителей, каждому из которых посвя-
щено по несколько зарифмованных строк. Помимо этого, ука-
зываются годы правления. Если биографизм повествования
нельзя напрямую связать с влиянием Степенной книги,
то отмеченная выше особенность периодизации истории Древ-
ней Руси свидетельствует о знакомстве Селлия с текстом Сте-
пенной. Н. Г. Устрялов, привлекая к изданию произведений
Андрея Курбского список Степенной книги из собрания Алек-
сандро-Невской лавры, указал, что данный список принадле-
жал Селлию.44 А. С. Родосский полагал, что Устрялов имел
в виду рукопись РНБ, собр. СПбДА A-I/91, которая содержит
и текст Степенной книги, и два послания из переписки Гроз-
ного с Курбским. Это не соответствует действительности, так
как рукопись поступила в Лавру не ранее 40-х гг. XIX в. Но
сообщение Устрялова едва ли было им вымышлено. Можно
предположить, что историк передал некое устное предание,
бытовавшее среди лаврских монахов в XIX в. В таком случае
имеет смысл искать принадлежавший Селлию список Степен-
ной книги. По представлениям Устрялова, этот список нахо-
дился в библиотеке Санкт-Петербургской Духовной акаде-
мии, которая располагалась в Александро-Невской лавре.45
В конце XVIII в. со списком Степенной книги в Александро-
42Древняя российская вивлиофика. 1773. Март. С. 222.
43В издании она ошибочно обозначена седьмой (Там же. 1773. Май.
С. 363).
^Устрялов Н. Г. Сказания князя Курбского. СПб., 1833. Ч. 1. История
Иоанна Грозного. С. XXXIII.
45Это логично, так как Селлий завещал все свои книги библиотеке Санкт-
Петербургской духовной семинарии {Евгений (Болховитинов), митр. Сло-
варь исторический... С. 238).
470
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
Невской лавре (точнее, в библиотеке Санкт-Петербургской ду-
ховной академии) знакомился митрополит Евгений (Болхови-
тинов) и составил его описание.46 Эта рукопись после текста
Степенной книги содержала весьма редкую компиляцию, по-
вествующую о событиях Смутного времени. Среди известных
списков Степенной книги такой состав имеет только упоминав-
шаяся нами в связи с историографическими штудиями Игна-
тия Римского-Корсакова рукопись третьей четверти XVII в.
из собрания митрополита Макария (Булгакова) (ныне НБУВ,
ф. 302 (собр. митр. Макария) П. 49). Видимо, она и хранилась
в конце XVIII в. в Александро-Невской лавре.47 На полях дан-
ной рукописи читаются маргиналии на латинском языке.
Можно предположить, что они представляют собой следы ра-
боты Селлия с текстом Степенной книги. Эти пометы в боль-
шинстве случаев посвящены переводу заголовков Степенной
книги на латынь и попыткам выявить источники соответст-
вующих текстов. Например, на поле против заглавия VIII гра-
ни написано «Vitam S. Alexd. Newscensis germ, ex Step. kn. et
aliis anonymis» (T. 1, л. 281 об.) и пр. Остается надеяться, что
следы влияния Степенной книги обнаружатся и в других
историографических опытах Селлия, до настоящего времени
не выявленных и не изученных.
Для историографии послепетровского времени характерно
использование Степенной книги лишь в качестве одного
из источников, основное внимание перенесено на летописные
памятники как более информативные. Одним из ранних про-
явлений обозначенной традиции явилась так называемая Под-
робная летопись от начала России до Полтавской баталии, ко-
46 «Продолжение Степенной книги, выписано из списка, находящегося
в Невской Академической библиотеке, писанного в царствование царя Алек-
сея Михайловича весьма чистым и четким письмом, и текст во многих мес-
тах исправнее печатанного Миллером». (НБУВ, ф. 312 (собр. Софийского
собора) П. 333 (537), л. 1—132). Этот же список упомянул К. Ф. Калайдо-
вич (можно предположить, что о нем ему сообщил митрополит Евгений
(Болховитинов)), указав, что повествование в нем доведено до царствования
Михаила Федоровича (Калайдович К. Ф. Об ученых трудах митрополита
Киприана и о том, справедливо ли приписывается ему и митрополиту Ма-
карию сочинение книги Степенной // Вестник Европы. 1813. Ч. 72.
С. 211—212).
47Сиренов А. В. Степенная книга: история текста. С. 8—9.
471
Глава 11
торая имеет отношение к нашей теме еще и потому, что на-
зывается «Степенной книгой». Введенная в научный оборот
в конце XVIII в. Подробная летопись до последнего времени
не исследовалась текстологически. Список, по которому
Н. А. Львов издал текст памятника, утрачен. Долгое время
издание Львова, изобилующее ошибками и методически несо-
вершенное, являлось единственным вариантом текста Подроб-
ной летописи, известным исследователям.48 По предположе-
нию И. Н. Болтина, принявшего участие в подготовке Подроб-
ной летописи к изданию, ее автором был Феофан Прокопович.
Правда, сам Львов не согласился с этой атрибуцией, так как
он считал, что в летописи отсутствует «дух или слог» Феофа-
на Прокоповича. Включение же в летопись стихотворного
текста Львов охарактеризовал как «дияконское дело».49 Атри-
буцию Болтина полностью принял Н. М. Карамзин,50 а вслед
за ним — А. Н. Ясинский и С. А. Шумаков.51 Правда, Ясин-
ский выразил сомнение в том, что перу Феофана Прокопо-
вича принадлежит весь текст летописи. Так, пересказ Казан-
ской истории, по предположению Ясинского, сделан другим
лицом. Сомнения Львова разделил митрополит Евгений (Бол-
ховитинов), который в своем Словаре осторожно заметил, что
Подробная летопись «кажется, не стоит ума Феофанова».52
В ряду общерусских летописей рассматриваемый памятник
летописания охарактеризован К. Н. Бестужевым-Рюминым
как важный для понимания русской историографии XVIII в.
Историк указал на необходимость источниковедческого изу-
чения Подробной летописи, но заметил, что это «труд громад-
ный, для которого еще очень мало подготовлено».53 Только
А. Н. Насонов и М. В. Николаева ввели в научный оборот
48 Подробная летопись от начала России до Полтавской баталии.
СПб., 1798—1799. Ч. 1—4.
49Там же. С. 34.
^Карамзин Н. М. История государства Российского. 5-е изд. Т. 9.
СПб., 1843. Примеч. 135.
51 Ясинский А. Н. Сочинения князя Курбского как исторический мате-
риал. Киев, 1889. С. 14; Шумаков С. К вопросу о московском официальном
летописании // Книговедение. 1894. № 5. С. 16.
52Евгений (Болховитинов), митр. Словарь исторический... С. 331.
Бестужев-Рюмин К, Н. О составе русских летописей до конца XVI в.
СПб., 1868. С. 59.
472
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
пять списков памятника и предприняли его текстологическое
изучение. Однако их попытки нельзя считать удачными. Так,
авторство Подробной летописи Насонов приписывал Г. Г. Скор-
някову-Писареву,54 а Николаева — Стефану Яворскому.55
Как отметила М. В. Николаева, первый этап составления
Подробной летописи нужно видеть в списках, доводящих
изложение до 1700 г. Исследовательнице было известно два
таких списка — РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД) 358 и БАН,
21.6.8. Последний список содержит в качестве первой части
Хронику Дорофея Монемвасийского, в заголовке которого
читается дата — 1744 г. Сама рукопись при этом датируется
60-ми гг. XVIII в. Можно думать, что в 1744 г. был написан
протограф этого списка. Такой же состав, Хроника Дорофея
Монемвасийского в соединении с Подробной летописью, имел
изначально и список МГАМИД 358. В настоящее время руко-
пись содержит только Подробную летопись, но на корешке
вытиснено «Книга имянуемая Хронограф» и «Том II». К тому
же фолиация рукописи начинается с л. 654 (для сравнения —
в БАН, 21.6.8 текст Подробной летописи начинается
с л. 407 об.). Следовательно, рукопись МГАМИД 358 имела
некогда первую часть, хронографическую, которая содержала
653 листа. По всей вероятности, это была Хроника Дорофея
Монемвасийского. Нам удалось обнаружить сведения еще
о двух списках такого же состава. Речь идет о рукописях
из собрания известного мецената П. Г. Демидова, которые
поступили с его библиотекой в Московский университет и
сгорели там в 1812 г. В. М. Ундольским была опубликована
опись библиотеки Демидова. Там под № 551 числится «Хро-
нограф, содержащий всю российскую историю до 1700 году,
собранный от различных книг в 1744 году для канцлера
графа Бестужева, списан с оного подлинника в лист».56 Под
№ 568 и № 569 в описи помещено два тома «разных сочине-
ний, к российской истории относящихся». В первом томе на-
Насонов А. Н. История русского летописания XI—начала XVIII века.
М., 1969. С. 483—486.
55Николаева М. В. Малоизвестная петровская «История» России и ее ру-
кописные копии // Ученые записки ЛГПИ им. А. И. Герцена. Т. 321. Исто-
рико-литературный сборник: Статьи и сообщения. Л., 1967. С. 29.
56 У идольский В. М, Каталог российским книгам библиотеки Павла Де-
мидова // Чтения ОИДР. 1846. № 2. IV. Смесь. С. 23.
473
Глава 11
ходилась Подробная летопись, список с опубликованного
в 1749 г. текста речи Г. Ф. Миллера «Происхождение народа
и имени российского» и сокращенный текст Дневника неиз-
вестной особы при Великом посольстве 1697—1698 гг. После
заголовка Подробной летописи («Книга Степенная, в ней же
писаны роды великих князей Киевских, Владимирских и Мо-
сковских, выписаны из подлинного московского летописца»)
указано: «списано с подлинного Хронографа, сочиненного
в 1744 году для канцлера графа Бестужева». Второй том со-
держит текст сочинений преимущественно XVIII в., имею-
щих отношение к российской истории, среди которых Крат-
кая повесть о смерти Петра Великого Феофана Прокоповича
(список с издания 1726 г.), Следственное дело царевича Алек-
сея и грамота императора Максимилиана Василию III — тек-
сты, входящие в состав других списков Подробной летопи-
си.57 Судя по составу второго тома (девять текстов небольшого
объема), первый том, очевидно, по своему объему соотноси-
мый со вторым, содержал выписки из Подробной летописи,
а не полный ее текст. Остается неясным, содержалась ли при-
писка об источнике — Хронографе 1744 г. — в обеих рукопи-
сях, или только в одной из них, а в описание другой была
включена составителем описи, который установил текстовую
общность обеих рукописей. Важнее другое: в нашем распоря-
жении есть указание на составление Хронографа, включив-
шего в себя Подробную летопись, в 1744 г. по распоряжению
А. П. Бестужева-Рюмина. Дату «1744 г.» содержит единствен-
ный имеющийся в наличии список, соединяющий Хронограф
и Подробную летопись — БАН, 21.6.8. Таким образом, самый
ранний вариант Подробной летописи был составлен, вероят-
но, в 1744 г. по распоряжению А. П. Бестужева-Рюмина.
Отметим, что в этом году Бестужев-Рюмин стал канцлером,
т. е. главой Коллегии иностранных дел. Видимо, там и была
составлена Подробная летопись. Отметим, что внешнеполи-
тическое ведомство России занималось составлением истори-
ческих сочинений и в петровское время, и во второй половине
XVII в. (см. гл. 7—8). Вполне закономерно поэтому, что
А. П. Бестужев-Рюмин, один из наиболее талантливых и не-
зависимо мыслящих государственных деятелей XVIII в., став
ь1Ундолъский В. М. Каталог российским книгам... С. 24.
474
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
канцлером и вследствие этого возглавив внешнюю политику
Российской империи, возымел потребность иметь под рукой
свод исторических данных от древнейших времен до совре-
менности. Для него, родившегося в 1692 г. и рано вступивше-
го на дипломатическое поприще, история после 1700 г., ви-
димо, была хорошо знакома и воспринималась как современ-
ность.
Предложенной атрибуции противоречит отмеченная
М. В. Николаевой запись на списке БАН, собр. Строгановых 60.
На последнем листе рукописи написано «Сия Лествица из книг
митрополита Стефана Резанскаго, равно и вся историа ево
рукой писанная». На основании приведенной записи Нико-
лаева атрибутировала Подробную летопись местоблюстителю
патриаршего престола Стефану Яворскому. Николаева при-
знавала, что рукопись Строг. 60 не может быть автографом
Стефана Яворского, поскольку она датируется 50-ми гг.
XVIII в., а Стефан Яворский умер в 1722 г. Отметим, что, во-
преки мнению А. И. Копанева, данная запись сделана неос-
новным почерком рукописи, она аккуратно вписана между
окончанием основного текста и записью о количестве детей
Петра I, которой завершается текст рукописи. Последняя да-
та, содержащаяся в основном тексте, 23 августа 1722 г., не
противоречит предположению об авторстве Стефана Яворско-
го. Характерно, что ознакомившийся с Подробной летописью
И. Н. Болтин предположил, что ее автором является Феофан
Прокопович. В Строг. 60 мы сталкиваемся с аналогичной
версией. Один из читателей XVIII в. полагал, что Подробную
летопись написал антагонист Феофана Прокоповича Стефан
Яворский. Однако если Болтин высказал свою догадку
А. Н. Львову и не настаивал на ней, то здесь мы имеем дело
с попыткой навязать свое мнение, прибегая к откровенной
фальсификации. Так обычно поступали торговцы антиква-
риатом, приписывая продаваемые ими «древности» извест-
ным историческим деятелям и таким образом наживаясь на
простодушии покупателей. Полагаем, что и здесь имеет место
антикварная фальсификация, и поэтому доверять свидетель-
ству Строг. 60 об авторстве Стефана Яворского не следует.
А. Н. Насонов полагал, что автором Подробной летописи
был Г. Г. Скорняков-Писарев. Насонов обнаружил в тексте
Подробной летописи важное хронологическое указание —
475
Глава 11
ссылку на «Историографию Мавро Орбини», которая была
переведена на русский язык и издана в 1722 г. Следователь-
но, Подробная летопись появилась не ранее этого года. Отне-
сясь вслед за митрополитом Евгением (Болховитиновым)
скептически к попытке Болтина приписать авторство Подроб-
ной летописи перу Феофана Прокоповича, Насонов обратил
внимание на единственное историографическое предприятие
петровского времени, результаты которого нам неизвестны.
В 1722 г. Петр I дал указание Г. Г. Скорнякову-Писареву со-
чинить «летописец». Известно, что работы по составлению
этого историографического сочинения велись, однако сам
«летописец» до настоящего времени не идентифицирован.
Насонов сопоставил позицию автора Подробной летописи
со взглядами Скорнякова-Писарева и предположил, что он и
является автором Подробной летописи, которая, соответст-
венно, и есть тот самый пропавший «летописец», составлен-
ный Скорняковым-Писаревым по распоряжению Петра I,
т. е. последнее официальное историографическое мероприя-
тие петровского времени. Однако это не так. Подробная лето-
пись содержит указание на составление в более позднее вре-
мя. Вторая статья рассматриваемой компиляции, озаглавлен-
ная «О начале великаго града Славенска...», сопровождается
ссылками на источники, в том числе на такой: «о стране Вяц-
кой во истории, имеющейся ныне в Геролдии». Здесь имеется
в виду так называемая Повесть о стране Вятской, список ко-
торой был прислан в Петербург в Герольдмейстерскую кон-
тору 24 апреля 1725 г.58 Следовательно, вторая статья Под-
робной летописи, самая авторская и наименее компилятив-
ная ее часть, была написана не ранее 1725 г. Кроме того,
в качестве источника в Подробной летописи использовалось
Житие Петра Великого А. Катифоро в переводе С. И. Писа-
рева, причем перевод был сделан в 1743 г., когда его автор
служил секретарем в Коллегии иностранных дел.59 Указание
на 1722 г. как некий хронологический рубеж содержит одно
из прибавлений Подробной летописи (о нем ниже), которое
отсутствует в списках рассматриваемого раннего этапа.
ъгМалеванов Н. А. Неизвестный список повести «О стране Вятской»
1725 г. // ТОДРЛ. Л., 1961. Т. 18. С. 370—373.
Ъ9Николаев С. И. Писарев Стефан (Степан) Иванович // Словарь русских
писателей XVIII века. СПб., 1999. Вып. 2 (К—П). С. 437—438.
476
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
Итак, самый ранний вариант Подробной летописи был со-
ставлен по поручению новоиспеченного канцлера А. П. Бес-
тужева-Рюмина в 1744 г., видимо, в Коллегии иностранных
дел в Петербурге. На Петербург как место создания произве-
дения указывают использование списка Повести о стране
Вятской из Герольдии, а также Патриаршего списка Нико-
новской летописи, который в 40-е гг. XVIII в. уже хранился
в Библиотеке Академии наук. Так, в Подробной летописи под
6938 (1430) г. повествуется о кровавом озере, которое будто
бы семь дней стояло в Торопце. Никоновская летопись —
единственный памятник летописания, содержащий это извес-
тие, — указывает, что означенное знамение произошло
«во граде Троцех». В свою очередь, в единственном списке
Никоновской летописи, Патриаршем, вместо «Троцех» чита-
ется «Торцех»,60 которое и было переосмыслено составителем
Подробной летописи как «во граде Торопце».
В качестве первой части компиляции использовали Хрони-
ку Дорофея Монемвасийского. Это сочинение в XVIII в. бла-
годаря своей занимательности и широкому хронологическому
охвату было, пожалуй, популярнее других греческих хроник
и русских хронографов.61 Неудивительно поэтому, что именно
его сделали первой частью готовившейся в 1744 г. историче-
ской компиляции. Вторая половина компендиума была по-
священа истории России. Здесь изложение начато с редкой
разновидности родословной книги, имеющей самоназвание
«Книга Степенная, в ней писаны роды великих князей киев-
ских, владимирских и московских. Выписано ис подлиннаго
летописца царствующаго града Москвы» (см. гл. 2). Впослед-
ствии, отделив русскую часть от Хроники Дорофея Монемва-
сийского, благодаря самоназванию первой статьи всю компи-
ляцию стали считать Степенной книгой. Рассматриваемый
текст родословной книги помимо Подробной летописи извес-
тен в единственном списке середины XVII в. — РГАДА,
60ПСРЛ. Т. 12. СПб., 1901. С. 8.
61 Буланин Д. М., Романова А. А. Хроника Дорофея Монемвасийского //
Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 3. (XVII в.) Ч. 4.
СПб., 2004. С. 207—213. Здесь же рукопись БАН, 21.6.8 рассматривается
как попытка «натурализовать» хронику в России, присоединив к ней пове-
ствование о русской истории (с. 210).
477
Глава 11
ф. 196 (собр. Ф. Ф. Мазурина) 240. Сходство текстов настоль-
ко велико, что допустимо предположить, что эта рукопись
была непосредственно привлечена при создании Подробной
летописи. Следующая статья, «О начале великаго града Сла-
венска, еже есть ныне именуется Великий Новград, и о пер-
вых новгородских князех и их потомках», представляет со-
бой оригинальный исторический трактат о происхождении
русского народа со ссылками на источники, среди которых
«Скифская история» А. И. Лызлова, «Историография» Мавро
Урбини (СПб., 1722), «История Александра Великого» Квинта
Курция Руфа (СПб., 1709, 1711 или 1719), «Келейный летопи-
сец» Димитрия Ростовского и не атрибутированный нами «Роз-
молог». Далее Подробная летопись следует тексту Синопсиса
Иннокентия Гизеля, по определению М. В. Николаевой,
издания 1714 г. или 1718 г.62 Следует отметить грамоту имп.
Максимилиана Василию III, источником которой стало печат-
ное издание (СПб., 1718). Одним из основных источников при
повествовании о событиях XVI в. явилась Казанская история
второй редакции, через которую в Подробную летопись попа-
ли фрагменты Степенной книги. Фрагменты, заимствованные
из Казанской истории, чередуются с заимствованиями из Ни-
коновской летописи, которые повествуют о событиях XV—
XVI вв. Выше указано, что наиболее вероятно использование
Патриаршего списка Никоновской летописи, который в 40-е гг.
XVIII в. уже хранился в академической библиотеке. В одном
случае привлечена Степенная книга непосредственно — при
описании присоединения Астраханского ханства использован
текст 15-й главы XVII грани. Повествование об истории Рос-
сии XVII в. опирается на Новый летописец, Хронограф редак-
ции 1617 г. Следует отметить привлечение сведений, почерп-
нутых у иностранных писателей. Большей частью это описа-
ния России, сделанные иностранцами в XVII в., в настоящее
время ставшие широко известными, а в XVIII в. весьма ред-
кие: П. Одерборн, А. Гваньими, Ж. Маржерет, П. Петрей.63
^Николаева М. В. О некоторых источниках «Подробной летописи»
(«Синопсис», «Сказание о граде Славенске») // ТОДРЛ. Л., 1969. Т. 24.
С. 344—345.
™Иконников В. С. Опыт русской историографии. Киев, 1908. Т. 2. Кн. 2.
С. 1430—1431.
478
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
Подобные заимствования, как правило, предваряются слова-
ми типа «Немецкие же гисториописатели повествуют тако».
В части, повествующей о судьбе Василия Шуйского в поль-
ском плену, приведен латинский текст надписи на гробнице
Шуйских в Варшаве, а также русский перевод этого текста.
Изложение истории XVII в. завершается объемным оригиналь-
ным произведением, которое посвящено азовским походам и
взятию Азова русскими войсками в 1696 г.64 Далее помещена
таблица с указанием названий новопостроенных кораблей,
их размеров, количества пушек и др., краткое повествование
о стрелецком бунте и заключительное известие под 1700 г.
об объявлении шведскому королю Карлу XII войны.
Второй этап истории текста Подробной летописи отразился
в списках Строг. 60; РНБ, собр. М. П. Погодина 1431 и РНБ,
собр. А. А. Титова 1967, а также в оригинале издания — не
дошедшем до нас списке, который принадлежал Н. А. Льво-
ву, а до него — библиотеке суздальского Спасо-Евфимиева
монастыря.65 В этих четырех списках текст Хроники Дорофея
Монемвасийского отсутствует, а повествование продолжено
после 1700 г. Правда, состав дополнений в списках разный.
После известия об объявлении Северной войны, которым за-
канчивается первая редакция Подробной летописи, помещен
перечень событий биографии Петра I под заголовком «На всю
же сию гисторию блаженныя и вечнодостойныя памяти пер-
ваго императора Петра Великаго и самодержца Всероссийска-
го, в который месяцы и числа какия преславныя его действа
были и в коликия лета тогда ему бывшу колико возможно
сочинителю гистории напомнить и собрать вкратце, наченши
от коронования его величества по его всечестно преставление,
тому всему следует реестр». Несмотря на указания в заголов-
ке, что события указаны до преставления Петра I, реестр за-
канчивается взятием Дербента 23 августа 1722 г. и взятием
Баку (без указания точной даты). По всей видимости, мате-
**Николаева М, В. Повествование об истории Азова и об Азовских похо-
дах Петра I в составе «Подробной летописи» // Ученые записки ЛГПИ
им. А. И. Герцена. Л., 1971. Т. 414. Русская литература и общественно-по-
литическая борьба XVIII—XIX вв. С. 21—50.
65Подробная летопись от начала России до Полтавской баталии. Ч. 1—4.
СПб., 1798—1799.
479
Глава 11
риалы этого реестра и натолкнули А. Н. Насонова на предпо-
ложение, что Подробная летопись была составлена Г. Г. Скор-
няковым-Писаревым, получившим в 1722 г. поручение от Пет-
ра I составить летописец. Рассматриваемый реестр, по всей
видимости, и был составлен в 1722 г., возможно, Скорняко-
вым-Писаревым. Но, как видим, его включили в Подробную
летопись на втором этапе работы над ней. В первоначальном
же виде Подробная летопись этого реестра 1722 г. не содержа-
ла. Далее в списках Погод. 1431 и Титов. 1967 встречаем две
таблицы из Марсовой книги, выписки из Марсовой же книги
о потерях при Полтавской битве, о пленных и трофеях, за-
хваченных «у переволочки при Днепре»,66 дневник неизвест-
ной особы при Великом посольстве 1697—1698 гг. в сокраще-
нии, Краткую повесть о смерти Петра Великого Феофана Про-
коповича (список с издания 1726 г.), Слово на погребение
Петра Великого Феофана Прокоповича (список с издания
1725 г.). По-видимому, такой состав имел и список Львова,
но его последние листы былц в плохой сохранности, поэтому
Львов опубликовал его текст до заимствования из Марсовой
книги об исходе Полтавской битвы включительно. Список
Строг. 60 после реестра событий биографии Петра I содержит
Следственное дело царевича Алексея. Видимо, к данной груп-
пе относился и второй список из собрания П. Г. Демидова
(№ 568 и № 569), поскольку среди помещенных там статей,
составляющих продолжение Подробной летописи, встречаем
и дневник неизвестной особы при Великом посольстве 1697—
1698 гг. в сокращении, и Краткую повесть о смерти Петра Ве-
ликого Феофана Прокоповича, и Следственное дело царевича
Алексея. По-видимому, при продолжении Подробной летопи-
си было собрано некоторое количество текстов, могущих слу-
жить источниками. Далее, изготавливая списки Подробной
летописи, повествование в них завершали тем или иным на-
бором имевшихся текстов. Обратим внимание, что все имею-
щиеся в наличии списки второй группы датируются 50-ми—
началом 60-х гг. XVIII в. Видимо, в 50-е гг. и складывался
текст второй группы списков Подробной летописи.
66 Книга Марсова или воинских дел от войск царского величества россий-
ских. СПб., 1713. С. 16, 15.
480
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
Наконец, третья группа списков представлена* двумя руко-
писями 60-х гг, XVIII в, — БАН, 32.13,1 и БАН, 16,3,8, —
которые написаны одним почерком. Они составляют заключи-
тельный этап в истории текста Подробной летописи. Список
БАН, 16,3.8 содержит дату написания — 1766 г. По опреде-
лению А. И. Копанева, он восходит к списку БАН, 32.13.1,
с чем нельзя не согласиться.67 Таким образом, 1766 г. — ко-
нечная дата в истории текста Подробной летописи. Рассмат-
риваемая редакция существенно дополнила текст Подробной
летописи в части, посвященной Северной войне. Первая же
часть летописи, напротив, сокращена. Так, оказались изъяты
родословная книга (причем ее заглавие, «Книга Степенная...»,
сохранено) и грамота императора Максимилиана Василию III.
История Северной войны составила чуть менее половины все-
го текста, т. е. повествование о ней разрослось весьма значи-
тельно. Причем характерно, что до известия об объявлении
войны Карлу XII, которым заканчивается изложение перво-
начального варианта Подробной летописи, текст летописи
почти не испытал переделок (за исключением двух указан-
ных выше сокращений). Далее помещено описание характера
Карла XII (нач.: «Сей король шведский Каролус имел тогда
от рождения своего 18 лет...»), а затем — подробное изложе-
ние событий Северной войны под заглавием «О начатии госу-
дарем царем российским Великим Петром войны против
Швеции и воевании со оною долгое время, однако напоследок
Швеция от него щастливо побеждена». Среди прочего мате-
риала одна глава посвящена основанию Петербурга. Из двух
списков, содержащих рассматриваемый текст, особенно инте-
ресен список БАН, 32.13.1. Некоторые листы рукописи остав-
лены без текста, причем на полях читаются пометы, указы-
вающие, какого содержания текст следует написать на чис-
тых листах. Так, на л. 476 об.—477 следующие пометы:
«здесь быть надоб[но] побитым рос[сам]», на л. 491 об.—492:
«зде писать урон росском», на л. 493 об.—494: «зде надобно
писать68 Пернова окончание]», на л. 507 об.: «приписывать
670писание рукописного отдела БАН СССР. 2-е изд., доп. М.; Л., 1959.
Т. 3. Вып. 1. (Хронографы, летописи, родословные, разрядные книги).
С. 403.
68Слово читается предположительно.
481
Глава 11
надлежит окончание», и прочее. На л. 495 описано взятие
Кексгольма, однако на верхнем поле помета предписывает
вставить сюда текст о взятии Кексгольма. По-видимому, здесь
поначалу текст отсутствовал, но была помета, указывающая
на содержание впоследствии вписанного текста. Следователь-
но, перед нами черновик последней редакции Подробной ле-
тописи. Восходящий к этому черновику список БАН, 16.3.8
отмеченных пропусков в повествовании не содержит. Все от-
сутствующие в БАН, 32.13.1 тексты здесь находятся на своих
местах. Единственное отличие БАН, 16.3.8 от своего прото-
графа — отсутствие заключительной главы «Рассуждение
о российском флоте», где в числе прочего описывается кораб-
лестроительная деятельность в Петербурге: «другое место
к строению тому в новосозидаемом царствующем граде Санкт-
Петербурге определено, где коликое уже з дел ано множество
кораблей великих и галер, и всякаго рода регулярных судов,
и как преизрядных мастерством, о сем сказывать не потреба,
видим все, радуемся и удивляемся».69
Еще один список Летописи — БАН, собр. В. Г. Дружинина
932 — включает лишь небольшой фрагмент ее текста. Другие
части этой рукописи содержат произведения о Смутном вре-
мени, не входящие в Подробную летопись: Иное сказание и
статьи Хронографа редакции 1617 г. Однако филиграни дан-
ной рукописи находят соответствие в других списках Под-
робной летописи. Вообще, представляется неслучайным, что
все известные списки памятника написаны на одинаковой
бумаге — факт, для XVIII в. редкий. Полагаем, это свиде-
тельствует о едином происхождении списков летописи, об их
написании в стенах одного крупного учреждения с централи-
зованными закупками бумаги. По всей видимости, таким
учреждением была Коллегия иностранных дел в Петербурге.
Отметим, что в 1746 г. из Коллегии иностранных дел в ее мо-
сковский архив было послано требование прислать материа-
лы по русской истории. По убедительному предположению
Д. О. Серова, инициатором такого запроса был один из руково-
дителей коллегии в то время, И. Ю. Юрьев, который в 1716 г.,
будучи служащим еще Посольского приказа, составил трак-
69БАН, 32.13.1, л. 583.
482
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
тат по русской истории (см. гл. 8).70 Именно в И. Ю. Юрьеве
В. М. Ундольский видел возможного автора Подробной лето-
писи. Данных для такого утверждения у нас нет, но допуска-
ем, что к созданию Подробной летописи Юрьев какое-то отно-
шение имел. В целом же Подробная летопись представляется
характерным произведением русской исторической мысли
40—60-х гг. XVIII в. От былого воздействия на умы концеп-
ции Степенной книги в Подробной летописи осталось лишь
название да фрагментарные заимствования из Степенной
книги, часть которых попала в нее через посредство второй
редакции Казанской истории.
Несмотря на заметное охлаждение к Степенной книге в по-
слепетровскую эпоху, она заняла почетное место среди
источников созданной в это время «Российской истории»
В. Н. Татищева. Историк упомянул Степенную книгу в числе
трех основных источников («генеральных историй») по древ-
нерусской истории, при этом отметив неполноту данных и
многочисленные неточности: «в ней многие государи и их
знатные дела пропусчены или в ненадлежасчих местах поло-
жены, а в порядок степеней введены те, которые великими
князи никогда не были».71 Другой отзыв Татищева о Степен-
ной книге еще более резок: «Порок Степенной. Оный сочини-
тель Степенной много себя и других обманул».72 Однако Тати-
щев широко использовал Степенную книгу и как источник
сведений по древнерусской истории, и как образец литератур-
ного стиля. Так, в одном из писем библиотекарю и советнику
академической канцелярии И. Д. Шумахеру историк писал:
«...многое из Степенной для прикрасы речения беру...».73
В научном наследии Татищева неоднократно встречаем сви-
детельства того, что данные своих источников он сопоставлял
со Степенной книгой. Так, отмечая ценность Новгородской
I летописи как исторического источника, он писал об имею-
70Серов Д. О. Судьба списка Юрьевской Степенной книги из библиотеки
Петра I во второй четверти XVIII в. // Материалы и сообщения по фондам
Отдела рукописной и редкой книги Библиотеки Российской академии наук.
1990. СПб., 1994. С. 183—185.
71Татищев В. Н. История Российская. М.; Л., 1962. Т. 1. С. 84.
72Там же. С. 208.
73Андреев А. И. Переписка В. Н. Татищева за 1746—1750 гг. // Истори-
ческий архив. М.; Л., 1951. Т. 6. С. 250.
483
Глава 11
щихся в ней уникальных известиях, которых «в других кни-
гах и в первую очередь в так называемой Степенной... нет».74
Отметим, что текст Степенной книги Татищев воспринимал
не всегда верно. Например, перечисляя соседей Руси, Тати-
щев цитирует Степенную, в которой этот перечень заимство-
ван из Повести временных лет. Татищей считал, что в Степен-
ной интересующий его перечень помещен под более ранней
датой — 6475 (967) г.75 Это ошибка. В Степенной книге,
в 5-й главе I грани, под 6475 (967) г. описывается поход кня-
зя Святослава на болгар, а следующая далее 7-я глава, «Име-
на областям русским», не связанная с предыдущими главами,
содержит перечень соседей славян.76
И все же именно Татищев сделал первую попытку рекон-
струировать историю текста Степенной книги. По его мне-
нию, Степенная книга была написана в конце XIV—начале
XV в. митрополитом Киприаном, а продолжена в середине
XVI в. митрополитом Макарием. О Киприане у Татищева ска-
зано, что он «книги своею рукою писаше, яко в наставление
душевное преписа соборы бывшие в Руси, много жития свя-
тых русских и степени великих князей русских, иныя же
в наставление плотское, яко правды и суды и летопись рус-
скую от начала земли русския вся поряду».77 Е. Е. Голубин-
ский определил, что этот текст Татищева близок к соответст-
вующему месту Степенной книги: «...книги своею рукою пи-
саше, и многиа святыя книги с греческаго языка на руский
язык преложи, и доволна списаниа к ползе нам остави, и ве-
ликаго чюдотворца Петра, митрополита всея Русии, житие
написа и похвалами украси...».78 Голубинский допускал воз-
можность того, что в распоряжении Татищева был вариант
Степенной книги, в тексте которого читалось процитирован-
ное им известие о написании Киприаном «степеней великих
князей».79 Списки Степенной хранились в собраниях лиц,
библиотеками которых Татищев пользовался и с которыми
74См. об этом: Андреев А. И. Труды В. Н. Татищева по истории России //
Татищев В. Н. История Российская. Т. 1. С. 18.
Татищев В. Н. История российская. Т. 1. С. 208.
76СКДС 74—76.
^Татищев В. Н. История Российская. М.; Л., 1965. Т. 5. С. 204.
78СКДС 507.
79Голубинский Е. Е. История русской церкви. М., 1900. Т. 2. С. 349.
484
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
общался: «верховника» Д. М. Голицына (РНБ, F.IV.207), ка-
бинет-секретаря императрицы Елизаветы барона А. И. Чер-
касова (РНБ, собр. ОЛДП, F.53), капитана флота А. Ф. Хру-
щова (РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД), № 26). Сборник вы-
писок из Степенной книги числился и в личной библиотеке
историка.80 Наконец, будучи в Швеции, Татищев верно опре-
делил как Степенную книгу привезенный из России в конце
XVII в. И. Спарвенфельдом сборник произведений о всемир-
ной и древнерусской истории, большую часть которого со-
ставляет текст Степенной книги (этот список был источником
сочинения А. И. Манкиева — см. гл. 8).81 В тексте Истории
Татищева встречаются ссылки на два списка Степенной кни-
ги: из собрания архитектора П. Н. Еропкина и некий новго-
родский. В исследовательских материалах Татищева есть вы-
писки еще из двух списков, принадлежавших кабинет-мини-
стру А. П. Волынскому и В. И. Урусову, которые содержали
Латухинскую Степенную книгу, как и список Еропкина.
Из последнего Татищев заимствует описание убийства Анд-
рея Боголюбского.82 А. П. Толочко считает, что этот текст со-
ставлен самим Татищевым, а ссылка на Степенную книгу
ложна.83 С этим нельзя согласиться, так как процитирован-
ный Татищевым текст читается во всех списках Латухинской
Степенной. Выписки из Степенной Урусова значительно со-
кращают текст, эта их особенность отражена и в заглавии:
«Выписано из Степенной князя Василия Урусова со изъятием
избыточественных речений». Они известны в трех списках:
РГАДА, ф. 199 (Портфели Г. Ф. Миллера), on. 1, № 46/6;
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румянцева) 416, л. 1—251; РНБ,
Эрм. 555, л. 17—116 об.84 Выписки из Степенной Волынского
известны только по списку РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румянце-
ва) 416, л. 252—279, где они следуют за выписками из Сте-
60Пекарский П, П. Новые известия о В. Н. Татищеве // Записки Акаде-
мии наук. 1864. Т. 4. Кн. 1. С. 59.
81 Там же. С. 20, примеч. 1.
62Татищев В. Н. История Российская. М.; Л., 1964. Т. 3. С. 249
ыТолочко А. П. «История Российская» Василия Татищева: источники и
известия. М.; Киев, 2005. С. 180—185.
84Список РГАДА, ф. 199, on. 1, № 46/6 содержит правку рукой Татище-
ва, учтенную в основном тексте списков Румянц. 416 и Эрм. 555, поэтому
последние следует считать копиями первого.
485
Глава 11
пенной Урусова. В обоих случаях выписаны известия, касаю-
щиеся Смутного времени. Здесь перед нами первый этап рабо-
ты Татищева с историческим материалом — тематические
выписки из источника.85 В Новгородском же списке (Татищев
называет его новгородской Степенной) историка заинтересо-
вало предисловие, представляющее собой наполненное исто-
рическими фантазиями Сказание о начале Русской земли —
хорошо известный ныне памятник историографии XVII в.,
в котором повествуется о славянских князьях Словене и Русе,
их потомках Великосане, Асане, и Авенхасане, а также
о письме к ним Александра Македонского. Это сочинение Та-
тищев охарактеризовал так: «якобы предисловие Киприано-
вой приобсчено»,86 т. е. связывал его создание с именем мит-
рополита Киприана. Так, рассуждая о происхождении назва-
ния «Русь» от Старой Руссы, Татищев писал: «...сие издавна
Киприан митрополит в Степенной книге... опорочил... После
же в Степенной книге Макариевой сие, мню, для утвержде-
ния имя Россия выкинуто».87 Таким образом, «Крекшинскую
Степенную» со Сказанием о начале Русской земли Татищев
считал первоначальным вариантом текста Степенной и при-
писывал Макарию. Долгое время отождествить эту рукопись
не удавалось. С. Л. Пештич пришел к выводу, что она меха-
нически соединяла «баснословный Временник русский» и спи-
сок Воскресенской летописи.88 Б. М. Клосс и В. И. Корецкий
видели в ней позднюю новгородскую летопись,89 а А. П. То-
85Латухинскую Степенную книгу Татищев привлекал и в комментариях
к Сибирской истории Г. Ф. Миллера, причем с ложной ссылкой на «Исто-
рию» патриарха Иова (Татищев В. Н. История Российская. М.; Л., 1968.
Т. 7. С. 438). В. И. Корецкий предположил, что источником Татищева здесь
и в ряде других случаев была «История о разорении русском» патриаршего
келейника Иосифа, к которой исследователь необоснованно отнес известия,
восходящие к Латухинской Степенной книге, Новому летописцу и другим
источникам (Корецкий В. И. 1) К вопросу об источниках Латухинской Сте-
пенной книги // Летописи и хроники. 1973 г. М., 1974. С. 328—337; 2) Исто-
рия русского летописания второй половины XVI—начала XVII в. М., 1986.
С. 132—175).
86Татищев В. Н. История российская. Т. 1. С. 310.
87Там же. С. 286.
Пештич С. Л. Русская историография XVIII века. М., 1961. Ч. 1. С. 253.
89Клосс Б. М., Корецкий В. И. В. Н. Татищев и начало изучения русских
летописей // Летописи и хроники. 1980 г. В. Н. Татищев и изучение рус-
ского летописания. М., 1981. С. 8.
486
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
л очко — один из списков Новгородской III летописи.90 Пола-
гаем, что в распоряжении Татищева была рукопись РНБ,
собр. М. П. Погодина 1424.91 На полях рукописи имеются по-
меты почерком В. Н. Татищева, некоторые фрагменты текста
отчеркнуты или вообще зачеркнуты чернилами или каранда-
шом — таким образом помечены фрагменты текста религиоз-
ного характера, т. е. молитвы, описания чудес, некоторых со-
бытий церковной истории. Например, отчеркнуты и помече-
ны крестиком молитва княгини Ольги (л. 14 об. — указываем
номера листов рукописи), фрагменты Сказания о принесении
мощей княгини Ольги (л. 18—18 об., 19 об., 20 об.—23), раз-
делы «О сокрушении кумир» (л. 37—38 об.), «Радость и бла-
годарение крестившихся» (л. 40—41), «О явлении на воздусе
святаго и великаго князя Александра Невскаго и о пожаре»
(л. 330—331), «О подвизе молитвы и благодарения» (л. 337),
«О знамении в соборной церкви» (л. 355), «Всенародная мо-
литва к Богу» (л. 356—358), «Знамение во граде Казани»
(л. 372 об.—373), «Чюдо о звону в Казани» (л. 374), «О виде-
нии пономарю» (л. 374 об.—375), «О видении святых апостол
и святых святитель» (л. 375 об.—376), «Принесение чюдо-
творных образов из Ругодива на Москву» (л. 387 об.) и др. На
л. 169, 351 об. тексты соответствующего содержания оказа-
лись вообще зачеркнутыми. На л. 122, 150, 158 и 174 об. по-
ставлен знак «NB», причем на л. 122 после этого знака напи-
сано: «из сего выбрать кратко». Вероятно, отчеркивания и
зачеркивания означали то, что данный текст автору помет не
представляется интересным или что он не предназначен для
переписки. Знаки «NB», возможно, означали обратное. Дру-
гая группа помет — переводы дат в летоисчисление от Рож-
дества Христова арабскими цифрами вместо кириллической
цифири, употреблявшейся в тексте Степенной книги. Еще
одна группа помет — исправление написания имен собствен-
ных и топонимов: на л. 242 об. над именем литовского князя,
написанным как «Швитригаило», стоит знак вставки, под ко-
торым на поле написано «Свидригаило», на л. 350 над чтени-
ем «в Полтескъ» стоит знак вставки, под которым на поле на-
писано «в Полотскъ», на л. 389 об. чтение рукописи «Полтес-
90Толочко А. П. История Российская Василия Татищева... С. 244.
91 Подробнее об этом см.: Сиренов А. В. Степенная книга из собрания
В. Н. Татищева // Мавродинские чтения. СПб., 2002. С. 112—118.
487
Глава 11
ка» исправлено на «Полотъска». Наконец, следует отметить
приписки содержательного характера. Против текста седьмой
главы XIII грани, повествующей о перенесении иконы Влади-
мирской Богоматери,92 приклеен клочок бумаги, на котором
написано несколько строк. Поскольку край листка утрачен,
то концы строк не читаются: «лета 6903: ...несен [...]93... Пре-
св[ятыя] Богородицы в... где сретоша... Сретения Г... авг[уста]
26 пра...». Против текста 16-й главы XIV грани, где речь идет
о собрании Витовтом епископов, на поле помещена следую-
щая помета: «епископы: 1 Черниговской, 2 Полоцкий, 3 Луц-
кий, 4 Владимерский, 5 Галицкий, 6 Смоленский, 7 Холм-
ский». В начале 16-й главы XVI грани, в которой рассказыва-
ется о чудесном спасении Москвы от полчищ Махмет-Гирея,
был приклеен клочок бумаги с записью. Поскольку большая
часть этого листка утрачена, то прочитать текст записи не пред-
ставляется возможным, на сохранившемся фрагменте чита-
ются только буквы «ко» и «о». Перечисленные особенности
характерны для работы Татищева со своими источниками.94
Здесь опять, как и в случае с выписками из Латухинской Сте-
пенной книги, имеем дело с начальными этапами историогра-
фического творчества Татищева. Правда, в данном случае
использован материал по истории России X—XVI вв. В сочи-
нениях Татищева по русской истории, которые, будучи неод-
нократно отредактированы, утратили текстологическое род-
ство с источниками, обнаружить влияние текста Степенной
книги почти невозможно. Что именно историк заимствовал
из Степенной книги «для прикрасы речения», как формиро-
вался его литературный стиль — вопрос отдельный, выходя-
щий за рамки настоящей работы. Во всяком случае, скрытых
цитат из Степенной книги в сочинениях Татищева обнару-
жить не удается. Идею персонификации повествования также
нельзя объяснить заимствованием из Степенной книги. Тати-
92СКДС 475—476.
93Слово разобрать не удалось.
94 Комплекс помет Татищева изучен в списке Львовской летописи БАН,
45.13.21. Здесь мы встречаем все те приемы работы с текстом, которые
характерны для автора приписок на Погодинском списке Степенной книги
(Копанев А. И. Об одной рукописи, принадлежавшей В. Н. Татищеву //
Труды библиотеки Академии Наук СССР и Фундаментальной библиотеки
общественных наук АН СССР. М.; Л., 1955. Т. 2. С. 235—239).
488
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
щев определил Степенную книгу как «архонтологию»,95
т. е. сочинение о биографиях правителей, имея в виду подоб-
ные образцы западноевропейской историографии.96 По суще-
ству, отличие Татищева от историков петровского времени со-
стоит в том, что в основу своего повествования о древнерус-
ской истории он кладет не Степенную книгу, а древнерусские
летописи. Характерно, что Степенная книга (как в первона-
чальном варианте, так и в Латухинской переделке) привлека-
лась на первых этапах создания Татищевым исторического
повествования.
Историк называет рукопись «Новгородской Степенной»,
что указывает на ее происхождение из Новгорода или в край-
нем случае на то, что она бытовала в Новгороде до того време-
ни, как попала к Татищеву. Он свидетельствует, что получил
рукопись от П. Н. Крекшина.97 Известно, что в 1727—1730 гг.
Татищев и Крекшин служили в Монетной конторе в Москве.
Вполне вероятно, что тогда Татищев и получил от Крекшина
список Степенной книги.98 Крекшин, в свою очередь, вывез
рукопись из Новгорода. Рассматриваемый список можно
предположительно отождествить со Степенной книгой новго-
родского Софийского собора.99
В историографической деятельности П. Н. Крекшина так-
же можно выявить случаи обращения к Степенной книге.100
Н. И. Новиков, характеризуя деятельность Крекшина в своем
95Татищев В. Н. История Российская. Т. 1. С. 84.
96См., напр.: Gotofredus L. Archotologia Cosmica. Frankofurti, 1642.
97Татищев В. Н. История Российская. Т. 1. С. 310
98Рукопись в XIX в. бытовала на Урале (Сиренов А. В. Степенная книга
из собрания В. Н. Татищева. С. 113), где Татищев оставил довольно много
своих книг (Валк С, Н, В. Н. Татищев и начало новой исторической лите-
ратуры И XVIII век. М.; Л., 1966. Сб. 7. С. 67).
"Так, суздальский служилый человек И. Н. Кичигин, будучи в Новгоро-
де в конце XVII в., сделал выписку из «Степенной новгородской книги Со-
фейского дому, из Рюриковой степени» (РНБ, собр. М. П. Погодина 1953,
л. 73—86 об.). По тексту этой выписки видно, что список Софийского со-
бора принадлежал к редакции Ионы Думина, как и крекшинский список.
См. также: Богданов А. П. Работа А. И. Лызлова над русскими и иностран-
ными источниками // Андрей Лызлов. Скифская история. М., 1990. С. 395.
100Наиболее полная биография П. Н. Крекшина написана П. А. Крото-
вым (Кротов П. А. Основание Санкт-Петербурга: загадки старинной руко-
писи. СПб., 2006. С. 35—52).
489
Глава 11
Словаре, указал, что он является автором трех «летопи-
сей».101 В более поздней традиции ему приписывали еще не-
сколько сочинений. Окончательной ясности относительно
историографического наследия Крекшина до настоящего вре-
мени нет. Так, несколько лет назад П. А. Кротов с исчерпы-
вающей аргументацией атрибутировал Крекшину трактат
«О зачатии и здании царствующего града Санкт-Петербурга»,
опубликованный еще в 1863 г. и до недавнего времени оста-
вавшийся анонимным.102 Таким образом, наследие Крекшина
еще ждет своего исследователя, поэтому все высказанные
здесь соображения носят предварительный характер. Итак,
наиболее известным произведением Крекшина является неод-
нократно изданное апологетическое Сказание о Петре Вели-
ком, в котором влияние Степенной книги проследить не пред-
ставляется возможным, поскольку Сказание посвящено собы-
тиям петровского времени. Интерес Крекшина к древнерус-
ской истории проявился, например, в выписках из различ-
ных источников, озаглавленных «Экстракт из великодержав-
ных дел царей и великих князей». Выписки дошли до нас
в рукописях середины XVIII в. РНБ, F.IV.17 и F.IV.705. Со-
ставлены они в Петербурге в 1756 г. и представляют собой
перечень событий древнерусской истории с приведенными по
разным источникам датами. Всего, по нашим подсчетам,
Крекшиным привлечено 10 или 11 рукописей. Это «летопись
патриаршая» (видимо, Патриарший список Никоновской ле-
тописи — БАН, 32.14.8), «преосвященного Димитрия лето-
пись» (Летописец келейный Димитрия Ростовского), «собор-
ной церкви святой Софии хронология», «летопись князя
Кривоборского» (Чертковский список Владимирского лето-
писца — ГИМ, Чертков. 362), «гранограф патриарха Нико-
на», «гранограф № 1» (БАН, 16.12.13), «Степенная патриар-
ха Никона» (БАН, 32.8.1), «Новгородская летопись», «Галиц-
кая летопись», «летопись в Академии № 4», «Лызлов» (Скиф-
ская история А. И. Лызлова). Как видим, Крекшин работал
с рукописями своего собрания («летопись князя Кривоборг-
101 Новиков Н. И. Опыт исторического словаря о российских писателях.
Из разных печатных и рукописных книг, сообщенных известий и словес-
ных преданий. СПб., 1772. С. 98.
Кротов П. А. Основание Санкт-Петербурга...
490
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
ского» и, возможно, «Новгородская» летопись) и Библиотеки
Академии наук. Знаменательно, что, ссылаясь на источники,
их перечень Крекшин неизменно начинает со Степенной кни-
ги. В списке БАН, собр. Н. Я. Колобова 470 после крекшин-
ского Сказания о рождении Петра Великого помещены схе-
мы, посвященные библейской, всеобщей и русской истории.
Среди них читается «Родословие русских князей» (л. 72—75),
составленное по степеням от Рюрика до царя Федора Алексее-
вича — всего 22 степени. Помещенное далее «Второе родосло-
вие российских князей» (л. 75 об.) посвящено генеалогии
Романовых, начиная от происхождения Федора Никитича
(Филарета) от «великого князя Романа» и от родства с домом
Рюриковичей до императрицы Елизаветы Петровны и «его
императорского высочества» Петра Федоровича. В выкладках
из древнерусской истории уделено внимание легендарному
Словену. По-видимому, примерно в таком виде свое произве-
дение Крекшин представил в Академию наук в 1746 г., что
повлекло за собой его конфликт с Г. Ф. Миллером, который
решительно выступил против этой поделки.103 Влияние Сте-
пенной книги здесь прослеживается, прежде всего, в употреб-
лении термина «степень» в поколенной росписи Рюриковичей
и Романовых.
В сочинении Крекшина «О зачатии и здании царствующа-
го града Санкт-Петербурга» упоминается город Великий Сло-
венск, что является следствием влияния Сказания о начале
Русской земли, которое читается в принадлежавшей Крекши-
ну Степенной книге. Кроме того, в трактате об основании Пе-
тербурга есть еще одна подробность, доказывающая знаком-
ство автора со Степенной книгой. Там описано путешествие
в русские земли Андрея Первозванного, причем указано, что
свой жезл он «водрузил» в Друзине, что является заимство-
ванием из Жития княгини Ольги, помещенного в Степенную
книгу. Свою идею о достоверности Сказания о Словене и Русе
Крекшин изложил в записке, поданной в 1735 г. в Академию
наук.104 Ее источником, без сомнения, была та же рукопись
Каменский А. Б. Судьба и труды историографа Герарда Фридриха Мил-
лера (1705—1783) // Миллер Г. Ф. Сочинения по истории России. Избран-
ное. М., 1996. С. 381—382.
104Пекарский П. П. История императорской Академии наук. СПб., 1873.
Т. 2. С. 426; Кротов П. А. Основание Санкт-Петербурга... С. 45—46.
491
Глава 11
Степенной книги, которая затем фигурировала в материалах
Татищева. Итак, Степенная книга в трудах Крекшина
использовалась в качестве авторитетного источника, причем
историка интересовала не столько концепция Степенной,
сколько содержащиеся в ней известия. Возможно, в этом ска-
залось веяние времени. Для историков середины—второй по-
ловины XVIII в. характерно привлечение Степенной книги
как одного из источников наряду с другими. Концептуальное
воздействие Степенной книги ими ощущалось в гораздо мень-
шей степени, чем историками петровской эпохи.
В таком же ключе Степенная книга использована и М. В. Ло-
моносовым. Как показывают исследования Г. Н. Моисеевой,
Ломоносов обстоятельно знакомился с текстом Степенной
книги, его пометы остались на списках БАН, 32.8.1 («Степен-
ная книга Никона патриарха»), 32.8.4 («Летописец Брюсов»),
П I В 1 (Степенная книга, старый шифр: 32.8.6), 34.4.15
(«Сборный временник» — список Хронографической редак-
ции Латухинской Степенной книги).105 По последней рукопи-
си Ломоносов знакомился с текстом Латухинской Степенной
книги, обращая внимание на известия о строительстве собора
Михайловского Выдубицкого монастыря в 6581 (1073) г.
(по предположению Моисеевой, этот интерес связан с мозаич-
ными работами Ломоносова), о «разделении самодержавия»
после смерти Владимира Мономаха, о казни убийц Андрея
Боголюбского,106 о строительстве каменных церквей, о Проко-
пии Устюжском и др.107 В последнем случае Ломоносова,
по всей видимости, заинтересовало немецкое происхождение
русского святого. Характерны пометы Ломоносова и на спи-
ске Степенной книги П I В 1. Часть из них касается эконо-
мической деятельности княгини Ольги — подчеркнуты слова
«устав», «уроки», «ловища»,108 т. е. Ломоносов черпал из тек-
ста Степенной книги лишь информацию о событиях, а отнюдь
105Моисеева Г. Н. Ломоносов и древнерусская литература. Л., 1971. С. 84,
85, 89, 98. «Сборный временник» Моисеева считает Алатырским списком
Воскресенской летописи, но это не так. Со ссылкой на «Сборный времен-
ник» Ломоносов поместил чтение, близкое именно к Латухинской Степен-
ной (Там же. С. 9).
106Там же. С. 88—89.
107Там же. С. 89.
108Там же. С. 98.
492
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
не идеологический контекст. В опубликованном варианте его
Древней российской истории на Степенную книгу встречаем
лишь немногочисленные ссылки.109 В Кратком летописце
ссылок на Степенную книгу нет вовсе. Правда, тематически
близким к Степенной книге оказывается реестр правителей
России, опубликованный в приложении к этому сочинению
Ломоносова. В нем указаны Рюрик и его потомки, а также по-
следующие правители до Петра I, причем относительно каж-
дого Рюриковича (включая Василия Шуйского) проставлен
номер поколения от Рюрика. Прямого влияния Степенной
книги здесь проследить не удается. Краткие биографические
характеристики рассматриваемого перечня составлены на
основании летописного материала. Как установил Л. Б. Мод-
залевский, автором этого труда был не Ломоносов, а сотруд-
ник Академической библиотеки А. И. Богданов,110 который,
так же как и Ломоносов, был хорошо знаком с текстом Сте-
пенной книги: в составленной им русской части так называе-
мого Камерного каталога книг и рукописей Библиотеки Ака-
демии наук описан список Степенной книги БАН, 32.8.1.111
Кроме того, Богдановым составлен указатель к Степенной
книге — еще одно свидетельство интереса к этому тексту
в академических кругах.112
^Ломоносов М. В. Древняя российская история от начала российского
народа до кончины великого князя Ярослава Первого или до 1054 года
М., 1847. С. 105 («Зборной времянник»), 139 («Степенные книги»), 155 («Сте-
пенные летописцы»), 163 («Степенные»).
110Модзалевский Л. Б. Об участии А. И. Богданова в «Кратком россий-
ском летописце» Ломоносова // Ломоносов: Сб. статей и материалов. М.; Л.,
1946. Т. 2. С. 268.
111 Российские печатные книги, находящиеся в Императорской библиоте-
ке. Камера W. Шкап 1, 2, 3. [СПб., ок. 1742]. С. 69. № 12.
112Авторство Богданова относительно опубликованного Ломоносовым спи-
ска правителей и указателя к Степенной книге устанавливается на основа-
нии челобитной Богданова от 3 сентября 1766 г. о награждении за службу,
в которой он перечисляет свои труды: «В Степенную книгу алфавитной ин-
декс материам сочинил, которая в библиотеке хранится... Краткий экстракт
о державных российских князьях и с славными их делами написал, которая
и напечатана господином штатским советником Ломоносовым» (Челобитная
А. И. Богданова от 3 сентября 1766 г. // Кобленц И. Н. Андрей Иванович
Богданов. 1692—1766. Из прошлого русской исторической науки и книго-
ведения. М., 1958. С. 138).
493
Глава 11
Наиболее ярко интерес к Степенной книге проявился в на-
учном творчестве Г. Ф. Миллера. Степенной книгой он заин-
тересовался вскоре по прибытии в Петербург. Еще не знав-
ший русского языка или только начавший его учить Миллер
обратился за разъяснениями относительно Степенной книги к
И. В. Паузе. Это произошло между 1725 г. (приезд Миллера
в Россию) и 1734 г. (смерть Паузе). На вопросы Миллера Пау-
зе дал письменные ответы.113 Из их содержания видно, что
Миллера тогда интересовали основные вехи и понятия древ-
нерусской истории. Так, при помощи Степенной книги он пы-
тался ответить на вопросы о времени перенесения столицы
в Москву, о наименовании московских князей великими и пр.
Таким образом, на первых порах Миллер старался понять
русскую историю, усвоить ее характерные особенности, уло-
вить присущие ей закономерности. Обращение с такими це-
лями к Степенной книге закономерно, оно отражает представ-
ления петровской эпохи о Степенной книге как исключитель-
но важном источнике по древнерусской истории. В своей
программе издания источников по русской истории, опубли-
кованной им в 1734 г., среди прочих Миллер назвал и Степен-
ную книгу. Изданная им в том же году биография Александ-
ра Невского во многом построена на известиях, извлеченных
из Степенной книги. Так, к упомянутым в заглавии «неопуб-
ликованным известиям» как источнике биографии Миллер
написал примечание, из которого следует, что под таковыми
он понимает прежде всего Степенную книгу.114 Зачастую вер-
сию Степенной книги Миллер приводит в основном тексте,
а версии летописей — в примечаниях.115 Со временем свое
отношение к Степенной книге Миллер изменил на более кри-
тичное. В сочинении «О первом летописателе российском пре-
подобном Несторе, о его летописи и о продолжателях оныя»,
которое увидело свет в 1755 г., он пишет: «По всему видно,
сначала была только одна Степенная книга, но чрез частое
113Вопросы о разных пунктах российской истории, касающиеся до Сте-
пенной книги, с Павзовыми ответами на оные // РГАДА, ф. 199 (Портфели
Миллера), портфель 21, № 8, л. 1—8.
114Leben des heil. Alexandri Newsky, aus Rupischen ungedruckten Nach-
richten zusammengetragen und mit Zeugniipen Auswartiger Geschichte Schrei-
ber bestatiget // Sammlung Rupischer Geschichte. SPb., 1734. St. 4. S. 281.
115Ibid. S. 283, 293 и др.
494
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
переписывание выросло оных великое множество, из которых
всегда одна другой обстоятельнее или недостаточнее, для того
что многие списатели употребляли вольность по своему раз-
суждению иное прибавить, а иное выкинуть».116 Иными сло-
вами, Миллер признавал, что в Степенной книге присутст-
вуют неточности и ошибки в изложении фактов, а также не-
достоверные известия, но при этом он допускал, что таковые
могли появиться в процессе многократной переписки и редак-
тирования Степенной книги. Не случайно, что именно Мил-
лер подготовил первое издание Степенной книги (в 1775 г.)
по списку из собрания московского митрополита Амвросия
(Зертис-Каменского).117 Эту рукопись XVII в. историк оши-
бочно датировал временем Ивана Грозного, из чего следует,
что он пытался отыскать наиболее древний и исправный спи-
сок Степенной книги.118
Подобно Татищеву, Миллеру и Ломоносову использовали
Степенную книгу и другие историки XVIII в. Крайне редко
в нашем распоряжении оказывается рукопись Степенной кни-
ги с пометами историка.119 Выше рассмотрены маргиналии
В. Н. Татищева и М. В. Ломоносова. Свои пометы на рукопи-
си Степенной книги оставила и Екатерина II. Речь идет о ру-
116Миллер Г. Ф. О первом летописателе Российском преподобном Несто-
ре, о его летописи и о продолжателях оныя // Миллер Г. Ф. Сочинения
по истории России. Избранное. М., 1996. С. 13.
117Книга Степенная царского родословия, содержащая Историю Россий-
скую с начала оныя до времен Государя царя и великого князя Иоанна Ва-
сильевича, сочиненная трудами преосвященных митрополитов Киприана и
Макария, а напечатана под смотрением Коллежского советника и Импера-
торской Академии наук, тако ж и разных иностранных Академий и Воль-
ного Экономического и Российского Вольного же Собраний Члена Герарда
Фридерика Миллера. В 2 частях. М., 1775.
118Васенко П. Г. «Книга Степенная царского родословия» и ее значение
в древнерусской исторической письменности. СПб., 1904. Ч. 1. С. 56—91.
119Источниковая база русской историографии XVIII в. остается малоизу-
ченной. Укажем, например, на рукопись 60-х гг. XVIII в. РНБ, F.IV.283, ко-
торая имеет заголовок «Летопись Степенная» и содержит выписки из «Ядра
российской истории» (л. 17—36), Степенной книги (л. 1—15, 37—264 об.) и
других источников. Оригиналом выписок из Степенной книги послужил
список младшего извода редакции Ионы Думина. Обратим внимание на по-
мету на поле против упоминания посольства окольничего Львова: «NB
к[нязь] Львов» (л. 493). Возможно, эта рукопись связана с историческими
штудиями Н. А. Львова, что, впрочем, нуждается в доказательствах.
495
Глава 11
копией РНБ, Эрмитажное собр. 552/1—4, являющейся копией
списка Чудовского извода Краткой редакции (РНБ, Эрмитаж-
ное собр. 446/1—4) — рукописи, которая, согласно записи на
верхней крышке переплета рукописи Эрм. 552/4, «Строгано-
вым на Рогожке куплена» (видимо, имеется в виду А. С. Стро-
ганов). Копирование древней рукописи Эрм. 446, судя по фи-
лиграням Эрм. 552, состоялось в 90-е гг. XVIII в. Каждый
из четырех томов на верхней крышке переплета подписан:
«Переписана в канцелярии Попова» (т. 1), «Переписана
в канцелярии Турчанинова» (т. 2), «Переписана в канцеля-
рии Державина» (т. 3), «Переписана в канцелярии Храповиц-
кого» (т. 4). Г. Р. Державин был статс-секретарем императ-
рицы с 12 декабря 1791 г. по 2 сентября 1793 г.120 Видимо,
в этот промежуток и была создана рукопись Эрм. 552. На ее
страницах встречается немало помет, сделанных сангинным
карандашом в характерной для Екатерины II манере.121 Пре-
обладают два знака — горизонтальная черта и крест (типа
андреевского), которые поставлены на полях. Ими отмечены
материалы, по преимуществу относящиеся к генеалогии древ-
нерусских князей. Приведем несколько примеров текста
с отметками (отмеченные слова выделены курсивом): «Сего же
великаго князя Ивана Даниловича сынов бяху три: Симеон,
Иван, Андрей, их же во страсе Божии воспиташа христолю-
бивая же великая княгиня Елена» (текст 2-й главы X грани —
Эрм. 552/3, л. 32 об.); «Князь же Михаил посла сына своего
Константина, а сам последи же во Орду поиде...»; «...до того
же места проводи его и благородная его княгиня Анна и сын
его князь Василий, и возвратилась со многим рыданием,
не могуще разлучить от возлюбленнаго князя. Он же поиде
ко граду Владимиру, с ним же и два сына его князь Дмит-
рий да князь Александр...» (текст 6-й главы X грани —
Эрм. 552/3, л. 64 об.—65 об.). Следует подчеркнуть, что кня-
жеская генеалогия — самый бросающийся в глаза, но далеко
не единственный исторический интерес автора помет. Весь
комплекс помет должен стать объектом особого исследова-
12QЗападов В. А. Державин Гаврила Романович // Словарь русских писа-
телей XVIII века. Л., 1988. Вып. 1 (А—И). С. 255.
121 На эти пометы с предположительной атрибуцией Екатерине II мне ука-
зала Б. А. Градова, которой приношу искреннюю благодарность.
496
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
ния. Обращение Екатерины II к Степенной книге зафиксиро-
вал секретарь императрицы А. В. Храповицкий в своем днев-
нике. Так, под 31 октября 1791 г. читаем: «Довольны, что
нашли в Степенной книге имя опекуна короля шведского Воль-
демара I, с коим сражался св. Александр Невский».122 Обра-
тим внимание, что Степенную книгу Екатерина II читала в то
время, когда для нее была сделана копия рукописи Эрм. 446.
Вполне возможно, что эту копию, рукопись Эрм. 552, импе-
ратрица и читала, что нашло отражение в дневнике Храпо-
вицкого. Характерно, что императрица знакомилась с тек-
стом Степенной книги по рукописи, а не по существовавшему
тогда изданию Г. Ф. Миллера. По-видимому, на нее произве-
ла впечатление рукопись Эрм. 446, купленная А. С. Строга-
новым у старообрядцев.123 В своих «Записках касательно рос-
сийской истории» Екатерина II использовала текст Степен-
ной книги при характеристике древнерусских князей.124 В
целом же нельзя сказать, что Степенная книга существенно
по-влияла на исторические воззрения Екатерины II.125
Для историков второй половины XVIII в. вообще свойст-
венно невнимание к Степенной книге. При ее характеристи-
ке, как правило, повторяли слова Татищева, а в дальнейшем
ссылались на ее известия наряду с летописными.126 Разумеется,
122Дневник А. В. Храповицкого, 1782—1793 / Подгот. изд. Н. П. Барсу-
кова. СПб., 1874. С. 381. См. также: Моисеева Г. Н. Древнерусская литера-
тура в художественном сознании и исторической мысли XVIII века. Л., 1980.
С. 84.
123 Отметим интерес Екатерины II еще к одному списку Степенной книги —
упоминавшейся выше лицевой рукописи 1670 г., хранившейся во владимир-
ском Успенском соборе (ныне РГБ, ф. 178 (Музейн. собр.), 4288, см. о ней
также в гл. 7). После посещения имератрицей г. Владимира в 1768 г. эта
рукопись, согласно записи в соборной хозяйственной книге, была «послана
ко двору для переписывания» и не вернулась обратно (ВСМЗ, В-5636/462,
л. 19).
124Записки касательно российской истории. Эпоха третья, от 1224
по 1462 год. СПб., 1794. Ч. 6. С. 125—127 и др.
1250б исторических воззрениях Екатерины II см.: Иконников В, С. Импе-
ратрица Екатерина II как историк // Русский архив. М., 1911. № 7.
С. 306—307; Алпатов М.А, Русская историческая мысль и Западная Евро-
па (XVIII—первая половина XIX в.). М., 1985. С. 158—162.
126Эта особенность характерна для Ф. А. Эмина (Российская история жиз-
ни всех древних от самого начала России государей. СПб., 1769. Т. 3. С. 23,
28, 94, 100, 109, 116), М. М. Щербатова (История российская от древней-
497
Глава 11
летописный материал гораздо более информативен, поэтому
Степенная книга воспринималась как источник во всех отно-
шениях второстепенный.127 После появления в 1775 г. изда-
ния Степенной книги в большинстве случаев историки поль-
зовались им.128 Некоторое исключение представляют труды
М. М. Щербатова и И. П. Елагина, в которых авторы исполь-
зовали списки Степенной книги, при этом обращая внимание,
подобно Татищеву, на дополнительные статьи. Так, Щербатов
привлек пять списков Степенной: два из московской Типо-
графской библиотеки и три из собственного собрания. Сейчас
удается отождествить только четыре из них.129 Щербатов обра-
ших времен. СПб., 1774. Т. 3), митр. Платона (Левшина) (Краткая церков-
ная российская история. М., 1805. Т. 1—2) и др.
127Так, например, В. К. Тредиаковский в своем опыте изучения древне-
русской истории и культуры на Степенную книгу ссылается лишь едино-
жды — для доказательства употребления в древнерусское время слова
«Плесков» в значении «Псков» (Тредиаковский В. К, Три рассуждения
о трех главнейших древностях российских. СПб., 1773. С. 180; см. об этом:
Алпатов М. А. Русская историческая мысль и Западная Европа... С. 73).
Характерно, что известный своим критическим подходом к древнерусским
источникам И. Н. Болтин Степенную книгу вообще не использовал (Шан-
ский Д. Н. Из истории русской исторической мысли. И. Н. Болтин. М., 1983.
С. 42—52).
128В качестве примера приведем сочинение по русской истории француз-
ского историка П. Ш. Левека (Levesque. Histoire de Russie. Paris, 1782. T. 1.
См. перевод на русский язык: РНБ, Эрмитажное собр. 406, л. 45, 64, 69 об.),
которое получило отклик в России (Сомов В. А. Книга П.-Ш. Левека «Рос-
сийская история» (1782 г.) и ее русский читатель // Книга и библиотеки
в России XVI—первой половины XIX века. Л., 1982. С. 82—99).
129Первая рукопись Типографской библиотеки, текст которой, по свиде-
тельству Щербатова, оканчивается 1 октября 7068/1560 г. — это, по-види-
мому, известный Думинский список 1594 г. (ныне РГАДА, ф. 381, № 346),
так как остальные два списка Типографского собрания (№ 347 и № 348)
имеют в конце текста Степенной лакуну и поэтому не содержат даты 1 ок-
тября 1560 г. Личное собрание Щербатова после его смерти купила Екате-
рина II. Согласно передаточной описи, там числилось два списка Степенной
книги. Один — это рукопись конца XVI в. (ныне РНБ, Эрмитажное собр. 385).
Ее и упомянул Щербатов в первую очередь. Ошибки здесь быть не может,
так как текст в этой рукописи оканчивается Соборным постановлением
о четвертом браке Ивана Грозного 7080/1572 г., именно такой состав руко-
писи описывает и Щербатов. Другого же подобного этому списка рукопис-
ная традиция Степенной книги не знает. Второй щербатовский список —
ныне РНБ, Эрмитажное собр. 511. Третьего списка Степенной книги в пере-
даточной описи не числится. Свой третий список Щербатов описал довольно
498
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
тил внимание на то обстоятельство, что во всех известных ему
списках текст Степенной книги доходит самое позднее
до 1572 г., а далее следует лакуна до конца XVI в. Он связал
этот перерыв в записях с «переменой поступка» Ивана Гроз-
ного, т. е. с опричниной. Такое объяснение и в настоящее
время представляется наиболее вероятным, тем более, что мы
знаем об окончании работ над Степенной книгой в самый ка-
нун опричнины. В целом, изложение истории Щербатовым
отмечено близостью со Степенной книгой, которая выражает-
ся прежде всего в биографизме щербатовской «Истории». Одна-
ко, как отмечено выше относительно историографического
творчества В. Н. Татищева, внимание к биографиям правите-
лей, свойственное для историков XVIII в., может объясняться
отнюдь не только влиянием Степенной книги. Эта характер-
ная для повествования Нового времени черта, впервые ярко
проявившаяся в Степенной книге, в XVIII в. получила свое
органичное продолжение и развитие.
В творчестве И. П. Елагина лишь однажды встречаем ссыл-
ку на Степенную книгу, правда, весьма характерную для исто-
риографии второй половины XVIII в.: «Есть басня в Степен-
ной книге сплетенная, якобы шествуя к Киеву, Олег по мно-
гим странам поставлял грады и оброки и подати налагал,
и якобы пришед к некоему урочищу, где две реки, Неглинная
и Яуза, в реку Москву впадают, поставил малый град, наиме-
новав его Москвою. Я нарочно внес в примечание толь худо
вымышленное баснословие, которое ни что иное есть, как
подробно. По его характеристике, эта рукопись «кончится в 7063/1555 год
и по промешке 51 года продолжена 7124/1606 года, то есть с первого года
царствования Василия Шуйского, до 7137/1619 года» (Щербатов М, М,
История российская от древнейших времен. СПб., 1774. Т. 3. Предисловие).
Отметим, что здесь допущены явные ошибки в переводе дат в современное
летоисчисление. И все же описанный таким образом список можно предпо-
ложительно отождествить. В Эрмитажном собрании есть рукопись, со-
держащая текст Степенной книги, обрывающийся как раз на известии 7063
(1555) г., далее там помещен текст Хронографа редакции 1617 г. с начала
XVII в. до 7138 (1630) г. (РНБ, Эрм. 386/1—2) Вполне возможно, что эта
рукопись перешла от Щербатова к Екатерине II еще при жизни историка.
Остается неотождествленным второй список из Типографской библиотеки,
который по составу был идентичен Эрм. 385, т. е. содержал после оконча-
ния текста Степенной книги Соборное определение о четвертом браке Ивана
Грозного. Как отмечено выше, такой список ныне неизвестен.
499
Глава 11
тщеславие митрополита Московского, составителя Степенныя
книги, для небывалыя древности Москвы приписанное».130
Очевидно, что Елагин имел в своем распоряжении список Ле-
тописца славянороссийского второй редакции, откуда и вы-
писал приведенное известие. Отметим, что он без тени сомне-
ния приписал это явно недостоверное повествование автору
Степенной книги. Явно пренебрежительное отношение к Сте-
пенной книге встречаем у А. Л. Шлецера в его труде, посвя-
щенном летописи Нестора. Он называет Степенную книгу
«чудовищем», обвиняя ее в привнесении в летописную тради-
цию недостоверных известий.131 Позиция Шлецера повлияла
на М. Т. Каченовского, который дал Степенной книге отрица-
тельную характеристику, используя примеры и указания,
приведенные Шлецером.132 Таким образом, взгляд Шлецера
на Степенную книгу повлиял на русскую историографию.
Однако предельно негативная оценка Степенной книги была
высказана в отечественном издании, в журнале «Корифей
или ключ литературы», издаваемом с 1802 г. Я. А. Галинков-
ским. Первая книга «Корифея» посвящена музе истории Клио
130Елагин И. П. Опыт повествования о России. М., 1803. Кн. 1. С. 180.
131 Нестор. Russische Annalen in ihrer slavonischen Grundsprache vergli-
chen, iibersetzt und erklart von August Ludwig Schldzer. Gettingen, 1802.
T. 1. S. 57—60, 91—92 (перевод на русский язык: Нестор. Русские летописи
на древле-славенском языке, сличенные, переведенные и объясненные
Августом Лудовиком Шлецером / Пер. с нем. Д. Языков. СПб., 1809. Ч. 1.
С. П*0»—УГ). Шлецер указал на ее использование в трудах немецкого фило-
лога И. П. Коля и французского востоковеда Ш. Дегиня, которому текст
Степенной книги сообщил астроном Ж. Делиль, вывезший его из России
(см. гл. 10). Кроме того, Шлецер указал на ценный список Степенной книги
в собрании Вольфенбюттельской библиотеки (см. гл. 7), а также на отзыв
австрийского дипломата Даниила фон Бухау, посетившего Москву в 1578 г.,
о том, что русские держат Степенную книгу в тайне. Последнее является
неудачной догадкой Шлецера, поскольку Бухау пишет о русских летопи-
сях, выводящих род Рюрика от римского императора Августа (Начало и
возвышение Московии / Сочинение Даниила, принца из Бухова / Пер. с
лат. И. А. Тихомирова // Чтения ОИДР. 1876. Кн. 3. Ч. IV. С. 2). Здесь
скорее имеется в виду Воскресенская летопись. Шлецер же, похоже,
считал, что в Воскресенскую и Никоновскую летописи «баснословие»
проникло из Степенной книги, чем и вызвано его отрицательное отношение
к Степенной книге. В реальности же, как известно, движение текста шло в
обратную сторону.
132Каченовский М. Т. Об источниках для русской истории // Вестник Евро-
пы. 1809. Ч. 46. С. 209—211.
500
Степенная книга в творчестве историков XVIII в.
и содержит обзор источников по всеобщей и русской истории.
Этот обзор написан весьма экспрессивно, формулировки по-
рой категоричны до хлесткости. Об авторах Степенной книги
там сказано: «Дееписатели сии во многом порицания достой-
ны: они удалились от смысла древних летописцев и заменили
его ложными и смешными преданиями... Нет ничего скучнее,
как их витиеватый и надутый слог: ищешь истории и нахо-
дишь молитвословия...; надобно потовыми каплями сниски-
вать в сем терновом поле благопотребные семена; но при хоро-
шем и долготерпеливом выборе едва ли можно почерпнуть
что-либо дополнительное к общей нашей истории, и то без вре-
мясчисления, порядка».133 Автором этого обзора без каких-
либо оснований считается издатель журнала Я. А. Галинков-
ский.134 Скорее всего, это не так, и автором является К. М. Бо-
роздин (в будущем — попечитель Петербургского учебного
округа), который в то время был юн и мечтал посвятить себя
изучению отечественной истории.135 Как отмечено еще
П. Г. Васенко, автор обзора источников пользовался сочине-
нием по русской истории Ф. А. Эмина и привел со ссылкой на
него мнение В. Н. Татищева о составлении Степенной книги
митрополитом Киприаном и дополнении ее митрополитом
Макарием.136 Таким образом, Бороздин хотя и не внес своего
вклада в изучение Степенной книги, но выразил отношение
133Корифей или ключ литературы. СПб., 1802. Ч. 1. С. 92—94.
^Лотман Ю. М. Галинковский Яков (Иаков) Андреевич // Словарь рус-
ских писателей XVIII века. Л., 1988. Вып. 1 (А—И). С. 193.
135Доказательства авторства Бороздина таковы. В написанном им собст-
венноручно черновике «Плана путешествия по России для собирания древно-
стей» (РГИА, ф. 994 (Мордвиновы), оп. 2, № 460; издание текста см.: Архив
графов Мордвиновых / Предисл. и примеч. В. А. Бильбасова. СПб., 1902.
Т. 3. С. 588—614) Бороздин пишет, что о необходимости путешествия для
собирания древностей он упоминал «в 1-й и 2-й книге Корифея, в журнале
Лицей и проч.» (Там же. С. 591). Подобный призыв действительно читается
в тексте обзора источников в журнале «Корифей» (Корифей или ключ лите-
ратуры. Ч. 1. С. 199—200). Авторство «Плана» его публикатором В. А. Биль-
басовым было безосновательно приписано П. П. Дубровскому и закрепилось
в литературе (Козлов В. П. 1) Кружок А. И. Мусина-Пушкина и «Слово
о полку Игореве». М., 1988. С. 79—80; 2) Российская археография конца
XVIII—первой четверти XIX века. М., 1999. С. 69).
136Васенко П. Г. «Книга Степенная царского родословия» и ее значение
в древнерусской исторической письменности. СПб., 1904. Ч. 1. С. 11.
501
Глава 11
к Степенной книге, бытовавшее в образованных слоях рус-
ского общества на рубеже XVIII—XIX вв.
Итак, в течение XVIII в. отношение к Степенной книге ме-
нялось. Закономерности в этих изменениях пока не удается
проследить по памятникам провинциальной историографии,
поскольку некоторые из них уже в начале XVIII в. обраща-
ются со Степенной книгой как с источником фактических
сведений, а другие, второй половины XVIII в., написаны под
влиянием концепции Степенной книги. Более четко измене-
ния в восприятии Степенной книги прослеживаются по па-
мятникам официальной историографии или по близким к ним
сочинениям. Причина этого, как представляется, в том, что
в названных произведениях в большей степени отражалась и
политическая конъюнктура, и «социальный заказ», и, выра-
жаясь образно, «дух времени», под которым принято пони-
мать изменения общественных настроений на уровне миро-
восприятия. Итак, уже в петровскую эпоху, когда Степенную
книгу оценивали более чем положительно и активно привле-
кали для историографических штудий, читателей не устраи-
вала ее клерикальная направленность. Со временем статус
исключительного по важности источника со Степенной книги
был снят, она была «уравнена в правах» с другими источни-
ками по древнерусской истории. В это время историкам стало
очевидно, насколько Степенная книга уступает летописям —
и по информативности, и по достоверности описания событий.
Постепенно начало формироваться пренебрежительное отно-
шение к ней. К концу же XVIII в. сложился негативный образ
Степенной книги как исторического источника. Знаменатель-
но, что именно в это время, в начале XIX в., была осознана
необходимость исследования Степенной книги, т. е. возобла-
дал научный подход к ее тексту, что и положило конец влия-
нию Степенной книги на отечественную историческую мысль.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Степенная книга представляет собой исключительное явле-
ние в истории русской культуры благодаря тому, что в ней со-
единились черты Средневековья и Нового времени. Средневе-
ковая по своей сути идея богоизбранности русского народа по-
лучила оформление в виде авторского сочинения, в котором
найдем и элементы традиции летописно-хронографической,
и житийные топосы, и черты трактата Нового времени с при-
сущим ему тематическим и проблемным расположением ма-
териала. Эти особенности позволили Степенной книге сохра-
нять свою актуальность на протяжении двух столетий — срок
немалый для сочинения идеологического характера. Меня-
лась политическая коньюнктура, создавались новые идеоло-
гемы — неизменным оставалось обращение к Степенной кни-
ге. Как представляется, понимание ее феномена невозможно
без осознания места Степенной книги в событиях русской
истории середины XVI в. — времени формирования идеоло-
гии русского царства, новой социальной и культурной реа-
лии, определившей исторические судьбы России на несколь-
ко столетий. Это было время напряженных творческих поис-
ков стиля, форм и образного строя. Здесь следует отметить
активные контакты с другими православными культурами,
прежде всего с сербской, греческой и молдавской, которые
проходили в русле политики по легитимизации царского ти-
тула русского самодержца. В такой атмосфере творческих
экспериментов и активного взаимодействия культур право-
славного мира, под эгидой молодого царя и его окружения,
получившего в позднейшей традиции характерное наимено-
вание «Избранная рада», и происходило создание Степенной
книги.
503
Заключение
Работы по составлению Степенной книги завершились
в 1563 г. Вскоре страна оказалась ввергнута в пропасть оприч-
нины. Возможно, это обстоятельство обусловило невостребо-
ванность Степенной книги непосредственно после ее создания.
Такая же судьба была уготована и другим произведениям рус-
ской культуры середины XVI в. Самый «близкий родствен-
ник» Степенной книги, собор Василия Блаженного, также на
долгие годы был исключен из активной общественной жизни.
К Степенной книге обратились только в 70-е гг. XVI в. при
создании Лицевого летописного свода. Но здесь она использо-
валась наряду с летописями. Идеологические и стилистиче-
ские особенности, оригинальная историософская концепция
Степенной книги остались не востребованы составителями Ли-
цевого свода.
Начало общественного признания Степенной книги связа-
но с учреждением патриаршества в 1589 г., с деятельностью
первого патриарха Иова и его окружения. Возможно, этому
способствовало то обстоятельство, что учреждение патриар-
шества имело много общего с практикой утверждения цар-
ского титула, в русле которой и была создана Степенная кни-
га. Есть основания полагать, что новая редакция Степенной
книги была создана в 1589 г. Ее автором был близкий Иову
владимирский архимандрит Иона Думин, который вошел
в историю русской культуры как автор самой пространной
редакции Жития Александра Невского, составленной на осно-
ве Степенной книги. Новая редакция Степенной книги пред-
назначалась, можно думать, для рукописного тиражирования.
Ее списки стали деятельно распространяться по монастыр-
ским библиотекам. Текст Степенной книги начал обретать
широкого читателя.
Этот процесс был приостановлен событиями Смуты. Для
послесмутного времени обращение к Степенной книге неха-
рактерно. Складывается впечатление, что Степенная в это
время была забыта. Это и неудивительно, поскольку идеоло-
гическая концепция Степенной книги устарела уже к концу
XVI в. Как известно, последний представитель династии мос-
ковских Рюриковичей, царь Федор Иванович, скончался
в 1598 г. События разворачивались явно вопреки намеченной
в Степенной книге схеме, которая главным гарантом процве-
тания Русской земли представляет царствующий род Рюрико-
504
Заключение
вичей. Кроме того, литературный процесс в послесмутное вре-
мя замедлился и по вполне объективным причинам — страна
пребывала в разрухе. И все же в первой половине XVII в. Сте-
пенная книга использовалась монастырскими книжниками,
поскольку в библиотеках крупнейших монастырей к тому вре-
мени уже хранились ее списки. Следует отметить, что круп-
нейший памятник историографии того времени, Новый лето-
писец, генетически связан со Степенной книгой. Следователь-
но, Степенную читали, хотя время ее активного использова-
ния еще не пришло.
Начало широкого обращения к тексту Степенной книги
приходится на 40-е гг. XVII в. Идеи Степенной книги оказа-
лись созвучны политике царя Алексея Михайловича, в царст-
вование которого были воскрешены важнейшие политиче-
ские устремления и идеологические постулаты грозненского
времени. Желание представить Россию главой православного
мира, а русского царя — владыкой всех православных наро-
дов побуждало царских идеологов искать обоснование этим
претензиям в историческом прошлом страны. Для этих целей
Степенная книга подходила идеально, поскольку ее состави-
тель руководствовался подобными соображениями. Не случай-
но поэтому с середины XVII в. участились попытки продолжить
текст Степенной книги, довести изложение до современных
событий, что выражалось, прежде всего, в присоединении
к каноническому тексту Степенной книги различных доку-
ментов, выписок из летописей, хронографов, публицистиче-
ских произведений и пр. Среди прочих выделяется так назы-
ваемый Хронограф Сергия Шелонина, в котором знаменитый
соловецкий агиограф сделал попытку вписать в концепцию
Степенной книги династию Романовых, ссылаясь на их род-
ственные связи с последними Рюриковичами. В 1557 г. был
учрежден специальный Записной приказ, задачей которого
стало продолжение Степенной книги до современности.
В 1668 г. дьяк Ф. А. Грибоедов по царскому приказу на осно-
вании Степенной книги написал «Историю о царях и великих
князьях русских». Степенную книгу использовали и в изда-
ниях Пролога. Однако в это время имеет место и иная ситуа-
ция: задачи, решению которых посвящено повествование Сте-
пенной книги, стали рассматривать без обращения к Степен-
ной книге. Причина этого, на наш взгляд, в том, что Сте-
505
Заключение
пенную книгу многие авторы просто не знали. Характерным
примером такого отношения к исторической традиции можно
считать творчество Николая Спафария. Составленные при его
активном участии Василилогион и Титулярник повествуют
об истории монархии в России. Применяя те же приемы, что
и автор Степенной книги, Спафарий совсем не пользовался ее
текстом. Не был знаком со Степенной книгой и Юрий Крижа-
нич. Характерно, что в обоих случаях мы имеем дело со свет-
скими авторами, к тому же иностранного происхождения.
Однако постепенно положение меняется. Степенная книга
становится одним из самых известных и авторитетных трудов
по русской истории. К 1679 г. была завершена новая редак-
ция Степенной книги, существенно переработавшая канони-
ческий текст XVI в. и доведшая его изложение до современ-
ности — это так называемая Латухинская Степенная. Ее автор,
монах Макарьева Желтоводского монастыря, впоследствии
патриарший казначей Тихон Макарьевский, изменил компо-
зицию Степенной книги. Традиционное деление текста на сте-
пени (поколения Рюриковичей) он применил не для всего тек-
ста, а для периода с крещения Руси, т. е. с княжения Влади-
мира Святого, до княжения Василия III. Сын последнего
Иван Грозный стал первым русским царем. Начиная с него
Тихон ввел иное членение текста — на царства, принятое
в хронографической традиции (например, в редакциях рус-
ского Хронографа 1617 г. и 1620 г.). Здесь уже не столь важ-
ны были родственные связи предшественника и преемника.
Согласно концепции Тихона получалось, что святой род Рю-
риковичей учредил в России царство, во главе которого впо-
следствии оказывались наиболее способные правители. Так,
правление Ивана Грозного названо 1-м царством, его сына
Федора — 2-м царством, Бориса Годунова — 3-м царством,
Лжедмитрия I — 4-м царством, Василия Шуйского —
5-м царством, Михаила Романова — 6-м царством, Алексея
Михайловича — 7-м царством, а Федора Алексеевича —
8-м царством.
В последней четверти XVII в. ссылки на Степенную книгу
можно встретить в большинстве сочинений, посвященных
русской истории. Назовем Скифскую историю Андрея Лызло-
ва, произведения Игнатия Римского-Корсакова, Мазуринский
летописец, Окладную книгу Сибири 1696—1697 гг. и др. По-
506
Заключение
степенно к Степенной книге стали относиться как к произве-
дению исключительно авторитетному, своего рода сакрально-
му тексту русской истории. Вершиной подобного отношения
стало упоминание Степенной книги в Уставе Петра I о престо-
лонаследии 1722 г. Там на Степенную ссылаются при доказа-
тельстве легитимности преемников Ивана Грозного. Старооб-
рядцы ссылались на Степенную книгу в известных Помор-
ских ответах, где доказывали, что церковный собор XII в. на
еретика Мартина в реальности не существовал. Видимо, в при-
веденных ссылках акцент ставился на авторитетность Степен-
ной книги. Поэтому закономерно, что ее стали использовать
и при составлении различных фальсификаций.
Петровское время актуализировало Степенную книгу в свя-
зи с необходимостью создать новую концепцию русской исто-
рии. В 1703 г. по инициативе и с личным участием Тихона
Макарьевского была создана Хронографическая редакция Ла-
тухинской Степенной книги, где русскую историю вписали
в мировой исторический процесс, который завершается в этом
произведении известиями о победах русского оружия в Север-
ной войне. По-видимому, Хронографическая редакция была
ответом на брошюру по всеобщей истории «Введение краткое
во всякую историю», изданную в амстердамской типографии
И. Ф. Копиевского в 1699 г. В 10-е гг. XVIII в. появляется
несколько попыток изложения русской истории, иницииро-
ванных самим Петром I. Характерно, что все они так или
иначе опираются на текст Степенной книги. Это произведе-
ния Ф. П. Поликарпова-Орлова, И. Ю. Юрьева, Феофана Про-
коповича. Примыкает к ним и «Ядро русской истории»
А. И. Манкиева. Ни одно из них не следует называть редак-
цией Степенной книги, но Степенная используется здесь и
как источник сведений, и как авторитетное повествование,
причем второй аспект в отношении к Степенной книге явно
преобладает. Таким образом, в первой четверти XVIII в. Сте-
пенная книга активно используется для формирования импер-
ской идеологии. Пожалуй, только два ее качества не устраи-
вали авторов XVIII в.: строгий генеалогический принцип
наследования верховной власти и общий провиденциальный
настрой. Привлекая Степенную книгу для создания историо-
графических трудов, историки старательно «очищали» ее
текст от идей, казавшихся им несовременными. В послепет-
507
Заключение
ровское время историки заметно охладели к Степенной книге.
Сохраняя внешне почтительное отношение к ней как к авто-
ритетному источнику, они явно предпочитают ей летописи.
Такое отношение к Степенной книге встречается у В. Н. Тати-
щева, Г. Ф. Миллера, Екатерины II, М. М. Щербатова и др.
В трудах этих авторов формируется новый взгляд на Степен-
ную книгу. Отныне здесь отыскиваются уникальные извес-
тия, имеющие отношение к древнерусской истории. Кризис
подобного отношения к Степенной книге был выражен
А. Л. Шлецером, который дал ей уничижительную характе-
ристику. Преодоление резко негативной оценки Степенной
книги связано уже с традицией кружка Н. П. Румянцева,
Н. М. Карамзина и историографией XIX в. С этого времени
Степенная книга попадает в разряд традиционных источни-
ков по древнерусской истории, и на этом заканчивается ее
деятельная общественная жизнь.
ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ*
Аввакум Петров, протопоп 308
Август, Гай Юлий Цезарь Окта-
виан, первый римский имп.
29, 30, 31, 106—110, 211,
262, 267, 299, 362, 500
Авенхасан, легендарный древне-
русский кн. 486
Авксентий, св. 57
Авраамий Болгарский, св. 252,
404
Авраамий Палицын 205, 283,
288
Авраамий, строитель Макарьева
Желтоводского монастыря 356
Автократов В, Н. 434, 435
Агафья, жена кн. Георгия (Юрия)
Всеволодовича 279
Агафья, жена кн. Константина
Всеволодовича 401
Аграфена (Огрофена), жена боя-
рина Василия Андреевича 160
Адам, библ. 105
Адаш Е. С. 435
Адашев А. Ф., окольничий 435
Адриан, патриарх Московский
318, 319, 375, 386
Азарьин см. Симон Азарьин
Айналов Д. В. 41
Акимов П. В. 232
Александр Добрый, молдавский
господарь 31
Александр Македонский 299,
341, 478, 486
Александр Мезенец, роспевщик
272, 273
Александр Михайлович, в. кн.
Тверской, сын Михаила Яро-
славича, 469, 496
Александр Федорович Звениго-
родский, сын кн. Федора
Адриановича 327
Александр Ягеллон, в. кн. Ли-
товский и король Польский
433
Александр Ярославич Невский
(в монашестве Алексий), св.,
в. кн. сын Ярослава Всеволо-
довича 6, 12, 14, 41, 54, 58,
60, 61, 65, 66, 91, 99, 103,
108, 110, 112, 123, 127, 133,
134, 135, 136, 152, 153, 168—
172, 175—178, 180, 182—
* Приняты следующие сокращения: ап. — апостол, архиеп. — архиепис-
коп, архим. — архимандрит, библ. — библейский персонаж, в. — великий,
еп. — епископ, иером. — иеромонах, имп. — император, кн. — князь,
митр. — митрополит, патр. — патриарх, св. — святой.
509
Именной указатель
188, 192, 194, 195, 197, 198,
200, 205, 214, 226, 263, 280,
286, 287, 294, 299—301, 318,
329, 365, 372, 374, 380, 390,
391, 403—408, 413, 414, 430,
442, 444—447, 452, 454, 460,
471, 487, 494, 497, 504
Александр, византийский имп.,
сын имп. Василия I Македо-
нянина 72
Александр, еп. Вятский 459, 460
Александр, митр. Новгородский
173
Александра Дмитриевна, жена
московского кн. Ивана Ива-
новича Красного 301
Александра, жена кн. Александ-
ра Невского 61—63
Александровулос О. 286
Алексеев Ю. Г. 391
Алексеева М. А. 45
Алексей Михайлович, царь 249,
251, 263, 265—268, 277, 278,
287—289, 299, 320, 324, 335,
341, 344, 370, 380, 467, 471,
505, 506
Алексей Петров, сын суздаль-
ского священника Петра Афа-
насьева, владелец рукописи
464
Алексей Петрович, сын Петра I
331, 335, 384, 467, 474, 480
Алексей, протопоп московского
Благовещенского собора 159
Алексий см. Александр Яросла-
вич Невский (в монашестве
Алексий)
Алексий, митр. Московский 97,
99, 111, 112, 117, 118, 170,
184, 216, 218, 235, 242, 243,
247, 323, 438
Али-Буга (Алыбуга), ордынский
военачальник 136
Алпатов М. А. 497, 498
Алыбуга см. Али-Буга
Алычев Б., казацкий атаман 342
Альшиц Д. Н. 20, 122, 456
Амвросий (Зертис-Каменский),
митр. Московский 205, 468,
469, 495
Амосов А. А. 122, 153, 164
Анания Федоров см. Федоров
Анания
Анания, игумен киевского Фео-
доровского монастыря 244
Анастасий, патр. Константино-
польский 297
Анастасия Романовна, жена Ива-
на Грозного 41, 42, 211, 288,
299, 341
Анастасия, св. 47, 97
Андреев А. И. 383, 483, 484
Андрей Александрович, кн. Го-
родецкий, сын Александра
Невского 66, 351
Андрей Боголюбский см. Андрей
Юрьевич Боголюбский
Андрей Васильевич Большой,
кн. Угличский, сын Василия
Темного 129
Андрей Денисов см. Денисов Анд-
рей
Андрей Иванович, кн. Серпухов-
ской и Боровский, сын Ивана
Калиты 496
Андрей Иванович, кн. Стариц-
кий, сын Ивана III 123
Андрей Константинович, кн. Ни-
жегородско-Суздальский, сын
Константина Васильевича 232,
233
Андрей Ольгердович, кн. Литов-
ский 447
Андрей Первозванный, ап. 75,
91, 92, 321, 419, 424,426,491
Андрей Смоленский, св. кн. 265
Андрей Стратилат, св. 36, 57
510
Именной указатель
Андрей Юрьевич Боголюбский,
кн. Владимирский, сын Юрия
Долгорукого 64, 65, 103, 104,
112, 123, 132, 175, 219, 221,
226, 229, 253, 254, 265, 393,
394, 410, 412, 415—428, 469,
485, 492
Андрей Якунович, новгородский
посадник 133
Андрей Ярославич, кн. Суздаль-
ский, сын Ярослава Всеволо-
довича 91, 136, 137, 169, 406
Андрей см. Афанасий (в миру
Андрей), митр. Московский
Андрияш см. Вельвен фон, Анд-
реас
Анисим Артемьев см. Артемьев
Анисим
Анисимова Т. В. 24, 197
Анна Иоанновна, имп. 382
Анна Кашинская, св., жена Ми-
хаила Ярославича Тверского
260, 261, 431, 496
Анна Михайловна, дочь царя
Михаила Федоровича 284,
344
Анна Петровна, дочь Петра I 384
Анна, жена кн. Всеволода III
62—64, 168
Анна, жена византийского имп.
Иоанна VIII Палео лога, дочь
московского кн. Василия
Дмитриевича 297, 298
Анна, жена киевского кн. Вла-
димира Святославича 65—67
Антипа, св. 249
Антоний, митр. Московский 119,
171
Антоний, монах владимирского
Рождественского монастыря
185
Антонова В. И. 36, 37, 41, 45,
250
Анхимюк Ю. В. 204
Аполлон, греческий бог 94
Аполлос, архим. 321
Арзубьев К. С., новгородец 146
Аристарх, игумен боголюбовско-
го Рождественского монасты-
ря 422—424, 428
Аристотель Фиораванти см. Фио-
раванти Аристотель
Аристотель, древнегреческий фи-
лософ 95, 326
Аркадий, византийский имп. 45
Арсений Великий, св. 273
Арсений Суханов 214
Арсений, авва 275
Арсений, иером. 216
Артемий, св. 57
Артемьев Анисим, иконописец
250
Архангельский А. С. 8
Асан, легендарный древнерус-
ский кн. 486
Аскольд, кн. Киевский 89
Афанасий Великий, св. 145, 356
Афанасий Пателар, патр. Кон-
стантинопольский 267
Афанасий Ярославич, кн., сын
Ярослава Всеволодовича 406
Афанасий, архиеп. Холмогорский
и Важеский 328, 357, 384
Афанасий (в миру Андрей), митр.
Московский 13, 14, 19, 22,
47, 48, 54, 81—85, 91, 96,
100, 103, 111, 114, 115, 117,
119, 120, 153, 154, 166, 171,
190, 200
Афет см. Иафет
Ахмат, хан 123
Базин (Табазин) Ф., новгородец
147
Байер Г. 3., академик Петербург-
ской Академии наук 466, 468
Бакун Д. Н. 429
Бантыш-Каменский Н. Н. 9, 10
511
Именной указатель
Барма, зодчий 52
Бармин см. Федор Бармин
Бароний (Бороний) Цезарь, рим-
ский кардинал 329, 460
Барсов Е. В. 389
Барсуков Н. П. 248, 250, 274,
497
Баталов А. Л. 51, 52
Батый, хан 135—139, 176, 177,
179—182, 208, 239, 248, 279,
390, 391, 404—406, 412, 413
Бегунов Ю. К. 187
Белоброва О. А. 23, 254, 436, 461
Белов С. П. 43
Белова Л. Б. 319
Белокуров С. А. 290, 326
Бельский Мартин, польский хро-
нист 329, 362
Белякова Е. В. 114
Берке (Беркай), хан 300
Берков П. Н. 347, 468
Берхгольц Ф. В., камер-юнкер
384
Бестужев-Рюмин A. IL, канцлер
473, 474, 477
Бестужев-Рюмин К. Н. 96, 472
Билъбасов В. А. 501
Битяговский Д., сын дьяка
М. И. Битяговского 212
Бобринский А. А. 40
Бобринский Н. Н. 22
Бобровницкая И. А. 33
Богатырев С. Н. 40
Богданов А. И., помощник биб-
лиотекаря Академии наук 493
Богданов П. Д., собиратель ру-
кописей 270
Богданов А. П. 45, 121, 267, 289,
292, 303, 322—324, 326, 328,
329, 331, 332, 339, 489
БогдановиКД. 98
Боголеп Яковлев, патриарший
ризничий 318, 319
Болтин И. Н. 472, 475, 476, 498
Болховитинов см. Евгений (Бол-
ховитинов)
Борецкий Д. И., новгородский
боярин 146
Борис Васильевич, кн. Волоц-
кий, сын Василия Темного
129
Борис Васильевич (Василькович),
кн. Ростовский, сын Василь-
ка Константиновича 139, 140
Борис Владимирович, св. кн.,
сын Владимира Святославича
36, 45, 47, 49, 77, 79, 80, 95—
98, 103, 111, 170, 184, 191,
206, 282, 315, 321, 464
Борис Всеволодович, кн., сын
Всеволода III 397
Борис Константинович, кн. Ни-
жегородский и Городецкий,
сын Константина Васильеви-
ча 263
Борис Федорович Годунов, царь
167, 213, 215, 219, 276, 293,
339, 359, 370, 380, 506
Бороздин К. М., историк 501
Бороний см. Бароний (Бороний)
Цезарь
Ботеро (Ботер) Джованни, италь-
янский писатель-гуманист 329
Бочаров Г. Н. 32
Братчикова Е. К. 382
Брунов Н. И. 52
Брюсова В. Г. 250
Брюханова Г. В. 361
Брячислав, кн. Полоцкий, отец
жены Александра Невского
444, 452
Бубнов Н. Ю. 281, 430
Буланин Д. М. 102, 173, 174,
307, 430, 477
Булгаков см. Макарий (Булга-
ков), митр.
Булычев А. А. 250
Бусева-Давыдова И. Л. 51
512
Именной указатель
Буслаев Ф. И. 49
Бухау фон, Даниил, австрийский
дипломат 500
Быкова Т. А. 347
Бычков И. А. 270
Бычкова М. Е. 105, 327
Вавила, св., архиеп. Антиохий-
ский 157
Валаам (Валам), пророк, библ.
181
Балк С. Н. 489
Вальденберг В. Е. 25
Варений Бернгард, географ 460
Варлаам Хутынский, св. (в миру
Алекса Михайлович, Вячеслав
Прокшинич) 123, 135, 187
Варлаам, еп. Вологодский 173
Варлаам, еп. Суздальский 196
Варсонофий Казанский, св., еп.
Тверской 188—190
Варфоломей, ап. 156
Васенко П. Г. 13—18, 21, 96,
153, 203, 206, 210, 224, 309,
315, 317, 359, 375, 432—434,
468, 495, 501
Василий I Дмитриевич, в. кн. Мос-
ковский, сын Дмитрия Дон-
ского 6, 100, 104, 170, 184,
294, 295, 297, 298, 323, 327,
354, 365, 380, 439
Василий I Македонянин, визан-
тийский имп. 45, 67, 72, 304
Василий II Васильевич Темный,
в. кн. Московский, сын Васи-
лия I Дмитриевича 6, 99, 104,
110, 143, 153, 242, 243, 355,
365, 380, 469
Василий (в иночестве Варлаам) III
Иванович, в. кн. Московский,
сын Ивана III 3, 6, 12, 28, 29,
33, 34, 45, 59, 67, 69, 73, 99,
101, 103, 123, 126, 128—130,
148, 149, 153, 158—160,
162—164, 166, 170, 171, 216,
301, 335, 336, 349, 356, 360,
361, 365, 376, 380, 369, 474,
478, 481, 506
Василий Александрович, кн. Ко-
стромской, сын Александра
Невского 414
Василий Блаженный, св. 50—
52, 187, 199, 211, 328, 504
Василий Великий, св. 356
Василий Всеволодович, кн. Яро-
славский, сын Всеволода Кон-
стантиновича 54, 230, 254
Василий Всеволодович, кн., сын
Всеволода III 390, 397, 414
Василий Иванович Шуйский,
царь 173, 219, 276, 277, 287,
293, 310, 311, 380, 431, 479,
493, 499, 506
Василий (Василько) Константи-
нович, кн. Ростовский, сын
Константина Всеволодовича
209, 225, 235, 238—240, 246,
248, 280, 399—401
Василий Михайлович, кн. Ве-
рейский, сын Михаила Анд-
реевича 146
Василий Михайлович, кн. Ка-
шинский, сын Михаила Яро-
славича Тверского 496
Василий см. Яндуган (Василий)
Василий Ярославич Квашня, кн.
Костромской, сын Ярослава
Всеволодовича 258, 413, 414
Василий-Варлаам, агиограф 185
Василиса, жена кн. Александра
Невского 64, 66
Василиса, жена кн. Андрея
Александровича Городецкого,
сына Александра Невского 66
Васильев Андрей, сольвычегод-
ский иконописец 43
Васса (Василиса) (в иночестве
Феодора) Нижегородская, св.,
513
Именной указатель
жена нижегородского суздаль-
ского кн. Андрея Константи-
новича 225, 232—235, 265
Вассиан Косой, монах Иосифо-
Волоколамского монастыря
201
Вассиан Патрикеев, кн., монах
114
Вассиан Рыло, архиеп. Ростов-
ский 123, 127, 149, 150, 332
Вассиан Топорков, еп. Коломен-
ский 163
Великосан, легендарный древне-
русский кн. 486
Вельвен фон, Андреас (Андрияш),
магистр Ливонский 133—135,
182
Венедикт, старец Соловецкого
монастыря 194, 278
Верещагин А. С. 459
Верюжский М. В. 328
Веселовский С. Б. 105, 435
Вздорнов Г. И. 446
Викторов А. Е. 14
Вилинбахов Г. В, 50
Виниус А. А., думный дьяк 338,
357
Виноградов А. И. 250, 253
Виноградова С, Г. 308
Винтер Э. 466, 467
Висковатый И. М., посольский
дьяк 58
Витовт Кейстутович, в. кн. Ли-
товский, сын Кейстута Геди-
миновича 352, 354, 488
Владимир Андреевич, кн. Ста-
рицкий, внук Ивана III 41,
42, 44, 45
Владимир Всеволодович Моно-
мах, в. кн. Киевский, сын
Всеволода Ярославича 6, 28,
33, 103, 104, 110, 111, 133,
134, 160, 161, 277, 293, 299,
300, 311, 312, 321, 325, 363,
371, 373, 380, 381, 392, 40Я
442, 492
Владимир Всеволодович, кн. Ста-
родубский, сын Всеволода III
397
Владимир Константинович, кн.
Углицкий, сын Константина
Всеволодовича 465
Владимир Мстиславич, в. кн. Ки-
евский, сын Мстислава Вла-
димировича 244
Владимир Ольгердович, кн. Ки-
евский, сын в. кн. Литовского
Ольгерда Гедиминовича 117
Владимир Святославич, св., в.
кн. Киевский, сын Святосла-
ва Игоревича 4—6, 19, 21, 36,
47, 49, 57, 59, 66, 67, 69, 74,
79—81, 85—106, 109—112,
116, 119, 134, 184, 209, 211,
215, 218, 220, 228, 232—234,
254, 275, 282, 286, 287, 290,
293, 299, 301, 304—306, 310,
314, 320—322, 358, 363, 365,
376, 378—381, 387, 403, 439,
451, 453, 459, 469, 506
Владимир Юрьевич, кн., сын
Георгия (Юрия) Всеволодо-
вича 177, 178, 258, 364, 391,
406
Владимир Ярославич, кн. Новго-
родский, сын Ярослава Муд-
рого 65
Вовина-Лебедева В. Г. 207, 208,
342
Волков А. А., подпоручик 12
Волынский А. П., кабинет-ми-
нистр имп. Анны Иоанновны
374, 434, 485
Вольдемар I, шведский король
497
Вольдемар, датский королевич
268, 272
Воронин Н. Н. 415, 418, 424
514
Именной указатель
Воронцова Л. М. 409
Востоков А. X. 11, 74
Врангель фон, Ю. 331
Всеволод III Юрьевич, в. кн. Вла-
димирский, сын Юрия Дол-
горукого 6, 57, 62, 66, 104,
134, 137, 168, 169, 172, 175,
236, 237, 280, 286, 287, 312,
316, 317, 323, 324, 328, 363,
364, 369, 380, 389, 394—398,
401, 402
Всеволод (Гавриил) Мстиславич,
св., кн. Псковский, сын Мсти-
слава Владимировича 99,
112—114, 225, 227, 409
Всеволод Константинович, кн.
Ярославский, сын Константи-
на Всеволодовича 400, 401,
465
Всеволод Олегович, в. кн. Киев-
ский, сын Олега Святосла-
вича 293, 294, 380, 381
Всеволод Юрьевич, кн., сын Ге-
оргия (Юрия) Всеволодовича
177—179
Всеволод Ярославич, в. кн. Ки-
евский, сын Ярослава Муд-
рого 6, 91, 103, 111, 134, 293,
300, 321, 379—381, 439
Выголов В. П. 32, 192
Вяземская Ульяна, св., жена кн.
Семена Мстиславича Вязем-
ского 275
Вятчанина Т. Н. 51
Гавриил (Кременецкий), митр,
469
Гавриил Архангел, библ. 332
Гаврюшина Л, К. 96
Галинковский Я. А. публицист,
издатель 500, 501
Галятовский см. Иоанникий Га-
лятовский
Гваньини (Гвагнин) Александр,
итальянский историк 329, 478
Геннадий Гонзов, архиеп. Новго-
родский 243
Геннадий, проигумен Хиландар-
ского монастыря 57, 97
Георгий Амартол, византийский
хронист 90
Георгий Васильевич см. Юрий
Васильевич
Георгий (Юрий) Всеволодович,
св., в. кн. Владимирский, сын
Всеволода III 61, 176, 177,
180, 209, 224, 229, 234, 248—
252, 254—259, 274, 278—
280, 364, 365, 389—392,
394—400,	402—414,	416,
441—443, 454
Георгий Победоносец, св. 36, 37,
41, 44, 57, 315, 393, 402, 403,
410, 411, 413, 440
Георгий см. Юрий
Георгий, византийский имп. 45
Георгий, митр. Киевский 379
Герасим, брат св. Даниила Пе-
реяславского 241
Герасим, пономарь тверской
Успенской церкви 260
Герберштейн Сигизмунд, авст-
рийский дипломат 33, 34
Герман Тулупов, монах Троице-
Сергиева монастыря 209, 223
Гермоген, митр. Казанский и
Свияжский, впоследствии пат-
риарх Московский 188—190,
206
Геронтий, казначей Соловецкого
монастыря 281
Геронтий, митр. Московский 32,
332
Гизель Иннокентий, архим. Кие-
во-Печерского монастыря 302,
303, 460, 478
Гладкая М. С. 57
515
Именной указатель
Глеб Андреевич, св., кн., сын
Андрея Боголюбского 54,
416—418, 427, 428, 462
Глеб Владимирович, св., кн.,
сын Владимира Святославича
36, 45, 47, 49, 77, 79, 80, 95—
98, 103, 111, 170, 184, 191,
206, 282, 315, 321, 464
Глинский М. Л., кн., воевода
110	\
Голиков И. И. 366
Голицын Д. М., кн., член Вер-
ховного тайного совета 384,
485
Головкин Г. И., канцлер 346,
371—373
Голубева О. В. 447
Голубинский Е. Е. 416
Голубцов А. 268, 272
Горлицкий И. С., переводчик Ака-
демии наук 467
Горский А. В. 345
Гостомысл, легендарный древне-
русский кн. 387
Грабар А. Н. (Grabar А,) 36, 38,
57
Градова Б. А. 496
Грамотин И. Т. (в монашестве
Иоиль), думный дьяк 218—
221
Греков см. Мамалахов-Греков Ф.
(Обрюта)
Грибов Ю.А. 292, 320
Грибоедов Ф. А., дьяк Разрядно-
го приказа 287—289, 505
Григорий Богослов, св. 356
Григорий Отрепьев см. Отрепьев
Григорий
Григорий, священник москов-
ского Благовещенского собо-
ра 159
Гриценко 3. А. 71, 74
Губа Селезнев В. см. Селезнев
(Губа) В.
Гудзий Н. К. 19
Гуревич М. М. 347
Гурий, св., архиеп. Казанский и
Свияжский 188—190
Гурий, еп. Рязанский и Муром-
ский 350
Гурьев см. Корнилий Гурьев
Густав Ваза, шведский король
352
Гутенберг Иоганн, изобретатель
книгопечатания 371
Давид Святославич, кн. Черни-
говский, сын Святослава Яро-
славича 225
Давид Федорович, кн. Ярослав-
ский, сын Феодора Ростисла-
вича Черного 187
Давид, библ. 33, 34, 47, 184,
233, 234, 237, 248, 299, 395
Даниил II, архиеп. Сербский 96
Даниил Александрович, кн. Мо-
сковский, сын Александра
Невского 6, 99, 104, 111, 204,
225, 235, 237, 238, 246, 301,
365, 380
Даниил Переяславский, св. 13,
19, 81—87, 100, 102, 112,
114, 119, 132, 157, 199—201,
217, 226, 229, 235, 241, 242,
246, 316
Даниил Ярославич, кн., сын
Ярослава Всеволодовича 406
Даниил, митр. Московский 171,
285
Даниил, пророк, библ. 395, 396
Де Микелес Ч. 67
Дегинь Луи Жозеф (de Guig-
nes L. J), востоковед 500
Делагарди Якоб (Яков Пунтус),
шведский военачальник 352
Делиль Жозеф Никола (Delis-
le J. N.), астроном 455, 500
516
Именной указатель
Демидов П. Г., советник Берг-
коллегии 473, 480
Демин А. С. 246, 268, 271, 272
Денисов Андрей, настоятель Вы-
говского старообрядческого
общежительства 336, 337
Державин Г. Р., поэт, статс-сек-
ретарь Екатерины II 496
Державин Н. С, 18, 20, 21, 112
Державина О. А. 235
Джанибек (Зянибек), хан Золо-
той Орды 240
Дианова Т. В. 342, 375, 376
Дивей, крымский мурза 212
Диев М. Я. 13, 443
Димитрий Иванович, св., сын
Ивана Грозного 195, 212, 283,
293, 321
Димитрий Солунский, св. 36,
37, 57, 88, 113
Димитрий (Туптало), св., митр.
Ростовский и Ярославский
305, 337, 386—389, 425, 461,
464, 478, 490
Динара, царица, литературный
персонаж 70
Диоклитиан, римский имп. 90
Дионисий II, патр. Константино-
польский 68
Дионисий Зобниновский, св.,
архим. Троице-Сергиева мо-
настыря 197, 213, 214
Дионисий Ивирит, архим. афон-
ского Иверского монастыря
285—287
Дионисий, еп. Суздальский,
митр. Московский 354, 440
Дионисий, митр. Московский
117, 171
Дир, кн. Киевский 89
Длугош Ян, польский хронист
329
Дмитриев Л. А. 132, 133, 219,
220, 274, 387
Дмитриев М. 303
Дмитриева 3. В. 194
Дмитриева Р. П. 29, 106, 201
Дмитрий Александрович, кн. Пе-
реяславский, сын Александра
Невского 225, 351
Дмитрий Борисович, кн. Ростов-
ский, сын Бориса Василье-
вича 260
Дмитрий Иванович Донской,
в. кн. Московский, сын Ива-
на Красного 6, 41, 77, 99,
104, 108, 110, 123, 130, 142,
225, 226, 229, 235, 245, 265,
298—301, 323, 365, 380
Дмитрий Иванович, в. кн. Мос-
ковский, внук Ивана III 335,
336, 465
Дмитрий Иванович, старший
сын Ивана Грозного 42, 82
Дмитрий Константинович, кн.
Нижегородско-Суздальский,
сын Константина Васильеви-
ча 459
Дмитрий Михайлович, в. кн. Твер-
ской, сын Михаила Яросла-
вича Тверского 496
Дмитрий Юрьевич Красный, кн.
Бежецкий, сын Юрия Дмит-
риевича 225, 265
Доброхотов В. И. 62, 66, 418,
419, 421—425
Долгово П., подьячий Посоль-
ского приказа 292
Дорофей Монемвасийский см.
Псевдо-Дорофей
Досифей Топорков, монах Иоси-
фо-Волоколамского монасты-
ря 201
Дружинин В. Г. 337
Дубровский П. П., хранитель
рукописей имп. Публичной
библиотеки 501
Думин см. Иона Думин
517
Именной указатель
Дьяконов М. А. 101
Евгений (Болховитинов), митр.
13, 303, 367, 468, 470—472,
476, 484
Евгений (Казанцев), архим., рек-
тор Московской духовной ака-
демии 10, 11
Евгений, св. 57
Евдокия Дмитриевна, жена Дмит-
рия Донского 77, 123, 142,
143, 225, 229, 235, 245, 265
Евдокия Лукьяновна, жена царя
Михаила Федоровича 60, 249,
264
Евдокия, дочь Александра Нев-
ского 63
Евдокия, дочь Ивана Грозного
43
Евсеева Л. М. 35, 38
Евстратий, св. 57
Евфимий, молдавский летопи-
сец 31
Евфросиния Полоцкая, св., дочь
кн. Святослава Всеславича
99, 112, 226, 232, 234, 235,
243, 246, 282, 444, 445, 451,
452—454
Евфросиния Суздальская, св.,
дочь кн. Михаила Чернигов-
ского (?) 264
Екатерина I Алексеевна, имп.
382
Екатерина II Алексеевна, имп.
456, 495—499, 508
Екатерина, жена шведского ко-
роля Иоганна Вазы 351
Елагин И. П., обергофмейстер
10, 498—500
Елена Васильевна Глинская, же-
на Василия III 59, 156, 162
Елена Ивановна, дочь Ивана III
433
Елена, жена Ивана Калиты 496
Елена, св., мать римского имп.
Константина Великого 37, 55,
57, 80, 162
Елизавета Петровна, имп. 465,
470, 485, 491
Ельдега (Елдега), приближен-
ный хана Батыя 140
Енин Г. П. 431
Епифаний Славинецкий, бого-
слов 260
Еремин И. П. 302
Ермак, казацкий атаман 339
Еропкин П. Н., архитектор 485
Еурония, игуменья тихвинского
Введенского монастыря 319
Ефрем, митр. Киевский 379
Жадовской А. И., служилый че-
ловек г. Любима 417
Жарков И. А. 346, 347
Живов В. М. 335
Жилина Н. В. 29
Журавель О. Д. 17, 116
Забелин И. Е. 80, 104, 210
Замысловский Е. Е. 326
Западов В. А. 496
Захарий, архиеп. Тверской 172
Зверинский В. В. 63, 452
Зертис-Каменский см. Амвросий
(Зертис-Каменский)
Зиборов В. К. 23, 219
Зимин А. А. 20, 21, 59, 101
Зосима Соловецкий, св. 146
Зубов А., гравер 382
Зубов Ф., иконописец 250
Зянибек см. Джанибек
Иаков, библ. 4, 182
Иаков, монах, агиограф 74
Иафет (Афет), библ. 341, 358,
376
Иван I Данилович Калита, кн.
Московский, сын Даниила
Александровича 6, 30, 31,
518
Именной указатель
104, 108, 125, 160, 225, 229,
273, 301, 323, 365, 370, 380,
469, 496
Иван II Иванович Красный, в. кн.
Московский, сын Ивана Ка-
литы 6, 30, 31, 104, 240, 301,
365, 380, 496
Иван III Васильевич, в. кн. Мос-
ковский, сын Василия Темно-
го 6, 28, 85, 103, 104, 123,
126, 129, 143, 144, 147, 148,
150, 151, 153, 220, 335, 336,
361, 365, 380, 433, 434, 448,
465, 469
Иван IV Васильевич Грозный,
царь 3—9, 22, 26—29, 32, 35,
36, 40—47, 50, 52, 53, 55—
59, 62, 65—69, 73, 74, 76,
82—85, 91, 96—98, 100,
103—111, 116, 117, 122, 123,
128, 131, 152, 156, 157, 160,
162, 164, 165, 167, 170, 171,
195, 197, 201—203, 206, 207,
211, 212, 247, 267, 277, 283,
288, 293, 298, 299, 301, 302,
310—313, 321, 330, 332, 339,
342, 352, 358, 361, 365, 369,
370, 372, 377, 380, 382, 384,
415, 416, 434, 450, 452, 455,
456, 466, 469, 470, 495, 498,
499, 406, 507
Иван V Алексеевич, царь 44, 45,
270, 380
Иван Всеволодович, кн. Старо-
дубский, сын Всеволода III
397
Иван Иванович, царевич, сын
Ивана Грозного 83, 97, 211,
212
Иванов А., дьякон 331
Игнатий Римский-Корсаков,
архим. Новоспасского мона-
стыря 44, 267, 319, 320, 322,
323—325, 471, 506
Игнатий Ростовский, св. 127
Игнатий, архим. кремлевского
Спасо-Преображенского мо-
настыря 9, 10, 153
Игорь Ольгович, в. кн. Киевский,
сын Олега Святославича 235,
244, 246, 293, 294, 380
Игорь Рюрикович, в. кн. Киев-
ский 5, 75—77, 106, 108, 293,
380, 387, 459
Иеремия, патриарх Константи-
нопольский 167
Изяслав Андреевич, кн., сын
Андрея Боголюбского 253,
254, 418, 422, 423, 427
Изяслав Давидович, в. кн. Киев-
ский, сын Давида Святосла-
вича 337
Изяслав Мстиславич, в. кн. Ки-
евский, сын Мстислава Вла-
димировича 133, 244, 314
Изяслав Ярославич, в. кн. Киев-
ский, сын Ярослава Мудрого
225, 321, 379
Иконников В, С, 307, 326, 478,
497
Иларий, иером. 216
Иларион (Ларион), митр. Киев-
ский 75, 88, 378
Ильин М. А. 52
Илья И, молдавский господарь
31
Илья Пророк, библ. 383
Илья, казначей вологодского архи-
епископа Маркелла 280
Иннокентий Гизель см. Гизель
Иоаким, патр. Александрий-
ский 59, 199
Иоаким, патр. Московский 260,
328
Иоанн I Цимисхий, византий-
ский имп. 77, 78
Иоанн I, митр. Киевский 378
Иоанн II, митр. Киевский 379
519
Именной указатель
Иоанн III, митр. Киевский 379
Иоанн V Палеолог, византий-
ский имп. 31
Иоанн VII Палеолог, византий-
ский имп. 281
Иоанн Богослов, библ. 48, 174
Иоанн Дамаскин, св. 356
Иоанн Златоуст, св. 197
Иоанн Новый, св. 213
Иоанн Предтеча, библ. 53, 97,
245, 314, 426
Иоанн Сакулис, секретарь Мака-
рия, патр. Антиохийского 285
Иоанн Синайский, св. 4, 80, 193,
417
Иоанн, архиеп. Новгородский 274
Иоанн, еп. Ростовский 398
Иоанн, составитель службы Анд-
рею Боголюбскому 417
Иоанникий Галятовский, ректор
Киево-Могилянской коллегии
306
Иоасаф (Гапонов), иером. 250,
254, 420, 421, 423, 425, 427,
428
Иоасаф II, патр. Константино-
польский 59, 67, 68
Иоасаф Скрипицын, игумен Трои-
це-Сергиева монастыря, митр.
Московский 117, 149, 163,
171, 173
Иоасаф, еп. Белгородский, св.
386
Иоасаф, митр. Евгрипский и Ки-
зичский 68, 69
Иоасаф, патр. Московский 249,
251
Иов Курцев, монах Троице-Сер-
гиева монастыря 157
Иов, митр. Новгородский и Ве-
ликолуцкий 384, 467
Иов, патриарх Московский 167,
168, 188, 197, 210, 211, 417,
441, 504
Иоганн (Яган) III Ваза, швед-
ский король 351
Иона Думин, архим. владимир-
ского Рождественского мона-
стыря, архиеп. Вологодский и
Великопермский, митр. Рос-
товский и Ярославский 16,
168, 171—175, 180, 182—
188,	190—192,	194—198,
200, 204—208, 210, 215, 217,
218, 226, 227, 249, 262, 278—
280, 286, 316, 317, 325, 326,
328, 329, 332, 341, 372, 377,
390, 403—405, 442, 460, 461,
464, 489, 504
Иона, архиеп. Новгородский 143
Иона, митр. Московский 97, 99,
100, 111, 112, 216, 226, 229,
235, 281, 323
Иосиф Волоцкий, св., игумен
Иосифо-Волоколамского мона-
стыря 151
Иосиф Прекрасный, библ. 182,
262
Иосиф, архим. 223
Иосиф, архим. ярославского
Спасо-Преображенского мона-
стыря 254, 461
Иосиф, келейник патриарха
Иова 486
Иосиф, патр. Московский 224,
249—251, 256, 257, 274, 282
Ирик см Эрих
Ирина Михайловна, дочь царя
Михаила Федоровича 268, 272
Ирина, мать византийского имп.
Константина VI 94
Иродионов П., священник По-
кровской церкви г. Торопца
444, 445
Исаак Собака, писец 114
Исаак, библ. 4
Исаакий (Исакий), еп. Брянский
327
520
Именной указатель
Исайя Ростовский, св. 127
Исидор Сназин 328
Исидор, митр. Московский (Ки-
евский) 117
Ислам, крымский царевич 156
Исоа М. см. Isoaho М.
Иулиания (Улиана), св., дочь
кн. Григория Ольшанского
265
Кавгадый, ордынский воена-
чальник 236
Кавелин см. Леонид (Кавелин),
архим.
Каган-Тарковская М.Д. 214, 293,
294, 297, 298
Казакова Н.А. 95, 114
Кайбула, астраханский царевич
350
Калайдович К. Ф. 8, 9, 11, 12,
15, 367, 471
Калачов Н. В. 371
Калужняцкий Е. 52
Каменский А. Б. 491
Каравашкин А. В. 37
Карамзин Н. М. 306, 317, 329,
330, 371, 433, 435, 472, 508
Карбасова Т. Б. 23, 44
Каргер М. К. 36, 40
Карл XII, шведский король 479,
481
Карпов Ф. И., дипломат 102
Карташев А. В. 167
Кассиан Босой, старец Иосифо-
Волоколамского монастыря
157
Катиак, ордынский военачаль-
ник 136
Катифоро А., историк 476
Катырев-Ростовский И. М., кн.,
писатель 204
Качалов Н., жилец в свите ца-
ревича Димитрия 212
Каченовский М. Т. 8, 500
Каштанов С. М. 53, 66, 68
Квливидзе Н. В. 28, 38, 49, 53
Киан, библ. 90
Киасовский И., тверской боярин
232
Киприан, митр. Киевский 8—
10, 111, 116, 117, 125, 170,
192, 226, 295, 437, 440, 471,
484, 486, 501
Кирилл Белозерский, св. 112,
326
Кирилл Новоезерский, св. 44
Кирилл, византийский миссио-
нер на Руси 322
Кирилл, митр. Московский 171,
286
Кирилл (в миру Константин), св.,
создатель славянской пись-
менности 80, 466
Кириллин В. М. 28
Кириллов И. К. 385
Кистерев С. Н. 23, 74, 287
Кичигин И. Н., служилый чело-
век г. Суздаля 489
Климент Смолятич, митр. Киев-
ский 244, 314
Климент, папа Римский, св.
112, 314
Клосс Б. М. 21, 71, 102, 103,
114, 118, 120, 122, 153, 214,
231, 486
Ключевский В. О. 260
Кобленц И. Н. 493
Кобрин В. Б. 25
Ковгоршад, сестра казанского
хана Магмет-Аминя 123, 130
Когут 3. 306
Козлов В. П. 9, 501
Козьма Индикоплов, византий-
ский писатель 462
Коллман Н. 25
Колобов Н. Я., собиратель руко-
писей 448
521
Именной указатель
Кологривов И. М., стольник 345,
346
Кологривов П. И., поручик 345
Колтовский С. С., окольничий
434, 435
Коль Иоганн Петер (Kohl J. Р.),
академик Петербургской Ака-
демии наук 465, 466, 500
Комарович В. Л. 409, 410, 412
Кондаков Н, П. 46, 47
Конотоп А, Б. 47
Константин VI, византийский
имп. 94
Константин VIII, византийский
имп. 45, 67
Константин IX Мономах, визан-
тийский имп. 28, 33, 161, 381
Константин Великий, св., вос-
точноримский имп. 36, 37,
39, 47, 49, 50, 57, 58, 80, 97,
299
Константин Всеволодович, в. кн.
Владимирский, сын Всеволо-
да III 258, 280, 312, 364, 365,
389, 394—402, 432
Константин Всеволодович, св.,
кн. Ярославский, сын Всево-
лода Константиновича 465
Константин Михайлович, кн. До-
рогобужский, сын Михаила
Ярославича Тверского 496
Константин Федорович, св. кн.,
сын Феодора Черного 54, 187,
254
Константин Ярославич, кн. Га-
лицкий, сын Ярослава Всево-
лодовича 406
Константин, митр. Киевский
226, 229, 337
Коншин Н. 71, 73
Копанев А. И. 475, 481, 488
Копиевский И. Ф., издатель
347, 357, 507
Кореневский А. 50
Корецкий В. И. 328, 486
Коржихина Т. П, 326
Корнилий Гурьев, ярославский
мднах 462
Коробейников Т., купец, дипло-
мат 342
Корогодина М. В. 266
Космынин М., иконописец 331
Костомаров Н. И. 260, 261
Костюхина Л. М, 342, 376
Кочетков И. А. 35, 36, 38, 40
Крашенинников В., рыбинский
купец 461
Крекшин П. Н., историк 489—
491
Кривоборгский Ф. И., кн. 490,
491
Кривцов, зодчий 192
Крижанич Ю., богослов, публи-
цист 302
Кромер Мартин, польский хро-
нист 329
Крониорт, шведский генерал 380
Кротов П. А. 489—491
Круминг А, А. 235, 386
Крутова М. С. 261
Крушельницкая Е. В. 194
Ксения Георгиевна, мать кн. Ми-
хаила Ярославича Тверского
236
Ксения, жена ярославского кн.
Василия Всеволодовича 230
Кудрявцев Т., дьяк Записного
приказа 289
Кузьмин А. В. 105
Кунаков Г., дьяк Записного при-
каза 289, 290
Куракин Ф. А., кн., русский по-
сол в Голландии 368
Курбский А. М., кн., публицист
5, 37, 42, 73, 283, 330, 342,
450, 470
Курукин И. В. 20, 71, 74
522
Именной указатель
Курций Руф Квинт, римский
историк 329, 487
Кусков В. В. 19, 20, 21, 76, 88,
112, 129, 130, 298
Кучкин В. А. 21, 226, 235, 246,
247, 260
Лаврентьев А. В. 230
Лавров А. С. 455
Лазарев В. Н. 55
Лазарь Баранович, богослов 260,
320, 383
Лазарь, библ. 245
Лазарь, св., кн. Сербский 55
Лакиер А. В. 50
Ларион см. Иларион
Ласкирев Ф. М. 68
Латухин, балахнинский купец
306
Лаурина В. К. 446
Лев Филолог, агиограф 179
Левек П. Ш. см. Levesque Р. Ch.
Левенгоупт, шведский генерал
380
Левичкин А. Н. 276
Ленхофф Г. 17, 20, 22, 95, 230,
261—263
Леон, митр. Киевский 378
Леонид (Кавелин), архим. 60,
61, 250, 269, 422
Леонтий (в миру Лука Павлов),
игумен Макарьева Унженско-
го монастыря 389—392, 408,
443
Леонтий Ростовский, св. 112,
127, 417—419, 426, 464
Лесток И. Г., лейб-медик имп.
Елизаветы Петровны 468
Лжедмитрий I см. Отрепьев Гри-
горий
Лжедмитрий II 219
Лидов А. М. 444
Лихачев А. Т., окольничий 326
Лихачев Д. С. 59
Лихачев Н. П. 104, 111, 122
Ломоносов М. В. 133, 492, 493,
495
Лотман Ю. М. 501
Лука Павлов см. Леонтий, игу-
мен Макарьевского Унжен-
ского монастыря
Лука, евангелист, библ. 294, 393,
425, 444, 449, 452
Лука, еп. Ростовский 257, 463
Лукичев М. П. 287, 290, 292,
302
Лукьянов В. В. 270
Лурье Я. С. 5, 73, 330
Лызлов А. И., стольник 329,
478, 489, 490, 506
Львов Д., иконописец 292
Львов Н. А. 472, 475, 479, 480,
495
Львов, окольничий 495
Любавский М. К. 389
Лют, сын Свенельда 90
Мавро Урбини (Орбини), исто-
рик 476, 478
Магмет-Аминь (Маагмед-Аминь),
казанский хан 130
Магмет-Гирей, крымский хан
101, 123, 128, 154, 155, 488
Магнус (Магнуш) VII, шведский
король 352
Майков В. В. 287
Макарий Осокин, ризничий во-
логодского архиеп. 195, 196
Макарий Унженский и Желто-
водский, св. 307—309, 318,
355, 390
Макарий (Веретенников), архим.
200
Макарий (Миролюбов), архим.
65, 307
Макарий (Булгаков), митр. 167,
173, 188, 189, 250, 251, 446,
471
523
Именной указатель
Макарий, митр. Московский 3,
8, 13, 21, 22, 26, 36, 41—43,
56, 68, 84, 85, 91, 101—103,
115, 117, 136, 149, 171, 179,
199, 200, 201, 211, 212, 243,
251, 298, 350, 353, 468, 471,
484, 486, 501
Макарихин В. П. 21
Макаров А. В., кабинет-секре-
тарь Петра I 372
Максенций, римский имп. 36,
37, 39, 50
Максим Грек, богослов 114, 174
Максим, митр. Киевский 253, 254
Максим, протопоп московского
Успенского собора 60, 264
Максимилиан, германский имп.
474, 478, 481
Максимов И., иконописец 292
Малеванов Н. А. 476
Малиновский А. Ф. 9—11
Мамалахов-Греков Ф. (Обрюта)
67—69
Манкиев (Манкеевич) А. И., сек-
ретарь русского резидента
в Швеции 366—371, 485, 507
Мансикка В. П. 175, 185
Мануил II Палеолог, византий-
ский имп. 54, 297, 298, 444
Мардарий Хоников (Хоныков),
монах, служащий московско-
го Печатного двора 356, 357
Мардарий, св. 57
Марелло Т. В. 247, 390—392,
408
Маржерет Ж., французский ка-
питан 478
Мария Темрюковна, жена Ивана
Грозного 119, 211, 341
Мария Шварновна (в иночестве
Марфа), жена Всеволода III
62—64, 168, 225, 228, 394,
398
Маркелл, архиеп. Вологодский
и Великопермский 280
Маркова Т. Е. 61
Маркович Я. А. 381
Мартин, армянский монах, ли-
тературный персонаж 336,
337, 436, 507
Мартов см. Серапион Мартов
Масальский-Рубец Василий, кн.,
воевода 339
Маскалка (Москалка), брат швед-
ского короля Магнуса VII 351
Масленицын С. И, 447
Матвеев А. А., двинской воево-
да, переводчик 366
Матвеев А. С., боярин 291, 299,
366
Матвеев М., иконописец 224
Матфей Властарь, иером., кано-
нист 52
Матфей, патр. Константинополь-
ский 355
Махмет-Гирей см. Магмет-Гирей
Махновец Л. Е. 302
Медведев И. П. 298
Медиокритский А., соборный про-
тоиерей г. Юрьевца Поволж-
ского 443
Медушевский А. Н. 334
Мельников А. А. 243
Мельников А. В. 9, 23
Меншиков А. Д. 379
Меркурий, св. 57
Мефодий, св., изобретатель сла-
вянской азбуки 80, 466
Меховский Мацей, польский
историк 329
Миллер Г. Ф. 8, 11, 366, 367,
455, 466, 467, 471, 474, 486,
491, 494, 495, 497, 508
Миллер Д. см. Miller D.
Миловский Н. М. 263
Милославская Мария Ильинич-
на, жена царя Алексея Ми-
хайловича 263
Мильчик М. И. 194
524
Именной указатель
Милюков Н. П. 303
Милютин И. И., священник, агио-
граф 222—224, 227, 231
Мисаил Сукин, старец Троице-
Сергиева монастыря 163
Мисюрь Мунехин см. Мунехин
(Мисюрь) Г. Г.
Митрофан, еп. Владимирский и
Суздальский 148, 179
Михаил III, византийский имп.
304
Михаил VIII Палеолог, визан-
тийский имп. 54, 55, 72
Михаил Александрович, в. кн.
Тверской, сын Александра
Михайловича 437
Михаил Андреевич, кн. Верей-
ско-Белозерский, воевода
Ивана III 145, 146
Михаил Архангел, библ. 35—37,
49, 181
Михаил Всеволодович, св., кн.
Черниговский, сын Всеволода
Святославича 99, 123, 124,
137, 139—141, 179, 201, 225,
229, 280, 321, 395, 409, 412
Михаил Клопский, св. 75, 92
Михаил Федорович, царь 54,
173, 208, 221, 248, 249, 263,
266, 272, 277, 284, 288, 298,
307, 308, 320, 343, 359, 370,
380, 471, 506
Михаил Юрьевич, боярин Васи-
лия III 162
Михаил Ярославич, в. кн. Вла-
димирский, сын Ярослава Все-
володовича 406
Михаил Ярославич, св., в. кн.
Тверской, сын Ярослава Яро-
славича 103, 104, 226, 235—
237, 246, 247, 260, 261, 265,
440, 496
Михаил, митр. Киевский 304,
305, 378
Михаил, монах 153
Михайловский Н. М., собиратель
рукописей 450
Михайловский И. М. 291, 299
Мнева Н. Е. 36, 45, 250
Модзалевский Л. Б. 493
Моисеева Г. Н. 360—362, 365,
382, 461, 467, 492, 497
Морозов Б. Н. 287, 290, 302
Морозов В. В. 48, 122, 123, 164
Морозов М. Я., боярин 330, 450
Морозов С. А. 158
Мошин В. А. 278
Мстислав Андреевич, кн., сын
Андрея Боголюбского 253,
422—424, 427
Мстислав Владимирович, в. кн.
Киевский, сын Владимира
Мономаха 293, 294, 321, 380,
381
Мстислав Владимирович, кн.
Тмутороканский, сын Влади-
мира Святославича 91, 133,
323, 325
Мстислав Изяславич, в. кн. Ки-
евский, сын Изяслава Мсти-
славича 133
Мстислав Ростиславич, кн. Нов-
городский, сын Ростислава
Юрьевича 65
Мстислав Юрьевич, кн., сын
Георгия (Юрия) Всеволодови-
ча 177, 178
Мунехин (Мисюрь) Г. Г., государ-
ственный деятель 28
Муравская В. А. 188
Муравьева Л. Л. 16, 309
Мурзанова М. Н. 467
Мусин-Пушкин А. И., гр., обер-
прокурор Синода 501
Мусин-Пушкин И. А., сенатор
360, 361, 377
Мустафа (Мустофа), купец, по-
сол турецкого султана 350
525
Именной указатель
Муханов П. А. 205
Мышкин, зодчий 192
Навуходоносор, вавилонский царь
299, 395, 396, 407
Назаров В. Д. 23, 42
Назарьев Г. М., ярославский ку-
пец 462
Насонов А.Н. 210, 212, 214,
281, 358, 383, 472, 473, 475,
476, 480
Невоструев К, И. 345
Неврот М. И. 339
Неврот, библ. 90
Неврюй, ордынский военачаль-
ник 136
Некрасов А. И. 52
Неофит, иером., миссионер 336,
436
Нестор, летописец 387, 494, 500
Нестор, св. 57
Нестор-Искандер, писатель 297
Нечаева Т. Н. 43, 413
Никанор, архим. Саввина-Сторо-
жевского монастыря 430
Никита Переяславский, св. 81,
83, 84, 212
Никифор, кашинский дьячок
260, 261, 431
Никифораки Н. А. 447
Никишов Г. А. 360
Никодим (Сребницкий), еп. Пе-
тербургский и Шлиссельбург-
ский 469
Никодим см. Селлий Адам Бур-
хард (в монашестве Никодим)
Николаев С. И. 476
Николаева М. В. 472, 473, 475,
478, 479
Николай Спафарий (Милеску),
переводчик Посольского при-
каза 291—294,	298—301,
304, 332, 506
Николай, митр. Киевский 379
Николай, св., еп. Мирликий-
ский 42, 48, 116, 132, 199
Никола-Святоша см. Святослав
Давидович
Никон, патр. Московский 205,
206, 230, 251, 261, 267, 270,
281, 285, 308, 319, 465, 490,
492
Нил Столбенский, св. 448
Нифонт Кормилицын, еп. Кру-
тицкий 201, 350
Нифонт, архиеп. Ростовский 350
Нифонт, еп. Новгородский 314
Новиков Н. И., издатель 469,
489, 490
Новикова О. Л. 24, 198
Обанин см. Тихон Обанин
Обидовский И., племянник гет-
мана И. Мазепы 45
Оболенский М. А. 367, 368
Обрюта см. Мамалахов-Греков Ф.
(Обрюта)
Овчинникова Е. С. 292
Огурцов В. Д. 463
Одерборн Павел, историк 478
Околович Н. Ф. 18—21, 75—78,
80, 88, 90, 91
Октавиан Август см. Август
Олег Святославич, кн. Древлян-
ский, сын Святослава Игоре-
вича 90, 94, 225—228
Олег, кн. Русский 75, 76, 106,
109, 304, 343, 459, 499
Ольга (в крещении Елена), св.,
жена киевского кн. Игоря Рю-
риковича 5, 19, 57, 66, 71—
75, 77—81, 87—95, 98, 100,
111, 112, 162, 163, 191, 211,
218, 226—228, 290, 302, 321,
341, 373, 387, 388, 487, 491,
492
Онуфрий, еп. Черниговский 314
Орест, св. 57
526
Именной указатель
Остерман А. И., вице-канцлер 384
Островский П. Ф. 415
Отрепьев Григорий (Лжедмит-
рий I) 213, 219, 276, 343, 370,
506
Охотникова В, И. 113
Павел, ап. 139, 233
Павлов Лука см. Леонтий
Паисий Сийский, казначей пат]ж
Адриана 290, 318, 319
Паисий Ярославов, игумен Трои-
це-Сергиева монастыря 149,
213, 214
Паисий, игумен Хиландарского
монастыря 97
Панченко А. М. 334, 384, 430
Панченко О. В. 23, 194, 276—
278, 280
Параскева (Парасковгия) Пят-
ница, св. 90
Патрикий Наримантович (Нари-
монтович), кн. Литовский, сын
Нариманта Гедеминовича 352
Патрикий, кн. Звенигородский
327
Паузе И. В., переводчик Акаде-
мии наук 466—468, 494
Пафнутий Боровский, св. 84,
112, 241
Пахомий Логофет, агиограф 111,
192—194, 216
Пахомий, архиеп. Астраханский
330
Пашу то В. Т. 21
Пекарский П. П. 383, 465, 485,
491
Пентковский А. М. 121
Пересветов И. С., писатель и
публицист 37, 59
Перун, языческий бог 275
ПетковиК С. 97
Петр (в монашестве Давид) Юрье-
вич, св., кн. Муромский 76
Петр I 44, 45, 334—336, 338,
345, 360—362, 366, 367,
370—372, 374, 376, 379, 380,
382—384, 460, 470, 474—
476, 479—481, 490, 491, 493,
507
Петр III Федорович, цесаревич
491
Петр Афанасьев, священник суз-
дальской Борисоглебской церк-
ви 463
Петр Ослядюкович, воевода 177,
178
Петр, ап. 241
Петр, воевода Волоский (Петр Ра-
реш, молдавский воевода) 59
Петр, митр. Киевский 97, 99,
111, 112, 160, 170, 184, 192—
194, 197, 214, 216, 230, 281,
323, 484
Петр, священник кремлевской
церкви Иоанна Лествичника
193, 194
Петр-Антоний Фрязин, архитек-
тор 356
Петрей Петр 368, 478
Петров И., казацкий атаман 342
Петров Н. И. 49
Пештич С. Л. 338, 383, 385, 486
Пикарт П., гравер 379
Пимен, митр. Московский 117,
153
Пимин, архиеп. Новгородский
342
Пирогоща, купец (?) 393
Писарев С. И., секретарь Колле-
гии иностранных дел, пере-
водчик 476
Пискарев Д. В., собиратель ру-
кописей 14, 269
Пискатор Ян (Vissher Jan), гол-
ландский гравер 356, 357
Питирим, митр. Нижегородский
и Алатырский 336
527
Именной указатель
Платон (Левшин), митр. Москов-
ский 9—11, 498
Платон, древнегреческий фило-
соф 22, 94, 95, 326
Платонов С. Ф. 204, 206, 277,
287, 288, 306—308, 317, 433
Плиний (Старший) Секунд Гай,
римский историк 329
Плюханова М. Б. 25, 50
Побойнин И. 445—447, 451
Погодин М. П. 73, 269, 347
Поджогин Иван (Шигона) Юрье-
вич, дворецкий Василия III
159
Подобедова О. И, 35, 104
Покровский Н. Н. 15, 17, 22, 23,
114, 116
Поликарпов-Орлов Ф. П., началь-
ник Московской типографии
360—366, 372—377, 507
Понырко Н. В. 81, 83, 84, 209,
223, 250, 337
Попов А. Н. 206, 329, 330, 343
Попов Г. В, 55
Попов С. Ф., посадский человек
г. Вятки 458, 459
Попов, статс-секретарь Екатери-
ны II 496
Поселянин Е. 453
Поспелов Н., поручик 331
Поспелов Роман, дьякон москов-
ского Чудова монастыря 331
Постник, зодчий 52
Постников-Парфеньев Ф. Ф., по-
дьячий Разрядного приказа
320, 463
Преображенский А. С. 46, 306,
320
Пресняков А. Е. 35, 36, 122, 164
Прокопий Устюжский, св. 492
Прокопий, св. 57
Протасьева Т. Н. 222, 345
Протопопов В. В, 113, 269, 270,
272
Прохоров Г. М. 4, 209
Прус, легендарный предок Рю-
рика 107, 110, 262
Псевдо-Дорофей 331, 356, 376,
460, 464, 473, 477, 479
Пунтус см. Делагарди Якоб (Яков
Пунтус)
Пуцилло М. 219
Пуцко В. Г. 58
Пушкарев Л. Н. 267, 302
Пясецкий Павел, польский хро-
нист 289
Раздорский А. И. 420
Рак Ф. П., священник Николо-
Рубленской церкви г. Яро-
славля 460—462
Рамазанова Н. В. 25
Редедя, касожский кн. 325
Рогнеда, жена в. кн. Владимира
Святославича 363
Родосский А. С. 470
Родостамов М. И., дьяк Посоль-
ского приказа 346, 384
Розанов С. П. 199, 200
Розов Н. Н. 20, 29, 101, 102
Роман Мстиславич, кн. Галиц-
кий, сын Мстислава Изясла-
вича 133
Роман Ольгович, кн. Рязанский,
сын Олега Ингваревича 226,
229
Роман, византийский имп. 72
Романова А. А. 23, 174, 175, 232,
234, 235, 430, 448, 451, 477
Ромодановская Е. К. 214, 217,
288, 307, 339, 372
Ростислав Мстиславич, в. кн. Ки-
евский, сын Мстислава Вла-
димировича 337
Румянцев А. И., генерал-адъю-
тант 368
Румянцев Н. П., канцлер 9—11,
303, 331, 508
Рункевич С. Г. 334
528
Именной указатель
Рус, легендарный древнерусский
кн. 491
Рыбушкин М. С. 186
Рыков Ю. Д. 5, 73, 188, 330
Рюрик, кн., родоначальник ди-
настии Рюриковичей 5, 69, 75,
88, 89, 104—111, 211, 215,
262, 284, 286, 287, 293, 341,
362, 363, 365, 369,, 378—381,
451, 459, 491, 493, 500
Сабурова см. Соломония (в мона-
шестве София) Сабурова
Савва В. И. 25
Савва, архим. 222
Савва, св., архиеп. Сербский 55,
97
Савватий, справщик московско-
го Печатного двора 268, 269,
271, 272
Савельева Н. В. 23, 268, 271, 272
Сакулис см. Иоанн Сакулис
С ал мина М. А. 343
Сальманов А. И., тобольский свя-
щенник 218
Самарин А. Ю. 462
Самойлова Т. Е. 53—56, 251
Самсон, библ. 182
Сапожникова О. С. 274—276, 278
Сарабъянов В. Д. 46, 56
Сартак, хан Золотой Орды 136
Сарызохин М. 330, 450
Сафа-Гирей, казанский хан 130,
131
Сафонович см. Феодосий Сафо-
нович
Сахаров И. П., историк 73, 450
Сахаров см. Стефан Сахаров
Свенельд, киевский воевода 90
Свидригайло, кн. Литовский
327, 487
Свирелин А. И. 13
Святополк Изяславич, в. кн. Ки-
евский, сын Изяслава Яросла-
вича 300, 321, 380
Святослав Всеволодович, в. кн.
Владимирский, сын Всеволо-
да III 397
Святослав Давидович (Никола-
Святоша), кн. Черниговский,
сын Давида Святославича, св.
99, 225, 227, 275
Святослав Игоревич, в. кн. Ки-
евский, сын Игоря Рюрико-
вича 90, 293, 380
Святослав Ольгович, кн. Черни-
говский, сын Олега Святосла-
вича 137
Святослав Ярославич, в. кн. Ки-
евский, сын Ярослава Муд-
рого 380, 381
Севастьянова А. А. 458
Седельников А. Д. 201
Селезнев (Губа) В., новгородский
посадник 146, 147
Селлий Адам Бурхард (в мона-
шестве Никодим), богослов,
историк 468—471
Семее с кий М. И. 368, 444, 445,
450
Семен, кн. Перемышльский 327
Серапион Мартов, старец влади-
мирского Рождественского
монастыря 173
Сергий Радонежский, св. 112,
149, 163, 170, 184, 216, 217,
323, 437, 438
Сергий Шелонин, старец Соло-
вецкого монастыря, агиограф
274—280, 287, 289, 310, 390,
505
Сергий, легендарный первый игу-
мен боголюбовского Рождест-
венского монастыря 426
Сергий, священник московской
церкви Архангела Гавриила
332
Серебрянский Н. И. 71, 258, 415
Серегина Н. С. 248, 250
529
Именной указатель
Серов Д. О. 326, 346, 372—374,
384, 482, 483
Сивилла, царица Южская 78, 79
Сигизмунд I, польский король
219
Сизов Е. С. 45, 55, 80
Сильвестр, священник москов-
ского Благовещенского собо-
ра 58, 71, 73—76, 79, 80, 91,
98
Симеон Иванович Гордый, в. кн.
Московский, сын Ивана Ка-
литы 240, 350, 496
Симеон Полоцкий, богослов 448
Симеон Сербский (в миру Стефан
Неманя), св. 55, 97
Симеон Суздалец, иером. 283
Симеон Черный, иконописец 245
Симеон, архиеп. Сибирский 308,
318
Симеонов Н., справщик москов-
ского Печатного двора 257
Симон Азарьин, келарь Троице-
Сергиева монастыря, агио-
граф 60, 213, 216
Симон Ушаков, иконописец 103,
252, 383
Симон, еп. Владимирский и Суз-
дальский 258, 419
Симон, митр. Московский 335,
336
Синеус, кн. Белозерский, брат
Рюрика 108
Синицын П. В. 47
Синицына Е. В. 387
Синицына Н. В. 25
Скорняков-Писарев Г. Г., гене-
рал-майор 383, 473, 475, 476,
480
Словен, легендарный древнерус-
ский князь 491
Смирнов С. И. 18, 19, 82, 119
Смирнов М. И. 327
Смирнова Э. С. 113
Смоляков Б. Г, 269, 270
Сназин см. Исидор Сназин
Снегирев И. М. 12, 13
Соболева Н. А. 292
Соболевский А. И. 36, 73
Соколова И. М. 30
Соловьев С. М. 371, 372
Соломон, библ. 47, 78, 299, 395,
396
Соломония (в монашестве София)
Сабурова, жена Василия III
264
Сомов В. А. 498
Сорокатый В. М. 35, 38, 47
София (Зоя) Палеолог, жена Ива-
на III 28, 149
София-Соломония Суздальская
см. Соломония (в монашестве
София) Сабурова
Спарвенфельд Иоганн, шведский
дипломат 366, 367, 485
Спафарий, см. Николай Спафа-
рий
Сперанский М. А. 169, 263
Сперанский М. Н. 18
Спиридон, архиеп. Новгород-
ский 183
Спиридон-Савва, писатель, пуб-
лицист 29,117
Срезневский В. И. 459
Стефан Баторий, польский ко-
роль 351, 445, 447
Стефан Сахаров, иеродиакон
патр. Адриана 319
Стефан Сурожский, св. 112
Стефан Яворский, митр. Рязан-
ский и Муромский 359, 473,
475
Стефан, архиеп. Суздальский и
Торусский 263
Стратеман Вильгельм, писатель
460
Строганов А. С., оберкамергер
496, 497
530
Именной указатель
Строев П. М. 172, 308, 367, 390
Стрыйковский (Стрийковский)
Мацей, польский хронист
214, 329, 362
Сукин см. Мисаил Сукин
Сулейман, турецкий посол 354
Сулейман, турецкий султан 350
Суханов Арсений см. Арсений
Суханов
Сухов А. Д. 25
Сухомлинов М. И. 467
Сухощеков (Сухощок) Е., чаш-
ник новгородского архиеп.
146, 147
Сычева М. Б. 303
Табазин см. Базин
Тарасевич А., гравер 45
Тарасенко Л. 390
Татищев В. Н. 6, 8—11, 339,
347, 383, 385, 429, 434, 464,
483—489, 492, 495, 497, 499,
501, 508
Татищева Е. М., помещица 450
Татьяна Михайловна, дочь царя
Михаила Федоровича 320
Творогов О. В. 198, 200, 297
Теймураз, грузинский царь 344
Темир-Аксак (Тамерлан, Тимур),
среднеазиатский военачаль-
ник, эмир 112, 123, 125, 126,
142, 294—297, 323—325, 388,
389
Тетерин Т. 330, 450
Тимофеев И., дьяк 203
Тимофеева Т. П. 61, 250
Тимофей,библ. 233
Тимошина Л. А. 287
Тит, ап. 156
Титов А. А. 261, 308, 309, 463
Тихомиров И. А. 500
Тихомиров М. Н. 8, 55, 210, 288
Тихон Макарьевский, архим. Ма-
карьева Желтоводского мона-
стыря, келарь Саввина-Сторо-
жевского монастыря, казна-
чей патр. Адриана 16, 17,
306—311,	313,	316—319,
353—360, 365, 375, 506, 507
Тихон Обанин, казначей патр.
Никона 318
Тихонравов К. Н. 224, 251
Толочко А. П. 429, 485—487
Толстой Ф. А., гр., собиратель
рукописей 329, 367
Топычканов А. В. 263
Трегуб (Федор) Салтанеевич, ле-
гендарный родоначальник Тре-
губовых 432, 433
Трегубов М. Е., стольник 432
Тредиаковский В. К., профессор
Академии наук 498
Трифон, св. 57, 58
Трувор, кн. Изборский, брат Рю-
рика 108
Турилов А. А. 23, 96
Турчанинов, статс-секретарь Ека-
терины II 496
Уваров А. С., гр., собиратель ру-
кописей 269
Улиана см. Иулиания (Улиана)
Улиания Вяземская см. Вязем-
ская Ульяна
Улуг-Мухаммед (Улу-Ахметь),
ордынский и казанский хан
355
Ундольский В. М. 269, 306, 473,
474, 483
Уо Д. см. Waugh D. С.
Урусов В. И., кн., командир Орен-
бургской комиссии 485, 486
Усачев А. С. 19—23, 75, 91, 92,
99, 102, 103, 111, 112, 115,
136, 149, 179, 188, 204, 243,
298, 303
Успенский А. И. 287
Успенский Б. А. 27, 30, 384
531
Именной указатель
Устрялов Н. Г. 470
Участкина 3. В. (Uchastkina Z. V.)
441, 448
Ушаков см, Симон Ушаков
Феврония Муромская, св., жена
кн. Петра Юрьевича Муром-
ского 76
Федор Александрович, кн. Пу-
тивльский 327
Федор Алексеевич, царь 211, 288,
291, 299, 306, 320, 326, 327,
344, 358, 370, 380, 491, 506
Федор Бармин, протопоп мос-
ковского Благовещенского со-
бора 82
Федор Борисович Годунов, сын
царя Бориса Годунова 343
Федор Иванович, царь 7, 83, 105,
165, 167, 195, 202, 207, 210—
213, 215, 276, 277, 284, 293,
298, 299, 310, 311, 330, 343,
369, 370, 380, 470, 504, 506
Федор Ростиславич Черный, св.,
кн. Ярославский и Смолен-
ский, сын Ростислава Мсти-
славича 99, 104, 187, 225,
229, 230, 254, 261, 262, 321
Федор Скороумный, боярин, ли-
тературный персонаж 411
Федоров Анания, ключарь суз-
дальского Рождественского
собора 263, 463, 464
Федорова И. В, 23
Федотова М. А, 23, 387
Фекла, мать св. Даниила Пере-
яславского 316
Фекла, св. 78
Феогност, митр. Московский
229, 235, 240, 241, 246, 337,
436
Феодор Стратилат, св. 36, 57,
244, 414
Феодор Тирон, св. 57
Феодор, св., боярин Михаила
Черниговского 123, 137—141,
201, 280, 321
Феодора, мать византийского
имп. Михаила III 304
Феодорит, архим. суздальского
Спасо-Евфимиева монастыря
98
Феодосий I Великий, римский
имп. 299
Феодосий Великий, св. 273
Феодосий Сафонович, украин-
ский историк 303, 366
Феодосия, жена кн. Ярослава
Всеволодовича 66, 169, 170
Феопемпт, митр. Киевский 218,
378
Феофан Грек, иконописец 245
Феофан Прокопович, архиеп.
Новгородский и Великолуц-
кий 379, 381—384, 467, 472,
474—476, 480
Феофил, архиеп. Новгородский
126, 143, 147
Феофилакт Лопатинский, архи-
еп. Тверской и Кашинский
436—440, 507
Ферапонт, монах псковской Ели-
заровой пустыни 265
Филарет, патр. Московский 60,
205, 207, 208, 219, 266, 285,
288, 307, 308, 344, 491
Филатов В, В. 187, 216, 217
Филипп I, митр. Московский
143, 193
Филипп II Колычев, св., митр.
Московский 117, 118, 171,
261, 324, 342, 451
Филипп II, английский король
350
Филофей, монах псковского Елеа-
зарова монастыря 28
Филофей, патр. Константино-
польский 437, 438
532
Именной указатель
Филюшкин А, И. 26, 37
Финдейзен Н, Ф. 269
Фиораванти Аристотель, архи-
тектор 32
Флайер М, 49—51, 80
Флоря Б. Н. 174
Фонкич Б. Л, 28, 267, 285
Фотий, митр. Московский 83,
226, 229, 355
Фотий, патр. Константинополь-
ский 88, 304
Фукидид, древнегреческий фи-
лософ 326
Халанский М. Г, 213, 214
Хилков А. Я., кн., русский ре-
зидент в Швеции 366, 367
Хоников см, Мардарий Хоников
(Хоныков)
Хорошкевич А, Л, 27, 33, 96
Хотетовский М., кн. 327
Храмцовский Н, И, 307, 360
Храповицкий А. В., статс-секре-
тарь Екатерины II 496, 497
Хрущов А. Ф., капитан флота
434, 435, 485
Цимисхий см, Иоанн I Цимис-
хий
Цицерон, римский оратор 326
Чевкин-Дурново И. А. 434
Чевкин-Дурново М. И. 434
Черепнин Л, В. 30, 367, 368
Черкасов А. И., барон 456, 485
Черкасов И. А., кабинет-секре-
тарь имп. Елизаветы Петров-
ны 455, 456
Чернецов А, В, 78, 95
Чистов К, В, 409
Чистякова Е. В. 289, 292, 303,
326, 328, 329
Чумичева О, В. 274
Шайдакова М, Я. 232
Шалина И, А, 444, 447, 448
Шанский Д, Н. 498
Шахматов А, А. 199, 200
Шварн, отец княгини Марии
Шварновны 394
Шелонин см, Сергий Шелонин
Шигона см. Поджогин
Шилов А, А. 61, 170
Шлецер А. Л., иностранный член
Петербургской Академии наук,
историк 455, 465, 500, 508
Шляпкин И, А, 468
Шмидт С, О. 23, 73, 114, 434,
435, 455, 456
Шохин Л. И, 173
Шуйский Василий Иванович см,
Василий Иванович Шуйский
Шульгина Э. В. 227, 231
Шумаков С. А. 173, 472
Шумахер И. Д., советник канце-
лярии и библиотекарь Акаде-
мии наук 483
Щербатов М. М., кн., историк
165, 371, 497—499, 508
Щирский И., гравер 45
Щукин В. Д, 445, 453
Щукин П. И., собиратель руко-
писей 344, 345
Эмин Ф. А., писатель 371, 497,
501
Эрих XIV, шведский король 350,
351
Эскин Ю, М, 292
Юзшан, кн. вогуличей 129
Юлий Цезарь, Гай, римский го-
сударственный деятель 299
Юрий (Георгий) III Данилович,
кн. Московский, в. кн. Вла-
димирский, сын Даниила
Александровича 236, 351, 352
Юрий (Георгий) Васильевич, кн.
Углицкий, сын Василия III
41—45, 97, 156, 162
533
Именной указатель
Юрий (Георгий) Владимирович
Долгорукий, в. кн. Киевский,
сын Владимира Мономаха 6,
104, 108, 134, 137, 277, 293,
312, 315, 337, 368, 371, 380,
381, 392, 393, 403, 410, 425,
426, 439
Юрий (Георгий) Дмитриевич,
кн. Звенигородский и Галиц-
кий, сын Дмитрия Донского
245
Юрий (Георгий) Святославович,
в. кн. Смоленский, сын Свя-
тослава Ивановича 275, 252
Юрий Васильевич, кн., сын Ва-
силия Дмитриевича Кирдяпы
410, 506
Юрий Всеволодович см. Георгий
(Юрий) Всеволодович
Юрьев И. Ю., подьячий Посоль-
ского приказа 346, 372—374,
376, 377, 482, 483, 507
Юрьев Ф., иконописец 292
Юхименко Е. М. 389
Яблонский В. 193
Яворский см. Стефан Яворский
Яган см. Иоганн (Яган)
Языков Д. 455, 500
Яков Пунтус см. Делагарди Якоб
Яковлев В., житель московской
Таганной слободы 331
Яковлев В., подьячий холмогор-
ской съезжей избы 461
Яндуган (Василий) Салтанеевич,
легендарный родоначальник
Трегубовых 432
Янин В. Л. 60, 64, 264
Ярополк Владимирович, в. кн.
Киевский, сын Владимира
Мономаха 293, 294, 380, 381
Ярополк Изяславич, кн. Влади-
миро-Волынский, сын Изя-
слава Ярославича 225, 227
Ярополк Святославич, в. кн. Ки-
евский, сын Святослава Иго-
ревича 90, 94, 225—228
Ярослав Владимирович Мудрый,
в. кн. Киевский, сын Влади-
мира Святославича 6, 94, 104,
108, 111, 112, 134, 219, 220,
225, 228, 236, 286, 293, 321,
349, 363, 369, 378, 380, 403,
439, 493
Ярослав Всеволодович, в. кн. Вла-
димирский, сын Всеволода III
6, 66, 104, 169, 176, 180, 181,
255, 277, 279, 280, 286, 365,
380, 391, 397, 403—405, 407,
408, 414, 447
Ярослав Ярославич, в. кн. Твер-
ской, сын Ярослава Всеволо-
довича 414
Ясинский А. Н. 472
Ясыка, кн. вогуличей 129
Яцимирский А. И. 31, 52
Tiopoeuh-Jby6uHKoeuh М. 37
Bayer Т. S. см. Байер Г. 3.
Gonneau Р. 335
Gotofredus L. 489
Grabar А. см. Грабар А. Н.
Heawood Е. 342
Isoaho М. 186
Kampfer F. 26
Kohl J. Р. см. Коль И. П.
Lenhoff G. см. Ленхофф Г.
Levesque Р. Ch. (Левек П. Ш.),
французский историк 498
Lilienthal М. 466
Mihail Z. 291
Miller D. 22
Piccard G. 101, 379
Waugh D. С. (УоД.) 459—460
534
УКАЗАТЕЛЬ ШИФРОВ РУКОПИСЕЙ
Библиотека РАН
БАН, 16.3.8 481, 482
БАН, 16.8.14 211, 212
БАН, 21.6.8 473, 474, 477
БАН, 25.7.7 382
БАН, 13.2.13 (собр. А. И. Яци-
мирского 47) 418
БАН, 16.3.8 481, 482
БАН, 16.7.21 430
БАН, 16.8.14 211, 213
БАН, 16.8.25 256
БАН, 16.12.1 283
БАН, 21.6.8 473, 474, 477
БАН, 31.6.27 198, 201
БАН, 31.7.30 126, 437
БАН, 32.6.30 361—365
БАН, 32.8.1 206, 207, 465, 466,
490, 492, 493
БАН, 32.8.4 492
БАН, 32.12.13 490
БАН, 32.13.1 481, 482
БАН, 32.14.8 490
БАН, 33.10.5 340, 342
БАН, 34.4.15	348—354, 382,
492
БАН, 45.13.21 488
БАН, 45.13.22 339
БАН, Арханг Д. 207 196
БАН, Арханг. Д. 423 285, 290
БАН, Арханг. К. 52 347, 348—
357
БАН, Арханг. С. 129 300, 301
БАН, Арханг. С. 130 195
БАН, Арханг. С. 131 283
БАН, П I А № 13 467
БАН, П I А № 37 83, 84
БАН, П I В № 1 117, 467, 492
БАН, собр. В. Г. Дружинина 462
(491) 430
БАН, собр. В. Г. Дружинина 613
441
БАН, собр. В. Г. Дружинина 932
482
БАН, собр. Н. Я. Колобова 470
491
БАН, собр. Строгановых 60 475,
479
БАН, Собр. текущих поступле-
ний, 328 382
БАН, Собр. текущих поступле-
ний, 341 196
Владимиро-Суздальский объединенный
историко-архитектурный и художественный музей-заповедник
ВСМЗ, В-5636/109 252
ВСМЗ, В-5636/462 497
535
Указатель шифров рукописей
Гимназия г. Вестероса (Швеция)
Ad 11 285, 368
Государственный архив Тверской области
ГАТО, ф. 1409 (колл, рукоп.
книг), on. 1, № 11 450
Государственный архив Ярославской области
ГАЯО, 20 (53) 348—354, 357, ГАЯО, 704 (1043) 270
358	ГАЯО, 1292 330
Государственный исторический музей
ГИМ, собр. Е. В. Барсова 758 71
ГИМ, собр. Е. В. Барсова 1475
391
ГИМ, собр. Е. В. Барсова 1579
415
ГИМ, собр. Е. В. Барсова 1850
217, 218
ГИМ, собр. Е. В. Барсова 1852
283
ГИМ, собр. И. А. Вахрамеева 239
212
ГИМ, собр. Воскресенского мо-
настыря 154 б 158
ГИМ, Музейское собр. 841 192
ГИМ, Музейское собр. 1473 213,
214
ГИМ, Музейское собр. 3233 285
ГИМ, Синодальное собр. 144 171
ГИМ, Синодальное собр. 151
348—354
ГИМ, Синодальное собр. 152 345
ГИМ, Синодальное собр. 154 273
ГИМ, Синодальное собр. 293 375
ГИМ, Синодальное собр. 645 345
ГИМ, Синодальное собр. 797 222,
225, 226
ГИМ, Синодальное собр. 798 222,
224, 225, 227
ГИМ, Синодальное собр. 799 222,
225, 226, 227, 228
ГИМ, Синодальное собр. 800 222
ГИМ, Синодальное собр. 801 222
ГИМ, Синодальное собр. 802 222,
225, 226, 228
ГИМ, Синодальное собр. 803 222,
225, 226, 228, 230
ГИМ, Синодальное собр. 804 222,
224, 226
ГИМ, Синодальное собр. 805 222,
225, 226
ГИМ, Синодальное собр. 806 222,
226
ГИМ, Синодальное собр. 807 222,
225, 226, 228
ГИМ, Синодальное собр. 808 222
ГИМ, Синодальное собр. 858 387
ГИМ, собр. А. С. Уварова 23/1362
198
ГИМ, собр. А. С. Уварова 156—
198 285
ГИМ, собр. А. С. Уварова 211
192
536
Указатель шифров рукописей
ГИМ, собр. А. С. Уварова 152
269, 270
ГИМ, собр. А. С. Уварова 690
217
ГИМ, собр. А. С. Уварова 864
217
ГИМ, собр. А. С. Уварова 928
212
ГИМ, собр. А. С. Уварова 1353
464
ГИМ, собр. А. Д. Черткова 238
282
ГИМ, собр. А. Д. Черткова 362
490
ГИМ, собр. Чудова монастыря
358 13, 189
ГИМ, собр. П. И. Щукина 171—
172 211
ГИМ, собр. Покровского собора,
103799/6—301 283
Государственный музей истории религии
ГМИР, кол. Ill, on. 1 № 43 175
Институт истории Сибирского отделения РАН
Институт истории СО РАН,
188/86 285, 290, 291
Институт русской литературы РАН (Пушкинский дом)
Древлехранилище им. В. И. Малышева
ИРЛИ, собр. В. В. Лукьянова 51 ИРЛИ, собр. В. Н. Перетца 128
309	192, 193
Национальная библиотека Украины
им. В. И. Вернадского, Институт рукописи
НБУВ, ф. 160 (собр. Киевской
духовной академии) П. 186
430, 431
НБУВ, ф. 160 (собр. Киевской
духовной академии) П. 187
432
НБУВ, ф. 160 (собр. Киевской
духовной академии) 853 280,
285
НБУВ, ф. 302 (собр. митр. Ма-
кария) П. 49 283, 284, 341,
471
НБУВ, ф. 310 (собр. Нежинского
института) 123 340, 342
НБУВ, ф. 312 (собр. Софийского
собора) П. 333 (537) 471
Национальный архив Франции
2 JJ 71 455
537
Указатель шифров рукописей
Нижегородская государственная областная универсальная
научная библиотека им. В. И. Ленина
НГОУНБ, Ц-2658/2	16, 309,
311—315, 355, 359, 378, 379
Новгородский государственный музей-заповедник
НГМ, 30055-14 192, 464	НГМ, 30056-147 347
Псковский историко-архитектурный музей
ПИАМ, собр. Никандровой пус-
тыни 92 278
РГАДА
РГАДА, ф. 9 (Кабинет Петра I),
отд. 2. Кн. 34 372
РГАДА, ф. 27 (Приказ тайных
дел) 121 290
РГАДА, ф. 138 (Дела Посольско-
го приказа), 1707 г. № 22 346
РГАДА, ф. 138 (Дела Посольско-
го приказа), 1707 г. № 105
346
РГАДА, ф. 158 (Приказные дела
новых лет), on. 1. 1707 г.
№ 242 346
РГАДА, ф. 159 (Приказные дела
новой разборки) 1977 302
РГАДА, ф. 160 (Письма и про-
шения разных лиц на высо-
чайшее имя и к высоким осо-
бам) 1709 г. № 4 346
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
2 331
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
19 372
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
26 433, 485
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
27 205
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
29 372
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
185 12
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
352 283
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
358 473
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
416 11
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
600 269, 270
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
694 103
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
849 362
РГАДА, ф. 181 (собр. МГАМИД)
1306 467
РГАДА, ф. 187 (собр. ЦГАЛИ)
оп. 2 № 96а 283
РГАДА, ф. 188 (собр. ЦГАДА)
on. 1 № 470 285
РГАДА, ф. 196 (собр. Ф. Ф. Ма-
зурина) 240 104, 105, 106,
107, 477, 478
РГАДА, ф. 199 (Портфели Мил-
лера), on. 1, № 46/6 485
538
Указатель шифров рукописей
РГАДА, ф. 199 (Портфели Мил-
лера) 168. Ч. 1, 3 204
РГАДА, ф. 199 (Портфели Мил-
лера), портфель 21. № 8 494
РГАДА, ф. 199 (Портфели Мил-
лера) 23 455
РГАДА, ф. 201 (собр. М. А. Обо-
ленского) 163 345
РГАДА, ф. 210 (Разрядный при-
каз), оп. 18 (Родословные рос-
писи) 68 327
РГАДА, ф. 357 (собр. Саровской
пустыни) 53 213
РГАДА, ф. 357 (собр. Саровской
пустыни) 152 375, 376, 378,
379
РГАДА, ф. 381 (собр. Синодаль-
ной типографии) 346 16, 169,
174, 191, 366, 498
РГАДА, ф. 381 (собр. Синодаль-
ной типографии) 347 208, 498
РГАДА, ф. 381 (собр. Синодаль-
ной типографии) 348 208, 498
РГАДА, ф. 395 (М. А. Оболен-
ский) 410 9,11
Российская государственная библиотека
РГБ, ф. 37 (собр. Т. Ф. Больша-
кова) 249 418
РГБ, ф. 98 (собр. Е. Е. Егорова)
124 71
РГБ, ф. 98 (собр. Е. Е. Егорова)
702 62, 63
РГБ, ф. 98 (собр. Е. Е. Егорова)
880 285
РГБ, ф. 98 (собр. Е. Е. Егорова)
1289 339, 340, 341
РГБ, ф. 98 (собр. Е. Е. Егорова)
1649 285
РГБ, ф. 113 (собр. Иосифо-Во-
лоцкого монастыря) 426 19,
103
РГБ, ф. 173.1 (собр. МДА) 198
71
РГБ, ф. 173.III (собр. по времен-
ному каталогу МДА) 73 330
РГБ, ф. 178 (Музейное собр.)
735/1—2 332
РГБ, ф. 178 (Музейное собр.)
4288 252, 290, 320, 463, 497
РГБ, ф. 178 (Музейное собр.)
4651 461
РГБ, ф. 178 (Музейное собр.)
4698 361
РГБ, ф. 178 (Музейное собр.)
8288 174
РГБ, ф. 178 (Музейное собр.)
10929 463
РГБ, ф. 205 (собр. СИДР) 252
117
РГБ, ф. 209 (собр. П. А. Овчин-
никова) 490 460
РГБ, ф. 218 (собр. Отдела руко-
писей) 7 285
РГБ, ф. 218 (собр. Отдела руко-
писей) 768 390
РГБ, ф. 224 (собр. Д. В. Писка-
рева) 39 114
РГБ, ф. 228 (собр. Д. В. Писка-
рева) 177 14, 204
РГБ, ф. 238 (собр. А. Н. Попова)
126 249
РГБ, ф. 247 (собр. Рогожского
кладбища) 580.1 285
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румян-
цева) 349 105—108
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румян-
цева) 364 249, 252
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румян-
цева) 413 331
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румян-
цева) 414 460
539
Указатель шифров рукописей
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румян-
цева) 415 204
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румян-
цева) 416 485
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румян-
цева) 417 11
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румян-
цева) 418 11
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румян-
цева) 349 105, 106, 107, 108
РГБ, ф. 256 (собр. Н. П. Румян-
цева) 603 331
РГБ, ф. 299 (собр. Н. И. Тихо-
нравова) 361 415
РГБ, ф. 304 (собр. Троице-Сер-
гиевой Лавры) 628 248
РГБ, ф. 304 (собр. Троице-Сер-
гиевой лавры) 679 209
РГБ, ф. 304 (собр. Троице-Сер-
гиевой лавры) 810 60, 61
РГБ, ф. 304 (собр. Троице-Сер-
гиевой лавры) 811 216
РГБ, ф. 310 (собр. В. М. Ундоль-
ского) 618 415
РГБ, ф. 310 (собр. В. М. Ундоль-
ского) 754 214
РГБ, ф. 310 (собр. В. М. Ундоль-
ского) 803 345
РГБ, ф. 310 (собр. В. М. Ундоль-
ского) 805 282
РГБ, ф. 310 (собр. В. М. Ундоль-
ского) 807 190, 191
РГБ, ф. 379 (собр. Д. В. Разу-
мовского) 64 248
РГБ, ф. 726 (собр. И. К. Андро-
нова) 2 270, 271
РГБ, ф. 735 (Рязанское собр.) 6
285
Российский государственный исторический архив
РГИА, ф. 834 (собр. Синода) РГИА, ф. 994 (Мордвиновы),
оп. 2, № 1788 420, 427	оп. 2, № 460 501
Российская национальная библиотека
РНБ, ф. 15 (собр. Александро-
Невской Лавры) А-6/1 340,
341
РНБ, ф. 15 (собр. Александро-
Невской Лавры) А-6/2 339,
340
РНБ, ф. 15 (собр. Александро-
Невской Лавры) А-79 252,
416, 463
РНБ, ф. 154 (собр. Волковского
старообрядческого
молитвенного дома) 14 290,
291
РНБ, ф. 166 (собр. П. П. Вязем-
ского) Q. 225 174
РНБ, ф. 328 (К. Ф. Калайдович)
22 12
РНБ, ф. 351 (собр. Кирилло-
Белозерского монастыря)
131/1208 101
РНБ, ф. 351 (собр. Кирилло-
Белозерского монастыря)
516/773 175
РНБ, ф. 359 (собр. Н. Я. Коло-
бова) 143 448
РНБ, ф. 359 (собр. Н. Я. Коло-
бова) 517 415
РНБ, ф. 487 (собр. Н. М. Михай-
ловского) Q. 241 450
540
Указатель шифров рукописей
РНБ, ф. 532 (Основное собрание
актов и грамот), on. 1, № 134
65, 415
РНБ, ф. 536 (собр. ОЛДП) F.53
285, 456, 485
РНБ, ф. 536 (собр. ОЛДП) 0.5
61
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.1.866
174
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.1.730
220
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) Q.I.1101
170
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV.17
490
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV.76
339
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV.117
282, 285
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV.159
326
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV. 165
329, 330
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV.207
285
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV.226
339, 340, 342, 343, 344
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV.253
211, 213
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV.283
495
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV.575
153
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV.578
284
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV. 598
329, 330
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV.679
254, 460
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.IV. 705
490
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) Q.IV. 142
346
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) Q.IV. 144
212, 213
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) О.IV.351
430
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.XVII. 13
101
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.XVII. 16
331, 332
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) F.XVII.17
214, 215
РНБ, ф. 550 (Основное собрание
рукописной книги) Q. XVII.72
212, 213
РНБ, ф. 573 (собр. СПбДА)
A-I/91 330, 450, 451, 470
РНБ, ф. 573 (собр. СПбДА) 289
64
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 285 174
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 650 417
541
Указатель шифров рукописей
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 652 71
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 744 71, 73
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 811 234
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 1406 282
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 1424 487
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 1425 192
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 1426 192, 464
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 1431 479, 480
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 1559 347
РНБ, ф. 588 (собр. М. П. Погоди-
на) 1953 489
РНБ, ф. 678 (И. П. Сахаров) 42
73
РНБ, ф. 717 (собр. Соловецкого
монастыря) 18/18 276
РНБ, ф. 717 (собр. Соловецкого
монастыря) 52/1511 278
РНБ, ф. 717 (собр. Соловецкого
монастыря) 651/709 274, 275
РНБ, ф. 717 (собр. Соловецкого
монастыря) 652/710 274
РНБ, ф. 717 (собр. Соловецкого
монастыря) 888/998 249
РНБ, ф. 728 (Софийское собр.)
1378 283
РНБ, ф. 728 (Софийское собр.)
1424 71, 72, 80, 90, 92, 93, 94
РНБ, ф. 775 (собр. А. А. Титова)
1967 479, 480
РНБ, ф. 775 (собр. А. А. Титова)
2099 217
РНБ, ф. 775 (собр. А. А. Титова)
2853 217, 218
РНБ, ф. 775 (собр. А. А. Титова)
3441 190, 191
РНБ, ф. 775 (собр. А. А. Титова)
4008 443
РНБ, ф. 777 (собр. П. Н. Тихано-
ва) оп. 3, № 789 463
РНБ, ф. 885 (Эрмитажи, собр.)
385 194, 499
РНБ, ф. 885 (Эрмитажи, собр.)
386/1—2 285, 499
РНБ, ф. 885 (Эрмитажи, собр.)
416 485
РНБ, ф. 885 (Эрмитажи, собр.)
440 294—298
РНБ, ф. 885 (Эрмитажи, собр.)
446/1—4 496, 497
РНБ, ф. 885 (Эрмитажи, собр.)
511 192, 498
РНБ, ф. 885 (Эрмитажи, собр.)
522/1—2 456
РНБ, ф. 885 (Эрмитажи, собр.)
552/1—4 496, 497
РНБ, ф. 905 (Новое собрание ру-
кописной книги) F.321 450
РНБ, ф. 905 (Новое собрание ру-
кописной книги) F.451 286
РНБ, ф. 905 (Новое собрание ру-
кописной книги) F.473 340
РНБ, ф. 905 (Новое собрание ру-
кописной книги) F.566 192
РНБ, ф. 1106 (Владимирское
собр.) Q. 22 270
Саратовский государственный университет
СГУ, 1413 442, 443	СГУ, 2706 264
542
Указатель шифров рукописей
Сергиев-Посадский государственный музей-заповедник
СПГМЗ, 289 197
Санкт-Петербургский институт истории РАН
СПбИИ РАН, ф. 2 (Соловецкий СПбИИ РАН, ф. 36 (собр. Ворон-
монастырь) 152 194	цовых) 648 282
СПбИИ РАН, ф. 5 (Антониев-
Сийский монастырь) оп. 2,
№ 1 195
Собрание П. Г. Демидова (не сохранилось)
№ 568 473, 480	№ 569 473, 480
Тверской государственный областной музей
ТГОМ, 1855 340
Томский областной краеведческий музей
ТОКМ, 7903/2 15, 451
Харьковский государственный университет
ХГУ, 167 340, 342
	СОКРАЩЕНИЯ
ААЭ	— Акты, собранные в библиотеках и архивах Россий- ской империи Археографическою экспедициею имп. Академии наук
АЕ	— Археографический ежегодник
АИ	— Акты исторические, собранные и изданные Архео- графической комиссией
БАН	— Библиотека Российской Академии наук (Санкт-Пе- тербург)
вид ВСМЗ	— Вспомогательные исторические дисциплины — Государственный Владимиро-Суздальский историко- архитектурный и художественный музей-заповедник
ГАТО	— Государственный архив Тверской области
ГАЯО	— Государственный архив Ярославской области
ГБЛ	— Государственная библиотека им. В. И. Ленина (ны- не РГБ)
ГИМ	— Государственный исторический музей (Москва)
ГМИР	— Государственный музей истории религии (Санкт-Пе- тербург)
ГТГ	— Государственная Третьяковская галерея (Москва)
ДАИ	— Дополнения к Актам историческим, собранные и изданные Археографическою комиссиею
ЖАН	— Житие Александра Невского
ЖМНП	— Журнал Министерства народного просвещения
ИРЛИ	— Институт русской литературы РАН
ЛЗАК	— Летопись занятий Археографической комиссии
МГАМИД	— Московский главный архив Министерства иностран- ных дел
544
Сокращения
НБ МГУ	— Научная библиотека Московского государственного университета
НБУВ	— Национальная библиотека Украины им. В. И. Вер- надского (Киев)
НГМ	— Новгородский государственный музей-заповедник (Великий Новгород)
НГОУНБ	— Нижегородская государственная областная универ- сальная научная библиотека
НСРК ОИДР	— Новое собрание рукописной книги (РНБ) — Общество истории и древностей российских при Мо- сковском университете
олдп ОРЯС	— Общество любителей древней письменности — Отделение русского языка и словесности Император- ской Академии наук
ОСРК ПСРЛ РАН РГАДА	—	Основное собрание рукописной книги (РНБ) —	Полное собрание русских летописей —	Российская Академия наук —	Российский государственный архив древних актов (Москва)
РГБ РГИА	— Российская государственная библиотека (Москва) — Российский государственный исторический архив (Санкт-Петербург)
РИБ РНБ	— Русская историческая библиотека — Российская национальная библиотека (Санкт-Петер- бург)
СГГД СКДС	— Собрание государственных грамот и договоров — Степенная книга царского родословия по древнейшим спискам: Тексты и комментарий / Отв. ред. Н. Н. По- кровский, Г. Д. Ленхофф. Т. 1—2. М., 2007—2008
СО РАН СПбДА	— Сибирское отделение Российской Академии наук — Санкт-Петербургская духовная академия
СПбИИ РАН— Санкт-Петербургский институт истории Российской
Академии наук
ТГОМ ТОДРЛ	— Тверской государственный объединенный музей — Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинский дом)
ТОКМ ХГУ	— Томский областной краеведческий музей — Харьковский государственный университет
545
	Сокращения
ЦГАДА	— Центральный государственный архив древних актов (Москва)
ЦГАЛИ	— Центральный государственный архив литературы и искусства (Санкт-Петербург)
ЦНБ ХГУ	— Центральная научная библиотека Харьковского го- сударственного университета
ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение.................................................... 3
Глава 1. Памятники идеологии царства середины XVI в. . .	25
Глава 2. Составление Степенной книги....................... 71
Глава 3. Степенная книга и Лицевой летописный свод ....	121
Глава 4. В окружении первого патриарха.................... 167
Глава 5. После Смуты...................................... 203
Глава 6. Степенная книга и русская агиография XVII в. . . .	222
Глава 7. Историографическая традиция середины—второй
половины XVII в.................................. 266
Глава 8. Официальные «Истории» петровского времени .	.	.	334
Глава 9. Степенная книга в русской агиографии	XVIII	в.	.	.	386
Глава 10. Ложные ссылки.............................. 429
Глава 11. Степенная книга в творчестве историков
XVIII в.......................................... 458
Заключение........................................... 503
Именной указатель.................................... 509
Указатель шифров рукописей........................... 535
Сокращения........................................... 544
С и р е н о в Алексей Владимирович
СТЕПЕННАЯ КНИГА
И РУССКАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ XVI—XVIII вв.
Научное издательство «Альянс-Архео»
Главный редактор издательства О. Л. Новикова
Редактор издательства А. А. Романова
Корректор Ек, А. Пережогина
Компьютерная верстка и дизайн Р. К. Жумабаев
Подписано в печать 03.03.2010. Формат 60x90 ’/16.
Гарнитура Школьная. Бумага офсетная.
Печать офсетная. Усл. изд. 26. Усл. печ. л. 34,0.
Тираж 500 экз. Заказ № 107.
ООО «Альянс-Архео»
105043, Москва, ул. Первомайская, д. 40/19, оф. 38
тел./факс:
— в Москве (499) 165-31-87
— в Санкт-Петербурге (812) 517-77-31
E-mail: aarheo@mail.ru
Отпечатано с готовых диапозитивов
в ОАО «Издательско-полиграфическое
предприятие „Искусство России"».
198099, Санкт-Петербург,
ул. Промышленная, д. 38, корп. 2
Монография А. В. Сиренова посвящена
выдающемуся памятнику русской исторической мысли
середины XVI в. - Книге Степенной царского
родословия. Рассмотрены историко-культурный
контекст и обстоятельства ее создания, а также ее
восприятие в разные эпохи - от царствования Ивана
Грозного до Века Просвещения. Особое внимание
уделено случаям использования Степенной книги в
идеологических концепциях XVII-XVIII вв.
Книга адресована историкам, филологам, а также
всем, интересующимся историей русской культуры
ISBN 5-98874-051-3
9 785988 740513