f

РУССКАЯ БИБЛІОТЕКА.
И. В. СКВОРЦОВЪ.

РУССКАЯ ИСТОРІЯ
Съ указаніемъ удареній и нѣкоторыми
сокращеніями.

ЧАСТЬ I.
До нашествія Татаръ, 1240.

I. V. SKVORTZOV

RUSSIAN HISTORY
ABRIDGED AND ACCENTED

VOLUME 1
Up to the Tartar Invasion,

1240

LONDON
RICHARD JASCHKE
78 CHARING CROSS ROAD, W.C.2
1919

Отдел литературы
русского зарубежья

2005363101

РОССИЙСКАЯ
ГОСУДАРСТВЕННАЯ
библиотека

В перепл.
един, соедин
№Ыи вып.

/0&

200

печатных

КН

PREFACE
The early history of Russia, apart from its

intrinsic value to the historian, answers
many a question which the student of
present-day Russian politics may be in­
clined to ask.
The author of this work deals exhaustively
with the origin of the Slavs, the tribal and
state organisations, from which the future
empire was to evolve, and the introduc­
tion of Christianity and civilisation from
Byzantium.
At the period immediately preceding the
Tartar invasion, Russia had attained a de­
gree of culture which compared favourably
with that of western European countries.
I have taken the liberty of omitting some
portions of this work which deal with the
personal affairs of obscure Russian prince­
lings, whose history would be but of slight
interest to English readers.
iii

I did not consider it necessary to suppress
all the anecdotes related in this work, as
these stories often throw much light on the
customs of the period, though their authen­
ticity in some cases is more than doubtful.
Roman Biske.
Middle Temple,
London.

ВОСТОЧНАЯ ЕВРОПА И СЛАВЯНЕ
ПРИРбДА СТРАНЫ И ЕЙ ВЛІЯНІЕ НА
ИСТбРІЮ РУССКАГО НАРОДА

Природа страны имѣла замѣтное
вліяніе на жизнь и характеръ русскаго
народа и его исторію.
Восточная
половина Европы, гдѣ съйздавна сели­
лись славянскія племена, во многомъ
отличается отъ Западной по особен­
ностямъ своей природы.
Западная
половина состоитъ изъ цѣлаго ряда
острововъ и полуострововъ, горныхъ
хребтовъ и морскихъ береговъ. При
этомъ берега Зап. Европы чрезвычайно
извилисты и изрѣзаны внутренними
морями и глубокими заливали. Гор­
ные хребты во внутренней части матери­
ка идутъ въ разныхъ направленіяхъ и
раздѣлены долинами и низменностями.
Всё это способствовало образованію цѣ­
лаго ряда независимыхъ государствъ,
отдѣлённыхъ одно отъ другого естёстРусская Исторія—I.

А

2

венными границами. Отсюда же воз­
никли и значительныя особенности въ
бытѣ, занятіяхъ, языкѣ и характерѣ
населенія этихъ государствъ.
Съ другой стороны, при удобствѣ и
лёгкости морскйхъ сношеній одного
государства съ другимъ скоро развились
торговля и промышленность, а воз­
никшій отсюда постоянный взаимный
обмѣнъ знаній содѣйствовалъ быстрому
расцвѣту образованности. По морямъ
отважный и предпріимчивый европеецъ
отправлялся въ дальнія страны искать
себѣ добычи и счастія, подчиняя своему
вліянію племена и народы въ другихъ
частяхъ свѣта. При умѣренномъ и
мягкомъ климатѣ большинства странъ
Зап. Европы населенію не приходи­
лось тратить особенно силы на борьбу
съ природой за своё существованіе и
оставалось много досуга на занятія
науками, искусствами, поэзіей.
Иную картину представляетъ Востокъ
Европы. Громадной равниной раски­
нулся здѣсь материкъ, какъ бы соста­
вляя продолженіе равнинъ и плоскихъ
возвышенностей Азіи. Только по ок­
раинамъ ¿той равнины имѣются моря
(Бѣлое, Балтійское, Чёрное, Азовское и

Каспійское) и горные хребты (Уральскій,
Кавказскій и Карпатскій). Но моря
здѣсь не имѣютъ такого значенія для
населеній, какъ на Западѣ, по своей
отдалённости отъ Центра страны и по
слабому развитію береговой линіи
сравнительно съ пространствомъ тер­
риторіи. Въ большинствѣ ихъ свобод­
ный выходъ стѣснёнъ, навигація зимою
затруднительна или и совсѣмъ невоз­
можна. Что касается горъ, то онѣ
только опоясываютъ или обрамляютъ
мѣстами великую равнину Вост. Ев­
ропы и имѣютъ лишь слабое вліяніе на
устройство поверхности и распредѣленіе
водъ (съ Карпатъ и Кавказа бѣгутъ
лиійь незначительныя второстепенныя
рѣки). Внутри великая восточная рав­
нина также представляетъ разительную
противоположность чрезвычайно неров­
ной почвѣ Запада. Только въ срединѣ
она немного поднимается и образуетъ
холмистую возвышенность (Алаунскую).
Здѣсь берутъ начало всѣ большія рѣки
страны—Волга, Днѣпръ, Донъ, Запад­
ная Двина, съ ихъ безчисленными
притоками, служившія въ древности
почти единственными путями сообщенія.
Рѣки восточной равнины, многоводныя,

4

широкія и глубокія, играли ту же роль,
что моря на Западѣ : по теченію рѣкъ
селйлись племена и распространялась
гражданственность, на берегахъ ихъ
строились города и посёлки, по рѣкамъ
велись торговыя сношенія какъ внутри
страны, такъ и съ другими народами
(греками, арабами, зап. европейцами).
Рѣки служили главнымъ орудіемъ сбли­
женія между племенами, населявшими
Вост. Европу : онѣ много содѣйствовали
единству народному и государствен­
ному. Къ тому же вело и отсутствіе
естественныхъ преградъ на громадной
равнинѣ Вост. Европы при однообразіи
природныхъ формъ : отсюда явилось
однообразіе въ занятіяхъ населенія,
одинаковость въ обычаяхъ, нравахъ,
вѣрованіяхъ. Въ прямую противопо­
ложность Западу, населеніе Востока
Европы рано или поздно должно было
соединиться въ одйнъ великій народъ,
который ищетъ опоры въ сплоченіи.
Появленію и умноженію этихъ вра­
говъ также много способствовали при­
родныя условія страны, что и отразилось
на ходѣ русской исторіи. Въ южной
половинѣ Россіи залегаютъ обширныя
степи, поросшія высокою травою,

5
мѣстами песчаныя и солончаковыя. На
востокѣ онѣ сливаются съ великой
равниной Средней Азіи, откуда издавна
и безпрепятственно приливали безъ
перерыва одна за другой многочислен­
ныя хищныя орды азіатскихъ кочев­
никовъ (гунны, авары, хозары, печенѣги,
половцы, татары). Вслѣдствіе этого на
югѣ и не могло утвердиться прочнаго
государственнаго порядка.
Славян­
скимъ племенамъ, осѣвшимъ было въ
плодородной долинѣ Днѣпра и усвоив­
шимъ уже себѣ начатки образованія и
христіанства изъ Византіи, пришлось
тратитъ свой силы на борьбу съ свирѣ­
пыми кочевниками и даже отодвинуться
частью на непривѣтливый сѣверъ, по­
крытый въ древности дремучими лѣсами,
озёрами и болотами. Здѣсь, въ бас­
сейнѣ Оки, притока Волги, прочно
осѣло отличное отъ южанъ-малоруссовъ
великорусское плёмя, образовавшееся изъ
сліянія славянской и финской народ­
ностей.
Выросшіе въ сравнительно
бѣдной природой странѣ, въ борьбѣ съ
довольно суровымъ климатомъ, терпѣ­
ливые и энергичные, предпріимчивые
и разсчетливые великоруссы, во главѣ
съ такими же князьями, объединили

8

окрестныя племена подъ одною властію,
дали отпоръ кочёвникамъ-татарамъ,
подчинившимъ было себѣ Русь, и малопо-малу образовали, въ неустанной
борьбѣ съ сосѣдями, сильное государст­
во. Но эта жизнь среди неблагопріят­
ныхъ историческихъ и физическихъ
условій не давала населенію простора и
досуга для занятія науками и искусст­
вами, препятствовала надлежащему
развитію промышленности и торговли.
И, принявъ на свою грудь удары азіатовъ-кочёвниковъ, служа такимъ обра­
зомъ для Зап. Европы оплотомъ отъ
нашествія этихъ варваровъ, русскіе,
пока не сложились въ одинъ сильный
народъ, значительно отстали въ развитіи
образованности и торгово-промышлен­
ной дѣятельности отъ народовъ Запада.
Происхожденіе славянъ. — Славяне
принадлежатъ къ большой семьѣ пле­
мёнъ, происходящихъ отъ одного древ­
няго народа—арійцевъ или индоевропей­
цевъ, въ незапамятныя времена жившихъ
въ Средней Азіи, у верховьевъ рѣки
Аму-Дарьи. Размножившись, арійцы
разселились изъ ' своего отечества въ
разныя стороны. Такъ образовались
отдѣльныя племена—въ Европѣ греко-

7
италики, кельты, германцы, литовцы И
славяне, въ Азіи—иранцы и индусы.1
Центральнымъ мѣстомъ поселенія
славянъ въ Европѣ былъ Прикарпатскій
край, куда прибила ихъ волна народ­
ныхъ передвиженій въ эпоху великаго
переселенія народовъ,—и частію плодо­
родныя мѣстности по среднему теченію
Дуная. Отсюда славяне, подъ напо­
ромъ кочевниковъ, постепенно разсели­
лись на сѣверъ, югъ и сѣверо-востокъ и
раздѣлились на три группы: . славянъ
южныхъ—болгаръ, сербовъ и хорватовъ,
западныхъ—чёхо-моравовъ, поляковъ и
славянъ полабскихъ и восточныхъ или
русскихъ. Начиная съ VII вѣка по
Р. Хр. славяне основали нѣсколько
отдѣльныхъ государствъ—чешское, поль­
ское, болгарское и русское. Цослѣднее
образовалось въ IX вѣкѣ. Съ этой
поры и можно начать исторію нашей
страны, пользуясь лѣтописными раз­
сказами и другими источниками.
Разселеніе и бытъ восточныхъ слав­
янъ .—Первоначально славяне, какъ и всѣ

первобытные народы, жили въ родовомъ
1 Переходъ грекоиталнковъ въ Европу относятъ
къ 2600—2000 гг. до Р. Хр.; славянъ—къ 1000—
600 гг. до Р. Хр.

8

быту—осббыми группами, или родйми
(родъ — разросшаяся, разродившаяся
семья), разселившимися особнякомъ.
Каждый родъ почиталъ своего родо­
начальника и связанъ былъ круговой
самообороной (родовая месть). Съ те­
ченіемъ времени роды, постепенно разростаясь, сформировались въ племена,
связывавшія славянъ, жившихъ въ
одной мѣстности, единствомъ языка,
общими обычаями и преданіями о наи­
болѣе почитаемомъ родоначальникѣ.
По описанію лѣтописи, восточные
славяне въ IX в. занимали пространство
отъ озера Йльменя до верховьевъ Оки
и Волги и далѣе по Днѣпрѣ и его при­
токамъ, по Днѣстру, по верховьямъ
Буга и Западной Двины. Они дѣлились
на нѣсколько небольшихъ племёнъ,
жившихъ отдѣльно одно отъ другого и
получившихъ названіе или отъ мѣстъ
поселенія или отъ родоначальниковъ.
Сѣверная часть славянъ, жившая по
озеру Йльменю и по рѣкамъ, впадаю­
щимъ въ него, называлась общимъ
именемъ—словенами (ильменскими). По
верховьямъ Днѣпра, Западной Двины и
Волги поселилось самое многочисленное
среди восточныхъ славянъ племя кри-

9

вичей.
Славяне, разселившіеся на
поляхъ по среднему теченію Днѣпра,
назывались полянами. Къ западу отъ
нихъ по бассейну Прйпети жили древ­
ляне, названные такъ по густымъ лѣсамъ,
покрывавшимъ ихъ страну. Къ сѣверовостоку отъ полянъ по рѣкѣ Деснѣ раз­
селились сѣверяне. Болотистую мѣст­
ность между Прйпетью и Западной
Двиной заняли дреговичи (дрягва—бо­
лото).
На притокѣ Днѣпра—Сбжѣ
жили родимичй (отъ родоначальника—
Родймъ); далѣе, по верховьямъ Окй—
вятичи (отъ родонач. Вятко), самое во­
сточное изъ славянскихъ племёнъ. По
Западному Бугу жйли бужане (волы­
няне или дулѣбы), по Днѣпру и Пруту
—уличй. и тиверцы и наконецъ въ пре­
дѣлахъ нынѣшней восточной Галйціи
—біълохорваты.
Разселйвшись на огромномъ простран­
ствѣ, средй болотъ и лѣсовъ, отдѣльными
группами, родичи невольно выходйли
изъ-подъ власти родовыхъ старшйнъ.
Мѣсто родовладыки заступалъ хозяинъ
двора, каждаго семейства.1
Роды
1 Этимъ объяснйетвя, что «родъ,» по словоупо­
требленію еГо въ лѣтописяхъ, означйетъ иногда,
просто семью; съ другой стороны народныя пѣсни
говорятъ о « рбдѣ-плёмени.»

10

начали дробиться на мелкія хозяйства,
семьями. 5ти семьи объединяла иногда
общая опасность отъ грозившаго всѣмъ
врага. Въ этихъ случаяхъ представи­
тели родовъ, или, точнѣе, главы семей,
старшины, собирались на совѣщаніе,
называвшееся вѣчемъ (отъ слова вѣщать,
говорить). Постепенно славяне стали
слагаться въ общины уже по интересамъ
хозяйственнымъ и торговымъ, смотря
по преобладавшимъ въ той или другой
мѣстности занятіямъ (звѣроловство у
древлянъ, земледѣліе у полянъ и т. д.).
Больше всего славяне любили зани­
маться хлѣбопашествомъ, съйздавна
чтили и высоко цѣнили «землю—ма­
тушку -кормилицу».
Благодаря по­
всемѣстному обилію лѣсовъ, рядомъ съ
земледѣліемъ развиваются лѣсные про­
мыслы, добываніе мёда и воска и охота
за пушнымъ звѣремъ съ торгово-про­
мышленными цѣлями. Воскъ, мёдъ и
шкуры звѣрей издавна были предме­
томъ мѣновой торговли, особенно для
племёнъ, жившихъ по главной торговой
дорогѣ къ Царьграду—по Днѣпру.
Селились славяне обыкновенно по
берегамъ рѣкъ и озёръ, на высокихъ
мѣстахъ, чтобы водой не затопило въ

11
половодье. Жилищами ихъ были про­
стыя деревянныя избы (йстба—отъ
истопка). , Печей и дымовыхъ трубъ не
умѣли дѣлать, а устраивали среди
жилища очаги, на которыхъ и разводили
огонь, при чёмъ дымъ уходилъ въ от­
верстіе въ крышѣ или стѣнѣ. Были у
славянъ и города, состоявшіе изъ ряда
такихъ же избъ, огороженныхъ тыномъ
изъ толстыхъ брёвенъ или землянымъ
валомъ, куда и укрывались жители ок­
рестныхъ посёлковъ въ' случаѣ напа­
денія врага. Нѣкоторые изъ этихъ
городовъ, основанные на большихъ
водныхъ путяхъ, по которымъ шла
мѣновая торговля съ сосѣдями, или
вблизи этихъ путей, пріобрѣли особен­
ное значеніе, расширились, стали малопо-малу торгово-промышленными цент­
рами для извѣстной мѣстности, притя­
гивая къ себѣ окрестныя племена и
являясь для нихъ убѣжищами въ случаѣ
внѣшней опасности. Таковы были : у
ильменскихъ славянъ-—Новгородъ, у
кривичей—Псковъ и Смоленскъ, у полянъ
-—Кіевъ, у сѣверянъ—Черниговъ ; кромѣ
того у славянъ, поселившихся среди
финновъ на сѣверо-востокѣ Россіи,
были старинные города Ростбвъ при

12

бзерѣ Неро (въ нынѣшней Ярославской
губерніи). Суздаль и Муромъ.
Благодаря вліянію городовъ старый
племенной бытъ славянъ постепенно
измѣнялся. Сходившіеся съ разныхъ
сторонъ въ города люди теряли связи съ
родовыми союзами и, смотря по своимъ
дѣламъ и занятіямъ, соединялись въ
иного рода сообщества—воённіыя и
торговыя или промышленныя. Такъ
зарождались своего рода обществен­
ные классы—купцовъ, воиновъ и т. д.
Дѣлаясь сборнымъ пунктомъ для наи­
болѣе предпріимчивыхъ и смѣлыхъ
людей изъ' среды населенія, являсь
центромъ длй окружающихъ хозяйст­
венныхъ общинъ, городъ пріобрѣталъ
власть надъ ними, при чёмъ въ предѣлы
«волости» города попадали зачастую
родовыя общины изъ разныхъ племёнъ
(такъ напр. Кіевъ кромѣ полянъ при­
тянулъ къ себѣ и часть древлянъ; Нов­
городъ управлялъ и кривичами). Го­
родское вѣче пріобрѣло большую силу
и значеніе среди окрестнаго населенія.
Вслѣдъ затѣмъ въ нѣкоторыхъ горо­
дахъ выдвинулась и власть князей
(славянское видоизмѣненіе германскаго
слова « конунгъ »), какъ назывались у

13
славянъ главы сборныхъ «дружинъ,»
охранявшихъ города и торговые пути
отъ нападенія враговъ, я также наи­
болѣе почтённые и вліятельные племен­
ные вожди (въ лѣтописи встрѣчаются
имена такихъ князей—Аскольдъ и Диръ
въ Кіевѣ, Малъ—у древлянъ).
Такъ, постепенно, разселившись на
громадномъ пространствѣ Восточной
Европы, славянскія племена стали пере­
мѣшиваться между собою и составили
рядъ мелкихъ политическихъ общинъ,
управлявшихся двумя властями: горо­
довыми вѣчами и городскими, или пле­
менными князьями. Въ связи съ этимъ
они теряютъ и прежнія свой племенныя
названія и называются большею частію
уже по городамъ—новогорбдцы, кіев­
ляне и т. д. Со 2-й половины IX вѣка
начинается объединеніе ихъ въ одинъ
большой союзъ. Помимо чисто внѣш­
нихъ причинъ, этому способствовала и
одинаковость въ бытѣ, нравахъ и обы,чаяхъ славянъ, объясняемая общностью
ихъ происхожденія. Послѣднее сказа­
лось уже на внѣшнемъ видѣ нашихъ
предковъ.
По отзывамъ иноземныхъ писателей,
славяне отличались высокимъ ростомъ,

14

русымъ цвѣтомъ волосъ, румянымъ
лицомъ и сѣрыми глазами. Они обла­
дали большой силой и необыкновенной
выносливостью, смолоду пріучаясь пере­
носить зной, холодъ и голодъ. Сыз­
давна онй славились храбростью и
стойкостью Въ бою. Славянскіе воины
дрались пѣшіе, желѣзными топорами,
ножами, дротиками и мечами и искусно
стрѣляли изъ лука. Кромѣ копій и
стрѣлъ, иногда намазанныхъ ядомъ,
славяне употребляли на войнѣ ещё
большіе деревянные щиты ; панцырей й
латъ у нихъ въ первое время не было.
Не имѣя правильнаго строя, славяне
не любили открытаго боя, они были зато
мастера дѣлать засады и отсиживаться
въ городищахъ или подолгу лежать
подъ водой, при чёмъ дышали чрезъ
выдолбленный тростникъ, держа одинъ
конецъ его въ зубахъ, а другой—надъ
водою.
Добродушные и миролюбивые по при­
родѣ, во время войны славяне стано­
вились иногда такъ свирѣпы, что не
давали пощады ни женщинамъ, ни
дѣтямъ, и страшно истязали попавших­
ся къ нимъ въ руки враговъ. Особен­
ною грубостію отличались нравы у тѣхъ

15
племенъ, которыя вели охотничью
жизнь. Поводомъ къ кровёвой рас­
правѣ и жестокостямъ служилъ также
распространённый у славянъ обычай
кровавой мести, когда цѣлый родъ
мстилъ другому за убійство своего сочлёна. Вообще родовыя убійства и
постоянные взаимные раздоры и pácnpn,
при отсутствіи законовъ и общей власти,
которой бы всѣ безпрекословно подчи­
нялись, были обычнымъ явленіемъ въ
жизни славянъ.
Семёйная жизнь славянъ основана
была на повиновеніи млёдшихъ члёновъ
рода poдoнaчáльникy, дѣтёй — отцу.
Послѣ eró смёрти вл0сть переходила къ
старѣйшему члёну семьи, cnepBá * къ
брётьямъ покойнаго, ёсли таковые были
подъ eró влёстыо, потомъ послѣдователь­
но къ eró сыновьямъ, начиная со стар­
шаго. Жёнщина находилась въ под­
чиненіи своего мужа и исполняла тяжкія
домёшнія работы. Встрѣчёлось дёже
многоженство : кто былъ побогаче, могъ
имѣть двухъ, трёхъ жёнъ и больше.
Существовалъ обычай « умыкёнія » или
похищёнія невѣстъ во время « игрищъ »
или религіозныхъ празднествъ, въ ко­
торыхъ учёствовали и дѣвушки изъ рёз-

16
ныхъ родовъ, что указываетъ на свободу,
которою они пользовались. Родичи, од­
нако, не любили уступать дѣвушку, эту
полезную работницу въ полѣ и домѣ,
другому роду,—отсюда обычай платить
за невѣсту выкупъ или вѣно. Остатки
этихъ обычаевъ и доселѣ сохранйлись
въ свадебныхъ обрядахъ нашего народа.
Обычное добродушіе славянъ смягчало
зависимость слабѣйшаго пола отъ силь­
нѣйшаго, и многія изъ жёнъ такъ были
привязаны къ своимъ мужьямъ, что
иногда даже добровольно сожигались
на кострахъ съ ихъ трупами. Славянки
иногда ходили въ походъ вмѣстѣ съ
ратниками, мстили за смерть своихъ
мужей, снискивая тѣмъ себѣ общее ува­
женіе ; эпическія пѣсни представляютъ
намъ смѣлыхъ героинь среди древнихъ
богатырей и ихъ матерей, окружённыхъ
роскошью и необыкновенными почест­
ями.
Послѣ основанія государства
восточныхъ славянъ ими управляла
нѣкоторое время со славою женщина
(княгиня Ольга).
Добродушіе славянъ отразилось въ
ихъ радушіи и гостепріимствѣ по отно­
шенію даже къ иноземцамъ и въ ихъ
мягкомъ отношеніи къ плѣннымъ и

17
рабамъ. «Гостемъ» они назывбли одинёково и стрбиника и торговца. Всё
добро хозяина была къ eró услугамъ;
для него можно было даже укрбсть. Съ
плѣнными славяне обходились друже­
любно ; цѣня выше всего свободу, они
назначбли срокъ ихъ рабству, отпускйли
ихъ за выкупъ на родину, а ёсли осво­
бождённые не хотѣли возвращаться,
то могли жить и среди славянъ на
свободѣ.
Религія славянъ. — 3 емл едѣл ьческій
и родовой бытъ славянъ отразился и на
ихъ религіозныхъ вѣрованіяхъ. Они
боготворили силы и явлёнія природы,
вліяніе которыхъ сказывалось на успѣ­
хахъ земледѣлія, и кромѣ того почитали
души умершихъ предковъ.
Древнѣйшимъ божествомъ былъ Свардгъ—нёбо со всѣми его явлёніями : его
дѣти—Сварожичй и представляютъ от­
дѣльныя небёсныя явлёнія. Таковы
были — божество
солнца
Дажббгъ
(Даждьбогъ), подйтель всѣхъ благъ или
Хорсъ, «горящій» ; его чёствовали
также подъ именемъ Велеса (или Волоса)1
бога жётвы и скотоводства ; далѣе
слѣдовалъ богъ вѣтра Стриббгъ и богъ
грома и молніи—Перунъ, являвшійся
Русская Исторія—і.

•

В

18

въ воображеніи славянъ съ палицей
(«перйще»), лукомъ (радуга) и стре­
лами (молніи).
Представленія объ этихъ божествахъ
у славянъ не успѣли, впрочемъ, выра­
ботаться и носили довольно смутный
характеръ. Предъ концомъ язычества,
въ эпоху князёй-дружйнниковъ, выше
всего ставили Перуна-громовника, какъ
бога войны, и «скотьяго бога» Велеса,
между прочимъ, какъ покровйтеля
торговли и вдохновйтеля пѣвцовъ и
гусляровъ.
Славянинъ почиталъ ещё цѣлый рядъ
второстепенныхъ божествъ, въ которыхъ
олицетворялись различныя сйлы и
явленія природы. Остатки этихъ вѣро­
ваній сохранйлись, напримѣръ, въ на­
шихъ народныхъ сказкахъ о Кощен
Безсмертномъ (олицетвореніе мороза)
и Бабѣ-ЯгНъ (олицетвореніе вьюги).
Земледѣлецъ-славянйнъ особенно любйлъ поле и луга, и въ его глазахъ
каждая травка и цвѣтокъ представля­
лись чѣмъ-то живымъ : онй ходйли по
полю, пропадали, превращались, изда­
вали голоса. Отголоски этихъ вѣро­
ваній слышатся и доселѣ въ разныхъ
заговорахъ и заклинаніяхъ.

19

Вѣра въ духовъ природы перепле­
талась съ вѣрой въ духовъ предковъ.
Это были самые близкіе славянину боги;
память о нихъ хранится и доселѣ. Осо­
бымъ почитаніемъ пользовался Чуръ
иди Щуръ—самый старый дѣдъ, хра­
нитель семьи (отсюда заклинаніе—
«чуръ меня,» т. е. храни меня, дѣдъ,
а также уцѣлѣвшее и доселѣ слово
«пращуръ.» Самыми же живыми оли­
цетвореніями сельскаго быта и вѣро­
ваній въ домашнихъ боговъ были дѣ­
душка— Домоебй, ВодянЛй, Лѣшій
(лѣсной дѣдъ) и Полевбй или житный
дѣдъ. Домовой смотритъ за домомъ и
всѣмъ помогаетъ, заплетаетъ гривы
лошадямъ и т. п. Онъ принимаетъ на
себя разные образы—дѣлается бборотнемъ.
Этой способностью обладали,
впрочемъ, по вѣрованію славянъ, и
вообще души умершихъ. Они блуждали
часто огонькомъ по болотамъ, могил­
камъ, ‘прилетали ласточками ; на зиму
онй оставались подъ землёю, весною
воскресали, жили въ лѣсахъ, на деревь­
яхъ—любимомъ пребываніи русалокъ
(отъ слова русый, свѣтлый, ясный,—
такъ называли славяне души умершихъ,
преимущественно женщинъ и дѣтей,

20

обитавшихъ въ водѣ рѣкъ, которыя
представлялись путями въ подземное
царство).
Этими вѣрованіями въ духовъ при­
роды и предковъ опредѣлился и самый
характеръ- древнихъ празднествъ и об­
рядовъ, связанныхъ по большей части
съ перемѣнами въ жизни придрбы.
Таковы праздники Коляды, Красной
Горки, Купалы и др.
Особыхъ храмовъ въ честь боговъ и
для совершенія общественнаго богос­
луженія у славянъ не было ; храмомъ
ихъ была природа и домашній очагъ—
они молились своимъ богамъ по рощамъ
у озёръ, у рѣкъ, на возвышенныхъ
мѣстахъ, и чаще всего дома, чествуя
главнаго покровителя семьи—домового.
Особыхъ жрецовъ у русскихъ славянъ
также не было, а совершали жертвы
старцы, старшины родовъ. Идолопок­
лонство возникло лишь подъ конецъ
язычества, когда стали дѣлать изобра­
женія боговъ въ видѣ людей, обыкновен­
но изъ дерева. Тогда появились, напр.,
большія статуи Перуна въ Кіевѣ и
Новгородѣ, Велеса—въ Ростовѣ, а также
трёбища (треба—жертва) или капища
(копоть — дымъ), гдѣ ставили идола

21
и камень для жертвоприношёнія. Въ
жёртву приносили плоды, животныхъ.;
подъ конёцъ язычества явились и чело­
вѣческія жёртвы. Вѣря въ загробную
жизнь, славяне представляли её продолжёніейъ земной. Покойниковъ они
зарывали въ зёмлю, а иногда сожигёли,
при чёмъ клёли вмѣстѣ съ трупомъ и
любимыя вёщи умёршаго—утварь, ору­
жіе, eró собаку, коня, пищу и питьё, въ
чаяніи, что всё это потомъ понёдобится.
Тѣло умершаго иногдё при сожжёніи
клали на ладью, чтобы душѣ лёгче было
приплыть по рѣкёмъ въ подзёмное
цёрство, которое по миѳологическимъ
представлёніямъ славянъ, находилось
въ глубинёхъ моря. Послѣ йогребёнія
на могилахъ устрёивали пиръ и воин­
скія игры—боролись, бѣгали взёпуски.
Такъ совершалась трйзна по умер­
шемъ.1
Языческая религія, ея обряды и прёзднества, а равно и самыя вѣрованія
славянъ не успѣли ещё выработаться и
принять опредѣлённый харёктеръ, когдё
1 Слово трйзна производятъ отъ слова третйна,
третья чйсть имущества, приносившагося въ жёртву
по умершемъ, или отъ западно-славйнскаго трйзна
г—бой, поединокъ, борьба въ честь умершаго.

22

на Руси, благодаря сношеніямъ съ
Византіей, распространилось христі­
анство.
Инородцы—соседи славянъ въ IX
вѣкѣ.—Въ эпоху основанія русскаго

государства, въ IX вѣкѣ, по сосѣдству
съ восточными славянами жило нѣсколь­
ко 'инородныхъ племёнъ, а именно:
литовцы, финны, болгары и норманны
(варяги).
Литовцы народъ арійскаго происхож­
денія, обитавшій въ лѣсистой и болоти­
стой мѣстности, по нижнему теченію
Западной Двины, Нѣмана и Вислы,
дѣлились на нѣсколько мелкихъ пле­
мёнъ, долго жившихъ въ полудикомъ
состояніи : изъ нихъ наиболѣе войн­
ственными были ятвяги. На послѣд­
нихъ и совершали неоднократно походы
наши первые князья. »Въ XIII в.
литовцы объединяются и образуютъ
самостоятельное государство, явив­
шееся опаснымъ сосѣдомъ Юго-Запад­
ной Руси.
Финны, составлявшіе одну изъ от­
раслей монгольской расы и называв­
шіеся у славянъ чудью (нынѣ чухны),
дробились на множество мелкихъ пле­
мёнъ (чудь, весь, меря, мурома, мещёра,

23

черемиса, пермь, печбра, югбра и саммоѣды). Они занимали весь сѣверный
край нынѣшней Россіи отъ Балтійскаго
моря до Уральскаго хребта.
Зани­
маясь звѣроловствомъ и рыболовствомъ,
финны жили разбросанно, небольшими
посёлками, и не были опасны своимъ
сосѣдямъ. Сѣверные славяне вели съ
нйми торговыя сношенія и безпрепятст­
венно селились среди нихъ, мирно под­
чиняя ихъ своему вліянію. (Такъ пос­
тепенно ославянились весь, мёря,
мурома—вошедшіе въ составъ вели­
корусскаго племени.)
Болгары, осѣдлый торговый народъ
тюркскаго племени, жили по рѣкамъ
Камѣ и Волгѣ (отъ послѣдней получили
и своё названіе ; одна изъ болгарскихъ
ордъ въ V вѣкѣ отдѣлилась и дошла до
Дуная, гдѣ, смѣшавшись съ славянами,
образовала впослѣдствіи царство Бол­
гарское). Живя на торговомъ пути по
самымъ большимъ рѣкамъ Вост. Европы,
болгары вели обширную торговлю. Въ
ихъ столицѣ Великихъ Болгарахъ (близъ
нынѣшней Казани) сходились купцы
финскіе, славянскіе, персидскіе и араб­
скіе. Болгарское царство сохранялось
до XIII в. (до нашествія татаръ) ; по-

24

томки ихъ живутъ и теперь близъ
Казани подъ именемъ чувашей.
Хозары, народъ тюркскаго племени,
образовали довольно обширное и могу­
щественное государство на пространствѣ
отъ Днѣпра до Волги. Подлѣ Астра­
хани найдены остатки ихъ обширной
столицы Итйля, бывшей центромъ ихъ
торговли съ греками, славянами, евре­
ями и арабами. Въ Итйлѣ, благодаря
этому, мирно уживались другъ подлѣ
друга представители четырёхъ религій:
языческой, магометанской, христіан­
ской и еврейской и послѣднюю исповѣдывалъ каганъ—духовный владыка и
верховный повелитель хозаръ. Хозары
были нарбдъ полуосѣдлый : хотя' у
нихъ и были города, но большинство
народонаселенія жило въ кибиткахъ,
немногіе богатые имѣли глиняныя
мазанки и только у кагана были вы­
сокія кирпичныя хоромы.
Лѣтомъ
Итйлъ пустѣлъ : жйтели забирали
имѣніе и откочёвывали въ степъ. Хо­
зары постепенно расиространйли своё
владычество отъ Каспія до Терека,
Крыма и Днѣпра ; на Дону основанъ
былъ йми другой большой городъ—Саркелъ или Бѣлая Вёжа. Въ IX вѣкѣ

25
они подчинили себѣ славанскія племена
полянъ,вятичей и радимичей и брали съ
нихъ дань. Владычество хозаръ надъ
славянами, между прочимъ, способст­
вовало развитію торговли съ Востокомъ.
Пользуясь ихъ покровительствомъ, сла­
вянскіе купцы стали плавать по Волгѣ,
спускались въ Каспійское море, дости­
гали ібго-востбчныхъ его береговъ и
даже на верблюдахъ провозили свой
товары до Багдада. Силу хозаръ подор­
вали набѣги новыхъ выходцевъ изъ-за
Урала—печенѣговъ, а затѣмъ походы
русскихъ князей (особенно Святослава).
Остатки хозаръ долго существовали въ
Крыму и на Кавказѣ.
Норманны, — жители Скандинавіи,
народъ германскаго происхожденія,
были ближайшими сосѣдями славянъ на
Сѣверѣ и рано вступили съ ними въ
сношенія.
Суровая, непривѣтливая
природа Скандинавіи заставила норман­
новъ искать себѣ пропитанія въ морѣ, въ
поискахъ за добычей. Шайки этихъ
удальцовъ подъ начальствомъ викинговъ
или морскихъ королей (отсюда русское
слово «витязь») часто дѣлали набѣги
на своихъ лёгкихъ ладьяхъ на прибреж­
ныхъ жителей Европы и иногда даже

26

утверждали тамъ свою власть, какъ,
наир., въ Англіи, въ Сѣверо-Западной
Франціи, въ Южной Италіи. Нор­
манны называли себя « варйнгеръ » (во­
оружённые люди), потому славяне и
прозвали ихъ варягами. Къ варяж­
скимъ
дружинамъ
присоединялись
нерѣдко удальцы изъ литовскихъ и
славянскихъ племёнъ, жившихъ у
береговъ Балтійскаго моря. Эти сброд­
ныя дружины пробирались и въ Кон­
стантинополь по «великому водному
пути изъ варягъ въ греки» : изъ Фин­
скаго залива рѣкой Невой до Ладож­
скаго озера, по Волхову въ Йльмень,
отсюда рѣкой Лбватыо, затѣмъ пере­
таскивали (волокомъ) лодки въ Днѣпръ
и спускались въ Чёрное море. Въ
столицу Греціи онй ѣздили для наживы,
торгуя награбленнымъ добромъ, или же
нанимались въ императорскую гвардію.
Проходя много разъ черезъ земли фин­
новъ и славянъ и пользуясь разрознен­
ностію этихъ племёнъ, норманскія
дружины, въ сообществѣ съ удальцами
изъ тѣхъ же славянъ, нерѣдко подчи­
няли ихъ своей власти, облагая данью.
¿Этимъ онй полагали начало невольному
объединенію славянскихъ и фйнскихъ

27
племёнъ, способствуя тѣмъ пробуж­
денію сознанія необходимости единой
власти для внутренняго порядка при
раздорахъ родовъ и борьбѣ ихъ за пер­
венство и для болѣе успѣшной борьбы
съ внѣшними врагами.

ОБРАЗОВАНІЕ РУССКАГО
ГОСУДАРСТВА
ПРЕДАНІЯ О ПЁРВЫХЪ РУССКИХЪ
князьйхъ

Лѣтописное преданіе о призваніи
князей.—Отдѣльныя племена славянъ

постоянно враждовали между собою
и не могли поэтому устоять противъ
сильныхъ сосѣдей. Въ 859 году, по
словамъ лѣтописца, «варяги изъ-за
моря » брали дань со славянъ, жившихъ
по Йльменю, и со всѣхъ кривичей, а
также съ сосѣднихъ финскихъ племёнъ
—чуди и мери ; въ то же время хозары
наложили дань на полянъ, сѣверянъ и
вятичей.
Вопросъ о варягахъ—руси издавна
занималъ историковъ и рѣшался раз­

28
лично, въ виду неопредѣлённости ука­
заній лѣтописи и отсутствія другихъ
свидѣтельствъ о фактѣ призванія князей.
По выраженію одного изслѣдователи,
« нѣтъ мѣста на пространствѣ дтъ край­
няго сѣвера до юга Россіи, откуда бы не
выводили руси.» Большинство истори­
ковъ выводятъ князей и всю русь изъ
Скандинавіи, опираясь, между прочимъ,
на то обстоятельство, что многія имена
князей русскихъ и ихъ дружинниковъ,
какъ при Рюрикѣ, такъ и при первыхъ
его преёмникахв, звучатъ по-скандинавски.
Другіе изслѣдователи полагаютъ, что
варяги—славяне ; они пришли или со
славянскихъ берегбвъ Балтійскаго моря
(изъ Помераніи), или изъ скандинавской
области, въ которой славяне основали
колонію. Призваніе славянами князей
норманновъ, изъ другой національ­
ности, по этой теоріи, считается невѣ­
роятнымъ, тѣмъ болѣе, что вліянія
князей-скандинавовъ на бытъ и вѣро­
ванія славянъ незамѣтно.
Третьи—предполагаютъ, что искать
племя русь и его князей нужно на югѣ
около Чёрнаго моря, опираясь на то,
что слово русь съ глубокой древности

29
примѣнялось къ приднѣпрбвской стра­
нѣ, и между прочимъ арабскіе писа­
тели говорятъ о русахъ, какъ о вели­
комъ туземномъ народѣ.
Четвёртое мнѣніе, наконецъ, гласитъ,
что призванные славянами варяги не
были націею, въ собственномъ смыслѣ
этого слова, но представляли собою
войнственную дружину, въ составъ
которой входили удальцы, искатели при­
ключеній, какъ славяне, такъ и сканди­
навы. Сторонники этого мнѣнія опи­
раются на существованіе частыхъ и
весьма древнихъ торговыхъ и полити­
ческихъ сношеній между славянами и
скандинавами. Главами сборныхъ изъ
скандинавовъ и славянъ дружинъ были
обыкновенно варяги, какъ наиболѣе
опытные въ бояхъ люди. ¿5тимъ объ­
ясняется, почему водвореніе варяжской
дружины Рюрика очень мало повліяло
на славянъ, жившихъ у Ильменя и
Днѣпра и почему новые пришельцы
быстро ославянились, такъ что, наир.,
внукъ Рюрика, Святославъ, носитъ уже
чисто славянское имя, а правнукъ его
Владиміръ остался въ памяти народной
типомъ истаго славянскаго князя. Что
касается вопроса о неудобствѣ для

30
славянъ призванія князя изъ чуждой
національности, то нельзя забывать,
что въ IX в. такой розни между племе­
нами ещё не было. Чѣмъ ближе къ
языческой древности племена герман­
ское и славянское, происходящія отъ
одного арійскаго корня, тѣмъ они
сходнѣе между собою въ понятіяхъ
религіозныхъ, нравахъ и обычаяхъ.
Исторія не провела ещё въ ту пору
между ними рѣзкихъ разграничиваю­
щихъ линій, ихъ національности ещё не
выработались, а потому не могиб быть
и сильныхъ національныхъ отвращеній.
Наконецъ, если бы новгородцы и кри­
вичи непремѣнно хотѣли имѣть своимъ
княземъ славянина, то такого желанія
могло и не быть у финскихъ племёнъ,
бывшихъ’съ ними въ союзѣ. Всѣ же­
лали только единой власти, устра­
няющей родовыя усобицы, и могли
думать, что князья, прйзванные со
стороны, какъ всѣмъ одинаково чуждые,
будутъ управлять и судить безпри­
страстно. А такъ какъ дружина пер­
выхъ' князей была разноплемённая, то
она и не внесла какого нибудь племен­
ного начала, а установила только связь
между разрозненными племенами, под­

31
чиняясь вмѣстѣ съ ними одному князю и
давая имъ защиту отъ внѣшнихъ враговъ.
Всѣмъ этимъ объясняется и то обстоя­
тельство, что въ первое время не пре­
рывалась связь съ варягами, и они
постоянно встрѣчаются на службѣ у
кіевскихъ князей до сыновей Ярослава
включительно.
Рюрикъ.—Спустя два года послѣ приз­
ванія князей умерли оба младшіе брата
Рюрика, и онъ сталъ править одинъ.
Онъ началъ раздавать волости (области)
своимъ «мужамъ,» т. е. главнѣйшимъ
дружинникамъ и велѣлъ имъ «города
рубити,» т. е. строить деревянныя крѣ­
пости, гдѣ бы можно было держаться
противъ враговъ внѣшнихъ и внутрен­
нихъ. Дружинники имѣли при себѣ
вооружённые отряды и заставляли ок­
рестныхъ жителей повиноваться князю
и платить дань.
Двое изъ дружинниковъ Рюрика
Аскольдъ и Диръ, которымъ не доста­
лось городовъ въ управленіе, отпроси­
лись у него со своими родичами въ Кон­
стантинополь поискать добычи и счастія,
По дорогѣ, плывя по Днѣпру, они зах­
ватили вѣ свой руки Кіевъ, городъ
полянъ, и стали княжить надъ ними,

32

освободивъ ихъ отъ дйни хозйрамъ.
Около Аскольда и Дира собралось не
лгало удальцовъ -искйтел ей приклю­
ченій, во глйвѣ которыхъ, на двухъ
стахъ ладьяхъ, оші сдѣлали въ 865 году
(по другимъ извѣстіямъ походъ былъ ещё
въ 860 г.) набѣгъ на Визйнтію. Русы
обступили Царьгрйдъ и стали разорять
eró окрёстности. Греки пришли въ
^жасъ, тѣмъ болѣе, что имперйторъ
(Михаилъ) въ ту пору находился съ
глйвными силами въ Азіи, гдѣ онъ вое­
валъ противъ арйбовъ.
Получивъ
извѣстіе о нападёніи руси, онъ поспѣ­
шилъ въ столицу. Вѣсть о прибытіи
императора съ войсками и буря, раз­
бившая много русскихъ лодокъ, застйвили Аскольда и Дйра возвратиться въ
Кіевъ. Вслѣдъ затѣмъ въ Кіевъ отпрйвлены были грёческіе миссіонёры, ко­
торымъ удалось окрестить многихъ
русовъ, въ томъ числѣ, по преданію,
крестились Аскольдъ и Диръ.
Въ 879 году Рюрикъ умеръ. За
малолѣтствомъ его сына Йгоря сталъ
княжить его родственникъ - Олёгъ.
Олегъ (879-912) былъ князь очень
предрпіймчивый, хитрый и войнствен­
ный. Онъ задумалъ забрйть въ свой

33

руки весь великій водный путь въ 6oráтую Грёцію и соединить подъ сроёй
влйстью племена славянъ, жившихъ по
Днѣпру.
Олёгъ собрблъ большое
войско изъ варяговъ и всѣхъ подвлйстныхъ и даже неподвластныхъ ему
племёнъ—сѣверныхъ славянъ и финновъ
и двинулся на югъ. На пути онъ окончётельно подчинилъ себѣ кривичей, зах­
вативъ у нихъ Смоленскъ, и затѣмъ
взялъ обмбномъ Кіевъ, убивши Асколь­
да и Дира. Кіевъ Олёгу очень понрйвился, и онъ сдѣлалъ eró своимъ
стольнымъ городомъ, назвбвши его, по
словамъ лѣтописи, «матерью городовъ
русскихъ.»
Чтобы утвердить свою власть въ
покорённой области и для защиты отъ
кочёвниковъ со стороны степёй Олегъ
нёчалъ строитъ новые города, сажбя на
нихъ своихъ дужйнниковъ, и затѣмъ
постепённо подчинилъ своёй влбсти и
обложилъ данью славянскія племена,
жившія къ востоку и збпаду отъ Днѣпрй
(древлянъ, сѣверянъ и радимичёй),
освободивъ послѣднихъ отъ дбни хозйрамъ. Не
довольствуясь
скудной
данью славянскихъ народовъ, Олёгъ во
главѣ громадной рйти, состйвленной изъ
Русская Исторія—I.

О

34
всѣхъ подчинённыхъ ему племёнъ (на
2000 ладьяхъ по словамъ лѣтописи),
совершилъ морской походъ на Византію;
онъ осадилъ самый Царьградъ, страшно
опустошилъ окрестности его, нещадно
избивая жителей, и отступилъ только
тогда, когда греки заплатили ему боль­
шой откупъ. Олегъ воротился въ Кіевъ
съ богатой добычей, которая состояла
изъ золота, паволокъ (шёлковыя ткани),
греческихъ винъ и другихъ товаровъ.
Результаты своего удачнаго похода
Олегъ утвердилъ письменнымъ торго­
вымъ договоромъ съ греками, весьма
выгоднымъ для русскихъ купцовъ: они,
напримѣръ, могли покупать въ Констан­
тинополѣ товары, не платя за нихъ
пошлины.
Олегъ установилъ такимъ образомъ
съ Византіей болѣе прочныя и выгодныя
торговыя сношенія, имѣя въ Царьградѣ
постоянный рынокъ для сбыта русскихъ
товаровъ (мѣха, кожи, мёдъ и воскъ),
которыхъ онъ съ дружиной набиралъ не
мало въ видѣ дани съ подвластныхъ
племёнъ. Въ походѣ Олега участво­
вали и неподчинённыя ему племена,
жившія въ области верхняго Днѣпра и
Буга, заинтересованныя въ удачномъ

35

исходѣ выгоднаго для всѣхъ предпріятія.
Кіевъ съ его князьями становился,
такимъ образомъ, и политическимъ, и
экономическимъ цёнтромъ страны, при­
тягивающимъ къ себѣ, объединяющимъ
въ одинъ большой союзъ разбросанныя
по рѣкймъ восточной Европы славян­
скія племенб.
Олегъ умеръ въ 912 г. За необыкновённую удачу народъ прозвблъ eró
вѣщимъ, т. е. чародѣемъ. При Олёгѣ
мимо Кіёва прошли, направляясь на
зйпадъ (въ Паннонію) орды угровъ или
вёнгровъ. Ихъ потѣснили новые кочёвники, появившіеся изъ Урйльскихъ
степёй—печенѣги. Зйнятые борьбой съ
этимъ полудикимъ плёменемъ, хозёры не
могли помѣшйть Олёгу подчинять сѣве­
рянъ и радимичёй, дотолѣ платившихъ
имъ дань. При преёмникѣ Олёга Игорѣ
(въ 915 г.) печенѣги прорвйлись ужё и
въ русскіе предѣлы и стали тревожить
восточныхъ славянъ. Много зла они
наносили своими набѣгами. Неболь­
шими отрядами проникёли онй въ
русскія области, грабили, сжигйли
поселёнія, уничтожали нивы и быстро
удалялись на своихъ лёгкихъ степныхъ
коняхъ. Иногда собирались онй боль-

36

шой шёйкой и нападёли на русскіе
купёческіе каравёны, поджидая ихъ у
днѣпровскихъ пороговъ. Начиная съ
Йгоря, русскимъ князьямъ пришлось
вести постоянную борьбу съ этими свирѣ­
пыми кочевниками.
Игорь (912-945), преёмникъ Олёга,
не имѣлъ eró отвёги и удёчи въ похо­
дахъ. Жёдный къ добычѣ, онъ заду­
малъ, по примѣру Олёга, сдѣлалъ боль­
шой набѣгъ на Грёцію и двинулся
моремъ къ Константинополю.
Но,
повидимому, онъ не разсчиталъ своихъ
силъ и не сумѣлъ оборониться отъ
грёковъ. . Суда его были истреблены
такъ называемымъ грёческимъ огнёмъ
(какъ полагаютъ, горючій состёвъ изъ
нефти, сѣры и смолы, который грёки
кидёли изъ мѣдныхъ трубъ на русскія
лодки ; а сухопутное войско, пробрёвшееся на берегё Мёлой Азіи, было
разбито.
Йгорь рѣшился во что бы то ни стёло
заглёдитъ стыдъ своего поражёнія. Онъ
послёлъ « за море» звать варяговъ,
нёнялъ печенѣговъ, собрёлъ подъ свои
знамёна множество воиновъ изъ подвлёстныхъ ему славянскихъ племёнъ.
Стрёшныя вѣсти принеслись, въ Царь-

37
грйдъ изъ Корсуни : « идётъ русь безъ
числа—корабли ихъ всё море покрыли.»
Игорева рать дошла уже до Дуная,
когда отъ грековъ пришли послы съ
предложеніемъ дани—отступного безъ
боя. Посовѣтовался Игорь со своей
дружиной и согласился. «Неизвѣстно,
кто одолѣетъ, мы или они. Да и съ
моремъ не уговоришься,» рѣшили дру­
жинники. . . .
Игорь вернулся въ Кіевъ и заклю­
чилъ съ греками новый договоръ (945).
Какъ результатъ отступленія и мира
безъ боя, договоръ этотъ былъ менѣе
выгоденъ чѣмъ Олеговъ, и съ нѣкото­
рыми
стѣсненіями
для
русскихъ
«гостей.» Договоръ былъ подтверж­
дёнъ обоюдной клятвой. Въ дружинѣ
Йгоревой было не мало и христіанъ.
И въ ту пору, какъ язычники клялись
на ходмѣ, гдѣ стоялъ идолъ Перуна,
сложивъ тамъ свой щиты и мечи, «кре­
щёная русь» присягала именемъ хри­
стіанскаго Бога въ соборномъ храмѣ св.
Илій.
Договорами Олега и Игоря установленъ
слѣдующій порядокъ торговыхъ сно­
шеній Русй съ Византіей. Ежегодно
лѣтомъ русскіе торговцы являлись въ

38

Царьградъ на опредѣлённый срокъ (не
болѣе 6 мѣсяцевъ); по договору Йгоря,
никто изъ русскихъ гостей не могъ оста­
ваться тамъ на зиму. Императорскіе
чиновники отбирали у прибывшихъ
купцовъ княжескую грамоту съ обоз­
наченіемъ числа посланныхъ изъ Кіева
лодокъ и переписывали имена прибыв­
шихъ пословъ и купцовъ, чтобы подъ
видомъ послѣднихъ не прокрались въ
Царьградъ русскіе пираты. Да и
самихъ купцовъ побаивались, пропу­
ская ихъ лишь небольшими партіями
(до 50 чел.) и притомъ безъ оружія. За
правильностью торговыхъ сдѣлокъ по­
купателей съ продавцами наблюдалъ
особый императорскій приставъ. Тор­
говля была по преимуществу мѣновая:
мѣха, мёдъ, воскъ и челядь (раббвъплѣнниковъ) русъ мѣняла на паволоки
(шёлковыя ткани), золото, вино, овощи.
Всѣ русскіе «гости» за время своего
пребыванія въ Царьградѣ пользовались
даровымъ « кормомъ » и баней. По
истеченіи торговаго срока, русскимъ
купцамъ давали изъ греческой казны
на дорогу продовольствіе и взамѣнъ
испорченныхъ новыя судовыя снастиякоря, канаты, паруса и пр.

39
Подъ старость Йгорь пересталъ самъ
ходить за полюдьемъ («по людямъ »—
такъ назывался сборъ дани), а посылалъ
боярина Свѣнельда. Ото было невы­
годно для Йгоревой дружины, съ
которой онъ обыкновенно дѣлился, и
она стала роптать : « Отроки (дружин­
ники) Свѣнельда богатѣютъ, а мы наги
и босы » . . . Послушался ихъ просьбъ
Йгорь и пошёлъ самъ за данью. Соб­
равши достаточно съ древлянъ и отпус­
тивъ большую часть дружины, корысто­
любивый князь пошёлъ за данью вто­
рично. . . . «Повадится волкъ въ стадо
овецъ, все стадо расхититъ, пока не
убьютъ,» рѣшили на вѣчѣ древляне и
варварски умертвили Йгоря.
Ольга (945-957). По смерти Йгоря
вдова его, Ольга, стала править стра­
ною за малолѣтствомъ своего сына
Святослава.
Ольга, родомъ пскови­
тянка, пользовалась въ народѣ извѣст­
ностію, какъ женщина очень умная и
и хитрая, съ твёрдымъ и рѣшительнымъ
характеромъ.
Усмиривъ древлянъ, Ольга съ сыномъ
и дружиною объѣхала свой владѣнія,
раздѣлила земли на участки и подробно
опредѣлила размѣръ дани и повинностей

40

(«уставы и уроки, дани и погосты»1) у
подвластныхъ племёнъ.
Кромѣ своей распорядительной хозяй­
ственной дѣятельности, Ольга просла­
вилась ещё и тѣмъ, что первая изъ кня­
жеской семьи крестилась. Христіанъ
было уже много въ Кіевѣ, и при своёмъ
умѣ Ольга не могла не видѣть преи­
мущества христіанства надъ бѣдной
славянской языческой вѣрой. Въ 957
году она посѣтила Константинополь
для поклоненія святынямъ и принятія
благословенія отъ патріарха.
Тамъ
имѣла свиданіе и съ греческимъ импера­
торомъ Константиномъ Багрянород­
нымъ .
Святославъ (957-972), по лѣтописному
изображенію, является идеаломъ язы1 Уставы и урбки или оброки, т. е. податнйе'
оклады. Погбстами, отъ слова гость, купбцъ, назы­
вались въ старину сббрпые торговые пункты, мѣста
промйшленнаго обмѣна, сюда же свозйли и д&ни,
составлявшія также матеріалъ для торговыхъ оборбтовъ князёй. Впослѣдствіи, съ введёпіемъ хрис­
тіанства, па погостахъ, какъ центральныхъ сборныхъ
пунктахъ, стали стрбить храмы; кладбища при
нихъ тбже назывались погостами; погбсты же стали
и административными цёптрами сёльской вблости,
и досёлѣ множество мѣстёчекъ пбсятъ названіе
погбстовъ.

41

ческаго
князя-дружинника.
Ещё
ребёнкомъ онъ учбствовалъ въ походѣ
Ольги на древлянъ, съ мёлыхъ лѣтъ
освоился съ боевой жизнью и думалъ
только о рётпыхъ подвигахъ и удалыхъ
походахъ. Всё eró княжёніе прошло въ
непрерывныхъ воинахъ. Походы онъ
совершалъ необыкновённо быстро—хо­
дилъ какъ барсъ, по выражёнію лѣто­
писца. Никакого обоза не возилъ за
собою, не бралъ котловъ, мяса не
варилъ, но, нарѣзавъ ломтями конину,
звѣриное мясо или говядину, пёкъ на
угольяхъ и ѣлъ. Шатра у него нё
было — онъ спалъ на голой землѣ,
постеливъ только конскую попону, а
подъ голову подложивъ сѣдло. Таковё
же была у него и дружина. Безстрёшный воинъ, Святослёвъ не любилъ при­
бѣгать къ хитрости и нападать врас­
плохъ, но всегда посылалъ сказёть
врагамъ : « Иду на вась ' »
Берега Оки, Волги и Дона были пёрвымъ мѣстомъ его воённыхъ дѣйствій.
Онъ покорилъ плёмя вятичёй, досёлѣ
платившихъ дань хазёрамъ, разорилъ
и разграбилъ городё и сёла болгаръ по
Волгѣ и разбилъ Há голову выступив­
шее противъ него большое хоз0рское
РОССИЙСКАЯ
ГОСУДАРСТВЕННАЯ

42

войско съ самимъ каганомъ во главѣ.
Онъ взялъ придонскую столицу хозаръ
—Бѣлую Вѣжу и побѣдилъ ясовъ и
косбговъ, войнственныхъ жителей Прикавкйзья.
Всюду разнеслась молва о смѣлыхъ
набѣгахъ удалого князя и о страшной
дружинѣ eró, и грёческій имперйторъ
Никифоръ Фока пригласилъ его себѣ на
помощь противъ дунййскихъ болгаръ.
Святославъ принялъ предложёніе и во
главѣ огромнаго войска проникъ въ
Болгарію ; съ огнёмъ и мечемъ прошёлъ
онъ всю страну и остался здѣсь жить
въ Переяславцѣ на Дунаѣ.
Въ это врёмя печенѣги напйли на
Кіевъ и чуть имъ не овладѣли. «Ты,
князь, чужой земли ищешь, а свою не
блюдёшь, послали ему, по словймъ
лѣтописи, сказйть кіявляне * неужёли
тебѣ не жаль ни твоей отчины, ни
старухи-мйтери, ни дѣтей твоихъ?»
Святослйвъ поспѣшилъ съ дружиной
своёй въ Кіевъ и прогнйлъ печенѣговъ
далеко въ степь. Вскорѣ послѣ этого
престарѣлая Ольга скончйлась и была
похоронена по христійнскому обряду.
Между тѣмъ имперйторомъ Визйнтіи
вмѣсто Никифора Фоки сдѣлался

43

убійца его Іоаннъ Цимйсхій, опытный
и храбрый полководецъ. Опасаясь
имѣть своимъ сосѣдомъ войнственнаго
Святослава, онъ потребовалъ, чтобы
русскій князь удалйлся изъ Болгаріи,
и, получйвъ отказъ, самъ повёлъ на
него многочйсленныя войска.
Смутйлись сначала русы : ихъ было
гораздо меньше чѣмъ враговъ; греки
лучше были вооружены, кромѣ того у
нихъ была броненосная конница, и въ
Дунай вошли греческіе кораблй съ
огнеметательными
снарядами.
Не
взирая на это, безстрашный князь
воодушевлялъ свойхъ сподвйжниковъ.
«Некуда уже намъ дѣться, сказалъ онъ
имъ : волей или неволей надо сразйться.
Не посрамймъ землй Русской, ляжемъ
костьмй ; мёртымъ нѣтъ срама ! Если
въ бѣгство обратймся, то и срамъ будетъ
и бѣды не избѣжймъ. Станемъ твёрдо.
Я пойду впередй. Ёсли сложу свою
голову, то сами о себѣ думайте.»—
«Гдѣ твоя голова ляжетъ, тамъ и мы
свой сложимъ,» отвѣчали ему воины.
Борьба, однако, была далеко не рав­
ная. Послѣ цѣлаго ряда кровавыхъ
сѣчъ Святославъ заперся въ Доростблѣ,
и русскіе удивйли враговъ свойми отча-

44

янными вылазками. Нерѣдко, побѣя
денные превосходными силами, он
обращали тылъ, но отступали медленно
закинувъ за плечи свой длинные щитн
Иногда ночью, при свѣтѣ дуньі, они, пі
разсказамъ грековъ, выходили изі
города, сжигали тѣла павшихъ това
рищей, убивали надъ ними плѣнникові
и съ какйми-то священными обрядами
погружали въ воду младенцевъ и пѣту­
ховъ. Въ числѣ убитыхъ русских!
греки находили иногда женщинъ : оні
въ мужской одеждѣ слѣдовали за своими
мужьями въ сраженіи.
Наконецъ, не видя ни откуда помощи
изнурённые голодомъ, русскіе вступил^
въ переговоры съ греками. Святослав!
принуждёнъ былъ уступить, оставил!
Болгарію и заколючйлъ миръ съ греками,
Предъ выходомъ изъ Болгаріи, Свя­
тославъ пожелалъ имѣть свиданіе ст
Цимйсхіемъ, которое и состоялось на
берегу Дуная.
Возвращаясь въ Кіевъ съ остатками
своей дружины, русскій князь погибъ вт
битвѣ съ печенѣгами, которые дожида­
лись его у днѣпровскихъ пороговъ (972).
Дѣятельность первыхъ князей-дру­
жинниковъ, ПОСКОЛЬКУ можно судить

45

ней по сохранённымъ лѣтописью
реданіямъ, отразилась прёжде всего
а объединеніи славянскихъ племёнъ,
[оселйвшись
среди
разрозненныхъ
давянскихъ и финскихъ племёнъ,
нязья положили начало единству
'усской земли не только тѣмъ, что
[намѣтили ея границы, ио и. тѣмъ, что
создали общіе интерёсы, до извѣстной
ртёпени связйвшіе ея части.
При
¡Рюрикѣ вліянію князя подчиненй была
только озёрная Новгородская область и
¡сѣверныя славянскія и финскія племена, eró призв0вшія. Его преёмники,
Олёгъ и Игорь, пошли дйлѣе по вели­
кому водному пути съ сѣвера на югъ
и подчинили своёй влйсти племена,
жившія на этомъ пути. Святосл0въ
облагаетъ д4нью послѣднее остйвшееся
ещё нетронутымъ славянское плёмя—вятичёй и распространяетъ своё вліяніе
даже за предѣлы первонач4льнаго разселёнія восточныхъ
славянъ.
Къ
концу X в. всѣ ужё почти племена
восточныхъ славянъ -были приведены
подъ руку кіевскаго князя ; вмѣстѣ съ
тѣмъ племенныя назв0нія появляются
все рѣже, замѣняясь областными—по
именамъ главныхъ городовъ.

І

46
КІЁВСКАЯ РУСЬ
ВВЕДЕНІЕ ХРИСТІАНСТВА

Владиміръ Святой (980-1015) по изо­
браженію лѣтописи является княземъ
войнственнымъ, предпріимчивымъ, съ
характеромъ рѣшительнымъ и горячимъ.
Первые годы княженія Владиміра
прошли въ непрерывныхъ походахъ.
Онъ усмирилъ витячёй, которые про­
бовали было освободиться отъ дани
кіевскому князю ; воевалъ съ поляками
и отнялъ у нихъ Червонную Русь или
Галицію ; побѣдилъ хищныхъ ятвяговъ
и совершилъ удачный походъ на кам­
скихъ болгаръ. Походы свой Влади­
міръ праздновалъ весёлыми пирами съ
своей дружйной и обильными жертвами
богамъ. Воспитанный въ цёрнтѣ тог­
дашняго язычества—Новгородѣ, Владйміръ явился очень ревностнымъ языч­
никомъ. Съ первыхъ же лѣтъ своего
княженія онъ сталъ ставить въ Кіевѣ
на холмахъ кумиры или йдолы главныхъ
славянскихъ боговъ — Перуна, Дажббга, Стрибога и др. Особенно укра­
шенъ былъ деревянный истуканъ бога

47
войны—Перуна : голова у него была
серебряная, а усы золотые.
Бѣдная даже по обрядовой своей сто­
ронѣ языческая религія не могла,
конечно, удовлетворить горячаго рели­
гіознаго чувства Владиміра, и онъ сталъ
присматриваться къ христіанству, уже
пустившему въ Кіевѣ глубокіе корни.
Тамъ было много христіанъ, ^даже въ
самой дружинѣ. Ещё. при Йгорѣ въ
Кіевѣ уже былъ соборный храмъ Св.
Илій. При Ольгѣ число ихъ, безъ
сомнѣнія, было ещё больше.1
Владиміръ рѣшился наконецъ при­
нять христіанство. Владиміръ послаль
просить у греческихъ императоровъ
Василія и Константина руки сестры
ихъ Айны и объявилъ о своёмъ намѣ­
реніи креститься. Не малаго труда
стоило царямъ уговорить сестру свою
Анну выйти за русскаго князя. «Иду
точно въ полонъ, — говорила она,—
лучше бы здѣсь умереть.»
Братья
убѣдили её тѣмъ, что она будетъ содѣйст­
вовать обращенію всей русской земли
1 Были въ Кіевѣ представители и другйхъ рели­
гій. По дѣламъ торговымъ приходили сюда и магометапе изъ приволжской Болгаріи, и еврёи изъ
Хозарской земли.

48
въ христіанство и избавитъ Грёцію отъ
опбснаго врага.
Вмѣстѣ съ Анной
прибыли въ Корсунь греческіе священ­
ники, которые немёдленно окрестили
князя и eró дружину.
Изъ Кіева христіёнство распрост­
ранилось на сѣверъ по великому вод­
ному пути и вообщё по глёвнымъ горо­
дамъ, гдѣ населёніе было сравнительно
развитѣе; въ другихъ же мѣстёхъ долго
ещё держёлось язычество. Особенно
упорное сопротивлёніе встрѣтили про­
повѣдники христіанства по Окѣ и
вёрхней Волгѣ и на сѣверѣ по сосѣдству
съ финнами, гдѣ на народъ имѣли
большое вліяніе волхвы, побуждавшіе
eró къ сопротивлёнію. Въ Новгородѣ
язычники подняли дёже мятёжъ и усмирёны были только силою оружія1).
Вообщё же христіанство на Руси
распространилось быстрѣе и спокойнѣе,
чѣмъ въ другихъ стрёнахъ Европы, и
почти не встрѣтило себѣ прямого проти­
водѣйствія со стороны язычества. Пос­
лѣднее ещё не успѣло сформировёться и
1, Добрйня, дядя Владйміра, и тысяцкій Путята,
усмиряя мятёжъ, сожгли часть города,, отсюда и
сложилась поговорка у новгородцевъ: '«Путята
крестилъ мечомъ, а Добрйня огнёмъ.»

49
окрѣпнуть у славянъ, не развило
миѳологіи, не выработало даже своей
іерархіи или жреческаго сословія,
которое могло бы постоять за старую
вѣру или руководить народомъ въ про­
тиводѣйствіи новой вѣрѣ. Принимая
христіанство, тёмныя народныя массы
по-своему примиряли или скорѣе соеди­
няли новую вѣру со старой, охраняя
языческіе пріёмы жизни и языческія
суевѣрія, которыми руководствовались
въ своёмъ домашнемъ быту.
Распространенію христіанства на
Руси много содѣйствовало и то обстоя­
тельство, что наши предки могли слу­
шать богослуженіе на славянскомъ
(древне-болгарскомъ) языкѣ, вполнѣ
понятномъ для нихъ, такъ какъ славян­
скими апостолами св. братьями Кирил­
ломъ и Меѳодіемъ, ещё въ половинѣ
IX в. (»55), была составлена славянская
азбука и переведены на славянскій
языкъ богослужебныя книги.
Боль­
шимъ неудобствомъ на первыхъ порахъ
являлся только недостатокъ въ Священ­
никахъ, которые могли бы объяснить св.
Писаніе на славянскомъ языкѣ. Духо­
венство было по большей части изъ
грековъ и только частью изъ дунайскихъ
Русская Исторія—I.

В

50

болгаръ. Желая образовать собствен­
ное русское духовенство, Владиміръ
прикпзывалъ набирйть мальчиковъ и
отдав4ть ихъ для книжнаго обучёнія
свящённикамъ. М0тери, отпуская сво­
ихъ дѣтёй въ школы, шикали по нимъ,
говоритъ лѣтописецъ, какъ по мёрт­
вымъ. Тѣмъ не менѣе, м4ло-пом0лу
князья и бояре стёли учить и сво­
ихъ дѣтёй грамотѣ. Самъ Владиміръ
ещё не зналъ ея, но дѣти eró были ужё
грамотны.
Щёдрый по прёжнему къ дружинѣ,
устраивая для нея весёлые пиры, онъ
не забываетъ тепёрь и « нищую бра­
тію » : ежедневно на княжемъ дворѣ
раздавали большую милостыню убогимъ,
а для слёбыхъ и увѣчныхъ развозили
по дом0мъ съѣстные пршгасы и бочки
съ мёдомъ и квасомъ. Кромѣ разныхъ
праздниковъ, к0ждую недѣлю по воскрёснымъ днямъ устрйивались въ кня­
жеской гридницѣ пиры : бояре, всѣ
дружинники CTápinie и мл0дшіе, и
лучшіе люди изъ горожанъ приходили
сюд0 и пировали при князѣ и безъ него.
Eró щёдрость и слава собр4ли около
него лучшихъ витязей того врёмени.
Въ народныхъ былинахъ и досёлѣ вое-

51

пѣвается ласковый князь Владиміръ
«Крйсное Солнышко» и его «богатыри.»
Владиміръ окончился въ 1015 г. Цёрковъ причислила его къ лику святыхъ
и именуетъ равноапостольнымъ за его
дѣятельность по распространенію хрис­
тіанства.
Ярославъ Мудрый (1019-1054). Окон­
чивъ трудную борьбу Ярославъ сѣлъ
на столѣх) въ Кіевѣ, и хотѣлъ овладѣть
всѣми землями умершихъ братьевъ, но
встрѣтилъ себѣ противника въ Mcтиcлáвѣ
Тмутараканскомъ. Этотъ князь, отва­
жный въ битвѣ, щёдрый къ дружинѣ,
прослёвился богатырской удалью и
своими рётными подвигами въ странахъ
приазовскихъ, гдѣ находился eró удѣлъ.
Мстиславъ одолѣлъ стёршаго брата и
заставилъ его раздѣлить земли пополёмъ. Только по смёрти его Ярослёвъ
объединилъ Русскую зёмлю подъ своёю
ВЛёСТЫО.

Изъ внѣшнихъ дѣлъ Ярослава замѣ1 Съ бтихъ поръ о вступАющемъ на княжёніе
кнйзѣ почти всегда въ лѣтописяхъ говорится, что
опъ « сѣлъ на столъ.» Таковъ дѣйствйтельно былъ
обрйдъ въ дрёвней І’усй: новаго кнйзя сажали па
столъ въ главной соборной церкви, что и знамено­
вало признаніе его княземъ со сторонй земли.

52
чательны—война съ поляками, у кото­
рыхъ онъ снова отнялъ Червонную
Русь (Галицію); рѣшительная побѣда
надъ печенѣгами, послѣ чего они почти
прекратили свой набѣги на Русь, и
морской походъ на Византію, послѣд­
ній въ русской исторіи. Раздоръ воз­
никъ по поводу ссоры между русскими
купцами и греками, при чёмъ одинъ
русскій былъ убитъ. Огромную рус­
скую рать и наёмныхъ варяговъ повёлъ
на Византію старшій сынъ Ярослава
Владиміръ, но походъ окончился неу­
дачно ; русскія ладьи были истреблены
частію греческимъ огнёмъ, частію бурею.
Ярославъ пользуется славой перваго
русскаго законодателя. При нёмъ поло­
жено начало первому сборнику русскихъ
законовъ, извѣстному подъ именемъ
Русской Правды (Ярославова «Правда»
дополнена была при преемникахъ Яро­
слава). Современники высоко цѣнили
заботы Ярослава о правосудіи и про­
свѣщеніи и прозвали его «Мудрымъ.»
Съ этимъ названіемъ остался онъ и въ
исторіи.
При Ярославѣ русскіе были въ пос­
тоянныхъ сношеніяхъ не только съ
Византіей, но и съ Западной Европой.

53

Русскій князь пользовался тамъ боль­
шою извѣстностію и почётомъ и со
многими изъ государей Запада нахо­
дился въ родствѣ.
Эпоха послѣ Ярослава обыкновенно
называется убтълънъімъ періодомъ, отъ
слова удѣлъ, какъ именуютъ области,
выдѣленныя Ярославомъ своимъ сы­
новьямъ. Это названіе неточно. Въ
Кіевской Руси части Русской земли,
достававшіяся тѣмъ или другимъ
князьямъ, назывались «волостями»
или «надѣлками» въ смыслѣ времен­
наго владѣнія. Родичи-князья вла­
дѣютъ іщи по очереди старшинства,
постоянно передвигаясь съ мѣста на
мѣсто, изъ худшей въ лучшую и болѣе
богатую область.
Съ измѣненіемъ
порядка княжескаго владѣнія въ XIII
в. въ Суздальской Руси эти волости
стали называть « вотчинами» (отчина,
отеческое достояніе), переходившими по
наслѣдству отъ отца къ сыну и дробив­
шимися на удѣлы, въ смыслѣ отдѣль­
наго владѣнія, постояннаго и наслѣд­
ственнаго. Такимъ образомъ удѣль­
нымъ періодомъ, въ точномъ смыслѣ
слова, слѣдуетъ называть только время
послѣ Всеволода III съ XIII и до поло-

51

вины XV вѣка, когда наконецъ всѣ эти
удѣлы и мелкія владѣнія отдѣльныхъ
князей и княжескихъ родовъ поглощены
были Москвою.
Раздѣленіе Руси на волости по числу
князей и усобицы послѣднихъ осла­
били Русскую землю (вслѣдствіе чего
она и не могла потомъ дать надлежащаго
отпора внѣшнимъ врагамъ), но единства
ея не нарушали, такъ какъ князья
постоянно передвигались съ своими
дружинами изъ одного княжества въ
другое, при чёмъ жители городовъ (осо­
бенно старинныхъ, богатыхъ и наиболѣе
населённыхъ, гдѣ въ эту эпоху пріоб­
рѣло большое значеніе вѣче) принимали
дѣятельное участіе въ этомъ передви­
женіи князей и ихъ борьбѣ за стар­
шинство.
Родовыя княжескія отношенія и
причины усббицъ.
Раздѣливъ, по

примѣру отца и дѣда, Русскую землю
между своими сыновьями, Ярославъ
поступилъ согласно съ укоренившимся
среди славянъ, еще въ эпоху родового
быта, обычаями пользованія родовымъ
имуществомъ.
По понятіямъ того
времени, вся Русская земля считалась
ббщей собственностію цѣлаго кня-

56
жескаго рбда, при чёмъ каждый рбдичъ
долженъ былъ владѣть какою-нибудь
областью, — Ярославъ и
выдѣлилъ
волости всѣмъ сыновьямъ. По смерти
отца главою рода « вмѣсто отца » стано­
вился старшій въ родѣ. Такимъ здѣсь
и явился Изяславъ. Ему дана и луч­
шая область со стольнымъ городомъ
Кіевомъ, онъ называется великимъ
княземъ (въ смыслѣ старшинства) и
становится « вмѣсто отца » остальнымъ
князьямъ.
Послѣ смерти великаго
князя кіевскій столъ и преимущества,
съ нимъ связанныя, переходили опять
къ старшему въ родѣ, т. е. къ слѣдую­
щему за нимъ брату,—сообразно съ
этимъ Изяславу долженъ былъ наслѣ­
довать Святославъ, за нимъ Всеволодъ
ит. д. Послѣ смерти всѣхъ братьевъ
старшинство переходило къ старшему
изъ сыновей того брата, который первый
былъ великимъ княземъ, т. е. въ дан­
номъ случаѣ къ сыну Изяслава. На
этомъ основаніи послѣ сыновей Яро­
слава великимъ княземъ сдѣлался
старшій внукъ его Святопблкъ II
Изяславичъ. Такимъ образомъ наслѣ­
дованія отъ отца къ сыну не допускалось
и дядя всегда становился выше племян­

56

ника. Вслѣдъ за старшими въ родѣ
передвигались по старшинству изъ
худшей области въ лучшую и другіе
князья и ни одинъ изъ нихъ не могъ
считать данной ему' области своей
личной, собственностью. Такой поря­
докъ очерёднаго наслѣдованія областей
въ лѣтописяхъ носитъ названіе «лѣствйчнаго восхожденія »; на верхней сту­
пенькѣ лѣстницы стоитъ великій князь,
за нимъ до старшинству постепенно
передвигаются остальные къ завѣтной
цѣли—великому княженію. Таковъ ос­
новной, такъ сказать, идеальный поря­
докъ наслѣдованія волостей и перед­
виженія князей. Но онъ рѣдко со­
блюдался во всей чистотѣ. Иногда
Кіевскій столъ или лучшую волость
захватываетъ въ свой руки не старшій
въ родѣ, а сильнѣйшій ; иногда граж­
дане зовутъ къ себѣ княземъ сына люби­
маго йми велйкаго князя, и племян­
никъ такймъ образомъ нарушаетъ права
дядей. Отсюда постоянныя усобицы.
Причиною послѣднихъ служйла часто
и путаница въ опредѣленіи родства или
старшинства при дальнѣйшемъ раз­
множеніи княжескаго рода, члены
котораго обыкновенно именовали себя

57

братьями, и затѣмъ самая неопредѣ­
лённость отношеній младшихъ князей
къ старшему, котораго они почитали
«какъ отца,» но вовсе не считали себя
его подданными. Дѣло усложнялось,
наконецъ, ещё существованіемъ такъ
называемыхъ князёіі-изгбевъ. Такъ на­
зывались сыновья князей, умершихъ
ранѣе достиженія ими великаго кня­
женія.1 Князья-изгои и ихъ потомки
не имѣли права на старшинство, а
иногда даже вовсе не получали во­
лостей. Отсюда новый поводъ къ усо­
бицамъ со стороны лицъ, не желавшихъ
мириться съ такими неудобными для
нихъ порядками.
Всё это, вмѣстѣ взятое, и сдѣлало
періодъ времени отъ смерти Ярослава,
въ 1054 году, до половины XIII вѣка,
самымъ смутнымъ и тревожнымъ періо­
домъ во всей исторіи Россіи. Одинъ
изъ историковъ (Погодинъ) расчиты­
ваетъ въ этотъ періодъ 64 княжества,
сущестововавшія болѣе или менѣе
1 « Изгой » отъ глагола « гойти » жить, здравст­
вовать (« гой еси »—здравъ буди) въ букв, смыслѣ
значитъ изжитой т. е. поставленный'внѣ обычныхъ
житёйскихі. условій, лишённый покровйтельства
свойхъ блйзкихъ человѣкъ.

68
продолжительное врёмя, 293 князёй,
спорившихъ въ теченіи этихъ двухъ
вѣковъ за обладаніе Кіевомъ или
другими русскими областями, и 83 меж­
доусобицы, въ коихъ иногда участво­
вала вся страна.
Усобицы при сыновьяхъ и внукахъ
Ярослава I. Ярославичи, послѣ смерти

отца, нѣсколько лѣтъ жили въ міірѣ и
общими силами боролись противъ
новаго врага Руси — пбловцевъ. Это
былъ такой же хищный кочевой народъ,
какъ и печенѣги. Истребивъ послѣ­
днихъ, половцы заняли ихъ кочевья въ
южно-русскихъ степяхъ и отсюда стали
дѣлать набѣги на Русь.
Половцы
дѣлились на отдѣльныя орды, состо­
явшія изъ родовъ и управлявшіяся
особыми ханами, власть которыхъ была
наслѣдственна. Съ огромными стадами
рогатаго скота, овецъ и лошадей, они
переходили съ мѣста на мѣсто, раски­
дывая въ мѣстахъ стоянки войлочныя
кибитки. Всѣ домашнія работы испол­
няли у нихъ женщины (и рабы). Люби­
мымъ же занятіемъ мужчинъ была война
и лихіе набѣги на сосѣдей. (Первое
появленіе ихъ на Руси лѣтопись отно­
ситъ къ 1061 году).

59

Къ опасности отъ внѣшнихъ враговъ
присоединились внутреннія неурядицы.
Изяславъ поссорился съ братьями
Святославомъ и Всеволодомъ и вынуж­
денъ былъ бѣжать изъ Кіева ; бойкій и
войнственный Святославъ занялъ не по
праву, ещё при жизни старшаго брата,
великокняжескій столъ. Тщетно ис­
калъ себѣ Изяславъ помощи въ 3.
Европѣ; только послѣ смерти своего
соперника Изяславъ помирился со
Всеволодомъ и опять занялъ Кіевъ.
Терзаемая княжескими усобицами
и постоянными набѣгами кочевниковъ,
южная Русь замѣтно пустѣетъ. «Въ
городахъ моихъ живутъ только псари да
половцы (плѣнные),» жалуется одинъ
изъ князей. «Пуста- земля моя отъ
(набѣговъ) половцевъ,» говоритъ другой.
Чтобы обезопасить зёмли свой отъ
половцевъ, князья иногда заключали съ
нймп договоры, скрѣпляя ихъ брачны­
ми союзами съ .половецкими князьями.
Но это рѣдко помогало. Пользуясь
междоусобіями князей, половецкіе ханы
опять начинали свой обычные набѣги,
не щадя при этомъ и свойхъ родствен­
никовъ.
Отъ набѣговъ половцевъ страдалъ

60

весь югъ Россіи, особенно же погранйныя съ ними княжества—Кіевское и
Чернйгово-Сѣверское. Населеніе мас­
сами отливало отсюда на сѣверо-востокъ
въ мѣстности болѣе безопасныя и отъ
нападеній степняковъ и отъ княжескихъ
раздоровъ. 9то, между прочимъ, много
способствовало возвышенію РостовоСуздальской землй и князей ея.1

РАЗДРОБЛЁНІЕ РУСЙ НА
КНЯЖЕСТВА
(НАЧАЛО ЭПОХИ удѣловъ)

Съ размноженіемъ потомства Яролава I постепенно слабѣютъ родовыя
связи въ княжеской семьѣ и мало-по­
малу обособляются отдѣльныя вѣтви
княжескаго рода—Мономаховичей, Оль1 Другая струя переселенцевъ, хотя и значитель­
но мёньшихъ размѣровъ, направлялась на западъ,
за Западный Бугъ, въ область верхняго Днѣпра и
вёрхней Вислы, въ глубь Галиціи и Польши. Это
замѣтнымъ образомъ отразйлось на судьбѣ Галиц­
каго княжества, которое сдѣлалось (осббеино при
Даніилѣ Гйлицкомъ) однимъ изъ сймыхъ сильныхъ
и вліятельныхъ на юго-западѣ, хотя раньше числи­
лось въ рангѣ « младшихъ » волостёй.

61

говичей ит. д., при чёмъ каждая вѣтвь
стремится сохранить за собою надѣлъ
отца. Соотвѣтственно этому во 2-й
половинѣ XII в. почти прекращаются
переходы князей по старшинству изъ
одной волости въ другую, и Русь рас­
падается на нѣсколько отдѣльныхъ са­
мостоятельныхъ княжествъ или земель.
Въ каждой изъ этихъ земелъ утверж­
дается какая-либо вѣтвь Рюриковичей
съ однимъ старшимъ или «великимъ
княземъ » въ главномъ городѣ и млад­
шими князьями въ остальныхъ городахъ.
Первоначально
здѣсь
происходятъ
такія же междоусобія за старшинство
и за волости, какія имѣли мѣсто среди
сыновей Ярослава.
Хотя споры за
Кіевъ ещё и продолжаются, но съ упад­
комъ значенія этого города и возвы­
шеніемъ Владиміра онй уже теряютъ
своё значеніе.
Кромѣ Кіевской и Переяславской
области эти слѣдующія : Чернйговская
и Сѣверская, Муромская и Рязанская,
Полоцкая, Смоленская, Ростово-Суз­
дальская, Волынь и Галиція,—послѣ­
дняя выдѣляется по особенностямъ вну­
тренняго строя своей жизни ; сверхъ
того, ещё въ кіевскій періодъ выдѣ-

.62
ляется и теперь ещё болѣе обособля­
ется среди другихъ областей по сво­
ему внутреннему строю—Новгородская
община. Въ ряду этихъ земель во
второй половинѣ XII вѣка пріобрѣтаетъ
особенное значеніе — Ростово - Суздаль­
ская. Она первая вышла изъ круга
« очерёдного » и временнаго княжескаго
владѣнія. Срёдй ея князей впервые
устанавливается переходъ владѣній отъ
отца къ сыну и появляются такъ назы­
ваемые удѣлы въ смыслѣ отдѣльнаго
и притомъ постояннаго владѣнія, пере­
ходящаго не по старшинству, а по нас­
лѣдству отъ отца къ сыну, внуку й т. д.
по прямой нисходящей линіи. Князья
этой области постепенно обособляются
въ своихъ удѣлахъ и уже не переходятъ
въ другія волости, а только стремятся
присоединить къ себѣ чужіе удѣлы,
полагая тѣмъ начало политическому
объединенію раздроблённыхъ частей
страны.
Суздальская область занимала мѣст­
ности по верхнему и среднему теченію
Волги съ ея притоками.
Природа
сѣверо-восточной Руси не привлекала
переселёнцевъ-славянъ; первоначально
здѣсь жили бѣдныя финскія племена

63
(весь, мёря, мурома), но потомъ малопо-малу стали заселять этотъ край
русскіе, подчиняя своему вліянію тузем­
цевъ. Сначала колонизація шла преи­
мущественно съ сѣверо-запада изъ
Новгородской земли, къ которой при­
надлежалъ этотъ край при Первыхъ
русскихъ князьяхъ.
Здѣсь основы­
ваются города-крѣпости, храмы и
монастыри съ поселеніями вокругъ
нихъ ; въ край проникаютъ торговцы
и промышленники, по рѣкамъ возни­
каютъ торгово-промышленные центры,
наконецъ въ удѣльный періодъ сюда
приливаетъ съ юга Россіи масса смер­
довъ (поселянъ), гонимыхъ усобицами
князей и набѣгами половцевъ.
Въ
потокѣ этой колонизаціи туземцы
изчёзли.
Мелкія финскія племена,
которыхъ древняя Русь объединяла подъ
общимъ названіемъ чуди, смѣшивались
съ русскимъ населеніемъ, роднились съ
нимъ посредствомъ браковъ, забывали
свой языкъ и религію и постепенно
слились съ русскими въ одинъ народъ.
Такъ образовалось новое славянское
племя—-великорусское, по своему харак­
теру отличное отъ другихъ славянскихъ
племенъ. Бѣдная природа страны вы­

64

зывала населеніе къ неустанному труду,
бережливости, энергіи, предпріимчи­
вости—съ этими качествами и являются
въ исторіи великоруссы и ихъ князья.
Слившіеся съ славянами финны оста­
вили по себѣ память только въ наз­
ваніяхъ многихъ посёлковъ, рѣкъ (напр.
Москва, по фински «мутная вода,» и
др.) и нѣкоторыхъ городовъ (Весьёгонскъ —весь ёгонская и др.). Что
касается народной психики, то здѣсь
совсѣмъ почти незамѣтно слѣдовъ фин­
скихъ вліяній ; это и понятно : менѣе
культурныя мелкія племена не могли
вліять въ этомъ отношеніи на болѣе
культурный народъ, ужё пріобрѣвшій
свою опредѣлённую умственную физіо­
номію. Такъ напр., русскій языкъ
остался внѣ всякаго вліянія со стороны
финновъ; въ лексиконѣ великоросса
едва насчитывается 50—60 словъ фин­
скаго происхождёнія (пахтать, пурга
и пр.).
Благодаря вліянію новыхъ условій
жизни на сѣверо-востокѣ, измѣнился и
экономическій бытъ населенія, его заня­
тія. Удалёніе отъ приморскихъ рынковъ
и рѣчныхъ торговыхъ путёй юга ослаби­
ло внѣшній сбытъ и торговлю и сокра-

65

тило лѣсную промышленность ; основой
народнаго хозяйства на сѣверѣ стало
хлѣбопашество, несмотря на то, что
почва страны здѣсь была менѣе удобна
и плодородна, чѣмъ на югѣ. Такъ, на
югѣ, и населеніе и сами князья зани­
мались усиленной разработкой лѣсныхъ
богатствъ ради внѣшней торговли, здѣсь
они обратились къ земледѣльческой раз­
работкѣ почвы, при посредствѣ воль­
наго крестьянскаго' труда, всячески
стараясь привлечь на свой земли поболь­
ше смердовъ.
Особенно оживился Суздальскій край
при Юріи Долгорукомъ, до котораго
тамъ не было особыхъ князей со времени
Бориса. Онъ построилъ много новыхъ
городовъ (Москва, Юрьевъ Польскій,
Переславль Залѣсскій, Дмитровъ).
Волынь и Галиція. Одновременно съ
возвышеніемъ Суздальской области, на
юго-западѣ, благодаря дѣятельности
князей стали развиваться и крѣпнуть
Вольшь и Галичъ, составившія во 2-й
половинѣ XII вѣка одно княжество.
Волынская область лежала по р. При­
лети (земля древлянъ и бужанъ) съ
важнѣйшими городами Владиміръ В$лынскъ и Люблинъ. Галиція или
Русская Исторія—I.

Е

66

Червонная Русь занимала склоны Кар­
патскихъ горъ по верхнему теченію
Днѣстра и Прута, она была присоеди­
нена къ Руси при Владимірѣ Св.
Важнѣйшими, городами здѣсь были—
Галичъ и Звенигородъ. При Святопблкѣ Окаянномъ Галицію захваталъ
было въ свой руки Болеславъ Хр'абрый,
король польскій, но Ярославъ Мудрый
вновь отнялъ её у поляковъ.
Преобладаніе бояръ въ Галиціи состав­
ляло характерную особенность этого
княжества. Въ этомъ сказалось вліяніе
сосѣдства Венгріи и Польши (гдѣ гос­
подствовало сословіе магнатовъ) ; съ
другой стороны, усиленію боярской
аристократіи въ Галичѣ содѣйствовало
и то обстоятельство, что бояре сдѣлались
постоянными землевладѣльцами, какъ
то было въ другихъ областяхъ Руси.
Галицкіе князья, какъ потомки изгоя
Ростислава, не разсчитывали на Кіевъ
и прочно осѣли въ краѣ, а вмѣстѣ съ
ними и бояре. Сдѣлавшись богатыми
землевладѣльцами, бояре настолько уси­
лились, что оказывали вліяніе не только
на внѣшнюю и внутреннюю политику
княжества, но вмѣшивались даже въ
семейныя дѣла князя (Такъ, наир., онй

67

взяли съ преемника Владиміра—Ярос­
лава Осмомысла клятву въ томъ, что онъ
будетъ хорошо жить съ своей женою).
Потомство Володаря Ростиславича въ
скоромъ времени прекратилось, и тогда
Галиція перешла во владѣніе Романа
Волынскаго.
Зтотъ властолюбивый,
войнственный и энергичный князь, про­
славился своими побѣдами надъ полов­
цами и литовцами. Па первыхъ онъ
нагналъ такого страху, что онй его
именемъ пугали дѣтей ; а литовскихъ
плѣнниковъ, по словамъ преданія, онъ
приказывалъ запрягать въ плуги и
заставлялъ мхъ расчищать лѣсистую
почву для пашни.
Овладѣвши Галичемъ, Романъ началъ
борьбу съ боярами и безпощадно каз­
нилъ
непокорныхъ :
четвертовалъ,
зарывалъ живыми въ землю. . . . «Не
передавивши пчёлъ, мёду не ѣсть,»
говаривалъ Романъ. Но онъ не успѣлъ
окончить этой борьбы и погибъ въ
битвѣ съ поляками.
Новгородская община. Средоточіемъ
исторической жизни для сѣверной Руси
очень рано становится Новгородъ Великій
(т. е. старшій городъ въ своей землѣ).
По лѣтописному сказанію, онъ стоялъ

68
во главѣ племёнъ, призвавшихъ нор­
манскихъ князей въ 62 г. Первона­
чально Новгородъ находился въ полной
зависимости отъ кіевскихъ князей.
Ярославъ I за услуги, оказанныя ему
Новгородцами въ борьбѣ съ Святополкомъ Окаяннымъ, даровалъ имъ особыя
льготныя грамоты (до насъ не пошедшія)
которыя и послужили началомъ нов­
городской вольности. Пользуясь отда­
лённостью отъ Кіева и усобицами
князей, добивавшихся стола велико­
княжескаго, разбогатѣвъ отъ торговли,
Новгородъ постепенно усиливался и
около половины XIII в. сдѣлался самос­
тоятельной вѣчевой общйной, которая
принимала къ себѣ князя только по
своему желанію и на извѣстныхъ усло­
віяхъ (дѣлала съ нимъ « рядъ,» по выра­
женію лѣтописи). Община стала назы­
вать себя «Господинъ Великій Нов­
городъ.»
За предѣлами Новгорода начиналась
земля новгородская, которая въ XIII
в. распространялась далеко на сѣверовостокъ и ограничивалась Финскимъ
заливомъ, Чудскимъ озеромъ и вер­
ховьями Волги, Бѣлымъ моремъ, Ураль­
скими горами и близлежащими землями.

69

Въ бытѣ Великаго Новгорода встрѣ­
чаются значительныя особенности срав­
нительно съ бытомъ другихъ русскихъ
областей. Нигдѣ вѣче не достигало
такого развитія, какъ въ Новгородѣ.
<Это было постоянное учрежденіе,
которое рѣшало всѣ важнѣйшія дѣла
общііны, а именно—опредѣляло миръ
или войну, призывало и изгоняло
князей, избирало и смѣняло высшихъ
сановниковъ, издавало и отмѣняло
законы, установляло подати и повин­
ности, судило важнѣйшія преступленія,
соединённыя съ наиболѣе тяжкими на­
казаніями—лишеніемъ жизни,
кон­
фискаціей имущества и изгнаніемъ и
т. д.
По старинному славянскому
обычаю, дѣла рѣшались большинствомъ
голосовъ, при чёмъ меньшинство при­
нуждали соглашаться силою-—непокор­
ныхъ иногда топили въ Волховѣ, а
имѣнье ихъ грабили.
Вѣче собиралось обыкновенно посад­
никомъ, иногда княземъ, или боярами
и даже чёрными людьми ; созывая на
вѣче и предъ открытіемъ его звонили
въ вѣчевой колоколъ. Вѣче не было
постоянно дѣйствующимъ учрежденіемъ
и созывалось только тогда, когда явля-

■70

лась въ нёмъ надобность. Равнымъ
образомъ никогда не было установлено
постояннаго срока для eró созыва. На
вѣчѣ могли собираться всѣ свободные
граждане—бояре и чёрные люди. Важ­
нѣйшія дѣла подготовлялись къ вѣчу
такъ называемымъ « совѣтомъ господъ »
изъ вліятельныхъ и богатыхъ граж­
данъ и «старыхъ» (отставныхъ) посад­
никовъ и тысяцкихъ въ извѣстной мѣрѣ
зачастую предрѣшавшихъ постбновлёнія
вѣча. Обьічнымъ мѣстомъ сбора вѣча
былъ Ярославовъ дворъ на Торговой
сторонѣ, но собирались и у св. Софіи.
Иногда собирались два враждебныхъ
вѣча — одно на Софійской сторонѣ,
другое на Торговой, и дѣло кончалось
рукопашной схваткой на Волховскомъ
мосту, пока не являлся владыка съ
духовёнствомъ въ полномъ облачёніи съ
крестомъ въ рукахъ и не успокаивалъ
враждующихъ.
Вмѣстѣ съ вѣчемъ въ Новгородѣ про­
должала существовать и власть князя;
но онъ со своей дружиной входилъ въ
новгородскую общину лишь какъ сто­
ронняя сила, и поэтому вынужденъ
былъ уступить пёрвое мѣсто вѣчу и
даже находился отъ него въ завііси-

71

мости. Вѣче призывало князя для
исполненія обязанностей верховнаго
судьи, главнымъ же образомъ для за­
щиты отъ внѣшнихъ враговъ, но при
этомъ всегда предлагало ему «рядъ,»
т. е. извѣстныя условія, которыя онъ
обязанъ былъ исполнять. Такъ, оно
требовало, чтобы князь назначал! пра­
вителей по волостямъ изъ природныхъ
новгородцевъ, а не изъ своей пришлой
дружііны ; ни князь, ни его дружинники
не могли пріобрѣтать земель въ Нов­
городѣ, даже вести торговлю онй могли
только на имя какого нибудь новгородца.
Производить судъ князь обязанъ былъ
въ присутствіи и съ согласія посадника
и не могъ наказывать безъ вины или
отнять безъ суда должности у выбор­
наго или назначеннаго на неё лица.
На своё содержаніе князь получалъ,
между прочимъ, особый родъ дани,
которая называлась «даромъ.»
Если князь не исполнялъ ряда, то
община говорила ему; «ты собѣ, а
мы собѣ» и «казали князю путь изъ
Новгорода», избирая другого князя.
Разъ изгнанный новгородцами князь
пригрозилъ имъ насильно водворить
своего преемника, и вѣче послало

72

сказать ему : « коли у твоего сына двѣ
головы, то присылйй eró.» Въ боль­
шинствѣ случаевъ недовольные князья
сйми покидали городъ, въ которомъ
имъ приходилось игрйть второстепённую роль (такъ, въ течёніе XII столѣтія
въ Новгородѣ смѣнилось до 30 князёй).
Во главѣ церкви въ Новгородѣ стоялъ
архіепископъ или владыка, какъ eró
называли. Онъ выбирйлся на вѣчѣ.
Владыка принималъ важное участіе въ
гражданскихъ дѣлахъ и особенно ста­
рался о примирёніи враждёбныхъ пйртій
вѣча. Eró совѣта спрашивали всегдй
князья и посйдники. Договоры съ дру­
гими княжествами и иностранными госудйрстйѣми тйкже заключйлись всегдй съ
его благословёнія, при чёмъ во главѣ
грамотъ стйвилось его имя. Владыка
имѣлъ большой дворъ, свой судъ, свойхъ
пословъ, во врёмя войны выставлялъ
особый полкъ со свойхъ земёль.
Хотя всё свободное паселёніе Нов­
города принимйло учйстіе въ управлёніи и судѣ, тѣмъ не мёнѣе уже съ
раннихъ поръ въ Новгородѣ начали
выдѣляться знйтные или какъ ихъ
обычно назывйли,
боярскіе роды,
которые возвысились надъ простыми

73

гражданами, благодаря своему богат­
ству, пріобрѣтенному торговлей и малопо-малу сосредоточили въ своихъ рукахъ
большія поземельныя' владѣнія. Они
обыкновенно назывались лучшими (вячшими) людьми, въ отличіе отъ меньшихъ,
или чёрныхъ людей (мелкихъ ремеслен­
никовъ и рабочихъ).
Пользуясь своими связями и богат­
ствомъ, « лучшіе люди » обыкновенно
проводили своихъ кандидатовъ на долж­
ности посадника и тысяцкаго и вообще
вліяли на всё управленіе Новгородомъ.
Вслѣдствіе преобладанія богатыхъ
правящихъ классовъ и «Господинъ
Великій Новгородъ» былъ въ существѣ
дѣла не демократической вольной общи­
ной, какъ казалось бы на первый
взглядъ по составу его вѣча, но арис­
тократической. или вѣрнѣе, плуто­
кратической, торговой республикой съ
княземъ во главѣ. ¿)то преобладаніе
высшихъ классовъ, усилившееся съ
теченіемъ времени по мѣрѣ роста
богатствъ и сосредоточенія ихъ въ
рукахъ немногихъ фамилій, обострило
отношенія между верхнимъ и нижнимъ
слоями населенія Новгорода, чѣмъ и
воспользовались впослѣдствіи князья

74

московскіе при стремленіи подчинить
вольный городъ своей власти.
Главнымъ занятіемъ новгородцевъ и
источникомъ ихъ богатствъ была тор­
говля—жизненный нервъ города. Бѣд­
ность почвы, мѣстами песчаной, мѣстами
топкой и болотистой, не позволяла
развиться земледѣлію и заставила
населеніе искать другихъ занятій для
прокормленія.
Обиліе же водныхъ
путей и положеніе Новгорода на вели­
комъ водномъ пути изъ Скандинавіи въ
Грецію съ раннихъ поръ вызвали нов­
городцевъ на торговое дѣло. Издавна
уже новгородцы вели мѣновую тор­
говлю съ норманнами, греками, фин­
нами, камскими болгарами, хозарами
и даже арабами. Въ XIII в. Новгородъ
принялъ дѣятельное участіе въ ганзей­
ской торговлѣ, и Ганза учредила въ нёмъ
одну изъ главныхъ торговыхъ конторъ.
Сосредоточивъ въ своихъ рукахъ всю
внѣшнюю торговлю сѣверной Россіи и
предлагая своё посредничество въ
сношеніяхъ съ Западомъ, нѣмцы всѣми
мѣрами старались препятствовать раз­
витію самостоятельной торговли Нов­
города съ Западной Европой. Ганзей­
ская компанія запрещала даже при-

15
возить изъ заграницы товаровъ болѣе,
чѣмъ нужно, чтобы постоянно держать
ихъ въ высокой цѣнѣ. Новгородцы
продавали обыкновенно мѣха, кожи,
лёнь и вообще сырьё, а взамѣнъ полу­
чали оружіе, вина, сукна, стекло, шер­
стяныя ткани и другія издѣлія фабрич­
ной промышленности.
Товары эти
затѣмъ перепродавались внутрь Россіи,
откуда новгородцы вывозили хлѣбъ для
себя (по Волгѣ изъ приволжскихъ земель
и съ юга по Днѣпру). Неурожаи и
войны ставили иногда этому препятствіе,
и тогда въ Новгородѣ наставалъ страш­
ный голодъ ; не разъ случалось, что
отцы продавали нѣмцамъ въ рабство
своихъ дѣтей, лишь бы спасти себя и
ихъ отъ голодной смерти. . . .
Для своей торговли съ Западомъ
новгородцы добывали мѣха и кожи
главнымъ образомъ путёмъ сбора дани
съ подчинённыхъ имъ инородцевъ.
Чтобы держать ихъ въ повиновеніи и
ещё дальше распространять свою власть,
новгородцы стрбили въ ихъ землѣ
города-крѣпости (такъ образовались
земли Двинская или Заволочье, Воло­
годская, Поморская и др.) ; съ другой
стороны, монашествующіе и вообще

76

духовныя лица проникали туда съ
цѣлію проповѣди христіанства, основы­
вали храмы и монастыри съ поселе­
ніями вокругъ нихъ. Такъ распро­
странялась славянская колонизація на
сѣверѣ и сѣверо-востокѣ Россіи. Ут­
вержденію русскаго господства среди
инородцевъ много содѣйствовали также
походы смѣлой и буйной новгородской
молодёжи, повольниковъ или «ушкуй­
никовъ .» На своихъ лодкахъ «уш­
куяхъ » они пробирались по Волгѣ и
сѣвернымъ рѣкамъ въ земли финновъ,
грабили и разбойничали тамъ, и вмѣстѣ
съ тѣмъ подчиняли инородцевъ Нов­
городу, заводили среди нихъ русскія
поселенія ; 1 въ зеМлѣ Вятской они
(въ 1174 г.) образовали даже самос­
тоятельную общину, которая имѣла
новгородское устройство и управлялась
собственнымъ вѣчемъ.
Прибалтійскій край. Страна, при­
лежащая къ Балтійскому морю отъ
Финскаго залива до западной Двины,
издавна находилась въ сношеніяхъ съ
1 Память объ удалыхъ подвигахъ повольниковъ,
о торговлѣ и богатствѣ древняго Новгорода оста­
лась въ нарбдныхъ былинахъ о Васйліѣ Буслаевичѣ
и Садко богатомъ гостѣ.

77

Русской землёй. Въ сѣверной части ея
жили финны (чудь), въ южной—смѣсь
финскихъ и литовскихъ племёнъ. Фин­
ское племя чудь, по сказанію лѣтописи,
участвовало въ призваніи Рюрика,
слѣдовательно, находилось уже въ близ­
кой связи съ Новгородомъ. Ярославъ
построилъ въ землѣ чуди городъ Юрьевъ,
переименованный потомъ нѣмцами въ
Дерптъ (нынѣ снова ібрьевъ). Съ той
поры нерѣдко русскіе князья изъ Нов­
города совершали походы въ эти при­
брежныя области и подчиняли себѣ
туземцевъ. Православные князья по
своей исконной вѣротерпимости не при­
нуждали туземцевъ креститься и не об­
ращали вниманія на ихъ бытъ, доволь­
ствуясь только сборомъ дани; потому
жители страны оставались по большей
части язычниками и сохранили своё
дѣленіе на племена и своё мѣстное
управленіе.
_
Но вотъ въ половинѣ XII вѣка сюда
попали нѣмецкіе купцы и завязали
постоянную торговлю съ туземцами.
Вскорѣ прибылъ съ купцами католи­
ческій священникъ (Мёйнгардъ) и сталъ
обращать туземцевъ въ христіанство.
Для защиты новообращённыхъ отъ

78
язычниковъ, онъ построилъ крѣпкій
замокъ, съ нѣмецкой колоніей вокругъ,
и назначенъ былъ первымъ ливонскимъ
епископомъ. Такъ положено было на­
чало владычеству нѣмцевъ въ прибал­
тійскомъ краѣ.
Замѣтивъ наконецъ властолюбивые
замыслы пришельцевъ, туземцы воз­
стали противъ нѣмецкихъ проповѣд­
никовъ, насильно, съ оружіемъ въ
рукахъ,
распространявшихъ
хрис­
тіанство.
Тогда, съ благословенія
папы, прибылъ сюда съ отрядомъ крес­
тоносцевъ епископъ Альбертъ Буксгевденъ, которому и удалось утвердить
здѣсь господство нѣмцевъ. Онъ постро­
илъ городъ Ригу (1201) и для защиты
этой новой колоніи основалъ братство
духовныхъ рыцарей—полувоиновъ, по­
лумонаховъ, названныхъ « братьями
Христова воинства» или орденомъ
меченосцевъ (рыцари носили бѣлый
плащъ и на нёмъ вышивали красный
мечъ съ крестомъ). Напа далъ имъ
право владѣть землями новообращён­
ныхъ въ ленной зависимости отъ епи­
скопа. Начальникъ Ливонскаго ордена1
1 Это названіе дано было ордену по имени плёмени
лйвобъ, на земляхъ которыхъ нѣмцы утвердйлпсь.

79
назывёлся «магистромъ.» Рыцари на­
чали
распространять
христіёнство
огнёмъ и мечемъ. Подъ угрозой смёрти
тузёмцамъ волей-неволей приходилось
креститься, но многіе изъ язычниковъ
тутъ же тайкомъ погружались въ
Двину, думая смыть съ себя крещёніе и
отослёть его обрётно въ Гермёнію. . . .
Они просили помощи у русскихъ, но
тѣ не могли и не сумѣли оказать долж­
наго противодѣйствія нѣмцамъ. Нов­
городцы вели въ эту пору борьбу съ
суздальскими князьями и не обратили
должнаго вниманія на то, что бокъ-óбокъ съ нимъ выростёетъ грозный врагъ.
Вскорѣ палъ и ібрьевъ. Разрознен­
ныя и плохо вооружённыя финскія
племена не могли устоять предъ зако­
ванными въ желѣзо рыцарями, которые
покрыли всю страну сѣтью крѣпкихъ
замковъ и стёли безпощёдно угнетёть
тузёмное населёніе, обративъ eró въ
крѣпостное состояніе.
Понятно, что
тузёмцы были заклятыми врагами ры­
царей и готовы были вредить имъ при
всякомъ удобномъ случаѣ. Это, разу­
мѣется, ослабляло силу ордена. Проч­
ности его мѣшали и внутреннія неу­
рядицы. Епископъ и магистръ враж­

80
довали между собою, каждому хотѣлось
властвовать одному ; у епископа были
свой земли и рыцари, у магистра свой,
и послѣдніе постоянно отбивались отъ
епйскопской зависимости. Но вскорѣ
у нихъ оказались союзники, придавшіе
новую сйлу ослабѣвшему ордену. Въ
началѣ XIII в. одинъ изъ польскихъ удѣ­
льныхъ князей (Конрадъ Мазовёцкій),
тѣснимый литовскимъ племенемъ—прус­
сами, дѣлавшими постоянные набѣги
на его землю, пригласйлъ къ себѣ въ
помощь духбвнорыцарскій орденъ Тев­
тоновъ, который послѣ упорной борьбы
и утвердйлся въ землѣ пруссовъ.
Вскорѣ оба ордена — Тевтонскій и
Ливонскій, чувствуя себя слабыми въ
одиночествѣ, соединились (при чёмъ
ливонскіе рыцари приняли уставъ Тев­
тонскаго . ордена). Такимъ образомъ
нѣмцы прочно засѣли почти по всей
Балтикѣ отъ Финскаго залйва до самой
Вислы и повели даже наступательную
войну противъ Руси, пытаясь завладѣть
новгородскими землями. Успѣхи ихъ
остановилъ Александръ Невскій.
А
Псковъ отъ Литвы и ливонскихъ ры­
царей мужественно и успѣшно защищалъ
любимый псковичами доблестный Дов-

81

монтъ, литовскій князь, перешедшій
на сторону русскихъ.
Внутреннее состояніе Руси въ
XI—XII вв

Несмотря на то, что въ XII в. Рус­
ская земля распалась на нѣсколько от­
дѣльныхъ земель или областей, всѣ
русскія княжества сохраняли внутрен­
нее единство. Одинаковый языкъ, одна
вѣра, одинаковый бытъ, лишь слег­
ка измѣнявшійся отъ климатическихъ
условій, соединяли попрёжнему народъ
въ одно цѣлое. Князья при всѣхъ
усобицахъ не могли забыть о своей
принадлежности къ одному роду Рюрика.
Наконецъ церкви всѣхъ удѣловъ были
подчинены одному и тому же митро­
политу, и Кіевъ хотя и утратилъ зна­
ченіе первопрестольнаго города, но по­
прёжнему оставался религіознымъ цёнтромъ Руси. Всё это, въ связи съ
природными условіями страны, содѣй­
ствовавшими ея единству, повело къ
тому, что государственный и общёственный строй Руси представляется
одинаковымъ во всѣхъ княжествахъ.
Русская Исторія—I.

Г

82

Князь былъ верховнымъ правителемъ
области, ея главнымъ судьёю и защит­
никомъ отъ враговъ. Онъ распредѣ­
лялъ подати, строилъ города, назна­
чалъ въ нихъ своихъ намѣстниковъ,
избиралъ, по соглашенію съ кіевскимъ
митрополитомъ, епископовъ, былъ глав­
нымъ воеводою на войнѣ и т. д. Каж­
дый князь въ своей волости былъ
вполнѣ независимъ отъ другихъ, вёлъ
войну, заключалъ миръ и только по
дѣламъ, касавшимся княжескихъ у со
бицъ, или для общихъ предпріятій
противъ внѣшнихъ враговъ князья,
особенно въ кіевскій періодъ, иногда
собирались на съѣзды. Съѣзды эти
имѣли характеръ семейныхъ совѣтовъ
или совѣщаній самостоятельныхъ вла­
дѣльцевъ, и о внутреннихъ дѣлахъ
того или другого княжества на нихъ
рѣчей не заводили.
Главные доходы князя состояли изъ
дани (которая собиралась съ области
хлѣбомъ, мёдомъ, мѣхами, а съ бога­
тыхъ городовъ, въ родѣ Новгорода,—
и серебромъ), военной добычи, торго­
выхъ пошлинъ и судебныхъ штрафовъ
съ преступниковъ. Кромѣ того, многіе
князья получали большіе доходы со

83

своихъ собственныхъ имѣній, заселён­
ныхъ холопами.
Свободное населеніе княжествъ рас­
падалось на три части—княжескую
дружину (служилое сословіе), людей
(неслужйлое сословіе), и духовенство.
« Дружина » и « люди » не были замк­
нутыми общественными классами : изъ
одного можно было перейти въ другой;
различіе было въ отношеніяхъ къ кня­
зю : одни ему служили, другіе платили
дань, а также въ хозяйственномъ и иму­
щественномъ положеніи этихъ классовъ
населенія.
Дружина стояла въ самыхъ близкихъ
отношеніяхъ къ князю. Съ нею онъ
совѣтовался, судилъ народъ, ходилъ на
войну и на охоту, съ нею пировалъ и
веселился. Въ ней была главная опора
его власти и силы, особенно же при
усобицахъ, и потому князья дорожили
дружиной, тѣмъ болѣе, что дружинники
были люди вольные и могли свободно,
въ случаѣ неудовольствія, уходить къ
другому князю. Дружина состояла изъ
людей, охотно поступавшихъ на службу
къ князю ; въ неё не былъ закрытъ
доступъ и храбрымъ иноземцамъ.
Дружина дѣлилась на старшую или

84

бояръ (отъ слова болій) и младшую
(извѣстную подъ именами отроковъ,
дѣтскихъ гридей — отъ скандии, grid
—дворовая прислуга).
Бояре были
главными совѣтниками (думцами) князя,
составляя княжескую « думу » ; изъ
нихъ назначались воеводы во время
войны, посадники или намѣстники
княжескіе по городамъ ; они тамъ
завѣдывали судомъ и сборомъ дани и
получали за свою службу, кромѣ жало­
ванья отъ князя (деньгами и припасами),
ещё часть торговыхъ и судныхъ пошлинъ.
Иныхъ изъ бояръ князь надѣлялъ зем­
лёй ; но пока дружинники передвига­
лись по областямъ вмѣстѣ съ князьями,
онй не, могли усилиться въ качествѣ
богатыхъ землевладѣльцевъ. Младшіе
дружинники были тѣлохранителями и
ближайшими слугами князя, исполняли
разныя должности при его дворѣ и
составлял^ самую важную часть его
войска. Они обыкновенно содержались
на счётъ князя.
Люди (отъ людйнъ) или свободные
жители городовъ и сёлъ составляли
главную массу населенія. Болѣе за­
житочные горожане, имѣвшіе свой земли,
занимавшіеся торговлей, назывались

85

лучшими (иногда городскими боярами
или «жйтьими людьми»), менѣе зажи­
точные и мелкіе ремесленники, зани­
мавшіеся ручной работой, носили на­
званіе менышіхъ йли чёрныхъ людей.
Свободныхъ сельскихъ жйтелей звали
обыкновенно смердами. Занимаясь по
преимуществу земледѣліемъ и промыс­
лами, съ нйми связанными, они платйли
за пользованіе землёй оброкъ, такъ какъ
земля считалась собственностію князя и
раздавалась имъ дружйнникамъ и духо­
венству. Смерды не дорожйли землёй,
которой при малочйсленности населенія
было вездѣ много ; онй нигдѣ не оста­
вались подолгу, но безпрестанно переходйли съ мѣста на мѣсто, отыскивая
большихъ льготъ, лучшей землй. Всѣ
«люди» обязаны были платйть князю
дань и выставлять по его требованію во
время войны ополченіе. И горожане
и поселяне распадались на общины,
имѣвшія свойхъ земскихъ властей (ты­
сяцкіе, старосты, сотскіе, десятскіе),
наблюдавшихъ за правильнымъ вы­
полненіемъ повйнпостей. Для рѣшенія
общихъ дѣлъ, онй, по исконному славян­
скому обычаю, собирались на вѣче. Лѣтопйсецъ говорйтъ, что « новгородцы,

86
смолнянё, кіевляне и полочёне и всѣ
волости изначёла какъ на думу на вѣче
сходятся и на чёмъ cTápinie положатъ, на
Томъ пригороды стёнутъ». Очевидно,
вѣче было старѣе князя и первоначально
городё и волости управлялись вѣчами,
причёмъ вѣче старшаго города упра­
вляло и всей eró волостью. На этихъ
вѣчахъ правомъ голоса пользовались
всѣ главы семёйствъ ; глёвную роль при
этомъ игрёли «стёрцы грёдскіе» или
«людскіе » Князья сами нерѣдко собирёли вѣче и совѣтовались съ нимъ. Во
времена усобицъ и постояннаго передвижёнія князёй вѣче стольныхъ и богётыхъ городовъ пріобрѣло дёже довольно
большое значёніе и иногда само выбирёло
себѣ князя, принимёя его на извѣст­
ныхъ условіяхъ. Бывали случаи, что
вѣче изгоняло князя, приглашён къ
себѣ другого, отказывалось идти на
войну по приглашенію князя и т. д.
Но вообщё вѣче нигдѣ не достигало
такого развитія и значёнія, какъ въ
Новгородѣ. Сёмыя сходки вѣчевыя не
имѣли опредѣлённаго устройства, собирёлись въ непрёвильные сроки, и, по
мѣрѣ возрастанія осѣдлости князёй и
дружины, значёніе вѣча постепенно

87

умаляется, а населеніе переходитъ въ
непосредственное завѣдываніе княже­
скихъ чиновниковъ.
Кромѣ свободныхъ людей были ещё
полусвободные, такъ называемые за­
купы или наймиты, своего рода вре­
менные рабы, обязанные отработать
извѣстное число лѣтъ своему заимо­
давцу за долгъ, и затѣмъ несвободные—
холопы (челядь, рабы), считавшіеся пол­
ной собственностію своего господина.
Въ холоповъ обращались большею
частію плѣнники ; полными .или обель­
ными (« облый »-— круглый) холопами
становились также люди, купленные при
свидѣтеляхъ за деньги, дѣти рабовъ и
проворовавшіеся или убѣжавшіе отъ
своего господина закупы.
Владѣть
холопами могли только князья, бояре и
монастыри. Хозяйство послѣднихъ и
основывалось, главнымъ образомъ, на
холопахъ и закупахъ, такъ какъ обра­
ботка земли съ помощью смердовъ,
свободно переходившихъ съ мѣста на
мѣсто, была затруднительна.
Судъ производилъ самъ князь, а гдѣ
щю не было,—намѣстникъ (посадникъ)
или тіуны, поставленные княземъ. До
Ярослава судъ совершался по родовымъ

88

обычаямъ, различнымъ у различныхъ
племёнъ. При Ярославѣ и его преемни­
кахъ впервые явился сборникъ письмен­
ныхъ законовъ («Русская Правда»), въ
который вошли отчасти прежніе обычаи,
княжескія постановленія и нѣкоторые
византійскіе законы. Въ судъ внесено
было, такимъ образомъ, болѣе одно­
образія и порядка. Главною цѣлью
изданія сборника законовъ было огра­
жденіе личной и имущественной безопас­
ности.
Мѣстомъ судебнаго разбирательства
былъ обыкновенно дворъ князя или
намѣстника. Обиженный долженъ былъ
представить свидѣтелей или прямыя
доказательства обиды—знаки побоевъ и
увѣчья. Если свидѣтелей не было и
обвиняемый не сознавался, то прибѣгали
къ « суду Божію »— испытанію желѣ­
зомъ или водою, заставляли, напр.,
опускать руку въ кипятокъ или держать
нѣсколько времени раскалённое желѣзо
въ рукѣ ; если обвиняемый могъ это
сдѣлать безъ вреда для себя, то призна­
вался невиннымъ. Кромѣ того было
въ обычаѣ «поле», т. е. поединокъ
между тяжущимися; побѣдившій при­
знавался правымъ, какъ человѣкъ, кото-

89

рому самъ Богъ помогаетъ. Наказанія­
ми чаще всего были денежные штрафы,
которые платилъ виновный въ пользу
князя («вира») и въ вознагражденіе
обиженнаго («головщйзна).»
Тѣлес­
ныхъ же наказаній для свободныхъ
людей не допускалось. При особенно
тяжкихъ преступленіяхъ, какими счи­
тались, напр., разбой, поджогъ и уводъ
лошадей (имѣвшихъ особенную цѣнность
для дружйнниковъ), виновный осуждал­
ся на изгнаніе а его имущество подвер­
галось конфискаціи. Пойманнаго вора
хозяинъ имѣлъ право, въ случаѣ сопро­
тивленія, убить на мѣстѣ «какъ пса,»
не подвергаясь за это отвѣтственности.
Не считалось преступленіемъ и убійство,
совершённое въ ссорѣ, на пиру. По­
мимо этихъ случаевъ, за убійство по­
лагался денежный штрафъ (взамѣнъ
допускавшейся ранѣе кровной мести со
стороны родственниковъ убитаго,1 при
чёмъ принималось во вниманіе обще-'
1 Ярославъ въ свогіхъ законахъ еще допускалъ
этотъ старинный обычай, но сыновья его переложили
месть на вйры. Кровная месть вела къ постоян­
нымъ неурядицамъ п убыли цѣннаго при тогдаш­
немъ малолюдьи населенія и кромѣ того противоре­
чила христіанскимъ понятіямъ.

90

ственное положеніе убитаго: такъ, напр.,
за княжаго мужа, т. е. дружинника
платилась двойная вира а за женщину
полъ-вйры. Ёс л и убійца скрывался, то
виру платила община на землѣ которой
найденъ былъ убитый. Если преступ­
никъ не могъ уплатить денегъ, то его
продавали на торгу.
Среди законовъ того времени пред­
ставляютъ особенный интересъ поста­
новленія
относительно
наслѣдства.
При наслѣдованіи сыновья получали
равныя части изъ отцовскаго наслѣдства
и должны были надѣлять сестёръ при­
данымъ ; безсыновному смерду наслѣдо­
валъ князь съ выдачей части неза­
мужней дочери; безсыновнымъ боярамъ
наслѣдовали дочери ; вдова получала то,
что назначалъ ей мужъ, но оставалась
полной хозяйкой въ домѣ при малолѣт­
нихъ дѣтяхъ. ¿5то право наслѣдованія,
даваемое и женщинѣ, выгодно выдѣляетъ
русское законодательство изъ ряда
современныхъ ему въ Западной Европѣ.
Города и торговля.
Городовъ на
Руси въ лѣтописяхъ упоминается до
половины XIII в. около трехсотъ—
цифра очень крупная для земледѣль­
ческой страны. Судя по всему, такая

91
многочисленность городовъ вызывалась
не административными только или воен­
ными потребностями, но главнымъ об­
разомъ развитіемъ торговли. Городъ
обыкновенно представлялъ изъ себя
группу бревенчатыхъ избъ, огорожен­
ную деревянными стѣнами, или тыномъ,
землянымъ валомъ и рвомъ. Въ центрѣ
большихъ городовъ обыкновенно имѣ­
лось ещё особое небольшое укрѣпленіе,
называвшееся кремлёмъ. Здѣсь нахо­
дился главный соборный храмъ города,
хоромы, князя, главнѣйшихъ бояръ и
духовныхъ лицъ, жили тѣлохранители и
слуги князя изъ младшихъ дружинни­
ковъ. Около кремля (въ окольномъ
городѣ, или острогѣ, посадѣ) жило болѣе
всего торговое населеніе и различные
ремесленники (плотники, столяры, то­
кари и др.) ; главнымъ мѣстомъ здѣсь
было «торговище,» или рынокъ, куда въ
извѣстные дни съѣзжались.жйтели боль­
шихъ сёлъ и деревень для обмѣна своихъ
произведеній. Кромѣ этой мѣстной тор­
говли въ большихъ городахъ въ удѣль­
ный періодъ получила значительное раз­
витіе торговля съ другими городами и съ
иноземными народами. Торговля шла
по рѣкамъ. Главное торговое движеніе

92
совершалось по такъ называемому вели­
кому водному пути въ Грецію, и за­
тѣмъ по Волгѣ въ землю камскихъ бол­
гаръ и хозаръ. На первомъ пути глав­
нымъ складочнымъ мѣстомъ товаровъ
въ южной Россіи былъ Кіевъ: сюда
привозили изъ Греціи шёлковыя ткани
вина, плоды, золото, серебро, церков­
ную утварь ; на сѣверѣ торговымъ цен­
тромъ былъ Новгородъ : сюда привозили
изъ Зап. Европы оружіе, вина, сукна,
полотна, соль, сельдей и пр. Торговлѣ
съ Греціей сильно мѣшали кочевники
(печенѣги и половцы); съ появленіемъ
же татаръ непосредственныя сношенія
Кіева съ Византіей почти совсѣмъ пре­
кратились. Изъ Россіи вывозили глав­
нымъ образомъ сырыя произведенія :
воскъ, мёдъ, мѣха, кожи, пеньку, хлѣбъ
и т. п.
Торговля была по преимуществу
мѣновая. Такъ какъ своего серебра не
было, то для облегченія торговых!; сно­
шеній вмѣсто монеты употребляли ино­
гда шкуры куницъ, соболей и др. жи­
вотныхъ. Когда же начали вывозить
изъ другихъ земель золото и серебро,
то стали чеканить и монету по образцу
византійской (серебро Ярославово) или

93
же употребляли въ качествѣ денегъ
куски серебра разныхъ формъ и вѣсу
подъ названіемъ гривенъ.
Церковь. Введеніе христіанства соз­
дало новый общественный классъ—
духовенство, одарённое особыми пра­
вами и привилегіями.
Во главѣ
русской церкви стоялъ кіевскій митро­
политъ. Духовенству даны были осо­
быя права и преимущества. На содер­
жаніе храмовъ и духовенства назна­
чались разныя недвижимыя имѣнія,
а нѣкоторыя князья отдѣляли церкви
десятину, т. е. десятую часть имущества.
Духовенство было свободно отъ граж­
данскаго суда и податей. Не соста­
вляя особаго замкнутаго сословія, духо­
венство принимало большое участіе въ
дѣлахъ общественныхъ.
Князья въ
важныхъ случаяхъ приглашали епис­
коповъ къ себѣ на совѣтъ вмѣстѣ съ
боярами. Во время княжескихъ меж­
доусобій духовенство не разъ являлось
посредникомъ и примирителемъ враж­
дующихъ сторонъ. Строго слѣдя за
церковнымъ единствомъ, духовенство не
мало способствовало сліянію различ­
ныхъ славянскихъ племёнъ въ одну
русскую народность. Особенно сйль-

94

ное нравственное вліяніе на народъ и
князей имѣли монастыри, которые на­
чали появляться почти со времени кре­
щенія Русіі. Они были центромъ и
источникомъ просвѣщенія въ странѣ и
убѣжищемъ для населенія въ годину
бѣдствій.
Просвѣщеніе. Вмѣстѣ съ христіан­
ствомъ явилась на Руси и грамот­
ность. Вмѣстѣ съ вѣрой русскіе полу­
чили отъ грековъ и богослужебныя
книги, переведенныя на славянскій
языкъ св. братьями Кирилломъ и Меѳо­
діемъ (славянская азбука изобрѣтена
была ими въ 855 году). Владиміръ Св.
велѣлъ набирать мальчиковъ въ книж­
ное ученіе. Такія же училища заво­
дилъ Ярославъ Мудрый (въ Новго­
родѣ при нёмъ было училище на 300
мальчиковъ). Учили грамотѣ и дѣво­
чекъ. Учителями въ школахъ были
обыкновенно духовныя лица, самыя
школы устраивались при соборныхъ
церквахъ и монастыряхъ.
Учили
чтенію, письму и церковному пѣнію.
Первоначальное образованіе дополня­
лось затѣмъ по выходѣ ихъ изъ школы
чтеніемъ Св. Писанія, житій святыхъ
и другихъ назидательныхъ книгъ, по-

95

немногу распространявшихся на Русй
путёмъ переписки и переводовъ съ
греческаго.
Самымъ важнымъ литературнымъ па­
мятникомъ этого періода являются лѣто­
писи, т. е. записи событій по годамъ.
Изъ дошедшихъ до насъ лѣтописей
самой древней является « Повѣсть вре­
менныхъ лѣтъ,» обычно приписываемая
Нестору, иноку Кіевопечёрской лавры
(1056-1114 г.); по новѣйшимъ же изслѣ­
дованіямъ ея составителемъ считается
современникъ Нестора Сильвестръ. Въ
ней описываются древнѣйшія событія
на Русй почти до княженія Мономаха
(до 1110 года). Главнымъ истбчйикомъ
ея для исторіи первыхъ русскихъ князей
служили народныя преданія, иногда бас­
нословныя ; для послѣдующаго времени
—разсказы (и, можетъ быть, краткія по­
годныя записи) очевидцевъ и, наконецъ,
наблюденія самого лѣтописца. Такимъ
образомъ « Повѣсть временныхъ лѣтъ »
является сводомъ равнѣйшихъ лѣтопис­
ныхъ источниковъ, которые въ подлин­
никѣ до насъ не дошли. Лѣтопись
проникнута религіознымъ и патріоти­
ческимъ чувствомъ и вмѣстѣ съ тѣмъ
отличается замѣчательнымъ безпрп-

96

страстіемъ. Разсказъ ведётся съ цѣлію
нравственнаго назиданія и прерывается
иногда благочестивыми размышленіями.
Во всѣхъ событіяхъ лѣтописецъ видитъ
руку Божія Промысла.
Изложеніе
отличается эпическимъ характеромъ,
разсказъ идётъ медленно и спокойно, не
оставляя безъ вниманія ничего интерес­
наго, иногда отклоняясь вслѣдствіе того
въ сторону.
По образцу кіевской лѣтописи стали
вести лѣтописныя сказанія и въ другихъ
городахъ, по монастырямъ. Такъ яви­
лось нѣсколько мѣстныхъ лѣтописей—
новгородская, суздальская, волынская
и др. По характеру онѣ сходны съ
начальной лѣтописью, но проявляются
уже мѣстныя симпатіи, сочувствіе къ
тому или другому удѣльному князю въ
ущербъ безпристрастію и точности раз­
сказа.

Printed by T. and A. Constable, Printers to His Majesty

at the Edinburgh University Press