ВСТРЕЧИ
С ТОВАРИЩЕМ
СТАЛИНЫМ

ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ!


ВСТРЕЧИ
С ТОВАРИЩЕМ
СТАЛИНЫМ
Под редакцией А. Фадеева
О Г И 3
• ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
19 3 9

Ем. Ярославский
4г
СТАЛИН —ЭТО ЛЕНИН СЕГОДНЯ
В ...................... ..... , —
встали во весь рост в середине прошлого столетия—Карл
Маркс и Фридрих Энгельс. Они обобщили классовый опыт
революционного движения всех стран и народов. Они перера-
ботали богатое наследство общественной мысли в области по-
литической экономии, философии и социалистической теории.
Они дали человечеству полное и стройное миросозерцание,
«непримиримое ни с каким суеверием, ни с какой реакцией,
ни с какой защитой буржуазного гнета»1. Они явились поэтому
законными преемниками «лучшего, что создало человечество
в XIX веке в лице немецкой философии, английской политиче-
ской экономии, французского социализма»2. Карл Маркс и
Фридрих Энгельс создали первую коммунистическую органи-
зацию—«Союз коммунистов» и дали рабочему классу револю-
ционную программу мирового коммунизма — «Коммунистиче-
ский манифест». Они создали I Интернационал, первое «Ме-
ждународное Товарищество Рабочих». Они были руководите-
лями рабочего движения на протяжении десятков лет.
Маркс умер в 1883 году, когда в России только стала скла-
дываться первая марксистская организация—группа «Освобо-
ждение труда». Маркс мечтал о том, что новый Интернационал,
который возникнет после разгрома и распада I Интернацио-
нала, после Парижской коммуны, будет Коммунистическим
Интернационалом. Но его мечтам не суждено было сбыться.
1 Ленич, т. XVI, стр. 349.
* Там же.
• 5
II I lii i < pii.iiiiioii.i.'i не стал коммунистическим. Его вожди в
hi pi..... u< ii । H iieiiii стали на путь реформизма, повели борьбу
hi inn |к по ткщионных идеи Маркса и Энгельса, стали нод-
miii.hi но учение оппортунистическим учением о возможпо-
। hi мирного врастания в социализм, о возможности завоевания
ii.'i.ii hi рабочим классом путем парламентской борьбы, о не-
OIIходимости сотрудничества пролетариата с буржуазными пра-
нпггльствами. Они подвергли осмеянию идеи социалистической
революции, проповедуя крохоборческое, бернштеннианскос по-
ложение, что «движение- все, конечная цель—ничто». Они все
сделали для того, чтобы погасить революционную энергию
пролетариата, убаюкать его сказками о возможности бескров-
ного перехода к социалистическому строю.
Маркс и Энгельс возлагали огромные надежды на развер-
тывание революции в России. В царизме они видели самый
сильный оплот международной реакции, свержение царизма
они рассматривали как возможное начало, как толчок к рево-
люции на Западе. Марксистские идеи начали распространяться
в России еще в 50-е годы, но тогда они нс получили широ-
кою распространения. Лишь с организацией группы «Осво-
бождение груда> марксизм приобретает более широкое рас-
пр<нт ранение, наноси г серьезнейший удар народнической
идеологии и начинает вытеснять народничество с арены полити-
ческой борьбы. Однако плехановская группа «Освобождение
труда», при всех ее бесспорных заслугах перед рабочим дви-
жением в России, «лишь теоретически основала социал-демо-
кратию и сделала первый шаг навстречу рабочему движению»1.
«Задачу соединения марксизма с рабочим движением в Рос-
сии, а также исправления ошибок группы «Освобождение труда»
пришлось разрешить Ленину»*.
Конец XIX и XX столетне дали миру две новые гигантские
фигуры—В. И. Ленина и И. В. Сталина.
Начиная с середины 90-х годов Ленин, тогда 22-летний
марксист, становится во главе революционных социал-демо-
кратических кружков. Маркс и Энгельс нашли в Ленине своего
гениального продолжателя. Один из членов петербургского
марксистского кружка, ставшего впоследствии центром петер-
бургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса»,
В. В. Старков в своих воспоминаниях рассказывает, как по-
p.пил тогдашнюю революционную молодежь Ленин, к тому
времени глубоко образованный марксист, обладавший богатым
литературным и научным багажом, поражавшим и друзей и
противников. Эту богатую научную эрудицию Ленин соеди-
1 «Краткий курс истории ВКП(б)>, стр. 17.
’ Там же.
6
пял с организаторским талантом, с умением практически
ставить важнейшие вопросы борьбы, с глубокой убежден-
ностью в правоте своего дела, с беспредельной преданно*
стыо пролетарской революции и революционной страстью.
Описывая одно выступление Владимира 11льнча, Старков рас-
сказывает:
«Я со своего места наблюдал, какое впечатление его речь
производит на слушателей, и видел, что они совершенно опе-
шили и долго не могли притти в себя. На другой день те
мои знакомые, через которых нам удалось попасть на но со-
брание, говорили мне, что такой бешеной страстности и вну-
тренней стойкости и убежденности им нс только не приходи-
лось видеть, но они и не представляли себе возможным ни-
чего подобного. Наряду с этим они должны были отметить,
что if такой стальной логики им также не приходилось встре-
чать. Этим замечанием они подчеркнули еще одно разительное
свойство: Владимир Ильич никогда не терял логической нити
своих рассуждений и всегда полностью владел собой... Этого
человека, непрерывно горящего пламенем революции и непре-
рывно переваривающего в своем мозгу все, что может иметь
хотя бы косвенное отношение к поставленной им себе цели,
я видел и на маленьких пропагандистских рабочих собраниях
и в рабочих кружках. Надо было видеть, с каким огромным
терпением и чуткостью к уровню понимания слушателей он
развивал им теорию Маркса о стоимости и об основах бур-
жуазного строя. И, надо сказать, рабочие платили ему за это
данью огромного уважения и любви» *.
В молодом Ленине воплотились лучшие черты Маркса и
Энгельса. Так же добросовестно Ленин изучал мировое рабо-
чее движение, такое же глубокое уважение Ленин питал всегда
к революционной теории и прививал это уважение больше-
вистской партии. Так же глубоко Ленин ненавидел всякую
половинчатость, трусость мысли, боязнь довести выводы из
фактов до конца. Таким же непримиримым был Ленин ко вся-
ким врагам рабочего движения. Так же неустанно Ленин работал
над сплочением пролетарских масс. Именно в силу этих своих
качеств Ленин стал организатором нового*, III Коммунистиче-
ского Интернационала—Интернационала, о котором мечтали
Маркс и Энгельс, который они стремились создать.
С конца 90-х годов другой молодой марксист—Иосиф
Виссарионович Сталин в Закавказье начинает свою револю-
ционную деятельность, которая с первых же дней пол-
ностью созвучна деятельности Ленина, деятельности Маркса
и Энгельса.
1 «Красная новь* № 8 за 1925 г., сгр. 112.
7
'I 'инн и ( .галим начиная с конца 90-х годов являются
и пн   uni революционного движения новой эпохи—эпохи
ими! рн гик гических войн и пролетарских революций—тем, чем
Пыли i ni прошлого столетия Маркс и Энгельс.
I |г।грЛургский «Союз борьбы за освобождение рабочего
.... । , созданный Лениным, явился зародышевой ячейкой бу-
лушей большевистской рабочей партии. Большевистские орга-
1111.1.1ЦНП в Закавказье, созданные Сталиным, явились передо-
выми организациями партии Ленина—Сталина и сыграли гро-
мадную роль в развитии рабочего революционного движения
в России.
Петербургский «Союз борьбы» представлял, по выражению
Ленина, первый серьезный зачаток революционной партии,
опирающейся на рабочее движение. Это была первая ячейка
будущего Коммунистического Интернационала.
Деятельность плехановской группы «Освобождение труда»
значительно расчистила пути для распространения революцион-
ной теории марксизма. Ленин нанес сокрушающий удар народ-
нической идеологии, он разоблачил перед рабочим классом
существо реформистских попыток «экономистов» и «легальных
марксистов» как агентуры буржуазии в рабочем движении.
Ленин дал первый набросок программы рабочей партии, ко-
торая резко отличается от программы группы «Освобождение
труда» и представляет собой значительный шаг вперед по
сравнению с плехановскими проектами. В таких первых своих
работах, как «Что такое «друзья народа», Ленин обосновал
теорию социалистической революции (коммунистической ре-
волюции) в России, наметил путь образования рабочей Пар-
тин, выдвинув перед рабочим' классом одну из важнейших
идеи—идею создания союза рабочих и крестьян. Он обосновал
еще в 90-х годах прошлого столетия идею гегемонии пролета-
риата в рабочем движении и идею перерастания буржуазно-
демократической революции в революцию социалистическую.
Он защитил против оппортунистов важнейшее программное
требование революционного марксизма—диктатуру пролета-
риата.
Лепин дал нам учение о партии нового типа—«партии
боевой, партии революционной, достаточно смелой для того,
чтобы повести пролетариев на борьбу за власть, достаточно
опытной для того, чтобы разобраться в сложных условиях рево-
люционной обстановки, и достаточно гибкой для того, чтобы
обойти все и всякие подводные камни на пути к цели»1.
Ленин дал обоснование программы, организации, страте-
гии и тактики рабочей партии в важнейших своих трудах:
* «Краткий курс истории ВКП(б)>, стр. 338.
S
«Что делать?», «Шаг вперед, два шага назад», «Две тактики»,
«Материализм и эмпириокритицизм* *.
В «Кратком курсе истории ВКП(б)» товарищ Сталин дал
замечательную оценку этих основных трудов Ленина: «Книга
Ленина «Что делать?» была идеологи ческой подготовкой такой
партии. Книга Ленина «Шаг вперед, два niai.i назад» была
организационной подготовкой такой партии. Книга Лепина
«Две тактики социал-демократии в демократической револю-
ции» была политической подготовкой такой партии. Наконец,
книга Ленина «Материализм и эмпириокритицизм» была теоре-
тической подготовкой такой партии»1.
Ленин обосновал и развил дальше учение Маркса и
Энгельса о военном, искусстве вооруженного восстания и бле-
стяще применил это учение на опыте трех революций в Рос-
сии. Ленин обосновал учение о советах как органах револю-
ционного восстания и органах революционной власти. Лепин
показал во весь рост значение национального вопроса, выдви-
нув еще в 1895 году в проекте программы требование права
наций на самоопределение, Ленин в период империалистиче-
ской войны в противовес оппортунистической гнльфердингов-
ской теории империализма дал свое, марксистское, научное
обоснование учения об империализме как последней стадии
капитализма, как эпохи загнивания и распада капитализма.
На основе изучения истории капитализма после Парижской
коммуны Ленин вывел закон о неравномерности и скачкооб-
разности развития отдельных капиталистических стран в
эпоху империализма, и, исходя из этого закона, он сделал вывод
о возможности победы социализма в одной стране и невоз-
можности одновременной победы социализма во всех странах.
Ленин поднял на новую ступень учение о диалектическом
материализме. «То, что дано в методе Ленина, в основном
уже имелось в учении Маркса, являющемся, по словам Маркса,
«в существе своем критическим и революционным». Именно
этот критический и революционный дух проникает с начала
и до конца метод Ленина. Но было бы неправильно думать,
что метод Ленина является простым восстановлением того,
что дано Марксом. На самом деле метод Ленина является
не только восстановлением, но и конкретизацией и дальнейшим
развитием критического и революционного метода Маркса, его
материалистической диалектики» *.
Ленин явился основателем Коммунистического Интерна-
ционала и разработал в основном программные, организаци-
1 «Краткий курс истории ВКП(б)*, стр. 136.
* Сталин, Вопросы ленинизма, стр. 13, изд. 11-е«
9
ишн к и । iMii'iri кис принципы деятельности коммунистических
HipiiiO l|,i четырех первых конгрессах Коммунистического
.......инн.। i.i Лепин в своих выступлениях определил на-
ир.....ни деятельности рабочего класса в различных странах,
и.пн । и удары всем врагам революционного марксизма-лени-
ИН IMII.
Ленин явился первым организатором, первого в мире со-
циалистического советского государства. Он обосновал идеи
государства, политическую основу^ которого составляют со-
шны рабочих и крестьянских депутатов. Он подвел итоги
учению Маркса о роли государства и обосновал сохранение
государства в период перехода от социализма к коммунизму.
Он выработал программу коммунистической партии как про-
грамму этого переходного периода. Все свои силы Ленни по-
ложил на то, чтобы обеспечить оборону, защиту этого ixxry-
дарсгва от капиталистического окружения. Он разработал, хотя
и первые, черновые наброски построения базы социалистиче-
сюон экономики, электрификации, индустриализации страны и
коллективизации сельского хозяйства; по это были именно пер-
вые, черновые наброски.
•Ленин в своих работах дал огромный материал для созда-
ния марксистской истории, в особенности истории капиталисти-
ческой эпохи. Его труды по истории развития капитализма
в России, по аграрному вопросу, по истории рабочего движе-
ния 1905 года, периода реакции и нового подъема, его статьи
периода империалистической войны, 1917 года и периода граж-
данской войны представляют собой неоценимый материал для
каждого историка. По этим статьям можно восстановить исто-
рию целой эпохи, при этом историю, ярко и глубоко осве-
щенную светом марксистско-ленинской науки, блестящим зна-
нием отдельных ее этапов, блестящими характеристиками дея-
телей той или иной эпохи.
Личный непререкаемый авторитет Ленина как вождя ра-
бочей партии, его непримиримость к врагам социализма, его
скромность в личной жизни, его глубочайшая преданность ре-
волюционному делу’, его гениальное умение в каждый данный
момент ухватиться за то звено, которое тянет всю цепь за
собой, его прозорливость, основанная на применении великого
учения Маркса к фактам и событиям, выдвинули Ленина на
роль великого вождя всего современного революционного дви-
жения. Смерть его явилась величайшей утратой для всего
......:чества.
Так же как Ленин в 90-х годах поднял знамя Маркса и
Энгельса и бесстрашно прошел с этим знаменем, сплачивая
вокруг себя массы, к победоносной социалистической проле-
тарской революции, так Сталин взял это знамя в свои руки,
10
с тем чтобы повести партию большевиков и весь советский
парод к полной и оконч.тгелыюп „обе ie коммунизма. Под этим
знаменем товарищ Сталии борется с юношеских дней, с 15 лет,
когда он примкнул к революционному движению. Под этим
знаменем с конца 90-х годов товарищ C.i.iiini вместе с Лениным
строил большевистскую партию. Вместе с Лепиным, никогда
не отступая от липни марксизма лспини «мл, прошел он все
трудности борьбы трех революций, гражданской войны, вос-
становительного периода. Вместе с Лениным разрабатывал во-
просы революционной теории и революционной практики ра-
бочей партии. Вместе с Лениным руководил партией и |м*во-
люционной борьбой пролетариата1. Вместе с Лепиным товарищ
Сталин строил первое в мире социалистическое советское
государство. Вместе с Лениным организовал защиту этого
государства от многочисленных врагов. Вместе с Лениным
товарищ Сталин строил Коммунистический Интернационал. Пар-
тия знала, что знамя Маркса—Энгельса—Ленина в верных
руках. Напрасно враги пытались поколебать ряды партии и
повести ее по другому пути. Партия пошла за товарищем
Сталиным, и в этом—объяснение тех величайших успехов,
какие имеет страна социализма.
*
В своей книге «Сталин» Анри Барбюс дал замечательный
портрет товарища Сталина, «человека с головою ученого, с ли-
цом рабочего, в одежде простою солдата».
«История его жизни, пишет Анри Барбюс,—это непрерыв-
ный ряд побед над непрерывным рядом чудовищных труд-
'нюстей. Не было такого года, начиная с 1917, когда он не
совершил бы таких деяний, которые любого прославили бы
навсегда. Это—железный человек. Фамилия дает нам его образ:
Сталин—сталь. Он несгибаем и гибок, как сталь. Его сила—
это его несравненный здравый смысл, широта его познаний,
изумительная внутренняя собранность, страсть к ясности,
неумолимая последовательность, быстрота, твердость и сила
решений, постоянная забота о подборе людей.
После смерти человек живет только на земле. Ленин живет
всюду, где есть революционеры. Но можно сказать: ни в ком
так не воплощены мысль и слово Ленина, как' в Сталине.
Сталин—это Ленин сегодня»1.
Товарищ Сталин становится марксистом, еще будучи в
духовной семинарии города Тбилиси. С юношеских лет в нем
* Лири Барбюс, Сталин, стр. 351—352, 1936 г.
//
ii<> niiiMiirii и бурный протест против мракобесов всех родов.
I го ныминыЛ ум, его натура резко протестует против того
пори и. г, который создал царизм. Революционные идеи мар-
lo iiiMii падают на богатую, плодотворную почву, дают пыш-
ный расцвет.
В 16 17 лет товарищ Сталин является уже пропаганди-
<юм -сначала в ученических, а затем в рабочих кружках. С пер-
вых шагов своей деятельности, сблизившись с такими людьми,
как Ладо Кецховели, Саша Цулукидзе, Виктор Курпатовский,
Миха Цхакая, ои становится организатором первых марксист-
ских кружков, борющихся против оппортунистического крыла
месамедасистов. Он жадно впитывает в себя передовые идеи
своего века. Как у Маркса и Энгельса, у колыбели его со-
циалистического развития стоит Людвиг Фейербах, Гегель. Он
жадно усваивает идеи марксизма, развитые в «Капитале» Маркса
и в марксистских работах Плеханова. Его политическая мысль
формируется под непосредственным влиянием первых работ
Лепина. Товарищ Сталин становится организатором и вождем
искровских большевистских организаций в Тбилиси, Батуми,
Баку, Кутаиси и ряде других центров революционной борьбы
Закавказья.
Уже в период первой революции он тесно связан с Лениным
и становится его помощником в борьбе за победу боль-
шевизма.
В этот ранний период первой революции в России и после-
довавший затем период реакции товарищ Сталин разверты-
вает громадную теоретическую деятельность. Его брошюры
«Вскользь о партийных разногласиях», «Две схватки», его статьи
«Социализм и анархизм», «Как понимает социал-демократия
национальный вопрос» и ряд других статей в нелегальной
большевистской печати, в значительной степени созданной
товарищем Сталиным в Закавказье,—это блестящее изложение
и защита идей марксизма-ленинизма, это блестящее приложение
учения исторического материализма к фактам революционной
борьбы в России и в частности в Закавказье.
Ои руководит демонстрациями и стачками рабочих в Тби-
лиси, Батуми, Баку, организует подпольные типографии, вы-
ступает на бесчисленных митингах, участвует в дискуссиях
с меньшевиками, эсерами, анархистами и националистами, на-
нося нм сокрушительные удары.
Вот митинг в мае 1905 года, где идет дискуссия между
марксистами и анархистами. Одни из присутствовавших на
этом собрании—Кекелидзе вспоминает: «Открывается митинг.
Первым выступает Коба. Развернулись большие прения... Тогда
как каждый противник ругался и «бесился», тов. Коба спо-
койно и непоколебимо разрушал и уничтожал все положения
12
противников. Таким образом, и здесь победили большевики:
рабочие единогласно поддержали гои. Коба»1.
Полиция охотится за товарищем Сталиным и арестовывает
его. Но он и в тюрьме, будучи пленником, ведет себя как
непримиримый, непоколебимый солдат революции. Тюремные
решетки нс могут помешать товарищу Сталину вести револю-
ционную работу. В тюрьме он ведет полшичсскую работу
средн заключенных. Он, как и Ленин, связывается с остав-
шимися на воле товарищами и помогает им продолжать борьбу.
Сосланный в Сибирь, он бежит оттуда, возвращается снова
к революционной работе. Его через некоторое время снова
бросают в тюрьму, снова гонят в ссылку, и снова он бежит
туда, где кипит революционная борьба, где нужна его орга-
низаторская мысль, где нужно его революционное слово. Он
организует массы на вооруженное восстание в 1905 году.
Вооруженное восстание разбито. Меньшевики оплевывают это
восстание и, крепкие задним умом, провозглашают устами
Плеханова: «Не надо было браться за оружие».
Вместе с Лениным товарищ Сталин борется против этой
предательской, оппортунистической линии меньшевиков. Он
вскрывает причины поражения революции, для того чтобы
показать, как в будущем избежать ошибок, допущенных в
первой революции, как усилить организацию пролетариата,
чтобы добиться победы.
В разгар реакции после поражения первой революции
товарищ Сталин организует в Баку рабочие массы на борьбу,
и когда вся страна охвачена могильным покоем, установлен-
ным столыпинскими заплечных дел мастерами, в Баку выхо-
дят революционные газеты, в Баку под руководством товарища
Сталина рабочие ведут борьбу с капиталистами.
У товарища Сталина всегда сильно чувство нового, он
особенно чуток к процессам, происходящим в народных мас-
сах. Будучи в сольвычегодской ссылке, товарищ Сталин на-
кануне" 1911 года в письме намечает план дальнейшей борьбы,
план оживления революционной работы, он готов в любой
момент, как только потребует этого партия, «сняться»—бежать
из ссылки.
Будучи заочно выбранным в Центральный комитет и в Рус-
ское бюро ЦК на VI Всероссийской (Пражской) конференции
в январе 1912 года, товарищ Сталин является организатором
«Правды», этого замечательного большевистского органа,
сыгравшего огромную роль не только в рабочем движении
России, но и во всем мировом рабочем движении.
1 Бе рая, К вопросу об истории большевистских организаций в Закав-
казье, стр. 38, 1937 г.
13
I» период iioiioro подъема товарищ Сталин развертывает
• ион < плы как руководитель партийной работы в России. Он
Hiitiici < iiiii.to «Марксизм и национальный вопрос», о кото-
рой • iiiMift теплотой и любовью писал Ленин Горькому.
I |с 1а долго до войны царское правительство арестовывает
товарища Сталина в шестой раз и отправляет его за Поляр-
ши! круг, в Туруханскнй край.
На целый ряд стран страшной лавиной обрушивается пер-
вая мировая империалистическая война. Большевистская пар-
тия не растерялась перед напором шовинизма, она одна пра-
вильно оценила действительность. Товарищ Сталин в далекой
ссылке безошибочно, по-ленински определяет значение этой
воины и ведет борьбу против шовинистов, против оборонцев.
Революция, свергнувшая царизм, даст возможность товарищу
Сталину вернуться к революционной деятельности. Он из
ссылки приехал в Петербург раньше Ленина, который не имел
возможности сразу вернуться в Россию, а некоторое время
вынужден был искать путей для этого. В этот ответственней-
ший исторический момент товарищ Сталин своими статьями
направляет внимание и деятельность партии к намеченной
цели подготовке рабочего класса ко второму этапу револю-
ции социалистической революции.
Роль товарища Сталина в 1917 году как организатора
победы Октябрьской социалистической революции огромна.
Партия большевиков—одна против всех других партий. Она
немногочисленна: она насчитывает в начале 1917 года менее
50 тысяч человек. II все же она уверена в том, что возможен
переход ко втором}’ этапу революции—социалистической рево-
люции. Под руководством Ленина и Сталина сплачивается
большевистская армия пролетариата. Шаг за шагом больше-
вики завоевывают позиции в советах, городских думах, массо-
вых организациях рабочего класса, в армии, во флоте.
Растущее влияние большевиков вызывает тревогу в стане
врагов, пытающихся потопить в крови передовые отряды ре-
волюции, разгромить движение. Июльские дни—это поворот-
ный пункт в движении, когда становится уже невозможным
мирный исход борьбы и партия готовится к восстанию.
Шестой съезд партии, происходивший нелегально под ру-
ководством товарища Сталина, нацеливает партию и рабочий
класс на вооруженное восстание, па социалистическую рево-
люцию. В этот период во весь рост встает фигура товарища
Сталина как организатора сил революции. Вместе с Лениным
товарищ Сталин организует победу Октябрьской социалисти-
ческой революции.
В организации Советского государства товарищ Сталин
с первых дней принимает огромное участие как народный ко-
14
мнссар по делам национальностей и как народный комиссар
Рабоче-крестьянской инспекции. 11и на один день не ослабляет
товарищ Сталин при этом своей теоретической деятельности.
Новая обстановка требует освещения целого ряда новых
вопросов. В разработке всех важнейших документов эпохи,
относящихся к организации Советского государства и созда-
нию многонационального Советского государе! на, товарищ
Сталии принимает непосредственное участие: в iiikhx докумен-
тах, как «Декларация прав народа», как вырабсика проекта
Конституции РСФСР и Конституции СССР, в решениях по
национальному вопросу на Апрельской конференции 1917 года,
на X и XII съездах партии, на IV Национальном совещании,—
вплоть до выработки повои, Сталинской Конституции. Товарищ
< галин проявляет глубочайшее понимание национального во-
прос.i, величайший । акт, и этим товарищ Сталин подымает
в гла i.'ix мясе самых различных национальностей авторитет
in <11 ii.ipiiiii большевиков: они видят, как товарищ Сталин
iimihcm парит защищает интересы многонационального госу-
t ip, in а, защищает интересы малых народов, борется как про-
шв великодержавного шовинизма, так и против местного на-
ционализма, конкретно помогает уничтожать разницу между
отставшими в своем развитии народами и теми, кто ушел
вперед.
В самые трудные моменты в жизни молодого государства,
в период гражданской войны, товарищ Сталин становится орга-
низатором снабжения продовольствием всего населения, а за-
тем организатором и полководцем Красной Армии и проявляет
в этом деле гениальнейшие способности. Он грудью своей
защищает Страну советов на всех фронтах.
Он ведет эту работу бок о бок, плечом к плечу с Лунным.
Он заменяет Ленина, раненного бандитским выстрелом эсерки
Каплан, он заменяет Ленина, сраженного болезнью. Он отражает
атаки многочисленных врагов, пытавшихся свернуть партию с
ленинского пути. Он защищает умело, стойко, непримиримо
знамя Лепина, знамя марксизма-ленинизма. Он воспитывает пар-
тию в дугхе непримиримой ненависти ко всем извратителям
марксизма, ко всем его врагам.
Смерть вырывает из наших рядов Владимира Ильича
Ленина. Ни па один момент партия не дрогнула, ибо во главе
ее пошел тот, кто вместе с Лениным строил партию, укреплял
ее и защищал, кто обосновал вместе с Лепиным великое учение
м а рксизма -ленинизма.
В основу своей деятельности товарищ Сталин берет вели-
кое учение марксизма-ленинизма. Это наследство он защищает
от всех врагов. Он его самостоятельно развивает в новой об-
становке, как Ленин развивал учение Маркса—Энгельса.
15
hпип умирает, когда новая экономическая политика, поли-
III) । ( (щи । нк П1ЧССКОГО наступления, дала лишь первые свои ро-
лу, и ни 1.1, )н> было начало нэпа.
Огромную работу в деле социалистического наступления
hi iiio.iiiiu । вся Страна советов под руководством партии боль-
niriiiiKoii, под руководством товарища Сталина.
11а пути этого социалистического наступления стоят много-
численные враги. Отдельные вражеские отряды проникли в
партию большевиков. Товарищ Сталин воспитывает партию и
всю страну в духе непримиримой ненависти к этим врагам:
троцкистам, «левым коммунистам», правым, националистам.
Товарищ Сталин помогает партии до конца их разоблачить
и изгнать из своих рядов. Этот разгром всех антиленннских
групп—важнейшее условие успешности социалистического на-
ступления.
Товарищ Сталин разрабатывает подробнейший план социа-
листического наступления на путях нэпа. Этот план, изложен-
ный лини, в самых общих чертах Лениным, разработал во всех
деталях и проведен в жизнь товарищем Сталиным. Социали-
стическая реконструкция всего народного хозяйства на основе
сталинских пятилеток; создание мощной социалистической про-
мышленности; разработка и поведение в жизнь плана сплош-
ной коллективизации сельского хозяйства; ликвидация парази-
тических классов и самого многочисленного отряда буржуазии,
кулачества,—все это проведено под руководством товарища
Сталина.
Под его руководством и по его инициативе произведена
социалистическая реконструкция городов. Эпоха товарища
Сталина—это эпоха грандиозных социалистических сооружений:
первого в мире по красоте московского метро, постройка Дне-
прогэс, Беломорского канала, канала Волга—Москва, начало
разворота строительства Большой Волги, освоение Северного
морского пути, завоевание Северного полюса, начало строи-
тельства самого грандиозного памятника зодчества—Дворца со-
ветов, разворот строительства мощных ирригационных соору-
жений, как Вахшское строительство, Большой Ферганский ка-
нал имени товарища Сталина, Заигезурская электростанция и
целый ряд других.
Страна советов должна стать богатой страной, страной
изобилия. Надо вскрыть могучие недра земли, надо, чтобы
она щедро давала стране тепло, свет, металлы, хлеб, плоды.
II вот по инициативе товарища Сталина создастся «Второе
Баку», «Второй Донбасс», осваивается Кольский полуостров,
богатства Заполярья, тундр, сибирской тайги, дальневосточных
просторов, кавказских гор. Под руководством товарища Сталина
развертывается могучее стахановское движение, выращиваются
16
многочисленные кадры советских строителей социализма. Ка-
ждый шаг этого движения вперед обязан вниманию товарища
Сталина, его непосредственной деятельности в деле воспита-
ния этил кадров, поощрения их, ни iiiiokchhh новых и новых
людей.
Товарищ Сталии борсни ла ю, чтобы обеспечить выращи-
вание здоровою молодою поколения. Заботы о матери и ре-
бенке, о школе и школьниках, о молодежи, о теоретическом
и техническом вооружении молодою поколения занимают зна-
чительное место в работе тонаршца ('талина.
Не менее значп н ii.ii i его забота о том, чтобы обеспе-
чить дет until .и.ши раскрепощение и равноправие женщины в
(ССР в колхо1С, и 1111,11.1с, на промышленных предприятиях, на
обще< |ценной paooir II миллионы трудящихся женщин отве-
Ч пог Hi НУ ЧИПЫ великой ЛЮбОВЬЮ К СВ0СЙ рОДИНС И К СС
вождю |оп.|р||щу Сталину.
Ними он, \opoiiio не знает страну и люден нашей страны,
кт и ii ipiini • i.i iiiii. Он обращает внимание на необходимость
11 । । ниш новой, советской интеллигенции и обосновывает но-
вую норию об интеллигенции, нанося сокрушительный удар
о. । и кам махаевщипы, пренебрежению к кадрам интеллигенции.
Он заботится о подъеме теоретического уровня советских
кадров. Его борьба за советскую социалистическую культуру
и науку помогает создать расцвет этой культуры и науки
во всех областях. Он поднимает иа огромную высоту науку в
СССР, поощряет новаторов в науке, поддерживает их, и наука
отплачивает стране за это внимание новыми завоеваниями. Со-
здаются условия для плодотворной деятельности новаторов
в пауке: Павловых, Циолковских, Цициных, Лысенко, Дер-
жавиных.
Благодаря помощи и неустанному вниманию товарища
Сталина рабочие на предприятиях н колхозники показывают,
примеры невиданной при капитализме производительности
труда.
Вся эта борьба требует огромной теоретической работы.
Все вопросы борьбы за победу социализма приковывают к себе
внимание товарища Сталина. Он дает теоретическое обоснова-
ние каждому шагу движения вперед. А эта вопросы огромного
мирового значения, они встанут перед победившим пролета-
риатом во всех странах: победа социализма в одной стране;
социалистическая реконструкция народного хозяйства; инду-
стриализация и коллективизация страны; создание великого
содружества народов—национальный вопрос; вопрос о госу-
дарстве при социализме и коммунизме в капиталистическом
окружении; воспитание кадров; разработка новой, Сталинской
Конституции. Вся эта огромная теоретическая работа выполнена
2 Сборник
/7
mil ipniii< м < ii.ihhIjm после смерти Ленина. Это ценнейший
in I I । и । i-ijiiiiiiiiHiiimy марксистско-ленинской науки, это огром-
ный hi и вперед в развитии марксистско-ленинской теории.
Могу нам страна социализма развивается в условиях каин*
I .LHK гичсского окружения. На пяти шестых земного шара про-
io.hh.icr существовать капитализм. Парижская коммуна (1871г.)
нино ла первый удар капитализму. Великая Октябрьская со-
циалистическая революция «нанесла мировому капитализму
смертельную рану, от которой он никогда не оправится
больше» (Сталин). Противоречия, раздирающие капиталистиче-
ский мир, становятся все более острыми и глубокими.
Первая мировая империалистическая война, закончившаяся
крушением династий Романовых, Гогенцоллернов, Габсбургов
и турецкого султаната, нс разрешила этих противоречий.
Через двадцать лет после Версальского мира стала неизбеж-
ной вторая империалистическая война, приведшая уже в самом
начале к крушению и распаду польского государства, к уси-
лению центробежных движений в колониальных странах.
В 1939 году были освобождены народы Западной Украины и
Западной Белоруссии, вошедшие в состав СССР и воссоединен-
ные с УССР и БССР. Это стало возможным благодаря после-
довательному проведению в жизнь ленинско-сталинской нацио-
нальной и международной политики.
Товарищ Сталин огромную долю своего внимания уде-
лял созданию Красной Армии, созданию могучей обороны
Страны советов. Он учил и учит нас, что, пока существует
капиталистическое окружение, немыслима окончательная победа
коммунизма.
Товарищ Сталин помог вооружить нашу страну перво-
классной военной техникой—наземной, воздушной и морской.
Созданная под руководством товарища Сталина могучая
Красная Армия является вернейшим оплотом первой в мире
страны социализма. И не раз уже с возгласом: «За родину, за
Сталина!», бойцы Красной Армии показывали всему миру силу
советского патриотизма.
Но не менее велика заслуга товарища Сталина в воору-
жении большевистской партии, комсомола, всех трудящихся
сильнейшим оружием, идейным оружием—марксизмом-лениниз-
мом. Великое теоретическое наследство Маркса- Энгельса—
Ленина товарищ Сталин приумножил, создав целый ряд важ-
нейших научных трудов. Его книга «Вопросы ленинизма»—это
настольная книга каждого сознательного строителя социализма,
ибо в ней сконцентрировано обоснование всего нашего боль-
шевистского пути.
Благодаря деятельности товарища Сталина создан такой
замечательный труд, как «Краткий курс истории ВКП(б)», кото-
18
рыА является энциклопедией большевизма, который дал толчок
научной исторической мысли, образец изложения истории целой
эпохи. Как в работах Ленина, так и и работах Сталина мы
находим мастерское, глубоко обоснованное, теоретически осмы-
сленное освещение исторического процее а, обоснование всей
борьбы советского народа за социализм.
Вот почему товарищ Сталин пользуется тройным автори-
тетом во всех слоях трудящихся маСс. Вог почему имя его да-
леко за пределами СССР миллионами трудящихся проц ihochtch
как имя вождя народов. Вот почему так велика любовь к нему
самых разнообразных слоев трудящихся. Вот почему гак велико
уважение к товарищу Сталину, как к человеку науки, неустай-
ного труда, творческой мысли, революционного дела.
Его работоспособность поистине громадна. Д.чя него ист
ничего выше, как работать на пользу народа, служить на-
роду, помогать ему двигаться вперед, к делу социализма.
И ко дню его шестидесятилетия вся наша страна, миллионы
трудящихся всего мира приносят ему свою благодарность,
свою любовь и свои искренние пожелания долгой плодотворной
жизни. Ибо мы все уверены в том, что под знаменем Маркса—
Энгельса — Ленина — Сталина, под гениальным руководством
товарища Сталина не только наша страна придет к вершинам
коммунизма. Мы глубоко убеждены в том, что деятельность
товарища Сталина облегчит и ускорит победу коммунизма во
всем мире.
А. Стаханов
Депутат Верховного Совета СССР
*
НАШ ОТЕЦ
XV Ане всегда казалось, что я знакомо товарищем Сталиным.
Эго было II в те времена, когда я ле только ни разу не видел
товарища Сталина, но даже не решался думать, что мне выпа-
дет счастье беседовать с великим вождем. Ведь товарищ Сталин
один, а нас миллионы...
Образ товарища Сталина давно запечатлелся в моей памяти
и в моем сердце как образ родного и близкого человека. Я, как
и мои товарищи-шахтеры, прислушивался к каждому слову
товарища Сталина. Каждую речь его, напечатанную в газете,
я по многу раз перечитывал, так что некоторые фразы знал
наизусть. Особенно любимыми для меня сначала были слова
«техника решает все», а позже: люди—самый ценный капитал.
Речь товарища Сталина на выпуске академиков Красной
Армии, где говорилось о том, что люди, овладевшие техникой,
могут творить чудеса, была сказана в мае 1935 года. Много
было у нас по этому поводу’ переговорено и передумано. У ка-
ждого в мыслях было желание показать, на что способны со-
ветские люди, овладевшие техникой. Так родился и мой рекорд
в ночь с 30 на 31 августа 1935 года.
Л вскоре я сам увидел и услышал товарища Сталина.
Произошло это так.
В начале ноября 1935 года я приехал в Москву. Меня при-
гласили па празднование XVIII годовщины Великой Октябрь-
ской социалистической революции. Приехало много гостей с
разных концов страны. Здесь я встретил товарищей, которых
знал по газетам, и познакомился с Александром Бусыгиным,
Дусей Виноградовой, Марусей Виноградовой, Николаем Смета-
ниным и другими героями труда.
20
Все мы, разумеется, с нетерпением ждали дня 7 ноября,
когда будем на Красной площзди и где наверняка встретим
товарища Сталина.
Днем 6 ноября мы встретились с москвичами. Нас пригла-
сил к себе руководитель московских Оолышчшков Никита Сер-
гесвич Хрущев, наш земляк, бывший донецкий шахтер. А вече-
ром мы были в Волыпом театре п.з торжественном собрании
московских оргиигыцнй, посвященном XVIII годовщине
Октябрьской рсво поцни. II гут го я увидел впервые в своей
жизни родного lOB.ipiHiri Сталина и его соратников, увидел
(нем раньше, чем ivxi.i.i. В Вольпюм театре мне все нравилось,
привлекала сю краюгл, во и глаз пс отрывал от товарища
। । । ши । Мне '«'к in. числись быть ближе к нему, пожать ему
I •, • х. hoi।'iiopHi। г ним Я всматривался в товарища Сталина,
. и |цл । hi him > и> 1н11>кецнем. Я думал: «Вот тот человек,
ни । 'и  ...рот к ок ibiii из нас считает счастьем, человек,
I '<i | iih кии >,и ин, работал рядом с Лениным, человек, кото-
... I I и I I дорог, как сама жизнь». Сталин был одет в про-
иг- 11р\п> гужурку. Он разговаривал с товарищами в прези-
III , ч. и весело улыбался. И мне было радостно па него глядя.
7 ноября я был на Красной площади. Пришли мы сюда очень
рано: боялись опоздать. Площадь была еще как бы в тумане.
Мы заняли свои места на трибуне и стали ждать. Около 10 часов
утра в одном конце трибуны раздались аплодисменты. Мы
повернули туда головы. Шел Сталин, окруженный своими бли-
жайшими соратниками. Опп поднялись на мавзолей. Все, кто
был па площади, старались как можно лучше разглядеть
товарища Сталина. Я испытывал волнение и радость.
Из кремлевских ворог на коне выехал Климент Ефремович
Ворошилов, и вскоре начался парад.
8, 9 и 10 ноября мы осматривали Москву, посещали заводы,
а 11 ноября все гости столицы совершили экскурсию в Кремль.
Нас было много, и мы разбились на три группы. В одной
группе, наша донецкая делегация, в другой—ленинградские то-
варищи вместе с Дусей и Марусей Виноградовыми, в третьей
группе—ударники Украины и Московской области.
Кремль нам очень понравился. Мы осмотрели Оружейную
палату, собор, царь-пушку, царь-колокол и кремлевские пло-
щади.
Когда мы вернулись в гостиницу, я узнал, что украинские
и московские стахановцы встретились во время экскурсии
с товарищами Сталиным и Орджоникидзе. Я страшно жалел,
что меня не было среди этих экскурсантов. А было, как они
потом рассказывали, следующее.
После осмотра Оружейной палаты украинские и московские
стахановцы направились к царь-пушке. У самой пушки нсолпь
fiiiim n< ipciiMH Орджоникидзе и подошли к нему. Кто-то
< км 1.1Л:
Мы стахановцы, делегаты в столицу.
< >р ьконикндзс тепло с ними поздоровался, каждому пожал
|>\ку н каждому представился:
( ерго Орджоникидзе.
< ‘.реди стахановцев выделялась старая, заслуженная тка-
чиха Глуховской фабрики Каванина. Ей 71 год, и из них она
61 год работает ткачихой. Орджоникидзе спросил ее:
— Где работаете?
— На Глуховской работаю; мне более 70 лет, а я все
работаю, тку шелк на парашюты.
Орджоникидзе одобрительно покачал головой и, улыбаясь,
сказал:
— Виноградова молодая, а побивает?!
Каванина посмотрела лукаво и говорит:
11 у нас иййдутся такие ткачихи, которые их побьют...
Нс сомневаюсь, не сомневаюсь,—проговорил Орджони-
кидзе.
К нему обратилась Каванина:
Где бы мне Сталина повидать? Раз я Сталина нс видела,
41 о я буду дома говорить, когда вернусь? Мне бы посмо-
треть его.
— Увидишь еще, увидишь,- успокоил бабушку товарищ
Орджоникидзе, попрощался и ушел.
Экскурсанты задержались немного у царь-пушки, послушали
объяснения и направились дальше, к царь-колоколу. Вдруг они
увидели возвращающегося Орджоникидзе. Через минуту пока-
зался автомобиль, он остановился близ Орджоникидзе, и из
него вышел товарищ Сталин. Стахановцы начали горячо
аплодировать. Товарищи Сталин и Орджоникидзе шагали к
ним.
Каванина подошла к товарищу Сталину, крепко пожала ему
руку и сказала:
— Батюшки, наконец-то я увидела нашего мудрого, ве-
ликого...
От радости она не могла говорить. Товарищ Сталин улыб-
нулся и. пожимая ей руку, сказал:
- Самый обыкновенный человек...
Каванина со слезами на глазах проговорила:
Теперь и умирать можно.
Товарищ Сталин ответил:
- Чего вам умирать?! Вы поработаете...
Все окружили товарища Сталина тесным кольцом и горячо
ему аплодировали. Товарищ Сталин распрощался с товарищами
и ушел.	.
&
Когда я прослушал рассказ товарищей, беседовавших со
Сталиным, я позавидовал им, но теперь уже не терял надежды,
что когда-нибудь н мне удастся поговорить с товарищем
Сталиным.
На следующий (ень мы собрались уезжать из Москвы.
На руках у нас уже были билпы. I |еожн гпшо нам звонят
н гостиницу, чтооы мы (iii.icii i нгрнули, из Мосины не уезжали,
так как нас приглашает к себе товарищ Орджоникидзе.
У Серго мы пробыли несколько часов. Он очень тепло с
нами беседовал, обо и см расспрашивал. Серго назвал стаханов-
цев советскими богнырямн. Когда кончилась беседа, товарищ
Орджоникидзе сказал, что мы еще встретимся с товарищем
< I ITHHNM, юнорый очень интересуется стахановским движе-
нием Он \оч । ни пони inгь, послушать. Когда Серго сказал
про lon ipniiii । 1.1 inn а, у меня сильнее забилось сердце.
II .....к» Kin. наступил—день 14 ноября. Едем в Цен-
........1ИТ1 । партии. В машине тихо—все о чем-то думают.
A in..... и шерное, об одном: каков Сталин, что он спросит,
чю скажет.
Ирш лили. Вошли в зал. Быстро уселись; каждый старался
вшить место ближе к столу президиума, так как знал, что
и чтим столом будет сидеть товарищ Сталин. И вот идут
товарищи ('.талин, Молотов, Каганович, Орджоникидзе. Воро-
шилов, Калинин, Андреев, Микоян, Жданов, Хрущев. Идут и
здороваются. В зале произошло что-то невероятное. Мы все
вскочили с мест и стали бурно аплодировать. Я смотрю на
товарища Сталина, а он стоит, веселый, улыбается нам, апло-
дирует и полни мает правую руку, приветствуя нас. Мы долго
не можем успокоиться. Я кричу:
Да здравствует наш товарищ Сталин!
Дуся Виноградова кричит:
Товарищу ('талину большевистский стахановский привет!
Мы долго приветствовали товарища Сталина и его сорат-
ников.
Серго Орджоникидзе открыл собрание—это было начало
первого Всесоюзного совещания стахановцев.
Когда Серго произнес в своей речи имя товарища Сталина,
мы стали бурно аплодировать. Товарищ Сталин смотрел на
нас, как на своих родных, а мы смотрели на товарища Сталина,
на его приятное лицо, на его живые, чуть прищуренные глаза.
Я заметил у товарища Сталина седину и подумал: «Ведь ему
уже 56 лет; оп так много перенес в своей жизни—и тюрьмы,
и ссылки, и лишения. Но,—думал я,—товарищ Сталин, наверное,
счастлив, что видит результаты борьбы большевиков, резуль-
таты своего труда. Ведь и я и сидящие рядом со мной тощу,
рищи—воспитанники товарища Сталина»,
•	23
*i<> hi и партия, которой ты руководишь, сделали из нас
..к н , шгг.юсь сказать товарищу Сталину.
$1 .ныл, чю мне придется выступать; кое-что записал в
'> ни и и , волновался. Когда товарищ Серго закончил свою речь,
он ip.riy предоставил мне слово. Все стали аплодировать.
Я просмотрел свои заметки, поглядел на окружающих и успо-
ми1 и я. Товарищ Сталии повернулся в мою сторону. Увидев
его отцовский взгляд, я почувствовал себя свободно, точно у
себя на шахте, среди своих товарищей, и рассказал, как было
дело, как добился рекорда, и выразил благодарность товарищу
Сталину, которому мы обязаны новой, счастливой жизнью.
Я говорил, а товарищ Сталин меня внимательно слушал.
Я старался говорить как можно короче, мне было как-то неловко
отнимать много времени. Я думал: «У товарища Сталина масса
дел, и ему нужно сказать главное, да покороче».
Я был горд собой. Вчерашний темный батрак и пастух вы-
сказывал снос мнение руководителям народа. И тут же я по-
думал: «Ведь и они вышли из народа». Да1, только в нашей
стране возможны такие встречи, такие задушевные беседы
между вождями и рядовыми рабочими, которые рассказывают
о своих подвигах на трудовом фронте.
11ослс меня выступил железнодорожный машинист Петр
Кривонос, а затем кузнец Бусыгин.
Товарищ Сталин, который очень внимательно слушал всех
нас, спросил Бусыгина:
— Качество валов не портится от быстрот} работы?
— Наоборот,—ответил Бусыгин,—меньше браку получается
и качество лучше. Раньше я делал 450 штук, а брак—20 штук.
Теперь я даю 1 100 штук, а брак—2 штуки.
Потом выступила Дуся Виноградова. Она начала свой рас-
сказ о высокой производительности и высоких заработках.
Если раньше она зарабатывала 200—270 рублей в месяц, то при
работе на 144 станках ее заработок достиг 600 рублей. Она
посмотрела на товарища Сталина и сказала:
— Смотрите, как я повысила свою заработную плату!
А товарищ Сталин ей ответил:
— Очень хорошо.
Потом выступил Мирон Дюканов. Между ним и товарищами
Сталиным и Орджоникидзе завязался очень интересный раз-
говор. Товарищ Орджоникидзе спросил Дюканова:
Сколько (у вас было забойщиков до стахановского дви-
жения н сколько забойщиков теперь?
Дюканов ответил, что до стахановского движения было
23 забойщика, а сейчас 12. Раньше забойщики сами рубали
и сами крепили, а сейчас труд разделили. Товарищ Сталин
сказал;
24
— В этом суть успеха.
И товарищ Орджоникидзе подтвердил:
1 — Это главное.
Выступает богатырь Донбасса Никита Изотов, а за ним
слово получает n;un< ihjii ткачихи I’o.iiiHi.aiicKoro комбината
большевик; I In.iiP'ih кой ixl'i.h ih |щ)1 () iiiiiiion i, которая со-
ревновалась с Вшил pa юными. Говаршц Орджоникидзе так и
объявил:
Слоно iiMcei товарищ Одинцова, соперница Виногра-
довых.
Посмотрим, чьи возьмет, сказал товарищ Палин.
Одинцова и сносй речи сказала:
(лигрят нас , товарищи, что, соревнуясь с Дусей Внно-
ip.i ionon. и н । H'loi I., что пл.hi перевыполню и оставлю ее
но и in себя.
Л Hitiioi р । lima er < iip.iiHiinaeT:
111 h i । и и 'J > перейдешь?
< * питон.i говорит:
H i I'>6 станков.
\ Biinoi радона кричит:
А мы на 208!
Товарищ ('.талин стоял у стены и, покуривая трубку, наблю-
дал эту сцену.
Самым молодым делегатом первого Всесоюзного совещания
стахановцев был токарь из город;! Куйбышева Коля Курьянов.
(д’рго объявил:
Слово имеет старейший токарь Курьянов...
Все посмотрели, думали, что в самом деле сейчас подни-
мстся из трибуну старик, а поднялся 17-летний круглолицый
мальчик.
Товарищ (’.талии поднялся со своего места, перегнулся через
стол и взглянул на Курьянова. Серго спросил, сколько он за»
рабатывает.
— До того, как я был бусыгинцси,—6 рублен в день, а
сейчас 25 рублей,—ответил Курьянов.
Товарищ Сталин засмеялся, весело взглянул на Курьянова
и долго ему аплодировал.
С замечательными речами выступали товарищи Молотов,
Ворошилов, Орджоникидзе, Лазарь Мотгсоевич Каганович,
Микоян, Жданов, Хрущев. Всего не перескажешь.
Все мы мечтали услышать товарища Сталина. Совещание
подходило к концу, и мы сильно беспокоились: вдруг товарищ
Сталин не выступит. А 17 ноября вечером Орджоникидзе пре-
доставил слово начальнику цеха Московской электростанции
Скатерщикову и тут же сказал, что следующим1 будет выступать
товарищ Сталин.
25
Что । уч делалось! Радости нашей нс было конца. При-
iK Hi.ni, мы плохо слушали Скатерщикова, потому что все
1ор( лп in н рпеннем поскорее услышать товарища Сталина.
II ног кончает свою речь Скатсрщиков, и Серго объявляет:
( лоно имеет товарищ Сталин!
Точно гром грянул. Более трех тысяч человек, заполнявших
Кремлевский зал, поднялись с мест. Долго мы аплодировали
вождю и приветствовали его.
Товарищ Сталин поднялся и пошел к трибуне. Мы стояли и
кричали:
— Да здравствует товарищ Сталин!
Товарищ Сталин стоял па трибуне, спокойный, улыбаю-
щийся, и смотрел на нас взглядом отца и учителя. Со всех кон-
цов зала неслись приветствия. Товарищ Сталин поднял руку,
требуя тишины. Он несколько раз пытался пас успокоить, при-
глашая садиться. Но ничего не помогало. У каждого в сердце
накопилось много прекрасных чувств к товарищу Сталину,
и каждый хотел эти чувства выразить. Товарищ Сталин обвел
глазами н<< ь пл, а зал бурлил. Из груди у всех как-то сразу
вырвал.id. песня, и мы запели «Интернационал». Потом снова!
продолжалась овация. Товарищ Сталин обернулся к прези-
диуму, наверти* требуя установить порядок. Серго показал
ему на зал. Товарищ Сталин вынул часы и показал их нам. Но
мы не признавали времени. Долго звонил товарищ Орджони-
кидзе, пока зал утих.
Зато когда товарищ Сталин начал говорить, наступила пол-
нейшая тишина, потому что каждый старался все услышать и но
пропустить ни одного слова.
Товарищ Сталин говорил просто и понятно, и слова его
проникали глубоко в сознание. Товарищ Сталин не раз называл
мою фамилию, фамилию Бусыгина и других стахановцев. Как
я волновался, когда он говорил о нас! Да разве можно было не
волноваться, когда он говорил, что мы бросили искру, из кото-
рой разгорелось пламя. И я подумал тогда: «Стаханов, то, что
ты сделал,—это только начало. Ты должен сделать еще
больше...»
Слушая речь вождя, я вспоминал о своей работе. Товарищ
Сталин говорил, что стахановское движение давным-давно на-
зрело, но его задерживали старые технические нормы. Сущая
правда. Ведь и у меня была суточная норма 7 тонн. Можно
ли было ждать при такой норме много угля? Сломал я эти
нормы, и получилось другое. Но я не мог, конечно, думать
тогда, что добьюсь такого успеха и что мой метод через корот-
кое время начнут применять тысячи людей.
Товарищ Сталин говорил, что жизнь рабочих теперь стала
лучше, веселее. Я судил по себе и по своим товарищам: нам
26
живется очень хорошо. Ног теперь заботы о куске хлеба. Есть
забота об учебе, о культурном росте; хочется учиться и учиться.
Товарищ Молотов и своей речи рассказывал, какие муки
пришлось пережить архангельскому н' опильщпку Мусин-
скому—первому стахановцу в лесной промышленности. Му-
СИНСКПЙ тайком or ХОЗЯЛс I BeHHIIholl И КОП гролеров выполнял
новые высокие технические нормы. Говарпщ Сталин напомнил
о Мусннском и тут же сказал:
— Судьба самого Стахановп была не лучшей, ибо ему при-
ходилось обороняться при своем движении вперед не только
or некоторых чинов администрации, но и от некоторых рабо-
чих, высмеивавших и гранивших его за «новшества».
Я только пора hi н и, откуда товарищ Сталин знает все
подробно, hi НЛ1Н. Й работы. Я думал: «Откуда товарищ Сталин
Hili. .....и" цющиЙ моей шахтой Заплавскин выступал про-
IHH <1|. ini '' m i" движения? Откуда он знает, что некоторые
• । <||||'н и hi 111.1мг шептали, что Стаханов-де напрасно норму
...... г । и |, . нам заработок снизят». Эти люди заблужда-
110» , конечно. Питом, когда стахановское движение разверну-
I". I. и когда заработки повысились, эти люди увидели свою
неправоту. Но факт: вначале некоторые несознательные ра-
бочие были недовольны моими рекордами.
Мне очень понравилось, как товарищ Сталин нас обрисовал.
Вы видели здесь Стаханова и Бусыгина, говорил он.—
Они выступали па совещании. Это люди простые и скромные,
без каких бы то ни было претензий на то, чтобы стяжать лавры
фигур всесоюзного масштаба. Мне даже кажется, что они не-
сколько смущены тем размахом движения, которое развер-
нулось у нас попреки их ожиданиям.
Еще бы не смущаться, если нам, простым людям, всюду
стали воздавать почет!
Товарищ Сталин говорил так ясно, что все мне было по-
нятно. Я все запоминал и в блокнот записывал, чтобы по
приезде рассказать подробно своим товарищам.
Перед тем как закончить свою речь, товарищ Сталин,
улыбаясь, сказал:
— Мы здесь в президиуме совещались и решили, что при-
дется как-либо отметить это совещание руководителей власти
с руководителями стахановского движения. И вот мы пришли
к такому решению, что человек 100—120 из вас придется пред-
ставить к высшей награде...
— Если вы одобряете, товарищи, то мы это дело прове-
дем,—закончил товарищ Сталин свою речь.
Опять что-то невообразимое творилось в Кремлевском зале.
Без конца неслись приветствия товарищу Сталину. С боль-
шим, особенным подъемом мы спели «Интернационал», и вместе
27
। ii.imii ii< iii стоявшие на трибуне вожди партии и правн-
|г II.(им,
1н||||>1пц Серго объявил совещание закрытым. Железно-
|<||>'। i.iiiir казах Сатбаев побежал в президиум и стал горячо
пожимать руку товарищу Сталину. Мы долго прощались с
кп-мем народа и несколько минут нс уходили из зала. Жаль
было уходить оттуда, где мы были рядом с товарищем Сталиным,
где мы так много узнали, услышали и увидели. Не хотелось
расставаться с товарищем Сталиным, с нашими руководителями.
Вдруг кто-то запел песню из «Веселых ребят». Ее подхватил
товарищ Жданов, а Климент Ефремович Ворошилов, стоя на
подмостках, дирижировал. Нели весело, радостно, и было жалко,
что расстаемся.
*
Следующая моя встреча с товарищем Сталиным произошла
в феврале 1936 года, когда я был вызван в Москву для вру-
чения мне ордена Ленина. 5 февраля на заседании Президиума
ЦИК я встретился с Иосифом Виссарионовичем Сталиным,
с товарищами Молотовым, Орджоникидзе и Ворошиловым.
Ногле получения орденов группа орденоносцев с<|юго! рафиро-
В.1Л.К1. с товарищем Сталиным. Потом я подошел к нему, крепко
пожал руку, поблагодарил, а он спросил, как мои дела, как
работаю и живу. Я сказал, что все идет' хорошо.
А через несколько месяцев, в ноябре 1936 года, я был
снова в Москве, в Кремле, как делегат Чрезвычайного VIII Все-
союзного съезда советов.
Еще задолго до открытия съезда я пошел в Большой Крем-
левский дворец. Он быстро заполнялся делегатами. Тут были
люди со всех концов нашей страны. Русские, украинцы, бсло-
руссы, туркмены, узбеки, армяне, евреи, грузины, казахи, та-
тары—да разве всех перечтешь! Многие делегаты в своих на-
циональных нарядах. Поем песни. Все с нетерпением ожидали
открытия съезда. В президиум вошли товарищи Сталин,
Молотов, Каганович, Калинин, Ворошилов, Орджоникидзе,
Андреев. Трудно передать словами то, что происходило в эти
минуты. Женщины машут красными платками. Все делегаты
на родных языках приветствуют великого вождя.
Михаил Иванович Калинин произносит речь. Потом он пре-
доставляет слово товарищу Сталину для доклада о проекте
повой Конституции Союза ССР. Мы все встали с мест. Мы
бурно выражали свою любовь к товарищу Сталину. Я видел,
как у многих делегатов, моих соседей, от радости на глазах
появились слезы. Я товарища Сталина видел и слышал, но
волновался и радовался не .меньше тех, кто видел и слышал
его в первый раз.
28
Товарищ Сталин говорил, как н на стахановском совеща-
нии, просто, уверенно и на пони гном дли всех языке. Когда он
говорил, в зале была полная тишина. Все, о чем он говорил
в своем докладе, мы пенытали и ciwich жи «ни. Всеми теми пра-
вами, которые нам дап Консгн lyuini, мы пользуемся, и мы
знаем, что этих досиынний мы добились под руководством
товарища Сталина. Полому гак горячо iicipenai его съезд.
Товарищ Сталии говорил спокойно. Л под конец он подпил
обе руки вверх и сказал:
- ...На новую борьбу дли завоевания новых побед комму-
низма.
Мы с большим во« торгом встретили эти слова.
После гою кик ыкончилш ь прения, съезд постановил со-
здать ре । iitiiHoHiivю комиссию для установления окончитель-
ною к i.< la |\он< liiivumi. Членом редакционной комиссии съезд
и «бри । i n. i.i и мспи. Я был несказанно рад тому, что мне
пр- ..... ю p iOoiiii. вместе с товарищем Сталиным.
1 .... комиссии собралась в Кремле. Товарищ Сталин
i t. ме< го председателя. Заседание комиссии проходило
lipin in Каждую статью читал товарищ Сталин. Прочитает
и спрашивает:
Какие имеются у членов редакционной комиссии поправки
или изменения?
Когда член комиссии сказал, что у него есть поправка,
товарищ Сталин предложил ему:
— Идите сюда на трибуну и говорите всем, чтобы люди
вас видели и слышали.
По многим пунктам Конституции были прения. Вопрос ре-
шали голосованием. Иосиф Виссарионович сам вносил много
предложений.
5 декабря все делегаты собрались в Большом Кремлевском
дворце. Товарищ Андреев предоставил слово для доклада ре-
дакциошюй комиссии товарищу Сталину. Я не буду повторять
его речь, так как все се, конечно, читали. Товарищ Сталин по-
дробно доложил съезду, какие мы внесли поправки в Консти-
туцию на заседании редакционной комиссии. Когда товарищ
Сталин кончил говорить, товарищ Андреев заявил, что пере-
ходим к чтению Конституции по статьям. Мы приготовили
мандаты для голосования. Товарищ Андреев начал читать па-
раграф за параграфом. Каждую статью голосовали отдельно.
14(3 статей имеет Конституция. 146 раз поднимали мы руки с
красными мандатами.
Ровно в шесты часов вечера 5 декабря 1936 года мы прого-
лосовали и утвердили Сталинскую Конституцию. И когда
Конституция была одобрена, мы дружно спели «Интерна-
ционал».
29
')ioi день, когда Союз Советских Социалистических Ре-
< 1ЦП.11П. принял спою новую, Сталинскую Конституцию, наро-
01 ii.uih и ораны никогда не забудут. За несколько минут до
.nihpi.ii ин съезда было внесено предложение объявить день
1» декабря всенародным праздником. Каждый год в этот день
мы будем вспоминать о замечательном съезде советов, о до-
кладе' товарища Сталина—творца нашей Конституции.
й
Приведу еще два эпизода.
29 октября 1937 года. Прием работников металлургической
и угольной промышленности руководителями партий и прави-
тельства. Присутствуют товарищ Сталии и его соратники. Вы-
ступают Лазарь Моисеевич, Вячеслав Михайлович и Климент
Ефремович.
Товарищ Сталии беседует с металлургами, с горняками.
Вот он подзывает к себе старого, заслуженного шахтера
товарища Рябошапку. Спрашивает, как у него дела. А дела
в Донбассе шли неважно. Рябошапка откровенно ответил:
Плохо, товарищ Сталин. Мало угля даем.
Я тоже собирался подойти к товарищу Сталину, хотелось
поговорить, но стеснялся. Через несколько времени ко мне по-
дошел товарищ Сталин, поздоровался, взял под руку, повел
к столу и спросил:
— Что же вы стесняетесь, не подходите?
И тут же товарищ Сталин объяснил мне:
— Дело немножко плоховато с углем, поэтому народ со-
брали...
— Уголек должен все-таки пойти,—ответил я товарищу
Сталину. В Донбассе сволочи навредили немало и сейчас еще
для рабочих не создают нужных условий, оттого меньше угля.
А если создадут эти условия, рабочие дадут много угля.
— Это правильно,—твердо сказал товарищ Сталин.—Когда
никто не будет мешать рабочему и ему. будут созданы усло-
вия—уголь будет. Несомненно будет.
Разговорились, и я под конец сказал товарищу Сталину:
— Я теперь учусь в Академии, постараюсь быстрее окон-
чить и пойду работать, куда вы меня пошлете. С честью буду
оправдывать доверие.
Товарищ Сталин отнесся одобрительно. Спросил меня, как
я живу, какая квартира. Я ответил, что живу хорошо, квартира
хорошая—Лазарь Моисеевич лично позаботился.
Товарищ Сталин произнес тост:
— За здоровье товарищей Стаханова, Дюкапова, Изотова,
Рябошапки и других!
30
...За здоровье доменщика тон. Коробова, за Коробова-отца,
за сына его, за всю семью доменщиков Коробовых, за то, чтобы
семья Коробовых нс отстала ог новых методов работы.
Коробов-отец ответил:
— Товарищ Сталин. Я уже o.ipin», но и положу все свои
силы, чтобы выполнить Ваше поди лапие и быть впереди дру-
гих металлургов.
Далеко за полночь i.i тянул и ь дружеская беседа руково-
дителей партии и нраиительства с металлургами и yi । хлюпиками.
17 мая 1938 года. Прием в Кремле работников высшей
школы. Я получит ирш .laiiiciiHc. В зале появляются товарищ
Сталин, руководит» ш и ipnni и правительства. Они проходят
через зал. Гонарищ • i.i.iiih машет рукой, здоровается.
У моим бы hi i.oe какие дела по депутатской линии к
товарищу М»ь...... Я пишу записку: «Вячеслав Михайлович,
хочу пару ..... вам ска<агы». Товарищ Молотов заметил меня
и \ к » t i l loiupiiiiiy < талину. Товарищ Сталин поднял руку и
.....рои гн и » <> мной. Через несколько минут меня зовут.
Я и<< внпс.1 к столу, поздоровался с товарищами Сталиным,
Мп кноиым, Кагановичем, Ворошиловым, Калининым. Товарищ
Молотов усадил меня подле себя и спросил, какие у меня к
нему дела. Я сказал, что прошу отпустить автомашины для
двух колхозов моего избирательного округа. Вячеслав Михай-
лович отвечает:
— Поможем!
Товарищ Сталии выступил на приеме с замечательной речью
о передовой науке. Товарищ Сталин указал и на то, что рядо-
вые рабочие, рядовые люди могут быть новаторами пауки.
И в заключение он провозгласил тост:
— За здоровье Стаханова и стахановцев!
— За здоровье Папанина и папанинцев!
Я тут же взял слово и, волнуясь от радости, сказал:
— Спасибо товарищу Сталину, который поднял нас на
такую высоту!
☆
...Я слушал товарища Сталина на XVIII съезде ВКП(б).
Кто не запомнит на всю свою жизнь эту историческую речь!
Я видел товарища Сталина на приемах участников перво-
майских и октябрьских парадов. Кто не запомни г на всю жизнь
братские встречи вождя с летчиками и артиллеристами, танки-
стами и пехотинцами, моряками и пограничниками!
Я видел много раз товарища Сталина стоящим на трибуне
мавзолея в красноармейской шинели с высоко поднятой рукой,
зовущей вперед и вперед. Таким я себе представляю его все-
гда—нашего отца, зовущего к полной победе коммунизма.
И. Папанин
Герой Советского Союза
<с
НЕЗАБЫВАЕМЫЕ ВСТРЕЧИ
F*
1 Каждый год в дни великих пролетарских праздников ша-
гали мы, кривые партизаны и красногвардейцы, по Красной
площади. Мы шли четко, гордо подняв пмовы, стараясь ров-
нее держать сцюн. Мы шли мимо мавзолея, на котором стоял
Сталин, и все мысли наши были с ним, родным нашим отцом
и другом.
И каждый раз, уходя с площади, я уносил с собой драго-
ценную мечту—когда-нибудь увидеть его близко, совсем близко,
говорить с ним, слушать его полос...
В 1931 году я уехал в Арктику. Зимовал на Земле Франца-
Иосифа, на мысе Челюскин, побывал во многих северных экспе-
дициях. Привык к Арктике, полюбил ее и решил посвятить ей
всю жизнь.
И, наконец, я вместе с моими товарищами оказался на вер-
шине мира, на Северном полюсе.
О такой экспедиции уже давно мечтали полярники. Но осу-
ществить се смогла только наша великая страна.
В Кремле обсуждался вопрос о полетах наших летчиков
через Северный полюс в Северную Америку. Летчики рвались
поско]>ее проложить трансполярную трассу. И тогда Иосиф
Виссарионович, с обычной сталинской мудростью, заинтересо-
вался тем, кто ir как будет освещать погоду по всей этой
сложнейшей трассе. Так практически возник план организации
станции на дрейфующих льдах в сердце Арктики. Сталин
спросил, могут ли советские полярники организовать такую
станцию.
— Да, могут!
Другого ответа быть не могло.	'
32
Потом, когда начали готовить экспедицию, товарищ Сталин
внимательно расспрашивал о каждом участнике, о всех мелочах
подготовки. Сталинская забота и вннмпше вдохновляли и окры-
ляли нас.
И там, на дрейфующей льдине, мы ощущали поддержку
вождя. Мы получили радио!рамму oi человека, гений которого
ведет всех нас по пути радости и счастья. Гонлрищ Сталин
и члены Политбюро писали нам:
«Мы уверены, что героические зимовщики, остающиеся на
Северном полюсе, с честью выполнят порученную нм iадлчу
по изучению Северною полюса.
Большевистский npinici от важным завоевателям Северного
полюса!»
Эти слона, проникнутые любовью и заботой, не забывались
нами ни па o iiiy минусу в течение всего девятимесячного дрей-
фа, Они немец । проняли нашу волю, вдохновляли нас на без-
1ЛПС1НЫЙ груд.
Г. .....   вне	всего дрейфа мы ни на минуту не расста-
1ы,тн<1. < образом Сталина. В палатке, над нашими головами,
bib < । сю портрет. Он, улыбаясь, смотрел на нас я как бы под-
бадривал, поддерживал нас в тяжелом, напряженном труде.
Он как бы лично присутствовал у нас в палатке, делил
с нами паши трудности и помогал преодолевать их. В праздники,
какая бы ни стояла погода, пусть даже пурга, которая сбивала
с пог и захватывала дыхание,—мы поднимали стяг с изображе-
нием товарища Сталина.
На далекой льдине мы всегда чувствовали любовь и заботу
товарища Сталина. 1 !аш лагерь был таким маленьким, что без
радио разыскать его было бы невозможно. В капиталистиче-
ской стране забыли бы быстро о том, что где-то средн мрака
и штормовой погоды, на ломающейся льдине борются за жизнь
во имя науки четыре человека. Не то у нас, в стране социа-
лизма. В первых числах февраля мы получили телеграмму из
Москвы о том, что организована комиссия по снятию нас со
льдины, и мы еще раз почувствовали волю Сталина, его внима-
ние. Мы знали, что можем спокойно продолжать свою работу.
Под конец дрейфа нашу льдину уносило с огромной бы-
стротой. Малейшее промедление грозило бедствием. В океане
нас спасти было бы невозможно. И только забота Сталина,
его исключительная настойчивость привели к тому, что нас
во-врсмя сняли со льдины.
И в тог день, когда мы взошли на борт советских кораблей,
радио принесло нам привет товарища Сталина и его соратников:
чЛапанину, Ширшову, Кренкелю, Федорову.
Поздравляем вас с успешным выполнением ответственного
задания.
3 Сборник
33
Hi и и.ни । ctji.iii.i гордится вашей героической работой.
Ж |см iniiicio возвращения в Москву.
1>| некий привет!»
» « Mint щатого марта мы возвращались в Москву. Мы подъ-
г|,|>.1лп к древним стенам Кремля. Необыкновенное волнение
охи пило меня—я еду в Кремль, к Сталину, к родному Сталину!
Сбылась моя заветная мечта!
Комендант Кремля попросил нас подождать. Может быть,
он хотел, чтобы мы успокоились, подготовились к встрече.
Мы ждали, и в голове моей сбивчиво и быстро проносились
слова, полные любви и благодарности. «Все это надо сказать
Сталину, думал я, надо сказать много-много, все сразу, все,
что выношено в сердце за долгую жизнь...»
Двери Георгиевского зала раскрылись. Мы увидели осле-
пительно сверкающий зал. Длинные ряды красиво убранных
столов. Со всех сторон обращены к нам улыбающиеся, дру-
жеские лица. Крики «ура». Музыка. Я шел, держа в руках
бамбуковое древко с нашим знаменем, привезенным с полюса.
За мной шли мои братки Ширшов, Кренкель и Федоров. Тор-
жественная обстановка, ослепительный свет, приветственные
крики все это было так неожиданно и необычно, что мы
смутились и немного растерялись.
И вдруг раздался новый взрыв аплодисментов невидан-
ной силы. Под бурю оваций и крики «ура» в зал вошел товарищ
Сталия и члены Политбюро.
Я дрожал от волнения. Радость переполнила мое сердце.
Товарищ Молотов, улыбаясь, жестом пригласил нас занять
места в президиуме. И тут наступила минута, которую я никогда
нс забуду.
Иосиф Виссарионович обнял меня и крепко поцеловал. За-
тем пас обнял товарищ Молотов и все члены Политбюро. Мы
переходили из объятия в объятие.
Волнуясь, я передал товарищу Сталину красное знамя и
сказал:
— Разрешите вручить вам знамя, с которым мы победили
и которое давало нам энергию и волю в борьбе со стихией.
Ваше задание выполнено нами с честью!
Товарищ Сталин посадил меня рядом с собой... Мечта всей
моей жизни осуществилась.
— Теперь' выпьем, товарищ Папанин, за замечательную
работу, за победу,—сказал Иосиф Виссарионович, поднимая
бокал.—Работа была трудная, но мы были уверены, что вы
выполните ее с честью!
Потом он рассказал нам, как переживал вместе со всем
многомиллионным народом последние дни и педели нашего
дрейфа.
34
— Много я за вас пережил, сказал Иосиф Виссарионович,
заканчивая свой рассказ.
— Иосиф Виссарионович,—ответил я. вы для нас сделали
вес!
— Нет,—ответил он,- мы для нас одела ш мало. Надо было
создать базу в Гренландском море.
— Это верно, 01 всгпл я, по ведь ученые предполагали,
что нас вынесет к берегам Америки. К го мог ожидать, что
мы очутимся в Гренландском морс?
Через некоторое время товарищ Сталин поднялся со своего
места. Все взоры обратились к нему. Он своей спокойной по-
ходкой направился к столу, за которым сидели наши жены.
Он что-то спросил у них. Что нам не было слышно. Видели,
что он весело смеялся, разговаривая с нашими растерявшимися,
смущенными подругами. Потом он взял за руку одну, другую
и повел н<1о ч< |нерку к нашему столу. Он попросил налить
бокалы и провозгласил тост за наших жен.
Немного позже Иосиф Виссарионович узнал, что в зале
находится мой отец. Он его тоже пригласил к столу президиу-
ма н очень ласково встретил. Потом поставил меня рядом с
отцом (отец мой необыкновенно крепкий старик), обнял нас
обоих за плечи и спросил:
— Ну, кто из них старше: отец или сын?
Я посмотрел на отца—и, в самом деле, мой старик выгля-
дел молодцом.
Как часто я вспоминаю обо веем, что происходило в Крем-
ле в этот необычайный вечер! Встреча с товарищем Сталиным
осталась в моей памяти как самое волнующее, необычайное
событие. Мы как бы расцветали под обаянием сталинской про-
стоты, какой-то удивительной естественности, дружелюбия,
умения как-то незаметно переходить от большого и значи-
тельного к маленькому и обычному, от огромной своей работы—
к веселью и отдыху.
В этот вечер" Иосиф Виссарионович произнес речь, ко-
торая навсегда сохранилась в моей памяти. Он говорил о сме-
лости советских людей, об истоках героизма. Почему таких
людей не может быть в странах капитализма па Западе и
на Востоке? Потому, что там любого человека и его героизм
ценят только с точки зрения прибыли, выгоды. Американцы,
англичане, французы даже подвиги расценивают на доллары,
фунты, стерлинги, франки. И товарищ Сталин поднял тост
за то, чтобы мы, советские люди, усвоили советскую меру
в оценке людей, чтобы научились ценить людей по их делам
и подвигам.
Так говорил Сталин. Великой мудростью и любовью к
советскому человеку была проникнута эта речь. Ои говорил
з*
35
о приме советских людей жить и бороться за родину, за пар-
niio. Он провозгласил тост за людей, которые хотят жить и
боротый по славу родины. Он поднял бокал за здоровье всех
проги оарых и молодых, за тех, кто не забывает итти вперед,
la 1Ы11П1 таланты, за молодость, потому что в молодых—сила.
( мущоние наше давным-давно улетучилось. От чувства
стеснения и напряжется не осталось и следа.
Потом мне сообщили, что в Козловском переулке у дома,
где я жил, собрался народ. Я говорю:
— Иосиф Виссарионович, меня народ ждет, соседи, вся
улица, собрались с флагами. Не пойти ли мне?
А он ласково посмотрел на меня, улыбнулся и говорит:
— Ну, станцуй, а потом поедешь.
Через несколько минут, горячо поцеловавшись, я простился
с товарищем Сталиным и вышел из Кремля, радостный и счаст-
ливый па всю жизнь.
Значительно позднее я зашел как-то в секретариат
товарища Микояна. Здесь во время нашего дрейфа были сосре-
доточены работы штаба по снятию со льдины нашей четверки.
РабоТинки секретариата рассказали мне, какое большое уча-
стие в пашен судьбе принимал товарищ Сталин, как волно-
вался он за нас, расспрашивал о ходе работ, о полученных
от нас телеграммах. Он входил в комнату, снимал шинель,
садился в уголок и тихо спрашивал:
«Есть что-нибудь новое?»
Много он пережил за нас в этой комнате.
II мы знаем, мы вечно будем помнить, что Сталину мы
обязаны великим счастьем снова, после дрейфа, видеть лю-
дей, слышать их приветствия, пожимать их теплые, друже-
ские руки.
В 1938 году я снова встретился с товарищем Сталиным.
Решался вопрос о посылке ледокола «Иосиф Сталин» за се-
довцами. Была поздняя осень. Седовцы находились на большой
широте. И мы еще раз увидели мудрость и предусмотритель-
ность вождя. Давая указание об отправке ледокола, Иосиф
Виссарионович добавил, что капитан при первой же угрозе
со стороны льдов должен немедленно вернуться обратно. Так
оно и было: ледокол дошел до тяжелых льдов и вернулся
обратно. Не будь сталинского указания, корабль пошел бы
дальше и наверняка зазимовал бы во льдах.
Третья встреча с товарищем Сталиным произошла па
приеме работников высшей школы. Она произвела на меня
особенное, потрясающее впечатление. Выступало много ора-
торов—профессора, люди науки. Вдруг товарищ Сталин поти-
хоньку встал (он был очень утомлен), подошел к микрофону
и начал рассказывать. Он не произносил речь, а именно расска-
зе
ч.шал спокойно, просто... Я стоял почти рядом с ним и впима-
КЛ1Н0 смотрел на пего, слушая его, боясь пропустить хоть
одно слово. Из самого, ка •.алось, обыкновенного приветствия
возникла речь, полная глубочайшего смысла, возникла одна из
самых замечательных его речей реп. о нов порстве. А когда
он сказал: «Выпьем за здоровье Ci.i.xanoBi и стахановцев!
За здоровье Папанина и папанинцев!> я чуть было нс уронил
бокал... Товарищ ('.талин подошел ко мне и поцеловал...
После этой встречи я был так взволнован, чго, выйдя
на Кремля, бродил до утра но московским улицам...
Четвертая встреча с товарищем Сталиным произошла на
приеме Гризодубовой, Осипенко и Расковой. Прием происходил
и Грановитой палате. Между узкими столами было тесно. На-
роду собралось много, а палата небольшая. Сидим в тесноте,
разговариваем. Смотрим, товарищ Сталин поднимается из-за
стола и начинает пробираться между столами. К кому он идет?
II гот он подходит ко мне, улыбается и тянет за руку. Вывел
он меня через всю эту тесноту' на середин)' зала и спрашивает:
Какое морс первое?
I >аренцово,—отвечаю.
— Правильно, говорит,—Баренцево. А второе?
— Карское.
— Правильно, Карское. Дальше?
— Лаптевых.
— Правильно. Дальше?
— Чукотское.
— Правильно. За здоровье всех тружеников, советских
людей, которые работают в Арктике,—сказал он, поцеловав
меня.
Я разволновался, хотел подойти к микрофону, сказать не-
сколько слов и... не мог.
Я ответил:
— Дорогой, родной, горячо любимый отец Иосиф Висса-
рионович! От имени всех полярников заверяю вас, что ваше
доверие мы с честью оправдаем.
И пошел на свое место.
Сталинская забота о живом человеке нс имеет границ.
Вот и тогда, в этот счастливый день, когда Сталин встре-
чал наших героинь, торжествовал вместе с ними победу, был
полон веселья и радости за них,—даже и тогда он не забывал
об армии полярников, которые трудятся далеко на Севере,
в Арктике, в условиях полярной ночи.
Пожалуй, это самая поражающая и замечательная сталин-
ская черта—помнить обо всем и обо всех. Люди, встречаю-
щиеся с этим великим человеком, хорошо знают, что такое
сталинская забота. Я ощущаю ее постоянно,
П прошлом году сердце мое начало пошаливать. Как только
ирншк и., гну сообщили, что у меня в рабочем кабинете был
Vi р Ir'liiijи припадок, товарищ Микоян приказал немедленно
уп< ни меня в больницу. Врачи настаивали на немедленном
iniiyi i t и лечении, но я их не послушался, так как было много
рабоп.|. И только поздней осенью я уехал в Кисловодск под-
лечиться. Но там мне пришлось выступать на митингах и
делать доклады. Сердце не выдержало нагрузки, и я слег
в постель. Дело было плохо, поддерживали меня только кам-
форой, и врачи уж потеряли надежду поднять меня. Из
Москвы на самолетах прилетели профессора.
И вдруг ночью от товарища Сталина приходит телеграмма:
«Товарищ}’ Папанину. Сообщается решение ЦК и СПК от
29 декабря:
1) Ввиду состояния здоровья запретить Папанину высту-
пления на всяких собраниях во время лечения.
2) Обязать директора санатория Короткова немедленно огра-
ПИЧПТ1. и in попсе прекратить прием нарзанных ванн Папани-
ным. 11р</в с.ьнс.п. ( НК ('.('( !’ Молотов. Секретарь ЦК Сталин».
Я прочел се, не выдержал и заплакал. Сталинская забота
тронула меня до глубины души. Где-то далеко лежит Папа-
нин, а товарищ Сталин помнит обо мне, заботится, советуется
с врачами. Какую нужно иметь память и какое нужно иметь
сердце, чтобы среди множества важнейших государственных
дел заботиться о людях, о человеке!
Нарзанные ванны мне, действительно, не нужно было при-
нимать, и в этом товарищ Сталин оказался прав.
Второй эпизод относится к XVIII съезду нашей партии.
Я имел счастье быть делегатом этого исторического съезда.
Записался в прениях. Хотелось с трибуны съезда поделиться
с делегатами, со всем советским народом своими мыслями
об освоении Северного морского пути, передать чаяния всех
советских поляр1шков. И тут я еще раз со всей силой почув-
ствовал, что нахожусь при неослабном внимании любимого
Сталина. Прежде чем дать мне слово, товарищ Сталин через
товарища Поскребышева справился:
— А врачи разрешили выступать?
Недавно на приеме работников армянского искусства я
снова встретил товарища Сталина.
Товарищ Сталин увидел меня и спрашивает жестом, по-
казывая на сердце: как здоровье? Это тронуло меня до глу-
бины души, сердце сжалось, радость моя была безгранична.
Очень близко мне пришлось встретиться с товарищем
Сталиным совсем недавно, в день празднования годовщины
ПервоГ| Конной армии. Впервые я видел его не на большом
приеме или па празднике, а в обычной домашней обстановке, на
38
скромной маленькой дачке одною из руководящих работников
Первой Конной армии, в день его рождения. Из-за сильной голо-
ледицы я приехал поздно. «Ну,—думаю,—позор. Опоздал!»
Долго колебался, но все же решился зайти, поздравить хозяина.
Разделся, вхожу. Товарищ Сталин увидел меня:
— А, наш браток! Скорей, скорей. Насколько опоздал?
Одет он был, как всегда, очень просто а шин ные брюки,
гимнастерка, мягкие сапоги.
Медленно и спокойно, с непередаваемой |сплотой и лю-
бовью он говорил о жизни Советской страны, рщ сказывал
о тринадцатимиллионном народе Западной Белоруссии и За-
падной Украины, навсегда освобожденном от панского ига
и кабалы.
К каждому товарищ Сталин подходил с ласковым внима-
нием. Он пришел сюда не как вождь, а как товарищ и друг.
Его старались окружить особенным вниманием. Товарищ Сталин
не любит, когда за ним ухаживают, выделяют из общей массы.
Сам же он заботится обо всех, со всеми говорит, к каждому
проявляет исключительное внимание. Так было и па этот раз.
Подошел к радиоле, разобрал пластинки и начал заводить.
Никому не давал сидеть. Хотел, чтобы все танцевали. Подвел
ко мне даму—танцуй. Поднял палец и говорит, улыбаясь:
— Не подкачай, браток!
Долго продолжалась задушевная беседа соратников Первой
Конной армии. Товарищ Сталии вспомнил первые дни ее ор-
ганизации, боевые эпизоды и имена легендарных бу^епновцев.
Память у пего изумительная.
В конце беседы он неожиданно спросил меня:
— Ну, как, звезда красива?
— Замечательная.
— Мы поэтому' и сделали звезду,—говорит Иосиф Висса-
рионович,—чтобы отличить Героев Советского Союза.
Заговорили о седовцах.
— Надо не прозевать, сделать все во-время,—сказал Иосиф
Виссарионович.
Я заверил, что все будет выполнено.
Много часов провел я в этот вечер в обществе Иосифа
Виссарионовича.
— Скоро день вашего шестидесятилетия,—сказал я
товарищу Сталину.—Со всем многонациональным и много-
миллионным народом пожелаем вам от всей души, от всего
сердца прожить трижды столько же, па благо и радость на-
родов всего мира!
— Зачем же так много?—засмеялся товарищ Сталии.
— Вы бессмертны, наш дорогой учитель и вождь!

М. Громок
Гсрой Советского Союза
*
ЛЕТЧИКИ НОВОГО ТИПА
......
I сейфом Виссарионовичем, но расскажу только о некоторых
ил них. 11|п«гда нс забуду, что Иосиф Виссарионович спас
меня от смерти.
Это было 1 мая 1934 года. В воздушном параде над Красной
площадью должен был участвовать гигант-самолет «Максим
Горький:'. Я был болен, но решил, несмотря на это, сам вести
самолет. Над площадью пролетел благополучно, но когда со-
вершил посадку, то уже с трудом вышел из машины. Вечером
в Кремле состоялся прием участников парада. Я же так раз-
болелся, что на прием1 не смог явиться. Товарищу Сталину
сказали, что я отсутствую потому, что серьезно заболел.
Товарищ Сталин тут же распорядился, вслет сделать все,
чтобы меня спасти. Немедленно были вызваны лучшие врачи,
был обеспечен са!мын тщательный уход, и меня вырвали бук-
вально из объятий смерти.
Прошло пять лет. Я уже сам стал забывать об этой своей
болезни. Мы готовились к празднику авиации 18 августа
1939 года.
И вот дней за шесть-семь до праздника раздается звонок
из Кремля:
— Говорит Сталин. Как ваше здоровье?
•Я поблагодарил и ответил, что в полном порядке.
Тогда товарищ Сталин сказал, что надо лететь на новом
самолете типа «Макет Горький», что дело это очень важное
И желательно было бы, чтобы летел я.
— Прикажите, товарищ Сталин! Я готов,
40
Нет, я не хочу приказывать. Можете ли вы лететь и
хотите ли?
Я, разумеется, принял поручение товарища Сталина, как
величайшую честь, и был счастлив оп|К1Вдать оказанное кпге
доверие.
Больше всего меня поразила забота товарища Сталина о
человеке. Он помнил, что я однажды вел самолет Максим
Горький», будучи больным1, и теперь, когда снова поручали
мне лететь на таком же самолете, товарищ Сталин первым
делом осведомился о моем здоровье и именно с этого вопроса
начал разговор.
*
На приеме Гризодубовой и ее подруг в Кремле после
известного их перелета на самолете «Родина» я предложил
тост за то, чтобы все мировые рекорды в области авиации при-
надлежали советским летчикам.
Товарищ Сталин взял ответное слово и указал, что разре-
шать большие и сложные перелеты правительство будет с
большой осторожностью и редко. Затем товарищ Сталин дал
в этом своем выступлении чрезвычайно важное теоретическое
определение летчика нового типа, как такого летчика, в кото-
ром сочетается и храбрость, и в достаточной мере осторож-
ность, и техническая культура.
Легко понять мое состояние, когда товарищ ('.талии указал
на меня, как nai летчика нового типа.
Это высокое мнение оправдать трудно; хорошо, если
каждый из нас обладает хотя бы одной десятой долей этих
качеств. И мне кажется, что каждый летчик должен всегда
помнить, что он Сам не должен себя переоценивать. Я лично
всегда относился очень осторожно ко всем похвалам, какие
выпадали на мою долю, и думаю, что главной причиной
известных моих успехов было то, что я всегда осторожно
относился к похвалам и никогда не переоценивал сам себя,
никогда не брался за то, в чем еще не* имел полной уверен-
ности.
Но сила впечатления сталинских слов такова, что каждый
летчик старается быть именно таким, как хочет товарищ
Сталин; летчики прилагают все усилия, чтобы приблизиться
к этому идеалу.
Смысл слов товарища Сталина был всем нам ясен: партия
и правительство доверят завоевание того или иного мирового
рекорда нс всякому летчику, а только тому, кто зарекомендует
себя всеми качествами, перечисленными в сталинской харак-
теристике летчика нового типа. Эго требование мобилизовало
4!
itct’x и.н in спи большую работу, над собой, заставило быть
еще i[i('6<>ii.цельнее к себе.
Мне приходилось неоднократно самому убеждаться в том,
к и. н.п uiii’iHBO товарищ Сталин осуществляет высказанную
нм мысль, что новые сложные полеты будут разрешаться
липп. после самой тщательной проверки.
Однажды мне предстояло совершить первый пробный по-
лет. Все было тщательно подготовлено, во всех соответствую-
щих инстанциях было получено необходимое разрешение, и я
выехал в пункт назначения. Приезжаю, а мне говорят, что
из Кремля был телефонный звонок: товарищ Сталин хочет
сам ознакомиться с подробностями полета. Пришлось воз-
вращаться обратно в Москву. Здесь я был вызван к товарищу
Сталину и лично доложил ему о подготовке полета. Товарищ
Сталин и присутствовавшие при этом товарищи Молотов и
Ворошилов задали ряд технических вопросов, спрашивали мое
мнение по отдельным частным моментам, связанным с подго-
товкой самолета к полету. Я ответил, что, по моему мнению,
машина i и. лне пригодна для полета. Характерно, что товарищ
< i i 'inii, д< । н.п . выясняя степень подготовки перелета, вме-
сте с тем проявил огромное доверие к летчику: он вполне
удовлетворился моими объяснениями и, кроме меня, никого из
технических организаторов этого полета не вызывал.
Этот эпизод еще раз показал мне, с какой тщательностью
нужно готовиться к решению любой задачи, с какой строгостью
нужно относиться к себе, чтобы оправдать доверие партии и
правительства, как внимательно и глубоко надо проверять
дело, которое поручено, с какой ответственностью надо отно-
ситься к каждому своему слову. Это лучшая школа, это дороже
всякой награды.
После этого полет состоялся.
Исключительно много дают деловые встречи с товарищем
Сталиным. На таких встречах товарищ Сталин немногословен,
он любит выслушать всех и лишь в конце коротко, ясно, про-
сто формулирует предложение, решение, которое становится
всем очевидным, сразу и легко запоминается.
И. Нардин
Академик
и
ИСПОЛИН — МУДРЕ11
работал техническим директором только что построен-
ного Кузнецкого металлургического завода имени Сталина.
Ночью '18 декабря 1934 года меня разбудил телефонный
звонок.
— Не случилось ли что-нибудь серьезное на заводе?—
встревожился я.
Работа у домен, у мартенов, у расплавленного металла все-
гда сопряжена со всякими неожиданностями.
На заводе все оказалось в порядке. Мне сообщили, что я
приглашен на встречу металлургов с товарищем Сталиным.
В то же угро я выехал в Москву.
В пути вспомнилось, как пять-шесть лет назад я отпра-
влялся с поручением Валериана Владимировича Куйбышева из
Москвы в Сибирь строить Кузнецкий завод.
...Это было в январе 1929 года. Эта дата открыла в моей
биографии новую страшщу, которой я горжусь. Был я тогда
в Харькове. Утром ко мне в номер гостиницы пришел незна-
комый человек.
— Насилу нашел вас. Если не ошибаюсь, вы товарищ
Бардин?
— Да. Чем могу служить?
— Приступлю прямо к делу. Мне поручено переговорить
с вами: поедете вы в Кузнецк?
Предложение поехать па строительство Кузнецкого завода
было заманчиво. Не помня себя, я помчался в Москву и через
день был уже в ВСНХ, а еще через несколько дней все было
готово. Я был назначен главным инженером Кузнецкстроя.
43
Я был горд неожиданно выпавшей мне честью. Постройка
п ню iiiiKM.i американского типа у себя на родине! Не об
in ом ли it мечтал всю жизнь, не к этому ли стремилась моя
lyiiin инженера, нс это ли является счастьем и идеалом для
iK iiktiio инженера, имеющего мало-мальскос уважение к своим
шанням и 'груду?!
I !икогда в старое время я не смел даже думать, что буду
когда-нибудь главным инженером на таком большом заводе
и тем более буду строить что-нибудь подобное кузнецкому
гиганту.
Я был горд доверием, которое оказала мне советская власть.
Мое назначение в Кузнецк произошло через несколько меся-
цев после шахтинского процесса. Слишком свежа была еще
горечь обмана и предательства интересов пролетарского го-
сударства значительной группой старых инженеров. Имена мно-
гих старых инженеров произносились в стране с упреком и
ненавистью.
...Память прекрасно сохранила незабываемый вечер, когда
перед отъездом в Кузнецк меня пригласил к себе Валериан
Владимирович Куйбышев. Мы были в его кабинете одни.
Валериан Владимирович говорил мне о значении новой строй-
ки, о том, что Кузнецкий завод явится одним из главных1
камней фундамента социализма. Он говорил мне о Сталине,
вдохновителе этой стройки.
Имейте в виду,—говорил он мне,—за стройкой будет
следить Сталин. Стране нужен новейший и совершеннейший
завод.
Затем товарищ Куйбышев сказал:
— Товарищ Сталин интересуется, нельзя ли увеличить рав-
мер доменных печей?
Я затруднялся ответить па этот вопрос, но уже тогда я
понял, что мы должны построить не просто завод, а завод,
который со всех точек зрения должен быть на высоте со-
временной техники.
Так оно и вышло. Рассмотрение проектов двух новых
металлургических заводов—Магнитогорского и Кузнецкого—
происходило при непосредственном участии товарища Сталина.
Первоначально в Магнитогорске предполагалось построить
домны объемом в 600 кубометров. Товарищ Сталин детально
ознакомился с делом и, узнав, что в США имеются домны
в тысячу кубометров, настоял на том, чтобы удвоить мощ-
ность домен. То же случилось с мартенами и блюмингами.
Нс скрою, что тогда такой прыжок в технике металлургиче-
ского производства многим нам, инженерам-металлургам, ка-
зался рискованным. Но, как и всегда, прав оказался Сталин,
а не мы, техники.
44
Много раз во время беседы товарищ Куйбышев возвра-
щался к указаниям товарища Сталина о том, каким должен
быть Урало-Кузнецкий комбинат, на двух полюсах которого
надо было воздвигнуть два огромных mci 1ллургических завода.
Валериан Владимирович был в особо приподнятом настрое-
нии. Кузнецкий завод должен был ст|Х)1ГП.сц в местах, где
он бывал в ссылке. Валериан Владимирович хорошо знал эти
места, у него были там знакомые, которых он помнил но
имени и отчеству. Он рассказывал о жизни и быте людей в
тамошних местах.
Baлq>иaн Владимирович встал, прохаживаясь вдоль огром-
ного письменного стола и посматривая на меня большими,
детски чистыми, проникновенными глазами па красивом интел-
лигентном лице. Он заговорил необыкновенно тепло:
— В Сибири теперь зима, холод, мороз. Хорошо! Я люблю
сибирскую зиму. А вы не боитесь холода? Сибирь, Сибирь!
Русские цари сделали этот изумительный край краем каторги.
Валериан Владимирович подошел к шкафу, достал книгу
«Былое и думы» Герцена1 и стал читать:
«Сибирь имеет большую будущность: на нее смотрят только
как на подвал, в котором мною золота, много меха и другого
добра, но который холоден, занесен снегом, беден средствами
жизни, не изрезан дорогами, не заселен. Это неверно. Мертвя-
щее русское правительство, делающее все насилием, все пал-
кой, не умеет сообщить тот жизненный толчок, который увлек
бы Сибирь с американской быстротой вперед».
Валериан Владимирович читал изумительно.
— Нс правда ли, как замечательно, Иван Павлович! «Аме-
рика встретится с Сибирью». Об этом сто лет назад мечтал
Герцен. Эту встречу' устраиваем мы, большевики, наша вели-
кая партия. Но строить в Сибири, создавать там социалисти-
ческую Америку будет нелегко. Многое будет зависеть от
людей...
— Вы имейте в виду,—закончил нашу беседу Валериан
Владимирович, что это глубокая разведка партии и рабочего
класса в завтрашний день нашей страны. Эта будет замеча-
тельное «завтра». В это «завтра» ведет нас Сталин. Вам1, строи-
телю первого металлургического гиганта1 в Сибири, позавидует
не один инженер.
Куйбышев протянул мне руку, большую, мягкую, теплую:
— Счастливых вам успехов. Действуйте смело, и вам обес-
печена поддержка наша и товарища Сталина.
Когда я вышел из кабинета товарища Куйбышева, у меня
сильно забилось сердце: никогда я не думал, что мне поручат
работу, за которой изо дня в день будет следить товарищ
Сталин.
45
< '.’пинком iir.’iiir.i была ответственность!
...Сили и ii.il one скорого поезда, который вез меня в Мо-
Скпу. и шпомнил разговор с товарищем Куйбышевым. Каза-
ни i., чт он происходил вчера. А ведь прошло почти шесть
лег!
I клегко было построить в тайге большой металлургический
завод. Среди наших инженеров было еще слишком мало та-
ких, которые верили в грандиозное дело, затеянное партией.
В Гнпромезе1, где проектировался завод, сидели ленивые и
малоспособные люди. Они работали с ленцой, в меру диску-
тировали, нехотя проектировали, строили узкие планы и в
душе даже посмеивались над ними.
Еще в 1928 году из Америки прибыл фрейновский2 проект
Кузнецкого завода; одновременно прибыла и группа работни-
ков Фрейна. Они внесли некоторое оживление в работу этого
тихого учреждения, но многие наши инженеры не хотели при-
слушивания к голосу американцев, располагавших тогда бога-
тым опытом. Они говорили, что Америка—одно, а Россия —
совсем другое. Они доказывали, что в Сибири надо строить
небольшие и маломсханизнрованные печи, что американский
завод где-то на отлете будет плохо работать, что Сибирь
является плохим рынком сбыта и потому невыгодно покупать
для завода дорогое оборудование.
Близорукие люди! Они не видели завтрашнего дня. Нет,
они не могли спроектировать такой завод, каким хотел его
видеть товарищ Сталин.
Признаться, и мне на первых порах было немного страш-
новато вводить у нас в России сразу такого рода технику.
У нас многие не умели еще обращаться с машинами.
Я боялся, что все будет испорчено.
Началось строительство. И здесь мы встретились с но-
выми препятствиями. Памятуя указания товарища Куйбышева
и переданный им наказ товарища Сталина, мы стремились бы-
стро развернуть работы. Рабочая масса и парторганизация стре-
мились к тому же. Медлить нельзя было. С весны 1930 года
надо было развернуть стройку полным ходом. Но из Чикаго,
где консультировался проект завода, мы каждодневно получали
телеграммы: «Нс смейте строить». Из Новостали (так назы-
валось объединение, ведавшее новостройками) раздавались окри-
ки: «Бардин—увлекающийся человек, он вам наделает чорт
знает что».
1 Государственный институт по проектированию металлургических
заводов.
8 Фрейн — американская фирма по проектированию металлургических
заводов.
46
В трудные минуты я часто вспоминал разговор с товарищем
Куйбышевым, его напутственные слона:
«Действуйте смело, и вам обссп< ч па поддержка наша и
товарища Сталина».
Первого мая 1930 года мы заложили фундамент первой
домны. Широким фронтом развернулись р н'и h i Ку шецкстроев-
ская комиссия, находившаяся в Америке, узнзн о п.ппнх «пар-
тизанских действиях», требовала, чтобы мы прио< гаионнли ра-
боты. Она угрожала чем только могла. Одно прими ни шлось,
что мне придется оставить стройку, а мои мечты о ....ройке
большого завода в Сибири так и останутся для меня мечтами.
Работать в такой обстановке было почти немыслимо, но в нот
момент пришла обещанная помощь товарища Сталина.
В мае 1930 года товарищ Сталин поставил на заседании
ЦК партии вопрос о помощи стройкам Урало-Кузбасса, о ре-
шительном устранении всех открытых и скрытых тормозов в
реализации великого плана работ. 15 мая ЦК партии принял
историческое решение о ходе строительства Магнитогорского и
Кузнецкого заводов. Это вселило в пас бодрость и уверенность.
Вскоре после этого состоялся XVI съезд партии.
Товарищ Сталин изложил гениальный план постройки
Урало-Кузнецкого комбината. С трибуны XVI съезда партии
он говорил:
«...наша промышленность, как и наше народное хозяйство,
опирается в основном на угольно-металлургическую базу на
Украине. Понятно, что без такой базы немыслима индустриа-
лизация страны. И вот такой базой является у нас украинская
топливно-металлургическая база. Но может ли в дальнейшем
одна лишь эта база удовлетворять и юг, и центральную часть
СССР, и север, и северо-восток, и Дальний Восток, и Турке-
стан? Все данные говорят нам о том, что не может. Новое
в развитии нашего народного хозяйства состоит, между про-
чим, в том, что эта база уже стала для нас недостаточной.
Новое состоит в том, чтобы, всемерно развивая эту базу и в
дальнейшем, начать вместе с тем немедленно создавать вторую
угольно-металлургическую базу. Этой базой должен быть Урало-
Кузнецкий комбинат, соединение кузнецкого коксующегося угля
с уральской рудой» ».
Эти слова стали программой нашей работы, они прозву-
чали, как призыв к борьбе.
Когда прибывшие на площадку строительства американцы
хотели расколошматить весь наш план работ, перечеркнуть то,
что мы сделали, и начать сначала, мы обратились за помощью
к товарищу Сталину. С именем Сталина на устах многотысячный
1 Сталин, Вопросы ленинизма, стр. 399 400, изд. 10-е.
47
1и)Ллскг1П1 строительства показывал невиданные темпы
работы,
.„Отправляясь к товарищу Сталину на прием, я обо всем
•ном ш поминал и мысленно строил план своей речи. Но поток
чую in был настолько велик, что я нс мог их уложить в строй-
ную речь.
Вспоминалась первая поездка в Сибирь. Я смотрел тогда
из окна вагона на хвойный кустарник, на одиноко торчавшие
сибирские березы. Уныло-однообразный пейзаж не надоедал
мне, и я часами любовался им из окна вагона.
— Знаете,—обратился я к своем}' спутнику,-весь этот одно-
образный пейзаж представляется мне иным—таким, каким он
будет через несколько лег. Кузнецкий промышленный комплекс
явится главнейшим опорным’ пунктом Урало-Кузнецкого ком-
бината, одновременно он будет центром тяжелой промышлен-
ности в южной части Западной Сибири. Пройдет не больше
5—10 лет, и н тамге вырастут города. Уголь, металл и вода
дадут краю жизнь. Металлургический завод, рассчитанный на
50 лег работы, потребует школ и университетов для детей
рабочих; здесь будут фабрики ткани и производства домаш-
ней у I пари, больницы и дома отдыха, здесь расцветет мощный
индустриальный край с многомиллионным населением.
Вы не инженер, вы поэт,- заметил, смеясь, мой спутник.
— Нет, я не поэт,—возразил я ему.—Я инженер и еду вы-
полнять задание партии и правительства. То, что я вам ска-
зал,—это часть пятилетнего плана, составленного под руковод-
ством товарища Сталина.
За шесть лет география края резко изменилась. Все чаще
мимо окна вагона проносятся вновь возникшие комбинаты,
заводы. Нет, это уже не занесенная снегом старая Сибирь,—это
подымающийся край.
...Вот и Москва. Наступил долгожданный вечер—26 де-
кабря. В этот вечер состоялась историческая встреча метал-
лургов с товарищем Сталиным.
Красная площадь. Кремль. Центр мира. Сюда устремлены
взоры и надежды всего трудового человечества. Отсюда по
вселенной расходится великая человеческая правда. Здесь ро-
ждаются гигантские планы.
С волнением переступил я порог зала заседаний Полит-
бюро, где нас должен был принять товарищ Сталии.
Просторный, светлый, круглый зал сверкал чистотой. Он
был обставлен просто, строго, со вкусом. Никого из руково-
дителей партии и правительства в зале еще пе было, и в ожи-
дании начала совещания металлурги вели между собой непри-
нужденную беседу. Мы были веселы. Мы пришли к нашему
родному Сталину, чтобы поздравить его с одержанной победой.
48
Впервые в истории развития пашей страны советская металлур-
гия выплавила 10 миллионов тонн чугуна. Это давало нам тогда
второе место в мире. Это была первая победа металлургии,
которая ряд лет не справлялась с ваиюжениыми на нее за-
даниями. Нам казалось, что основные трудности позади.
Мы приехали со всех концов t Советского Союза -с Юга,
Сибири и Урала, старые и молодые, коммунисты н беспартий-
ные, рабочие, инженеры, хозяйственники -те, которые почти
все время были связаны с тяжелой промышленностью, участво-
вали во всех этапах ее развития и довели ее, наконец, до вы-
плавки 10 миллионов тони чугуна.
Ко мне подошли товарищи и сказали:
— Кому-нибудь из металлургов надо будет выступит!, с
приветствием товарищу Сталину. Мы поручаем вам это сделать.
Я растерялся. Передо мной прошли все 17 лет работы в
черной металлургии при советской власти.
С каждым годом менялась моя жизнь. С каждым днем я
все более убеждался, что нет техники и экономики вне поли-
тики. Годы восстановления разрушенного войной народного
хозяйства, годы реконструкции, индустриализации, пятилетки,
социалистического строительства, коллективизации, строитель-
ства Магнитки, Кузнецка—какой последовательный, смелый
скачок, какие грандиозные этапы преобразования страны!
Этот замечательный путь страна прошла под руководством
товарища Сталина.
Сталии!.. В зале на мгновение стало тихо. Но потом все
заполнилось ликованием, гулом. Металлурги, восхищенные,
страстно аплодировали. Вошел товарищ Сталин, за ним това-
рищи Молотов, Орджоникидзе. В своей обычной, простой
одежде, в сапогах и наглухо застегнутой куртке Сталин шел,
тепло улыбаясь, дружески и пр>тетлнво кивая присутствующим.
Когда буря восторгов улеглась, Серго дал мне слово.
У меня учащенно забилось сердце. Я встал и начал говорить
прерывающимся от волнения голосом.
Я оглядел людей в зале, посмотрел на товарища Сталина.
Он слушал меня. Это придало мне бодрости, постепенно голос
стал ровнее, мысли прояснялись. Мне хотелось сказать многое
о наших завоеваниях и наших чувствах. Моя речь была при-
мерно такого содержания:
— Товарищ Сталин, позвольте нам, работникам черной ме-
таллургии, приветствовать вас с большой политической побе-
дой—с выполнением решения правительства о доведении в
1931 году выплавки чугуна до 10 миллионов тонн.
Вам, вероятно, может показаться странным, что я, беспар-
тийный инженер, называю эту' победу большой политической
победой партии. Под вашим руководством создана новая про-
4 Сборник
49
mi шик шин и., старые заводы реконструированы на основе «0-
псйшгй irxiimui, о которой мы, старые инженеры, могли только
меч и и.; возникли и выросли целые промышленные районы,
iio.iiiiii4.iji быстро, в обстановке и темпах, не имеющих повто-
рении где бы то ни было.
Вы, товарищ Сталин,—инициатор создания второй уголь-
п<> металлургической базы на Урале и в Сибири, соединения
кузнецких углей с уральской рудой. История промышленности
не знает подобной стройки, ни по срокам ее осуществления,
ни по методам и приемам ее строения. Революционно с начала
и до конца! Революция в технике! Вместо приемов седого
Урала и так называемой техники Юга, оставшейся нам в на-
следство, партия ввела современную американскую технику,
о которой мы. в старое время нс могли даже мечтать. Посте-
пеновщин I, прием капиталистической индустрии, была огбро-
шена. Советский строй обеспечил успех гигантского прыжка.
Революция в квалификации рабочих. Вместо примитивных, про-
стейших, допотопных орудий новейшие станки и машины.
Революция в методах труда. Социалистическое соревнование
и ударншихтви, сд<л.шише груд делом чести, доблести и ге-
ройства. Революция в наших сердцах, старых специалистов.
Сокрушающая сила фактов, когда мы своими глазами увидели
гиганты металлургии и машиностроения, превратила нас в энту-
зиастов этой великой работы. Мы не только удерживаем по-
зиции—у нас твердая уверенность в успешном выполнении
новых задач, которые будут поручены нам партией.
Помимо колоссального обогащения страны техническими
средствами, громадного увеличения ее технических капиталов
нельзя забывать о том, что параллельно с этим созданы новые
кадры молодых инженеров и техников достойных руководите-
лей промышленности. Все это мотло быть сделано только под ру-
ководством товарища Сталина и коммунистической партии. Вот
почему" эту победу я назвал большой политической победой.
Конечно, говорил я не так гладко. Все время назойливо
сверлила мысль: складно ли я говорю и то ли, что нужно?
Когда я сел на свое место, я стал искать ответа на эти вопросы
у сидящих рядом товарищей.
Но вот поднялся товарищ Сталин; тихим, но очень внят-
ным голосом он начал свою речь. Первые слова его речи меля,
признаться, даже немного испугали.
— Вы неправы, товарищ Бардин,—начал свою речь товарищ
Сталин.—партия не могла одна провести работу, о которой
вы говорили.
Товарищ Сталин проводит параллели между победой ме-
таллургов и великими победами Октябрьской социалистической
революции:
50
— Вместе с партией в этой работе участвовали и бес-
партийные и старые специалисты, 1акие, как вы. Партия одна
не могла бы сделать революцию в октябре 1917 года. В рево-
люции принимало участие всего 13(1 гы-яч членов партии. В чем
состоит заслуга партии? Партия сумела организовать, сумела
заставить работать всех и сумела длили, правильные указания
в работе. Если вы помните в свое время дискуссию о произ-
водстве чугуна, то вы, вероятно, знаете, что было д(и- крайних
точки зрения: одна стояла за то, что никак нс можс! -быть
более 10 миллионов тонн чугуна, и другая нужно дос ни ну гь
в первом пятилетии 17 миллионов тонн чугуна. Парит сумела
взвесить и направить нужным образом работу до определен
ноге, возможного в данный момент уровня: 10 миллионов говн.
Для того, чтобы достигнуть такого уровня промышленности,
необходимо было создать и приобрести, кроме машин, соответ
ствующне кадры людей, которые могли бы на этих машинах
работать...
— Мы с полным правом можем говорить,—продолжает
товарищ Сталин,—о больших успехах черной металлургии, со-
ставляющей оаювную силу народного хозяйства. Победили —
это верно.
Товарищ Сталин делает небольшую паузу, как бы подводя
черту под итог сделанного, но в мыслях он уже далек от со-
вершенного. Как всегда, он смотрит далеко вперед, и он дает
нам, металлургам, новый практический урок, как хозяйство-
вать, как двигать вперед дело, которое нам поручено.
— Хотя я не металлург,' нб я знаю, что во всех развитых
странах,—говорит товарищ Сталин, выплавка стали опере-
жает выплавку чугуна. Есть страны, где выплавка стали пре-
вышает выплавку чугуна на 25— 30 процентов. У нас наобо-
рот выплавка стали отстает от выплавки чугуна. Доколе
это будет продолжаться? Теперь ведь уже нельзя счи-
тать, что мы страна «деревянная», что у нас нет в стране
железного лома и т. и. Теперь мы страна металлическая. Нс
пора ли покончить с этой диспропорцией между чугуном и
сталью?
Такая постановка вопроса была для нас, металлургов, пол-
ной неожиданностью. Мы и не задумывались над такой про-
стой вещью. А ведь, в самом деле, пора выдвинуть сталь
вперед. Я посмотрел на лица металлургов и прочел на них
изумление.
Но товарищ Сталин, оказывается, давно уже думал об
этом, и он наметил пути устранения диспропорции.
— Я понимаю,—сказал товарищ Сталин, что эту диспро-
порцию можно уничтожить путем строительства новых марте-
новских печей, которые производятся у пас и будут произво-
4*
5/
Hill.I И II l.ili.lieihllCM. Но диспропорцию, вероятно, МОЖНО
yiiii'iroiMiii. также увеличением производительной способности
.......неких печей, что видно из ваших же данных о работе
Mci .i uiypi ических заводов. Одни заводы работают хорошо, дру-
гие плохо. В чем причина? Почему нельзя всем заводам рабо-
1.1 и, хорошо и что этому мешает? Мне бы хотелось получить
ответ на этот вопрос.
И товарищ Сталии тут же дает нам ответ на поставленный
нм самим вопрос:
— И поскольку мы уже научились ценить технику, пора за-
явить прямо, что главное теперь—в людях, овладевших тех-
никой... Надо беречь каждого способного и понимающего ра-
ботника, беречь и выращивать его. Людей надо заботливо
и внимательно выращивать, как садовник выращивает облюбо-
ванное плодовое дерево.
У нас, обращается товарищ Сталин к директорам заво-
дов, не все здесь обстоит благополучно. У домен вы более
или менее сумели вырастить и организовать технически опыт-
ных людей, а и других звеньях металлургии еще не сумели
этого сделать. Именно поэтому сталь н прокат отстают от
чугуна. Задача состоит в том, чтобы ликвидировать, нако-
нец, этот пробел. Имейте в виду, что наряду с чугуном нам
нужно больше стали и проката.
Впервые мне довелось слышать товарища Сталина, ви-
деть его лицом к лицу. Я был покорен мудрой простотой и
лаконичностью его речи. Каждое слово, каждая фраза его была
чеканна, ясна.
Совещание у товарища Сталина продолжалось семь ча-
сов. Поздно ночью мы вышли из Кремля. Я чувствовал себя
так, как будто я только что поднялся на большую вышку,
с которой я увидел большой путь, пройденный страной, и
огромную, захватывающую перспективу. Я думал о нашем
счастливом народе, имеющем вождя, обладающего такими го-
ризонтами и таким революционным размахом.
Долго я стоял на Красной площади и смотрел на Кремль,
где живет и работает великий Сталин. На всю жизнь оста-
лось у меня неизгладимое впечатление от встречи с этим
великим мудрецом.
Но мы тогда не поняли всей мудрости речи товарища
Сталина. Меньше чем через год после этих указаний товарища
Сталина в стране развернулось стахановское движение. Как
известно, стахановское движение началось снизу, но мы, инже-
неры, командиры производства, которые ежедневно общались
со стахановцами, нс сумели понять значение этого движения.
В лучшем случае мы смотрели на стахановцев, как на ра-
ционализаторов производства. Но в чем особенности этой ра-
52
циоиализацнн, в чем особенности нового этапа социалисти-
ческого соревнования,—мн не отдавали себе отчета.
Товарищ Сталин увидел в этом движении зерна грядущего
коммунизма. И он был, как всегда, прав. Когда я читал его
изумительную речь на совещании сгахановцев, я думал: «Как
величественны и как своевременны были слова товарища
Сталина о кадрах, сказанные год назад!»
...Второ!! раз я в числе других металлургов был принят
товарищем Сталиным 29 октября 1937 года. Страна требовала
тогда от металлургии нового подъема производства мы дол-
жны были перейти в более высокий класс технической куль-
туры. Это было трудное время. Враги народа, проникните на
многие командные посты в металлургии, много напакостили
нам. Репутация советских инженеров вновь оказалось за-
пятнанной.
В просторном старинном помещении Грановитой палаты
Кремля собрались руководители партии и правительства на
совещание с ответственными работниками и стахановцами ме-
таллургической и угольной промышленности. Совещание уже
подходило к концу, когда стало известно, что с кратким сло-
вом выступит товарищ Сталин. Нашей радости, понятно, не
было границ. Нам была оказана большая честь.
Это было совсем необычное слово. В зале стояла зачаро-
ванная тишина, люди слушали вождя, затаив дыхание. Краткая
речь Сталина была насыщена и динамична до предела. Я слу-
шал Сталина, и сердце учащенно билось. Вновь, как три года
назад, я удивился тому, как далеко вперед умеет видеть
Сталин, как глубоко и неразрывно он связан с массами, как
он умеет схватывать главное, основное звено.
Сталин говорил о командирах, он говорил о положении
инженеров в старое, дореволюционное время, при хозяевах-
капиталистах.
— В старое время, во время капитализма,—говорил товарищ
Сталин,—хозяйственные руководители, всякие там директора,
управляющие, начальники цехов, мастера считались цепными
собаками хозяев-капиталистов. Народ их ненавидел, как вра-
гов, так как считал, что они руководят хозяйством в интере-
сах хюояев, ради прибылен капиталистов.
Какая это потрясающая правда! В словах вождя я читал
свою жизнь. Прикованные к капиталистической тачке, как
каторжники, старые специалисты были действительно цепными
собаками хозяев. Они не знали радости творчества. Все их
мечты, технические дерзания разбивались о глухую стену ка-
питалистического варварства. С неумолимой логикой товарищ
Сталин раскрыл перед нами эту горькую правду.
Я слушал вождя, и передо мной прошла вся моя жизнь,
53
I I't.llH .ni II.I H'A I молодой инженер, я вынужден был покинуть
1'4 Г||н> питому чго родина нс могла предоставить мне ра-
|и<|v по специальности. В Америке я работал, как вол, и меня
вышнырнули на улицу, как только капиталистический Молох
1Н>жр.1л остатки моих сил.
11 вот опять Россия. Кровавая война. Нужен металл, нужны
ну шкн, снаряды, и капиталисты покупают инженеров, заста-
вляют их делать орудия истребления людей.
Грянула Октябрьская социалистическая революция. Инже-
неры задумались: с большевиками или против них? Два де-
сятка лег я работал с большевиками. Как вырос я за эти
годы и как инженер и как гражданинI Какие необозримые го-
ризонты открывались передо мной! Только при советской вла-
сти инженер может развернуть- свои творческие способности,
реализовать творческие мечты.
Товарищ ('талин, отражая мысли всех честных, преданных
социалистическому строю инженеров, проводит резкую грань
между положением инженера в старое время и теперь:
11ри нашем, советском, ст|хх*, наоборот, хозяйственные
руководители имеют в е основания пользоваться довернем и
любовью парода, так как они управляют хозяйством не ради
прибылей кучки капиталистов, л ради интересов рабочего
класса, ради интересов всего народа. Вог почему звание хо-
зяйственника в наших условиях является высоким званием,
а быть руководителем в советских условиях значит удостоиться
высокой чести и доверия в глазах народа.
Это тс именно слова, которые, как воздух, были нужны
в тот момент. Без такой поддержки самого авторитетного в
мире человека—товарища Сталина было трудно преодолевать
имеющиеся препятствия. Великий Сталин принес нам эту’ под-
держку в тот час, когда она была больше всего нужна.
И, как всегда, речь товарища ('талина заставила мысль
работать особенно интенсивно.
... В октябрьскую ночь 1937 года я вышел из Спасских во-
рот Кремля. Часы на башне пробили четверть второго. Ночь
была прохладная и влажная. Дремлющая Красная площадь по-
блескивала торцом. Мне стало жарко. Я остановился, чтобы
перевести дыхание и расстегнуть ворот. Я думал: «С какой
гениальной прозорливостью товарищ Сталин выбирает моменты
для нужного поворота государственного корабля! Как смело
ведет он страну по пути прогресса! Как он умеет угадывать
мысли парода! Какой энергией, какой активностью дышит
этот человек!»
Сталии! Это имя будет жить в веках. Тайну этого чело-
века будут изучать поколения. Мы, современники его, можем
им помочь в их будущей работе.
— Имейте в виду,-говорим мы им,—Сталин прост. Он
прост, как истина. В этом вы убедитесь, прочитав любую сто
статью, любую речь, любой документ, вышедший из его рук.
Высшим образцом сталинской мудрости является Сталинская
Конституция. Она проста, ясна, точна, крика и бесконечно
мудра и смела.
Гаков весь Сталин—скромный человек, в иросгой одежде, с
несколько строгим, 1ю вместе с тем мягким выроюпнем лица.
Мне приходилось бывать на совещаниях, koi да юварищ
Сталин обнаруживал ошибки в представленных ему документах
и соображениях. Товарищ Сталин никогда не пройдет мимо
ошибки, но он умеет отличать ошибку невольную от злонаме-
ренной. За невольную ошибку он по-отечески пожурит, иссле-
дует ее происхождение, ио сделает это так, что у работника
явится желание работать лучше, больше ошибок нс допускать.
Сталин любит людей пашей страны, он целиком доверяет
каждому проверенному работнику, по он никогда по опирается
только на одного человека. Свою работу’ он часто базирует па
опыте коллектива, он верит в творческую силу коллектива.
Стиль работы Сталина им самим определен с исчерпываю-
щей полностью в его классическом труде «Об основах лени-
низма»—это ленинский стиль, характерными чертами которого
являются две особенности: русский революционный размах и
американская деловитость.
В каждом вопросе, который решает товарищ Сталин, ярко
видны эти две черты.
Революционный размах! Для Сталина пет преград, нет ка-
нонов, нет традиций, которые нельзя было бы нарушить.
При разрешении любого вопроса политики или техники
товарищ Сталин проявляет мастерское умение обобщать весь
накопленный человечеством опыт и найти то звено, ухватив-
шись за которое можно было бы двинуть дело вперед. Товарищ
Сталин никогда не удовлетворится, если ему сказать, что та-
кой-то завод или такая-то машина стоит на уровне мировой
техники. Его революционная стратегия зиждется на непремен-
ном требовании во всем и всегда быть впереди.
Каждый технический проект, каждое техническое мероприя-
тие товарищ Сталин сравнивает с лучшими достижениями ми-
ровой техники и устанавливает, насколько .мы в данном деле
окажемся впереди других стран. О проекте, который копирует'
уже достигнутый уровень, товарищу Сталину лучше не докла-
дывать. Но товарищ Сталин умеет нс только требовать нового,
но и с удивительной точностью показывать, где лежит то но-
вое, которое надо развивать и растить.
По настоянию товарища Сталина в резолюции XVIII съезда
партии были включены пункты о промышленном освоении
55
бесслигко1»ой откатки металла, о широком внедрении кисло*
родного лун и в доменном производстве и другие технические
НОВИНКИ.
I« i всякого преувеличения можно сказать, что товарищ
< галип является создателем советской черной металлургии.
11.1 всех переломных этапах развития металлургии товарищ
Сталин показывал свою мастерскую прозорливость, указывал
путь, по которому надо итти. Путь этот иной раз' казался
рискованным, он всегда был не обычным, но всегда правильным.
Это в одинаковой мере относится и к вопросу о масшта-
бах металлургических заводов (да не только металлургиче-
ских заводов, но и автомобильных и электростанций), и к
вопросу об их оснащении и территориальном размещении за-
водов, и к вопросу о новой технологии металлургического
производства. Иногда эти решения нам казались рискованными,
но они всегда оказывались гениально простыми.
Решительность и смелость товарища Сталина иногда по-
ражали. Не приходится скрывать, что смелое решение
Сталиным крупных задач, стоявших перед страной, вызывало
иногда у нас недоуменные вопросы. Ответы на них приходили
позже иногда через год, иногда через несколько лет. Каждый
раз мы убеждались, как права была партия, как прав был
Сталин, повернув дело сразу, энергично, быстро, революционно.
Мы уподоблялись людям, которые смотрят незаконченное
полотно высокоталантливого художника или работу гениаль-
ного скульптора. Человек, не посвященный в идеи художника,
не способен охватить гениальность замысла художника или
скульптора. Иногда такой малопросвещениый зритель позво-
ляет себе даже бранить художника. Мы, рядовые советские
люди, часто уподобляемся этим невеждам. Но, работая под
руководством товарища Сталина, мы начинаем понимать его
и работать сталинским стилем, мы учимся у него искусству
руководства, умению находить в каждом данном моменте’ ре-
шающее звено, чтобы повернуть цепь событий в нужную нам
сторону. Например, всю огромную программу работ металлур-
гии товарищ Сталин уложил в одной фразе: «Третья пяти-
летка—пятилетка специальных сталей».
Нужно обладать большим техническим кругозором, нужно
смотреть далеко вперед, чтобы одной лаконичной фразой опре-
делить весь путь технического развития не только металлур-
гии, но и авиации, и машиностроения, и автомобилестроения.
Но тако? Сталин: исполин—мудрец.
В. Барсова
Народная артистка СССР
<г
НАШ ВЕЛИКИЙ ДРУГ
м
Ат Ане, как и моим товарищам по искусству, случалось не
раз выступать на спектаклях и концертах в присутствии
товарища Сталина.
Артисты хорошо знают, какое огромное влияние имеют
на них слушатели, зрители, аудитория. Артисты говорят часто:
«сегодня хорошая публика». Это значит, что мы чувствовали
неразрывную связь с зрительным залом, что каждая исполняе-
мая ария, романс или песня принималась публикой с вниманием,
теплотой, принималась радостно и любовно.
Когда стоишь на сцене или на концертной эстраде, пре-
красно чувствуешь замечательного, редкого слушателя—чело-
века, который как-то по-своему, сильно, с особым глубоким
чувством и вниманием воспринимает твое пение.
Видишь его глаза, сосредоточенный взгляд, сосредоточен-
ное лицо, видишь, как мгновенно он воспринимает лирику,
юмор, как ии одна деталь исполнения не ускользает от его
внимания.
Именно такой слушатель Иосиф Виссарионович Сталин.
И потому так необычайно приятно выступать перед ним.
Мы, артисты, знаем, что товарищ Сталин прекрасно по-
нимает искусство и очень строго разбирается в нем и в тех
произведениях, которые исполняет певец или певица. И потому
так радостно и приятно и вместе с тем так ответственно петь
в его присутствии.
Мысль о том, что поешь перед одним из величайших людей
нашего времени, перед человеком, сделавшим так много для
57
।и инн’1 < i|*nii.i и народа, ни на минуту нс оставляет тебя,
ho и Hi" 1ш<| । । лубочайшим волнением, но это волнение и
ii'iyxi iiiiipner артиста. Присутствие этого великого человека
и i i.h и ш время, когда ты выступаешь,—большая радость,
ц> и.ни и счастье для артиста. Оно вдохновляет тебя не только
и ни знаменательный для артиста вечер: оно вдохновляет на-
1<>лго. В этом исключительная, особая радость выступления ар-
тиста перед товарищем Сталиным.
Я чувствовала огромное удовлетворение, когда видела, что
Иосиф Виссарионович аплодирует.
Я не могу забыть вдумчивую и глубокую критику, получен-
ную нами от товарища Сталина в трудные для нас дни поста-
новки замечательного произведения Глинки «Иван Сусанин».
Товарищ Сталин говорил о первом варианте постановки
финала последнего акта оперы.
В первом варианте на сцене показали памятник Минину и
I Тожарскому. Чувства народа— его радость, ликованье осво-
божденного от чужеземного гнета народа—нс были показаны
I» ним варианте финала оперы. И потому финал «Ивана Суса-
нина шмуч । к н несколько сухим, как говорится, академичным,
и зрители и общем оставались равнодушными к том}7, что про-
исходи । на сцене.
Идея произведения Глинки, героика оперы, наконец, на-
род главное действующее лицо онеры все оставалось в тени,
потому что постановщики не нашли заключительной точки,
финала, достойного всей постановки.
Иосиф Виссарионович Сталин сказал нам о том, что нужно
вывести на сцену Минина и Пожарского, вывести их живыми,
дать живые их образы, а не показывать их в виде застывшего
монумента, в виде памятника.
Он говорил о том, что нужно показать Минина и Пожар-
ского торжествующими победителями, показать празднующий
победу народ, народ, сбросивший чужеземное иго и радую-
щийся этой великой победе.
И когда посте переработки был показан новый вариант
финала оперы, мы поняли, что найдено то, чего похватало
всей постановке: найден и раскрыт смысл постановки, пока-
зана главная идея гениальной оперы Глинки. И мы поняли
значение, глубину и мудрость тех советов, которые дал нам
Иосиф Виссарионович Сталин.
В этом человеке огромного государственного разума, несо-
крушимой энергии и воли живет тонкое и глубокое понимание
искусства. Этот большой человек всегда помнит, что искусство
должно служить высокой цели освобождения человечества, и
потому он видит то, что иногда ускользает от взгляда артиста,
певца или постановщика.
58
Еще одна встреча с товарищем Сталиным навсегда запе-
чатлелась в моем сознании.
Это были трудные годы. Наша страна переживала один
из труднейших этапов строительства социализма. Время было
суровое, наш народ сознательно шел на и местные лишения,
для того чтобы осуществить сталинский пятилетий план, осу-
ществить коллективизацию сельского хозяйства, этот громадный
переворот в жизни и сознании народа.
2 мая 1932 года мне случилось выступать в о дном концерте
в присутствии Иосифа Виссарионовича. 11а концерн были
участники первомайского парада, выпускники Военно-воздуш-
ной академии, представители искусств. После концерта, внима-
тельно и дружески поглядывая на нас, он сказал глубоко взвол-
новавшие нас всех слова. Он заговорил о том, что мы очень
скромно одеты, одеты не так, как должны быть одеты артисты
великой страны...
• — Вы думаете, что мы этого не видим?—сказал товарищ
Сталин.—Но потерпите немного, и Советская страна сумеет
дать советским артистам все то, чего они заслуживают...
Таков был смысл слов Иосифа Виссарионовича. Эти слова,
я помню, глубоко взволновали нас своей человечностью, отцов-
ской теплотой.
Прошли годы, наша страна преодолела все трудности, паша
страна могуча, богата, сильна, и мы, советские артисты, поста-
влены в ней на огромную высоту. По никогда я не забуду
тех волнующих, глубоко трогательных слов товарища Сталина;
никогда "мы, артисты, не забудем этих человечных и теплых
слов нашего великого отца, друга и вождя.
В. Молоков
Герой Советского Союза
*
МОИ ВСТРЕЧИ С ТОВАРИЩЕМ СТАЛИНЫМ
1 оследине годы партия и правительство доверили мне,
рядовому ломику, большую почетную работу — руководить
Главным управлением Гражданского воздушного флота. Породу
моей работы, в порядке, так сказать, официальном, мне часто
приходится встречаться с руководителями партии и правитель-
ства, с товарищем Сталиным. За последние полтора года
я неоднократно видел товарища Сталина на различных засе-
даниях, совещаниях, приемах в Кремле. Каждая из этих встреч
навсегда запечатлелась в моей памяти. О каждой из них можно
рассказывать очень много, со всеми деталями и особенностями,
присущими тому или иному дню. Но в числе незабываемых
встреч с товарищем Сталиным особое место занимают первые
встречи.
В 1929 году я, летчик военной авиации, был послан в
Москву, на курсы усовершенствования командного состава при
Военно-воздушной академии РККЛ имени Жуковского. Вместе
с другими слушателями Академии мне выпало счастье уча-
ствовать в Октябрьском параде. Вот тогда-то я впервые уви-
дел товарища Сталина.
Это было во время церемониального марша. Мы шли в ря-
дах по Красной площади, строго соблюдая равнение. На левом
крыле мавзолея, окруженный своими соратниками, стоял товарищ
Сталин. Тот, кто когда-нибудь участвовал в параде, знает, что
идущему в строю смотреть по сторонам трудно. Мы могли
всматриваться в находящихся на трибуне мавзолея лишь в те
короткие секунды, когда наш ряд равнялся с мавзолеем. Сей-
час я даже затрудняюсь сказать, что в тот раз действительно
60
Вйдсл товарища Сталина. Во всяком случае после парада мы
немало спорили о том, где стоял товарищ Сталин: справа или
слева от микрофона, рядом с Ворошиловым или Молотовым.
Каждый доказывал, что он прав. В результате долгих споров
никто из нас не смог доказать, что дгйсntimvibiio ясно видел
товарища Сталина. Но у всех нас, и в частности у меня, оста-
лось радостное ощущение, что в тог момент, когда мы прохо-
дили мимо мавзолея, товарищ. Сталин там был.
В феврале 1931 года в далеком Чукотском морг затонул
раздавленный льдами пароход «Челюскин». На льдину выса-
дилось 104 человека. Партия и правительство мобилизовали
все силы для того, чтобы снасти их. 11а Север двинулись
спасательные партии, ледоколы, пароходы; полетели самолеты.
В числе других летчиков на помощь челюскинцам правитель-
ственная комиссия направила и меня. Как известно, операция
увенчалась полным успехом. Все челюскинцы были спасены
советскими летчиками и доставлены на материк. Вместе с ними
возвращались с Севера и пилоты, принимавшие участие в спа-
сательной экспедиции.
Челюскинцев и летчиков очень тронула встреча во Влади-
востоке. Я забился куда-то на корму, чгобы справиться с вол-
нением. Мы сами не понимали, что сделали в Арктике. Па
всем пути от Владивостока до Москвы страна давала нам знать
о себе, о том, с каким живым, напряженным интересом весь
мир, и в первую очередь весь Союз, следил за полетом наших
машин, за всеми малейшими эпизодами борьбы под Ванкаре-
мом. Где бы ни останавливался наш поезд, даже на глухих
полустанках, мы слышали голос страны. И чем ближе к Мо-
скве, тем все сильнее, громче звучали приветствия родины.
Они не смолкали ни на миг. Привыкнув к тишине и безмолвию
Арктики, я был сперва оглушен, подавлен всем виденным и
слышанным.
Когда мы подъезжали к Москве, в поезде кто-то из встре-
чавших нас сказал, что челюскинцы и летчики увидят товарища
Сталина. Трудно передать, какое волнение охватило всех при
этом известии. С огромным, вполне понятным нетерпением ка-
ждый ждал прибытия в столицу. И вот, наконец, мы в Москве!
Прямо с вокзала под нспрекращающнмся дождем цветов и
листовок нас повезли на Красную площадь. Мы стояли внизу,
у мавзолея Ленина, гул приветственных возгласов перекаты-
вался по обширной площади, полной народа.
Очень хорошо я помню наступившую вдруг тишину, вся
площадь как-то притихла. Вместе оо всеми я взглянул влево.
К мавзолею приближалась группа людей, среди них был
товарищ Сталии, в военной фуражке, в сапогах, в плаще. Он
шел улыбаясь. Вся площадь аплодировала, кричала «ура».
61
I ic то пнк-лн Интернационал», и все подхватили этот пшн.
(оварнщ < талии подошел к нашей группе и поздоровался
< о ш ( мп к-тчнками. Этого никто из нас не ожидал, и мы даже
ра< прялись немного.
Затем нас пригласили на трибуну. Завязалась беседа.
Гокарнщ Сталии спросил меня о том, как работается на Се-
вере, какая там обстановка для полетов, как мы летали в лагерь.
Его интересовали бытовые мелочи из жизни челюскинцев на
льдине, взаимоотношения в лагере после того, как заболевший
начальник экспедиции О. 10. Шмидт был вывезен па материк.
Стараясь не занимать долго внимания товарища Сталина, я
кратко ответил на все вопросы.
Мимо мавзолея шла демонстрация трудящихся Москвы.
Где-то недалеко от трибуны в числе других родственников
участников экспедиции находилась моя старушка-мать. Я пы-
тался найти ее в толпе и узнать, чем она занята. Товарищ
Сталин заметил мои усилия и, улыбнувшись, спросил:
Кого вы гак зорко ищете?
Помявшись, я ответил:
I ам । де го должна быть моя старушка, и я ее никак
нс могу увиден..
Иосиф Виссарионович засмеялся и сказал:
— Пойдите, найдите и позовите ее сюда.
Мать, однако, я не нашел. Бедную старушку куда-то от-
теснили. Тем временем демонстрация кончилась. Я снова под-
нялся на трибуну и слушал, как товарищ Сталин разговаривал
с другими летчиками. Вдруг он обратился ко мне и спросил:
— Как же это так: у вас на всех снимках есть борода,
а сейчас вы бритый?
Действительно, когда газеты давали снимки летчиков, спа-
савших челюскинцев, то они поместили портрет, на котором
я был изображен с бородой. Это был старый снимок, относив-
шийся к тому времени, когда я впервые попал на Север. По
обычаю всех арктических новичков я отпустил бороду. Вер-
нувшись из Арктики в Красноярск, я случайно увидел себя
в зеркале и обомлел. Борода и усы были безобразного ры-
жего цвета. На Севере нам приходилось курить махорку, иногда
сухой чай, кору деревьев. Едкий, густой дым пропитал бороду
и окрасил ее в жуткий цвет. Я срочно побрился и с той поры
бороды не носил. В распоряжении же московских  газет был
только этот снимок.
Вечером того же дня в Кремле был устроен прием в честь
челюскинцев и летчиков. На этом приеме товарищ Сталин
выступил с речью, в которой говорил о мужестве и отваге
советских людей. Ои говорил, что Герои Советского Союза
проявили то безумство храбрых, которому, поют славу. Но
62
одной храбрости мало. К храбрости нужно добавить органи-
зованность, ту организованность, которую проявили челю-
скинцы на льдине. Соединение храбрости л организованности
делает нас непобедимыми.
Товарищ Сталин тепло отзывался об участниках воздушной
экспедиции. Я слушал очень вним цельно и в друг вздрогнул:
Иосиф Виссарионович назвал мок» фамилию.
— Ведь вот, незаметный как будто челош-к, говорил
товарищ Сталин.—Никогда его до этого времени нс било за-
метно, да он .мало говорит и сейчас. -А посмотрите больше
всех сделал и опять молчит.
Трудно передать состояние, в котором я тогда находился.
Парад, трибуна, прием—все это навалилось на меня сразу,
как огромная гора. Мне, никогда до того и не мечтавшему
видеть близко товарища Сталина, довелось сразу в один день
трижды стоять рядом и разговаривать с товарищем Сталиным.
Я всегда считал себя очень спокойным. Но тут внутренне пере-
живал очень сильно. Внешне это, быть может, мало было
заметно. Я не бегал, не топтался, не размахивал руками. По
внутри бушевала буря хлынувших на меня чувств, я получил
колоссальный «переворот мозгам», как говорят у нас на Севере.
л
Вскоре после этого в Кремле было устроено совещание,
на котором обсуждались итоги работы в Арктике и задачи,
связанные с дальнейшим освоением Севера. Кроме товарища
Сталина в совещании участвовали товарищи Молотов,
Каганович, Ворошилов, Орджоникидзе, Куйбышев. На совеща-
ние были вызваны полярные моряки, летчики, руководители че-
люскинской экспедиции. На этом совещашш, пожалуй, впервые
широко и всесторонне был намечен сталинский план больше-
вистского освоения Арктики. Разговор шел обо всем, начиная
от организации научных станций и кончая работой авиации.
Из летчиков выступали Леваневский, Водопьянов и я.
Во время моего выступления товарищ Сталин задал мне
вопрос: можно ли использовать на Севере дирижабли? В ту
пору я о дирижаблях только слышал и поэтому откровенно
сказал, что ответить на вопрос не могу.
По окончании совещания мы на несколько минут задер-
жались в зале. Воспользовавшись этим, я подошел к Водопья-
нову и начал укорять его за необоснованную защиту двигателей
с водяным охлаждением. В своем выступлении Михаил Ва-
сильевич сказал, что для полярной авиации нужны моторы
не воздушного, а водяного охлаждения. Между тем я считал
(и считаю до сих пор), что наиболее удобными для работы
в Арктике являются двигатели с воздушным охлаждением.
63
i
И пылу спора мы не заметили, как к нам подошел товарищ
(лилии. Он молча слушал нас несколько минут и затем спросил:
Вы чею спорите?
Мы объяснили суть наших разногласий. Товарищ Сталин
рассмеялся и сказал, что каждый из нас по-своему прав: Водо-
пьянов потому, что сейчас на Севере много самолетов с мо-
горами водяного охлаждения; я- потому, что моторам воз-
душного охлаждения принадлежит будущее.
Затем товарищ Сталин спросил меня:
— Вы, кажется, едете в Англию?
Решением правительства мне и Леваневскому была предо-
ставлена командировка в Лондон для ознакомления с дости-
жениями английской авиации. Я ответил товарищу Сталину,
что мы собираемся выехать на следующий день, билеты уже
в кармане.	1
А как наша семья?—спросил товарищ Сталин.—Не оби-
жается, чю опять уезжаете?
Жена обижается немного,—ответил я.—Говорит, только
приехал и опять, как ворон, из дому улетаешь.
А почему бы вам не поехать вместе с женой?—спросил
товарищ Сталин.
Опешив от неожиданности, я не успел ответить, как
товарищ Сталин уже отошел от меня к товарищу Молотову.
Утром следующего дня мне домой принесли второй билет и
заграничный паспорт на имя моей жены—Надежды Ивановны.
Опа ничего не знала о моем разговоре с товарищем Сталиным
и была страшно поражена. Я был удивлен не меньше. В поезде
я встретился с Леваневским. Он тоже ехал с женой.
Утром 27 июня 1934 года мы прибыли в Лондон. Газеты
писали о нас, что «с внешней стороны эти два человека да-
леки от обычного нашего представления о русских: они не
сонны и не волосаты, они не носят ни бомб, ни палок».
Да, у нас нс было ни бомб, ни палок, и мы приехали в
Англию не спать, а изучать современную авиацию.
В полдень на Хендонском аэродроме я увидел машины
последнего выпуска. Самолеты шли кильватерным строем, гу-
синым уступом. С большим интересом я приглядывался ко
всему, что творилось в воздухе и на земле. С моря прилетели
гидросамолеты. Меня, как морского летчика, они очень инте-
ресовали. Это были устойчивые на крутых виражах, весьма
подвижные летающие лодки. С большим напряжением прошел
воздушный бой между двухмоторным бомбардировщиком и
тремя истребителями. Вдруг у одного истребителя мотор стал
работать с. перебоями, и машина резко пошла вниз. Пилот
слепо, неумело развернулся влево и забыл выключить мотор.
Самолет рухнул на землю. Мотор загорелся, летнаб погиб.
64

Я с трудом усидел, когда увидел, что ои идет влево. Вправо—
вот куда надо было разворачиваться, вправо, а не влево!
Тогда машину можно было бы снасти.
Две недели я пробыл в Европе. То, что я увидел, пора-
зило меня. На окраинах Лондона я видел бледных, тщедуш-
ных детей. Они бродили по улицам, рылись и канавах. Дети
не смеялись. В Голландии я видел развороченные камни мо-
стовой, остатки баррикад. В Саардаме, н деревянном домике
•Петра I, я прочел в книге посетителей: «Как был.1 велика
Россия при Петре, так еще величественнее она стала и будет
при Ленине—Сталине».	.
*
С огромным напором все арктические летчики и полярники
ринулись на штурм Арктики, проводя в жизнь гениальный
сталинский план покорения Севера. Зимой 1935 года я совер-
шил первый в зимних условиях полет от Москвы до острова
I Диксон и обратно. Ныне по этой трассе самолеты летают
регулярно. Летом того же года мне доверили осуществить
* большой арктический перелет, маршрут которого в общем со-
ставил 20 тысяч километров.
В следующем году я совершил облег всего побережья Се-
верного морского пути, пройдя на летающей лодке свыше
30 тысяч километров. В конце моего маршрута находилась
и Москва. Я летел на тяжелом морском гидросамолете
«СССР Н-2». До той поры на морских машинах никто на Москва-
реку не садился. Завязалось довольно длинное обсуждение:
можно совершить посадку' на такой машине в Москве или
3 нельзя. Несколько дней я ждал в Архангельске отвега. Нако-
нец, мне разрешили старт. Посадка прошла удачно. Выйдя
из машины, я увидел встречающих меня товарищей Молотова,
Калинина, Хрущева. Я никак не ожидал такой торжествен нон
I встречи.
Вячеслав Михайлович тепло поздравил экипаж с прибытием
в Москву’ и затем сказал:
— Вы сделали отличную посадку. А нам одни товарищи
I Говорили, что нельзя сесть на гидроплане в Москве; другие
< утверждали, что можно. Я решил узнать мнение товарища
(Сталина. Товарищ Сталин ответил, что раз такой человек, как
Молоков, хочет прилететь, следовательно, все будет благо-
 получно.
Взволнованный до предела, я просил Вячеслава Михайловича
Передать товарищу Сталину огромное спасибо за доверие.
Товарищ Сталин очень доверяет летчикам, Валерий Павло-
вич Чкалов однажды рассказывал весьма примечательную исто-
рию. Накануне старта из Москвы по Сталинскому маршруту
Б Сборник

ikiin.ixc самолета «NO-25» заехал к одному крупному авиацион-
ному п.1'1.шашку и сообщил, что собирается завтра трогаться
н пуп.. Начальник посоветовался с метеорологами и заявил,
что старт не разрешит. Чкалов категорически настаивал на
вылете. Тогда начальник позвонил товарищу Сталину и сказал,
что на следующий день ожидается нелетная погода, но Чкалов
нее же собирается вылетать. Выслушав ответ товарища
Сталина, он смущенно положил трубку и, обернувшись к Чкалову,
произнес;
— Можете лететь.
Оказывается, товарищ Сталин ответил:
— Чкалов лучше знает, какая ему нужна погода!
Чувствуя .внимание и заботу товарища Сталина, мы рабо-
тали на Севере с огромным напряжением, стараясь все делать
отлично, без ошибок, без лишних жертв.
Большевистское наступление на Арктику расширялось с
каждым годом. На Севере появились десятки постоянных науч-
ных станций, наблюдающих за погодой, изучающих ледовый
режим арктических морей, исследующих таинственные «белые
пятна> Полярною бассейна. По Великому Северному морском}'
пути ежегодно двигались торговые и пассажирские пароходы,
перевозя рабочих на предприятия, возникшие на побережье
Ледовитого оксана, зимовщиков полярных станций, грузы для
населения сибирской тундры, строительные материалы и ма-
шины для Якутии.
В 1937 году было решено провести генеральный штурм
Арктики—достигнуть Северного полюса и высадить там группу
научных работников. Как известно, товарищ Сталин принимал
самое непосредственное участие в обсуждении планов подго-
товки экспедиции. Дважды с участием товарища Сталина были
проведены совещания, посвященные предстоящей смелой опе-
рации. Товарищи Сталин, Молотов и Каганович обсуждали
и утверждали кандидатуру каждого из ведущих участников
воздушной экспедиции.
22 марта 1937 года воздушная эскадра в составе пяти само-
летов вылетела из Москвы. 5 мая разведывательный самолет
под управлением Героя Советского Союза Головина долетел
до полюса и без посадки вернулся обратно, а через две не-
дели на лед Северного полюса опустился флагманский корабль
экспедиции, управляемый Водопьяновым. 26 мая к нему при-
соединились остальные тяжелые корабли.
Задание партии и правительства было выполнено. Совет-
ские самолеты достигли Северного полюса и основали там
первую научную дрейфующую станцию. 6 июня станция была
торжественно открыта, и мы возвратились на Большую Землю.
На льдине остались четыре человека: Папанин, Кренкель,
66
Ширшов и Федоров. В течение девяти месяцев они вели М*
роическую борьбу со стихией во с iиву советской и мировой
науки. Вся страна с неослабевающим вниманием и волне-
нием следила за их небывалым дрейфом, за их беспримерной
работой.
Выполнив задание, самолеты воздушной зкгпедиции вер-
нулись в Москву. На Центральном аэродроме вам готовили
торжественную встречу. Члены моего экипажа еще с воздуха
заметили необычный, нарядный вид улицы Горькою, белую
цепочку милиционеров, протянувшуюся от аэ|юлромл до
Кремля, яркие лозунги и транспаранты, пересекающие улицу.
Один я ничего не замечал. Мне впервые в жизни предстояло
посадить машину на бетонную дорожку. Всякое бывало в моги
жизни: я приземлялся и на болота, и на лед, и на снег, и на
вспаханное поле; однажды пришлось сесть даже па лес. 11о
на бетонную дорожку ни разу мне нс доводилось сажать ма-
шину. Это нс так просто, как кажется на первый взгляд. Прежде
всего надо на бетонной дорожке удержаться, не раскатиться
дальше, чем нужно.
Сели удачно и вышли из самолета. Нас посадили в авто-
мобили и повезли к центральной трибуне. Там мы уви-
дели товарищей Сталина, Молотова, Кагановича, Ворошилова,
Калинина, Андреева, Микояна, Жданова, Хрущева, Димитрова.
Товарищ Сталин обнял и расцеловал поочередно каждого из
участников экспедиции. Затем мы попали в объятия Молотова
и Ворошилова. Все мы были бесконечно взволнованы необы-
чайной встречей.
По окончании митинга пас опять усадили в машины, и мы
поехали в Кремль. Вместе с нами ехал товарищ Сталин и
руководители партии и правительства. Москвичи забрасывали
автомобили цветами и листовками. Вереница машин* двигалась
к Красной площади, к Кремлю.
В Георгиевском зале Большого Кремлевского дворца со-
стоялся прием участников экспедиции на Северный полюс,
устроенный ЦК ВКП(б) и правительством Союза. Мы было
скромно уселись в стороне, вместе с остальными участниками
экспедиции, но к нам вскоре подошли два товарища и ска-
зали, что командиров кораблей просят пересесть за прави-
тельственный стол. Меня посадили рядом с товарищем
Молотовым.
Товарищ Ворошилов провозгласил тост за командиров са-
молетов, штурманов, механиков и всех участников полярной
экспедиции. Мы встали и поочередно чокались с членами
правительства и товарищем Сталиным. 11одошсл и я к товарищу
Сталину. Он приподнял свой бокал, чокнулся и сказал: «За ваше
здоровье!», посмотрел, чтобы я выпил весь бокал до дна,
67
। iM лишь пригубил свой бокал. He выпивать же ему весь
(и.| • । при I, 1,кд<1м из бесчисленных тостов!
Вскоре (кмле этого приема мне пришлось снова улететь
и.। Ссиср В середине августа 1937 г. из Москвы через полюс
к Америку отправился в трансполярный перелет Герой Совет-
< м>го Союза Леваневский. Метеорологическая обстановка была
никуда не годной. Почти весь путь до полюса самолет про-
делал па большой высоте, в облаках, при очень низкой тем-
пературе. За полюсом сдал один из моторов самолета. Машина
пошла вниз, обледенела; радиосвязь с самолетом прерва-
лась.
Правительство и товарищ Сталин с огромной тревогой от-
неслись к этому известию. По указанию правительства на Се-
вер немедленно были посланы самолеты, участвовавшие в воз-
душной экспедиции па полюс. Мы вылетели на остров Ру-
дольфа почти в том же составе, в котором за полтора-два
месяца до этого вернулись в Москву. Как известно, поиски
были тщетны. Самолет Леваневского не был обнаружен.
*
Вернувшись из Арктики, я узнал, что готовится новая воз-
душная экспедиция на Север. В конце полярной навигации
1937 года в полярных морях зазимовало не то 25, не то 26 арк-
тических судов. Часть из них застряла в результате очень
тяжелой ледовой обстановки; некоторые были сознательно за-
гнаны во льды вредителями, орудовавшими в то время в си-
стеме Главного управления Северного морского пути.
В море Лаптевых зимовал и уносился льдами на Север
караван «Садко», состоящий из трех ледоколов: «Садко», «Се-
дов» и «Малыгин». Корабли не были готовы к зимовке, на
борту находились небольшие запасы продовольствия и теплой
одежды, было много лишних ртов. Поэтому намечалось за-
бросить туда самолетами продукты и теплое обмундирование
и снять с борта ледоколов всех лишних людей. На Север пред-
полагалось послать из Москвы три тяжелых самолета и одну
разведывательную машину. Экспедиции предстояло проделать
весь путь от Москвы до устья Лены, протяжением около 8 ты-
сяч юиюметров, и оттуда уже добираться до каравана. Руко-
водство экспедицией было поручено мне.
Руководитель Главсевморпути О. 1О. Шмидт в то время
находился в Арктике, возглавляя операции по оказанию по-
мощи папанинцам, заканчивающим свой героический дрейф.
Когда вся подготовка к воздушной экспедиции была закон-
чена, выяснилось, к великому удивлению, что никаких средств
на эту экспедицию не отпущено. Обратились в Совнарком
с просьбой отпустить средства.
68
Через несколько дней нас всех срочно вызвали в Кремль.
В зале заседаний мы увидели товарищей Сталина, Молотова
и Ворошилова. Как мы узнали потом, Центральный комитет
партии и правительство нс были носi.шлены в известность
о положении в Арктике.
Ох, и влетело же нам тогда I Товарищ < галип буквально
руками развел:
— Как же это так? Заморозили суда и никому ничего
об этом не сказали? Готовили спаса тельную экспедицию, п никто
об этом ничего не знал, пока не понадобились деньги? Разве
так поступают? Это же донкихотство, партизанщина!
Обсудив положение, правительство признало, что экспеди-
цию послать нужно. Товарищ Сталин порекомендовал, однако,
послать не только те самолеты, которые должны будут произ-
водить операцию, но и резервные машины, которые в случае
нужды смогут оказать помощь сачки стам первой линии. Он
подверг детальной критике все мелочи подготовки к экспе-
диции, останавливаясь даже па таких вопросах, как снабжение
самолетов маслом.
Незадолго до этого совещания постановлением Совнаркома
СССР я был назначен начальником Главного управления Граж-
данского воздушного флота. Поэтому командование экспеди-
цией было поручено Герою Советского Союза Алексееву. Меня
же правительство обязало обеспечить тыл экспедиции, под-
готовить самолеты в Восточной Сибири, и в частности в
Якутске, для снабжения экспедиции и перевозки зимовщиков
по железной дороге.
Экспедиция прошла великолепно. Уносимый льдами караван
«Садко» в то время находился в тысяче километров от берега.
Тем нс менее самолеты Алексеева, Головина и Орлова блестяще
выполнили задание. Они доставили на корабли весь необхо-
димый груз и перебросили на материк более 180 человек.
*
В марте 1938 года страна и Москва радостно встречали
героев-папанинцсв. Весь мир аплодировал их мужеству' и на-
стойчивости. Советский народ гордился блестящими успехами
своих сынов. Когда отважная четверка приехала в Москву, в
Кремле был устроен прием в честь четырех бесстрашных по-
лярников. Все мы, участники экспедиции на Северный полюс,
были приглашены на прием. Очень было приятно, когда
товарищ Молотов поднял тост за нас, доставивших зимовщи-
ков на Северный полюс. Нас радовало, что в этом всенародном
торжестве есть доля и нашего участия.
Товарищ Сталин на приеме'выступил с яркой речью. Он
говорил о советском героизме, о мужестве советских поляр-
69
никои и летчиков. Он говорил о том, что советское правительство
|к'1нило oh.ii.in> помощь зимовщикам, чего бы эго ни стоило,
|м’1пнло по жалеть ни денег, ни ледоколов, потому что талант-
IHHI.IM, смелым и способным людям нет цены.
Г< .нарищ Сталин поднял тост за здоровье всех героев,
на здоровье молодежи, «за здоровье людей, которые хотят
жить и бороться, бороться во всех областях социалистического
строительства, жить и разить врагов, жить, чтобы побеждать!»
Это была необычайно яркая, пламенная, образная речь,
которая никогда нс изгладится из памяти всех присутство-
вавших на п|хпеме в Кремле, Как жаль, что эта речь нигде
не опубликована!
27 июня 1938 года1 из столицы Советского Союза на восток
вылетел самолет «Москва». Hai борту его находились Кокки-
паки и Брянднпский. Через 24 часа 36 минут самолет опустился
на аэродроме в Спаоске, вблизи Владивостока, покрыв без
посадки свыше 7 (XX) километров. Это был блестящий и очень
смелый перелет.
В сере дине июля экипаж самолета; возвратился в Москву,
В честь его был устроен прием на даче у товарища Молотова,
В уютной подмосковной даче собрались товарищи Сталин,
Каганович, Ворошилов, Калинин, Микоян, Жданов. Из летчи-
ков присутствовали виновники торжества1 Коккинаки и Брян-
динский с женами, Громов, Байдуков, Беляков, Данилин, По-
лина Осипенко, Гризодубова, Ломако.
Разговор шел главным образом об авиации, о новых про-
блемах, об обязанностях Героев Советского Союза. Товарищ
Сталин говорил о необходимости передачи опыта героев всем
летчикам.
Воспользовавшись непринужденной обстановкой, все начали
говорить о своих планах. Громов говорил о новом перелете.
Коккинаки развивал идею беспосадочного полета из Москвы
в Америку через Атлантический океан. Решил и я выступить.
Вячеслав Михайлович попросил меня рассказать о положении
в Аэрофлоте.
Я говорил о людях гражданской авиации, о материальной
части; указал, что сейчас мы имеем более 30 различных типов
самолетов и что с этим делом пора кончать. Надо свести ко-
личество типов к минимуму, поставить на воздушные линии
новые, современные машины.
Товарищ Сталин сидел рядом с Владимиром Коккинаки,
изредка наклонялся к нему и что-то спрашивал,—очевидно, ин-
тересовался его мнением о работе гражданской авиации. Судя
по всему, Владимир Коккинаки меня поддержал.
Товарищ Сталин сказал, что нам в нашей воздушной работе
надо обратить внимание прежде всего на землю. Это основ-
70
ноеI Земля должна быть прекрасно оборудована, чтобы можно
было совершать полеты в любое время дня и ночи, в любое
время года, в любой международной обстановке. С исключи-
тельным знанием дела товарищ Сталин подчеркнул, что много-
типность самолетов создает трудности не голько в эксплоата-
ции, но и для обслуживающего персонала и при ремонте. Раз-
личные типы машин затрудняют ремонт, увеличив пот его сроки,
омертвляют материальную часть. В заключение товарищ Сталин
высказался за то, чтобы свести количество пшон машин до
четырех-пяти.
Мне, как руководителю Аэрофлота, естественно, приходи-
лось и приходится довольно часто бывать на различных сове-
щаниях и заседаниях, в которых принимает участие товарищ
Сталин. Нередко эти совещания проводятся по вопросам раз-
вития гражданской или военной авиации. Я убедился, что нет
ни одной отрасли народного хозяйства, которой бы товарищ
Сталин нс уделял внимания. И всегда товарищ Сталин очень
конкретно и вдумчиво подходит к каждому вопросу, дает цен-
ные практические указания.
Меня, как летчика, всегда особенно восхищала осведомлен-
ность товарища Сталина в авиационных делах. И основное
заключается не в том, что он прекрасно разбирается в тон-
костях авиационной техники. Товарищ Сталин, как никто дру-
гой, умеет видеть основные линии развития авиации, знает
генеральное направление завтрашней авиационной техники.
Можно было бы привести десятки случаев исключительной ком-
петентности товарища Сталина в авиационных делах. Он знает
все типы самолетов, особенно военных, хорошо представляет
себе данные всех моторов, находящихся на вооружении нашего
авиационного парка, отлично разбирается в сложных пробле-
мах наземного обслуживания.
Именно по инициативе товарища Сталина был поставлен
вопрос о дальнейшем усовершенствовании одной из машин
гражданской авиации. Иосиф Виссарионович вызвал к себе
летчиков и конструкторов, работавших над этой машиной, по-
ставил перед ними "совершенно конкретные, деловые задачи, дал
инженерам твердые сроки. Мы начали было просить удлинить
сроки. Товарищ Сталин минуту-две подумал и твердо сказал:
Нет, сможете уложиться! Понатужьтесь—и выполните.
Иногда на этих заседаниях некоторым товарищам очень
серьезно влетает от товарища Сталина. И тот человек, кото-
рого ругают, готов, кажется, провалиться от стыда сквозь
землю. Я помню, как однажды влетело и мне. Меня и моего
заместителя товарища Картушева вызвали в Кремль, а мы в
это время находились на одном из подмосковных аэродромов.
Пока нас разыскали, пока мы приехали,—прошло много времени.
7/
Н Кремле мы i.u i.ми товарищей Сталина, Молотова и Вороши-
лова. Окапинается, они нас ожидали два часа. Я прямо со стра-
хом вошел и кабинет.
Ion,цини Сталин посмотрел на нас внимательно и спросил:
Вы что думаете, нам делать нечего? Откуда вы так долго
(,\.| in? А еще летчиками называетесь!
Запинаясь, я объяснил, в чем дело. Товарищ Сталин усмех-
нулся и перевел разговор. Но я в течение всего заседания
чувствовал себя нс в своей тарелке, вертелся и еле дождался
конца совещания. Мне было страшно неудобно и стыдно, что
я заставил ждать товарища Сталина, отнял у него драгоценное
время.
л
Куда бы партия ни послала нас на работу—в Арктику,
в пустыню Кара-Кум, в кабинет начальника Аэрофлота, везде
мы чувствуем неослабное внимание и отеческую заботу
товарища Сталина. Бодро и радостно работать, ощущая эту
lx е( ильную руку, нспрсс lainioc внимание, огромную помощь
товарища < i.iaitii i. II каждый из нас готов без единой минуты
сомнения отдать все свои силы, все свои знания, всю энергию
работе но славу пашей родины, па пользу нашему народу,
па благо революции, делу партии Ленина Сталина.
Всеволод Вишневский
Писатель
it
СТАЛИН НА XVIII СЪЕЗДЕ ПАРТИИ
Г)
Х^идеть, встречать товарища Сталина мне приходилось в
своей жизни не раз—и в 1917 году в Питере, и на южном
фронте, и позже, в Москве, на стете конармейцев в феврале
1930 года, и на других военных собраниях, и на съездах.
Здесь хотел бы я дать свои записи, от1госящиеся к послед-
нему периоду, а именно к XVIII съезду партии.
Неизгладимые впечатления остались от этого исторического
съезда, от выступления товарища Сталина, определившего но-
вые судьбы всего мира.
*
10 марта 1939 года... На съезде появляется Сталин.
Он стоит скромно, у самого края стола президиума. На
Сталине светлая, защитного цвета тужурка. Он всматривается
в зал, откуда идет поток кликов, приветствий на разных языках.
Темные глаза несколько прищурены. Взгляд проходит по ря-
дам, порой внимательно на чем-то останавливаясь. 1(стороили-
вым движе1гисм Сталии приподнимает руки и тихо аплодирует
в ответ всем присутствующим.
Сколько мыслей, представлений, воспоминании, ожиданий,
глубоких и сложных чувств! Сталин перед съездом, перед
авангардом народа.
Весь путь самого значительного, самого сильного, самого
мудрого и опытного человека современности проходит в мгно-
вение встречи перед тысячами люден.
Кавказ. Гори. Домик, подвал, черный от копоти. Здесь
стояла колыбель... Немощеная улица, потоки, лужи, а вверху—
горы и ашес-сииее небо. Училище, первые книжки, рисунки.
73
И 1>< 1.ОЛЮЦ11ОН11ОС. движение я вступил с 15-летнего возраста,
и и ш я <нп и и и с подпольными группами русских марксистов,
|||м>ж11пак111их тогда в Закавказье»1.
Тифлис конца XIX века. Первый кружок, организованный
Сталиным в семинарии; первое занятие, которым руководил
будущий учитель рабочих, будущий учитель человечества...
Уже 45 лет наш Сталин в непрерывной революционной,
неустанной работе, и сейчас съезд, вся страна, весь мир людей
труда в приливе восторга, уважения и любви приветствуют
первого работника...
Батум. Зима 1901—1902 года. Поселок на болоте—Чаоба.
По ночам собрания руководителей и актива подполья. Ленин-
ская «Искра» откликается на эти собрания. Мартовская борьба
с царскими войсками. Первый арест (5 апреля 1902 г.), полтора
года тюрьмы, ссылка в Сибирь.
1903 год. Первое знакомство с Лениным—заочное, в по-
рядке переписки, знакомство, которое оставило у Сталина неиз-
гладимое впечатление. Оно передано им самим такими словами:
«... Руководи гель высшего типа, горный орел, не знающий страха
в борьбе и смело ведущий вперед партию до неизведанным
путям русского революционного движения».
Сталин был готов вновь броситься по неизведанным пу-
тям, в борьбу за народ.
1904 год. Первый побег и возвращение на Кавказ... Сталина
видят в форме солдата...
Ленни в своем отклике на письма назвал тогда Сталина
«пламенным колхидцем»... Спустя несколько лет, еще ближе
узнав его, пишет Ленин: «чудесный грузин»...»
1905 год... Сталин в газете «Пролетариатнс брдзола»
(«Борьба пролетариата») перепечатывает статью Ленина «Тре-
тий съезд»... Лепин в «Пролетарии» перепечатывает статью
Сталина «Третий съезд перед судом кавказских меньшевиков»...
Великие умы и великие сердца вместе.
Декабрь 1905 года. Таммерфорсская конференция. Первая
Личная встреча Ленина и Сталина. Бурные, горячие дни первой
российской революции. Делегаты конференции в перерывах
между заседаниями учатся стрелять... Сталин выступает на
конференции в защиту ленинской тактики, делает доклад о
работе закавказской организации большевшоов. Лепин и Сталин
вместе составляют резолюцию, определяющую пути масс.
Новые встречи: на IV (Стокгольмском, «объединитель-
ном») съезде... Здесь же присутствует делегат от Донбасса
К. Е. Ворошилов, лишь недавно руководивший боями трех-
тысячного отряда дружинников. Сталин выступает с речью
1 Сталин. Беседа с немецким писателем Эмилем Людвигом, стр. 9,
1938 г.
74
против меньшевиков, защищает позиции Ленина и ставит во-
прос о гегемонии пролетариата.
1907 год. V съезд партии. Сталин неуклонно громит мень-
шевиков, защищая позиции Ленина. Билик lun'i период работы.
Пора реакции... Сталин в ссылке снопа. Новый побег, ра-
бота в Баку, неутомимая, бесстрашная деятельность; новая
встреча с Ворошиловым, также бежавшим из ссылки...
Отклики Ленина на* сталинские письма и статьи. 1910 год.
Новый арест и ссылка Сталина на север. II на ссылки Сталин
находит пути переписки с Лениным... Сталин пишет, что, если
партии нужно, он готов вновь бежать из ссылки н в< < ги ра-
боту... Слово претворяется, как всегда, в дело. 1911 год. Новый
побег. Петербург. Новая полоса, полная громадной работы...
Новые отклики Лепина на статьи и корреспонденции Сталина.
Новый арест, ссылка...
Февраль 1912 года. Сталин вновь бежит из ссылки, отдавая
себя, целиком всю свою жизнь делу партии, ее директивам.
Объезд важнейших районов России.
Вся жизнь Сталина развертывается в умах, сердцах лю-
дей. И съезд, XVIII съезд партии, стоя приветствует достой-
нейшего руководителя партии, смелейшего и активнейшего,
опытнейшего и наиболее сведущего... Гигантская, героическая
биография его мысленно развертывается перед людьми- все
шире и шире. Исторические этапы чередуются один за другим.
1912 год. Историческая Пражская конференция ставит
Сталина во главе Русского бюро ЦК партии. Сталин подгото-
вляет новый подъем рабочего движения в России. Листовку
его, выпущенную к 1 мая, Ленин называет «важнейшим доку-
ментом в истории рабочего движения в России и в истории
нашей партии»1. Сталин непрерывно на опаснейших участ-
ках. Ленин с тревогой запрашивает о нем...
22 апреля 1912 года. Сталин вновь арестован и сослан в
Нарым. Вновь побег из ссылки и вновь работа в центре, в
Петербурге. Сталин создает здесь «Правду», громит троцкист-
скую ликвидаторскую сволочь, подготовляет выборы в Государ-
ственную думу, пишет исторический «Наказ петербургских ра-
бочих своему' рабочему депутату».
(Пройдет 27 лет, и этот депутат, товарищ Бадаев, на
XVIII съезде ВКП(б) напомнит партии, народу об этой работе
Сталина.»)
Ленин исключительно горячо писал об этом «Наказе». Ленин
писал также в «Правду» поздравления по поводу громадного
улучшения во всем ведении газеты...
Потом Сталин едет за границу, к Ленину. Встречи их
в Австро-Венгрии.
1 Денин, т. XV, стр. 539.
75
< i.i uni работает над одним из глубочайших своих произ-
нс H IIIIH Марксизм и национальны» вопрос»... Здесь с боль-
шой и.|учной глубиной и точностью излагалась партийная
позиция в сложном вопросе... Тема эта, работа эта выра-
сту । I пусти годы в реальный великий Союз Советских Социа-
ли(тичсских Республик...
Сталин вновь возвращается в Петербург на работу, пол-
ную опасности. И вновь Ленин через Н. К. Крупскую тревожно
запрашивает о нем... Пишет, что (.талина «надо очень беречь»...
1913 год. Новый арест Сталина. Шестая ссылка в Туру-
ханский край, ссылка тяжелая, длившаяся вплоть до 1917 года.
Мировая воина. Через все кордоны, все цензуры Сталин
сумел наладить отправку писем к Ленину в Швейцарию. «Мой
привет Вам, дорогом Ильич, горячий-горячий привет!» ...Сколь-
ко силы, бодрости, энергии в этих сталинских строках... Идите
в Музей Ленина и читайте, читайте эти сталинские строки
из далекого Туруханского края, пробивавшие все препятствия
и одолевавшие империалистическую войну.
Весна 1917 года. Революция... Сталин вернулся в Питер.
Он первый встречает Ленина, едущего из эмиграции в Россию.
В Велооепюве встретились оба великих друга и вместе при-
ехали в 11итер, на Финляндский вокзал, где ждало их люд-
ское море.
На VII («Апрельской») конференции Сталин вновь громит
врагов партии. Ленин поддерживает доклад Сталина по нацио-
нальному вопросу. Ленин и Сталии вместе пишут проект ре-
золюции, определившей путь народов.
Крутые июльские дни... Сталин спасает для партии, для
народа, для всего человечества Ленина... Сталин ясно пред-
сказывает план буржуазии: Ленина хотят убить. Позже стадо
известно, что юнкера имели именно такое задание.
Сталин руководит VI съездом партии в подполье... Он го-
ворит, что именно Россия явится страной, пролагающей путь
к социализму. Прогноз- гениальный.
Дни Октября... Сталин во главе организации. Он держит
связь с Лениным. Сталин громит предателей—Зиновьева и Ка-
менева. Сталин рассылает всем организациям партии ленинские
указания о восстании вопреки попыткам штрейкбрехеров скрыть
их. Сталин созывает историческое заседание ЦК 23 (10) октя-
бря, на котором была принята резолюция о вооруженном вос-
стании. Сталин становится во главе военно-революционного
центра партии, штаба Октября. Сталин первый разгадывает
план контрреволюции нанести внезапный удар и предупре-
ждает этот удар двойным ударом.
Начальные дни советов... Гражданская война... Сталин в
Петрограде. Поездка в Финляндию, определившая пули осво-
76
вождения финского народа. Сталин имеете с Лениным пишет
важнейший документ «Декларацию прав грудящегося и экс-
плоатируемого парода». Сталин вместе с Лепиным пишет де-
крет о роспуске Учредительного собрания, и мы, матросы,
твердо и неуклонно выполняем этот щкрсг.
Сталин замещает Ленина в Совнаркоме... Сталин ведет пе-
реговоры с казачеством и с представителями Средней Азии...
Сталин стоит рядом с Лениным в критические дни Бреста.
Сталин помогает Украине организовать отпор н.п гун пощим
интервентам... К. Е. Ворошилов во главе I го Луганского со-
циалистического отряда, оставив Петроград, где он по пору-
чению Ленина и Сталина с Феликсом Дзержинским организо-
вал ВЧК, начинает борьбу против интервенции.
Все опаснее делалась обстановка... Сталин сам едет на юг...
Бессмертная эпопея Царицына. Борьба по всем направлениям.
Сбор хлеба по мешку, по вагону. Телеграфные сообщения о
каждом вагоне, о каждом маршруте... Организация X армии и
героической конницы. Подавление восстаний внутри города.
Личная работа на линии огня. Непрерывная связь с Лениным
в решении важнейших дел: продовольствие, армия, судьба Кав-
каза... Сталин, ведя непрерывные бои, спасает голодный Север...
Ленин телеграфирует о хлебе: «...кроме как от Вас добыть
неоткуда» Ч Сталин организует Каспийскую военную флотилию...
К 1920 году, ведомая Кировым, она решит судьбу Баку, раз-
громи! белоанглийский флот, возьмет его живьем, целиком
в Энзели.
Краткие личные встречи Сталина с Лениным осенью
1918 года. Радость выздоравливает Владимир Ильич после ране-
ния... Беседы в кремлевском кабинете у карты фронтов... Зима,
тяжелые неудачи под Пермью и Сталин опять на опаснейшем
участке. Отступающая армия остановлена, реорганизована, тыл
подтянут, поправлен. В этой работе Сталина—корни победы
над Колчаком!..
Март 1919 года. УШ съезд партии. Атака Троцкого, Пята-
кова и присных против партийного руководства армией. Ленин
и Сталин отбивают эти попытки, утверждают незыблемость
партийного руководства, института комиссаров, и закрепляют
военную железную дисциплину. У Сталина хватает сил и энер-
гии в тот критический год организовать и Государственный кон-
троль... Но фронт вновь зовет: неудачи под Петроградом...
измены в штабах, где сидят троцкистско-шпионские агенты. На-
ступление белой армии и английского флота числам до 72 ко-
раблей. Зиновьев готовит эвакуацию, бегство... Петроград и
Кронштадт под смертельной угрозой. Страна может лишиться
1 «Ленинский сборник» XVIH, стр. 193.
77
cuocro л|н« ii.i.'i.i, крепости Кронштадт, флота... Это катастрофа,
(л.алии прибыл на фронт. Круто вмешался в дела. Организовал
обороп\'... Раскрыты контрреволюционные организации. Мя-
ic.Kiiuii <|н>рт «Красная Горка», уже ведший обстрел Кронштадта
и н кадры, был взят стремительным—с суши и с моря—лобовым
ударом матросских отрядов. Старая морская наука была по-
колеблена...
Нависает новая угроза—с юга. Второй поход Антанты, Де-
никин. Готовится предательство на южном фронте: Троцкий
хочет вогнать армию в пустынные, размытые дождями степные
районы, под удары врага. Сталин опротестовывает, отвергает
этот план. Ленин собственноручно пишет директиву о приня-
тии плана Сталина: удар через Донбасс. Сталин создаст для
удара Первую Конную армию. Южный фронт громит армии
Деникина, разрезает их фронт и уничтожает.
Весна 1920 года... Апрель... 50-летие Лепина. Сталин в Мо-
скве. Он выступает с замечательной статьей о Ленине... Из
Москвы прямо на фронт, против 120-тысячпой, европейски
обученной армии Пилсудского, которая вследствие измены во
2 и и ’> и । а П1ЦПЙСКИК бригадах нашего юго-западного фронта
вторглась на Украину. Смелейший план переброски Первой
Конной армии на польский фронт с Северного Кавказа. Разгром
11илсудского. Стратегия Сталина дает блестящие результаты.
На фронте Сталин ведет работу для 11 конгресса Комин-
терна, готовит материалы по национальному и колониальному
вопросам. Ставит перед партией вопрос о необходимости срочно
ликвидировать Врангеля, не допуская затяжной зимней кампа-
нии. 11ленум ЦК целиком принимает предложения и план
Сталина. Врангель разгромлен. Сталин разрабатывает далее
вопрос о борьбе на Кавказе—и приводит к новым победам.
Советская Грузия, Армения и Азербайджан входят в братский
союз с нами.
Зима 1920—1921 года. «Профсоюзная дискуссия». Диверсия
Троцкого. Сталии рядом с Лениным отбивает эту изменниче-
скую попытку. X съезд партии закрепляет дисциплину и наме-
чает пути строительства.
Сказалось невероятное напряжение многих лет, лишения—
Сталин захворал. Ленин непрерывно следит за его здоровьем,
проявляя исключительную заботливость о товарище, друге.
Вместе, оба, подготовляют они далее новые грандиозные
планы экономического переустройства России. На XI съезде
партии Ленин дает лучшую оценку деятельности Сталина. По
предложению Ленина пленум ЦК избирает Сталина генераль-
ным секретарем ЦК партии.
Шел уже 1922 год... Ленин, переутомленный гигантской
работой, израненный отравленными пулями, заболел... Все важ-
7S
Нейшне вопросы ^пправления государством, все ваэкиейшиё во-
просы партии Ленин, в Горках, решает со Сталиным. Сталин
в сентябре 1922 года опубликовал заметки о здоровье Лепина,
о поднятых нм вопросах, о темах, которые его интересуют:
процесс эсеров, Генуя и Гаага, виды на урожай, промышлен-
ность и финансы...
Ленин непрестанно думает о создании Coion Советских
Республик. Сталин проводит всю работу по подготовке этого
грандиозного исторического акта.
Ленин диктует свои последние письма Сталину. «Я кончил
теперь ликвидацию своих дел и могу уезжать спокойно». ...Не-
мыслимо читать эти письма без волнения и боли...
Январь 1924 года. Ленни скончался. Замер в тишине весь
трудовой мир... В тишине II съезда советов Сталин дал
клятву—великую клятву о выполнении всех заветов Ленина.
Десять великих лет. Восстановительный период, сталинская
великая пятилетка, колхозы, новая индустрия...
Январь 1934 года. XVII съезд партии. Съезд открылся
ровно в тот час и в ту минуту, в которые 10 лет назад Сталин
давал клятву. Гигантские победы сталинской эпохи были перед
всем миром. Клятва выполнялась свято...
Еще пятилетие—одно из самых необыкновенных в нашей
жизни... И вот XVIII съезд партии. И вот Сталин, великий и
простой, скромный, стоит у левого края стола президиума,
вглядывается в людей, с которыми прошел вместе многие бон,
испытания, вглядывается в молодежь, которая пойдет оо стар-
шим поколением, пойдет, верная до гроба... Овации съезда
невыразимо сильны—это беспредельная любовь, уважение, пре-
клонение... Партия, страна приветствуют своего любимейшего
человека.	,
*
Съездовский зал заполнен доотказа... Четыре длинных па-
раллельных сектора кресел-пюпитров полны. Два ряда окон.
Много света. Строгая архитектура и идеальная чистота. В зале
еще долго стоит сдержанный гул. В массе делегаты люди от
тридцати до сорока лет—здоровые, молодые представители
здорового, молодого народа...
Быстро, отчетливо проходит избрание президиума, секрета-
риата, редакционной и мандатной комиссий.
...Сталин сидит у левого края стола президиума и внима-
тельно вглядывается в зал—в ряды людей, в их лица, в их
глаза. Замечательным, единым движением подымаются руки
с красными карточками, когда съезд голосует, утверждает лю-
дей, достойных занять место в президиуме. Сталин голосует
вместе со всеми, неторопливо поднимая свой мандат...
79
( । г» щи (оставляется товарищу Сталину. Все поднялись.
Нч । ,и. iiipiiin, вождь народа поднялся с места, неторопливо
< n\ t гил< и по нескольким ступеням и подошел к трибуне среди
вновь вспыхнувшего приветственного и восторженного гула и
шума оваций. .С разных мест зала, па разных языках делегаты
и делегатки слали ему свои приветы и здравицы. Сталин стоял
in трибуне, всматривался в зал и ждал... На него падал нижний
боковой свет лампы с правой стороны. Сталин был виден всем.
Он обвел весь съезд взглядом и, ожидая, переступил с ноги
на ногу... Овация разрасталась все с большей силой.
Члены президиума съезда, для того чтобы иметь возмож-
ность лучше слышать и видеть докладчика, спустились в бо-
ковые правительственные ложи. Они шли, аплодируя вместе
со всем съездом: Овация длилась. Сталин на секунду-другую
оперся о трибуну и вопрошающе перевел взгляд с одной
группы делегаций па другую... Овация усилилась. Сталин зна-
ком попросил тишины—гул вспыхнул с новой силой... Это
сам народ приветствовал достойнейшего из своих рядов... Ова-
ции, наконец, затихли.
Сталин начал речь в полной тишине, негромким, неторопли-
вым, ровным таким знакомым народу голосом. Он постепенно
раскрывал перед съездом, перед всеми людьми широкую кар-
тину мировых событий... Съезд постепенно входил, углублялся
в этот широкий обзор. Едва слышно шелестели листки
у тех, кто записывал. Микрофоны были прижаты плотно
к уху. Атмосфера необычайного, проникновенного внимания.
Голос Сталина—это голос самой истории...
Мысль делает молниеносный скачок она обнимает разом
историю партийных съездов. Она вновь напоминает о многих
выступлениях Сталина, о его речи на VI съезде партии, о его
выступлениях во время вооруженной борьбы, напоминает о
том, что позже говорил Сталин об индустриализации, и о том,
как указал он путь великой победы социализма в сельском
хозяйстве.
Съезд впитывает в себя доклад. Иногда, в такт своим
выводам, Сталии делает подряд несколько прочных, неспеш-
ных движений указательным пальцем, и этот жест подчерки-
вает важные, существенные (|х>рмулы, от которых будет зави-
сеть в международной жизни очень многое. Перед делегатами,
перед всеми слушающими развертывается картина второй
империалистической войны, которая охватила два континента.
Сталин едко, саркастически говорит о людях, которые «ищут
Коминтерн» в пустынях Монголии или в дебрях Марокко.
Съезд отвечает смехом и вновь затихает, когда Сталин подхо-
дит к объяснениям причин странного характера войны. И в эти
минуты перед съездом, перед советским народом и—это так
80
ясно перед всем миром раскрываются истинные цели некото-
рых участников Мюнхена—скажем, англичан и их сложный
провокаторский замысел.
Когда речь касается советской авиации, съезд как бы вну-
тренне себя проверяет. Вот они здесь, на съезде—известные
миру советские летчики. Народ доверил им нашу авиацию,
и никаким вралям и пачкунам ничего не изменить ин п качестве,
ни в количестве наших воздушных сил.
Речь касается Советской Украины... Зал c.rrytiiaci особенно
внимательно... В стране нет таких людей, которые не 1111111 бы.
как в нашей истории много значит Украина... Сталин защищал
се и выручал ее в 1918 году от немецких насильников, от
петлюровских банд. По планам ( талина красные бойцы разору-
жали корпуса интервентов на исходе 1918 года... В 1919 году’
Сталин вновь вызволил Украину, разгромив второй поход
Антанты, разгромив Деникина. I {аконец, в 1920 году под ру-
ководством Сталина разгромлен был Пилсудский и его армия...
И не для того была проделана эта огромная работа, эти по-
двиги, не для тою была пролита кровь, «побы сейчас какие-
нибудь наймиты могли хоть чем-нибудь повредить Советской
Украине, всей нашей земле, советским интересам... И съезд
настораживается, весь подается вперед, когда Сталин дает по-
литические предупреждения любителям чужих территорий и
напоминает о том, что Советский Союз готов ответить двойным
ударом на удар. И вместе с тем каждый делегат делает для
себя вывод о том, что неизменна наша политика мира и дело-
вых связей и что, не поддаваясь на провокации и соблюдая
осторожность, мы должны оберегать мирный труд страны.
Еще внимательнее и прилежнее записывают многие деле-
гаты данные, факты, цифры, справки, которые приводит Сталин,
начиная анализ положения СССР. Характерным жестом руки
Сталин подчеркивает, что мы можем сделать новые огромные
шаги вперед. Он с волнующей силой и простотой развивает
перспективы новых пятилеток—программу неуклонного разви-
тия промышленности, сельского хозяйства, всего культурного
фронта. И вместе со Сталиным съезд идет в будущее. Всякий
в стране знает, что каждая произнесенная Сталиным цифра
взвешена, проверена, продумана, и если она дана как задача,
дана с кремлевской трибуны, то так тому и быть в жизни...
Народ ответит выполнением любой поставленной задачи, ибо
народ наш привык за время революции чтить свои традиции.
Движение, оживленный гул прошли но залу, когда Сталин
попросил у колхозного крестьянства давал, ежегодно полтора
миллиона работников для промышленности. Перед съездом,
перед страной сразу возникла огромная проблема... Люди уви-
дели, как двинется в новые города эта новая армия работников.
6 ССорнпк
81
Их надо поднять, организовать, напутствовать, снабдить на
ло|и)гу, перепевти, принять, позаботиться... Деловой, хваткий
no.'ii.iiiciiiK тский мозг уже решал проблему... Люди видели
уже, как на армия в ближайшие исторические сроки зашеве-
ли! Сибирь и Дальний Восток, как зажгутся огни на новых
заподах и магистралях... А если же где-либо тронется к гра-
ницам враг, эти миллионные советские армии расколотят ему
череп.
Доклад Сталина продолжался уже второй час. Внимание
было неотрывное. Мыслям делалось все просторнее... Люди
заново осознавали свои собственные творения, свою собствен-
ную работу, наполнялись гордостью и изумлением перед
неиссякаемыми силами народа. Люди слушали нагнувшись в
порыве... Съезд. казался армией, которая готова ринуться впе-
ред... Каждый мысленно отмечал, что нужно делать сегодня же,
немедленно, в сфере своей деятельности, своей профессии,
для того чтобы в ближайшие исторические сроки, в 10—15 лет,
полной ью, везде, во всем, начиная от тяжелой индустрии
и кончая тончайшими вопросами культуры и искусства, пре-
взойтн любую капиталистическую страну и все их вместе взя-
1 ые... 11 съезд запоминал наизусть пять новых исторических
условий, которые выдвинул товарищ Сталин: уважение к лю-
дям, знание способностей людей, забота о том, чтобы люди
поднимались вверх, смелое выдвижение люден и, наконец, пра-
вильная их расстановка... Сколько во всем этом человечески
чистого, чуткого!.. Всякому—от велика до мала, от млада до
стара—это новая гарантия заботы о его судьбе, устройстве,
быте, даже вкусах и личных потребностях.
Сталии, начиная один из разделов последней части речи,
сказал, что он намерен коснуться некоторых вопросов теории.
На эту вводную фразу к разделу речи съезд мгновенно отве-
тил аплодисментами. Это партия, это народ благодарили
Сталина за его гигантскую научную, философскую работу, бла-
годарили Сталина за то, что его трудами и трудами его бли-
жайших товарищей создана такая книга, как «Краткий курс
истории ВКП(б)»... И Сталин в своем съездовском докладе
прочел новую главу истории партии: главу о социалистическом
государстве.
Много было в докладе Сталина глубоких, гениальных по
широте и обобщениям мест... Раздел об основах социалисти-
ческого государства, о принципах нашего государственного
бытия был одним из наиболее глубоких. Люди старались за-
ново продумать весь исторический марксистский цикл государ-
ствоведения... Я видел, как люди обменивались взглядами,
молчаливо делясь друг с другом услышанным. Было что-то
очень радостное, бодрое, хорошее в этом обмене взглядов...
S2
Сталин говорил об интеллигенции, давая историческую
оценку ее пути. Люди запоминали его указания о том, что
необходимы забота, уважение, сотрудничество с интелли-
I гении ей...
Доклад подходил к концу. С огромной силой прозвучали
заключительные слова вождя' о победоносном рабочем классе,
о победоносном колхозном крестьянстве и советской интел-
лигенции. Съезд как один человек поднялся... Это народ
через свой авангард говорил о том, что он готов к любы*
делам и боям. Это партия и народ благодарили Сталина за
науку.
Б. Иофан
Академик архитектуры
tt
СТАЛИН И ДВОРЕЦ СОВЕТОВ
I Т ^"| 1931 год. Храм Хрнста-спасителя еще стоял посре-
дине огромной площади у Москва-реки. Большой и грузный,
сверкающий своей позолоченной головой, похожий одновремен-
но на кулич и на самовар, он давил на окружающие его дома
и на сознание людей своей казенной, сухой, бездушной архи-
тектурой, отражая собою бездарный строй российского само-
державия и его «высокопоставленных» строителей, создавших
это помещнчье-купеческое капище.
Вопрос о том, где будет построен Дворец советов, был тогда
еще не ясен. Существовало много различных предложений. Одни
предлагали построить Дворец советов в Охотном ряду (на
месте, где сейчас сооружен Дом Комитетов СНК), другие—на
месте, где сейчас построена гостиница «Москва». Среди' прочих
предложений было предложение построить Дворец советов на
площади храма Хрисга-спасителя. Совет строительства, воз-
главляемый В. М. Молотовым, совместно с группой архитек-
торов обсуждал этот вопрос. На заседании присутствовал
товарищ Сталин.
Храм занимал середину будущей строительной площадки,
и сначала это невольно влияло на характер наших разговоров:
появлялись исторические параллели, всевозможные сопостав-
ления. Говорили, что пролетарская революция смело заносит
руку над этим грузным архитектурным сооружением, как бы
символизирующим силу и вкусы господ старой Москвы. Кто-то
сказал о глубоком антирелигиозном смысле того, что мы сей-
час сносим самым большой московский храм. Товарищ Сталин,
все время внимательно слушавший выступавших, обратился к
84
присутствовавшим архитекторам с вопросом, а разместится ли
проектируемый Дворец советов на площади.
До этого храм и его площадь многим клались огромными.
Но этим вопросом товарищ Сталин Сразу ыл реальное ощу-
щение грандиозности размеров проектируемого щаиия и вто-
ростепенного значения тех «проблем , спяжпшых с храмом,
которые волновали огромное большинство архшгкторов. Мы
еще оглядывались в прошлое, юн смотрел в будущее.
В ясный, солнечный день, осматривая с членами < uiu ia
строительства и группой архитекторов пригодность д ш Дворца
советов площади храма Хрнста-спасителя, товарищ Cr.i.nin по-
дал мысль—обратить главный вход Дворца к Кремлю.
Иосифа Виссарионовича заботил вопрос о правильном рас-
пределении людских потоков на будущей площади Дворца.
Из всех этих вопросов выяснилась необходимость значитель-
ного расширения площади вокруг будущего Дворца.
Эти первые встречи с вождем, связанные с началом строи-
тельства Дворца советов, направили мои творческие силы це-
ликом на работу над архитектурным образом Дворца советов.
С этими первыми встречами целиком связано начало моей ра-
боты над проектом Дворца.
Еще в 1922 году, на I съезде советов, собравшемся в
Москве, товарищ Сталин сказал в своем историческом докладе
о декларации и договоре между союзными республиками:
«Нас, коммунистов, часто ругают, утверждая, что мы нс
способны строит!.. 11усть история Советской власти за пять
лет послужит доказательством того, что коммунисты умеют
также и строить. Пусть сегодняшний съезд советов, призван-
ный утвердить декларацию и договор о Союзе Республик,
принятые вчера конференцией полномочных делегаций, пусть
этот Союзный съезд покажет всем гем, кто еще не потерял спо-
собность понимать, что коммунисты умеют так же хорошо
строить новое, как они умеют хорошо разрушать старое».
И съезд по Ьтому докладу принял решение: «...в ознамено-
вание создания нового Союзного государства... основать в
Москве, как столице Союза, Дом Союза’Советских Социалисти-
ческих Республик».
И когда грандиозные успехи, достигнутые Союзным социа-
листическим государством, позволили приступить к осуще-
ствлению исторического решения об основании Дворца советов,
товарищ Сталии был не только инициатором и вдохновителем
этого дела. В этот день на площади он своими простыми,
деловыми вопросами вернул нас к грандиознейшей задаче,
стоявшей перед нами, как бы напомнил нам о размерах буду-
щего Дворца народов, размерах, которые должны соответство-
вать идее Дворца.
Храма, который еще кичливо высился на площади, уже как
бы in существовало. Дворец советов, который только еще в
пиле неясных замыслов реял в мечтаниях его будущих созда-
1сл< li, был уже реальностью, которая осуществится за то время,
которое необходимо для его сооружения, и на том простран-
ен. , которое было перед нами в тот знаменательный солнеч-
ный день 1931 года.
*
Сооружение Дворца советов потребовало невиданного раз-
маха работ, проходивших под непосредственным руководством
председателя Совета строительства Вячеслава Михайловича
Молотова: архитектурные конкурсы, инженерные проекты,
сметы, геологические изыскания на месте будущей строительной
площадки. Высококвалифицированные специалисты на подго-
товитсльмой стадии были заняты еще не существовавшим
зданием.
На чтоб стадии работы мы, архитекторы, участвовавшие
в конкурсах на проекты Дворца советов, искали архитектурный
Образ Дворца нового типа Дворца народов.
Эти искания пошли в основном по двум направлениям,
если оставить в стороне некоторые проекты, представлявшие
собой различного рода формалистические измышления, не отве-
чавшие идее Дворца.
Одному течению Дворец советов представлялся громад-
ным, быть может, даже невиданно громадным зданием обыч-
ного дворцового типа, внутри которого один за другим должны
были следовать залы—невиданного размера и роскоши анфилада
зал. Однако, как бы ни были велики эти залы, они не должны
были выделяться в объемах и очертаниях самою Дворца—
внешность Дворца должна была представлять собой прямо-
угольные фасады, с равными рядами пролетов, которые пере-
межаются одним или несколькими величественными входами.
Какой высокой степени художественности ни достигло бы офор-
мление фасадов, как бы ни были грандиозны размеры здания,—
все равно, оно по своему типу воспроизводило бы дворцы
прошлых эпох.
Второе течение считало нужным при проектировке Дворца
исходить из того требования первой программы конкурса, со-
гласно которому основными помещениями Дворца советов
должны быть два зала: один—на 15 тысяч, а впоследствии на
20 тысяч мест, а другой—на б тысяч мест. Все прочие поме-
щения Дворца советов должны были группироваться вокруг
этих двух залов, и потому как в объеме будущего Дворца,
так и в общих очертаниях его эти два зала получали внеш-
нее выражение. Это вместе с заданием Совета строительства
86
о высотной композиции Дворца приводило прежде всего к тому,
что сторонниками этого течения Дворец решался как обще-
ственное здание высотного типа, и отличие от сторонников
первого течения, которые решали Дворец, как приземистое,
замкнутое, как бы стелющееся но земле здание.
Товарищ Сталин поддержал точку зрения представителей
второго течения. Но он этим нс только решил наш спор он
пемог нам понять нашу же точку зрения, кик точку зрения
социалистического новаторства, oil осветил перед нами путь
дальнейших исканий. Выразив в объеме и в размерах Дворца
советов невиданной величины залы народных собраний, мы
должны были в архитектурных формах рельефно выразить
самое назначение Дворца советов, его демократичное и., его
назначение служить широким трудящимся массам, а этим непо-
средственно выражалась ведущая идея всего здания—победа
социализма, победа мощной и многонациональной советской
демократии в нашей стране. Намечался новый путь в архитек-
туре, и в одном из постановлений Совета строительства нам
всем было прямо указано, что «преобладающую во многих про-
ектах приземистость зданий необходимо преодолеть смелой
высотной композицией сооружения».
Как и во всех областях строительства социализма, наш
вождь указывал вам, советским архитекторам, путь смелого
дерзания, путь новаторства, путь искания нового типа вы-
сотных сооружений.
Указания товарища Сталина нашли также свое выражение
в следующем постановлении Совета строительства, дающем
направление дальнейшим поискам архитекторов и зовущем их
«к использованию как новых, гак и лучших приемов класси-
ческой архитектуры, одновременно опираясь на достижения
современной архитектурно-строительной техники». В основу ар-
хитектурного решения Дворца советов должны были лечь:
«монументальность, простота, цельность и изящество архитек-
турного оформления Дворца советов, долженствующего отра-
зить величие нашей оойщалнстичсской стройки».
*
До 1933 года, до конца третьего и последнего тура кон-
курса, мне представлялось, что высотная часть Дворца будет
завершена двадцатиметровой статуей рабочего. Принимая мой
проект в основу, Совет строительства предложил завершить
здание статуей Ленина, высота которой сначала предполага-
лась в 50—75 метров.
Это решение с еще большей ясностью поставило перед
архитекторами—участниками дальнейшей работы над Дворцом
(В. 1'. Гельфрейх, Б. М. Иофан и В. А. Щуко) необходимость
трактовки Дворца, как высотного сооружения нового типа.
87
I’aOoia над проектом разгорелась с новой силой; возникали
1> 11.111Ч1П.1С идеи и предложения, как архитектурно разрешить
поставленную перед нами задачу, как увенчать скульптурой
В. II. Ленина в 50— 75 метров высотой грандиозное сооруже-
ние, каким является Дворец советов.
11а рассмотрение Совета строительства и товарища Сталина
был представлен целый ряд набросков, из коих основными
были два решения.
Первым решением предлагалось значительно повысить
в проекте, принятом в основу, высотную часть Дворца (оставив
ее круглой) и установить скульптуру по вертикальной оси со-
оружения; по второму решению Дворец представлял собою
прямоугольное здание высотной композиции.
В нашем творческом коллективе на этой почве возникли
принципиальные разногласия о правильности того или иного
решения.
Иосиф Виссарионович вызвал нас к себе, и мы изложили
свои доводы по каждому из предложенных вариантов. Иосиф
Виссарионович указал, что прямоугольное решение было бы
неправильным и напоминало бы здание обычного типа. В то же
время Иосиф Виссарионович согласился с предложенным вы-
сотным круглым решением, увеличивавшим высоту Дворца до
115 метров вместо 275, и установкой скульптуры В. И. Ленина
по вертикальной осн Дворца советов, а не по продольной, как
это было в проекте, принятом в основу.
Иосиф Виссарионович сделал указание, определившее как
для архитекторов, так и для скульпторов направление даль-
нейших творческих исканий. Согласно этому указанию статуя
Владимира Ильича должна выражать призыв.
Но сто же предложению на устоях, расположенных по
диагональным диаметрам круглом высотной части и окружаю-
щих скульптуру Лепина, будут поставлены четыре скульптур-
ные группы, которые должны отображать идеи Коммунисти-
ческого* Интернационала, выражать идею международной
пролетарской солидарности. Глубокое содержание этой за-
дачи дало толчок .тля дальнейших плодотворнейших поисков.
.4
В 1934 году мы были посланы в США для ознакомления
с передовой техникой современного строительства. После воз-
вращения из этой чрезвычайно обогатившей нас поездки не-
которые участники ее снова внесли предложение о решении
высотной части Дворца прямоугольной формой.
Сторонники прямоугольного решения Дворца считали, что
оно по своей архитектуре будет более интересным. Говорилось
и о том, что не было примеров сооружения круглого здания
такой величины.
да
Иосиф Виссарионович внима1сльио пас выслушал и указал,
чго прямоугольное решение уже отвергалось, что такое’ реше-
ние нас толкнуло бы па американизм, на архитектуру коммер-
ческого характера, чуждую нам. Потом, обр.ниншись к ирн-
i утствовавшему на совещании видному инженеру-строителю,
Иосиф Виссарионович задал вопрос о тсхиичс» кой < тороне круг-
лой формы сооружения возможна ли она? II шн и- того как
инженер заявил, что круглая форма со стороны icxhiikh соору-
жения вполне осуществима, Иосиф Виссарионович опре п iciiho
высказался за круглую форму всего здания, предложив отверг-
нуть прямоугольное решение.
* <г
Силуэт Дворца в основном определился; началось оконча-
тельное искание пропорции его. В эскизном проекте высотная
часть была решена в виде пяти основных цилиндрических
уступов и двух дополнительных. Мы все чувствовали, что
силуэт слишком сложен, что он находится в несоответствии
со сталинским указанием о монументальности, цельности, про-
стоте и изяществе. Одни из пас предлагали довести количество
уступов до трех, другие—до четырех. Товарищ Сталин, вы-
слушав нас и рассмотрев наши предложения, поддержал проект,
предполагающий три уступа, как более простой и ясный. В этом
виде силуэт Дворца стал лаконичнее, он получил монумен-
тальную и простую, легко входящую в сознание и хорошо за-
поминающуюся форму.
Тут же Иосиф Виссарионович внес существенные измене-
ния и в пропорции нижней части здания. Раньше она по отно-
шению к объему всего здания проектировалась несколько при-
земистой; этим пытались достичь большей внушительности
всего сооружения, если на него глядеть с известного
отдаления. Товарищ Сталин предложил нам поднять входную
часть. Для миллионов люден, которые будут приходить
во Дворец, высокая входная часть будет более открытой и
приглашающей.
Благодаря указаниям и советам товарища Сталина и Совета
строительства архитектурный образ Дворца советов все более
и более вырисовывался и, наконец, принял свой теперешний
вид.
Врожденное чутье товарища Сталина в вопросах пропорции
очень помогло нам при утверждении размеров скульптуры
Ленина. Предельная высота скульптуры по эскизному проекту
не должна была превышать 75 метров. Но нам, авторам про-
екта Дворца, хотелось довести соотношение между зданием и
скульптурой до такой пропорции, чтобы скульптура составила
примерно четвертую часть всего сооружения, т. е. равнялась
<S’9
HpHMcpiK! IOU метрам. Товарищ Сталин поддержал нас в этом
вопросе.
Теперь проект Дворца вместе со скульптурой представляет
собой новое явление в архитектуре. Грандиозное общественное
здание будет выражением идеи торжества многомиллионной
советской демократии, памятником творцу Великой Октябрь-
ской социалистической революции—Владимиру Ильичу Лепину,
грандиозная статуя которого будет представлять единое целое
вместе с архитектурой; завершая все здание, она будет выра-
жать его идею. Подобное соотношение между этими двумя
искусствами, свойственное только эпохам расцвета и в особен-
ности античному обществу и эпохе- Возрождения, было уте-
ряно буржуазным искусством, и мы, счастливые художники
советской эпохи, вновь—и в какой невиданной грандиоз-
ности!—начали находить это соотношение.
л
Хоти мы, строители Дворца, повседневно в тысяче мелочей
чунс1ноца in внимание и заботу товарища Сталина, но видеть
нам его приходилось нс часто. Да и тогда, когда нам выпадало
это счастье, товарищ Сталин нс произносил больших речей. Он
слушал, н только вопросы, которые он задавал очередному
докладчику, обнаруживали остроту и точность его суждений
и часто по-новому освещали до этого не ясную нам проблему.
Сталинские указания всегда воодушевляли нас и подбадривали
в работе. Благодаря необыкновенной ясности и стройности ука-
заний товарища Сталина зачатки новых идей приобретали
целостное, единое решение. Очень часто мы, художники, увле-
ченные деталями, эффектами, разбрасываемся, теряемся среди
собственных предложений. Товарищ Сталин, выслушав наше
предложение, всегда выберет главное, как бы отшелушит зерно
подлинно великого искусства. По этому трудному/но единст-
венно верному пути вел нас товарищ Сталин, и его руководство
позволяло нам отбрасывать внешние, увлекательные, поверх-
ностно-эффектные формы и утверждаться в монументальном,
простом, внутренне содержательном и высоком по форме искус-
стве. Примером этому может служить единство идеи наружной
архитектуры и скульптуры Дворца.
По совету Иосифа Виссарионовича площадь перед Дворцом
посвящена мировым основоположникам социализма и комму-
низма с скульптурами Сен-Симона, Фурье, Чернышевского
и др. и памятниками Карлу Марксу и Фридриху Энгельсу.
Пилонные группы посвящены теме Коммунистического Ин-
тернационала. Весь Дворец завершается скульптурой
вождя Великой Октябрьской социалистической революции—
В. И. Ленина.
90
<r
При разработке внутренней архитектуры Дворца мы исхо-
дили как из непосредственных указании товарища Сталина
и Совета строительства, так и из духа тех общих требований,
которые нам ставил товарищ Сталин. Особое внимание товарищ
Сталин уделял Большому залу, как композиционному центру
Дворца.	|
Товарищ Сталин спрашивал нас, возможно ли увеличить
количество мест в Большом зале, особо настойчиво подчерки-
вая. что это необходимо для того, чтобы Дворец был наиболее
доступен широким массам. Увеличивая количество мест в Боль-
шом зале, мы дошли до вместительности его в 21 тысячу.
Изумительное чутье в вопросах архитектурных пропорций
товарищ Сталин еще раз проявил, поправив нас при разработке,
мест президиума в Большом зале. При осмотре проекта Боль-
шого зала Иосиф Виссарионович указал нам на то, что по
отношению ко всему залу президиум расположен слишком
низко, его нужно поднять. Мы выполнили это указание и за-
вершили президиум скульптурной группой—«Ленин ведет на-
роды к коммунизму», что, подчеркнув величественность и мо-
нументальность Большого зала, ярко выразило тему главного
зала, посвященного народам СССР.
Руководствуясь наводящими указаниями Иосифа Виссарио-
новича, мы нашли в Дворце советов выражение темы главного
фойе, посвященного Сталинской Конституции. При разработке
боковых фойе, из которых одно посвящено героике граждан-
ской войны, а другое—героике строительства социализма,
товарищ Сталин посоветовал нам для первого использовать кадры
из фильма «Ленин в Октябре», в котором удачно показано
взятие Зимнего дворца, для второго—некоторые кадры из филь-
ма «Богатая невеста», в котором хорошо передается пафос
колхозного труда. В этих указаниях выразилась громадная
синтезирующая сила. Скульптура, живопись, кино, даже му-
зыка—всё должен вобрать в себя Дворец советов.
В способе построения Дворца и в использовании помеще-
ний его должны найти применение все достижения современной
техники. В частности товарищ Сталин указал нам на то, что
при устройстве освещения Большого зала всякого рода люстры
будут противоречить стилю зала. Он указал, что в данном
случае люстра является пережитком несовершенной техники
прошлого. Было решено пользоваться отраженным светом.
Иосиф Виссарионович принимал участие в выборе материала
для облицовки Дворца советов, причем высказал пожелание,
чтобы при этом избегали кричащей пестроты. При обсуждении
облицовки внешних стен Дворца он советовал притти к двум
основным цветам облицовки.
9/
Ilo всех них конкретных указаниях выражается определен-
ное H.iiipHiMcinie: монументальность, величественность, простота.
благодаря указаниям товарища Сталина внутренняя архи-
гсктура Дворца получила одну цельную, мощную тему, находя-
щуюся в единстве с наружным обликом Дворца и с его скульп-
турой.
Главный вход во Дворец советов мы решили посвятить из-
вестной всему народу клятве товарища Сталина, произнесенной
нм после смерти Ленина. На шести пилонах главного входа
будут высечены шесть частей этой клятвы, и они же будут
отображены в скульптуре. При проектировке этой части Дворца
нас вдохновляли мысли нашего великого учителя и направляли
его высказывания и указания. Мы стремились к тому, чтобы
архитектура заговорила образным языком, доступным широ-
чайшим массам, чтобы, вбирая в себя скульптуру и живопись,
архитектура, как бы конденсируясь, выражала себя через эти
непосредственно образные искусства.
rf
Сооружение Дворца не только обогащает нас громадным
гворческнм опытом. Указания товарища ('.талина, сделанные
нм в процессе работы, осуществление этих указаний в проек-
тах, критика товарищем Сталиным наших проектов все это
дает замечательную программу советской архитектуры, яв-
ляется плодотворнейшей школой применения в архитектуре
метода социалистического реализма.
Основываясь на этой программе, я осуществил ряд других
архитектурных работ, в частности проекты павильонов СССР
на международных выставках в Париже и Ныо-Иоркс. Я стре-
мился к тому, чтобы архитектура своими методами, па своем
языке выражала великие идеи Октября, великое учение Ленина—
Сталина. Проектируя павильон СССР ija международной вы-
ставке в Париже, я вдохновлялся всемирно известным сталин-
ским определением нашего социалистического труда, как дела
чести, дела славы, дела доблести и геройства. В образе динамично
растущего очертания павильона, завершенного скульптурой ра-
бочего и колхозницы, радостно и гордо возносящих серп и
молот и твердо идущих вперед, мне хотелось выразить наш
социалистический труд.
В проекте павильона СССР на международной выставке
в Нью-Йорке я хотел выразить высказывание товарища Сталина
на Чрезвычайном VIII съезде советов, что социализм для СССР
есть то, что уже добыто и завоевано трудящимися нашей
страны, что уже осуществлены предвидения Владимира Ильича
Ленина, высказанные им в ноябре 1917 года, что русская рево-
люция в конечном итоге должна привести к социализму.
92
Прошло 22 года, и социализм построен, и наше радостное
настоящее есть будущее для народов, еще находящихся под
гнетом капитализма,—вот какие мысли вдохновляли меня при
разработке этого проекта. Советский павильон в Нью-Йорке
завершен скульптурой рабочего, гордо несущего вперед светоч
коммунизма пятиконечную кремлевскую ни »ду, надежду че-
ловечества. Для люден, живущих при каины тетическом строе,
этот рабочий представляет необыкновенное зрелище по рабо-
чий советского общества, это передовой человек страны со-
циализма—стахановец, воплощающий в себе го соединение ум-
ственного и физического труда, которое является одним из
признаков коммунизма.
Радостно сознавать, что нашими руками будет построено
коммунистическое общество его дворцы, его города и сады.
Какой простор для вдохновленной деятельности искусств! Мы
стоим у счастливого начала этой деятельности, и великий Сталин
учит и вдохновляет нас.
А. Бах
Академик
м
СИЛА ПРЕДВИДЕНИЯ
В
_Ц_х жизни обществ.», как и в жизни отдельного человека,
есть даты и вехи, на которых задерживается мысль, ко-
торые рождают интересные и многозначащие воспоминания.
В день шестидесятилетия Иосифа Виссарионовича Сталина
каждый советский гражданин не может нс думать о том
грандиозном месте, какое занимает и всегда будет занимать
в истории развития человеческого общества деятельность этого
великого человека. Достойный соратник и продолжатель
дела гения русской революции Владимира Ильича Ленина,
товарищ Сталин на новом историческом этапе развил и
обогатил учение Маркса—Энгельса—Ленина. Он начертал ли-
нию дальнейшего развития нашей социалистической револю-
ции и твердо и неуклонно организовывал и направлял строи-
тельство бесклассового общества в нашей великой родине.
Отличительный признак настоящей, правильной, научной тео-
рии заключается в том, что она дает возможность предвидеть
наступление явлений или событий, до этого не известных или
еще не сложившихся. На долю товарища Сталина выпало
вполне заслуженное счастье видеть осуществление в историче-
ски кратчайший срок тех научных предвидений, на которых
он основывал строительство нового, бесклассового общесгва.
й
Мне только один раз пришлось лично в течение продолжи-
тельного времени беседовать с товарищем Сталиным. Зная,
какую огромную нагрузку несет Иосиф Виссарионович, я не
считал себя в' праве без крайней нужды беспокоить его. Раз-
94
1Х)вор касался научных вопросов организации химии. В данном
случае, мне казалось, было необходимо решение лично
товарища Сталина.
Никого не предупредив, я приехал в ЦК партии, сообщил,
кто я, и просил, чтобы меня принял гинарнщ Сталин. Мне
ответили, что Иосиф Виссарионович занят на совещании н
просит меня приехать на следующий день утром.
Товарищ Сталин принял меня в своем кабинете п ЦК пар-
ши. Я тогда только познакомился с товарищем 1 Галиным.
Само собой разумеется, что я с нетерпением ждал приема и
был очень взволнован.
Товарищ Сталин принял меня хорошо, радушно. Особен-
ное впечатление на меня произвела его исключительная про-
стота, простота, я бы сказал, эпическая.
По вопросу, с которым я пришел, товарищ Сталии дал
исчерпывающе ясный ответ, и я не мог не согласиться с ре-
шением товарища Сталина. Цока я говорил, он внимательно
слушал, изредка задавая вопросы. Когда я кончил, товарищ
Сталин очень спокойно резюмировал наш разговор, указал,
в чем я прав, и отмстил слабые стороны моей, позиции. Даль-
нейший ход событий показал, что решение Иосифа Виссарионо-
вича было единственно правильным.
С чем можно сравнить беседу с товарищем Сталиным,
длившуюся три четверги часа? За свою довольно долгую и
богатую встречами жизнь я не помню нн одной такой беседы.
Ничего подобного по ясности, по глубине проникновения в суть
дела!
й
Мне нередко отучается бывать на заседаниях, совещаниях,
приемах, на которых бывает товарищ Сталин. Каждая встреча
с товарищем Сталиным оставляет глубочайший след в психике,
в так называемой душе человека, независимо ог его развития,
от того места, которое он занимает в обществе. И всегда,
когда я вижу товарища Сталина в окружении его верных
соратников, у меня появляется чувство' глубочайшего удо-
влетворения, я бы сказал даже больше—чувство полного спо-
койствия за свою страну, за свою великую родину. 11и в какой
стране во главе руководства никогда не было такого заме-
чательного коллектива. Мне кажется, что в этом ключ к раз-
гадке секрета блестящих успехов, которые наша страна еже-
дневно и ежечасно одерживает под руководством Сталина.
Каждый раз, когда приходится делать крутые повороты
в науке, мысль напоминает товарища Сталина. Его указания
о передовой науке нс только абсолютно верны: они откры-
• вают новую эпоху в прогрессе человеческого общества.
95
Мне вспоминается заседание Академии наук, посвященное
чок i:i । iM папанинцев. С несколько неожиданным для самого
себя ношением я слушал простую, ясную, содержательную
речь товарища Папанина. Замечательно просто и вместе с
гем глубоко товарищ Папанин охарактеризовал тогда корен-
ное отличие папанинской экспедиции от многочисленных пред-
шествовавшнх ей экспедиций на полюс. Папанинская эпопея
отвечала требованиям многосторонней практики социалистиче-
ского строительства, и вместо с тем она служила самым воз-
вышенным задачам пауки и прогресса. Перед нами был пример
яркого сочетания интересов так называемой «чистой» науки с
практическими задачами освоения Великого Скверного пути.
Хорошо известно, что в этом отношении в высшем научном
учреждении нашего Союза, где заслушивались доклады папа-
ниицев, в Академии наук и тогда и теперь еще не все обстоит
благополучно. Но по-настоящему смысл папанинской экспеди-
ции, уроки, которые надо из пес извлечь для движения науки
вперед, были вскрыты товарищем Сталиным в его замечатель-
ной речи, произнесенной на приеме в Кремле работников выс-
шей школы 17 мая 19.38 года.
Как всегда, выступление товарища Сталина ярко осветило
один и акг\ альнейшпх вопросов нашей современной жизни.
Указав на то, что великими корифеями науки оказываются
не закостенелые, патентованные ученые, нагруженные дипло-
мами и официальными академическими званиями, а смелые
мыслители, вступающие в решительную борьбу с устаревшими,
отжившими научными традициями, мешающими движению
науки вперед, и среди этих корифеев назвав Галилея, Дарвина
и нашего великого Ленина, товарищ Сталин говорил:
«Бывает и так, что новые пути науки и техники прокла-
дывают иногда не общеизвестные в пауке люди, а совершенно
неизвестные в научном мире люди, простые люди, практики,
новаторы дела. Здесь за общим столом сидят товарищи Стаха-
нов и Папанин. Люди, неизвестные в научном мире, не имею-
щне ученых степеней, практики своего дела. Но кому неиз-
вестно, что Стаханов и стахановцы в своей практической работе
в области промышленности опрокинули существующие нормы,
установленные известными людьми науки и техники, как уста-
ревшие, и ввели новые нормы, соответствующие требованиям
дсйствнтслыюй науки и техники? Кому неизвестно, что Папанин
и пашнинцы в своей практической работе на дрейфующей
льдине мимоходом, без особого труда, опрокинули старое пред-
ставление об Арктике, как устаревшее, и установили новое,
соответствующее требованиям1 действительной науки? Кто мо-
жет отрицать, что Стаханов и Папашей являются новаторами
в науке, людьми нашей передовой науки?»
96
Вот простой, ясный, сталинский отпет на долгие споры и
дискуссии о «чистой» и «прикладной» науке. Пег «чистой» науки
и «прикладной» науки, а есть наука и ее приложения. Товарищ
(лалия показал это с удивительным мастерством. Он показал,
что наука—это результат действии всего народл, а не отдель-
ной личности или кучки дипломированных ученых.
Каждое выступление Иосифа Виссарионовича производит
глубочайшее впечатление. Сталин, как никто, умеет очень ясно
и просто объяснить вопрос, который с первого ви ляла кажется
трудным и непонятным. В 'этом гениальность Сталина. •
Па всякий научный вопрос товарищ Сталин дает ответ,
который базируется на законах развития общества. Груды
товарища Сталина являются непревзойденными образцами по
глубине научного анализа, широте обобщений и гениальности
предвидения.
7 Сборник
В. Коккинаки
Герой Советского Союза
йг
СОГРЕТЫЕ ЛЮБОВЬЮ СТАЛИНА
р
А азвитне советской авиации неразрывно связано с именем
товарища Сталина. Мне, как летчику, хотелось бы поде-
литься своими впечатлениями и запомнить некоторые факты,
показывающие исключительное внимание, которое товарищ
Сталии повседневно оказывает советской авиационной про-
мышленности, авиации, воспитанию се кадров. Под непосред-
ственным руководством товарища Сталина, его усилиями наша
авиация поднята на огромную высоту, превращена в могучую,
непобедимую силу.
И вся моя личная авиационная жизнь неразрывно связана
с именем товарища Сталина. Первые самостоятельные шаги,
первые попытки рвануться за пределы установленных норм
были дружески и заботливо поддержаны товарищем Сталиным.
В 1936 году, после вступления Советского Союза в Ме-
ждународную авиационную федерацию (ФАИ), я решил побить
официальный международный рекорд высоты полета на само-
лете с коммерческой нагрузкой в полтонны. О своем намерении
я сообщил на одном заседании товарищу Орджоникидзе. Серго
одобрил проект и повел меня к товарищу Сталину. Волнуясь,
я изложил ему свой план.
— Ну что, разрешим Коккинаки слетать?—спросил товарищ
Сталин у присутствовавших там же товарищей Молотова и
Ворошилова.	1
Надо разрешить,—сказал товарищ Молотов. Товарищ
Ворошилов тоже ответил утвердительно.
— Л сделает?—спросил товарищ Сталии.
98
— Раз Коккинаки берется, значит сделает,—рассмеялся
товарищ, Ворошилов.
Полет был разрешен. Рекорд французского пилота Сипье-
рина был побит. В таблице ФАИ появился первый междуна-
родный рекорд, завоеванный советскими летчиками.
Через несколько дней газеты опубликовали следующее при-
ветствие:
«Летчику-испытателю тон. Н. Коккинаки.
Поздравляю с достижением международного рекорда1 вы-
соты на двухмоторном самолете с коммерческим грузом- в .'>00
килограмм.*
Крепко жму Вашу. руку.
И. Сталин».
Это приветствие обязывало ко многому. Внимание и дове-
рие товарища Сталина надо было оправдать новыми делами.
В короткий срок мне удалось на самолете конструкции инже-
нера С. В. Ильюшина побить еще один международный ре-
корд высоты, а затем улучшить оба своих результата.
После этого я получил второе приветствие от товарища
Сталина	.	I
«Летчику-испытателю тов. Коккинаки.
Поздравляю Вас с достижением нового высотного рекорда.
Крепко жму Вам руку.
।	। И. Сталин».
Вместе со штурманом Героем Советского Союза Алексан-
дром Матвеевичем Бряндинским мы совершили несколько даль-
них беспосадочных скоростных перелетов (Москва—Баку Мо-
сква и другие). Они завершились полетом по маршруту Мо-
сква—Севастополь -Свердловск Москва. Тогда было побито
сразу три международных рекорда: по скорости полета на
5 тысяч километров без нагрузки, с грузом в полтопны и с
грузом в тонну.
Товарищ Сталин внимательно следил за всеми этими пере-
летами. Он видел в них зерно правильного подхода к испы-
танию современной материальной авиационной части. На сле-
дующий день после окончания полета в Баку меня вызвали
на заседание правительства и предложили рассказать о по-
дробностях перелета. Товарищ Сталин тогда сказал:
— Именно так и нужно испытывать самолеты на даль-
ность—летать на предельную дальность полета без посадки.
Товарищ Сталин с особым вниманием следил за даль*
ними перелетами советских летчиков. Он детально знакомился
с маршрутом намеченных полетов, интересовался ходом под-
готовки, заботливо спрашивал о здоровье экипажа.
7‘
99
В 1938 году имеете с товарищем Бряндинским ми готовили
перелег на Дальний Восток. Помню, с каким нетерпением мы
ждали разрешения на вылет из Москвы. И вот 15 июня в час
ночи в моей квартире неожиданно зазвонил телефон. Я снял
трубку и сказал:
— Слушаю.
— Говорит Сталин. Здравствуйте!—ответил мне спокойный
голос.
Я хорошо знал этот голос. Мне не раз выпадало счастье
видеть товарища Сталина, присутствовать на совещаниях, ко-
торые происходили при его участии. Этот голос, запоминаю-
щийся навсегда, ободряет всех летчиков в самые тяжелые
минуты. И в этот ночной час я сразу понял, что вопрос о нашем
перелете, видимо, решен.
— Как ваше здоровье, товарищ Коккинаки?—спросил Иосиф
Виссарионович.
Я сказал, что чувствую себя крепким, бодрым и готов
к любом}' рейсу, любому перелету.
Вы отдыхали в этом году? снова спросил товарищ
Сталин.
Я опять ответил, что вполне готов к полету, жду только
разрешения.
— Как идет подготовка самолета к перелету?—спросил
товарищ Сталин.
Коротко, стараясь не задерживать товарища Сталина, я
доложил о готовности самолета, о проверке всех приборов,
о возможностях машины, о всех деталях предстоящего пере-
лета.
Иосиф Виссарионович начал расспрашивать о трассе: не
трудна ли она, все ли до мельчайших деталей продумано.
— Конечно,—ответил я,- мы все продумали и проверили.
Не беспокойтесь, Иосиф Виссарионович, успех за нами.
— Я не об успехе беспокоюсь,—ответил товарищ Сталин,—
а о вас.
Я поблагодарил товарища Сталина за внимание, за непре-
станную заботу, за все то, что он сделал .тля меня. Иосиф
Виссарионович пожелал нам успешно закончить подготовку к
перелету и сказал, что так как он не сомневается в серьезности
и тщательности подготовки, то решение о вылете должны при-
нять мы сами.
— Ио все же,—сказал в заключение товарищ Сталин,—
перед отлетом зайдите ко мне. Мы пожелаем вам счастливого
пути.
. Всю ночь после этого разговора я не сомкнул глаз. И хотя
у нас все было готово к старту, но после разговора с товарищем
Сталиным мы проделали всю подготовительную работу сначала.
100
Снова и снова инженеры и техники авиационного завода имени
Менжинского проверяли моторы, машины, оборудование.
Старт был назначен на 27 июня. Накануне вечером я был
принят в Кремле товарищами Сталиным и Молотовым.
— Ну, как дела?—спросил меня товарищ Стадии.
Я развернул карту, на которой был нанесен маршрут пере-
лета, показал карту погоды.
Товарищи Сталин и Молотов внимательно ознакомились со
всеми этими материалами. Особенно товарищ (лалии интере-
совался маршрутом нашего полета. Он спросил, далеко ли
отстоит трасса от Якутска, затем подошел к карге, висевшей
на степе кабинета, показал места своей ссылки, подчеркнул, что
наш маршрут проходит по ненаселенным местам. Заключая -ну
часть беседы, он предложил нам ни в коем случае не рискован,
и при малейшей опасности, малейшем сомнении в успешности
продолжения полета немедленно его прекратить.
Товарищ Сталин попросил меня рассказать о готовности
машины, о самочувствии экипажа, о трудных этапах перелета.
Он интересовался, какие меры предусмотрены, если откажет
материальная часть, если обнаружатся какие-нибудь неполадки,
если сильно прижмет погода. Товарищ Молотов спросил, как
организована связь, с кем мы будем сноситься во время пере-
лета. Перед окончанием беседы товарищ Сталин снова задал
Мне тот же вопрос, с которым он обращался ко мне по
телефону: отдыхал ли я в этом году. Я ответил, что не
отдыхал.
— Почему?—спросил товарищ Сталин. Надо было отдох-
нуть перед полетом.
Я объяснил, что был занят испытаниями самолета и про-
веркой подготовки машины. Иосиф Виссарионович на это отве-
тил, что я поступил совершенно правильно, что в авиации
необходим личный непрерывный присмотр за всем хозяйством
и особенно за тем самолетом, на котором летчик отправляется
в воздух.
Затем товарищи Сталин и Молотов пожелали мне счастли-
вого пути и успешного окончания перелета.
Полет прошел удачно. Через несколько часов после посадки
в Спасске нам принесли приветствие от товарища Сталина и
руководителей партии и правительства. Мы были горды и
взволнованы, получив это приветствие, дорогое сердцу каждого
летчика, каждого советского человека. Сначала я прочел те-
леграмму, потом Саша выхватил се у меня из рук и снова прочел
вслух. Затем мы прочли ее вместе.
15 июля мы возвратились в Москву. 18 июля в честь экипажа
«Москвы» был устроен прием на даче у товарища Молотова.
Там присутствовали товарищи Сталин, Л. М. Каганович,
101
Ворошилов, Жданов, Калинин, Булганин, М. М. Каганович,
народные комиссары, Герои Советского Союза, авиационные
конструкторы. Встреча была очень теплой, задушевной. Нас
вызвали вместе с женами. Все было по-домашнему, просто,
хорошо.
Иосиф Виссарионович расспрашивал о подробностях пере-
лета, о Дальнем Востоке, о жизни и работе строевых летчиков
в этом далеком краю. Он требовал правдивого рассказа, без
прикрас, без огульных похвал авиационных частей, а указаний
па недостатки в их работе, спрашивал меня и остальных това-
рищей, что нужно сделать, чтобы помочь дальневосточникам
работать еще лучше.
Во время беседы зашел разговор об обязанностях Героев
Советского Союза. Высоко цепя способности отдельных пило-
тов, товарищ (’.талин основной задачей считает повышение
мастерства и уменья всей массы летчиков. В своей беседе на
даче ои говорил о том, что надо, чтобы тысячи летчиков ле-
тали так, как десятки Героев Советского Союза. Летным искус-
ством должны владеть не отдельные люди, а массы летчиков.
II товарищ (л алии сказал, что первейшей обязанностью Героев
Советского Союза является передача опыта, они должны учить
других, а те, в свою очередь, должны учить более молодых.
И со своей обычной деловитостью Иосиф Виссарионович
тут же наметил формы передачи опыта обучения молодых
товарищей.
Сидели до утра. Смотрели картину «Волга-Волга», потом
опять пили чай. Никому не хотелось уезжать. И товарищ Сталин
не хотел нас отпускать. Он уговаривал всех посидеть еще,
шутил, подтрунивал над нами. Никто из пас никогда не забу-
дет этой замечательной встречи.
В то время я лелеял мечту о новом перелете—из Москвы
в Америку через Атлантический океан. Пользуясь непринужден-
ной обстановкой на даче, я заикнулся об этой идее, спросив
товарища Сталина:
— А можно теперь слетать на Запад?
— Ваш перелет уже показал возможности машины,—отве-
тил товарищ Сталин.—Каждый человек поймет, что это рас-
стояние машина сможет покрыть в любую сторону; на Восток
или на Запад.
— Да ведь хочется!
Товарищ Сталин рассмеялся. Затем он серьезно сказал, что
полет над океаном представляет большие сложности, чем полет
над твердой землей, посоветовал еще поработать над машиной,
изучил, ее еще лучше, чтобы летать с полной уверен-
ностью, и дал задание добиться определенных, конкретных
показателей.
102
— Хорошо,- ответил я,—•сейчас я вам ничего не обещаю
и ничего просить нс буду. Прикину, нее проверю, постараюсь
добиться этих показателей. Если вып ц-г, можно притти?
— Можно,—ответил товарищ Сталин.
В октябре 1938 года нелепый случай оборвал жизнь Але-
ксандра Матвеевича Бряндинского. Он погиб на боевом посту
при авиационной катастрофе. Тяжело бы ю \ ni.rn. об этом
трагическом событии. Александр Бряндннекий бы i не только
великолепным мастером летного дела, но и чудесным чело-
веком, верным другом, товарищем.
Товарищ Сталин всегда принимает очень близко к сердцу
авиационные катастрофы. Часто, очень часто он созывает лег
чиков и спрашивает их, что нужно сделать для того, чтобы
избежать воздушных аварий, чтобы максимально обезопасить
полеты. Горячо любя летчиков, он воспринимает гибель ка-
ждого, как личное несчастье. Так было и тут. Известие о ги-
бели Бряндинского тяжело поразило его. 27 октября, в день
прибытия в Москву экипажа самолета «Родина», в Кремле был
устроен прием в честь Осипенко, Гризодубовой и Расковой.
На этом приеме подняли тост и за .меня, первым проложившим
воздушную дорогу на Дальний Восток. Когда я подошел к
товарищу Сталину, ои спросил:	,
— Что вы такой скучный?
Я ответил, что недавно похоронил Бряндинского.
Он отошел к товарищам: Молотову] и Ворошилову и что-то
им сказал. Вячеслав Михайлович встал и предложил почтить
память Героя Советского Союза Александра Матвеевича
Бряндинского.
☆
... Подготовка к полету в Америку шла полным ходом.
Я считал своим долгом лично следить за всей работой. Мне
па всю жизнь запомнились слова товарища Сталина, сказан-
ные им незадолго до старта из Москвы на Дальний Восток.
— Пока сами все не проверите, пока нс будете убеждены,
что все, до последнего винтика, действует безотказно,—нс
летайте. (
И товарищ Сталин добавил: •
— Мы потому так вам и доверяем, что знаем вы сами
проверите и «федусмютрите.
Дни шли за: днями. Однажды ночью меня снова вызвали
к телефону. Товарищ 11оскрсбышев сказал, что сейчас будет го-
ворить товарищ Сталин.
— Как ваши дела, товарищ Коккинаки? спросил Иосиф
Виссарионович.	•
— Ваше задание, товарищ Сталин, выполнено, показатели
получены.
103
Эго хороню,—ответил товарищ Сталин,—Что же, зай-
игге, поговорим. Нам нужно собраться вместе с вами.
Я сказал товарищу Сталину, что независимо от разреше-
ния полета в Америку нужно уже сейчас по-настоящему гото-
вить машину к полету.
— Л когда вы думаете лететь?—спросил товарищ Сталин.
Нужно, чтобы машина была готова к апрелю. Это зна-
чит—готовить сейчас.
— Хорошо,—ответил товарищ Сталин,—поговорим.
Принципиальное разрешение на подготовку к полету было
дано.
Незадолго до старта была создана особая правительст-
венная комиссия по перелету. 23 апреля 1939 года она осмо-
трела самолет и признала материальную часть готовой к старту'.
Комиссия сообщила свои выводы правительству СССР. Вечером
25 апреля я позвонил по телефону товарищу Молотову, доло-
жил о полной готовности самолета и экипажа и просил раз-
решения на вылет.
Вячеслав Михайлович спросил о состоянии погоды, поии-
тср<ч он 1.чся запасами горючего. Я ответил и выразил полную
уверенность, что экипаж сумеет выполнить задание.
Хорошо, я посоветуюсь с товарищами, -сказал Вяче-
слав Михайлович.
Через пять минут раздался звонок. Вячеслав Михайлович
сообщил, что он разговаривал с товарищем Сталиным и това-
рищем Ворошиловым: вылет разрешен.
— Желаем вам успеха и победы!—сказал в заключение
товарищ Молотов.
Как мы узнали по возвращении в Москву, товарищ Сталии
все время интересовался ходом перелета, требовал сообщения
о каждой радиограмме с борта самолета. Когда мы прибыли в
Нью-Йорк, полпред СССР в США передал нам поздравитель-
ную телеграмму. Она была подписана товарищами Сталиным
и Молотовым.
Мы были глубоко взволнованы вниманием руководителей
партии и правительства и в своей ответной телеграмме горячо
благодарили товарищей Сталина и Молотова за заботу и непре-
станную поддержку.
Когда экипаж «Москвы» вернулся в Москву, в нашу честь
был устроен прием в Кремле. Сначала мы сидели за общим
столом. Товарищ Сталии попросил членов экипажа пересесть
за правительственный стол, расспрашивал нас о подробностях
перелета, о наших дальнейших планах.
А планы у пас, у советских летчиков, простые: всемерно
крепить мощь и силу советской авиации. Советский Союз рас-
полагает лучшими в мире самолетами, замечательными ка-
104
драми авиационных конструкторов, летчиков, штурманов, ме-
хаников. Мы будем неустанно работать, повышая могущество
советской авиации, прокладывая в воздухе новые Сталинские
маршруты.
«г
За годы сталинских пятилеток наша авиации выросла и ста-
ла непобедимой. Конструкторы, авиастроители, в-тики, все
трудящиеся нашей страны с успехом поработали и.ц мм, чтобы
советские самолеты были лучшими в мире, летали да и.ше, выше
и быстрее всех. Центральный комитет партии и советское пра-
вительство не покладая рук работали и работают над укрепле-
нием отечественной авиапромышленности и военно-воздушных
сил. Товарищи Сталин, Молотов, Ворошилов повседневно зани-
мались и занимаются вопросами развития нашей авиации.
Грандиозная работа по строительству воздушного флота
дала замечательные результаты. Трудящиеся Советского Союза
отлично знают силу и мощь своей авиации. Успехи нашего
воздушного флота признаны во всем мире. Крупные специа-
листы и военные деятели капиталистических стран считают
воздушную армию СССР самой крупной, самой оснащенной,
самой современной.
Отличные качества советских самолетов, отвага и умение со-
ветских летчиков были неоднократно проверены на практике во
время различных перелетов и в боевой обстановке. В 1938 году
советские бомбардировщики дали поучительный урок япон-
ским провокаторам войны, посмевшим посягнуть на неприкос-
новенность границ пашей родины. Бомбовым огнем японские
укрепления были буквально подняты в воздух. Столь же победо-
носно действовала советская авиация и в боях на границе
далекой Монгольской Народной Республики. Происходившие
там воздушные сражения неуклонно заканчивались поражением
и разгромом японской авиации.
По всем показателям, характеризующим ударную силу,
летно-тактические данные авиации, боевую подготовку летных
кадров, мы имеем за последние годы стремительный рост, сви-
детельствующий о непрерывном прогрессе Военно-Воздушного
Флота СССР.
Исключительная роль в создании и развитии отечествен-
ной авиации принадлежит товарищу Сталину. Заглядывая да-
леко вперед, он определил генеральную линию развития со-
ветской авиации, пути, по которым опа должна итти. Он напра-
вил внимание конструкторов на решающие задачи, конкрети-
зируя свои указания по отдельным видам бомбардировщикам,
истребителям, легким самолетам.
/05
Я вспоминаю приезд товарища Сталина на один из москов-
ских аэродромов в 1932 году. Тогда мы летали на истребите-
лях последнего выпуска и восхищались их летными качествами.
А товарищ Сталин сказал:
— Эго ничего (он даже не сказал «хорошо».—В. К.), но
нам нужны не эти самолеты. Надо, чтобы самолет давал
400 километров в час.
Мы были поражены. Конструкторы сначала растерялись,
а потом засели за работу. Мы смотрели на них скептически.
А через полтора года я сам проводил испытания серийного са-
молета, обладавшего скоростью значительно выше 400 кило-
метров.
Товарищ Сталин обладает изумительной осведомленностью
во всех вопросах авиационного дела. Он разбирается во всех
тонкостях самолетостроения, пилотирования, применения той
или иной машины. Мы нс раз убеждались в том, как огромны и
глубоки знания товарища Сталина в авиации. Притом эти
знания у него сочетаются с величайшей смелостью мысли.
В 1935 году товарищ Сталин приехал на Центральный
аэродром имени Фрунзе. Там ему был представлен известный
конструктор II. II. Поликарпов.
— Над чем собираетесь работать?-спросил его товарищ
Сталин.
Поликарпов подробно изложил свои планы. Внимательно
выслушав инженера, товарищ Сталин сказал:
— А вы нам построите скоростную машину...
И товарищ Сталин тут же очень конкретно охарактеризовал
летные качества будущей машины, ее скорость, потолок и дру-
гие особенности, наметил срок выполнения задания. Его пред-
ложение показалось присутствовавшим при беседе конструкто-
рам неосуществимым, настолько oiro было смелым, рушившим
привычные традиции конструкторского дела. А через некоторое
время мы имели нс одну, а несколько машин такого типа,
построенных различными конструкторами.
Подобные указания товарищ Сталин давал но от случая
к случаю, а систематически, ежедневно, ежечасно направляя
развитие нашей авиационной промышленности. Очень часто
в Кремле устраиваются при непосредственном участии товарища
Сталина совещания, посвященные авиационному строительству.
Они носят всегда очень конкретный характер. Выступления
товарища Сталина на этих совещаниях всегда чрезвычайно
четки, ясны и значительны.	<
Отлично зная состояние авиационного парка, возможности
каждого авиационного завода, нужды и потребности авиации,
товарищ Сталин не раз и не два преподал нам урок умного
и дальновидного использования всех имеющихся в нашем
106
распоряжении возможностей. Па одном совещании нужно было
решить вопрос о тине самолета определенного назначения
для Военно-Воздушного Флота. Высказываниям не было конца.
Говорили о новых машинах, о проектах, о вооружении. Когда
нее вдосталь наговорились, товарищ < ।пни взял слово и вы-
сказался за изменение конструкции одною и* существующих
самолетов и тут же наметил, в каких он иуждлск я переделках.
Он определил и количество вооружения, разъяснив, почему
нужно именно столько, а не больше и не меньше. Ike свои
предложения товарищ ('.талин весьма убедительно обосновал,
и все участники совещания согласились, что нам нужен именно
этот самолет и именно с таким вооружением.
Товарищ ('.талин очень ценит опыт летчиков, конструкторов,
всех работников авиации. Поэтому он так часто нас созывает.
На совещаниях он вначале молчит, внимательно слушает все
выступления, а затем в конце резюмирует, делает выводы,
обобщает отдельные замечания, высказывает свои предло-
жения. Припоминаю одно совещание, посвященное авиацион-
ным моторам. Речь шла о моторах определенной мощности.
Каждый из выступавших говорил о своих нуждах. Одному
нужен был звездообразный мотор, другому—с водяным охла-
ждением, третьему—двухрядная звезда. Товарищ Сталии вы-
слушал всех, а затем выступил и подвел итоги, увязав воедино
потребности военной, гражданской и осоавнахимовской авиа-
ции, учитывая возможности наших моторостроительных за-
водов.
Исключительное внимание товарищ Сталин уделяет орга-
низации самого производства на авиационных заводах. От-
лично представляя весь производственный процесс, он дал
нашей авиапромышленности ряд чрезвычайно ценных указа-
ний. Товарищ Сталин большой сторонник механизации труда,
производственной культуры, чистоты отделки. Часто повторяя,
что «в авиации не существует мелочей», он и нас и производ-
ственников учит работать так, чтобы па всех участках дело
шло хорошо, чтобы нигде ничего не заедало, чтобы все было
сделано добротно, надежно, прочно. В сферу его внимания
попадают даже такие как будто бы сугубо специальные во-
просы, как качество авиационного масла. Л ведь даже многие
из наших летчиков не знают, на каком масле они летают.
Несмотря на все успехи нашей авиационной промышлен-
ности, товарищ Сталин далеко нс пристрастен. Он чрезвычайно
объективно оценивает и наши достижения и нашу отсталость
в том или ином вопросе. Он все время учит нас не зазнаваться.
Постоянно следя за развитием авиационной промышленности
в Европе и Америке, товарищ Сталин всегда указывает нам
на то, что мы можем взять из зарубежного опыта.
107
Во прем» приема на даче у товарища Молотова товарищ
( । «с пристрастием» допрашивал М. М. Громова и
С. Л. Данилина о том, что они видели за границей во время
своей последней поездки на конференцию Международной
авиационной федерации.
Только говорите на чистоту, не скрывая, предупредил
он товарищей.
Его интересовало все—данные о самолетах, их летные
качества, маневренность, развитие легкой авиации, процесс обу-
чения пилотажу, самолеты переходного типа. Данилин вскользь
упомянул, что видел самолет с предкрылками (особое устрой-
ство впереди крыла, уменьшающее посадочную скорость).
Товарищ Сталин спросил:
— Почему у нас не занимаются этим делом, а если за-
нимаются, то почему не летают на таких самолетах?
Л ведь далеко не все летчики знают о том, что такое
предкрылки и в чем их польза.
Эту беседу товарищ Сталин закончил такой фразой:
Нам нужно добиться, чтобы наши самолеты были во
сто краг лучше । и р.шичных. Если будут в десять раз—этого
нам мало.
Неизмеримо внимание товарища ('.талина к воспитанию
авиационных кадров. Народ называет нас сталинскими соко-
лами, и в это вложена оценка той исключительной заботы,
которую товарищ Сталин проявляет о советских летчиках.
Оп всемерно добивается, чтобы в советской авиации были
нс только рекордсмены, а чтобы все летчики летали отлично,
знали материальную часть, умели взять от машины все, что
опа может дать. Современная авиационная техника—техника
больших скоростей и сложного хозяйства—требует отлично
подготовленных людей, идущих в ногу с этой техникой. Но
кроме летного мастерства наши летчики должны обладать не-
которыми другими качествами. Лучше всего это выражено
в словах товарища ('талина: «Летчик—это концентрированная
воля, характер, умение итти па риск». Вот эти качества
товарищ Сталин неустанно воспитывает у всех работников
советской авиации.
Товарищ Сталин любит летчиков. Мы чрезвычайно гор-
димся этим. Я помню, как. выступая на приеме в Кремле де-
путатов первой сессии Верховного Совета СССР, товарищ
Сталин сказал:
— Грешен, но должен признаться, что я люблю летчиков.
Если я узнаю, что какого-нибудь летчика обижают, у меня
прямо сердце болит. За летчиков мы должны стоять горой.
Если надо,—я, как тигр, готов защищать наших летчиков.
Заботу, внимание к людям авиации проявляет товарищ
юя
Сталин ежечасно. Можно было бы принести десятки и сотни
примеров этой заботы. Жизнь каждого летчика для него до-
рога и неоценима. Всем известно высказывание товарища
('талина в разговоре с Валерием Наиловичем Чкаловым.
Товарищ Сталин спросил его:
— Почему вы не пользуетесь парашютом, а обычно ста-
раетесь спасти машину?
Чкалов ответил, что, летая на опытных, очень ценных
машинах, летчик считает нужным сделать все для того, чтобы
в случае аварии спасти самолет.
— Ваша жизнь дороже нам любой машины, сказал
товарищ Сталин.
Я не раз слышал, когда речь шла о каком-нибудь новом
самолете, неизменный вопрос товарища Сталина: а как обеспс
чей экипаж в случае аварии? И, не довольствуясь общим
ответом, он спрашивает конкретно: куда выпрыгнет штурман,
как спасутся пилот, стрелок? Однажды товарищ Сталин
осматривал модель машины, сконструированной инженером
С. В. Ильюшиным. Когда конструктор закончил объяснения,
Иосиф Виссарионович спросил:
— А как вы обеспечили возможность экипажу покинуть
самолет в случае аварии в воздух»?
После ответа товарищ Сталин заметил, что для человека,
находящегося в задней кабине, нужно обеспечить возможность
более быстрого выбрасывания, и предложил расширить нижний
люк. Указание товарища Сталина было немедленно выполнено.
Ильюшин долго после этого разводил руками:
' — Как же я, конструктор, такой простой вещи не со-
образил?
Мне вспоминается случай из моей личной практики. Как-то
в высотном полете у меня отказал кислородный прибор.
Я успел быстро снизиться, не потеряв сознания. Об этом стало
известно товарищу Сталину. Когда я обратился к нему с
просьбой разрешить очередной рекордный высотный полет,
товарищ Сталин спросил меня:
— А как у вас с кислородным прибором? Нужно назначить
специальную комиссию, которая должна все проверить перед
вылетом.
Тщетно пытаясь сообразить, откуда товарищ Сталин узнал
об этом случае, я ответил, что будет всею надежнее, если
все проверю сам.
— Хорошо,—сказал товарищ Сталин, только проверьте
все как следует.
Забота о людях у товарища Сталина всегда на первом
плане. Во время физкультурного парада 21 июля 1938 года
Папанина, Громова и меня неожиданно пригласили подняться
109
па левое крыло мавзолея. Там находились члены правитель-
< nia но главе с товарищем Сталиным. На площади проходили
выступления спортсменов. Товарищ Сталин вдруг подозвал
руководителя парада и спросил:
Как приняли приехавших фнзкультур1шков?
Гот ответил, что приняли хорошо, дали помещение.
— Ну да, помещение!—иронически сказал товарищ Сталин.—
Ясно, не на улице люди ночуют. Я спрашиваю: как поместили,
как обслуживают, как кормят, что им показывают?
Руководитель парада ответил, что все хорошо. Товарища
Сталина, однако, этот ответ не удовлетворил.
— Все хорошо, а потом окажется, что плохо,—сказал он.—
Проверьте все! Надо, чтобы люди находились в хороших
условиях, чтобы их хорошо обслуживали, чтобы они были
всем довольны.
Товарищ Сталин любит летчиков, бережет, лелеет, делает
для пас все, по требует, чтобы и мы делали все для народа,
росли, учились, не зазнавались, были скромными и простыми
людьми. Он очень высоко ценит скромность. На приеме в
Кремле зимовщиков дрейфующей станции «Северный полюс»
был поднят тост за Героев Советского Союза, в том числе
за Василии Сергеевича Мошкова.
Товарищ Сталин взял слово. Он сказал:
— Молоков—один из героев скромных и простых, кото-
рый боится шума. Я пью за товарища Молокова не только
потому, что он герой, а потому, что он скромный, простой
человек, не т^бующий большого блеска.
Особенно хочется сказать о внимании, которое проявляет
товарищ Сталин к перелетам советских летчиков. По сути
дела он душа каждого перелета. У него начинается и у него
кончается всякое такое дело. Он обсуждает вместе с экипа-
жем все детали предстоящего рейса, поправляет нас, советует.
Иногда одним словом он даст повое направление и новый
смысл всему перелету. Так был, например, дан Сталинский
маршрут Чкалову, Байдукову и Белякову: Москва—11етро-
павловск-па-Камчатке. Этот маршрут был поистине мечтой для
летчика. Задача была тесно связана с ростом и развитием
советской авиации, с дальнейшим наступлением на Север,
с завоеванием новых пространств.
В распоряжение летчиков, готовящихся к дальнему пере-
лету, предоставляется все: средства, материальная часть, кон-
сультанты, технический персонал. Только в Советской стране
возможно такое положение. Если нам нужен один запасный
мотор, нам дают пять. Если нужна тонна бензина—дают
десять. Если нужна одна метеосводка в день—ими засыпают
с утра до ночи. И так во всех отношениях.
ПО
Товарищ Сталин целиком доверяет летчикам. Он доверяет
нам самим решить о сроке вылета, о готовности самолета,
о том, подходит или не подходит погода. Когда мы готови-
лись к перелету на Дальний Восток, юнаршц Сталин нам
сказал, что решение о вылете должны принять мы сами,
командовать с земли нами в воздухе никто нс будет, все ре-
шения во время полета мы должны приннм иь < ижк -гоятслыга.
И вполне понятно, что, чувствуя такое i«vion i.imioc дове-
рие, летчики стараются сделать все отлично, оправдать это
доверие, находят в себе новые и новые силы, чтобы выпол-
нить порученное дело.
Я не знаю, спит ли товарищ ('.талин в то время, когда
идут перелеты. Думаю, что спит очень мало, ибо знаю, с каким
волнением следит он за ходом полета, интересуется каждой
деталью, каждой мелочью. Любая радиограмма с воздуха
немедленно докладывается товарищу Сталину. Каждый час,
непрерывно oil в курсе всех событий. Л когда перелет кон-
чается успешно, товарищ Сталин радуется вместе с нами и
даже больше нас. Он вызывает нас к себе, расспрашивает о
подробностях перелета, интересуется нашими впечатлениями,
заставляет рассказывать о самочувствии, заботливо спрашивает,
не устали ли мы, не нуждаемся ли в чем-нибудь.
Советскио летчики платят товарищу. Сталину, за любовь
неизбывной любовью. Для нас нет ничего дороже, чем Сталин.
За него, за его идеи, за его правду мы готовы итти в огонь
и в воду’, готовы биться с любым врагом. Советская авиация,
воспитанная, взлелеянная Сталиным, стоит вокруг Сталина,
вокруг большевистской партии стальной стеной.
Нет в мире такой силы, которая могла бы покачнуть не-
сокрушимую стену советской авиации. Но первому кличу, раз-
давшемуся из Кремля, со всех концов нашей любимой родины
поднимутся в воздух тысячи и тысячи грозных боевых машин,
тысячи и тысячи сталинских летчиков, готовых сражаться, ра-
зить и побеждать.
И. Гудов
Депутат Верховного Совета СССР
<г
ОН ЗОВЕТ НА ПОДВИГИ ПЕРЕД РОДИНОЙ
К
1 К. "|да я iiciioMiin.no о счастливых днях встреч с товарищем
Сталиным, когда я думаю о товарище Сталине, мне всегда
iiciioMiiitaioicH слова Валерия Чкалова:
— В богатом, многообразном русском языке нет другого,
более глубокого, более теплого слова, чтобы выразить наши
чувства, чем слово Сталин!
Это он вызвал к жизни мощное стахановское движение,
воспитывал и учил стахановцев, помогал ломать сопротивле-
ние врагов и маловеров—он, великий преобразователь жизни,
наполнивший наше существование радостью и довольством.
Как и многие люди моего поколения, я вырос вместе со
своей страной.
Глухая деревушка в Калужской губернии. После смерти
отца остался только разоренный двор. Чтобы прокормить меня,
мать ходила по деревням и просила милостыню.
Сильно печет летнее солнце. На улицах—ни души. У раз-
валившегося сарая в тени лежит собака и, высунув язык,
тяжело дышит. Маленький дом наш покривился. Старая дран-
ка на крыше местами вывалилась—это сверху, с дороги, маль-
чишки и пьяные швыряют иногда камнями. Трава покрыта
пылью.
Внизу, в овраге, где находится наш дом, особенно душно.
Ручей пересох, и вдаль его русла стоят зеленые лужи. Я на
пороге дома жду мать. Мне очень хочется есть, а се все нет...
Только вечером на дороге показался человек. Это мой двою-
родный брат—большой, суровый mjokhk. Посмотрел он на наше
хозяйство, вздохнул, положил руку мне на голову и сказал:
— Эх ты, сиротинка...
112
— Л мать где?
— Матери теперь нет... Ее завтра хоронить будем. Идем,
пока будешь жить у меня.
Сел я на землю’ и заплакал...
Так началась жизнь... Впереди меня ждя ш лишь постоян-
ные лишения, каторжный труд...
Но в стране происходили великие события. Они ломали
веками установившийся уклад деревенской жизни. Вонна по-
дошла к самой околице сёла, разделила людей на апл враждую-
щих лагеря. В это время я получил жизненный урок, который
помог мне разобраться в событиях.
Батрачил я у кулака за Тулой. К Орлу приближались те-
никинцы. Советские войска отступали по всему фронту. Мы
с сыном хозяина поехали пасти лошадей. Стояла осень. На
дорогах—непролазная грязь. Мы п|юбирались вдоль опушки
леса. Я хорошо ездил верхом и всегда садился на лучшую
лошадь.
Из леса показались красноармейцы. Они ехали молча. Ло-
шади были усталые, истощенные.
Подъехали ближе, остановились отдохнуть. Закурили. Дали
и нам по папироске. Один из бойцов говорит мне, как стар-
шему:
— Ну, что ж, пацан, давай меняться. Мы с Деникиным
воюем—нам кони справные нужны. А у вас дома и эти, когда
откормятся, хо|хнпо работать будут.
Я подумал и сказал:
— Давай.
А сын хозяина ускакал в сторону...
Когда кулак увидел клячу, у него руки затряслись. По-
валил он меня и начал бить ногами по лицу, в живот, в
СПИНА’.
Только к вечеру я очнулся и убежал со двора...
Беспризорничал. Затем поступил работать на торфоразра-
ботки. Тут увидел я, что все вокруг учатся, люди растут
па глазах. Ушел в город, поступил па работу. Комсомол был
моим воспитателем.
Ночь, тишина. Кругом все спят. Только в моей маленькой
комнате горит огонь. До самого угра сидим мы здесь с комсо-
мольцем Васей Тарасовым занимаемся, готовимся на рабфак.
И дела пошли успешно. Комсомол послал меня на прорыв-
ной участок—работать воспитателем в детскую колонию.
Ребята не доверяли воспитателям, не умевшим подойти к
ним, и отношения установились неважные, почти враждеб-
ные. Я сумел поладить с ними—был «свой». Организовал ком-
сомольскую ячейку, наладил учебу. Л сам учиться перестал:
не было времени.
5 Сборни*
из
По очень трудно было вначале. Помню один случай. Решил
я ноши. ребят в город без охраны. Поехал в первый раз. При-
шли на вокзал, а они все и разбежались. Я испугался. Но
билеты все же купил. Сижу, жду, а у самого на душе кошки
скребут. Смотрю—по одному собираются. Ни один нс убежал.
Меня назначили заведующим колонией. Я рос как органи-
затор, но нехватало культуры, нужно было учиться. Переехал
в Москву и поступил чернорабочим на завод.
Гигант советского станкостроения, один из первенцев
первой пятилетки, завод имени Орджоникидзе поразил меня.
Огромные, светлые цехи, сложнейшее оборудование, зеленый
заводской двор, аллеи больших деревьев, клумбы с цветами,
фонтаны, скамейки, волейбольная площадка...
Рабочие боролись за освоение новой техники. Жизнь во-
круг меня кипела. Хотелось работать лучше и быстрее.
Учился на курсах фрезеровщиков. Ни разу не опоздал
на урок, не пропустил ни одного дополнительного занятия.
Кончил па «отлично».
Наконец, встал к станку. Он еще плохо слушался меня,
но давно работающие, опытные рабочие помогли. И дело по-
шло. Я становился специалистом, и чувство радости охваты-
вало меня. Продолжал изучать станок, старался давать только
отличную продукцию.
Вскоре заметил, что работать можно быстрее. Попробо-
вал ускорить вращение фрезы—дело идет успешнее, увеличиваю
подачу—станок работает нормально. Перешел на ночные смены
и в спокойной обстановке ночной работы продолжал опыты.
Я уже начал ставить по две фрезы вместо одной.
Но выступить открыто с сообщением о своем открытии
боялся. Тогдашние руководители завода, впоследствии разобла-
ченные враги народа, создали тяжелую обстановку на пред-
приятии.
Однажды, возвращаясь с завода домой, в село Семенов-
ское, купил, как обычно, «Правд}'». Прилег отдохнуть и рас-
крыл газету. Там была напечатана речь товарища Сталина
на выпуске академиков Красной Армии. Чем дальше я читал,
тем больше поражался. Встал с постели, прочел еще раз и
еще раз. О людях, оседлавших технику, о кадрах, которые
решают все,—вот о чем говорил Сталин.'
Долго ходил по комнате, думал над его словами н решил:
буду работать еще лучше, а там посмотрим.
И продолжал свои опыты. Выработка росла.
В сентябре загремел Стаханов. Старые нормы взлетели на
воздух. Но на нашем заводе стахановцев еще не было. Зато
были разговорчики: «Станки делать—эго тебе не уголь копать!»
Я решил установить рекорд.
114
Готовился к нему в одиночку. Много раз проверял. Достал
пи- фрезы.
Работал ночью. Обрабатывал дефицитнейшую деталь, за-
держивающую сборку. Сделал восемь норм, i до смены еще
далеко. Станочек убрал, он блестит, все inicipyMciiru лежат на
месте.
Приходит мастер:
— Здравствуй. Почему нс работаешь?
— Сделал все детали.
— Л контролер принял?
— Принял на «отлично».
— А станок работает?—включает станок все в порядке,—
Ничего не понимаю.
И он ушел от меня.
Секоре о рекорде узнал весь завод. Ко мне шли из всех
цехов. Удивлялись, расспрашивали, допытывались, как я ра-
ботал. Я рассказывал как мог. Рабочие увидели, что и у нас
возможны стахановские темпы. Закипело на заводе. Каждый
день приносил все новые и новые успехи.
После октябрьских праздников вызвали меня в заводо-
управление. Там была в полном сборе вся администрация.
Чувствовалось смятение, переполох. Говорят мне:
— Завтра тебе нужно быть у товарища Орджоникидзе...
Кое-кто из растерявшихся администраторов даже намекает,
о чем нужно говорить и о чем не следует.
В тот день у Серго на совещании собрались первые
стахановцы. Когда очередь дошла до меня, я рассказал о
всех неполадках на заводе. Директор наш сидел бледный,
как полотно. Товарищ Орджоникидзе обрушился на него и
предложил немедленно убрать с завода саботажников.
В конце совещания Серго сказал:
— Завтра мы все пойдем к товарищу Сталину.
Я был поражен. Моя заветная мечта увидеть когда-нибудь
близко товарища Сталина, услышать его голос должна была
неожиданно осуществиться.
В памятный день—14 ноября я встал очень рано. Моросил
осенний дождь, но на душе у меня было радостно по-весеннему.
I кипел на завод, за два часа дал три нормы и уехал на сове-
щание. Это было первое Всесоюзное совещание стахановцев.
Зал сверкал огнями. Тысячи людей ждали Сталина. Откры-
лась боковая дверь, и он вошел вместе с членами Политбюро.
Я не спускал с него глаз. Вот ои набивает трубку, пово-
рачивается и внимательно слушает выступающих.
Товарищ Сталин выступил в конце совещания.
В зале наступила тишина. Он говорил ровным, спокой-
ным голосом. Его слова производили огромное впечатление,
!•
115
•апомннались навсегда. Много раз мне казалось, что товарищ
Сталин говорит обо мне—следил за моей жизнью и вот
анализирует ее.
Самос сокровенное было выражено в простых и удиви-
тельно верных словах:
Жить стало лучше, товарищи. Жить стало веселее.
Л когда весело живется, работа спорится.
В конце речи товарищ Сталин сказал:
— Что вы, «щены настоящего совещания, кое-чему поучи-
лись здесь, на совещании, у руководителей нашего правитель-
ства,—этого я не стану отрицать. Но нельзя отрицать и того,
что и мы, руководители правительства, многому поучились у
вас, у стахановцев, у членов настоящего совещания’ Так вот,
спасибо вам, товарищи, за учебу, большое спасибо!
Удержать чувства нельзя было. Они вырвались наружу и
вылились в овацию.
Совещание окончилось, но мы не расходились. Кто-то
запел:
«Широка стран.। моя родная!..»
Песик» подднатил товарищ Жданов. Товарищ Ворошилов
дирижировал... Вместе с нами пел и товарищ Сталин. Он позвал
в зал членов I !олитбю]>о. Товарищ Жданов запевал.
Возвращаясь в этот день домой, я думал о своей жизни,
о товарище Сталине.
«Моя судьба,—думал я,—это судьба множества людей на-
шей страны. Что я особенного сделал? Я только честно тру-
дился. Старался все силы отдавать работе. Мне помогали,
учили, воспитывали. И вот теперь высоко оценили меня. Толь-
ко у нас в Советском Союзе, где люди самый ценный капитал,
может так вырасти человек».
Прошло несколько дней. Пришел утром на завод—меня
сразу окружили рабочие. Поздравляют с награждением ор-
деном.
— Сегодня, Иван Иванович, утром по радио об этом со-
общали.
Я ничего не понимаю. Решил, что эго шутка. Начал ра-
ботать. Подходит начальник цеха с газетой:
— Вот, читай!
Прочитал—и все-таки не верилось. Но в газете была фо-
тография. Посмотрел, вижу—похож...
Во время вручения орденов стахановцам в зал заседания
Президиума ЦИК СССР вощел товарищ Сталин.
Серго подозвал меня и повел знакомиться.
— Это тот самый Гудов,—сказал он,—который выполнил
норму на 1430 процентов.
Сталин внимательно посмотрел на меня и сказал:
116
i
— Молодец!	w
Я сильно смутился, не знал, что ответить...
Через некоторое время, на приеме и Кремле, я снова
увидел товарища Сталина. Товарищ Молотов поднял тост за
меня, за мои достижения. Я проси» растерялся. Спас меня
товарищ Булганин. Он сказал:
— Иди к Сталину.
Иосиф Виссарионович чокнулся со мной, улыбнулся:
— За новые успехи!
Эти слова я запомню на всю жизнь: никогда не успокаи-
ваться, добиваться все новых и новых успехов.
Во время выборов в Верховный Совет СССР на общеза-
водском митинге рабочие выдвинули мою кандидатуру. Пред
ложеннс поддержали Московский металлопрокатный 'завод и
завод «Станкоконструкция >. Я был кандидатом сталинского
блока коммунистов и беспартийных от Ленинского района.
За всю свою жизнь я не пережил так много, как за время
избирательной кампании. Избиратели на собраниях встречали
меня с исключительной теплотой. Их наказы сводились к
одному:
— Мы верим, что вы будете крепко держать знамя партии
Ленина—Сталина!
В дни подготовки к выборам я готовился к новому ре-
корду'. Я дал обещание товарищу Сталину выполнить норму
па 2500 процентов.
И вдруг слышу утром по радио: фрезеровщик-стахановец
«Красного пролетария » товарищ Нестеров выполни! норму на
3313 процентов. Я поехал на завод. Осмотрел детали—вижу,
работа чистая, сделана хорошо. Поздравил его.
Никита Сергеевич Хрущев после этого, выступая на одном
собрании, сказал:
— Товарищ Гудов приветствует товарища Нестерова, а
самого, понятно, червячок внутри точит. Но борьба не окончи-
лась, и Гудов перекроет, в этом нет сомнения.
В день рекорда в цех приехал Никита Сергеевич. Когда
я кончил смену, то оказалось, что план выполнен на1 4 582 про-
цента.	.
И это было не самое высокое перевыполнение мною норм —
после выборов я выполнил план на 9050 процентов.
Избирательная кампания была для меня политической шко-
лой. Многие прежние мысли и взгляды мои яснее определились.
Я подал заявление воспитавшей меня партийной организации
завода о приеме в партию.	'
В этот период самое яркое, на всю жизнь не забываемое
впечатление у меня осталось от выступления товарища Сталина
на митинге избирателей Сталинского'округа в Большом театре.
117
Пришел заблаговременно. Встретил там всех кандидатов
н депутаты от города Москвы. Меня избрали в президиум.
Чтобы лучше видеть и слышать товарища Сталина, я занял
крайнее место—ближе к трибуне.
Огромный зал, сверкающий золотом и красным бархатом
лож, залитый ярким светом многоярусных люстр, полный на-
роду, затих. Все ждали.
На сцену вышел товарищ Сталин. Хрустальные подвески
у люстр задрожали от взрыва аплодисментов и криков «ура».
Товарищ Сталин начал говорить, и сразу все смолкло.
В театре тихо. Стараюсь запомнить каждое слово, каждый
жест. Ведь это он говорит и обо мне и о моих обязанностях,
как будущего депутата, перед народом...
Товарищ Сталин говорит:
— Со своей стороны я хотел бы заверить вас, товарищи,
что вы можете смело положиться на товарища Сталина...
У меня мелькает мысль: «Сумею ли я оправдать надежды
избирателей? Буду ли я по-сталински тверд и решителен?»
Я гляжу на товарища Сталина, вижу его спокойное,
oi крытое лицо, и полна радости залипает мне грудь.
Да1 Нод руководством Сталина оправдаю. Я жизнь от-
дам за партию, за Сталина, за родину, за прекрасное будущее!
Товарищ Сталин закончил. Избиратели устраивают своему
кандидату бурную овацию. Аплодисменты и крики не смол-
кают и нарастают все сильнее. Кажется, что они несутся и
из-за стен театра—с заснеженных площадей столицы, где у
репродукторов большие толпы с напряженным вниманием слу-
шали речь; что они несутся с необъятных просторов Советского
Союза—из городов и сел всей нашей великой родины.
Этот вечер дал мне несказанно много. У меня как-то все
прояснилось. Я теперь знал, в чем основа моей будущей дея-
тельности, знал, чего ждет от меня советский народ, чего
ждет от меня товарищ Сталин...
В день выборов из избирательных участков моего округа
мне по телефону сообщали о ходе выборов. А я с нетер-
пением ждал сообщения из 58-го участка, помещавшегося в
клубе Свердлова в Кремле...
Позвонили только вечером, сообщили, что в 6 часов 50 ми-
нут проголосовали товарищи Сталин, Молотов, Ворошилов.
У меня вырвался вопрос:
— Сталин голосовал за меня?!
Голос в трубке спокойно ответил.
— Голосование тайное...
Мне посчастливилось и еще несколько раз встретиться
с товарищем Сталиным. На XVIII партийном съезде, где
я был самым молодым членом партии (меня приняли в марте
J18
1939 года), я слышал его исторический доклад о работе Цен-
трального комитета партии.
При каждой ветренее товарищем ( i.i.ihiiijm я всегда под-
мечал, даже в мелочах, его постоянную заботу, его особую
любовь к людям.
Помню встречу на Московском аэродроме Валерия Чкалова
после знаменитого перелета по Сталинскому маршруту. Не
успел самолет остановиться- к нему водкаiпл з машина, н на-
встречу изумленному Чкалову вышел товарищ Ciintii. Он
быстро подошел к смелому летчику, крепко обнял и расцело-
вал его...
После одного из выступлений товарищ Жданов сошгл с
трибуны усталый, на лбу’ у него выступил пот. Товарищ
Сталин подошел, достал платок и вытер ему лоб...
На внеочередной пятой сессии Верховного Совета СССР
выступали члены полномочных комиссий народных собраний
Западной Украины и Западной Белоруссии. Когда делегаты
поднимались на трибуну, товарищ Сталин первый вставал и
стоя приветствовал посланцев освобожденных от панского ига
братьев украинцев и братьев белоруссов...
Вся моя жизнь является иллюстрацией сталинской заботы
о человеке в нашей стране. Вчерашний чернорабочий за год
сделался квалифицированным (фрезеровщиком, за стахановский
труд награжден орденом Трудового Красного знамени. Энер-
гично принявшись за учебу, через пять лет я оказался на
втором курсе Промышленной академии, выпускающей инжене-
ров. В научном обществе инженеров-машиностроителей меня
избрали заместителем председателя Оргбюро. Так в Советском
Союзе стираются грани между умственным и физическим
трудом.
Каждая сталинская речь, каждая его статья укрепляют у
людей нашей страны веру в свои силы, зовут на подвиги во
имя социалистической родины, на борьбу за построение ком-
мунистического общества, за светлое будущее человечества.
Л. Байков
Академик
•it
ВЕЛИЧИЕ ГЕНИЯ
^чиадцать пятого ноября 1936 гола открылся Чрезвычайный
VIII Всесоюзный съезд сонетов. Первое заседание было на-
значено в пять часов вечера в Большом зале Кремлев-
скою дворца. Было известно, что на этом заседании товарищ
Сталин выступит с докладом о проекте Конституции Союза
Советских Социалистических Республик.
Задолго до начала заседания делегаты VIII съезда начали
собираться, и в 4 часа Большой зал Кремлевского дворца
был уже полон. Настроение у всех было приподнятое, возбу-
жденное и радостное—все с нетерпением ожидали выступления
товарища Сталина, которое должно было явиться величайшим
событием в мировой истории. Мне также выпало великое
счастье и великая честь присутствовать на этом съезде в ка-
честве ленинградского делегата, и я, так же как и другие
делегаты, чувствовал себя глубоко взволнованным.
Товарища Сталина я уже встречал на VII Всесоюзном
съезде советов, но речей его и выступлений мне никогда нс
приходилось слышать, и я с нетерпением ожидал его доклада,
посвященного вопросу величайшей важности и исключитель-
ного значения для всего человечества.
Настроение присутствующих с каждой минутой поднима-
лось все более и более, и, когда в президиуме появился товарищ
Сталин в сопровождении Молотова, Калинина, Ворошилова,
Орджоникидзе, Кагановича и других членов правительства,
в единодушном порыве все делегаты встали и восторженными,
бурными овациями выразили волнующие их чувства и свою
преданность товарищу Сталину.
120
Долго не смолкали шумные овации и горячие приветствия
товарищу’ Сталину, и немало прошло н|н*менн, прежде чем
собрание успокоилось и М. 11. Калинин moi mкрыть заседание.
После вступительного слова товарища Калинина были про-
изведены выборы президиума съезда и машиной комиссии,
утвержден порядок дня и регламент съезда. Наконец, настал дол-
гожданный момент—на трибуну' взошел Иосиф Вша арионович
Сталин, появление которого было встречено еще более бурной
и еще более продолжительной овацией, чем вначале.
Наконец, наступила тишина, и товарищ Сталин начал свой
исторический доклад.
доклад продолжался ровно два часа: он начался в 5 часов
40 минут и окончился в 7 часов 40 минут.
С неослабным вниманием VIII съезд слушал товарища
Сталина, который захватывал слушателей все более и более.
Ike боялись проронить даже слово. Чувствовалось, что пере-
живаешь такие минуты, каких еще никогда не приходилось
переживать и которые никогда никем не будут забыты. Все
были возбуждены, взволнованы, потрясены, и только один
товарищ Сталин сохранял полное спокойствие, просто, ясно
и проникновенно раскрывая существенные особенности самой
демократической в мире Конституции, глубину ее социалисти-
ческого содержания и се величайшее историческое значение,
Конституции, впервые осуществляющей давнишние заветные
мечты лучшей части человечества.
Простота, строгая логика и последовательность изложения,
отсутствие бьющих на эффект ораторских приемов характери-
зуют речь товарища Сталина с внешней стороны; глубина про-
никновения в самое существо каждого разбираемого вопроса,
красота и правда высказываемых принципов и идей, неотра-
зимая уверенность и непоколебимая воля к осуществлению
их характеризуют внутреннее содержание доклада товарища
Сталина, в каждом слове которого чувствовались сила и ве-
личие, присущие только гению.
Трудно выразить словами тс переживания, которые испы-
тал я, как и все другие делегаты, в этот великий, исторический
день. Трудно описать ту бурю восторженных оваций и при-
ветствий, которая поднялась по окончании доклада и которая
в порыве единодушного восторга разрешилась пением «Интер-
национала», исполненным всеми участниками съезда. Этот депь
навсегда запечатлелся в моей памяти, как день, когда я был
участником величайшего исторического события мирового зна-
чения.

М. Литвиненко-Вольгемут
Народная артистка СССР
*
В ДРУЖЕСКОЙ БЕСЕДЕ...
м
ХтЛарт 1936 года. Киевский Академический театр оперы
и балета приехал на украинскую декаду в Москву. Яркая, неза-
бываемая встреча с Иосифом Виссарионовичем Сталиным.
Когда во время первого спектакля «Запорожец за Дунаем»
мы, участники спектакля, увидали товарища Сталина, не было
границ нашему восторгу и радости. Не забыть мне необычайной
приветливости товарища Сталина. Ближе я видела и разговари-
вала с Иосифом Виссарионовичем, когда наш коллектив и много
гостей были на приеме в Кремле. Замечательно радушно мы
были там встречены. Беседы с Иосифом Виссарионовичем, его
необычайно меткие замечания, реплики, необыкновенная память
приводили меня в восторг.
Через несколько дней нас, несколько человек, пригласили
в гости к Клименту Ефремовичу Ворошилову. Там мы встре-
тились снова с товарищем Сталиным. В дружеской беседе
больше узнаешь людей, а ведь здесь был наш замечательный
человек -вождь всего прогрессивного человечества, и он так
прост, как может быть только великий человек. Здесь же
я расхрабрилась и попросила у. товарища Сталина фотокар-
точку, в чем мне не было отказано. С чудной, необычайно
теплой улыбкой Иосиф Виссарионович подарил мне ее со
своим автографом. Позже, через два-три часа нас увезли на
дачу к товарищу Сталину. У себя дома товарищ Сталин при-
нимал нас, как радушный хозяин. Внимательность его грани-
чила с отеческой заботливостью.
Не забуду я те минуты, когда товарищ Сталин с группой
товарищей из Грузии пел грузинскую песню. Поздно мы рас-
/22
ходились, а Иосиф Виссарионович все нас удерживал, пред-
лагая еще посидеть. Необычайной притягательной силы у
товарища Сталина его мягкая, изумительная улыбка.
В декабре 193G г. я была выбрана делегатом Чрезвычай-
itoro VIII съезда советов. Здесь впервые я видела Иосифа
Виссарионовича в деловой обстановке и что же? Он снова
прост, велик. Все мы помним его замечатгльный доклад. Я была
выбрана в числе 220 в редакционную комиссию, ho заседание
вел сам товарищ Сталин. Он вел его просто, непринужденно,
по-деловому, но вместе с тем и не сухо, по-офнцпальному.
В каждом слове, реплике его чувствовался учитель, отец, за-
ботящийся о благе своего народа. Мы все были очарованы ной
обстановкой.
Для меня самое трогательное было то, что товарищ Сталин
всегда здоровался со мной, когда мы заседали на съезде, -он
в президиуме, а мы, и я в том числе, внизу (я в четвертом
ряду сидела). Иосиф Виссарионович войдет, обведет всех
взглядом, встретится глазами со мной и сразу поклонится. Нет
слов передать чувство благодарности, восторга! На все заседа-
ния бежишь, бывало, как девочка, так переполнено сердце
трепетом восхищения. Такой, великий, так много видит людей,
а запомнил меня и здоровается! Непостижимо!
Следующая встреча с товарищем Сталиным была на
XVIII съезде партии. В числе многих делегатов я приветство-
вала XVIII съезд партии. Тот же восторг я разделяла, как и
многие делегаты, и, здороваясь с Иосифом Виссарионовичем,
я снова пережила чувство радости,какнтогда, на Чрезвычайном
VIII съезде. Новый 1939 год я неожиданно встречала в Кремле,
выступала в концерте и видела, здоровалась и пела для Иосифа
Виссарионовича.

JJ. Никулин
Писатель
<r
ДОРОГА НА ЮГ
С1. ДОМ В СЕРПУХОВЕ
нона лором пл юг. Асфальтовая лента вьется среди зеле-
неющих p.iniiiiii. Новые дома фабричных поселков, кооператив-
ные сельские лавки, красные флаги* на домах сельсоветов, подро-
стки с книжками, возвращающиеся из школы, привычные кар-
тины родины, родной страны, страны Ленина, страны Сталина.
Мы подъезжаем к Серпухову. Рабочие часы—на улицах
не много народу. Серпухов живет одной жизнью с Москвой,
хотя сто километров отделяют его от столища.
Осенью и зимою 1919 года в городе Серпухове в здании
городской больницы находился штаб южного фронта.
Деникинцы захватили Украину, взяли Орел и подходили
к Туле. 11о одному расположению штаба фронта в Серпухове,
вблизи самой Москвы, можно было судить, какую угрозу
представляло наступление Деникина1.
Иосиф Виссарионович Сталин, руководитель южного фрон-
та, предложил направление удара Харьков—Донбасс—Ростов,
и Центральный комитет партии принял этот план.
Здесь, в Серпухове, претворялся в жизнь план разгрома
деникинской контрреволюции. Сюда приезжали гонцы с фрон-
та, отсюда шли директивы И. В. Сталина, здесь, в этом ста-
ринном русском городе, жил и работал с сентября по декабрь
1919 года организатор победы на южном фронте.
11а Фабричном улице (теперь она называется улицей Че-
хова), в доме № 87, находится в наше время Серпуховский го-
родской музей.
Город, насчитывающий теперь девяносто тысяч жителей,
имеет свой музей, и серпуховские жители и заезжие люди
могут узнать много любопытного о прошлом и настоящем
124
города, увидеть довольно ценное собрание картин русских
и иностранных художников, в свое время и гьятых из поме-
щичьих усадеб. Кстати, и самый му «ей Серпухова помещается
в бывшем купеческом особняке фабрик.ннон Марлевых.
Таких музеев немало в больших и небольших городах
нашей страны, но Серпуховский музей пре и гавляег особый
интерес, и его посетители обыкновенно начинают осмотр с
небольшой светлой угловой комнаты во иго|>ом этаже.
Надпись над этой комнатой говори г о п>м, »ич> iieci. л
1919 году жил руководивший в го время южным фронтом
Иосиф Виссарионович Сталин.
Простая железная кровать, небольшой рабочий стол, фут-
ляр от бинокля и кобура нагана на столе. Шкаф для книг,
к|к‘сло, старой конструкции телефонный аппарат.
На стенах две картины. Па одной вид Неаполя два сто-
летия назад, другая картина изображает фрегат, застигнутый
бурей.
Почти все эти вещи действительно находились в этой
комнате в год, когда здесь жил И. В. Сталин.
Из окна, выходящего на запад, видна необъятная даль,
река Ока, бархатно-черная лента соснового бора, железно-
дорожное полотно. Река была бы преградой на пути к Москве,
если бы деникинцам удалось захватить Тулу. 11о этого, как
известно, не произошло.
Здесь нас охватывают воспоминания о решающих днях
1919 года. Это было суровое, героическое время. В комнате,
служившей столовой, ели спартанскую, суровую пищу. В го-
роде не было электричества. Ночью работали при свете ке-
росиновой лампы. Именно здесь, в Серпухове, И. В. Сталин
написал статью «К военному положению на юге».
«...все же несомненно:—писал И. В. Сталин,—армии Де-
никина неудержимо катятся под уклон по стопам армий Кол-
чака, между тем, как наши армии изо дня в день усиливаются
качественно и количественно.
В этом порука окончательного разгрома Деникина».
С такой уверенностью и спокойствием писал И. В. Сталин
в то время, когда маловеры и нытики только что оправились
от животного страха, в то время, когда им все еще мерещи-
лись деникинские разъезды у самой Тулы.
Статья помечена: «Серпухов, 26 декабря 1919-го года». И она
была итогом героического и неустанного труда организатора
победы.
Здесь, в Серпухове, 19 ноября 1919 года И. В. Сталин
подписал «приказ армиям Южного фронта Российской Респу-
блики»—исторический приказ о переименовании Первого
Конного корпуса южфронта в Конную армию РСФСР, о
125
tt । iii.ihciiiih командующим Конной армией Буденного, членами
Реввоенсовета Конной армии-Ворошилова и Щадепко.
Так началась легендарная боевая жизнь Первой Конной
армии. Созданная по мысли Сталина, окрыленная его волей,
она стала разящим клинком нашей революции.
Проходит немного более месяца.
23 и 24 декабря 1919 года И. В. Сталин говорит по
прямому проводу с Ворошиловым и Буденным. Они сообщают
о победах Конной армии над четырьмя полками пехоты, кавале-
рийскими частями из корпуса Мамонтова и Улагая и сводной
уланской дивизией. Они перечисляют захваченные трофеи.
И. В. Сталин отвечает коротко, очень простыми, лишенными
всякой напыщенности, глубокими, обязывающими словами:
«Реввоенсовет фронта, как и всегда, уверен в боевой мощи
доблестной Конармии».
Немного раньше, 19 декабря, в серпуховской газете «Ком-
мунист» был напечатан «Привет от красной конницы товарищу
Сталину»:
«Командный состав и политкомы Первой Конной армии
имеете со своим реввоенсоветом, на заседании Г2 декабря, по-
становили приветствовать в вашем лице доблестную, славную
Красную Армию южного фронта, победно идущую на освобо-
ждение Украины. Также просим вас передать братский привет
неутомимому и великому вождю мирового пролетариата това-
рищу Владимиру Ильичу Ленину и в его лице, всем борцам
за социализм».
Подписано: «Ворошилов, Буденный, Щаденко».
Так крепнет боевое товарищество, прекрасная дружба коман-
диров и бойцов Первой Конной и того, кто создал ее боевую мощь.
И двадцать лет спустя, 7 ноября 1939 года на" Красной
площади первый маршал, народный комиссар обороны
К. Е. Ворошилов будет принимать рапорт командующего Мо-
сковского военного округа маршала Буденного. А с высоты
трибуны на них будет глядеть самый близкий и дорогой друг
Красной Армии, вдохновитель и организатор побед Первой
Конной—И. В. Сталин.
Мы перелистываем напечатанные на коричневой оберточ-
ной бумаге номера газеты «Коммунист» за 1919 год, «органа
Серпуховского комитета РКП (большевиков)», читаем опера-
тивные сводки шгаба. Воспоминания о прошлом встают перед
глазами с особенной остротой и силой.
«...с 21 ноября по 21 декабря армиями Южного фронта
занята территория в 125 000 квадратных верст, пленных взято
5289 солдат, около 80 офицеров, 6 бронепоездов... 52 орудия,
198 пулеметов... Целиком взяты 3 Корниловский и 143 Ново-
черкасский полки...»
126
Радость победы веет над маленьким штабным городом.
Воодушевленные этой радостью, трудящиеся Серпухова обра-
щаются к И. В. Сталину 18 ноября 1919 н>да;
«Пятый уездный съезд Советов привете гнуст вождя рево-
ноцни товарища Сталина и в его лице тех ара ноармейцев,
(ерсически сражающихся за рабоче-кресп.янсаос дело».
Бланк Реввоенсовета южного фронта. Ilo'ini с i ер гая от
времени знакомая подпись карандашом: Силин нырпмет уве-
ренность в плодотворной работе съезда. Бой при |<».ыпнлея,
враг еще не сломлен, но здесь, в тылу, ни на минуту не пре-
кращается мирная работа, здесь строится, созидается совет-
ская власть, власть трудового народа.
Конец декабря. Штаб южного фронта находится в Серпухове
считанные дни. Фронт переносится далеко на юг. Продолжается
развитие удара Харьков—Донбасс ’остов.
И. В. Сталин и штаб южного фронта переезжают в не-
давно освобожденный от деникинцев Курск. Серпухов затихает.
11о в памяти жителей города, современников великой борьбы,
навсегда останутся боевые, бессонные ночи, облик штабного
города эпохи гражданской войны.
Серпухов—древний город, некогда сборный пункт войска
Московского, сторож Москвы, защищавший столицу от врага,—
на вечные времена вписан в книгу побед Красной Армии.
Мы покидаем Серпухов.
Высокие тополя у дома под номером 87 по улице Чехова,
где жил и работал И. В. Сталии, останутся в нашей памяти,
как почетная стража, охраняющая этот исторический дом.
Мы уезжаем из Серпухова с чувством глубокой призна-
тельности и уважения к человеку, защитившему революцию
и родину в решающие, трудные дни.
Мы оставляем Серпухов, размышляя о человеке, образ ко-
торого будет привлекать мысль историков, ученых, художни-
ков, мысль миллионов людей, мысль всего человечества.
Одна страница большой жизни открылась нам сегодня в
серпуховском доме, страница из книги прямой, мужественной
и благородной жизни.
Человек, имя которого принадлежит истории, временами
рисуется, как некая отдаленная, монументальная фигура, на-
деленная особыми чертами характера, чуждыми обыкновенному
смертному. Но вот счастливое обстоятельство позволяет совре-
меннику увидеть «большого человека мира сего» (так называл
Ленина Горький). И облик революционера, государственного
деятеля, человека великой мысли, великой волн становится
особенно близким, родным и глубоко человечным. Только тогда
постигается, что именно такой скромный, внимательный, про-
стои в обращении человек мог найти в себе неисчерпаемую
127
<нлу для того, чтобы принять на свои плечи всю тяжесть
борьбы за освобождение человечества от зла и тысячелетней
неправды и огромную тяжесть ответственности перед историей
и человечеством.
2. В МОСКВЕ
Я припоминаю знаменательный вечер у Горького жаркий
спор о литературе, перекрестный огонь вопросов и ответов,
шутки, смех и затем глубокую тишину. В этой тишине про-
текала дружеская беседа о значении литературы для дела
революции и прозвучали замечательные ‘слова И. В. Сталина
о писателях—инженерах человеческих душ.
Я вспоминаю, как мгновенно и как остро воспринимал
И. В. Сталин малейшую фальшь в репликах и речах писате-
лей, говоривших о литературе, и как благожелательно, с каким
блеском радости в глазах он подбодрял товарищей, говорив-
ших честно и правильно.
Я вижу его у дверей, ведущих в библиотеку, с трубкой
в руке, с той самой трубкой, о которой не позабыл спросить
II. В. ( ra.iiiH.i немецкий писатель Эмиль Людвиг, когда уви-
дел, что Сталин обходится без нее.
Сталин стоял, опираясь о притолоку, иногда делая шаг—
полшага по направлению к столовой, чтобы бросить реплику,
принять участие в беседе, которая длилась почти всю ночь.
За столом сидел Горький. По негласному правилу, в ком-
нате курил только он один, остальные курильщики выходили в
библиотеку: нужно было оберегал» легкие больного Горького.
Сталин тоже стоял на пороге библиотеки, он выходил сюда
курить, так же как все остальные курильщики, но он нс пе-
реставал следить за тем, как протекал литературный спор.
И вдруг внезапной репликой ставил он втупик спорщика, ска-
завшего нелепость или допустившего, казалось бы, незначи-
тельную ошибку.
Вся большая жизнь человека отдана служению идее; идее
борьбы за коммунизм отданы все мысли и чувства, вся неукро-
тимая энергия, непреклонная воля—вот откуда этот страстный,
органический протест, реакция па, казалось бы, незначитель-
ную теоретическую ошибку, на неясную, допускающую двой-
ственное толкование мысль. И рядом с этой замечательно раз-
витой способностью распознать и разоблачить неправду—огром-
ная широта взглядов, дерзновенный полет мыслей, чувство
любви к хорошим и честным людям, юмор, который помогает
работать, мыслить и бороться.
Таким мы видели И. В. Сталина в незабываемый вечер
у Горького. •
Прошло немного времени, н я увидел Сталина в глубоком
128
горе. Я видел его у гроба убитого злодеями трибуна рево-
люции, верного и любимого сына парода Сергея Мироновича
Кирова. Это были горестные часы прощания народа с Сер-
геем Мироновичем.
В одну из траурных ночей оборвался шорох шагов, движе-
ние многих тысяч людей у гроба, и и Колонном зале насту-
пила потрясающая скорбная тишина.
Пять минут прошло в этом скорбном безмолвии. Затем
восемь неподвижных людей у гроба пришли в движение по-
следний почетный караул оставил свой пост.
Стремительным, но легким движением Сталин приблизился
к гробу. Он поднялся на возвышение, наклонился над мертвым
товарищем и другом и поцеловал его в лоб.
И красная гробовая крышка скрыла от нас Кирова.
В это тягостное мгновение медь труб обрушила с высоты
победный гимн трудящихся «Интернационал». Чувство беспо-
мощности человека перед лицом смерти сменилось чувством
вечной, непобедимой жизни. Как полководец, ощущающий бли-
зость победы, как знаменосец, несущий в бой славное боевое
знамя, Сталин поднял на плечо гроб Кирова.
И еще раз я видел Сталина в день, когда Чрезвычайный
VIII съезд советов слушал его доклад о проекте Конституции,
когда среди возгласов радости, среди приветствий на всех
языках нашей страны звучал спокойный и убедительный голос
ученого, голос человека дела, великого государственного труда.
Скупой, убедительный жест, прямой взгляд, который охва-
тывает каждого сидящего в огромном зале и кажется взгля-
дом в упор, ясная, глубокая, по-ленински простая мысль и
слова:
«Приятно и радостно знать, что кровь, обильно пролитая
нашими людьми, не прошла даром, что она дала свои резуль-
таты...
Это укрепляет веру в свои силы и мобилизует на новую
борьбу для завоевания новых побед коммунизма».
В первый раз за все время доклада Сталин простирает
вверх руки, призывая все трудящееся человечество к борьбе
и победе. Эти последние слова доклада звучали так торже-
ственно и убедительно потому, что им сопутствовали великие
дела, дела эти на вечные времена утверждали в истории имя
творца Конституции.
И радостно знать, что живешь в одно время с одним из
самых больших людей мира, которым справедливо гордится
мыслящее человечество.
I Сборник
fl. Бурденко
Академик
ОБ ОДНОМ РАЗГОВОРЕ
т? -
Lziinuioi незабываемые встречи с великими людьми, бы-
И.11О1 незабываемые разговоры при этих встречах, но бывают
и телефонные разговоры, такие же волнующие и оставляющие
на всю жизнь неугасимые в своем ярком горении впечатления.
Об одном таком разговоре я хочу здесь сказать.
Я оперировал. Во время операции приходит молодой мой
сотрудник, коммунист И. А. Мухин и возбужденно говорит:
— Николай Нилович, вас вызывает к телефону товарищ
Сталин.
Я был в исключительном затруднении: говорить хочет
товарищ Сталин, а на операционном столе лежит человек с
раскрытым мозгом.
Сознание работало напряженно: ясно, что невозможно бро-
сить операцию. Но, может быть, там ждет меня еще более
срочное поручение, может быть, речь идет о немедленном спа-
сении жизни...
Что делать?
Я попросил товарища Мухина объяснить положение и ска-
зать, что прошу, если можно, дать мне несколько минут; если
же нельзя, подойду немедленно.
Телефон находился в ближайшей комнате. Прибежал то-
варищ Мухин и сказал, что я могу располагать своим временем.
Я проделал операцию, распутался от проводов, обтер руки
и подбежал к телефону.
Товарищ Сталин дал мне такое поручение, которое запол-
нило все мое существо: мне было поручено оказать хирурги-
ческую помощь руководителю одной из братских компартии,
который был в то время в Москве.
130
Поручает лично товарищ Сталин чгоТо не забыть всю
жизнь—оказывать помощь известному революционеру-комму-
нисту—этого тоже не забыть всю жил...
Было условлено сделать осмотр ну ж iпощемуся в оперший
товарищу' через три-четыре часа и Кремлей» и>й больнице.
У него было повреждение кисти и прели icni.ii руки.
Что переживал я в этот день? Эти иср< /кин hihh и до сих
лор во всех деталях ярко выплывают в моем оощаннн
Доверие товарища Сталина, его личное отв» tv гит иное-пору-
чение породило во мне решимость своими знаниями, «инном,
напряжением всех сил оправдать jto доверие во всей пос.п дую-
щей жизни...
Да, это было событие, оставившее глубокий след в моей
жизни: оно выковало во мне решение твердо итти по принятому
мной с первых дней социалистической революции пути до
вступления в партию включительно.
В дальнейшем я узнал от покойного В. Н. Розанова и
от администрации Кремлевской больницы, что Иосиф.
Виссарионович внимательно следил за ходом лечения, инте-
ресовался диагнозами, в постановке которых приходилось мне
принимать участие, и исходом операций, которые мне пору-
чались...
Проходили года... Читаешь с напряженным вниманием в пе-
чати речи товарища Сталина, читаешь о делах товарища
Сталина, восхищаешься его глубочайшей мудросп ю, анали-
зом жизни нашей великой родины, анализом мировой жизни,
изгибов мировой политики и поражаешься ясности истолко-
вания и точности предсказаний, относящихся к хозяйственной
и политической жизни мира.
Наконец, на мою долю выпало счастье слышать живое
слово товарища Сталина, видеть его на трибуне. Я удостоился
чести и счастья быть 25 ноября 1936 года на заседании Чрез-
вычайного VIII Всесоюзного съезда советов. На этом истори-
ческом съезде товарищ Сталин делал доклад о проекте Кон-
ституции Союза ССР. Незабываемый день—день, поставивший
декларативно н документально вехи между двумя мирами: ми-
ром социалистического строя и миром капитализма. Первый
полон воплощения всечеловеческих радостей, с призывом к
дальнейшей радостной будущности коммунистического строя,
второй—мир одряхления, без просвета в своем замкнутости, мир
самоотравления противоречиями и несчастьем миллионов пора-
бощенных капиталом трудящихся. И для них зажжен великий
маяк!
Миру показано воплощение в жизнь свободного труда сво-
бодных народов великого Союза. Здесь победа великих идей и
их плодов, которым творец Конституции подвел итоги—итоги
131
। ого, что уже сделано, что уже живет и ведет к дальнейшим
просторам счастливой жизни.
Скромен в своем величин товарищ Сталин! Его слова остры,
как резец! Слушая его, находишься весь во власти силы ра-
зума, остроты мысли и чеканки в словах.
1 !ужио было время, чтобы выйти из очарования, чтобы
освоить всю глубину сказанного им.
Слушая товарища Сталина, убеждаешься, что его слова
делают чудеса, бичуя и уничтожая анализом и сарказмом про-
тивников, волнуя сердца преданных и зарождая в них желание
слиться умом, чувством и волей с творцом величайшего и бес-
примерною в истории документа.
Перед всем миром—спокойно, смело—развернул хартию
свободы и нрава великий гражданин мира. С такими мыслями
и чувствами выходил я из величественного зала исторического
заседания.
В 1937 году я был удостоен чести внесения в списки кан-
дидатов в депутаты Верховного Совета СССР, и избирательная
комиссии Ростокинского округа советской столицы зарсгистри-
pou.iи меня. Какая они icthciihocii. налагалась этим! В словах
товарища Сталина, в его речи па предвыборном собрании Ста-
линского избирательного округа нашел я для себя руководящие
указания.
Так, указания товарища Сталина воспитывали меня, и я
понял реальный и конкретный смысл слов: «люди, воспитанные
Сталиным», «люди сталинской эпохи».
Становятся понятными люди, завоевавшие полюс и чреспо-
люсные пути; люди, проложившие путь Москва—Северный
полюс- Америка; люди, переделывающие лицо земли, флору
и фауну ее; люди, превратившие отсталую страну в передовую.
Понятны замечательные, победоносные кадры Красной Ар-
мии, кадры ученых всех дисциплин, проникшихся указаниями
товарища Сталина о духе советской науки, служении науки
народу, об ответе науки на запросы государственной жизни, о
планировании науки, внедрении в науку метода марксизма-
ленинизма, о росте талантливых кадров из народных масс.
Товарищ}’ Сталину шестьдесят лет. Он в расцвете своего
творческого гения и непрестанного труда. Невольно приходишь
к убеждению, что в процессе труда вырабатываются гормоны,
возбуждающие энергию и творческий тонус,—это самоомоло-
жение и залог дальнейшей творческой жизни великана-вождя.
Г. Байдуков
Гс/юй Советского Союза
ft
Я ВИДЕЛ СТАЛИНА
первый раз я близко видел этого великого человека
в 1934 году, после первомайского парада на Красной площади.
Я тогда служил летчиком в строевой части ВВС РККА.
Второго мая мы выстроили свои четырехмоторные корабли
па Центральном аэродроме имени Фрунзе, а сами по подраз-
делениям стояли в ожидании дорогих гостей. Товарищи Сталин,
Ворошилов и Горький долго обходили ряды наземного парада.
Впереди спокойной походкой, немного расставляя ноги в сто-
роны. как моряк, шел товарищ Ci алии. Он то поднимал вверх
приветливо правую руку, то прятал ее за борт шинели и вни-
мательно вглядывался в лица бойцов. Я впервые увидел его
чуть улыбающиеся глаза.
<г
С тех пор прошло довольно много времени. Однажды,
только что посалив машину на аэродром после испытательного
полета, я сижу с механиком и разговариваю о величине ком-
пенсатора руля поворотов. Вдруг подъезжает автомобиль с
директором завода. Директор приглашает в свой кабинет и
сообщает, что едем на заседание в Кремль.
Когда мы вошли в зал, заседание было в полном разгаре.
Товарищ Ворошилов говорил речь. На председательском месте
сидел товарищ Молотов. Товарищ Сталин стоял у окна и на-
бивал табаком свою любимую трубку. Он внимательно по-
смотрел на нас. Я сен за стол.
Сталин сказал:
— Цу, вот, пусть директор расскажет о своей машине.
133
Директор рассказал, как идет работа на нашем заводе,
подробно познакомил присутствующих с особенностями маши-
ны, только что выпущенной заводом.
— Кто летал на" этой машине?—спросил товарищ Сталин.
— Моисеев и Байдуков, товарищ Сталин. Они здесь при-
сутствуют,—ответил директор.
Ну, Байдуков, расскажите нам о машине. Чем
она вам нравится? Что у нее плохого?—н Сталин вни-
мательно посмотрел на меня, когда я подходил к модели нашего
самолета.
Сталин подошел ближе. Он поглядывал то на меня, то на
модель, как бы решая: действительно ли я толковый человек?
Можно ли довериться мне как испытателю самолета?
Я старался рассказать о машине все так, как мне это пред-
ставлялось с точки зрения летчика. Товарищ Сталин задавал
такие сугубо специальные вопросы, касающиеся самолетострое-
ния, что я частенько задумывался, чтобы опрометчивым ответом
не ввести и заблуждение этого простого и величайшего чело-
века пашей эпохи.
II । u'ci. и заметил, чго Сталин—это человек, который лю-
бит послушать, любит посоветоваться с людьми, имеющими
непосредственно дело с машиной самолетом, комбайном, от-
бойным молотком.
Второе, что меня поразило,—это то, что товарищ Сталин
знает детально вопрос, интересующий его. Откуда человек, за-
нятый делами государственной важности, знает детали авиа-
строения и летного дела? От многогранной культуры и от ге-
ниального, всеобъемлющего ума идет эта прозорливость.
И, наконец, третье, что я заметил при этой встрече с
товарищем Сталиным,-это его заботу о человеке. Наше летное
дело -профессия сложная и иногда опасная.
Статин во время заседания допытывался от конструкторов
и летчиков: а как этот самолет, не опасен ли при вынужден-
ной посадке? Можно ли из него свободно выпрыгнуть с па-
рашютом? Удобно ли экипажу работать? И если получал отри-
цательный ответ, начинал спокойно, но весьма внушительно
доказывать, что самолет, опасный для жизни, не есть совет-
ский самолет, что его нужно выбросить или переделать так,
чтобы люди, самый ценный капитал в мире, были окружены
максимальными удобствами. В авиации нет мелочей. Из-за ме-
лочей часто гибнут люди. Этого мы не можем допускать.
В дни нашего вынужденного отдыха на острове Удд (те-
перь остров Чкалов) каждый из нас, счастливых пилотов ста-
линской эпохи, много передумал и перечувствовал. В палете над
134
льдами Арктики, над суровыми горными хребтами Якутии, над
бурным п туманным Охотским морем, над сопками Забайкалья
к Уральскими горами-всегда и везде мы непрерывно ощущали
ласковую руку родины, готовую в любую минуту опасности под-
держать нас. Мы были бодры и уверены в себе II ну бодрость
вселил в наши сердца товарищ Сталин. Вг шкий ( i.i iiih указал
нам маршрут. Великин Сталин принтh ihob.i i иппма в полете.
И только поэтому мы могли победить, победи и. но । пну нашей
родины.
Это состояние радости и благодарности мы сохрюшм на
всю жизнь. С этим мы летели в обратный путь, чуш »пум. как
каждый оборот винта приближает нас к родной Москве и
заставляет все чаще и чаще би ться паши сердца. Вот, наконец,
и Москва. Замкнулся грандиозный географический четырех
угольник Москва -Земля Франца-Иосифа—Петропавловск на-
Камчатке—Хабаровск Москва.
Москва лежит во мгле жаркого лета. Справа от города видны
огромные озера. Это новые озера канала Волга—Москва, создан-
ного по воле товарища Сталина.
Делаем плавный круг над Москвой и Кремлем. Лица у
всего экипажа сияют от удовольствия. Кремлю, где работает
человек, давший нам путевку на полет, мы делаем приветствен-
ные знаки рукой из окоп кабины.
Все сбрасывают с себя лишнее обмундирование. Шасси
выпущены. Чкалов делает крутой поворот над аэродромом,
с которого 21 день тому назад мы стартовали.
Наш краснокрылый гигант, овеянный ветрами воздушного
океана и славы, плавно подпрыгивая, катится по знакомому
полю и долго не хочет останавливаться.
Несколько автомобилей быстро едут к самолету. Из перед-
него показывается товарищ Сталин. Он спокойной походкой
идет к самолету. За ним следуют товарищи Ворошилов и
Орджоникидзе.
Я не верю своим глазам. Нас, троих обыкновенных летчиков,
выполнивших лишь свой долг, встречает сам Сталин.
Машу рукой Чкалову и кричу ему:
— Спрыгивай!
Но Чкалов опережает меня. Быстро веношы на крыло и
в спешке не нащупав ногой стремянки, он сматывается по
красной полированной обшнвке на землю.	' — •
Чкалов радостно кричит и бросается навстречу Иосифу
Виссарионовичу. Я вижу смеющееся лицо и прекрасные жизне-
радостные глаза вождя/
Чкалов начинает рапортовать товарищу Сталину, но Иосиф
Виссарионович широко расставляет руки, обнимает Чкалова,
как родного, и целует его, но русскому обычаю, крепко и
135
uiiipot го. Затем он подходит ко мне. Дрожащими от волне-
нии руками я обнимаю этого прекрасного и простого человека—
нашего вождя и товарища—и целую его. Крепко обнимают нас
и Ворошилов и Орджоникидзе. Я так расстроган, что меня
нужно за руку вести к автомобилю. Товарищ Сталин рас-
спрашивал 6 пути, о последнем этапе, о самочувствии. Он
ласково обнимал Чкалова. Чкалов пытался рассказать все под-
робно и обстоятельно.
Товарищ Сталин, смеясь, поднял руку:
— Вам надо отдохнуть. Ведь вы устали. Мы вас долго нс
будем мучить, вам нужен отдых, а сейчас пойдем к трибунам, -
сказал он.
К месту посадки подбежали пионеры с цветами. Увидев
товарища Сталина, они на минуту замешкались, а затем беспо-
рядочной гурьбой кинулись к нему. Иосиф Виссарионович об-
нял детей, ласково потрепал их по волосам и пошел вместе
с нами вперед к автомобилю. Дети передали товарищу Сталину
букеты цветов.
Это героям. Дайте цветы Чкалову, Байдукову и Беля-
кову, сказал Иосиф Виссарионович.
У трибуны пас встречают родные и тысячи люден, выстро-
ившихся со знаменами и портретами. Митинг открыл товарищ
Орджоникидзе. Затем слово получает товарищ Ворошилов, а
после него Чкалов.
Товарищ Сталин стоит рядом, веселый и довольный. Он
высоко поднимает над головой руки и ласково аплодирует
ораторам. Окончился митинг. Мы сели в машины, разукра-
шенные цветами, и помчались в Москву, где сотни тысяч тру-
дящихся встречали вождя и нашу тройку, пронесшую знамя
славы советского народа от запада через Ледовитый океан на
восток нашей великой страны.
Вечером в честь участников перелета был дан ужин.
Товарищ Сталин долго беседовал с нами как со старыми друзья-
ми. Мы искали слов, чтобы передать наши чувства, и нс на-
ходили их.
Лучше всех это состояние определил Чкалов, который в
своей речи на ужине сказал, что те чувства, которые испыты-
вали мы и тысячи других людей в связи с перелетом, нельзя
выразить никакими словами, кроме одного.
— В богатом, многообразном русском языке,—сказал
Чкалов,—нет другого, более глубокого, более теплого слова,
чтобы выразить наши чувства, чем слово Сталин.
*
После прилета в Москву в течение долгого времени Чкалов
нс знал покоя, то выступая на многочисленных митингах москвн.
/36
чей, то рассказывая о полете своим бесконечным друзьям и
знакомым.
С трудом мне и Белякову удалось вытащить Чкалова из
Москвы на юг, чтобы отдохнуть веем вместе после перелета.
Природное здоровье волгаря позволяло Чкалову не счи-
таться с мнением докторов, но товарищам он отказать не смог,
и мы трое, с семьями, вскоре прибыли в ( очи.
В один из дней нашего пребывания в ( очи, часов в десять
утра, когда все еще сидели за завтраком, раздался 1слсфонный
звонок. К аппарату вызвали Чкалова. Он вышел в коридор и
спустя несколько минут позвал меня. Я увидел взволшиппшое
лицо Валерия. Это было необычайно для него.
— Слушай, Егор, товарищ ('талин сегодня в шестнадцать
часов приглашает пас с женами к себе,—сказал Валерий тихим,
взволнованным голосом.	•
— Что ты с утра начинаешь фантазировать?—пошутил я и
повернул было прочь.
Но выражение глаз моего друга и его слегка вздрагиваю-
щие пальцы, потянувшиеся к коробке за папиросой, заставили
меня поверить, что, может быть, он и не шутил. Да и разве
можно шутить такими вещами?
И мной овладело волнение. Сердце забилось частыми, ра-
достными ударами.
— Да, да, Егор! Ровно в шестнадцать часов к товарищу
Сталину,—сказал Чкалов.
Счастливые, мы побежали к своим женам поделиться важ-
ной новостью. Нс описать их радости и изумления.
Буквально через пять минут с завтраком было покопчено.
Каждый по-своему переживал предстоящую встречу. Но в
одном мы были единодушны: поскорее закончить свои личные
приготовления! 11 вот—кто пошел к парикмахеру побриться,
кто начал отглаживать платье, кто бегом бросился на берег
купаться. То и дело поглядывали мы на часы, и каждый из нас
втайне проклинал этот механизм, так медленно передвигавший
стрелку... Хотелось скорей увидеть еще раз этого чудеснейшего
человека, близкого друга по нашей работе. Но, как ни торо-
пись, солнце диктует время. Наконец, стрелка подползла к
15.30.
Пора выезжать, а Чкалов никак не может напялить крахмаль-
ный воротничок. Он спешит, со всех сторон на него кричат,
торопят... В конце концов я предложил ему надеть шелковую
косоворотку. Валерий послушался. Через десять минут мы уже
мчались на автомобиле вслед за Михаилом Ивановичем Кали-
ниным к товарищу Сталину.
Товарищи Сталин и Жданов встретили нас на улице у парад-
ного входа. Сталин, радушно здороваясь, внимательно огдя-
(Я
11.11Н1Л каждого. Очевидно, он проверял, понабрались ли мы на
курорте сил.
Исключительная простота и скромность товарища Сталина
сразу привлекают к нему и вызывают необыкновенное чувство
распопожсння. Товарищ Сталин знакомится с моей женой и
женой Белякова. Расспрашивает, как отдохнули. Затем ведет
к даче, по дороге рассказывая о каждом кустике и дереве,
которых так много здесь. Видно, Сталин очень любит фрукто-
вые деревья.
У одного лимонного куста он заботливо поправляет бамбу-
ковую палочку, поддерживающую отяжелевшие от плодов ветви.
Срывает листья эвкалипта, растирает на руке и дает по-
нюхать. Сильного запаха эвкалипта, оказывается, не терпит
малярийный комар. Мне очень неловко, что я не знаю действия
этого замечательного дерева.» Иосиф Виссарионович рассказы-
вает нам о том, как американцы и англичане избавлялись от
комаров во время постройки Панамского канала и при освоении
болотистой Австралии.
Так мы незаметно обошли весь сад. Затем, обратившись к
го< гям, не пора ли кушать?—наш хозяин повел нас к себе
и предложил осмотреть комнаты. Здесь было все исключи-
тельно просто, чисто.
По пути в столовую Сталин пооткрывал шторы и оконные
рамы, спросил, готов ли стол. Зашел разговор об авиации.
Иосиф Виссарионович возмущенно стал говорить о том.
что конструкторы и заводы еще мало работают над усовершен-
ствованием электрообогрсвания, что часть вины за это ложится
и на летчиков, которые не следят за своим здоровьем и не тре-
буют от промышленности улучшения условий их работы.
Сталин тонко подмечал наши авиационные недостатки, обна-
руживая при этом явное недовольство тем. что еще не все
лётчики пользуются парашютом при аварийных положениях.
Лучше построить тысячи новых самолетов, чем губить летчика!
Человек в глазах Сталина—самое дорогое.
Затем зашел разговор о метеорологии. Товарищ Жданов
был когда-то большим любителем этого дела. Он рассказал,
что во время нашего перелета внимательно следил за измене-
ниями метеорологической обстановки. Я обнаружил, что Жда-
нов прекрасно разбирается, в законах метеорологии, отлично
знает 'названия стационарных циклов Европы и Севера.
Так, оживленно беседуя, мы всей группой подошли к ве-
ранде, на которой были видны расставленные кегли. Иосиф
Виссарионович предложил сыграть. Сам первый взял шар и,
ловко пустив его по доске, сбил короля и несколько солдат.
После него стал играть Беляков. Он долго пускал шары, пока
не приспособился докатывать их до места назначения.
138
Когда мы наигрались вдоволь, товарищ Сталин посовето-
вался с гостями—не пора ли приступить к обеду? Вес выра-
зили согласие. Он повел нас к столу. За обедом все держались
непринужденно и весело: так приветлив был хозяин. Я все
время чувствовал себя необыкновенно легко, как на большом
веселом празднике.
После обеда паша тройка обратилась к товарищу Сталину
с планами насчет полета через Северный полюс. Иосиф Висса-
рионович доказывал, что мы еще недостаточно изучили все
материалы, что к этому делу нужно еще лучше нодгогонпгься,
что нужно как следует изучить метеорологические условия.
Нужны еще метеостанции. С этим нельзя рисковать, нужно
делать все без «авось», наверняка.
Сталин любит авиацию. Он с увлечением говорил о полетах
Коккинаки, Юмашева и других летчиков.
Незаметно разговор перешел на прошлое. Иосиф Висса-
рионович рассказал нам, как, будучи в ссылке, он чуть не по-
гиб в Енисее, когда провалился в полынью и вынырнул уже
обледеневшим перед глазами собравшихся у проруби женщин.
Женщины с испуга побросали коромысла, ведра и убежали в
вдеревню. Долго пришлось уговаривать, чтобы пустили ото-
греться. Только исключительно крепкий организм спас его тогда
от смерти.
Потом Иосиф Виссарионович рассказывал, как во время
возвращения из ссылки один ямщик вез его за «аршин водки».
Ямщик подрядился добросовестно везти только при условии,
если на каждой остановке будет получать сверх всего этот
самый «аршин водки».
«Аршин» составлялся в длину из стопок, в которых подава-
лось вино на дорожных постоялых дворах. Ямщик оставался
доволен пунктуальным выполнением договора, после каждой
станции он веселел и веселел. И, наконец, при прощаньи ска-
зал товарищу Сталину:
— Хороший ты мужик. Откудова ты такой, парень?
Во время этого рассказа Иосифа Виссарионовича я сидел
рядом и видел, как поблескивали его глаза, как они загора-
лись искренним смехом. Он умеет так рассказывать, что слу-
шатели от души хохочут вместе с ним.
Перешли в просторную соседнюю комнату. Сталин показал
карточки своих детей. Он с большой нежностью говорил о доч-
ке Светлане. Опа недавно уехала в Москву. У нее начались
занятия в школе.
— Она у меня дисциплинированная: раз начались занятия—
значит нужно учиться!
Иосиф Виссарионович бережно поставил карточку на место.
Мы стали просить, чтобы он дал нам на память фотографии,
139
। к on снят вместе с ребятами. Что делать с такими напо-
ристыми гостями? Он отложил для нас три карточки.
Сталин просит молодежь потанцовать. Сам идет выбирать
пластинку, заводит патефон, ставит плясовую.
Когда танцоры исчерпали свой репертуар, Сталин, все еще
нс отходивший от патефона, выбрал пластинку с хоровой волж-
ской песней. Поставив ее, он сам стал подпевать, и мы хором
грянули протяжную русскую песню. Сталин, видимо, в Сибири
выучился петь и очень ладно подтягивал запевавшему Жданову.
Я также подтягивал. Так мы дружно пели бы еще и еще, если
бы не пора было собираться Михаилу Ивановичу Калинину.
После проводов Калинина Чкалов лег отдохнуть на кушетку
и крепко заснул. Иосиф Виссарионович достал одеяло, тща-
тельно накрыл Валерия. Открыв настежь дверь веранды, Сталин
вновь начал развлекать нас плясовыми, русскими и грузинскими
песнями. Уже часов в одиннадцать Жданов потянул всех
играть в биллиард.
Игра затянулась. Когда я посмотрел на часы, было около
половины второго ночи. Ие хотелось уезжать от этого исклю-
чительного человека, такого обаятельного, так покоряющего
своей мудрой простотой. Но ведь ему больше чем кому бы то»
ин было нужно отдыхать.
Распрощавшись с товарищами Сталиным и Ждановым, мы
уехали к себе на дачу, на всю жизнь запечатлев в сердце за-
мечательный облик простого, радушного хозяина, гениально-
го вождя.
л
Прошла зима, и вновь наши сердца и мысли потянулись
к бесконечным просторам воздушного океана, к вольным и да-
леким льдам Арктики, которые еще в прошлом году проплы-
вали под крылом «NO-25».
Мы с Валерием часто беседовали по душам до поздней ночи,
нс возбуждая особых подозрений у своих жен и детей. Зимой
еще несколько раз ездили на аэродром ЦАГИ, где стоял наш
«NO-25». Летали на нем. Держали совет с инженерами и техни-
ками по поводу мотора и самолета. Писали докладные
М. М. Кагановичу и, наконец, решили открыть все свои планы
товарищу Ворошилову, который тепло нас всегда выслушивал
и поддерживал, нсоднокртгно давал нам дружеские советы,
помогал нам в решении нашей задачи.
Задача же в основном сводилась к тому, чтобы добиться от
правительства разрешения на полет из Москвы в Соединенные
Штаты Америки через Северный полюс на самолете «NO-25».
С Валерием Чкаловым мы написали письмо товарищу Сталину
ц вполне понятным волнением и напряжением ожидали ста-
НО
лннского ответа. В эти же дни воздушные корабли Водопья-
нова, Молокова, Алексеева и Мазурукл заканчивали под руко-
водством Шмидта величайшую по риску и важности экспеди-
цию по высадке десанта на Северный полюс.
Условия складывались настолько благоприятно, что мы
почти были уверены в положительном ра ipi шепни наших) дела.
Невольно вспоминалось, как I кх и<|» Виссарнононич говорил
нам, когда мы были у него в гостях, что' летел, в Америку через
полюс еще рано. Нужно изучить Полярный бассейн, советовал
товарищ Сталин, и только тогда предпринимать такой грандиоз-
ный полет. Теперь условие, выставленное товарищем ( ылиным,
выполнила экспедиция О. IO. Шмидта, и мысленно мы больше
уже не видели возражений к полету со стороны дальновидного
Иосифа Виссарионовича.
Наконец, часы и дни томительного ожидания прошли. Это
было 25 мая. В этот день, как и всегда, я летал. В одинна-
дцатом часу утра меня разыскали па аэродроме и сообщили о
вызове к наркому обороны товарищу Ворошилову. Немедля я
прибыл в наркомат, где застал Чкалова и Леваневского. Оттуда
мы направились в Кремль.
В шестнадцать часов мы трое были приглашены в кабинет
товарища Сталина.
Как только вошли, Иосиф Виссарионович встал из-за длин-
ного стола, за которым сидели това|>шци Молотов, Ворошилов
и Л. М. Каганович, и, приветливо улыбаясь, пошел к нам на-
встречу.
Поздоровавшись с товарищами Сталиным, Молотовым,
Ворошиловым и Кагановичем, мы трое уселись у противо-
положного конца стола.
Пользуясь затишьем, я оглянулся по сторонам, разглядывая
кабинет товарища Сталина. На письменном столе я заметил
модель «NO-25», очевидно, преподнесенную товарищу Сталину
после прошлогоднего перелета. Счастье и гордость охватили
меня. Стало как-то теплее и радостнее от сознания, что мы в
кругу больших, замечательных и чутких люден нашей страны.
Иосиф Виссарионович, поглядывая на нас, с улыбкой спро-
сил :
— Что, опять земли нехватает? Опять собираетесь лететь?
— Да, товарищ Сталин,—сказал Чкалов,—время подходит,
пришли просить разрешения правительства на перелет через
Северный полюс.
Все сидящие за столом смотрели на пас и слегка улыбались.
— Куда же вы собираетесь лететь? Кто будет из вас до-
кладывать?—вновь спросил товарищ Сталин.
— Здесь не одна группа, товарищ Сталин,—заметил
Климент Ефремович и, весело подмигивая в нашу сторону,
141
добавил, что здесь Байдуков сидит на двух стульях—и Лева-
невский и Чкалов зовут его в свой экипаж.
— Ага, группировки,—шутливо бросил Иосиф Виссарионо-
вич и еще раз внимательно оглянул нас.—Ну, давайте, това-
рищ Чкалов.
Чкалов спокойно рассказал наши планы, просил разрешения
на полет на «NO-25» в Америк}' через Северный полюс.
— Экипаж—наша прошлогодняя тройка,—говорил Чка-
лов,—готова к полету, и самолет также приготовлен.
Затем высказался товарищ Леваневский, прося разрешения
на такой же полет, по на четырехмоторной машине. Следующее
слово было за мной. Я объяснил, что мой окончательный выбор
пал на «NO-25» и мое мнение высказано в заявлении прави-
тельству о перелете, которое мы подали вместе с Чкаловым.
Я говорил о гом, что наш самолет вполне может установить ре-
корд дальности —самый трудный авиационный рекорд, что вре-
мя весьма благоприятствует полету и мы рассчитываем полу-
чить точные сведения о погоде от папанинской экспедиции.
Когда мы обстоятельно поговорили, товарищ Сталин обра-
тился к своим соратникам:
— 11у, что же разрешим полет?
Товарищи Молотов, Ворошилов и Каганович сразу же под-
держали Сталина, и дело принципиально было предрешено.
Товарищ Сталин, немного подумав, сказал, что все же следует
вызвать непосредственного руководителя авяационпой промыш-
ленности.
Товарищ Сталин начал нас расспрашивать о самолетах, ко-
торые мы испытывали. Мне в частности пришлось рассказать
о машине конструктора Болховитинова, на которой мы недавно
установили два международных рекорда. Затем разговор пере-
шел на боевые свойства наших истребителей, и тут товарищи
Сталин и Ворошилов проявили свою способность подмечать
такие решающие мелочи, о которых иные люди иногда считают
ненужным говорить. Забота о крепкой и надежной обороне и
о хорошей авиации все время сквозила в вопросах и замеча-
ниях товарйща Сталина.
Незаметно перешли иа тему о качестве американских са-
молетов. Товарищ Сталин подробно интересовался, что можно
взять у американской авиации, чему у нее следует поучиться.
Леваневский рассказал об американском самолетостроении, о
закупленных им в Америке машинах.
В дружеской беседе мы сравнивали свои самолеты с аме-
риканскими, находя в последних хорошую отделку и поучитель-
ные мелочи, которые нам следует перенять.
Разговор длился уже более полутора часов. Товарищ Сталин
изредка подходил к кому-либо из наркомов, делал разные
142
1юметки в бумагах, затем, переговори» с товарищем Молотовым,
вновь стал прохаживаться по кабинету, беседуя об экспедиции
па полюсе.	|
Тепло отзываясь о смелом коллективе полярников, товарищ
Сталин заметил, что теперь, наверное, нам бу де г легче лететь
через Северный полюс.
— Товарищ Сталин,—смеясь, сказал Чкалов, дли нас эго
-хуже»: ведь Папанин будет давать нам с полки i нее плохую
да плохую погоду... Так никогда и не улетишь.,.
— Вот тебе и на! Мы думали будет лучше, а ног оказы-
вается, что для летчиков лучше бы и не делать полета ил по-
люс,—шутливо сказал товарищ Сталин, обращаясь к Молотову.
Товарищ Молотов, бросив свои дела, поглядел на Чкалова
и, улыбнувшись, отложил панку. В это время вошел М. М. Кам
нович, которого Сталин сразу же спросил, как он смотрит на
перелет через Северный полюс.
М. М. Каганович посмотрел на нас и, помня, как мы не раз
его осаждали со своими планами, сразу же сказал свое положи-
тельное мнение.
— Ну, что же, значит нужно записать наше решение?—
спросил товарищ Сталии, обращаясь ко всем.
Товарищ Молотов стал записывать решение правительства о
перелете через Северный полюс в Америку. Первый пункт был
уже сформулирован и записан, когда товарищ Сталин предло-
жил еще новый пункт о том, чтобы обязать экипаж в случае
неблагоприятной обстановки сделать посадку в любом пункте
Канады, а в случае угрозы экипажу -произвести немедлен-
ную посадку.
Как взволновало нас это мудрое сталинское отношение к
людям! Забота о человеке еще раз ярко выразилась в конкрет-
ном факте, который записан во втором пункте решения прави-
тельства.
Итак, решение составлено. Мы пробыли среди любимых
руководителей партии и правительства три часа. Сколько дра-
гоценного времени мы у них отняли! Мы спешим встать. От-
благодарив за внимание, прощаемся с товарищами Сталиным,
Молотовым, Ворошиловым, Кагановичем и, радостные от боль-
шого доверия своих вождей и своей родины, уезжаем на аэро-
дром, где в ангаре стоит большая краснокрылая шина.
Сталинский маршрут будет продолжен еще па несколько
тысяч километров через пространства Арктики и Америки, из
сердца пролетарского государства—Москвы в США.
18 июня 1937 года наш краснокрылый гигант поднялся со
Щелковского аэродрома и через шестьдесят три часа опустил-
ся в Портланде. Сталинский маршрут был повторен на расстоя-
нии в восемь тысяч восемьсот шестьдесят восемь километров
143
из Москвы в Америку через Северный полюс. Новая дорога,
снизывающая два света через неприступную Арктику, была
открыта советскими летчиками. Труднейший перелет, перед
которым полет на остров Удд казался легким, закончился
успешно.
Об условиях этого перелета мы поторопились послать те
леграмму Громову, так как знали, что его экипаж должен вы-
лететь вслед за нами. Нам хотелось, чтобы он учел все наши
ошибки и трудности.
В Америке встречали нас очень тепло, приветливо. Ка'к
и везде, Чкалов быстро завоевал симпатию, и американцы ру-
коплескали при каждом появлении Валерия на трибуне, на
улицах, в ресторане или кафе.
Валерий был рад, что народы США хорошо относятся
к гражданам Советского Союза, и в то же время с каждым
днем все чаще говорил:
Ребята, скорей бы домой!
Дождавшись успешного завершения перелета Громова, мы
отправились ва пароходе I (ормандия» домой, в Москву.
*
Вот и долгожданная красавица Москва. Вновь сотни тысяч
москвичей встречают нас горячо и ласково, как и в 1936 году.
Митинг у Белорусского вокзала окончен. Разукрашенные цве-
тами машины мчат нас в Кремль.
Огромный Георгиевский зал Кремля заполнен знатными
людьми. Возгласы «ура» в честь очередной победы советских
летчиков, в честь Сталина.
В зал входит Иосиф Виссарионович Сталин. Он быстрым
взглядом находит Чкалова среди этого ликующего зала. Мы
встаем и вместе со всеми приветствуем любимого вождя.
Сталин не скрывает своей радости—его улыбающиеся глаза
сияют счастьем отца, и он заключает в объятия Чкалова и
крепко несколько раз целует обветренное лицо пилота. Затем
эта человеческая ласка и благодарность Сталина передается
мне и Белякову. Товарищ Сталин усаживает нас, взволнован
пых неописуемым счастьем и душевной встречей, за стол.
Долго гремят и гудят залы от тысячных возгласов привет-
ствий и аплодисментов. До поздней ночи товарищ Сталин
угощал нас, расспрашивая о всех подробностях полета через
полюс в Америку и о наших будущих планах. В этой друже-
ской беседе мы еще раз поняли, как Сталин любит человека,
жизнь которого нельзя оценить никакими деньгами, никакими
богатствами.
После этого я видел Сталина несколько раз.
144
Я видел его На кремлевских приемах и на деловых сове-
щаниях и беседах с летчиками. Всегда и всюду этот вели-
чайший человек, в скромном френче, с седеющими усами,
с искрой жизнерадостности улыбающихся i i n, вызывает но
мне такой огромный наплыв чувства любин и благодарности,
что часто хочется встать, подойти к нему и or всей души
крепко поцеловать его, как родного отца.
Я часто думаю, что вот сейчас сиди г товарищ Сталин
в своем скромном кабинете и, несмотря на усыло* и., несмотря
на позднюю ночь, с карандашом в руке, с дымящейся труб-
кой во рту, пишет о новой жизни человека, за которую он
беспрестанно борется, не щадя своих сил и своей мши,
Он пишет о том, что придет время, когда народы всего мира
соединятся под знаменем коммунизма л все заживут счастливо
и радостно. И он зовет завоевывать это счастье и радость
в борьбе с кровавыми псами эксплоататорами и тунеядцами,
с ворами человеческого труда и крови, сделавшими из чело-
веческого мира лагерь нищеты, голода и бесправия. И близок
час, когда за Сталиным пойдет все трудовое человечество
и подымется на последний и решающий бой.
10 CCcpk.llk
О. Леонова
Депутат Верховного Совета СССР
*
ЧЕЛОВЕК, ОСУЩЕСТВИВШИЙ МЕЧТЫ
ПОКОЛЕНИЙ
п..................................................
кого VIII съезда сонетов.
Это один из самых значительных моментов моей жизни.
Самый факт, что я делегирована, был достаточно волную-
щим—я ведь шла на съезд как народная учительница. В наше
время этот термин вполне соответствует своему содержанию—
с народом нас связывают крепчайшие узы.
Поэтому я не должна была итти туда с пустыми руками.
К тому же и обстоятельства так стожились, что еще до
съезда, перед Октябрьскими праздниками, я впервые решила
в одном из маленьких классов—в четвертом—дать обязатель-
ство ликвидировать плохие и посредственные отметки. Мне
казалось, что при добром желании учителя, учеников и роди-
телей это вполне возможно.
Тогда это было внове. Стахановское движение казалось
применимым только в условиях завода. На нас косились, пред-
рекали неудачу.
И вот съезд должен был еще укрепить нас в нашем на-
мерении.
Целый вечер писали мои ученики письмо с обязательством
товарищу Сталину. Я только слегка правила его. Поздно ве-
чером сели переписывать набело, причем переписывали все,
с тем чтобы выбрать самый хороший экземпляр.
Вышло так, что на мое собственное письмо, в котором я
хотела обдумать каждое слово, осталась только ночь.
Это была трудная ночь. Все слова казались ничтожными
рядом с переполнявшими меня чувствами. Я хотела сказать,
146
как важно воспитать наших детей культурными, смелыми и
свободными людьми, чтобы они работали так же, как их отцы
и братья, разрушившие страшный мир прошлого.
И я нс могла не вспомнить об »шм прошлом. Я вспоминаю
о нем часто, особенно когда вижу веселую и свободную дет-
вору вокруг себя, а это счастье даеген мне каждый день.
Больше всего в эту ночь думала я о сносй матери.
Она умерла рано. Она была мягкой, кроткой и покорной
женщиной, очень забитой и очень несчастной, lie мгчгоА было
сделаться учительницей. Болес значительного дела и жизни
она не могла себе представать.
Быть учительницей? О, нет! Эго так необычно для тех
дней и для тех людей. «Бредни», сказал дед. «Бредни >,—
сказала бабушка. Иголка куда вернее обеспечит заработок.
И мать моя взялась на всю свою жизнь за иголку. В бук-
вальном смысле слова за иголку, потому что машины у нее
не было.
Муж ее, мой отец, живописец, писавший вывески, часто
запивал—слишком трудна и безрадостна была жизнь. Иголка
и кисть,—даже соединенные,—не могли накормить досыта ше-
стерых ребятишек.
Но мечту свою она не оставила. Мечта была только отло-
жена. Эта маленькая кроткая женщина с иголкой была
из тех, что умеют переносить свои желания в следующее поко-
ление.
Если ей не удалось стать учительницей -пусть ею станет
старшая дочь. Я ведь была такой же, как она: не влекли
меня шумные игры сверстниц. Я собирала малышей, нарезала
нм крохотные тетрадочки, чинила маленькие карандаши и ча-
сами играла с ними в школу, поражая их родителей немыс-
лимой тишиной.
Даже куклы мои были всегда ученицами, которым я не-
медленно передавала все, чему научилась сама.
Педагогическое призвание может проявляться так же бурно,
как артистическое или литературное. Это как жажда, которую
необходимо утолить, чтобы не умереть.
Но утолить се было не так просто.
Училась я в той же церковно-приходской школе, что и мать.
Многие часы тратили мы на заучивание псалмов, на долгие
iгояния в церкви. В конце литургии многие из девочек не
выдерживали и падали, как снопики.
Как хотелось мне когда-нибудь тоже упасть—ведь им по-
том позволяли посидеть! Но я была хотя худенькой, но вынос-
ливой, и упасть так никогда, никогда мне и не удалось.
Но все-таки это была школа, и я дорожила знаниями, ко-
торые она мне давала.
пн
147
По окончании школы тс же дедушка й бабушка опять Ска-
зали: «Бредни». Но на этот раз мать не уступила: достаточно
было одной жизни, уступленной иголке.
Гимназия, правда, была не для меня, но были профессио-
нальные рукодельные школы с общеобразовательной про-
граммой.
Когда мать, придя со мной в эту школу, узнала, что я
единственная сдала приемные испытания па пятерки,—она от
радости чуть нс упала в обморок.
А между тем это было еще только началом пути. Слишком
долго рассказывать, как я пробивалась. Только после Октябрь-
ского переворота я стала, наконец, настоящей учительницей
в родном городе Москве. И к моменту Чрезвычайного VIII
съезда советов шел уже 24-й год моей учительской работы.
Все это припомнилось мне в эту ночь. Но ведь так было,
вероятно, у всех, об этом незачем было писать. За нами был
целый мир таких, как я,—из поколения в поколение унижен-
ных, лабтых, иг умевших играть, нс знавших отдыха и мечты
свои откладывавших до следующего поколения.
II я коротко написала только о своих задачах и обязатель-
стве. За этим письмом и воспоминаниями прошла почти вся
ночь.
А наутро я смешалась с толпой таких же потрясенных и
взволнованных людей в большом Кремлевском зале.
Я сидела близко к трибуне, каждое слово было мне слышно,
и я отчетливо видела товарища Сталина.
Так вот он какой, этот человек, осуществивший мечты
поколений! Какая необычайная простота движений, какой лу-
чистый блеск глаз! Почему-то каждому казалось, что Сталин
смотрит только на него.
Говорил он просто, без жестикуляции. Только иногда,
желая оттенить какую-нибудь мысль, он слегка подымал руку,
и этот его скупой жест оттенял мысль больше, нежели самая
пылкая жестикуляция.
Таков же и стиль его речи. Содержанием его доклада были
неслыханные изменения в жизни страны за истекшие 12 лет—
с 1924 по 1936 год. Но замечательные итоги подводились про-
стыми словами, факты были взяты из пашей действительности.
В целом же открывалась перспектива необычайного величия.
I оворил он ровным, спокойным голосом—ему нс к чему было
его повышать, такая кругом царила тишина. Но этот негром-
кий голос, казалось, проникал в самое сердце и вызывал почти
физическое ощущение восторга, порождал энергию, потреб-
ность в немедленном действии.
Самым ответственным моментом на съезде было наше уча-
стие в комиссии по редактированию Конституции. Это было
148
перед заключительным заседанием. Мы собрались уже не в
большом зале, как обычно во время заседаний, а в малень-
ком. Нас было всего 220 человек, обстановка была менее
официальной, но от этого нс умешана инь чувство нашей от-
ветственности. У каждого из нас в руках был проект Кон-
ституции и карандаш. Рядом со мной си шли Буденный, Бул-
ганин, Корчагина-Александровская; были женщины из колхозов,
женщины-работницы различных пацнона ii.iioc гей. I Io я думаю,
что не ошибусь, если скажу, что все мы ч> вс июна.ui себя в
этот момент учениками.
Товарищ Сталин председательствовал в ной комиссии.
И здесь его простота проявилась еще ярче. Началось с того,
что он отодвинул стол, который стоял слишком близко к
трибуне.
— Так лучше будет проходить. -сказал он.
Этот простой, деловой жест и несколько теплых слов при
ветствня как-то сразу разбили ту скованность, которая вначале
овладела всеми нами.
Я нс попросила слова, но па этот раз не по природной
Застенчивости, а просто потому, что, как я ни вчитывалась
в текст Конституции, я ничего не могла прибавить к этому
монументальному произведению человеческой мысли, в котором
с предельной четкостью было сформулировано все, о чем
мечтало человечество.
Да и те, что выступали тогда, в частности товарищ Вышин-
ский, говорили только о деталях.
Но каждого из выступавших товарищ Сталии выслушивал
очень внимательно.
Запомнила один факт; когда редактировалась 122-я статья
о женском равноправии, Корчагина-Александровская, со свой-
ственной ей экспансивностью, воскликнула:
— Это самая замечательная из всех статей!
Товарищ Сталин улыбнулся и сказал:
— Очень рад, что она вам нравится.
Мы огорчались, что наше дело близится к концу.
В заключение Иосиф Виссарионович сказал:
— Ну, вот, и кончили, спасибо за совместную работу.
Но нам все не хотелось уходить, хотелось как-то продлить
это ощущение совместной работы. А я все обдумывала, как
передать товарищу Сталину детское письмо, и волновалась,
как маленькая девочка.
Пошла за советом к Николаю Александровичу Булганину.
Он мне сказал:
— Поднимитесь на трибуну и передайте.
Я растерялась: стала обдумывать, как подойду да с чего
начну, и, конечно, упустила момент. Товарища Сталина окру-
149
кило несколько женщин, в том числе Корчагина-Александров-
паи, которая не выдержала обуревавших се чувств и обняла
его. Он скоро ушел.
Остался Вячеслав Михайлович Молотов. Куда девалась моя
застенчивость! Я подошла и стала ему рассказывать о настрое-
нии ребят, о нашем обязательстве. Он предложил мне пере-
дать наши письма.
По мое не было достаточно отредактировано, я думала
воспользоваться им только как конспектом в личном раз-
говоре.
Словом, письма наши я передала только на другой день
через Секретариат и с волнением следила за путешествием
нашего пакета на трибуну и за выражением лица Иосифа
Виссарионовича, когда он его читал. Лицо его было вдум-
чиво и серьезно.
И год этот, конечно, был у нас в школе лучшим годом
в смысле выполнения всех обязательств, которые мы взяли
на себя из любви к родине и к товарищу Сталину.
После того я много раз видела его, но чувство волнения
и подъема при встречах никогда нс ослабевает.
а
Запомнился мне также еще один день—когда я сама под-
нялась на трибуну рядом с товарищем Сталиным, для того
чтобы от имени трудящихся женщин сказать последнее прости
Надежде Константиновне Крупской.
Глубокая скорбь и волнение, оттого что я должна гово-
рить с мавзолея Ленина, почти лишили меня дара слова.
Я поднялась на трибуну и поклонилась товарищу Сталину,
стараясь подавить волнение. Тогда он, точно догадываясь о
моем состоянии, тепло пожал мне руку.
Это пожатие сразу вернуло мне силы и спокойствие. Я не
столько поняла, сколько вдруг почувствовала, что и Сталин,
и те тысячи людей, что стоят на площади, и те миллионы,
что живут во всей стране, что все мы—одно монолитное целое
и что я тоже частица этого целого,—и как же может тебе
при этом.нехватить сил, если ты черпаешь их из этого неисся-
каемого источника?
И в самом деле, силы мои удесятерились, точно большая
волна подхватила меня и понесла. Слова пришли сами, и,
действительно, в эту минуту я говорила не за себя, а от лица
всего народа. Такое единение, конечно, возможно только в
нашей стране.
Третий, особенно запомнившийся мне момент,—это когда
мы слушали наказ товарища Сталина перед выборами в
Верховиый Совет.
150
Каждый из нас сознавал ответственность, которая лежит
на нас, народных избранниках, перед народом, которому мы
обязаны служить.
Высказывалось на эту тему так мною людей, сказано было
так много мудрых слов, но товарищ (л алии, как всегда, ска-
зал самое главное.
Особенное впечатление произвели его слоил о том, что
надо быть честным и правдивым, как Ленин.
Он говорил о Ленине с такой подчеркнутой скромностью,
так отодвигая и забывая себя, как может говорить только уче-
ник об учителе.
И он был потрясающим этот урок скромности, данный
нам тем, кто для нас равнозначен Ленину и кто вместе с
ним—самое дорогое для нас в мире.
М. Ча ayрели
Режиссер
*
ВСТРЕЧИ С ВОЖДЕМ НАРОДОВ
I лаro.i.'i ря чуткому отношению руководителя большевиков
Закавказья говарпща Верня к работникам искусств я имел сча-
стьс видеть товарища Сталина.
Должен признаться, что я был в большом волнении, гото-
вясь к встрече с мудрым кормчим великой Страны советов.
Я являюсь всего только одним из работников культурного
фронта, сделавшим в сущности мало для нашей социалистиче-
ской родины. И мысль о том, как я сумею держать ответ перед
великим человеком нашей эры, меня совершенно разоружала.
Меня поразила необычайная простота товарища Сталина,
лишенная какой бы то ни было тени «снисходительности»—
той роскоши, которую обычно позволяют себе великие деятели.
В товарище Сталине сконденсирована любовь многомил*
лионного советского народа. И простота товарища Сталина, его
доступность имеют глубокие корни, лежащие в характере со-
ветской власти.
*
Товарищ Сталин выразил желание вновь посмотреть мою
работу «Последний маскарад».
Удивлению моему не было предела, когда я увидел, с ка-
кой живостью, с каким чисто юношеским увлечением, с какой
свежестью впечатлений воспринимал он картину, кадр за
кадром.
Наряду с замечаниями по поводу' политической значимости
того или иного эпизода товарищ Сталин дал целый ряд заме-
чаний чисто психологического и бытового порядка.
/52
Когда меньшевик (в исполнении Геловани) спускается в
подвал на собрание рабочих и предлагает сжечь листовки,
товарищ Сталин замечает:
— Путает! Так меньшевики запугивали рабочих.
Когда меньшевик начинает писан, покаянное заявление на-
чальнику жандармского управления, Сталин ымечает:
— Сдрейфил!
Затем идет эпизод «Благотворительный праздник в саду».
Товарищ Сталин замечает:
— Вы скупитесь на надписи, здесь следовало бы подчерк-
нуть, как проводили время оборонцы в тылу, империалистиче-
ской воины.
Эпизод, в котором Маруся умоляет офицера отпустить
Мито, только что освобожденного из тюрьмы, воспринимается
товарищем Сталиным с напряжением.
Товарищ Сталин замечает:
— Это хорошо, что офицер как бы не слышит ее. У них
была инструкция не вступать в подобных случаях в разговоры.
Появление в кадре «Окопной правды» товарищ Сталин
встречает с удовлетворением.
Когда на границе Грузии идет разоружение возвращаю-
щихся с фронта солдат, товарищ Сталин вновь подчеркивает
необходимость пояснительной надписи и тут же дает ее при-
мерную редакцию: «Меньшевики разоружали возвращающихся
с фронта солдат».
Эпизоды меньшевистского парламента товарищ Сталин смо-
трит весело, с увлечением. Когда меньшевики пробуют про-
тестовать: «это вам не колония», «эго вам не Индия»—с уст
Сталина срывается:
— Дураки!.. Сначала пригласили—пожалуйте, антре, ангре,
а теперь кинжалами хотят запугать... Дураки!..
Идет эпизод с представителями II Интернационала.
— Что стесняться!—замечает вождь.—Надо прямо назы-
вать: «Представитель II Интернационала Карл Каутский».
«Оравсла» (песня пахаря), которую пост перед смертью
Ника, вызывает в товарище Сталине воспоминания детской
поры.
— Крестьяне давали мне кувшинчик простокваши, расска-
зывает вождь,—и заставляли петь во все горло с угра до
вечера.
Идут заключительные кадры. Движется победоносная Крас-
ная Армия.
— Хорошо, что идут руководители партии и что с ними
рядом русским красноармеец! замечает товарищ Сталии.
Он считает, что кино—отрасль советского искусства боль-
шой значимости, огромной действенной силы.
/53
— Наше кино делает у нас и за границей большое дело,—
замечает товарищ Сталин.
Когда я коснулся идеологической роли советской кинемато-
графии и ее преимуществ перед буржуазной кинематографией,
волочь сделал поправку, указав, что капиталистическое кино
не хуже разрешает задачу внедрения буржуазной идеологии
в массы.
— Там работают гонко,—говорит товарищ Сталин.—Созда-
вая фильмы на «нейтральные» темы, буржуазное кино отвлекает
массы от классовой борьбы, одурманивает их.
Фильм «Чапаев»—этот замечательный фильм, который
Сталин смотрел много раз,—он считает крупнейшим достиже-
нием советского искусства.
Дав общую оценку «Последнего маскарада», товарищ Сталин
обращает мое внимание на некоторый схематизм картины и
скупость разъяснительных надписей.
Беседч коснулась грузинского классика Ильи Чавчавадзе,
который был некоторое время в загоне.
Ошибка, заметил Сталин. История, аналогичная с от-
иошенисм ко Льну Толстому. Л Ленин говорил, что до этого
графа инк го гак правдиво не писал о мужике. Не потому ли
мы проходим мимо Чавчавадзе, что он из князей? А кто из
грузинских писателей дал такие страницы о феодальных вза-
имоотношениях помещиков и крестьян, как Чавчавадзе? Это
была безусловно крупнейшая фигура среди грузинских писате-
лей конца XIX и начала XX века.
Особо останавливается товарищ Сталин на поэме Чавчавадзе
«Гандегили», отмечая законченность и яркость образов отшель-
ника и молодой горянки, являющейся олицетворением жизнен-
ной силы, которая побеждает монаха-аскета.
Товарищ ('талии перешел к своим юношеским воспомина-
ниям и рассказал о горийском феодале М. Амилахвари:
— Этот владетельный князь был либералом, но с крестьян
ои аккуратно взимал треть урожая—«галу». Крестьяне, дове-
денные до отчаяния тяжестью поборов, перестали расклани-
ваться с князем. Это была единственная форма ненаказуемого
протеста. М. Амилахвари был поставлен этим в неловкое по-
ложение. Князь созвал крестьян и заявил им, что вернет
«галу» за год и выгодно продаст им пахотные земли. Мало
веря в «благодеяния» князя, крестьяне ответили, что они обду-
мают предложение. Но, обдумав, они решили, что от Амила-
хвари трудно ждать чего-нибудь хорошего. Продолжая сда-
вать ему «галу», крестьяне попрежнему не узнавали при встре-
чах князя.
Другой случай: Амилахвари выразил желание построить
для крестьян школу. Подозревая в этом какой-то подвох
154
или новую форму кабалы, крестьяне ответили: «Мы не
хотим ни принесенного, ни унесенного йена мри» (восточным
ветром).
Надо отмстить, что восточный вегер был величайшим бед-
ствием для крестьян. Ему сонугствои i.i.i засуха и разрушение.
«Либерал» Амилахвари взрастил достойного наследника -Геор-
гия Амилахвари, организовавшего «черную сотню» и наводив-
шего ужас на всю Карталинню.
Товарищ Сталин вспомнил некоторые «подвиги» Георгия
Амилахвари.
Как-то князь возвращался с пьяной компанией домой и
заметил, что на склоне гор движутся какие-то черные тени.
Решили «проверить», что это за тени. Компания открыла
стрельбу и перестреляла... крестьянских буйволов. Жаловаться
на Георгия Амилахвари никто не мог, так как он был вхож
к великому князю, имевшему дворец в Боржоме. •
Воспоминание о феодалах товарищ Сталин закончил рас-
сказом о пушке Элибо:
— Элнбо был кизикенцем и слыл изобретателем. Когда
крестьяне были доведены до отчаяния поборами помещиков
н царских чиновников, Элибо решил защитить сельчан. Он
видел царские пушки—они были невелики по размерам. Элнбо
решил изготовить большую пушку и выстрелить из Грузии
в... Петербург. Он нашел огромный дуб с дуплом, срубил его
и зарядил дупло порохом и камнями.
Крестьяне собрались около пушки.
Элибо навел пушку и зажег фитиль. Раздался оглушитель-
ный взрыв. Несколько десятков крестьян 614.10 убито и пока-
лечено. Уцелевшие напали на Элнбо:
— Что ты наделал?
Элнбо гордо ответил:
— Это что? Вы представляете, что теперь творится в Пе-
тербурге!
...Наследие феодализма давало себя чувствовать в
Грузии даже при советской власти,—заключил товарищ
Сталин.
Оно нашло выражение в националистическом уклоне, имев-
шем место в компартии Грузии. До какой степени пережитки
феодальных отношений владели умами грузинских крестьян,—
говорил товарищ Сталин,—видно из следующего факта.
В 1924 году я беседовал с крестьянами в Грузии, и один .ста-
рик спросил меня:
«Нельзя ли прислать московских ребят... Хотя бы вре-
менно, чтобы мы могли рассчитаться с дворянами... А то
наше правительство их жалеет и мешает нам расправиться с
ними».
155
*
Товарищ Сталин рассказал о некоторых эпизодах из под-
польного периода своей работы.
— Дело было в Батумской тюрьме,—вспоминал товарищ
Сталин.—Привели арестованного Джохадзе. Это был молодой
большевик, коренастый, крепкий парень. Джохадзе обратился
ко мне с просьбой ознакомить сто на грузинском языке с
«Коммунистическим манифестом». Встречаться мы не могли.
Но так как камеры наши были недалеко друг от друга, я читал
«Манифест», находясь в своей камере, и в соседней камере
могли слушать.
Как-то во время одной из моих «лекций» в коридоре по-
слышались шаги. Я прервал лекцию. Вдруг слышу:
— Почему молчишь? Продолжай, товарищ.
Я подошел к решетке окна. Оказалось, что продолжать
лекцию меня просил солдат-часовой.
Другой эпизод, рассказанный товарищем Сталиным, был
следующий:
- Дело был» в годы реакции. Я был еще юношей. Кре-
егьяш ню, п< н-рпевшее поражение в борьбе с самодержавием,
Ш П1.Навшее >iu < lo'iaiiiinic репрессии царских опричников и до-
веденное до отчаяния, бежало в леса с оружием в руках.
На жестокость карательных экспедиций крестьяне-парти-
заны отвечали жестокостью. Партия направила меня для пере-
говоров с партизанами. Я встретился с ними и начал дока-
зывать, что их поведение бросает тень на революцию. Но я был
бессилен повлиять на них. Тут я впервые почувствовал силу
того гнева и той классовой ненависти, которая является двига-
тельной и побеждающей силой революции.
Боспоминання о кануне революции 1905 года товарищ
Сталии закончил эпизодом своеобразной экспроприации «Капи-
тала» Карла Маркса:
— В Тифлисе проживал небезызвестный букинист. Я учился
в семинарии. У пас существовал марксистский кружок. Букинист
одновременно издавал дешевые брошюры народнического тол-
ка, им лично написанные. Первый экземпляр первого тома
Марксова «Капитала» был каким-то образом получен им. Учтя
<спрос» на «Капитал», он |х?шил давать книгу на' прокат. Плата
была высокая. Наш кружок буквально по гривеннику собрал
деньги. Пам тяжело было выкроить из своего скромного бюд-
жета такую сумму. Мы были возмущены «просветительной» по-
литикой этого народника.
Получив заветный том, мы просрочили возврат на три
дня. Букинист потребовал дополнительную плату за про-
срочку. Мы заплатили. Но каково было ого возмущение и до-
сада, когда он увидел, что «Капитал» экспроприирован!
156
Мы раскрыли перед ним второй рукописный том «Капитала».
За короткий срок мы переписали «Капитал» до последней
строчки.
Товарищ Сталин вспомнил о споем бегстве на Сибири, куда
он был сослан царским правительством:
— Я находился в распоряжении исправник.i. Это был че-
ловек крутого нрава, заслуживший ненависть нс т.п.ко ссыль-
ных, ио и всего населения, особенно возчиков Но пил, как
известно, играли в суровых условиях Севера, с перегонами
в сотни верст, немаловажную роль. Эти люди, вид нппи' виды,
были буквально терроризированы исправником. Задумав бег-
ство, я решил сыграть па этой ненависти.
«Я хочу подать жалобу на исправника. У меня есть связь
в Зимней»,—сказал я одному из возчиков. Л Зимняя была бли-
жайшая железнодорожная станция, до которой надо было
ехать несколько дней. Возчик охотно согласился везти меня
туда, выговорив себе, помимо платы, по «аршину» водки на
больших остановках и по «поларшина» на малых.
Подгоняемый ненавистью к самодуру-исправнику, возчик
вез меня отлично. На остановках для него кабатчики выстраи-
вали за мой счет «аршины» и «полуаршнны» рюмок с водкой.
Морозы стояли сорокаградусные. Я был закутан в шубу.
Возчик погонял лошадей, распахнув свою шубенку и открывая
чуть ли не голый живот жестокому морозному ветру. Тело его,
видно, было хорошо проспиртовано. Здоровый народ! Гак мне
удалось бежать,—заключил вождь.
Встречи с товарищем Сталиным будут для меня самыми
счастливыми и незабываемыми воспоминаниями.
3. Троицкая
Начальник дороги
ft
НАМ АПЛОДИРОВАЛ СТАЛИН
J L, 1935 года. На вечере в железнодорожном клубе ко
мне подошел работник политотдела и сказал, что сейчас мы
поедем с группой ударников и стахановцев в Кремль. Это было
настолько неожиданно, что сразу я даже не поверила этому.
Но когда я увидела, что собираются люди с Московского узла,
которых я знала по хорошей работе,—машинисты, которые под-
хватили почин Петра Кривоноса и ездили на большой клапан,
то я убедилась, что действительно предстоит что-то гран-
диозное.
Мы приехали в Кремль. В Кремле я была впервые. В гро-
мадном зале Большого Кремлевского дворца уже было много
стахановцев. Мы старались занять места как можно ближе
к трибуне.
Когда на трибуне появились товарищи Сталин, Молотов,
Ворошилов, Орджоникидзе, Каганович, то зал, в котором было
несколько тысяч человек, превратился в бушующий океан.
Аплодисменты, возгласы: «Да здравствует Сталин!», «Да здрав-
ствует советское правительство!», потрясали Кремлевский дво-
рец. Наконец, буря аплодисментов стихла, и товарищ Орджо-
никидзе открыл первое Всесоюзное совещание стахановцев.
Внимательно опушала я речи выступавших. Взволнованно
говорили ораторы. Каждый говорил о себе, о своей работе,
о том, что только в нашей стране труд стал делом чести,
славы, доблести и геройства. Совещание подходило к концу.
В президиум стали поступать записки, в которых сотни людей
просили товарища Сталина выступить.
Когда товарищ Сталин вышел на трибуну—с новой силой
начались овации. Несколько раз товарищ Сталин пытался пре-
/55
кратить аплодисменты, по разве можно было остановить лю-
дей, которые приветствовали своего лучшего друга, руководи-
теля непобедимой партии, который собирался обобщить все
сказанное на совещании людьми, вышедшими из народа!
л
1936 год. Чрезвычайный VIII съезд советов. Я была деле-
гатом съезда. В Кремлевском дворце я была уже но второй раз.
Эти дни незабываемы. Доклад товарища Сгинпы о проекте
Конституции был с радостью, с восторгом iiociipiimn делега-
тами съезда. В проекте Конституции были отображены и за-
писаны все чаяния и надежды лучшей, передовой части чело-
вечества, было записано все то, чего уже добились люди в
пашей стране под руководст пом партии, под руководством
товарища Сталина. В проекте Конституции, в словах товарища
Сталина была отображена жизнь и рост каждого из делега-
тов съезда. Каждому казалось, что именно о его росте, о его
жизни говорит товарищ Сталин. В своем выступлении товарищ
Сталин обрисовал ярко, образно, коротко и ясно все те успехи,
весь тот подъем, которого добились мы в пашей стране.
Я сидела очень близко к трибуне. Каждое движение, ка-
ждый жест товарища Сталина были мне хорошо видны.
Товарищ Сталин казался таким близким, дорогим и родным,
как будто много лет и много раз мы с ним встречались и
говорили.
ft
На мою долю выпала большая честь приветствовать от
армии железнодорожников в числе других стахановцев же-
лезнодорожного транспорта XVIII партийный съезд.
Когда мы в одном шеренге—Петр Кривонос, Огнев, Богданов
и я—стояли около трибуны Большого Кремлевского дворца
и когда товарищ Макаров закончил свое приветствие (бывший
машинист, теперь заместитель начальника Центрального упра-
вления паровозного хозяйства), товарищ Сталии стал усиленно
аплодировать. Аплодируя нам, железнодорожникам, он апло-
дировал нашим замечательным делам, нашим успехам, кото-
рых мы добились под руководством партии Ленина Сталина,
под руководством верного ученика товарища Сталина—
Л. М. Кагановича.
Каждая встреча с товарищем Сталиным, каждое его высту-
пление, каждое его слово воодушевляет на новые дела, на
новые достижения на благо нашей прекрасной родины.
М. Водопьянов
Герой Советского Союза
й
ОН ВСЕГДА С НАМИ
сенью 1939 года я впервые попал в Горн, на родину
великого вождя.
Меня привели к маленькому одноэтажному домику из се-
рого камня. Здесь родился и жил Иосиф Виссарионович
Сталин.
С невольным волнением я поднялся на веранду и открыл
левую дверь. В большой комнате с глиняным полом и стенами,
оштукатуренными глиной, стоял обеденный стол, покрытый
самотканой скатерыо.
Вдоль одной стены—тахта и скамья, покрытая ковром такой
же расцветки, как и на тахте. А напротив—шкаф с хозяйствен-
ной посудой. На полу около шкафа—кувшины для воды.
Вторая дверь привела меня в небольшую спальню. На сте-
не—несколько портретов Сталина, когда оп был веселым ребен-
ком, талантливым школьником, смелым юношей и зрелым муж-
чиной, шагающим в свое великое будущее.
Здесь же висят портреты его матери и его друзей детства.
Я долго всматриваюсь в каждый портрет... Потом закрываю
глаза и стараюсь представить Сталина таким, каким он был,
когда жил здесь.
11о это мне не удается. Я ясно вижу дышащее огромной
внутренней силой, такое знакомое, горячо любимое лицо муд-
рого, гениального нашего отца.
...За окном—зеленый, солнечный Гори. Ветер доносит об-
рывки уличного шума и звонких песен. Мне не хочется ухо-
дить. Здесь, где даже стены бережно хранят воспоминания
/60
о вожде народов, дарящем счастье многим миллионам, легко
и хорошо думать о нем.
Уходя из домика в Гори, я унес с собой в душе что-то
большое, хорошее, трудно передаваемое слонами. II весь день
был у меня какой-то особенный, праздничный, похожий на те
дни, когда я возвращался из Кремля.
й
Я имел счастье видеть Сталина и слушать его простые,
мудрые слова не раз. И каждая встреча с вождем народов
оставляла у меня неизгладимое впечатление.
Помню "первую встречу с дорогим и любимым учителем и
другом всех летчиков.
Это было в тот день, когда мы, участники челюскинской эпо-
пеи, вернулись в Москву. I lac ждали цветы, музыка, востор-
женные толпы людей. Но самым дорогим, самым ценным было
ласковое одобрение товарища Сталина.
Пришел я в себя, когда мы вместе с нашими вождями под-
нялись на трибуну у Кремлевской стены.
Вдруг около трибуны я увидел своих ребят: Веру и Вову.
Я позвал их. Часовой посторонился, и дети поднялись ко мне.
Я дал им маленькие флажки:
— Приветствуйте демонстрантов.
Но Вера и Вова только мельком взглянули на красиво убран-
ные колонны. Их глазенки упорно бегали по трибуне, кого-то
искали.
Сынишка первый не вытерпел.
— Папа, где Сталин?—тихонько шепнул он мне на ухо.
Я не успел ответить. Иосиф Виссарионович, улыбаясь, подо-
шел к нам.
— Здравствуйте,—пожал он ручонки детям.—Тебя как
зовут?
Вера.
— А тебя?
— Вова.
— Всва... Так это ты побоялся сказать учительнице, что
твой папа спас челюскинцев?
Bora поднял глаза на Сталина:
— Как я мог ей это сказать, когда я сам еще не знал,
удалось ли папе спасти челюскинцев?
Сталин весело рассмеялся.
Меня до глубины души поразило, что человек, загруженный
важнейшими государственными делами, запомнил этот малень-
кий эпизод, рассказанный моей женой на страницах «Правды».
Я почувствовал, какой большой любовью к детям согрето
сердце этого величайшего человека нашей эпохи.
11 Сборник
/67
*
Я видел вождя в Кремле па приеме Чкалова, Байдукова и
Белякова. Тосты следовали один за другим.
Когда очередь дошла до меня, я сказал:
— Товарищи! Чкалов, Байдуков и Беляков совершили дерз-
кий прыжок в девять тысяч километров по повои и тяжелой
трассе. Всему миру показали они, на что способна Советская
страна. Мы, советские летчики, не страдаем профессиональной
завистью. Успехам наших товарищей мы радуемся искренне
и горячо. Но каждый из нас мечтает совершить во славу
нашей родины еще более замечательный полет.
И, обратившись к товарищу Сталину, я добавил:
— Иосиф Виссарионович, разрешите мне полететь туда,
куда еще никто нс летал,—вернее, летал, но не садился,—на
Северный полюс. Там, на крыше мира, я посажу советский са-
молет.
•	( талии улыбнулся и ничего нс ответил. Но я был уверен,
что он разрешит полег на полюс.
11 он разрешил, когда окончательно убедился, что все серь-
стаю обдумано, предусмотрено и, главное, что жизнь участ-
ников этой экспедиции не будет подвергаться риску.
В дальнейшем товарищ Сталин повседневно руководил под-
готовкой к штурму высоких широт, проверяя все мелочи, вплоть
до того, как будут кормить люден на полюсе. И когда воз-
душные корабли пробивались в сердце Арктики, он внима-
тельно следил за нашими радиограммами.
Какой теплотой дышало его поздравление, посланное на
полюс летчикам, механикам, радистам!
Я встретился со Сталиным, когда паши воздушные корабли,
возвращаясь с полюса, приземлились на Центральном москов-
ском аэродроме.
Его лицо выплыло неожиданно. И в тот же миг все окру-
жающее перестало существовать для меня. Я не верил своим
глазам.
Сталин шел нам навстречу... Такой высокой награды мы
нс ожидали.
Сталин обнял меня и поцеловал. Взволнованный и потрясен-
ный, я сказал, указывая на наши четырехмоторные гиганты:
— На таких красавцах мы не только на полюс, а куда хо-
тите слетаем, Иосиф Виссарионович.
Сталин ответил мне:
— Не забудьте: люди...
162
Разве забудешь? Мы, летчики, как заповедь, помним слова
вождя, сказанные Валерию Павловичу Чкалову, когда он был
еще мало известным летчиком:
— Ваша жизнь нам дороже любой машины...
Товарищ Сталин бережет жизнь летчиков, следит за их по-
летами, радуется их достижениям.
И как тяжело переживал он, когда самолет Леваневского,
летевший из Москвы в Америку, пропал без вссги в районе
полюса неприступности I
В этот же день Шмидта, Шевелева, Молокова, Спирина
и меня вызвали н Кремль на срочное совещание. На
этом совещании присутствовали товарищи Сталин, Молотов,
Ворошилов и Л. Каганович.
Шмидт, стоя у карты, рассказал о своем проекте поисков
экипажа Леваневского.
Сталин несколько раз перебивал его, внимательно уточ-
няя отдельные детали.
Когда Шмидт кончил, Сталин спросил у него:
— Кто из летчиков полетит?
Но Шмидт не успел ответить: Молоков, Шевелев, Спирин
и я сказали в один голос:
— Мы готовы выполнить любое ваше задание.
Сталин ответил нам благодарным взглядом.
л
...Полярной ночью на мысе Желания я получил радио-
грамму из родных мест. Земляки сообщали, что выдвинули
мою кандидатуру в Верховный Совет Союза.
Я поблагодарил их за высокую честь и обещал оправдать
доверие.
В торжественный день открытия первой сессии я слышал,
как избранники народа—депутаты социалистического парла-
мента прерывающимися от радостного волнения голосами гово-
рили о торжестве Сталинской Конституции. С какой любовью
и преданностью смотрели все на первого среди равных, на
первого депутата—Иосифа Виссарионовича Сталина!
й
Наступил исторический день открытия XVIII съезда больше-
вистской партии. С огромным волнением я переступил порог
Кремлевского дворца.
Зал был уже полон, хотя до начала оставалось еще много
времени.
Рядом со мной сидел незнакомый мне комбриг.
— Знаете,—сказал он мне,—ведь я еще ни разу в жизни
не видел товарища Сталина... Даже издали. А сегодня...—Го-
дое его слегка дрогнул, жду, не дождусь этой минуты.
п*
163
I )озже я увидел сияющее счастьем лицо комбрига. Вместе
с другими делегатами и гостями съезда он стоя приветствовал
любимого вождя и его соратников.
Трудно передать словами энтузиазм, охвативший всех при-
сутствовавших. Более двух тысяч человек кричали на всех
языках пародов СССР: «Ура товарищ}' Сталину!»
Дружное «ура» заглушило звонок председателя. Разве можно
остановить радость, когда она бурлит, когда она перехлестывает
за стены зала?!
После вступительной речи товарища Молотова на трибуну
взошел Сталин. Снова бесконечные бурные аплодисменты.
Зато когда Иосиф Виссарионович заговорил, наступила та-
кая тишина, что каждый слышал биение своего сердца.
Товарищ Сталин говорил о замечательном пути, пройденном
нами в период от XVII до XVIII съезда, о перспективах новых
величественных преобразований.
Я смотрел па Сталина, видел его ласковую усмешку, слу-
шал его rtVioc и думал: «Как хорошо, что нашу страну юности
и дерзких «амыслон ведет вперед этот простой и гениальный
человек < несокрушимой волен и большим сердцем!»
а
Сталин всегда с нами, советскими людьми, даже тогда,
когда мы находимся за тысячи километров. Это очень ценно
для людей странствующих профессий: летчиков, моряков, по-
лярников.
В минуты опасности мы физически ощущаем на своем плече
одобряющую руку вождя.
Так не раз было и со мной...
Помню, мы возвращались на материк после полета за по-
люс на поиски экипажа Леваневского. Полярная ночь догоняла
наш самолет. Погода нам не благоприятствовала. Постепенно
облачность становилась такой плотной, что мы еле-еле видели
обрывистые берега.
Мы летим над морем. Но скоро море и туман—все сливается
в общий фон. Лететь очень трудно. Кроме того, волнует мысль
о предстоящей посадке. Наша машина не в порядке*: лопнула
покрышка правого колеса. Пришлось подвязать колесо вер'ев-
кой. Положение незавидное.
Усталость давала о себе знать. Появилась апатия... Ско-
рее бы конец.
Какой-то внутренний толчок заставляет крепче, до боли
в ногтях, держать штурвал самолета. Выплывает лицо Сталина...
Я слышу его голос, мягкий, чуть-чуть глуховатый:
«Нет ничего дороже человеческой жизни».
164
Со мной четыре товарища... Я беру себя в руки. Растет
уверенность в благополучном исходе.
Еще через час-пошора наш самолет па одном колесе сел
на мысе Меньшикова. Люди были целы и невредимы. Машина
тоже.
Через несколько дней, в годовщину Великого Октября,
здесь же, на мысе Меньшикова, я снова беседовал с вождем.
Это неважно, что я лежал в спальном мешке на безлюдном
берегу—мысленно я был там, на Красной площади.
«Люблю я летчиков»,—говорил как-то товарищ < i алии, лю-.
буясь, как самолеты ровным строем плывут высоко над три-
буной.
«Мы, летчики, отвечаем тебе пламенной, беззаветной пре-
данностью. По твоему зову мы пойдем когда угодно и куда
угодно».
Родина и Сталин. Для нас эти два слова неразрывно свя-
заны между собой.
И ради родины, ради Сталина мы, советские люди, мечтаем
о новых подвигах, новых завоеваниях.
Бюлъ-Бюль
Народный артист СССР
ИСТОЧНИК ВДОХНОВЕНИЯ
ГС ......................
общества узнают, как гений человечества, великий и родной
Сталин ценит и дружит с людьми науки и искусства.
Это било в 1935 году, в одном из кабинетов Кремля, когда
товарищ Сталин вместе со своими верными соратниками при-
нимал азербайджанскую делегацию в связи с 15-летием сове-
тизации Азербайджана.
Трудно описать мое состояние, когда я увидел вошедшего
товарища Сталина вместе с членами Политбюро. Это чувство
неописуемо. Смена радости волнением. Я был счастлив, что
имел возможность лицом к лицу видеть и слышать гения че-
ловечества.
Уже одно то, что я имел возможность присутствовать в
зале, где находился товарищ Сталин, сидеть рядом с ним,—
эта возможность меня бесконечно волновала. Когда все усе-
лись, у меня просто дух замер от этого великого, переполняю-
щего меня чувства. Когда же преподнесли товарищу Сталину
альбом от Азербайджана и товарищ Сталин по-дружески, про-
сто, стал рассматривать этот альбом и прислушиваться к речам
выступающих, я сразу почувствовал себя свободно, непри-
нужденно. Я чувствовал себя легко, и вместе с тем я был горд.
Я все время был прикован взглядом к товарищу Сталину.
Каждое его движение, каждый поворот в сторону товарищей
Молотова, Орджоникидзе, Ворошилова, каждое выражение его
липа, его исключительное спокойствие заставляли мою мысль
166
работать в одном направлении: как ни люди работают, как они
мгновенно схватывают смысл сказанного, заранее знают все
то, чему докладчики посвятили немало времени.
Когда начали раздавать подарки награжденным и привет-
ствовать их пожатием руки, я наблюдал, как товарищ Сталин
искренно, просто, с отцовской заботой пожимал руки пред-
ставителям нефтяников, хлопковнков и Интел iih vihuhi. Я не упу-
скал ни одного момента, ни одного штриха от самых, казалось
бы, обыденных вещей, ибо каждое движение товарища Сталина
для меня имело особый смысл, особое значение.
Наконец, дошла очередь до меня. Неожиданно я услышал
свою фамилию. Слово «Бюль-Бюль» вызвало движение среди
соратников товарища Сталина. Его самого в этот момент в
зале не было. Были моменты, когда он отсутствовал в прези-
диуме, будучи в другом конце зала. Я качал здороваться пооче-
редно с товарищами Л1олотовым, Калининым, Ворошиловым,
Микояном.
Когда я подошел к товарищу' Орджоникидзе, он как будто
прочел мои мысли, понял, что я ищу товарища Сталина. Он
обратился к товарищу Сталину и громко сказал:
— Сталин, что ты, не признаешь артистов?
Товарищ Сталин подошел к нам с улыбающимся, ласковым
взглядом и протянул мне руку. Я отложил полученный мною
подарок и всем своим существом потянулся к нему. Он долго
нс отпускал моей руки и сказал:
— Да здравствуют азербайджанские артисты!
Я был точно опьянен. У меня совершенно отнялся язык.
II я, который всегда смело выступал как артист перед тысячной
аудиторией, от волнения смог только произнести:
— Да здравствует наш Сталин!
Вторая моя встреча с товарищем Сталиным была в 1937 году,
во время азербайджанской декады искусства.
Первый спектакль «Кер-оглы»...
На спектакле присутствовали товарищ Сталин и его бли-
жайшие соратники. В этот момент во мне боролись два чув-
ства: чувство артиста, художника, который в себе воплощал
образ героя, второе—великое чувство, не от меня завися-
щее, волнующее сознание, что недалеко от меня сидит и
слушает меня великий Сталин. Я был вдохнов.лен обоими чув-
ствами. Не знаю, что превалировало во мне: образ героя
или сознание, что рядом со мной находится товарищ Сталин.
1-1 только после каждого акта, когда нам аплодировали,
у меня была возможность встретиться взглядами С товарищем
Сталиным. '
/67
Ил протяжении всей декады я часто встречал этот отцов-
ский взгляд.
После декады весь наш коллектив был приглашен в Кремль.
Я опишу отдельные моменты этой встречи, которая произвела
на меня неизгладимое впечатление. Когда товарищ Сталин и
его соратники вошли в Георгиевский зал при всеобщей ра-
дости и бурных аплодисментах, я очутился рядом с товарищем
Ворошиловым. Он обнял меня за талию и сказал:
— Смотри, какой изящный, а на сцене—совсем гигант!
В этот момент я оказался недалеко от товарища Сталина.
Я ему протянул руки, как это было и в первую встречу мою
с ним в 1935 г., по теперь он для меня стал еще более родным
и близким. В этот момент я был спокойнее, чем в первый раз.
Я был горд, чго ласковый взгляд товарища Сталина как бы
одобрял успех азербайджанского искусства.
За стазом я сидел недалеко от товарища Сталина. Направо
сидел товарищ Жданов, налево, через четыре человека—
товарищ Сталин.
Мени очень занимала мысль: как я буду чувствовать себя
ва одним сголом с гением человечества? Оказалось, очень
просто, тепло, непринужденно и весело. И семь часов, про-
веденных вместе, пролетели незаметно.
Меня занимала мысль: на протяжении всей декады товарищ
Сталин выслушал большое количество спектаклей и заключи-
тельный концерт нашей декады. Будет ли товарищ Сталин слу-
шать нас здесь, в Кремле? Нс будет ли утомительным для него
этот концерт? Но товарищ Сталин проявил огромный интерес
и большое внимание ко всем выступающим: к ансамблю народ-
ных инструментов, ансамблю песни и пляски и т. д. До ухода со
сцены последнего исполнителя (а их было около 200) товарищ
Сталин непрестанно аплодировал.
Наконец, подошла и моя очередь. Вдохновленный общим
успехом нашей декады, я быстро вышел на сцену. По про-
грамме я должен был исполнить народные песни под акком-
панемент азербайджанского трио народных инструментов. Я
знал, что товарищ Сталин очень любит народные песни. Пер-
вая спетая мною песня прошла с большим успехом. Тут же я
попросил бубны (габал) инструмент, на котором я виртуозно
играл, когда играл и пел на свадьбах, делая всевозможнейшие
манипуляции с этим инструментом, бросая его ввысь, на рас-
стояние двух метров—соответственно ритму и паузам, прису-
щим данной песне.
Я был до того переполнен творческим энтузиазмом, что
абсолютно забыл о том, что меня отделяет двадцать лет от
того времени, когда я играл на бубнах на свадьбах. Прнсту-
168
пил к исполнению песни. Я бросал бубны вверх (а Георгиевский
зал, как известно, очень высок, помещение oi ромнос), проде-
лывал с ними разные манипуляции. Я чувствовал, что нее это
я делаю лучше, чем двадцать лег юму назад. Но окончании
исполнения товарищ Сталин и нее его окру-т нищие встали и
аплодировали мне. Я видел, как товарищ (талин де-
лился своим впечатлением с товарищем Ворошиловым. То, что
товарищ Сталин стоя аплодировал мне, меня i.ik по трясло,
что я нс чувствовал возможности уйти со сцены: ноги не пови-
новались. Вместо того чтобы сесть на свое место, и ушел в
другую комнату, чтобы успокоиться и затем незаметно про-
браться обратно на свое место. Однако товарищ Сталин за-
метил меня, остановил, взял за руку и сказал:
— Ты—дар; береги стоя.
На прощание я протянул ему обе руки, н он сердечно,
тепло, искренно их пожал.
Как и в 1935 году, так и теперь, посте этой встречи с
товарищем Сталиным, я несколько ночей совсем не спал. Оста-
ваясь один со своими мыслями, я думал: «Не сон ли это?
Такой великий гении, как товарищ Сталин, так дружески, так
сердечно относится к сыну простого рабочего».
Спустя год, т. е. в 1938 году, я опять встретил родной,
близкий мне взгляд товарища Сталина. Это было на сорокалет-
ием юбилее МХАТ. Я сидел в президиуме. Шел доклад. В это
время товарищ Ворошилов заметил меня. Мы раскланялись.
Затем я заметил, как товарищ Ворошилов показывает на меня
Сталину, и товарищ Сталин ласково, как и раньше, с улыбкой
посмотрел па меня. Мы раскланялись.
, Затем начался концерт. В числе выступающих был и я.
Мое чувство будет понятно только тем товарищам, которым
приходилось выступать в присутствии товарища Сталина. Как
и во время нашей декады, нас слушали кроме членов 11олнт-
бюро лучшие представители искусства Советского Союза. Вы-
ступления в таких случаях, безусловно, волнуют исполнителя.
В такой момент меня охватывает не только волнение, но
и художественный экстаз. Одно сознание, что я пою в
присутствии товарища Сталина, меня окрыляет и удваи-
вает мою энергию. И в этот вечер, как и раньше, по оконча-
нии исполнения пения мне аплодировал товарищ Сталин и его
соратники.
Проходит еще год с лишним. 31 августа 1939 года в Боль-
шом Академическом театре шел пЬказ творческой самодеятель-
ности союзных республик—Украины. Грузии, Казахстана и т. д.
Спектакль был посвящен Всесоюзной сельскохозяйственной вы-
ставке. Я сидел в восьмом ряду, рядом с руководителем азер-
байджанских большевиков -товарищем Багировым, который и
/69
привел меня в театр. Позади меня сидела Чимназ Асланова—
заместитель председателя Верховного Совета СССР. Налево,
в правительственной ложе, сидели члены Политбюро. Товарища
Сталина не было видно: занавес отделял нас друг от друга.
Вдруг встречаемся взглядами с товарищем Ворошиловым. Рас-
кланиваемся. В эго время товарищ Асланова толкает меня,
указывая налево, где сидел товарищ Сталин. Он рукой ото-
двигал занавес и смотрел в нашу сторону. Как и раньше,
наши взгляды встретились. Он меня заметил, и мы раскла-
нялись.
Это отеческое внимание товарища Сталина является зало-
гом моего творческого подъема. Его похвала является самым
ценным в моей жизни, и я считаю себя самым счастливым
среди счастливцев нашей необъятной родины.
И. Коробов
Депутат Верховною Совета УССР
*
ТРИ ВСТРЕЧИ
9
то было в конце декабря 1934 года. В числе других
и я получил приглашение выехать в Москву, в Наркомат тя-
желой промышленности. Утром 23 декабря мы прибыли в
столицу страны социализма.
Как всегда, говорлива Москва. Улицы чисто убраны. Бурно
протекает жизнь города.
Вечером мы попали в наркомат. Секретарь товарища
Серго встретил нас приветливой улыбкой.
— Сейчас будут машины, и вы поедете в Кремль, со-
общил он.
Длинными показались минуты. Но вот мы, наконец,
в Кремле. Здесь все кажется ’интересным. Я с удивлением
оглядывался по сторонам, любовался изяществом архитектуры
здания—всем окружающим.
Собралось много знатных металлургов страны, начали раз-
говаривать о производственных вопросах, о работе заводов
металлургической промышленности. Рядом со мной сидел мой
старшин сын Павел.
В начале седьмого в зал вошли товарищи Сталин, Орджо-
никидзе, Молотов и другие руководители партии и правитель-
ства. Нельзя описать ту радость и ликование, которые охва-
тили присутствующих. Зал долго аплодировал. Раздались крики
«ура» в честь коммунистической партии, в честь великого
Сталина.
Наконец, совещание металлургов началось. Первое слово
было предоставлено товарищу Бардину. Он говорил о раз-
витии металлургии в Советском Союзе и в частности о Куз-
нецком заводе, рассказал, как перед началом строительства
171
Кузнецкого завода никто нс верил в осуществление намечен-
ного плана.
С нами за одним столом сидели, разрабатывали чер-
тежи, и то не верили в построение завода за такой короткий
срок,—прервал Бардина товарищ Сталин.
11о вот на трибуне появляется товарищ Сталин. Надо было
присутствовать в зале, чтобы ощутить ту радость и счастье,
которые мы переживали, когда слышали слова гения челове-
чества.
Товарищ Сталин говорил долго. Его слова глубоко вос-
принимались каждым. А говорил он о развитии металлургии,
о том, что раньше мы получали машины из-за границы и на
них учились работать. Эта линия была разработана коммуни-
стической партией правильно. Мы одновременно учились и
строили промышленность, а не наоборот, как предлагали не-
которые вредители, утверждавшие, что сначала нужно на-
учиться работать, а потом покупать машины. Товарищ Сталин
особенно подчеркивал значение заботы о кадрах, которые надо
выращивать, как садовник выращивает деревья.
После речи товарища ( талина каждый хотел выступить,
поделиться с родным отцом и рассказать обо всем наболевшем.
Когда уже начали расходиться, Серго подозвал меня к себе,
подвел к вождю народов и сказал:
— Товарищ Сталин, вот Коробов. Он сам доменщик и вос-
питал трех сыновей-доменщиков.
Товарищ Сталин пожал мне руку и говорит:
— Молодец, товарищ Коробов, что воспитал таких сынов.
В это время подошел Павел. Товарищ Серго представил
и его товарищу Сталину, говоря, что это мой сын, которого
приняли в ряды ВКП(б) через ЦК.
Пребывание в Кремле оставило во мне неизгладимое впе-
чатление.
29 октября 1937 года я вторично встретился с товарищем
Сталиным. Дело было так. 9 октября Лазарь Моисеевич
Каганович посетил Макеевский завод имени Кирова. В домен-
ном цехе я встретился с ним.
— Как ваше здоровье?—спросил товарищ Каганович.
— Ничего, спасибо,—ответил я и в свою очередь осве-
домился о здоровье Лазаря Л1оисеевича.
А скажите, товарищ Коробов, сколько вам лет. что вы
вырастили таких сынов? заинтересовался Лазарь Каганович.
Я ответил. Лазарь Моисеевич сразу же начал расспраши-
вать о работе цеха, завода, интересовался, как живут рабочие,
сколько зарабатывают.
19 октября я выехал в Москву на совещание металлургов
в Кремле. В девятнадцать часов 29 октября я проехал Боро-
172
пицкие ворота, въехал в Кремль. Совещание проходило в Гра-
новитой палате. На этом совещании присутствовали мои сы-
новья—Павел и I Николай.
Сначала говорил Лазарь Моисеевич, oi крывший совеща-
ние. Но вот он предоставил слово великому Сплину. В зале
поднялась прямо-таки буря. Долго не смолкающие аплоди-
сменты то затихали, то переходили н овацию, А на трибуне
стоял простой и величественный Сталии. Он несколько раз
поднимал руку, по этот жест вызывал еще большую овацию.
Наконец, в зале воцарилась тишина, и Сталин начал говорить.
Иосиф Виссарионович говорил просто, понятно, сыраясь,
чтобы каждое слово дошло до слушателя. Когда он кончил
говорить, Лазары Моисеевич подозвал меня и хотел было
познакомить с товарищем Сталиным.
— Мы уже давно знакомы,-сказал товарищ Сталии и
тут же начал расспрашивать о моем здоровье. В конце раз-
говора он также заинтересовался:
— Сколько вам лет, товарищ Коробов?
— Пятьдесят шесть,—ответил я.
— Я старше вас,—улыбнулся товарищ Сталин, а потом
сказал:—Позовите сыновей.
Когда Павел и Николай подошли и один встал по правую,
другой по левую руку, товарищ Сталин поднял бокал и про-
возгласил тост:
— ...За здоровье новых и старых бойцов доменного дела
в металлургии, и прежде всего, за здоровье доменщика тон. Ко-
робова, за Коробова-отца, за сына его, за всю семью домен-
щиков Коробовых, за то, чтобы семья Коробовых не отстала
от новых методов работы.
Нас охватило невиданное волнение и радость. Волнуясь,
под бурные аплодисменты зала, я пожал товарищу Сталину
руку и заявил:
— Нет, товарищ Сталин, мы не отстанем от новых ме-
тодов работы. Мы будем честно трудиться на благо родины,
бороться за дело коммунистической партии. Я уже старик,
но положу все свои силы, чтобы выполнить ваше пожела-
ние и быть впереди других металлургов.
Мне и сыновьям казалось, что не только нас охватила
радость, а всех присутствовавших в зале. Да это так и было.
Все, кто видел и слышал великого человека товарища Сталина,
испытывают большую радость и счастье.
Домой мы возвращались, как никогда, счастливые. Еще
бы! Вождь мирового пролетариата произнес тост за нашу
семью. Шли мы и разговаривали:
— Вот смотрите, какое у нас правительство,—сказал На-
вел,—подлинно народное, рабочее. Приняло металлургов и
173
угольщиков в Кремле, Сам Сталин беседует с рабочими, рас
спрашивает, как дела.
— Да,—задумчиво произнес Николай,—запомните, что ны-
нешний день будет праздником для нашей семьи Коробовых.
Третий раз я виделся с товарищем Сталиным на первой
сессии Верховного Совета СССР. От имени коллектива киров-
цев я ездил приветствовать открытие сессии. Приветствовать
сессию приехали со всех концов нашей необъятной родины
представители всех национальностей. Во время приветствия
я держал знамя, а когда стал уходить, меня попросили в
президиум. Товарищ Сталин поднялся навстречу, подошел н
крепко пожал руку.
Зал бурно аплодировал. Я горячо поблагодарил товарища
Сталина за Конституцию, передал привет от трудящихся
Донбасса.
— Спасибо, товарищ Коробов, — произнес Иосиф
Виссарионович.
If. Соколоа-Микитов
Писатель
•Ct
ЧУТКОСТЬ
l Несколько лет назад у берегов далекой и холодной
арктической земли потерпел аварию советский ледокол «Малы-
гин», название которого теперь известно многим миллионам
людей нашей страны. На ледоколе находились семьи рабочих и
служащих советских рудников на Шпицбергене. Катастрофа
произошла в темноте полярной ночи (на Шпицбергене в те вре-
мена еще не было маяков), в зимнее, глухое время, когда в по-
лярных странах прекращается обычная навигация.
Первая спасательная экспедиция, спешно отправившаяся из
Архангельска к месту катастрофы, не смогла справиться с за-
дачей: у водолазов нехватило спасательных средств, мощного
оборудования. Лежавшему на подводных камнях, окруженному
льдами кораблю грозила неизбежная гибель.
Судьбою корабля заинтересовался товарищ Сталии. По его
инициативе Эпрону было поручено послать новую спасатель-
ную экспедицию. В эту экспедицию, снабженную мощными
спасательными средствами, были приглашены лучшие водо-
лазы Эпрона.
Прибыв на место, эпроновцы тотчас приступили к работе.
Не покладая рук трудились они на обледенелом корабле. При
жестоких морозах спускались водолазы под лсд. Сполохи се-
верного сияния-па Шпицбергене еще продолжалась полярная
ночь—освещали затерянный в ледяной пустыне мертвый ко-
рабль и работавших па его палубе отважных людей.
/75
Крепкая вера в победу, надежда на сталинскую заботу
помогли этим людям совершить чудо—корабль был спасен.
В неслыханной, небывалой работе водолазам оказывало
огромную помощь маленькое спасательное судно «Руслан».
Не страшась тяжелых льдов и подводных камней, вплотную
пробивался «Руслан» к мертвому, недвижимому кораблю. На
«Руслане» доставлялась провизия водолазам, «Руслан» снаб-
жал спасательную экспедицию паром и электричеством от своих
машин.
В опасной, самоотверженной работе закалялась дружба лю-
дей, крепче завязывалась братская связь между экипажами
«Малыгина» и «Руслана».
Тем тяжелее пережили моряки катастрофу, происшедшую
в океане, когда корабли уже возвращались к берегам родной
земли. Заливаемый огромными океанскими волнами, обледенев-
ший «Руслан» начал тонуть. Команда «Руслана» не покладая
В/к скалывала с палубы корабля глыбы нараставшего льда,
очтн целые сутки, потеряв управление, носился по волнам
погибавший «Руслан».
На помощь бедствовавшему кораблю от берегов Шпицбер-
гена вышел ледокол «Красин». Долго искал «Красин» скры-
того пургою маленького «Руслана». Дежурившие у приемников
радисты получали от руслановцев прощальные телеграммы.
Потеряв надежду на спасение, мужественно и спокойно про-
щались моряки со своими товарищами по работе. Последняя
полученная с «Руслана» телеграмма состояла всего из двух
слов: «Спускаем шлюпки...» Связь между кораблями прерва-
лась.
О подробностях потрясающей трагедии узнали от трех
спасшихся руслановцев-моряков, шлюпка с которыми через
шесть дней была подобрана норвежским судном.
Гибель «Руслана» омрачила последние дни экспедиции, воз-
вращавшейся на спасенном «Малыгине» к берегам своей земли.
Последние телеграммы руслановцев навсегда остались в па-
мяти участников экспедиции.
л
Спустя несколько недель после гибели «Руслана» писателю,
принимавшему участие в эпроновской экспедиции и в поисках
погибавшего корабля, довелось рассказывать товарищу Сталину
о виденном и пережитом.
С глубоким вниманием товарищ Сталин расспрашивал пи-
сателя о работе эпроновцев-водолазов, о трагическом конце
«Руслана», о судьбе отдельных людей. Он интересовался при-
чинами катастрофы, состоянием здоровья трех спасшихся рус-
176
лановцев. От Сталина нс ускользнула ни одна подробность.
Узнав о героической смерти отнажных моряков, до последней
минуты боровшихся с бушующим океаном, с ыубокпм челове-
ческим сочувствием Сталин заметил:
— Корабля не жалко—жалко хороших людей I
Эти простые, человеческие слона Сталина па нею жизнь
запомнил писатель. В них сказалось ю высокое и великое,
что заключено в Сталине, в его ну nt и делах: его шбота
о людях, их счастье, их судьбе.
|2 СборЯИК
В. Гризодубова
Герой Советского ^Союза
*
ДРУГ И УЧИТЕЛЬ
к
JL V ак часто я бралась за перо, чтобы рассказать о
встречах с Иосифом Виссарионовичем Сталиным, и каждый
раз ncxii.na io iyxa писать. Воспоминания об этих встречах
гак сильны, что даже в нашем богатом русском языке не-
хватает слов для того, чтобы их передать.
Вот первая сессия Верховного Совета. Просторный зал.
Сюда собрались депутаты, слуги парода. Вышел товарищ
Сталин. Совсем близко увидели все его любимое лицо, ласко-
вую улыбку.
Я не мог)' передать, что тут происходило с нами. Словно
птичья стая, полетели аплодисменты. Не смолкали возгласы:
Слава товарищу Сталину!
— Да здравствует товарищ" Сталин!
*
Вскоре я увидела Иосифа Виссарионовича в простой, до-
машней обстановке.
Совсем неожиданно меня вместе с другими летчиками при-
гласили к главе советского правительства товарищу Молотову.
Был теплый, летний вечер. Мы сидели в чудесном парке;
заходящее солнце просвечивало через листву.
На веранду вышел Иосиф Виссарионович Сталин.
Мы и не мечтали его увидеть и от радости так растерялись,
что и сказать ничего не могли, но, наверное, в наших глазах
Иосиф Виссарионович прочитал ту любовь, которая перепол-
няла наши сердца.
Первое впечатление было незабываемо. Ни один портрет
товаривщ Сталина не может передать молодой блеск его глаз,
его улыбку. Тот, кто видел Иосифа Виссарионовича, навсегда
178
запомнит его исключительную сердечность, ласковое и теплое
отношение к человеку.
После встречи с товарищем Ci i hiiium чувствуешь себя
морально обновленным. Нет, это даже не то слово: Иосиф
Виссарионович буквально вдохновлю г человека. В нем бьет
такой неиссякаемый источник энергии и жизненной силы, что
это невольно передается окружающим.
С каким волнением и вниманием ловили я каждое слово
Иосифа Виссарионовича, каждое слово, полное глубокого смыс-
ла и мудрости!
Во время разговора Иосиф Виссарионович ( л.win иногда
так улыбнется—чувствуется, что понял не только < юна, но
и самые затаенные мысли.
Уже ночь окутала тенистый парк, а товарищ Сталин, род-
ной, любимый отец, продолжает беседовать с нами, летчиками.
•л
Третий раз я близко увидела товарища Сталина перед на-
шим перелетом Москва—Дальний Восток.
В то время 11олина Осипенко и Марина Раскова совершали
свой замечательный полет от Черного к Белому морю. Я одна
готовила наш общий перелет. У меня было мною трудностей.
Находились люди, которые тормозили подготовку.
И вдруг узнаю: меня вызывают в Кремль к товарищу
Сталину. Я должна привезти к нему все материалы перелета.
Вот’ я в Кремле. Несколько секунд я простояла перед
кабинетом Иосифа Виссарионовича: так сильно билось сердце,
что казалось, на всю комнату слышен его стук.
Наконец, решилась—открыла дверь. И вот...
В грузинской песне говорится:
Когда солнце видишь в небе,
То ты звезд не замечаешь,—
От огня светила меркнут
Звезд далекие лучи...
Так случилось и со мной. Много люден было в комнате,
но я заметила только одною товарища Сталина. Могу ли я
передать дословно разговор с Иосифом Виссарионовичем
Сталиным? Нет. Но каждый раз, когда мне бывало трудно,
я вспоминала об этой встрече, и она вдохновляла меня.
Заботливо, внимательно расспрашивал меня товарищ Сталин
о перелете, вникая во все детали, давая ценные указания.
На самом сложном участке маршрута, где мы должны были
пролетать в конце ночи, над высочайшими хребтами, не было
радиостанции.
И товарищ Сталин, узнав об этом, велел послать в северную
оконечность Байкала судно, которое имело радиоустановку.
м»
/79
Этим разговором в Кремле Иосиф Виссарионович рассеял
нее мои тремя и, укрепил уверенность в победе.
На прощанье товарищ Сталин пожелал:
— Счастливого пути!
Если Иосиф Виссарионович Сталин желает победи и
счастья, то, несмотря на любые трудности, человек должен
достичь успеха, он не может не победить.
*
...Бодрое утро.
В прозрачный воздух осени поднялся наш самолет «Родина».
В эту минуту мысли и чувства мои, Апарины Расковой и
Полины Осипенко обращены были к нему, другу и учителю-
товарищу, Сталину.
«г
И там, в глухой тайге, когда мы с Полиной тщетно нала-
живали аварийную радиостанцию, самым тяжелым для нас было
сознание того, что мы, живые, здоровые, выполнили задание
и не можем об этом сообщить, а товарищ Сталин о нас бес-
покой гея.
В пи нш Иосиф Виссарионович заботился о нас, как самый
любящий, самый нежный отец. Когда мы впервые за это время
ночевали под крышей, мы получили текст телеграммы от
товарищей Сталина и Молотова.'
Когда из тайги мы вернулись в Москву, то прямо с вок-
зала поехали в Кремль. Я везла Иосифу Виссарионовичу пода-
рок от народов Малого Севера—трубку, вырезанную из мор-
жевой кости и покрытую изящной резьбой.
Мы всю дорогу говорили и думали о том, как увидимся
с товарищем Сталиным, что скажем ему, а когда он вышел
в Кремле к нам, то от радости все слова улетели из головы,
и мы только спросили:
— Можно ли вас поцеловать?
Иосиф Виссарионович засмеялся и сказал:
— Можно.
Мы все трое поцеловали нашего отца, друга и товарища.
й
Эти драгоценные часы в моей жизни, часы встречи с
товарищем Сталиным, светят мне, словно путеводные звезды,
заставляют еще лучше работать, еще выше и дальше летать.
И, словно песня, звучат в моем сердце слова:
— Слава тебе, учитель трудовых народов мира, товарищ
Сталин!
Н. Сметанин
Депутат Верховном Совета СССР
4г
ПРОСТОТА И ДУШЕВНОСТЬ
1 бил участником первого Всесоюзного совещания ста-
хановцев.
Первое заседание состоялось днем в здании ЦК ВКП(б),
в небольшом зале, человек на двести.
Там я впервые и увидел товарища Сталина.
Отчетливо, вероятно, на всю жизнь, запомнилось мне то
мгновение, когда из боковой двери вошел в зал товарищ
Сталин, окруженный своими соратниками, и занял место за
столом. Трудно передать тот подъем, который охватил в этот
момент всех нас, участников совещания.
Трибуны для ораторов в этом зале нс было. Товарищи,
выступавшие с речами, подходили к столу. И хотя эго, ко-
нечно. мелочь, однако, помнится, многим из нас, непривычным
к публичным выступлениям, было как-то легче от того, что
не надо подниматься на трибуну, а можно просто подойти
к столу и начать говорить.
Подходили к столу и говорили товарищи, которых мы все
хорошо знали, так же как хорошо знала их и вся Советская
страна: Стаханов, Бусыгин, Виноградова...
Во время первых выступлений ко мне подошел товарищ
Жданов:
— И ты будешь говорит!,?
Я заволновался. Боялся, что не смогу сказать свою речь
достаточно гладко, собьюсь, забуду сказать то, что казалось
важным и нужным сказать в присутствии вождей партии и
правительства. Однако, когда я увидел, с каким вниманием
товарищ Сталин и его соратники слушают п|х>стые речи ра-
бочих, как умеют они подбодрить оратора, двумя-тремя сло-
вами вызвать его на простой и искренний, лишенный всякой
официальности и натя11утостн разговор, я сразу успокоился.
181
Я все думал: с чего начать речь? Решил, что начну прямо
с дела, без всяких предисловий...
— Слово предоставляется Сметанину,—услышал я голос
председательствующего.
Пока я шел к столу, услышал, как кто-то в президиуме
спросил:
— Это тот, со «Скорохода»?
Я на ходу ответил:
— Да, да...
Первые слова своей речи я произнес, сильно волнуясь.
Сталин повернулся ко мне, внимательно слушая и пристально
вглядываясь в меня. От всей его фигуры, от его взгляда,
выражения лица веяло теплотой и чуткостью. Это меня успо-
коило, и я говорил так, как говори.! бы в присутствии стар-
шего товарища, которому я могу доверить все самое важное,
душевное, что есть у меня в жизни.
В тог же день вечером мы собрались уже нс в здании ЦК
партии, а в Кремле. С огромным нетерпением ожидали мы
выступлении товарища Сталина. Историческая речь товарища
Сталина, в которой он с гениальной прозорливостью определил
значение стахановского движения, произвела на всех участни-
ков совещания глубокое, неизгладимое впечатление. Поистине
незабываемый день!
Во второй раз мне пришлось видеть товарища Сталина,
когда мне в числе других товарищей была вручена высокая
награда—орден Ленина.
Собравшиеся в Кремле награжденные товарищи фотогра-
фировались вместе с товарищем Сталиным. Каждому из нас
хотелось подойти поближе к Сталину, посмотреть на него.
Я тоже подошел к Иосифу Виссарионовичу.
— Иосиф Виссарионович, это Сметании,—сказал, указывая
на меня, товарищ Ворошилов.
— Да, знаю, знаю,—ответил товарищ Сталин.
Я крепко пожал руку Иосифу Виссарионовичу. Хотелось
в этом рукопожатии передать всю свою безграничную любовь
к нему, нашему великому учителю и мудрому вождю.
Позже я видел товарища Сталина на банкете после первой
сессии Верховного Совета СССР. Мое место за столом оказа-
лось как раз напротив товарища Сталина. Хотя и раньше меня
поразила простота Сталина, однако теперь она бросалась в
глаза еще больше. Товарищ Сталин поднимал тосты за при-
сутствовавших, с большим вниманием слушал выступления
артистов, горячо им аплодировал, подходил сам ко многим
товарищам, и в каждом его слове и жесте сквозила огромная
душевность и чисто отеческая внимательность.
Самед Пургун
Поэт
«г
ГОРДОСТЬ НАРОДА
Сталин мой дорогой! Вдохновитель и вождь)
Ты свободы моей и страны моей мощь!
I?
1 J 1,тлл холодная январская ночь. Суровый бакинский ветер
стучал в окна. Дома все были погружены в сладкий сон.
И только я не смыкал глаз. Волнение лишало меня сна.
Было далеко за полночь. Завтра мы должны выехать. Это
необычная поездка. Такие поездки нс Всегда бывают уделом
человека.
Сердце неумолчно твердило мне: Москва... Кремль...
Сталин!..
От
Итак, завтра в дорогу! По с чем? I де мой подарок? Л что
может быть даром поэта? Стихи!
Я вскочил с постели.
Письменный стол, словно магнит, тянул меня к себе. При-
пав грудью к столу, я писал. Мне казалось, сама бумага све-
тится радостью. Прошли беспокойные минуты, и на белом
листе появились слова: «Привет вождю».
*
Утром поезд отошел от станции Баку. Пас было больше
шестидесяти человек.
Это были представители Азербайджана, едущие в Кремль
для встречи с руководителями партии и правительства в связи
с 15-летием Азербайджанской Советской Социалистической Рес-
публики.
Какая высокая честь быть посланником народа!
В поезде царит радость и оживление. Лица сияют счастьем,
глаза смеются.
183
('лишатся вопроси:
Неужели мы действительно едем в Москву?
— Неужели правда, что мы увидим товарища Сталина?
Три дня и три ночи шел поезд. В окнах, мелькая, проно-
сились леса, горы, равнины, города, станции...
Трехдневный путь нс долог. Но в ожидании время тянется
бесконечно.
— Ах, поскорей бы в Москву!—восклицали многие, вы-
ражая свое нетерпение.
На четвертый день нашего путешествия утром поезд оста-
новился на последней станции.
Москва во всем своем величии стояла перед нами!
Город чудный! Город древний!
Город, нс склонивший своей главы перед Наполеоном!
Город, где работал и творил счастье человечества вели-
кий Ленин!
Город, где продолжает бессмертное дело Ленина его друг
и ученик любимый Сталин!
Город, над которым развеваются красные знамена чело-
вечсстна, в котором, как факел свободы, зовут трудящихся
всех с гран рубиновые звезды Кремля!
Родина грудящегося человечества—город приветливый и
гостеприимный, гордость великого русского народа.
Огромную любовь к труду, искренние, дружеские взаимо-
отношения, сердечность и простоту, стремление протянуть
каждому руку помощи, передать свою мудрость и знание всем,
любовь и уважение к памятникам человеческой культуры, осо-
бенная теплота к нашим! кавказцам—все это встретили мы
в Москве.
Соколом сердце летит сквозь небес синеву,
Пылкий привет посылает в родную "Москву.
Красная площадь, есть тайная сила в тебе.
Сердце мое, ты всегда призываешь к себе.
*
Два дня мы отдыхали в этом прекрасном городе. Волны
его бурной, как море, жизни подхватили и нас. Как быстро
проходит время в Москве!
Наконец, на третий день, около часу дня, мы проходили
по Красной площади.
Блестели гладкие, как зеркало, серые камни площади. Вот
наш взгляд останавливается на древней, несокрушимой Крем-
левской стене.
Кремль сердце нашей великой родины. Разве нс это огром-
ное сердце питает всю нашу страну?!
/84
И вот мавзолей. Этот священный памятник m красного
мрамора так величествен, гак многозначителен, что погружает
человека в глубокие думы.
Спустившись по ступеням мавзолея, мы пилим гроб. Не-
вольно дрожь пробегает по телу. Это гробница величайшего
сына человечества Владимира Ильича Jlemiiiii.
Его светлый, широкий лоб. чистое, как солнце, лицо за-
ставляют по-иному биться сердца посети гелей и вызывают
бесконечную вереницу мыслен...
Кажется, будто он только уснул. Нет, нет! Геш. смерти
на бледном лице так не идет к великому человеку.
Не смерть, а жизнь живет в гробнице той,
И полон силы Ленина покой.
Та тишина не тишина могил!
Так скажет всякий, кто туда входил...
Великий Сталин, лучший большевик!
Он Ленина мудрейший ученик.
Гремит, сверкает и поет парад.
Идут полки, сердца у нас горят!
Идут народы, славу заслужив,
И видит мир: великий Ленин жив!
Да, исполин мысли, победивший своими идеями смерть,
человек, подаривший жизнь миллионам людей, нс может уме-
реть! Его бессмертие всегда будет жить, как вечно юное
дерево. Чем старше будет становиться человечество, чем бо-
лее высокой ступени гуманизма достигнет оно, тем роднее
и величественнее будет становиться Ленин в глазах гряду-
щих поколений.
<г
Перед нами распахнулись гостеприимные двери Кремля.
Кремлевские часовые, вежливо и внимательно просмотрев
наши удостоверения, одного за другим пропустили нас. Их
любезность и дружелюбие, их частые’ «добро пожаловать» были
так приветливы, словно и они участвовали в нашем торжестве,
радовались и ликовали с нами.
Мы собрались в одном из кремлевских зал.
При свете электрических лампочек стены зала отливали:
молочной белизной.
Зал был чист, светел и прост. Это-то и составляло е.го пре-
лесть. Царила глубокая тишина. Мы молча сидели в ожидании,
время от времени, стиснув руки, взглядывали друг на друга
и улыбались.
Открылась дверь.
Волнуясь, мы оглядывали зал.
Волнуясь, я ни слова не сказал...
/85
Мы ждали Сталина, и он вошел—
И людям городов, аулов, сел
Вдруг стало просто, хорошо, тепло,
Как будто утро ясное пришло.
Он прям и светел—наш народный вождь.
Он доброта, и мужество, и мощь.
Он сел с друзьями. Открывался съезд.
Вдруг, как один, мы разом встали с мест,
Мы—люди разных языков и стран!
И словно в зал ворвался океан,
И словно бы весенний ветер взмыл
От плеска миллионов птичьих крыл!..
Впереди шел товарищ Сталин. Хотя шаги его были до-
вольно крупны, он ступал тихо. Его стальная грудь, видав-
шая грозные битвы, хранила юношескую, богатырскую мощь
и величие.
За ним следовали его ближайшие соратники: товарищи
Молотов, Орджоникидзе, Ворошилов, Каганович, Микоян,
Калинин, Андреев.
Они стояли за покрытым бархатом столом. Долго не смол-
кали поднявшиеся и зале крики: «Ура!», «Да здравствует
товарищ ('талин!», «Да здравствует Советский Азербайджан!»,
и шум аплодисментов.
Наконец, в зале наступила тишина.
Товарищ Молотов от имени партии и правительства открыл
заседание. Его лицо отражало большое и чистое сердце, при-
ветливость и простоту.
Теперь недавнее молчание и волнение сменилось оживле-
нием. Дружеское и ласковое отношение к нам вождя и его
соратников, различные вопросы, задаваемые ими, реплики, вы-
зывающие время от времени всеобщий смех, были так просты,
что теперь все чувствовали' себя свободнее.
Существует старинная азербайджанская пословица, ярко
характеризующая эту мысль: «Чем больше плодов приносит
дерево, тем ниже склоняет оно голову».
Товарищ Сталин очень любит азербайджанские народные
поговорки и при случае пользуется ими. Товарищ Сталин жил
в Азербайджане еще в молодые годы. С тех пор прошло
лет 30 с лишним. И тем не менее он не забыл азербайджанские
пословицы.
Не отрывая глаз от товарища Сталина, я следил за его
словами, движениями, взглядами. Товарищ Сталин был по-
стоянно в движении. Он то вставал с места, то садился, то
осматривал приготовленные для гостей патефоны и часы, то,
наклонившись, говорил что-то на ухо товарищам Молотову
186
и Ворошилову, то вносил заметки и свой блокнот, то задавал
вопросы, то отвечал говорившим.
Быстрота движений, живость, мощь и сила, звучащие
в голосе товарища Сталина, ею лоб, и которым вечно
работает мысль, благородство, скромно* и., прогнил и величие,
кроющиеся в его взгляде, указывали на нгш черпаемую энергию
этой великой души.
Видевшие его раньше говорили, что товарищ ('.талин нс
постарел.
Сердце, которое живет высокими идеалами, прекрасными
чаяниями, сердце, бьющееся для свободы человечества, tyina,
вся жизнь которой—очаг вдохновения, никогда не можем со-
стариться. Такова и красота! Пусть внешняя красота увядает
быстро, красота духовная не знает старости.
Выступило около десяти делегатов. Каждого оратора зал
выслушивал с глубоким интересом. Все говорили на азер-
байджанском языке, затем речи переводились на русский язык.
Присутствующие, и особенно товарищ Сталин, с огромным
вниманием слушали выступления азербайджанок. Героиня-кол-
хозница Алмаз Алиева, девушка-инженер Таира Таирова и лет-
чица Сона говорили так просто и непринужденно, как будто
находились у себя дома.
В смелых выступлениях наших девушек говорила новая,
свободная женщина Азербайджана.
Свобода женщины одно из величайших достижений про-
летарской революции. Вот что сказал тогда по этому поводу
товарищ Орджоникидзе -освободитель Азербайджана:
«Сегодня, слушая речи делегатов, в особенности высту-
пления товарищей тюрчанок,- возьмете ли вы колхозницу то-
варища Алмаз Алиеву, которая здесь говорила, или летчицу
товарища Сона Нуриеву, или инженера из научно-исследова-
тельского института товарища Таирову, и сравнивая с тем, что
было тогда—28 лет тому назад или 15 с лишним лет назад,
особенно ярко и наглядно видно, какая огромнейшая разница!
Вместо забитой, никем не признаваемой за человека тюрчанки
мы видим сейчас смелую, свободную колхозницу, летчицу и
научную работницу-инженера. Это, по-моему, одно из самых
больших достижений нашего Азербайджана».
Эту свободу, это счастье женщины Азербайджана отметил
в своей речи и руководитель нашего правительства товарищ
Молотов:
«Больше всего видно значение победы советской власти
па примере азербайджанской женщины, освобожденной от за-
крывавшей глаза чадры, ставшей на путь культурной жизни
и получившей возможность итти в ногу с самыми передовыми
людьми Советского Союза».
187
Слова товарища Молотова были встречены бурными, долго
нс смолкавшими аплодисментами.
Под впечатлением этих высказываний об азербайджанской
женщине написаны следующие строки в поэме «Басти».
...Басти! В тот миг взглянул я невзначай
На профиль твой, на скромный кслагай
На черных волосах, на жаркий глаз,
На жизнь твою, на твой счастливый час,
На лоб, на приоткрытые уста—
И вдруг я понял слово
«красота»!
Ты преданно глядела на того,
В ком наша честь и наше торжество,
Кто нас ведет дорогою побед,
Кто женщине открыл широкий свет...
Басти, что прежде было бы с тобой?
Была бы ты восточною рабой...
Состарилась бы в горькой нищете.
Теперь страна не та, н мы не те!
II нождь неликий на тебя взглянул,
11еред его глазами н|х)мслькнул
Твой славный путь. И улыбнулся вождь...
Он доброта, и мужество, и мощь!
Вот вспыхнул орден на твоей груди.
Широкая дорога впереди!
И золотые на руке часы
Подарены не для пустой красы,
А чтоб всегда ты помнила о том,
Что в золотое время мы живем!
Я был с тобой, и я стихи читал,
Блистал передо мной Кремлевский зал,
П в нем дышал народ страны родной,
Как дышит море в теплый день весной...
Я говорил, и это слышал вождь.
Он доброта, и мужество, и мощь.
Среди делегатов находилась и стахановка совхоза Кара-
Чала товарищ Кремлсва. Эта героическая дочь великого рус-
ского народа простым языком рассказала о своих достижениях
на хлопковом фронте.
Товарищ Сталин задал ей ряд вопросов:
Сталин. Давно ли работаете в Азербайджане?
Кремлева. С 1925 года, с того времени, как я окончила вуз.
Сталин. И все время в Кара-Чале?
Креплена. Да, все время в Кара-Чале.
Сталин. А азербайджанский язык изучили?
Крсклсва. Изучила.
188
Стами. Основной район Мугань?
Крсм.ъева. Да, основной район египетского хлопчатника—
Мугань.
Сталин. Не все районы освоили египетский хлопок?
Кремлсва. Не все районы еще освоили, но египетский хло-
пок в Мугани везде уже есть. Я даю обещание приложить
все свои знания, опыт и груд для тою, чтобы достигнуть
мировых рекордов урожайности египетского хлопка.
— Да здравствует наш великий вождь товарищ (’талин!
Все присутствовавшие в зале, встав с мест, дсмиими, бур-
ными аплодисментами приветствовали товарищ! (.талина.
«Ура!», «Привет товарищу (’.талину!», «Да здравствует товарищ
Сталии!»—все эти возгласы неслись водопадом чувств.
Товарищ Молотов предоставил слово мне. Когда я напра-
влялся к трибуне, он спросил:
— Нужен ли переводчик для вашей речи?
— Нет, товарищ Молотов,—ответил я.—На обоих язиках
буду говорить я сам.
— Пожалуйста!
Приняв во внимание, что мне надо и произнести речь
и прочесть свои стихи, я стал говорить только по-
русски:
— Дорогие товарищи! У нас есть предание, что в Ше-
махинском районе Азербайджана существовал когда-то родник
вечности. Вода этого родника якобы делала человека бессмерт-
ным. Напился этой воды пророк Илья. Но он, будучи эгои-
стом, как и все пророки, скрыл этот родник от других людей
и улетел из этого района, сказав, чго в тяжелые времена ислама
он вернется.
Прошли глухие столетия, азербайджанский народ долго
страдал под игом завоевателей, а легендарный обманщик про-
пал и не явился. Легендарный родник был*затоптан копытами
коней завоевателен, проходивших по этому району. Но тру-
довое человечество из своей среды создало реальных спаси-
телей угнетенного мира, реальных и верных капитанов земного
корабля—Маркса, Энгельса, Лепина, Сталина.
Товарищи, я сейчас чувствую, с какой великой радостью
бьется мое сердце. Биение моего сердца—это приветственные
аплодисменты всей советской интеллигенции великому инже-
неру человеческих душ—товарищу Сталину и его верным со-
ратникам—товарищам Молотову, Калинину, Ворошилову,
Орджоникидзе, Микояну и Кагановичу.
Я очень счастлив, что имею возможность прочесть свое
стихотворение перед любимым, родным вождем.
Я прочел свои стихи сначала на азербайджанском и затем
на русском языке.
189
От звезд, проплывающих над Баку,
От женщин, не знавших чадры на веку,
От крыл журавлей, что звенят наверху,
И песен, что множат струну па строку,
Где солнце Восточных ворот на-чеку,
Где дни, словно спелые дыни в соку,
Где чувству свободно и языку...
От медленных лет и от быстрых секунд
Привет тебе, лучшему большевику!
Читая стихи, я время от времени поднимал глаза на
товарища Сталина. Он ласково и внимательно слушал. Мо-
жет ли быть большее счастье для скромного поэта? .
Окончив чтение, я подошел к товарищу Сталину и пожал
ему руку. Сколько силы и чувства было в этой руке!
Когда я подал руку товарищу Сталину, он спросил:
— Товарищ Самед Вургун?
— Да, товарищ Сталин.
— Л наша фамилия?
Векилов.
Л но азербайджански как?
— Век ил заде!
Я прошел и сел на свое место.
Затем товарищ Молотов произнес свою заключительную
речь и закончил ее словами:
— Яшасын Азербайджан зэхметкешлярй!
Эти его слова, произнесенные по-азербайджански, выра-
жали любовь и уважение наших ставных руководителей к
азербайджанскому народу, завоевавшему под знаменем
Ленина—Сталина свободу и счастье.
Прошло три года с того незабываемого дня. Я все еще
чувствую в своей руке теплоту руки вождя.
Эти три года Лыли самыми плодотворными годами моего
творчества. Я творю и живу неугасимым вдохновением, ко-
торое зажгла во мне встреча с великим вождем.
Халима Насырова
Народна и артистка СССР
л
Я ПЕЛА ПЕРЕД ВЕЛИКИМ СТАЛИНЫМ
ж. Первого мая 1936 года в красочном и многоголосом
потоке демонстрантов я шла на Красную площадь. Медленно
проходят тысячи люден мимо Исторического музея. 'Вот в
просветах между знаменами, флагами, плакатами мелькнул си-
луэт мавзолея. В уголке, на левой его трибуне- группа людей.
Сердце бьется частыми, сильными ударами, горло сжимается
от волнения. Все ближе... Я не слышу криков ликования, где-
то звучат оркестры, а я все смотрю, смотрю...
Вот он, Сталин, окруженный своими соратниками и друзья-
ми, высоко подняв руку, приветствует свой парод. Сталии улы-
бается.
•а
Узбекистан готовится к декаде в Москве. В напряженные
дни подготовки, забыв, что значит сон, мы, увлеченные одной
мыслью—«нас увидит и услышит Сталин», работаем с удвоен-
ной энергией...
Наконец, мы в Москве. Даже в самом смелом, фантасти-
ческом сне человек не может пережить то, что переживали
тогда участники декады. Невозможно найти слов для описания
чувств, овладевших мною, когда я вышла на сцену Ьольшого
театра. Я играла главную роль в пьесе «Гюльсарл >. Эта пьеса
повествует о жизни узбекской женщины, скованной цепями
шариата и освобожденной ленинской и сталинской правдой.
Во мне боролись два желания: одно не отрываясь, гля-
деть в ложу, где сидит Иосиф Виссарионович, и другое—
играть как можно лучше. Мне хотелось крикнуть:
— Ведь это я I юльсара, это мне Ленин и Сталин дали
жизнь, это мое счастье, моя радость!
/9/
...Ведь и я прошла жизнь, патую горечи и лишений.
Я выросла в детском доме, одна, далеко от родного киш-
лака, в чужом, пасмурном городе.
Отца своего я не помню. Мне было четыре года, когда
сломленный нуждой и непосильным трудом умер мой отец-
бедняк Насыр”.
...Однажды кто-то из ребят спросил меня:
— Халима, кто твой отец?
Не зная, что ответить, я подошла к воспитателю:
— Ока, кто мой отец?
Воспитатель взял меня за руку и подвел к портрету, ви-
севшему в зале. Лучистыми, чуть прищуренными глазами на
меня смотрел Ленин.
Я возвратилась к детям и увлекла их в залу.
— Вот мой отец! гордо сказала я, указывая на Ильича.
— И мой... и мой...—раздалось вокруг.
И, действительно, это Ленин и Сталин вырастили меня,
как и миллионы других обездоленных детей в счастливых гра-
ждан СССР. Это мудрая ленинско-сталинская национальная
политика дала на|юд.1М СССР счастливую жизнь. Это совет-
ская власть дала мне возможность учиться, развить свои спо-
собности и стать народной артисткой СССР.
С именами Ленина и Сталина я прошла всю свою юность,
с ними я вышла на дорогу искусства, в честь их я разучивала
первые песни и стихи.
И вот теперь я стада артисткой и выступаю перед великим
Сталиным в рази освобожденной узбечки, и о« посылает мне,
своей дочери, улыбку.
...За кулисами движение и приглушенный говор. Все стол-
пились у левой стороны сцены, смотрят на правительственную
ложу. Едва покинув сцену, я стремглав бегу к товарищам.
Каждый ревниво оберегает свое место. На просьбы посторо-
ниться слышу завистливые слова:
— Ты со сцены лучше нас видела Сталина, не отнимай
нашей радости!
Как это трогательно звучало в устах стариков, юношей
и девушек.
В конце спектакля, когда зал дрожал от аплодисментов,
мы вышли на сцену и вместе со зрителями бурно рукоплескали
товарищу Сталину.
*
Прием участников декады в Кремле. Мы заняли свои места
за столами. Ко .мне обращаются соседи, о чем-то говорят, но
я не понимаю их,—глаза мои устремлены на широкие двери.
Вдруг все затихло.
/92
Мне знакома тишина зрительного зала перед поднятием
занавеса; я знаю тишину песчаных просторов Гуркмекнн и
снежных вершин Таджикистана. Но сейчас тишина была осо-
бенно торжественная, буквально осязаем ля
PI вот появился Сталин. В едином порыш мы поднялись
со своих мест, и гром аплоднем! нюн ся.вьнл высокие своды
Кремлевского дворца. Л он вождь, yniiir.n., огец, друг -тепло
и ласково улыбается нам.
Когда мы ехали в Кремль, нас всех волновала мысль: как
нужно держать себя в присутст вии Сталина и его соратников?
Но с приходом Иосифа Виссарионовича стало гак радостно,
его простое, приветливое обращение с людьми создало lauyio
непринужденную обстановку, что каждый чувствовал себя,
как в кругу своей семьи.
Неожиданно меня, Тамару Ханум и Мукурам Тургунбаев}
пригласили за стол, где сидели члены правительства. Мое место
оказалось рядом с Буденным. 11о другую его руку сидел
Ворошилов, а за ним —Сталин...
Сидя за одним столом с товарищем Сталиным, я вспомнила,
как старый колхозник из Маргелана рассказал мне легенду
о счастье. Если красивый Батур, летящий по миру, на крылатом
коне, прикоснется к человеку,—тот становится счастливым.
— Этот Батур для нас Сталин, закончил свою легенду
старик.
Старик был прав. 11 я почувствовала себя бесконечно счаст-
ливой, когда поднялся Сталии и, протянув ко мне рук}' с
бокалом, чокнулся со мной...
В дни первой декады мы обещали товарищу. Сталину со-
здать узбекскую оперу. Возвратившись в Ташкент, я и мои
товарищи горячо взялись за выполнение этого обещания. Те-
перь я с гордостью могу сказать о том, что первая узбекская
опера создана. Опера «Буран* по своему содержанию и зву-
чанию займет нс последнее место в ряду советских опер. В дни
второй декады узбекского искусства мы будем счастливы пока-
зать ее товарищ}' Сталину.
...В день сорокалетия МХАТ имени Горького я сидела в
президиуме торжественного собрания. В правительственной
ложе появился Сталин, и я вновь близко увидала вождя трудя-
щихся всего мира. Это была третья встреча.
...Мы готовимся ко второй декаде узбекского искусства в
Москве и надеемся .тогда снова увидеть Иосифа Виссарионовича.
Я с трепетом жду этого дня и готовлюсь к нему. Мне
хочется ознаменовать новую встречу, с вождем новыми успе-
хами, чтобы улыбка появилась на его лице, чтобы он был
доволен... Каждый успех своего творчества я посвящаю
товарищ}’ Сталину.
193
13 Сборник
Я, народная артистка, живу искусством сталинского cohcj-
< коп» народа и для народа ною свои песни. Поэтому, когда
узбекский народ с именем Сталина на устах в великом твор
веском порыве создавал замечательное сооружение—Большой
Ферганский канал,—я считала своим долгом перед народом
работать на этом строительстве. Песней помогала я двухсот-
тысячному коллективу строителей творить свое большое дело.
Вместе с большой армией работников искусства Узбекистан।
я выступала в шестидесяти концертах и постановках за месяц.
Такая нагрузка возможна только при огромном внутреннем
эмоциональном подъеме. Народ сложил про Ферганский канал
песни, поэты—стихи, драматурги и композиторы оперу «Сыр
Дарья». Ее мы покажем в дни второй декады.
Шестьдесят лет живет для мира великий Сталин. В этот
радостный для всего советского народа день хочется громко
повторить слона узбекского народа, обращенные к Сталину:
На наше счастье ты родился, наш отец!
Благодарим тебя от глубины сердец!..
11а паше счастье ты живешь, отец! Так будь
На долгие года непобедим твой путь,
11а дол! не года живи и будь здоров,
К нам—ласков, а к врагам безжалостно суров!
Наследник Ленина, для нас—ты сам Ильич!
Нет тех высот, чтоб нам с тобою не достичь,
Нет тех преград, чтоб мы не рушили с тобой.
Веди нас дальше, вождь, веди в последний бой!
А. Юм а шеи
Герой Советского Союза
й
ИСТОЧНИК НАШЕЙ СИЛЫ
первые я близко видел товарища Сталина и разго-
варивал с ним в 1933 году.
Это было в Москве, на Красной площади, в лень первого
праздника физкультурников. Несколькими днями ранее я вы-
полнил задание правительства по испытанию тяжелого корабля,
совершив на нем беспосадочный дальний перелег на расстоя-
ние более трех тысяч километров.
По окончании парада товарищ Ворошилов подозвал меня
к себе, и вместе с »шм мы подошли к товарищу Сталину.
Это был счастливейший день моей жизни. Товарищ Сталин
поздравил меня с выполнением ответственного задания, рас-
спрашивал о подробностях перелета. Беседа продолжалась не-
долго, но оставила на всю жизнь неизгладимое впечатление.
Уходя с Красной площади, я чувствовал новый прилив энер-
гия, желание работать еще лучше, еще больше.
С тех пор я видел Иосифа Виссарионовича много раз:
и в рабочей обстановке—па совещаниях, заседаниях, и на празд-
никах, и на парадах, и на торжественных приемах в Кремле.
С каждой новой встречей я находил все новые и новые
черты, дополняющие образ великого человека.
Когда на совещаниях обсуждается какой-нибудь сложный
вопрос, Сталин с исключительным вниманием выслушивает мне-
ния рядовых работников, рассказывающих о мельчайших де-
талях'своего дела. На эти детали и специфические особенности
товарищ Сталин всегда обращает особенное внимание; в нем
чувствуется хороший специалист во всех отраслях науки, тех-
ники, производства.
IS*
/95
'Гак, например, товарищ Сталин постоянно вникает в детали
конструкции самолета, интересуется техникой полета, работой
мотора и т. д.
С изумительной точностью Сталин резюмирует высказыва-
ния, делает совершенно ясные, конкретные выводы, которые
в дальнейшем служат нам программой работы.
Не преувеличивая, можно сказать, что достижения нашей
страны, в частности большие успехи нашей авиации, являются
результатом непосредственного личного руководства товарища
Сталина.
Особенно хочется рассказать о любви товарища Сталина
к нам, летчикам.
Как-то на одном совещании Иосиф Виссарионович сказал,
что он любит летчиков. Эту любовь Сталина мы чувствуем
в своей повседневной работе. Отеческая забота вождя при-
дает нам силу и уверенность в победе. Во время выполнения
самых ответственных заданий первая наша мысль—выполнить
задание гак, чтобы не стыдно было доложить потом товарищу
Сталину.
Когда н 19.36 году мной был установлен рекорд высоты
с грузом в 5 тонн, я получил письмо от Сталина с поздравле-
нием и пожеланием новых успехов.
В ответственном перелете через Северный полюс наш эки-
паж с мыслью о Сталине преодолел все трудности. Величай-
шей радостью и наградой для нас была телеграмма с поздрав-
лением от Иосифа Виссарионовича, полученная в день окон-
чания перелета в США и зародившая в пас мечты о новых
дерзаниях и победах во славу великой нашей родины, во славу
Сталина.
Константин Норин
Депутат Верховного Совета СССР
ВОСПИТАННИКИ СТАЛИНА
то было I декабря 1935 года. В зале заседаний Цен-
трального комитета Всесоюзной коммунистической партии
(большевиков) состоялось совещание передовых комбайнеров
и комбайнерок СССР с членами ЦК ВКП(б) и правительства.
Из далекого Казахстана, из хлопкового Узбекистана, из
солнечной Грузии и Украины, с Кубани и Вони, с Кавказа
и Крыма со всех концов Советского Союза собрались в Мо-
скву мастера комбайновой уборки. I lac было двести человек.
Мы были счастливы и горды за свой народ, за свою ро-
дину, за свою партию, поднявшую нас, простых людей, на
небывалую высоту.
Многие из нас в своих выступлениях говорили нс только
о сегодняшней работе, но и рассказывали о прошлой, про-
клятой, раз и навсегда ушедшей жизни.
Вот вспоминает о своей прошлой жизни комбайнер Семен
Владимирович Полагутин:
— Прошлое мое—одни слезы. Я пас скотину кулака девять
лет, меня пороли плетью.
Дошла очередь мне выступать. Я рассказал, что до недав-
него времени в вашем Горьковском крае не знали комбайна.
У бедняков земли так было мало, что они свои наделы «лап-
тями мерили». Нс кормила земля. Волей-неволей приходилось
иттн в кабалу к горбатовским купцам. Этой жизни и мне
пришлось отведать. В нашем хозяйстве была одна лошадь,
да и та издохла. И только советская власть показала нам, бед-
някам, другую дорогу, дорогу к той жизни, за которую боро-
лись рабочие и крестьяне пол руководством великой партии
большевиков.
/97
В 1933 году я с семьей переселился на Кубань. Там ми,
переселенцы, создали колхоз имени Максима Горького.
Я рассказывал совещанию о первых серьезных успехах
колхозников, сломивших под руководством партии и прави-
тельства остатки контрреволюционного саботажа на Кубани;
говорил о зажиточности, пришедшей в дом каждого честного
колхозника.
Товарищ Сталин очень внимательно слушал речи ком-
байнеров.
Он меня спросил:
— Сколько вам лет?
Я ответил:
— Двадцать семь.
— А выглядите вы совсем молодым,—заметил товарищ
Сталин.
Тогда я сказал то, что наверняка бы сказал каждый чело-
век нашей страны социализма:
— Я молод потому, что я живу в Советской стране, где
хорошо воспитывают н где хорошо жить.
Да, великое счастье жить и работать в Советской стране,
где яркими звездами горят слова нашего любимого товарища
Сталина о том, что люди, кадры—самый ценный капитал из
всех капиталов, имеющихся в мире.
Совещание продолжалось всего один день—1 декабря. Но
какая это была богатейшая политическая и техническая школа!
Выступает комбайнерка Мария Петрова из Саратовского
края. Опа волнуется, речь как-то не вяжется. Ведь впервые
она, простая крестьянка, произносит речь в ЦК партии. Но
товарищ Сталии, как отец, подбадривал Петрову:
— Говорите смелее, здесь все свои.
И верно все свои. Все мы, участники совещания, приехали
не хвалиться одержанными победами, а учиться друг у друга
и учить других.
У многих комбайнеров во время работы зачастую рвались
цепи Галля. Товарищ Сталин спрашивал у нас об этом, инте-
ресовался, как мы смазываем цепи, выяснял возможности ра-
боты на третьей скоросги.
После наших выступлений взял слово товарищ Сталин.
С тех пор прошло четыре года. Но и сегодня я помню
речь вождя, помню все так ясно, как будто это было вчера.
Товарищ Сталин тогда поставил задачу: добиться через
несколько лет ежегодного производства зерна не менее 7—
8 миллиардов пудов.
Выросла наша страна. Увеличилось число городов, жителей
в городах, рабочих в промышленности. Культурной, зажиточ-
ной жизнью живет колхозная деревня. Коренным образом нз-
/,9Я
менялась жизнь трудящихся юрода и деревни. Значит, уве-
личилась и потребность в хлебе.
Мы ощущали вескость, проникновенное и. каждого сталин-
ского слова, чувствовали, сколько в каждом слове заложено
энергии, решимости, ума, волн, мысли, любви к людям.
Борьба за 7-8 миллиардов пудов зерна ио борьба за вы-
сокие урожаи, за изобилие сельскохозяйственных продуктов,
это борьба за счастье советского человека.
Мы, комбайнеры и комбайнерки, почувствовали огромную
ответственность за успех этой борьбы, которая требовала от
нас еще быстрее двинуть вперед и оседлать богагую технику,
пришедшую из социалистического города на колхозные поля.
Товарищ Сталин сказал:
— Особое внимание следует обратить на комбайны и на
комбайнеров. Вы знаете, что самое ответственное дело в зер-
новом хозяйстве уборка. Уборка дело сезонное, и она не лю-
бит ждать. Убрал во-время выиграл, опоздал в уборке про-
играл. Значение комбайна состоит в том, что он помогает
убрать урожай во-время.
Это указание товарища Сталина стало знаменем всех во-
дителей степных кораблей. Работая под этим знаменем, тысячи
комбайнеров добились блестящих успехов, опередив зачинате-
лей борьбы за высокую производительность комбайнов.
Заканчивая свою прекрасную речь, товарищ Сталии вы-
разил пожелание, чтобы число наших комбайнеров и комбай-
нерок росло нс по дням, а по часам.
По всем углам пашей великой родины разнеслись сталин-
ские слова. Они звали крестьянских сыновей и дочерей мно-
жить армию води гелей степных кораблей, овладевать техникой,
нт гн в первых рядах борцов за 7 8 миллиардов пудов зерна.
йг
После совещания комбайнеров я впервые в жизни поехал
на курорт. После курорта, в марте 1936 года, в числе осталь-
ных награжденных орденами комбайнеров и комбайнерок я
был вызван в Москву за получением ордена.
В Кремле при вручении орденов присутствовал товарищ
Сталин. Трудно было сдерживать чувство радости и восхище-
ния, что товарищ Сталин сумел при всей своей занятости
найти время для новой встречи с комбайнерами.
Месяц пребывания в санатории мне показался удивительно
длинным. Странно как-то было: целый месяц тридцать длин-
ных дней—ничего нс делать, не работать, а просто отдыхать.
Вероятно, от такого необычного восприятия курортного отдыха
я даже немного похудел.
199
11 вот в день получения орденов собралось нас, комбай-
неров, много. Иосиф Виссарионович, встретясь со мной, за-
ботливо спросил, отчего я похудел. Я был растроган.
Такой отеческой тревогой/ беспокойством, заботой о нас,
простых людях, проникнуты все замечательные дела, вся жизнь
дорогого и любимого товарища Сталина.
й
В ноябре 1936 года в Москве собрался Чрезвычайный
VIII Всесоюзный съезд советов. Меня на этот исторический
съезд делегировала колхозная Кубань.
Двадцать пятого ноября на трибуну съезда поднялся Иосиф
Виссарионович Сталин. Он выступал с докладом о проекте
новой Конституции СССР, самой демократической конститу-
ции в мире.
Нас, делегатов, было тогда в Большом Кремлевском дворце
несколько тысяч. Доклад вождя, передаваемый по радио, слу-
шали миллионы.
Просто, сжато, понятно говорил товарищ Сталин. Каждая
его фраза, каждая формулировка была насыщена глубоким
политическим содержанием.
На съезде выступил и я, в недавнем прошлом батрак, став-
ший теперь знатным комбайнером.
Я говорил о новом лице нашей колхозной казачьей деревни.
Я сообщил, что только за один год механизация на уборке
урожая в наших колхозах выросла почти в шестнадцать раз,
что у нас в СССР труд—это великая радость, ибо мы рабо-
таем на себя, на свою страну, на свой, советский народ. Вот
почему я, обученный советской властью новой технике, сумел
на одном комбайне «сталинец» в 1936 году выработать 2040
гектаров. Вот почему миллионы крестьянских сынов и доче-
рей, освобожденные от капиталистического гнета, творят за-
мечательные дела на благо своей матери-родине.
Великое счастье выпало на мою долю, счастье слушать
и видеть творца новой Конституции, названной народом
Сталинской.
Я участвовал в обсуждении проекта Конституции, которая
стала основным законом Советского Союза, вступившего в
полосу завершения строительства бесклассового социалисти-
ческого общества и постепенного перехода от социализма к
коммунизму. Воспоминания о тех днях никогда в моей памяти
не изгладятся, ибо в те дни я. посланец кубанских колхозни-
ков, еще раз видел Сталина, работал вместе с ним, голосовал
вместе со всем народом, вместе с любимым товарищем Сталиным
за новую Конституцию страны победившего социализма.
200
it
Двадцать четвертого марта 1938 года я был на приеме в
Кремле героических папанннцев, учат гниют арейфа и Цен-
тральном полярном бассейне.
Я видел, как товарищ Сталин обнял, расцеловал и поздра-
вил с победой товарищей Папннина, Кренкеля, Ширшова и
Федорова.
Товарищ Сталин, как отец, принял папаннпцен сынов
('траны советов, страны героев.
Трагична была судьба многих отважных исследователей,
которые заплатили жизнью за попытку проникнуть в глубь
Арктики. Они погибли потому, что действовали в одиночку,
лишенные поддержки царских чиновников и тогдашнего бур
жуазного общества.
Папанинцы смело дерзали, они несли сталинское знамя,
знамя советской науки уверенно и смело вперед. Они знали,
что их труд еще больше укрепит могущество социалистиче-
ской родины, что их всегда поддержит советский народ, под-
держит любимый Сталин.
И папанинцы победили!
Они в своей героической работе всегда ощущали заботу
и любовь всего народа, всей страны, всей партии и лично
товарища Сталина.
«г
Десятое марта 1939 года. Эта дата золотыми буквами за-
писана в истории Советского государства, в истории всего
человечества.
Это новое, ярчайшее событие в моей жизни. Я делегат
XVIII съезда ВКП(б). Я снова слушаю нашего великого Сталина.
Доклад ярким прожектором осветил путь, пройденный пар-
тией и советским1 народом. Доклад поднял страну на новые
победы, вооружил рабочих, колхозников, интеллигенцию, мо-
лодые и старые кадры блестящим анализом современного ме-
ждународного положения, обогатив марксизм-ленинизм даль-
нейшей разработкой теории о пролетарском государстве.
tt
Прошло четыре года со дня первой встречи с товарищем
Сталиным.
Замечательное прожито время! Мы работаем и совершен-
ствуемся. Растет и крепнет наша социалистическая родина.
Растут ее люди, растет армия комбайнеров и комбайнерок.
Первый комбайнер, запевала стахановского движения среди
водителей степных кораблей, Федор Илларионович Колесов,
201
ширь депутат Верховного Совета СССР, работает прсдсс-
ытелем Чкаловского облисполкома.
Народ избрал в социалистический парламент немало ком-
байнеров и комбайнерок, участников того памятного исто-
рического совещания. Многие комбайнеры стали студентами
вузов, выдвинуты на руководящую советскую и партийную
работу.
Рост кадров хорошо виден хотя бы на примере нашего
комбайнового агрегата Штейнгартовской МТС Краснодарского
края.
Когда я приехал из Москвы с совещания, в наш агрегат
пришел работать молодой колхозник комсомолец Федор Афа-
насьев. За три года совместной работы на уборке урожая
Афанасьев вы|хх’ в подлинного мастера комбайновой уборки,
заняв одно из первых мест в стране по выработке на комбайн.
Теперь Афанасьев член партии, учится в Академии соцпалн
стическо! о земледелия.
Молодая колхозница Клава Вороная, начавшая работать
в нашем .и регате четыре года назад, получила звание мастера
комбайновой уборки. Она, гак же как и Афанасьев, добилась
права бы и. учас! ником Всесоюзной сельскохозяйственной вы-
ставки.
Наш агрегат, как и многие другие, стал кузницей кадров,
воспитывая новых людей, овладевающих техникой. Вот, к при-
меру, молодые колхозницы Паша и Мария Донец, Лидия Бо-
рина: за два сезона они стали квалифицированными штурваль-
ными, могущими возглавить работу комбайнового агрегата.
Мастером комбайновой уборки стал и колхозник Трофим
Кабан. Николай Ушаков, хорошо овладев техникой управления
комбайном и трактором, вог уже два года руководит нашей
тракторной бригадой. Его бригада—участник Всесоюзной сель-
скохозяйственной выставки.
Всесоюзная сельскохозяйственная выставка показала всему
миру поразительный рост урожайности наших полей, техниче-
ский прогресс нашего земледелия, рост новой армии механиза
горских кадров сельского хозяйства. Вместо двухсот передови-
ков-комбайнеров в 1935 году теперь десятки тысяч водителей
степных кораблей из года в год дают высокую выработку.
Вместо 27 тысяч комбайнов в 1935 году на наших полях теперь
работает свыше 150 тысяч комбайнов. Вместо нескольких тысяч
комбайнеров мы имеем более 300 тысяч комбайнеров и их
помощников.
Комбайнер и комбайнерка стали наиболее уважаемыми и
знатными людьми колхозной деревни.
С дорогим каждому трудящемуся именем Сталина комбай-
неры проявили и проявляют чудеса трудового героизма. С этим
202
именем миллионы крестьян вс тупали и колхозы, укрепляли
и укрепляют колхозный строй. С дгмм именем мы, комбайнеры,
идем и будем всегда пгти к новым победам. < именем лю-
бимого Сталина мы всегда готовы пойти в бон против лю-
бого врага за свою родину, за свою партию, за счастье всего
советского народа.
За годы советской власти с низов подия нк в миллионы
людей. Я один из них. Я с радосп>ю и гордостью говорю:
я воспитанник великого Сталина.
Народ мне оказал большое доверие, избрав депутатом Вер-
ховного Совета СССР. Я готов отдать все свои силы за
свой народ, за свою партию, за своего отца, друза и учителя,
за нашегц близкого, горячо любимого Иосифа Виссарионович.i
Сталина.
Тамара Ханум
Народная артистка Узбекской ССР
сг
БУДУ ПОМНИТЬ ВСЮ жизнь
э
было и 1921 году. Я впервые приехала на учебу
в Москву. H i параде 7 ноября со всеми учащимися в колонне
народов Востока я под ладоши и аккомпанемент бубна, как
во сие, проходила в тайце по Красной площади. Ike было
так пестро, так нарядно, и все мы были так рады, что, наконец,
увидим впервые того, кто дал нам счастье.
И вот через несколько шагов мы приблизились к мавзолею
Ленина, вот уже трибуна, на которой стоят члены правитель-
ства и приветствуют демонстрантов. Как сейчас помню, Михаил
Иванович Калянин помахал нам белым платком. Помню, кто-то
крикнул: «Да здравствуют народы Советского Востока!» Выло
трудно и танцевать и разглядеть все, но я ясно помню, как
улыбался Сталин, аплодируя и ласково глядя на дружную
семью, съехавшуюся со всех концов нашего великого Союза.
•	- «г
Второй радостный день в моей жизни был опять же в
Москве, когда столица праздновала 1 мая. Солнце ярко сияло,
озаряя нарядно одетых молодых if здоровых горожан Москвы.
В этот день даже старые выглядели как-то моложе. Собрались
мы все на Спиридоновке, где учились наши узбекские сту-
денты. Тогда мы приехали на гастроли с этнографическим
ансамблем, у нас был сильный хороший состав национального
оркестра. И вот все готово, бубны и нагара.
На большом нарядном грузовике выстроились корнай, сур-
наи. Сердце замирало от радости перед выступлением. Семь
часов утра. Ike в сборе. На мне был яркокрасный бархатный
204
халат, новая тюбетейка, блестящие серы и, гремящие украше-
ния. Все это создавало настроение, и мне было невтерпеж.
«Когда же мы уже будем па площади?» < прашивала я.
Вот мы едем. По улицам звонко ра маются песни, звуки гар-
мошки, где-то в кругу парни танцую» с девушками. Вог ма-
ленькие дети, а вот и физкультурники. Вес пестро, все мелькает
перед глазами. Чтобы хорошенько разглядеть все, я взобралась
на кабинку грузовика. Вдруг корили и сурнан заиграли мою
любимую танцевальную мелодию, и прямо и i кабинке я стала
танцевать. Мы остановились недалеко от Красной площади.
Уже было видно, как проходя! колонны через всю пло-
щадь.
Вот мы уже у ворот. Вся раскрасневшаяся от танца, вол-
нуясь от предстоящего выступления перед членами прави-
тельства, я была просто сама не своя. Ведь нужно было тан
цовать и хорошенечко рассмотреть Сталина.
Снова грянули бубны, заревели корнай, и я, как вихрь,
понеслась в танце. (к>т-вст уже близко к трибуне, вот ясно
видны Молотов, Во|х>шилов, а вот и знакомая улыбка доро-
гого Сталина. Незаметно для себя я на мгновение остановилась
и вдруг, опять, спохватившись, начала с необыкновенной бы-
стротой кружиться в чзрхе, от которого развевался широкий
красный халат и по инерции кружил меня.
Не хотелось уходить, но мы уже прошли трибуну, освобо-
ждая дорогу другим. После демонстрации мне говорили сту-
денты, что я была похожа па летящую птицу с красными
крыльями. Только приехав домой, я заметила, что от моих
ичигов осталось только одно воспоминание они были совсем
разорваны.’ Мы долго, долго вспоминали о том, как нам
аплодировал Сталин, как нам кричали: «Да здравствует солнеч-
ный Узбекистан!» До сих пор помню дорогую, всем нам зна-
комую отцовскую улыбку Сталина.
☆
Мы только* что возвратились с Международного фестиваля
танца в Лондоне. Мы успели все за это время нашей поездки
сродниться, нам казалось, что мы всю жизнь жили вместе:
узбеки, таджики, грузины, русские, украинцы, и даже в нашей
маленькой группе была эстонка—ее звали Эли Курыка. Я ее
очень полюбила: простая, задушевная девушка. Сейчас Эля
Курыка—солистка ансамбля пляски народов СССР. Все моло-
дые, здоровые, жизнерадостные, согретые сталинской заботой,
мы плясали в огромном пятнадцати тысячном зале «Альберт
Холла» что есть мочи, и даже холодные англичане не выдер-
жали и, зараженные нашими задорными танцами, аплодировали,
стучали ногами и кричали: «Вив ля руси!»
205
Эго были незабываемые дни. И вот мы опять у себя. Крас-
ная столица принимает свои молодые дарования, возвратив-
шиеся на родину с громадным успехом. Невозможно описать
всю радость и все волнение, которое мы тогда переживали.
После выступления в ВОКС, как сейчас помню, нас всех со-
брали в отдельную комнату. Мы притихли. Началось собрание
с того, что нужно будет завтра в назначенный час быть гото-
выми и одетыми в самые нарядные костюмы, потому что (го-
воривший стал улыбаться), потому что нас будет принимать...
Мы не дали ему договорить фразу, и все сразу закричали:
«Знаем, знаем, Сталин будет принимать нас»...
Что-то было неописуемое: кричали «ура», обнимались, це-
ловались, плакали. Все это было от радости. Еле-еле нас оста-
новили и сказали: «Ребята! Слушайте внимательно. Вас будет
принимать нс какая-нибудь королева Англии—будет принимать
вождь мирового пролетариата товарищ Сталин».
Еще и еще раз раздались крики «ура». Даже наш старый
Уста Алим вел себя, как мальчик. У пего блестели глаза, он
кричал вперемежку по-русски и по-узбекски: «Яшасун товарищ
Сталин!»
II hoi, наконец, настал нот счастливый час—мы получаем
пропуска в Кремль. Нам казалось, что нас встретит у ворог
суровая стража. Но, к нашему великому удивлению, молодые,
красивые красноармейцы, увидя нас, сказали, улыбаясь:
— Добро пожаловать, знаменитые гости!
Не могли не улыбаться все, кто видел в этот день нас.
Мы были так счастливы, нам так было весело, что даже самый
угрюмый человек и тот бы рассмеялся.
Вот нас проводят за кулисы. Всем нам дали по отдельной
комнате. Но мы нс могли сидеть в разных комнатах, конечно,
собрались все в одну, и поднялся галдеж. Стали расспраши-
вать, кто видел уже Сталина. Я похвасталась, что видела его
уже два раза. Но псе равно волновалась так же, как и все.
Наш шум нарушит комиссар сцены. Он тоже радовался за нас
и сказал:
— А теперь приготовьтесь, волноваться не нужно, ведите
себя свободно, спокойно, товарищ Сталин любит простоту.
За кулисами было тихо, все приготовились. Так же как
в Лондоне, все выстроились парами. Впереди шел знаменосец
в форме моряка, наш лихой танцор, рабочий с завода «Электро-
лампочка», который отличился танцем «яблочко». Под гром
аплодисментов мы сделали всей группой шествие по сцене и
остановились полукругом. После небольшого доклада о по-
ездке начался концерт. Но как можно было не волноваться:
проходя по сцене через ослепляющие прожекторы, мы видели
лица сидящих дорогих нам людей.
20Ь
Как сейчас помню, (далии был в свсглш . риМ костюме,
в руках у него программа нашего концерта. Он разговаривал
с Ворошиловым, что-то показывая в программе. Посте несколь-
ких номеров было объявлено мех- выступление. Когда мои му-
зыканты—Уста Алим, Тохтасын Джалилов и Абдукадыр Исмаи-
лов— сели после поклона и начали первые аккорды танца, у меня
слегка закружилась голова, но эго был ими.ко момент. Услы-
шав знакомый звук дойры, я медленно выплыла на сцену.
Раздались аплодисменты, я в танце же поклонилась и начала
свой танец. Вот я уже кружусь в вихре •карп ново вот я
опять кланяюсь, кто-то мне за кулисами помогает сменить ха-
лат, и я танцую танец «Фархад и Ширин». И ног ыключитсль-
ный танец, который так поправился всем сидящим и зале,
это танец советской тематики «Раскрепощенная женщина-уз-
бечка», который называется шелкопряд». В этом танце выра-
жалось бесправное прошлое и радостное настоящее узбечки.
Я не чувствовала усталости. Кто-то дал мне воды, но я не
могла сделать ни одного глотка.
Перед глазами все время стояла улыбка дорогого Сталина.
Получить аплодисменты великого вождя народов это была
моя заветная .мечта, которая.сбылась. Счастливые, обрадован-
ные, раскрасневшиеся, мы шли домой, делясь впечатлениями,
а через несколько часов поезд пас вез домой, на родину, где
нас ждал наш народ, гордый за успехи своих посланцев.
Прошло три года. Уабеюи i:m значительно вырос по сравне-
нию с прошлыми годами. Наши колхозники получили высокую
награду за социалистический урожай. II вот телеграмма лз
Москвы:
«Товарищи узбекистапцы! Готовьтесь к декаде в Москве .
Эта весть быстро облетела весь Узбекистан. Рады были
даже те, кто не принимал участия в декаде. Но эта радость,
общая радость парода, воодушевляла нас на успехи. ( каким
волнением мы готовились! Сколько бессонных ночей провели
мы за кулисами! Какой наплыв народного творчества, сколько
талантов выявили мы в подготовке к первой декаде! Словами
трудно все рассказать. И кто видел, тог знает, что такое на-
родный подъем сталинской эпохи.
Вог мы уже в поезде. Мы собрали самое лучшее, что было
в искусстве узбекского народа,-вернее, что имели и чем были
богаты, с тем ехали в Москву. Всю дорогу говорили о том,
как все это произойдет. Меня замучили вопросами ребята и
даже взрослые:
— Тамара, ну расскажи нам, какой Сталин?
207
Такой, как на портрете,—сказала я. Вернее, я расска-
зывала всю дорогу о всем том, что я видела: как принимал
Сталин и что он еще лучше, чем на портрете.
Разукрашенный лозунгами поезд мчался к Москве. На ка-
ждой станции нас встречали представители искусства, прово-
жали, желая нам успеха.
Незаметно пролетело четверо суток. И вот поезд подходит
к перрону вокзала Москвы. Из окон вагонов высунулись мед-
ные трубы корнаев, сурнаев. Изо всех окон и дверей выгля-
дывали счастливые, радостные лица, даже на паровозе при-
строились корнайчи. И так, с музыкой, с настоящим узбекским
комфортом, под крики «ура» собравшихся на перроне знатных
людей столицы поезд подошел к перрону.
f lac встречали народные артисты Союза, знакомые, родные.
Нам кричали: «Да здравствует солнечный Узбекистан 1» Заслу-
женная артистка Халима Насырова произнесла речь на узбек-
ском языке, л на русском говорила я. Я нс помню, как я гово-
рила, я запиналась, но говорила от чистого сердца. Было
море цис гон. Детей наших расхватали и понесли, передавая
из рук н руки. После* коротких приветствии пас повезли в го-
стиниц} и разместили ио номерам.
Москва приняла более тысячи человек участников декады.
По всей столице ходили нарядные узбеки в роскошных хала-
тах, девушки со множеством косичек, с загорелыми, румяными
лицами. Детишки бегали по коридорам гостиницы, а потом,
привыкнув, под шумок, тайно от родителей, бегали в метро
покататься на эскалаторе.
— Они не так себе приехали, они тоже артисты,—говорили
прохожие, трепля за косички и за смуглые щечки наших ребят.
— А вот эта черненькая—ее зовут Лола—это дочка Та-
мары Ханум, она так танцует, говорят, что лучше мамы.
— Лола, говорит ей одна гражданка,—ты сегодня, на-
верно, не мыла глаз.	<
— Нет,—говорит Лола,—мыла, даже очень, это они у меня
сроду такие,—говорит опа на чисто русском языке, поражая
всех окружающих.	।
Вот первый спектакль «Гюльсара». Я не была занята в
этом спектакле и сидела в зале. После увертюры дали занавес.
Зрителям представилась яркая картина/рисующая внутреннюю
половину нарядной узбекской квартиры.' Несколько минут
длятся аплодисменты художнику, затем приветствуют молодую
Гюльсару, которая поет о счастье матери, которая празднует
рождение ребенка. Снова взрыв аплодисментов. На сцену при-
бежали дети—маленькие Дельбар и Лола. Они в паранджах.
В зале хохот. Зрители знают, что только на сцене остались
паранджи, и им смешно, но так было раньше. С малых лет
208
учили носить паранджу. Радуется Гюльсара, с нею вместе
радуется зал. Плачет перед смертью мать Гюльсары, и
вместе плачут зрители. И вот финал: Гюльсара сбросила
паранджу, она ее больше не наденет, и отец се никогда не
продаст.
Москвичи радуются, аплодируют мастерству артистки, и
вдруг все взоры обратились на ложу: товарищ (’.талии и все
члены правительства стоя аплодируют радостному искусству
узбекского народа. Все артисты на сцене забыли, что на них
смотрит зритель. Толкая друг друга, просовывались вперед,
друг другу давили ноги, плакали, смеялись от радости. Так
закончился первый спектакль.
На другой день спектакль «Фархад и Ширин». ('. пяти часов
мы уже были все в театре. Ike дома проверено и подготовлено,
но несколько раз проверялось еще в театре. Каждая деталь
должна быть на месте. Были споры, какой халат лучше надеть.
После многих консультации и споров решили надеть лиловый.
Спектакль шел своим чередом, но не было руководителей пар-
тии и правительства- ложа была пуста. Закончив танец, я раз-
девалась, как вдруг приходит руководитель и говорит: «Оде-
вайтесь снова». За десять минут привезли обратно в театр
уехавших в гостиницу мз’зыкантов. Пьеса заканчивается. Н это
время входят руководители партии и правительства.
По настоянию публики повторяется третий акт. Снова Фар-
хад и Ширин сидят на троне, снова звуки корная, еще сильней
и еще ярче заблестели прожекторы, опять по всей сцене я
бегу с букетом к новобрачным Фархаду и Ширин. Опять
взрывы аплодисментов. В бешеном темпе, который закатил Уста
Алим, я, как юла, неслась по сцене; отбивая мелкую дробь,
вторила дойра. Упав на колени, я показывала все мастерство
труднейших узоров рук. Это был кульминационный момент
в танце. Это не во сне, это на яву, остановившись в заключи-
тельной позе, я видела первый хлопок Сталина.
Кто-то в тишине сказал: «Здорово!»—и под гром аплоди-
сментов я опять бисировала. Пошел занавес, снова все стояли
и кланялись, а потом уже, подойдя к ложе, все мы аплоди-
ровали за наше счастье нашему, дорогому Сталину.
Так отзвенели дни декады, и вот я опять в Кремле. Я си-
дела рядом с народным артистом Союза Немировичем-Дан-
ченко. Под звуки замечательного оркестра, под крики «ура»
вошли товарищ Сталин, товарищи Молотов, Каганович,
Ворошилов, Буденный и др. Через несколько минут нас—
Халиму, Мукаррам и меня позвали за правительственный стол.
Не скрою, v всех нас дрожали ноги, но это была только
одна минута. Потом товарищ Сталин сказал:
— Пусть парод наливает шампанское.

209
Товарищ Молотов произнес замечательную речь, поздра-
вляя нас с успехами. И когда все кричали «ура», товарищ
('.талии подозвал нас к себе. С высокими, блестящими бокалами
шампанского мы подошли к нему. Чокаясь с нами, каждому
из нас он говорил ласковые слова, и каждый из пас будет
помнить это всю жизнь.
 Декады народов говорят о том, что растет советское
искусство.
После декады многие говорили, что я тоже выросла. Да
и самой мне ясно, что расту с каждым днем. Как же не расти,
когда я так счастлива.
Я, бывшая босая, растрепанная девчонка со станции Гор-
чакова, стала знатным человеком в нашей великой Стране.
Я заверяю тебя, дорогой товарищ Сталин, что я и впредь
постараюсь оправдать доверие народа, доверие партии и пра-
вительства. Так живи, дорогой отец, на страх врагам, на ра-
дость нам, долгие лета, отец трудящихся всего мира—дорогой
Сталин!
Л!. Демченко
Депутат Исрхчвного Совета СССР
й
ВЕЛИКИЙ ЧЕЛОВЕК
м
х ▼ JLfioro чудесного, много неожиданного принесла мне
жизнь. Такого, о чем я не смела и мечтать. Хотя радость при-
носит мне каждый новый день, одни из них особенно глубоко
врезался в память. Пережила я его двадцатигрсхлетней де-
вушкой. В тот день я впервые увидела великого ('талина.
Произошло это на втором съезде колхо юнкон-ударников, в
1935 году.
Не забыть, с каким чувством я ехала в Москву на этот
съезд. «Вот я, простая колхозница-свекловичница,—думалось
мне,—еду в Москву ва совещание, где будет присутствовать
все правительство, куда съезжаются лучшие в стране люди,
и на этом совещании, вероятно, увижу величайшего человека
нашей эпохи-товарища Сталина». Не верилось, что все это
не сон.
Но вот, наконец, кончилось путешествие, я очутилась в
Москве, а затем и в Кремлевском зале. Трудно наши слова,
чтобы передать, что я почувствовала, когда за столом прези-
диума появился так хорошо знакомый по фотографиям товарищ
Сталин. Наконец, я его увидела! Я сразу почувствовала, что
он простой и родной.
Позже я услышала свою фамилию: меня выбрали в прези-
диум. Волнуясь, направилась я через зал, чтобы занять место
за одним столом с Иосифом Виссарионовичем. Я сидела непо-
далеку от него. Заметив меня, товарищ ('талин улыбнулся
и спросил:
— Мария Сафроновна?
н
211
Стараясь скрыть волнение, я негромко ответила:
- Да.
Внимательно и подробно, как заботливый отец, расспраши-
вал меня Иосиф Виссарионович о моей жизни и работе, о том,
как идут дела в колхозе. Я перестала волноваться, моя робость
прошла, и я подробно рассказала, как растила свеклу, как
добилась урожая в 469 центнеров с гектара.
— При такой работе,—спросил товарищ Сталин,—можно по-
лучить и 500 центнеров с гектара?
Раньше чем ответить, я подумала. Понимала, какую беру
на себя ответственность. Наконец, решилась и сказала, что дам
500 центнеров.
Ко мне повернулся товарищ Ворошилов.
— Слышишь, товарищ Демченко, пятьсот! -сказал он.—По-
думай хорошенько.
Но я уже все обдумала.
Дам пятьсот,—повторила я.
На память об этом дне я храню, как величайшее сокровище,
портрет 11оснфа Виссарионовича, подаренный мне им самим.
Его рукой на портрете написано: «Товарищ}' Демченко Марии
Сафроновнс, за хорошую работу в колхозе от товарища
И. Сталина».
Когда я ехала в Москву в следующий раз, я везла с собой
рапорт товарищу Сталину о том, что данное ему обещание
выполнила. Мое звено сдало на сахарный завод нс 500, а
523 центнера свеклы с гектара.
В этот приезд в Москву я встретилась с товарищем
Сталиным во второй раз. Произошло это в Кремле, на приеме
колхозниц-ударниц свекловичных полей. Иосиф Виссарионович
вошел в зал вместе с Калининым, Орджоникидзе, Ворошиловым,
Микояном и другими членами правительства.
Навеки врезались в мою память сталинские слова:
«Мне вот 56 лет уже, видал виды, видал достаточно тру-
дящихся мужчин и женщин. По таких женщин я не встречал.
Это совершенно новые люди. Только свободный труд, только
колхозный труд мог породить таких героинь труда в деревне».
Еще раз* выпало мне счастье сидеть за одним сто-
лом и разговаривать с товарищем Сталиным в президиуме
X Всесоюзного съезда комсомола.
Эта встреча особенно запомнилась мне по одному, казалось
бы, незначительному эпизоду.
За несколько дней до поездки в Москву я ушибла на ра-
боте палец. Он уже перестал болеть—ушиб был незначитель-
ный. Я совсем забыла о больном пальце, тем более нс думала
о нем на съезде. Мое место в президиуме оказалось недалеко
от Иосифа Виссарионовича. Каково же было мое удивление,
2/2
когда товарищ Сталин, поздоровавшись со мной, спросил, что
с моим пальцем.
«Сколько в этом великом человеке заботливости, тепла и
внимания к людям,—подумала я, если он, постоянно занятый
разрешением величайших проблем, обратил внимание на этот
ничтожный ушиб!»
И еще один эпизод поразил меня в юг памятный день.
Я разговаривала с Пашей Ангелиной. Мы обсуждали трудно*
сти своей работы. Мне казалось, что труднее всего работа
свекловичницы, а Паша считала более трудной работу трак-
тористки. В разговоре принят участие Иосиф Виссарионович.
Он подробно разъяснил особенности работы на свекловичных
полях. Совершенно правильно, точно сам работал на планта-
ции, Иосиф Виссарионович указал на то, что в нашем деле
возможен ряд неожиданностей: засуха, сельскохозяйственные
вредители, ранние морозы и многое другое, что не мешает
работе трактористки. Я была поражена. «Как хорошо, как де-
тально знает он особенности раооты каждого из нас, как глу-
боко вникает во все мелочи I»—подумала я.
Величественным и одновременно простым, теплым, человеч-
ным запечатлен в моей душе образ гениального вождя.
//. Ковардак
Депутат Верховного Совета СССР
ft
ПАМЯТНЫЙ ДЕНЬ
В жизни 6i.ih.hoi дни. которых никогда не забудешь—
врежется н намни, каждая мелочь и вспоминаеден через мно-
гие годы так, как будто дело происходило вчера.
В моей жизни был такой замечательный, запомнившийся
па веки день. Это день, когда и впервые увидела нашего отца
и учителя Иосифа Виссарионовича Сталина, да еще и пере-
молвилась с ним несколькими словами. И это счастье выпало
мне, простой девушке-трактористке. Заслужила я его только
тем, что старалась работать как можно лучше.
Трактористкой я сделалась в 1931 году. Когда я села в
первый раз на трактор, то и в мыслях не имела, что через
четыре года моей скромной работой заинтересуется великий
Сталин.
В 1935 году, я со своим напарником на тракторе СТЗ вы-
работала более I 200 гектаров. Только закончили мы осенний
ремонт, приехал товарищ из района и сказал, что мне пред-
стоит поездка в краевой центр и Москву. Я сначала не пове-
рила и не придала этому значения, думала: «Съезжу в Ростов
и вернусь к своем}' трактору». Однако из Ростова мне действи-
тельно пришлось ехать в столицу на совещание передовиков
урожайности. С этого момента начала я волноваться. Думала:
«Неужели правда, что я побываю в Кремле, увижу Иосифа
Виссарионовича?» Волновалась в дороге, еще больше по при-
езде в Москву, а в Кремль пошла сама нс своя.
Другие участники совещания, вероятно, переживали то же,
что и я. Собрались мы в Большом зале Кремлевского дворца
и с нетерпением ждали появления членов правительства. Я была
214
так возбуждена, что fie отдавала себе отчета, много ли прошло
времени, как вдруг но залу точно пробежал электрический ток.
И тотчас же за столом президиум.! и увидела руководителей
партии и правительства во главе с товарищем Сталиным. Мы
приветствовали вождя долго нс они  iihiihmh 1плодисментамп.
Делегация Азово-Черноморья, в которой я находилась, си-
дела в первых рядах, и мы имели возможное! ь видеть прези-
диум I! товарища Сталина очень хорошо.
Первое впечатление Иосиф Виссарионович очень похож
на свои фотографии. Они не луг, пн фотографии! Они точно
передают скромность и простоту’ нашего Сталина,
Сталин сидел в президиуме совещания. Он улыбался или
хмурил брови, прислушиваясь к ораторам. Я смотрела па него,
и все-таки мне не верилось, что я сижу в Кремле, что передо
мной наш друг и учитель, наш любимый Сталин.
На этом совещании товарищ Сталин не произносил речи.
Иногда только он подавал реплики. Большей частью эти реплики
относились к выступавшим ораторам с мест. Многие робели.
Иные говорили не то, что хотели. Когда один из участников
совещания, держа в руках бумагу и сильно волнуясь, в третий
раз начал читать написанное на бумаге приветствие руково-
дителям партии и правительства, товарищ Сталин нагнулся
и сказал ему с ласковой улыбкой:
— Вы бросьте бумажку... Гонории* о гом, что сами знаете.
Говоривший товарищ с облегчением отложил бумагу, выска-
зал, что хотел, и попросил разрешения пожат!» руку товарищу
Сталину. II под аплодисменты всего совещания ои пожал
руку товарищу С гадину.
Мне пришлось говорить в конце заседания. Не чувствуя
себя подготовленной к гакому ответственному выступлению,
я сначала хотела отказаться. Но, посмотрев на товарища
Сталина, я вдруг набралась смелости и, как только председа-
тель назвал мою фамилию, спокойно направилась к трибуне.
Просто, как умела, рассказала я о своем колхозе, о своей
работе и достижениях. Закончила благодарностью партии и
правительству. Я поднялась в президиум и тоже пожала руку
Иосифу Виссарионовичу. В зале раздались аплодисменты, шум,
большинство членов президиума покинуло своп места и окру-
жило меня.
Не помню, как я пожимала руки членам президиума. Пришла
в себя только, когда очутилась вновь перед товарищем
Сталиным. Верно, он понял, что со мной творится. Захотел обод-
рить и просто, по-товарищески предложил мне стул. Когда
я немного успокоилась, Иосиф Виссарионович заботливо спро-
сил :
— Вам нс тяжело будет работать .на тракторе ЧТЗ?'
2/5
Я ответила, что не тяжело, что я надеюсь на свои силы.
— Берегите свое здоровье,—ласково сказал Иосиф
Виссарионович,—а мы вам поможем.
Так впервые пришлось мне увидеть великого Сталина.
Обстоятельства этой встречи никогда не изгладятся из моей
памяти, а его ободряющие, заботливые слова постоянно на-
полняют меня желанием учиться и работать еще лучше на
благо нашей великой родины.
*
Мне посчастливилось еще раз провести несколько часов
в непосредственной близости от товарища Сталина на Чрезвы-
чайном VIII съезде Советов. Я была избрана членом редак-
ционной комиссии. Заседания комиссии происходили в неболь-
шом сравнительно зале. Больше двухсот человек собиралось на
эти заседания. Я сидела во втором ряду. Невысокий помост пре-
зидиума позволял мне хорошо видеть Иосифа Виссарионовича.
Товарищ (Талин председательствовал па этом заседании. Он
часто шутил, вызывая смех всей комиссии. Он был еще более
простым и близким нам.
Помню я еще и такую деталь. Но одному из пунктов Кон-
ституции возник спор между товарищем Вышинским и кем-то
из членов комиссии. К сожалению, я забыла фамилию этого
товарища, ио помню, что он был работником центрального со-
ветского или партийного аппарата.
Товарищ Вышинский и его противник несколько раз высту-
пали один против другого. А мы, остальные члены комиссии,
очень скоро стали на сторону Вышинского. Очевидно, и товарищ
Сталин считал спор решенным в пользу Вышинского, и, когда
его противник еще раз попросил слова, Иосиф Виссарионович
сказал, улыбаясь:
— Вот когда кончится совещание, я вам дам слово.
*
В качестве депутата Верховного Совета СССР я бываю
на сессиях Совета и, разумеется, па каждой сессии вижу
товарища Сталина. Мне не приходилось больше так близко
встречаться с нашим вождем. Сидя в зале, я иногда только
смотрю на Иосифа Виссарионовича, слушаю его реплики. И
когда докладчик или депутат, выступающий в прениях, гово-
рит о чем-то таком, что важно, значительно для страны, что
радует или беспокоит тебя, невольно поворачиваешься в сто-
рону товарища Сталина. В такие мгновения в бесконечно доро-
гом облике нашего вождя черпаешь уверенность в том, что
народы нашей страны, руководимые товарищем Сталиным, пре-.
2/6
одолеют все и всяческие препятствия, и радуешься, видя пе-
ред собой организатора всех наших побед и достижений.
В работе, в учебе, в своих мыслях о будущем и о прошлом,—
словом, во всем значительном, что происходит со мной, что
я переживаю, я часто мысленно беседую с товарищем Сталиным
и всегда думаю: «Как бы он отнесся к происходящим в моей
жизни событиям, фактам? Какое решение одобрил бы н этом
случае товарищ Сталин?» И от этих мыслей мне всегда ста-
новится легче принять решение, становится яснее, что надо
делать, чтобы быть достойной дочерью пашей великой страны
и нашей великой партии.
П. Ангелина
Депутат Верховного Совета СССР
*
С ИМЕНЕМ СТАЛИНА В ДУШЕ
мне завидуют—я это
задумаешься над всем
глаза и начнешь мы-
м
iTliionii' ипмпкн и.illicit страны
знаю. Если правду говорить, то когда
этим, когда зажмуришь крепко-крепко
елейно себе представлять вес картины встреч с товарищем
Сталиным,—невольно хочешь воскликнуть:
— Да, есть чему завидовать!
Представим себе простую, неграмотную девушку-гречанку,
жившую в темноте и постоянных лишениях, девушку, кото-
рая нс могла выходить на улицу с открытым лицом, ибо эго
означало нарушить какой-то закон отцов. И вот эта самая
девушка в один прекрасный для нее день сбрасывает с себя
покрывало, садится па трактор, работает нс хуже любого муж-
чины, увлекает за собой таких же девушек, как она сама, ста-
вит стахановские рекорды и в конечном итоге становится знат-
ным человеком Советской страны. Еще через какое-то корот-
кое время эта девушка, как в какой-то сказке, переносится
в прекрасный дворец Кремля и в огромном зале с колоннами
сидит за дружеской беседой' с человеком, который является
отцом и надеждой всего трудового человечества, рядом с са-
мым великим и самым мудрым человеком всех времен н наро-
дов—рядом с родным Сталиным! Есть от чего приходить
в восторг! Есть чему нескончаемо радоваться!
I Ipoin.io только четыре года. Они представляются мне, как
волшебный сон. Когда я ехала в Москву на съезд колхозников-
ударников, я нс могла в вагоне ни есть, ни спать. Мысли
были полны только одним: увижу или не увижу товарища
Сталина? Каков он собой?
218
— Только бы не рас1ерягься, голько бы не оробеть!
А когда я увидала этого простого, скромного человека,
почувствовала па себе его отеческий, тюбящий взгляд, услы-
шала его добрый, проникновенный голос, от всех моих стра-
хов н опасении и следа нс осталось. Только сердце заби-
лось сильно-сильно. Я смотрела восхищенными глазами на
товарища Сталина, как бы вбирая в свою душу навсегда, на
всю жизнь сто образ. Затем я сразу же успокоилась, взяла
себя в руки и, получив от председателя слово, стала гово-
рить. И на протяжении всей моей речи я чувствовала на себе
отеческий, ободряющий взгляд товарища Сталина. Во время
одного из перерывов я столкнулась с товарищем Сталиным
в боковом зале. Он остановил меня, стал расспрашивать о
моей жизни, о работе. Беседа длилась недолго. Товарищ
Сталин закончил ее тем, что просил передать привет всем
колхозникам и девчатам моей бригады.
И впоследствии, сколько бы раз я ни встречалась с
товарищем Сталиным, он всегда с каким-то глубоко отеческим
интересом слушал рассказ о моем житье-бытье, о моих планах
на будущее. Говорил со мной товарищ Сталин в шутливой
форме. А шутит он мягко, по-доброму, ласково. Никогда-никогда
нс забудешь его улыбки! От нес теплота передается чело-
веку, а на душе так радостно и солнечно!
Мне пришлось встречаться с товарищем Сталиным много
раз. И всегда я видела голько одно я видела, как товарищ
Сталии умеет прислушиваться к людям, как он уважает до-
стоинство человека, как он умеет ободрить, укрепить силу
и веру человека в самого себя. Товарищ Сталии предельно
заботлив, н эта забота проявляется иже в мелочах. Помню,
однажды после вручения нам орденов происходила фотосъемка.
Нас всех усадили, а товарищ Сталин п его соратники стояли
сзади. Я поднялась и говорю:
Товарищ Сталии, вы сядьте, а мы, молодые, постоим!
А товарищ Сталии улыбнулся и говорит:
— Нет, .уж сидите вы, а мы постбим: ведь вы у нас
в гостях.
Пока фотографы налаживали съемку, товарищ Сталин и
его соратники беспрерывно шутили с нами.
— А как вы трактор заводите?—смеясь, спросил товарищ
Сталин.
— Мы-то? Здорово крутим, товарищ Сталин! Мужчины
• и тс у нас учатся...
Все вокруг засмеялись.
Какой любовью и признательностью отозвалась в моем серд-
це забота, проявленная товарищами Сталиным и Ворошиловым
во время X съезда комсомола, о моем будущем ребенке!
2/9
- Смотри, Пашенька, чтобы обязательно было пополнение
для Красной Армии!
Надежды вождей я, однако, оправдала с некоторым опозда-
нием: у меня сначала родилась девочка, а затем уже маль-
чик. Я назвала его'в честь великого летчика нашего времени
Чкалова—Валерием.
Когда беседуешь с товарищем Сталиным, он не дает своему
собеседнику волноваться. Всегда что-нибудь скажет шутливое,
ободряющее, простое, дружеское. И все же думаешь: что бы
такое ответить? Ответить так, чтобы оно хоть в слабой мере
соответствовало той простоте и задушевности, какой проник-
нуты слова родного Сталина!? Проще всего было бы, конечно,
сказать Сталину о сноси беззаветной преданности ему, партии,
народу. Но тут же думаешь, что это, пожалуй, не то,—что в та-
кие моменты нужны еще какие-то другие слова. И у меня
почему-то всегда рождается непреодолимое желание сказать
ему, как я отныне буду работать. Я начинаю говорить о своем
тракторе, о его возможностях и тут же даю обязательство
умножип. свои достижения. Товарищ Сталин слушает меня,
не прерывая, одобрительно кив.к г головой и улыбается.
На Всесоюзном совещании передовиков урожайности, трак-
тористов и машинистов молотилок товарищ Сталин пять раз
прерывал мою речь возгласами, вопросами и замечаниями. Я
вообще не умею говорить речей. По-моему, работать гораздо
легче, чем говорить. Стоит только товарищ}' Сталину вставить
хотя бы одно слово, как мысли у меня вновь вспыхивают с
удвоенной силой.
На этом совещании я докладывала, как выполнила слово,
данное товарищу Сталину на втором съезде колхозников-удар-
ников. Тогда я обещала сделать на тракторе 1 200 гектаров.
Взошла на трибуну. Не помню, как я передавала товарищу
Сталину лично в руки письменный рапорт. Затем я раскрыла
тетрадку с набросанными тезисами. От охватившего меня
волнения не могла1 начать говорить. Но вот я обернулась к
президиуму, перехватила сталинский веселый, ободряющий
взгляд и мигом успокоилась. Как-то сразу нашла себя. И
начала говорить.
Один из трактористов, выступавший до меня, сказал, что
он сделал 1600 с лишним гектаров. Товарищ Сталин, обра-
щаясь ко мне, заметил, что вот, мол, я сделала только 1 225 гек-
таров.
— Но, товарищ Сталин, зато я больше сэкономила горю- •
чего! 20 154 килограмма!
Тогда товарищ Сталин вновь прервал меня вопросом;
— А сколько человек у вас в бригаде?
Девять человек, и все они здесь,
гзо
Тут товарищ Сталин опять спрашивает:
— Сколько дали на трактор?
— В среднем 1 225,5 гектара.
Все зааплодировали. Я видела, что аплодировал и товарищ
Сталин.
Когда я сообщила, что в 1936 году мне придется работать
с новыми кадрами, так как члены моей бригады идут либо
на учебу, либо сами станут бригадирами, товарищ Сталин за-
ботливо повторил:
— Кадры, кадры!
В ответ на мою фразу: «Наши девушки работают и весе-
лятся, товарищ Сталин. Сейчас у нас все вместе и работа и
культурная жизнь»,—товарищ Сталин сказал одобрительно:
— Хорошо!
Возгласом «Правильно!» товарищ Сталин сопроводил также
следующее мое заявление: «Мы делаем вот так: если тракто-
ристка грязная, не смей подходить к трактору. Ты грязная,
и трактор будет грязный».
Все обязательства, которые я дала лично товарищу Сталину,
я выполнила. Я превысила свой первый рекорд, организовала
10 женских тракторных бригад. (А теперь у меня на родине
работает даже 18 бригад.) Товарищ Сталин послал меня учить-
ся, и я учусь в Тимирязевской сельскохозяйственной академии.
Мне 26 лет. Я депутат Верховного Совета СССР, член ЦК
КГ1(б)У, член Сталинского обкома партии. II всему этому я
обязана только товарищу Сталину, только нашей партии.
Здесь уместно вспомнить еще об одной замечательной
черте товарища ('.талина. Когда он появляется на трибуне и
мы все в единодушном восторге начинаем бурно ему аплоди-
ровать, он аплодирует вместе с нами. Он как бы говорит:
«Ваши востор| и я отношу не к себе, а к партии, верным сыном
которой я являюсь; я отношу их к тому великому делу, кото-
рому мы вместе с вами беззаветно служим».
Вот каков наш родной Сталин! Вот таким я ношу в своем
сердце его образ. Я хожу, работаю и добиваюсь успехов с
именем Сталина. И когда я приезжаю к себе на родину, вижу
свою старснькую-старенькую мать, которая, слушая мои рас-
сказы о Кремле, о товарище Сталине, тихо шевелит губами
и с каким-то проникновенным выражением на лице шепчет:
«Сталин—наш родной отец»,—я не выдерживаю и плачу ра-
достными, счастливыми слезами...
Товарищ Сталин, живите еще столько же и еще столько!
СОДЕРЖАНИЕ
Ем. Ярославский.
СТАЛИН - ЭГО ЛЕНИН СЕГОДНЯ........................................ 5
А.	Стаканов. Депутат Верховного Совета СССР
НАШ ОТЕЦ......................................................... 20
I
И. Папанин. ГероЛ Советского Союза.
НМАПЫПАИМЫГ ВСТРЕЧИ............................................   32
А1. Громов. Герои Советского Союза.
ЛЕТЧИКИ НОВОГО ТИПА .............................	.	........... 40
И. Нардин. Академик.
ИСПОЛИН - МУДРЕЦ .  ................................................. .	. 43
В.	Барсова. Народная артистка СССР.
НАШ ВЕЛИКИЙ друг................................................. 57
В Молоков. Герой Советского Союза.
МОИ ВСТРЕЧИ С ТОВАРИЩЕМ СТАЛИНЫМ........................  .	. • . . 60
Всеволод Вит невский. Писатель.
СТАЛИН НА XVIII СЪЕЗДЕ ПАРТИИ . . . ........................  .	73
Б. Иофан. Академик архитектуры.
СТАЛИН И ДВОРЕЦ СОВЕТОВ...............	.............. . .	34
А.	Бас. Академик.
СИЛА ПРЕДВИДЕНИЯ................................................. 94
В.	Коккинаки. Герой Советского Союза.
СОГРЕТЫЕ ЛЮБОВЬЮ СТАЛИНА......................................... 98
И. Гудов. Депутат Верховного Сонета СССР.
ОН ЗОВЕТ НА ПОДВИГИ ПЕРЕД РОДИНОЙ ................................112
А. Байков. Академик.
ВЕЛИЧИЕ ГЕНИЯ....................................................120
.И. Литвиненко-Вольгемут. Народная артистка СССР.
В ДРУЖЕСКОЙ БЕСЕДЕ...............................................122
П. Никулин. Писатель.
ДОРОГА на юг. . . . ...........................................  124
Н. Бурденко. Академик.
ОБ ОДНОМ РАЗГОВОР!:.............. ........................
/’. Байдуков. Герой Советского Союза.
Я ВИДЕЛ СТАЛИНА.............................................
О. Леонова. Депутат Верховного Совета СССР
ЧЕЛОВЕК, ОСУЩЕСТВИВШИЙ МЕЧТЫ ПОКОЛЕНИЙ ... .	. .148
М Чиаурели. Режиссер.
ВСТРЕЧИ С ВОЖДЕМ ПАРОДОВ.....................
.4 Гроицкая. Начальник дороги.
НАМ АПЛОДИРОВАЛ СТАЛИН...........................
II Подопечное. Герой Советского Союза.
ОН ВСЕГДА С НАМИ.............................................
Бюль-Бюль. Народный артист СССР
ИСТОЧНИК ВДОХНОВЕНИЯ...........................................
II Коробов. Депутат Верховного Совета УССР.
ТРИ встречи......................................................”	*
И Соколов-Микитов. Писатель.
чуткость.........................................
/I Гризодубова. Герой Советского Союза.
ДРУГ И учитель..................................
И. Сметанин. Депутат Верховного Сонета СССР
ПРОСТОТА И ДУШЕВНОСТЬ	...
Самед Нургун. 11оэт.
ГОРДОСТЬ НАРОДА ................. .	.
Xa.tu.ua Насырова Пародипм nptncriui СССР
Я ИГЛА ПЕРЕД ВЕЛИКИМ СТАЛИНЫМ . . . . .
А Юмашев Герой < оценкою Союи
ИСТОЧНИК ПАПП Й СИЛЫ . .	............
Константин Борин. Депутат Верховного Совета СССР.
ПОСПИ I АННИКИ СТАЛИНА....................
175
178
1Н1
183
191
195
197
Чамара Ханум Народней артистка Узбекской ССР.
БУДУ ПОМНИТЬ ВСЮ ЖИЗНЬ................................ .	. .	20<
.И. Демченко. Депутат Верховного Сонета СССР.
ВЕЛИКИЙ ЧЕЛОВЕК................,................................211
И. Ковардак. Депутат Верховного Сонета ('ССР.
памятный день...................................................214
II. Ангелина. Депутат Верховного Совета СССР.
С ИМЕНЕМ СТАЛИНА В ДУШЕ................ . .	........21К
Встречи с тииарищем Сталиным
Государственное издательство
политической литературы. 1939
Редактор Г. А лопин
Художестиеиное оформление книги Н. Седелвникова
Корректора 3. Лебедева, Б. ВайнтрауЛ и Р. Денисова
Технический редактор Л!. Пиотронич
Слано и набор 7 декабри. Подписано в печать 16 декабря
Форма! Ы1 >1 •/„ II и. л 7 бум. л 40 тыс. зи. в I п, л.
Над. Л» :tol. Индекс АГ/Масе. Тираж 25 000 экз.
УпиавомочеинмА Главлита Л-21750.
Зак. 7й 770.
Цена 7 руб.
3-я фабрика книги «Красный пролетарий» треста «По.тпграфкнига*,
Москва. Краснопролетарская, 10.


«	_Л*.'2-	T' .T.-.'?t^ .«'-Z .-Ж,	-.••Sc2>’_