/
Текст
За нашу Советскую Родину! ЖУРНАЛ ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА СССР ФЕВРАЛЬ 1989 г. 2 (1707) ИЗДАЕТСЯ С 1848 ГОДА С ДНЕМ СОВЕТСКОЙ АРМИИ И ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА, ДОРОГИЕ ТОВАРИЩИ! В номере: Утверждая деловой стиль партийной работы 3 * * * Флотская хроника 8 В. Алешин, Ю. Пахомов. Школа подвига .11 СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ Н. Березовский. Центральные органы Красного Флота в период становления 12 Г. Иванов. Революцией мобилизованный 18 ВОПРОСЫ ТЕОРИИ ВМФ О. Кувалдин. Использование флотилий в гражданской войне ... 20 БОЕВАЯ ПОДГОТОВКА Д. Штефанов. Кораблевождение — единый процесс 25 Новое пособие ! 28 Цунами бумажного океана 29 Е. Голосуев. Ставка — на человека 34 В. Дыгало. «Кают-компания... просит...» 38 А. Пятков. С боевого курса не сворачивали 40 Б. Яшин. О работе морской секции ВНО 45 ИЗДАТЕЛЬСТВО «КРАСНАЯ ЗВЕЗДА» МОСКВА
партийно-политическая работа и воинское воспитание А. Савицкий. «Достоин» и достоинства 46 A. Данилин. Авторитет политработника 48 B. Громак. Забота о людях — понятие конкретное 53 ВООРУЖЕНИЕ И ТЕХНИКА К. Соловьев. Персональные ЭВМ на корабле 55 Экспертные системы: В. Евграфов, С. Федоров. Определение, принципы работы ... 57 Р. Знаменщиков, И. Ершов. Методы поиска решений .... 58 В. Кобзев, В. Шилов. Применение ЭС в ВМС США .... 59 И. Паровичников, А. Панов. Тренажер «Вахта» 61 Ю. Ромашев. О компьютерной грамотности офицеров 64 ПО ИНОСТРАННЫМ ФЛОТАМ Ю. Лилин. ВМС США: старые постулаты «новой морской стратегии» . 65 ВМС Норвегии 71 ВАХТА ПАМЯТИ В. Алексеев. Обжалованию не подлежит 74 Сергей Зонин. Неправый суд 78 КАЮТ-КОМПАНИЯ МАРИНИСТОВ Борис Леонов. Про бойца подводной пехоты 85 Вячеслав Чистяков. Четверть часа для русских пушек 89 * * * Новые книги 96 * * * На цветной вклейке (между с. 64 и 65): И. Задворнов, Е. Лазарев, О. Чудаков. Оценка скрытности маневрирования Фрегаты типа «Леандер» ВМС Великобритании Французский ЗРК «Наваль Кроталь» 8S На 1-й странице обложки—Герои Советского Союза капитан 1 ранга В. Протопопов и капитан Я, Горошко. Фото Ю. П а х о мо в а Редакционная коллегия: Г. Д. Агафонов (главный редактор), В. И, Алексин, Д. М. Алпатов А. П. Аристов, Л. Л. Белышев, В. В. Будеев, Ю. А. Быстрое, Н. Л. Гав- риленко (ответственный секретарь), Л. Я. Данилин (зам. главного редактора), В. /С Захарьин, В. И. Зуб, В. С. Калашников, Ю. П.Квятков- ский, М. М. Крылов, О. Н. Кувалдин (зам. главного редактора), Л. П. Кучеров, В. Т. Лосиков, В. И. Петров, А. А. Саркисов, Г. И. Щедрин. Адрес редакции: Москва, Чаплыгина, 15. Для переписки: 103175, Москва, К-175, «Морской сборник». Телефоны: 204-25-34, 925-50-28. Технический редактор Обухова Т. А. Сдано в набор 22.12.88. Подписано к печати 3.02.89 Г-25355 Формат бумаги 70X108Vi6. Бумага типографская № 1. Высокая печать. Усл. печ. л. 8,4+вклейка 1/2 печ. л. Усл. кр.-отт. 14,88. Уч.-изд. л. 10,9 Заказ 152 Цена 50 коп. Адрес ордена «Знак Почета» типографии газеты «Красная звезда»: 123826, ГСП, Москва, Д-317. Хорошевское шоссе, 38. © «Морской сборник», 1989.
УТВЕРЖДАЯ ДЕЛОВОЙ СТИЛЬ ПАРТИЙНОЙ РАБОТЫ If АК ИЗМЕНИЛИСЬ содержание, стиль, формы и методы партийно-политической ** работы на кораблях и в частях, в учреждениях и учебных заведениях? Как усилить ее влияние на обеспечение приоритета качественных параметров в строительстве Военно-Морского Флота, эффективности боевой и политической подготовки? Политорганы, партийный актив воинских коллективов, все коммунисты немало думают над этими вопросами, осмысливая и претворяя в жизнь решения XXVII съезда КПСС, XIX Всесоюзной партийной конференции, извлекая уроки и выводы из прошедшей в октябре—декабре отчетно-выборной кампании. Идет своего рода переоценка, тщательный анализ, обобщение уже имеющегося опыта перестройки, выявление элементов ее торможения. Процесс этот сложный, порой противоречивый, небезболезненный, затрагивающий позицию, взгляды, интересы каждого коммуниста, какую бы должность он ни занимал. Ведь надо разобраться, что из нововведений приносит пользу, а что нет, кто работает с высоким конечным результатом, а кто — вхолостую. На итоговых собраниях и конференциях решались такие проблемы, как решительное изменение стиля политорганов по руководству первичными парторганизациями, отказ от настойчивой опеки и подмены, административно-нажимных методов. Параллельно велась речь о необходимости развития инициативы и энергии военных моряков через демократизацию общественной жизни, росте авторитета, самостоятельности выборных партийных органов и секретарей, преодолении инертности некоторых членов партии, усилении спроса с коммунистов за конечные результаты их деятельности, относящиеся непосредственно к повышению боевой готовности, улучшению качества учебно-воспитательного процесса, укреплению дисциплины и правопорядка. Впервые на конференциях делегаты получили возможность дать коллективную оценку работе своих политорганов. Повсеместно она признана удовлетворительной. Однако кое-где делегаты вели речь о том, что политорганы не справляются со своими обязанностями. Так было во ВВМУРЭ имени А. С. Попова, в корабельном авиаполку ВВС ТОФ. Можно сказать, что флотские коммунисты в основном уже пережили «детскую болезнь» новизны перестройки, когда все необычное, рожденное инициативой и творчеством масс воспринималось на ура, когда повсеместно витал дух отрицания старого опыта. Не для всех партийных коллективов это прошло бесследно. Кое-где расширяющуюся демократизацию, гласность воспринимали только как возможность открытого злопыхательства, критиканства, очернительства всех и вся, а то и сведения счетов. Не перевелись и демагоги, любители «заболтать» полезное дело. Они и сегодня чувствуют себя как на митинге, не поняв, что давно уже в перестройке наступил новый этап — этап напряженной практической работы, конкретных* действий. Одно из следствий подобной иждивенческой психологии — стрелы критики направляются преимущественно «вверх», оставляя в стороне собственные промахи и недочеты. Особенностью развернувшихся дискуссий стал открытый характер прений, имеющая точный адрес критика. Коммунисты настаивают, чтобы при анализе негативных явлений указывались их конкретные носители. Люди призывают поставить заслон казенному подходу, барственности, формализму. Атмосфера требовательности, принципиальности царила, например, на отчетно- выборном партсобрании атомной подводной лодки, где секретарем партбюро капитан- лейтенант А. Косульников. Здесь коммунисты взыскательно подошли к оценке причин и виновников упущений в боевой и политической подготовке, воинском воспитании, социалистическом соревновании. Причем не только критиковали допускающих ошибки, но и взыскивали с равнодушно взирающих на недостатки и промахи сослуживцев. Разговор на собрании, предложения явились как бы генератором, задавшим тон всей последующей работе. В коллективе с каждым днем строже становится спрос
Партийные активисты капитаны 3 ранга Ю. Надзиев и Е. Заварыкин беседуют с молодым коммунистом старшиной 1-й статьи А. Зверевым Фото П. Александрова за обеспечение авангардной роли членов партии в учебе и дисциплине. В идейно- воспитательной практике в качестве основного закрепляется метод индивидуального подхода. Это во многом способствует тому, что подводники стабильно, на высоком уровне решают поставленные перед ними в новом учебном году задачи. И пример в этом подают члены парторганизации. В Военно-Морском Флоте подобных партийных коллективов немало. Опыт показывает, что там, где доверие и доброжелательность сочетаются с высокой взаимной требовательностью, где у членов и кандидатов партии развито умение четко организовать на своем участке претворение в жизнь диктуемых перестройкой задач, там выше боевая выучка личного состава, сильнее партийное влияние. Пожалуй, впервые проявился такой неподдельный интерес людей к самим выборам. Особенно это было заметно там, где они осуществлялись по альтернативной схеме, где шел коллективный отбор лидеров из двух и более кандидатов. Такие выборы прошли в половине парторганизаций. В руководящие органы вошли наиболее авторитетные товарищи. В то же время опыт показал, что политорганы не могут уповать на автоматическое одобрение их рекомендаций. В тех случаях, когда не были учтены все деловые и моральные качества выдвинутых кандидатов, не проводилась работа по выяснению мнения большинства, не велась должная агитация, возникали непредусмотренные явления. Некоторые офицеры, рекомендованные полит- органами для избрания освобожденными партийными работниками, не прошли конкурсный отбор. Отказали в доверии и бывшему секретарю парткома авиационного полка СФ подполковнику А. Касаткину, который не один год возглавлял парторганизацию. Очевидно, перестройка подняла планку требований к партийному вожаку любого уровня. И время, когда выборы были чуть ли не ритуальным действием, миновало. На должность секретаря парткома коммунисты перестали смотреть как на номинальную, когда не придается особого значения, кто ее занимает. Их уже не удовлетворяет некий средний уровень исполнения секретарских обязанностей. Они желают ощутимых изменений в партийной работе, в решении накопившихся проблем и связывают свои ожидания, что вполне объяснимо, с человеком новым, не отягощенным стереотипами застойного периода. Возросшая принципиальность большинства партийцев поставила в неординарную ситуацию и некоторых руководителей политорганов, которые не были избраны делегатами конференции местных территориальных партийных организаций. Чем можно объяснить появление «нештатных» ситуаций? Прежде всего объ-
ективными явлениями демократизации, когда к управлению делами больших партийных коллективов привлекают многих и многих коммунистов. Опыта же участия в управлении у них или мало, или нет вовсе. Явно недостаточно влияние на людей в усложнившихся ситуациях и у политорганов. Не везде еще поняли, что в отличие от прошлых лет гораздо большего внимания требует сегодня перевод партийной работы на преимущественно политические методы. Видимо, есть смысл сказать и о том, что пора отвыкать от спокойного, запрограммированного сверху течения партийной жизни. Именно живое творчество масс, говоря ленинскими словами, как «основной фактор новой общественности», предполагает многообразие в суждениях, мнениях, взглядах людей, которое с развитием социализма, видимо, будет нарастать. Характерная черта идеологии обновления — утверждение реального плюрализма мнений, открытое сопоставление идей и интересов. Овладеть новым подходом — значит не только одобрить линию партии, но и уметь провести ее на практике. Возможностей для этого у политорганов, партийных комитетов и бюро сегодня прибавляется. Выполняя решения отчетно-выборных собраний и конференций, учитывая критические замечания и предложения коммунистов, они изживают текучку и заседательство, мелочную опеку. Все усилия сосредоточиваются на ключевых задачах, стоящих перед кораблями и частями в нынешнем году. Начиная с отчетов и выборов, когда оценивалась работа не только выборных органов, но и политотделов, политуправлений флотов, административный стиль заметно пошел на убыль. Ныне за него трудно спрятать ложный авторитет и мнимую самостоятельность, приверженность к очковтирательству, показухе, некомпетентность, неумение, а то и боязнь открыто говорить с людьми о наболевших вопросах, стремление игнорировать их мнение. Администрирование нередко приводило к тому, что первичные политорганы, парторганизации действовали по образу и подобию вышестоящих политических и партийных органов, в результате уходили от творческого поиска и выполняли только одну функцию — передаточную. Это снижало ответственность, порождало простое копирование форм и методов работы, не приносящих должной отдачи, на ином, как правило, более низком уровне, зато дазало возможность быстро отрапортовать: «Меры приняты». И такие доклады снова по цепочке, но уже в обратном порядке — снизу вверх — шли до политического управления ВМФ. С расширением демократии все ощутимее хозяином в своем партийном доме становится сама парторганизация. Она каждодневно требует от своего руководства, чтобы во главе угла его деятельности были не рапорты и иные бумаги, а конкретный человек с его заботами, проблемами, нуждами, порой и бедами. Жизнь есть жизнь. От нее не заслониться циркуляром. И политотделы, не дожидаясь указаний, идут навстречу пожеланиям и требованиям коммунистов, оперативно реагируют на критические замечания, учитывают полезные предложения. Они на опыте постигают, что надо больше доверять людям, их политической зрелости, инициативе, поиску. Не навязывать свое мнение, а убеждать коллектив в его целесообразности, сделать так, чтобы оно стало мнением большинства. Это и есть стержень политического метода руководства, его смысл и его суть. В первичных парторганизациях сосредоточена колоссальная человеческая энергия. Углублять процесс перестройки надо именно здесь, прежде всего на пути повышения их боевитости и принципиальности, наступательности и созидательной мощи. И если раньше речь шла главным образом о требовательности политорганов к деятельности парткомов, партбюро, то ныне усиливается процесс обратного воздействия. День ото дня возрастают требования к коммунисту, которому доверено возглавлять политорган, парторганизацию. Ему следует отказаться от выполнения командно- административных и хозяйственных задач, смелее брать на вооружение метод влияния на жизнь коллектива через коммунистов, ответственных за те или иные участки, а также метод агитационной и пропагандистской работы. Политработник — не указующий перст, а зажигающая, мобилизующая, ведущая за собой личность. Причем личность авторитетная, обладающая широким политическим кругозором и способностью убеждать других 8 том, в чем убежден сам.
На практике еще приходится сталкиваться с коммунистами-руководителями, которые по поводу какого-либо события в стране или за рубежом ждут указаний: как его толковать, на накую точку зрения становиться. Отчасти в этом сказывается порочная практика застойных времен. Отчасти проявляется и некомпетентность, политическая робость самих политработников. Надо либо быть в своем деле человеком сведущим, либо отказываться от этого дела. Руководитель обязан владеть, и владеть в совершенстве, универсальным инструментом миропознания — марксистско-ленинской методологией. Иначе как можно управлять духовным, мировоззренческим потенциалом людей, чутким радаром собственной совести принимать их мысли и боль, вести партийную работу по-новому, не на базе поверхностных суждений, а на основе теории и практики перестройки? Во главу угла деятельности коммунистов поставлена забота о повышении боевой готовности сил флота. Большая ответственность за надежную оборону страны лежит и на военных моряках. В этой связи важно своевременно принимать эффективные меры для ускорения обновления содержания, форм и методов партийно-политической работы по повышению деловой активности личного состава в период подготовки и несения боевой службы и боевого дежурства, во время учений, занятий, морских походов, полетов. Пора отказываться от не оправдавших себя стереотипов влияния на людей. Так, вошло в практику по отношению к фактам достижения тем или иным коллективом высокого рубежа в боевой учебе ограничиваться торжественным ритуалом вручения вымпела, объявления благодарности. А случаи неудачи обычно заканчиваются детальнейшим разбором причин, в «шестерни» которого попадает огромное количество специалистов — от матроса до адмирала. Результат подобного подхода известен: учеба на негативных явлениях, исключающая опору на передовой опыт. Такой перекос нежелателен. Требует дальнейшего усиления работа всех коммунистов по предупреждению аварийности. Кое-где к этим вопросам относятся весьма безответственно. Опыт учит, что надо быть более дальновидными, использовать весь арсенал политического влияния на профессиональную подготовку воинов, на содержание техники и вооружения в безупречном состоянии, на грамотное их обслуживание и эксплуатацию, соблюдение норм безопасности. Одной из главных забот флотских коммунистов является обеспечение образцовой воинской дисциплины. Опыт показывает, что немало сил затрачивается на выполнение требований ЦК КПСС по ее улучшению. Однако до сих пор не искоренены случаи правонарушений, неуставных взаимоотношений, пьянства, грубых проступков. Все это не позволяет положительно оценивать деятельность партийцев на важном участке. Задача коммунистов — повысить ответственность за порученное дело, проявить максимум творчества, инициативы, сплотить вокруг партийных и комсомольских органов лучшие силы воинских коллективов. Отчеты и выборы показали, что важно глубже рассматривать актуальные проблемы идеологического обеспечения перестройки в Военно-Морском Флоте. В подготовке и проведении партийных дискуссий не должно быть заорганизованности, одна- Секретарь парторганизации подводной лодки капитан 3 ранга А. Сушинскас и капитан-лейтенант В. Мещеряков перед партийным собранием Фото Ю. Пахомова
ко недопустим и самотек. Ведь идеологическая ситуация в современных условиях осложнилась. Анализ состояния политической подготовки, организаторской и идеологической работы, проведенный в ходе отчетно-выборной кампании, дает основание для вывода о том, что, хотя глубоких изменений в этом важном деле и не произошло, процесс обновления здесь начался, стал реальностью, пусть сложной и противоречивой, но реальностью. Эти перемены в политической учебе потребовали от командиров, политорганов, ларторганизаций, идеологических работников новых подходов к ее идейно-теоретическому и организационному обеспечению, вооружения руководителей и организаторов глубокими знаниями материалов XXVII съезда КПСС, XIX Всесоюзной партконференции, более продуманной постановки их обучения и воспитания. Оживить идеологическую работу, максимально приблизить ее к интересам и запросам воинов, каждого конкретного человека — веление времени, непременное условие успешного решения задач в новом учебном году. В серьезном подходе нуждается ныне интернациональное воспитание военных моряков. В постановлениях отчетно-выборных собраний и конференций нашли отражение новые аспекты регулирования межнациональных отношений в воинских коллективах. Но этот вопрос не позволяет даже на короткое время снять руку с его пульса. Политорганы, парторганизации призваны настойчиво развивать у воинов чувство гордости за принадлежность к единой социалистической Родине, воспитывать их в духе братства и взаимовыручки. К сожалению, политработники, активисты не всегда могут четко и ясно разъяснить личному составу причины тех или иных событий, связанных с национальными отношениями. Сказывается застарелая привычка к лавированию, уходу от острых вопросов, замазыванию негативных моментов. А ведь не получая прямого и честного ответа от коммунистов, молодые моряки ищут их в других, нередко сомнительных источниках. В числе нерешенных вопросов продолжает оставаться социально-бытовое устройство личного состава, семей военнослужащих. Не снимается с повестки дня практически ни в одном гарнизоне жилищная проблема. До сих пор подразделения тыла не могут наладить постоянное четкое снабжение военных моряков всеми видами положенного им довольствия. Объективно возникающие трудности порой усугубляются бесконтрольностью, попустительством, а порой и злоупотреблениями коммунистов- руководителей. Проявляя заботу о людях, политорганы, парторганизации обязаны использовать все имеющиеся у них формы и методы политического влияния для изменения положения дел в лучшую сторону. Многие проблемы, их решение находятся в прямой зависимости от состояния внутрипартийной жизни, от уровня организационно-партийной работы. Непреходящее значение для политико-морального состояния личного состава корабля, части имеет обеспечение авангардной роли коммунистов в выполнении служебного и партийного долга, в воинской дисциплине. Необходимо разобраться, почему принимаемые меры не везде дают адекватный результат, почему кое-где снижается авторитет отдельных коммунистов, а вместе с ним и авторитет партийных организаций. Важно направить усилия на развитие критики и самокритики, повышение спроса с коммунистов за состояние дел на порученном участке, активнее использовать отчеты и заслушивания членов и кандидатов партии, в том числе руководителей, собеседования в политорганах, парткомиссиях о выполнении требований Устава КПСС. Не все еще сделано для подъема воспитательной роли партсобраний, поручений. Нельзя не учитывать, что остается высоким число исключенных из партии. Эти процессы требуют всестороннего анализа и осмысления мер по повышению эффективности и качества внутрипартийной работы. Необходим творческий поиск, помогающий быстрее выбраться из старой колеи. Не отворачиваться от сложных, трудных проблем, а смело решать их — таково требование сегодняшнего дня. Широк круг вопросов, поднятых и обсужденных в ходе отчетов и выборов в партийных организациях. По принятым решениям, выработанным планам развернута интенсивная деятельность всех коммунистов, которые воплощают установки XIX Всесоюзной партконференции в конкретные дела. С каждым днем нарастает напряженность в этой работе. Непросто проходит коренное изменение стиля партийного руководства. И тем выше ответственность политорганов, парторганизаций за конечные результаты, за судьбу перестройки в Военно-Морском Флоте.
Флотская хроника На завершающем этапе учебного года на всех флотах проведены состязания на первенство ВМФ по огневой и тактической подготовке. В году 70- летия Советской Армии и Военно-Морского Флота возрос уровень тактического мастерства командиров, улучшились профессиональные навыки моряков, повысилось их умение в сложной обстановке грамотно решать поставленные задачи, добиваться высоких качественных показателей в боевой учебе. О призерах состязаний говорится в сообщениях с флотов. КРАСНОЗНАМЕННЫЙ СЕВЕРНЫЙ ФЛОТ ПОБЕДУ В УЧЕБНОМ БОЮ одержал экипаж атомной подводной лодки, на которой служит офицер Ю. Черкасов. Скрытно преодолев противолодочный рубеж, с предельной дистанции подводники нанесли массированный ракетный удар по группировке надводных кораблей. Личный состав КБР показал высокие профессиональные качества, обеспечил командира всеми необходимыми данными для выполнения принятого им нестандартного решения. Умело использовались различные средства целеуказания, что позволило вскрыть ордер «противника» и определить главную цель. Приз, завоеванный в прошлом году, остался в экипаже. ВЫСОКОЕ ТАКТИЧЕСКОЕ МАСТЕРСТВО продемонстрировал личный состав подводной лодки, где служит капитан 2 ранга С. Куров. В сложных гидроакустических условиях он одержал верх в противоборстве с атомной ПЛ «противника». Отмечены действия подчиненных офицера В. Брестского, обеспечивших КБР точными данными пеленгования, грамотно анализировавших подводную обстановку. Умело осуществляя скрытное слежение, подводники успешно выполнили поставленную задачу — в кратчайший срок с получением приказания «уничтожили» «противника». Приз главнокомандующего ВМФ вручен североморцам. СЛАЖЕННО ДЕЙСТВОВАЛИ вместе с авиаторами экипажи базовых тральщиков под командованием капитан-лейтенанта А. Шубина. В условиях, близких к реальным, моряки, перекрывая нормативы, осуществляли передачу тралов вертолетчикам. Отличились специалисты трального расчета корабля, который возглавляет старший лейтенант С. Меняйло. Четко выполнили свою задачу и авиаторы во главе с майором Н. Абраменковым. «Противник» пытался помешать действиям тральной группы, но его самолеты были «уничтожены» метким огнем комендоров. Фарватер обезврежен от мин. Почетный приз у моряков Северного флота. КРАСНОЗНАМЕННЫЙ ТИХООКЕАНСКИЙ ФЛОТ ЛУЧШИМ В ВМФ ПО РАКЕТНОЙ ПОДГОТОВКЕ объявлен экипаж атомного подводного ракетоносца, которым командует капитан 2 ранга Г. Журен- Идет ракетная атака. На ГКП командир корабля капитан 2 ранга Г. Журенков и специалист БЧ-2 капитан-лейтенант С. Глебов ков. Право участвовать в состязаниях он завоевал в соревновании с двумя другими кораблями соединения по итогам выполнения боевых упражнений и сдачи курсовых задач. В острой бескомпромиссной борьбе с североморцами предпочтение было отдано тихоокеанцам. Они показали лучшую теоретическую и практическую подготовку, высокое мастерство при обслуживании оружия и его применении в учебном бою, четкое взаимодействие всех подразделений корабля, способность в условиях сильного поотиводей- ствия противника выполнить в установленный срок главную задачу — нанести ракетный удар по назначенным объектам. Уверенно действовали специалисты корабельного боевого расчета под руководством капитана 2 ранга В. Степанен- ко. Отличные практические навыки проявили штурман корабля капитан-лейтенант А. Косульников и его подчиненные, обеспечившие ракетный комплекс надежными навигационными данными стрельбы. Успешно сработали и ракет-
чики, возглавляемые капитаном 3 ранга А. Юдиным. Безошибочно выполнял свои обязанности на боевом посту капитан-лейтенант С. Глебов. ГРАМОТНО ДЕЙСТВОВАЛИ в учебном бою с подводным «противником» экипажи кораблей поисково-ударной группы под руководством офицера В. Никонова. В течение всего упражнения поддерживался' надежный контакт с подводной лодкой, была обеспечена бесперебойная связь с взаимодействующими самолетами, что позволило и надводникам, и летчикам эффективно применить по ней торпедное оружие. Среди лучших названы офицеры Ю. Войтов, О. Третьяков, И. Мельников, В. Бирюков, Е. Смирнов, С. Копейкин. Приз, завоеванный в прошлом году, остался у тихоокеанцев. ДВАЖДЫ КРАСНОЗНАМЕННЫЙ БАЛТИЙСКИЙ ФЛОТ ПОБЕДИТЕЛЕМ В СОСТЯЗАНИЯХ на первенство ВМФ по ПВО объявлена корабельная ударная группа под командованием офицера А. Ильина. В ее составе успешно действовали экипажи сторожевых кораблей «Комсомолец Литвы» и «Бдительный». На максимальной дистанции была обнаружена ударная группа воздушного «противника», благодаря чему расчет поста, возглавляемый офицером О. Баркаревим, уверенно вывел на ее перехват истребительную авиацию за пределами зоны поражения кораблей ракетным оружием. Учебный бой продолжался. Подчиненные старшего лейтенанта В. Стародубцева своевременно обнаружили скоростные низколетящие цели. Хорошо потрудились операторы под командованием капитана 3 ранга Г. Моисеева. Сказали свое меткое слово ракетчики и комендоры зе- нитно-ракетных батарей, возглавляемые лейтенантами А. Бечковым и О. Вир- ченко. Все назначенные для поражения цели были уничтожены. Тактическое мастерство и умелое руководство людьми в сложных условиях плавания показали командиры кораблей капитаны 3 ранга В. Седак и В. Самчук. Хороший подарок к 70-летию ВЛКСМ сделали экипажи этих кораблей — правофланговые социалистического соревнования. Свидетелями успеха моряков «Бдительного» были их шефы — комсомольская делегация г. Рубцовска Алтайского края, чей приезд совпал с выходом корабля в море на состязательную стрельбу. После выполнения учебно-боевых задач заведующий отделом горкома ВЛКСМ С. Балашов вручил победителю соревнования на корабле старшему матросу В. Черепанову знак ЦК ВЛКСМ «За отличие в труде». Успех кораблей этого соединения не случаен — оно является лучшим по ПВО на флоте. В победе балтийцев немалая заслуга принадлежит флагманскому специалисту капитану 3 ранга Н. Трошину. ЗАЩИЩАТЬ ЧЕСТЬ ВВС БАЛТИЙСКОГО ФЛОТА в состязаниях по ракетной подготовке было доверено авиаторам части, где служит гвардии подполковник В. Зубарев. Подразделение уверенно выполняет все учебно-боевые задачи. Здесь особое внимание уделяется тренажной подготовке, предупреждению предпосылок к летным происшествиям. Коммунисты показывают личный пример в совершенствовании воинского мастерства. Напряженная работа командования и всего коллектива принесла авиаторам победу в этом виде состязаний. Большой вклад в общий успех внесли офицеры В. Московских, А. Нестеренко, В. Сагеев, В. Сергеев. КРАСНОЗНАМЁННЫЙ ЧЕРНОМОРСКИЙ ФЛОТ ПЕРВЕНСТВО В ВОЕННО-МОРСКОМ ФЛОТЕ ПО ПРОТИВОЛОДОЧНЫМ ДЕЙСТВИЯМ завоевала корабельная поисково-ударная группа под руководством офицера А. Ковшаря в составе БПК «Азов», сторожевого корабля «Беззаветный» и других во взаимодействии с авиацией флота. Что отличает черноморцев в лучшую сторону от участников состязаний с других флотов? Здесь грамотно были построены силы с учетом всех требований противолодочной и противовоздушной обороны, противоторпедной защиты. При применении оружия использовались групповые атаки кораблей ПУГ. Эффективно действовали авиаторы. Поиск подводного противника всегда сложен. Но недаром БПК «Азов», где служит капитан 2 ранга В. Васю- ков, является одним из лучших в сое- Командир боевой части управления БЛК «Азов» капитан 3 ранга Ю. Шанский и его подчиненные лейтенанты А. Ионсен и И. Куватов динении. Это экипаж подтвердил на командно-штабном учении «Осень-88», где показал высокое воинское мастерство.
Вот и на состязаниях подчиненные kq- мандира отличной боевой части управления капитана 3 ранга Ю. Шанского своевременно обнаружили и постоянно поддерживали контакт с маневрирующей ПЛ, обеспечили слежение за ней и выдачу точных данных корабельному противолодочному расчету. Подводный «противник» уничтожен. ПРИЗ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО ВМФ ПО ТОРПЕДНОЙ ПОДГОТОВКЕ вручен экипажу подводной лодки, на которой служит капитан 3 ранга А. Те- рехин. Во время учебного боя командир действовал смело и решительно, грамотно использовал погодные и гидроакустические условия. Попытки командования отряда боевых кораблей ввести подводников в заблуждение — разделение отряда на две группы — не увенчались успехом. Находясь вне зоны обнаружения надводных кораблей, командир всплыл на перископную глубину, с помощью РЛС, работающей в скрытном режиме, выявил ордер «противника», определил главную цель и погрузился для атаки. Слаженно действовали подчиненные командира минно-торпедной боевой части капитан-лейтенанта А. Беднева. В итоге — красивая победа подводников: торпедами из носовых торпедных аппаратов поражена главная цель, а из кормовых — корабль охранения. ОБРАЩЕНИЕ к воспитанникам Ленинградского, Рижского и Тбилисского нахимовских военно-морских училищ Дорогие друзья! Все мы родом из детства, которое позвало нас в моря. На ленточках наших бескозырок золотом горели слова — НАХИМОВСКОЕ УЧИЛИЩЕ. Учебные заведения юных моряков, названные именем прославленного адмирала Павла Степановича Нахимова, стали пропуском в мечту для мальчишек многих поколений. В ней жили отважные юнги Великой Отечественной и военморы легендарной «Авроры», гордый крейсер «Варяг» и бесстрашный бриг «Меркурий». Пусть не все нахимовцы стали профессиональными военными моряками, командовали кораблями или эскадрами, зато каждый из них вышел на большую жизненную дорогу, приобрел любимую профессию. Есть среди них флотоводцы и ученые, кораблестроители и партийные работники, писатели и актеры. Вот почему так крепка благодарная память о родном училище, его преподавателях и воспитателях, так огромно желание в единении с однокашниками, с которыми связан узами товарищества, годами ратного труда. Перестройка, возрождение ленинского облика социализма зовут нас, людей, с раннего возраста посвятивших себя делу защиты завоеваний социализма, сплачивать свои усилия в пропаганде и утверждении славных традиций отечественного флота, делать жизнь осмысленнее и нравственно богаче. Для этого с использованием опыта Всесоюзного клуба суворовцев, действующего при Всесоюзном совете ветеранов войны и труда, создается Всесоюзный клуб нахимовцев (Нахимовская кают-компания). Члены его рабочей группы обращаются ко всем воспитанникам нахимовских училищ с просьбой откликнуться и сообщить краткие данные и домашние адреса — свой и известных вам однокашников по адресу: 113105, Москва, Варшавское шоссе, дом 18, корпус 2, почтовое отделение 105, абонементный ящик 468. Грузинову Андрею Борисовичу (телефон 947-08-62). В этом случае вы сможете получить подробный отчет о целях и задачах клуба, что сделано и что предстоит сделать по его организации. Не задерживайте, пожалуйста, ответ — судьба разбросала нас, адреса многих неизвестны. Нам предстоит огромная организаторская работа. Заранее благодарим! Члены рабочей группы по созданию Всесоюзного клуба нахимовцев (Нахимовской кают-компании) ю
ШКОЛА ПОДВИГА В 1985 г. в Севастопольском районе Москвы по инициативе РК КПСС и совета ветеранов Краснознаменного Черноморского флота открылся музей боевой славы «Севастополь — город-герой» при Доме пионеров и школьников. Прошло время, и начинание бывших участников Великой Отечественной войны выросло в солидное военно-патриотическое заведение, наглядно и живо решающее задачи воспитания молодого поколения защитников Родины. Небольшая экспозиция, умещавшаяся когда-то в трех комнатах, теперь с трудом размещается в пяти залах. Значительно расширилась ее тематика. В первом зале представлены материалы об истории флота, зарождении и развитии его ратных подвигов, революционных традиций. Второй зал посвящен городу-герою Одессе, третий и четвертый — защите черноморских твердынь в грозные военные годы. В последнем, пятом зале наглядно и достаточно полно показана напряженная жизнь современного ВМФ. Благодаря активной работе группы «Поиск» музей ежегодно пополняет свою реликвийную коллекцию. Много творческого труда в поисках и сборах материалов под руководством заведующей музеем В. Курниковой вкладывают школьники Володя Григорьев, Володя Потапов, Миша Ситников, Ира Со- бенникова и другие. Им оказывают содействие сотрудники Севастопольского музея. Заметно возросла и популярность музея. Только за прошлый учебный год в После вручения комсомольских билетов ученики 8-го класса 197-й школы Алеша Тихонов и Миша Салямов нем побывало более 4,5 тыс. посетителей. Он стал своеобразным мемориалом, где проходят прием в юные пионеры, вручение комсомольских билетов. Большую помощь в работе музея оказывает президиум Московской секции совета ветеранов ЧФ, возглавляемый контр-адмиралом в отставке В. Никитиным. Музей достойно служит благородному делу — военно-патриотическому воспитанию молодежи. В. АЛЕШИН Фото Ю. Пахомова Капитан 1 ранга в отставке Т. Манаенков вручает комсомольский билет Р. Карташеву 11
ЦЕНТРАЛЬНЫЕ ОРГАНЫ КРАСНОГО ФЛОТА В ПЕРИОД СТАНОВЛЕНИЯ Старший мичман Н. БЕРЕЗОВСКИЙ, кандидат исторических наук ПЕРЕД ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИЕЙ руководство флотом осуществляло Морское министерство. В его состав входили Адмиралтейств-Совет (совещательный орган при министре), Морской генеральный штаб (МГШ), главные управления, управления, самостоятельные отделы и службы. Действующие силы флота оперативно подчинялись Военно-морскому управлению Ставки ВГК. Создание новых руководящих органов осуществлялось на принципах коллегиальности и выборности. 8 ноября 1917 г.1 моряки — делегаты II Всероссийского съезда Советов образовали Военно-морской революционный комитет (ВМРК) под председательством И. Вахрамеева. ВМРК подчинялся Петроградскому Военно-революционному комитету и являлся чрезвычайным органом политического руководства, призванным осуществлять демократизацию флота и его мобилизацию на защиту завоеваний Октября. Одновременно съездом в составе Совнаркома был образован Комитет по делам военным и морским (наркомы В. Антонов-Овсеенко, Н. Крыленко и П. Дыбенко), объединивший функции централизованного руководства обороной государства. Дальнейшим шагом в преобразовании руководящих органов флота стало создание 20 ноября Верховной морской коллегии по управлению Морским министерством в составе наркома П. Дыбенко, управляющего министерством М. Иванова и его первого помощника В. Ковальского. Через 7 дней был образован Военно-политический отдел при коллегии из 5 выборных должностей, а в управления, отделы и службы министерства назначены комиссары из числа членов ВМРК. Вопросы организации управления обсудил I Всероссийский съезд военного флота, работавший 1—8 декабря 1917 г. в Петрограде. Утвержденная им «Схема организации управления Морского ведомства» сохраняла Верховную морскую коллегию как исполнительный орган с реорганизованным Политическим отделом (с 3 января 1918 г.— Управление политической частью Морского министерства) и вводила новый законодательный орган — Морскую секцию ВЦИК из избранных съездом 20 представителей флотов и флотилий. Тогда же ВМРК был упразднен, а его функции частично переданы Политическому отделу. 6 декабря декретом Совнаркома был упразднен Адмиралтейств-Совет, существовавший с 1827 г., и его права «как верховного органа по делам флота и Морского ведомства» переданы Морской секции ВЦИК, избираемой Всероссийскими съездами военного флота2. С 13 декабря она стала именоваться Законодательным советом морского ведомства (председатель А. Баранов). 28 января 1918 г. коллегии были присвоены права главнокомандующего флотом с непосредственным подчинением ей действующих оперативных объединений. Опыт решения задач военно-морского строительства показал нецелесообразность существования двух высших органов — Верхорной морской коллегии и Законодательного совета. Это вызывало дублирование функций, препятствовало' оперативному решению организационных и боевых задач. Период широкой коллегиальности, объективно необходимой в условиях демократизации старого флота, неоправданно затянулся. Так и не было завершено преобразование Морского министерства в Народный комиссариат в установленные сроки. 1 Все даты указаны по новому стилю. 2 Декреты Советской власти. — Т. 1. — С. 130—131.' 12
11 февраля 1918 г. Совнарком по докладу наркома П. Дыбенко принял декрет об организации социалистического Рабоче-Ерестьянского Красного Флота (РКЕФ). Заместителями народного комиссара были назначены управляющий политической частью Морского министерства И. Вахрамеев и комиссар МГШ Ф. Раскольников. Законодательный совет в связи с роспуском старого флота 12 февраля принял решение о своей ликвидации. В тот же день декретом Совнаркома был назначен новый состав Верховной морской коллегии (П. Дыбенко, И. Вахрамеев, Ф. Раскольников и С. Сакс). В целях сосредоточения всех руководящих функций в лице коллегии как единого верховного органа 14 февраля упраздняется и Управление политической частью Морского министерства. Начальный этап строительства новой системы органов военно-морского управления завершился 22 февраля 1918 г., когда Морское министерство было официально переименовано в Народный комиссариат по морским делам, а Верховная морская коллегия — в коллегию наркомата (12 апреля она пополнилась В. Альтфатером). Наркомат стал высшим органом военно-морского управления, ответственным за проведение государственной политики в области строительства и боевого использования флота. Происходившие изменения в руководстве флотом касались главным образом высшего звена. Центральный аппарат РККФ не претерпел каких-либо кардинальных организационных изменений ь сравнении со старым флотом. В его структуру входили: МГШ, главные управления — кораблестроения (ГУЕ), гидрографическое (ГГУ), морское хозяйственное (ГМХУ) и по делам личного состава флота, управления — морской авиации и воздухоплавания, санитарной частью флота, морской строительной частью, морских учебных заведений, по делам рабочих и вольнонаемных служащих морского ведомства, а также научно-техническая лаборатория, Опытовый судостроительный бассейн, Центральный морской музей. Новыми являлись лишь военный (осуществлявший прием добровольцев во флот и руководивший сухопутными формированиями моряков) и культурно-просветительный отделы. Для координации работы наркоматов по военным и по морским делам, централизации оперативно-стратегического руководства вооруженными силами в условиях начавшейся гражданской войны и иностранной интервенции 4 марта 1918 г. Совнарком принял решение образовать Высший военный совет (ВВС). От флота в него вошли Е. Беренс и В. Альтфатер. Председателем ВВС стал нарком по военным делам Л. Троцкий, назначенный с 6 апреля и наркомом по морским делам. В боевых условиях потребовалось четче определить функции различных звеньев центрального военного аппарата. 30 апреля Совнарком утвердил «Временное положение о Коллегии Народного комиссариата по морским делам», в котором отмечалось, что морское ведомство «ведает всем, относящимся до военного флота и морской обороны государства, получая надлежащие на то указания от правительства и Высшего военного совета». Руководство ведомством было поручено коллегии наркомата из пяти человек: нарком, два политических работника, в том числе заместитель наркома, и два военно-морских специалиста, один из которых отвечал за работу МГШ, учебных заведений и за кадровые вопросы, а второй — за техническую сторону, снабжение и морское строительство. Коллегия пользовалась правами командующего и несла ответственность за поддержание постоянной боевой готовности флота. Руководство оперативной деятельностью непосредственно возлагалось на МГШ — основной рабочий орган наркомата. В целях объединения всех военных ресурсов страны и дальнейшего повышения уровня руководства вооруженными силами постановлением ВЦИК от 2 сентября вместо ВВС был образован Революционный военный совет Республики (РВСР), в состав которого от флота вошли Ф. Раскольников и В. Альтфатер. Одновременно учреждалась должность главнокомандующего всеми вооруженными силами, а 15 октября решением РВСР — командующего всеми морскими и речными вооруженными силами Республики (коморси), непосредственно подчиненного главкому. Первым на этот пост был назначен В. Альтфатер. Для обеспечения тесной связи между армейским и флотским командованием при организации боевых действий на внутренних водных бассейнах 1 ноября в составе оперативного управления Полевого штаба РВСР образовано морское оперативное отделение (начальник Г. Пилсудский)3. 3 ЦГАСА — Ф. 33988. — Оп. 1. — Д. 91 — Л. 8—9^ 13
Законодательный совет морского ведомства, январь 1918 г. Конкретные формы оргацизации военного управления определялись политическими, экономическими и собственно военными факторами. В чрезвычайно сложной обстановке был взят курс на сокращение центральных аппаратов ведомств. Морская регистрационная служба еще 21 октября выводится из МГШ и включается в единый разведывательный орган РВСР, а 18 декабря приказом РВСР № 394 упраздняется коллегия наркомата. Ее функции перешли к образованному Морскому отделу РВСР в составе коморси В. Альтфатера и политического комиссара Ф. Раскольникова. Был также расформирован ряд главных управлений и управлений центрального аппарата. Их заменили вновь созданные управление делами Морского отдела РВСР, коллегия по управлению заводами и портами морского ведомства, отдел личного состава флота и учета, учебный отдел в МГШ, строительно-крепостной и авиационный отделы ГУК. Для координации деятельности органов технического и тылового обеспечения учреждалась должность уполномоченного РВСР в Петрограде и управляющего техническо- хозяйственной частью морского ведомства, которую занял И. Вахрамеев. Но вскоре практический опыт войны показал необходимость более четкого разграничения функций руководства действующими силами флота и системой их всестороннего обеспечения и пополнения. Приказом РВСР № 945 от 3 июня 1919 г. ликвидируется Морской отдел, должность уполномоченного РВСР в Петрограде и управляющего техническо-хозяйственной частью морского ведомства. Действующие силы флота и морские крепости перешли в непосредственное подчинение коморси, получившего права помощника главнокомандующего по морским вопросам. На него возложили полную ответственность за подготовку и организацию морских и речных сил, разработку и ведение боевых действий по заданиям Полевого штаба РВСР. Органы оперативного руководства были выделены из состава МГШ и из них создали Штаб коморси Республики (НШ с 22 июля Б. Радзиевский), включавший оперативное управление, флагманских специалистов, службу связи и канцелярию. Организации и части, не вошедшие в состав действующего флота, перешли в ведение управляющего делами наркомата по морским делам (упморком) Н. Игнатьева. По новому положению коморси Республики и упморком получили права и обязанности прежнего Морского отдела РВСР. Важным шагом в утверждении на флоте принципов единоначалия и централизации управления явилось исполнение должностей коморси Республики и упморкома одним лицом (А. Немитц) согласно решению РВСР от 14 февраля 1920 г. В ходе боевых действий стало ясно, что без четкой, слаженной работы Штаба коморси, продуманной организации и его тесной связи с органами оперативно-стратегического руководства Красной Армии невозможно эффективно использовать силы флота. 3 июля 1920 г. приказом РВСР введен новый штат «Командования всеми морскими силами РСФСР и его штаба». Функции Штаба коморси расширились, и он был преобразован в Штаб всех морских сил Республики. На него возлагались задачи 14
Председательствует В. Лопухин (восьмой слева) подготовки и организации сил флота, разработки для них основных боевых заданий, сбора и анализа данных обстановки, подготовки операций на театрах по заданиям главкома и т. д. Функции МГШ были ограничены разработкой теоретических и устав- но-правовых вопросов, непосредственно не связанных с повседневной боевой деятельностью флота. С окончанием гражданской войны возникла необходимость привести организационную структуру органов управления в соответствие с условиями мирного социалистического строительства. X съезд РКП (б) в марте 1921 г. поставил задачу: «Центральному Комитету партии принять меры к тому, чтобы РВСР и ПУР провели в центральных военных органах Республики изменения, способные действительно обеспечить интересы Красного военного флота»4. Преобразования в управлении проводились в сторону дальнейшей централизации, удешевления и сокращения аппарата, совершенствования стиля его работы. Приказом РВСР от 27 августа 1921 г. должность коморси преобразовали в помощника по морским делам главнокомандующего (помглавкомор), на которой остался А. Пе- митц. Штаб всех морских сил Республики и другие центральные органы сводились в единый Морской штаб Республики (начальник А. Домбровский). Несколько месяцев существования нового многопрофильного штаба показали, что решение многих задач управления сильно осложнилось. В ходе реорганизации было утрачено четкое распределение функций между различными звеньями аппарата. Понимая это, группа моряков-руководителей во главе с вновь назначенным комиссаром Морских сил В. Зофом обратилась непосредственно к В. И. Ленину и имела с ним 21 ноября продолжительную беседу. 24 ноября Политбюро ЦК РКП(б) заслушало подготовленный моряками доклад «О морском ведомстве» и приняло решение проверить на опыте работы принятую структуру военно-морского управления, а вопрос о ее пересмотре рассмотреть лишь при выявлении несовершенства5. Уже в ближайшие месяцы выявилась необходимость упорядочения структуры и работы аппарата. 5 января 1922 г. техническо-хозяйственное управление было выделено из состава штаба и преобразовано в главное морское техническо-хозяйственное управление (ГМТХУ), которое отвечало за организацию кораблестроения и судоремонта, вооружение, материально-техническое и финансовое обеспечение флота. Решением РВСР от 5 апреля система подготовки кадров вновь была передана флоту и в составе Морского штаба Республики восстановлено управление военно-морских учебных заведений и учебных отрядов. 12 мая воссоздано главное гидрографическое управление. Принятым приказом РВСР 30 января 1923 г. «Положением о Морском штабе Республики» на него возложили задачи «организации морской обороны, боевой под- 4 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. —- Изд, 8-е. — М.: Политиздат, 1970. — Т. 2. — С. 265. 6 ЦГА ВМФ. — Ф. р-1. — Оп. 4. — Д. 38. — Л. 5, 21.
Верховная морская коллегия по управлению Морским министерством 2ОИ 1917 22 021918 Законодательный совет морского ведомства 6 12 1917-12 02 1918 Коллегия наркомата ПО МОРСКИМ ДЕЛАМ 22 02-18 12 1918 Морской отдел РВСР 1812 1918-3 06 1919 Коморси Республики 3 06 1919-И 02 1920 Управляющий делами наркомата поморским делам 3 06 1919-14 02 1920 Коморси и управляющий делами НАРКОМАТА ПО МОРСКИМ ДЕЛАМ 14 02 1920-27 08 1921 Помощник по морским делам Главкома ВСЕМИ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ 27 08 1921 - 28 03 1924 Начальник УВМС СССР- - Начальник Морских сил 28 03 1924-22 07 1926 НАЧАЛЬНИК УВМСРННА - Начальник ВМС ркка с 22.07 1926 Схема изменения системы Морским ведомством руководства готовки, комплектования и учета личного состава и боевых морских сил Республики; обучения и подготовки живой силы для флота; разработки общих и специальных законодательных оснований строительства морских вооруженных сил и боевой мощи Республики». 23 декабря он был переименован в Штаб Рабоче-Крестьянского Красного Флота (Штаб РККФ). В связи с образованием Союза ССР 9 августа 1923 г. Политбюро ЦК РКП(б) постановило «принять решение Президиума ЦИКа СССР об объединении верхушечных органов Военного и Морского комиссариатов в единый Реввоенсовет Союза ССР с сохранением существующей автономии низовых органов морского ведомства». 28 августа РВСР был преобразован в РВС СССР, а 12 ноября сессия ЦИК СССР утвердила Положение о Народном комиссариате по военным и морским делам СССР, которое определило структуру и функции различных звеньев военного управления, предоставив помглавкомору и его аппарату определенную самостоятельность в рамках единого наркомата. Несмотря на проводившиеся организационно-штатные мероприятия, формы деятельности и структура центрального аппарата для мирного времени так и не были до конца уточнены. Военная комиссия ЦК партии во главе с С. Гусевым в январе 1924 г. выявила слабую подготовленность аппарата управления к решению задач строительства и подготовки вооруженных сил, его отрыв от армейских, флотских низов и общегосударственных органов, отсутствие планомерности и системы в работе, увлеченность бумаготворчеством. 3 февраля Пленум ЦК по докладу Гусева принял решение о необходимости разработки и принятия срочных мер по укреплению Вооруженных Сил. Под председательством М. Фрунзе была образована специальная комиссия РВС СССР по реорганизации военного аппарата, системы управления и отчетности. Разработанный план проведения военной реформы предусматривал преобразование «самой системы управления, принципов и методов работы... и личного состава управляющих органов Красной Армии» и создание тесной связи «нашей военной работы с работой других гражданских органов» 6. Основываясь на одобренных ЦК партии предложениях комиссии, РВС СССР 28 марта 1924 г. своим приказом реорганизовал центральный аппарат наркомата по военным и морским делам. Институт Главного командования был упразднен, ликвидирована и должность помглавкомора. В составе наркомата образовано Управление военно-морских сил СССР «с задачами учебной, строевой и боевой подготовки Р.К.Кр. флота и снабжения специальным имуществом», возглавляемое начальником Морских сил СССР (наморси) Э. Панцержанским. Его рабочими органами являлись: Штаб РККФ, состоявший из центрального шифровального органа, оперативного, строевого и учебного управлений; аппарат помощника по техническо-хозяйственной части, включавший техническое, хозяйственное, финансовое управления, отделы административный, мобилизационный, приемок и комиссию образцов; научно-технический комитет; общеадминистративный и редакционно-издательский отделы; гидрографическое управление СССР. Центральный аппарат к 1 октября 1924 г. был сокращен на 26,3% и значительно обновлен. Практика работы органов управления выдвигала требования к поиску новых, более эффективных форм их организации, однако при этом не всегда учитывались 6 Фрунзе М. В. Избранные произведения. — М.: Воениздат. 1977. — С. 132—134. 16
реальная обстановка, специфика и интересы флота и далеко не все предлагаемые реорганизации были удачными. Так, в апреле 1926 г. Штабом РККА были разработаны «Соображения по вопросу организации Морских сил», в которых отмечалось, что «вспомогательная роль морского флота в общей системе Вооруженных Сил СССР говорит за необходимость более тесной его связи с сухопутной армией и воздушным флотом». В них предлагалось упразднить функции оперативного руководства, материально-технического обеспечения и подготовки кадров в органах управления флотом. Планировалось создать Управление РККФ, в котором оставить только тактический, строевой, общий отделы и гидрографическое управление. Однако разрабатывавшие этот документ армейские работники даже не запросили мнения руководителей флота и не поставили их в известность о самом факте подготовки «Соображений...». После ознакомления с подготовленными на их основе проектами «Об изменении организации управления наморси» в Штабе РККФ был составлен доклад в РВС СССР. В нем отмечалось, что «роль морской силы СССР определяется значением и стратегическим положением наших морских театров». Поэтому «флот требует постоянного и специального централизованного морского руководства». Отмечалось, что исторический опыт ведущих морских держав показывает невозможность положения, чтобы «органы управления флотом были растворены в центральных учреждениях армии, а попытки подобного рода неизменно кончались неудачей» 7. Поиск наиболее оптимальных организационных форм военного управления завершился изданием 22 июля 1926 г. приказа РВС СССР, в соответствии с которым создали Управление военно-морских сил Рабоче-Крестьянской Красной Армии (УВМС РККА). Подчиненное наркому по военным и морским делам СССР, оно стало органом «по руководству боевой, организационно-мобилизационной и технической подготовкой военно-морских сил, в том числе и береговой обороны, по комплектованию их личным составом, обучению и службе, по постройке, ремонту и оборудованию военных судов и специальных сооружений, по специальному морскому снабжению, по гидрографическим работам и обеспечению безопасности плавания». В его составе образованы управления: 1-е (учебно-строевое), 2-е (техническое), 3-е (морского специального снабжения), 4-е (гидрографическое), НТК и административно-хозяйственная часть. Начальнику УВМС РККА в свою очередь подчинялись командующие морскими силами морей и флотилиями (кроме оперативного использования), а также начальники вмузов и Военно-морской академии. Штаб РККФ был ликвидирован, а вопросы боевой подготовки, мобилизационной работы и подготовки кадров перешли к учебно- строевому управлению, начальник которого одновременно являлся инспектором морских сил. В 1-м управлении Штаба РККА был организован 2-й (морской) отдел, на который возлагалась разработка «всех планов, мероприятий и заданий, связанных с оперативным использованием военно-морских сил в военное время; мероприятий, связанных со строительством и развитием военно-морских сил и береговой обороны», а также «вопросы инженерной подготовки морских театров военных действий» 8. В целом реорганизация позволила более четко разделить функции между различными органами военного управления. Штаб РККА возглавил подготовку страны к обороне и выработку основ военного строительства. Однако стремление к дальнейшей централизации руководства Вооруженными Силами привело к нивелированию задач разработки оперативных и мобилизационных планов для флота, перспектив его развития. Многим армейским штабным работникам была свойственна недооценка роли и значения ВМФ в возможной войне, а немногочисленный и не имевший достаточных прав морской отдел оказывался часто не в силах противостоять таким тенденциям. Подобная организация управления, подвергаясь в целом незначительным изменениям, сохранялась на протяжении более десяти лет, до введения 28 марта 1937 г. нового «Положения о начальнике морских сил РККА», в соответствии с которым был образован Штаб морских сил РККА с ограниченными функциями. Завершением начатых в 1937 г. преобразований стало образование 30 декабря самостоятельного наркомата Военно-Морского Флота СССР, под руководством которого флот встретил начало Великой Отечественной войны. 7 ЦГАСА. — Ф. 29. — Оп 26 — Д 32. — Л 33, 34. 8 ЦГАСА. — Ф 4. — Оп 1. — Д. 743. — Л. 24, 64 — 68. 2 «Морской сборник» № 2 17
РЕВОЛЮЦИЕЙ МОБИЛИЗОВАННЫЙ (К 100-летию со дня рождения П. Е. Дыбенко) /"СОХРАНИЛСЯ документ, свидетельст- ^ вующий о том доверии, которым пользовались моряки. Это постановление по выборам в Учредительное собрание: «Комиссия от 22 ноября 1917 г. по выборам по Балтийско-флотскому округу признана состоявшейся, при этом избранными членами Учредительного собрания оказались кандидаты списка № 2 Российской Социал- Демократической Рабочей Партии — Павел Ефимович Дыбенко и Владимир Ильич Ульянов (Ленин)» 1. Маленькая, плохо освещенная комнатка едва вмещает всех народных комиссаров. Луначарский, за ним Зиновьев и некоторые другие горячо, с раздражением докачява- ют невозможность удержать власть без меньшевиков, отстаивают необходимость создания коалиционного правительства. — Гражданская война началась, льется народная кровь. Нужно сегодня же решить вопрос и начать переговоры с меньшевиками. За столиком, в стороне, опершись на руки, сидит Владимир Ильич, спокойный, с иронической улыбкой. — Ну, дальше, дальше! Все? Вы испугались революции? Вы боитесь, что не удержите ее? Рабочий и солдат ее начал, он ее и удержит. Я предпочитаю остаться с двадцатью стойкими рабочими и матросами, чем с тысячью мягкотелых интеллигентов. Ленин неожиданно покидает комнату. На минуту воцаряется тишина. Недоумение пробегает по лицам. Затем вновь быстро завязывается спор между отдельными товарищами. Выхожу вслед за Лениным сообщить ему лично настроение флота.. На второй день уже всем было известно, что точка зрения Владимира Илоича победила. Владимир Ильич со всей своей глубокой проницательностью и умением глядеть в будущее спас Октябрьскую революцию» 2. Так в своей книге «Из недр царского флота к Великому Октябрю» описал Павел Ефимович Дыбенко один из драматических моментов в истории, когда решался вопрос о власти, а значит, и судьбе пролетарской революции. Ведь во многом благодаря молодой энергии, самоотверженности и удивительному бескорыстию матросов Балтики победу в Петрограде одержали большевики. Матрос Павел Ефимович Дыбенко — первый нарком по морским делам. Сознавал ли он всю тяжесть ответственности, которую история взвалила на его пусть и могучие плечи? Он, безусловно, понимал, что в определенных ситуациях невысокий образовательный уровень, отсутствие профессиональных знаний могли бы серьезно его подвести. И конечно, представлял всю щекотливость своего положения: судьба вознесла его так высоко во флотской иерархии тогда, когда рядом были, может быть, не менее достойные люди, к тому же отличные специалисты. Именно поэтому он был прост и доступен. Его огромной популярности способствовали частые встречи с матросскими массами. Перелистывая страницы «Морского сборника» за 1917—1918 гг., мы обнаруживаем очень любопытный документ — «Положение о демократизации флота», разработанное наркомом по морским делам. В нем, между прочим, есть и такие строки: «Личный состав флота Российской Республики состоит из свободных граждан, пользующихся одинаковыми гражданскими правами... Отдел политики находится целиком в ведении выборных комитетов... Все военнослужащие моряки имеют право быть членом любой политической, национальной, религиозной, . экономической или профессиональной организации, обществ или союзов. Они имеют право свободно и открыто высказывать и исповедовать устно, письменно или печатно свои политические, религиозные и прочие взгляды» 3. Жизнь П. Е. Дыбенко была чрезвычайно богата событиями. Вот основные вехи его пути. Родился 28(16) февраля 1889 г. Детство прошло в деревне в семье крестьян- бедняков. В начале века перебрался в город, где началась его трудовая, революционная деятельность. В 1908 г. за участие в восстании впервые был арестован и занесен в список неблагонадежных. Арестам он подвергался в 1911 г. за неявку на призывной пункт, в 1915 г. — за организацию помощи восставшему экипажу линкора «Гангут», за агитацию среди солдат-сибиряков против войны, в 1917 г. — за неподчинение приказам Временного правительства. В 1911 г. Дыбенко попал в Кронштадт, в учебный отряд. На учебном крейсере «Двина» сблизился с флотскими членами РСДРП, а уже в 1912 г. и сам вступил в эту организацию. 28 апреля 1917 г. — одна из самых ярких страниц его легендарной жизни: он стал председателем Центробалта. Окунувшись в активную революционную деятельность, Дыбенко встречался с Владимиром Ильичей, который не скрывал своих симпатий к революционным морякам. 8 ноября 1917 г* вступил в должность наркома. Объективность позволяет лучше понять человека и ощутить пульс времени. Не сле- » Из личного архива 3. В. Дыбенко. «Дыбенко П. Е. Из недр царского флота — М.: Воениздат, 1958. — С. 128. 3 Морской сборник. — 1918. — К* 2—3. Бесплатные приложения. Приказы. — С. 5—z 6. 18
П. Дыбенко, 1918 г. (Публикуется впервые) дует умалчивать, что по личной вине П. Дыбенко революции пришлось столкнуться с трудностями. «Им допущены серьезные ошибки во время боевых действий руководимого им отряда под Нарвой. Затем он занял отрицательную позицию по отношению к Брестскому миру (правда, при этом следует сделать оговорку: его ведь не приняли многие соратники Ленина). Затем он самовольно покинул свой пост руководителя Наркомата»4. Как известно, военный трибунал оправдал Дыбенко, признав, что «не будучи военным специалистом, (он) совершенно не был подготовлен». Как видим, даже в той стихии было проведено тщательнейшее расследование и состоялся суд с соблюдением всех норм юриспруденции. «Впоследствии Дыбенко осознал свои ошибки, искупил вину и честно служил до конца своих дней. Но его, прямо скажем, дезертирство с поста весной 1918 г. принесло большой политический урон, осложнило работу Раскольникова и его товарищей по коллегии Наркомора»5. Так закончилась его флотская служба. В мае—ноябре 1918 г. направлен на подпольную работу на Украину. В Севастополе арестован, приговорен к смерти. Обменен Советским правительством на группу пленных немецких генералов и полковников. 4 Загребельский 3. В. Портреты и судьбы. — М.: Московский рабочий. 1988. —_ С. 30. 'Там же. Затем в течение почти двадцати лет он занимал различные командные должности в сухопутных войсках. Павел Ефимович командовал 1-й Зад- непровской стрелковой дивизией, Крымской армией, 37-й стрелковой дивизией, 1-й Кавказской кавалерийской дивизией, 6-м стрелковым корпусом. Принимал активное участие в подавлении басмачества. Он награжден орденами Трудового Знамени Таджикской и Туркменской Советских республик. С 1933 по 1937 г. попеременно командовал Приволжским и Ленинградским военными округами. Окружная газета «Красная звезда» опубликовала примечательную статью своего командующего и депутата Верховного Совета. Есть в ней озабоченность: «...Первое — основное и главное — это быть бесстрашным в бою с нашими классовыми врагами; быть неторопливым при решении сложных политических и деловых вопросов; быть правдивым и честным в отношении к своей замечательной Родине и партии; никогда не опускаться до уровня политических обывателей...»*. Совсем немного оставалось времени до трагического июля 38-го, когда Дыбенко не станет. Ему не исполнилось пятидесяти лет. Частые переезды, бесконечные встречи и проводы были привычны жене Павла Ефимовича — Зинаиде Викторовне. Но то незабываемое расставание в феврале 1938 г. было отмечено зловещим знаком — командующего ЛенВО никто не пришел провожать. Павел Ефимович еще ничего не знал, ехал в столицу в качестве депутата на сессию Верховного Совета СССР. Зинаида Викторовна украдкой смахивала слезы. Затем последовал арест. Ему будут предъявлены чудовищные обвинения. Самые страшные из них — измена Родине, связь с американской и японской разведками, участие в антипартийном заговоре. «Тройка» вынесет ему беспощадный приговор. О последних днях Павла Ефимовича ничего не известно. Зинаиду Викторовну обвинили в «недонесении». Была такая инквизиторская формулировка, характеризующая нравственную атмосферу того трагического времени. Почти 18 лет находилась она в Карлаге (Карагандинских лагерях для политических ссыльных). Двое сыновей — Володя и Лева, отторгнутые насильно от матери, росли в детприемнике. В памятном 1956 г. Зинаида Викторовна вернулась из мест заключения. Живет она в Москве. В день 100-летия со дня рождения Павла Ефимовича в уютной квартире на Университетской соберутся его друзья и родственники. Несомненно, что яркая, необычная и привлекательная личность П. Дыбенко, его героическая и трагическая судьба будет волновать нас. Павел Ефимович станет нам ближе и понятней, когда окончательно исчезнет нимб над иконописным его изображением и из анналов истории к нам шагнет человек. Публикацию подготовил Г. ИВАНОВ 6 Красная звезда. — 1937.— 15 декабря. 19
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ФЛОТИЛИЙ В ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ Капитан 1 ранга О. КУВАЛДИН ГЕРОИЧЕСКАЯ деятельность флота и его экспедиционных отрядов вошла в историю гражданской войны как одна из ярких ее страниц. Немалую роль в успешных действиях Красной Армии сыграли речные, озерные и морские флотилии. Наиболее крупными из них были Волжская, Астрахано-Каспий- ская (с 31 июля 1919 г. объединены в одну Волжско-Каспийскую), Северо-Двинская, Днепровская Онежская и Азовская. Всего в годы гражданской войны и военной интервенции действовали свыше 30 флотилий. Создавались они исходя из военной обстановки ь различных регионах страны. Так, при угрозе наступления войск Деникина и белополяков в 1919 г. Полевой штаб Реввоенсовета Республики 18 февраля обратился к начальнику Морского генерального штаба Е. Беренсу: «По оперативным соображениям является необходимым к весне сего года организовать на Днепре речную флотилию. Задачи этой флотилии — содействовать обороне и помогать в наступлении сухопутным войскам. В состав флотилии могут быть зачислены как пароходы и баржи, ныне находящиеся на Днепре в районе нашего фронта, так и суда, доставленные из других мест» 1. В такие соединения, как правило, входили канонерские лодки, (переоборудованные пароходы, вооруженные двумя — четырьмя 75—130-мм орудиями и несколькими пулеметами), сторожевые корабли (буксиры с 37—75-мм орудиями и 3—4 пулеметами), плавучие батареи (самоходные и несамоходные баржи, вооруженные 1—4 орудиями калибром до 203 мм), посыльные суда (катера с пулеметами). В отдельных случаях флотилии усиливались кораблями, переброшенными с Балтийского моря (миноносцы, сторожевые корабли, катера-охотники, малые подводные лодки). Военные флотилии создавались в условиях крайней разрухи и непрерывной борьбы с противником, в районах, зачастую не располагавших достаточными людскими и материальными ресурсами. В начале войны арсеналы Балтийского флота позволяли удовлетворять потребности организуемых соединений. В дальнейшем для переброски кораблей, артиллерии, авиации, предметов снабжения на какие-то направления их приходилось снимать с других. Показательным примером оперативности формирования речных соединений является создание Волжской флотилии в 1918 г. В связи с активизацией действий бе- лочешских соединений 20 июня Н. Маркин получил указание от наркома по военным и морским делам Л. Троцкого о формировании Волжской военной флотилии. 10 июля 2-я чешская дивизия вошла в Сызрань и, усиленная белогвардейскими частями комуча2, быстро заняла берега Волги от Вольска до Свияжска. Но уже 27 августа, т. е. через 48 дней после выхода противника к Волге, у Свияжского моста сосредоточился отряд флотилии, состоявший из переведенных с Балтики трех миноносцев — «Прыткий», «Прочный», «Ретивый» и четырех катеров-истребителей подводных лодок, четырех канонерских лодок и плавучей батареи. Суммарная мощь артиллерии кораблей составила: 4—102-мм, 13—75-мм, 12—47-мм, 5—37-мм орудий и 73 пулемета3. Флотилия успешно боролась с кораблями и береговыми батареями белых и совместно с армией 10 сентября заняла Казань. 1 ЦГА ВМФ. — Ф. р.-1. — Оп. 3. — Д. 386. — Л. 56. 2 Комитет членов учредительного собрания — антисоветское эсеровское правительство, созданное в Самаре в июне 1918 г. после захвата города белочехами. 3 Морской сборник. — 1922. — № 12. — С. 40. 20
Военные флотилии решали следующие основные задачи: артиллерийская поддержка войск, высадка десантов во фланг и тыл противника, обеспечение форсирования рек сухопутными частями, борьба с кораблями противника, минные и противоминные действия. Артиллерийская поддержка войск производилась, как правило, когда фланги сухопутных частей упирались в реку, озеро или море. Тактика использования кораблей при этом виде обеспечения подразделялась на маневренную и позиционную. Маневренная предполагала взаимодействие сил флотилии и сухопутных частей при продвижении линии фронта. Корабли вели огонь на ходу обычно по целям в пределах прямой видимости. Примером могут служить действия Северного отряда Волжско-Кас- пийской флотилии под Царицыном осенью 1919 г. Обстановка для Красной Армии в данном районе была неблагоприятной. Противник наступал по обоим берегам Волги. Командование перебросило с Восточного фронта части для усиления войск под Царицыном. Значительную помощь армии оказывали канонерские лодки, которые прорывались за линию фронта и наносили удары по позициям неприятеля, высаженные с судов десанты поддерживались ими артиллерийским огнем. Во время наступления сухопутных частей и продвижения их к Царицыну корабли подходили к черте города, обстреливая позиции противника из орудий и пулеметов. Их активные действия оказали значительную помощь соединениям РККА в занятии Царицына. Наиболее распространенным было позиционное использование кораблей. В отличие от сухопутной судовая артиллерия имела гораздо большую мобильность, могла использоваться из разных мест относительно линии фронта и даже выдвигаясь впереди нее. Это увеличивало дистанцию воздействия на противника и неожиданность удара. Диспозиция выбиралась исходя из условий обстановки — дистанции до целей, наличия удобных наблюдательных пунктов и точек наводки, обеспечения связи с сухопутными войсками, защиты от фланговых и тыловых обходов. В большинстве случаев стрельбы производились по невидимым целям. Поэтому особое внимание обращалось на оборудование корректировочного поста и его связь с кораблями и армейскими частями. Если в районе боевых действий у неприятеля отсутствовала авиация, для наблюдения нередко использовались змейковые аэростаты. Наиболее активной помощью сухопутным войскам являлась высадка десантов во фланг и тыл противника с целью ослабления его группировок в периоды наступ- Перевал Сбег Сентякских г гор северна я армия Десант и обеспечение Волжской флотилией переправы частей 2-й армии через реку Вятку 24—25 мая 1919 г. 21
ления частей Красной Армии. Десантирование производилось как выделенными армейскими подразделениями, так и отрядами моряков, организационно входившими в состав флотилий. Показателен десант Волжской военной флотилии на Каме у деревни Котловка 24 мая 1919 г. В нем моряки, решая главную задачу переправы 28-й стрелковой дивизии через реку Вятку (в месте впадения ее в Каму), выполняли и обеспечивающие действия: борьба с речными силами врага, подавление его береговых батарей и собственно высадка десанта в тыл противника. В 3 часа ночи три парохода с двумя десантными отрядами в охранении боевых кораблей вышли из устья Вятки в Каму к пункту высадки. Прижимаясь к левому берегу, они скрытно подошли к назначенному месту. Корабли охранения произвели артиллерийский налет на неприятельские батареи, и те поспешно покинули позиции. Суда вплотную пристали к берегу и высадили десантников. Поддержанные корабельным огнем, они быстро стали продвигаться вперед, неоднократно переходя в штыковые атаки. Благодаря успешному наступлению моряков в тылу у белых и действиям кораблей флотилии 28-я дивизия форсировала Вятку и уже к 8 часам утра захватила позиции на противоположной стороне реки. В дальнейшем части 2-й армии развили наступление на Сарапул4. При обеспечении форсирования рек сухопутными частями на флотилии возлагались следующие задачи: разведка мест переправы, борьба с батареями и подавление стрелкового огня противника, перевозка плавсредствами частей, охрана района от боевого воздействия неприятельских кораблей, огневая поддержка переправившихся войск. Таким образом, в условиях противодействия неприятеля форсирование реки превращалось в совместную «операцию» сухопутных частей и сил флотилии, требовавшую подготовки четко скоординированного по месту, времени и задачам плана, организации постоянного взаимодействия командования как в ходе подготовки операции, так и во время ее проведения» Характерна в этом отношении переправа ударной группы 2-й армии у деревни Печки (в районе устья Припяти), проведенная Северным отрядом судов Днепровской флотилии 2—5 июня 1920 г. (после успешного Лоевского прорыва)5. Моряки-днепровцы, несмотря на малочисленность кораблей, обеспечили форсирование реки армейскими частями. Предварительно было поставлено минное заграждение в устье Припяти с целью защиты от польских канонерских лодок. Для ускорения переброски частей на другой берег они оказали содействие саперам в наведении мостов и сооружении переправы. Когда 5 июля белополяки совместной атакой сухопутных частей, кораблей и авиации пытались уничтожить отряд, решающую роль в отражении сыграли силы флотилии. Канонерская лодка «Мстительный», вооруженная двумя 130-мм орудиями, с помощью наблюдательного пункта, оборудованного на берегу, и удачного маневрирования успешно противоборствовала артиллерии неприятеля. Канонерская лодка «Малый» с четырьмя 75-мм орудиями обстреливала густые цепи наступавшей пехоты. Канонерка «Геройский», сблизившись с польскими кораблями, подошедшими из Киева, заставила их отойти. Во время переправы войск корабли пулеметным огнем отражали попытки срыва ее самолетами. Кроме того, отряд высадил десант для ликвидации закрепившихся на правом берегу реки Тетерев белополяков. В последующие дни моряки содействовали сухопутным войскам при наступлении вплоть до занятия Киева 6. Борьба с кораблями противника в большинстве случаев являлась обеспечивающей задачей, так как главное предназначение корабельных соединений было содействие армии. К тому же суда, оборудованные из различных плавсредств гражданских ведомств, ьачастую не имея брони, мало подходили для морского боя. Но вместе с тем в ходе боевых действий встречи речных сил воевавших сторон были неизбежны и происходили, как правило, случайно. Бой выигрывали те корабли, которые имели более мощную артиллерию, действовали более решительно, пер- 4 Гражданская война в СССР: Материалы и документы / Под ред. флагмана 2 ранга Н. А. Бологова. — Ч. 6. — Л.: ВМА, 1939. — С. 10—11. 6 Северный отряд судов Днепровской военной флотилии из реки Сож прорвался в Днепр мимо укрепленного пункта Лоев под разрушенным мостом и прошел вниз на 100 км в районе, занятом противником. • Гражданская война в СССР. — Ч. 7, 8. — С. 66—67; Морской сборник. — 1938. —1 № 2. — С. 124. 22
выми открывали огонь по противнику. Так, канонерская лодка Днепровской флотилии «Аполлон» 2 октября 1919 г. в районе деревни Печки вступила в бой с двумя кораблями деникинской флотилии. Вот как о нем доносит командир: «После нескольких удачных выстрелов неприятельские суда начали отступать... Но я, ...верный своему долгу, пошел полным ходом вперед, все время держа артиллерийский огонь, причем разбил и потопил разведочный катер и двумя удачными выстрелами попал в бронепароход, после чего команда бросилась спасаться на шлюпке вплавь...»7. Таким образом была захвачена канонерская лодка «Доброволец», потоплен катер с оказавшимся на нем генералом. Примером активных действий красных моряков служит бой отряда судов Азовского моря под командованием С. Хвицкого с отрядом кораблей противника у Обиточ- ной косы 15 сентября 1920 г. При наступлении Врангеля на Бердянск командование Юго-Западного фронта поставило морским силам задачу воспрепятствовать высадке десанта в этом районе и вести борьбу с неприятельскими кораблями. Обнаружив вражеские суда, С. Хвицкий решил атаковать их на якорной стоянке на рассвете, чтобы противник не смог заметить наши корабли на фоне восходящего солнца. Азовская флотилия имела 4 канонерские лодки и 2 сторожевых корабля, белые — 4 канонерские лодки, миноносец, 2 катера 8. Скрытно подойдя на дистанцию 25—35 каб, советские суда открыли огонь. Ошеломленный внезапностью атаки, неприятель стал беспорядочно отстреливаться и сниматься с якорей. Выход из строя артиллерии на нескольких кораблях не позволил воспользоваться тактическим преимуществом и сразу добиться разгрома врага. Лишь через 2 ч 15 мин, устранив неисправности, отряд Азовской флотилии снова вступил в бой, в результате которого одна неприятельская лодка потоплена, другая повреждена. Одной из форм борьбы с кораблями противника и сохранения своих являлись минные и противоминные действия. Постановка мин производилась в случае отступ- мления наших войск и сил для затруднения продвижения неприятельских судов по Грекам. На Черном (1920 г.), Азовском (1920 г.) и Каспийском (1919—1920 гг.) морях ее целью было противодействие высадке десантов в важных районах; прикрытие мест базирования, а также создание минной угрозы у вражеских портов. Северо-Двинская флотилия производила минные постановки в 1918—1919 гг. (всего 363, в том числе 72 минных защитника), на которых англичане потеряли несколько судов. Заграждения ставились из мин типа «Рыбка» небольшими банками, состоящими из двух и более рядов, в шахматном порядке, а в узкостях — зигзагообразными линиями. Иногда оставлялся проход для своих кораблей. Для воспрепятствования тралению противника заграждения нередко прикрывались плавбатареями. Волжская флотилия на реках Каме и Белой из-за нехватки мин использовала их в меньших масштабах, чем Северо-Двинская. Ею было выставлено 86 ед. Часть заграждений из так называемых мин «инженерного ведомства» имела дистанционное управление. Электрические провода от мин, выставленных в одну или две линии, выводились на берег к общей «станции», обслуживаемой специалистами. Для движения своих кораблей оставлялся фарватер, обозначенный бакенами. На минах Волжской флотилии белогвардейцы потеряли 3 корабля 9. Днепровская флотилия произвела только две минные постановки в мае 1920 г. у устья реки Припять (45 мин) с целью не допустить выхода судов белополяков на Днепр. Предположительно на этом заграждении подорвалось 3 судна противника 10. Наряду с постановкой мин приходилось вести и траление. Английские интервенты на Северной Двине выставили 100 мин (часть из них магнитные), формирования белых — в других бассейнах около 1000. К тому же при наступлении наших войск силы флотилий вынуждены были уничтожать и свои ранее выставленные мины. Противоминная борьба сопровождалась большими трудностями, особенно на реках, так как суда не имели надежных тралов (штатные морские цеплялись за дно и часто рвались), сами корабли оказались громоздкими и недостаточно маневренными. Тактика противоминной борьбы состояла в следующем: при минной опасности 7 ЦГА ВМФ. — Ф. р. 139. — Оп. 1. — Д. 54. — Л. 208—209; Д. 58. — Л. 47. 8 ЦГА ВМФ. — Ф. р.-396. — Д. 37. — Л. 2 — 4. 9 Денисов Б. А. Использование мин в гражданскую войну 1918—1920 ir_~J Л.: Военмориздат, 1939. — С. 41—44. i° Там же. — С. 44—52. 23
1-Я ФАЗА 60Я 6Ч 50М-8 4 ЮМ Выход кораблей ( Азовской Флотилт — ""Кан лодка .Свобода "на бунсире у кап лодки ..Знамя Социализма 2-Я ФАЗА БОЯ 10 4 25-134 30 М море в Мариуполь \ / кап полна, салгир" \l затонула Бой у Обиточной косы тральщики делились на два отряда, один производил проводку судов через минное поле, другой оставался на месте для его окончательного уничтожения. После подсекания и всплытия мины на нее со шлюпки заводился трос и моряки вручную вытаскивали ее на берег. Нередко при этом мины взрывались11. Однако, несмотря на все трудности, тральные силы работу свою выполняли в назначенные сроки. Новым в тактике флотилий в годы гражданской войны стало использование авиации в целях обеспечения их боевых действий. В апреле 1918 г. из расформированной воздушной дивизии Балтийского флота создали бригаду особого назначения, в которую входили два дивизиона гидросамолетов и один истребительный, разделенные в свою очередь на отряды. В формируемых флотилиях из самолетов Балтийского флота организовывались гидроотряды. В ноябре 1918 г. морская авиация уже насчитывала; на Балтике—14, на Волге — 7, на Каспии — 21, на Северном театре — 19 самолетов 12. Авиация в основном решала задачи разведки речных сил и диспозиции сухопутных войск противника, нанесения бомбовых ударов по его кораблям, батареям и живой силе, обстрела войск пулеметным огнем. Ее подразделения, как правило, входили в состав речных соединений. К примеру, Волжская флотилия включала воздушный дивизион, базировавшийся на плавбазе «Коммуна», а также воздухоплавательный отряд, обслуживавший змейковый аэростат. В качестве ангара для истребителей использовался переоборудованный паром, который из-за малой осадки имел возможность подходить вплотную к берегу. На него перебрасывались специальные сходни и самолеты выкатывались на берег на предварительно подобранную площадку, служившую аэродромом. Аэростат также находился на пароме. Таким образом, весь воздушный дивизион с помощью буксиров мог маневрировать вместе с флотилией. Флотилии в основном обеспечивали боевые действия сухопутных частей Красной Армии и подчинялись их командованию. Поэтому многое зависело от правильной оценки руководством фронтов боевых возможностей кораблей, их роли в борьбе с противником. Советский исследователь Н. Трайнин отмечает: «Часто обстояло дело плохо и в отношении идейной связи, т. е. в единстве мышления и взаимном понимании. Сухопутное командование часто не представляло себе условия и особенности действий флотилий, отчего возникало немало недоразумений. Иногда отдавались приказания совершенно невыполнимые» 13. В доказательство он приводит один из примеров, когда командование Южного фронта требовало от руководства Днепровской флотилии привлечь к операции корабли в то время, когда на реке был довольно толстый ледяной покров. В годы гражданской войны и военной интервенции только благодаря высокой сознательности масс страна смогла преодолеть все трудности становления рабоче- крестьянской власти в условиях экономической разрухи. Недаром вдохновитель интервенции английский министр У. Черчилль недоумевал: «В чем загвоздка? Дисциплина и техника у нас, а они лупят белых вдоль и поперек» 14. Не понять ему было, что армия и флот, защищая завоевания Октября, создали свою революционную тактику и стратегию, в том числе и морских сил, позволивших успешно противостоять и в конечном счете победить обученного, хорошо оснащенного врага. » Морской сборник. — 1924. — № 2. — С. 71 — 72. 12 Морской сборник. — 1938. — № 4. — С 69 13 Т а м ж е. — С. 63. 14 Морской сборник. — 1929. — № 12. — С. 104. 24
Боевая подготовка КОРАБЛЕВОЖДЕНИ Капитан 1 ранга Д. ШТЕФАНОВ ОКОЛО ПОЛОВИНЫ всех фиксируемых мировой статистикой происшествий приходится именно на корабли и суда на ходу, находящиеся в движении. Это навалы судов и кораблей друг на друга или на причалы, столкновения, посадки на мель и касания грунта. Такие аварии часто для краткости называют судоводительскими. Почему происходят подобные происшествия, почему нередко они являются следствием невыполнения очевидных и на первый взгляд простых правил? Ответить на эти вопросы кратко и однозначно нельзя. К судоводительским авариям приводит чаще всего много причин. Не все они видны сразу и проявляются непосредственно в момент аварии. Источник таких неявных причин кроется, как мне кажется, в существующем сегодня подходе к кораблевождению как процессу управления. Чтобы грамотно, а значит, безаварийно плавать, все лица, участвующие в кораблевождении (командир корабля, капитан судна, вахтенные офицеры, штурмана, рулевые, сигнальщики, специалисты радиотехнических средств, электромеханической боевой части и т. д.), должны ясно представлять предмет своей деятельности в общем и конкретные обязанности в частности. Каждому из них надо хорошо усвоить, по каким правилам осуществляется порученная ему часть кораблевождения, быть убежденным в необходимости выполнения законов, правил и уметь применять их на практике. А в целом на корабле из взаимодействия командных пунктов и боевых постов, оптимального распределения функций между ними должна складываться система, гарантированно обеспечивающая безопасное кораблевождение в любой обстановке. Но обучиться правильному, научно обоснованному кораблевождению как процессу управления, принципам и методам организации взаимодействия боевых постов и командных пунктов на сегодняшний день достаточно сложно. Нет пока учебников, книг, справочников, в которых бы с такой стороны рассматривался данный вопрос, точнее, они есть, но в них кораблевождение чаще всего сводится лишь к навигации. Например, в одном из справочников 1 приведены следующие определения: «Кораблевождение — вождение кораблей (военных судов). Помимо вопросов судовождения, кораблевождение включает также тактическое и боевое маневрирование»; «Судовождение — 1. Процесс вождения судна, обеспечивающий безопасное плавание намеченным машрутом. 2. Комплекс прикладных наук (навигации, мореходной астрономии, лоции, гидрометеорологии и др.), разрабатывающих теорию и практические методы вождения судов, а также изучающих влияние среды на плавание». 1 Справочник гидрографа по терминологии — Изд. ГУНиО МО. 1984. — С. 93. 227. 25
В последнем учебнике по кораблевождению2 дается наиболее полное толкование термина, но тоже с явным навигационным уклоном: «Кораблевождение — это единый процесс, обеспечивающий безопасное плавание и управление кораблем для достижения намеченных целей. Он основан на определении места корабля в маре двумя принципиально различными методами: счислением пути корабля, который основан на учете перемещений корабля относительно исходного места; обсерваций, основа которых заключается в определении места корабля по наблюдениям относительно внешних ориентиров». Неудивительно, что многие командиры и капитаны не могут четко определить понятие «кораблевождение», хотя именно им они занимаются десятилетия. Отсутствие в учебниках сведений о принципах и законах, по которым организуется и выполняется кораблевождение, заставляет практиков подходить к нему интуитивно, эмпирически. Опыт, приемы и методы организации дела порой утрачиваются с уходом знающих командиров, капитанов и штурманов. И вновь назначенным на их должности людям приходится заново «изобретать велосипед». Какие же составляющие можно выделить в кораблевождении как процессе управления? Во-первых, чтобы вести корабль, судно, нужно сообщить ему движение, удерживать назначенные ход и курс, выполнять различные маневры (поворот, швартовка, всплытие — погружение и т. д.). Во-вторых, в процессе движения необходимо безопасно разойтись с другими кораблями и судами, для чего надо вести надлежащее наблюдение (освещать ближнюю морскую обстановку), производить расчеты на расхождение и тактическое маневрирование, контролировать их выполнение. В-третьих, требуется непрерывно (или с заданной периодичностью) отображать место корабля в географических координатах, оценивать навигационную безопасность плавания корабля и направлять его движение по намеченному пути. Таким образом, кораблевождение сводится к решению трех групп задач: управление маневрами корабля; освещение и анализ морской обстановки; навигация. Все они составляют единство и являются объективной реальностью. Эти задачи должны решаться при управлении любым транспортным средством, на любом корабле или судне независимо от технического оснащения и численности экипажа. Их может решать даже один человек (например, на шлюпке или катере), но исключить какую- либо из перечисленных групп нельзя. Субъективное «разрывание» этого комплекса неизбежно ведет к потере обстановки и ошибочному маневру, а значит, создает предпосылку к аварии. Если признать объективное существование трех групп задач кораблевождения, то необходимо четко определить, кто и как на корабле выполняет каждую из них. Так, в управлении маневрами корабля задействованы командир, вахтенный офицер, рулевой, специалисты БЧ-5. В основном они располагаются на главном командном пункте, поэтому их иногда объединяют названием — расчет ГКП. Освещением и анализом морской обстановки занимаются операторы наблюдения, отображения обстановки, расчетные группы, т. е. боевой информационный пост или центр (БИП или БИЦ). Решение навигационных задач кораблевождения возложено на штурманскую боевую часть. Отсюда вытекает, что кораблевождение под руководством командира корабля в общем случае осуществляет этот триединый комплекс, которому в свое время на флоте дали меткое название: расчет ГКП-БИП — штурман, отражающее саму сущность вопроса и удобную в обращении (см. схему). Такой подход к кораблевождению позволяет сделать ряд выводов. Расчет ГКП-БИП — штурман должен непрерывно функционировать в течение всего плавания от съемки с якоря или швартовов до постановки на них. Но в зависимости от сложности обстановки он может быть развернут полным (готовность № 1) или сокращенным (готовность № 2) составом. Необходимым условием эффективного решения задач кораблевождения расчетом ГКП-БИП — штурман является исполнение каждым формированием, входящим в не- 2 Бирюков Н. В. и др. Кораблевождение. — М.: Воениздат, 1986. — С. 99. 26
го, именно тех функций, для решения которых оно предназначено. Вместе с тем единство комплекса задач кораблевождения требует постоянного обмена информацией, взаимоконтроля между формированиями расчета. Следовательно, вопросы, лежащие на стыке функций, должны отражаться на всех или большинстве постов расчета. Не только командир, вахтенный офицер и штурман, но и операторы БИП обязаны знать навигационные условия плавания, а значит, иметь для этого соответствующие карты, планшеты и при необходимости контролировать место корабля. Не только БИП, но и штурман должен учитывать надводную и подводную обстановку, периодически наносить ее на свои карты, по приказанию определять элементы движения опасных целей. И БИПу, и штурману следует знать маневренные качества своего корабля, понимать замысел командира по выполнению маневра и в соответствии с ним действовать на своих постах. Очевидно, что между постами и командными пунктами формирований нужна единая внутрикорабель- ная связь, а вернее, технические системы оперативного обмена информацией. Единство задач кораблевождения требует концентрации усилий расчета на решении главной на данный момент задачи. Этот принцип организации взаимодействия постов получил название принципа «этапности». Например, при отходе от пирса и маневрировании в узкости весь расчет нацеливается прежде всего на предупреждение навала, посадки на мель и касания грунта. После выхода в открытое море он переключается в основном на предупреждение столкновений и т. д. Командир корабля обязан правильно выбрать первостепенную задачу на конкретном этапе и правильно распределить обязанности между формированиями. Для обнаружения ошибок и промахов отдельных операторов и постов применяется второй принцип организации расчета ГКП-БИП — штурман — принцип «заколь- цованности». Суть его в том, что одни и те же задачи кораблевождения решаются несколькими формированиями, но различными методами. Так, при плавании в узкости штурман решает навигационные задачи штурманскими, ГКП (командир, вахтенный офицер) лоцманскими методами, а БИП — с помощью радиотехнических средств. При расхождении с целями БИП освещает и анализирует обстановку и рассчитывает маневр с помощью ЭВМ и планшетов, штурман —на навигационной карте, ГКП —на основе всей информации от различных постов и визуально, исходя из требований МППСС-72. При этом каждый контролирует определенные вопросы: ГКП — удержание заданных курса и скорости хода, соблюдение МППСС-72, БИП — расхождение с другими судами и кораблями, штурман — навигационную безопасность, соблюдение правил плавания в навигационном отношении. «Закольцованность» подразумевает выполнение маневра только после проверки БИПом и штурманом его безопасности. Если маневр предлагает БИП, его безопасность оценивают штурман и ГКП (командир, вахтенный офицер); если предлагает штурман — БИП и ГКП соответственно. Ведение боевых действий кораблем накладывает на деятельность расчета ГКП- БИП—штурман особенности. Сохраняя свои функции, он Бливается в корабельный боевой расчет (КБР) и составляет его ядро. Практика показывает, что только такая организация способна с высокой вероятностью в любых условиях обеспечить безопасность плавания. Отвечая на вопрос, поставленный в начале статьи, можно сказать, что виновники судоводительских происшествий или не знали, не принимали во внимание всего вышеизложенного, или не были убеждены в необходимости выполнения объективных законов и правил, надеясь на свой опыт, а вернее — на пресловутое авось. Необходимо отметить, что отсутствие сведений о кораблевождении как едином сложном и многообразном процессе в учебниках и справочниках вовсе не означает, что эта проблема не была проработана ранее. Напротив, судя по содержанию многих положений Корабельного устава ВМФ СССР, документов штурманской и радиотехнической службы и т. д., она глубоко изучалась. Но так как статьи руководств и нас- 27
тавлений не содержат разъяснений и доказательств и в них невозможно отразить все многообразие реальных ситуаций, то для части практиков требования документов не преломляются в стройную логическую систему и потому не становятся их убеждением. Одной из целей настоящей статьи и была попытка обозначить структуру такой системы. Хотелось бы, конечно, чтобы по данной проблеме высказали свое мнение и специалисты-практики, и ученые-теоретики. В заключение остановлюсь еще на нескольких вопросах, решение которых, на мой взгляд, будет способствовать предотвращению судоводительской аварийности. Существование и функции расчета ГКП-БИП — штурман пока, строго говоря, полностью не узаконены. Четко не определены его назначение, функции, готовности. Думается, что общие положения о нем должны быть в Корабельном уставе ВМФ, а детали — в руководствах и наставлениях. Следует подумать и о разработке Положения о расчете ГКП-БИП — штурман, где будут изложены его организация, методы работы в различных условиях плавания для разных классов, типов кораблей. Нуждается в совершенствовании и система подготовки расчета ГКП-БИП — штурман. Пока существуют органы, определяющие и контролирующие обучение только входящих в него формирований. Заниматься всей его структурой, идеологией подготовки должны командиры кораблей, штабы соединений, управления боевой подготовки. Лично обучать командиров кораблей руководству расчетом ГКБ-БИП — штурман по принципу «делай, как я» обязан командир соединения. Но для этого необходимы продуманные и согласованные методики, которые есть сегодня далеко не везде. Конструктивное построение кораблей должно отвечать единству задач кораблевождения. Нужна хорошая внутрикорабельная связь в контуре ГКП-БИП — штурман, и прежде всего техника, позволяющая концентрировать всю информацию — навигационную, радиолокационную, гидроакустическую и т. д. в одном наиболее удобном для командира корабля месте. Это могут быть дисплеи, электронные планшеты и т. д. Тренажеры ГКП-БИП — штурман должны стать такой же полноправной обязательной составной частью обеспечения безопасности кораблевождения, как и другие технические средства. Давно стало ясно, что превращать корабль или судно в тренажер не только неэкономично, но и опасно. Однако до сих пор ощущается нехватка высокоэффективной аппаратуры, имитирующей реальную обстановку плавания и позволяющей отрабатывать не только плавание в открытом море, но и швартовку, постановку на якорь и т. д. Надеюсь, что обсуждение поднятых в статье вопросов на страницах «Морского сборника» не только поможет командирам кораблей и соединений, капитанам судов лучше понять предмет своей деятельности, но и будет способствовать решению многих назревших проблем. НОВОЕ ПОСОБИЕ В 1989 г. ВЫЙДЕТ в свет «Прак- виям при следовании в подводном поло- тическое кораблевождение» (изд. жении в районах возможного нахожде- ГУНиО МО СССР, 2 книги). Пособие ния айсбергов; по командирскому конт- предназначено для командиров кораблей, ролю деятельности штурмана при подго- штурманов и вахтенных офицеров, но мо- товке к походу, во время плавания и по жет использоваться также судоводителя- проведению послепоходовых разборов, ми транспортного, промыслового и иссле- Во вторую книгу «Практического ко- довательского флотов. раблевождения» включены разделы: Первая книга содержит все классиче- «Основы управления маневрами кораб- ские разделы кораблевождения (навига- ля» и «Маневрирование», ция, мореходная астрономия, лоция и Частные лица и гражданские органи- т. д.) с рекомендациями и примерами зации смогут приобрести пособие в до- (программами) решения задач как тра- вольствующих органах гидрографической диционными способами, так и с приме- службы и через торговую сеть, нением электронно-вычислительной тех- Предварительные заявки с указанием ники. Кроме того, здесь изложены реко- количества экземпляров и формы опла- мендации командирам кораблей и штур- ты (за наличный расчет или по номеру манам: по обеспечению навигационной счета организации) направляются по ад- безопасности плавания в малоизученных ресу: 199034, Ленинград, В-34, Главное и подвергающихся резкому изменению управление навигации и океанографии рельефа морского дна районах; по дейст- МО СССР. 28
ЦУНАМИ БУМАЖНОГО ОКЕАНА Как известно, цунами — морские волны сейсмического или вулканического происхождения, которые распространяются на значительные расстояния и особенно опасны вблизи берега, где их высота достигает 10—15 м. Они нередко приносят кораблям в бухтах и гаванях, а также прибрежным сооружениям и населенным пунктам немалые беды. Большое зло таят в себе и волны так называемого бумажного океана, несущие на своем гребне бюрократизм, консерватизм и застой. В противоположность водной стихии, производящей на своем пути опустошительные разрушения, бумажное цунами встает мощной преградой всему новому, передовому, заслоняя плотной стеной людей, их конкретные дела. В чем же причина того, что, несмотря на широкое внедрение в Военно- Морском Флоте автоматизации управления, компьютеризации, бумажный поток из года в год неуклонно возрастает, приобретая все большие размеры и масштабы, отнимая у людей львиную долю служебного да и личного времени? Что же делается для того, чтобы обуздать эту стихию, поставить заслон ее пагубному воздействию? Что снижает эффективность борьбы с бумаготворчеством? С такими вопросами редакция обратилась к некоторым должностным лицам ВМФ. Вице-адмирал Ю. Быстрое—заместитель начальника Главного штаба ВМФ. Вопросы борьбы с бумаготворчеством, бюрократизмом актуальны особенно сейчас — на этапе перестройки и совершенствования управления. Это позволит высвободить дополнительно служебное и личное время для живого дела, обучения и воспитания личного состава, укрепления воинской дисциплины, будет способствовать качественному решению стоящих перед силами флота задач. Руководство Военно-Морского Флота обеспокоено положением дел с бумаготворчеством и элементами бюрократизма и предпринимает меры по его изменению. В Главном штабе Военно-Морского Флота создана специальная рабочая группа для изучения состояния действующей в ВМФ системы отчетности и подготовки предложений по сокращению переписки, пересмотру периодичности донесений, докладов, отчетов, уменьшению их объема до разумных пределов и формализации. Группа проанализировала более тысячи предложений органов центрального аппарата ВМФ и флотов. В результате ее работы уже отменено более 140 приказов и директив, предписывавших представление отчетов и донесений, выявлено более 100 аналогичных распорядительных документов вышестоящих органов и возбуждено ходатайство об их отмене. Руководством даны конкретные указания управлениям ВМФ, штабам флотов, командирам соединений, воинских частей провести аналогичную работу. Главный штаб ВМФ принял меры по упрощению процедуры разработки распорядительных документов, освобождению органов управления от излишних согласований. Запрещено истребование непредусмотренных донесений, отчетов, справок и сведений с мест, повышен контроль за выполнением этого указания. Прошло около года. Сократилась ли с тех пор переписка? Число входящих и исходящих документов показывает, что заметных сдвигов пока не достигнуто. В чем же дело, каковы причины этого? На наш взгляд, их несколько. Одна из них объясняется выработанной годами привычкой подстраховывать себя бумагой «на всякий случай». Казалось бы, просто и оперативно: при личной встрече или по телефону выяснить возникшие вопросы и, если они не требуют дополнительных проработок, решить. К сожалению, так поступает далеко не каждый. Живое общение с людьми нередко подменяется изданием приказов и директив, составлением надуманных планов, о выполнении которых необходимо обязательно докладывать. Вот почему, развернув борьбу с бумаготворчеством, надо решительно повернуться к людям, больше доверять подчиненным, наладить обмен мнениями, а не бумагами. Другая причина — отсутствие у многих должностных лиц самостоятельности и инициативы в выполнении поставленных задач.
Это, по оценке министра обороны СССР генерала армии Д. Язова, выработало у отдельных командиров устойчивую привычку ожидать указаний по любому поводу, постоянно озираться на начальство и стремление уклониться от самостоятельного решения поставленных задач, что породило неснижающий- ся поток указаний, запросов сверху и встречный поток докладов, справок, сведений и других, не предусмотренных действующими положениями, документов снизу. Третья причина, вызывающая излишнюю переписку, связана с низкой исполнительностью, которая в свою очередь порождает проверки, инспекции и директивные указания, нередко дублирующие уставные положения. Думается, строгое и точное соблюдение требований уставов, их буквы и духа как основы порядка, организованности и дисциплины — одно из важных направлений сокращения бумажного потока. Надо подчеркнуть, что эту работу нельзя провести одним махом, как, к сожалению, у нас некоторые думают. Без совместных усилий всех инстанций не обойтись. Важно не выжидать дополнительных указаний и инструкций по сокращению переписки, а инициативно, решительно, по-деловому на всех уровнях кончать с захлестнувшим нас бумажным потоком. Капитан 1 ранга М. Безшлей — начальник отдела Боевой подготовки ВМФ. Хотелось бы и мне выразить свое отношение к этой проблеме. К сожалению, качественные показатели уровня боеготовности корабля, части оцениваются нередко по наличию отметок о выполнении мероприятий многочисленных планов, обилию отчетной документации, ведущейся не только в общекорабельном масштабе, но и в боевых частях и службах, на командных пунктах и боевых постах, в подразделениях, отсеках и помещениях... Пожалуй, трудно найти место, где бы она отсутствовала. Но ведь часто необходимости в ней нет, тем более что и уставом она порой не предусмотрена. Такое положение, на мой взгляд, возникает потому, что некоторые должностные лица привыкли работать по старинке — оценивать деятельность коллективов не по фактическому состоянию дел, а по бумагам, галочкам, баллам. Отсюда незнание реальной обстановки, затягивание сроков решения вопросов, подмена дела бюрократическими отписками. Несомненно, существуют вопросы, требующие письменного распоряжения начальника, но нередко этого добиваются и тогда, когда все можно решить при личном общении и по телефону. Причина, на мой взгляд, все та же — боязнь взять ответственность на себя, проявление недоверия к человеку. «Слово к делу не подошьешь»— по таким канонам бюрократизма строятся кое-где взаимоотношения людей. Количество бумаг часто становится определяющим критерием всех сфер деятельности человека. Кстати сказать, беда не только в этом, но и в объеме, содержании документации. Иногда по тому или иному конкретному вопросу приходят пространные «трактаты» с отвлеченными рассуждениями, а вот суть дела завуалирована различными отступлениями и просматривается с трудом. Исполнителям явно не хватает лаконичности, четкости, а иногда и объективности. Не изжиты еще лакировка, приписки, разночтение. В борьбе с бумаготворчеством немаловажное значение имеют совершенствование структуры управленческого аппарата, автоматизация и компьютеризация процессов управления силами. Так, на наш взгляд, создание института главных специалистов, передача в одни руки вопросов эксплуатации и ремонта кораблей позволят сократить бумажный поток путем ликвидации межведомственных барьеров, элементов местничества, конечно, при широком использовании электронно-вычислительной техники. К сожалению, уже сейчас сказываются недостатки подготовки к переходу на новую систему: отсутствие четкого распределения функциональных обязанностей офицеров штабов и управлений, а также высококвалифицированных программистов и т. д. В то же время мне кажется, что здесь, как и во всяком деле, нельзя впадать в крайности, огульно сокращать все подряд. Ведь записи, отчеты, доклады тоже нужны, и не только для архива. Они позволяют проанализировать и обобщить результаты повседневной деятельности людей, походов, накопить материал для обмена опытом, понять, что полезно и от чего надо отказаться. Без необходимых сведений эта работа невозможна. Иначе будет затруднен дальнейший поиск, движение вперед. Но количество таких документов, конечно, должно быть строго обосновано. Разумеется, эти проблемы можно решить не призывами и лозунга- 30
ми, а живой, творческой работой, реальными делами и поступками. В Боевой подготовке ВМФ руководящие документы конкретизированы, сокращены в объеме. К примеру, значительно уменьшено количество разделов в журнале боевой подготовки соединения, корабля 1 и 2 ранга. Отменены журналы боевой подготовки боевых частей, журналы боевой и политической подготовки отделения (команды). Вместо них рекомендовано вести в боевых частях планы-графики отработки специальных задач, а в командах и отделениях — тетради боевой подготовки старшины (сержанта). Думается, можно резко сократить количество и объем отчетных документов по выполнению боевых упражнений, проведению тактических учений и т. п., что позволит офицерскому составу больше уделять времени подчиненным и повышению своего профессионального мастерства. Контр-адмирал В. Парамонов — первый заместитель начальника штаба СФ. Проблема бумажного цунами существует, в том числе и на нашем флоте. Видимо, сказывается еще сила старых привычек, кабинетного стиля работы, отрыва некоторых руководителей, работников штабов, управлений и отделов от конкретного дела, практики. Хотелось бы им напомнить, как руководил людьми Павел Степанович Нахимов. Он был неутомимым врагом всякого педантства, бумажной деятельности. Отвергая всяческие формальности, достигал быстрого и успешного осуществления своих намерений. «Личному общению с подчиненными,— писал Адмирал Флота Советского Союза И. Исаков,— Нахимов уделял исключительно много времени, можно сказать, все свое время. После него осталось очень мало приказов и совсем не осталось каких-либо инструкций или наставлений. Там, где обстановка позволяла лично разъяснить задачу и способ ее выполнения, он считал излишним писать, и такова была сила его авторитета и обаяния, что ему почти никогда не приходилось повторять сказанное» *. К такому стилю работы нужно стремиться и современным руководителям. Однако пример есть, а вот последователей мало. Бумаготворчество пока процветает и в почете. И причины не только в боязни ответственности, но и в отсутствии эле- 1 Исаков И. Избранные труды. — М.: Наука, 1984. — С. 61. ментарной штабной культуры» незнании адресатов, неумении грамотно составить документ, чтобы он не требовал дополнительных запросов и пояснений. Не всегда офицеры штабов достаточно компетентны. Поэтому зачастую они выступают не как организаторы, а как статисты, что особенно характерно для тех, кто, сев в кресло лейтенантом, меняя рабочие столы и кабинеты, дошел до ответственной должности, так и не получив необходимого для этого практического опыта. Думается, такая система служебного роста неправильна. Офицер не должен засиживаться в штабе больше 3—4 лет. Побыв 2—3 года на плавающих кораблях, он снова может вернуться, но уже в вышестоящий штаб, и в дальнейшем периодически должен получать опыт корабельной службы. Вот тогда руководитель будет помнить о тех, для кого готовит и кому посылает груды бумаг, знать нужды и заботы корабельного звена. Мы считаем, есть смысл штабных офицеров периодически направлять на стажировку на корабли и принимать у них зачеты перед назначением на вышестоящую должность, ввести им обязательный плавательный ценз. Рациональное использование этих мер будет способствовать повышению эффективности управления силами. Борьбу за сокращение бумажной переписки, на мой взгляд, надо вести по трем направлениям: повышение уровня штабной культуры, переход на формализованные документы, внедрение электронно- вычислительной техники в процессы управления. Работа такая ведется, но и здесь есть немало трудностей, объективных и субъективных причин, тормозящих движение вперед. Они заключаются и в следующем: недостаточно полное удовлетворение потребностей флота в средствах автоматизации, необходимость переподготовки и повышения квалификации обслуживающего персонала, связанная с этим низкая эффективность использования имеющихся персональных компьютеров, неумение пользоваться «банком данных» для получения нужной информации. Кроме того, отсутствуют четкие критерии оценки труда управленческого звена, существует некоторый параллелизм в работе из-за несовершенства оргштатной структуры, системы подготовки специалистов ЭВТ и материального стимулирования их деятельности. Вывод из сказанного напрашивается один: управленцами 31
надо заниматься, их надо учить1 Но кому, где и как? Те каналы, которые мы сейчас используем, явно недостаточны, а проблему эту нужно решать оперативно, как, к примеру, делается с подготбвкой менеджеров, дизайнеров и других специалистов гражданских ведомств. Бумажные волны возникают у нас и потому, что не изжиты многоступенчатость согласований тех или иных решений и местнический подход при реализации общих вопросов. Загруженность систем связи также приводит к появлению дополнительных бумажных вихрей, а следовательно, и к потере драгоценного времени. Недостатки свои мы знаем и стремимся их устранить. Но есть вопросы, решение которых зависит от вышестоящих органов. Думается, один из них — предоставление финансовой самостоятельности довольствующим органам флота при их взаимодействии с предприятиями и поставщиками. Особенно это нужно в условиях хозрасчета и самофинансирования. Одним словом, борьба с бумаготворчеством требует постоянного внимания и принятия еффективных мер. Решать эту проблему надо в комплексе, на всех уровнях, всем командирам и начальникам. Только тогда мы достигнем нужного результата — оторвем офицеров от бумаг, предоставим им возможность больше общаться и работать непосредственно с людьми и техникой. Капитан 1 ранга А. Селезнев — командир атомной подводной лодки. К сожалению, на корабельном уровне заметного сокращения бумажного потока не чувствуется. Очень часто указания и требования различных поступающих к нам документов дублируют то, что определено функциональными обязанностями офицеров, статьями уставов или строками военной присяги. Есть ли в этом необходимость? Не подрываются ли этим устои наших основополагающих документов, требования которых обязательны для всех и проверены опытом и кровью предшествующих поколений? Создается впечатление, что если где-то уже и сократили количество бумаг, то до нас еще руки не дошли, т. е. работа сверху донизу пока не проведена. К примеру, отчеты по боевой службе остались в прежнем виде. Не все их формы приспособлены, как неоднократно предлагалось, к машинной обработке. До сих пор [НА ЦВЕТНОЙ На 1.й странице помещена репродукция с картины народного художника СССР Н. Овечкина «Реввоенсовет». Н. Овечкин родился в 1929 г. в г. Новошахтинске Ростовской области. В 1961 г. окончил Московский государственный художественный институт имени В. И. Сурикова. С 1964 г. плодо. творно трудится в творческом коллективе Студии имени М. Б. Грекова. Работы талантливбго живописца широко известны в нашей стране и за рубежом. Он участвовал в воссоздании панорамы Ф. Рубо «Боро. динская битва» в Москве. Им написаны диорамы «Бой под Ленино» — о боевом содружестве советских и польских солдат в годы Великой Отечественной вой. ны и «Битва за Днепр», воспроизводящая эпизоды подвига советских воинов при освобождении Украи. ны. В соавторстве с группой военных художников созданы панорама «Плевнен- екая эпопея», установленная в Плевене (НРБ) и повествующая о кульминационном периоде русско-турецкой войны 1877 — 1878 гг., а также грандиозное батальное полотно «Сталинградская битва» (демонстрирую ется в мемориале города- героя Волгограда). Глубокие знания военной истории позволяют Н. Овеч- кину многие темы представлять в хронологической последовательности. Разви. вая, например, военно-морскую тематику, он запечатлел морские походы князя Святослава, дерзкие набеги на турецкие берега запо. рожцев. Так родились полотна «Вольница», «Петр I штурмует Азов», «Средиземное море», «Индийский океан» и другие. — Ко времени зарождения Советских Вооруженных Сил я обращался не один раз,— рассказывает Николай Васильевич. — Прежде всего оно неразрывно связано с образом В. И. Ленина. В 1973 г. написал работу «Декрет о Красной Армии», ныне представленную в Центральном музее Вооруженных Сил СССР. В картине «Реввоенсовет», посвящен, ной 70-летию Великого Октября, я постарался расширить галерею «действую, щих лиц», наряду с известными советскими полководцами показать тех, чьи славные имена оставались за. бытыми. Слева направо в первом ряду стоят С. М. Буденный, И. В. Сталин, Ф. Э. Дзержинский, В. И. Ленин, М. В. Фрунзе, Н. И. Подвойский, во втором — А. С. Бубнов, М. Н. Тухачевский, И. П. Уборевич, Г, К. Орджоникидзе, В. А. Антонов-Овсеенко, Ф. ф. Раскольников, в третьем — Л. Д. Троцкий, И. С. Уншлихт, С. И. Гусев, С. В. Косиор, А. И. Егоров, И. Э. Якир, С. М. Киров и Я. Б. Гамарник... На 4-й странице помеще. на репродукция с картины известного русского мариниста А. Боголюбова (1824 — 1896 гг.) «Яхта «Держава», написанной в 1885 г. 15 мая 1885 г. состоялось торжество по случаю открытия Морского канала, прорытого через восточную часть Финского залива для прохода глубокосидящих морских судов и кораблей в Неву. В празднестве участвовала и яхта «Держава». Построенная в 1871 г. для нужд морского ведомства, она считалась самой крупной. Ее водоизмещение — 3114 т, мощность парового агрегата — 2070 л. с, скорость — 14,5 уз. На борту имелось 6 орудий. Экипаж — 19 офицеров и 225 матросов. После постройки яхты «Полярная Звезда», превосходившей по мощности и скорости «Державу», последнюю в 1898 г. переименовали в «Двину» и приспособили как учебное судно минного отряда Балтийского флота. Исключена из списков в 1905 г. Картина хранится в Цен. тральном военно-морском музее. 32
специалистам приходится тратить на это много времени. Ведь всем известно, что" в отличие от надводного корабля на подводной лодке нет штатного писаря. Думается, в разработке формализованных отчетов, различных бланков-донесений и т. д. должны принимать участие все управления флота, в том числе и отдел устройства службы. Кому как не ему добиваться четкости, лаконичности документации, строгого соответствия ее установленным требованиям ведения и на корабле, и в казарме. Порой же на местах не хотят сокращать отчетность, сопротивляются этому. Например, несмотря на поступившее указание не вести журналы боевой подготовки боевых частей (связи, радиотехнической службы и др.), некоторые флагманские специалисты требуют от командиров подразделений обратного. Якобы без них невозможно знать обстановку, уровень подготовки моряков. Но такое знание — формальное. Бюрократизм, косность часто становятся камнем преткновения для проведения нужных и полезных дел, тормозят их. К примеру, для выполнения стрелковых упражнений из личного оружия требуется представить целую папку документов, собрать огромное количество подписей. Правильно ли это? Полагаю, нет. А вот другой пример. На кораблях в целях борьбы с неуставными взаимоотношениями организованы группы общественной оценки поведения военнослужащих последнего года службы. Казалось бы, хорошее дело. Но политуправление флота ввело отчетность о работе этих групп с периодичностью 3 раза в месяц?! Вот и приходится вместо живой работы с людьми сочинять трактаты, катить бумажные волны. Но ведь о деле надо судить по конечному результату, о чем нередко забывается. К сожалению, подобные примеры, когда от нас требуют составления документов на промежуточных этапах, не единичны. Скажем, подводная лодка готовится к выходу в море для участия в учениях, проведения стрельб, в дальний поход. В этот напряженный период проводится большое количество проверок. И после каждой из них составляется множество бумаг о состоянии техники, оружия, подготовленности экипажа и т. п. Если разобраться, то все они нужны тем, кто хочет заранее застраховать свое «кресло» от возможных нежелательных последствий, заботится в основном о том, как бы чего не вышло. Есть ли необходимость каждый раз подменять, страховать командира ПЛ, офицеров корабля и штаба, непосредственно готовящих корабль к мероприятию, устраивая эти проверки? Помогая таким образом, представители вышестоящего штаба оказывают медвежью услугу личному составу, отнимая у него драгоценное время, предназначенное для подготовки. Создается впечатление, будто бумагами они прикрывают незнание текущей обстановки, отрыв от жизни и забот тех, кому обязаны своевременно помогать, за чью готовность несут свою долю ответственности. Есть пока такая тенденция: прикрыться, оградить себя бумажной ширмой, которая встречается еще на всех уровнях управления. Зачем закрывать на это глаза? Лечиться от этой болезни нужно коллективно, всем миром. ОТ РЕДАКЦИИ. Как видно, результаты начатой работы по борьбе с бюрократизмом, бумаготворчеством оцениваются критически. Все выступившие единодушны: останавливаться на полпути нельзя. Уж слишком глубоко проникли во флотский организм корни этого явления. Подобное, но в еще худшем варианте, уже случалось в русском военном флоте. Недаром известный гидрограф и государственный деятель, вице-президент Адмиралтейств-коллегий Ф. И. Соймонов (1692 —1780) в свое время отмечал, что флот погиб от засилья бумажек разных, за которыми ни людей, ни кораблей, ни дел геройских не видать — одни бумаги над мачтами порхают и неслыханное дело приключилось: канцелярия противу флота на абордаж поперлась, и флот она победила... Нельзя допустить, чтобы такое повторилось в наше время. Меры для этого принимаются. Пока готовился материал к публикации, еще 400 документов подготовлено к отмене рабочей группой Главного штаба ВМФ. Приглашаем читателей принять участие в нашем разговоре, внести деловые, конкретные предложения, как уменьшить бумажный вал указаний, разъяснений, запросов, ответов, сведений и т. п. 3 «Морской сборник» № 2
В методике нужен поиск СТАВКА —НА ЧЕЛОВЕКА Полковник Е. ГОЛОСУЁВ БУЛ-ГА-КОВ, БУЛ-ГА-КОВ — выстукивали колеса поезда, в котором я возвращался из авиагарнизона в Москву. Передо мной вставал внешне небро- ейий облик этого офицера — подполковника, командира эскадрильи. Чуть выше среднего роста. Широкие покатые плечи. Немного скуластое лицо. Короткие цвета воронова крыла волосы. Темные, глубоко посаженные глаза. Запомнились его скупая речь, неторопливые жесты. Но почему только образ Булгакова? В гарнизоне я встречался с другими, не менее опытными, авторитетными людьми. Например, со штурманом-снайпером подполковником А. Мазырко, мастером военного дела майором А. Рубцовым. Кстати, назначение Рубцова на последнюю должность (как и Булгакова) тоже шло не гладко. Командир полка, коммунисты подразделения, где служил офицер, встали за него горой. Теперь он один из ведущих специалистов части. И все-таки — Булгаков. Есть в нем что-то особо притягательное. В первую очередь — житейская основательность, которая всегда ценится в людях. О таких обычно говорят: матерый мужик, знающий, почем фунт лиха. Пережить Булгакову пришлось немало. Долгое время воспитывался у бабушки. Годы были трудные, послевоенные. Окончив восемь классов, поступил в ПТУ. Одновременно занимался в школе рабочей молодежи. Голодал, холодал. Но устоял, не бросил учебу. Затем авиационное училище... Считается: образ жизни лепит человека, его отпечаток виден на каждом из нас. Пожалуй, верно. Отсюда и отношение к окружающему миру, его ценностям, манера вести себя, взгляды, привычки. Кто-то, уповая на судьбу или благоприятный случай, плывет по течению как щепка. И не особенно задумывается, к какому берегу его прибьет. Кто-то, подобно Булгакову, наоборот, на волю волн не надеется. Такие люди постоянно сверяют свой курс с намечен* ным. Все стараются пощупать собственными руками, до всего дойти - своим умом. Но уж если до чего дойдут —- это надолго и всерьез. По службе Булгаков продвигался не очень быстро, хотя летал хороша, трудился старательно. Командиром "авиационного отряда стал тогда, когда товарищи по училищу возглавляли эска^ дрильи. И не потому, что раньше не созрел. По своим профессиональным качествам он однокашникам не уступал: А потому, что путь к штурвалу тяжелого воздушного корабля и тернист^ и до-- лог. Булгаков хотел летать именно на таком самолете. И своего добился.- - Кстати, подобные «детали» в биографии офицера могут посеять в душе ин©- го начальника зерно сомнения, Когда руководство части решило • назначить Булгакова командиром эскадрильи, р. вышестоящем штабе согласились -о этим не сразу. • - . . — Предлагаем, — сказали команда ру полка, — рассмотреть еще одного кандидата. *. И назвали фамилию. Тот недоуменно пожал плечами. В части за Булгакова — партийную характеристику - на не* го утвердили. Об этом знают все, - И. вот — очередная вводная, . : Командир пригласил офицеров управления, обрисовал обстановку. Предстояло обсудить новую кандидатуру, решить, кто возглавит вторую эскадрилью. Слова попросил подполковник А. Лы« касов, который шесть лет руководил этим подразделением, многое сделал, чтобы оно стало отличным. ■ • - — Голосую за Булгакова, — сказав подполковник. — Человек достоин выдвижения. Один из опытнейших отрядных. Знает людей, обстановку. Отлично пилотирует машину. Допущен к обучению подчиненных в самых сложных погодных условиях. Не раз избирался секретарем партбюро, замещал командира эскадрильи. Заботливый, требовательный офицер. Самолеты его подраз-. деления находятся друг от друга, дале- 34
ко. И если есть свободная минута, не поленится, обязательно придет на стоянку, проверит, как экипаж готовится к вылету, все ли сделано. А если что не так, сразу принимает меры; Лыкасова поддержали другие, вспомнили случай, который высветил еще одну грань характера Булгакова: его принципиальность. Произошло это несколько лет назад, когда Булгаков служил на другом флоте. В подразделении назревал конфликт. Командир эскадрильи настаивал на том, чтобы капитан В. Михайлов сдавал экзамены на специалиста 1-го класса. Иначе, мол, не будут выполнены взятые социалистические обязательства. Булгаков (он в то время был членом партбюро подразделения, отвечал за «производственный» сектор) возражал. Дескать, не надо торопиться. Пусть офицер полетает еще, поднаберется сил. Тогда по- настоящему станет мастером своего дела. Но комэск не соглашался. Пришлось обратиться к секретарю парткома, который побеседовал с Михайловым. — Формально,— сказал он,— к сдаче экзаменов вы готовы. Однако навыки у вас неустойчивые. Допускаете ошибки, особенно при полетах ночью в сложных метеоусловиях. Не будем спешить... Офицер с доводами согласился. Жизнь показала правильность такого решения. Слушая выступавших, командир полка утверждался в верности своей позиции. Обо всем этом и доложил он в штаб. Вскоре Булгаков возглавил эскадрилью. Принял он ее тогда, когда идеи перестройки овладевали умами все большего числа людей. Авиаторы горячо обсуждали новшества, голосуя за них обеими руками. Но нужны были конкретные дела. — Приходилось спорить со старшими, — вспоминал Булгаков, — вести дискуссии с подчиненными. Не все и не сразу смогли изменить образ мышления, посмотреть правде в глаза, реально оценить достигнутое. Вроде особых причин для беспокойства у нового командира не было. Эскадрилья лидировала в социалистическом соревновании, успешно выполняла поставленные перед ней задачи. Но могла добиться большего. Мешала некоторая разобщенность летного и инженерно-технического состава. Хотя в строю офице- Подполкоеняп А. Булгаков и капитан С. Мурашов уточняют порядок решения очередной задачи ры стояли плечом к плечу. Булгаков также заметил: одни выкладывались полностью, полагая, что иначе трудиться нельзя. Другие работой себя не ут* руждали. Кроме того, люди свыклись с незначительным опозданием на службу, самовольным уходом с аэродрома после полетов и т. п. Считали: такова специ-, фика их труда. Но ведь беспечность, благодушие могли повлиять на результаты вылета, боеготовность. Начинать предстояло с себя, с ломки стереотипов собственного мышления.. Булгаков понимал: перестройка — не сиюминутное дело, она должна пройти через разум и сердце каждого. Только так можно изменить отношение к тому,- чем занимаешься, глубже понять свою роль в процессе обновления. Этому было посвящено расширенное заседание партийного бюро. Разговор получился откровенный, острый. Желание трудиться лучше, быстрее преодолеть застойные явления оказалось общим. Ставку сделали на решительный поворот к человеку, повышение роли общественности. Все мы, выражаясь словами известного педагога Макаренко, работаем за зав- трашний день. Иначе, должны знать перспективы собственного роста по службе. Зазорного в этом, как считалось когда-то, ничего нет. Например, в подразделении, о котором идет речь, был создан резерв офицеров для замещения, вакансий. И если раньше, формируя его, в основном учитывали выводы аттестационной комиссии, старших начальни-. ков, то теперь еще и мнение коллектива. Список тех, кто достоин выдвижения, знают все. Он постоянно дополня-
ется, корректируется. Проштрафился, освободи место другому. Добился высоких результатов — будешь взят на заметку. Все это становится достоянием людей. Кроме того, мнение авиаторов учитывается при внедрении какого-либо новшества, подведении итогов социалистического соревнования и т. п. Активность их заметно возросла. — И все же,— заметил Булгаков,— демократизация в нашей жизни утверждается с трудом. Ведь в первую очередь она предполагает уважение личности, которое ничего общего не имеет с голым администрированием. Взять, скажем, начальника группы капитана В. Уваровского. Как к специалисту к нему претензий нет. дело знает. Но моральный климат в коллективе не из лучших. Вижу в этом и свою вину: пока не сумел повлиять на обстановку. Накачки, разносы — обычные формы работы Уваровского. Один из его подчиненных заметил как-то: «Было время, летел на аэродром подобно птице. А теперь словно вынули из меня пружину». Булгаков не раз беседовал с капитаном, советовал изменить стиль работы, отношение к сослуживцам. Тот его внимательно выслушивал и продолжал гнуть свое. Дескать, такой уж характер... Несколько лет назад, когда человек оставался в тени, когда для полка главным являлось обеспечить налет, подготовить к летной смене максимальное число самолетов, а какой ценой — не важно, уваровские были в фаворе. Однако авиация живет не полетами едиными. Сейчас требования иные: каждый офицер должен быть не только высоко- подготовленным профессионалом, но и умелым воспитателем. — Помню,— рассказывал Булгаков,— б части удивились одному назначению. «Такой выбор вряд ли можно назвать правильным,— говорили отдельные авиаторы.— Посмотрите, сколько у нас командиров экипажей, поседевших на этой должности. Хоть сейчас на эскадрилью ставь. А отрядным сделали человека, который прослужил совсем немного». Не скрою, подобные рассуждения меня и настораживали, и огорчали. Во- первых, его кандидатуру поддержали все коммунисты эскадрильи. Во-вторых, речь шла об офицере, принявшем мое подразделение. Нельзя сказать, что оно было трудным, но недостатки имелись. На них и сосредоточил он свое внимание. Любое, самое незначительное нарушение стало предметом взыскательного разговора. Причем идет он в доброжелательном тоне, без накачек и нравоучений. Молодой руководитель умеет подойти к людям, опереться на актив. В полную силу заработала партийная группа. Коммунисты регулярно бывают в кубрике, за ними потянулись офицеры-комсомольцы. Летчики, штурманы, техники стали ближе к матросам, что не могло не отразиться на их настроении, достижениях коллектива. Словом, человек на своем месте, и это радует. — А чем запомнились первые шаги в новой должности вам? Подполковник улыбнулся: — Тем, что «подмочил» репутацию отличной эскадрильи: по моему настоянию было наказано несколько офицеров; кривая взысканий поползла вверх. — Не перетянуть бы гайку,— советовали «доброхоты». — Не перетянем,— отвечал командир. А наказывали людей за дело: опоздал на службу старший лейтенант Н. Патрашин, плохо организовал работу на предварительной подготовке капитан А. Гвоздев, нарушил дисциплину на занятии лейтенант И. Строганов, отсутствовал на подведении итогов капитан В. Попов. Вроде проступки незначительные. Но совершили их офицеры — воспитатели. Командир эскадрильи не боялся, что его начнут «склонять» на собраниях и совещаниях. Упрямо держался этой линии. Так же учил работать командиров отрядов, экипажей, начальников групп. На предшественников не кивал и ничего не скрывал. Провинился — получи. Да принародно, дабы другим неповадно было. Здесь, считает он, самое важное— профилактика, помощь младшему в наведении порядка. Служит в эскадрилье командир экипажа майор В. Кузьмичев — старательный, исполнительный летчик. Но дисциплина его подчиненных оставляла желать лучшего. Однако Кузьмичев никого не наказывал, ограничивался беседами с нарушителями. Булгаков с ним и так и этак. Не получалось. «У меня,— говорил майор,— своя методика воспитания». «Методика методикой,— думал командир подразделения,—но есть и другие причины, мешающие коллективу обрести почву под ногами». \£36
Стал разбираться. Экипаж этот сравнительно молодой. Мол, на ответственное задание его не пошлешь, назначать туда можно специалистов послабее. Так и делали. Булгаков усилил экипаж, начал ставить ему более сложные задачи. Чтобы решать их в дальних полетах над океаном, приходилось много трудиться. А когда человек занят, да еще видит перспективу, он невольно подтягивается. В каждом из нас живет стремление не ударить в грязь лицом, не оказаться хуже других. Вот на этом и сыграл командир эскадрильи. Да и Кузьмичев изменил свою «методику» воспитания. — Цель перестройки,— рассуждал подполковник Булгаков,— улучшить состояние дел на каждом участке. Сдвиги есть. Повышаются качество и эффективность боевой подготовки, организованность. Значит, и боевая готовность. Реальнее выглядят задачи, которые по- 5 лучаем от старших начальников. Но повода для самоуспокоения нет. Редко действуем в условиях, максимально приближенных к боевым, отрабатываем приемы уклонения от атак истребителей «противника». Дескать, раскроем их. Однако можно использовать для этого самолеты, привлекаемые для ПВО флота. Кстати, моему, да и другим экипажам не раз доводилось встречаться с иностранными перехватчиками и уходить от них... Нет четкого перечня того, что летчик должен знать и уметь. В результате уйма времени тратится на освоение тем и дисциплин, которые практически не нужны. А взять вопросы взаимодействия. Здесь дело доходит до курьеза. Моряки слабо представляют наши возможности, авиаторы — их. Кроме того, пользуемся разными картами. Просим, чтобы дали морские. Тогда точность определения места целей резко возрастет. Отвечают: «Не положено». ' — В части,— продолжал Булгаков,— ведется борьба со всем, что мешает перестройке. Однако старые стиль и методы работы живучи, не сдают позиций... Бытует выражение: командир за все в ответе. Вот и приходится думать, чтобы и в казарме был порядок, и самолеты находились в строю, и классы блестели, и все в них крутилось-двигалось. А где, к примеру, достать нужные материалы и детали, краску? На базу надежда плохая. Вызывает тревогу командира и выучка младших авиационных специалистов. Некоторые из них имеют самое смутное представление о своей профессии. Таких людей приходится обучать заново. Но и здесь без накладок не обходится. Случается, идут занятия, и вдруг вводная: выделить столько-то матросов для выполнения срочного задания. А время-то необратимо. Сроки становления новичков затягиваются, на старослужащих, прапорщиков и офицеров ложится дополнительная нагрузка... Как мне сказали в штабе части, командир эскадрильи и его заместитель по инженерно-авиационной службе майор В. Радов тонко чувствуют обстановку, умело маневрируют людьми, сосредоточивая их на главном, решающем направлении. Допустим, образовался затор на одном из участков технологической цепочки обслуживания самолетов, его усиливают опытными специалистами. Написал все это и подумал: получается, Булгаков почти идеальный человек. А как характеризуют его те, кто постоянно рядом с ним. — Недостатки? — переспросил меня заместитель командира по политической части майор В. Харченко.— У кого их нет. Бывает, заупрямится, порой вспылит, особенно если в полете ненароком помешаешь переговорам с КДП. А так — выдержан, справедлив. Летчики его уважают, любят, когда Булгаков их вывозит или контролирует. Да и для остальных он большой авторитет. Примерно то же сказали о Булгакове секретарь партбюро майор Е. Кузнецов, другие авиаторы. Кстати, коммунисты подразделения задают тон в боевой учебе, социалистическом соревновании, поддерживают благоприятный микроклимат. Людей в эскадрилье много, ладить со всеми непросто. Один жалуется на частые командировки, другой — на плохие жилищные условия, третий просится в отпуск, когда полеты в разгаре и т. п. Начальнику воздушно-огневой подготовки майору Ю. Ефимову спланировали отпуск зимой. А его родители собрались в июле справлять золотую свадьбу. Предполагая, что Булгаков может заартачиться (приближались летно-так- тические учения), Ефимов обратился к партийным активистам: «Побеседуйте с командиром, подготовьте почву». Те
посовещались: причина уважительная. Поговорили с Булгаковым, посоветовали, как лучше выйти из положения. И хотя обстановка была напряженной, майору предоставили отпуск. — Поначалу,— продолжал Харчен- ко,— Булгаков все старался сделать сам. Но ведь никому такое не под силу. Конечно, что-то не получалось. Командир нервничал. Однажды даже нашумел на дежурного по МТО: тот обещал предоставить машину, чтобы отвезти личный состав с аэродрома в столовую, но не выделил. А путь до гарнизона и обратно не близкий. Подобные неурядицы случались и раньше. Решили: надо командиру помогать активнее. Секретарь партбюро, еще несколько коммунистов и я встретились с представителями руководства базы. Речь шла о недостатках в обслуживании подразделений: нарушениях графика подачи спецмашин и т. п. Те пытались отговориться, ссылались не нехватку техники. Но все же резервы нашли. Выделили для нас отдельную автороту. Положение улучшилось. Однако бить в литавры рано. И теперь время подготовки самолетов порой затягивается... Булгаков своими ближайшими помощниками тоже доволен. Майор Хар- ченко — военный штурман 1-го класса, инструктор по всем видам полетов. На политработе три года. Многое сделал, чтобы эскадрилья не только стала отличной, но и удержала это звание. Майор Радов — опытный, думающий" инженер, толковый организатор. По его инициативе, например, место специальной учебы авиаторов перенесли из классов на самолеты. Правда, ершист. Но это, по мнению командира, даже хорошо. Ведь в спорах рождается истина.. Заместитель Булгакова майор Ш. Энтентеев в должности недавно. Окончил специальные курсы, где совершенствовал мастерство. Быстро вошел в строй, много летает как инструктор. Что можно зачислить в его актив еще? Привел в порядок летную документацию, методические разработки и т. п. Начальник штаба эскадрильи майор В. Кутуков —тоже из новичков. Энергичен, расторопен. Однако бывают и сбои — не хватает опыта. Трудятся все они дружно, старательно, и это дает желаемые результаты. В подразделении 65% боевых расчетов и групп возглавляют мастера военногю дела, 80% командиров и штурманов экипажей — специалисты 1-го класса. Среди лидеров соревнования офицеры В. Бедов, Н. Мерцалов, С. Князев, А. Чумаков, П. Коваль, О. Комаров, Н. То- пильский, Н. Войков, П. Дидушок, В. Лаврентьев, О. Карманов, прапорщики В. Петрачков, А. Богданов. По. итогам минувшего учебного года подразделение вновь названо в числе лучших, а подполковник Булгаков недавно награждён орденом Красной Звезды. Так отмечены успехи молодого командира эскадрильи, его вклад в перестройку. «КАЮТ-КОМПАНИЯ... ПРОСИТ.... УСПЕШНОЕ выполнение задач, стоящих перед военным кораблем, во многом зависит от морально-психологического состояния экипажа. Значение человеческого фактора сегодня понимают все командиры и политработники. Отдохнуть после вахты, снять нервное напряжение, почитать любимую книгу, посмотреть кинофильм или обсудить с товарищами интересные вопросы необходимо каждому офицеру. Одним из мест на корабле, где можно это сделать, как известно, является кают-компания. Ее традиции влияют на создание своеобразной атмосферы флотского товарищества, помогают духовному общению людей, их сближению. Контр-адмирал В. ДЫГАЛО, кандидат военно-морских наук Традиция морских офицеров принимать пищу и проводить свободное от вахт время на корабле в обществе сослуживцев своими корнями уходит в эпоху парусного флота. Еще в начале XVIII в. на кораблях британского флота, в их кормовой части, над ахтерлюком (где хранились запасы провизии и вина) находилось большое помещение, куда выходили двери офицерских кают. Оно называлось «wardrobe» (гардероб) и предназначалось для хранения ценных трофеев, взятых на захваченных в морской войне неприятельских судах в качестве так называемых призов. Если таковых не имелось, помещение служило офицерам 38
столовой. В конце XVIII в. захват «призов» стал более редким явлением, и оно- окончательно закрепилось как место общего столования офицеров, переименованное в «wardroom» (кают-компания). На кораблях русского военного флота кают-компания с общим столом появилась в середине XVIII столетия. До этого слуги офицеров, чаще из числа собственных крепостных, готовили им пищу как умели, толкаясь и переругиваясь в тесном судовом камбузе, жалуясь друг на друга, из-за чего возникали конфликты между офицерами. Кроме того, у богатых и продукты были получше, что вызывало недовольство и раздражало менее состоятельных. Тогда-то и появилась кают-компания. В эпоху парусно-парового флота на кораблях всех типов — фрегатах, корветах, клиперах, а позже и на крейсерах эти помещения, по существу, мало чем отличались одно от другого. Об этом говорится в «Морских рассказах» и повести «Вокруг света на «Коршуне» К. Станюковича, и в путевых очерках «Фрегат «Паллада» И. Гончарова. На этих кораблях тоже была кают-компания, расположенная по старому морскому обычаю на корме. С появлением во второй половине XIX в. броненосных кораблей и возникшей необходимостью сберегать на них каждый квадратный метр площади для размещения боевых систем кают-компании, особенно на легких крейсерах и эскадренных миноносцах, сменили месторасположение и во многом потеряли свой традиционный вид. Обобщенно и собирательно кают-компанией называлось сообщество офицеров-моряков одного корабля, спаянных морскими обычаями и традициями в коллектив единомышленников, посвятивших себя общей цели — защите на морях и океанах интересов своего Отечества. На рубеже 20—30-х годов нашего века, когда флот потерял свою былую самостоятельность, кают-компания стала именоваться — столовая начсостава. И только в конце 30-х было возвращено прежнее название. Такой взгляд на кают-компанию в основном сохранен и в настоящее время. Согласно Корабельному уставу ВМФ СССР кают-компания «должна служить местом тесного общения офицеров и культурным центром, способствующим воспитанию офицеров в духе идей Коммунистической партии Советского Союза, передовой советской военной науки, выработке единых взглядов на вопросы ведения морского боя, боевой и политической подготовки и организации службы корабля» К Передовые адмиралы-флотоводцы нашего Отечества Ф. Ушаков, М. Лазарев, П. Нахимов, С. Макаров придерживались общих взглядов на корабельную кают-компанию. Сплоченность и единство кают-компании характеризуют состояние дисциплины флота в целом, тогда как сама дисциплина — это сумма многих составных элементов, выражаемая одним словом — подчинение; церемониал — цехмент дисциплины, а традиции и обычаи — ее фундамент, соблюдение обычаев и церемоний есть создание духа подчиненности. Он всегда царил в кают-компаниях русских боевых кораблей. Причем в его воспитующей форме, где основой являлись глубокое уважение младших к старшим, высокая оценка их опыта и ратного мастерства. Приведем лишь некоторые правила поведения в кают-компании того времени. По установившемуся морскому обычаю офицеры рассаживались за столом строго по старшинству. Во главе стола — старший офицер, справа от него — следующий по рангу, слева — старший инженер-механик. Затем шли старшие специалисты, после них также по воинским званиям — младшие специалисты, вахтенные начальники2, вахтенные офицеры и механики. Такое размещение создавало атмосферу уважительности и субординации, выделяло «старший» и «младший» концы стола. Это позволяло старшему офицеру наблюдать обстановку и, если понадобится, опереться при возникавших застольных разговорах на мнение старших специалистов. Право распределять места в кают-компании и поныне принадлежит старшему помощнику командира. Особой заботой старшего офицера, который по укоренившейся на флоте традиции считался хозяином корабельной кают-компании, было создание среди офицеров особого микроклимата, установление в ней духа товарищества. Эта сплоченность во многом обеспечивала победу в бою, способствовала успешному решению задач, стоявших перед экипажами. В условиях современного быстротечного морского боя дух товарищества, моральный фактор приобретают еще большее значение. В формировании этих качеств и доброжелательных взаимоотношений между офицерами роль старшего помощника еще более возрастает. Поэтому неспроста морской устав во все времена объявлял председателем кают-компании, ее хозяином именно старшего офицера. «Первенствующим лицом в кают- компании,—говорится в Корабельном уставе ВМФ СССР,—является старший помощник командира корабля...» 3. Поэтому на должность хранителя и ревнителя морских традиций необходимо назначать офицеров, обладающих глубокими военными знаниями, мастерством, любящих корабельную службу и преданных ей, являющихся активными поборниками уставных требований и порядка. Недаром флотская мудрость гласит: каков старший офицер, такова и кают-компания, какова кают-компания, таков и экипаж. Она не потеряла своего значе- 1 Корабельный устав Военно-Морского Флота GCCP. — М.: Воениздат, 1979. — С, 210. 2 На кораблях русского военного флота вахтенный начальник — лицо командного состава, правящее вахтой. Вахтенный офицер являлся помощником вахтенного начальника. 8 Корабельный устав Военно-Морского Флота СССР. — С. 210. 39
ния и сегодня. Бывалый моряк всегда заметит, что многие боевые корабли хотя и принадлежат к одному классу или типу, но все-таки чем-то отличаются. Понять это можно, побывав в их кают- компаниях. Есть корабли, где она содержится в образцовом состоянии, где создана атмосфера демократизма, например на крейсере «Мурманск», ВПК «Адмирал Макаров». Здесь не услышишь плац-парадного обращения по зва. нию или формального — по должности и фамилии, а сохраняется уважительное обращение по имени и отчеству старших к вчерашним выпускникам и доверительное — молодых офицеров к своим наставникам. Это пробуждает обостренное чувство равной ответственности за корабль, дела коллектива, понимание необходимости твоей службы для экипажа, стремление не уронить его честь. В этом корабельном центре общения можно поговорить на любую тему, высказать свое мнение, услышать точку зрения командира, а он в свою очередь узнает, чем живут подчиненные. Моряки любят проводить свободное время в общении с сослуживцами. На отдельных кораблях обстановка в кают-компании иная — сюда просто приходят на прием пищи и собрания. Там обед, как правило, проходит молча; слышен только стук приборов, прерываемый порой лишь «ценными указаниями» и замечаниями начальства. Такое помещение хочется быстрее покинуть. Обычно на подобных кораблях постоянно что- то не ладится, они всегда числятся в отстающих. Чаще всего на них старшие помощники — случайные люди, попавшие на эту высокую должность по причине кадрового просчета. Понимая под кают-компанией единый офицерский организм, спаянный духом высокого товарищества и преданности родному кораблю, командиры кораблей, рассылая визитные карточки или приглашения, как правило, писали на них следующее обращение: «Кают-компания крейсера «Минин» просит...» или «Командир и кают-компания крейсера «Ас- кольд» просит...» Прекрасное чувство общности и неразделимости устремлений в этих словах! И сегодня, как и в давние годы, командир корабля, приглашая в соответствии с военно-морским протоколом на борт гостей, рассылает им визитные карточки, в которых начертано: «Кают-компания... просит...» Слово—фронтовику! С БОЕВОГО КУРСА НЕ СВОРАЧИВАЛИ Г/'ОГДА-ТО мне думалось: стоит взять * V. перо, сесть за стол — и на чистый лист бумаги выплеснется все, накопившееся в душе. Это заблуждение явилось одной из причин, помешавших мне по свежей памяти записать многое из пережитого в годы войны. Прошла молодость, а с нею и вера в неувядаемость чувств. Теперь знаю — они не вечны. Сердце — не кладовая радостных и горестных переживаний. И все же попытаюсь рассказать о фронтовых буднях, о том, что ощущал в момент торпедной атаки, что помогало бороться и побеждать. Хорошо запомнился один из вылетов на торпедометание. Глядя на высокие белые фонтаны, поднимавшиеся перед самолетом при сближении с целью — там, где в зеленоватую балтийскую воду вонзались крупнокалиберные вражеские снаряды, — испытываешь какое-то странное, если можно так выразиться, тревожное спокойствие. Необыкновенно Автор — активный участник Великой Отечественной войны, служил в 1-м гвардейском минно-торпедном полку ВВС БФ. Полковник в отставке А. ПЯТКОВ, заслуженный военный летчик СССР ясно понимаешь необходимость, вернее, неотвратимость происходящего: «Надо точно сбросить торпеду и уничтожить изрыгающий смертельный огонь корабль». Казалось, из-за огромного нервного напряжения сил хватит лишь на то, чтобы выдержать высоту бреющего и боевой курс. Но... как бы попутно замечаешь и мелькающие под крылом пенные барашки волн, и показания приборов, и увеличивающуюся с кинематографической быстротой цель. Урывками следишь за секундной стрелкой бортовых часов. Она ползет чересчур медленно. Терпение — на пределе. Но вот вспыхнули сигнальные лампочки. Все три одновременно — красная, желтая, зеленая. Это штурман Евгений Шевченко доложил: «Торпеда сброшена!» Освободившись от тысячекилограммового груза, машина стала легкой и послушной... С помощью руля поворота и элеронов создал небольшое скольжение, чтобы обмануть вражеских зенитчиков. Они расцветили небо яркими светящимися трассами. Огненные нити мчат навстречу: кажется, вот-вот вонзятся в хрупкий дюраль фюзеляжа.
Пролетая над кораблем, увеличил газ" до полного, взял штурвал на себя, начал набирать высоту, продолжая скользить: попеременно нажимал ногами на педали руля поворота. Об исходе атаки старался не думать. Но в голове стучало: неужели мимо? Наконец в наушниках раздался чуточку хриплый ликующий голос стрелка-радиста Володи Фиш- мана: «Торпеда попала в корму!» Круто развернулся влево, чтобы увидеть результаты удара. Высокий черный столб дыма над тонущим кораблем перечеркивал зеленовато-голубое пространство моря и неба. В квадратном окошечке, соединяющем Штурманскую кабину с моей, появилось улыбающееся, мокрое от пота лицо Шевченко. Не говоря ни слова, одними лишь взглядами поздравили друг друга с победой... За время войны мне довелось выполнить около двухсот боевых вылетов. И только шесть — на торпедометание. Три из них успехом не увенчались. В первом случае торпеда прошла под килем десантной баржи, во втором не попала в цель, в третьем утонула сразу после сбрасывания. Причину первой неудачи определить легко: глубина хода торпеды не соответствовала осадке баржи. Второй — труднее: «промазать» можно и по вине штурмана — плохо прицелился, и по вине летчика — отклонился от боевого курса. Третьей — совсем сложно. В подобных случаях экипаж кивал на наземных специалистов, дескать, торпеда с дефектом, а те — на нас. Мол, не выдержали скорость или высоту полета. Из трех успешных атак одна выполнена в группе. Наше звено, ведомое гвардии майором Александром Дроздовым, атаковало в Финском заливе сторожевой корабль. Тот, оставляя за кормой мощный бурун, пытался уклониться, яростно отстреливаясь. Мы с Юрием Бунимо- вичем зашли на цель с левого борта, Дроздов — с правого. Маневр вынудил фашистов рассредоточить огонь. Но нам легче не стало. От катеров, сопровождавших сторожевик, в сторону ДБ-3 потянулись разноцветные пунктиры от зенитных автоматов и крупнокалиберных пулеметов. Мы выдержали боевой курс и сбросили торпеды с близкой дистанции. Резко накренив машину вправо, чтобы скорее пристроиться к ведущему, я увидел не только самолет Дроздова, но и окутанный дымом сторожевик. Высоко задрав корму, он тонул. Чей экипаж отправил его на дно? Этот вопрос никого не волновал. Немного погодя в наших летных книжках было записано, что задание выполнено успешно. Полет на торпедометание — один из самых трудных видов боевой деятельности. Вот почему летом 42-го наша эскадрилья, которой командовал гвардии майор И. Борзов, стала своего рода академией. Прежде чем идти в море на поиск вражеских кораблей, здесь тщательно отрабатывались наиболее эффектив- ные способы нанесения ударов. Изучив теорию и атаковав учебной торпедой быстроходный катер-мишень на тихом лесном озере, служившем нам полигоном, молодые летчики добивались успеха нередко в первом же боевом вылете. Вместе с Борзовым новичков учили Александр Пресняков, Аркадий Чернышев, Петр Стрелецкий. На смену им пришли А. Подъячев, И. Васин, И. Головчан- ский и другие признанные асы. Учили не только тактике, но и отваге, дерзости, умению идти на оправданный риск, тому, как хранить и приумножать фронтовые традиции. Традиции гвардейского полка родились в лихих торпедных атаках. Преодолевая бешеный огонь зениток, экипажи сбрасывали смертоносный груз с минимальной дистанции, чтобы наверняка уничтожить цель. В одном из таких полетов Петру Стрелецкому пулеметная очередь раздробила кость левой ноги. Кровь брызнула на пол кабины, но он с боевого курса не свернул. И лишь уничтожив гитлеровское судно, Петр подумал о себе: перетянул ногу ремешком от планшета. И в таком состоянии довел изрешеченную осколками снарядов машину до аэродрома. Не всем из нас повезло. Судьба некоторых не вернувшихся с заданий однополчан до сих пор неизвестна. Вспоминаю темпераментного, энергичного Аркадия Чернышева, спокойного, даже немного флегматичного Павла Колесника, мечтательного и простодушного Василия Пушкина. Никто не знает, при каких обстоятельствах они погибли. Вероятно, их сбили. Но кто и когда? Корабельные зенитки в момент нанесения удара или «мессершмитты» при возвращении домой? На эти вопросы ответов нет... В моей старой летной книжке сохранилась запись: «11 января 1942 года — поиск экипажа Преображенского». Дело было так. В ночь с десятого на одиннадцатое января полк бомбил крупный железнодорожный узел в тылу врага. Удалось поджечь несколько эшелонов с горючим и боеприпасами. Вернувшись с задания, мы, радостные, возбужденные, готовились к повторному вылету. В морозном воздухе трещали пробные пулеметные очереди. На заиндевелых корпусах бомб оружейники писали «послания» Гитлеру в духе письма, сочиненного запорожцами турецкому султану. Время от времени темноту пронзал голубой луч посадочного прожектора. Сверкая дисками винтов, самолеты садились на уплотненный тракторными волокушами снег аэродрома. По узкой тропке, соединявшей наш капонир с командным пунктом, быстро шел Женя Шевченко. Не доходя шагов пятидесяти, скрестил руки над головой, что означало: вылет отменен. Подойдя ближе, произнес: — От командира полка принята радиограмма: «Подбит зениткой, иду на вынужденную...» Затем сказал, что несколько экипа- 41
Отважно сражались с фашистами летчики-гвардейцы И. Головчански*, И. Васин и А. Прдъячев Рис А. Скрябина жей, в том числе и наш, с рассветом полетят искать Преображенского. ...Взлетели с восходом солнца. Выделенный нам участок находился восточнее Октябрьской железной дороги, в районе линии фронта. Мы «прочесывали» местность на бреющем, галсами. Под крылом проносились вершины еосен и елей в снежных шапках. Хвойный лес перемежался березовыми рощами. Черные пятна на стволах берез действовали на меня угнетающе. Эти деревья зимой напоминали о мертвой белизне человеческих скелетов — чудовищной продукции войны. Время от времени пролетали над лесными завалами и просеками. Изуродованные стволы свидетельствовали: здесь поработала артиллерия. Встречались поляны в извилистых морщинах траншей. Иногда видели людей в маскировочных балахонах. На наше появление они реагировали с запозданием — трассы огня зенитных автоматов оставались за хвостом самолета. Кто стрелял? Выяснять было некогда. Мы продолжали облет участка. Четыре часа, проведенные в воздухе, оказались безрезультатными. Другие экипажи тоже ничего не обнаружили. Жаль было пропавших боевых товарищей: и Евгения Николаевича Преображенского, и Петра Ильича Хохлова, бессменного его штурмана, и Егора Логинова, стрелка-радиста, полетевшего в тот раз вместо заболевшего Владимира Кротенко. Но особенно щемящая жалость пронизывала сердце при мысли о гибели юного воздушного стрелка Вити Алексеева. Тяжесть потери усиливалась тем, что он был не только храбрым человеком, но и одаренным музыкантом. Однажды к нам приехала бригада ленинградских артистов; в ее составе находился семнадцатилетний баянист, который с разрешения своего руководителя попросил Преображенского «записать его в полк». Тот согласился, определив музыканта в свой экипаж. Изучив пулемет и выполнив несколько практических стрельб в тире, Алексеев стал полноправным членом коллектива. Вскоре в одном из боевых вылетов новичок первой же очередью сразил «мессершмитт». В часы отдыха он увлеченно играл на баяне. Жизнерадостные марши, волнующие вальсы, теплые мелодии любимых песен брали за душу, наполняли сердце щемящими чувствами. Мечталось о чем- то светлом, дорогом. Хотелось жить» любить... Это чудесное настроение нередко нарушалось командой: срочный вылет! Из общежития на аэродром и обратно нас возил старенький, дребезжавший всеми своими железками автобус. Мы называли его «голубой антилопой». Витя обычно сидел впереди. «Штатные» певцы — Дима Котов, Витя Чванов, Коля Смирнов — заводили что-нибудь веселое, озорное. Алексеев аккомпанировал. Да так зазывно, что каждому хотет лось присоединиться. Особенно весело пели после успешного вылета. А капитан Николай Комаров, помощник начальника штаба полка, умудрялся даже плясать на шатком полу катящейся по ухабистой дороге машины. Но бывало, возвращались молча. Когда погибали товарищи. Боевые потери... Слова из военного лексикона. Как их воспринимали мы, оставшиеся в живых? Черные шлейфы, тянувшиеся за са* молетами Петра Игашова, Алексея Серебрякова, Вениамина Тяжельникова и многих других однополчан, свидетельствовали: все, тут никаких надежд. Нд если экипаже погибал без свидетелей и в рапорте отмечалось: «не вернулся на базу», то в еознании жило неопределенно- расплывчатое: а вдруг? Неловко сознаваться, но даже сейчас, спустя сорок с лишним лет", мечтаю о №
встрече с Михаилом Русаковым, Иваном* Финягиным, Василием Ребриковым... Мысленным взором вижу всех, кто не возвратился тогда, молодыми, сильными^ Здоровыми. В дуще такое чувство, будто они не погибли, а продолжают с£$ой веяный полет. ...Три дня кряду шесть самолетов p3 летали над заснеженными лесами, , болотами, но так ничего и не К исходу четвертого на КП пол- щ. раздался телефонный звонок. Неизвестный связист ^орбщил: «В районе ~'~а#ой Вишеры . спасены потерпевшие морские.летчики». скоре флагманский экипаж доставили на аэродром, Витя Алексеев рассказал #Щ обо всем, что видел, слышал, чувствовал в ту ночь. Через несколько секунд после сброса бомб самолет резко тряхнуло волной от разорвавшегося вблизи зенитного снаряда. Видимо, один из его. осколков угодил в правый мо^ тор — он отказал. Преображенский сумел, удержать ДБ-3 от крена. Но сохранить высоту не удалось. Наверное, и левый мотор был поврежден. Машина пошла к земле. Командир предупредил: «Иду: на' вынужденную!» Тревожные минуты снижения. Свист воздуха при выпуске посадочных щитков. Треск ломаемых сучьев. Скрежет обшивки фюзеляжа при посадке. И — тишина. *К счастью, обошлось без пожара. «Потому, что полковник еще в воздухе перекрыл бензобаки», — Витя е уважением, более того, с гордостью подчеркнул предусмотрительность Преображенского, Уважительность, вежливость, чуткость были отличительными чертами характера младшего сержанта Алексеева. Выдержка и спокойствие этого похожего на героя русских сказок белокурого и голубоглазого юноши действовали на нас облагораживающе. Возле него мы становились чище душой, мужественнее, нетерпимее и сбоим и чужим недостаткам. Я неоднократно замечал, что в присутствии Вити хвастуны прикусывала язык, сквернословы немели. Евгений Николаевич относился к но- ййчку как отец к сыну. Перед каждым вылетом тщательно проверял его экипировку: тепло ли одет, по размеру ли подобраны меховые рукавицы и унты? После памятной вынужденной посадки они "летали без особых неприятностей (если не считать осколочных и пулевых пробоин, обнаруживаемых техниками в машине после возвращения). , -Когда Преображенского назначили командиром дивизии, он, естественно, поднимался в воздух не так часто, как прежде» Стрелок загрустил. «Муторно на душе, -— признался он мне. — Все ух-одят. в полет, а я остаюсь на земле. На меня такое находит — даже баян не спасает». ' Вскоре Алексеев добился разрешения летать в составе других экипажей. Однажды, зайдя на КП, я почувствовал: случилось что-то непоправимое, Капитан"' Комаров тихо произнес: «Не вернулся экипаж Николая Бушихина. Там — Витя». Мы ехали с аэродрома, тяжело переживая случившееся. В автобусе — гнетущая тишина. По нашим предположениям самолет был сбит над Финским заливом. Каждый понимал: надежды на спасение нет. Вода в заливе была покрыта ледяным крошевом — накануне бушевал шторм. Даже если кому-то удалось выпрыгнуть с парашютом, он умер бы от переохлаждения. За окошками мелькали посеребренные февральским снегом голые кусты и деревья. Вскоре показалось наше общежитие. Автобус остановился. Шофер отрыл дверь, но мы выходить не торопились. Все молча смотрели на синий потертый футляр, где лежал баян... Баян отдали начальнику связи полка гвардии старшему лейтенанту Анатолию Иванову. Но его игра не вызывала в душе былых чувств радости и восторга. Мало того — извлекаемые им из осиротевшего инструмента звуки действовали на меня угнетающе. Подавленное состояние тех дней явилось одной из причин казуса, о котором, думаю, следует рассказать. После гибели экипажа Бушихина погода резко испортилась. Полеты отменили. В один из таких дней к нам приехали шефы. Сперва, как обычно, состоялась официальная часть встречи, затем — товарищеский ужин. Всем сидевшим за более чем скромной трапезой налили по стопочке водки. Я тоже осушил ее, чего раньше никогда не делал. Немного позже в уютной гостиной общежития раздались веселые звуки старенького пианино и баяна. Когда вечер был в разгаре, послышался телефонный звонок. Недавно назначенный вместо Преображенского командиром полка гвардии подполковник Николай Васильевич Челноков поднял трубку. Все притихли: знали, что аппарат напрямую связан с КП штаба ВВС Балтфлота. — Да... Нет... — неуверенным тоном отвечал он кому-то. После длинной паузы Челноков положил трубку. Обвел глазами гостиную. Увидев начальника штаба полка гвардии майора Д. Бородавку, кивком пригласил его подойти, о чем-то тихо с ним посот ветовался. Затем громко произнес: — Экипажу Пяткова — вылет! Почему боевое задание было приказано выполнить именно мне? По единственной причине: командование знало, что я не пью. Моя репутация трезвенника была выше всяких подозрений. Разрушить столь лестное мнение о своей особе, разумеется, не осмелился. Через пять минут «голубая антилопа», прыгая по булыжникам шестикилометровой дороги, везла нас на аэродром. Тот полет, видимо, никогда не забуду. Впившись глазами в специально выставленный на границе аэродрома фонарь «летучая мышь», с трудом выдержал направление разбега. После отрыва
и набора еысоты взял курс на исходный пункт маршрута. Пилотированию мешали сильная «болтанка» и низкая облачность, о чем предупреждали метеорологи. Но больше всего — затуманивший голову алкоголь. Это был первый и последний в моей жизни полет, совершенный в таком состоянии. Через пять часов, выполнив боевое задание, мы благополучно вернулись домой. Вспоминается л другое неожиданное, точнее говоря, необычное задание, которое довелось выполнить экипажу. Тут считаю уместным привести выдержку из книги «Балтийцы сражаются», автор которой адмирал В. Ф. Три- буц посвятил мне несколько строк. Напомнив, что зимой 1942—1943 гг. разведка обнаружила на подходах к Хельсинки ледоколы, адмирал продолжал: «Было совершенно ясно: готовились к приему конвоев из Балтийского моря. Предстояло срочно заминировать обнаруженный фарватер. Для выполнения этого задания полк выделил десять экипажей ночников, каждый с двумя магнитными минами. Учитывая, что Хельсинки был прикрыт мощной зенитной артиллерией, командир поручил летчику Алексею Захаровичу Пяткову отвлечь на себя огонь зенитной артиллерии...» х. Далее описывались действия авиаторов. Свой рассказ о событиях той ночи Трибуц закончил словами: «Все внимание вражеских зенитных батарей было привлечено к одному Пяткову, а в это время десять самолетов-миноносцев делали свое дело...» 2. Запомнился разговор с экипажем перед тем вылетом. Получив указания, мы шли от КП к стоянке напрямик: луна старательно освещала фронтовой аэродром. — Значит, люди будут ставить мины, а нам доверено «жужжать»? — с ноткой обиды в голосе спросил меня Евгений Шевченко. Хотел ответить штурману, что приказ есть приказ. Но не успел. Сделал это секретарь партийной организации эскадрильи Володя Фишман. — Думаю, рассуждать тут нечего. А чье задание сложнее, ответственнее — сказать трудно... У самолета нас встретили техник- лейтенант М. Дивак и матрос В. Кудрявцев, последний в качестве люкового стрелка вместо заболевшего сержанта И. Королева. Подумалось: не повезло. Ведь Кудрявцев совсем еще молодой, в полку служит всего три недели. Взлетели в назначенное время. На маршруте видимость была отличной. Изрезанный шхерами берег Финляндии выглядел как на фотографии. — До цели — тридцать минут, — напомнил штурман. Приближался наиболее ответственный этап. — Позади слева — разрывы снарядов, — доложил Фишман. 1 Трибуц в Ф. Балтийцы сражаются.— Калининградское кн. изд-во, 1975. — С. 247. 2 Там же. — Подходим, — отозвался я. — Будьте внимательнее! - . Перед глазами вспыхнули лампочки сигнализации: начался боевой курс. Под нами лежали знакомые по аэрофотоснимкам портовые причалы, здания складов и казарм военно-морской базы. Огонь вела лишь одна батарея. Видимо, зенитчики выжидали, не хотели раскрывать местоположение объектов ПВО. Сбросив стокилограммовую фугаску, развернулись и снова легли на боевой курс. Теперь нас встретили по-иному. Вспыхнули и заметались в ночном небе лучи прожекторов. К самолету понеслись огненные трассы. Время от времени снаряды разрывались совсем близко, и тогда в кабину проникал запах взрывчатки. Выполнили третий заход... пятый... девятый... После каждого вниз летела бомба. Казалось, кружимся над полыхающей прожекторными лучами, стреляющей из всех орудий, переполошившейся вражеской базой целую вечность... Наконец, десятый заход. И тут внезапно все изменилось. Умолкли зенитки. Переместились далеко вперед цветные трассы автоматов. Погасли почти все прожекторы. — Командир, — доложил Фишман, — наводят перехватчиков! Оглянулся. Два луча, напоминающие гигантскую букву X, неотступно следовали за нами. Вдруг под левым крылом прошла трасса зажигательных пуль. И раньше, чем она погасла, пророкотал люковый пулемет. Кудрявцев был начеку. Энергично развернул самолет вправо. В голове мелькнуло: как хорошо, что задача решена. — Домой? — спросил я Шевченко. — Нет, еще один... — Евгений! — взмолился Фишман. — Нам было приказано сделать десять за- ходов... — ...И сбросить десять бомб, — добавил штурман. — В последнем машина не удержалась на курсе. Не говоря ни слова, лег на боевой. В наушниках раздался голос Фишма- на: — Командир, Кудрявцев срубил фрица, который атаковал нас. — Почему сразу не доложили? —. не веря собственным ушам, спросил я, — Из-за спора со штурманом не успел. Да и сделать это никогда не поздно... На земле Шевченко первый пожал матросу руку, поздравил с победой. Михаил Дивак тоже похвалил его, но по- своему: — Ежели бы стрелок растерялся, то я, наверное, стал бы безлошадным, — сказал техник и подвел меня к левому крылу. В нем зияли четыре пробоины — результат атаки фашистского летчика. Кудрявцев переминался с ноги на ногу, покраснев, словно девушка. В его глазах светилась радость: он оправдал доверие товарищей...
Ветераны остаются в строю Среди читателей нашего журнала немало адмиралов, генералов и офицеров, закончивших действительную военную службу, но по-прежнему живущих интересами флота. Многие из них являются и активными корреспондентами «Морского сборника». У каждого моряка приходит срок прощания со службой во флоте, но активная связь с ним на этом, как правило, не заканчивается. Практически все находят применение своим знаниям и силам в различных областях. С этого номера редакция открывает рубрику «Ветераны остаются в строю», где будет освещаться общественно полезная деятельность ветеранов флота на благо нашей Родины. О РАБОТЕ МОРСКОЙ СЕКЦИИ ВНО ПРОШЛО более 30 лет с тех пор, как при Центральном Доме Советской Армии была создана Военно-морская секция Военно-научного общества. Первым ее председателем был избран в феврале 1957 г. контр-адмирал Ф. Павлов. Входили в нее в те Годы 8 человек. Задачами членов секции являлись разработка военно-исторических трудов по деятельности Советского ВМФ и иностранных флотов, подготовка материалов с .анализом и предложениями по использованию опыта войн для боевой подготовки сил Военно-Морского Флота. Большой вклад в работу секции внесли активные участники Великой Отечественной войны известные адмиралы В. Андреев, Н. Виноградов, В. Платонов, В. Трибуц, Н. Шибаев и другие, жизненный опыт которых напрямую был связан с огненными милями флота. В настоящее время секция объединяет энтузиастов Военно-Морского Флота, прошедших большой жизненный путь в его рядах. В составе секции 58 человек. Среди них активное участие принимают адмирал флота Н. Сергеев, вице-адмиралы Б. Хомич, возглавлявший бюро секции в течение последних 10 лет, Г. Щедрин и В. Григорьев, капитаны 1 ранга П. Вольский и В. Багров, полковник юстиции Е. Бесков и другие. За прошедшие 30 лет членами секции подготовлено более 130 научных работ, которые были опубликованы. Часть других работ, имеющих практическое значение для наших дней, направлялась в соответствующие центральные органы ВМФ, научно-исследовательские институты и учебные заведения. Наиболее известные из них, например, «Балтийцы вступают в бой», «Балтийцы сражаются», «Организация борьбы с минной опасностью в южной Балтике», «И корабли штурмовали Берлин», «Беломорская флотилия в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.», «Боевая деятельность подводных лодок КБФ в Великой Отечественной войне 1941 —1945 гг.», «Становление и развитие отечественной военно- морской медицины», «Финансовая служба ВМФ» и др. Немало членов секции состоят в различных общественных организациях, активно выступают перед молодежью страны, пропагандируя историю нашего флота, встречаются с иностранными представителями, прибывающими в СССР. Некоторые из них по кругу своих общественных обязанностей поддерживают контакты с различными зарубежными организациями, выезжая за рубеж и принимая гостей у нас в стране. На последнем отчетно-выборном собрании отмечалось, что участие членов секции во всех видах ее деятельности считается руководством Военно-научного общества полезным и необходимым как в целях повышения обороноспособности нашей Родины, так и для оздоровления международной обстановки. Новым руководителем Военно-морской секции ВНО при ЦДСА избран на следующий срок контр-адмирал Б. Кокови- хин. Контр-адмирал в отставке Б. ЯШИН, член Военно-научного общества при ЦДСА
«достоин» И ДОСТОИНСТВА иартийно- ШИШСШ РАБОТА И ВОИНСКОЕ БОСОИТАНИЕ Капитан 2 ранга Л. САВИЦКИЙ НЕМАЛО офицеров одного из подразделений Военно-Морского Флота выдвинуты за последнее время на вышестоящие должности. В числе таких кандидатов был и капитан-лейтенант А. Витрук, командир роты. В пространной партийной характеристике, данной ему коммунистами, много лестных слов: «требовательный», «волевой», «умеет организовать людей» и т. п. Но вскоре оказалось, что капитан-лейтенант А. Витрук при наведении порядка в роте делал ставку на «дедовщину», скрывал от командования нарушения воинской дисциплины в подразделении. В данном случае, а это бывает нечасто, слова начальников «достоин на выдвижение» не подействовали магически на коллектив. Ошибочного назначения не состоялось. Как добиться, чтобы не допускать кадровых ошибок впредь? Надо, видимо, прежде всего создать защитный механизм на пути еще встречающемуся давлению сверху некоторых начальников. С другой стороны, осуждать попытки протекционизма. Ключ, мне кажется, в демократизации внутрипартийной жизни, утверждении честного и результативного ратного труда, борьбе за честный и чистый облик каждого коммуниста-офицера. У нас есть коллективы, где накоплен положительный опыт в этом направления. Можно, в частности, сослаться на подразделение связи, где секретарем партбюро капитан В. Полов. Здесь идет непростой процесс укрепления единоначалия в условиях демократизации флотской жизни, складывается здоровая морально-психологическая обстановка. Тон задает командир капитан 1 ранга Б. Шамарин. Он — мастер военного дела, пользуется большим авторитетом как профессионал и в то же время советуется с людьми, умеет выслушать различные точки зрения своих помощников, создать атмосферу деловитости, партийной заинтересованности при рассмотрении насущных вопросов. Это касается и кадровых проблем. Большую помощь оказывает командиру партийное бюро. На его заседаниях обсуждаются аттестации офицеров, выдвигаемых на вышестоящие должности, направляемых на учебу. Кандидаты, к примеру, отчитались перед коммунистами по таким вопросам: «Твой личный вклад в повышение качества несения боевого дежурства?», «Твоя позиция в перестройке?», «Как ты борешься за честь своего коллектива?» При этом акцент делается на нравственные аспекты. Слова «достоин» и «достоинства» одного корня, органически взаимосвязаны. Кое-где об этом забыли. Время, когда аттестации составлялись под копирку, когда за общими, ни к чему не обязывающими формулировками не видно человека, ушло в прошлое. Утверждение характеристики на партийном собрании, как показывает жизнь, позволяет более полно и правдиво оценить как достоинства, так и недостатки человека, высветить его отношение к делу, избежать ошибочных оценок. Не так давно, к примеру, не согласился с выводами последней аттестации офицерам, несущим боевое дежурство, майор А. Кулаков. Ему указывали на несдержанность, безынициативность. «Причем тут мои личные качества,— возражал офицер,— ведь я мастер военного дела, освоил смежную специальность, веду технический кружок с матросами». Хотя того не требуют документы, командир, посоветовавшись с секретарем партбюро, порекомендовал обсудить аттестацию на открытом партийном собрании отдела. Коммунисту А. Кулакову пришлось признать ее объективность и
прислушаться к мнению окружающих. Может быть, на него оказали давление? Нет. Просто- офицеру его же товарищи сказали правду в глаза. А вот в случае с капитаном В. Подласовым дело обстояло сложнее. Его рекомендовали на учебу в академию. Вскоре офицер обратился с просьбой перевести его в НИИ. Командование части, исходя из интересов службы, отказало В. Подласову, и тогда... посыпались письма в различные инстанции с обвинениями в адрес руководителей, в которых он отводил себе роль борца за справедливость. . Еак же получилось, что хороший специалист, член партийного бюро, пошел по скользкому пути? Произошло все это в коллективе, который второй год отличный. На собрании о ходе перестройки партийной работы капитан не привел ни одного конкретного аргумента в подтверждение своей позиции. Нашлись, правда, у него и сторонники, которые ссылались на демократию. К чести коллектива, коммунисты не пошли на сделку с совестью, на уговоры некоторых начальников отправить его на учебу, от греха подальше. Признав позицию Подласова ошибочной, эгоистичной, коммунисты высказались за более требовательный подход к отбору кандидатов на учебу. Строгий спрос предъявляется в коллективе и к так называемым «середнячкам», в частности к капитану 2 ранга В. Федорову. Не устраивает партийную организацию, что офицер получил низкие оценки за несение боевого дежурства, выше 2-го класса в квалификации не поднялся, служит по принципу «от» и «до», имеет дисциплинарные взыскания. Трудным оказался разговор с В. Федоровым на заседании бюро. Причины просчетов офицера, по единодушному мнению, в желании служить по старинке, в его высокомерии, стремлении личные интересы поставить выше общественных. Коммунист Федоров чурается партийной работы, не пользуется авторитетом у офицеров. В пример ему были поставлены капитаны 3 ранга М. Кошуняев, П. Мароканов, в том числе и его заместитель капитан-лейтенант А. Трушин. Партийное бюро не упускает политическую и теоретическую подготовку офицеров, их идейно-нравственную закалку. Хотелось бы сказать несколько слов о роли партийных организаций в ходе прошедшей аттестации офицеров, мичманов, несущих боевое дежурство. Согласно руководящим документам партийная характеристика для этого не требуется, достаточно учесть мнение секретаря партийного бюро, активистов. А если командир подразделения недавно назначен на должность и не успел изучить подчиненного, его возможности? Объективна ли оценка командира, если данные анкетных опросов, которые проводятся у нас перед собраниями, иногда не совпадают с «мнением». Наконец, все ли члены аттестационных комиссий активно способствуют всестороннему и принципиальному рассмотрению вопросов? Как непросто порой бывает ответить на эти вопросы, свидетельствует случай с аттестацией капитан-лейтенанта А. Капралова. В первоначальном варианте, подготовленном командиром подразделения подполковником В. Масленниковым, говорилось о высокой специальной подготовке, настойчивости офицера в достижении цели, его верности профессиональному долгу, других положительных качествах. Члены аттестационной комиссии в свою очередь дополнили документ, охарактеризовав Капралова как нештатного пропагандиста, отметили умение наладить контакт с комсомольской организацией. Командир части, ознакомившись с мнением комиссии, посоветовал учесть его достижения в спорте, заботу о чести коллектива. Указал и на ряд промахов, допущенных капитан-лейтенантом в последнее время. В итоге появилась аттестация, содержащая объективную оценку политических, деловых, а главное, нравственных качеств офицера. - ■' Справедливая оценка достоинств и недостатков офицеров, мичманов позволяет не только лучше решать сегодняшние задачи, но и заглянуть в завтрашний день, наметить перспективу их роста. При одном лишь условии: если к мнению партийной организации прислушиваются начальники. К сожалению, так бывает не всегда. Можно вспомнить о сдерживании служебного роста старшего лейтенанта Г. Розова, награжденного, кстати, медалью «За боевые заслуги». В настоящее время офицер наконец-то выдвинут на вышестоящую должность. Вопрос вопросов сегодня — улучшение работы с военными кадрами в соответствии с требованиями XXVII съезда партии, январского (1987 г.) Пленума ЦК КПСС. Коммунисты специальных частей усиливают внимание к открытости, гласности, де- мхжратизму в своей деятельности. На первый план выдвигаются нравственные аспекты, усиливается партийный спрос с руководящих кадров. ,47
Беседа за «круглым столом» АВТОРИТЕТ ПОЛИТРАБОТНИКА В решении задач по революционному преобразованию общественной жизни нашей страны ведущая роль принадлежит коммунистам. Именно партия — инициатор перестройки, именно она возглавила процесс обновления. Как обеспечить авангардную роль партийцев в трудовых и воинских коллективах по выполнению решений XXVII съезда КПСС, XIX Всесоюзной партконференции? Как поднять роль и авторитет слова и действия коммуниста, авторитет политработника, серьезно ослабленных в период застоя? Эти вопросы были в центре внимания парторганизаций в ходе отчетно-выборной кампании и сейчас являются одними из важнейших в практике партийно-политической работы. Обсуждению возникающих при этом проблем, имеющегося положительного опыта была посвящена беседа за «круглым столом* с политработниками гарнизона Балтийска. В ней приняли участие: капитан 1 ранга А. Жиров, капитаны 3 ранга Н. Дуненков, А. Королеву В. Королев, А. Осипов, В, Теречка, капитан-лейтенант Ю. Цапуча. На беседе присутствовали и другие офицеры. Известно, что в застойный период немалый урон партийно-политической работе и авторитету политработников нанес разрыв между словом и делом. Как сейчас на практике преодолевается этот недостаток? А. ОСИПОВ. Разрыв между словом и делом наносил урон прежде всего боевой готовности. Поскольку вынуждены были говорить одно, во многих случаях правильное, а в жизни происходило другое, то негативное отношение к лозунгам, лишь провозглашаемым, неизбежно переносилось и на тех, кто их пропагандировал, 1. е. в первую очередь на политработников, как, впрочем, и на других должностных лиц. Это снижало влияние политико - воспитательной работы на достижение конечного результата — качества боевой учебы. Преодоление сложивше- хося стереотипа, когда одни вещают, а другие внемлют, идет еще с трудом. Лично я в работе с людьми испытываю трудности в том, что слова о необходимости высокой боеготовности, дисциплины, воинского мастерства и т. п. остались в общем- то те же, а процесс перестройки методов и способов их достижения еще улавливается не всеми. Да и новую нравственную атмосферу, создавшуюся в коллективах, не все еще почувствовали. Невелики подвижки и в инициативе воинов. Поэтому сохраняется некоторая настороженность, а порой и равнодушие личного состава к нашей пропагандистской работе. Не повторятся ли события прошлого? Не затухнет ли перестройка? Не пойдет ли она по прежней колее — планируем одно, а жизнь течет по-другому? Эти вопросы, даже если они не задаются прямо, почти все время присутствуют в нашей работе. Разочарование у меня вызывает продолжающаяся бумажная круговерть. По-прежнему вышестоящие органы требуют, ссылаясь «на Москву», различные справки, внеплановые доклады, рапорты о проделанной работе... Ю. ПАПУЧА. Реальный путь преодоления разрыва между словом и делом я вижу не только в объяснении недостатков прошлого. Главное, найти реальные пути преодоления негативных явлений и показать, что немало уже сделано. На мой взгляд, авторитет настоящего политработника не может упасть, если он живет одной жизнью, одними интересами с экипажем, отдает все свои силы и знания решению поставленных перед коллективом задач. И сейчас я вижу силу партийного влияния прежде всего в высоком профессионализме, компетентности политработника как военного человека, моряка, в его близости к людям, в его смелости в борьбе с проявлениями высокомерия и чванства, пренебрежения к интересам подчиненных, бездушия, волокиты, стремлением отдельных офицеров не брать ответственность на себя, а переложить ее на других. Политработников малых кораблей, например, где они наряду с
другими офицерами несут вахту, дежурство, подчиненные уважают еще и за знание корабля, техники, организации службы, морскую культуру... Здесь на авторитет работает прин- Дйп «Делай, как я». Б. ТЕРЕЧКА. Согласен, знание военно-морского дела «работает» на авторитет политработника, дает ему моральное право призывать к этому Других. Но разве может он и необходимо ли ему знать корабль, технику лучше, • чем командир БЧ? Думаю, Папуча не совсем правильно расставил акценты в проблеме компетентности. Главное наше призвание — работа с людьми, активизация человеческого фактора. Однако на практике нередко приходится сталкиваться с фактами, когда замполиты, особенно молодые, занимаются многими делами в ущерб своим прямым обязанностям. Сейчас много говорят о возросшем образовательном уровне молодежи. Но давайте скажем и другую правду. По моим наблюдениям качество образования и уровень политической культуры не только не повышаются, но даже намного отстают от требований сегодняшнего дня. Порой вчерашние десятиклассники или студенты не могут ни назвать, ни показать на карте союзные республики, рассказать что-либо о нашей политической системе. Как же разъяснять им, к примеру, реформу политической системы, когда они не знают того, что подверглось реформе? Н. ДУНЕНКОВ. Мы, кажется, нашли в части выход из такой ситуации. Беседуя с вновь прибы-- вающим пополнением, получаем представление об уровне их политического кругозора. На основании этого составляем перечень вопросов по истории страны, нашей политической системе, - текущей политике КПСС, роли Вооруженных Сил в современных условиях, по которым предстоит ликвидировать пробелы в знаниях. Вопросы доводим до молодых воинов, рассчитывая, что многие постараются самостоятельно найти на них ответ. Они учитываются в тематике агитационно- пропагандистской работы... В. КОРОЛЕВ. На мой взгляд, проблему авторитета политработника следует рассматривать с двух сторон: восстановлэ- ние доверия к правдивости проводимой им пропаганды и веры к нему как личности. Я считаю, что в целом люди веры в нас не потеряли. Они прекрасно понимают, почему в недавнем прошлом многим из нас пришлось пропагандировать «Малую землю», «Целину», уходить от ответов на острые вопросы... A. КОРОЛЕВ. Сегодня, в период революционного обновления, работать стало и легче, и труднее. Легче потому, что нравственная атмосфера» нацеливает на единство слова и дела. Труднее — от нас теперь ждут конкретных конечных результатов. Но есть еще офицеры, в том числе и политработники, которые предпочитают личное спокойствие интересам службы... B. КОРОЛЕВ. Главное для политработника — его позиция в перестройке, его отношение к людям. Если он заботится искренне о подчиненных, близок к ним душой, делит с ними радости и неудачи, искренен в делах и помыслах, он будет понят. Это хорошо усвоил по своему опыту работы в должности заместителя командира РКР «Грозный» по политчасти. Перестройку надо начинать с себя. Мы же порой призываем начинать ее с других. Здесь-то и подстерегают нас разочарования и неудачи. А всегда ли мы по-товарищески откровенны в кругу политработников? К сожалению, нет. Поэтому поверхностно знаем о положительном опыте коллег. Участники беседы единодушны, что процесс обновления во флотских коллективах идет нелегко, конечные результаты не столь весомы, как хотелось бы. В чем же состоят трудности перестройки партийно - политической работы и каковы пути укрепления авторитетности труда политработника? К). ПАИУЧА. Такие трудности мы подчас создаем искусственно. Не преодолена жесткая централизация, не предоставляется еще должной самостоятельности в решении идейно-воспитательных задач. Цепочка формализма подчас зарождается, как мне думается, сверху. Вот недавно позвонил капитан 1 ранга Чебышев и передал настоятельную просьбу из Москвы срочно представить данные. Пришлось все бросить и заниматься их подготовкой. Правда, если честно сказать, и мы, сидящие здесь, тоже практикуем такой стиль работы. За нас все еще пытаются расписать: когда, где, с кем и какие мероприятия проводить. В такой обстановке формируется стереотип — орга- - низовывать работу по указанию. Никак не можем покончить с ироническим 4 «Морской сборник* № 2 849
правилом: «инициатива наказуема». Кто же вам не дает самостоятельности? Ю. ПАПУЧА. На этот вопрос однозначно не ответишь. Иногда срабатывает нами же созданная система управления парт- политработой, инерция мышления. К примеру, кто сейчас будет открыто призывать к дозированной критике? А вот на партконференции части покритиковал я одного из работников политотдела, так он на другой день не поздоровался со мной. Где же партийное товарищество?! Ведь мы должны показывать пример в этом. Попытки сгладить острые углы, говорить полуправду разрушают чистоту взаимоотношений, то, что называется этикой большевизма. Без своего «я», без личного мнения политработник потеряется как личность. Он превращается в передаточное звено, начинает играть роль пресловутого «винтика». Сейчас нужны смелость суждений и действий. А. КОРОЛЕВ. Но помимо своего мнения, есть ведь требования Устава партии, и их надо неукоснительно выполнять... Хотя я считаю, что и для стиля работы вышестоящих органов еще характерны методы накачек. А. ОСИПОВ. Нельзя же так догматически подходить к нашим документам. Устав КПСС, решения партии — это руководство к действию. Они не дают нам рекомендации на1 все*-случаи жизни. Развге кто-нибудь- сможет расписать, - что я на корабле должен • -делать и где находиться в конкретной ситуации? Главное— наша верность ленинским партийным принципам и творческое отношение к работе по достижению-основной цели — воспитать надежного, умелого защитника социалистической Родины — патриота и интернационалиста, обеспечить высокую боевую готовность корабля, части. Наше мнение вырабатывается в коллективном творчестве совместно с командирами, партийными и комсомольскими -акти- виетами. Если не будем проявлять постоянную заботу о развитии инициативы у личного состава, перестройки в партийной работе не жди. В. ТЕРЕЧКА. На практике я ощущаю дефицит доверия к слову политработника, а не дефицит авторитета. Почему? Дело, видимо, в том, что во все времена - самоотверженно, самозабвенно трудились тысячи замечательных политработников. Такие есть и сейчас. Я хотел бы назвать лейтенанта Левацского. Он — выпускник Киевского ВВМПУ, в короткий срок получил допуск на самостоятельное выполнение обязанностей вахтенного офицера. Несмотря . на свою . молодость, нашел путь к душам людей. И они идут к нему. Но всегда ли такой труд корабельного политработника оценивается справедливо? Не всегда. Мне, например, нравится работать с людьми. В жизни же это оборачивается . тем, что мои однокашники; проходящие, службу . в аппарате политррганов^ продвигаются . быстрее./ И труд их оценивается выше. Не говоря уже о других преимуществах , береговой службы..Вот и получается парадокс. . Чем меньше подчиненных у . политработника, , тем скорее. рн сделает карьеру. Если офицер стремится всеми правдами и неправдами уйти с корабля, освободиться от * общения с людьми, то законно надо ставить вопрос: обладает ли он качествами, необходимыми политработнику? И давать объективный и прямой ответ. Так, один из моих подчиненных был переведен, для продолжения службы в столицу, хотя имел существенный недостаток, сторонился людей: А сейчас он «учит» других, как работать с подчиненными. Мы все учимся урокам правды. Однако в жизни нередко случаются и такие ситуации: доложишь всю правду — получишь нагоняй, промолчишь — похвалят. Нет,, как мне кажется, подлинно товарищеского общения с начальством. Разве это правильно? К примеру, потребовали более чем за месяц до конца летнего периода обучения дать данные по итогам социалистического соревнования за год, тогда как часть основных обязательств еще предстояло выполнять. Это же формализм. Приходится брать цифры почти с потолка. Все это знают, но делают вид, будто все идет как надо. Разве это^ не сделка с нашей партийной совестью?.. После XIX Всесоюзной партконференции ускорился и углубился процесс демократизаций в партийных и воинских коллективах. Как используется процесс демократизации для повышения действенности партийно-политической работы? А. КОРОЛЕВ. Если говорить об опоре на общественное "мнение, на •SO
мнение парторганизации, то этот момент меня порой разочаровывает. Часто они страдают групповым эгоизмом. Да и некоторые начальники до сих пор придерживаются схемы: «Мы посоветовались, и я решил». Отпадает всякая охота высказывать свои предложения, поскольку они не учитываются. В. КОРОЛЕВ. Процесс демократизации в партийных коллективах идет нелегко. Пока не будут приняты конкретные законы о демократизации в Вооруженных Силах, питать надежды на существенные перемены в деятельности партийных и военных коллективов не приходится. Здесь речь идет о социальной защищенности тех, кто пытается что-то сделать, повысить роль общественного мнения хотя бы в решении кадровых вопросов. Есть и другая причина торможения процесса демократизации. Существующая среди части населения инертность, безразличие проникают и в воинскую среду, являются питательной почвой для равнодушного отношения к выполнению служебного долга. Мы знаем решения XIX Всесоюзной партконференции о национальных отношениях, направленные на дальнейшую демократизацию нашей политической системы, улучшение интернационального и патриотического воспитания. В то же время читаем в республиканских газетах Эстонии, Латвии, Литвы открытые призы- бы к ущемлению прав людей некоренной национальности, в том числе русских. Конечно же это вызывает негодование. Правда, мы опять-таки, привыкшие действовать по указанию, не высказываем в печати свое мнение, ждем, что кто-то за нас сделает... Ю. ПАПУЧА. Одним словом, пока не создадим в партийных организациях атмосферу подлинного товарищества, правильного отношения к критике и самокритике, пока не будет надежной защиты от попыток ущемления за критику, мы не добьемся демократизации внутрипартийной жизни. А. ЖИРОВ. Если говорить о процессе демократизации в партийных и воинских коллективах как Еажнейшем средстве активизации человеческого фактора, то он набирает силу. Однако сделаны лишь первые шаги. К сожалению, сейчас, на мой взгляд, еще форма преобладает над содержанием, авторитарность над коллегиальностью. Уже сейчас ясно, какие формы политического влияния неэффективны в условиях перестройки. Однако инерция мышления, а может быть, и в определенной степени политическая трусость мешают нам решительно отказаться от отживших форм. Надо взять на вооружение все то, что способствует более эффективному идейно-политическому, воинскому и нравственному воспитанию, выполнению решений XXVII съезда КПСС, XIX партконференции, не ожидая каких-то указаний сверху. Творческое отношение к политической работе, видимо, следует воспитывать еще в училище. Нужно, чтобы главным критерием при отборе будущих офицеров был не только уровень образования, но и призвание, способность и желание работать с личным' составом. Таких на флоте немало. Думаю, чем больше будет абитуриентов из числа матросов и старшин, тем выше профессионализм выпускников, качество партполит- работы, тем активнее и глубже пойдет перестройка. А. ОСИПОВ. О недостаточной практической подготовке выпускников Киевского ВВМПУ на различных совещаниях говорится немало, и давно. Почему же нет видимых сдвигов? Видимо, дело не только в системе обучения. Я тоже считаю, как и Жиров, что многое зависит от отбора кандидатов. Как убеждает личный опыт, более высокая практическая подготовка, моральная и психологическая устойчивость к корабельным условиям у тех офицеров, кто прошел срочную службу . Поэтому, на мой взгляд, важное направление повышения действенности партийного влияния, а значит, и укрепления авторитета политработника — наша активная и качественная работа по отбору кандидатов в училище из числа матросов и старшин. Думаю, что может быть применен у нас и опыт ВВС флота, где замполиты из числа офицеров, кончивших летные училища. Практика показывает, что неплохими политработниками становятся строевые офицеры, прошедшие школу партийной закалки и имеющие склонность к работе с людьми. Не следует ли на некоторых кораблях и в частях смелее выдвигать на политработу проявивших к ней склонность офицеров командно-инжр- нерного профиля. При этом не обязательно, чтобы они совсем уходили в систему политсостава. Им должна быть открыта дорога в службе и по командной или специальной линии. Такие примеры есть и сейчас, но они единичны... В партийных решениях подчеркивается социальная направленность всех наших программ. Одновременно отмечается их большое значение длд дальнейшей ак- г51
тивизации человеческого фактора. Это важнейший рычаг успешного решения задач боевой учебы, укрепления дисциплины. Как же реализуются на практике установки пар. тии на утверждение и развитие социальной справедливости? Ю. ПАПУЧА. Поскольку тема нашего разговора — повышение авторитета политработника, то, на мой взгляд, надо рассмотреть, как утверж. дается социальная справедливость в среде офицеров. К примеру, я длительное время прошусь на плавающий корабль. Не пускают. Другие стремятся уйти на береговую службу. Их тоже не пускают. Разве это справедливо? A. ОСИПОВ. Важно, по-моему, иметь более точные критерии оценки нашего труда. Речь идет не о снижении требований. В нашем кругу нет необходимости доказывать, как долго порой приходится воспитывать человека, чтобы добиться желаемых результатов. А вот инспектирующий побудет на корабле час- другой, и вывод о состоянии партийно-политической работы уже готов. Зачастую он делается на основании цифр по правилу «было—стало». Правда, можно понять и тех, кто нас проверяет: время на проверку состояния техники и людей отводится одинаковое. Разве это правильно? Ведь у каждого офицера, мичмана,, матроса, помимо общественной работы и общих интересов, есть и свои личные проблемы, порой самые драматичные... А где гарантия, что после критики рецидивов бумажного стиля руководства не будет ущемления по службе?.. B. ТЕРЕЧКА. Резолюции XIX Всесоюзной партконференции о демократизации, о гласности, о национальных отношениях, о борьбе с бюрократизмом дают надежные ориентиры для утверждения инициативы и творчества во флотских коллективах. И сами политработники, по моему мнению, готовы и теоретически, и практически добиваться их реализации. Не хватает смелости, решительности. Жизнь показывает, что там, где командиры и политработники не ждут дополнительных указаний, а берутся засучив рукава за дело, результаты налицо: личный состав трудится ответственно, растут качественные показатели боевой учебы, крепче воинская дисциплина. Однако не все получается, необходима помощь. На корабли же по-прежнему прибывают одни инспектирующие, которые лишь фиксируют факты... Н. ДУНЕНКОВ. Я не согласен. Многое изменилось за последнее время в стиле работы вышестоящих политорганов. Может быть, отдельные работники действительно еще не перестроились. Если говорить об утверждении социальной справедливости, то, по- моему, работа в этом направлении только началась. Так, мы утверждаем, что боевая подготовка — основа жизни флота, путь к достижению качественных показателей в боевой готовности, росту числа классных специалистов, мастеров военного дела и т. п., мобилизуем партийных и комсомольских активистов на борьбу за эффективное использование учебного времени. И тут же вынуждены по приказанию высоких инстанций отправлять личный состав на работу вне части. Естественно, офицеры спрашивают, как понимать такую противоречивую ситуацию? Они считают: это неправильно. А. ОСИПОВ. Всем известны условия службы, быта, материального, морального стимулирования службы на кораблях. Сдвиги здесь есть, но они настолько мизерны, что говорить о реальных изменениях в этом вопросе не приходится. К примеру, политработнику С. Доценко задержали присвоение очередного воинского звания. Его однокашники, служащие на берегу, давно уже получили очередное звание, а у Доценко и работы больше, и забот, и, естественно, ошибок... А. ЖИРОВ. На мой взгляд, здесь важна позиция партийной организации, ее слово об офицерах, в том числе о командире и политработнике. Если допускается какая-либо несправедливость, активисты не должны стоять в стороне. Ведь учет их мнения определен партийными решениями, требованиями руководящих документов. Стиль нашей работы еще настолько несовершенен, что казусов случается предостаточно. Они влияют на авторитет политработника и вызывают в его адрес незаслуженные нарекания. Например, не уменьшающийся поток бумаг создает впечатление, будто ничего в нашей работе не меняется, перестраиваться мы не собираемся, а лишь призываем к революционному обновлению. Кое-кто думает, что политработнику служить легко: сочинил бумагу, и дело сделано... Нет борьбы с формализмом в планировании. Так, штаб части из-за нашей же неорганизованности планирует выход кораблей на несколько часов в. море для отработки задачи, а для политработников в это же время планируется сбор. В каком же положении они оказываются в глазах офицеров? Получается, что боевая учеба может обойтись и без партполитработы...
А; КОРОЛЕВ. Есть и кадровые проблемы. Почему, к примеру, у корабельного политработника меньше возможности поступить в академию, чем комсомольскому работнику, не прошедшему школу замполита? Я считаю, что каждый без исключения политработник должен пройти должность замполита. Мы сами на себе чувствуем, когда из вышестоящих органов прибывают офицеры, вся служба которых прошла по схеме: секретарь комитета ВЛКСМ — помощник начальника политотдела по комсомольской работе — академия — замначпо — инструктор политуправления... Особенно - чувствуешь несправедливость, когда читаешь в солидных изданиях вроде «Литературной газеты» публикации, освещающие извращенно, а то и клеветнически воинский труд... В. КОРОЛЕВ. Видимо, нам самим надо проявлять больше активности и выступать в печати, в том числе и в центральной. Еще в период моей службы на корабле офицеры сказали, что их рабочий час оплачивается на 4 копейки больше, чем водителя трамвая в Калининграде. Дело, конечно, не только в материальном стимулировании труда плавсостава. Но оно, как я считаю, сейчас приобретает и нравственный, политический характер, т. е. определяет положение офицера в нашем обществе и общественное признание ценности его труда и вклада в перестройку. Видимо, ответ на многие наши вопросы мы найдем тогда, когда будет реали- зовываться установка XIX партконференции на развитие качественных параметров оборонного строительства. Когда это произойдет — зависит и от нас. Беседу вел капитан 1 ранга А. ДАНИЛИН Фото Е. Денисенко ОТ РЕДАКЦИИ. Беседа за «круглым столом» проводилась в канун больших политических событий. Завершалось обсуждение проекта Закона СССР об изменениях и дополнениях Конституции СССР. Страна стоит на пороге крупных свершений по углублению демократизации нашей политической системы. В жизни флотских коллективов, как и всех советских людей, на передний план выдвинулось практическое осуществление решений партии, определивших путь революционного обновления общества и его Вооруженных Сил. Видимо, не все высказанное участниками «круглого стола» сейчас бесспорно. Не всегда убедительны их аргументы и сетования на отсутствие «указаний». Однако живой опыт политработников, выполняющих непосредственно на кораблях и в частях ответственные задачи, возложенные на Военно-Морской Флот, заслуживает пристального внимания и изучения. На наш взгляд, этот материал поможет кому-то по-новому взглянуть на свою работу, подскажет пути решения практических вопросов, внести свой вклад в повышение авторитета политработника, авторитета всей ленинской партии. Перестройка: опыт, проблемы ЗАБОТА О ЛЮДЯХ-ПОНЯТИЕ КОНКРЕТНОЕ ШТОРМЫ далеких морей, жаркие , ветры, долетавшие с чужого берега, потрепали борта и надстройку морского тральщика «Моторист». Но на них моряки уже аккуратно накатывали свежую «шаровку». День-два — и с корпуса исчезнут следы, оставленные месяцами длительного плавания. Однако в памяти экипажа это время останется надолго. Для личного состава любого корабля дальний поход — серьезное испытание. А для такого, как тральщик, — испытание вдвойне. Ведь небольшим кораблем и волны играют смелее, чем, допустим, крейсером. И бытовое обустройство отличается спартанской скромностью. И офицеры в малочисленном экипаже обычно молодые. Капитан 3 ранга В. ГРОМАК Казалось бы, аксиома: чем в более жесткие условия попадет личный состав в походе, тем больше внимания, заботы обязаны проявить к нему те, кто готовит корабль к выходу в море. И в дальнейшем берег не может не учитывать всех обстоятельств плавания, не имеет права забывать об элементарных нуждах людей, стойко переносящих трудности воинской службы. Забота о людях — дело совести, чести и долга каждого командира и начальника. В воспринятом и разумом, и сердцем ревностном выполнении этой обязанности — залог дальнейшей демократизации жизни воинских коллективов. Как же готовили тральщик в поход? Возникли кадровые проблемы. И почему-то — незадолго до выхода в море.
Как будто раньше никто не подозревал о том, что кораблю предстоит нести боевую службу. За короткое время значительно изменился состав матросов, старшин, мичманов и офицеров. Многие уходили в поход, только успев познакомиться. Парторганизация обновилась на 80%. В непростых условиях командование «Моториста» при поддержке коммунистов и комсомольцев действовало планомерно, четко, определив главные цели и пути их достижения. Командир офицер А. Дружинин все внимание уделял технической готовности и профессиональной подготовке личного состава. В короткие, сроки 20% моряков освоили смежные специальности. Учитывалось и то, что люди не могут за небольшой срок найти общий язык, научиться понимать друг - друга. Хотя и велась воспитательная работа, но она не смогла предупредить некоторых эксцессов. Так, грубил соелуживцам матрос Б. Елеусинов. Отдельные матросы и старшины нарушали дисциплину. Однако в течение похода командованию, 1 партийной и комсомольской организациям удалось сплотить коллектив. С высокими оценками были выполнены все задачи. И это при том, что из каждых пяти дней плавания четыре приходилось на штормовую погоду. При качке крен достигал порой 55°. Несколько месяцев", люди провели без берега, без отдыха. Тем более — честь им и хвала. Но могут ли в полной мере разделить лавры. победителей с экипажем «Моториста» командование, политический отдел части? К сожалению, они не всегда заботились о тех, кого послали на бое-, вую службу. — За время дальнего похода мы ни разу не получили почту, — с горечью говорил мне политработник тральщика старший лейтенант.И. Качалин. Например, даже газеты с материалами XIX Всесоюзной партийкой конференции на корабле появились лишь через две недели после ее завершения. Дал их политработнику знакомый помполит с рыболовного траулера. Конечно, моряки имели возможность прослушивать сообщения о конференции. Но тральщик в те дни находился в зоне шторма, и радиопередачи принимались с большим искажением. О радио- и телеграфной связи следует сказать особо: можно ли рассчитывать на ее значительное улучшение? А то ведь до парадоксов доходило: затребовали, к примеру, 600 килограммов картофеля, а корабль снабжения доставил 60. Оказывается, так приняли радиограмму "& приемном цецт- ре. Но неужели надо быть семи пядёй во лбу, чтобы понять: цифра ошибочна. И запросить тральщик. По плану у «Моториста» был деловой заход в один из иностранных портов с целью отдыха. Однако его отменили. Почему, никто не объяснил. Видимо, ради экономии валюты. Но если с организацией деловых заходов существуют проблемы, то как они могут появиться с регулярным снабженцем моряков почтой, . новыми кинофильмами? Перед дальним . походом кинобаза выдала на.тральщик 70%- художественных и 30% документальных фильмов 6.0—70-х годов, которые матросы уже не раз видели. Киноленты же о проблемах современной молодежи, такие, как «Курьер», «Взломщик», военным морякам пришлось выпрашивать у рыбаков. И еще об одной проблеме. Может быть, и не столь масштабной, но не менее важной: об отношении командования части, политотдела к тем, кто находится в дальних походах. В море исполнилось 30 лет А: Дружинину. Подчиненные тепло поздравили Алексея Юрьевича с днем рождения. Офицеры тральщика приготовили' пельмени, коки матросы У. Ата- джанов и А. Каримов испекли праздничный торт... К сожалению, берег его не поздравил. Да что день рождения... Когда тральщик был в море, нескольким офицерам, в- том числе командиру и политработнику, присвоили очередные воинские звания, а сообщение об этом затерялось где-то между кабинетами должностных лиц. — Мы дали на корабль телеграмму,— уверял . автора заместитель начальника политотдела капитан 3 ранга С. Коно- шенко, — Никто нам не сообщил об этом даже тогда, когда пришли в базу. Дней через пять, заметив, что я все еще хожу лейтенантом, в политотделе удивились. К слову, номера приказа я и по сей день не знаю, — сказал в присутствии заместителя начальника политотдела старший лейтенант И. Качалин. К дальнему походу, в этой части готовится очередной тральщик... Будут ли более внимательны руководители к его экипажу — неясно. Похоже, - что * анализа обеспечения похода «Моториота» так никто и---не делал,...
ПЕРСОНАЛЬНЫЕ ЭВМ НА КОРАБЛЕ Старший лейтенант К. СОЛОВЬЕВ Г"ГЕРСОНАЛЬНЫЕ ЭВМ (ПЭВМ) находят все более широкое применение в самых * 1 различных областях нашей жизни, в том числе и на флоте. Многие офицеры, уяснив преимущества ПЭВМ, не дожидаются централизованного снабжения ими, приобретают бытовые компьютеры типа БК-ОО1О, используют их в своей служебной деятельности, самостоятельно разрабатывают соответствующие программы. Как показывает опыт, даже при наличии штатных мощных специализированных вычислительных комплексов и автоматизированных систем управления для ПЭВМ всегда найдется много работы. У нас на корабле имеются три подобные ЭВМ, одна из них промышленного производства— БК-ОО1О-1 и две изготовлены своими силами: контрольно-измерительная автоматическая испытательная система КИАИС-85 и универсальный персональный компьютер УПК *. С их помощью решаются самые различные задачи из корабельной практики. Большой эффект дало использование КИАИС-85 при проверке радиоэлектронных средств, входящих в них блоков и субблоков, цифровых измерительных приборов. Изготовив небольшой переходник (входной разъем), можно подключить их к ЭВМ. По техническому описанию блока, принципиальной электрической схеме составлены программы контроля параметров. Большинство из них написаны на Бейсике, управляющая программа — на Ассемблере. КИАИС-85 генерирует цифровые сигналы различных частот и длительностей, которые подаются на вход контролируемого блока. Сравнивая его выходные параметры с эталонными, ЭВМ делает заключение о работоспособности блока и определяет неисправный элемент, вплоть до интегральной микросхемы (ИМС). Отработаны программы для проверки на трех уровнях (блоки, субблоки, станция в целом). Время проведения регламентных работ и ремонта сократилось в 10—12 раз. Существенно повысилось качество проверок. Контроль упрощается, и его может осуществлять не только специалист завода-изготовителя, но и оператор станции. На перестройку КИАИС-85 для проверки субблоков другой станции (перезапись ОЗУ) требуется всего около минуты. С помощью КИАИС-85 исследуем формы сигналов, вычисляем спектр, генерируем случайные последовательности чисел, измеряем напряжения, сопротивления, напряженность электромагнитного поля, вычерчиваем диаграммы направленности антенны и т. д. В памяти машины хранится вся информация о ЗИП. При необходимости она выдается в считанные секунды. КИАИС-85 используется для обучения операторов станций. При этом обеспечивается возможность имитации сигналов на экранах, проверки знаний операторов, правильности определения ими параметров. В результате значительно улучшается профессиональная подготовка людей и экономится ресурс материальной части. Для ак* тивного отдыха личного состава в свободное время имеется ряд игровых программ, вырабатывающих логическое мышление и быстроту реакции. На универсальном персональном компьютере УПК решаются задачи навигационного характера, выполняются расчеты по применению средств и комплексов боевой 1 КИАИС-85 экспонировалась на выставке научно-технического творчества молодежи НТТМ-87 на ВДНХ СССР (подробнее ем «М<эрекой сборник», 1987, ЛЬ" 4, с. 74^75), а УПК — на Центральной выставке работ новаторов армии и флота. Автор, старший лейтенант К. Соловьев, награжден серебрЛнбй медалью ВДНХ СССР. 55
Капитан лейтенант Ю. Ромашев выполняет штурманские расчеты на БК-0010 части управления, определяются оптимальные сеансы связи, прогнозируется прохождение радиоволн. Созданы программы по расчету денежного довольствия, учету личного состава, материальных средств корабля. Значительный выигрыш во времени и в количестве вариантов получен при использовании УПК и БК-ОО1О-1 для отработки организации борьбы за живучесть корабля. Действующие методики и рекомендации введены в память ЭВМ. Объем и количество аварийных ситуаций практически неог- раничены и определяются лишь временем вызова (единицы минут). По совету специалистов мы выбрали наиболее опасные для корабля случаи — возникновение пожаров, затопление помещений,- аварии с реактором в море, в базе, при возможных боевых и эксплуатационных повреждениях. С началом учения производится вызов соответствующей подпрограммы, и на экран телевизора или печатающее устройство выдается следующая информация: состояние корабля: крен, дифферент, остойчивость, какие отсеки непригодны для работы, затопленные помещения, возможность управления поврежденным кораблей; основные направления борьбы за живучесть: где рекомендуется создать рубежи обороны, каким нарядом сил, где необходимо отключить питание; указываются наиболее угрожаемые направления развития аварии; состояние оружия и технических средств: какие средства будут выведены из строя, примерное время их восстановления, ограничения на использование оружия. При аварии с реактором выводятся на экран или печатаются таблицы возможных зон радиоактивного заражения, радиационная обстановка на корабле, время работы в загрязненных помещениях и расчетные дозы облучения личного состава Машинный комплекс (БК-0010 и УПК) установлен на центральном командном пункте корабля. Обслуживается одним человеком. Выводимая информация в основном предназначена для руководителей борьбы за живучесть корабля. По линиям связи она может транслироваться на любой командный пункт, на пост энергетики и живучести. Предусмотрено питание ЭВМ от аккумуляторов, что позволяет работать на hhxi при полном обесточении корабля. За три года освоения и практического применения простейших персональных ЭВМ мы убедились в необходимости скорейшего оснащения ими всех кораблей и частей ВМФ, централизованной разработки и распространения на флотах соответствующего программного обеспечения. По нашему мнению, целесообразно также при создании новых систем и комплексов с ЭВМ предусматривать дополнительный режим их работы с широким программным доступом. Естественно, в одной статье трудно охватить все вопросы применения ПЭВМ, но хотелось бы, чтобы наш скромный опыт не пропал даром. Универсальный персональный компьютер УПК: Быстродействие — 650 тыс. операций в секунду, объем ОЗУ —1024 кбайт, энергонезависимого ПЗУ —16 кбайт; отображение в коде КОИ-7 и графическом виде —512x256, 16 градаций яркости и цвета на черно-белом и цветном дисплеях (ВПУ-61-224, «Электрон Ц- 275», «Юность-406»); накопитель на магнитной ленте |«Весна-204, -205»); масса центрального модуля —2,2 кг, габариты 170x90x270 мм; электропитание — 220 В, 50/400 Гц, потребляемая мощность 30 Вт Фото В. Алдакушкина 56
ОПРЕДЕЛЕНИЕ, ПРИНЦИПЫ РАБОТЫ КАК уже отмечалось 1, особое место в исследованиях по проблеме искусственного интеллекта (ИИ) занимают экспертные системы (ЭС). В настоящее время встречаются самые различные их определения. На наш взгляд, ЭС — это аппаратно- программная система, которая состоит из базы знаний — набора взаимосвязанных правил и фактов, формализующих опыт специалистов в некоторой области деятельности и механизма логического вывода, позволяющего распознать ситуацию, поставить диагноз или дать рекомендацию пользователю для выбора действия. Кроме того, ЭС умеет вести диалог с человеком на языке, близком к естественному, в привычной для него графической или звуковой форме, в реальном масштабе времени и способна объяснить пользователю, на каком основании пришла к тому или иному выводу. Сегодня ЭС являются наиболее ярким примером прикладного направления работ в области ИИ. Очевидный интерес представляет возможность их применения как системы интеллектуальной поддержки командиров кораблей, особенно при маневрировании, определении параметров движения цели в ходе борьбы за живучесть и т. д. В этих и других специальных вопросах морской практики, где неизвестны точные факты, а 1 Морской сборник. — 1988. — № 10 — С. 58 — 60. знания субъективны и часто носят оценочный характер, надежный советчик — специализированная ЭС. Потребность в электронном «здравом смысле», который помогал бы командирам и вахтенным офицерам ориентироваться в трудных ситуациях, возникающих на море, ощущается с каждым годом все острее. Достаточно вспомнить крупные кораблекрушения, происшедшие только в последнее время, в частности столкновение балкера «Петр Васев» с пассажирским судном «Адмирал Нахимов» Черноморского пароходства. Для уяснения принципов работы ЭС рассмотрим возможный вариант использования гипотетических экспертных систем, обладающих знаниями в области кораблевождения, ММП, МППСС и т. д., если бы они были установлены на этих судах и сопряжены с бортовыми системами освещения обстановки, управления судном, обеспечения его живучести. Тогда через 2—5 мин после обнаружения цели ЭС «Адмирала Нахимова», получив от навигационной радиолокационной станции информацию об изменении пеленгов, выдала бы следующие рекомендации: 1. Опасность столкновения с целью №... по пеленгу... град в дистанции ... каб! (Форма сообщения может быть любой, соответствующей принятой терминологии и удобной для пользователей.) 2. Мы в положении уступающего дорогу! 3. Для безопасного расхождения с целями №№... следует... (рекомендуются: время 5
начала маневра, величины изменения курса и скорости с учетом общей, в том числе навигационной, обстановки). 4. Капитану целесообразно быть на мостике. Необходимо подчеркнуть, что рекомендации ЭС не носят обязательного характера» В любой сложившейся ситуации только командир корабля будет принимать окончательное решение, а ЭС выступает в качестве консультанта. Если командиру (вах- тенному офицеру) не ясно, почему ЭС советует предпринять то или иное действие, он может запросить у системы обоснование. Предположим, в данном случае непонятно, почему обнаруженная цель опасная На запрос: «Поясни пункт Ь ЭС выдаст на экран следующее: Дистанция до цели №..* 103 каб, ВИП-0,34 град/мин на нос, цель пересечет наш курс в 23.09 в дистанции 28 каб. Следует ожидать маневра цели №... на конечном участке системы разделения движения. МППСС, Правило 7(а) (i): опасность столкновения считается существующей, если пеленг приближающегося судна заметно не изменяется. Правило 10 (f): судно, плавающее вблизи конечных участков системы разделения движения, должно соб- людатъ особую осторожность. Оценив развивающуюся ситуацию, ЭС «Петра Васева» также выдала бы соответ- ствущие рекомендации: 1. Опасность столкновения с целью №... по пеленгу... град в дистанции... каб. 2. Цель в положении уступающей дорогу. 3. Мы пересекаем курс цели №... в 23.08 в дистанции 27 каб. После того как «Петр Васев» в 22.47 подвернул влево на курс 36 град, ЭС «Адмирала Нахимова» скорректировала бы свои рекомендации: 1. Сближение вплотную с целью №... по пеленгу... град в дистанции... каб. 2. Мы должны уступить дорогу! 3. Для расхождения с целями №№... следует... (рекомендуется маневр в новых условиях). 4. Присутствие капитана на мостике обязательно! А ЭС «Петра Васева»: 1. Сближение вплотную с целью №... по пеленгу... град в дистанции... каб. 2. Цель №... в положении уступающей дорогу. Запросить ее намерения. 3. Присутствие капитана на мостике обязательно! В дальнейшем ЭС «Адмирала Нахимова» отметила бы, что его маневрирование противоречит требованиям МППСС. Реакция ЭС обоих судов, осуществляющих постоянный расчет маневров уклонения, с приближением их к определенным, наперед заданным критическим значениям могла бы быть в виде звукового сигнала и предупреждения: «Через... минут столкновение станет неизбежным»... Читателю может показаться, что авторы начали фантазировать. Нет и еще раз нет! При современном уровне развитии аппаратных и программных средств не существует принципиальных препятствий для создания подобных ЭС. Для ускорения разработки и внедрения их на кораблях и судах целесообразно сконцентрировать пока разрозненные усилия специалистов научно- исследовательских и учебных заведений ВМФ, а также организовать во вмузах целенаправленную подготовку кадров для работ в об пасти искусственного интеллекта. Капитан 1 ранга В. ЕВГРАФОВ, доктор технических наук, профессор Капитан 3 ранга С. ФЕДОРОВ МЕТОДЫ ПОИСКА РЕШЕНИЙ В СОВРЕМЕННЫХ ЭС используются различные методы поиска путей решения задач. Наибольшее распространение получили: поиск в прямом направлении — от имеющихся данных к цели действий, поиск в обратном направлении — от конечной цели к исходным данным. Процесс принятия решения по первому методу можно представить на примере определения класса корабля по его внешнему виду: 1. Выделяются первичные признаки поступившего в систему изображения, т. е. характерные точки (нос, корма, надстройка) и контур корабля. 2. Выдвигаются гипотезы, т. е. производится отбор наиболее вероятных классов кораблей на основе выделенных первичных признаков и имеющейся априорной информации в памяти системы. 3. Прогнозируются вторичные признаки для каждой гипотезы (класса корабля): наличие вертолетной площадки, расположение антенн, ракетных установок и т. п. 4. Производится поиск предсказанных признаков на фактическом изображении 58
корабля. Если они совпадают ~ переход на . шаг 5, в противном случае — возврат на шаг 2. '5. Делается окончательное заключение о классе корабля. Метод поиска решений в обратном направлении предусматривает анализ причин, вызвавших известное следствие или событие. Он может быть использован, например, в ЭС для управления техническими средствами кораблей. При возникновении какой-либо аварийной ситуации, требующей быстрого и правильного решения, оператор вводит в ЭС описание неисправностей, после чего она выдает наиболее вероятные причины, а также рекомендации по их устранению. Такая ЭС может работать не только как советчик вахтенного инженера-механика, но и в качестве тренажера. Оба метода предполагают диалоговый режим работы ЭС, поэтому в своем составе системы должны иметь блоки интеллектуального ввода — вывода информации и специальные программные средства анализа и синтеза вопросов и ответов на естественном языке. Применение перспективных более быстродействующих ЭВМ позволит сократить время поиска верного решения и расширить возможность ЭС. Капитан 1 ранга Р. ЗНАМЕНЩИКОВ, кандидат технических наук Капитан И. ЕРШОВ ПРИМЕНЕНИЕ ЭС В ВМС США ПРИМЕНЕНИЕ ЭС в военном ...деле * I считают перспективным по трем основным причинам: . 1. Возрастает сложность систем оружия, увеличивается объем информации об обстановке. Например, по замыслу создателей СОИ, предполагается, что при нанесении ракетно-ядерного удара в течение 30 мин необходимо собрать и обработать информацию о 300 тыс. объектах. 2. Существующие человеко-машинные системы недостаточно эффективны с точки зрения оптимальности рекомендаций, несовершенства каналов обмена информацией между оператором и ЭВМ. В экстремальных ситуациях это приводит к отказу от автоматики и переходу на ручное управление. 3. Резко увеличились объемы программного обеспечения .ЩО) ЭВМ — основы для создания ЭС. Зарубежные специалисты отмечают, что критическим путем в разработке ЭС военного назначения становится ПО. Поэтому оно занимает третье место в списке 17 важнейших военных технологий будущего (программа STARS). Конкретные намерения Пентагона в области перспективных автоматизированных систем рассчитаны на 10 лет (до 1995 г.) и изложены в так называемом стратегическом компьютерном проекте (SCP). Предполагается разработать: архитектуру многопроцессорных вычислительных машин; методы искусственного интеллекта для распознавания и понимания речи; машинный интерфейс с использованием естественного языка; системы распознавания изображений (системы технического .зрения); различные экспертные системы В иностранной печати сообщалось о некоторых конкретных ЭС, предназначенных для ВМС США. Экспертная система командира корабля (рис. 1.). ЭВМ КОРРЕЛЯЦИИ ДАНН В| X БОЕВОЙ ативелодо-чмый модуль БОЕВОЙ МОДУЛЕ) ЭЛЕКТРОННОГО ПР0ТИ60ДЕЙСТ6ИЯ 6О£вОЙ НАДВОДНЫЙ МО ДаЛь Д 0Т06РАЖЕИИЕМ ДАН SDMS Экспертная система тревоги и оповещения на уровне соединения FLASH fTtMcTpjMtirrApi... [6ЫСТТОГО ПРИОБРЕТЕМ» ГйП SKAT Рис. 1 Для бортового центра управления авианосца разработаны две ЭС: динамического отображения обстановки SDMS и тревоги и оповещения сил FLASH. Они включены в автоматизированный контур управления кораблем, куда входят, как обычно, подсистемы первичной и вторичной обработки информации (поступающей от корабельных датчиков, а также по каналам связи от внешних источников) и модули — противолодочный, надводный и электронного противодействия. Таким образом, ЭС не заменяют традиционную корабельную АСУ, а дополняют ее архитектуру средствами выработки интеллектуальных рекомендаций. - Обе экспертные - системы связаны с компьютерами, обрабатывающими инфор-
мадию о ближней обстановке и текущем состоянии оружия и летательных аппаратов. Соответственно база данных ЭС располагает текущими сведениями не только об обстановке, но и о готовности вооружения своего корабля. Система SDMS обеспечивает непрерывное графическое отображение местоположения целей, среди которых главными являются свои самолеты в воздухе. Корабли на экране отмечаются синими (свои) и красными (противник) точками. По запросу оператора может выдаваться дополнительная информация в форме графиков, таблиц, а также изображения внешнего вида объектов. В системе FLASH применяется тот же набор статических и динамических данных для визуального отображения обстановки. ЭС выявляет потенциально опасные ситуации для различных условий: мирного времени, угрожающего положения, боевых действий. База знаний системы содержит около 1550 правил, количество которых может пополняться. Внутренний язык (OPS-83) позволяет вырабатывать рекомендации в реальном масштабе времени и, кроме того, применять сложные многофункциональные правила, увеличивающие производительность механизма логического вывода. Сообщалось, что у системы FLASH она составляет всего 20—30 правил в секунду, что годится только для практической демонстрации возможностей ЭС, а не для боевой обстановки, где требуется быстродействие порядка 10 тыс. правил в секунду. Для достижения такой производительности ориентируются на ЭВМ с параллельным процессом вычислений. Весьма проблематичным считают создание средств быстрого пополнения экспертных знаний, в частности специального устройства SKAT для ввода в ЭС новой информации непосредственно экспертом. Пока это возможно только с участием разработчика. Экспертная система командующего флотом (рис. 2). По проекту программно-технические средства автоматизации берегового центра управления ВМС США представляют собой совокупность пяти экспертных систем, четыре из которых ориентированы на решение задач планирования и одна — боевого управления: FRESH — система готовности сил; CASES — оценка возможностей сторон; CAMRSIN — имитация операций; Выработка лриназов, передача ншанд поитроль исполнения Рис. 2 . OPGEN — планирование операций;. STRATUS — выработка стратегий. По мнению иностранных специалистов, этот комплекс повторяет организацию штабных постов, обеспечивающих управление силами флота, и призван усилить интеллектуальную мощь штаба при подготовке решений командующего. Сообщалось, что ЭС разрабатываются и устанавливаются параллельно существующей системе управления Тихоокеанским Фпотом США в несколько этапов. Первой по очередности является система FRESH, предназначенная для непрерывной оценки состояния сил флота и решения трех основных задач: 1. В реальном масштабе времени на основе анализа обстановки и действий вероятного противника определить готовность своих сил. 2. Выработать план распределения-, сил флота (вплоть до корабля) по боевым задачам. Предусмотреть пополнение запасов, ремонт и т. д. 3. С учетом меняющейся обстановки корректировать планы использования кораблей, авиации и обеспечивающих средств. На основе опыта разработки ЭС FRESH сформулированы общие рекомендации -по обеспечению возможности для пользователя развивать способности ЭС и пополнять ее базу знаний. Основное назначение системы CASES — сопоставление статических и динамических возможностей тихоокеанских флотоз СССР и США. Статические просто сравниваются, динамические оцениваются с помощью имитационного моделирования. CASES должна вводиться в три этапа в течение трех лет с 1987 г. по мере пополнения базы знаний. Зарубежные эксперты считают, что ключом к быстрому успеху в создании указаний 60
ных ЭС является выбор Лисп-ЭВМ Symbolics серии 3600, которые называют главными компьютерами экспертных систем1. В печати приводятся также общие сведения о других ЭС, в частности о системе ELINT для анализа данных об окружающей обстановке, поступающих от корабельных датчиков. Сообщалось, что она должна обрабатывать пять видов информации о наблюдаемых объектах, их свойствах, специфике, причинах активности объектов и временных характеристиках ЭС выполняет анализ, корреляцию и синтез данных с учетом их неопределенности. Описывается ЭС ERIC, предназначенная для разбора до 2 тыс. произвольных сообщений в день, поступающих от кораблей и судов, находящихся в море. Система должна функционировать в реальном масштабе времени, перерабатывать неопределенные и искаженные тексты сообщений. Перспективным аппаратным средством для ЭС небольшого объема считаются персональные ЭВМ (ПЭВМ), включающие пакеты программ текстовой обработки и графического отображения данных, про- 1 Лисп-ЭВМ — ЭВМ, специально созданные поя программное обеспечение на языке Лисп, широко применяемом в области искусственного интеллекта. цессор электронных таблиц, базу данных. ПЭВМ обеспечивают удобный ввод проблемно-ориентированной информации, быстрый доступ к ней, формирование и обработку документов сложной структуры, ведение личной картотеки, деловых календарей и других средств оргтехники и, по существу, являются прообразом автоматизированного рабочего места оператора ЭС. Таким образом, иностранные специалисты выделяют следующие типы задач, где наиболее перспективно использование ЭС: целераспределение и управление боевыми средствами в быстроменяющейся обстановке; обработка и накопление разведывательной информации; оценка военно-политической обстановки, планирование боевых действий. К настоящему времени за рубежом созданы опытные образцы ЭС, представляющие собой лишь действующие прототипы будущих систем. Они устанавливаются параллельно боевым системам и связываются с ними односторонним интерфейсом. Сведений о результатах их испытаний пока нет. Капитан 1 ранга В. КОВЗЕВ, доктор технических наук, профессор Капитан 1 ранга запаса В. ШИЛОВ, кандидат технических наук, доцент ТРЕНАЖЕР «ВАХТА» Капитан 1 ранга запаса И. ПАРОВИЧНИКОВ Подполковник А. ПАНОВ В СВЯЗИ с ростом транспортного и рыболовецкого флотов создается все большая напряженность мореплавания, особенно в международных проливных зонах, на подходах к портам и даже в открытом море на путях интенсивного судоходства. Соответственно повышаются требования к командирам и вахтенным офицерам кораблей и вспомогательных судов Военно-Морского Флота по обеспечению безопасности плавания. Практика мирового судоходства подтверждает, что никакие самые современные технические средства не заменят судоводителей с достаточным личным опытом и высокой ответственностью. Поэтому важнейшее значение приобретают их обученность, натренированность в управлении маневрами корабля в сложных навигационных и гидрометеорологических условиях. Для отработки таких навыков у специалистов ВМФ и создан комплексный радиолокационный тренажер по кораблевождению «Вахта». Он позволяет проводить тренировки одновременно пяти обучаемых расчетов в составе: командир корабля или вахтенный офицер; командир штурманской боевой части или вахтенный штурман; начальник или вахтенный БИП; радиометрист навигационной РЛС; рулевой. Предусматривается возможность решения следующих задач (как при оди- 61
Учебный модуль тренажера Пульт управления вычислительно- модулирующего комплекса Фото авторов ночном, так и при совместном плавании в походных и боевых порядках): расхождение с целями в открытом море с использованием информации о внешней обстановке от навигационной РЛС; опознавание берега и определение места корабля по радиолокационному отображению характерных береговых ориентиров и навигационных знаков; проход узкостей и расхождение с целями при радиолокационном ориентировании; удержание места корабля в ордере и расчет маневра для предупреждения столкновений, при этом учитывается влияние ветра, течений и помех работе навигационной РЛС от взволнованной поверхности моря и взаимных несинхронных помех от других работающих РЛС; имитация движения целей, береговой линии, неподвижных объектов (корабли и суда на якоре, навигационные знаки и т. п.), их эффективной отражающей поверхности в зависимости от величины, дальности и ракурса осуществляется методами математического моделирования на микроЭВМ. Тренажер состоит из 5 учебных модулей (ПО) и модуля поста руководителя обучением (ПР). В состав каждого ПО входят: пульт управления маневрами корабля (прибор МТРК), имитирующий машинный телеграф и управление рулевым приводом; индикатор кругового обзора (ИКО) навигационной РЛС; автопрокладчик тина АП-4 с 2 планшетами (для штурмана и расчета БИП); штурманский стол (для работы на картах или на планшетах, ведения радиолокационной прокладки обнаруженных целей и графического решения задач расхождения с ними), оснащен циф-. ровыми индикаторами курса и скорости, корабля, имеет подсветку снизу и сверху; часы оперативного времени типа «Такт»; имитатор выносного поста УКВ-радио- связи. ПР включает: пульт руководителя с панелями зада-, ния типа и начальных координат кораб-. лей (имитируемых учебными модулями), типа, начальных координат и параметров движения целей, направления и величин. скоростей течения и ветра, характера радиоэлектронных помех на ИКО учеб-, ных модулей. ИКО навигационной РЛС с кнопками подключения на любой из учебных модулей; часы оперативного времени; имитатор выносного поста УКВ-радио- связи; пульт управления вычислительно- моделирующим комплексом (ВМК); В ВМК тренажера «Вахта» используются 6 микроЭВМ «Электроника 60-М» и специально разработанные блоки имитаторов • вращения антенны навигационной РЛС, устройств сопряжения ЭВМ с ИКО и автопрокладчиком и др. Комплекс позволяет имитировать навигационную обстановку в акватории 300x300 миль. Моделирование береговой линии, длина которой может быть до 119 миль, осуществляется с помощью специальных программных устройств, ввод ее очер- 62с
таний — съемом координат точек с морской карты с дискретностью 0,1 каб. " В тренажере предусмотрена возможность имитации кораблей различных типов, отличающихся водоизмещением, эффективной отражающей поверхностью, площадью надводной части корпуса (для учета влияния сноса под воздействием ветра), ходовыми и инерционными характеристиками. Тип корабля по заранее записанным в память ЭВМ Данным задается любому учебному модулю перед- началом тренировки. . .Параметры движения 10 имитируемых целей (скоростью до 60 уз) задаются руководителями обучения и могут изменяться в процессе, тренировки. Течение и ветер, для всех, кораблей устанавливаются .в пределах: ло направлению.—, от 0° до .359°, по. скорости течения •— до 2,5 . м/с, скорости- -ветра — до. 35 м/с. Работа навигационной РЛС имитируется методом математического моделирования с использованием" электромеханического имитатора вращения антенны и устройства сопряжения ИКО- с- ВМК. Учитывается затененность участков -береговой линии и зависимость величины отраженного сигнала.- от. .размеров, ди- ста»ции и курсового, угла- цели.. Максимальная - дальность - -ее обнаружения 64 мили. Значение -пеленгов вырабатывается с точностью до-0,2°, Дистанции —г до 0,1 каб. Частота вращения антенны. 6—15 об/мин, . . ....... ИКО работает в режимах " истинного или относительного движения, ориентация радиолокационного отображения" обстановки — относительно курса корабля' или направления ни «север».• - - Корабль управляется с помощью кнопок на приборе МТРК. Ход по направлению («вперед», «назад») и по величине («самый малый», «малый», «средний», «полный», «самый полный») выдается относительно максимальной скорости того типа корабля, который введен в учебный Модуль перед ■ нача* лом тренировки," или относительно заданного эскадренного * хода при совмё- • стном плавании. • - . Управление рулем осуществляется по направлению («право», . «лево»), и, углу перекладки., руля . ;(0°, ...5.°„. 10°, 15°, 20?. 25°., , 30°).. На, - приборе МТРК имеются также цифровые зна- КШЫе индикаторы скорости (десятки, единицы и десятые доли узлов) и курса (сотни, десятки, единицы и десятые доли градусов). Весь комплект оборудования рассчитан на работу циклами по 8 ч непрерывно. Время подготовки из полностью выключенного состояния не более 30 Мйн. Общая площадь для размещения всех 6 модулей, вспомогательного и запасного имущества — 120—130 кв. м. Специального охлаждения или вентиляции аппаратура не требует. Электропитание — от сети переменного трехфазного тока напряжением 380/220±10В частотой 50±2Гц. Тренажер достаточно прост в обслуживании и использовании. Наибольшую сложность представляет ввод новых карт районов плавания, так как для этого требуется высокая точность снятия координат точек береговой линии и значительное время для их ввода в память звм: * Предусмотрено дальнейшее . . совер-. шенствование тренажера: имитация, работы эхолота, радиопеленгатора, корабельных приемоиндикаторов, наземных, и спутниковых .радионавигационных систем. Предполагается включить в состав .аппаратуры ПР специальный графопостроитель или устройство отображения -обстановки на большом экране для документирования хода тренировки и последующего разбора. Дополнить его устройством визуального отображе- ния: внешней навигационной обстановки, особенно в темное время суток в виде цветного изображения ходовых огней окружающих кораблей, судов и других плавсредств, огней навигационных знаков и маяков, свечение, размер и яркость которых изменялись бы в динамике в зависимости от относительного положения и движения корабля (кораблей) и имитируемых подвижных целей и неподвижных объектов. По нашему мнению,. тренажер «Вахта» поможет - в значительной мере поднять уровень подготовки корабельных специалистов. В свою очередь их'замечания и предложения до конструкции и возможностям тренажера будут полезны разработчикам в ходе его дальнейшего совершенствования. 63д
Отклик читателя О КОМПЬЮТЕРНОЙ ГРАМОТНОСТИ ОФИЦЕРОВ D СТАТЬЕ капитана 1 ранга Б. Максимова * затронуты важные вопросы под- *■* готовки курсантов ввмузов. Она идет по двум взаимосвязанным направлениям: дискретная и аналоговая вычислительная техника; основы программирования с использованием калькуляторов и ЭВМ. Снижение внимания к первому направлению, видимо, связано с усложнением ЭВТ, недостаточно проработанной методикой преподавания. Поэтому надо быстрее внедрять в учебный процесс микропроцессорные комплекты УМК, ибо, как правильно указано в статье, невозможно оснастить лаборатории СЦВМ всех типов, которые имеются в ВМФ. Парк ЭВМ учебных заведений, на мой взгляд, необходимо обновлять такими ЭВМ, как «Искра-226», «Искра-1030», бытовыми компьютерами БК-0010, БК-0011 и их модификациями, а также более мощными персональными (ПЭВМ). Например, БК-0010Ш совместно с диалогово-вычислительным комплексом ДВК-2М, в состав которого входят накопитель на гибких магнитных дисках и печатающее устройство, позволяет создать целый компьютерный класс, где в единой сети могут работать более 60 машин. Вопросы снабжения этими компьютерами будет, видимо, уже легче решать* так как промышленность освоила серийный выпуск. Применение персональных компьютеров эффективно и на кораблях. К сожалению, этим пока занимаются любители. А ведь ПЭВМ могут помочь и в организации службы, и в боевой подготовке, и при выполнении оперативно-тактических расчетов, а также разнообразить досуг личного состава. Жаль, что статья посвящена компьютерной грамотности только будущих, офицеров, но не касается тех, кто уже служит на флоте. Здесь обстановка хуже. Многие офицеры не знают основ' программирования и не умеют работать на ЭВМ, следовательно, не представляют их возможности и не заинтересованы во внедрении вычислительной техники в повседневную деятельность. Для ликвидации «компьютерной безграмотности» целесообразно шире использовать специальные курсы на базе Военно-морской академии, военно-морских училищ и офицерских классов для обучения основам программирования и работе на вычислительной технике, как современной, так и перспективной. Посылать на эти курсы надо в первую очередь офицеров штабов, которые потом в своих частях смогут распространить полученный опыт. Надеюсь, «Морской сборник» продолжит публикации по вопросам повышения компьютерной грамотности военных моряков. Капитан-лейтенант Ю. РОМАШЕВ КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА. В специально предназначенных для работы отклике капитан-лейтенанта Ю. Ромаше- в корабельных условиях, ва нашел отражение тот большой инте- Предусматривается дальнейшее совер- рес, который проявляют военные моряки шенствование CHCTeMbI подготовки офи- к вычислительной технике и особенно к по эвт на уже действующих спе. ПЭВМ. Инициативу флотских специали, циальных курсах/а также организация стов мы рассматриваем как одно из ус новых> в том числе при учебных заведе. ловий быстрого освоения ими ЭВТ. ниях и вычислительных центрах на мес. Вполне понятна обеспокоенность авто- тах. ра письма вопросами обучения офице- Волее п обное рассмотрение ПОдня- ров и оснащения кораблей, частей сов- тых ю Ромашевьш вопрОсов требует ременными ПЭВМ. Для их решения в отдельного разГовора, мы готовы продол- ВМФ принят ряд дополнительных мер. жить его на страницах «Морского сбор- Значительно увеличилось количество, ника». новых образцов ПЭВМ, поступающих на' Капитан 1 ранга В. ШАБАС, фЪоты. Планируется поставка ПЭВМ, кандидат военных наук 1 Морской сборник. — 1988. — № 5. — С. 72 — 76. 64
ВМС США: СТАРЫЕ ПОСТУЛАТЫ «НОВОЙ МОРСКОЙ СТРАТЕГИИ» ю. лнлин НОВОЕ политическое мышление, конструктивная позиция Советского Союза, активные политические меры, принятые странами социалистического содружества после апреля 1985 г., положили начало оздоровлению международной обстановки. Единая военная доктрина государств — участников Варшавского Договора, принятая в мае 1987 г., Договор между СССР и США о ликвидации двух классов ядерных ракет создали предпосылки для снижения уровня военного противостояния в мире. В то же время процесс позитивных преобразований пока нельзя назвать необратимым. Агрессивность политического курса США и других стран НАТО проявляется в наступательном характере их военной доктрины «прямого противоборства», в которой официально провозглашен и закреплен тезис о ликвидации социализма как общественно-политической системы, предусмотрен комплекс военных действий, рассчитанных на установление американской гегемонии в мире. Уже сейчас на объекты Советского Союза нацелено свыше 10 тыс. американских ядерных зарядов только стратегического назначения, большинство которых размещено на морских носителях. В Европе, Азии, в акваториях Атлантического и Тихого океанов постоянно развернуты крупные группировки вооруженных сил США и НАТО, находящиеся в высокой готовности и способные нанести мощный удар без предварительного их усиления. По своему составу, вооружению они намного превосходят предел необходимой достаточности и по существу являются наступательными. На Западе широко рекламируются огромные ударные возможности флота НАТО, в том числе авианосных ударных группировок, оперативных ракетных групп, кораблей — носителей крылатых ракет «Томагавк». Глубина возможного воздействия этих сил перекрывает значительную часть территории нашей страны, чего не скрывают политические и военные руководители США и НАТО. «ВМС дают большие преимущества США в создании реальной угрозы с морских направлений потенциальным противникам», — отмечается в докладе министерства обороны США конгрессу. В последние годы иностранные военные специалисты все чаще отмечают, что стремительное развитие флотов стран НАТО, количественное и качественное обновление корабельного состава, оснащение его новыми средствами вооруженной борьбы, высокоточным ракетным оружием «привело к существенному изменению ситуации на море.., вернуло им способность контролировать моря». В конце 1986 г. американские стратеги внесли дополнительные положения в так назыьаемую новую морскую стратегию, создание которой в начале 80-х годов связывалось с именами бывших военных руководителей — министра ВМС США Ле- мана и начальника штаба Уоткянса. В настоящее время эга стратегия предусматривает активные действия у побережья СССР и других стран Варшавского Договора, ориентирует силы на подготовку к всеобщей войне с Советским Союзом, организацию внезапного нападения и проведения активных наступательных операций на всех океанских и морских направлениях. Главной считается задача блокирования и разгрома сил нашего флота в прилегающих к Евро-Азиатскому континенту районах до рубежей: о. Гренландия — о. Исландия — Великобритания на Атлантике и Алеутские — Курильские — Японские острова на Тихом океане. Иными словами, «новая морская стратегия» продолжает базироваться на старых постулатах, в основу ко- По материалам зарубежной печати. 5 <Морской сборник> № 2 65
торых положена все та же ставка на силу, на достижение обязательного превосходства на море. По оценке специалистов ВМС США, реализация этой стратегии, позволит захватить в свои руки стратегическую и оперативную инициативу на море, блокировать советский ВМФ в прибрежных районах и тем самым обеспечить безопасность трансокеанских стратегических коммуникаций, имеющих первостепенное значение для сухопутных группировок вооруженных сил и экономики США, стран НАТО и их союзников в Европе и на Дальнем Востоке. Подтверждением этому служит доклад адмирала Троста конгрессу США, в котором говорится, что «всестороннее развитие ВМС и достижение превосходства над советским флотом является обязательным условием успешной реализации национальной морской стратегии, предусматривающей ведение боевых действий по защите американских интересов на максимально возможном удалении от Североамериканского континента». Американские и натовские военные руководители неоднократно заявляли, что основные положения этой морской стратегии по вопросам строительства, боевого применения и стратегического развертывания ВМС сохранятся до конца текущего столетия. Конкретные взгляды на их использование в рамках морской стратегии содержатся в концепциях «передовой обороны на море» (США) и «передовой обороны в мелководных морях» (НАТО), отдельные сведения о которых были опубликованы в иностранной печати в конце 1986 г. Они предусматривают: создание ракетно- ядерной угрозы СССР и странам Варшавского Договора со всех морских направлений (см. рис. 1 и 2) путем развертывания здесь кораблей — носителей крылатых ракет «Томагавк»; заблаговременное сосредоточение крупных группировок ВМС США в передовых морских и океанских районах; концентрацию высокоманевренных ударных групп кораблей в стратегически важных районах океанских акваторий, прибрежных и проливных зонах; быструю перегруппировку основных корабельных соединений и их резервов на наиболее угрожаемые направления; выполнение задач, стоящих перед флотами, в тесном взаимодействии с другими видами вооруженных сил НАТО. Находит свое отражение в новой стратегии и концепция «глубокого поражения», в соответствии с которой ВМС и другие виды ВС наносят согласованные по месту и времени авиационные и ракетные удары по военно-морским базам, складам топлива и арсеналам, центрам системы управления, судостроительным и судоремонтным предприятиям, вторым эшелонам войск на приморских направлениях и резервам еще до ввода их в сражение. В свете сказанного едва ли следует удивляться нежеланию США включить в предмет переговоров о сокращении размеров военных флотов авианосцы и корабли — носители крылатых ракет. Примечательно, что еще в преддверии подписания советско-американского Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности в Европе стратеги США уже разработали варианты компенсации сокращаемых вооружений за счет размещения соответствующего количества крылатых ракет средней дальности в ядерном и обычном снаряжении на надводных кораблях и подводных лодках, развертываемых в акваториях Атлантического, Тихого и Северного Ледовитого океанов, прилегающих к Европе и Дальнему Востоку морях. Известны планы вооружения около 200 кораблей (в том числе свыше 100 надводных) 4 тыс. ракет «Томагавк» уже к 1992 г. Американская морская стратегия является «настолько наступательной в том, что касается ее целей в военное время, что она вызвала неприятие и тревогу специалистов по вопросам обороны, специалистов в конгрессе и иностранных правительств»,— пишет газета «Вашингтон пост» 1. И далее: «В соответствии с этой стратегией перед ВМС ставятся три основные задачи: атаковать советские подводные лодки, находящиеся у своих берегов до того, как они смогут уйти в открытый океан; связать наземные вооруженные силы СССР во всех районах мира; любой конфликт должен разрастаться «горизонтально», т. е. должны расширяться его географические рамки, с тем чтобы оттянуть советские силы из Европы и с Ближнего Востока; уничтожить как можно больше советских подводных лодок — носителей баллистических ракет». 1 Вашингтон пост. — 1988. — 8 июля. 66
\ 20- 20° Рубеж подъема палубной авиации ДОГОВОРА Зоны досягаемости КР.ТОМАГАВК Зона досягаемости ПАЛУБНСМ АВИАЦИИ 20° 40* Рис. 1. Характер угрозы с морских направлений на Атлантике Сами американцы называют свою морскую стратегию крайне агрессивной. И с этим нельзя не согласиться. Опубликованные в иностранной печати «сценарии» начала войн, опыт локальных войн и военных акций на Ближнем Востоке против Сирии, Ливана, Ливии, действия по оккупации Гренады показывают, что военно-политическое руководство США и НАТО считает начальный период войны решающим, а вооруженную борьбу на этом этапе особенно наступательной, с использованием всех сил и средств. Первые операции, по мнению стратегов Запада, характеризуются всесферностью боевых действий (наземных, воздушных, надводных, подводных); динамизмом; стремлением достичь максимальных целей; повышением роли первых массированных ударов авиацией и системами оружия большой дальности и высокой точности. Как сообщается в зарубежной печати, все формы применения сил флотов НАТО можно разделить на две категории: операции (operations) и боевые действия (warfare). Первая предусматривает действия для достижения конкретной оперативной цели в ограниченном по масштабу районе, в относительно сжатые сроки. Операции проводятся под единым централизованным руководством. Вторая предполагает длительные действия ограниченным составом сил в рамках поддержания необходимого (благоприятного) оперативного режима в назначенных районах. 67
Анализ иностранными специалистами оперативной подготовки ВМС стран НАТО, итоговых учений блока показывает, что предусматриваются следующие виды операций (боевых действий) с участием военно-морских сил: Воздушная наступательная операция. Проводится на «передовых рубежах обороны». В ней участвуют палубная авиация, авиация МИ, тактическая и стратегическая авиация ВВС. Наносятся массированные удары КР «Томагавк», размещенными на НК и ПЛА, по кораблям и береговым объектам. Главное ее содержание — уничтожение кораблей и авиации флота в море, базах и на аэродромах, складов ГСМ и боеприпасов, разрушение важных гидротехнических сооружений и энергетических центров, нарушение систем управления, связи и наблюдения. Считается, что для успеха операции необходимо тщательное планирование, массированное применение сил на главном направлении, нанесение первоочередных ударов по объектам ПВО. Операция (боевые действия) по уничтожению подводных лодок (противолодочные боевые действия)2 с привлечением атомных многоцелевых и дизельных подводных лодок, базовой патрульной авиации, авианосных и корабельных поисковых ударных групп, авианосной и тактической авиации. Главные усилия сосредоточиваются на поиске и уничтожении подводных лодок в обширных районах Мирового океана, создании противолодочных рубежей в географически важных районах моря, уничтожении инфраструктуры системы базирования, судоремонта и управления подводных лодок. В основу построения сил положены приемы и методы слежения за подводными лодками, применяемые уже в мирное время и опирающиеся на использование системы СОСУС, кораблей СЕРТАСС, буев РДСС, действия территориальных групп противолодочных секторов. Операция (боевые действия) по уничтожению надводных кораблей (противокорабельные боевые действия). К участию в ней привлекаются, как правило, ударные формирования оперативных флотов (АМГ, ОРГ, АПУГ, КУГ), стратегическая авиация, а также атомные подводные лодки, вооруженные противокорабельными крылатыми ракетами «Гарпун» и «Томагавк». Основная цель — уничтожение развернутых в море оперативных соединений и кораблей, находящихся в базах. По мнению специалистов ВМС, с использованием на океанских и морских ТВД автоматизированной системы загоризонтного целеуказания «Аутло Шарк» резко повысится эффективность действий сил. _ Операция (боевые действия) по постановке минных заграждений (минные боевые действия). Для постановки оборонительных и активных минных заграждений планируется привлекать авианосную, базовую патрульную и стратегическую авиацию, минные заградители, боевые надводные корабли и подводные лодки, а также переоборудованные для этих целей гражданские суда. Активные минные постановки могут начаться за несколько суток до войны вдоль побережья СССР, на маршрутах движения кораблей и судов, на выходах из баз и пунктов базирования. Оборонительные минные заграждения предусмотрено выставить до начала войны в проливных зонах и узкостях, на подходах к десантно-доступным участкам. В обширных глубоководных районах предполагается постановка мин «Кэптор». Большое внимание уделяется скрытности, решительности и внезапности действий. Операция (боевые действия) по содействию группировкам сухопутных войск, действующим на приморских направлениях (ударные боевые действия). В качестве главной ударной силы привлекаются авианосная авиация, оперативные ракетные группы, а также атомные подводные лодки, вооруженные ЕР «Томагавк» для стрельбы по берегу. Считается, что поддержка флотом сухопутных войск будет более эффективна, если силы станут действовать из районов, где обеспечено господство на море и превосходство в воздухе. Морская десантная операция (амфибийная операция) является одной из наиболее сложных. Она представляет собой наступление с моря, проводимое морскими силами, сухопутными войсками и ВВС. По взглядам военного руководства США и НАТО, в морских десантных операциях будут выполняться стратегические, оперативные и тактические задачи в ходе как всеобщей, так и ограниченной войны. Цель десантной 2 Здесь и далее по тексту, в.скобках дан буквальной перевод терминов, использующихся в иностранной военной литературе. 68
Зона досягаемости к р..Томагавк" с ядерной бч Зона досягаемости ПАЛЬбНОЙ АВИАЦИИ Зона досягаемости КРЛомагавк ' С ОБЫЧНОЙ БЧ Рубеж подъема ПАЛУБНОЙ АВИАЦИИ Петропавловск Камчатский 3 ФЛОТ США Рубеж пуска крылатых ракет .Томагавк "по береговым целям шо° Рис. 2. Характер угрозы с морских направлений на Тихом океане операции, решающей стратегические задачи, — «вторжение» для создания нового фронта и овладения территорией противника; оперативные задачи — «захват» для овладения и удержания прибрежных районов, военно-морских баз или островов; тактические задачи — «рейд» для решения разведывательно-диверсионных и демонстративных задач. «Рейд» предусматривает возвращение сил десанта после выполнения поставленной задачи. При проведении морской десантной операции полагают необходимым: предварительное завоевание господства на море и превосходства в воздухе, создание многократного превосходства в районе высадки морского десанта, обеспечение четкого взаимодействия разнородных сил и средств, скрытности, гибкости и внезапности действий участвующих в операции сил, сочетание централизованного и децентрализованного управления силами. Боевые действия по отражению воздушного нападения (противовоздушные боевые действия). Основой группировок ВМС для их ведения считается АУГ, которая тесно взаимодесйтвует с континентальной системой ПВО и самолетами ДРЛО систем АВАКС и АВАКС — НАТО. Достижение высокой боевой устойчивости от воздушного противника в большой степени зависит от мощной ПВО, главными принципами построения которой являются: эшелонирование; создание зон поражения различными системами оружия; массирование сил и средств на наиболее опасных направлениях; постоянный контроль за воздушной обстановкой; наращивание огневого воздействия 69
по противнику по мере его приближения к охраняемой цели. По мнению командования США и НАТО, для повышения эффективности противоракетной обороны необходимо концентрировать усилия не только на отражении самих ракет, но прежде всего на борьбе с их носителями. Операция (боевые действия) по защите морских перевозок (обеспечение морских перевозок) имеет своей целью обеспечить достатку на театры военных действий войск и предметов снабжения, а также экономических грузов, в первую очередь стратегических. Она предусматривает комплексное использование сил и средств ВМС, сосредоточение их усилий на охране наиболее важных конвоев с войсками, обороне узлов коммуникаций, защите с моря побережья на начальных и конечных участках коммуникаций. Для операции характерен большой пространственный размах, а в ряде случаев — последовательное уничтожение сил противника. Состав сил и средств, привлекаемых к каждой операции, зависит от конкретных целей и особенностей театра военных действий. На Атлантическом ТВД, как показывает опыт итоговых учений НАТО «Океанская охота», «Северная свадьба», оперативный замысел объединенных в силы блокады группировок ВМС предусматривает упреждение в их развертывании, с тем чтобы «заставить советский Северный флот с началом войны осуществлять оборону на выходах из баз». Силы блокады включают ударный флот НАТО, группировки ударных и противолодочных подводных лодок, оперативные ракетные группы и десантные соединения. По расчетам американцев, продолжительность первых операций может колебаться от двух недель до трех месяцев. Операции начального периода войны на Балтийском ТВД предполагают блокаду зоны Балтийских проливов, завоевание господства на море и в воздухе в этом районе и высадку десантов при благоприятных условиях на флангах группировки сухопутных войск Варшавского Договора с использованием специально отработанных частей и подразделений морской пехоты США и Великобритании. Ударными и объединенными ВМС НАТО на Южно-Европейском ТВД планируется завоевать господство в Средиземном море, блокировать Черноморские проливы, не выпустить силы советского Черноморского флота из баз, что, по мнению командования блока, позволит надежно снабжать стратегическим сырьем военную промышленность Западной Европы из стран Африки и индийскоокеанского региона. Цель действий ВМС США на Тихом океане охарактеризована начальником управления планирования политики госдепартамента США как «блокада Тихоокеанского флота СССР в Японском, Охотском и Беринговом морях, нанесение ударов по советским подводным лодкам и их базам, а также военным и экономическим объектам в Приморском крае и Сибири». Реализацию этого замысла американцы связывают с объединением под своей эгидой усилий ряда стран региона, для чего предпринимаются практические шаги по созданию военного альянса Вашингтон — Токио — Сеул. Основу группировки сил для решения поставленной задачи составляют 7-й и 3-й флоты США, опирающиеся в своих действиях на базы Японии и Североамериканского континента. При благоприятных условиях считается возможным высадить морские десанты с целью захвата части территории СССР. Это подтвердил один из сотрудников вашингтонского института изучения политики в интервью японской газете «Асахи»: «Морской пехоте отведена роль десанта для высадки на Курилы, Сахалин, Камчатку и их оккупации». Реальность высказанной концепции планируется проверить в ходе запланированных на 1989 г. «самых крупных в истории региона» объединенных маневров вооруженных сил США и их союзников на Тихом океане. Присутствие флотов США и стран НАТО у границ СССР отрицательно сказывается на развитии международных отношений. Ни одно из конструктивных предложений по ограничению активности военных флотов, выдвигавшихся М. С. Горбачевым во Владивостоке, в интервью индонезийской газете «Мердека», в Мурманске, Белграде и Красноярске, не нашло поддержки у руководства НАТО. Вашингтон, пытаясь держать под своим контролем все океаны, отказывается от переговоров о сокращении военно-морских сил, отвергает контроль за их деятельностью. Такая неконструктивная политика угрожает безопасности как социалистических, так и других стран, дестабилизирует международную обстановку в целом. 70
Изучающим иностранные флоты ВМС НОРВЕГИИ ВМС Норвегии включают военный флот и авиацию. В состав военного флота входят подводные лодки, фрегаты, корветы, боевые катера различного назначения, корабли минно-тральных и амфибийных сил. Подводные лодки. В действующем флоте находятся 11 ПЛ типа «Коббен», построенных по западногерманскому проекту около четверти века назад. Для поддержания их в строю в настоящее время на судоверфи в Бергене ускоренными темпами проводится полная модернизация ПЛ, в ходе которой не только заменяются корабельные системы и оборудование, но и удлиняется их корпус. Одовременно для ВМС Норвегии в ФРГ строятся шесть ПЛ проекта «210». По водоизмещению они почти в 3 раза превосходят подводные лодки типа «Коббен». Основные системы управления оружием и даже отдельные секции прочного корпуса — норвежского производства, гидроакустическое оборудование — западногерманского. Фрегаты. Построены на норвежской судоверфи в Хортене. При разработке корпуса и энергетической установки за основу был взят проект американского ЭМ типа «Дили», в который внесены 20° (•)- Главные ВМБ Военно-морские базы О Пункты базирования ©Авиабазы, аэродромы D-Порты 30° 71
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ЭЛЕМЕНТЫ КОРАБЛЕЙ ВМС НОРВЕГИИ И ИХ ВООРУЖЕНИЕ Тип корабля — количество, год вступления в строй 1 «Ула» — 6, в постройке «Коббен» — 11, 1964—1967 «Осло» — 5, 1966 — 1967 «Слейпнер», — 2, 1965—1967 «Хаук» — 14, 1977 — 1980 «Сторм» — 18, 1965—1988 «Снегг» — 6. 1У(U — 1У ii «Тьелд» — 8. 1960—1961 МЗ «Видао» — 2, 1977 — 1978 МЗ «Борген» — 1. 1961 ТЩ «Сира» — О 1ПС/1 1 CkCZ £Z 8> 1954 — 19оо ТДК «Рейие- сунд» — 5, 1972 — 1973 ТДК «Квал- сунц» — 2. 1968—1969 Полное водоизмещение, т Главные раз- мерения, м. длинах шири- нахосадка 2 1300 59x5,4x4,6 435 45,4x4,6x4,3 1745 96,6x11,2x5,5 780 69,4x8:3x2,7 148 36,5x6,1x1,5 135 36 5хб1x5 CJ Va# ) \J /Ч. \J f .1. /4. <■/ 135 36,5x6,1x1,5 82 24,5х7.5,ч2,1 1673 fi4 ft v 1 2 >с Л 282 31,2x8x3.4 Дд о , ..» 595 52,1x10.3x1,8 595 52,1x10,3x1,8 Наибольшая скорость хода, УЗ Дальность плавания, мили — скоростью, уз 3 Подводные j 23 5000 — . 18 Фрегать 25 Вооружение боевые средства 4 подки 533-мм ТА (носовые) — 8. Запас торпед — на 6 перезарядок 533-мм ТА (носовые) — 8. Боезапас 8 торпед i ПКР «Пингвин» Мк1. Боезапас 6 ракет ЗРК «Си Спарроу» 76-мм АУ МкЗЗ — 2x2 ТА Мк32 — 2X3 Шеститрубный реактивный бомбомет Мины Корветы 20 76-мм АУ Мк34 — 1 40-мм АУ — 1 ТА Мк32 — 2x3 Шеститрубный реактивный бомбомет Ракетные катера Свыше 34 440 — 34 Свыше 34 л Свыше 34 Одиночные ПУ ПКР «Пингвин» Мк2 — 6 40-мм АУ — 1 20-мм АУ — 1 533-мм ТА — 2 Одиночные ПУ ПКР «Пингвин» Мк1 — 6 76-мм АУ — 1 40-мм АУ — 1 Одиночные ПУ ПКР «Пингвин» Мк1 — 4 40-мм АУ — 1 533-мм ТА — А Торпедные катера 45 600 — 25 40-мм АУ — 1 20-мм АУ — 1 533-мм ТА — 4 Минно-тральные силы 15 9 13,5 Амфибийные 11.5 11.5 40-мм АУ — 2 ТА Мк32 — 2x3 Мины — 300—400 20-мм АУ — 1 20-мм АУ — 2 силы 20-мм АУ — 3 Десантовмести- мость — 7 танков 20-мм АУ — 2 электронное 5 РЛС: «Калипсо» 3 (ОНВЦ, ОНЦ) ГАС: CSU (ГЛС, ШПС) СУО; MSI-90U (УТО) РЛС: «Калипсо» 2 (ОНВЦ, ОНЦ) СУО: MSI-90U (УТО) РЛС: DRBV22 (ОВЦ). «Декка» ТМ 1226С (ОНЦ), WM22 (УАО), Мк9 (УРО) ГАС: AN/SQS-36 (БГЛС), TERNE 3 МкЗ (ПГЛС) РЛС: «Декка» 202 (ОНЦ), «Декка» ТМ 1229 (ОНЦ) ГАС: TERNE 3 МкЗ (ПГЛС) TSM 2633 (БГЛС) СУО: TVT-300 (УАО, УРО) — 2 ед. РЛС: «Декка» ТМ 1226 (ОНЦ) — 2 ед. ГАС: SQ3D/SF (ПГЛС) СУО: MS1-80S (УРО. УАО) РЛС: «Декка» ТхМ 1226 (ОНЦ) СУО: WM20 или WM26 РЛС: «Декка» ТМ 1626 (ОНВЦ, ОНЦ) СУО: TORC1 РЛС: «Декка» ТМ 1226 (ОНЦ) ГАС: SQ3D (ПГЛС) РЛС: «Декка» ТМ 1226 (ОНЦ) ГАС: 193М (ГЛСМ) ПРИМЕЧАНИЯ. 1. БГЛС (ПГЛС) — буксируемая (подкильная) гидролокационная станция; ОВЦ (ОВНЦ) — обнаружение воздушных (воздушных низколетящих) целей; ОНЦ обнаружение низколетящих целей; уАО (УРО) — управление артиллерийским (ракетным) оружием; УТ0 — управление торпедным оружием; ШПС — шумопеленгаторная станция. 2, В. графах 2 и 3 для подводных лодок ь числителе указаны подводные водоизмещение и скорость хода. 72
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ КОРАБЕЛЬНЫХ РЛС НОРВЕГИИ Тип РЛС, страна-изготовитель «Калипсо» 2, Франция «Калипсо» 3, Франция AWS-5, Великобритания «Декка» ТМ 1229, Великобритания WM20, Нидерланды Тактико-технические характеристики Рабочий диапазон, ГГц мощность излучения, кВт 8—10 70 9 — 10 25 2,7 — 2,9(3 — 3,1) 1100 9,38 — 9.44 25 8—10 (10 — 20) — Ширина диаграммы направленности антенны, град горизонтальная вертикальная 1.5 (3.3) 40 (30) 0,8 15 Коэффициент усиления, дБ скорость вращения антенны, об./мин • 15 и 30 2,8 Длительность импульсов, МКС частота повторения, Гц 0.5: 0.15 0.01; 1,0 0,35: 1.5 680 0.05; 0.25. 1 34С0; 1700; 850 Дополнительные сведения Дальность действия 28км по ВЦ и 10 км по НЦ Дальность действия 33 км Дальность действия 175 .км по цели на высоте 20 км и 30 км по НЦ Дальность дей ствия 45 км значительные изменения исходя из требований военно-морского командования Норвегии. Осуществляется модернизация фрегатов. Ее окончание намечено на 1990 г. Это позволит поддерживать их в строю до конца 90-х годов. В дальнейшем предполагается постройка новых таких кораблей. Корветы. Вместо запланированных пяти единиц построено два корабля. Так же, как и фрегаты, они были модернизированы. Строительство новых кораблей этого класса не предусматривается. Боевые катера. Предназначены для ведения боевых действий в прибрежной зоне. РКА типа «Сторм» и «Снегг» проходят модернизацию. Устанавливаются более совершенная система управления огнем и другое электронное оборудование. На замену РКА этих двух типов в ближайшие годы планируется начать строительство новых. Торпедные и патрульные катера, по оценке зарубежных специалистов, не представляют серьезной силы. Корабли минно-тральных и амфибийных сил, как отмечается в иностранной печати, отвечают задачам, решаемым ВМС Норвегии. Танкодесантные корабли намечено оснастить необходимым оборудованием для постановки минных заграждений. Авиация ВМС включает: шесть вертолетов «Линкс» Мк86, базирующихся на корабли береговой охра- Ракетный катер типа «Хаук» ны. Основные задачи — ведение разведки и наблюдения, охрана рыболовства и нефтяных разработок в прибрежной зоне. Экипажи входят в состав ВВС Норвегии; семь самолетов Р-ЗВ «Орион». В мирное время осуществляют разведку и наблюдение, в военное — участвуют в противолодочных операциях. Намечено закупить 4 самолета Р-ЗС; десять вертолетов «Си Кинг». В военное время предусматривается усиление их вертолетами гражданских ведомств. Основные базы и пункты базирования ВМС Норвегии: Хортен, Берген, Хар- стад, Тромсе. Численность личного состава — 9000 человек. 73
Вахта памяти ФЛАГМАНЫ ОБЖАЛОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ Капитан 1 ранга В. АЛЕКСЕЕВ, кандидат военных наук ГЛУБОКОЙ АПРЕЛЬСКОЙ ночью 1937 г. известный всему городу зловещий гул мотора «черного ворона» внезапно оборвался в Плотниковом переулке, что у старого Арбата, у дома № 15. Двое вошли в подъезд, постучали в дверь. — Откройте, НКВД! Дальнейшие события отличались скоротечностью и развивались по заранее написанному и многократно опробованному сценарию. Решением Военной коллегии Верховного суда СССР от 19 июня 1937 года Вячеслав Иванович Зоф (начальник Морских сил СССР в 1924—1926 гг.) осужден к высшей мере наказания — расстрелу. Приговор обжалованию не подлежит. В судебном заключении его обвиняли в том, что он является участником антисоветской троцкистско-зиновьевской террористической организации и с 1932 г. связан с врагом народа Зиновьевым и активными террористами Розе- ном, Тер-Ваганяном и др., которыми был осведомлен о террористической деятельности этой организации против руководителей ВКП(б). На предварительном следствии, как и на судебном заседании, Зоф не признал себя виновным в принадлежности к контрреволюционной организации и показал, что в 1926 г. примыкал к троцкистско-зиновьевской оппозиции. Однако в ходе дискуссии убедился в том, что права партия, а он ошибался, в связи с чем в августе 1927 г. подал в ЦК ВКП(б) заявление об отходе от оппозиции и прекращении борьбы с партией. Это заявление было опубликовано в «Правде» 1. Нетрудно себе представить, каким мужеством и волей нужно было обладать в те времена человеку, до последних минут своей жизни отклонявшему все обвинения и клевету, доказывавшему верность партии и народу. ПОСЛЕ ОГЛАШЕНИЯ приговора, изможденный и усталый, Зоф повалился на жесткий тюфяк топчана в одиночной камере. Он знал, что означает формулировка «обжалованию не подлежит» — все закончится в течение суток. Из глубины души непроизвольно вырвался стон. Это был стон человека, обессилевшего не от физической боли, а от сознания беспомощности и безвыходности своего положения. Перед закрытыми глазами проплывали воспоминания детства: твердая и уверенная походка отца, его жилистые рабочие руки. Мать — крестьянка, одаренная от природы народной мудростью и терпением. Небольшой городок Дубно Волынской области, где он с 14 лет начал трудовую деятельность фабричным учеником. Трудно приходилось молодому рабочему. Вставать нужно было в 6 утра. После тяжелой, изнурительной работы — вечерние курсы. Вступив в школу жизни, работая на различных фабриках, заводах Петрограда, Вячеслав пытался понять и найти выход из тупика бесправия и несправедливости. Рано созрели в нем твердость духа, совестливость, сознание своего рабочего долга. На непокорного, ершистого паренька обратили внимание старшие товарищи. Его привлекли к участию в марксистском кружке, к активному сотрудничеству в легальных большевистских газетах «Звезда» и «Правда». В 1913 г. его приняли в члены РСДРП. Потом Сестрорецк, оружейный завод... Опытный к тому времени подпольщик, Зоф вскоре стал вожаком местных большевиков. Своим спокойствием 1 Архив Военной коллегии Верховного суда СССР. Д. Mb 4H02083/58 г. 74
На линкоре. В. Зофг А. Бубнов, К. Еремеев. Фото 1924 г. и невозмутимостью, твердостью, уверенностью в правоте дела он завоевал непререкаемый авторитет у соратников, окружавших его людей. Они верили ему, шли за ним. Вот почему сразу же после Февральской революции рабочие избрали его в Петроградский Совет. Трудная наступила пора... Всюду собрания и митинги, лозунги и призывы. Шла упорнейшая борьба за массы, за власть. После июльских событий 1917 г. обстановка в стране еще больше накалилась. Временное правительство потребовало во что бы то ни стало арестовать и «обезвредить» В. И. Ленина. Тому, кто это сделает, была назначена крупная награда. ЦК РСДРП(б) принял специальное решение: укрыть вождя революции в надежном убежище. И выбор пал на В. Зофа и Н. Емельянова. Они организовали надежное подполье и обеспечили как безопасность Владимира Ильича, так и связь его с рабочим Питером, другими городами. Какой нужно было обладать энергией, силой, чтобы после 12-часового рабочего дня ежедневно преодолевать расстояния от Разлива до Петрограда и обратно. Редко, когда Вячеславу Ивановичу удавалось подъехать на попутной подводе. Меняя тропы и направления, Вячеслав Иванович часто оказывался на берегу Финского залива. Волнующаяся водная поверхность, далекие туманные очертания берегов, кораблей, парусников будоражили воображение. Море влекло и притягивало к себе как несбыточная мечта... По-настоящему первая памятная встреча с моряками произошла 15 августа 1917 г., когда отряд из 500 крон- штадтцев прибыл в Сестрорецк. Митинг, организованный Зофом на городской площади, привлек и сестрорецких рабочих. Сформированный в дальнейшем объединенный отряд подавлял контрреволюционный мятеж генерала Корнилова. ...Ярко вспыхнули в памяти октябрьские события: залп «Авроры», высокие ажурные ворота Зимнего, возбужденные светлые и решительные лица рабочих. В ночь на 25 октября нз Сестрорецка в Питер ушли три больших отряда красногвардейцев-оружейников общей численностью более 1000 человек» Они участвовали в штурме Зимнего, захвате ряда типографий буржуазных газет, в разоружении юнкеров военно-инженерной школы. Своей организованностью, боевой сплоченностью сестрорецкие рабочие во многом обязаны своему вожаку В. И. Зофу2. Трудным для молодой республики был 1918 год. Разруха, голод, преступность- Партия направила Зофа на Восточный фронт комиссаром бригады, а затем дивизии. Здесь проявились незаурядные его способности и волевые качества. Вдохновлял подчиненных личным примером. Не пользовался никакими привилегиями. Всегда находился рядом с бойцами в сырых землянках и окопах, в передовой цепи наступавших. Мужественно переносил нужды и лишения, как подобает коммунисту. Тяжелые бои за Нижний Тагил и Екатеринбург встретил в должности начальника снабжения 3-й армии. В трудных условиях бездорожья, растянутого фронта, острой нехватки вооружения, боеприпасов и продовольствия он показывал исключительные способности организатора. 1 Герои Октября. Биографии активных участников подготовки и проведения вооруженного восстания в Петрограде. — Л., 1967. — С. 461—463.
Весна 1919 г. Империалисты Антанты сделали ставку на генерала Юденича. К нему примкнули финские и эстонские белогвардейцы, на Балтике активизировалась английская эскадра. И В. Зоф снова в горячей точке. Он — член комитета обороны Петрограда и одновременно член Реввоенсовета Балтфлота, где вместе с Зеленым и Барановым руководил боевыми действиями Балтийского флота и Онежской флотилии. Комиссар Балтики, как его называли моряки,— частый гость на кораблях и фортах, в подразделениях фронта. Он всегда был в гуще событий, глубоко вникал в самые разнообразные вопросы, относившиеся к укреплению обороны, боеготовности сил. Словом и делом помогал разобраться в обстановке и принять верное решение. Призывы и обращения его страстны и проникновенны: «Великая честь выпала на долю Балтийского флота — защита подступов к Петрограду с моря и с суши. Красные моряки, первые бойцы среди равных, должны с той же силой и беззаветной смелостью, что и в былые дни сражений за свободу трудового народа, вступить в открытый бой с теми белогвардейскими бандами, которые пытаются кинуться на Петроград» 4. В сложных ситуациях Зоф пытался максимально использовать любые возможности для того, чтобы решать вопросы не силой оружия и кровью, а силой слова и убеждения. Характерным был ультиматум Реввоенсовета БФ гарнизону Красной Горки (13 июня 1919 г.), подготовленный им уже после того, как был получен приказ о подавлении мятежа. «Вы предательски изменили рабочим и крестьянам России, отдавая себя в руки белых, но мы готовы простить вашу вину, если вы ответите, что никаких злостных намерений против рабоче-крестьянской России не имеете. На ответ дается 2 часа, после чего наши товарищи-матросы возьмут атакой «Красную Горку», а суда откроют беспощадный огонь. Горе вам тогда. Загладьте вашу вину, пока не поздно. Зоф, Баранов» 5. Но мятежный гарнизон молчал. Заговорили пушки кораблей и Кронштадта. В тяжелый для страны период, когда молодая Советская республика была плотным кольцом зажата силами Антанты, В. Зоф первым из служащих отказался от части своего пайка в пользу питерских рабочих. Твердая и непреклонная позиция Зофа по отношению к проекту перевода флота на положение армии труда во многом способствовала сохранению его кадров и боевого ядра. «...Ни в коем случае нельзя прекращать работы по продолжению организации Балтийского флота, а, наоборот, необходимо всеми мерами стремиться ее увеличить. Перевод моряков Балтийского флота на мирное строительство означал бы фактическое разоружение флота, развал и катастрофу» 6. За активное участие в Великой Октябрьской социалистической революции и гражданской войне и проявленные при этом мужество, героизм и высокие организаторские способности Вячеслав Иванович Зоф был удостоен ордена Красного Знамени. В январе 1921 г. В. И. Ленин писал: «Я слышал в ЦК оценку Зофа как ценнейшего работника и мои наблюдения в Совобороне вполне подтверждают эту оценку»7. Несмотря на это, Владимир Ильич критиковал его во время дискуссии о профсоюзах, что, по всей вероятности, сыграло впоследствии свою роковую роль. С ноября 1921 г. В. Зоф — комиссар Морских сил Республики8, а с декабря 1924 г.— начальник Морских сил и член Реввоенсовета СССР. Назначение наморси Республики — на самый высокий и ответственный пост на флоте — явилось для Зофа неожиданным, и он, как считал, преждевременно сменил эрудированного моряка Э. Панцержанского, который пользовался заслуженным авторитетом, отличался глубоким знанием дела. Но... приказы не обсуждаются, их выполняют. Он с головой окунулся в эту новую для него и ответственную работу. Несмотря на занимаемую должность, Вячеслав Иванович 4 3 о ф В. И. На защиту Петрограда // Красный Балтийский флот. — 1919. — 6 мая. 5 ЦГА ВМФ. — Ф. 3398. — 1919. — Д. 40. — Л. 32. 6 Доклад РВС БФ командующему Морскими силами Республики // ЦГА ВМФ. — Ф. 1432, 1920 — Д. 22650. — Л. 1—3. 7 Л е н и н В. И. Поли. собр. соч. — Т. 42. — С. 274. 8 В 1921 г. должность именовалась: комиссар при помощнике Главнокомандующего всеми Вооруженными Силами Республики по морской части. 76
быя прост и доступен для окружающих. .-Занимаясь восстановлением и • строи тельством флота Советской республики, Зоф один из первых поддержал инициативу комсомола взять шефство над флотом, и в 1922 г. РККФ принял первых его посланцев. Вячеслав Иванович всегда любил молодежь, заботился о ней. На VI и VII съездах ВЛКСМ его избрали членом ЦК комсомола. Вышли в свет две его книжки о молодежи — «Комсомол на морях» и «Под красным вымпелом» Не имея своих детей, он дарил морякам все свои отцовские чувства. Выступая перед молодыми воинами, он подчеркивал, что «не для «красы и гордости» создается Красный флот, а для весьма ответственной и труднейшей задачи — обороны подступов и морских границ рабоче-крестьянской страны» 9. Строительство большого флота — необходимость, которая дорого обходилась неокрепшей экономике Страны Советов. Но Зоф считал, что только с «уничтожением капиталистического строя отпадут громаднейшие расходы на вооружение, и человечество сможет все материальные и культурные ценности мира употребить целиком для разумной жизни, достойной человека» 10. После непродолжительного отдыха два года проработал председателем правления Совторгфлота, ас 1931 по 1937 г. — первым заместителем народного комиссара водного транспорта. В том, что в те годы в кратчайшие сроки были спроектированы и построены суда ледокольного типа «Дежнев» и «Леваневский», ледоколы типа «А. Микоян», есть заслуга Вячеслава Ивановича. П/Л ИЮНЯ 1937 г. приговор был приведен в исполнение. АХ) Долгие годы имя В. И. Зофа было незаслуженно вычеркнуто из истории. О нем запрещено было вспоминать, как и о тысячах других ни в чем не повинных людей. И только после развенчания культа личности Сталина, наступления гласности впервые получена возможность доступа к архивным документам. Приоткрылась еще одна страничка — биография честного, преданного партии и народу человека. Дело его было пересмотрено. «Основанием к осуждению т. Зофа явились показания Каменева, приобщенные к делу в виде копии протокола допроса от 14 августа 1936 г., из которого видно, что ему (Каменеву А. В.) со слов Зиновьева было известно об антипартийных настроениях Зофа. Производством дополнительного расследования установлены новые обстоятельства, свидетельствующие о том, что Зоф был осужден необоснованно. Зиновьев, как это установлено просмотром его дела, на одном из допросов действительно показал, что Зоф в 1932 г. приезжал к нему на дачу, где проявил себя как весьма антипартийно настроенный. Однако из показаний Зиновьева не видно, что Зоф является членом троцкистско-зиновьевской организации. Кроме того, как это видно из материалов дела, Зоф дал тогда отпор антипартийным взглядам Зиновьева. Больше встреч с Зиновьевым не было. Других каких-либо данных в отношении Зофа ни Каменев, ни Зиновьев не давали. Имеющиеся в деле показания Зофа о том, что он якобы проводил антисоветские разговоры с Вардиным, Тер-Ваганяном и Розеном, не могут быть положены в основу обвинения осужденного, так как проверкой установлено, что никто из названных лиц не дал каких-либо показаний о преступной деятельности Зофа». Определением Военной коллегии Верховного суда СССР от 23 февраля 1956 г. В. И. Зоф реабилитирован. Дело прекращено из-за отсутствия состава преступления» п. В этом году исполняется 100 лет со дня рождения Вячеслава Ивановича Зофа, всю свою жизнь посвятившего борьбе за светлое будущее нашего народа. Это был настоящий и преданный революции человек. Он меньше всего заботился о своей собственной судьбе. Его волновало будущее страны. Он твердо верил, что несправедливости будет положен конец. Настало время, чтобы и его доброе имя на долгие годы осталось в памяти наших потомков. 9 Морской сборник. — 1924. — № 1. — С. 13 10 Морской сборник. — 1924 — № 11. — С. 132 — 138. 11 Архив Военной коллегии Верховного суда СССР. — Д № 4Н02083/56 г. 77
НЕПРАВЫЙ СУД Сергей ЗОЯИН О НОЯБРЯ 1947 г. «Красной стре- ' лой» из Ленинграда выехали четыре адмирала. Одно купе в международном вагоне заняли адмирал флота Н. Г. Кузнецов, в то время начальник Управления вмузов, и адмирал Л. М. Галлер — начальник Военно-морской академии кораблестроения и вооружения имени А. Н. Крылова. В соседнем разместились адмирал В. А. Алафузов — начальник Военно-морской академии имени К. Е. Ворошилова и вице- адмирал Г. А. Степанов, заместитель Н. Г. Кузнецова. Все они были неожиданно вызваны в Москву главкомом ВМФ И. С. Юмашевым. Адмиралы хорошо знали друг друга, их связывали годы совместной службы. Николай Герасимович Кузнецов руководил флотом с 1939 по 1947 г. Лев Михайлович Галлер с 1938 г. возглавлял Главный морской штаб, за полгода до войны стал заместителем наркома по кораблестроению и вооружению и занимал эту должность до 1947 г. В военное время он фактически исполнял и обязанности первого заместителя наркома, так как начальник ГМШ и первый заместитель наркома адмирал И. С. Исаков в 1941 —1942 гг. в основном находился вне Москвы, а осенью сорок второго был тяжело ранен. Владимир Антонович Алафузов и Георгий Андреевич Степанов в годы войны поочередно руководили ГМШ. Таким образом, в «Красной стреле» направлялись в столицу бывшие руководители ВМФ в период Отечественной. Алафузов и Степанов получили назначение в Ленинград в соответствии со своими склонностями и желаниями. Первый принял академию в апреле 1945 г., второй — Управление вмузов в июле 1944 г. Совсем иначе оказались в Ленинграде Кузнецов и Галлер: они были сняты Сталиным с должностей главнокомандующего ВМФ и заместителя главнокомандующего в конце 1946 г. Причиной их опалы явилось несогласие Кузнецова с предложением Сталина разделить КБФ на два флота. Главный военный совет ВМФ поддержал главкома большинством голосов, что вызвало гнев генералиссимуса. В феврале 1946 г. КБФ все-таки разделили на 4 и 8 ВМФ, а затем упразднили наркомат ВМФ. Над головой Кузнецова и его ближайших соратников нависла грозовая туча. Министром ВС СССР в марте 1946 г. назначили не одного из прославленных в годы войны маршалов, а аппаратчика Н. А. Бул- ганина. Он стал генералом армии, а через год бывший председатель Моссовета и правления Госбанка, в войну — член военных советов фронтов, никогда не командовавший даже взводом, получил полководческое звание Маршал Советского Союза. Казалось, с упразднением наркомата ВМФ ничего не изменилось. Так же работали ГШ ВМФ, управления. Но многие вопросы, которые ранее нарком решал, обращаясь в правительство, требовали теперь предварительного (и весьма долгого) рассмотрения министром ВС, далеким от понимания нужд флота. В «Законе о пятилетнем плане восстановления и развития народного хозяйства СССР на 1946—1950 гг.» говорилось: «Увеличить судостроение в 1950 г. вдвое по сравнению с 1940 г.». Предусматривалось строительство 9 линкоров водоизмещением по 75 тыс. т, 12 тяжелых и 60 легких крейсеров, 15 авианосцев, более 500 подводных лодок... Между тем отношения руководства ВМФ с наркоматом, а потом и министерством судостроения складывались трудно. Авианосцы, по замыслу Кузнецова и Галлера, становились основополагающим элементом надводного флота. В этом заключалась первая особенность программы. Вторая состояла в том, что строительство кораблей всех классов должно было вестись по новым проектам, учитывающим военно-технический прогресс флотов за годы второй мировой войны. Такая направленность не получила поддержки руководства судостроения во главе с И. И. Носенко, которое предпочитало не форсировать строительство авианосцев; линкоры, крейсера и эсминцы строить по откорректированным довоенным проектам. Кузнецов и Галлер резко возражали, утверждая, что при такой технической политике в кораблестроении страна истратит миллиарды, а уровень кораблей будет уступать тем, которыми располагают флоты США и Великобритании. Итак, Сталин был недоволен Кузнецовым, посмевшим отстаивать свое мнение. Руководство минсудпрома, отстаивающее в правительстве свой облегченный вариант кораблестроения, обвиняло командование ВМФ в непонимании послевоенных трудностей. К тому же и министру Булганину не нравились принципиальность и самостоятельность главкома ВМФ. Вероятна и подспудная деятельность Берии, который всегда старался низвергнуть тех, кто слишком долго находился «у трона» и пользовался доверием Сталина. Что же послужило последним толчком, поводом к снятию Кузнецова и Галлера в конце 1946 г.? Об этом Николай Герасимович ничего не написал в своих воспоминаниях. Галлер в 1947 г. говорил контр-адмиралу В. А. Белли, начальнику кафедры академии, 78
своему другу еще с 1909 г., когда они вместе плавали на линкорах в Средиземном, что здесь возможна связь с разделением еще одного флота — Тихоокеанского. Оно состоялось уже после их удаления — 1 января 1947 г. и было столь же надуманным, как и разделение КБФ. Не высказал ли и тут недоумения главком ВМФ, о чем «доброхоты» доложили Сталину? Весь сорок седьмой год Кузнецов, Галлер, Алафузов и Степанов добросовестно работали в Ленинграде. Пожалуй, они не ожидали перемен к худшему в своей судьбе. Но известно, что Галлер с тревогой говорил Белли о симптомах в жизни страны, которые можно истолковать как подготовку к новой волне репрессий, подобных тем, что прошли в довоенные годы. Разговор этот состоялся после того, как стало известно о страшном преступлении: академик- секретарь АМН СССР профессор В. В. Парин передал ученым США материалы величайшего открытия советских биологов — средство от рака. Все это явилось результатом тщеславия, честолюбия, корысти и преклонения перед Западом Н. Г. Клюевой и Г. И. Роскина, предательских действий В. В. Парина и пособничества министра здравоохранения профессора Г. А. Мити рева. Так во всяком случае утверждали средства информации. Парин был осужден как шпион США и получил 2о лет, а над Клюевой и Роскиным устроили суд чести. Он проходил в Москве, в Театре эстрады. Этот суд чести и постановление ЦК ВКП(б) по делу биологов послужили бикфордовым шнуром к взрыву кампании против «раболепия» и «преклонения перед иностранщиной», все более целенаправленно раздувавшейся А. А. Ждановым. Открывший в 1946 г. докладом о журналах «Звезда» и «Ленинград» широкую дорогу преследованиям интеллигенции, он повел и «дело» биологов. Под его же руководством громили философов... В общем, от будущего Галлер не ждал ничего хорошего... НА ЛЕНИНГРАДСКОМ ВОКЗАЛЕ адмиралов ожидала машина, поехали к главкому ВМФ. Здесь узнали: они подследственные. Каждому уже выделен следователь, который должен выявить, не переступили ли они положенные пределы, передавая в годы войны информацию иностранным представителям. Допросный марафон длился два месяца. Всех четырех допрашивали в течение рабочего дня по единой, видимо, заранее утвержденной схеме, по одинаковому вопроснику. Вечером адмиралы могли выходить за проходную. «Дело», состряпанное против недавнего руководства флота, началось с доноса, вышедшего из стен НИИ МТУ ВМФ. Отсюда пришел в Москву и попал к Берии и Булганину донос капитана 1 ранга В. Алферова. Сам ли Алферов решил через четыре года после события, которое счел преступным, сообщить «куда надо», что передача союзникам торпеды высотного торпедоме- тания 45-36 ABA нанесла серьезный ущерб оборонной мощи Родины, или, быть может, его кто-то умело спровоцировал, подтолкнув на бесчестный поступок? Так или иначе, но донос поступил, а кто-то еще решил, что единичного преступного деяния маловато для крупного дела. И развернулась работа, завершившаяся к тридцатой годовщине Октября. Поэтому в Москве речь шла не только о торпеде 45-36 ABA, но и о передаче союзникам документации по артиллерийскому вооружению, дистанционной 130-мм гранаты, некоторых навигационных карт и самонаводящейся акуст тической торпеды с немецкой подводной лодки U-250, потопленной нами в 1944 г. в Финском заливе. Все перечисленное действительно в свое время передали военно-морским миссиям союзных флотов. Чем это было вызвано? Еще 30 сентября 1942 г. нарком иностранных дел В. М. Молотов направил послу Великобритании в Москве Арчибальду К. Керру письмо с текстом соглашения об обмене между СССР и его страной информацией, относящейся к «предметам вооружения». Это был ответ на соответствующее письмо британского посла. Таким образом, были приняты взаимные обязательства и создана правовая основа по обмену между союзниками данными по различным видам вооружения. Позже аналогичные отношения установились с США. Англичане, а затем и американцы открыли доступ нашим военным и военно-морским атташе, представителям советских военных и военно-морских миссий на часть своих предприятий и арсеналов, в базы и на корабли. Какое-то время союзники не требовали от советской стороны ответных шагов. Однако в 1943 г. они стали выражать неудовольствие односторонностью обмена. Наших военно-морских атташе, представителей групп контр-адмирала Н. М. Харламова в Англии и вице-адмирала М. И. Акулина в США, ограничивали в посещении промышленных и военных объектов. Военно-морской атташе США в Москве контр-адмирал Дункан жаловался в наркомате, что за год пребывания в СССР он один раз посетил Северный флот и один раз ему показали московскую фабрику пищевых концентратов. Аналогичные претензии предъявил представитель британского флота контр-адмирал Майлс. Между тем к этому времени британское адмиралтейство передало нам описания артиллерии главных калибров линкоров «Нельсон» и «Георг V», линейного крейсера «Ринаун», крейсера «Ньюкасл», орудий некоторых других типов и калибров, а также техническую документацию на производство отдельных артиллерийских приборов. Много военно-технической документации поступило и с кораблями и вооружением, которое мы получали по ленд-лизу. И когда морская секция военной миссии США в Москве в январе 1944 г. на- 79
правила наркому ВМФ меморандум с длинным перечнем военно-морских баз, арсеналов, заводов и конструкторских бюро, которые посетили советские офицеры в их стране, стало ясно, что просто необходимо выполнить свой союзнический долг и ответить взаимностью. О передаче конкретной документации и образцов военной техники союзникам нарком Кузнецов не раз говорил Сталину. И получал соответствующие разрешения, но устные — письменных свидетельств тому он следствию представить не смог. Однако, как известно из опубликованной переписки Сталина и Черчилля, первый в 1944 г. дал согласие на передачу англичанам трофейной акустической торпеды. Между тем это также стало одним из пунктов обвинения. Вряд ли Сталин забыл, что санкционировал передачу союзникам образцов вооружения, документации. Но он же дал указание судить бывших руководителей флота. Значит, ссылаться на его разрешение было чрезвычайно опасно... Таким образом, обвиняемым инкриминировалась передача иностранцам военно-технической информации, образцов вооружения и навигационных карт без разрешения правительства. Лишь малую толику из предъявленных обвинений в ходе следствия и суда удалось снять. Так, выяснилось, что переданная американцам карта двух северных островов Курил с частью южного побережья Камчатки была составлена по дореволюционным русским и японским картам, что японцы, имея до 1944 г. рыболовную концессию на южном берегу Камчатки, плавали там беспрепятственно. Повисло в воздухе и обвинение в передаче союзникам карты района Севастополя. Кузнецов объяснил, что в дни Ялтинской конференции в 1944 г. в Черное море приходили корабли союзников, которым карта была необходима. В основном следователей интересовала передача торпеды 45-36 ABA и документации по артиллерийскому вооружению. Всем адмиралам задавали одни и те же вопросы одновременно, что исключало согласование ответов. Но все они дали одинаковые ответы. Как отметили Кузнецов и Галлер, передачу союзникам всего того, о чем идет речь, нельзя рассматривать в отрыве от того, что получил Советский ВМФ от них. Учитывая еще и поставки по ленд-лизу, мы приобрели намного больше, чем отдали. В условиях гонений на «преклоняющихся» и «раболепствующих» адмиралы не могли говорить обо всем. А следовало бы сказать, что наш флот по сравнению с ВМФ союзников отставал в радиолокации и гидролокации, противолодочном вооружении, средствах борьбы с неконтактными минами и приборах управления оружием, в частности торпедной стрельбой подводных лодок. Получение же от союзников техники и оружия, документации к ним позволило усовершенствовать отечественные образцы. Казалось бы, ясность полная. Но очередной вопрос следователя был такой: «Какой ущерб был нанесен боевой мощи ВМФ этой передачей?» В протоколе зафиксирован четкий ответ Галлера: «Считаю, что передачей описаний» альбомов и чертежей по артиллерии значительного ущерба нанесено не было... Передачей документации и торпеды 45-36 ABA был нанесен ущерб, но незначительный, так как в Великой Отечественной войне она использовалась в ограниченных размерах и в войне будущего, безусловно, использована не будет...» 1 Итак, Галлер признал наличие «ущерба», но не видел в этом преступления. В самом деле, если что-то отдаешь, то какие-то потери неизбежны. Значит, союзники понесли «ущерб» куда больший... И если бы весы Фемиды взвешивали все «за» и «против» честно, то сразу бы стало понятно — обвинение несостоятельно... Всем адмиралам задавали один и тот же вопрос: «Кто является основным виновником по передаче...?» Отвечали они по-разному, но в первую очередь называли себя. А Галлер не пожелал ссылаться на кого-либо вообще: «Имею возможность установить лишь мое личное участие»2. Такой ответ вызвал неудовольствие. На полях протокола кто-то оставил маргиналии: «Ответ не прямой». Нет, скажем мы, именно прямой, благородный ответ! Последним по счету задавали вопрос: «Какую политическую оценку Вы даете этим фактам (т. е. передаче союзникам перечисленного выше.— С. 3.) в свете указаний ЦК ВКП(б) по делу Клюевой и Роскина?» Благоразумие требовало продемонстрировать полное единодушие с идеологическими постановлениями 1946—1947 гг. Тут представлялась возможность заняться самобичеванием . и «признанием ошибок». Галлер ответил с достоинством: «Изучение письма... по делу Клюевой и Роскина приводит к основному выводу, что было бы лучше (разрядка моя. — С. 3.), если бы передача торпедного вооружения и документации по артиллерии не имела бы места или, во всяком случае, производилась бы с большей осмотрительностью и должным оформлением. Вместе с тем необходимо учитывать, что значительное количество полученного от бывших союзников вооружения и техники в то время представляло несомненную ценность, послужившую по имевшей место обстановке на пользу Советскому Союзу»3. Мысль Галлера, высказанная здесь даже с некоторой скрытой иронией, ясна: не передали бы или передали с оформлением письменного указания Сталина — не было бы и «дела». Понятие о чести не позволило адмиралу Галлеру произнести уничижительных слов... Несколько иначе ответил в тот же день на этот вопрос Кузнецов: «Сравни- ' ЦВМА. — Ф. 14. — Оп. 19. — Д. 1. 2. 2 Там же. 3 Там же. 80
вая совершенные поступки с делом Клюевой и Роскина, нужно сказать, что принципиально это одного и того же порядка поступки, исходящие из преклонения перед заграницей, но еще более ощутимые в современной международной- обстановке. Разница заключается в том, что эти поступки совершены не в погоне за чьим-либо личным интересом, а в обстановке работы и желания лучше сделать для Военно-Морского Флота. Политическая оценка, данная ЦК ВКП(б) по делу Клюевой и Роскина, правильна и в отношении этого факта» 4. Не знал, конечно, Николай Герасимович, что и биологи не имели «личного интереса» (в том смысле, как понимали его сочинители постановления по „их «делу»), передавая В. В. Парину, будущему основателю советской космической физиологии и медицины, рукопись своего труда. Кузнецов, видимо, верил постановлению безоговорочно. Отсюда и разница в тональности ответов на один и тот же вопрос представителей двух поколений военачальников ВМФ. Гал- лер слегка иронизирует, для него сам вопрос — глупость, как и все «дело» биологов. Интеллигент бог знает в каком поколении" внук врача, он не понимает и никогда не поймет, почему нужно, скрывать некое лекарство от страшного недуга. Кузнецов моложе почти на двадцать лет, он воспитан в 20—30-е годы. И еще верит всему, что исходит от Сталина. Только в 50-е он начнет избавляться от стереотипов своей эпохи... Впрочем, и Степанов, и Алафузов на тот же вопрос ответили: передача союзникам торпеды и артиллерийской документации «является фактом того же порядка», что дело биологов... Нелегко было в те дни отстаивать свою честь. Многим рисковал тот, кто не принимал правила игры. В качестве свидетелей и экспертов защиты Галлер просил привлечь начальников МТУ и АУ контр-адмирала Н. И. Шибаева и контр-адмирала В. А. Егорова. Именно с ними в свое время обсуждал он целесообразность и возможность передачи техники и документации союзникам. Начальники управлений могли и подтвердить, что вместо переданных образцов оружия (или их документации) разработаны новые, более совершенные. Надежды Галлера оправдались: Шибаев не только почти слово в слово повторил его показания, но и доложил следствию, что шесть торпед 45-36 ABA вместе со своими парашютами в 1942 г. попали в руки гитлеровцев при оставлении Севастополя. Собственно же торпеда, без парашюта, как пояснил Шибаев, вообще секретности не имела, потому что изготовлялась по закупленной в 20-е годы за рубежом технической документации. Как подтвердил Егоров, от союзников мы получили больше технической документации, чем передали. Кроме того, он сообщил, что во время войны в руки ♦ Там же. противника попали все те типы орудий, документацию по которым передали союзникам. Итак, из показаний Шибаева и Егорова следовало, что их секретность была утрачена еще в течение войны. Но ни следствие, ни в дальнейшем суд н е пожелали принять это во внимание. Свидетелями обвинения в ходе следствия и суда выступали капитан 1 ранга В.. Алферов — по передаче торпеды 45-36 ABA и контр-адмирал В. В. Чи- стосердов — по передаче документации артиллерии. И они, и эксперты, привлеченные судом, показали, что бывшее руководство флота своими действиями нанесло боевой мощи ВМФ «серьезный ущерб». Будем справедливы: в конкретных условиях того времени требовалось мужество, чтобы поддержать даже самые неоспоримые показания подследственных адмиралов и свидетелей защиты. Ортодоксальная позиция патриота образца 1946—1947 гг. требовала признавать все отечественное лучшим, превосходящим по своим параметрам иностранное. Иначе — «раболепие», «преклонение» и пр. Наконец, над свидетелями и экспертами довлели ведомственные интересы. Сказать, что высотная торпеда и такие-то артсистемы устарели, не отвечают современным требованиям, значило как бы принизить достигнутое соот-. ветствующихми НИИ и КБ, НТК ВМФ, Еще до суда, не выдержав давления, от первоначальных показаний отказались свидетели защиты, все эксперты дружно поддержали обвинение... Сле^. дователь предъявил Галлеру новые, измененные показания заместителя начальника МТУ контр-адмирала К. И. Сокольского и контр-адмирала В. А. Егорова — свидетелей защиты; покат зания экспертов — председателя НТК вице-адмирала М. И. Акулина и некоторых других. Никто из них не поддержал Галлера. Это был страшный моральный удар для Льва Михайловича. Ведь он многие годы знал этих людей, доверял им, считал единомышленниками, представлял к продвижению по службе... Следствие в основном закончилось к Новому году. Но 11 января 1948 г. Галлер дал своему следователю дополнительные показания или объяснения, по его выражению. Надо думать, он сделал это, поняв, что на предстоящем суде будет разыгран спектакль: он, Галлер, будет говорить одно, а суд с помощью свидетелей и экспертов станет уличать его во лжи. Еретик же не может оправдаться перед инквизицией... Все, что бы он ни сказал, представят как попытку уйти от ответственности за содеянное. И тем самым, возможно, невольно усугубится вина Кузнецова. Значит, вину нужно взять на себя. Галлер писал: «Взвешивая события 1944 г., я признаю, что, дав заключение о возможности передачи, я поступил неправильно и допустил политическую ошибку (разрядка моя. — С. З.)...»5. 5 Т а м же. 6 «Морской сборник» № 2 81
Никто из адмиралов не признавался в «политической ошибке». Признавали «антигосударственные преступления», «преклонение перед заграницей», «безусловное раболепие», но только не «поли* тическую ошибку». Помнили с 30-х: политическая ошибка — самое страшное, признаешься — конец. Галлер, однако, такое признание сделал. Ведь и в действительности он допустил политиче- скую ошибку. Не мог представить себе в годы войны такого политического выверта в будущем, в результате которого законное сотрудничество с союзниками по антигитлеровской коалиции станет преступлением. Сколько подобных «политических ошибок» совершил воен- мор, флагман флота 2 ранга адмирал Галлер! Не предавал друзей, не разоблачал, не бичевал, не произносил демагогических речей и не писал такого же рода статей или книг. И все-таки почему- то уцелел. Но всякому чуду приходит конец... Теперь предстоял суд, ибо еще до конца следствия, 19 декабря 1947 г., Сталин подписал постановление Совета Министров о предании суду «бывшего руководства ВМФ». Состав суда чести был назначен приказом министра ВС СССР Н. А. Булганина: председатель — маршал Л. А. Говоров, члены — на» чальник Военной академии Генштаба генерал армии В. А. Захаров, начальник Главного управления кадров министерства ВС СССР генерал-полковник Ф. И. Голиков, командующий 4 ВМФ адмирал Г. И. Левченко, заместитель главкома ВМФ по кораблестроению и вооружению вице-адмирал П. С. Абанькин, заместитель начальника Генштаба по ВМФ ви^ це-адмирал Н. М. Харламов и член военного совета ВМФ — начальник политуправления ВМФ вице-адмирал Н. М. Кулаковб. Первое заседание в заполненном офицерами и адмиралами актовом зале ГШ ВМФ открылось утром 12 января 1948 г. Председатель маршал Л. А. Говоров объявил, что будет слушаться дело по обвинению «в совершенных антигосударственных и антипатриотических поступках»7. Н. М. Харламов зачитал обвинительное заключение. Первым для дачи показаний вызвали Галлера. Спокойно, деловито объяснил он суду мотивы передачи союзникам торпеды и документации по артиллерии, подчеркнул, что все это было сделано с его согласия и одобрения. Сказал, что допустил «политические ошибки» и «неправильные действия». По воспоминаниям присутствовавших на суде, создалось впечатление, будто Галлер решил взять на себя основную вину. Но кое-кому из состава суда этих признаний оказалось недостаточно. Абанькин в довольно путаном выступлении попытался доказать, что Галлер недооценивает высотную торпеду8, Харламов обвинил в раскрытии перед заграницей системы артиллерийского вооружения флота9. Затем подключился Голиков, голос его был пронзителен, время от времени он странно дергал выбритой до блеска головой: «Адмирал Галлер, вы признаете, что передали авиационную торпеду и чертежи артиллерийского вооружения без разрешения Советского правительства?» 10. «Нет, я не могу этого признать!»11 — был ответ. Галлер не стал ссылаться на разрешение главкома, потому что тот не мог в свою очередь сослаться на разрешение Сталина. Вслед за Голиковым серию вопросов задал Кулаков, опять-таки пытаясь добиться у него признания необыкновенных достоинств переданной торпеды и непреходящей ценности оказавшейся у англичан документации по артиллерии. Но Галлер лишь повторил свои показания. И сказал еще о Шибаеве. Накануне по вопросам следователя Галлер понял: следствие на Шибаева в гневе, и, наверное, не только следствие. Ведь он был единственным из свидетелей защиты, кто не изменил первоначальных показаний. Значит, нужно его спасать — не так уж сложно пересадить неугодного свидетеля на скамью подсудимых. И Галлер заявил: «Я должен доложить суду, что имеется доклад бывшего начальника МТУ... в котором он дает высокую оценку этого оружия (торпеды 45-36 ABA. — С. 3.). Таким образом, получается несоответствие между моим заключением и мнением начальника МТУ...»12. Сказано понятно: Шибаев не виноват ни в чем, он ценил торпеду, не хотел ее передавать. А я, Галлер, принял решение ему вопреки. Наверное, это заявление помогло Шибаеву, но когда начался допрос свидетелей, от «атак» не избавило. Первым вопрос задал Голиков: «Можете ли вы привести случай, когда адмирал Галлер принуждал вас дать информацию англичанам и американцам»?13 Галлер проявил благородство по отношению к Шибаеву, но и Шибаев был человеком чести и за чужую спину прятаться не собирался. «Нет, не могу», — ответил он. И стоял на своем, несмотря на грубый нажим. «Противодействие в создании мощной советской торпедостроительной промышленности осуществляли такие матерые враги советского народа, как Пятаков, Павлуновский и Орлов...» 14, — говорил Алферов. И с удовольствием вспоминал, как удалось «раздавить этих гадов». Обращаясь к Н. Г. Кузнецову, Алферов заявил: «...хотели вы то, что хотели американская и английская разведки»15. Страшноват был этот свидетель. Говоров сказал, что нельзя ссылаться на ленд-лиз при сравнении, что пере- • Там же. 7 Т ам же. •Там же. •Там же. 10 Т а м же. 1 Там же. 13 Там же. ■Там же. Там же. 15 Там же. 82
дано и что получено: «За ленд-лиз заплачено кровью!» 1б. «Почему считаете, что ваши поступки есть раболепие и низкопоклонство, раскройте подробно, обстоятельно эти понятия!» 17 — требовал от Алафузова Кулаков. А затем, решив, что доза самобичевания Алафузова мала, обрушился на его книгу «Боевое управление» с обвинением в преклонении перед иностранными авторитетами, за ссылки на немца Клаузевица. Суд принялся за Г. А. Степанова. Оказывается, он, будучи командующим Беломорской флотилией, а затем исполняя обязанности начальника ГМШ, «преклонялся перед иностранцами». Говоров бросил ему обвинение: «Вы... угодничали перед представителями иностранной разведки, позволяли им получать сведения, которые нанесли урон нашей мощи и нанесли серьезный ущерб государству...» 18. Какой же ущерб нанес Степанов? Как командующий флотилией руководил проводкой англо-американских конвоев с грузами для СССР в операционной зоне своей флотилии — на пути в Архангельск. И конечно, по службе не раз встречался с представителями Флотов США и Англии, организовывал боевое взаимодействие с союзниками для отражения ударов авиации и подводных лодок противника. Тяжело было присутствовавшим на суде видеть, как растаптывается честь заслуженных адмиралов. Ведь каждый из них прошел достойный уважения путь в Красном Флоте. 17-летний гардемарин Алафузов сражался с белыми на Онежской флотилии, в 1937—1938 гг. он советник в испанском республиканском флоте. Затем заместитель начальника ГМШ, его начальник... Степанов старше Алафузова почти на десять лет, окончил Морской корпус в 1911 г., воевал в первую мировую на Балтике, в гражданскую — начальник штаба Онежской флотилии. Награжден орденом Красного Знамени. Степанов из флотской семьи — дед был адмиралом, отец погиб в Цусимском сражении. И вот его, военного моряка в третьем поколении, обвиняют в предательстве... Последним перед судом предстал Кузнецов. И вновь, как и на следствии, адмирал флота отвечал, объяснял, казалось бы, очевидное. Доводы его отвергали, понимать не желали. «Правильно ли будет считаться судом чести, что вы хотите дополнительно охаять наше оружие и умалить свою вину? — спрашивал Кулаков. — Мне бы хотелось, чтобы вы дали политическую оценку ваших поступков...» 19. Он добивался от бывшего главкома покаянных слов. Однако всему приходит конец. Маршал Говоров объявил об окончании судебного следствия. Он сказал, что суду ясен ущерб, нанесенный передачей иностранным миссиям документации по артиллерии и торпедного оружия. Теперь последнее слово подсудимых, речь обвинителя вице-адмирала Кулакова и вынесение приговора. Первым выступил Галлер. Он говорил, как всегда, внятно и громко, ни одного сбоя, повтора. «Я проявил политическую близорукость, неучет политической обстановки... За все это я подлежу законной ответственности»20. Но напрасно ждали от него покаянных слов о «раболепии» или чего-то в этом роде. Вслед за ним произнесли последнее слово Алафузов и Степанов. Затем суд предоставил эту возможность Кузнецову. Голос его дрогнул, когда он сказал, что так или иначе, но «привел своих подчиненных сюда, на суд чести»21. Из зала с тревогой смотрели на адмирала флота: смертельно бледен... На трибуну поднялся обвинитель Кулаков. Звучно, с привычным пафосом звучат стандартные слова о гениальном полководце и вожде... «Мы обвиняем адмирала флота Кузнецова, — продолжал он, — в том, что, преклоняясь перед иностранщиной, барски-пренебрежительно относясь к интересам Советского государства... самовольно, без ведома Советского правительства разрешил передачу английским и американским миссиям... Мы обвиняем адмиралов Галлера, Алафузова и Степанова в том, что, раболепствуя перед иностранщиной, они поступились интересами нашей Родины, ...нанесли серьезный ущерб нашему государству и боевой мощи Советского ВМФ... Мы обвиняем их в том, что ...они оказались на поводу иностранных разведок и пошли на национальное самоуничижение...» 22. Обвинитель говорил еще о живучести пережитков капитализма, «силе традиций» и привычках «преклонения этих адмиралов перед иностранщиной», цитировал постановления о журналах «Звезда» и «Ленинград», о биологах... Кулаков кончил, объявили перерыв. Он длился несколько часов... Говоров уехал в Кремль согласовывать приговор: все решал Сталин. Наконец маршал вернулся, и зал заполнился людьми. Говоров зачитал постановление суда чести: «Признавая виновность адмирала флота Кузнецова Н. Г., адмирала Алафузова В. А., вице-адмирала Степанова Г. А. и адмирала Галлера Л. М. по настоящему делу полностью доказанной и считая... что все обвиняемые своими действиями нанесли большой ущерб боевой мощи Военно-Морского Флота и тем самым, по существу, совершили тяжкое преступление против нашей Родины, постановляет: ходатайствовать перед Советом Министров СССР о предании... виновных в передаче иностранным разведкам материалов, составляющих государственную тайну, суду Военной коллегии Верховного суда Союза ССР» ^. 18 Там же. 17 Т а м же. 18 Там же. 19 Т а м же. 20 Т а м же. 21 Там же. 22 Т а м же. 23 Т а м же. 83
Минуту-другую в зале царила мертвая тишина, потом люди встали, начали расходиться. А адмиралы думали о том, что ждет их не знающий пощады Ульрих. На следующий день адмиралы встретились в ГШ ВМФ. «В тех условиях ничего не оставалось, как написать формальное письмо в высшую инстанцию и покориться судьбе»24, — писал позже Н. Г. Кузнецов. Письмо Л. М. Галлера мне удалось найти. Оно адресовано председателю СМ СССР И. В. Сталину и министру ВС СССР Н. А. Булганину. «Сам того не желая, я совершил крупные политические ошибки и неправильные поступки», — писал Галл ер. И здесь он не поступился своими представлениями о чести: в письме нет признаний в «низкопоклонстве» и т. п. «Мне шестьдесят пятый год, но я чувствую в себе достаточно силы на выполнение заданий, которые мне будут поручены, и прошу Ваших указаний предоставить мне эту возможность» 25 — так закончил свое письмо старейший советский адмирал. Письма адмиралов к Сталину и Булганину действия не возымели. Да и руководство ВМФ не обратилось в те дни к Сталину с просьбой хотя бы облегчить участь осужденных. Более того, им спешно написали отрицательные аттестации. Н. Г. Кузнецов вспоминал: «...нас предупредили, что к 9 часам утра надлежит быть в кабинете одного из зам. главкома... Нам было предложено отправиться на Военную коллегию Верховного суда на Никольской улице... Мы подкатили к парадному входу, стараясь внешне казаться спокойными»2б. Адмиралов провели в комнату, откуда по очереди вызывали на допрос. Спрашивали их все о том же, казалось, что члены коллегии, сам Ульрих ничего нового выяснить не пытались. Видимо, им было достаточно того, что «раскрыл» суд чести,— и так уже тянуло на высшую меру... Допрос закончился уже к полудню: в ведомстве Ульриха все делали быстро. Адмиралы сидели в комнате, томительно тянулось время. Лишь «около 2 часов ночи нас стали по очереди вызывать в зал заседаний и расставлять по новому порядку — Алафузов, Степанов, Гал- лер, Кузнецов — с приставленными по бокам часовыми. Все старались быть спокойными, но нервы находились на пределе»27, — писал Кузнецов. Он же вспоминал, что надеялся на условное осуждение: «Ведь дико осуждать людей, только что проведших войну, даже если они ошиблись» 28. Зачитали приговор: В. А. Алафузов и Г. А. Степанов были осуждены на 10 лет тюрьмы, Л. М. Га л л ер — на 4 года, Н. Г. Кузнецов снижался в воинском звании до контр-адмирала. Приказом министра Булганина Га л л ер, Алафузов и Степанов были уволены «из кадров Воо- 2< Ку з н е ц о в Н. Г. Адмирал Л. М. Гал- лер (из архива В. Н. Кузнецовой). — С. 12. 25 Личное дело Галлера Л. М. — Л. 23. 26 Из архива В. Н. Кузнецовой. 27 Т а м же. 28 Т а м же. руженных Сил». Тогда же постановлением Совета Министров их лишили воинских званий. Вслед за этим последовала цепная ре акция арестов офицеров и адмиралов. Списки репрессированных, их судьба еще требуют уточнения. Автор, в то время курсант, помнит арест начальника училища имени М. В. Фрунзе контрадмирала В. Ю. Рыбалтовского, его заместителя капитана 1 ранга Б. С. Сласт- никова, других офицеров... Спустя месяц после смерти Сталина, 4 апреля 1953 г., газеты опубликовали сообщение об освобождении арестованных по так называемому «делу врачей». Через два дня в «Правде» появилась передовая «Социалистическая законность неприкосновенна», в которой заместитель министра госбезопасности Рюмин был назван «преступником» и «презренным авантюристом». Наступали новые времена... В 1953 г. были освобождены и восстановлены в воинских званиях адмирал В. А. Алафузов и вице-адмирал Г. А. Степанов, они вернулись в ряды ВМФ. Галлер не дождался дня свободы — скончался в тюрьме в Казани 12 июля 1950 г. Могила его не найдена... Постановлением Совета Министров № 1254- 504 от 13 мая 1953 г. он был посмертно восстановлен в звании адмирала. И вот парадокс: постановление подписал тот самый Булганин, приказом которого Галлер, Алафузов и Степанов были уволены из Вооруженных Сил и который сделал все возможное, чтобы осудить ни в чем не повинных. Судьба Н. Г. Кузнецова сложилась иначе. Он служил заместителем главкома войск Дальнего Востока по ВМС, командующим Тихоокеанским флотом. В 1951 г. возглавил вновь образованное министерство ВМФ. В 1953 г., с упразднением министерства, стал первым заместителем министра обороны СССР — главнокомандующим ВМФ. В марте 1955 г. ему было присвоено звание Адмирала Флота Советского Союза, а в декабре он снова был снят с должности и в начале 1956 г. уволен в отставку в звании вице-адмирала... Справедливость в отношении Н. Г. Кузнецова, как это у нас, увы, часто случалось, восстановлена лишь посмертно, 27 июля 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР вернул ему звание Адмирала Флота Советского Союза. Многие корабли носят имена советских адмиралов и маршалов. Иногда и неправомерно — в эпоху застоя бывало всякое. Но нет кораблей, названных в честь Адмирала Флота Советского Союза Николая Герасимовича Кузнецова и адмирала Льва Михайловича Галлера, выдающихся советских флотоводцев, людей, которые служат для военных моряков примером жертвенного служения флоту и высоких нравственных принципов. Верим, что придет время, когда корабли, названные их именами, выйдут в Мировой океан! 84
ПРО БОЙЦА ПОДВОДНОЙ ПЕХОТЫ (Штрихи к портрету Анатолия Соболева) Борис ЛЕОНОВ, доктор филологических наук ОН ЛЮБИЛ, когда я называл его бойцом подводной пехоты. И не. раз в этом признавался: «Все очень точно: водолазы — это и есть подводные пехотинцы, а дно моря — их поле боя...» Вот я и начал уже вспоминать об этом красивом, стройном, седовласом человеке с внимательным взглядом — Анатолии Пантелеевиче Соболеве. Вижу его на берегу Балтийского моря. Мы с ним договорились встретиться перед началом занятий. Речь идет о Дубултах, о Доме творчества писателей имени Я. Райниса. В конце октября по традиции собирались (затем время сборов перенесли на май) на семинар армейские и флотские авторы, пробующие свои силы в прозе, в поэзии. Семинар возник в 1972 г. по инициативе военно-художественной комиссии Союза писателей РСФСР. Неоднократно пытались мы пригласить на семинар Анатолия Пантелеевича. Но его все время что-то не пускало, держало в Калининграде. То срочная работа, то болезнь заставляла ложиться — в который раз! — на госпитальную койку. И вот наконец он среди нас. Неспешно прогуливаясь по берегу, мы говорили о семинаристах, о том, как у него в группе пройдет обсуждение повести одного из «учеников». И незаметно Соболев вышел к мысли, что нынче очень много делается для молодых. Даже сверх того... Если бы подобное внимание уделяли молодым талантам из его поколения! Сколь убыстрился бы их приход в разные сферы искусства и литературы. — Но вот что интересно, — сказал он. — Чем больше внимания, тем больше претензий, недовольства, неудовлетворенности. Человек еще ничего не создалг всего лишь что-то обозначил далеко не бесспорное и уж тем более несовершенное, а уже требует, именно требует, чтобы его издавали, чтобы им занимались, принимали в творческий союз. Иной раз даже завидуешь энергии, с какой подобный творец борется за собственное благополучие, за признание того, чего еще нет. — Но у вас-то в семинаре таких вроде нет. — Кто знает, — ответил он спокойно: — Вроде бы и нет. А там — глядь, и нашелся. Не сейчас. Не сегодня. — И после паузы спросил: — Думаешь, Соболев разуверился в честности людской?! Напротив. Потому так обостренно и отношусь к делячеству в нашем деле. Анатолий Пантелегвич словно в воду смотрел. Спустя некоторое время я получил «послание» одного из семинаристов. Он сообщил, что попытки «протолкнуть» созданное им в печать не увенчались успехом. И дальше — глазам не верю. Предлагает плату за помощь: норковую шубу — жене, пыжиковую шапку и половину будущего гонорара — мне. Это было потрясением. Когда же поделился с Соболевым, он не бесился в панику, не поносил никого. — Я не провидец совсем, — заметил Анатолий Пантелеевич. — Если бы это было единичное явление, мир бы содрогнулся. Но так нынче, как ни печально, действуют многие. И не только те, кто хочет увидеть собственное имя на обложке книги. Происходит страшное искривление позвоночника нравственности в обществе. Пройдут годы, и мы, если не ужаснемся, то во всяком случае на время оторопеем от фактов, которые выплеснутся на нас. Это будет грустное зрелище. Одни с болью и молча воспримут запоздалую критику прошлого, другие — со злорадством, третьи 85
опять же на критике будут делать литературный бизнес, как делали его на славословии. Таким всегда хорошо. Их пустые сердца всегда стучат ровно... ВЕТЕР ВРЕМЕНИ далеко не схож с ветром, который дул нам в спину в то утро на берегу Балтики. Ветер времени всегда дует в лицо. И если от него отвернуться, спрятаться от него, то пропустишь само время. Анатолий Пантелеевич не отворачивался, не прятался за спины других. Потому никогда не стремился вырваться «в люди» — стать литературным начальником, секретарем, хотя, я знаю, ему предлагались такие должности. Причем по достоинству, с уважением к его таланту. Именно таким художником открылся он мне в первой же повести, которую прочитал, — «Безумству храбрых...». А когда спустя какое-то время мне позвонили из «Современника» и предложили написать вступительную статью к новой его книге, куда вошли повести «Награде не подлежит», «Тихий пост» и «Пятьсот- веселый», я с радостью согласился. Но в свою очередь попросил Соболева снабдить сведениями о себе. Анатолий Пантелеевич обещал выполнить просьбу. И слово свое, как всегда, сдержал. 11 января 1979 г. выслал мне написанный от руки набросок литературного автопортрета. «А. П. Соболев. Родился 6 мая 1926 г. в Тытманове Алтайского края... Детство, проведенное в алтайском селе, на границе гор и степей, до сих пор питает живительными соками мое литературное воображение. Для каждого человека дороги его детские годы, полные незабываемых и чистых впечатлений. А мои ко всему еще совпали с событиями особыми в истории страны. И начало, и конец ЗО-х годов переступили порог нашего дома. Мальчишеская память цепко ухватила и хранит их до сих пор. Своими глазами видел я, как горел сибирской зимней ночью подожженный кулаками райком партии, помню отца, отравленного подсыпанным в муку мышьяком и с пеной на губах катающегося по полу в невыносимых страданиях; видел повстанцев, непримиримых к Советской власти; слышал недобрый гул толпы, когда сбрасывали в нашем селе с церкви крест. Обо всем этом написал в повести «Грозовая степь». Из кулацкого обреза стрелянный, волкодавами травленный, отец мой — первый секретарь райкома партии тогда — ломал веками закаменелые устои сибирской деревни. Безграмотный деревенский парень, прошел он солдатом первую мировую войну, гражданскую и вернулся в родные места большевиком. Налаживал там Советскую власть. С 1930 по 1937 г. был он первым секретарем райкома партии в Смоленском районе под г. Бийском на Алтае. Его памяти и посвящена «Грозовая степь». Потом была война. Более тридцати лет минуло, как смолкли орудия, послевоенное поколение вступило в пору зрелости, а сердце с неизбывной печалью помнит фронтовых друзей, не доживших до Победы. Не былинные витязи, не легендарные герои, не супермены, говоря нынешним модным нерусским словцом, а ясноглазые да застенчивые парни из деревень и городов России, еще безусые, нецелованные, в свой смертный час не дрогнувшие, все идут и идут ко мне из туманной дали грозовых лет. Им посвящена первая моя повесть «Безумству храбрых...». Прологом к книге о водолазах можно считать пережитый страх и чувство безысходности, когда при подъеме судна, промывая туннель под его днищем для крепления понтонов, оказался я заживо погребенным в морской пучине. Шанс остаться в живых был ничтожно мал, но судьба подарила его мне. За долгие годы водолазных работ (под водой я провел около 3000 часов) повидать и пережить довелось с лихвой, и не рассказать о безвестных парнях, о чернорабочих моря было нельзя. Впервые повесть под названием «Чайки над морем» и под псевдонимом А. Сибиряк была опубликована в газете «Кузбасс» в 1961 г. Настоящую фамилию свою поставить робел. Когда спрашивают, почему пишу, отвечаю: «Не знаю». До сих пор и себе не могу объяснить, зачем свернул на эту не асфальтированную тропинку, никогда и в мыслях не держал быть писателем. Деревенским мальчишкой мечтал повидать свет, постранствовать, выучиться, стать художником... 86
Л. Соболев в годы службы в ВМФ Писатель Соболев. 1982 г. Фото В. Ащеулова Война сломала все мои планы. И сожаление, что не пришлось стать художником, осталось до сих пор. И свет посмотрел, и многие страны посетил, й по морям-океанам поплавал, даже на сказочных Канарских островах бывал, и институт закончил, и с войной на «ты», но все равно, когда попадаю в галерею или на выставку, щемит сердце по несбывшейся мечте. Работая в Сибирском металлургическом институте, ночами вместо диссертации писал повесть «Безумству храбрых...». Почему именно о водолазах? Не только потому, что хорошо знаю специфику подводных работ. Мне всегда претило и до сих пор вызывает чувство раздражения, когда профессию водолаза представляют как нечто романтическое, как легкую прогулку по дну моря среди экзотических рыб и красивых зарослей. В действительности же она прозаична и опасна. Главное в жизни водолаза — держать нервы в кулаке, не теряться, быстро ориентироваться в сложной, подчас смертельной ситуации. Водолазу, когда он под водой, практически никто не может помочь, все зависит от него самого. Он один на один со стихией, с морем, с опасностью. Все это и заставило меня взяться за перо и написать о подводных мастерах. Там же, в Новокузнецке, был написан и «Бушлат на вырост», который можно считать первой частью «Тихого поста». Дело в том, что создавалось это как единое целое. Но издательство «Молодая гвардия» потребовало отсечь последнюю главу книги, что-то смущало их. Неопытный тогда еще автор, не умевший постоять за себя, я так и сделал, а уж потом она превратилась в повесть «Тихий пост». На Алтае, в моем селе, стоит обелиск в честь тех, кто не вернулся с войны и лежит в безымянных да братских мдгилах за тысячи верст от родных мест. Когда писал «Тихий пост», «А потом был мир», «Три Ивана», «Тополиный снег», в основу которых легли действительные события, в зрительной памяти держал тот простой, известью крашенный обелиск с именами многих моих односельчан. Хотелось сказать о них правду, одну правду и ничего, кроме правды. Работаю медленно, трудно, десятки раз переписываю, даже после публикации. Порой охватывает отчаяние от бессилия выразить словесно то, что чувствую. Только «Грозовая степь» выплеснулась в два месяца, но больше такой удачи не выпадало. Пишу годами, даже такие небольшие по объему вещи, как «А потом был мир» и «Три Ивана>... Чтобы написать рассказ или повесть, мне необходимо бывать в тех местах, где предстоит действовать моим героям. Я должен проникнуться тем состоянием, подышать тем воздухом, в котором они будут находиться, увидеть своими глазами пейзаж, дома, людей. Уверен, что никогда бы не написал «А потом был мир» и «Три Ивана», если бы сам не видел островерхих красночерепичных крыш немецких домов, не поездил бы по дорогам, обсаженным вековыми каштанами, не посетил фольварки, не побродил по извилистым улочкам в бывшем Кенигсберге, если бы не служил в свое время в Германии, не слышал немецкую речь.
Достоверность деталей, знание условий, в которых будут жить твои герои, по-моему, совершенно необходимы в литературном труде. Все Это заставило меня в 1972 г. выйти на полгода в рейс простым матросом. Не корреспондентом-созерцателем, а человеком, занятым вахтами, подвахтами, шкеркой рыбы, погрузкой, разгрузкой, уборкой помещений, то есть той работой, которую выполняет матрос траулера. Избороздив за шесть месяцев Атлантический океан с севера на юг и с запада на восток, побывав в различных ситуациях, собрал я огромный фотографический материал, использую его при написании книги «Якорей не бросать». Иногда откладываю какую-нибудь почти готовую работу и принимаюсь за новую, боясь упустить что-то важное, необходимое, что со временем может ускольз^ нуть или потеряет для меня остроту. Так, внезапно начал писать повесть «Награде не подлежит». То же случилось и с повестью «Пятьсот-веселый». Испытал влияние разных писателей, цо наиболее сильное и устойчивое до сих пор — Михаила Шолохова и Ивана Буйина. Огромное значение имеет для меня творчество Виктора Астафьева, Василия Быкова и Евгения Носова...» МЫ ШЛИ вдоль берега моря. Кричали над темным морем белые чайки. По небу плыли редкие облачка. Было солнечно. По пляжу прогуливались десятки отдыхающих в Юрмале. Анатолий Пантелеевич завел речь о том, что поспорил тут с одним писателем, приехавшим в Дом творчества поработать. Писатель высказал Соболеву несогласие с тем, чем он тут занимается. К чему, мол, натаскивать людей, которые уже в довольно зрелом возрасте. Они ведь никогда не станут профессиональными литераторами. Сама служба их не способствует художественному творчеству. Его слова были всего лишь повторением того скептического отношения к теме — армия и литература, которое бытует в довольно-таки широком кругу творческой интеллигенции. Потому спорить с ним было бессмысленно, заметил Анатолий Пантелеевич. Он лишь сообщил, что из участников трех семинаров в члены Союза писателей СССР приняли около десяти человек. Да и не ставит семинар задачу «делать» писателей, а помогает начинающим авторам «ставить свой голос». И если человеку есть что сказать, если есть у него способности для этого, тогда-то занятия здесь дадут, несомненно, свои плоды. Еще Соболев посоветовал скептику поговорить с самими людьми в погонах, чтобы знать точку зрения тех, в ком он сомневался так же, как и в значимости семинаров. — Вообще-то, — продолжал Анатолий Пантелеевич, — не так поставлена у нас работа с армейскими кадрами в литературе в тех частях, где служат. Суть не в жалобах, которые слышишь порой от ребят. Дело в отношении. Вот если бы они мяч гоняли, или гири кидали, или с шестом прыгали — им внимание, им условия, им время для тренировок. А тут, видишь ли, писатель. Да еще, говорят, гонорары получает! Может, утрирую, но всего лишь для обострения проблемы. — Я-то думал, ты скажешь о том, что армейская литература лишилась своих мастеров, лидеров. К сожалению, это произошло. Ведь наша армия и флот изначально славились своими художниками, творчество которых вошло в золотой фонд советской классики: Вишневский, Соболев, Малышкин, Лавренев, Диковский... — Это особый разговор. Тоже важный. Но без политических органов в армии, без их внимания к литературе нельзя говорить о той необходимой атмосфере, в которой могут, естественно, проявлять себя таланты. Я ведь не случайно рассказал тебе о моей беседе с писателем. Так думает человек с пером о человеке с ружьем. А чего уж,говорить о внутриведомственных отношениях?! Тебе ведь известно, например, отношение к морскому летчику Виктору Лескову со стороны командования части после публикации его повести? Начальники начали узнавать себя в отрицательном персонаже. Ну и последовали оргвыводы. И тут я неожиданно спросил у Анатолия Дантелеевича: — Вот у тебя в письмах, да и не только у тебя, но и у других писателей фронтового поколения нередко можно услышать слово «проклятый» в отношении к той самой войне, на которую ты и миллионы твоих сверстников просились добровольно, чуть не со слезами на глазах. А иногда и убегали. Разве можно было бежать на проклятую войну? Разве вами так осознавалась война, которую народ назвал Отечественной? -— Вообще-то резонно... Ответить непросто, но возможно. И противоречий тут 88
нет. Мы были молоды, веселы, бодры и жили ощущением неизбежной - схватки с врагом. Даже боялись, что с фашизмом покончат без нас. Нас распирала гордость, что Родина без нас не обошлась, что мы стали ее воинами. Романтика? Да. Юношеская. И идейная. Но старики и тогда называли войну проклятой, потому что их ждали утраты родных и любимых сыновей. И в нас нынешних, покалеченных, постаревших, конечно же, обостренно заговорило то самое чувство, что жило в них. — И еще хочу спросить... У тебя и у других военных, писателей война предстает тяжким трудом. Бежали в военкоматы романтики, а в книгах воюют смертельно уставшие люди. В таком показе тоже сказывается наш нынешний возраст? Или это была правда того времени? Анатолий Пантелеевич ответил не сразу. — Ты знаешь, воевали действительно смертельно уставшие люди. И вынесли все лишь потому, что были молодыми, сильными, и потому, что хотели жить, не думая об этом. Ведь молодость всегда бессмертна. Но и она при неимоверно тяжком испытании смертельно устает. Кстати, ты сам ведь знаешь, что война как труд не открытие советской литературы. И не Льва Толстого. Таково понимание войны в фольклоре. Бодряческая литература о войне была ложью, потому что попирала правду. А попрание правды о том, что война — труд, не просто ложь, но и нравственная казнь человека... Вздохнув, добавил: — Меня до сих пор оторопь берет: как смогли выстоять и одолеть?! И в его последнем утверждающем вопросе послышалась не просто гордость за содеянное народом, а еще и внутреннее осознание причастности к подвигу. Его поколение получало аттестат зрелости и аттестат мужества на полях войны, которые были и ратными, и трудовыми. И его книги о минувшей войне, об испытаниях ровесников в огне лихолетья неотделимы от книг писателей фронтового поколения. Мы свернули в Дзинтари. Пора было идти в Дом творчества проводить семинар. Возвращались городскими улочками, удивительно тихими, ухоженными. Корпуса пансионатов, дома местных жителей, дачи. Умиротворенность и увядание осени здесь особо ощутимы. А еще — царство уюта, созданного человеческой любовью к земле, к дому, к ближнему своему. По-моему, так воспринимал этот уголок Анатолий Пантелеевич Соболев. ЧЕТВЕРТЬ ЧАСА ДЛЯ РУССКИХ ПУШЕК (Факты и версии) Вячеслав ЧИСТЯКОВ В НОЧЬ на 14 мая 1905 г. 2-я Ти- В 1 час 49 минут пополудни левая хоокеанская эскадра, призванная носовая шестидюймовая башня броненос- дать неприятелю решительный бой и ца «Кн. Суворов» произвела пристрелоч. обеспечить России господство в дальне- ный выстрел, и сражение, получившее восточных водах, завершила беспример- впоследствии название Цусимского, на- ный в истории 18 000-мильный океан- чалось. ский переход и подошла к южному вхо- Итоги его известны. 2-я Тихоокеан- ду в Корейский пролив, за которым от- екая эскадра, посланная решить исход крывалось последнее на ее пути море — войны, перестала существовать. 22 рус- Японское. ских боевых корабля пошли на дно, В 1 час 20 минут пополудни в райо- 5045 русских моряков были убиты, уто- не северных «ворот» Восточного (Цу- нули, сгорели заживо и пропали без симского) прохода Корейского пролива вести. Россия, потерпев небывалую в противники встретились. Русской эс- истории своего флота катастрофу, более кадрой, имея свой флаг на броненосце чем на 10 лет оказалась отброшенной в «Князь Суворов», командовал вице-ад- разряд второстепенных морских держав. мирал Рожественский Зиновий Петро- Но выстрел носовой шестидюймовки вич. Во главе японского Соединенного «Кн. Суворова» знаменовал собой не флота (флаг на броненосце «Миказа») только начало. Гулко раскатившись, .он стоял уже почти возведенный в ранг на- стал последним звеном з цепи загадоч- ционального героя 58-летний адмирал ных событий, исчерпывающего' обълене- Хейхатиро Того. ния которых не найдено до сих пор. Да, 89
именно так! И хотя, казалось бы, все «белые пятна» Цусимы стерты давным- давно, «маневр Того» — тот самый, который почти точно совпал с выстрелом «Кн. Суворова» и который справедливо считается центральным тактическим эпи, зодом боя, — по сей день остается источником острейших споров и по праву может быть назван главной загадкой Цусимы. В чем состоял истинный замысел адмирала Того? И действительно ли его маневр явил собой «блестящий образец»? Или же, напротив, Того допустил грубейшую оплошность и конечный успех достался японцам не благодаря, а вопреки «маневру Того»? Вот эти-то вопросы и станут основным объектом нашего внимания. Но сначала, прежде чем завести речь о «пружинах», тайных и внутренних, обратимся к обстоятельствам, очевидным и внешним. Здесь надо вспомнить, что сам путь 2-й Тихоокеанской эскадры к театру боевых действий представлял собой тяжелейший и беспримерный в истории марш по трем океанам, оцененный впоследствии во всем мире как самый настоящий подвиг. «Нельзя не удивляться, — писал В. Б. Жерве, — тому замечательному самопожертвованию и подъему энергии, с которыми личный состав эскадры превозмогал... в тропическом климате, на океанской зыби, без отдыха, все невероятные трудности похода...» 1. Тяготы бесконечных угольных погрузок, нестерпимая духота, постоянная готовность к отражению ночных атак и беспрерывная, изнуряющая качка... И так день за днем, долгих семь месяцев, и все это при сознании, что впереди ждет не отдых в базе, а смертельный бой! Надо вспомнить также, что при численном равенстве главных сил (по 12 броненосных судов с каждой стороны) качественное превосходство — причем безусловное! — было за японцами. Флот их представлял собой вполне современные, однородные и прекрасно подготовленные морские силы, в то время как из русской эскадры реальную боевую ценность имел лишь 1-й броненосный отряд (4 новейших эскадренных броненосца типа «Бородино», в том числе флагманский «Кн. Суворов») и — с некоторой натяжкой — эскадренный броненосец «Ослябя». Что же касается прочих линейных судов, то об их боевых качествах говорило меткое и нелестное прозвище — «музей образцов»! Сознавал ли сам Рожественский, что при таком соотношении сил вряд ли можно рассчитывать на успех? Да, сознавал. И пожалуй, отчетливее многих. Но здесь важно вспомнить еще раз, что Рожественскому предписывался не просто прорыв во Владивосток, а именно «завладение Японским морем, т. е. бой с главными силами японского флота и поражение их»2. Так что, исполняя «высочайший» приказ и движимый законами воинского долга и чести, русский адмирал, хотя сам прекрасно понимал всю трудность (а вернее сказать — безнадежность) порученной ему задачи, не мог по собственной воле отказаться от прорыва и был обязан идти только вперед. Ранним утром 14 мая 1905 г. русская эскадра вошла в Восточный проход Корейского пролива. Спустя некоторое время эфир вдруг взорвался мощным потоком японских радиодепеш, и Рожественский понял, что корабли были обнаружены. Так будущее сражение вступило в самую первую свою фазу — пока неявную. В качестве «сторожевой будки», господствующей над всеми возможными путями неприятельского прорыва, Того выбрал корейский порт Мазанпо (ныне Масань). Сообщение разведчиков о появлении русской эскадры достигло «Ми- казы» в 4.40 утра 14 мая. В течение следующих двух часов японские главные силы подняли пар до марки, выбрали якоря и, выстроив походный порядок, двинулись из бухты Мазанпо в пролив... Оба командующих — русский и японский — прекрасно сознавали решающий характер предстоящей встречи. Поэтому Рожественский мог с уверенностью предположить, что его противник постарается свести необходимый риск к минимуму и применит самые надежные, самые беспроигрышные тактические приемы. Лучшим способом действий в правильном бою двух броненосных флотов считался тогда так называемый «маневр поперечной палочки над буквой Т», т. е. охват головы или хвоста неприятельской колонны. Сторона, осуществившая его, получала возможность сосредоточить по неприятельским концевым кораблям всю мощь огня своего стреляющего борта, в то время как противник, используя лишь половину своей артиллерии, вынужден был бы стрелять в узкие носовые или кормовые секторы, причем ближайшие к неприятелю суда его строя закрывали бы цель от более отдаленных. Тем самым флот, выигравший у противника начальную позицию «палочки над Т», приобрел над ним не менее чем двойное огневое превосходство и в перьые же минуты боя мог нанести ему непоправимый урон. Ситуация упрощалась, если одному из противников пришлось бы форсировать подготовленную к обороне узкость. Здесь его путь жестко диктовался самой географией театра, и потому оборонявшаяся сторона могла заранее рассчитать маневр и встретить неприятеля в уже готовой позиции. Стороной, вынужденной форсировать узкость, была русская эскадра, а стороной, оборонявшей ее, — главные силы Соединенного флота. Следовательно, помимо уверенного материально-технического превосходства (считая и полуторное 1 Жерве Б. Путь к Цусиме У/Морской сборник ~ 1925 — № 5. — С. 72. 2 Петров М. Трафальгар. Цусима. Ютландский бой. — М.. 1926. — С. 58. 90
превосходство в скорости эскадренного хода), японцы располагали всеми выгодами внешней обстановки и потому для достижения победы им оставалось лишь выполнить заранее рассчитанный план. Путь из Мазанпо к месту боя весьма характерен. Сначала, держа на юго-восток, Того пересек всю ширину Корейского пролива и «спустился» к его японскому берегу. Затем, повернув на вест, опять пошел поперек пролива (точнее — Восточного прохода), но теперь уже в обратном направлении и очень медленно: ход на новом курсе не превышал 7—8 узлов. Эта нарочитая медлительность японского командующего и резкая «ломаная» его движения ясно свидетельствуют, что курсы и скорости (в соответствии с данными разведки) подбирались им так, чтобы к моменту прихода на вид русской эскадры оказаться впереди и справа от ее головных судов. Лучший способ действий трудно было придумать! Назначенная Того позиция выгоднейшим образом учитывала географию театра и делала положение Ро- жественского практически безнадежным: путь вперед и вправо закрывала японская эскадра, влево — преграждала протяженная твердь островов Цусима. Получался жесткий угол, выход из которого — только назад... И совсем иначе — по сравнению с безупречным японским планом и четкостью его исполнения — выглядят действия адмирала Рожественского. Странность (и даже нелепость) их столь очевидна, что невольно возникает вопрос: а в ладах ли был русский командующий со здравым смыслом? Так, например, идя Восточным проходом, Рожественский, вопреки, казалось бы, самой очевидной логике, никакой разведки впереди себя не выслал и вплоть до визуального контакта с противником оставался (по собственной же воле!) совершенно «слеп». Зато совсем иначе вели себя японцы. 13.12 Японский Флот Q.. В. мономах 'б/я О МО 3 корабля 0 мо >я. Ониносима 1 г 3 4 5 6 7 В 9 10 Обоз н аче н и я 1-й броненосный отряЭ (160): „ Суворов".Александр jjj ~ „Бородино".,.Орел" 2-й броненосный отряд (П 60): и Ослябя "„Сисой Великий ~ .. Наварин",., Нахимов ~ 3-й броненосный отряЗ (Щ 60)• „ Николай! \ Апраксин ~. „Сенявин "~ Ушаков" 1-й крейсерский отряЭЦКрО): .Олег; „ Аврора". „Дмитрий Донской" 2-й крейсерский отряд(П Кр.О). „Светлана';.Урал ~ „ Алмаз" 1-й минный отряО(Г МО) крейсера., жемчуг" . Изумруд" миноносцы ...бедовый." .Быстрый ;„Буиныи;;. Бравый 2-й минный отряЗ(Омо) „ГромкийдГрозныйГ .. Безупречный Г. бодрый 1 . блестящий". Маневрирование противников с полудня до 13 ч 49 мин 14 мал 1904 г.
Вице-адмирал 3. Рожественский Наблюдая за русской эскадрой, их раз- Еедчики «висели» на горизонте с раздражающей назойливостью, но Рожественский — почему-то! — нимало им в этом не препятствовал. Так, внезапно возникшую стрельбу по «Идзуми» он оборвал сигналом «Не бросать снарядов понапрасну», а когда командир вспомогательного крейсера «Урал» (обладавшего самой мощной на эскадре радиотелеграфной станцией) запросил разрешения «перебивать» японские переговоры, адмирал ответил ему резким. и за- црещающим сигналом: «Не мешать!» В 9.00 Рожественский перестроил свои главные силы из походного порядка в боевой, т. е. в одну кильватерную колонну. Даже в оценке позднейших строгих критиков это выглядело вполне разумным: поскольку разведка не велась, а видимость ограничивалась дымкой, русский адмирал был обязан ожидать внезапного появления неприятеля в любой момент... Увы. Все выгоды раннего перестроения в «боевую линию» свел на нет сам же.:. 3. П. Рожественский. В 12.20 — всего лишь за час до встречи с противником! — он вдруг из одной кильватерной колонны сформировал зачем-то две параллельные, в правую из которых отделил 4 новейших броненосца типа «Бородино». С точки зрения тактики русский адми. рал допустил грубейший просчет — он расчленил свои силы. Теперь, если бы неприятель открылся вдруг слева на дистанции прицельного выстрела, то участь левой колонны — слабейшей (ибо, напомним, ее составлял разнокалиберный «музей образцов») и лишенной поддержки «ведущего квартета» — была бы решена в считанные минуты... Надо ли удивляться, что суд позднейших историков и это действие Рожественско- го расценил как вопиющую нелепость?.. Но, пойдем дальше! Итак, время 1 час -20 минут пополудни. Мачты сближающихся противников вот-вот встанут над выцуклестью. горизонта... Рржестден* ский к этому моменту шел курсом норд- ост 23° (в строе двух колонн), придерживаясь оси прохода. Того же продолжал медленно продвигаться по створу северных «ворот». Для завершения задуманного маневра ему оставалось повернуть вправо и лечь на попутно-схо- дящийся с русскими курс... Единственный поворот! И спустя 30 минут «Ми- каза» привел бы свою «боевую линию» в позицию идеальной «палочки над Т», имея русского флагмана в пределах досягаемости орудий всего своего левого борта... Но случилось иное. Едва закончив расчетный поворот, Того вдруг со странной^ поспешностью поворотил на прежний курс вест и прибавил ход до полного... Вот «Миказа», бывший только что в двух румбах справа, стал виден точно по носу «Кн. Суворова»!.. Вот он, увлекая за собой эскадру, перевалил невидимую линию русского курса и вышел на его левую сторону. Затем японский флагман еще довернул к югу, и вот уже противники сближаются почти «лоб в лоб», имея друг друга в левых носовых четвертях и стремительно сокращая дистанцию... Почему?! Почему Того вдруг отменил свой прекрасно подготовленный и почти осуществленный маневр и совершил этот странный бросок на левую сторону русского курса?.. Но дальше произошло и вовсе невероятное. « — Смотрите! Смотрите! Что это? Что они делают? — крикнул Редькин 3, и в голосе его были и радость, и недоумение... Но я и сам смотрел, смотрел, не Отрываясь от бинокля, не веря глазам: японцы внезапно начали ворочать последовательно влево на обратный курс!»4 Изумление русских офицеров вполне объяснимо. Ведь теперь все японские суда должны были последовательно прийти в некоторую точку и повернуть один за другим на 180°, причем точка их .поворота оставалась неподвижной. «...А кроме того, даже при скорости 15 узлов перестроение должно было занять 15 минут, и все это время суда, уже повернувшие, мешали стрелять тем, которые еще шли к точке поворота...» 5. Положение русской стороны из безнадежного вдруг сделалось исключительно выгодным! Рожественский выиграл важнейший первый залп, обеспечил себе неподвижную точку пристрелки и в течение долгих 15 минут имел возможность бить по неприятелю всем левым б ор т о м, т. е. получил над ним подавляющее огневое превосходство. Парадоксально? Да! Но факт бесспорен: совершив свой внезапный бросок на левую сторону русского курса и 3 Редькин А. А. — лейтенант, вахтенный офицер броненосца «Кн. Суворов». 4 С е м е н о в В. И. Бой при Цусиме. — Спб — М., 1911. — С. 31. 6 Т а м ж е. — С. 31.
войдя в поворот «последовательно», японский командующий с а м отдал Ро- жественскому то важнейшее, что имел, — начальный тактический перевес! И вот этот-то нелепейший ход, которым адмирал Того самолично свел на нет все выгоды тщательно подготовленной позиции и которым он подставил свою эскадру под сосредоточенный русский огонь, и оценили впоследствии как «блестящий образец» и назвали по аналогии с «маневром Нельсона» при Трафальгаре «маневром Того». ОДЕСЬ НАКОНЕЦ-ТО мы вплотную *Э подошли к самой главной загадке. Что побудило Того к этому? Бравада? Каприз? Внезапное помрачение разума?.. Нет! Просто, сам пока того не ведая, все время сближения Того послушно выполнял навязанный ему «сценарий», автором которого был... русский адмирал 3. П. Рожественский! «Но позвольте, — возразит читатель. — Возможно ли такое?.. Ведь русский командующий, как мы знаем, совершил ряд оплошностей, совершенно непростительных. Так, например, ведением разведки вообще пренебрег... И как же мог он, будучи «слеп», навязывать неприятелю какой бы то ни было «сценарий»?..» Действительно, разведки в обычном смысле Рожественский не вел. Но значит ли это, что все время сближения он шел «вслепую»? Вовсе нет! И здесь важно вспомнить, что сходившиеся для смертного боя противники располагали новым, невиданным доселе средством связи — радио! С начала суток 13 мая русские станции хранили молчание, работая только на прием. Японцы же, напротив, использовали радиосвязь без малейшей опаски. Рожественский — слушал. Японцы — болтали. Оценивая интенсивность искрового сигнала, опытные радиотелеграфисты могли с хорошей точностью определить расстояние до передающей станции, а четкий «коридор» Восточного прохода давал вторую необходимую координату — направление! Так что, как видим, Рожественский не был «слеп». Он знал, что японцы держатся на створе северных «ворот», а здравый смысл подсказывал, что Того расположит свою «палочку» наилучшим образом, т. е. спра- в а от русского курса. Но что мог противопоставить Рожественский нависшей над ним «палочке»? Лишь последнее оставшееся в его распоряжении средство — хитрость! «Хитрец, — писал Клаузевиц, — вызывает в суждении противника такие ошибки, которые представляют последнему дело не в настоящем свете и толкают на ложный путь» 6. И вот... В 12.20 Рожественский перестроил эскадру в две колонны, легкомысленно подставив под удар слабейший «музей образцов». Однако — по странной «случайности»! — разнокалиберный «музей» оказался расположен по левому борту «ведущего квартета», т. е. с •Клаузевиц. О войне. — Т. 1. — М.— Л., 1932. — С. 148. Адмирал Того противоположной от японцев стороны... Так, полагая подвинуть неприятеля на «ложный путь», адмирал выставил свою приманку. Впрочем, толку в ней было бы немного, если бы тот, кому она предназначалась, не видел ее... Но здесь Рожественский мог быть спокоен. Его трогательная «забота» о неприятельских разведчиках (вспомним его резкий сигнал «Уралу» — «Не мешать!») оправдала себя: Того, как он сам признался впоследствии, видел русскую эскадру «будто бы собственными глазами»..* Правда, «видел» он именно то, что и желал показать ему вице-адмирал 3. П. Рожественский! Как отреагировал командующий Соединенным флотом на предложенную ему «жертву»? Да никак! Ибо в отличие от многих позднейших историков он сразу же заподозрил в «нецелесообразном» строе Рожественского скрытый замысел, а в умышленно подставленном «музее образцов» распознал приманку-живца, призывавшего его отказаться от почти готовой «палочки над Т». Нет, японский адмирал не клюнул на подставленную приманку! Оставя ее без внимания, он продолжал неторопливо сближаться курсом чистый вест... Казалось бы, хитростный план Рожественского так и завял, не успев расцвесть. Около 1.20 пополудни противники вышли на видимость друг друга. Тот факт, что японцы открылись в Двух румбах справа по носу головного «Кн. Суворова», еще раз подтвердил Рожественско- му, что хитрость его разгадана и что Того продолжает выполнять рассчитанный заранее маневр... Теперь, по всем очевидным нормам здравого смысла, русский адмирал был обязан перестроиться обратно в боевой порядок, и как можно скорее!.. Того между тем скомандовал последний поворот — вправо, на расчетный NW. Однако Рожественский, будто зачарованный видом неприятельской мо- 93
щи, все еще медлил с обратным перестроением... Почему?! Прошла минута — строй русских остался неизменным. Другая, минула третья... Когда пошла четвертая, Того опустил бинокль — нужды в нем более не было, ибо Рожественский только что сам решил свою судьбу: время, отпущенное ему на обратное перестроение, истекло. Надо отдать должное решимости японского адмирала. Из драгоценных секунд он не упустил ни одной. Того отказался от почти готовой «палочки» — без сожаления! Он скомандовал немедленную перемену курса — снова на вест! Рукояти телеграфа встали на отметку «Самый полный». Расшибая волну, броненосцы набрали ход... Японский адмирал не то что предвидел результат гонки — он знал его! Рожественский недопустимо промедлил, и теперь никакая сила, никакое чудо не могли помочь ему успеть с обратным перестроением... В 1 час 42 минуты, когда вся японская линия перешла на левую сторону русского курса, Того довернул к зюйду. А затем... Подняв на противника стекла «цейсса», он не поверил глазам. Объекта атаки, слабейшей левой колонны... не было! Первым, мощно расталкивая воду, вздымался флагманский «Кн. Суворов», а за ним... Да! За ним, заканчивая выравнивать линию, шла в кильватер вся русская эскадра. Произошло невероятное — Рожественский успел. Вместо разнокалиберного «музея образцов» на Того надвигалась сейчас единая боевая линия, возглавляемая грозным «ведущим квартетом»... Чудо? Нет. Просто хитрость Рожественского имела скрытое до поры «второе дно» и удалась блестяще. Да, читатель! Все дело в том, что, перестроив в 12.20 эскадру в две колонны и дождавшись выхода ее в 13.20 на видимость главных сил неприятеля, Рожественский тут же, но всего на 2 узла, увеличил ход «ведущего квартета» и стал продвигать его вперед, незаметно для японцев превращая строй фронта в строй уступа. В этом и заключалась главная хитрость замысла — как, впрочем, и главный риск! Но риск оправдал себя. Расстояние, мгла, стелящийся дым и не слишком выгодный ракурс наблюдения сделали свое дело. Ни разведчики, ни сам Того не смогли разглядеть, что правая колонна выдвигается и, следовательно, для выхода в голову «музея образцов» ей потребуется не 25 минут (как положил в своем расчете Того), а вдвое меньше. «Второе дно» русского хитростного плана сработало превосходно. Сейчас противники сблизятся, затем их колонны окажутся точно друг против друга, затем... Арьергард японской эскадры составляли крейсера типа «Асама», сравнительно тонкая броня которых не могла противостоять снарядам калибра 305 мм. Т. е. Того на первых же минутах боя рисковал потерять половину своих главных сил... Спасением мог быть только поворот обратно, причем немедленный! В 1.45 пополудни на фалах «Мика- зы» взвился сигнал, предписывая эскадре поворот «последовательно» влево на обратный курс. Того знал, что сам отдает русским инициативу — и важнейший первый залп, и неподвижную точку пристрелки, и долгие 15 минут огневого превосходства, но... Выхода не было! Дверца ловушки захлопнулась, и теперь оставался лишь выбор между поражением безусловным и поражением весьма вероятным... Вот этот-то поворот, который явился необходимой платой за одну лишь возможность спасения и посредством которого Того буквально уносил ноги, и окрестили впоследствии «блестящим образцом»! В 1.49 ведущая роль перешла к русским артиллеристам. В течение 15 минут им предстояло реализовать тактическое превосходство, добытое Роже- ственским. Пушки ревели, взбитая снарядами вода вставала стеной... Однако главного — попаданий — не было видно. Японские корабли, последовательно проходя через «горячую точку», оставались невредимым и... Почему?! Наконец повернул последний в японском строю — крейсер «Ивате». Ни потопить, ни даже «выбить из строя хоть один» 7 артиллеристам не удалось. Маятник качнулся в обратную сторону, позиционное преимущество перешло к неприятелю, и, хотя до формального окончания боя оставались долгие часы, участь русской эскадры была уже решена. Казалось бы, вывод ясен, за поражение ответствен не кто иной, как артиллеристы. Приведенные в редкие по выгодам условия, они — увы! — не смогли применить вверенное им оружие и безнадежно «провалили» бой. И ВСЕ ЖЕ такой вывод, несмот* ря на всю его кажущуюся очевидность, неверен! Утверждение о слабой боевой подготовке и о якобы «дурной» стрельбе русских артиллеристов есть миф, в истоках которого небрежность анализа тесно переплелась с умышленной фальсификацией. Попадания имелись. Мало того, огонь броненосцев был удивительно точен. Однако судьба эскадры была решена задолго до 14 мая, потому что русских моряков послали в бой с преступно негодным оружием. В 1892 г. решением Морского технического комитета (МТК) на вооружение флота был принят так называемый облегченный артиллерийский снаряд. Никто не подозревал тогда, что это прогрессивное на первый взгляд решение было на самом деле роковым и что жестокая расплата за него состоится 13 лет спустя. Да, на коротких дистанциях русский снаряд действительно не знал себе рав- 7 Семенов В. И. Бой при Цусиме. —> С. 32. 94
ных. Однако на расстояниях свыше 5,5 км он становился безвредным для неприятеля: при попадании в броню либо отскакивал, либо разваливался на части; при попадании в небронированную поверхность пронзал оба борта навылет, так и не успев взорваться, ибо запальные трубки специально делались «с нарочитым замедлением». Если же взрыватель — в редчайших случаях! — ухитрялся сработать, то действие пироксилина (в целях «безопасности хранения» увлажненного до 30%) было чрезвычайно слабым и причиняло противнику ничтожные повреждения. И наконец, из-за той же повышенной влажности почти половина русских снарядов не разрывалась вообще! Совсем иначе действовали японские снаряды, начиненные знаменитой «шимозой». «Казалось, — писал В. Семенов, — не снаряды ударялись о борт и падали на палубу, а целые мины... Они рвались от первого прикосновения к чему-либо, от малейшей задержки в их полете... Стальные листы борта и надстроек... рвались в клочья и своими обрывками выбивали людей: железные трапы свертывались в кольца; неповрежденные пушки срывались со станков...»8. Но ни сам Семенов, ни кто-либо еще из русских моряков не подозревал тогда об истинном соотношении сил, обусловленном качеством оружия. Точный анализ, проведенный годы спустя, вскрыл ошеломляющую картину. Так, оказалось, по весу выбрасываемого в минуту взрывчатого вещества (главный поражающий фактор) японцы превосходили русских не в два, не в три, не в пять, но... в пятнадцать раз! Если же учесть относительную взрывную силу «шимозы» (1,4 по сравнению с пироксилином), то соотношение в пользу Того станет и вовсе устрашающим — большим, чем 20:1. Но это при условии, что взрывался каждый русский снаряд, попавший в цель. Если же сделать соответствующую поправку, то оно возрастет до 30:1. Комментарии, как говорится, излишни. Но что же русские артиллеристы? Действительно ли во время «маневра Того» пни стреляли в «белый свет»? Лучше, пожалуй, обратиться к показаниям очевидцев. «Первые русские залпы избавили японцев от приятных иллюзий. В них не было и намека на неумелую стрельбу, напротив — для дистанции в 9 тыс. ярдов это был необычайно точный огонь, и в первые же несколько минут «Мика- за» и «Сикисима» получили ряд попаданий». Так оценил «слабую» подготовку русских моряков английский морской атташе Пэкинхем, который (по самой сути своей миссии) был заинтересован в объективной оценке сил и умения каждой стороны. 8 Там ж е. — С. 37. «Бортовая броня «Миказы», — пишет английский историк Вествуд, — была дважды пробита русскими снарядами с дистанции 8000 м, и примерно тогда же (т. е. в течение первых 15 минут боя.— В. Ч.) 12-дюймовый снаряд разорвался на правом крыле мостика, едва не задев осколками самого Того». Весьма впечатляюще, но это лишь малая часть русских попаданий. Как стало известно впоследствии, в «Миказу» попали десятки крупных (калибром не менее 6 дм) снарядов, из которых около 30 (!) он получил во время все того же «маневра Того»! Впрочем, от русского огня терпел не только флагман. Отметины прямых попаданий «украсили» каждый из японских кораблей. Например, «крейсер «Асама» был вынужден покинуть линию уже в 2 часа пополудни (т. е. на протяжении все тех же 15 минут! — В. Ч.), когда три последовательных попадания вывели из строя его руль. Так обошелся ему почти мгновенный проход через «горячую точку»! Что было бы с ним, с «Миказой», да и с самим адмиралом Того, если бы русские снаряды взрывались, а не просто долбили металл «мертвым весом»?.. КАК И ПОДОБАЛО флагману, первым всю ярость неприятельского огня принял на себя головной русской линии «Кн. Суворов»... Клаузевиц отметил как-то, что материальная часть любой вооруженной силы подобна лишь деревянной рукояти, в то время как нравственный дух бойцов составляет часть несравненно важнейшую— драгоценный клинок! И вот этот-то благородный металл русской воинской доблести даже в безнадежном Цусимском бою остался несломленным. «Снаряды продолжали сыпаться на него («Кн. Суворова». — В. Ч.) сплошным дождем. Обе мачты рухнули... В кормовой части наблюдался громадный взрыв, который, как я думал, окажется для него последним... Но нет! Залитый сплошным морем огня, русский флагман продолжал свою неравную борьбу. Никогда еще человеческие мужество и сила духа не доходили до столь невероятных пределов, и слава, которую навеки стяжал себе «Суворов», увенчивает не только его доблестный экипаж, но и весь русский флот, всю Россию и даже все человечество!.. Это герои не только сегодняшнего сражения, но всех вре- м е н». Эти строки написал в официальном донесении английский морской атташе кэптен Пэкинхем. Надо ли к этому что-либо добавить? Пожалуй, нет. А закончим мы наше повествование теми же словами, которыми закончил свой документальный рассказ участник Цусимы капитан 2 ранга В. Семенов: ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ ПАВШИМ ГЕРОЯМ! 95
НОВЫЕ КНИГИ Ш а па лин Н. В. В. И. Ленин о воинской дисциплине.— М.: Воениздат, 1988.— 80 с— 10 к., 30 000 экз. Чудов В. В., Воздвиженский И. Д. Справочник-экзаменатор по Международному своду сигналов.— М.: Транспорт, 1988.— 134 с— 35 к., 80 000 экз. Гутенко П. Д., Матин Г. А. Минное оружие. — М.: Изд-во ДОСААФ. 1988,— 95 с. — (Молодежи — о Вооруженных Силах).— 20 к., 50 000 экз. Ермолаев Г. Г., Зотеев Е. С. Основы морского судовождения: Учебник.— 5-е изд., перераб. и доп.— М.: Транспорт, 1988.—272 с— 1 р. 30 к., 13 000 экз. В книге излагаются основы дисциплин, составляющих науку судовождения (лоции, навигации, гидрометеорологического обеспечения судовождения, управления морским судном и морской практики), описывается организационная структура на судах морского флота, приводятся сведения о международных морских организациях и документах, регламентирующих безопасность мореплавания. Баранов Ю. К. Использование радиотехнических средств в морской навигации.— 3-е изд., перераб., доп.— М.: Транспорт. 1988.— 208 с— (Библиотечка судоводителя).— 55 к., 11 100 экз. . Смирнов Е. Л., Я л овен к о А. В., Якушенков А. А. Технические средства судовождения: Теория: Учебник для вузов/Под ред. Е. Л. Смирнова.— М.: Транспорт, 1988.— 376 с — 1 р. 20 к., 9 500 экз. В учебнике изложена теория современных и перспективных для морского флота гирокомпасов, гирогоризонтов, гирогоризонткомпасов, навигационных гиротахометров, магнитных компасов, навигационных эхолотов и лагов различного принципа действия, а также рассмотрены пути использования информации от навигационных приборов в системах автоматического управления движением судна. Ев т ютов А. П., Ми ть к о В. Б. Инженерные расчеты в гидроакустике. 2-е изд., перераб., доп.— Л.: Судостроение, 1988.— 288 с.— (Библиотека инженера-гидроакустика).— 1 р., 4 100 экз. Блинов Э. К. Техническая эксплуатация флота и современные методы судоремонта: Учеб. пособие.— Л.: Судостроение, 1988.— 86 с— 20 к., 4400 экз. Бекяшев К. А., Сидорченко В. Ф. Безопасность на море: Нормативно-правовые аспекты строительства и использования судовой техники: Справочник.— Л.: Судостроение, 1988.— 240 с. — 1 р. 20 к., 12 350 экз. Печатин А. А. Спасательный катер: Устройство и эксплуатация.— М.: Транспорт, 1988.— 240 с— 1р. 50 к., 25 000 экз. На З.й странице обложки изображена 16-баночная галера «Св. Петр». ...Выполняя указ Петра о строительстве кораблей Балтийского флота, А. Менши. ков в феврале 1703 г. основал на берегу Свири новую верфь, названную Олонецкой. Этому способствовало не только удобство месторасположения, но и нали. чие в крае строевого леса. Летом того же года сюда приехал царь и при его непосредственном участии заложили 7 фрегатов. 5 шняв и более 30 других судов, в том числе 7 галер. Первую галеру — «Св. Петр» заложили 29 июля 1703 г. Строилась она корабельным мастером Ю. Ру- синовым по чертежам, составленным Петром. Спущена на воду 21 мая 1704 г. Длина 38,5 м, ширина 4,9 м, глубина интрюма 1 м. Вооружение: 19 пушек. Как и другие первые галеры Балтийского флота, «Св. Петр» имел так называемую куршейную 24-фунтовую пушку (куршея — помост над банками по середине судна). Чтобы усилить палубную артиллерию. Петр предложил установить рядом с ней по бокам еще по две 12.фунтовых пушки. В августе 1704 г. вместе с другими кораблями «Св. Петр» отправился в свое первое плавание по Ладожскому озеру и Неве для защиты от неприятеля будущей столицы государства. Однако жизнь кораблей, построенных тогда на Олонецкой верфи, была недолгой. В своем «Очерке русской морской истории» биограф отечественного флота Ф. Веселаго объяснял, что они быстро выходили из строя «от недоброкачественности материалов, неопытности рабочих, частью от дурной системы крепле. ний, наконец, от скорости постройки и неизбежных при ней недосмотров и злоупотреблений». По его мнению, причиной потери мореходных качеств галер бы. ло также их небольшое углубление, которое делали, чтобы провести суда через перекаты и отмели Свири и Невы. Этот недостаток «увеличивал дрейф» и «делал лавировку почти невозможной». Некоторое время «Св. Петр» находился в Кронверкской гавани, а затем в 1710 г. был разобран. На 4-й странице обложки помещена фотография памятника командиру легендарного крейсера «Варяг» В. Рудневу, установленного его земляками в Туле в 1956 г. (фото П. Юрьева). ...9 февраля 1904 г. японский контр-адмирал Уриу предъявил командованию крейсера «Варяг»» и канонерской лодки «Кореец» ультимативное требование покинуть рейд Чемульпо (Корея). В случае невыполнения Уриу угрожал атаковать русских. Тогда они ре. шили с боем прорваться в Порт-Артур. Обращаясь к личному составу «Варяга»» капитан 1 ранга В. Руднев сказал; «Безусловно, мы идем на прорыв и вступим в бой с эскадрой, как бы она сильна ни была. Никаких вопросов о сдаче не может быть — мы не сдадим ни кораблей, ни самих себя и будем сражаться до пос. ледней возможности и до последней капли крови. Исполняйте каждый обязанности точно, спокойно, не торопясь, особенно комендоры, помня, что каждый снаряд должен нанести вред неприятелю». В полдень грянул бой, навечно вошедший в историю отечественного военного флота. За час сражения «Варяг» выпустил по врагу 1105 снарядов. Однако сказывалось явное преимущество противника в артиллерии. На крейсере возникли пожары, сильные разрушения, гибли, не прекращая стрельбу, комендоры. Раненый командир не покидал ходового мостика, вдохновляя эки. паж своей выдержкой и мужеством. Видя безвыходность положения, В. Руднев приказал затопить «Варяг», открыв кингстоны... Авторы памятника — скульптор И. Онищенко и архитектор А. Кольцов. 96