Отсканировано в сентябре 2024 года
специально для эл. библиотеки
паблика «Бэерзэефцэег»
(«Крестовый перевал»).
Скангонд эерцыд 2024 азы сентябрь!
сэермагондэей паблик «Бэерзэефцэег»-ы
чиныгдонэен.
В КОНТАКТЕ НИр://ук.сот/Ьаг2атсад
ТЕЛЕГРАМ НИр5:/Д.те/Ьаг2атсад1

ПРАВДА О СТАЛИНЕ
ВЛАДИКАВКАЗ 2000 г.

Генералиссимус Советского Союза
ИОСИФ ВИССАРИОНОВИЧ СТАЛИН

КОРОТКО ОБ
АВТОРЕ
Есть люди совершенно
невероятной, легендарной
судьбы. Один из них - Кокаев Са-
ламгери Алиханович. Ныне
он является зав. кафедрой
новой и новейшей истории Се-
веро-Осетинского
госуниверситета. Родился Саламгери в
1921 г. в сел. Хумалаг
Правобережного района
Республики Северная Осетия-Алания.
Юношей, ушел добровольцем
на фронт. Был награжден
шестью орденами, многими медалями. Вернулся домой Победителем, но
с тяжелыми ранениями, инвалидом первой группы - война отняла у
него обе руки, глаз, оставила на его теле глубокие шрамы. Но ветеран
Великой Отечественной, трижды горевший в танках, и в мирное
время нашел свое место в жизни. Он блестяще окончил педагогический
институт, работал сначала учителем истории, затем директором
школы в родном селении; написал и защитил кандидатскую диссертацию,
был деканом факультета, стал профессором. Он удостоен звания
Героя социалистического труда. С. А. Кокаев - человек редкого таланта
и великого подвига. О таких людях пишут повести, слагают песни.
С.А. Кокаев глубоко интересуется историей Великой
Отечественной войны. И, естественно, он не может примириться с
фальсификацией истории ВОВ, он ведет борьбу, с теми, кто предал идеалы
социализма и Родину, кто разрушил Советский Союз. И в данной работе
С.А. Кокаев показывает, сколь много преднамеренной лжи
нагромоздили фальсификаторы истории и предатели на создателя и
руководителя СССР Иосифа Виссарионовича Сталина - одного из величайших
з

политических и военных деятелей, известных в мировой истории. На
конкретных фактах он показывает научную несостоятельность,
клеветнический характер критики социализма, исторических заслуг и
роли И.В. Сталина в истории нашей Родины. Саламгери Алиханович
часто повторяет фразу: "Я горд и счастлив, что был современником
Сталина, что воевал под славным знаменем, которое крепко держал
Сталин".
Гуриев Т.А., профессор СОИГСИ
4

ОТ АВТОРА.
Можно смело утверждать, что в истории России, как в истории
других великих стран мира, не найдется ни одна ниспосланная
политическая фигура, на долю которой жестокая судьба готовила
конвейерным потоком целую вереницу сложнейших задач, конструкций,
архитектур - тяжелейших испытаний: построить первое
социалистическое государство на пустом месте, в условиях перманентной
антипартийной, антисоциалистической, троцкистско-зиновьевскои оппозиции
и внешней вооруженной опасности и гражданской войны (1918-1920
гг.). Построил СССР, разгромил агрессора - фашистскую Германию,
восстановил разрушенную войной страну, Вооруженные Силы
Советского Союза вооружил атомным оружием.
Такой политической фигурой был Иосиф Виссарионович Сталин.
О нем премьер министр Англии Уинстон Леонард Спенсер Черчиль
сказал: "Большим счастьем для России было то, что в годы
тяжелейших испытаний ее возглавил непоколебимый гений полководец И.В.
Сталин. Он был выдающейся личностью, импонировавший
жестокому времени того периода, в котором протекала его жизнь..."
Казалось, обожествленный при жизни Иосиф Виссарионович
Сталин, вся жизнь которого без остатка была посвящена борьбе за
счастье трудящихся, после смерти будет причислен к лику святых... по
крайней мере обретет вечный покой в раю... Но... Международный
сионизм вкупе с неотроцкистами, антисоветчиками всех мастей под
покровительством "демократов" широко используя средства массовой
информации сплошным потоком поливают грязными помоями
социализм и И.В. Сталина. Но к скале грязь не пристает, она становится
ярче, могущественнее и надежнее встает перед взором всех людей
труда, маня их в светлое будущее, - коммунизм.
Давно пора разоблачить антикоммунизм, антисоветскую клевету
на Иосифа Виссарионовича Сталина, доказательно на
неопровержимых конкретных фактах истории и документах.
5

Автор рассматривает деятельность И.В. Сталина в Октябрьской
революции 1917 г., гражданской войне 1918-1920 гг., в период
тяжелой болезни В.И. Ленина, сближение В.И. Ленина и И.В. Сталина как
настоящих революционеров-единомышленников, как И.В. Сталин
стал тем доверительным лицом для В.И. Ленина, которого ему так не
хватало , его помощником и советником. Избрание И.В. Сталина
генеральным секретарем, в чем расходился Сталин с Лениным по
национальному вопросу. Все это освещено на основе конкретных
стенографических материалов XV партконференции и XVII съезда ВКП(б),
ходе открытой дискуссии между И.В. Сталиным с одной стороны и
лидерами троцкистско-зиновьевской антипартийной оппозиции, в том
числе Троцким с другой стороны.
В книге также исследуется тема: Маршал И.В. Сталин - Верховный
Главнокомандующий Вооруженными Силами Советского Союза в
Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.
Роль И.В. Сталина в Великой Победе над коалиционными
войсками под общим командованием гитлеровской Германии, спасение
народов Советского Союза от фашистского рабства, мировой
цивилизации от гибели.
Как я выполнил поставленную задачу - сказать правду о И.В.
Сталине, судить не мне. Книга вынесена на суд читателя. Пусть он скажет
свое весомое справедливое слово.
Автор выражает сердечную благодарность Юрию Саламовичу Бад-
тиеву за большую помощь в подготовке книги к печати.
Признательную благодарность с душевным спасибо, спонсору - КПРФ Северной
Осетии и лично секретарям Тотиеву С.А. и Цомаеву Т.А.
6

«Никто не возвышает голос за
правду и никто не вступается за истину;
надеются на пустое и ложъ, зачинают зло и рождают
злодейство» (Библия, Исайя)
ГЛАВА 1-
КАК И ПОЧЕМУ БЫЛ ИЗБРАН
СТАЛИН ГЕНЕРАЛЬНЫМ
СЕКРЕТАРЕМ ЦЕНТРАЛЬНОГО
КОМИТЕТА ВКП(Б)?

История человечества не знает аналога такой политической
партии, какой была в России РСДРП(б) - ВКП(б),
созданная Владимиром Ильичом Лениным, а после его смерти в
1924 году возглавлявшаяся Иосифом Виссарионовичем Сталиным,
превратившим её в КПСС. От создателей партии потребовалась
огромная энергия, богатырское здоровье и железная сила воли, чтобы
отстоять партию сначала от нападков на теоретические основы партии,
затем в открытой борьбе с оппозицией и наконец, в ходе скрытой
враждебной и террористической деятельности против партии и
социализма в СССР. Остановимся на оппозиции.
Оппозиция политическому и экономическому курсу партии
обострила свою борьбу после октябрьского переворота 1917 года, когда
«большевики» силой свергли Временное правительство и передали всю
власть Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.
Оппозиция организовала внутри Политбюро ВКП(б) заговор. (1)
Целью оппозиции было не допустить осуществления революции, а
с победой Октября - любой ценой добиться уничтожение социализма
в России.
Поскольку Ленин был теоретиком социализма, а Сталин
практиком его осуществления в СССР, то современная оппозиция
сосредоточила свои усилия на критике этих вождей, чтобы в глазах
общественности дискредитировать их, показав несостоятельность и
вредность социализма вообще.
Заметим, что на сегодняшний день оппозиция достигла своей цели:
СССР развален на 15 самостоятельных государств, идет реставрация
капитализма в России, развязаны межнациональные войны и
конфликты на территории бывшего СССР.
Однако вернемся к началу оппозиционной борьбы,
разыгравшейся между двумя вождями партии Троцким и Сталиным в начале
тридцатых годов. Отметим справедливое замечание греческого
профессора М.Матеоса о том, «...что конфликт между Троцким и Сталиным
нельзя рассматривать как нечто, принадлежащее музею болыневистс-
8

ких древностей, а те, кто так считает, смотрят не вперед, а назад».
Все главные «обвинения» вульгарного исторического
материализма против русской революции и советского строя были выдвинуты
еще Каутским, а потом развиты Троцким. Затем уже к ним
подключились югослав Джилас, еврокоммунисты и наши нынешние
демократы. Поразительно то, что и Ленину пришлось потратить много сил,
чтобы отбить обвинения истмата. (2)
В предисловии к своему двухтомному сочинению, посвященному
Сталину, Лев Троцкий отмечает, что цель этой политической
биографии - показать «каким образом сформировалась такого рода личность,
каким образом она завоевала и получила право на исключительную
роль»(3). Автор, исследуя политическую биографию Сталина, не
делает других биографических ссылок и отправляет читателя лишь к
своей работе «История русской революции». Это обстоятельство
Троцкий объясняет тем, что не боится критики, поскольку в
«антитроцкистской» литературе не нашел указаний на неправильное
использование им источников информации, на свою пристрастность к личности
Сталина. «Я никогда не возвышал Сталина в своем сознании до
чувства ненависти к нему, и он в моих глазах является в такой же мере
орудием чуждых и враждебных мне исторических сил, что мои
личные чувства по отношению к нему мало отличаются от чувства к
Гитлеру или японскому Микадо, что было личного, давно перегорело.»
Далее Троцкий сравнивая исторические параллели, начиная с царства
иудеев Израиля до истории нового и новейшего времени в Европе,
делает вывод, что русская революция и её вожди явились следствием
отсталости России. Он называет эту революцию как конвульсию,
которую испытали Англия в середине 17 века, а Франция - в конце 18
века. (4)
Все оппоненты-критики Сталина, начиная с их признанного
лидера Троцкого старательно изыскивают личностно-негативные качества
Сталина, обусловленные якобы его родословной и национальной
принадлежностью. В этом оппоненты изрядно преуспели, издав
многочисленную литературу. Опираясь на эти источники постараемся
ответить на первый вопрос: кто ты Сталин?
Первым источником в поэме Георгия Леонидзе «Сталин. Детство
и отрочество» отмечается, что прадедом Сталина был Заза
Джугашвили. На эту фамилию мы натолкнулись в «Актах» и предоставляем
«читателю возможность познакомиться с нашей находкой, вносящей
некоторое уточнение в истинную фамилию Сталина. Предки
Сталина были из рода Дзукаты (по-осетински), Дзукаевы (по-русски) и Джу-
9

гашвили (по-грузински). Следовательно, и Сталин тоже был
представителем этой фамилии», - пишут авторы брошюры. (5)
Заза - прадед Сталина за революционную деятельности арестован
в 1805 году и заключен в Метехскую крепость (6). Об этом
свидетельствуют показания меретского священника Иосифа Пурцеладзе
коменданту майору Рейху от 8 декабря 1805 года:
«Письменное повеление С.С. Тарасова мне объявлено. Уложения
гл.11, стр.17, по моему ниже сего показываю: «Я знаю и видел, что к
сыну Купарагаси Элизбару хаживали осетины, живущие по ту и по
сию сторону; не проходило ночи, чтобы одни из них не приходили, а
другие не уходили. Элизбаром посылаемые люди были Джугашвили
Заза и Туари Хата, но Заза чаще хаживал и проводил осетин по
ночам...»(7)
По этому доносу Заза Джугашвили и Туари были арестованы и
заключены в Метехскую крепость в 1805 году.
Заслуга авторов брошюры Герсана Кодолаева и Чермена Багаева
бесспорна в том, что они не только подтвердили документальность
поэтической эпопеи академика Георгия Леонидзе «Сталин. Детство и
отрочество», но опираясь на другие исторические материалы,
подтвердили истинную фамилию Сталина, положив тем самым конец долгой
дискуссии вокруг национальной принадлежности Сталина.
Не мог не поинтересоваться родословной Сталина и его главный
оппонент (по-моему - личный враг!) Лев Троцкий. В политической
биографии Сталина он пишет, что «нет необходимости объяснять
национальным происхождением отсутствие у Сталина ораторских
качеств». Рассматривая личность Сталина в этом ракурсе, Троцкий
использует воспоминания грузинских политических эмигрантов Ире-
машвили (8) и Суварина (9). Первый утверждает, что «мать Иосифа
Сталина чистокровная грузинка, а осетином был его отец, грубая
неотесанная натура, как все осетины, живущие в высоких кавказских
горах».
Троцкий, упомянув, «что проверить это утверждение трудно, если
не невозможно», пишет «вряд ли в этом есть необходимость для
объяснения моральной фигуры Сталина, который по взглядам был
марксист, а по чувствам и духовным потребностям - сыном осетина Бесо
из Диди-Лило». Установив таким образом национальную
принадлежность Сталина, Троцкий делает следующее обобщение: «Осетины
известны мстительностью, у них сохранился, по крайней мере в годы
юности Сталина, обычай кровной мести. Сталин перенес этот
обычай в сферу высокой политики». (10)
ю

Как видим, Троцкий легко устанавливает сомнительную связь
между обычаем кровной мести у осетин с грубостью и неотесанностью
Сталина, «перенесшего обычай кровной мести в сферу высокой
политики». Обобщая воспоминая эмигрантов из России Гогохия, Глуру-
шидзе, Иремашвили, Какнадзе и др., Лев Троцкий нарисовал
объективную картину тяжелого положения семьи, в которой воспитывался
Сталин. Мать Сталина Екатерина (Кеке) «занималась стиркой белья
и выпечкой хлеба в домах богатых жителей Гори. Отец Сталина
Виссарион (Бесо) проводил весь день за шитьем обуви. За найм комнаты
в городе Гори платили полтора рубля в месяц. Отец Сталина был
сурового нрава, он изгонял из сердца сына любовь к Богу и людям, сея
тем самым отрицательное к себе отношение со стороны сына.
Незаслуженные страдания, страшные побои сделали мальчика столь же
суровым, каким был его отец». (11)
Троцкий утверждает, что даже с неизбежным элементом
ретроспективной оценки, приведенные воспоминания эмигрантов из России
сохраняют свою значительность.
Противоположного мнения о сыне была мать Сталина. В 1930 году,
когда ей был 71 год, Екатерина, жившая тогда в Тифлисе, отвечая на
вопросы журналиста, говорила: «Сосо (Иосиф) всегда был хорошим
мальчиком. Мне никогда не приходилось его наказывать. Он усердно
учился, всегда читал или беседовал, пытаясь понять всякую вещь. Сосо
был моим единственным сыном. Когда его отец умер (сыну было 11
лет), я хотела лишь одного, чтобы сын стал священником».
Большую привязанность Сталина к матери и то, что он был
лучшим учеником в духовном училище отмечает Иремашвили, однако
Троцкий это игнорирует и утверждает, что «на самом деле память
Сталина, по крайней мере теоретически, весьма посредственна». Но
это утверждение противоположно мнению учителя Капанадзе,
который свидетельствует, что «за 35 лет учительской деятельности ему ни
разу не приходилось встречать такого одаренного и способного
ученика, как Иосиф Джугашвили,» Ему вторит учитель Глурджидзе:
«Сосо был лучшим учеником в духовном училище», а учитель Елиса-
бедашвили говорит: «Иосиф был одним из самых бедных и самых
способных». (12)
Таким образом, приведенная выше информация о личных качествах
ребенка и юноши Сосо Джугашвили, собранная Троцким по
воспоминаниям белоэмигрантов, в целом представляет позитивную
характеристику личности молодого Сталина. Однако Троцкий делает
ничем не обоснованный вывод о «весьма посредственной памяти» Ста-
п

лина. Но Троцкий этим не ограничивается. Он пишет: «Семья
Джугашвили стояла на грани захолустного ремесла и пауперизма.
Своими корнями она уходила в крестьянское средневековье. Она
продолжала жить в атмосфере традиционной нужды и традиционных
суеверий. Становление на революционный путь означало для сына разрыв
с нею. Однако и после разрыва эта отвергнутая традиция продолжала
жить в нервах и в сознании в виде примитивных культурных
навыков, грубости ощущений, узости горизонта... В частности,
пренебрежительное отношение к женщине и деспотическое к детям, наложило
на Иосифа отпечаток на всю жизнь». (13)
Далее Троцкий утверждает, Иосифу шел седьмой год, когда он
заболел оспой, следы которой остались на его лице на всю жизнь. Они
«свидетельствуют о подлинно плебейском происхождении и
культурной отсталости среды» - «ничтоже сумняшеся» - делает вывод еврей
Троцкий об осетине Сталине. В связи с этим хочется привести
«глубоко научные» характеристики двух вождей, помещенные в
современном школьном учебнике истории для 10-го класса. (14)
Троцкий «... отличался выразительной внешностью, густая копна
волос, голубые глаза, орлиный нос, по популярности не уступал
Ленину».
Сталин «...внешность невыразительна, невысокий лоб, лицо
изрыто оспой, выступал скучно».
Как видим современные «демократы» несколько
фальсифицируют личность Сталина, хотя шевелюра осетина Сталина не уступала
густой копне волос еврея Троцкого. Ну да Бог с ней, внешностью! Сам
Ленин не отличался красотой, и был даже рыжеват и лысый. Для
политического деятеля внешность не самая главная личностная деталь.
Как ни старается Троцкий очернить личностные качества
Сталина, под напором объективных данных он вынужден признать: «Ленин
несомненно стал ценить Сталина как смелого и решительного
практического организатора в годы реакции (1903-1913 годы), со времени
кавказских экспроприации... (речь идет об экспроприации казачьих
земель на Северном Кавказе в годы гражданской войны - С.К.) он
обнаружил в нем качества упорного профессионального
революционера». То-то же, господин Бронштейн!
А вот послушаем, что говорят о Сталине его современники,
которые близко общались с ним и неоднократно. «Великий немецкий
писатель Эмиль Людвиг, беседовавший со Сталиным, - с негодованием
отмечает Троцкий, - у Сталина не заметил ни изрытого оспой лица,
ни «сухой руки», ни сросшихся пальцев на ноге...». (15) Да, действи-
12

тельно, куда смотрел великий писатель? Может он искал не
физические недостатки политического деятеля, а нечто другое. Известно же,
что Президент США Рузвельт был вообще инвалид и его вообще
возили в коляске! Послушаем, что говорит о Сталине, как о личности,
Громыко Андрей Андреевич.«... рассказ о нестандартной фигуре
Сталина, к которой не раз будут обращаться историки, представляет
интерес, особенно, если об этом вспоминают люди, с ним общавшиеся...
в конце концов любой оригинал всегда богаче копии, особенно,
когда речь идет о личности такого масштаба и такой драматической
судьбы, как Сталин». Далее Громыко говорит: «Где бы не доводилось его
видеть, прежде всего обращало на себя внимание, что он человек
мысли. Я никогда не замечал, чтобы сказанное им не выражало его
определенного отношения к обсуждаемому вопросу... Глядя на Сталина,
когда он высказывал свои мысли, я всегда отмечал про себя, что у
него говорит даже лицо. Особенно выразительны были глаза, он их
временами прищуривал. Это делало его взгляд еще острее. Но этот
взгляд таил в себе и тысячу загадок. Лицо Сталина было чуть
полноватым. Мне случалось, и не раз, уже после смерти Сталина слышать и
читать, дескать, у него виднелись следы оспы. Это я не помню, хотя
много раз с близкого расстояния смотрел на него». И Громыко
заключает: «Что же, коли эти следы имелись, то вероятно, настолько
незначительные, что я, глядевший на это лицо, ничего подобного не
замечал». (16)
Было ли лицо Сталина «изрыто оспой» (по Л.Троцкому),
«рябоватым» (по Д.Волкогонову) (17), была ли «сухая рука» и сросшиеся
пальцы на ноге, - все это жалкие попытки очернительства политического
лица великого человека. Оставим на совести очернителей эти грязные
приемы, к которым прибегали прошлые оппозиционеры во главе с
Троцким (Бронштейном) и современные «демократы», рупором
которых стал Д.Волкогонов.
Учитывая, что для политического деятеля главным достоинством
является не красота лица, не изысканные манеры, не внешний лоск
одежд, жилища и т.п., а красота ума и высокое чувство
ответственности перед своим народом, то отдадим должное объективности
характеристики личности Сталина, высказанное его современником
А.А.Громыко.
13

§1. КАК БЫ\ ИЗБРАН СТАЛИН ГЕНЕРАЛЬНЫМ
СЕКРЕТАРЕМ ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА ВКП(Б)?
Чтобы ответить на этот вопрос обстоятельно, необходимо
остановиться на взаимоотношениях Ленина и Сталина в тот период
времени, т.е. в 1918-1923 годах. На мой взгляд взаимоотношения
политических деятелей строятся на доверии друг к другу. Степень доверия
всегда проявляется в самых трудных ситуациях, поэтому следует
рассмотреть вопрос о доверии между Лениным и Сталиным в самый
критический период жизни Ленина.
В тот период тяжелой болезни вождя, сопровождавшийся
страшными головными болями, потерей подвижности, когда Ленин
сознавал неизбежный исход болезни, он обратился к Сталину с просьбой
достать ему яд. Этот факт тогдашние оппозиционеры и их вождь
Л.Троцкий (Бронштейн) преподают в совершенно ином ракурсе. Они
придумали версию о письме Ленина, в котором он, якобы, полностью
порывает со Сталиным. «То было последнее письмо, - утверждает
Троцкий, - которое Ленин вообще написал в своей жизни, точнее -
продиктовал». Далее Троцкий утверждает, что письмо было написано в
ночь с 5 на 6 марта 1923 года, и Зиновьев рассказывал о письме на
Объединенном пленуме ЦК и ЦКК. Факты свидетельствуют, - делает
вывод Троцкий, - что Ленин не мог видеть в Сталине своего
приемника. (18)
Далее Троцкий повествует: «Зиновьев, Каменев и я рассказали под
стенограмму, что последним письмом, которое диктовал Ленин
накануне второго «удара» (инсульта), было письмо о разрыве всяких
товарищеских и личных отношений со Сталиным. Крупская молчала,
подтверждая своим молчанием наши слова. Но Мария Ильинична
Ульянова, тесно связанная в то время с Бухариным, ближайшим
союзником Сталина, сделала письменное заявление в том, что письмо о
разрыве отношений имело личный характер, и было навеяно
временными обстоятельствами. Незадолго до этого письма Ленин призвал
Сталина и обратился к нему с такой просьбой, которую можно
поручить только подлинному революционеру, заслуживающему доверия.
Речь шла, разумеется, об обращении Ленина к Сталину за ядом».
Как видите, читатель, Надежда Крупская оказалась в сетях
оппозиции, однако не стала открыто поддерживать интриги, разыгранные
Троцким, Каменевым и Зиновьевым. Крупская была политически
гораздо ближе связана с Лениным, чем его сестра Мария Ульянова.
Крупская одна была в курсе планов Ленина относительно Сталина. К ее
14

голосу прислушивались все близкие. Ульянова оказалась
отодвинутой на задний план и из-за оппозиции к Крупской очутилась в лагере
сторонников Сталина.
Троцкий резко осудил за это М.Ульянову, сказав: «В ее характере
были некоторые черты, общие с ее братом: верность, настойчивость,
непримиримость, однако при умственной ограниченности эти черты
получали нередко карикатурный характер». (19)
Читатель легко заметит, что все, кто расходился во мнении с
Троцким объявляются им неумными или умственно ограниченными. Все
это невольно вызывает сомнение о существовании письма Ленина к
Сталину о разрыве всяческих отношений. Пожалуй, убедительным
доводом отсутствия такого «письма Ленина» является то, что о нем
мог промолчать новоявленный ортодоксальный троцкист Д.Волко-
гонов, у которого в руках были все архивные материалы СССР,
включая и «Материалы июльского 1927 года пленума ЦК ВКП(б),
которые по настоянию оппозиции были оглашены и занесены в секретную
стенограмму и ряд других документов, характеризовавших крайне
враждебное отношение Ленина к Сталину в последние месяцы его
жизни». (20)
Теперь об обращении Ленина к Сталину за ядом. По версии
Троцкого это произошло незадолго до вышеуказанного злосчастного
письма, т.е. до 5-6 марта 1923 года. Лев Троцкий утверждает, что в своей
«автобиографии» он описывал два возможных варианта просьбы
Ленина о яде и разработал множество вариантов его применения.
«Небольшое число хорошо посвященных людей, и я в том числе, - пишет
Троцкий, - всегда подозревали, что Сталин содействовал ускорению
смерти Ленина.
Обратите внимание, читатель, как искусно Лев Бронштейн
(Троцкий) подводит к мысли о злодействе Джугашвили (Сталина).
Послушайте его: «Если был у Сталина замысел помочь работе смерти, то
остается вопрос: зачем он сообщил о просьбе Ленина членам
Политбюро, если он собирался так или иначе ее выполнить? Замечательно,
что об обращении к нему Ленина Сталин не предупредил ни
Крупскую, ни сестру Ленина Марию. Обе они узнали об этом эпизоде
только после смерти Ленина». (21)
Дальше, по выражению Ленина, «иудушка Троцкий» на
страницах своей книги о Сталине расплывается в садистских,
человеконенавистнических домыслах: «Может быть именно Ленин своей просьбой
натолкнул Сталина н^ мысль, что при соответствующих условиях яд
может быть действенным средством... Если Сталин сам опасался, то
15

почему не воспользовался услугами Ягоды, который имел хорошие
отношения с охраной Ленина... Если Ленин обратился к нему, то не в
официальном, а в личном порядке, рассчитывая, что эту услугу
Сталин окажет ему охотно».
Эти домыслы, красноречиво высвечивающие подлую душонку
«иудушки» Троцкого, начисто опровергаются сестрой Ленина.
Мария Ильинична подчеркнула, что «с такой просьбой, которую можно
поручить только подлинному революционеру, заслуживающему
доверия». Значит, Ленин в самый критический момент своей жизни
обратился к самому надежному и близкому человеку со своей
трагической просьбой избавления от мук. Этим человеком оказался тот самый
«неотесанный» представитель осетинского народа. Неизвестно, как
бы поступили указанные выше представители еврейского народа, но
Сталин поступил так: он огласил предсмертную просьбу вождя на
Политбюро и оно отказало вождю в яде. Сталин поступил
высоконравственно, так, как принято было поступать по обычаям военной
демократии в древней Алании, дальним потомком которой являются,
по признанию многих ученых мира, те самые «неотесанные» осетины-
аланы. А вот как документы говорят об этом.
«30 мая Владимир Ильич потребовал, чтобы к нему вызвали
Сталина. Уговоры Кожевникова отказаться от этого свидания, так как
это может повредить ему, не возымели никакого действия. Владимир
Ильич сказал, что Сталин нужен ему для совсем короткого
разговора, стал волноваться и пришлось выполнить его желание. Позвонил
Сталин и через некоторое время он приехал с Бухариным. Сталин
прошел в комнату Владимира Ильича, плотно прикрыв за собой, по
просьбе Ильича, дверь. Бухарин остался с нами и как-то таинственно
заявил: «Я догадываюсь, зачем Владимир Ильич хочет видеть
Сталина». Но о догадке своей он нам на этот раз не рассказал. Через
несколько минут дверь в комнату Владимира Ильича открылась и
Сталин, который показался мне несколько расстроенным, вышел.
Простившись с нами, оба они (Бухарин и Сталин) направились мимо
Большого дома через домик санатория во двор к автомобилю. Я пошла
проводить их. Они о чем-то разговаривали друг с другом вполголоса,
но во дворе Сталин обернулся ко мне и сказал: «Ей (он имел в виду
меня) можно сказать, а Наде (Надежде Константиновне) не надо». И
Сталин передал мне, что Владимир Ильич вызвал его для того, чтобы
напомнить ему об обещании, данном ранее, помочь вовремя уйти со
сцены, если у него будет паралич. «Теперь момент, о котором я Вам
раньше говорил, - сказал Владимир Ильич, наступил, у меня паралич
16

и мне нужна Ваша помощь». Владимир Ильич просил Сталина
привести ему яду. Сталин обещал, поцеловался с Владимиром Ильичом и
вышел из комнаты. Но тут, во время нашего разговора, Сталина
взяло сомнение: не понял ли Владимир Ильич его согласие таким
образом, что действительно момент покончить счеты с жизнью наступил и
надежды на выздоровление больше нет? «Я обещал, чтобы его
успокоить, - сказал Сталин, - но если он в самом деле истолкует мои слова
в том смысле, что надежды больше нет? И выйдет как бы
подтверждение его безнадежности?»(22) Обсудив это, мы решили, что Сталину
надо еще раз зайти к Владимиру Ильичу и сказать, что переговорил с
врачами и последние заверили его, что положение Владимира Ильича
совсем не так безнадежно, болезнь исчезла и что надо с исполнением
просьбы Владимира Ильича подождать. Так и было сделано.
Сталин пробыл на этот раз в комнате Владимира Ильича еще
меньше времени, чем первый раз, и, выйдя, сказал нам с Бухариным, что
Владимир Ильич согласился подождать и что сообщение Сталина о
его состоянии со слов врачей Владимира Ильича, видимо,
обрадовало. А уверение Сталина, что когда, мол, надежды больше
действительно не будет, он выполнит свое обещание, успокоило несколько
Владимира Ильича, хотя он не совсем поверил ему: «Дипломатничаете,
мол».
Однако ежедневные посещения Клемжрера (23) нервировали
Владимира Ильича и 15 июля 1922 года он продиктовал мне письмо к
Сталину, на которое последовал следующий ответ:
«Т. Ленину.
В связи с Вашим письмом о немцах мы немедленно устроили
совещание с Крамером, Кожевниковым и Готье. Они единогласно признали не-
пуленость в дальнейшем Клемжрера, который посетит Вас лишь один
раз перед отъездом. Столь же единогласно они признали полезность
участия Ферстера в общем наблюдении за ходом Вашего
выздоровления. Кроме того, политические сообраэ/сения делают крайне полезными
подписи известных иностранных авторитетов под бюллетенем в виду
сугубого опубликования за границей. По поручению Политбюро -
Сталин. (24)
Р. 8. Крепко жму руку. А все-таки русские одолеют немцев.
Сталин».
В то лее время Владимир Ильич сказал как-то Коэ/севникову: «Для
русского человека немецкие врачи невыносимы».
Ленин обратился к Сталину с такой просьбой потому, что он
видел в Сталине своего душеприказчика (исполнителя последней воли
17
?-Зак. 2093

умирающего), видел, что Сталин рельефно выделяется как
государственный деятель и честный человек (несмотря на все его недостатки)
среди остальных вождей. Исходя из этого, не выдерживает критики
утверждение Троцкого о том, что «Ленин не видел в Сталине своего
преемника». (25)
В самые сложные, опасные моменты в жизни и деятельности
Ленина, Сталин как самый надежный и верный соратник находился
рядом... Об этом свидетельствуют следующие факты. Во время отъезда
Владимира Ильича в Сестрорецк - «это вечером 11 июля - мы с
товарищем Сталиным, - рассказывает Аллилуев - провожали Ильича на
Сестрорецкий вокзал. За время пребывания в шалаше в Разливе, а
потом в Финляндии, Владимир Ильич время от времени через меня
посылал записки Сталину; записки приносили мне на квартиру, и так
как на записку нужно было своевременно отвечать, то Сталин в
августе месяце перебрался ко мне... и поселился в той комнате, где
скрывался Владимир Ильич в июльские дни».
А другой из кадровых рабочих Рахья, обрусевший финн
рассказывал в печати, как Ленин поручил ему однажды привести Сталина на
следующий день вечером. «Сталина я должен был найти в редакции
«Правды». Они разговаривали очень долго. Владимир Ильич
подробно обо всем расспрашивал». «Сталин был в этот период наряду с
Крупской, важным связующим звеном между ЦК и Лениным, который
питал к нему, несомненно, полное доверие, как к осторожному
конспиратору» - заключает Троцкий. (26)
В годы гражданской войны для Ленина Сталин был правой рукой,
и когда на каком-нибудь фронте складывалась тяжелая обстановка,
он немедленно бросал туда Сталина. Вот как об этом пишет старый
польский революционер Пестовский, бывший помощник Сталина:
«Ленин не мог обходиться без Сталина ни одного дня. Вероятно с этой
целью наш кабинет в Смольном находился под «боком» у Ленина. В
течение дня он вызывал «Сталина по телефону бесконечное число раз,
или же являлся в наш кабинет и уводил его с собой. Большую часть
дня Сталин просиживал у Ленина. Что они всегда там делали мне не
известно, но один раз, войдя в рабочий кабинет Ильича, я застал
интересную картину. На стене висела большая карта России, перед нею
стояло два стула, а на них стояли Ильич и Сталин и водили пальцем
по северной части, кажется, по Финляндии. Ночью, когда суета в
Смольном немного уменьшилась, Сталин ходил на прямой провод и
пропадал там часами, он вел длиннейшие переговоры то с нашими
полководцами (Антоновым, Павлуновским, Муравьевым и др.), то с
18

нашими врагами (с военным министром украинской Рады Поршем).
Иногда, когда у него было какое-либо неотложное дело, а его
вызывали, к проводу он посылал меня. Бывало, когда запас терпения у
Сталина кончался, он вдруг исчезал, сказав: «я на минутку». Часто в
такие минуты раздавался звонок: это Владимир Ильич требовал
Сталина. На мой ответ, что Сталин исчез, он мне говорил неизменно:
срочно найти! Пару раз в таких случаях я находил Сталина на кухне у
матроса Воронцова, где Сталин лежа на диване курил трубку и
обдумывал свои тезисы».
Факты эти Троцкий комментирует так: «Ленин в тот период
чрезвычайно нуждался в Сталине. Это несомненно. Зиновьев и Каменев
вели против Ленина борьбу, Троцкий проводил время либо на
собраниях, либо в Брест-Литовске, Свердлов нес на себе всю
организационную работу партии... Сталин не имел по сути определенных занятий,
кроме поста наркома по делам национальностей... но так как дело шло
об очень ответственных разговорах, то Ленин мог доверить их только
испытанному человеку, стоящему в курсе всех задач и забот
Смольного». (27)
Странная у Троцкого логика. Если Ленин не ценил
«неотесанного» осетина Сталина, то почему не держал его подальше от себя, а,
напротив, приблизил так, как приближают друзей? Это и есть
настоящая дружба двух мудрых государственных деятелей, связанных
общей идеей и чувством ответственности, которую они, в отличие от
«иудушек» на себя взвалили в самый критический период борьбы за
Советскую власть.
В связи с вышесказанным желательно отметить непосредственное
участие Сталина в гражданской войне на юге России. Приведу
следующие свидетельства и документы.
Вот что рассказывает о своей встрече с т. Сталиным
Раскольников, командированный Лениным в Новороссийск и остановившийся
по дороге в Царицыне. «На бесконечных параллельных путях
недалеко от вокзала, - пишет он, - я разыскал вагон т. Сталина. Он сразу
принял меня. Над его столом висела карта. В черном кителе и в
брюках, заправленных в голенище высоких кожаных сапог, с длинными,
зачесанными назад, стоящими черными волосами и с густыми, книзу
опущенными усами на лице, Иосиф Виссарионович шагнул мне
навстречу и, вынув левой рукой изо рта дымящуюся трубку, правую
протянул ко мне.
Сталин был в Царицыне всем: уполномоченным ЦК, членом
Реввоенсовета, руководителем партийной и советской работы. Все воп-
19
2*

росы он, как всегда, решал коллегиально, в тесном контакте с
местными учреждениями, что импонировало им и еще больше усиливало
его авторитет.
По предложению Сталина мы сели за стол, и я рассказал ему о
порученной мне задаче. Я был поражен, когда оказалось, что Сталин
знал все... Иосиф Виссарионович указал мне на ошибку Вахрамеева,
который, приехав в Новороссийск с определенной директивой
Совнаркома, долгое время скрывал ее от руководящих партийных
товарищей Кубано-Черноморской республики.
Эта ультраконспирация никуда не годится, - сказал он, взглянув
на меня мгновенно подобранными темными глазами, и, морща нос,
рассмеялся приятным гортанным смехом. И он посоветовал мне
проездом через Екатеринодар непременно повидать местных
руководящих товарищей, ознакомить их с целью моей поездки и обеспечить
себе их содействие. (28)
Ниже проводятся хронологические данные деятельности И.В.
Сталина на юге России в годы гражданской войны.
Москва, 29 мая 1918 года. Телеграмма И.В. Сталина в Царицын. В
ней перечень вопросов и проблем, на которые надо обратить
внимание и решить.
«Я назначен общим руководителем всего проддепа всего юга
России, облечен неограниченными правами Совнаркома и вплоть до
подчинения всех без исключения органов управления железнодорожных,
почтово-телеграфных, военных, продовольственных, торгово-флотс-
ких моим распоряжениям.
Сообщаю, что у меня будут строго дисциплинированные отряды.
Жду ответа, дайте исчерпывающе запиской». (29)
Мандат И.В. Сталина о назначении его общим руководителем
проддепа на юге России. 31 мая 1918 года.
Член Совета Народных Комиссаров, Народный Комиссар Иосиф
Виссарионович Сталин, назначается Советом Народных Комиссаров
общим руководителем проддепа на юге России, облеченный
чрезвычайными правами. Местные и областные Совнаркомы, Совдепы,
ревкомы, штабы и начальники отрядов, железнодорожные организации
и начальники станций, организации торгфлота, речного и морского,
все комиссары обязываются исполнять распоряжения товарища
Сталина. (30)
Председатель Совета Народных Комиссаров,
В. Ульянов (Ленин)
Телеграмма И.В. Сталина В.И. Ленину из Царицына о первых меро-
20

приятиях по заготовке хлеба. Царицын, 7 июня, 1918 г. Вне очереди
8ч.13 м. Военная.
Москва. Кремль. Ленину.
«6-го прибыл в Царицын. Несмотря на неразбериху во всех сферах
хозяйственной жизни все э/се возможно навести порядок. В Царицыне,
Астрахани и Саратове монополии и твердые цены отменены
Советами, идет вакханалия и спекуляция. Добился введением карточной
системы и твердых цен в Царицыне. Того же надо добиться в Астрахани и
Саратове, иначе через эти клапаны спекуляции утечет весь хлеб. Пусть
ЦК и Совнарком в свою очередь требуют от этих Советов отказа от
спекуляции... Через неделю объявим «хлебную неделю» и пустим сразу
около миллиона пудов со специальным сопровождением из э/селезнодо-
рожников, о чем предварительно сообщу». (31)
Телеграмма И.В. Сталина В.И. Ленину о мероприятиях по
усилению продовольственных заготовок. Царицын, 9 июня 1918 г. 22 ч. 3 м.
«Я, Сталин, прошу дежурного немедля записать и отдать для
отправки на машине. Копию для отправки по назначению.
Записка № 3.
На немедленную заготовку и отправку в Москву десяти миллионов
пудов хлеба и тысяч десятков голов скота необходимо прислать в рас-
поряжение Чокпрода 75 миллионов деньгами... и разных товаров на 35
миллионов. Пусть Троцкий даст телеграфные распоряжения всем
начальникам отрядов на фронте и штабу Снесарева не захватывать прод.
грузов и мануфактуры, беспрепятственно пропускать паши
маршрутные поезда... Копию Сталину. Пусть ЦК немедленно телеграфно обя-
жет Кубанский, Терский, Ставропольский советы не ломать твердых
цен... всемерно содействовать агентам Сталина и Чокпрода». (32)
Телеграмма И.В. Сталина В.И. Ленину о занятии частями
Красной Армии Алексикова и Урюпина. Царицын, 15 июня, 1918г.
«Музга взята нами, Алексиково и Урюпино - такэ/се,
железнодорожное сообщение восстановлено. Сегодня отправлено в Москву и на север
пятьсот тысяч пудов хлеба. Номера поездов сообщу дополнительно.
Нужно сорок угольных паровозов, у нас уголь есть. Примите меры.
Нарком Сталин». (33)
Телеграмма И.В. Сталина В.И. Ленину о необходимости
немедленной смены руководства Северокавказского военного округа.
Царицын, 16 июля, 1918г.
«Военрук Снесарев по-моему очень умело саботирует дело
очищения линии Котельниково - Тихорецкая. Ввиду этого я решил лично
выехать на фронт и ознакомиться с полоэ/сением. Взял с собой Заедина,
21

командующего Ворошилова, броневой поезд, технический отряд и
поехал. Полдня перестрелки с казаками дали нам возмоэ/сность
прочистить дорогу, исправить путь в четырех местах на расстоянии 15 верст.
Все это удалось нам. Теперь две просьбы к Вам, т. Ленин: первая -
убрать Снесарева, который не в силах, или немооюет, или не хочет вести
войну с контрреволюцией... Вторая просьба - дайте нам срочно штук
восемь броневых автомобилей. Нарком Сталин». (34)
На этой телеграмме т. Ленин написал: «По-моему согласиться со
Сталиным».
19 июля 1918 года, вскоре после этой телеграммы, был создан
Военный совет Северо-Кавказского военного округа во главе с И.В.
Сталиным.
Из телеграммы И.В. Сталина в Москву о положении на
Кубанском фронте. Царицын, 26 июня, 1918 года.
«Пололсение всей Кубанской армии отчаянно, неприглядно, армия
осталась без необходимых предметов вооружения, она отрезана и гонится
к морю. Если мы с севера не пробьемся и не соединимся с ними в
ближайшие дни, то весь Северный Кавказ, закупленный хлеб и всю тамошнюю
армию, созданную нечеловеческими усилиями, потеряем окончательно.
Я знаю, что Вы с Военсоветом формируете дивизию для Баку, шлите ее
нам срочно и все будет спасено в несколько дней... Передайте то же
самое Подвойскому и потребуйте принять срочные меры. Все дело во
времени: если вовремя не придет помощь, Северокавказ будет потерян...
Жду ответа. Ваш Сталин». (35)
Бюллетень Военного совета Северокавказского округа о
положении на царицынском фронте. Царицын, 15 августа, 1918г.
«Вывод: спасение красного города зависит от дальнейшей
стойкости, дисциплинированности, сознательности, выдержки и кипучей
самодеятельности советских кругов. Положение города остается
осадным.
Военный Совет: Сталин, Ворошилов».
Извещение Военного совета о раскрытии контрреволюционного
заговора в Царицыне 27 августа, 1918 г.
«Царицынской Чрезвычайной комиссией по борьбе с
контрреволюцией был раскрыт крупный заговор против советской власти. В заговоре
принимали участие в качестве руководителей правые эсеры, некоторые
из офицеров и др. Главные заговорщики открыты и переарестованы.
Некоторые из них, безусловно виновные, расстреляны. Военный
совет». (36)
Письмо И.В. Сталина В.И. Ленину о ходе борьбы за Юго-восток.
22

Царицын, 31 августа, 1918 года.
«Дорогой т. Ленин. Идет борьба за Юг и Каспий... Наши дела на
фронте идут хорошо. Не сомневаюсь, что пойдут еще лучше
(казачество разлагается окончательно). Жму руку моему дорогому и
любимому Ильичу. Ваш Сталин». (37)
Телеграмма И.В. Сталина В.И. Ленину об успешном наступлении
на царицынском фронте. Царицын, 7 сентября, 1918 г.
«Наступление советских войск Царицынского района увенчалось
успехом... Противник разбит наголову и отброшен за Дон. Полооюение
в Царицыне прочное. Наступление продолжается. Нарком Сталин». (38)
Телеграмма Военного совета, за подписями И.В. Сталина и
Ворошилова, В.И. Ленину и Я.М. Свердлову о подавлении
контрреволюционного восстания запасного полка «Грузолеса». Царицын, 8
сентября, 1918 г.
«Ночью с седьмого на восьмое (сентября) запасной полк
«Грузолеса» во главе с правым эсером Молдавским восстал против Советской
власти, открыл орудийный огонь. Благодаря своевременно принятым
мерам, утром восьмого восстание ликвидировано, полк разоружен,
зачинщики арестованы. В городе спокойно, есть убитые и раненые». (39)
Телеграмма Военно-революционного совета южного фронта в
Центральный Комитет РКП(б) о принятых мерах против предательских
приказов Троцкого. Царицын, 3 октября, 1918 г.
«Председательствующему ЦК партии коммунистов Ленину. Мы
получили телеграфный приказ Троцкого, копию которого и ответ
который Вы, должно быть, уже получили. Мы считаем, что приказ этот,
писаный человеком, не имеющим никакого представления о южном
фронте, грозит отдать все дела фронта и революции на юге в руки генерала
Сытина, человека не только не нужного на фронте, но и не заслуэ/сива-
ющего доверия и потому вредного. Губить фронт ради одного
ненадежного генерала мы, конечно, не согласны... Ввиду этого мы, как члены
партии, заявляем категорически, что выполнение приказов Троцкого
считаем преступным, а угрозы Троцкого недостойными. Необходимо
обсудить в ЦК партии вопрос о поведении Троцкого, третирующих
виднейших членов партии в угоду предателям из военных специалистов, в
ущерб интересам фронта и революции. Поставить вопрос о
недопустимости изданий Троцким единоличных приказов... грозящим фронту
«развалом». Член ЦК партии Сталин, член партии Ворошилов. (40)
Этот факт предательства обсуэ/сдался на 8-м съезде РКП (б). 21
марта 1919 года сначала на заседании военной секции, а затем на
закрытом заседании съезда В.И.Ленин, в частности, сказал: «Заслуга ца-
23

рицыпцев, что они открыли этот заговор Алексеева. Выли разногласия
у Сталина со мной. Сталин доказал, и никто не станет из этого
выводить, что политика ЦК не проводится в военном ведомстве». (41)
Как известно, постановлением Реввоенсовета Южного фронта, при
непосредственном участии Сталина, в ноябре 1919 года была создана
Конная армия, которая, как всем известно, блестяще оправдала
возлагаемые на нее надежды.
Сталин проявлял исключительную заботу и внимание к Первой
Конной армии. Красноармейцы и командный состав этой армии, в
знак особого уважения, зачислили его почетным красноармейцем.
Сталину был выдан документ.
УДОСТОВЕРЕНИЕ
«Предъявитель сего тов. Сталин Иосиф Виссарионович
действительно является красноармейцем 1-го эскадрона 19-го
кавалерийского полка 4 кавдивизии Первой Конной Армии, коему разрешается
ношение и хранение присвоенного ему оружия».
Излаженное подписями и приложением печати свидетельствуется.
9 декабря 1919 года.
РВС ПЕРВОЙ КОННОЙ ВОРОШИЛОВ БУДЕННЫЙ
В июле 1920 года Сталину была вручена сабля со следующей
надписью:
«Конная Армия своему основателю красному кавалеристу 1-го
эскадрона 19-го полка 4-й кавдивизии И.В. Сталину».
Приведенные выше документы проливают яркий свет на
решающую роль И.В. Сталина в начале в качестве общего руководителя Юга
России, а затем Военного Совета Северокавказского края в годы
гражданской войны. В.И. Ленин бросал Сталина в грозный час на самые
опасные участки, веря в него, что он спасет положение и наведет
революционный порядок. И.В. Сталин никогда не подводил своего
вождя. Указанные документы также прозрачно высветили предательские
действия военного комиссара Троцкого в гражданской войне.
Теперь о том, что Сталин не имел никаких занятий. С
установлением Советской власти на территории бывшей Российской империи,
вобравшей в себя территории более ста национальностей и
народностей, пост Народного комиссара по делам национальностей требовал
такого мудрого человека с государственным мышлением каким был
тогда Сталин. Троцкий с этим соглашается: «Сталин был для Ленина
незаменимым помощником». Но тут же по его адресу злопыхает:
«Сталин знал близко жизнь первобытных народов Кавказа, откуда он
вышел сам. Эту первобытность он нес в своей крови. Он любил обще-
24

ство примитивных, находил с ними общий язык, не боялся их
превосходства и потому держал себя с ними демократично,
покровительственно, дружественно. Ленин несомненно дорожил этими качествами
Сталина, которых не было у других (заметим в скобках, с каким
пренебрежением и отвращением относится Троцкий к «первобытным», а
иначе говоря, к простым людям, ради которых совершалась
революция. Можно себе представить, какое рабское положение уготовлено
было простому люду, окажись на месте Сталина Троцкий-Бронштейн).
Далее Троцкий заключает - даже в области национального вопроса,
ставшего его специальностью, Сталин не мог подняться до
синтетической, цельной; законченной концепции». (42)
А уж это явный поклеп на Сталина, такая концепция была и она
была разработана комиссией по национальному вопросу в которую
входили Ленин, Зиновьев, Бухарин, Сталин, Каменев, Сокольников и
др. Суть концепции заключалась в демократическом федеральном
централизме.
Какую же ненависть питал блестящий оратор-демагог, но
высокомерный и чванливый еврей Троцкий к «неотесанному»
осетину-грузину Сталину, что даже Ленин, увидев такое, пришел в негодование и
взял Сталина под защиту от необоснованных нападок Троцкого,
мечтавшего о лаврах повелителя новых порядков в России.
Но до того как сказать об этом, необходимо вкратце показать
расстановку партийно-политических сил в стране в момент когда
И.В.Сталин вступил в должность генерального секретаря ЦК ВКП(б).
Можно утверждать, что во всех сферах внутриполитической жизни
государства повсюду хозяйничали масоны, они вершили суд и
расправу над народами России, организовывали покушение на
В.И.Ленина.
Притом, масоны вершили судьбу революции и народа от имени
В.И.Ленина. Захватив власть во всех сферах политической жизни
страны масоны и их ближайшее окружение объявили себя «Ленинской
Гвардией» возвысив себя над партией, страной и народом, окрылив
себя своеобразным табу. Это обеспечивало им свободу действия,
чтобы творить свое черное дело, не боясь ответственности ни перед кем,
не считаться ни с кем и ни с чем. Ставило в ложное положение любого
юридического преемника В.И.Ленина по партийной работе,
превращало в пешку, в мишень для выстрела в затылок, например,
В.И.Ленину.
На 21 января, на день смерти В.И.Ленина, в ЦК партии было 27
членов, из них 24 троцкиста еврейской национальности. Число их сто-
25

ройников в партии было подавляющим.
Во главе партии, советского государства, армии (председатель орг,
бюро ЦК и председатель ВЦИК) стояли - Троцкий^ Каменев, Зиновь^
ев. Красной армией, всеми родами войск в стране руководил Троц?
кий, вторая фигура после больного Ленина. На всех нижестоящю
постах, на всех партийных, государственных, хозяйственных
структурах в целом стояли их люди, что исключало всякую возможность
захвата власти одним человеком И.В.Сталиным.
В апреле 1922 года, когда И.В.Сталин стал Генеральным секрета^
рем ЦК партии, у него не было буквально никакой власти.
И.В.Сталину природа щедро подарила ум, честь, совесть, гениальность, и если
это считать силой, властью, то это власть интеллекта, авторитета.
На XI съезде РКП(б), последнем съезде с участием Ленина, проход
дившем под непосредственным руководством Ленина с 27 марта по 2
апреля 1922 года был избран Центральный комитет РКП(Б). На
первом же пленуме ЦК РКП(б) был избран Генеральным секретарем ЦК
РКП(б) Иосиф Виссарионович Джугашвили (Сталин). С этого момента
ничем не прикрытая борьба оппозиции с Лениным и Генеральным
секретарем ЦК РКП(б) Сталиным еще больше обострилась.
Прикованный недугом к постели Ленин готовился к очередному съезду
РКП(б) и внимательно следил за оппозиционной борьбой,
развернувшейся дискуссией о дальнейших путях развития страны. Он диктует по
частям свои «Письма к съезду», который должен был состояться в апреле
1923 года. Здоровье вождя ухудшилось и он диктовал части писем
секретарю Володичевой:
23 декабря 1922 года - 4 минуты;
24 декабря 1922 года -10 минут;
25 декабря 1922 года - несколько минут;
26 декабря 1922 года -15 минут;
4 января 1923 года - несколько минут (добавление к письму).
Написанные части «Письма к съезду» хранились у Надежды
Крупской. Когда Ленину стало несколько получше, он руководит XII
Съездом РКП(б), посылает туда свои предложения, которые реализовыва-
ются созданием объединенного органа ЦКК-РКИ (Центральной
контрольной комиссии рабоче-крестьянской инспекции), на который были
возложены задачи охраны единства партии, укрепления партийной и
государственной дисциплины, чем грешили Троцкий и его подручные.
Но ни одного слова в предложениях Ленина не было о смещении
Сталина с поста Генерального секретаря ЦК РКП(б).
Ленин прожил еще более года, но вопрос о смещении Сталина так
26
I

и не поднимал. Вопреки утверждениям Троцкого, «Что больной
Ленин находился в состоянии подготовки непримиримой атаки против
Сталина». (43)
Больной Ленин чаще всех принимает Сталина, сделав его своим
душеприказчиком. Он ни разу не отозвался о нем плохо. В то же
время Ленин «в своих письмах, статьях и телеграммах 219 раз обозвал
Троцкого пустозвоном, свиньей. Негодяем. Подлецом из подлецов,
иудушкой, и - как венец всему - проституткой». (44)
18 декабря 1922 года на пленуме ЦК РКП(б) была принята
следующая резолюция: «На т. Сталина возложить персональную
ответственность за изоляцию Владимира Ильича как в отношении личных
отношений с работниками, так и переписки». При абсолютном
запрещении врачей Крупская продолжала передавать записанные ею под
диктовку Ленина его записки, письма соратникам, что вызывало
раздражение Сталина, пригрозившего ей вызовом на заседание Контрольной
Комиссии ЦК партии (председателем был Каменев). Крупская в
письме к Каменеву жаловалась: «Сталин позволил вчера по отношении ко
мне грубейшую выходку. Я в партии не один день. За все 30 лет я не
слышала ни от одного товарища ни одного грубого слова, интересы
партии и Ильича мне не менее дороги, чем Сталину. Сейчас мне
нужен максимум самообладания. О чем можно и о чем нельзя говорить с
Ильичом, я знаю лучше всякого врача, т.к. знаю, что его волнует, что
нет и во всяком случае лучше Сталина». Жена Ильича требовала
огородить ее «от грубого вмешательства в личную жизнь, недостойной
брани и угроз», выражая уверенность, что Контрольная Комиссия
вынесет правильное решение, добавила: «Я тоже живая, и нервы
напряжены у меня до крайности». Сестра Ленина, Мария Ильинична, в
своих записках вспоминала о реакции Крупской на разговор со
Сталиным. «Она была совершенно не похожа на себя, рыдала, каталась
но полу и т.д.». Дело дошло до Ленина. 5 марта 1923 года Ленин
продиктовал следующее письмо: «Товарищу Сталину. Строго секретно.
Лично. Копия т.т. Каменеву и Зиновьеву. Уважаемый т. Сталин! Вы
имели грубость позвать мою жену к телефону и обругать ее. Хотя она
Нам и выразила согласие забыть сказанное, но тем не менее этот факт
стал известен через нее же Зиновьеву и Каменеву. Я не намерен забы-
гать так легко то, что против меня сделано, а нечего и говорить, что
сделанное против жены я считаю сделанным против меня. Поэтому
прошу Вас известить, согласны ли Вы взять сказанное назад и
извиниться или предпочитаете порвать между нами отношения». (45)
В ответ Сталин писал: «Т. Ленину от Сталина. Только лично.
27

Т. Ленин!
Недель пять назад имел беседу с Н. Константиновной, которую ^
считаю не только Вашей э/сеной, но и моим старым партийным това\
рищем, и сказал ей (по телефону) приблизительно следующее: «Врачи
запретили давать Ильичу политинформацию, считая такой реэ/сим
важнейшим средством вылечить его, меэ/сду тем. Вы, Надеэ/сда
Константиновна, оказывается, нарушаете этот реэ/сим: нельзя играть
э/сизныо Ильича».
Я не считаю, что в этих словах моэ/сно было усмотреть что-либо
грубое или непозволительное, предпринятое «против» Вас, ибо никаких
других целей, кроме цели быстрейшего Вашего выздоровления, я не
преследовал. Более того, я считал своим долгом смотреть за тем, чтобц
реэ/сим проводился. Мои объяснения Н. Константиновне подтвердили^
что ничего кроме пустых недоразумений, не было тут, да и не могло
быть.
Впрочем, если Вы считаете, что для сохранения «отношений» я
должен взять назад сказанные выше слова, я их могу взять назад,
отказываясь, однако, понять, в чем тут дело, где моя «вина» и чего,
собственно, от меня хотят». (46)
Сталин сделал все возможное, чтобы сохранить «отношения» с
Лениным и строго выполнять «персональную ответственность» в
соблюдении врачебного режима.
На вышеизложенные факты проливает свет сохранившееся в архи-<
ве известного русского советского писателя Аркадия Первенцева (1905-
1981 гг.) эссе о И.В.Сталине. В нем, в частности, говорится о
революционерке Надежде Аллилуевой: «Она была одна из секретарей
Ленина, могла наблюдать, что делалось возле Ленина, особенно в период
болезни, когда, нашпигованная наушниками Крупская,
натравливала Ленина на Сталина».1
Крупская же по-прежнему находилась под влиянием троцкистской
погани до XV партконференции (26 октября-3 ноября 1926 г.). И.В.
Сталин в своем заключительном слове, возражая Троцкому в том, что
«оппозиционный блок укрепляется и будет укрепляться в будущем»,
сказал:
«Я думаю, что тут тоже есть некоторое преувеличение. Нельзя
отрицать тот факт, что оппозиционный блок разлагается, что от негр
отказываются лучшие элементы оппозиции... Разве это не факт, что т|
Крупская, например, отходит от оппозиционного блока? Случайно
1. Советская Россия, 9 декабря 1999.
28

ли это?» (47)
Менталитет И.В. Сталина не приемлет карьеризм, у него не было
даже мыслители бы не В.И. Ленин, занять пост Генерального
Секретаря партии. Об этом с величайшим негодованием не мог не
свидетельствовать его ненавистнейший враг Троцкий Л .Д. В политической
биографии «Сталин»: «В 1924 г. Сталин сильно колебался». Так что
ни о каком захвате власти не могло быть и речи. Сталин колебался:
соглашаться или нет. Далее Троцкий пишет: «Генеральный секретарь
продвигался в те дни очень осторожно. Москва его не знала
совершенно. Никакой власти секретарь ЦК не имел (должность имела
подчиненное значение). Власть при жизни В.И. Ленина была только у
политбюро. Сталин никакой власти не имел». (48)
Как известно, Н.С. Хрущев обвинил Сталина в захвате власти еще
при жизни Ленина, что не выдерживает никакой критики:
«Сконцентрировал в своих руках необъятную власть». В качестве
доказательства он сослался на известное письмо. В.И. Ленина к съезду партии.
Делегатам съезда, самого высокого представительного органа
многомиллионной партии, как сенсационное открытие, вычитал
сознательно искаженный фрагмент из письма Ленина, в итоге вместо
сенсации получился рядовой конфуз.
После смерти Ленина американский коммунист Истмен,
наслушавшийся разных слухов от троцкистов о «завещании» Ленина, издал
книгу, «После смерти Ленина», где чернил первую страну
социализма. Политбюро потребовало от Троцкого, находившегося в близких
отношениях с Истменом, публично от него отречься, что он и сделал.
На страницах журнала «Большевик» в 1925 году он заявил:
«Никакого завещания Ленин не оставил, и самый характер его отношений с
партией, как и характер самой партии, исключали «завещание». Под
видом «завещания» в эмигрантской и иностранной буржуазной
печати упоминается обычно одно из писем Владимира Ильича о скрытом
(или нарушенном) «завещании», представляющее злостный вымысел
и целиком направленное против фактической воли Владимира
Ильича и интересов созданной им партии». (49)
Тем временем Сталин публикует ленинское письмо в газете
«Правда» в ноябре 1927 года. Казалось бы, вопрос исчерпан. Но не тут-то
было. На XX съезде КПСС секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев это
«завещание» положил в основу своей антисталинской компании: «Для
многих делегатов съезда стало открытием процитированное
ленинское «завещание» с оценкой личности Сталина, запрещавшееся на
протяжении десятилетий». (50)
29

Странно слышать из уст первого секретаря ЦК КПСС о якобы «тай
ных» письмах Ленина, если последние были опубликованы в печати I
1925 и в 1927 годах и помещены в сборнике трудов (Ленин В.И.,
Сталин И.В., 1935). Складывается впечатление, что после смерти
Сталина первые лица партии перестали оглядываться на прошлое
(перестали читать написанные ранее, обогащаться опытом, учиться на
успехах и ошибках!)
Хрущев в своем докладе съезду привел только одно письмо-добав^
ление, продиктованное Лениным 24 декабря 1922 года (такая дата
названа Хрущевым и в последующих публикациях). На самом деле
цитата из письма-добавления относится к 4 января 1924 года. Вот как
она звучит из уст Хрущева: «Сталин слишком груб, и этот недостач
ток, вполне терпимый в среде и в отношениях между нами,
коммунистами, становится нетерпимым в должности Генсека. Поэтому я
предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого ыс]
ста и назначить на это место другого человека, который во всех дру:
гих отношениях отличается от Сталина одним перевесом, именно^
более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к
товарищам, меньше капризности и т.д. Это обстоятельство может пока-:
заться ничтожной мелочью, но я думаю, что... - здесь ленинский текст
прерывается многоточием, а далее - ...это мелочь или такая мелочь,
которая может получить решающее значение».
Хрущев изъял ключевую ленинскую фразу: «...с точки зрения
предохранения от раскола и с точки зрения написанного мною выше о
взаимоотношениях Сталина и Троцкого... - далее по тексту». Таким
образом, Ленин грубость Сталина замечал лишь сквозь призму его
отношений с Троцким, да и то только в период до XII съезда партии.
Хрущев же, изъяв из цитаты эту ключевую ленинскую фразу: «с точки
зрения предохранения от раскола», исказил всю картину характеристики
Сталина Лениным, распространив «грубость» Сталина на всю его
деятельность.
Это было сделано преднамеренно, чтобы открыть дорогу
огульному охаиванию всего, что было сделано лично Сталиным и под егс>
руководством для превращения отсталой России в современную мо-!
гучую державу.
Как известно, Н.С. Хрущев обвинил И.В. Сталина в захвате
власти еще при жизни В.И. Ленина: «Сконцентрировал в своих рука^
необъятную власть». В качестве доказательства сослался на известное!
письмо В.И. Ленина к съезду. Однако это не выдерживает никакой
критики,
зо

Не захватывал И.В. Сталин власть и после смерти В.И. Ленина, а
напротив многократно письменно просил об отставке с поста
Генерального секретаря, а именно:
1. В 1923 г., пробыв на посту Генерального секретаря всего один год,
И.В. Сталин заявил о своей отставке и просил освободить его с
поста Генерального секретаря ЦК ВКП(б).
2. В 1924 г. на первом пленуме ЦК, после проведения XIII съезда
ВКП(б), И.В. Сталин выступил (вторично) с заявлением
освободить его от обязанностей Генерального секретаря.
3. В том же году 17 июня - И.В. Сталин третий раз подал в отставку с
поста Генерального секретаря, но она была также отклонена.
4. В 1925 году И.В. Сталин в четвертый раз подал заявление «Об
освобождении с поста Генерального секретаря». Оно также было
отклонено.
5. 27 декабря 1926 г. на пленуме ЦК И.В. Сталин подает (пятое по
счету) заявление об отставке. Просьбу И.В. Сталина пленум
отклонил.
6. В 1927 г. на первом пленуме ЦК после XV съезда И.В. Сталин вновь
обращается к пленуму ЦК с заявлением об освобождении с поста
Генерального секретаря. Пленум отклонил заявление.
Доказательством тому, что И.В. Сталин не стремился захватить
власть, а лишь не был согласен с сионистско-троцкистской
верхушкой в партии и государства, пытавшейся за его спиной захватить власть
и поработить народы Союза, свидетельствует заявление И.В.
Сталина от 26 декабря 1926 года.
Привожу фотокопию № 1
*'|Г"""Г^/|^<'1У
/г* чг*
31

И, наконец, в 1952 году на первом пленуме ЦК КПСС, после заве^
шения XIX съезда партии И.В. Сталин, ссылаясь на старость и уст^
лость, просил освободить его с поста Генсека. Пленум эту просьб}
отклонил. Лжеисторик, профессор А. Зевелев, как первые, так и эт$|
просьбу рассматривает шантажом со стороны И.В. Сталина, утверж>
дая, что этим И.В. Сталин пытался укрепить свои культ. (51) Абсурд'
нее трудно что-нибудь придумать. |
22 июня 1936 года в своем выступлении на заседании Объединен'
ного пленума ЦК ЦКК ВКП(б) по поводу только что вновь оглашен,
ного письма Ленина делегатам XIII съезда Сталин заявил: «Позволь.]
те сделать несколько замечаний по поводу прочитанного письма. Ка«
кие выводы проистекают из этого письма? Вывод первый - «обдумать^'
вопрос и перемещение Сталина с поста Генсекретаря и заменить
другим, с такими же качествами и проч., но без грубости. Делегации XII]!
съезда этот вопрос обсуждали, и я не считаю нескромностью, если сон
общу, что все делегации без исключения высказались за обязательней
оставление Сталина на посту Генсекретаря. У меня имеются здесь этр,
резолюции, я их могу прочесть, если желаете.
Голос: Не надо.
Сталин: Несмотря на это, непосредственно после XII съезда, на|
первом же пленуме нашего ЦК я подал в отставку. Несмотря на мою
просьбу об отставке, пленум решил, и мне припоминается,
единогласно, что я должен остаться на посту генерального секретаря. Что же
мне было делать после этого, товарищи. Я человек подневольный и я|
подчинился решению пленума.
Второй вывод: так как я остаюсь по воле партии на посту Гене]
рального секретаря, то обязан был принять все меры к тому, чтоб$
ликвидировать свою грубость, исправиться.
Голос: И нелояльность.
Сталин: И нелояльность.
Приведем текст письма Сталина от 19 августа 1924 года, адреса-
ванного пленуму ЦК ВКП(б): ;
«В Пленум ЦК РКП. Полуторогодовая совместная работа в По;
литбюро с т. т. Зиновьевым и Каменевым после ухода, а потом смерпЛ
Ленина, сделала для меня совершенно ясной невозмоэ/сностъ честноиА
искренней совместной политической работы с этими товарищами^
рамках одной узкой коллегии. Ввиду этого прошу считать меня выбьщ
шим из состава Пол. Бюро ЦК. Ввиду того, что Генеральным секрепж
рем не может быть не член Пол. Бюро, прошу считать меня выбывшие
из состава Секретариата (и Оргбюро) ЦК. *
32

Прошу дать отпуск для лечения месяца на два. По истечении срока
прошу считать меня распределенным либо в Туруханский край, либо
Якутскую область, либо куда-нибудь за границу на какую-либо
невидную работу. Все эти вопросы просил бы Пленум разрешить в моем
отсутствии и без объяснений с моей стороны, ибо считаю вредным для
дела давать объяснения, кроме тех замечаний, которые уже даны в
первом абзаце этого письма. Товарища Куйбышева просил бы раздать
членам ЦК копию этого письма.
С ком. прив. И. Сталин.
19.08.24г.
Т. Куйбышев! Я обращаюсь к Вам с этим письмом, а не секретарям
ЦК потому, что, во-первых, в этом, так сказать, конфликтном деле я
не мог обойти ЦКК, во-вторых, секретари не знакомы с
обстоятельствами дела, и не хотел я их зря тревоэюить».
Второе краткое заявление об отставке было написано Сталиным
27 декабря 1926 г. и передано председательствующему на пленуме А.И.
Рыкову:
«В Пленум ЦК (т. Рыкову).
Прошу освободить меня от поста Генсека ЦК. Заявляю, что не могу
больше работать на этом посту, не в силах больше работать на этом
посту.
И. Сталин. 27.12.26г.»
В третий раз Сталин попросился в отставку на пленуме 19 декабря
1927 года...
В итоге Сталин остался на своем посту, хотя само название
института Генерального секретаря исчезло в 1934 году после XVII съезда
партии. (52) Таким образом, в период с 1923 по 1927 год, когда И.В.
Сталиным было подано шесть заявлений об отставке с поста
Генерального секретаря ЦК партии, когда, как было сказано выше, у
руководства не только партии, но и государства стояли - Бронштейн
(Троцкий), Розенфельд (Каменев), Апфельдбаум (Зиновьев), Фрумкин
(Дзержинский) и другие троцкисты, в их руках была вся власть и
главные силовые министерства...
Они учинили расправу, расстреляли сотни тысяч ни в чем не
повинных людей в Петрограде, Москве и по всей России. Все они
считали себя вождями революции, а Троцкого вождем революции - выше
В.И. Ленина. Но почему-то названные вожди революции - Троцкий,
Каменев, Зиновьев, Бухарин и другие не решались принять отставку
И.В. Сталина и занять пост Генерального секретаря ЦК партии? Они
считали, что И.В. Сталина можно будет убрать в любое время. Но
зз
3 Зак.2093

просчитались. Вследствие первоначальной недооценки качеств госу.
дарственного мужа И.В. Сталина сионистско-троцкистской банде
удалось убить И.В. Сталина только спустя 30 лет после смерти В.И.
Ленина, когда под руководством было построено первое в мире
государство рабочих и крестьян, одержана всемирная победа над
фашизмом. И через 40 лет после смерти И.В. Сталина троцкистская мафи5|
развалила и разграбила созданное И.В. Сталиным государство, пре1
вратив в полуколонию, а народ в нищих. ]
Следовательно, Хрущев, разворачивая критику «культа личности
Сталина», пользовался полуправдой, которая, как известно, хуже вся]
кой лжи. Еще предстоит историкам, исследующим роль личности в
истории, очистить всю «грязь», вылитую на имя Сталина, и правдиво*
характеризовать эту многогранную и незаурядную личность. I
Я лишь хочу заметить, что Сталин, не дезертировавший с поста
Генсека партии, не только не допустил ее раскола (чего опасался Леч
нин, анализируя взаимоотношения Сталина и Троцкого), а, наобо4
рот, сумел сплотить всех коммунистов на борьбу с оппозиционерами]
которые всячески старались сбить общество с пути строительства со-1
циализма. |
В подтверждение сказанного приведу цитату из доклада Н.С.
Хрущева на XX съезде (14-25.02.1956 г.). Докладчик свидетельствовал:]
«Бесспорно, что в прошлом Сталин имел большие заслуги перед парти-;
ей, рабочим классом и международным рабочем движением. Партия!
провела большую работу против троцкистов, правых, буржуазных
националистов. Идейно разгромила всех врагов ленинизма.
Партия провела большую идейно-политическую борьбу против те
людей в своих рядах, которые выступали с антиленинскими положе]
ниями, с враждебной партии и делу социализма политической лини*
ей. Это была упорная, тяжелая, но необходимая борьба, потому что
политическая линия троцкистско-зиновьевского блока и бухаринцея
по существу вела к реставрации капитализма, капитуляции перед ми]
ровой буржуазией. !
И здесь Сталин сыграл свою положительную роль». |
Таким образом, власть И.В. Сталина прямо проецировалась на си|
стемную упорную и последовательную теоретическую, организации
онную и практическую деятельность по строительству социализма I
СССР, тогда как в народе вся эта сложная, многогранная практика
прогресса выкристализовалась в монолитный авторитет. Такой авт'^
ритет не приемлет ни силы, ни обмана, ни, тем более, клеветы.
Очень жаль, что руководящее ядро партии, которое возглавлял Гс"
34

неральный секретарь ЦК КПСС Горбачев М.С., не сумело в силу ряда
субъективных причин (главная из которых - отрыв «верхушки»
руководства страны в центре и на местах от партии и народа и ее
срастание с криминальным миром), реализовать ту самую стратегию
социализма, получившую одобрение подавляющего большинства
трудящихся СССР. Но сегодня бесспорно установленно: Генеральный секретарь
ЦК КПСС Горбачев встал на путь предательства и измены великой
веры партии и народа, превзойдя во сто крат мифического
Герострата, покрывшего себя позорной славой.
Литература
1. Маренков Ф. Государь и погань. Непроизнесенная Речь адвоката в
защиту И.В. Сталина. М., 1995. С. 155.
2. Советская Россия. 6 марта 1997.
3. Троцкий Л. Сталин. Т.1. ТЕРРА-ТЕРРА, 1990. С.5.
4. Троцкий Л. Указ. соч. С.9.
5. Леонидзе Г. Сталин. Детство и отрочество. Эпопея. Заря востока,
1942. С.91-101.
6. Кодалаев Г.З., Багаев Ч.Н. Кто же ты, Сталин? Цхинвал, 1995. С. 17.
7. Дарьял, № 2, 1997. С. 172-196.
8. Иремашвили. Сталин и трагедия Грузии. Берлин, 1932. С.21 (31аНп
ип<3 (Не 1:^а^ес^^е (^ео^епз).
9 Суварин Б. Биография Сталина на французском языке.
10. Троцкий Л. Указ. соч. Т.2. С.204.
11. Троцкий Л. Указ. соч. Т.2. С.24.
12. Троцкий Л. Указ. соч. Т.1. С.131.
13. Троцкий Л. Указ. соч. Т.2. С.146-147.
14. Учебник по истории Отечества для 10 класса, 1990. С.214-215.
15. Троцкий Л. Указ. соч. С. 149.
16. Громыко А.А. Памятное. М., 1998. Т.1. С.195.
17. Троцкий Л. Сталин. Т.2. С.253.
18. Троцкий Л. Указ. соч. Т.2. С.253.
19. Троцкий Л. Указ. соч. Т.2. С.254-258.
20. Троцкий Л. Указ. соч. Т.2. С.257.
21. Троцкий Л. Указ. соч. Т.2. С.253.
22. Ульянова М.И. Сталин у больного Ленина. С.464.
23. Один из немецких врачей.
24 Сталин: в воспоминаниях современников и документах эпохи: Сост.
М. Лобанов. М.: Новая книга, 1995. С. 165-166.
25. Троцкий Л. Указ. соч. Т.1. С.291.
26 Троцкий Л. Указ. соч. Т.2. С.37.
35

27: Троцкий Л. Указ. соч. Т.2. С.38.
28. Гейкина. Приезд т.Сталина в Царицын. Сталинград,!937. С.34-40;
' Сталин: в воспоминаниях... С.137.
29.Тамже. С.133.
30. Сталин: в воспоминаниях... С.134-135.
31.Там же. С. 135.
32. Там же. С. 143-144.
33. Там же. С. 144.
34. Там же. С. 153.
35. Сталин: в воспоминаниях современников и документах эпохи.
С. 152.
36. Там же.
37. Там же. С. 148.
38. Там же. С. 148-149.
39. Документы по истории гражданской войны в. СССР. Т;1. Первый
этап гражданской войны, м., 1940. С.159, 190,238-249.
40. Сталин: в воспоминаниях современников и документах эпохи: Сост.
М. Лобанов М., 1995. С.161.
41. Известия ЦК КПСС. №11.1989. С.168.
42. Троцкий Л. Указ. соч. Т.2. С.43.
43. Троцкий Л. Указ. соч. Т.2. С.253.
44. Шабалов А. Одиннадцатый удар. Ростов-н-Д, 1995. С.4-5.
45. Сталин: в воспоминаниях современников... СЛ66-167.
46. Там же. С. 167.
47. XV Конференция Всесоюзной Коммунистической партии (б). 26
октября-3 ноября 1926 г. Стенографический отчет. М:-Л.,1927.
С.755.
48. Троцкий Л. Указ. соч.
49. Большевик. №16. 1925. С.9.
50. Известия ЦК КПСС, №1 1990. С.159.
51.Известия, №3. 1989. С.61-62.
52. Мурин Ю. Еще раз об отставках Сталина. Родина, №7. 1994. С.72.
Сталин: в воспоминаниях... С.167-169.
36

ГЛАВА 2*
ОБ ТАК НАЗЫВАЕМОМ ОТХОДЕ
СТАЛИНА ОТ ЛЕНИНА В
НАЦИОНАЛЬНОМ ВОПРОСЕ

Известно, что национальный вопрос является составной
частью обществоведения, в том числе и марксизма. Поэтому
Ленин и Сталин, партия большевиков в условиях
многонациональной России, уделяли пристальное внимание
национальному вопросу. Из лидеров партии большевиков знатоком
национального вопроса был Сталин.
В феврале 1913 года Ленин в письме к Горькому писал: «Насчет
национализма вполне с вами согласен. У нас один чудесный грузин
засел и пишет для «Просвещения» (1) большую статью, собрав все
австрийские и прочие материалы (2), имеется в виду статья Сталина
(Коба) «Национальный вопрос и социал-демократия». В декабре 1915
года Ленин в работе «О национальной программе РСДРП»
спрашивал: «Почему и каким образом национальный вопрос выдвинулся в
настоящий момент на видное место и во всей политике
контрреволюции и в классовом самосознании буржуазии, и пролетарской социал-
демократической партии России?» И Ленин отвечает: «Статья очень
хороша. Вопрос боевой, и мы не сдадим ни на йоту принципиальной
позиции против бундовской сволочи. Коба успел написать большую
статью... по национальному вопросу. Хорошо! Надо воевать за
истину против сепаратистов и оппортунистов из Бунда и из
ликвидаторов».
«В теоретической марксистской литературе это положение дел и
основы национальной программы с-д уже были освещены за
последнее время (в первую голову здесь выдвигается статья Сталина. (3)
Узнав, что предлагается статью считать дискуссионной, Ленин
решительно возразил этому: «Трояновский поднимает нечто вроде склоки
из-за статьи Кобы для «Просвещения»... Конечно, мы абсолютно
против. Статья очень хороша.. Вопрос боевой и мы не сдадим ни на йоту
.принципиальной позиции против) бундовской сволочи... Надо
воевать за истину против сепаратистов и оппортунистов из Бунда и из
ликвидаторов». (4)
Из приведенного высказывания четко видна позиция Ленина о тог-
38

дашних сектантах-оппортунистах, в частности бундовцев, по
национальному вопросу. Ленин страстно защищает Сталина (Кобу) от
нападок сепаратистов в национальном вопросе. Однако сионисты
«Бунда» не отказались от борьбы и своих нападок на знатока
национального вопроса Сталина. Пройдет всего 7-8 лет, и все они,
воспользовавшись болезнью Ленина (1922-1923) снова поднимут шум против
Сталина, пытаясь протащить закамуфлированный национализм (он
же сепаратизм). Тогда это им не удастся, но спустя более 60 лет (1986)
они будут делать то же самое - и опять же через «критику» Сталина
(уже мертвого!), якобы защищая Ленина, (5)
Но на этот раз при поддержке членов Политбюро ЦК КПСС А.
Яковлева Э. Шеварднадзе, им удалось совершить свое черное дело.
Таким образом, до Октябрьской революции, вопреки козням
сионистов-сепаратистов, авторитет Сталина, одного из лидеров партии
большевиков, специалиста по национальному вопросу был безупречен. И
не случайно в первом Советском правительстве Сталину был доверен
пост наркома по делам национальностей, а затем в декабре 1917 года
получил еще и пост наркома госконтроля -Рабоче-крестьянской
инспекции (Рабкрин).
Как работал Сталин на этих высоких постах, можно судить по
докладу Ленина II съезду РКП(б) в марте 1922 года. Выступивший в
прениях Преображенский восклицал: «Мыслимо ли, чтобы один человек
был в состоянии отвечать за работу сразу двух комиссариатов, кроме
того, за работу в политбюро, «оргбюро и десятки ЦЕК-овских
комиссиях?» Ленин в заключительном слове ответил Преображенскому: «Вот
Преображенский легко здесь бросал, что Сталин в двух
комиссариатах. А кто не грешен из нас? Кто не брал несколько обязанностей
сразу? Да и как можно уклониться? Что мы можем сейчас сделать, чтобы
было обеспечено существующее положение в Наркомнаце, чтобы
разбираться со всеми туркестанскими, кавказскими и прочими
вопросами? Ведь это все политические вопросы! А разрешать эти вопросы
необходимо, это вопросы, которые сотни лет занимали европейские
государства, которые в ничтожной доле разрешены в
демократических республиках. Мы их разрешаем, и нам нужно, чтобы у нас был
человек, к которому любой из представителей нации мог бы пойти и
подробно рассказать, в чём дело. Где его разыскать? Я думаю,
Преображенский не мог бы назвать другой кандидатуры, кроме товарища
Сталина».
И далее Ленин там же характеризует Сталина, как наркома Рабк-
Рина: «Дело гигантское. Но для того, чтобы уметь обращаться с про-
39

веркой нужно, чтобы во главе стоял человек с авторитетом, иначе мы
погрязнем, потонем в мелких интригах». (6)
Эта характеристика, данная Лениным Сталину, почему-то до сих
пор замалчивалась и Хрущевым Н.С. в период «оттепели» и в
последующие годы антисталинщины.
В 1926 году на 7-ом расширенном Пленуме исполкома
Коминтерна Троцкий поднял пресловутый грузинский вопрос, пытаясь
поставить под сомнение действия Сталина, как Наркома по делам
национальностей (ссылаясь опять на критику Ленина в адрес Сталина),ска-
зав, что «в национальном вопросе Сталин совершил довольно
крупную ошибку», правда, не раскрывая эту ошибку по непонятным
причинам.
Вот как ответил тогда Троцкому Сталин в присутствии почти 500
российских и зарубежных коммунистов: «...товарищ Ленин перед 12-
ым съездом нашей партии упрекал меня в том, что я веду слишком
строгую организационную политику в отношении грузинских
полунационалистов, полукоммунистов типа Мдивани, который был
недавно торгпредом во Франции, что я преследую их. Однако
последующие факты показали, что так называемые «уклонисты», люди типа
Мдивани, заслуживали на самом деле более строгого отношения к себе,
чем я это делал, как один из секретарей нашей партии. Последующа
события показали, что «уклонисты» являются разлагающейся
фракцией самого откровенного оппортунизма. Пусть Троцкий докажет,
что это не так. Ленин не знал и не мог знать этих фактов, так как был
болен, лежал в постели и не имел возможности следить за событиями»
Троцкий, очевидно, тут по-сплетнически намекает на какие-то
«разногласия» между мной и партией. Но разве это не факт, что ЦК в
целом, в том числе и Троцкий, «единогласно» проголосовали за тезисы
Сталина по национальному вопросу? Разве это не факт, что
голосование это имело место после инцидента с Мдивани, перед XII съездом
нашей партии? Разве это не факт, что докладчиком по
национальному вопросу на ХП съезде был именно Сталин, а не кто-нибудь
другой?
Где же тут «разногласия» по национальному вопросу, и для чего,
собственно, Троцкому захотелось упомянуть об этом незначительном
инциденте». (7) К сказанному хотелось бы добавить, что на Первом
съезде Советов 30 декабря 1922 года, когда был принят закон об
образовании СССР, в полном соответствии с Лениным, основной
доклад сделал Сталин. (8)
Действительно, были возражения Ленина против проекта Стали-
40

на о вхождении закавказских республик, Украины, Белоруссии в
состав России на правах автономий: Ленин считал, что они должны быть
союзными республиками на правах свободного выхода из Союза,
когда им вздумается. Это одна из самых уязвимых тем у критиков
Сталина, вызвавшая поток публикаций в перестроечное время, особенно в
1986-1988 годах, где правофланговыми были газета «Московские
новости» (главный редактор Е.Яковлев) и журнал «Огонёк» (главный
редактор В.Коротич). Тогда они в унисон твердили о
«неприемлемости» казарменной политики Сталина в национальном вопросе, о
пресловутой «автономизации», с которой Ленин якобы вел
изнурительные битвы со Сталиным. Но ведь известно, что Сталин над
замечаниями Ленина думал всего несколько дней и... принял их, согласился.
Сегодня, спустя более 70 лет, стоя на развалинах Советского
Союза, можно дать комментарий событиям тех лет. Сталин в своем
проекте по национальному вопросу был прав. Он, Сталин, лучше, глубже
чем Ленин знал практическую сторону национального вопроса, так
как больше Ленина занимался практикой межнациональных
отношений. Он знал, что малочисленные народы с небольшой территорией
особо нуждаются в покровительстве со стороны великой России, что
добровольный выход их из Союза не выгоден и даже опасен. Выход
из под покровительства России для малых народов Кавказа выгоден
и угоден только властолюбивым, корыстолюбивым
националистическим лидерам и группировкам, которые всегда были и будут в любом
народе, республике, государстве. И всегда они свои
авантюристические, корыстолюбивые планы и действия умело прикрывают заботой
о народе.
И если этой ничтожной кучке людей оставить хоть малую лазейку
для сепаратизма, а значит и национализма, шовинизма, то они
немедленно ею воспользуются и тогда... получится то, что с лучилось с
Советским Союзом: будут иметь место подстрекательство,
натравливание одного малого народа на другой (пример - натравливание
репрессированных ингушей на осетин путём принятия Верховным
Советом РСФСР закона о территориальной реабилитации ингушского
народа). Результат таких необдуманных шагов сепаратистов
очевиден: в октябре 1992 года ингушские вооруженные формирования
вторглись на территорию Северной Осетии, развязав вооруженный
конфликт.
А вакханалия, чинимая в Чечне, Таджикистане и т.д. бывшими
полевыми командирами, отвергающими авторитет власти, есть
ситуация удобная для существования своеобразной сицилийской мафии,
41

устойчивая социальная база которой - вся недовольная, ограбленная
обнищавшая и оскорбленная масса, порожденная антинародными
режимами на развалинах СССР и их криминальными спутниками.
Чтобы положить конец программируемым фальсификациям,
домыслам, клевете и сплетням, авторами которых бывают, чаще всего,
люди с высокими званиями (генералы, профессора, академики), есть
один единственный путь: в основе исторического сюжета должен
лежать документ, факт и читатель сам разберется и убедится, где
правда, а где ложь.
Один из спорных вопросов в партии и якобы между Лениным и
Сталиным, который снова всплыл накануне формирования Союза в
начале 20-х годов и периодически муссируется до сих пор - это вопрос
о федерации. Позволим себе сослаться на известные документы,
которые кое-кем замалчиваются. В начале в партии доминировало
отрицательное отношение к федеральному государственному устройству,
федерализму, что наиболее резкое выражение получило в известном
письме Ленина Шаумяну в ноябре 1913 года. «Мы. - говорит Ленин в
этом письме, - за демократический централизм, безусловно. Мы
против федерации... Мы в принципе против федерации - она ослабляет
экономическую связь, она негодный тип для одного государства.
Хочешь отделиться? Проваливай к дьяволу, если ты можешь порвать
экономическую связь, или вернее, если гнет и трения «сожительства»
таковы, что они портят и губят дело экономической связи. Не хочешь
отделиться? Тогда извини, за меня не решай, не думай, что ты имеешь
«право» на федерацию». (9)
Характерно, что в резолюции по национальному вопросу,
принятой Апрельской конференцией партии в 1917 году, вопрос о
федеративном устройстве государства остался совершенно нетронутым... И,
наконец, в книжке Ленина «Государство и революция» (август 1917
года) партия в лице Ленина, делает первый серьезный шаг к
признанию допустимости федерации, как переходной формы «к
нейтралистской республике»... «Энгельс как и Маркс, - говорит Ленин в этой
книге, - отстаивает, с точки зрения пролетариата и пролетарской
революции, демократический централизм, единую и нераздельную
республику. Разумеется, тут нет ни тени отказа от критики недостатков
федеративной республики и от самой решительной пропаганды и
борьбы за единую централистическую демократическую республику». (10)
Только после Октябрьской революции становится партия твердо
и определенно на точку зрения государственной федерации, выдвигая
ее как свой собственный план государственного устройства федера-
42

ции, выдвигая ее как свой собственный план государственного
устройства советских республик на время переходного периода. Впервые
эта точка зрения получила свое выражение в известной «Декларации
прав трудящихся и эксплуатируемого народа» в январе 1918 года,
написанной Лениным и одобренной Центральным Комитетом партии.
В этой декларации сказано: «Советская Республика учреждается на
основе свободного союза наций, как федерация Советских
национальных республик». (11) Официально эта точка зрения была
утверждена партией на V съезде в 1919 году. Известно, что на этом съезде
была принята и программа РКП. В ней говорится: «Как одну из
переходных форм на пути к полному единству, партия выставляет
федеративное объединение государств, организованных по советскому типу».
А вот взгляд И.В.Сталина на федерацию как на переходную
форму. Рассмотрев историю государственных формирований в Америке,
Канаде и в Швейцарии, он ставит вопрос: «О чем же говорят эти
факты?» И отвечает. «Только о том, что в Америке, как и в Канаде и в
Швейцарии, развитие шло от независимых областей через их
федерацию к уничтожению государства, что тенденция развития идет не в
пользу федерации, а против неё. Федерация есть переходная форма...»
На примере США И.В.Сталин показывает, как «в результате
дальнейшей эволюции Соединенные Штаты из конфедерации -федерации
превращаются в унитарное (слитное) государство с едиными
конституционными нормами, с ограниченной автономией
(негосударственной, а административно-политической) штатов, допускаемой этими
нормами». (12)
Критикуя №5 «Дело Народа»(13) которая предлагала проделать в
России опыт Соединенных Штатов 1776 года, Сталин ставит вопрос:
«Но есть ли хоть отдельная аналогия между Соединенными Штатами
1776 года и Россией наших дней?... Не то в России. То, что принято в
России называется, - говорит Сталин, - областями, нуждающимися,
скажем, в анатомии (Украина, Закавказье, Сибирь, Туркестан и др.),
есть не простые географические области вроде Урала и Поволжья, а
определенные уголки России с определенным опытом и (не русским)
национальным составом населения...»
Таков путь, пройденный партией от отрицания федерации к
признанию её, как переходной формы к полному единству трудящихся
разных наций. «Эту эволюцию взглядов нашей партии по вопросу о
государственной федерации Сталин объяснил тремя причинами.
Приведу одну из них. «В-третьих, тем, что удельный вес незначительного
движения оказался гораздо более серьезным, а путь объединения на-
43

ций гораздо более сложным, чем это могло казаться раньше, в период
до ъойны, или й период до Октябрьской революции». (14)
Надо полагать', что в основе введения автономии (или федерации)
в первую очередь лежало: поставить и решить национальный вопрос
в Рбссии. Он показал, что федерализм не может решать национальный
вопрос! И.В.Сталин пришел к следующей раскладке:
1) право на отделение для тех наций, населяющих известные
области России, которые не могут, не хотят остаться в рамках целого;
2) политическая автономия в рамках единого (слитного)
государства с едиными нормами конституций для областей, отличающихся
известным национальным составом и остающихся в рамках целого.
Так и только так должен быть решен вопрос об областях в
России». (15)
Пусть читатель познакомится с выше приведенными документами
и сам рассудит и разберется в сути той свистопляски
«демократической» прессы вокруг, якобы, бесконечных споров между Лениным и
Сталиным о пресловутой «автйномизации».
Национальный вопрос вечно живой, со своими внутренними,
спонтанными, непредвиденными процессами, а потому требует к себе
постоянного внимания и осторожного обращения. Когда Президент
России, как правопреемник Союза ССР, предложил брать
республикам столько суверенитета, сколько они могут, желающих оказалось
настолько много, что с карты исчез СССР, а теперь та же участь
ожидает и раздираемую национальными распрями и
подстрекательствами к ним, великую Российскую Федерацию. В результате такой, с
позволения сказать, национальной политики во всех бывших союзных
республиках (ныне суверенных государствах) свирепствует
социально-экономический и финансовый кризис, упадок промышленного и
сельскохозяйственного производства, неуклонное снижение
жизненного уровня. К тому же он сопровождается еще страшными
кровавыми событиями, с гибелью сотен и тысяч людей. Типичным примером в
этом отношении является республика Грузия, где
националистический угар охватил всю страну настолько, что под лозунгом «Грузия -
для грузин» объявили войну всем другим народам, проживающим в
Грузии, в первую очередь абхазам и осетинам. Этот кровавый
геноцид благодаря России и народам Северного Кавказа был остановлен.
Надо полагать, что Сталин предвидел всё то, что происходит
сейчас, в частности в Грузии, и потому предлагал автономию этих
республик под эгидой России, дальновидно считая такое положение
надежным заслоном от сепаратизма (национализма и шовинизма).
44

Тогда победил в этом вопросе непререкаемый авторитет
теоретика Ленина, и Сталин - практик не мог Ленину не уступить.
Из вышеизложенного, с учетом сегодняшней действительности,
можно лишь сожалеть, что Сталин согласился с Ленинской
трактовкой национального вопроса в Грузии. Кто знает, как бы сложилась
судьба народов Грузии если бы победила в национальном вопросе
позиция Сталина «Об автономизации Грузии».
Одно лишь очевидно, что геноцида относительно малых народов
со стороны Грузии вряд ли можно было ожидать.
Из вышеизложенного следует, что федерация как переходная
форма государственного устройства к началу ХХ-го века в основном
изжила себя. Однако исходя из.конкретных исторических условий
многонационального советского общества В.И.Ленин, допускал федера-
• цию как переходную форму федерального устройства Советского
государства, а Сталин, его ученик, не мог не цодцержать Ленина. В то
же время следует отметить, что если.федерация в 1922 году была ещё
шагом необходимым и укрепляющим единение народов России, то
.федерация в конце XX века, а именно в 1992 году, оказалась шагом в
никуда.
А потому потуги новоиспеченных государственных мужей
демократического режима России, хвастающихся и гордящихся своим
«отборным профессионализмом», никчему хорошему не приведут, кроме
.её ослабления. Можно смело утверждать, что события, происшедшие
после 1991 года явно говорят не в пользу федерации. Динамика
процесса сепаратизма, национализма предвещает распад государства.
1 Кроме этого, следует видеть принципиальную разницу в том, что
формирование РСФСР в отличие от СССР происходило не путем
объединения самостоятельных равноправных административных единиц,
«штатов», а путём выделения в состав унитарного государства
автономных образований «с определенным бытом и (не русским)
национальным составом населения.» Опыт РСФСР за годы её
существования, как оригинальное унитарное государство был использован
рядом государств (Франция, Испания, Бельгия), прежде всего в деле
обуздания сепаратизма.
: В целом же опыт СССР, особенно РСФСР как
многонационального государства показал пример мировой цивилизации, как наиболее
верный оптимальный вариант в справедливом, равноправном,
демократичном (несмотря на извращения, ошибки) решении
национального вопроса во всех отношениях и в первую очередь в социальном
отношении. (Об этом говорит такой всемирноизвестный неопровержи-
45

мый яркий факт: одной из главных (причин Победы вооруженных
сил СССР в Великой Отечественной войне над фашистской армией
Германии - Дружба народов Советского Союза).
Он же показал, что с распадом Советского Союза на суверенные
независимые капиталистические страны, национализм (он же
сепаратизм) как его спутник, находившийся, казалось, в летаргическом сне,
вдруг дал дружные всходы, пышно расцвел. Нашлись и лидеры -
авантюристы, которые немедля разожгли межнациональные вооруженные
конфликты гражданской войны на развалинах Союза с
национальной окраской: чеченской, карабахской, абхазской,
грузино-осетинской, ингушско-осетинской, приднестровской, таджикской и т.д.
К сожалению, хотя годы идут и неумолимо снимают и притупляют
их остроту, все они без исключения остаются или действующими, или
тлеющими очагами потенциальных межнациональных конфликтов (об
этом свидетельствует вооруженный инцидент в Гальском районе между
Грузией и Абхазией, 20 мая 1998 года). В этом надо видеть
недееспособность правительства Грузии и опасность её распада. Ныне
президент Грузии Шеварднадзе загнав страну в тупик через две кровавые
национальные войны, превратив цветущую республику в ад обещает
широкую федерацию своим сателлитам: Абхазии и Южной Осетии.
Но караван идет.
Официально считаясь Российской Федерацией, в ней фактически
отсутствует вертикаль государственной власти - как исполнительной,
так и представительной. Это предполагает восстановление всей
системы государственного управления и регионального самоуправления
сверху вниз. Воссс здание властной вертикали требует и безусловный
приоритет над властными структурами автономий. Против такой
системы государственного устройства ныне одна структура -
президентская форма правления, неограниченная власть президента. Ведь не
может в многонациональной федерации играть роль федерального
центра одно лицо, причем фактически бесконтрольно. (16)
Естественно, это вызвало адекватное движение - отстаивание регионами
собственной бесконтрольности. Выходит разрушение СССР - урок не в
прок. Очередной к снаряду - РФ! Живым свидетельством этому -
попытка государственного переворота 20-21 мая 1998 года в Дагестане,
в Чечне - июль 1998 года.
Следовательно, выход из создавшегося положения надо искать не
в расчленении, разъединении, не в раздаривании суверенитетов, а в
объединении всех ныне разъединенных в новый цивилизованный,
справедливый, обновленный Союз. Именно только новый унитарный об-
46

иовлениый Союз спасет все нации, все народы, большие и малые, от
всех бед, зол и невзгод и обеспечит их расцвет в новом могучем Союзе
свободных, равноправных дружественных народов и наций.
Литература
1. «Просвещение» - ежемесячный большевистский теоретический
легальный журнал, издавался в Петербурге с декабря 1911 года по
июнь 1914 года.
2. Ленин В.И. Сочинения, издание четвертое, Т.35. С.58.
3. Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т.24. С.223.
4. Ленин В.И. Соч., издание четвертое. Т.35. С.60-63.
5. Галенков З.А. Предлагаю объяснить Сталина. Долгопрудный, 1994.
С.14.
6. Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т.45. с.232.
7. Сталин И.В. Соч. Т.9. С.65-66.
8. КПСС. Справочник. М.,1978. С. 182.
9. Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т.48. С.234-235.
10. Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т.ЗЗ. С.72-73.
И. Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т.35. С.221.
12. Сталин И.В. Соч. Т.2. С.25.
13. Газета эсеров выходила в Петрограде с 15 марта 1917 г. по январь
1918г.
14. Сталин И.В. Соч. Т.З. С.26-27.
15. Сталин И.В. Соч. Т.З. С.31.
16. Сталин И.В. Соч. Т.З. С.28.
17. Советская Россия. 1998. Г.Зюганов. Самое трудное.
47

ГЛАВА 3.
К ВОПРОСУ ОБ ИНТЕЛЛЕКТЕ
СТАЛИНА
4 Зак. 2093

§1- ПОСРЕДСТВЕННОСТЬ ИЛИ ГЕНИЙ?
Горы литературы написано о Сталине... Разное пишут о нем,
по-ложителыюе и отрицательное, и подчас трудно
определить истинное лицо великого человека двадцатого столетия.
Однако нас интересует не величие этого человека, ибо о величии
личности судят по его деяниям на благо общества, а его интеллект. Об
интеллекте Сталина также имеются разные мнения, что, кстати,
свидетельствует о незаурядности человека. Так где же истина об
интеллекте Сталина? Попытаемся разобраться, уважаемый читатель.
Образ Сталина, к сожалению, у мировой общественности
сформировался - и это правда - не по книгам Лиона Фейхтвангера и Анри
Барбюса, а прежде всего по книгам Льва Троцкого. Книги Троцкого
издаются огромными тиражами за рубежом, а в последние годы
тиражируются и в России («Сталинская школа фальсификации»,
«Преступления Сталина», «К политической биографии Сталина», «Сталин» и
другие книги и статьи). Со страниц книг Троцкого встает мрачный
деспот: коварный, жестокий, фанатичный, недалекий и мстительный
человек.
«Изгнанник Троцкий не жалел черной краски» - замечает историк
и философ, академик Д. Волкогонов (1; с.449, 450). Признавая это за
Троцким, сам Волкогонов не избежал соблазна очернить личность
Сталина. Разница состоит лишь в том, что первый автор лично знал
Сталина, встречался в деловой обстановке, в многочисленных
политических спорах и дискуссиях, полемизировал со Сталиным. Второй
автор никогда его не видел, не общался с ним, но анализировал
документы архивов страны и ЦК КПСС. Этого ему было достаточно,
чтобы в очернительстве личности Сталина превзойти самого Троцкого.
Чтобы докопаться до истины, целесообразно проанализировать
литературу тех авторов, которые лично знали Сталина, работали с ним
и характеризуют его по собственным наблюдениям.
Первым предоставим слово Л. Д. Троцкому (Бронштейну), как
50

главному оппоненту и заклятому врагу Сталина. Уместно будет
напомнить уважаемый читатель, что на объединенном пленуме ЦК и
ЦКК (Центральной Контрольной Комиссии) ВКП(б), проходившем с
29 июля по 9 августа 1927 года, вновь был выдвинут вопрос об
оппозиции в партии. После того, как на пленуме было предложено
исключить Зиновьева и Троцкого из состава ЦК партии, последние
заявили, что прекращают свою антипартийную деятельность. Пленум им
поверил и постановил «снять с повестки дня вопрос об исключении
Зиновьева и Троцкого из ЦК ВКП(б)». Но оппозиционеры обманули
партию. Они вскоре выступили с так называемой «Платформой 83-
х», в которой продолжали фракционную борьбу против партии и ее
единства, за что и были исключены из состава ЦК на объединенном
пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) в октябре 1927 года. Однако
оппозиционеры продолжали антипартийные вылазки. В день десятой
годовщины Октября они организовали антисоветские уличные выступления в
Москве и Ленинграде. Таким образом, троцкисты превратились в
контрреволюционную силу, открыто противопоставившую себя
советской власти. Учитывая это обстоятельство, объединенный пленум ЦК
и ЦКК ВКП)б) 14 ноября 1927 года исключил Троцкого, Зиновьева и
других оппозиционеров из партии.
XIV съезд партии, проходивший со 2 по 19 декабря 1927 года,
объявил принадлежность к троцкистской оппозиции и пропаганду ее
взглядов несовместимыми с пребыванием в рядах большевистской партии,
и исключил из партии всех видных деятелей оппозиции. Через два года,
10 февраля 1929 года, на пароходе «Ильич» Троцкий отплыл из
одесской гавани, навсегда покинув Россию.
Буржуазная пресса к высылке Троцкого вначале отнеслась
настороженно. Но вскоре в политической атмосфере Запада
почувствовали, что Троцкий не чужак, а свой человек, несмотря на отдельные его
выпады в адрес империализма и фашизма. Вскоре его злоба была
направлена прежде всего на Сталина, на установленный им в стране
режим. Лев Троцкий с августа 1917 года ревностно следил за партийно-
государственной карьерой Сталина. Он заметил: «... в возвышении
Сталина загадочный и тревожный автоматизм, который не моэ/сет
представляться результатом его собственных усилий, но и какого-то
странного исторического случая. Кажется, что истории не за что было
зацепиться в этой фигуре, чтобы поднять ее вверх. Я заметил, что
Ленин выдвигает Сталина, видя в нем революционера, но не политика
большого стиля. Самостоятельных идей, политической инициативы,
творческого воображения он от него не ждет и не требовал». Заметим,
51
4*

что Троцкий рассуждает за Ленина, не приводя его высказываний в
подтверждение своих суждений: «Главная черта Сталина, по существу,
очень груба и рассчитана на примитивную мысль. Сталин неумен в под-
личном смысле слова. Все низшие стороны интеллекта (хитрость,
осторожность, способность играть на худших сторонах человеческой
души) развиты в нем чудовищно. Сталин умеет неизмеримо лучше
использовать дурные стороны людей, чем их творческие качества. Он
циник и апеллирует к цинизму. Он моэ/сет быть назван самым великим
демоном в истории». Этой грязи Троцкому показалось мало, и он
добавляет, что «... у Сталина была внутренняя незаэ/сивающаярана -
зависть и ее молочная сестра - мстительность. Мстительность наряду
с честолюбием были для него величайшей пружиной действий».
Троцкий даже в заключении советско-германского пакта усматривает
желание Сталина отомстить Англии и Франции за своиуниэ/сения. Речь
идет о провале переговоров между Англией и Францией с одной
стороны и СССР с другой. О причине провала заключения
тройственного союза против фашистской Германии красноречиво заметил У.
Черчилль в своих мемуарах: «Не моэ/сет быть сомнений в том, что
Англии и Франции следовало принять предлоэ/се/ше России провозгласить
тройственный союз... Союзмеэ/сду Англией, Фра/щией и Россией вызвал
бы серьезную тревогу у Германии в 1939 году, и /шкто не моэ/сет
доказать, что даже тогда война не была бы предотвращена». Как видим,
заклятый враг России, - Черчилль признает мудрость Сталина,
предлагавшего тогда коллективными усилиями трех европейских стран
препятствовать развязыванию агрессии фашистской Германией.
Таким образом, не месть, как лжет Троцкий, а отказ Англии и Франции
от систем мер коллективной безопасности вынудила Советский Союз
к заключению пакта с Германией. Не зная чем еще досадить своему
политическому оппоненту, Троцкий приписывает Сталину
злопамятство. «Память - зеркало интеллекта, она отраэ/сает духовный
интерес, общее направление способ/юстей, умственный склад. Память
Сталина эмпирична, о/1 очень плохо передает содерэ/сание идей,
политических систем, теоретических дискуссий. Он запоминает все, что выгод-
/ю или не выгодно для него, его память есть преэ/сде всего
злопамятство. Взятый в целом Стали// остается посредстве/шостыо. Его ум
лише/1 не только блеска и полета, /ю даэ/се способ/юсти к логическому
мышлению. Каждая фраза речи Сталина преследует какую-либо
практическую цель: но речь в целом никогда не под/шмалась до логического
построения, в этой слабости - сила Сталина».
Я не собираюсь комментировать высказывания Троцкого, однако
52

считаю необходимым сравнить его оценку Сталина на VI съезде
РСДРП в 1917 году. «В прениях Бухарин пытался отстаивать
частично старую схему большевизма: в первой революции русский
пролетариат идет рука об руку с крестьянством во имя демократии; во
второй революции - рука об руку с европейским пролетариатом во имя
социализма.«В чем перспектива Бухарина? - возралсал Сталин. По его
мнению, в первом этапе мы идем к крестьянской революции. Но ведь она
немоэ/сет... не совпадать с рабочей революцией. Не может быть,
чтобы рабочий класс, составляющий авангард революции, не боролся
вместе с тем за свои собственные требования. Поэтому я считаю схему
Бухарина непродуманной». Это было совершенно правильно, - утверэ/с-
дает Троцкий». Приведу фразу из заключительного выступления
Сталина на съезде: «В чем перспектива Бухарина? Его анализ неверен в
самой основе. По его мнению на первом этапе мы идем к
крестьянской революции. Но ведь она не может не встретиться, не совпасть с
рабочей революцией. Не может быть, чтобы рабочий класс,
составляющий авангард революции, не боролся вместе с тем за свои
собственные требования. Поэтому я считаю схему Бухарина непродуманной.
Как верить Троцкому, который в 1917 году на теоретической
дискуссии о путях революции признал правоту Сталина в теоретическом
споре с Бухариным в вопросе об этапах революции, а в последующем
считал Сталина не способным к логическому мышлению? Такая
метаморфоза взгляда выдает мстительность самого Троцкого, которую
он пытается приписать Сталину. Видит* о, Троцкий не мог простить
ему победу в интеллектуальном споре с видным теоретиком партии
Бухариным!
А вот как характеризует Сталина Маршал Советского Союза
Василевский, бывший в годы Великой Отечественной войны
заместителем Верховного Главнокомандующего: «Сталину были присущи
большие организаторские способности. Он много работал сам и умел
заставить работать в полную меру сил других, выэ/сать из них все, что
они могли дать. У Сталина была удивительно сильная память. Я не
встречал людей, которые бы так много помнили. Сталин знал не
только всех командующих фронтами и армиями, а их было свыше ста, но и
некоторых командиров корпусов и дивизий, а также руководящих
работников Наркомата обороны, не говоря уже о руководящем составе
центрального и областного партийного и государственного аппарата.
В течение всей войны Сталин постоянно помнил состав
стратегических резервов и мог в любое время назвать то или иное формирование.
Такая память давала Сталину преимущество как Верховному Главно-
53

командующему».
Здесь и без комментариев видна огромность интеллекта Сталина,
ибо наличие такой памяти есть основа высокой умственной
деятельности. Однако иного мнения придерживался академик Дмитрий Вол-
когонов, который в отличие от Александра Василевского, не имел
счастья общаться лично со Сталиным. Тем не менее он дает
характеристику интеллекту Верховного Главнокомандующего: «...Спшинмог
лишь отрывочно понять закон перехода количественных изменений в
качественные, но не одолел сути диалектического отрицания, единства
противополоэ/сностей... Сталин так и не усвоил тезис о единстве
диалектики, логики и теории познания». В тоже время Волкогонов не
может объяснить ни себе, ни своим читателям, как Сталин, имея такой
ущербный интеллект, не способный овладеть диалектикой, в
многочисленных теоретических дискуссиях с оппозицией, причислявшей себя
к интеллектуалам высшей категории, смог их положить «на
лопатки.» Может, не умея мыслить, Сталин обладал какой-то другой
магической силой в споре с лидерами оппозиции? Вернее было бы сказать,
«что нечего на зеркало пенять, коль рожа крива», иными словами.
Сталинский интеллект в открытом споре победил весь интеллект лидеров
оппозиции, в том числе и Троцкого! Вот это и вызвало у Троцкого
лютую ненависть и дикую злобу к Сталину! В подтверждение этих слов,
приведу высказывания русского писателя Михаила Лобанова:
«Трудно сказать, как бы повел себя Троцкий, ознакомившись со
стенограммами переговоров Сталина с руководителями США и Англии на
Тегеранской, Ялтинской и Потсдамской конференциях. Нет сомнения в том,
что в душу лютого антисталиниста вкралось бы сомнение под
впечатлением глубины и широты понимания обсуждаемых вопросов,
железной логики и непреклонностью защиты своего отечества» (8). Еще
более определенно высказывается против Троцкого и ему подобных
хулителей Сталина профессор Массачусетского университета: «Не
отрицая Э1сестокости правления Сталина, вместе с тем нельзя понять
этого чрезвычайно одаренного политика, приписывая ему все
преступления и страдания эпохи, просто считая его чудовищем и психически
ненормальным человеком.... Для многих ориентир в оценке Сталина один -
книги и статьи Троцкого. Но ведь Троцкий не мог не быть крайне
предвзятым и пристрастным по отношению к своему заклятому врагу». (8)
В поисках правды об интеллекте Сталина не могу не сослаться на
беспристрастного свидетеля, одинаково превосходно знавшего
лично и Сталина и Троцкого, выдающегося писателя Лиона
Фейхтвангера, отличавшегося даром предвидения, принципиальностью и объек-
54

тивностыо в познании истины. Вот как он характеризует личности
Сталина и Троцкого (9).
Иосиф Сталин представляется мне борцом и работником. У пего
боевое, революционное прошлое, ои победоносно провел оборону города
Царицына, ныне носящего его имя; по его докладу Ленину осенью 1918
года - (доклад семьдесят строк) - в общий военный план были внесены
коренные изменения. Обнако творчество Сталина, организатора
социалистического хозяйства, превосходит далее его заслуги борца....Да-
же мелкой детали достаточно, чтобы осветить превосходство
Сталина над Троцким. Сталин дал указание поместить в большом
официальном издании «История граэ/сданской войны», редактируемом
Максимом Горьким, «Портрет Троцкого». Между тем Троцкий ц своей
книге (10) злобно отвергает все заслуги Сталина, оборачивая его
качества в их противоположность, и книга его полна ненависти и
язвительной насмешки по отношению к Сталину.
Сталин упорным трудом завоевывал себе популярность, которая
другому легко давалась. Уже в декабре 1924 года Сталину стало
окончательно ясно, что в, противополоэ/сность прежней теории построение
полного социалистического общества в одной отдельно взятой стране
возмоэ/сио. Уэ/се тогда он последовательно, более отчетливо и в более
острых формулировках, чем Ленин, указывал пути построения, -
усиленная индустриализация страны и объединение крестьян в артели. Он
в ясных словах провозгласил то, что до сих пор оспаривалось, а именно:
при правильной политике партии решающая часть русского
крестьянства молсет быть втянута в социалистическое общество, и он
обосновал это утверждение простыми, убедительными и неопровержимыми
аргументами.
Лев Троцкий стремится доказать, что и он является талантливым
человеком, великим борцом и великим воэ/сдем строительства. Но его
заслуги ограничиваются в лучшем случае деятельностью в период
войны. Написанная им «Автобиография» несомненно является
произведением превосходного писателя и, возможно, человека с трагической
судьбой. Но образ крупного государственного деятеля она не отражает.
Для этого оригиналу... недостает личного превосходства, чувства меры
и правильного взгляда па действительность. Беспримерное
высокомерие заставляет его постоянно пренебрегать гран и и ими возможного, и
эта безмерность, столь положительная для писателя необычайно
вредит концепции государственного деятеля... Логика Троцкого не
основывается на знании человеческой сущности и человеческих
возможностей, которое единственно обеспечивает прочный политический успех.
55

Троцкий ни к чему не пригоден там, где вместо патетической вспышки
требуется спокойная, упорная, планомерная работа - для
строительства великого государства. Зато это умел Сталин, Трагедия Троцкого
заключалась в том, что его не удовлетворяла перспектива стать
большим писателем. Повышенная требовательность сделала из него
сварливого доктринера, стремящегося принести и принесшего несчастья, и
это заставило огромные массы забыть его заслуги».
Фейхтвангер сам делает заключение, что Троцкий проиграл
Сталину не только в интеллекте, но и, самое главное, - в способности
реализовать этот интеллект в интересах всего народа. «Что мог сделать
Троцкий?» - задается вопросом великий немецкий писатель. И вот как
сам же отвечает: «Он мог молчать, он мог признать себя побеэ1сденпым
и заявить о своей ошибке. Он мог примириться со Сталиным, но он на
это не решился. Он заявлял, что быстрый рост и лихорадочный темп
строительства обуславливает непрочность этого строительства.
Советский Союз - государство Сталина... рано или поздно потерпит
крах в случае нападения на него фашистских дерэ/сав. В стране было
налажено питание, машины работали, сырье добывалось в невиданных
ранее размерах, страна была электрифицирована. Троцкий не хотел
этого признать... и раздражался вспышками беспредельной ненависти
к человеку, под знаменем которого осугцсствлялось строительство».
Но вопреки предсказанию Троцкого Советский Союз выдержал
фашистское нашествие в 1941 году, вышел победителем из самой
кровавой войны человечества. А если бы темпы строительства
социализма были не сталинские, а троцкистские? Устояла бы страна перед
фашистским нашествием? Ответ один - вряд ли! Но вернемся к
Фейхтвангеру.
Сталин пытался вовлечь своих бывших соратников, ставших в
оппозицию курсу партии, к руководству сложными делами построения
нового, социалистического государства. Вот как об этом пишет
Фейхтвангер: «Сталин долэ/сен был заметить, что все еще есть люди,
которые не хотели верить в реальное, осознанное дело и больше верили в
тезисы Троцкого. Да, именно среди людей, другом которых был
Сталин, которым он поручал ответственные посты, нашлись некоторые,
поверившие больше словам Троцкого, чем в дело Сталина. Они мешали
этому делу, чинили ему препятствия, саботировали его. Они были
привлечены к ответственности, их вина была установлена. Сталин
простил их, назначил их снова на высокие посты Что долэ/сен был
подумать и прочувствовать Сталин, узнав о том, что эти его товарищи и
друзья, невзирая па явный успех его начинаний, все еще продолжали тя-
56

путься к его врагу Троцкому, тайно переписывались с ним, стремясь
вернуть своего старого вождя в СССР, старались нанести вред его -
Сталина делу». (9; с.67).
Такова правда в устах великого писателя, к которому я отношусь с
довериехМ. Он дает правдивую оценку двум революционерам: У Льва
Троцкого - молниеносные, часто неверные внезапные идеи; у Иосифа
Сталина - медленные, тщательно продуманные до основания, верные
мысли. Троцкий - ослепительное единичное явление. Сталин -
поднявшийся до гениальности тип русского крестьянина и рабочего,
которому победа обеспечена, так как в нем сочетается сила обоих классов.
Поднявшийся до гениальности Сталин, как свидетельствуют
многочисленные документы и свидетельства его современников говорят
о том, мальчик Иосиф (Сосо) Джугашвили был не только одаренным
учеником, но и был наделен хорошими вокальными данными,
участвовал в хоре в качестве солиста, а также имел и поэтический дар. В
1896 году в газете «Квели» («Борозда») было опубликовано шесть
стихотворений шестнадцатилетнего ученика Тифлиской духовной
семинарии Иосифа Джугашвили. Одно из его стихотворений было
отобрано и помещено в 1907 году в «Хрестоматию и сборник лучших
образцов грузинской словесности.» В предисловии этой книги
отмечалось, «...мы взяли из грузинской литературы то, что... с точки
зрения критики, является правдивым, высоко человечным и бессмертным».
Вот такова оценка интеллекта юного Сталина грузинским
общественным деятелем М. Келеиджеридзе, издателем указанной Хрестоматии.
В американском журнале «Время и мы» (Нью-Йорк) в заметке Д. Рей-
вилда «Сталин: поэтические откровения» отмечается, что в 1895 и 1896
годах стихи Иосифа Джугашвили были опубликованы в газетах и
журналах, распространяемых помимо Грузии, в России, в Финляндии и
др. странах. Недавно они напечатаны в книге А.Колесника. (11). Мы
приводим одно из них, посвященное памяти поэта и этнографа
Грузии Рафаэля Давидовича Эристави. Эристави писал стихи о тяжелой
жизни грузинского крестьянства, о национальном возрождении. Его
перу принадлежат известные произведения «Родной язык», «Родина
хевсура» и др. (12)
Иосиф Джугашвили
Рафаэлю Эристави
Когда крестьянской горькой долей,
Певец, ты тронут был до слез,
С тех пор немало жгучей боли
Тебе увидеть привелось.
57

Когда ты ликовал, взволнован
Величием своей страны,
Твои звучали песни, словно
Лились с небесной вышины.
Когда отчизной вдохновленный
Заветных струн касался ты,
То, словно юноша влюбленный,
Ей посвящал свои мечты.
С тех пор с народом воедино
Ты связан узами любви,
И в сердце каждого грузина
Ты памятник себе воздвиг.
Певца отчизны труд упорный
Награда увенчать должна;
Уже пустило семя корни,
Теперь ты жатву пожинай!
Не зря народ тебя прославил,
Перешагнешь ты грань веков,
И пусть подобных Эристави
Страна моя растит сынов.
И ты ходил от дома к дому,
Стучался у чужих дверей,
Со старым дубовым панфури,
С нехитрой песнею своей.
А в песне его, а в песне -
Как солнечный блеск чиста,
Звучала великая правда,
Возвышенная мечта.
Сердца, превращенные в камень,
Заставить биться сумел,
У многих будил он разум,
Дремавший в глубокой тьме.
Но вместо величья, славы,
Люди его земли
Отверженному отраву
В чаше преподнесли.
Сказали ему: «Проклятый,
Пей, осуши до дна...
И песня твоя чужда нам,
И правда твоя не нужна!»

Конечно, я не специалист в поэзии, но скажу прямо, что
стихотворение не зря было отобрано в грузинскую Хрестоматию, оно меня
тронуло до глубины души!
Недавно историк Михаил Вылцан в Российском центре хранения
и изучения документов обнаружил три дела «Реестр на литературу,
посылаемую И.В. Сталину на квартиру» за прель - декабрь 1926 года
и одно дело «Список книг, поступивших на имя И.В. Сталина» за тот
же период. Изучив эти материалы, историк пришел к следующему
выводу: «Можно по-разному оценивать интеллект Сталина, говорить
о его непрофессионализме во многих областях знания, теоретических
ошибках и т.д. Но нельзя отрицать одного: В отношение интеллекта
большинства политических лидеров как нашей страны, так и других,
интеллект Сталина находится на таком уровне, который позволял ему
не прибегать к услугам «спичрейтеров» -людей, пишущих речи для пер-
вых лиц государства». (13)
В заключение мне остается только выделить жирным курсивом
характеристику интеллекта Иосифа Джугашвили (Сталина) и Льва
Бронштейна (Троцкого). Конечно, это далеко не полная характеристика
интеллекта Сталина, но и она позволяет читателю судить, был ли
Сталин «посредственностью» или гениальным.
§2. СУМБУР ИЛИ ЛОГИКА?
Установив по оценкам современников уровень интеллекта
Сталина, уважаемый читатель, попробуем проанализировать, какое было
мышление у Сталина - сумбурное (путанное) или стройное (логичное)?
Рассмотрим самый тяжелый период в истории нашей страны -
создание реальной экономической базы социалистического общества. Для
объективности будем пользоваться стенографическим отчетом о
пятнадцатой конференции ВКП(б), проходившей в период с 26 октября
по 3 ноября 1926 года. На конференции присутствовало 194 делегата
с решающим голосом и 640 делегатов с совещательным голосом, в
прениях выступил 21 делегат. Конференция подвела итоги партийной
дискуссии о путях построения социализма в России. Здесь по всем
спорным вопросам шел откровенный разговор между сторонниками
Сталина и сторонниками Троцкого. Первым был доклад Председателя
Советского правительства Рыкова о хозяйственном положении
России. Вторым был доклад Генерального секретаря ЦК ВКП(б)
Сталина «Об оппозиции и о внутрипартийном положении.» По докладу
Сталина в прениях первым выступил один из лидеров оппозиции Ка-
59

менев. Он начал с ответа на им же поставленный вопрос: в чем наши
разногласия? Ответ: «...Если бы случилось такое несчастье, что между
так называемым оппозиционным блоком и ЦК ВКП(б) мы бы по
основным вопросам - о характере и перспективах нашей революции, о
характере и перспективах нашего государства, о характере данного
этапа мировой истории, мы - действительно разошлись бы крупно с
партией, то тогда было похоже, что нам нечего делать вместе.»
Критикуя высказывание Сталина о том,...что некоторые части нашей
партии... испугавшись трудностей, испытывают усталость и
колебания, впадают в отчаяние и культивируют упаднические настроения,
зараэ/саются неверием в творческие силы пролетариата и приходят к
идеологии капитуляпства, Каменев замечает, что «идеология капиту-
лянства»... хлесткое слово, сильно звучит и не может быть
поддержано.» Что касается вопроса о возможности построения социализма в
одной стране, то Каменев заметил, что Ленин писал об этом в 1915
году, имея в виду несколько передовых стран. Каменев доказывал, что
это относится к западноевропейским государствам, но не к России. (14;
с.492).
Говоря о блоке с Троцким, Каменев заметил: «Наш блок с
Троцким не представляет собой ничего чрезвычайного (экстравагантного)
и должен быть судим не. потому, что с Троцким или без Троцкого, а
лишь на основании того, правильна или не правильна общая линия
этого блока. Мы считаем, что отстаивание наших взглядов в
пределах действительных разногласий, есть обязанность коммуниста и мы
выполнили, но и подчиняться партийной дисциплине и нести
ответственность за общую работу, есть также наш долг, который мы перед
партией выполним».
С критикой Каменева выступил Ярославский: «Мы привыкли
слушать другого Каменева, который проводил в течение ряда лет
ленинскую линию, который упрекал троцкистскую оппозицию в 1923-1924
годах: «...вы вышли с такими пустяками, жизнь отвергла ваши
предсказания, и вы подняли против партии такую борьбу, - разве вы
имели право на это?» Далее Ярославский сказал: «Мы должны признать,
что у новой оппозиции, пожалуй, еще меньше оснований трепать
партию.»(14; с.493-494). Ярославский высказался по поводу письма
Троцкого, в котором он партию называет сталинской фракцией, а
признание партией возможности построения социализма в одной
стране, якобы, делает ее партией национальной ограниченности.»
Ярославский упрекнул Каменева, считающего, что Сталин не является тем
генеральным секретарем, который может объединить партию. Он ска-
60

зал, что Сталин в это трудное время отстаивал ленинскую линию и
приобрел еще большее уваэ/сение всей партии, а вы его потеряли!
(14;с.496 - 497). Далее Ярославский привел содержание «пять
Почему» изложенные в письме оппозиции:
1. Почему, несмотря на хозяйственные успехи и повышения
интенсивности труда, зарплата фактически снизилась, а безработица
возросла?
2. Почему, несмотря на успехи, товарный голод обострился?
3. Почему, несмотря на успехи, покупательная сила червонца упала?
4. Почему, несмотря на успехи, себестоимость в промышленности
возросла, что ведет к дальнейшему повышению цен?
5. Почему, наконец, в Советах города и деревни возросла роль кулака
и мелкого буржуа за счет пролетария, батрака и бедняка?
Обращаясь к авторам письма. Ярославский спросил: «Если у вас
есть такой особый секрет, что вы можете трудности роста разрешить,
то почему вы здесь не выступили с развернутой хозяйственной
линией, не выступили по хозяйственному вопросу по докладу Рыкова? Да
потому, что вам нечего сказать партии по этому вопросу. Вы
банкроты в этом отношении». В конце своей речи Ярославский сказал:
«Почему оппозиция подняла бунт против партии? Как известно,
оппозиция выдвинула множество разнообразных мыслимых и немыслимых
причин и обвинений, политических и хозяйственных, крупных и
карликовых - порой пустяшных. Однако для всех теперь очевидно...
невероятное идейное и принципиальное убожество оппозиции.
Троцкий в свое оправдание выступил с двухчасовой речью,
изобиловавшей цитатами из его сочинений и статей. В заключение
Троцкий подтвердил свою позицию: «Я утверждаю, что у меня нет
никаких теоретических или политических оснований думать, что нам
вместе с крестьянством легче построить социализм, чем европейскому
пролетариату взять власть. Нет, тут перевес шансов целиком на
стороне европейского пролетариата... Я и сегодня считаю, что победа
социализма в нашей стране обеспечена только совместно с
победоносной революцией ~ европейского пролетариата... Это есть единственно
правильная перспектива для нашего социалистического строительства».
А вот что сказал по поводу оппозиции старый большевик Ларин:
«Товарищи, вне всякого сомнения, мы переживаем сейчас один из
драматических эпизодов нашей революции. Я характеризовал его так:
революция перерастает часть своих вождей. Если мы возьмемте два...
обширных доклада, которые сейчас сделали Каменев и Троцкий, то
мы увидим, что, собственно говоря, тут не было того политического
61

доклада, который долэ/сен быть сделан конференции, а был, если хоти*
те, литературный спор о цитатах и различных толкованиях различи
ных мест различных сочинений. А ведь они пришли не в
дискуссионный клуб, а пришли после большой политической борьбы,
проведенной ими на фабриках и заводах Москвы и Ленинграда. Они должны
были прийти и сказать нам три вещи. Во-первых, проанализировать
ту борьбу, которую они вели, почему она имела такой исход? Как они
(себе объясняют то обстоятельство, что рабочий класс от них отошел,
почему Зиновьев, Каменев и Троцкий, годами бывшие одними из
популярнейших воэ/сдей рабочего класса, вдруг оказались без рабочих? А может
быть Троцкий, Зиновьев и Каменев как-нибудь изменили свои взгляды,
так, что оттолкнули от себя рабочих?...Воэ/сди оппозиции сделали все
от них зависящее, чтобы СССР стал местом, откуда идет
разложение рабочего класса, откуда идет волна разочарования в возможности
победоносно вести до конца борьбу. Я полагаю, воэ/сдям оппозиции надо
было здесь отказаться от идейных ошибок, приложить все усилия для
перевоспитания рабочих, которые за ними пошли, дать ответы на те
болевые вопросы, которые оппозиция выдвинула и которые тревожили
партию. Далее, ...отрицательный ответ на возможность построения
социализма в одной стране... было то, что более всего вызывало
подозрение в рабочем классе против своих вождей - Зиновьева, Каменева и
Троцкого. Именно двусмысленный ответ на этот вопрос
предопределил отрицательное отношение широких народных масс к оппозиции».
Вячеслав Молотов в своем выступлении поддержал мнение
Ларина о том, что революция и прежде всего партия перерастает часть
своих лидеров. «Кто %г не пытался защитить отвергнутую партией
идеологию, кто бы не пытался пятиться назад и тащить за собой вспять
партию, он поставит себя в смешное положение. Во имя победы
социализма партия долэ/сна преодолеть всякие попытки возрождения
социал-демократического уклона в нашей партии».
Уважаемый читатель, смею напомнить к тому, что сказал
Молотов, высказывание Александра Герцена (колокола русской
революции) о демократии: «Демократия - это всегда только борьба, только
отрицание «иерархии» и общественной лжи...созидание - не для
демократии...» (15; с.213). Мы с вами переживаем сейчас такой период,
когда «демократия» разрушила старую иерархию управления народным
хозяйством СССР, а новую не создала, обеспечив тем самым темным
силам общества благоприятные условия для разворовывания
общенародной собственности и окончательного подрыва народного
хозяйства. Выходит Герцен был прав, предупреждая об этом...
62

Интересный анализ деятельности оппозиции привел Анастас
Микоян: «Я пытался восстановить в памяти все перепетии прежних
дискуссий; однако, я не смог припомнить факта, чтобы лидеры,
крупнейшие, способные лидеры оппозиции были столь решительно разбиты без
участия в спорах лидеров большинства ЦК, исключительно силами
рядовых рабочих-партийцев».
Уважаемый читатель, это поучительный исторический факт:
высокоинтеллектуальная партийная элита, коей считала себя
оппозиция, пошла со своим сумбуром набора цитат в рабочий класс и
потерпела поражение от стройного анализа их идей
рабочими-партийцами. Но вернемся на конференцию. Выступает от Коминтерна
Клара Цеткин: «Ваша конференция в этом блестящем зале только
подтвердит то решение, которое у эхе вынесено партийными массами за ее
степами, в простых помещениях фабрик и заводов, на собраниях ячеек.
Оппозиция побита партийной рабочей массой». (14; с. 692-699)
А теперь предоставим слово самому Сталину и проследим за
стройностью и логичностью его мышления в ответах на критику в свой
адрес оппозиционеров. Сталин повторил, что свой доклад начал с
известной фразы Энгельса о том, что марксизм не догма, а руководство к
действию. После этого Сталин на отрицание оппозиционерами
возможности построения социализма в одной стране ответил Зиновьеву:
Я думаю, что Зиновьев не читал «Принципов коммунизма «Энгельса, а
если читал, не понял их, иначе он не стал бы возраэ/сатъ, иначе он учел
бы тот факт, что за старую формулу Энгельса цепляется теперь
социал-демократия в своей борьбе против ленинизма... Далее он
напомнил программу пролетарской революции, изложенную в «Принципах
коммунизма.» Затем Сталин сравнил «Программу» с реальным
достижением Октябрьской революции и сделал вывод: Вы видите,
товарищи, что девять десятых этой программы уже осуществлено нашей
революцией. Далее Сталин напомнил аргументы Энгельса о том, что
коммунистическая революция произойдет одновременно во всех
цивилизованных странах, т.е. по крайней мере, в Англии, Америке,
Франции, Германии. Далее Сталин оценивает применимость тезиса
Энгельса к реальной сложившейся обстановке: Энгельс говорил, что
пролетарская революция с изложенной выше программой не может
произойти в одной стране. А факты говорят, что в новых условиях классовой
борьбы пролетариата, в условиях империализма мы уже произвели в
основном такую революцию в отдельной стране, в нашей стране,
осуществив девять десятых ее программы. Обратите внимание, как
Сталин убедительно доказывает свою правоту: Зиновьев может сказать,
63

что мы ошиблись, осуществив эту программу. Очень моэ/сет быть, что
мы допустили некоторую «национальную ограниченность», осуществив
эти пункты Программы. (Смех в зале). Откликаясь на реакцию зала,
Сталин окончательно закрепляет победу своей логики над сумбуром
мыслей оппозиции: «Конечно, если бы Энгельс был жив, он не стал
бы цепляться за старую формулу, а наоборот, всемерно
приветствовал нашу революцию, / говоря: к черту все старые формулы, да
здравствует победоносная революция в СССР! (Аплодисменты).
Что же мы имеем, уважаемый читатель? На мой взгляд, мы имеем
то, что даже из приведенного материала, составляющего мизерную
долю всего интеллектуального наследия Сталина, видно, что его
логика ярче логики лидеров оппозиции. А какое твое мнение,
уважаемый читатель, о стройности суждений, о логике Иосифа Сталина?
§3. СХОЛАСТ ИЛИ ДИАЛЕКТИК?
Уважаемый читатель, чтобы глубже и всесторонне понять личность
Сталина, как генерального секретаря ЦК ВКП(б), на которого
возлагалось руководство партией в самое трудное время строительства
нового общественного строя - социализма, нужно на миг представить
себя на его месте. Представьте, что это не ему, а вам надо было
теорию претворить в практическую программу строительства
социалистической экономики, сельского хозяйства. Предлагались различные
варианты строительства социализма. Нужно было терпеливо их
рассмотреть, отобрать наиболее рациональный из них, соответствующий
силам и возможностям страны в сложившейся международной
обстановке. Проследим же, как Сталин проделал эту непомерную по
тяжести работу. Для этого продолжим изучать материалы XV партийной
конференции. Обратимся к заключительному выступлению Сталина
на конференции.
«Приводя формулировку Энгельса и развивая ее подробно, я имел
в виду три соображения: во-первых, путем противопоставления
формулы Ленина о возможности построения социализма в одной стране
формуле Энгельса, являющейся наиболее крайним и резким
выражением точки зрения марксистов известного периода, создать
максимальную ясность в вопросе; во-вторых, разоблачить реформизм и
антиреволюционизм социал-демократии, старающейся прикрыть свой
оппортунизм ссылкой на старую формулу Энгельса; в-третьих, показать, что
Ленин был первый, кто разрешил вопрос о победе социализма в
одной стране. Ленину удалось открыть истину о победе социализма в
64

одной стране потому, что он считал марксизм не догмой а
руководством к действию, он не был рабом буквы и умел схватить главное,
основное в марксизме... Зиновьев здесь приводил цитату Энгельса о
том, что немцы начнут, а французы доделают. Все это верно. Это
известно теперь каждому совпартшкольнику. Но дело в том, что не об этом
идет теперь речь, Зиновьев. Одно дело сказать: начинай революцию...
Другое дело сказать: начинай революцию и двигай ее дальше, зная,
что если даже не подоспеет в ближайшее время победа революции в
других странах, условия борьбы теперь, в период развитого
империализма таковы, что ты можешь все же победить. Это другое дело».
Разногласия вызвал и вопрос о диктатуре пролетариата. Я в своем
докладе говорил, что в вопросе о диктатуре пролетариата,
понимаемой как слом старого буржуазного государственного аппарата и
постройка нового пролетарского аппарата, Маркс сделал в свое время
(в 70-х годах XIX столетия) исключение для Англии и, пожалуй, для
Америки, где милитаризм и бюрократизм были развиты тогда мало и
где могла быть тогда возможность достижения политического
господства пролетариата другими путями, мирными путями. По мнению
Ленина, это исключение было правильным в то время, но стало
неправильным, излишним в наших условиях, условиях развитого
империализма, когда милитаризм и бюрократия расцвели в Англии и
Америке так же, как и в других странах. (С места - реплика Рязанова: «Не
стало, а было!»). Сталин отсылает Рязанова к брошюре Ленина «О
продналоге», и замечает: - Я очень уважаю Рязанова, но должен
признаться, что еще больше уважал и продолжаю уважать товарища
Ленина.
Другой спорный вопрос «О неравномерности развития
капиталистических стран». - Напомнив, что Ленин открыл и обосновал закон
неравномерности экономического и политического развития
капиталистических стран, Сталин отметил, что против этого положения
возражали Троцкий и Зиновьев и продолжал: - «Троцкого можно понять,
ибо известно, что этот закон опрокидывает теорию Троцкого о
перманентной революции. А Зиновьев вместе с Троцким заявили, что
раньше, в период домонополистического капитализма,
неравномерности развития было больше, чем теперь, в период
монополистического капитализма, что связывать идею о возможности победы
социализма в одной стране с законом неравномерности
капиталистического развития нельзя. Кроме того, Троцкий явным образом смешивает
здесь экономическое неравенство отдельных стран в прошлом... с
неравномерностью экономического и политического развития в период
65
5 Зак. 2093

империализма. Едва ли нужно доказывать, что такое смешение двух
разнородных понятий не говорит, и не может говорить, о высоком
«теоретическом» уровне Троцкого. Но я не могу понять Зиновьева,
который был ведь большевиком и должен помнить о чем говорят
следующие слова Ленина: Неравномерность экономического и
политического развития есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует,
что возмоэ/сна победа социализма во многих и даже в одной, отдельно
взятой капиталистической стране. Разве не ясно, что только полное
невежество в области ленинизма могло продиктовать Зиновьеву и его
друзьям более чем странные возражения против простых известных
положений Ленина, связанных с законом о неравномерности
экономического и политического развития капиталистических стран.
В чем состоит основной смысл выступления Каменева на этой
конференции? ...Видимо, в том, чтобы облегчить Троцкому защиту своей
позиции, облегчить ему борьбу с ленинизмом в основном вопросе о
возможности победы социализма в одной стране. Для этой цели
Каменев, директор Института Ленина, взял на себя сомнительный труд
«доказать, что основная статья Ленина (1915 год), трактующая о
возможности победы социализма в одной стране, не касается будто бы
России, что Ленин имел в виду не Россию, а другие
капиталистические страны. Это невероятно и чудовищно, это очень похоже на
клевету на Ленина, но Каменеву, видимо, нет дела до того, что может
подумать партия в связи с такой фальсификацией Ленина. Он заботится
лишь об одном: прочистить дорогу Троцкому любой ценой. А Ленин
еще в 1905 году говорил следующее: «Отреволюции демократической
мы сейчас же начнем переходить и как раз в меру нашей силы, силы
сознательного и организованного пролетариата, начнем переходить к
социалистической революции». (14; с.729,730). Позлее, в 1915 году
Ленин подтвердил это положение статьей, где сказал: «Пролетариат
борется и будет беззаветно бороться за завоевание власти, за
республику, за конфискацию земель, то есть за привлечение крестьянства, за
исчерпание его революционных сил, за участие непролетарских
народных масс в освобождении буржуазной России от
военно-феодального империализма (царизма)». Вы видите, что как в1905, так и в 1915
году Ленин одинаково исходил из того, что революция бурэ/суазная дол-
лена перерасти в России в революцию социалистическую (14; с. 732,733).
Вы спрашиваете, почему Троцкий не выступил против Каменева? Да
потому не выступил здесь Троцкий, что не хотел, видимо,
впутываться в сомнительное «дело» прямого оклеветания Ленина, - он эту черную
работу предоставил Каменеву. Я не намерен приводить резолюцию XIV
66

конференции ВКП(б) от 29 апреля 1925 года, которая осудила
«теорию» перманентной революции Троцкого, отрицавшую возможность
победы социализма в одной, отдельно взятой стране.
Переходя к лидеру оппозиции Зиновьеву, Сталин сказал: -
Зиновьев взял на себя задачу доказать, что лидеры оппозиции являются
единственными революционерами и единственными
интернационалистами чуть ли не во всем мире. Разберем его «доводы». Он берет слова
Бухарина о том, что при рассмотрении вопросов внутреннего
порядка (строительство социализма) следует методологически отвлечься от
вопросов внешнего порядка, он сличает это положение Бухарина с
тезисами об оппозиционном блоке, где говорится о возможности
победы социализма в нашей стране и приходит к выводу, что Бухарин и
ЦК, утвердивший в основном тезисы, забывают будто бы тем самым
о международных задачах нашей революции, об интересах
международной революции. Правильно ли это? Все это пустяки, товарищи!
Секрет в том, что Зиновьев слаб в вопросах методологии, путается в
трех соснах и выдает свою собственную путаницу за действительность.
Бухарин говорит, что нельзя смешивать вопросы строительства
социализма с вопросами создания гарантии от интервенции в нашу
страну, вопросы внутренние с вопросами внешними. Бухарин вовсе не
говорит, что вопросы внутренние не связаны с вопросами внешними, с
вопросами международными. Мы исходим из наличия в нашей
стране противоречий внутреннего порядка и противоречий внешнего
порядка.
Противоречия внутреннего порядка состоят прежде всего в борьбе
социалистических и капиталистических элементов за руководство
крестьянством. Мы говорим, что эти противоречия мы можем
преодолеть своими собственными силами, мы можем победить
капиталистические элементы нашего хозяйства, вовлечь в социалистическое
строительство основные массы крестьянства и построить
социалистическое общество.
Противоречия внешнего порядка состоят в борьбе между страной
социализма и капиталистическим окружением. Мы говорим, что
разрешить эти противоречия собственными силами мы не можем, что для
разрешения этих противоречий необходима победа социализма по
крайней мере в нескольких странах. Именно поэтому мы говорим, что
победа социализма не является самоцелью, а подспорьем, средством и
орудием для победы пролетарской революции во всех странах. Пусть
докажет Зиновьев, что это не правильно!
Беда Зиновьева состоит в том, что он не видит разницы между эти-
67
5*

ми двумя рядами противоречий, он путает их безбожно и выдает эту
путаницу за «подлинный» интернационализм. Что же касается
тезисов, которые, якобы, упускают из виду международный момент
нашей революции, то стоит прочесть эти тезисы, чтобы понять, что
Зиновьев опять запутался. Вот что сказано в тезисах: «Партия исходит
из того, что паша революция является социалистической, что...опа пред-
ставляет не только сигнал, толчок, исходный пункт социалистической
революции па Западе, но она является вместе с тем, во-первых, базой
дальнейшего развертывания мировой революции и, во-вторых,
открывает собой переходный период от капитализма к социализму в СССР
(диктатура пролетариата), па протяжении которого пролетариат,
при правильной политике в отношении крестьянства, мооюет и будет
с, успехом строить полное социалистическое общество, если, конечно,
мощь меэ/сдународного революционного двиэ/сепия, с одной стороны, и
мощь пролетариата СССР - с другой, будут достаточно велики для
того, чтобы огородить СССР от внешней интервенции
империализма». (14) Вы видите, что международный момент учтен в тезисах
целиком и полностью. В чем же тут секрет? А секрет... в том, что
Зиновьев пытается подменить вопросом о совместных усилиях пролетариев
всех стран для победы социализма в нашей стране кардинальный
вопрос о том, может ли устоять при современных международных
условиях пролетарская власть перед лицом консервативной Европы.
Троцкий, нынешний учитель Зиновьева, говорит: «Без прямой
государственной поддержки европейского пролетариата рабочий класс
России не сможет держаться у власти и превратить свое временное
господство в длительную социалистическую диктатуру. В этом нельзя
сомневаться ни минуты.» Но партия утверждает, что это положение
Троцкого является выражением социал-демократического уклона,
выражением неверия в силы нашего пролетариата и нашей
революции. Вот в чем вопрос, Зиновьев, и вот о чем у нас идет спор. Пора
понять товарищам из оппозиции, что открыв войну против партии и
Коминтерна, вы перестали быть
революционерами-интернационалистами. (14; с.739,740).
Перехожу к выступлению Троцкого. Троцкий заявил, что теория
перманентной революции не имеет никакого отношения к
обсуждаемому вопросу о характере и перспективах нашей революции. Это
странно, если не сказать больше. Как же так? Разве теория
перманентной революции не является теорией движущих сил революции?.. Это
неверно, товарищи! Это уловка, фокус. Напрасный труд, Троцкий! Не
пытайтесь спрятаться, - все равно не спрячетесь... Давайте разберем
68

вопрос... Обратимся к письму Троцкого к Ольминскому,
опубликованному в печати в 1925 году. К письму, от которого Троцкий
никогда не пытался отказаться и не отказался доныне. Вот что там
написано: «Я вовсе не считаю, что в своем несогласии с большевиками я был во
всем не прав. Не прав я был и коренным образом - в оценке
меньшевистской фракции, переоценивая ее революционные возможности и надеясь
па то, что удастся изолировать в ней и свести на нет правое крыло.
Это фундаментальная ошибка вытекала, однако, из того, что к обоим
фракциям - и большевистской, и меньшевистской - я подходил с точки
зрения идей перманентной революции и диктатуры пролетариата, тог-
да как и большевики, и меньшевики стояли в тот период па точке
зрения бурэ/суазной революции и демократической республики. Я считал,
что разногласия между обеими фракциями принципиально не так
глубоки, и надеялся, что самый ход революции приведет обе фракции к
позиции перманентной революции и завоевания власти рабочим классом,
что отчасти и произошло в 1905 году... Считаю, что моя оценка дви-
э/сущих сил революции была безусловно правильной. Выводы же, какие я
из нее делал в отношении обоих фракций, были безусловно не правильны.
Только большевизм сосредоточил в своих рядах, благодаря своей
непримиримой линии, действительно революционные элементы как старой
интеллигенции, так и передового слоя рабочего класса. Только
благодаря тому, что большевикам удалось создать эту революционно
сколоченную организацию оказался возможным столь быстрый поворот от
революционно-демократической позиции к
революционно-социалистической. И сейчас я мог бы без труда разбить мои полемические статьи
против меньшевиков и большевиков на две категории: одни
-посвященные анализу внутренних, сил революции, ее перспективам.., другие
-посвященные оценке фракции русских социал-демократов... Статьи
первой категории я и сейчас мог бы дать без поправок, так как они вполне и
целиком совпадают с позицией нашей партии, начиная с 1917 года.
Статьи второй категории явно ошибочны и «7раз переиздавать их не
стоило бы». Что же из этого получается? - обращается Сталин к залу, и
отвечает - Выходит, что Троцкий ошибался в вопросах
организационных, в вопросах же оценки нашей революции, в вопросе о
перманентной революции, он был и остается прав. Правда, Троцкий не мог
не знать, что Ленин боролся против перманентной революции до конца
своих дней. Но это его не смущает. Выходит, далее, что обе фракции,
и меньшевики, и большевики, должны были прийти к теории
перманентной революции, на деле пришли к этой теории только
большевики, ввиду наличия у них революционно сколоченной организации
69

рабочих и старой интеллигенции, и пришли они не сразу, а начиная с
1917 года. Выходит, наконец, что теория перманентной революции
«вполне и целиком совпадает с позицией нашей партии, начиная с 1917
года».
Судите теперь сами похоже ли это на то, что Троцкий не придает
большого значения теории перманентной революции? Нет, не
похоже. Наоборот, ежели теория перманентной революции действительно
совпадает «начиная с 1917 года» с позицией партии, то из этого
можно сделать только один вывод, - что Троцкий придавал и продолжает
придавать этой теории решающее значение для всей нашей партии.
Но что значит «совпала»? Как могла совпасть теория перманентной
революции с позицией нашей партии, если доказано, что наша партия
в лице Ленина вела все время борьбу с этой самой теорией? Одно из
двух: либо наша партия не имела своей теории и вынуждена была
потом «ходом вещей» принять теорию Троцкого, либо она имела свою
теорию, но она, эта теория была незаметным образом вытеснена
теорией перманентной революции Троцкого, «начиная с 1917 года».
Это «недоумение» разъяснил нам потом Троцкий в своем
«Предисловии» к книге «1905 год», написанной в 1922 году. Излагая
сущность теории перманентной революции и давая анализ оценке нашей
революции с точки зрения теории перманентной революции,
Троцкий приходит к следующему выводу: «Хотя и с перерывом в 12 лет, но
эта оценка подтвердилась целиком» (Троцкий, «1905 год».
Предисловие). Иначе говоря, - замечает Сталин, - теория перманентной
революции, «сконструированная» Троцким в 1905 году, подтвердилась
целиком «в 1917 году, спустя 12 лет.» Но как она могла
подтвердиться? А большевики, - куда же они девались? Неужели они шли на
революцию без всякой своей теории, неужели они только и оказались
способными - сколотить революционную интеллигенцию,
революционных рабочих? И затем, на почве чего они сколотили рабочих, на
основе каких принципов? Ведь известно, что Ленин и его партия боролись
с теорией перманентной революции с первых же дней ее появления на
свет... Впрочем, это «недоумение» разъясняет нам Троцкий в другом
документе, в «Примечании» к статье «Наши разногласия»,
написанной в 1922 году: «Если меньшевики, исходя из абстракции: «паша
революция буржуазна», приходят к идее приспособления всей тактики
пролетариата к поведению либеральной бурэ/суазии, вплоть до завоевания
ею государственной власти, - большевики, исходя из такой же голой
абстракции: «демократическая, а не социалистическая диктатура»,
приходят к идее бурэ/суазно-демократического самоограничения проле-
70

шариата, в руках которого находится государственная власть.
Правда, разница между ними в этом вопросе весьма значительна: в то время
как антиреволюционные стороны меньшевизма оказываются во всей силе
уже теперь, антиреволюционные черты большевизма грозят огромной
опасностью только в случае революционной победы». (14; с. 744)
Выходит, что не только меньшевики имели свои
антиреволюционные стороны, но и большевизм не был свободен от
«антиреволюционных черт», которые грозили «огромной опасностью только в случае
революционной победы». Освободились ли потом большевики от
«антиреволюционных черт» и если да, то каким образом? Это, /»недоуме-
ние» Троцкий разъясняет нам в «Примечании» к статье «Наши
разногласия». Слушайте: «Этого, как известно, не случилось, так как под
руководством Ленина большевики совершили (без внутренней борьбы)
свое идейное перевооружение в этом важнейшем вопросе весною 1917
года, т.е. до завоевания власти». (Троцкий, 1905 год, с.285)
Итак, «перевооружение» большевиков, «начиная с весны 1917 года»
на основе теории перманентной революции, спасение большевиков в
связи с этим от «антиреволюционных черт большевизма», наконец,
тот факт, что теория перманентной революции «подтвердилась»,
таким образом, «целиком», - таков вывод Троцкого... Как расценивал
Ленин теорию перманентной революции Троцкого? Вот что пишет
Ленин в одной из своих статей, высмеивая ее, как «оригинальную» и
«прекрасную» теорию: Выяснить соотношение классов в предстоящей
революции - главная задача революционной партии... Эту задачу
неправильно решает в «Нашем Слове» Троцкий, повторяющий свою
«оригинальную «теорию 1905 года и не желающий подумать о том, в силу
каких причин жизнь шла целых десять лет мимо этой прекрасной
теории. Оригинальная теория берет у большевиков призыв к решительной
революционной борьбе пролетариата и к завоеванию им политической
власти, а у меньшевиков - «отрицание роли крестьянства». Тем самым
Троцкий на деле помогает либеральным - - бурэ/суазным политикам
России, которые под «отрицанием» роли крестьян понимают неэ/селание
поднимать крестьян на революцию». (14; с.745) Выходит, что по
Ленину, теория перманентной революции является полуменьшевистской
теорией, игнорирующей революционную роль крестьянства в русской
революции... А как расценивает наша партия теорию перманентной
революции? Вот что сказано о ней в известной резолюции XIV
партконференции: Составной частью троцкистской теории перманентной
революции является утверждение, что «подлинный подъем
социалистического хозяйства в России станет возможным только после победы
71

пролетариата в важнейших странах Европы «(Троцкий, 1922 год), -
утверэ/сдение, обрекающее пролетариат СССР в нынешний период на
фактическую пассивность. Против подобных теорий Ленин в
«Заметках о Суханове» писал: «До бесконечности шаблонным является у них
довод, который они выучили наизусть во время развития
западноевропейской социал-демократии и который состоит в том, что мы не
доросли до социализма, что у нас нет, как выражаются разные «ученые»
господа из них, объективных предпосылок для социализма». (19)
Так что такое теория перманентной революции? Отрицание
ленинской «теории социализма в одной стране». Что такое ленинская
«теория социализма в одной стране»? Отрицание теории перманентной
революции Троцкого...
Троцкий, жонглируя цитатами, пытается упрятать эти
разногласия куда-то в угол. Но я уже говорил, что обмануть нашу партию не
удастся. А вывод? Вывод такой, что надо быть диалектиком, а не
фокусником. Поучились бы вы, товарищи из оппозиции диалектике у
Ленина, почитали бы его произведения - пригодилось бы
(Аплодисменты, смех в зале). И еще одно: либо вы проявите мужество и сумеете
открыто и честно отказаться от своих принципиальных ошибок, либо
вы это не сделаете, и тогда получайте от партии заслуженную
квалификацию вашей позиции, как позиции социал-демократического
уклона. Одно из двух. От вас зависит сделать выбор.» (В зале голоса:
Правильно! Аплодисменты). (14; с. 750-752)
- Далее Сталин отмечает, что лидеры оппозиции Троцкий,
Каменев и Зиновьев... пытались формулировать и разногласия
практического характера, утверждая вместе с тем, что важны не теоретические
разногласия, а разногласия практические и дает этому оценку: - «Я
должен, однако, сказать, что ни одна из формулировок наших
разногласий, данных оппозицией на этой конференции, не отличаются ни
объективностью, ни полнотой. Вы хотите знать, товарищи из
оппозиции, в чем наши практические разногласия, вы хотите знать, чего от
вас требует партия?
Ответ: Партия не может больше терпеть и не будет терпеть, чтобы
вы каждый раз, когда вы остаетесь в меньшинстве, выходили на
улицу, объявляли кризис в партии и трепали партию. Этого партия
больше терпеть не будет. (Голоса: Правильно! Аплодисменты).
Партия не может и не будет терпеть, - хотя это не только ее дело,
но дело всех секций Коминтерна, - чтобы вы продолжали и впредь
тормошить Коминтерн, разлагать его секции и развенчивать
руководство Коминтерна. Партия не может и не будет терпеть этого. - Сталин
72

привел восемь пунктов требований партии к оппозиционерам и в
заключение сказал, - Вот в чем состоят, товарищи из оппозиции, наши
практические разногласия... Теперь вы знаете, что от вас требует
партия. (Аплодисменты)
Уважаемый читатель, я привел только первый и последний
пункты требований, ибо в них отражена основная сущность разногласий
оппозиции с партией. Читая заключительное слово Генерального
секретаря ВКП(б), вы очевидно, не раз удивились, как и автор этих строк,
поразительной убедительности доводов, уважительности и
терпеливости Сталина к оппоненту. Вы также могли составить свое
представление о лидерах оппозиции Троцком, Каменеве и Зиновьеве. Я лишь
хочу вам напомнить, что эти люди не раз ставили палки в колеса
революции, начиная с публикации в газете даты начала вооруженного
восстания рабочих Петрограда в 1917 году, за что были названы
Лениным «политическими проститутками».
В подтверждение этого приведу несколько фраз из
заключительной речи председателя президиума Конференции Рыкова: «Та
оппозиция, с которой мы имеем дело на XV конференции, очень знакома
нам по всей истории нашей партии. Если вы проследите историю
партии за время после Октября, вы увидите, что все и всякие уклоны
рассасывались легко. В то же время троцкизм проявил себя как
наиболее устойчивая форма борьбы с ленинизмом....Но оппозиция потерпела
полное банкротство, когда на рабочих партийных собраниях ей
нанесен был решающий удар... После того, как мы выслушали подробные
доклады главнейших лидеров оппозиции, необходимо признать, что
ожидания партии были обмануты: оппозиция, во-первых, пытается
сохранить свой идейный блок и, во-вторых, она пытается
использовать трибуну конференции в целях идеологического нападения на
ленинизм. Это, мне кажется, является новым подтверждением
правильности решения ЦК и ЦКК о выводе лидеров оппозиции из
Политбюро и Зиновьева из делегации нашей партии в Коммунистическом
Интернационале.» (Аплодисменты). (14; с.768,769)
§4. ГРЯЗЬ К СКАЛЕ НЕ ПРИСТАЕТ
Есть у горцев мудрая поговорка, что грязь к скале не пристает.
Фигура Сталина представляется мне такой скалой. Сколько бы грязи
не лили на него, время смывает ее, обнажая яркие грани гениального
человека двадцатого столетия. Но кто льет эту грязь? Ответ прост -
современные неотроцкисты, последователи того самого социал-демок-
73

ратического уклона, от которого в свое время избавилась
коммунистическая партия. Читатель уже знаком с результатами открытой
дискуссии в партии с оппозицией.
Но потерпев идейное банкротство, троцкизм не сложил оружия и,
уже в международном масштабе развернул пропагандистскую работу
по дискредитации Сталина, социализма и Советского Союза. Одним
из апологетов неотроцкизма является. - американский
политолог-историк, профессор Стивен Коуэн, который утверждает: «Ни Сталин,
ни его сторонники не могли противостоять «светилам «в рядах
оппозиции, которая в лице Троцкого, Каменева, Преобрао/сенского,
Пятакова, Смирнова, Смилги и Радека имела искусных теоретиков,
талантливых экономистов и острых публицистов. Все они были
интеллектуалами, высокоодаренными людьми, которые умело вели публичные споры и
идеологические сражения». (20) В таком же ключе выступал и
академик Дмитрий Волкогонов: «Троцкий никогда не был сильным
политиком и не всегда был проницательным футурологом... Троцкий,
пожалуй, любил себя в революции больше, чем саму революцию. Истоки его
трагедии не столько в борьбе со сталинизмом, сколько в борьбе со
Сталиным, в борьбе за власть... Вечная горечь несостоявшегося взлета на
вершину пирамиды власти выдвинула у Троцкого на первый план личные
интересы. Как и раньше, главной мишенью для него был Сталин,
которого Троцкий величал «могильщиком революции. «...Троцкий был умнее и
талантливее Сталина.... Он не скрывал, что смерть Ленина выдвинула
не Сталина, а именно его, Троцкого на роль лидера партии».
Волкогонов соглашается, что в этом им потворствует нынешний
«демократический» режим власти. Но время сметает грязь, и Сталин остается
чистым, как утес, а все пасквилянты утонули в сотворенной ими же
грязи. Что можно сказать в адрес таких писателей? Думаю, я не смогу
сказать лучше, чем сделал это великий немецкий писатель Лион
Фейхтвангер (9): «После моего возвращения на Запад передо мной встал
вопрос, должен ли я говорить о том, что видел в Советском Союзе?
Это не явилось бы проблемой, если бы я, как и другие, увидел в
Советском Союзе много отрицательного и мало положительного. Мое
выступление встретили бы с ликованием. Но я заметил там больше
света, чем тени, а Советский Союз не любят и слышать хорошее о нем не
хотят. Мне тогда же на это было указано. Я не очень часто выступал в
печати Советского Союза со своими впечатлениями. Мои
выступления составили менее двухсот строк, при этом они отнюдь не
заключали в себе только похвалу; но даже это немногое было здесь, на Западе,
ввиду того, что оно не представляло безоговорочного отрицания, ис-
74

кажено, опошлено. Тупость, злая воля и косность стремятся к тому,
чтобы опорочить, оклеветать, отрицать все плодотворное,
возникающие на Востоке. Но писатель, увидевший великое, не смеет уклоняться
от дачи свидетельских показаний, если даже это великое непопулярно
и его слова будут многим неприятны. Поэтому я свидетельствую.
Книга была напечатана в подпольной типографии в Голландии. Это было
в те годы, когда фашизм стал господином не только в Италии,
Германии и Испании, но, можно сказать, всей Европы, ибо так называемые
демократические страны Европы, в первую очередь, Англия и
Франция -лихорадочно были озабочены единственным - направить
фашистскую вооруженную военную опасность против Советской власти -
СССР, которую не смогли удушить в ее колыбели. И их, конечно, с
трудом, но можно понять».
Я не мог не выделить мудрые слова, уважаемый читатель, о том,
что «писатель, увидевший великое, не должен уклоняться отдачи
свидетельских показаний, если даже это великое непопулярно и его слова
будут многим неприятны.» Хорошо бы эту мудрость усвоить и
выполнять современным писателям, а историкам помнить, чем были на
самом деле озабочены страны Европы в период строительства
социализма в нашей стране (Выделенная мной фраза Фейхтвангера).
Видимо, не все имеют мужество следовать приведенным мудростям
великого немецкого писателя, иначе чем объяснить категорическое
отрицание любой позитивной информации о Сталине, о социализме, о
Советском Союзе западными и отечественными неотроцкистами. Они
с порога отвергают книги всемирно известных писателей Лиона
Фейхтвангера, Анри Барбюса, Луи Арагона и многих других, объявив их
апологетами (чрезмерно восхваляющими, защищающими кого-либо,
что-либо - С.К.).
С этих позиций Д. Волкогонов критикует и осуждает писателей
Александрова Г.Ф., Митина М.Б., Поспелова Г.Н. и других
биографов Сталина за то, что7 «излагают схему героических деяний
человека, но сам человек в них отсутствует.» На мой взгляд, этот тезис Д.
Волкогонова не выдерживает критики, так как деяния человека
показывают не только суть деятельности человека, а через них и самого
человека. В самом деле, кто помнит, каким был человек, изобретший
принципиально новый тип высотной башни. Скромный строитель-
изобретатель Никитин канул в лету, а его деяние - Останкинская
башня - стала не только символом новой эры в телевидении, но и
возвышается в столице Германии, строится в столице Японии... Не зря же
гласит народная мудрость, что не имя красит человека, а дела его! Но
75

Волкогонов упорно поливал грязью прошлое нашей Родины в лице ее
лидера Сталина. Вот как он реагирует на книгу Анри Барбюса
«Сталин», вышедшую в свет в 1936 году. Волкогонов приводит только один
сюжет о Сталине из этой книги: «История его жизни - это
непрерывный ряд побед над непрерывным рядом чудовищных трудностей. Не
было такого года с 1917-го, когда он не совершал бы таких деяний,
которые любого прославили бы навсегда. Это железный человек.»
Волкогонов замечает, что нет оснований нападать на авторское
видение действительности, не считая, что «...следует уточнить
хронологию, не с 1917, а с 1924 года». И тем не менее, он называет Советский
Союз «империей зла». Вот так- одним махом всех убивахом! Пусть
эта грязь остается на совести автора.
Особо от Волкогонова досталось академику Е.М. Ярославскому,
который в 1939 году написал книгу «О товарище Сталине». Д.
Волкогонов замечает, что «...в основе книжки - не только беспредельная
гипертрофия, но и чудовищное кощунство». Мне думается, что если бы
Д. Волкогонов последовал мудрому совету Фейхтвангера и,
соблюдая историзм, окунулся бы в атмосферу 20-30 годов, он бы такое не
написал. Не пренебрег сарказмом и Карл Радек, близкий соратник
Сталина- который в 1934 году написал книгу «Портреты и
памфлеты», в которой посвятил большую статью И. В. Сталину. Волкогонов
так оценивает это:...статья написана в ключе безудержного
восхваления мессии. Унизительное для Радека славословие в адрес вождя. (1)
Можно только догадываться, как сокрушался Д. Волкогонов,
когда в этих книжках не находил того, чего хотел, чего требовали от него
заказчики-неотроцкисты.
Тем временем страна напрягала все свои силы для осуществления
первого пятилетнего народнохозяйственного плана, для
осуществления генеральной линии коммунистической партии на создание в стране
экономической базы социализма. В 1934 году (с 26 января по 10
февраля) состоялся семнадцатый съезд ВКП(б), который подвел итоги
первой пятилетки, определил задачи и особенности второй
пятилетки. Съезд поставил бывших оппозиционеров перед фактом:
возможность строительства социализма в одной стране из теории
претворилась в реальность. Обанкротившиеся в период 1924 -1927 годы
оппозиционеры, под давлением реальных дел строительства социализма
выступили на съезде с покаянными речами. Не без интереса будет
ознакомиться читателю с фрагментами этих покаяний.
Бухарин Н.И.: «Прежде чем переходить к целому ряду тем, я
считаю себя обязанным сказать ясно и определенно, что, во-первых, пред-
76

посылкой победы нашей партии явилась разработка ЦК и товарищем
Сталиным замечательной, правильной генеральной линии со всеми ее
теоретическими предпосылками; во-вторых, оперативное и
мужественное проведение этой линии и, в-третьих, беспощадный разгром всех
оппозиций и правой оппозиции, как главной опасности, т.е. той самой
группировки, к которой я тогда принадлежал. Несмотря на то, что в
течение последних лет я активно провожу генеральную линию парти-
и,...считаю необходимым... остановиться на следующих выводах. Во-
первых, у правых и у меня...была другая политическая линия, линия
против развернутого социалистического наступления, против нового
штурма на капиталистические элементы, на которые шла наша партия.
Ясно, что эта линия предполагала другие темпы развития, что она
была фактически против... форсированной индустриализации; что она
была против чрезвычайной и заостренной борьбы с кулачеством; что
она была против решительного курса переделки мелкого
крестьянского хозяйства; что она отступила перед трудностями неизбежно
обостряющейся классовой борьбы...»
Ясно, что разгром всех оппозиций был необходимой предпосылкой
успешного победоносного развертывания социалистического
наступления. Ясно, что товарищ Сталин был целиком прав, когда разгромил
оппозицию, блестяще применяя марксистско-ленинскую диалектику,
целый ряд теоретических предпосылок правого уклона,
формулированных прежде всего мною. Ясно, наконец, что обязанностью
каждого члена партии является борьба со всеми антипартийными
группировками независимо от каких бы то не было прежних личных связей и
отношений, сплочение вокруг ЦК... и товарища Сталина, как
персонального воплощения ума и воли партии, ее руководителя, ее
теоретического и практического вождя...». (21; с.124-129)
Рыков А. И.: «...Партия преодолевала и преодолела очень
большие трудности. И одной из этих трудностей был правый уклон,
одним из руководителей которого был я, который являлся агентурой
сопротивляющихся социалистическому наступлению партии и
рабочего класса на мелкобуржуазных и кулацких слоев в нашей стране... Я
в свое время возражал и боролся против известного положения, что в
период реконструкции неизбежно обострение классовой борьбы. Я
хочу заявить, что в борьбе против теперешнего руководства и против
товарища Сталина - одна из моих величайших ошибок, моя огромная
вина перед партией, вина, которую я старался загладить и я должен
загладить во что бы то не стало...Я заявляю со всей искренностью, со
всей убежденностью, на основе того, что я пережил за эти годы, что
77

гарантией теперешнего руководства является непримиримая защита
марксизма-ленинизма, которую это руководство обеспечивает. Я
заявляю, что гарантией этому является тот вклад, который в
практическом применении учения Маркса, Энгельса, Ленина и в развитии этого
учения сделал товарищ Сталин». (21; с.211)
Преображенский: «Товарищи, вы, конечно, понимаете то глубокое
волнение, с которым я выхожу на эту трибуну..., с которой 6-7 лет
назад...выступал против партии. Я примкнул к троцкистской
оппозиции..., которая была на разных этапах ее борьбы отражением разных
слоев и разных тенденций враждебных нам классов, но в основном
мелкой буржуазии, боровшейся с пролетариатом, строящим социализм...
И рупор этой мелкой буржуазии еще будет находить себе отражение на
протяжении многих лет в борьбе наших братских партий ряда стран.
Партия... выносила против нас правильные решения, давала
верные характеристики, делала последние предупреждения. Мы их не
слушали...Я вспоминаю теперь печальную дату в моей биографии,
когда 7 ноября 1927 года я долго с хрипотой в голосе с балкона
гостиницы «Франция» кричал проходящим колоннам демонстрантов: «Да
здравствует мировой вождь пролетарской революции Троцкий!» (Смех
в зале). Возникает... вопрос: к чему пришло то течение, к которому я
когда-то принадлежал, что оно сейчас говорит, что... делает?...Вот
несколько фраз из очень интересного документа, изданного
эмигрантской социал-демократией в Праге. Там русский меньшевик Александр
Шифрин пишет относительно последней позиции Троцкого: Троцкий
в настоящий момент выступает ликвидатором коммунистической
партии Германии. Организация ленинской оппозиции получила директиву
конструироваться в самостоятельную организацию и не выступает
больше в качестве фракции коммунистической партии. Одновременно с
этим выдвинуто требование организации IV Интернационала. По
поводу этого интернационала Шифрин иронизирует: Троцкий моэ/сет
мыслить континентами и эпохами, но практически он оперирует
бесконечно малыми величинами. Троцкизм на сегодня остается лишь
сектой.
...Самая главная моя ошибка состояла в том, что, проводя чисто
механически сравнение нашей экономики с капиталистической,
построил закон первоначального социалистического накопления... Я
думал, что путем эксплуатации крестьянства, путем сосредоточения
ресурсов крестьянского хозяйства в руках государства можно построить
социалистическую промышленность и развернуть индустриализацию.
События целиком опрокинули то, что я говорил, и полностью восторг
78

жествовали прогнозы, которые делал Ленин, и которые осуществила
потом партия под руководством Сталина. Коллективизация! Ведь в этом
все дело! Был ли у меня прогноз коллективизации? Его не было. На
протяжении 3-4 лет совершалось... чудо: превращение миллионов
мелкокрестьянских хозяйств в коллективные формы. Это, товарищи, была
вещь, которую никто из нас не предвидел. В отношении товарища
Сталина у меня есть чувство глубочайшего стыда не в персональном
смысле, а в политическом, потому что здесь я ошибался больше всего...»
Томский М.П. (Ефремов): «Я считаю своим долгом теперь, когда
партия подводит итоги своих побед, указать и признать, что, к
сожалению, как один из лидеров бывшей правой оппозиции, являлся тем,
кто создавал партии дополнительные трудности. Правая оппозиция,
возникшая в период чрезвычайных трудностей, выявившихся перед
партией в конце 1927 и 1928 годов - на самом крутом историческом
периоде, - выступила против партии со своей, отличной от партии,
линией. Правая оппозиция, стоя на базе НЭП-а, рассматривала эти
чрезвычайные трудности с точки зрения чисто рыночных отношений,
рыночной конъюнктуры, рыночных колебаний. Классовой сущности
этих трудностей правая оппозиция не видела... Я обязан перед
партией заявить, что товарищ Сталин был самым последовательным, самым
ярким из учеников Ленина, был наиболее зорким, наиболее далеко
видел, наиболее неуклонно вел партию по правильному, ленинскому пути,
что он был более теоретически и практически подкован в борьбе
против оппозиции, - этим объясняются нападки на Товарища Сталина». (21;
с.250)
ЗиновьевГ.Е. (Родомышельекий - Апфельбаум): «...Владимир Ильич
сказал о программе электрификации, что она заслуживает названия
второй программы пашей партии. С тем же правом... заслуэ/сивает
того э/се названия доклад товарища Сталина, вошедший в
сокровищницу мирового коммунизма, и уже ставший на ряд лет основным законом
партии. Если товарищи разрешили мне взойти на эту... трибуну, то я
надеюсь, что это потому, что я изо/сил полностью, до конца всю эту
антипартийную полосу, которая привела меня в такое положение
отчуждения от партии. У меня была цепь ошибок, я имел претензии
навязывать партии свое понимание ленинизма, «философии эпохи». И если
бы партия не дала должного отпора этой цепи моих ошибок... особенно
в свете моих октябрьских (1917 г. - С.К.) ошибок, то мы обсуо/сдали
бы сегодня все, что угодно, только не второй пятилетний план
социалистического строительства....Я говорил и писал о своих ошибках, я
буду это делать в печати и на собраниях... для того, чтобы на соб-
79

ственном примере показать незыблемость законов
марксизма-ленинизма.... Владимир Ильич сказал об Энгельсе, что он принадлеэ1сит к числу
тех немногих и редчайших мыслителей, произведения которых
перечитываешь много раз, и каждый раз находя в них новые богатства
содержания. Работы товарища Сталина, несомненно относятся к - такому
же роду работ. Я читал и перечитывал его основные работы, которые
являются квинтэссенцией ленинизма в данную эпоху, которые
являются алгеброй коммунистической работы в течение целого исторического
периода».
Отказавшись от подробного разбора своих ошибочных
теоретических взглядов на съезде, Зиновьев остановился на основной
принципиальной ошибке, относительно возможности победы социализма
в одной стране. «Я думаю, товарищи, и это теперь тоже стало ясным,
что основным теоретическим узловым вопросом, на котором я сбился
и который меня привел туда, где я находился (в оппозиции - С.К.),
этим узловым вопросом был вопрос о построении социализма в
одной стране. Товарищ Сталин еще в 1924 году сказал: Из марксистов
Ленин был первый, кто подверг действительно марксистскому анализу
империализм, как новую, последнюю фазу капитализма, по новому по-
ставил вопрос о возмоэ/спости победы социализма в отдельных
капиталистических странах и разрешил его в полоэ/сительном смысле. После
смерти Ленина этой...узловой аксиоме ленинизма, от которой
зависело все остальное в данную эпоху, угрожала опасность со стороны того
социал-демократического уклона, который представлял я, со
стороны той оппозиции, которую представлял я. И мы знаем теперь, что
борьба, которая велась товарищем Сталиным на исключительно
принципиальной высоте, на исключительно высоком теоретическом
уровне, - что в этой борьбе не было ни малейшего привкуса сколько-нибудь
личного момента». (21;с.492-497)
В заключение своей речи чрезвычайно важным и самым трудным в
процессе социалистических преобразований, Зиновьев, согласившись
с К. Марксом, считал перевод крестьянства на социалистический лад.
Он подтвердил свое мнение цитатой из доклада И.В.Сталина и
заявил: «В этом - основа марксизма в крестьянском вопросе. И тот
отрывок из доклада товарища Сталина на XVII съезде - вот это есть
подлинное продолжение марксовых взглядов на крестьянство. Вот тот
подлинный язык, который означает применение марксизма в вопросе
о роли крестьянства в пролетарской революции». Далее Зиновьев
кратно перечислил, что внесли в решение крестьянского вопроса Маркс,
Энгельс, Ленин... «Но, товарищи делегаты, - как это действительно
80

реально делает, как пролетарская диктатура реально это делает,
завоевавши власть, это доказывает в течение трех лет, подытоживание
которых делается сейчас. Это доказано партийным руководством, во
главе с товарищем Сталиным. И вот по одному этому в книге великой
освободительной борьбы пролетариата эти четыре имени - Маркс,
Энгельс, Ленин, Сталин - стоят рядом. Вот почему товарищ Сталин
мог с эпическим спокойствием, характерным для него, сказать
приведенные мною слова о крестьянстве, которые имеют такое же
историческое значение, как и все отчеканенные формулы о пролетариате,
которые он дал на этом съезде».1
Так по инициативе Зиновьева, поддержанной Каменевым,
делегатами съезда победителей, в истории великой освободительной борьбе
пролетариата эти четыре имени - Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин -
встали рядом.
Каменев Л .Б. (Розенфельд):«.. .Доклад товарища Сталина, -
демонстрация оправданной жизнью политической прозорливости, великой
пролетарской энергии и грандиозных, невиданных достижений на пути
к социализму. На мне лежит печальная обязанность на этом съезде
победителей представлять летопись поражений, демонстрации цепи
ошибок, заблуждений и преступлений, на которые обрекает себя
любая группа и любой человек, отрывающийся от великого учения
Маркса - Энгельса-Ленина - Сталина, от коллективной жизни партии, от
директив ее руководящих учреждений. Я делал грубые
ошибки...неоднократно при жизни Владимира Ильича, и все последующие мои
ошибки за то десятилетие, которому сейчас подводятся итоги, есть,
конечно, результат, есть продолжение тех ошибок, которые были
сделаны мною при Владимире Ильиче и из которых самая незабываемая
и самая непростительная ошибка - сделанная в великие октябрьские
дни... В то время, как после смерти Владимира Ильича его достойные
ученики во главе с товарищем Сталиным, не теряя ни минуты, сжав
зубы, не допуская никаких колебаний, подхватили знамя, вырванное
смертью из рук вождя, и стали неуклонно, не колеблясь, не
оглядываясь назад, применять его заветы в новой сложной, трудной, каждый
день осложнявшейся обстановке... мы, т.е., та группа, к которой тогда
принадлежал и я лично, - мы сразу сдали, мы заколебались в том, в
чем колебаться не было позволено ни одному коммунисту. От этих
колебаний мы перешли к упорству, к настойчивым попыткам
навязать свои ошибочные взгляды партии, к борьбе против нее, к
противопоставлению нашей группы всей партии и ее руководству... Мы
1. XVII съезд Всесоюзной коммунистической партии (б). М., 1934. С. 496
81
6 Зак. 2093

покатились по такой дороге, которая должна была привести к
контрреволюции... Мы не вняли проницательности... Сталина, который
характеризовал наши первые шаги как неверие в силы пролетариата,
строящего социализм. Мы не только не вняли этим указаниям, а наоборот,
мы обиделись, сочли себя униженными и перешли на путь
фракционной борьбы, фракционного противодействия партии. В этой
фракционной борьбе мы направили самое ядовитое жало, все оружие, которое у
нас тогда было, против того, кто больнее всего нас бил, кто
проницательнее всего указывал ту преступную дорогу, на которую мы стали,
против товарища Сталина.
Мы знаем, что троцкизм - это та идеология, те люди, которые в то
время, когда пролетариат... победил, схватились за фалды ленинской
партии и громче всех кричали о своих заслугах и принимали самые
эффектные позы и которые при первых же затруднениях,
встретившихся на пути победоносного пролетариата, когда недостаточно было
одной эффектной фразы, эти люди, которых товарищ Сталин
называл совершенно правильно «мелкобуржуазными интеллигентскими
кривляками», перекатились в лагерь контрреволюции. Но
бдительность Центрального Комитета, теоретическая выдержанность его
руководителя товарища Сталина, его идейная непримиримость,
которая осуществляет лучшие черты идейного облика Ленина, только она,
вскрыв сразу же этот блок и осветив...реальное его содержание, сразу
же сорвала всякую попытку пойти по этому пути. И я полагаю, что
решение величайших и сложнейших задач индустриализации и
коллективизации страны, связывание их воедино, не выскакивая с одним или
другим, как делали это мелкобуржуазные болтуны и любители левой
фразы, к которым мы, к сожалению, принадлежали, а хладнокровно со
строгой последовательностью поставить и решить эти вопросы - вот в
этом заключается поистине гениальный маневр, законченный к XVII
съезду и проведенный товарищем Сталиным».
Товарищи, я хочу сказать с этой трибуны, что считаю того
Каменева, который с 1925 по 1933 год боролся с партией и с ее
руководством, политическим трупом, что хочу идти вперед, не таща за собою
по библейскому (простите) выражению эту старую шкуру. Да
здравствует наш вождь и командир товарищ Сталин!» (21; с.516-519)
Таким образом, уважаемый читатель, лидеры оппозиции
признали свое банкротство перед партией и перед ее действительным
лидером Сталиным. Они публично признались в несостоятельности своих
теоретических концепций и взглядов на действительность. Это ли не
убедительный довод в пользу того, что, несмотря на всю грязь, выли-
82

тую оппозицией на Сталина, он остался чист, ибо к скале грязь не
прилипает!
Не без интереса, уважаемые читатели, познакомить вас с мнением
академика Д. Волкогонова по поводу покаянных выступлений
лидеров оппозиции. Вот оно: «Спустя десятилетия, читая эти речи,
представляешь унижение людей, бичующих себя, как в религиозном
экстазе, лишь для того, чтобы насытить чувство тщеславия одного
человека (Сталина - С.К.)». Вот так, и ни одного слова осуждения в адрес
оппозиционеров, ни одного слова одобрения в адрес советского
народа, осуществившего на практике построение фундамента
социализма. Вот какое отношение историка и философа Волкогонова к речам
лидеров оппозиции:
Бухарина - Не верится, что это говорил человек, интеллектуальная
совесть которого подсказывала ему, вероятно, другие слова;
Рыкова - И это говорил человек, всегда славящийся своей
прямотой, неподкупностью, большим гражданским мужеством;
Томского - И это говорил человек, известный ранее своей
партийной принципиальностью и умением отстаивать ее до конца;
Зиновьева - Это говорил человек, много лет лично знавший
Ленина, учился у него, считал себя его соратником... Страх оказаться
окончательно выброшенным на политическую свалку заставлял
Зиновьева говорить эти унизительные слова. Так же, презрев
интеллектуальное достоинство и совесть, курили фимиам «вождю» Радек,
Преображенский, Ломинадзе и другие. При этом Каменев каялся неприлично,
униженно, вымаливающе...»
Еще одно непонятное наблюдается за академиком Волкогоновым.
Везде, вот и здесь, касательно Сталина слово вождь ставит в кавычки:
это оригинальность или ограниченность?
Не зная как закончить свой обзор речей оппозиционеров, -
возможно своих единомышленников, - Волкогонов прибег к той грязи,
которой поливали Сталина лидеры оппозиции. Вот что собрал академик в
одну кучу и выплеснул на скалу. «Каменев в разговоре с Троцким
называл его (Сталина - С.К.) свирепым дикарем, а Зиновьев в своем
кругу именовал «кровавым осетином», Бухарин не раз уязвлял Сталина
за незнание иностранных языков; Преображенский, считавшийся
крупным теоретиком, назвал генсека «неучем». (1; с.348-350) Тем
величественнее победа Сталина - «неуча» над «интеллектуалами» лидеров
оппозиции.
Мне по-человечески жаль академика Волкогонова. Не будем
осуждать Волкогонова, ибо он - воплощение неотроцкизма нашего време-
83
6*

ни, который преисполнен решимости верно служить желтому
металлу, а не великому народу России...
Не зря призывал известный испанский писатель еще в середине века
Сервантес де Сааведра Мигель: «Лживых историков следовало бы
наказывать как фальшивомонетчиков».
Такого наказания по всей справедливости заслуживает академик-
историк Волкогонов.
§5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
На съезде Сталин от заключительного слова отказался, поэтому,
чтобы судить о покаянных речах лидеров оппозиции на съезде, не
только по мнению нашего современника Волкогонова, но и по мнению
участников самого съезда, обратимся к речи делегата съезда Кирова
СМ. Вот как он характеризует отчетный доклад Сталина съезду:
«Самым ярким и самым полным документом, который мы знаем до
сегодняшнего дня, который нарисовал перед нами всю картину нашей
великой социалистической стройки за три с половиной года, является
отчетный доклад товарища Сталина на настоящем съезде». По этому
поводу, читатель, у нашего современника Волкогонова иное мнение:
«сталинскоемышление было схематичным...Его доклады, выступления,
резолюции всегда облачены в строгие рамки. Его догматический
интеллект оказался не в состоянии постичь хотя бы относительные глубины
философии». (1; с.343-401) Но лучше прислушаемся к очевидцу и
участнику грандиозных строек фундамента социализма Кирову. Вот, что
он говорил:
«В итоге всей работы между XVI и XVII съездами мы видим, какая
громадная перестройка всего народного хозяйства произошла в
нашей стране, какая грандиозная передвижка в распределении
созидательных сил у нас в пользу социализма. И вот в такой обстановке,
казалось, стоило ли останавливаться на выступлениях бывших
лидеров правой и троцкистской оппозиции? Мне кажется, что к этим
выступлениям теперь надо подходить не с точки зрения теоретической, -
мы эти дела дискутировали уже целый ряд лет тому назад, - а надо
взглянуть на то, что произошло с вождями бывших оппозиционных
группировок. Мы с вами - наша великая коммунистическая партия
1 под авторитетным командованием ЦК, возглавляемая таким великим
стратегом социалистического строительства, как товарищ Сталин, -
мы повели решительное социалистическое наступление по всему
фронту. Миллионы рабочих, с ними в союзе еще ббльшие миллионы крес-
84

тьян... пошли в бой. В эюм бою...нам пришлось потерпеть немало
отдельных неудач и невзгод, но в итоге мы вышли к XVII съезду партии
на такие новые победные высоты, что все эти изъяны и все эти
недочеты тушуются перед величием наших побед».
Оказывается, что в этом бою за строительство социализма
случилось так, что отдельные товарищи по разным причинам начали
сомневаться в целесообразности и успешности того великого похода,
который мы развернули, и вместо того, чтобы сражаться в рядах
основных бойцов, они поодиночке и целыми группами, даже из
руководящих рядов иногда либо ныряли в сторону, либо
приостанавливались, либо скрывались в обозе или еще где-нибудь, несмотря на то,
что... им было место в передовой линии огня. Армия идет вперед,
одерживает одну победу за другой. Но там в обозе, среди этих отдельных
колеблющихся групп, звеньев и группочек, все-таки продолжается своя
работа. Получая приказы командования, эти люди не только не
стараются проводить эти приказы, наоборот, они всячески стараются
подорвать авторитет этих приказов, они всячески стараются
расшатать ближайшие к ним шеренги. Дело доходит до того, как случается
и на войне, что противник, заметив чрезмерное количество таких
«обозных» элементов, начинает даже некоторые расчеты держать на эти
свои армии. А борьба идет, армия одерживает одну победу за другой.
И вот представьте себе картину, - после того как армия одержала
победу над врагом: основные позиции зан *ты, война еще не кончилась,
но наступило нечто победной передыш *, если можно так
выразиться, и вот вся великая победоносная рать бойцов поет могучую
победную песню. И в это время что остается всем тем, которые до
сегодняшнего дня были в обозе?... Они, выходят, пытаются тоже
включится в это общее торжество, пробуют в ногу пойти под одну музыку,
поддержать этот наш подъем. Но как они ни стараются, не выходит и
не получается.
Вот возьмите Бухарина, например. По-моему, пел как будто бы по
нотам, а голос не тот. Я уже не говорю о товарище Рыкове, о
товарище Томском. Тут даже мелодия другая и в тон не попадают и в шаг не
поспевают. (Смех, аплодисменты). И я по-человечески, товарищи,
должен сказать, что это не так просто, надо войти в положение
людей, которые целые годы, решающие годы напряженнейшей борьбы
партии и рабочего класса сидели в обозе. Им очень трудно стать на
партийные позиции. Когда-то Троцкий обвинял нашу партию в
«национальной» ограниченности, в измене интернационалу. Теперь
больше чем когда-либо, зидно, чего стоит эта контрреволюционная бол-
85

товня... И мне сдается, я не хочу быть пророком, но еще некоторое
время пройдет, пока вся эта обозная рать вольется в нашу победную
коммунистическую армию. Товарищи, мы называем свой съезд
съездом победителей! Это верно... Но борьба продолжается. Впереди
осуществление той программы, которую нарисовал нам товарищ
Сталин.
Партия под руководством Центрального Комитета разбила
троцкизм, партия осуществила индустриализацию и тем самым
обеспечила возможность того колоссального социалистического подъема,
который намечается на второе пятилетие... Партия и ЦК блестяще
провели подъем сельского хозяйства, разбив правую оппозицию, шедшую
облыжно под флагом «забот о сельском хозяйстве», а на самом деле,
защищавшую интересы кулачества. Осуществление политики правых
привело бы к реставрации капитализма, к упадку сельского хозяйства
в целом... Социалистическая перестройка сельского хозяйства
-колхозы и совхозы - была единственно возможным, действительным
решением вопроса о подъеме производительных сил в сельском
хозяйстве.
Таким образом, два выражения единой генеральной линии партии -
социалистическая индустриализация и социалистический подъем
сельского хозяйства - были осуществлены в борьбе против троцкистской
и правой оппозиции, в борьбе, закончившейся полным разгромом как
этих оппозиций, так и последующих «левацких» и правых вылазок...
Этим партия прежде всего обязана тому, что во главе ее стоял такой
вождь, как товарищ Сталин». (21; с.253-456)
Таким образом, мы познакомились с фрагментами выступлений
лидеров оппозиции и лидерами коммунистической партии по
основным теоретическим вопросам строительства социализма в одной,
отдельно взятой стране. В долгой дискуссии победу одержала
коммунистическая партии, а оппозиция потерпела сокрушительное поражение.
Партия и страна в сложной и тяжелой обстановке успешно
выполнили первый пятилетний план, создали экономический фундамент
социализма. Лидеры оппозиции Рыков, Преображенский, Томский,
Пятаков, Зиновьев, Каменев, Радек признали свое банкротство перед
интеллектуальной мощью партии и ее политбюро во главе с
генеральным секретарем Сталиным. И напрасны потуги неотроцкистов
очернить Сталина, очернить социализм. Закончить нашу беседу, читатель
хочу высказыванием _ немецкого писателя Лиона Фейхтвангера о
Сталине в 1935 году: «Великий организатор Сталин... этот великий
математик и психолог, пытается использовать для своих целей (строи-
86

тельства социализма - С.К.) своих противников, способности которых
он никоим образом не недооценивал.
Он заведомо окружил себя многими людьми, близкими по духу к
Троцкому. Его считали беспощадным, а он в продолжение многих лет
борется за то, чтобы привлечь на свою сторону способных троцкистов,
вместо того, чтобы их уничтожить и в упорных стараниях, с которыми
он пытается их привлечь в интересах своего дела, есть что-то
трогательное». (9; с.71) Надеюсь, что читатель, вооруженный приведенной
здесь информацией очевидцев того периода жизни Сталина, сам
оценит его способности, ум, логику, а все вместе - интеллект.
Литература
1. Советский Энциклопедический Словарь. М.: Советская
Энциклопедия, 1984. С. 1550.
2. Волкогонов Д. Сталин. Политический портрет. Т.1.
3. КПСС. Справочник. М., 1978.
4. Троцкий Л. Сталин. Т.2.
5. СССР в борьбе за мир накануне второй мировой войны:
Документы и материалы. М., 1971.
6. Троцкий Л. Сталин. Т.1.
7. Сталин И. Сочинения. Т.З.
8. Василевский А.М. Дело всей жизни. Изд. 2-е доп. М., 1975.
9. Советская Россия. 21 декабря. 1996.
10. Фейхтвангер Л. Отчет о поездке для моих друзей./Перев. с нем. М.,
1937.
И. Дарьял. №2. Владикавказ, 1998.
12. Советский Энциклопедический Словарь. М., 1984.
13. Правда. 27 сентября и 4 октября. 1996.
14. XV Конференция ВКП(б). Стенографический отчет. М.-П.,1927.
15. Ганиев Р.М., Арчегова О.Р. Сполохи мыслей со ступеней времени.
Владикавказ, 1996.
16. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.1. С.322-339.
17. Троцкий Л.Д. Сталин. Т.З.
18. Троцкий Л.Д. Наши разногласия.
19. Ленин В.И. Поли. собр. соч.
20. Стивен Коуэн. Бухарин. Политический биография. М., 1988.
21. XVII Съезд ВКП(б). М., 1934.
87

ГЛАВА 4*
ВЕРХОВНЫЙ
ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ
СТАЛИН

§1. ВЗГЛЯД С ВРАЖЕСКОЙ СТОРОНЫ
Все дальше уходит в историю Великая Отечественная война
советского народа против фашистской Германии и
империалистической Японии. В результате многолетней
кровопролитной войны была одержана великая Победа над силами
мракобесия, была спасена мировая цивилизация, и человечество вздохнуло
полной грудью. На полях сражений Великой Отечественной войны
советская военная наука и ее составная часть, - военное искусство
доказала свое полное превосходство над хваленными военными
теориями гитлеровской Германии.
Упорное сопротивление советских Вооруженных сил и умелое
руководство ими Верховным Главнокомандованием вынудило
немецкое Верховное Командование с первых же дней войны серьезно
задуматься о внесении существенных корректив в план «Барбаросса». Уже
26 июня в дневнике Верховного Командования вермахта появилась
первая запись о том, что «фюрер намерен в скором времени перенести
направление главного удара на фронт группы армий «Юг», ударная
танковая группировка которой может оказаться в затруднительном
положении...» Последующие события на советско-германском фронте
еще более настоятельно потребовали от фашистского командования
решения этой проблемы. В том же дневнике 4 июля 1941 года было
зафиксировано: «при рассмотрении вопроса, куда повернуть танковые
группы с западного направления на Юг или на Север, Гитлер заявил,
что это будет самым тяжелым решением этой войны». (1)
Так в результате решительных действий советских Вооруженных
сил и Верховного Главнокомандования генеральный план
«Барбаросса» германского Верховного Командования дал первые трещины.
Излишне доказывать, какое место и роль отводилось в плане
«Барбаросса» городам Москве и Ленинграду. Ставка Верховного
Главнокомандования Советского Союза пристально следила и оперативно
принимала меры для укрепления линии обороны вокруг Ленинграда.
90

Когда накал боев на оборонительной линии Ленинграда достиг
своего апогея в июле месяце, потребовалось немедленно взорвать
железнодорожный мост, чтобы не дать возможность немцам с ходу
ворваться в город Псков и развить наступление через Лугу на Ленинград.
Обстановка сложилась так, что дело решали секунды. Мост вместе с
ворвавшимися на него вражескими машинами рухнул в воду.
Надо заметить, что гитлеровское командование в эти дни
фанатично надеялось вот-вот вступить в город на Неве. В день взрыва
железнодорожного моста Гитлер проводил совещание, которое было
своего рода «историческим». Фашистский диктатор объявил свое
«непоколебимое решение сравнять Москву и Ленинград с землей, чтобы
полностью избавиться от населения этих городов, которое в
противном случае, мы потом вынуждены будем кормить в течение зимы. Это
будет народное бедствие, которое лишит центры не только
большевизма, но и русских вообще». (2)
По плану «Барбаросса» с немецкой группой армий «Север»
должны были взаимодействовать войска, находившиеся на северном
участке советско-германского фронта. Там наступление началось против
14-ой армии, которой командовал генерал-лейтенант В.А. Фролов. 22
июня немецкий генерал Филькенхорст отдал приказ по армии
«Норвегия» перейти в наступление с 29 июня... Что же касается вражеской
авиации и флота, то они начали боевые действия в первый же день
войны. Советское командование правильно определило основную цель
немецких войск на Крайнем Севере - захват Мурманска. Оно
предприняло соответствующие меры. Большую помощь сухопутным
войскам, оборонявшим Мурманское направление, оказал Северный флот
под командованием контр-адмирала А. Г. Головко. Таким образом,
войска Северного и Северо-западного фронтов при поддержке
Северного и Балтийского флотов не позволили вражеским войскам,
действовавшим в Северо-западном стратегическом направлении, решить
стоявшие перед ними стратегические задачи. План немецкого
командования по захвату Ленинграда с ходу провалился. «...Уничтожение
крупных сил противника, как это намечалось, - писал немецкий
генерал Типпельскирх, - до сих пор не было осуществлено». (3) «Русский
солдат, - писал немецкий генерал Гудериан, - всегда отличался
особым упорством, твердостью характера... Во второй мировой войне стало
очевидным, что и советское верховное командование обладает
высокими способностями в области стратегии». (4)
А министр иностранных дел фашистской Германии Риббентроп в
разгар войны, ознакомившись с оценкой СССР службой Шеленберга,
91

говорил ему: «Я хорошо изучил ваши специальные доклады о России
и обдумал положение. Затем я пошел к фюреру и откровенно заявил
ему, что наш главный и опасный противник - Советский Союз, а
Сталин обладает большими способностями как стратег и
государственный деятель, чем Черчилль и Рузвельт вместе взятые. Фюрер
разделяет это мнение. Он заметил, что он относится с должным уважением
только к Сталину».1
Примечательно высказывание Гитлера О Сталине: «Сила
русского народа состоит не в его численности, а в его способности
порождать личности масштаба Сталина. По своим политическим и военным
качествам Сталин намного превосходит и Черчилля и Рузвельта. Это
единственный мировой политик, достойный уважения. Наша задача -
раздробить русский народ так, чтобы люди масштаба Сталина
больше не появлялись». (5)
Как видите, читатель, вражеская сторона очень высоко ценила
политические и военные способности Верховного
Главнокомандующего. А как оценивали его наши союзники по антигитлеровской
коалиции?
§2. ВЗГЛЯД СОЮЗНИКОВ ПО
АНТИГИТЛЕРОВСКОЙ КОАЛИЦИИ
Верховный Главнокомандующий Сталин, Ставка Верховного
Главнокомандования, Генеральный штаб прочно держали в своих руках
все нити управления многочисленными фронтами и реализовывали
свои замыслы в конкретных военных операциях Великой
Отечественной войны. Под Сталинградом был воплощен в действие план
окружения стратегической группировки противника путем создания
внутреннего и внешнего фронтов наших войск. Под Курском был
реализован замысел преднамеренной обороны наших войск. Был
определен порядок построения стратегической обороны, разработан
порядок перехода войск контрнаступление. В 1944 году Ставка вынудила
противника разбрасывать силы, окружая и уничтожая крупные
группировки немецко-фашистских войск на различных участках фронта.
В 1945 году Советское Верховное Главнокомандование отвлекало силы
противника на фланги от центра, где намечался наш главный удар.
Советское военное искусство явилось одним из важнейших слагаемых
всемирно-исторической победы советских Вооруженных сил в Вели-
1 Яковлев Н.Н. ЦРУ против СССР. М., 1981. С. 73
92

кой Отечественной войне. Об этом доказательно сказано в книгах
отечественных полководцев Г. К. Жукова, А.М. Василевского, И.С.
Конева, К.К. Рокоссовского, К.А. Мерецкого, СМ. Штеменко и др.
Превосходство советского военного искусства и стратегии, вопреки
утверждениям некоторых отечественных историков, вынуждены были
признать как битые немецкие генералы, так и государственные и
военные деятели стран антигитлеровской коалиции. Весь мир, все нации и
народы были признательны СССР и его Вооруженным силам, лично
Верховному Главнокомандующему маршалу Сталину Иосифу
Виссарионовичу. Конечно, не все они пылали любовью к Советскому
Союзу. Правительства Англии и Америки идя на союз с СССР, вовсе не
исходили из заботы о сохранении или защиты социалистического
государства, которое ненавидели, а из интересов своих государств. Об
этом весьма откровенно признался в своем выступлении по радио 22
июня премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль: «Никто
не был более последовательным противником коммунизма, чем Я...Я
не откажусь ни от одного слова из сказанных мной о нем. Однако все
это отходит на задний план перед развертывающейся сейчас драмой. И
даже то кровопролитие и то разорение, которые его (Гитлера - С.К.)
победа принесет русскому народу в случае, если он ее одержит,...будет
ступенью к попытке низвергнуть 400 или 500 миллионов людей,
живущих в Китае, и 350 миллионов людей, живущих в Индии, в бездонную
пропасть варварства, над которой развивается дьявольская эмблема
свастики. Сегодня, в этот летний вечер, не будет преувеличением
сказать, теперь грубое насилие нацистов угрожает жизни и счастью еще
одного миллиарда людей». (6)
Этой же мыслью пронизан меморандум, подготовленный для
Рузвельта его советниками на основе предложений, поступивших в Белый
дом: «Мы противники догмы коммунистов и нацисткой догмы... С тех
пор как Россия стала коммунистической, Советы никогда не угрожали
серьезно нашим национальным интересам, идеалу жизни. Однако за
два года безумного похода Гитлера, предпринятого им с целью
порабощения всего мира, возникла серьезная угроза самому нашему
существованию как свободного народа... Мы не за коммунизм, но мы против
всего, за что выступает Гитлер. Он и его безбожные нацисты - главная
угроза миру, справедливости и безопасности. Путь к нашей
безопасности - разгром Гитлера». (6; с. 498-499)
Уже с первых схваток с вероломно нарушивших государственную
границу СССР и с первых оборонительных боев с фашистскими
захватчиками Красная Армия оказала фашистам такое сопротивление,
93

которого они не встречали ни в одной из порабощенных ими стран
Европы. В начале июля 1941 года турецкая газета «Ватан» писала:
«Обещанные германским командованием победы, не сбылись. Красная
Армия спутала расчеты противника, проведенные на бумаге. Русские
сумели разгадать методы германского молниеносного наступления. В
русской пехоте не было паники при появлении германских
мотомеханизированных частей... Многие считают германских солдат очень
сильными. Действительно, в странах, где они не видели сопротивления, они
воодушевлялись. Нужно признать, что сопротивление русских,
оказываемое германским войскам до сих пор, а также руководство
операциями, явились сюрпризом». (7)
Приведу ряд высказываний ведущих государственных и
общественных деятелей, которые лично с ним встречались, общались, работали
и были свидетелями событий, связанных с деятельностью Сталина.
Полагаю, что все они были людьми беспристрастными.
Вот слова государственного секретаря США в 1944-1945 годах Э.
Стетиниуса: «Американскому народу не следует забывать, что в 1942
году он был недалек от катастрофы. Если бы Советский Союз не смог
удержать свой фронт, для немцев создалась бы возможность захвата
Великобритании. Они смогли бы также захватить Африку, и в этом
случае им удалось бы создать свой плацдарм в Латинской Америке». (8)
А вот слова его предшественника государственного секретаря США
в 1943-1944гг. К. Хэлпа: «Мы должны всегда помнить, что своей
героической борьбой против Германии русские, возможно, спасли
союзников от сепаратного мира с немцами. Такой мир унизил бы союзников и
открыл бы двери и ля следующей тридцатилетней войны». (9)
«С точки зрения большой стратегии ясен простой факт, - утверждал
Президент США Франклин Рузвельт в своей телеграмме Д. Маккар-
туру - русские убивают больше солдат противника и уничтожают
больше его вооружения и снаряжения, чем остальные 25 государств
Объединенных наций, вместе взятые». (10)
В своем послании И.В. Сталину от 23 февраля 1942 года Ф.
Рузвельт писал: «Ведя совместную борьбу против могущественных
врагов, тысячи и тысячи солдат тех больших и малых наций, которые
объединились для защиты свободы, справедливости и человеческих прав,
встречают праздники вдали от дома, за океанами и континентами... в
Старом и Новом Свете. Они стремятся до пределов своих сил...
сдержать врага и оттеснить его. Они наносят мощные удары и получают
ответные удары. Они ведут благородную борьбу за победу, которая
принесет мир всему миру, свободу и рост благополучия всем людям. С
94

глубоким и вечным чувством благодарности Конгресс Соединенных
Штатов в совместной резолюции просил меня передать от имени
народа Соединенных Штатов Вооруженным силам и вспомогательным
частям наших союзников на суше, на море и в воздухе наилучшие
пожелания и приветствия с праздником им и их семьям, и горячую надежду
на скорую и полную победу и прочный мир и мольбу об этой победе и
об этом мире. В соответствии с этим я буду благодарен Вам, если Вы
передадите Вашим Вооруженным силам и вспомогательным частям от
имени Конгресса Соединенных Штатов, от моего собственного имени и
от имени народа Соединенных Штатов сердечные пожелания,
приветствия, надежду и мольбу, выраженные в совместной резолюции
Конгресса». (11)
А вот как о миссии и силе Красной Армии телеграфировал Д. Мак-
карти в Москву в связи с ее днем 23 февраля 1942 года: «Надежда
цивилизации лежит в достойных знаменах доблестной русской армии. В
течение моей жизни я участвовал в ряде войн и наблюдал другие, так
же как и детально изучал кампании выдающихся военачальников
прошлого. Но нигде я не наблюдал такого эффективного сопротивления
сильнейшим ударам до того времени победоносного противника.
Сопротивление, за которым последовала контратака, отбрасывающая
противника назад, к его собственной территории. Размах и блеск этого
усилия отличают его как величайшее военное достижение во всей
истории». (12)
Вот еще одна телеграмма Президента США Ф. Рузвельта И.В.
Сталину от 23 февраля 1943 года: «От имени народа Соединенных
Штатов я хочу выразить Красной Армии по случаю ее 25-й годовщины наше
глубокое восхищение ее великолепными, непревзойденными в истории
победами. В течение многих месяцев, несмотря на громадные потери
материалов, транспортных средств и территории. Красная Армия не
давала возможности самому могущественному врагу достичь победы.
Она остановила его под Ленинградом, под Москвой, под Воронежем,
на Кавказе и, наконец, в бессмертном Сталинградском сражении
Красная Армия не только нанесла поражение противнику, но и перешла в
великое наступление, которое по-прежнему успешно развивается вдоль
всего фронта от Балтики до Черного моря... Подобных достижений
может добиться только армия, обладающая умелым руководством,
прочной организацией, соответствующей подготовкой и прежде всего
решимостью победить противника, невзирая на собственные
жертвы...» (2; с.56)
О стойкости и мужестве советских войск говорилось и в личном
послании Уинстона Черчилля И.В. Сталину от 8 июля 1941 года: «Мы
все здесь очень рады тому, что русские армии оказывают такое
сильное, смелое и мужественное сопротивление совершенно не спровоциро-

ванному вторжению нацистов. Храбрость и упорство советских солдат
и народа вызывают всеобщее восхищение.». (13) Именно русская
армия выпустила кишки германской военной машины. (13; с.260)
Даже берлинские газеты были вынуждены признать, что события
на советско-германском фронте развивались не так как в Польше и
Франции. Странным для германских руководителей является то, что
наши воины не паникуют, а советский народ не впал в отчаяние.
«Русский солдат превосходит нашего противника на Западе своим
презрением к смерти», - писала 29 июня 1941 года газета «Фолькишер бео-
бахтер». Выдержка и фанатизм заставляют его держаться до тех пор,
пока он не убит в окопе или не падает мертвым в рукопашной
схватке.». (14)
Неожиданным сюрпризом для гитлеровского командования
явились контрудары советских войск. 6 июля 1941 г. «Франкфуртер цей-
тунг» писала, что психологический паралич, который обычно
следовал за мощными германскими прорывами на Западе, не наблюдался в
такой степени на Востоке, что в большинстве случаев противник не
только не теряет способность к действию, но и сам пытается схватить
германские клещи». (14)
Один из крупных политиков «эры Рузвельта» вице-президент
военных лет (1941-1945 г.г.) Г. Уоллес отдавал дань признательности и
восхищения великим победам Красной Армии: «Русские убивают,
выводят из строя, берут в плен по крайней мере 20 раз больше немцев,
чем все остальные союзники вместе взятые. На протяжении всей
русской истории не было такого поразительного примера мужества и
самоотверженности, какое проявляет Россия сейчас». (15)
А вот фрагмент из речи главного обвинителя от США на
Нюрнбергском процессе Р. Джексона: «Начиная с 1 сентября 1939 года,
когда немецкие армии перешли границу Польши, до сентября 1942 года,
когда они встретились с историческим сопротивлением под
Сталинградом, германские вооруженные силы казались непобедимыми». (16)
Пусть простит меня читатель за пространные цитаты, но в
поисках правды они представляют немалый интерес в качестве надежного
источника. Смею утверждать, что из всех характеристик, данных
современниками И.В. Сталину, самой емкой и самой колоритной была
и остается оценка Сталина У. Черчиллем. Уинстон Леонард Спенсер
Черчиль (1874-1965 гг.) 21 декабря 1959 года берет слово в палате
общин Британского парламента и произносит речь - посвященную 80-
летию со дня рождения Иосифа Виссарионовича Сталина. В память о
своем историческом противнике и союзнике он сказал: "Наш долг,
96

господа, если мы хотим быть и оставаться во главе свободного мира,
знать и отдавать должное нашим противникам, особенно выдающимся
личностям. Таким в этот день хочу назвать генералиссимуса
Сталина... Большим счастьем для России было то, что в годы тяжелейших
испытаний ее возглавил непоколебимый гений полководец И.В. Ста-
дин* Он был выдающейся личностью, импонировавший жестокому
времени того периода, в котором протекала его жизнь. Сталин был
человеком необычайной энергии, эрудиции и несгибаемой силы воли:
резким, жестоким и беспощадным как в деле, так и в беседе, которому
даже я, воспитанный в английским парламенте, не мог ничего
противопоставить. Сталин прежде всего обладал большим чувством юмора,
сарказма, а также способностью точно выражать свои мысли. Сталин
и речи писал только сам, и в его произведениях всегда звучала
исполинская сила. Эта сила настолько была велика в Сталине, что он
казался неповторимым среди руководителей государств всех стран и
народов. Его влияние на людей было неотразимо. Когда он входил в зал
Ялтинской конференции, все мы, словно по команде, вставали и,
странное дело, почему то держали руки по швам. Он обладал глубокой,
лишенной всякой паники логической и осмысленной мудростью. Он был
непревзойденным мастером находить в трудные минуты пути выхода
из самого безвыходного положения. В самые трагические моменты, а
также торжественные моменты, он был одинаково сдержан, никогда не
поддавался иллюзии. Он был необычайно сложной личностью. Он
создал и подчинил себе огромную империю. Это был человек,
который своих врагов уничтожал руками своих же врагов и заставил нас,
которых открыто называл империалистами, воевать против
империалистов. Сталин был величайшим диктатором, не имевшим себе
равных в мире. Он принял Россию с сохой, а оставил ее оснащенной
атомным оружием. Нет! что бы ни говорили о нем, таких история и народ не
забывают». (17)
И еще процитирую У. Черчилля: «В истории было много
завоевателей, но лишь немногие из них были государственными деятелями и
большинство из них столкнувшись с трудностями, которые следовали за
войнами, рассеивали плоды своих побед. Я шагаю по этому миру с
большой смелостью и надеждой, когда сознаю, что нахожусь в дружеских и
близких отношениях с этим великим человеком (Сталиным - С.К.),
слава которого прошла не только по всей России, но и по всему
миру». (18)
Таким образом, уважаемый читатель, У. Черчилль поставил
деятельность Сталина выше деятельности/всех исторических государ-
97
7 Зак. 2093

ственных деятелей. И нельзя с этим не согласиться! В подтверждение
мнения Черчилля, приведу высказывание видного деятеля
демократической партии и посла США в СССР в период войны Аверелла Гар-
римана: «Сталина отличали глубокие знания, фантастическая
способность вникать в детали, живость ума и поразительно тонкое
понимание человеческого характера... Я нашел, что он лучше информирован,
чем Рузвельт, более реалистичен, чем Черчилль, и в определенном
смысле наиболее эффективен из всех военных лидеров». (19) Не могу не
привести еще одно, пожалуй, самое поразительное высказывание У.
Черчилля относительно его первой встречи со Сталиным в августе 1942
года, когда немцы были уже под Сталинградом. Положение СССР
выглядит катастрофическим, Черчилль садится в самолет и летит в
Москву, чтобы лично убедиться, устоит СССР или рухнет. Вдобавок
ко всему, предстоит сообщить Сталину, что открытие второго
фронта против Германии в этом году не состоится, а вместо этого
союзниками намечена операция «Торч» - высадка англо-американских войск
в Северной Африке. Черчилль вспоминает, что в первый момент,
выслушав это сообщение, Сталин, естественно, в восторг не пришел, а
нахмурился и задумался, но вскоре лицо его просветлело. Дальше
процитирую самого Черчилля: «Сталин, по-видимому, внезапно оценил
стратегические преимущества операции «Торч». Он перечислил
четыре основных довода в пользу «Торч». Это замечательное заявление
произвело на меня глубокое впечатление. Оно показало, что русский
диктатор быстро и полностью овладел проблемой, которая до этого была
новой для него. Очень не многие из живущих людей в несколько минут
могли бы понять соображения, над которыми мы так настойчиво
бились на протяжении ряда месяцев. Он все оценил молниеносно». (20)
Это ли не блестящая характеристика способности Верховного
Главнокомандующего И. В. Сталина мгновенно оценивать
стратегическую обстановку и принимать единственно правильное решение! Было
бы не справедливо не сослаться на мнение Шарля де Голя, одного из
лидеров государств антигитлеровской коалиции, Президента
Франции. Вот как он отзывается о Верховном Главнокомандующем И. В.
Сталине: «Сталин имел колоссальный авторитет, и не только в
России. Он умел приучать... не паниковать при проигрыше и не
наслаждаться победами. А побед у него было больше, чем поражений.
Сталинская Россия - это не прежняя Россия, погибшая вместе с монархией.
Но сталинское государство без достойных Сталину приемников
обречено». (21)
Приведенные выше характеристики Сталина даны зарубежными
98

государственными деятелями, и я верю им больше, чем моему
соотечественнику, бывшему политработнику высшего ранга, академику
Д.Волкогонову. Вот что он пишет: «...Самым уязвимым местом была
его (Сталина - С.К.) неспособность овладеть диалектикой». (22)
Встает законный вопрос, кто же из приведенных выше авторов грешит
против истины? Пусть на сей вопрос ответит сам читатель. Мне же
остается посетовать на судьбу нынешней России, которой она не дала
достойного Главнокомандующего. Не могу не поведать читателям о
любопытном факте, о котором рассказал генерал Э. Рузвельт:
«Сталин был приятным, приветливым человеком... Я обнаружил, что он
исключительно хорошо образован. И мой отец и Черчилль блестяще
знали историю. Сталин по-своему учил историю и географию. Он знал
английский, отлично понимал по-английски, но виду не подавал. Я
узнал об этом, когда брал у него интервью, а к тому времени я уже
посещал курсы русского языка, я мог понять о чем речь. Я обнаружил, что
он также знает английский, как любой из тех русских, кто встречался с
отцом, не считая специалистов-переводчиков. Сталин внимательно
слушал все, что говорили на этих встречах Черчилль и отец, затем
ждал перевода и выигрывал таким образом время, отлично зная, что
было сказано. У него было преимущество перед обоими, но он
никогда себя не выдавал. (23)
Представляет интерес, каким же образом проявлялись
полководческие способности Верховного Главнокомандующего в ходе
Великой Отечественной войны?
§3. ГРАНИ ПОЛКОВОДЧЕСКОГО ИСКУССТВА
Чтобы охарактеризовать полководческое искусство маршала И.В.
Сталина воспользуемся тем же методом, то есть послушаем, что
говорят об этом различные государственные деятели, полководцы и
историки разных стран.
Американский историк профессор А. Пэрин отмечает:
«Ожесточенность и твердость, с которой сражались русские вызвали удивление
и оцепенение в высшем командовании германских вооруженных
сил». (24; с.З) Значит, стратеги плана молниеносной победы (план
«Барбаросса») растерялись, столкнувшись с советской стратегической
обороной. Но кто-то же руководил этой обороной, плохо ли, хорошо,
но руководил фронтами так, что вызвал «оцепенение» у германских
полководцев!
Другой американский историк Э. Зимке с восхищением говорит:
99
т

«Наступление (вернее - контрнаступление - С. К.) под Сталинградом
ознаменовало собой новую ступень ведения операции Советской
Армией... Наиболее важным были массированные удары пехоты на узком
участке для создания бреши, которая затем использовалась
значительными, действующими самостоятельно, танковыми силами для
осуществления прорыва в глубину обороны противника... Возросшая гибкость
наблюдалась во всех фазах операции. Например, сосредоточение войск
было проведено быстро, спокойно, без назойливости, без попыток
обнаружить слабые места, без продолжительных артиллерийских
дуэлей». (24; с.90)
На Нюрнбергском процессе над главными военными
преступниками в ответ на ехидную реплику защитника Геринга о том, что,
находясь в плену, фельдмаршал Паулюс читал лекции о стратегии в
советской высшей военной академии, последовал ответ: «Советская
стратегия оказалась настолько выше нашей, что я вряд ли мог
понадобиться русским хотя бы для того, чтобы преподавать в школе
унтер-офицеров. Лучшее тому доказательство исход битвы на Волге, в результате
которой я оказался в плену, а также и то, что все эти господа сидят вот
здесь на скамье подсудимых». (25) Столь высокая оценка советской
военной стратегии делает честь битому германскому фельдмаршалу
Паулюсу.
А вот мнение американского публициста Ингерсолла: «Русские
явно смотрели на поле боя, как на шахматную доску: они
рассчитывали на много ходов вперед, заставляя немцев непрестанно перемешивать
силы, чтобы отражать их наступления то на одном, что на другом
участке огромной шахматной доски, протянувшийся от Балтики до устья
Дуная. Немцы не смогли сравниться с русскими в понимании того, что
происходит на этой доске». (26) Здесь в образе шахматиста нетрудно
разглядеть Ставку Верховного Главнокомандования во главе с
Верховным Главнокомандующим маршалом И.В. Сталиным.
Приведу свидетельства о работе Верховного
Главнокомандующего одного из его заместителей, маршала А. М. Василевского. Он
отмечает, что они, представители Ставки на фронтах, не избежали
соответствующих наставлений Верховного Главнокомандующего
И.В.Сталина, и в подтверждение приводит одну из телеграмм, полученную им
4 декабря 1942 г:
Ваша задача состоит в том, чтобы объединить действия Иванова
(А.И.Еременко.- авт.) и Донцова (К.К. Рокоссовского, -авт.). До сего
времени и у Вас, однако получается разъединение, а не объединение.
Вопреки Вашему приказу, 2 и 3 числа наступал Иванов, а Донцов не
100

был в состоянии наступать. Противник получил возможность
маневра, 4-го будет наступать Донцов, а Иванов окажется не в состоянии
наступать. Противник опять получает возможность маневрировать.
Прошу Вас впредь не допускать таких ошибок. Раньше чем издать
приказ о совместном наступлении Иванова и Донцова нужно
проверить, в состоянии ли они наступать». (27)
Василевский замечает, что данный упрек был совершенно
справедлив, Сталин, как Верховный Главнокомандующий, в большинстве
случаев требовал справедливо, хотя и жестоко. Его директивы и
приказы указывали командующим фронтами на ошибки и недостатки,
учили умелому руководству всевозможными военными действиями. (28)
Василевский приводит еще один пример, который характеризует в
определенной степени военное мышление и оперативность И. В.
Сталина при принятии решений. «Дело было в 1943 году в боях за Днепр,
когда я при очередном телефонном докладе Сталину подчеркнул, -
пишет Василевский, что задержка в быстром осуществлении наших
планов на Нижнем Днепре вызывается нехваткой сил, которые мы,
выполняя утвержденные и продиктованные Ставкой решения,
вынуждены дробить здесь между несколькими направлениями, решая целый
ряд задач одновременно, Сталин сказал: «Если это так, то и не надо
наступать сразу всюду. Поставьте Толбухина в оборону, ограбьте его и
отдайте все, что можно Малиновскому, пусть он наступает. Потом,
когда основные задачи, стоявшие перед Малиновским, будут решены,
поставьте его в оборону, ограбьте его, отдайте максимум возможного
Толбухину и толкайте его в наступление. Вот это и будет правильная
координация сил двух фронтов».
«Я нарочно оставляю без изменения выражения, примененные
Верховным, - пишет Васильевский, - чтобы передать читателю обычный
колорит его речи. Он говорил, как правило, точно, скупо и прямо». (29)
Приведу еще один документальный факт о характере руководства
военными операциями Ставкой Верховного Главнокомандования.
В январе 1944 г. Приморской армии длительное время не
удавалось выполнить поставленные перед ней задачи в боях за Керчь.
Верховное Главнокомандование изучило положение в полосе армии, и 27
января 1944 г. последовала директива Ставки, в котором говорилось:
«Из действий Приморской армии видно, что главные усилия армии
направлены сейчас на овладение г. Керчь путем уличных тяжелых боев.
Бои в городе приводят к большим потерям в живой силе и затрудняют
использование имеющихся в армии средств усиления - артиллерии, РС,
танков, авиации... Ставка Верховного Главнокомандования приказы-
101

вает: (30)
1. Перенести основные боевые действия войск армии в открытое поле.
2. Действия в городе ограничить операциями, имеющими
вспомогательную роль в отношении действий главных сил армии в открытом
поле.
3. Исходя из этих указаний, перегруппировать силы и представить
свои соображения о плане дальнейших действий в Генеральный штаб
не позже 28.01.44г.
Ставка Верховного Главнокомандования, подпись И. Сталин №
220014, 27 января 1944г. 17 часов 20 мин.
Маршал К. К. Рокоссовский вспоминает: «После
Сталинградского «котла» Гитлер, стремясь любой ценой вернуть инициативу, решил
в 1943 г., разгромить советские войска, оборонявшиеся на Курской
дуге. Операция получила условное название «Цитадель». О том,
какое значение ей придавало немецкое командование, говорит приказ
Гитлера от 15 апреля 1943 года: «Я решил, как только позволят
условия погоды, осуществить первое в этом году наступление «Цитадель».
Это наступление имеет решающее значение. Оно должно дать
инициативу на весну и лето».
Но далеко не все немецкие генералы верили в успех наступления
под Курском. На совещании у Гитлера 4 Мая 1943 года
командующий 9-й немецкой армией генерал-полковник Модель заявил:
«Противник рассчитывает на наше наступление, поэтому, чтобы добиться
успеха, нужно следовать другой тактике, а еще лучше, если вообще
отказаться от наступления». Подобные же колебания проявили и
командующие группами армии «Юг» и «Центр» фельдмаршалы Манш-
тейн и Клюге».
Тем не менее, в целях восстановления пошатнувшегося авторитета
Германии, после длительной подготовки и неоднократного
откладывания сроков, Гитлер решил начать наступление под Курском.
«Советскому командованию удалось своевременно разгадать
замыслы противника. Учитывая сложившуюся на фронте обстановку и
намерения врага, Ставка приняла решение в оборонительной
операции под Курском ослабить его ударные группировки, а потом
перейти в наступление на всем южном участке фронта - от Смоленска до
Таганрога. При обсуждении в Ставке предстоящей операции
командующие фронтами высказались за упреждающий удар. Ставка
поступила правильно, не согласившись с этим предложением» - утверждает
маршал Рокоссовский. (31)
В соответствии с принятой Ставкой решением Центральному и Во-
102

ронежскому фронтам были отданы указания о создании прочной
обороны. Принятое командованием Центрального фронта решение было
одобрено Верховным Главнокомандующим и войска приступили к
организации обороны.
Таким образом. Курская операция 1943 года по изматыванию и
разгрому отборных танковых войск германских вооруженных сил, в
которой участвовали войска пяти советских фронтов, от начала до
конца проходила под непосредственным руководством Ставки
Верховного Главнокомандования.
Приведенный материал свидетельствует не только об умелой и
безупречной организации стратегической операции Ставкой
Верховного Главнокомандования, но и о непосредственном участии в
организации и проведении запланированных военных операций фронтами,
маршала И. В. Сталина.
Не менее интересны факты, приведенные маршалом Г.К. Жуковым
о подготовке Берлинской стратегической наступательной операции.
«Был заслушан доклад А. И. Антонова об общем плане Берлинской
операции, - пишет Г. К. Жуков, - затем - мой доклад о плане
наступлении войск 1-го Белорусского фронта и доклад И. С. Конева о плане
наступления войск 1-го Украинского фронта. Верховный не
согласился со всей разграничительной линией между 1-м Белорусским и 1-м
Украинским фронтами, обозначенной на карте Генштаба. Он
заштриховал границу от Иейсе до Потсдама и прочертил линию только до
Люббена (60 км. Юго-восточнее Берлина). Тут же он указал маршалу
И. С. Коневу: «В случае упорного сопротивления противника на
восточных подступах к Берлину» что наверняка произойдет, и возможной
задержки наступления 1-го Белорусского фронта, 1-му Украинскому
фронту быть готовым нанести удар танковыми операциями с юга на
Берлин».
Ныне в литературе встречаются разночтения, что 3-я и 4-я
Гвардейские танковые армии были введены в сражение за Берлин, якобы
не решением Ставки, а по инициативе командующего 1-м
Украинским фронтом. Маршал Жуков приводит слова И. С. Конева,
сказанные им на сборе высшего командного состава 18 февраля 1946 года.
«Когда около 24 часов 16 апреля я доложил, что дело наступления идет
успешно, товарищ Сталин дал следующее указание: У Жукова идет
туго, поверните Рыбалко и Лелюшенко на Целендорф, помните, как
договорились в Ставке». (32)
Начальник Генштаба счел необходимым еще раз обратить
внимание Верховного Главнокомандующего на разграничительную линию
103

между фронтами. Было подчеркнуто, что она фактически исключает
участие в боях за Берлин войск 1-го Украинского фронта, а это может
отрицательно сказаться в том же духе; что разумно нацелить часть сил
1-го Украинского фронта, особенно танковые армии, на юго-западную
окраину Берлина. Сталин пошел на компромисс: он не отказался
полностью от своей идеи, но и не отверг начисто соображений И.С.
Конева, поддержанных Генштабом. На карте, отражавшей замысел
операции, Верховный молча зачеркнул ту часть разгранлинии, которая
отрезала 1-й Украинский фронт от Берлина, довел ее до населенного
пункта Люббен (в 60 км. Юго-востоку от столицы) и оборвал. «Кто первым
ворвется, тот пусть и берет Берлин» (33) - заявил он нам потом.
Здесь уместно напомнить о том, что приведенный сюжет прямо
отвергает утверждение академика Д. Волкогонова о том, что со
Сталиным, якобы, нельзя было вести диалог, беседу, спорить, что он
игнорировал мнение собеседника, не шел на компромисс.
Наступление на Берлин было решено начать 16 апреля, не
дожидаясь действий 2-го Белорусского фронта, который мог начать
наступление с Одера не ранее 20 апреля.
По свидетельству маршала Конева, первого апреля 1945 года в
Москву в Ставку Верховного Главнокомандования были вызваны
командующий 1-м Белорусским фронтом маршал Г.К. Жуков и он.
Сталин принял их в своем большом кабинете. Кроме И.В. Сталина
присутствовали члены Государственного комитета обороны,
начальник Генерального штаба А.И. Антонов и начальник Главного
оперативного управления СМ. Штеменко. Едва они успели
поздороваться, как Сталин задал вопрос, как складывается обстановка?
Маршалы ответили... Сталин повернулся к Штеменко и велел зачитать
телеграмму... После того как Штеменко дочитал до конца телеграмму,
Сталин обратился к Жукову и Коневу: «Так кто же будет брать
Берлин, мы или союзники? Так вышло - первому на этот вопрос пришлось
отвечать мне, и я ответил, что Берлин будем брать мы, возьмем его
раньше союзников. Вон какой вы, - слегка усмехнувшись, сказал
Сталин и сразу в упор - вопрос... по существу: А как вы сумеете создать для
этого группировку?... Я ответил, что фронт проведет все необходимые
мероприятия, и группировка для наступления на берлинском
направлении будет создана нами вовремя. Вторым отвечал Жуков, Он доло-
I жил, что войска готовы взять Берлин. Выслушав нас, Сталин сказал:
Хорошо. Необходимо вам обоим здесь, прямо в Москве, в Генштабе,
подготовить свои планы и по мере готовности, через сутки - двое,
доложить о них Ставке, чтобы вернуться к себе на фронты с уже утвержден-
104

ными планами на руках». (34)
2 апреля утром мы явились в Ставку с готовыми планами для
доклада.
Для большей убедительности доводов в пользу полководческого
искусства Верховного Главнокомандующего, приведу еще диалог,
произошедший между командующим 1-го Украинского фронта
маршалом Коневым и Верховным Главнокомандующим Сталиным о ходе
Берлинской операции вечером 17 апреля 1945 года.
Конев, представив картину всего происходящего, позвонил по
телефону ВЧ в Ставку и доложил И. В. Сталину о ходе наступления
фронта, о прорыве через Шпрее, о том, что танковые армии начали
отрываться от общевойсковых и выдвигаться глубоко вперед в
северо-западном направлении, слышимость была превосходная.
«Когда я уже заканчивал доклад, Сталин вдруг прервал меня и
сказал: А дела у Жукова идут пока трудно. До сих пор прорывает оборону.
Сказав это, Сталин замолчал... Вдруг Сталин спросил,- нельзя ли,
перебросив подвижные войска Жукова, пустить их через
образовавшийся прорыв на участке вашего фронта на Берлин? Выслушав вопрос
Сталина, я доложил свое мнение: Товарищ Сталин, это займет много
времени и внесет большое замешательство... События у нас развиваются
благоприятно, сил достаточно, и мы в состоянии обе наши танковые
армии повернуть на Берлин. Сказав это, я уточнил направление... и
назвал как ориентир Цоссен...
Вы по какой карте докладываете? - спросил Сталин. - По
двухсоттысячной... Сталин ответил: Очень хорошо. Вы знаете, что в Цоссене
ставка гитлеровского Генерального штаба? Да, знаю. Очень хорошо, -
повторил он. Я согласен. Поверните танковые армии на Берлин».
Как видите, читатель. Верховный Главнокомандующий умел и
слушать подчиненных, и прислушиваться к их мнению, и давать им
дельные советы... Оказывается, Верховный, не по глобусу, как утверждал
делегат XX съезда КПСС Хрущев, изучал обстановку, а пользовался
топографической картой.
Выдвинутая Сталиным идея ввода танковой армии одного фронта
через прорыв, осуществленный другим фронтом, была громоздка,
выполнение ее затруднительно... «Танковые же армии нашего фронта, -
пишет Конев, - войдя в прорыв, по существу, уже были готовы к
удару на Берлин». Здесь речь идет о вышесказанном разночтении, о
вводе танковых армий.
«Как только Сталин положил трубку, - пишет Конев, - я сразу же
позвонил по ВЧ командармам обеих танковых армий и дал им указа-
105

ния, связанные с поворотом армий на Берлин... Директива, примерно
три часа спустя была отправлена в Ставку и в войска...»
Она была для войск 1-го Украинского фронта, - по оценке
маршала Конева, -поворотным пунктом в ходе Берлинской операции... Вот
ее фрагмент (34; с. 119,120):
«Во исполнение приказа Верховного Главнокомандования приказываю:
Командарму 3-й гвардейской танковой армии: в течении ночи с 17 на
18 апреля 1945 г. форсировать реку Шпрее и развивать стремительное
наступление в общем направлении Фетшау, Гольсен, Барут, Тельтов,
южная окраина Берлина. Задача армии в ночь с 20 на 21 апреля 45 г.
ворваться в город Берлин с юга...»
Командующий 1-м Украинским фронтом Конев
Член Военного совета фронта Крайнюков
Начальник штаба 1-го Украинского фронта Петров
(Директива № 00215,17.14, подано 18 апреля в 2 часа 47минут).
Версия о повороте танковых армий, высказанная маршалом
Жуковым, мне кажется более объективной. По его мнению, идея этого
стратегического маневра принадлежала И. В. Сталину. Маневр
оказался успешным, приведшим к окружению берлинской группировки
противника. Вот как оценивает это офицер германского
Генерального штаба: «Когда в ночь с 20 на 21 апреля я докладывал Гитлеру о
прорыве советских войск в районе Котбуса, который привел к
крушению Восточного фронта и окружению Берлина, я находился с ним, -
это было единственный раз, - один на один. За несколько часов до
этого Гитлер принял решение перевести свою Ставку, штаб
Верховного Главнокомандования, а также генеральные штабы сухопутной
армии и военно-воздушных сил... в так называемую Альпийскую
крепость, то есть в район Берхтенгадена и южнее... Гитлер внимательно
слушал полное трагизма донесение, но снова не нашел иного
объяснения успеху советских войск, кроме слова «предательство». Учитывая,
что при этом не было свидетелей, я набрался храбрости и задал
Гитлеру вопрос: «Мой фюрер, вы так много говорите о предательстве
военного командования, верите ли вы, что действительно
совершается так много предательств?» Гитлер бросил на меня нечто вроде
сочувствующего взгляда, выражая тем самым, что только дурак может
задать такой глупый вопрос, и сказал, что все неуспехи на Востоке
^объясняются только предательством. У меня было такое впечатление,
что Гитлер твердо в этом был убежден» (34; с. 192)
Из этого следует, что Гитлер, как Верховный
Главнокомандующий германскими Вооруженными Силами, не доверял своим полко-
106

водцам. А как относился к своим полководцам Верховный
Главнокомандующий Сталин? Вот что писал по этому поводу Д. Волкогонов:
«Характерно, что Сталин по мере роста популярности и известности
маршала Г. Жукова, особенно в конце войны, все более сдержанно
относился к нему. Не случайно в самом конце войны, когда нужно было
координировать действий трех фронтов в битве за Берлин, Сталин
формально не поручил это Г. Жукову, а оставил за собой. А маршала
направил командовать 1-м Белорусским фронтом. Верховный думал о
будущем, об истории, и ему не хотелось ни с кем делить
заключительный аккорд войны, взлет на вершину Победы». (35)
Можно лишь посочувствовать автору в скудости его мышления.
Противопоставив Жукова и Сталина, он выполнил политический
заказ злопыхателей современности. Одно забыл генерал-полковник, что
Верховное Главнокомандование Вооруженных Сил Советского союза
в ходе величайших сражений всегда было сплоченным коллективом
полководцев, который взаимно обогащался мудростью каждого.
Кто хоть мало-мальски знаком с ходом событий Великой
Отечественной войны, знает, что Георгий Константинович Жуков стал
командующим 1-м Белорусским фронтом по приказу Ставки
Верховного главнокомандования, в котором ему предписывалось:
«Подготовить и провести наступательную операцию с целью
овладеть столицей Германии городом Берлин». Доверие между членами
Ставки было безраздельное, ибо как иначе расценивать факт
поручения Жукову принять безоговорочную капитуляцию германских
Вооруженных Сил. Таким образом, подписание акта о капитуляции
германских Вооруженных Сил было поручено заместителю Верховного
Главнокомандующего маршалу Жукову. Подписание такого акта и
есть окончание войны, вершина Победы, о которой говорил Д.
Волкогонов. Если следовать логике академика Д. Волкогонова, то
Сталин, как Верховный Главнокомандующий советских Вооруженных
Сил, должен был сам принять безоговорочную капитуляцию
германских Вооруженных Сил. Однако он доверил «заключительный аккорд
войны» выдающемуся полководцу, одному из своих заместителей
маршалу Г.К. Жукову. Согласно Военному энциклопедическому
словарю, к полководцам относятся лица, обладающие талантом,
творческим мышлением, способностью предвидеть развитие военных событий,
волей и решительностью, богатым боевым опытом, высокими
организаторскими способностями, интуицией и др. качествами, которые
позволяют с наибольшей эффективностью использовать имеющиеся силы
и средства для достижения победы. Этим качествам в полной мере
107

соответствовали командующие фронтами, армиями и корпусами
советских Вооруженных Сил, о чем свидетельствуют приведенные выше
высказывания врагов и союзников Советского Союза.
Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин относился к Г. К.
Жукову с особой теплотой и большим уважением. Во время
обсуждения романа писателя Казакевича «Весна на Одере» Сталин заметил:
«Не все там верно изображено. У Жукова есть недостатки, некоторые
его свойства не любили на фронте, но надо сказать, что он воевал
лучше И.С. Конева и К.К. Рокоссовского». (36) Вот почему Сталин
доверил Георгию Жукову самое трудное дело - взять столицу Германии!
Должен признаться в том, что я вынужден был привести эти
длинные тирады из воспоминания наших прославленных маршалов Г.К.
Жукова и И.С. Конева для того, чтобы на фоне выше сказанного
показать, как под предлогом защиты справедливости и правды
карманный генерал-полковник Волкогонов нагло пускает в ход
интриганство, злопыхательство и инсинуации с целью свести роль И.В.
Сталина как Верховного Главнокомандующего, если ни на нет, то
поколебать, внести раскол.
«Характерно, что Сталин по мере роста популярности и
известности Жукова, особенно в конце войны, все более сдержанно относился
к нему. Не случайно в самом конце войны, когда нужно было
координировать действия трех фронтов в битве за Берлин, Сталин
формально не поручил это Жукову, а оставил за собой. А маршала направил
командовать 1-м Белорусским фронтом. Верховный думал о будущем,
об истории, и ему не хотелось ни с кем делить, заключительный
аккорд войны, взлет на вершину Победы».1 И еще: «В первый период
войны Жуков стал для Сталина «палочкой-выручалочкой»...
В основе выше приведенной цитаты лежат неправда и
злопыхательство. А когда они касаются первых лиц (Сталина и Жукова), то
обретают политический характер. И если злопыхатель -
генерал-полковник, дважды доктор наук (исторических и философских),
академик, входит в президентскую команду, то выходит, что
злопыхательство становится официальной государственной политикой.
Можно смело утверждать о том, что к Берлинской операции и
вообще, как в Советском Союзе, так и в мире авторитет И.В. Сталина
настолько безупречно громаден, что противопоставлять Жукова
Сталину, и говорить о «дележе» заключительного аккорда войны - это по
меньшей мере несерьезно.
1. Волкогонов Д. Триумф и трагедия в 2-х книгах. Кн.2. М., 1989. С.329.
108

Не секрет тем, кто хоть мало-мальски знаком с ходом событий
Великой Отечественной войны, что своим становлением Георгий
Жуков, как прославленный маршал, во многом обязан Верховному
Главнокомандующему И.В. Сталину. И то, что Волкогонов называет
«рокировкой», поменяв Жукова и Рокоссовского местами: Жуков стал
Командующим 1-м Белорусским фронтом, которому Ставкой
Верховного Главнокомандования приказывает:
«Подготовить и провести наступательную операцию с целью
овладеть столицей Германии городом Берлин...» Разве это не
безраздельный «заключительный аккорд войны»? А позже, следующим
приказом Ставка Верховного Главнокомандования, маршала Советского
Союза Жукова Г.К. уполномочивает лично подписать протокол о
безоговорочной капитуляции германских вооруженных сил. Пусть кто-
нибудь докажет, что эти приказы не пронизаны заботой, как
гарантии обеспечения надежной Победы, так и о славе маршала Жукова
Г.К. Да, действительно Верховный думал о будущем, но не так, как
злоумышленник Волкогонов, в первую очередь о Советском Союзе, о
России, о том, чтобы «операцией с целью овладеть столицей
Германии» непосредственно руководил русский маршал, чтобы
заключительный аккорд звучал не только как Победа социализма над
фашизмом, но русских над немцами, нации - внесшей в эту Великую Победу
наиболее высокий вклад.
Что же можно сказать о Г.К. Жукове, как о полководце, стратеге и
человеке?
Личностные качества маршала Г.К. Жукова прямо не касаются
моей темы, если не считать пересечения жизненных путей Сталина и
Жукова сознательных перекосов в литературе и даже попытка
заслонить одного другим.
Ни чуть не умаляя имя и славу маршала Г.К. Жукова, но
руководствуясь верностью правде, и только правде, я позволю себе привести
ряд документов, проливающий свет на подлинную истину.
Известный журналист Главный редактор ультрарадикальной
левой газеты «Дуэль» Юрий Мухин пишет: «У нас в историографии
сложился стереотип о каких-то немыслимо выдающихся полководческих
способностях Георгия Константиновича Жукова. Думаю, что когда
военные историки попробуют действительно разобраться с уровнем
его военных талантов, то выяснится, что их у него в начале войны
было не больше, чем у Л.Д. Троцкого. И к стати, на фронтах,
особенно в начале войны, часто исполнял функции примерно такие, что и
Троцкий в гражданской войне». Автор подтверждает выше приведен-
109

ное обобщение рядом документов.
Извлечения из аттестатов Жукова.
«Обладает значительной долей упрямства. Болезненно
самолюбив». 8 ноября 1930 г., военком дивизии Рокоссовский.
«Командарм с сильными волевыми качествами, весьма
требователен к себе и подчиненным, в последнем случае наблюдается излишняя
жестокость и грубость». Буденный 31,03,31 г.
Симонов К. в своих воспоминаниях «Глазами человека моего
поколения» говорит, что во время обсуждения романа Казакевича
«Весна на Одере» Сталин заметил: «Не все там верно изображено: показан
Рокоссовский, показан Конев, но главным фронтом там на Одере,
командовал Жуков. У Жукова есть недостатки, некоторые его
свойства не любили на фронте, но надо сказать, что он воевал лучше
Конева и не хуже Рокоссовского».1
«Стратег должен быть государственным деятелем и помимо
знаний в военном деле, обязан знать все в государственном деле - об
экономике, климате, демографии и т.д. и т.п., - пишет «Дуэль», - поэтому
в вопросах стратегии Сталин Жукову ничего передать не мог, как
стратег Жуков был и остался абсолютным нулем...»
В этом же аспекте еще такой сюжет: «Но если немецкие генералы
обвиняют своего главнокомандующего в спорной нерешительности,
приведшей к поражению в войне, то Жуков Сталина в чем обвиняет.
В том, что Сталин оказался стратегом и не дал немцем выиграть
войну? Не дал Жукову помочь им в этом?»
«Война, - по словам К. Маркса - человекоубойная
промышленность». Гибли солдаты и матросы, но и не щадила генералов и
адмиралов. В ходе ее погибли, умерли или пропали без вести 421 советский
генерал и адмирал. Это огромная убыль. «Сталину очень нужны были
генералы, - пишет Ю. Мухин, - а уж перспективные подавно! А
Жуков был очень перспективным».
Имея ученика с такими задатками полководца, Сталин Жукова
учил. Учил тем, что без страха, ставил и ставил во главе войск в
ответственных сражениях. И как полководец Жуков рос и рос».2
Но «демократы» на этом не успокоились. Наоборот,
активизировали свою неблагодарную деятельность навстречу к 120-летию со дня
рождения И.В.Сталина, особенно к 55-летию Победы, которую мы
называем Великой. К этим датам фабриканты черных технологий изоб-
1. Симонов К. Глазами человека моего поколения. Размышления о В.И. Сталине. М.,
1990. С. 172.
2. «Дуэль», №4, 1998.
ПО

рели новый сюрприз, официально объявив: Жуков Маршал Победы!
Новое противопоставление Сталина Жукову. В связи с этими датами
в беседе известного журналиста Виктора Кожемяко с маршалом
Советского Союза Дмитрием Язовым, естественно, возник этот вопрос.
Виктор Кожемяко: Я еще раз ставлю этот вопрос, потому что ведь
действительно Сталин за все отвечал - за экономику, культуру,
военные действия. Что касается военных операций, то раньше трактовали
так: полководцы Жуков, Конев, Рокоссовский и другие, а Сталин -
это политическое руководство, это как бы общее руководство.
Потому для меня с определенной новизной звучали слова «Полководец
Сталин...
Дмитрий Язов: Скажу откровенно, я не совсем разделяю позиции
некоторых товарищей, которые Жукова называют Маршалом
Победы. При всем моем величайшем уважении к нему, восхищении и
поклонении. Но если Жуков - Маршал Победы, то Сталин кто тогда?
Только политический деятель? Так ни одна военная операция без
согласования со Сталиным и утверждения им не проводилась, и Ставка
была при нем. И ни одну операцию, ни один полководец на уровне
фронта, армии сам не обеспечивал, а обеспечивал народ. Народом же
руководил политический деятель Сталин. Мы, с одной стороны,
говорим, что война была войной моторов. С другой стороны, на войну
было'поставлено все. И фронт и тыл работали на войну. Кто
руководил и фронтом, и тылом? Сталин. Мы говорим -коммунистическая
партия, а Генеральным секретарем ЦК ВКП(б) был Сталин.
Председателем Совнаркома, т. е., главой правительства, и народным
комиссаром обороны был Сталин. Председателем Государственного
Комитета Обороны (ГКО), который был создан, когда началась война,
становится Сталин. Он же Председатель Ставки Верховного
Главнокомандования и Верховный Главнокомандующий Вооруженными
Силами СССР. Причем, все это, как уже говорили, не по названию
только, как сегодня мы видим некоторых «верховных», а по существу, на
деле!
Сталин в своих руках сосредоточил все решающие рычаги власти,
что диктовалось военной необходимостью. И он гениально
справился с этим. И без этого наша победа была бы невозможна. Вот почему
роль Сталина в Великой Победе трудно переоценить!
Я уже некоторым товарищам приводил такой пример: вот были
перерезаны все дороги на Сталинград. Только Сталин мог принять
решение по левому берегу Волги проложить железную дорогу. А
рельсы снять с БАМа, который еще до войны начали строить в Комсо-
111

мольск-на-Амуре. Мог принять такое решение Жуков? Не мог.
Виктор Кожемяко: Очень интересный факт. И очень
показательный.. .' Вышеизложенный фактически документальный материал еще
раз говорит о том, что демократы по-прежнему перед дилеммой:
признавать или не признавать Иосифа Виссарионовича великой
исторической личностью. В международном масштабе он признан таковой.
Об этом свидетельствуют эпистолы, извлеченные из
полустраничного текста речи премьер-министра Англии Уинстона Черчилля,
посвященной генералиссимусу Сталину: выдающийся, непоколебимый,
гений, полководец, необычайной энергии, эрудиции и несгибаемой силы
воли, звучала исполинская сила, неповторимый среди руководителей
государств и народов, обладал логической и осмысленной мудростью,
непревзойденным мастером, он создал и подчинил себе огромную
империю и еще Сталин был величайшим диктатором, не имевшим себе
равных в мире. Он принял Россию с сохой, а оставил ее оснащенной
атомным оружием. Нет! Что ни говорили о нем, таких история и
народ не забывают, «слава которого прошла не только по всей России,
но и по всему миру».
А вот «демократы» не считаются ни с историей, ни с народом и
делают все возможное и невозможное для того, чтобы вычеркнуть имя
Сталина из истории и свести его роль в истории страны и
человечества лишь к сплошному мраку.
Но надо полагать, что читатель своим светлым аналитическим
умом на подлинно научной основе разберется в различных сторонах
гигантской и многообразной деятельности Сталина в разные годы его
жизни и истории нашей Родины.
В заключительной части хочу напомнить читателям о послужном
списке И.В. Сталина в годы Великой Отечественной войны.
6 марта 1943 года Президиум Верховного Совета СССР присвоил
И.В. Сталину воинское звание Маршала Советского Союза. За
руководство операциями Советской Армии в Великой Отечественной
войне Президиум Верховного Совета СССР, 6 ноября 1943 года наградил
И.В. Сталина орденом Суворова 1-й степени. 20 июня 1944 года
председатель Исполкома Московского городского совета депутатов
трудящихся от имени Президиума Верховного Совета СССР вручил в
Кремле 1-ю медаль "За оборону Москвы" И.В. Сталину,
награжденному за руководство героической обороной Москвы и организацию
разгрома немецких войск под Москвой. 29 июля 1944 года И.В. Ста-
1 Советская России, 15 декабря 1999
112

лин награжден первым орденом "Победа" за исключительные
заслуги в организации и проведении наступательных операций Советской
Армии, приведших к крупнейшему поражению германской армии и к
коренному изменению положения на фронте борьбы с
немецко-фашистскими захватчиками в пользу Советской Армии. 26 июня 1945 года
за исключительные заслуги в организации всех Вооруженных Сил
Советского Союза и умелое руководство ими в Великой
Отечественной войне И.В. Сталин был награжден 2-м орденом "Победа". В этот
же день И.В. Сталину возглавлявшему Советскую Армию в тяжелые
дни защиты нашей Родины и ее столицы Москвы, с исключительным
мужеством и решительностью руководившему борьбой с
гитлеровской Германией присвоено звание Героя Советского Союза с
вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда".
Победоносная Великая Отечественная война вошла в историю как
триумф советского социалистического строя, как превосходство
вооруженных сил социализма над фашистскими армиями, как
непререкаемое преимущество советской военной науки над реакционной
доктриной германского империализма, как торжество
военно-стратегического и полководческого искусства великого Сталина.
24 июня 1945 года на Красной площади состоялся Парад Победы.
Советская Армия принесла знамена разбитых и уничтоженных ею
немецко-фашистских полков, дивизий и армий. Эти знамена были
брошены к ногам победившего советского народа, к подножью
мавзолея Ленина, на трибуне которого стоял Верховный
Главнокомандующий Маршал И.В. Сталин с плеядой прославленных
полководцев, обеспечивших этот Парад Победы.
Именно в эти насыщенные пафосом победы дни, своеобразной
национальной гордости катализатором спора явился Парад Победы,
который импульсивно снова подлил масло в разгоревшийся огонь
вокруг вопроса о выделении Верховного Главнокомандующего
среди генералитета, Маршалов, за его особый вклад, за необыкновенные
заслуги...
На этот раз инициатива оказалась в руках маршалов,
командующих фронтами в Великой Отечественной войне. Например, вот как
Вячеслав Михайлович Молотов вспоминал: "...Разговор зашел о
присвоении Сталину звания Героя Советского Союза после войны.
Сталин сказал, что он не подходит под статус Героя Советского Союза.
"Я такого мужества не проявил", - сказал Сталин, и не взял Звезду.
Его только р'исовали на портретах с этой Звездой. Когда он умер,
Золотую Звезду Героя Советского Союза выдал начальник отдела. Ее
пз
8 Зак. 2093

прикололи на подушку и несли на похоронах.
Сталин носил только одну звездочку - Героя Социалистического
труда".1
Отдавая всего себя делу развития и укрепления страны и жестко
требуя этого от других, Сталин был начисто лишен стремления к
обретению каких-либо внешних атрибутов власти, своего превосходства
над окружающими.
Показателен рассказ маршала Конева о заседании Политбюро, где
обсуждался вопрос о присвоении Сталину воинского звания
генералиссимуса.
"Присутствовали Жуков, Василевский, я и Рокоссовский... Сталин
несколько раз прерывал нас, говорил: "Садитесь, - а потом сказал о
себе в третьем лице - Хотите присвоить товарищу Сталину
генералиссимуса. Зачем это нужно товарищу Сталину? Товарищу Сталину это
не нужно. Товарищ Сталин и без этого имеет авторитет. Это вам
нужно для авторитета. Подумаешь, нашли звание для товарища Сталина
- генералиссимус, Чан Кайши - генералиссимус, Франко
генералиссимус. Нечего сказать, хорошая компания для товарища Сталина. Вы
маршалы и я маршал, вы что хотите меня выставить из маршалов? В
какие-то генералиссимусы? Что это за звание? Переведите мне".
Пришлось тащить разные исторические книги статуты и объяснять что
это в четвертый раз в истории русской армии после Меньшикова и
еще кого-то, и Суворова. В конце концов он согласился".2
26 июня 1945 года Президиум Верховного Совета СССР учредил
высшее воинское звание - генералиссимус Советского союза.
27 июня 1945 года звание - генералиссимуса Советского союза было
присвоено Иосифу Виссарионовичу Сталину. Присвоение звания
генералиссимуса Советского союза было выражением глубочайшей
признательности советского народа своему любимому вождю
гениальному полководцу. Под руководством И.В. Сталина Советские
Вооруженные Силы в Великой Отечественной войне Советского союза 1941-
1945 гг. добились полной и окончательной победы над гитлеровской
Германией.
§4. ВЫВОДЫ
1. Анализ деятельности Ставки Верховного Главнокомандования
советских Вооруженных Сил свидетельствует о том, что в основе
стратегических планов была решительная постановка целей кам-
1. Чуев Ф. Сто сорок бесед с Молотовым. М., 1991. С.254.
2. "Ветеран №48, 1999. С. 1-10.
114

пании, операций и мобилизация всех возможностей для
достижения поставленных задач.
2. Стратегическое планирование всех оборонительных и
наступательных операций Верховным Главнокомандованием основывалось
на стратегическом научном предвидении военных событий с
учетом реального соотношения сил сторон. При этом Ставке
требовалось в условиях вооруженной борьбы глубокое проникновения
в ближайшие и перспективные стратегические замыслы и планы
врага.
3. Анализ боевых действий Вооруженных Сил СССР свидетельствует
о том, что Ставка Верховного Главнокомандования была на
высоте поставленных военно-политических задач.
4. Документы Государственного Комитета Обороны (ГКО), Ставки
Верховного Главнокомандования-и Генерального Штаба, как и
мемуары маршалов Советского Союза и других крупных
военачальников, руководителей крупных предприятий оборонной
промышленности свидетельствуют, что И.В. Сталин прислушивался
к советам и мыслям членов ГКО, Ставки и руководителей
Генштаба, командующих фронтами и родами войск, считался с их
конструктивными предложениями. Это была своеобразная школа
обогащения опытом и знаниями высшего командного состава
Советских Вооруженных Сил в годы Великой Отечественной
войны.
5. В анализ многочисленной литературы и высказываний
иностранных военно-политических деятелей времен второй мировой
войны, И. В. Сталин при всей необъяснимости его личности, стиля
деятельности и руководства предстает как умный,
эрудированный, великий государственный и общественно-политический
деятель, выдающийся военный руководитель с широким
стратегическим кругозором, умеющим схватить главное, решающее звено
в обстановке и четко определить цели и задачи Вооруженных Сил
на каждом этапе войны. (37)
§5* ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Российская Федерация готовится отметить 55 годовщину Великой
Победы Советских Вооруженных Сил над гитлеровской Германией.
По-разному готовятся к этому событию ученые-историки. Одни
стараются исследовать нераскрытые еще страницы исторических
сражений Великой Отечественной войны, другие стараются облить грязью
115
8*

уже открытые страницы нашей истории. Последние пытаются
принизить роль Советской Армии в разгроме гитлеровской Германии,
очернить роль Верховного Главнокомандующего в руководстве
вооруженной борьбой советского народа против немецко-фашистских
захватчиков. С приходом к власти людей, которые называют себя
«демократами», такие историки как А. Самсонов, Д. Волкогонов, В.
Суворов и др. со злобной критикой обрупшлись на социалистический строй,
на Советскую власть, коммунистическую партию и на И.В. Сталина,
всячески стараются принизить роль Верховного
Главнокомандующего Сталина.
«Сам Сталин не выдвигал стратегические идеи операций» -
утверждал философ и историк генерал-полковник Д. Волкогонов. Но
совсем иначе говорил заместитель Верховного Главнокомандующего
маршал Г.К. Жуков: «Возвратившись из Тегеранской конференции
Верховный Главнокомандующий сказал, что Рузвельт дал твердое
слово открыть широкие действия во Франции в 1944 году. «Ну, а если он
не сдержит, - продолжал он рассуждения вслух, - у нас хватит и своих
сил добить гитлеровскую Германию. Из этого следует, что Сталин
вынашивал стратегические замыслы военных операций на будущее.
Но Д. Волкогонов не верит Г. К. Жукову и гнет свое, отводя
Верховному Главнокомандующему роль простого статиста,
утверждающего предложенные решения: «Выслушав военных членов Ставки,
командующих фронтами, одобрял решения, которые обычно
поддерживались большинством. Пожалуй его «гениальность» во второй и
третий периоды войны чаще всего выражались в понимании и
одобрении рациональных предложений, выдвинутых Жуковым,
Василевским, Антоновым, командующими фронтами... Сталин не обладал
прогностическими способностями: склонный к догматическому
мышлению ум труднее схватывал тенденции, которые как бы скрываются
за горизонтом завтрашнего дня». (35; с.354,360)
Как говорится, дай Бог нашим «демократам» такого Верховного
Главнокомандующего, который хотя бы понимал и одобрял
предлагаемые решения ликвидации армии террористов на территории
Чечни. Но, увы! Легко поливать грязью ушедших в историю
полководцев, и совсем другое руководить вооруженной борьбой хотя бы с
армией террористов сегодня. Не напоминает ли это басню Крылова о
Моське, что сильна от того, что лает на слона!
Великая Победа было плодом ратных и трудовых подвигов всего
советского народа от солдата и труженика до маршала. Один был лишь
Верховный Главнокомандующий, который держал «бразды» правле-
116

ния вооруженной борьбой советского народа против гитлеровской
Германии. Приведу на этот счет высказывания Г.К. Жукова:
«Крупнейшие победы советских войск в 1944 году явились лучшим
свидетельством правильного метода стратегического планирования,
принятого Ставкой Верховного Главнокомандования на данном этапе
войны, красноречивым подтверждением глубины предвидения нашего
высшего военного руководства».
В завершение хочется привести разговор министра иностранных
дел Великобритании Антони Идена со Сталиным в декабре 1941 года.
Когда Идеи высказал мысль, что борьба с нацизмом будет трудной и
длительной, что Гитлер все еще стоит под Москвой и до Берлина
далеко, Сталин спокойно возразил: «Ничего, русские уже были два раза'
в Берлине, будут и в третий раз!» Сталиь^ имел в виду вступление
русских войск в этот город в 1760 году в период семилетней войны, а
также вступление войск императора Александра Первого в Берлин в
1813 году в период преследования войск императора Наполеона-
. (С.К.). И Верховный Главнокомандующий Сталин сдержал свое
слово, русские войска побывали в Берлине в третий раз!
Свои записки хочу закончить словами заместителя Верховного
Главнокомандующего маршала Советского Союза А. М. Василевского: «По
моему глубокому убеждению, Иосиф Виссарионович Сталин,
особенно со второй половины Великой Отечественной войны, являлся
самой сильной и колоритной фигурой стратегического командования.
Он успешно осуществлял руководство ] фонтами и всеми военными
усилиями страны на основе линии партии и был способен оказывать
влияние на политических и военных деятелей союзных стран по
войне. Он обладал не только огромным природным умом, но и
удивительно большими познаниями. Его способность аналитически
мыслить приходилось наблюдать во время заседаний политбюро ЦК
партии, ГКО и при постоянной работе в Ставке». (28)
Литература
1. Дашичев В.И. Банкротство стратегии германского фашизма.
Исторические очерки, документы и материалы. Подготовка и
развертывание нацистской агрессии в Европе. Т.1. М., 1973, С.204-205.
2. Военно-исторический журнал. 1959, №7, С.101.
3. Типпельскирх К. История второй мировой войны. М., 1956, С. 179.
4. Итоги второй мировой войны. М., 1957, С. 133.
5. Шабалов А. Одиннадцатый удар товарища Сталина. Ростов-Дон,
1999, С.20.
6. Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс. Т.1. М., 1958, С.259.
117

7. Сообщение Советского информбюро, М., 19 , С.26.
8. Там же, С.498-499.
9. 31е«шз Е. Коозешек ап<1 К:изз1апз, 1950, Р.7.
10. Ни11 С. ТЬе тетокз. Иеш Уогк, 1948. У.2. Р. 1465.
11. Ые^ Уогк Тппез, 20.Х. 1955. Р.10.
12. Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентом
США и Премьер-министрами Великобритании во время
Отечественной Войны 1941-1945 гг. Т.2, М., 1957, С.44-45.
13. 8Ьшпап Р. «8)У1е1 РоШюз а! Ноте апс! АЬгоай». Иечу Уогк, 1947.
Р.432.
14. Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентом
США и Премьер-министрами Великобритании во врем?
Отечественной Войны 1941-1945 гг. Т.2. М., 1957. С.8.
15. Фуллер Дж.Ф.С. Вторая мировая война 1939-1945 гг. С.161.
16. Там же. С.260.
17. МагкоШкг N. ТЬе Клзе апй Ра11 оГ 1Ье Реор1ез Сеп1гу. Непгу А.
\Уа11асе апс! Атепсап ЫЬегаНзт. 1948, №4,1973. Р.54.
18. «Нюрнбергский процесс». Сборник материалов. М., 1955. Т.1.
С.106.
19. «Ежегодник британской Энциклопедии». Лондон, 1969. (Из речи
У.Черчилля в палате общин. Лондон, 1959 г. Журнал
«Британский советник», №7, СП 1).
20. Черчилль У. Вторая мировая война. М., 1955. Т.6. Кн.2. С.345-346.
21. Бережков В.М. «Страницы дипломатической истории». М., 1984 г.
С.308.
22. Черчилль У. Вторая мировая война. М., 1955. Т.4. С.474.
23. Шарль де Голь, Президент Франции. Газета «Ветеран» №8,1998 г.
24. Волкогонов Д. Сталин. Политический портрет. Т.1. С.402.
25. Из воспоминаний генерала Э. Рузвельта. Газета «Ветеран» №8,
февраль, 1998 г.
26. Еромеев Л.М. Глазами друзей и врагов. О роли Советского Союза
в разгроме фашистской Германии. М., 1966. С.З, 90.
27. «Правда». 3 февраля 1963; Рябов В.С. Великий подвиг. М., 1974.
С.298.
28. Ржевский С.А. Война и история. М., 1976. С.199.
2% 9 мая 1945 года. М., 1970. С.60-61.
30. Василевский А.М. Дело всей жизни. Кн.2. М., 1988. С.232,233.
31. Волкогонов Д.А. Триумф и трагедия. Т.2. С.324-326.
32. «Военно-исторический журнал», 1971, №5. С.73-74.
33. Рокоссовский К.К. Солдатский долг. М., 1980. С.196-197.
118

34. Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. М., 1983. Т.З. С215.
35. Штеменко СМ. «Генеральный штаб в годы войны». М., 1968.
36. Конев И.О. Сорок пятый. М., 1970. С119-120.
37. Конев И.О. Указ. соч. С. 132.
38. Волкогонов Д. Триумф и трагедия. Кн.2. М., 1989. С329.
39. Газета «Дуэль» №4, 1998 г.
40. Штеменко СМ. Генеральный штаб в годы войны. Кн.2. М., 1973г.
41. Волкогонов Д. Указ. соч. С.354-360.
42. Жуков Г.К. Указ. соч., т.2, С87.
43. Бережков В.М. Указ. соч. С126.
44. Василевский А.М. Указ. соч. С535.
119

И.В. Сталин - учащийся Горийского И.В. Сталин. 1894 г.
духовного училища. 1890 г.
И.В. Сталин. 1900 г.
120

И.В. Сталин во время И.В. Сталин и СМ. Киров,
посещения Первой Конной Ленинград. 1926 г.
армии. 1919 г.
В.И. Ленин и И.В. Сталин на VIII съезде РКП(б). Март 1919 г.
121

В.И. Ленин и И.В. Сталин в Горках. 1922 г.
В.М. Молотов, Н.С. Хрущев, И.В. Сталин и другие ... во время
парада физкультурников на Красной площади г. Москвы. 1936 г.
122

И.В. Сталин А.М. Горький и К.Е. Ворошилов. 1931 г.
И.В. Сталин и В.М. Молотов (1930-е годы)
123

Центральный комитет, избранный на апрельской
конференции (1917 г.) РСДРП (большевиков).
Первый ряд сверху: В.И. Ленин, И.В. Сталин. Второй ряд:
ЯМ. Свердлов,4 В.П. Малютин, В.П. Ногин. Третий ряд:
Л.Б. Каменев, Г.Е. Зиновьев, И.Т. Смилга, Г.Ф. Федоров.
124

Центральный комитет избранный на VI съезде РСДРП (большевиков).
Первый ряд сверху: В.И. Ленин, И.В. Сталин, ЯМ. Свердлов. Второй
ряд: А.С. Бубнов, Ф.Э. Дзерджинский, С.Г. Шаумян, М.С. Урицкий.
Третий ряд: М.К. Муранов, Н.Н. Крестинский, В.П. Малютин, А.М.
Коллонтай. Четвертый ряд: Артем (Ф.А. Сергеев), Т.Я. Сокольников,
Н.И. Бухарин, А.И. Рыков, ЯЛ. Берзин. Пятый ряд: В.П. Ногин, Л.Б.
Каменев, Г.Е. Зиновьев, Л.Д. Троцкий, И.Т. Смилга.
125

Содержание
Коротко об авторе 3
От автора 5
Глава 1. Как и почему был избран Сталин Генеральным
секретарем Центрального Комитета ВКЩб)? 7
§1. Как был избран Сталин Генеральным секретарем
Центрального Комитета ВКП(б)? 14
Глава 2. Об так называемом отходе Сталина от Ленина в
национальном вопросе 37
Глава 3. К вопросу об интеллекте Сталина 49
§1. Посредственность или гении? 50
§2. Сумбур или логика? 59
§3. Схоласт или диалектик? 64
§4. Грязь к с сале не пристает 73
§5. Заключение 84
Глава 4. Верховный главнокомандующий Сталин 89
§1. Взгляд с вражеской стороны 90
§2. Взгляд союзников по антигитлеровской коалиции 92
§3. Грани полководческого искусства 99
§4. Выводы 114
§5. Заключение 115

КОКАЕВ САЛАМГЕРИ АЛИХАНОВИЧ
пряйдй о Сталине
Издательская лицензия
ИД № 00038 от 27 августа 1999 г.
Отпечатано с готовых диапозитивов на государственном
издательско-полиграфическом предприятии "Рухс"
362015 РСО, г. Владикавказ, пр. Коста, 11.