Текст
                    ЦИВИЛИЗАЦИИ
БЛИЖНЕГО ВОСТОКА
ЖАН БОТТЕРО

НАСТОЯЩАЯ КНИГА, НАПИСАННАЯ ВЫДАЮЩИМИСЯ УЧЕНЫМИ ИЗ ФРАНЦИИ И ГЕРМАНИИ, ПОДРОБНО РАССМАТРИВАЕТ ОДИН ИЗ КЛЮЧЕВЫХ ПЕРИОДОВ иГгОРИИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, НАЧИНАЮЩИЙСЯ С ПЕРВОГО ПОЯВЛЕНИЯ ЦИВИЛИЗАЦИИ В ЕГИПТЕ И МЕСОПОТАМИИ. ПОКРЫВАЯ ПЕРИОД ОТ 10 000 ДО 1500 ГОДА ДО Н. Э„ АВТОРЫ ОСВЕЩАЮТ ПРЕДЫСТОРИЮ БЛИЖНЕГО ВОСТОКА, СЛЕДЯ ЗА ПОДЪЕМОМ ШУМЕРСКОГО, АККАДСКОГО И ВАВИЛОНСКОГО ЦАРСТВ В МЕСОПОТАМИИ И ЗА ИХ ОТНОШЕНИЯМИ С СОСЕДЯМИ, ОПИСЫВАЮТ ИСТОРИЮ ДРЕВНЕГО ЕГИПТА ВО ВРЕМЯ ДРЕВНЕГО И СРЕДНЕГО ЦАРСТВ. ЗДЕСЬ ОХВАЧЕНЫ ПОЛИТИЧЕСКИЕ СОБЫТИЯ, СОЦИАЛЬНЫЕ И ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ РАЗВИТИЯ
ИСТОРИИ, А ТАКЖЕ ЕЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ.
9||785952»452П221
ЦбНТРПОЛИГРАЯР
ISBN 978-5-9524-5202-2
ЖАН БОТТЕРО
РАННИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ БЛИЖНЕГО ВОСТОКА
JEAN BOTTERO
THE NEAR EAST:
THE EARLY
CIVILIZATIONS
ЖАН БОТТЕРО
РАННИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ БЛИЖНЕГО ВОСТОКА
ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ДРЕВНЕЙШИХ ГОСУДАРСТВ НА ЗЕМАЕ
S
Москва иСНТРПОЛИГРЯФ
УДК 94(5)
ББК 63.3(5)
Б86
Охраняется законодательством РФ о зашите интеллектуальных прав. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.
Оформление художника
Е.Ю. Шурлаповой
Бо гтеро Ж. и др.
Б86 Ранние цивилизации Ближнего Востока. История возникновения и развития древнейших государств на земле / Жан Боттеро, Дитц Отто Эдцарт, Адам Фалькенштайн, Жан Веркуттер; пер. с англ. А.Б. Давыдовой, С.В. Иванова. — М.: ЗАО Центрполиграф, 2016.-447 с.
ISBN 978-5-9524-5202-2
Настоящая книга, написанная выдающимися учеными из Франции и Германии, подробно рассматривает один из ключевых периодов истории человечества, начинающийся с первого появления цивилизации в Египте и Месопотамии. Покрывая период от 10 000 до 1500 года до н. э., авторы освещают предысторию Ближнего Востока, следят за подъемом Шумерского, Аккадского и Вавилонского царств в Месопотамии и за их отношением с соседями, описывают историю Древнего Египта во время Древнего и Среднего царств. Здесь охвачены политические события, социальные и экономические предпосылки развития истории, а также ее интеллектуальные направления.
УДК 94(5) ББК 63.3(5)
ISBN 978-5-9524-5202-2
© Перевод, ЗАО
«Центрполиграф», 2016
© Художественное оформление, ЗАО «Центрполиграф», 2016
РАННИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ БЛИЖНЕГО ВОСТОКА
ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ДРЕВНЕЙШИХ ГОСУДАРСТВ НА ЗЕМЛЕ
Глава 1
ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
ОТКРЫТИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
Вплоть до конца XVIII в. все наши знания о древней Передней Азии были ограничены Ветхим Заветом и отрывочными, зачастую вымышленными описаниями классических авторов. В 1802 г. был сделан решительный шаг в попытке прочесть то, что могли нам поведать сами жители древней Передней Азии. В тот год Г.Ф. Гротефенд смог частично расшифровать клинописные надписи на древнеперсидском языке. В 1765 г. их скопировал К. Нибур во дворце персидских царей в Персеполе, они датируются правлением царей Дария и Ксеркса, которые безуспешно пытались завоевать Грецию. Эти надписи были высечены в камне тремя системами письма, которые соответствовали трем языкам. После перевода надписи, выполненной на древнеперсидском, у европейских ученых появилась возможность попробовать расшифровать две остальные. Одна была сделана на эламском, языке Юго-Западного Ирана; вторая — на языке вавилонян и ассирийцев, разработавших исключительно сложное письмо, что невероятно затрудняло процесс его понимания. Проблемы этой письменности были более или менее решены только в 1857 г. Ее дешифровка имела огромное значение для постижения древней истории, поскольку почти все письменное наследие древней Передней Азии было создано именно на этом языке. Он относится к семитской группе и называется аккадским, по древнему названию страны его происхождения.
Даже задолго до того, как попытки расшифровать аккадскую клинопись увенчались успехом, они вызывали огромный интерес к стране, где на ней писали. Это привело к крупно
7
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
масштабным раскопкам, предпринимавшимся европейцами в столицах Новоассирийской державы, местонахождение которых было в той или иной степени известно по библейским и классическим источникам: в Ниневии, близ современного Мосула в Ираке; в Хорсабаде, где находилась временная столица Саргона II (722—705 до н. э.); в Нимруде, библейском Калахе (аккад. Кальху). В первой половине XIX в. французские и английские исследователи (П.-Э. Ботта, Э. Фланден и О.Г. Лэйард), ставшие одними из первых археологов, по возвращении из экспедиций начали составлять первые описания великолепных дворцов и храмов, декоративных рельефов, колоссальных статуй; кроме того, они привезли и сами памятники, ставшие жемчужинами коллекций Лувра и Британского музея. К числу этих невероятных открытий относится находка в Ниневии библиотеки величайшего ассирийского правителя Ашшурбанипала (669—627 до н. э.), где царь собрал всевозможные вавилонские и ассирийские религиозные и литературные тексты, до каких только могли добраться его агенты; а также тексты на шумерском языке, забытом за 1500 лет до правления Ашшурбанипала.
Развалины Вавилонии, расположенной южнее Ассирии, поначалу казались менее продуктивными. В 1877 г. Э. де Сар-зек возглавил раскопки в Телло, древнем городе Гирсу, и нашел первые памятники шумерской цивилизации. К их числу относится статуя правителя города Гудеа (около 2143—2124 до н. э.) и два глиняных цилиндра с клинописными текстами — древнейшими и наиболее развернутыми письменными источниками, обнаруженными к тому моменту в вавилонской земле. Таким образом, у ученых появилась возможность изучать шумерский язык непосредственно по документам, составленным во времена, когда он еще был живым языком. Позднее, в 1889 г., при раскопках одного из частных домов XVIII в. до н. э. американские исследователи нашли крупнейшую коллекцию шумерских текстов. В то же время работали и немецкие археологи Р. Колдевей (в Вавилоне, начиная с 1889 г.) и В. Андре (в Ашшуре, начиная с 1903 г.), целью которых было восстановить облик этих великих городов Месопотамии. В 1913 г. Ю. Иордан начал раскопки Уру-ка (библейского Эреха), крупнейшего из археологических памятников Южной Вавилонии.
8
ОТКРЫТИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
Внимание археологов не ограничивалось пределами Месопотамии. В Сузах Ж. де Морган открыл эламскую культуру, которая, несмотря на тесную связь с Вавилонией, сохранила собственную самобытность. В 1887 г. в Амарне, в Среднем Египте, был найден архив дипломатической переписки фараонов Аменхотепа III и IV с великими и незначительными правителями всей Передней Азии, все послания были написаны клинописью. В 1907 г. в деревне Богазкёй в Центральной Анатолии (древней Хаттусе) Г. Винклер обнаружил архив, благодаря которому появилась возможность расшифровать хеттскую клинопись и читать источники на хеттском языке. Мировая сокровищница клинописных текстов пополнялась не только благодаря работе археологических экспедиций; крупные музейные коллекции расширялись и за счет табличек самого разного времени, найденных в ходе грабительских раскопок по всему Ближнему Востоку и попадавших в музеи от перекупщиков.
Во время Первой мировой войны раскопки были приостановлены, но вскоре после нее количество исследований настолько увеличилось, что мы можем упомянуть лишь их малую часть. В ходе раскопок в Уре под руководством Л. Вулли были найдены поразительные захоронения царей раннединастического периода (ок. 2450 до н. э.); продолжающиеся раскопки в Уруке достигли слоев протописьменного периода (ок. 3000—2700 до н. э.). В низине реки Диялы американский археолог Г. Франкфорт обнаружил храмы всех периодов раннединастического времени. В Нузи, близ современного Киркука, обнаружено поселение XV—XIV вв. до н. э.; в нем были найдены частные архивы, которые проливают свет на это темное время. Другие источники раннединастического периода происходят из Мари в долине Евфрата, где А. Парро открыл дворец XVIII в. до н. э. и царский архив, документы которого содержали множество конкретных и потрясающе подробных данных, относящихся к периоду, когда царь Хаммурапи строил свою державу. Чуть ранее К.Ф.-А. Шеффер приступил к раскопкам Угарита, сирийского города на Средиземноморском побережье близ Рас-Шамры, где были найдены таблички с еще неизвестным к тому времени алфавитным письмом. Его расшифровка открыла поэзию и мифологию древних жителей Ханаана. Под руководством К. Биттеля во
9
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
зобновились исследования в Богазкёе, история Хеттской державы и древней Анатолии стала приобретать более определенные черты. В Персеполе, о котором мы начали свой рассказ, экспедиция Э. Херцфельда и Э. Шмидта систематически продолжала исследование остатков дворцов ахеменид-ских царей. И после этого начался длительный и сложный процесс постижения самых ранних этапов истории человечества — изучения поселений эпохи каменного века на Ближнем Востоке.
Вторая мировая война также приостановила раскопки, но после ее завершения начался их новый подъем. Была возобновлена работа в Богазкёе, Угарите, Мари, Нимруде, Нип-пуре, Уруке и Сузах, были также начаты новые исследования в области первобытной истории, в частности проблем перехода к неолиту и возникновения земледелия. Благодаря усилиям сотрудников служб древностей, которые появились в каждой из ближневосточных стран, государства Ближнего Востока также стали принимать участие в изучении собственной истории.
Вот так активно и весьма успешно исследователи открывали страницы многовековой истории. Но следует не забывать две вещи. Во-первых, в процессе исследования крайне сложно учесть абсолютно все новые данные, которые появляются постоянно и в огромном количестве. Во-вторых, несмотря на все предпринятые усилия, история ряда отдельных регионов и периодов остается абсолютно неизученной. Это значит, что нам еще предстоит много работы в надежде, что когда-нибудь в далеком будущем мы сможем точно восстановить всю историю древнего Ближнего Востока.
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ДРЕВНОСТИ: ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
Начнем со сложностей в терминологии. Современные определения «Ближний Восток» и «Средний Восток» не всегда соответствуют территории, которую историки называют «древним Ближним Востоком». Во-первых, сегодня Ближний Восток включает территории как Азии, так и Африки; и поскольку в первых пяти главах этой книги речь пойдет ис
10
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ДРЕВНОСТИ: ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ключительно об Азии, мы будем называть эти земли древней Передней Азией, имея в виду древний Ближний Восток, исключая Египет. Во-вторых, понятия «древний Ближний Восток» или «Передняя Азия» имеют разное значение в зависимости от исторического периода, поскольку в разные времена некоторые территории исчезали из поля нашего зрения. В самом начале, рассказывая о раннем этапе общинного строя, мы почти полностью сосредоточимся на Плодородном полумесяце, полукруге долин и предгорий, ограниченных горами Загроса с востока и хребтами Тавр, Аманос и Ливан на западе. Значительная часть Анатолийского полуострова, омываемая Эгейским морем, не будет рассмотрена в нашем повествовании, поскольку ее следует изучать в связи с эгейской, греческой или балканской культурами. Черноморское побережье Анатолии до греческой колонизации было, вероятно, малонаселенным. Хотя в Северной и Южной Аравии были найдены памятники разных культур от первобытности до эпохи неолита и медного века, на исторической карте эти земли появились только во времена Новоассирийского царства, в 1-м тыс. до н. э. Западная граница изучаемой нами территории проходит по Иранскому нагорью, где сохранились памятники, относящиеся к некоторым периодам, однако находки, относящиеся к другим этапам истории, пока сделаны не были.
Сердцем этого древнейшего Востока, местом, где началась история, стала молодая с геологической точки зрения низина между реками Тигр и Евфрат — грубо говоря, территория между современным Багдадом и местом, где эти реки впадают в Персидский залив, который в древности был, вероятно, больше, чем сегодня. Эту территорию мы называем Вавилонией. Ее суровый климат отличается жарой в долгие летние месяцы и редкими и нерегулярными дождями поздней осенью и зимой, поэтому земледелие изначально полностью зависело от искусственной ирригации. Это значительно ограничивало размер территорий, пригодных для ведения хозяйства.
К юго-востоку от современного Хузестана, в древней Су-зиане, или Эламе, климат был точно таким же, за исключением благоприятных территорий у подножия холмов или гор, где выпадает большее количество осадков. Вдоль отрогов Загроса
II
Передняя Азия до XXVIII в. до н. э.: доисторический и протописьменный периоды
СССР
оз. Ван
Чагар-Базар
03. Урмия
Тегеран
КУВЕЙТ
Пузриш-Даган<
Гисине'^Адаб
Урукч*
ШУМЕР
Телль-эль-Убейд • .•Ур Эриду
диярбакыр
Телль-Брак
Aiutuy
Экаллатмм
Басра
персидский залив
(НИЖНЕЕ МОРЕ)
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
существуют даже зоны, где возможно дождевое земледелие. Но эти местности разделены горами, и их жители крайне редко объединялись с соседями в политические союзы. Через эти горы на восток и север ведут несколько путей, благодаря которым осуществлялись контакты между Месопотамией и Иранским и Армянским нагорьями. Эти дороги идут из Суз в Фарс, от верховья реки Диялы к Рамадану и Керманшаху, от восточных ассирийских гор через Равандузское ущелье к озеру Урмия. В свое время этими же горными путями иранские народы мигрировали в ассирийские земли и вавилонскую низину.
Земли Ассирии начинаются на юге от Джебель-Хамрин, горного хребта, уходящего до низин Ирака, простираются на север и восток до хребта Загроса и включают обширные территории вдоль поймы и к востоку от среднего Тигра. К востоку от реки располагается узкая полоса плодородной почвы, которая расширяется к современному Мосулу, там же находится удобный проход к горным районам.
К западу и северо-западу от Вавилонии раскинулась бесплодная полупустынная равнина, где выживают разве что кочевники. Площадь этой равнины в древности значительно превосходила нынешнюю. Это связано с миграцией русла Евфрата, которое сместилось на запад, ближе к границе Аравийского плоскогорья.
До конца 2-го тыс. до н. э., пока не был одомашнен верблюд, кочевники не могли удаляться от орошаемых зон дальше нескольких дней пути. В верховьях Евфрата плодородные земли ограничены степями Аравийского нагорья на западе и участками гипсовой пустыни на востоке, в результате чего образовалась цепь речных оазисов. Они были единственным местом, пригодным для человеческого обитания. Если подняться еще выше по реке, можно достигнуть района древнего Мари, где вдоль притоков Хабура и Балиха полоса плодородных земель расширяется и соединяется с орошаемыми дождем землями у предгорий Тавра.
К югу от Тавра, между побережьем Средиземного моря и верховьем Евфрата, и далее в Центральной Сирии и Палестине есть ряд областей с разными типами поселений. Прибрежная зона расположена у моря, и в ней находится много удобных бухт, в особенности в области, которая в будущем будет
14
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ДРЕВНОСТИ: ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
известна как Финикия. Хребет Аманус, Ливан и Антиливан на юге были богаты лесами, отсюда строительные материалы и ароматические смолы поставляли в Египет, Вавилонию, а позднее и в Ассирию (напоминание об этом сохранилось в эпосе о Гильгамеше, шумерской легенде, которая была заимствована аккадцами и хеттами: в одном из сказаний легендарный царь Урука сражается с Хумбабой, господином Кедрового леса). Впадина между Ливаном и Антиливаном и Иорданская рифтовая долина на юге обеспечивали возможность передвижения с севера на юг и активно использовались для путешествий в обоих направлениях. У восточного склона Антилива-на образовалось несколько оазисов, важнейшим из которых стали Дамаск и его плодородный спутник, современная Гута.
Палестина представляет собой «оживший» учебник географии: в ней есть и относительно плодородный район на западных склонах Иудейских и Галилейских гор; в Иудейских горах и в Негеве есть пустыни; в Иорданской рифтовой долине произрастают субтропические джунгли. Пустыни Синайского полуострова и Южный Негев разделяли Палестину и Египет по крайней мере до 3000 г. до н. э. К востоку от реки Иордан расположены земли, которые и в глубокой древности, и в римское время были густо населены.
Западной оконечностью древнего Ближнего Востока была центральная часть Анатолии, оттуда шли пути в Верхнюю Месопотамию и Киликию. Главным поселенческим центром являлась территория вокруг дуги реки Галис (совр. Кызы-лырмак). Кроме нее пригодными для жизни были земли, расположенные вокруг верховий Сангариуса (Сакарьи) и в долине Конья. Район Понтийских гор (вдоль Черноморского побережья) во времена Хеттского царства был заселен только кочевниками и полукочевыми племенами. Восточная Анатолия сильно изрезана горами, что делало ее непригодной для появления значимых государственных образований.
Как мы видим, Передняя Азия естественным образом разделена на районы, большая часть которых имеет незначительный размер. Это не могло не сказаться на древней истории данного региона: на ограниченных горами землях складывались небольшие этнические и политические объединения. В то же время в трех больших и менее разделенных горами зонах — в Месопотамии, Анатолии и на Иранском нагорье —
15
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
появились великие государства. Полоса полупустыни между Плодородным полумесяцем и Аравийским нагорьем во все известные нам исторические периоды была родиной семитских кочевых племен. Наша картина остается неполной без упоминания о том, что большинство народов, которые основали могущественные ближневосточные державы — хетты, индоевропейские митаннийцы, мидийцы и персы, — изначально были этническими объединениями и со временем стали частью многочисленного населения Восточной и Юго-Восточной Европы, задолго до того, как они появились на границах Ближнего Востока.
Как уже отмечалось, эти территории были изолированы друг от друга природными объектами. Эту изоляцию приходилось преодолевать в силу неравномерности распределения сырья, которое было необходимо для ведения оседлой жизни. Потребности в видах и количестве сырья напрямую зависели от уровня развития цивилизации. На самых ранних этапах развития требовались обсидиан, кремень, битум, камень для производства сосудов, а прежде всего — металл. Изделия из этих материалов были найдены в самых древних поселениях, что свидетельствует о том, что сырье привозили издалека еще в те времена. В Вавилонии не было собственной древесины, строительного камня и металла, что стало важным стимулом для развития торговли. Ко времени, когда Вавилония стала развитой урбанистической цивилизацией, ее торговые связи выходили далеко за пределы Передней Азии: к берегам Персидского залива, к долине Инда, в Афганистан, откуда привозили лазурит, и к неизвестным месторождениям олова, которое было необходимо для производства бронзы. Из изолированного пространства Вавилония стала центром мировой торговли.
ХРОНОЛОГИЯ
Соотнести продолжительные периоды истории древней Передней Азии с точными годами до новой эры, как это принято в системе «абсолютной хронологии» современного летосчисления, невозможно. Ассирийский список эпоним-ных чиновников не уводит нас дальше 910 г. до н. э. Благо
16
ХРОНОЛОГИЯ
даря спискам вавилонских и ассирийских царей можно с точностью до десяти лет датировать события, происходившие в Месопотамии вплоть до 1450 г. до н. э. Даты событий в истории Сирии и Малой Азии можно соотнести с временной шкалой Вавилонии и Ассирии и даже в большей степени Египта, хронология которого для этого периода более или менее установлена. В результате этих соотнесений мы получили одну точную дату — 1270 г. до н. э., год подписания мирного договора между Рамсесом II и Хаттусили II. Взяв ее за основу, можно установить даты других событий, происходивших до или после того года. Но времена, которые предшествовали 1450 г. до н. э., представляются «темными веками» для всей Передней Азии, с неясной последовательностью событий; мы даже затрудняемся сказать, сколько прошло времени между 1450 г. до н. э. и предыдущей эпохой.
Нам хорошо известно, что происходило в течение приблизительно 800 лет до начала «темных веков». На основании известных последовательности и продолжительности правлений царей была разработана «относительная хронология» от правителей династии Аккада до конца I Вавилонской династии. Но последующие времена, более чем семь веков, остаются «темными» и никоим образом не привязаны к нашему календарю. Для решения этой проблемы необходимо узнать дату окончания правления I Вавилонской династии и начала владычества касситов (то есть начала «темных веков»). Есть несколько предположений, но в нашей книге мы будем придерживаться так называемой «средней хронологии», предложенной С. Смитом и М. Сидерским, согласно которой I Вавилонская династия окончилась в 1595 г., а царь Хаммурапи правил в 1792—1750 гг. до н. э. Соответственно, правление аккадских царей началось около 2340 г. до н. э. Привязка к абсолютной хронологии основывается на астрономических наблюдениях цикла Венеры, которые делали древние вавилоняне. Основной вопрос заключается в том, с каким из циклов этой планеты были связаны те или иные исторические события. Например, приверженцы так называемой «нижней хронологии», которая была разработана У.Ф. Олбрайтом и Ф. Корнелиусом, «опускает» все даты средней хронологии на шестьдесят четыре года, связывая их с предыдущим циклом.
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
Хронологическая таблица I
Первобытный и протописьменный периоды
Шанидар: неандертальский человек	60 000—40 000 гг. до н. э.
Верхний палеолит, мезолит и неолит	35 000—9000 гг. до н. з.
Зарождение скотоводства и земледелия	ок. 9000—6750 гг. до н. з.
Иерихон: ранний докерамический неолит	ок. 7000 г. до н. з.
Джармо: раннее поселение	ок. 6750 г. до н. э.
Медный век	ок. 5500 г. до н. э.
Эриду, Убейд, Урук	ок. 5000—3100 гг. до н. з.
Протописьменный период в Уруке	ок. 3000—2750 гг. до н. з.
«Храм С» в Уруке	2815+2885 (?) г. до н. э.
Для событий, произошедших до начала правления царей из династии Аккада, то есть в последнюю фазу раннединастического периода, можно предложить лишь приблизительные даты. Они основаны на известной последовательности царей Лагаша от Ур-Нанше до Уруинимгины, которые правили в общей сложности около 120 лет. Существует также Шумерский список царей, в который включены все правители Шумера и Вавилонии со времен, «когда царство спустилось с небес», вплоть до конца правления царей династии Исина (ок. 1794 до н. э.), но его нельзя считать хронологически достоверным в части, предшествующей списку аккадских царей. Имена всех правителей переданы довольно точно, лишь с небольшими огрехами, которые можно объяснить регулярным переписыванием текста в течение столетий. Некоторые из этих имен раннединастических царей полностью совпадают с данными исторических источников, созданных во время их правления.
Однако существует проблема, заключающаяся скорее в писцах, составлявших этот список. Они прекрасно знали свою историю, но умозаключения, на основании которых выстраивали список, в корне неверны. В их представлении единовременно и во всей Вавилонии могла править только одна династия. При этом они стремились не упустить ни одного из имен, дошедших из далекого даже для них прошлого. В результате династии царей, управлявших в одно и то же
18
ХРОНОЛОГИЯ
время разными частями Вавилонии, были выстроены в один ряд, как будто они правили всей страной. Таким образом, до Саргона Древнего, основателя династии Аккада, идет список из сорока пяти владык от Мескаламдуга из Ура до Лугальза-геси из Урука. Городом-государством Лагаш, династическая линия которого нам известна по других источникам, управляли восемь правителей, некоторые из них правили не больше нескольких лет. Несмотря на старания писцов, из века в век переписывавших этот документ, в окончательной версии списка некоторые имена все же были утеряны. Например, в Шумерском царском списке отсутствуют имена всех правителей Лагаша, хотя некоторые из них заслуживали по крайней мере отнесения к числу властелинов Месопотамии.
Что же касается событий, произошедших до начала правления лагашского Ур-Нанше, мы не можем назвать даже приблизительных дат. Можно лишь приблизительно вычислить общую длительность различных фаз раннединастического и предшествовавшего ему протописьменного периода. Эти расчеты опираются на изучение толщины различных культурных слоев на ранних археологических памятниках и эволюции клинописного письма. Учитываются и синхронные данные в Египте: в самом конце додинастического периода (позднегерзейская культура, или Нагада П), накануне объединения Обеих земель, то есть весьма приблизительно около 3000 г. до н. э., в долине Нила появились предметы искусства, которые указывают на прямую связь с Шумером протописьменного периода. Кроме того, у нас есть точная датировка одной из фаз протописьменного периода (Урук, уровень IVa). Дата была получена методом радиоуглеродного анализа (|4С) деревянных фрагментов из «Храма С»: 2815±2885 г. до н. э., что в целом коррелирует с датировками египетского материала.
Для еще более ранних периодов истории мы можем выстроить относительно надежную хронологическую схему на основании датировок по методу |4С, полученных для поселений в Палестине, Киликии, Анатолии, Ираке и Иране, а также соответствующего материала из Египта и с Балкан. Таким образом мы можем высчитать длительность этапов развития цивилизации и определить скорость этого процесса, к рассмотрению которого мы и переходим.
19
Глааа 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ПЕРВОБЫТНОСТИ
О самых ранних шагах человека в Передней Азии долгое время не было известно почти ничего. До сих пор мы знаем о них значительно меньше, чем о богатой археологическими находками Европе. Тем не менее систематические исследования с привлечением естественных дисциплин принесли определенные плоды. Сегодня у нас есть довольно четкое представление о развитии цивилизации в Передней Азии в эпохи палеолита и неолита. Артефакты, сделанные рукой первобытного человека, найдены во всем регионе: в пещерах горы Кармель близ Хайфы, в горах Иудеи, вдоль побережья от Сирии до Южной Турции, на западном берегу Турции, в Центральной Анатолии, в Иордании, от Аравийского нагорья до долины Евфрата и Западного Курдистана. В пещерах Кармель и Шанидар (Иракский Курдистан) в слоях мустьерской эпохи сохранились скелеты неандертальского человека, возраст которых 40 000—60 000 лет. В Шанидаре возраст следующего, верхнепалеолитического, слоя — 35 000 лет; выше сохранились слои мезолита и докерамического неолита, датируемого 9000 г. до н. э. Конечно же в Шанидаре представлены слои не всех археологических культур: после мустьерского слоя есть большой пробел, что соотносится с периодом, когда неандертальцы навсегда покинули эти земли, что было вызвано, вероятно, сильными климатическими изменениями.
В последнее время интерес к поиску следов первобытного человека в Передней Азии увеличился, и это принесло ощутимые плоды. Мы начали понимать, как был сделан один из самых решающих шагов человечества — переход от присваивающего хозяйства к производящему. Этот переход обоснованно называют неолитической революцией, в результате которой человек стал доминировать над природой; эта фаза закончилась лишь два столетия назад с наступлением индустриальной революции. В условиях неолита «революция» конечно же не была разовым событием, это был длительный процесс, происходивший в течение нескольких тысяч лет. Между 9000 и 6750 гг. до н. э. климатические условия на Ближнем Востоке приблизились к современным. Человек начал, по крайней мере в Передней Азии, одомашнивать диких животных, а чуть позже — выращивать съедобные растения.
20
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ПЕРВОБЫТНОСТИ
К 6750 г. до н. э. человек уже разводил овец, коз и скот и умел выводить и возделывать сорта полбы, ячменя и льна. Выращивание зерновых культур было достаточно успешным для того, чтобы они стали основой рациона питания человека; это, в свою очередь, привело к появлению оседлого земледелия и образованию общин. Где начался этот переход? Очевидно, что он начался там, где водились животные, способные к одомашниванию, и произрастали травы, которые стали прародителями зерновых. Это описание подходит для горных долин и покрытых травой предгорий в Иране, Ираке, Турции, Сирии и Палестине. В этих районах идут дожди, что позволяет заниматься земледелием; на современном Ближнем Востоке для этого достаточно выпадения около 20 см осадков в год.
Мы пока не можем увидеть всю масштабность изменений, вызванных неолитической революцией. Например, сложно объективно оценить последствия перехода на зерновые как основной источник пиши. Переход к оседлому образу жизни должен был вызвать значительный прирост населения, детская смертность должна была уменьшиться, а продолжительность жизни — увеличиться по сравнению с предыдущими эпохами. Это подтверждается одним фактом: всего за несколько тысячелетий — довольно незначительный период в масштабе каменного века — зона первоначального расселения человека на склонах гор расширилась за счет равнины в пределах зоны выпадения зимних дождей, появилась плотная сеть общинных поселений. В те же времена, как мы предполагаем, появились кочевники-скотоводы. Передвигаясь со стадами овец или коз, они искали корм на высокогорье или в долинах за пределами орошаемых земель, добираясь до земель, которые были неведомы неолитическим земледельцам. Эти пастухи стали пионерами сельскохозяйственной революции, искавшими и находившими места для новых поселений, в то время как их собственная численность и количество оседлых жителей увеличивались.
Ограниченность территории и постоянное увеличение числа соседей заставило первых общинников задуматься об общих правилах мирного сосуществования, для этого им пришлось ввести новые принципы правосудия и новые традиции. Это сказалось и на религии: теперь людям было необходимо искать расположения сил, от которых зависели
21
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
плодовитость скота или выпадение жизненно необходимого дождя. Древние магические практики, которых было достаточно во времена охотничьей жизни, уже не действовали: новая пища рождала новых богов или старым богам приписывали новые функции.
Переход к производящему хозяйству, случившийся около 9000 г. до н. э., прослеживается на археологических памятниках в Палестине (на горных склонах со стороны Средиземного моря, а также в более сухих районах на востоке, типа носителей натуфийской культуры), в Ливане и Сирии, в Ираке и Иранском Курдистане. Люди все еще жили в пещерах, а в теплые сезоны — на открытых стоянках, которые, впрочем, они могли использовать и круглогодично. В Палестине (Айн-Маллаха) и в Курдистане (Млаффаат и Зави-Чеми-Шанидар) сохранились остатки круглых хижин, возможно сделанных по подобию круглых шатров на открытых стоянках. Найденные там каменные терочники для зерна указывают на присутствие земледелия. Жители этих поселений также разводили коз и овец.
Показательным примером первых деревень считается Джармо, которая находится в Курдских горах к востоку от Киркука. Здесь сохранилось двенадцать культурных слоев, но не прослеживается динамика развития общества. Сохранились простые дома, построенные из прессованной глины на фундаментах из валунов; в домах есть несколько прямоугольных помещений. В каждом из слоев сохранилось по двадцать — двадцать пять таких домов, на основании чего было рассчитано приблизительное число жителей деревни — около 150 человек. Они выращивали крупнозерновой ячмень, выведенный из дикого hordeum spontaneum, и два вида полбы. В поздних слоях зафиксирована доместикация коз, овец и свиней; были также найдены останки других животных, но мы не обладаем достаточными данными, чтобы определить, были ли они одомашнены. Большинство каменных орудий — микролиты из обсидиана, вулканического стекла — привозили из дальних мест: ближайшее месторождение обсидиана находится в 380 км от этой деревни. В Джармо были найдены тщательно выточенные сосуды из камня, типичные для ранних поселений, а также первые керамические сосуды. Список находок также включает в себя глиняные фигурки,
22
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ПЕРВОБЫТНОСТИ
среди которых встречаются изображения беременных женщин, связанные с древнейшими, еще палеолитическими, представлениями о магических ритуалах, проводившихся для обеспечения плодородия. Каков же возраст Джармо, этого образца неолитического поселения? Результаты радиоуглеродного анализа относят самый ранний слой этого памятника примерно к 6750 г. до н. э.
В те же времена или даже ранее уровень развития Джармо и схожих деревень был превзойден другими культурами. Например, исключительной во многих отношениях иерихонской. Прежде всего, поселение ее носителей располагалось в благодатном оазисе около 200 м ниже уровня моря, посреди иссохшей местности у подножия Иудейских гор. Во-вторых, это раннее докерамическое поселение, датируемое методом радиоуглеродного анализа примерно 7000 г. до н. э., было окружено стеной из бутового камня, ширина которой составляла 1,5 м, а высота — более 3,65 м. С внутренней стороны к стене примыкала башня высотой более 8 м, в ней была устроена лестница, которая вела сквозь толщу башни на верхнюю площадку. Площадь поселения, окруженного стеной, составляла около 3,2 га. Само поселение состояло из округлых в плане глинобитных домов. Интересен погребальный обряд: умерших обезглавливали; тела закапывали в жилищах под полом, а головы хранили отдельно в доме. Этот обычай прослеживается и на других неолитических памятниках Ближнего Востока. В поздних слоях укрепленного поселения Иерихона эти черепа наполнены и обмазаны глиной, из того же материала на них воссозданы черты лица, вместо глаз вставлены разделенные створки раковин. Дома этих слоев были разделены на просторные прямоугольные помещения. По всей видимости, уже в те времена были выделены специальные места для отправления культа.
Другое поселение эпохи домекрамического неолита, обнаруженное в Угарите на побережье Средиземного моря, было также укрепленным. Здесь крепостная стена состоит из смеси глины и гальки и облицована большими валунами.
Приблизительно к 5500 г. до н. э. эта культура поселений достигла такого уровня развития, что стала стремительно охватывать новые регионы, а ее носители разработали принципиально новые технологии производства. К этому периоду
23
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
относятся находки фрагментов сырья, обработанного человеком, что значительно отодвигает вниз принятые даты начала медного века. Поселения распространились на предгорные низины и, вероятно, заняли все орошаемые дождем территории. Это относится ко всей Передней Азии: сохранились памятники Чатал-Хююк и Хаджилар в Юго-Восточной Турции, Мерсин и Телль-Джудейде в Северной Киликии в Сирии, Телль-Хассуна и Тепе-Сиалк и Телль-и-Бакун в Иране. В ходе этого процесса распространения поселений стали формироваться местные культуры, и лучше всего это прослеживается на примере уже повсеместно распространившейся керамики. Сосуды того времени сделаны еше довольно грубо, их украшали орнаментом, процарапанным или выдавленным на поверхности, инкрустациями белого цвета или примитивной декоративной росписью. Дома все еще строили из прессованной глины, но появились и постройки из кирпича-сырца; независимо от материала в домах были прямоугольные помещения. На одной из стен здания в Чатал-Хююке, расположенном в долине Конья, сохранился слой штукатурки, на которую была нанесена большая фреска с изображением животных и охотников. Вероятно, к тому же периоду относятся потрясающие наскальные росписи в Кильве в Иордании, где представлены сцены охоты на горных козлов. В Хаджиларе сохранились женские фигурки из глины, которые примечательны размерами (до 25 см в длину) и отражают состояние искусства и религиозные представления раннего городского населения.
К тому времени были одомашнены многие животные — козы, овцы, свиньи, крупный рогатый скот и собаки, однако все вместе они встречаются не в каждом регионе. Перечень выращивавшихся культур был дополнен чечевицей, горохом, бобами и льном. Нам неизвестно, когда начали выращивать виноград, оливки и фрукты, но к началу исторического времени их уже разводили по всей территории Плодородного полумесяца. Поскольку все эти растения встречаются там в дикой форме, можно предположить, что их окультуривание началось довольно рано.
В чуть более поздних слоях наиболее распространена расписная керамика, роспись в основном заменила все другие способы украшения сосудов. Расписную керамику использовали почти повсеместно, ее находят даже в Анау, в Юго-За-
24
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ПЕРВОБЫТНОСТИ
Рис. 1. Керамика культуры Телль-Халаф
падном Туркестане, куда добрались переселенцы из Ирана. К тому времени появились поселения, основанные вне зоны дождевого орошения, к ним относятся Багхуз в среднем течении Евфрата и Самарра на Тигре.
Местные культуры того времени различают по стилям керамики и определяют по названиям памятников, где были впервые найдены подобные сосуды: Телль-Халаф близ истока реки Хабур, Самарра на Тигре, Телль-и-Бакун в Иране.
Керамика этих культур не только хороша по своим техническим характеристикам, но и довольно красива. Большинство сосудов расписано геометрическим орнаментом, иногда встречаются изображения и мотивы, заимствованные из природы. Наиболее распространенной была керамика халафской культуры, которая встречается от центра Месопотамии до Сирии и Киликии, в Восточной Ассирии и даже в Армении. Их отличает полихромная роспись с характерным блеском, которого достигали за счет высокой температуры обжига сосудов. Центром самаррской культуры был район Восточной Ассирии, она распространилась к западу от Тигра вплоть до Багху-за на Евфрате, но, в отличие от Телль-Халафа, ее ареал значительно меньше. В чем разница между этими культурами? Она заключается в различиях в технике и сюжетах росписи сосудов. Это может быть маркером различных этнических групп, а популярность определенных символов указывает на Разные религиозные представления: художники халафской культуры украшали керамику фронтальным изображением
25
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
Рис. 2. Керамическая чаша культуры Самарра
головы быка («букранией») и мальтийским крестом; на самарр-ских сосудах была распространена свастика, она была самостоятельным либо составным элементом композиции росписи.
Помимо традиционных домов с прямоугольными помещениями представители халафской культуры стали возводить круглые в плане постройки, к которым иногда пристраивали прямоугольную прихожую. Такие дома были найдены в Те-пе-Гавре, в Арпачийе, в Телль-Хассуне близ Мосула и в Юнусе, что находится около Каркемиша в верховьях Евфрата. Широкое распространение таких домов по всей Месопотамии можно считать важным фактором, поскольку в традиционных обществах форма дома является отличительным признаком и не претерпевает существенных изменений в течение чрезвычайно долгого времени. Вероятно, эта форма напрямую связана с круглыми постройками докерамическо-го неолита, 5000 лет спустя подобные дома изображали на рельефах новоассирийского периода, и к той же традиции можно отнести современные «дома-ульи» на севере Сирии.
Религиозные представления носителей халафской культуры отразились в женских расписных фигурках из глины.
26
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ПЕРВОБЫТНОСТИ
Женщины показаны в поклоне, их руки скрещены под гипертрофированно большой грудью. У них очень широкие бедра, в то время как голова лишь обозначена скульптором. Сохранились также фигурки животных, особенно широкой популярностью пользовались изображения крупного рогатого скота, которые, так же как «букрании» на керамике, имели своего рода защитное или магическое значение.
Что в те же времена происходило в Вавилонии, аллювиальной долине Нижней Месопотамии, где впоследствии появятся города, письменность и другие достижения цивилизации? Ничего. Мы не располагаем данными о поселениях в этом регионе до начала медного века, времени наивысшего расцвета халафской культуры. Конечно, нельзя исключать возможность, что в свое время туда не добрались пастухи-кочевники, что логично обусловило бы появление поселений, но эта версия не подтверждается данными археологии.
Наиболее ранние из обнаруженных поселений на 2000 лет младше, чем первые памятники иерихонской культуры. Этому есть несколько объяснений. Климат Вавилонской низины преимущественно засушливый, что делает невозможным занятие земледелием с дождевым орошением. Две главных реки, в особенности Тигр, сами по себе не только не облегчают, но и значительно осложняют жизнь. Во время весенней оттепели начинают таять снега в далеких северных горах, это наполняет реки огромным количеством воды, которая, однако, не устремляется к морю: перепад высот между устьями рек и находящимся в 337 км местом их впадения в Персидский залив составляет всего 34 м, и этого конечно же недостаточно для их равномерного течения. Поэтому реки все время выходят из берегов и меняют свое русло, и неудивительно, что миф о Великом потопе родился именно в этих землях. Постоянные разливы превратили земли в болота, где не растет ничего, кроме огромного тростника. Эти болота были намного обширнее, чем сегодня, и, чтобы построить дом, первым земледельцам приходилось укреплять почву кольями из тростника, это вынуждены делать и современные мааданы (болотные арабы) на юге Ирака.
Но решающим фактором было отсутствие осадков — зона, где ежегодно выпадает более 20 см дождя и где можно заниматься земледелием, находится в 200 км от Вавилонской до
27
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
лины; они разделены полосой, в которой могли выжить только пастухи-кочевники. Это означает, что первые вавилонские земледельцы применяли ирригацию, освоение этих земель требовало совершенно иного уклада жизни. Разумеется, прежде всего земледельцы построили небольшую систему рвов и ; каналов, но даже для этого общине было необходимо выйти за пределы прежних традиций. И еще большее им предстояло осуществить: разрабатывать и неустанно строить, дополнять, улучшать и, прежде всего, поддерживать систему орошения, которая превратит Вавилонию в ager totius orientis fertilissimus, самый плодородный край Востока.
Успех труда по созданию системы ирригации зависел от количества поселенцев и степени их организованности. К сожалению, у нас нет данных для расчета численности населения Вавилонии в те времена. Нам известно, что вскоре были заселены все районы страны. Но мы не знаем ничего ни о размерах поселений, ни о числе и плотности жителей. Это связано с тем, что на месте расположения большинства памятников люди жили продолжительное время, поэтому самые ранние культурные слои находятся под слоями более поздних времен, и достигнуть их можно лишь после полного изучения всех верхних горизонтов. Поселения же, которые люди могли покинуть до наступления исторического времени, уже давно погребены под двухметровым слоем аллювиального ила, и нам неизвестно их местонахождение.
К счастью, эти ограничения относятся к нашим знаниям относительно пространства, но не времени. Используя самый информативный источник — керамику, — мы можем проследить три фазы развития первых поселений Месопотамии:
1.	Культура Эриду. Насколько нам известно, это самая древняя из культур. К ней относится ряд последовательных слоев в Эриду, на юге долины, она также зафиксирована на других памятниках в Южной Вавилонии: в Уре и Телль-эль-Убейде поблизости, в Кала в Хаджи-Мухаммеде к западу от Урука; и Центральной Вавилонии: в Ниппуре и Рас-эль-Амии. Керамика этой культуры сделана на медленном гончарном круге и покрашена, как правило, сплошным цветом; иногда сосуды красили белым и расписывали геометрическим орнаментом, фигуративные изображения крайне редки; техника росписи — акварель. Цвет самой керамики разнится
28
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ПЕРВОБЫТНОСТИ
Рис. 3. Керамическая чаша культуры Эриду
в зависимости от температуры обжига, чаще всего он фиолетовых или зеленоватых оттенков. Наиболее распространенной формой была низкая чаша с росписью внутри (рис. 3)\ иногда ее дополняли носиком и никогда — ручками.
2.	Убейдская культура. Источники, относящиеся ко второй фазе развития Вавилонии, сохранились во многих слоях Эриду, Ура и Урука. Вероятно, убейдская культура распространилась до севера Вавилонии, где в бассейне Диялы, к северо-востоку от Багдада, были найдены ее памятники. Для убейдской керамики характерны зеленоватый цвет (результат высокой температуры обжига) и роспись черно-коричневой краской. Как и в Эриду, сосуды украшали преимущественно геометрическим орнаментом, фигурные композиции встречаются крайне редко. Последние были скорее типичны для керамики из Бирсу и северовавилонского Телль-Укайра. Со временем вариативность орнамента уменьшилась, а его выполнение стало небрежным, что отражает общий упадок искусства росписи керамики; вместе с тем появилось большое разнообразие форм сосудов. Известно несколько типов сосудов с носиком, в то время как ручки сосудов так и не ста-
29
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
Рис. 4. Керамика убейдской культуры
ли популярными. Можно проследить переход от керамики Эриду к керамике Убейда. Оригинальный стиль убейдских сосудов свидетельствует о самостоятельности этой археологической культуры, но мы не в состоянии определить, где и как она появилась.
3.	Культура Урука. Хотя эта стадия отражена в большей степени на памятниках из Урука, урукская культура была распространена по всей Вавилонии и даже за ее пределами. На этой стадии место расписной керамики, которая долгое время была характерным признаком месопотамских культур, заняла нерасписная керамика, иногда покрытая ангобом красного или серого цвета. Серые сосуды часто украшали процарапанным орнаментом, обычно «гребенкой». Приобрели популярность сосуды с кручеными ручками и кувшины с изогнутыми носиками (рис. 5). Урукскую керамику делали на быстром гончарном круге. Сначала эти нерасписанные сосуды существовали одновременно с принадлежащими культуре Убевда расписанными, а впоследствии заменили их.
Эти три стадии развития вавилонских поселенцев длились на протяжении довольно продолжительного времени. В стратиграфическом шурфе в Уруке поздние слои убейдской культуры и самые ранние слои доисторического периода разделяет почти 16 м культурных напластований. Схожая картина наблюдается и в Эриду. Но не следует забывать, что для за-
30
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ПЕРВОБЫТНОСТИ
Рис. 5. Керамика урукской культуры
щиты от наводнений ранние поселенцы намеренно поднимали уровень своих поселений. У нас есть дата самых нижних слоев урукской культуры, полученная радиоуглеродным методом, — 4115± 160 лет до н. э. При ее сравнении с датировками халафской культуры мы получаем временной интервал, в течение которого развивались древнейшие культуры Вавилонии, — около 5000—3100 гг. до н. э.
В течение этих 2000 лет люди жили в Вавилонии, образовав земледельческие общины, занимались земледелием, садоводством, разведением скота, рыболовством и охотой. Их спутниками были рогатый скот, овцы, козы, собаки и ослы. Древние вавилоняне выращивали в основном те же культуры, что и их современники, жившие в зоне дождевого орошения, за исключением оливы, не прижившейся в засушливом климате Вавилонии. Здесь выращивали финиковую пальму, которая не встречается на севере. Согласно шумерской традиции ее привезли из Дильмуна (с острова Бахрейн в Персидском заливе) или с побережья Аравийского полуострова. Возможно, это поверье правдиво, поскольку шумеры сохранили память и о том, что зерно было принесено из гор близ Вавилонии, а это, как мы уже знаем, соответствует действительности. Шумерский миф, записанный в XVIII в. до н. э., повествует о боге неба Ану, который спустил с небес пшеницу, ячмень и пеньку. Эн-лиль, бог царской власти, собрал и запер все семена на кедро
31
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
вой горе, после этого боги Ниназу и Нинмада решили, что «Шумер, не ведавший зерна, должен узнать его».
Этот дерзкий эксперимент по возделыванию зерновых, принесенных из гор и предгорий Плодородного полумесяца, в долинах с абсолютно иным климатом, требовавшим искусственного орошения, оказался невероятно успешным. В новых условиях дикий двурядный ячмень переродился в ячмень шестирядный, и эту разновидность со временем стали возделывать по всему Древнему миру. Сравнительно увеличились и семена льна, из которых стали получать больше масла; возможно, масло производили и из волокон растения.
Дома возводили из спрессованной глины или сырцового кирпича; изначально они представляли собой примитивные хижины, но к убейдскому периоду жилища приобрели определенную форму. Зачастую жилища устраивали в обнесенных изгородью тростниковых хижинах, похожих на те, что сооружают на болотах современные жители Южного Ирака. В значительно большей степени развитие архитектуры прослеживается на примере храмового строительства. Самый ранний из храмов в Эриду представлял собой небольшую постройку с одним внутренним помещением. Храмы, найденные в слоях убейдского времени, приобрели характерную форму, которую впоследствии будут воспроизводить на протяжении всего протописьменного периода. Храм представлял собой прямоугольное в плане здание (24 х 12,5 м), возведенное на искусственной платформе. Внутреннее пространство делится на центральный длинный двор-целлу, где были установлены алтарь и жертвенник, и два боковых помещения (рис. 6). Этот храм можно рассматривать как начало эволюции зиккурата, ступенчатой башни, которая стала характерным культовым сооружением во всех исконно месопотамских цивилизациях вплоть до великой «Вавилонской башни» Навуходоносора II (605—562 до н. э.). Этот храм был возведен на месте, имевшем огромное культовое значение, где непрерывно на протяжении двух тысячелетий почитали богов; например, во времена III династии Ура, около 2050 г. до н. э., там на руинах предыдущих святилищ был возведен главный зиккурат Энки, шумерского бога мудрости.
Орудия труда, найденные в деревнях аллювиальной долины, указывают на уровень развития материальной культу-
32
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ПЕРВОБЫТНОСТИ
Рис. 6. Храм в Эриду, слой VII
ры: они полностью отражают потребности и уклад жизни поселенцев. Помимо керамики, функциональное использование которой значительно расширилось, жители Вавилонии эпохи неолита применяли обсидиановые ножи и пилы, серпы из обожженной глины и изогнутые глиняные гвозди, о назначении которых можно только догадываться. Конечно же многие предметы, преимущественно сделанные из органических материалов (дерева, кожи, текстиля и т. д.), не сохранились. Однако можно с уверенностью сказать, что жители деревень не были ограничены местным сырьем. Кремень доставляли с Аравийского нагорья, обсидиан — из Армении и Верхней Месопотамии, битум, который был необходим для создания предметов с деревянными ручками или при строительстве лодок, привозили со среднего Евфрата близ Хита или из мест современной нефтедобычи в районе Киркука или Мосула.
33
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
Хотя признаков использования металла во времена убевд-ского периода не обнаружено, можно с уверенностью сказать, что, поскольку металл применяли еще в халафской культуре, его также знали с самых ранних времен и в Вавилонии. Судя по глиняной модели лодки, которую нашли в захоронении конца убейдского периода, берега Персидского залива уже были исследованы мореплавателями, а Вавилония стала центром развивающейся торговли. Чем жители Вавилонии расплачивались за привозные материалы, неизвестно; по аналогии с более поздними периодами можно предположить, что они экспортировали зерно (а новая разновидность ячменя, несомненно, обладала значительной ценностью) и финики. Возможно, еще в те времена начался экспорт тканей, ставших важным предметом торговли в поздние периоды. Экономика, основанная исключительно на земледелии, без производства товаров на экспорт и без налаженной международной торговли может обеспечивать постоянно растущее население лишь в определенной степени. Эта аксиома экономики применима даже к самым древним обществам.
О религии древней Вавилонии можно судить по храмам, воздвигнутым в честь главного бога Эриду. Этому богу приносили в жертву рыбу, а на месте его святилищ был построен зиккурат бога Энки. Отличительной чертой иконографии Энки в шумерском искусстве было изображение льющихся из плеч этого бога потоков воды, в которых рыба поднимается вверх по течению. Иными словами, мы вновь сталкиваемся с непрерывной традицией, берущей начало в глубокой древности.
О религиозных представлениях можно также судить по терракотовым фигуркам, которые находят во всех поселениях убейдской культуры. Например, изображение женщины в позе роженицы из Урука относится к культуре Эриду, но оно имеет некоторую связь с фигурками склоненных женщин халафской культуры. Убейдские фигурки выполнены в форме стоящих мужчин и женщин или антропоморфных существ обоих полов: их головы, непропорционально узкие и вытянутые, немного запрокинуты назад, глаза скошены; в результате лица этих существ напоминают морды рептилий. На большинстве мужских фигурок моделировка рук напоминает изображение крыльев. Как и в халафской культуре, статуэт
34
ПЕРЕДНЯЯ АЗИЯ В ПЕРВОБЫТНОСТИ
ки животных представлены преимущественно изображением крупного рогатого скота, но встречаются и образы диких животных. Иногда эти фигурки клали в захоронения.
Использование погребального инвентаря (преимуществен-, но керамики) подразумевает наличие неких представлений о : загробной жизни. Наиболее красноречивыми свидетельствами можно считать тело охотничьей собаки, положенное на грудь покойного мужчины, или миску мяса, поставленную рядом с собакой. Упомянутая выше глиняная модель парусной лодки, найденная в одном из захоронений, может подразумевать существование веры в то, что при помощи магии человек мог продолжать заниматься своей прижизненной профессией и после смерти. Если это так, то эта вера согласуется с обычаем хоронить слуг вместе со своим господином — вождем общины; ниже мы рассмотрим несколько таких захоронений, относящихся к раннединастическому периоду. Согласно верованиям убейдского периода, если люди и продолжали существовать после смерти, то они не должны были продолжать служить своему вождю.
Сохранившиеся человеческие останки позволяют получить, пусть и фрагментарные, антропологические данные. В позднеубейдских слоях в Эриду мертвые были захоронены в прямоугольных могилах, выложенных кирпичом. Покойных клали на спину в вытянутом положении. Судя по скелетам умерших, представители убейдской культуры были довольно крупного телосложения, в то время как скелеты раннединастического периода указывают на грацильное телосложение населения. Человеческие останки из убейдских слоев, равно как более ранние останки из Телль-Хассуны и Мосула, а также из древнейших халафских захоронений в Тепе-Гавре, определены как принадлежащие к средиземноморской расе. Таким образом, мы знаем, представители какой расы создали первые . ступени вавилонской цивилизации; возможно, они же были создателями всей культуры первых поселений. Но нам ничего не известно об этническом типе этих людей. Мы можем предположить, что шумеры, ставшие основным народом Вавилонии в протописьменный период, появились в этой стране не позднее урукского времени. Изменения в традиционной керамике и исчезновение расписных сосудов не стоит связывать с их появлением — такие события не указывают на смену эт
35
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
нического состава населения. Также нельзя исключать возможность того, что шумеры жили в Вавилонии изначально, придя туда в числе первых поселенцев.
Несмотря на то что нам неизвестно, кем были первые жители Вавилонии, можно предположить, откуда они пришли. Прослеживаются связи их материальной культуры с характерной для Элама (где керамика, найденная в Телль-Джови и Джафарбаде, идентична керамике культуры Эриду) и Иранского нагорья, в особенности Фарса. В то же время присутствуют прямые связи со слоями халафской культуры в Верхней Месопотамии. Создается впечатление, что Вавилония была заселена земледельцами, пришедшими и с севера, и с востока; можно предположить, что быстрый рост населения в зонах дождевого орошения вынудил людей расширять границы жизненного пространства. Отметим, что в своем раннем развитии Вавилония прошла три фазы, которые удивительным образом совпадают с изменениями культуры, происходившими к северу и северо-западу от нее. После того как керамика халафской культуры достигла своего наивысшего расцвета, по всей территории, где находили подобные сосуды, наступил период деградации расписной керамики, за которым последовали ее полное исчезновение и распространение нерасписанных сосудов урукского типа. Эта синхронность развития настолько очевидна, что, несмотря на многочисленные частные отличия, можно уверенно говорить о слоях убейдской и урукской культур далеко за пределами Вавилонии.
Как же можно интерпретировать развитие культуры в таком широком масштабе? С величайшей трудностью. Мы можем утверждать, что в те времена существовали связи между отдельными регионами Передней Азии и что эти связи были основаны на взаимном обмене товарами. Но достаточно ли этого утверждения для того, чтобы объяснить все имеющиеся у нас данные? Все, что мы знаем о древнем Ближнем Востоке в историческое время, когда определенные регионы были заселены конкретными этническими группами, наталкивает нас на мысль о крупномасштабной миграции населения. Если же говорить о процессах миграции на заре истории, то переселенцы должны были быть выходцами из поселенческой культуры, поскольку на этапе охоты и собирательства или кочевого скотоводства плотность населения не была достаточно
36
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
высокой. Эти люди были выходцами из ядра культуры поселений, которое располагалось на окраинах Плодородного полумесяца и неминуемо расширялось из-за быстрого прироста населения. Мы рассмотрели, как происходило заселение Вавилонии; в Анатолии и Иране земледельцы также открывали новые территории, продвигаясь дальше и дальше от своих родных деревень. Поселения появились даже в совсем неблагоприятных климатических зонах, таких как Северный Негев в Палестине. Но остается нерешенным вопрос о степени участия культур Передней Азии в развитии неолитических культур Европы и остальных частей Древнего мира.
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
Нечто совершенно новое появилось в мире, отправную точку и движущую силу развития которого нам только предстоит выяснить. Имеющиеся археологические данные не позволяют ответить на все возникающие вопросы. И это очень печально, поскольку эти вопросы касаются истоков цивилизации — города-государства в Шумере.
Эту цивилизацию отличают масштабная храмовая архитектура, достижения в скульптуре и рельефе и, что наиболее важно, самая первая система письменности в мире. Но, несмотря на новые черты, шумерская культура была продолжением последней фазы культуры Урука без видимого перехода. Новые города появились на том же месте, где стояли прежние поселения, шумерские храмы повторяют планы построек убейдского времени, а керамика представляет собой дальнейшее развитие традиций Урука.
Самые ранние этапы новой цивилизации лучше всего прослеживаются в Уруке. На месте более позднего святилища Э-Ана, где почитали покровительницу города, богиню любви, войны и планеты Венера Инанну, сохранились остатки древнейшего из сохранившихся храмов. Они были найдены в слоях V—IVb (нумерация археологических слоев иногда ведется сверху вниз, таким образом меньшие номера соответствуют поздним слоям, а ббльшие относятся к хронологически более ранним уровням). Но еще в слое VI, под этим святилищем, были найдены большие скопления глиняных гвоздей,
37
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
Рис. 7. Храм в Уруке, слои V—IVb
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
Рис. 8. Храм в Уруке, слой IVa
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
наподобие тех, что в более поздние времена использовали для крепления настенных панелей в самых значимых культовых постройках. Также была найдена храмовая ограда, которая относится по меньшей мере к тому же слою VI. Кроме того, в слое содержались оттиски цилиндрических печатей, более характерных для слоя IVb. Иными словами, несмотря на то что нам недоступны руины самого храма, можно говорить о сформировавшемся типе шумерских культовых построек.
Храм слоев V—IVb был величественным памятником. Он был возведен на фундаменте из известняка, защищавшем постройку от дождей и влаги, со сторонами 75,5 х 29 м, что в семь раз превышает размеры последнего храма убейдского периода в Эриду. Строительный материал для этого храма привозили с Аравийского нагорья, которое находится почти в 60 км от Урука. План храма в целом совпадает с планом святилища в Эриду — он имеет центральный неф и боковые помещения. К новым чертам постройки можно отнести Т-образную форму центрального нефа и три помещения, которые примыкают к коридору в верхней части буквы «Т»; помещение по центру могло быть святая святых богини и местом отправления ее повседневного культа. Точность и симметричность планировки этого «Известнякового храма» указывают на высокий уровень развития строительных навыков. Поблизости под прямым углом к Известняковому храму расположено небольшое святилище на низкой террасе. Эти постройки были разделены двором, стены которого были частично украшены мозаикой из трехцветных керамических конусов. Уровнем выше, в слое IVa, были также найдены два соединенных между собой храма, размеры первого (в большей степени реконструированного) составляют 84 х 53,6 м, второго — 55,5 х 22 м. С учетом помещения при входе они представляют собой комплекс внушительных размеров. В 300 м к северо-западу в слое IV был обнаружен так называемый Известняковый храм. Хотя он также был возведен на фундаменте из известняка, стены этого храма полностью отлиты из строительного раствора; эта строительная техника была крайне нетипична для архитектуры Месопотамии. Внешняя сторона стен и ограда двора были украшены каменной мозаикой и керамическими конусами. Можно лишь представить, каких огромных усилий требовали возведение и оформление этого храма.
40
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
Рис. 9. Зиккурат Ану в Уруке (реконструкция)
Вблизи храма слоев V—IV, в более позднем слое III, были найдены остатки скромного прототипа зиккурата, который быстро превратился в более внушительную постройку (на этом месте около 2100 г. до н. э. при царях Ур-Намму и Шульги было возведено святилище Э-Ана). Помимо этого, в урукском святилище, посвященном верховному богу шумерского пантеона Ану, были обнаружены постройки, схожие с террасными храмовыми комплексами в Эриду. Точно такой же комплекс обнаружен в Телль-Укейре на севере Вавилонской равнины, на его стенах сохранились фрески с изображениями животных и людей в религиозной процессии.
От времени создания этих храмов также сохранились памятники глиптики — резные печати. Для доисторических периодов в Вавилонии и близлежащих землях были характерны простые печати, не позднее чем в урукском слое VI появились цилиндрические печати (небольшие цилиндры, поверхность которых была покрыта резным орнаментом; такие печати прокатывали по влажной глине и получали оттиск в виде прямоугольного изображения). Со временем цилиндрические печати распространились далеко за пределами Вавилонии, они пользовались неизменной популярностью на протяжении всей последующей истории древнего Ближнего Востока. По сравнению с ограниченным пространством обычной печати поверхность цилиндра предоставляла художнику большую площадь, где можно было разместить более распространенные и сложные сцены. Печати использовали в основном для опечатывания сосудов; в более поздние времена ими «подписывали» текст на глиняных табличках.
41
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
В протописьменной Месопотамии существовали четыре типа цилиндрических печатей. Мы рассмотрим некоторые из их особенностей, поскольку различие в содержании сцен и стилистике их исполнения, а также особенности географического распространения печатей позволяют сделать полезные исторические наблюдения. К первому типу относятся преимущественно крупные печати, на которых мастера вырезали сцены с реалистичными изображениями; резьба была довольно глубокой, и оттиск подобной печати был полноценным, с рельефным изображением. На печатях изображали сцены поклонения богам в храме или перед алтарем, религиозные процессии на лодках, сцены сражений (одна — с изображением колесницы) и сцены охоты или борьбы с дикими животными, нападающими на стадо; сцены с борющимися дикими животными, регистры с образами животных и «священным стадом» домашнего скота. Изображения сцен повседневной жизни встречаются довольно редко. Главное действующее лицо многих сцен — это правитель, его можно узнать по фигуре, размеры которой превышают высоту остальных персонажей, и внешнему облику: бородатый мужчина с длинными волосами, перевязанными лентой, он одет в передник, закрывающий тело от бедер до лодыжек. Такие печати составляют большинство из обнаруженных в Уруке. Их довольно редко находят в Северной Вавилонии и почти никогда не обнаруживают в районе Диялы. Второй наиболее распространенный в Уруке тип печатей содержал «геральдические» композиции, которые часто включали пары обращенных друг к другу животных. Иногда встречаются образы змей или фантастических животных с переплетенными шеями. Третий тип печатей, который был характерен для района Диялы и Северной Вавилонии, в Уруке встречается довольно редко. К нему относятся небольшие печати, сделанные из материалов, отличных от материала печатей первого типа. На них помещали условные изображения рыб, сосудов, животных с закрученными хвостами и странных паукообразных существ, зачастую переданные несколькими штрихами. Манера исполнения печатей грубая, без достаточной проработки. Четвертый тип печатей, также распространенный в районе Диялы и в Северной Вавилонии, сформировался к концу прото-письменного периода. Для этих печатей характерен глубоко
42
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
Рис. 10. Оттиски печатей протописьменного периода
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
прорезанный абстрактный орнамент — четырехлистник, или мальтийский крест.
На рельефных изображениях того времени встречаются те же мотивы, что и на цилиндрических печатях первого типа: правитель сражается со львами или возглавляет процессию дароносцев богине Инанне или ее жрице. Эти изображения часто размещали на каменных сосудах, где художники могли свободно воплощать свое мастерство в технике высокого рельефа.
Скульптурных изображений сохранилось совсем немного: фрагмент фигурки (вероятно, портрета правителя), напоминающей по стилистике изображения на печатях и рельефах. Также известен фрагмент статуи женщины, размеры которой превышали натуральную величину: до нас дошла лишь ее голова; на ней можно разглядеть остатки головного убора с двойной короной из рогов — типичного атрибута богов в месопотамском искусстве. Плохая сохранность этого памятника особенно досадна, поскольку мы имеем дело с самым ранним из сохранившихся изображений богов в образе человека. Однако самым выдающимся произведением считается женская головка из Урука. Даже несмотря на повреждения, она дает представление о способности мастеров протописьменного периода реалистично передавать образы. Это прослеживается и на небольших фигурках животных, некоторые из них, вероятно, играли роль амулетов.
Но самым значительным достижением протописьменного периода, оказавшим наибольшее влияние на будущее человечества, стала разработка системы письменности. Ее появление подводит черту под всем тем, что было ранее, и открывает новую страницу истории. Это достижение дало название целому периоду: в протописьменный период появились первые письменные знаки. Когда это произошло? Наиболее ранние из известных документов относятся к слою IVa в Уруке, они представляют собой самую первую стадию развития письменности. Каждый из знаков был процарапан тонким тростниковым стилом на сырой глине. Некоторые из знаков были пиктографическими — схожие изображения встречаются на цилиндрических печатях первого типа (и что характерно, только на них). Однако большинство знаков определенно обобщает образ или значение слов, что делает их отличными от художе
44
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
ственного языка изобразительного искусства того времени. Так, например, треугольного изображения женского лобка было достаточно для обозначения понятий «жена» или «женщина». При этом наблюдается устойчивая тенденция избегать сложных знаков (таких, как изображение человеческой фигуры в разных позах), которые были распространены в египетской иероглифике. «Авторы» этой письменности с самого начала стремились создать средство коммуникации для повседневного использования. Довольно скоро это письмо приобрело курсивную форму, далекую от изобразительности, и вскоре после конца протописьменного периода форма знаков совершенно перестала походить на первоначальную. Сначала существовало большое количество — около 2000 — знаков. К началу раннединастического периода, времени окончательного формирования письменности, в обиходе осталась лишь треть от числа первоначальных символов; исчезнувшие знаки не были заменены новыми, их отсутствие полностью компенсировали скрытые возможности письма.
По сути, клинопись была логографическим (идеографическим) письмом, где один знак или группа знаков соответствовали одному слову. Для повышения точности и увеличения коммуникативных возможностей такое письмо быстро развивало новые способы передачи информации. Идеограммы стали также использовать и для передачи омофонов (слов, схожих по звучанию, но имеющих разное значение), и вскоре появились специальные знаки для обозначения отдельных слогов. Это прослеживается на примере надписи на табличке из Джемдет-Наср (Северный Шумер), относящейся к тому же времени, что и документы из слоя П1Ь в Уруке. В ней содержится личное имя Эн-лиль-ти. Его можно перевести как «(Пусть) Энлиль [верховный бог Ниппура в Центральной Вавилонии] (одарит) жизнью». Знак, обозначающий «жить», «оставаться живым», представляет собой изображение стрелы. Изначально его использовали для передачи шумерского слова ti, «стрела», и впоследствии этот знак стал омофоном ti(l), «жить» — слова достаточно абстрактного для того, чтобы передать его изображением. По тому же принципу в египетской иероглифике слово hpr, «становиться», «зарождаться», передавалось изображением скарабея hpr (в египетской системе письма передавались только согласные звуки). В слоговом
45
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
письме звуки обозначаются конкретными знаками, которые следует читать как определенное сочетание звуков, а не как идеограмму. Но знаки, с помощью которых передавали звуки, не вытеснили символы, обозначавшие целые слова; в клинописи они сочетались. Эта особенность останется характерной для всех последующих систем письма, появившихся после исчезновения шумерской письменности, —- аккадской, хурритской, хеттской и т. д. Последняя клинописная надпись была сделана в 1 в. н. э.: достижение протописьменного периода активно использовали в течение 3000 лет.
Самыми первыми письменными документами были ярлыки и хозяйственные заметки крупных храмов: такое-то количество коров, столько-то зерна и т. п. В те времена еще не было литературных произведений, исторических анналов; они появились только в середине раннединастического периода. В то же время в Уруке сохранились списки слов — свидетельства обучения письму, которое велось в школах или храмах. В Джемдет-Наср были найдены идентичные списки. Эти словники переходили из века в век вплоть до времен династии Аккада (около 2340 г. до н. э.), их использовали как учебники во всем Шумере, и эта традиция продолжала существовать в Аккаде, Эламе и Ассирии.
На каком языке были написаны эти документы? Иными словами, кто изобрел письменность? Самые ранние знаки были преимущественно идеограммами, знаками-словами, которые передавали значение слова, но не его звучание. Лишь когда эти знаки стали использовать как омофоны, или сил-лабограммы, мы можем получить представление о звучании слов. Мы «слышим» написанное и таким образом можем предположить, каким был разговорный язык. Так, в урукском слое IIlb язык письменности был шумерским. Этот вывод сделан на основании уже упоминавшегося имени Эн-лиль-ти, поскольку слова «стрела» и «жить» звучали одинаково только в шумерском языке. Но в самых ранних документах из слоя IVa случаи использования омофонов или силлабограмм не встречаются. Таким образом, мы не располагаем достаточными лингвистическими данными для определения языка создателей письма. В то же время у нас нет ни малейших оснований полагать, что в период между слоями III и IVa в Уруке сменилось население. Поэтому можно предположить,
46
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
что самые ранние документы были также написаны на шумерском и что именно шумеры были создателями письменности и творцами первой цивилизации.
Откуда они пришли? Мы никогда не узнаем ответа на этот вопрос. Должно быть, они пришли вместе с остальными жителями Вавилонской равнины до начала протописьменного периода, то есть в доисторические времена. К сожалению, мы не можем получить достаточное количество информации из доисторических источников, чтобы ответить на все интересующие нас вопросы. Поэтому в этом случае археологические источники малоинформативны, то же можно сказать и о лингвистических данных. Шумерский относится к агглютинативным языкам, в которых при изменении грамматической формы в словах не меняются окончания, словоизменение осуществляется путем добавления к нему в соответствии с определенными правилами других таких же неизменяемых форм. К ближневосточным агглютинативным языкам относят эламский, протохаттский и хурритский-урартский, но ни один из них не родственен шумерскому. Не прослеживаются связи и с современными агглютинативными языками: финно-угорскими, тюркскими, монгольским, баскским (даже его изучали на предмет родственности с шумерским) — и различными языками Кавказа, в частности с грузинским. Агглютинативные языки различают по принципу добавления формантов: после или перед словом или обоими способами. В шумерском используются и суффиксы и префиксы, но к этому же типу относится грузинский и несколько других родственных языков в одной части света и баскский — в другой, что дает довольно большой географический диапазон для локализации места происхождения языка. Если и были языки, родственные шумерскому, они исчезли без следа. Шумерский, насколько мы можем судить сегодня, является уникальным.
Очевидно, что в протописьменный период шумеры стали главенствовать над остальным населением Вавилонии в области культуры, что прослеживается по археологическим памятникам, и в политической сфере, что представляется наиболее вероятным. Это не означает, что Вавилония стала моноэтничной. Кроме шумеров, в ней определенно жили носители семитских языков, поскольку в шумерском есть
47
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
очень древние заимствованные слова семитского происхождения. К сожалению, идентифицировать тем же способом других соседей шумеров крайне сложно. В Вавилонской равнины существует множество топонимов, не имеющих этимологии или объяснения в шумерском языке или имеющих абсолютно нетипичную для шумерского форму, но наши знания довольно ограниченны, и мы не вправе делать сколь-нибудь серьезных заключений в этой области.
Между тем очевидно, что шумерский язык не вышел за пределы Вавилонской равнины. В соседнем Эламе не использовали шумерское письмо. К концу протописьменного периода появление письменности у шумеров стало толчком для появления там собственной, протоэламской, системы письменности. Отсутствие какого-либо письма в Ассирии вплоть до династии Аккада (XXIV—XXIII вв. до н. э.) можно считать показателем того, что эта территория отличалась этническим составом населения и, возможно, политическим и экономическим устройством. Различные типы цилиндрических печатей и зоны их распространения указывают на то, что даже в долине Диялы, расположенной столь близко от Вавилонии, шумерская цивилизация распространилась лишь частично. Земли, находившиеся непосредственно к северу и востоку от Вавилонии, были заселены людьми, которые жили небольшими общинами. Такая картина отчасти сохранилась и в историческое время; так было и в доисторические времена, хотя еще в тот период появились крупные регионы, объединенные единой культурной традицией.
Таким образом, в протописьменный период шумеры были доминирующим народом в самой Вавилонии, но не за ее пределами. Территория их страны находилась в границах Вавилонской равнины. Поэтому в рамках этого исторического периода мы будем называть ее Шумерской долиной.
Судьба шумерского народа была предречена тем, что он не мог рассчитывать на увеличение своего числа за счет привлечения мигрантов, принадлежащих к их собственному или родственному этносу. Носители же семитского языка в Шумере, равно как и жители западных и северо-западных окраин, всегда могли рассчитывать на поддержку извне; они определенно могли стать доминирующей группой населения лишь за счет своей численности. Шумерскому народу грозила ас
48
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
симиляция в среде носителей семитского языка, а шумерский язык должен был оказаться забытым. Что и произошло к 1900 г. до н. э. На подобном фоне достижения этого малочисленного и обреченного народа, которые продолжали оказывать влияние на все население Передней Азии вплоть до последних веков истории древнего Ближнего Востока, кажутся тем более значительными и заслуживают огромного уважения.
Протописьменный период в Шумере был временем огромного благополучия. Основными центрами являлись города, которые частично сложились за счет слияния близко расположенных сельских поселений. Установить точное количество таких городов довольно затруднительно. Вероятно, все значительные города Шумера сформировались к началу протопись-менного периода. К ним относились Эриду, Ур, Урук, Бад-Тибира, Лагаш, Нина, Бирсу, Умма, Ниппур, севернее — Киш, Сиппар и Акшак. Главный центр находился на юге, в Уруке. Интересно, что, хотя первые укрепления появились еще в неолитическое время, шумерские города не были окружены стеной. Это может означать, что общая политическая ситуация в стране была довольно стабильной. Основой хозяйства шумеров было земледелие, которое обеспечивалось разработанной к тому времени системой ирригации. Не менее важную роль играло животноводство. Это отражено на рельефе, нанесенном на культовый сосуд из Урука, где изображено несколько видов злаковых, растущих над волнистой линией воды, а над ними показан регистр из выстроившихся в ряд овец. Сцены на печатях и каменных сосудах также указывают на основную роль земледелия в жизни страны. Для работы в поле использовали повозки, салазки и плуг. Важность животноводства и разнообразие видов одомашненных животных нашли отображение в искусстве и в еще большей степени — в письме, где для обозначения различных небольших одомашненных животных использовали более тридцати знаков; в их основе лежит знак для обозначения слова «овца». В отличие от более поздних времен в древности свинья не была табуированным животным.
В городах трудилось множество разнообразных ремесленников. Особенно многочисленными были мастера, специализировавшиеся на обработке камня, который использовали
49
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
для строительства храмов, производства декоративных конусов для мозаики и бесчисленных сосудов. Красивые металлические сосуды и потрясающие фигурки животных указывают на высокий уровень мастерства обработки металла. Множество человек было занято производством кирпича; поскольку храмы требовали частого обновления, кирпичи и глиняные конусы для мозаики были постоянно востребованы. Судя по произведениям искусства из металла и камня, импортные материалы были в изобилии. По аналогии с более поздними периодами можно установить происхождение сырья: золото добывали в Мелуххе в долине Инда, лазурит привозили из афганского Бадахшана, камень для изготовления сосудов поступал из Иранских гор на востоке, серебро — с «Серебряной горы» (возможно, киликийского Тавра), источником меди был Маган на берегу Аравийского моря, древесину везли с восточных нагорий, леса которых значительно поредели к более позднему времени. Благодаря торговым путям Шумер был связан со всеми частями известного тогда мира. Предпочтение отдавалось торговле с востоком и юго-востоком; длительные переходы по морю были возможны до начала муссонных ветров благодаря развитым навыкам мореходства. Есть интересные находки и в северо-западном направлении. В Телль-Браке, расположенном у слияния рек Хабур и Джаг-Джаг, были найдены шумерские предметы, что можно интерпретировать как свидетельство попытки шумеров установить контроль над торговыми путями Верхней Месопотамии.
Центрами экономической жизни — земледелия и ремесла — были городские храмы. Конечно, не все храмы были столь значительны, как Э-Ана в Уруке; по самым скромным подсчетам, его постройки занимали площадь около 9 га. Распространение шумерского письма было обусловлено необходимостью учета хозяйственной деятельности храмов, которая стала столь обширной, что вряд ли кто-либо мог удержать в памяти все экономические операции. Все без исключения древнейшие глиняные таблички были найдены в пределах храмов, и каждая из них связана с учетом. Так мы пришли к выводу о причинах появления письма — общества с другой экономической структурой не испытывают потребности ни в изобретении собственной письменности, ни в ее заимство
50
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
вании у других народов. На оттисках печатей и рельефах снова и снова встречаются изображения стад скота, помеченных специальными знаками как собственность бога (то есть храмов). В комплексе Э-Ана в Уруке были найдены мастерские гончаров, каменщиков, кузнецов, которые вкупе с большим количеством обнаруженных предметов дают представление об уровне специализации и разделения труда. Это одна из черт древнейшей цивилизации — значительная часть населения не была напрямую задействована в производстве пищи, многие ремесленники были заняты изготовлением предметов для местного рынка или на экспорт, где их обменивали на иноземные товары.
Во главе храмовой экономики стоял правитель, «человек в клетчатом переднике», которого изображали на цилиндрических печатях и рельефах. Нам неизвестно, как его называли в те времена. Возможно, его титулом было слово «эн», которое обычно переводят как «господин», что не вполне корректно, поскольку этот титул также подразумевает статус верховного жреца или жрицы. На сценах, где представлен «человек в клетчатом переднике», он показан именно в двойном статусе, объединяющем его сакральные и профанные обязанности (следует иметь в виду, что разделение «сакральное» и «профанное» введено в наше время, для древних людей его могло и не существовать, поэтому оно не должно создавать сложностей при изучении древней цивилизации). Нам также известно слово «лугаль» (дословно «большой человек», «хозяин»), но оно встречается только один раз — в урукском документе из слоя П1Ь. На цилиндрических печатях «человек в клетчатом переднике» появляется и в образе «доброго пастыря» (этот титул использовали цари в более поздние времена): он кормит краюхами хлеба двух длиннорогих овец с длинной шерстью. Эта сцена, безусловно, имеет религиозный подтекст, поскольку она сопровождается символами богини Инанны — так называемыми связками тростника или опорами ворот, расположенными по краям симметричной композиции.
Мы обладаем источниками, с помощью которых можно проследить административную структуру шумерского «города-государства», начиная от протописьменного и вплоть до раннединастического периода. Во главе этой структуры сто
51
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
ял земной наместник городского бога. Наместник отвечал за постройку и содержание жилища бога (то есть храма) и празднование всех торжеств, связанных с культом этого бога. Он также надзирал за созданием и поддержанием ирригационной системы, без которой было бы невозможно возделывать поля бога (храмовые земли), и управлял многочисленными слугами бога (храма). Кроме того, он должен был защищать собственность бога (территорию города-государства) от внешней угрозы. То, каким образом выполнялись все эти обязанности, мы детально рассмотрим в главе, посвященной раннединастическому периоду.
В источниках не упоминается масштаб политических объединений, которыми управляли города-государства. Культура Шумера имела огромное значение: шумерскую письменность использовали в Кише, в самой северной части Шумера; в то же время связанные с ней предметы впервые встречаются в урукском слое IVb, а во времена, которые соответствовали слою III, письмо уже использовали в храмах по всей стране; учебные словники, необходимые для обучения грамоте и использовавшиеся в разных частях Шумера, были похожи. Но ни один из этих фактов не доказывает политическое превосходство одного города над всей территорией. К сожалению, в поздней шумерской традиции не сохранилось достоверных знаний о периоде формирования их истории. В Шумерском царском списке говорится о пяти последовательных царских династиях, что правили страной со времени «когда царство опустилось на землю» до потопа. Столицами этих династий были Эриду, Бад-Тибира, Ларак, Сиппар на севере и Шуруп-пак (совр. Фара) в центральной части. Шуруппак был последней столицей, поскольку ее царь Зиусудра также известен как Ной в легенде о потопе. В действительности источником этого свидетельства о допотопных временах в царском списке была сама легенда о потопе, поскольку пять городов названы крупнейшими центрами, которые существовали в момент, когда боги решили очистить человечество. В то же время археологические раскопки в Шуруппаке не подтверждают существование на его месте в протописьменный период города, хоть отдаленно похожего на Урук, а под руинами Бад-Тибиры вполне могут находиться остатки более древнего города. В «допотопной» части царского списка не встре
52
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
чается упоминание Урука и Лагаша. Урук назван столицей II династии после потопа, которой предшествовала династия из Киша (большинство из этих правителей носили аккадские имена, что указывает на разницу между югом и подверженным сильному семитскому влиянию севером). Обе эти династии, существовавшие одновременно, относят к раннединастическому периоду. Таким образом, царский список не содержит достоверных сведений о политической истории протописьменного периода.
С другой стороны, религиозная традиция шумеров более достоверно отражает ранние этапы истории. Мы уже отмечали, что в Эриду место поклонения богам оставалось неизменным начиная с убейдского периода; можно предположить, что это относится ко всем городам. Не обязательно, что сохранялась непрерывность отправления культа одного и того же бога или бога с одним и тем же именем. И конечно же нельзя утверждать, что представления о богах оставались неизменными на протяжении длительного времени. В большинстве случаев боги протописьменного периода известны по символам, скульптурным изображениям и надписям. Самыми распространенными символами были шестообразные предметы: к самым известным относятся «врата» или «связки тростника» Инанны в Уруке или «шест с пряжкой» урского бога Луны Нанны. Вероятно, это изображения тотемов. Как можно судить по фрагменту головы в божественной короне, существовали и антропоморфные образы богов. В документе, относящемся к урукской фазе П1Ь, в одном квадрате размещены символы «праздник», «звезда», «Инанна», «день» и «восходить». Это можно прочитать как «праздник в день, когда восходит Инанна» (несомненно, имеется в виду гелиакический восход). Судя по всему, здесь, так же как и в более поздних текстах, Инанна ассоциируется с планетой Венера, что может указывать на уже свершившийся переход от тотема к антропоморфному божеству. Таким образом, символы стали относиться к божеству с обликом человека. В более поздней религиозной традиции Шумера некоторые боги упоминались с эпитетом «древний», они могли восходить к самым ранним религиозным культам. К «древним» относили следующих божеств: Нгатумду, «мать Лагаша»; Нисабу в Эре-ше, Нунбаршегуну в Ниппуре; Белили, сестру Думузи; и Би-
53
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
лулу. Все они были богинями. Имена, значения которых нам понятны, шумерского происхождения: Нисаба обозначает «зерно», имя Нунбаршегуну содержит шумерское определение разновидности ячменя (hordeum rectum nigrum). Неизвестно, почитали ли этих богинь в протописьменный период. Стоит отметить, что во главе пантеонов ряда древнейших городов стояли богини. У богинь были мужья, имевшие существенно меньшее значение: в Лагаше были Нгатумду с супругом Нингирсу; в Нине — Нанше и Ниндара; в Кише — Нинту и Шулпа-иа. Инанна и Думузи (семитские Иштар и Таммуз), возможно, также относятся к этой категории, хотя в данном случае мужем богини является смертный человек. Положение мужчины и женщины в этих парах не соответствует традициям патриархальной семьи, известной по шумерским источникам. Однако так было не всегда: судя по надписи Уруинимгины, правившего Лагашем около 2350 г. до н. э., в древности существовал обычай полиандрии, который был упразднен при этом царе. Кажется логичным, что если в основе цивилизации были земледелие и скотоводство, то первые антропоморфные божества будут олицетворять богинь, подобных Нисабе (зерну) или Турдур (овце), от которых зависели плодородие пашни, плодовитость скота и благополучие в людских жилищах.
В то время как в Шумере разрастались города и распространялись плоды цивилизации, большинство соседних земель, за исключением Элама, оставались на уровне деревенской культуры. Эламская цивилизация в чем-то развивалась по образцу шумерской культуры. Благодаря развитым торговым связям Шумера некоторые достижения, оказавшие существенное влияние на развитие местных культур, стали доступны и населению других частей Передней Азии. Например, существовала тесная связь между Шумером и Эшунной (совр. Телль-Асмар) в районе Диялы: здесь были найдены цилиндрические печати нескольких типов и другие предметы, которые идентичны тем, что находят в Северной и, в меньшей степени, Южной Вавилонии. В Сузах, главном центре Элама, шумерское влияние прослеживается настолько сильно, что его иногда объясняют политической зависимостью этой территории от Шумера. Но появление самостоятельной эламской письменности в период Урук III, хоть и
54
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
основанной на принципах шумерского письма, является признаком определенной самостоятельности, несоотносимой с иноземным владычеством. Точно так же наряду с наиболее частыми цилиндрическими печатями из Суз — со сценами охоты или геральдическими композициями, которые были характерны для печатей из бассейна Диялы, — встречаются и оригинальные местные типы печатей. Тесные связи с шумерским искусством прослеживаются и на примере небольших каменных фигурок животных. В значительно меньшей степени представлены контакты с районом Ассирии. Так, оттуда была привезена цилиндрическая печать с изображением культовой барки из Телль-Биллы; она аналогична печатям, найденным в слоях IV и III в Уруке. В расположенном неподалеку Тепе-Гавре, в слоях, соответствующих прото-письменному периоду Шумера, были найдены остатки храмов, форма которых сохранялась на протяжении нескольких веков. Эти храмы можно соотнести с храмовыми комплексами, известными на Вавилонской равнине с убейдского периода, однако они обладают собственными отличительными признаками. По странному совпадению, наиболее похожий храм был возведен 1500 годами позднее (около 1430 до н. э.) касситским царем Караиндашем в Уруке. В Ассирии в протописьменный период были распространены простые печати, цилиндрические появились в Тепе-Гавре только к раннединастическому периоду, времени правления царей династии Аккада. Наиболее частым мотивом на печатях были изображения горного козла; образы домашних животных и людей встречаются крайне редко. Свидетельств использования шумерской письменности не найдено.
Памятники шумерского стиля находят и в еще более отдаленных от Шумера районах — в Телль-Браке, что в верховьях реки Хабур. Там в слоях, соответствующих протопись-менному периоду, были обнаружены мозаики, сложенные из керамических конусов. Ими были украшены внешние стены храма, который имел ряд схожих черт со святилищами в Уруке. Основным мотивом мозаик был спиралевидный орнамент, известный также по памятникам Шумера и района реки Диялы; в Телль-Браке спирали приобрели форму огромных глаз. Над некоторыми из них помещено изображение высоких головных уборов, и в целом эти образы напоминают антропо
55
Глава 1. ПРЕДЫСТОРИЯ ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ
морфные изображения, которые схожи с найденными там же скульптурами «алебастровых идолов». В свою очередь, эти «идолы» могут быть связаны с сохранившимся фрагментом головы божества из Урука. В Телль-Браке количество памятников, связанных с культурой Шумера, значительно превосходит число подобных находок в Ниневии или Тепе-Гавре. Скорее всего, Телль-Брак был анклавом Шумера на севере, и это предположение прекрасно коррелирует с находкой руин постройки, возведенной на месте сооружения протописьменного периода — «дворца» Нарам-Суэна из династии Аккада (около 2260—2223 до н. э.), восстановленного при царях III династии Ура (около 2100 до н. э.). Так называемый дворец представляет собой крепость, возведенную для удержания власти на севере и контроля торговых путей; с величайшей осторожностью можно предположить, что руины протописьменного периода могли принадлежать зданию с таким же назначением. Если мы примем это предположение, то будем вынуждены поставить вопрос о военно-политической экспансии Шумера, причем на настолько огромной территории и в настолько ранние времена, что чувство профессиональной осторожности заставит нас отбросить эту гипотезу. Тем не менее, вспоминая сцены на цилиндрических печатях протописьменного периода, где «человек в клетчатом переднике» получает пленников, сложно представить, что эти люди были захвачены в результате внутренних войн. Возможность военных действий на территории самого Шумера также входит в противоречие с шумерской традицией возводить города без укреплений.
Влияние Шумера не ограничивалось территорией Месопотамии; отдельные находки в Северной и Центральной Сирии, Палестине и Анатолии свидетельствуют о контактах с шумерской цивилизацией. Явные заимствования из шумерской культуры наблюдаются даже в Египте во времена герзейского периода, непосредственно предшествовавшего времени правления первых царских династий. Как мы уже отмечали, эти данные позволяют проводить хронологические параллели, но могут привести к ошибке в исторических выводах. Конечно же влияние Шумера не было решающим фактором развития египетской цивилизации. Не имеет серьезных оснований и часто встречающаяся теория о том, что шумерская письменность стала основой для египетских иероглифов.
56
ПРОТОПИСЬМЕННЫЙ ПЕРИОД В ШУМЕРЕ
Как ни удивительно, но вслед за стремительным взлетом к концу протописьменного периода начался медленный упадок шумерской цивилизации. На памятниках его последнего этапа отчетливо видно вырождение некогда высоких стандартов, это особенно прослеживается на примере цилиндрических печатей и фигурок животных. Они выполнены небрежно, мастера уже не следовали первоначальной цели создания скульптурных изображений на оттисках печатей и наносили на них грубые абрисы фигур. Судя по значительному количеству таких предметов, падение качества резьбы стало скорее общей тенденцией, чем результатом работы нескольких неумелых ремесленников. Последующий раннединастический период принес так много изменений, что можно с легкостью принять столь простое объяснение. Но, помимо утраты качества ремесла, произошло нечто более важное. Нам неизвестно, как погибла шумерская цивилизация. Но мы знаем, что привело к ее исчезновению — массовая миграция семитских народов с севера и северо-востока.
Земля Шумера неоднократно разорялась его реками, поэтому в шумерском языке все несчастья, включая переселение народов, часто связаны с образом потопа. В царском списке время Всемирного потопа отнесено к концу протописьменного периода, после чего началась новая жизнь в раннединастическое время. Этим событием отмечено нашествие семитов-аккадцев. Хотя и невозможно представить, каким образом знание о столь древних временах дошло до составителей царского списка, логично предположить, что они могли соотнести это событие с миграцией ханаанцев (амореев), имевшей место в начале 2-го тыс. до н. э., свидетелями которой они были. Таким образом, описание первой волны миграции семитов было сделано на основе их собственных впечатлений от второй. Во всяком случае, это описание точно подходит событию, нанесшему сокрушительный удар по шумерам, — наводнению их страны пришлыми иноземцами.
Глава 2
РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
Под словосочетанием «раннединастический» мы имеем в виду промежуток времени между протописьменным периодом и становлением Аккадского государства, отмеченный инфильтрацией в состав шумерского населения семитского племени, представителей которого, ориентируясь на XXIV в. до н. э., можно назвать аккадцами. Начиная с этой эпохи появляются письменные источники, позволяющие нам рассказывать о людях и событиях того времени. Однако историку не следует ограничиваться надписями — он должен учитывать и археологические данные. К примеру, он не может проигнорировать ухудшение качества предметов искусства, в первую очередь цилиндрических печатей, которое прослеживается на шумерских памятниках после урукского слоя Ш. Его не может не впечатлить тот уровень развития, которого шумерское искусство достигло в раннединастический период. Он обязательно заметит, что наряду с другими нововведениями тогда появился храм в форме ступенчатой террасы, предтеча зиккурата, символ преемственности, корни которого прослеживаются в протописьменном периоде.
Ниже мы постарались охарактеризовать это сочетание древних и более новых элементов, продукт взаимодействия между шумерами и аккадцами, и отметить тот вклад, который последние внесли в культуру и историю Месопотамии.
ХРОНОЛОГИЯ
Основываясь на данных археологии, раннединастический период можно разделить на три этапа. Первый этап раннединастического периода продлился с протописьменного пе
58
ХРОНОЛОГИЯ
риода до появления табличек Ура. Начало второму этапу раннединастического периода положило строительство городских стен Шумера, а третьему — появление архива Шу-руппака. Иными словами, эта классификация не основана на значимых событиях политической истории, о которых в любом случае мы знаем сравнительно мало.
Иногда наряду с термином «раннединастический» используется слово «досаргонский». Сторонники первого понятия ссылаются на Шумерский царский список, в котором подробно перечислены царские династии, а исследователи, склоняющиеся ко второму варианту, таким образом признают заслуги основателя Аккадского государства Саргона Великого. Захват им власти около 2340 г. до н. э. стал первым достоверно известным масштабным событием в истории Месопотамии.
До этого момента, как было сказано в предыдущей главе, выстроить точную хронологию истории данного региона невозможно. Если датировать правление вавилонского царя Хаммурапи 1792—1750 гг. до н. э., то можно предположить, что Ш династия Ура начала править в 2111 г. до н. э., а династия Аккада — примерно в 2340 г. до н. э. (неточность датировки вызвана отсутствием достоверной информации о периоде между правлением последних царей Аккада и появлением первых правителей из племени гутиев), Лугальза-геси, правитель Уммы и Урука, царствовал около 2350 г. до н. э., а Ур-Нанше правил в Лагаше примерно в 2520 г. до н. э. Более ранние события можно датировать только весьма примерно, причем результат этого будет не более чем рабочей гипотезой. Месилим правил в Кише примерно в начале XXVI в. до н. э., возможно за два поколения до Ур-Нанше; Эн-Мебарагеси царствовал там же предположительно в конце XVIII — начале XVII в. до н. э.
Сложная проблема возникает при попытке соотнести эти датировки с археологическими данными, упомянутыми выше. Ур-Нанше — первый царь, время правления которого можно установить более или менее точно. Но как соотнести его с архивами Шуруппака? Надписи Ур-Нанше вырезаны на камне, ни одна из известных нам глиняных табличек не может быть отнесена к периоду его царствования. В Шуруппаке, наоборот, найдены исключительно глиняные таблички. Со-
59
Раннединастический период*
Хронологическая таблица II
2800					
2775					
2750					
2725	ур				
2700				Урук	Киш
2675	Архаические таблички			Гильгамеш	Эн-Мебарагеси
2650					Ака
2625			Лагаш		
2600					(Месалим)
2575			Энхенгаль (Месалим)		Архив Шуруппака
2550					
2525		Умма			
2500		Уш	Ур-Нанше, ок. 2520		
2475	Месанепада	Энакалле	Акургал, ок. 2490		
2450	Мескиангнуна		Эанатум, ок. 2470		
2425	Балулу	Ур-Лумма	Энтемена, ок. 2430		
2400			Энанатум II, ок. 2400	Лугалькингенишдуду	
2375			Лугальанда, ок. 2370		Адаб
2350	Аккад	Лугальзагесн	Уруинимгина, ок. 2355	Лугальзагесн	Мескигала
2325	Саргон, 2340—2284				
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
1 Расположение в таблице имен, приведенных без датировок, основано на неточных данных; имен, выделенных курсивом, — на одновременности их царствования с другими правителями.
ХРОНОЛОГИЯ
ответственно, сравнение стилей письма невозможно из-за использования разных материалов. Иными словами, использовать палеографические данные не удастся.
Однако нам известно, что архив Шуруппака велся за несколько поколений до царствования в Лагаше Эанатума, внука Ур-Нанше. Благодаря этому архив (а с ним и весь второй этап раннединастического периода) можно датировать началом или серединой XXVI в. до н. э. Архаические таблички Ура (и начала второго этапа раннединастического периода) на столетие или примерно полтора века старше архива Шуруппака. Так как раннединастический период начался с концом про-тописьменного, этот момент можно датировать на основании радиоуглеродного анализа храма С из слоя Урук IV, то есть 281 ±85 г. до н. э.
Непрерывная и относительно точная хронологическая шкала обрывается в период правления Саргона Аккадского. Относительно точные датировки еше возможны со времени царствования Ур-Нанше, а от более ранней эпохи сохранились лишь многочисленные царские надписи, свидетельствующие о том, что некий X приходится сыном Y, и очень приблизительно рассчитанное начало правления каждого царя отстоит от его окончания на несколько поколений. Все остальное для нас настоящая загадка. За помощью исследователь может обратиться к сравнительному изучению особенностей клинописи (формы и порядка расстановки знаков) разных периодов, позволяющему при сравнении более ранних и поздних текстов несколько уточнить хронологию. Кроме того, ученым помогает археология (измерение слоев в теллях, изменение стилистических особенностей цилиндрических печатей).
Как было сказано выше, на Шумерском царском списке негативно отразился домысел о том, что Вавилония, район реки Диялы и среднего Евфрата (Мари) находились под властью одного и того же царя. Поэтому сменявшие друг друга согласно списку «династии» в реальности во многих случаях правили одновременно. Царям, жившим до потопа, и тем, кто правил сразу после него (I династия Киша), приписывается поразительно долгая продолжительность царствования. Данный факт можно считать следствием уважения, которое шумеры питали к древним корням цивилизации своей
61
Плодородный полумесяц с раннединастического до древневавилонского периода
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
страны. Тем не менее царский список для нас крайне важен, причем не только как следствие исторических представлений, господствовавших в период его создания. Содержащиеся в нем данные о последовательности царствования различных правителей и продолжительности их правления, сопоставленные с другими источниками, могут помочь выстроить более или менее стройную хронологическую шкалу.
Таким образом, если говорить о хронологии раннединастического периода, мы можем составить вполне обоснованную последовательность правлений, начиная с царствования Ур-Нанше, то есть для большей части третьего этапа раннединастического периода. До тех пор, пока мы не попытаемся согласовать ее по времени с историей Египта, по крайней мере часть этой эпохи будет иметь для нас большое значение, так как имеющиеся в нашем распоряжении источники позволяют описать события в том порядке, в котором они происходили.
ШУМЕРЫ И СЕМИТЫ В РАННЕДИНАСТИЧЕСКУЮ ЭПОХУ
Источники по истории начала раннединастического периода подобны нескольким камешкам из мозаики. Основными письменными источниками являются царские надписи, договоры, административно-хозяйственные документы и тексты, которые составляли ученики школ писцов. К дополнительным источникам относятся Шумерский царский список, эпос о царях Урука и отголоски, сохранившиеся в таком жанре аккадской литературы, как предсказания.
Читателю следует понимать, что большая часть полученных из них сведений по вполне объективным причинам носит спекулятивный характер. Кроме того, необходимо учитывать возможность обнаружения новых текстов, позволяющих пересмотреть взгляды, господствовавшие до их находки. Наши знания недостаточны, в связи с чем необходимо сохранять определенный скептицизм. Но это не должно заставлять нас молчать. Наоборот, снова и снова мы должны пытаться осмысливать то, что знаем в настоящий момент.
В предыдущей главе говорилось о той важной роли, которую шумеры играли на Вавилонской равнине. Здесь следует
64
ШУМЕРЫ И СЕМИТЫ В РАННЕДИНАСТИЧЕСКУЮ ЭПОХУ
снова поговорить об их потрясающих достижениях. Однако сейчас для нас важнее всего то, что именно они изобрели письмо, благодаря которому мы можем судить об истории Месопотамии, в частности о людях, живших в те времена, и происходивших тогда событиях.
Изучение политической истории стало возможным с обнаружением царских надписей, составленных на шумерском языке. Самая ранняя из них относится ко времени правления Эн-Мебарагеси в Кише, которое пришлось на конец XXVIII — начало XXVII в. до н. э. (второй этап раннединастического периода). В царском списке он назван двадцать вторым представителем I династии Киша, первой династии, правившей после потопа. Согласно тому же Царскому списку большинство его предшественников, отнесенных к этой династии, носило семитские имена. Вряд ли стоит надеяться доказать историчность этих людей. Кроме того, неизвестно, были ли они действительно правителями Киша. Мы также не знаем, насколько следует доверять тем имеющим авторов источникам, которые рассказывают о столь древнем периоде, когда клинопись еще не была способом описания сложных явлений. Однако нам не следует и недооценивать древних семитов, обладавших достаточными способностями и возможностями для того, чтобы сохранять в своей памяти генеалогические списки и устно передавать их потомкам, поколение за поколением.
Тот факт, что имя Мебарагеси шумерское, не противоречит его возможному семитскому происхождению. Подобные имена, как и все шумерское, могли пользоваться большой популярностью даже за пределами самого Шумера. Словом, мы можем сделать вывод только о том, что семиты появились в Шумере в самом начале его политической истории, дошедшей до наших дней. Мы уже говорили о точке зрения, согласно которой признаки упадка, появившиеся в конце протописьменного периода, были связаны с появлением в регионе большого числа семитов. Сосуществование шумеров и семитов — неотъемлемый признак истории Месопотамии с начала 2-го тыс. до н. э., когда шумерский язык практически перестал использоваться в качестве разговорного. Последствия этого контакта проявились и во многом другом. Культура Вавилона (и, соответственно, всей Западной Азии) до конца своего сушествования оставалась двуязычной.
65
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
Проникновение кочевников-семитов на территорию Ирака продолжается и в наши дни; они всегда были одной из составляющих частей истории этой страны. Воспользовавшись возможностью взглянуть на несколько тысячелетий назад в прошлое, мы можем упростить повествование, говоря о «волнах миграции», которые время от времени приводили к лингвистическим переменам. В надписях ассирийских правителей, живших в IX в. до н. э., впервые появляются упоминания арабов, племени кочевников, находившегося в движении. К VII в. до н. э. они захватили и полностью арабизировали Месопотамию. В XIV в. до н. э. в регионе появились арамеи. Менее чем через тысячелетие аккадский язык, который они принесли в Месопотамию, стал в ней главенствовать и сохранился до времени жизни Христа, правда уже только как письменный. В источниках, датируемых правлением династии Аккада, впервые встречается слово «марту» (на шумерском языке), или «амуру» (на аккадском). Мы этих людей называем амореями (или, в более широком смысле, ханаанеями, так как их язык тесно связан с ханаанскими). Через полтора века марту стали угрожать самому существованию III династии Ура. К концу древневавилонского периода большое количество районов Месопотамии было захвачено аморейскими вождями, считавшими себя полноправными правителями этих мест. Это, однако, не привело к смене господствующего языка. Аккадский в то время имел настолько большое влияние, что амореи не смогли устоять перед ним.
Определить, как сложилась судьба амореев в западных областях Плодородного полумесяца, куда они откочевали, крайне сложно, так как источники по истории Сиро-Палестинского региона конца 3-го — начала 2-го тыс. до н. э. крайне немногочисленны.
Что же произошло с самими аккадцами? Они назвали себя и свой язык в честь столицы державы, созданной Саргоном, но жили в данной местности еще до этого. В сущности, они являются древнейшим из известных нам живших в Месопотамии народов. Однако это не означает, что они действительно были таковыми. До них, в 5-м тыс. до н. э., в одном из поселений в Вавилонии вполне могли жить другие семиты. Однако доподлинно нам это неизвестно. Нашим первым достоверным свидетельством присутствия аккадцев
66
ШУМЕРЫ И СЕМИТЫ В РАННЕДИНАСТИЧЕСКУЮ ЭПОХУ
в Шумере являются личные имена, встречающиеся в древнейших текстах Ура, и семитские заимствования, появившиеся в шумерском языке довольно рано. К началу второго этапа раннединастического периода в Северной Вавилонии и долине реки Диялы, очевидно, уже было крупное семитское поселение и стало заметно противопоставление семитского севера шумерскому югу.
Откуда пришли аккадцы, семиты, жившие на севере региона? Ответить на этот вопрос можно, использовав сравнительный метод. Изучив направление более поздних миграций семитов, в частности амореев, можно предположить, что аккадцы пришли с севера, из Сирии, а их основная часть осела в долине реки Диялы и в северной части Вавилонской равнины, в центре которой находился Киш. Государство Мари, расположенное в среднем течении Евфрата, также являлось важным центром проживания аккадского населения во время второго этапа раннединастического периода и сохранило свое значение вплоть до времени правления Хаммурапи. Надписи, личные имена, заимствованные слова позволяют составить точное представление об этническом составе обитателей региона, давая исследователям возможность делать более определенные выводы на основе археологических данных.
Скульптурное изображение, найденное в нижнем течении Диялы (Хафаджа [Тутуб], Телль-Асмар [Эшнунна], Телль-Аграб) в слое второго этапа раннединастического периода, производит на зрителя весьма странное впечатление: оно простое, угловатое и почти абстрактное. Таким образом, данный артефакт не похож на изделия, изготавливавшиеся шумерами в протописьменный период. Не напоминает он и шумерские артефакты третьего этапа раннединастического периода, для которых характерны закругленные формы, натурализм, вероятно унаследованные от предметов искусства протописьменного периода. Скульптурные изображения, аналогичные этому, встречаются довольно часто и представляют собой вотивные статуэтки — фигурки мужчин или женщин с молитвенно сложенными руками. Во время второго этапа раннединастического периода скульптуры этого типа появились также на юге Шумера. Они также встречаются в Мари, в Ашшуре, а недавно были найдены в Телль-Куере, распо
67
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
ложенном у истока реки Хабур. Иными словами, прослеживается связь с Верхней Месопотамией.
Другим новшеством, опять же чаще всего встречающимся в бассейне реки Диялы, стали большие прямоугольные вотивные дощечки, сделанные из камня, с барельефами. Изображенные на них фигуры напоминают описанные выше статуэтки.
В этом же регионе, в слоях второго этапа раннединастического периода, обнаружено храмовое сооружение, относящееся к типу, привнесенному с севера и получившему название Herdhaus. Священный пьедестал располагался у одной из узких стен целлы храма, а вход был вырезан в длинной стене, ближе к противоположной стороне. Этот храм совершенно не похож на симметричные в плане шумерские святилища протописьменного периода. Недавно целла Herdhaus была найдена в храме Ниппура, в слоях второго этапа раннединастического периода. Вплоть до настоящего времени это единственный пример такого храма, обнаруженный в Шумере. Однако аналогичные сооружения, храмы богини Иштар в Ашшуре, существовали на севере.
Керамика, обнаруженная в бассейне реки Диялы и представляющая собой красные сосуды, украшенные черными геометрическими рисунками на коричневом фоне, разделенными зонами красной росписи, также свидетельствует об отсутствии шумерского влияния. С другой стороны, в Хафадже (древний Тутуб) обнаружен построенный на террасе храм с двойным овальным ограждением, что роднит его с шумерскими сооружениями. Остатки аналогичного ограждения, относящегося к раннединастическому периоду, сохранились в Телль-эль-Убейде, рядом с Уром. Однако нам неизвестно происхождение данного типа ограждения. Мы также не знаем, откуда была привнесена новая форма кирпичей, характерная для сооружений раннединастической эпохи и встречающаяся как на памятниках в бассейне Диялы, так и по всей Вавилонии. Речь идет о кирпичах, плоских с одной стороны и выпуклых — с другой (в отличие от более ранних прямоугольных). Их клали под наклоном «елочкой».
Все эти изменения свидетельствуют о появлении в регионе нового этноса — аккадцев. Однако вопрос заключается в том, стоит ли одним им приписывать все новшества или
68
ШУМЕРЫ И СЕМИТЫ В РАННЕДИНАСТИЧЕСКУЮ ЭПОХУ
появление данных нововведений было связано с более сложными этническими процессами. Все археологические данные, имеющиеся в нашем распоряжении, свидетельствуют о том, что между артефактами и зданиями, обнаруженными в Северной Месопотамии и бассейне реки Диялы, больше сходства, чем между находками, сделанными в долине Диялы и на юге региона.
Однако здесь следует соблюдать осторожность: памятников, датируемых вторым этапом раннединастического периода, в первую очередь скульптурных изображений и храмов, в Шумере обнаружено крайне мало. При этом шумерское искусство, относящееся к третьему этапу раннединастического периода, значительно отличается от описанного выше, что позволяет нам сделать вывод о наличии ответной реакции на «северный» стиль и возврате к формам, характерным для протописьменной эпохи. В связи с этим нам следует отказаться от гипотезы о том, что новшества, появившиеся на протяжении второго этапа раннединастического периода, возникли под влиянием шумеров. Однако во время третьего этапа раннединастического периода в долине реки Диялы последние вновь обрели значительное влияние на искусство.
Как было сказано выше, в конце протописьменного — начале раннединастического периода нововведениям предшествовало упрощение форм, особенно заметное на цилиндрических печатях. Эти негативные тенденции в искусстве могут быть связаны с появлением в регионе первой волны миграции аккадцев. Почему бы по аналогии не сделать вывод, что их преодоление и появление нововведений можно также приписать аккадцам? Если это действительно так, у нас появляется возможность сделать важные выводы о социальной обстановке, характерной для аккадских мигрантов, прибывших в регион в начале второго этапа раннединастического периода.
Археологические данные опровергают гипотезу о том, что данное племя, подобно амореям и арамеям, продолжало придерживаться кочевнического образа жизни, медленно, на протяжении нескольких столетий, переходя к оседлости и населяя деревни и города. Процесс адаптации аккадцев к оседлости, очевидно, завершился в начале первого этапа раннединастического периода, в связи с чем возникает во
69
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
прос об их образе жизни на севере Месопотамии. Объяснить использование в более позднее время в Мари шумерской клинописи для передачи аккадского языка мы сможем только в том случае, если предположим, что на севере семитское население обитало в городах уже к началу второго этапа раннединастического периода. Можно также допустить, что аккадцы стали вести оседлый образ жизни в Северной Месопотамии еще до того, как перебрались в бассейн реки Диялы и на север Вавилонии. Если это действительно так, то, возможно, нам следует пересмотреть мнение о скульптурных изображениях, встречающихся на севере, — фигурках молящихся. Они могут происходить не из поселений в долине Диялы, а, наоборот, быть следствием воздействия культуры племен, живших в Северной Месопотамии, на обитателей юга. При попытке делать какие-то выводы, связанные с этим вопросом, нам приходится сталкиваться с массой неясностей. В частности, до сих пор не найдены ответы на два вопроса. Во-первых, нам неизвестно, оказало ли шумерское искусство какое-то влияние на формирование месопотамского. Вспомним шумерское поселение в Телль-Браке, расположенном у истоков реки Хабур. Во-вторых, мы не знаем, воздействовали ли другие (не семитские) народы на культуру Северной Месопотамии. Прототипами храма Herdhaus в бассейне Диялы, датированного вторым этапом раннединастического периода, являются ассирийские культовые сооружения. В отличие от района среднего течения Евфрата, семитское население Ассирии раннединастического периода было немногочисленным (если вообще там присутствовало). Ведь тот факт, что клинопись не использовалась там вплоть до формирования Аккадского царства, объясняется в первую очередь этническими факторами. Кроме того, в нашем распоряжении имеются свидетельства присутствия в Ассирии, по крайней мере в XX в. до н. э., автохтонного, досемитского населения.
Теперь следует вернуться на Вавилонскую равнину, чтобы посмотреть, как там, на родине шумеров, складывалось их взаимодействие с аккадцами. Как и во многих других случаях, оно привело к заимствованию отдельных слов, и, как правило, языком-реципиентом был аккадский. В частности, в нем появились слова, заимствованные из шумерского языка и обозначающие различные культовые предметы, техни
70
ШУМЕРЫ И СЕМИТЫ В РАННЕДИНАСТИЧЕСКУЮ ЭПОХУ
ческие приспособления (например, шумерское апин — плуг и аккадское эпиннум) и предметы домашнего обихода (шумерское баншур — стол и аккадское пасшурум). Множество шумерских заимствований встречается в аккадском языке в названиях различных профессий, а также религиозных и административных функций. Человека, следившего за ирригацией, по-аккадски называли кугаллум (шумерское кунгал), ячмень — ше’ум (шумерское ше), эммер — зизум (шумерское зиз), крестьянина — иккарум (производное от шумерского энгар). Таким образом, становится понятно, что в сферах орошения и культуры шумеры достигли гораздо ббльших успехов.
Вместе с тем слово сум, обозначающее в шумерском языке луковицу чеснока, происходит от аккадского шумум, шумерское сам — «покупать» — от аккадского ша’амум, урд- или ирд---«раб» — от вардум. Однако встречаются и случаи за-
имствования обоими языками слов из третьего, который нам пока неизвестен. Это, в частности, произошло со словами «медь» (шумерское уруду, аккадское вери’ум) и «стул» (шумерское гуза, аккадское кусси’ум). Судя по фонетическим особенностям, эти слова не принадлежат ни одному из двух языков. Возможно, название меди было завезено в регион вместе с самим металлом.
Как взаимодействовали эти два народа? В качестве ответа на данный вопрос ученые предлагают различные гипотезы, варьирующиеся от отрицания какого-либо противостояния между ними до ожесточенной вражды (эта точка зрения характерна для более ранних книг по истории Ближнего Востока). Выбирать между двумя противоположными вариантами — ярым противостоянием двух племен или идиллическими добрососедскими отношениями — глупо, как и придерживаться какой-то усредненной точки зрения. Шумеры и семиты придерживались совершенно разных традиций, культурных моделей и т. д. Шумерские и семитские города, несомненно, воевали друг с другом, но это вполне объяснимая составляющая соперничества между различными поселениями, характерная для шумеров и для аккадцев как по отдельности, так и вместе.
В Шумерском царском списке о противостоянии между этими двумя племенами ничего не говорится. Как бы то ни
71
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
было, конфликт между кочевым и оседлым народами, существовавший во все времена, играл гораздо более важную роль, чем осознанное противостояние между шумерами и семитами. Для оседлого населения характерна боязнь опасных кочевников, передвигающихся с места на место, а последние, в свою очередь, с завистью смотрят на имущество первых, а не на их образ жизни. В шумерском эпосе и мифах встречается слово кур, которое можно перевести как «горы» и как «чужие (или) враждебные земли», где жили горцы Ирана, кочевники с запада и северо-запада, да и вообще практически все, кто обитал за пределами Вавилонии. Единственным способом разрешения конфликта между кочевниками и оседлыми народами (по крайней мере, таким, который устроил бы последних) является приобщение каждого нового пугающего кочевого племени к образу жизни оседлых землепашцев. Отбросив, изолировав их, можно решить проблему лишь временно. Шумеры и оседлые семиты выбрали другой способ — принять кочевников в состав городского войска в качестве наемников.
В целом, как это часто бывает в истории, конфликт между двумя народами положительно сказался на них обоих. Вплоть до исчезновения аккадской цивилизации в ней присутствовало большое количество шумерских черт. С другой стороны, наивысший этап развития шумерской цивилизации — правление III династии Ура — был бы невозможен без наследия семитского Аккада.
КИШ, УРУК И УР - ПОЛИТИЧЕСКИЕ союзы
В шумерском эпосе и гимнах содержатся сведения о войне, разразившейся в данный период между правителем Киша Мебарагеси и его преемником Агой с одной стороны и Гильгамешем, энси Урука, — с другой. Правитель Киша вместо того, чтобы выполнить требование Гильгамеша и сдаться, взял в осаду Урук. Согласно другой версии рассказа, последний снял осаду, осуществив удачную вылазку. Это повествование о первом в истории Вавилонии внутреннем конфликте сохранилось благодаря притягательности героической личности Гильгамеша для потомков. Он стал героем целого
72
КИШ, УРУК И УР - ПОЛИТИЧЕСКИЕ союзы
ряда шумерских эпических песен, из которых впоследствии, по окончании древневавилонского периода, аккадцы на своем языке составили целую поэму, в которой Гильгамеш назван строителем городской стены Урука. Ее возводили бригады, сформированные им из его подданных. В результате археологических раскопок, проведенных в городе, была обнаружена стена длиной около 9 км. Она сложена из плоско-выпуклых кирпичей, а значит, вполне могла быть построена в правление Гильгамеша и Мебарагеси. В любом случае это первое свидетельство существования в Вавилонии городов, окруженных стенами.
Гильгамеш — не единственный герой эпоса. Помимо шумерского цикла и аккадского эпоса, рассказывающих о его деяниях, существует ряд шумерских эпических песен, посвященных его предшественникам, правившим в Уруке, — Лу-гальбанде и Энмеркару. Согласно тексту эпоса, они отправляются в далекие земли («кедровый лес» и «горную страну Хуррум»). О том, что на эти сведения следует обратить самое пристальное внимание, свидетельствует упоминание о Хур-руме в эпосе о Гильгамеше и Хуваве. Очевидно, это страна хурритов, несемитского народа, вторгшегося в регион в конце 3-го тыс. до н. э. Появление этого названия в эпосе обусловлено военными походами в эту местность, организованными представителями III династии Ура. Иными словами, оно было добавлено в повествование в более поздний период. Гильгамеш, согласно поэме, в которой описывается периодическое разрушение и восстановление Туммаля, святилища богини Нинлиль в Ниппуре, правил и этим священным городом.
Восстановить историю Урука в раннединастический период мы не можем, так как историчность Мебарагеси, в отличие от его соперника Гильгамеша (по крайней мере, пока), вполне основательно доказана. Древнейшим эпиграфическим памятником, на котором написано имя этого правителя, является список богов из Шуруппака (XXVI в. до н. э.), где Гильгамеш и его отец Лугальбанда названы посмертно обожествленными героями. В Шумерском царском списке появляются имена правителей Урука, царствовавших всего за четыре поколения до Гильгамеша, что весьма мало по сравнению с длинной генеалогией правителей Киша. Пред
73
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
ставители I династии Урука помещены в царском списке после I династии Киша, что еще раз свидетельствует о том, что шумерская традиция признавала первенство последнего города.
«Низкие храмы» (святилища, не возведенные на террасах) перестали строиться в Шумере после окончания протописьменного периода. Данный факт кажется весьма примечательным в свете того, что храмовая архитектура мало подвержена изменениям. Однако зиккураты продолжали возводиться и в раннединастическую эпоху. Традиция существования школ писцов также сохранилась. Если разрыв в исторической традиции шумеров, который свел на нет достижения периода расцвета, прослеживаемого археологами в слоях VI—IV Урука, все же существовал, его причину, вероятно, следует искать в том воздействии, которое оказала на Шумер аккадская миграция начала раннединастического периода. Однако нам ничего не известно о сопровождавших этот процесс исторических событиях. Но можно вспомнить, что более поздняя миграция семитов — вторжения амореев — косвенно привела к падению III династии Ура.
Киш, как было сказано выше, скорее всего, являлся семитским поселением. О его истории конца второго — начала третьего этапа раннединастического периода мы знаем несколько больше, чем об истории Урука. В нашем распоряжении имеются две надписи, в которых упоминается правитель Киша Мебарагеси. Они происходят из региона, расположенного к востоку от Тигра и к югу от Диялы. Одну из них можно локализовать более точно — она происходит из овального храма в Хафадже. В Шумерском царском списке об Эн-Мебарагеси сказано, что этот правитель предпринял победоносный поход против Элама. Это древнейшее свидетельство существования конфликта между Вавилонией и Эламом. Обе надписи являются достоверными источниками, созданными вскоре после описанных в них событий, и позволяют сделать вывод о том, что Киш в то время главенствовал в северной части Вавилонии, в том числе в долине реки Диялы, население которой и предприняло поход на восток — против Элама.
Значение Киша стало еще более очевидным, когда правители, никак не связанные с этим поселением, начали использовать титул «царь Киша». Данный эпитет появляется в
74
КИШ, УРУК И УР - ПОЛИТИЧЕСКИЕ союзы
источниках начиная с правления Месалима. Помимо него, данный титул использовали Месанепада, лугаль Ура, и Эана-тум, энси Лагаша. Он продолжал использоваться на протяжении аккадского периода и позднее и исчез в правление III династии Ура. В этом титуле, который должен был служить признаком престижа, содержится воспоминание о временах, когда Киш главенствовал над значительными территориями в Вавилонии, а возможно, и в районе нижнего течения Диялы. Вполне вероятно, что власть самого Меба-рагеси основывалась на памяти о былом величии.
О долине реки Диялы, свободной от шумерского влияния, и ее значении уже было сказано выше. К началу раннединастического периода эта территория уже была урбанизирована. Храм, расположенный неподалеку от овального святилища в Хафадже и позднее посвященный богу луны Су’эну (Сину), согласно археологическим данным, существовал еще в период культуры Джемдет-Наср, хронологически более или менее соответствовал III слою Урука и, соответственно, может быть датирован концом протописьменного периода.
Таким образом, нельзя говорить, что семиты, пришедшие в регион в начале раннединастического периода, заняли ненаселенную территорию. До них там проживало несемитское население, вероятно каким-то образом связанное с Ираном. Древнейшие топонимы, такие как Ишнун и Тутуб, встречающиеся в долине реки Диялы, не относятся ни к семитским, ни к шумерским. Название «Ишнун», получив новую народную этимологию, было переиначено шумерами и в правление III династии Ура стало звучать как «Эшнунна» — «Святилище царевича». В Северной Вавилонии топонимы также не связаны ни с семитским, ни с шумерским языками. В качестве примера можно привести название «Бабилла», превратившееся в аккадском языке в «Баб-илим» — «Врата бога» (эллинизированная форма этого топонима — Вавилон).
Нам неизвестно, правителем какого города был Месалим. Он стал первым из известных нам правителем, носившим титул «царь Киша». Вероятно, его имя имеет семитское происхождение. Однако в царском списке среди представителей I династии Киша он не упоминается. Богом-покровителем Месалима был Иштаран, или Сатаран, которому поклонялись в городе Дере, располагавшемся на границе Ирана, недалеко
75
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
от современного города Бадры. Однако это не позволяет нам сделать вывод, что сам Месалим пришел с территории, находящейся на границе с Ираном. Его надписи были обнаружены в Адабе и Лагаше. Нам известно, что этими городами тогда же руководили свои правители, носившие титул энси. Следовательно, можно предположить, что Месалим повелевал ими. Он в качестве арбитра вмешался в конфликт между постоянными соперниками Лагашем и Уммой (это событие упоминалось даже во времена правления в Лагаше Эанатума и Энтемены).
Правителей Ура, расположенного гораздо южнее, хоронили в этом городе, в великолепных гробницах, датирующихся более поздним, чем архаические таблички, временем. (Последние были изготовлены после правления Мебарагеси, и, если говорить о развития письменности, шрифт, которым они написаны, представляет собой промежуточную стадию развития письма между характерной для III слоя Урука (культуры джемдет-наср) и для Шуруппака.) В надписях на погребальном инвентаре упоминаются цари Мескаламдуг и Акаламдуг, а также царица Пу’аби. Результаты археологических исследований, проведенных в гробницах, свидетельствуют о том, что царя или члена царской фамилии в его последнем путешествии сопровождала целая свита слуг, похороненных вместе с ним. В одном из погребений были найдены останки восьми человек. Нам известно о существовании подобной традиции еще только в одном городе — Кише, где были обнаружены следы захоронения нескольких человек в одной гробнице.
Все имена царей, вырезанные в гробнице, написаны на правильном шумерском языке. Поэтому нам не следует утверждать, будто этот обычай был привнесен в Шумер извне, хотя в самом данном регионе он зафиксирован крайне редко, а вскоре после описываемого нами периода он и вовсе исчез. Погребальный инвентарь поражает своим великолепием: в него вошли сосуды, печати, предметы мебели с инкрустацией, музыкальные инструменты, колесницы с ослами, которые должны были их везти, и многое другое. Поэтому данные гробницы являются одним из наиболее ценных источников информации о шумерском ремесле и искусстве третьего этапа раннединастического периода.
76
КИШ, УРУК И УР - ПОЛИТИЧЕСКИЕ союзы
Правители Ура, похороненные в этих гробницах, уже не упоминаются в царском списке. Иными словами, история этого города, зафиксированная в данном источнике, гораздо короче, чем содержащиеся в нем сведения относительно Киша и Урука. Первым представителем I династии Ура, упомянутым в царском списке, стал Месанепада (около 2490 до н. э.). В принадлежащих ему надписях он назван царем Киша, а следовательно, возможно, он стал первым правителем с юга, который заявил свое право гегемонии над всей Вавилонией.
Благодаря своему географическому положению Ур являлся одним из наиболее важных центров на данной территории. В те времена у него имелась гавань в лагуне Персидского залива, в связи с чем он главенствовал в сфере морской торговли с югом и получал от нее все возможные блага. В город прибывали корабли из стран Тилмун (греческий Ти-лос, который в древности был крупным торговым центром), Маган и Мелухха. Из-за этого захватить Ур пыталось каждое из основных государственных образований Вавилонии. После сына Месанепады правили два царя, носившие аккадские имена — Элулу и Балулу. Их царствование более или менее совпадает по времени с правлением Эанатума и Энтемены в Лагаше.
В настоящее время мы можем делать выводы о жизни всего лишь одного из многочисленных городов-государств Вавилонии в ходе третьего этапа раннединастического периода, да и то в довольно ограниченных рамках. Лагаш — единственное поселение, где были обнаружены достоверные надписи, принадлежащие относительно длинной череде правителей — от Ур-Нанше до Уруинимгины. Кроме того, там сохранился единственный архив с документами, посвященными различным аспектам экономики, достаточно объемный для того, чтобы делать какие-либо выводы о структуре государства. Следовательно, перечислять здесь имена других правителей, живших за два века до Саргона, и пытаться сводить воедино отдельные факты, ставшие известными нам более или менее случайно, нет смысла. Для того чтобы понимать политическую ситуацию, характерную для данной эпохи (или, точнее, той ее части, которую мы можем проследить по источникам), следует попытаться обобщить некоторые известные нам факты.
77
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
Географически в Вавилонии нет какого-либо конкретного центра, а значит, и общей столицы. Однако, как уже было сказано выше, различные города пытались получить этот статус. Предположительно в довольно ранний период этого удалось добиться Кишу, о чем свидетельствует тот факт, что правитель, обладавший титулом «царь Киша», претендовал на власть во всей Вавилонии. Урук занимал доминирующее положение в эпоху, возможности описания которой историком весьма ограниченны. Но об этом факте свидетельствуют многочисленные археологические находки, сделанные в этом городе в слоях конца протописьменного периода, и значение, придаваемое традицией титулу «эн» (см. ниже). В Вавилонии имелся религиозный центр — Ниппур, священный город Энлиля, авторитет которого никогда не оспаривался. Однако, будучи общим культовым центром, он не смог обрести политическую власть. В действительности нередко Ниппур оказывался камнем преткновения для двух противоборствовавших городов-государств.
Географические условия в Вавилонии благоприятствовали независимости отдельных маленьких государств. Крупные города выросли из изолированных доисторических поселений. С ними соседствовали орошаемые оазисы, окруженные полосками лишенной влаги земли, которые вполне могли стать такими же плодородными, но оставались пустынными из-за нехватки воды. Эти степи отделяли города-государства друг от друга. При этом соединяли их реки и каналы. Будучи основными транспортными путями, водные артерии просто были обязаны противостоять тенденции к изоляции. Однако они всегда оставались торговыми или военными путями и никогда не служили средством административного объединения. Таким образом, Вавилония стала представлять собой скопление множества маленьких независимых государств, которые могли относиться друг к другу как равные (в мирных договорах для обозначения этого понятия использовалось слово «братство»), а также быть подчиненными друг другу (в качестве примера можно привести правление Месалима в Адабе и Лагаше), но никогда не были едины. В истории Вавилонии были союзы, но все они носили краткосрочный характер и были направлены на изменение политической ситуации на протяжении нескольких десятилетий. Данный
78
ВЛАСТЬ И ОБЩЕСТВО В ШУМЕРЕ РАННЕДИНАСТИЧЕСКОГО ПЕРИОДА
вывод справедлив и для описания положения, сложившегося в Вавилонии в древневавилонский период, до правления Хаммурапи, причем степень независимости городов-государств друг от друга порой доходила до настоящего гротеска. Возможно, в раннединастический период разделение территории на государства не достигло таких масштабов, но определенно имело место.
Позже мы вернемся к истории Лагаша, который станет для нас, так сказать, моделью для описания политической ситуации на протяжении третьего этапа раннединастического периода.
ВЛАСТЬ И ОБЩЕСТВО В ШУМЕРЕ РАННЕДИНАСТИЧЕСКОГО ПЕРИОДА
Некоторые выводы о внутренней административной структуре этих городов-государств в периоды, источники по истории которых имеются в распоряжении ученых, можно сделать по титулатуре их правителей. Для нашего исследования важны три из них, все шумерского происхождения: лугам («большой человек»), что, судя по аккадскому аналогу шаррум, можно перевести как царь; эн («верховный жрец»); энси, который обычно переводят как «правитель города» и в состав которого включался титул эн (точное значение этого составного слова нам неизвестно).
Энси занимал более низкое положение, чем лугаль и эн. Независимый вождь, правивший городом и его непосредственной округой, называл себя энси. Так же поступал и правитель города, находившийся в подчиненном положении по отношению к более могущественному властелину. В надписи Эанатума из Лагаша, писавшего, что помимо статуса энси этого города он является царем Киша, данный титул обозначает, что власть его носителя распространяется на ограниченную территорию. Правители Уммы в своих надписях называли себя лугалями, а их враги из Лагаша говорили о них как об энси.
В Шумерском царском списке титул лугаль используется в основном для обозначения царского статуса. Слово нам-лугаль можно перевести как «царство» (имеется в виду способ
79
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
организации власти). Титул лугаль стал появляться рядом с именами царей сначала в Кише, а затем в Уре (Мебарагеси, Мескаламдуг). Сама комбинация знаков, использовавшаяся для обозначения этого слова, засвидетельствована в источниках, датированных периодом культуры Джемдет-Наср (слой II Урука).
В отличие от слов энси и лугаль титул эн использовался только в Уруке. Энмеркар, Лугальбанда и Гильгамеш в эпосе и гимнах названы энами Кулабы (район в Уруке). В Шумерском царском списке имя Мескиаггашера, основателя I династии Урука, сопровождается титулом «эн Эанны», то есть храма бога-покровителя города. Лугалькингенишдуду, живший примерно в начале XXIV в. до н. э., писал, что получил нам-эн над Уруком и нам-лугаль над Уром, что является еще одним свидетельством связи титула эн только с одним городом — Уруком. Единственным исключением является словосочетание «эн Шумера», использованное в отношении правителя Урука Эншакушаны (примерно конец XXV в. до н. э.). На эпиграфических памятниках слово эн появляется раньше, чем лугаль. Соответствующий знак обнаружен на табличке из слоя IVa Урука, в одном из древнейших текстов протописьменного периода. Личное имя, написанное на архаической табличке из Ура, которое можно перевести как «эн наполняет Кулабу», свидетельствует об авторитете, которым обладатель этого титула пользовался за пределами Урука.
Титул эн использовался и в Уре начиная с аккадского периода, но его носили не правители, а жрецы, точнее, его обладательницей была верховная жрица бога луны Нанны, покровителя города. Так как мужчина правил в Уруке, находившемся под защитой богини Инанны, можно предположить, что носитель титула эн и верховное божество города должны были быть разнополыми. Очевидно, эн Урука-Кула-бы изначально обладал более ярко выраженными, чем у лу-галя, религиозными функциями. «Мужчина в набедренной повязке в виде сети», изображенный на цилиндрических печатях, обнаруженных в слое IV Урука, таким образом, скорее всего, носил титул эн. Однако в этом городе подобный человек был не только жрецом, но и правителем города, который вел в бой войска. Именно этот, «земной» аспект титула эн используется в эпических песнях о Лугальбанде и Гильгаме
80
ВЛАСТЬ И ОБЩЕСТВО В ШУМЕРЕ РАННЕДИНАСТИЧЕСКОГО ПЕРИОДА
ше. В таких городах, как Ур и Гирсу (царский город Лагаша), лугаль и энси, возможно, первоначально не были одновременно и жрецами, и правителями. В правление Энтемены наряду с титулом энси появился термин санга, обозначавший верховного жреца бога Нингирсу, покровителя города Гирсу. Однако источник, в котором упоминается данное слово, был создан относительно поздно (в конце XXV в. до н. э.).
Имена шумерских богов, в составе которых присутствует эн (к примеру, Энлиль, «Владыка-ветер»), древнее тех, в составе которых имеется слово «лугаль», что свидетельствует об изначально более высоком статусе обладателя первого из этих двух титулов и о большей древности титула правителей Урука. Вопрос осложняется из-за существования в шумерской литературе (царский список, эпос, гимны) традиции обожествления таких правителей, как Мебарагеси из Киша, путем прибавления к их именам приставки эн (Эн-Мебарагеси). При этом следует отметить, что верховным божеством этого города был Забаба, а значит, сформулированное нами выше правило о противоположности полов, вероятно, нарушается. Это, в свою очередь, заметно осложняет наши попытки определить различия между титулами эн и лугаль.
На основании текстов и изобразительных источников раннединастического периода можно сделать вывод о том, что лугаль и энси не были сугубо «светскими» правителями. На плакетке Ур-Нанше из Лагаша, носившего титул лугаль, он изображен с корзиной на голове, что свидетельствует о строительстве по его приказу храмов. Представители Ill династии Ура передавали в построенные ими же храмы в качестве посвятительного дара свои статуэтки, на голове которых располагались такие же корзины. Согласно гимну Гудеа, правителя Лагаша (около 2144—2124 до н. э.), написанному по случаю сооружения храма, энси сформовал первый кирпич.
Однако в нашем распоряжении нет источников, свидетельствующих о том, что в раннединастический период, в отличие от аккадского, царей обожествляли при жизни. Нам известны случаи посмертного обожествления (Лугальбанда и Гильгамеш в Уруке), но они имели место в глубокой древности и не засвидетельствованы на протяжении третьего этапа раннединастического периода. В то же время Месалим и Эанатум, правитель Лагаша, стали первыми из известных
81
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
нам обладателей божественного происхождения. Месалим в одной из надписей называет себя «возлюбленным сыном Нинхурсаг», шумерской богини-матери; Эанатум утверждает, что «пьет молоко Нинхурсаг». Однако это не значит, что они считали себя божествами.
Кроме того, в нашем распоряжении нет свидетельств о существовании в раннединастический период обычая священных браков (обычно для обозначения данного явления используется греческое словосочетание hieros games). Первые письменные источники, в которых он упоминается, датируются правлением Идина Дагана (1974—1954 до н. э.) в Иси-не. В этом обряде, который должен был способствовать плодородию земли и скота, хорошему урожаю и благоприятному разливу, участвовали царь и царица (или жрица-эн). Письменные источники, содержащие сведения о шумерской религии, появились довольно поздно (первые тексты с пересказами мифов относятся к аккадскому периоду), поэтому вполне возможно, что сам по себе священный брак появился гораздо раньше.
Подводя итоги анализа царской титулатуры, можно сказать следующее. Можно предположить, что изначально в различных городах использовались разные титулы — в Уруке в протописьменный период и вплоть до второго этапа раннединастической эпохи применялось слово эн, а в других городах вместо него использовались титулы лугаль или энси. Религиозные функции первого распространялись и на двух последних. Эн Урук-Кулабы также выполнял ряд светских обязанностей. На протяжении третьего этапа раннединастического периода даже правители Урука стали называть себя лугалями, а титул эн стал исключительно жреческим.
Лугали и энси жили во дворцах (хаи-каль на архаическом шумерском языке, позднее — э-галь, что дословно переводится как «большой дом»). Впервые это слово встречается в одном из архаических текстов, найденных в Уре. Древнейшими сооружениями, обнаруженными археологами и подтверждающими данные письменных источников о существовании царских дворцов, являются руины зданий, найденных в ходе археологических раскопок в Эриду (второй-третий этапы раннединастического периода) и Кише (второй этап раннединастического периода). Они должны были служить
82
ВЛАСТЬ И ОБЩЕСТВО В ШУМЕРЕ РАННЕДИНАСТИЧЕСКОГО ПЕРИОДА
дворцами, так как не соответствуют планировке храмов и слишком велики для того, чтобы выполнять какие-то другие функции. Однако в Уруке, согласно эпосу, эн жил в части храма, называвшейся гепаром. В других городах так называлось расположенное в храме жилище жрицы-эн. Этот факт соотносится с религиозными функциями эна, но они не забывали и о светской власти и связанном с ней великолепии. Так, в шумерской песне об Энменкаре и эне Арраты говорится о том, как правитель Урука встречал посланника иноземного царя во дворе тронного зала, располагавшегося в храме. Аккадское слово экаллум, которое переводится как «дворец», заимствовано из шумерского языка. В конце 3-го — начале 2-го тыс. до н. э. его заимствовали семиты, жившие в Сирии. В языке Угарита, в иврите и арамейском это слово обозначает то храм, то дворец. Однако носители этих языков жили за пределами Месопотамии, и данный факт не помогает нам выявить первоначальное значение шумерского слово хаи-каль.
Об организации и социальном строе городов-государств раннединастического периода нам известно только то, что мы можем почерпнуть из глиняных табличек того времени. В составе архивов или по отдельности их находили в Уре, Шуруп-паке, Лагаше, Умме, Адабе, Ниппуре и Кише. Нас же, в свою очередь, ограничивает не столько то, что можно найти, сколько то, что мы в состоянии прочитать. Чем древнее текст, тем сложнее его перевести. Архив Лагаша, датированный временем правления царей от Энтемены до Уруинимгины, и относящиеся к тому же периоду таблички из Уммы и Адаба, как правило, довольно легко перевести. Чем дальше по времени от них отстоят другие источники, тем больше шанс, что мы можем понять что-то неправильно. Значение многих символов еще не устоялось. Даже если мы в состоянии перевести все знаки, имеющиеся в предложении, понять его крайне сложно, так как мы не до конца понимаем его синтаксическую структуру. Ведь в древнейших текстах слова не находятся в грамматической связи друг с другом. В шумерской клинописи на раннем этапе ее развития выписывались только корни слов, без приставок и суффиксов, благодаря которым можно получать столь важные сведения о лице, падеже, числе, времени и т. д. Для того чтобы в тексте появилась полная грамматическая
83
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
структура, потребовалось несколько столетий. Еще в текстах из архивов Шуруппака (XXVI в. до н. э.) символы, обозначающие существительные, не склоняются по падежам. Читателя, знакомого с описанными в них фактами, это не смутит, но нам приходится непрерывно сталкиваться с трудностями перевода.
Древнейшим видом письменных источников, которые мы в состоянии понять, являются договоры о продаже земли, причем некоторые из них датируются вторым этапом раннединастического периода. Интересно отметить, что написаны они не на глиняных табличках, а на камне. Можно предположить, что таким образом авторы текстов ввиду их значимости стремились сохранить их на как можно больший промежуток времени. Большинство этих документов происходит из окрестностей аккадского поселения. В текстах часто появляются аккадские имена и встречаются попытки записи принадлежащих их языку слов. Как правило, в качестве продавцов выступали не отдельные люди, а целые семьи или роды. Эти источники находят по отдельности: так как они представляют собой документы частного, а не публичного характера, их не собирали в архивах.
Древнейшим архивом, тексты которого мы можем (с некоторыми оговорками) перевести, является найденный в Шу-руппаке (совр. название — Телль-Фара), расположенном в самом центре Вавилонской равнины и датированном началом третьего этапа раннединастического периода. В нем, помимо всего прочего, был обнаружен перечень людей, получавших земельные наделы в награду за службу. К документам из области частного права относятся договоры купли-продажи полей и домов, записанные на этот раз на глиняных табличках. Встречаются хозяйственные тексты, в которых упоминаются жители других городов и часто встречается символ, обозначающий слово «битва». Таким образом, можно предположить, что документы, содержащиеся в архиве, в основном касаются функционирования военной администрации дворца.
В Шуруппаке также найдены тексты, составленные в местной школе писцов, — списки слов (подобные перечни археологи находили в IV слое Урука), несколько списков богов, которые проливают свет на историю шумерской религии
84
ВЛАСТЬ И ОБЩЕСТВО В ШУМЕРЕ РАННЕДИНАСТИЧЕСКОГО ПЕРИОДА
и школьные упражнения: пословицы, заклинания, отдельные цитаты из мифов, — знакомящие нас с историей шумерской литературы.
Однако тексты, которые можно более или менее точно интерпретировать (по крайней мере, на данной стадии развития шумерологии), содержатся только в архиве Гирсу, располагавшемся в городе-государстве Лагаше. С их помощью исследователями были сделаны далекоидущие выводы о том, как была организована жизнь в шумерских городах, причем не только во время их написания, но и ранее. В этих текстах говорится о существовании в городах многочисленной, сложно организованной бюрократии. Чиновники занимались вопросами, связанными с храмами и культом (празднествами, жертвоприношениями); управляли храмовыми землями, на которых выращивалось зерно, росли овощи, паслись стада, росла пища для жертвенных животных, стригли овец; контролировали ловлю рыбы в реках и море, ремесло и торговлю (приобретение иностранных товаров купцами, действовавшими в интересах государства) и определяли размер выплат, которые получали люди.
Во главе всей этой машины стоял энси, в текстах часто изображенный получающим дары, или богиня-покровительница города, считавшаяся его супругой. Но в этих источниках ничего не сказано о частной экономике. Наиболее ранние архивы, посвященные управлению крупными частными землевладениями и сохранившиеся до нашего времени, датируются древневавилонским периодом.
Однако в нашем распоряжении имеются письменные источники третьего этапа древневавилонского периода, посвященные сфере частного права. Выше уже говорилось о вырезанных на камне договорах купли-продажи земли. На глиняных табличках составлялись контракты, предметом которых становились купля-продажа домов, рабов, полей, обмен объектами недвижимости, раздел наследства, дарение, ссуды, вопросы безопасности. В нашем распоряжении имеются свидетельства о существовании в тот период испытания водой (это древнейшее упоминание об ордалиях) и о судопроизводстве (спорах о взыскании задолженности, признании долга и т. д.). Большинство из этих частно-правовых документов относится к тому же периоду, что и публичный
85
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
архив в Гирсу, то есть они составлялись за два-три поколения до начала аккадского периода.
В хозяйственных текстах регулярно упоминаются храмы. В них служило огромное число людей: жрецов, ремесленников, рабочих, а также людей, связанных с выполнением общеобязательных повинностей. По этой причине считается, что политическая и экономическая жизнь в таких городах, как Лагаш, была сосредоточена в храмах. Владения отдельных храмов значительно отличались друг от друга по размеру, как и земли, принадлежавшие различным лицам и разбросанные по всей местности, подконтрольной Лагашу (примерно 3000 км2).
Мы не можем определить, какую часть территории государства занимали храмовые земли, но понимаем, что их площади были значительными. Тот факт, что до нашего времени сохранилось совсем немного договоров купли-продажи земли, заключенных на юге Шумера (в отличие от севера, где картина была прямо противоположной), вполне вписывается в данную картину общества, в котором храмы являлись крупнейшими землевладельцами. Немногочисленные известные нам контракты происходят из Гирсу, но в качестве покупателей в них выступают правители или члены их семей.
Это, однако, не значит, что частное землевладение было запрещено. Но следует учитывать редкость подобных сделок и статус покупателей, упомянутых в известных нам источниках. Перед нами не простой договор купли-продажи земли, заключенный между двумя горожанами. Кроме того, в текстах, где говорится о землях, получаемых отдельными лицами за службу, речь идет не о частной собственности, так как они считались неотчуждаемыми и не передавались по наследству. Договоры купли-продажи земли стали активно заключаться в Южной Вавилонии, то есть в самом сердце Шумера, только в правление в Исине Липит-иштара (1934—1924 до н. э.). Ввиду количества имеющихся в нашем распоряжении глиняных табличек, датированных периодом, непосредственно предшествующим времени правления Саргона, мы не можем считать эти находки случайными. Если мы не ошибаемся, то одним из основных отличий между шумерами и семитами, проживающими в стране двух рек, является распространенность частной собственности на землю.
86
ВЛАСТЬ И ОБЩЕСТВО В ШУМЕРЕ РАННЕДИНАСТИЧЕСКОГО ПЕРИОДА
Храмовые земли считались собственностью бога. Их использование правителем было запрещено. Это стало известно нам из текстов правителя Лагаша Уруинимгины (примерно 2360 до н. э.). Новый правитель утверждал, что «восстановил Нингирсу, [законного] владельца, в доме энси, в поле энси» и сделал то же самое для супруги бога, богини Бабы, и их сына Шугшагганы. Предыдущие правители обогащались за счет храмовой земли, а Уруинимгина восстановил порядок. К сожалению, нам ничего не известно о том, каким образом этот правитель был связан с династией Ур-Нанше. Вполне возможно, что его реформаторская деятельность и благоче-стивость связаны с тем, что с их помощью он попытался оправдать себя за захват власти в государстве.
Так как жители Шумера были в значительной степени связаны с храмовым хозяйством, делать какие-либо выводы об организации общества крайне сложно. Мы не очень точно отражаем ситуацию, говоря о свободных и полусвободных людях, так как последнее понятие в письменных источниках отсутствует. Шумерское слово ама-р-ги (дословно «вернуться (или «позволить вернуться») к своей матери» (ама), которое мы переводим как «свобода» (потому что в договорах с его помощью обозначается состояние раба, отпущенного своим хозяином), впервые встречается в текстах, посвященных реформам Уруинимгины. Возможно, первоначально оно было связано с освобождением человека от долгового рабства, так как продажа детей родителями, оказавшимися в тяжелых жизненных обстоятельствах, стала практиковаться только начиная с аккадского периода. Таким образом, под свободой понималась жизнь человека среди членов его семьи (в отличие от раба, обитавшего и работавшего в чужом доме).
Однако вполне можно предположить, что люди, привлекавшиеся к общественным работам во благо государства и лично его правителя, теряли свой статус свободных. К этим отношениям не следует применять современные стандарты. В одном из пассажей гимна Гудеа говорится о том, как энси призвал жителей на работы по восстановлению храма Нингирсу. Если понимать эти слова дословно, можно предположить, что правитель мог заставить все население (за исключением жрецов и чиновников) трудиться во благо всего
87
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
города на общественно значимых объектах: в храмах, дворцах, на оборонительных и ирригационных сооружениях.
При этом в источниках ничего не говорится о слоях населения, которым позволялось не участвовать в этих работах. В них используются различные термины для обозначения социальных групп: эрен, гуруш, шуб-лугала, — которые, однако, не следует называть классами. К первой категории относились те, кто должен был исполнять трудовую повинность и кого можно было призвать на общественные работы или в войско. В аккадском языке начиная с древневавилонского периода существовало слово сабум, имевшее аналогичное значение.
Гуруш — это возрастная категория, в которую входили взрослые мужчины, способные трудиться. Кроме того, данное слово могло иметь более общее значение — «работник». В хозяйственных документах оно часто заменяется понятием «эрен», которое, вероятно, обладало более обобщенным значением.
Термин «шуб-лугала» впервые встречается в письменных источниках, посвященных реформам Уруинимгины. Дословно его можно перевести как «подвластный царю», что, однако, не помогает нам сделать какие-либо определенные выводы, так как в нашем распоряжении нет данных, позволяющих более подробно описать социальную роль этих людей. При этом делать на основании перевода данного понятия какие-то выводы об ограничении свободы этих людей не следует.
Наиболее ранним источником, содержащим сведения о масштабе использования в шумерских городах рабского труда, является архив Гирсу. Так, согласно тексту, вырезанному на одной из табличек, в храме богини Бабы служили 188 рабынь, а в храме Нанше их было 180. Шумерское слово, которое переводится как «раб», «рабыня», записывалось в виде двух знаков: мужчина и чужая страна или женщина и чужая страна. Данный факт свидетельствует о том, что в большинстве своем рабы были иноземцами, захваченными во время походов или взятыми в плен в ходе военных действий. Однако судя по именам, упомянутым в договорах купли-продажи рабов, датирующихся третьим этапом раннединастического периода, эти люди были шумерами.
Женщины, как правило, занимались ткачеством или мололи зерно. Впервые сведения об использовании рабынь в
88
ВЛАСТЬ И ОБЩЕСТВО В ШУМЕРЕ РАННЕДИНАСТИЧЕСКОГО ПЕРИОДА
качестве наложниц появляются в источниках древневавилонского периода.
Слово, с помощью которого в устной речи называли раба (мужского рода), заимствовано из семитского языка. О том, что термин женского рода, использовавшийся для обозначения этого понятия, имеет шумерское происхождение, свидетельствует его присутствие в текстах, написанных на глиняных табличках, найденных в слое IVa в Уруке. Конечно, можно предположить, что в шумерском языке имелось и слово для обозначения раба мужского рода, но тогда возникает вопрос: почему оно было заменено заимствованным термином? Возможно, семитское слово стало использоваться | в начале раннединастического периода, когда благодаря ак-1 кадской миграции и случавшимся из-за нее стычкам в шумерских городах появились новые рабы.
Следует отметить, что представление о тождестве отношений между жителем города и правителем или приверженцем того или иного культа и божеством с характерными для раба и господина, очевидно, было перенято шумерами у семитов. В любом случае, говоря о рабах, мы имеем в виду категорию людей «несвободных», которых хозяин мог продать, завещать или просто подарить.
На протяжении последних двух десятилетий изучается вопрос о том, насколько жители шумерских городов-государств раннединастического периода были вовлечены в управление ими. Отправной точкой для данных дискуссий стало использование в шумерской поэме «Гильгамеш и Агга» таких понятий, как «собрание» и «старейшины». Когда в Уруке появляются посланники правителя Киша, эн Гильгамеш предлагает два варианта — войну или бесчестное подчинение — сначала «совету старейшин», а затем «собранию юнош» (гуруш). Старики предлагают сдаться, а молодые жаждут схватки. Некоторые исследователи видят в этом своего рода голосование. Однако более вероятно, что перед нами литературный прием, предназначенный для того, чтобы показать хюбрис' царя. В том, что подобные собрания существовали, сомневаться не приходится, но при этом не следует думать, будто они явля-
1 Высокомерие, гордыня, самовлюбленность. Понятие встречается в произведениях целого ряда античных авторов, в частности Гомера и Гесиода. (Примеч. пер.)
89
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
лись прототипом народной демократии. В мифах говорится о советах богов, что вполне может быть следствием перенесения на них отношений, существовавших между людьми. Однако следует обратить внимание на то, что божества на этих собраниях поддерживают предложения верховного бога (который, несомненно, старался прислушаться к мнению большинства), громко заявляя: «Да будет так!» Если в этом также отразились отношения между людьми, то можно предположить, что шумерское собрание являлось трибуной для выражения общественного мнения. Вероятно, помимо всего прочего, оно выносило на повестку дня вопросы организационного и юридического характера, а также получало указания правителя. Шумерское слово, обозначающее собрание, звучало как ункен, а в правление III династии Ура оно было заменено аккадским аналогом пухрум, имевшим такое же значение.
ЛАГАШ И УММА - ЛУГАЛЬЗАГЕСИ
В нашем распоряжении имеются источники, позволяющие довольно подробно описать политическую историю части Шумера на протяжении третьего этапа раннединастического периода. В этих текстах говорится о соперничестве между двумя соседними городами-государствами — Уммой и Лагашем, расположенными на юге Вавилонии. Благодарить за эти источники нам следует правителей последнего. Как нам известно из текста, вырезанного на каменной плите и содержащего информацию о землях, приобретенных правителем, до Ур-Нанше правил царь по имени Энхенгаль. В надписи Месалима также упоминается энси Лагаша, правивший за одно-два поколения до Ур-Нанше. С этого правителя (около 2550 до н. э.) начинается последовательная цепочка из шести царей, правивших в Лагаше на протяжении почти двух столетий. Завершает ее седьмой правитель, который не мог похвастаться прямым родством с предыдущими.
Благодаря этим царям в нашем распоряжении имеются надписи, причем нередко довольно подробные, а иногда позволяющие соотнести время правления их авторов с периодами царствования правителей Уммы. Соответственно, рас
90
ЛАГАШ И УММА - ЛУГАЛЬЗАГЕСИ
сказ о конфликте между этим городом и Лагашем описан довольно пристрастно, что неудивительно: ведь мы узнаем о нем из текстов, составленных в последнем из этих двух городов.
Конфликт между двумя государствами разразился еще до начала правления Месалима и связан со спорами из-за расположения их общей границы, порядка использования общего источника воды, полей и пастбищ. Этот царь, власть которого распространялась на оба государства, разрешил спор и установил линию границы. Однако конфликт со временем все больше разгорался, становясь причиной военных столкновений. Победа доставалась то одной стороне, то другой до тех пор, пока в правление Лугальзагеси войско Уммы не захватило Лагаш и не разграбило его храмы. Тем не менее их соперничество не прекращалось до тех пор, пока оба этих города-государства не вошли в состав Аккада.
Наиболее выдающимся правителем Лагаша из династии, родоначальником которой являлся Ур-Нанше, стал Эанатум (около 2460 до н. э.), принявший титул «царь Киша» (хотя в нескольких надписях он называет себя просто «энси Лагаша»). Все его войны — с Уром, Уруком, Кишем, Акшаком, расположенным на севере Вавилонии, и даже с Мари — представляют собой часть взаимоотношений, сложившихся между различными союзными и враждебными друг другу государствами Вавилонии. Тем не менее в своих надписях он предстает правителем, обладающим такой властью и сумевшим сделать такие достижения, что становится понятно: его претензии на титул «царь Киша» небезосновательны.
Для Нингирсу (в соответствии с шумерским представлением о том, что правитель действует по повелению бога) Эанатум захватил Элам, являвшийся старинным врагом Шумера, и в награду наделил себя титулом «Тот, кто подчиняет все [чужеземные] страны». Свои победы он увековечил на так называемой Стеле стервятников, хранящейся в настоящее время в Лувре. На одной ее стороне изображены царь, его колесницы и войско, а на другой — бог Нингирсу, держащий в руках огромную сеть с врагами Эанатума.
Потомкам Эанатума не удалось сохранить титул «царь Киша» — в источниках перед их именами снова стоит только слово энси. Но власть за пределами своего государства
91
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
они сохранили: надписи Эанатума обнаружены в Уре и Уруке, а его преемника Энтемены — в Уре и Бадтибире. Таким образом, эти города оставались в зависимости от Лагаша. Иначе складывался конфликт этого государства с Уммой. Одним из недолговечных союзов, характерных для того времени, стал описанный в одной из надписей Энтемены, где сказано, что он и энси Урука Лугалькингенишдуду (который в Шумерском царском списке назван лугалем, то есть царем) дали друг другу обет братства.
По неизвестной нам причине после смерти последнего из потомков Ур-Нанше правителем Лагаша стал Уруинимгина. Тексты, посвященные его реформам, которые уже упоминались выше, крайне важны для характеристики правовой системы и общественного строя Шумера. Немного отличающиеся друг от друга версии данных текстов содержатся в различных закладных надписях этого правителя. В них содержится рассказ о том, как старые установления были заменены на новый порядок, установленный Уруинимгиной «по приказу бога Нингирсу». В основе проведенных им реформ лежала отмена прерогатив, которые до этого получали правитель и члены его семей за счет бога-покровителя города и к числу которых относились экспроприация храмовых земель и использование служителей для нужд дворца. Кроме того, был ограничен произвол чиновников, что проявилось, в частности, в уменьшении и четком определении платы за различные их действия, платы за похороны и т. п. Была запрещена эксплуатация бедных и слабых богатыми и сильными, в частности, последние потеряли право продавать недвижимость и скот на невыгодных условиях. Некоторые долги жителей Лагаша были погашены, а их «свобода» — подтверждена.
Реформированию подверглась и отрасль семейного права. В частности, была запрещена диандрия — возможность женщины состоять в браке с несколькими мужчинами, которая, вероятно, представляла собой пережиток полиандрии, имевшей место в Шумере в глубокой древности и в правление Уру-инимгины переставшей соответствовать запросам времени. В надписях этого правителя мы впервые встречаемся с представлением о царе как защитнике вдов и сирот, которое впоследствии станет неотъемлемой частью законодательных актов
92
ЛАГАШ И УММА - ЛУГАЛЬЗАГЕСИ
всех последующих царей Месопотамии. Надпись, в которой перечисляются меры, предпринятые Уруинимгиной, в частности снижение налогов и прощение долгов (если соответствующий фрагмент текста был прочитан исследователями верно), стала первой в длинном списке царских указов, выпущенных в более позднее время. Они, как постоянные, так и разовые, были призваны побороть обнищание населения, которое периодически имело место, особенно во времена экономических неурядиц. К сожалению, в нашем распоряжении нет других источников, где бы говорилось о социальной и экономической обстановке, упомянутой в текстах Уруинимгины. Поэтому, как сказано выше, мы не знаем, чем были вызваны его указы.
Последним выдающимся правителем юга Шумера до захвата этой территории Саргоном Аккадским был Лутальзагеси. Судя по тому, что его отца звали Бубу, по происхождению он был аккадцем. Бубу был «шаманом» (условный перевод шумерского понятия) богини Нисабы в Умме. Сын также занимал этот пост. Очевидно, Лугальзагеси, подобно Уруинимги-не, захватил власть в этом городе и не был генетически связан с предыдущими правителями.
Захватив Лагаш, разграбив и уничтожив его храмы, Лугальзагеси нанес вражескому государству сокрушительный удар. Его противник Уруинимгина горько сетует о совершенном им кощунстве, обращаясь к богине-покровительнице Уммы с такими словами: «Что же касается Лугальзагеси, энси Уммы, то пусть его богиня Нисаба несет на своей главе бремя греха сего». Благодаря этой победе Лутальзагеси открыл себе путь к новым свершениям. Он захватил Урук, где принял эпитет «царь Урука и царь Шумера». В царской надписи Лугальзагеси, являющейся нашим основным источником по данной теме, прослеживается новая политическая теория — концепция государства, выходящего за пределы города и гораздо большего, чем то, о котором могли помыслить его предшественники, довольствовавшиеся титулом «царь Киша». Лугальзагеси, наоборот, стал связывать себя с богами-покровителями захваченных им городов. Так, он назывался «жрецом Дна» (бога неба из Урука), «верховным энси Энлиля» (божества-покровителя Ниппура), «великим визирем Суэна» (бога луны, покровителя Ура; аккадский аналог бога Нанны), «на
93
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
местником Уту» (бога солнца, покровителя Ларсы). Под его властью также оказались Алаб и Эриду. Энлиль «от Нижнего моря (Персидского залива), по Тигру и Евфрату, до Верхнего (Средиземного моря) предоставил ему путь». В этом тексте впервые описаны границы известного шумерам мира, которым правили цари Аккада. Однако слова Лугальзагеси не следует понимать в этом смысле. Он не утверждает, что его политическое влияние должно распространяться на все Средиземноморье, а имеет в виду открытие прямых торговых путей.
В надписи Мескигалы, энси Адаба и современника Лугальзагеси, присутствуют наиболее ранние свидетельства о доставке древесины из «страны кедровой горы» (имеется в виду горный хребет Аманус, расположенный на побережье Средиземного моря). В этом тексте речь идет о частном случае, в то время как Лугальзагеси говорит о более обобщенных вещах. Об этом свидетельствуют и результаты сравнения этого текста с аналогичной надписью Гудеа, правителя Лагаша.
Титулы, использованные в этой первой царской надписи, представляющей собой полноценный литературный текст, а также ее слог во многом предвосхищают тексты, составленные по приказу потомков Саргона. Однако называть Лугальзагеси предтечей Аккадской державы ошибочно. Цивилизованный мир, известный вавилонянам, был объединен под властью одного правителя Саргоном и его преемниками. Этот путь он начал с завоевания шумерских городов. Но для этого ему нужно было покончить с Лугальзагеси, чего Саргон и добился по окончании продолжительной войны.
ВАВИЛОНИЯ И ЕЕ СОСЕДИ
Как было сказано в предыдущей главе, еще в протописьменный период шумеры распространили свое влияние на земли, находившиеся за пределами Вавилонии. Уже к началу раннединастического периода жители Элама, весьма самобытного государства, некогда являвшегося противником Шумера, под его влиянием изобрели собственную письменность. Первым свидетельством о конфликте между Эламом и Вавилонией стала подпись к имени Энмебарагеси в цар
94
ВАВИЛОНИЯ И ЕЕ СОСЕДИ
ском списке. Как мы уже видели, Эанатум гордился тем, что сумел захватить Элам. Однако впервые Месопотамия достигла верховенства над Эламом в аккадский период, когда в Сузах был размещен царский гарнизон. Тогда же клинопись была впервые перенесена на иранскую почву, полностью заменив местную протоэламскую письменность.
Заметное влияние на историю Вавилонии раннединастического периода оказали Сирия и северо-западная часть Месопотамии. Именно оттуда пришли аккадцы. В протописьменный период эта местность находилась под значительным шумерским влиянием, но для нее продолжали быть характерны самобытные черты культуры и ремесла. Выше мы уже высказывали теорию об этой самобытности, отразившейся, в частности, в археологических находках, датированных вторым этапом раннединастического периода и сделанных в нижнем течении Диялы. Эти нововведения были привнесены с севера. Надписи правителей государства Мари (судя по форме использованных знаков, относящиеся ко времени правления Месалима, то есть к началу XXVI в. до н. э.) составлены уже на аккадском языке. В древневавилонский период он был широко распространен, а значит, в течение второго и третьего этапов раннединастического периода в Северной Вавилонии, в бассейне реки Диялы и в среднем течении Евфрата проживало исключительно семитское население. В той части Шумерского царского списка, которая посвящена правителям Мари, содержатся косвенные сведения о том, что местность в среднем течении Евфрата была тесно связана с Вавилонией. Эти контакты значительно облегчали возможность быстрого передвижения по реке и наземному пути, шедшему вдоль ее русла и лишенному естественных преград.
В среднем течении Тигра, где впоследствии образовалась Ассирия, складывалась совершенно иная ситуация. Контакты с Вавилонией были в определенной степени затруднены из-за Джебель-Хамрин, ответвления гор Загроса, и расположенной к югу от него пустыни. Эти естественные преграды также повлияли на развитие языка. Ассирийский диалект аккадского языка, известный с начала 2-го тыс. до н. э., значительно отличается от того, который мы называем вавилонским, использовавшегося в среднем течении Евфрата, в бассейне Диялы и в самой Вавилонии. Диалекты, используемые
95
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
современными иракскими арабами, распределяются таким же образом. Из-за изоляции Ассирии письменность на ее территории появилась гораздо позже, чем в соседних государствах. Единичные тексты, написанные на аккадском языке, появились в Ашшуре только в аккадский период.
Малая Азия, подобно Ассирии, в раннединастический период находилась за пределами влияния Вавилонии. В надписях Лугальзагеси и правителя Адаба Мескигалы, живших примерно в середине XXIV в. до н. э., впервые упоминаются Средиземноморье и горный хребет Аманус. Из двух стран: Магана и Мелуххи (побережья Омана и Макрана в первом случае и устья Инда — во втором, если верны выводы, основывающиеся на довольно веских аргументах), олицетворявших для жителей Месопотамии более позднего времени край света, в надписи Ур-Нанше, правившего Лагашем в раннединастический период, упоминается только первая.
Уже в протописьменный и в еще большем масштабе в раннединастический период торговля вышла за пределы известного вавилонянам мира. Торговые пути в страны, производившие товары, которых не было в Вавилонии (золото, серебро, медь, олово, драгоценные и полудрагоценные камни), использовались уже в 4-м тыс. до н. э., хотя саму торговлю вели не караванщики, отправлявшиеся прямо в города Вавилонии, а различные посредники. Позолоченные быки с бородой из ляпис-лазури, ставшие частью погребального инвентаря, найденного в царских гробницах Ура, являются ярким свидетельством тех богатств, которыми Шумер обладал в данный период и которые были получены благодаря торговле со странами, находившимися за пределами его ойкумены.
ВЫВОДЫ
В начале раннединастического периода шумерская цивилизация находилась в состоянии упадка; в конце вся Вавилония и значительная часть Плодородного полумесяца находилась в составе одной державы. Весь этот период связан с миграцией аккадцев и их последующим приходом к власти. Одновременно с созданием первых известных нам семитских
96
выводы
государств Вавилонии — царств Мебарагеси и Месалима — происходил постоянно усиливавшийся взаимообмен между шумерами и семитами. Аккадцы внесли значительный вклад в цивилизацию Вавилонии и бассейна реки Диялы. Именно ими, как сказано выше, был разработан новый стиль скульптурных изображений, характерный для второго этапа раннединастического периода. Новый элемент в искусстве резьбы по камню, так называемый фигурный пояс, также является изобретением аккадцев. Именно благодаря им в бассейне Диялы и в Вавилонии (в частности, в Ниппуре) стали строиться храмы типа Herdhaus. В шумерском языке появились заимствованные аккадские слова. В целом этот народ сыграл важную роль в развитии вавилонской цивилизации.
В ходе этого обмена между двумя народами шумеры, несомненно, отдали больше, чем получили. Характерный для них стиль скульптурных изображений, корни которого, вероятно, восходят к протописьменному периоду, на протяжении третьего этапа раннединастической эпохи распространился на севере. В аккадский язык из шумерского перешло гораздо большее число слов, чем из аккадского в шумерский. Фонетическая система аккадского языка заметно отличается от характерной для других семитских языков, и возможной причиной этого является шумерское влияние.
Письменным языком раннединастического периода был шумерский. Попытки записать аккадскую речь клинописью (договоры, царские надписи) встречаются гораздо реже, чем тексты, написанные на шумерском. Аккадский язык стал по-настоящему письменным только в период существования державы Аккада.
Административная и организационная структура южной части Вавилонии создана по шумерскому образцу. Это так называемое храмовое государство, корни которого уходят в протописьменный период. В то же время на ней основывалась сформировавшаяся в более позднее время бюрократическая машина Аккадской державы. Школы писцов и образование в целом основывались на шумерской традиции. Шумерский пантеон наложился на аккадский, весьма немногочисленный. Ниппур, покровителем которого являлся Энлиль, стал важным религиозным центром и для аккадцев. Через много веков после исчезновения шумеров аккадцы были их должниками.
97
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
Социальная история Вавилонии была связана не только с вопросом взаимоотношений двух этносов. Храмы с их обширными земельными владениями и толпами зависимых людей, обязанных служить богам, не могли не привести к возникновению напряженности в обществе. Судя по надписям Уруинимгины, в государстве прослеживалась тенденция к обмирщению, пошатнувшая авторитет храмов. Правители пытались обрести независимость от храмов и жречества, прибирая к рукам земли. Чиновники стали независимыми и начали злоупотреблять властью. Уруинимгине пришлось снизить размер платы за различные официальные действия, ставшей неподъемной. Иначе социальное напряжение, описанное в текстах, снять было невозможно.
Не стоит забывать, что надписи, посвященные реформам, были составлены в период жизни последнего или предпоследнего поколения раннединастической эпохи. Однако можно предположить, что причиной (хотя и не единственной) быстрого упадка шумерских городов-государств стал приход аккадцев.
В клинописных текстах крайне мало информации о духовной и интеллектуальной жизни региона в раннединастический период. Причина данного явления заключается в том, что литература в строгом смысле этого слова, которая могла бы стать для нас важным источником сведений по этой теме, появилась на Вавилонской равнине довольно поздно (по крайней мере, если иметь в виду древность тамошней письменности). Отдельные литературные предложения встречаются в текстах из архива Шуруппака, но перевести их крайне сложно. Древнейший связный мифологический текст, написанный на шумерском языке, появился в XXIII в. до н. э., а большинство литературных памятников относится к последним годам существования шумерского языка — времени правления Гудеа, III династии Ура и нескольким следующим столетиям. Конечно, у шумеров, живших ранее, были поэзия, сказания о богах и героях и литература в целом. Они просто не записывали все это.
По этой причине для изучения шумерской религии нам приходится обратиться к другим источникам — текстам экономического характера, в которых речь идет о жертвенных подношениях и которые содержат некоторые сведения
98
выводы
о культовой практике; личным теофорным именам, представляющим собой небольшие предложения, рассказывающие о богах («Бог солнца решает правильно» или «Царь не применяет насилие»); описательным эпитетам, которые иногда появляются в царских надписях рядом с именами божеств; магическим практикам, подобным упомянутой в Стеле стервятников, созданной по приказу правителя Лагаша Эанатума.
Важным дополнением к этим сведениям являются изобразительные памятники. Так, изображения царя с корзиной на голове свидетельствуют о том, что он поклялся построить храм. Статуэтки людей в молитвенной позе позволяют нам делать определенные выводы о культовой практике. Более поздние литературные тексты позволяют нам интерпретировать символы. К примеру, орел с головой льва, держащий в когтях домашних животных, — изображение бога — покровителя Лагаша Нингирсу. Однако многие из этих изобразительных памятников не дают нам представление о тех событиях и явлениях, которые они иллюстрируют. Персонажа, сражающегося с одним или двумя чудовищами, изображения которого часто встречаются на цилиндрических печатях, как правило, отождествляют с Гильгамешем. Однако в нашем распоряжении нет письменных источников, подтверждающих данную точку зрения.
Шумеры представляли себе и изображали богов антропоморфными уже в протописьменную эпоху. Данная ситуация сохранилась и в раннединастический период. Периодически встречающиеся изображения божества в виде абстрактного символа или животного не противоречат этому.
Уже ко времени появления архива Шуруппака в Шумере сформировался единый пантеон. В список основных богов, найденный в этом городе, вошли Ан (бог неба, возглавлявший пантеон), Энлиль (олицетворение ветра), Инанна (аналог римской Венеры), Энки (божество подземных вод), Нанна (бог луны) и Уту (воплощение солнца). Как видно из этого перечня, перед нами великие космические боги шумеров (в нем не хватает божества, отвечающего за погоду, и богини-матери, которые войдут в пантеон позднее). Список божеств, сформировавшийся в древневавилонский период, похож на представленный выше, что свидетельствует об
99
Глава 2. РАННЕДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
устойчивости традиции. Перед нами общешумерский пантеон, который накладывался на группы богов, почитавшиеся в каждом отдельном городе-государстве. Об этом свидетельствует почитание всеми шумерами Ниппура и его бога-покровителя Энлиля. Впоследствии этот бог занял место своего отца Ана, воплощения солнца и правителя над всеми богами (подобная практика весьма характерна для месопотамской мифологии). Энлиль стал повелевать богами, а Ан ушел на заслуженный отдых. Нам неизвестно, была ли эта перемена связана с политическими событиями, произошедшими в реальном мире. Однако можно вспомнить, что власть Урука, покровителем которого считался Ан, ослабевала на протяжении второго этапа раннединастического периода.
Центром интеллектуальной жизни были школы, или «дома табличек», где будущие писцы изучали сложнейшую систему письменности и все, что с ее помощью можно зафиксировать. Списки слов, обнаруженные в архивах Шуруп-пака и Джемдет-Насра, походят на найденные в слое IVa Урука, но содержат гораздо большее число терминов. Традиция существования школ писцов оказалась весьма прочной. Они обязаны были стать центрами интеллектуальной жизни, которые не смогли уничтожить ни время, ни разрушения и которые просуществовали на протяжении 2-го и 1-го тыс. до н. э., связывая Вавилонию с ее шумерским прошлым, а Западную Азию — с шумеро-аккадской цивилизацией.
Глава 3
ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
Карта Среднего Востока середины XXIV в. до н. э., «нарисованная» историками, заметно отличается от той, на которой отмечены современные объекты. Более или менее точно нам известна история лишь одной местности — расположенной в центре изучаемого региона Нижней Месопотамии. Ее непосредственные соседи: Элам на юго-востоке и бассейн среднего течения Евфрата вокруг Мари на северо-западе — известны нам гораздо хуже. Обо всех остальных территориях, за исключением отдельных «островков», мы ничего не знаем. Иными словами, письменные источники, необходимые нам для изучения прошлого, происходят только из Вавилонии, все еще остававшейся центром исконной высокоразвитой цивилизации.
Большая часть фактов, позволяющих нам судить об истории Элама и Мари, почерпнута исследователями из текстов, найденных в Вавилонии, хотя и из самих этих регионов, жители которых позаимствовали оттуда письменность и даже письменный язык, происходит несколько имеющихся в нашем распоряжении письменных источников. О других местностях, расположенных на периферии: от восточного побережья Аравии вплоть до Ирана, от гор Загроса до Ассирии и Сирии, мы знаем исключительно по текстам, происходящим из Вавилонии, в которых они упоминаются. Несомненно, в нашем распоряжении имеются археологические данные, происходящие как из этих регионов, так и из самой Вавилонии. Однако они слишком немногочисленны для того, чтобы дать ответы на интересующие нас вопросы (археологами было изучено лишь несколько малозначительных городов, расположенных на периферии).
101
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
Таким образом, нам придется смотреть на события, происходившие в рассматриваемый в данной главе период, с точки зрения Месопотамии. Об этом следует постоянно помнить, чтобы наше представление об истории изучаемого нами региона не было искажено. Однако сама по себе эта «оптическая иллюзия» является следствием того, что Вавилония оказывала огромное влияние на всю Западную Азию.
МЕСОПОТАМИЯ
1.	Источники
Основными источниками, позволяющими делать какие-либо выводы об исторических процессах, происходивших на протяжении этих двух-трех столетий, являются надписи.
Делать выводы о последовательности правлений царей и их династий, а также почерпнуть общие сведения о ходе исторических событий можно из Шумерского царского списка. Этот источник сохранился до нашего времени не полностью, и его следует использовать с осторожностью, но в целом в нем содержатся довольно точные сведения (описываемые в нем события происходили незадолго до его составления), правдивость которых подтверждена с помощью сравнения с другими источниками того времени.
Последние помогают нам заполнить большое количество пробелов, имеющихся в Шумерском царском списке, и конкретизировать содержащиеся в нем общие сведения. Речь идет, помимо всего прочего, о царских надписях — победных стелах, посвятительных надписях на вотивных предметах и храмовых сооружениях. Географическая зона, в рамках которой археологами были обнаружены надписи, сделанные по приказу того или иного правителя, свидетельствует о местонахождении и площади подконтрольных ему территорий. По датировочным формулам, содержащимся в источниках (в связи с отсутствием общепринятой хронологической шкалы каждый правитель отсчитывал годы своего царствования от какого-либо важного события), можно делать выводы о том, какие события происходили в определенный период. Однако лишь незначительное количество этих надписей было
102
МЕСОПОТАМИЯ
найдено in situ, и, к сожалению, многие из них сильно повреждены.
Однако реконструкция событий, происходивших в определенных местах в тот или иной период, оказывается вполне возможной. В частности, благодаря интересу писцов, живших через несколько столетий, к истории правления аккадских царей нам известны факты, которые в противном случае остались бы для нас неизвестными. Начиная с древневавилонского периода некоторые из этих царских надписей стали копироваться, вероятно из политических соображений. Иногда их размещали в определенном порядке, возможно отражавшем существовавшие в то время представления о последовательности исторических событий. Некоторые из этих копий, особенно в Уре и Ниппуре, сохранились до нашего времени. Они были найдены вместе со схожими, но менее надежными письменными источниками, представляющими собой не списки с первоначальных надписей, а их имитации. Однако настоящие копии успешно заменяют несохранившиеся оригиналы. Правда, даже с их помощью крайне сложно восстановить хронологию событий, так как в текстах встречается огромное число пробелов, из-за чего нам не удается найти ответы на многие важные вопросы.
По этой причине исследователям приходится искать информацию в письменных источниках других типов, которые, к сожалению, относятся к более позднему (иногда значительно) времени. Это делает их сложными для нашего понимания и весьма опасными. В первую очередь речь в данном случае идет о текстах, на первый взгляд кажущихся подлинными историческими сочинениями: списках важных событий, собранных в своего рода хроники или систематизированных авторами сборников предсказаний, исходя из того, какие знамения их предвещали. Эти списки могли быть основаны на источниках, относящихся к тому же времени, что и перечисляемые в них события. В этом случае историк вполне мог бы, проведя критический анализ текста данных перечней, извлечь из них несколько важных фактов, не нашедших свое отражение в других источниках. В то же время он не в силах отличить реально происходившие факты от вымышленных. Ведь в произведениях, относящихся к данному литературному жанру, в первую очередь описываются чудеса
103
Хронологическая таблица ИГ
Аккад	Кутай	Урук	Лагаш	Элам
Саргон 2340—2284 гг. до н. э.				Луххишан ок. 2300 г. до н. э.
Рнмуш 2284—2275 гг. до н. э.			Кикуид ок. 2280 г. до н. э.	
Маништушу 2275—2260 гг. до н. э.			Энгильса ок. 2270 г. до н. э.	
Нарам-Суэн 2260—2223 гг. до н. э.			Ур-а ок. 2250 г. до н. э.	Хита ок. 2220 г. до н. э.
Шаркалишарри 2223—2198 гг. до н. э.	(Эрридупизир) (Имта) (Инкишуш) Сарлагаб ок. 2210 г. до н. э. (Шульме)	(Урнигин) (Ургигир) (Кудда) (Пузурили) (Лугальмелам?)	Лугальушумгаль ок. 2215 г. до н. э. (Пузур-Мама) (Ур-Уту) (Ур-Мама)	Кутик-Иншушинак ок. 2200 г. до н. э.
2198—2195 гг. до н. з.: Игиги Нанум Ими Элулу	Элулумеш	(Ур-Урту)	(Лу-Баба) (Лу-Гула)	
Дуду 2195—2174 гг. до н. э.	(Инимабакеш)		(Каку)	
Шу-Дурул 2174—2159 гг. до н. э.	(Игешауш) (Ярлагаб) (Ибате) (Ярлангаб) (Курум) (Хабилькин?) (Лаэрабум) (Ирарум) (Ибранум) (Хаблум) (Пузур-Син) (Ярлаганда) (Сиум) Тирикан ок. 2116 г. до н. э.	Утухенгаль 2116—2110 гг. до н. э.	Ур-Баба ок. 2164—2144 гг. до н. э. Гудеа ок. 2144—2124 гг. до н. 3. Ур-Нингирсу ок. 2124—2119 гг. до н. э. Пиригме ок. 2119—2117 гг. до н. э. Ур-Гар ок. 2117—2113 гг. до н. э. Наммахани ок. 2113—2109 гг. до н. э.	
1 Имена царей, выделенные курсивом, известны нам по источникам, датируемым временем их правления; заключенные в круглые скобки принадлежат правителям, период пребывания которых на троне мы не можем датировать. Если перед годами того или иного правителя стоит наречие «около» (ок.), значит, эти датировки примерные и получены путем сопоставления с годами правления других царей или являются предположительными.
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
и знаки. Кроме того, со временем они должны были «обрастать» подробностями, являющимися плодом воображения и стремления к сверхъестественному.
Аналогичные подробности в изобилии присутствуют в произведениях, относящихся к другой категории, основанных на вымышленным событиях и впервые появившихся во 2-м тыс. до н. э. Очевидно, жители древней Месопотамии довольно рано осознали, что эпоха, на протяжении которой их страна впервые получила известность далеко за ее пределами, навеки останется одной из наивысших точек в ее историческом развитии. Эта сага и ее персонажи вскоре, возможно начиная с падения Аккада, стали частью фольклора, а затем и литературы. Данной традиции мы обязаны появлением поэм, небольших эпосов, читатели которых, как правило, получают моральный или религиозный урок, познакомившись с судьбами прославляемых в них исключительных людей, особенно Саргона и Нарам-Суэна.
В некоторых из этих сочинений описывается величие того или иного периода либо его катастрофическое завершение, как будто их авторы сомневались (историку приходится задавать себе вопрос о том, не стоит ли ему последовать их примеру) в истинной ценности этих древних авантюр. С уверенностью можно говорить о том, что вымышленное с самого начала (и еще в более значительной степени, когда написание того или иного произведения от описываемых в нем событий стали отделять все большие промежутки времени) переплеталось в данных сочинениях с реальным. Отличить одно от другого крайне затруднительно, а порой и вовсе невозможно, особенно при отсутствии надежных письменных источников, способных помочь нам в этом. В большей или меньшей степени с реальностью могут быть связаны только ключевые события этой драмы, очищенные от (очевидно, вымышленных) деталей. Однако даже их не всегда можно выловить из полноводного потока легенд. Пожалуй, лучшим для историка подходом в данном случае является разумный скептицизм.
С похожими проблемами исследователю приходится сталкиваться при попытке сделать какие-либо выводы о структуре общества, хозяйстве и уровне развития науки того времени. Так как ему придется, помимо названных выше, изучить
106
МЕСОПОТАМИЯ
множество других источников различных типов, в частности деловую переписку, договоры и юридические тексты. Кроме того, историку следует обратить внимание на религиозные и литературные источники, которых, правда, от этого периода сохранилось немного. Наконец, ему следует обратить внимание на личные имена, проанализировав которые можно получить не только этнографические данные, но и незаменимые сведения о религиозной психологии и теологических концепциях, разработанных жителями Месопотамии. Даже собранные вместе, все эти тексты не идут ни в какое сравнение с тем корпусом письменных источников, который мы хотели бы видеть. Кроме того, они очень неравномерно распределяются по территориальному и временному признакам, так как во многом их обнаружение археологами зависит от фактора удачи. В итоге получается, что история одного памятника, сферы повседневной жизни прекрасно освещены, в то время как другие известны нам плохо или мы вообще ничего о них не знаем, несмотря на то что они крайне важны для нас, так как позволили бы составить более точное представление об истории данного периода.
Конечно, сведения, которые мы можем получить из всех имеющихся в нашем распоряжении источников, не позволяют нам составить представление об истории в полном смысле этого слова, то есть как о достаточно понятной и непрерывной последовательности довольно определенных событий. В то же время они позволяют нам составить более четкое и полное представление об изучаемом нами периоде, чем о предшествовавших ему эпохах, а также об общем ходе развития древней Западной Азии, о личностях и последовательности пребывания на престоле ее правителей и о ключевых событиях, произошедших во время их правления.
2.	Хронология
Как относительную, так и абсолютную хронологию данного периода можно установить, определив последовательность пребывания на троне правителей. Так как основным нашим источником в данном случае является Шумерский царский список, приведем содержащуюся в нем версию ис
107
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
тории изучаемого нами региона после поражения Лугальзагеси.
Урук был разрушен, царство перешло к Аккаду. Там Саргон, приемный сын садовника, виночерпий Ур-Забабы, стал царем, царем Аккада, который построил Аккад и правил 56 лет. Потом Римуш, сын Саргона, царствовал на протяжении 9 лет. Затем Маништушу, старший брат Римуша и сын Саргона, правил 15 лет. Потом Нарам-Суэн, сын Маништушу, правил 37 лет. Потом Шаркалишарри, сын Нарам-Суэна, правил 25 лет. Затем кто был царем? Кто не был царем. Был Игиги царем? Был Нанум царем? Был Ими царем? Был Элулу царем? Все четверо правили одновременно и только на протяжении трех лет. Потом Дуду правил 21 год. Затем Шу-Дурул, сын Дуду, царствовал 15 лет. Всего 11 царей, правивших 181 год.
Когда Аккад был повержен, престол был перенесен в Урук. В Уруке Урнигин стал царем и правил на протяжении 7 лет. Затем Ургигир, сын Урнигина, царствовал 6 лет. Затем Кудда правил 6 лет. Потом Пузур-Или царствовал 5 лет. Потом Ур-Уту правил на протяжении 5 лет. Всего 5 царей, правивших 30 лет.
Урук был повержен, престол был захвачен войсками ку-тиев. Среди кутиев был первый царь, имя которого не сохранилось. Затем Имта стал царем и правил 3 года. Потом Инкишуш правил на протяжении 6 лет. Затем Сарлагаб правил 3 года. Потом Шульме правил 6 лет. Затем Элулумеш правил 6 лет. Затем Инимабагеш царствовал 5 лет. Затем Игешауш правил 6 лет. Потом Ярлагаб царствовал 15 лет. Потом Ибате правил 3 года. Потом Ярлангаб правил 3 года. Потом Курум царствовал один год. Затем Хабилькин правил 3 года. Потом Лаэрабум царствовал 2 года. Затем Ирарум правил 2 года. Потом Ибранум царствовал на протяжении одного года. Потом Хаблум правил 2 года. Потом Пузур-Син, сын Хаблума, правил 7 лет. Затем Ярлаганда царствовал на протяжении 7 лет. Потом Сиум правил 7 лет. Потом Тирикан царствовал на протяжении 40 лет. Всего 21 царь, правившие 91 год и 40 дней.
Когда кутии были повержены, престол был перенесен в Урук. В Уруке Утухенгаль стал царем и правил на протяжении 7 лет, 6 месяцев и 15 дней.
108
МЕСОПОТАМИЯ
Между прочим следует отметить, что на нескольких клинописных табличках содержатся несколько иные сведения о правлении кутиев. В частности, в них, между династией правителей Аккада и III династией Ура, добавлена IV династия Урука, представители которой правили на протяжении 100 лет.
Обращаясь к этой схеме, подтверждения правильности которой мы не находим в источниках изучаемого нами периода, но которая в целом может быть верной, нам следует различать относительную и абсолютную хронологии.
А. Относительная хронология — продолжительность правления царей. Начнем с того, что имена первых пяти правителей Аккада встречаются в целом ряде источников. Даже если у нас есть основания для того, чтобы сомневаться в «порядковом номере» того или иного царя (непонятно, почему Маништушу правил после своего младшего брата Римуша, хотя у нас нет оснований для того, чтобы исключать такую возможность), в целом имеющиеся в нашем распоряжении источники подтверждают сведения, содержащиеся в Шумерском царском списке. То же относится к их преемникам, хотя в источниках, относящихся к изучаемому периоду, упоминаются имена только троих из них. Ниже будет сказано о том, что после смерти последнего из первых пяти правителей в Аккаде наступили далеко не самые лучшие времена, начавшись с непродолжительного времени безвластия (одновременного правления четырех соперничавших друг с другом царей) и продолжившись более длительным периодом, на протяжении которого, казалось бы, более укрепившие свою власть цари ничего не смогли сделать для того, чтобы отсрочить неизбежный конец.
Ситуация с пятью царями Урука обстоит совершенно иначе. О них мы совершенно ничего не знаем, за исключением того, что их город в то время господствовал «в стране». Во всех литературных источниках разрушение Аккада приписывается кутиям, кочевникам, пришедшим с гор Загроса. По меньшей мере два их правителя, имена которых упомянуты в Шумерском царском списке, очевидно, были современниками правителей из династии Аккада. Шаркалишарри в одной из своих надписей хвастается победой над четвертым из них, которого он называет Сарлагом, а шестой, Элулумеш, вполне вероятно, назван среди четырех претендентов на пре
109
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
стол под именем Элулу, что вполне соответствует произношению, характерному для языка кутиев. Таким образом, мы можем только предположить, что кутийская династия пришла на смену династии правителей Аккада, возможно, после того как между ними разгорелась война (или несколько войн). Возможно, династия Урука упомянута в Шумерском царском списке первой благодаря ряду концепций, оказавших влияние на его составителей. К примеру, на поверхности лежит следующее: прочитав список в прямом порядке, можно обратить внимание на то, что за «царствование над страной» шла конкуренция между севером и югом. Аккад олицетворял север, а значит, за ним должен был следовать Урук, город, расположенный на юге. Авторы Шумерского царского списка упомянули кутиев, но пропустили IV династию Урука, чтобы оставить место для северных варваров, а затем снова вернуться к югу, где, как тогда всем было известно, Утухенгаль собирался навеки изгнать их.
Вполне вероятно, что перечисление правителей Урука до списка кутиев вызвано неизвестными нам причинами. Возможно, сразу перед падением Аккада этот город, подняв восстание, сумел обрести более или менее заметное влияние. Однако вряд ли его власть распространялась за пределы юга Вавилонии, так как на севере в то время правили кутии. Кроме того, нам известно, что в царском списке нередко поочередно упоминаются династии, одновременно правившие в различных частях страны. Наконец, преобладание Урука, если оно имело место, не могло длиться долго. Согласно царскому списку, оно продолжалось всего на протяжении 30 лет, а власть кутиев продлилась целых 90 лет. Шумерские города, «освобожденные» от власти Аккада (возможно, благодаря правителям Урука), в конечном счете оказались под влиянием одного из их числа. Речь идет о Лагаше. В Шумерском царском списке об этом ничего не говорится — сведения о возвышении данного города содержатся в других источниках.
Между концом правления Римуша и началом царствования Утухенгаля в Лагаше правили 15 энси, и некоторые из них оставили после себя значительный корпус надписей. Последний из них, Наммахани, потерпел поражение от Ур-Намму, основателя III династии Ура, победившего самого Утухенгаля. Его предшественник Ур-Гар, правивший после
ПО
МЕСОПОТАМИЯ
Пиригме, очевидно, правил в течение непродолжительного времени уже терявшим свое влияние Лагашем. Однако отец Пиригме Ур-Нингирсу и его отец Гудеа, а также его тесть Ур-Баба, вероятно, приобрели и сумели удерживать на протяжении почти полувека власть над всем Шумером. Мы не можем ни определить, в каком порядке правили их предшественники, ни выяснить, каким политическим влиянием они обладали, но вполне понятно, что именно династия Лагаша или, по крайней мере, череда энси, которую начал Ур-Баба и завершил Наммахани, заслуживает того, чтобы занять в Шумерском царском списке место IV династии Урука. Вполне вероятно, что она оказалась бы там, если бы составители списка, очевидно, не поклялись не упоминать название города, который первые представители III династии Ура, вероятно заказавшие составление этого перечня, считали своим смертельным и естественным врагом.
Как бы то ни было, при изучении правления Утухенгаля, то есть в самом конце рассматриваемого нами периода, мы можем делать более далекоидущие выводы. По крайней мере, авторы всех имеющихся в нашем распоряжении источников единодушны: именно он положил конец власти кутиев.
Б. Абсолютная хронология. Добавив продолжительность правлений царей, последовательность восшествия на престол которых нам известна, и соотнеся эти числа с датировками по нашему летосчислению, мы сможем начать датировать правления царей Аккада, с одной стороны, и Утухенгаля — с другой, не учитывая при этом содержащиеся в Шумерском царском списке сведения о IV династии Урука и кутиях.
Если мы предположим (а это вполне вероятно), что Уту-хенгаль правил незадолго до составления Шумерского царского списка, у нас не будет причин удивляться поразительной точности содержащихся в нем сведений о правлении этого царя («7 лет, 6 месяцев и 15 дней»). Более того, очень может быть, что составители данного перечня, чтобы указать продолжительность царствования представителей династии Аккада (а сами по себе эти цифры выглядят вполне обоснованными), использовали архивы, сохранившиеся со времени их правления. Ведь этим правителям приходилось содержать довольно значительный административный аппарат, а чиновникам — составлять множество документов и, соответ
111
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
ственно, следить за актуальностью перечней названий различных лет. Благодаря этому мы вполне можем полагаться на сведения о продолжительности царствования того или иного представителя династии Аккада, содержащиеся в Шумерском царском списке. Предположив в качестве меры предосторожности возможность сдвига датировки на несколько лет в ту или иную сторону, в целом мы можем сделать вывод о подлинности сведений, содержащихся в царском списке, особенно при условии, что версии этого источника не отличаются друг от друга. Таким образом, можно предположить: между восшествием на престол Саргона и смертью Шу-Дурула прошло примерно 180 лет.
Совершенно иначе дело обстоит с датировками правлений представителей династий Урука и кутиев. Не в поддержку правильности чисел, обозначающих продолжительность правлений отдельных царей, на удивление незначительных и слишком часто содержащих цифру 6, которая была базовой в шумерской шестеричной системе счисления, из-за чего они кажутся вымышленными, а значит, не соответствующими действительности, свидетельствует тот факт, что в обеих версиях Шумерского царского списка, в первом из которых упоминаются правители-кутии, а во втором они отсутствуют, приведена одинаковая общая продолжительность периода, начавшегося после падения Аккада, — около 100 лет, иными словами, указывающий на то, что тогда на севере правили кутии, а на юге — представители IV династии Урука и II династии Лагаша. Несомненно, обе эти версии основывались на представлениях, распространенных в период их создания, что в целом придает им достоверность, хотя и не избавляет нас от сомнений в подлинности датировок царствований отдельных правителей.
Выше уже говорилось о том, что первые цари кутиев, которые, в свою очередь, были современниками представителей IV династии Урука, правили одновременно с Шаркали-шарри. Таким образом, учитывая, что цари Аккада правили на протяжении 180 лет, а одновременно с ними в течение 100 лет царствовали кутии, представители IV династии Урука и II династии Лагаша, мы можем прийти к выводу: Шу-Дурул, последний преемник Шаркалишарри, взошел на престол через 50 лет после его смерти. Благодаря этому мы
112
МЕСОПОТАМИЯ
можем предположить, что между правлением Саргона Аккадского и победой Утухенгаля над кутиями прошло примерно 230 лет. Конечно, это округленная цифра, однако она отличается от точной продолжительности данного периода всего на 10—20 лет. При нынешнем состоянии источников мы вряд ли можем надеяться на нечто большее.
Для того чтобы привести все эти данные в соответствие с датировками по нашему собственному летосчислению, мы можем взять за точку отсчета восшествие на престол Ур-Намму, преемника Утухенгаля, которое в соответствии с системой хронологии, принятой в этой работе, имело место в 2110 г. до н. э. На основании этого мы можем разработать абсолютную хронологическую шкалу, приведенную в хронологической таблице HI.
Повторимся, что датировки подобного рода могут быть только весьма примерными, причем только в случае принятия системы расчетов, на которой они основаны. Однако сами по себе они вторичны: первостепенным для историка является последовательность определенных событий, а датировки позволяют нам лишь соотнести его с определенной временной шкалой. В целом можно сказать следующее: на протяжении половины из 230 лет, которые рассматриваются в этой главе, происходили зарождение, развитие и падение Аккадской державы. В течение второй половины этого периода юг и север исследуемого нами региона развивались отдельно, каждый следуя своей собственной судьбе.
3.	Аккадская держава
Аккадская держава (около 2340—2198 до н. э.) была плодом деятельности династии в прямом смысле этого слова, в которую входили пять последовательно правивших на протяжении полутора столетий царей, передававших друг другу власть по принципу «от отца к сыну», создавших ее и являвшихся ее опорой. Эта преемственность одновременно была причиной и залогом того, что их государство в течение продолжительного времени стабильно развивалось. Конечно, этим правителям приходилось сталкиваться с проблемами. В частности, из литературных источников мы знаем, что по крайней мере
113
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
Римуш и Маништушу были убиты в ходе дворцовых переворотов. То же относится и к Шаркалишарри, однако после его смерти династия навеки прервалась.
Имена этих правителей (по крайней мере, первое из них является тронным: Саргон = Шаррукин, «истинный царь»; возможно, Шаркалишарри также можно перевести как «царь царей») — это, пожалуй, все, что известно нам о них. За исключением нескольких фактов об их ближайших родственниках и окружении, в сделанных по их приказу надписях не встречается ни одна «биографическая» деталь.
Нам неизвестно даже происхождение Саргона (2340—2284 до н. э.), первого и наиболее выдающегося представителя династии, и то, каким образом он занял престол. Еще в конце 3-го тыс. до н. э. о нем было известно лишь то, что на исторической сцене он появился уже будучи взрослым. Позднее появилась версия, согласно которой отцом Саргона был кочевник, а матерью — жрица. По легенде, последняя положила ребенка в корзину и пустила ее по реке, течение которой принесло младенца к крестьянину, усыновившему его. В данном случае мы имеем дело с фольклорным сюжетом, встречающимся по всему миру: от истории про Моисея до легенды о Ромуле и Реме — и необходимым для того, чтобы объяснить смутное происхождение великих людей, ставших сыновьями собственных достижений. Однако нам следует изучить этот рассказ более пристально, так как в нем упоминается несколько важных для нас фактов. Будущий царь родился и вырос в Азупирану, «шафрановом городке» (название которого в других источниках не встречается), расположенном «на берегах Евфрата». В тексте легенды говорится, что предки Саргона по отцовской линии кочевали в горах. Можно предположить, что местность, где жили кочевники, находилась на краю пустыни, а «берега Евфрата» — название определенной области вокруг устья реки Хабур или Балих.
В рассматриваемый период в данной местности жили семиты, большинство из которых вело полукочевой образ жизни, хотя и занималось земледелием. Время от времени они покидали свои плато, расположенные в полупустыне, и отправлялись (поодиночке или группами) в стоящие на берегах рек поселения, в первую очередь в наиболее богатые города Вавилонии. Так повелось еще с доисторических времен. Се-
114
МЕСОПОТАМИЯ
веро-восточная часть Вавилонии на протяжении длительного времени была занята рассредоточенными группами семитов, живших в различных по размеру и той роли, которую они играли в истории страны, поселениях, крупнейшим из которых, очевидно, был Киш. Все они ко времени восшествия на престол Саргона находились в значительной зависимости, причем в сфере как культуры, так и политики, от своих соседей-шумеров.
Таким образом, легенда о Саргоне подтверждает его семитское происхождение. Он был одним из бесчисленного множества мигрантов, не оставивших, в отличие от него, следов в истории. Саргон сыграл в ней настолько важную роль, что начиная со времени его правления и царствования его преемников семиты, жившие в Вавилонии, стали называться аккадцами в честь основанного им города — Аккада. Этот топоним впоследствии начал применяться для обозначения всей северной части Нижней Месопотамии, в результате чего только юг данного региона продолжал называться Шумером. Благодаря Саргону семиты вышли из тени. Он и его преемники носили семитские имена; аккадский язык, на котором они говорили, стал использоваться вместо шумерского; на рельефах вместо круглоголовых выбритых голов шумеров появились длинноволосые бородатые лица аккадцев. Это достижение было крайне важным для Вавилонии, история которой зиждилась на сосуществовании шумеров и семитов, даже в определенном смысле их соперничестве в сфере культуры. О значимости этого явления мы поговорим ниже.
Если верить той же легенде, Саргон родился среди оседлых семитов, хотя его предки незадолго до этого вели полукочевой образ жизни. Он стал принимать участие в политической жизни Киша, крупного семитского центра, но нам неизвестно, каким образом это произошло. В Шумерском царском списке он назван чашеносцем второго представителя III династии Киша Ур-Забабы. Несомненно, впоследствии Саргон возглавил восстание против своего господина. К этому, возможно, привело поражение, которое Ур-Забаба потерпел в войне, лишившей Киш его могущества. Благодаря поразительной удаче (в письменной традиции она объясняется особой благосклонностью Иштар, одной из наиболее почитаемых у семитов богинь) Саргон сумел захватить земли
115
Глааа 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
вокруг Аккада, где он построил новый или расширил уже существовавший город, сделав его своей столицей и, таким образом, как бы сказали позднее, поддавшись греховной гордыне. Мы не знаем, где именно находился Аккад (его руины до сих пор не были обнаружены археологами). Судя по письменным источникам того времени, он располагался недалеко от Киша; согласно литературной традиции он стоял неподалеку от Вавилона. Таким образом, мы можем прийти к выводу о том, что он находился где-то на территории древнего города Сиппара, вероятно на берегах Евфрата.
К несчастью, мы совсем немного знаем о достижениях Саргона, а именно о создании державы со столицей в Аккаде. Точнее, мы не можем сопоставить известные нам события и расположить их в хронологическом порядке, чтобы нарисовать полную картину развития этой державы. Мы можем попытаться решить эту проблему, повторив порядок, в котором писцы Ниппура складывали сделанные ими копии надписей Саргона, или там, где этого недостаточно, прибегнуть к «исторической логике» (если бы в истории она присутствовала).
Нам известно лишь то, что рост этой державы начался с Аккада, ставшего ее центров. Первым в череде титулов Саргона неизменно стояло словосочетание «царь Аккада». За ним следовал титул «царь Киша». Старая столица семитов, несмотря на поражение государства, центром которого она являлась, сохранила свое значение, и первостепенной задачей нового царя было распространить свою власть на северную часть Вавилонии, которую для этого нужно было завоевать. Возможно, он сделал это под вывеской «освобождения» ее от Урука и возрождения ее прежней славы.
Теперь, став правителем севера и упрочив свое положение, Саргон не смог удержаться от того, чтобы начать военные действия против величайшего завоевателя того времени, жившего неподалеку. Военные действия против Лугальзагеси и его «пятидесяти энси», очевидно, велись в несколько этапов. В надписях упоминаются «тройное нашествие» и «тридцать четыре битвы». Победив царя Урука, взяв его в плен и доставив в шейных колодках к святилищу всех шумеров (храму Эн-лиля в Ниппуре), Саргон, победив во всех этих войнах, стал владыкой Урука, Ура, Э-Нинмара, Лагаша и Уммы, иными
116
МЕСОПОТАМИЯ
словами всех шумерских государств «до моря». С этого момента царь Аккада и Киша стал добавлять к своей титулатуре словосочетание «царь страны».
Что подтолкнуло Саргона на это? Может, стремление получить славу Лугальзагеси? Или необходимость ответить на угрозу, которую могли представлять соседние государства, недовольные появлением совсем рядом со своими границами новой силы? Мы не знаем этого. В любом случае затем Саргон переключил внимание на запад, ведь к тому моменту вся страна уже находилась под его властью. Судя по имеющимся в нашем распоряжении более поздним источникам, завоевание северо-запада, наиболее выдающееся деяние Саргона, было осуществлено в ходе двух походов. Первый царь предпринял на первом же году своего правления, а второй — на 11-м. Возможно, во время первого он решил ограничиться завоеванием территории вплоть до Туттуля (современного Хита) на берегу Евфрата, ворот в «Верхнюю страну» и в Мари. В любом случае к концу второго похода царь повел свое войско в Северную Сирию (в Эблу), к берегам Средиземного моря, в Ливан или к горному хребту Аманус («Кедровый лес») и к Таврским («Серебряным»?) горам (либо по меньшей мере к их восточным предгорьям).
Вскоре эти завоевания обросли легендами, из-за чего теперь мы не в состоянии отличить вымысел от исторических фактов. В них Саргон не только захватывает города, названия которых отсутствуют в надписях (например, Каркемиш), но и пересекает Средиземное море, чтобы завоевать «страну Тин» (возможно, в данном случае имеется в виду Кипр или какое-то иное приморское государство, располагавшееся в южной части Малой Азии), и покоряет остров Крит. Потом он якобы отправился в глубь Анатолии, в Бурушханду, к югу от Большого Соленого озера (современное название — Туз). Ввиду отсутствия более достоверных источников нам следует относиться к этим сведениям с осторожностью и не принимать их за чистую монету.
Нам известно о том, что через несколько столетий в Малой Азии появились аккадские купцы, вполне вероятно знаменитые тамкару, можно предположить, что легендарная традиция превратила в завоевательные походы простые торговые экспедиции. С уверенностью мы можем утверждать лишь следу
117
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
ющее: Саргон объединил под своей властью территорию, простирающуюся от «Нижнего моря» (Персидского залива) до «Верхнего (Средиземного) моря» (это почти 1500 км).
Это еще не все. Царь, вероятно, был недоволен союзом, заключенным его восточными соседями: Эламом и Варах-шей, — цель которого заключалась в том, чтобы помешать захватчику. В двойной надписи (рассказывающей о завоевании, разделенном на два похода?) Саргон хвастается, что одержал победу над обоими союзниками одновременно, с гордостью перечисляя имена царей, их энси и сановников, а также названия городов, где он захватил богатую добычу.
В пророчествах упоминается завоевание Саргоном «страны Субарту», локализовать которую крайне сложно. Возможно, имеется в виду Верхняя Месопотамия от Загроса до реки Хабур или Балих, а может, местность, расположенная западнее. Мы не можем быть полностью уверены в том, что великий аккадец более чем просто запланировал это предприятие. Однако в одной из его датировочных формул упоминается год похода в Симурру, что неподалеку от гор Загроса. Его непосредственные преемники контролировали территорию вокруг современного Киркука и Ассирию. Соответственно, можно предположить, что во время своего продолжительного правления Саргон сам покорил Северную Месопотамию.
Даже если в «пятьдесят шесть лет», на протяжении которых этот царь правил согласно царскому списку, включены ранние и непримечательные этапы его карьеры — в качестве чашеносца Ур-Забабы или правителя малозначительной «карманной» области вокруг Аккада — он прожил достаточно долго для того, чтобы совершить множество необычайных деяний, о которых нам ничего не известно. Он называл себя «тем, кто путешествует по четырем сторонам света», то есть по всему миру. Масштаб его свершений и завоеваний поражал воображение людей, в том числе поэтов. Несомненно, именно о нем думали те, кто несколько позже записывал рассказ о необычайных подвигах Гильгамеша. Некий безымянный писец взял на себя труд перечислить все шестьдесят пять стран и городов, входивших в бескрайнюю державу, созданную Саргоном, центр которой отделяли от ее окраин более чем 1500 км. Была создана настоящая мифологическая «карта», куда наносились далекие чудесные страны, по зем
118
МЕСОПОТАМИЯ
ле которых удалось пройти только этому царю, сделав его частью мира легенд.
Тем не менее на протяжении продолжительного правления Саргона наверняка происходили восстания, поднятые различными народами против иноземного владычества, имели место поражения и даже катастрофы, причину которых литературная традиция находит в его неумеренности. После себя он оставил довольно противоречивое наследие. До самого падения основанной Саргоном державы ее правителям приходилось сталкиваться с восстаниями, разгоравшимися повсюду, постоянно проверявшими на прочность ее единство и сплоченность и заставлявшими его преемников в некотором роде регулярно повторять его поразительные завоевания.
Сразу после восшествия на престол Римуш (2284—2275 до н. э.) был вынужден подавить целую цепь восстаний в Шумере (в Уре, Лагаше, Умме, Адабе, Уруке и Казаллу). Затем, на третий год его царствования, в ходе безжалостной войны, во время которой страна тонула в крови, города лишались своих стен или были сровнены с землей, Римушу пришлось столкнуться с расположенными на востоке врагами отца: Эламом и Варахшей, снова заключившими союз, пытаясь сбросить власть Аккада. Нам известно о присутствии Римуша к северу от Ниневии — он основал там город, названный в его честь.
Маништушу (2275—2260 до н. э.), очевидно, в начале своего правления столкнулся с другими проблемами, в частности с восстанием, разразившимся на востоке, в Аншане и Шерику, где ему пришлось захватить «тридцать два города», чтобы сохранить власть над Эламом. Затем на западном берегу Персидского залива ему пришлось завоевывать (или возвращать) каменоломню, где добывали «черный камень». Надпись, где упоминалось его имя, была найдена в Ашшуре, а через 500 лет после его смерти жители Вавилонии помнили, что он основал храм Иштар в Ниневии, из чего следует, что Маништушу проводил активную политику и в северной части полученной им в наследство державы.
В аккадской поэме, датированной началом 2-го тыс. до н. э., приведен список месопотамских городов и стран, восставших против Нарам-Суэна (2260—2223 до н. э.) сразу после его восшествия на престол. Среди них оказались Киш,
119
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
Кута, Казаллу, Марад, Умма, Ниппур, Урук, Сиппар, а также Маган, расположенная на юге страна, Элам, Варахша, Мар-даман и Симурру на востоке и северо-востоке, Мамар и Апи-шал на севере и Мари на западе. Слишком много восставших, выступивших одновременно в самом начале правления нового царя... Идея, которую поэт заложил в свое произведение, очевидна. Однако у нас нет основания для сомнений в том, что все эти города и страны выступали против власти внука Саргона поочередно на протяжении всех 37 лет его правления. Это подтверждают и его собственные надписи. Можно предположить, что именно по этой причине Нарам-Суэн был вынужден повторить путь своего предка.
В итоге, возможно, он даже расширил свои владения на севере, юге, востоке и западе, подчинив своей власти «страны, которые не завоевал ни один царь до него». В итоге он получил большее, чем кто-либо из его рода, право на сравнение с великим Саргоном как благодаря своей славе, так и чувству гордости, несмотря на столь трагичное падение Аккада. Ведь он еще в большей степени, чем его дед, чувствовал себя завоевателем и владыкой Вселенной: именно он принял воистину царственный титул, не использовавшийся прежде, — «владыка четырех сторон света».
В его надписях описывается непрерывная череда одержанных им побед, как, впрочем, это обычно бывает в источниках данной категории. Однако нам следует читать между строк, благодаря чему мы понимаем, что, несмотря на все эти достижения, в текстах источников заметно предчувствие грядущего бедствия. К примеру, Нарам-Суэн подписал мирный договор с правителем Элама, а значит, не чувствовал в себе достаточные силы для того, чтобы одержать над ним победу, и был вынужден договариваться. Внук Саргона зашел далеко в глубь гор Загроса, о чем свидетельствует находка его надписи в Дарбанд-и-Гавре. Зачем он отправился туда? Не ради славы или выгоды, которые все равно нельзя было добыть, сокрушив живших там луллубеев, но из-за того, что эти свирепые горцы, совершавшие отчаянные и разрушительные набеги, начали представлять заметную угрозу для жителей городов, расположенных на равнине. Во всех источниках прославляются деяния Нарам-Суэна, но за ними кроется множество свидетельств суровой реальности — Аккадская держава
120
МЕСОПОТАМИЯ
постоянно слабела, даже несмотря на действия столь энергичного правителя, как Нарам-Суэн. Вполне вероятно, что именно в его царствование начался ее распад.
Дело в том, что его сын и преемник Шаркалишарри (2223—2198 до н. э.) больше не носил титул «царь четырех сторон света», используя более скромный — «царь Аккада». Мы можем предположить, что для этого у него были серьезные основания. Урук в его правление попытался выйти из-под власти Аккада, причем на этот раз, очевидно, преуспел в этом. Элам наконец обрел независимость. Амореи, племя западных семитов, которое, вероятно, продолжало вести полукочевой образ жизни, были «побеждены у горы Басар» (Джебель-Бишри), возможно из-за того, что слишком близко подошли к северо-западным рубежам державы. Наконец, что важнее всего, на северо-востоке появилась новая угроза — кутии, которым в будущем припишут ответственность за уничтожение всего созданного Саргоном.
4.	Государство и цивилизация Аккадской державы
Прежде чем приступить к рассказу о гибели Аккадской державы, следует поговорить о ее природе, modus operandi, самобытности и историческом значении.
Начнем с того, что причины многочисленных войн и завоеваний, подлинная основа существования державы, созданная и поддерживавшаяся ими, были исключительно экономическими. Ни в одном из источников, датированных изучаемым нами периодом, это прямо не сказано, но во всех них содержатся косвенные подтверждения данной точки зрения. Саргон стремился к власти и славе, причем не только для себя, но и для своей страны, но в первую очередь его интересовали богатства, являющиеся основой для всего этого. Получить их можно было, воспользовавшись средством столь же старым, как и сама война, — в виде добычи, вырванной из рук поверженных врагов и тяжелой дани, взимаемой с их земель. Более надежным, действенным в далекой перспективе был метод, который в основном использовал Саргон, — монополия на торговлю товарами, наиболее необходимыми и труднодоступными для жителей Вавилонии,
121
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
в первую очередь древесиной, камнем и металлами. Перечислив свои завоевания у берегов Персидского залива, царь добавляет: «Пусть корабли Мелуххи, Магана и Тильмуна впредь свободно плывут к речному порту Аккада». Иными словами, если использовать современные термины, Аккад контролировал всю морскую торговлю в Индии и Омане и стал перевалочным пунктом для доставки всех грузов, идущих с Востока. Обозначая места, до которых его экспедиции добрались на северо-западе, Саргон упоминает «Кедровый лес» и «Серебряные горы», как будто подтверждая, что их истинной целью были древесина, металл, камень, которые в обилии имелись в этих отдаленных районах. Можно предположить, что некоторые походы, предпринятые аккадскими царями, совершались по тем же причинам, а возможно, имели еще более узкие цели. Например, исследователи обратили внимание на тот факт, что бронзовые предметы, датированные данным периодом, были изготовлены из сплава, содержащего меньше олова, а значит, менее прочного, чем те, из которых делались аналогичные предметы прежде. Вполне вероятно, что источники, из которых получали этот металл прежде, к изучаемому нами периоду были уже или почти истощены, поэтому правителям Аккада пришлось обратить внимание на новые. Возможно, именно на этом была основана легенда о завоевании «страны олова».
В подобных обстоятельствах и географических условиях не было необходимости создавать единую с точки зрения политики державу, уничтожая этнические, административные и институциональные образования, существовавшие на завоеванных территориях, и встраивая их в имевшиеся в Аккаде в качестве многочисленных новых административно-территориальных единиц. Достаточно было убедиться, что о подчинении того или иного региона аккадским правителем известно всем и что его власть достаточно сильна для того, чтобы получить от завоеванных этносов дань в виде местных товаров и свободного доступа посланников захватчика к природным ресурсам, которые должны были доставляться напрямую в столицу.
Таким образом, для существования подобной экономической державы было достаточно дополнить местные политические и административные институты военным присутствием,
122
МЕСОПОТАМИЯ
цель которого заключалась в том, чтобы держать побежденных в повиновении. По надписям аккадских царей четко видно, что завоеванные ими страны и племена сохраняли своих правителей и сановников (вероятно, за исключением таких наиболее опасных личностей, как Лугальзагеси, которых необходимо было убрать с дороги или лишить власти). В захваченном Саргоном Уре продолжил править Каку, так как именно он возглавил восстание против Римуша. Во главе сил Варахши, выступивших против Римуша, стоял Сидгау, до этого передавший власть над своей страной Саргону.
Очевидно, в словах Саргона «от Нижнего моря до Верхнего моря, с настоящего момента жители Аккада занимают пост энси» заложены основные принципы, с помощью которых он управлял державой. Под «жителями Аккада», очевидно, понимались не только царские агенты, но и члены его семьи. Так, Нарам-Суэн называл своего сына Липит-Или энси Марада. Дочери царей занимали жреческие должности, что придавало им значительный политический вес. В качестве примера можно привести Энхедуанну, которую ее отец Саргон сделал верховной жрицей Нанны, бога — покровителя Ура. Ее преемницей на этом «посту» стала Энменана, дочь Нарам-Суэна.
На завоеванные территории захватчик присылал не своего ставленника в качестве их правителя, а чиновников, которые должны были представлять интересы царя Аккада при решении вопросов внутреннего управления. Совершенно очевидно, что каждый из них для выполнения пожеланий царя Аккада нуждался в военной поддержке. Ее оказывало ему войско, численность которого могла варьироваться, но которое состояло из аккадцев. Красноречивым доказательством этого является археологическая находка, сделанная в Телль-Браке, что в верхнем течении реки Хабур. В этом городе, контролировавшем основные северо-западные торговые пути и позволявшем столице сохранять власть над «Верхней страной», Нарам-Суэн (или, возможно, кто-то из его преемников) построил внушительное здание протяженностью почти в гектар. Судя по его архитектурным особенностям и наличию многочисленных хранилищ, в городе стоял внушительный гарнизон, одной из задач которого был сбор и хранение переправляемых в Аккад товаров.
123
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
Подобная система управления нуждалась в значительной концентрации власти и множестве чиновников, заставлявших работать громоздкую бюрократическую машину. Однако в действительности реальной властью обладал только царь, передававший ее часть своим «представителям» (энси), которые должны были использовать ее так, как он пожелает.
Одним из наиболее выдающихся нововведений, появившихся в аккадский период, как раз и было это поразительное возвышение царя, взвалившего на себя ответственность за все «четыре стороны света». Древняя шумерская система управления перестала существовать, в Месопотамии стали править монархи в прямом смысле этого слова. Более того, царь стал считаться одной из космических сил и уподобляться богам — существам, способным управлять всей вселенной. Поэтому нет ничего удивительного в том, что в правление III династии Ура существовали культы Саргона, Римуша, Маништушу и Нарам-Суэна, а последний в своих надписях называл себя «богом Аккада», «супругом Иштар-Аннунит» и приказывал ставить перед своим именем клинописный знак, который можно перевести как «бог». Разобравшись в том, что представляло собой это обожествление, мы придем к следующему выводу: оно не предполагало изменение природы царя, речь шла о смене его функций, ибо теперь он стал выполнять для своих подданных ту же роль, что и боги для всего человечества, — творца, культурного героя, повелителя всего хорошего и плохого в их жизни. Ибо теперь в его подданных превратились все люди. Это своего рода «функциональное» обожествление проявилось, например, в том, что аккадские цари приказывали добавлять свои имена к именам богов, которыми клялись при подписании договоров. В итоге получалось, будто правитель берет на себя ответственность за выполнение договора, а значит, и за выполнение всех обязательств, которые берут на себя люди, живущие в упорядоченном социуме. Семиты всегда считали, что закон и правосудие должны блюсти боги, но начиная с рассматриваемого нами периода эту сферу взяли под свой контроль цари. Это имело весьма значительные последствия для дальнейшего развития месопотамского права. В частности, одним из последствий данного явления стало возникновение царских кодексов.
124
МЕСОПОТАМИЯ
Выше уже говорилось о том, что в царской администрации работало огромное число чиновников. Прямых доказательств для того, чтобы сделать такой вывод, у нас нет, но он вполне логично следует из нового статуса царя. Саргон хвастался тем, что каждый день кормил «за своим столом 5400 человек», в число которых, очевидно, входили слуги, солдаты и писцы, наводнившие его дворец в Аккаде. Вспомнив организационную структуру державы, о которой говорилось выше, мы снова придем к выводу о необходимости существования в ней огромного бюрократического аппарата, единственного связующего звена между царем, единоличным владыкой всего, и территориями и институтами, ожидавшими его приказов и выполнявшими их. Штатские и военные чиновники, писцы и надзиратели, счетоводы и работники складов, солдаты и офицеры, ремесленники и работники, то есть по меньшей мере подавляющая часть населения столицы, должны были приводить в действие эту машину и поддерживать ее (а в целом и всего Аккадского государства) работу.
С уверенностью можно говорить, что их труд оплачивался весьма характерным для Месопотамии способом — путем выдачи необходимых товаров и продуктов. Слуги царя жили за его счет — он кормил, одевал и обстирывал их. К этой статье расходов царских ресурсов добавлялись другие предприятия, требующие финансовых вложений из казны: строительство, ремонт и поддержка храмов, стен, крепостей и целых городов; покупка всего необходимого и предметов роскоши для двора; огромные объемы движения товаров, свидетельствующие о том, что в руках царя сосредотачивались значительные богатства. Теперь храмы и города перестали быть самыми состоятельными в стране, их место занял царь.
Его богатство состояло не только из движимого имущества, но и из земель. В аккадский период развивалась (если не была введена) система платы за труд царских слуг не только необходимыми им товарами и продуктами, но и путем наделения их пахотными землями. Получавшие их люди могли как самостоятельно обрабатывать их, так и сдавать их крестьянам за часть урожая. В нашем распоряжении имеется обелиск Маништушу, надпись на котором может свидетельствовать о широком распространении подобной практики. В ней перечислены земли, приобретенные царем за суммы,
125
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
которые можно приравнять к эквиваленту примерно в 295 кг серебром. Речь идет о более чем 260 гектарах пахотной земли, разделенной на четыре большие категории, в каждую из которых вошли участки, купленные у 98 частных владельцев, и снова переданной 49 новым владельцам, являвшимся жителями Аккада. К их числу относятся племянник Маништушу и сыновья бывших правителей захваченных месопотамских городов, которых, очевидно, перевезли в Аккад в качестве заложников или для того, чтобы они служили царю. Неужели правитель действительно отдавал недвижимость, в которую он столько вложил? Вероятнее всего, речь идет о даровании права пользования землей и получения с нее доходов, которым наделялись царские слуги, в то время как ее владельцем оставался правитель. Как бы то ни было, перед нами явное свидетельство существования в Аккаде частной собственности на землю (этот институт был распространен по всей Месопотамии) и того, что основным землевладельцем в стране был ее царь (данный факт еше раз свидетельствует о его колоссальном богатстве).
Таким образом, образование Аккадской державы привело к масштабному перераспределению богатств, а также появлению и распространению нового способа владения ими. Экономический индивидуализм, распространяясь, понемногу изменял отношения между людьми до тех пор, пока общество не разделилось на страты, основанные на собственности, измеряемые степенью экономической независимости.
Таковы были нововведения, заложенные в саму структуру Аккадской державы. Другие, не менее важные изменения связаны с семитским происхождением ее правителей и людей, которых они привлекли к управлению миром.
Основополагающим для истории страны было распространение семитского аккадского языка, вытеснившего шумерский. Начиная с этого времени последний почти перестал использоваться при составлении официальных надписей, особенно на севере, без аккадского перевода. Некоторые тексты писались только на аккадском. Неофициальные источники, написанные на шумерском языке, встречаются только на севере Вавилонии. Но даже там аккадский постепенно стал разговорным языком, а через несколько поколений шумерский использо
126
МЕСОПОТАМИЯ
вался только среди ученых и жрецов. В правление аккадских царей была продолжена огромная работа, начатая их предшественниками и связанная с приспособлением шумерской письменности, придуманной шумерами для записи своего собственного, совершенно не похожего на аккадский, лексикона, к семитскому языку. И в данном случае аккадцы довели стиль письма, клинописную каллиграфию до совершенства, которого она не могла достичь на протяжении всех трех тысячелетий ее использования.
На последующее развитие религии Месопотамии также повлияли характерные особенности рассматриваемого периода. При этом важнее всего было не введение в шумерский пантеон таких семитских богов, как Аба, Аннуит и Даган, а также Эа, тоже семитского происхождения, несмотря на его шумерское имя. Гораздо большую роль в далекой перспективе сыграл синкретизм, характерный для Аккада рассматриваемого периода, благодаря которому все семитские божества были отождествлены со своими шумерскими аналогами. В результате через некоторое время черты характера (если не сами сущности) богов, относящихся к обеим группам, заметно изменились. К примеру, шумерская Инанна, олицетворение женственности и богиня — покровительница любви, была отождествлена с воинственной и почти мужеподобной семитской Иштар.
Однако, помимо всего прочего, семиты принесли с собой новый дух, постепенно наполнявший и изменявший древние шумерские устои, и новые представления, изменившие саму природу божественного. Боги, являвшиеся, по мнению шумеров, всего лишь воплощениями сил природы, стали олицетворять космические силы, отвечавшие за поддержание порядка не только в природе, но и в истории. В то же время они обрели связь с моралью, стали следить за порядком в обществе и за соблюдением законов. Иными словами, теперь боги стали считаться владыками Вселенной. Ведь, приобретя божественные черты, аккадские цари должны были, в свою очередь, наделить богов царскими атрибутами. Они уподобляли божеств себе, считали, что божественный мир организован по тем же принципам, что и человеческий, все большее внимание обращая на представления о царской власти и иерархии, якобы существующей на небесах.
127
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
Сам ритуал, связанный с поклонением богам, изменялся и обогащался посредством внедрения дворцового этикета (об этом говорится во фрагменте надписи, авторство которой приписывается Римушу). Последствия этих значительных перемен не были заметны на протяжении последующих двух-трех столетий, и мы из-за нехватки источников не можем проследить их, а способны лишь обратить на них внимание.
Число полностью религиозных и литературных источников, дошедших до нашего времени, весьма незначительно. Однако имеющиеся в них сведения заставляют нас предположить, что через полтора столетия после смерти Саргона благодаря этим жизненно важным переменам в стране активно развивалась сфера, связанная с интеллектуальной деятельностью. К примеру, в нашем распоряжении имеется гимн, написанный на шумерском языке, найденный в Нип-пуре и, вполне вероятно, являющийся древнейшим из известных нам месопотамских религиозных текстов. В нем много пробелов, и он с трудом поддается переводу и анализу, в то же время он свидетельствует о том, что в рассматриваемый нами период активно развивалась мифология, древний предок наших метафизики и теологии. Кроме того, нам известно несколько заклинаний, написанных на шумерском и аккадском языках, по которым можно судить о менее теоретических составляющих религиозной мысли того времени.
Такой тип источников, как царские надписи, не нов для нас, но сделанные по приказу царей Аккада кажутся более краткими и логичными, составлены с гораздо большим вкусом и умением, чем относящиеся к более ранним периодам, свидетельствуя о том, что их авторы не только владели языком, но и беспокоились о литературной ценности своих произведений. Мы можем составить некоторое представление о том, как они достигали этого, так как в нашем распоряжении имеется несколько «словарей» для писцов и упражнений, с помощью которых мальчиков обучали письму в школах, которые к тому времени активно работали. В дворце и храмах трудилось множество людей, работа которых была связана с чтением и письмом, а также с культурой. Вряд ли кто-то скажет, что они не были способны создать литературное произведение или интеллектуальное сочинение. К примеру, вряд ли можно даже представить себе, что в период, когда царь со
128
МЕСОПОТАМИЯ
своей армией совершал далекие путешествия, ученые мужи не заинтересовались вопросами географии, или предположить, будто деяния Саргона и его преемников вызвали в ком-то из их современников желание увековечить эти подвиги. К тому же столько высокоорганизованный административный аппарат нуждался в системе хронологии, благодаря которой должна была зародиться историческая наука.
Сам город Аккад до сих пор так и не был найден археологами, да и в целом из-за незначительного количества раскопанных памятников мы очень мало знаем об архитектуре того времени. Однако в нашем распоряжении имеется достаточное количество образцов резьбы по камню, скульптурных изображений и цилиндрических печатей, благодаря чему мы можем составить представление об искусстве данного периода. Жившим тогда мастерам удалось достичь вершин совершенства. Для этих предметов характерны настолько заметное изменение вкуса, столь необычайно искусная работа с материалом, что можно с полной уверенностью говорить: перед нами наивысшая точка продолжительного процесса развития искусства Месопотамии. В произведениях рассматриваемого периода характерные для Шумера неподвижность и холодность уступают место привнесенным аккадцами жизни и воображению, сопровождающимся потрясающим чувством ракурса и композиции.
Скульпторы, работавшие по заказу царей Аккада и изготавливавшие их каменные и бронзовые изваяния, сумели передать власть и величие этих правителей, создав, таким образом, новый жанр «царского» искусства. Их примеру следовали даже мастера, изготавливавшие такие, казалось бы, не связанные с высоким искусством предметы, как цилиндрические печати. Совершенные контуры и форма придавались печатям, несмотря на то, что их делали из самых твердых пород камня, а нанесенные на них изображения настолько реалистичны, что кажется, будто перед нами настоящие круглые скульптуры. В то время как прежде печати украшались лишь различными орнаментами, резчики по камню, жившие в аккадский период, изображали на них сцены из мифов, композиция и разнообразие которых, кстати, свидетельствуют о появлении в рассматриваемую нами эпоху нового обширного мифологического материала.
129
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
После окончания данной эпохи, даже в период шумерского владычества, в Месопотамии не было предметов искусства, способных даже приблизиться к произведениям, созданным в правление династии Аккада. Этот вердикт справедлив для всех аспектов культуры. Держава, основанная Саргоном, изменила весь ход истории Месопотамии и наложила на ее цивилизацию неизгладимый отпечаток.
5.	Распад державы
Однако, каких бы выдающихся достижений ни удалось добиться этой державе, столь масштабная структура была не менее хрупкой. Мы точно не знаем, когда и каким образом она распалась. Возможно, этот процесс происходил постепенно. Начиная с конца правления Нарам-Суэна, вероятно, вследствие масштабных передвижений народов в Передней Азии у различных частей державы появилась возможность освободиться из-под власти Аккада. Как было сказано выше, в Шумерском царском списке говорится о том, что Уруку удалось получить независимость, захватив при этом значительную часть территории Шумера. В датировочной формуле, относящейся ко времени правления Шаркалишарри, сказано, что царь отправился в поход «в Урук и Наксу», который, возможно, был прямо или косвенно связан с этим восстанием. Первый правитель кутиев Эрридупизир приказал сделать надпись, в которой он называл себя «царем четырех сторон света», как будто предъявляя претензии на аккадский престол и наследство Нарам-Суэна. В любом случае, согласно литературным источникам, Нарам-Суэну пришлось сражаться с кутиями. В правление более слабого Шаркалишарри дерзость принесла им более ощутимые плоды. Этот царь сообщает о победе над Сарлагом (Сарлагабом), третьим преемником Эрридупизира, но на протяжении всего своего правления он был вынужден сдерживать напор захватчиков. В нашем распоряжении имеется частное письмо, датированное временем его царствования, судя по которому кутии были постоянной угрозой — они захватывали стада и другое имущество подданных царя, не давая им возделывать земли. Шаркалишарри, лишь номинально остававшийся «царем ца
130
МЕСОПОТАМИЯ
рей», вынужденный постоянно сталкиваться с жестокими нападениями и, очевидно, правивший лишь незначительной частью распадавшейся державы, сражался лишь для того, чтобы выжить.
Однако это ему не удалось. Трагическая гибель Шаркали-шарри в 2198 г. до н. э. (судя по литературным источникам, во время дворцового переворота) стала непоправимым ударом для монархии. На протяжении трех лет (2198—2195 до н. э.) в стране царила анархия, за трон соперничали четыре претендента, вероятно в итоге поделившие оставшуюся территорию державы на части. О том, что в этом участвовали кутии, свидетельствует имя одного из соперников — Элул или Элулу, которое в царском списке звучит как Элулу-Меш (возможно, это кутийская форма имени), включенное в список правителей-кутиев. Элул — единственный из претендентов, имя которого встречается не только в царском списке. Оно присутствует в сделанной по его приказу надписи, где он называет себя «могущественным царем Аккада». Дуду (2195—2174 до н. э.) приписывается восстановление порядка, а также, возможно, независимость и сила (до определенной степени), приобретенные Аккадом. Его посвятительная надпись была найдена в Ниппуре, а еще две — в Адабе. Данный факт дает нам основания полагать, что он как минимум вернул контроль над севером Шумера.
Об установлении относительной стабильности свидетельствует то, что после смерти Дуду трон занял его сын Шу-Дурул (2174—2159 до н. э.). Относящиеся к его времени источники свидетельствуют: последний владел Кишем и Тутубом (совр. Хафадже), в 80 км к северу. Правильно ли мы поступим, отнеся ко времени его правления описанное в хрониках и пророчествах «разрушение» (шахлуктум) Аккада? Нет, если, следуя литературной традиции, появившейся в начале 2-го тыс. до н. э., предположим, что город был разграблен (описание этого события мы находим в известной поэме «Проклятие Аккада», написанной на шумерском языке). Дело в том, что это надругательство могло быть совершено врагом и раньше — в любой момент после смерти Нарам-Суэна. Однако если предположить, что речь идет о полном и окончательном уничтожении Аккада как государства, его исчезновении с политической арены, то это событие без ко
131
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
лебаний можно датировать концом правления Шу-Дурула (ок. 2159 до н. э.). В любом случае источники сходятся в одном: основную ответственность за это «разрушение» несут кутии. С тех пор именно они стали править севером Вавилонии. В память об ушедшем величии этот регион будет продолжать называться Аккадом.
6.	Правление кутиев
До нашего времени сохранилось немного источников, способных помочь нам составить представление о степени, продолжительности и истории периода, на протяжении которого кутии правили Аккадом и господствовали над Месопотамией. С течением времени их власть то усиливалась, то, наоборот, ослабевала. Эрридупизир, первый царь из династии кутиев, сумел захватить территорию, расположенную на юге, и удерживать ее на протяжении некоторого времени. В Ниппуре он оставил длинную надпись, рассказывающую об этом событии. В источнике, в котором говорится об окончательном изгнании кутиев, сказано, что они представляли нешуточную угрозу для Шумера. Однако у нас есть все основания для того, чтобы полагать, что постоянно они занимали только север, да и его защите они не придавали большого значения, рассредоточив незначительные военные силы или разместив в основных стратегически важных точках гарнизоны.
Кутии многое разрушили (например, в Ашшуре), но сами ничего не построили, не оставили после себя и не принесли ничего нового на территорию Месопотамии. Вместо этого, несомненно, сами они оказались под влиянием местной цивилизации. Во второй половине правления их династии некоторые цари-кутии носили имена семитского (Курум, Хабилькин, Ибранум, Пузур-Син, Сиум) или смешанного (Лаэрабум, Ира-рум) происхождения. Надписи, сделанные по приказу их правителей (Эрридупизира, Элулумеша, Лаэрабума, Ярлаганды, Сиума), представляют собой клинописные тексты на аккадском языке. Помимо всего прочего, данный факт свидетельствует о том, что в основу цивилизации кутиев легла аккадская, а не шумерская культура. Возможно, они даже стали поклоняться некоторым аккадским богам (отождествляя их со
132
МЕСОПОТАМИЯ
своими собственными?). Лаэрабум называет Иштар и Сина «богами кутиев». К этому следует добавить, что он, а позднее и Ярлаганда и Сиум называли себя «могущественными царями кутиев». Пожалуй, это все, что мы о них знаем. Как было сказано выше, правление кутиев продолжалось на протяжении примерно одного столетия (22007—2116 до н. э.). Остальное скрыто под покровом тайны.
7.	Шумер в период владычества кутиев
О жизни некоторых крупных городов Шумера как в аккадский, так и в последующий период мы ничего не знаем, за исключением имен нескольких «царьков», или энси. Уром правили Ур-Урту, современник Саргона, Каку, живший в то же время, что и Римуш, Элили (возможно, живший в правление кутиев); в Адабе — Мескигала, современник Римуша; в Казал л у — Ашарид, живший также в правление Римуша; в Мараде — Липит-Или, сын Нарам-Суэна; Исином в царствование Маништушу правил человек, имя которого не сохранилось; в Умме — Месе, современник Саргона, Лу-Даму (в правление Римуша), Ашарид (в царствование Маништушу) и его сын Шурушкин, а во время владычества кутиев этим городом управлял Наммахани (в правление Ярлаганды) и Лугаль-аннатум (в царствование Сиума). Исследователям известны еще несколько имен, которые мы не сочли нужным упоминать в данной работе.
Как было сказано выше, в этот период (возможно, начиная с правления Шаркалишарри) лидирующее положение в Шумере занимал Урук. Однако мы ничего не знаем об истории города, кроме пяти имен правителей, упомянутых в Шумерском царском списке.
Единственным шумерским городом, историю которого мы можем более или менее точно восстановить, особенно подробно изложив ту ее часть, которая пришлась на период господства кутиев, является Лагаш. Судя по имеющимся в нашем распоряжении данным, именно этот город в данный период играл в Шумере лидирующую роль.
Начнем с того, что нам известны по меньшей мере имена нескольких энси города, современников правителей Аккада,
133
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
которых они вынуждены были считать своими повелителями. К их числу относятся Кикуид, современник Римуша; Эн-гильса, живший в правление Маништушу; Ур-а, занимавший этот пост в царствование Нарам-Суэна; и Лугальушумгаль, живший в правление Нарам-Суэна и Шаркалишарри. Мы не знаем, в каком порядке следующие энси: Пузур-Мама, Ур-Уту, Ур-Мама, Лу-Баба, Лу-Гула и Каку — управляли Лага-шем, который тогда, возможно, находился под властью одного из своих соседей (Урука?), ведь к тому времени шумерским городам удалось скинуть с себя власть Аккада. В любом случае Лагаш не играл большой роли в политике Шумера того времени.
Эта ситуация изменилась в правление последних шести энси: Ур-Бабы, Гудеа, Ур-Нингирсу, Пиригме, Ур-гара и Наммахани. Мы можем установить время их пребывания на этом посту (см. табл. III). Кроме того, нам известно, что данная должность была наследственной — сын (или зять) получал ее после смерти отца (тестя), благодаря чему образовалась настоящая династия, получившая название II династии Лагаша. Ведь эти люди, подобно представителям I династии Лагаша, сделали свой город столицей всего Шумера.
Несмотря на то что, рассказывая о данном периоде, мы продолжаем употреблять топоним «Лагаш», подразумевается под ним не современная Эль-Хиба, где располагался этот город, являвшийся столицей государства, а Гирсу (ныне Тел-ло). Согласно сведениям, содержащимся в фрагментарном, но поддающемся расшифровке источнике, само государство занимало территорию более 160 гектаров, на которых располагались 17 «основных городов» и восемь «столиц областей», не говоря уже о различных селениях и деревушках (их, судя по дошедшим до нашего времени названиям, было около 40). Это описание позволяет нам составить очень четкое представление о шумерском городе-государстве, представлявшем собой с точки зрения географии настоящую небольшую страну.
Начиная с Ур-Бабы (ок. 2164—2144 до н. э.) правители Лагаша включили в свою сферу влияния бблыпую часть территории Шумера. Ур-Баба не сумел бы сделать свою дочь Эна-непаду верховной жрицей бога Нанны в Уре, если бы этот город не был бы в его власти (вспомним Саргона, назначив
134
МЕСОПОТАМИЯ
шего на этот же «пост» свою дочь). Эриду, находившийся в зависимости от Ура, также должен был признать власть Лагаша. В одной из надписей Гудеа (ок. 2144—2124 до н. э.) сказано, что бог — покровитель Лагаша Нингирсу в составе процессии посещал храмы Эриду, на основании чего можно сделать вывод: они располагались на «подвластной» ему территории. Гудеа и его преемники оставили после себя надписи, где рассказывается о строительстве храмов не только в Уре, но и в Ниппуре, Адабе, Уруке, Бадтибире. Следовательно, к тому времени Лагаш стал господствовать над всем Шумером. Вполне справедливо будет назвать правителей этого города истинными преемниками царей Аккада, хотя их власть распространялась только на территорию Шумера, да и использовали они ее исключительно «по-шумерски».
Начнем с того, что правители Лагаша вернулись к системе городов-государств, характерной для Вавилонии (в особенности для Шумера) до появления там аккадцев. Они носили традиционный скромный титул энси, хотя порой и заимствовали кое-что у аккадских царей. Так, Гудеа назвал себя «богом Лагаша». Однако они были менее амбициозны и импульсивны, чем их выдающиеся предшественники. К примеру, правители Лагаша не предприняли ни одной попытки отправиться в завоевательный поход за пределы Шумера. Правда, в надписи Гудеа упоминается поход против Аншана и Элама, но он, скорее всего, носил оборонительный характер, так как, одержав победу, правитель Лагаша не стал захватывать территорию своих противников.
У нас есть все основания для того, чтобы полагать: энси Лагаша преследовали ту же цель, что и Саргон и его преемники, — они стремились получить монополию на торговлю определенными необходимыми товарами, а в результате — некоторую экономическую независимость. Но достигали этой цели они другими, более характерными для Шумера способами и полагались больше на торговлю, чем на завоевания. Агенты Гудеа побывали там, куда добирались войска Саргона, но при этом они были обычными купцами, не имевшими каких-либо политических целей.
В хранилища Лагаша с юга — из Мелуххи и Магана, Тиль-муна и Губина (возможно, Джебель-эль-Ахдар на южном побережье Омарского залива) — потек поток из камня, древеси
135
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
ны и металлов. Те же товары Гудеа привозили с востока — из Аншана и Элама, а также из расположенного еще дальше горного района Бахтиари, Адамдуна и Аратты; с севера — из Ки-маша и Кагалада (к северу от Джебель-Хамрин), Магды и Бар-ме (в районе совр. Киркука); с северо-запада — из района среднего течения Евфрата и даже из Северной Сирии, располагавшейся выше по течению реки, из Басаллы (упоминается в надписи Шаркалишарри под названием Басар), Тидана (несомненно, располагавшегося неподалеку), Урсу и Эблы в верхнем течении Евфрата и даже с районом в окрестностях горного хребта Аманус. Возможно, Лагашу удалось установить торговые отношения с еще более отдаленными регионами — Менуа, Хаххумом и народами, жившими у горы Урингераз (возможно, имеется в виду склон Таврских гор или даже Каппадокийское нагорье в Анатолии). Иными словами, Гудеа поддерживал торговые связи с теми же районами, что и правители Аккадской державы, только его имя звучало там из уст не солдат, а торговцев. Гудеа даже сумел заключить договор, гарантирующий его людям свободный проход по территории, контролируемой кутиями.
В Лагаш, вероятно, прибывало меньшее количество товаров, чем в Аккад, но обходились они правителям шумерской столицы гораздо дешевле. Ведь для того, чтобы их получать, не нужно было организовывать военные походы или содержать многочисленные гарнизоны, а также громоздкий бюрократический аппарат.
Правителя перестали считать исключительным грозным существом, какими были в глазах подданных Саргон и его преемники. Он, как и прежде, стал простым энси города. При этом город Гудеа был не менее процветающим, чем Аккад, и, возможно, подвергался гораздо меньшей опасности.
Ничто не может так явно свидетельствовать о процветании Лагаша, как масштабы общественных работ, запланированных и осуществленных Ур-Бабой, а затем и (особенно) Гудеа. Представители II династии Лагаша возводили здания в столице, по всей территории своего государства и во многих подвластных им городах. В одной за другой датировоч-ных формулах годы называются в честь какого-то общественного благодеяния. При этом все они не имеют ничего общего с войной — речь идет о сооружении каналов, проведении
136
МЕСОПОТАМИЯ
ирригационных и осушительных работ (2-й и 3-й годы правления Ур-Бабы, 4-й год пребывания Гудеа на посту энси и 3-й — правителя, имя которого не сохранилось), перестройке и восстановлении общественных зданий (4-й год правления Ур-Бабы, 3-й (?) — Гудеа), возведении святилищ в городе (5-й год правления Ур-Бабы, 2-й, 10-й, 14-й и 15-й — Гудеа) и в других местах (6-й год пребывания Ур-Бабы на посту энси).
К числу других событий, достойных увековечивания в да-тировочных формулах, относились изготовление культовых предметов (5-й, 6-й, 7-й (?), 9-й, 11-й и 12-й годы правления Гудеа) и назначение чиновников и жрецов (8-й и 13-й годы правления Гудеа, 3-й, 4-й и 5-й — Ур-Нингирсу, 2-й — Пи-ригме и 2-й год правления неизвестного энси). О тех же мирных, полезных и целенаправленных деяниях говорится в царских надписях. В честь восстановления и освящения Энинну, святилища бога — покровителя города Нингирсу, Гудеа сочинил две длинные поэмы, записанные на глиняных цилиндрах.
Выше уже было сказано о том, что представители II династии Лагаша, особенно Ур-Баба и Гудеа, принесли мир и процветание в город и в Шумер в целом. Теперь следует сказать, что их деятельность также способствовала расцвету искусства и литературы. Сделать это довольно легко, так как до нашего времени сохранилось огромное число артефактов и письменных источников.
Культура этого периода носит исключительно шумерский характер. Использовались шумерские топонимы, а все надписи, а также источники, позволяющие нам судить о повседневном взаимодействии людей, — на шумерском языке. В нашем распоряжении имеются другие тексты, посвятительные надписи на статуях Гудеа и его два цилиндра, ставшие первыми достаточно длинными произведениями, написанными на этом языке. Со времени, предшествовавшего воцарению Саргона, язык изменился, но все еще оставался чистым, «классическим». Литературные произведения сохранили традиционную для Шумера форму, для скульптуры по-прежнему была характерна холодность. Тем не менее во всех сферах культуры прослеживается аккадское влияние. В шумерский лексикон вошло некоторое количество новых слов,
137
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
заимствованных у семитов и писавшихся примерно так же, как и по-аккадски. Из языка, на котором говорили на севере, в шумерский пришел ряд оборотов речи. Резчики по камню и скульпторы заимствовали технику и эстетические каноны у аккадских мастеров. В целом создается впечатление, будто шумерские художники стали терять способность созидать, больше копировали, чем придумывали.
То же — сохранение характерных для Шумера форм, на которые оказывало большое (и все усиливавшееся) влияние аккадское наследие, — относится и к религии. Пантеон и ритуал оставались чисто шумерскими, но религиозное чувство, теологические представления о природе божественной силы и самих богах, очевидно, изменились под влиянием аккадцев.
Таким образом, правителям Лагаша удалось возродить древний Шумер, для которого, однако, стали характерны новые черты, сформировавшиеся под увеличивавшимся аккадским влиянием. Держава погибла, но в сфере культуры Аккад продолжил завоевывать Месопотамию.
После смерти Ур-Нингирсу (ок. 2124—2119 до н. э.) и Пиригме (ок. 2119—2117 до н. э.) Лагаш стал слабеть и терять свою лидирующую позицию, возможно из-за роста влияния Урука. Царем этого города с 2116 по 2110 г. до н. э. был Утухенгаль, восстановивший его власть над югом, причем (по крайней мере, частично) за счет Лагаша. Нам известно, что в начале своего правления он захватил Ур и назначил правителем этого города одного из своих военачальников, которого звали Ур-Намму и которому суждено было через некоторое время стать более великим царем, чем его господин.
8.	Изгнание кутиев
Однако именно Утухенгаль сумел изгнать кутиев, одержав победу над их последним правителем — Тириканом. Об этом говорится в «надписи», по сути являющейся литературным произведением начала 2-го тыс. до н. э. Подробности, приведенные в этом источнике, не важны для нас, но, судя по его тексту, решающая битва состоялась на севере Шумера, то есть
138
ЗАПАДНАЯ АЗИЯ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ВАВИЛОНИИ
на южных рубежах территории, которую контролировали кутии. В данном источнике они названы «горными драконами», а его автор обвиняет их в том, что они подвергли Шумер опасности. Возможно, в данном случае речь идет о продвижении на юг Тирикана, решившего захватить там районы, которые правители Лагаша, ставшего в правление Ур-гара (около 2117—2113 до н. э.) и Наммахани (около 2113—2109 до н. э.) еще более слабым, больше не могли защищать, а цари Урука еще не успели вернуть себе. Единственное, в чем мы можем быть уверены, — это то, что примерно в 2110 г. до н. э. кутиев изгнали из Шумера раз и навсегда. Однако сам освободитель страны Утухенгаль не сумел удержать в своих руках власть длительное время. Его бывший военачальник Ур-Намму вскоре заставил его уйти с исторической сцены. Следующим пал Наммахани, последний энси Лагаша. В истории Месопотамии начиналась новая эра.
ЗАПАДНАЯ АЗИЯ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ВАВИЛОНИИ
В начале этой главы было сказано, что наше знание истории данного периода во многом «месопотамоцентрично» и имеющихся в нашем распоряжении источников, рассказывающих о жизни других регионов, крайне мало. Несколько страниц, посвященных данной теме и приведенных ниже, только подтвердят этот вывод.
1.	Юг. Восточное побережье Аравии
О Мелуххе, упоминаемой в аккадских источниках, мы ничего не знаем, за исключением названия. Вероятно, эта страна располагалась на южном побережье Индии. Губин, Маган и Тильмун, о которых также говорится в этих текстах, очевидно, находились на берегах Оманского залива, в самом Омане и на островах Бахрейна. Из этих стран привозили добывавшиеся там из «дыр» (то есть на рудниках) «черный камень» (базальт?), «драгоценный металл» (золото?) и медь. В правление Нарам-Суэна по крайней мере в Магане правил один «господин» (эн), которого звали Маниум.
139
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
2.	Восток. Западный Иран (Элам)
Чуть больше мы знаем об этой древней стране, одновременно противнике и подражателе Вавилонии. Она состояла из нескольких частей: Шериху (Шерику) простиралась вдоль Персидского залива, чуть дальше в глубине страны находился Аншан, сам Элам лежал к востоку от Шумера, а дальше на север, в горах Луристана, Захара и Варахше (Барахше, позднее — Мархаши), которая, вероятно, являлась отдельным и независимым государством.
В каждом из этих районов находилось несколько городов, правители которых называли себя царями. Города всего региона, очевидно, были объединены под властью наиболее могущественного из них. В аккадский период ведущим городом, вероятно, был Аван (возможно, современный Шуштар). В литературной традиции начала 2-го тыс. до н. э. упоминается «династия Авана», в которую входили 12 царей и которая была основана неким Пели (?). Имена некоторых из этих правителей упоминаются в других источниках. Восьмой, Лух-хишан (ок. 2300 г. до н. э.), был современником Саргона Аккадского. Саргон называет его «царем Элама» и упоминает нескольких зависимых от него правителей, а также его союзников из страны Варахше (во главе которой стоял собственный царь). Очевидно, Луххишана силой вынудили признать власть Саргона, и господство Аккада над Аваном продолжалось, несмотря на постоянные восстания, многие из которых были жестоко подавлены, вплоть до времени правления На-рам-Суэна. Последний, возможно, ближе к концу своего царствования был вынужден договариваться с народом, ставшим более влиятельным и менее покорным. В нашем распоряжении имеется табличка, на которую нанесены 12 колонок текста, написанного на эламском языке, где говорится о договоре, заключенном Нарам-Суэном с правителем Авана (вероятно, Хитой, предпоследним представителем династии) примерно в 2220 г. до н. э.
Гораздо больше мы знаем о последнем представителе династии Авана в основном благодаря сделанным по его приказу надписям. Его звали Кутик-Иншушинак. Возможно, именно этот человек около 2200 г. до н. э., то есть в правление Шаркалишарри, вернул своей стране независимость. Он про
140
ЗАПАДНАЯ АЗИЯ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ВАВИЛОНИИ
водил весьма активную политику, в частности расширял территорию своего государства, строил здания и упорядочивал жизнь подданных. Можно ли утверждать, будто он прямо или косвенно лишился своей власти после появления кутиев? В любом случае Кутик-Иншушинак — последний в списке царей Авана. В период владычества кутиев Элам контролировали цари Симаша, расположенного к северу от Сузианы, недалеко от Варахше. В нашем распоряжении имеется письменный источник, в котором содержится краткое описание похода в Элам, предпринятого Гудеа. Однако мы больше ничего не знаем об истории этой страны в данный период.
Упомянутые нами надписи, а также многие другие источники, включая хозяйственные, были, помимо всего прочего, обнаружены в Сузах. Наряду с результатами многочисленных археологических исследований они позволяют нам составить представление о цивилизации Элама, оказавшейся весьма специфичной. Начнем с того, что язык, на котором разговаривали жители этой страны, не похож ни на один из известных нам и его грамматика и лексика до сих пор до конца не изучены. Письменность Элама (по крайней мере, использовавшаяся там первоначально) также весьма своеобразна и представляет собой пиктографическое письмо, сформировавшееся под влиянием шумерского, но в то же время имеющее свою специфику. Пока мы не можем прочитать подобные тексты.
Под влиянием Аккада жители Элама отказались от этой письменности, заменив ее клинописью, адаптированной (с некоторым упрощением) к фонетике эламского языка. Древнейшим источником, написанным на этом языке и поддающимся чтению, является фрагмент надписи, найденной недалеко от Бушира. Он был составлен за столетие до правления Саргона, уже является клинописным и представляет собой договор, заключенный между Нарам-Суэном и Хитой. Кутик-Иншушинак периодически использовал древнюю местную письменность, возможно для того, чтобы обратить внимание на вновь обретенную независимость своей страны, но он оказался последним правителем, делавшим это. Сам он, очевидно, предпочитал при составлении надписей клинопись, а иногда даже использовал аккадский язык.
Подобное аккадское влияние прослеживается во всех сферах жизни. В упомянутом выше договоре в качестве свидете
141
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
лей призываются эламские боги (они составляли пантеон, во главе которого, очевидно, стояла богиня Пиникир), но среди них встречаются несколько аккадских божеств. Богом — покровителем Суз был Иншушинак, имя которого имеет шумерское происхождение. Для культовой архитектуры и ритуала Элама также характерны черты, заимствованные из Месопотамии. Культура Элама на протяжении длительного времени находилась в зависимости от его западного соседа, значительно усилившейся в аккадский период.
3.	Северо-восток. Загрос
Эти дикие места населяло множество народов. Выше мы рассказали то немногое, что известно нам о кутиях. О лул-лубеях, которые, возможно, были очень близкими их соседями, мы знаем еще меньше. Ими также правили «цари». Один из них, Анубанини, вероятно, жил чуть позже событий, описываемых в этой главе, но в принадлежащей ему надписи говорится о том, что луллубеи, враги Аккада, завоеванные Нарам-Суэном (по крайней мере, об этом сказано в его знаменитой стеле), также, очевидно, оказались под влиянием Аккада. Они заимствовали у своих соседей не только язык и письменность, но и значительную часть их пантеона.
4.	Север. Ассирия
Вся Верхняя Месопотамия, вплоть до гор Курдистана, была захвачена царями Аккада и оказалась под таким сильным воздействием этого государства, что начиная с данного периода все эти территории образовали единое культурное и политическое пространство, которое прежде ограничивалось их южной частью. Саргон и его преемники удвоили зону влияния месопотамской цивилизации, а значит, и ее мощь и степень влияния на окружающие регионы. Как было сказано выше, аккадские цари строили здания в Ашшуре и Ниневии, принеся этим городам значительную пользу. В частности, в нескольких километрах от Ниневии Римуш основал город, названный в его честь. В Гасуре (позднее называвшемся
142
ЗАПАДНАЯ АЗИЯ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ВАВИЛОНИИ
Нузи), расположенном восточнее, в районе современного Киркука, был найден архив глиняных табличек, свидетельствующих о том, что местные жители (по крайней мере, частично) были аккадцами. Можно предположить, что наряду с оседлым населением в данном регионе жили полукочевые семитские племена. В Ашшуре было обнаружено лезвие кинжала с посвятительной надписью «слуги» Маништушу по имени Абазу. То же имя встречается в найденном в Хорса-баде списке ассирийских царей. Он является тринадцатым из семнадцати ранних правителей, «живших в палатках». Отождествив этих двух людей (хотя некоторые исследователи, возможно справедливо, возражают против этого), мы сумеем доказать, что членами племен кочевников, скитавшихся между городами Верхней Месопотамии, были будущие завоеватели всего Ближнего Востока.
5.	Северо-запад
Это очень обширный и во всех отношениях сложный регион. Для того чтобы сделать рассказ о нем более подробным, мы разделим его на части и поговорим о каждой из них.
А. Мари, крупный город с семитским (по большей части) населением, но в то же время находящийся под заметным влиянием Шумера, существовал на протяжении довольно длительного времени. Там говорили на аккадском и писали клинописью. Во всех сферах жизни, включая культуру и религию, Мари развивался под заметным влиянием Вавилонии. Цари Аккада, понимавшие, насколько важную стратегическую и политическую роль он играл, захватили его и удерживали под своим контролем. Об ожесточенном сопротивлении жителей Мари Саргону и последующих мерах, предпринятых завоевателем, свидетельствует факт разрушения части города в тот период. После захвата Мари туда, как обычно, были направлены представители Аккада. В частности, там жили две дочери Нарам-Суэна: Мекиббар и Шум-сани, по меньшей мере вторая из них была жрицей (возможно, верховной) Шамаша.
Возможно, как и в более поздний период, Туттул, расположенный южнее на берегу Евфрата, уже входил в состав
143
Глава 3. ПЕРВАЯ ДЕРЖАВА СЕМИТОВ
государства Мари, когда оно было захвачено Саргоном. Он называет этот город важным центром культа Дагана. Так как Саргон писал, что Даган Туттула сделал ему подарок — всю «Верхнюю страну», можно предположить: завоеватель считал всю территорию от этого города до севера Сирии единым религиозным (а возможно, и этническим) пространством.
Б. «Верхняя страна» простиралась, таким образом, от верхнего колена реки Хабур до Средиземного моря. На этой территории жили по большей части семиты, считавшие ее своей родиной. Захватив Мари, правители Аккада завоевали всю «Верхнюю страну». Следы их присутствия были обнаружены в Телль-Браке, Чагар-Базаре и еще выше — в Диярбакыре. В принадлежащих им надписях перечисляются ключевые города, повелителями которых они стали: Эбла, Арман, а также, несомненно, Апишал, расположенный в верхнем течении Евфрата, Ярмути и Уллис (вероятно, на побережье Средиземного моря). К этому перечню можно добавить находившиеся по соседству города, названные Гудеа прекрасно подходящими для торговли: Урсу, Менуа и Хаххум (выше говорилось, что по меньшей мере два последних могли располагаться западнее). К сожалению, этот список топонимов — все, что мы знаем об истории данного региона. К нему мы можем добавить только имя «царя» Армана — Риш-Адад, упомянутое Нарам-Суэном. Можно предположить, что всем этим городам принадлежали окрестные территории разного размера и что все они воевали друг против друга, при этом заключая друг с другом союзы. Однако доподлинно нам это неизвестно.
Кое-что мы, однако, об этнографии данного региона знаем. Первоначально там жил один (или несколько) народ неизвестного происхождения. От того времени сохранились древнейшие топонимы, не соответствующие ни одному из известных нам языков. Но в рассматриваемый нами период подавляющее большинство населения данной территории было семитским, и такая ситуация сохранялась на протяжении продолжительного периода времени. Как было сказано выше, в этом регионе жили предки Саргона (как и все аккадцы до того, как они поселились в Месопотамии). Чуть позже в Северной Сирии и на северо-западе Месопотамии появилось другое племя семитов. В датировочной формуле Шаркалишарри говорится, что он был вынужден сражаться
144
ЗАПАДНАЯ АЗИЯ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ВАВИЛОНИИ
в районе современного Джебель- Бишри с амурру. Вероятно, тогда они уже представляли угрозу для самой Месопотамии. Возможно, по большей части они продолжали вести полукочевой образ жизни, но их ждало великое будущее — амурру было суждено стать владыками всего Плодородного полумесяца, от Иерусалима до Вавилона. Следуя библейской традиции, мы будем называть их амореями.
В источниках, датируемых последними годами аккадского периода, впервые упоминается еще одно племя, на этот раз не имеющее семитского происхождения, которому судьбой было уготовано обрести в следующем тысячелетии величие. Именно тогда к северным границам «Верхней страны» подошли хурриты, двигавшиеся, вероятно, с севера или востока. В районе современного Мардина они заняли или основали несколько городов, в частности Уркиш, Навар и Кархар (Каркар). Об этом нам известно из надписей, в которых встречаются хур-ритские имена (а некоторые из этих источников написаны на хурритском языке). Тот факт, что часть этих надписей написана клинописью, причем на аккадском языке, свидетельствует о распространении влияния Месопотамии даже сюда — на край цивилизованного мира. Причиной этого воздействия, несомненно, было аккадское завоевание.
Дело в том, что там, как и по всей Западной Азии, Аккадская держава не только переплавила месопотамскую цивилизацию в своей собственной литейной форме, но и создала культурную общность народов, живших во всех окрестных регионах, которой предстояло существовать и развиваться на протяжении нескольких последующих столетий. Таковыми были основное достижение и наследие созданного Саргоном царства со столицей в Аккаде.
Глава 4
III ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
ПРОИСХОЖДЕНИЕ
Первая великая держава, созданная в Месопотамии, государство Саргона Аккадского, столкнулась с трудноразрешимыми проблемами, связанными с нехваткой ресурсов. Площадь родины аккадцев была невелика, а их человеческие ресурсы оказались ограниченны. Верхушка державы Саргона, не обладающая соответствующим опытом, оказалась не готовой к управлению столь большим государством. Территория, которую Аккад пытался объединить под своей властью, на протяжении многих веков (с начала существования здесь цивилизации) была разделена на несколько отдельных независимых государств. Его политика переживала взлеты и падения, связанные с действием различных объединяющих и разобщающих сил. Жили на территории данного государства шумеры и семиты, кочевники и обитатели городов, являвшиеся приверженцами различных традиций и двух прямо противоположных друг другу образов жизни. И столь неоднородным населением пытался править аккадский царь.
Помимо этого, Саргон и его преемники должны были с помощью аккадского войска защищать от внешних и внутренних врагов территорию, гораздо большую, чем современный Ирак. Для того чтобы сохранять над ней контроль, правители были вынуждены предпринять ряд шагов, в том числе превратить энси в наместников и назначать на эту должность «сынов Аккада». Выше уже говорилось о том, к какому результату это привело: постоянные восстания были проверкой державы на крепость, которую она не прошла, а вскоре ее слабость стала очевидна. Однако возникла
146
ПРОИСХОЖДЕНИЕ
сама идея о возможности существования единого сильного государства, воспринятая впоследствии шумерами и ку-тиями.
Данная глава посвящена III династии Ура (именно под этим названием вошедшие в нее правители объединены в Шумерском царском списке) и державе, созданной ею в Месопотамии. Администрация этого государства во многом была обязана опыту, который шумерские писцы накапливали на протяжении нескольких столетий. Однако Аккаду пришлось управлять гораздо более обширной территорией. Письменные источники по истории Месопотамии данного периода слишком немногочисленны и не позволяют делать какие-либо выводы об использовавшихся для этого методах. Следовательно, мы не можем определить, чем бюрократическая машина времени правления III династии Ура была обязана своим предшественникам; понять, была ли строгая централизация, достигнутая в исследуемый нами период, с ее идеально выстроенным документооборотом, позаимствована у слуг царей Аккада. Однако, насколько нам известно в настоящее время, во время правления Саргонидов административный аппарат был гораздо менее развит.
Однако превращение правителя в бога — защитника своей страны, несомненно, является заслугой царей Аккада, взятой на вооружение представителями III династии Ура и приведшей к обожествлению царского сана.
Шумер, частично распавшийся на изначально существовавшие города-государства, частично оказавшийся под властью Лагаша, сумел достичь modus vivendi с кутиями. Аккад и Северная Вавилония, очевидно, оказались в значительной степени зависимыми от них. Во главе кампании против этого иноземного владычества встал шумерский город Урук. Его царь Утухенгаль победил чужеземного правителя Тирикана и его полководцев Ур-ниназу и Наби-Энлиля. С тех пор кутии перестали играть какую-либо роль в истории Месопотамии.
Разбив иноземцев, Утухенгаль решил расширить свои владения и принял титул «царь четырех сторон света», напоминающий о погибшей державе. Несмотря на устремления Утухенгаля, его семилетнее правление оказалось в тени достижений царя, ставшего его преемником.
147
Центральная и Южная Вавилония: конец 3-го — начало 2-го тыс. до н. э.
УР-НАММУ (2111—2094 ДО Н. Э.)
УР-НАММУ (2111-2094 ДО Н. Э.)
Во времена вторжения кутиев во главе Ура стояли энси, периодически захватывавшие власть в Лагаше. В правление Утухенгаля некий Ур-Намму был назначен шагином (военным или обычным наместником) Ура. Путь Ур-Намму от военного поста к трону напоминал тот, который впоследствии пройдет правитель Исина Ишби-Эрра. Каким-то образом военачальник Ур-Намму сверг царя Урука. В Шумерском царском списке о потере этим городом власти говорится следующее: «Когда Урук был повержен (в сражении), престол был перенесен в Ур». Но это стандартная формула, применявшаяся в царском списке для обозначения смены династии, поэтому нам она ничего не говорит.
Став царем, Ур-Намму основал новую династию, представитель которой, желая сделать свою власть более легитимной, стремился доказать свою связь с Уруком и его древними героизированными правителями. Каждый царь Ура называл себя «сыном, рожденным Нинсун», божественной матерью Гильгамеша, или «братом Гильгамеша». Лугальбанда, земной супруг Нинсун, который, подобно Гильгамешу, был героизирован после смерти, считался мифологическим прародителем правителей Ура. Вероятно, это было больше, чем попыткой нажиться на исторической роли Урука или связать себя с династией Утухенгаля. Возможно, сам Ур-Намму происходил из этого города. В те времена Урук был резиденцией цариц — представительниц III династии Ура. В хозяйственных текстах, содержащих пометку «вместо царицы», речь идет именно о нем. Город Утухенгаля в державе, которой правили представители III династии Ура, занимал особое положение.
В истории Вавилонии неоднократно случалось так, что некий чиновник захватывал престол и переносил столицу страны в другой город. Так поступили бывший виночерпий правителя Куша Саргон Аккадский; Ишби-Эрра, военачальник, восставший против правителя Ура Ибби-Сина и перенесший столицу в Исин. Ур-Намму стал третьим в этом перечне. Он стал независимым царем Ура, но ему не удалось тотчас же свергнуть своего прежнего повелителя. Первые годы правления Ур-Намму отстоят по времени от последних
149
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
лет царствования Утухенгаля. Так, в одном из источников третий год пребывания Ур-Намму на престоле описан следующими словами: «Царь Ур-Намму направил свои стопы снизу доверху». Этот текст датируется 8-м или 9-м годом царствования Утухенгаля. В нем также содержится намерение нового правителя распространить свою власть на север.
В следующем году «сын Ур-Намму был назначен жрецом-эном Инанны в Уруке». Следовательно, к этому времени Урук уже вошел в состав владений нового правителя. «Корабли Магана и Мелуххи возвращены в руки бога Нанны» — так назван один из первых годов правления Ур-Намму, что свидетельствует о восстановлении роли Ура во внешней торговле, весьма прибыльном занятии, приоритет в котором ранее принадлежал Лагашу. Возможно, это стало следствием победы, одержанной Ур-Намму над Наммахани, энси Лагаша, упомянутой в предисловии к разработанному им своду законов.
Надписи Ур-Намму, к сожалению недатированные, были найдены в Уре, Эриду, Уруке, Лагаше, Ларсе, Адабе и Нип-пуре. Из текста на пограничном камне мы узнаем, что местность, расположенная к северу от Ниппура и ставшая частью Аккада, также оказалась под властью правителя Ура. В литературных памятниках говорится о победе над кутиями, но к этим сведениям следует относиться скептически. Однако то, что границы владений Ур-Намму вышли за пределы Вавилонии, несомненно. Его имя найдено в Телль-Браке и в верховьях Хабура.
Создав новую державу, Ур-Намму взял себе и новый титул — «царь Шумера и Аккада», который стал первым кратким словесным выражением того, что множество народностей, живших в Вавилонии, теперь оказались обитателями единого государства.
С точки зрения географии словосочетание «Шумер и Аккад» подразумевает Северную и Южную Вавилонию, а также местность в нижнем течении реки Диялы. С этнической точки зрения ситуация, сложившаяся в те времена в данном регионе, напоминает современную: аккадцы больше не были вынуждены ограничиваться севером территории, но большинство населения южных областей продолжало говорить на шумерском языке.
150
УР-НАММУ (2111-2094 ДО Н. Э.)
Сведения о достижениях Ур-Намму в области государственного управления содержатся в двух источниках, которые дошли до нашего времени в виде копий, созданных в ранневавилонский период. Однако никаких сомнений в их подлинности у нас нет. «Кодекс Ур-Намму» сохранился лишь фрагментарно. Большая часть этого судебника, как и более поздние законы правителей Западной Азии, представляет собой набор условных предложений следующего содержания: «Если человек (поступит так-то), ему следует (понести определенное законом наказание, возместить такие-то убытки и т. д.)».
Основной части кодекса предшествует длинное предисловие, в котором, помимо всего прочего, содержится восхваление царя за то, что он озаботился об установлении правосудия в своей стране, и упоминаются различные события. Важная с точки зрения идеологии фраза «установил правосудие в стране» впоследствии снова появилась в кодексах правителя Исина Липит-Иштара, Хаммурапи и датировоч-ных формулах царей ранневавилонского периода. Мы не знаем, была ли эта фраза во времена Ур-Намму связана с прощением долгов (по крайней мере, в кодексе правителя Вавилона Амми-Цадуки (1646—1626 до н. э.) она приобрела именно такое значение).
Немногочисленные сохранившиеся фрагменты текста судебника в значительной степени походят на более поздние кодексы, где также содержатся, например, положения об испытании водой и о последствиях нанесения телесных увечий. Таким образом, кодекс Ур-Намму стал первым в череде законодательных актов. Однако здесь не идет речь о кодификации законодательства в том смысле, который мы вкладываем в это понятие сейчас. Как будет сказано ниже, древние ближневосточные кодексы заметно отличаются от современных.
Вторым важным источником, составленным во времена Ур-Намму и посвященным его деятельности в сфере государственного устройства, является надпись на пограничном камне, в котором устанавливаются территории четырех областей к северу от Ниппура: Шид-таба, Абиака, Марада и Акшака (?). (Вероятно, они были административно-территориальными единицами державы Ур-Намму.) Раздел, посвященный каждой из областей, заканчивается словами: «Ур-Намму закрепил поле бога X за богом X». Таким образом,
151
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
царь подтвердил древнее представление о том, что истинным владельцем территории города является божество. Вполне возможно, что в период правления кутиев, когда в стране царила неразбериха, эти области спорили друг с другом из-за местонахождения границ, а при Ур-Намму было проведено обследование местности, призванное разрешить данный конфликт, результаты которого были зафиксированы на пограничном камне. Границы пролегали по руслам рек и каналов, а также вдоль линий, обозначенных какими-либо значимыми объектами (например, крепостями или храмами), и подробно фиксировались. Каждая из этих столь тщательно описанных местностей, несомненно, представляла собой отдельную область, во главе которой стоял энси. Нам неизвестно, делались ли подобные инспекции и в других частях царства Ур-Намму.
О том, что царь стремился совершенствовать административный аппарат, свидетельствует его активная деятельность по приведению в порядок старых каналов и рытью новых. Они служили артериями, по которым жизненно важная вода попадала на поля, а также, наряду с реками, основными путями сообщения. Перевозка всех тяжелых грузов и войск осуществлялась по воде, с помощью лодок.
Одним из наиболее выдающихся достижений Ур-Намму, производящих особое впечатление на потомков, стали результаты его строительной деятельности. На протяжении всего своего правления этот царь занимался обновлением старых общественных зданий и возведением новых. Храмы и связанные с ними отдельно стоящие постройки нуждались в постоянном ремонте, так как, подобно всем остальным сооружениям в Вавилонии, были построены из кирпича-сырца, сильно подверженного погодному воздействию и быстро изнашивающегося. Ремонтные работы в таких крупных сооружениях, как храмовые комплексы, были приоритетной задачей, но на них требовались огромные средства, поэтому позволить себе их могли только сильные правители. Из-за этого в период господства кутиев многие храмы оказались в состоянии упадка.
Ур- Намму решил исправить ситуацию. Свершения этого правителя, продолженные его сыном Шульги, увековечены в многочисленных строительных надписях. Отдельное внима
152
УР-НАММУ (2111-2094 ДО Н. Э.)
ние он уделял своей столице — Уру, Уруку и священному городу Ниппуру. Именно Ур-Намму придал расположенному в Уре зиккурату бога луны Нанны, а также зиккурату в Уруке их окончательный облик. Как архитектурная форма зиккурат представляет собой огромную квадратную башню, которая сужается кверху. На ее вершине находилась плоская терраса со святилищем («высокий храм»). Происходит зиккурат от архаического террасного храма. Благодаря существованию обычая, в соответствии с которым новые храмы строились на продолжавших считаться священными руинах старых, подобные здания становились все более высокими, и одна терраса устанавливалась на другую. Однако в правление III династии Ура (а возможно, и раньше) это бессистемное увеличение высоты строения стало моделью для строительства огромных башен, которые теперь стали проектироваться и возводиться как единое целое. Вполне вероятно, что это произошло уже в аккадскую эпоху, но в нашем распоряжении нет археологических данных, способных подтвердить или опровергнуть данное предположение.
Одним из лучших образцов скульптуры того времени стала стела Ур-Намму, найденная на руинах храма Нанны в Уре. На ней изображена так называемая сцена представления, которая впоследствии постоянно повторялась на цилиндрических печатях. Божество-покровитель представляет царя (а на печатях — любого верующего) и просит за него одного из верховных богов, сидящего на троне. Этот памятник свидетельствует о том, что искусство резьбы по камню достигло нового уровня своего развития, однако по сравнению с искусством, характерным для аккадского периода, ему не хватает творческой новизны и разнообразия используемых мотивов.
Ур-Намму и его преемники стали излюбленными персонажами шумерских авторов. Так, в «Путешествии Ур-Намму в загробный мир» описывается прибытие покойного правителя в «землю без возврата», где он располагает к себе божеств подземного мира, включая Гильгамеша, сделав им роскошные подарки. Тогда же появился новый литературный жанр — царский гимн. В отличие от более ранних сходных произведений его автор обращается не к богам от имени царя, а к самому царю. Это отличает такие гимны от адресованных
153
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
к богам и существовавших (по крайней мере, известных нам) со времен Гудеа, в которые в лучшем случае вставлялась молитва за правителя. Соответственно, представители III династии Ура занимали особое положение, причем не только в литературных произведениях, но и, как будет показано ниже, в жизни.
ШУЛЬГИ И ЕГО ПРЕЕМНИКИ
1.	Статус царя
Государство, которым правили представители III династии Ура, представляет собой абсолютную монархию. Власть царя была ничем не ограничена. Однако это значит не то, что на него не могли повлиять его советники, а то, что он не обязан был к ним прислушиваться. Правитель просил совета прежде, чем предпринять какое-то действие, но не у людей, а у богов. Так, некоторых верховных жрецов выбирали и назначали только после изучения царем печени жертвенного животного.
Гадание по печени животных — постановка вопросов и получение предзнаменований при изучении отметок на печени овцы, принесенной в жертву богам, — было одной из наиболее характерных черт религии Вавилонии. В сохранившихся до нашего времени гадательных текстах, датируемых древневавилонским периодом, говорится, что правитель, как и любой простой смертный, мог задать прорицателю (специальному жрецу, способному интерпретировать отметки) вопрос, стоит ли совершать тот или иной поступок, относящийся к любой сфере общественной и частной жизни.
Царь был верховным судьей, возглавлял все ветви власти и являлся единоличным повелителем страны как в мирное, так и в военное время. Престол передавался по наследству. Правитель находился в самом центре системы управления государством, что свидетельствует о жесткой централизации власти во всей державе, управлявшейся III династией Ура. Несмотря на то что в реальности энси обладали довольно широкими полномочиями, к примеру председательствовали в местных судах, они не имели права принимать политиче
154
ШУЛЬГИ И ЕГО ПРЕЕМНИКИ
ские решения без одобрения сверху. Каждый из них был уполномоченным представителем царя и занимал свой пост для того, чтобы тот был доволен. Храмовое строительство было прерогативой царя; энси могли возводить только святилища, в которых отправлялся культ самого обожествленного правителя.
Обожествление было наиболее ярким выражением особого положения царя. К этой практике, впервые опробованной в правление в Аккаде Нарам-Суэна, затем прибегнул и Шульги. Свои имена с детерминативом, использовавшимся для обозначения божества, писали и цари, правившие до и после Хаммурапи. Обожествление правителя, однако, не значило, что он приравнивался к богам, входившим в общегосударственный пантеон. Он становился одним из менее значительных божеств — защитников страны. В шумерском языке под словом «бог», употребленным в единственном числе, понимался личный покровитель человека, который должен был ходатайствовать за своего подопечного перед недостижимыми главными божествами.
Несмотря на эти ограничения, обожествление царя играло в обществе огромную роль. Возводились многочисленные святилища, где отправлялся его культ, ему приносили жертвы. В различных частях страны поклонялись своему, местному божеству — «Шульги Уммы» или «Амар-Суэне Кадин-гирры». Имя царя, подобно тем, которые носили космические божества, стало частью личных теофорных имен (например, «Шульги — жизнь страны Шумер»),
В обожествлении царя имелась еще одна составляющая, из-за которой перед нами встает вопрос, на который мы пока не в силах ответить. Речь идет об отождествлении обожествленного правителя с Думузи (Таммузом), божественным возлюбленным Инанны (Иштар), и сопряженном с ним таинстве священного брака. Впервые в этом обряде принял участие правитель Исина Иддин-Даган (1974—1954 до н. э.) (по крайней мере, о более ранних подобных случаях нам ничего не известно). В письменных источниках, посвященных данному событию, сказано, что царь в качестве Ама-ушум-галя (имя Думузи) вступил в брак с богиней Инанной. В религиозных текстах, датируемых древневавилонским периодом, имена представителей III династии Ура и правителей
155
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
Исина стоят бок о бок с именами и эпитетами Думузи. Таким образом, можно сделать вывод о том, что этот обряд был известен уже в годы правления III династии Ура.
В настоящее время нам неизвестно, какую роль в стране играл суккаль-мах, великий визирь. Перевод этого термина носит условный характер: «суккаль» дословно переводится как «посланник», «вестник». Наиболее известной личностью, занимавшей этот пост, был Урдунанна, который, однако, мог значительно отличаться от других суккаль-махов, так как одновременно имел несколько должностей. Суккаль-мах мог оказывать влияние на выносимые судом решения. В правление представителей III династии Ура он не зависел от местных энси и занимал равное им (или даже более высокое) положение. Это, однако, не значит, что он был равен царю или принимал за правителя решения. В нашем распоряжении нет источников, свидетельствующих об этом. В Лагаше Наммахани, последнему независимому энси, поверженному Ур-Намму, служил суккаль-мах Ур-абба, впоследствии сохранивший свой пост и работавший уже на победителя. Но этот факт, единственный в своем роде, также не свидетельствует о том, что данный институт происходил из Лагаша и был использован представителями III династии Ура, разрабатывавшими способы управления быстро формировавшейся державой.
2.	Военное дело и отношения с другими государствами
На первый взгляд кажется, будто представителям III династии Ура (в отличие от правителей Аккада) не приходилось сражаться за целостность своей державы. В источниках говорится, что военные силы использовались исключительно за пределами ее границ и до правления Ибби-Сина никаких волнений внутри страны не было. Однако мы не можем быть уверены в том, что Шульги на протяжении всех сорока восьми лет (2093—2046 до н. э.), в течение которых он правил державой после смерти своего отца, умудрялся сохранять в ней мир. Источники, рассказывающие о его царствовании до 22-го года, крайне немногочисленны. Картину всеобщего благополучия и процветания описывают тексты, относящи
156
ШУЛЬГИ И ЕГО ПРЕЕМНИКИ
еся ко второй половине правления Шульги. В датировочной формуле, относящейся к 20-му году его царствования, говорится: «Год, когда жители Ура были обязаны службой лучников». Причиной мобилизации населения столицы могло быть восстание где-то на территории страны. Однако, судя по источникам, относящимся к 22-му году правления Шульги, он сумел сохранить власть над своими владениями.
Шульги снова стал использовать титул «царь четырех сторон света», добавив его к отцовскому эпитету «царь Шумера и Аккада». Он также был обожествлен при жизни. (Имя Ур-Намму в шумерских текстах, естественно, тоже выписывалось с детерминативом бога, но эта честь была оказана ему уже после смерти.)
Шульги оправдывал свое стремление к полной власти, организуя военные походы в регионы, граничившие с Вавилонией на севере и северо-западе: Симуррум, располагавшийся в бассейне Нижнего Заба; Ганхар в районе современного Киркука; земли племени луллубеев, недалеко от современной Сулеймании; город Аншан на территории Ирана (к востоку от современных Керманшаха и Хусейнабада); Урбилум, или Арбилум, современный Эрбиль; Кимаш, находившийся возле Симуррума. Походы в эти и другие страны и города, конечно, оказались победными — ведь в текстах не говорится о поражениях, даже если они имели место. Их цель заключалась в обеспечении защиты существующих и создании новых торговых путей, столь необходимых такой стране, как Вавилония, находящейся в значительной зависимости от ввоза сырья. Еще одной задачей являлась защита от вторжений соседних племен, которые к тому времени начали угрожать стране. Наиболее опасными из них были хурриты, появлявшиеся в Северной Месопотамии начиная с аккадского периода. За то, что они не вторглись в саму Вавилонию и не подчинили равнину своей власти, следует благодарить Шульги и его преемников.
В шумерской литературе сохранились косвенные свидетельства об этих войнах. Так, в одном из мифов говорится о походе богини Инанны в горную страну Эбех (Джебель-Хам-рин). В упоминании в эпосе о путешествии на «Кедровую гору», которое предпринял Гильгамеш, чтобы сразиться с Хумбабой, горной страны Хуррум, очевидно, отразилось вос
157
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
поминание о борьбе представителей III династии Ура с хур-ритами на севере страны.
Однако нашим основным источником, рассказывающим о войнах, в которых участвовал Шульги, являются датировочные формулы, содержащие лишь лаконичные описания (к примеру, «Урбилум разрушен»). Второй преемник Шульги, Шу-Суэн (2036—2028 до н. э.), приказал вырезать более содержательные надписи. Во время его походов иноземных царей и энси (здесь шумерским титулом названы чужеземные правители) взяли в плен, и караван ослов повез золото в святилища Ниппура. Благодаря данным сведениям нам становятся понятны политические и экономические причины этих кампаний.
В этот период появилась практика перемещения населения завоеванных территорий, которая станет характерной для данного региона в более поздние эпохи. Поселение таких военнопленных быстро выросло неподалеку от Ниппура. Его жители были обязаны трудиться на общественных работах.
Все же в источниках говорится только о победах. Факт сокрытия поражений не должен удивлять нас. Если они не достигали катастрофических масштабов, то не интересовали авторов месопотамских текстов. Однако в правление Шу-Суэна такая угроза наступила. Этот правитель построил стену длиной в двадцать шесть «двухчасовых» переходов, отходившую от канала Абгал, расположенного на севере Вавилонии. Мы не знаем, где именно она находилась, но цель ее возведения совершенно ясна. В некоторых письменных источниках она названа «стеной марту», в других — «стеной марту, сдерживающей тиднум». Тиднумы, они же диданы, — это одно из многочисленных племен кочевников-семитов, которые в шумерских текстах названы одним словом — «марту». С помощью этой и других мер Шу-Суэн удерживал марту на расстоянии, однако вскоре они сумели разрушить державу.
Если война обещала быть неудачной или не окупилась бы, представители III династии Ура прибегали к дипломатии — стремились переманить иноземных царевичей на свою сторону с помощью браков. Дочь Шульги на 18-м году его правления «была поднята в место царицы Мархаши», расположенное на территории современного Ирана, к востоку от Диялы и к северо-западу от Элама и называвшееся в источниках аккадского периода Варахше. Энси Аншана на 31-м году царство-
158
ШУЛЬГИ И ЕГО ПРЕЕМНИКИ
Дания Шульги женился на другой его дочери. Правда, этот Союз оказался не очень удачным: на 34-м году своего правления правитель Ура уничтожил этот город. В царствование Иб-би-Суэна энси Забшали вступил в брак с его дочерью.
Мы мало знаем о том, как в правление III династии Ура была организована армия. Очевидно, большой разницы между военной и гражданской службой в те времена не было, так как военные звания иногда совпадают с названиями чиновничьих должностей. Словом эрен на шумерском языке называли человека, пригодного к выполнению личных повинностей. Речь идет о лично свободном населении, мобилизованном для выполнения определенных задач — сооружения и ремонта дамб и каналов, строительства храмов, перевозки грузов и прохождения военной службы.
Главный герой шумерской поэмы о Гильгамеше и Хумбабе призывает пятьдесят мужчин без подвластных им людей, чтобы они вместе с ним отправились в поход в страну «Кедровой горы». С другой стороны, в гимне Гудеа, правителя Лагаша, говорится, что горожане трудились «как один» на масштабном строительстве, предпринятом энси. Если царь и делал какие-то исключения, то мы о них не знаем. Помимо эренов, в Месопотамии были ага-уш — отдельная категория, в которую входили профессиональные военные или надзиратели за общественными строительными работами.
Высшим военным чином был шагин. Он отвечал за безопасность на территории определенной части страны, и его положение, вероятно, было приравнено к тому, которое имел энси. В таком приграничном регионе, как Мари, в правление III династии Ура не было энси. Очевидно, шагин возглавлял и местную власть. О важности этого поста свидетельствует то, что его занимал наследник престола, например Шу-Суэн, служивший до восшествия на трон шагином Урука.
3.	Протяженность державы — основные центры
Определить границы державы, которой управляли представители III династии Ура, не так-то просто. Очевидно, в районах, где постоянно происходили военные столкновения (к примеру, на востоке и северо-востоке), они все время
159
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
сдвигались. Когда речь идет о приграничных районах, титул энси можно понимать двояко: он мог быть как наместником, назначенным царем, так и независимым местным правителем. Из-за этого трактовать имеющиеся в нашем распоряжении источники крайне сложно. Тем не менее можно сделать вывод о том, что в державу III династии Ура постоянно входили Вавилонская равнина, бассейн реки Диялы, среднее течение Евфрата в окрестностях Мари и среднее течение Тигра у Ашшура. В Телль-Браке, что в верхнем течении реки Хабур, над остатками «дворца» Нарам-Суэна были найдены следы такого же обширного строения, датируемого периодом правления III династии Ура. Там же был обнаружен фрагмент таблички с именем Ур-Намму.
Какая часть этой территории была заселена семитами? Вполне вероятно, что она совпадала с областями в современном Ираке, где живут эти народы. Судя по именам людей, происходивших из района нынешнего Иракского Курдистана (окрестности Киркука), эта территория не была населена семитами. Обширный архив глиняных табличек, найденный в Гасуре (позднее Нузи), расположенном к югу от Киркука, свидетельствует о том, что в аккадский период в подавляющем большинстве этот город был населен аккадцами. Однако из-за миграции хурритов ситуация, очевидно, вскоре изменилась, так как к концу 3-го — началу 2-го тыс. до н. э. семиты перестали быть доминирующим народом, живущим в этой местности. По сути, границы державы, которой управляли представители III династии Ура, заканчивались там, где люди не говорили на семитских языках. Единственным несемитским регионом, находившимся в составе этого государства начиная с правления Шульги и до 3-го года царствования Ибби-Суэна был Элам, столица которого располагалась в Сузах.
Однако, определив границы державы, мы не узнаем, на какие территории действительно распространялась власть ее правителей. Некоторыми внутренними областями, регионами, в которые невозможно было попасть по воде или по ровной местности — горами, пустынями и степями, — вряд ли можно было управлять. Территории, лежавшие к северу от Мари и Ашшура, были, вероятно, слишком отдалены от центра державы, поэтому эффективно контролировать местную администрацию, скорее всего, не удавалось.
160
Огромная каменная башня, часть оборонительных сооружений неолитического Иерихона, ок. 7000 г. до н. э.
Неолитическая портретная голова, сделанная из человеческого черепа, покрытого штукатуркой. Иерихон, ок. 6800 г. до н. э.
Терракотовые статуэтки, изображающие мужчину и женщину. Найдены в Эриду и Уре, убейдская культура
Глиняные таблички с архаическим шумерским письмом, найдены в Уруке, слой IVa (протописьменный период)
Изображения на древнейших шумерских цилиндрических печатях: лодки, везущие культовые предметы и людей, «мужчина в сетчатой юбке»
Так называемый штандарт Ура, на котором изображены «война» (сверху) и «мир» (снизу), раннединастический период
Имдугуз, бог — повелитель штормов, эмблема Нингирсу, бога Лагаша. Медный рельеф, найденный в храме в Аль-Убейде, раннединастический период
I фрагмент «стелы стервятника» царя Лагаша Эанатума
период
Рельеф, на котором записано имя Эанатума, энси, или правителя Лагаша, и изображен его бюст. Часть вотивной плакетки, раннединастический период
Стела правителя Лагаша Ур-Нанше, раннединастический период. Царь несет корзину, свидетельствующую о том, что он строил храмы
Статуи «верующих» из Телль-Асмара в бассейне реки Диялы, раннединастический период
Эбих-иль, сановник, заведовавший делами храма Иштар в Мари, раипединастический период
Золотой кинжал и ножны из царской гробницы в Уре, раннединастический период
Лира, инкрустированная перламутром из царской гробницы в Уре, раннединастический период
Голова быка из золота и ляпис-лазури на лире из царской гробницы в Уре, раннединастический период
Стела царя Аккада Нарам-Суэна
Цилиндр правителя Лагаша Гудеа, древнейший из сохранившихся до наших дней более или менее пространных шумерских текстов
Правитель Лагаша Гудеа
Нингаль, супруга шумерского бога луны
Зиккурат Ур-Намму в Уре после реставрации
Сгела с написанными на ней законами Хаммурапи
Ручка ножа из слоновой кости из Джебель-эль-Арака, изображения с обеих сторон. В нее вкладывался кремневый нож. Египет, додипастическая эпоха
Два кремневых ножа. Египет, додинастическая эпоха
Керамические сосуды с нанесенными краской изображениями (корабли, люди и животные). Египет, додинастический период
Палетка царя Нармера. На аверсе на царе корона Верхнего Египта на реверсе — Нижнего
ШУЛЬГИ И ЕГО ПРЕЕМНИКИ
Ур, будучи царской резиденцией, являлся столицей державы, но в ней находились еще два крупных города — Урук и Ниппур. Ибби-Суэн прошел обряд коронации в Уре, Уруке и Ниппуре (причем именно в таком порядке). Выше уже говорилось о том, насколько важную роль играл Урук, являвшийся (возможно) местом зарождения династии и резиденцией цариц. Ниппур, священный город всех шумеров, представлял собой административно-территориальную единицу, которой управлял энси. В то же время этот город имел ряд привилегий. В частности, его жители не платили подати, а сам Ниппур получал «посылки» от нескольких энси из соседних регионов Вавилонии. Пост энси этого города, очевидно, передавался по наследству, хотя представители III династии Ура стремились искоренить эту традицию в других районах. Положение Ниппура как религиозного центра и верховенство его бога-покровителя Энлиля никто не оспаривал. Цари не пытались поставить Нанну, верховное божество Ура, во главу пантеона. В шумерской поэме «Путешествие Нанны в Ниппур» говорится о том, как бог луны отправился из своего города на север в лодке, попросил разрешить ему войти внутрь. В священном городе его гостеприимно принял Энлиль, к которому Нанна обратился с просьбой благословить царское семейство, а также поля и стада страны. Верховный бог милостиво согласился. В этом тексте хотя и не явно, но содержится представление о том, что именно Энлиль наделяет царя властью и что процветание державы зависит от его благосклонности. Таким образом, правитель мог благополучно царствовать и обеспечивать для своей страны благоприятные природные условия только в том случае, если соблюдал все религиозные предписания.
4.	Управление государством
Как было сказано выше, энси управлял административно-территориальной единицей. Он назначался царем и должен был отчитываться перед ним за свои действия. Титул — единственное, что объединяло его с правителем независимого государства. Энси являлся главой судебной власти города. В нашем распоряжении имеются источники, в которых говорится
161
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
о приговорах, вынесенных им в своем дворце. Иногда число областей, находившихся под управлением энси, превышало сорок, причем большинство из них находилось в самой Вавилонии — как уже было сказано выше, приграничные регионы то присоединялись к территории державы, то вновь отпадали от нее в зависимости от успешности ее военных кампаний. В Мари, Уруке и, вероятно, в Дере, на границе Ирана, правили шагины — военные наместники, обладавшие широкими властными полномочиями. Границы этих областей, установленные в правление Ур-Намму, очевидно, сохранялись неизменными в царствование его преемников — по крайней мере, в нашем распоряжении нет свидетельств, доказывающих, что внутренние границы на территории Вавилонии изменялись.
Срок полномочий энси не совпадал со временем правления назначившего его царя. Как и в современных монархиях, новый правитель «наследовал» чиновников, работавших при его предшественнике. Время пребывания некоего Лугальме-лама на посту энси Ниппура точно совпадает с девятилетним сроком правления Амар-Суэна (2045—2037 до н. э.). Однако мы не знаем, было ли это связано с особым положением города или явилось следствием обычной случайности. В то же время нам известны случаи, когда энси единожды, а иногда дважды переводили из одного города в другой. Вероятно, с помощью этой меры правитель стремился сделать так, чтобы этот человек не сумел обзавестись слишком большим количеством связей и чересчур сильным влиянием. Однако к ней также могли прибегать, когда хотели перевести эффективно работающего чиновника туда, где нужны были такие люди, или в какой-то совершенно иной ситуации. Отцы энси некоторых городов также занимали данный пост, но в нашем распоряжении нет сведений, доказывающих, что эта должность являлась наследственной. Нет у нас и источников, свидетельствующих о том, что один энси мог управлять несколькими областями. Случай с Урдунанной, жившим в правление Шу-Суэна, особый — собранное им впечатляющее число титулов, очевидно, свидетельствует об ослаблении царской власти.
Несколько энси Вавилонии должны были приобретать жертвенных животных для святилищ Ниппура. Каждый из них удовлетворял потребности священного города на про
162
ШУЛЬГИ И ЕГО ПРЕЕМНИКИ
тяжении месяца, а затем его место занимал следующий. От этой обязанности были освобождены энси, управлявшие территориями, значительно отдаленными от Ниппура (например, Ашшуром), откуда доставить скот было крайне затруднительно.
Гораздо меньше мы знаем о том, каким образом управлялись территории, находившиеся внутри территориального образования, которым управляли энси. В письменных источниках, датируемых периодом правления III династии Ура, впервые появляется перенятый из аккадского языка титул рабианум, который можно перевести как «градоначальник». Вероятно, эти чиновники управляли отдельными городами, слишком маленькими для того, чтобы стать резиденцией энси. Во главе еще более мелких поселений стояли старосты — хаззанум (это слово также имеет аккадское происхождение).
В целом бюрократический аппарат державы в правление III династии Ура был разделен на две части — дворцовый и храмовый. В первом случае речь идет не только о резиденции (царя, или энси), но и обо всех относящихся к ней службах — мастерских, хранилищах, сокровищницах и т. д.
В нашем распоряжении имеется огромное число источников, рассказывающих о деятельности дворца. Тем не менее составить подробную картину его функционирования довольно сложно. Причиной этого является неравномерное распределение источников по тематике и с точки зрения географии. К примеру, в Вавилонии практически полностью отсутствуют тексты экономического характера. Само по себе это весьма прискорбно, но кроме того, данный факт не позволяет нам выяснить, использовался ли шумерский язык чиновниками во всей Вавилонии. Однако, несмотря на незначительное число известных нам аккадских текстов, их достаточно для того, чтобы мы могли предположить: аккадский в качестве языка чиновничества семитских регионов не переставал использоваться с периода существования Аккада. К такому же выводу нам позволяет прийти ряд царских надписей, составленных на аккадском представителями III династии Ура. Влияние аккадского языка на шумерский росло, так как в синтаксисе последнего появилось множество семитских заимствований.
163
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
Бюрократический аппарат, занимавшийся управлением хозяйством в государстве, стал предметом ряда весьма ценных предварительных исследований, но подробное исследование, посвященное данной теме, до сих пор не увидело свет. Кроме того, необходимо опубликовать работу, посвященную многочисленным терминам технического характера, встречающимся в текстах, где речь идет о ремеслах, профессиях и чиновничьих должностях.
Одним из крупнейших архивов периода правления III династии Ура является найденный в Пузриш-Дагане, городе, основанном Шульги на 39-м году его правления неподалеку от Ниппура. На его окраине находилось огромное стойбище для скота, на которое приводили жертвенных животных, направлявшихся из Шумера и Аккада в священный город. Ежедневно всех прибывавших и отбывавших, а также сбежавших или умерших животных записывали. Если пастухам не удавалось доказать свою невиновность, им приходилось находить замену. Каждый раз, когда скот прибывал, отправлялся в святилища или его там забивали, тщательно записывались имена людей, участвовавших в этом. Нередко указывалось и имя чиновника, отвечавшего за весь процесс в целом. Если привозили мертвую овцу на корм собакам, это тотчас же фиксировалось на табличке. Для этих людей не было событий, недостойных того, чтобы быть зафиксированными. Кроме того, все записи тщательно датировались — указывались день, месяц и год, когда произошло то или иное событие. Писцы, служившие представителям III династии Ура, даже изобрели балансовую ведомость, где фиксировались доставленные и отправляемые грузы и животные, а внизу «листа» в конце дня записывались напоминания или сведения о наличии недостачи.
С дворцовыми и храмовыми стадами было тесно связано процветавшее ремесло по изготовлению изделий из шерсти и кожи. Земледелие также подвергалось самому пристальному контролю в случаях, если речь шла о дворцовых или храмовых землях. Количество посевного зерна, размер урожая, объем зерновых в хранилищах и сведения об их осмотре, информация о доставке зерна из зернохранилищ — все это тщательно фиксировалось. Зерно отгружали на перемалывание, на откорм скота или тем, кто получал им плату.
164
ШУЛЬГИ И ЕГО ПРЕЕМНИКИ
Мерой стоимости являлось серебро. Иными словами, говоря о ценности предмета, оперировали стандартными единицами веса этого металла. В идеале за зерно платили один шекель серебром (шестнадцатую часть мины, то есть около девяти граммов) или гур (пять с половиной бушелей1) ячменя. Стандартной мерой сыпучих тел являлся царский гур, состоявший из 300 сил и введенный в обиход Шульги. Цены в правление III династии Ура, как и в любое совершенно спокойное время, не колебались. После четвертого года правления Ибби-Суэна, как будет сказано ниже, ситуация значительно ухудшилась.
Высоко ценился любой металл, так как в самой Вавилонии они встречались редко, а привозить их было дорого. Иногда металлы привозили в виде необработанной руды, но чаще — в качестве уже сформованных брусков и колец, что значительно облегчало их доставку. В Вавилонии их переплавляли и изготавливали орудия труда, предметы роскоши и украшения. Для изготовления металлических изделий, использовавшихся в быту, применялась бронза (как и сейчас, сплав меди с оловом). Медь доставляли из страны Маган, а олово — с Кавказа или из Белуджистана. Наибольшее число сохранившихся до нашего времени металлических изделий происходит из портового города Ура.
Качество перевозок, как и работы царских гонцов, было весьма высоким. В текстах, вырезанных на табличках, четко зафиксировано количество людей, необходимых для того, чтобы тянуть судно на веревках или с помощью багров. Посланники, служившие в царской администрации, прибывали в столицу и покидали ее бегом или на ослах. В нашем распоряжении имеется несколько тысяч табличек, на которых записано, когда и как они должны были обедать, указаны пункты их отправления и прибытия. Гонец, путешествовавший налегке, не брал с собой еду; с помощью табличек ему следовало получать ее по пути. С собой он нес табличку с коротким указанием или более подробные отчеты (например, ежемесячные или ежегодные финансовые ведомости, составленные чиновниками, отвечающими за ту или иную отрасль
1 Бушель — единица объема, используемая в английской системе мер. Один бушель равен примерно 36,4 л. (Примеч. пер.)
165
Хронологическая таблица IV
III династия Ура, Исин, древневавилонский период
2100	III династия Ура Ур-Намму 2111—2094							
2080	Шульги 2093—2046							
2060	Амар-Суэн 2045—2037							
2040	Шу-Суэн 2036—2028		Ларса				Эшнунна	
2020	Ибби-Суэн 2027—2003	Исин	Напланум 2025—2005				Итуриа	
2000		Ишби-Эрра 2017—1985	Эмисум 2004—1977	Дер			Ильшуилия	
1980		Шу-илишу 1984—1975				Ашшур		
1960		Иддин-Даган 1974—1954	Самиум 1976—1942	Ниднуша-Анум муттаббил (XX в. до н. э.)		Пузур-Ашшур I		
1940		Ишме-Даган 1953—1935	Забайя 1941—1933			Шалим-ахум		
1920		Липит-Иштар 1934—1924	Гунгунум 1932—1906			Илушума	15 царей	
1900	Урук	Ур-Нинурта 1923—1896	Абисаре 1905—1895	Вавилон		Эришум II		
1880		Бур-Син 1895—1874	Суму-эль 1894—1866	Суму-абум 1894—1881		Икунум		Элам
1860 1840	Син-кашид ок. 1865/ 1860— ‘ж. Анам ок. 1821—1817	Липит-Энлиль 1873—1869 Энлиль-бани 1860—1837	Нур-Адад 1865—1850 Син-иддинам 1849—1843	Суму-ла-эль 1880—1845 Сабиум 1844—1831	Мари	Шаррум-кен (Саргон 1) Пузур-Ашшур и 1		Эпарти ок. 1860
1820	Ирданене ок. 1816—1810	Замбия, Итер-пиша, Син-магир 1827—1817	Син-эрибам Син-икишам	Апиль-Син 1830—1813	Яггид-Лим ок. 1830	Нарам-Син	Нарам-Син	Шильхак ок. 1830
1800			Варад-Син 1834—1823		Яхдун-Лим ок.1825—1810	Эришум II Шамши-Адад 1 1815—1782 Ишме-Даган I 1781—1742	Дадуша	
1780			Рим-Син 1822—1763	Син-мубаллит 1812—1793	(Ясмах-Адад) Зимри-Лим 1782—1759			
1760				Хаммурапи 1792—1750			Ибаль-пи-эль II	
1740			Рим-Син II					Кутир-Нах-хунте ок. 1730
1720				Самсу-илуна 1749—1712	Хана			
1700			Или-ман	Аби-ешу 1711—1684		Адаси ок. 1700		
1680								
1660				Амми-дитана 1683—1647	6 царей			
1640				Амми-цадука 1646—1626				
1620								
1600				Сам су-дитана 1625—1594				
1580				Касситы				
1560								
1540								
1520								
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
царского хозяйства), которые должны были попасть в столицу области или всей державы. В административных центрах эти таблички хранились в специальных корзинах, причем к каждой прикреплялась этикетка, по которой можно было понять, к какой категории и к какому времени относится содержащаяся в ней информация.
До какой степени система хозяйствования в державе зависела от дворца и храмов? В нашем распоряжении имеются письменные источники, в которых говорится о том, что простые жители державы, то есть люди, не имеющие отношения к храмовому хозяйству, брали в аренду принадлежавшие храмам земли. Таким образом, речь идет не о землях, переданных храмовому персоналу в качестве платы за их труд, как это было в раннединастический период. В то же время в текстах говорится не о покупке частной собственности, а о передаче во временное владение. В действительности в источниках, датируемых временем правления III династии Ура, ничего не сказано о существовании пахотной земли, находившейся в частной собственности (если не считать нескольких записей о передаче ее в дар храмам).
В нашем распоряжении нет источников, происходящих из Северной Вавилонии и бассейна реки Диялы, свидетельствующих о том, что там ситуация складывалась иначе. В текстах, где говорится о передаче энси или самим царем храмам доходов с земель, специально выделенных для помощи жрецам, речь идет только о праве пользования чужим имуществом и доходами от него на протяжении ограниченного времени. Эта ситуация совершенно не похожа на сложившуюся в древневавилонский период, когда право свободно распоряжаться землей продавалось.
Разобраться в законодательстве, действовавшем в державе, которой правили представители III династии Ура, нам помогают не столько сохранившиеся фрагменты кодекса Ур-Намму, сколько документы местных судов. Все эти тексты заканчиваются фразой ди-тиль-ля — «дело закрыто», поэтому ученые называют данные таблички дитиллями. Некоторые из них представляют собой нотариальные удостоверения браков, обязанности поддержки того или иного человека, другие являются сборниками судебных решений. Предварительное слушание вел офицер, которого называли машким. Приговор
168
ШУЛЬГИ И ЕГО ПРЕЕМНИКИ
выносила коллегия судей, в которую входили от двух до семи человек, изредка — судья делал это единолично. Во время заседаний разбирались семейные дела (выполнение условий брачных контрактов, спорное наследство, разводы и т. д.), вопросы, связанные с рабством (довольно часто освобождали рабов, рожденных в Вавилонии), нарушением условий договоров и спорами о праве собственности. При разбирательстве уголовных дел судьи не применяли принцип талиона («око за око, зуб за зуб») и руководствовались правилами, установленными еще в кодексе правителя Псина Липит-Иш-тара. Из источников, в которых говорится о юридической составляющей браков, мы узнаем, что по своему положению шумерские женщины были равны мужчинам.
В дитиллях содержатся как прямые, так и косвенные свидетельства о договорах купли-продажи, прощении долгов. Продавали в основном рабов и недвижимость; известны случаи продажи «в кредит» — человек мог заплатить необходимую цену после получения права собственности на то или иное имущество. При этом в нашем распоряжении нет ни одного договора купли-продажи пахотной земли, что еще раз доказывает отсутствие в державе, которой правили представители III династии Ура, частного землевладения.
5.	Социальная структура — шумеры, аккадцы, амореи
В предыдущей главе была осуществлена попытка обрисовать структуру шумерского общества раннединастического периода. В частности, мы пришли к выводу: изучение отдельных слоев населения значительно осложняется тем, что в источниках для их наименования использованы понятия, определения которых нам пока неизвестны. Также нам становится понятно, что такие термины, как «свободный», «полусвободный», имели отличающееся от современного, а значит, не совсем понятное нам значение.
Говоря о периоде правления III династии Ура, мы должны признать, что продолжаем сталкиваться с некоторыми из этих трудностей. Как и при изучении истории Лагаша до правления Саргона, мы сталкиваемся с массивным, но односторонним корпусом источников, призванных создать у чи
169
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
тателя впечатление существования в тот период всепроникающего государства, владеющего абсолютно всем, в котором роль отдельного человека сведена к минимуму. Вопрос в том, можно ли доверять этим сведениям.
Здесь также важен вопрос о существовании частной собственности на пахотную землю. Как уже было сказано выше, в нашем распоряжении нет договоров купли-продажи таких земельных участков, датируемых периодом правления III династии Ура, хотя к настоящему времени были опубликованы несколько тысяч документов этого времени. Значит ли это, что ббльшая часть страны (либо вся она в целом) принадлежала государству в лице дворца или храмов? Говоря о центральной и южной частях Вавилонии, то есть о самом Шумере, мы можем с уверенностью дать утвердительный ответ. В то же время в нашем распоряжении имеются документы, происходящие с территории, заселенной аккадцами, которые можно рассматривать в качестве договоров купли-продажи земли. Если в Шумере в период правления III династии Ура частные лица могли распоряжаться землей, а значит, покупать и продавать ее, в нашем распоряжении имелись бы источники, содержащие сведения об этом, так как писцы, жившие в такой бюрократической стране, просто не могли оставить данный вопрос без внимания. (Было бы странно, если бы все писцы служили только государству.)
Отсутствие подобных текстов является доказательством того, что частной собственности на пахотную землю в тот период не было. Подтверждает этот вывод еще один, более содержательный аргумент. В текстах юридического характера, датируемых временем правления III династии Ура, содержатся сведения не только об организации и работе судов, но и о предметах тяжб между простыми людьми. Как говорилось выше, нам не известен ни один случай возникновения спора из-за продажи пахотной земли. Таким образом, вероятно, нам следует поверить в достоверность сведений, содержащихся в источниках. В нашем распоряжении имеются договоры аренды (но не продажи) пахотной земли частными лицами. После правления в Исине Ур-Нинурты на юге Шумера появились договоры купли-продажи земли. Вряд ли этот факт является случайностью; скорее свидетельствует о произошедших переменах.
170
ШУЛЬГИ И ЕГО ПРЕЕМНИКИ
Таким образом, большая часть населения державы арендовала государственные земли, причем этот факт ничего не говорит нам об их благосостоянии. Говоря об условиях жизни простых людей, мы можем только предполагать, что благодаря экономической стабильности державы в период правления III династии Ура, в частности не менявшимся ценам на зерно и т. д., они были вполне приемлемые (по крайней мере, факты резкого общественного недовольства нам не известны). Насколько нам известно, для времени правления III династии Ура не характерно социальное бедствие, широко распространенное в древневавилонский период, — постоянные огромные долги, которые представители низших слоев общества не могли выплатить.
О положении рабов в раннединастический и аккадский периоды нам известно мало. Первые информативные источники по этой проблеме датируются временем правления III династии Ура. Раб не был свободен, он считался имуществом другого человека, однако при этом обладал определенным правовым положением и правами. Он мог выступать в суде в качестве истца, а значит, имел право оспорить свой статус и обратиться к судьям с просьбой выяснить, насколько обоснованным было его установление. Раб также мог выступать в качестве свидетельства и обладать личным имуществом.
Правда, таким статусом обладали далеко не все рабы — его имели жители Вавилонии, потерявшие свободу по большей части из-за своей неплатежеспособности. Положение военнопленных и переселенцев, которых привозили в страну, было совершенно иным. Как говорилось выше, в надписи Шу-Суэна говорится об основании недалеко от Нип-пура поселения вынужденных переселенцев. В двух табличках из Уммы, датируемых пятым годом правления Амар-Суэна, описан рацион иностранок, захваченных в плен во время войны. В этом перечне приведены имена 150 женщин, которых, вероятно, держали в каком-то своего рода лагере. Раб-иноземец, не обладавший правовым положением, не мог просить суд признать его свободным.
В державе, которой правили представители III династии Ура, шумеры и аккадцы обладали одинаковым статусом. Об этом свидетельствует то, что не только царицы, но и два последних царя, входившие в данную династию, — Шу-Суэн и
171
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
Ибби-Суэн — носили аккадские имена. Плавильный котел выполнил свою задачу. Многие царские чиновники, о которых говорится в письменных источниках, также носили аккадские имена. В этом обществе контрастировали друг с другом шумеры и аккадцы, с одной стороны, и кочевники, называвшиеся «марту» (аккадское «амуррум»), — с другой. Последние были скрытой угрозой и со временем стали причиной упадка державы, которой правили представители III династии Ура. Но во времена ее расцвета предпринимались попытки интегрировать их в упорядоченное общество. Царь отдавал марту земли за плату, и им не мешали занимать ответственные должности. К примеру, один из них стал царским гонцом. В большинстве источников речь идет о марту, которые получают довольствие от государства или приносят жертвы в храмах. При этом не следует ошибочно отождествлять отношения, сложившиеся между этими кочевниками и государством, с характерными для древневавилонского периода и отраженными в архивах Мари, Урука и расположенных вокруг Сиппара. Отношения могут принимать множество различных форм, но, судя по этим поздним текстам, в правление III династии Ура некоторые кочевники спокойно поступали на службу к сторонникам оседлого образа жизни, а затем ассимилировались с ними. Отдельные марту даже называли себя шумерскими и аккадскими именами. Однако большинство членов племени в то же время не приобщалось к цивилизации и представляло постоянную угрозу для государства.
УПАДОК И ЗАКАТ ДЕРЖАВЫ III ДИНАСТИИ УРА
В правление первых представителей III династии Ура государство, находившееся под их властью, было образцом стабильности и целостности, прежде неизвестным в истории Месопотамии. В отличие от Аккада, в котором постоянно происходили восстания и плелись дворцовые интриги, это величайшее из шумерских государств могло наделить своих подданных бесценным даром — миром внутри страны.
Однако нет ничего постоянного. Какие силы погубили эту державу? Это неисчерпаемый и только усилившийся парти
172
УПАДОК И ЗАКАТ ДЕРЖАВЫ III ДИНАСТИИ УРА
куляризм городов, с одной стороны, и их нежелание подчиняться власти одного из них. Кроме того, определенную роль в данном процессе сыграл нескончаемый поток кочевников-семитов — амореев. Наконец, еще одна причина крылась в постоянно нестабильных отношениях между Вавилонией и Эламом, страной, которая, несмотря на свое стремление впитать достижения цивилизации шумеров, не стремилась полностью с ней ассимилироваться.
В правление Шу-Суэна и по меньшей мере вплоть до второго года царствования Ибби-Суэна за безопасность восточных границ державы отвечал человек, который, судя по огромному количеству одновременно занимаемых им высоких постов, был личностью весьма неординарной. Звали его Урду-Нанна. Его отец и дед служили Амар-Суэну и Шульги в должности суккаль-маха, «великого визиря», и сам он, в свою очередь, занимал этот пост. Согласно надписи, вырезанной Урду-Нанной для его господина Шу-Суэну в честь возведения храма, этот суккаль-мах также был энси Лагаша, жрецом-сангу бога Энки в Эриду, энси Сабума и «страны кутиев», энси Аль-Шусина, Хамази и Карахара, а также военным наместником Усаргаршаны, Вашими, Димат-Энлиля, Урбилума, Ишара, народа су и страны Кардак. Точно определить место нахождения всех этих земель мы не можем. Однако в надписи говорится, что власть Урду-Нанны распространялась на территорию от Урбилума (совр. Эрбиль) на север вплоть до побережья Персидского залива. Мы не знаем, по какой причине Урду-Нанна, несмотря на то что подобное совмещение должностей в правление III династии Ура не приветствовалось, смог занять все эти посты. Возможно, все дело было в его личных качествах, хотя причина этого могла быть и совершенно иной. Кроме того, нам неизвестно, каким образом Урду-Нанна распоряжался своей властью — был ли он верным слугой своего повелителя или его потенциальным врагом. К его словам, очевидно, прислушивались, когда речь шла о востоке страны, но это еще не основание для того, чтобы считать, что именно его действия стали причиной восстания Элама, произошедшего на четвертом году правления Ибби-Суэна.
Отследить начало распада державы несложно — в одном городе за другим стали пропадать административные доку
173
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
менты, датированные с помощью царской формулы. Добровольно или ввиду необходимости энси перестали поддерживать связь со столицей. В Эшнунне, располагавшейся в бассейне реки Диялы, это произошло в 3-й год правления Ибби-Суэна, а в Сузах — еще через год. Так как в первые годы правления последних представителей III династии Ура их имена продолжали появляться в письменных источниках, причиной исчезновения этих формул в документах, составленных в том или ином городе, могло стать только одно — он вышел из состава державы. По окончании 5-го и 7-го годов царствования Ибби-Суэна датировочные формулы перестали употребляться в Лагаше, Умме и Ниппуре. Очевидно, происходила цепная реакция. В пророчествах древневавилонского периода для обозначения этого периода использованы слова: «Когда страна восстала против Ибби-Суэна». Более подробно о нем говорится в переписке между царями и энси, которая, по мнению следующего поколения, была настолько важна, что ее многократно копировали.
Наиболее содержательным источником является переписка между Ибби-Суэном и Ишби-Эррой, военачальником, писавшим из Мари, что в среднем течении Евфрата. Ишби-Эрра обратился к царю с просьбой предоставить ему полномочия, необходимые для того, чтобы успешно выступить против марту, прорвавшихся через «стену марту» и захватывавших одну крепость за другой. В одном из пророчеств древневавилонского периода сказано: «Пришедший из степи прорвется и изгонит того, кто живет в городе». Благодаря этому тексту мы можем составить общее представление о нашествии племен кочевников, шейхи которых изгнали из городов местных правителей и заняли их места.
Письмо Ишби-Эрры заканчивается требованием назначить его наместником города Исина. Вряд ли его намерения были честны — Ишби-Эрра шантажировал царя. Это стало возможным из-за голода, разразившегося в Шумере, причиной которого, вероятно, была гибель урожая или срыв сельскохозяйственных работ, вызванный страхом перед кочевниками, наводнившими страну. В Уре цены на зерно резко выросли. В итоге Ишби-Эрра, получивший приказ добыть его в Центральной Вавилонии, привез в Исин 72 000 гур (13 920 000 литров) зерна и держал его там под предлогом того, что не по
174
УПАДОК И ЗАКАТ ДЕРЖАВЫ III ДИНАСТИИ УРА
зволяет марту захватить запасы. Он не попытался отправить зерно в столицу самостоятельно, вместо этого потребовав 600 лодок, чтобы перевезти его. Их у паря не оказалось, и он предложил Ишби-Эрре обратиться с этой просьбой к другому энси. Но вместо этого, осознав слабость правителя, военачальник воспользовался шансом и провозгласил себя независимым правителем Исина. Начиная с 10-го или 11-го года царствования Ибби-Суэна в Исине стала править отдельная династия, представители которой использовали собственные датировочные формулы и соперничали с державой III династии Ура вплоть до конца правления Ибби-Суэна, когда правители Исина попытались сделать столицей Месопотамии свой город, чтобы занять таким образом место Ура, освободившееся из-за свалившихся на него бедствий.
Ишби-Эрра — классический пример человека, предавшего своего царя. Однако следует помнить, что наше представление о совершенном им предательстве может быть крайне упрощенным. Нам неизвестны все подробности его ссоры с Ибби-Суэном, которая могла начаться за много лет до описанных выше событий. К тому же мы ничего не знаем о его мотивах. Возможно, причиной поступка Ишби-Эрры стала необходимость, а не амбиции. Ведь нам ничего не известно о его личности или о характере царя, которого он, казалось бы, так вероломно предал.
Мятежи, подобные осуществленному Ишби-Эррой, произошли и в других городах державы. Сам он мог постепенно получить контроль над большей частью Вавилонии, уговорив бывших энси Ибби-Суэна подчиниться ему. Но Ашшур и Сузы полностью отпали от государства, став впоследствии столицами более поздних стран.
Когда Ишби-Эрра захватил Ниппур, держава со столицей в Уре потеряла свой религиозный центр. Теперь правитель Исина мог утверждать, что таким образом он доказал благосклонность бога Энлиля и право на власть над Шумером и Аккадом. Был ли одной из причин его побед сговор с шейхами племени марту? Ответить на этот вопрос мы не можем. Возможно, такую ошибку совершали многие. В письме, адресованном к Ишби-Эрре и направленном до того, как переписка прекратилась, Ибби-Суэн заметил, что не одобряет действия командира одной из крепостей, расположенной на
175
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
западной границе страны, который (умышленно?) избегал сражения с марту. Другие военачальники, направлявшие письма царю, взаимно обвиняют друг друга в сговоре с врагом (вероятно, стремясь таким образом прикрыть собственные аналогичные неблаговидные поступки).
Ур потерял контроль над Северной и Центральной Вавилонией. Но на протяжении 13-го и 14-го годов после предательства Ишби-Эрры Ибби-Суэну все же удавалось сохранять власть над остатками державы — территориями, расположенными вблизи Ура. Когда этому пришел конец, Ишби-Эрра не сумел захватить данные земли. Смертельный удар был нанесен с востока. Элам, используя представителей народов су в качестве наемников, выступил войной против своих прежних захватчиков. Су, или суа, — собирательное понятие. Так называли народы, жившие в горах Загроса, к северу от Элама. Итоги этого противостояния известны нам из «Плача о разрушении Ура», шумерской поэмы, состоящей из одиннадцати строф, которая и через 4000 лет способна вызывать сильные эмоции. Гнев Энлиля, говорится в ней, привел к катастрофе, разыгравшейся в Уре (подобные интонации звучат уже в письмах Ибби-Суэна); богини в спешке покидают свои святилища в Шумере. Нингаль, супруга Нанны, отправилась к Энлилю, чтобы умолять его спасти ее город. Однако уговорить верховного бога ей не удалось — во время собрания божеств он произнес слова: «Да будет так!» — и перечить ему никто не осмелился. После этого Ур и все его святилища были полностью разрушены эламцами. Данный факт подтвержден археологическими данными.
Ибби-Суэн впервые в истории Месопотамии был захвачен в плен и отправлен в Элам. Дальнейшая его судьба нам неизвестна. Воинский гарнизон эламцев остался в Уре, но через шесть или семь лет был выбит из города Ишби-Эррой. Мы не знаем, оказалась ли часть его владений, находившаяся в центре Вавилонии, под властью Элама. В «Плаче...» расположенные там города названы среди поселений, ставших жертвами эламцев. Но источники из Исина свидетельствуют о непрерывном развитии нового государства. Очевидно, враг не вторгался на территории, расположенные к северу от Ура. Уничтожив остатки великой державы, они не удосужились создать собственную.
176
ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
Какого мнения узурпатор Ишби-Эрра (2017—1985 до н. э.) придерживался о самом себе, свидетельствуют его титулы. На цилиндрической печати одного из его чиновников присутствует следующая надпись: «О Ишби-Эрра, могучий царь, царь четырех сторон света, Шу-Эрра, военный наместник [шагин], сын Турам-или, твой раб». Оттиск этой печати сделан на табличке, датированной 7-м годом правления Ишби-Эрры. Данный факт свидетельствует о том, что он присвоил себе царскую титулатуру еще тогда, когда Ибби-Суэн правил в Уре. Кроме того, имя Ишби-Эрры выписывалось с детерминативом бога. На другой печати он, подобно царям Ура, назван «богом своей страны». Ее владельцем был некий Ишби-Эрра-малик, «Ишби-Эрра — мой наставник», который не мог получить это имя при рождении, а принял его, чтобы подольститься к царю. В источниках встречается множество подобных имен: Ишби-Эрра-бани, «Ишби-Эрра — создатель» (аналог составного имени Адад-бани, «[бог] Адад — творец»); «Ишби-Эрра — жизнь страны Шумер» (ср. «Шульги — жизнь страны Шумер», упомянутое выше); «Хвала Ишби-Эрре сильному» и т. д.
Ишби-Эрра сделал город Исин, власть в котором он захватил, предав Ибби-Суэна, царской резиденцией, столицей нового государства. Таковым Исин и оставался до конца правления основанной Ишби-Эррой династии. Прежде этот город был весьма малозначительным, но начиная с царствования Саргона Аккадского многие поселения, ничем не отличившиеся в прошлом, внезапно становились и оставались столицами держав. Сам Аккад, давший имя целому государству — стране Аккада (Лишанум аккадитум), до того, как там поселился Саргон, играл весьма скромную роль в истории Вавилонии. То же произошло и с Вавилоном, подарившим название целой стране и ничем не отличавшимся от других малозначительных городов до тех пор, пока в нем не поселились представители I династии Вавилона.
В Исине пока еще не проводились систематические археологические раскопки. В настоящее время это городище называется Телль-Ишан-Бахрият и располагается примерно в 29 км к югу от руин Ниппура. Таким образом, нам ничего
177
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
не известно о том, что строили в Исине его правители. Этот город являлся центром культа богини Нин-И(н)сины, «Владычицы И(н)сина», которая также почиталась под именем Гула. Она входила в шумерский пантеон и считалась покровительницей лекарей, «великой целительницей страны Шумер». Правители Исина также особо почитали Дагана, божество, которому поклонялись семиты, жившие на территории современной Сирии, так как Ишби-Эрра происходил из Мари. Однако следует отметить, что культ Дагана уже успел укорениться в Шумере в правление III династии Ура. В частности, аккадское название города Пузриш-Дагана, основанного Шульги, можно перевести как «Под защитой Дагана».
К сожалению, как и в случае с державой, которой правили представители III династии Ура, мы не знаем, насколько далеко от Исина распространялось влияние Ишби-Эрры. В то время как к периоду царствования III династии Ура относится огромное количество источников, число клинописных табличек, происходящих из царства Исина, крайне невелико. Большинство известных нам источников (если не учитывать строительные и вотивные надписи, а также датировочные формулы, принадлежащие даже не всем представителям династии) происходит из городского архива Исина и датируется временем правления Ишби-Эрры и первыми годами царствования Шу-илишу. При этом посвящены они местному кожевенному производству.
Судя по переписке с Ибби-Суэном, Ишби-Эрра, отобрав несколько областей Вавилонии у Ура, не стал снимать с постов энси, назначенных в период существования единой державы. Возможно, вначале он уговаривал их стать его союзниками, но в итоге они превратились в его подданных. К примеру, Пузур-нумушда, энси Казаллу, сообщил в Ур, что Ишби-Эрра предложил ему заключить союз. В любом случае Ишби-Эрра мог в неизменном виде использовать бюрократическую систему, созданную правителями Ура, не столкнувшись при этом, в отличие от Ур-Намму, с необходимостью ее радикальной перестройки. В хозяйственных текстах, найденных в Исине, встречаются те же слова и формулы, которые использовались чиновниками в правление III династии Ура. В источниках встречаются упоминания о гонцах, отправлявшихся в различные пункты, расположен
ие
ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
ные внутри страны и за ее пределами. Ишби-Эрра позаимствовал у представителей III династии Ура и институт посыльных. Таким образом, перенос столицы из Ура в Исин не привел к каким-либо изменениям в системе управления государством. Кроме того, Ишби-Эрра продолжил военную политику царей Ура, сосредоточив свое внимание на защите Вавилонии — в нескольких его датировочных формулах говорится о строительстве крепостей. Причин для этого было достаточно: кочевники-амореи продолжили угрожать северным границам, а так как Ур был занят эламцами, существовала угроза нашествия и с юга. На 22-м году своего правления Ишби-Эрра изгнал эламцев из Ура и таким образом стал владыкой Центральной и Южной Вавилонии.
Мы не знаем, какую роль играл расположенный на юге город Ларса в правление первых четырех представителей династии Исина. Судя по короткому царскому списку, составленному в период царствования преемника Хаммурапи Сам-су-илуны, некто Напланум (2025—2005 до н. э.), аморей по происхождению, основал в Ларсе династию еще за восемь лет до того, как власть захватил Ишби-Эрра. Однако в нашем распоряжении нет ни надписей, ни датировочных формул, происходящих из этого города и относящихся ко времени, предшествующему правлению Гунгунума (1932—1906 до н. э.), современника правивших в Исине Липит-Иштара и Ур-Нинурты, в которых представители этой династии называли бы себя царями. Не случайно первым в длинном списке датировочных формул из Ларсы, завершающемся концом правления Рим-Сина (1763 до н. э.), стал только Гунгунум, пятый «преемник» Напланума. Однако вполне возможно, что в первые годы существования царства Исина Ларса была независимым государством, несмотря на то что власть Исина распространялась на Ур, Эриду, Урук к югу и западу от нее самой.
Ларса располагалась на месте впадения реки Итурунгаль в Евфрат, где пролегал водный маршрут из Ура в Урук и Ниппур. Однако ее правители вполне могли избежать конфликта интересов с царями Исина, контролировавшими этот пролегавший с севера на юг путь, так как, судя по имеющимся в нашем распоряжении источникам, захватнические устремления Ларсы были всегда направлены в сторону Лагаша, то есть на северо-восток.
179
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
Имя Напалум встречается в нескольких хозяйственных текстах, составленных в последние годы правления III династии Ура. В них он часто назван словом «марту», то есть амо-реем. Дитилля, датированная XX в. до н. э. и происходящая из расположенной на территории Лагаша Гирсы, подтверждена клятвой именем некоего Самиума, произнесенной участниками судебного процесса. По обычаю, делая подобные клятвы, жители Вавилонии обращались к богу — покровителю города, царю или обоим. Таким образом, Самиум по меньшей мере играл важную роль в политике. Если речь идет о человеке (1976—1942 до н. э.), ставшем третьим «преемником» Напланума и отцом Гунгунума, то можно предположить, что Ларса была независимым государством, которым управляли местные правители, уже в середине XX в. до н. э.
Бассейн реки Диялы находился за пределами территории, контролировавшейся Исином. Как уже было сказано выше, к 3-му году правления Ибби-Суэна Эшнунна перестала зависеть от Ура. Ее отпадение от державы, очевидно, началось в правление Итурии, энси Ибби-Суэна в Эшнунне. Сын Итурии Ильшуилия был в правление Ибби-Суэна обычным писцом. В более поздних надписях он уже назван «царем сильным, царем страны Вариум» (самоназвание области, столицей которой была Эшнунна). Преемники Ильшуилии, однако, решили вернуться к титулу энси. Только Ипик-Адад (около 1840 до н. э.) снова стал называться царем. На нескольких цилиндрических печатях упомянутые выше царские эпитеты относятся к богу Тишпаку, являвшемуся покровителем города, причем на одной из них появляется титул «царь четырех сторон света». Таким образом, Эшнунна заявляла о своих претензиях на господство в Вавилонии. Конечно, с точки зрения политики это было чересчур самонадеянно, однако данный факт свидетельствует о появлении в городе стремления к независимости и завоеваниям, одновременно охватившего многие части державы, когда падение III династии Ура стало неизбежным. Однако в правление преемников Ильшуилии стало ясно, что Эшнунна не сможет объединить под своим началом державу и тягаться с Исином.
Когда слабость Ибби-Суэна стала очевидна всем, Дер, располагавшийся рядом с современной Бадрой, также обрел независимость. Его богом-покровителем был Сатаран, являв
180
ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
шийся защитником повелителя Киша Месалима. С точки зрения стратегии и торговли этот город занимал крайне важное положение, так как находился на границе между Эламом и Вавилонской равниной. В правление представителей III династии Ура он был одной из приграничных областей, управлявшейся шагином, военным наместником. Независимые правители Дера сохранили этот титул, придав ему аккадское звучание — шакканаккум. Один из них, Ниднуша, писал свое имя с детерминативом, использовавшимся для обозначения богов. Подобно Исину и Эшнунне, Дер пытался поймать отсвет меркнувшего блеска державы. Другой его правитель, Анум-муттаббиль, хвастался победой над Эламом, Аншаном, Симашем и Барахши — областями, расположенными на территории современного Ирана, недалеко от границы Месопотамии. Дер — еще одно городище, которое нуждается в систематических археологических исследованиях. Поэтому мы мало знаем об истории этого стратегически важного города. Однако нам известно, что Дер вошел в состав царства Исина не позднее правления в последнем Иддин-Дагана (1974—1954 до н. э.), так как этот правитель назначил шакканаккумом Дера своего сына Ишме-Дагана, который впоследствии занял место отца на троне Исина.
Ассирия со столицей в Ашшуре стала независимой от правления Вавилонии. Сбросив власть Ура, цари Ашшура назвали себя исишаккум (аккадский вариант слова энси). Вспомним, что в Эшнунне этот эпитет стал использоваться для обозначения независимого правителя. Правда, мы почти ничего не знаем об истории Ассирии в середине XX в. до н. э. Говорить о том, что и здесь, в среднем течении Евфрата, располагалось государство, стремившееся завладеть наследием Ура, мы можем только относительно периода, последовавшего за походом Илушумы в Вавилонию.
Вернувшись к рассказу об Исине, следует отметить, что в правление своих первых трех царей это государство развивалось, не сталкиваясь с какими бы то ни было внешними проблемами (по крайней мере, если не учитывать его отношения с многочисленными соперниками в Месопотамии). Правители без труда строили величественные здания и, судя по всему, сосредоточили свое внимание на восстановлении памятников, сооруженных в период гегемонии Ура и унич
181
Глава 4. III ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
тоженных эламцами. Преемник Ишби-Эрры Шу-илишу сумел забрать у них культовую статую бога Нанны — покровителя Ура. Мы не знаем, как ему это удалось — благодаря дипломатии или в результате военного похода.
Еще одним признаком того, что в Шумере того времени царила относительная стабильность, является расцвет шумерской литературы, которая впервые достигла высокой стадии развития в правление III династии Ура и возродилась при царях Исина. Сочинялись новые гимны в честь царей и богов, а старые переписывались в школах писцов. Именно этим периодом датируется «Плач о гибели Ура», который относится к тому же циклу, что и «Плач об Ибби-Суэне». Обе эти песни стали образцами для поэтов более позднего времени. В правление Липит-Иштара был составлен второй из известных нам значимых сборников законов. В гимнах, посвященных царям, часто упоминаются мир и порядок, воцарившиеся в стране. Правда, перед нами может быть литературное клише — мотив благополучной жизни встречается в гимнах в честь правителя Ура Шульги. Однако в посвященном Иддин-Дагану есть фрагмент, заслуживающий нашего внимания. Сопоставив его с пророчествами древневавилонского периода, в которых содержится описание политических неурядиц, характерных для более позднего времени, мы увидим разительный контраст. Автор гимна обращается к Иддин-Дагану следующим образом: «Ты сделал безопасными дороги и тропы, позволил стране процветать, вложил справедливость в уста всех людей... Ты возвел террасы и установил границы... о, Иддин-Даган, твой отец Шу-илишу, царь страны Шумер, укрепил основы Шумера и Аккада для тебя. В выполнении повелений Ана и Энлиля ты превзошел даже его, ты убрал всех врагов».
Первые признаки того, что величие Исина поколебалось, а Вавилония вот-вот распадется на постоянно враждующие друг с другом государства, стали заметны в правление Ишме-Дагана, четвертого представителя династии Исина. В пророчествах по печени, найденных в Мари, сохранились косвенные сведения о поражении, которое этот правитель потерпел у ворот Киша. Это первое из имеющихся в нашем распоряжении свидетельств (хотя его историческая достоверность не подтверждена), рассказывающих о войне, которую Исин вел с государствами на севере Вавилонии, где, судя по всему, Киш
182
ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
снова стал владыкой страны Аккад. В плаче, написанном в правление Ишме-Дагана, говорится о волнениях, устроенных кочевниками-амореями, которые вновь вторглись в земли, где обитало оседлое население. В этой поэме описывается опустошение варварами свяшенного города Ниппура. По форме она очень напоминает «Плач о гибели Ура», но, несомненно, описывает реально произошедшее историческое событие.
Ассирийский исшиаккум Илушума повелел оставить надпись о своем походе в Вавилонию, которую, однако, крайне сложно интерпретировать. Илушума был внуком Пузур-Аш-шура, основавшего в Ашшуре династию. Следовательно, он жил примерно в то же время, что и Ишме-Даган. В конце надписи в честь постройки храма он заявляет: «От болот [?], от Ура и Ниппура, от Авала, Кисмара и Дера до Города [= Аш-шура] я установил их освобождение от податей аккадцам и их детям». Однако в источниках, происходящих из Вавилонии, ничего не говорится о вмешательстве в ее дела правителя Аш-шура. Все города, упомянутые Илушумой, кроме Ура и Ниппура, находились к востоку от Тигра. Следовательно, он мог попытаться взять под контроль торговые пути, пролегавшие к востоку от этой реки. Выше уже говорилось о той важной роли, которую играл Дер. Вполне вероятно, что Илушума вторгся на территорию самой Вавилонии, но факт «освобождения» им от податей территории, простиравшейся от Ура до Ашшура, не согласуется с известными нам историческими фактами.
Однако один фрагмент заявления Илушумы соответству-’ ет нашим представлениям о времени правления Ишме-Дагана и его преемников. Впервые со времен царствования в Лагаше Уруинимгины правитель хвастался в своей надписи тем, что попытался побороть несправедливость в обществе. В правление III династии Ура это не требовалось, так как благодаря четко налаженному хозяйству жизнь по крайней мере большей части населения была вполне стабильной. Ишме-Даган «запретил взимать подати с города Ниппура и освободил военнообязанных от службы». В общем, он «освободил Шумер и Аккад от десятины». В одном из гимнов, посвященных Ишме-Дагану, говорится, что он освободил эренов Ниппура от военной службы и отправил их работать в храме бога — покровителя города. Однако наши источники слишком малосодержательны для того, чтобы мы могли со
183
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
ставить более детальное представление об этом событии. Кроме того, наши знания о системе уплаты податей, применявшейся в Исине, далеки от идеала.
Последним представителем династии Ишби-Эрры был Липит-Иштар (1934—1924 до н. э.). Его преемник Ур-Нинурта оказался не на своем месте. Липит-Иштар принял новый кодекс законов, основа которого была заложена Ишме-Дага-ном. Кодекс Липит-Иштара переписывали в школах, благодаря чему он стал частью шумерской литературы. Один из его списков происходит из располагавшегося в Северной Вавилонии Киша. Говоря о многочисленных параллелях между кодексами Липит-Иштара и Хаммурапи, следует помнить, что Вавилон находился в непосредственной близости от Киша. Подобно судебнику Ур-Намму, кодекс Липит-Иштара представляет собой сборник правил, снабженный вступлением и заключением. Такая же структура характерна и для кодекса Хаммурапи. В надписях Липит-Иштара, посвященных строительству храмов, снова и снова говорится о том, что этот правитель сделал для зашиты закона, — «когда он установил справедливость в Шумере и Аккаде». Мы не знаем, подразумевался ли под этими словами содержащийся в кодексе «указ» о прощении долгов, как это было позднее. Судебник Липит-Иштара сохранился лишь фрагментарно, но в гораздо лучшем состоянии, чем кодекс Ур-Намму. Таким образом, он является наиболее ценным для нас источником для изучения позднего шумерского законодательства. Мы не знаем, был ли этот кодекс первым, написанным по приказу правителей Исина. Если у него были предшественники, то по каким-то причинам их посчитали не стоящими того, чтобы сохранить для последующих поколений писцов.
В введении к кодексу говорится, что Липит-Иштар «освободил сынов и дочерей» Ниппура, Ура, Исина, а также Шумера и Аккада в целом. Вероятно, речь здесь идет о списании долгов, направленном на борьбу с социальной несправедливостью и сосредоточением богатств в руках небольшой группы людей. Во вступлении также говорится о том, что царь меняет условия обязательной службы. Решающим фактором, определявшим, сколько дней: шесть или десять — в течение месяца человек будет проводить на общественных работах, стало семейное положение (отец семейства, член большой семьи, в
184
ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
которую входит множество братьев и сестер, холостяк). Возможно, царь таким образом смягчил требования, существовавшие ранее, но во введении об этом ничего не говорится. Эти меры описаны там весьма расплывчато, вследствие чего мы не знаем, что при этом происходило в стране.
Для того чтобы понять, кто (держатели царских земель, все, кроме жрецов и чиновников, все за исключением представителей привилегированных по тем или иным причинам слоев общества) должен был участвовать в обязательных общественных работах, нам следует не ограничивать себя одним судебником. В Ниппуре была найдена копия другого царского указа, в котором говорится: «Я повелел, чтобы машка-эны работали четыре дня в месяц». Несмотря на то что этот источник не очень помогает нам ответить на данный вопрос (хотя бы потому, что мы не знаем, кого именно называли маш-ка-энами, мушкенумами по-аккадски, а имя правителя, издавшего этот указ, сохранилось лишь частично). Возможно, эти слова были написаны по приказу одного из преемников Ли-пит- Иштара.
Однако в подобных указах явно прослеживается неизвест-- ная прежде, но встречающаяся со времени правления Ишме-Дагана все чаще тенденция: царь перестал считать, что он вправе распоряжаться многочисленными группами населения так, как ему вздумается. Такой подход характерен для времени существования шумерского храмового государства, но позднее, очевидно, он потерял свою значимость.
Все же очевидно, что кодекс Липит-Иштара своими корнями уходит в прошлое Шумера. Особенно четко это видно при его сравнении с кодексом Хаммурапи и текстами, написанными при дворе представителей III династии Ура. В качестве примера следует еще раз рассмотреть проблему землевладения. В разделе судебника, посвященном собственности, ничего не говорится о пахотной земле. Вероятно, подобные < участки в те времена продолжали принадлежать государству и храмам. Еще один пример — наказания, предусмотренные кодексом за совершение преступлений. В отличие от отраженного в кодексе Хаммурапи принципа «око за око» в последнем , шумерском судебнике содержатся правила, в соответствии с которыми за нанесение ущерба или повреждений виновный Должен был заплатить пострадавшему определенную компен
185
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
сацию. Как уже было сказано выше, принцип талиона не был знаком судам в правление III династии Ура, о чем свидетельствует отсутствие упоминаний о нем в письменных источниках.
В посвященном семейному праву разделе кодекса Липит-Иштара встречается термин ни-ми-уса, значение которого можно узнать из сохранившихся до наших дней результатов судебных слушаний и произведений шумерской литературы. Это стоимость свадебного пира, организованного женихом или его отцом. Согласно шумерским обычаям, ни-ми-уса являлся неотъемлемой частью официально заключенного брака. У аккадцев также существовал аналогичный обряд — терха-тум, хотя выглядел он несколько иначе: жених должен был заплатить невесте определенную сумму. Терхатум, описанный в имеющихся в нашем распоряжении источниках, восходит к аккадскому периоду. В строгом смысле, это был выкуп за невесту. Перед нами поразительный пример, свидетельствующий о том, насколько обычаи шумеров и аккадцев отличались друг от друга.
Ближе к концу правления Липит-Иштара правитель Ларсы Гунгунум захватил Ур, в результате чего от Исина отпал юг страны. Так закончился период, во время которого государство, возглавляемое правителями Исина, хотя бы отчасти считалось преемником державы Ура. Начиная с этого момента Вавилония распалась на множество соперничавших друг с другом государств. Политическое устройство страны начиная со времени царствования в Исине Ур-Нинурты (1923—1896 до н. э.) и вплоть до воцарения в Вавилоне Хаммурапи сильно напоминало существовавшее в Шумере раннединастического периода с одним отличием — пестрой этнической принадлежностью живших в нем людей. История шумеров неумолимо приближалась к концу, а об аккадцах речь пойдет в следующей главе.
СТРАНЫ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ВАВИЛОНИИ В СЕРЕДИНЕ XX В. ДО Н. Э.
Говоря об истории остальной части Западной Азии на протяжении столетия, последовавшего за падением III династии Ура, мы должны признать, что наши знания крайне скудны, так как располагаем весьма ограниченным кругом источников.
186
СТРАНЫ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ВАВИЛОНИИ В СЕРЕДИНЕ XX В. ДО Н. Э.
Выше уже говорилось обо все возраставшей роли Ассирии, но более детально охарактеризовать историю страны, которую шумеры называли Субур или Субир, а аккадцы — Субарту, мы не можем. Мы также крайне мало знаем об истории Сирии и региона, находящегося в среднем течении Евфрата. Ишби-Эрра родом из Мари, но нам неизвестно, принадлежал ли этот город правителям Исина и, если это было действительно так, на протяжении какого времени он им подчинялся. В нашем распоряжении имеется корпус коротких документов из Мари, несколько глиняных моделей овечьей печени, на которые нанесены описания соответствующих пророчеств и которые датируются концом XX в. до н. э. Они написаны на одном из древнейших диалектов аккадского языка и не помогают нам составить представление о политической ситуации, сложившейся в городе, на территории которого они были найдены. Огромный архив писем, относящийся ко времени правления Хаммурапи и найденный в Мари, помогает нам разобраться в сложной этнической и политической ситуации в Сирии, но о событиях более раннего времени нам ничего не известно. История Малой Азии, как и в период правления III династии Ура, не освещена в клинописных источниках. Мы знаем, что к началу 2-го тыс. до н. э. хетты, индоевропейцы по происхождению, стали мигрировать в Анатолию. Однако письменные свидетельства по их истории появились только в следующем столетии, о чем пойдет речь в следующей главе.
Гораздо лучше мы осведомлены об истории Элама и соседних стран. Территория этого государства более или менее совпадала с той, которую занимала на античных атласах Су-зиана. К северу от Элама лежала горная страна Аншан, которая, в отличие от него, сохранила свою независимость и не вошла в состав государства III династии Ура. Согласно царскому списку, найденному в Сузах, в Симаше (возможно, территория современного Хорремабада) начиная со времени правления в Уре Шу-Суэна (2036—2028 до н. э.) и заканчивая примерно серединой XIX в. до н. э. правила собственная династия. Затем неким Эпарти была основана новая династия, правившая до конца XVI в. до н. э. Симаш был союзником Элама, причем его правитель вполне мог возглавлять этот союз. Под названием «су» или «суа» в шумерских ис
187
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
точниках подразумевается ряд территорий в северной части Загроса, к востоку от Ассирии. Они также были тесно связаны с Эламом, приняв, как уже было сказано выше, участие в разрушении Ура. Правда, в настоящее время нам неизвестно, кто — правитель Симаша или Элама — возглавлял поход против этого города. Вполне возможно, что этим человеком был Хутран-Темпт, правитель Симаша. По крайней мере, память об этом царе настолько прочно засела в умы его подданных, что правитель Суз Шилхак-Иншушинак (ХП в. до н. э.) называл его своим предком. В нашем распоряжении имеются источники, датирующиеся XIX—XVIII вв. до н. э., в которых описывается структура союза Элама, Аншана и Симаша. При этом о политической ситуации, сложившейся в XXI—XX вв. до н. э., мы ничего не знаем.
Победа Элама над Ибби-Суэном, перевозка последнего царя Ура в далекий Аншан, изгнание эламцев из Вавилонии правителем Исина Ишби-Эррой — вряд ли все это могло привести к заключению мира между Междуречьем и царями-союзниками. Ишби-Эрра попытался прибегнуть к излюбленному дипломатическому средству представителей III династии Ура — династическому браку, выдав одну из своих дочерей замуж за сына Хумбан-шимити, преемника Хутан-Темпта на троне Симаша. Правитель Эшнунны Билалама, современник Шуилишу и царя Исина Иддин-Дагана, также отдал руку своей дочери третьему преемнику Хумбан-шимити. С другой стороны, правитель Дера Анум-муттаббил, живший в то же время, что и Билалама, утверждал, что одержал победу над Аншаном, Эламом, Симашем и Барахши. В целом можно предположить, что на территории, располагавшейся на границе между Эламом и Вавилонией, союзы сменялись враждой и наоборот. Подобная ситуация вскоре стала характерной и для самой Вавилонии.
Однако Вавилония уже одержала победу над Эламом, где начиная с периодов его подчинения правителям Аккада и Ура все тексты записывались на аккадском. Такая же ситуация сохранилась и после того, как Элам обрел независимость. Правители и чиновники этой страны использовали аккадский на протяжении всего 2-го тыс. до н. э., предпочитая в делах, связанных с управлением государством и хозяйством, использовать его, а не свой родной язык. Письменные источники, на
188
выводы
писанные на эламском языке, встречаются крайне редко. В школах писцов Суз, как и в самой Вавилонии, изучалась и насаждалась шумерская и аккадская литература. Именно так были найдены фрагменты Шумерского царского списка. Элам смог восстать против гегемонии Вавилонии, сумел вторгнуться на ее территорию, стать соперником и настоящим кошмаром для правителей находившихся на ее территории государств, но так и не смог побороть интеллектуальное влияние Шумера и Аккада.
ВЫВОДЫ
С тех пор как шумеры пришли на Вавилонскую равнину в 4-м тыс. до н. э., им не пришлось столкнуться с новой миграцией. Семитское население равнины, с другой стороны, увеличивалось за счет притока кочевых племен, которые иногда приходили на территорию страны небольшими группами, а порой вторгались целой волной. Соотношение между шумерами и семитами стало смещаться в пользу последних. С каждым веком шумеры оказывались все в большей зависимости от семитов, причем как с этнической, так и с лингвистической точки зрения. К началу 2-го тыс. до н. э. этот процесс неизбежно завершился. Шумерский к этому времени перестал использоваться в устной речи и постепенно исчез. Шумерская литература стала частью культурного наследия аккадских литераторов, классикой, написанной на мертвом языке.
На первый взгляд политическая ситуация производит несколько иное впечатление. Саргон и его преемники сделали Шумер частью огромной семитской державы, но из-за появления кутиев Центральная Вавилония и аккадский север в большей степени подчинялись захватчикам, чем юг. Там в правление Гудеа Лагаш привел Шумер к апогею процветания. Победа Утухенгаля и появление в Уре новой, III династии позволили Шумеру установить гегемонию над большей частью Месопотамии. Поэтому эпоху между правлениями Гудеа и Ибби-Суэна называют «шумерским Ренессансом». Однако воспринимать истории Междуречья как чередование периодов величия шумеров и аккадцев — значит чересчур упрощать ее.
189
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
Государство, созданное Саргонидами, многим обязано раннему Шумеру, а держава, которой правили представители III династии Ура, — Аккаду. Начиная с раннединастического периода отношения между шумерами и аккадцами перестали выглядеть как соревнование, превратившись в симбиоз.
Во второй главе этой книги уже говорилось о предположительном конфликте между этими народами. Однако нам следует доказать, что в имеющихся в нашем распоряжении источниках отражена сознательная реакция одного народа на действия другого и радость от победы или от восстановления независимости. Саргон «покорил Урук в битве и победил пятьдесят энси». Но перед нами типичная для раннединастического периода борьба между различными союзами, которые образовывались на территории Вавилонии. В данном случае речь идет об аккадцах, с одной стороны, и шумерах во главе с Лугальзагеси — с другой. Из надписей царей Аккада мы узнаем, что они применяли силу против аккадских городов, осмелившихся восстать против них. Саргон пишет, что в качестве энси он назначал «сынов Аккада». Может ли это свидетельствовать о намеренном отстранении шумеров от власти? Или перед нами исключительно политический акт, целью которого являлось назначение на должности наместников территорий в составе весьма беспокойной державы верных царю людей, не давая, таким образом, всем остальным участвовать в управлении государством?
Продолжительное противостояние народов имело место в истории Западной Азии; ярким примером этого являются Элам и Вавилония. Однако отношения подобного рода внутри Вавилонии — между шумерами и аккадцами — не существовали. В нашем распоряжении имеется всего одна шумерская поэма, для которой характерен антиаккадский настрой. Речь идет о «Проклятии Аккада», написанной после падения державы Саргонидов.
Конечно, образованные шумеры, например писцы, могли с некоторым высокомерием относиться к тем, кто не знает их языка. Нечто подобное, некоторое чувство превосходства, очевидно, прослеживается в беглом замечании «шумерского» царя Ибби-Суэна, носившего аккадское имя (!), который называл своего врага Ишби-Эрру из Мари «человеком не шумерского семени». Противопоставлять высокообразованных
190
выводы
Шумеров грубым «варварам» аккадцам — значит слишком вольно трактовать исторические факты. В период правления Саргонидов аккадское искусство процветало; классические произведения аккадской литературы, написанные в древневавилонский период, совсем не хуже сочинений шумеров.
Вместо того чтобы выискивать различия, нам следует сосредоточить свое внимание на том, как шумеры и аккадцы совместными усилиями на протяжении многих столетий выполняли совместную работу — сохраняли и передавали из поколения в поколение произведения шумерской литературы. В правление Гудеа и представителей III династии Ура, другими словами, в последние годы существования шумерского языка в качестве разговорного, внезапно начался золотой век шумерской литературы. При этом не только записывались древние произведения, передававшиеся прежде из уст в уста, но и предпринимались весьма успешные попытки создания чего-то нового. Лингвистическая форма этого позднего шумерского языка, в котором присутствует большое количество «аккадизмов», свидетельствует о том, что к этой литературной деятельности приложили руку как шумеры, так и аккадцы, причем роль последних в ней все возрастала. «Классический шумерский» дольше всего продержался в школах писцов Ниппура. Сочинения, написанные на этом языке в Уре и Ларсе в правление Рим-Сина, трудны для понимания современного читателя — слишком значительно используемые в них грамматические конструкции отличаются от характерных для «классического» варианта шумерского языка.
Первые правители Исина сознательно выступали в качестве преемников III династии Ура, несмотря на то что их династия, обладающая исключительно семитским происхождением, не имела никакого отношения к шумерскому наследию. Таким образом, они находились в значительной зависимости от форм, созданных шумерской цивилизацией, причем такое их поведение было связано не с простым консерватизмом, а с попыткой сохранить ценности, которые могли в любой момент исчезнуть. Признание шумерского языка общекультурным достоянием всей Месопотамии, которое будет оказывать на нее влияние на протяжении нескольких тысячелетий, является заслугой не только Шумера или представителей III ди
191
Глава 4. Ill ДИНАСТИЯ УРА: ДЕРЖАВА И ЕЕ ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ
настии Ура. Определенную роль в этом сыграли и правители Исина, причем поступали они осознанно, правильно и вдумчиво.
Свержение Ибби-Суэна и последовавшее за ним разрушение Ура не привело к резкому перевороту в истории Вавилонии. Он произошел только через сто лет, в правление в Иси-не Ур-Нинурты, а в Ларсе — Гунгунума. К тому времени люди перестали говорить на шумерском, а аккадский язык изменился, став из древнеаккадского древневавилонским.
Как правило, считается, что описываемая нами эпоха завершилась с падением III династии Ура. Однако, описав в этой главе более поздние события, связанные с «исино-лар-ским» периодом, как эту эпоху обычно называют, мы пытались не переписать историю Месопотамии, а, наоборот, тщательно проследить ее ход.
Глава 5
СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
ВВЕДЕНИЕ
Как правило, считается, что старовавилонский период начался после падения III династии Ура и завершился в 1594 г. до н. э., когда хеттский царь Мурсили I в результате предпринятого им стремительного похода проник в глубь территории Вавилонии, скинув с трона представителя I династии Вавилона и оставив после себя вакуум, который поспешили заполнить касситы.
В предыдущей главе мы уже рассказывали о событиях, пришедшихся на промежуток времени между падением Ура и правлением в Исине Липит-Иштара (1934—1924 до н. э.) и ставших непосредственным продолжением (хотя и в несколько иной форме) истории III династии Ура. В конце XX в. до н. э. Вавилония вступила в новый период своей истории, продолжавшийся на протяжении XIX — начала XVIII в. до н. э. В регионе правил целый ряд местных династий, соперничавших друг с другом, причем доминировали в это неспокойное время сразу несколько городов: Псин, Ларса, Вавилон, к которым время от времени присоединялись Урук и Эшнунна.
В конце XIX — начале XVIII в. до н. э. появилась новая тенденция — начали образовываться более крупные государства. Кульминацией этого процесса стало появление в правление Хаммурапи (1792—1750 до н. э.) Вавилонского царства. Можно предположить, что появление этой державы — результат миграции амореев, подобно тому как государство со столицей в Аккаде появилось вследствие проникновения в Вавилонию аккадцев. Однако данная точка зрения ошибочна
193
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
и по меньшей мере нуждается в некоторых оговорках. Аккадская династия управляла своей державой на протяжении столетия, а основанная Хаммурапи — в течение всего лишь двух десятилетий. Появление в регионе амореев не привело к смене письменного языка как средства культурного самовыражения. В правление непосредственного преемника Хаммурапи, Самсу-илуны, партикуляризм, характерный для Месопотамии, уже разрывал державу на части. Помимо этого на востоке внезапно появились касситы, будущие завоеватели Вавилонии и ее правители на протяжении целого столетия, ставшие еще одной угрозой для Вавилона.
Имеющиеся в нашем распоряжении источники, содержащие сведения о периоде, начавшемся в правление Липит-Иштара и завершившемся в 1594 г. до н. э. (а это полные 300 лет), позволяют нам нарисовать гораздо более полную картину истории Вавилонии этого времени, чем те, которые мы могли составить для более ранних эпох. Впервые у нас появляется возможность проследить последовательность событий, происходивших на большей части территории Западной Азии — не только в районе Плодородного полумесяца, но и в Эламе и Анатолии. Однако, как обычно, наиболее многочисленные и разнообразные источники рассказывают о Вавилонии, а значит, наше представление об истории этого времени остается «вавилоноцентричным», что, впрочем, отражено в самом названии «старовавилонский период». Это не только справедливо при рассказе о политической истории, но и должно учитываться при анализе социального и культурного развития данного региона в рассматриваемую нами эпоху.
Общественный строй, сложившийся в эпоху существования шумерских городов, прекратил свое существование. В тот период начало формироваться общество, в котором, помимо дворца с его хозяйственной жизнью и чиновничеством, существовали частный сектор экономики, частное землевладение и личное богатство, принадлежавшее представителям «среднего класса». Что касается храмов, то им пришлось довольствоваться только одной ролью — мест отправления культов богов. Положение царя изменилось почти до неузнаваемости. Представления об обожествленном правителе были чужды амореям, а значит, и тем их представи
194
ВВЕДЕНИЕ
телям, которые заняли троны государств Месопотамии, и основанным ими династиям в целом. За пределами Исина встречались лишь отдельные примеры обожествления царей, причем, как правило, оно скорее являлось следствием стремления к архаизации, чем традицией. Гимн, поэма, адресованная царю как богу, была написана в правление I династии Вавилона (Самсу-илуна), но она основывается на устаревших клише и представляет собой достаточно слабую попытку обратиться к шумерской поэзии.
«Старовавилонский» — понятие не только историческое, но и лингвистическое. Историю аккадского языка можно проследить по письменным источникам, создававшимся на протяжении двух с половиной тысячелетий, и подразделить на несколько этапов. Древнейшим был староаккадский, язык, на котором писали цари Аккада; после него, примерно при четвертом поколении династии правителей Исина, сформировался древневавилонский язык, переставший использоваться в начале XVI в. до н. э. По крайней мере, таковы нижняя и верхняя границы. Точка, в которой произошла смена языка, вариативна и зависит от конкретных обстоятельств. По аналогии со старовавилонским мы называем аккадский язык, на котором писали в районе Ашшура, староассирийским. Средневавилонский и среднеассирийский языки появились во второй половине II тыс. до н. э.
В основу хронологии старовавилонского периода легли списки царей Исина, Ларсы и Вавилона, а также перечни датировочных формул, использованных представителями этих трех династий. В Исине после Липит-Иштара правили еще десять царей (1923—1794 до н. э.). Основателем династии правителей Ларсы, согласно царскому списку, был На-планум (2025 до н. э.), но ее представителям не удавалось добиться какого-либо признания вплоть до восшествия на престол Гунгунума (1932—1906 до н. э.), после смерти которого городом правили еще девять царей (1905—1863 до н. э.). Первым представителем I династии Вавилона стал Суму-абум (1894—1881 до н. э.), а последним — одиннадцатый царь, которого звали Самсу-дитана (1625—1594 до н. э.).
Благодаря тому что несколько царей правили одновременно и их имена нередко упоминаются в источниках вместе, мы можем дополнить эту картину датировками правле
195
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
ний многих царей, занимавших в рассматриваемый период троны других государств, хотя в случае с Уруком и Эшнун-ной мы до сих пор не можем датировать события, происходившие в этих государствах, основываясь на местной хронологии, позволяющей нам свободно продвигаться от одного десятилетия к другому. Правитель Ассирии Шамши-Адад был старшим современником Хаммурапи и, возможно, умер на десятом году пребывания последнего на троне (1782 до н. э.). Однако пока мы не можем однозначно установить годы царствования независимых ассирийских царей, правивших ранее. Поскольку мы не в состоянии определить даты пребывания Илушумы на троне, нам неизвестны и точные датировки правления представителей династии, основанной его дедом Пузур-Ашшуром.
Решающими в истории Месопотамии старовавилонского периода стали два года: 1793 г. до н. э., когда Ларса, где тогда правил Рим-Син, сумела ослабить Исин, и 1762 г. до н. э., когда вавилонский царь Хаммурапи положил конец ее независимости. Однако прежде чем начать рассказ об истории, нам следует обратить внимание на два других предмета, первым из которых является отношение кочевников к оседлому населению Месопотамии. Судя по имеющимся в нашем распоряжении источникам, проблема кочевников никогда не стояла в этом регионе так остро, как в рассматриваемый нами период. Во-вторых, следует отметить, что для того, чтобы подробно осветить историю отдельных династий, одного скучного рассказа порой будет недостаточно. Для формирования полного представления о политической ситуации в Месопотамии нам следует понимать суть происходивших тогда событий. Таким образом, прежде чем начать приводить факты, нужно рассказать о вавилонских предсказаниях по печени животных, четко отражающих политическую ситуацию в регионе в рассматриваемый период.
КОЧЕВНИКИ В СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
Преувеличить роль кочевников-семитов в истории Месопотамии практически невозможно. Мы снова и снова подчеркивали ее важность. По шумерским письменным источ
196
КОЧЕВНИКИ В СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
никам племена кочевников известны под собирательным названием «марту», которому соответствует термин «амурру», встречающийся в аккадских текстах. Оба этих названия следует понимать в историческом контексте. Они передавались из поколения в поколение, а значит, мы не можем определить, относились ли эти термины к одним и тем же людям, одному и тому же клану или племени в разные промежутки времени. К примеру, вполне возможно, что изначально оседлые жители региона стали обозначать названием одного племени всех кочевников. В истории как Ближнего Востока, так и Европы существует множество параллелей, связанных с обобщением этнонима и перенесением его на более широкую группу людей. Французы называют немцев allemands в честь алеманнов — союза племен эпохи Великого переселения народов; финны — saksa в честь впервые добравшихся до них саксов. Сирийское слово tayyaya обозначает арабов в целом, хотя изначально так называлось отдельное племя.
Первый случай появления в письменных источниках термина «марту» весьма примечателен. Речь идет о договоре купли-продажи объектов недвижимости, датируемом третьим этапом раннединастического периода, причем в данном случае это слово используется для указания направления: tum-mar-tu можно перевести как «ветер [направление] марту», и обозначает запад, точнее, юго-запад, так как роза ветров в долине Тигра и Евфрата ориентирована не по сторонам света, а между ними. Правитель Аккада Шаркалишарри сражался против амурру на нагорье Джебель-Бишри, простирающемся от Пальмиры до Евфрата. Источники называют кочевников, сыгравших столь важную роль в падении III династии Ура, марту. По всей Месопотамии в начале старовавилонского периода появлялись новые царские династии. Их основатели, судя по именам (Напланум в Ларсе, Суму-абум в Вавилоне, Ашду-ниарим в Кише, Яхзир-эль в Казаллу и т. д.), которые они носили, не были аккадцами, в то же время являясь семитами. В указе правителя Вавилона Амми-цадуки (1646—1626 до н. э.) его подданные названы «аккадцами и амурру».
Основной вопрос состоит в том, в какой степени эти месопотамские кочевники в конце 3-го тыс. до н. э. и на протяжении первых столетий 2-го тыс. до н. э. составляли однородную этническую группу. Иными словами, можно ли
197
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
сравнивать их с аккадцами, амореями, арабами и утверждать, будто они являются представителями одного, поддающегося определению народа? Как было сказано выше, семиты мигрировали в бассейн Тигра и Евфрата несколькими волнами. Наш вопрос является в первую очередь лингвистическим: нам следует определить, когда язык амурру стал соответствовать общей схеме семитских языков. Для этого в нашем распоряжении имеются только личные имена и несколько «аморейских» выражений, попавших в аккадский язык на протяжении старовавилонского периода. Дело в том, что, осев, они стали использовать в качестве письменного языка аккадский, а возможно, вскоре начали и говорить на нем. Однако личные имена, по крайней мере, могут стать для нас отправной точкой. В более древних семитских языках нередко встречаются имена, каждое из которых состояло из целого предложения («бог X благосклонен к нему» и т. п.), весьма близкого разговорной речи того времени.
Таким образом, можно предположить, что язык амореев очень близок к тем, которые мы называем ханаанскими: ивриту, финикийскому и, хотя этот вывод пока является спорным, угаритскому. Некоторые исследователи действительно называют месопотамских кочевников старовавилонского периода ханаанцами. С исторической точки зрения это мнение выглядит неоднозначно из-за слишком сильных ассоциаций с Ханааном и его жителями, хотя этот термин вполне может быть использован в данном случае, если его понимать в более широком, исключительно лингвистическом ключе. Понятие «аморейский», с другой стороны, имеет под собой более прочную историческую основу, потому что образовано от названия племени, существовавшего в то же время. Однако с лингвистической точки зрения оно неуместно.
Те же аргументы, которые позволяют с точки зрения лингвистики определить, что эти кочевники старовавилонского периода говорили на языке, принадлежащем к «ханаанской» ветви семитских языков, относятся и к марту, или амурру эпохи правления III династии Ура. Однако по данному вопросу мнения исследователей расходятся. Некоторые считают, что язык последних отличался от входящих в «ханаанскую» ветвь. Но в рамках одной языковой ветви нередко сосуществует множество диалектов, которые могут значи
198
КОЧЕВНИКИ В СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
тельно разниться. Лучшим примером этого является современный арабский: араб из Ирака не сумеет понять, что ему говорит марокканец.
Таким образом, амурру, жившие в правление представителей III династии Ура, вполне могли быть носителями языка, принадлежащего к «ханаанской» семье семитских языков. Однако о том, на каком языке говорили кочевники в период существования Аккадской державы и в раннединастическую эпоху, мы совершенно ничего не знаем, так как в источниках этого времени не сохранились их имена, которые могли бы помочь нам решить данную проблему.
Даже определив, на каком языке говорили эти кочевники, мы не узнаем, откуда они пришли. Мы не можем утверждать, что в древности ситуация на Аравийском полуострове походила на сложившуюся в новейшей истории, когда он оказался обиталищем бесчисленного множества бедуинов. Люди не могли кочевать на значительные расстояния до одомашнивания верблюда, а это произошло только ближе к концу 2-го тыс. до н. э. Древнейшие кочевники, со всеми своими стадами овец и коз, не могли отойти от ближайшего источника воды дальше чем на расстояние, которое можно было преодолеть за один день. Его передвижения сводились к переходу от одного колодца или реки к другому. В качестве пастбищ для своего скота кочевники 3-го и 2-го тыс. до н. э. использовали степи, простиравшиеся вдоль внутреннего края Плодородного полумесяца и полупустынные равнины Сирии. Аравийская пустыня была для них недоступна. Как правило, миграция зависела от времени года. Обычно стада и их владельцы следовали за отступавшей и возвращавшейся растительностью, с равнины на горные пастбища и назад. В то же время эта смена пастбищ наряду с необходимостью посещать города, чтобы обменивать там свои товары на муку, предметы домашнего обихода и оружие, необходимое для охоты, приводила к тому, что кочевники неизбежно вступали в контакт с оседлым населением.
Такая ситуация была нормальной. Более масштабные миграции представляли собой переселение в зоны обитания оседлого населения целых племен, надеявшихся там закрепиться. Внутрь территории Месопотамии они, как правило, попадали из западных степей через две области — террито
199
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
рию в районе среднего течения Евфрата и местность, расположенную примерно на той же широте, что и Сиппар, но южнее. Северный маршрут, пересекая Евфрат, вел в район реки Хабур и южную часть «Верхней страны». Горные хребты мешали передвижению кочевников на север и восток. Вплоть до этого времени они не вторгались в горные районы Анатолии и Ирана с равнины. Кроме того, суровые обитатели гор вполне могли оказать им жестокое сопротивление, из-за чего племенам кочевников приходилось поворачивать обратно на юго-восток в бассейн реки Диялы и Вавилонию. Южный маршрут также вел на восток. Перейдя вброд Тигр и Евфрат на широте Сиппара (где эти реки текут близко друг к другу), кочевники добирались до территории, расположенной к востоку от Тигра и к югу от Диялы, которая во 2-м тыс. до н. э. называлась Ямутбал. Обосновавшись там, они представляли постоянную угрозу для жителей северо-восточной части Вавилонии и городов, окружавших долину Диялы.
Миграция была вызвана не только поиском новых пастбищ. Перенаселение степей, повышенный спрос на доступные места водопоя, выдавливание сильными племенами более слабых — все это сделало поиск новых пастбищ обязательным. Однако перспектива совершить набег на оседлые поселения и разграбить их была заманчивой для кочевников во все времена. Однако на этих ранних стадиях им было неизвестно стремление завладеть полями и садами оседлых жителей. Владелец земли должен был работать на ней, а кочевники не привыкли к этому. Переход к оседлому образу жизни— это почти всегда вынужденный шаг. Наниматься к оседлым в качестве работников црг заставить голод, правители государств иногда приглашали их в свои армии в качестве наемников, в качестве платы даруя земельные владения, а также часть добычи. Иногда при подобных обстоятельствах к оседлому образу жизни переходило целое племя. Порой его члены разделялись — одни предпочитали сохранить свой прежний образ жизни, другие отправлялись на службу вместе с жителями городов.
В письменных источниках старовавилонского периода не только идет речь о кочевниках в целом, но и приводятся названия отдельных племен. Когда мы отметим на карте Месопотамии места, откуда происходят тексты, рассказыва
200
КОЧЕВНИКИ В СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
ющие о каждом из них, получившаяся пестрая картина будет походить на характерную для Аравийского полуострова Новейшего времени, населенного огромным количеством различных арабских племен, причем одно и то же племя может быть разделено на части и рассредоточено по всей территории региона. Одно из основных племен амореев, упомянутое в архиве Мари, называлось амнанум. Представители того же племени стояли у ворот Урука. Правитель этого города Син-кашид (ок. 1865—1835 до н. э.) называл себя «царем Урука, царем амнанум». В письме правителя Урука Анама (ок. 1821 — 1817 до н. э.) говорится, что амнанум и яхрурум (этот этноним также встречается в архиве Мари) разбили лагерь возле Урука. После периода правления Хаммурапи два пригорода Сиппара назывались Амнанум и Яхрурум.
Амнанум, яхрурум и убрабум входили в союз племен ма-ру-ямина (или, на их собственном языке, бину-ямина). Это название можно перевести как «сыновья юга», и оно лингвистически связано с коленом Вениаминовым Ветхого Завета. Другой союз племен, упоминающийся в основном в источниках из архива Мари, назывался хану. В отличие от мару-ямина они приняли сторону оседлых жителей, причем эта связь была очень тесной, так как в текстах из архива Мари словом «хану» обозначали любого кочевника-наемника, служившего правителю этого города. В то же время в нашем распоряжении имеются примеры употребления этого этнонима в ином значении: хану называли наемника, а также его использовали в более узком смысле: амуррум — любой кочевник.
Структура племени амореев, насколько мы можем судить, характерна для современного племени бедуинов. Вождя, или шейха, они называли абум, что можно перевести с аккадского как «отец». Кроме того, нередко встречается и слово на языке самих кочевников — сугагум. В аккадских текстах одно и то же слово используется для обозначения «старейшин» как в племени, так и в городе. Как только племя поступало на службу правителя города, его шейх брал на себя ответственность за поведение своих соплеменников. Семьи вождей, очевидно, вступали в особенно тесные отношения с жителями города, собирая опыт, который мог быть им полезен. По письмам из архива Мари видно, что правители
201
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
городов порой общались с шейхами весьма дипломатично, чтобы не позволить их племенам поднять восстание.
Письмо, адресованное правителю Мари Зимри-Лиму (1782—1759 до н. э.), свидетельствует об огромном значении, которое имело для царя племя хану в среднем течении Евфрата: «Пусть мой господин сохранит свое царское достоинство. Так как ты царь хану, ты также, во-вторых, царь аккадцев. Пусть мой господин не едет на лошадях, а на колесницах, запряженных мулами». Аккадцы, оказавшиеся в меньшинстве (или аккадизированные кочевники), стремились сохранить свои традиции, так как Зимри-Лим происходил из рода, ведущего свое происхождение от представителей кочевого племени. Аналогичными корнями обладал и автор письма — управитель дворца Бахди-Лим.
Мы не знаем, каким образом шаг за шагом власть в городе захватил узурпатор, происходивший из племени кочевников, и каким образом была основана династия амореев. Для этого нам необходимо получить больше сведений о биографии царя. Все, что мы имеем в настоящее время, — это датировочные формулы, найденные в городе, правитель которого носил аморейское имя и называл себя «царем [города] X» в своих посвятительных и строительных надписях. Можно предположить, что шейх кочевников, прежде чем захватить трон, должен был подробно изучить культуру и образ жизни города.
В этом отношении весьма интересен пример Кудур-мабу-ка, который помог своему сыну Варад-Сину занять престол Ларсы в 1834 г. до н. э. Само имя Кудур-мабук, как и принадлежавшее его отцу Симти-шилтаку, имеет эламское происхождение. Однако нам известно, что он носил титул «шейх Ямутбала, шейх амурру», а значит, он вовсе не был эламцем. Его сыновья Варад-Син и Рим-Син, взошедший на трон после смерти брата, носили аккадские имена. Вероятно, Кудур-мабук происходил из рода вождей, жившего на протяжении нескольких поколений в Ямутбале, представители которого служили правителям соседнего Элама при тех же обстоятельствах, что и хану в Мари. Назначив свою дочь Энанеду (шумерское имя) жрицей-эн бога луны в Уре и воспользовавшись таким образом древней царской прерогативой, Кудур-мабук продемонстрировал более чем поверхностное знакомство с обыча
202
СТАРОВАВИЛОНСКИЕ ПРОРОЧЕСТВА КАК ОТРАЖЕНИЕ ИСТОРИИ ПЕРИОДА
ями городской цивилизации, хотя сам был потомком и вождем кочевников. Амореи, по крайней мере частично, усвоили образ жизни городов, в которых они, один за другим, начинали править.
К середине 2-го тыс. до н. э. этот процесс ассимиляции завершился. Амореи стали использовать аккадский язык и приняли аккадскую культуру. Во второй половине 2-го тыс. до н. э. на территорию Плодородного полумесяца пришли арамеи, миграция которых повлияла на историю всего этого региона. Однако в Сирии и Палестине кочевников ждала несколько иная судьба. Там абсолютным большинством населения стали сначала ханаанцы, а затем арамеи.
СТАРОВАВИЛОНСКИЕ ПРОРОЧЕСТВА КАК ОТРАЖЕНИЕ ИСТОРИИ ПЕРИОДА
Выше мы уже говорили, какую пользу могут принести тексты пророчеств для описания прошлого Месопотамии. Как мы видели, говоря об Аккаде, особые приметы, присутствующие на печени жертвенной овцы, связывались с некими примечательными событиями, которые они «предсказывали»: «Если плоть проросла через «ворота дворца» [далее следует термин, которым обозначалась часть печени], это пророчество о том, что Шульги захватит Таппадараш». Судя по ряду пророчеств, несколько правителей умерли насильственной смертью; в других сохранилось воспоминание о падении Ура в правление Ибби-Суэна. Но еще больший, чем описания конкретных событий, интерес представляют пред-сказания будущего в целом. Приведем пример: «Если [далее следует описание конкретного предсказания по печени], царевич не вернется из похода, в который он отправляется». В нашем распоряжении имеются сотни таких общих пророчеств, причем не все они сделаны по печени. Некоторые предсказания получены путем наблюдения за поведением масла, вылитого в воду (леканомантия) или по форме дыма, испускаемого благовониями. Эти общие пророчества позволяют нам составить довольно яркое представление о политической, экономической и отчасти общественной жизни в эту непростую эпоху. Ценность для нас они представляют
203
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
именно благодаря своей обобщенности — они позволяют нам понять, что считалось обычным, а что — случайным. Нам известно, что в этих предсказаниях отсутствуют ссылки на конкретные события и что они предвещают то, что в те времена считалось возможным. Они нередко подтверждают выводы, полученные нами при чтении писем данного периода, лучших из имеющихся в нашем распоряжении источников, рассказывающих о конкретных событиях.
Поразительно часто в пророчествах встречается тема насильственной смерти царя или его свержения с престола. Нередко его царство по своим размерам не отличалось от административно-территориальной единицы державы, которой управляли представители III династии Ура, хотя очень многие стремились заполучить его. В текстах предсказаний говорится, что «сановник убьет царя», что «наследник правителя убьет своего отца, чтобы занять его трон» или что «визирь сядет на трон своего господина». «Великий визирь» или «царские чиновники» считались потенциальными цареубийцами. Порой правителю в итоге удавалось разбить своих внутренних врагов: «Царь будет отправлен в ссылку, но станет сильным [снова] в области [своего царства]» или: «Над страной, которая восстает против своего пастуха, пастух получит преимущество». В подобных обстоятельствах предсказание вроде «Царь примет смерть, которую его бог предназначил ему, и сановник станет править в стране» является идиллическим исключением (если, конечно, речь идет о естественной смерти). Мятеж считался обычным делом даже на низших уровнях управления: «Люди области изгонят своего градоначальника». Однако власти не всегда были готовы обороняться: «Царь сместит своего великого визиря» или, что еще более примечательно: «Царь прикажет, чтобы глаза человека дворца были вырваны».
Отношения с соседями выглядят более стабильными. Союзы оставались некрепкими, клятвы верности — не заслуживающими доверия, а следовательно, война оказывалась вещью непредсказуемой: «Царевича покинут его помощники» или «Мой союзник перейдет на сторону врага». Предательство при этом продолжало существовать: «Великий... откроет ворота твоего города [врагу]», «Шпион отправится в путь», «Тот, кто сидит перед царем, снова и снова станет
204
СТАРОВАВИЛОНСКИЕ ПРОРОЧЕСТВА КАК ОТРАЖЕНИЕ ИСТОРИИ ПЕРИОДА
передавать секрет царя врагу», «Сановник сбежит». Война между такими двумя маленькими государствами, будучи вполне логичным следствием этой мелодрамы, также не имела большого фазмаха: «Враг нагрузит лодку ячменем и увезет ее в качестве добычи». Имели место набеги, подобные тем, которые предпринимали кочевники, хотя в них участвовали жители городов. Тем не менее их результатом вполне могли стать завоевание и смена правителя, причем происходило это довольно быстро. Так, в одном из пророчеств говорится: «Статую, которую сделал царь, привезет [в храм в качестве вотивного дара] другой». Узурпация памятников, с помощью которой захватчик пытался сделать так, чтобы магическая сила вотивного дара, сделанного по заказу другого, была направлена в его пользу, была довольно частым явлением. «Две страны сожрут друг друга» — так звучит одно весьма пессимистичное предсказание об итогах войны, но также было возможно, что «враждующие цари заключат мир и их страны будут жить в безопасности». Неудивительно, что в пророчествах звучит ностальгия о древнем величии: «Будет править царь Шумера», — надеялся автор одного предсказания, «Царь вселенной появится в стране», — говорится в другом.
Нестабильность в государственном аппарате не была ограничена только политической сферой. Тексты некоторых предсказаний приобретают оттенок скандальности: «Жрец сангу будет постоянно заниматься любовью с жрицей-эн», «Жрица-эн снова и снова тайно будет нарушать запрет; это выяснится, и она будет сожжена», «Дочь царя станет проституткой».
Природные бедствия и предзнаменования также упоминаются в предсказаниях. В них говорится о солнечном и лунном затмениях, жаре, холоде (и даже снеге!), масштабных пожарах, проломленных плотинах, наводнениях и нашествии саранчи, досаждавших стране и вносивших свой вклад в ее хозяйство, приводя к неурожаям и голоду. Пророчества, касающиеся семейной жизни, а также отношений отдельного человека с властью, встречаются редко. В качестве примера можно привести следующие: «Человек испытает радость по пути во дворец», «Его противник в судебном процессе падет во дворце» (видимо, в данном случае речь идет о споре, который решал царь или правитель какой-либо области). Одно
205
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
предсказание предназначено «для мушкенума: в будущем дворец распорядится его домом и имуществом». В старовавилонский период мушкенумом называли, вероятно, неполноправного арендатора земли, принадлежавшей дворцу. В фразе «эпидемия среди хупшумов» говорится о представителях слоя общества, занимавшего худшее положение, природу которого мы не можем подробно охарактеризовать. Таким образом, по этим пережиткам науки того времени, основанной на суевериях, содержатся сведения, позволяющие нам судить и об общественном строе. Благодаря своему стремлению увидеть будущее вавилоняне позволили нам многое узнать о прошлом.
ЛАРСА, ИСИН, УРУК, ВАВИЛОН И ЭШНУННА В XIX В. ДО Н. Э.
Как было сказано выше, Гунгунум (1932—1906 до н. э.) стал первым «подлинным» представителем правящей династии Ларсы. Именно он перехватил морской порт Ур, центр южной торговли, у правителя Исина Липит-Иштара (1934— 1924 до н. э.). Насколько нам известно, несмотря на это, он поддерживал мирные отношения с Исином. Благодаря пророчеству по печени дочь Липит-Иштара Эннинсунзи была избрана жрицей-эн бога Нанны и должна была служить в его храме, располагавшемся в Уре. Данный «пост» царевны получали еще со времен Саргонидов. Через два года Гунгунум ввел ее в эту «должность». В одном из хозяйственных текстов, найденных в Уре^говорится, что правитель Исина Ур-Нинурта, преемник Липит-Иштара, посвятил вотивный дар богу — покровителю Ура, подтверждая таким образом свою приверженность его культу, хотя к его государству этот город больше не имел никакого отношения. На протяжении примерно столетия, вплоть до правления Энлиль-бани (1860— 1837 до н. э.), правители Исина с помощью своей титулату-ры сохраняли видимость того, будто Ур все еще входит в их владения. Однако после смерти Липит-Иштара Исин окончательно перестал быть сильнейшим государством Вавилонии, преемником державы, которой правили представители Ill династии Ура.
206
ЛАРСА, ИСИН, УРУК, ВАВИЛОН И ЭШНУННА В XIX В. ДО Н. Э.
Ур-Нинурта не имел кровной связи со своими преемниками -^правителями Исина. Обстоятельства, при которых он взошел на престол, до конца не ясны. Имя «Ур-Нинурта» имеет шумерское происхождение, однако сам данный факт ничего не говорит нам о том, к какой этнической группе принадлежал этот человек. Жившие в Вавилонии аккадцы на протяжении нескольких столетий принимали шумерские имена. Мы очень мало знаем о двадцативосьмилетнем правлении этого царя. В нашем распоряжении имеется источник, составленный писцами верховного суда в Ниппуре в правление Ур-Нинурты, рассказывающий о судебном разбирательстве по делу об убийстве и весьма важный для истории права. Известно несколько списков этого текста, датированных XVIII в. до н. э. Данный факт свидетельствует о том, что в школах писцов его считали интересным с литературной точки зрения.
С другой стороны, правитель Ларсы Гунгунум оставил свой след в истории. Он организовал поход против Аншана, таким образом вернувшись к традиционной политике расширения сферы своего влияния на восток Элама. На табличке, найденной в Сузах, вырезана датировочная формула, в которой упоминается 16-й год правления Гунгунума. Соответственно, по крайней мере в этом году Сузы находились в зависимости от Ларсы. Так как в пяти из принадлежащих этому правителю датировочных формул упоминается строительство или расширение каналов, можно предположить, что он вел активную деятельность и внутри своего государства. Его преемники также занимались развитием и улучшением жизненно важной для страны сети каналов.
К 8-му году (1898 до н. э.) правления в Ларсе Абисаре вражда с Исином перешла в активную стадию, так как следующий год назван в честь победы, одержанной Ларсой над этим городом. С другой стороны, правитель Исина Бур-Син (1895—1874 до н. э.) в 1894 г. до н. э. сумел вернуть власть над Уром, но лишь на несколько месяцев. Это может свидетельствовать о переходе власти от одного претендента к другому и наоборот, но преимущество Ларсы со временем только увеличивалось. В правление Суму-эля (1894—1866 до н. э.) владения Ларсы иногда доходили до севера Вавилонии, огибая территорию, принадлежавшую Исину. В царствование
207
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
Нур-Адада (1865—1850 до н. э.) Ларса «позаимствовала» гимн царю, который в письменной форме активно распространялся в правление царя Исина Ур-Нинурты и его преемников. Возможно, это нововведение каким-то образом связано с захватом Ниппура Суму-элем в предпоследний год его царствования. Ведь власть над Ниппуром предполагала контроль над храмом Энлиля — божественного покровителя царей. Суму-эль также стал первым (и единственным до Рим-Сина) обожествленным правителем Ларсы. Однако Ниппур вплоть до правления Рим-Сина переходил из рук в руки — сначала он принадлежал Ларсе, потом — Исину и наоборот, став для этих городов настоящим камнем преткновения, из-за которого начинались все войны между ними.
Ларса занимала важное положение, однако (и захват Гун-гунумом Элама не должен нас сбить с толку) она никоим образом не была великой державой. Начиная с 1894 г. до н. э. Вавилон стал независимым государством, а вскоре захватил расположенный к северу от него Сиппар. Киш, находившийся почти в 15 км к северо-востоку, был присоединен к Вавилону в правление Суму-ла-эля (1880—1845 до н. э.). Независимыми государствами, в которых правили собственные цари, оставались Казаллу, Марад, Малгиум (на берегу Тигра, рядом с устьем Диялы), Кисурра (почти в 30 км к югу от Исина) и несколько других. Эшнунна сохранила преобладающее положение в бассейне Диялы, но Тутуб (Хафадже D) получил в правление Суму-ла-эля независимость. В последующие годы XIX в. до н. э. карта Вавилонии становилась все более пестрой. Теперь отдельное государство могло вообще ничего не достигнуть с точки зрения внешней политики, не считая вторжений на территории, принадлежавшие его соседям. Как и в раннединастическую эпоху, для проведения более крупных предприятий нужно было заключать союзы.
По каким признакам мы можем судить о «независимости» государства? По датировке источников собственными формулами и появлению в юридических текстах клятвы именем его собственного правителя. Однако нам также известны случаи, при которых в одних источниках содержится клятва именем местного правителя, а датировочные формулы принадлежат соседнему царю или, помимо местных датировочных формул
208
ЛАРСА, ИСИН, УРУК, ВАВИЛОН И ЭШНУННА В XIX В. ДО Н. Э.
и клятв, встречаются клятвы именем «иноземного» правителя. Возможно, такие города были независимыми лишь частично.
Примерно начиная с 1860 г. до н. э. Урук, освободившись от власти Исина, присоединился к союзу государств Вавилонии. Син-кашид, царь «кочевников племени амнанум», основал династию, правившую вплоть до поражения, которое Ирданене потерпел в 1809 г. до н. э. от правителя Ларсы Рим-Сина. Через шесть лет Урук оказался под властью Ларсы. Урук в старовавилонский период не мог похвастаться огромной территорией, хотя сам город, очевидно, имел довольно большое значение, так как находился в довольно прочном союзе с Вавилоном. Правитель этого города Суму-ла-эль женился на дочери Син-кашида. В своем письме наследному царевичу Вавилона Син-мубаллиту царь Урука Анам (ок. 1821—1817 до н. э.) говорил о дружбе, существовавшей между двумя государствами «со времен Син-кашида». Тот факт, что Урук, находящийся всего в 30 км от Ларсы, сумел на протяжении столь продолжительного времени сохранять независимость, свидетельствует о следующем: Ларсу больше интересовали территории, расположенные вдоль течения Тигра, а не Евфрата.
К сожалению, мы не знаем, что представляли собой речная сеть и система каналов в середине XIX в. до н. э. В правление в Ларсе Нур-Адада (1865—1850 до н. э.), возможно, имело место масштабное наводнение, во время которого русло Тигра сместилось. В надписи этого царя говорится: «Когда [Нур-Адад] привел Ур к процветанию, уничтожив зло и жалобы в адрес бога солнца [бога правосудия], когда он сделал крепким основание трона Ларсы и переселил [ее] рассредоточенных жителей». Это массовое бегство населения города могло быть вызвано нехваткой речной воды, из-за которой они вынуждены были переселиться, а возможно, даже вернуться к кочевому образу жизни. Аналогичный фрагмент присутствует во вступлении к законам Хаммурапи: царь хвалится, что «собрал рассредоточенных жителей Исина». Из истории Ирака XIX в. н. э. мы знаем, что после того, как Евфрат изменил русло и стал течь к северу от города, жители Аль-Хиллы были вынуждены покинуть город. Сильное таяние льдов в истоках Евфрата или Тигра запросто могло стать причиной разлива такой силы, что одна или другая
209
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
река меняла русло. Каждый год обе реки оставляют тонны отложений, и их русло постоянно поднимается, из-за чего установившиеся русла недостаточно глубоки, чтобы удерживать воду во время разлива или смыть их обратно, когда ситуация налаживается. В текстах пророчеств старовавилонского периода нередко говорится о проломах дамб водами разлившейся реки.
От правления преемника Нур-Адада Син-иддинама (1849—1843 до н. э.) сохранились более подробные сведения об изменении русла реки. В надписи этого царя говорится: «Ан и Энлиль поручили мне... «вырыть» и «починить» Тигр». Под словом «вырыть» в отношении Тигра, который в те времена тек западнее, чем сейчас, могла подразумеваться попытка перенаправить реку в ее прежнее русло. Датировочная формула второго года правления Син-иддинама подтверждает, что этот царь проводил такое мероприятие — год называется «Тигр был вырыт».
За поколение до воцарения Син-кашида в Вавилоне стала править династия амореев. Согласно более поздней традиции, ее основателем был Суму-ла-эль (1880—1845 до н. э.), однако в действительности ее родоначальником стал Суму-абум (1894—1881 до н. э.). Нам ничего не известно о том, к какому племени он принадлежал и откуда был родом. Ничего мы не знаем и об истории Вавилона в период царствования Ибби-Суэна. В правление представителей III династии Ура Вавилон был достаточно важным центром для того, чтобы там правил энси, назначенный на эту должность царем. После падения Ура Вавилон, возможно, находился под властью Исина, а затем, возможно, перешел к Кишу. Захватив город и основав I династию Вавилона, амореи сохранили «ханаанские» имена и использовали их дольше, чем представители любого другого аморейского рода, правившего в Вавилонии. Только четвертый и пятый (Апиль-Син и Син-мубаллит) из одиннадцати царей носили аккадские имена. Вплоть до времени Хаммурапи Вавилон оставался всего лишь одним из нескольких государств, расположенных на севере Междуречья, и даже на протяжении первых 30 лет своего правления этому царю приходилось полагаться на традиционную политику союзов, чтобы иметь хоть какой-то политический вес в регионе. 11одобно Ларсе и Исину и в от
210
ЛАРСА, ИСИН, УРУК, ВАВИЛОН И ЭШНУННА В XIX В. ДО Н. Э.
личие от Киша, Урука и Ура, Вавилон не мог похвастаться своим легендарным прошлым. Однако его правители, захватив Киш и выведя его из состава владений Суму-ла-эля, не стали переносить столицу в этот имевший гораздо более славную историю город, хотя цари Исина и Ларсы именно так поступали с присоединенным ими к своим владениям некогда великим Уром.
В среднем течении Евфрата и в Сирии в XIX в. до н. э. также, очевидно, существовало множество небольших государств. В отличие от ассирийских самые ранние источники по истории Мари, сохранившиеся до наших дней, датируются концом XIX в. до н. э. Яхдун-Лим (около 1825—1810 до н. э.) правил в Мари до того, как этот город захватил ассирийский царь Шамши-Адад. Он был отцом Зимри-Лима, сумевшего изгнать сына Шамши-Адада Ясмах-Адада из города и вернуть принадлежавшую ему, как наследнику отца, власть. Отец Яхдун-Лима Яггид-Лим являлся современником, а порой и союзником Ила-кабкаби, сыном которого был Шамши-Адад. Оба царских рода — правителей Мари и Ашшура — по происхождению были амореями.
В надписи, сделанной по приказу Яхдун-Лима в честь строительства в Мари храма бога солнца Шамаша, говорится об экспедиции в район Средиземноморья и завоевании народов, живших на берегах этого моря. Для рассказа об этом предприятии были выбраны весьма звучные слова, записанные на хорошем старовавилонском языке, который, правда, оказался не способен скрыть основную цель этого похода — добычу древесины, произраставшей в горах Аманус. Речь в данном случае, конечно, шла не о завоевании, а об одном из набегов, столь характерных для описываемой нами эпохи. На обратном пути Яхдун-Адад попал в засаду, устроенную тремя «царями» кочевых амурру (племен урабу, амнанум и раббу), к которым присоединился правитель города Ямхада (современный Алеппо). Но Яхдун-Ададу удалось прорваться и уйти от войск, собранных этими союзниками.
Тот факт, что данный поход в источнике описывается так, будто речь идет о завоевательной войне, также типичен для этого периода — для царских надписей характерно значительно преувеличивать описываемые в них события и скрывать незначительные войны, которые вели их авторы, за завесой
211
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
терминологии, принятой в Аккадской державе. Так, некий правитель Киша по имени Ашдуниарим (вероятно, живший в начале XIX в. до н. э.) рассказывал о продлившейся на протяжении восьми лет войне, которую он вел против «четырех сторон света», а затем о поднятом против него восстании.
АССИРИЯ И МАЛАЯ АЗИЯ
Правитель Ашшура Илушума был внуком Пузур-Ашшура и сыном Шалим-ахума. Династия, основанная Пузур-Ашшу-ром, имела аккадское происхождение. Аморей Шамши-Адад сверг ее последнего представителя с престола за поколение до воцарения Хаммурапи. Ассирийский царский список не способен помочь нам связать предшественников Шамши-Адада с правителями Исина и Ларсы. Он был составлен в VIII в. до н. э., и наличие в нем довольно неясных сведений о происхождении династии царей независимого Ашшура свидетельствует о том, что ко времени его появления память о событиях, произошедших после падения Ура, успела стереться. Это неудивительно — в конце концов, с тех пор прошло много времени — целых 13 столетий.
В начале царского списка говорится о 17 «царях», которые все еще «жили в палатках». В этом свидетельстве, возможно, отразились воспоминания о первоначальной миграции амо-реев. При этом имена данных царей частично имеют «ханаанское» происхождение. Однако непосредственные преемники Пузур-Ашшура уже не носили семитские имена. Возможно, они были вождями автохтонных, досемитских жителей Ассирии — субареев, то есТь населения страны Субарту (так территория Ассирии называлась в шумерских письменных источниках). С помощью этого термина огульно называли как несемитское, так и семитское (ассирийское) население данного региона, да и само понятие не имело четкого географического определения. Эти предшественники Пузур-Ашшура не оставили после себя каких-либо надписей, из-за чего мы не можем проверить, насколько правдивы сведения о них, содержащиеся в Ассирийском царском списке. Нам известно, что Ишби-Эрра сражался против «энси Субарту», но мы не знаем, кем мог быть этот человек.
212
АССИРИЯ И МАЛАЯ АЗИЯ
Шамши-Адад 1 (1815—1782 до н. э.), как уже было сказано выше, являлся сыном некоего Ила-кабкаби. Так как его имя и несколько «ханаанских» имен, якобы принадлежавших его предкам, также встречаются в Ассирийском царском списке, мы можем предположить, что все эти люди были предками Шам-ши-Адада, искусственно добавленными в царский список и не правившими в действительности Ашшуром, царей которого они, возможно, никогда не видели. Кроме того, нам известно, что некий Ила-кабкабуху был малозначительным князьком, правившим в местности, расположенной неподалеку от Мари.
Письменными источниками, рассказывающими о деятельности этих ранних царей Ашшура и составленными в период их правления, являются их собственные надписи. Выше мы уже говорили о надписи Илушумы, заявлявшего, что ему удалось освободить аккадцев, живших на территории, простиравшейся от Ура до Ашшура, от дани. В нашем распоряжении имеются строительные надписи его предшественника Шалим-ахума и его преемников, написанные на староассирийском языке. Шамши-Адад, не будучи ассирийцем, писал на старовавилонском.
В конце правления Ишме-Дагана, сына Шамши-Адада, трон Ашшура стал предметом внутридинастической вражды, в результате которой появился царь Адаси, в более поздней традиции считавшийся основоположником династии правителей Ассирии.
Гораздо более многочисленными, чем царские надписи, источниками стали таблички, найденные в Канише, ассирийской торговой колонии, расположенной в Каппадокии, к югу от реки Халис (в районе современного Кюльтепе, к югу от Кызылыр-мака, почти в 20 км к северо-востоку от Кайсери, что в центре Восточной Турции). В этих архивах содержатся сведения по истории трех поколений. Наиболее ранние таблички датируются временем после окончания правления Илушумы. Так, среди них была найдена табличка с копией надписи, установленной в Ашшуре его преемником Эришумом. Табличка, также найденная в Канише, на которой записано решение, принятое судом в Ашшуре, позволяет нам более четко определиться с датировками — на ней стоит печать Шаррум-кена, внука Эришума.
Каниш был основным центром ассирийской торговли с Анатолией. В его архивах хранилось несколько тысяч табличек
213
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
(деловых писем, счетов, договоров, судебных документов), вырезанные на которых тексты написаны на староассирийском языке. Помимо него, однако, в центре и на востоке Малой Азии существовало еще по меньшей мере девять основных ассирийских факторий, а также десять или более вспомогательных. Крупнейшая из них называлась по-аккадски Карум (первоначально это слово значило «причал», а затем так стала называться базарная площадь, расположенная около пристани, а потом — купеческая община города). В поселениях купцов, появлявшихся на территории этих факторий, были собственные суды, разрешавшие споры в соответствии с ассирийскими обычаями, причем основной суд располагался в Канише. Они рассматривали споры между купцами, а иногда — между ассирийцами и местными жителями.
Однако в Малой Азии ассирийцы не обладали привилегированным статусом. Они были обязаны платить местным правителям всевозможные подати (в ассирийских текстах, вырезанных на глиняных табличках, каждый из них назван рубаумом, «князем»). Благодаря раскопкам, проведенным в Канише, стало известно, что поселения ассирийцев располагались за пределами городских стен. Так как местные правители были крайне заинтересованы в поддержании торговли, они с удовольствием принимали ассирийских купцов, помимо всего прочего плативших им подати.
Торговые колонии располагались не только в Малой Азии. У купцов из города Сип пара, расположенного на севере Вавилонии, в правление в Вавилоне Суму-абума и Суму-ла-эля была фактория в Мари. Очевидно, подобные центры торговли находились по всей территории Междуречья. Особенность ассирийских поселений заключалась в том, что они располагались за пределами Месопотамии, рядом с местами добычи столь желанного сырья.
Ассирийцы привозили в Малую Азию олово, необходимое местным жителям для производства бронзы, и ткани. В Ассирию экспортировали в основном медь. В источниках, найденных в архиве Каниша и менее масштабных архивах в Богазкёе (древняя Хаттуса) и Алишаре (древняя Анкува?), расположенном примерно в 80 км от Богазкёя, содержатся крайне важные для нас сведения по истории торгового дела. В частности, они позволяют нам реконструировать организационную структуру
214
АССИРИЯ И МАЛАЯ АЗИЯ
общин ассирийских купцов и определить, какие методы они применяли в своей работе (при перевозке, товарообороте), как устанавливали цены, получали доход, вели учет и расчеты. Как и следовало ожидать, в источниках, посвященных данной тематике и найденных в столь отдаленном регионе, почти нет сведений о политической ситуации в Ашшуре. В них правитель этого города назван рубаумом, князем, в то время как в собственных надписях он использовал титул ишшиаккум, эквивалентный энси. Одним из наиболее важных выводов, которые можно сделать, основываясь на этих текстах, является то, что купцы, для которых они были написаны, трудились за свой собственный счет и на свой риск, а не по заказу государства, как это часто бывало в Вавилонии.
В ассирийских источниках также содержатся первые достоверные свидетельства об этнической и политической ситуации в Анатолии. Вплоть до появления первой державы хеттов в Малой Азии не было крупных государств. Рубаум Каниша в некоторых текстах назван великим рубаумом, что, возможно, свидетельствует о его более высоком, чем у других князей, статусе. Однако в любом случае в данном регионе находилось достаточное количество небольших независимых государств. Их правители, как и все местное население, использовали только ассирийскую клинопись и язык. Правда, принадлежащие им тексты во многом малограмотны. Таким образом, Ассирия оказывала значительное влияние на Малую Азию, подобно тому как Вавилония — на Элам. Конечно, освоение письменности было бы невозможным без существования школ писцов, и одна из них находилась в Канише, где было обнаружено крайне незначительное количество литературных источников. Однако, когда в правление Шамши-Адада ассирийские торговые колонии прекратили свою деятельность, клинопись перестала использоваться в Анатолии. Затем, в царствование Хаттусили I (XVII в. до н. э.), появились первые хеттские письменные источники, клинопись для которых, очевидно, была позаимствована из Сирии (под ее влиянием также сформировалось хурритское письмо). Наследие Ассирии исчезло, не оставив и следа.
То немногое, что мы знаем о людях, среди которых жили и получали прибыль ассирийские купцы, а также о языках, использовавшихся в Анатолии, стало нам известно благодаря
215
Глава 5. СТАРОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД
упоминанию в текстах, вырезанных на ассирийских табличках, неаккадских личных имен и появлению в них новых слов, заимствованных из этих языков. Некоторые личные имена можно соотнести с так называемым протохаттским языком, на котором написаны некоторые фрагменты литургических текстов, написанных уже во времена существования державы хеттов и найденных в Хаттусе. Благодаря наличию имен, относящихся к несколько иному типу, мы можем говорить о существовании в данном регионе второго языка, условно названного «юго-восточным анатолийским». Ни один из них не связан с индоевропейскими языками, на которых говорили в Анатолии в более позднее время, а значит, с индоевропейскими языками как таковыми. Ничего общего они не имеют и с хурритским языком. Однако в этих источниках встречаются и хеттские личные имена. Они, наряду с двумя словами, заимствованными из хеттского языка, являются древнейшими свидетельствами присутствия на данной территории племен индоевропейцев, очевидно переселившихся в Малую Азию в конце 3-го — начале 2-го тыс. до н. э.
Через три поколения торговая фактория ассирийцев в Канише прекратила свое существование. Мы не знаем, с чем это было связано. С какими-то политическими потрясениями в Малой Азии? Неспокойной обстановкой в горных районах между Ашшуром и Канишем, настолько сложной, что из-за нее передвижение караванов стало невозможным? В правление Шамши-Адада была сделана еще одна попытка основать в Анатолии колонию, но архив в Алишаре, в который вошли тексты, рассказывающие об этом, перестал вестись уже через поколение. Начиная с этого времени постоянных факторий ассирийских купцов на территории Анатолии больше не было, из-за чего история Малой Азии более позднего времени снова покрывается завесой тайны.
МЕСОПОТАМИЯ ДО ОБРАЗОВАНИЯ ДЕРЖАВЫ ХАММУРАПИ
В конце XIX в. до н. э. Месопотамия начала оправляться от политического раскола, существовавшего на протяжении нескольких предшествующих поколений, и в правление Рим-Сина в Ларсе, Ипик-Адада в Эшнунне и